Глава 1 - Нирвана Императрицы [1]

Сильный ливень покрыл всю императорскую столицу. Шэнь Нинхуа опустилась на колени и подняла голову, чтобы взглянуть на женщину, которая сидела на троне дворца Фэнъи, ее глаза были холодны, как лед.

«Шэнь Линхань, я действительно не думала, что ты такая нетерпеливая. Я только передала власть в моих руках Байли Цинзе, и он сразу же позволил тебе прийти, чтобы разобраться со мной».

Кто-то давно советовал ей, что императоры безжалостны, поэтому она не должна доверять Байли Цинзе, и что она должна держать последний козырь в своих руках. К сожалению, она хотела доверять ему в обмен на его настоящую любовь. Она не ожидала, что предложит свое искреннее сердце, просто чтобы он растоптал его.

Женщина изогнула брови и слегка улыбнулась, и ее великолепная киноварная заколка на голове затряслась. «Разобраться с тобой? Старшая сестра должно быть шутит. Ты заслуживаешь всего, что получаешь. Твоих преступлений достаточно, чтобы позволить тебе быть убитой тысячу раз, но, поскольку ты и я - сестры, и, глядя как я уважала тебя как императрицу на протяжении многих лет, я умоляла императора спасти твою жизнь».

Дождь стекал с ее головы, и ее темные длинные волосы рассыпались по земле. Шэнь Нинхуа почувствовала резкий холод. «Моя позиция Императрицы обусловлена вкладом в нашу династию! Я несколько раз рисковала своей жизнью ради Императора и сопровождала его с самого начала. Его Величество разумно присвоить мне звание Императрицы. После всех этих лет, сделала ли я что-нибудь, что разочаровало Бэйли Цинзе? Я сделала что-нибудь, что повредило династии? В чем я виновата? Где ... я согрешила?»

«Твой грех… Каждый в династии знает, что ты отравила братьев императора, убила сыновей императора, подставила наложниц в гареме, и твои тщетные коварные попытки контролировать императорский суд. Хе-хе, неужели ты думала, что невиновна?» - Шэнь Линхань улыбнулась с должной элегантностью, глядя сверху вниз на Шэнь Нинхуа, ее глаза были полны восторга.

Шэнь Нинхуа прикусила губу: «Если бы я не помогла Байли Цинзе избавиться от его братьев, как он мог занять трон? Эти чиновники отправили своих дочерей в имперский гарем. Если бы я не избавилась от них, как мог бы сохраняться мир в гареме?»

Он фактически сделала ее виновником всего... Тогда он поклялся стать ее покровителем и защищать ее на всю оставшуюся жизнь. Именно из-за этих обещаний она без колебаний покрасила руки кровью, только чтобы выполнить его амбиции. Его клятва все еще звучала в ее ушах, но его отношение полностью изменилось. Теперь она стала козлом отпущения от стольких преступлений, которых было достаточно, чтобы навсегда обречь ее. Если она действительно хотела контролировать суд, как она могла передать всю власть Баили Цинзе?

«Его Величество - человек большого таланта. Это желание людей, чтобы он сел на трон. Какое это имеет отношение к такой порочной женщине, как ты? Старшая сестра, ты действительно придала себе слишком большое значение. Но, говоря об этом, ты действительно дура, которая изо всех сил старалась опровергнуть эти обвинения и даже пошла искать доказательства, чтобы доказать свою невиновность. К сожалению… Цк-цк…» - Шэнь Линхань искривились, а ее красивые красные губы сформировали яркую улыбку.

«Юнь Чуан… Что ты сделала с ним?» - Шэнь Нинхуа резко подняла голову. Она спасла Юнь Чуана в миссии по оказанию помощи. Только потому, что она дала ему хорошую еду, он последовал за ней в столицу и оставался верным ей, рискуя своей жизнью, чтобы защитить ее много раз..

«Ничего такого. Я хотела оказать ему услугу и позволить ему умереть без боли, но было жаль, что он был настолько непослушным. Он сказал, что даже если у него не будет рук, ног и зубов, пока он дышит последним вздохом, он определенно будет искать справедливости для своей сестры. Я была так тронута его словами, что отрезала ему руки и ноги и вырвала ему глаза, уши, нос, язык и зубы. Я хотела бы посмотреть, сможет ли он помочь тебе на этот раз с тем последним дыханием, которое я ему оставила».

Все тело Шэнь Нинхуа дрогнуло, ее взгляд указывал на то, что она ненавидела неспособность расчленить эту женщину. Она закричала с ненавистью: «Юнь Чуань всегда был чистосердечным. Он всего лишь шестнадцатилетний мальчик. Он не только спас мою жизнь в разгар войны, он также спас жизнь Бэйли Цинзе. Когда Байли Цинзе столкнулся с убийством в префектуре Шан, Юнь Чуан получил тринадцать порезов ножом, но он все еще нес Байли Цинзе, чтобы сбежать оттуда. Если бы не он, как мог Бейли Цинзе быть еще живым? Как ты смеешь так его мучить?»

«Старшая сестра, способность умереть, чтобы защитить Императора, естественно, является честью для этого глупого ребенка. Он должен быть счастлив, даже если бы он умер. Почему я не осмелюсь пытать его? Я самый доброжелательный человек, и поскольку я боялась, что он будет одинок, я позволила твоим хорошим служанкам, Си Цинь и Си Ци, сопровождать его. Они обе были такими упрямыми, что даже используя различные методы, я не смогла заставить их сказать что-то плохое о тебе».

Шэнь Нинхуа неожиданно встала и бросилась на Шэнь Линхань без малейшего колебания. Однако императорский стражник ударил ее ногой в грудь, и она немедленно выплюнула глоток крови. Она зарычала: «Шэнь Линхань, Си Цинь была замужем, и под живот у нее был ребенок. Через два месяца она должна была родить. Как ты смеешь мучить ее? Ты ядовитая женщина. Ты не боишься небесного возмездия?»

«Возмездие? Забавно!  Даже не говори, существует ли оно, даже если существует, старшая сестра, ты не сможешь увидеть это. Эта девушка Си Цинь была свидетелем того, как ее ребенок стекал с ее живота широко раскрытыми глазами, но все еще не желала подписывать признания против тебя, и поэтому, избавившись от ее ребенка, я позволила людям отрезать ей руку и прямо прижала ее на признание».

Лицо Шэнь Нинхуа было бледным, и она плотно прикусила губы. Ее сердце уже было изранено. Она подняла голову и уставилась на Шэнь Линхань. Она хотела выгравировать ее в своем сердце. Даже если бы она превратилась в мстительного духа, она все равно потребовала бы жизни этой женщины!

Шэнь Линхань была возмущена ее взглядом и резко встала. Не заботясь о проливном дожде, она подошла к Шэнь Нинхуа и ударила ее по лицу; ее сердце бурлило от ненависти. «Шлюха, на каком основании ты можешь так на меня смотреть? Я говорю тебе, с сегодняшнего дня я хозяйка дворца Фэнъи, императрица династии Да Ан. Ты никогда не победишь меня!»

Глава 1 - Нирвана Императрицы [2]

Она больше всего ненавидела взгляд Шэнь Нинхуа, потому что в любое время ее глаза казались спокойными и равнодушными. Даже если теперь она воткнулась в грязь, этот спокойный взгляд в ее глазах не изменился.

«Шэнь Линхань, если не будет возмездия с небес, я лично дам тебе вкус возмездия».

Шэнь Линхань швырнула ярко-желтый императорский указ на лицо Шэнь Нинхуа и холодно сказала: «Тогда нам придется подождать, чтобы увидеть, сможешь ли ты дождаться этого момента. Вот императорский указ. Дешевый слуга Шэнь Нинхуа убила императорских наследников и нагло обсуждала государственные дела. Ее немедленно лишают титула императрицы и помещают в Холодный дворец. Чтобы позволить ей всем сердцем и разумом размышлять о своих грехах, пусть она добросовестно лежит на кровати. Не убивайте ее».

Несколько десятилетий спустя...

Сильный дождь заполнил небо над Холодным дворцом. Шэнь Нинхуа прислушалась к шуму за окном, и ее пустые глаза блестели в лучах вспышек молний. Она жила в Холодном дворце почти тридцать лет. Из-за одного предложения Шэнь Линхань все ее кости были разбиты. Ее тело было слабым и обмякшим, как грязь, и ее просто бросили на кровать. Каждый день с ней обращались как со зверем и кормили прогорклой пищей.

Даже так, она все еще хотела жить и посмотреть, есть ли у небес глаза, и встретятся ли Шэнь Линхань и Байли Цинзе с возмездием! Но жаль, у неба не было глаз.

При звуке дождя она услышала постепенно приближающиеся шаги.

«Мадам Шэнь, сегодня новый Император взошел на престол. Вдовствующая Императрица настолько любезна, что подарила тебе кое-что хорошее. Если бы не милость Императрицы не видеть кровь в этот великий день, твоя жизнь не стоила бы денег за это лекарство вообще. Не забывай поклониться и поблагодарить Ее Величество, когда попадешь в Подземный мир».

Ее язык был отрезан, и она ничего не могла сказать. Она смотрела на улыбающуюся имперскую горничную с широко открытыми глазами. Горничная взяла маленькую бутылочку и налила жидкость на ее тело.

От ее ног расползлась душераздирающая боль, из-за чего все тело Шэнь Нинхуа дергалось, и на ее шее заметно выпирали вены.

«Ха-ха, это трупная вода. Вдовствующая Императрица сказала, что твое тело даже осквернит братскую могилу. Она не хотела, чтобы ты испортила живот скота в дикой природе. Поэтому пусть ты останешься без трупа. Отставной Император также издал устный указ о том, что для династии Да Ан было великим несчастьем, когда ты, дешевая жизнь, была матерью страны. Ты не можешь быть похоронена в имперский мавзолей. После того, как ты превратишься в пепел, ты будешь брошена в сарай для домашнего скота. Даже в следующей жизни у тебя не будет хорошей судьбы. Это то, что ты заслужила за свои грехи!»

Глаза Шэнь Нинхуа расширились, когда она вспомнила сцену Байли Цинзе, одетого в имперский халат перед дворцом Фэньи, нежно обнимающего Шэнь Линхань, ее сердце кровоточило кровью.

Она ненавидела их! Она их так ненавидела! Байли Цинзе, Шэнь Линхань, если будет следующая жизнь, я, Шэнь Нинхуа, несомненно, уничтожу вас и разрежу на куски. Вы должны погасить кровь кровью!

Глава 2 - Сколько ты стоишь?

В долине девочка лет двенадцати или тринадцати медленно открыла глаза. Ее кожа была грубой и черной, волосы грязные, на щеках царапины, что при первом взгляде делало ее не очень красивой. Тем не менее, ее глаза были особенно темными и прозрачными с освежающим светом, который был довольно привлекательным и незабываемым.

Она проснулась от звонкого пения птиц, сопровождаемого запахом травы и дерева.

Шэнь Нинхуа внезапно пришла в себя. Она подсознательно огляделась и увидела пышную зеленую растительность.

Неподалеку валялся опрокинутый экипаж, лошади которого уже были мертвы. Даже карета была разбита и разбросана повсюду.

Как это было возможно? Разве она не умерла? Почему она оказалась здесь внезапно? В ее голове были сомнения, внезапно Шэнь Нинхуа застонала. Через некоторое время она тихо засмеялась: «О, оказалось, что небеса благословили меня, дав мне возможность вернуться в мое детство».

Ее мать умерла, когда родила ее. Когда ей было сто дней, ее отец Шэнь Донг женился на Чжао Юньсянь, дочери семьи Чжао. Спустя всего шесть месяцев Чжао Юньсянь родила близнецов дракона и феникса, которых звали соответственно Шэнь Сюаньэ и Шэнь Линхань.

Она, однако, родилась с темным цветом лица. Как только Шэнь Донг увидел ее, он чуть не уронил ее на землю, прямо заявив, что она не была ребенком его семьи Шэнь.

Ее мачеха тоже никогда не обращалась с ней хорошо, оставив ее, первую дочь семьи Шэнь, жить жизнью, даже уступающей слуге.

Это было вполне естественно: с одной стороны были благоприятные близнецы, а с другой - безобразная дочь без матери. Неудивительно, что Шэнь Донг особенно избаловал Шэнь Линхань и Шэнь Сюаньэ.

В тринадцать лет она случайно увидела, как служанка добавляет что-то в ее еду. Она чувствовала, что ей срочно угрожает опасность, поэтому она попросила отправиться на загородную виллу, никогда не ожидая, что лошади сойдут сума на дороге, и карета упадет с обрыва.

Ей очень повезло, что она только вывихнула лодыжки после падения с такого высокого утеса. Однако двум девушкам-слугам, сопровождавшим ее на виллу, не повезло, и они погибли в результате несчастного случая.

Быстро осмотрев себя, Шэнь Нинхуа решила не оставаться здесь надолго. Она взяла багаж с одеждой и серебряной коробкой и пошла на север.

Пройдя около получаса, она почувствовала, что ее лодыжка слишком болезненна, чтобы ходить, поэтому она решила отдохнуть у ручья.

В прошлой жизни ей потребовался один день и одна ночь, чтобы выйти из долины, из-за этого она сильно повредила лодыжку. Уродливая девушка с ограниченными возможностями была пятном для семьи Шэнь, поэтому вся семья даже больше не любила ее, когда она вернулась. Какой бы умной она ни была, она была всего лишь шуткой.

Шэнь Нинхуа присела, чтобы умыть лицо чистой водой. Она слегка улыбнулась, чувствуя себя так хорошо, что снова может жить.

Плеск!

Внезапно запятнанная кровью рука вытянулась из травы с другой стороны ручья и приземлилась в воду. Кровь сразу же рассеялась в воде и была смыта вниз по течению.

Шэнь Нинхуа задрожала от удивления и тихо закричала: «Кто здесь?»

Маленький ручей не был широким, но по обе стороны берега была пышная растительность, примерно половина человека ростом, поэтому, когда подошла Шэнь Нинхуа, она совершенно не знала, что кто-то прячется в траве на противоположной стороне.

Через некоторое время прозвучал сдержанный кашель, зашуршала трава, и мужчина выскочил из травы и упал прямо в ручей.

Шэнь Нинхуа сжала палку в руке и отступила на два шага, ее брови нахмурились: «Кто ты?»

«Хм ... человек в беде ...»

Мужчина поднял глаза и некоторое время осторожно посмотрел на Шэнь Нинхуа, прежде чем его напряженное тело расслабилось. «Ты странно выглядящая девушка, но удивительно, что ты внезапно оказалась одна в долине. Ты не фея с горы, не так ли?»

Струя воды смыла кровь на лице человека, и Шэнь Нинхуа обнаружила, что он был чрезвычайно красив, а его цвет лица был ясным, как нефрит. Даже кровь по всему телу не могла скрыть его милости. Этот мужчина должен быть из богатой или благородной семьи, и тот, кто его сильно ранил, не может быть человеком, которого она могла себе позволить обидеть. С таким же успехом она могла бы убежать от него.

«Я просто проходила мимо». - сказала Шэнь Нинхуа. Она сделала два шага назад и быстро обернулась, собираясь уйти.

«Ты ... собираешься оставить умирающего человека?»

Видя, что Шэнь Нинхуа уже прошла четыре или пять шагов без малейшего намерения спасти его, Чу Цзюньи запаниковал и поспешно сказал. «Ты когда-нибудь слышала о семье Сяо в столице?»

Шэнь Нинхуа удивленно оглянулась, но на ее лице не было никаких признаков: «Ты из семьи Сяо?»

«Сяо Цзинъянь - мой приемный отец».

Некоторое время колеблясь, Шэнь Нинхуа подняла голову и спросила: «У тебя есть доказательства?»

Чу Цзюньи удивленно поднял брови. Девушка перед ним знала семью Сяо, но не спешила ему угодить. Это было бы нормально для человека из знатной семьи, но необычно для обычной девушки, как она, быть такой собранной. «Этот нефритовый кулон - знак семьи Сяо. Если ты спасешь мою жизнь, я непременно отблагодарю тебя».

Глядя на форму нефритового кулона, Шэнь Нинхуа почувствовала себя немного искушенной. Этот нефритовый кулон действительно был знаком семьи Сяо и символом прямой линии. Мужчина перед ней утверждал, что является приемным сыном семьи Сяо, поэтому он, должно быть, Чу Цзюньи, один из знаменитого «Дуэта несравненных мастеров».

«Сколько серебра будет стоить Мастер Чу?»

Она знала его личность!

«Теперь, когда ты знаешь, кто я, ты думаешь только о деньгах?»

Чу Цзюньи был удивлен. Спасительный акт благодарности можно обменять на большее, но она хотела только денег.

Сарказм мелькнул в глазах Шэнь Нинхуа: «Ожидает ли мастер Чу, что я буду просить что-то еще?»

Чу Цзюньи задохнулся и внимательно посмотрел на Шэнь Нинхуа. «Почему ты злишься?» - он смеялся. «Я просто говорил это. Хорошо, что ты хочешь денег. Я могу дать тебе столько денег, сколько ты захочешь, если поможешь мне выбраться из долины».

Он был так тяжело ранен, что не мог выйти без посторонней помощи.

«Я спасу твою жизнь. В обмен на это я хочу 5000 таэлей. Нефритовый кулон станет залогом. Ты отдаешь мне деньги, я возвращаю тебе нефритовый кулон. Тогда мы ничего не должны друг другу. Как тебе?» - Шэнь Нинхуа подняла голову и спросила.

Шэнь Линхань и Байли Цинзе испортили ее репутацию, оставив ее гнить в Холодном дворце после убийства людей, о которых она больше всего заботилась. Кровь должна быть погашена кровью! И это был только первый шаг. После возвращения к семье Шэнь ей понадобится финансовая поддержка, и деньги были незаменимы. Теперь, когда кто-то был здесь, чтобы предложить шанс, не было никаких причин отказываться.

«Пять тысяч серебра в обмен на спасение меня?» - Чу Цзюньи потерял дар речи. Не говоря уже о его секретной личности. Его известная личность была приемным сыном семьи Сяо, и он был провозглашен одним из мастеров несравненного дуэта в столице и даже занимал должность в императорском дворе. Теперь она сказала ему, что он стоит всего пять тысяч тельцов серебра?

«Золота!» - холодно сказала Шэнь Нинхуа, показывая немного нетерпения в ее глазах. Если бы она не знала, что этот человек будет очень успешным в будущем, она не рискнула бы напрашиваться на неприятности, заключив с ним сделку.

«Согласен!» - закричал Чу Цзюньи.

Глава 3 - Воистину, все мужчины ненадежны

Чу Цзюньи наполовину прислонился к стене пещеры, его глаза сияли вместе с пламенем. Он посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая собирала дрова. «Могу я узнать твое имя?»

С тех пор как она помогла ему войти в пещеру, она не произнесла ни слова и полностью пренебрегла им.

Шэнь Нинхуа подошла ближе к костру. Она потерла искривленную лодыжку пальцами и нахмурилась. Эта пещера была уединена, и она также старалась изо всех сил, чтобы удалить все их следы по пути сюда, так что она очень надеялась, что их не найдут.

«Мы сейчас как бы в одной лодке. Я сказал тебе, кто я, но ты не представилась мне. Ты боишься, что я буду беспокоить тебя в будущем?» - Чу Цзюньи не заботился о безразличии Шэнь Нинхуа и продолжил.

«Я возьму пять тысяч золотых монет. Как только ты дашь мне деньги, мы не будем иметь никакого отношения друг к другу. Что хорошего в том, чтобы ты знал мое имя?»

«О, ты не хочешь говорить мне, но это не имеет значения. Ты можешь узнать знак семьи Сяо, поэтому ты также должна приехать из столицы. Мне легко узнать твою личность, когда я буду спасен. Более того, твои особенности настолько очевидны».

Глядя на ее руки, Шэнь Нинхуа признала, что ее темная кожа действительно была отличительной чертой. Тем не менее, все знали о Шэнь Линхань, красивой и доброй дочери семьи Шэнь. Кто бы знал ее, позор семьи?

«А? Похоже, ты не думаешь, что я могу тебя найти?» - Чу Цзюньи поднял брови и улыбнулся: «Хотя твоя одежда немного старая, этот материал не доступен для простых людей. Ты, по крайней мере, дочь чиновника в столице. Хотя я живу в столице в течение многих лет, я никогда не слышал ни о какой молодой мисс, чье лицо было бы таким ... особенным. Что ж, тогда ты, должно быть, крайне непопулярна и пренебрегаешься своей семьей. Таким образом, нетрудно узнать кто ты».

Чу Цзюньи слегка изогнул губы, и его лицо было полно улыбок.

«Ну, тогда не торопись, чтобы исследовать». - Шэнь Нинхуа закончила говорить и больше не обращала на него внимания. Она вынула одежду из багажа, аккуратно разложила ее на сене и легла.

После долгого времени Чу Цзюньи услышал, что ее дыхание стало стабильным. Он открыл глаза и посмотрел на спину Шэнь Нинхуа. Темперамент девушки был бы вполне ему по вкусу, если бы это было в обычное время; но теперь он был тем, кого игнорировали, и холод, с которым она обращалась с ним, заставил его чувствовать себя неловко.

Он посмотрел на рану на своем теле и нахмурился. Сегодня он собирался забрать Сяо Хуанси, свою младшую сестру, которая закончила молится в храме. Тем не менее, по пути он столкнулся с засадой. Убийцы были многочисленны и не боялись смерти. Обычные охранники, которых он привел, не могли сравниться с ними. Что еще хуже, в числе его охранников скрывался предатель. Если бы этот парень не ударил его в спину, он не был бы так серьезно ранен и не оказался бы в пещере, обеспокоенной своей безопасностью.

Как раз когда он был погружен в свои мысли, он увидел, что Шэнь Нинхуа села и тяжело ахнула. Ее глаза были полны ненависти, такой же глубокой, как древний колодец, из-за чего все ее тело смутно покрылось сероватой атмосферой.

Сердце Чу Цзюньи дрогнуло: «Что с тобой?»

Услышав его голос, Шэнь Нинхуа обернулась, но выражение ее лица уже успокоилось: «Ничего».

Если бы Чу Цзюньи скептически относился к его глазам, он бы подумал, что эмоция Шэнь Нинхуа, которую он только что почувствовал, была просто его иллюзией. Даже если ее семья не очень хорошо относилась к ней, она была просто девочкой-подростком. Однако она излучала ненависть, как тот, кто только что сбежал из моря крови и горы трупов. Так кто же она такая?

Шэнь Нинхуа снова легла, но она больше не была сонной. Ей снилось, что она все еще лежит на холодной кровати в Холодном дворце, покрытая пылью и каждый день живет как животное...

Шэнь Линхань, Байли Цинзе, я должна позволить вам обоим почувствовать боль, которую вы причинили мне!

На рассвете следующего дня Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи и была очень довольна, что он говорил гораздо меньше.

На самом деле Чу Цзюньи был слишком слаб, чтобы говорить. Он был так тяжело ранен, что у него поднялась температура, и он чувствовал себя неуютно всю ночь.

Шэнь Нинхуа вытащила его и двинулась к северу от долины.

Ее растянутая лодыжка мешала ей тащить мужчину за собой. Вскоре она сильно вспотела и начала задыхаться.

Чу Цзюньи лежал там, слушая ее усталый голос. Почему-то его сердце было наполнено странными чувствами.

Они двигались почти час. Так как он практиковал боевые искусства, он мог определить ее физическое состояние от ее дыхания. Прямо сейчас у нее перехватило дыхание, и каждый вздох, казалось, выдавливался из ее груди. Должно быть, она устала, но все еще двигалась вперед, скорее всего, благодаря ее сильной воле. Он видел много женщин с твердым нравом, но таких было мало.

«Ты ... можешь немного отдохнуть».

Шэнь Нинхуа остановилась у ручья и присела на корточки, чтобы сделать глоток воды. Ее лодыжка уже распухла, как паровая булочка. «Как только мы выйдем из долины, есть кто-нибудь, чтобы забрать тебя?»

Наполовину в шутку и наполовину всерьез, Чу Цзюньи ответил: «Я смогу связаться с моими людьми, когда мы выйдем из долины. Но ты не боишься, что я убью тебя и заберу знак?»

«Можешь попробовать». - лицо Шэнь Нинхуа было холодным. «Ты думаешь, что я не ожидаю, что ты сделаешь это? Я спрятала нефритовый кулон. Ты дашь мне золото, и я скажу тебе его местоположение. Нам лучше мирно ладить. Если ты захочешь нарушить свое обещание, будь готов никогда не найти свой кулон».

«Этот нефритовый кулон - просто знак. Это не большая проблема, если я не могу его найти».

Шэнь Нинхуа с усмешкой посмотрела на него. «Это действительно просто знак?»

Глава 3 - Воистину, все мужчины ненадежны! (2)

Шэнь Нинхуа с усмешкой посмотрела на него. «Это действительно просто знак?»

Чу Цзюньи остановился на некоторое время и тихо засмеялся: «Ха-ха, ты на самом деле не простая девушка. Будь уверена. Мне нравится твой характер. Только из-за этого я не убью тебя».

Шэнь Нинхуа встала и остановилась перед Чу Цзюньи. Она прижала руку к его груди и сжала его рану пальцами. Кровь сразу потекла.

«Я начинаю нервничать, когда кто-то угрожает мне. А когда я нервничаю, я не знаю, какие сумасшедшие вещи я могу делать».

Чу Цзюньи угрюмо фыркнул: «Моя жизнь стоит пять тысяч золотых монет».

«Хум!» - Шэнь Нинхуа встала с холодным гулом. Внезапно она почувствовала боль в ноге: «Змея!»

Она резко сделала два шага назад и села на землю. Ее лицо побледнело, и воспоминания вздымались в ее голове. Когда она была заперта в Холодном дворце, эти евнухи любили ее мучить. Поскольку она не могла двигаться, они положили бы ее в сумку из ткани, а затем кидали в нее змей. Вспоминая это чувство, она все еще испытывала крайнюю панику.

Чу Цзюньи нахмурился и изо всех сил пытался встать: «Это змея. Не двигайся. По дороге, которую мы только что прошли, я видел змеиные цветы и растения, которые могут нейтрализовать змеиный яд. Это недалеко отсюда. Я скоро вернусь!»

Змеиный яд был особенным. Если отравленные люди не двигаются, они будут в порядке после приема противоядия в течение часа. Если бы они делали какие-либо движения, яд быстро распространялся бы по их телу, и они задыхались и умирали.

Шэнь Нинхуа наблюдала, как Чу Цзюньи медленно встал. Его руки были сжаты на груди, пока он шатался в направлении, откуда они пришли. Но после того, как она подождала около часа, никто не пришел.

«Мужчины действительно ненадежны». - холодно усмехнулась Шэнь Нинхуа.

В это время ее ноги и руки онемели, и она не могла встать вообще. Она могла только открыть глаза и поползла вперед.

У нее все еще была огромная вражда, чтобы отомстить, поэтому она не могла так умереть. Она должна жить. Пока она могла дышать, она не сдастся!

В приступе комы она, казалось, слышала, как кто-то разговаривает с ней. Голос был хриплым и очень старым:

«Ты хочешь отомстить?»

«Да... Шэнь Линхань... Баили Цинзе, я ... хочу, чтобы они умерли трагической смертью».

«Шэнь Линхань поддерживается семьей Чжао, а Байли Цинзе - императорской семьей. Ты думаешь, что сможешь добиться успеха?»

«Поддерживает семья Чжао... Тогда я уничтожу семью Чжао! Императорская семья... Я разрушу суд! Я хочу, чтобы они заплатили кровавый долг своей собственной кровью!»

Онемение ее тела постепенно исчезло. Когда Шэнь Нинхуа снова открыла глаза, перед ней внезапно появилось старое сморщенное лицо, и она закричала: «Ах!»

Глава 4 - Возвращение первой дочери

Полтора года спустя

На дороге неуклонно двигалась невзрачная карета. Кучером был молодой парень. На его лице была простая и честная улыбка, и он расслабленно водил экипаж.

В вагоне молодая девушка, одетая как горничная в бледно-голубовато-белом, тихо сказала:

«Мисс, до ворот столицы всего час езды. Мы скоро въедем в столицу».

«Эм». - голос был тихим, но приятным, и люди были естественно привлечены, чтобы внимательно слушать, чтобы понять, что она сказала.

Интерьер вагона был чрезвычайно удобным, со всеми видами великолепных и изысканных предметов. Молодая девушка наполовину опиралась на подушку, расшитую нежными пионами, держа в руке книгу. Ее ресницы были длинными и густыми, отбрасывая легкую тень на безупречное лицо, образуя сцену, излучающую спокойствие и очарование.

Горничная, которая была одета в белое и сидела рядом с девушкой, сказала: «Мисс, дорога не очень гладкая. Думаю, вам больше не следует читать. Это плохо для ваших глаз».

«В будущем нам будет трудно иметь такие спокойные дни. Я хочу немного почитать. Би Чжу, ты послала сообщение семье Шэнь?»

«Да, мисс». - сказала горничная в темно-зеленом, разбирая книги в карете. «Но не было ответа ни от вашего отца, ни от матери».

Девушка сжала губы. Ее улыбающиеся глаза указывали, что она была в хорошем настроении. Она была Шэнь Нинхуа, которая пропала без вести более года назад. «Я просто заброшенная дочь. Как я могу ожидать, что они ответят, когда узнают, что я возвращаюсь?»

«Мисс, ваше возвращение домой на этот раз удивит их».

Улыбка Шэнь Нинхуа стала глубже. В ее глазах мелькнули следы холода, но это было совершенно незаметно, даже если бы кто-то внимательно посмотрел на нее. «Ха-ха, я боюсь, что они будут слишком удивлены».

По ее внешнему виду никто не мог подумать, что существует какая-то связь между этой чрезвычайно красивой дамой и темнокожей девушкой, которой она была: одна была темной, как куча грязи, а другая - прекрасной, как цветок персика в полном цвету. Они были слишком разные.

Шэнь Нинхуа посмотрела на книгу, но ее зрение не было сфокусировано на ней. После того, как ее укусила змея, она проснулась и увидела перед собой Бабушку Ядов. На самом деле, она не знала настоящего имени Бабушки Ядов. Она назвала так старуху, потому что за последние несколько месяцев она проверила на ней различные яды.

Когда она проснулась в тот день, она была потрясена страшными шрамами на лице Бабушки Ядов. Прожив с ней какое-то время, она почувствовала, что шрамы на ее лице были на самом деле более приятным для ее глаз, чем бесподобное красивое лицо Шэнь Линхань.

Помимо лечения ее всеми видами лекарств каждый день, Бабушка Ядов не говорила с ней ни единого слова. Поэтому, хотя они прожили вместе целый год, она не знала, почему Бабушка Ядов жила в долине. Она знала только то, что Бабушка Ядов была опытна в медицине и, казалось, глубоко ненавидела семью Чжао. Но Шэнь Нинхуа случайно нашла татуировку жасмина на лодыжке Бабушки Ядов, узор, уникальный для прямой линии женщин Чжао, который делают при рождении. Бабушка Ядов всегда смотрела на узор с ненавистью на лице.

Видя, что Шэнь Нинхуа была погружена в свои мысли, Бай Руо мягко напомнила ей: «Мисс».

Шэнь Нинхуа восстановила свое присутствие духа. Она положила книгу и посмотрела на четырех девушек вокруг нее. Свет в ее глазах слегка потемнел.

Перед ней стояли четыре молодые девушки: Бай Руо, Би Чжу, Хонг Лин и Цин Цюэ. Она вывела их из долины, чтобы быть ее девами. Бабушка Ядов привела всех четверых в долину, чтобы проверить ее лекарство. Когда они впервые пришли в долину, они были либо серьезно ранены, либо больны. Бабушка Ядов оставила их Шэнь Нинхуа. Хотя она сама страдала от боли, каждый день испытывая яды Бабушки Ядов, но она продолжала читать медицинские книги весь день и применяла то, что выучила, чтобы спасти их по крупицам.

Все четверо были благодарны Шэнь Нинхуа. После того, как они выздоровели, они все умоляли остаться с ней. Шэнь Нинхуа, оказалось, нуждалась в помощниках, поэтому она позволила им остаться с ней. Бабушка Ядов не возражала. После того, как они стали ее служанками, Бабушка Ядов прекратила тестировать лекарства на них. Позже она обнаружила, что у каждой из девушек были разные способности, и она поняла, что Бабушка Ядов на самом деле привела их в долину, чтобы они стали ее девами.

Карета продолжала плавно двигаться вперед. Хонг Лин, самая оживленная из четырех служанок, выглянула наружу сквозь занавеску и радостно сказала: «Мисс, столица действительно другая. Женщины здесь такие красивые. Однако они не такие красивые, как вы».

Конечно, ее хозяйка самая красивая!

Шэнь Нинхуа улыбнулась и внимательно посмотрела на свои пальцы. Раньше она думала, что родилась темной и уродливой, но не знала причину: кто-то применил яд, когда она была еще в утробе матери.

Чтобы восстановить свою внешность, в последние полгода она жила жалкой жизнью... Что еще хуже, так это то, что яд был с ней с тех пор, как ее мать забеременела. Поэтому тот факт, что ее мать умерла при родах, был под вопросом. Как жена премьер-министра, у которой также был имперский мандат, у кого мог быть шанс отравить ее, когда она была беременна?

Когда она узнала это от Бабушки Ядов, она сразу же подумала о Чжао Юньсянь, нынешней жене Шэнь Донга. Только у нее был мотив отравить ее мать. Когда она вернется в семью Шэнь, она узнает правду.

Шум снаружи кареты был громким. Шэнь Нинхуа закрыла глаза, успокоилась и с облегчением вздохнула. Только тогда она почувствовала, что она действительно жива: теперь она не была ни в темном Холодном дворце, ни в долине, где она претерпела бездну страданий.

Внезапно лошади зашипели; экипаж затрясся, а затем остановился.

Би Чжу и Бай Руо охраняли Шэнь Нинхуа слева и справа от нее, в то время как Цин Цюэ и Хун Линь проворно выскочили из кареты. Через некоторое время Цин Цюэ вернулась и сообщила: «Мисс, мы столкнулись с испуганной лошадью, но наш экипаж не был поврежден. Мы доберемся до особняка Шэнь за четверть часа».

Цин Цюэ была серьезно ранена, когда ее спасли. Она не говорила много, и Шэньэ Нинхуа потребовалось некоторое время, чтобы обнаружить, что Цин Цю была мастером боевых искусств.

«Что-нибудь необычное?»

Цин Цю нахмурилась и подумала: «Мисс, я не увидела ничего необычного, за исключением того, что внезапно появилась лошадь, но мы не увидели ее хозяина».

«Ну, это не наше дело. Давайте двигаться дальше». Слабый запах крови исходил из кончика носа.  «Каким совпадением было столкновение с испуганной лошадью по прибытии в столицу» , - подумала Шэнь Нинхуа.

Чу Цзюньи сидел на верхнем этаже здания Циньян. Он был одет в шелковый халат, в его глазах вспыхнула вспышка света, и он крепко держал в руке складной веер. Он выпил вино на столе, наблюдая, как экипаж Шэнь Нинхуа исчезает. Он встал и сказал человеку в зеленом халате: «Старший брат, я сейчас ухожу, чтобы заняться каким-то делом».

Человек в зеленом выглядел холодным и строгим. Он нахмурился и спросил Чу Цзюньи: «В этой коляске была первая дочь семьи Шэнь? Цзюньи, в течение более полугода ты проверял семью Шэнь только ради этой девочки?»

«Это длинная история. В любом случае, тебе не нужно беспокоиться об этом». Сказав это, Чу Цзюньи прямо спустился вниз и направился к семье Шэнь. Ему нужно было подтвердить своими глазами, что в коляске была именно эта темнокожая девушка.

Глава 5 - Высокомерные слуги

«Кто вы? Держитесь подальше от ворот резиденции премьер-министра». Сразу после того, как карета остановилась, охранники по обе стороны от красных ворот немедленно вышли вперед и закричали.

Шэнь Нинхуа не могла сдержать насмешку. Такое оскорбление было слишком низким. Это не могла быть ее мачеха Чжао Юньсянь. Она задавалась вопросом, кто поручил этим двум охранникам играть с ней грубо .

«Как вы смеете быть такими высокомерными! Первая мисс здесь. Отойдите!» - Хонг Лин начала ругать их.

Один из охранников засмеялся: «Сегодня у Первой мисс будет банкет. Она не выходила из особняка. Кто притворяется молодой мисс семьи Шэнь, сойди с кареты и покажи свое лицо!»

Едва охранник закончил свои слова, когда занавес кареты медленно поднялся. Девушка в бледно-голубовато-белом вышла из коляски, положила маленькую табуретку для ног на землю и почтительно повела девушку, одетую в бледно-голубое, из кареты.

Шэнь Нинхуа посмотрела вниз.

Охранник выглядел и свирепым, и презрительным, но вскоре был шокирован появлением Шэнь Нинхуа, когда она вышла из кареты. Он был ошеломлен в течение долгого времени, прежде чем пришел в себя.

Шэнь Нинхуа заметила уклончивость в глазах охранника и спокойно и отчужденно посмотрела на него.

Охранник был в шоке. Встревоженный темными глазами Шэнь Нинхуа, внезапно холодный холод пронзил его позвоночник. Он резко опустил голову, чтобы избежать зрительного контакта. Ранее он получил сообщение, что мисс Шэнь возвращается домой. Он просто попытался опозорить ее, следуя указаниям второго молодого мастера семьи, Шэнь Сюаньлиня. Но он забыл, что Шэнь Нинхуа, в конце концов, была мисс, независимо от того, насколько семья пренебрегала ей.

«Я отправила сообщение отцу и матери раньше. Я приехала на полдня раньше, потому что слишком скучала по своей семье. Естественно, что у тебя есть сомнения, однако моя мама всегда была вдумчивой. Думаю, она должна была сделать некоторые приготовления». - Шэнь Нинхуа сказала с улыбкой. Если они все еще откажутся впустить ее, естественно, виновата Чжао Юньсянь.

«Какое сообщение? Мы никогда не получали никакого сообщения. Ты, очевидно, блефуешь и обманываешь. Вы были настолько шумными перед воротами резиденции премьер-министра. Давайте уничтожим этих самозванцев и накажем их 20 ударами!»

Поскольку они обидели ее, они должны сделать все возможное, чтобы угодить мадам и молодому мастеру. Даже если эта молодая девушка действительно была дочерью семьи, маловероятно, что она сможет выделиться в резиденции премьер-министра, потому что она так долго отсутствовала.

Как только охранник закончил свои слова, из угловой двери вышла дюжина человек и помчалась к Шэнь Нинхуа и ее служанкам, держа в руках палки. Было ясно, что они долго ждали там.

«Цин Цюэ, покажи им, чтобы они узнали, кто я. Я никогда не слышала, чтобы дочь семьи получала удары от слуг». Шэнь Нинхуа нахмурилась и сказала холодным голосом.

Цин Цюэ почтительно кивнула и равнодушно огляделась. Шэнь Нинхуа была первым человеком, которого она увидела после того, как вернулась к жизни. Шэнь Нинхуа спасла ее, и она была готова пожертвовать своей жизнью ради нее. Поэтому она всегда добросовестно выполняла приказы Шэнь Нинхуа.

Увидев охранника, махающего палкой и несущегося к ней, Цин Цюэ вскочила. Она увернулась от палки и пнула охранника ногой в грудь, сбив его с ног. Затем, прежде чем охранник смог сделать какие-либо реакции, она наступила на его руку одной ногой, сломав ее в мгновение ока.

«Ах ... Моя рука ...»

«Те, кто осмелился поднять руки против мисс, не заслуживают иметь руки!» - усмехнулась Цин Сээ и повторила то же самое с остальными слугами. Через некоторое время все слуги валялись на земле. Внезапно она взглянула на угловую дверь и сильно пнула слугу.

Бум!

Его тело вылетело и ударилось о ворота.

Няня Чжоу, которая пряталась за воротами, чуть не упала на землю. Кто дал Шэнь Нинхуа мужество сражаться у ворот семьи Шэнь? Она в панике подняла голову и обнаружила, что Шэнь Нинхуа улыбается ей, что вызвало холод по ее позвоночнику.

«Как вы смеете, грубые слуги, не пускать мисс в ворота. Отойдите!» Няня Чжоу быстро выбежала, ее лицо было полно извинений. «Мисс, добро пожаловать домой! Вы, должно быть, сильно пострадали за последние полтора года. Это была действительно вина этих слуг, которые не узнали вас. Я сообщу мадам, чтобы наказать их. Быстро откройте дверь, чтобы поприветствовать мисс. Мадам уже договорилась, чтобы кто-то подготовил вашу резиденцию, чтобы вы могли переехать прямо сейчас».

Шэнь Нинхуа была теперь так прекрасна. Она действительно детоксифицировала свой яд?

Шэнь Нинхуа посмотрела на женщину, выходящую из полуоткрытой угловой двери. Этой женщиной была няня Чжоу, одна из самых доверенных помощниц ее мачехи Чжао Юньсянь. Она была очень тактична в угождении своей мадам, и у нее было очень злое сердце. Ее слова звучали добрыми, между тем посторонние люди не знали, что произошло. В конце концов, как мисс из известной семьи может сильно пострадать, если она не будет дома в течение года?

Более того, Бог знает, когда Чжао Юньсянь накажет этих слуг. Она думала, что сможет обмануть ее, как ребенка? Посмотрев на охранников, у которых были разные выражения на лицах, Шэнь Нинхуа сказала: «Я благодарна за мамину договоренность. Цин Сюэ, возьми багаж».

Она только что вернулась, еще не время мстить. Давайте сделаем это шаг за шагом.

«Да, Мисс». - ответила Цин Сюэ. Она подошла к карете, достала две большие деревянные коробки и пошла к главным воротам.

«Боковая дверь уже открыта, главный вход предназначен для именитых гостей...» И снова охранник, который получил инструкции от Шэнь Сюаньлиня, хотел унизить их. Цин Сюэ прищурилась, подняла коробку и ударила ею по груди охранника, громко ругая его: «Моя мисс - законная дочь семьи Шэнь. Она никогда не пойдет через боковую дверь. Убирайся с моего пути!»

Лицо охранника сразу побледнело. Казалось, легкий удар оставил его в сильной боли, как будто его кости были сломаны. Он закрыл грудь руками и немедленно отступил.

Цин Сюэ презрительно улыбнулась. Без каких-либо драматических движений она толкнула коробку вперед, и тяжелые ворота открылись.

По обеим сторонам толстых красных ворот стояли кирины, и высоко весела горизонтальная доска с надписью, присвоенной императором. Через красные ворота можно увидеть изысканные и красивые пейзажи в особняке. Тем не менее, Шэнь Нинхуа чувствовала только запах кровопролития.

Бай Руо и Би Чжу подошли и почтительно опустились на колени: «Мисс».

Шэнь Нинхуа посмотрела на няню Чжоу с неловким выражением лица и медленно вошла в особняк со своими четырьмя горничными.

На чердаке неподалеку, лицо Чу Цзюньи было полно улыбки: «Эта черная девушка возродилась... Я думаю, что в семье Шэнь будет все более и более интересно».

Пройдя несколько шагов, Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. Она задумчиво оглянулась в сторону Чу Цзюньи, высунула пакетик из рукава и слегка улыбнулась. Пока она шла, была обнаружена голубая кисточка.

Внезапно Чу Цзюньи улыбнулся. Он использовал эту кисточку, чтобы завязать нефритовый кулон. Она заметила его?

Глава 6 - Сестра, давно не виделись

По пути няня Чжоу все еще сожалела о том, что не смогла унизить Шэнь Нинхуа. Вместо этого то, что произошло, дало Шэнь Нинхуа отличный шанс показать свою силу. После этого события никто в особняке не посмел бы смотреть на нее свысока. Мадам была бы очень несчастна, если бы знала, что произошло.

Шэнь Нинхуа, однако, с легкостью огляделась, и улыбка задержалась на ее губах. Она не видела этот пейзаж более десяти лет. Теперь она чувствовала, что красивый двор выглядел по-другому. Особенно думая, что ничего не произошло в это время, она не могла не чувствовать восторга, потому что это означало, что у нее было много времени, чтобы один за другим растоптать врагов ее прошлой жизни.

Шэнь Донг был премьер-министром страны, и император всегда любил его. Этот особняк был также присужден императором.

«Мисс, мадам сказала мне, что вы, должно быть, устали после долгой поездки, и вы можете пойти прямо в свою резиденцию, чтобы сначала отдохнуть».

« Момо очень внимательна, но я давно не виделась с бабушкой, и я очень по ней скучаю. В любом случае, я должна сначала пойти к ней». - Шэнь Нинхуа оглянулась. «Цин Сюэ, следуй за няней Чжоу и позволь ей провести тебя, чтобы оставить наш багаж».

Сердце няни Чжоу вздрогнуло: «Мисс, вы долгое время отсутствовали дома и, должно быть, вы незнакомы с дорогой. Позвольте мне показать вам путь».

Если она не последовала за ней, что, если что-то случилось, и мадам обвинила ее?

Шэнь Нинхуа посмотрела на няню Чжоу, наполовину улыбаясь. «Нет, как это возможно, что я незнакома с моим собственным домом?»

Ее глаза были темными и непостижимыми, чистыми с легкой рябью, как будто они могли прямо видеть сквозь глубины сердца людей. Няня Чжоу была так потрясена, что чуть не отступила.

Почему эта Шэнь Нинхуа дает ей чувство зла?

«Мисс, мадам и вторая мисс теперь должны быть со старушкой. Сейчас самое время для вас посетить старушку». - Бай Руо сказала, что когда медсестра Чжоу и Цин Сюэ были далеко. Бай Руо была самой старшой и самой спокойной и внимательной среди четырех служанок. Она была первой, кто решила служить Шэнь Нинхуа. Остальные трое очень уважали ее.

«Показать дорогу - это чепуха. Эта Момо определенно хотела послать сообщение своему хозяину впереди вас, но вы умны, чтобы отправить ее прочь». - Хонг Лин тоже вышла вперед и сказала с улыбкой.

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и улыбнулась: «Хонг Лин тоже становится умнее».

«Мисс! Я служила вам столько времени. Как такое возможно, что я вообще не прогрессировала». - Хонг Лин топнула ногами.

«Ну, не дай мисс потерять лицо». - Бай Руо отругала Хонг Лин.

Хонг Лин быстро опустила голову и встала прямо. Би Чжу хихикнула, и Хонг Лин посмотрела на нее.

Шэнь Нинхуа проигнорировала их и пошла прямо во двор Сунтао, где жила ее бабушка. Сегодня Шжнь Донг взял выходной. Шэнь Линхань определенно постарается показать свою доброту и сыновнее почтение отцу. Как могло случиться, что она устраивала банкет, как сказал охранник?

По пути во двор Сунтао глаза Шэнь Нинхуа скользнули по служанкам, которые приветствовали ее. Она улыбалась, но ее сердце было холодным, как лед.

Когда она вышла из долины в прошлой жизни, у нее была серьезная травма ноги. Чжао Юньсянь, ее мачеха, отправила ее на другую виллу для выздоровления, где она пробыла два с половиной года. Когда ей разрешили вернуться в особняк Шэнь, ей было уже 15 лет. В то время она вообще не вписывалась в семью. Позже она усердно работала, чтобы овладеть этикетом, чтобы избежать презрения. Однако ее репутация необразованной женщины, лишенной вежливости, продолжала преследовать ее в течение длительного времени. Когда она стала императрицей, были еще противники, которые ссылались на это, чтобы критиковать ее.

Теперь она поняла, что если бы она не была полезна семьи, чтобы женить ее на Байли Цинзе, семья Шэнь не вернула бы ее, пока она была жива.

У ворот Сунтао во дворе служанка в светло-розовом платье увидела Шэнь Нинхуа и поспешно вышла поприветствовать ее: «Меня зовут Сюэ Чжу. Я здесь, чтобы воздать должное мисс. Старушка ждет вас».

«Я так благодарна бабушке. Я давно не была дома. Спасибо за заботу бабушке». - Шэнь Нинхуа слегка кивнула. Ее лицо излучало благородство и прохладу, а движения были естественными и плавными. Сюэ Чжу была самой способной служанкой ее бабушки.

Сюэ Чжу была ошеломлена и стала более уважительно относиться к Шэнь Нинхуа: «Это мой долг». Эта Шэнь Нинхуа, первая дочь семьи Шэнь, вовсе не выглядела необразованной. Вместо этого она была намного более достойной, чем мисс Линхань, а ее внешность была просто потрясающей.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и кивнула.

Похоже, выражение ее лица обладало магической силой на Сюэ Чжу, которая по незнанию добавила: «Первая леди и вторая мисс тоже здесь».

Бай Руо взяла Сюэ Чжу за руку и незаметно надела на запястье кристально чистый нефритовый браслет: «Большое спасибо, сестра Сюэ Чжу».

Сюэ Чжу сделала паузу. Этот браслет был высшего качества. У него был красивый цвет и гладкая текстура. Она хотела вернуть браслет, но обнаружила, что Бай Руо отступила и с уважением встала позади Шэнь Нинхуа. Поэтому у нее не было выбора, кроме как поднять занавеску и сказать: «Мисс, сюда, пожалуйста».

«Старая леди, мисс пришла».

Шэнь Нинхуа вошла в главный зал. Холодный воздух, смешанный с холодным ароматом, заставил ее чувствовать себя освеженной. Она посмотрела вокруг и вежливо сказала:

«Приветствую бабушку. Приветствую маму».

Старушка Сяо обернулась и увидела Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа кланялась, чтобы выразить свое уважение. Она была стройной и высокой. Ее бледно-голубое платье заставляло ее выглядеть немного худой. У нее был яркий и пухлый лоб, прямой нос, вишневые губы и блестящие черные волосы. Ее лицо было таким же красивым, как и Шэнь Линхань.

«Не нужно церемоний. Я только что слышала от твоей матери о твоем возвращении. К счастью, после такого долгого выздоровления ты не только выздоровела, но и стала красивой. Должно быть, это благословение наших предков. Хорошо, что ты вернулась»

«Извините, что заставила бабушку беспокоиться обо мне. Наверное, из-за заботы бабушки обо мне небеса дали мне шанс выздороветь». Когда Шэнь Нинхуа подняла голову, ее глаза были слегка красными от слез.

Старушка Сяо осталась довольна. Раньше она волновалась, что внучка необразована. Теперь ее беспокойство оказалось беспочвенным. Девушка, казалось, будет полезна.

Глаза леди Чжао выглядели свирепыми. Она слегка потрясла чашку в руке, и в воде появилась мелкая рябь. В сообщении, которое она получила, говорилось только, что внешность Шэнь Нинхуа сильно изменилась, но она не знала, что та стала такой красивой. Девушка с такой выдающейся внешностью может представлять угрозу для Линхань.

Старушка Сяо дружелюбно улыбнулась. Когда Шэнь Нинхуа встала, она поспешно сказала: «Присаживайся и позволь бабушке взглянуть на тебя».

Шэнь Нинхуа послушно стояла рядом со старушкой Сяо, с некоторой робостью и ожиданием в глазах.

Старушка Сяо осталась довольна. Она взяла Шэнь Нинхуа за руку и сказала: «Она действительно очень красивая. Линхань, приходи поприветствовать свою старшую сестру».

Шэнь Нинхуа уже заметила Шень Линхань, «хорошую младшую сестру», стоящую рядом со старушкой Сяо. Теперь, когда она подняла глаза и внимательно осмотрела ее, ее сердце не могло не корчиться от ненависти. Боль от потери мужа, боль от разбитых костей и боль от разрыва на части ... Все это было из-за этого человека перед ней, она бросила ее в ад живьем. Даже смерть не могла заставить ее забыть о глубокой ненависти!

С ненавистью, звучавшей в ее сердце, ее тон был особенно нежным: «Сестра, давно не виделись».

Глава 7 - Проверь меня

Шэнь Линхань стояла прямо. Ее брови издалека походили на изящную иву, ее глаза были ясны, как осенняя вода, а губы были как красные лепестки цветов, а ее кожа была как белый и безупречный нефрит... Просто стоя там тихо, она заставляла людей чувствовать, что весь мир был ярким. Такую красоту было очень редко увидеть. В противном случае Байли Цинзе не стал бы обращаться с ней как с сокровищем всей жизни и любил ее всю свою жизнь.

«Старшая сестра, мы давно не виделись. Я действительно не смогла тебя узнать. Мама говорила мне раньше, что твоя болезнь вылечена. Я не получала никаких сообщений с виллы за последние полгода и я несколько раз лично спросила маму, какое приключение ты пережила, чтобы изменить себя так кардинально?» -  Шэнь Линхань крепко держала руку Шэнь Нинхуа. Ее слова звучали полными беспокойства.

Если бы Шэнь Нинхуа не знала истинной природы Шэнь Линхань, она бы подумала, что эта сестра действительно заботилась о ней, увидев ее нежную улыбку и услышав ее заботливые слова. В прошлой жизни Шэнь Линхань использовала тот же метод, чтобы одурачить ее, вонзая один отравленный нож за другим в ее сердце.

«Я не предоставила подробностей в своем письме, опасаясь, что мама будет беспокоиться обо мне, но я подробно рассказала обо всем моем опыте отцу. Сестре не нужно беспокоиться».

Хотя Шэнь Линхань была опровергнута мягко, она не чувствовала себя неловко. «Это хорошо. Я очень рада, что ты вернулась. Мы сестры, и мы обязательно должны больше общаться в будущем».

Выражение лица старой леди Сяо, казалось, смягчилось после того, как она наблюдала, как они счастливо болтали: «Нинхуа только что прибыла. У тебя достаточно времени, чтобы поговорить позже. Пусть она сядет и отдохнет. Нинхуа, твои тети уехали рано утром, и они не смогут встретиться с тобой сегодня. Но это не имеет значения. В будущем будет много возможностей».

У старой леди Сяо было три сына и одна дочь. Ее дочь была замужем за мужчиной в Цюйчжоу и умерла от болезни несколько лет назад. Шэнь Донг, Шэнь Лян и Шэнь Цин, трое сыновей, жили вместе в огромном особняке Шэнь. Тетями, о которых она говорила, были Леди Су и Леди Мэн, соответственно, жены Шень Лян и Шень Цин. Насколько знала Шэнь Нинхуа, две тети выглядели добрыми, но скрытно замышляли против Чжао Юньсянь. В прошлой жизни Чжао Юньсянь не могла полностью контролировать их, пока Шэнь Нинхуа не стала императрицей.

«Да, бабушка».

Шэнь Линхань подтащила Шэнь Нинхуа к стулу рядом с ней и сказала: «Пожалуйста, садись, сестра».

Шеэнь Нинхуа кивнула. Она как раз собиралась сделать шаг вперед, когда вдруг почувствовала, что кто-то наступил на ее платье и толкнул ее. Она потеряла равновесие и упала вперед.

В этот момент подошла служанка с чашкой горячего чая. Хотя у нее было время отступить, она закричала, словно ошеломленная. Она столкнулась с Шэнь Нинхуа, и горячий чай выплеснулся в сторону Шэнь Нинхуа, словно собираясь ошпарить ее лицо!

Шэнь Линхань посмотрела на эту сцену с испуганным выражением лица и с тревогой вскрикнула: «Сестра!»

В критический момент Цин Сюэ потянула занавес на двери позади нее и выбросила занавеску, чтобы вовремя поймать чайник. Тем временем Хонг Лин воспользовалась возможностью, чтобы поддержать Шэнь Нинхуа и потянула ее на два шага, чтобы избежать горячей воды.

Чайник с треском упал на землю и разбился.

Шэнь Нинхуа оглянулась на сломанный чайник на земле. Выражение ее лица изменилось, и она беспомощно посмотрела на старушку Сяо и служанку, которая стояла на коленях, чтобы попросить прощения.

«Сестра, ты в порядке? Ты глупая слуга, почему ты так небрежна? Ты знаешь, как подавать чай? Ты почти обожгла мою сестру». - сердито сказала Шэнь Линхань, держа Шэнь Нинхуа за руку.

«Я в порядке. Не сердись на слугу. Это моя вина. Я была неосторожна, когда шла».

Чжао Юньсянь сидела прямо на стуле с тех пор, как в комнату вошла Шэнь Нинхуа. Она встала и извинилась перед старушкой Сяо: «К счастью, служанки Нинхуа обладают необычайными навыками в боевых искусствах. В противном случае она будет ранена. Из-за моего плохого управления служанка была настолько небрежна. Мама, пожалуйста, прости меня, и я накажу ее позже».

«Так как ты признала свое плохое управление, сделай девице десять ударов и отпусти ее». - старушка Сяо слегка нахмурилась со следом несчастья между бровями. «Нинхуа, твоя мать отвечает за все в доме. Если тебе что-то нужно, спроси свою мать. Не будь скромной. В конце концов, ты - бесспорная первая дочь нашей семьи Шэнь. Постарайся не потерять достоинство семьи».

Лицо леди Чжао внезапно побледнело, когда она услышала это. Если Шэнь Нинхуа была бесспорной первой дочерью, кто тогда Линхань? Старушка Сяо становилась глупой из-за старости?

Шэнь Нинхуа получила сообщение. Было ясно, что старушка вбивала клин между ней и Чжао Юньсянь и Шэнь Линхань. Однако, даже если старушка не произнесла эти слова, Шэнь Нинхуа не могла ужиться с ними. В этом случае было бы хорошо, если бы она сделала услугу старой леди. Итак, она поклонилась старушке, сказала «Да», а затем последовала за Леди Чжао.

После того, как они вышли из внутреннего двора Сунтао, леди Чжао обернулась и сказала: «Нинхуа, ты только что вернулась. Сначала иди отдыхай. Твой двор уже приготовлен. Если тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать. Твой отец занят в суде, поэтому он не может прийти к тебе».

«Мама, ты слишком переживаешь. Будучи премьер-министром, император высоко ценит отца и поэтому он должен быть очень занят. В последние годы мне всегда было плохо из-за того, что я не смогла позаботиться о нем. Как я могу на что-то жаловаться?»

Затем Шэнь Линхань сказала: «Сестра, я с первого взгляда почувствовала нашу близость. Я живу во дворе Циньсюэ. Сестра, пожалуйста, приходи ко мне часто, когда ты свободна. Не заботься о чепухе этих слуг, я буду очень рада видеть тебя... И отец, он не будет сильно на тебя злиться...»

Леди Чжао нахмурилась и прервала Шэнь Линхань: «Линхань, уже поздно. Пойдем».

Шэнь Нинхуа моргнула. Глубокий холодный свет вспыхнул в ее глазах и затем исчез. Ее младшая сестра очень умело читала мысли людей. В прошлой жизни она почувствовала себя плохо, услышав это, и действовала нервно, встречаясь с Шэнь Донгом. Таким образом отец не любил ее с тех пор. Позже она много раз пыталась наверстать упущенное, но он твердо верил, что она просто невежественная и вульгарная дочь.

Шэнь Нинхуа увидела, как Сюэ Чжу выходит из зала. Она изменила выражение лица и сказала Бай Руо: «Бай Руо, протри мою юбку. Кажется, она грязная».

«Да, мисс». - Бай Руо присела, чтобы тщательно вытереть платье. Тем не менее, некоторые водяные знаки остались на платье. «Мисс, вам лучше вернуться и переодеться».

«Хорошо».

Шэнь Нинхуа заметила, что Сюэ Чжу долго стояла перед уходом. Она сжала губы.

На самом деле, Шэнь Линхань не смела слишком сильно натянуть ее платье в коридоре, и силы толчка было недостаточно, чтобы она упала. Но Шэнь Нинхуа использовала трюк Шэнь Линхань для себя, притворяясь, что чуть не упала.

В прошлой жизни она невольно узнала, что старушка Сяо была обручена со своим двоюродным братом, прежде чем она вышла замуж за деда Шэнь. Однако двоюродный брат разорвал помолвку, чтобы жениться на дочери семьи Чжао. Старушка Сяо была так разгневана, что решила выйти замуж за Шэнь Линя, который тогда только ступил на политическую сцену.

Поэтому старушка Сяо была категорически против брака своего сына с Чжао Юньсянь. Шэнь Донг, который всегда был сыновним, неожиданно действовал против ее воли. Кроме того, другая дочь семьи Чжао, Чжао Хуэйин, стала императрицей, поэтому старушка Сяо должна позаботиться о том, чтобы не быть слишком жесткой с Чжао Юньсянь. С тех пор обида между ней и Чжао Юньсянь глубоко укоренилась. Шэнь Нинхуа просто показала свое отношение, что она не будет в одной лодке с Чжао Юньсянь.

Глава 8 - Ночной посетитель

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась, когда они пришли во двор, устроенный мадам Чжао.

Няня Чжоу тайком посмотрела на лицо Шэнь Нинхуа, но не смогла понять, о чем она думает: «Мисс, мадам намеревалась позволить вам жить в дворе Луомэй, но ваша кузина из семьи Чжао часто приезжает к нам и остается там, а мадам в последнее время была так занята празднованием дня рождения госпожи Сяо, что у нее не было времени, чтобы все успеть сделать до вашего приезда. Пожалуйста, простите ее».

«Ты слишком волнуешься. Я, конечно, знаю, что мама была занята. Это место также превосходно. Цин Сюэ, попрощайся с няней Чжоу».

«Да, Мисс».

Бай Руо быстро прибралась в комнате и приготовила чашку чая: «Мисс, хотя двор просторный, в нем не очень хорошо жить».

Госпожа Чжао была достаточно умна, чтобы избежать сплетен о том, как она устроила место жительства для Шэнь Нинхуа. Двор был просторным и довольно красивым. Но он назывался «Двор Спокойствия» и находился всего в двух стенах от места, где жили слуги. Хотя в этом не было ничего плохого, как могла первая дочь жить на окраине особняка?

Хонг Лин с негодованием сказала: «Мадам, должно быть, специально сделала для вас это, мисс. Я вижу, что это недалеко от места, где живут слуги. Возможно ли, что она прикажет кому-нибудь ночью подняться во двор, чтобы испортить вашу репутацию?»

Би Чжу закрыла рот руками и хихикнула, думая, что Хонг Лин снова будет ругаться. Среди четырех из них Хонг Лин была самой младшей. Она не была столь же внимательной, как Бай Руо, и не такой умелой, как Цин Сюэ, не говоря уже о том, что она не могла управлять личными делами Шэн Нинхуа, как Би Чжу. Вместо этого Хонг Лин всегда была небрежна со своими словами, но Шэнь Нинхуа была очень снисходительна с ней.

Как и ожидалось, Бай Руо сердито посмотрела на Хонг Лин и ругала ее: «Я когда-нибудь сама научу тебя правилам, не смей болтать с большим ртом!»

Хонг Лин сжала ее шею и поспешно посмотрела на Шэнь Нинхуа. «Мисс, я ошибаюсь».

«Это не совсем невозможно». - Шэнь Нинхуа слегка опустила глаза, чтобы скрыть всплеск эмоций в ее сердце. Как смеет мадам Чжао устроить для нее такой двор? В мгновение ока она обязательно заставит мадам Чжао попросить ее уйти. «Би Чжу, список приданого моей матери готов?»

«Да, мисс».

«Хорошо, держи его осторожно. Мы скоро вернем наши вещи». - Шэнь Нинхуа вынула из сумочки белую нефритовую подвеску, и на ее лице сразу же появилась яркая улыбка. Сегодня она устроила большую пьесу перед воротами особняка Шэнь. Чу Цзюнью не составит труда получить ее сообщение.

Она думает, что сможет получить свои пять тысяч золотых монет сегодня вечером. «Цин Сюэ, если сегодня вечером будут гости, не волнуйся слишком сильно и не шуми».

Цин Сюэ кивнула: «Да, мисс, я сделаю, как было сказано».

В свою первую ночь дома Шэнь Нинхуа очень хорошо спала. Но у нее внезапно закружилась голова, и она проснулась посреди ночи.

«Ты действительно девушка с черным сердцем. Даже твои служанки так злобны. Если бы я не был хорош в боевых искусствах, боюсь, я бы не смог войти в твою комнату». Когда Шэнь Нинхуа проснулась от этих шутливых слов, она увидела Чу Цзюньи в темно-синем халате с улыбкой на лице.

«Чем я обязана этому удовольствию встречи с молодым мастером Чу посреди ночи в моем дворе? Думаю, ты принес мое золото».

«Нет золота, только человек». - Чу Цзюньи был удивлен. Если он не провел тщательного расследования, он не мог поверить, что красавица перед ним была той темнокожей и уродливой девушкой, которую он встретил в долине.

«О, если это так, я также могу принять твое предложение». - Шэнь Нинхуа села и прислонилась к кровати, вынула из-под подушки нефритовый кулон и слегка покачала им.

«О, мисс Шэнь примет меня в качестве оплаты?» - Чу Цзюньи поднял брови.

«Я спасла тебе жизнь в обмен на пять тысяч золота. Теперь, когда ты не принес мне золото, как обещал, я заберу твою жизнь». - Шэнь Нинхуа посмотрела на него с улыбкой и спросила: «Ты знаешь, кого я встретила в долине?»

«Скажи-ка». - с интересом посмотрел Чу Цзюньи.

«Старушку, которая очень хорошо использовала яды...»

Как только Шэнь Нинхуа закончила свои слова, брови Чу Цзюньи вздрогнули, и он подпрыгнул, чтобы держаться подальше от кровати, но в итоге упал на землю.

«Какой яд ты применила ко мне?»

«Это не так сильно. Он просто сделает тебя менее шумным». - Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи вверх и вниз, а затем посмотрела на дверь. «Цин Сюэ, заходи».

«Мисс».

«Молодой мастер Чу заложил мне свою жизнь, и я согласилась взять ее. Измени его внешность и отправь его. Я обязательно найду способ вернуть золото, которое мне обещали».

Глаза Чу Цзюньи сверкнули: «Как ты планируешь получить золото?»

Шэнь Нинхуа мягко улыбнулась, и ее глаза вспыхнули: «Я слышала, что в столице много борделей. Молодой мастер Чу - один из мастеров несравненного дуэта, так что ты, должно быть, стоишь немало. Думаю, я могу забрать свои пять тысяч очень скоро».

Глава 8 - Ночной посетитель (2)

Чу Цзюньи был ошеломлен. Он не мог в это поверить. Девушка хотела продать его как мужскую проститутку!

«Ты знаешь кто я...»

«Конечно, я знаю. Молодой мастер Чу сказал мне свою личность ранее, но я подумала, что никто не знает, что ты пришел ко мне в дом в полночь. И поэтому, никто не узнает, что я продала тебя. Кто будет ожидать, что один из мастеров несравненного дуэта окажется в борделе?»

«Ха-ха ...» Глядя на ее улыбающееся лицо, Чу Цзюньи сердито рассмеялся. Впервые в жизни он встретил такую интересную девушку. «Ты очень смелая, но ты не боишься ...»

«Молодому мастеру Чу лучше не угрожать мне. Я никогда не была смелым человеком. Было бы плохо, если бы я убила тебя и порезала твой труп, чтобы помешать тебе сболтнуть лишнее».

Чу Цзюньи внимательно следил за глазами Шэнь Нинхуа: ее черные зрачки были похожи на бескрайний глубокий бассейн с сильным намерением убить, но без шуток. Он быстро принял решение и вдруг засмеялся: «Ха-ха, я просто шучу. Почему ты отнеслась к этому серьезно?»

Шэнь Нинхуа сжала губы, и ее глаза вспыхнули: «Я тоже просто пошутила. Но молодой мастер Чу - хороший актер. Я ничего с тобой не сделала, но ты как-то притворяешься, как будто тебя отравили».

Чу Цзюньи вскочил с земли, без каких-либо признаков того, что он был отравлен и парализован минуту назад. «Мы все хорошие шутники. Может быть, мы можем стать доверенными лицами. Разве ты не применяла на мне парализованный яд? Что не так с моей игрой?» Причина, по которой он осмелился прийти сюда один, заключалась в том, что у него были приготовления. Когда он услышал, как Шэнь Нинхуа говорит о старухе и яде, у него появилась идея. Его личность была необычной, и Шэнь Нинхуа хотела получить от него деньги; так что яд, который она использовала, скорее всего, был бы обычным парализующим наркотиком. Поэтому он упал на землю, делая вид, что его отравили.

«Молодой мастер Чу действовал очень хорошо».

«Тогда как ты узнала?» - Чу Цзюньи было любопытно.

Шэнь Нинхуа посмотрела на него и сказала: «Разве молодой мастер не должен сначала дать мне пять тысяч золотых монет?»

«Конечно, я принес деньги. Однако от моего настроения зависит, передам ли я их тебе». - Чу Цзюньи сел на стул и вынул из кармана пачку золотых билетов, возясь с ними, как будто он играл в карты.

«Ты действительно хочешь знать?»

«Конечно».

Шэнь Нинхуа блестяще улыбнулась: «Тогда почему бы тебе не взглянуть на свои руки?»

Чу Цзюньи посмотрел вниз. Он был потрясен, обнаружив, что его правая рука быстро чернеет от кончиков пальцев. Он быстро использовал свою левую руку, чтобы запечатать точки акупунктури в правой руке. Он подождал, пока замедлится процесс почернения, а затем посмотрел на Шэнь Нинхуа, поднял брови и сказал: «Так это твой ход?»

«Это просто маленький навык».

«Что это за яд?»

«Без комментариев, но разве тебе не интересно, почему я только что увидела твое притворство? Я могу сказать тебе сейчас».

Чу Цзюньи стал более любопытным: «Как?»

«Потому что у меня нет таких некачественных ядов, как снотворное и парализующие наркотики. Как только мое лекарство будет использовано, оно определенно оставит некоторые следы на теле. Скажем, если ты вовремя не вылечишь свою правую руку, в будущем тебе придется привыкнуть делать все только левой рукой». - Шэнь Нинхуа посмотрела на черную руку Чу Цзюньи и сказала расслабленным тоном.

«О? Так, чтобы люди знали, что они отравлены?» Вместо того, чтобы заботиться о своей правой руке, Чу Цзюньи спросил о чем-то еще.

«Разве так не было бы веселее?» - Шэнь Нинхуа подняла брови и сказала.

«Какой смысл сообщать людям, что ты их отравила?» - Чу Цзюньи внезапно остановился. Он удивленно посмотрел на Шэнь Нинхуа. Он даже не заметил, когда и как она применила к нему яд.

Шэнь Нинхуа рассмеялась, но не говорила. В долине она училась не только тому, как делать более сильные яды, но и тому, как применять яд, оставаясь незамеченной. Самое жестокое в мире знать, что вы отравлены, но не можете найти человека, который отравил вас, и можете только ждать смерти.

Чу Цзюньи улыбнулся: «Ты сказала мне правду. Ты не боишься, если я обнародую это?»

«Можешь попробовать». - Шэнь Нинхуа это не волновало. Она посмотрела на нефритовый кулон в руке, явный угрожающий жест.

Чу Цзюньи улыбнулся: «Расслабься. Мы вместе пострадали, и я не предам тебя. Вот пять тысяч, как и было обещано. Разве ты не собираешься нейтрализовать яд?»

Услышав это, Шэнь Нинхуа посмотрела на Цин Сюэ: «Цин Сюэ».

Цин Сюэ подошла забрать золотые билеты у Чу Цзюньи и тщательно проверила их: «Мисс, это пять тысяч золотых билетов».

Шэнь Нинхуа кивнула, бросила нефритовый кулон Чу Цзюньи и прямо сказала: «До свидания, молодой мастер Чу».

Чу Цзюньи уставился на нее: «Ты что-то забыла?» Яд в его руке не был удален.

«Разве молодой мастер не запечатал точки акупунктури в своей руке? Дома замочи эту руку в вареном уксусе на час. Если молодого мастера не волнует цвет, просто ничего не делай, и черный цвет исчезнет через месяц».

Глаза Чу Цзюньи сердито вспыхнули: «Ты сказала, что у тебя есть яд. Для чего это было нужно? Особенно про умирающих людей?»

Шэнь Нинхуа усмехнулась, как будто она была чрезвычайно счастлива: «Ты действительно поверил тому, что я сказала. Ты один из мастеров несравненного дуэта. Разве ты не знаешь, что женщины - лучше всех умеет лгать?»

Чу Цзюньи стиснул зубы и многозначительно посмотрел на Шэнь Нинхуа. Внезапно он сжал губы и засмеялся: «Мисс Шэнь очень умна. Поэтому ты должна знать много вещей, например, твой черный нефритовый кулон».

Шэнь Нинхуа подняла голову и спросила: «Что ты имеешь в виду?» Прямо сейчас на ней был кусок черного нефритового кулона. Все, что она знала, было то, что этот кулон был оставлен ее матерью. Теперь Чу Цзюньи, казалось, знал некоторые секреты.

Чу Цзюньи стал более доволен: «Я верю, что мисс Шэнь проведет собственное расследование». Он подчеркнул слово «собственное». Озадаченное выражение лица Шэнь Нинхуа сразу же сделало его счастливым. После этих слов он выпрыгнул из двора, не дожидаясь реакции Шэнь Нинхуа.

Глава 9 - Наконец встреча с Шэнь Донгом

В комнате Бай Руо осторожно помогла Шэнь Нинхуа причесаться, а Би Чжу держала бронзовое зеркало с другой стороны, чтобы Шэнь Нинхуа взглянула на себя.

«Мисс, вы выглядите как фея, когда одеваетесь так», - сказала Хонг Лин.

Шэнь Нинхуа казалась немного рассеянной. В последние два дня она думала о словах Чу Цзюньи о черном нефритовом кулоне, но у нее не было никаких подсказок. Она услышала слова Хонг Лин и вернула себе душевное спокойствие, улыбаясь: «Ты становишься все более и более разговорчивой. Ты ведь не тратишь все свое время, думая о том, как меня похвалить?»

«Мисс, не обижайте меня. Вы так прекрасны, что я могу продолжать хвалить вас в течение трех дней, не задумываясь». Хонг Лин сказала с улыбкой на лице. Потом она стала серьезной после того, как Бай Руо посмотрела на нее: «Мисс, вы дали мне указание следить за тем, что происходит в особняке, и я не смею вообще пренебрегать своим долгом. Сегодня у мастера выходной, и вы можете встретиться с ним, когда вы пойдете поприветствовать старушку».

«Я вернулась много дней назад, но еще не смогла увидеть своего отца». В глазах Шэнь Нинхуа была ирония. Она много раз посещала Шэнь Донга, но ее отвергли по разным причинам. Очевидно, что Шэнь Донг не любил ее.

В глазах Шэнь Донга только Шэнь Линхань была его дочерью, а Шэнь Нинхуа была отвратительной, как куча грязи на земле. Ему было противно смотреть на нее. В прошлой жизни она была убита горем из-за отношения Шэнь Донга к ней. Став императрицей, она много раз тайно поддерживала семью Шэнь. Благодаря ее поддержке Шэнь Донг был очень влиятельным в императорском дворе. Однако он принял все как должное и остался недоволен ею. Когда император хотел свергнуть ее с престола, он даже первым поддержал Байли Цинзе! Как же она могла сдержать свою ненависть!

«Мисс, я закончила с вашей одеждой». - нежно напомнила Бай Руо.

В эти дни отношение Шэнь Донга делало слуг в доме все более и более презрительными к ней. Если бы она не была подготовлена заранее, она никогда не сможет укрепить свое положение в особняке в будущем.

Шэнь Нинхуа подняла руку, чтобы коснуться шпильки, успокоилась и пошла в двор Сунтао.

Войдя во двор, она услышала взрыв смеха, один из которых был особенно приятным.

«Бабушка, ты совсем не старая. Эта восточная жемчужина выглядит на тебе очень элегантно. Если другие наденут ее, они будут только затенены блеском жемчужины».

Шэнь Нинхуа вошла в зал и увидела, что старушка Сяо со смехом слушает Шэнь Линхань. Как только она вошла, она почувствовала внезапное молчание в зале, и зрение людей упало на нее.

«Нинхуа уважает бабушку, папу, маму и двух тетушек». - Шэнь Нинхуа не колебалась и не спеша произнесла свое приветствие, как будто она не почувствовала неловкую атмосферу.

Шэнь Донг нахмурился и посмотрел на дочь перед ним. Он был удивлен, что она так сильно изменилась, но он не проявил никаких эмоций в его глазах: «Как ты смеешь приходить так поздно, чтобы поприветствовать свою бабушку?»

Брови Шэнь Нинхуа дернулись, и ее взгляд скользнул мимо неподвижной первой леди. Казалось, что кто-то сказал о ней плохие слова: «Пожалуйста, прости меня, бабушка. Когда я встала, я увидела, что цветы во дворе цветут. Поэтому я немного задержалась».

«Опоздание приветствовать старших из-за наблюдения за цветами? Откуда у тебя взялись такие привычки?» Лицо Шэнь Донга было холодным, со следами отвращения в глазах.

Первая леди сказала: «Не сердись, господин. Нинхуа долгое время не было дома, и у нее не было времени выучить все правила. Я заставляла нянь учить Мэнъюаня и Юланя правилам этикета. Позвольте мне также подобрать одну няню для Нинхуа».

Шэнь Линхань также любезно посоветовала: «Да, папа, я думаю, что моя сестра не видела такой красивый сад, и поэтому забыла время. Уверена, она не сделает этого в будущем».

Сердце Шэнь Нинхуа стало холодным. Эта мать и ее дочь были такими беспокойными. В нескольких словах они изобразили ее как человека, которому недостает сыновнего благочестия, не знающего правил и являющегося невежественным деревенщиной.

«Бай Руо, подойди».

Держа поднос, Бай Руо неуклонно подошла к Шэнь Нинхуа. Затем она подняла красную шелковую ткань, которая закрывала поднос, чтобы показать белую нефритовую фарфоровую бутылку.

«Что это?» - спросил Шэнь Донг с хмурым взглядом.

«Бабушка и папа, когда я встала сегодня утром, я увидела расцветающие цветы во дворе. Поэтому я собрала росу на лепестках до того, как взошло солнце. Затем я собрала свежие лепестки, чтобы сделать этот флакон духов. Это мой подарок бабушке».

Вторая женщина, которая долго молчала, спросила: «Сейчас лето, и рано встает солнце. Как ты так рано встала?»

Глава 9 - Наконец встреча с Шэнь Донгом (2)

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на женщину в длинном платье медового цвета, украшенном узорами цветов. Эта леди была женой Шэнь Ляна, младшего брата Шэнь Донга. Она происходила из очень влиятельной семьи, семьи Су. Она была самой красивой из трех женщин в семье Шэнь; у нее также была самая щедрая и прямолинейная личность, поэтому Шэнь Лян ее очень любил. Кроме того, она особенно умела радовать людей словами, поэтому старушка Сяо тоже любила ее. Более того, ее старший сын Шэнь Сюаньхуа, который был всего на год младше Шэнь Сюаньэ, был спокоен и проницателен и обладал выдающимся литературным талантом. С таким выдающимся сыном, как вторая ветвь семьи Шэнь могла довольствоваться тем, что не конкурировала с первой ветвью?

Теперь, когда заговорила вторая леди, по крайней мере, она помогала Шэнь Нинхуа. Размышляя об этом, Шэнь Нинхуа с улыбкой сказала: «Вчера я заметила, что бабушка выглядела очень уставшей. Когда я спросила ее, она сказала, что не могла хорошо спать в течение двух дней, поэтому я сделала эти духи и надеялась, что они смогут быть полезными для бабушки.

«О? Ты сказала, что сделала их специально для меня?» - старушка Сяо наконец сказала: «Позволь мне посмотреть».

Шэнь Нинхуа взяла поднос и почтительно передала его старушке Сяо.

Старушка открыла пробку и понюхала аромат. Запах мгновенно заставил ее почувствовать себя свежой, затем она с легким любопытством спросила: «Что это?»

«Когда я жила на вилле, мне не было чем заняться и я часто скучала, поэтому я научилась делать духи. К сожалению, я училась не очень хорошо и только выучила немного. Пожалуйста, не смейтесь надо мной».

Первая леди была в ярости и холодно посмотрела на Шэнь Нинхуа.

Император основатель нынешней династии предпочитал женщину, которая умела делать духи. Позже, ради этой женщины, он даже сверг императрицу и коронованного принца и сделал ее сына следующим императором. Поэтому техника изготовления духов была очень популярна в стране. Когда эта мертвая девушка освоила эту технику?

Вторая леди сказала: «Старушка, старшая молодая мисс так сыновна. Она, должно быть, потратила много времени на то, чтобы собирать росу и лепестки по утрам, чтобы создать духи».

Лицо первой леди побледнело, и она посмотрела на Шэнь Линхань.

«Сестра, почему ты не сказала нам, что сделала духи для бабушки? Я чуть не обидела тебя». - Шэнь Линхань быстро заметила намек мадам Чжао.

«Это просто духи. Я рада, что бабушке это нравится». - тихо сказала Шэнь Нинхуа, повернувшись к Шэнь Донгу, она поклонилась: «Отец, я много раз посещала тебя в эти дни, но, к сожалению, не смогла увидеться с отцом и лично выразить свое уважение. Пожалуйста, прости меня».

Шэнь Донг посмотрел на первую леди и нахмурился: «Хм».

Старушка Сяо налила две капли духов и с удовлетворением сказала: «У Нинхуа лучшая техника изготовления духов, которую я когда-либо видела».

Вторая леди вышла вперед и пошутила: «Конечно, независимо от того, кто ты, пока ты умный, ты определенно можешь стать выдающимся».

Шэнь Нинхуа улыбнулась, но ничего не сказала. Первая и вторая ветви никогда не были в гармонии. Слова второй леди просто старались унизить первую леди.

«Э-э, эта фарфоровая бутылка очень элегантная, и на самом деле выглядит знакомой. Ее оставила твоя мать?»

Услышав эти слова, первая леди внезапно подняла голову и посмотрела на вторую леди.

Глава 10 - Покажи мне свою реакцию

«Тетя, ты права. Эта фарфоровая бутылка действительно осталась от моей матери». На лице Шэнь Нинхуа появилась легкая улыбка, но глаза покраснели. Ее внешность заставляла людей все больше и больше жалеть ее.

Ее мать, Ся Цзинъянь, умерла, когда родила ее. Тем не менее, ее мать занимала очень важное место в ее сердце. Когда она была очень маленькой, ее няня рассказывала истории о Ся Цзинъянь. Она сказала ей, что ее мать была достаточно знающей и умной. Однако ей пришлось поспешно выйти замуж за Шэнь Донга, а позже ее семью выслали из Пекина. С ее умом и красотой люди думали, что она определенно понравится Шэнь Донгу. Неожиданно, Шэнь Донг очень любил своих наложниц и холодно смотрел на Ся Цзинъянь. И она умерла, когда родила Шэнь Нинхуа.

После того, как Шэнь Нинхуа стала императрицей, она несколько раз безоговорочно спрашивала Шэнь Донга о Ся Цзинъянь, но каждый раз он ругал ее. Чтобы поддерживать слабые семейные отношения, она заставляла себя терпеть все это. На этот раз она обязательно все узнает.

«Бедный ребенок ...» - вторая леди с грустью на лице взяла Шэнь Нинхуа за руку и вздохнула: «Вначале твоя мать, как старшая невестка, очень заботились обо мне. Она всегда была справедливой, но жаль...»

Когда мадам Ся была жива, она организованно управляла семьей Шэнь и правильно занималась делами второго и третьего отделений. Она действительно заслужила восхищение второй леди. Чжао Юньсянь, тем не менее, воспользовалась своей идентичностью главной жены Шэнь Донга, и все время замышляла и рассчитывала других. Кроме того, грязные вещи между Чжао Юньсянь и Шэнь Донгом ни для кого не были секретом!

Шэнь Нинхуа утешала вторую леди: «Когда я вернулась домой, я уже была рада увидеть наследие моей матери. Тетя, ты не должна быть такой грустной, или мне будет жаль».

«Что ж, вещи, оставленные твоей матерью, очень деликатные. Боюсь, что ни одна из наших не сравнима. Я помню, когда твоя мама была еще жива, она дала мне набор украшений. Я отправлю их тебе как-нибудь в другой день».

«Так как они были подарены моей матерью, как я могу забрать их? Кроме того, моя няня сказала мне, что однажды моя мама похвалила, что великолепная внешность тети прекрасно сочетается с цветком акации, поэтому украшения, которые подарила моя мама, были тайно выгравированы с отметкой цветка акации».

Лицо первой леди становилось все более жестким. Она смотрела на невинное улыбающееся лицо Шэнь Нинхуа и, не зная почему, все больше чувствовала в своем сердце, что случится что-то плохое для нее.

Вторая леди слегка нахмурилась и немного подумала. «Ты напомнила мне, что твоя мать будет изображать уникальные отметки на всех украшениях, которые она дала, а на ее собственных украшениях была выгравирована азалия ... Ах, я помню сейчас. Неудивительно, что украшения этой служанки кажутся знакомыми! Разве это не осталось от моей старшей невестки?»

Как только вторая леди закончила предложение, старушка Сяо и Шэнь Донг сразу же последовали за ее взглядом, чтобы посмотреть на служанку, стоящую позади Шэнь Линхань. Лицо служанки сразу побледнело, и она упала на колени от испуга.

Каким бы бедным ни был муж, для него было позором использовать приданое жены. Это имело место даже для простых семей. Если бы кто-нибудь знал, что это случилось в семье Шэнь, это был бы большой скандал.

Лицо первой леди было уже черно-синим, и темный взгляд Шэнь Донга на нее еще больше напугал ее.

Старушка Сяо повернулась к Шэнь Нинхуа, но обнаружила, что ее губы слегка открыты, а глаза смотрят на заколку на голове служанки с болью и неверием.

Вторая леди, казалось, поняла, что сказала что-то не так. Она стояла в стороне в тишине. В это время она уже смеялась в своем сердце. Она была более чем счастлива видеть смущение мадам Чжао.

«Что случилось?» - Шэнь Донг спросил холодным голосом.

Мадам Чжао всегда держала семью в порядке, и он никогда не вмешивался в ее управление. Но он не ожидал, что Чжао сделает такую неприятную вещь. Как только эта новость будет распространена, мемориалы о его осуждении, вероятно, появятся на столе императора на следующий день!

Шэнь Линхань закатила глаза, и она объяснила с улыбкой. «Отец, старшая сестра Ван Сян когда-то была служанкой покойной первой леди. Однажды я спросила маму о покойной первой леди, и она подарила мне эту шпильку в качестве памятки. Однажды, когда Ван Сян увидела шпильку, она заплакала. Я спросила ее и обнаружила, что она очень скучала по первой леди, поэтому я позволила себе отдать ей шпильку, не сообщая матери. Пожалуйста, накажи меня, отец».

Как только она сказала это, Шэнь Линхань сразу же опустилась на колени перед Шэнь Донгом.

Услышав объяснения Шэнь Линхань, Шэнь Донг нежно улыбнулся. Он встал и помог Шэнь Линхань подняться. Его тон был очень снисходительным. «Ты всегда была очень доброй. На этот раз ты сделала неуместную вещь, но это было из-за доброты. Забудь о наказании».

«Спасибо, отец».

Глядя на выступление доброго отца и сыновней дочери перед ней, Шэнь Нинхуа медленно сжала руки в рукавах. У них действительно не было стыда: одна сфабриковала такую нелепую ложь, а другой с готовностью принял ее. И оба они сыграли свои роли так преданно и эмоционально!

Глава 10 - Покажи мне свою реакцию (2)

Шэнь Линхань всегда была яблоком глаз Шэнь Донга. Шэнь Мэнъюань, Шень Юйлань и многие другие дочери семьи Шэнь были отправлены в виде пешек семьям разных чиновников, в качестве вторых жен или наложниц. Они проложили гладкую дорогу для Шэнь Линхань ценой своей жизни. В предыдущей жизни Шэнь Нинхуа также была принесена в жертву, чтобы проложить дорогу для Шэнь Линхань. Но на этот раз она не повторила бы ту же участь.

«Я была также удивлена, увидев шпильку. Я не ожидала, что будет такая история. Сестра Чжоу также служила моей матери?» - с любопытством спросила Шэнь Нинхуа.

Шэнь Донг нахмурился, услышав это, и его лицо слегка изменилось.

Няня Чжоу была ошеломлена, а затем воскликнула. «Мисс, о чем вы? Я не понимаю».

Шэнь Нинхуа немного помедлила, а затем сказала: «Ничего. Просто твоя одежда выглядит знакомой».

Вторая леди посмотрела внимательно, а затем сердито ругала. «Эта ткань принадлежала покойной первой леди. Хотя такая ткань встречается не очень редко, эта модель является особенной. Я помню, что она была вознаграждена дворцом. Какой смелый раб, чтобы осмеливаться использовать дворцовую ткань для пошива одежды для себя? Разве ты не боишься, что одежда будет стоить дороже твоей жизни?»

Лицо Шэнь Донга теперь полностью исказилось. Даже старушка Сяо встала и пошла к няне Чжоу. Ся Цзинянь имела императорский указ и была награждена дворцом, когда она была жива. Теперь, хотя она была мертва, эти вещи должны быть должным образом сохранены с почтением.

Лицо первой леди было уже багровым. Прикусив зубы, она приняла решение в своем сердце. Она обернулась и ударила няню Чжоу в лицо. «Ты, несчастная служанка, становись на колени! Я опечатала двор моей старшей сестры и посылаю людей убирать его через определенные промежутки времени. Скажи, откуда у тебя такие кишки, чтобы не выполнять свои обязанности?» - мадам Чжао выглядела серьезной и мучительной, крепко нахмурив брови.

Она отвечала за повседневные дела всей семьей Шэнь. Она не могла допустить такую большую ошибку в своей работе. Более того, ей нужно было выполнять роль второй жены Шэнь Донга. Если с чем-то, что касалось Ся Цзинянь, поступали неправильно, она не могла защитить себя, какой бы красноречивой она ни была.

Кроме того, это принесло бы унижение всей семье Чжао. Вторая жена использовала вещи покойной жены, особенно учитывая, что они были подарками, подаренными дворцом.

Когда няня Чжоу стала такой смелой?

Сердце няни Чжоу задрожало, а лицо побледнело. «Мадам ...»

Некоторое время назад она услышала, как кто-то сказал, что ткань выглядела красиво. Она долго думала об этом, а затем тайно использовала ткань, чтобы сделать себе платье. Она просто надела его сегодня и сразу же была поймана.

Мадам Чжао снова ударила ее.

«Самонадеянный раб! Ты использовала вещи моей сестры по своему желанию. Ты смутила меня! Мать и муж, я не смогла должным образом дисциплинировать своих слуг. Они не повиновались моему приказу и использовали вещи моей старшей сестры. Если бы она знала, что произошло, как я могу попросить у нее прощения... Мать, пожалуйста, накажи невестку, или я никогда не смогу простить себя».  - сказала мадам Чжао, и слезы сразу же потекли по ее щекам, заставляя ее выглядеть очень искренней.

Шэнь Нинхуа холодно наблюдала за превосходным выступлением Чжао, ее глаза были полны насмешек. Если бы не попустительство мадам Чжао, как слуги могли иметь мужество использовать вещи покойной мадам? Теперь ей было очень разумно сбросить ответственность и использовать слуг в качестве козла отпущения.

Тем не менее, Шэнь Нинхуа никогда не ожидала, что этот фарс может перерасти в большой скандал.

Шэнь Донг очень беспокоился о славе и репутации и никоим образом не позволил бы такому скандалу распространиться. Она просто использовала это событие, чтобы вернуть приданое своей матери.

«Мама, каково твое мнение…» - Шэнь Донг посмотрел на старушку Сяо.

Старушка Сяо нахмурилась и посмотрела на первую леди со следом незаметного отвращения. «Накажи няню Чжоу 30 ударами и изгони ее из дома».

«Кроме того, Нинхуа вернулась. В конце концов, она самая старшая мисс в семье. Она должна отвечать за приданое своей матери. В конце концов, когда она выйдет замуж, это также станет частью ее приданого». - слова старушки Сяо окончательно закрепили положение Шэнь Нинхуа в семье Шэнь.

Мадам Чжао почувствовала облегчение только на некоторое время. Услышав слова старушки Сяо, она сжала кулак и почувствовала, как голова гудит. Мадам Ся была мертва много лет, и она отдала большую часть ее приданого слугам. Каждый раз, когда она видела украшения мадам Ся на этих служанках низкого ранга, она была очень счастлива. Теперь, как она собиралась вернуть эти вещи?

Во всем виновата няня Чжоу, презренная служанка. Она всегда была высокомерна. Но теперь она даже была достаточно смелой, чтобы украсть вещи, подаренные дворцом. Она не могла больше ее использовать.

Шэнь Нинхуа почувствовала торжественную атмосферу в зале. Она изобразила грустное лицо, но ее глаза были полны улыбки. С сегодняшнего дня она собиралась позволять семье Шэнь все время быть окутанной темными облаками. Эти люди должны платить за свои действия. Теперь это было только начало.

После того, как все ушли, старушка Сяо оперлась на диван и с удовлетворением улыбнулась. Сюэ Чжу встала на колени на земле, чтобы помассировать ее ноги, и сказала: «Старушка, я вижу, что юная леди очень умна, поэтому вы также можете чувствовать себя более непринужденно».

«Ты права. Отправь немного тонкой ткани Нинхуа позже. У нее была тяжелая жизнь с детства. Как ее бабушке, я должна заботиться о ней».

Сюэ Чжу ответила тихим голосом и удалилась. Она не могла не вздохнуть в своем сердце. Старушка всегда хотела лишить мадам Чжао прав, но первая леди была очень хитрой. Кроме того, позади нее стояла семья Чжао, и она всегда полагалась на помощь Шэнь Линхань и Шэнь Сюаньэ, когда имела дело со старушкой.

Кто знает, как долго эта Шэнь Нинхуа сможет сопротивляться?

Глава 11 - Мать и дочь строят коварные планы

Пуф! Бум!

Звук разбитого фарфора слышался долгое время, пока не стих.

Во дворе Циньсюя разбросаны изысканные фарфоровые изделия повсюду. Шэнь Линхань сердито села на стул, а Ван Сян опустилась на колени, у нее на лбу была кровавая рана.

Чжао Юньсянь, первая леди, нахмурилась, как только вошла в дверь. Она поспешно сказала няне Цинь найти кого-нибудь, чтобы убрать мусор на земле.

«Что ты делаешь? Ты можешь просто излить гнев, наказав слуг, но если ты заболеешь, будучи слишком расстроенной, разве ты не заставишь эту суку довольствоваться и радоваться твоими страданиями?»

Глаза Шэнь Линхань покраснели от обиды. Она сказала: «Мама, я вообще не могу этого вынести. Бабушка сказала, что Шэнь Нинхуа первая дочь семьи. Тогда кто я?»

Думая, что Шэнь Нинхуа в будущем превзойдет ее везде, она чувствовала возмущение и беспокойство. Эта сука не имела права быть такой тщеславной.

Мадам Чжао с любовью прибрала одежду Шэнь Линхань и сказала с мрачным лицом: «Шэнь Нинхуа - просто никто. Она недостойна твоего гнева. Линхань, ты должна помнить, что ты - единственная первая дочь в семье Шэнь. Шэнь Нинхуа даже не подходит для того, чтобы быть твоей ступенькой. Она просто дешевая служанка, умная в тривиальных делах. Не волнуйся, я помогу тебе избавиться от нее».

Шэнь Нинхуа была так прекрасна, и она напоминала эту стервозную мадам Ся.

Такой человек не должен жить в мире!

Шэнь Линхань услышала мадам Чжао и спешно спросила: «Мама, у тебя есть идея?»

Холод мелькнуло в глазах мадам Чжао. «Девушка, которая была вдали от дома в течение года и о которой никогда не слышали, не могла быть чистой. Язык без костей, но он разрушает жизни. Невинность может быть хорошим оружием, чтобы сокрушить человека. Поскольку она осмеливается пойти против нас, она должна подготовиться к тому, чтобы потерять и свое состояние, и честь. Семья Шэнь не может позволить себе иметь неблагодарную и злобную дочь!»

Эта сука хотела вернуть приданое мадам Ся. Как она посмела даже подумать об этом!

«Мама, ты собираешься разрушить ее репутацию?»

Невинность женщины была ценне жизни. Когда она потеряет свою невинность, ее жизнь будет разрушена. При мысли об окончании Шэнь Нинхуа Шэнь Линхань сразу же широко улыбнулась и вышла, нежно держа руки мадам Чжао.

«Разве ты не собираешься устроить банкет завтра? Пригласи своих друзей. Более того, твой отец завтра пригласит пятого принца в особняк. Будь уверена. Я обязательно сделаю тебя довольной результатом!»

«Хорошо, спасибо, мама», - сказала Шэнь Линхань с улыбкой. Но ее лицо стало мрачным, когда она посмотрела на Ван Сян на земле. «Мама, я не хочу видеть эту глупую служанку. Так как она раньше служила этой женщине, я не могу ее удержать».

Ван Сян была ошеломлена, а затем поклонилась независимо от ран на лбу и просила пощады. «Мадам, юная леди, пожалуйста, не убивайте меня».

Шпилька на ее голове была награждена Шэнь Линхань. Она ничего не знала о происхождении шпильки. Было также глупо говорить, что она служила бывшей первой леди. Когда бывшая первая леди умерла, ей было всего пять лет. Может быть, она находилась во дворе бывшей первой леди, но что она могла помнить?

«Поскольку она тебе не нравится, я найду для нее хорошее место. Ван Сян, ты была рождена, чтобы быть слугой семьи. Поскольку раньше ты служила мадам Ся, отныне ты будешь служанкой Шэнь Нинхуа».

Ван Сян низко поклонилась. «Мадам, я долгое время служила мисс, и я всегда была и буду вам верна...»

«Я знаю», - прервала ее Чжао Юньсянь. «В противном случае я не позабочусь о твоих родителях и братьях. Ты опытная слуга в семье и должна знать, как что-то делать».

Взглянув на улыбающееся лицо первой леди, Ван Сян почувствовала холод в своем сердце. Угроза в словах мадам Чжао была очевидна. Ее родители и братья были в семье Шэнь. Первой леди было довольно легко покончить с жизнью слуги.

«Поняла, мадам».

Первая леди с удовлетворением кивнула, на ее голове сияла красная заколка. «Я знаю, что ты разумная девушка. Иди».

Шэнь Нинхуа не была удивлена прибытием Ван Сян. Она попросила Бай Руо договориться о месте жительства девочки и продолжила читать книгу в своей руке.

«Мисс, я тайно исследовала приданое вашей матери. Большая часть его была отдана. Теперь осталось не так много…» – тихо сказала Хонг Лин.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. «Нам не нужно об этом беспокоиться».

Поскольку Чжао Юньсянь заботилась о ее репутации, она не могла оставить никаких доказательств того, что она имела дело с приданым. Шэнь Нинхуа просто нужно было подождать и посмотреть.

На самом деле, как она и ожидала, первая леди задержала передачу приданого мадам Ся ей на том основании, что прошло много времени с тех пор, как она взяла на себя ответственность за приданое, и ей нужно было со всем разобраться.

Шэнь Нинхуа не спешила, поэтому она каждый день, как обычно, приветствовала старушку Сяо и тихо оставалась во своем дворе.

Сегодня, когда она читала книгу, вошла Ван Сян с маленькой служанкой, держащей поднос.

«Мисс, первая леди послала сообщение, что сегодня вторая молодая мисс проводит банкет. Вы также приглашены».

«Я вижу». - ответила Шэнь Нинхуа, но увидев, что Ван Сян все еще стоит там, она спросила: «Что-нибудь еще?»

«Первая леди прислала вашу одежду. Она сказала, что вы только что вернулись и, должно быть, вам нужно много вещей. Она отправила вам одежду для временного использования, и позже она подготовит для вас другие вещи».

Услышав это, Шэнь Нинхуа заинтересовалась. Она встала, взяла одежду в подносе горничной и внимательно посмотрела.

Голубое длинное шелковое платье было сшито золотыми нитями и вышито разноцветными азалиями. Оно было сделано из тонкого мастерства и с легким цветочным ароматом.

«Я поблагодарю маму, когда банкет закончится». - с улыбкой сказала Шэнь Нинхуа.

Азалия была любимым цветком ее матери. Мадам Чжао предупреждала ее?

Бай Руо подошла и дала несколько кусков серебра маленькой служанке, пришедшей посылать одежду. После того, как Ван Сян ушла, она тщательно проверила углы платья. «Мисс, это выглядит хорошо».

«Нет ничего плохого в платье». Первая леди была дотошной со своей работой. Она не пошевелится, если не будет абсолютно уверена в себе. Платье было в порядке, но кто мог сказать, что что-то неожиданное не произойдет позже? Кроме того, даже если с одеждой нет проблем, разве она не может что-то сама сделать? В конце концов, это была первая леди, которая отправила одежду. Если с одеждой было что-то не так, виновата должна быть первая леди, верно?

«Мисс, вы хотите надеть эту одежду?»

«Почему нет?» - Шэнь Нинхуа подняла глаза и слегка улыбнулась. Ее глаза вспыхнули со слабым интересом. «Бай Руо, будь хорошо подготовлена. Сегодня я впервые посещаю банкет в особняке Шэнь. Цин Сюэ и Хонг Лин пойдут со мной. Ты и Би Чжу останетесь во дворе. Сегодня наверняка не будет мирно».

Несколько минут спустя Бай Руо подошла, чтобы помочь Шэнь Нинхуа поправить юбку, и сказала: «Мисс, все было организовано. Вы можете быть уверены».

В глазах Шэнь Нинхуа появилась вспышка холода: «Пойдем».

Глава 12 - Ты не боишься потерять руку?

Будучи премьер-министром, которому император глубоко доверял, Шэнь Донг поддерживал сбалансированные отношения с несколькими принцами при дворе, не слишком близкие и не слишком отчужденные. Поэтому, когда Шэнь Линхань проводила банкет, многие молодые мисс приходили охотно. В конце концов, первая дочь семьи Шэнь была настолько талантлива и красива, что ее хорошо знали в столице. Не было никакого вреда в дружбе с ней.

Сегодняшний банкет отличался от прошлых. Шэнь Нинхуа, настоящая первая дочь семьи Шэнь, вернулась домой. Хотя люди не говорили об этом публично, все они втайне ожидали драмы. Они задавались вопросом, как Шэнь Линхань, вторая молодая мисс, будет ладить с ней.

Из-за жаркой погоды банкет проходил в павильоне рядом с садом. Шень Нинхуа пришла с Цин Сюэ и другими личными служанками. Издалека она могла видеть, что изысканный павильон был окружен шелковой завесой, которая качалась под ветром. Вокруг занавеса красивые девушки болтали или молча наслаждались видом. Вся сцена была похожа на картину.

Увидев прибытие Шэнь Нинхуа, девушка из толпы неожиданно сказала: «Мне было интересно, кто это. Оказалось, что идет старшая дочь семьи Шэнь. Я не сразу смогла узнать ее, потому что черная птица внезапно превратилась в прекрасного лебедя».

Услышав ее слова, окружающие сфокусировали взгляд на Шэнь Нинхуа. Они держали носовой платок, чтобы прикрыть губы, когда они шептались и насмешливо смеялись.

Шэнь Линхань увидела платье, которое носила Шэнь Нинхуа. Вспышка презрения появилась в ее глазах, а затем быстро исчезла.

Лицо Хонг Лин покраснело от гнева, и в ее глазах вспыхнул резкий свет.

Шэнь Нинхуа неуклонно шла вперед и смотрела на девушку с головы до ног, игнорируя ее слова. Она была двоюродной сестрой Шэнь Линхань, Чжао Руюнь из семьи Чжао, и была племянницей императрицы Чжао Хуэйин. Она была не так красива, как Шэнь Линхань. Тем не менее, с ее великолепной жемчужной заколкой и нефритовым ожерельем она выглядела одновременно изысканно и благородно.

«Кузина, где птица, о которой ты говорила? Мне тоже любопытно».

Чжао Руюнь посмотрела на улыбающееся лицо Шэнь Нинхуа и усмехнулась: «Разве ты не знаешь, что есть поговорка: прямо у тебя под носом? О, я забыла, что ты выросла вне семьи и была не очень образованной. Естественно, что ты не знаешь».

Шэнь Нинхуа не заботилась о ее сарказме. «Драконы порождают драконов, а фениксы порождают фениксов. Мой отец - премьер-министр и имеет честный характер. Все дочери семьи Шэнь начитаны. Двоюродная сестра, так как ты такая знающая, ты должна это понимать, верно?»

Чжао Руюнь усмехнулась и с презрением посмотрела на Шэнь Нинхуа. «Дочери семьи Шэнь по природе красивы и хорошо осведомлены. К сожалению, кто знает, не смешались ли эти жемчужины и нефриты с гнилым рыбьим глазом? Хммм! Рожденная с темной кожей, она была такая же отвратительная, как грязь. Было очень сомнительно, была ли она дочерью премьер-министра Шэнь!»

Лицо Шэнь Нинхуа внезапно опустилось, и ее черные глаза смотрели на Чжао Руюнь с сияющей холодностью. «Что хочет сказать двоюродная сестра? Как ты думаешь, семья Чжао настолько сильна, что ты можешь унизить меня и семью Шэнь? Я бы лучше выслушала твое объяснение. Где находится так называемый гнилой рыбий глаз? Я бы с радостью рассказала об этом своему отцу!»

Чжао Руюнь всегда смотрела на нее свысока. Позже она вышла замуж за Сима Вена, молодого генерала из влиятельной семьи. После этого она использовала власть семьи Сима и оскорбляла ее скрытой сатирой и ледяной иронией. Чтобы помочь Байли Цинзе заручиться поддержкой судебных чиновников, Шэнь Нинхуа старалась изо всех сил избегать конфликтов. Теперь ей больше не нужно было терпеть ее.

Чжао Руюнь была чрезвычайно высокомерной и импульсивной. Получив подсказку, она говорила не задумываясь. Даже если бы она имела поддержку семьи Чжао, она была всего лишь незначительным насекомым.

Чжао Руюнь презрительно посмотрела на Шэнь Нинхуа. «Ты хочешь рассказать об этом моему дяде? Вау, это большое дело. Пойди и скажи ему. Я также хочу пойти к моему дяде и спросить его. Ты даже не приветствовала меня, когда увидела меня. Насколько ты образована?»

Услышав это, Шэнь Нинхуа немедленно поклонилась и сказала: «Здравствуй, моя двоюродная сестра».

Чжао Руюнь была довольна и повернулась к другим молодым мисс, которые смотрели драму: «О, смотрите, она просто вела себя как деревенская девушка, теперь она знает вежливость».

Шэнь Нинхуа посмотрела вверх. Ее глаза были холодными и спокойными. Она выпрямилась и сказала: «Двоюродная сестра, я приехала из сельской местности, но ты хорошо образованная женщина. Я думаю, что у тебя хорошие манеры. Теперь, когда я поприветствовала тебя, ты не собираешься приветствовать меня взамен?»

«Приветствовать тебя? Ты думаешь, что заслуживаешь моего приветствия?»

Лицо Шэнь Нинхуа стало холодным. «Тогда, пожалуйста, скажи мне, моя двоюродная сестра, что делает тебя благороднее меня? У тебя есть официальный титул, или у тебя королевский мандат? Мы обе первые дочери в наших собственных семьях. Почему я не такая благородная, как ты? Или ты имеешь в виду, что семья Шэнь не может сравниться с семьей Чжао?»

Серьезно говоря, положение семьи Чжао в суде было действительно намного выше, чем положение Шэнь. В конце концов, там была Чжао Хуэйин, императрица династии. Но что касается официальной должности, хозяева обеих семей были чиновниками первого продукта, и их должности были равными. Какой бы глупой ни была Чжао Руюнь, она не использовала бы императрицу, чтобы доказать, что семья Чжао была благороднее семьи Шэнь.

«Ты ...» - Чжао Руюнь покраснела от гнева.

Будучи первой дочерью семьи Чжао, она была польщена, куда бы она ни пошла. Эта дешевая девушка осмелилась так грубо расспросить ее. Она подняла руку и собиралась ударить Шэнь Нинхуа по лицу.

Глаза Цин Сюэ похолодели, и она собиралась сделать шаг. Но Шэнь Нинхуа уже схватила Чжао Руюнь за запястье.

«Шэнь Нинхуа, как ты смеешь!»

«О, двоюродная сестра, не забывай, что это семья Шэнь. Ты не имеешь права бороться со мной здесь, первой дочерью семьи Шэнь!» - Шэнь Нинхуа усмехнулась. Медленно держа в руке один из пальцев Чжао Руюнь, она наклонилась к уху Чжао Руюнь и сказала ледяным тоном: «Кузина, не трогай меня по своему желанию. Что делать, если твоя рука начнет гнить?»

Глаза Чжао Руюнь расширились. Ей стало холодно в спине, и даже ее пальцы слегка зудели. Она была шокирована и отбросила руку Шэнь Нинхуа. Она недоверчиво посмотрела на Шэнь Нинхуа: «Ты ... ты ...»

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее с улыбкой, ни смиренной, ни надменной.

Шэнь Линхань была подавлена, увидев, что Чжао Руюнь не удалось унизить Шэнь Нинхуа. Однако ей пришлось что-то сказать, чтобы ослабить атмосферу. «Сестра, теперь, когда ты пришла, пожалуйста, быстро садись. Мы думали о том, чтобы рисовать на тему весны, как насчет того, чтобы сделать это вместе?»

Шэнь Нинхуа улыбнулась: «Двоюродная сестра только что сказала, что я не образована. Я лучше посмотрю, как вы рисуете».

Чжао Руюнь тайно сжала зубы и посмотрела на Шэнь Нинхуа. Она с помощью платка резко вытерла запястье, которого коснулась Шэнь Нинхуа. Затем она обернулась и ушла. Как она могла видеть Шэнь Нинхуа такой гордой? Хм, хотя она не смогла победить Шэнь Нинхуа, была ее тетя, которая определенно могла приручить эту суку!

Чжао Руюнь шла так быстро, что чуть не столкнулась с мужчиной, который только что вышел из-за угла рядом со скалой. Она разозлилась и собиралась кричать на него, но в тот момент, когда она подняла голову, она была ошеломлена.

На нем был шелковый халат, и он был очень красив. Его глаза были как звезды, полные тепла.

«Юная леди, вы в порядке?»

Глава 13 - Ненависть вспыхнула, когда встретились враги

Шэнь Нинхуа сжала кулаки и уставилась на мужчину.

Байли Цинзе!

Это был действительно Байли Цинзе! Она много раз думала о встрече с ним, но не ожидала, что эта встреча случится так скоро. Сжав зубы, Шэнь Нинхуа заставила себя отвести взгляд, боясь раскрыть нарастающую ненависть в ее глазах.

Шэнь Линхань вернула себе душевное спокойствие и поспешно вышла поддержать Чжао Руюнь. «Двоюродная сестра, с тобой все в порядке? Старшая сестра не произнесла эти слова нарочно...» Когда Шэнь Линхань произнесла эти слова, она с грустным выражением лица посмотрела на Байли Цинзе. Как только она увидела его лицо, она покраснела.

Его тело было стройным и высоким, его брови были длинными и узкими, его губы были слегка сжаты в нежную дугу, и он выглядел как яркая жемчужина, стоящая среди груды щебня, захватившая внимание людей с первого взгляда.

Байли Цинзе отступил на два небольших шага. Он увидел красивое лицо Шэнь Линхань и его зрачки слегка сжались. «Простите мою грубость. Я случайно ударил вас двоих».

Чжао Руюнь подняла голову, краснея от стеснительности. «Это все потому, что я спешила».

Шэнь Донг устроил банкет для Пятого принца и Чу Цзюньи, приемного сына семьи Сяо, во дворе. Однако Чу Цзюньи внезапно предложил прогуляться по саду. Поэтому Шэнь Донг сопровождал их обоих.

«Линхань, это Пятый принц, это молодой мастер Чу. Поприветствуй их».

Шэнь Линхань слегка подняла голову, и в ее водянистых глазах появилось небольшое удивление. «Приветствую, Пятый принц и молодой мастер Чу. Пожалуйста, простите мою невежливость».

«Все хорошо. Я только сейчас увидел, что мисс Шэнь и мисс Чжао выглядели очень встревоженными, что-то случилось?» - нежно спросил Байли Цинзе.

Услышав это, Шэнь Линхань слегка опустила голову. Ее длинные и густые ресницы дрожали, но затем она подняла голову с улыбкой. «Ничего. Просто моя сестра была небрежна с ее словами и случайно разозлила мою двоюродную сестру». Когда она произнесла эти слова, ее улыбка казалась несколько неохотной; люди невольно почувствуют, что их сердце болит за нее.

Чжао Руюнь посмотрела на Шэнь Нинхуа с холодными глазами. «Хм, случайно? Боюсь, что она многому научилась извне. Иначе как она может быть настолько красноречивой?»

Шэнь Нинхуа улыбнулась, ее темные глаза смотрели прямо на Шэнь Линхань и Чжао Руюнь. «Кузина, ты злишься на меня только потому, что я дала тебе какой-то совет? Тогда мне действительно нужно извиниться перед тобой. Но, тем не менее, двоюродная сестра должна помнить о репутации сестры Линхань и матери, в противном случае все будет естественно улажено отцом?»

Услышав это, сердце Шэнь Линхань дрогнуло. Слова Чжао Руюнь не были приятными на слух. Если бы проблема была известна Пятому принцу и молодому мастеру Чу, семья Шэнь была бы публично унижена. К тому времени ее отец определенно рассердится. Думая о предыдущих инструкциях своей матери, Шэнь Линхань подавила свой гнев и улыбнулась. «Это просто маленький спор среди наших сестер. Пятый принц и молодой мастер Чу, пожалуйста, не смейтесь над нами».

Байли Цинзе мягко кивнул, не углубляясь в тему. Шэнь Донг тоже выглядел намного лучше. Чу Цзюньи, однако, внимательно посмотрел на Шэнь Нинхуа с ног до головы и вздохнул в своем сердце. Той ночью из-за темноты он не видел ее лица ясно. Теперь он обнаружил, что первая в Пекине красавица Шэнь Линхань была даже менее изысканной, чем она, с точки зрения внешности. Если учитывать ее темперамент, то ни одна из дам в мире не сможет сравниться с ней.

Чжао Руюнь тайно посмотрела на Шэнь Нинхуа, а затем посмотрела на красивое лицо Байли Цинзе. Ее глаза были слегка сияющими.

«Мы давно слышали, что Пятый принц искусен живописи. Сегодня мы как раз собирались попробовать свои силы в рисовании. Можем ли мы просить у Вашего Высочества дать нам некоторые инструкции?»

Чу Цзюньи покачал веер в руке и неожиданно спросил: «Интересно, мисс Шэнь умеет рисовать?»

Услышав слова Чу Цзюньи, Пятый принц, который уже собирался шагнуть вперед, остановился. Семья Сяо имела особое положение в династии. Хотя Чу Цзюньи был приемным сыном семьи Сяо, но его положение в семье не было обычным. Напротив, хотя Пятый принц был сыном императора, его отец не любил его, и он был почти невидим в императорской семье. Чтобы укрепить свою власть, он много раз тайно пытался заручиться поддержкой семьи Сяо, но безрезультатно. Таким образом, он решил начать с приемного сына семьи Сяо. И вот, он позволил Чу Цзюньи погреться в центре внимания.

«Я плохо разбираюсь в живописи. Извините, что разочаровала молодого мастера Чу». Шэнь Нинхуа посмотрела прямо в улыбающиеся глаза Чу Цзюньи. Ее лицо было спокойным, как обычно.

«Старшая сестра только что вернулась домой, когда сестра успела познакомится с мастером Чу?». Шэнь Линхань сказала, казалось бы, непреднамеренно. Шэнь Донг, однако, выглядел мрачным, услышав ее слова. Он знал ситуацию лучше, чем другие. Нечто действительно странное произошло, когда Шэнь Нинхуа выздоравливала на вилле. Семья Шэнь не могла терпеть дочь, которая потеряла свою невиновность.

«На обратном пути у меня была возможность встретиться с мастером Чу. Сестра, ты тоже знаешь мастера Чу. Есть ли проблемы?» Шэнь Нинхуа спросила в недоумении, что мгновенно лишило Шэнь Линхань дара речи.

«Я давно слышал, что мисс Шэнь хорошо владеет цитрой, шахматами, каллиграфией и живописью. У меня есть шанс увидеть некоторые из картин мисс Шэнь?» Байли Цинзе посмотрел на Шэнь Линхань и осторожно сменил тему.

Шэнь Линхань слегка склонила голову и с благодарностью посмотрела на Байли Цинзе. «Я бы с удовольствием получила инструкции от Вашего Высочества».

Байли Цинзе улыбнулся и кивнул, но его взгляд бессознательно упал на Шэнь Нинхуа. Он слышал о первой дочери семьи Шэнь, которая только что вернулась. Сегодня он не мог не удивляться, увидев ее.

Говорили, что мисс Шэнь Линхань была самой красивой женщиной в столице, и ее красота была несравненной. Теперь казалось, что Шэнь Нинхуа не уступает ей. С этими мыслями Байли Цинзе направился к павильону с Шэнь Линхань и другими.

Шэнь Нинхуа последовала сзади и держалась на расстоянии нескольких шагов от них. Она медленно сжала губы и думала о прошлом. Байли Цинзе и Шэнь Линхань давно знали друг друга. Пятый принц даже неоднократно предлагал жениться на Шэнь Линхань. Тем не менее, у Шэнь Линхань были большие амбиции. Ее мать была младшей сестрой императрицы, ее отец был влиятельным премьер-министром, и ее красота не имела конкурентов. Как она могла выйти замуж за Пятого принца?

Поэтому, когда Байли Цинзе предложил, она пыталась придумать всевозможные оправдания, чтобы отказать ему. Между тем она также действовала, чтобы показать, что то, что она сделала, было против ее воли. Ее трюки сделали Байли Цинзе все более и более одержимым ею. Позже, когда Шэнь Нинхуа заболела, мадам Чжао предложила ее Байли Цзинзе в качестве подарка. Позже, после того, как она проснулась от лихорадки, Байли Цинзе позаботился о ней и сказал, что между ним и Шэнь Линхань ничего нет. С тех пор она постепенно ослабила свою бдительность и начала бороться за него. К сожалению, ее преданность была вознаграждена его хладнокровным предательством в конце.

Теперь стало ясно, что Байли Цинзе и Шэнь Линхань были связаны между собой задолго до этого, но она просто не знала.

Чу Цзюньи покачал веером в руке и улыбнулся Шэнь Нинхуа под углом, недоступным для других людей. «Первая мисс, ты сегодня не очень хорошо выглядишь».

Улыбка Шэнь Нинхуа не изменилась: «Мистер Чу, должно быть, увидел неправильно. У меня все хорошо».

Шэнь Нинхуа быстро взглянула на Чу Цзюньи, а затем повернула голову без малейшего намерения поговорить с ним. Чу Цзюньи, однако, совсем не злился. Он покачал веером с непостижимым выражением лица.

Глава 14 - Есть ли яд в моем вине?

В павильоне несколько человек время от времени наслаждались рисованием, шепотом и смехом. Шэнь Нинхуа сидела в положении, которое не было ни слишком далеко, ни слишком близко, и медленно пила чай.  Выражение ее лица не источало чувства одиночества, скорее, воздух вокруг нее казался особенно безмятежным и спокойным.

Чу Цзюньи посмотрел на нее, и его лицо выглядело немного более задумчивым.

Через два часа Чжао Юньсянь отправила служанку, чтобы сообщить, что еда готова.

Шэнь Донг подошел и сказал: «Уже довольно поздно, хотели бы Пятый принц и мистер Чу остаться на обед?»

«Я давно слышал о деликатесах вашей семьи. Сегодня у меня наконец-то появилась возможность попробовать некоторые из них. Как я могу сказать нет? Ваше Высочество, мы попробуем?» - спросил Чу Цзюньи.

Байли Цинзе выглядел как обычно, как будто он не возражал против неуважения Чу Цзюньи к нему. «Тогда я буду благодарен премьер-министру Шэнь за гостеприимство».

«О, для меня большая честь». - улыбнулся Шэнь Донг.

Все молодые мисс начали уходить, но Чжао Руюнь решила остаться. Обсуждение рисования с Байли Цинзе только сейчас выглядело очень гармоничным: Шэнь Линхань тихо стояла рядом с Байли Цинзе с легкой улыбкой на губах, и она время от времени отвечала на несколько вопросов, ее ответы были вдумчивыми и умными.

Байли Цинзе стал все более сосредоточенным, глядя на нее, и его глаза были полны привязанности.

Шэнь Нинхуа стояла далеко и просто наблюдала. Теплая, вежливая манера Байли Цинзе с улыбкой, которая, казалось, не доходила до его глаз. Шэнь Линхань всегда умела манипулировать другими.

«Темная девушка, твоя младшая сестра действительно редкая красавица». - Чу Цзюньи тихо сказал с двух шагов позади Шэнь Нинхуа.

«Если мастер Чу заинтересован, он может попытаться сделать предложение». Шэнь Нинхуа посмотрела на него. Эта ее сестра была не только прекрасна, но ее сердце было выше неба!

«Ха-ха, если я захочу жениться на женщине, я найду очень умную и сообразительную. У нее должны быть особые таланты, так что если у меня не будет достаточно денег однажды, я все равно смогу сводить концы с концами».

Шэнь Нинхуа посмотрела ему в глаза и ушла, его глаза продолжали смотреть на ее элегантную спину.

Смеясь в своем сердце, Чу Цзюньи все более и более неторопливо качал веер в руке.

С Пятым Принцем, присоединившимся к ним для еды, весь дом Шэнь был оживлен. Хотя Чжао Юньсянь была порочной женщиной, она хорошо управляла семьей Шэнь. За короткое время пришли служанки со всеми видами изысканных блюд.

«Присутствие Пятого принца действительно проливает свет на мое скромное жилище. Сегодня мой первый тост посвящен Вашему Высочеству».

«Премьер-министр, я должен посвятить свой первый тост вам и поблагодарить за гостеприимство».

Пока они вдвоем обменивались вежливостью, Шэнь Линхань встала и улыбнулась. «Пятый принц, отец, вы оба не должны быть такими скромными. Вино на сегодняшнем банкете очень уникально. Вы заметили разницу?»

«Я хотел спросить, кажется, что вино пахнет не так, как вино в столице. Хотя я не пил его, я чувствовал сильный и сладкий аромат. Впервые я увидел такое вино. Не могла бы мисс Шэнь сказать мне, откуда это вино?» -  Байли Цинзе мягко посмотрел на Шен Линхань.

Шэнь Линхань прикрыла губы и усмехнулась. Ее красивая внешность заставила Байли Цинзе на мгновение быть ошеломленным. «Пятый принц, вы спрашиваете не того человека».

«Ой?»

«Вино было привезено моей старшей сестрой».  Шэнь Линхань доброжелательно улыбнулась и подошла к Шэнь Нинхуа с чашкой вина. «Сестра, я слышала, что ты привезла домой немного вина, поэтому я решила открыть две банки, не спрашивая твоего разрешения. Пожалуйста, не вини меня».

В глазах Шэнь Нинхуа промелькнули следы холода, но ее лицо все еще улыбалось. «Сестра, ты слишком вежлива. Я вернула вино, чтобы выразить уважение бабушке, отцу и матери. Однако я еще не нашла возможности предложить им вино. Сегодня это лучшая возможность. Я должна поблагодарить младшую сестру после банкета».

Шэнь Линхань слегка подняла брови. «Я рада, что старшая сестра не винит меня. Тогда может ли старшая сестра рассказать нам об этом вине? Мне тоже очень любопытно».

«В этом нет ничего особенного. Я сама его варила. Я использовала несколько свежих цветов груши, белого лотоса, белого гибискуса и белых цветов сливы, смешанных с чистыми капельками росы, которые не касались солнечного света, а также все виды сезонных фруктов».

Чу Цзюньи поднял свою чашку, встряхнул ее и сказал жалостным тоном Шэнь Нинхуа: «Такое хорошее вино следует пить с белой нефритовой чаши. У меня есть набор отличных нефритовых чашек. Я отправлю их мисс Шэнь другой день».

Шэнь Нинхуа поклонилась. «Большое спасибо, мастер Чу. Но я плохо умею пить. Будет жаль давать их мне».

«Не жалко посылать прекрасные чашки красавице».

Взгляд Шэнь Донга мелькал между Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа. Он смутно чувствовал что-то странное. Он высоко поднял свою чашку. «Давайте сначала попробуем хорошее вино, а не просто будем говорить».

«Мастер Шэнь прав». Пятый принц поднял свою чашу и слегка кивнул Шэнь Донгу. Он уже собирался сделать глоток, когда раздался возглас.

«Стоп, в вине есть яд!»

Глава 15 - Становись на колени!

Шэнь Нинхуа пристально посмотрела на дверь.

Служанка бежала к ним с бледным лицом. Это была старшая служанка, которая служила при старой мадам Сюэ Чжу: «Не пейте, в вине есть яд!»

«Не говори такую ерунду. Это вино было лично сделано старшей сестрой, оно не может содержать яд!» Шен Линхань встала и яростно закричала на Сюэ Чжу.

Шэнь Нинхуа обернулась, ее улыбка стала презрительной. Эти слова не звучали так, как будто они защищали ее?

Лицо Шэнь Донга было бледным. Он строго посмотрел на Шэнь Нинхуа и спросил Сюэ Чжу: «Почему ты пришла сюда? Разве ты не должна служить старой мадам? Где яд, о котором ты говоришь?»

Сюэ Чжу опустилась на колени на пол, дрожа от страха. Она только немного расслабилась, поняв, что никто еще не пил вино. «Отвечая мастеру, старая мадам была очень счастлива, когда получила вино, и немедленно приказала кому-то принести чашку. Служанка, отправленная за вином, была привлечена сладким запахом вина и тихо сделала несколько глотков. Кто знал, что она внезапно умрет? Старая мадам вспомнила, что мы собирались сегодня подать это вино гостям, и приказала этой служанке быстро сообщить мастеру. К счастью, никто еще не пил».

Шэнь Донг уставился на вино на столе, и он почувствовал, как его покрывает холодный пот. Если бы не длинный разговор ранее, вся семья Шэнь была бы уже мертва!

Пятый принц нахмурился. «Мистер Шэнь, я думаю, что было бы лучше тщательно изучить это», - сказал он тихим голосом.

«Конечно, Пятому принцу не нужно беспокоиться, этот чиновник даст Пятому принцу разумное объяснение», - поспешно ответил Шэнь Донг. Он бросил острый взгляд на Шэнь Нинхуа, желая в своем сердце, чтобы он мог просто казнить ее на месте: «Шэнь Нинхуа, в чем смысл этого?»

«Смешно» , - подумала Шэнь Нинхуа. «Он так уверен, что это я сделала?»

«Отец, старшая сестра - хороший человек, она никогда не добавит яд в вино. Я также виновата в том, что без разрешения подала гостям это вино. Пожалуйста, накажи и меня, отец». - сказала Шен Линхань, опустившись на колени с лицом, полным вины.

«Вставай, ты тоже здесь виновата, поэтому мне, естественно, придется и тебя наказать. Шэнь Нинхуа, ты еще не признаешься?»

«Отец», - Шэнь Нинхуа встала и спокойно повернулась к Шэнь Донгу, «Даже если это была служанка, которая допустили ошибку, очень важно тщательно расследовать ее, прежде чем выносить приговор. Нинхуа - твоя собственная дочь, но ты только слушал слова одного слуги, прежде чем заставить меня признаться, Нинхуа чувствует себя обиженной».

Шэнь Донг сделал паузу, нахмурился и закричал: «Слуги, идите и позовите мне доктора Ци».

«Да».

«Еще один момент», - Шэнь Нинхуа повернулась к Сюэ Чжу, - «Эта служанка тайно выпила вино и умерла сразу после этого?»

«Да».

«Ты просила кого-нибудь проверить, действительно ли причина смерти была из-за вина?»

Сюэ Чжу была ошеломлена на мгновение: «Я торопилась, поэтому у меня не было времени проверить».

Шэнь Нинхуа слегка хмыкнула: «Раз ты не проверяла, как ты можешь сказать, что ее отравили?»

«Это…» - Сюэ Чжу не могла ответить.

Шэнь Линхань вмешалась: «Сестра, давай сначала дождемся доктора Ци. Он также может проверить тело. Если старшая сестра действительно невиновна, тогда отец обязательно откажется от своих обвинений».

Ждать? Это был явно заговор, чтобы убить ее. Даже если бы присутствовал сам Небесный Император, Первая леди наверняка не избавила бы Шэнь Нинхуа от ее вины. Нинхуа не ожидала, что мадам Чжао будет настолько нетерпеливой, неужели она все еще злится из-за случая с приданым ее собственной матери?

Шэнь Нинхуа хотела что-то сказать, но Шэнь Донг отдал приказ, прежде чем она смогла сделать это: «Тишина! Слуги, приведите доктора Ци. Кроме того, принесите сюда все вино и служанку, которая отравилась. Это дело должно быть тщательно расследовано!»

Шэнь Нинхуа сухо засмеялась, кажется, что Первая леди и Шэнь Линхань спланировали все заранее. Она изучала людей, присутствующих на банкете, и ее взгляд стал холодным. Все эти опытные хитрые лисы, они могли определенно чувствовать, что что-то не так, но они не хотели ей помогать. Но это будет к лучшему, потому что ей не придется так сильно волноваться, как только она все уладит.

Доктор Ци прибыл очень быстро. Он поспешно поклонился, увидев Пятого Принца и Чу Цзюньи.

«Доктор Ци, пожалуйста, проверьте, не было ли в это вино что-то добавлено». - сказал Шэнь Донг.

Сердце доктора Ци остановилось на мгновение. Вода в семье Шэнь глубока, и он не хотел бы случайно утонуть. Он открыл банку с вином и проверил ее. Его брови нахмурились: «Мистер Шэнь, это вино ……»

Шэнь Линханьь затаила дыхание, а на губах появилась улыбка.

«Не волнуйтесь, доктор Ци», - успокоил Шэнь Донг. Если бы Шэнь Нинхуа была действительно виновна, ему пришлось бы придумать способы очистить имя семьи Шэнь. Попытка убить принца была серьезным преступлением. Если не обращаться должным образом, это может привести к гибели всей семьи. Одна только мысль об этом заставила Шэнь Донга ненавидеть Шэнь Нинхуа еще больше.

«В это вино был добавлен мышьяк».

«Мышьяк?!»

«Шэнь Нинхуа, ты, ядовитая женщина, быстро становись на колени!» - взревел Шэнь Донг.

Выражение лица Шэнь Нинхуа упало, полностью разочаровавшись в своем отце. Разве отцы не должны защищать своих дочерей любой ценой? Но прямо перед ее глазами Шэнь Донг пытался выбросить ее.

«Отец, Нинхуа не верит этому результату и надеется, что отец может попросить другого доктора еще раз проверить».

«Мисс Шэнь, вы сомневаетесь в этом старом докторе?» - выражение лица Ци Чжэнцзюня стало безобразным: «Я всегда покорно служил семье Шэнь, я бы никогда не сделал ничего против семьи Шэнь!»

«Нинхуа не смеет сомневаться в докторе Ци, но мы все люди. Это касается жизни и смерти, не лучше ли спросить второе мнение?»

«Хорошо, хорошо, мистер Шэнь, похоже, что я старею, найдите кого-нибудь более подходящего для этой работы». - сказал Ци Чжэнцзюнь и махнул рукавами, собираясь уйти.

Глава 15 - Становись на колени!

Лицо Шэнь Донга побагровело. Он встал и дал Шэнь Нинхуа пощечину: «Мегера! Ты не собираешься стоять на коленях?»

Шэнь Нинхуа с глухим стуком упала на пол, но ее спина осталась прямой. Она подняла голову и посмотрела на Шэнь Донга, ее холодные и яркие глаза не выражали никаких эмоций. Шэнь Донг невольно замер, и его уже поднятая рука остановилась над лицом Шэнь Нинхуа.

Чу Цзюньи невольно сжал чашку, которую он держал. Выражение на лице Шэнь Нинхуа напомнило ему об их первой встрече, и когда Шень Нинхуа внезапно проснулась в пещере, выражение ее лица было таким холодным и далеким… наполненным отчаянием…

Внезапно раздался крик: «Мастер! Этот слуга должен увидеть Господина, чтобы сообщить о несправедливости!»

«Кто делает весь этот шум?» - яростно закричал Шэнь Донг.

Вошел человек в синей рубашке. Выражение его лица было печальным. Он разрыдался, увидев Шэнь Донга: «Господин, вы должны помочь этому слуге».

«Разве ты не сын Лян Цай, Лян Юй? Что ты здесь делаешь?»

«Господин, мать этого слуги была вызвана старшей мисс вчера утром, но с тех пор она не вернулась. Прошел почти целый день, у этого слуги действительно нет иного выбора, кроме как искать вас. Пожалуйста, Господин должен помочь этому слуге, чтобы Старшая мисс освободила мою маму».

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на них, она повернулась к Лян Юй и сказала: «Я даже не знаю, кто ты, зачем мне искать твою мать?»

«Похоже, старшая мисс довольно забывчива, мать этого слуги - няня Чжоу. Моя мама обидела мисс раньше, но она уже получила свое наказание. Она довольно старая, если вы накажете ее больше, она может умереть. Пожалуйста, простите ее и отпустите».

«Няня Чжоу служила матери много лет ... Поскольку она была наказана за свои проступки, мать больше не могла видеть ее страдания и позволила ей вернуться к своей семье. Старшая сестра, ты просила кого-нибудь позвать няню Чжоу?»

«Нет...»

«Старшая мисс, если у вас остался гнев, пощадите мою мать и излейте его на меня. День назад этот слуга увидел это своими собственными глазами. Ваша служанка, Ван Сян, пришла к нам и забрала мою мать ко входу во двор семьи Шэнь. Многие слуги видели это. Господин, пожалуйста, помогите этому слуге, или этот слуга может пойти только в официальный суд за помощью».

Кажется, у Шэнь Донга кончилось терпение: «Шен Нинхуа, что ты сделала на этот раз?»

Шэнь Линханьь повернулась к Шэнь Нинхуа, ее лицо было полно беспокойства: «Старшая сестра, няня Чжоу использовала приданое твоей матери, понятно, что ты будешь злиться, но она долгое время служила семье Шэнь, нехорошо наказывать ее так долго, лучше отпустить ее домой».

Какая прекрасная сестра!

«Я не видела няню Чжоу с тех пор, как мама наказала ее. Я также не приказывала Ван Сян вернуть ее. Не говоря уже о том, что Ван Сян - служанка, которую мама подарила мне. Я хорошо относилась к ней в эти несколько дней и не просила ее выполнять для меня какие-либо задачи».

Даже если бы она действительно хотела наказать няню Чжоу, она не стала бы просить служанку, которую ей только что подарили.

Шэнь Линхань доброжелательно напомнила: «Поскольку старшая сестра сомневается в своем уме, почему бы нам не попросить кого-нибудь обыскать двор, может, мы сможем найти там няню Чжоу?»

«Действительно ли младшая сестра хочет обыскать двор старшей дочери семьи Шэнь только из-за просьбы смиренного слуги?» - холодно спросила Шэнь Нинхуа.

«Я не это имела в виду, я просто хотела доказать невиновность старшей сестры». - осторожно ответила Шэнь Линхань, мысленно ругая ее собственное нетерпение, но в то же время ее сердце было полно презрения.

Хммм, я позволю тебе почувствовать некоторое облегчение сейчас, но посмотрим, как ты будешь умолять и плакать позже.

«Тогда я должна поблагодарить сестру. Поскольку сестра так воодушевлена, мы сначала поищем двор младшей сестры?»

«Ты…» - Шэнь Линхань сжала зубы.

«Мистер Шен», - Чу Цзюньи, который все это время молчал, положил чашку на стол. Он бросил взгляд на Шэнь Нинхуа, которая все еще стояла на коленях, и сказал: «Давайте отложим в сторону дело с няней Чжоу на данный момент. Яд в вине еще не исследован должным образом. Старшая мисс не ошибалась раньше, так как это вопрос смерти, было бы безопаснее вызвать еще одного доктора. Давайте не будем никого беспокоить, попросим кого-нибудь пойти в семью Сяо и привести доктора Чена. Скажите, что это моя просьба».

Шэнь Нинхуа удивленно посмотрела на Чу Цзюньи. Доктор Чен был чрезвычайно опытным, и он был нынешним руководителем Королевского медицинского отдела. Он был непредвзятым человеком и спас жизнь нынешнему императору. Многие пытались заслужить его благосклонность, но все они были отруганы Императором из-за одного сообщения от доктора Чена.

Она слышала, что доктор Чен и семья Сяо имели небольшую историю. Единственным человеком, который мог попросить его об одолжении, был глава семьи Сяо. Даже Пятый принц Байли Цинзе не знал его достаточно хорошо.

Кто знал, что Чу Цзюньи также может получить помощь от него

Глава 16 - Открой замок

Почувствовав на себе взгляд Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи ухмыльнулся, когда никто не смотрел, и неторопливо помахал веером в своей руке.

Шэнь Нинхуа проигнорировала ухмылку Чу Цзюньи и решила переключить свое внимание. Она уже начала видеть сюжет, который мадам Чжао подготовила для нее.

Эта партия вина была специально подготовлена в подарок, и ничего особенного в нее не было добавлено. Но вино стало ядовитым, когда мадам Чжао и Шэнь Линхань подали его на стол. И каким-то образом, яд был обнаружен из-за смерти одной служанки. Кроме служанки, больше никто не пострадал.

Схема была действительно умной. Ранние жалобы Шэнь Линхань, вероятно, предназначались для того, чтобы потянуть некоторое время для Первой леди, чтобы она успела все подготовить.

Попытка убийства принца была тяжелым преступлением. Шэнь Донг наверняка возложит всю вину на Шэнь Нинхуа, независимо от того, насколько всё было подозрительным. Не говоря уже о том, что она провела больше года вдали от дома, было несложно предположить, что Шэнь Нинхуа может питать некоторую обиду. Пока семья Шэнь оставалась в безопасности, одна или две дочери были маленькой платой.

Прежде чем доктор Чен смог прийти, прибыла мадам Чжао, приведя с собой несколько служанок.

Первая леди выглядела обеспокоенной, когда увидела Шэнь Донга. Поприветствовав Пятого принца, она нервно сказала: «Господин, я тоже не знаю, что происходит, но несколько ворон окружили западную сторону нашего особняка. Мы перепробовали все, чтобы прогнать их. Старая мадам тоже была взволнована и сейчас отдыхает».

Шэнь Линхань, похоже, тоже испугалась. «Все шло хорошо, как сегодня произошло столько проблем?» - тихо пробормотала она.

Глаза Шэнь Нинхуа метнулись к ней. Ха, похоже они планируют свалить все эти несчастья на нее.

В династии Да Ан вороны считались птицами несчастья. Каждый раз, когда они были замечены, кто-то сильно страдал. Теперь, когда вокруг особняка Шэнь кружат вороны, разве это не признак неудачи?

Лян Юй, который все это время стоял на коленях, внезапно вскрикнул: «Моя бедная мать, должно быть, сильно пострадала… Господин, разве Двор Спокойствия не расположен на западной стороне? Моя бедная мать, должно быть, была замучена до смерти. Эти вороны, должно быть, были знаком того, что моя мать умерла. О, прости меня, мама, ведь этот сын не был сыновним…»

Голос Лян Юй пронзил вечерний воздух, и его крики становились все громче и громче. Лицо Шэнь Донга потемнело еще больше, напоминая темные тучи перед бурей. «Пятый принц, я хотел бы решать одно дело за раз, так как доктор Чен еще не прибыл, я сначала пойду и исследую Двор Спокойствия». Шэнь Донг сказал со сжатыми зубами.

«Делайте, как вам угодно, министр Шэнь».

«Простите за грубость этого чиновника. Охранники, во Двор Спокойствия!» - громко приказал Шэнь Донг. Он холодно посмотрел на Шэнь Нинхуа и ушел.

После того, как все ушли, Шэнь Линхань медленно направилась к Шэнь Нинхуа и с пренебрежением сказала: «Старшая сестра, семья Шэнь не приветствует тебя. Прежде чем пытаться подняться вверх, лучше проверить свои способности, чтобы не упасть и не пораниться».

Шэнь Нинхуа вздохнула, подавив растущую ненависть, бьющуюся в ее сердце. Ее глаза не показывали никаких эмоций, она встала и слегка улыбнулась Шэнь Линхань. Ее длинные темные волосы были похожи на водопад, и ее глаза ярко светились: «Поскольку сестре так ясно об этом, почему она не посмотрит на себя? В конце концов, она находится над облаками. Если мы говорим о падении, я думаю, младшая сестра должна быть осторожнее».

«Хммм, твой язык сейчас может быть острым, но он не может тебя спасти. Шэнь Нинхуа, семье Шэнь нужна только одна старшая мисс, и это буду я!» - сердито улыбнулась Шэнь Линхань, ее глаза горели сильной уверенностью.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Она обратила свое внимание на смахивание грязи с ее платья, как будто грязь на ее платье была важнее слов Шэнь Линхань. Затем она обернулась и вышла из главного зала.

Из-за того, что ее оскорбления, казалось бы, ударились об стену, Шэнь Линхань почувствовала сильное разочарование. Она смотрела на Шэнь Нинхуа, словно пытаясь сжечь ее своими глазами. И все же через некоторое время на ее губах появилась легкая улыбка. Хммм, Шэнь Нинхуа, посмотрим, как ты будешь просить пощады позже!

К западу от особняка несколько ворон кружили над двором, непрерывно каркая. Шэнь Нинхуа на мгновение остановилась, чтобы взглянуть на них, прежде чем продолжить свой путь во Двор Спокойствия

За пределами Двор Спокойствия группа слуг окружила вход во двор. Ван Сян и две другие служанки, которые ранее пришли с Чжао Юньсянь, стояли на коленях, их лица были бледными, и они дрожали от страха. Увидев прибытие Шэнь Нинхуа, Ван Сян бросилась на нее и попыталась протянуть руку к платью Шэнь Нинхуа, но вместо этого получила удар по запястью от Цин Сюэ.

«Ах ……», - резкая боль почти заставила Ван Сян потерять сознание, и на ее лице быстро образовался холодный пот. Она не хотела обидеть старшую мисс, если это возможно, но жизнь ее семьи была в руках Первой леди. У нее не было другого выбора. Она зарыдала: «Юная мисс, эта служанка подвела вас. Эта служанка не могла выполнять свои обязанности должным образом, и заставила других заметить, что вы вызвали няню Чжоу. Эта слуга подвела молодую мисс».

Шэнь Нинхуа опустила голову, чтобы взглянуть на нее холодными и отстраненными глазами: «Ты слуга подо мной, но твоя верность лежит где-то ещё, мне не нужна такая служанка, как ты».

Ван Сян вздрогнула под взглядом Шэнь Нинхуа. Старшая мисс, кажется, знает все ее мысли! Легкое чувство сожаления вспыхнуло в ее сердце.

Хонг Лин, которая следовала за Шэнь Нинхуа, холодно посмотрела на Ван Сян, и ее губы слегка дернулись.

Посмотрим, как эта Ван Сян заплатит за свои действия позже.

Шэнь Донг стоял там и кивнул Чжао Юньсянь.

Мадам Чжао кивнула в ответ и повернулась к няне Цинь: «Няня Цинь, возьми с собой слуг, чтобы обыскать двор».

Няня Цинь вежливо кивнула: «Да, мадам».

Чжао Юньсянь улыбнулась, ее глаза сверкали от удовлетворения. Во Дворе Спокойствия жила Шэнь Нинхуа. Как бы ни был зол Шэнь Донг, он не мог попросить охранников или слуг-мужчин обыскать двор молодой мисс семьи Шэнь. Следовательно, она заранее устроила некоторых людей поблизости.

Хм, сегодня она наверняка разрушит Шэнь Нинхуа. Дочь этой проклятой Ся Цзинъянь, она, Чжао Юньсянь, ни за что не отпустит!

Няня Цинь взяла группу слуг и быстро ушла. Шэнь Донг нахмурился, глядя на Шэнь Нинхуа. В ее спокойном самообладании не было никаких признаков паники или разочарования. Он не мог не вспомнить об определенной женщине. Она тоже была такой, улыбалась даже перед лицом смерти, как будто жизнь и смерть не имели для нее никакого значения...

Глава 16 - Открой замок

Жаль, что судьба не была доброй к ее дочери. Если она умрет сегодня, возможно, огромных и величественных похорон будет достаточно, чтобы компенсировать ей.

«Подчиняясь Первой леди, эта слуга нашла этот сундук на западной стороне двора». - сказала няня Цинь, за ней шла группа слуг, несущих огромный сундук.

Сундук был примерно наполовину человеческого роста, плотно запечатан огромным замком размером с ладонь.

Увидев сундук, Шэнь Донг прищурился. «Открой его!» - приказал он Шэнь Нинхуа.

«Отец, этот сундук содержит мои личные вещи. Хотя они не особенно важны, но они по-прежнему принадлежат девушке. Лучше не открывать его». - Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась, выглядя довольно смущенной.

Первая леди неодобрительно посмотрела на нее: «Нинхуа, почему ты все еще создаешь трудности? Не зли своего отца еще больше. Господин, это моя вина. Сестра рано покинула этот мир, и Нинхуа должна была быть моей обязанностью, но ……»

«Это не твоя вина, она всегда была такой упрямой». Шэнь Донг мрачно сказал: «Шэнь Нинхуа, открой замок сейчас».

Шэнь Нинхуа мысленно насмехалась над ними. Чжао Юньсянь намекала на то, что Нинхуа не получила должного образования, а Шень Донг сказал, что у нее проблемы с характером. Какая пара. «Отец, с тех пор, как бабушка прогнала няню Чжоу, я никогда ее больше не видела. Этот сундук действительно содержит несколько моих вещей. Ты мне не веришь?»

Мадам Чжао посмотрела на нее: «Нинхуа, если ты действительно невиновна, Господин обязательно поверит тебе. Просто открой замок».

«Да, старшая сестра, чистая совесть не нуждается в доказательствах. Даже если сестра не была дома в течение некоторого времени, мы все еще семья. Отец обязательно защитит тебя». Шэнь Линхань схватила руки Шэнь Нинхуа, не давая ей помешать охранникам взломать замок.

Шэнь Нинхуа подняла голову и посмотрела на Шэнь Линхань: «Сестра, как я уже сказала, этот сундук содержит только мои вещи!»

Шэнь Линхань мысленно усмехнулась. Личные вещи? Дура! Этот сундук был специально устроен мамой. Внутри него только няня Чжоу, которая уже была задушена до смерти. Хммм!

Когда охранники собирались взломать замок, Шэнь Нинхуа стала более беспокойной: «Отец, этот сундук действительно не содержит ничего подозрительного».

Увидев охранников, пытающихся взломать замок, Цин Сюэ сделала шаг вперед, но охранники отбросили ее в сторону. Она обернулась и заблокировала сундук своим телом, холодно глядя на охранников вокруг нее.

Первая леди нахмурилась, она обернулась и дала Лян Юй сигнал глазами.

Почти сразу же Лян Юй начал плакать: «Старшая мисс, вы уже убили мать этого слуги, собираетесь ли вы также сохранить ее труп? Разве это не плохая карма? Хотя этот слуга из скромного происхождения, но я все еще знаю, как быть сыновним! Шэнь Нинхуа, ты дочь семьи Шэнь, я ничего не могу сделать, чтобы отомстить за свою мать. У меня нет причин больше жить. О, мама! Твой сын скоро встретится с тобой. Если бы у небес были глаза, они бы точно убедились, чтобы справедливость восторжествовала!»

«Остановите его!» - закричал Шэнь Донг, когда Лян Юй попытался удариться головой об стену. Байли Цинзе и Чу Цзюньи присутствовали. Если бы распространились новости о том, что семья Шэнь довела слугу до самоубийства, как он сможет показать свое лицо в императорском дворе?

Видя, что охранники успешно сдержали Лян Юя, Шэнь Донг вздохнул с облегчением и гневно приказал: «Откройте этот сундук сейчас. Если эта служанка осмелится встать на пути, избейте ее до смерти и выбросьте!»

«Отец, почему ты мне не доверяешь?» - Шэнь Нинхуа встала перед Шэнь Донгом, ее лицо было полно грусти.

Шэнь Донг полностью игнорировал ее. Но Шэнь Линхань подошла к ней и крепко сжала ее руки, не давая ей помешать охранникам. «Сестра, невинная или нет, будет ясно, как только они закончат расследование. Останавливать их - пустая трата времени. Если бы люди не знали лучше, они могли бы даже подумать, что это виновная совесть сестры».

Окружающие охранники ворвались сразу. Несмотря на то, что Цин Сюэ была умелым бойцом, она не могла сдержать всех охранников. Как только несколько охранников покорили ее, другие подошли к сундуку и ударили камнем в замок.

Замок упал на пол с громким лязгом.

Сердце Шэнь Линхань взлетело. Ей потребовалось много усилий, чтобы ее улыбка не выглядела слишком очевидной. С тех пор, как вернулась Шэнь Нинхуа, она слышала всякую болтовню среди слуг. Они шептали ей за спину, говоря, что Шэнь Нинхуа была более красивой и грациозной, и что первой красавицей столицы должна быть Шень Нинхуа, а не… Хм-м, она больше не услышит таких слов, после сегодняшнего дня Шэнь Нинхуа исчезнет!

Шэнь Донг нахмурился, его брови сжались от разочарования: «Откройте его!».

Шэнь Линхань сжала кулаки, ее сердце билось в волнении. Шэнь Нинхуа, сегодня будет твой день смерти!

«Ааа?»

Был слышен громкий крик, возвращающий ее чувства к реальности. Шэнь Линхань посмотрела на выражение лица Шэнь Донга. Но его реакция оказалась не такой, как она ожидала.

«Что …… что это?»

То, что они видели в сундуке, было не ожидаемым трупом няни Чжоу, а скорее рулоном из тонкой шелковой ткани, и эта ткань, казалось, скрывала ... книги?

Шэнь Нинхуа подошла и встала перед сундуком, выражение ее лица было ледяным, как никогда: «Отец, на этой шелковой ткани есть вышивка, которую я вышила, и она должна была стать подарком для отца. Кроме ежедневного приветствия бабушки, у меня не было никаких шансов поговорить с отцом вообще. Цин Сюэ, Хонг Лин, разверните ткань, чтобы отец увидел ее».

Цин Сюэ пнула в сторону охранников, которые ее блокировали, и подошла к сундуку. Когда Хонг Лин взяла другую сторону почти четырехметровой вышивки, они развернули ее, обнажая вышивку восхода солнца над рекой. Вышивка была чрезвычайно сложной, солнечные лучи проходили сквозь реку, создавая впечатление, будто это настоящий рассвет, а река действительно течет, деревья и горы выглядят достаточно реальными, чтобы их можно было потрогать. Если бы кто-то не изучил ткань внимательно, они бы никогда не поверили, что такая вещь на самом деле была вышита, а не нарисована.

В этот момент Шэнь Донг чувствовал себя довольно противоречивым. Эта вышивка должна была потребовать много времени и усилий. Этот акт сыновнего благочестия Шэнь Нинхуа действительно заслуживает похвалы.

Когда Цин Сюэ и Хонг Лин убрали вышивку, Шэнь Нинхуа продолжила: «В остальной части сундука содержатся писания, которые я скопировала вручную, всего восемьдесят одна книга. Я хотела подарить их бабушке на ее день рождения, так как она буддистка… »

Глава 17 - Сестра, ты можешь предвидеть будущее?

Шэнь Нинхуа не пролила слез из-за несправедливого обращения, но ее голос все еще звучал довольно напряженно. Зрители не могли не испытывать жалости к ней, поскольку ее усилия быть сыновней были не только напрасными, но даже подозревались в заговоре с целью причинить вред семье.

Наблюдая за толпой, губы Шэнь Нинхуа слегка изогнулись. Кажется, что время, потраченное на подготовку, не прошло даром. Первая леди была очень тщательна в своих планах, используя няню Чжоу для выполнения большей части «грязной работы». Теперь, когда няня Чжоу больше не использовалась, Первая леди определенно не рискнула бы поддержать няню Чжоу.

И все же, случайно, сама Шэнь Нинхуа заставила Первую леди вернуть приданое ее матери. Первая леди определенно не приняла бы это лёжа. Следовательно, она нашла применение сброшенной шахматной фигуре. Чтобы уничтожить Шэнь Нинхуа, используя жизнь одной служанки, это была определенно очень прибыльная сделка.

В этот момент Чжао Юньсянь все еще недоверчиво смотрела на сундук. Она четко дала приказ, чтобы няня Чжоу была задушена до смерти и помещена в этот сундук, так почему же там не было трупа? Она перевела взгляд на няню Цинь, которой она отдала приказ, и увидела, что у няни Цинь также было ошеломленное выражение лица.

Няня Цинь была слугой, которую она взяла с собой, когда вышла замуж за семью Шэнь. По сравнению с няней Чжоу она больше доверяла няне Цинь. Она всегда была надежной и никогда не допускала ошибок в своих задачах. Тогда кто это был? Кто мог это сделать? Первая леди изучала окружающих ее людей, и ее взгляд наконец приземлился на Шэнь Нинхуа. Это может быть …… эта девка? Она не могла быть такой коварной ... не так ли?

«Няня Цинь, вы обыскали мой двор, есть ли другие проблемы с ним?» - спросила Шэнь Нинхуа без выражения.

Няня Цинь встряхнулась. Она сделала паузу, прежде чем ответить: «Нет… никаких других проблем». Это было определенно преуменьшение. Если бы она не служила в семье Шэнь, она бы поверила, что во дворе никого нет. Она была той, кто чистила Двор Спокойствия до того, как въехала Шэнь Нинхуа. Состояние двора почти не изменилось, за исключением нескольких вещей и багажа. Все остальное было в прежнем положении, даже вазы и чайный сервиз были, казалось бы, нетронутыми.

Шэнь Нинхуа повернулся к Шэнь Донгу: «Отец, я теперь невиновна?»

Шэнь Донг нахмурился и слегка кивнул.

После всего этого кропотливого планирования и долгих размышлений, чтобы придумать способ разобраться с Шэнь Нинхуа, всё рассыпалось на кусочки перед ними! Первая леди не проявляла особых эмоций, кроме довольно жесткого выражения лица, но выражение лица Шэнь Линхань было уже искажено гневом.

«Старшая сестра, если вещи внутри сундука должны были быть подарками, то разве ты не должна была просто показать их всем. Почему ты пыталась скрыть их и заставила всех неправильно понять твои намерения?»

«Ха», - усмехнулась Шэнь Нинхуа, - «Младшая сестра, конечно, смешная. Как ты думаешь, где ты находишься? Это двор старшей дочери семьи Шэнь! Думаешь, я бы позволила кому-нибудь обыскать мой двор? Если я, по крайней мере, не окажу какое-либо сопротивление, люди начнут думать, что я просто неудачница».

«Раньше у тебя явно была виновная совесть ...» - пыталась спорить Шэнь Линхань.

«Объяснение себя означает, что у меня есть виновная совесть? Как сестра была так уверена, что с этим сундуком раньше были проблемы? Может быть, сестра может предвидеть будущее?» - издевалась Шэнь Нинхуа.

Шэнь Линхань открыла рот, чтобы сделать упрек, но Чжао Юньсянь остановила ее. Они уже потеряли возможность подставить ее. Под флагом сыновнего благочестия, они не могли ничего приковать к ней в этот момент.

«Отец, во дворе Нинхуа уже был произведен обыск, но вороны все еще кружат над особняком. Мы должны обыскать и другие районы домашнего хозяйства».

Шэнь Донг замолчал. Все уже вышло из-под контроля, но не было необходимости показывать эту уродливую сторону семьи Шэнь Пятому принцу и другим наблюдателям.

Чувствуя его колебания, улыбка Шэнь Нинхуа постепенно похолодела: «Мой двор был обыскан и признан чистим, но двор других моих братьев и сестер еще предстоит обыскать. Было бы плохо, если бы что-то проскользнуло и доставило нам неприятности».

Шэнь Донг кивнул: «М-м, мадам, назначь кого-нибудь для проведения обыска».

Мадам Чжао знала свои пределы и знала, что она может легко это исправить. Не говоря уже о том, что Шэнь Линхань все еще была для него ценна, поскольку она все еще была настоящей дочерью семьи Шэнь, а также племянницей нынешней императрицы. Будучи носительницей удачи (поскольку она родилась с братом-близнецом), она, безусловно, может быть более полезной в будущем. Он не хотел разрушать все инвестиции, которые он сделал на нее.

Близнецы - очень важный аспект в династии Да Ан. Поскольку близнецы довольно редки, их считают символами удачи. Среди близнецов есть и «рейтинги». Близнец «мальчик-девочка» считался наиболее благоприятным среди трех возможных гендерных комбинаций. У Шэнь Линхань есть брат-близнец, что делает ее буквальным символом удачи. Так что ее «ценность» как жены возрастает в десять раз.

Шэнь Нинхуа поняла значение его слов. Шэнь Донг определенно знал, что что-то не так, но он не хотел причинять вред Шэнь Линхань. Попросив мадам Чжао обыскать дворы, было бы удивительно, если бы что-то было действительно найдено!

Мадам Чжао вздохнула с облегчением, услышав эти слова. На мгновение ее взгляд мелькнул на Шэнь Нинхуа, и ее сердце охватило разочарование: «Да, господин, но инцидент с ядовитым вином еще предстоит решить. Пожалуйста, приведите Пятого принца и мистера Чу в главный зал, пока я буду проводить обыск других дворов».

Возможно, она избежала стать виновницей смерти няни Чжоу, но не смогла выбраться из яда! Мадам Чжао не верила, что у Шэнь Нинхуа все еще будут хитрости в рукаве.

Глава 18 - Я напугала тебя до смерти?

Чу Цзюньи махнул своим веером, выходя из внутреннего двора, гудя от волнения. Какой захватывающий поворот событий. Кто знал, будет ли еще что-то веселое? Пока он пытался угадать, что может произойти дальше, раздался внезапный крик, за которым последовал громкий «всплеск».

«Молодая мисс!»

Шэнь Линхань шла вдоль пруда, когда она внезапно поскользнулась и упала в него.

Мадам Чжао обернулась на звук, ее лицо потемнело, когда она поняла, что ее драгоценная дочь оказалась в пруду.

«Быстро, спасите Линхань!» - приказала она, и ее взгляд инстинктивно повернулся к Шэнь Нинхуа, ненависть от ее взгляда ощутима.

Шэнь Донг также был ошеломлен. Его внимание обратилось на Шэнь Нинхуа, выражение которой было довольно странным. Нахмурившись, он оглядел толпу. Шэнь Линхань упала в пруд, но все охранники, которые были с ним, были мужчинами, они не могли спасти ее, иначе репутация Линхань будет разрушена.

«Все вы, повернитесь! Цин Сюэ, ты не занимаешься боевыми искусствами? Иди спаси ее!»

Глаза Чжао Юньсянь расширились, ее взгляд стал холодным: «Нет необходимости. Няня Цинь, ты иди».

По приказу мадам Чао няня Цинь без колебаний прыгнула в пруд.

Пруд не был глубоким, но в нем были посажены цветы лотоса. Так как была середина лета, листья лотоса покрывали поверхность пруда. Шэнь Линхань исчезла из поля зрения почти сразу после падения в пруд, и няне Цинь пришлось потратить некоторое время, чтобы найти ее.

Шэнь Нинхуа стояла возле пруда, глядя на листья лотоса, покрывающие воду. Ее мысли начали возвращаться к ее прошлой жизни ...

Пруд был покрыт лотосами, потому что Шэнь Линхань любила такие цветы. Она притворялась, что собирает цветы лотоса, и не спеша наслаждалась, прогуливаясь по покрытому лотосами пруду. Даже Первый принц, Байли Циньи, был очарован ее красотой, окруженной цветущими цветами лотоса, когда она грациозно собирала их. Он даже сделал ей предложение, желая сделать ее своей женой.

Однако за два месяца до свадьбы Байли Цинзе решил раскрыть планы Первого принца по преждевременному восстанию. Первый принц все еще имел много власти и последователей. Подчиненные Шэнь Нинхуа понесли потери, пытаясь сбежать с доказательствами, которые они собрали. По пути во дворец она подверглась нападению Первого принца и потеряла способность рожать.

После поражения Первого принца она провела три месяца в постели. Байли Цинзе держал ее за руки и произносил слова с такой искренностью, что она все еще могла вспомнить каждое слово, как будто это было только вчера.

«Даже если у нас не будет детей, у меня никогда не будет других женщин. Я всегда могу выбрать наследника среди своих племянников, и навсегда будет только нас двое».

Тогда она почувствовала себя счастливой, думая, что ее усилия не напрасны. Но теперь, вспоминая эти слова, она испытывала отвращение. Он очень хотел свергнуть Первого принца, и все это было ради Шэнь Линхань!

Шэнь Нинхуа обернулась, и она холодно посмотрела на Байли Цинзе, у которого было обеспокоенное выражение лица. Если бы кто-то сказал, что Шэнь Линхань лучше всех манипулирует сердцами, то Байли Цинзе, несомненно, будет считаться лучшим лжецом, которого кто-либо когда-либо видел.

Его ложь породила бесчисленные сладкие сны для нее. В этих снах он все еще был таким теплым, преданным и страстным любовником. И все же в реальной жизни он сломал ей крылья своими собственными руками, прежде чем выбросить ее из облаков на землю, а сам сидел на троне с женщиной, которую он «по-настоящему любил» всю свою жизнь, пока она лежала одна в Холодном дворце, и для нее даже не было должного захоронения.

Все охранники обернулись, то же самое для Байли Цинзе и Чу Цзюньи. Но оба они, казалось, колебались.

Видя, что Шэнь Донг слишком беспокоился о Шэнь Линхань, чтобы заботиться о них, Чу Цзюньи решил остаться. Не было никакого вреда, так как он был здесь, чтобы сопровождать Пятого принца.

Наконец, было движение в воде. Проведя много времени в воде, няня Цинь потянула Шэнь Линхань за рубашку и подняла ее.

Лицо мадам Чжао было бледным. Она повернулась к служанкам рядом с ней и приказала: «Чего вы ждете! Идите и помогите ей!»

Несколько крепких женщин пошли вперед и вытянули Шэнь Линхань и няню Цинь из пруда. Тем не менее, когда Шэнь Линхань собирались вытащить из воды, она внезапно проснулась и начала бороться и кричать: «Монстр! В воде чудовище! Отпустите меня!»

«Линхань, дочь моя, что с тобой случилось?»

Шэнь Линхань, похоже, не слышала слов мадам Чжао и продолжала кричать.

Одна из служанок потеряла равновесие и была почти сбита в пруд, когда они вытягивали Шэнь Линхань.

«Что это ……» - задрожала она.

Все проследили за ее взглядом и увидели морщинистую руку, крепко сжимающую лодыжку Шэнь Линхань. В шоке, служанки почти отпустили Шэнь Линхань, и она чуть снова не оказалась в пруду.

«Быстрее, вытащите молодую мисс!» - взревел Шэнь Донг.

Няня Цинь также была шокирована страшной сморщенной рукой, ее лицо было бледно-зеленым. Она ударила запястье сморщенной руки и изо всех сил вытянула Шэнь Линхань.

Шэнь Линхань выглядела ужасно. Она была мокрой, заколка на голове исчезла, на ее лице было немного водяной травы и водорослей.

Лицо Шэнь Нинхуа было переполнено беспокойством: «Цин Сюэ, иди и принеси одежду для младшей сестры». Двор Спокойствия был ближайшим отсюда, и, как старшая сестра, она должна проявлять некоторую заботу о Шэнь Линхань.

«Да, молодая мисс».

Мадам Чжао бросилась к Шэнь Линхань, немедленно отдав приказ вызвать доктора. К счастью, Ци Чжэнцзюнь не ушел. Когда Цин Сюэ вернулась с одеждой для Шэнь Линхань, Ци Чжэнцзюнь также прибыл.

Он был шокирован появлением Шэнь Линхань. Когда он подошел к ней, чтобы проверить ее пульс, Шэнь Линхань оттолкнула его в сторону и закричала: «В пруду есть чудовище! Мама, что-то там тянуло за мою ногу!»

Мадам Чжао держала Шэнь Линхань на руках, она вытерла воду на ее лице с помощью рукавов и строго сказала: «Не существует чудовищ, за это должен быть ответственен человек!»

Не дожидаясь приказа мадам Чжао, няня Цинь уже выловила человека, схватившего Шэнь Линхань.

Несколько вздохов было слышно из толпы.

Это была пропавшая няня Чжоу!

Глава 19 - Она еще не умерла!

В этот момент Лян Юй застыл.

«Мама!» - крикнул он, побежав к няне Чжоу, хватая ее за руки. Убедившись, что ее руки были ледяными, он заметно расслабился. Мертва, она была мертва. Пока она была мертва, они могли легко придумать историю. Если бы она была еще жива, у них были бы большие проблемы.

Посреди хаоса подбежал слуга и сообщил Чу Цзюньи, что доктор Чен прибыл.

«Приведите доктора Чена сюда, он также может лечить вторую мисс Шэнь». - сразу же приказал Чу Цзюньи.

Услышав это, в голове Шэнь Нинхуа начал формироваться план.

Шэнь Донг поспешно приветствовал Чэнь Юня, когда он прибыл: «Доктор Чен, моя дочь упала в пруд, пожалуйста, посмотрите на нее».

Чэнь Юнь кивнул, нахмурившись и не приветствуя Пятого принца, он прямо бросился к Шэнь Линхань.

Мадам Чжао держала Шэнь Линхань на руках. Видя испуг на ее лице, мадам Чжао сжала свое сердце и ущипнула Шэнь Линхань. «Линхань, почему ты упала в пруд? Ты пыталась напугать меня до смерти?»

Боль, казалось, разбудила Шэнь Линхань из ее подобного трансу состояния. После обработки того, что сказала ей Чжао Юньсянь, она внезапно заплакала: «Мама, я просто шла возле пруда и внезапно почувствовала, как кто-то толкнул меня. К счастью, мне повезло, иначе я больше не смогу увидеться с матерью...»

Шэнь Нинхуа ухмыльнулась в своем сердце. В этот момент мадам Чжао уже стерла грязь с лица Шэнь Линхань и поправила ее волосы. Бледная, дрожащая и слезливая Шень Линхань вызвала у зрителей жалость. Услышав, что кто-то толкнул ее в пруд, все обратили свое внимание на поиск преступника.

Выражение лица первой леди ожесточилось. «Кто посмел... Кто посмел попытаться навредить молодой мисс из семьи Шэнь? Господин…… » - закричала она, сдерживая слезы.

Из-за громкого шума прибыла не только старушка Сяо, но и Вторая леди Су и Третья леди Мэн также прибыли со своими личными служанками.

Вторая леди услышала слова мадам Чжао, как только прибыла, и она сразу же воскликнула: «У кого есть смелость заговорить против семьи Шэнь? Сначала Шэнь Нинхуа была подставлена за отравление вина, а теперь Шэнь Линхань была брошена в пруд. Кажется, кто-то пытается навредить обоим молодым мисс в нашей семье Шэнь! Ах, Пятый принц, я не знала, что у нас все еще есть гости. Простите мою наглость».

Байли Цинзе слегка кивнул: «Неважно, мадам».

Чжао Юньсянь чуть не упала от гнева, Вторая леди помогала этой девке Шэнь Нинхуа! Предполагалось, что именно Шэнь Нинхуа отравила вино, а мадам Су превратила ее в жертву?

Шэнь Нинхуа слегка поклонилась мадам Су: «Вторая тетя».

Вторая леди взяла Шэнь Нинхуа за руку и потянула ее к себе, нежно улыбаясь ей. «Вставай, бедный ребенок. Ты страдала сегодня. Сначала это был яд в вине, потом убийство, а затем обыск во дворе, не говоря уже о проклятых воронах, все еще кружащих над нами. Так много всего произошло одновременно, это действительно утомляет».

Шэнь Нинхуа опустила голову, скрывая улыбку, которая распространялась по ее лицу. Она уже начала чувствовать себя ближе ко второй леди. Мадам Су родом из семьи Су, известной военной семьи. Она была любимой дочерью старого генерала Су, и она росла среди солдат, в результате чего она была прямолинейной и общительной. В прошлой жизни вторая леди была очень приветлива к Шэнь Нинхуа, но со временем они разошлись. Теперь, когда мадам Су все еще хотела встать на ее сторону, Шэнь Нинхуа решила использовать этот шанс.

«Я прошу прощения за беспокойство, тетя, я в порядке. Младшей сестре нужно больше внимания, чем мне. В конце концов, она упала в пруд».

«Такой добрый ребёнок, старая мадам часто хвалила твою храбрость, говоря, что никто из нас не может сравниться с тобой». - сказала мадам Су с любовью, держа ее за руку.

Слова мадам Су, хотя и произносимые в полушутливой манере, заставили окружающих задуматься. Все они видели эти ценные подарки, которые приготовила Шэнь Нинхуа, все эти вышивки и книги ... Почему такая сыновняя дочь отравит их вино?

Первая леди стиснула зубы, ее хватка на Шэнь Линхань сжалась неосознанно. Эта проклятая сука Су!

«Мама…», - прошептала Шэнь Линхань, ее мама причинила ей боль.

Мадам Чжао вернулась к реальности, и она поспешно попросила доктора Чена взглянуть на свою дочь.

Чэнь Юнь наблюдал за ситуацией в момент его прибытия. По просьбе Первой леди он начал говорить свой диагноз: «Вторая мисс должна быть в порядке. Чашки имбирного чая для борьбы с простудой будет достаточно. Но вы все еще хотели бы спасти няню, которая здесь лежит?»

Спасти няню??

Глаза Чжао Юньсянь расширились, разве няня Чжоу не должна была умереть?

Ошеломленный, Лян Юй остановился, заикаясь словами: «Доктор ..., вы ... вы говорите ... моя мать ... не умерла?»

«Буду ли я шутить о человеческой жизни? Она все еще дышит, я могу ее спасти». - нахмурился Чэнь Юнь.

Лицо Чжао Юньсянь побледнело, она приказала няне Цинь похитить няню Чжоу и положить ее труп во двор Шэнь Нинхуа после того, как задушит ее до смерти. Она считала, что, поскольку няня Чжоу все равно умрет, не нужно было быть слишком осторожной. Она просто приказала своим подчиненным сделать дело. Если бы няня Чжоу проснулась, она бы предала Первую леди.

Видя реакцию Первой леди, Шен Нинхуа мысленно усмехнулась. Когда мадам Чжао послала к ней Ван Сян, она уже начала опасаться ее. Кто знал, что Цин Сюэ действительно найдет что-то неладное. День назад Цин Сюэ заметила, что Первая леди похитила няню Чжоу, и немедленно сообщила об этом Шэнь Нинхуа.

Тем не менее, Шэнь Нинхуа должна была восхищаться Первой леди за то, что она действительно тщательно продумала свой план. Чтобы труп няни Чжоу казался свежим, она приказала няне Цинь убить ее за день до этого. Шэнь Нинхуа решила разрушить заговор мадам Чжао прямо перед ней! Она приказала Цин Сюэ накормить няню Чжоу специальной таблеткой и подготовилась к хорошему шоу сегодня.

Мадам Чжао никак не могла ожидать, что няня Чжоу все еще будет жива после всего этого.

Вспоминая крики Шэнь Линхань в пруду, Шэнь Нинхуа мысленно поблагодарила Бабушку Ядов. Несмотря на то, что она много страдала под ней, она выучила много навыков самообороны. Таблетка Зимней Черепахи была одним из них. После употребления ее можно было бы перейти в состояние псевдосмерти и даже выжить под водой два часа. Она тайно распылила противоядие на тело Шэнь Линхань, поэтому, когда она упала в пруд, противоядие вступило в силу и разбудило няню Чжоу, так и произошла сцена только сейчас.

Это будет считаться избиением Первой леди в ее собственной игре, верно?

Чу Цзюньи увидел холодный взгляд Шэнь Нинхуа, его мозг лихорадочно забился, пытаясь понять, что произошло. Он не мог понять, как все произошло, но он был уверен в одном: Шэнь Нинхуа как-то связана со всем этим. С огромным любопытством, что эта девушка все еще скрывает, он решил помочь ей еще раз:

«Дядя Чен, так как этот человек все еще может быть спасен, тогда спасите ее. Вторая мисс сказала, что эта няня когда-то служила им. Первая леди и вторая мисс не хотели бы, чтобы няня страдала. Леди, вторая мисс, не волнуйтесь, навыки дяди Чена одни из лучших, поэтому, даже если она уже достигла призрачных ворот, дядя Чен может оттащить ее к нам».

Шэнь Нинхуа молча усмехнулась, когда Чу Цзюньи заговорил, искривленный взгляд Чжао Юньсянь и уродливое лицо Шэнь Линхань были такими забавными!

Пока она наслаждалась, ее враждебность к Чу Цзюньи значительно уменьшилась. Неважно, какова его цель, Шэнь Нинхуа признает, что она должна этому человеку одолжение.

Глава 20 - Ты действительно думаешь, что сможешь победить меня?

Услышав слова Чу Цзюньи, доктор Чен кивнул и достал аптечку из своего рукава. Он вынул несколько серебряных игл и проткнул их в нескольких точках акупунктуры няни Чжоу.

Вскоре глаза няни Чжоу открылись.

Мадам Чжао замерла, и ее мысли яростно зашевелились. Она не могла позволить няне Чжоу раскрыть правду независимо от цены! Она холодно посмотрела на Лян Юй, который был напуган от этого взгляда.

«Какая бесполезная вещь!» - мысленно ругала мадам Чжоу, но все еще должна была дать ему подсказку: «Слава Богу. Лян Юй, почему ты все еще стоишь там? Разве ты не видишь, что твоя мать не спит? Пойди и проверь ее».

Увидев убийственное намерение в глазах Мадам Чжао, Лян Юй мгновенно понял ее намерения. Он бросился к няне Чжоу и завопил: «О, мама! Ты наконец-то проснулась! Кто может быть настолько жестоким, чтобы бросить тебя в пруд? Ты могла умереть! Я уверен, что Господин и Первая леди найдут справедливость для нас!»

Няня Чжоу все еще была в шоке, но пришла в себя, когда услышала крики Лян Юй. Она повернулась к Первой леди, ее глаза наполнились ненавистью, и она открыла рот, чтобы сказать хриплым голосом: «Леди… Вы…»

Сердце Лян Юй стучало. Если няня Чжоу заговорит, вся его семья будет обречена! Он сжал зубы и быстро принял решение. Помогая няне Чжоу подняться, он воспользовался возможностью, чтобы сильно ударить тыльной стороной ладони по ее горлу.

Няня Чжоу была ошеломлена, ее налитые кровью глаза широко распахнулись от недоверия. Ее собственный сын фактически предал ее!

«Мама, расслабься и говори медленно». Большие капли пота собрались на лбу Лян Юя, когда он встал на колени на земле, дрожа от страха и нервозности.

Но няня Чжоу больше не могла говорить, она могла только выдать несколько тяжелых вздохов изо рта.

Действия Лян Юй были быстрыми, не говоря уже о том, что он намеренно заблокировал линию зрения других своей спиной. Поэтому на самом деле не было никого, кто бы видел его действия.

Чэнь Вэнь нахмурился, он прищурился и хотел что-то сказать, но Чу Цзюньи отрезал его: «Это действительно прискорбно... Нашелся свидетель всех этих преступлений, но она не может говорить».

Мысли Шэнь Нинхуа мчались. Чэнь Вэнь явно чувствовал, что что-то не так, но сдерживался из-за слов Чу Цзюньи. Не похоже, что неподкупный доктор Чен из ее прошлой жизни может сделать такое. У этих двух определенно были особые отношения. Каким-то образом у Шэнь Нинхуа было странное чувство, что Чэнь Вэнь на самом деле подчинялся приказам Чу Цзюньи.

Тем не менее, было действительно странно, что внезапно няня Чжоу больше не могла говорить. Но это было неважно, до тех пор, пока у Шэнь Донга начали возникать подозрения в отношении мадам Чжао, у нее было много возможностей усложнить их жизнь.

Первая леди вздохнула с облегчением, ее напряженное выражение несколько расслабилось. «Жаль, что она не может говорить. Но пока она жива, это самое главное. И все же, зачем ее бросать в пруд?»

Мадам Су рассмеялась: «Сестра права, это должен был быть простой банкет, но, как ни странно, сегодня многое произошло. Служанка, которую бросили в пруд, смогла выжить, что означает, что дело было совершено не так давно… Мы только что закончили обыск во дворе Нинхуа и не смогли ничего найти. И теперь, когда мы собирались обыскать другие дворы, произошло это…» Мадам Су не закончила предложение, но все знали, на что она пытается намекнуть. Это был явно тот, кто пытался уничтожить улики.

Лицо Шэнь Донга потемнело, и он посмотрел на мадам Су. Даже если то, что она сказала, имело смысл, ей не следовало говорить это так прямо. Но мадам Су был его невесткой, и он не мог сделать ей выговор. Он обратил свое внимание на Первую леди, его глаза наполнились подозрением и неудовлетворенностью.

Мадам Чжао могла только подавить ненависть в своем сердце. Она нежно обняла Шэнь Линхань и со слезами на глазах сказала: «Господин, это я во всем виновата, я не смогла правильно управлять домом и стала причиной такой катастрофы. У меня нет для этого оправдания, но я буду полностью расследовать это, а затем ждать наказания от Господина».

Шэнь Линхань посмотрела на Шэнь Донга, сдерживая слезы на глазах: «Отец, мать всегда старательно поддерживала дом. Но яд в вине и инцидент с няней Чжоу также тяжело давит на нее. Она также очень обеспокоена всем этим. Пожалуйста, отец, прости мать». Сказав это, она посмотрела на Байли Цинзе и Чу Цзюньи. Хотя это был просто взгляд, но ее глаза были умоляющими и отчаянными.

«Господин Шэнь, поскольку няня Чжоу не может говорить, это затруднит расследование. Я уверен, что мисс Линхань все еще в шоке от падения в пруд. Я думаю, что лучше, чтобы господин Шэнь не ругал ее сейчас так резко». - сказал Байли Цинзе.

«Пятый принц прав, Линхань, тетя слышала, что ты сказала, что кто-то толкнул тебя? Это немаловажно, нельзя отпустить человека, который пытался навредить молодой мисс из семьи Шэнь». - сказала мадам Су, сжимая в руках платок.

Шэнь Линхань задумчиво опустила голову, ее лицо медленно побледнело: «Я только сейчас испугалась, я не думаю, что кто-то меня толкнул. В конце концов, только старшая сестра была рядом со мной. Должно быть, это было ... просто мое воображение». Она смотрела на Шэнь Нинхуа, когда говорила, ее губы дрожали, как будто она пыталась скрыть свою печаль и боль.

Шэнь Линхань явно выдумала, заявив, что это всего лишь ее воображение, но при этом возлагает всю вину на Шэнь Нинхуа. Шэнь Нинхуа насмешливо посмотрела на нее, но она скорбела и повернулась к Шэнь Донгу: «Отец, это правда, что я была рядом со второй сестрой, но я была как минимум на четыре шага позади нее. Если бы я действительно хотела втолкнуть ее в пруд, я не думаю, что смогу сделать это с той жалкой силой, которой обладаю».

Чу Цзюньи махнул веером в руке и подошел к месту, где упала Шэнь Линханьь, с улыбкой на губах. Легким движением лодыжки он поднял буддийские четки с земли. «Эти бусинки действительно гладкие, даже я бы упал, если бы тоже наступил на них».

Выражение лица Шэнь Донга упало, смысл слов Чу Цзюньи был очевиден. Он был еще более разочарован действиями Шэнь Линхань. Эта дочь всегда была разумной и острой, но почему она сегодня такая глупая? Даже если она хотела кого-то обвинить, у нее должны были быть веские доказательства. Даже он заметил, что Шэнь Нинхуа была довольно далеко от нее и не могла толкнуть Шэнь Линхань.

Шэнь Линхань стиснула зубы, взгляды окружающих были презрительными, как громкие пощечины на ее лице. После такого шока ее первой реакцией было подтолкнуть все на Шэнь Нинхуа, но она не учитывала детали в своих обвинениях, что привело к ее ошибке. Ее взгляд упал на Шэнь Нинхуа, которая стояла сбоку, и ненависть в ее сердце возросла. Если бы не эта девка, она не была бы унижена!

Глава 21 - Достаточно ли доказательств?

«Сестра, я, должно быть, только сейчас растерялась и чуть не вызвала недоразумение. Ты на меня не сердишься?»

Глядя на невинное выражение лица Шэнь Линхань, Шэнь Нинхуа покачала головой. Она подошла к Шэнь Линхань и помогла ей встать, прежде чем нежно сказать: «Как я могу на тебя злиться? Я только что вернулась и все еще хочу поближе познакомиться с младшей сестрой. Несмотря на то, что сегодня существует много недоразумений, я уверена, что все наладится, и мы сможем все решить».

Ха, если ты хочешь притворяться невинной, тогда я присоединюсь к тебе.

Шэнь Линхань застыла на секунду, прежде чем вернуться в нормальное состояние. «О, тогда это здорово. Не волнуйся, старшая сестра, мы обязательно узнаем, кто отравил вино, я верю тебе, старшая сестра!»

Проклятая девка, сейчас ты можешь одержать верх, но ты не избежишь ядовитого вина!

Шэнь Донг слегка нахмурился. Он поклонился Чэнь Юнь и сказал: «Доктор Чен, могу я побеспокоить вас проверить вино? Это в главном зале».

Чэнь Юнь кивнул. Он бросил взгляд на няню Чжоу, которая задыхалась на земле, и последовал за Шэнь Донгом на передний двор.

Все было оставлено нетронутым в главном зале. Чэнь Юнь подошел к столам, поднес к носу чашку с вином и понюхал. Его брови нахмурились.

«Доктор Чен, что-то не так?» - неуверенно спросил Шэнь Донг.

Чэнь Юнь покачал головой, продолжил проверять все винные чашки на столах и пошел понюхать банки с вином. «Мистер Шэнь, что вы хотите, чтобы я проверил?»

Шэнь Донг выглядел удивленным: «Было ли это вино отравлено или нет, естественно».

«Мистер Шэнь, должно быть, шутит. Это вино ароматно пахнет и изысканно, ингредиенты для варения также были выбраны с большой осторожностью. Если регулярно пить, это также полезно для организма. Яда вообще нет».

Чу Цзюньи посмотрел на Чэнь Юня и заметил легкое качание его головы. Он обратил свое внимание на Шэнь Нинхуа, полный удивления. Чэнь Юнь указывал, что вино не содержит яда! Чу Цзюньи также выучил какое-то лекарство для самообороны, поэтому он уже знал, что в вино добавлен мышьяк. Он позвал Чэнь Юня и намекнул ему защитить Шэнь Нинхуа, если сможет. Кто знал, что Шэнь Нинхуа уже сама решила ситуацию ... С каким человеком эта девушка познакомилась в той долине?

Шэнь Нинхуа медленно подняла голову, ее глаза ярко сияли. Схема, за которой следует еще одна схема, одна ведет к следующей. Чжао Юньсянь и Шэнь Линхань были очень умны, но она больше не была Шэнь Нинхуа, которую они когда-то знали.

Она вернулась с большим количеством ненависти и мести в ее сердце. И она никогда не успокоится, пока не бросит их всех в ад...

Казалось, что мадам Чжао и Шэнь Линхань были достаточно уверены в своих схемах, но мало ли они знали, что Шэнь Нинхуа была экспертом в ядах, а мышьяк был для нее всего лишь детской забавой. Она могла бы нейтрализовать его, чтобы никто не заметил. Похоже, Шэнь Донг также понял, что что-то не так.

Хммм, почему эти мать и дочь попытаются приколоть все к Шэнь Нинхуа сейчас?

«Отец, это вино было сварено по рецепту, который я нашла в старой медицинской книге. Я собирала ингредиенты понемногу ради здоровья бабушки и папы. В конце концов, жизнь семьи Шэнь зависит от вас, старейшин». Шэнь Нинхуа подошла к Шэнь Донгу со слезами на глазах. «Но кто знал, что так много всего случится. Этот случай не только угрожает моей невиновности, но и угрожает безопасности семьи Шэнь! Вино было ядовито несколько минут назад, а теперь нет. Произойдет ли то же самое с нашей едой в будущем?»

Он может не заботиться об инцидентах, которые не влияют на него, но теперь, когда этот случай влияет на его собственную безопасность, Шэнь Донг определенно отнесется к этому вопросу серьезно. Шэнь Донг определенно будет подозревать Чжао Юньсянь прямо сейчас!

Лицо мадам Чжао стало зеленым, а ее спина покрылась холодным потом. Это не было частью их плана! Предполагалось, что Шэнь Нинхуа возьмет на себя ответственность за яд и смерть няни Чжоу, и на этом все закончится. Но теперь вино оказалось не ядовитым, но все же кто-то умер от него. Если они расследуют это дальше, мадам Чжао, безусловно, будет одним из подозреваемых. Эта девка Шэнь Нинхуа!

«Господин, я тоже чувствую, что все довольно странно. Доктор Ци, вы также проверяли вино, с ним что-то не так?» - слабо нахмурилась мадам Су.

Доктор Ци поспешно подошел к столу и проверил вино. Он не верил, что его суждение было неверным. После тщательной проверки вина серебряной иглой, он нахмурился: «Доктор Чен, возможно, вы не проверяли вино тщательно? В вине явно присутствуют следы мышьяка, почему вы говорите, что оно не ядовито?»

Шэнь Нинхуа хмыкнула: «Доктор Ци, вы не хотите признать свое неправильное суждение, а вместо этого хотите сомневаться в докторе Чене? Вы так уверены, что я отравила вино?»

«Если утверждать, что ядовитое вещество безвредно, в этом определенно нужно сомневаться! Вино содержит яд! Я уверен в этом!» - сердито сказал доктор Ци.

Голос Шэнь Нинхуа стал холоднее: «Вы уверены в этом? Доктор Чен ясно сказал, что вино не ядовито, но вы ему не верите. Вы говорите, что ваши навыки выше, чем у доктора Чена?»

«Если старшая мисс так уверена, что вино не содержит яда, пожалуйста, предоставьте нам некоторые доказательства. Или люди начнут верить, что вы пытаетесь скрыть свои преступления!» - нерешительно сказал Ци Чжэнцзюнь. Медицинские навыки Чэнь Юня были бесподобны, как он мог сравниться с ним. Но он не мог проглотить унижение оскорбления прямо ему в лицо.

Шэнь Нинхуа вызывающе подняла бровь: «Тогда что бы вы сделали, если бы я доказала, что вино действительно не ядовито?»

«Тогда я уйду с должности доктора семьи Шэнь!»

Губы Шэнь Нинхуа слегка изогнулись: «Хорошо, тогда я докажу это доктору Ци».

Когда она это сказала, Шэнь Нинхуа подняла чашку с вином и опустила ее.

«Ты ... ты с ума сошла?» - воскликнул доктор Ци.

Шэнь Нинхуа вытерла рот и печально сказала: «Это всего лишь безвредная чашка вина, но вы обвиняете меня в отравлении. Все мои усилия, чтобы быть сыновней, запятнаны этим. Если я не смогу доказать свою невиновность, то с тем же успехом могу умереть от яда!»

Мадам Су бросилась к Шэнь Нинхуа, и ее лицо вспыхнуло гневом: «Доктор Ци, вы увидели свои доказательства, так что вино все еще содержит яд?»

Доктор Ци был ошеломлен, Шэнь Нинхуа была в порядке, выпив вина. Это был уже лучший способ доказать, что вино безвредно.

Мадам Су продолжила: «Глупая девочка, даже если ты хочешь доказать, что вино безвредно, тебе не нужно пить его самостоятельно. В нашей семье Шэнь много слуг, почему мы заставим старшую мисс лично выпить? Бедная девочка, ты потеряла свою мать в раннем возрасте, так тетя я не могу просто стоять и смотреть, пока ты страдаешь от этой несправедливости. Позволь мне также выпить вино». Мадам Су тоже подняла чашку с вином, когда сказала это, готовясь сделать глоток из нее.

Глава 21 - Достаточно ли доказательств?

Мадам Чжао поспешно остановила ее и взял у мадам Су чашку с вином: «Невестка, мы всегда можем найти кого-то, кто попробует это вино для нас, мы не можем побеспокоить тебя сделать это». Если Мадам Су выпьет эту чашку вина, то семья Су не только ругала бы ее, но и обязательно постучала бы в дверь. И она не могла позволить себе слухи, что она пыталась убить дочь предыдущей Первой леди. «Нинхуа, глупая девочка, ты всегда была такой опрометчивой. Почему бы нам не поверить тебе?»

Шэнь Нинхуа покачала головой, улыбаясь смиренным выражением лица: «Если бы я смогла доказать, что я невиновна, еще несколько чашек вина - это небольшая цена».

Мадам Су нежно схватила ее за руки и повернулась к Шэнь Донгу и мадам Чжао: «Брат, старшая невестка, Нинхуа сама выпила вино. Вино чистое, но девушка-слуга, которая его выпила, умерла. Здесь определенно что-то нечисто, не говоря уже о няне Чжоу, найденной в пруду. Кто-то явно нацелен на семью Шэнь. Мы не можем просто игнорировать эти инциденты. Мы должны во всем разобраться».

Выражение лица Шэнь Донга было искажено до предела. Эти инциденты один за другим становились все более и более нелепыми. Он обратил свое внимание на мадам Чжао. Все сегодняшние инциденты были очень странными, и он не мог не рассуждать. Не слишком ли он испортил мадам Чжао, могла ли она пренебречь своими обязанностями?

Заметив выражение его лица, мадам Чжао забеспокоилась и успокаивающе сказала: «Господин, этот инцидент действительно странный, было бы разумно тщательно изучить его, прежде чем прийти к выводу».

«Если старшая невестка хочет провести расследование, это будет очень простой процесс. Охранники, приведите Сюэ Чжу, Ван Сян, Лян Юя и всех слуг, причастных к отравлению вина сюда. Хотелось бы узнать, кто этот глупый негодяй, который осмелится навредить молодой мисс нашей семьи Шэнь». Мадам Су приказала с взмахом руки.

«Невестка, Пятый принц и мистер Чу все еще присутствуют, давай не будем беспокоить их нашими семейными делами. Я лично задам вопросы этим слугам и все объясню Нинхуа и Линхань».

Мадам Су усмехнулась: «Старшая невестка, ничего страшного в этом нет. Мы публично ищем справедливости для молодой миссис нашей семьи. Разве не лучше, что Пятый принц и мистер Чу здесь с нами? Они могут быть нашими свидетелями, так что другие не увидят семью Шэнь как людей без дисциплины».

Пока она говорила, к ним привели Сюэ Чжу, Ван Сян и остальных слуг. Лицо мадам Чжао побледнело, эта сука, мадам Су, хочет расследовать это? Она повернулась к Шэнь Донгу, ее глаза умоляли: «Господин, что вы думаете об этом?»

Выражение лица Шэнь Донга не было лучше, но он не мог открыто разорвать лицо мадам Чжао: «Пятый принц, мистер Чу, извиняюсь за то, что показал такую смехотворную сторону семьи Шэнь, возможно, в другой день ……»

Чу Цзюньи махнул своим веером и сказал: «Эти инциденты произошли вскоре после возвращения старшей мисс. Если бы мы не знали лучше, люди бы предположили, что именно она спровоцировала это. К счастью, мы присутствуем сегодня и можем помочь вам выступить в качестве свидетелей, чтобы защитить ее».

Пятый принц кивнул, он заметил Шэнь Нинхуа, стоящею рядом, его взгляд задержался на несколько мгновений, прежде чем взглянуть на бледную Шэнь Линхань: «Цзюньи прав, премьер-министр Шэнь, этот инцидент должен быть расследован должным образом. Мне любопытно узнать, кто способен вызывать такой хаос и в семье Шэнь».

Шэнь Донг стиснул зубы и кивнул, он повернулся к трем слугам, стоящим на коленях на земле. Его взгляд полон ненависти: «Говорите! Что вы, слуги, сделали?»

Шэнь Нинхуа попыталась сдержать смех, услышав эти слова. Как и ожидалось от Шэнь Донга, как и ожидалось от ее доброго отца! Он на самом деле использовал метод мадам Чжао, чтобы свалить всю вину на своих слуг! Все они слуги, без приказа своего хозяина, почему они замышляют против молодой мисс семьи Шэнь? Они устали жить?

Несколько слуг, стоящих на коленях на земле, уже дрожали от страха. Услышав слова Шэнь Донга, их мысли стали пустыми. Сюэ Чжу была менее затронута, чем остальные. В конце концов, она была слугой при старушке Сяо, все, что она сделала, просто сообщила об этом инциденте, она ни в чем невиновата. Но Ван Сян и Лян Юй были в беде. Если они не ответят достаточно хорошо, это будет стоить им жизни.

«Господин, этот слуга ничего не знает, это Ван Сян! Она была той, кто привела мою маму, после этого ее больше не видели, и теперь она в таком состоянии. Этот слуга просто здесь, чтобы искать справедливости для моей матери! Этот слуга невиновен!» Лян Юй завопил, стоя на коленях на земле. Его крики были наполнены горем, а лицо - печалью.

«Тихо!» - Шэнь Донг сильно ударил кулаком по столу.

Лян Юй немедленно замолчал и остался стоять на коленях на земле.

«Ван Сян, Лян Юй говорит правду? Почему ты пошла и нашла няню Чжоу?» Шэнь Донг посмотрел на нее с сомнением.

Ван Сян опустилась на колени, ее лицо было совершенно белым, внезапно ее взгляд мелькнул на мадам Чжао, но она мгновенно испугалась ее убийственного намерения. «Эта служанка ... пошла искать няню Чжоу ... потому что ... потому что ...» - заикалась она, пытаясь что-то придумать.

«Выкладывай прямо сейчас!» - проревел Шэнь Донг.

«Это… это старшая мисс. Старшая мисс приказала этой служанке идти. Старшая мисс была недалекой, она сказала, что это месть няне Чжоу за использование приданого предыдущей Первой леди. Старшая мисс только сказала, что хочет немного наказать няню Чжоу, и приказала этой служанке позвать ее сюда». На данный момент Ван Сян могла надеяться только на безопасность своей семьи. Она надеялась, что Первая леди пощадит жизнь ее семьи, если она не будет предавать Первую леди даже до самого конца.

Мадам Чжао расслабила свой сжатый кулак, и ее хмурый взгляд значительно уменьшился.

Шэнь Донг замолчал, выражение его лица было задумчивым.

Мадам Су нахмурилась и открыла рот, чтобы поспорить, но Шэнь Нинхуа остановила ее, потянув за руку.

Шэнь Нинхуа горько улыбнулась и тихо прошептала мадам Су: «Тетя, этот инцидент начался из-за меня, позвольте мне также сказать несколько слов».

Ее голос не был громким, и она звучала очень спокойно. Услышав ее слова, гнев в сердце мадам Су уменьшился, и она кивнула Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа подошла к Ван Сян и посмотрела ей в глаза с безмятежным выражением лица: «Ван Сян, хотя ты долго не служила мне, я не припомню, чтобы я несправедливо относилась к тебе. Что я сделала, чтобы обидеть тебя, чтобы ты так клеветала на меня?»

«Эта служанка ... эта служанка не ...»

«Не так ли?» - усмехнулась Шэнь Нинхуа: «Не забывай, что няня Чжоу была не единственной, кто использовал приданое моей матери. Ты также носила шпильку моей матери. Если бы я хотела отомстить, ты была бы легкой целью. В конце концов, ты уже стала слугой подо мной. Если бы я убила тебя, я могла бы просто заменить тебя, не моргая. То же самое относится и к няне Чжоу. Если я действительно хотела отомстить, зачем мне проходить через все эти неприятности?»

Глава 22 - Я должна сначала согласиться с этим!

«Это…»

«Кроме того, ты, должно быть, забыла что-то еще. Няня Чжоу не умерла. Ее нашли в пруду, когда мы собирались обыскать другие дворы. Я только что вернулась, со мной только четыре служанки, и все они всегда были рядом со мной. Я действительно хочу знать, как я могла бросить няню Чжоу в пруд? Ты говоришь, что у меня есть кто-то, кто тайно помогает мне и спланировал все это заранее?»

Голос Шэнь Нинхуа был громким и чистым. Каждое предложение, которое она произносила, было убедительным, заставляя слушателей следовать ее мыслям.

Шэнь Донг не мог не смотреть на мадам Чжао. Единственный человек, который мог свободно передвигаться по дому, - это глава дома. Может ли она все спланировать?

Ван Сян потеряла дар речи, она ничего не могла сказать, чтобы опровергнуть это.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Ван Сян, ее темные глаза были спокойными и собранными: «Ван Сян, у нас только одна жизнь. Если мы потеряем ее, мы не сможем ее вернуть. Есть ли что-нибудь лучше, чем быть живым? Теперь ты можешь сказать мне, кто ... кто просил тебя вызвать няню Чжоу?»

Ван Сян задержала дыхание, она чувствовала ледяной взгляд, и не могла не чувствовать себя беспомощной, ее взгляд переместился на Первую леди: «Это… это…»

Няня Цинь бросилась вперёд и сильно ударила Вана Сян по лицу: «Ты смотришь в лицо смерти, но не хочешь говорить правду! Ты действительно хочешь, чтобы вся твоя семья взяла на себя вину?»

Жизнь твоей семьи в руках Первой леди. Если ты не хочешь, чтобы твоя семья умерла вместе с тобой, тебе лучше быть осторожной с тем, что говоришь

Ван Сян упала с глухим стуком. Няня Цинь повернулась к Шэнь Нинхуа: «Молодая мисс, эта служанка никогда не была надежным человеком. Молодая мисс ничего не получит от нее, просто спросив, лучше сперва наказать ее».

Шэнь Нинхуа отвела взгляд от Вана Сян с отстраненным выражением на лице: «Тогда я должна была бы поблагодарить няню Цинь за предложение ее услуг».

«Не за что, юная мисс». Няня Цинь вежливо поклонилась.

Мадам Су рассмеялась: «Няня Цинь, твои действия не были слишком быстрыми? Смотри, эта девушка-слуга сейчас в оцепенении. Похоже, она не сможет рассказать нам о виновнике, даже если захочет. Старшая невестка, твои слуги все такие хитрые! Такая очевидная тактика, ты действительно думаешь, что остальные глупы?»

Мадам Чжао могла только изобразить улыбку, и она отругала няню Цинь: «Няня Цинь, как ты смеешь прерывать допрос без разрешения?»

Няня Цинь с глухим стуком опустилась на колени перед Шэнь Донгом и мадам Чжао: «Теперь, когда дело дошло до этого, у этой старой служанки нет иного выбора, кроме как признаться, это моя вина. Накажите меня, Первая леди».

Мадам Чжао запаниковала, няня Цинь была служанкой, которая пришла с ней в семью Шэнь, одна из ее самых доверенных слуг. Она так долго следовала за мадам Чжао, и мадам Чжао рассматривала ее почти как семью. Но чтобы защитить себя, у мадам Чжао не было выбора, кроме как спросить.

«Что ты прячешь? Скажи нам немедленно».

«Да», - ответила няня Цинь, - «Эта служанка узнала, что у Ван Сян и того... Лян Юя были… скрытые отношения. Я не знала, как справиться с этой новостью, поэтому я попросила у няни Чжоу помощи. Няня Чжоу была более опытна в этом, и она разделила Лян Юй и Ван Сян друг от друга. Позже Ван Сян начала угрожать нам, но мы не колебались. Кто знал, что девушка была настолько жестокой, чтобы отомстить вот так? Ван Сян, ты все еще собираешься скрывать свои преступления?»

Ван Сян медленно встала, ее бледное лицо было покрыто слезами, а ее глаза были безжизненными: «… Да, это идея этой служанки, у этой служанки были злые намерения. Я сделала все, чтобы отомстить няне Чжоу и няне Цинь...» - сказала она, Ван Сян стиснула зубы, и ее тело безжизненно упало на землю. Она не могла потащить с собой всю свою семью.

Цин Сюэ бросилась вперед и проверила Ван Сян.

«Она мертва».

Шэнь Нинхуа нахмурилась и посмотрела вниз на Ван Сян на земле. Струя крови текла из уголка ее рта. Эта девушка на самом деле откусила свой язык.

Слова няни Цинь явно были предупреждением для Ван Сян. Первая леди, должно быть, взяла в заложники свою ее семью, чтобы заставить ее покончить с собой, чтобы защитить свою семью. Кажется, эта девушка была довольно преданной, жаль, что она сейчас мертва.

После смерти Ван Сян не было никакой возможности доказать, что няня Цинь ошибалась. И теперь Первая леди может придумать любую нелепую ложь, которую она пожелает, без последствий, безупречный план.

«Вздох, эта девушка слишком строго относилась к себе. Если бы у нее действительно были отношения с Лян Юй, она могла бы сказать матери. Я уверена, что мама согласилась бы из-за ее доброты. Теперь, она напрасно умерла».

Мадам Су усмехнулась и притянула к себе Шэнь Нинхуа: «Ты слишком добра. Тебя обвинили секунду назад, а теперь ты жалеешь других. Но ты права, ей не нужно было покончить с собой, и все же она решила это сделать. Это действительно странно».

Выражение лица Первой леди значительно ослабло. Смерть Ван Сян означала, что слова няни Цинь будут восприняты как истина. Теперь "очистка " определенно будет проще. Она проигнорировала слова мадам Су и сказала: «Кто бы знал, что все это были планы одинокой служанки. Господин, я во всем виновата, накажите меня, как считаете нужным».

Шэнь Донг кивнул и повернулся к Байли Цинзе: «Извиняюсь за неприятности, которые мы причинили вам, Пятый принц. В будущем я постараюсь принести компинсацию».

Байли Цинзе кивнул с пониманием. «Вы слишком добры, мистер Шэнь. Наша встреча была прервана сегодня, но мы можем продолжить ее в другой день», - сказал он, выходя из главного зала.

Чэнь Вэнь последовал за ним, его взгляд скользнул по членам семьи Шэнь. Он резко остановился и повернулся к Шэнь Нинхуа: «Рецепт вина выглядит особенным, если еще осталось немного вина, могу ли я купить его у мисс Шэнь?»

Шэнь Нинхуа улыбнулась: «Если доктор Чен полюбил его, Нинхуа может послать кого-нибудь, чтобы доставить несколько банок позже».

Чэнь Вэнь погладил бороду и кивнул. Он бросил взгляд на доктора Ци: «Кажется, мисс Шэнь выиграла пари только сейчас. Похоже, семье Шэнь сейчас не хватает семейного врача. Как насчет этого, я знаю доктора Чжан Няня. Он не хотел входить во дворец в качестве императорского врача, чтобы оставаться свободным, но его медицинские навыки, безусловно, на высшем уровне. Если семье Шэнь нужен способный врач, вы можете отправить кого-нибудь, чтобы привести его сюда».

Глава 22 - Я должна сначала согласиться с этим!

Ци Чжэньцзюнь долгое время был доктором семьи Шэнь, и его давно купила Первая леди. В прошлой жизни травмированная лодыжка Шэнь Нинхуа болела каждый раз, когда шел дождь. Первая леди призвала доктора Ци, чтобы он осмотрел ее. Если бы не ее слуги, которые узнали, что лекарство для нее было странным, ее нога, вероятно, была бы повреждена. Кто-то предупредил ее, что Первая леди злобна и ядовита, но Шэнь Нинхуа не воспринималась как угроза для нее. И поскольку Шэнь Донг не удосужился позаботиться о ней, а старушка Сяо не уделяла ей внимания, у нее не было выбора, кроме как положиться на мадам Чжао.

Судя по характеру Чэнь Вэня, человек, которого он рекомендовал, не может быть союзником, но он определенно не может быть легко подкуплен Первой леди.

Шэнь Нинхуа поклонилась Чэнь Вэню: «Спасибо за вашу доброту, доктор Чен, но это все еще зависит от решения отца».

Чэнь Вэнь молча кивнул. Удивительный показ социальной осведомленности, как и ожидалось от леди большой семьи. Не мешало бы ей немного помочь: «Мистер Шэнь, ваши мысли?»

Как Шэнь Донг мог не согласиться с этим? Увидев выступление доктора Ци, он был сильно разочарован. С рекомендацией Чэнь Вэня он мог бы сказать другим, что у него есть хорошие отношения с доктором Ченом. «Тогда я приму вашу рекомендацию, спасибо доктор Чен».

«Хорошо». Чэнь Вэнь повернулся к бледному Ци Чжэньцзюню. «Доктор Ци, есть много способов заставить серебряную иглу почернеть, но я думаю, что вы должны использовать свои серебряные иглы меньше, на случай, если однажды случайно кого-то убьете», - сказал он, взмахнув рукавами, и вышел.

Чу Цзюньи молча изучал Шэнь Нинхуа и мадам Чжао, прежде чем уйти, смеясь тайно. Было приятно видеть, как план мадам Чжао развалился. Она планировала создать Шэнь Нинхуа, но вместо этого создала для себя проблемы. Тем не менее, как Шэнь Нинхуа удалось удалить мышьяк из вина? Кажется, в ней было еще много секретов, которые он еще не открыл. Но он не спешит, еще будет много возможностей узнать. Он еще не отомстил за то, что она заставила его замочить руку в уксусе!

После того, как все гости ушли, Шэнь Донг помахал охранникам, чтобы они ушли, прежде чем повернуться к столу. С громким грохотом он бросил чайную чашку на пол. Его холодный взгляд, казалось, прорезал кости. «Пока семья Шэнь в безопасности, мы будем жить мирно. Если что-то случится с семьей Шэнь, мы все заплатим за последствия! Леди, домашние дела всегда были под твоим присмотром, у тебя есть объяснение на сегодня?»

Мадам Чжао удивленно подняла голову и посмотрела на Шэнь Донга. Ее сердце упало. Похоже, Шэнь Донг хочет докопаться до сути. Сегодня она недооценила Шэнь Нинхуа, чем больше она пыталась спасти свои планы, тем хуже становилось. «Господин, я не осознавала, что такие действия совершаются. Это почти вызвало большие проблемы, и Шэнь Нинхуа была ложно обвинена».

«Отец», - тихо произнесла Шэнь Линхань, ее глаза мгновенно наполнились слезами, и она сразу же опустилась на колени перед Шэнь Донгом, - «Пожалуйста, не наказывай мать, это моя вина. Я использовал вино старшей сестры без разрешения и дала возможность этой злой служанке Ван Сян. Пожалуйста, накажи меня вместо матери».

Первая леди опустила голову, плача. Ее лицо наполнилось болью.

Брови Шэнь Донга нахмурились, дернулись и, наконец, расслабились, «Очень хорошо, сегодняшние события ……»

«Ах, молодая мисс, что случилось?» Слова Шэнь Дуна были прерваны восклицанием Бай Руо.

Шэнь Нинхуа прикрывала свою шею, но ее лицо было наполнено болью: «Я в порядке».

«Молодая мисс, как вы можете говорить, что у вас все хорошо? Ваша шея и руки покрыты красными пятнами!» Бай Руо поспешно опустилась на колени и сказала Шэнь Донгу: «Господин, леди, пожалуйста, приведите доктора, чтобы посмотреть на молодую мисс».

Шэнь Донг был поражен, когда посмотрел на Шэнь Нинхуа. Ее шея и руки были покрыты слоем красной сыпи. Из-за ее бледного цвета лица красная сыпь была особенно заметна.

«Что произошло?» - спросил Шэнь Донг.

«Должно быть, я ранее коснулась чего-то не того, это ничего. Извиняюсь за беспокойство, отец».

Шэнь Линхань была зла из-за того, что Шэнь Ннихуа прервала их. Отец собирался простить их, но он остановился из-за Шэнь Нинхуа. Почему сыпь не появилась на ее лице и не обезобразила ее внешность!

Цин Сюэ сделала шаг вперед, поддерживая Шэнь Нинхуа: «Молодая мисс, хотя ваше тело еще не полностью восстановилось, оно не должно быть настолько слабым, чтобы что-то могло причинить вам вред. Хм? Почему цвет одежды начинает исчезать?»

Шэнь Нинхуа нахмурилась и сердито сказала: «Следи за своим ртом, мама специально подобрала эту одежду, с чего бы цвета исчезли?»

«Молодая мисс, эта служанка не лжет, цвета даже покрасили вашу шею. Ваша сыпь должна быть из-за этого».

«Бред какой то!»

Цин Сюэ немедленно опустилась на колени, не говоря ни слова, но гнев все еще был сдержан.

«Отец, пожалуйста, отпусти меня переодеться». - сказала Шэнь Нинхуа, кусая губы от боли.

Шэнь Донг посмотрел на Первую леди, и его глаза были полны разочарования. Даже если он не любил Шэнь Нинхуа, она все равно была его дочерью. С ее красивой внешностью она будет особенно полезна в будущем. Как могла мадам Чжао так открыто вредить ей!

Лицо мадам Чжао побледнело: «Господин, вся одежда Нинхуа подготовлена мной, но я сказала слугам использовать лучшие материалы. Няня Цинь, иди и посмотри на одежду».

Если бы это было в другой раз, Шэнь Донг не заподозрил бы мадам Чжао так легко, но после сегодняшних событий его подозрения в отношении мадам Чжао росли с каждой минутой. Он также был уверен в неприязни мадам Чжао к Шэнь Нинхуа.

Как только няня Цинь пошла к Шэнь Нинхуа, вошла старая мадам Сяо со своими служанками

«Не нужно смотреть. Чжао Юньсянь, ты хочешь выбросить репутацию семьи Шэнь? Если ты не можешь даже терпеть присутствие единственной дочери сейчас, ты собираешься выгнать эту старушку в будущем?»

Первая леди с грохотом опустилась на колени и закричала: «Мама, ты неправильно поняла свою дочь, как дочь могла такое сделать?»

Старушка Сяо стукнула тростью по руке мадам Чжао, ее глаза были полны отвращения: «Хм, неправильно? Что я не поняла? Одежда, которую носит Шэнь Нинхуа, была явно пропитана водой Олеандра. Ты пытаешься убить ее! И ты говоришь, что служанка, которая умерла в моем доме, не имеет к тебе никакого отношения?»

Мадам Чжао замолчала. Эта служанка действительно была отравлена ею, но она ничего не сделала с одеждой Шэнь Нинхуа!

«Господин, Нинхуа может не быть моей собственной дочерью, но я определенно не сделаю ей ничего плохого. Теперь, когда она вернулась, зачем мне вредить ей? Пожалуйста, поверьте мне, Господин!»

Глава 23 - Душно, не правда ли?

Старая мадам Сяо взяла Шэнь Нинхуа за руку и хмуро изучила сыпь. «Не сделала ничего плохого? Тогда, пожалуйста, объясни мне, почему старшая мисс остается во Дворе Спокойствия? Всякий раз, когда твоя племянница посещает нашу семью, она остается во дворе Луомей, но Нинхуа должна жить рядом со слугами. Это то, что делает мать?»

Если бы не сегодняшние события, пребывание Шэнь Нинхуа во Дворе Спокойствия не могло быть использовано в качестве атаки на мадам Чжао. Но с сегодняшними событиями люди начали бы думать, что мадам Чжао плохо обращался со старшей дочерью!

Лицо Шэнь Нинхуа было покрыто слезами. Стоя рядом с старушкой Сяо, она подавляла свои рыдания, а ее пальцы крепко держались за рукава старушки Сяо. Ее беспомощная внешность заставила окружающих людей жалеть ее.

Долго стоя на коленях, на лбу мадам Чжао образовался пот: «Да, я потерпела неудачу, как мать. Господин, я жената на вас более десяти лет, и я ни на минуту не расслаблялась, опасаясь, что меня буду осуждать и говорить что я хуже, чем предыдущая Первая леди. Я специально подготовила для Нинхуа двор Инюэ. Но даже тогда некоторые продолжали говорить, что я плохо обращаюсь с Нинхуа. У меня начали головные боли, и я решила временно оставить Нинхуа во Дворе Спокойствия, а позже позволить ей переехать во двор Инюэ… »

Шэнь Нинхуа мысленно усмехнулась. Мадам Чжао, на самом деле использует ее мертвую мать в качестве причины!

Мадам Су также не была удовлетворена оправданиями Первой леди. «Старшая невестка, это не оправдывает твои действия. Слуги этого дома все слушают тебя. Если кто-то оскорбляет тебя, ты можешь просто выбросить их, с чего бы тебе не нравилась Нинхуа? Ребенок только что выздоровел от ее болезни, если с ней что-то случится, как ты собираешься встретиться с ее матерью в загробной жизни?»

Старушка Сяо кивнула в знак согласия и повернулась к Шэнь Донгу: «Точно, никто не должен подвергать жестокому обращению мисс из моей семьи Шэнь. Сын, что ты скажешь?»

Шэнь Нинхуа подняла голову, в ее глазах были слезы, но разум был спокоен. Она раньше попросила кого-нибудь сообщить старой мадам, чтобы она прибыла в этот самый момент. Шэнь Донг всегда был предвзятым, особенно к своей любимой дочери Шень Линхань. Шэнь Линханьь явно заставляла Шэнь Донга принять решение раньше. Шэнь Донг хотел снова быть предвзятым?

Нет, она может помочь ему!

Лицо мадам Чжао было бледным, ее руки сжимались по бокам ее юбки. Ее жемчужно-золотая заколка дрожала от беспокойства.

Шэнь Линхань поспешила к мадам Чжао и встала на колени рядом с ней. «Отец, мать всегда относилась к другим с добротой. Она неумышленно обидела старшую сестру, потому что она беспокоится об отце! Она хотела защитить свой образ в сердце отца, поэтому слова тех слуг так сильно ее затронули. Линхань готова взять на себя вину матери. Пожалуйста, отец, не сердись больше». Шэнь Линхань сказала со слезами на глазах.

Шэнь Донг на мгновение замолчал от этих слов, прежде чем он пошел вперед и помог Шэнь Линхань подняться: «Эта девушка, ты всегда была такой робкой, но твое сердце такое доброе. Хорошо, твоя мать определенно виновата здесь, но пока Нинхуа понимает, тогда все в порядке».

Шэнь Нинхуа прищурилась, внутренне презрительно смеясь. Шэнь Донг явно пытался заставить ее простить мадам Чжао! Продолжай мечтать!

«Нинхуа ушла из семьи Шэнь на долгое время из-за болезни и не могла выполнять свои обязанности перед бабушкой и отцом. Нинхуа надеялась, что ее возвращение на этот раз может восполнить все эти упущенные возможности, но не ожидала столкновения с матерью. Таким образом, Нинхуа хотела бы попросить, чтобы ее отправили в другое поместье, чтобы остаться. Пожалуйста, дай разрешение, отец».

Шэнь Донг слегка нахмурился, его губы сжались в тонкую линию.

Мадам Чжао чуть не потеряла сознание от гнева. Шэнь Нинхуа фактически полностью противоречила намерениям Шэнь Донга!

«Ерунда», - воскликнула старая мадам, помогая Шэнь Нинхуа вытереть слезы на ее лице, - «Ты, глупая девчонка, семья Шэнь - твой дом. Поскольку ты вернулась, нет причин отправлять тебя снова. Сын, ты пытаешься вытеснить Нинхуа из семьи Шэнь?»

«Кажется, на этот раз мать была очень зла» . - подумал про себя Шэнь Донг, поспешно протягивая ей чашку чая, чтобы успокоить ее нервы. «У сына нет такого плана, мама. Нинхуа моя дочь, зачем мне ее прогонять! Хм, двор Нинхуа действительно довольно уединенный, пусть она завтра переедет во двор Иньюэ. Мадам Чжао, ты все устроишь».

Мадам Чжао сжала кулаки, ее лицо стало темнее, но она не могла пойти против его приказов. «Да, я буду лично следить за этим и предоставлю Нинхуа все, что ей может понадобиться».

Шэнь Донг кивнул: «Через несколько дней у старой мадам будет день рождения. Линхань, иди и скопируй Классику сыновнего благочестия сто раз в подарок своей бабушке. Мама, успокойся, если тебе что-нибудь понадобится, ты можешь сказать мадам Чжао и попросить ее помочь тебе».

Влияние семьи Чжао было на пике. Старушка Сяо также понимает, что Шэнь Донг не мог рисковать, делая жизнь мадам Чжао слишком сложной. Увидеть сегодня жалкое состояние мадам Чжао ей уже более чем достаточно, в будущем будет еще много возможностей.

«Нинхуа, есть что-нибудь еще?»

Шэнь Нинхуа закусила губу с беспокойным выражением лица: «У дочери нет других просьб, кроме одной. День рождения моей мамы - через месяц, и я бы хотела посетить ее двор».

Выражение лица мадам Чжао стало еще страшнее. Если Шэнь Нинхуа войдет во двор, она наверняка узнает, что приданое мадам Ся было в основном выброшено ею. Как она собиралась объяснить все это?

«Нинхуа, скоро у твоей бабушки день рождения. После этого было бы лучше посетить двор твоей матери. В конце концов, было бы трудно, если бы даты столкнулись». - сухо ответила мадам Чжао.

Шэнь Нинхуа покраснела от смущения: «Нинхуа не думала об этом. Мама права, тогда я отложу это на время».

Старушка Сяо взглянула на мадам Чжао: «Семья Шэнь всегда должна поддерживать свою репутацию и не забывать свои обязанности независимо от ситуации. Хорошо, мы все достаточно пострадали сегодня. Я уйду». Она взяла Вторую леди Су за руку и ушла.

«Будь осторожна, выходя из дома, мама (бабушка)».

«Линхань, ты тоже сегодня сильно пострадала, иди, посмотри на доктора, когда вернешься». После этого Шэнь Донг повернулся к Шэнь Нинхуа и сказал: «Ты… если тебе что-то не хватает, скажи матери».

Шэнь Нинхуа несколько секунд смотрела на Шэнь Донга, ее темные глаза, казалось, блестели в свете: «Да, спасибо, отец».

Шэнь Донг замер, он мгновенно успокоился и с «хм» ушел.

Чжао Юньсянь глубоко посмотрела на Шэнь Нинхуа, прежде чем вернуться во двор с Шэнь Линхань.

Глядя на две отступающие фигуры, глаза Шэнь Нинхуа постепенно становились холоднее. Вытирая слезы платком, холодная улыбка свернулась на ее губах. Сегодня было всего лишь предупреждение для них. Если бы Первая леди осмелилась заговорить против нее снова, она сделала ее жизнь хуже смерти!

Глава 24 - Ты хочешь выйти за меня замуж?

«Бай Руо, Би Чжу, подумайте о том, что нам понадобится во дворе Инъюэ, и передайте список матери». Поскольку Шэнь Донг и Мадам Чжао сказали об этом раньше, она должна следовать инструкциям, данным ей. Мадам Чжао лучше не жалеть об этом!

Когда они достигли своих собственных дворов, Шэнь Линхань бросилась обнимать Мадам Чжао, крича: «Мама, эта девка Шэнь Нинхуа унизила твою дочь перед таким большим количеством людей! Почему отец не наказал ее! Это так бесит...»

Внутренний двор Инюэ был рядом с ее собственным внутренним двором, это было единственное место, которое было таким же элегантным и красивым, как ее двор Цинсюэ. Отец на самом деле дал его Шэнь Нинхуа! Не говоря уже о сотнях копий Классики сыновнего благочестия, которые ей пришлось скопировать. Как она должна была закончить это? Почему Отец сделал это? Он пытался поддержать Шэнь Нинхуа?

Мадам Чжао с комфортом погладила Шэнь Линхань, но ее кулаки сжались, а ногти вонзились в ладони. «Сегодня мы недооценили Шэнь Нинхуа. Я думала, что она просто жалкая дворняга с несколькими хитростями, но кто знал, что она на самом деле хитрый и злобный волк! Это наша ошибка сегодня, и теперь на ее поддерживает мадам Су и твоя бабушка. Мы больше не можем быть такими небрежными, иначе твой отец будет еще больше раздражен нами. Но не волнуйся, мать определенно справится с этой шлюшкой. Потерпи».

Шэнь Линхань подняла взгляд, ее лицо было наполнено гневом, а ее красивые черты лица искажены: «Мы просто позволим Шэнь Нинхуа делать то, что ей нравится?»

«Не уделяй слишком много внимания мелким деталям, иначе ты пропустишь большую картину. Сегодняшние события определенно распространятся на публику. Мы не можем позволить пострадать репутации семьи Шэнь, и ты не можешь распространять нежелательные слухи. Так что для сегодняшних событий это просто недоразумение, заговор кого-то другого, чтобы навредить вам обоим. Ты понимаешь, Линхань? У тебя длинный путь в будущем, поэтому ты должна знать, как терпеть». Первая леди посмотрела на Шэнь Линхань и с облегчением вздохнула, когда Линхань кивнула на ее слова.

Она уже все спланировала в своем сердце. Шэнь Линхань была самой ценной пешкой для семьи Шэнь и семьи Чжао. Поэтому с ней нужно обращаться как сокровищем, ей не должно причиняться никакого вреда, и у неё не должно быть никаких недостатков.

Что касается этой Шэнь Нинхуа ... сегодняшний заговор, возможно, потерпел неудачу, но в будущем все еще много шансов. Посмотрим, как долго она сможет радоваться!

«Хорошо, ты можешь вернуться. У меня еще есть что обсудить с няней Цинь».

«Да», - сказала Шэнь Линхань и ушла со своими слугами.

Когда Шэнь Линхань ушла, Первая леди, наконец, не смогла больше сохранять самообладание и выражение ее лица постепенно ухудшалось. Няня Цинь также была потрясена этим. Она поспешно протянула ей чашку чая и сказала: «Леди, не сердитесь… это вредно для вашего здоровья».

«Няня, как я могу не злиться? Кто бы мог ожидать, что Шэнь Нинхуа действительно выиграет от всего этого? Я не только должна терпеть ее присутствие, но и должна вернуть приданое этой стерви, которое я давно выбросила...» Мадам Чжао положила руку на свою грудь, чувствуя, как будто ее сердце вот-вот взорвется.

Няня Цинь нахмурилась. Когда мадам Чжао хотела выбросить приданое Ся Цзинянь, няня Цинь не одобрила это. Но Первая Леди не слушала ее совета и была сосредоточена на том, чтобы попытаться излить свой гнев. Теперь уже слишком поздно сожалеть.

«Леди, Ся Цзинянь давно мертва, и есть только небольшая вероятность, что кто-нибудь даже ведет учет ее приданого. Таким образом, мы можем сначала вернуть некоторые ценные вещи, а потом подумать о том, как вернуть оставшиеся».

Мадам Чжао кивнула: «Это имеет смысл, я думаю, это наш единственный выбор сейчас».

Шэнь Нинхуа много раз упоминала приданое Ся Цзинянь. Если Мадам Чжао потратит слишком много времени, Мадам Сяо, без сомнения, вмешается в это, и даже Шень Донг может начать подозревать ее.

Как только они закончили говорить, служанка Чуньсян сообщила: «Леди, пришла служанка старшей мисс Би Чжу».

«Что она здесь делает?» - Мадам Чжао нахмурилась. Она воспользовалась моментом, чтобы восстановить самообладание и поправила одежду. «Впусти ее».

«Би Чжу приветствует Первую леди». - поприветствовала Би Чжу, когда она вошла.

Слабая улыбка была видна на лице Мадам Чжао, почти не было следов гнева, который она показала ранее.

«Нинхуа послала тебя сюда? Ей что-то нужно?»

Би Чжу передала две бумажки: «Отвечаю Леди, молодая мисс попросила нас, слуг, разобраться с ее двором, чтобы мы могли завтра переехать во двор Иньюэ. Сначала она не хотела просить об этом, но поскольку Господин и Леди предложили предоставить всё, чего не хватало молодой мисс, она решила сделать это. Таким образом, эта слуга просмотрела все вещи молодой мисс и составила список, который содержит все, что нужно мисс».

Глядя на список, заполненный словами, Мадам Чжао почти задохнулась. Хотя в списке было всё, что должно было быть у старшей мисс любой богатой семьи, но Шэнь Нинхуа ранее считали брошенной дочерью. Теперь, когда она должна была предоставить все это, это определенно стоило бы ей более нескольких сотен тысяч серебряных монет! Эта девка действительно толкала ее!

Би Чжу тайно ухмыльнулась, это даже не одна треть вещей Шэнь Линхань. Хммм, Первая леди, конечно, была эгоистична. Тем не менее, она даже не моргнула, тратя деньги на Шэнь Линхань, но теперь, когда молодая мисс нуждается в деньгах от неё, она выглядела так, как будто молодая мисс собиралась оторвать часть ее плоти.

Би Чжу достала еще два клочка бумаги: «Леди, молодая мисс боялась, что вам может быть трудно организовать приданое предыдущей первой леди, и приказала этой слуге найти список, в котором задокументировано приданое. Молодая мисс приказала этой слуге дать вам копию, чтобы помочь вам всё организовать».

Зрение Мадам Чжао потемнело, ее дыхание стало тяжелее от сильного гнева, а губы стали кровоточить от покусывания.

Няня Цинь подпрыгнула и поспешно взяла список приданого у Би Чжу: «Эта старая слуга примет этот список от имени Леди. Я уверена, что старшая мисс также шокирована сегодняшними событиями, не говоря уже о сыпи на ее теле. Ты должна вернуться, чтобы позаботиться о старшей мисс, Би Чжу».

«Да, тогда эта слуга уйдет». Би Чжу последний раз посмотрела на мадам Чжао, прежде чем уйти.

После того, как Би Чжу ушла, Мадам Чжао больше не могла поддерживать себя и упала со стула.

Лицо няни Цинь побледнело, и она поспешно бросилась, чтобы поддержать ее: «Леди!»

Мадам Чжао села и ударила кулаком об землю. Изысканный нефритовый браслет на ее запястье мгновенно сломался. Сломанный нефрит порезал ей запястье, но она этого не поняла. Она крикнула: «Няня, я должна забрать жизнь этой суки Шэнь Нинхуа!»

«Да, не волнуйтесь, миледи. Этот слуга обязательно поможет вам!» Глаза няни Цинь были злыми и холодными.

Глава 24 - Ты хочешь выйти за меня замуж?

Как только Би Чжу вернулась во Двор Спокойствия, Хонг Лин быстро подошла и спросила: «Как всё прошло? Разозлилась ли мадам Чжао?»

Бай Руо нахмурилась и кашлянула: «Хонг Лин, где твои манеры?» Если бы эта девушка продолжала вести себя так безрассудно, она не знает, какие неприятности она причинит молодой мисс.

Хонг Лин вздрогнула и поспешно отступила. С наклоненной головой она посмотрела на лицо Шэнь Нинхуа. Видя, что Шэнь Нинхуа улыбается ей, она смутилась. Она быстро подошла, чтобы помассировать плечо Шэнь Нинхуа и украдкой сунула язык. «Мисс, я была неправа».

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: «Больше не нужно массировать. У меня сыпь на плечах, и я не выношу твой массаж».

«Ах, мисс, я забыла. Вы в порядке?» - Хонг Лин покраснела от беспокойства.

«Ничего». - Шэнь Нинхуа покачала головой.

Хонг Лин была самой оживленной из четырех служанок, поэтому она и не хотела, чтобы ее ограничивали правила. Ее характер был точно такой же, как у Си Цинь. Всякий раз, когда она думала о трагической смерти Си Цинь, ее сердце разрывалось от боли.

Поэтому она была готова потакать ей. Хотя потворство Хонг Лин не могло заставить ее чувствовать себя менее виноватой, по крайней мере это могло бы немного облегчить ее боль.

Би Чжу прикрыла губы и довольно улыбалась: «Мисс, оба списка были переданы Первой леди».

«Хорошо». В то время как Чжао Юньсянь хотела обмануть ее, она послала список приданого, чтобы посмотреть, как первая леди могла замаскировать вещи.

Бай Руо пришла с нефритовой бутылкой медицинского крема и помогла Шэнь Нинхуа нанести лекарство с помощью чистого хлопчатобумажного полотенца. «Мисс, есть много способов подставить Первую леди. Почему вы решили позволить себе страдать?» Сыпь широко распространилась по телу и выглядела очень шокирующей. Хотя она знала, что это был план мисс, ее сердце все еще сильно болело.

Шэнь Нинхуа взяла полотенце и осторожно прижала его к шее. Ее глаза были совершенно спокойны. «Не стоит недооценивать Первую леди, даже если на этот раз мы успешно провели контратаку. Хотя она и родилась наложницей, она также является дочерью, воспитанной семьей Чжао. На этот раз Мадам Чжао слишком недооценила меня, так что я застала ее врасплох. Изучив сегодняшний урок, в будущем она определенно будет более осторожной. И есть бабушка, которая не хочет, чтобы я вышла из-под контроля».

Старушка Сяо много лет боролась с мадам Чжао, не взяв верх. Успех Шэнь Нинхуа на этот раз порадовал старушку Сяо, но если она будет слишком сильной, старушка Сяо с подозрением будет относится к ее мотивам. В конце концов, как шахматная фигура, чем послушнее была Шэнь Нинхуа, тем легче было ее контролировать. Поэтому в настоящее время она должна показать свою слабость. Тем самым она могла не только проверить Первую леди и других, но и заставить старушку Сяо чувствовать себя в безопасности.

Бай Руо ненадолго остановилась и в беспокойстве закрыла глаза. Семья Шэнь была полна опасностей. Мисс будет сталкиваться с более сложными ситуациями в будущем.

После применения лекарства Шэнь Нинхуа распустила слуг и легла на кровать. Она медленно уснула в оцепенении. Во сне она бродила как призрак. Вскоре она увидела дворец Фэньи, где она жила в прошлой жизни. Дворец был прекрасен, но он был похож на глубокую клетку, и она в прошлой жизни была заключена в нем.

Внезапно перед ней появилась Шэнь Линхань и сказала нежным и чистым голосом, как воробей: «Сестра, я не хотела быть избранной в императорский дворец, но я беременна ребенком императора. У тебя нет собственных детей. Как насчет того, чтобы я родила этого ребенка для тебя, сестра? Отец также сказал, что ты все еще императрица, тогда как я могу быть только императорской наложницей».

Через некоторое время она увидела, как появился Байли Цинзе. Он нежно посмотрел на неё и мягко сжал ее руку: «У меня никогда не будет другой женщины, даже если у нас не будет детей. Нашего наследника можно выбрать среди потомков императорской семьи, но ты единственная».

Постепенно его фигура исчезла, и с темного неба полился сильный дождь. Она опустилась на колени на землю, слушая гордый смех Шэнь Линхань.

«Вот императорский указ. Шэнь Нинхуа, скромная женщина-слуга, подготовила заговор против императорских наследников и попыталась захватить императорский суд. Она немедленно лишена титула императрицы и помещена в Холодный дворец».

Затем наступила чистилищная жизнь в Холодном дворце.

«Ах!» - Шэнь Нинхуа воскликнула и внезапно проснулась, сильно потея. Она почувствовала морозный холод в спине. Сегодня была ее первая попытка дать отпор. Это был также ее первый успех в противостоянии с Шэнь Линхань и мадам Чжао. Она почувствовала облегчение, но в то же время была в трансе. Жизнь в Холодном дворце разрушила многие ее эмоции. Только во сне она могла свободно плакать.

В комнате было темно, а снаружи слышался шум дождя. Она даже не знала, когда начался дождь.

Через некоторое время Шэнь Нинхуа ахнула. Затем она надела платье и осторожно открыла окно. Влажный и горячий воздух заставил ее задержать дыхание. Теперь это был июль. Несмотря на дождь, было еще очень душно. Неосознанно она сжала кулаки.

После того, как она была заключена в Холодном дворце, все кости в ее теле были сломаны. В дождливые дни сломанные кости болят, как тупой нож, режущий ее плоть. Поэтому она очень ненавидела дождливые дни. Несмотря на то, что теперь ей не было больно, она почувствовала болезненную немоту, когда увидела дождь.

Капли дождя падали на ее лицо, делая ее зрение немного расплывчатым. Ее дрожащие ресницы были как крылья бабочки, мокрые от дождя, одинокие, хрупкие и беспомощные.

«Мисс Шэнь, как вы утонченно наслаждаетесь дождем посреди ночи». Шутливый голос нарушил тишину.

Шэнь Нинхуа была шокирована и неожиданно повернулась, чтобы посмотреть на темную комнату.

Хрупкое выражение, которое она случайно показала, внезапно исчезло.

«Значит, мастер Чу пристрастился к лазанию по стене посреди ночи?» Ее пять чувств были чрезвычайно резкими, поэтому она могла легко узнать голос Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи вышел из темного угла и посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая стояла у окна. В комнате было слишком темно, чтобы увидеть выражение ее лица. Он видел только ее ясные и яркие глаза, как холодный нефрит.

«Сегодня я оказал тебе большую услугу. Не должна ли ты сказать спасибо человеку, который спас тебе жизнь?»

Шэнь Нинхуа зажгла свечу и села на край кровати. Она медленно и тихо сказала: «Спасибо, мастер Чу, за то, что ты сделал сегодня».

Чу Цзюньи поднял брови: «Есть что-нибудь еще, кроме "Спасибо"?»

Шэнь Нинхуа подняла брови. «Тогда что ты хочешь?»

Чу Цзюньи подошел к ней близко. Он осторожно поднял ее подбородок пальцами и посмотрел на ее прекрасное лицо, сияющее на свету. «Как насчет твоей руки?»

Глава 25 - Шэнь Сюаньлинь

Шэнь Нинхуа вдруг улыбнулась и посмотрела на него улыбающимися глазами. Ее глаза были как чистая вода. «Ты хочешь выйти за меня?»

Чу Цзюньи застыл и был ошеломлен. Ее глаза были исключительно красивы. Казалось, что, будь она счастлива, зла, кокетлива или раздражена, все это имело особый вкус. Теперь он, казалось, понял значение ее имени "Нинхуа". Каким-то образом он не мог продолжать свои шутливые слова.

Шэнь Нинхуа повторила: «Ты хочешь жениться на мне?»

Ее голос был очень чист, даже с небольшим холодом. Однако это чудесным образом ударило прямо в сердце Чу Цзюньи, как шелк, плотно обвив его разум и заставив его невольно кивнуть.

«Ты хочешь выйти за меня?» - Шэнь Нинхуа спросила в третий раз, улыбаясь, как цветок.

Чу Цзюньи слегка нахмурился. Мгновение назад она смотрела на дождь с одиночеством, но теперь она улыбалась так великолепно и безукоризненно. Сколько ее сторон он еще должен открыть? Умная, спокойная, равнодушная, хрупкая ... и хитрая! При мысли об этом Чу Цзюньи внезапно прикусил язык и проснулся.

«Я не думаю, что справлюсь с такой ответственностью».

«Ха-ха». - Шэнь Нинхуа прикрыла губы и усмехнулась, удивленная реакцией Чу Цзюньи. Она применила некоторые галлюциногены, которые могли легко загипнотизировать людей. Неожиданно Чу Цзюньи так легко восстановил свое нормальное состояние. «Мастер Чу действительно необыкновенный».

«Спасибо за комплимент», - Чу Цзюньи посмотрел на неё и грубо сказал.

Какая хитрая, и он даже жалел ее минуту назад!

После встречи с Чу Цзюньи настроение Шэнь Нинхуа сильно расслабилось. «Зачем ты здесь сегодня?»

«Я здесь, чтобы принести тебе подарок».

«Какой подарок?»

Быстрым взмахом руки Чу Цзюньи задул свечу. Затем он достал из рукава нефритовую коробку и медленно открыл коробку.

Из коробки вышел свет, и нежное сияние осветило всю комнату.

Шэнь Нинхуа была поражена: «Светящаяся жемчужина?» Хотя светящиеся жемчужины могли излучать свет, их свет не был бы таким ярким.

Чу Цзюньи сжал губы. Его красивое лицо было более потрясающим в мягком свете. «Это самое ценное сокровище семьи Ся. Предок семьи Ся помог основать страну, и эта жемчужина была дана ему, когда он снял город Мин. Первый император династии вручил ему ее в знак признания его достижений. Позже было сказано, что жемчужина была передана в течение нескольких поколений и, наконец, стала частью приданого мисс Ся».

Глаза Шэнь Нинхуа сияли: «Что ты хочешь от меня в обмен на жемчужину?»

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: «Посмотри на себя, я уже говорил это раньше, не так ли? Я здесь, чтобы сделать тебе подарок».

«Давай будем откровенны друг с другом. Если ты не скажешь мне о своих намерениях, я не осмелюсь принять ее». Шэнь Нинхуа была неподвижна.

«Ха-ха, старшая мисс действительно умна. Но теперь у тебя нет ничего, что я хочу. Я дам тебе знать позже». После этого Чу Цзюньи закрыл коробку и бросил ее Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа быстро схватила коробку. Когда она снова подняла голову, Чу Цзюньи нигде не было видно в комнате.

После долгой паузы она крикнула: «Цин Сюэ? Хонг Лин?»

Она крикнула дважды, но не получила ответа. Шэнь Нинхуа зажгла свечу, убрала коробку и вышла во внешний зал. Затем она увидела Цин Сюэ и Би Чжу в глубоком сне. Шэнь Нинхуа быстро проверила их и с облегчением вздохнула, обнаружив, что они находились под воздействием снотворного. Она дала им противоядие, и очень скоро они проснулись.

«Мисс, мы заслуживаем смерти за свою халатность». Когда Цин Сюэ проснулась, она сразу поняла ситуацию. Она быстро опустилась на колени, чтобы признать себя виновной. Би Чжу тоже молча опустилась на колени с бледным лицом.

Шэнь Нинхуа знала, что Чу Цзюньи не простой человек, и она, естественно, не станет их винить. «Вставайте. Это не ваша вина».

«Мисс, пожалуйста, накажите нас». Цин Сюэ неподвижно опустилась на колени. По ее мнению, обеспечение безопасности Шэнь Нинхуа было ее самой большой миссией. На этот раз молодая мисс не пострадала, но если что-то случится, она никогда не могла простить себя.

Шэнь Нинхуа знала ее темперамент. «У меня есть задание для вас позже, его выполнение будет считаться искуплением за вашу ошибку. Не делайте больше ошибок».

«Да, мисс!» Цин Сюэ и Би Чжу встали и вошли в комнату с Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа вынула коробку и внимательно посмотрела на жемчужину в коробке. Ее губы были слегка приподняты. «Би Чжу, я помню, что в списке приданого моей матери была жемчужина, верно?»

«Да, мисс». - увидев жемчужину, Би Чжу на мгновение была в шоке, прежде чем поспешно ответила.

«Хорошо, они потратили немало усилий, пытаясь построить заговор против меня, я должна также отправить им ответный подарок».

Глава 25 - Шэнь Сюаньлинь

На следующее утро няня Цинь привела группу служанок во Двор Спокойствия.

Шэнь Нинхуа уже встала и оделась. Теперь она сидела перед зеркалом.

Бай Руо повела медсестру Цинь в комнату и тихо сказала, почтя Шэнь Нинхуа: «Мисс, няня Цинь здесь».

Как только она закончила говорить, Бай Руо выпрямилась и сделала маленький шаг назад.

Шэнь Нинхуа посмотрела в зеркало и поправила заколку на своих волосах. Затем она повернула голову и улыбнулась: «Няня Цинь, большое спасибо за то, что пришла так рано и приложила все усилия, чтобы помочь мне. Хонг Лин, принеси чашку чая медсестре Цинь».

Как только она вошла в дверь, няня Цинь заметила поведение Бай Руо и была удивлена. Няня Цинь служила во дворце, когда была маленькой. Хотя она была обычным слугой в далеком дворце, она знала все этикеты так хорошо, как будто они были вырезаны в ее костях.

Если бы не ее способности, Мадам Чжао не позволила бы ей преподавать правила и этикет Шэнь Линхань. Но теперь она нашла горничных во дворе Шэнь Нинхуа даже с лучшими манерами, чем у неё.

Как это могло быть возможно?

Разве Шэнь Нинхуа не была необразованной? Ее выступление сейчас было просто потрясающим. Или, может быть, у Шэнь Нинхуа были некоторые секреты, которые даже Первая леди не смогла узнать?

«Няня Цинь, у меня немного вещей, поэтому мне не нужно много людей. Бай Руо и Цин Сюэ достаточно, чтобы сделать работу».

«Пожалуйста, мисс. Это обязанность наших слуг делать эти вещи». Няня Цинь оглянулась на слуг позади неё. «Быстро помогите мисс собраться!»

«Да».

Шэнь Нинхуа сидела перед туалетным столиком и улыбалась, глядя в зеркало на слуг позади нее, которые не знали, что делать.

Няня Цинь пожалела в том момент, когда отдала приказ. Двор Спокойствия был далеким двором. В начале Первая леди организовала, чтобы Шэнь Нинхуа жила здесь, но помимо основной мебели, она больше ничего не покупала. Кроме того, у Шэнь Нинхуа было мало багажа, и слугам не нужно было нести мебель во дворе до нового двора.

В результате каждый из десятков слуг нес только несколько вещей в своих руках.

Шэнь Нинхуа совсем не возражала. «Так как мы собрали вещи, пойдем прямо во двор Иньюэ».

Бай Руо и Би Чжу последовали за Шэнь Нинхуа с обеих сторон. Хонг Лин и Цин Сюэ шли по дороге с группой смущенных служанок и старых нянь.

Таким образом, они сформировали огромную процессию и направились к двору Иньюэ.

Двор Спокойствия находился в северо-западном углу заднего двора, а Двор Иньюэ был на юге. Между двумя дворами был ботанический сад семьи Шэнь.

Шэнь Нинхуа и слуги только что пришли в сад, когда увидели, что мадам Су и другая женщина наслаждаются цветами здесь.

«Нинхуа, что ты делаешь с таким количеством людей?» Мадам Су быстро заметила Шэнь Нинхуа и сказала ей.

«Тетя. Приветствую, мэм». - Шэнь Нинхуая поприветствовала их.

Мадам Шао, жена военного министра, держала круглый веер с нефритовой ручкой и была одета в великолепный костюм. Она удивленно спросила: «Это первая молодая леди в вашем особняке? Она действительно необычайная красавица. Что она делает, беря с собой так много людей?»

Шэнь Нинхуа подняла глаза с улыбкой на лице. «Мэм, я переезжаю в новый двор».

«Переезд в новый двор?» Мадам Шао посмотрела на почти пустые руки слуг позади Шэнь Нинхуа. «Где твои вещи?»

Шэнь Нинхуа покраснела. Она слегка опустила голову и в смущении посмотрела на няню Цинь.

Няня Цинь поспешно вышла вперед. «Отвечая мэм, двор Инюэ уже хорошо обставлен, мы приносим только то, что регулярно использует старшая мисс. Первая леди обеспокоена тем, что юная мисс может не привыкнуть к новой мебели, и попросила эту слугу прийти с мисс, чтобы мы могли поменять мебель».

Если бы посторонние знали о том, что сделала Первая леди, семья Шэнь была бы унижена.

Шэнь Нинхуа выглядела ошеломленной, но она сразу добавила: «Правильно. Мама очень хорошо ко мне относится».

Мадам Шао сделала глоток чая, вытерла носовым платком губы и посмотрела на мадам Су с достойной улыбкой. «Я слышала, что миссис Шэнь самая добродетельная».

Мадам Су кивнула: «Определенно. Моя старшая невестка всегда была внимательна, и даже мы вдвоем не можем сравниться с ней. Так как сегодня нам нечего делать, как насчет того, чтобы пойти вместе в двор Иньюэ, чтобы посмотреть? Этот двор очень деликатный».

«Тогда это праздник для моих глаз». Мадам Шао улыбнулась и посмотрела на Шэнь Нинхуа, чувствуя себя довольно удивленной.

Она и мадам Су были близкими подругами. Даже после того, как они обе вышли замуж, они держались близко друг к другу, и она очень хорошо знала характер мадам Су. Хотя мадам Су была проста, ей не нравилось вмешиваться в дела других. Каким уникальным качеством обладала Шэнь Нинхуа, что мадам Су была готова пойти на все, чтобы помочь этой девушке?

Выражение лица няни Цинь невольно изменилось, и она подмигнула девушке-слуге, когда они шли во двор Иньюэ.

Девушка-слуга получила сигнал и быстро побежала во двор Первой леди, не привлекая внимания.

Двор Иньюэ был гораздо более деликатным, чем Двор Спокойствия. Один только внешний вид был уже достаточно изысканным, чтобы издалека наполняться элегантностью.

Все виды цветов и растений во дворе были аккуратно подстрижены, и люди сразу чувствовали себя счастливыми.

Шэнь Нинхуа посмотрела на траву и увидела серый край чьей-то одежды.

«Кто это?» - огрызнулась она, нахмурившись.

Мадам Су и мадам Шао испугались и быстро следили за зрением Шэнь Нинхуа.

Прежде чем они поняли, что происходит, они увидели фигуру, быстро выбегающую и несущуюся к Шэнь Нинхуа.

Мадам Су была в шоке: «Нинхуа, будь осторожна!»

Глава 25 - Шэнь Сюаньлинь

Цин Сюэ быстро вышла вперед, чтобы встать перед Шэнь Нинхуа, и ударила ногой по фигуре, посылая серую фигуру в траву с еще большей скоростью.

Мгновение спустя послышались детские крики и ругательства. «Ах ты, дешевая рабыня, как ты смеешь бить этого молодого мастера!»

Это был Шэнь Сюаньлинь!

Выражение лица Шэнь Нинхуа изменилось, и в ее глазах мелькнули следы холода.

Чжао Юньсянь, Первая леди, родила близнецов, Шэнь Сюаньэ и Шэнь Линхань. После этого ни одна другая дама в семье не была снова беременна.

Затем, два года спустя, третья наложница неожиданно родила Шэнь Сюаньлиня, второго сына Шэнь Донга.

Когда Шэнь Сюаньлиню было всего четыре года, его родная мать умерла внезапной и насильственной смертью. С тех пор его воспитывала Первая леди.

Шэнь Сюаньлинь был как волчонок без какого-либо образования. Он не только не любил учиться, но и был властным и неразумным. Он привык избивать и ругать слуг в семье без всякой причины.

Когда ему было всего девять лет, он избил свою частную служанку до смерти.

Шэнь Донг очень не любил его и просто игнорировал.

«Второй молодой мастер? Где твои слуги?»

Няня Цинь бросилась помогать ему, она мгновенно встревожилась и волновалась в своем сердце. Шэнь Сюаньлинь жил в академии в последние несколько дней. Сегодня не было никаких уроков, и он вернулся домой, чтобы отдохнуть. Разве Первая леди не сказала ему не приходить сюда?

«Отпусти меня. Схвати эту дешевую горничную, которая только что пнула меня!» Шэнь Сюаньлинь мрачно посмотрел на Цин Сюэ.

Шэнь Нинхуа остановилась перед мадам Су и мадам Шао. «Второй младший брат, ты так безрассуден. Можно врезаться в меня, но если ты сбил мадам Шао, это было бы большой ошибкой. Цин Сюж была неправа. Я извиняюсь перед тобой от ее имени».

«Как ты думаешь, кто ты?» Шэнь Сюаньлинь мгновенно взорвался. Он проигнорировал Шэнь Нинхуа и посмотрел на Цин Сюэ. «Няня Цинь, что ты там делаешь? Свяжи эту дешевую служанку быстро».

«Второй молодой мастер...»

Именно тогда пришла Первая леди с группой слуг, несущих много вещей. Услышав плач Шэнь Сюаньлиня, она нахмурилась: «Сюаньлинь, ты снова создаешь беспорядки».

«Приветствую, мадам Шао. Я просто помогала Нинхуа проверить ее вещи и не знала, что ты пришла к нам. Пожалуйста, прости мою небрежность».

Мадам Шао посмотрела на горничных и нянь за Первой леди и многозначительно улыбнулась. «Миссис Шэнь, ты слишком вежлива. Мы с сестрой давно не виделись, поэтому я пришла к ней. Я просто хотела поговорить с ней и скоро уйду».

Первая леди улыбнулась. Муж мадам Шао был военным советником. Хотя его звание было не таким высоким, как у Шэнь Донга, он также был чиновником второго класса. Для нее было лучше не обижать ее. Она как раз собиралась обменяться более вежливыми приветствиями, когда ее прервал злой голос Шэнь Сюаньлиня.

«Мама, почему бы тебе не взять эту суку под стражу?»

«Сюаньлинь, почему ты продолжаешь суетиться? Ты закончил домашнее задание, назначенное твоим отцом?» Мадам Чжао посмотрела на него, и ее лицо было полно жалости и беспомощности. «Ты всегда такой непослушный. Я не знаю, сколько раз я критиковала тебя, но ты никогда не слушал меня. Возвращайся скорее, иначе твой отец снова накажет тебя».

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Первая леди звучала искренне. Но если бы она действительно была такой доброй, Шэнь Сюаньлинь не воспитали бы так!

Шэнь Сюаньлин встал. Его лицо покраснело от гнева. Возможно, он страдал от сильного удара Цин Сюэ, поэтому он прикрыл грудь и закашлялся. Затем он бросился в Цин Сюэ.

Цин Сюэ увернулась, и Шэнь Сюаньлинь пробежал мимо нее, бросаясь к мадам Шао, словно теленок.

Шэнь Нинхуа в спешке остановила его, и ее руки слегка заболели, когда он врезался в нее. К счастью, Хонг Лин поддержал ее, чтобы она не упала на землю.

Но мадам Шао не так повезло. Она прямо упала на землю.

Первая леди подняла глаза и встревожилась, увидев, что мадам Шао упала на землю. «Спешите, быстро помоги мадам Шао встать».

Шэнь Нинхуа держала за руку мадам Шао. Затем она нахмурилась и обернулась. «Цин Сюэ, иди за доктором Чжан. Спеши».

«Да, Мисс».

Видя, что Шэнь Нинхуа очень нервничала, мадам Су поспешно спросила: «Что случилось, Нинхуа? Что-то не так?»

Шэнь Нинхуа подняла глаза. «Тетя, если я не ошибаюсь, мадам Шао должна быть беременна. Я не знаю, что случится после того, как она упала».

«Беременна?!» Мадам Шао внезапно схватила Шэнь Нинхуа за руку. Ее лицо было наполнено экстазом, а затем нервозностью. «Я беременна? Как мой ребенок?»

Она была замужем много лет, но не могла зачать ребенка. Как она могла не быть в восторге, услышав сегодня хорошие новости?

«Я знаю некоторые медицинские навыки. Я думаю, что я права, но лучше подождать, пока доктор Чжан придет, и дать ему взглянуть. Он рекомендован доктором Ченом и должен иметь замечательные медицинские навыки».

Пальцы Шэнь Нинхуа были болезненными, потому что мадам Шао очень сильно ее схватила, но ей было все равно, и она просто улыбнулась, чтобы успокоить мадам Шао.

Хотя мадам Су задалась вопросом, почему Шэнь Нинхуа знала медицинские навыки, она также была рада за свою хорошую подругу. «Быстро вставай. Земля очень влажная. Будет плохо, если ты заболеешь».

«Ты права». Мадам Шао осторожно встала и разозлилась, увидев Шэнь Сюаньлиня, которого держала няня Цинь, но он продолжал бороться. «Миссис Шэнь отвечает за дела на заднем дворе, но она также должна уделять больше внимания воспитанию своих детей. Хотя он родился от наложницы, он - ребенок семьи Шэнь. Ушибить нас - ничто, но вы не можете себе этого позволить, если однажды он оскорбит благородного человека».

Если Первая леди не любит сына наложницы, она может просто воспитать его в другом месте. Во всяком случае, ребенок не мог угрожать ее положению. Но намеренно превращать ребенка в бездельника было уже слишком.

Первая леди не смогла найти оправдания для опровержения слов мадам Шао, поэтому ей пришлось подавить свой гнев и извиниться. «Да, мой никчемный сын плохо себя вел. Сюаньлинь, извиняйся!»

Шэнь Сюаньлинь хмыкнул. Он вырвался от рук няни Цинь и выбежал из сада.

Шэнь Нинхуа нахмурилась и посмотрела на его спину. «Мама, мадам Шао чувствует себя не очень хорошо. Давай отведем ее во двор Иньюэ, чтобы сначала отдохнуть и дождаться прибытия доктора».

Если она не ошиблась, последний взгляд Шэнь Сюаньлиня был полон негодования.

Как у ребенка могут быть такие глаза?

«Хорошо». Лицо мадам Чжао было багровым. Она повела мадам Шао отдохнуть и приказала девочкам-слугам быстро отнести вещи, которые они принесли во двор Иньюэ.

Первоначально она хотела использовать другие оправдания, чтобы обмануть Шэнь Нинхуа. Теперь мадам Шао была здесь, она не смела этого делать, рискуя испортить свою репутацию. Она должна была заполнить двор Инюэ согласно списку, данному Шэнь Нинхуа.

Во дворе Циньюэ служанки убирали новое длинное платье, украшенные птицами и цветами, и голубое платье из золотистого шелка.

Шэнь Линхань была так зла, что сломала чашку.

«Мама отдает мои платья Шэнь Нинхуа?»

Руи Сюэ, которой было приказано забрать платья, опустилась на колени и задрожала: «Мисс, мадам сказала, что у первой молодой леди не хватает одежды. У нее такой же размер, как и у мисс. Мадам сказала, что она сделает для вас новые».

Все тело Шэнь Линхань дрогнуло от гнева, и она стряхнула одежду прямо на землю. «Убирайся!»

Глава 26 - Твои пальцы сгнили, но ты можешь винить только себя

Шэнь Нинхуа была красиво одета. Когда она шла, подол ее платья пронесся по слугам, все еще лежащим на земле. Она смотрела прямо вперед с холодными глазами. Она выглядела как высокая слива, великолепно цветущая, несмотря на холодный ветер.

Глядя на такую Шэнь Нинхуа, няня Цинь не могла не чувствовать холод в своем сердце.

Мадам Ся уже умерла, и Шэнь Нинхуа, слабая девушка, не могла представлять никакой серьезной угрозы. Кроме того, с Шэнь Нинхуа было нелегко иметь дело. Почему мадам не могла терпеть ее некоторое время, пока она не вышла замуж?

Во внутреннем дворе Сунтао Первая леди разговаривала с женой герцога Вэя, когда Шэнь Нинхуа вошла невредимой со своими служанками.

Мадам Чжао была раздражена в своем сердце. Няня Цинь становилась все более и более ненадежной.

Мадам Чжан, жена герцога Вэя, ничего не могла с этим поделать. Увидев, как Шэнь Нинхуа входит в дверь, она сразу же холодно заорала: «Встань на колени!»

У мадам Чжан были высокие длинные брови, которые простирались к ее вискам. В это время она была одета в благоприятное синее парчовое платье с рисунком павлина и ярко-красной заколкой для волос на голове. Она сидела рядом со старушкой Сяо с благородным и гордым видом.

Шэнь Нинхуа проигнорировала ее слова и пошла прямо, чтобы отдать дань уважения. «Приветствую, бабушка, мама и тетя».

Прежде чем она встала, Чжао Руюнь выбежала из внутренней комнаты и попыталась ударить ее по лицу: «Что ты сделала со мной, сука?»

Шэнь Нинхуа увернулась. Затем она нахмурилась и с удивлением сказала: «О чем ты говоришь, кузина? Мы только что встретились во второй раз, что я могу с тобой сделать?»

«Юнь’эр!» Мадам Чжан остановила Чжао Руюнь и с большой осторожностью посмотрела на Шэнь Нинхуа. «Ты все еще смеешь трогать эту ведьму? Старушка, я больше ничего не скажу. Сегодня семья Шэнь должна дать объяснение семье Чжао!»

Старушка Сяо сидела на верхнем месте в комнате и выглядела смущенной. Статус мадам Чжан был выше, чем у неё. Однако, будучи старейшиной, она много лет занимала доминирующее положение в семье Шэнь. Когда она была допрошена таким образом?

«Герцогиня Вэй, вы осудили нас по прибытии сюда, но ничего четко так и не сказали. Хотя наша семья Шэнь не сильна, у нас нет причин, чтобы нас обижали. Скажите, какое объяснение вы хотите от нашей семьи Шэнь?»

Мадам Чжан подняла брови и привела Чжао Руюнь к старушке Сяо. Затем она показала пальцы Чжао Руюнь старушке Сяо, которые были спрятаны в рукавах. «Посмотрите, старая леди. Шэнь Нинхуа отравила Юнь’эр и заставила ее пальцы гнить. Разве вы не должны дать объяснение семье Чжао?»

Тонкие пальцы Чжао Руюнь на ее правой руке были покрыты волдырями, кожа сломанная и виднелась розовая плоть. Возможно, из-за мази на них, казалось, вода просачивалась наружу. Сердце старушки Сяо дрогнуло от удивления. Она посмотрела на Шэнь Нинхуа и сказала: «Нинхуа, ты ...»

Выражение лица Шэнь Нинхуа не изменилось. «Бабушка, я не знаю, где кузина связалась со странной болезнью. Как я могу быть в этом виновата? Есть так много людей, которые болеют без причины. Я Бог Чумы, что я должна быть обвинена во всех их страдания?»

Как только она сказала это, за дверью раздался голос. «Мастер и Вторая молодая мисс здесь».

«Сестра, тебе давно пора признаться». печально сказала Шэнь Линхань, как только она вошла в дверь с Шэнь Донгом. «В тот день, кузина сказала что-то нехорошее. Я думала, что ты будешь злиться только на некоторое время и отпустишь. Кто знал, что у тебя было такое негодование в твоем сердце!»

Руки женщины были ее вторым лицом. Когда ее руки были разрушены, это было почти так же катастрофично, как уродство.

Чжао Руюнь всегда была высокомерной. Как она могла это терпеть? Теперь боль и страх сделали ее еще более истеричной. «Шэнь Нинхуа, если ты сегодня дашь мне противоядие, я позволю тебе умереть легкой смертью. Если ты откажешься признаться, я тебя свяжу и замучу, пока ты во всем не признаешься!»

Холод появился на лице старушки Сяо, когда она услышала это. Выражение лица Шэнь Донга было ужасным. Семья Чжао восприняла его семью Шэеь как свой задний двор? Как только мадам Чжао увидела лицо Шэнь Донга, у неё появилось плохое предчувствие. Она быстро высказалась, чтобы ослабить атмосферу. «Мастер, Руюнь была слишком взволнована и говорила, не задумываясь. Пожалуйста, не вини ее. Она всегда была избалована моим старшим братом и невесткой и очень властна. Только императрица может дисциплинировать ее. Через пару дней императрица позовет ее во дворец. Но теперь ее пальцы ....»

Шэнь Донг сразу был шокирован. Сейчас императрица Чжао была очень влиятельной во дворце, и положение ее единственного сына как наследного принца было непоколебимо. Сила семьи Чжао была на пике из-за неё. Он не посмел оскорбить семью Чжао в любом случае.

Думая об этом, он успокоился и спросил Шэнь Нинхуа, которая стояла рядом с ним: «Нинхуа, верно ли то, что Линхань сказала? Ты отравила Руюнь?»

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Донга и спросила: «Отец, в твоих глазах, твоя дочь такая плачевная?»

Был момент смущения на лице Шэнь Донга, и он не знал, что сказать в ответ.

Чжао Руюнь усмехнулась. «В это время ты все еще хочешь притвориться невиновной. Шэнь Нинхуа, если ты не дашь мне объяснения, я отрублю тебе руки и ноги в качестве компенсации!»

«Юнь’эр!» Мадам Чжан немедленно потянула Чжао Руйюнь и помешала ей говорить ерунду.

Сердце Шэнь Нинхуа было наполнено убийственным намерением. Мучительная жизнь в Холодном дворце, которую она провела с покалеченными руками и ногами, была кошмаром всей ее жизни. Слова Чжао Руюнь добавили соли к ее самой болезненной ране.

«Кузина, если твоя рука гниет, ты должна подумать о том, касалась ли ты чего-то, чего следует избегать. Не кусай невинных людей. Даже если я просто обычный человек, нет никаких причин, по которым люди могут отрубить мне руки и ноги по своему желанию. Я запомнила твои слова сегодня. Если что-нибудь случится со мной однажды, ты будешь главным подозреваемым».

Чжао Руюнь сошла с ума. «Сука, ты мне угрожаешь! Ты просто сука без матери. Что ты можешь сделать со мной, если я отрублю тебе руки и ноги?»

«Юнь’эр!» Мадам Чжан нахмурилась и закричала. Как могла Руюнь стать такой безрассудной сегодня?

Первоначально они пришли искать объяснения. Теперь, после всей этой суеты, Шэнь Нинхуа одержала верх.

Шэнь Нинхуа усмехнулась и сказала агрессивным тоном: «Кузина, насколько ты напыщенна! Ты сказала, что я отравила тебя, тогда ты должна показать мне свои доказательства. Как думаешь, ты можешь сделать меня виновной без доказательств, кроме своего одностороннего обвинения? Это слишком смешно. Если у тебя нет никаких доказательств, ты должна сегодня дать мне объяснение перед бабушкой и отцом!»

Глава 27 - Разве вы не должны дать мне объяснение?

Глава 27 Разве Вы Не Должны Дать Мне Объяснение?

Услышав, как Шэнь Нинхуа просит объяснений, госпожа Чжан подняла свои раскосые глаза и с презрением посмотрела на Шэнь Нинхуа. "Самые важные качества женщины - это мягкость, вежливость и бережливость. Ты же, особенно красноречива."

Шэнь Нинхуа не испугалась ее взгляда и посмотрела в ответ ясными глазами. "Тетя, ты права. Женщина должна быть нежной и податливой словно вода.

Но вылитый на голову таз с грязной водой и угрозу отрубить руки и ноги, - это совсем другой случай. Хотя у меня добрый характер, я бы не потерпела такой несправедливости."

Голос мадам Чжан был суров. "Линхань собственными ушами слышала, как ты угрожала Юньер! Как ты смеешь говорить, что с тобой поступили несправедливо?"

"Моя младшая сестра слышала это своими собственными ушами?"

Шэнь Нинхуа удивленно посмотрела на Шэнь Линхань. "Я встречалась с кузеном только один раз на вечеринке. Там было так много юных барышень. И разве вы не разговаривали с ними в то время? Как вы могли нас услышать?"

Но любой лжи можно дать объяснение. Когда она разговаривала с Чжао Руюнем, ее голос был очень тихим. Шэн Линхань никак не мог этого слышать.

Выражение лица Шэнь Линхань не изменилось. Она уклонилась от вопроса Шэнь Нинхуа и нахмурилась. "Старшая сестра, я думал, что это были просто злые слова, но я не ожидала, что ты действительно отравила нашего двоюродного брата. Мы все сестры. Твои действия слишком порочны."

"Младшая сестра, ты действительно различаешь, где добро, а где зло".

В то время Чжао Руюнь высмеивал то, что она не была кровной родственницей семьи Шэнь, и Шэнь Линхань не сказала ни слова, чтобы защитить ее. Теперь же Шэнь Линхань выступила, чтобы бороться за справедливость для Чжао Руюня.

Шэн Линхань перестала притворяться и теперь было хорошо видно как она убита горем. "Ты моя старшая сестра. Если бы ты не зашла слишком далеко, как бы я раскрыла этот проступок?"

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Старая леди Сяо сидела на самом верху и пила чай, как будто эта проблема не имела к ней никакого отношения. Лица Шэнь Дуна и первой леди были мрачными и неприступными. Мадам Чжан усмехнулась, а Шэнь Линхань ответила ей смиренной сестринской улыбкой. Никто из этих людей не хотел, чтобы она жила в мире. Даже старая леди Сяо, которая хотела использовать ее, осталась равнодушной.

"Почему сегодня здесь так шумно? Мама, я опоздал засвидетельствовать свое почтение, пожалуйста, прости меня."

Мадам Су была одета в платье абрикосового цвета, расшитое пионами цвета озера, и носила множество звенящих украшений. Она вошла с осанкой, которая была даже благороднее, чем у мадам Чжан. "Ах, герцогиня Вэй тоже здесь. Приветствую вас."

Лицо мадам Чжан побледнело, а улыбка на ее губах застыла. "Вы слишком вежливы. Проходите и присаживайтесь."

Мадам Су с улыбкой посмотрела на мадам Чжан. "Нет, спасибо. Я здесь сегодня, чтобы вручить подарки Нинхуа.

Давай, поторопись и положи их сюда."

Хотя мадам Чжан была герцогиней, она намного уступала мадам Су в семейном табеле о рангах. Вначале госпожа Су была помолвлена с Чжао Куном, герцогом Вэйским.

Позже семья Су разорвала помолвку по неизвестным причинам. Вскоре после этого госпожа Чжан вышла замуж за Чжао Куна и стала нынешней герцогиней Вэй.

Но из-за разорванной помолвки репутация мадам Су пострадала, и ей пришлось выйти замуж за Шэнь Ляна, чье положение было не столь знатным, как у герцога Вэй. Тем не менее в браке они проявляли друг к другу взаимное уважение и приязнь.

Теперь казалось, что это была не просто разорванная помолвка. Возможно, в руках мадам Су было нечто, что можно было использовать против мадам Чжан.

Глаза Шэнь Нинхуа слегка сузились. Она подняла глаза с легким удивлением, когда увидела горничных и старых служанок, несущих две большие коробки. "Тетя, эти вещи..."

На лице мадам Су сияла ослепительная улыбка, как будто она не замечала напряженной атмосферы в комнате. "Ты заслуживаешь их. Если бы не ваше вчерашнее напоминание, госпожа Шао так и не поняла бы, что беременна.

Она также сказала, что пришла бы поблагодарить вас лично, если бы ей не было трудно передвигаться.

Так что теперь мне приходится быть у нее на побегушках. Прошу вас, взгляните! Довольны ли вы подарками? Если нет, я могу попросить что-нибудь получше."

Служанки открыли коробки, и все люди в комнате были ошеломлены.

Коробка слева была больше. В нем лежали разноцветная парча и атлас, а сверху лежали два футляра, в которых лежали всевозможные аксессуары. Предметов было немного, но одна только парча стоила больше ста таэлей золота.

А меньшая коробка справа поражала еще сильнее. Как только она была открыта, зрители были ослеплены сверканием драгоценностей.

Там были заколки для волос из бисера, нефритовые подвески и всевозможные драгоценные камни... Это было воистину удивительное зрелище!

Лицо мадам Чжао внезапно застыло. Эти вещи стоили двухлетнего жалованья Шэн Дуна.

Увидев ошеломленные лица толпы, мадам Су, решила окончательно поразить всех присутствующих. Она приказала слугам поднять поднос с драгоценностями, и окружающие с восторгом увидели волну золотистого цвета. Под подносом лежала стопка золотых слитков.

Судя по высоте шкатулки, можно было оценить золото более чем в тысячу таэлей.

Шэнь Нинхуа на мгновение была шокирована и удивленно посмотрела на мадам Су. Она увидела, как мадам Су подмигнула ей, и сразу же почувствовала тепло в своем сердце.

По крайней мере, эта вторая тетя действительно помогала ей сейчас. Если эта тетя не сделает ничего, что могло бы навредить ей в будущем, она наверняка сделает все возможное, чтобы защитить ее.

"Это подарки, присланные госпожой Шао Нинхуа?"

Шэнь Дун знал, что мадам Су и мадам Шао были очень близкими подругами, и поэтому он не удивился, увидев, что мадам Су дарит подарки от имени мадам Шао. Он слышал о вчерашнем событии, но не ожидал, что госпожа Шао преподнесет Шэнь Нинхуа настолько щедрые подарки.

"Старший брат, неужели ты думаешь я лгу?

Мадам Су жестом велела служанкам закрыть коробку, а затем ответила Шэнь Дуну, очевидно, имея в виду оскорбление Шэнь Сюаньлинем Шэнь Нинхуа.

Эти слова прозвучали чрезвычайно резко для собравшихся, особенно для госпожи Чжан. В конце концов, все они пришли, чтобы покарать Шэнь Нинхуа. Почему мадам Су назвала их сборищем хулиганов?

Госпожа Чжао оторвала свой взгляд от подарков и обратилась к госпоже Су: "Невестка, ты пришла как раз вовремя. Мы просто говорили о том, что произошло с Юньер.

Нинхуа, я верю, что ты не сделал этого намеренно, и твой гнев, должно быть, уже растворился.

Пока ты принимаешь противоядие, я буду молиться за тебя."

Мадам Су подняла брови и посмотрела на мадам Чжао. "Невестка, о чем ты говоришь? Кто-то снова подставляет Нинхуа? И что же на этот раз?"

Мадам Чжао чуть не задохнулась от возмущения, услышав этот вопрос. Что она имела в виду, сказав "кто-то подставил Шэнь Нинхуа"? На этот раз это явно была вина именно Шэнь Нинхуа.

Мадам Чжао посмотрела на мадам Чжан и ожидала, что она что-нибудь скажет, но увидела, что вся самонадеянность мадам Чжан испарилась и промолчала.

Так что мадам Чжао пришлось объясниться.

"Невестка, на этот раз ты неправильно поняла ситуацию.

Посмотри на пальцы Юнь Эр. Пальцы ее правой руки сгнили.

Через несколько дней императрица позовет ее во дворец. Как вы знаете, императрица любит слушать, как она играет на цинь. Теперь же что-то случилось с ее пальцами, и императрица обвинит нашу семью. Что мне делать?"

"Невестка, я все еще не понимаю тебя.

Если у людей болят пальцы, они должны обратиться к врачу. Какой смысл ехать в Нинхуа? Кроме того, вы попросили Нинхуа передать противоядие. Это вызвало у меня еще большее любопытство. Нинхуа - всего лишь маленькая девочка, живущая в будуаре. Где она могла достать яд?"

Мадам Су сделала глоток чая и нахмурилась.

Шэнь Нинхуа слегка поджала губы. Если бы эти слова исходили из ее уст, люди подумали бы, что она придирается. Но мадам Су сказала это, и смысл был другим. Сегодня она должна выразить свою благодарность этой тете, несмотря ни на что.

Пока она думала об этом, Цин Цюэ слегка потянула ее за платье. Глаза Шэнь Нинхуа засияли, а ее улыбка стала еще шире. Наконец-то началась настоящая игра.

Она сделала маленький шаг вперед и сказала:

"Мне тоже очень любопытно. Рука кузины так сильно повреждена, но, во-первых, за ней не послали ни одного врача. К счастью, я попросил Хун Лин пригласить доктора Чжана. Давай устроим кузену хорошее лечение."

Чжао Руюнь, которую прервала госпожа Су, подскочила, словно ошпаренная. "Ты думаешь, я не ходила к врачу? Но кто знает, какие грязные средства вы использовали. Все врачи не смогли найти, что не так пальцами. Шэнь Нинхуа, если ты сегодня не дашь мне объяснений, я не позволю тебе уйти!"

Шэнь Нинхуа проигнорировала ее и вместо этого посмотрела на дверь.

Как только Чжан Нянь вошел в дверь, он услышал крик Чжао Руюня, и его лицо внезапно потемнело. Он был серьезным и строгим человеком и ненавидел непослушных юных леди из благородных семей.

- Приветствую вас.

"Добро пожаловать, доктор Чжан. Сегодня нам нужна ваша помощь."

Старая леди Сяо поставила чашку и медленно произнесла:

Чжао Руюнь высокомерно сказал: "Неужели у него навыки лучше, чем у имперских врачей? Забавно."

То, что его рекомендовал Чэнь Юнь, не означало, что он мог дружить с благородными семьями! Он действительно переоценил себя!

Чжан Нянь холодно посмотрел на Чжао Руюня и сказал: "Конечно, я не могу сравниться с императорскими врачами. К какому врачу вы обращались?"

Чжао Руюнь был настроен более презрительно. "Доктор Ху Кевей из императорского госпиталя".

Чжан Нянь посмотрел на нее с бесстрастным лицом. "Ху Кевей хотел быть моим учеником, но я выгнал его. Ты действительно обратился к правильному врачу."

Лицо Чжао Руюня вспыхнуло. "Ты несешь чушь. Как могло случиться, что доктор Ху захотел стать вашим учеником?"

Глава 28 - Выбросьте Их Вон

Глава 28 Выбросьте Их Вон

Чжао Руюнь на какое-то время была ошеломлена и вдруг вспомнила, что Шэнь Нинхуа сказала раньше. Она ощутил полный вызова взгляд Шэнь Нинхуа словно получила от нее пощечину. Она разозлилась. "Ты считаешь вправе просить у меня объяснений?"

Шэнь Нинхуа усмехнулась и посмотрела на Шэнь Дуна, чье лицо было мрачным. "Кузина, имею я право спрашивать, а отвечать или нет - зависит не от тебя. Я первая дочь семьи Шен. Кроме того, я дочь премьер-министра. Неужели у меня нет права требовать объяснений после того, как меня подставили? В мире нет такого правила. Поскольку вы только что упомянули императрицу, я снисхожу до пояснений вам. Даже если мы передадим это дело императрице, вы должны дать мне объяснение."

Императрица Чжао была очень могущественна в гареме, но ее власть ограничивалась только гаремом. В королевстве Даан женщинам никогда не разрешалось участвовать в политике. Какой бы могущественной ни была императрица Чжао в гареме, она не осмеливалась вмешиваться в придворные дела. В конце концов, император был еще жив и властвовал. Более того, через несколько дней вернется Второй Принц, добившийся больших успехов на войне. Императору очень любил своего второго сына. Императрица Чжао и наследный принц были заняты тем, что пытались уладить свои придворные дела через интриги. У них не было бы времени думать о Чжао Руюне.

Услышав это, лицо Чжао Руюнь вспыхнуло, а ее глаза полыхнули огнем. "Ты... ты..."

"Руюнь!" Мадам Чжан нахмурилась. Она прервала Чжао Руюнь, встала и подошла к Шэнь Дуну и старой леди Сяо. "Теперь, когда понятно, что Шэнь Нинхуа этого не делала, требуется завершить все это. Семья Чжао больше не будет заниматься этим делом. У нас есть еще кое-какие дела дома, так что я иду домой."

Старая леди Сяо почувствовала отвращение, но это никак не отразилось на ее лице. Она только кивнула в знак согласия. Шэнь Дон, стоя с другой стороны, оглядел Шэнь Нинхуа с ног до головы. Подумав некоторое время, он лишь промолвил "Пожалуйста".

Шэнь Нинхуа стояла там без всякого выражения. Теперь в ее сердце не было ни малейшего ожидания для Шен Дуна. Взгляды мадам Чжао и Шэнь Линхань были полны явного злорадства, а старая леди Сяо заботилась только о себе. Шэнь Нинхуа глубоко вздохнула про себя, удивляясь, какой глупой она была в прошлой жизни, изо всех сил стараясь угодить семье, даже жертвуя собой. Причина, по которой она снова смогла жить, должно быть, заключалась в том, что она позволила ей взыскать с них долги.

Когда Чжао Руюнь проходила мимо Шэнь Нинхуа, она стукнула Шэнь Нинхуа по плечу и с нотками заносчивости и самоуверенности в голосе спросил "Ты хочешь объяснений? Я посмотрю, как ты их получишь."

На бесстрастном лице Шэнь Нинхуа внезапно промелькнула улыбка. "Мне не нужно просить. Я дождусь, когда ты лично придешь ко мне и все расскажешь."

"Ха-ха, хорошо, тогда ты можешь сколько угодно, но этот срок будет равен всей твоей жизни… Всей жизни до самой твоей смерти!"

Шэнь Нинхуа посмотрела на спины Чжао Руюня и мадам Чжан, и в ее глаза сверкнули. Она обернулась, чтобы проститься с Шен Дуном. "Поскольку мне больше нечего делать, я ухожу".

Шен Дун махнул рукой в знак подтверждения. После чего от отвернулся, чтобы поговорить со старой леди Сяо.

Но мадам Су встала и сказала: "Я тоже возвращаюсь. Кстати, я могу помочь отнести подарки госпожи Шао во двор Нинхуа."

Шен Дун нахмурился, но ничего не сказал.

Как только Шэнь Нинхуа вышел из зала, Шэнь Линхань недовольно сказала: "Бабушка, отец, посмотрите на мою сестру. Она всегда ссорится с кузиной без всякой причины. Кузина обещала замолвить за меня перед императрицей, когда я буду во дворце. Теперь, похоже, об этом не может быть и речи. Увы, если говорить серьезно, в последнее время в нашей семье неприятностей".

Хун Лин услышала это и очень рассердилась. "Мисс?"

"Все В порядке. Возвращайся и приведи в порядок двор." Шэнь Нинхуа было наплевать на то, что сказал Шэнь Линхань. Она повернулась к мадам Су с улыбкой на лице. "Большое вам спасибо за сегодняшний день".

Мадам Су покачала головой. "Я просто случайно оказалась здесь, но вода здесь слишком глубока. Вам не нужно наклоняться слишком близко, чтобы увидеть, сколько там рыбы. В противном случае вы рискуете упасть в воду."

"Независимо от того, насколько глубока вода, каждый день наполняйте ее небольшим количеством земли, и однажды пруд будет заполнен". Улыбка Шэнь Нинхуа осталась неизменной. Она знала насколько велика семья Чжао и знала, что провоцировать эту семью опасно. Но она была обязана противостоять семье Чжао, если хотела победить первую леди. Ей нечего было бояться. Если семья Чжао хотела устроить шторм, чтобы утопить ее, они должны были посмотреть, согласится ли она быть в этом шторме.

"Да", - ответила мадам Су, и не сказав более ни слова она развернулась к служанкам. Распорядившись отнести коробку во двор Инъюэ мадам Су ушла.

Шэнь Нинхуа с улыбкой смотрела ей в спину. Она повернулась и приказала Хон Лин. "Наведи порядок".

"Мисс, они так издевались над вами, а вы все еще в настроении навести порядок". Хун Лин сердито топнула ногой. Ее жизнь была спасена Шэнь Нинхуа, поэтому она всегда подсознательно воспринимала Шэнь Нинхуа как самого главного человека в своем сердце. Сегодня, когда она услышала, как Шэнь Линхань скрашивает реальную ситуацию, она была так возмущена, что хотела пойти и убить Шэнь Линханя, чтобы выплеснуть свой гнев.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Глупая девочка, ты все еще такая нетерпеливая. Когда ты видела, чтобы надо мной в конце концов издевались?"

Хун Лин была ошеломлена. "Мисс, у вас есть способ добиться справедливости?"

"Бабушка и отец - оба хотят пойти на уступки, чтобы избежать дальнейших неприятностей. Я не могу расстроить их прямо сейчас. Однако никто не уйдет от моей расплаты. Я дождусь того часа, когда увижу как Чжао Руюнь плачет передо взывая о помощи".

Взгляд Шэнь Нинхуа были пронзительным и холодными. Яд на пальцах Чжао Руюнь был очень похож на яд пуансеттии. Рецепт Чжан Нянь также был правильным. Но Чжао Руюнь любила наносить на лицо пудру из ириса. Таким образом, если бы она использовала зеленый пепел канифоли, яд только бы усиливал свое действие. Конечно, у нее было противоядие, но зачем ей давать его Чжао Руюнь? Ха-ха, она хотела бы посмотреть, как Чжао Руюнь изображает высокомерие, глядя как гниют ее руки!

Хонг Лин почувствовала облегчение. После того, как они вернулись во двор Инъюэ, она рассказала Бай Руо о том, что произошло. "Если бы наша мисс не сказала мне, что есть способ, я бы определенно надел им на головы мешок и хорошенько поколотил их на обратном пути".

Бай Руо немедленно выкрутил ухо Хун Лин и отругал ее: "Я уже давно говорил тебе дважды подумать, прежде чем действовать. Как ты думаешь, кто они такие? Это жена герцога Вэя и первая дочь семьи Чжао. Кто ты? Если вы осмелитесь проявить хоть малейшее неуважение в их присутствии, они могут использовать это, чтобы подставить нашу мисс, не говоря уже о том, чтобы избить их. Ты уже взрослая. Думай головой! Если ты доставишь мисс неприятности, я сам забью тебя до смерти."

Хун Лин сжала шею, пока ее ругали, и подумала про себя: “Сестра Бай Руо - самая добрая и нежная из нас четверых. Но когда она злится, она становится еще более страшной, чем мисс.” Хотя она была хороша в боевых искусствах, почему-то, когда она посмотрела в глаза Бай Руо, она не осмелилась ничего сказать.

Шэнь Нинхуа посмотрела на них двоих и с грустью вспомнила, что ее служанка Си Цинь тоже любила учить Си Ци таким образом. "Хонг Лин, тебе пора подумать о том, как себя ведешь. Я не могу защищать тебя все время. В будущем будет еще больше событий. Ты должна научиться выживать без моей защиты. Какой бы способ вы ни использовали, выжить - это самое главное". Не будь таким, как Си Цинь и Си Ци. Они не сказали бы ни одного плохого слова о Шэнь Нинхуа, даже если бы их приговорили к смерти. Как Шэнь Нинхуа хотела, чтобы две служанки разорвали ее на куски, просто чтобы выжить. Эти две глупые девчонки...

Хун Лин была ошеломлена и оставалась неподвижной. "Мисс... Я ошибаюсь."

"Все В порядке. Иди, у тебя много работы. Я хочу немного поспать."

Бай Руо вздохнула про себя. Она вышла из комнаты и закрыла дверь. Затем она посмотрела на трех других служанок с суровым выражением лица. "С этого момента тебе больше не разрешается доставлять неприятности мисс. Хонг Лин, с сегодняшнего дня ты следуешь за мной, и я буду учить тебя шаг за шагом. Если ты снова скажешь что-нибудь не так и расстроишь мисс, я тебя выгоню."

"Да, сестра Бай Руо, я понимаю". Хун Лин всегда знала, что Шэнь Нинхуа был особенно снисходительна к ней, и она особенно дорожила этой снисходительностью. С этой минуты она решила больше никогда не расстраивать мисс.

В комнате Шэнь Нинхуа смотрела вверх до тех пор, пока печаль в ее глазах не исчезла, после чего подошла к кровати. Она поиграла с кулоном из черного нефрита, который оставила ей мать, и постепенно уснула.

В следующие два дня все прошло очень гладко. Убрав светящуюся жемчужину Чу Цзюньи, Шэнь Нинхуа больше не заботилась об этом. Она просто закрыла дверь во двор, чтобы жить своей жизнью, и ждала лучшего времени.

Утром третьего дня Шэнь Нинхуа встала, и прежде чем она успела умыться, дверь Внутреннего двора Инъюэ была распахнута снаружи. Чжао Руюнь с группой служанок и встал во дворе.

Сегодня Чжао Руюнь был совсем другим человеком, чем три дня назад. Его лицо было бледным, глаза налиты кровью, тело покрыто косметической пудрой, но от тела все равно исходил отвратительный запах, который невозможно было скрыть. В это время он смотрела на Шэнь Нинхуа большими глазами, как привидение.

"Шэнь Нинхуа! Достань вино, которое ты делала раньше!"

Шэнь Нинхуа отложила расческу и сказала со слабой улыбкой: "Кузен, ты врываешься в мой двор с таким количеством людей утром только для того, чтобы выпить немного вина?"

Чжао Руюнь стиснул зубы и приказала людям позади нее: "Обыщите двор!"

"Да, мисс". Получив приказ Чжао Руюня, слуги немедленно приступили к действиям. Несмотря на присутствие Шэнь Нинхуа, они ворвались во двор Инъюэ и обыскали все вокруг.

Хун Лин стиснула зубы, чтобы сдержать свой гнев и не устроить драку.

Шэнь Нинхуа, казалось, не замечала действий этих служанок. "Бай Руо, помоги мне причесаться".

"Как насчет булочки с мармеладом, мисс?" сказала Бай Руо, сгибая колени.

"Да, это было бы прекрасно".

После того, как Бай Руо закончила расчесывать волосы, Шэнь Нинхуа достала из шкатулки с драгоценностями шпильку, присланную мадам Шао, и осторожно вставила ее в волосы. Затем она встала и посмотрела на Чжао Руюня, которая ничего не нашла.

"Кузина, ты закончила свои поиски?"

Чжао Руюнь выглядела расстроенной. "Где ты спрятала вино, которое сделала раньше?"

"Кузина, похоже, ты не собираешься мне отвечать. В этом случае я воспользуюсь своим собственным способом, чтобы получить ответ". После этих слов лицо Шэнь Нинхуа застыло, а в ее голосе зазвучал металл. "Цин Цюэ и Хун Лин, эти люди ворвались в мой двор без всякой причины и бессмысленно повредили двор. Вышвырните их!!"

"Да, мисс". Хун Лин пнула ближайшую служанку, схватила ее за одежду и вышвырнула прямо за дверь особняка.

Цин Цюэ была еще более свирепой. Видя, что эти слуги осмелились встать после того, как их повалили на землю, она просто наступила им на ноги, чтобы они никогда больше не смогли подняться. Не прошло и получаса, как всех слуг выгнали вон.

Множество зевак собиралось у дверей особняка Шэнь, обсуждая происходящее, поскольку слуг время от времени выгоняли. Некоторые из них также обнаружили, что эти слуги были из семьи Чжао, и им стало еще любопытнее. Неужели семья Шэнь и семья Чжао воевали друг с другом? В противном случае, почему они выгнали слуг семьи Чжао из особняка?

Шэнь Дон и мадам Чжао только что встали, когда услышали эту новость. Они были так поражены, что быстро оделись. Даже не умывшись, они направились прямо во двор Инъюэ.

Когда Шэнь Дун вошел в дверь, Цин Цюэ как раз выгоняла последнюю служанку со двора. Он поспешно крикнул: "Шэнь Нинхуа, что ты опять делаешь?"

"Приветствую вас, отец и мать". Шэнь Нинхуа неторопливо их поприветствовала. "Эти люди ворвались утром ко мне во двор, перевернули и разбили мои вещи. Разве я не могу их наказать?"

Шэнь Дун посмотрел на Чжао Руюня, а затем на Шэнь Нинхуа. Он почувствовал, как напрягся его скальп. "Руюн, что ты делаешь во дворе Нинхуа?"

Чжао Руюнь закричал. "Дядя, помоги мне. Я не хочу, чтобы моя рука сгнила."

Глава 29 - Встань на колени и извинись

Глава 29 Встань на колени и извинись

Когда Шэнь Дун посмотрел на пальцы Чжао Руюнь, его сердце учащенно забилось от увиденного.

Мадам Чжао схватилась за грудь и ее вырвало. Вначале раны на пальцах Чжао Руюнь просто гноились. Теперь область гноения распространилась на всю правую руку, а кожа была покрыта серыми и розовыми волдырями, издававшими сильное зловоние.

"Что... что происходит?"

Со слезами на глазах Чжао Руюнь поспешно сказала: "Я попросила доктора Чэня осмотреть мою руку. Он сказал, что вино, приготовленное Шэнь Нинхуа, может вылечить мою руку. Дядя, тетя, пожалуйста, помогите мне."

Вино Шэнь Нинхуа?

Шен Дон нахмурился. "Нинхуа, у тебя есть еще вино?"

"Нет", - холодно ответила Шэнь Нинхуа.

"Она лгунья!" Чжао Руюнь закричал. "Вино должно быть у тебя. Ты просто не хочешь отдавать его мне! Я знаю тебя, противная дрянь! Ты просто хочешь чтобы я унизилась перед тобой, уговаривая отдать мне вино. Ты просто была счастлива увидеть мою смерть!"

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Кузина, ты вольна думать как угодно, что я могу поделать? Но я уверена, ты найдешь выход, чтобы излечить себя."

Мадам Чжао сдержала очередной приступ тошноты и взяла Чжао Руюнь за руку. "Нинхуа, как бы то ни было, Руюнь – твоя кузина. Как ты можешь позволить ей умереть, не оказав помощи?"

"Мама, кузина сначала усомнился в моей родословной, а затем обвинил меня в отравлении. Теперь она разгромила мой двор со своими людьми. Интересно, следующим ее шагом будет поиск способа лишить меня жизни? Честно говоря, сейчас у меня нет никакого вина. Даже если у меня это вино было - это мой выбор - давать или нет. Человек, который сейчас просит милостыню, не должен быть столь высокомерным!". Шэнь Нинхуа усмехнулась.

Мадам Чжао в глубине души ненавидела Шэнь Нинхуа, но у нее не было выбора. Она вопросительно посмотрела на Шен Дуна.

"Нинхуа, не будь ребенком. Достань свое вино."

Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на Шэнь Дуна. "Отец, ты забыл, что произошло? Ведь был пущен слух, что вино было ядовитым. И хотя сейчас выяснилось, что это все была ложь и наветы, я не осмелилась оставить хоть одну бутылку этого вина сеье. За исключением тех, что были отправлены доктору Чену, остальные бутылки были разбиты и выброшены в пруд. Кузина, как насчет того, чтобы сходить к пруду и искупаться? Может быть, это тебе поможет?".

Чжао Руюнь хотелось броситься вперед и разорвать Шэнь Нинхуа на куски. "Ты, дрянь, дрянь, я не позволю тебе уйти. Даже если я умру и стану призраком, я буду каждую ночь преследовать тебя."

От этих слов Шэнь Дун расстроился. Он конечно давно знал насколько высокомерна Чжао Руюнь, но не знал, что она еще и настолько недалекая. И теперь она пришла умолять Шэнь Нинхуа с таким отношением.

Мадам Чжан вошла с мрачным лицом. Увидев истерику Чжао Руюнь, она без слов влепила ей пощечину, не поздоровавшись с Шэнь Дун и мадам Чжао. "Ты успокоилась?"

"Мама?" Чжао Руюнь уставилась на госпожу Чжан.

Мадам Чжан холодно посмотрела на нее. Затем она повернулась к Шэнь Нинхуа и мягко сказала: "Нинхуа, я была неправа раньше. Сегодня я возмещу вам ущерб от имени Руюнь. Если у вас нет вина под рукой, не могли бы вы дать мне рецепт приготовления вина? Я найду кого-нибудь, кто сварит немного на ночь. Рану Руюнь больше нельзя затягивать. Ты всегда была отзывчивой. Ты поможешь мне?"

Это означало бы, что я был злодеем, если бы не помогла тебе? Шэнь Нинхуа чуть не расхохоталась. Эта пара матери и дочери была действительно стоили друг друга. "Тетя, рецепт на приготовление вина дал мне старый врач, который лечил мою болезнь. Прежде чем он скончался, он много раз говорил мне не давать рецепт другим. Так же, как секретная формула аромата семьи Чжао, она ни в коем случае не может быть раскрыта."

Лицо мадам Чжан осталось прежним. "Поскольку рецепт должен храниться в секрете, я бы хотела, чтобы ты взяла на себя труд сварить вино".

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Мадам Чжан действительно считала это само собой разумеющимся и думала, что все должны быть ей послушны?

"Мне очень жаль, тетя. Моя рука была ранена. Я не смогу сделать вино."

Чжао Руюнь крикнул резким голосом: "Ты была в порядке. Когда ты успела пораниться? Я понимаю, ты просто не хочешь мне помогать."

Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на Чжао Руюнь. Если бы госпожа Чжан не защитила ее, Чжао Руюнь умерла бы раньше на руках дочерей, рожденных наложницами в семье Чжао.

Госпожа Чжан внезапно обернулась и строго крикнула: "На колени!"

"Мама..." Чжао Руюнь, от изумления схватилась за свое лицо. Ее ладони медленно сползали на шею, открывая миру застывшую безмолвную маску изумления на лице.

Мадам Чжан нахмурилась и стала выглядеть еще мрачнее. "Встань на колени! Руюнь, ты мой единственный ребенок. Я слишком избаловала тебя и вот они плоды, ты слала слишком высокомерной. А теперь разве ты не встаешь на колени, чтобы извиниться перед своей двоюродной сестрой?"

Чжао Руюнь была в полной растерянности. Ее сердце переполняла обида. Мать просила ее встать на колени перед этой дрянью Шэнь Нинхуа, чтобы извиниться?

"Нет!” Кто она такая, Шэнь Нинхуа, чтобы перед ней извиняться и тем более становиться на колени?

Госпожа Чжан подняла руку и дала Чжао Руюнь пощечину. "Презренная дочь! Если ты немедленно не встанешь на колени и не попросишь свою сестру о помощи, я отправлю тебя в монастырь, чтобы ты подумал о своем поведении."

"Мама, я не хочу идти в монастырь". Она видела двух дочерей наложниц, которых отправили в монастырь для совершенствования и самопознания. И когда они вернулись, эти девушки даже не были похожи на людей.

Позиция мадам Чжан была твердой. "Если ты не хочешь чтобы тебя отправили в монастырь, извинись".

Чжао Руюнь сердито посмотрела на Шэнь Нинхуа с леденящей ненавистью и сказала: "Сестра, я прошу прощения". Когда ее колени коснулись земли, ненависть Чжао Руюнь к Шэнь Нинхуа достигла своего апогея. Злой огонь в ее сердце вызывал у нее желание уничтожить все, что было перед ней.

Шэнь Дон, стоявший рядом, увидел ее глаза, и его сердце дрогнуло...темперамент девушки был слишком силен... она отомстила...Он нахмурился и посмотрел на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа посмотрел на Чжао Руюнь и была слегка удивлена. Затем она нерешительно посмотрела на мадам Чжан. "Тетя, я изначально...Я не хотела... Кузина, она..." Она долго пыталась подобрать слова, но не могла закончить фразу.

Госпожа Чжан стиснула зубы и посмотрела на Чжао Руюнь. "Руюнь, извинись вежливо".

Чжао Руюнь в напряжении склонила голову. "Сестра, это моя вина. Мне не следовало говорить глупости раньше. Кроме того, я не должна обвинять вас в том, что вы меня отравили. Теперь я достаточно настрадалась. Пожалуйста, помоги мне сварить немного вина, излечить меня…”

Шэнь Нинхуа вышла вперед, чтобы помочь Чжао Руюнь подняться: "Сестра, пожалуйста, вставай. Мы все сестры. Я просто хотела, чтобы ты объяснила мне…. Нет необходимости извиняться. Твои извинения заставляют меня только мучают, словно я бездушное существо…"

Чжао Руюнь от возмущения задохнулась, но ей пришлось изобразить улыбку под пристальным взглядом госпожи Чжан. "Кузина, ты права".

"Тетя, рана на моей руке не серьезная... Думаю, она заживет через два-три дня, но у меня недостаточно сырья для изготовления вина..."

"Дай мне списко требуемых ингридиентов. Независимо от того, что потребуется, я прикажу своим людям разыскать их".

Шэнь Нинхуа сделал небольшую паузу. Затем она улыбнулась и кивнула: "Хорошо, тогда нет никаких проблем".

Госпожа Чжан сказала Шэнь Дуну: "Мастер Шэнь, это Руюнь сегодня допустила ошибку. Я вернусь, чтобы извиниться как-нибудь в другой раз."

"Герцогиня, не беспокойтесь об этом. Это просто спор между детьми". Как только Шэнь Дун сказал это, глаза госпожи Чжан расслабились. Затем она повернулась к Шэнь Нинхуа.

"В таком случае, я ухожу. Нинхуа, что бы тебе ни понадобилось, просто напиши список и отправь его в особняк герцога. Я немедленно достану для вас все что необходимо."

"Хорошо".

Когда госпожа Чжан ушла с Чжао Руюнь, лицо Шэнь Дуна нисколько не расслабилось. "Нинхуа, Чжао Руюнь - первая дочь семьи Чжао. Ты полностью оскорбил их сегодня."

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Отец, ты только что сказал, что сегодняшнее мероприятие - это спор между детьми. Тетя и кузен не восприняли бы это всерьез. Даже если они настроены серьезно, они придут за мной. Я не позволю вовлечь семью в конфликт". Она на самом деле боялась, что Чжао Руюнь не станет сопротивляться! В своей прошлой жизни она пошла на слишком большой компромисс и в итоге умерла без достойных похорон. В этой жизни она была полна решимости жить сознательно. Даже если ее разорвут на куски, с помощью этих людей она получит то, что хотела.

Мадам Чжао проводила Шэнь Дуна до выхода, оставив двор в беспорядке. Хонг Лин оглянулась. Ее глаза были красными, но она сдержалась, чтобы не сказать ничего резкого и злого. Она вынесла из комнаты табуретку. "Мисс, пожалуйста, посидите немного. Я приведу двор в порядок вместе с сестрой Би Чжу, и скоро там будет чисто и опрятно."

Шэнь Нинхуа покачала головой и достала из ящика кошелек. "Бай Руо, отнеси эти серебряные монеты к двери и отдай их слугам, которые были ранены Цин Цюэ. Скажи им, что это мои извинения".

"Мисс?" Бай Руо был ошеломлена.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Поскольку семья Чжао дорожит своей репутацией, я дам им шанс хорошо позаботиться о ней. Если слуги не возьмут серебро, найдите членов их семьи. Если у них есть члены семьи, отдайте серебро их семьям. Одним словом, никого не оставляйте в стороне. Даже если кто-то в конце концов не возьмет деньги, сделайте все возможное, чтобы распространить новость о том, что я приношу им извинения!"

Бай Руо ненадолго задумалась, и ее глаза внезапно загорелись. "Хорошо, не волнуйтесь, мисс. Я прослежу, чтобы все было сделано так, как вы повелели."

"Эм".

Через три дня возвращение Шэнь Нинхуа вызвало очередные дебаты в столице. На этот раз в нем участвовала семья Чжао.

Мисс Чжао повела людей обыскивать двор мисс Шэнь, но в конце концов мисс Шэнь принесла извинения всем слугам, которые обыскивали ее двор. Стоило лишь немного подумать, и становилось ясно как много вражды было замешано в этой драме. Внезапно в тавернах и чайных появилось много умных людей, предлагающих свое увлекательное описание истории всем желающим их слушать и тем, кто просил продолжения этой истории.

Во дворе Инъюэ Шэнь Нинхуа пил чай с обеспокоенной мадам Су. "Нинхуа, ты сделала все это нарочно?"

"Тетя, вы угадали". Шэнь Нинхуа улыбнулась.

Мадам Су вздохнула. "Почему ты должна была это сделать! Ты дочь семьи Шен. Независимо от того, насколько высокомерна и властна Чжао Руюнь, пока у вас нет влияния на них, эта семья всегда будет слишком самонадеянной. Но теперь ты сорвал их фиговый листок, и семья Чжао будет пристыжена и разгневана."

Шэнь Нинхуа сделала глоток чая. Хотя напиток был обжигающим, взгляд Шэнь Нинхуа был полон льда. "двоюродный брат скоро возвращается?"

Госпожа Су не знала, почему Шэнь Нинхуа вдруг упомянул Шэнь Сюаньхуа. Она немного помолчала и сказала: "Да, скоро". Хотя Шэнь Сюаньхуа был всего на год младше Шэнь Нинхуа, из-за генерала Су он был избран на службу в отряд Второго принца раньше срока. В возрасте всего 13 лет его отправили на границу, чтобы обогатить свой опыт. Когда Второй принц вернется в столицу, Шэнь Сюаньхуа наверняка вернется.

"Тетя, дерево жаждет покоя, но ветер не утихает. Иногда мы не можем обрести покой, даже если хотим мира. Император был очень рад возвращению Второго принца. Говорят, что он даже приказал наследному принцу выехать из столицы, чтобы лично поприветствовать Второго принца." Если бы император был счастлив, естественно, нашлись бы люди, которые были бы несчастны. Никто из этих принцев не хотел видеть своих братьев в фаворе у императора, не говоря уже о существовании императрицы.

Сердце мадам Су взволновано забилось. "Нинхуа, ты имеешь в виду..."

"Тетя, вы были добры ко мне. Я также хочу задать вам вопрос. Тебе будет грустно, если мой двоюродный брат умрет?"

"Как ты смеешь!" Мадам Су стукнула кулаком по столу. "Шэнь Нинхуа, ты проклинаешь Сюаньхуа?"

Шэнь Нинхуа выглядел серьезным. "Тетя, ты ошибаешься. Это ты причиняешь боль моему кузену. Я спасаю его!"

"Ты хоть понимаешь, о какой чепухе ты говоришь? Как я могу навредить своему сыну?"

"Тетя, если ты не хочешь причинить ему боль, ты не должна позволять ему так рано связываться со Вторым принцем. Император в расцвете сил. Хотя гарем полон прекрасных дам, императрица - самая любимая в гареме." Шэнь Нинхуа опустила глаза, и ее ресницы слегка дрогнули. "Императрица - мать наследного принца, и она самая выдающаяся первая дочь семьи Чжао. Вначале она была выдана замуж за члена королевской семьи в качестве наложницы. Впоследствии она стала императрицей и родила императору старшего сына...Тетушка, до рождения Наследного принца все остальные наложницы во дворце рожали только принцесс. Ни одному из них не удалось произвести на свет принца..."

Глава 30 - Как я могу Отказаться от Приглашения Первой Молодой Леди?

Глава 30 Как я могу Отказаться от Приглашения Первой Молодой Леди?

Мадам Су была ошеломлена и застыла на месте.. Ее пальцы слегка дрожали. "Ты...что ты хочешь сказать?"

"Второй принц возвращается 15 июля, тетя. Это День Призраков. - голос Шэнь Нинхуа был негромким, но он вызвал волну в сердце мадам Су.

Услышав холодный голос Шэнь Нинхуа, мадам Су вздрогнула. "Ты имеешь в виду... Императрица не такая смелая."

"Я тоже в это не верила. Но материнство делает женщину сильнее. Тетя, ты должна понимать это чувство." Шэнь Нинхуа слабо вздохнула. "Тетя, я просто не хочу, чтобы ты сожалела об этом после того, как случилось что-то плохое. На этот раз я заставил семью Чжао потерять лицо. Они не остановятся. Моя мать скончалась, а отец игнорирует меня. Я одна, и мне не о ком переживать. Но, тетя, ты совсем другая. Я благодарна вам за то, что вы много раз помогали мне. Вот почему я напомнила тебе. Тетя, если ты в это не веришь, можешь считать это чепухой."

Мадам Су долго молчала. "Нинхуа...Мне нужно немного времени, чтобы подумать об этом...

Шэнь Нинхуа улыбнулась. "Тетя, не волнуйся так сильно. Может быть, я слишком много думаю. Би Чжу, проводи мою тетю."

"Да, мисс".

После того, как она проводила полную смятения мадам Су, выражение лица Шэнь Нинхуа постепенно смягчилось. Бай Руо сменила холодный чай. "Мисс, вы беспокоитесь о Второй Леди?"

"Хотя у нее прямолинейный характер, она предусмотрительна. Я уверен, что она догадается о таящихся опасностях."

"В таком случае, мисс, о чем еще вам беспокоиться?"

Шэнь Нинхуа нахмурился. "Что ты думаешь о Чу Цзюньи?"

Бай Руо была слегка шокирована и подумала как лучше ответить на этот вопрос: "Я встречалась с Мастером Чу всего дважды. Но я чувствую, что он кажется каким-то особенным и он очень внимателен к вам."

Шэнь Нинхуа покачала головой и сказала: "Тебе здесь нечего делать. А теперь иди посмотри, все ли ингридиенты, которые мне нужны, были присланы семьей Чжао. Если они все здесь, я сварю вино сегодня."

Хонг Лин ответил: "Мисс, вы действительно хотите приготовить вино для мисс Чжао?" Хотя Чжао Руюнь опустилась на колени и извинилась, но что, если она исцелится и снова придет, чтобы доставить неприятности мисс?

"Теперь, когда я дала свое согласие, я должна сдержать свое слово. После того, как я сварю вино, ты отправишь его семье Чжао. Скажи моей тете, чтобы она нашла имперского врача, для проверки вина. Надо убедиться, что нет никаких проблем, прежде чем ты вернешься. Не забудьте сказать моей тете и двоюродному брату, что вино можно использовать только после хранения в течение 14 дней... В этой ситуации у них может возникнуть искушение не ждать и использовать вино немедленно..."

"Ха-ха, да, не волнуйтесь, мисс. Я скажу им. - Хун Лин усмехнулась. Она вспомнила, что если вино не выстоится, то оно не только будет бесполезно, но даже сможет навредить.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и посмотрела на ослепительное солнце за окном. В ее сердце затаился туман. В прошлой жизни Второй Принц также вернулся 15 июля. Она вспомнила, что в этот день весь город был пуст. Все опустились на колени и взволнованно закричали, приветствуя Второго принца. Казалось, что в одночасье имя Второго принца распространилось по всей стране, и все восхищались его храбростью и отвагой. Второй принц приобрел большое количество сторонников, но император наградил его только золотом, серебром и драгоценностями. На долгое время он даже был лишен всей своей военной мощи.

Император ненавидел, когда у кого-то была слишком высокая репутация, даже если этот человек был его собственным сыном! Наследный принц смог победить Второго принца позже воспользовавшись именно этим отношением императора.

"Все еще слишком молод". - пробормотал Шэнь Нинхуа. Затем она встала и подошла к письменному столу, чтобы продолжить переписывать книги.

Два дня спустя люди собрались на улицах. Все были взбудоражены новостью о возвращении Второго принца.

Мадам Су и Шэнь Нинхуа сидели на втором этаже павильона Линьюэ, глядя в окно на толпу. Мадам Су увидела парня в доспехах, и ее глаза мгновенно наполнились слезами. "Это он!"

Шэнь Нинхуа посмотрел на парня. "Кузен темнее, чем раньше, но он также сильнее. Тетушка, теперь вы можете быть спокойны."

Мадам Су посмотрела на нее. "Нинхуа, то, что ты говорила мне – это правда?"

"Может быть, я слишком зациклилась на этом, тетя. Забудь, что я говорила тебе."

Услышав слова Шэнь Нинхуа, взгляд мадам Су все еще был полон. "У нас с мужем только один ребенок. Нинхуа, твоя мать рисковала жизнью, чтобы родить тебя. Я чувствую, что если бы это была я, я бы сделала тот же выбор".

Шэнь Нинхуа сделала жест пальцами. "Тетя, ты права".

"Я чувствую вашу враждебность к Первой леди и семье Шен, и я готова быть вашим союзником. Но есть условие. Со второй фамильной ветвью не должно случиться ничего плохого."

"Тетя, вы были добры ко мне, а я не из тех, кто отвечает на доброту неблагодарностью".

Глядя в улыбающиеся глаза Шэнь Нинхуа, мадам Су начала потихоньку успокаиваться. Если бы это было еще буквально небольшое время назад, то она бы не поверила, что 14-летней девочке можно доверять. Но, увидев, что Первой леди не удалось подставить Шэнь Нинхуа и как она смогла взять ситуацию в свои руки так, что даже Чжао Руюнь опустилась на колени под давлением госпожи Чжан, чтобы признать свою ошибку, она внезапно поняла, что эта девушка была другой. До тех пор, пока Шэнь Нинхуа не причинит вреда своей семье, ее совершенно не волновало, что случится с семьей Шэнь.

"Да здравствует Второй принц!"

"Благословение Его высочеству!"

"..."

Внизу люди опустились на колени, и взволнованные голоса сотрясли небо.

Мадам Су была немного горда. "На этот раз Второй принц действительно внес большой вклад. Даже простые люди благодарны ему. Это также полезно для Хуа эр, чтобы получить некоторый опыт." Как мать, которая видела, как ее ребенка отправили на границу и бросили в битву, она была одновременно обеспокоена и горда. На какое-то время двойственное настроение лишило ее возможности выразить свои чувства.

Шэнь Нинхуа склонила голову, чтобы выпить чаю. "Очевидно, люди взволнованы, но они, кажется, слишком взволнованы".

Лицо мадам Су побледнело, когда она тщательно обдумала слова Шэнь Нинхуа. "Нинхуа, ты имеешь в виду этих людей..."

"Тетя, ты, конечно, можешь это понять. В конце концов, после поражения Великого государства Юэ генерал Су отказался от своей военной власти и вызвался вернуться в свой родной город. Император неоднократно просил его остаться, но он не шел на компромисс. Наконец, император вернул военную власть генералу Су и отменил награду в виде титула принца. После этого император оставил генерала Су в столице и позволил ему быть генералом с почетным титулом, но без реальной власти."

Лицо мадам Су становилось все бледнее и бледнее. Конечно, она понимала, что власть имущие не позволят другим, как говорится, спать рядом со своими диванами. Если бы ее дед не был достаточно умен в отношениях с императором, семья Су не смогла бы сейчас наслаждаться славой.

"Что мне теперь делать? Хуа эр может быть и не замешан в этом. В конце концов, он так молод..." Среди толпы должен быть кто-то, кто намеренно поощрял других повышать репутацию Второго принца.

Шэнь Нинхуа протянул госпоже Су чашку чая. Увидев, что мадам Су заметно расслабилась, она сказала: "Император - мудрый человек. Конечно, мой кузен не будет в этом замешан. Но как придворный Второго принца, даже если мой двоюродный брат не попадет в опалу, у него не будет гладкой карьеры в будущем." Вначале Первая леди смогла подавить вторую ветвь и полностью контролировать всю семью Шэнь. Это во многом было связано с разочарованиями Шэнь Сюаньхуа в карьере. Теперь мадам Су была полна решимости помочь ей, поэтому, естественно, дала бы ей несколько советов.

Глаза мадам Су были холодны. Она снова посмотрела вниз. Наследный принц вышел вместе с чиновниками Министерства ритуалов, чтобы поприветствовать Второго принца.

Бейли Цзиньи, одетый в ярко-желтую мантию, выглядел особенно красивым. Казалось, он был рожден, чтобы стать императором. Даже если он был так далеко, Шэнь Нинхуа чувствовала в нем благородные задатки.

Второй принц был одет в доспехи. По сравнению с нежным и благородным наследным принцем он больше походил на доблестного генерала.

Вся церемония приветствия достигла кульминации, когда наследный принц произнес тост за Второго принца. Тысячи людей опустились на колени и закричали. Второй принц поднял кувшин с вином и выпил его до дна.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и посмотрел вниз. "Тетя, ты должна сейчас вернуться домой и подготовиться. Кузен молод, и ему не нужно идти во дворец, чтобы быть принятым императором. Думаю, что он очень хочет как можно скорее вернуться домой."

"Хорошо, я вернусь первой". Мадам Су встала и сделала два шага вперед. Внезапно она обернулась, как будто приняла какое-то решение. "Нинхуа, если ты сможешь сдержать свое обещание, вторая ветвь всегда поддержит тебя, что бы ты ни делала!"

У Шэнь Нинхуа была улыбка в глубине ее глаз. "Спасибо, тетя. Ваше доверие никогда не будет предано". Если мадам Су действительно сдержит свое обещание, она не возражала бы защитить еще нескольких человек.

После долгого наблюдения за нежным и вежливым выступлением наследного принца улыбка Шэнь Нинхуа стала глубже. "Бай Руо, давай вернемся".

Однако она не видела Бай Руо и других служанок. Вместо этого ее встретили улыбающиеся глаза Чу Цзюньи. Она не знала, как долго он стоял здесь.

"Где Бай Руо и другие служанки?"

"Я приказал своим людям пригласить девушек спуститься на чашку чая. Не волнуйтесь, я уверен, что они скоро вернутся." Сказал Чу Цзюньи, садясь напротив Шэнь Нинхуа.

"Мастер Чу, почему бы вам не спуститься и не присоединиться к веселью? Я слышала, что отношения между Вторым принцем и семьей Сяо довольно хорошие." Семья Второго принца по материнской линии и семья Сяо были в какой-то степени родственниками. Вот почему Второй принц мог полностью привлечь внимание императора. Когда у его братьев не было реальной власти, император мог доверить ему возглавить армию. К сожалению, отношения между двумя семьями в конце концов не были стабильными, и семья Сяо была верна только императорской власти. Когда Второй принц потерял свою власть, семья Сяо не предложила помощи, хотя они и не воспользовались его падением.

"Старая поговорка гласит, что двоюродный брат - это не близкий родственник. Хотя мать Второго принца, императорская наложница Лань, является двоюродной сестрой семьи Сяо, она..." Чу Цзюньи замолчал, не закончив своих слов, но Шэнь Нинхуа, естественно, понял, что он имел в виду.

"Это такая впечатляющая сцена. Боюсь, даже если бы сам император вернулся из военной экспедиции, встреча не могла бы быть более впечатляющей."

Глаза Чу Цзюньи задрожали. "Первая Юная леди, вы говорите неосторожные слова. Вы не боитесь, что вас обвинят в неуважении к императору?"

Шэнь Нинхуа оглянулась. "Что я такого сказала?"

"Вы..." Чу Цзюньи внезапно заржал. "Вы правы. Здесь только мои люди. Ваши слова не будут распространяться. Поскольку у меня нет никаких доказательств, подтверждающих то, что вы сказали, обвинить вас нелегко."

Шэнь Нинхуа молча улыбнулась. Однако ее разум был полон мыслей. Хотя Чу Цзюньи хорошо умел скрывать свои чувства, некоторое время назад Шэнь Нинхуа ясно увидела, что, когда он смотрел на Наследного принца и Второго принца, его глаза были полны неописуемого презрения и холодности. Об этом стоило подумать.

Чу Цзюньи некоторое время смотрел вниз. Обнаружив, что больше смотреть не на что, он отвел взгляд. "Тебе нравится светящаяся жемчужина, которую я подарил тебе в прошлый раз?"

"Конечно, мне это нравится. Хотя ты и не просил ничего взамен, я должен отплатить тебе за твою услугу. Через несколько дней у моей бабушки день рождения. Не хотели бы вы прийти?"

"Вы приглашаете меня поздравить старую леди с днем рождения?" Хотя у старой леди Сяо был официальный мандат, у него также был титул при дворе. Он не был заинтересован в том, чтобы отдавать дань уважения женщине с заднего двора.

"Нет, я приглашаю вас посмотреть представление". Брови Шэнь Нинхуа были очаровательны, а ее глаза ярко сияли. При одном взгляде на нее Чу Цзюньи даже был околдован, и к нему вернулось присутствие духа только после минутного оцепенения.

"Как я могу отказаться от приглашения Первой Молодой Леди?"

Глава 31 - Какая Хорошая Сестра!

Глава 31 Какая Хорошая Сестра!

На обратном пути в особняк Шен Бай Руо, казалось, хотела что-то сказать, но колебалась. Шэнь Нинхуа долго смотрела на нее и спросила: "Как ты думаешь, я сегодня сделала что-то не так?"

Бай Руо быстро обрела присутствие духа: "Нет. Я просто чувствую, что ты, казалось, слишком заботилась об этом Мастере Чу. Он много раз врывался... в ваш будуар, и ваша репутация...

Шэнь Нинхуа громко расхохоталась. "Ха, ты всегда была самой умной девушкой. Почему ты сегодня вдруг поглупела?"

"Мисс..." Лицо Бай Руо зарделось. Хотя она и не понимала причины, но чувствовала себя крайне неловко.

"У Чу Цзюньи абсолютно очень высокий статус. Хотя я не знаю, почему он стал приемным сыном семьи Сяо или почему он много раз помогал мне, нет ничего плохого в том, чтобы подружиться с таким человеком. Что касается репутации, ха-ха, какой в этом прок?"

Если бы вы были могущественны, даже если бы вы ничего не знали, кроме еды, питья и игр, все равно были бы люди, которые вам льстили. Как только вы становитесь беспомощными и бессильными, даже если у вас безупречный статус и вы никому не сделали зла, все равно найдутся люди, которые растопчут вас на земле. Репутация – это самая никчемная вещь в этом мире!

"Мисс, если вы не остановите эту ситуацию, я боюсь, что первая леди поднимет шум!".

Шэнь Нинхуа не сказал ни слова, но Хун Лин ничего не могла с собой поделать. «Первая леди всегда была злой женщиной. Даже если мисс не будет ее провоцировать, она не потерпит мисс. Теперь она может использовать брак мисс только как рычаг против нее.

Сказав это, она протянула руку и сделала жест вокруг своей шеи, словно перерезала себе ладонью горло. Шэнь Нинхуа усмехнулась: "Хун Лин становится умнее. Ты догнал Бай Руо."

Служанки болтали и смеялись, пока карета не подъехала к особняку Шен. Шэнь Нинхуа сдержала улыбку, поправила платье и позволила Бай Руо и Би Чжу помочь ей выйти из экипажа.

Горничная сразу же подошла поприветствовать ее: "Первая Юная леди, вы вернулись. Пожилая леди сказала, что сегодня мы устраиваем приветственный банкет в честь молодого хозяина. Она ждет вас на банкете."

"Ну, я понимаю. Я только переоденусь и пойду одна."

"Хорошо, тогда я оставлю вас".

Вернувшись во двор Инъюэ, Шэнь Нинхуа переоделась, принарядилась и сказала Бай Жо: "Сегодня вернулся мой младший брат Сюаньхуа. Как его старшая сестра, я должна послать ему хороший подарок, чтобы он остался доволен. Бай Руо, возьми книгу с моего стола. Это будет мой подарок ему

"Мисс, разве это не ваша рукопись?"

Шэнь Нинхуа очень любила заниматься каллиграфией. Она начала переписывать эту рукопись три дня назад и вчера приказала Бай Руо переплести ее.

Шэнь Нинхуа вежливо сказала: "Хотя это моя рукопись, Сюаньхуа - мой брат, и я полагаю, это будет хорошим подарком ему."

"Да, мисс".

Сегодня старушка Сяо была особенно счастлива. Семья Шен всегда была известна тем, что ее дети становились правительственными чиновниками. Шэнь Сюаньхуа всегда был храбрым мальчиком, с самого детства. Когда ему было всего несколько лет, он заявил перед ней, что станет генералом и завоюет честь для семьи Шен. Старушке Сяо тоже особенно нравился этот жизнерадостный внук. На этот раз, хотя он только маршировал с армией, а не воевал, но этого было достаточно для 13-летнего мальчика.

Если бы не генерал Су, кто бы посмел отпустить 13-летнего подростка на войну? Никто не ожидал, что он не только отправится на поле боя, но и останется там до конца войны.

Как только Шэнь Нинхуа вошла в дверь, она услышала голос старой леди Сяо: "Хуа эр, ты не видела свою старшую сестру. Она только что вернулась после выздоровления. Поторопись и поприветствуй ее."

Шэнь Нинхуа поднял глаза. Лицо старой леди Сяо было добрым и улыбчивым, никаких признаков ее прежней холодности. "Ты намного выше, чем раньше, брат Сюаньхуа".

Шэнь Сюаньхуа был высоким, и он был сильнее большинства подростков своего возраста, вероятно, из-за своей жизни в армии. Шэнь Нинхуа стояла перед ним и едва доставала ему до плеча. Но он казался очень застенчивым. Когда он услышал слова Шэнь Нинхуа, его лицо вспыхнуло: "Приветствую тебя, старшая сестра".

"Приветствую тебя, брат Сюаньхуа. Я пришла в спешке и не приготовила каких-то больших подарков. Но эта книга должна тебе понравиться".

Шэнь Сюаньхуа сделал паузу. Он получил подарки от других сестер, которые представляли собой чернила, бумагу и чернильный камень, сумка, одежда и так далее. Эта старшая сестра дала ему книгу. Такой подарок заставил его удивиться. Поэтому, не дав слуге получить подарок, он взял книгу непосредственно у Бай Руо.

Вдруг девушка в розовом платье улыбнулась и сказала: "Эта книга очень новая. Его только что переплели, я полагаю – это простая копия с какой-то другой книги. Старшая сестра, я понимаю, что ты поздно пришла домой и не успела приготовить подарок, но почему ты не сказала маме, чтобы она озаботилась этим? Зачем надо было использовать эту книгу в качестве такого пустякового подарка?"

Этой девушкой была Шэнь Юлань, дочь шестой наложницы. Шэнь Нинхуа в последнее время была очень занята. Она несколько раз встречалась с Шэнь Юлань, но они почти не общались. Сейчас Шэнь Юлань взял на себя инициативу общения. Это было неожиданно.

Шэнь Линхань пила чай, опустив голову. Чайная чаша была из тончайшего белого фарфора и украшена бело-голубыми цветами. Чашка была очень красивой и Шэнь Линьхань надеялась, что ее самодовольный взгляд не будет замечен, чашка отвлечет на себя внимание всех.

Однако, Шэнь Нинхуа увидела и рассмотрела все, и чашку и взгляд ее хозяйки.

"Мама всегда была занята, и я не могу ей помочь. Как я могу быть настолько невнимательной, чтобы беспокоить ее такими пустяками? Младшая сестра, тебе 12 лет. Есть много вещей, которые можно сделать самостоятельно. Не мешай другим."

Шэнь Юлань так не думала. Вместо этого она с гордостью похвасталась: "Мама меня любит. Мне не нужно делать все это".

Со слабой улыбкой Шэнь Нинхуа взглянул на шестую наложницу, которая сидела в стороне с бледным лицом, и сказал: "Действительно..."

Шэнь Юлань внезапно остановилась и похолодела, увидев неловкое выражение лица своей матери. Она хвасталась, что ее любила ее "мать", мадам Чжао, но как она могла забыть свою биологическую мать?

Госпожа Су взглянула на Шэнь Юлань. Девушка устроила беспорядок на приветственном банкете Хуаэр. Как она посмела! "Вы, две сестры, стоите там, чтобы охранять для нас дверь? Подойдите и сядьте."

Слова госпожи Су напомнили Шэнь Сюаньхуа. Его глаза ярко засияли, и он потянул Шэнь Нинхуа за рукав: "Спасибо, старшая сестра. Эта книга очень ценна. Я не знаю, как вас благодарить. Не нужно благодарности, сказала Шэнь Нинхуа с улыбкой. - Это подарок для вас. Мы сестра и брат, нет никакой необходимости в благодарностях."

Глаза и брови Шэнь Нинхуа были ясными и блестящими. В тот момент, когда она улыбалась, люди, казалось, видели, как распускаются сотни цветов, и это было так привлекательно, что люди не могли отвести от нее взгляда. Лицо Шэнь Сюаньхуа покраснело еще больше. Шэнь Линхань тоже была его сестрой, но она всегда была высокомерной, и их отношения ограничивались ежедневными приветствиями. Теперь, когда он встретил Шэнь Нинхуа, он внезапно понял гордость своего друга при упоминании его старшей сестры. "Я знаю, но все равно спасибо тебе, старшая сестра. Если тебе нужно что-то сделать, просто скажи мне."

Редко можно было увидеть юношу с детской искренностью. Шэнь Нинхуа перестала обмениваться с ним вежливыми формальностями. Она улыбнулась и села. Мадам Су, однако, улыбнулась более жизнерадостно и подразнила их старой леди Сяо: "Смотрите, старая леди, Нинхуа похитила своего брата с книгой. Этот глупый мальчишка даже готов выполнять любые приказы Нинхуа. Хуа эр, скажи нам, что ты можешь сделать для своей старшей сестры?"

Шэнь Сюаньхуа почесал в затылке: "Мама, я сделаю все, что нужно моей старшей сестре. Я уверен, что в любом случае смогу ей помочь."

Мадам Су улыбнулась и похлопала его по плечу: "Быстро иди к столу своего отца. Люди за нашим столом скоро начнут есть".

"Это просто дрянная книга. Что в этом такого замечательного?" Шен Юлань довольно сердито пробормотала себе под нос. Мадам Су холодно взглянула на нее, и она быстро заткнулась.

Шэнь Сюаньхуа был мужчиной и центром этого банкета. Естественно, он не сидел с женщинами. Кроме Шэнь Юлань, все остальные за столом выглядели счастливыми.

Сегодня у них был семейный банкет, и атмосфера была более непринужденной, чем обычно. Как бы ни стремилась первая леди победить Шэнь Нинхуа, она не стала бы устраивать неприятности по такому поводу. Шэнь Нинхуа была рада этому.

Когда банкет подошел к концу, пожилая дама повела остальных на сцену смотреть оперу.

Шэнь Нинхуа медленно шла сзади. Когда она проходила через амбулаторию, раздался легкий щелкающий звук. Цин Цюэ немедленно шагнула вперед, чтобы защитить ее, и предупредила: "Мисс?"

Шэнь Нинхуа окинул взглядом цветы неподалеку. Она скривила губы и покачала головой: "Не обращай внимания".

Опера началась, и актеры выступали в изысканных нарядах и гриме. Шэнь Нинхуа, однако, это совершенно не интересовало. Она не любила смотреть оперу, и ей не нравились сюжеты, изображавшие превратности судьбы на сцене. Но она не выражала своей неприязни и все время сопровождала старую леди Сяо. Она оставалась до конца банкета.

Она прошла всего несколько шагов, когда вдруг вспомнила о звуке, который слышала раньше в цветах. Поэтому она развернулась, чтобы пойти по этому пути. Но как только она добралась до коридора, в нее полетел комок грязи.

Цин Цюэ отразила этот дерзкий удар. Затем она прыгнула на клумбу и схватила за руку Шэнь Сюаньлинь, у которого все лицо было в грязи.

"Отпусти меня, ты, дерзкая рабыня. Отпусти меня."

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на сопротивляющегося волчонка, и внезапно ей стало интересно: "Цин Цюэ, отпусти его!"

Цин Цюэ внезапно отпустила его руку. Не взглянув на Шэнь Сюаньлинь, который упал на землю, она подошла и встала рядом с Шэнь Нинхуа на страже.

Шэнь Сюаньлинь поднялся с земли. Его ладони были исцарапаны, но емуй было все равно. Он поднял глаза и сердито посмотрела на Цин Цюэ.

Шэнь Нинхуа оглядел свою мокрую одежду и холодно спросил: "Почему ты здесь один?"

"Не твое дело". Когда Шэнь Сюаньлинь увидел холодные глаза Шэнь Нинхуа, он почему-то испугалась но его тон оставался жестким.

"Где ты ходишь - это твое личное дело, но ты не должен быть груб со мной. Я твоя старшая сестра, а ты облил меня грязью. Поэтому я не могу так легко позволить тебе сойти с рук". Сказав эти слова, Шэнь Нинхуа посмотрел на мутную воду в выбоине среди цветов. Садовники, вероятно, не обработали яму после полива. "Брось его на землю".

Шэнь Сюаньлинь услышал эти слова и повернулся, чтобы бежать. Как могла Цин Цюэ позволить ему сбежать? Она сделала два шага, снова поймала Шэнь Сюаньлина и швырнула его в мутную воду. Когда Шэнь Сюаньлинь снова встал на ноги, он был похож на обезьяну. Он выплюнул грязь изо рта и с ненавистью посмотрел на Шэнь Нинхуа.

"Если ты недостаточно силен, я не виновата. Ты должен знать, что когда добыча попадает в руки охотника, первым умирает тот, кто все время сопротивляется и угрожает."

Сказав эти слова, Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы уйти.

Шэнь Сюаньлинь дважды стукнул кулаком о кулак и с ненавистью сказал: "Ты ничем не отличаешься от них!"

Шэнь Нинхуа оглянулась и сказала: "Это забавно. Все такие. Почему я должна быть другим?"

"Сестра Юлань совсем другая. Она единственная, кто хорошо ко мне относится." Лицо Шэнь Сюаньлина было грязным, но его темные глаза яростно блестели.

"Так вот почему она подговорила тебя облить меня грязью и испортить мою одежду?" Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Она позволила его брату остаться в недавно политых цветах на несколько часов и подговорила его облить грязью собственную старшую сестру. И ей наплевать на собственного брата. Она действительно хорошая сестра."

Шэнь Сюаньлинь встал и сердито сказал: "Ты говоришь чушь. Она была очень добра ко мне".

"Тогда что хорошего она тебе сделала? Одела тебя? Накормила тебя? Вы молодой мастер из семьи Шен. Вам будет не хватать одежды и еды?" Шэнь Нинхуа усмехнулась и повернулась, чтобы идти вперед.

Шэнь Сюаньлинь посмотрел ей в спину, и эти слова нашли отклик в его сердце.

"Если она действительно желает тебе добра, она должна научить тебя терпению. Она должна научить вас этикету, правилам и знаниям. Она никогда не позволит тебе появиться здесь. Я помню, что твоя мать - четвертая наложница. Она была очень строга с тобой, когда была еще жива."

Хотя Шэнь Сюаньлиню было наплевать на ее предыдущие слова, он вздрогнул, услышав упоминание о своей биологической матери. Он яростно стиснул зубы и посмотрел вниз на свой неряшливый вид, не видя ничего, кроме темноты.

"Мисс, вы пытаетесь помочь Второму Молодому Мастеру поумнеть?" Бай Жо оглянулся на Шэнь Сюаньлина, который все еще стоял там:

Шэнь Нинхуа негромко сказала: "Это зависит от состояния ребенка".

Глава 32 - Тот, Кто Захочет, Заглотнет Наживку, Не так ли?

Глава 32 Тот, Кто Захочет, Заглотнет Наживку, Не так ли?

В саду Люйе было много ледяных бассейнов, которые вместе с ветерком приносили в сад прохладу.

"Ха-ха, мисс Линхань действительно умна. Я никогда не видел такой замечательной девушки, как ты, хотя меня не было дома много лет."

Из павильона донесся искренний смех.

Шень Линхань слегка опустила голову. Но в отличие от застенчивости обычных девушек, ее лицо словно светилось лучезарным взглядом, что заставило Второго Принца на противоположной стороне задержать на ней свой взгляд немного дольше.

Шэнь Сюаньхуа сидел рядом и смотрел в окно павильона. Когда он увидел Шэнь Нинхуа, идущую со служанками, его глаза сразу же заблестели, он встал и крикнул: "Сюда, старшая сестра!"

Шэнь Нинхуа подняла голову и улыбнулась. Она подошла к павильону и сказала с притворным гневом: "Если бы ты кричал немного громче, я могла бы услышать тебя во дворе Инъюэ".

"Старшая сестра, ты смеешься надо мной". - смущенно сказал Шэнь Сюаньхуа. Вчера он всю ночь читал военное руководство. Чем больше он читал это, тем больше он чувствовал пользу. Сегодня, когда он увидел Второго принца, у него были темные круги под глазами, и над ним смеялись придворные. Он сердито объяснил про свои ночные бдения над книгой про военное руководство, и в результате Второй принц настоял на том, чтобы последовать за ним к семье Шен.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Она посмотрела на молодого человека в павильоне, одетого в богато украшенную одежду, и отдала честь. - Приветствую тебя, Второй принц.

"Не нужно церемоний, Старшая Юная Леди".

"Мне было интересно, почему здесь так шумно. Оказалось, что Второй Старший Брат тоже здесь." Как только Шэнь Нинхуа встала, она услышала голос Бейли Цзинцзе. "Сегодня Праздник цветов. Отец отпустил нас. Я подумывал о том, чтобы попросить Второго Старшего Брата пойти куда-нибудь и повеселиться вместе. Лучше встретиться с тобой здесь."

Второй принц Бейли Цзиньчуань выглядел более мужественным в бровях и глазах. Поскольку он побывал на поле боя, он также демонстрировал резкость и холодность, что заставляло людей чувствовать, его неприступность. По сравнению с Бейли Джинзе, типичным джентльменом, они были почти как два конца одного стержня.

"Фестиваль цветов - самый оживленный, и сегодня замечательно выйти и повеселиться. Я забронировал номер в здании Циньян. Второй Старший Брат, пожалуйста, присоединяйся ко мне."

Бейли Цзиньчуань кивнула и взглянула на Шэнь Нинхуа, только чтобы обнаружить, что она разговаривает с Шэнь Сюаньхуа, склонив голову набок. Ее брови и глаза были нежными, ресницы тонкими, а профиль словно вырезан из нефрита. Он не мог перестать смотреть на нее. "Сюаньхуа, как насчет того, чтобы пойти вместе со мной?"

Он не хотел идти на Фестиваль цветов. Вместо этого он пришел повидаться с дамой, которая дала Шэнь Сюаньхуа военное руководство. Даже теперь, когда Бейли Цзиндзе вмешался, он на самом деле не возражал, при условии, что его цель могла быть достигнута.

Шэнь Сюаньхуа в глубине души думал о своем военном руководстве. Естественно, он не хотел выходить на улицу, но Шэнь Нинхуа сказал: "Ну, я не гуляла по столице больше года".

"Старшая сестра, ты не могла ходить с тех пор, как выздоравливала. Теперь, когда ты в порядке, ты можешь пойти куда-нибудь и повеселиться. Я пошлю слугу уведомить Старшую тетю. Вы, должно быть, хорошо провели сегодня время." Закончив свои слова, он не стал дожидаться ответа Шэнь Нинхуа и немедленно приказал слуге отправить сообщение домой.

Улицы по обе стороны были аккуратными и украшенными цветами. Множество молодых леди и господ из разных семей прогуливались по улице.

Фестиваль цветов был одним из самых оживленных фестивалей в Даане. В этот день люди не очень заботились о границах приличия между мужчинами и женщинами, и каждый мог выйти и поиграть на улице.

"Десять тысяч цветов украшают небесный дворец; Бессмертные приходят, чтобы играть музыку и вызывать волны. Ветер сдувает лепестки красных цветов и разносит аромат вина; Просто наслаждайтесь сегодняшним днем и не беспокойтесь о завтрашнем дне". Шен Линхан держала в руке ярко-красную бегонию. Между ее бровями и глазами виднелся след смутной печали. Ее зрение было подобно осенней воде, падающей на людей на улице. Она выглядела такой привлекательной и несравненной.

Бейли Цзинцзе посмотрел на Шэнь Линхань со всей признательностью в глазах: "Я слышал, что мисс Шэнь одновременно талантлива и красива. Сегодня я действительно убедился в этом своими собственными глазами".

"Благодарю вас, ваше высочество. Серьезно говоря, я не могу сравниться со своей старшей сестрой." Шэнь Линхань пристально посмотрела на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа не обратила никакого внимания на ее слова. "Младшая сестра, у тебя неправильная неверные воспоминания. Я не читала много книг и не умею писать стихи. Хотя мы не проводили много времени вместе, тебе не мешало бы это знать?"

Лицо Шэнь Линхана стало жестким. Она намеревалась заставить Шэнь Нинхуа потерять лицо, но не ожидала, что Шэнь Нинхуа даст быстрый и умелый отпор.

"Тэхи!" Ухмылка Чу Цзюньи нарушила унылую атмосферу, когда он зашагал наверх. Его взгляд скользнул по смущенному лицу Шэнь Линхань, и он почувствовал еще большее отвращение к этой девушке. Она действительно была глупа. "Приветствую вас, Ваши Высочества. Пожалуйста, простите меня за опоздание."

"Это не имеет значения". Бейли Цзиньчуань смерил взглядом Чу Цзюньи и мягко сказал:

Чу Цзюньи жестом приказал своему юному слуге выйти вперед. "Я увидела, что внизу кто-то продает заколки для волос, поэтому купила несколько. Вы, две юные леди, не стесняйтесь выбирать сами."

Это был обычай, когда женщина носила цветок, а мужчина - полынь на Празднике цветов. Юный слуга держал поднос, на котором стояли десять пионов разных цветов. Пион был символом династии Даань, который особенно нравился девушкам.

Шэнь Линхану это очень понравилось. "Сестра, мне всегда нравился красный цвет. Ты не возражаешь, если я выберу этот красный?" Говоря это, она протянула руку и подняла красный пион.

Шэнь Нинхуа было все равно. "Конечно, нет. Я равнодушна к таким вещам."

Второму принцу было любопытно. "Разве девушки не любят цветы и травы? Почему они тебе не нравятся?"

Шэнь Нинхуа посмотрел на него с улыбкой. "Второй принц, ваши слова могут быть предвзятыми. Даже листья на дереве другие, не говоря уже о людях. Девушки любят цветы и растения, что является признаком их добродетели и мягкости. Но им могут нравиться и другие вещи. Это их выбор".

Сердце Бейли Цзиньчуаня было слегка тронуто. Женщина перед ним была нежной и улыбающейся. Однако он, казалось, уловил холодность за ее улыбкой. Он подумал об уникальном военном руководстве, которое она дала Шэнь Сюаньхуа, и его любопытство усилилось.

"Я слышал, что вы восстанавливали силы на загородной вилле. У меня дома много лекарственных средств. Когда-нибудь я пришлю их вам. Они могут помочь улучшить ваше здоровье".

Шэнь Нинхуа согласился, не произнося церемониальных клише. "Большое тебе спасибо, Второй принц".

Чу Цзюньи взмахнул веером и выбросил все цветы в окно. Люди снаружи, на улице, сразу же начали их разбирать. Бросание цветов с высотных зданий считалось элегантным поступком. Рассказывали, что Цзинши (успешный кандидат на высшем императорском экзамене) однажды познакомился с принцессой королевской крови на подобном мероприятии и, наконец, стал зятем нынешнего императора. Чу Цзюньи был одним из двух Несравненных Двойных Мастеров в столице. Даже мужчины присоединились к борьбе, чтобы сорвать его цветы, надеясь поделиться частью его таланта.

Игнорируя вызванную им сенсацию, Чу Цзюньи повернулся к Шэнь Нинхуа и сказал: "Старшая Юная Леди, эти вульгарные вещи действительно вам не подходят. С твоей красотой ты заслуживаешь самого красивого цветка."

Как только Чу Цзюньи закончил свои слова, его младший слуга немедленно вышел вперед, держа в руках подарочную коробку. Чу Цзюньи открыл коробку, и в середине коробки спокойно лежал цветок.

Лепестки были красного цвета от светлого до глубокого, а желтые тычинки слегка вибрировали. Самым удивительным было то, что цветок ярко сиял на солнце. Внимательный взгляд показал, что "цветок" на самом деле был сделан из различных драгоценных камней. Пестик был даже сделан из драгоценного маслянисто-желтого нефрита, который был измельчен в бусины и связан золотыми нитями.

Лицо Шэнь Линхань покраснело от гнева, а красный живой пион в ее руке казался ей насмешкой. То, что она выбрала, было вульгарной вещью! И теперь Шэнь Нинхуа была элегантной леди? Слова Чу Цзюньи явно были пощечиной ей в лицо.

Шэнь Нинхуа не ожидала, что Чу Цзюньи будет так откровенна с Шэнь Линхан, но она была очень довольна. Она протянула руку, взяла цветок из жемчуга и нефрита и внимательно посмотрела на него. "Это действительно восхитительно".

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: "Я рад, что тебе это нравится".

Солнце садилось, и вечернее зарево освещало реку. Прогуливаясь среди огромной толпы, Шэнь Нинхуа неторопливо оглядывал красивые пейзажи.

На Шен Линхан был надет красный пион, который она выбрала. Она чувствовала себя такой униженной, что опустила голову. Увидев улыбку Шэнь Нинхуа, она пожалела, что не может бросить Шэнь Нинхуа в ближайшую реку. Она была гордой, полной достоинства девушкой, облагодетельствованной небесами. Куда бы она ни пошла, она была в центре внимания общественности благодаря своему уникальному таланту и внешности. Когда это ею так пренебрегали?!

Шэнь Нинхуа остановился у места, где продавались цветные фонарики, посмотрел на белый кроличий огонек на прилавке и нежно прикоснулась к нему.

"Этот фонарь теперь продан мне".

Шэнь Нинхуа обернулась, и Второй принц Бейли Цзиньчуань вложил фонарь ей в руку. "Мисс Шен, вы любите рыбалку?"

"Нет, я не знаю".

"Я думал, тебе это понравится, иначе зачем ты забросил наживку?" Он не верил, что Шэнь Нинхуа отдаст Шэнь Сюаньхуа драгоценное военное руководство без всякой причины. Было ясно, что она хотела передать книгу ему в руки через Шэнь Сюаньхуа!

Глаза Шэнь Нинхуа были ясны. "Если рыба не хочет заглатывать наживку, она может развернуться и уплыть. Небо высоко, а море широко, зачем беспокоиться о маленькой приманке?"

Бейли Цзиньчуань задохнулся. Тон Шэнь Нинхуа был явно уверенным, что он клюнет, даже если будет знать, что это приманка! Хотя она была первой дочерью семьи Шен, она была просто девушкой, живущей в будуаре. Откуда взялась ее уверенность?

"Ты, кажется, слишком самоуверен. А ты не боишься, что рыба утащит рыбака в воду?"

Улыбка Шэнь Нинхуа осталась неизменной. "Конечно, я не боюсь. Если рыба умна, она определенно видит, что то, что я положил, - это не только приманка, но и хороший рецепт для нее, чтобы воспользоваться ветром и волнами и перепрыгнуть через врата дракона!"

"Как ты смеешь!"

Бейли Цзиньчуань холодно крикнул, что вызвало удивленные взгляды окружающих. Многие люди втайне презирали его за отсутствие этикета, потому что он был так груб с красивой дамой, стоявшей перед ним.

Заметив свою оплошность, Бейли Цзиньчуань немедленно сдержал свой гнев, но его сердце учащенно билось. Он смотрел на Шэнь Нинхуа и удивлялся все больше и больше. Знала ли девушка, что слов, которые она только что произнесла, было достаточно, чтобы весь клан Шэнь и их родственники были замешаны и приговорены к смерти?

"Ты...."

Шэнь Нинхуа не заботила его оплошность, но она больше ничего не говорила. Она взяла кроличий фонарь и пошла к реке, чтобы полюбоваться пейзажем.

Бейли Цзиньчуань застыл на месте, чувствуя напряженное ожидание. Затем он обнаружил, что его пятый младший брат прошел мимо него и последовал за Шэнь Нинхуа.

Бейли Цзиньцзе заметил, что Бейли Цзиньчуань и Шэнь Нинхуа разговаривают. Не зная почему, он чувствовал себя неуютно, видя, как Шэнь Нинхуа разговаривает и смеется с другими, как будто его собственные вещи были украдены другими.

"Мой второй брат - лучший воин, и на этот раз он добился больших успехов на поле боя. Семья моей второй невестки также должна иметь возможность получать много льгот".

Шэнь Нинхуа не повернула головы, но ее глаза сразу стали холодными. В ее сердце были только ненависть и отвращение к Бейли Джинзе. Даже услышав его голос, она почувствовала, что ее вот-вот вырвет.

Но когда она снова посмотрела на Бейли Джинзе, на ее лице не было никакого выражения. "Пятый принц, зачем ты мне это сказал?"

Бейли Цзиндзе сделал паузу и сказал с едва заметным беспокойством в глазах. "Я просто не хочу, чтобы мисс Шен была обманута. Мой второй брат...он хорошо относится к каждой девушке."

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Бейли Цзиньчуань обладал влюбчивой натурой, и в его особняке было много наложниц. Но он очень хорошо относился к своей жене. Даже когда позже он проиграл в борьбе за трон, он старался изо всех сил и обеспечил безопасность своей жены.

Бейли Цзиндзе, с другой стороны, был действительно предан, но его объект преданности был ограничен им самим!

Он всегда любил только себя и использовал всех вокруг, чтобы проложить свой путь!

"Искренность Второго принца действительно достойна восхищения".

"Ты..." Бейли Цзинцзе ясно видел, что глаза Шэнь Нинхуа были полны насмешки и даже презрения. Что его больше всего озадачивало, так это то, что он чувствовал ненависть Шэнь Нинхуа к нему! Откуда взялась эта ненависть?

Шэнь Нинхуа не хотела больше говорить ему ни слова, поэтому она развернулась и ушла.

Чу Цзюньи прислонился к цветочной грозди и смял цветы пиона в своей руке на кусочки. "Тот, кто захочет, заглотнет наживку? Какая смелая девушка!" Теперь, когда она начала осуществлять свой план, ему тоже пришло время предпринять какие-то действия.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

Глава 33 - Огонь с неба

Глава 33 Огонь с неба

Шень Линхань стояла в толпе, ее глаза были полны негодования. Ревность отбросила тень на ее лицо, из-за чего ее красота куда-то исчезла и лицо исказилось гневом.

Шэнь Нинхуа отправился на рынок вместе с Цин Цюэ и Хун Лин. После короткой прогулки она вскоре потеряла к нему интерес и вернулась в здание Циньян. Хун Лин с беспокойством спросила: "Мисс, вы плохо себя чувствуете?"

"Я в порядке". Улицы все еще были полны движения, но она не чувствовала никакого тепла, наоборот, то, что она могла чувствовать, было только холодом. Независимо от того, насколько оживленными были окружающие районы, казалось, что ее это вообще не интересовало. "Тебе не нужно сопровождать меня сюда. Спускайся вниз и развлекайся. Это место выбрал Второй принц. Это безопасное место."

Хонг Лин налила ей чашку чая: "Мы тоже не думаем, что там, внизу, очень весело. Здесь слишком много людей. Мы бы предпочли остаться здесь, с вами."

Цин Цюэ даже не пошевелилась, все это время стоя рядом с Шэнь Нинхуа. Внезапно она нахмурилась, и все ее тело напряглось. Кинжал, спрятанный в рукаве, мгновенно скользнул ей в руки. Она расслабилась только некоторое время спустя.

Опущенные ресницы Шэнь Нинхуа слегка дрогнули: "Цин Цюэ, ты видела, кто они были?"

"Нет". В глазах Цин Цюэ появился след серьезности. Она почувствовала что-то недоброе. Но вскоре это ощущение покинуло ее. "Эти люди - эксперты в боевых искусствах".

Шэнь Нинхуа сделала глоток чая, и в ее глазах мелькнула холодность: "Как ты думаешь, кто на этот раз явился к нашей двери?"

"Я не знаю".

"Тогда не будем гадать. Просто посмотри внимательно спустя какое-то время." Шэнь Нинхуа скривила губы. "Я помню, что последнее, что нужно делать на Фестивале цветов, - это зажигать огни на лодках, верно?"

"Да, мисс. Вы хотите зажечь лодочный фонарь в ручье Хуаньхуа?" Ответил Хун Лин. В столице не было комендантского часа только в этот день в течение всего года, и люди могли оставаться на улице и играть до полуночи.

Шэнь Нинхуа кивнул: "Ты пойдешь вниз, купишь два лодочных фонаря, и мы их зажжем".

"Вы хотите загадать какие-нибудь желания, мисс? Говорят, что желания, загаданные в этот день, всегда сбываются, а Богиня Цветов особенно могущественна." Сказала Хун Лин, прищурив глаза.

Шэнь Нинхуа был улыбнулась. Если бы она загадала желание в надежде, что те, кто обидел ее в прошлой жизни, будут отправлены в ад, возможно, Богиня Цветов испугалась бы.

Хонг Лин озорно высунула язык и спустилась вниз, чтобы купить лодочные фонари.

"Цин Цюэ, если кто-то последует за нами, не обращай внимания. В конце мы избавимся от них вместе".

"Да, мисс". Цин Цюэ ответила и стала более бдительно следить за Шэнь Нинхуа.

Вскоре Бейли Цзиньчуань, Второй принц, который внимательно следил за Шэнь Нинхуа, тоже вернулся наверх. Посмотрев на Цин Цюэ за спиной Шэнь Нинхуа, он сказал: "Мисс Шэнь, вы поймали какую-нибудь рыбу?" Он видел, как Шэнь Нинхуа разговаривал с Бейли Цзинцзе. Ему надо было проверить ее отношение.

"Хотя я не люблю рыбалку, я каждый раз очень избирательно отношусь к своей рыбе. Я не ловлю угря или гольца." Даже если бы Бейли Джинзе вызвалась постучать в ее дверь, ей это было бы неинтересно.

Заходящее солнце падало на Шэнь Нинхуа из окна, освещая ее золотым сиянием и добавляя ей какой-то призрачной красоты. Ее нежное лицо было похоже на яркий белый нефрит, гладкое и блестящее.

Бейли Цзиньчуань громко рассмеялась: "Мисс Шэнь действительно необыкновенная".

"Я удивлена комплиментом Второго принца".

Зная, что Шэнь Нинхуа очень доверяла своим служанкам, Бейли Цзиньчуань не возражала против присутствия Цин Цюэ. Он прямо спросил: "Мисс Шень, эта книга, военное руководство, крайне редкая. У вас есть оригинал?"

То, что было у Шэнь Сюаньхуа, было копией, написанной от руки Шэнь Нинхуа. Поскольку они были братьями и сестрами, а книга была подарком, для Шэнь Сюаньхуа не было ничего неподобающего в том, чтобы сохранить руководство. Но если бы он, посторонний мужчина, завладел рукописями незамужней девушки, это могло породить неприятные слухи.

Шэнь Нинхуа кивнул: "Да, есть".

Бейли Цзиньчуань был в восторге. Он руководил тысячами солдат, поэтому знал, сколько жизней можно было бы спасти, если бы генерал мог правильно использовать хорошее военное руководство: "Неужели мисс Шен откажется от него?"

Брови Шэнь Нинхуа изогнулись, и в ее глазах мелькнуло лукавство: "Сколько предлагает Второй принц?"

"Чт... что?" Бейли Цзиньчуань был ошеломлен. Она предлагает купить его?

Шэнь Нинхуа нахмурилась. "Это военное руководство было оставлено моим дедом моей матери. Это сокровище нашей семьи. Ты хочешь забрать его просто так?"

Бейли Цзиньчуань не мог удержаться от смеха. "Сколько вы хотите, мисс Шень?"

"Вы покупатель, конечно, вы должны заявить свою цену. Эта книга - единственная и неповторимая в мире".

Она позволила ему сделать ставку и в то же время подчеркнула, насколько ценной была книга. Эта Шэнь Нинхуа была действительно интересной дамой. - Пять тысяч таэлей.

Шэнь Нинхуа моргнула глазами. "Хорошо, пожалуйста, доставь золотые билеты завтра, Второй принц. Я пересчитаю и передам вам военное руководство."

Бейли Цзиньчуань был ошеломлен. "Ты имела в виду...золотые билеты?" Он имел в виду пять тысяч таэлей серебра!

Шэнь Нинхуа снова нахмурился: "Вы хотите купить уникальное военное руководство всего за пять тысяч серебряных? Кроме того, эта книга осталась от моего дедушки." Семья Ся была осуждена за тяжкое преступление, и, за исключением нескольких женщин, которые были замужем за другими семьями, все остальные были обезглавлены. Но позже император исправил обиду, нанесенную семье Ся. Сокровища, оставленные старым мастером семьи Ся, определенно стоили гораздо больше, чем десять тысяч таэлей золота, не говоря уже об уникальном военном руководстве.

Бейли Цзиньчуань усмехнулся про себя. Его предложение в пять тысяч серебряных монет было исправлено ею в пять тысяч золотых таэлей, и он не мог отказаться. Это был первый раз, когда его так ловко обхитрили. "Хорошо, завтра я пришлю вам золотые билеты. Но мисс Шень, вы придумали объяснения премьер-министру Шену, когда он узнает об этом?"

"Я продаю то, что оставила моя мать. Почему я должен ему что-то объяснять?"

"Это верно. Я был неправ." Думая о выражении лица Шэнь Дуна после того, как он узнал об этом, Бейли Цзиньчуань не мог удержаться от смеха в своем сердце. Казалось, что эта мисс Шень действительно не хотела, чтобы семья Шень жила в мире.

Они оба пребывали в хорошем расположении духа, когда закончили обсуждать этот вопрос. Когда Шэнь Линхань и Пятый принц бок о бок поднялись наверх, они увидели, что Бейли Цзиньчуань и Шэнь Нинхуа неторопливо пьют чай.

Шэнь Линхань сказала: "Старшая сестра, неудивительно, что я не нашла тебя внизу. Оказалось, что ты встречаешься со Вторым принцем наверху."

Шэнь Нинхуа нахмурилась и посмотрела на нее: "Младшая сестра, ты уже не ребенок, поэтому следи за своими словами и поступками. Все здание было забронировано мастером Чу. Я устала, и я, конечно, могу вернуться, чтобы отдохнуть. Кроме того, разве ты не видела здесь Цин Цюэ? Младшая сестра, тебе следует избегать говорить двусмысленности. Иначе многие люди сказали бы, что что-то не так с семейным образованием нашей семьи Шень".

Шень Линхань пыталась изо всех сил сдержать улыбку на своем лице. Шэнь Нинхуа вообще не заботилась о ее чувствах. Вот же дрянь!

"Я просто сказала. Почему ты рассердилась, старшая сестра?" Сказав это, Шэнь Линхань посмотрел на Бейли Цзиндзе обиженным взглядом и глазами, полными слез.

Бейли Цзинцзе равнодушно посмотрел на Шэнь Нинхуа, и неприятное чувство снова нахлынуло на его сердце. "Вторая Молодая Леди просто не подумав сказала это. Всегда найдутся злые языки. Но мне все равно."

Прежде чем Шэнь Нинхуа заговорила, Бейли Цзиньчуань сказал: "Пятый младший брат, то, что сказала Первая Молодая Леди, имеет смысл. Человек должен быть не только достойным в своих поступках, но и осторожным в своих словах. Вы вели себя неосмотрительно.

Гнев вспыхнул в сердце Бейли Джинзе. Но как младший брат, не пользующийся благосклонностью императора, он был не в том положении, чтобы спорить с Бейли Цзиньчуанем. Поэтому он мог только сказать: "Я оговорился. Мисс Шень, пожалуйста, не вините меня."

Шэнь Нинхуа с улыбкой взглянула на багровое лицо Шэнь Линхань: "Это не имеет значения. Моя сестра часто видит меня и все еще может неправильно понять, не говоря уже о том, что мы с Пятым принцем только что встретились во второй раз. Я думаю, что этого не произойдет в будущем".

Если бы Шэнь Линхань осмелилась снова поднять этот вопрос в качестве оправдания, она могла бы сослаться на то, что сказал сегодня Бейли Цзиньчуань. Тогда даже Шэнь Дун не осмелился сказать ни слова недовольства.

Подошел Чу Цзюньи и заказал столик с изысканными явствами попросил всех людей сесть и отведать. Шэнь Линхань на мгновение смутилась, затем ее глаза наполнились слезами. Бейли Цзиньчуань вообще не обращал на нее внимания. Бейли Джинзе потерял лицо из-за нее. Они оба притворились, что не замечают ее печали. Что касается Чу Цзюньи, он просто проигнорировал Шэнь Линхань и даже не взглянул в ее сторону.

Шэнь Сюаньхуа действительно чувствовал, что что-то не так, но он не мог сказать точно, поэтому ему пришлось есть молча.

Шэнь Линхань тайком продолжала кусать кусочек зеленого овоща, как будто она жевала Шэнь Нинхуа. Через некоторое время у нее, наконец, улучшилось настроение. "Ваши высочества, я только что видел внизу множество магазинов, торгующих лодочными фонарями. Многие люди купили лодочные фонари и собирались включить их в ручье Хуаньхуа. Может, нам пойти и посмотреть?"

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа, но она промолчала. "Вам нужно дождаться наступления темноты, чтобы включить огни на лодке. Сейчас еще слишком рано."

Шень Линхань моргнула. "Нет. В прошлом году моя мама взяла меня с собой, чтобы зажечь огни на лодке. У ручья Хуаньхуа было много людей. Кроме того, моя сестра не смогла отпраздновать Фестиваль цветов в прошлом году. В этом году она только что оправилась от своей болезни. Пришло время зажечь огни на лодке, чтобы исполнить желание. Что ты скажешь, старшая сестра?"

Шэнь Нинхуа пристально посмотрел на Шэнь Линхань. Она ничего не говорила, пока выражение лица Шень Линхань слегка не изменилось. "В этом есть смысл. Я должна зажечь лодочный фонарь, чтобы исполнить желание. Ваши Высочества и мастер Чу, если у вас есть другие дела..."

Чу Цзюньи выпил чашу вина и сказал: "У меня нет важных дел, поэтому я собираюсь зажечь лодочный фонарь".

Второй Принц и Пятый принц промолчали и лишь оба кивнули головами, соглашаясь пойти.

Шэнь Нинхуа опустила глаза, чтобы скрыть холодное выражение своего лица. Она думала о том, как предложить отправиться к ручью Хуаньхуа. Неожиданно Шэнь Линхань первым подняла эту тему. Она не знала, получал ли кто-нибудь из людей, обнаруженных Цин Цюэ, приказы от Шэнь Линхань. Если так, то это уже было интересно.

Когда они прибыли, вокруг ручья Хуаньхуа собралось много людей, и маленький ручей был полон лодочных огней, которые вились вниз по течению и освещали всю реку.

Чу Цзюньи взял изящно сделанный корабельный фонарь и протянул его Шэнь Нинхуа. "Тот, который ты купил, далеко не уплывет. Тебе лучше воспользоваться этим."

Лодочный фонарь Чу Цзюньи был очень тонким. Маленькая лодка была сделана из водонепроницаемой бумаги. Шэнь Нинхуа с готовностью приняла его предложение. Она позволила Хун Лин зажечь и свой лодочный фонарь, и опустить в воду лодочный фонарь, который дал ей Чу Цзюньи.

Глядя на проплывающую вдали лодку, Шэнь Нинхуа скривила губы. В ее прошлой жизни Небеса не наказывали Бейли Цзинцзе и Шэнь Линхань. Значит надо позволить вкусить им возмездия в этой жизни. Теперь, когда ей дали шанс прожить другую жизнь, она должна благодарить Небеса.

Она встала, когда толпа колыхнулась, и чуть было не свалила ее в воду. Чу Цзюньи быстро схватил за руку и удержал ее.

Затем послышались крики толпы.

"Беги, там пожар".

"Помогите".

Шэнь Нинхуа поднял глаза и увидел, что над ручьем Хуаньхуа плывет множество небесных фонарей высотой в человеческий рост. По неизвестным причинам капли зажженного масла упали в толпу на берегу.

Многие люди пострадали от огня, и их легкая одежда была в огне.

"Небеса, помогите".

Глава 34 - Большой подарок Тебе

Глава 34 Большой подарок Тебе

Чу Цзюньи притянул Шэнь Нинхуа к себе и раскрыл складной веер, который держал в руке. Взмахом руки он отбил огненный шар, падающий с неба. Он резко снял свое пальто и накинул его на голову Шэнь Нинхуа: "Закройся!"

Сказав это, он собирался оттащить Пятого Принца назад, которого теперь толпа толкала так, что его бросало направо и налево. Сделав один шаг вперед почувствовал, что его внезапно дернули за рукав. Он повернулся к Шэнь Нинхуа, которая тащила его, и нахмурившись спросил: "Что случилось?"

Взгляд Шэнь Нинхуа был спокоен, без тени паники. Ее темные глаза были подобны леденящей душу ночи, непроглядно-черные, как будто они могли утопить человека. Ее голос тоже был холоден как лед: "Оставь его в покое".

Чу Цзюньи нахмурился. "Ты понимаешь, о чем говоришь?"

Хотя лично он не заботился о Пятом принце, но если бы что-то случилось с принцем у него могли бы возникнуть проблемы с объяснением королевской семье.

"Конечно, я знаю, что делаю". Шэнь Нинхуа на мгновение задумалась, а затем внезапно произнесла: "Чу Цзюньи, как насчет того, чтобы я оказала тебе услугу?"

"О чем ты говоришь?"

Чу Цзюньи нахмурился.

Шэнь Нинхуа сняла одежду, прикрывавшую ее голову. Затем она вытащила из волос золотую заколку и отвинтила у нее рукоятку. Золотая игла сверкнула и быстро исчезла в ее руке. В глазах Чу Цзюньи мелькнула мысль. Движения Шэнь Нинхуа были слишком быстрыми. Если бы он не наблюдал внимательно, то почти не заметил бы ее движений.

Шэнь Нинхуа подошел к Бейли Цзинцзе. Чу Цзюньи схватил ее за руку и спросил. "Что именно ты собираешься делать?"

"Убийство!"

Голос Шэнь Нинхуа был холодным и торжественным с в котором чувствовалось холодное желание убить. Голос звучал так, что Чу Цзюньи почувствовать его ледяную мощь.

Он был настолько ошеломлен, что бессознательно отпустил руку.

Когда к нему вернулось присутствие духа, он сделал попытку снова схватить ее и оттащить назад, но Шэнь Нинхуа уже была заблокирована толпой.

Бейли Джинзе неуклюже уворачивался от толпы, которая больно оттоптала ему ноги.

Среди всех сыновей императора он был рожден императорской наложницей самого низкого ранга. Хотя роды прошли благополучно, был травмирован еще будучи во чреве своей матери и его тело было немного слабее, чем у обычных мужчин.

Второй принц умел руководить войсками, поэтому он, естественно, обладал исключительной ловкостью. В этот момент он с легкостью уворачивался от толпы. Когда он увидел неловкость Бейли Цзиндзе, в его глазах вспыхнула насмешка.

Бейли Цзиндзе повсюду искал своих охранников, но никого из них не видел.

Как раз в тот момент, когда он был встревожен, он внезапно почувствовал тепло перед собой и опустил голову. Он встретился взглядом со слезящимися глазами Шэнь Нинхуа.

"Мисс Шен?"

Шэнь Нинхуа покраснела. "Ваше высочество, пожалуйста, простите меня..." Она уже собиралась встать, когда человек позади снова толкнул ее, и она выглядела еще более смущенной.

Сердце Бейли Цзиндзе дрогнуло. Он потянул ее за рукав, чтобы защитить, и помог ей отступить назад.

Они так спешили, что он даже не почувствовал легкой саднящей боли в руке. "Мисс Шен, вам не нужно бояться. Мои охранники скоро придут."

Шэнь Нинхуа, казалось, была совершенно шокирована. Она бездумно уставилась на Бейли Джинзе. Внезапно с неба упал огненный шар. В суматохе толпа оттащила Бейли Цзинцзе от Шэнь Нинхуа.

Бейли Цзиндзе почувствовал, что ему вдруг стало нечего держать в руке. Когда он с тревогой расталкивал окружающих его людей и искал Шэнь Нинхуа, ее нигде не было видно.

В это время Цин Цюэ и Хун Лин уже подбежали к ним.

Увидев, что с Шэнь Нинхуа все в порядке, Цин Цюэ вздохнула с облегчением. "Мисс, с вами все в порядке?"

"Я в порядке".

Шэнь Нинхуа нахмурился. "Ты не видел Шень Линхань?"

"Я не видел Вторую Молодую Леди".

Хонг Лин нахмурился.

"Забудь о ней. Цин Цюэ, давай пойдем к ручью Хуаньхуа."

Шэнь Линхань лучше бы вела себя прилично, иначе Шэнь Нинхуа вместе сведет с ней счеты.

Бейли Джинзе нахмурился. Он ощущал, что люди вокруг него действовали угнетающе, когда ему приходилось с ними сталкиваться. В конце концов, когда ему наступили на ногу, он почувствовал себя так, словно кто-то полоснул его ножом. Он не сдержался и закричал от боли.

"Отвали!"

Услышав его голос, Второй Принц, Бейли Цзиньчуань, поспешно оглянулся, а затем внезапно расширил глаза.

Бейли Цзиндзе был лишь слегка задет прохожим. Человек, по-видимому, лишь несильно толкнул его, но Бейли Цзиндзе вел себя так, как будто ему было очень больно. Он издал громкий крик и внезапно прыгнул в ручей Хуаньхуа позади себя.

Подавив улыбку на губах, Бейли Цзиньчуань с еще большей мягкостью оттолкнул окружающих людей. "Теснота вокруг совсем не раздражает".

Затем он повернулся, больше не глядя на своего брата.

Ручей Хуаньхуа был очень мелким. Это вообще никого не утопит. Пусть его пятый брат прыгнет и остынет.

Цин Цюэ и Хун Лин охраняли Шэнь Нинхуа и внимательно охраняли ее.

Когда Чу Цзюньи увидел, что она хорошо защищена, его плотно сдвинутые брови были готовы расслабиться. Однако, когда он увидел ее движения, его сердце дрогнуло.

Шэнь Нинхуа подошла к ручью Хуаньхуа с холодной улыбкой в глазах. Она лишь слегка взмахнула рукавами, но окружающие люди один за другим плюхнулись в воду.

Пятый принц, который только что выбрался из воды, был снова сброшен в воду.

Глядя на плещущуюся воду, Шэнь Нинхуа скривила губы, когда обнаружила, что Бейли Цзинцзе был сбит с ног кем-то сзади и долгое время оставался неподвижным. Она перестала бродить вокруг и повернулась, чтобы выйти из толпы.

Чу Цзюньи нахмурился и последовал за ней. Когда они, наконец, дошли до места, где было меньше людей, он спросил: "Это твой большой подарок для меня?"

Шэнь Нинхуа привела в порядок свою одежду и обернулась, чтобы посмотреть на толпу. Затем она спокойно сказала: "Мастер Чу, не волнуйтесь. Хорошая часть только начинается.

Не волнуйся, этот подарок - именно то, что тебе нужно."

"Ты точно знаешь, что делаешь?"

Убийство сына императора было большим преступлением. Хотя этот инцидент можно было бы использовать в качестве прикрытия, если бы королевская семья серьезно занялась этим вопросом, никому из присутствующих сегодня это не сошло бы с рук.

Кроме того, откуда она могла знать, чего он хотел?

"Мне никогда не нравилось терпеть убытки. На этот раз я просто собираю кое-какие проценты."

Небесные фонари постепенно опускались, но паника в толпе все еще была. Люди продолжали толкать и пихать друг друга. Видя, что время почти пришло, Шэнь Нинхуа приказал: "Цин Цюэ, подай сигнал".

"Да, мисс".

Цин Цюэ достала фейерверк и выпустила в небо три фейерверка.

"У вас уже была договоренность?"

Чу Цзюньи нахмурился. "Если вы не можете переломить ситуацию в настоящее время, вам лучше вообще не вмешиваться в это. В противном случае, я боюсь, вы не сможете получить никаких выгод."

Шэнь Нинхуа подняла брови: "Я слышала, что семья Сяо всегда была известна своими решительными действиями. Мастер Чу, чем опаснее ситуация, тем больше возможностей будет. Если ты не начнешь действовать сейчас, в будущем у тебя вообще не будет никаких шансов".

"Ты..." Чу Цзюньи собирался возразить, когда внезапно увидел глаза Шэнь Нинхуа. В этих темных глазах не было ни малейшей паники или беспокойства. Вместо этого была улыбка и сияние. Тревога в его сердце рассеялась, и он тут же высмеял себя за то, что был менее решителен, чем женщина.

В любом случае, в это время он никоим образом не мог оставаться в стороне от проблемы, так почему бы не попробовать!

"Я немедленно пошлю своих людей защищать Второго Принца и Пятого Принца".

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Она не ошиблась в своем суждении об этом человеке. Чу Цзюньи действительно был очень необычным человеком.

На этот раз, после того, как он вернул ей услугу, которую он оказал ей в прошлый раз, может быть они даже могли бы стать друзьями в будущем.

Менее чем через четверть часа они услышали приближающийся топот лошадиных копыт.

"Столичная стража здесь, чтобы защитить Второго принца и Пятого Принца. Всем посторонним - разойтись!"

Чу Цзюньи был слегка удивлен: "На этот раз Столичная Стража прибыла так быстро. Почему они не боятся неприятностей?"

Сказав это, он сделал паузу и удивленно посмотрел на Шэнь Нинхуа. "Ты не посылала за ними, не так ли?"

"почему нет? В столице произошло что-то серьезное. Естественно, Столичная стража должна выйти."

Чу Цзюньи был удивлен. Столичная стража отвечала за безопасность столицы. Но они всегда приходили последними, когда что-то действительно происходило.

Начальник Столичной стражи умел искусно уходить от ответственности.

Прибыли солдаты, и им потребовалось довольно много времени, чтобы разогнать людей. Начальник Столичной стражи соскочил с коня, бросился к Бейли Цзиньчуаню и громко закричал: "Ваше Высочество, пожалуйста, простите меня за то, что я опоздал. К счастью, вы не пострадали. В противном случае я должен был бы умереть десять тысяч раз, чтобы искупить свою вину."

"Лорд Солнце, ты пришел как раз вовремя и спас меня. Как я могу винить тебя?"

Бейли Цзиндзе не мог встать и долгое время лежал на берегу. Бейли Цзиньчуань взглянул на него и сказал в хорошем настроении.

Он все равно не пострадал, так зачем же обижать чиновника?

Начальник Столичной стражи поспешно покачал головой. "Нет, нет. Это все благодаря отчету мастера Чу, что я могу примчаться вовремя.

К счастью, нам помогает Мастер Чу. В противном случае нам потребовалось бы больше времени, чтобы разогнать этих людей".

Бейли Цзиньчуань сделал паузу. Чу Джуньи?

Чу Цзюньи выглядел очень скромно. "Не упоминай об этом. Я просто сделал то, что должен был сделать. Любой сделал бы все возможное, чтобы защитить двух принцев."

"Пятый младший брат..."

Как раз в тот момент, когда Бейли Цзиньчуань собирался заговорить, начальник Столичной стражи закричал: "Ваше высочество… Увы, почему ты в воде? Поторопись и вставай. Почему вы, идиоты, все еще стоите там? Поторопись и помоги Пятому принцу подняться!"

Два солдата поспешно вышли вперед, чтобы осторожно помочь Бейли Цзиндзе, один слева, другой справа. Однако они только прикоснулись пальцами к Бейли Цзиндзе, когда он закричал от боли: "Это так больно. Отпусти меня."

Два офицера и солдаты немедленно остановились, и Бейли Цзиндзе, который только что встал на полпути, с грохотом упал обратно в воду.

Бейли Цзиньчуань и остальные были ошеломлены.

"Пятый брат, что с тобой не так? Нет ничего хорошего в том, чтобы оставаться в этой воде. Поторопись и вставай.

Поторопись!"

Бейли Цзиньчуань наклонился, чтобы поддержать Бейли Цзиньцзе, но тот сопротивлялся и оттолкнул Бейли Цзиньчуаня. "Не прикасайся ко мне!"

Выражение лица Бейли Цзиньчуаня изменилось. Он взмахнул рукавами и сказал: "Раз ты не хочешь вставать, побудь немного в воде".

Бейли Цзиндзе чувствовал себя так, словно все его тело разрывалось на части. До тех пор, пока кто-то прикасался к его коже, он чувствовал боль, как будто его резали ножом.

Он знал, что все, что ему нужно было делать в это время, - это терпеть. Но как бы он ни старался, он не мог контролировать себя, и боль была такой сильной, что он чувствовал, что его тело вот-вот треснет.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа и слегка приподнял брови. Он тихонько спросил: "Это твой подарок для меня?

Шэнь Нинхуа оглянулась. "Разве этот подарок недостаточно хорош?"

Чу Цзюньи потерял дар речи. Этот подарок был хорош, чтобы напугать всех. Однако как Шэнь Нинхуа смогла вызвать начальника Столичной Стражи, который был чиновником очень высокого ранга?

Не зря об этой девушке ходит столько мифов…

Глава 35 - Вы сказали, что я Пытался убить Принца?

Глава 35 Вы сказали, что я Пытался убить Принца?

Бейли Цзиндзе нахмурился. Его лицо было бледным, а опущенные вниз глаза - мрачными. В этот момент он предстал в своем настоящем виде, без притворной улыбки. Мрачность в его глазах заставляла сердца людей трепетать. Однако он быстро справился с собой и подавил эмоции. Он снова изобразил на лице нежность, натянул улыбку и сказал: “Второй брат, я был невежлив. Я едва успел встать, как вдруг споткнулся и упал." Он сказал это спокойно, как будто то, что произошло, было самым обычным делом.

Бейли Цзиньчуань слегка улыбнулся. "Пятый брат, я думал, тебе нравится оставаться в воде".

"Второй брат, ты шутишь". Бейли Цзиндзе стиснул зубы так, что на его лбу вздулись вены.

Шэнь Нинхуа холодно наблюдала за его борьбой, чувствуя, что в сердце она чрезвычайно счастлива. То, что она испытала сегодня, было ничем по сравнению с той ее болью, когда ее переломали в той, прошлой жизни. Ей пришлось потратить много сил и времени, чтобы изобрести этот яд. Жаль только, что сырье было очень редким, поэтому получилась лишь малая доза этого прекрасного яда.

Чу Цзюньи посмотрел на начальника Столичной стражи, стоявшего рядом с ним. "Лорд Солнце, почему бы вам не устроить так, чтобы Второй Принц и Пятый Принц отдохнули? Сегодня они оба сильно взволнованы. Да и простых людей здесь тоже нужно успокоить. Я полагаю, что император завтра подробно расспросит о сегодняшнем происшествии."

Губернатор кивнул. Ему нужно было хорошо подготовиться к завтрашнему отчету для императора. "Да, я уже договорился о месте. Ваши высочества, пожалуйста, идите, отдохните и приведите себя в порядок."

Бейли Цзиньчуань равнодушно кивнул. После того, как он увидел сегодняшнюю шутку Бейли Цзиндзе, его не заботило необычное поведение губернатора. Неведение было блаженством. Теперь он был счастлив.

Сердце Чу Цзюньи слегка дрогнуло. Это именно то, что Шэнь Нинхуа назвала большим представлением?

Шэнь Нинхуа слегка скривила губы и махнула рукой Шэнь Сюаньхуа. "Сюаньхуа, я вижу, что Пятому принцу, похоже, немного не по себе. Лорд Солнце договорился, чтобы кто-нибудь помог ему вернуться. Поторопитесь и найдите доктора Чжана, чтобы он встретился с Его Высочествами."

"Хорошо, я немедленно позвоню доктору Чжану". Шэнь Сюаньхуа поспешно выполнил ее приказ. Он был напуган всем случившимся. Теперь он, наконец, пришел в себя и сразу понял, что Шэнь Нинхуа намеренно отсылает его прочь. Он хотел уйти, но все еще топтался на месте. "Старшая сестра, это место не безопасно. Сначала я найду кого-нибудь, кто отправит тебя обратно."

"В этом нет необходимости. Я должна найти Шен Линхана. Я не видела ее после того что здесь произошло."

Глядя на обеспокоенное выражение лица Шэнь Нинхуа, Шэнь Сюаньхуа воскликнул в глубине своего сердца: "Почему вторая старшая сестра не уходит и продолжает оставаться здесь в это время?"

Шэнь Нинхуа был слегка ошеломлена. Она не ожидала, что Шэнь Сюаньхуа будет так прямолинеен. Этот парень был простодушен. Она также пообещала мадам Су защитить его. Ему не было никакой необходимости вмешиваться в это дело. "Вероятно, она затерялась в толпе. Сначала ты должен пойти и найти доктора Чжан Нянь."

Шэнь Сюаньхуа хотел сказать что-то еще, но был остановлена взглядом Шэнь Нинхуа. "Иди".

Опустошенный Шэнь Сюаньхуа сделал два шага, чувствуя в душе смятение. Он тоже хотел помочь, но старшая сестра на самом деле ему не доверяла. Кусая губы, Шэнь Сюаньхуа мотнул головой, словно принял какое-то решением и быстро ушел. Поскольку старшая сестра попросила его вызвать врача, он так и сделает. По крайней мере, он не хотел быть для нее обузой.

Шэнь Сюаньхуа не успел сделать и двух шагов, как его остановил внезапно появившийся Шэнь Линхань. "Второй младший брат, почему ты еще здесь в это время? Быстро организуй защиту Второго Принца и Пятого Принца."

"Вторая старшая сестра, куда ты ходила?" Шэнь Сюаньхуа нахмурился и сказал: "Поторопись и останься со старшей сестрой. Я собираюсь привести сюда доктора Чжана."

Шэнь Линхань холодно крикнула: "Стой! Сейчас не время обращаться к врачу. Здесь происходит что-то серьезное! Лорд Солнце, почему бы вам не арестовать негодяя, который пытался убить двух принцев?"

Начальник Столичной Стражи внимательно посмотрел на окружающих его людей и не смог удержаться от усмешки в душе. Что не так с этой Второй мисс Шен? К чему это фарс? "Вторая Юная леди, вы шутите? Как кто-то мог попытаться убить двух принцев? Это достаточно серьезное преступление, в котором замешана вся семья и ее родственники". Ей лучше не впутывать в это дело Первую мисс Шен. В противном случае вся семья Шен была бы замешана в этом деле.

Шэнь Линхань с презрением посмотрел на Шэнь Нинхуа и сказала с уверенным видом: "Как я могу игнорировать безопасность двух Высочеств только потому, что боюсь быть замешанной?"

Шэнь Нинхуа молча смотрела на нее, не понимая, что она пытается сделать.

"Сестра, почему ты пыталась убить двух принцев?" Строго спросила Шень Линхань, ее пальцы слегка дрожали от волнения. Сегодня она должна послать Шэнь Нинхуа к черту.

Шэнь Нинхуа нахмурился: "Сестра, ты что, с ума сошла? Когда я пытался убить двух принцев?"

"Хм, ты все еще отрицаешь это. Ин Чун, принеси то, что ты нашел." На этот раз у нее были настоящие доказательства, и Шэнь Нинхуа не смогла уйти.

Горничная по имени Ин Чунь взяла носовой платок и протянула его Шэнь Линхань.

"Сестра, - Шэнь Линхань развернул носовой платок, - ты должна это знать. В конце концов, ты только что выбросила его!"

Шэнь Нинхуа нахмурился: "Сестра, тебе следовало быть ответственнее в своих заявлениях. Почему ты думаешь, что можешь говорить все что тебе вздумается и более того, разбрасываться такими обвинениями?"

Шэнь Линхань шагнула вперед и схватил Шэнь Нинхуа за рукав. "Сестра, не отрицай этого. В вашем рукаве тоже есть этот белый порошок. Вы разбросали этот порошок вокруг и заставили окружающих людей упасть в воду. Я действительно не ожидала, что ты попытаешься убить Пятого Принца ценой стольких человеческих жизней. Разве ты не боишься возмездия?"

Возмездие? Шэнь Нинхуа чуть не рассмеялась вслух. Она действительно не ожидала, что однажды Шень Линхань произнесет слово "возмездие". Даже Шэнь Линхань не получила возмездия. Так чего же было бояться Шэнь Нинхуа?

Видя, что Шэнь Нинхуа молчит, Шэнь Линхань надменно усмехнулась. "Сестра, ты хочешь, чтобы нашу семью Шен похоронили вместе с тобой? Ты так сильно ненавидишь Отца, что хочешь использовать этот метод, чтобы уничтожить нас. Ваши высочества, убийство было совершено моей старшей сестрой в одиночку. Тем не менее, она все еще является членом семьи Шен. Пожалуйста, проявите снисходительность".

Лицо Шэнь Сюаньхуа покраснело от гнева: "Вторая старшая сестра, ты с ума сошла? Как получилось, что ты подставляешь нашу старшую сестру таким образом! Ваши высочества, моя старшая сестра самая добросердечная и определенно не причинит вреда никому из людей. Моя вторая старшая сестра, должно быть, совершила ошибку. Старшая сестра, скажи что-нибудь!"

"Она явно не в состоянии защитить себя. Что еще она может сказать? Шэнь Нинхуа, почему бы тебе поскорее не признаться?"

Шэнь Нинхуа посмотрел на самодовольное лицо Шэнь Линхань и вдруг рассмеялась. "Младшая сестра, ты всегда плохо думаешь о людях. Почему в твоих устах все звучит так мерзко? У меня нет никаких претензий к двум принцам. Зачем мне искать смерти, пытаясь убить их? Я что, сошла с ума?"

"Хм, кто знает, есть ли у тебя какие-нибудь дурные намерения?"

"Нет, в твоем сердце есть дурные намерения. Вот почему ты так плохо думаешь о других!" презрительно сказал Шэнь Нинхуа.

"Ты", - лицо Шень Линхань покраснело, и она холодно фыркнула. "Меня не волнует, насколько ты искусна в придирках. Ты знаешь, что ты натворила. Я уже послала кого-нибудь за доктором. Скоро тебе будет нечего сказать."

Она послала своих людей следить за Шэнь Нинхуа и хотела дождаться, пока Шэнь Нинхуа приблизится к ручью Хуаньхуа и ее смогут столкнуть в реку, чтобы она утонула. Чтобы помешать Шэнь Нинхуа подняться из воды, она даже приказала людям накачать Шэнь Нинхуа миорелаксантом. Но даже не выполняя свой собственный план убийства, ей удалось найти причину, которая могла бы загнать Шэнь Нинхуа в смертельную ловушку.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Это зависит от вас". Поскольку вы попросили об этом, давайте посмотрим, что вы сможете сказать.

В то время как Шэнь Линхань была горда, Чу Цзюньи стал проявлять признаки нетерпения. "Вторая мисс Шень, даже если вам есть что еще сказать, вы должны сначала позволить Пятому принцу пойти и переодеться. Он весь мокрый. Если он простудится, сможешь ли ты взять на себя ответственность?

В обычное время Бейли Цзиндзе заподозрил бы неладное, но сейчас он почти сошел с ума из-за боли в теле. У него уже были проблемы с тем, чтобы позаботиться о себе, и он был не в настроении заботиться о Шэнь Линхань. Когда он услышал, что ссора закончилась, он сразу же собрался уходить.

Шэнь Линхань объяснила: "Ваше Высочество, пожалуйста, простите меня за нескромность, но я сделала это для вас и Второго Принца. Пожалуйста, не вини меня."

"Убирайся с моего пути!" Бейли Цзиндзе был нетерпелив.

"Ваше высочество". Шэнь Линхань шагнула вперед, чтобы объяснить, но из-за грязного пола она споткнулась и упала на Бейли Цзинцзе.

Бейли Цзиндзе потемнел, и ему почти показалось, что он немедленно выплюнет кровь. Ему показалось, что его внутренности превратились в кашу и он чуть не потерял сознание от боли. "Убирайся!"

Шэнь Линхань была повалена на землю. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в сознание. Пятый принц ухаживал за ней незадолго до этого, но теперь он обращался с ней так грубо. Должно быть, это уловка этой дряни Шэнь Нинхуа!

"Ваше высочество, как вы можете позволить человеку, который причинил вам вред, уйти безнаказанным? Вся боль, которую вы испытываете – это результат действий Шэнь Нинхуа."

Бейли Цзиндзе старался отрешиться от боли в своем теле. Его тело было почти мокрым от холодного пота. К счастью, поскольку он упал в воду, ему скрыть свой холодный пот. "Вы имеете в виду Старшую мисс Шен?"

Шэнь Линхань подумала, что Бейли Цзинцзе выслушала ее, и быстро кивнула. "Вот именно".

"Шень Линхань, перестань подставлять людей в будущем". Шэнь Нинхуа не была настолько глупа, чтобы открыто убивать принцев.

Шэнь Линхань была совершенно сбита с толку. “Почему вы мне не верите? Второй принц должен уметь отличать добро от зла. То, что я сказал, правда."

Услышав это, Бейли Цзиньчуань, которая с удовольствием наблюдала за драмой, сразу же нахмурилась. "Если я скажу, что твои слова лживы, значит, я не смогу отличить правильное от неправильного?"

Шэнь Линхань не ожидала, что никто не поверит ее словам. Она чуть не заскрежетала зубами и свирепо посмотрела на Шэнь Нинхуа. "Нет, я была неправа, произнося эти слова, но у меня будет способ доказатьсвою правоту". Она подумала: “Шэнь Нинхуа, не плачь и не умоляй меня, когда придет время! На этот раз,какой хитрой ты бы не была, тебе не удастся сорваться с крючка."

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Шэнь Линхань была действительно избалована мадам Чжао и была слишком высокомерной.

"Доктор Чен здесь".

Шэнь Нинхуа удивленно подняла голову. Пришел Чэнь Юнь, глава Императорского института здравоохранения! Она посмотрела на Чу Цзюньи и обнаружила, что он моргает, глядя на нее. Казалось, что он тоже сыграл в этом свою роль. Прежде чем она смогла отплатить ему тем же, он снова помог ей.

Шэнь Линхань протянула ей носовой платок, который держала в руке. "Доктор Чен, быстро взгляните. Что это за белый порошок?"

Чэнь Юнь нахмурился и взглянул. Он поднес его к носу и понюхал. "Это мышечный релаксант".

Шэнь Линхань пришла в крайнее возбуждение. “Шэнь Нинхуа, что еще ты можешь сказать в свое оправдание? Господин Сун, арестуйте Шэнь Нинхуа и отправьте ее в тюрьму!"

Глава 36 - Кто Бы Поверил Тому, Что Ты Сказал!

Глава 36 Кто Бы Поверил Тому, Что Ты Сказал!

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась: Шэнь Линхань действительно была частью семьи Шэнь. Но неужели она думала, что сможет командовать здесь всеми?

Услышав это, выражение лица Бейли Цзиньчуаня немедленно изменилось. Вначале, после того, как он выслушал слова Шэнь Линхань, у него действительно были некоторые сомнения в глубине души. Теперь же эти сомнения сразу же рассеялись. Даже если бы Шэнь Нинхуа действительно хотела убить сына императора, она не позволила бы этой недалекой Шэнь Линхань поймать ее с поличным. "Вторая мисс Шень, не вам решать кому быть арестованным, а кому оставаться на свободе".

На самом деле, как только Шэнь Линхань произнесла свои слова, она поняла, что слишком поторопилась. И теперь, когда Второй принц произнес свои слова, она постаралась сгладить ситуацию и может даже примириться. "Ваше высочество, пожалуйста, простите меня. Я слышала, что моя старшая сестра убила тебя и Пятого принца. Я была так расстроена, что говорила не подумав."

Ее лицо было бледным, словно она была очень напугана. Ее глаза слегка наполнились слезами, а брови были чуть нахмурены, из-за чего она приняла вид столь хрупкий и печальный, что обвинять в чем-либо или сердиться на нее уже не хотелось.

Конечно же, Бейли Цзиньчуань слегка кивнул и больше ничего не сказал. Он тоже смягчил свой гнев.

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. В своей прошлой жизни эта Шэнь Линхань постоянно колебалась между Бейли Цзинцзе и наследным принцем Бейли Цзиньи. С ее невинной внешностью было вполне естественно, что другие хорошо к ней относились. А если бы кто-то обидел бы ее, такому наглецу не было бы прощения.

Губернатор посмотрел на выражения лиц двух принцев и почувствовал еще большую неприязнь к Шэнь Линхань. Первоначально он мог бы приписать себе заслугу в спасении принцев, но если бы он был замешан в так называемом деле об убийстве, жизнь всей его семьи оказалась бы под угрозой.

"Второй принц, видите ли... Эта Вторая мисс Шен..."

Бейли Цзиньчуань посмотрел на бледнолицего Бейли Цзиньцзе и понял, что не нужно заводить ситуацию слишком далеко. В противном случае у него, вероятно, у него возникла бы репутация недоброжелателя к своему младшему брату.

"Доктор Чен, почему бы вам сначала не поставить диагноз моему Пятому Брату? В противном случае это был бы настоящий заговор с целью убийства принца."

Шэнь Линхань внезапно подняла голову и недоверчиво посмотрела на Бейли Цзиньчуань: "Ваше Высочество, как вы можете произносить такие слова?"

"Младшая сестра, есть ли что-нибудь более важное, чем здоровье Пятого принца? Вы все время говорили, что беспокоитесь о двух принцах. Тогда почему вы мешаете доктору поставить диагноз Пятому принцу?" Шэнь Нинхуа подошла поближе к Бейли Цзиньцзе и передала одежду, которую Цин Цюэ купила в соседнем магазине. "Ваше высочество, надеюсь этого будет достаточно. Я приказала своей горничной купить одежду. Все чистое. Пусть солдаты задернут занавеску, и вы сможете переодеться."

Бейли Цзиндзе поднял голову и показал бледную и слабую улыбку: "Спасибо". В тот момент, когда Шэнь Нинхуа приблизилась к нему, он почувствовал, что боль в его теле ослабла, и его настроение от этого немного улучшилось.

Глаза Шень Линхань горели ревностью. Она шагнула вперед, чтобы преградить путь Шэнь Нинхуа: "Сестра, в это время лучше не приближаться к двум принцам".

"Проваливай!" Бейли Цзиндзе издал приглушенный рычащий звук…

Шэнь Линхань непонимающе обернулась и встретилась с его полным отвращения взглядом. В тот момент, когда Шэнь Нинхуа ушла, душераздирающая боль снова охватила все тело Бейли Цзинцзе. Боль была еще более сильной, чем раньше, так что пришлось немедленно оттолкнуть Шэнь Линхань.

"Доктор Чен, пожалуйста, подойдите и проверьте меня. Все мое тело испытывает невыносимую боль".

Чэнь Юнь нахмурился и посмотрел на Шэнь Линхань: "Вторая мисс Шэнь, вы дочь премьер-министра. Вы должны уметь отличать важное от срочного, не так ли? Вы взрослая женщина, поэтому вам не следует приближаться к мужчине вне вашей семьи. В противном случае ваша репутация может быть подмочена. Второй принц, пожалуйста, отправьте Вторую мисс Шень куда-нибудь в другое место. Боюсь, я не могу нащупать пульс Пятого принца."

После такого унижения Шэнь Линхань потеряла голову. Она тут же громко спросила: "Почему? Шэнь Нинхуа, какой трюк ты использовала, чтобы заставить так много людей помогать тебе, дрянь!"

Крик Шэнь Линхань вызвал у Бейли Цзинцзе сильную головную боль, и он холодно приказал солдатам рядом с ним: "Оттащите ее и заткните ей рот!"

Солдаты были ошеломлены. В конце концов, Шэнь Линхань была дочерью премьер-министра. Если они обидят Шень Линхань сегодня, Шень Линхань обязательно отомстит им в будущем.

Увидев колебание солдат Бейли Цзиндзе пришел в ярость: "Чего вы ждете? Почему бы вам не поторопиться? Вы отказываетесь подчиняться моим приказам?"

"Повинуемся, ваше высочество". Хотя императору не нравился Бейли Цзиндзе, он все равно был сыном императора.

"Хм... ты отпустите меня, ты..." Двое солдат закрыли рот Шень Линхань и оттащили ее в сторону. Она вырывалась из крепких рук стражников и не сводила исступленного, похожего на кинжал, взгляда с Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа стояла в стороне и невозмутимо наблюдала. Она намеренно подставилась у ручья Хуаньхуа. Если бы Шень Линхань устроила бы слежку за ней, то Шень Линхань как раз бы и попалась на эту уловку, в эту очевидную лазейку.

Было нормально говорить, что принц хотел захватить власть и узурпировать трон, но было безумием предполагать, что нищий хотел свергнуть императорский двор. Она была маленькой девочкой и встречалась с двумя принцами всего несколько раз. Зачем ей рисковать могуществом мира, чтобы убить их? Даже если бы это было правдой, никто бы в это не поверил, и тогда всем было бы очевидно, что обвинение было бы сфабриковано!

Она хотела использовать факты, чтобы подставить Шень Линхань и посмотреть как она отреагирует!

Чэнь Юнь пощупал пульс Бейли Цзинцзе и нахмурился. "Ваше высочество, с вашим телом все в порядке. Состояние вашего пульса в норме."

"Но боль в моем теле такова, словно меня изрезали ножом. Доктор Чен, вы можете снова пощупать мой пульс?"

По внешнему виду Бейли Цзиндзе доктор Чэнь с первого взгляда понял, что он испытывает сильную боль, но, на удивление его пульс был нормальным, и не было никаких симптомов отравления или иных симптомов, которые говорили о наличии какой-либо болезни. Это была необычная ситуация. "Пятый принц, вы к чему-нибудь прикасались?"

"Там было слишком людно. Я не знаю, к чему я прикасался."

"Пожалуйста, для начала возвращайтесь в Императорский дворец. Я проконсультируюсь со всеми врачами из Имперского института здравоохранения, а затем снова осмотрю вас, Ваше высочество"

Бейли Цзиндзе был очень обеспокоен. Если Чэнь Юнь не мог найти проблему и ему нужно было проконсультироваться со всем Имперским институтом здравоохранения, шансы на его выздоровление были практически равны нулю. "Когда Шэнь Линхань подошла ко мне, боль сразу же сильно усилилась".

Чэнь Юнь нахмурился и посмотрел на Шэнь Линхань. Когда он подумал о том, что она сказала ранее, выражение его лица сразу же изменилось. "Ваше высочество, сначала возвращайтесь во Дворец. Я верю, что император тщательно расследует это дело."

Шэнь Линхань была дочерью Шэнь Дуна, поэтому ее нельзя подозревать в чем-либо без серьезных доказательств.

Бейли Цзиндзе с ненавистью посмотрел на Шэнь Линхань и сказал: "Хорошо, давайте сначала вернемся".

Второй принц обернулся и посмотрел на начальника Столичной Стражи. "Лорд Солнце знает, что с этим делать?"

"Да, да, я знаю".

"Что ж, это хорошо. Вы можете справиться с ситуацией, не спрашивая моих инструкций." Бейли Цзиньчуань повернулась к Шэнь Нинхуа и сказала: "Мисс, пожалуйста, скажите премьер-министру Шэнь, что я пригласила Вторую мисс Шэнь во Дворец".

Шэнь Нинхуа кивнул. "Да, ваше высочество".

Бейли Цзиньчуань пристально посмотрела на нее и спросила: "Тебе есть что сказать?"

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Ничего. Вы только что сказали, что любите рыбалку. Я слышал, что в Спрятанной Сокровищнице появились новые лески. Они очень длинные. Если вам интересно, вы можете попробовать." Только удлинив леску, можно было поймать более крупную рыбу. Если рыболов потянет удочку в спешке, рыба может сорваться с крючка. В этот момент ее слова были очень откровенны. Сможет ли он извлечь выгоду из этого инцидента или нет, зависело от него самого.

"Спасибо, мисс Шен".

После того, как все ушли, начальник Столичной стражи вытер холодный пот со лба и сказал: "Сегодня действительно опасный день. Сначала я должен позаботиться о своей жене и детях. Я боюсь, что до того, как наступит завтрашний день, я потеряю голову".

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: "Ты слишком много беспокоишься. Ты помогал поддерживать порядок и изо всех сил старался выяснить, почему возник такой хаос. Ты даже защитил Второго Принца и Пятого Принца. В чем ты виновен?"

После того, как Шэнь Нинхуа закончила говорить, она обнаружила, что начальник Столичной стражи был рассеян и погружен в свои мысли. Поэтому она не дожидаясь ответа ушла с Цин Цюэ и Хун Лин.

"Сегодняшнее шоу действительно грандиозное". Чу Цзюньи последовал за ним, покачивая складным веером в руке, неторопливо повествуя о всем случившемся.

Шэнь Нинхуа взглянула на него и сказала: "Тебе тоже не понравилось?"

Чу Цзюньи небрежно сказал: "Конечно, мне больше всего нравится наблюдать за действиями королевской семьи".

"Как ты смеешь?" глаза Шэнь Нинхуа потемнели. Обычные люди изо всех сил старались бы не вмешиваться в дела королевской семьи, но ему это нравилось. Это было больше, чем просто вопрос смелости.

"Ха-ха", - рассмеялся Чу Цзюньи. - Взаимно, взаимно. Разве мисс Шень это тоже не понравилось?"

Шэнь Нинхуа улыбнулась, не сказав ни слова.

Чу Цзюньи тоже не возражал. "Похоже, вы с Лордом Солнцем в некотором роде друзья?”

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на него. "Да, вроде того".

"Ваша репутация распространилась повсюду. Даже некоторые чиновники слышали о вашем благородном характере и уважали вас". серьезно сказал Чу Цзюньи.

Шэнь Нинхуа чуть не рассмеялась вслух. Ее репутация была широко распространена, а характер у нее был благородный? "Я оказала ему услугу. Он просто расплачивался со мной."

Сердце Чу Цзюньи подпрыгнуло. Шэнь Нинхуа раньше была никем в семье Шэнь. Она всегда была обычной. Единственным исключением было ее выздоровление на загородной вилле в течение полугода. Он долго изучал ее прошлое, но ничего не нашел. Похоже, у нее, должно быть, была случайная встреча.

"Хорошо. Поскольку мисс Шень не любит быть обязанной другим, я приму вашу услугу сегодня. Я позволю своим людям сопроводить вас обратно в Особняк Шень и приду выразить свою благодарность в другой раз." Приказав своим людям сопровождать Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи развернулся, сел на лошадь и быстро уехал. Хотя он не знал, откуда она узнала, что он хочет сблизиться с королевской семьей, сегодняшний инцидент, несомненно, дал ему шанс. Он должен был ухватиться за этот шанс и сделать некоторые приготовления.

Шэнь Нинхуа села в карету. Внезапно из-за окна донесся нерешительный голос Шэнь Сюаньхуа.

"Старшая сестра, ты..."

"У вас есть какие-нибудь вопросы?" Ей нужно было кое-что сообщить мадам Су. В противном случае госпожа Су не поверила бы, что у нее есть возможность защитить Шэнь Сюаньхуа.

Шэнь Сюаньхуа покачал головой. После минутного молчания он сказал: "Старшая сестра, в будущем не подходи слишком близко к Чу Цзюньи. Я всегда чувствую, что в том, как он смотрит на тебя, что-то не так."

Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Она не ожидала, что он скажет это. Она сразу же почувствовала прилив веселья. "Хорошо, я буду иметь в виду".

Шэнь Сюаньхуа сразу же повеселел. "Это хорошо. Поторопись и возвращайся. Пришло время старшим дяде и тете узнать новости."

В этот момент в семье Шэнь уже царил хаос…

Глава 37 - Я Разрушил семью Шень?

Глава 37 Я Разрушил семью Шень?

В тот момент, когда Шэнь Нинхуа вошла в дверь, подошла медсестра Цинь с группой людей. Усвоив два урока, на этот раз они не решились на открытую агрессию. Сестра Цинь шагнула вперед. Она склонила голову, опустила глаза и сказала: "Приветствую тебя, Первая Юная Леди. Хозяин и госпожа оба находятся во дворе Старой Леди. Они послали меня отвезти тебя туда."

Взгляд Шэнь Нинхуа скользнул по мрачному лицу медсестры Цинь, и она в глубине души холодно усмехнулась. Итак, они собирались объединиться и допросить ее. "Показывай дорогу".

Веки медсестры Цинь дрогнули, когда она посторонилась и уступила дорогу Шэнь Нинхуа, проходившей мимо. Она подала знак людям позади чтобы те перекрыли путь к отступлению. Но Шэнь Нинхуа было все равно. Она вообще не собиралась уходить. И даже если бы Шень Донг не искал ее, то она бы искала их.

Шэнь Сюаньхуа оттолкнул медсестру Цинь в сторону и последовал за Шэнь Нинхуа. "Старшая сестра, у тебя был сильный стресс. Тебе лучше вернуться и хорошенько отдохнуть. Я доложу бабушке." Хотя он не был хорошо знаком с ситуацией в семье Шэнь, он также слышал, что мадам Чжао не любила Шэнь Нинхуа. Определенно, это было не самое верное решение просить ее прийти в такое время.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: "Бабушка, отец и мать спрашивали обо мне, а какой смысл тебе туда идти? Я думаю, что новости о происшествии на реке Хуаньхуа стали известны дома. Твоя мать, должно быть, волнуется. Быстро возвращайся к ней, чтобы она успокоилась".

"В этом нет необходимости. Как только я появлюсь у бабушки, мама скоро узнает. Она тоже обязательно придет." В этом случае, если бы старший дядя и старшая тетя принялись бы строить козни старшей сестре, то помощь его матери была бы не лишней.

Увидев это доброе отношение к себе от брата, Шэнь Нинхуа улыбнулась, но промолчала. Выражение лица сестры Цинь стало еще хуже. Госпожа Су и Первая леди не ладили друг с другом. Если бы госпожа Су поддержала Шэнь Нинхуа из-за Шэнь Сюаньхуа, то Первая леди потеряла бы свои преимущества и инициативу.

Как только Шэнь Нинхуа вошла в дверь, госпожа Чжао спросила ее: "Шэнь Нинхуа, где Линхань?"

"Приветствую вас, бабушка, папа, мама".

Увидев ее неторопливые движения, мадам Чжао внезапно встала и спросила: "Я задала вопрос. Почему Линхань не вернулась с тобой?"

Шэнь Нинхуа подняла глаза на Старую леди Сяо и Шэнь Дуна. Видя, что у них обоих не было намерения позволить ей разговаривать в спокойном и дружеском тоне, она больше не ждала. Выпрямившись она произнесла: "Второй принц пригласил Линхань во Дворец. Вас должны были известить."

"Ты, злой дух, если бы не ты, Лихань была бы в безопасности! Хватайте ее, гоните прочь!" Шэнь Линхань была самой любимой дочерью мадам Чжао. Теперь, когда та оскорбила королевскую семью, как могла госпожа Чжао удержаться от ярости?

Глаза Шэнь Нинхуа стали холодными. Она посмотрела на Шен Дуна своим пронзительным взглядом. "Отец, я сделала что-нибудь настолько ужасное, что мама приказала слугам выгнать меня? Хотя я не была рождена от нее, я с вами в кровном родстве. Почему я должна брать вину на себя, когда что-то случается с Шень Линхань? Когда она сделала что-то не так, почему я, ее старшая сестра, должна быть козлом отпущения и нести ответственность за последствия?"

По какой-то неизвестной причине, когда Шэнь Дун посмотрел в глаза Шэнь Нинхуа, он внезапно почувствовал, что не может выплеснуть гнев, накопившийся в его сердце. Эхо вины слабо зазвучало в его сердце, как будто он внезапно понял, что эта девушка тоже была его родной кровью.

Госпожа Чжао не заметила перемены эмоций Шэнь Дуна. Услышав слова Шэнь Нинхуа, она горько усмехнулась: "Как тебя можно сравнивать с Линхань? Линхань - одна самая прекрасная девочка, но ты – сущее проклятие, которое убило свою мать при твоем рождении. С твоим появлением, в доме начали происходить ужасные вещи!"

Шэнь Нинхуа громко рассмеялась. "Мама, твои слова несправедливы. Я что-то плохое сделала хоть раз, после моего возвращения домой? Нет! Я вышила ширму для своего отца и переписала Священные Писания для своей бабушки. Я видела ваше предвзятое отношение ко мне, но я никогда не жаловалась и была почтительна с вами. Если бы Шень Линхань не подставлял меня неоднократно, у семьи Шень вообще не было бы никаких проблем. Эти неприятности приносит в дом она сама!"

"Чушь! Если ты ничего не делала, зачем Лингхань тебя подставлять?" Мадам Чжао яростно стучала кулаком по столу, яростно выкрикивая свои обвинения.

"Мама, ты думаешь, я несу чушь и у меня нет доказательств? В прошлый раз, когда в вино добавили яд, сестра Чжоу не могла говорить, но она не умерла, она была жива! Хотя она не могла говорить, она могла писать. И если бы я не хотела сохранить мир в нашей семье, я бы передала признание сестры Чжоу стражникам.

А сейчас? Сейчас ее обвинение еще более необъяснимо. Падающее пламя в небе вызвало панику. Я сама была сильно испугана, но моя сестра придумала зачем-то придумала историю, чтобы обвинить меня. И эта история в высшей степени нелепа!" Увидев внезапно побледневшее лицо госпожи Чжао, Шэнь Нинхуа усмехнулась. Неужели мадам Чжао думала, что все все ее обвинения сильны и безупречны?

Мадам Чжао запаниковала. Чтобы избежать подозрений, она тайно предупредила Лян Юя, чтобы он внимательно следил за медсестрой Чжоу и никому не позволял приближаться к его матери. Она планировала, чтобы медсестра Чжоу умерла от “болезни” через некоторое время. Когда Шэнь Нинхуа успела встретиться с медсестрой Чжоу?

"Ты..."

Шэнь Нинхуа вздохнула и посмотрела на Шэнь Дуна своими глубокими глазами. "Отец, моя мать скончалась, когда родила меня. В глубине души я чувствую себя крайне виноватой. У меня нет другого способа отплатить, кроме как жить лучшей жизнью, чтобы утешить ее дух на небесах. Если люди обвиняют меня в том, что я приношу несчастье своей матери, я готова принять это обвинение. Но если люди скажут, что я разрушил семью Шень, я этого не признаю! Отец, ты знаешь, почему мою сестру пригласили во Дворец?"

"Почему?” Реакция мадам Чжао была слишком острой, и Шэнь Дун в глубине души был недоволен этим. Теперь, когда он услышал слова Шэнь Нинхуа, в его сердце постепенно появилось дурное предчувствие.

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. "Потому что она сказала, что я пыталась убить принца!"

«Что?» Шэнь Дон резко встал, отчего стул позади него опрокинулся и с грохотом упал на каменные плиты пола.

Мадам Чжао тоже была ошеломлена. Она только слышала, что Шэнь Линхань внезапно привели во Дворец из-за ее конфликта с Шэнь Нинхуа, но причину она не знала.

Шэнь Нинхуа горько улыбнулась и сказала: "Какой храброй и безрассудной вы бы не считали меня, но я бы не осмелилась убить принца. Это преступление, в котором может быть замешана вся семья и ее родственники! У меня нет ни намерения, ни возможности совершить такое преступление. Моя сестра неоднократно подчеркивала, что у меня были злые намерения. Если бы Второй Принц и Пятый Принц не были благоразумны, я боюсь, что мы все сейчас были бы заключены в тюрьму. Как мы можем спорить друг с другом в такой непростой ситуации?"

Старая леди Сяо внезапно постучала по стулу, и ее лицо стало мрачным. "Я только думала, что Линхань была маленькой избалованной девочкой, но я не ожидала, что она окажется такой безмозглой! Хочет ли она, чтобы семья Шень была похоронена вместе с ней? Чжао, посмотри, как хорошо ты воспитал свою дочь!"

Столкнувшись лицом к лицу со Старой Леди и взглядом Шэнь Дуна, госпожа Чжао внезапно опустилась на колени и сказала: "Нет, у Линхань не было бы таких мыслей".

Старушке Сяо сейчас было на нее наплевать. Она посмотрела на Шэнь Дуна с серьезным выражением лица: "Это дело должно быть улажено должным образом. Вы - премьер-министр. Чем вы могущественнее, тем осторожнее вам следует быть. Слова Его Величества определяют жизнь и смерть всех людей в мире. Наша семья Шень не должна быть похоронена вместе с Шень Линхань."

Глаза Шен Дуна дрогнули. Было ясно, что Старая Леди хотела, чтобы он бросил эту дочь. Тем не менее, Он потратил огромные усилия на воспитание и образование Шэнь Линхань. Она имела прекрасные перспективы в обществе и пользовалась поддержкой семьи Чжао. Было бы жаль бросить ее.

Старая леди Сяо поняла его беспокойство и разозлилась еще больше. "Даже если вы дадите ей в руки все сокровища мира, она не удержит их, потому что она – безмозглая девчонка! Ей было бы лучше просто жить простой жизнью". Если бы Шень Линхань действительно вошла в гарем, то судя по ее нынешнему поведению, она, вероятно, была бы убита вскоре после этого. Вместо того, чтобы ожидать от нее выгоды, от нее будут сплошные неприятности у семьи Шэнь.

Госпожа Чжао серьезно посмотрела на Шэнь Дуна: "Линхань просто немного растерялась. Она хороший ребенок. Ты же видишь как она растет и взрослеет. Она искусна в игре на цитре, шахматах, каллиграфии, живописи, поэзии и священных писаниях. Когда она тебя подводила? На этот раз кто-то, должно быть, подставил ее. Если ты откажешься от нее, насколько грустно будет Сюанье, когда он вернется?"

Шэнь Сюанье? Сердце Шэнь Дуна подпрыгнуло. По сравнению с его ожиданиями от Шэнь Линхань, его ожидания от Шэнь Сюанье, его первого сына, были действительно высоки.

Видя, что Шэнь Дун медленно подавляет свои эмоции, госпожа Чжао с облегчением вздохнула. До тех пор, пока мастер все еще заботился о Сюанье, у Линхань все еще был шанс.

"Учитель, Линхань всегда была послушной и разумной. Это не в ее манере внезапно произносить такие странные и опасные слова, как убийство принца. Ее подставили?"

Шэнь Дун посмотрел на Шэнь Нинхуа. Долгое время в его глазах была борьба. Затем он ответил на вопрос госпожи Чжао: "Я немедленно отправлюсь во Дворец. Мы поговорим об этом, когда я вернусь. Нинхуа, ты сначала возвращайся во двор Инъюэ. Не покидай дом без моего разрешения."

"Да, отец". Она была наказана, так что хорошо, что ей не пришлось иметь дело с этими людьми.

Шэнь Сюаньхуа не был уверен в безопасности и хотел еще сильнее защитить ее, но Шэнь Нинхуа остановила его взглядом.

Старая леди Сяо холодно фыркнула, и Сюэ Чжу помог ей спуститься, чтобы отдохнуть. Шэнь Нинхуа тоже ушел вместе с Цин Цюэ и Хун Лин.

Как только они вышли из двора Сонгтао, Шэнь Нинхуа посмотрел на Шэнь Сюаньхуа, который был очень возмущен, и сказала: "Поторопись, возвращайся домой. Тетя, должно быть, сейчас беспокоится о тебе."

"Старшая сестра, ты не виновата в этом..."

"Уже хорошо, что все так закончилось. Не волнуйся, я не позволю себя обидеть. Поторопись и возвращайся. Не заставляй тетю ждать и не заставляй ее беспокоиться о тебе."

"Хорошо, хорошо". Шэнь Сюаньхуа опустил голову и с несчастным видом пошел прочь.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Она обернулась, чтобы посмотреть на двор Сонгтао, и ее улыбка стала еще шире.

В коридоре медсестра Цинь помогла госпоже Чжао подняться и они встретились взглядами. Глаза мадам Чжао были похожи на отравленные острые стрелы. "Сестра Цинь, должно быть, это эта дрянь все это спланировала. Она хочет отомстить мне! Как ты думаешь, она узнала, что тогда произошло?"

"Мадам, кроме вас, единственный человек, который знает о том происшествии тогда, - это я. Я действительно предана тебе. Мадам, пожалуйста, доверьтесь мне."

Мадам Чжао позволила медсестре Цинь некоторое время стоять на коленях на земле, прежде чем сказала: "Конечно, я вам доверяю, но мы не можем быть абсолютно спокойны. Я полагаюь, что Шэнь Нинхуа что-нибудь узнает. Лучше избавиться от нее как можно скорее."

"Мадам, Шэнь Нинхуа не так проста. Если у нас не будет идеального плана, боюсь, мы не добьемся успеха", с беспокойством проговорила сестра Цинь.

Выражение лица мадам Чжао потемнело. "Ты права, мне нужно подумать об этом. Кстати, Сюанье говорил в своем последнем письме, что скоро вернется?"

"Да, Первый Молодой Мастер сказал, что он обязательно вернется, чтобы отпраздновать день рождения Старой Леди".

"Это хорошо. Давайте составим хороший план и превратим счастливое событие в похороны!"

Медсестра Цинь была шокирована: "Мадам, вы..."

Госпожа Чжао холодно улыбнулась: "Ради Линхань и Сюанье я бы ни в коем случае не позволю Шэнь Нинхуа продолжать так себя вести".

"Да..."

Глава 38 - Шаг за шагом Отправляю Тебя в Ад

Глава 38 Шаг за шагом Отправляю Тебя в Ад

Шэнь Нинхуа была наказана. Шэнь Дон велелл ей не выходить на улицу, но он не запрещал людям навещать ее. Поэтому Шэнь Сюаньхуа подбежал к ней как только закончил завтракать.

"Старшая сестра, подойди и посмотри".

Шэнь Нинхуа занималась каллиграфией в своей комнате, когда услышала голос Шэнь Сюаньхуа. Кончик кисточки в ее руке задрожал, и крошечная капля чернил упала на белоснежную бумагу с цветком сливы в качестве фона.

Когда Шэнь Сюаньхуа вошел в комнату и увидел эту сцену, он смущенно почесал затылок. "Старшая сестра, это все моя вина. Я такой безответственный."

Бай Руо отложил бумагу, которую Шэнь Нинхуа отбросила в сторону, и надел новую. Но Шэнь Нинхуа была больше не в настроении продолжать заниматься каллиграфией. "Ты так взволнован ранним утром. Ты не боишься, что тетя снова будет тебя ругать?" За это время она обнаружила, что Шэнь Сюаньхуа дома ведет себя не как взрослый юноша, а как-то очень по-детски. Это заставило ее задуматься, как Старый генерал Су мог чувствовать себя спокойно, отправляя его на поле боя.

"Мама сейчас не хочет меня наказывать. Кстати, старшая сестра, я здесь, чтобы кое-что тебе послать. - Шэнь Сюаньхуа достал из кармана пачку золотых билетов. "Второй принц сказал мне передать это тебе. Он сказал, что это было за покупку вашего военного руководства."

Шэнь Нинхуа задумчиво прикрыла глаза. В тот день, вернувшись в Особняк Шэнь, она попросила Шэнь Сюаньхуа доставить оригинал военного руководства Второму принцу. Она не ожидала, что Бейли Цзиньчуань доставит ей золотые билеты так быстро. "У вас уже есть моя копия военного руководства. Вы можете переписать его снова и подарить Второму принцу. Позволяя ему платить за это, похоже, я использую его в своих интересах.”

Шэнь Сюаньхуа улыбнулся и сказал: "Второй принц угадал правильно. Он сказал, что как только я отдам тебе золотые билеты, ты обязательно произнесешь эти слова. Второй принц просил меня передать тебе, чтобы ты не волновалась. Он покупал оригинал военного руководства в качестве дани уважения императору. Так что это стоило любых денег, независимо от того, насколько дорого это было".

"Хм, тогда я чувствую облегчение". Если Бейли Цзиньчуань реализует идею чтобы предложить императору военное руководство, то он, должно быть, понял ее предыдущий совет. Далее им нужно было только увидеть реакцию императрицы.

"Старшая сестра", - Шэнь Сюаньхуа сделала глоток чая, который принес Бай Руо. "Ваш чай очень вкусный. Как бы тщательно я не придерживался наших старинных традиций заваривания чая, я не могу получить этот вкус".

Глядя на его удивленное выражение лица, Шэнь Нинхуа расхохоталась. "Я принесла этот чай с загородной виллы. Он хорош на вкус, потому что в чай было добавлено нечто особенное. Если тебе это понравится, я попрошу Бай Руо дать тебе немного этого секретного компонента, когда ты соберешься уходить."

"Спасибо тебе, старшая сестра. Кстати, старший брат Сюанье вернется, чтобы отпраздновать день рождения бабушки. Второй принц сказал, что придет повидаться со старшим братом."

Глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули. "Шэнь Сюанье так быстро возвращается?" Шэнь Сюанье путешествовал по миру, чтобы учиться, но позже один монах-отшельник оценил его талант и принял его в ученики. После этого Шэнь Сюанье начал изучать все виды знаний у монаха. Сначала Шэнь Дун и госпожа Чжао были крайне недовольны, но когда они узнали, что монах был мастером Ляо Ченом, живший отшельником и очень уважаемым гуру, они с радостью послали Шэнь Сюанье учиться у него.

Как ученик Мастера Ляо Чэня, репутация Шэнь Сюанье, естественно, возросла.

Однако в прошлой жизни Шэнь Нинхуа Шэнь Сюанье быстро не возвращался. А на этот раз он возвращался так рано. Мадам Чжао, должно быть, передала ему какие-то послания.

"Старшая сестра, возвращение брата Сюанье не доставит тебе никаких хлопот, верно?" - нерешительно спросил Шэнь Сюаньхуа.

Шэнь Нинхуа подняла голову. Видя обеспокоенное выражение лица Шэнь Сюаньхуа, она не могла отделаться от мысли, что, хотя он был талантлив и обладал удивительным чутьем в тактике войны, он все еще был тринадцатилетним мальчиком. Он был слишком мягкосердечен, потому что не прошел горнило взрослых проблем. "Какие могут быть неприятности? Я счастлива, что Сюанье возвращается, чтобы поздравить бабушку с днем рождения".

Шэнь Сюаньхуа опустил голову и сказал: "Хорошо… Хорошо, что ты счастлива". Хотя выражение ее лица минуту назад ясно говорило об обратном, но старшая сестра по-прежнему не желала ему ничего говорить.

Хун Лин быстро вбежала и сказала: "Мисс, Хозяин и Первая Леди идут сюда. Выражения их лиц ужасны".

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: "Все в порядке. Иди и открой дверь. Отец и мать приходят ко мне во двор, и я должна с радостью приветствовать их. Бай Руо, иди и приготовь горячий чай."

"Да, мисс".

"Старшая сестра, я пойду и приведу сюда свою мать". Шэнь Сюаньхуа был обеспокоен.

Шэнь Нинхуа остановила его и сказал: "Не нужно, я сама справлюсь с этим маленьким делом. Сюаньхуа, ты доставил подарок для Второго Принца. Возвращайся. Тебе нет необходимости быть здесь."

"Я лучше останусь здесь. Я могу помочь тебе, если дядя накажет тебя."

"О чем ты говоришь? Я последовал его приказу оставаться во дворе и не сделала ничего плохого. Почему отец и мать должны наказывают меня без всякой причины? Оставайся здесь, если хочешь. Просто расслабься и наблюдай." Зная о его добрых намерениях, Шэнь Нинхуа больше не стала заставлять его уходить.

Как только они закончили говорить, Шэнь Дон и мадам Чжао вошли один за другим.

Шэнь Нинхуа привела в порядок свою одежду и поклонилась: "Приветствую вас, отец и мать".

Мадам Чжао проигнорировала ее действия. Вместо этого она посмотрела на Шэнь Нинхуа с упреком в глазах и серьезно сказала: "Нинхуа, через два года ты станешь взрослой. Как старшая сестра Линхань, ты должна быть самой разумной. Зачем ты навлекла такой позор на нашу семью Шень?"

Шэнь Нинхуа посмотрел на вытянувшегося Шэнь Дуна. Его лицо было мрачным, и он явно сдерживал свой гнев. Она смущенно посмотрела на мадам Чжао: "Мама, что ты имела в виду? Когда я сделала что-то, что поставило бы в неловкое положение семью Шен? Вчера я уже ясно объяснила, что это не я разрушаю семью Шень."

Глаза мадам Чжао были полны ненависти. Она обернулась и увидела золотые билеты на столе. Ее тон стал еще более презрительным. "Ты не хочешь признать.... Император больше всего ценит сыновнюю почтительность. Тот, кто сделает что-то неподобающее семье, будет изгнан из семьи, будь то мужчина или женщина. Нинхуа, семья Шэнь действительно не может тебя терпеть."

Шэнь Нинхуа строго ответил: "Мама, твое обвинение очень серьезно. Я всем сердцем служу бабушке и уважительно отношусь к отцу и вам. Как ты можешь бросать в меня такие серьезные обвинения без каких-либо доказательств?"

Мадам Чжао усмехнулась: "Тогда объясни, откуда взялись золотые билеты на твоем столе?"

"Мне их передали".

"Хм, тогда скажи мне еще раз, зачем кому-то давать тебе пачку золотых билетов?"

Шэнь Нинхуа в замешательстве нахмурилась: "У меня было уникальное военное руководство. Некто его захотел приобрести и предложил цену, на которую я согласилась. Вы думаете, я не могу получить эти деньги?"

"Конечно, ты можешь получить свою плату, но Нинхуа, тебе не следовало перепродавать приданое своей матери. Неужели семья Шень не в состоянии вырастить дочь? Ты все еще отказываешься признать, что ты сделала недостойный поступок, тем самым ты опозорив семью Шень?"

Шэнь Нинхуа поджала губы и посмотрела на Шэнь Дуна. "Отец, ты тоже так думаешь?"

"Нинхуа, ты действительно подвела меня". - торжественно произнес Шен Донг.

Шэнь Нинхуа опустилась на колени и посмотрел прямо на Шэнь Дуна. "Отец, Второй принц хотел купить военное руководство. Конечно, я не согласилась. Но он сказал, что хочет преподнести это руководство как дань уважения императору. Это была очень серьезная причина пересмотреть свое решение. И я согласилась отдать документ бесплатно ради его сыновнего благочестия. Однако он настоял на том, чтобы купить его за 50 000 таэлей золота, потому что только заплатив мне, он мог преподнести военное руководство в качестве дани уважения императору. Теперь я понимаю, что была не права и позже я пошлю кого-нибудь, чтобы он доставил золотые билеты Второму принцу и вернул военное руководство."

Шэнь Дун внезапно широко раскрыл глаза. "Что…что ты сказала? Вы продали военное руководство Второму принцу, а затем Второй принц преподнесет его в качестве дани уважения императору?"

"да."

Мадам Чжао поперхнулась и повернулась, чтобы посмотреть на сестру Цинь. Почему никто не сообщил ей раньше эту новость? Если бы она знала, что Шэнь Нинхуа продала руководство Второму принцу, она бы ни в коем случае не посмела поднимать такой шум.

Медсестра Цинь тоже была ошеломлена. Она знала, что военное руководство было продано Шэнь Нинхуа, о чем она и сообщила мадам Чжао. Но ничего более важного информаторы больше не сообщали.

Шэнь Нинхуа опустила голову, чтобы скрыть улыбку в своих глазах. После многих лет комфортной и беззаботной жизни Первая леди стала слишком расслабленной. Шэнь Нинхуа намеренно ввела ее в заблуждение, и она немедленно взяла Шэнь Дуна с собой в карательную экспедицию против дочери. Теперь она могла винить только себя за то, что попала в искусно расставленную ловушку.

Шэнь Дон натянуто кашлянул: "Нинхуа, вставай. Поскольку Второй принц уже отправил золотые билеты, ты можешь оставить их себе. У тебя нет причин забирать военное руководство обратно после того как ты его продла".

Шэнь Нинхуа нахмурилась. "Но то, что сказала мама, тоже очень важно. Я думала только о сыновнем благочестии Второго принца, но я не думала о лице семьи Шень."

"Все в порядке. Ты не сделала ничего плохого. Я позабочусь об этом деле." Шэнь Дун холодно взглянул на мадам Чжао. Он был недоволен все более странными и неадекватными действиями женщины. "Тебе следует хорошенько отдохнуть пару дней. Если вам что-нибудь понадобится, просто скажите... дворецкому, и я попрошу кого-нибудь организовать это для вас."

Услышав это, лицо госпожи Чжао внезапно побледнело. Рассказать дворецкому? Что Шен Дон имел в виду под этим? Неужели он хотел отстранить ее от права управлять семьей?

Шэнь Нинхуа была удовлетворена. "Да, отец".

"Хм, теперь ты можешь отдохнуть". Шэнь Дон был смущен и собрался уходить. Закончив говорить, он развернулся и ушел. Лицо мадам Чжао было бледным. Она свирепо посмотрела на Шэнь Нинхуа и быстро последовала за Шэнь Доном к выходу.

После того, как все ушли, Шэнь Сюаньхуа вздохнул с облегчением. "Я думал, что Старший дядя был здесь, чтобы наказать тебя. Но на самом деле он так легко тебя отпустил. Старшая сестра, я рад, что с тобой здесь все в порядке. Я сейчас вернусь и расскажу маме."

"Да, иди".

Бай Руо шагнул вперед, чтобы помочь Шэнь Нинхуа помассировать ей ноги, чтобы облегчить боль в коленях. "Мисс, мне показалось, что Первая леди не оставит дело на этом."

"Я знаю." Глаза Шэнь Нинхуа были спокойны, но в ее сердце бушевала яростная буря. "Она смогла получить все, что хотела. Внезапно появилась я и взяла над ней верх во всем. Как она могла хотеть в одиночку съесть пирог? Чего я хочу, так это просто, чтобы она отказалась от своих планов."

"Я не понял". Бай Руо долго размышлял, но так и не смог понять.

Первая леди пользовалась поддержкой семьи Чжао. Предыдущие действия Шэнь Нинхуа были всего лишь небольшим испытанием, чтобы заставить ее сделать что-то большое на банкете по случаю дня рождения. Это был бы настоящий бой!

"Мисс", - быстро вошла Хун Лин и нахмурилась. "Шен Линхань вернулась".

"Хорошо". Шэнь Нинхуа кивнула. Бейли Джинзе был опытен в делах и перестраховывался. Без конкретных доказательств он не стал бы действовать опрометчиво. Шень Линхань вообще не пострадает.

"Много людей вышло поприветствовать ее, и она привезла много подарков, которые, по ее словам, были вручены императрицей, чтобы помочь ей оправиться от шока". Хун Лин возмутилась еще больше.

Шэнь Нинхуа рассмеялась: "Из-за чего ты злишься? Императрица - ее тетя, так что для императрицы разумно поддерживать ее."

"Значит, мы просто так ее отпустим?" Тогда все, что они сделали, было бы напрасно.

"Это не будет напрасно. Хонг Лин, сегодня я научу тебя одной фразе: не просто смотри под ноги, но и смотри на дорогу впереди."

Шэнь Нинхуа скривила губы, и в ее глазах мелькнул холодок. Предыдущий инцидент был всего лишь прелюдией. Она проложит путь шаг за шагом и постепенно отправит Шэнь Линхань в ад!

Глава 39 - Несравненный Молодой Мастер Шэнь Сюанье!

Глава 39 Несравненный Молодой Мастер Шэнь Сюанье!

На банкете по случаю дня рождения старушки Сяо, Шэнь Нинхуа рано утром нарядилась и прибыла во двор Сонгтао. Старая леди Сяо была одета в золотой шелковый пуловер с изображением Восьми Сокровищ, платье, расшитое двенадцатью золотыми магическими символами, приносящими счастье и шляпку, украшенную изумрудным камнем. На ее лице была постоянная улыбка и вообще, вся ее фигура излучала дружелюбие.

"Бабушка, сегодня ты выглядишь особенно торжествующей в своем наряде. Я желаю вам счастливой, здоровой и долгой жизни".

Старая леди Сяо лучезарно улыбнулась и проговорила: "Моя хорошая внучка, ты всегда такая воспитанная. Я твоя бабушка, так что в будущем тебе не придется так приветствовать меня каждый день. Твоя вторая тетя уже некоторое время говорит о тебе. Подойди и сядь."

Шэнь Нинхуа, естественно, не восприняла бы слова Старой леди Сяо всерьез. Если бы она действительно хоть раз не поприветствовала бы старую леди, уже на следующий день по всей семье Шэнь поползли бы слухи о ее крайней невоспитанности. "Приветствую тебя, тетя. Я думала, что пришла сюда пораньше, но ты пришла сюда даже раньше меня."

Мадам Су притянула ее к себе, чтобы усадить, и сказала: "Рано утром Сюаньхуа разбудил меня. Только его дедушка мог остановить мальчишеские проказы. Хотя я его мать, но он меня не слушает."

Глядя в беспомощные, но любящие глаза мадам Су, сердце Шэнь Нинхуа слегка дрогнуло. Если бы ее мать была еще жива, она бы обязательно посмотрела на нее так. Она не могла не сказать: "Брат Сюаньхуа - самый разумный. Тебе не нужно беспокоиться о нем. Тебе просто нужно подождать и насладиться его сыновним почтением".

Мадам Су слегка кивнула головой. "Ты озорная девчонка. Ты умеешь хорошо говорить и мне приятно тебя слушать. Однако у меня нет для тебя никаких подарков. Если ты хочешь что-нибудь хорошее сказать бабушке – скажи ей. Сегодня она - звезда долголетия. Она может раскрыть секрет своего долголетия."

Старая леди Сяо смотрела на них с улыбкой на лице. Слова мадам Су ей очень польстили. Как она могла быть несчастна? "Вы двое, не волнуйтесь. У вас обоих будет мой секрет долголетия."

Шэнь Нинхуа прищурила глаза и обменялась взглядами с мадам Су. Они встали и хором поблагодорили старую леди Сяо: "Спасибо, бабушка (мама)".

Сюэ Чжу принес чай, и они втроем его пили, разговаривая и смеясь. Через некоторое время мадам Чжао быстро вошла вместе с Шэнь Линхань.

Тень неудовольствия промелькнула в глазах Старой леди Сяо. Они явно знали, что сегодня у нее день рождения, и все же они пришли так поздно, что, очевидно, было признаком неуважения к ней.

Они церемонно поздоровались и поклонились. Старая леди Сяо сделала два глотка чая, прежде чем попросить их встать. Она подняла глаза и сказала мадам Чжао: "Похоже, на переднем дворе много людей, так что вы были заняты и пришли сюда так поздно".

Лицо мадам Чжао напряглось. "Я немного беспокоилась об убранстве парадного зала, и прежде чем прийти сюда я тщательно проверила все что необходимо шаг за шагом. Мама, я немного опоздала. Пожалуйста, прости меня".

Старая леди Сяо усмехнулась про себя. Мадам Чжао больше всего любила покрасоваться перед другими. И разумеется, она не могла упустить такую хорошую возможность сегодня! Однако она больше не хотела заниматься этим вопросом и откладывать банкет по случаю дня рождения. "Ты приложил много усилий. Когда Ся была еще жива, она также так тщательно организовала банкет в честь моего дня рождения. Что ж, это были праздники, произошедшие более дюжины лет назад. Кстати, после банкета по случаю дня рождения ты должна будешь разобраться с приданым Ся и передать его Нинхуа. Эта девушка очень заботлива и думает о своей роднойй матери весь день напролет. Как бабушка, я не могу ее разочаровать".

"Ты прав". Мадам Чжао опустила голову и ответила: Ее глаза были наполнены злобой, но на лице не отразилось ни малейшей тени. "Нинхуа, после банкета по случаю дня рождения ты можешь пойти во двор своей родной матери и посмотреть. Вещи внутри хорошо сохранились, а двор почти убран."

"Да, спасибо, мама". Шэнь Нинхуа опустила глаза и стала быстро соображать. Мадам Чжао отослала так много вещей своей родной матери, что забрать их все обратно было невозможно. Хотя тон мадам Чжао был полон злобы, в нем не чувствовалось нежелания, как будто мадам Чжао была уверена, что никто не заметит отсутствие приданого. Почему мадам Чжао была так уверена, что все будет хорошо?

Пожилая леди Сяо кивнула и вышла. Шэнь Линхань хотел последовать за ней, но старая леди ее остановила. "Лихань, ты только что вернулась и должно быть, устала. Пусть старшая сестра поможет мне."

Шэнь Линхань внезапно остановилась. Что это? Бабушка пытается возвысить Шэнь Нинхуа?

Поскольку у Старой Леди Сяо был Императорский Мандат Первого Класса, те, кто пришел отпраздновать ее день рождения на этот раз, естественно, были очень важными людьми. Предыдущее собрание Шэнь Линхань было совершенно несравнимо с этим банкетом. В некотором смысле этот банкет по случаю дня рождения стал официальным дебютом Шэнь Нинхуа. Позволив Шэнь Нинхуа сопровождать и помогать ей, Старая Леди Сяо ясно дала понять, что Первая Молодая Леди семьи Шэнь вернулась.

После того, как Шэнь Линхань поняла, что это значит, ее лицо побледнело от гнева.

Шэнь Нинхуа проигнорировал эмоции Шэнь Линхань. Она шагнула вперед, чтобы поддержать старую леди Сяо за руку, и с улыбкой проводила ее до переднего двора.

Во дворе перед домом играла приятная музыка, и дамы из разных фамилий оживленно болтали друг с другом. Как только прибыла старая леди Сяо, все они начали поздравлять ее.

Шэнь Нинхуа сделала два шага назад в нужное время, чтобы сыграть свою роль защитника.

Однако дамы уже заметили ее. В конце концов, ее красота была настолько заметной, что людям было трудно игнорировать ее. Она слегка опустила голову и грациозно и спокойно стояла перед таким количеством людей без малейшего беспокойства и смущения. Она выглядела как юная леди из аристократической семьи, окружающим гостям было приятно смотреть на нее.

"Моя дорогая, сегодня ты можешь отказаться от чьего-либо подарка. Но ты должна взять мой.

Услышав знакомый голос, Шэнь Нинхуа подняла голову и увидела мадам Шао.

Старая леди Сяо улыбнулась и сказала: "О! И почему же?"

Мадам Шао улыбнулась и кивнула Шэнь Нинхуа: "Понимаешь, безопасность моего ребенка - это все благодаря Нинхуа. Ты, должно быть, воспитала такую красивую и разумную девушку. Так что я определенно должен поблагодарить тебя".

Старушка Сяо счастливо улыбнулась: "Хорошо, хорошо, сегодня Нинхуа моя главная помощница".

Выражения лиц нескольких дам изменились. Все они знали, что госпожа Шао уже много лет не могла забеременеть. На этот раз, когда они услышали, что она беременна, они также тайно поинтересовались ее рецептом. Они никогда не думали, что это было из-за Шэнь Нинхуа. Возможно, им нужно было найти возможность и познакомиться с Шэнь Нинхуа. Если бы она могла помочь им забеременеть, они также могли ее щедро отблагодарить.

Мадам Шао тайком подмигнула Шэнь Нинхуа с улыбкой. В глубине души Шэнь Нинхуа чувствовала себя беспомощной. Она понимала доброту госпожи Шао, которая помогла ей влиться в круг знатных людей столицы. В конце концов, присутствовавшие сегодня дамы хотели бы иметь больше детей, независимо от того, было у них потомство или нет. Хотя ей вообще не нужно было прибегать к этому методу, она все равно чувствовала благодарность за доброту мадам Шао.

Как раз в тот момент, когда они радостно разговаривали, они вдруг услышали громкий шум со стороны гостей мужчин. Мадам Чжао была в восторге и не могла не посмотреть на дверь.

Шэнь Нинхуа знал, что Шэнь Сюанье придет.

Хрустальный занавес у двери был поднят белой нефритовой рукой, и вошел молодой человек, одетый в белую мантию лунного света. Его кожа была белой, как нефрит, а лицо холодным, как замерзший иней. Каждое его движение несло в себе неповторимое холодное очарование. Он выглядел как бессмертный, попавший в мир смертных, и люди не могли не вздохнуть в своих сердцах, когда видели его.

"Приветствую тебя, бабушка. Я желаю вам долголетия и крепкого здоровья".

Старая леди Сяо на мгновение остолбенела. Она внезапно отреагировала и взволнованно спросила: "Ты… Сюанье?"

Шэнь Сюанье поднял голову и показал теплую улыбку, которая казалась тающим льдом: "Это я, твой внук. Я был слишком непочтителен. Меня долго не было дома, и наконец, я вернулся, чтобы засвидетельствовать тебе свое почтение."

Старая леди Сяо встала и наклонилась, чтобы помочь ему подняться: "Мой внук, подойди и дай мне взглянуть. Как я могу винить тебя? Хорошо, что ты вернулся."

След сыновнего восхищения появился в глазах Шэнь Сюанье, когда он держал старую леди Сяо за руку, позволяя ей хорошо рассмотреть его.

Шэнь Нинхуа улыбалась и наблюдала со стороны, но ее сердце было преисполнено противоречивыми чувствами. Внешне Шэнь Сюанье выглядел как спустившийся с небес бессмертный, но его сердце было исключительно жестоким и холодным. В его глазах существовало только два типа людей. Один был полезен, а другие - нет.

Те, которые были полезны, должны были быть использованы им, а тем, которые не могли быть использованы, таким людям не следовало позволять жить.

Тогда, когда она впервые увидела этого младшего брата, она тоже была потрясена, как будто встретила бессмертного. Однако позже он стал советником Бейли Цзиндзе и очень хорошо научился пользоваться своим положением. Если бы не его совет, Бейли Джинзе не забрал бы власть из ее рук так быстро, оставив ее в конце концов совершенно беспомощной.

Более того, перед смертью она увидела в руке евнуха воду для растворения мертвых тел… Шэнь Линхань никогда не смогла бы получить такое ядовитое вещество во Дворце. Единственным источником был он сам…Шэнь Сюанье!

Шэнь Сюанье закончил разговор со Старой леди Сяо и повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа. "Это моя старшая сестра, верно? Я слышал, что твоя болезнь была излечена. Это действительно здорово. Если старый доктор, который вылечил вас все еще жив, я обязательно хотел бы почтить его своим визитом." С того момента, как он вошел в дверь, он заметил Шэнь Нинхуа и долгое время тайно наблюдал за ней. Однако он ничего не мог разглядеть по ее лицу. Ее спокойствие было необычайным. Неудивительно, что она смогла одержать верх над Линхань.

"Спасибо. Это очень любезно с твоей стороны", - с улыбкой ответила Шэнь Нинхуа.

"Всегда пожалуйста. Это то, что я должен сделать как твой младший брат. Кроме того, сестра, должно быть ты много страдала, живя на улице в прошлом году. Я последовал за своим Учителем и учился вдали от дома. Естественно, я знаю о трудностях. Это таблетка, которую я умолял своего Учителя приготовить перед моим отъездом. Это наиболее эффективно для восстановления организма. Сестра, возьми это."

Если бы Шэнь Сюанье прямо намекнул, что она может потерять девственность во время пребывания на улице, все равно способов опровергнуть это у нее не было. Тем не менее, он сразу же предложил ей подарок. Если она сейчас пустится в какие-либо объяснения, то это только выставит ее неразумной и отчаянно пытающейся что-то скрыть.

Шэнь Сюанье был поистине необычным человеком. Он был намного умнее Шэнь Линхань.

Шэнь Нинхуа сказала с глубоким подтекстом: "Спасибо тебе, брат Сюанье".

Шэнь Сюанье, казалось, совсем не понимал: "Старшая сестра, всегда рад".

"Прибыл Второй принц! Пятый принц прибыл!"

С переднего двора донеслось громкое объявление глашатая. Лицо старой леди Сяо озарилось восторгом. Два принца действительно пришли! Независимо от того, зачем они пришли, их появление было для нее большой честью.

Бейли Цзиньчуань и Бейли Цзиньцзе вошли в зал, сопровождаемые Чу Цзюньи, который держал в руке складной веер с неторопливым выражением лица. Старая леди Сяо повела всех приветствовать двух принцев.

Чу Цзюньи скривил губы, глядя на Шэнь Нинхуа, и раскрыл складной веер. На веере было изображение восходящего солнца над реками и горами.

Шэнь Донг вошел в зал вместе с другими гостями-мужчинами с переднего двора, и все расселись после обмена обычными приветствиями.

Чу Цзюньи каким-то образом подошел к Шэнь Нинхуа и прошептал: "На этот раз ты поймал трех больших рыб на одну приманку. Подготовь большую сеть и не дай никому из них сбежать."

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась: "Спасибо, что напомнил, мастер Чу".

Глава 40 - Переключу твое внимание, и что с того?

Глава 40 Переключу твое внимание, и что с того?

Чувствуя к себе безразличное отношение Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи не был обескуражен. Он покачал веером и вернулся на свое место.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Второй принц, Бейли Цзиньчуань, был переполнен восторгом. Выражение его лица излучало радость. Бейли Цзиндзе, однако, не выказал никаких эмоций на своем лице. Время от времени его взгляд словно наполнялся туманом.

Присутствие двух принцев на банкете по случаю дня рождения было большой честью. Даже если бы они просто принесли перо, Шэнь Дон положил бы его в святилище. Но на этот раз они действительно принесли подарки, которые, казалось, были тщательно подготовлены.

В начале банкета Шэнь Дун поднял свой кубок с вином и произнес тост с благодарностью в адрес Бейли Цзиньчуань: "Ваше Высочество, спасибо, что пришли на банкет в честь дня рождения моей матери".

"Премьер-министр Шен, вы слишком вежливы. Вы много лет усердно трудились на благо двора, и Его Величество много раз хвалил вас. Мы хотели бы прийти на банкет в честь дня рождения ее светлости и разделить с вами немного удачи. Премьер-министр, я надеюсь, вас не беспокоит наше присутствие."

Шэнь Дон от души рассмеялся и лично наполнил кубки вином для них двоих. "Ваши высочества, я потрясен вашим присутствием и комплиментом в адрес нашей семьи".

Бейли Цзиньчуань улыбнулся, но в глубине души он не воспринял всерьез скромные слова Шэнь Дуна. Жена Шэнь Дуна, госпожа Чжао, была младшей сестрой императрицы. В то время положение наследного принца было стабильным, и семья Шен была достаточно умна, чтобы не принимать чью-либо сторону. Поэтому, если не углубляться, у всех принцев были довольно хорошие отношения с Шэнь Доном. Тем не менее, они отчетливо понимали, насколько хороши были эти отношения на самом деле.

Поскольку банкет был в самом разгаре, госпожа Чжао сидела среди других дам. Она с улыбкой выслушала их комплименты в адрес Шэнь Линхань и Шэнь Сюанье. Ее лицо было полно гордости.

"Я слышал, что несколько дней назад Линхань была вызвана во Дворец и щедро вознаграждена императрицей. Какое это было великое благословение".

Лицо госпожи Чжао напряглось, и она пристально посмотрела на говорившую, жену государственного советника.

Жена государственного советника намеревалась воспользоваться этой возможностью, чтобы польстить госпоже Чжао, но она неожиданно наступила на больную мозоль госпожи Чжао, которая равнодушно ответила: "Линхань просто повезло".

Видя, что госпожа Чжао недовольна, многие люди, которые тоже хотели поговорить об этом, вовремя одумались и закрыли рты. Но мадам Шао это совершенно не волновало. "Вторая мисс Шэнь - племянница императрицы. В будущем у нее будут еще большие благословения. Кстати, мадам Чжао, через несколько дней я собираюсь устроить банкет в своем доме. Я приглашу нескольких молодых леди. Ничего, если Нинхуа тоже придет? "

Лицо мадам Чжао потемнело, но она быстро расплылась в улыбке. "Конечно, она может пойти". Если ее найдут к тому времени, хм.

"Тогда я пошлю ей свое приглашение".

Дамы, которые искали возможности познакомиться с Шэнь Нинхуа, сразу же пришли в восторг. Они сказали мадам Шао, что тоже хотели бы пойти на банкет. Мадам Шао, естественно, согласилась.

Видя, что ее внимание с нее переключилось на других гостей, улыбка мадам Чжао стала еще более жесткой. Это было подходящее время, и она обернулась, чтобы глазами подать сигнал Шэнь Линхань.

Шэнь Линхань с улыбкой встала и подошла к старушке Сяо. "Бабушка, сегодня твой день рождения. Я хочу сыграть маленький отрывок музыки цинь в качестве моего поздравления тебе с днем рождения".

Старушка Сяо кивнула: "Хорошо, хорошо".

Шэнь Линхань хлопнула в ладоши, и кто-то немедленно поднял стол. Шэнь Линхань осторожно положила музыкальный инструмент на стол. С движением ее прекрасных рук разразилась страстная музыка цинь, мгновенно заставив замолчать весь зал.

Шэнь Нинхуа посмотрел на нее. Она должна была признать, что Шэнь Линхань обладала способностью сеять раздор и смуту между двумя принцами. Сегодня на ней было светло-зеленое газовое платье. Ее одежда и волосы развевались в такт ее движениям. Когда она поднимала руки и опускала глаза, она выглядела особенно пленительно.

Она сыграла экзотическую мелодию народа цян, которая была более живой и волнующей, чем обычные мелодии. Новинка привлекла всеобщее внимание.

Шен Линхань гордо скривила губы. Она подняла пальцы и яростно дернула за струны цинь, заставив звук рваться ввысь.

Как раз в тот момент, когда все почувствовали, что их сердца замирают от пленительной музыки, перед ними мелькнула белая фигура. Когда гости пришли в себя, то обнаружили, что в зале находился молодой человек, исполняющий танец с мечом. Он был одет в белое, а длинный меч в его руке был похож на быструю змею.

Шэнь Нинхуа прищурила глаза. Танцовщицей оказался Шэнь Сюанье!

Высота звука становилась все выше и выше, а движения меча становились все более быстрыми. Затем кто-то бросил в зал букет цветов. Со звуком острого меча, пронзающего воздух, лепестки разлетелись повсюду. Зрители были почти очарованы этой сценой.

Внезапно мелодия оборвалась! Шэнь Сюанье сделал завершающий жест и быстро вложил меч в ножны. Через некоторое время зрители пришли в себя.

"А, смотри". Кто-то закричал и указал на землю, заставив остальных посмотреть в ту сторону.

На землю непрерывно падали летящие лепестки, постепенно складываясь в большой китайский иероглиф, означающий "долголетие".

Глаза Бейли Цзиньчуаня были полны восхищения: "Старший Молодой Мастер Шэнь действительно необыкновенный".

Шэнь Линхань встала немного позади Шэнь Сюанье, не далеко, всего на полшага. Они оба были так похожи, что люди не могли перестать их хвалить.

"Они действительно исключительно выдающаяся красивая пара".

"Верно. Я никогда раньше не слышал о такой мелодии. Он может кружить по лучу три дня без остановки."

"Танец с мечом Старшего Молодого Мастера более удивителен. Не говоря уже о его плавных движениях, он как-то заставил летающие лепестки лечь в виде символа “долголетие” в конце. Его совершенствование в боевых искусствах очень глубокое."

"Да, да..."

Все люди были щедры на всевозможные комплименты, как будто никакие похвалы в мире не могли бы слишком сильно похвалить эту пару.

Чу Цзюньи закрыл складной веер в своей руке и посмотрел на Шэнь Нинхуа, только чтобы обнаружить, что она прекрасно скрывала свои эмоции. На ее лице была слабая улыбка, из-за чего было трудно различить ее истинные чувства.

Глядя на нее, Чу Цзюньи не мог не думать о ее искренней улыбке раньше. Она была такой же яркой, как летние цветы, и такой же прекрасной, как бессмертные… Он не знал, были ли эти люди слепы или нет, но они действительно считали Шэнь Линхань красавицей номер один в столице…

Когда Шэнь Сюанье и Шэнь Линхань сели, похвалы гостей остепенно стали умолкать. Шэнь Линхань посмотрела на Шэнь Нинхуа, которая стояла позади старушки Сяо, и прямо сказала: "Старшая сестра, ты тоже приготовила что-то ко дню рождения бабушки, верно?" После последнего урока она не сказала бы ничего такого, что позволило бы Шэнь Нинхуа оказаться в фаворе.

Шэнь Нинхуа подняла глаза и увидела насмешку в ее глазах. Без всякого волнения Шэнь Нинхуа подошла, поприветствовал старую леди Сяо и сказал: "Бабушка, я тоже приготовила подарок, но, боюсь, он недостаточно хорош, чтобы заслужить твое внимание".

Старушка Сяо ласково сказала: "Девочка моя, ты слишком много думаешь. Это знак вашего уважения к старшим. Даже если это просто цветок, который ты сорвала в саду, он мне принесет настоящую радость и удовольствие."

Старушка Сяо искренне играла роль любящей бабушки, и Шэнь Нинхуа искусно ей подыгрывала. Она слегка опустила голову и застенчиво улыбнулась. "Бабушка, ты дразнишь меня. Я не так талантлива, как моя младшая сестра. Она искусна в цинь-игре, шахматах, каллиграфии и живописи, но я могу использовать только самый простой способ, чтобы подготовить подарок."

Старая леди Сяо усмехнулась и сказала: "Девочка моя, не заставляй нас гадать. Поторопись и скорей принеси свой подарок."

"Да. Цин Цюэ, принеси подарок, который я приготовила".

Цин Цюэ приподняла занавеску, и двое молодых слуг медленно внесли большую ширму.

Шен Линхань усмехнулась про себя. Ширма? У Старой леди Сяо был Императорский Мандат Первого Класса, а ее старший сын был премьер-министром. Как у нее могло не быть ширмы?

Старая леди Сяо слегка нахмурилась в глубине души. Она была немного недовольна и задавалась вопросом: не был ли подарок Шэнь Нинхуа слишком простым и легкомысленным?

Чу Цзюньи обмахивался веером и наблюдал со стороны. Девушка со злом в сердце никогда бы не допустила такой очевидной ошибки!

И действительно, двое молодых слуг подняли ширму, остановились у входа и не стали продолжать идти вперед. Цин Цюэ достала большое зеркало, чтобы отражать солнечный свет на ширму. Затем она позволила слугам медленно приблизиться к центру зала.

"Картинка на ширме изменилась!"

Сначала на ширме была обычная картинка с изображением сосны и журавля, но под солнечным светом картинка медленно менялась. Появились легкие и воздушные облака, журавли поднялись в небо, сосновые ветви раскинулись, а горы стали пышными и зелеными! Когда мерцал солнечный свет, казалось, плыли легчайшие облака, и людям казалось, что звучит бессмертная музыка.

Если бы они не видели это своими глазами, то никогда бы не поверили, что, за казалось бы обычным ширмой, скрывается так много секретов.

Однако нечто еще более волнующее все еще продолжалось. Когда они достигли центра зала, двое молодых слуг медленно перевернули заднюю часть ширмы.

На обороте действительно были вышиты четыре больших китайских иероглифа, означающих "долголетие и здоровье". При ближайшем рассмотрении каждый большой иероглиф был образован из множества более мелких иероглифов, означающих "долголетие". Эта ширма была действительно потрясающей.

"Небеса на этой ширме, на самом деле, были сделаны с такими искусством. Я боюсь, что это не могло быть завершено не ранее полутора лет, верно?"

"Это все не так просто. Эта вышивка - не только часть двусторонней вышивки. Никто не знает, сколько усилий потребуется, чтобы закончить хотя бы одну сторону, не говоря уже о двух сторонах. Когда это у нашей династии Даан появилась такая искусная вышивальщица?" Даже вышивальщицы в императорском дворце не были бы такими искусными.

Все горячо спорили, но никто не думал, что Шэнь Нинхуа может быть той вышивальщицей. В конце концов, она была всего лишь четырнадцатилетней девочкой. Такая изысканная техника вышивки, вероятно, была чем-то таким, чего нельзя было получить без более чем дюжины лет практики.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа и спросил: "Старшая Юная леди, это вы сделали эту ширму?"

Услышав вопрос, люди притихли и с любопытством посмотрели на Шэнь Нинхуа.

Выражение лица Шэнь Нинхуа осталось неизменным. "Да, я думала о дне рождения моей бабушки с тех пор, как выздоравливала вдали от дома. Я также скопировал десятки Священных Писаний в качестве части моих подарков бабушке. Но священные Писания были случайно повреждены, и я могла отправить только ширму". По-видимому, случайное повреждение относилось к насильственному обыску мадам Чжао в ее дворе ранее.

Услышав это, Бейли Цзиньчуань вздохнул: "Боюсь, такого изысканного мастерства нельзя найти даже в Императорском дворце".

Старая леди Сяо была так счастлива, что не знала, что сказать. Шэнь Нинхуа действительно вставила перья в свои шапочки. Эта ширма была даже лучше, чем те, что были в Императорском дворце! Увидев мрачное выражение лица мадам Чжао, она сразу же почувствовала прилив отвращения. С таким выражением лица на банкете в честь ее дня рождения… Может мадам Чжао недовольна ею?

Лицо мадам Чжао было мрачным, потому что Шэнь Нинхуа полностью украла внимание у Шэнь Сюанье и Шэнь Линхань. Независимо от того, насколько удивительной была музыка или танец с мечом, сыновнее благочестие, которое они демонстрировали, было несравнимо с ширмой Шэнь Нинхуа. Что император ценил больше всего, так это сыновнее благочестие!

Глава 41 - Шэнь Нинхуа, Это Ты!

Глава 41 Шэнь Нинхуа, Это Ты!

Шэнь Линхань чувствовала себя так, словно сидела на иголках. Взгляды окружающих ее людей были подобны стальным спицам, вонзающимся в ее тело, заставляя ее чувствовать себя крайне неловко. Ее рука под столом яростно комкала носовой платок, а взгляд был полон негодования.

Шэнь Сюанье заметил перемену в выражении ее лица и слегка нахмурился. Теперь он понял, почему Шэнь Линхань и мадам Чжао в эти дни были полностью во власти у Шэнь Нинхуа. Такие нетерпеливые люди никогда не принесут большой пользы.

"Старшая сестра долго готовила подарок. Вы действительно приложили к этому много усилий". Шэнь Нинхуа давно вынашивала этот план. Она была слишком искушенной. Было бы ошибкой думать, что он не получал никаких сообщений, пока был вдали от дома.

Шэнь Нинхуа холодно сказала: "Спасибо, брат Сюанье". Даже если он знал, что у нее были скрытые мотивы, ну и что? Завтра вся столица будет знать, что Шэнь Нинхуа была самым преданным ребенком в семье Шэнь. Она подарила своей бабушке самую изысканную вышивку в качестве подарка на день рождения. Репутация "сыновней привязанности" определенно могла бы помочь ей решить многие проблемы.

Шэнь Сюанье опустил глаза. Его тонкие брови были похожи на брови Шэнь Линхань, но были более мужскими. И в этот момент его глаза под тонкими бровями были полны леденящего холода. От Шэнь Нинхуа нужно избавиться!

Когда Шэнь Сюанье обдумал эту мысль, он посмотрел на Шэнь Линхань и слегка кивнул ей. Шэнь Линхань был в восторге.

"Бабушка, моя старшая сестра приготовила такой замечательный подарок. Как я могу отстать? Я тоже приготовила для тебя подарок." Ее смех был сладким, но ее глаза были полны безумного экстаза, как будто она собиралась сделать что-то безумное, что заставляло людей дрожать от страха.

Мадам Чжао с приклееной улыбкой посмотрела на Шэнь Линхань. "Ты непослушная девчонка. Вы тайно копили свое ежемесячное жалование в течение долгого времени, чтобы купить этот подарок. Не заставляй людей гадать и быстро покажи это своей бабушке."

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Линхань и мадам Чжао, и на ее губах появилась холодная улыбка.

Шэнь Линхань задрожала, увидев ее улыбку. Она почувствовала, как по спине медленно пробежал холодок. Она почти подумала, что Шэнь Нинхуа раскрыла заговор, устроенный ею и ее матерью, но потом яростно подавила эту мысль. Этому методу научил Шэнь Сюанье. Шэнь Нинхуа никак не могла этого знать. Кроме того, даже если бы Шэнь Нинхуа знала об этом, она не смогла бы ничего изменить!

Пожилая леди Сяо улыбнулась и сказала: "Линхань, это очень заботливо с твоей стороны. Я заплачу вам ваши деньги позднее. Я не могу допустить, чтобы моей внучке пришлось несладко из-за покупки подарка для меня."

Все хвалили Старую леди Сяо один за другим. Их похвалы были настолько разнообразны, что сама старая леди Сяо считала себя самой счастливой женщиной в мире.

Когда Шэнь Линхань приказала своей служанке принести белую нефритовую шкатулку, окно закрыли черной тканью, и в комнате стало намного темнее.

Все были удивлены, когда увидели, как Шэнь Линхань открывает коробку. В одно мгновение вспыхнул нежный свет. Свет озарил весь зал.

"Сияющая жемчужина..."

"Какая большая светящаяся жемчужина, и ее свет такой нежный и яркий. Никогда в мире не видели такой сияющей жемчужины".

"Да, это так красиво".

Зрители продолжали обсуждать увиденное.

Бейли Цзиньчуань и Бейли Цзиньцзе были сыновьями императора. Хотя они никогда не видели более яркой жемчужины, чем эта, они видели много удивительных вещей. Поэтому они не были так удивлены, как остальные люди, и первыми пришли в себя. Они на мгновение задумались и начали чувствовать себя немного неуютно. Какой бы изысканной и редкой ни была вышивка, представленная Шэнь Нинхуа, она была лично вышита девушкой, и им не к чему было придираться. Однако сияющая жемчужина, которую представила Шэнь Линхань, была другой. Как принцы, они никогда раньше не видели ничего подобного. Но в семье Шень жемчужину использовали в качестве подарка, чтобы доставить удовольствие женщине. Не была ли семья Шень слишком чванливой и показушной?

Слушая непрерывные комплименты от гостей, Бейли Цзиньчуань чувствовал себя все более неуютно.

Чу Цзюньи заметил перемену в его эмоциях и насмешливо скривил губы. Королевская семья была наиболее искусна в том, чтобы считать себя способной удивлять кого угодно. И им было невыносимо видеть, что другие лучше их.

Старая леди Сяо завладела светящейся жемчужиной. Ее глаза сияли восхищением. Она никогда раньше не видела такой красивой жемчужины. Она сказала немного взволнованно: "Линхань, ты действительно очень внимательна, делая такой подарок".

Шэнь Линхань с гордостью посмотрел на Шэнь Нинхуа. "Бабушка, не за что. Я рада, что тебе понравилось."

"Да, мне это нравится. Конечно, мне это очень нравится."

Старая леди Сяо держала светящуюся жемчужину и внимательно наблюдала за ней. Шэнь Линхань сказала: "Бабушка, эта жемчужина может светиться в темноте, но она может излучать лучи семи оттенков при солнечном свете, что действительно редко встречается в этом мире".

К этому времени окружающие служанки сняли черную ткань, и в зале снова стало светло. Жемчужина действительно ярко сияла.

Старая леди Сяо с удивлением ласкала его снова и снова. Она просто не могла избавиться от этого.

Внезапно она увидела пятно черного света внутри жемчужины. Она подсознательно моргнула, думая, что ослеплена. Она повернула жемчужину в руке, и черное пятно возникло снова. Старая леди Сяо внезапно нахмурилась и с силой вытерла поверхность жемчужины. Внезапно она почувствовала, как из жемчужины хлынул поток воды. Когда ее пальцы коснулись воды, она услышала обжигающий звук и жалобно закричала от сильной боли.

"Ах!"

Она бросила светящуюся жемчужину на землю, и она откатилась на несколько футов в сторону. Вода непрерывно капала из жемчужины. Как только вода касалась земли издавался трескучий звук и жидкость разъедала каменный пол залы.

Пальцы старой леди Сяо уже давно перестали соприкасаться с сияющей жемчужиной. Ее левая рука была в порядке и лишь слегка изъедена язвами. Но ее указательный и средний пальцы правой руки были лишены кожи, словно она была стерта. Боль заставила леди Сяо сильно вскрикнуть и она чуть не упала в обморок.

Все были ошеломлены. Никто бы не ожидал, что красивая светящаяся жемчужина будет содержать в себе такое убийственное зло.

Чу Цзюньи прищурился и посмотрел на Шэнь Нинхуа. Она и это спланировала?

Шень Линхань дрожала, и ее лицо было бледным от страха. Она слышала от Шэнь Сюанье, что жемчужина поможет ей убить Шэнь Нинхуа, но она не ожидала, что это будет так жестоко. Жидкость, скрытая в жемчужине, действительно может разъедать человеческое тело.

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны, а в ее сердце бушевала яростная буря. Трупная талая вода! Жемчужина содержала именно ту воду для растворения трупов, которая превратила ее в ничто в ее предыдущей жизни! Итак, она угадала правильно. Именно этот Шэнь Сюанье дал трупную талую воду Шэнь Линхань! Мысль о душераздирающей боли наполнила сердце Шэнь Нинхуа ненавистью и жаждой убийства.

Лицо Шэнь Дуна стало пепельно-серым, и он крикнул перепуганным слугам: "Быстро позовите врача, быстрее-быстрее!"

Чу Цзюньи обернулся и жестом подозвал слугу, стоявшего рядом с ним. "Иди и пригласи сюда доктора Чена".

Шен Донг с благодарностью посмотрел на него. Прежде чем он смог выразить свою благодарность, он поспешно подошел, чтобы поддержать старую леди Сяо, и сказал: "Мама, послали за доктором Чэнем. Императорский врач скоро приедет. Пожалуйста, потерпи немного."

Все тело старой леди Сяо было скручено от боли. Ее морщинистое лицо было покрыто холодным потом. Она яростно стиснула зубы и впилась взглядом в Шэнь Линхань: "Хорошо…Ты вероломная дрянь!…Ты на самом деле... использовала этот ужасный способ чтобы убить меня! В нашей... в нашей семье Шен нет такой … как ты..."

Шэнь Линхань с грохотом упала на колени. "Нет, нет, бабушка! Это не я. Я купила эту жемчужину снаружи. Я не знала что в этой жемчужине содержится яд."

Старая леди Сяо крепко схватила Шэнь Дуна за руку: "Я... не хочу ее видеть, пусть она… пусть она... убирается прочь! В нашей семье Шен нет такого монстра!"

Мадам Чжао, казалось, была ошеломлена. Она опустилась на колени рядом с Шень Линхань и взмолилась: "Мама, Линхань только что купила жемчужину. Она не знала, что с этим что-то не так. Верно, эта жемчужина была куплена в Доме Сбора Сокровищ. Владелец магазина должен знать происхождение этой жемчужины. Должно быть, кто-то хотел причинить зло Линхань. Учитель, пожалуйста, вступитесь за Линхань."

Шэнь Донг посмотрел на Шэнь Линхань, и его глаза были полны подозрения. Поведение Шэнь Линхань последние несколько дней вызывало у него все большее разочарование. Кто знал, намеренно ли она это делала?

Шэнь Линхань беспомощно посмотрела на Шэнь Дуна. "Отец, пожалуйста, ты должен мне поверить. Я отношусь к бабушке с огромной любовью. У меня никогда не будет намерения причинить ей вред. Я не знаю, я действительно не знаю."

Глаза Шэнь Сюанье холодно блеснули. Шэнь Линхань ничего не знала о силе жемчужины. Он намеренно держал ее в неведении, чтобы она выглядела невинной и напуганной, какой она была в данный момент. Только так Шэнь Дун мог бы пожалеть ее и продолжить расследование этого вопроса.

И действительно, когда Шэнь Донг увидел глаза Шэнь Линхань, он начал колебаться. В конце концов, он столько лет баловал Шэнь Линхань и не хотел верить, что его дочь может быть такой порочной. Он повернулся, чтобы посмотреть на Второго принца Бейли Цзиньчуаня, и сказал: "Ваше Высочество, это дело..."

Бейли Цзиньчуань кивнул. "Иди, пригласи сюда начальника Столичной Стражи и приведи владельца магазина Дома Сбора Сокровищ для допроса".

Шэнь Дон с благодарностью сказал: "Спасибо, ваше высочество".

Вскоре к Бейли Цзиньчуаню подбежал начальник Столичной стражи и поприветствовал его. После того, как начальник Столичной Стражи узнал о случившемся, выражение его лица сразу же стало несчастным. Он посмотрел на Шень Линхань так, словно она была чумной.

Начальник Столичной стражи спросил: "Вы владелец магазина Чжан из Дома сбора сокровищ?"

"Да, милорд. Я

". "Тогда позвольте мне спросить вас, вы продали эту светящуюся жемчужину мисс Шен?"

Владелец магазина Чжан был так напуган, что его голова покрылась холодным потом: "Нет, я никогда не продавал никаких светящихся жемчужин".

Шэнь Линхань немедленно опровергла это: "Чепуха. Несколько дней назад я ходила в ваш магазин со своими служанками Ин Ся и Чунь Си. Ты продал мне жемчужину."

Начальник Столичной стражи холодно крикнул: "Лавочник Чжан, как ты посмел солгать мне? Ты хочешь узнать все прелести дворцовой пыточной комнаты?"

Владелец магазина Чжан, казалось, был напуган до смерти. Он опустился на колени и задрожал, как сито с мякиной. "Я признаюсь. Я полностью признаюсь. Милорд, я продал сияющую жемчужину этой молодой леди. Однако, когда я продал ее ей, жемчужина была цела, и в ней не было спрятано никакого яда."

"Эта жемчужина чрезвычайно ценна. Где ты его взял?" Нахмурившись, спросил Бейли Цзиньчуань.

Лавочник Чжан заколебался: "Это… это..."

Начальник Столичной стражи холодно крикнул: "Прекрати придумывать ложь! Второй принц спрашивает тебя. Признайся честно!"

"Ваше высочество, женщина в маске принесла жемчужину в мой магазин и продала ее мне. Она сказала, что эта жемчужина принадлежала семье Ся и была семейной реликвией семьи Ся. В меня вселились призраки, поэтому я купил жемчужину и хотел разбогатеть на ней. Ваше превосходительство, пожалуйста, пощадите мою жизнь."

Шень Линхань внезапно расширила глаза. "Вещи семьи Ся… Вещи семьи Ся… Шэнь Нинхуа, это ты!"

Глава 42 - Обречена на Удачу и Благородную Судьбу

Глава 42 Обречена на Удачу и Благородную Судьбу

Шэнь Нинхуа нахмуриласья. "Младшая сестра, о чем ты говоришь?"

Шэнь Линхань в ужасе посмотрела на Шэнь Нинхуа, как будто она увидела в той что-то новое, ранее неизвестное. Ее лицо стало еще бледнее. "Это, должно быть, ты. Ты, должно быть, тайно спланировала это. Старшая сестра, даже если ты ненавидишь отца и мать за то, что они отправили тебя выздоравливать в загородный дом, ты не можешь так поступить с бабушкой. С тех пор как ты вернулась, бабушка очень хорошо к тебе относилась. Откуда в тебе столько злости?"

Шэнь Нинхуа не смогла удержаться от холодного смеха. "Младшая сестра, ты говорила о доброте и праведности. Однако всем вам не терпелось облить меня грязью после того, как владелец магазина сказал, что жемчужина принадлежит семье Ся!"

Другие люди посмотрели на Шэнь Линхань, а затем на Шэнь Нинхуа. Нельзя было понять, кто из них говорит правду. Семья Шень действительно была местом, где можно было попасть в беду. Две первые дочери были слишком хороши. Как они могли не бороться друг с другом, используя все возможные средства?

Ладони Шэнь Линхань покрылись холодным потом. На этот раз она замыслила заговор ценой причинения вреда своей бабушке на глазах у огромного количества гостей, поэтому она должна затоптать Шэнь Нинхуа до смерти. "Старшая сестра, я говорю это для твоего же блага. Если ты признаешься сейчас, мать будет ходатайствовать за тебя, и тебе, вероятно, сохранят жизнь. Но если ты не признаешься, у тебя определенно не будет шансов выжить."

Шэнь Нинхуа проигнорировал Шэнь Линхань. Вместо этого она посмотрела на Шэнь Сюанье с молчаливой насмешкой в глазах. План Шэнь Сюанье был неплох. К сожалению, помощники, которых он нашел, были слишком нетерпеливы и гнали ситуацию чтобы добиться быстрых результатов. "Младшая сестра, давай послушаем губернатора Столичной Стражи. Вы не судья и не можете никого приговорить к смертной казни".

Ее способом выживания было отправить этих людей в ад. Если бы эти люди не умерли, она никогда не смогла бы жить спокойно.

Шэнь Сюанье прищурил глаза и посмотрел на Шэнь Линхань с еще большей холодностью. Теперь в своем сердце он определил ее как непригодную и брошенную пешку! Шэнь Нинхуа, по сравнению с этим, была пригодна для дальнейшего использования. Но при этом она была слишком хитра, все понимала и не желала, чтобы он использовал ее. И вот он жестокий вывод: ее необходимо без сожаления уничтожить!

Выражение лица лица начальника Столичной стражи было чрезвычайно жестким. Он даже сомневался, как Шэнь Дун воспитал свою дочь, чтобы сделать ее такой высокомерной, вплоть до полного невежества. "Лавочник Чжан, у вас есть какие-нибудь доказательства того, что эта жемчужина принадлежит семье Ся?"

Владелец магазина Чжан несколько раз кивнул. "Да, да. Я боялся попасть в беду, когда покупал жемчужину, поэтому попросил продавца выписать квитанцию."

Бейли Цзиньчуань нахмурился и сказал: "Уведите лавочника Чжана, чтобы он нашел квитанцию".

Лавочника Чжана сопроводили вниз. Чэнь Юнь прибыл в спешке. Поприветствовав двух принцев и других, он поспешно отправился проведать Старую леди Сяо.

Вода для таяния трупов была очень эффектной. Прямо сейчас руки Старой леди Сяо уже были искалечены, а от ее правой руки осталась, практически, только ладонь.

Чэнь Юнь долго смотрела на свои руки и с серьезным выражением лица сказала Бейли Цзиньчуань: "Ваше Высочество, то, что было спрятано в этой жемчужине, было водой для растворения трупов. Чтобы спасти ей жизнь, я должен использовать нож, чтобы отрезать всю кожу и плоть, которые были испачканы этой жидкостью. В противном случае ее жизнь будет в опасности."

Бейли Цзиньчуань посмотрел на Шэнь Дуна и сказал: "Господин Шэнь, видите ли..."

Лицо Шэнь Дуна было искажено болью, и обе его руки слегка дрожали. "Тогда... доктор Чен, спасибо, что взяли на себя труд".

"Всегда пожалуйста". Чэнь Юнь прокалил кинжал на огне и тщательно обработал раны Старой леди Сяо. Примерно через час он кивнул и сказал Шэнь Дуну, что жизнь старой леди Сяо вне опасности. Все, что ей было нужно, - это хороший отдых.

Шэнь Донг вздохнул с облегчением, но выражение его лица стало еще более подавленным. Он действительно испытывал привязанность к Старой леди Сяо. В конце концов, старая леди Сяо была его родной матерью и помогла ему стать патриархом семьи Шэнь. Видя, как она страдает, он, естественно, почувствовал себя очень виноватым и раздавленным.

Лавочника Чжана снова вызвали, и найденная им квитанция была предъявлена Бейли Цзиньчуаню.

Увидев на нем почерк, Бейли Цзиньчуань внезапно поднял голову и посмотрел на Шэнь Нинхуа. Он видел военное руководство, которое Шэнь Нинхуа скопировала для Шэнь Сюаньхуа, поэтому, естественно, узнал ее почерк. Иероглифы на этой квитанции, очевидно, были написаны рукой Шэнь Нинхуа.

Шен Дон тоже узнал его. Вены на его лбу вздулись, и он дрожащими пальцами указал на Шэнь Нинхуа. "Ты чудовище! Ты действительно замышлял убийство своей бабушки!"

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на него. Ее сердце больше не тревожили его обвинения. "Отец, я не замышлял убийство своей бабушки".

"Ты все еще лжешь. Посмотрите сами. Это твой почерк?" Шэнь Дон внезапно бросил квитанцию к ногам Шэнь Нинхуа.

Выражение лица Шэнь Нинхуа не изменилось. Она наклонилась, чтобы поднять квитанцию, разгладила складки и присмотрелась повнимательнее. Внезапно она громко рассмеялась.

Шэнь Дон был шокирован ее смехом и нахмурился, глядя на нее.

Мадам Чжао свирепо уставилась на Шэнь Нинхуа. "Нинхуа, я отправил тебя на загородную виллу выздоравливать из-за твоего слабого здоровья. Я наняла много врачей, чтобы вылечить тебя, но ты все еще не могла выздороветь. К тому же, твоя судьба была слишком суровой. В то время наша семья переживала много трудностей. У меня не было выбора, кроме как…Мне тоже было очень жаль тебя. Но ты подвела меня и своего отца. Если у тебя есть какое-то недовольство, просто скажите это вслух. Зачем тебе такие изощренные способы для возмездия? "

Мадам Чжао выглядела как добросердечная мать, но ее слова были очень безжалостны. По ее описанию, судьба Шэнь Нинхуа была тяжелой, ее сердце было порочным, и она отравила своих близких родственников… Каждого обвинения было достаточно, чтобы обречь Шэнь Нинхуа на гибель.

"Мама, если ты так хорошо относишься ко мне, как ты можешь отказываться верить в мою невиновность?" с вызовом спросила Шэнь Нинхуа.

Мадам Чжао вытерла слезы. "Нинхуа, как я могу поверить? "

"Ха-ха", - снова усмехнулась Шэнь Нинхуа. "Мама, ты сказала, что у меня слабое здоровье и что мне нужно поехать в загородный дом, чтобы восстановить силы. Однако за весь год моего пребывания за городом семья Шень ни разу не прислала на виллу ни одной иглы для вышивания, не присылалм мне ничего! И если бы я не встретила старого доктора, который помог мне улучшить состояние моего здоровья, я бы давно умерла".

Бай Руо вышла, подняв над головой тонкую записную книжку и опустившись на колени. "Мастер, мадам, в этой записной книжке есть записи о лекарственных травах, которые юная леди использовала для выздоровления, а также записи о том, как мы продавали украшения и вышивку, чтобы купить медикаменты. На последней странице блокнота был анализ судьбы молодой леди, который старый доктор сделал на основе даты ее рождения и ее гороскопа. В судьбе юной леди вообще нет ничего плохого!"

Лицо мадам Чжао было бледным. Раньше она думала, что Шэнь Нинхуа упала со скалы и была мертва. Она никогда не думала, что Шэнь Нинхуа сможет вернуться. Поэтому она даже не потрудилась изобразить доброту к Шэнь Нинхуа. Она действительно ничего не посылала на загородную виллу. Теперь эта ее черствость оборачивалась против нее самой.

Шэнь Дун уже собирался взять блокнот, но Второй принц, Бейли Цзиньчуань, опередил его на шаг. Он взял блокнот, открыл его и внимательно изучил содержимое. Там были четкие записи о времени и предметах, которые были заложены, а также о приобретенных медицинских материалах. Бейли Цзиньчуань не мог сдержать вздоха в своем сердце. Неудивительно, что он почувствовал негодование Шэнь Нинхуа. Такое обращение с первой дочерью могло объяснить ее чувство оскорбленного достоинства.

Когда он увидел последнюю страницу, его глаза внезапно расширились. На нем был написан анализ судьбы Шэнь Нинхуа, который гласил: "Обречена на Удачу и Благородную Судьбу". Такого рода анализ судьбы не был редкостью. Можно было бы считать, что всем девушкам из семей чиновников сопутствует удача и благородная судьба. Но он чувствовал, что происходит что-то необъяснимое.

Шэнь Нинхуа закрыла глаза и вздохнула, как будто была в отчаянии. Она передала квитанцию Шэнь Дуну и сказала: "Отец, если ты не веришь словам в этой записной книжке, все в порядке. Просто прими то, что я сказал, как чушь. Я признаю, что в глубине души у меня есть жалобы, но я категорически отказываюсь признавать что-либо в убийстве бабушки. Почерк на этой квитанции очень похож на мой, но он только похож. Я не выписывала квитанцию."

Шэнь Линхань отказывалась сдаваться. Она взяла рукопись из рук служанки и открыла его перед всеми. "Если ты этого не признаешь, тогда пусть все увидят, твой это почерк или нет".

Люди передавали рукопись и квитанцию, обсуждая, были ли они одинаковыми или нет.

Шэнь Нинхуа вздохнула. "В данный момент я не хочу продолжать этот фарс. Младшая сестра, посмотри поближе. Если кто-то другой напишет горизонтальный штрих, он будет писать слева направо. Но все мои горизонтальные штрихи написаны справа налево."

Шэнь Линхань на мгновение остолбенела. Она быстро шагнула вперед, взяла рукопись и внимательно изучила его. "Это... это невозможно. Вы, должно быть, подделали его."

"Зачем мне подделывать это? Вы можете пролистать все, что я написала. Вы не найдете ни одного исключения." Сказала Шэнь Нинхуа печальным тоном. "Я слышала от своей медсестры, что моя родная мать никогда не могла хорошо написать горизонтальный штрих, поэтому она просто писала его наоборот и этот штрих выходил у нее очень хорошо. Чтобы почтить память моей родной матери, я стала писать горизонтальный штрих таким же образом".

Многие дамы внизу сразу же развеяли свои сомнения относительно Шэнь Нинхуа, когда услышали это. Как могла такая чистая и добросердечная девушка иметь такие злые намерения?

Госпожа Шао сказала: "Господин, Шэнь, Нинхуа - самая добросердечная девушка. Из подарка на день рождения, который она приготовила, видно, что она очень заботлива. Даже в такой сложной обстановке, как загородный дом, она не забывала переписывать Священные книги и вышивать ширму для своей бабушки. Это должно учитываться и быть принятым во вмнимание."

Все остальные дамы согласились. Выражение лица Шэнь Нинхуа вызвало у них жалость. Если бы Шэнь Дун заставил Шэнь Нинхуа признаться, он был бы слишком предвзят в глазах присутствующих людей.

Шэнь Дун посмотрел на лицо Шэнь Нинхуа, которое было очень похоже на лицо мадам Ся, и его сердце слегка сжалось. Даже если у этого ребенка была обида в сердце, это было вполне естественно. Семья Шень действительно обошлась с ней несправедливо.

Мадам Чжао стиснула зубы от ненависти. Она холодно посмотрела на Шэнь Нинхуа, и ее сердце внезапно затрепетало. Затем она поняла, что Шэнь Нинхуа, должно быть, давно раскрыла их план и обратила их уловку в свою пользу, устроив этот заговор, чтобы уничтожить ее репутацию сегодня! Она пыталась придумать способ, чтобы справиться с ситуацией. Нельзя было допустить, чтобы Шэнь Нинхуа добилась бы своего!

Шэнь Нинхуа посмотрела на изменившееся выражение лица Первой леди и усмехнулась в глубине души. Первая леди наконец-то поняла это, но, к сожалению, было уже слишком поздно.

"Отец, если у тебя все еще есть сомнения по поводу квитанции, у меня есть другие доказательства моей невиновности. Бай Руо, достань его."

"Да, мисс". Бай Руо почтительно поклонилась, а затем достала из рукава коробочку и открыла крышку. Внутри лежала еще одна светящаяся жемчужина!

"Это..."

"Есть еще одна?"

"Я боюсь, что предыдущее было неправдой. Я же говорила тебе, это невозможно, чтобы семейная реликвия семьи Ся могла содержать яд?"

“Правильно”.

Шэнь Нинхуа опустила глаза, слушая разговоры людей. "Отец, эта жемчужина была оставлена моей матерью. Доказать ее подлинность очень просто. Когда я обнаружила, что приданым моей родной матери пользовались другие, я была возмущена. Поэтому на любой вещи, принадлежащей моей родной матери, независимо от того, что это такое, обязательно будет выгравирован отпечаток азалии".

Говоря это, она подняла жемчужину и поднесла ее к солнечному свету. Вспыхнула вспышка семицветного света, и тень светящейся жемчужины легла на землю. Среди тени виднелись очертания азалии, слегка дрожащей и сияющей.

Лицо мадам Чжао побледнело: О, адские колокола!

Глава 43 - Разве Вы не Должны Дать Объяснение Моей родной Матери?

Глава 43 Разве Вы не Должны Дать Объяснение Моей родной Матери?

Шэнь Нинхуа бросила снисходительный взгляд на мадам Чжао сверху вниз. Ее глаза были холодны, как осенняя вода. "Мама, эта жемчужина принадлежала семье Ся. Что касается того, кто причинил вред бабушке, я хотел бы спросить сестру Линхань. Откуда взялась эта жемчужина?"

Шэнь Линхань внезапно подняла голову и сказала: "Я не знаю. Я только что купила ее в Доме Сбора Сокровищ. Я не знала, что эта жемчужина пропитана ядом."

Выражение лица Шень Линхань было чрезвычайно невинным, но теперь уже никто не верил ее оправданиям.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Дуна и сказала: "Отец, я доказала свою невиновность. И я должна тебе сказать еще кое что. С тех пор, как я вернулась в семью Шень, у меня в вашем доме не было покоя. Вначале мне выделили самый плохой двор, а потом мое вино оказалось ядовитым… Двоюродная сестра была ранена, и она пришла, чтобы обвинить меня. Она попала в аварию у ручья Хуаньхуа, а ты свалил вину на меня. И теперь, когда подарок Линхань на день рождения оказался смертельным, ты снова убежден, что это моя вина! Если я не покину семью, я не знаю, что случится с семьей Шень или сколько еще обвинений свалятся на мою голову! Итак, отец, пожалуйста, позволь мне вернуться в загородный дом."

Зрачки Шэнь Дуна внезапно сузились. Этот ребенок…

Сейчас она сделала один шаг назад, чтобы впоследствии сделать два шага вперед! Какой хороший ход. Мадам Чжао была так зла, что, казалось, кровь капала из ее сердца. Шэнь Нинхуа заставлял Шэнь Дуна принять решение.

Как только Шэнь Нинхуа закончил говорить, толпа разразилась дискуссией. Достойная семья премьер-министра так обращалась с единственной дочерью первой жены! Если эта новость распространится, семья Шэнь подвергнется большому унижению.

Независимо от того, как сильно Шэнь Донг любил Шэнь Линхань, он должен был отстаивать справедливость перед столькими людьми!

"Шень Линхань, ты действительно разочаровала меня".

"Отец, это не я. Это действительно не я." Шень Линхань как безумная затрясла головой. В этот момент признаться означало навлечь на себя смерть. "Владелец магазина Чжан, это, должно быть, он. Отец, я невиновна!"

Когда владелец магазина услышал это, он чуть не подпрыгнул. "Мисс Шень, не делайте таких необоснованных обвинений! Я занимаюсь законным бизнесом, а не какими-то тайными убийствами. Когда жемчужина была продана, в ней не было ничего плохого. Кто знает, что случилось потом?" Первоначально он не осмеливался сказать больше, опасаясь, что обидит премьер-министра, но теперь, когда на карту была поставлена его жизнь, осторожность могла стать роковой.

Мадам Чжао крепко держала Шэнь Линхань за руку и умоляюще смотрела на Шэнь Сюанье. В это время она могла обратиться за помощью только к своему сыну.

Шэнь Сюанье холодно посмотрела на Шэнь Линхань, которая в рыданиях распласталась на полу безо всякой доли ее обычной элегантности. Глубокое отвращение мелькнуло в его глазах. Однако он все же решил протянуть руку помощи. "Отец, моя младшая сестра испытывает глубокую привязанность к бабушке, и хотя она немного высокомерна, у нее нет намерения причинять вред людям. Она так молода. Где она может достать такой ужасный яд, как трупная талая вода?"

Шэнь Дун подавил свой гнев и посмотрел на свою вторую дочь, чье лицо было залито слезами. Затем он посмотрел на Шэнь Нинхуа, у которой был спокойный и холодный взгляд. И чувство бессилия охватило его.

Чэнь Юнь завернул жемчужину в засаленную ткань и принялся внимательно ее осматривать. Внезапно он сказал: "Яд в этой жемчужине, должно быть, был введен не ранее двух часов назад. Поскольку яд крайне силен и концентрирован, то жемчужина подверглась бы коррозии в течение длительного времени. Два часа - не слишком большой срок. Если мы сейчас проведем тщательный обыск, то сможем обнаружить какие-нибудь следы."

Шэнь Нинхуа втайне скривила губы и втайне восхитилась: медицинские навыки доктора Чэня были действительно превосходны и заслуживали его высокой репутации.

После того, как Чэнь Юнь произнес эти слова, Шэнь Дун тоже знал, что делать. "Тщательно обыщите весь особняк Шень. Не пропустите ни одного места."

Сердце мадам Чжао было напряжено. Она боялась, что Шэнь Нинхуа уже знал об этом деле. Если ее догадка верна, то, возможно, очень скоро во дворе ее или Шень Линхань обнаружится что-то подозрительное. Сегодня пришло более половины влиятельных людей столицы. Кроме того, присутствовали также два принца. Если они действительно найдут что-нибудь в ее дворе, это будет подобно смерти.

Час спустя слуги, посланные обыскать все комнаты, вернулись и доложили: "Ваши высочества, милорд, мы не нашли ничего подозрительного".

Услышав это, госпожа Чжао сразу же расслабилась; затем она пришла в восторг: поскольку они ничего не нашли, казалось, что Шэнь Сюанье, должно быть, тайно договорился о чем-то.

Чу Цзюньи тоже сделал паузу и подсознательно наблюдал за выражением лица Шэнь Нинхуа. Это была хорошая возможность наказать Чжао Юньсян и ее дочь. Почему Шэнь Нинхуа не воспользовался этой возможностью?

Шень Линхань тихо заплакала. "Отец, я действительно невиновна. Я не причиню вреда своей бабушке." Слезы текли по ее лицу, как дождь, падающий на цветы, заставляя многих людей, которые минуту назад подозревали ее, чувствовать себя немного неловко.

Мадам Чжао подняла глаза на Шэнь Нинхуа. Ее взгляд был острым как стальная игла. "Учитель, прошло четыре часа с тех пор, как состоялся банкет. После начала банкета в особняк Шень больше никто не заходил. По словам доктора Чена, вода для таяния трупов, должно быть, была помещена в светящуюся жемчужину в нашем доме. Поскольку ничего не было найдено, кто-то, должно быть, составил заговор против нашей семьи Шень." Прямо сейчас она не осмеливалась втягивать Шэнь Нинхуа в неприятности. Она всего лишь хотела вытащить Шень Линхань из всего этого.

Выражение лица Шэнь Дуна все еще было угрюмым, но он был гораздо более расслаблен, чем раньше. До тех пор, пока не было такого шокирующего скандала, в ходе которого внучка убила свою бабушку, с другими проблемами было бы легко справиться. Если бы этот вопрос был решен должным образом, семья Шэнь могла бы даже извлечь из этого выгоду. Подумав об этом, он сказал: "В таком случае..."

Шэнь Нинхуа внезапно вышла и опустилась на колени перед Шэнь Доном. "Отец".

Шен Дон сделал паузу. "Ты хочешь что-то сказать?"

Шэнь Нинхуа обернулась и посмотрела на мадам Чжао, как будто она приняла решение. Она опустила голову и спросила: "Отец, обыскивали ли двор моей родной матери?"

Бум!

Мадам Чжао почувствовала, как ее коснулся своими крыльями как опахалами призрак смерти и темный холод охватил ее сердце, сделав ее почти неспособной двигаться. Она, наконец, поняла, что Шэнь Нинхуа вовсе не хотел лишать жизни ее и Шэнь Линхань. Вместо этого Шэнь Нинхуа пыталась сделать их жизнь хуже смерти!

Шэнь Дун опустил голову и посмотрел на Шэнь Нинхуа. Его сердце переполняли сложные эмоции.

Чу Цзюньи взмахнул веером и спросил охранников внизу: "Вы обыскивали двор родной матери первой мисс Шэнь?"

Охранник, который сообщил о результатах поиска, посмотрел на Шен Дуна и покачал головой: "Мы этого не делали. Двор был опечатан в течение многих лет."

Чу Цзюньи неодобрительно сказал: "Вот почему вы должны обратить на это особое внимание. Если бы воры были умны, разве они не предпочли бы спрятаться в таком дворе?"

"Это... в конце концов, это двор, где когда-то жила бывшая..."

Чу Цзюньи закрыл веер и внезапно пришел в сознание: "Это верно, но если его не обыскивали, я боюсь, что мадам Чжао и вторая мисс Шэнь тоже не будут удовлетворены. Поскольку это был двор родной матери старшей молодой леди, было бы прекрасно, если бы старшая молодая леди пошла туда с вами, чтобы посмотреть во дворе. Мисс Нинхуа - самая преданная дочь. Должно быть, она давно мечтала увидеть двор своей родной матери."

Как только Чу Цзюньи сказал это, все согласились.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи, которая небрежно улыбалась, и холод в ее глазах немного рассеялся.

"Нет!" - внезапно холодно крикнула мадам Чжао. Как она могла позволить людям пойти и посмотреть двор Ся Цзинъяна, где не хватало половины приданого!

Шэнь Нинхуа нахмурилась. "Мама, каждый раз, когда я просила показать двор моей родной матери, ты всегда говорила, что там не прибрано. Но перед началом банкета вы сказали, что все в порядке и что я могу посетить двор, когда закончится банкет по случаю дня рождения бабушки. Почему я не могу пойти туда сейчас?"

Изумленные взгляды людей были прикованы к госпоже Чжао, а глаза Шэнь Дуна наполнились подозрением: Верно. Почему госпожа Чжао неоднократно запрещала Шэнь Нинхуа ходить во двор госпожи Ся?

Чжао Юньсян была покрыта холодным потом, а в голове у нее шумело. Она не могла позволить, чтобы ее репутация была разрушена.

"Учитель, двор моей старшей сестры..."

Шен Дон нахмурился и посмотрел на нее. "Что не так с внутренним двором Ся?"

Чжао Юньсян изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение на своем лице. Она чувствовала себя так, словно ее подтолкнули к краю обрыва: "Ничего".

Шэнь Нинхуа поклонилась Шэнь Дуну и твердо сказала: "Отец, твоя дочь Шэнь Нинхуа умоляет позволить ей увидеть двор ее родной матери".

Никто не мог ничего сказать, если бы их собственная дочь захотела увидеть двор своей матери.

"Хорошо, приведи кого-нибудь с собой и посмотри".

"Спасибо, отец". Шэнь Нинхуа встал и сказал: "Бай Руо, Хун Лин, Цин Цюэ и Би Чжу, следуйте за мной, мы идем".

Мадам Су внезапно встала и сказала: "Нинхуа, позволь мне пойти с тобой".

Мадам Шао тоже встала. "Мужчинам неудобно ходить на задний двор. Тогда давайте составим компанию Нинхуа, чтобы взглянуть. Нинхуа - девушка с чистым и добрым сердцем. Увидев двор своей матери, она неизбежно загрустит. Мы сможем немного утешить ее."

Они были свидетелями выступления мадам Чжао. У всех у них был большой опыт управления задним двором. Следовательно, они не могли не заметить, что определенно происходит что-то подозрительное.

Лицо мадам Чжао побледнело, и Шэнь Линхань была почти не в состоянии поддержать ее. Медсестра Цинь шагнула вперед, чтобы поддержать ее за руку и не дать ей снова упасть на землю.

Шэнь Линхань с тревогой посмотрел на Шэнь Сюанье. Они не должны допустить, чтобы с мамой случилось что-то плохое. Если их мать осудят, то статус ее детей также оказался бы под угрозой.

Лицо Шэнь Сюанье потемнело. Он только что видел выступление Чжао Юньсяна и довольно хорошо понимал ситуацию. Он действительно не ожидал, что госпожа Чжао действительно приберет к рукам приданое Нинхуа. Будет ли нехватка денег в семье Шен? Как получилось, что она могла все это украсть? Это так разозлило его, что он стиснул зубы.

Теперь единственным способом остановить Шэнь Нинхуа было уничтожить двор госпожи Ся. Даже если это было подозрительно, но без конкретных доказательств, никто не осмеливался говорить что-либо.

Четверть часа спустя во дворе внезапно воцарился хаос, и люди услышали крики:

"Огонь. Начался пожар! Нужно срочно его тушить!"

Услышав это, госпожа Чжао, которая думала, что она обречена, внезапно подняла голову. Увидев, что Шэнь Сюанье ободряюще кивает ей, ее сердце, наконец, успокоилось. Ощущение того, что она пережила катастрофу, заставило ее парализоваться на земле. Холодный пот стекал по ее подбородку на вышитое платье.

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал со слабым взглядом: "Пожар начался как раз вовремя". Это было очевидное поспешное сокрытие, но он не знал, была ли Шэнь Нинхуа готова к этому.

Как раз в тот момент, когда он размышлял, занавес у входа в зал внезапно поднялся. Шэнь Нинхуа вошла в зал с холодной аурой. Ее взгляд был острым, как нож, но слезы продолжали капать. "Мама, ты должна все объяснить!"

Глава 44 - Давайте Посмотрим, Как Вы Будете Защищаться!

Глава 44 Давайте Посмотрим, Как Вы Будете Защищаться!

Все в зале почувствовали себя очень виноватыми, когда увидели выступление Шэнь Нинхуа. Шэнь Нинхуа была всего лишь четырнадцатилетней девочкой. Ей уже было трудно сохранять спокойствие после того, как она увидела разрушенный двор своей роднойй матери.

Госпожа Чжао вытерла слезы носовым платком. Ее сердце было наполнено радостью, но ее лицо было полно печали. "Нинхуа, успокойся. Мне жаль, что двор твоей родной матери был сожжен дотла. Ты можешь считать меня своей матерью в будущем, и я конечно буду любить тебя так же, как твою собственную дочьь. Не говори больше об уходе из семьи Шень, чтобы огорчить своего отца."

Глаза Шэнь Нинхуа были полны слез, но ее спина была прямой. "Мама, ты хочешь сказать, что будешь относиться ко мне и любить как к собственную дочь?"

Мадам Чжао кивнула. "конечно. Я была занята управлением огромным задним двором семьи Шень и на мгновение забыла о тебе. Я очень сожалею об этом. Но я обязательно буду более внимательной к твоим делам в будущем."

"Тогда, мама, ты сказала мне, что двор моей родной матери был прибран. Это правда?"

Мадам Чжао чувствовала себя немного неуютно, но она думала, что двор был разрушен, и Шэнь Нинхуа не могла бы уже ничего увидеть или найти какие-либо доказательства. Поэтому она ответила: "Конечно, это правда".

"Значит, все, что оставила моя родная мать, было там?"

Мадам Чжао нахмурилась, как будто была глубоко опечалена. "Они все там. Нинхуа, ты подозреваешь, что я присвоил вещи твоей родной матери?"

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на нее и сказала ледяным голосом: "Сейчас я ничего не подозреваю. Я уверена в этом! Мама, снаружи был пожар, но на самом деле загорелся двор Чуньхуа!"

«Что?» Тело мадам Чжао внезапно задрожало. Двор Чуньхуа был ее собственным двором! Однако она была не в том состоянии чтобы оплакивать свою потерю. Она только боялась, что ее репутация будет опорочена.

Шэнь Нинхуа вытерла слезы и посмотрела на Шэнь Дуна. "Отец, я уже попросила Цин Цюэ отнести все приданое моей матери во двор. Пожалуйста, пойдите и посмотрите".

Лицо Шэнь Дуна потемнело. Он стиснул зубы и холодно взглянул на мадам Чжао. Затем он направился к двери, полный решимости посмотреть, что сделала мадам Чжао.

За пределами главного зала на земле была аккуратно расставлена сотня коробок с приданым. Хотя они выглядели немного старыми, они были сделаны из прекрасного дерева Хуанхуали и красного сандалового дерева. Фасоны также были исключительно изысканными, и многие из них, очевидно, соответствовали моде, принятой в императорском дворце.

Шэнь Нинхуа вошла во двор и нежно погладила пальцами пыльные коробки. Она не могла сдержать слез. "Отец, эти коробки покрыты пылью. На многих из них есть паутина. Похоже, их не чистили по меньшей мере три месяца."

Веки Шен Дуна дрогнули. Ему очень хотелось тут же влепить мадам Чжао пощечину. Эта женщина делала вид, что исполняет все его приказания, но на самом деле все делала наоборот за его спиной!

Шэнь Линхань поддержала госпожу Чжао. Она закусила губу и задрожала: "Мама, это дело..."

Мадам Чжао так сильно сжала кулак, что сломала ногти. Однако она не смогла найти никаких слов для оправдания. То, что она сказала раньше, теперь стало пощечиной ей самой.

Шэнь Нинхуа внезапно открыла коробку и посмотрел прямо на Шэнь Дуна. Ее тон был печальным и возмущенным: "Ничего страшного, если эти коробки просто запылились… Но почему большинство этих ящиков пусты?"

Цин Цюэ и Хун Лин шагнули вперед и с лязгом широко открыли коробку. Они перевернули коробку на землю, чтобы все могли ясно видеть, что внутри. Они продолжали открывать коробки, и непрерывно раздавались лязгающие звуки. Из ста коробок с приданым пятьдесят шесть были пусты. В остальных коробках было больше или меньше вещей, но все вместе могло вместить не более тридцати коробок.

"Отец, моя родная мать рано скончалась. Даже если она не сопровождала тебя так долго, как моя нынешняя мать, у тебя все равно должны быть к ней какие-то чувства. Как ты мог вынести, что ее приданое разбазарено?"

"Мисс". Бай Жо шагнула вперед, чтобы поддержать Шэнь Нинхуа, и вытерла слезы носовым платком.

Шэнь Нинхуа плакала так печально, что у многих сентиментальных дам на глазах выступили слезы.

- Используя приданое покойной жены. Это слишком позорно".

"Это верно. Неудивительно, что Нинхуа все время говорила, что хочет поехать на загородную виллу. Видишь, в какое жалкое положение попала такая хорошая девочка!"

"Верно, такое действительно произошло в семье достойного премьер-министра. Это действительно заставляет задуматься".

"Разве мадам Чжао только что не сказала, что там было все приданое мадам Ся? Она даже позволила старшей мисс Шен пойти и посмотреть на это, и я даже поверил ее словам. Если бы я не видел этого своими глазами, было бы трудно поверить, что можно так беззастенчиво лгать".

Всевозможные обсуждения периодически доносились до ушей Шэнь Дуна. Его глаза потемнели от гнева, и ему захотелось швырнуть мадам Чжао на землю. Эта невежественная женщина действительно доставила ему серьезные неприятности! Он представил с каким презрением и пренебрежением другие чиновники будут смотреть на него на следующий день, когда он явится в суд.

Неужели семье Шень не хватало приданого? Хотя госпожа Чжао неоднократно говорила, что уважает госпожу Ся, она тайно присвоила приданое Ся. У нее был медовый язычок, но желчное сердце. Были ли ее прежние нежность и доброта искренними или она просто играла?

Думая об этом, Шэнь Дуну стало еще более неуютно. Он собрал свою волю в кулак и отдал честь Бейли Цзиньчуаню и Бейли Цзиньцзе. "Ваше высочество, мы обыскали все дворы семьи Шень. Мы так и не выяснили, кто и что сделал с сияющей жемчужиной. Этот вопрос нуждается в долгосрочном расследовании. Пожалуйста, позвольте мне сначала позаботиться о семейных делах..."

Прежде чем Шэнь Дун успел договорить, Бейли Цзиньчуань сказал: "Господин Шэнь, вы правы. Этот вопрос должен быть расследован в долгосрочной перспективе. Нам неудобно вмешиваться в ваши семейные дела. Банкет почти закончился, так что сначала мы откланяемся."

"Благодарю вас, ваши высочества, за ваше понимание. Пожалуйста, позвольте мне проводить вас."

Бейли Цзиньчуань кивнул и посмотрел на Шэнь Нинхуа. "Старшая мисс Шень, моему отцу очень нравится военное руководство. Он даже сказал, что хотел бы однажды увидеть тебя. Ты можешь подготовиться к этому".

Шэнь Нинхуа была потрясена. Император хотел ее видеть?

"Да, спасибо, ваше высочество, за ваше внимание".

"Да, мисс Шень, будьте осторожны. Я нанесу визит в другой раз. Увидимся."

Видя отношение Бейли Цзиньчуаня, все в глубине души восхищались удачей Шэнь Нинхуа. Они становились все более осторожными в своих словах, которые были обращены к ней почти единодушно, чтобы утешить ее.

После сегодняшнего инцидента в семье Шэнь репутация мадам Чжао была полностью разрушена. Было неясно, кто одержит победу в семье в будущем. Им просто нужно было подождать и посмотреть.

После того, как все ушли, госпожа Чжао задрожала и упала на землю. Шэнь Линхань удивленно воскликнул: "Мама!"

Сестра Цинь поспешно помогла госпоже Чжао подняться и сесть на стул. "Хозяин, пожалуйста, сначала приведите врача для мадам. Она выглядит неважно."

Шэнь Дун резко обернулся и сказал с холодным взглядом: "Вызвать врача? Разве это возможно сейчас? Достойная жена премьер-министра действительно присвоила приданое покойной жены? Какая бесстыдная женщина!"

Слова Шэнь Дуна заставили лицо Шэнь Линхань побледнеть. "Отец, в этом деле много неясного! Возможно, мать не знала о пропаже приданого. Мама была замужем за тобой столько лет. Она искренне управляла семьей Шень. Вы можете не признавать ее заслуг, но вы не можете отрицать ее тяжелую работу. Пожалуйста, пожалейте ее и приведите к ней врача."

Глаза Шэнь Дуна непрерывно подергивались. Мадам Чжао так вывела его из себя, что он пожалел, что не может задушить ее собственными руками.

Шэнь Сюанье вышел и опустился на колени перед Шэнь Доном. "Отец, я могу вырасти благодаря милости тебя и матери, и я не могу отплатить тебе за твою милость даже своей жизнью. Теперь, когда моя мать совершила ошибку, я хотел бы понести наказание от ее имени. Отец, пожалуйста, накажи меня вместо этого".

Шэнь Нинхуа стояла неподвижно и не могла перестать холодно усмехаться в своем сердце. Она не верила, что Шэнь Сюанье действительно заботится о мадам Чжао. Сложившаяся ситуация просто вынудила его разыграть спектакль. В конце концов, у него все еще не было контроля над семьей Шэнь, поэтому он не отказался бы от Первой Леди, не говоря уже о семье Чжао, стоящей за Первой Леди.

Шен Донг тихо вздохнул. Он виновато посмотрел на Шэнь Нинхуа и приказал слугам: "Идите и пригласите врача. Нет никакой необходимости беспокоить доктора Чжана."

Чжан Нянь был рекомендован доктором Чэнем. Шэнь Дун не хотел, чтобы его скелет в шкафу стал достоянием общественности, поэтому ему лучше не использовать Чжан Нянь.

Шэнь Нинхуа равнодушно посмотрела на госпожу Чжао. Госпожа Чжао действительно упала в обморок, но очнулась, когда Шэнь Сюанье взмолился о пощаде для нее.

"Хозяин". Мадам Чжао открыла глаза и слабо сказала: "Это все моя вина. Я была невнимательна и совершила такую большую ошибку, распорядившись приданым матери Нинхуа. Мне нечего сказать. Пожалуйста, накажите меня". Мадам Чжао чувствовала себя неловко, но ей не пришлось думать об этом. Она была слишком напугана и забыла о семье Чжао, стоявшей позади нее. Пока императрица оставалась императрицей, пока семья Чжао не рухнула, Шэнь Дун не посмел бы отказаться от нее. И теперь, даже если бы все знали, что она присвоила вещи мадам Ся, она совершенно не собиралась в этом признаться.

"Значит, ты знаешь, что ошибаешься? Чжао, разве семья Шэнь больше не может кормить тебя, чтобы ты пользовался вещами умершего человека?" Старая леди Сяо вышла с костылем, поддерживаемая Сюэ Чжу сбоку.

Шэнь Дун поспешно подошел к ней: "Мама, почему ты вышла?"

Старая леди Сяо усмехнулась: "Если я не выйду, семья Шэнь вот-вот рухнет. Как жена семьи Шень, она совершала такие глупости, чтобы поставить в неловкое положение всю семью. Как я смогу встретиться лицом к лицу со старым мастером подземелья, когда умру?"

Шэнь Дуну стало стыдно, и его лицо потемнело.

Старая леди Сяо с отвращением посмотрела на мадам Чжао и Шэнь Линхань. Ее глаза были полны ненависти, в ее сердце было страстное желание разорвать их на куски. Эта пара мать и дочь осмелилась замышлять заговор против нее. Она лишилась пальцев!

"Мама, пожалуйста, не сердись". Мадам Чжао стояла на коленях на земле и плакала так печально, что не могла выпрямить спину.

Шэнь Линхань и Шэнь Сюанье опустились на колени рядом с госпожой Чжао, один слева, другой справа, умоляя за госпожу Чжао.

"Бабушка, я не знал, что с этой жемчужиной что-то не так. Иначе я бы не осмелилась предложить ее тебе в качестве подарка на день рождения."

"Ты не смеешь? Нет ничего такого, чего бы ты не осмелилась сделать! Нинхуа - твоя родная сестра, и все же ты подставил ее. Сегодня ты осмелилась убить свою бабушку. Может быть, завтра ты тоже убьешь своего отца." Старая леди Сяо усмехнулась.

"Бабушка, я скорее умру, чем сделаю это". Шэнь Линхань резко выдернула шпильку из своих волос и прижала острую рукоятку шпильки к своему горлу. "Бабушка, если ты мне не веришь, я могу умереть сегодня, чтобы доказать свою невиновность".

Старая леди Сяо холодно посмотрела на Шэнь Линхань с сарказмом в глазах, желая, чтобы Шэнь Линхань могла перерезать ей горло, чтобы ей не пришлось видеть эту внучку в будущем. "Ты угрожаешь мне и своему отцу?"

Шэнь Линхань тяжело поклонилась, и ее лоб покраснел от удара: "Бабушка, отец, я вам не угрожаю. Я просто не знаю, как доказать свою невиновность. Я не знаю, почему жемчужина, которую я купила, содержала яд, и это также было связано с растратой приданого моей первой матери. Поскольку я не могу найти никаких доказательств своей невиновности, я могу доказать это только ценой своей жизни". Говоря это, она вдавила шпильку в свою шею и проколола нежную кожу. Мгновенно хлынула кровь.

Шэнь Нинхуа подошла и посмотрела сверху вниз на Шэнь Линхана. Она достала из рукава что-то завернутое в пергаметную бумагу и сказала: "Младшая сестра, ты ведь знаешь, что это такое, верно?"

Шэнь Линхань внезапно была ошеломлена. В пергаментной бумаге лежал уголок носового платка. Этот носовой платок, должно быть, был чем-то разъеден. Остался только уголок с рисунком вышитого цветка вместе с иероглифом "Хан", последним иероглифом в ее имени, рядом с орхидеей. Этот платок принадлежал ей!

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Дуна и сказал: "Отец, этот клочок носового платка был найден во дворе дома моей родной матери."

"Госпожа Чжао! Шень Линхань!"

Глава 45 - Как Насчет Того, Чтобы Объединиться?

Глава 45 Как Насчет Того, Чтобы Объединиться?

Шэнь Дун был настолько разозлен, что у него задрожали руки. Он взял оставшийся лоскут носового платка из рук Шэнь Нинхуа. Ясно увидев вышитый иероглиф, он сердито посмотрел на Шэнь Линхань и злобно крикнул: "Ты, маленькая дрянь, где твой носовой платок?"

Шень Линхань открыла рот, и ее губы побледнели от страха. "Отец… Мой носовой платок..."

Шэнь Дон злобно расхохотался: "Ха-ха, я всегда относился к тебе как к сокровищу, только надеясь, что у тебя будет безопасная и славная жизнь. Но я никогда не думал, что моя любимая дочь не может уподобиться животному. Ты даже хотел убить свою бабушку!" Если в будущем возникнет необходимость, что тебя остановит чтобы ты не убила меня, своего отца?

"Я этого не делала!" Глаза Шень Линхань расширились, а по ее щекам непрерывно текли слезы. На этот раз ее слезы действительно были искренни. "Отец, я не убивала свою бабушку. Почему ты мне не веришь?"

"Хех, ты хочешь, чтобы я пригласил доктора Чэня и попросил его лично проверить, не разъел ли твой носовой платок талая вода трупа?" Шэнь Дон свирепо уставился на Шэнь Линхань.

"Я... я..." - заикалась Шень Линхань, но ничего не могла сказать.

Видя, что она больше не в состоянии спорить, старая леди Сяо подняла костыль и обрушила на нее: "Ты чудовище, когда наша семья Шэнь вырастила такого неблагодарного человека, как ты?"

Шэнь Линхань получил удар в спину и закричал от боли: "Бабушка, я не хотел причинить тебе никакого вреда. Почему ты мне не веришь? Это была Шэнь Нинхуа, должно быть, это Шэнь Нинхуа придумала все это!"

На этот раз Шэнь Нинхуа даже не нужно было защищаться, прежде чем Шэнь Дон холодно крикнул. "Если бы твоя старшая сестра не сохранила тайну, все в столице уже знали бы о твоем преступлении – попытке убийства твоей бабушки. И все же ты продолжаешь уничтожать ее репутацию. Твоя старшая сестра тоже мой ребенок и первая дочь семьи Шень. Но ты настолько глупа, что не можешь этого понять и продолжаешь подставлять ее. Ты действительно думаешь, что я всего этого не знаю? "

Шэнь Линхань была в ошеломлении оставалась неподвижной, с отчаянием в глазах. Неужели ее жизнь будет разрушена вот так? Она бессознательно ослабила шпильку в своей руке.

"Старший брат, скажи что-нибудь, приди мне на помощь. Я действительно не могла осмелиться убивать бабушку."

Увидев, что Шэнь Линхань просит помощи у Шэнь Сюанье, Шэнь Нинхуа усмехнулась в глубине души. Но если ты был бесполезен, то Шэнь Сюанье даже будет смотреть на тебя, не говоря уже о том, чтобы протянуть руку помощи. В его сердце не было такого понятия, как родство или привязанность. Была только разница между полезным и бесполезным.

Выражение лица Шэнь Сюанье было наполнено печалью. Он посмотрел на Шэнь Линхань с потрясением и печалью. Его белая одежда придавала ему еще более потусторонний вид, без малейшего следа мирского. "Отец, я не ожидал... что моя младшая сестра на самом деле такая порочная и недалекая. Линхань, немедленно исповедуйся отцу!"

"Старший брат..." Глаза Шень Линхань были тусклыми. Она никак не ожидала, что Шэнь Сюанье действительно попросит ее признаться. Разве он не знал, что как только она признается, вся ее оставшаяся жизнь будет разрушена! Нет, она не хотела этого!

"Я не виновна. Отец, это дело..." Это дело было спланировано Шэнь Сюанье. Она же просто помогала.

Госпожа Чжао схватила Шэнь Линхань за руку и строго прервала ее: "Линхань! Не объясняй сейчас за себя. Мама и ты – мы обе признаем свои ошибки. Мой господин, я неправильно управлялась с задним двором и причинила некоторый ущерб приданому моей сестры. Я плохо воспитала Линхань и заставила ее делать некоторые вещи по своей глупости. Но, пожалуйста, не убивай нас, ради нашего десятилетнего брака."

Шэнь Линхань не желала сдаваться. Она хотела сказать что-то еще, но была напугана жестоким взглядом мадам Чжао.

Шэнь Донг стиснул зубы и посмотрел на мадам Чжао и Шэнь Линхань. Его сердитый взгляд медленно остывал. В конце концов, взгляд был холоден, как лед. "Наша семья Шэнь никогда не присвоит приданое жены господина. Поскольку вы не смогли хорошо управлять задним двором, вам следует уйти с этой должности. Оставь это пока маме. Я даю тебе полмесяца, чтобы составить приданое Ся. Даже серебряная заколка не должна пропасть! Шень Линхань, ты будешь заточена в зале предков, чтобы помолиться за Старую Леди. Никому не позволено навещать вас. Я честно расскажу семье Чжао об этом деле и попрошу объяснений."

Лицо мадам Чжао побледнело, когда она потянула за руку Шэнь Линхань, собиравшуюся сказать еще что-то. Она поклонилась и согласилась: "Да, я сделаю, как ты говоришь. Спасибо, Господин, спасибо!"

Шэнь Дун отвел взгляд в сторону и сказал: "Нинхуа, сначала верни вещи своей матери. Если есть что-нибудь еще, подойди и скажи мне."

Шэнь Нинхуа опустила голову и церемонно полонилась: "Да, спасибо, отец, я ухожу".

Выйдя со двора Шуанхуа, Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на высоко висящую мемориальную доску. Ее глаза были холодными, как будто наполненными ледяным инеем. В конце концов, госпожа Чжао решила защитить Шэнь Сюанье. Ну что ж, будем наблюдать.

Бай Руо шагнул вперед, чтобы поддержать Шэнь Нинхуа. "Мисс, давайте вернемся".

"Хорошо".

Все сто коробок были отправлены во внутренний двор Инъюэ. Шэнь Нинхуа попросила Бай Руо тщательно сосчитать их количество и убрать подальше. После этого она осталась в своем дворе.

Двор Инъюэ был спокоен, но атмосфера семьи Шэнь полностью изменилась. Все молодые слуги и служанки затаили дыхание и даже не осмелились улыбнуться. Можно сказать, что после банкета в честь дня рождения старой леди Сяо небо над Особняком Шэнь никогда не было ясным.

Шэнь Нинхуа слушала, как Хун Лин по крупицам сообщала все новости, но в ее сердце не было никакого волнения, сердце билось ровно и спокойно.

"Мисс, двор Первой леди был сожжен дотла. Она просто сопроводила Вторую Молодую Леди в зал предков и сказала, что тоже будет молиться за Старую Леди." Хун Лин насмехалась в своем сердце. Если бы эти двое были действительно добросердечны, они бы не придумали такой коварный план, чтобы подставить старшую молодую леди. Если бы не интеллект Шэнь Нинхуа, ее бы давно выгнали из семьи Шэнь с испорченной репутацией.

Шэнь Нинхуа кивнул. "Шэнь Сюанье что-нибудь сделал?"

"Ничего особенного, но я слышал, что многие люди приходили приглашать его на банкеты, но он всем отказывал".

Глаза Шэнь Нинхуа двигались в задумчивости. - Кто его пригласил?

- Сын помощника министра по делам обрядов, сын министра по военным делам и генерал-майор провинции. Ранги других людей слишком низки. Они просто прислали приглашение и не пришли лично, чтобы пригласить его. Похоже, старший молодой мастер не хочет ни с кем сближаться."

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Дело не в том, что он этого не хочет. Просто эти люди недостаточно важны". В своей прошлой жизни Шэнь Сюанье стала самым молодым министром доходов, потому что он выбрал подходящего принца для службы. И если бы он не был так молод, он мог бы даже стать премьер-министром.

Недостаточно важно? Бай Руо был потрясен. Она заменила чашку горячего чая для Шэнь Нинхуа и спросила: "Мисс, хочет ли старший молодой господин участвовать в соревновании среди принцев? Это невозможно."

"почему нет? Он прямой ученик мастера Ляо Чэня, и его хвалят как потрясающего мир гения. Какому бы принцу он ни предпочел служить, с ним будут обращаться как с почетным гостем."

"Мисс, мы его совершенно оскорбили. Будет ли он..."

Шэнь Нинхуа рассмеялась и сказал: "Как ты думаешь, мы с ним сможем поладить, даже если между нами ничего не произошло?"

"Поскольку вы двое не можете мирно сосуществовать, тогда ты тоже можешь победить его". Внезапно послышался голос Чу Цзюньи.

Быстрым движением запястья Цин Цюэ три дротика в форме цветка сливы со свистом полетели в сторону Чу Цзюньи, стоявшего у окна.

Зрачки Чу Цзюньи сузились. Он внезапно раскрыл складной веер в своей руке, развернул веер вокруг груди, и с тремя ударами дротики в форме цветка сливы один за другим упали на землю.

"Моя девочка, боевое искусство твоей служанки действительно хорошо. Как ты ее нашла?"

Шэнь Нинхуа взглянула на него и сказала Цин Цюэ: "Вы, друзья, уходите и охраняйте дверь".

"Да, мисс". Цин Цюэ отдала честь с некоторой неохотой. Она вышла вместе с Бай Руо и другими, но в глубине души решила, что продолжит усердно тренироваться, чтобы защитить Шэнь Нинхуа от любых домогательств.

Чу Цзюньи взмахнул веером и сел на стул рядом с Шэнь Нинхуа. Он небрежно пролистал шахматную книгу рядом с ее рукой и сказал: "Почему ты читаешь такие скучные вещи? Пейзаж и погода снаружи распологают к прогулкам. Разве ты не пойдешь осматривать достопримечательности?"

"Если бы я вышла, откуда мне было знать, что ты вот так открыто вломишься в мою комнату?"

"Ха-ха", - усмехнулся Чу Цзюньи. "Я только что помог тебе, а ты повернулся ко мне спиной. Ты действительно противная девчонка."

Шэнь Нинхуа опустила глаза, и ее тонкие ресницы отбросили слабую тень на ее белое, как фарфор, лицо. "Ты здесь, чтобы попросить у меня награду? Скажи мне, чего ты хочешь?"

"Давайте сотрудничать". Чу Цзюньи тепло улыбнулся. Его нежное выражение делало его красивое лицо еще более выдающимся.

Шэнь Нинхуа была удивлена: "Сотрудничать?"

"Да." Глаза Чу Цзюньи были серьезными, когда он смотрел на нее. "Ты хочешь уничтожить семью Шэнь, а я хочу уничтожить семью Чжао. Ты можешь разрабатывать планы на заднем дворе, а я могу принимать меры в суде. Я нахожусь на свету, а ты в тени. Ты можешь все выиграть и ничего не потерять в нашем сотрудничестве. Почему бы нам не наладить наше сотрудничество?"

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Почему я должна тебе верить?" Было слишком много людей, которые могли нанести ей удар в спину, и она не могла верить никому, кроме самой себя.

"Ты мне не веришь?" Чу Цзюньи скривил губы.

"Ты меня провоцируешь?"

"Так же, как и ты, тот, кто хочет, заглотит наживку".

Шэнь Нинхуа сосредоточилась. Она могла видеть только искренность в глазах Чу Цзюньи. В нем не было ни малейшего следа лицемерия. К сожалению, чем больше он так себя вел, тем меньше она ему доверяла. "Я никогда не клюну на наживку, брошенную другими, и тем более не буду рыбой на разделочной доске".

"Тогда брось свою наживку, и я клюну на нее". Чу Цзюньи посмотрел на нее с пристальным вниманием. "Ты устанавливаешь правила. Я отвечаю только за то, чтобы проложить тебе путь и помочь тебе сделать то, что ты не можешь сделать. Ты живешь на заднем дворе, и тебе, должно быть, неудобно получать много информации извне, верно?"

Она признала, что эти слова полностью справедливы. Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи сохранял нежную улыбку, и она не заметила ни малейшей резкости в его поведении.

"Скажи мне, с какой целью ты приблизился к королевской семье". - спросила Шэнь Нинхуа.

Чу Цзюньи слабо улыбнулся: "Отомстить. И, кстати, забери мои вещи".

Сердце Шэнь Нинхуа слегка дрогнуло. Она твердо сказала: "В тебе есть что-то исключительное".

"Ты поняла это?" – удивленно спросил Чу Цзюньи.

"Были ли твои родители убиты королевской семьей?"

"Только моя мать. Если бы я не отомстил за свою мать, в меня бы ударила молния с небес." Чу Цзюньи сказал это небрежно, но Шэнь Нинхуа почувствовал его твердость и холодность.

Шэнь Нинхуа долго молчала, прежде чем, наконец, кивнула: "Хорошо, я буду сотрудничать с тобой, но при одном условии".

"Какое условие?" Услышав ее согласие, Чу Цзюньи обрадовался.

"Дай мне увидеть твою истинную внешность".

Чу Цзюньи довольно долго был ошеломлен. Затем он громко рассмеялся. Его пальцы коснулись кожи за ушами, и кожа на голове стала собираться в гармошку. "Мне действительно не удалось скрыть это от тебя. Хорошо, ничего страшного, если я покажу это тебе. Но у меня нет возможности снять маскировку здесь. Надо дождаться подходящего случая…"

Шэнь Нинхуа улыбнулся: "Нет необходимости ждать. Сейчас как раз подходящий случай."

"Ты..."

Глава 46 - Впутаться в невыгодную ситуацию и победить!

Глава 46 Взять невыгодную ситуацию и победить!

На следующий день Хун Лин держала таз с водой и с любопытством смотрела на Шэнь Нинхуа. Через некоторое время она не смогла сдержать своего любопытства и спросила: "Мисс, вы улыбаетесь с тех пор, как проснулись. Вам приснился интересный сон?" Она знала, что Чу Цзюньи был здесь вчера, но молодая леди раньше никогда не была к нему так благожелательна. Что же такое произошло, что сейчас она выглядит такой счастливой?

Шэнь Нинхуа не смогла удержаться и посмотрела в зеркало. Она сделала рожицу своему отражению и рассмеялась. Затем немного успокоившись она ответила: "Ничего. Бай Руо, ты приготовила для меня необходимые лекарства?"

"Мисс, они все готовы".

"Это хорошо. Мы пойдем во двор Сонгтао ухаживать за бабушкой."

"Мисс, я слышал, что Старая Леди в последнее время была не в духе. Служанку Сюэ Чжу, которая прислуживала ей, она много раз ругала."

Взгляд Шэнь Нинхуа приобрел стальной блеск. "Было бы странно, если бы она была в хорошем настроении после того, как сильно пострадали ее руки".

Изначально она не хотела ничего делать старой леди Сяо. В тот день, когда она пила чай во дворе Сонгтао, то ощутила и узнала в напитке препарата, который очень сильно ослабляет человека. Делает его больным и обессиленным. Сначала она подумала, что это средство в чай ей подсыпал кто-то другой. Поэтому пришлось притвориться, что не заметила ничего необычного во вкусе напитка, но отставила чашку с чаем, не выпив его. Неожиданно старая госпожа Сяо попросила горничную сменить чай, и на этот раз в чае был препарат-антидот от прежнего препарата. Это тоже было понятно по едва уловимому оттенку во вкусе чая. Она сразу поняла, что Старая леди Сяо строит против нее козни, чтобы помешать ей стать слишком могущественной и чтобы у нее была возможность ее контролировать. Поскольку Шэнь Нинхуа все поняла и разобралась в ситуации, то уже не стоило так сильно беспокоиться, когда она имела дело со старой леди.

Бай Руо закончила помогать Шэнь Нинхуа причесываться и сказала: "Мисс, все готово".

Шэнь Нинхуа кивнул. "Пойдем",

Когда они шли по саду, Цин Цюэ настороженно посмотрела на искусственный холм за прудом. "Мисс, самый молодой мастер все еще там".

В последние несколько дней, по каким-то неизвестным причинам, каждый раз, когда Шэнь Нинхуа выходила на улицу, она видела, как Шэнь Сюаньлинь прячется в углу и смотрит оттуда на нее словно маленький зверек.

"Оставь его в покое". Шэнь Нинхуа было все равно, но как только она закончила говорить, увидела, как Шэнь Сюаньлинь внезапно выскочил из-за искусственного холма и побежал прямо к ней.

Цин Цюэ поспешно преградила путь и сделала шаг, закрыв Шэнь Нинхуа.

Шэнь Сюаньлинь резко остановился в нескольких шагах от нее. Он плотно сжал губы и уставился на Шэнь Нинхуа своими блестящими карими глазами. Он несколько раз открывал рот, прежде чем, наконец, громко крикнул: "Старшая сестра!"

Возможно, из-за того, что он нервничал, голос Шэнь Сюаньлиня прозвучал особенно громко, сильно удивив Бай Руо.

Шэнь Нинхуа посмотрела на него и спросила: "Брат Сюаньлинь, ты хочешь навестить бабушку вместе со мной?"

Шэнь Сюаньлинь долго молчал, прежде чем неуверенно кивнул: "Да".

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Казалось, этот ребенок наконец-то усвоил свой урок. "Бай Руо, сходи во двор самого молодого мастера и принеси юноше чистую одежду. Кстати, получите дополнительные 30 процентов наших лекарств".

"Да, мисс".

Шэнь Нинхуа протянула руку Шэнь Сюаньлинь. "Сначала пойдем со мной в мой Внутренний двор Инъюэ. Если ты навестишь бабушку в этом пальто, она будет недовольна".

Шэнь Сюаньлинь тупо уставился на руку Шэнь Нинхуа. Эта рука была светлой и тонкой, а ее ногти были бледно-розового цвета, ярко светящиеся, как неведомые красивые цветы. Ради этого взгляда на нее он не спал всю ночь. Это было так красиво, что он словно оцепенел. Он крепко сжал кулаки и не осмеливался протянуть руку, чтобы коснуться ее, боясь, что его грязная ладонь не достойна прикосновения к ладони юной девушки.

Шэнь Нинхуа не обратила внимания на его колебания. Видя, что он неподвижно смотрит на ее руки, она подумала, что он просто засмущался. Она наклонилась, сама взяла его за руку и пошла с ним во двор Инъюэ.

"К счастью, я не ушла слишком далеко, так что у нас еще есть время вернуться. Иначе, если мы опоздаем на приветствие, бабушка будет недовольна."

Шэнь Сюаньлинь позволил Шэнь Нинхуа взять его за руку без какого-либо ответного движения. Он чувствовал тепло ее ладони, его глаза слегка увлажнились. Хотя Шэнь Сюаньлинь по возрасту был еще мальчиком, он очень рано все понял. Чтобы выжить Шэнь Сюаньлинь долгое время притворялся сумасшедшим. Это наложило свой отпечаток на его поведение и психику. Получилось так, что сейчас он не мог сказать, действительно ли он дурак. Когда Шэнь Юлань тайно подстрекала его создавать проблемы Шэнь Нинхуа, он знал, что это было нехорошо. Однако, чтобы добиться фальшивой доброты и привязанности, он был готов сделать требуемое. К счастью, слова Шэнь Нинхуа словно разбудили его. Шэнь Юлань никогда не станет той хорошей сестрой, которую он представлял в своем сердце.

Бай Руо вернулась с пальто, но выражение ее лица было озабоченным. Когда Хун Лин привела Шэнь Сюаньлинь вниз, чтобы переодеться, она сказала: "Я пошла во двор самого молодого хозяина, и все эти слуги играли вместе. Если бы я не попросил одежду, они бы даже не узнали, что самого молодого мастера больше нет во дворе. Кроме того, пальто уже немного маловато, а ткань слишком толстая. Носить пальто в это время года..."

Шэнь Нинхуа остановила Бай Руо взглядом, но выражение ее лица потускнело. Она была точно в такой же ситуации в своей прошлой жизни. У нее был самый низкий статус в семье Шень, и она всегда носила старую одежду. Только после того, как ее предложили Бейли Джинзе, ее состояние постепенно улучшилось.

Шэнь Сюаньлинь вошел, явно нервничая, не зная, куда деть ноги и руки. "Старшая... старшая сестра, поторопись. Иначе мы опоздаем к бабушке."

Глядя на расстроенное выражение лица Шэнь Сюаньлинь, Шэнь Нинхуа внезапно вспомнила себя в своей прошлой жизни. Она почувствовала жалось к нему в своем сердце. В конце концов, он был всего лишь ребенком.

"Сюаньлинь, иди сюда".

Шэнь Сюаньлинь слегка покраснел и подошел к Шэнь Нинхуа. В его глазах светилась радость.

Шэнь Нинхуа взял его за руку и спросил: "Ты боишься боли?"

Шэнь Сюаньлинь покачал головой. "нет."

"Хорошо". После того, как Шэнь Нинхуа закончила говорить, она подняла руку и ударила Шэнь Сюаньлинь по лицу.

Шэнь Сюаньлинь широко раскрыл глаза и недоверчиво посмотрел на Шэнь Нинхуа. Почему старшая сестра его ударила? Жгучая боль пронзила его лицо. Он почувствовал, что его щеки медленно опухают, а глаза почти не могут открыться. Но он вдруг понял, что происходит что-то необычное.

"Старшая сестра... Ты ударила меня не сильно, но почему у меня распухло лицо?"

Видя, что Шэнь Сюаньлинь не рассердился и не ушел, Шэнь Нинхуа поняла, что этого мальчика она недооценивала: "Сюаньлинь, ты удивлен? Это не я тебя ударила. Это слуги в вашем дворе издевались над тобой. А ты слишком юн, чтобы дать отпор. Они не дали тебе денег, чтобы купить лекарства для бабушки, и они столкнули тебя вниз по лестнице. Вот почему у тебя распухло лицо." Она только что приложила что-то к своей руке, и теперь половина лица Шэнь Сюаньлиня распухла, как распаренная булочка.

Глаза Шэнь Сюаньлинь внезапно загорелись: "Старшая сестра, я позволю бабушке воздать мне должное".

Шэнь Нинхуа кивнула в знак согласия. Теперь, когда старая леди Сяо разозлилась, она была счастлива сделать что-то, что могло бы сделать мадам Чжао еще какие-то неприятности.

"Пойдем".

Шэнь Нинхуа потащил Шэнь Сюаньлинь к двери. Однако Шэнь Сюаньлинь вырвался из ее рук и быстро побежал вперед. Он упал на землю и несколько раз перекатился, прежде чем остановиться. Он обернулся и с улыбкой посмотрел на Шэнь Нинхуа. "Это больше похоже на тяжелое падение".

Шэнь Нинхуа была ошарашена. Придя в себя, она поспешно подошла, чтобы проверить его руку. Его рука была сломана, и из нее сочилась кровь. "Глупый мальчишка, можно было бы обойтись легкой травмой. Разве тебе не больно?"

Однако Шэнь Сюаньлиню было все равно. Он отнял свою руку и вытер ее об одежду. "Это не имеет значения". Если их план раскроется, и у него, и у старшей сестры будут большие неприятности.

Шэнь Нинхуа нежно погладила его по голове и повел во двор Сонгтао.

Как только они вошли во двор, то увидели Сюэ Чжу, выбегающую из главного зала, прикрывая лицо рукой. Когда она увидела Шэнь Нинхуа, она слегка поклонилась и повернулась, чтобы направиться к боковому двору. Она шла очень быстро, но Шэнь Нинхуа увидела сквозь ее пальцы красную струйку.

Почувствовав, что рука Шэнь Сюаньлинь напряглась, Шэнь Нинхуа отвела взгляд и опустила голову, чтобы утешить его улыбкой. "Давай войдем".

Шэнь Сюаньлинь послушно кивнул. "Хорошо"

Как только они вошли в главный зал, раздался сердитый голос старой леди Сяо. "Убирайся. Убирайтесь отсюда, все вы. Какой смысл растить вас слугами в семье Шень?"

В холле горничные и медсестры стояли на коленях и молили о пощаде. "Госпожа, пожалуйста, успокойтесь!".

Шэнь Нинхуа, казалось, ничего не заметила. Она, как обычно, вышла вперед и поприветствовала старую леди. "Приветствую тебя, бабушка".

Увидев Шэнь Нинхуа, старушка Сяо немного успокоилась. "Зачем ты пришла?"

"Бабушка, я принесла тебе кое-какие лекарства".

"Хм… На этот раз ты очень внимательна", насмешливо сказала старая леди Сяо. Теперь она чувствовала себя в окружении слуг.

Шэнь Нинхуа сохраняла улыбку на лице. Она проигнорировала насмешку и нашла табурет, чтобы сесть. Старая леди Сяо, казалось, устала выплескивать свой гнев. Она прилегла на кровать и закрыла глаза, чтобы отдохнуть.

Вскоре после этого за дверью послышались шаги. Взгляд Шэнь Нинхуа переместился, и она потянула Шэнь Сюаньлина вперед, чтобы помочь ему привести в порядок одежду.

Когда Шэнь Дун вошел в дверь, он увидел Шэнь Сюаньлина, одетого в грязную одежду. Его лицо тут же осунулось. "Почему ты здесь и весь грязный?"

Шэнь Сюаньлинь опустил голову и крепко сжал кулаки. Что бы ни случилось, такой нелюбимый ребенок, как он, всегда оказывался не на той стороне.

Шэнь Нинхуа встала и надавила на плечо Шэнь Сюаньлинь. Она почувствовала, что мальчик слегка дрожит. Он, должно быть, боялся Шен Дуна, но в то же время все еще хотел с ним сблизиться. К сожалению, у Шэнь Дуна было слишком мало отеческой любви к нему.

"Отец, я только что встретил Сюаньлина за пределами двора Сонгтао и увидела, что он грязен и избит. Поэтому я позвала его и немного с ним поговорила. Оказалось, что он знал, что бабушка больна, и пришел засвидетельствовать свое почтение. Он не стал рассказывать почему он избит. Если бы я не поймала его, он бы давно убежал."

Гнев Шэнь Дуна немного утих. Он серьезно посмотрел на Шэнь Сюаньлиня и увидел, что его опущенное лицо на самом деле распухло. Он тут же нахмурился и спросил: "Как ты получил эти синяки?"

Шэнь Сюаньлинь посмотрел на Шэнь Дуна и упрямо отвернулся, не сказав ни слова.

Брови Шен Дуна задрожали. "Почему ты не отвечаешь на вопрос своего отца? Ты, должно быть, снова баловался и упал, верно?"

"Вовсе нет!" Шэнь Сюаньлинь широко раскрыл глаза.

"Тогда почему ты в таком виде? Ты - молодой хозяин семьи Шень. Возможно ли, что кто-то издевался над тобой?" Шэнь Дон был нетерпелив.

- Да!, - крикнул Шэнь Сюаньлинь. "Это верно. Они издевались надо мной!"

"Чепуха!"

"Я не несу чушь. Эти слуги отбирали мое ежемесячное пособие и не давали мне ничего поесть. Я хотел потратить немного денег, чтобы купить лекарство для бабушки. После того, как они узнали, они собрались и избили меня". Шэнь Сюаньлинь уставился прямо на Шэнь Дуна своими блестящими глазами. Его лицо было наполнено подавленным гневом и печалью, но он упрямо не позволил упасть ни одной слезинке.

Пожилая леди Сяо вдруг спросила: "Как Чжао выполнила свой материнский долг? Неужели она оскорбляла Сюаньлина, потому что он не был ее родным сыном? Нужна ли нашей семье Шэнь такая репутация, которая сложится из-за отношения к сыну наложницы?"

Шэнь Дун недолюбливал Шэнь Сюаньлиня, но это было только потому, что этот сын плохо учился и часто доставлял неприятности. Однако он мгновенно разозлился, когда узнал, что над его собственным сыном издеваются слуги. Услышав слова старой госпожи Сяо, он сразу же почувствовал еще большее отвращение к госпоже Чжао. "Свяжите всех слуг во дворе Шэнь Сюаньлиня и отправьте их сюда".

Глава 47 - Слуга Должен Вести Себя Как Слуга

Глава 47 Слуга Должен Вести Себя Как Слуга

Слуги из дома Шэнь Сюаньлиня явились, как было велено. Не было никакой необходимости допрашивать их, потому что Шэнь Дон уже был в ярости, когда увидел их. Слуги выглядели очень пьяными, от них разило алкогольным перегаром. Но даже и без перегара, по их шатающимся походкам и нелепым взмахам рук было видно, что слуги были сильно пьяны.

Старая леди Сяо усмехнулась. "Я никогда раньше не видел таких смелых слуг. У них даже более комфортная жизнь, чем у их хозяина".

Шен Дон стукнул кулаком по столу. Чайные чашки на столе даже подпрыгнули от удара и звякнули о блюдца. "Вы действительно смелые слуги, у вас много мужества! Негодяи..." Он хотел, чтобы всех этих людей вытащили и забили до смерти палками и камнями.

- Отец, - прервала его Шэнь Нинхуа. "У бабушки плохое здоровье. Не надо наказывать слуг в ее дворе, чтобы не навредить здоровью бабушки".

Шэнь Дон нахмурился и на мгновение задумался. Затем он повернулся, чтобы посмотреть на Старую леди Сяо. "Мама, как ты думаешь, что сделать с этими недостойными людьми?"

Старая леди Сяо взглянула на Шэнь Нинхуа. "Ты отдал задний двор мне на попечение много лет назад. Но, видишь ли, в последнее время мое здоровье ухудшается. Для меня лучше не держаться за власть. Я подумываю о том, чтобы передать полномочия по управлению всей семьей мадам Су. У нее гибкий ум и у нее нет дурных намерений. Что касается этих слуг, пусть с ними разбирается Нинхуа. Нинхуа - самая добросердечная. Но даже она, должно быть, очень рассердилась, увидев, что с ее младшим братом обращаются жестоко."

Шэнь Дун передал полномочия по управлению семьей Старой леди Сяо, потому что не хотел, чтобы люди из второй и третьей ветвей вмешивались. Но теперь, когда Старая леди Сяо попросила повысить мадам Су, он не мог открыто идти против ее воли. Ему оставалось только стиснуть зубы и согласиться. "Мама, все будет сделано, как ты хочешь".

Старая леди Сяо удовлетворенно кивнула. "Нинхуа, приведи этих слуг вниз и разберись с ними".

Волна холода сжала сердце Шэнь Нинхуа, когда она почтительно кивнула. "Отец, эти слуги очень дерзки и самонадеянны. И эта ситуация может повернуться так, что будущем какие-то другие слуги пойдут еще дальше, чем они. Поскольку мы собираемся наказать этих провинившихся, почему бы не использовать этот случай в качестве примера для остальных слуг? Пусть посмотрят как их наказывают…"

"Да, это хорошо. Делай, как хочешь. Шэнь Дун не почувствовал ничего неподобающего, поэтому кивнул головой, не слишком задумываясь.

"В таком случае, отец, не могли бы вы, пожалуйста, приказать слугам в вашем дворе тоже прийти?"

Шэнь Дун некоторое время колебался, но потом он подумал, что Шэнь Нинхуа хочет усилить свое влияние на слуг и повысить свой авторитет. Поэтому он не стал возражать и согласился на ее просьбу. "Хорошо, не заходи слишком далеко".

"Да, отец. Нинхуа сейчас уезжает." Шэнь Нинхуа встала, повернулась и приказала Цин Цюэ: "Позови всех слуг семьи Шэнь к пруду в саду. Запомни, всех! Даже если у них сломаны ноги, но пока они еще дышат, перенесите их сюда."

"Да, мисс".

Шэнь Нинхуа скривила губы. Краем глаза она заметила, что выражение лица старой леди Сяо внезапно напряглось. Она усмехнулась про себя. Старая госпожа Сяо, должно быть, догадалась, что стоит за всем этим. По-видимому, госпоже Сяо просто хотелось поставить ее в трудное положение. Ну что ж, я не в первый раз оказываюсь в непростом положении, но я справлюсь.

Если бы она слишком строго наказала слуг, то добрый образ, который Шэнь Нинхуа старалась создать, исчез бы. Это была естественная логика, что люди, которые были безжалостны но делали вид добряков, станут восприниматься как не искренние люди. И в результате все ее предыдущие усилия были бы напрасны. Но если она накажет слуг слишком мягко, то ее может возненавидеть Шэнь Сюаньлинь, а кроме того эти слуги решат, что она достаточно слаба. Значит эффекта от наказания не будет и в будущем она не сможет добиться, чтобы ее мнение уважал кто-либо в семье Шэнь.

План старой леди Сяо был очень хорош, но в одном она ошибалась. В ее нынешнем положении она просто потеряла способность комбинировать интриги. Если бы она все еще была в добром здравии, то после того, как Шэнь Нинхуа наказал этих слуг, вполне возможно, что ей удалось бы распространить слухи против Шэнь Нинхуа. Но теперь она даже не могла позаботиться о себе.

Приказ Шэнь Нинхуа был выполнен, и каждый слуга в семье Шэнь явился по приказу. Узнав, что все проблемы начались во дворе Екуй Шэнь Сюаньлиня, эти люди мгновенно пришли в ярость. Они явно знали, как вели себя эти слуги, но не ожидали, что их накажет хозяин. Другие слуги боялись, что будут замешаны в этом деле. Однако они не посмели ослушаться приказа и не теряя времени побежали к пруду в саду.

В павильоне рядом с прудом была положена подушка. Шэнь Нинхуа сидела на нем и пила чай. Бай Руо и другие служанки стояли позади нее, и их глаза были полны торжества. Никто из слуг не осмеливался шуметь, когда они прибыли, и все они столпились, затаив дыхание.

Шэнь Нинхуа выпила половину чашкиа чая, прежде чем она повернулась и посмотрела на людей, тихо стоящих под лестницей.

"Приветствуем тебя, старшая юная леди". Это слуги опустились на колени и поклонились.

Шэнь Нинхуа не просил их вставать. Вместо этого она огляделась и спросила Бай Руо. "Все здесь?"

"Мисс, слуги Первой леди и второй молодой леди еще не пришли".

"Слуги моей матери не пришли?" Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась и некоторое время размышляла. Затем она промолвила: "Тогда давайте подождем еще немного".

Шэнь Нинхуа взяла чашку и продолжила пить чай, но люди внизу были недовольны. Они все еще стояли на коленях. Многие из этих людей были достойными слугами перед своими собственными хозяевами. Прошло много времени с тех пор, как им приходилось опускаться на колени, не имея возможности встать. Как они могли позволить Шэнь Нинхуа так унижать их?

Подождав около пятнадцати минут, Шэнь Нинхуа нахмурилась и поставила чашку, которую держала в руке. "Хонг Лин, пошли кого-нибудь спросить. Все во дворе моего отца уже прибыли. Почему те, что были во дворе моей матери и второй младшей сестры, заняли так много времени?"

"Да, мисс".

Шэнь Нинхуа встала и подошла к началу лестницы. Глядя на тех людей на земле, чьи лица начали бледнеть, она сказала. "Я знаю, что многие из вас пользуются большим уважением, даже большим уважением, чем я".

Кто-то не сдержался и пробубнил: "Хозяин есть хозяин. Мы, слуги, не смеем сравнивать себя со старшей юной леди."

Шэнь Нинхуа обернулась, чтобы посмотреть на говорившего. "Ты служанка во дворе моей третьей сестры, верно? Ты выглядишь знакомо." Говорившая была главной служанкой Шэнь Юлань.

Служанка подняла лицо, и в ее глазах был вызов.

Шэнь Нинхуа подошла к ней и посмотрела на нее сверху вниз. "Поскольку ты знаешь, что тебя нельзя сравнивать со мной, тебе не следовало возражать мне."

"Старшая юная леди, вы не даете мне сказать ни слова в оправдание. Какой другой способ есть у нас, чтобы оправдать себя?"

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Она небрежно бросила заколку в пруд. "Цин Цюэ, отпусти ее вниз и помоги мне найти шпильку. Если она не сможет найти шпильку, то она действительно бестолковая служанка. "

"Да, мисс". Цин Цюэ немедленно шагнула вперед и бесстрастно швырнула служанку в пруд.

Горничная в страхе расширила глаза. Она не ожидала, что Шэнь Нинхуа сделает это. "Ах, помогите, ах..."

Все были ошеломлены приказом Шэнь Нинхуа. Они не ожидали, что поступки Шэнь Нинхуа окажутся такими решительными. Гнев и презрение улетучились и они, дрожа, опустились на колени. Эти слуги всегда были такими. Если бы их хозяин был слаб, они были бы высокомерны. Если бы их хозяин был волевым, они бы сразу же начали беспокоиться о своей жизни.

Шэнь Нинхуа обернулась, чтобы посмотреть на горничную, барахтающуюся в воде. Ее глаза были полны страха. "Поскольку слуги во дворах матери и второй младшей сестры не пришли, мы больше не будем ждать. Цин Цюэ, брось этих слуг во дворе Сюаньлинь вниз и помоги им протрезветь."

"Да, мисс". Движения Цин Цюэ были чрезвычайно быстрыми. Те слуги, которые пили вино, не успели среагировать, как их вышвырнули в пруд.

Шэнь Сюаньлинь стоял рядом с Шэнь Нинхуа, и его лицо было напряженным.

Шэнь Нинхуа опустила голову и спросила его. "Сюаньлинь, ты боишься?"

Шэнь Сюаньлинь покачал головой. "Я не боюсь".

Шэнь Нинхуа улыбнулась. "Смотри. Ты - хозяин, а все эти люди - слуги. Если они хорошо служат тебе не скупись, дай им немного достоинства и твоего уважения. Для тех, кто плохо служит тебе или даже запугивает, просто забей их до смерти, чтобы излить свой гнев. Все они подписали контракт, чтобы продать себя нашей семье. С контрактом они не могут причинить нам неприятностей, как бы они ни старались".

"Старшая сестра, я помню". Глаза Шэнь Сюаньлинь ярко засияли. Его темные глаза холодно и жадно смотрели на слуг в пруду.

Шэнь Нинхуа кивнула. "Хорошо, раз ты понимаешь, я пока оставлю этих слуг в живых. Ты можешь назначить им любое наказание, какое захочешь."

"Хорошо, спасибо тебе, старшая сестра".

"Не нужно, мы же семья". Шэнь Нинхуа улыбнулась ему. Когда она снова повернулась, чтобы посмотреть на слуг, которые стояли на коленях на земле, ее лицо потемнело. "Сюаньлинь хочет лично наказать слуг, которые издевались над ним. Пошлите несколько человек вниз, чтобы вытащить виновных сюда, наверх."

Некоторые из слуг, стоявших на коленях посередине, переглянулись. Не обращая внимания на боль в коленях, они встали и прыгнули в пруд, чтобы вытащить этих слуг.

Виновные слуги были очень пьяны. Когда они пришли в себя в пруду, то почувствовали слабость во всем теле. И увидев людей, идущих их вытаскивать из воды для последующего наказания, они хватались за других людей, так что потребовалось около пятнадцати минут, пока их всех вытащили на берег.

Слуги, которые вытаскивали людей из пруда так устали, что потом долго лежали на земле, пытаясь отдышаться.

Шэнь Нинхуа оглядела лежащих на земле слуг, и сказал: "Цин Цюэ, принеси серебро. Каждый из тех, кто прыгнул в воду, будет вознагражден сотней таэлей серебра. Возьми серебро и возвращайся отдыхать."

Сто таэлей?

"Спасибо, старшая юная леди".

Остальные слуги в глубине души сожалели об этом. Почему они не послушались приказа юной леди и не пошли к пруду, чтобы вытащить тех слуг? Если бы они тоже прыгнули в воду, то теперь могли бы взять серебро и отдохнуть. Им бы потребовалось несколько лет, чтобы накопить сотню таэлей серебра.

Слуги, которые бросились в воду ушли счастливыми. Они больше не были недовольны Шэнь Нинхуа. Вместо этого они тайно издевались над слугами Шэнь Сюаньлина. Слуга должен вести себя как слуга. Почему они забыли свое место и свое положение и расстроили старшую молодую леди? Они были слишком глупы!

Хонг Лин подошел поближе. "Мисс, прибыли слуги двора Чуньхуа и Двора Циньсюэ".

Шэнь Нинхуа посмотрела на медсестру Цинь, которая, очевидно, взяла на себя руководство этими слугами. "Сестра Цинь, вы немного опоздали. Слуги во дворе моего отца уже давно ждут."

При первом взгляде на здешнюю ситуацию сердце медсестры Цинь екнуло. Когда она поняла, что люди, стоящие на коленях на земле, на самом деле были слугами со двора Шэнь Дуна, она поняла, что ситуация была даже хуже, чем она ожидала. Теперь, когда она услышала слова Шэнь Нинхуа, она быстро опустилась на колени и извинилась. "Старшая юная леди, мы опаздали. Пожалуйста, накажите нас".

Шэнь Нинхуа не заботило ее чопорное отношение, и она не стала усложнять ситуацию медсестре Цинь после того, как та признала свои ошибки. "Вставай, хорошо, что ты здесь. Считай, что этот улажен. Я надеюсь вы все извлечете из этого урок. Я не хочу наказывать слуг на глазах у стольких людей. Вы все можете вернуться."

Сестра Цинь внезапно подняла голову и сказала: "Мисс, мы чувствуем себя очень виноватыми. Пожалуйста..."

Бай Руо прервал ее. "Сестра Цинь, вы уже признали свою ошибку, и молодая леди больше не держит вас. Просто поблагодарите ее, и нет необходимости упоминать что-либо еще. Вы усердно трудились, чтобы служить ее светлости, поэтому вы отличаетесь от других."

У медсестры Цинь защемило сердце. Если бы Шэнь Нинхуа наказала их, им было бы легко. Однако Шэнь Нинхуа снял их с крючка, наказав других слуг. И это сделало их объектом ненависти для других.

Шэнь Нинхуа даже не обернулась. Она сразу же вернулась во двор Инъюэ вместе с Цин Цюэ.

Как раз в тот момент, когда она переодевалась, в комнату ворвался Хун Лин. "Мисс, со двора Екуи младшего хозяина пришли новости о том, что слуги, которые избивали молодого хозяина были забиты палками до смерти".

Шэнь Нинхуа подняла глаза и спросила: "Это приказ Сюаньлинь?"

"да."

"Хорошо, я понимаю". Шэнь Сюаньлинь действительно был волчонком.

Глава 48 - Какая Восхитительная Девушка!

Глава 48 Какая Восхитительная Девушка!

После того случая со слугами Шэнь Сюаньлинь и Шэнь Нинхуа сблизились и их отношения, очевидно, стали намного лучше. Шэнь Сюаньлинь начал ждать у входа во двор Инъюэ Шэнь Нинхуа. Если бы Шэнь Нинхуа узнала об этом, он бы с радостью побежал и поиграл во дворе после того, как она разрешила ему это сделать. А если бы Шэнь Нинхуа не заметила бы его, то он тоде не расстроился и просто бродил бы вокруг входа во двор Инъюэ.

Ранним утром Цин Цюэ посмотрела на дверь и сказала: "Мисс, самый молодой мастер снова здесь".

Шэнь Нинхуа несколько беспомощно улыбнулась. Прошло много дней и Шэнь Сюаньлинь, был всегда рядом, словно привязанный. Он продолжал бродить перед ее дверью. "Пригласи его на беседу".

Получив сообщение от Цин Цюэ, Шэнь Сюаньлинь быстро вбежал внутрь. "Старшая сестра".

"Мм, почему ты здесь? Ты уже завтракал?"

"Еще нет..." Шэнь Сюаньлинь опустил голову и смущенно покачал головой. Он слышал, что старшая сестра сегодня уходит, и боялся, что не сможет ее увидеть. Поэтому он встал ни свет ни заря и явился туда. Служанки, которые прислуживали ему, были так напуганы, что все они опустились на колени на землю.

Шэнь Нинхуа неодобрительно посмотрела на него. "Бай Жо, иди и принеси немного еды для Сюаньлина, чтобы он позавтракал. Сюаньлинь, ты можешь приходить и играть здесь в любое время. Но не нужно приходить так рано."

После того, как она публично наказала слуг двора Екуй, все слуги в особняке Шэнь были очень испуганы. Став свидетелем неожиданно жестких решений Шэнь Нинхуа, никто больше не хотел нарываться на неприятности.

Шэнь Дун был несколько недоволен, когда услышал, что Шэнь Нинхуа наказал своих слуг долгим коленопреклонением. Но когда он увидел, что слуги стали послушнее и учтивее, его недовольство быстро улетучилось. Всего несколько дней назад служанка во дворе Шэнь Юланя оскорбила свою госпожу. После того, как Шэнь Нинхуа получила согласие Шэнь Дуна, она просто поговорила с этой служанкой и отпустила ее. После этих двух инцидентов слуги семьи Шэнь больше не осмеливались лениться или расслабляться. Слуги стали очень опасаться, что господа заметят в их работе небрежность и отсутствие учтивости.

Шэнь Сюаньлинь рассеянно ел поданную ему еду и смотрел, как Шэнь Нинхуа делает макияж. Он неожиданно пробормотал: "Старшая сестра, ты очень красива".

Сегодня Шэнь Нинхуа надела красное платье из белой тонкой ткани и халат из ткани нефритового цвета, расшитый узорами из пионов, что сделало ее итак заметную внешность еще более выразительной. Когда она услышала слова Шэнь Сюаньлинь, ее рука, в которой была заколка для волос с жемчугом и яшмой, замерла. Затем она улыбнулась и сказала: "Ты что, дразнишь свою старшую сестру так рано утром?"

Шэнь Сюаньлинь покраснел, опустил голову и промолвил: "Я случайно".

Хун Лин потребовалось некоторое время, чтобы сдержать смех после того, как она вошла в дверь. "Мисс, карета готова".

"Хорошо, я выхожу". Шэнь Нинхуа кивнула и встала, обратив свой взор на Шэнь Сюаньлиня. "Веди себя хорошо и занимайся сегодня дома. Я иду во Дворец."

Шэнь Сюаньлинь немедленно встал и подбежал к Шэнь Нинхуа. Он прикусил губу и сказал немного смущенно: "Старшая сестра, мама и вторая сестра тоже идут туда?"

Выражение лица Шэнь Нинхуа слегка изменилось: "Кто тебе это сказал?"

"Я...Я знал все. Императрица сегодня устраивает банкет во Дворце. Она лично приказала матери и второй сестре тоже войти во Дворец."

"Ты боишься?"

Шэнь Сюаньлинь покачал головой. "Я их не боюсь",

"Тогда о чем ты беспокоишься?", - спросила Шэнь Нинхуа.

"Я боюсь, что они доставят тебе неприятности, старшая сестра. Мать и вторая сестра всегда тебя недолюбливали." Он замолчал, словно о чем то задумался и глаза Шэнь Сюаньлина наполнились гневом. Ранее он подслушал, как мадам Чжао и Шэнь Линхань комментировали Шэнь Нинхуа, говоря, что они должны убить ее. В то время он не был так очарован Шэнь Нинхуа, поэтому услышанное не вызвало в его душе возражений или гнева. Но теперь все было по-другому. Он хотел защитить Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа не ожидала, что он будет таким прямолинейным. Она сделала небольшую паузу. "Прошло больше дня или двух с тех пор, как они стали иметь на меня свои обиды. И если ты не будешь подходить ко мне слишком близко, они определенно не будут впутывать тебя. Ты..."

"Я не боюсь быть замешанным. Старшая сестра, я хочу защитить тебя!" взволнованно сказал Шэнь Сюаньлинь.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и не обратила внимания на его слова. "Ты еще молод, так что тебе не нужно вмешиваться в эти дела".

Шэнь Сюаньлинь все еще хотел возразить, но Бай Жо подошел, чтобы напомнить Шэнь Нинхуа: "Мисс, пора".

"Да, пойдем".

Наблюдая за спиной Шэнь Нинхуа, Шэнь Сюаньлинь сердито топнул ногой. Как и сказали те слуги, старшая сестра была беспомощна в семье Шэнь, поэтому он должен стать ее поддержкой! Ему было почти десять лет, и он уже не был ребенком!

После того, как Второй принц вернулся ко двору и разобрался с делами армии, он напрямую передал свое военное руководство императору. Император был очень доволен. Второй принц не только получил титул Принца-Командора, но и был удостоен титула Добродетели. Это был первый случай, когда какой-либо принц, кроме наследного принца, получил титул. Но Императору казалось, что награды было недостаточно. Он устроил праздничный банкет, и все чиновники выше пятого ранга могли привести на банкет членов своей семьи.

Шен Донг, конечно же, не пошел бы с женскими членами семьи. Ранним утром он привел Шэнь Сюанье, Шэнь Сюаньхуа и других членов семьи мужского пола верхом на лошадях во Дворец.

В этот момент во дворе Сонгтао Первая леди и Шэнь Линхань стояли в очереди. Возможно, из-за долгой медитации в зале предков Первая леди была в отрешенном и спокойном состоянии. Несмотря на то, что ее выгнали на улицу, на ее лице не было ни малейшего гнева, только слабые отголоски вины и печали.

Мадам Су и мадам Мэн помогли Старой леди Сяо выйти, одна с левой стороны, а другая с правой. Лицо старой леди Сяо было очень мрачным. Шэнь Нинхуа тихо следовала за ней со спокойным и безразличным выражением лица, как будто она вообще никогда не испытывала эмоций.

"Приветствую тебя, мама (бабушка)". Госпожа Чжао и Шэнь Линхань вместе отдали честь.

Старая леди Сяо холодно взглянула на них обоих и саркастически сказала: "Вставайте, мои старые кости не выдержат визита двух благородных дам".

"Мама, мне очень стыдно за то, что ты сказала". Мадам Чжао с глухим стуком опустилась на колени, и слезы продолжали катиться по ее щекам.

Шэнь Линхань тоже опустилась на колени, не сказав ни слова. Она только молча вытирала слезы носовым платком. Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Линхань и нахмурилась. Шэнь Линхань слишком сильно изменилась.

Лицо Шэнь Линхань сильно осунулось и казалось она стала намного худее, чем раньше. Из-за острого подбородка ее глаза казались больше и ярче. Ее изогнутые брови придавали ей такой вид, как будто она рыдала, придавая ей неописуемое очарование. В этот момент она была похожа на иву, трепещущую на ветру, или на нежный цветок, купающийся в дожде. Такая девушка вызывала у людей желание защитить ее.

Эти двое были лично назначены императрицей для входа во Дворец, так что Старая леди Сяо не была бы глупой, чтобы усложнять им жизнь. Поэтому она могла только подавить свой гнев до глубины души, и выражение ее лица стало еще более мрачным. Она проигнорировала их обоих и сразу же позволила мадам Су и мадам Мэн помочь ей сесть в карету.

Глаза Первой леди наполнились слезами, когда она повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа. "Нинхуа, я сожалею о том, что я сделал с тобой. Я признаю свои ошибки."

"Мама, ты слишком добра". - равнодушно сказал Шэнь Нинхуа.

"Я знаю, что ты затаил обиду в своем сердце. Понятно, что ты меня не простишь. Но Линхань - твоя младшая сестра. Вы обе - первые дочери своего отца, и вы должны помогать друг другу. Пожалуйста, позаботься о своей младшей сестре."

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Линхань и сказала ровным голосом без каких-либо эмоций: "Мама, ты права, я буду хорошо заботиться о своей младшей сестре".

Мадам Чжао тут же вздохнула с облегчением и притянула Шэнь Линхань к себе. "Хорошо, ты и твоя сестра сидите вместе. Поторопись и уходи. Не заставляй свою бабушку ждать. - сказав это, она направилась прямо к экипажу, в котором сидела старая леди Сяо.

Шэнь Линхань прикусила губу, как будто она боялась Шэнь Нинхуа. Когда она заметила, что Шэнь Нинхуа смотрит в ее сторону, она сразу же улыбнулась и робко сказала: "Старшая сестра".

Если бы Шэнь Нинхуа не видела этого своими глазами, она бы определенно не поверила, что человек, который самонадеянно подставил ее раньше, превратится в белого кролика, которого легко напугать.

Шэнь Нинхуа многозначительно взглянула на нее. "Сестра, поторопись и садись в экипаж. Мы не можем опоздать на императорский банкет."

"Да, старшая сестра".

Внутри кареты Шэнь Линхань забилась в угол и хранил молчание. Шэнь Нинхуа не знала, какую игру ведет ее сестра, поэтому просто проигнорировала ее и закрыла глаза, чтобы отдохнуть. У нее было предчувствие, что эта поездка во Дворец не будет мирной.

Она давно предсказывала, что мадам Чжао и Шэнь Линхань будут освобождены, но никогда не ожидала, что это будет так легко. Последние несколько дней Шэнь Дун вел переговоры с семьей Чжао. Сначала отношение семьи Чжао было жестким, но затем смягчилось, когда они узнали, что Чжао Юньсян присвоил приданое мадам Ся. Сначала они приняли меры, чтобы пресечь слухи, а затем послали людей тайно забрать все предметы из списка приданого, которые были розданы. Они также компенсировали некоторые предметы, которые не смогли найти, вещами той же ценности. На десятый день полная сотня коробок с приданым была аккуратно доставлена во двор Инъюэ вместе с серебряными монетами на сумму 5000 таэлей на дне коробки.

Шэнь Нинхуа не отказалась и приняла все, что они прислали.

Снова войдя во Дворец, Шэнь Нинхуа спокойно и с достоинством глазах оглядела знакомый пейзаж вокруг. Эта великолепная клетка с красными стенами и зеленой черепицей излучала роскошную ауру. Как обычно, было душно.

"Линган, ты здесь". Как только они вышли из экипажа, к ним подошла Чжао Руюнь со своими служанками.

Шэнь Линхань с улыбкой поприветствовала Чжао Руюнь. Она шагнула вперед и интимно взяла Чжао Руюнь за руку.

"Почему ты такая худая? Мне действительно жаль тебя. Но те, кто совершал злодеяния, чувствуют себя хорошо. К сожалению, у небес нет глаз", - саркастически произнесла Чжао Руюнь, взглянув на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Ее взгляд скользнул по руке Чжао Руюнь. "Кузина, с твоими пальцами все в порядке?"

Чжао Руюнь резко убрала руку обратно в рукав, и ее глаза наполнились негодованием. "Хм, ты разочарована, что я в порядке?" Думая об унижении, которое испытала, опустившись на колени и признав свою ошибку, она задрожала от гнева.

"Почему я должна быть разочарована? Кузина, ты говоришь странно."

"Не думай, что я не знаю, о чем ты думаешь. Шэнь Нинхуа, как ты думаешь, если Линхань впадет в немилость, ты сможешь занять ее место? Такое могло случиться только в твоем сне! - усмехнулась Чжао Руюнь.

Улыбка на лице Шэнь Нинхуа исчезла. "Кузина, ты действительно идешь на многое, чтобы защитить мою вторую младшую сестру. Даже после того, как ты узнаешь, что твои пальцы загноились из-за того, что ты прикоснулся к ядовитому растению – пуансеттии, растущей в ее дворе, ты совсем не возражаешь."

Лицо Шэнь Линхань побледнело, и по ее щекам потекли слезы.

"Не будь такой лицемерной. Я могу делать все, что захочу." Чжао Руюнь потянул Шэнь Линхань за собой. "Кузина, тетя хотела тебя видеть. Перестань плакать. Пошли."

Шэнь Нинхуа холодно фыркнула про себя, и насмешка в ее глазах стала еще более очевидной.

Чу Цзюньи взмахнул веером и подошел. Увидев Шэнь Нинхуа, стоящую у входа во Дворец, он медленно подошел к ней и сказал: "Мисс Шэнь, вас здесь бросили?"

Шэнь Нинхуа повернула голову. "Верно, я должна побеспокоить вас, чтобы вы привели меня".

Чу Цзюньи улыбнулся: "Конечно, первая юная леди, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам".

"Тогда почему бы тебе не показать дорогу?" Шэнь Нинхуа подняла брови.

Чу Цзюньи скривил губы и лениво ответил: "Хорошо".

Глава 49 - Ты Шэнь Нинхуа?

Как только она вошла в ворота Дворца, Шэнь Нинхуа увидела Старую леди Сяо, которая стояла неподалеку и пристально и пристально ее разглядывала. Увидев, что она подходит, старушка Сяо ворчливо заметила: "Разве я не говорила тебе следовать за мной? Это внутренний двор императорского дворца. Будьте осторожна, чтобы не нарушать никаких правил. Ты же не хочешь впутать в это дело всю семью Шень?"

Шэнь Нинхуа знала, что эта ворчливость была вызвана накопившимся разочарованием из-за того, что ей не удалось поставить в неловкое положение Чжао Юньсяна и ее дочь. Однако Шэнь Нинхуа не хотела, чтобы ее ругали за то, в чем она не была виновата. "Моя вторая младшая сестра делала много вещей и ее никто не ругал. Бабушка, пожалуйста, прости меня." Шэнь Линхань была доставлена во Дворец Пятым принцем, но вернулась целой и невредимой, а мадам Чжао вот-вот должна была быть освобождена. Если бы у тебя была возможность, иди и разберись с Шэнь Линхань и Чжао Юньсяном. Что касается Шэнь Нинхуа, то она не была мягкой хурмой, которую кто угодно мог подойти и ущипнуть.

Когда Чу Цзюньи услышал ответ Шэнь Нинхуа в адрес Старой леди Сяо, в его глазах мелькнула улыбка. Он притворился, что ничего не слышал, что он просто идет навстречу, слегка кивнул и ушел ровным шагом.

Старая леди Сяо свирепо посмотрела на Шэнь Нинхуа. "Хорошо, ты думаешь, что ты взрослая. Ты еще не научилась летать, но уже машешь крыльями изо всех сил. Хм." Если бы эта Шэнь Нинхуа действительно думала, что теперь она способна на все, тогда она просто перестала бы заботиться о ней и посмотрела, кому в конце концов не повезет.

Мадам Су знала, что Шэнь Нинхуа держит ситуацию в своих руках, но, глядя на выражение лица старой леди Сяо, она не могла не волноваться. В конце концов, императорский дворец отличался от семьи Шэнь, и если они допустят какие-либо ошибки, их жизнь будет поставлена на карту.

Почувствовав беспокойство госпожи Су, Шэнь Нинхуа утешила ее улыбкой и последовала за Старой госпожой Сяо, опустив голову. Она была лучше всех знакома с императорским дворцом, стоявшим перед ней. Она даже отчетливо помнила место, где были посажены древние деревья. Она была первой дочерью Шен Дуна, премьер-министра страны. И если она сама не совершит большую ошибку, лишить ее жизни будет нелегко.

До начала банкета оставалось еще некоторое время. Все люди, которые прибыли раньше, ждали в павильоне Бифанг. Когда Шэнь Нинхуа последовала за старушкой Сяо к двери, там было много людей. Некоторые из них сидели, а некоторые стояли, весело болтая.

"Приветствую тебя, Старая Леди Сяо. Императрица знает, что вы придете, и она приготовила для вас кое-какие закуски. Пожалуйста, присаживайтесь". Как только пожилая леди Сяо вошла, горничная поприветствовала ее и поклонилась.

"Спасибо, мисс Мэй Сюэ".

Мэй Сюэ была главной служанкой императрицы Чжао. Ее статус был выше, чем у обычных наложниц императора. Теперь, когда ей было поручено лично проводить Старую леди Сяо к ее месту, императрица намеренно проявляла особую благосклонность к семье Шэнь.

На лице Мэй Сюэ играла дружелюбная улыбка. Ее отношение было уважительным, но не кротким, и она была исключительно хорошо воспитана. "Старушка Сяо, вы слишком вежливы. Императрица лично несколько раз давала мне указания хорошо заботиться о тебе. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи мне."

Старая леди Сяо поспешно поблагодарила ее за доброту, но Мэй Сюэ только улыбнулась и ничего не ответила. Она подождала, пока старая леди Сяо сядет, а затем повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа. "Это, должно быть, старшая молодая леди. Императрица услышала, что вы вернулись домой, и Ее величество всегда говорила, что хочет вас видеть."

На лице Шэнь Нинхуа появилась слабая улыбка. Услышав это, она встала и слегка поклонилась. "Мисс Мэй Сюэ, пожалуйста, поблагодарите Ее Величество от моего имени за ее доброту".

"Старшая мисс Шень, вы слишком вежливы. Я обязательно передам вам благодарность от вашего имени". Мэй Сюэ слегка сузила глаза. В глубине души она была крайне удивлена. В новостях, которые обсуждались внизу, ясно говорилось, что Шэнь Нинхуа не получила должного образования, но то, что она только что сделала, очевидно, было нарушением придворного этикета.

Шэнь Нинхуа сдержанно улыбнулась. Она слегка вздернула подбородок, обнажив свой выпуклый лоб. Ее брови были наполнены очарованием элегантности и красоты.

Мэй Сюэ обернулась и отдала честь. "Старая Леди, если тебе что-нибудь понадобится, пошли кого-нибудь сказать мне. Я вернусь, чтобы сначала сообщить об этом ее величеству."

"Хорошо". Старая леди Сяо была уже долго в центре внимания и ее улыбка была исключительно ослепительной.

Как только Мэй Сюэ ушла, Чжао Руюнь подвела Шэнь Линхань и сказала: "Приветствую тебя, Старая Леди".

Лицо Шэнь Линхань было наполнено нескрываемым волнением. Хотя выражение лица старой леди Сяо сразу же помрачнело, когда она увидела ее, Шэнь Лихань не почувствовала смущения. Она только тихо сказала: "Бабушка".

"Где ты была?" Старая леди Сяо была несчастна.

"Я..." Шен Линхань опустила голову.

Чжао Руюнь взяла ее за руку и объяснила: "Я только что привела свою двоюродную сестру навестить мою тетю, Ее Величество. Тетя очень хвалила Линхань. Банкет вот-вот начнется, так что я уйду первым. Старая Леди, пожалуйста, простите меня". Сказав это, она сразу же ушла.

Лицо старой леди Сяо побагровело от гнева. Она холодно фыркнула на Шэнь Линхань: "Займи свое место!"

"да." Шэнь Линхань послушно села в стороне, но ее пальцы продолжали туго натягивать рукава.

Видя ее волнение, Шэнь Нинхуа не могла не чувствовать себя немного озадаченной. Даже если бы она встретила императрицу, ей не нужно было так волноваться. Возможно ли, что что-то произошло во дворце императрицы?..

Через некоторое время Мэй Сюэ вернулась: "Дамы, банкет начался".

Все встали и привели в порядок свою одежду. После того, как все были готовы и встали по порядку, Мэй Сюэ повернулась и подала сигнал. Десятки императорских служанок вошли по очереди, ведя всех в соответствии с их рангом в павильон Ваньань, где проходил банкет.

Шэнь Нинхуа и Шэнь Линхань шли бок о бок. Пока они шли, в рукаве Шэнь Линхань появилась ярко-желтая кисточка. Сердце Шэнь Нинхуа екнуло, и в ее голове промелькнула догадка. Видела ли Шэнь Линхань наследного принца во дворце императрицы? В императорском дворце, кроме императора, единственным человеком, который мог использовать ярко-желтый цвет, был наследный принц. Если император наградил Шэнь Линхань чем-то, она, должно быть, с гордостью показала это Старой леди Сяо. Следовательно, это должно принадлежать наследному принцу, чтобы она спрятала его вот так. Подавив нахлынувшие в ее сердце мысли, Шэнь Нинхуа последовала за ведущей императорской служанкой к своему месту.

Павильон Ваньань был чрезвычайно велик. За исключением мест для хозяев, остальные места уже были заполнены людьми. Шэнь Нинхуа обвела взглядом присутствующих и встретилась взглядом со Вторым принцем, Бейли Цзиньчуанем.

Бейли Цзиньчуань украдкой поднял чашку с чаем перед собой и опустил голову, чтобы сделать глоток. Шэнь Нинхуа улыбнулась и кивнула в ответ. После этого она окинула взглядом Бейли Джинзе, которая не выглядела ни счастливой, ни сердитой. Ее сердце дрогнуло от остроты. Второму принцу был присвоен титул Принца-Командора, и Бейли Цзиндзе, должно быть, очень расстроен. В конце концов, ему было невыносимо видеть кого-то, кто превосходил его.

Чу Цзюньи сидел напротив Шэнь Нинхуа. Он увидел их действия и опустил глаза, чтобы скрыть эмоции в своих глазах. Сложилось ощущение, что вокруг него сгустился холод.

"Его величество прибыл. Ее Величество прибыла."

Все опустились на колени и отдали честь. После хрустящего звона жемчуга и нефрита они услышали величественный и глубокий голос: "Таким, каким ты был".

Шэнь Нинхуа слегка подняла взгляд, чтобы посмотреть на императора Бейли Цинцана, который сидел на троне. Ему было уже пятьдесят восемь лет, и его волосы и борода были тронуты сединой, но аура вокруг его тела была очень сложной. Когда он принял коленопреклонение чиновников, его аура была ледяной, а выражение лица было похоже на острое лезвие, погруженное в холодный и глубокий бассейн. Как только лезвие вынырнуло из воды, убийственная аура стала более очевидной и острой, что заставляло людей пугаться с первого взгляда. Но теперь он сдержал свою резкость и выглядел спокойным, как поверхность озера, которую обдувает легкий ветерок, что придавало ему дружелюбный вид.

Бейли Цинцан посмотрел на толпу и сказал: "Второй принц - героический и опытный воин. Он охранял границу нашего Дааня и отогнал армию Великого Королевства Юэ на сотню миль. Я очень счастлив. Я специально устроил сегодня этот праздничный банкет, и нет необходимости слишком беспокоиться об этикете. Будет лучше, если сегодня все хорошо проведут время".

"Ваше величество, вы так милосердны". Все поспешно опустились на колени. "Спасибо вам за вашу благосклонность".

Когда все снова сели, Бейли Цзиньчуань встал и сказал: "Отец, я смущен незаслуженной похвалой Вашего Величества. Мир на границе - это не только моя личная заслуга. Это работа тысяч солдат, которые храбро служат стране, не боясь смерти. Отец, ты даровал мне жалованье в тысячу золотых таэлей, но на сердце у меня неспокойно. Я готов обменять все награды на серебро, чтобы помочь семьям солдат, погибших на поле боя."

Услышав эти слова, Бейли Цинцан довольно улыбнулся. "Ты действительно мой хороший сын. Хорошо, как ты и сказал."

"Спасибо, отец".

Все чиновники восхваляли мудрость императора и благожелательность Второго принца. На мгновение павильон Ваньань наполнился похвалой и радостью.

Шэнь Линхань, однако, посмотрела на Бейли Цзиньчуань с несколько несчастным выражением лица, как будто в ее сердце была большая обида. Шэнь Нинхуа не могла не нахмуриться. Шен Линхань не усвоила свой урок. Было большим табу проявлять эмоции в таком случае, особенно когда человек, на которого она нацеливалась, был Вторым принцем. Она что, сошла с ума? К счастью, всеобщее внимание было приковано к императору.

"Банкет начинается". После громкого заявления императорского евнуха, который председательствовал на банкете, сразу же раздались звуки струнных и деревянных духовых инструментов. Все начали весело пить и поднимать тосты друг за друга.

Шэнь Линхань опасаясь не сдержать свои эмоции опустила голову.

Император приказал, чтобы сегодня не было необходимости беспокоиться об этикете. Хотя никто не осмеливался переступить черту и вести себя слишком вольно, они должны были вести себя живо и весело, чтобы сделать банкет счастливым событием.

Шэнь Линхань налила два кубка вина. Она подняла одну чашку и сказала Шэнь Нинхуа: "Старшая сестра, раньше я была очень наивна и неправильно понимала тебя в некоторых вопросах. Пожалуйста, не вини меня. Эта чаша вина - мое извинение перед тобой. Пожалуйста, прости меня".

Шэнь Нинхуа повернулась чтобы посмотреть на нее. "Слишком много всего произошло за это время. Я даже не могу вспомнить их все. За что ты извиняешься?"

Руки Шэнь Линхань, державшие кубок с вином, задрожали, и ее улыбка внезапно застыла. "Пусть прошлое останется в прошлом. Отныне я обязательно буду делать все так, как ты пожелаешь." Сказав это, она подняла голову и выпила вино.

Шэнь Нинхуа поднял кубок с вином. Вино было прозрачным и имело слабый фруктовый аромат. Это было чрезвычайно ценное Вино из Ста Ароматов династии Даан.

"Старшая сестра, ты не хочешь пить вино. Ты все еще злишься на меня?"

Шэнь Нинхуа скривила губы. Она подняла голову и выпила вино. "Нет". Она не сердилась, она была обижена!

Шэнь Линхань обрела вид чрезвычайного счастья и ее лицо озарила ослепительная улыбка.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было безразличным. Она отвернулась и больше не пыталась угадать, что у Шен Линхань припрятано в рукавах. Она отказалась предпринимать какие-либо шаги и ожидала, когда Шен Линхан сделает свой ход.

Внезапно она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Она не могла не последовать за своими чувствами и не оглянуться. Это был Бейли Цинцан! Человек, который смотрел на нее, на самом деле был императором Бейли Цинцаном! Шэнь Нинхуа сдержала мысль опустить голову и с сомнением посмотрела на него. Она даже прищурила глаза и улыбнулась.

Пристальный взгляд Бейли Цинцана на секунду остановился. После минутного удивления он скривил губы и спросил: "Вы Шэнь Нинхуа?"

Шэнь Дон поспешно поставил свою чашку и хотел встать и извиниться, прежде чем услышал немного хриплый голос Шэнь Нинхуа: "Ваше Величество, я Шэнь Нинхуа".

“Правильно”. Бейли Цинцан смерил ее взглядом и похвалил: "Ты красивая девушка. Сколько тебе лет?"

"Ваше величество, мне четырнадцать".

"Хорошо, возвращайся на свое место". Выглядело так, как будто Бейли Цинцан просто хотел задать эти вопросы. Он больше не обращал внимания на Шэнь Нинхуа. Но у всех остальных были свои собственные предположения. Обычно они могли истолковать сотню значений, когда император хмурился, не говоря уже об этом случае, когда он обратил внимание на молодую незамужнюю леди, которая не пользовалась большой известностью.

Шэнь Дун знал, что военное руководство, которое Второй принц предложил императору, было куплено у Шэнь Нинхуа. Неужели император заметил ее из-за военного руководства?

Императрица Чжао Хуэйин сказала: "Премьер-министр Шэнь, вы вырастили двух хороших дочерей. Нинхуа обладает выдающейся внешностью, а талант Линхань впечатляет. Я также слышала, что Лихань и ваш первый сын - благоприятная пара, но я никогда раньше их не видела. Теперь я видела их обоих одновременно."

Шэнь Нинхуа поднял глаза. Чжао Хуэйин была одета в красное платье императрицы. На голове у нее была заколка из бисера с изображением пяти фениксов, поклоняющихся солнцу. Она также носила двенадцать золотых заколок для волос и нефритовые заколки, которые высоко стягивали ее волосы. Брови у нее были темные, а губы красные, как киноварь. Она говорила с соответствующим медленным темпом и элегантной аурой. Она выглядела точь-в-точь как благородный феникс, заставляя людей испытывать чувство неполноценности.

В этот момент ее слова привлекли всеобщее внимание к Шень Линхань!

Глава 50 - На Этом Твоя Жизнь Заканчивается

Услышав слова императрицы, каждый мог сказать, что она предпочитает. Помимо того, что Шэнь Линхань была талантлива, ей также сопутствовала удача. Таким образом, подразумевалось, что у Шэнь Нинхуа не было никаких других преимуществ, кроме ее привлекательной внешности. Но обычная красота не может создать женщине репутацию.

Бейли Цинцан бросил на них равнодушный взгляд, ничего не сказав. Императрица улыбнулась и сказала: "Линхань, подойди и дай мне поближе взглянуть на тебя".

Шень Линхань не могла сдержать волнения. Она глубоко вздохнула, церемонно и встала и легко проследовала в центр зала где грациозно отдала честь. "Шень Линхань выражает почтение Вашим Величествам".

"Какая очаровательная девушка. Я слышал, что твой брат тоже вернулся?"

Шэнь Сюанье встал и пошел вперед. Отдав дань уважения императору и императрице, он встал плечом к плечу с Шэнь Линхань.

Императрица посмотрела на них с улыбкой на лице и кивнула. Она повернулась к Бейли Цинкану и сказала: "Ваше величество, посмотрите на сходство между близнецами. Мадам Чжао поистине благословенна."

Бейли Цинцан повернул голову и после паузы промолвил: "Неплохо".

"Действительно, близнецы редки, не говоря уже о благоприятной голубиной паре. В тот момент, когда я увидела Линхань, я почувствовала себя очень близкой с ней. Шэнь Сюанье - мужчина, поэтому мне неудобно награждать его. Но я могу только вознаградить Шень Линхань. Мэй Сюэ, отправь эту пару браслетов Шэнь Линхань."

Шэнь Линхань поспешно опустился на колени и поблагодарил императрицу. Она была очень взволнована. С близостью императрицы и "Неплохим" императором, кто мог затмить ее? Шэнь Дун определенно освободит ее и ее мать из зала предков, и после этого у нее появится возможность стать главнее и подавить Шэнь Нинхуа!

- Благодарю вас, ваше величество.

"Хорошо". Ответила императрица и перевела взгляд на императора.

Бейли Цинцан махнул рукой императорскому евнуху, чтобы тот подошел, и сказал ему несколько слов.

"Я очень рад видеть первого молодого мастера семьи Шэнь, Шэнь Сюанье, который чрезвычайно талантлив. Настоящим я награждаю его четырьмя сокровищами кабинета и ста таэлями золота. Я надеюсь, что все возьмут с него пример и сделают все возможное, чтобы служить стране".

Шэнь Дон взволнованно встал и сказал: "Ваше величество, я смиренно благодарю вас от имени моего сына".

Шэнь Нинхуа знала, что после того, как императрица проявит благосклонность к семье Шэнь, мадам Чжао и Шэнь Линхань больше не будут заперты в зале предков.

"Хорошо". Бейли Цинцан небрежно оглядел толпу внизу. Казалось сейчас у него было не самое лучшее настроение.

Чиновники внизу не могли понять, о чем думает император, поэтому им оставалось только нервничать и продолжать трапезу. Императрица же пребывала в прекрасном настроении. Она была чрезвычайно довольна и общалась с несколькими высокопоставленными дамами, которые были близки к ней.

На таких банкетах, как этот, подающим надежды молодым людям было просто необходимо дать несколько выступлений. Третий принц и Четвертый принц вышли вперед вместе, чтобы представить танец с мечом. По окончании выступления зрители высказали многочисленные похвалы. Бейли Цинцан также наградил их двумя мечами сияющих от счастья танцоров.

Внезапно, один из гостей произнес: "Танец с мечом, который показывал первый молодой мастер семьи Шэнь на банкете в честь дня рождения старой леди Сяо, тоже был весьма необычным".

Третий принц был немного недоволен. "Шэнь Сюанье, ты тоже искусен в танце с мечом? Его Величество похвалил вас за ваш литературный талант, но я не ожидал, что вы также хороши в боевых искусствах. В таком случае, почему бы вам не показать его Его величеству?"

Брови Шэнь Сюанье дрогнули. "Ваше высочество, я не силен в боевых искусствах и боюсь выставить себя на посмешище."

Чу Цзюньи поднял на него глаза. "Мастер Шень, вы слишком скромны. Ваше высочество, я думаю, вы об этом не слышали. На банкете в честь дня рождения мастер Шень исполнил танец с мечом. После того, как кто-то бросил вперед букет цветов, свет меча и летящие лепестки заполнили небо. И в итоге лепестки цветов упали на землю и образовали символ "Долголетие". Это было просто потрясающе. Многие люди, присутствовавшие на банкете, были ошеломлены."

От услышанного, выражение лица Третьего принца становилось все более угрюмым. Он произнес: "Молодой мастер Шэнь, почему бы вам не исполнить это сейчас?"

Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи обменялись взглядами, и в их глазах промелькнула слабая улыбка. Третий принц был самым импульсивным и склонным к соперничеству. Поскольку его мать была знатной императорской наложницей, он также имел высокий статус во Дворце. В этом случае, независимо от того, станцует ли Шэнь Сюанье танец с мечом или нет, он определенно нанесет оскорбление Третьему принцу из-за этого эпизода.

Шэнь Сюанье тоже думал об этом моменте. Он тут же встал и сложил руки. "Ваше величество, я..."

Бейли Цинцан махнул рукой и сказал: "Не имеет значения, если вы не владеете боевыми искусствами. Принцы изучают боевые искусства, чтобы укрепить свою силу воли. Пока ты носишь в своем сердце народ и страну, я буду ценить тебя, даже если у тебя не хватит сил связать цыпленка".

Все в один голос похвалили: "Ваше величество, вы так мудры".

"Хорошо, я устал, сначала пойду отдохну. Императрица будет сопровождать меня. Наследный принц останется и примет всех официальных лиц от моего имени."

Бейли Цзиньи, одетый в одежду наследного принца, поспешно ответил: "Да, ваше величество".

Императрица улыбнулась и сказала: "Ваше величество, на банкете довольно много женщин из семей чиновников. Сезон хороший. Императорский сад находится недалеко от павильона Ваньань. Как насчет того, чтобы позволить юным леди пойти и повеселиться в саду? Прошло много времени с тех пор, как в императорском дворце было так оживленно."

"Хорошая идея".

"Его Величество и Ее Величество уезжают!"

Как только они вдвоем ушли, все почувствовали себя расслабленными. Шэнь Сюанье вернулся на свое, его лицо было спокойным, но Шэнь Нинхуа остро почувствовала его негодование. Он явно встал с намерением продемонстрировать свой талант перед императором. К сожалению, Бейли Цинцан не дал ему такой возможности. И не только это ему портило настроение. Судя по всему император даже и не хотел ничего видеть, никакого танца. Осознав это, Шэнь Нинхуа чуть не рассмеялась.

Будучи учеником знаменитого Мастера Ляо Чэня, Шэнь Сюанье уже на много шагов опережал своих сверстников. Но сегодня он просчитался.

После того, как императрица пригласила всех в сад, многие молодые леди встали и направились в указанном направлении. Шэнь Линхань взяла Шэнь Нинхуа за руку и тихо сказала: "Старшая сестра, пейзаж императорского сада, должно быть, чрезвычайно красив. Давай тоже пойдем посмотрим. Нам редко выпадает шанс попасть в императорский дворец."

Шэнь Нинхуа взглянула на запястье, которое держала Шэнь Линхань, и улыбнулась: "Хорошо, пойдем посмотрим".

Чжао Руюнь нахмурилась и подошла ближе. Она потянула Шэнь Линхань за собой и сказала: "Линхань, ты все еще такая мягкосердечная и доверчивая. Ты хочешь быть хорошей младшей сестрой, это похвально. Но другие люди, возможно, не захотят быть твоей хорошей старшей сестрой. Тебе лучше быть осторожным, чтобы тебя не подставили."

"Кузина, старшая сестра очень хорошо ко мне относится". Шэнь Линхань слабо улыбнулась, но ее слегка нахмуренные брови выдавали признаки беспокойства.

"Хм, Его величество похвалил вас лично. Ее величество наградила вас. Кто знает, может быть, кто-нибудь сделает тебе что-нибудь плохое из ревности? Пойдем, я тебе все покажу." Чжао Руюнь бросила свирепый взгляд на Шэнь Нинхуа и потащилал Шэнь Линхань наружу.

Чу Цзюньи подошел, посмотрел им вслед и произнёс: "Если с ними обоими что-нибудь случится, я боюсь, что тебе придется плохо".

Шэнь Нинхуа улыбнулась: "Даже если вы идете по ровной земле, вы можете упасть и выбить себе зубы. Было бы странно, если бы в этом мире все шло гладко. Если произойдет какой-то несчастный случай, это может только доказать, что они были неосторожны. Это внутренний двор императорского дворца. Я боюсь сделать неверный шаг при ходьбе, и я даже не осмеливаюсь сказать ни единого слова без необходимости. Как я могу что-нибудь сделать?"

"Пожалуй, в этом есть смысл. Пейзаж снаружи идеален. Могу я иметь удовольствие пригласить мисс Шень взглянуть?"

"Благодарю".

Бейли Цзиньчуань обернулся и спросил Шэнь Сюаньхуа позади него: "Ваша старшая сестра и мастер Чу в хороших отношениях?"

Шэнь Сюаньхуа посмотрел на две уходящие фигуры у входа в зал и почувствовал себя немного странно. "Старшая сестра строго соблюдает правила. Обычно она остается в своем дворе Инъюэ." Как у нее могли быть хорошие отношения с мужчиной, не входящим в ее семью?

Пальцы Бейли Цзиньчуаня замерли, и он бессознательно скривил губы. Шэнь Нинхуа строго соблюдал правила? Она вымогала у него 5000 таэлей золота, и это было эквивалентно 80 000-90 000 таэлей серебра. Люди, соблюдающие правила, могут делать такое?

Шэнь Сюаньхуа не мог не нахмуриться. Он поприветствовал Второго принца и сказал: "Ваше высочество, я собираюсь позаботиться о своей старшей сестре. Она самая добросердечная. Я боюсь, что кто-нибудь может над ней издеваться."

Бейли Цзиньчуань поперхнулся. "...Ты... иди". После того, как Шэнь Сюаньхуа быстро вышел из дворца, он тоже встал. Банкет был утомительным и скучным. С таким же успехом он мог бы пойти и посмотреть, как "издевались" над Шэнь Нинхуа.

Когда он прибыл в императорский сад, то уже не увидел Шэнь Сюаньхуа. Вместо этого он увидел, что Шэнь Нинхуа сидит, прислонившись к забору рядом с павильоном у воды. Она облокотилась на руку, обнажив белоснежное запястье. Это было так, как будто она наслаждалась легким ветерком, и ее яркие темные глаза слегка сузились. Она была похожа на кошку, свернувшуюся калачиком на солнце.

Без всякой причины Бейли Цзиньчуань относился к ней немного лучше. Он шагнул вперед, но Шэнь Линхань оказался перед Шэнь Нинхуа первым.

Бейли Цзиньчуань не мог не почувствовать разочарования, когда увидел, что Шэнь Нинхуа словно закрылась в своих эмоциях, надела на лицо маску и снова превратилась в нежную и улыбающуюся девушку.

"Старшая сестра, почему ты сидишь здесь? Мы только что видели павильон, построенный вон там на искусственном холме. Мы как раз подумывали о том, чтобы вместе подняться туда. Пойдем с нами. Кузен сказал, что оттуда видно больше половины Дворца."

Шэнь Нинхуа подняла на нее глаза. Она только что немного расслабилась и не хотела сейчас связываться с Шень Линхань. Она неторопливо промолвила: "Младшая сестра, ты забыла, что сказала бабушка? Не бегай по Дворцу."

"Старшая сестра, я знаю. Но там ходит много людей. Не волнуйся. Все будет хорошо."

"Хорошо, тогда пойдем посмотрим". Шэнь Нинхуа взглянула на нее и кивнул в знак согласия. Поскольку Шень Линхань настояла, то ей было интересно посмотреть, что у Шень Линхань припрятано в рукавах.

Шэнь Линхань незамедлительно принялась болтать с Чжао Руюнем, и пара, поддерживая друг друга, направились к искусственному холму.

Бейли Цзиньчуань огляделся и не увидела Чу Цзюньи. Ему было немного любопытно. "Мисс Шень, почему вы здесь одна?"

Шэнь Нинхуа улыбнулась и ответила: "Приветствую вас, ваше высочество".

Бейли Цзиньчуань ответил с улыбкой: "Спасибо, мисс Шэнь. Я хотел бы пригласить вас на банкет в следующий раз."

"Если вы хотите поблагодарить меня, вы просто могли бы еще дать мне немного серебра вместо этого." Сказала Шэнь Нинхуа, поднимаясь на искусственный холм.

Бейли Цзиньчуань внимательно следил за ней. "Я думал, тебе не нравятся эти мирские вещи".

"Ха-ха, тогда вы ошибаетесь. Я мирской человек, поэтому мне нравятся мирские вещи. Если вы дадите мне сотни тысяч таэлей, я расскажу вам все свои хорошие идеи, сколько смогу придумать в будущем".

"Что в этом такого сложного? Если вы хотите, не говоря уже о сотнях тысяч таэлей, вы можете легко получить Особняк принца." Бейли Цзиньчуань улыбнулся и сосредоточенно посмотрел на нее.

Сердце Шэнь Нинхуа замерло. "Ваше высочество, вы шутите. У меня нет таких высоких амбиций. Я просто хочу заработать немного денег и спокойно жить в красивом месте".

Бейли Цзиньчуань улыбнулся и больше ничего не сказал, словно весь предшествующий разговор не имел никакого смысла.

Однако сердце Шэнь Нинхуа не было спокойно, и она погрузилась в состояние легкой задумчивости.

Павильон на вершине искусственного холма был довольно просторным. Шэнь Нинхуа восхищенно ахнула и посмотрела вдаль. Она могла видеть больше половины императорского дворца у себя под ногами, что было очень впечатляюще.

Шень Линхань, казалось, увидела что-то, что немного взволновало ее. Она повернулась и потянула Шэнь Нинхуа вперед: "Старшая сестра, подойди и посмотри, вон там, вон там".

Для Шэнь Нинхуа это было неожиданно, когда Шэнь Линхань подтащила ее к краю павильона. Она хотела развернуться, чтобы отступить, но обнаружила, что Чжао Руюнь стоит у нее за спиной. "Что ты хочешь, чтобы я здесь увидела?"

Шэнь Линхань стремительно приблизилась к ней и еле слышным голосом полным ненависти произнесла: "На этом твоя жизнь заканчивается. Посмотри хорошенько."

Шэнь Нинхуа резко подняла глаза, и ее взгляд был полон суровости. Прежде чем она смогла сделать какое-либо движение, она почувствовала, как земля стала уходить из под ее ног. Внезапно, ее ноги оторвались от земли. От сильного толчка сзади она упала с искусственного холма, прежде чем успела позвать на помощь.

Шэнь Линхань закричала: "Старшая сестра!"

Глава 51 - Тебе Повезло Остаться В Живых

Услышав голос, Бейли Цзиньчуань резко обернулся и оттолкнув нескольких молодых леди из аристократических семей, стоявших перед ним, прыгнул вперед! Он пытаясь ухватить Шэнь Нинхуа и оттащить назад. К сожалению, все произошло очень быстро, Шэнь Нинхуа упала, и ему только удалось схватить парящий шелковый носовой платок.

Бейли Цзиньчуань повернул голову. Его яростный взгляд казалось физически давил на Чжао Руюнь и Шэнь Линхань. У него конечно был опыт сражений на поле боя, в его взгляде всегда можно было прочесть жестокость и кровожадность. Но сейчас эти чувства были чрезвычайно сильны, особенно для двух молодых девушек. Они одновременно сделали шаг назад.

Земля под их ногами зашуршала. Сердца Шэнь Линхань и Чжао Руюнь замерли в испуге и воскликнули: "Ах!"

Каменная плита на земле накренилась, заставив Шэнь Линхань и Чжао Руюнь подойти к самому краю. Они чувствовали слабость в коленях и от испуга их покинули все силы. Они даже пытались оказать сопротивления и попытаться спастись, прежде чем они упали с искусственного холма, так же как и Шэнь Нинхуа.

В мгновение ока один за другим раздались тревожные крики.

Бейли Цзиньчуань ступил на камни, выступающие из искусственного холма, и быстрыми шагами направился с него вниз. Он поспешно побежал вперед, чтобы проверить состояние Шэнь Нинхуа. Он даже не заметил Чу Цзюньи, стоявшего рядом с Шэнь Нинхуа: "Шэнь Нинхуа, ты в порядке?"

Задавая этот вопрос, он уже был готов к худшему. Павильон находился на высоте более десяти метров над землей, и никто, упавший с него, не мог остаться невредимым.

Чу Цзюньи присел на корточки и внимательно наблюдал за Шэнь Нинхуа. "Когда я уходил, с ней все было в порядке. Что здесь произошло?"

"Она случайно упала с искусственного холма". Бейли Цзиньчуань был растерян и сильно расстроен.

"Как она могла?" Чу Цзюньи нахмурился. "Разве старшая мисс Шень не боится высоты? Даже если бы она поднялась по павильону, она бы никогда не подошла к его краю."

"Старшая мисс Шень боится высоты?" Вспомнив сцену, в которой Шэнь Линхань довела Шэнь Нинхуа до края, Бейли Цзиньчуань пришел в ярость. Они вдвоем сделали это нарочно!

Когда он далее вспомнил, как враждебно Шэнь Линхань относилась к Шэнь Нинхуа он сразу все понял, понял, что все было спланированно и эта мысль привела его в ярость. Шэнь Линхань и Чжао Руюнь сговорились, чтобы убить Шэнь Нинхуа. Но и они сами проявили неосторожность, испугались, поэтому по сути они попали в собственную ловушку и тоже упали вниз. Он посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая лежала на земле с закрытыми глазами и необычайно бледным лицом. Ее дыхание, казалось, было легким и поверхностным.

"Сначала сходи за врачом, затем доложи об этом моему отцу, а также пригласи сюда премьер-министра Шэня".

Чу Цзюньи опустил голову, чтобы проверить состояние Шэнь Нинхуа. Услышав приказ, его глаза слегка блеснули, и он скривился.

Когда Шэнь Дунь услышал, что две его первые дочери упали с искусственного холма и что их жизни висят на волоске, у него в глазах потемнело.

"Ваше высочество, как это произошло?"

Бейли Цзиньчуань поднял голову и угрюмо ответил: "Вам придется спросить Вторую мисс Шэнь".

"Шен Линхань?" Шэнь Дунь слегка расширил глаза: "Это..." Неужели Шень Линхань снова устроил какие-то неприятности?

Бейли Цзиньчуань увидел, как к нему подошел Чэнь Юнь. Он проигнорировал Шэнь Дуня и прямо сказал Чэнь Юню: "Доктор Чэнь, обойдитесь без церемоний. Пожалуйста, подойдите и посмотрите".

На земле явно лежали три человека. Бейли Цзиньчуань не сказал, кого следует лечить в первую очередь, но он встал и освободил место рядом с Шэнь Нинхуа. Так что Чэнь Юнь сразу все понял. Он поспешно пощупал пульс Шэнь Нинхуа. Мгновение спустя он вздохнул с облегчением. "Ваше высочество, пульс показывает, что старшая мисс Шень в порядке. Она сейчас в обмороке от шока. Место, откуда она упала, находится прямо над этим кустом, так что она серьезно не пострадала. Однако лучше, чтобы несколько дворцовых служанок осмотрели ее тело."

Гнев Бейли Цзиньчуаня немного утих. "Хорошо, отправьте мисс Шень во дворец принцессы Аннинг, и пусть принцесса найдет несколько служанок, чтобы проверить ее."

Как только Шэнь Нинхуа унесли на носилках, гостьи, гулявшие поблизости от места происшествия, тоже бросились к лежащим телам. Когда Чжао Юньсян увидела лежащую на земле Шэнь Линхань, она не была уверена, жива ли та или мертва. Она поспешно бросилась к ней с криком: "Линхань, дочь моя, что с тобой случилось?"

Шень Дунь нахмурился. "Встань и позволь имперскому врачу осмотреть ее. Веди себя прилично, чтобы мы окончательно не потеряли свое лицо!"

"Учитель, почему Линхань упала с высоты? Должно быть, ее кто-то толкнул." Взгляд госпожи Чжао скользнул по толпе, но она не увидела Шэнь Нинхуа. В ее сердце мгновенно вспыхнул гнев. "Как Нинхуа вела себя? Как старшая сестра? Разве она не знает, что должна заботиться о своей младшей сестре, когда что-то случается? Это нормально, если она не очень-то ладит с Линхань, но в этот момент она даже..."

"Заткнись!" Шэнь Дунь внезапно закричал на мадам Чжао. Его глаза были полны отвращения.

Мадам Чжао была шокирована. Когда она увидела, что с Шэнь Линхань что-то случилось, она подсознательно подумала, что это был план Шэнь Нинхуа. Поэтому она хотела свалить вину на Шэнь Нинхуа. Теперь, когда Шэнь Дунь остановил ее, она заметила, что что-то было не так с тем, как другие люди смотрели на нее. Почему эти люди так странно смотрели на нее?

Чу Цзюньи скривил губы и холодно усмехнулся: "Госпожа Чжао, Старшая мисс Шэнь тоже была травмирована". Она была настолько глупа, что думала только о том, чтобы подставить других.

Зрачки мадам Чжао резко сузились, и ее сердце похолодело. Если бы Шэнь Нинхуа тоже была ранена, значит то, что она произнесла тольк что, могло быть истолковано как клевета в глазах остальных людей.

После того, как Чэнь Юнь проверил Шэнь Линхань и Чжао Руюнь, он нахмурился. "Травма второй мисс Шен несерьезна. У нее сломана нога. Если о ней должным образом позаботятся, она выздоровеет. Что касается мисс Чжао..."

Мать Чжао Руюнь, госпожа Чжан, сопровождала Чжао Хуэйин во дворце императрицы. Когда она услышала эту новость, она бросилась туда и как раз вовремя услышала слова Чэнь Юня. Она была полна беспокойства и поспешно спросила: "Что с моей дочерью?"

"Она сломала позвночник".

«Что?» Госпожа Чжан задрожала и чуть не упала на землю. К счастью, дворцовая служанка поддержала госпожу. Слезы катились по ее щекам, когда она сказала: "Доктор Чен, пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы спасти Руюнь. Семья герцога Вэя будет вам чрезвычайно признательна."

Сердце мадам Чжао замерло, прежде чем она смогла вздохнуть с облегчением. Чжао Руюнь получила перелом позвоночника в поясничном отделе. Если бы ее нельзя было вылечить, она будет парализована на кровати до конца своей жизни! Мадам Чжао и представить себе не могла, в какую ярость придет семья Чжао.

"Старшая невестка, медицинские навыки доктора Чена превосходны. С ней все будет в порядке."

Чэнь Юнь нахмурился и с несчастным видом сказал: "Не говори ничего, если не можешь за это поручиться. Если я не смогу вылечить ее, возьмет ли мадам Чжао на себя ответственность?"

Мадам Чжао внезапно поперхнулась. "Я..."

Чэнь Юнь не собирался с ней спорить. "Я буду стараться изо всех сил. Это не самое подходящее место для травмированных девушек. Поэтому сначала мы должны отвезти их в другое место."

Второй принц кивнул: "Предлагаю сначала отправить их во дворец принцессы Эннинг. Там есть пустой двор."

В то время как здесь происходили все эти события, Шэнь Нинхуа открыла глаза во дворце Синьюэ.

"Ты проснулась?" Раздался обрадованный голос.

Шэнь Нинхуа оглянулась и увидела даму, одетую в светло-красное платье, сидящую рядом с ее кроватью. У нее была приятная внешность и стройная фигура, но запах от ее тела был невыносим. Запах густого ароматического порошка, смешанный с неописуемым зловонием, заставлял людей отчаянно держаться от нее подальше.

- Приветствую вас, Ваше высочество.

"Не нужно церемоний. Вы упали с большой высоты, с высокого искусственного холма и, к счастью, целы и невредимы. Хорошего отдыха."

Шэнь Нинхуа увидела даму с нежной улыбкой на лице и не могла не задуматься. Принцесса Эннинг родилась от той же матери, что и Второй принц. У нее была не только выдающаяся внешность, но и мягкий характер. Родившись в богатой семье, как говорится с серебряной ложкой во рту, она должна была быть одета в парчу и любима окружающими всю свою жизнь. К сожалению, она вышла замуж только за военного офицера третьего ранга.

Видя, что Шэнь Нинхуа взволнована, Аннинг внезапно встала и понятливо сказала: "Я забыла об этом. Зловоние, должно быть, беспокоит тебя. Я прикажу кому-нибудь приготовить для тебя еду. Ты можешь съесть это позже. Если тебе что-нибудь понадобится, прикажи горничной сказать мне."

"Ваше высочество!" Шэнь Нинхуа сказала с искренней улыбкой на лице: "Большое вам спасибо".

Эннинг на мгновение остолбенела. Затем она слабо улыбнулась, повернулась и вышла. Она родилась со зловонием. Ожидалось, что, когда она вырастет, ее состояние будет лучше. К сожалению, зловоние не исчезало, а становилось все более и более серьезным. Любой, кто приблизился бы к ней, не смог бы выдержать этого больше пятнадцати минут. Несмотря на то, что она была принцессой, кому-то было трудно захотеть сблизиться с ней.

Увидев, что принцесса Аннинг выходит из комнаты, Шэнь Нинхуа подавила свои мысли и села. Она осмотрела свое тело и не обнаружила никаких ран. В ее глазах тут же появилась улыбка. Она не могла быть более хорошо знакома с императорским садом. Чтобы не навредить императорским наложницам, посещавшим сад, каждый уголок императорского сада был тщательно спроектирован таким образом, чтобы посетители сада всегда были в безопасности. Так что пострадать в саду было непростым занятием.

Шень Линхань сильно ненавидела ее. Конечно, как она могла полностью измениться после того, как ее заперли в зале предков на несколько дней? Во Дворце, с помощью Чжао Руюнь, она определенно не упустила бы эту хорошую возможность навредить Шэнь Нинхуа.

Выступать в императорском саду было неудобно, поэтому они могли использовать только искусственный холм и павильон. Они не часто посещали Дворец, и искусственный холм был для них самым простым местом для действий.

Она думала об этом, поэтому сначала позволила Чу Цзюньи спрятаться в ложбине на искусственном холме. Это была ее страховка. Если с ней действительно что-то случится, он сможет вовремя помочь. К счастью, он был рядом, и когда она падала на землю, он смог сделать так, что девушка упала на упругий куст. Вот почему сейчас у нее было всего несколько царапин. Это также доказывало, что Чу Цзюньи заслуживает доверия.

Однако Шэнь Линхань и Чжао Руюнь повезло меньше. Она подсыпала специальное снадобье, которое расслабляет мышцы и сделало их тела бессильными. Если не принять меры предосторожности, им сильно повезет остаться в живых после падения с такой высоты!

Вскоре после этого снаружи донеслись звуки шума, и смутно послышался плач мадам Чжао. Шэнь Нинхуа подождала мгновение, пока шум снаружи не утихнет. Затем она встала и вышла. Ей не терпелось поскорее увидеть этот фарс.

Как только она вышла, Шэнь Сюаньхуа быстро подбежал с бледным лицом. Когда он увидел, что с ней все в порядке, он вздохнул с облегчением. "Старшая сестра, я был напуган до смерти, когда услышал, что с тобой что-то случилось. Это здорово, что с тобой все в порядке. Ах, зачем ты вышла? Быстро возвращайся и ложись. Имперский врач сказал, что, хотя ты не выглядишь раненой и у тебя нет видимых травм, внутри твоего тела могут быть скрытые повреждения."

Шэнь Нинхуа заставила себя улыбнуться и сказала: "Я слышала, что вторая младшая сестра и двоюродный брат серьезно ранены, поэтому я хочу взглянуть".

"Старшая сестра, ты должна сначала позаботиться о себе". Шэнь Сюаньхуа не считал намерения сестры правильными.

"Все в порядке. Сюаньхуа, подойди и помоги мне. Давай пойдем посмотрим вместе."

Шэнь Сюаньхуа все еще хотел убедить ее, но, увидев спокойное, но твердое выражение лица Шэнь Нинхуа, он беспомощно вздохнул и шагнул вперед, чтобы поддержать ее. Он позволил ей опереться на него большей частью своего тела и направился в комнату, где находились Шэнь Линхань и Чжао Руюнь.

Комната была заполнена людьми. Как только Шэнь Нинхуа вошла, мадам Чжао увидела ее. Увидев, что с ней все в порядке, она тут же разозлился. Разве ей не говорили, что Шэнь Нинхуа тоже была ранена? Она не похожа на человека, упавшего с большой высоты так же как и ее дочь. Хм, должно быть, это Шэнь Нинхуа замышлял заговор против Линхань. "Шэнь Нинхуа, твоя родная сестра пострадала. Почему ты опоздала и не была рядом с ней?"

Шэнь Нинхуа взглянула на Шэнь Линхань и Чжао Руюнь. Ее лицо было полно печали. Она повернулась и тяжело опустилась на колени перед Шен Доном. "Отец, я была неправа. Я плохо заботился о своей сестре. Теперь, когда выяснилось, что она не сильно пострадала, мы должны отвезти ее домой отдохнуть."

Мадам Чжао внезапно встала, испытывая сильное желание влепить Шэнь Нинхуа пощечину. "Шэнь Нинхуа, как ты думаешь, сломанная нога твоей сестры это несерьезная травма? Ты будешь удовлетворена только тогда, когда будет умирать?"

Глава 52 - Я Сделала Это для Ее Блага

Шэнь Нинхуа опустила голову. Никто не мог видеть выражения ее лица, но все чувствовали в ней глубокую скорбь и печаль.

Шэнь Донг нахмурился, глядя на нее: "Нинхуа, твоя младшая сестра серьезно ранена. Если бы не хорошие врачи, мы не смогли бы ее поставить на ноги, она постоянно бы болела."

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Линхань, кусая губы. "Отец, в конце концов, это не наш дом. Здесь нет нужных лекарств и трав. Лучше вернуть мою младшую сестру домой."

Эта настойчивость девочки начала раздражать и Шэнь Дон почувствовал что ему приходится себя сдерживать. "Ты тоже только что упала. Тебе надо самой отдохнуть. И не беспокойся. "

"Отец..." Шэнь Нинхуа хотела сказать что-то еще, но слуга в дверях огласил прибытие высоких гостей.

Вошли император, императрица и несколько принцев.

Ярость промелькнула в глазах мадам Чжао, когда она вытерла слезы носовым платком. "Нинхуа, Линхань - твоя младшая сестра. Если ты настаиваешь на том, чтобы перевезти ее домой, в то время как она так тяжело травмирована, это означает, что ты ей желаешь смерти. Я знаю, что ты всегда превратно понимала Лингхань, но, в конце концов, вы родные сестры. Независимо от того, что бы она не сделала, ты не должна хотеть вреда ей!".

"Что происходит?" Бейли Цинцан нахмурился.

Плач мадам Чжао звучал еще более горько и печально.

Бейли Цзиньчуань вышел вперед и объяснил: "Отец, дамы сидели в павильоне на искусственном холме в императорском саду. Шэнь Линхань и Чжао Руюнь отвели Шэнь Нинхуа в павильон, чтобы полюбоваться пейзажем. Каким-то образом Шэнь Нинхуа упала, после чего Шэнь Линхань и Чжао Руюнь упали вслед за ней."

Выслушав краткое, но ясное описание того, что произошло, Бейли Цинцан посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая стояла на коленях на земле. "Если ты тоже упала, разве ты не расшиблась? Почему ты стоишь здесь на коленях?"

Все были ошеломлены, не в силах сказать, что происходило с Шэнь Нинхуа, была ли она ошеломлена всем происшедшим или уже пришла в себя.

Шэнь Нинхуа удивленно подняла голову и быстро ответила: "Ваше Величество, моей второй сестре неуместно оставаться и выздоравливать во Дворце".

Бейли Цинцан спокойно промолвил: "Я окажу ей услугу. Вы все тоже можете восстановить силы во Дворце в течение нескольких дней."

Сердце Шэнь Нинхуа сильно забилось, и она ощутила необычное волнение. "Ваше величество, я всего лишь небогатая девушка. Я не смею нарушать правила. Пожалуйста, позвольте мне отвезти мою сестру домой".

"Шэнь Нинхуа!" Мадам Чжао с глухим стуком опустилась на колени и пожаловалась пронзительным голосом: "Ваши Величества, как мать, я не хочу плохо думать о своем собственном ребенке, если в этом нет крайней необходимости. Но теперь, когда жизнь Линхань в серьезной опасности, Шэнь Нинхуа почему-то хочет забрать ее из Дворца. Она пытается лишить жизни мою девочку. Нинхуа, позволь мне спросить тебя. Почему ты всегда причиняешь вред своей сестре?"

Шэнь Нинхуа посмотрел ей прямо в глаза и твердо сказал: "Мама, я делаю это ради блага моей сестры".

Мадам Чжао усмехнулась: "Я думаю ты хочешь, чтобы она умерла! Нинхуа, ты всегда ненавидела нас. Ты ненавидел нас за то, что мы отправили тебя в загородный дом восстанавливать силы, верно?"

"Я не испытываю к тебе ненависти".

"Хорошо, я не хочу продолжать спорить с тобой по этому поводу. Тебе просто нужно хорошенько подумать об этом. Не навреди себе в конце концов." Госпожа Чжао холодно посмотрела на Шэнь Нинхуа и повернула голову: "Ваши Величества, пожалуйста, позвольте императорским врачам осмотреть Линхань и Руюнь. Эти две девушки серьезно ранены".

Шэнь Нинхуа с тревогой сказала: "Не делай этого!"

На этот раз Шэнь Донг тоже был раздражен. "Ваше величество, пожалуйста, простите нас за то, что мы выставили себя дураками. Сюаньхуа, помоги своей старшей сестре отойти в сторону! Доктор Чен, извините, что беспокою вас."

В этот момент лицо Шэнь Нинхуа было бледным. Даже когда ей помогли встать, она не смогла устоять на ногах. Шэнь Сюаньхуа с тревогой сказала: "Старшая сестра, не беспокойся о них. Просто позволь врачам осмотреть вторую старшую сестру."

Шэнь Нинхуа глубоко вздохнула. Она прикусила губу и стояла в стороне с удрученным выражением лица.

Бейли Цзиньчуань был обеспокоен. "Как насчет того, чтобы присесть рядом?" Должно быть, она получила травму, упав с такой высоты.

"Благодарю вас, ваше высочество. Я в порядке." Шэнь Нинхуа покачала головой и посмотрела в сторону Шэнь Линхань.

Когда Чэнь Юнь был готов приступить к осмотру Шэнь Линхань, дворцовые служанки уже приготовили для него все необходимое.

Чэнь Юнь сказал: "Мне нужно осмотреть рану на ее ноге. Ты хватаешь ее за руки, чтобы она не сопротивлялась."

"да." Две дворцовые служанки шагнули вперед и схватили Линхань за руки. Одна из служанок была удивлена, когда коснулась руки Шэнь Линхань. Казалось, в рукаве что-то было. Она думала, что это какая-то безделушка Шэнь Линхана. И так как ей было все равно она намеревалась вынуть его и отложить эту вещицу в сторону. Но когда она разглядела что это было на самом деле, ее лицо сразу же побледнело, и она с грохотом опустилась на колени.

Нефритовый кулон размером с ладонь скатился с кровати и подкатился к ногам Бейли Цинцан.

Чжао Хуэйин внезапно подняла глаза и окинула Шэнь Линхань острым взглядом.

Сердце мадам Чжао билось так быстро, что чуть не выскочило у нее из груди. Она пристально смотрела на нефритовую подвеску.

Этот нефритовый кулон был знаком наследного принца!

"Что происходит?" Бейли Цинцан холодно обвел взглядом людей, стоявших вокруг него. Он хотел найти Наследного принца, но потом вспомнил, что наследный принц развлекал чиновников в парадном зале, поэтому он мог смотреть только на императрицу.

Выражение лица Чжао Хуэйин осталось неизменным, но в ее глазах нахмурились. "Госпожа Чжао, почему нефритовый кулон наследного принца находится в рукаве Шэнь Линхань?"

"Ваше величество, это... это..." Мадам Чжао ничего не могла сказать. Она также была ошеломлена, потому что Шен Линхань ничего ей не сказала.

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Что теперь могла сказать мадам Чжао? Сказать, что наследный принц приглянулся Шэнь Линхань и хотел взять ее в наложницы? Если бы она осмелилась сказать это, императрица немедленно разрезала бы ее на куски заживо. Благородная императрица не могла вынести никакого ущерба своей чести или репутации наследного принца.

В напряженной атмосфере другая дворцовая служанка рядом с Шэнь Линхань дрожащими руками достала еще один нефритовый кулон. "Ваши Величества... здесь... здесь есть еще один нефритовый кулон…Ваши Величества, пожалуйста, пощадите мою жизнь..."

Все проигнорировали дворцовую служанку, которая дрожала на коленях, и сосредоточили свое внимание на нефритовом кулоне в ее руках.

Мадам Чжао пожалела, что не может упасть в обморок. Этот нефритовый кулон на самом деле был знаком Пятого принца!

Бейли Цзиньчуань на мгновение остолбенел, а затем в душе усмехнулся: неужели Шэнь Линхань сошла с ума? Взяв кулон наследного принца, она все же осмелилась взять кулон Бейли Цзиндзе. Она что, собиралась выбирать между ними?

Бейли Цинцан сказал: "Помощник Шэнь, у вашей дочери действительно хороший вкус. Сделала ли она выбор? Я могу даровать им брак."

Шэнь Донг поспешно опустился на колени со стуком упав на щемлю. В этот момент он не заботился ни о чем другом, а думал только о том, как все объяснить. Он всегда проявлял абсолютную преданность императору. Если бы император обнаружил, что он выбирает между принцами, семья Шэнь была бы разрушена. В этот момент он должен был сказать это, как бы сильно он ни заботился о Шэнь Линхань. "Ваше величество, вы оценили меня по достоинству и поставили на такую важную должность. Даже если я принесу свою жизнь в жертву, этого все равно недостаточно, чтобы отплатить Вашему Величеству. Как я смею думать о чем-то другом? Ваше величество, пожалуйста, внимательно изучите."

Чжао Хуэйин тихо сказал: "Ваше Величество, сегодня первый день, когда Шэнь Линхань пришла во Дворец. Наследный принц занят тем, что развлекает чиновников. Эта ситуация с нефритовым кулоном кажется очень странной." У них вообще не было времени встретиться, так как же у него мог быть шанс отдать ей нефритовый кулон?

Бейли Цинцан нахмурился. Он посмотрел на Шэнь Нинхуа. "Вы настаивали на том, чтобы забрать свою младшую сестру, потому что обнаружили на ней нефритовые подвески?"

Шэнь Нинхуа подняла голову и встретилась с ним взглядом. Ее сердце слегка дрогнуло. Бейли Цинцан явно не выказывала никаких эмоций, но она чувствовала себя так, словно ее видели насквозь.

"Ваше величество, я случайно увидел ярко-желтую кисточку на нефритовом кулоне в павильоне. Я хотела уговорить свою сестру, но, не зная как, случайно упала с искусственного холма…Ваше величество, моя сестра воспитывалась моей матерью и всегда вела себя хорошо. Должно быть, произошло какое-то недоразумение."

Как она могла случайно упасть? Скорее всего Шен Линхань пыьалась убить ее, чтобы правда о кулоне не выплыла наружу! И очевидно, Шэнь Нинхуа намеревалась забрать Шэнь Линхань, чтобы спасти ее жизнь. А мать считала, что Шэнь Нинхуа хотел причинить вред ее дочери. А теперь давайте посмотрим, как вы это объясните.

Одежда Чжао Юньсяна была почти мокрой от холодного пота. Она с тревогой посмотрела на Чжао Хуэйина: "Ваше величество, Линхань не сделает ничего неуважительного. Должно быть, произошло какое-то недоразумение."

Бейли Цзиньчуань рассмеялся. "Недоразумение? Если нефритовые подвески не были подарены Шен Линхань моим старшим братом и пятым младшим братом, она их украла?"

"Нет, нет, ваше высочество, вы неправильно поняли. Линхань не могла украсть их. - мадам Чжао покачала головой. Кража вещей королевской семьи была серьезным преступлением, в котором была бы замешана вся семья.

Чу Цзюньи рассмеялся. "Они не были ни подарены, ни украдены. У нефритовых подвесок были ноги, и они наткнулись на Шен Линхань?" Как только он сказал это, кто-то усмехнулся, и все люди стали ждать объяснений мадам Чжао.

Мадам Чжао в панике подняла голову, чтобы увидеть Шэнь Нинхуа, и внезапно закричала: "Шэнь Нинхуа, это, должно быть, ты придумала это, верно?"

"Мама, ты имеешь в виду, что я украл нефритовые подвески наследного принца и Пятого принца, затем притворилась упавшей с искусственного холма, чтобы иметь возможность подбросить нефритовый кулон в рукава Шэнь Линхань?"

Гослос Шэнь Нинхуа был полон насмешки, но госпожа Чжао была так взволнована, что не могла отличить насмешку от заявления. Она только знала, что если хочет защитить свою дочь, то должна найти козла отпущения. "Верно, ты всегда была хитрой и ненавидел свою сестру. Кроме тебя, кто еще мог подставить ее?"

Прежде чем Шэнь Нинхуа что-нибудь сказал, окружающие люди принялись бурно обсуждать это заявление.

"Мадам Чжао, ваши слова не имеют никакого смысла. Нинхуа подарила изысканную вышивку на день рождения своей бабушки. Мы все очень восхищались ее дочерней любовью. Как ты можешь считать ее настолько бессердечной?"

"Это верно. Кроме того, мисс Нинхуа также является первой дочерью семьи Шэнь. Она обладала высоким статусом и красивой внешностью, а также удивительными навыками вышивания. Почему она должна ревновать к Шен Линхань?"

"Это верно. Я слышал, что Шэнь Линхань неоднократно подставляла свою старшую сестру."

"Да, она даже присвоила приданое матери Нинхуа... "

Эта последняя фраза была произнесена тихим голосом, но все равно все ее отчетливо слышали, и они сразу же посмотрели на мадам Чжао с презрением. Шэнь Нинхуа только что действовала, чтобы защитить их, но мадам Чжао теперь подставила ее в ответ…Какой вред может причинить ей девочка, оставшаяся без матери? Мадам Чжао была действительно недалекой.

Мадам Чжао была косноязычна, не зная, как защититься. Лицо Шэнь Дуна было мрачным, а его сердце переполняла ненависть. Он не должен был приводить сюда эту пару матери и дочери!

Шэнь Нинхуа посмотрел на Бейли Цинцана и опустилась на колени. "Ваше величество, у меня нет возможности украсть нефритовые подвески наследного принца и Пятого Принца. Я тоже очень дорожу своей жизнью. Падение с такой высоты убьет людей. Моя биологическая мать отдала свою жизнь из-за меня, так что я определенно не могу быть настолько неблагодарной, чтобы беспечно покончить с собой".

Глаза Бейли Цинцана задумчиво закатились, когда он кивнул и махнул рукой, чтобы она встала.

В это время на кровати тоже были какие-то движения. Шэнь Линхань только что очнулась, когда почувствовала вспышку сильной боли в ногах. Она тут же испуганно закричала: "Ах, мои ноги, что случилось с моими ногами?"

Мадам Чжао поспешно подошла. "Линхань, ты очнулась? Не волнуйся, с твоими ногами все в порядке. Они были просто сломаны. Мы обязательно вылечим тебя и никаких проблем не возникнет."

"Мама, о-о-о!" Шэнь Линхань схватила Чжао за руку и закричала. "Мама, прости мою старшую сестру. Она не хотела так поступать со мной."

Тело мадам Чжао напряглось. Она открыла рот, но не смогла заговорить.

Шен Линхань тупо уставилась вверх. Почему все так на нее смотрят?

Глава 53 - Я Просто Не Доверяю Тебе!

Возникшая глубокая тишина и насмешливые взгляды толпы не давали ей дышать. Шэнь Линхань бессознательно крепче сжала руку госпожи Чжао и пробормотала: "Мама..."

Наконец, Бейли Цзиньчуань поднял брови и спросил: "Вторая мисс Шэнь, прежде чем выставлять свою старшую сестру в столь невыгодном свете, не расскажете ли нам откуда у вас эти две нефритовые подвески?"

Услышав слова "нефритовые подвески", Шэнь Линхань машинально потрогала свои сумки, спрятанные в рукаве. Они были пусты, и внутри ничего не было. "Где нефритовые подвески?"

Мадам Чжао только что сказала, что Шэнь Нинхуа устроила ловушку и подставила ее с нефритовыми подвесками, но, увидев машинальную реакцию Шэнь Линхань, присутствующие все поняли. Если Шэнь Линхань подставили и она не знала о нефритовых подвесках, то сейчас она должна испытывать глубокое удивление.

Бейли Цинцан уже начал терять терпение: "Императрица, вы сами разберетесь с этим делом".

Императрица кивнула. Император уже был недоволен. Нельзя допустить того, чтобы репутация наследного принца оказалась испорчена или подмочена. Поэтому ей пришлось возложить вину на Шэнь Линхань.

"Шен Линхань, статус наследного принца благороден. Хотя ты дочь семьи Шэнь, ты была рождена второй женой премьер-министра, поэтому ты недостойна положения Наследной наложницы. Более того, вы вели себя неподобающим образом и даже пытались соблазнить двух принцев одновременно. Я действительно разочарована тобой".

Рожденна второй женой? Соблазнять принцев? Госпожа Чжао была в смятении. Слова императрицы уничтожат Линхань!

"Ваше величество..."

"Замолчи!" Тонкие брови императрицы были полны суровости. "Ты моя младшая сестра, поэтому тебе следует быть более внимательной и больше уделять внимания воспитанию Линхань. Но ты так баловала ее, что она обманом заставила двух принцев делать глупости. Если два брата затаили злобу друг на друга из-за этого, кто за это возьмет на себя ответственность?"

Мадам Чжао была затряслась всем телом, ноги ее отказывались держать. Она не могла взять на себя ответственность за это... Даже если бы ее разрезали на куски, она все равно не смогла бы все исправить…

Шэнь Линхань чувствовала себя так, словно провалилась в ледяной погреб. Она не хотела умирать. Она хотела жить!

Императрица холодно сказала: "Поведение Шэнь Линхань весьма легкомысленно..."

"Ваше величество", - поспешно словно от боли вскрикнула Шэнь Линхань. Ее глаза были полны слез. "Какой бы смелой я ни была, я бы не посмела испортить отношения между двумя принцами. Нефритовый кулон не был подарком мне от наследного принца. Дело в том, что кисточки на кулоне разболтались и его высочество попросил меня починить его. Но так как он спешил на банкет, то и оставил нефритовый кулон мне. Ваше величество, пожалуйста, поверьте мне."

Конечно, если бы она призналась, что соблазняла принцев, она была бы обречена. Так что пришлось предъявить какое-то другое объяснение, чтобы избежать обвинения.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Сейчас Шэнь Линхань действительно проявила свою сообразительностью. Императрице пришлось пожертвовать ею, чтобы защитить наследного принца. Если бы она сказала, что наследный принц испытывает к ней чувства, императрица не смогла бы ее терпеть. Только дистанцировавшись от наследного принца, она сможет выжить.

Чжао Хуэйин нахмурилась. "А как насчет нефритового кулона Пятого принца?"

Шен Линхань стиснула зубы. Она понятия не имела, почему нефритовый кулон Пятого принца оказался у нее в рукаве. Однако в этот момент она не могла защищаться и просто повторила свое предыдущее оправдание. "Ваше величество, нефритовый кулон Пятого принца со мной по той же причине".

Отношение императрицы смягчилось. "Ваше величество, повидимому действительно произошло некоторое недоразумение".

Лицо Бейли Цинцана ничего не выражало, но его взгляд на Шэнь Линхань был ледяным. "Какое удивительное совпадение".

Сердце императрицы дрогнуло. Если бы император захотел оставить все как есть, они были бы в безопасности даже без оправдания. Но если император хотел провести расследование, то правда была совсем не важна.

Чу Цзюньи поднялся и отдал честь. "Ваше величество, слова второй мисс Шен звучат честно. Как насчет того, чтобы послать кого-нибудь отдельно подтвердить с двумя принцами и спросить их, почему их нефритовые подвески находятся в руках Второй мисс Шэнь."

Шэнь Нинхуа опустила голову и еле сдержала улыбку на губах. Чу Цзюньи довел Шэнь Линхань до смертельно роковой черты. Вместо того, чтобы позвать наследного принца и Пятого принца, он предложил послать людей, чтобы спросить принцев и донести информацию сюда. И если их слова подтвердят то, что сказала Шэнь Линхань, значит все сказанное было правдой. Если слова будут другими, то Шэнь Линхань пришлось бы молить небеса о милосердии.

Бейли Цинцан кивнул. "Хорошо".

Чжао Хуэйин повернулась, чтобы посмотреть на дворцовую служанку позади нее. "Мэй Сюэ, пошлите двух человек спросить наследного принца и Пятого принца, правда ли то, что сказала Шэнь Линхань".

"Хорошо." Мэй Сюэ поспешно послала двух дворцовых слуг в парадный зал.

Ладони Шэнь Линхань вспотели, а ее зрачки сузились из-за нервозности. Она только что поднялась с кровати на землю, чтобы выглядеть убедительнее, несмотря на травму ног. Теперь же из-за мучительной боли она почти не могла дышать. Даже малейшее движение заставило бы ее сердце замирать. Только теперь она на себе ощутила действие пословицы, которая гласит, что день может быть подобен году".

Через пятнадцать минут вошла Мэй Сюэ и сказала: "Ваши Величества, его Высочества оба сказали, что попросили вторую мисс Шэнь помочь закрепить кисточки на их нефритовых подвесках".

Мадам Чжао вздохнула с облегчением, и ее бледное лицо медленно порозовело. Зная, что ей не уже нужно беспокоиться о своей жизни, Шэнь Линхань с облегчением упала в обморок.

Шэнь Нинхуа посмотрела на них двоих и вздохнула про себя. Какая жалость. Ей почти удалось лишить жизни Шэнь Линхана. Однако она предвидела вмешательство императрицы, поэтому не была слишком разочарована.

Чу Цзюньи посмотрел на лежащую Шэнь Линхань. - Значит, это было недоразумение. К счастью, вторая мисс Шэнь очнулась вовремя, чтобы четко объяснить это. В противном случае это была бы ужасная ситуация. К сожалению, старшая молодая леди семьи Чжао еще не очнулась. Интересно, в опасности ли ее жизнь?"

Когда он упомянул об этом, все сразу вспомнили, что Чжао Руюнь сломала себе позвоночник. Шэнь Линхань очнулась, но Чжао Руюнь, вероятно, не очнется.

Госпожа Чжан сидела у кровати Чжао Руюнь. Как бы ни было шумно в зале, она не пошевелилась. В этот момент она услышала всеобщее обсуждение и медленно подняла голову. "Ваши Величества, я боюсь, что Руюнь вот-вот умрет. Пожалуйста, позвольте мне отвезти ее домой".

Шпилька на голове Чжао Хуэйин слегка покачнулась. "Во Дворце есть все виды лекарственных ингредиентов, и есть императорские врачи, которые ее лечат. Пусть Руюнь останется и поправится во Дворце."

Госпожа Чжан опустила голову и заплакала: "Благодарю вас, ваше величество. Однако, похоже, что Руюнь…Я лучше отвезу ее домой и позволю членам семьи сопровождать ее. Если, к несчастью, она в конце концов умрет, она будет знать дорогу домой".

Чжао Хуэйин вздохнул. "Ваше величество, пожалуйста, позвольте Чжао Руюнь покинуть дворец".

"Да, пусть доктор Чэнь лично поедет и вылечит ее. Какие бы лекарственные ингредиенты ни понадобились, сообщите об этом и все необходимые снадобья будут вам направлены. Отправь также Шэнь Линхань и назначь императорского врача для ее лечения."

- Благодарю вас за вашу благосклонность, ваше величество.

Бейли Цинцан встал и направился к двери. Все дружно почтительно провожали его взглядом.

Шэнь Нинхуа опустилась на колени на землю. Внезапно перед ее глазами появилась пара сапог с узорами из благоприятных облаков и драконов. Она поспешно подняла голову. "Ваше величество?"

"Ты тоже сегодня в шоке. Возвращайся и хорошенько отдохни. Если ты чувствуешь себя некомфортно, пошли кого-нибудь за Чэнь Юнем."

Взгляды окружающей толпы были настолько испепеляющими, что могли физически обжечь ее. Шэнь Нинхуа была потрясена, но ее лицо оставалось спокойным. На ее губах даже появилась слабая улыбка. "Ваше величество, благодарю вас за вашу заботу".

Взгляд Бейли Цинцана упал на лицо Шэнь Нинхуа. Он долго размышлял, затем кивнул и ушел со своими слугами в грозном строю.

То, что должно было стать праздничным банкетом, превратилось в фарс.

Но Бейли Цзиньчуань, похоже, это не волновало. Увидев Шэнь Нинхуа, стоящую у входа во дворец, он подошел и сказал: "На что ты смотришь?"

Шэнь Нинхуа обернулась и сказала: "Ничего. Я просто греюсь на солнце."

"Греешься? Тебе холодно?" Бейли Цзиньчуань усмехнулся. Хотя был уже конец августа, погода все еще стояла очень жаркая. В это время она грелась на солнышке?

Шэнь Нинхуа горько улыбнулась. "Когда тетя уходила, она бросила на меня взгляд, от которого у меня по всему телу пробежал холодок".

"Ха-ха", - Бейли Цзиньчуань посмотрел на группу людей, выходящих из дворца. "Ты тоже жертва. Она не может винить тебя."

Шэнь Нинхуа улыбнулась и ничего не стала объяснять. "Ваше высочество, мне тоже пора уходить".

Бейли Цзиньчуань прищурился, наблюдая, как уходит Шэнь Нинхуа. Он достал из рукава шелковый носовой платок и долго его гладил. Он схватил носовой платок из павильона на искусственном холме и несколько раз хотел вернуть его Шэнь Нинхуа, но по какой-то неизвестной причине так и сделал этого.

От шелкового носового платка исходил слабый аромат, а в углу была вышита гроздь азалии. Он был таким же великолепным и красочным, как и его владелица, но излучал неописуемый холод.

Мадам Чжао и Шэнь Линхань забились в угол кареты, не смея вымолвить ни слова. Выражение лица старой леди Сяо было чрезвычайно угрюмым. Эта маленькая сучка Шен Линхань чуть не втянула в отвратительную историю всю семью Шен. Если бы не стремление сохранить свое лицо, она бы сразу вышвырнула пару матери и дочери вон.

Шэнь Нинхуа была одна в карете позади них. Пока что Шэнь Линхань не создавала проблем и можно было расслабится. Внезапно карету слегка тряхнуло. Шэнь Нинхуа открыла глаза и увидела, как Чу Цзюньи входит в дверь кареты.

Она удивленно подняла брови. - Кучер – ваш человек?

"Да", - кивнул Чу Цзюньи. "Поскольку мы договорились о сотрудничестве, мне, конечно, нужно быть щедрым в своих дарах. В противном случае, разве ты не пожалла бы об этом?"

Шэнь Нинхуа улыбнулась и не стала этого отрицать.

"Какая жалость сегодня. Если бы не вмешательство императрицы, дело было бы улажено." Чу Цзюньи прислонился к карете с выражением легкого сожаления на лице. "Похоже, императрица не откажется от семьи Шэнь. Мадам Чжао и ее дочь, вероятно, придумают, как организовать возвращение. Тебе следует быть более осторожной."

"Я так и сделаю". Семья Чжао позволила Чжао Юньсяну жениться на Шэнь Донг, чтобы объединить семью Шэнь и семью Чжао. Хотя произошло что-то нежелательное, это не повлияло на тайное сотрудничество между двумя семьями. "Это нормально - оставить их вдвоем. Шэнь Сюанье еще не сделал ни одного шага. Я чувствую, что это немного необычно. Неплохо иметь этих двоих в качестве обузы для него."

Чу Цзюньи слегка приподнял брови. "Мне показалось, что ты всегда испытывала некоторый страх по отношению к Шэнь Сюанье. Неужели он так силен?"

Шэнь Нинхуа серьезно сказала: "Не стоит его недооценивать. Он самый способный человек в семье Шен."

"Похоже, мне нужно хорошенько изучить его". Чу Цзюньи вспомнил это дело в своем сердце. "Кстати, почему вы так хорошо знакомы с императорским дворцом?"

Шэнь Нинхуа попросила его временно спрятаться в расщелине искусственного холма. Эта трещина оказалась на обратной стороне холма. Если бы люди не ходили вокруг и не проверяли все подряд, определенно этот разлом не был бы обнаружен. Это был первый раз, когда Шэнь Нинхуа вошла во Дворец. Для нее было необычно так ясно осознавать окружающую обстановку.

"Пока это полезно, зачем беспокоиться о том, откуда я знаю? Так же, как и ты, ты не рассказал мне, как украл нефритовую подвеску Пятого принца." Шэнь Нинхуа слегка наклонила голову и посмотрела на него.

"Ха-ха, Нинхуа, ты все еще мне не доверяешь". Чу Цзюньи скривил губы. Как только он перестал намеренно сдерживать свою резкость, он стал похож на орхидею или нефритовое дерево, что было довольно необычно. В этот момент на его лице появилась широкая улыбка, которая озарила все вокруг.

Шэнь Нинхуа осталась невозмутима: "Ты прав, я просто тебе не доверяю". Мужчина перед ней был полон достоинства, когда был серьезен, и игрив, когда шутил. Он был ослепителен и талантлив за пределами императорского дворца, но в императорском дворце казался обычным человеком без всякого смысла существования. Как она могла доверять такому человеку?

Чу Цзюньи слегка сдержал улыбку. После минутного колебания он снова улыбнулся и сказал: "Ты мне не доверяешь, но я доверяю тебе. Просто хорошенько отдохни несколько дней. Я помогу тебе присматривать за всем, что творится снаружи. Хорошо, я ухожу."

Глава 54 - Оставайся Хромоногой всю Оставшуюся Жизнь!

Вернувшись в особняк Шэнь, старая леди Сяо холодно посмотрела на Шэнь Донга, который стоял в цветочном зале. Она мрачно сказала: "Это твои собственные жена и дочь. Так что все зависит от тебя."

Шен Донг кивнул. Он сдерживал свой гнев и был подобен вулкану, который был готов извергнуться.

Мадам Чжао вышла из кареты и ожидала, что сестра Цинь и другие люди придут поприветствовать ее. Но не смотря на долгое ожидание никто не вышел, двор оставался пустынным и негостеприимным. Поэтому ей пришлось попросить стражников у двери: "Идите и найдите двух сильных служанок. Линхань ранена, и ее нужно отнести в больницу."

Охранники переглянулись и опустили головы, не сказав ни слова.

Мадам Чжао рассердилась. "Разве вы не слышали моего приказа? Вы..."

Дворецкий Ван Фу в сопровождении двух молодых слуг подошел к госпоже Чжао и промолвил: "Мадам, у хозяина есть приказ. Он попросил вас встретиться с ним в цветочном зале, как только вы вернетесь домой. Я распоряжусь, чтобы люди позаботились о второй молодой леди."

Зрачки мадам Чжао внезапно сузились. Она обернулась и посмотрела на Шэнь Линхань, которая лежал в карете. Стиснув зубы, она направилась к особняку. Как только женщина подошла к двери, то услышала, как Ван Фу и Шэнь Нинхуа разговаривают у нее за спиной.

"Старшая юная леди, вы вернулись. Мастер отдал мне приказ. Сегодня вы испытали сильное потрясение. Немедля возвращайся к отдыху. Я знаю, что один из слуг был отряжен за императорским врачом для вас. Если вы чувствуете больной, сообщите нам об этом своевременно. Хозяин очень беспокоится о вас."

Шэнь Нинхуа взглянула на напряженную спину госпожи Чжао и улыбнулась. "Спасибо, дворецкий Ван, и, пожалуйста, передайте мою благодарность моему отцу. Завтра я пойду засвидетельствовать ему свое почтение".

"Старшая юная леди, вы самая почтительная. Мастер знает, что вы больше всего цените правила. Он сказал, что в следующем месяце тебе не нужно будет ходить и отдавать ему дань уважения каждое утро, чтобы ты не слишком уставал".

"Мой отец очень заботливый".

Мадам Чжао чопорно шагнула вперед. Ее грудь болезненно сдавило, и ей показалось, что ее рот был полон горькой крови, которую надо было немедленно выплюнуть, чтобы не захлебнуться. Однако теперь ей приходилось терпеть это. Только когда с ней все будет в порядке, Линхань сможет восстановить свое положение в семье Шень. Что касается страданий, которые она и Линхань испытали сегодня, это означает, что месть ее будет стократной. Не сейчас, в будущем, но она обязательно отомстит!

Когда Бай Жо и другие служанки увидели возвращающуюся Шэнь Нинхуа, они одновременно подбежали к ней.

"Мисс, с вами все в порядке?" - с тревогой спросил Бай Руо.

Услышав, что с Шэнь Нинхуа произошел несчастный случай во Дворце, Цин Цюэ и Хун Лин чуть не направились туда с целью проникнуть во Дворец. К счастью, Бай Руо был благоразумен и остановил их обоих приказом, который Шэнь Нинхуа отдала перед уходом. Если бы не это, невозможно и предположить, как развивалась бы сейчас эта история.

Почувствовав искреннюю заботу этих людей, напряженное настроение Шэнь Нинхуа значительно ослабло. "Я в порядке. Иди приготовь горячей воды. Я хочу принять ванну."

Увидев усталость в ее глазах, Бай Чжо поспешно сказала: "Мисс, горячая вода готова. Я приготовила лекарство от внутренних и внешних повреждений, а также лекарство для снятия шока. Позволь мне помочь тебе принять ванну."

Шэнь Нинхуа, наконец, не смогла удержаться от смеха: "Я действительно заставила вас всех волноваться".

Спустя два часа, Шэнь Нинхуа закончила мыться и переодеваться. Бай Чжо принесла легкоусвояемую кашу из тремеллы. Шэнь Нинхуа почти ничего не ела в течение дня, поэтому съела целую миску.

Как раз в тот момент, когда Бай Чжо подавала ей блюда, Хун Лин сказала: "Мисс, пришел молодой мастер Сюаньлинь".

Шэнь Нинхуа поднял глаза и увидел маленькую головку Шэнь Сюаньлинь, показавшуюся в дверях. Она махнула рукой и сделала ему знак подойти. "Почему ты здесь?"

"Старшая сестра, ты в порядке?" Глаза Шэнь Сюаньлинь были полны беспокойства. Хотя он видел, что Шэнь Нинхуа сидит там в безопасности, он все еще волновался и хотел, чтобы его успокоили.

"Я в порядке".

Шэнь Сюаньлинь вздохнул с облегчением. Он шагнул вперед и сел рядом с Шэнь Нинхуа и прошептал: "Я только что видел, как две медсестры несли вторую старшую сестру во двор Циньсюэ. Она была вся в крови, а ее лицо было смертельно бледным. Похоже, она упала в обморок."

Шэнь Нинхуа кивнул. "Да, твоя вторая старшая сестра была ранена, но это несерьезно".

"Старшая сестра, неужели вторая старшая сестра подставила тебя во Дворце?"

Шэнь Нинхуа положила палочки для еды, которые держала в руке. "Почему ты думаешь об этом? Кто-то говорил глупости при тебе?"

"Старшая сестра, я знаю, что вторая старшая сестра подставляла тебя с тех пор, как ты вернулась. К счастью, вы достаточно умны, чтобы избежать всех подстав. Вторая старшая сестра действительно слишком порочна. Она даже посмела подставить тебя во Дворце!" Шэнь Сюаньлинь был очень зол. "Старшая сестра, когда я вырасту, я обязательно буду защищать тебя".

Шэнь Нинхуа на мгновение остолбенела, а затем внезапно рассмеялась. "Тебе уже повезло, что ты можешь хорошо позаботиться о себе".

Шэнь Сюаньлинь с тревогой сказала: "Старшая сестра, я серьезно. Я уже все обдумал. Я глуп, и я не могу добиться таких успехов в литературе, как старший брат Сюанье. Тогда я могу только усердно практиковать боевые искусства и убивать врагов на поле боя, как брат Сюаньхуа. Пока я свой боевой опыт, я могу получить повышение и стать твоей поддержкой. И тогда никто не посмел бы запугивать тебя!"

Его отношение было слишком серьезным, а в темных глазах горел решительный огонек. На мгновение Шэнь Нинхуа растерялась и не знала, что ответить.

Видя, что она ничего не сказала, Шэнь Сюаньлинь подумал, что ее молчание означает согласие и это немедленно привело его в состояние счастья. Он торжественно сказал: "Старшая сестра, я знаю, что теперь ты можешь противостоять своей матери. Тогда не могла бы ты найти для меня учителя? Я хочу заниматься боевыми искусствами".

"Сюаньлинь, заниматься боевыми искусствами очень кропотливо. Ты..."

"Старшая сестра, не волнуйся, я обязательно выдержу все трудности". Шэнь Сюаньлинь тут же похлопал себя по груди и пообещал.

"Отлично. Я найду для тебя учителя. Но я не хочу, чтобы ты изучал боевые искусства с целью отправиться на поле боя, а чтобы ты знал, как защитить себя. Что бы ни случилось в будущем, у тебя, по крайней мере, может быть навык зарабатывать на жизнь". Она чувствовала, что то, что слова Шэнь Сюаньлиня, которые он произнес, были для мальчишки очень серьезными. Независимо от того, что произойдет в будущем, она была готова помочь ему просто за его нынешнюю искренность.

"Спасибо тебе, старшая сестра". Шэнь Сюаньлинь не стал спорить, но он решил, что обязательно заслужит славу для своей старшей сестры.

Когда Шэнь Сюаньлинь с довольной улыбкой и в хорошем настроении ушел, вошла Хун Лин и доложила: "Мисс, пришли новости с переднего двора. Мадам вызвалась пойти в зал предков. Хозяин послал за доктором, чтобы тот вылечил вторую молодую леди. Однако, казалось, что из-за того, что помощь врача долгое время не оказывалась, ее ноги могут не вылечиться".

Шэнь Нинхуа не была удивлена: "Она упала слишком сильно, во дворце началась неразбериха, долго искали врача. Ничего удивительного, если ее не удастся вылечить полностью.

Хонг Лин усмехнулся. "Мисс, если ее будете лечить ВЫ, она обязательно вылечится. У этих врачей-шарлатанов нет такой возможности."

"Ты действительно умеешь говорить!" Шэнь Нинхуа сердито посмотрела на нее и подождала, пока Бай Руо и остальные уберут посуду. Затем она сказала: "Я обещала Сюаньлиню найти для него учителя боевых искусств. Сообщите Лю Юню, и пусть он найдет способ наняться в семью Шэнь."

"Да, мисс. С Лю Юнем здесь в будущем нам будет удобнее что-то делать. Не так ли, старшая сестра Бай Чжо?" Хун Лин рассмеялась, поддразнивая Бай Руо.

Лю Юнь тоже был когда-то пациентом Шэнь Нинхуа и был спасен ею. Его травмы были чрезвычайно тяжелыми, и он долгое время восстанавливался в долине. Бай Руо все это время заботилась о нем. Проведя долгое время вместе, у них двоих появились какие-то чувства. Когда Шэнь Нинхуа вернулась в семью Шэнь, естественно, для нее было невозможно взять с собой Лю Юнь. Теперь, когда Шэнь Сюаньлиню понадобился учитель боевых искусств, самое время пригласить его.

Бай Руо покраснела и хлопнул Хун Лина по голове. "Не говори глупостей".

Хун Лин надулась и потерла голову. "Мисс, посмотрите на сестру Бай Руо. Ей всегда нравится надо мной издеваться."

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Ты должна быть рада, что Лю Юнь еще не пришел. Когда он здесь, Бай Руо не нужно запугивать тебя. Он сам разберется с тобой".

Хун Лин сердито топала ногами и протестовала против "несправедливого" обращения с ней.

На следующий день Шэнь Нинхуа встал рано утром. Бай Руо была озадачена. "Мисс, почему вы сегодня встали так рано? Разве вы не собираетесь хорошенько отдохнуть?"

"Мне нужно навестить пациента, поэтому я должна встать пораньше".

Бай Руо была ошеломлена. "Вы собираетесь встретиться со второй молодой леди?"

"Да." Шэнь Нинхуа закончила умываться и тщательно нанесла крем для ухода за кожей. "Я помню, вы говорили, что в нашем дворе есть служанка по имени Сян Цяо, верно?"

Бай Руо кивнула. "Ее звали Сян Цяо. Хун Лин узнала, что у нее есть двоюродная сестра, которая работает экономкой в семье Чжао, и что она шпионка из семьи Чжао. Хун Лин хотела выгнать ее, но ты приказал позволить ей остаться."

"Да, сейчас самое время использовать ее. Выйди и объяви, что Шэнь Линхань ранена и нуждается в более тщательном уходе. Выбери несколько служанок и отправь их во двор Циньсюэ, чтобы они помогли и обязательно надо сделать так, чтобы среди служанок была Сян Цяо."

"Да, мисс".

Шэнь Нинхуа привела с собой во двор Циньсюэ четырех служанок. Медсестра Цинь держала в руках носовой платок и прикладывала его ко лбу Шэнь Линхань. Увидев, что Шэнь Нинхуа входит в дверь, медсестра Цинь поспешно отдала честь. "Приветствую тебя, старшая юная леди".

"Не церемоньтесь, сестра Цинь. Как поживает моя вторая сестра?"

"Мисс, вторая молодая леди серьезно ранена. Ее состояние не улучшилось с тех пор, как она приняла лекарство. У нее всю ночь была лихорадка." Глаза медсестры Цинь были полны слез, а голос звучал хрипло. Было очевидно, что она оставалась здесь всю ночь.

Шэнь Нинхуа вздохнула. "Она действительно производит жалкий вид. Сестра Цинь, выходите. Я хочу поговорить наедине со своей второй младшей сестрой."

Сердце сестры Цинь дрогнуло. "Это место пропитано запахом лекарств. Старшая юная леди, вчера вы тоже были не в себе. Если воздух окурит вас, я буду очень виновата".

Выражение лица Шэнь Нинхуа было непроницаемым. "Когда я болела, я выпила бесчисленное количество лекарств. Запах здесь ни при чем. Я вижу, ты устала. Хун Лин, проводи сестру Цинь, пусть она немного отдохнет и немного перекусит."

"Да, мисс". Хун Лин шагнула вперед, чтобы обнять медсестру Цинь, и оттащила ее, не обращая внимания на ее сопротивление.

Шэнь Нинхуа сидела рядом с кроватью Шэнь Линхань. Она достала фарфоровую бутылочку и вылила содержимое той в рот.

Глаза медсестры Цинь расширились, и она хотела закричать, но Хун Лин закрыла ей рот и сказала: "Сестра Цинь, отойдите в сторону и отдохните".

"Ах..." Глаза медсестры Цинь были готовы распахнуться. Чем Шэнь Нинхуа напоила вторую молодую леди? Хотела ли она убить вторую молодую леди?

Внутри комнаты Шэнь Линхань медленно открыла глаза и застонала от боли: "Где это..."

Шэнь Нинхуа слегка наклонилась и сказала: "Младшая сестра, ты плохо ориентируешься? Это твой двор Циньсюэ."

"Двор Циньсюэ..." Взгляд Шэнь Линхань на мгновение стал растерянным, а затем она внезапно проснулась. Ее взгляд скользнул по сторонам, но она не увидела ни одной знакомой горничной. "Шэнь Нинхуа, что ты хочешь сделать?"

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны. "Младшая сестра, твои слова забавны. Что я могу сделать?"

"Хм, ты хочешь, чтобы я умерла. Жаль, что я не умерла. Это, должно быть, разочаровывает тебя. - насмешливо произнесла Шэнь Линхань.

"Ты ошибаешься. Я только рада, что ты не умерла."

Глаза Шэнь Линханя были полны недоверия. "Ха-ха, ты рада видеть меня живой?"

"Почему я должна быть несчастной?" Шэнь Нинхуа подняла брови и изобразила идеальную улыбку. "Ты проживешь еще один день, и я могу мучить тебя еще один день. Это делает меня достаточно счастливой".

"Ты дрянь!" Шэнь Линхань дрожала и хватала ртом воздух, жалея, что не может разорвать Шэнь Нинхуа на части.

Шэнь Нинхуа улыбнулась, и ее голос был холоден, как лед. "Ты не ожидала, что будешь так сильно ранена, когда столкнул меня и кузена с искусственного холма? Ты хотел убить нас, но, к сожалению, покалечила сама себя. Ты еще не знаешь, но твои ноги не восстановятся никогда, верно? Приготовься быть хромой всю оставшуюся жизнь".

Шэнь Линхань яростно схватила одеяло и разорвала его. Она была так зла, что почувствовала сильнейшее головокружение. Когда она услышала, что будет хромать, то сердито сказала: "Чепуха! Мама ясно сказала, что мои ноги получают надлежащее лечение и с ними все будет в порядке!"

"Сестра, ты забыла, что уже давно стоишь на коленях во Дворце? Как ты думаешь, с ними все будет в порядке после всего этого?"

Сердце Шэнь Линхань обливалось кровью от гнева. "Ты - дрянь! Шэнь Нинхуа, ты сделал это нарочно! Дрянь!"

Глава 55 - Роковой План Против Тебя!

Шэнь Нинхуа не заботило ее отношение: "Младшая сестра, я достаточно добра к тебе. Если бы я не дала тебе лекарство, ты бы до сих пор была в коме."

"Что ты мне дала?" Шэнь Линхань в ужасе дотронулась до своего горла, и ее глаза налились кровью от гнева и страха. "Ты дрянь! Шэнь Нинхуа, как ты можешь быть такой злобной!"

Видя истеричное поведение Шэнь Линхань, Шэнь Нинхуа усмехалась внутри себя, когда вспоминала свою прошлую жизнь. Если бы мадам Чжао не отвезла ее на загородную виллу, она бы не упала со скалы и не стала инвалидом. Если бы не план мадам Чжао, ее бы не послали в особняк Пятого принца в качестве подарка. Если бы не злобность Шэнь Линхань, она бы не умерла без могилы! Какой бы порочной она ни была, она не полностью потеряла свою человечность, как они!

"Сестра, - Шэнь Нинхуа встала и посмотрела сверху вниз на Шэнь Линхань, - просто лежи в своей постели и постарайся успокоится. Твое беспокойство создает тебе самой проблемы.

"Убирайся! Убирйся отсюда" Шэнь Линхань внезапно швырнула в нее подушку, лежавшую рядом с кроватью.

Шэнь Нинхуа ловко увернулась от подушки. Она долго холодным взглядом смотрела на Шэнь Линхань, а затем повернулась, чтобы выйти с Цин Цюэ и другими служанками. Но как только она подошла к двери, в комнату внезапно влетела медсестра Цинь с выражением паники на лице.

Цин Цюэ поспешно отвела Шэнь Нинхуа в сторону.

Бай Руо сердито крикнул: "Как ты смеешь, сестра Цинь? Разве ты не видишь, что здесь самая старшая молодая леди? Как ты можешь быть такой грубой!"

Сестра Цинь, не обращая внимания стремительно метнулась к кровати. Увидев Шэнь Линхань, лежащую с широко открытыми багровыми глазами, медсестра Цинь так испугалась, что опустилась на землю. "Мисс! Я опоздала. Они убили тебя ядом..."

Вошел Шэнь Донг, скрестив руки за спиной. Он нахмурился, глядя на Шэнь Нинхуа: "Почему ты здесь?"

Шэнь Нинхуа вышла вперед и засвидетельствовала свое почтение: "Приветствую тебя, отец. Я очень волновалась, поэтому сегодня утром встала рано и пришла навестить сестру Линхань".

"Учитель, вы должны заступиться за вторую молодую леди. Старшая молодая леди убила ее ядом."

Шэнь Нинхуа холодно нахмурился. "Сестра Цинь, вы можете вести себя как вам угодно, но вы не можете говорить столь необдуманно. Когда я отравила Линхань? Отец, неужели любой слуга в семье Шэнь может нести всякую чушь и выставлять меня в неблаговидном свете или как им еще там заблагорассудится?"

Медсестра Цинь, чье лицо покраснело от гнева, вскочила и схватила Шэнь Нинхуа за руку. Она втащила Шэнь Нинхуа в комнату и сказала: "Старшая юная леди, что еще вы хотите сказать? Вторая молодая леди, она уже..."

На кровати Шэнь Линхань изо всех сил пытался сесть.

Шэнь Нинхуа усмехнулся и громко спросил: "Что не так со второй молодой леди, медсестра?"

Сестра Цинь ослабила хватку Шэнь Нинхуа и со стуком опустилась на колени. Выражение ее лица было противоречивым, и люди не могли понять, плачет она или смеется. "Мисс, вы не мертвы..."

Шэнь Линхань внезапно широко раскрыла глаза. "Дрянная служанка, ты тоже ожидаешь, что я умру? Ты, моя рабыня, это ты должна умереть!" Слова Шэнь Нинхуа уже в определенной степени спровоцировали ее. Теперь, когда сестра Цинь сказала это, Шэнь Линхань заботилась только о том, чтобы до остатка выплеснуть свой гнев. Она вообще не обращала внимания что она говорит и кто находится рядом.

Поэтому Шэнь Донг смог своими глазами увидеть всю эту безобразную сцену и волну яростного упрека в сторону медсестры Цинь.

Шэнь Донг был ошеломлен. Он не ожидал, что Шэнь Линхань модет выглядеть столь отвратительно. Придя в себя, он тут же холодно крикнул: "Я думал, ты просто невежественна, но теперь я вижу насколько ты бессердечна!" Хотя медсестру Цинь можно упрекнуть в ее поведении, это было потому, что она беспокоилась о твоей безопасности Шэнь Линхань.

Шэнь Линхань проявила свою самую черную неблагодарность к человеку, который служил ей более десяти лет. Ее поведение было горьким разочарованием.

Взгляд Шэнь Линхань перевела взгляд и ее лицо немного прояснился. "Отец, почему ты здесь…отец..."

"Заткнись!" Шэнь Донг поднял брови и холодно посмотрел на него. "Сестра Цинь, разве не вы не говорили, что Нинхуа отравила Шэнь Линхань? Хотите ли вы что-то добавить еще к своему сообщению?"

У медсестры Цинь не было времени рассуждать. Она быстро ответила: "Господин, после того, как меня выгнали, я действительно видела, как старшая молодая леди кормила чем-то вторую молодую леди из фарфоровой бутылочки. Я был в панике, поэтому я..."

Шэнь Нинхуа холодно фыркнула и достал белую фарфоровую бутылочку. Она подняла руку, чтобы Шэнь Донгу было лучше видно. "Сестра Цинь, это та самая фарфоровая бутылочка, о которой вы говорите?"

Сестра Цинь широко раскрыла глаза. "Да, да, это она!"

Шэнь Нинхуа сказала с печальным выражением лица: "Отец, это последний пузырек с лекарством, который старый доктор оставил мне для выздоровления. Он сказал, что это окажет чудесное действие, когда на карту будет поставлена моя жизнь. Я хотела посмотреть, нужно ли это Линхань. Если бы ей это было нужно, она могла бы оставить это себе. Если это лекарство не нужно, она может отдать его кузену Чжао. Но я не ожидала, что после того, как сестра проснется, она сразу схватит бутылочку и выпьет его. И теперь она называет это заговором против своей жизни? Как она может так говорить!"

Шэнь Донг протянул руку и взял белую фарфоровую бутылку. Он присмотрелся повнимательнее и не смог удержаться, чтобы не округлить глаза. Он долго и тщательно протирал фарфоровую бутылочку, прежде чем сказал: "Нинхуа, я верю в твою невиновность. Не волнуйся, я обязательно во всем разберусь."

У Шэнь Нинхуа сразу на лице возникла счастливая улыбка. "Спасибо, отец". Однако она заметила, как Шэнь Донг спрятал фарфоровую бутылочку в рукав. Она скривила губы в сердцах и притворилась, что ничего не заметила.

Шэнь Донг повернулся и посмотрел на сестру Цинь. Его холодное и свирепое выражение лица заставило сестру Цинь задрожать. "Цинь, моя семья Шэнь не может терпеть слуг, которые неуважительно относятся к своим хозяевам. Ты заслуживаешь, чтобы тебя забили до смерти. Но учитывая, что ты столько лет служил Первой леди и второй молодой леди, я дам тебе тридцать ударов и выгоню тебя из семьи Шэнь."

Сестра Цинь внезапно широко раскрыла глаза. "Господин, вы можете наказывать меня, как вам заблагорассудится, но, пожалуйста, позвольте мне остаться со второй молодой леди".

Шэнь Донг с отвращением сказал: "Не говори больше ничего. Кто-нибудь, уберите ее."

"Господин, пожалуйста, Вторая мисс, пожалуйста, вступитесь за меня..."

Шен Линхань открыла рот. Но после того, как Шэнь Донг бросил на нее хмурый взгляд, она ничего не решилась сказать.

"Линхань, не проявляй неуважения к своей старшей сестре снова в будущем. В противном случае я буду первым, кто накажет тебя. Хорошо, раз уж ты проснулась, императорский врач придет и поставит тебе диагноз." Затем Шэнь Донг повернулся к Шэнь Нинхуа и сказал гораздо более теплым тоном: "Нинхуа, тебе больше не нужно беспокоиться. Возвращайся и отдохни."

"Да, отец, тогда я ухожу".

Когда она вышла со двора Циньсюэ, медсестру Цинь, лежащую на земле, безжалостно били дубинкой. Шэнь Нинхуа на некоторое время остановился и подождал, пока медсестра Цинь не получила двадцать ударов. Затем она медленно произнесла: "Медсестра старая, так что оставшиеся десять ударов можно избежать".

Дворецкий Ван, который наблюдал за наказанием, поспешно согласился: "Да, мисс. Вы так добры. Ладно, хватит. Отведи ее куда-нибудь. В будущем среди слуг семьи Шэнь такого человека не будет."

"да."

Шэнь Нинхуа улыбнулась и повернулся, чтобы направиться ко двору Инъюэ. Би Чжу последовал за ней на два шага и протянул дворецкому Вану кошелек. "Дворецкий Ван, спасибо вам за вашу тяжелую работу. Это награда Мисс за то, что вы купили выпивку."

Дворецкий Ван поспешно начал отказываться, но кошелек взял без колебаний. Он слегка повертел тремя пальцами и нащупал тонкую бумагу внутри. Его улыбка сразу же стала еще ярче. "Пожалуйста, поблагодарите старшую молодую леди от моего имени. Если у нее будут какие-то поручения в будущем, пожалуйста, не стесняйтесь говорить мне." Минимальный номинал серебряной банкноты составлял 100 таэлей. Старшая молодая леди была действительно щедра.

Би Чжу кивнул и быстро последовал вслед за Шэнь Нинхуа.

Вернувшись в свою комнату, Шэнь Нинхуа с радостным выражением легла на свой диван.

Бай Руо принесла чашку чая и положила одеяло ей на колени. "Мисс, после того, как медсестру Цинь прогнали, в будущем будет гораздо удобнее наказать вторую молодую леди".

Шэнь Нинхуа покачала головой. "Я не буду наказывать ее сейчас".

"У вас есть какие-нибудь другие планы?" Бай Руо было любопытно.

Шэнь Нинхуа прищурила глаза и сказала: "Ноги Шэнь Линхань обречены. Даже если она вылечится в будущем, она определенно на всю жизнь останется хромоногой. С ее высокомерным характером ей будет очень тяжело это пережить"

Бай Руо кивнула. "Да, вторая молодая леди определенно будет еще более сумасшедшей, чем была минуту назад".

"Ну, раз это так, почему я должна наказывать ее? Просто позволь ей быть сумасшедшей." Когда там были Шэнь Линхань и госпожа Чжао, Шэнь Сюанье не мог действовать свободно, не отвлекаясь. Почему бы не оставить людей, которые ему мешают?

Бай Чжу улыбнулся: "Мисс, вы действительно умны. Я скажу Первой леди, которая раскаивается в зале предков, что мисс Линхань станет калекой, чтобы она не волновалась."

Шэнь Нинхуа усмехнулся и кивнул. "Хм. Где Хон Лин? Она вернулась?"

"Мисс", - Хонг Лин выбежала из ворот, ее лицо было полно гордости. "Мне было нелегко прогнать медсестру Цинь. Она бежала слишком медленно."

"Медсестру Цинь выгнали. Не беспокойся о ней. В эти дни вам следует обратить внимание на Сян Цяо. Если она хочет донести какие-то новости до окружающих, ты должен ей помочь."

"Да, мисс". Хун Лин улыбнулась и согласилась.

"Бах!"

Три дня спустя, в особняке герцога Вэя, госпожа Чжан сидела на стуле с отрешенным выражением лица. Фарфор разбился о землю у нее под ногами, и служанка стояла на коленях на осколках фарфора и дрожала.

"Сян Цяо действительно так сказал?"

Служанка сильно дрожала, но ее слова были очень ясны. "Да, Сян Цяо отправил сообщение о том, что мисс упала с искусственного холма из-за плана Шэнь Линхань. Более того, у Шэнь Нинхуа был флакон с лекарством, которое могло оживлять мертвых. Шэнь Линхань проглотила лекарство, и ее травма ноги была почти излечена."

Госпожа Чжан так яростно царапала спинку стула, что у нее были сломаны ногти. "Хорошо, хорошо, действительно здорово! Я никогда не думала, что у Шэнь Линхань могут быть такие порочные намерения! Чем Руюн был ей обязан, что она совершала такие злые поступки?"

"Госпожа, пожалуйста, успокойтесь. Возможно, существует недопонимание того, что произошло в тот день. Мисс Линхань не похожа на такую порочную особу."

"Она не порочна? Чтобы подставить Шэнь Нинхуа, она проделала много грязной работы!" Чем больше госпожа Чжан думала об этом, тем больше она чувствовала, что Шэнь Линхань совершил чрезвычайно ужасное преступление. Шэнь Линхань явно знала, что Руюн нравится Пятый принц, но она все равно приняла нефритовый кулон Бейли Цзинцзе. Более того, она только повредила ноги и просто нуждалась в регулярном лечении. Но она зашла так далеко, что проглотила все лекарства, которые могли спасти жизнь Руюн!

Горничная опустила голову и сделала долгую паузу, прежде чем мягко предложить: "Мэм, почему бы нам не уточнить и не посмотреть, действительно ли ноги мисс Линхань вылечились?"

Госпожа Чжан кивнула и медленно ослабила хватку на спинке стула. "Вы правы, это дело нуждается в надлежащем расследовании. Кроме того, все еще остается проблема с загноившимися пальцами Руюнь. Присмотритесь хорошенько к пуансеттии во дворе Циньсюэ и посмотрите, нет ли там проблем."

"Да, мэм".

Хун Лин рассказала Шэнь Нинхуа о передвижениях семьи Шэнь и семьи Чжао за последние два дня во дворе Инъюэ. "Мисс, семья Чжао послала людей исследовать двор второй молодой леди".

Глаза Шэнь Нинхуа были полуприкрыты от нахлынувших раздумий. "Хорошо, ты заменяешь ее пуансеттию на проблемную пуансеттию. Кроме того, добавь лекарство, которое я дал тебе, в еду Шэнь Линхань."

"Да, мисс".

Через семь дней госпожа Чжан услышала результаты расследования и в гневе разбила весь фарфор в своей комнате.

Пуансеттия во дворе Шэнь Линхань на самом деле была полита ядом. Человеком, ответственным за выращивание цветов, была главная горничная Шэнь Линхань. Более того, травма ноги Шэнь Линханя восстановилась чрезвычайно быстро. Через два дня она уже могла ходить. Даже императорский врач был поражен скоростью ее выздоровления.

Госпожа Чжан первоначально поверила только двадцати процентам сообщения, но, услышав результаты расследования, она поверила в него на восемьдесят процентов.

В этот момент вошел герцог Вэй Чжао Кун с мрачным выражением лица и принес важную новость.

"Шэнь Донг предложил рецепт императору. Хотя этот рецепт не имел эффекта воспроизводства плоти или оживления мертвых, он мог спасти жизнь человека, если употребить его вовремя. Император очень похвалил Шэнь Донга и наградил его двойным жалованьем."

Оставшиеся двадцать процентов неуверенности в сердце мадам Чжан мгновенно разлетелись вдребезги. Она стиснула зубы и сказала: "Какая хорошая семья Шень, какая хорошая девочка Шень Линхань!"

Эта дрянь! Она должна заставить Шень Линхань заплатить за жизнь Руюнь!

Глава 56 - Что, Если Я Серьезно Отношусь К Тебе?

В отдельной комнате на втором этаже здания Циньян Чу Цзюньи медленно пил чай из чашки, которую держал в руке. Время от времени его глаза словно сверкали в темноте.

Отворилась дверь. Вошла девушка в капюшоне и вуали. Она была одета в простое синее расшитое узорами цветов жасмина платье. От ее фигуры исходило спокойствие и умиротворение.

"Старшая юная леди, вы здесь. Присаживайтесь."

Девушка сняла вуаль и открыла красивое и великолепное лицо. Она была Шэнь Нинхуа!

"Патриарх семьи Сяо только что вернулся в столицу. Ты сейчас должна быть очень занята. Как так получилось, что у тебя есть время для прогулок?"

Чу Цзюньи махнул рукой и приказал слугам, находившимся в комнате, выйти. Он налил чашку чая и протянул ее Шэнь Нинхуа. "Разве это не твоя вина? Я пребывал в праздности, но вы принесли рецепт. Теперь все чиновники династии Даан в шоке."

Шэнь Нинхуа скривила губы и улыбнулась. "Ты очень хорошо знаешь". Прямо сейчас все правительственные чиновники знали, что Шэнь Донг предложил императору редкий рецепт. Хотя никто не узнал истинную владелицу рецепта, но сведущие люди знали, что это бы ее рецепт.

Чу Цзюньи подумал о чиновниках, которые бесцельно проводили время в поисках, подобно безголовым мухам. Он усмехнулся: "Если бы у самого премьер-министра Шэня был такой драгоценный рецепт, он бы давным-давно передал его вам. Почему он ждал до сих пор? Вы - единственная переменная в семье Шэнь. Вы таинственно исчезли более чем на полгода и даже восстановили свою прекрасную внешность. Как вы думаете, кто еще мог прийти мне в голову в качестве владельца рецепта?"

Шэнь Нинхуа слегка опустила голову. Изысканная заколка с узором из восьми сокровищ на ее голове ярко сияла. Ее тон был очень уверенным. "Я думаю, что в суде должно быть довольно много людей, которые связали меня с рецептом, верно?"

Глаза Чу Цзюньи вспыхнули задумчивостью. "Премьер-министр Шэнь, естественно, постарался бы изо всех сил скрыть ваш вклад, если бы хотел сохранить это дело в секрете. Обычные чиновники не смогли бы это выяснить. Однако люди в королевской семье совсем другие. У принцев определенно есть возможность узнать об этом."

Шэнь Нинхуа подняла голову и спокойно посмотрела на него. Она сказала очень небрежно: "Просто позвольте им вести расследование так, как они хотят".

"Нинхуа, если они уверены, что у тебя есть такой чудесный рецепт, у них неизбежно возникнут другие мысли. Вы когда-нибудь думали о том, как выйти из положения, если несколько принцев намеренно соревнуются за вас?" Чу Цзюньи начал обращаться к Шэнь Нинхуа более интимно, опуская ее фамилию.

Шэнь Нинхуа было все равно. "Просто выберите ту, на которой хотите жениться. Какие у меня могут быть неприятности?"

Чу Цзюньи поперхнулся. Он нахмурился и в его голосе появился холод: "Ты собираешься так играть?" Предполагалось, что женщины должны быть чрезвычайно осторожны в своих браках. Почему тогда она так безразлична?

Глядя на выражение его лица, Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Почему вы так беспокоитесь? Похоже, я вася заинтересовала. Лицо Чу Цзюньи напряглось и застыло. Мгновение спустя он поддразнил: "А если я говорю серьезно, что ты будешь делать? Выйдешь за меня замуж? Это хорошо. Твой рецепт может мне очень помочь..."

Шэнь Нинхуа подняла руку, чтобы посмотреть на свои тонкие ногти, и вздохнула с облегчением: "Вам нужны другие рецепты от меня?"

Взгляд Чу Цзюньи остановился на ее лице. "У тебя есть другие рецепты?"

"Ха-ха, что вы об этом думаете?"

Глаза Шэнь Нинхуа засияли хитрым огоньком, а выражение ее лица стало еще более загадочным. Чу Цзюньи внимательно посмотрел на ее черные зрачки. Он страстно мечтал прочитать ее мысли, прочитать ее всю словно открытую книгу. К сожалению, ее глаза были слишком ясными и не поддавались чтению. Они отражали. И он мог видеть только свое собственное растерянное выражение в ее глазах.

Спустя некоторое время он откинулся на спинку стула, достал конверт и положил его на стол. "Это информация, которую я собрал за последние несколько дней. Посмотри хорошенько и будь начеку." Он хотел воспользоваться этим случаем, чтобы взять под контроль действия Шэнь Нинхуа, но он никак не ожидал, что сам будет первым, кто сдастся. Девушка перед ним была слишком чудесной, и ему приходилось постоянно менять свое мнение и идти на компромисс шаг за шагом.

Шэнь Нинхуа была слегка удивлена. Он перестал флиртовать с ней? Размышляя об этом, она достала бумагу из конверта и посмотрела на Чу Цзюньи с легким вопросом в глазах. "Так много людей испытывают искушение, разве вы не думали о том, чтобы получить что-нибудь от меня? В конце концов, мы тоже партнеры." Этот листок бумаги был густо исписан именами людей, которые недавно расследовали ее дело. В списке было несколько принцев и много чиновников.

Чу Цзюньи улыбнулся: "Тебе не нужно испытывать меня снова. Поскольку ты можешь выписать рецепт, почему у тебя нет средств защитить себя саму? Я не хочу, чтобы ты снова меня отравила."

"Мы союзники. Как я могу снова отравить вас? Хотя я не могу дать вам рецепт, я могу дать вам какое-нибудь лекарство." Шэнь Нинхуа улыбнулась и достала две фарфоровые бутылочки. "Я приготовила лекарство по рецепту. Все используемые ингредиенты были высококачественными лекарственными ингредиентами. Эффективность лекарства…Если у вас будет возможность проверить это, вы узнаете. Мне не нужно вам ничего объяснять."

"Это..." Чу Цзюньи взял фарфоровую бутылочку, открыл ее и понюхал. Его глаза вдруг задумчиво прикрылись веками, и он внезапно понял. "Вы изменили рецепт, который дали премьер-министру Шэню?"

Шэнь Нинхуа улыбнулась: "Я не давала ему никакого рецепта. Просто оригинальную фарфоровую бутылочку с лекарством забрали. Что касается того, откуда взялся рецепт, я не уверена..." Говоря это, она встала и направилась к двери.

"Нинхуа, - Чу Цзюньи встал и сказал, - у меня есть для тебя еще одно сообщение. Твоя мать должна была выйти замуж за императора, но позже что-то случилось с семьей Ся, и она поспешно вышла замуж за Шэнь Донга. Вы также должны заметить, что отношение императора к вам, кажется, несколько отличается..."

Шэнь Нинхуа сделала паузу. "Я впервые слышу об этой новости. Тогда я не буду выставлять вам счет за два флакона лекарства, которые я вам дала. Примите это как подарок от меня."

Чу Цзюньи на мгновение остолбенел, а потом вдруг громко рассмеялся. Если он не сообщил бы ей эту новость, она попросила бы оплату за лекарство. Она действительно была жадной девчонкой!

Когда они вышли из здания Циньян, Хун Лин сделала шаг вперед и сказала: "Мисс, мы получили сообщение, что Лю Юнь прибыл в особняк Шэнь".

"Ммь…, пусть он сначала научит Шэнь Сюаньлинь. Мы свяжемся с ним, когда у нас будет время".

"Да."

Как только они вошли в особняк Шэнь, дворецкий Ван Фу быстро подбежал и сказал: "Где ты была, старшая юная леди? Хозяин ищет тебя. Поторопись и иди в кабинет."

Сердце Шэнь Нинхуа дрогнуло, и она сразу поняла, что Шэнь Донг больше не может сопротивляться искушению…

"я знаю. Я сейчас буду."

Кабинет Шэнь Донга был самым безопасным местом во всем особняке Шэнь. В прошлой жизни Шэнь Нинхуа предлагала ему много идей, но у нее не было нужной квалификации, чтобы поступить в учебное заведение. Однако в этой жизни Шэнь Донг был очень щедр.

В кабинете Шэнь Нинхуа опустила глаза и вообще не смотрела по сторонам. Она поклонилась Шэнь Донгу, который сидел за столом, и сказала: "Приветствую тебя, отец".

"Нинхуа, ты здесь". Шэнь Донг положил щетку и тепло посмотрел на нее. "Я думаю, ты, должно быть, слышала новость. Я представил рецепт императору. Император был очень счастлив."

На лице Шэнь Нинхуа была искренняя улыбка без малейшего следа фальши. "Да, поздравляю, отец".

Шэнь Донг легонько постучал по столу и прямо сказал: "Нинхуа, старый доктор, который спас тебя, оставил какие-нибудь другие рецепты?"

"Старый доктор научил меня кое-каким медицинским навыкам. Однако он умер так рано, что у него не было времени научить меня рецептам. Тем не менее, он оставил после себя довольно много готовых лекарств."

Глаза Шэнь Донга загорелись. Его сердце затрепетало. Старый доктор, который обезвредил яд для Шэнь Нинхуа, должно быть, был специалистом высочайшего уровня. Хотя было жаль, что он не оставил после себя эти рецепты, было нетрудно восстановить их, изучив готовые лекарства. "Нинхуа, твой брат Сюанье научился врачебным навыкам у мастера Ляо Чэня. Если он сможет определить ингредиенты в этих готовых лекарствах и составить рецепты, это определенно принесет пользу многим людям".

Шэнь Нинхуа на мгновение задумалась и тяжело кивнула. "Правильно, я найду эти лекарства и пришлю вам по чуть-чуть каждого вида".

Шэнь Донг был вне себя от радости. "Хорошо, ты действительно моя хорошая дочь. Уже почти осень. Тебе следует сшить еще несколько платьев. Завтра я попрошу Ван Фу найти лучшего портного из Павильона Красочной одежды, чтобы он помог тебе сшить несколько платьев. Если ты вспомнишь о чем-нибудь, что тебе нужно, просто скажи мне. Ты знаешь о состоянии Линхань. В будущем ты будешь единственной первой дочерью в моей семье Шен, и ты заслуживаешь самого лучшего."

Шэнь Нинхуа сначала выглядела удивленной, а затем выражение ее лица медленно сменилось радостью и одновременно беспокойством. "Отец, моя вторая сестра приняла лекарство, и ее ноги уже были в порядке. Она..."

Шен Донг похлопал ее по плечу и стал похож на любящего отца. "Нинхуа, Линхань много раз подводила тебя. Я очень огорчен и разозлен. Если бы она не была моей дочерью, я бы точно выгнал ее из семьи. Помни, ты моя самая любимая первая дочь в будущем".

Шэнь Нинхуа прикусила губу, и ее глаза наполнились благодарностью. "Да, я понимаю".

Шэнь Донг удовлетворенно кивнул. "Ну, теперь ты можешь вернуться. Я позволю Ван Фу последовать за тобой, чтобы принести лекарство." Он так был обрадован, что не замечал ничего вокрушг, поэтому он не заметил, что опущенные глаза Шэнь Нинхуа были полны явной насмешки и холодности.

"Хорошо".

Вернувшись во двор Инъюэ, Шэнь Нинхуа достала коробку с лекарствами. Ван Фу шагнул вперед и взял коробку. "Мисс, сначала я отправлю лекарства мастеру. Если молодой мастер не израсходует их, я отправлю оставшиеся обратно вам."

Шэнь Нинхуа было все равно, ведь она не упомянула, что оставила какие-то лекарства для собственного употребления. Поэтому она только кивнула и согласилась: "Да, поторопитесь и пришлите их сюда".

Отослав Ван Фу, Бай Руо закрыл дверь Внутреннего двора Инъюэ. Она была очень несчастна. "Мисс, почему вы дали так много лекарств старшему молодому мастеру?" Шэнь Донг и Шэнь Сюанье и так взяли на себя огромные обязательства, так у них еще хватило наглости продолжать просить о чем-то у молодой леди. Они были поистине отвратительны.

Шэнь Нинхуа, с другой стороны, была в хорошем настроении. "Поскольку он попросил лекарства, я дам их ему". Неужели они думали, что смогут легко определить ингредиенты ее лекарств? Она просто подождет, чтобы посмотреть, чем они закончат.

Видя уверенность Шэнь Нинхуа, Бай Жо почувствовал некоторое облегчение. Как раз в тот момент, когда она собиралась что-то сказать, она услышала громкий плач.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. "Что случилось?"

Хун Лин доложила: "Мисс, это со двора Циньсюэ второй молодой леди. Похоже, она снова наказывает слуг."

"Ой? Она наказывает Сян Цяо?" Служанки, которых Шэнь Нинхуа отправил во двор Циньсюэ, были более или менее наказаны Шэнь Линхань, но Сян Цяо была наказана с особенной строгостью.

"Да. Я слышал, что вторая молодая леди теперь любит смотреть на слуг, держащих горячие чайникив руках. Она вкладывает медный чайник с кипящей водой в руки своих служанок. Если горничная заплачет или выбросит медный чайник, она прикажет вытащить горничную и ударить ее дубинкой." Сердито сказала Хун Лин, и ее тон был полон отвращения к Шэнь Линхань.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Сейчас она даже не утруждает себя притворством. Но раньше она была слаба, как ветка ивы, дрожащая на ветру. Тебе не нужно волноваться по ее поводу. Кто-нибудь другой накажет ее через два дня." Мадам Чжан, должно быть, долгое время ненавидела Шэнь Линхань. Шэнь Нинхуа нужно было только подождать и посмотреть, как она выплеснет свой гнев.

Хонг Лин кивнула. Она наклонилась, чтобы приблизиться к ушам Шэнь Нинхуа, и прошептала: "Мисс, я видела, что Сян Цяо тайно встречалась и шепталась мальчиком-слугой. Кажется, она купила какое-то лекарство у того слуги."

"Что она купила?" Шэнь Нинхуа было любопытно.

Хун Лин втайне рассмеялась: "Афродизиак!"

Глава 57 - Я Убью Тебя Сегодня!

С тех пор как Хун Лин узнала о передвижениях Сян Цяо, она уделяла особое внимание двору Циньсюэ. Она наблюдала больше полумесяца, не замечая никаких движений. Сегодня она, наконец, узнала, что Сян Цяо снова встретила того мальчика-слугу. Она была чрезвычайно взволнована. "Мисс, мисс, наконец-то во дворе Циньсюэ что-то начало происходить".

Возможно, из-за влияния Хун Лин, Шэнь Нинхуа также уделяла особое внимание Шэнь Линханб в последние два дня. Когда она услышала новости от Хун Лин, ей стало любопытно "Что там происходит?"

"После того, как Сян Цяо встретила того мальчика-слугу, она достала афродизиак и принесла препарат с собой. Она, вероятно, примет меры в ближайшие два дня". Мальчик-слуга купил для Сян Цяо афродизиак невысокого качества. Хун Лин попросила у Шэнь Нинхуа более качественный препарат под названием "Удовольствие" и заменила его. Теперь она ждала, чтобы убедиться в его действии.

Шэнь Нинхуа улыбалась, когда вошел Бай Руо. "Мисс, хозяин хочет, чтобы вы оделись и вышли на передний двор. Второй Принц, Третий Принц, Пятый Принц и Мастер Чу все прибыли."

Шэнь Нинхуа сдержала улыбку и повернулась, чтобы посмотреть в зеркало. Она подняла руку, чтобы поправить жемчужную заколку, украшенную рубином, и встала. "Цин Цюэ и Би Чжу, вы следуйте за мной. Бай Руо и Хун Лин охраняют внутренний двор."

"Да, мисс".

Как только она приблизилась к саду, Шэнь Нинхуа увидела Пятого принца Байли Цзиндзе, стоящего на тропинке, по которой она должна была пройти. Шэнь Нинхуа остановилась, чтобы отдать честь. - Приветствую вас, ваше высочество.

"Ты так спешишь, когда знаешь, что мой второй брат пришел повидаться с тобой". Бейли Цзиндзе прищурился и посмотрел на нее со злостью.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. "Ваше высочество, пожалуйста, не говорите так. Репутация для девушки очень важна."

Бейли Цзиндзе усмехнулся. "Репутация? Вы все еще заботитесь о репутации? Что ты получила от моего второго брата, чтобы ты так помогала ему? Это ты продала ему военное руководство, которое мой отец бесконечно хвалил, верно? В чем еще ты хочешь ему помочь? Почему на этот раз ты не продала ему тот редкий рецепт?"

Шэнь Нинхуа посмотрела на него с презрением и отвращением. "У меня есть много рецептов. Я могу отдать их кому захочу. Какое это имеет отношение к вам? Вы ревнуете? Если моя догадка верна, то вы хотели воспользоваться возвращением Второго принца с войны, чтобы напасть на него, верно? С тех пор как я разрушила ваш план, вы злитесь на меня. Верно?"

Бейли Цзиндзе, казался безгранично взбешенным. Он поднял руки и схватил ее за плечи. "Шэнь Нинхуа, мой второй брат уже женат. Что он может тебе дать? Ты хочешь быть его наложницей? Неужели ты не догадываешься, почему я так злюсь?"

«Почему? Вы хотите сказать, что испытываете ко мне глубокую привязанность и поэтому вам меня жалко?" Шэнь Нинхуа остановила взглядом Цин Цюэ, которая собиралась вмешаться в спор с Бейли Цзиньцзе, и внимательно наблюдала за выражением его лица. Она просто хотела увидеть и услышать какие еще неискренние слова скажет этот безжалостный человек, стоящий перед ней.

"Раз ты знаешь, почему ты делаешь мне больно этими словами?" Глаза Бейли Цзиндзе были печальны, и он слегка нахмурился с чувством невыразимой горечи. "С тех пор, как я впервые увидел тебя в Особняке Шэнь, я... я не могу перестать думать о тебе. Я надеюсь, что ты сможешь любить меня так, как я люблю тебя, поэтому я подавил свое желание и не выражал своих чувств. Я ждал, что ты влюбишься в меня, но ты..."

Шэнь Нинхуа сделала шаг назад и резко вырвалась из его рук. Она посмотрела на Бейли Цзиньцзе так, словно смотрела на кучу мусора. "Ваше высочество, не говорите так больше. В тот момент, когда вы это говорите, я чувствую огромное отвращение к этим словам. Они тошнотворны. Во дворе перед домом меня все еще ждут люди. Я не хочу быть невежливвой, заставляя их ждать еще дольше."

"Шэнь Нинхуа!" Бейли Цзиньцзе сжал кулаки, и его сердце переполняла ярость. "Ты просто так растопчешь мое сердце и мои чувства?"

Сердце? Когда у Бейли Цзиньцзе появилась такая вещь, как сердце? Теперь, когда он знал, что она была полезна, он вышел вперед, чтобы выразить свои искренние эмоции. Где было его сердце в тот момент, когда он бросил ее в холодный дворец?

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на него. "Я могу ответить на ваш первый вопрос. Я бы предпочла быть наложницей в особняке Второго принца, чем быть твоей принцессой!"

"Ты..." Лицо Бейли Цзиндзе покраснело, его сердитый взгляд впился в лицо Шэнь Нинхуа. "Ты готова так унизить себя?"

Шэнь Нинхуа резко повернула голову с еще большим отвращением в глазах. "Да, если вопрос ставится так, то я готова унизить себя. Пожалуйста, благородный Пятый принц, держись от меня подальше и чем дальше, тем лучше!" Сказав это, она развернулась и ушла.

Бейли Цзиньцзе прищурился, наблюдая, как она уходит. Через некоторое время он пришел в себя, его лицо медленно обрело спокойное выражение. Он привел в порядок свою одежду и направился к переднему двору.

Вскоре после того, как он ушел, Чу Цзюньи, который находился за искусственным холмом, вышел и небрежно выбросил цветок пиона, который держал в руке. Затем он свернул на другую тропинку и быстро ушел.

Когда Шэнь Нинхуа прибыла в цветочный зал, люди внутри болтали и смеялись. Царила оживленная атмосфера. Но когда она вошла в зал, все вдруг замолчали и на мгновение воцарилась тишина.

"Приветствую вас, Второй принц и Третий принц. Приветствую вас, отец, и приветствую, мастер Чу".

"Мисс Шен, пожалуйста, не церемоньтесь". - мягко сказал Бейли Цзиньчуань.

Взгляд Шэнь Донга был очень участливым. "Нинхуа, иди сюда. Принцы просто хотели посмотреть на твою вышивку с изображением Восходящего Солнца над горами и реками."

Бейли Цзиньчуань сказала: "Навыки вышивания старшей мисс Шэнь поистине поразительны".

Шэнь Нинхуа улыбнулась. - Благодарю вас, ваше высочество, за столь высокую оценку моих скромных навыков.

Как раз в тот момент, когда они разговаривали, быстро вбежал дворецкий Ван Фу с широкой улыбкой. Задыхаясь, он сказал: "Господин…Мастер, поторопитесь... императорский указ пришел из Дворца!"

«Что?» Шэнь Донг поспешно встал и радостно вышел. "Приготовьте стол для благовоний, чтобы приветствовать императорский указ".

Бейли Цзиньчуань и другие гости, естественно, последовали за ним. Шэнь Нинхуа была в нескольких шагах позади них. Чу Цзюньи прошел мимо нее, улыбнулся и тихонько промолвил: "Какой вариант ты бы выбрала? Наложница второго принца или моя жена?"

Шэнь Нинхуа подняла голову и холодно посмотрела на него. "Первое".

Шаги Чу Цзюньи замерли, но улыбка на его лице не изменилась. Он раскрыл складной веер, который держал в руке, и неторопливо пошел вперед. Шэнь Нинхуа нахмурилась. Цин Цюэ не заметила, что Чу Цзюньи тоже был в саду. Казалось, что его боевые искусства улучшились.

Императорский указ был очень длинным. Колени Шэнь Нинхуа онемели, когда евнух закончил читать императорский указ. Шен Донг был очень счастлив. Император неожиданно повысил Шэнь Сюаньье в должности глашатая Сюанье до шестого ранга. Хотя его официальный ранг был низким и у него не было никакой реальной власти, Шэнь Донг все равно был в восторге. Кроме военных генералов, внесших свой вклад в сражение, никто из династии Даан не получил титула без истинных заслуг. Шэнь Сюанье занял официальную должность до достижения своего пятнадцатилетнего возраста. Это было беспрецедентно для династии Даан!

После того, как Шэнь Донг почтительно отложил императорский указ, Второй принц Байли Цзиньчуань сказал: "Поздравляю премьер-министра Шэня, поздравляю Сюанье".

Шен Донг рассмеялся. "Спасибо, пожалуйста, присаживайтесь, ваши высочества".

Ван Фу подбежал к нему. "Господин, герцог Вэй и его жена прибыли".

Улыбка Шэнь Донга застыла. Затем он сказал как ни в чем не бывало: "Немедленно пригласите их войти".

Глаза Шэнь Нинхуа загорелись, когда она подумала про себя. "А вот и самое замечательное".

Как только Чжао Кун и госпожа Чжан вошли в дверь, они приказали молодым слугам, стоявшим позади них, принести подарок наверх.

Чжао Кун сложил ладони рупором и сказал: "Поздравляю, премьер-министр Шэнь. Деятельность Сюанье настолько вдохновляет, что завоевывает признательность императора. Я уверен, что в будущем он внесет большой вклад в работу суда".

Шэнь Донг лицемерно ответил: "Ты переоцениваешь его. Пожалуйста, присаживайтесь."

Хотя мадам Чжан тщательно оделась, изможденное выражение ее лица невозможно было скрыть. Она огляделась и печально сказала: "Сюанье смог завоевать благосклонность императора. Это такое облегчение. Жаль, что моей племяннице Линхань так не повезло. Она была одной из благоприятной голубиной пары, но теперь ей нужно оправиться от травм. Скажите, ее ноги уже исцелены?"

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: "Тетя, не волнуйся. Моей второй сестре сейчас намного лучше. У нее нет проблем, чтобы встать и ходить. Врач сказал, что она поправится через несколько дней."

"О?” Мадам Чжан была вне себя от радости. "Теперь она может ходить. Это действительно благословение наших предков. Премьер-министр Шэнь, сегодня у нас так много хороших новостей. Почему бы тебе не пригласить мою сестру и племянницу немного повеселиться?"

Услышав, что госпожа Чжан хочет, чтобы Чжао Юньсян и Шэнь Линхань вышли, Шэнь Донг машинально захотел возразить. Затем он увидел герцога Вэя, молча пьющего чай, и его сердце внезапно встрепенулось. Он почти забыл о могущественной семье мадам Чжао. Чжао Кун в настоящее время отвечал за семью Чжао. Как старший брат Чжао Юньсяна, для него было нормально навещать свою сестру в это время. Шэнь Донг не мог сейчас расстаться с семьей Чжао.

"Ван Фу, пойди и посмотри, хорошо ли себя чувствует мадам. Если нет никаких проблем, пригласите ее на банкет."

"Да, мой господин".

Когда Шэнь Линхань услышала, что пришли ее дядя и тетя, она поспешно оделась. Она просто больше не могла этого выносить! Эта дрянь Шэнь Нинхуа намеренно устроила так, чтобы несколько слуг появлялись перед ней весь день и постоянно напоминали ей об инвалидности в ногах, что очень злило ее. Она должна позволить своим дяде и тете помочь ей выплеснуть гнев! Чего было бояться, если ее репутация уже пострадала? Пока сила от ее происхождение была еще достаточной, кто бы осмелился что-нибудь сказать? Какой бы плохой ни была репутация королевских принцесс, за ними все равно будет ухаживать много людей. Конечно, это не относилось к принцессе Эннинг, которая могла закурить людей до смерти, когда подходила близко. В конце концов, люди больше всего дорожили своей жизнью.

"Поторопись и помоги мне накраситься. Я иду на передний двор."

Сян Цяо осторожно подошла с лекарством и сказал: "Мисс, пришло время принять лекарство".

Шен Линхань прищурилась на нее. Она взяла чашу и выпила все одним глотком. Затем она неожиданным движением разбила миску о голову Сян Цяо. Сян Цяо жалобно закричал и упал на землю. Со лба у нее сочились следы крови.

Увидев это, Шэнь Линхань усмехнулась, ее настроение улучшилось. Она встала и направилась к переднему двору. Теперь она выглядела нормально, когда ходила, но только она сама знала, как мучительно чувствовать боль каждый раз, когда она делает шаг. Таким образом, она ненавидела Шэнь Нинхуа и хотела, чтобы Шэнь Нинхуа умерла. Она хотела бы вырвать сухожилия Шэнь Нинхуа, содрать с нее кожу и переломать ей кости! На этот раз она была полна решимости заставить Шэнь Нинхуа страдать!

Сян Цяо встала и вытерла кровь со лба. Она холодно улыбнулась в спину Шен Линхань.

Шэнь Донг послал Ван Фу пригласить их, чтобы он мог помешать госпоже Чжао выйти на передний двор. К сожалению, Ван Фу не смог остановить ее.

Когда Чжао Юньсян увидела Шэнь Линхань в дверях, она сразу же бросилась к ней и заплакала. Она держала Шэнь Линхань на руках и горько плакала. "Моя бедная Линхань, как ты настрадалась за это время".

Веки мадам Чжан дрогнули. Она мрачно посмотрела на мадам Чжао и Шэнь Линхань. Ей хотелось бы убить их на месте. Шен Линхань, эта маленькая дрянь, до сих пор заставляла Руюнь терять сознание. Она определенно не позволит Шэнь Линхань уйти безнаказанной.

"Сестра, Линхань, ты здесь. Сегодня Сюанье была назначена на должность глашатая. Это хорошая новость. Не плачь больше."

Шэнь Сюанье холодно посмотрела на госпожу Чжао и Шэнь Линхань. Его сердце было переполнено нетерпением. Независимо от того, сколько у него было планов, если эти двое будут тянуть время, его план не сможет произвести ожидаемого эффекта!

Госпожа Чжао вытерла слезы и с удовлетворением посмотрела на Шэнь Сюанье. "Невестка права. Я должна быть счастлива, что Его Величество дал такую важную должность моему сыну. Линхань, поторопись и поздравь своего брата." Госпожа Чжао недоуменно посмотрела на Шэнь Линхань, которая хранила молчание после того, как засвидетельствовала свое почтение.

Шэнь Линхань выглядела несколько рассеяной. Она сделала два шага вперед и подошла к Шэнь Сюанье. "Старший брат, поздравляю".

Шэнь Сюанье мягко кивнул. "Хорошо, быстро садись и отдыхай. Тебе не следует долго стоять."

"Старший брат..." Шэнь Линхань с трудом проглотил слюну и мягко рухнула на него.

Шэнь Сюанье поспешно поддержал ее. "Что с тобой7 У тебя болят ноги?" Прежде чем он успел договорить, его сердце замерло. Шен Линхань обняла его за плечи.

"Мм... Старший брат, мне так неудобно..."

Глядя на эту сцену, госпожа Чжан усмехнулась и скривила губы. Ее глаза наполнились злобным светом. Сегодня она была полна решимости убить Шэнь Линхань!

Глава 58 - Она Сумасшедшая!

Увидев поведение Шэнь Линхань, сердце мадам Чжао чуть не выпрыгнуло из груди. Она поспешно шагнула вперед и потянула Шэнь Линхань: "Линхань, раз уж ты поздравила своего брата, возвращайся на свое место и садись!"

Она думала, сумеет притянуть Шэнь Линхань к себе, но Шэнь Линхань крепко ухватила Шэнь Сюанье за воротник, и получилось так, что мадам Чжао тянула на себя дочь, а та, в свою очередь не отпускала из своих рук воротник платья Шэнь Сюанье. И в результате платье Шэнь Сюанье стало выглядеть растрепано и неаккуратно.

"Мама, не тяни меня. Я чувствую себя так неловко. Старший брат, помоги мне..." Шэнь Линхань вырвалась из рук мадам Чжао. Она снова наклонилась к Шэнь Сюанье и даже начала расстегивать пуговицы на своей одежде.

Вены на лбу Шэнь Донга вздулись, а его лицо стало пурпурным и даже стало отливать синевой. Он был так взбешен, что, несмотря на присутствие принцев, подошел, поднял Шэнь Линхань, коротко замахнувшись ладонью, отвесил ей хлесткую пощечину. Даже если бы она не заботилась о своей репутации, она не должна была уничтожать Шэнь Сюанье!

"Ах!" Оторванная от принца властной рукой отца Шэнь Линхань попятилась и тяжело упала, ударившись лицом, на каменные плиты пола. Ее глаза потемнели, и она тут же выплюнула полный рот крови с двумя зубами.

У нее гудела голова, и она чуть не упала в обморок, но зуд по всему телу был подобен невыносимому пылающему огню. "Мне так неудобно. Я действительно чувствую себя так неловко".

Когда Пятый принц Бейли Цзиндзе вошел в цветочный зал, он увидел лежащую на земле Шэнь Линхань. Он удивленно спросил: "Что здесь происходит?"

Шэнь Линхань приподнялась, схватила одежду Бейли Цзинцзе и прижала ее к своей груди. Она завлекательно извивалась всем телом, ее бедра призывно двигались, а грудь высоко вздымалась от возбуждения. Если бы не сцена с пощечиной и последовавшим за ней падением, эти движения Шэнь Линхань можно было бы считать чрезвычайно соблазнительными. Но когда взгляду представлялось опухшее, подобно распаренной булочке, лицо, а уголки губ и подбородок все еще были запятнаны кровью, выглядело это довольно ужасающе.

Бейли Цзиндзе отступил на шаг и нахмурился. "Вторая юная леди, пожалуйста, ведите себя прилично".

Шен Линхань склонила голову набок и улыбнулась. Ее глаза наполнились слезами. "Хорошо себя вести? Ваше высочество, разве вы не говорили, что я вам нравлюсь? Раз я вам нравлюсь, почему вы хотите, чтобы я вела себя прилично? Вы сказали, что если я захочу, вы женитесь на мне как на своей жене, дадите мне пожизненную славу и не позволите никому запугивать меня. Ваши слова все еще эхом отдаются в моих ушах, но похоже, вы уже забыли о них…" Произнося эти слова, она закатала рукава, закрыла лицо и заплакала.

Когда присутствующие услышали эти слова, все они сосредоточили свое внимание на Бейли Цзиндзе. Никто не ожидал увидеть такую оживленную сцену. Пятый принц действительно осмелился это сказать. Пожизненная слава, откуда у него такая уверенность? Хаха…

Бейли Цзинцзе поднял голову, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, но обнаружил, что она оборачивается, чтобы поболтать со служанкой позади нее. Горничная в зеленом что-то сказала, и Шэнь Нинхуа прикрыла губы ладонью и усмехнулась. Заколка на ее голове слегка покачивалась, а взгляд ее глаз был преисполнен восторга. Она была похожа на магнолию, белоснежную и очаровательную.

Гнев поднялся в его сердце. Бейли Цзиндзе яростно сжал кулаки. Он чувствовал, что ее скрытая веером улыбка была чрезвычайно ослепительной. Шэнь Нинхуа было все равно. Даже если в ее голосе звучали нотки насмешки и холодности, он мог более или менее знать некоторые ее мысли. Но она полностью игнорировала его и вела себя безразлично.

Когда Чу Цзюньи увидел выражение лица Бейли Цзиндзе, он улыбнулся и более непринужденно покачал складным веером в руке.

"Господин Шэнь, лучше уложить вторую молодую леди". Бейли Цзиньчуань нахмурился и предложил:

Шэнь Донг пожалел, что не может отправить прямо сейчас Шэнь Линхань в преисподнюю, чтобы она не смущала его здесь. Услышав слова Второго принца, он поспешно кивнул: "Да, да. Кто-нибудь, приведите Шен Линхань вниз."

Шэнь Линхань наклонилась к Бейли Цзинцзе, как будто она не слышала слов Шэнь Донга. "Ваше высочество, как вы можете отказаться от своих слов? Это из-за моей травмы ноги? Не волнуйтесь, эта маленькая негодяйка Шэнь Нинхуа наконец-то поступила правильно и дала мне волшебное лекарство. Теперь я в порядке."

Мадам Чжан резко схватилась за ручку кресла и свирепо посмотрела на Шэнь Линхань. Она лишила Руюнь шанса на жизнь. Она только что сломала ноги. Действительно ли ей нужно было принимать это волшебное лекарство? Ах, она дрянь!

Сердце мадам Чжао екнуло, и она чуть не упала на землю. Если бы она знала, что Шэнь Линхань будет так себя вести, она бы точно заперла ее еще на месяц. Искала ли она смерти?

"Линхань, ты слишком устала. Ты несешь чушь. Немедленно покинь нас и возвращайся к отдыху."

Шэнь Линхань встряхнула рукавами и игриво огляделась по сторонам. "Я не хочу возвращаться. Я красавица номер один в столице. Я заслуживаю самого лучшего в мире. Почему я должна быть заперта во дворе? Почему эта омерзительная Шэнь Нинхуа может вести себя так высокомерно?" Действие лекарства сделало ее еще более бесцеремонной и откровенной. Она говорила все, что было у нее на уме, озвучивала свой поток сознания.

Глядя на ее выходки, сердце каждого сразу же наполнилось отвращением. Что касается красоты, то только ее старшая сестра Шэнь Нинхуа заслуживала того, чтобы ее называли красавицей номер один в столице. И она, Шэнь Линхань, была не только злобной девушкой, но и девушкой с полностью разрушенной репутацией! Она открыто вешалась на принца в присутствии у посторонних и даже делала попытки соблазнения своего брата!… Каким чудовищем она была!

При обычных обстоятельствах все бы заподозрили, что Шэнь Линхань накачали наркотиками. Но сейчас ситуация была иная. Выражение ее лица было очень спокойным, мысли очень ясными, а лицо выглядело нормальным. Во всех отношениях не было похоже, что она находится под влиянием наркотиков.

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась и обиженно посмотрела на Шэнь Линхань. "Я подумала, что, хотя мы и не родились от одной матери, у нас все равно должны быть глубокие сестринские отношения. Я не ожидала, что ты так будешь так думать обо мне. Ты много раз делала такие ситуации, которые выставляли меня в невыгодном свете. Но я не высказывала каких-либо обид или возражений. Я изо всех сил старалась защитить тебя, когда ты устроила беспорядки во Дворце. Я помогла тебе найти врача и прислала тебе лекарство после того, как твои ноги были повреждены. Я даже дала тебе лекарство, которое предназначалось для спасения жизни…Шень Линхань, разве у тебя нет сердца?"

"Ха-ха", - Шень Линхань безумно рассмеялась, и ее глаза были полны презрения. "Что ты, черт возьми, такое несешь…!"

"Заткнись!" Шэнь Донг стремительно встал, и его глаза наполнились жгучей яростью.

Шэнь Линхань слегка вжала голову в плечи. На мгновение она казалась ошеломленной, но через мгновение она снова повела себя опрометчиво.

Как раз в тот момент, когда Шэнь Донг сердито приказывал слугам вытащить ее, из-за двери донесся плачущий голос: "Господин, пожалуйста, простите мисс".

Шэнь Дон холодно крикнул: "Кто там плачет снаружи?"

Ван Фу привел Сян Цяо. Как только она вошла в зал, то сразу же бросилась к ногам Шэнь Линхань. "Мисс, прекратите беспорядок. Быстро следуйте за мной обратно во двор."

Шэнь Линхань ударила ее ногой в грудь, повалив на землю. "Чертова шлюха, проваливай!"

Шен Донг был в ярости. "Шен Линхаь, семья Шень слишком мала для тебя, не так ли?"

Сян Цяо отползла назад, плача: "Господин, не наказывайте мисс. Мисс… Она действительно ничего не может с этим поделать. Мисс, вам следует проснуться. Поторопись и проснись. Иначе я больше не смогу вас защищать."

Шэнь Донг сурово нахмурился: "Ты, смелая служанка, признайся мне. Что именно происходит?"

Шэнь Линхань пришла в ярость и снова оттолкнула Сян Цяо. "Держись от меня подальше. Твой плач так раздражает. Ты шпионка, посланная этой дрянью Шэнь Нинхуа. Не думай, что я не знаю."

Лицо Сян Цяо было полно слез. Возможно, из-за того, что на этот раз ее ударили ногой слишком сильно, ей потребовалось много времени, чтобы подняться, но на ее лице не было ни малейшего недовольства. "Мисс, почему вы мне не верите? Когда я потеряла сознание на дороге, именно вы спасли меня. Я не знаю другого способа, чтобы отблагодарить вас за то, что вы спасли мне жизнь. С тех пор моя жизнь принадлежит только вам. От начала и до конца вы моя единственная госпожа."

"Заткнись и проваливай". Шэнь Линхань был в ярости.

Шэнь Донг больше не мог сдерживать свой гнев. "Оттащите Шень Линхань вниз и нанесите ей двадцать ударов". Шэнь Линхань опозорила его перед столькими людьми. Какая ему польза от такой дочери?

Сян Цяо опустился на колени перед Шэнь Донгом. "Господин, пожалуйста, отпустите мисс. Мисс не хотела вас смущать. Она действительно все это совершила, но…"

"Что сделало ее такой бесстыдной?"

Сян Цяо прикусила губу, поклонилась и закричала: "Мисс, она сумасшедшая!"

Все присутствующие были ошеломлены. Шень Линхань сошла с ума?

Мадам Чжан усмехнулась про себя. Она не хотела, чтобы Шэнь Линхань умерла так легко. Она хотела, чтобы Шэнь Линхань получила бы такую жизнь, которая была хуже смерти!

Тело Шэнь Донга задрожало. "Что ты сказала?"

"Господин, с тех пор, как мисс была ранена, она всегда была в смятенном состоянии духа. Она часто кричала о мести, говоря, что кто-то подставил ее, и она часто била меня". - сказала Сян Цяо, приподнимая волосы со лба и показывая ужасную рану. "Сегодня это было разбито чайной чашкой. Если вы мне не верите, у меня раны по всему телу и рукам. Если вы все еще мне не верите, вы также можете вызвать других слуг Двора Циньсюэ, чтобы они подвергли меня перекрестному допросу. Мисс... она действительно сошла с ума."

Шэнь Линхань проигнорировала хаос, который она устроила в цветочном зале. Она только чувствовала, что ее тело было разгорячено и ей нужно было найти место, чтобы остыть. Она разорвала воротник и прошлась по цветочному залу. Принцам и стражникам в зале пришлось отвернуться, чтобы не смотреть на нее.

Глаза Шэнь Донга сверкнули решимостью. "Ван Фу, вторая молодая леди сошла с ума. Пусть две старые служанки отведут ее обратно и сначала запрут во дворе Циньсюэ. Никому не разрешается навещать ее без моего приказа, чтобы она не причинила вреда людям."

"Да, господин".

От легкого движения пальцев Шэнь Нинхуа с ее ногтей упало немного пудры и невесомое белесоватое облачко бесшумно поплыло в воздухе.

Мгновение спустя тело Шэнь Линхань задрожало, и она внезапно пришла в себя. Она непонимающе огляделась вокруг и спросила: "Что случилось? Что со мной происходит?"

Шэнь Нинхуа холодным тоном напомнила: "Вторая сестра, поскольку ты сейчас пришла в себя, тебе лучше сначала привести в порядок свою одежду".

Шэнь Линхань опустила голову и тут же испуганно вскрикнула: "Ах..." Она поспешно привела в порядок свою одежду, и ее лицо стало очень бледным. Она в панике посмотрела на Шен Донга. "Отец".

Шэнь Донг с отвращением махнул рукой. "Отведи ее вниз".

"Отец, меня подставили. Все произошло помимо моей води. Отец... мать, брат, пожалуйста, попроси пощады для меня, мама..."

Госпожа Чжао опустила голову, слезы катились из ее глаз. Ее сердце болело так сильно, что она едва могла стоять. "Линхань, иди восстанавливать силы. Я обязательно найду лучшего врача, который вылечит твою болезнь".

Глаза Шэнь Нинхуа были задумчиво прикрыты веками. Затем она удивленно подняла глаза. Госпожа Чжао не просила пощады для Шэнь Линхань? Она сама была заперта Шэнь Донгом в зале предков, и она едва могла защитить себя. Так как же ей найти лучшего врача? Откуда взялась ее уверенность?

Шэнь Линхань не слушал ее. "Мама, спаси меня. Я твоя дочь. Я не злюсь. Как ты можешь смотреть, как меня подставляют, и ничего не делать?

Мадам Чжао шагнула вперед. Она взяла Шэнь Линхань за руку и искренне сказала: "Линхань, ты - плоть от плоти моего тела. Моя любовь к тебе безгранична. Как я мог причинить тебе вред? Если ты восстановишься должным образом, ты обязательно поправишься".

Ощущение того, что тебя все бросили и она остается в полном одиночестве, чуть не свело Шэнь Линхань с ума. "Нет, я не хочу сидеть взаперти".

Шен Донг мрачно сказал: "Опустите ее вниз".

Шэнь Линхань оттолкнула мадам Чжао и собиралась выбежать, но две служанки подбежали и остановили ее.

Шен Донг был в ярости. "Столкни ее вниз, опечатай двор Циньсюэ и распусти всех служанок. Дай мне посмотреть, как долго она сможет так сходить с ума!"

Внезапно госпожа Чжао испуганно вскрикнула: "Ах, мой живот!"

Глава 59 - Водит Тебя за нос!

Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на живот мадам Чжао. Невероятная мысль пришла ей в голову. Живот мадам Чжао…Была ли она беременна?

Шэнь Донг подумал, что госпожа Чжао снова пытается его обмануть, поэтому он нетерпеливо холодно крикнул: "Что с тобой не так?"

Мадам Чжао с головы до ног покрылась холодным потом и выглядела крайне болезненной. "Господин, я не знаю, что происходит.Весь этот месяц я чувствовала себя странно…"

Шэнь Нинхуа подавила подозрение в своем сердце. Она медленно встала и с нежной улыбкой подошла к мадам Чжао. "Мама, у меня есть кое-какие медицинские познания. Позволь помочь тебе."

Мадам Чжао крепче сжала руку на животе, затем улыбнулась и кивнула. "Нинхуа, ты всегда была самой внимательной. Пожалуйста. - Говоря это, она протянула руку.

Шэнь Нинхуа внимательно наблюдала за выражением ее лица. Мадам Чжао все время улыбалась. Ее улыбка была наполнена теплым сиянием, расслабляющей аурой, и в ней не было ничего подозрительного.

Шэнь Нинхуа на коснулась ее руки и осторожно пощупал пульс. Затем улыбка на ее лице мгновенно стала шире. "Поздравляю, отец. Поздравляю, мама. Мама, вставай скорее. Земля холодная. Будет плохо, если бы мой младший брат пострадает".

Некоторое время Шэнь Донг выглядел немного ошарашенным. Только когда мадам Чжао помогли сесть на стул, он понял, что только что сказал Шэнь Нинхуа. "Постой… твоя мать, она… беременна?"

Мадам Чжао смущенно опустила голову. Она не ответила на слова Шэнь Донга, но улыбка на ее лице стала мягче. Она тщательно защищала свой живот обеими руками.

Шэнь Нинхуа искренне улыбнулась. "Отец, в конце концов, я научилась только нескольким простым медицинским навыкам. Вам лучше обратиться к имперскому врачу, чтобы он осмотрел ее. Вы видели как быстро меняется ее настроение. Столько стрессов… Я боюсь, что это плохо скажется на моем младшем брате."

Хотя она говорила искренне, мадам Чжао чувствовала себя неловко. Как могла Шэнь Нинхуа по-настоящему радоваться за нее? Однако сейчас было явно не время поднимать этот вопрос.

Шэн Донг был очень счастлив. Его младшему сыну, Шэнь Сюаньлиню, было почти десять лет. Прошло десять лет с тех пор, как в семье Шэн родился ребенок. Хотя он сказал, что у него уже есть благоприятная пара голубей, он все еще надеялся, что ему будет благословлено больше детей. Поэтому, даже если сейчас ему не нравилась мадам Чжао, он все равно был очень счастлив.

"Нинхуа права. Иди и пригласи доктора Чжана."

Шэнь Донг с радостью отдал несколько приказов. Второй принц и другие гости также вышли вперед, чтобы поздравить его. Напряженная атмосфера, которая царила в цветочном зале, полностью исчезла.

Шэнь Донг стоял рядом с госпожой Чжао. Волнение и радость в его глазах невозможно было скрыть. Хотя он не был стариком, но факта, что мадам Чжао снова была беременна, было достаточно, чтобы привести его в восторг.

Шэнь Нинхуа подошла к Шэнь Линхань, за которой присматривали две медсестры. Глядя на оживленную сцену перед собой, она тихо вздохнула: "Младшая сестра, у отца будет еще один ребенок. Ты счастлива?"

Шэнь Линхань внезапно подняла голову и уставилась на Шэнь Нинхуа налитыми кровью глазами. "Что ты имеешь в виду?"

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: "Ничего. Ты и Шэнь Сюанье были единственными детьми матери. Теперь, когда ты словно сошла с ума, мама, должно быть, очень расстроена. С этим еще не родившимся ребенком она может почувствовать большее облегчение. Я рада за нее".

Шэнь Линхань яростно стиснула зубы и повернула голову, чтобы посмотреть на Шэнь Донга, который громко смеялся, а также на Шэнь Сюанье и мадам Чжао, на лицах которых тоже были улыбки. Они собирались вместе, болтали и смеялись, образуя теплую и неразлучную семью.

Шэнь Нинхуа снова вздохнула. "Это действительно заставляет людей чувствовать тепло, когда они видят это. Отец, мать, старший брат и младший брат, который должен родиться…Они - счастливая семья. Ты первая дочь семьи Шэнь и единственная дочь матери, но тебя задерживают…Но не волнуйся, когда родится младший брат, я буду умолять чтобы тебе позволили выйти и взглянуть на него."

Шэнь Линхань без эмоций смотрела на эту сцену, но внезапно ее охватил гнев. Почему она должна быть заперта? Она не была сумасшедшей, она совсем не была сумасшедшей!

Шэнь Нинхуа сделала два шага назад и посмотрела на двух медсестер, которые следили за ней. "Отведите мою вторую сестру вниз. Не тяните ее слишком сильно, чтобы не причинить ей боль. Следуйте инструкциям моего отца и дайте ей сначала успокоиться во дворе Циньсюэ."

"Да, старшая юная леди". Две медсестры поспешно ответили и в их голосах сквозило непритворное кважение.

Шэнь Линхань была насильно уведена. За исключением Пятого принца Бейли Цзиндзе, все остальные в зале были чрезвычайно счастливы, и смех и радость слышались непрерывно.

Шэнь Нинхуа долго смотрела на эту сцену холодным взглядом, затем повернулась и вышла из цветочного зала. В это время ее никто не заметит. Беременность госпожи Чжао сильно потрясла ее. В ее прошлой жизни такого не было. Ее приезд что-то изменил?

Би Чжу последовал за ней и осторожно спросил: "Мисс, вы хотите вернуться во двор Инъюэ?"

"Нет. Давай сначала присядем в павильоне рядом".

После прихода осени прохладная погода вместе с легким ветерком расслабили людей. Шэнь Нинхуа удовлетворенно прищурилась и посмотрела на листья ивы, колышущиеся на ветру. Она слегка скривила губы.

Проходившие мимо слуги видели сидящую здесь Шэнь Нинхуа, но они вообще не осмеливались ее беспокоить. Они кланялись далеко и избегали приближаться к ней.

Когда она только что вернулась в семью Шэнь в своей прошлой жизни, никто из этих слуг не проявлял к ней должного уважения, а некоторые даже тайно причиняли ей неприятности. Но теперь, независимо от того, что они думали в своей голове, они не осмеливались показать ни малейшего неуважения на своих лицах. Это изменение было действительно впечатляющим.

Чу Цзюньи почувствовал облегчение, когда увидел Шэнь Нинхуа. Он заметил, как она выходила из цветочного зала. Однако ему было неудобно сразу же следовать за ней. Пожалуй только в разгар банкета моно было нйти причину покинуть его и выйти вслед за Шэнь Нинхуа.

"В цветочном зале так оживленно, почему бы тебе не пойти и не посмотреть?"

Шэнь Нинхуа взглянула на него. "Кому я сейчас нужна? Я просто бельмо на глазу. Для меня лучше быть здесь".

"Мм, это правда. Я слышал, как мадам Чжао говорила, что в прошлый раз ее Двор в Чуньхуа был сожжен дотла. Теперь у нее нет двора, в котором она могла бы жить, и она хочет жить в вашем дворе Инъюэ."

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. Через некоторое время она насмешливо улыбнулась. "Какой хороший план. Дай угадаю, что она сказала...Ммм… Она определенно сказала, что как мать, она больше всего беспокоилась о своих детях. Хотя Линхань была сумасшедшей, она все еще была плотью и кровью матери. Мать могла бы позаботиться о дочери, если бы они могли жить рядом друг с другом. Я правильно угадала?""

Чу Цзюньи усмехнулся. "Абсолютно верно. Она также сказала, что вы владеете медицинскими навыками, поэтому она почувствовала облегчение, когда вы проявили по отношению к ней заботу."

Шэнь Нинхуа спросила со странной улыбкой на лице: "Раз она хочет остаться, все в порядке. Я просто хочу посмотреть, как долго она сможет оставаться!"

Чу Цзюньи взмахнул веером и сказал: "Какое лекарство ты использовал, чтобы свести с ума Шэнь Линхань?"

Шэнь Нинхуа тут же подняла глаза. "Лекарство? Мастер Чу, о чем вы говорите? Я не могу тебя понять."

"Нинхуа, ты даже мне не скажешь?" Лицо Чу Цзюньи было наполнено печалью.

Шэнь Нинхуа подняла брови: "Я не могу тебе что-то сказать, когда я вообще ничего не знаю. Просто разберитесь с этим самостоятельно. Возможно, если вы что-нибудь найдете, мадам Чжао поблагодарит вас."

"У меня не так много свободного времени. Если ты не хочешь мне говорить, тогда не говори этого". Чу Цзюньи встал и сказал: "Мне пора возвращаться. В противном случае мадам Чжао приведет кого-нибудь, чтобы уличить в супружеской измене на месте. Увидимся позже."

Би Чжу сердито нахмурился. "Мисс, у Чу Цзюньи был слишком длинный язык". Уличить в супружеской измене…О чем он думал?

Шэнь Нинхуа было все равно. Если мадам Чжао действительно узнает, что у нее была связь с Чу Цзюньи, мадам Чжао действительно может совершить такую вещь, как уличение в супружеской измене. - Не обращай на него внимания. Возвращайся и приведи в порядок приданое моей родной матери. Приготовьте комнату рядом со двором Циньсюэ и приготовьтесь принять маму".

Мадам Чжао планировала жить во дворе Инъюэ Шэнь Нинхуа и доставлять неприятности Шэнь Нинхуа, используя ребенка в своем животе. Однако Шэнь Донг отклонил эту просьбу, когда госпожа Чжао ее озвучила. Прежде чем она успела спросить снова, Шэнь Нинхуа уже сказала в присутствии Шэнь Донга, чтобы он пригласил ее пожить у него.

Шэнь Донг планировал устроить так, чтобы мадам Чжао жила рядом с его Двором Инси, но после того, как Шэнь Нинхуа сказала, что она владеет медицинскими навыками и может позаботиться о мадам Чжао, он согласился.

Хотя госпожа Чжао успешно передвигалась по Двору Инъюэ, как ей хотелось, она чувствовала что-то странное. Как только она подумала об этом, то сразу все поняла и снова злость затаилась в ее сердце. С самого начала Шэнь Нинхуа водила ее за нос!

Ранним утром Шэнь Нинхуа пришла с Бай Жо в комнату госпожи Чжао. "Удобства во дворе Инъюэ просты и примитивны. Мама, ты привыкла там жить?"

Мадам Чжао выдавила из себя улыбку. "Они вовсе не просты и не грубы. Ваш двор очень уютный. В отличие от Линхана..."

Шэнь Нинхуа улыбнулась. "Мама, не слишком печалься о младшей сестре. В конце концов, у тебя все еще есть мой младший брат. В эти дни отец также пригласил многих врачей для ее лечения. Я верю, что когда родится мой младший брат, моя вторая младшая сестра будет в порядке".

Мадам Чжао поперхнулась. Она почувствовала, что ее грудь сдавило унынием. Она сказала с застывшим лицом: "Я надеюсь, что ты права. Зачем ты пришла сегодня так рано?"

Шэнь Нинхуа повернулась и попросила Бай Жо поставить поднос, который она держала в руке. "Суп, приготовленный на кухне, очень вкусный. Я принесла суп сюда, чтобы ты попробовала."

Мадам Чжао взглянула на тарелку с супом и сразу же насторожилась. "В последние дни у меня плохой аппетит. Я не люблю есть жирное по утрам. Прости меня, но это так. Не обижайся."

Шэнь Нинхуа внезапно поняла. "Я недостаточно внимательна. Я должна была знать, что у беременной женщины сейчас может быть плохой аппетит. Бай Руо, забери суп обратно. Маме следует больше отдыхать, а мне все еще нужно засвидетельствовать свое почтение бабушке."

"да."

Когда Шэнь Нинхуа ушла, мадам Чжао посмотрела ей в спину и резко смахнула блестящие украшения с туалетного столика на пол. Служанки рядом с ней поспешно опустились на колени и сказали: "Мадам, пожалуйста, успокойтесь".

Мадам Чжао медленно перевела дыхание, чтобы унять гнев в груди. Внезапно из соседней комнаты донесся громкий плач.

"Выпустите меня, выпустите меня! Шэнь Нинхуа, я ненавижу тебя!"

"Мама, ах... Отец..."

Мадам Чжао прикрыла грудь, и негодование в ее глазах было таким же сильным, как черные чернила. Линхань, не волнуйся. Я обязательно спасу тебя. Я обязательно передам тебе Шэнь Нинхуа, чтобы ты могла наказать ее как только тебе придет в голову!

Бай Руо последовала за Шэнь Нинхуа и остановившись на минуту выпила суп через край из миски, как только вышла за дверь. Затем она последовала за Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа пристально посмотрела на нее. "Ты могла просто вылить суп на землю".

Бай Руо улыбнулась и сказала: "Суп был принесен вами мадам. Никто не сможет что-то придумать и оговорить вас, после того, как я его выпила. Таким образом, вы сможете избежать некоторых определенных неприятностей." Если бы она пролила суп на землю или принесла его обратно, а кто-то что-то в него добавил, тогда будет трудно объяснить некоторые вещи.

Шэнь Нинхуа, естественно, знала, что Бай Руо делает это для ее же блага. "Похоже, мне нужно поторопиться и отослать Первую леди, иначе суп сделает тебя жирной".

"Если ты не возражаешь, то почему я должна бояться растолстеть?"

Бай Руо, которая всегда была мягким и спокойным человеком, внезапно начала вести себя озорно, как Хун Лин. Шэнь Нинхуа тут же улыбнулась. "Ты непослушная девчонка".

Когда они прибыли во двор Сунтао, Старая госпожа Сяо не позволила им войти во двор, чтобы поприветствовать ее. Шэнь Нинхуа оказала все возможные знаки приветствия за пределами двора и вернулся во двор Инъюэ.

Как только они подошли к двери, Хун Лин подбежала и сказала: "Мисс, большие новости".

"Что случилось? Почему ты испугана?"

"Вы просили меня присматривать за Пинг-Сити. Я узнал, что в Пинг-Сити было наводнение, и весь город был затоплен!"

Тело Шэнь Нинхуа задрожало. Разве наводнение в Пинг-Сити не должно было произойти три года спустя? Как получилось, что это началось сейчас?

"Цин Цюэ, иди и найди Чу Цзюньи!"

"Да, мисс!"

Глава 60 - Большая Яма для Тебя!

Когда спустилась ночь, Чу Цзюньи тайно проник во двор Инъюэ и как только оказался в комнате принялся жаловаться: "Нинхуа, госпожа Чжао тоже живет в вашем дворе, и все же вы так открыто послали за мной сюда. Это не опасно? Вы не боитесь, что она может подстроить что-то против вас?"

Держа в руке книгу, Шэнь Нинхуа откинулась на спинку стула, глубоко задумавшись. Она вздрогнула, когда услышала его голос. "Просто позволь ей делать любые козни против меня, если она того хочет. Единственное, что ее может спасти - это ребенок. Но именно поэтому она не осмелилась бы использовать свой разум для устройства козней так открыто и так напрямую. Если она потеряет ребенка, мой отец ее просто сживет со свету!"

Чу Цзюньи не мог удержаться от смеха. Отсмеявшись, он с удовольствием потянулся и сказал: "У вас такое удобное место. Это намного лучше, чем мой двор." Сказав это, он лег на мягкую кушетку. "Зачем вы позвали меня сюда?"

Шэнь Нинхуа отложила книгу, которую держала в руке, и ее лицо приняло серьезный вид. "Ты, должно быть, слышал о наводнении в Пинг-Сити, верно?"

"Да, я слышал об этом. Я также слышал, что весь Пинг-Сити был затоплен. Почему вас это интересует?"

Шэнь Нинхуа опустила глаза и сказала: "После катастрофы определенно будет великая чума. Если моя догадка верна, в Пинг-Сити обязательно произойдет что-то грандиозное."

Улыбка на лице Чу Цзюньи медленно исчезла, когда он посмотрел на Шэнь Нинхуа и в его глазах зажглось любопытство. Если бы Шэнь Нинхуа просто умела справляться с хозяйственными делами на заднем дворе, ее можно было бы похвалить как обычную умную девушку. Но если она обладает способностью к пониманию национальных дел, то к ней нужно относится как к исключительной леди!

"Нинхуа, как вы можете быть так уверены?"

Шэнь Нинхуа была встревожена и не нашла ничего необычного в выражении лица Чу Цзюньи. "Город Пин окружен горами с трех сторон. Река Пан протекает через центр, впадая с северо-востока и вытекая с юго-запада. Хотя количество воды всегда было очень большим, оно всегда стабильно из-за того, что горный хребет сдерживает лишнюю воду. Даже если произойдет наводнение, оно не должно быть серьезным. Но на этот раз горы сдвинулись и больше не смогут блокировать поток воды из верховьев. Весь город Пин был полностью затоплен."

Чу Цзюньи кивнул. "Вы правы. Никто не ожидал, что горный хребет к северо-востоку от города Пин действительно будет разрушен течением."

Шэнь Нинхуа нахмурилась. "Только в Пинг-Сити проживает 40 000 человек. Ниже по течению реки Пан расположены города Ян, Цзюнь и Хэн.…Эти города - житницы династии Даан. Если с ними что-нибудь случится, треть жителей Даана умрет с голоду!"

"То, что вы сказали, имеет смысл, но катастрофа не должна быть серьезной. Нижнее русло реки Пан очень широкое, и наводнения здесь случаются редко." Чу Цзюньи ответил после долгого размышления.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Ночью река прорвалась, и весь город был затоплен. Более половины из 40 000 человек в городе Пинг были либо погибли, либо ранены. Хотя уже осень, температура все еще очень высока. Если в городе Пин случится эпидемия, и река потечет через него вниз по течению, большая часть региона Цзяннань станет безжизненной!"

Чу Цзюньи широко раскрыл глаза и был крайне потрясен. "То, что вы сказали, - это наихудший сценарий. Это не должно так закончиться. Император уже направил имперского уполномоченного, чтобы он руководил работами и облегчил бедствие. Кроме того, постоянно доставляются пищевые и лекарственные товары. Чума так просто не пройдет. Не слишком ли вы обеспокоены сложившейся ситуацией?"

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на него. "Если бы я была слишком обеспокоена, то это был бы лучший результат. Но что, если?" В ее прошлой жизни в городе Пинг было наводнение. Хотя погибло много людей, никто не ожидал, что это будет так серьезно. Казалось, чума разразилась в одночасье. В течение трех месяцев близлежащие города были полностью пустынны, и все в Даане были подавлены и напуганы, как будто жили в аду.

Чтобы завоевать хорошую репутацию, Бейли Цзиндзе тайно собрал много талантливых людей, чтобы найти рецепты, которые могли бы обуздать чуму. Она тоже не спала семь дней и семь ночей в поисках нужного рецепта, и, к счастью, действительно нашла его. Она дала ему рецепт, и он использовал его, чтобы спасти людей в регионе Цзяннань. После того, как чума закончилась, жители региона Цзяннань практически почитали Байли Цзинцзе как священного. В результате его влияние резко возросло, и у него появилась возможность, чтобы захватить трон.

На этот раз она изначально хотела использовать этот рецепт, чтобы подставить Шэнь Сюанье и семью Чжао, но она не ожидала, что наводнение нападет на город Пин раньше времени.

Чу Цзюньи молчал. Всегда было разумно перестраховаться. Если бы то, что сказала Шэнь Нинхуа, действительно произошло, весь Даань оказался бы в затруднительном положении. Если бы страна была слабой, другие страны воспользовались бы ситуацией. На тот момент...

"Нинхуа, у вас есть решение?"

Шэнь Нинхуа медленно произнесла: "Надо принять предупредительные меры".

Чу Цзюньи пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа, и его глаза наполнились странным светом. Действительно ли у нее было решение?

"Какие именно меры?"

"Твой приемный отец Сяо Цзинжань вернулся. Старый генерал Сяо - самый патриотичный человек. Если вы расскажете ему о том, что произошло в городе Пин, он обязательно доложит императору. Мой старший брат предложил рецепт. Этот рецепт может вылечить умирающего человека, не говоря уже о том, чтобы укрепить его тело. Чума случилась из-за того, что после потопа погибло слишком много людей, и от тел погибших не удалось вовремя избавиться. Поскольку это так, мы должны сделать все возможное, чтобы спасти жизни людей. Будет лучше, если император согласится выдать рецепт городам, расположенным ниже по течению реки Пан, чтобы каждый мог заранее принять это профилактическое лекарство."

Чу Цзюньи насмешливо поднял брови. "Как королевская семья может захотеть выдать рецепт?"

"Вместо того, чтобы обнародовать рецепт, они могут приготовить непосредственно само лекарство в соответствии с рецептом и отправлять уже само лекарство. Это избавило бы нас от многих хлопот. Мех не может существовать без кожи под ним. Перед лицом катастрофы император может отличить то, что действительно важно!"

"Нинхуа, вы беспокоитесь о жителях города Пин?" Чу Цзюньи пристально смотрел ей в глаза, жалея, что не может заглянуть в самую глубину ее души и сердца.

"Я забочусь о себе". Выражение лица Шэнь Нинхуа было холодным. "Просто, когда есть способ спасти хотя бы часть людей, то почему бы не спасти их?"

Чу Цзюньи почувствовал что-то необычное, но он не мог точно понять, что это было. "Нинхуа, вы дочь премьер-министра Шэня. Даже разрушение всего региона Цзяннань не повлияет на вас. Если бы вы хотели спасти этих людей, это могло бы принести вам бесконечные неприятности. Вы не будете предпринимать никаких действий, если не будет выгоды. Чего вы хотите от этого? Слава или власть?"

Шэнь Нинхуа холодно взглянул на него и сказал: "Если я хочу славы, то рецепт будет предложен не семьей Шэнь, а мной. Если я хочу власти, то я не откажусь от доброго предложения Бейли Цзиндзе."

"Тогда чего именно вы хотите? Если вы мне не скажете, я не смогу чувствовать себя спокойно." Пристальный взгляд Чу Цзюньи внимательно следил за ней, не выпуская ни одной из ее эмоций.

"Я хочу выкопать большую яму".

"Что... что?" Большую яму? Чу Цзюньи был ошеломлен.

Шэнь Нинхуа скривила губы. "Верно, я хочу выкопать яму, достаточно большую, чтобы похоронить семью Шэнь. Теперь ты чувствуешь себя спокойно?"

"Хорошо, раз уж вы это сказали, я помогу вам".

"Нет", - Шэнь Нинхуа посмотрел на него с полуулыбкой. "Ты не просто помогаешь мне. Ты также помогаешь себе. Заслуги в спасении десятков тысяч людей достаточно, чтобы сделать тебя высокопоставленным чиновником. Неважно, почему ты хочешь сблизиться с королевской семьей, этого достаточно."

Чу Цзюньи расслабился и откинулся на мягкую спинку дивана. Он слегка вздохнул: "Нинхуа, вы действительно слишком умны".

Шэнь Нинхуа снова взяла книгу в руки. Она опустила глаза, и густые ресницы отбросили слабую тень на ее щеки. В свете свечей она выглядела спокойной и красивой. "Если мне вдруг понадобится совет или поддержка, ты придешь сотрудничать со мной?"

Чу Цзюньи перевернулся и приподнял голову, чтобы посмотреть на нее. Внезапно ему на ум пришли слова "спокойные дни". Чем дольше он оставался с ней, тем меньше он ее понимал. Иногда она была тихой и чистой, как цветок, иногда она была холодной и острой, как меч, а иногда она была умной и мудрой, как лиса…Он видел много умных и красивых женщин, но никто никогда не мог постоянно привлекать его внимание, как она.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. "Что случилось?"

Чу Цзюньи слегка прикрыл свои глаза, чтобы скрыть свое странное выражение. "Ничего. Я просто думаю о том, как помочь вам выкопать более глубокую яму. В конце концов, если кто-то упадет в нее, мы же не хотим, чтобы он снова поднимался наверх".

Шэнь Нинхуа была ошеломлена, когда услышала это. Потом она рассмеялась. "Если он захочет взобраться наверх, просто насыпьте еще немного земли и похороните его. Я думаю, что многие люди будут стремиться заполнить дыру, когда он в нее провалится".

"Это правда".

Шэнь Нинхуа посмотрел на небо и сказал: "Разве ты сейчас не возвращаешься?"

Чу Цзюньи лежал на мягком диване и недовольно сказал: "Вы зовете меня, а потом прогоняете. Это несправедливо…"

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась и подняла пальцы, чтобы взять две таблетки. "Хочешь, я тебя подвезу?"

Чу Цзюньи вскочил и сказал: "Забудьте об этом. Вы усердно работали весь день, так что я больше не буду вас беспокоить. Я ухожу."

"Подожди минутку". Шэнь Нинхуа внезапно окликнула Чу Цзюньи.

«Что? Не хочется меня отпускать?" - поддразнил Чу Цзюньи.

Шэнь Нинхуа проигнорировала его поддразнивание и сделал долгую паузу, прежде чем сказать: "Если это удобно, я надеюсь, ты сможешь помочь мне найти человека в городе Пин".

Улыбка Чу Цзюньи померкла. "Кто?"

- Двенадцатилетний мальчик. Его зовут Юнь Чуань." Шэнь Нинхуа встал и достал книгу с книжной полки. Она разрезала страницы книги и достала сложенный квадратный листок бумаги. "Вот его портрет. Если ты сможешь найти его, скажи мне. "

Чу Цзюньи взял бумагу, на которой был портрет мальчика. Мазки кисти были чрезвычайно изящны и ярко демонстрировали яркую улыбку парня. Даже через лист бумаги люди могли почувствовать его беззаботность.

"Твой возлюбленный?"

Шэнь Нинхуа закатила глаза и сказала: "Он спас мне жизнь".

Сердце Чу Цзюньи внезапно расслабилось, и улыбка на его лице стала шире. "Будет ли ваш благодетель в Пинг-сити?"

Шэнь Нинхуа раздраженно сказала: "Ты задаешь слишком много вопросов".

Чу Цзюньи убрал портрет. "Хорошо, хорошо, я больше не буду спрашивать. Не волнуйся. Если я увижу этого мальчика, я приведу его к тебе. Я уйду первым."

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала. "Не приводи его ко мне. Ты можешь просто дать ему достаточно денег."

Чу Цзюньи сделал паузу, прежде чем махнуть рукой и выпрыгнуть из окна.

Мадам Чжао уже давно лежала на кровати, но тошнота в груди мешала ей заснуть. Она просто встала, чтобы прогуляться. Но как только она подошла к двери, то увидела черную фигуру, выскочившую из комнаты Шэнь Нинхуа. Она резко прикрыла рот рукой, боясь, что закричит в тревоге.

Что означало появление черной тени посреди ночи в комнате незамужней молодой девушки? Это не имело бы смысла, если бы у нее не было супружеской измены!

Глаза мадам Чжао загорелись и наполнились сдерживаемым волнением и экстазом. Она поймала Шэнь Нинхуа, и если она хорошо воспользуется этим, то определенно загонит Шэнь Нинхуа в смертельную ловушку! Сегодня она только что поклялась, что обязательно накажет Шэнь Нинхуа, и сегодня же вечером она увидела способ как справиться с Шэнь Нинхуа…Она чуть не расхохоталась во весь голос.

Через некоторое время она успокоилась. "Я не могу сейчас торопиться. Если я пойду и расскажу Господину, эта маленькая сучка Шэнь Нинхуа может сказать, что я солгала, поэтому я должна найти какие-то конкретные доказательства!"

Когда она подумала, что Шэнь Нинхуа скоро исчезнет из семьи, госпожа Чжао была в хорошем настроении, и она больше не чувствовала тошноты в груди. Она с улыбкой погладила свой живот и прошептала: "Малыш, ты благословляющая звезда своей матери. С момента вашего приезда все идет в хорошем направлении".

Когда госпожа Чжао заснула, с ее крыши спрыгнула черная фигура.

На следующий день, когда Шэнь Нинхуа встала, Цин Цюэ доложила ей. "Мисс, Первая леди видела господина Чу вчера, когда он уходил".

"Хм?" Шэнь Нинхуа слегка приподняла брови. "Ничего страшного, если она это видела. Она не осмеливалась сделать ни одного шага без каких-либо веских доказательств, так что пусть она будет счастлива несколько дней. Хонг Лин, есть ли какие-нибудь новости из города Пин?"

"Мисс, здесь нет ничего нового".

Глава 61 - Каков Ваш Выбор?

Госпожа Чжао была освобождена из зала предков и снова стала хранительницей семейного очага семьи Шэнь. С появлением на свет ребенка она сумела подавить любое высокомерие всех наложниц на заднем дворе.

Казалось, все вернулось на круги своя, когда Шэнь Нинхуа впервые пришел в семью Шэнь. Люди Первой леди снова стали заносчивыми и высокомерными. Некоторые из них даже позволяли себе проявляеть неуважение к Шэнь Нинхуа, время от времени различными действиями усложняя ей жизнь. Просто они видели ситуацию и решили принять сторону более сильную, чем та, которую представляла эта девушка. Многие люди предпочли присоединиться к госпоже Чжао и помочь ей взять верх над Шэнь Нинхуа.

Бай Руо обматывала пальцы Шэнь Нинхуа тонкой белой марлей, и ее движения были чрезвычайно осторожными.

Хун Лин наблюдала со стороны с открытым от восхищения ртом и не могла удержаться, чтобы не покачать головой и не вздохнуть: "Ах, только сестра Бай Руо может сделать такое. Если бы это был я, я бы дрожал и размазывал краску на ногтях мисс".

Бай Руо был удивленно посмотрел на Хун Лин, не ожидая слышать ее голос. К счастью, она уже обернула белую марлю, так что неожиданная реплика не навредила. Вымыв руки, она сразу же ткнула пальцами в лоб Хон Лин. "Ты, сорвиголова, сколько раз я говорила тебе молчать и не беспокоить меня своими репликами?"

Хун Лин почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она закрыла лоб и пожаловалась: "Разве что-то случилось? Я молчала до тех пор, пока не увидела, что ты заканчиваешь перевязывать марлю."

Шэнь Нинхуа улыбнулась, глядя на них. Она позволила им поиграть, пока тщательно оценивала фарфоровые бутылочки на столе, думая о том, какой препарат нанести на ногти позднее.

Вошла Би Чжу с миской каши из птичьего гнезда в руке. "Мисс, сегодня я ходил за птичьим гнездом для вас. Я случайно познакомился со слугами Первой леди. Они забрали все птичьи гнезда. Так что мне оставалось только попросить кухню приготовить для вас новую порцию."

Бай Руо и Хун Лин сразу же погасили улыбки на своих лицах, и их выражения стали угрюмыми.

"Мисс, в последнее время каждый раз, когда мы сталкивались с людьми Первой леди, всегда возникали какие-то проблемы".

Шэнь Нинхуа равнодушно улыбнулась. "Первая леди сейчас беременна. Это очень весомая причина, поэтому почему бы ей не быть высокомерной?"

Хун Лин поджала губы и сказала: "Мисс, вы правы, но почему мы должны ее терпеть? Вы не представляете, как раздражали меня эти слуги. Если бы я не видел этого в прошлый раз, парча, которую ты оставил снаружи, была бы испорчена ими."

Шэнь Нинхуа совсем не сердилась. "Эти слуги – недалекие и близорукие люди. Разве ты не видишь? Сколько умных людей имеют дело с Первой леди?"

Хун Лин на мгновение остолбенела, затем начала тщательно обдумывать услышанное.

В последнее время действительно было довольно много слуг, которые имели дела с Первой леди, но большинство слуг по-прежнему относились к мисс с уважением и даже страхом.

"Первая леди думает, что с ее беременностью она может, как и раньше, добиваться своего на заднем дворе семьи Шэнь. Но, к сожалению, она не видит бездны у себя под ногами. Если она умна, она должна все вытерпеть сейчас. После рождения ребенка ей удастся вернуть сердце моего отца. И тогда, возможно, она сможет вернуть себе ту славу, которая была у нее в прошлом. Но она слишком нетерпелива. Ее ребенку всего месяц. До сих пор остается вопросом, будет ли это мальчик или девочка и удастся ли успешно родить ребенка. Тем не менее, она безапелляционно расправляется с людьми, которые не проявляют к ней должного смирения. Она действительно не боится испортить удачу ребенка." Эти мысли Шэнь Нинхуа произнесла вслух холодным и строгим голосом.

Хун Лин несколько раз кивнула и вытянула голову перед Шэнь Нинхуа. Она прошептала: "Мисс, вы хотите, чтобы я избавилась от этого ребенка?"

Шэнь Нинхуа толкнула голову Хун Лина в сторону. "Хотя я ненавижу Первую леди, я не опускаюсь до заговора против нерожденного ребенка". В ее сердце была ненависть, но этой ненависти было недостаточно, чтобы заставить ее делать настолько жестокие поступки. Если бы Шэнь Линхань не убила ее в прошлой жизни, она бы не лишила себя жизни ради их общей родословной.

В ее сердце был такой своеобразный принцип. Если некто не переступает определённой черты, она бы не прибегла к убийству. Но если кто-то однозначно переходит определенные границы, она однозначно заставила бы этого человека заплатить цену, независимо от того, кто это был!

Почувствовав убийственную ауру, исходящую от Шэнь Нинхуа, сердце Хун Лин затрепетало. "Мисс, я ошибаюсь".

Шэнь Нинхуа подавила свои эмоции и сказала: "Все в порядке. Так больше продолжаться не может, позволяя Первой леди продолжать поступать по-своему. Иди и скажи на кухню, что моя мама сейчас беременна и должна есть самую лучшую еду. Я слышал, как Ван Фу сказал, что сегодня есть хороший окунь. Пусть кухня пошлет самую большую порцию этой рыбы моей маме."

Хонг Лин усмехнулась и кивнула. "Да, мисс, я пойду на кухню и все им передам….".

В полдень Шэнь Нинхуа только что проснулась и еще пребывая в дремоте услышала громкий шум во дворе. Вскоре после этого Хун Лин подбежала со счастливым выражением лица.

"Мисс, Хозяин сердится. Он избил всех горничных и медсестер в комнате Первой леди."

В глазах Шэнь Нинхуа вспыхнула улыбка. "Ну-ка, расскажи мне об этом".

"Да", - начал описывать Хун Лин в яркой манере. "Согласно вашему указанию, я велела кухне отдать самую большую порцию окуня для Первой леди. Пожилая леди увидела, что окуня в ее обеде было намного меньше, чем обычно, поэтому она поинтересовалась, что случилось. Однако она ничего не сказала после того, как услышала, что самая большая порция была отправлена Первой леди. Она только что позвонила Господинуу, чтобы он пообедал с ней. Когда Господин вернулся, он решил зайти и навестить Первую леди. Неожиданно слуги в комнате первой леди смеялись и ели самого большого окуня. Они даже высмеивали Старую Леди за ее инвалидность. Хозяин мгновенно разозлился, и все эти слуги были избиты."

Шэнь Нинхуа вздохнула. "Визит отца был внезапным". Первая леди сейчас терпеть не могла рыбный запах, поэтому, естественно, не стала есть окуня. Она и Старая Леди были самыми большими врагами, поэтому она определенно не вернула бы самую большую рыбу, как только она была подана. До тех пор, пока она примет правильное решение, Первая леди не сможет извлечь из этого никакой выгоды.

"Ха-ха", - рассмеялась Хонг Лин. "Визит Господина не был случайным. Это произошло благодаря изощренному плану Старой Леди. Первая леди сейчас сходит с ума".

"Мм, нет необходимости беспокоиться обо всем этом".

Как раз в тот момент, когда они разговаривали, вошла Бай Руо с приглашением. "Мисс, кто-то из Дворца сказал, что принцесса Эннинг пригласила вас на банкет во Дворце и прислала вам это приглашение".

Принцесса Эннинг? Шэнь Нинхуа взяла приглашение и посмотрел на него. После долгого размышления она сказала: "Бай Руо, приготовь несколько подарков. Завтра я принесу их принцессе Эннинг. Я хотела бы поблагодарить ее за заботу обо мне".

"Да, мисс".

Вход Шэнь Нинхуа во Дворец был очень свободным. Настолько свободным, что это заставило ее удивленно приподнять брови. После того, как охранники узнали ее личность, они лишь мельком взглянули на нее и впустили. Когда она подошла к воротам дворца принцессы Эннинг, ее уже ждали дворцовые служанки. Когда они увидели ее, они приветствовали ее сияющими улыбками.

"Нинхуа, ты здесь". Принцесса Аннинг сидела на верхнем сиденье в платье принцессы и с улыбкой приветствовала Шэнь Нинхуа.

"Шэнь Нинхуа выражает уважение Вашему высочеству".

Принцесса Аннинг не приближалась к Шэнь Нинхуа. Вместо этого она приказала своей дворцовой служанке помочь Шэнь Нинхуа подняться, позволить ей сесть и предложить горячий чай.

Шэнь Нинхуа огляделась по сторонам. Она не видела никого другого, кто был приглашен на банкет. Она нахмурилась, у нее на душе мелькнула тень тревоги, но ничего не сказала. Она только достала подарки, которые принесла во Дворец, и сказала: "Ваше высочество, спасибо, что позаботились обо мне в прошлый раз. Я всегда хотела выразить свою благодарность. Однако я не могу войти во Дворец по своему желанию. Я могу только воспользоваться возможностью вашего приглашения, чтобы доставить подарки. Пожалуйста, простите меня".

Улыбка принцессы Эннинг стала немного более смущенной. После того, как дворцовые служанки убрали подарки, она позволила им выйти из комнаты. "Я действительно сожалею, что взял на себя смелость пригласить вас сюда на этот раз. Вообще-то, я не устраиваю банкет. Кое-кто еще хочет тебя видеть."

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Человеком, который хотел ее видеть, вероятно, был Бейли Цзиньчуань.

"Кто бы побеспокоил вас сделать это?"

Прежде чем она закончила говорить, из-за ширмы вышел мужчина с мягким выражением лица. Это действительно был Бейли Цзиньчуань!

"Это я. Я организую такую встречу. Мисс Нинхуа, вы ведь не будете на меня сердиться, верно?"

Глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули слабым светом. "Мне очень любопытно. Разве вам не удобнее встретиться со мной в особняке Шэнь? Почему вы тратите так много усилий, чтобы побеспокоить принцессу Эннинг?"

"Учитывая особый период, пожалуйста, простите меня за причинение вам неудобств". Бейли Цзиньчуань напрямую обратилась к Шэнь Нинхуа по имени.

"Особенный?" Шэнь Нинхуа подняла брови.

Бейли Цзиньчуань тяжело вздохнул. "Нинхуа, ты также должна чувствовать, что люди сейчас обеспокоены беспорядками в стране, поэтому нам нужно уделять больше внимания многим вещам, прежде чем делать их".

Шэнь Нинхуа прервала его: "Хотя в Даане есть некоторые места, которые сейчас неспокойны, можно сказать, что мы все еще переживаем трудное мирное время. Ваше высочество, ваши слова слишком серьезны."

"Нинхуа, я прямой человек, поэтому не буду прибегать к инсинуациям. Что касается наводнения в городе Пин, то сегодня утром старый генерал Сяо лично вызвался отправиться в город Пин, чтобы ликвидировать последствия стихийного бедствия. Я чувствую, что эта проблема выходит за рамки обычной. Если бы в городе Пин не случилось ничего серьезного, старый генерал Сяо лично не поехал бы туда!" Бейли Цзиньчуань посмотрела на Шэнь Нинхуа. Его брови изогнулись вверх, как зеленая гора, взгляд стал пронзительным.

Шэнь Нинхуа вздохнула про себя. Было действительно жаль, что такой человек в конечном итоге погибнет в руках Бейли Цзиндзе.

"Ваше высочество, разве вы не должны обсудить этот вопрос со своими самыми доверенными советниками? Я всего лишь девушка. Как я могу понять эти национальные дела?"

"Нет", - глаза Бейли Цзиньчуаня сверкнули. "Ты другая. С тех пор, как ты рассказала мне о своей теории рыбной ловли, я знал, что ты необыкновенный человек. Нинхуа, ты можешь мне доверять. Я определенно не причиню тебе вреда."

Взгляд Шэнь Нинхуа медленно менялся, а ее черные как смоль глаза постепенно углублялись. "Что вы ожидаете?"

"Результат?" Глаза Бейли Цзиньчуаня загорелись. Действительно ли она знала, что делать?

"Это верно. Результат." Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась, и в ее глазах не было ни малейшего лукавства. "Вы хотите облегчить бедствие, спасти тысячи людей и заручиться их поддержкой? Или вы хотите создать хаос и воспользоваться этой возможностью, чтобы проложить путь к трону?"

Бейли Цзиньчуань сжал кулаки и тихо сказал: "В чем разница между этими двумя путями?"

"Если вы выберете первое, тогда поддержите Старого генерала Сяо. Расследуйте ситуацию в городе Пинг и помогите ему собрать деньги. Приготовьтесь. Если вы выберете последнее, вы должны остановить его и позволить ситуации в городе продолжать обостряться."

"Я все еще не понимаю".

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась. "Первый вариант спас людей от катастрофы. Как только ваши заслуги будут раскрыты, вас будут уважать все люди, и, таким образом, ваша репутация значительно возрастет. Когда вы соревнуетесь с другими принцами, вы можете победить их с помощью сердец людей! Хотя последнее требует жертвенности людей, вы можете воспользоваться хаосом и взять под свое руководство на регион Цзяннань. Цзяннань славится своим богатством. Один только налог на соль может пополнить треть национальной казны. Если вы контролируете Цзяннань, вы фактически контролируете линию жизни Даана. Даже если в будущем дела пойдут не очень хорошо, ты можешь использовать силу, чтобы реализовать свои амбиции!"

Сердце Бейли Цзиньчуань екнуло. У него было много советников, и они также упоминали эти два варианта. Однако Шэнь Нинхуа была первой, кто смог заставить вещи звучать так заманчиво! Глядя на это прекрасное лицо, луч света вспыхнул в его сердце. Он не мог допустить, чтобы такая девушка попала в чужие руки!

Улыбка на губах Шэнь Нинхуа стала еще шире. Ее великолепная улыбка была подобна маку, который пленил его душу. "Ваше высочество, вы приняли решение? И какой ваш выбор?"

Глава 62 - Приглашение от Моего Господина

Шэнь Нинхуа не ожидала, что ее слова заставят Бейли Цзиньчуаня так сильно задуматься. Хотя она и рассказала Чу Цзюньи о ситуации в городе Пин, ей пришлось искать другого помощника, чтобы тот мог оказать поддержку в чрезвычайных ситуациях. Судя по всему, Бейли Цзиньчуань, несомненно, был самой подходящей кандидатурой.

Будучи принцем, Бейли Цзиньчуань умел прекрасно контролировать свои эмоции без каких-либо проявлений слабости характера и не показывая чувств. Он сдержался и нарочито сменил тему. "Нинхуа, у тебя есть юноша, к которому ты испытываешь чувства?"

Этот вопрос прозвучал внезапно. Услышав фразу, Шэнь Нинхуа остановилась и подняла брови. "Имеет ли этот вопрос какое-либо отношение к вашему выбору?"

Бейли Цзиньчуань тепло улыбнулась: "Нет. Однако это не первый раз, когда мы сотрудничаем. Я просто спрашиваю об этом как друг. Интересно, можешь ли ты мне сказать."

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Что не так с этими людьми? Все они обращали внимание на ее брак.

"Да, у меня есть такой человек".

Глаза Бейли Цзиньчуаня дрогнули, и его сердце сжалось. "Ты можешь сказать мне, кто он?"

"Мне неудобно говорить вам об этом".

Бейли Цзиньчуань, выглядер равнодушно и не настаивал на получении ответа. Услышав ее слова, он перестал спрашивать. "Я уже принял решение".

"Да? И каков ваш выбор?"

"Я выбираю первое. Моя репутация упрочилась, контроль над регионом Цзяннань для меня - просто кусок пирога."

Шэнь Нинхуа посмотрела на Бейли Цзиньчуаня, который был в приподнятом и бодром настроении. Она слабо улыбнулась и сказала: "Раз это так, то вы должны быть хорошо подготовлены. Могу я теперь вернуться?"

- Боюсь, что пока нет. Оправданием было то, что тебя пригласила моя сестра. Если ты вернешься так рано, те, кто следит за ситуацией и за нами, узнают об этом."

Шэнь Нинхуа кивнула. "Раз так, я поем здесь перед отъездом. У меня не так уж много шансов съесть что-нибудь из императорского дворца."

Бейли Цзиньчуань скривил губы. "У нас будет много шансов". Когда она выйдет за него замуж, она сможет есть все, что захочет. В будущем, когда он взойдет на трон, даже Печень Дракона или Костный Мозг Феникса будут в пределах его досягаемости. Столько, сколько она захочет, он найдет это для нее.

Шэнь Нинхуа даже не подняла веки. В глубине души она так не думала. Эти принцы были слишком самодовольны. Неужели они думали, что женщины должны плакать и бороться за то, чтобы выйти за них замуж, только потому, что эти мужчины имеют столь высокий статус? Она действительно не хотела выходить за них таких замуж и предпочла бы выйти замуж за обычного ученого или придворного астролога-звездочета.

После ухода Бейли Цзиньчуань принцесса Аньнин села напротив Шэнь Нинхуа, она выглядела спокойно и сдержанно. "Мисс Шэнь, у вас есть желание отведать чего-то особенного? Я попрошу кого-нибудь принести это для вас с Императорской кухни."

Шэнь Нинхуа улыбнулась и промолвила: "Это уже благословение нескольких жизней - отведать немного императорской кухни. Как может Нинхуа осмелиться выбирать что-то по своему желанию? Ваше высочество, пожалуйста, примите решение за меня."

Бейли Эннинг кивнула и тихим голосом проинструктировала дворцовых служанок. Затем она слегка опустила глаза. Она не могла чувствовать себя спокойно и получать удовольствие от общения. Из-за специфического дурного запаха ее тела, кроме приближенных дворцовых служанок и нянек, которые прислуживали ей с детства, она редко с кем сближалась. Она даже не была знакома со своим собственным братом Бейли Цзиньчуанем. Теперь, когда ей пришлось встретиться с Шэнь Нинхуа в одиночку, ей действительно было трудно поддерживать непринужденную беседу.

Более того, по какой-то причине, несмотря на то, что Шэнь Нинхуа была всего лишь первой дочерью премьер-министра, она чувствовала исходящую от Шэнь Нинхуа благородную ауру, из-за чего ей было еще труднее вести себя легко и свободно.

Шэнь Нинхуа сказала: "Ваше высочество, вы с детства имели плохое здоровье, верно?"

Бейли Эннинг на мгновение замолчала и посмотрела на нее снизу вверх. Увидев непосредственное выражение лица Шэнь Нинхуа, в котором, казалось, читалась легкая озабоченность, она не почувствовала себя оскорбленной. "Мисс Шэнь вы имеете в виду мой дурной запах? Это так. Действительно, я имею такой своеобразный запах моего тела с самого рождения".

"Разве императорские врачи не пытались исследовать эту особенность здоровья вашего высочества ближе?"

Бейли Эннинг горько улыбнулась. "Я видела всех способных императорских врачей во Дворце. Даже доктор Чен проверял меня бесчисленное количество раз, но никто так и не смог выяснить, откуда исходило зловоние." Она также слышала, что у некоторых людей есть запах тела, но запах их тела можно скрыть. Зловоние от ее тела было не только чрезвычайно резким, но и очень сильным. Любой, кто приблизился бы к ней, почувствовал бы, что задыхается.

Подумав об этом, Бейли Эннинг сделала паузу. Шэнь Нинхуа долгое время сидела с ней лицом к лицу. Разве она не чувствовала себя неловко?

"Мисс Шэнь, вы..."

Шэнь Нинхуа тепло улыбнулась и сказала: "Ваше высочество, вам интересно, почему я не страдаю от запаха, который исходит от вашего тела?"

"да. Обычно никто не мог оставаться рядом со мной в течение пятнадцати минут."

Шэнь Нинхуа привстала и сказала: "Ваше высочество, вы должны слышать, что однажды меня отправили на загородную виллу для восстановления сил из-за моего слабого здоровья. Мне потребовался почти год, чтобы прийти в себя. Хотя мое тело восстановилось, мое обоняние несколько ослабло."

Бейли Эннинг кивнула. "Да, я слышала от своего второго брата. Кажется он говорил, что тебя отравили?"

"Это верно", - кивнул Шэнь Нинхуа. "Раньше моя кожа была темной, и все мое тело было чрезвычайно уродливым. Я не ощущала себя человеком, а скорее считала себя каким-то призраком. Я так ненавидела свою уродливую внешность, что мне хотелось умереть. Однако, когда я встретила старого врача, который лечил меня на загородной вилле, он сказал, что мне очень повезло. Я спросила его почему, и он сказал, что если бы не моя темная кожа, я бы давно умерла".

Бейли Эннинг с любопытством подняла глаза: "Почему он так сказал?"

"Он сказал, что некоторые люди не умирают от отравления, потому что обладают свойством растворять токсин в своем организме. Моя кожа была темной из-за того, что яд в моем теле появился на поверхности моей кожи. Старый врач также сказал, что все еще было много других проявлений отравления. Некоторые люди могут хромать, некоторые могут стать глупыми, как наивные младенцы, а от некоторых может исходить отвратительное зловоние!"

«Что?» Бейли Эннинг внезапно встала, и ее рукав скользнул по чайной чашке на столе. Чашка с грохотом упала на землю.

Дворцовая служанка у двери сразу же спросила: "Ваше высочество, в чем дело?"

"Ничего. Я опрокинул чашку с чаем. Мисс Шэнь и я встречаемся только в первый раз, но мы чувствуем себя словно старые друзья. У нас будет долгая беседа. Никто не должен входить и беспокоить нас без моих указаний!"

"Да, я понимаю".

Бейли Эннинг медленно села и сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем спросить, но ее голос все еще дрожал. "Мисс Шэнь, вы серьезно?"

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулся. "Как я могу солгать о таких вещах?"

"Тогда...это значит, что я издаю это зловоние, потому что меня отравили?" Бейли Эннинг с тревогой посмотрела на Шэнь Нинхуа, боясь, что она даст отрицательный ответ.

"Ваше высочество, если вы не возражаете, могу я пощупать ваш пульс?" - спросил Шэнь Нинхуа.

"Конечно." Бейли Эннинг тут же задрала рукава и вытянула запястье перед Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Она положила носовой платок, чтобы прикрыть запястье принцессы Эннинг, прежде чем пощупать пульс.

Бейли Эннинг изо всех сил старалась не терять самообладания, но нервозность в ее сердце почти не позволяла ей контролировать выражение своего лица. Как только Шэнь Нинхуа убрала руку, Бейли Аннинг с тревогой спросила: "Мисс Шэнь, я отравлена?"

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала, затем улыбнулась и кивнула. "Хотя мои медицинские навыки невелики, я уверен, что ваше зловоние вызвано ядом".

"Ты можешь его каким-то образом вывести из моего организма?"

"Пока есть ингредиенты для противоядия, его можно вывести из вашего тела!"

Бейли Эннинг прикрыла губы, и слезы покатились по ее щекам. Несмотря на то, что она старалась изо всех сил, она все равно всхлипнула.

В течение стольких лет она терпела странные взгляды. Она явно была благородной принцессой, но она была презренной, словно грязь. Как она могла не чувствовать себя обиженной? Сегодня, когда она услышала, что ее отравили и что яд можно удалить, ей захотелось выплакать все обиды в своем сердце. Но когда она подумала о дворцовых служанках, которые охраняли дверь, ей пришлось взять себя в руки, яростно прикусив рукав, и подавить все свои эмоции.

Примерно через пятнадцать минут Бейли Эннинг наконец немного успокоилась.

"Мисс Шэнь, пожалуйста, не давайте мне ложных надежд и обещаний… Если то, что было сказано – это правда, я просто сойду с ума от счастья".

Ее голос был немного хриплым от слез, но ее лицо светилось надеждой избавиться от самой большой проблемы в жизни.

Глядя на лицо Бейли Эннинг, которое наполнилось жизненной силой Шэнь Нинхуа полушутя сказала: "Ваш статус благороден. Не следует быть слишком взволнованой. В противном случае я не смогу покинуть императорский дворец."

"Хотя я и не любимая принцесса, я все еще могу защитить тебя. Как я мог допустить, чтобы моя великая благодетельница пострадала?" Бейли Эннинг вытерла слезы и улыбнулась.

"Я не осмеливаюсь принять вашу благодарность сейчас. Будет лучше поблагодарить меня после того, как я выведу яд из вашего тела."

Бейли Эннинг радостно кивнула. "Если вам понадобятся какие-либо лекарственные препараты или травы, дайте мне список и я пошлю кого-нибудь приготовить их".

"Существует не так много ценных лекарственных ингредиентов, но есть много разных видов. Процесс нейтрализации яда также займет много времени. Я думаю, вы также понимаете, что яд в вашем организме нелегко удалить. В противном случае имперские врачи не преминули бы поставить диагноз."

"Это верно", - кивнул Бейли Эннинг. Она думала об этом. "Сколько времени это займет?"

"Если все пойдет гладко, трех месяцев будет достаточно".

"Хорошо, трех месяцев будет достаточно. Нинхуа, ты моя великая благодетельница. Если у тебя будут какие-либо трудности в будущем, пока я могу что-то для тебя сделать, я приложу все усилия, чтобы помочь". - серьезно сказал Бейли Эннинг.

Шэнь Нинхуа улыбнулась.

Они вдвоем пообедали и долго болтали. Только когда дворцовая служанка напомнила им о времени, Бейли Эннинг неохотно отослала Шэнь Нинхуа.

Но когда карета отъехала немного дальше от дворцовых ворот, то кучер начал непрерывно хлестать лошадей и повозка понеслась к уединенному месту.

Глаза Шэнь Нинхуа стали ледяными, когда она четко выговаривая слова спросила кучера: "Это не обратная дорога в особняк Шэнь, верно?"

Кучер взмахнул кнутом, чтобы заставить лошадь бежать быстрее. "Мисс, не паникуйте. Мой хозяин хочет вас видеть. Все уже устроено. Вам не нужно беспокоиться о семье Шен."

Сердце Шэнь Нинхуа ухнуло куда-то вниз. То, как этот человек говорил – все указывало на то, что он не заботился о семье Шэнь. Либо он был слишком самонадеян, либо слишком самоуверен. Кто именно был тем господином, о котором говорил кучер?

Карета продолжала двигаться вперед, и прошло около часа, прежде чем она остановилась.

Шэнь Нинхуа вышла из экипажа и увидела перед собой высокую дверь. Дверь была самой обычной, а каменные львы с обеих сторон были немного старыми, из-за чего ей было еще труднее угадать владельца дома.

Кучер шагнул вперед и трижды постучал по бронзовому кольцу, прежде чем из-за двери донесся голос: "Уже поздно. Кто это?"

Кучер произнес пароль: "Это было долгое путешествие. Можно мне немного родниковой воды?"

Дверь со скрипом отворилась. Кучер вернулся и почтительно обратился к Шэнь Нинхуа: - Мисс Шэнь, пожалуйста.

Шэнь Нинхуа вошла с невозмутимым выражением лица.

Как только она вошла во двор, Шэнь Нинхуа дверь за ее спиной со скрипом закрылась.

Передний двор был самым обычным и ничем не отличался от дворов среднестатистических богатых семей. Но когда она прошла по коридору на задний двор, то сразу же остановилась от удивления.

В поле ее зрения появился участок воды, сияющий искрящимся светом под солнечным светом.

Весь задний двор был чрезвычайно просторным, но три четверти его были вырыты и заполнены водой, образовав небольшое озеро. В центре озера стояло бамбуковое здание, которое находилось более чем в десяти метрах от берега. Он зеленел на поверхности воды, отражая зеленый и ясный свет.

Шэнь Нинхуа стояла неподвижно, а маленькая лодка уже подплыла к нему.

"Мисс Шэнь, мой хозяин ждет вас. Пожалуйста, садитесь в лодку".

Глава 63 - Это Был Ты!

Глаза Шэнь Нинхуа сузились, когда она ступила на борт лодки. Лодка плыла равномерно и быстро приближалась к главному зданию посреди воды.

Чем ближе они приближались к главному зданию, тем прохладнее ей становилось. Когда Шэнь Нинхуа вошла в главное здание и осмотрелась, она была потрясена. Это здание было сделано не из бамбука, как ей показалось вначале, оно явно было сделано из нефрита!

Двухэтажное здание было сделано не из бамбука, а из зеленого нефрита, вырезанного в форме бамбука. Пол внутри нефритового здания был выложен белым мрамором. Столы, стулья и табуреты были изысканными и драгоценными, вырезанными из различных видов нефрита. Даже чайные чашки были сделаны из белого нефрита.

Официант, который подавал чай, уже удалился. Шэнь Нинхуа стояла неподвижно. Она огляделась и ее голос прозвучал с небольшой хрипотцой: "Кто хочет меня видеть? Время появиться!"

Из-за нефритовой ширмы донесся звук уверенных шагов. Шэнь Нинхуа оглянулась и увидела медленно выходящего стройного мужчину в зеленом. Он был очень высоким и красивым, от него веяло благородством, а его глаза были полны нежности и ласки.

Мужчина слабо улыбнулся, и его глаза наполнились теплотой: "Мисс Шэнь, пожалуйста, простите меня за то, что я взял на себя смелость пригласить вас сюда".

"Господин, для чего вы пригласили меня сюда?"

"Меня зовут Е И. Мисс Шэнь можете просто обращаться ко мне по имени. Могу я называть вас Нинхуа?"

Он говорил мягко и ласково. Ни одна обычная девушка не могла отказать ему в просьбе. Однако Шэнь Нинхуа не была обычной девушкой. "Господин, лучше называйте меня мисс Шэнь".

Человек по имени Е И сделал паузу и больше не касался этой темы. Выражение его лица оставалось мягким. "Мисс Шэнь, я взял на себя смелость пригласить вас сюда, чтобы спросить вас об одной вещи".

"что это?"

Е И на мгновение замолчал. Тень беспомощности промелькнула на его красивом лице. "Мисс Шэнь, вы, должно быть, слышали о наводнении в городе Пин и перемещении простых людей. Сейчас стоит невыносимо жаркая погода. Если не найдется эффективного способа смягчить бедствие, я боюсь, что катастрофа стоит прямо перед нами в полный рост. Мисс Шэнь, вы хотите увидеть, как тысячи людей умрут, не в силах спасти себя?"

Шэнь Нинхуа слегка приподняла брови: "Я всего лишь девушка, живущая в доме отца. У меня нет возможности спасти тысячи людей".

"Мисс Шэнь, не нужно скромничать. Если вы захотите, вы вполне сможете спасти людей от катастрофы".

Шэнь Нинхуа усмехнулась: "Ликвидация последствий стихийных бедствий зависит от указа императора. Я не настолько способна. Мастер И, извините, что подвела вас. Если у вас больше нет ко мне вопросов, то я с вашего разрешения откланяюсь."

Улыбка на губах Е И была все той же. Он заговорил только тогда, когда Шэнь Нинхуа подошла к двери: "Это место окружено водой. Лодка вернется только через час. Почему бы тебе не присесть и не поболтать со мной?"

Шэнь Нинхуа обернулась и посмотрела на него. Вспышка холода вспыхнула в ее сердце, и ее пальцы в рукавах слегка шевельнулись.

Е И держал чашку и слегка наклонил голову, чтобы насладиться паром, поднимающимся от напитка. В его голосе чувствовалась нежность. "Я знаю, что мисс Шэнь хороша в использовании яда, но вам лучше не действовать опрометчиво. Эти нефриты не обычные. Они были тщательно обработаны лекарственной жидкостью и могут растворять различные яды."

Шэнь Нинхуа усмехнулась и возразила: "Это так? Господин Е, вы чувствуете что-нибудь необычное?"

Е И поднял голову и посмотрел прямо на Шэнь Нинхуа своими глубокими глазами. "Мисс Шэнь вы имеете в виду запах лекарственного порошка, который делает людей слабыми? Почему ты мне не веришь? Я уже говорил тебе, что яд на меня не действует. Тебе не нужно беспокоиться. Давайте поговорим о городе Пинг."

Шэнь Нинхуа отказалась сдвинуться с места. Через некоторое время она обнаружила, что миорелаксант действительно неэффективен против него. Поэтому она снова сказала: "Как я уже говорила вам, я ничего не могу поделать с Пинг-Сити. Вы нашли не того человека."

"Хорошо. Поскольку вы не желаете вмешиваться в дела города Пин, может быть, вы могли бы поговорить о редком рецепте, который семья Шэнь недавно предложила императору?"

"Вы также сказали, что это было предложено семьей Шэнь. Я знаю еще меньше о таком большом секрете." Шэнь Нинхуа нахмурилась.

Е И поставил чашку, и дно чашки издало легкий звенящий звук, коснувшись стола, что было очень приятно для слуха. "Мисс Шэнь, почему вы такая скромная? Я пригласил вас сюда, потому что узнал правду об этом деле. Вы предоставили лекарство для семьи Шэнь, так что вы должны знать рецепт. Я не буду ходить вокруг да около. Мне нужен рецепт. Мисс Шэнь, пожалуйста, не стесняйтесь предложите свои условия."

На этот раз Шэнь Нинхуа искренне рассмеялась. "Господин Е, я думаю, что вы, возможно, слишком самонадеянны. Я первая дочь семьи Шэнь. Что заставляет вас думать, что вы способны получить все, что вам заблагорассудится? Если вы действительно настолько могущественны, вы можете напрямую получить рецепт от семьи Шэнь или королевской семьи. Зачем вам понадобилось похищать такую слабую девушку, как я?"

Улыбка на лице Е И стала немного холодной. С этой Шэнь Нинхуа было действительно трудно иметь дело. "Мисс Шэнь почему вы не хотите озвучить свои условия? Может быть, я смогу их выполнить?"

"Хорошо, тогда позвольте мне сказать вам мои условия. Во-первых, уничтожить семью Бейли. Вы можете это сделать?"

Выражение лица Е И изменилось. "Семья Бейли? У вас вражда с королевской семьей? Хотя сейчас в Даане царит небольшая суматоха, это все еще мирная страна. Для вас невозможно ниспровергнуть императорский двор."

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: "Хорошо. Тогда – другое условие. Вы можете уничтожить семейство Чжао?"

"Семья Чжао пользуется поддержкой императрицы. Теперь императрица могущественна. Если..."

"Хорошо. Третье условие. Уничтожить семью Шэнь. У твас ведь нет с этим никаких проблем, верно?"

Выражение лица Е И по-прежнему было мягким, но взгляд его стал холодным. "Мисс Шэнь, вы и не собирались дать мне рецепт, не так ли?"

"Вы ошибаетесь!" Шэнь Нинхуа встала и холодно посмотрела на него. "Я выдвинула три условия. Если вы сможете выполнить любое из них, я с удовольствием дам вам рецепт. Вы не столь искусны в притворстве как я, которой приходится много этим заниматься. Поэтому давайте прекратим играть театральную пьесу и позовите настоящего господина, который скрывется позади вас."

Нежность на лице Е И тоже исчезла. "Мисс Шэнь, что вы имеете в виду?"

Шэнь Нинхуа усмехнулась. "Вначале я действительно поверила, что вы - настоящий владелец этого нефритового здания. Но вы стали проявлять высокую степень беспокойства. И хотя интерьер этой комнаты был роскошным, нефриты различных цветов составляют элегантную и удобную комбинацию. Видно, что его обладатель должен обладать мягким и спокойным темпераментом. Сначала так все и было, но потом ваше нервозное поведение вас же и выдало."

"Ты уверена, что я не настоящий владелец этого места только из-за этого?" Е И поднял брови, его взгляд выдавал неуверенность.

Шэнь Нинхуа снова сказала: "Вам нужны дополнительные доказательства? Хорошо, я могу пояснить еще. В комнате стоял слабый запах сандалового дерева. Однако в курильнице осталось не так уж много кусочков благовоний. Это указывало на то, что благовония горели не менее двух часов. Тем не менее, когда вы вышли, я не почувствовал запаха специй от вашего тела. Кроме того, когда вы сидели за столом, табурет был явно слишком далеко от стола, и вы немного подвинулись вперед. Эта комната была такой изысканной, а слуги также были чрезвычайно внимательны и дисциплинированны. Это не имеет смысла, если они были незнакомы с положением табурета и привычками хозяина. Самое главное, что каждый раз, когда вы разговаривали со мной, глядя на меня, вы невольно косили взглядом в сторону ширмы, которая стоит рядом".

"Хорошо." Из-за ширмы донесся чей-то негромкий голос.

Шэнь Нинхуа оглянулась и увидела мужчину в белом, выходящего из-за ширмы. Его белые одежды развевались, а красивое лицо сияло, подобно нефриту. Он просто тихо стоял там, но все великолепное убранство комнаты немедленно стало его фоном. Казалось он просто светился.

Шэнь Нинхуа ошеломленно посмотрела на него, а затем сказала: "Мне было интересно, что за владелец имеет честь использовать так много драгоценных нефритов для украшения комнаты. Теперь я знаю, что именно эти прекрасные нефриты были удостоены чести использоваться вами".

Е И уже встал и почтительно занял место в стороне. Человек в белом слегка махнул рукой, и Е И быстро отступил.

Мужчина сел на табурет. Он налил чашку чая и протянул ее Шэнь Нинхуа.

У его пальцев были четкие суставы и цвет нефрита. Он держал белую нефритовую чайную чашку, но блеск его пальцев затмевал нефрит. - Мисс Шэнь, пожалуйста.

Шэнь Нинхуа взял чашку с чаем. Мужчина так же налил и себе чашку чая, а затем сделал неторопливый глоток. Уголок его широкого рукава упал на стол. Золотые и серебряные нити были вышиты по краю его рукава, образуя незаметный, но очень изящный облачный узор. Благородная аура распространялась при каждом его движении. Аура не была ни властной, ни угнетающей, но она заставляла людей чувствовать стыд и не осмеливаться быть грубыми с ним, опасаясь, что это будет пятном на их чести в глазах этого человека.

Шэнь Нинхуа в глубине души нахмурилась. Мужчина, стоявший перед ней, действительно был потрясающе красив. Однако у нее также было ощущение чего-то знакомого. Она определенно не видела этого человека раньше, но почему он показался ей знакомым?

"Как мне следует обращаться к вам, господин?"

"Мо Цзюньцин". Мужчина заговорил, наблюдая за ней. На его лице медленно появилась улыбка. Нежная улыбка в сочетании с его красивым лицом мгновенно заставили окружающих почувствовать себя так, словно они оказались в море ярких цветов.

Ощущения чего-то знакомого еще сильнее охватило ее душу и сердце, но она так и не могла ничего подобного вспомнить. Шэнь Нинхуа сказала: "Мы встречались раньше?"

Мужчина слегка сжал пальцы, державшие чашку. "Мисс Шэнь, почему вы так сказали?"

"Ничего. Я просто чувствую, что вы выглядите очень знакомо."

Мо Цзюньцин улыбнулся, но поднял другую тему: "Мисс Шэнь, вы только что были во Дворце и, должно быть, кого-то видели. С тех пор, как старый генерал Сяо вызвался помочь в ликвидации последствий катастрофы, всеобщее внимание было приковано к семье Шэнь. Хотя вы можете укрыться от принцессы Эннинг, любой, кто хочет знать правду, обязательно узнает об этом. Мисс Шэнь, почему бы вам не выбрать наиболее выгодного партнера для сотрудничества?"

Шэнь Нинхуа посмотрела на него. "Самый выгодный партнер? Вы говорите о себе?"

"Нет, я говорю о приемном сыне старого генерала Сяо, Чу Цзюньи".

Чу Цзюньи? Сердце Шэнь Нинхуа встрепенулось, когда она внезапно подняла голову, чтобы посмотреть на Мо Цзюньцина, стоявшего перед ней.

"Мисс Шэнь, почему вы так на меня смотрите?"

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. "Неудивительно, что я чувствую вас таким знакомым. Мы действительно встречались раньше. Как долго вы собираетесь продолжать притворяться?"

Мо Цзюньцин озадаченно спросил: "О чем вы говорите?"

На его лице было растерянное выражение, но Шэнь Нинхуа было все равно. Она сказала определенным тоном: "Чу Цзюньи, у тебя есть способность менять внешность и делать такое лицо. Я видела ваш истинный облик. Если бы я не верила в то, что чувствовала в своем сердце, вы бы меня смогли обмануть. Скажите мне, почему вы приложили столько усилий, чтобы найти меня на этот раз?"

"Мо Цзюньцин" и Шэнь Нинхуа обменялись взглядами. Спустя долгое время он, наконец, уныло поставил свою чашку. "Я так искусно замаскировался, как ты узнала?"

Шэнь Нинхуа холодно фыркнула и проигнорировала его слова.

"А? Кстати говоря, Нинхуа, ты так быстро узнала, что это был я. Ты даже сказала, что веришь в чувства в своем сердце. Значит ли это, что я занимаю особое место в твоем сердце? Иначе как бы ты могла быть так раскована со мной?"

Глава 64 - Приглашаю Вас на Увлекательное шоу

Шэнь Нинхуа холодно взглянула на него и сказала: "Первая леди пыталась создать мне проблемы. Теперь, когда мы все закончили, я боюсь, что в настоящее время она ждет меня в моем дворе Инъюэ."

Чу Цзюньи загадочно улыбнулся. "Нинхуа, по крайней мере, мы находимся в отношениях сотрудничества. Как я могу причинить тебе вред?"

Шэнь Нинхуа посмотрела на его необычайно красивое лицо и нахмурилась. Она не привыкла к этому лицу. "Это ваше лицо слишком заметное".

Чу Цзюньи беспомощно сказал: "Нинхуа, это мой истинный облик".

"Невозможно", - нахмурилась Шэнь Нинхуа. "Разве вы не показали мне свой истинный облик в тот день?"

Чу Цзюньи подошел к Шэнь Нинхуа и положил ее руку на свою. В его глазах вспыхнул насмешливый огонек. "Как насчет того, чтобы выяснить это самой?"

Шэнь Нинхуа осторожно ощупала его рукой и с интересом спросила: "Как вам это удалось? Вы солгали мне?"

"Я не хотел лгать тебе. Я просто использовал тебя, чтобы проверить свои навыки маскировки." Чу Цзюньи был очень обрадован успехом в обмане Шэнь Нинхуа.

"Какое вы имеете отношение к семье Ци в Наньцзяне?" Мысли Шэнь Нинхуа зашевелились. Она вдруг вспомнила семью Ци, которая славилась своими навыками маскировки. Говорили, что семья Ци изучала методы маскировки на протяжении многих поколений. Внешность детей была изменена их родителями, когда они родились. Когда они вырастут, то смогут сами менять свою внешность. Некоторые люди никогда не открывали другим свою истинную внешность от рождения до смерти.

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: "Ты узнаешь позже. Я позволю тебе кое с кем познакомиться. Е И, выходи."

Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на человека, который вошел в дверь. Е И на самом деле замаскировался под Чу Цзюньи так, как он выглядел в семье Сяо.

"Приветствую вас, Господин. Приветствую вас, мисс Шэнь."

Шэнь Нинхуа сразу же поняла план Чу Цзюньи. "Ты позволил Е И замаскироваться под тебя, чтобы он мог временно заменить вас в столице. Вы планируете лично отправиться в Пинг-Сити?"

“Правильно”. Чу Цзюньи стоял у окна. Дующий навстречу ветерок заставил его удовлетворенно прищуриться. Однако то, что он сказал, заставило сердце Шэнь Нинхуа рухнуть в бездну. "Чума в Пинг-сити уже началась".

«Что?» Шэнь Нинхуа была потрясена. "Прошло всего десять дней. Как это могло произойти так быстро?"

"Река Пан разрушила гору. Многие животные на горе утонули. В то время у тамошних людей не было сил хоронить человеческие тела, не говоря уже о трупах животных. Чума была вызвана именно трупами животных. Предполагается, что новости поступят в столицу самое позднее завтра." Чу Цзюньи обернулся и посмотрел на Шэнь Нинхуа с серьезным выражением лица. "Нинхуа, мне нужен настоящий рецепт".

Шэнь Нинхуа надолго замолчала. Затем она повернулась и зашла за стол. Она взяла кисточку и начала быстро писать. Пятнадцать минут спустя она закончила и сказала: "Это полный рецепт. Они могли бы эффективно вылечить чуму".

Глаза Чу Цзюньи загорелись, когда он взял рецепты и внимательно просмотрел их.

Шэнь Нинхуа сказала: "Первый рецепт является наиболее полным. Но для этого требуется много различных видов лекарственных ингредиентов. Наводнение в Пинг-Сити - это серьезно. Потребуется много времени, чтобы собрать сразу столько лекарственных компонентов. Второй рецепт - это упрощенный вариант. Эффект может быть более скромным, но лекарственные ингредиенты также проще и могут временно облегчить симптомы. Третий рецепт является самым простым и может быть использован только для профилактики."

Чу Цзюньи посмотрел на три листка бумаги в своей руке, как будто они были драгоценными сокровищами. "Нинхуа, я не знаю, как тебя благодарить". Рецепт для лечения чумы был бесценен. Если бы Шэнь Нинхуа передала его императору, она могла бы обменять его на гораздо большие привилегии для себы.

Шэнь Нинхуа беззаботно улыбнулась. "Ради нашей доброй дружбы я дам вам этот рецепт бесплатно. Мне не нужна ваша благодарность. Я просто надеюсь, что вы не доставите мне хлопот с этим рецептом".

Чу Цзюньи аккуратно убрал рецепт. "Не волнуйся. Вместо того, чтобы причинять тебе неприятности, наоборот, рецепт принесет тебе большую пользу. Нинхуа, я могу сказать, что твое сердце не принадлежит семье Шэнь. Но иногда семья - это не то, что вы можете оставить по своему желанию. Если ты хочешь порвать с семьей Шэнь, тебе нужна новая личность. Это хорошая возможность".

Шэнь Нинхуа покачала головой. "Я понимаю, что вы имеете в виду, но мне не нужна другая личность". С более высоким статусом было бы больше проблем. Ей было бы легко получить удостоверение личности с помощью королевской семьи, но она не хотела быть привязанной к королевской семье.

"Этот вопрос не является срочным. Давайте подождем, пока ситуация в Пинг-Сити уляжется, прежде чем мы начнем действовать." Чу Цзюньи посмотрел на небо снаружи и сказал: "Время почти истекло. Я отведу тебя на хорошее шоу."

"Какое хорошее шоу?"

"Ты узнаешь, когда доберешься туда". Чу Цзюньи велел Е И вернуться к семье Сяо, затем обнял Шэнь Нинхуа за талию и спрыгнул со стены здания.

Услышав свист ветра у себя в ушах, Шэнь Нинхуа почувствовала, как ее сердце затрепетало, и крепче сжала Чу Цзюньи.

Почувствовав ее эмоции, глаза Чу Цзюньи потеплели, и он тихо рассмеялся: "Ха-ха, не бойся".

Когда они твердо приземлились на землю, выражение лица Шэнь Нинхуа все еще было слегка напряженным. Она оттолкнула Чу Цзюньи и направилась к двери. Чу Цзюньи усмехнулся и неторопливо последовал за ней.

В это время два экипажа рухнули на землю на единственном пути, который должен был пройти от Дворца до особняка Шэнь. Поводья в передней части двух экипажей были оборваны, а лошадей, тянувших экипажи, нигде не было видно.

Земля была грязной и покрытой кровью. Звуки звенящих клинков и сабель явно были слышны где-то невдалеке. Группа людей все еще сражалась.

Шэнь Нинхуа была схвачена Чу Цзюньи и спрятана в соседнем павильоне. Она нахмурилась, глядя на сцену внизу. "Вы заказали экипаж с логотипом семьи Шэнь?"

"Да, кто-то следил за тобой с тех пор, как твоя карета въехала во Дворец. Мои люди негласно заметили, что неизвестные сидели в засаде на дороге от Особняка Шэнь до Дворца. Я заранее попросил их доставить вас в мою резиденцию. Затем я приказал людям продолжать вести экипаж к семье Шэнь в качестве прикрытия. Как я и ожидал, что-то случилось на полпути."

"Ты знаешь, кто хочет меня убить?"

"Я скоро узнаю". Чу Цзюньи посмотрел на жестокую битву внизу. "Я приказал своим людям заполучить пленника, который может предоставить информацию".

Они стояли очень близко друг к другу. Дыхание Чу Цзюньи вырывалось у нее из ушей. Шэнь Нинхуа почувствовал себя немного неуютно. Однако, когда она повернулась, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи, его взгляд был сосредоточен на битве внизу, и он, казалось, вообще ничего не заметил. Поэтому она смутилась от своих же мыслей.

"Семья Шэнь, должно быть, сейчас в смятении. Воспользуйтесь беспорядком, чтобы отправить меня обратно. Если вы узнаете личность человека, который хочет убить меня, пошлите кого-нибудь, чтобы сообщить мне об этом."

"Если ты сейчас вернешься, Первая леди, обязательно устроит тебе какую-нибудь ловушку и ты в нее попадешься".

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась. "Прошло почти два часа с тех пор, как я вышла из Дворца. Она получила это известие и, должно быть, потратила достаточно времени на подготовку к засаде. Если я вернусь слишком поздно, это будет плохо".

"Хорошо, тогда я сначала отправлю тебя обратно. Я попрошу Е И сообщить вам новости, когда получу их." Чу Цзюньи спрыгнул с павильона с ней на руках. Он отпрыгнул с улицы, где происходила битва, и вскоре оказался перед особняком Шэнь. "Я уезжаю в Пинг-Сити сегодня вечером, поэтому я не буду специально прощаться с тобой".

Шэнь Нинхуа кивнул. "Хорошо, я знаю".

Увидев, что Шэнь Нинхуа, не останавливаясь, идет к Особняку Шэнь, Чу Цзюньи почувствовал себя немного неуютно в своем сердце. "Нинхуа, ты мне не хочешь ничего сказать на прощание?"

Шэнь Нинхуа обернулась и сказала: "Я чуть не забыла. Удели больше внимания новостям о Юнь Чуане и скажи мне, когда найдешь его".

Чу Цзюньи поперхнулся. Услышав ее слова, он почувствовал себя еще более неуютно в своем сердце. Он слегка вздохнул и скривил губы. "Будь осторожна в семье Шэнь".

"Да, я так и сделаю. Тебе... удачного путешествия." После того, как Шэнь Нинхуа закончила говорить, она обошла ограждающую стену и направилась к задней двери особняка Шэнь.

Услышав последние четыре слова, Чу Цзюньи слегка скривил губы, и, мелькнув своей белой одеждой, он исчез так быстро и незаметно, словно его здесь никогда и не было.

Шэнь Нинхуа обернулась, посмотрела и ушла быстрыми шагами.

Внезапный стук в заднюю дверь разбудил молодого слугу, который дремал у двери. Он чуть не покатился по земле и тут же отругал: "Кто это? Стучите! Стучите! Стучите! Как будто ты спасаешь свою жизнь!"

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась, холодно глядя на молодого слугу, открывшего дверь.

Когда юноша-слуга увидел Шэнь Нинхуа, его ноги ослабли, и он немедленно опустился на колени. "Старшая Юная Леди... Старшая Юная Леди, пожалуйста, пощадите мою жизнь. Я не знал, что это вы стучитесь в дверь."

Шэнь Нинхуа опустила глаза и посмотрела на него. Она достала из рукава серебряный слиток и бросила его перед ним. "Как дела в особняке?"

"Старшая Юная Леди, я только слышал, что мадам позвала Господина во двор Инъюэ. Больше ничего не произошло."

"Хорошо, ты продолжаешь охранять заднюю дверь".

"Да, да, как вы приказали".

Шэнь Нинхуа шла вперед, размышляя про себя. Мадам Чжао, должно быть, подумала, что с ней что-то случилось в дороге. Поэтому она не могла вернуться прямо сейчас. Она вдруг о чем-то подумала и повернула в другую сторону. Она выбрала пустынную тропинку и направилась ко двору Второй леди Су.

В это время во дворе Инъюэ Первая леди стояла рядом с Шэнь Донгом, прикрывая руками живот. Бай Жо, Цин Цюэ и другие служанки опустились на колен. Атмосфера в комнате застыла.

"Господин, местонахождение Нинхуа до сих пор неизвестно. Сначала пошлите кого-нибудь на ее поиски. Я пока позволю кому-нибудь разобраться с этими слугами." Мадам Чжао уставилась на Цин Цюэ, лежащую на земле, с непонятным выражением в глазах. Эти маленькие сучки очень помогли Шэнь Нинхуа. Пока они попадали в ее руки, она никогда не оставляла их в живых!

Бай Руо подняла голову и почтительно сказала: "Господин, мисс была приглашена на банкет принцессой Аннинг. Вполне естественно, если она немного задержалась в дороге. Она опоздала всего на два часа. Возможно, что-то было на подходе. Она далеко не пропала без вести."

Мадам Чжао холодно посмотрела на нее. "Бай Руо, ты уже давно служишь Нинхуа. Я думала, ты верная слуга, но я не ожидала, что ты будешь так легкомысленно относиться к своей госпоже. Хозяин, я не думаю, что мы должны больше держать этих слуг. Если бы они остались во дворе Инъюэ, могло бы случиться что-то еще."

Хонг Лин стиснула зубы. Если бы она не беспокоилась о своей Мисс, она бы вышвырнула мадам Чжао со Двора Инъюэ прямо сейчас!

"Хозяин, мадам, мы все преданы мисс. У нас вообще не будет никаких жалоб, даже если нам придется умереть за мисс. Ваша светлость все время твердили, что мисс пропала и что мы имеем к этому какое-то отношение. Но мы ничего не знаем!"

Лицо мадам Чжао покраснело, и она глубоко вздохнула. Внезапно она прикрыла живот и прислонилась к Шен Донгу. "Ах, мой живот..."

Выражение лица Шэнь Донга изменилось, когда он поспешно приказал Ван Фу: "Сходи за врачом".

Госпожа Чжао слабо прислонилась к Шэнь Дуну. Ее глаза были полны слез. "Господин, как ваша жена, я всем сердцем забочусь о Нинхуа. Теперь, когда даже служанки осмеливаются задавать мне подобные вопросы, какое у меня все еще лицо?..В будущем, даже когда ребенок родится, над ним тоже будут смеяться. Если так, то было бы лучше не позволять ему родиться".

"Что за чушь ты несешь? Этот ребенок тоже мой сын. Тот, кто посмеет проявить к нему неуважение, будет наказан без промедления! Кто-нибудь, оттащите этих дерзких служанок вниз и дайте им 30 ударов!"

Глава 65 - Никто Не Может Причинить Вред Моему Народу!

Лицо Хонг Линь было искажено гневом. Она встала и уже собиралась вышвырнуть охранников, которые пришли их задержать, но Бай Руо оттащил ее назад. "Хонг Линь, не доставляй неприятностей мисс".

Хонг Линь стиснула зубы. Она свирепо посмотрела на мадам Чжао и позволила охранникам опустить их вниз.

Услышав звуки удара плетями, мадам Чжао прислонилась к груди Шэнь Донга и криво улыбнулась. Четыре маленькие сучки помогли Шэнь Нинхуа совершить много плохих поступков, которые отразились на ее дочери, да и на ней самой. Теперь, когда она дала указания охранникам, тридцать ударов определенно лишат жизни этих ничтожных слуг!

Плети, на самом деле, представляли собой дубинки толщиной с руку. Этими дубинками начали наносить удары по телам жертв. Каждый удар грозил переломать человеку кости. Цин Цюэ и Хун Лин владели боевыми искусствами, чтобы умело противостоять ударам, защищая свое тело специальными приемами. Они надеялись хоть как-то защитить себя. Но Бай Руо и Би Чжу не так повезло.

После трех или четырех ударов выражение их лиц уже изменилось, но они кусали губы, не издавая ни звука.

Восемь охранников, отвечавших за казнь, переглянулись друг с другом. Они слегка покрутили дубинки в руках и использовали более тонкую сторону, чтобы яростно обрушиться на упрямую четверку слуг. Тело Бай Руо было самым слабым, и она мгновенно потеряла сознание. Из уголка ее рта капала кровь.

Сердце Хонг Линь болело, а глаза наполнились слезами, но она не осмеливалась ничего предпринять, боясь причинить неприятности Шэнь Нинхуа. Цин Цюэ стиснула зубы, холодно глядя на охранников, которые били Бай Руо дубинками. Когда она пройдет через это, она определенно разорвет этих охранников на куски!

В это время Шэнь Сюаньхуа сопровождала Шэнь Нинхуа по пути во двор Инъюэ. По пути он был очень счастлив. "Старшая сестра, Второй принц часто спрашивал о тебе. Но не волнуйся, я ничего не говорил." Хотя он был молод, он понимал намерения Второго принца, но от всего сердца не соглашался. Хотя Второй принц был принцем-командиром, у него уже была жена. Его старшая сестра, которая была подобна яркой луне в небе, заслуживала самого лучшего.

В панике подбежала служанка. Увидев Шэнь Нинхуа, она поспешно подбежала, опустилась на колени и сказала: "Старшая Юная Леди, поспешите обратно во двор Инъюэ. Учитель наказывает сестру Бай Руо и трех других сестер."

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно приобрели ледяной холод, а улыбка на ее губах мгновенно исчезла. Подавленная холодная аура охватила все ее тело, и она бросила лишь одно слово: "Иди".

Четыре служанки уже получили пятнадцать ударов, а Би Чжу и Бай Руо, упали в обморок. Как раз в тот момент, когда стражники собирались поднять свои дубинки высоко в небо и продолжить свою убийственную экзекуцию, дверь Внутреннего двора Инъюэ с грохотом распахнулась.

Шэнь Сюаньхуа пинком распахнул дверь, и Шэнь Нинхуа сделала шаг вперед. Когда она увидела сцену во дворе, ее зрачки резко сузились, и ее охватил неистовый гнев и злость. Ее холодный взгляд скользнул по охранникам, ответственным за казнь, как будто они были мертвецами, заставляя их чувствовать ужас и удушье.

Охранники в шоке отступили на два шага назад и бессознательно опустили свои дубинки.

Мадам Чжао услышала шум за дверью и сразу же задрожала. Ее руки, прикрывающие живот, напряглись. "Господин, что происходит? Эти негодные служанки осмелились сопротивляться и дать отпор?" В глубине души она питала определенные надежды. Она хотела, чтобы Цин Цюэ и Хун Лин избили всех охранников, отвечавших за казнь. Таким образом, она могла бы попросить Шэнь Донга, чтобы Бай Руо и трех других служанок забили до смерти.

Шэнь Донг недовольно нахмурился. Он помог мадам Чжао сесть на стул и направился к двери. Он удивленно посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая стоял во дворе. "Нинхуа, когда ты вернулась?"

Лицо Шэнь Нинхуа было бесстрастным, а ее взгляд, устремленный на Шэнь Донга, был наполнен холодом и упрямством. "Приветствую тебя, отец. Если бы я не вернулась вовремя, эти девочки уже погибли бы. Какие ошибки они совершили, что вы приказали охранникам забить их до смерти?"

Когда Шэнь Нинхуа посмотрела на него таким взглядом, сердце Шэнь Донга слегка сжалось. Придя в себя, он почувствовал огорчение. "Это ты так разговариваешь со своим отцом?"

"Я не смею оскорблять отца. Однако, если вы хотите забить слуг в моем дворе до смерти, вы должны, по крайней мере, сказать мне. В конце концов, принцесса Аннинг спросила о них сегодня и приказала мне принести их во Дворец в другой день. Отец, только после того, как ты объяснишь мне причину, я смогу рассказать ее высочеству, почему их забили до смерти."

Услышав о принцессе Аннинг, гнев Шэнь Донга сразу же остыл. Увидев безжизненных служанок, он был потрясен. Да, он был в ярости, когда приказал охранникам нанести им тридцать ударов. За столько лет в семье Шэнь бесчисленное множество слуг получили по тридцать ударов, но менее десяти из них погибли от этой экзекуции. Эти служанки получили всего пятнадцать ударов, но они уже находились грани смерти. Как это могло произойти? Это было очень подозрительно.

Выражение лица Шэнь Донга стало угрюмым. "Нинхуа, эти слуги нарушили закон воли моей жены. Поэтому, вполне понятно, что им дали тридцать ударов. Но, полагаю, пятнадцати ударов тоже достаточно. Попросите кого-нибудь принести их вниз и позаботиться о них. Я дам тебе еще несколько слуг.

Шэнь Нинхуа отвергла предложение Шэнь Донга с холодным выражением лица. "Спасибо, отец. Я уже привыкла именно к этим слугам. Мне неудобно, когда мне прислуживает кто-то другой, поэтому, пожалуйста, не трудитесь давать мне новых слуг."

Шен Донг нахмурился. Но, увидев выражение лица Шэнь Нинхуа, он не стал настаивать. "Поскольку это так, я попрошу кого-нибудь прислать им какое-нибудь лучшее лекарство, которое помогло бы им быстро восстановиться. Вы только что сказали, что принцесса Аннинг хотела их увидеть. Что случилось?"

Шэнь Нинхуа шагнула вперед, чтобы пощупать пульс Бай Руо и Би Чжу. После осмотра их ранений ее сердце упало. Если бы она вернулась чуть позже, даже если бы ей удалось спасти жизни Бай Руо и Би Чжу, их ноги были бы навсегда искалечены. Эти служанки были такими смелыми и преданными ей! Шэнь Нинхуа скривила губы, и ее взгляд был очень холодным.

"Сегодня я был на банкете во Дворце и упомянул четырех служанок, когда разговаривал с принцессой Аннинг. Ее Высочество была очень заинтересована, когда услышала о них. Она сказала, что хочет, чтобы я привела их во Дворец и показаться."

Хотя принцесса Аннинг не пользовалась благосклонностью императора, она была младшей сестрой Второго принца. В эти дни Второй принц был влиятельным человеком при дворе. И поскольку развитие ситуации было непредсказуемым, лучшее, что можно было сделать в это время, - это никого не обидеть.

"Хорошо, быстро приведите этих служанок вниз, чтобы они пришли в себя".

Мадам Чжао вышла, прикрывая живот руками. Увидев, что Шэнь Нинхуа спасла служанок, в ее глазах мелькнуло разочарование. "Нинхуа, я рада, что ты вернулась. Я слышала, что ты покинула Дворец два часа назад. Я так волновалась, что не увижу, как ты вернешься вовремя, но эти служанки несли чушь, грубили и своевольничали. Поэтому я преподала им урок для тебя."

Шэнь Нинхуа внезапно рассмеялась. Ее улыбка была милой, как будто она не чувствовала ни малейшего несчастья из-за этого дела. "Спасибо тебе, мама, за то, что ты сделала это для меня".

Услышав ее интимный тон, мадам Чжао не могла не почувствовать прилив холода в своем сердце. Она подумала про себя, что Шэнь Нинхуа была слишком странной, но она не хотела упускать эту прекрасную возможность. "Дорога домой из Дворца займет не больше часа. Где же ты была второй час, из-за которого мы с твоим отцом так волновались?"

Холодок пробежал по сердцу Шэнь Нинхуа, но улыбка на ее лице не изменилась. "Когда я возвращалась, у меня возникли некоторые проблемы с экипажем. Я арендовала экипаж, который довез меня до черного хода, и заехала к своей второй тете. Затем она позволила Сюаньхуа прислать меня сюда. Мама, почему ты задала этот вопрос? Ты беспокоишься, что я ходила куда-то еще?"

Улыбка мадам Чжао стала натянутой. "Нет, я просто беспокоюсь о тебе. Девочка моя, ты просто склонна слишком много думать. Господин, у Нинхуа был трудный день. Мы должны позволить ей вернуться и отдохнуть."

"Хорошо". Шен Донг кивнул. Шэнь Нинхуа была в безопасности. Более того, она хорошо ладила с принцессой Аннинг, что было бы выгодно семье Шэнь. Поэтому он не пожалеет своей привязанности к ней. "Нинхуа, хорошо отдохни. Поскольку ты нравишься принцессе, а тебе все равно нужно идти во дворец, ты долина надеть лучшие украшения и одежду. Не теряй достоинства семьи Шэнь. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи Ван Фу, и пусть он купит это для тебя."

"Хорошо, спасибо, отец".

Шэнь Донг проводил госпожу Чжао в боковой двор и подождал там, пока врач проверит ее пульс. Улыбка на лице Шэнь Нинхуа медленно исчезла и сменилась ледяной маской спокойствия. Но это спокойствие именно, что было только маской, не более.

В комнате Цин Цюэ и Хун Лин лежали на своих кроватях. "Мисс, с вами все в порядке?"

"Быстро ложись. Хотя вы владеете боевыми искусствами, чтобы защитить свое тело, люди, ответственные за избиение, были полны решимости убить вас. Твои кости были слегка повреждены."

Голова Хун Линь была покрыта холодным потом из-за боли. Видя, что Шэнь Нинхуа волнуется, она все же улыбнулась и утешила ее: "С мисс здесь, даже если у меня останется только один вдох, я полностью выздоровею".

Шэнь Нинхуа потянула за скрытую шестеренку на книжной полке, и на стене появилась потайная коробка. Она достала из него пузырек с лекарством и дала Бай Руо и Цин Цюэ по одной таблетке. Затем она вздохнула с облегчением, когда увидела, что цвет их лиц постепенно улучшается.

"Давай поговорим об этом, когда ты полностью поправишься. Поскольку я опоздал, Чжао определенно нашла бы способ усложнить тебе жизнь. Что бы она ни сказала, просто соглашайся с ней. Почему вы довели ситуацию до такого завершения?"

Хун Линь сердито сказала: "Это невозможно. Вы не представляете, какой отвратительной была Первая леди. Она хотела разрушить вашу репутацию. Я просто не могу этого вынести".

Шэнь Нинхуа вздохнула, и ее движения, когда она смазывала раны служанок лечебным бальзамом, становилось все более и более нежным. Она знала, что Цин Цюэ и Хун Лин были искусны в боевых искусствах. Если бы они захотели дать отпор, даже если бы там было еще несколько охранников, они бы смогли спасти себя. Однако они не сопротивлялись, потому что беспокоились о ней. Она запомнит их доброту в своем сердце.

Хун Линь осторожно посмотрела на Шэнь Нинхуа и сказала: "Мисс, не печальтесь. Сестра Бай Руо и сестра Би Чжу обе серьезно ранены. У нас с Цин Цюэ все в порядке. Через три дня с нами все будет в порядке, и мы снова сможем прислуживать вам."

Шэнь Нинхуа закончила накладывать на них лекарство. "Я уже послала кого-то пригласить доктора Чжан Нянь. Вы можете успокоиться и прийти в себя. Я расплачусь с этим долгом за тебя. Я не позволю, чтобы над моими людьми издевались просто так".

"Мисс, не будьте такой горячей. Никогда не поздно отомстить, даже если нам придется ждать десять лет. Долг может быть погашен шаг за шагом".

Шэнь Нинхуа привела в порядок их одежду и сказал: "Просто подожди и увидишь".

Шэнь Нинхуа вышла из комнаты, где лежали четыре служанки, с нежной улыбкой на лице. Выйдя со двора, Шэнь Сюаньлинь высунул голову и огляделся. Когда он увидел ее, то поспешно вбежал внутрь. "Старшая сестра, я слышал, что сестра Бай Руо и трое других в вашем дворе были наказаны. Они серьезно пострадали?"

Шэнь Нинхуа достала носовой платок и вытерла пот с головы. "Им потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя".

Шэнь Сюаньлинь обиженно стиснул зубы. "Старшая сестра, не грусти. Я одолжу тебе на время своих служанок."

"Нет необходимости. Я предоставила тебе наставника по боевым искусствам. Ты узнал от него что-нибудь?"

Глаза Шэнь Сюаньлинь загорелись. "Да, я это сделал. Мастер Лю Юнь просто потрясающий."

"Я не верю твоим словам. Ты можешь попросить мастера Лю Юня проверить ваши навыки в боевых искусствах, а затем доложить мне."

"Старшая сестра, поверь мне. Учитель сказал, что я очень талантлив".

Шэнь Нинхуа мягко коснулась его головы и велела ему поужинать во дворе Инъюэ, прежде чем он вернется в свой собственный двор.

Посреди ночи во дворе Инъюэ было тихо. Шэнь Нинхуа закрыла глаза и легла на кровать, слегка нахмурившись. Мгновение спустя она услышала почти неслышный звук у окна, который быстро прекратился.

Шэнь Нинхуа открыла глаза и обнаружила, что вещь, которую она положила у окна, исчезла. Она улыбнулась, закрыла глаза и, наконец, заснула.

На следующий день, как только рассвело, по всему особняку Шэнь разнесся крик.

"Беда! Убиты люди!"

Глава 66 - Кто был Убийцей?

Крик был чрезвычайно пронзительным, и более половины людей в особняке Шэнь проснулись.

Вчера мадам Чжао одержала победу. Изначально она была в хорошем настроении и крепко спала, но ее сразу же разбудил этот крик. Она нахмурилась и посмотрела на служанку, которая находилась рядом. Она спросила жалобным голосом: "Что происходит? Разве эти слуги не знают правил Дома? Как Вторая леди управлялась со своим Домом?"

Служанка Вэнь Цю не осмелилась возразить. Она только стояла на коленях на земле, непрерывно кланялась и что-то бессвязно бормотала.

Мадам Чжао почувствовала себя еще более отвратительно. Если бы не уговоры Вэнь Цю, она бы продала служанку. Мадам Чжао подумала о медсестре Цинь, которую выгнали, и выражение ее лица стало мрачным. Если бы медсестра Цинь была здесь вчера, ни одна из четырех служанок не смогла бы выжить.

Как раз в тот момент, когда она размышляла, из-за двери раздался стук. "Кто это?"

"Мадам, это я". Вбежала одетая в зеленое одеяние служанка и сказала: "Мадам, плохие новости. Все охранники, которым вчера было дано поручение наказать служанок старшей молодой леди... все они..."

Мадам Чжао смертельно побледнела от плохого предчувствия. "Что с ними случилось? Быстро говори, дрянь!"

"Они все мертвы". Лицо служанки было таким же бледным, когда она закончила говорить, и она с глухим стуком упала на землю, словно была в обмороке.

Мадам Чжао почувствовала, как холодок поднимается от ее спины и медленно ползет по всему телу. Кали липкого противного холодного пота покрыл ее тело. Она хотела встать, но ей это не удалось, и она снова рухнула на кровать.

"Мадам, мадам, как вы себя чувствуете?"

Мадам Чжао глубоко вздохнула и изо всех сил постаралась успокоиться. "Все мертвы…Как они умерли?"

Все тело служанки в зеленом задрожало от страха. "Все их кости были переломаны палкой…Когда дворецкий Ван пошел проверить их, они буквально были смешаны с землей и были похожи на кучи грязи."

"Ах!" Думая об этой сцене, мадам Чжао прикрыла грудь, и ее вырвало. "Шэнь Нинхуа, это, должно быть, Шэнь Нинхуа! Вчера эти люди избили ее слуг, а сегодня случилось вот что. Это ее предупреждение. Это определенно ее предупреждение мне. Дрянь, эта маленькая дрянь! Она не удовлетворена простым причинением вреда Лингхань. Она даже хотела убить меня и моего ребенка. Я не могу позволить ей меня победить. Я абсолютно не могу позволить ей добиться успеха. Ах, мой живот."

Ее живот сильно сжался, а затем она почувствовала боль, как будто ее укололи иглой. Мадам Чжао взялась за ручку в изголовье кровати и крикнула: "Вэнь Цю, поторопись и позови врача. Кстати, попроси Господина подойти. Поторопитесь, двигайтесь!"

"Да, мадам. Не извольте беспокоиться!"

В этот момент Шэнь Донг был очень встревожен, его лицо почернело, словно его опалило пламенем. В тот момент, когда пришло известие о чуме в городе Пин, весь двор был потрясен. Император был в ярости и послал людей из семьи Сяо, чтобы облегчить бедствие. Его влияние в регионе Цзяннань оказалось под угрозой. Дома беременность мадам Чжао протекала нестабильно. Несчастья случались одно за другим. И в довершение Шэнь Линхань стала посмешищем, что очень негативно могло повлиять на его авторитет при дворе. Однако семья Чжао все еще оказывала на него давление, чтобы он выпустил Шэнь Линхань. Но сейчас он испытывал крайнее сожаление. Почему, думал он, Шэнь Линхань была такой многообещающей дочерью, он так ее любил и баловал, а она вдруг оказалась такой бездарной и глупой?

Охранники разозлили его еще больше. Кто-то переломал им все кости. Это называется охранники! Да, была явная провокация по отношению к нем лично!

"Расследуйте, и расследуйте тщательно. Я не верю, что нет никаких следов убийц!"

Ван Фу осторожно доложил: "Господин, ночью никто ничего не слышал. Эти охранники находились в разных комнатах. Все остальные в комнатах спали спокойно. На месте происшествия ничего не осталось. Я действительно ничего не могу найти."

От Шэнь Донга исходил такой ледяной холод, что он мог заморозить человека. "Есть ли в комнате какие-нибудь остатки наркотиков?"

"Я думал, что в комнате были наркотики, но... там ничего нет. Комната абсолютно чиста."

Шэнь Донг стукнул кулаком по столу и холодно крикнул: "Неужели это мог сделать призрак?"

Ван Фу опустился на колени, не зная, что ответить.

Шэнь Нинхуа вошла в комнату. Она была одна, без сопровождения и произнесла: "Приветствую тебя, отец".

Шэнь Дон нахмурился. "Что ты здесь делаешь?"

Шэнь Нинхуа подняла голову, и ее красивое лицо слегка побледнело. "Вчера я была занята лечением ран моих служанок и легла спать немного поздно. Я проснулась рано утром и услышала, что охранники, отвечавшие за экзекуцию - мертвы. Я просто не могу успокоиться. Они только вчера избили моих служанок, а сегодня они мертвы. Если бы кто-то распространил эту новость, люди подумали бы, что я убийца. Но боевыми искусствами владеют только Цин Цюэ и Хун Лин, которые сейчас лежат на кровати и не в силах пошевелиться. Смогут ли они выжить или нет, все еще остается вопросом. Поэтому я задаюсь вопросом: откуда у меня возможность убивать твоих охранников?"

Шэнь Донг нахмурился. Когда он впервые услышал эту новость, он сразу же подумал о Шэнь Нинхуа, но тут же отбросил эту мысль. Как и сказала Шэнь Нинхуа, у нее не было такой возможности. Тогда у кого была возможность сделать такой шаг в особняке Шэнь?

Пожилая леди Сяо, которая долгое время не появлялась, вышла вместе с Сюэ Чжу, поддерживающим ее сбоку. Когда Шэнь Донг увидел ее, он поспешно вышел вперед, чтобы поддержать ее за руку, и сказал: "Мама, почему ты вышла?"

Лицо старой леди Сяо было необычайно бледным, а ее глаза были гораздо более мутными, чем раньше. Когда она услышала вопрос Шэнь Донга, она внезапно стряхнула его руку и сказала: "Если я буду сидеть у себя в комнате и не буду выходить, вы разорвете семью Шэнь на части!"

Выражение лица Шэнь Донга застыло. "Мама, что ты имеешь в виду?"

"Хм", - холодно фыркнула старая леди Сяо и окинула своим холодным взглядом Ван Фу, лежащего на земле. "Иди и приведи Чжао сюда. Так много всего произошло в семье. Законы поведения женщин в этой семье перестали исполняться?"

Выражение лица Шэнь Донга на мгновение стало слегка смущенным. "Мама, Чжао сейчас беременна..."

Старая леди Сяо внезапно повернула голову, чтобы посмотреть на него. "Когда я была беременна тобой, мне все еще приходилось прислуживать своей свекрови. Я не видел в тебе ничего плохого после того, как ты родился. Неужели твоя жена такая особенная?"

Шэнь Донг поспешно покачал головой. "Мама, ты неправильно меня поняла. Плод Чжао в последние дни был нестабильным, и цвет ее лица не очень хорош. Я боюсь, что ты будешь раздражена, увидев ее."

Старая леди Сяо скривила губы в фальшивой улыбке. "Ван Фу, ты разве не идешь?"

"Да, да, госпожа, я пойду." Видя, что Шэнь Донг не может убедить старую леди Сяо, Ван Фу поспешно выбежал.

Когда госпожа Чжао увидела Ван Фу вместо ожидаемого врача, ее сердце похолодело. "Дворецкий Ван, почему ты здесь?"

Ван Фу отдал ей честь. "Мадам, Старая Леди и Хозяин хотят, чтобы вы пришли".

Мадам Чжао погладила свой живот и выдавила из себя улыбку. "Я чувствую боль в животе. Я только что послала слуг за доктором, но доктор еще не пришел. Могу я узнать, почему они послали за мной?"

"Это…Мне тоже непонятно. Возможно, о том, что произошло сегодня в особняке." Хотя мадам Чжао была в немилости, она была беременна ребенком Шэнь Донга. Как дворецкий, он не посмел обидеть ее.

Сердце мадам Чжао упало. Мысли быстро проносились в ее голове. Должно быть, это проделка Шэнь Нинхуа, этой маленькой дряни. Однако госпожа Чжао была беременна и находилась под защитой Шэнь Донга. Какой бы смелой ни была Шэнь Нинхуа, она не осмелилась бы выступить против госпожи Чжао. Поскольку это было так, то она должна позволить Шэнь Донгу тщательно расследовать это дело. Глава семьи испытывал бы опасения даже по поводу собственной дочери, при условии, что она стала слишком могущественной. С тех пор, как она раскрыла истинное лицо Шэнь Нинхуа, она не верила, что Шэнь Донг будет продолжать защищать Шэнь Нинхуа!

Когда она подумала об этом, паника в ее сердце рассеялась, и в ее сердце появилась улыбка. Она даже больше не чувствовала боли в животе. "Пойдем, я тоже пойду посмотрю".

Несмотря на то, что у нее уже был план, сердце мадам Чжао дрогнуло, когда она вышла на передний двор и встретилась со спокойным взглядом Шэнь Нинхуа. Почему она пришла сюда так рано?

"Приветствую тебя, мама. Приветствую тебя, господин."

Старая леди Сяо холодно наблюдала, как она медленно подходит, и недовольство в ее сердце стало еще больше. "Чжао, это действительно нелегко, что ты здесь. В следующий раз, я думаю, мне нужно будет пригласить тебя лично."

Госпожа Чжао непонимающе посмотрела на Шэнь Донга и быстро опустилась на колени. "Мама, ты неправильно меня поняла. Я проснулась рано утром и чувствовала дурноту.Поэтому немного медлила по дороге сюда. Пожалуйста, накажи меня".

"Наказать тебя? Теперь ты - сокровище семьи Шэнь, благодаря своей беременности. Если я накажу тебя, не буду ли я слишком сурова с родословной моей семьи Шэнь? Ты хорошо все рассчитала."

"Мама, ты неправильно поняла. Я не собираюсь этого делать".

Старая леди Сяо холодно фыркнула. "Теперь ты встаешь. Сюэ Чжу, дай ей место, чтобы она села, а не рухнула бы на землю."

Сев, госпожа Чжао сразу же сказала: "Господин, это подозрительное совпадение. Вчера эти охранники были еще живы, а ночью их убили. Это вопрос мести?"

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: "То, что сказала мама, тоже возможно. Они были охранниками отца. Они только и делали, что защищали отца, и редко покидали особняк. Так что для них было невозможно враждовать с людьми снаружи. Единственная возможность состоит в том, что человек, который это сделал, имеет зуб на отца, верно?"

Услышав это, Шэнь Донг резко поднял голову. В его глазах внезапно загорелся холодный огонек. Слова Нинхуа были рассудительны и полны здравого смысла. В последнее время при дворе царила суматоха, и семья Чжао также оказывала на него большое давление.

Шэнь Нинхуа заметила выражение лица Шэнь Донга, и ее глаза слегка потемнели. Горькая улыбка появилась на ее губах. "Говоря о неприязни к этим людям, первым подозреваемым должна быть я. Вчера они избили моих людей, а сегодня были убиты. Поэтому все будут подозревать меня".

Мадам Чжао скривила губы. "Кто может быть в этом уверен? Возможно, настоящий убийца находится на свободе. Возможно, убийца играет роль вора, кричащего: "Остановите вора!" Только убийца знает лучше. Нинхуа, тебе не нужно так скоропалительно оправдываться. Если бы ты этого не сделал, твой отец не стал бы винить тебя. Однако твои служанки хороши в боевых искусствах. Вполне разумно подозревать их."

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и сказала: "Мама, хотя мои служанки владеют некоторыми навыками боевых искусств, все они женщины и вчера были избиты до полусмерти. Эти восемь охранников – мастера боевых искусств. Кроме убийц, обученных крупными кланами, их нелегко убить тихо. Мама, не переоценивай моих служанок."

Мадам Чжао поперхнулась и посмотрела на Шэнь Донга, только чтобы обнаружить, что выражение его лица внезапно осунулось и что он смотрит на нее с тревогой и сомнением. Она мгновенно стала неуверенной в себе. "Господин, что с тобой случилось?"

Шэнь Донг проигнорировал ее и посмотрел на старую леди Сяо. "Мама, я боюсь, что этим делом занимались люди из суда. Лучше пока не предавать это огласке. Я расследую это как можно скорее. Мама, тебе не нужно беспокоиться."

"Люди в суде? Что ж, этот таинственный враг довольно силен. Он не может унизить тебя публично, и поэтому он тайно использовал такой грязный трюк. Шэнь Донг, ты премьер-министр двора, но все еще есть люди, которые смотрят на тебя свысока."

В дверь внезапно в панике вбежала служанка. "Старая Леди, Господин, мадам! Вторая Мисс снова создает проблемы во дворе Циньсюэ. Она избила служанку, которая приносила ей еду, после чего Вторая мисс убежала."

Шэнь Донг холодно поднял брови. "Где сейчас Вторая мисс?"

Служанка задрожала. "Мы погнались за ней, но потеряли ее след".

"Убирайся! Какой от тебя прок, если ты даже не можешь позаботиться о юной леди?" - холодно крикнул Шэнь Донг. "Немедленно найди ее!"

У двери с обеих сторон были приподняты занавески из зеленого бисера. В комнату вошла величественная женщина с изумрудной лентой для волос, сопровождаемая дюжиной человек. "Нет никакой необходимости искать ее. Внучка моей семьи Чжао не заслуживает того, чтобы беспокоить премьер-министра Шэня. Моей семье Чжао достаточно позаботиться о ней!"

Глава 67 - Намеревалась ли Семья Чжао Взбунтоваться?

Увидев приближающегося человека, Шэнь Донг и пожилая леди Сяо резко встали.

Взгляд Шэнь Нинхуа похолодел, когда она слегка опустила глаза и замерла.

Человеком, пришедшим, была Глава женской части семьи Чжао, старая леди Фэнг. Много лет назад, когда Старый Великий Наставник Чжао был жив и отвечал за семью Чжао, она переехала в Особняк Чжао как дальняя родственница. Три года спустя жена Старого Великого Наставника Чжао скончалась, и она стала его второй женой. Она родила трех сыновей соответственно по имени Чжао Кун, Чжао И и Чжао Ин, а также дочь по имени Чжао Хуэйин. Трое детей, рожденных первой женой Старого Великого Наставника Чжао, умерли один за другим, а из дочерей, рожденных наложницами, выжили только Чжао Юньсян и Чжао Юньсюэ.

На лице старой леди Сяо играла фальшивая улыбка. "Моя дорогая, почему ты здесь?"

Старая леди Фэнг скривила губы и изобразила полуулыбку. "Если бы я не пришла, ты бы довела мою внучку до смерти!"

Чжао Юньсян вышла вперед и поклонилась с озабоченным выражением лица. "Приветствую тебя, мама. Мама, ты нашла Линхань? Ее служанка сказала, что она выбежала. Я..."

Старая леди Сяо холодно нахмурилась. "Ты беременна. Тебе не следует сильно волноваться. Что, если ты причинишь вред моему внуку?" Ее слова звучали так, как будто она была обеспокоена, но на самом деле она жаловалась. Неужели она действительно думала, что другие не смогут сказать?

Старая леди Фэнг повернула голову и сказала: "Моя дорогая, ты обвиняешь мою бедную дочь? Если бы она не заботилась о ребенке в своем животе, как бы она передала власть по управлению семьей?"

Старая госпожа Сяо не могла сказать, что она заставила госпожу Чжао передать свою власть госпоже Су, поэтому она промолчала, сохраняя угрюмое выражением лица.

Старая леди Фэнг посмотрела на мадам Чжао и сказала: "В эти дни тебе следует расслабиться и думать о ребенке. Я слышал, что медсестра Цинь была наказана за свой проступок несколько дней назад. Вы не можете обойтись без внимательного слуги. Я специально привела сюда двух медсестер, чтобы они заботились о вас."

"Спасибо, мама". Сердце мадам Чжао наполнилось волнением. Без няни Цинь она жила так, как будто у нее не было одной руки. Две надежные медсестры, которых дала ей старая леди Фэнг, просто пригодились.

Две медсестры в темно-синих платьях отделились от стены, где они незаметно стояли во время разговора и почтительно встали позади мадам Чжао. Шэнь Нинхуа посмотрела на них обоих, и взгляд ее принял настороженное выражение. Шаги этих двух людей были очень легкими, и они переместились не издав ни звука. Мозоли между их большими и указательными пальцами на руках были заметными и очень толстыми. Они, должно быть, эксперты в боевых искусствах, посланные семьей Чжао, чтобы разобраться с Цин Цюэ и Хун Лин. В будущем ей нужно быть более осторожной.

Выражение лица старой леди Сяо было очень мрачным. Семья Чжао вообще не уважала семью Шэнь! Она только что выгнала одного надоедливого старого слугу, так они прислали еще двоих. С каким слугой из семьи Чжао было легко иметь дело? С этими двумя служанками госпожа Чжао, вероятно, была недалека от момента, когда власть в доме вернулась бы к ней!

Ей удалось лишь удержать мадам Чжао в узде и прожить безбедно несколько дней. Как она могла позволить мадам Чжао вернуться и устроить неприятности? Старая леди повернулась и бросила разочарованный взгляд на Шэнь Донга. Ее собственный сын вообще ничего не сказал!

Как мог Шэнь Донг не почувствовать намерения старой леди Сяо? Однако, учитывая нынешние потрясения при дворе, его влияние в регионе Цзяннань, вероятно, будет уменьшено. А если бы его признали виновным, последствия будут просто невообразимыми. Ему нужна была семья Чжао, чтобы помочь ему справиться с ситуацией. Как он мог оскорбить старую леди Фэнг в такое время?

"Хорошо, что рядом с Чжао есть двое слуг".

Старая леди Фэнг удовлетворенно улыбнулась одними губами, но в ее глазах улыбки не было. Хотя она и попыталась смягчить выражение своего лица. Однако лицо старой леди Сяо побагровело от гнева. Она надолго замолчала и вдруг встала. "Я плохо себя чувствую, поэтому, пожалуйста, извините меня, моя дорогая родственница. Мой сын Шэнь Донг останется и будет служить вам."

Старая леди Фэнг подняла глаза, чтобы посмотреть на нее. "Поскольку ты плохо себя чувствуешь, тебе следует остаться во дворе и отдохнуть. Пусть молодое поколение позаботится о твоем удобстве". Не тяни руку долго, если ты стар. Неужели она действительно думала, что другие люди не узнают, о чем она думает? Хм, даже если вы ненавидели семью Чжао, вам все равно нужно было относиться к людям из семьи Чжао как к почетным гостям.

Руки старой леди Сяо, которые держали Сюэ Чжу, слегка дрожали, когда она с усилием подавила гнев в своем сердце и направилась к двери.

Как только она подошла к двери, старая леди Сяо увидела Шэнь Линхань, одетую в великолепную одежду, входящую в комнату с улыбкой на лице. Когда она проходила мимо, то даже не остановилась, а прямо подошла к Старой леди Фэнг. "Бабушка, наконец-то ты здесь. Здесь, дома, надо мной будут издеваться и доведут меня до смерти! Ты должна заступиться за меня."

Дыхание старой леди Сяо перехватило, и она лишь огромным усилием воли сдержалась и сохранила видимость спокойствия. Ах, почему она безжалостно не забила этого монстра до смерти раньше?

Сюэ Чжу поддержал ее и обеспокоенно спросил: "Старушка, с тобой все в порядке?"

Пожилая леди Сяо чопорно обернулась и окинула взглядом зал. Увидев, что Шэнь Донг с улыбкой разговаривает со Старой леди Фэнг, она больше ничего не сказала. Она повернулась и пошла прочь широкими шагами.

Шэнь Нинхуа наблюдала за этой сценой, и ее сердце дрогнуло. Старая леди Сяо сумела сдержать свой гнев не из-за семьи Шэнь, а из-за Шэнь Донга. Шэнь Донг был ее любимым сыном, на которого она возлагала самые большие надежды. К сожалению, Шэнь Донг слишком заботился о власти. Он только хотел положиться на семью Чжао, чтобы укрепить себя, но он упустил из виду мысли Старой леди Сяо.

Услышав просьбу старой леди Фэнг освободить Шэнь Линхань, Шэнь Донг сказал: "Свекровь, Линхань - первая дочь семьи Шэнь. Я не буду относиться к ней несправедливо. Просто она в некоторых своих поступках зашла слишком далеко."

Взгляд старой леди Фэнг был острым. "Наказывать без обучения - это вина отца. Линхань плохо себя вела, потому что ты, как ее отец, не учил ее должным образом. Хотя она совершила ошибку, она раскаялась, и следует забыть этот досадный инцидент. Или Вы собираетесь посадить ее в тюрьму на всю оставшуюся жизнь за то, что она однажды совершила ошибку?"

Шэнь Донг нахмурился. "Несколько дней назад здесь было несколько принцев, но она словно сошла с ума и навсегда погубила свою репутацию. Было бы лучше, если бы она не выходила какое-то время и спокойно бы отдыхала".

"О чем ты говоришь!" Старая леди Фэнг холодно поставила чашку. "Линхань - твоя дочь. После того, как случилось что-то плохое, вы не думали о том, как это исправить, но вы хотели, чтобы она исчезла и отдохнула. Разве ваша семья Шэнь не хочет эту дочь? О, я забыла. У тебя вернулась еще одна первая дочь. Которая из них Шэнь Нинхуа? Выйди и дай мне на тебя посмотреть."

Шэнь Нинхуа сделал два шага вперед и слегка поклонился. "Я Шэнь Нинхуа. Приветствую тебя, бабушка."

Тон старой леди Фэнг был презрительным, с присущим ей чувством превосходства. Она посмотрела на Шэнь Нинхуа так, словно смотрела на муравья, которого можно было легко раздавить насмерть. "Бабушка? Ха-ха, неудивительно, что ты можешь чувствовать свое превосходство над Лингхань до такой степени. Оказалось, что она потерпела поражение, потому что она не такая дерзкая, как ты. У моей семьи Чжао нет внучки, рожденной женщиной из семьи Ся."

Эти слова было крайне неприятно слышать, и выражение лица Шэнь Донга было несколько смущенным.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Ее спокойный и глубокий взгляд был таким, как будто она смотрела на какой-то предмет, а не на человека. "Поскольку вы сказали, что я первая дочь семьи Шэнь, я буду называть вашу дочь своей матерью, а вас - своей бабушкой. Если вы не хотите, чтобы я обращался к вам как к бабушке, скажите мне это. На самом деле это не имеет значения. Самое большее, в будущем мне не придется обращаться к вашей дочери как к матери."

Если дочь, оставленная первой женой, отказывалась называть мачеху своей матерью, это означало, что она просто не признавала статус мачехи. Люди, которые слышали об этом, сказали бы, что мачеха была недобра к падчерице. Давайте посмотрим, кому было больше терять.

Услышав это, старая леди Фэнг подняла глаза, чтобы посмотреть на нее. "Ты острая на язык дорогуша".

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: "Спасибо, бабушка".

Выражение лица старой леди Фэнг было мрачным. Когда это кто-то осмеливался так с ней разговаривать? Она схватила чайную чашку и с грохотом швырнула ее к ногам Шэнь Нинхуа. "На колени!"

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно дернулись, но ее тело осталось в вертикальном положении.

"Что, ты назвала меня бабушкой, но даже не проявляешь должного почтения и не слушаешь меня?"

Шэнь Нинхуа окинула взглядом чайную чашку, стоявшую на земле. "Бабушка, семья Чжао планирует взбунтоваться?"

Старая леди Фэнг в гневе подняла брови. "Что за чушь ты несешь? Шэнь Донг, это дочь, которую ты защищаешь. Я просто не знаю, что сказать о тебе!"

Выражение лица Шэнь Донга было неважным. Он подавлял гнев, который не мог выплеснуть. Когда он взглянул на улыбающиеся лица мадам Чжао и Шэнь Линхань, он почувствовал, что они были таким бельмом на глазу. "Свекровь, Нинхуа - самый добрый человек. Даже Его Величество знает это. Она очень хороша".

Старая леди Фэнг не ожидала, что Шэнь Донг выступит против нее и ее слов. Она сделала паузу, а затем усмехнулась: "Похоже, ты искренне защищаешь эту неблагодарную девушку. Когда Ся родила ее для тебя, ты сказал, что она не принадлежит к роду семьи Шэнь. Но теперь ты защищаешь ее?"

Сердце Шэнь Нинхуа дрогнуло. Что имела в виду старая леди Фэнг? Шэнь Донг подозревал о ее происхождении? Почему это было так?

Увидев, что выражение лица Шэнь Нинхуа наконец изменилось, усмешка старой леди Фэнг стала еще язвительнее. "Она просто взбалмошная девчонка. Она просто невежественная деревенщина. Шэнь Нинхуа, разве ты не слышала, как я велела тебе встать на колени? Тебе все еще нужно, чтобы я научила тебя вставать на колени? Сестра Цянь, сестра Ву, идите и научите ее."

Две служанки поклонились. "Да, Старая леди".

Сказав это, две медсестры бесстрастно подошли к Шэнь Нинхуа сзади и подняли руки, чтобы схватить ее за плечи, угрожая прижать ее лицо к разбитому фарфору на земле.

Как раз в тот момент, когда Шэнь Донг собирался крикнуть, чтобы остановить их, Шэнь Нинхуа внезапно рассмеялась. "Ха-ха, люди говорят, что семья Чжао может закрыть небо одной рукой, но я в это не верила. Теперь, когда ты даже осмелился взбунтоваться, что еще семья Чжао не осмелилась сделать? Старая леди, ты собираешься убивать свидетелей, чтобы они держали рот на замке? Так много людей, присутствующих здесь, все это видели. Ты что, вообще хочешь убить моего отца?"

Старая леди Фэнг нахмурилась. "Что за чушь ты несешь?"

Шэнь Нинхуа резко стряхнула с себя двух медсестер, стоявших позади нее, и каждой отвесила хлесткую пощечину. "Вы наверное считаете себя бессметными! Чайная чашка, которая разбилась о землю, была пожалована самим императором. Сколько раз вы собираетесь умереть?"

Улыбающиеся лица мадам Чжао и Шэнь Линхань внезапно напряглись. "Что ты сказала?"

Шэнь Нинхуа подняла свои ясные и черные глаза. "Эта чашка была подарена Второму принцу Его Величеством. Второй принц подарил мне набор чайных чашек после получения согласия его Величества, потому что он видел, что я люблю чай. Я боялась, что не смогу использовать их аккуратно, поэтому отдал их своему отцу. Служанка по ошибке вынесла именно подаренные императором чашки чтобы угостить всех гостей напитками. Так вот, бабушка нарочно разбила одну из них. Это поистине неблагодарно по отношению к благосклонности Его Величества".

До тех пор, пока что-то было даровано императором, даже если это была всего лишь одна прядь волос, это должно быть сохранено, как у предков, не говоря уже о наборе чайных чашек.

Лицо старой леди Фэнг потемнело. "Чепуха".

Шэнь Нинхуа наклонилась, чтобы поднять осколок разбитого фарфора, и посмотрел на нее с улыбкой. "Бабушка должна знать об императорских подарках. На нем также есть печать Управления внутренних дел дворца. Если вы мне не верите, можете сами убедиться."

Старая леди Фэнг бросила взгляд, и ее зрачки сузились. Эта чашка действительно была изготовлена Департаментом внутренних дел императорского дворца.

Атмосфера в зале стремительно напряглась. Шэнь Линхань подняла голову и с содроганием посмотрела на старую леди Фэнг. "Бабушка..."

Старая леди Фэнг открыла глаза и окинула Шэнь Нинхуа холодным взглядом. Наконец, она посмотрела на Шэнь Донга и сказала: "Дары, дарованные императором, должны достойно почитаться в зале предков. Мой зять, тебе лучше знать."

Шэнь Донг посмотрел на разбитый фарфор на земле и сказал: "С точки зрения логики, это должно быть..."

Старая леди Фэнг холодно фыркнула. "Хотя Шэнь Нинхуа не знакома с этикетом, ее можно научить быть полезной. Если ты хочешь вырастить ее, просто сделай это. В конце концов, у тебя нет недостатка в еде для нее. Что касается Линхань, пусть она отдохнет еще два месяца. Через два месяца у меня будет день рождения. Тогда пусть она посетит банкет по случаю моего праздника."

Услышав слова старой леди Фэнг, Шэнь Линхань внезапно подняла голову. Однако она была напугана суровым взглядом старой леди Фэнг. Она с ненавистью посмотрела на Шэнь Нинхуа и опустила голову.

Шэнь Донг знал, что стоявшая перед ним пожилая женщина пошла на компромисс. Тем не менее, она была биологической матерью императрицы, так что он не мог быть слишком неуважительным к ней. "Свекровь, ты права".

Старая леди Фэнг холодно взглянула на Шэнь Нинхуа и вдруг сказала: "Я слышала, что Сюань Е предлагала много рецептов. В городе свирепствует чума. Если у него есть рецепт, дайте его мне, и я попрошу кого-нибудь взглянуть. В конце концов, этот вопрос имеет огромное значение. Лучше не допускать, чтобы случилось что-то неожиданное".

Глава 68 - Вы Можете Быть Жадным, Но Должны Быть Пределы Вашему Аппетиту!

На этот раз не только Шэнь Донг, даже госпожа Чжао в шоке подняла голову. Они оба знали, что Шэнь Сюанье изучает рецепт. У семьи Чжао была императрица, так что для них не было ничего странного в том, что они знали всю подоплек ситуации. Тем не менее, было бы странно, если бы семья Чжао попросила Шэнь Сюанье показать им рецепт!

Лицо Шэнь Донга было немного напряженным. “Свекровь, Имперский институт здравоохранения уже более десяти лет изучает рецепт для лечения зубного налета, но до сих пор никакого прогресса не было. Хотя Шэнь Сюанье научился некоторым медицинским навыкам у мастера Ляо Чэня, он все еще не сравним с императорскими врачами по своей квалификации. Он...”

Старая леди Фэнг посмотрела на Шэнь Донга со слабой улыбкой, которая тронула ее старчески блеклые губы. “Мой зять, я никогда ничего не говорю без конкретных доказательств. Поскольку я осмеливаюсь просить об этом, значит я кое-что знаю. Хотя ты сейчас премьер-министр, но ты всего лишь премьер-министр. Ты конечно можешь быть жадным, но должен же быть предел твоему аппетиту.”

Глаза Шэнь Донга потемнели. “Что вы имеете в виду?”

“Рецепт для лечения чумы может спасти тысячи людей. Как только люди узнают, что рецепт предоставлен семьей Шэнь, вы, безусловно получите благодарность огромного множества людей. И возможно, ваша репутация даже превзойдет репутацию семьи Чжао.” Старая леди Фэнг холодно посмотрела на солнечный свет, проникающий через дверь. “И когда это время придет, как королевская семья может сидеть сложа руки и оставаться равнодушной?”

Шэнь Дон слегка стиснул зубы. Он знал, что слова старой леди Фэнг имели смысл, но он отказывался признавать и понимать тот факт, что придется отдать такую большую честь другим…

Увидев, что ее аргументация, казалось, возымела свое действие и была услышана, старая госпожа Фэнг продолжила: “Семья Чжао – это совсем другой случай. Мы родственники императора, а императрица - дочь семьи Чжао. И только если императрица добьется успеха, наша семья Чжао тоже сможет добиться успеха. Следовательно и ты, муж моей дочери, тоже сможешь добиться успеха и продвинуться вперед.”

Шэнь Нинхуа слегка погладила свои рукава. В ее глазах вспыхнул огонек. Какая наглая позиция, какой наглый она человек! Поведение госпожи Фэнг было подобно поведению уличного хулигана или грабителя. При этом, в качестве маскировки напускала на себя маску праведности и даже некоторого смирения. Она была поистине бесстыдна.

Шэнь Донг слегка покачал головой. “Свекровь, у меня нет возражений и не будет никаких проблем, если уважаемый Сюанье сможет разработать рецепт для лечения чумы. Но, к сожалению, его возможности ограничены. Он до сих пор не получил результата и у него нет понимания как действовать в дальнейшем. Жаль вас разочаровывать”. Что ж, даже если приходится идти на компромисс, надо приложить все усилия, чтобы не упустить свою конечную выгоду!

Кривая улыбка в одночасье покинула лицо старой леди Фэнг. “Раз это так, то больше ничего не остается. Я ухожу”. Какое неблагодарное чудовище!

“Свекровь, я приготовил великолепный стол с изысканными явствами. Как насчет того, чтобы поужинать здесь перед отъездом?”

“Я не имею на это права, возможности и желания. Просто позволь Юньсян и Линхань проводить меня.” Старая леди Фэнг холодно и надменно фыркнула и ушла вместе с мадам Чжао и Шэнь Линхань, сопровождаемыми группой горничных и слуг.

Шэнь Донг сел на стул и устало сдвинул брови. Шэнь Нинхуа лично налила чашку чая и подала ее Шэнь Донгу. “Отец, выпей пожалуйста чаю и отдохни”.

Голос Шэнь Нинхуа не был ни медленным, ни быстрым. Он звучал так, словно в нем в нем была обнадеживающая сила. Шэнь Донг поднял голову, чтобы посмотреть на нее. “Нинхуа, с тобой сегодня поступили несправедливо”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и покачала головой. “Бабушка неправильно поняла меня. Вот почему у нее были такие предубеждения. Я ее могу оправдать.” Да, она могла понять, оправдать, но никак не простить.

“Хорошо”, - Шэнь Донг удовлетворенно кивнул головой и сделал глоток чая. “Я знал, что эта работа по продолжению изучения рецепта может вызвать зависть у других, но я не ожидал, что семья Чжао будет самой нетерпеливой, прежде чем все остальные сделают шаг. Как только рецепт будет разработан, перед нами откроется широкая дорога возможностей. В будущем...” Шэнь Донг внезапно замолчал, казалось, он почувствовал, что сказал слишком много. Он оборвал свою речь и пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа.

Однако выражение лица Шэнь Нинхуа оставалось, как обычно, спокойным, как будто она не поняла, что он сказал. “Отец, не волнуйся слишком сильно. Позаботьтесь о себе. Ты глава семьи Шэнь и главный помощник императора. Теперь, когда страна в опасности, ты должен лучше заботиться о себе, чтобы спасти как можно больше страдающих людей”.

Шэнь Донг кивнул и со вздохом посмотрел на Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, ты все больше и больше становишься похожей на свою мать”.

Сердце Шэнь Нинхуа екнуло, и она изо всех сил постаралась успокоиться. “Моя мама… что она была за человек?”

Шэнь Донг выглядел несколько рассеянным. Сначала на его губах появилась слабая улыбка, а затем появилась тень обиды и нежелания. Наконец, выражение его лица медленно приобрело спокойные и мягкие очертания. Через некоторое время он поднял голову и, казалось, очень устал. “Ты сейчас же возвращайся. В эти дни в особняке неспокойно. Тебе следует быть более осторожной.”

Шэнь Нинхуа не удалось получить от Шэнь Донга никакой информации о своей матери, и она почувствовала прилив беспокойства, но в это время она не могла позволить себе потерять самообладание. Она могла только заставить себя терпеливо ждать.

К тому времени, когда она вернулась во двор Инъюэ, Цин Цюэ и Хун Лин уже встали и убирали комнату. Когда они увидели, что она входит, их глаза радостно загорелись. “Мисс, вы вернулись”.

Шэнь Нинхуа сделала паузу и спросила: “Почему вы не лежите в постели? Вы осмеливаетесь валять дурака только потому, что у вас хорошая физическая форма и подготовка? Разве вы не хотите сохранить свои навыки в боевых искусствах?”

Хун Лин вытянула шею и опустила голову. “Мисс, мы боимся, что вам будет сложно, если мы будем отсутствовать и не сможем находиться рядом с вами…”.

“Значит я должна поблагодарить вас?”

Хун Лин знала, что Шэнь Нинхуа действительно раздражена и расстроена. Она поспешно подбежала к Шэнь Нинхуа, но рана на спине заставила ее поморщиться от боли. “Мисс, не сердитесь. Мы были очень счастливы, когда услышали, что люди, которые избили нас вчера, были убиты, поэтому мы хотели хорошо послужить вам, чтобы выразить нашу благодарность”.

Шэнь Нинхуа пристально посмотрел на нее. “Хорошо. Но тебе нет необходимости выражать свою благодарность. Все быстро возвращайся и ложись. Нанесите лекарство дважды.”

Успокоив четырех служанок, Шэнь Нинхуа села на мягкую кушетку у окна, нахмурившись и пристально начала рассматривать улицу за окном.

Лицо Бай Руо все еще было бледным. Увидев обеспокоенное выражение лица Шэнь Нинхуа, она тихо спросила: “Мисс, что произошло на переднем дворе?”

“ Ничего особенного. Главная женщина семьи Чжао, старая леди Фэнг, была здесь.”

“Семья Чжао? Разве Первая леди и Вторая мисс не добьются своего?”

Шэнь Нинхуа не ответила, но Бай Руо и другие служанки могли догадаться о результате и не могли избавиться от гнева в своих сердцах. Шэнь Линхань сделала так много вещей, чтобы подставить Шэнь Нинхуа, но она могла делать это только потому, что за ней стояла семья Чжао.

Из-за двери донесся звук, и в комнату внезапно ворвалась энергичная фигура.

“Брат Лю Юнь, ты здесь?” Хун Лин тут же радостно закричала, когда увидела этого человека.

Мужчина был одет в черную мантию мастера боевых искусств, и каждое его движение было энергичным и мощным: “Приветствую вас, мисс”.

Шэнь Нинхуа мягко улыбнулась. “Взаимно”.

Лю Юнь встал и посмотрел на бледное лицо Бай Руо, и его глаза были полны беспокойства. “Мисс Бай Руо, с вами все в порядке?”

Хотя Бай Руо всегда была спокойна, в этот момент она покраснела. “Я в порядке. Спасибо тебе, брат Лю Юнь, за твою заботу”.

Лю Юнь кивнул. Высокий мужчина стоял там с несколько нервным выражением лица. “Хорошо... Я рад, что с тобой все в порядке. Я уже помог тебе прошлой ночью. Умерь свой гнев. Я избавился от тех людей, которые были виновны в избиении дубинками.”

Бай Руо улыбнулась. “Спасибо тебе, брат Лю Юнь”.

Лю Юнь жестко скривил губы. “Не за что. Если кто-нибудь будет издеваться над тобой в будущем, ты можешь прийти ко мне. Я помогу тебе выплеснуть свой гнев. Мисс, я сейчас вернусь.”

“Хорошо, уделяй больше внимания Сюаньлиню и научи его некоторым навыкам спасения жизни, чтобы он смог за себя постоять в будущем”.

”Да, мисс".

После того, как Лю Юнь ушел, Хун Лин рассмеялась и поддразнила Бай Руо. Бай Руо несколько раз смущенно посмотрел на нее.

Шэнь Нинхуа подошла к окну и посмотрела на боковой двор. Мадам Чжао следовала обратно, за ней последовали служанка Цянь и служанка Ву, которых оставила старая леди Фэнг.

“Мисс, вы что-то планируете?” - тихо спросила Бай Руо.

Шэнь Нинхуа смотрела на сияющее лицо мадам Чжао, как будто она была посторонней, и в ее глазах не было никаких эмоций. “С семьей Чжао все пока хорошо. И пока Чжао Юньсян и Шэнь Линхань не совершат преступление, которое переполнит чашу терпения императора, семья Чжао будет стоять на их стороне”.

Хун Лин возмущенно сказала: “Значит все наши предыдущие усилия были напрасны?”

Бай Руо покачала головой. В это время лучше было не говорить слишком много, чтобы не заставлять мисс волноваться. Би Чжу утешила Шэнь Нинхуа. “Мисс, не волнуйтесь слишком сильно. Хотя мы не можем заставить их страдать прямо сейчас, они также не могут причинить нам вреда. В дальнейшем мы сможем разобраться с ними постепенно, шаг за шагом”.

Шэнь Нинхуа покачала головой. В ее глазах, казалось, отражались языки пламени. “Нам нужно действовать быстро. Я не хочу все время быть запертой на заднем дворе семьи Шэнь. Только растоптав это место, я смогу уйти”.

“Мисс, вы придумали какой-нибудь способ?”

“Ситуация в суде меняется очень быстро. По сравнению с престижным премьер-министром император более настороженно относится к власти семьи своей жены. Поскольку семья Чжао достаточно сильна, чтобы закрыть нам небо, я разобью это небо для них. Давайте посмотрим, смогут ли они тогда удержать его!”

Бай Руо и остальные почувствовали прилив холода и некоторого страха, но их глаза были полны решимости. До тех пор, пока их мисс хотела что-то сделать, они делали все возможное, чтобы помочь ей в ее планах и намерениях!

В течение следующих семи дней семья Шэнь внешне казалась очень спокойной, жизнь вроде бы текла не торопливо. Но на самом деле в семье бушевали всевозможные подводные течения.

Атмосфера в суде становилась все более напряженной. Император, Бейли Цинцан, много раз сердито ругал чиновников. Все гражданские и военные чиновники дрожали, как перепела, промокшие под дождем, не в состоянии дать хоть сколь-нибудь полезные и внятные предложения.

Глава Императорского института здравоохранения Чэнь Юнь весь день провел в Императорском дворце, перелистывая почти все медицинские книги Дааня. Но даже приложив еще столько же усилий, он все еще не мог найти ни одного эффективного метода.

Чума в городе становилась все более и более серьезной, и бесчисленное множество людей заболевало и умирало.

Шэнь Нинхуа нахмурилась, когда получила информацию к последним известиям из города. Чем больше времени эта эпидемия будет продолжаться, тем опаснее будет ситуация в городе. Для нее настало время действовать.

Два дня спустя в династии Даан царила атмосфера глубочайшей тревоги и нервозности. Более половины региона Цзяннань оказались в опасности. Беженцы стекались отовсюду, надеясь найти безопасное пристанище чтобы выжить.

Семья Чжао внезапно обнародовала великую новость. Под руководством и с помощью семьи Чжао Шэнь Сюанье наконец нашел способ излечить чуму. Как только появилась эта новость, император вызвал Чжао Куна, патриарха семьи Чжао, Шэнь Донга, Шэнь Сюанье и других чиновников на ночь. После целого дня и ночи Шэнь Донг и Шэнь Сюанье вернулись в особняк Шэнь.

Шэнь Нинхуа и госпожа Су сидели в саду и издалека увидели Шэнь Донга и Шэнь Сюанье, идущих к кабинету. Они одновременно повернули головы.

Через некоторое время госпожа Су взяла чашку с чаем и сказала: “Я только что видела старшего брата и Сюанье. Я думаю, что в нашей семье Шэнь вот-вот произойдет что-то хорошее”.

Шэнь Нинхуа подняла голову. На лице мадам Су была улыбка, но эта улыбка была очень слабой. При внимательном наблюдении она могла разглядеть скрытое за этим беспокойство. “Тетя, выражение твоего лица не кажется счастливым”.

Пальцы мадам Су задрожали, и она пролила немного чая на стол. Она холодно сказала: “О, они не дорожат нынешними хорошими днями, а предпочитают лезть в горячий котел, чтобы страдать. Как я могу быть счастлива?”

Шэнь Нинхуа наблюдала, как капли воды на столе медленно растекаются, а затем высыхают. “Отец хотел воспользоваться сильным ветром, чтобы взлететь прямо вверх, но он забыл, что иногда, когда ветер был слишком сильным, он также может еще и убивать людей”.

Мадам Су вздохнула. “Я слышал, что семья Чжао хотела получить рецепт от Сюанье, а потом больше никаких новостей не было. Я думал, что Шэнь Сюанье не нашел рецепт, но потом пришла эта шокирующая новость.”

“Если семья Чжао чего-то захочет, они получат это даже из императорского дворца. Семья Шэнь - ничто в глазах семьи Чжао.” Шэнь Донг отклонил просьбу старой леди Фэнг. Но как она могла позволить семье Шэнь есть жирное мясо в одиночку? Она продолжала посылать людей приставать к нему. Шэнь Донг не осмеливался отбросить все соображения, поэтому он мог только стараться изо всех сил, чтобы получить как можно больше преимуществ. Видя, что пришло время, он сообщил новость о том, что рецепт был разработан. У двух семей действительно был хороший план.

Мадам Су посмотрела на цветущий пион рядом с лестницей и слабо вздохнула. ”Это правда".

Шэнь Нинхуа слегка скривила губы. Ее красивое лицо было почти прозрачным под солнечным светом. “Хорошо быть жадным, но, надеюсь, они не будут начинены этим большим пирогом. Тетя, не волнуйтесь слишком сильно. Просто наблюдайте, как развивается ситуация”.

Глава 69 - Кто держит все нити в своих руках?

Мадам Су знала, что она ничего не могла поделать, даже если бы была обеспокоена сложившейся ситуацией. Но в конце концов, она решила прислушаться к предложению Шэнь Нинхуа присмирить слуг и спокойно дождалась прихода бурных событий.

В регионе Цзяннань было много торговцев, а из столичных торговцев особенно много было именно из провинции Цзяннань. Когда они узнали, что семья Чжао и семья Шэнь совместно нашли лекарство от чумы, все люди были очень благодарны. Каждый день они собирались у ворот двух особняков. Некоторые опускались на колени и кланялись в знак благодарности, а другие предлагали свои вещи, поклоняясь двум семьям, как будто они дали им другую жизнь.

Под их влиянием многие других простых людей тоже пришли выразить свою благодарность. Семьям Шэнь и Чжао пришлось даже закрыть свои ворота и послать слуг объяснить собравшимся у входа, чтобы люди уходили. Однако никто не ушел, а получилось даже наоборот и у ворот особняков собралось еще больше людей.

Во дворе Инъюэ четыре известные служанки практически оправились от нанесённых им ранее побоев, особенно Цин Цюэ и Хун Лин. Эти две девушки отличались особо крепким телосложением и выносливостью. К тому же Шэнь Нинхуа дала им лучшее свое лекарство. И теперь они полностью восстановились.

Когда Хун Лин услышала о ситуации, которая сложилась перед входными воротами в особняк, она поспешно побежала доложить Шэнь Нинхуа. “Мисс, вход полон людей, и они почти полностью блокируют входную дверь. Есть даже люди, собирающиеся у задней двери. Господина вывели охранники, чтобы он отправился в суд. Это какое-то безумие”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и промолвила: “Чему тут удивляться? Отец предложил рецепт для лечения чумы. В глазах этих людей его заслуга настолько велика, что они готовы почитать его в течение нескольких поколений, установив Арку Памяти о Долголетии отца”.

Хун Лин повернула голову и сказала: “Но почему тогда у меня такое чувство, что эти люди здесь не только для того, чтобы поблагодарить Господина?”

Улыбка в глазах Шэнь Нинхуа стала еще шире. “Ты сегодня блещешь умом. Твоя догадка верна.”

“Мисс, я действительно правильно угадала?”

“Я же обещала вам тщательно сообщать о ситуации снаружи в эти дни. Разве ты не можешь сказать почему? Бай Руо, а ты понимаешь?”

Бай Руо встала и нежно помассировала плечи Шэнь Нинхуа. “Позвольте мне попытаться проанализировать. Если я скажу что-то не так, пожалуйста, поправьте меня. Согласно отчету Хун Лин за эти дни, я заметила, что каждый раз, когда толпа у дверей начинала уменьшаться и потихоньку рассеиваться, обязательно кто-то находился и начинал рассказывать о трагической ситуации в провинции Цзяннань. Или принимался плакать о разрушении их родного города, потере родных, близких и крова. Тем самым, толпа принималась слушать этого человека, переставала расходиться. Побудив людей остаться, остальные постоянно напоминали о вкладе семей Шэнь и Чжао и о том, что надо должны делать. В результате, так никто и не ушел, а наоборот, здесь собралось еще больше людей”.

Шэнь Нинхуа кивнула. “Бай Руо права. Тогда может вы догадаетесь, кто манипулирует людьми за кулисами?”

Бай Руо немного подумала и сказала: “Если я правильно догадываюсь, там должны быть люди Второго Принца и Третьего Принца. Семьи Чжао и Шэнь были сторонниками императрицы и наследного принца. Они представляли наибольшую угрозу для двух принцев. Четвертый принц всегда был равнодушен к миру и не хотел вмешиваться в эти дела. Если бы другие принцы хотели манипулировать людьми, у них, возможно, не было бы такой возможности. Мисс, я права?”

“Ты права, но почему ты не подумала о Пятом принце?” Шэнь Нинхуа посмотрела на нее.

Бай Руо сделала паузу. “ Пятый принц? Пятый принц всегда был одержим стихами и книгами. Он мягко обращается с людьми. Более того, его мать рано умерла, а его статус слишком низок. Его воспитала императорская наложница Дуань, которая состоит в команде императрицы. Это означает, что Пятый принц и наследный принц связаны друг с другом. Мисс, вы считаете, что Пятый принц может стоять за этим делом?”

Шэнь Нинхуа удивленно покачала головой, но ничего объяснять не стала. “Просто смотри”. Бейли Цзиндзе преуменьшал свое влияние, старался быть незаметным при дворе и ему это действительно удалось. Неужели он думал, что может быть кукловодом? Хм, даже если вы хотели быть желтой птицей позади богомола, который ловил цикаду, вам нужно было посмотреть, соответствуют ли лук и стрелы в руке охотника.

Любопытство Хун Лин было возбуждено, носколько бы она еще ни спрашивала, Шэнь Нинхуа ничего более не сказала. Ей оставалось только изо всех сил стараться каждый день внимательно следить за всевозможными новостями, опасаясь, что она пропустит что-нибудь действительно важное.

Вечером во дворе Шэнь Нинхуа тихо приземлилась птица с зеленым оперением. Цин Цюэ тихонько свистнула, и птичка приземлилась ей на руку. Цин Цюэ достала маленький листок бумаги, привязанный к ножке птицы и поспешно направилась к Шэнь Нинхуа, чтобы передать его.

Шэнь Нинхуа закончила читать записку, и ей потребовалось некоторое время, чтобы совладать с собой и изобразить на лице улыбку. “Цин Цюэ, возьми то, что я приготовила. Мы пойдем во дворец, чтобы засвидетельствовать свое почтение принцессе Аннинг.”

”Да, мисс".

В прошлый раз, когда Шэнь Нинхуа выходила из Дворца, принцесса Аннинг сказала ей, как можно легко проникнуть во Дворец для лечения ее болезни. Поэтому вход Шэнь Нинхуа во Дворец прошел чрезвычайно гладко.

Услышав, что Шэнь Нинхуа приезжает, принцесса Аннинг нарядилась и ждала в главном зале до ее прибытия.

“ Приветствую вас, ваше высочество.

“Нинхуа, ты здесь. Присаживайся и поговори со мной. Слуги, подайте чай.”

Дворцовая служанка быстро принесла чай, а затем неслышно удалилась.

Принцесса Аннинг была несколько беспокойна. “Нинхуа, ты приготовила лекарственные ингредиенты?”

Увидев ее встревоженное и полное надежды выражение лица, Шэнь Нинхуа улыбнулась и кивнула. ”Верно, я уже приготовил противоядие для ранней стадии".

Лицо Бейли Аннинг расцвело от внезапной и яркой улыбки. Ее красивое лицо просто сияло в этот миг. “Отлично, отлично”.

Шэнь Нинхуа не стала держать ее в напряжении. Она достала из рукава нефритовую бутылочку и сказала: “Здесь пятнадцать таблеток противоядия. Принимайте по одной таблетке каждый день. После приема таблетки у вас могут возникнуть некоторые неприятные симптомы. Но не тревожьтесь и ни в коем случае не прекращайте прием этого лекарства”.

“Пока я верю в то, что смогу избавиться от этого зловония, я могу вынести все, что угодно”. Принцесса Аннинг встала и приняла первую таблетку противоядия. Она никого не просила проверить противоядие, не колебалась а сразу высыпала одну таблетку и проглотила ее.

Шэнь Нинхуа был слегка удивлена ее поступком. Но, подумав о том, как сильно Аннинг хотела избавиться от влияния токсинов в ее организме, она поняла. Несмотря ни на что другое, это чувство доверия было неплохим.

“Ваше высочество, помимо доставки лекарства, у меня есть кое-что еще, что нуждается в вашей помощи”.

Бейли Аннинг проглотила таблетку. Она почувствовала, что таблетка мгновенно растаяла у нее во рту, и все ее тело налилось теплом. Ее настроение заметно улучшилось и она сказала с улыбкой в голосе: “Нинхуа, если ты чего-то хочешь, просто скажи это. Пока я могу это делать, я обязательно помогу тебе”.

Улыбка на лице Шэнь Нинхуа померкла. “Ваше высочество должны были слышать, что чума в городе Пин распространилась более чем на половину провинции Цзяннань. Люди страдают. Все в Даане надеются, что эта катастрофа быстро закончится.”

“Ты права. Несколько дней назад мой отец и второй брат были в большом беспокойстве. К счастью, рецепт был разработан. Это все благодаря твоей семье.”

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. “Старый доктор, который лечил меня, был опытным врачом, но он был очень своеобразным, жил отшельником. Когда он скончался, он оставил мне кое-какие вещи. Большинство этих вещей – это рецепты на изобретенные им лекарства и таблетки. Моя вторая сестра сломала ногу, и я дала ей несколько таблеток. Когда мой отец узнал об этом, он забрал довольно много бутылок. Мой младший брат, Шэнь Сюанье, научился медицинским навыкам у мастера Ляо Чэня и разработал довольно много рецептов, проанализировав рецепты, которые он получил от меня.”

Принцесса Аннинг широко раскрыла глаза. “Я думал, что они нашли какую-то пропавшую медицинскую книгу или что врач нашел решение, но на самом деле они разработали рецепт, изучив твои лекарства и материалы. Почему ты так простодушно позволила им присвоить себе все заслуги ни за что?”

Выражение лица Шэнь Нинхуа было слегка торжественным. “Ваше высочество, я никогда не думала о том, чтобы бороться за признание. Если бы не было ничего другого, я бы точно не стала вам об этом рассказывать. Я просто волнуюсь… Я беспокоюсь, что с рецептом может быть что-то не так!”

«Что?» Бейли Аннинг была шокирована. “Я слышала от второго брата, что после получения рецепта мой отец был очень счастлив. Он уже собрал лекарственные ингредиенты для приготовления лекарства и отправил его в Цзяннань на ночь. Если бы была какая-то проблема с рецептом, разве эти люди не пострадали бы?” Прошло уже шесть или семь дней. Теперь было слишком поздно издавать императорский указ о возвращении лекарства. В регионе Цзяннань было не просто два человека, а десятки тысяч людей!

Шэнь Нинхуа была очень расстроена. “Я всего лишь девушка. Отец забрал таблетки, но он не доверял мне. У меня никогда не было возможности увидеть рецепт, который разработали отец и второй брат. Всего несколько дней назад, когда семья Чжао обсуждала это с отцом, у меня была возможность увидеть рецепт. Если бы я увидела это раньше, я бы смогла остановить Его Величество от распространения лекарства.”

“После того, как Его Величество получил рецепт, он попросил Императорский институт здравоохранения изучить его. В институте только сказали, что рецепт был потрясающим, но не знали, действительно ли он помогает от чумы. Они знали только, что это безвредно для человеческого организма. Чтобы успокоить народ, Его Величество непосредственно начал собирать лекарственные ингредиенты. Нинхуа, что может быть не так с рецептом?”

”Рецепт кажется безвредным для организма, и он дает очень быстрый эффект. Однако жители региона Цзяннань живут близко к воде и часто едят рыбу и морепродукты. Когда лекарство начнет действовать на ранней стадии, у них, вероятно, появятся серьезные симптомы диареи менее чем через два дня. Но с учетом, что они уже очень слабы, и все их тело будет истощено, диарея может привести к обезвоживанию организма и смерти”.

Принцесса Аннинг встала и с тревогой прошлась по залу. “Нинхуа, что нам делать с этим делом? В Цзяннани так много людей. Мы не можем просто смотреть и позволять им умирать”.

Шэнь Нинхуа кивнула с серьезным выражением лица. “Сначала идите и найдите Второго принца, а потом он поведет нас на встречу с Его Величеством”.

Бейли Аннинг был ошеломлена. Тревога в ее сердце внезапно утихла. Она озадачено посмотрела на Шэнь Нинхуа. Спасение жителей провинции Цзяннань было бы очень большой заслугой. Обращение за помощью к ее второму брату было почти равносильно тому, чтобы отдать все лавры королевской семье. Зачем ей это делать?

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась. “Ваше высочество, вы, должно быть, удивляетесь, почему я лично не отправилась к его Величеству и не присвоила себе эту заслугу, верно?”

“Это верно. Я также слышала, что, хотя ты и первая дочь семьи Шэнь, тебя не жалуют. После всего этого вас больше не будут недооценивать”.

Шэнь Нинхуа беззаботно улыбнулась. “То, что меня недооценивают, всего лишь означает, что меня не будут использовать в своих интересах. Это избавляет меня от многих неприятностей.”

Бейли Аннинг внезапно подняла голову и посмотрела на лицо Шэнь Нинхуа, на котором светилась слабая улыбка. Внезапно она ощутила легкое сочувствие к девушке, стоящей перед ней. Она тоже не пользовалась благосклонностью. Хотя иногда она испытывала негодование, когда видела других сестер, которых заставляли вступать в политические браки, она также была рада, что ее не жаловали. Однако, как принцесса королевской семьи, она должна выполнять свои обязанности. Ей просто нужно было подождать и посмотреть.

“Нинхуа, я пошлю за своим вторым братом. Пожалуйста, подождите минутку.”

От двери донесся звук уверенных шагов. Бейли Цзиньчуань вошла с серьезным выражением лица. “Нет необходимости посылать за мной. Я здесь.”

Глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули. Она не была удивлена, что он появился в этот момент. “ Приветствую вас, ваше высочество.

Бейли Цзиньчуань подошел к Шэнь Нинхуа и серьезно посмотрел на нее, как будто хотел запечатлеть ее внешность в глубине своего сердца.

Шэнь Нинхуа согнула ноги в коленях, делая реверанс и поклонилась, отдавая честь. Поскольку Бейли Цзиньчуань не просил ее встать, она сохраняла свою позу, не делая никаких движений. Только шпилька на ее голове издавала какие-то непонятные звуки.

Бейли Цзиньчуань внимательно посмотрел на девушку, стоявшую перед ним. Она почтительно кланялась и не совершила ни малейшей ошибки, но он почувствовал пустоту в своем сердце. Она явно была прямо перед ним, но заставляла его чувствовать себя так, словно находилась на другом конце света. Даже если ее этикет был безупречен, это не означало никакого послушания. Она была вне его досягаемости, он не мог ее схватить и удержать.

“Шэнь Нинхуа, пойдем со мной на встречу с Его Величеством.

Глава 70 - Покажи Мне Свой Следующий Ход!

Шэнь Нинхуа посмотрела Бейли Цзиньчуаню прямо в глаза и сказал: “Ваше высочество, я полагаю, вы это слышали. Я не хочу участвовать в этом деле”.

“Ты - тот человек, кто обнаружил проблему с рецептом. Как ты можешь не участвовать?”

“Если вы сами делаете какие-то таблетки по рецепту и позволяете каким-то людям тестировать их, вы сможете доказать, что с рецептом что-то не так”.

Бейли Цзиньчуань повернулась к принцессе Аннинг и сказала: “Аннинг, ты пока не выходи”.

Бейли Аннинг с беспокойством посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Брат, Нинхуа не желает участвовать в этом деле, так что не заставляй ее”.

“Убирайся!” Голос Бейли Цзиньчуаня был суров.

"Хорошо." Бейли Аннинг прикусила губу и посмотрела на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа улыбнулась ей. “Ваше высочество, пожалуйста, не беспокойтесь обо сне. Подчинитесь своему брату”.

Когда в главном зале остались только они вдвоем, Бейли Цзиньчуань нахмурился. “Шэнь Нинхуа, почему бы тебе не набраться благоразумия и не указать на проблему с рецептом? Я хочу услышать правду.”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: “Ваше высочество, если вы мне не верите. Не смотря на то, что что я сказала – чистая правда. Но вы все равно считаете мои слова ложью. Так зачем утруждать себя тем, чтобы доказать свою правоту?”

Они посмотрели друг на друга, и ни один из них не уступил в своей решимости остаться на своих позициях. Они очень хотели добиться успеха и заставить другого уступить, но никто не преуспел в этом поединке.

После бесконечно затянувшейся паузы Бейли Цзиньчуань вздохнул. “Даже если ты не будешь участвовать, его Величество все равно обязательно узнает о тебе. Так что тебе нет необходимости так настаивать.”

В этот момент Шэнь Нинхуа внезапно расплылась в улыбке. “Ваше высочество, иногда это прекрасно, если его Величество готов дать вам много вещей, но вы не можете проявить инициативу и бороться за них. Вы меня понимаете? ”

Бейли Цзиньчуань был ошеломлен, и его сердце внезапно затрепетало.

Если бы он и Шэнь Нинхуа отправились прямо к Его Величеству, возможно, император заподозрил бы, что они спланировали все это, чтобы устроить заговор против императрицы и наследного принца. Но случился небольшой поворот в этом деле и император уже сам узнает правду. Но это будет совсем другая история. Которая будет заключаться в том, что они не хотели участвовать в этом деле, потому что не хотели вызывать никаких недоразумений. Но они неожиданно обнаружили, что с рецептом что-то не так. Чтобы не навредить наследному принцу, они также не осмеливались сказать это и могли только думать о том, как сделать это косвенным образом. Теперь же, когда они высказали это вслух, это может лишь означать, что все было сделано ради общей ситуации, и у них не было другого выбора.

“Я понимаю”. Глаза Бейли Цзиньчуаня загорелись, и он не знал, как похвалить ее. “Нинхуа, ты действительно... действительно умная!”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и посмотрела на него. - Благодарю вас за комплимент, ваше высочество. Тогда вы должны знать, что делать сейчас, верно?”

“Я понимаю. Я вышлю тебя из Дворца прямо сейчас. Просто оставайся дома и жди моих хороших новостей”.

”Хорошо, тогда позвольте мне откланяться". Шэнь Нинхуа церемонно поклонилась и вышла из зала.

Бейли Цзиньчуань слегка сжал кулаки и задумался. Шэнь Нинхуа, поскольку ты не хотела вмешиваться, я бы не стал тебя принуждать. Но я бы помог тебе получить то, что ты заслуживаешь. Семья Шэнь и семья Чжао жили слишком комфортно все это время. Им будет полезно немного потерять в своем комфорте.

Когда Шэнь Нинхуа вернулась в особняк Шэнь, она услышала доносящиеся издалека звуки струнных музыкальных инструментов. Случайно увидев дворецкого Ван Фу, идущего к ней, Шэнь Нинхуа спросила: “Дворецкий Ван, что-то случилось в семье?”

”Приветствую Тебя, Старшая Юная Леди. Мисс, вы вернулись. Старший Молодой Господин тоже давно вернулся, но мы не устраивали для него приветственный банкет. Сегодня Господин пригласил домой много молодых людей того же возраста, что и Старший Молодой Господин. Он также пригласил труппу для постановки оперы. Вторая Молодая Леди и мадам тоже здесь. Если вам интересно, вы можете пойти и посмотреть.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и покачала головой. “Не нужно, мои служанки еще не пришли в себя. Мне все равно нужно вернуться и посмотреть.”

“Тогда позвольте мне опередить вас. Молодой Господин велел мне принести немного вина.”

“Хорошо, иди”.

После того, как Ван Фу ушел, Шэнь Нинхуа издалека посмотрел в сторону главного двора. Она слегка скривила губы и направилась ко двору Инъюэ.

Шэнь Сюаньлинь ходил взад и вперед у входа во двор Инъюэ, когда внезапно почувствовал, что кто-то похлопывает его по плечу. Он поспешно обернулся и удивленно крикнул: “Старшая сестра, ты вернулась?”

"Да. Почему ты здесь? Разве ты не должен сейчас заниматься боевыми искусствами со своим учителем?”

Шэнь Сюаньлинь выпрямился и гордо сказал: “Учитель сказал, что в последнее время я значительно продвинулся в своем обучении и достиг неплохих успехов. Поэтому он позволил мне сегодня взять выходной”.

Шэнь Нинхуа спокойно сказала: “Не успокаивайся и не расслабляйся”.

“Да, старшая сестра, не волнуйся. Я буду прилежен в изучении боевых искусств, чтобы защитить тебя в будущем. И разумеется я не собираюсь расслабляться или надуваться самодовольством как глупый пузырь”. Черные глаза Шэнь Сюаньлинь ярко сияли, и они были полны решимости. Он был похож на маленького волка, который поставил перед собой цель и никогда не сдастся, пока не достигнет ее.

“Что ж, хорошо, что ты помнишь. Поскольку ты сегодня не занимаешься боевыми искусствами, тогда пойдем со мной. Я научу тебя каллиграфии. Поскольку у тебя есть амбиции, то тебе нужно знать, как переносить трудности, прежде чем ты сможешь выделиться среди других. Помимо занятий боевыми искусствами, тебе нужно каждый день писать два листа каллиграфии. Я буду проверять их каждый день”.

Шэнь Сюаньлинь не чувствовал, что Шэнь Нинхуа как-то его обременяет. Вместо этого его сердце было наполнено честолюбием. “Хорошо, старшая сестра, не волнуйся. В будущем я обязательно стану генералом, который разбирается как в литературе, так и в боевых искусствах”.

Шэнь Нинхуа тихо усмехнулась. “Хорошо, я тебе верю”.

Шэнь Нинхуа написала два листа иероглифов своим каллиграфическим почерком для Шэнь Сюаньлинь, чтобы она попрактиковалась в маленьком кабинете. Затем она направилась в главный зал. Вскоре после этого Лю Юнь выпрыгнул из окна и поздоровался: “Мисс”.

“Лю Юнь, ты уже довольно давно живешь в особняке Шэнь. Я полагаю, ты уже успел ознакомиться с ситуацией в доме. Если я попрошу тебя проникнуть в кабинет Шэнь Сюанье, сможешь ли ты сделать это так, чтобы тебя не обнаружили?”

“Мисс, быть незаметным очень легко. Однако на днях я узнал, что кабинет Шэнь Сюанье был построен по указанию вашего отца. Внутри есть несколько сложных механизмов, которые могут подать сигнал и обозначить непрошенного гостя. И я пока еще не понял, как работают эти механизмы”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась: “Это не проблема. Я знаю, как они работают. Я подробно опишу механизмы. Сегодня можешь попробовать войти туда легко и плавно. Если получится, дай мне несколько рукописей рецептов Шэнь Сюанье. Если у тебя не получится, не действуй опрометчиво и сделайте все возможное, чтобы защитить себя ”.

“Да, мисс, я понимаю”.

“Ммм…, Бай Руо почти полностью восстановилась. Ты можешь пойти и повидаться с ней.”

Тело Лю Юня напряглось, а затем он кивнул. “Мм…Тогда я с вашего позволения пойду и повидаюсь с ней.”

В последние несколько дней вход в особняк премьер-министра был заполнен людьми, живо рассказывающими о достижениях семей Чжао и Шэнь. Теперь они называют Шэнь Сюанье “Несравненным Молодым Господином”, что означало, что его имя не имело аналогов в мире, и никто не мог сравниться с ним.

Когда Шэнь Нинхуа услышала эту новость от Хун Лин, она долго смеялась. В глубине души она подумала, какая странная реакция была бы у Чу Цзюньи, когда он вернулся из Цзяннани и услышал это название.

Хун Лин принесла Шэнь Нинхуа каллиграфию, написанную Шэнь Сюаньлинем. ”Мисс, это прислал молодой мастер Сюаньлинь".

Шэнь Нинхуа взял его работу и внимательно просмотрела. Затем она подняла кисть и написала сбоку примечание. После чего она попросила Цин Цюэ отправить его обратно. “Хонг Лин, есть ли какие-нибудь новости за последние два дня?”

“Мисс, Второй принц послал кого-то связаться со мной и сказал, что он сообщил о проблеме с рецептом Его Величеству. Однако за последние два дня Его величество никак не отреагировал. Казалось, ему было все равно.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа застыло. “Невозможно, чтобы Его Величество просто проигнорировал этот вопрос. Есть две возможности: либо он хочет рискнуть и думает, что в рецепте нет серьезной ошибки, либо последствия этого дела слишком серьезны, и как только новость выйдет наружу, это, вероятно, вызовет недовольство среди людей и может привести к беспорядкам в стране. Я думаю, что последнее более вероятно. В эти дни вам следует подготовиться. Небо скоро изменится.”

На следующий день перед рассветом Бай Руо разбудил Шэнь Нинхуа. “Мисс, кое-что случилось. Мастер и Молодой Господин Сюанье были доставлены во Дворец.”

Шэнь Нинхуа открыла глаза. В ее ясных глазах не было ни малейшей сонливости. “Я слышу. Сообщите Лю Юню, и пусть он сделает ход.”

"Да."

Мадам Чжао села на стул и погладила свой живот. Почему-то она не могла усидеть на месте. В последнее время Шэнь Донга и Шэнь Сюанье часто вызывали во Дворец. Но каждый раз приходил евнух, чтобы вежливо передать устный указ императора. Это был первый раз, когда их прямо так увезли.

“Вэнь Цю, я все еще чувствую, что что-то не так. Возьми мое письмо и иди к семье Чжао, чтобы спросить мою мать, не случилось ли чего.”

“Да, мадам. Немедленно иду.”

Прежде чем Вэнь Цю ушел, прибыл слуга семьи Чжао. Этим человеком была служанка Ли, которая была служанкой госпожи Чжан, жены герцога Вэя.

“ Приветствую вас, ваша светлость.

Мадам Чжао была немного встревожена. “Почему моя невестка попросила вас прийти?”

Лицо сестры Ли дернулось. “Мадам попросила меня сказать вам три слова”.

«Какие?»

“Молись об удаче”.

Мадам Чжао внезапно сжала пальцы, и ее сердце бешено заколотилось. “Что моя невестка имеет в виду под этим?”

”Мадам сказала, что даже несмотря на то, что мисс Линхань выпила лекарство, которое могло вылечить мисс Руюн, она не могла просто смотреть, как ты умираешь, ничего не делая. Говорят, что на этот раз с рецептом что-то не так. Мадам просила меня передать вам, что молодой мастер Сюанье отвечал за разработку рецепта. Если что-нибудь случится, семья Чжао обязательно протянет руку помощи. Пожалуйста, будьте уверены”.

Мадам Чжао прикрыла грудь и чуть не выплюнула полный рот крови. Ее глаза позеленели от ненависти. “Вэнь Цю, выпусти эту служанку!” Было ясно, что семья Чжао была полна решимости отказаться от семьи Шэнь!

Сестра Ли холодно улыбнулась. Она стряхнула со своего плеча руку Вэнь Цю и вышла.

Мадам Чжао на мгновение остолбенела, а затем в бешенстве швырнула на землю все, что смогла найти. “Какие же они все дряни! Когда Сюанье разработал рецепт, они окружили нас, как мухи. Теперь пришло время взять на себя ответственность, но все они прячутся подальше! Я не хочу, я не хочу!”

Служанка Ву и служанка Цянь ошеломленно смотрели на истерику госпожи и поспешно шагнули вперед, чтобы остановить ее. “Мадам, у вас все еще есть ребенок. Вам надо быть осторожной.”

“Проваливайте. Все вы, убирайтесь отсюда!”

Две служанки обменялись взглядами и молча вышли из палаты.

Мадам Чжао упала на землю, не замечая жгучую боль в животе. Она не пользовалась благосклонностью семьи Чжао и полагалась исключительно на Шэнь Донга, чтобы получить свое нынешнее положение. Если Шэнь Донг лишится власти, она потеряет все.

Вэнь Цю вбежал и сказал: “Мадам, почему вы сидите на земле? Быстро вставайте.”

Мадам Чжао помогли подняться. Она сидела на своем месте и ломала голову, пытаясь придумать выход. Она не могла паниковать. Должен быть способ разрешить стоящее перед ней затруднительное положение. С рецептом было что-то не так…Рецепт…Ах да, Шэнь Нинхуа!

“Иди, быстро иди, позови Шэнь Нинхуа!” Все это должно быть разработано Шэнь Нинхуа. Должно быть, это придумала эта дрянная девчонка! С тех пор, как она накормила Линхань лекарством, она планировала шаг за шагом подталкивать семью Шэнь к краю обрыва!

“Мадам, мадам, плохие новости”. Ван Фу вполз и сказал: “Мадам... это очень плохо”.

У мадам Чжао ужасно болела голова, и она почти не могла усидеть на месте. ”Что теперь?"

“Кабинет Старшего Молодого Господина в огне. Все рукописи, связанные с его рецептами, уничтожены!”

«Что?» Глаза мадам Чжао потемнели, и она была готова упасть на землю.

“Мадам!” Ван Фу закричал, но он был недостаточно быстр, чтобы поддержать ее. Как раз в тот момент, когда он подумал, что она упадет, он увидел мелькнувшую перед ним фигуру. Служанка уже поддержала госпожу Чжао. Это была Цин Цюэ

Ван Фу поспешно обернулся и сказал: “Старшая Юная леди, вы здесь?”

Глава 71 - Давайте Покончим С Этим Сегодня

Шэнь Нинхуа была одета в расшитую атласную одежду. Подол и рукава были украшены крупными красными азалиями с ярко-красными лепестками и светлыми тычинками. Этот узор придавал ей красивый, благородный и неповторимый вид.

Мадам Чжао подняла глаза на Шэнь Нинхуа, идущую против света. На мгновение она, казалось, была ошеломлена. “Старшая сестра...”

Зрачки Шэнь Нинхуа внезапно сузились. Та, кого Чжао Юньсян могла бы назвать старшей сестрой, должно быть, ее мать, Ся Цзинянь. Ее глаза переместились, и она немедленно спросила: “Почему ты сидишь на земле?”

Мадам Чжао дрожала, она все еще была в трансе. “Я... я... старшая сестра, почему ты вернулась? Разве ты не умерла с миром? Ты обвиняешь меня в том, что я не выполнил то, что обещала тебе? Это была не моя вина, это была не моя вина...”

Вэнь Цю с силой потряс мадам Чжао за руки. “Мадам, мадам, что с вами, скажите, что случилось?”

Мадам Чжао внезапно пришла в себя. Когда она разглядела человека перед собой, ее лицо сразу же побледнело. “Шэнь Нинхуа!”

Шэнь Нинхуа взглянула на Вэнь Цю. Тень жалости мелькнула в ее глазах, но она быстро исчезла. “Приветствую тебя, мама. У тебя все еще есть ребенок. Пожалуйста, береги себя как следует. Вэнь Цю, сходи и принеси немного каши из птичьего гнезда, чтобы помочь маме снять шок.” Казалось, что мадам Чжао должна была знать причину смерти своей родной матери. И раз так, то торопиться нет смысла. У нее было много способов выудить правду из уст мадам Чжао.

“Нет никакой необходимости приносить с собой птичье гнездо. У меня сейчас даже нет аппетита к Печени Дракона или Костному мозгу Феникса. Шэнь Нинхуа, теперь ты счастлива?” Мадам Чжао с ненавистью посмотрела на нее, словно пыталась взглядом просверлить огромную дыру в ее теле своим взглядом.

Шэнь Нинхуа подошла к стулу рядом с ней и села. Цин Цюэ и Би Чжу стояли чуть позади нее. “О чем ты говоришь? Я тебя не понимаю. Я слышал, что отца и брата Сюанье вызвали во Дворец. Я тоже волнуюсь. Мама, не пойми меня неправильно.”

“Я тебя неправильно поняла?” Мадам Чжао пристально посмотрела на нее. “Шэнь Нинхуа, это все твоих рук дело, это ты все придумала! Ты хочешь убить нас, не так ли?”

Шэнь Нинхуа окинула ее холодным взглядом. Она встала и поправила платье. “Мама, поскольку у тебя нет ничего важного, я сейчас пойду во Дворец. Его величество вызвал меня.

“Как ты смеешь!” Мадам Чжао сердито схватила со стола фарфоровую бутылку и швырнула ее в спину Шэнь Нинхуа. Цин Цюэ развернулась и точным ударом ноги вернула фарфоровую бутылку мадам Чжао, разбившуюся об пол у ног мадам.

Мадам Чжао глубоко вздохнула. Она стиснула зубы и закричала: “Шэнь Нинхуа, ты дрянь и негодяйка, я должна была позволить твоему отцу задушить тебя до смерти!”

Шэнь Нинхуа остановилась и обернулась. Ее голос был холодным и бесстрастным. “Жаль, что я не умерла, потому что теперь вы все должны умереть”.

“Ты…ты сука!”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Мама, ты должна хорошо заботиться о своем теле и думать о том, как защитить семью Шэнь”.

Госпожа Чжао безвольно сидела на земле и смотрела, как уходит Шэнь Нинхуа. На ее лице не было ни следа румянца. Она была бледная как снег. Шэнь Линхань вбежала в двери. Увидев бледное лицо матери она запаниковала. “Мама, что с тобой случилось? Шэнь Нинхуа что-то с тобой сделал? Эта дрянь, я пойду и разберусь с ней!”

“Остановись!”

“Мама?”

“Оставайся дома. Я иду к семье Чжао. Если твои отец и брат вернулись, пошли людей сообщить мне.” Госпожа Чжао встала и с бледным лицом направилась к двери.

Шэнь Линхань шагнула вперед, чтобы поддержать ее. “Мама, я пойду с тобой просить за нас у бабушки. Она обязательно нам поможет”.

Мадам Чжао посмотрела на нее. Впервые она почувствовала, что Шэнь Линхань слишком неразумна и неопытна в житейских делах. “Бабушка? Линхань, я всего лишь дочь, рожденная наложницей.” Оказавшись в сложной ситуации, они были бы первыми, кого бросили бы. Неужели она действительно думала, что семья Чжао будет заботится о них? Если бы это было правдой, госпожа Чжан не провоцировала бы их так открыто!

Шэнь Линхань была ошеломлена. Она стояла там и не могла понять как ей реагировать. В глубине души она всегда считала, что родилась с серебряной ложкой во рту. На самом деле, она всегда считала императрицу Чжао Хуэйин образцом для подражания. Она думала, что уступает только императрице Чжао. Она никогда не думала, что однажды потеряет все.

“Мама, мы можем попросить наследного принца. Он поможет нам”.

Мадам Чжао внезапно остановилась. “Наследный принц?”

"Да." Шен Линхань стиснула зубы. “Тогда, во Дворце, он лично подарил мне этот нефритовый кулон и сказал, что может жениться на мне как на своей наложнице. С наследным принцем и императрицей мы определенно сможем преодолеть эти сложные времена, который наступили для нас”.

Мадам Чжао на некоторое время задумалась. Затем, ничего не сказав, она повернулась и вышла.

За южными воротами столицы послышалось лошадиное ржание.

Лошадь с самым срочным сообщением мчалась галопом на предельной скорости всю дорогу до столицы. Разносчики, которые вовремя не увернулись, были сбиты с ног на улице, но они даже не посмели закричать от боли. Они поспешно отползали в сторону и прятались.

У входа во Дворец торжественно стояли стражники, и их длинные копья сияли холодным светом. Когда они издалека увидели лошадь, скачущую к ним галопом, они схватили крепче свое оружие в попытке остановить всадника.

“Самое срочное сообщение. Откройте дворцовые ворота!”

Всадник на лошади, не сбавляя скорости, помчался к нему, держа в руке золотой жетон.

Когда стражники увидели золотой жетон, они поспешно уступили ему дорогу и медленно открыли толстые ворота Дворца. Всадник хлестнул своего коня и поскакал к дворцу Чэнцянь.

Мгновение спустя послышались тяжелые звуки барабана. “Бах! Бах! Бах!” Один за другим звук становился все громче и быстрее. Вся столица погрузилась в тишину, и только звук тяжелых барабанов был слышен по всей столице.

Были мобилизованы чиновники всех рангов. Даже принц Гун и принц Чжи, которые годами не посещали двор из-за преклонного возраста, поспешили в императорский дворец в своих придворных мундирах.

Чиновники выше пятого ранга, которые имели на это право, все прибыли во Дворец и ждали приказов во дворце Чэнцянь. Те, кто не имел права входить во Дворец, преклоняли колени у Ворот Меридиана. Простые люди встали на колени позади чиновников и окружили Дворец, образовав круг, состоящий из концентрических кругов с Дворцом в центре.

Небесный Барабан бил только тогда, когда происходило что-то важное, касающееся безопасности страны. Пока звучат барабаны, достойные чиновники всех рангов должны входить во Дворец до тех пор, пока они могут дышать. Любой, кто осмелится опоздать, будет убит. Этот барабан звучал только один раз, когда Даан сражался против Великого Королевства Юэ. Эта война длилась два года, в результате чего погибли и получили ранения сотни тысяч солдат. Даану потребовалось десять лет, чтобы восстановить восемьдесят процентов своей жизненной силы. Это был второй раз, когда ударили в Небесный Барабан.

Когда зазвучал барабан, Шэнь Нинхуа была во дворце принцессы Аннинг. Услышав этот звук, принцесса Аннинг внезапно встала и опустилась на колени в направлении дворца Чэнцянь. Поклонившись и отдав честь, она немедленно переоделась одежду принцессы и вышла вместе с Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, Небесный Барабан звонит. Если проблема не будет успешно решена, мир действительно погрузится в хаос”.

Шэнь Нинхуа посмотрела в сторону дворца Чэнцянь. Выражение ее лица было спокойным, без каких-либо эмоций. “Ваше высочество, не волнуйтесь. С императором и принцами здесь мир не погрузится в хаос.”

Принцесса Аннинг кивнула и выдавила из себя улыбку. “Я надеюсь на это”.

Во дворце Чэнцянь император Бейли Цинцан сидел на золотом троне, вокруг него физически ощущалась холодная аура беспощадного повелителя. Гражданские и военные чиновники преклонили колени по обе стороны зала, в то время как Шэнь Донг, Чжао Кун и Шэнь Сюанье преклонили колени в центре зала.

Пристальный взгляд Бейли Цинцана был подобен горе, плотно давящей на головы всех присутствующих, заставляя их еще больше ощущать свою ничтожность перед императором, от чего они практически не дышали.

“Эпидемия чумы в Цзяннани поставила сотни тысяч людей в тяжелое положение. Я кормлю вас всех уже много лет. Сейчас самое время для вас внести свой вклад. Кто может сказать мне, что делать?”

В зале было совершенно тихо, и все официальные лица молчали.

«Что? Тебе сейчас нечего сказать? Обычно вы, все остры на язык, но что теперь? Вас отравили и сделали немым?”

“Ваше величество, наша вина заслуживает десяти тысяч смертей”.

Бейли Цинцан холодно улыбнулась. “Поскольку вы сказали, что заслуживаете смерти, тогда я позволю охранникам вытащить вас всех и обезглавить, чтобы мне не пришлось тратить свои деньги на сбор кучи мусора!”

Гражданские и военные чиновники опустились на колени и закричали: “Ваше величество, пожалуйста, уймите свой гнев. Ваше величество, пожалуйста, пощадите наши жизни!”

“Поскольку вы не знаете, как решить эту проблему, тогда используйте свою голову, чтобы хорошенько подумать. Когда вы придете к решению, можете вставать. ” Бейли Цинцан глубоко нахмурился и холодно приказал.

Наследный принц Бейли Цзиньи встал и сказал: “Ваше величество, я должен кое-что сказать вам”.

“Давай!”

“Ваше величество, семьи Шэнь и Чжао совместно разработали рецепт для лечения чумы. Рецепт действительно был эффективен в самом начале. Только через два дня у него появились некоторые побочные эффекты, что привело к серьезным последствиям. Это, по крайней мере, означало, что рецепт все еще остается эффективным. В таком случае, почему бы не позволить двум семьям представить свои исследовательские рукописи и позволить Имперскому институту здравоохранения изучить их в целом? Возможно, они могли бы найти способы улучшить рецепт и спасти людей от болезни”.

Официальные лица в суде услышали это, и все согласились.

“Его высочество прав”.

“Да, лучший способ сейчас - это найти противоядие”.

“Правильно, это именно тот выход”.

Бейли Цинцан слегка нахмурился, и чиновники внизу мгновенно притихли.

“Предложение наследного принца не так уж плохо. Шэнь Донг и Чжао Кун, вы должны согласиться с советом наследного принца, верно?”

Шэнь Донг опустился на колени и покрылся холодным потом. Теперь он очень сожалел о том, что сделал. Если бы он не изучал эти рецепты из жадности, сегодня не было бы такой проблемы. Однако он уже был прижат к обрыву, и один шаг назад был пропастью. У него не было другого выбора, кроме как стиснуть зубы и сказать: “Ваше величество, все исследовательские рукописи рецепта находятся у меня дома”.

“Что ж, в таком случае”, - прежде чем Бейли Цинцан успел закончить фразу, из-за двери послышался голос евнуха.

“Докладывайте! Губернатор Столичной стражи хочет быть принятым Вашим величеством.”

Бейли Цинцан нахмурился. “Вызовите его сюда”.

Быстро вбежал начальник Столичной стражи и сказал: “Ваше Величество, по пути во Дворец я проходил мимо особняка премьер-министра Шэня и услышал, что кабинет в его особняке был в огне, а все рукописи для изучения рецепта сгорели дотла”.

Первоначально Шэнь Донг стоял на коленях на земле, но когда он услышал это, его руки ослабли, и он чуть не упал на землю. Рукописи были уничтожены. Неужели это все было лишь таким трагичным совпадением?

Вены на лбу Бейли Цинцана вздулись, и его гнев был готов вырваться наружу. “Хорошо, это действительно хорошо!”

“Ваше величество, рецепт был разработан моим сыном Шэнь Сюанье. Он может повторить процесс исследования. Сюанье, это правда?”

Под пристальным взглядом Шэнь Донга Шэнь Сюанье поспешно кивнул. “Ваше величество, я могу повторить это”.

Чэнь Юнь покачал головой. “Ваше величество, простите меня за прямоту. Это первый случай, когда мы изучили рецепт для лечения чумы. Можно сказать, что у нас нет ни единой зацепки. Что касается того, правильна или ошибочна идея Шэнь Сюанье, у нас вообще нет возможности узнать.”

Глаза Шэнь Сюанье дрогнули, когда он внезапно сказал: “Ваше величество, моя старшая сестра Шэнь Нинхуа дала лекарство от чумы. Я придумал рецепт только после анализа ингредиентов лекарства. Возможно, у моей старшей сестры все еще есть лекарство!”

Глаза второго принца Бейли Цзиньчуаня резко сузились, и в его сердце вспыхнуло холодное намерение убить. Этот Шэнь Сюанье действительно заслуживал смерти, если хотел забрать Нинхуа с собой!

Бейли Цинцан нахмурился, вспомнив девушку, которую видел в прошлый раз, и в его глазах промелькнуло неясное чувство. “Призови Шэнь Нинхуа”.

Громкое и четкое объявление разнеслось по всему двору. “Призовите Шэнь Нинхуа!”

Чжэн Минхуа встал рядом с принцессой Аннин и посмотрел в сторону дворца Чэнцянь. Темные тучи промелькнули в ее глазах. Семья Шен, давайте покончим с этим сегодня…

Глава 72 - Кто был Предателем?

Шэнь Нинхуа сложила руки на талии и смотрела прямо перед собой, выпрямив стройную спину. Платье было расшито большими цветками азалий и очаровательно развевалось в такт ее движениям, как море цветов.

Ее взгляд скользнул по императору на троне, принцам под лестницей и, наконец, остановился на Шэнь Донге и других, стоявших на коленях на земле.

Всякий раз, когда возникала большая проблема, она всегда была первой, кого использовали в качестве щита. Всякий раз, когда случался несчастный случай, ее в первую очередь подозревали. Всякий раз, когда возникала проблема, ее обвиняли в первую очередь. Теперь кто-то должен быть принесен в жертву, и она все равно была первой, кого использовали! Разве у нее тоже не было сердца? Разве ее сердце не было бы разбито? Была ли она тем человеком, который заслуживал смерти десять тысяч раз?

“ Приветствую вас, Ваше величество. Да здравствует Ваше величество”.

Острый взгляд Бейли Цинцана остановился на Шэнь Нинхуа и медленно стал мягче. “Перестань”.

Все были в шоке. Принцы и чиновники все стояли на коленях на земле. Только Шэнь Нинхуа было позволено стоять в центре зала.

Шэнь Донг стоял на коленях и смотрел вниз на ледяную нефритовую землю. Силуэт Шэнь Нинхуа четко отражался на гладкой земле. Тень печали промелькнула в его сердце. Вопрос о рецепте был слишком серьезен. Семья Шэнь не могла уйти невредимой без каких-либо жертв. В этом случае он мог пожертвовать только своей дочерью Шэнь Нинхуа.

Голос Бейли Цинцана звучал торжественно. “Шэнь Нинхуа, Шэнь Сюанье сказал, что ты дала ему лекарство от чумы. Это правда?”

"Да." Шэнь Нинхуа кивнула.

“Тогда вы также знали, что он использовал лекарство, которое вы ему дали, чтобы изучить рецепт?”

Да."

“Значит, вы знали, что с рецептом, который он разработал, было что-то не так?”

“Да, я это знала”.

Как только она закончила говорить, чиновники в зале сразу же начали вполголоса переговариваться и обсуждать ее слова.

“Она действительно знала. Она знала, но никогда этого не говорила. Что она хотела сделать?”

“Она вообще не заботилась о людях. Она должна быть наказана смертной казнью”.

“Это верно. Такая девушка просто позорит свою семью!”

Некоторые люди даже сердито бросали свои вопросы в сторону Шэнь Нинхуа.

“Шэнь Нинхуа, ты знаешь, что такое верность и дочерняя почтительность? Ты знала, что с рецептом что-то не так, но не сказала об этом. В результате тысячи людей в регионе Цзяннань едва не лишились жизни, выпив это лекарство. Ты проигнорировала интересы страны. Это предательство! Ты дала лекарство своему отцу и младшему брату, зная, что они совершили ошибку, но не сказав им об этом. Это не по-семейному. Тебе должно быть стыдно за то, что ты настолько отвратительно поступила!”

“Господин Ван прав. Было бы лучше умереть без верности и сыновнего почтения”.

“Два лорда правы...”

Бейли Цинцан холодно смотрел на фарс в зале, и выражение его лица было глубоким, как море. Бейли Цзиньчуань втайне стиснул зубы. Эти люди действительно осмелились быть такими бесстыдными в выборе слов, и они нацелились на Шэнь Нинхуа.

Единственным человеком в зале, который оставался невозмутимым, была сама Шэнь Нинхуа. С самого начала и до конца выражение ее лица оставалось безразличным. Несмотря на вопросы и оскорбления, она сохраняла спокойное выражение на своем бесстрастном лице.

Через пятнадцать минут чиновники закончили свои гневные обвинения. Только тогда Шэнь Нинхуа медленно произнесла: “Вы закончили говорить? И если вы закончили, могу я теперь продолжить?”

“Ты ведьма, что еще ты можешь сказать?”

Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на господина Вана, который заговорил первым. “Вы лорд Ван, верно? Я помню, что ваша семья Ван смогла попасть ко двору, чтобы служить Его Величеству, потому что в вашей семье была женщина, которая стала наложницей покойного императора. Я слышал, что когда эта наложница пользовалась благосклонностью, вы все пытались выслужиться перед ней. Но позже, когда ее бросили в холодный дворец из-за ее ошибок, вы немедленно разорвали с ней свои отношения. Неудивительно, что сегодня вы обвиняете меня с наибольшей радостью. Вы всегда относились к женщинам как к своим игрушкам. Тот, кто полезен для вас, - это сокровище, а тот, кто бесполезен, - это мусор. Если бы наложница, которая была в немилости, не жила в то время в холодном дворце, вы бы задушили ее до смерти, чтобы показать свою преданность, верно?”

“Чушь, ты... ты... Чушь!”

Шэнь Нинхуа уставился на него. “Чушь? Вы сказали, что я была неверна и не принадлежала к семье. Тогда я хотела бы спросить вас. Разве это плохо для меня - иметь лекарство, которое могло бы вылечить чуму?”

Выражение лица лорда Вана слегка изменилось. "Нет."

“У меня есть это лекарство. Отец попросил у меня его, чтобы провести кое-какие исследования, и я отдала его ему. Что-нибудь не так?”

“Нет, ничего плохого”.

“Тогда позвольте мне спросить вас еще раз. Заставляла ли я своего отца предлагать рецепт? Купила ли я лекарство и отправила ли его жителям Цзяннани? Разве я заставляла их пить это?”

Голова лорда Вана покрылась холодным потом, и он потерял дар речи. “Ты... ты...”

“Я этого не делала. Тогда почему вы продолжаете говорить, что из-за меня людям стало хуже? Перед лицом катастрофы вы и ваши коллеги-чиновники, которые являются столпами страны, все в растерянности, не в состоянии найти какое-либо решение, но вы очень хороши в преследовании такой слабой девушки, как я. Вы наслаждаетесь жалованьем Императорского двора, вкушаете плоды крови и пота людей, занимаете высокое положение, но вообще ничего не делаете. А теперь скажи мне, кто в этом мире нелоялен или плохая дочь?”

Ближайший чиновник тут же выскочил и сказал: “Как вы смеете обвинять важного чиновника Императорского двора в таком юном возрасте? Как ты смеешь, ты, девчонка!”

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Теперь вы знаете, что я слабая девушка в юном возрасте. Почему вы не вспомнили об этом, когда обвиняли меня в том, что я навлекла беду на страну и народ? Как важный чиновник Императорского двора, вы пытаетесь заставить слабую девушку умереть. Вы действительно бесстыдный человек!”

“ Самонадеянно! Громко кричать в суде, где ваше уважение к закону?”

Шэнь Нинхуа оглянулась. Выступавший был чиновником из Министерства. “Если я потревожу двор, его величество накажет меня. Вы действительно заботились слишком сильно! Разве у вашего министерства чиновников не было поговорки, что дверь ямена открыта для юга, и любой, у кого есть веская причина, но нет денег, не может найти справедливости? Разве вы, ребята, не всегда умышленно интерпретируете закон? Теперь вы хотите поговорить о законе?”

Все больше и больше чиновников не могли этого вынести. Все они были чиновниками Императорского двора. Если они были подавлены девочкой младше пятнадцати лет, как они могли бы предстать перед судом в будущем?

После того, как чиновник из Министерства сел на свое место, встал чиновник Министерства обрядов. “Ты, маленькая девочка, действительно осмелилась клеветать на важных чиновников Императорского двора. Это преступление, караемое смертной казнью. Не надо думать, что вы можете быть беспринципной только потому, что вы первая дочь премьер-министра”.

“Клевета?” Шэнь Нинхуа достала из рукава брошюру и перевернула две страницы. “Прошло три месяца и двадцать три дня с тех пор, как я вернулся с загородной виллы. Каждый день я отправлял людей на слушания в ямен, созданный Министерством чиновников. За столько дней ямен Министерства чиновников рассмотрел в общей сложности 18 дел. Помимо трех небольших случаев кражи, было 15 нераскрытых дел. Исключая семь дел, которые еще не завершены, есть восемь завершенных дел, и по шести из них вынесены неправосудные решения! Факты по делу и ход судебных процессов тщательно зафиксированы здесь. Господин, вам нужно присмотреться повнимательнее и посмотреть, не клевещу ли я на кого-нибудь!”

Под пристальным взглядом холодных и темных глаз Шэнь Нинхуа чиновник Министерства ритуалов покрылся холодным потом. “Ты…Ваше величество, это дело...”

Бейли Цинцан махнул рукой и попросил евнуха принести брошюру в руке Шэнь Нинхуа. Чем больше он читал это, тем яростнее становилась буря в его глазах. Наконец, буря разразилась. “Схватить министра чиновников Чжоу Сюэя, отведите его ко входу на рынок и обезглавите его. Пригласите всех простых людей, которых обидели в этой брошюре, понаблюдать за казнью!”

“Ваше величество, ваше величество, пожалуйста, подумайте дважды”.

“Больше всего я ненавижу чиновников, которые обманывают в личных интересах. Я скорее убью сотню по ошибке, чем отпущу одного. - Бейли Цинцан тяжело швырнул брошюру на стол. “Это столица, у меня под ногами! Если дела здесь рассматриваются таким образом, то как насчет чиновников, которые находятся далеко от столицы? Есть много людей, готовых занять свои должности, даже если я убью всех коррумпированных чиновников!”

В зале суда воцарилась гробовая тишина. Никто больше не осмеливался спорить с Шэнь Нинхуа, боясь, что она и против них приведет набор мрачных фактов и доказательств их вины.

Шэнь Нинхуа стояла прямо, как зеленый бамбук. Она была явно худой и хрупкой, но в зале она излучала ошеломляющее великолепие!

Бейли Цинцан посмотрел на нее, и его пальцы слегка задрожали. Она действительно была еще ребенком. Такая гордость, такая несравненная красота!

“Шэнь Донг, что еще ты хочешь сказать?”

Шэнь Донг повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, как будто он впервые встретил эту девушку. В конце концов, в его глазах мелькнула решимость. “Нинхуа, поскольку ты знаешь, что с рецептом что-то не так, ты должна знать, каков настоящий рецепт. Поторопитесь и преподнесите его Его Величеству.”

Тело Шэнь Нинхуа задрожало, а глаза наполнились слезами. “Отец, я знаю, что с рецептом что-то не так, но я не знаю, где что-то пошло не так”. Она ясно понимала, что в конце концов ее бросят, но ее сердце все еще болело.

“Когда-то ты научился медицинским навыкам у старого доктора, который тебя лечил. Как ты могла не знать настоящего рецепта? Отдай его быстро. Разве ты не хочешь спасти своего брата и меня?” Искренне сказал Шэнь Донг, но эти слова заставили рассеяться последнее сочувствие в сердце Шэнь Нинхуа.

“Отец, я приобрела некоторые медицинские навыки и знаю общее направление исследований. Я усердно работала с тех пор, как узнала о применении этих лекарств, в надежде, что однажды смогу найти рецепт, который спасет тысячи людей. Но ты и младший брат настояли на том, чтобы забрать все мои лекарства, так что у меня не было другого выбора, кроме как прекратить исследования.” Затем Шэнь Нинхуа поднял глаза на Бейли Цинцана.

“Ваше величество, в моем дворе есть довольно много научных рукописей и медицинских книг, оставленных старым доктором. Я убрала их всех подальше. Моя служанка Бай Руо знает их местонахождение. Вы можете послать людей за ними.”

“Хорошо”. Глаза Бейли Цинцана загорелись, и он кивнул. “Отправляйтесь в особняк премьер-министра и принесите рукописи и медицинские книги, о которых говорил Шэнь Нинхуа. Кроме того, посмотрите, сохранилась ли какая-нибудь из рукописей Шэнь Сюанье. Если таковые имеются, приведите их сюда вместе.”

Чэнь Юнь был очень счастлив. “Ваше величество, мне посчастливилось выпить вино, сваренное Шэнь Нинхуа. Фармакология в нем очень сложная. Если я смогу сравнить ее рукопись с рукописью Шэнь Сюанье, я смогу многому научиться”.

Услышав это, Бейли Цинцан был вне себя от радости. “Хорошо, не стесняйтесь проводить свои исследования. Если вам не хватает каких-либо лекарственных ингредиентов, вы можете напрямую обратиться за ними на мой личный склад. Вы должны расшифровать рецепт как можно скорее.”

Атмосфера в суде немного смягчилась, и многие чиновники, покрытые холодным потом, вздохнули с облегчением. Если рецепт не удастся разработать, то в этом будет замешано бесчисленное множество людей, как только император начнет расследование этого вопроса.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и слегка перевела взгляд, чтобы встретиться взглядом с Бейли Цзиньчуанем. Она кивнула головой в слегка незаметной манере.

Бейли Цзиньчуань скривил губы. Шэнь Нинхуа наконец приняла решение. Ему действительно нужно было поблагодарить Шэнь Донга за то, что он был таким бессердечным. С сегодняшнего дня он хотел, чтобы особняк премьер-министра Шэня исчез в столице!

“Докладывайте! Ваше величество, очень плохие новости. Мы отправились в особняк Шэнь, чтобы собрать рукописи и медицинские книги, но обнаружили, что Внутренний двор Инъюэ Шэнь Нинхуа был в беспорядке. Жена премьер-министра Шэня, госпожа Чжао, привела людей, чтобы они выбросили все, что было внутри, в пруд. Рукописи и медицинские книги были полностью уничтожены!”

Глаза Бейли Цинцана потемнели. Его тело дрожало, и он держался за трон, чтобы сохранить равновесие. Его губы задрожали от гнева и побагровели. “Шэнь Донг! Шэнь Донг! Какой хороший премьер-министр Шэнь. Какая хорошая мадам Чжао. Если рецепт не будет найден, я убью всю твою семью и родственников!”

Глава 73 - Разрыв с семьей Шэнь (1)

Этот рецепт мог оказать влияние на сотни тысяч людей в Цзяннани, что составляет половину территории Дааня! Но госпожа Чжао бросила его в воду. Разумеется, это не могло не разозлить императора.

“Глупая женщина!” Шэнь Донг пожалел, что не может разорвать мадам Чжао на куски. С какой стати ей понадобилось трогать вещи Шэнь Нинхуа? Или она хотела максимально ускорить гибель всей семьи Шэнь?

Бейли Цинцан был в ярости. “Приведи Чжао ко мне. Я хочу посмотреть, на нее и на что еще она способна!”

Привели госпожу Чжао. Ее лицо было испуганным, в глазах застыл ужас и ошеломление. Подойдя к Шэнь Донгу, она опустилась на колени и повернувшись к императору произнесла: “Приветствую вас, Ваше величество”.

“Чжао, ты знаешь, в чем твоя вина?”

Мадам Чжао обернулась и непонимающе посмотрела на Шэнь Донга. Заколка в ее волосах почти выпала, что придавало ей растрепанный и еще более несчастный вид.

Шэнь Донг посмотрел на нее с отвращением. “Чжао, ты моя жена. Я знаю, что ты ненавидишь Нинхуа, но она моя плоть и кровь. Независимо от того, как сильно ты ее ненавидишь, ты не должна была своевольно выбрасывать ее вещи…”

Мадам Чжао внезапно вздрогнула, ее глаза зажглись злобным огнем, она походила на кошку, которой наступили на хвост. “Господин, вы сами сказали, что Шэнь Нинхуа была ублюдочной и нагулянной девкой. Теперь вы говорите, что она ваша плоть и кровь? Это шутка?!”

Лицо Шэнь Донга стало пепельно-серым от гнева. “Что за чепуха. Ты сошла с ума?”

“Да, я наверное сошла с ума, но это вы, мой господин, сводите меня с ума и эта ваша Шэнь Нинхуа!” Мадам Чжао задыхалась, ее хриплое дыхание вырывалось из горла, словно воздух из рваных кузнечных мехов. Она повернулась и уставилась на Шэнь Нинхуа свирепым взглядом. “Шэнь Нинхуа, у тебя действительно был хороший план. Ты же ведь давно хочешь моей смерти, верно?”

Шэнь Нинхуа повернула голову, и ее взгляд равнодушно остановился на мадам Чжао. “Я не держу на тебя зла. Почему я должна желать твоей смерти?”

Мадам Чжао пристально посмотрела на нее. “Ты все тщательно продумала, да все это! Ты поставила на карту жизни бесчисленного множества людей. Ты просто образец бессердечия и лжи! Я удивлена, что ты не боишься возмездия и удара молнии в свою голову!”

Веки Шэнь Нинхуа слегка дрогнули. Она действительно не ожидала услышать слово “возмездие” от мадам Чжао. Если бы это действительно было возмездие, то она бы не закончила с ненавистью в своей прошлой жизни.

“Мама, ты действительно странно рассуждаешь и говоришь. Когда Шэнь Линхань сломала ногу, я незамедлительно достала лекарство и дала ей его принять. После этого отец и Шэнь Сюанье забрали все лекарства которые только у меня были. В то время наводнения в Пинг-Сити еще не произошло. Ты говоришь, что я рисковала жизнями людей. Разве я просила небеса пролить дождь и затопить весь город?”

Сердце мадам Чжао было готово разорваться на куски от переполнявшего ее гнева. Она просто задыхалась. И она была совершенно уверена, что все это придумала Шэнь Нинхуа, но не было никаких доказательств, подтверждающих это. Ненависть сводила ее с ума, но она ничего не могла поделать. “Ты, дрянь...”

“Заткнись!” , внезапно выкрикнул Шэнь Донг на мадам Чжао и оттолкнул ее в сторону. Это был дворец Чэнцянь. Неужели она думала, что это задний двор семьи Шэнь? Быть такой разнузданной и грубой в присутствии императора было таким же отвратительным преступлением, как и уничтожение всех рецептов, в чем была замешана вся семья!

“Ах, мой живот, он так болит”. Госпожа Чжао схватилась за живот и упала на землю. Капли холодного пота стекали с ее лба. “Малыш, мой малыш, я не могу его потерять...”

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на мадам Чжао, лежащую на земле, и почувствовала себя очень отвратительно. После долгой паузы она посмотрела на Бейли Цинцан и сказала: “Ваше величество, я прошу вас позволить доктору Чэню осмотреть мою мать и назначить ей лечение. Она все еще беременна ребенком семьи Шэнь. Неважно, насколько она виновна, но ее ребенок невиновен.”

Шэнь Донг удивленно посмотрел на Шэнь Нинхуа и его охватило чувство глубокой вины. ”Нинхуа, мне очень жаль". Не смотря ни на что Нинхуа все еще была готова помочь госпоже Чжао. Почему он с самого начала безжалостно не избавился от мадам Чжао?

Шэнь Нинхуа равнодушно посмотрел на Шэнь Донга. Он конечно был ее родным отцом, но сейчас он выглядел таким незнакомым. Казалось, что это лицо всегда рождать ощущение пустоты в ее сердце. Так уж получилось, что именно он был назван ее “отцом”. В его глазах был только интерес. Тот, кто был ему полезен, должен пользоваться уважением и благосклонностью. Тот, кто был для него бесполезен, мог быть безжалостно уничтожен.

Бейли Цинцан нахмурился и посмотрел на Шэнь Нинхуа. ”Как мачеха, Чжао недобра к тебе. Я слышал о ее деяниях задолго до всего этого. Она не только присвоила приданое твоей матери, но и вела себя глупо и строго по отношению к ребенку наложницы. Она серьезно усложнила тебе жизнь. Хотя бы тем, что раз позволяла Шэнь Линхань строить против тебя козни. Если бы тебе не повезло, она бы убила тебя в тот раз, когда ты упала с павильона на искусственном холме. Почему же ты все еще заступаешься за нее?”

Лицо мадам Чжао было смертельно бледным. Император действительно знал все…

Шэнь Нинхуа слегка опустила глаза. Ее тонкие ресницы отбрасывали слабую тень на бледные щеки. “Ваше величество, хотя я не нравлюсь моей матери, моя родная мать пожертвовала своей жизнью, чтобы родить меня. Мой отец вырастил меня, и хотя он недостаточно заботился обо мне, я не испытывал недостатка ни в еде, ни в одежде. Моя приемная мать и сестра много раз преследовали меня, но в конце концов я же не пострадала. Поэтому я хотела бы зарыть в землю все свои обиды”.

Говоря это, она обернулась и обвела взглядом чиновников рядом с ней. “Я не хочу, чтобы с моей матерью что-то случилось прямо сейчас. Иначе, если все вы придете и обвините меня в нелояльности и будете считать меня плохой дочерью, мне будет трудно защититься от ваших обвинений. Для женщин репутация особенно важна”.

Чиновники под пристальным взглядом Шэнь Нинхуа не могли не покраснеть. Они же объединили усилия, чтобы допросить молодую девушку. Но они не только не смогли одержать верх, но даже лишились дара речи из-за ее встречного допроса. В конце концов, их даже обвинили в том, что они испортили ее репутацию. Как, черт возьми, они могут сохранить свое лицо?

Бейли Цинцан холодно хмыкнул, шокировав многих чиновников до такой степени, что они задрожали. “Ты права. Это действительно редкость, чтобы девушка была такой праведной. Ты заставила бы некоторых чиновников устыдиться самих себя, которые потратили впустую бесчисленное количество моих денег, проводя долгое время в сытой праздности, и даже хотели обвинить тебя, девочку младше пятнадцати лет и сделать из тебя козла отпущения. Что ж, у них действительно был хороший план!”

“Ваше величество, мы умоляем вас не сердиться”.

Как только Бейли Цинцан закончил свои слова, чиновники Министерства Чиновников и Министерства Обрядов бесконечно потели, желая упасть в обморок на месте. Те чиновники, которые с самого начала хранили молчание, в глубине души чувствовали себя чрезвычайно счастливыми. Они заметили, что отношение императора, казалось, несколько изменилось по отношению к дочери премьер-министра Шэня с прошлого раза. Они наблюдали за ситуацией и вовсе не желали выделяться. Они не ожидали, что обратить на себя внимание императора именно сейчас, жто будет правильным действием.

“Не сердиться? Я выбрал вас из тысяч ученых и дал вам высокие посты и власть. Я позаботился о том, чтобы вы ели, пили и наслаждались, чтобы вы могли быть полезны во времена кризиса. Но вместо этого вы пытаетесь убедить меня не злиться! Кто-нибудь, приготовьте для них кисти и чернила. Напишите все, что у вас на уме. Я не верю, что все гражданские и военные чиновники в таком большом суде не могут даже придумать хорошую идею”.

“Да, как прикажете, ваше величество”.

Бейли Цинцан подавил свои эмоции и сказал: “Кстати, принцы, семья Шэнь и семья Чжао приходят в Императорский Южный кабинет. Пошлите нескольких слуг, чтобы они тоже привели мадам Чжао. Доктор Чен, взгляните на нее.”

“Да, ваше величество”.

В Имперском Южном кабинете.

Чэнь Юнь пощупал пульс госпожи Чжао и сказал: “Ваше величество, госпожа Чжао слишком разволновалась и могла повредить плод. Это может быть опасно.”

Бейли Цинцан холодно сказал: “Запишите рецепт и попросите дворцовых служанок приготовить лекарство. Убедитесь, что этот ребенок в целости и сохранности.”

Услышав это, сердце Шэнь Донга затрепетало вместо того, чтобы быть счастливым. Здравый смысл подстказывал ему, что императору было бы наплевать на жизнь ребенка. Как только император проявит заботу, тогда от этого ребенка определенно будет какая-то польза. Теперь, когда семья Шэнь была в опасности, какая польза от нерожденного ребенка?

“Шэнь Нинхуа, вставай. Если я попрошу тебя написать рецепты, сколько ты сможешь вспомнить?”

Шэнь Нинхуа встала и сказала: “Ваше величество, от семидесяти до восьмидесяти процентов”.

“Хорошо, тогда оставайся во Дворце и запиши рецепты. Не беспокойся о других проблемах. Я воздам тебе должное”.

Шэнь Нинхуа подняла голову и удивленно посмотрела на Бейли Цинцан. Но он повернулся, чтобы посмотреть на Второго принца, Бейли Цзиньчуаня.

“Цзиньчуань, передай то, что ты расследовал, Чэнь Юню и Шэнь Нинхуа. Кстати, соберите всех врачей в Имперском институте здравоохранения, чтобы сотрудничать с ними. Мы должны разработать лекарство от чумы”.

Бейли Цзиньчуань кивнул. “Отец, я буду полностью сотрудничать. Однако, этот Шэнь Сюанье...”

Глаза Бейли Цинцана двигались в задумчивости. - Я оставляю его в вашем распоряжении. Это зависит от вас. Мне нужны только результаты.”

"Хорошо." Бейли Цзиньчуань кивнул, и в его глазах мелькнул холод. Шэнь Сюанье много раз подставлял Нинхуа. Поскольку император дал ему полную власть, он должен выместить гнев на Нинхуа.

“Шэнь Донг, я не хочу делать тебе дополнительных замечаний. Хотя ты сделал много добрых дел для Императорского двора, твой контроль над твоим собственным задним двором меня очень разочаровывает. Если это дело будет, я оставлю тебя в живых. В противном случае, ты должен искупить свою вину своей смертью!”

Глаза Шэнь Донга расширились, как будто он в мгновение ока постарел более чем на десять лет. “Ваше величество...”

Чжао Кун поднял голову и с тревогой сказал: ”Ваше величество, у премьер-министра Шэня были благие намерения, когда он изучал рецепт. Каким-то образом рецепт пошел не так. Пожалуйста, подумайте дважды”. Если семья Шэнь рухнет, следующей мишенью гнева станет семья Чжао.

Бейли Цинцан усмехнулся. “Чжао Кун, ты думаешь, что ты невиновен? Прежде чем я начну иметь с тобой дело, ты должны помолиться за свою собственную удачу! Не думай, что то, что ты дядя наследного принца, может спасти тебя на этот раз!”

Чжао Кун поспешно поклонился. “Ваше величество, я молю вас не сердиться. Я знаю, что заслуживаю смерти.”

Наследный принц Бейли Цзиньи опустился на колени и сказал: “Отец, теперь, когда страна в опасности, мы должны в первую очередь сосредоточиться на борьбе с чумой в Цзяннани. Хотя семья Чжао - это клан моего деда по материнской линии, если они действительно виновны, я не буду просить о пощаде для них.”

Бейли Цинцан посмотрел на него с непонятными выражением лица, но согласился с его словами.

“Нинхуа, ты можешь сначала спуститься и написать рецепт. Ты можешь остановиться во дворце Аннинг. Кроме того, распорядитесь, чтобы мадам Чжао осталась в боковом зале Аннинг. Если что-нибудь случится, немедленно доложите мне.”

Шэнь Нинхуа кивнула. “Да, ваше величество”.

Покинув Южный Императорский кабинет, Шэнь Нинхуа пошла вперед, не поворачивая головы.

Госпожа Чжао, которой тоже помогли выбраться, с ужасом спросила: “Шэнь Нинхуа, теперь ты довольна?”

Шэнь Нинхуа повернула голову, и две служанки, поддерживавшие госпожу Чжао, благоразумно отступили. “Ну и что с того, что это так? Что, если это не так?”

Выражение лица мадам Чжао было свирепым. “Разве ты не удовлетворена тем, что наконец-то уничтожил семью Шэнь? Ты действительно ребенок этой сучки Ся Цзинянь. Вы обе бессердечны!”

Шэнь Нинхуа холодно сказала: “Каким бы бессердечным я ни была, я не сравнима с тобой. Откуда взялся яд в моем теле? Не говори, что ты не знаешь! Как экипаж, в котором я ехала, упал со скалы? Только не говори мне, что ты этого не придумала! С тех пор как я вернулась в семью Шэнь, я ни дня не чувствовала себя спокойно. Не говори, что это не имеет к тебе никакого отношения! Присвоение приданого моей матери, разрушение моей репутации и заговор против моей жизни, что из этого не имеет к тебе никакого отношения? Кто этот бессердечный?”

Глаза мадам Чжао расширились, и все ее тело задрожало. “Так ты собираешься уничтожить семью Шэнь?”

“Ты убила мою мать и заставила меня родиться без матери. Почему я не могу уничтожить семью Шэнь?”

“Ты... ты все знал?”

“Что ты об этом думаешь?” - переспросила Шэнь Нинхуа. Она постаралась успокоиться и внимательно посмотрела на выражение лица мадам Чжао. Она не могла узнать правду о прошлом, поэтому могла только заставить мадам Чжао выговориться.

Выражение лица мадам Чжао было нервным. “Как ты узнала? Люди, которые знали об этом уже умерли. Откуда у тебя эта информация?”

Глава 74 - Разрыв с семьей Шэнь (2)

Взгляд Шэнь Нинхуа был ледяным. “То, что делается ночью, проявляется днем. Разве не ты только что сказала, что есть одна такая вещь, которая называется возмездие?”

Госпожа Чжао резко отступила на два шага назад и в ужасе посмотрела на Шэнь Нинхуа. Лицо из ее воспоминаний медленно накладывалось на лицо Шэнь Нинхуа.

Тогда Ся Цзинъянь была первой дочерью семьи Ся, зеницей ока всей семьи Ся, в то время как она была всего лишь нежданной дочерью, рожденной наложницей семьи Чжао.

Ся Цзинъянь была одет в красную одежду, которая была такой же яркой, как пылающий огонь. Ее сияние было таким ярким, что, казалось, она могла ослепить любого, кто взглянет на нее. Чжао же могла лишь только спрятаться в углу и внимательно наблюдать, как ее любимый мужчина льстит Ся Цзинъяню. Она стискивала зубы от ненависти, но ничего не могла поделать. К счастью, у небес были глаза. Семья Ся была уничтожена. Патриарх семьи Ся Цзинъянь устроил поспешный брак с Шэнь Донгом. Однако она никогда не ожидала, что ее любимый мужчина рискнет своей жизнью, чтобы спасти семью Ся. Неужели она могла позволить этому случиться?

Значит, Чжао должна позволить Ся Цзинъяню умереть! Она тайно соблазнила Шэнь Донга и накачала наркотиками Ся Цзинянь, когда та была беременна. Она тщательно планировала шаг за шагом и все правильно рассчитала.Наконец, эта сука Ся Цзинъянь умерла в день родов, и она заняла свое место в качестве жены Шэнь Донга.

Что плохого она сделала? Она просто забирала назад то, что Ся Цзинъянь был ей должен. Это было осознанное действие, вовсе не ошибка!

”Шэнь Нинхуа, я уже была очень милостива к тебе, оставив тебя в живых. К сожалению, ты этого не оценила. Когда Ся Цзинъянь была при смерти, я пообещал ей, что сохраню тебе жизнь. И я жила в соответствии с этим обещанием. С какого позволения ты вдруг стала обвинять меня?”

Шэнь Нинхуа холодно взглянула на живот мадам Чжао и сказала: “С таким же успехом я могла бы пообещать вам, что, когда ваш ребенок родится, я сохраню ему жизнь”.

“Нет”, - мадам Чжао схватилась за живот, и ее голос был полон ненависти. “Ты же все еще человек?”

Шэнь Нинхуа не могла удержаться от смеха. “Ха-ха, почему вы не подумали о том, что ты ранее сделали со мной, прежде чем сказать это? Разве для вас справедливо причинять вред другим, но удивляться и негодовать, когда другие причиняют вред вам? Мадам Чжао, вам не кажется, что эо звучит и выглядит забавно, но наиболее смешно выглядите вы сами?”

“Ты будешь наказана страшным возмездием! Ты умрешь ужасной смертью!”

“Возмездие?” Шэнь Нинхуа посмотрела на дворец Чэнцянь неподалеку. Ее память вернулась к ночи, когда проливной дождь заполнил небо, и она стояла на коленях под дождем, испытывая великое унижение, в то время как Шэнь Линхань сидела высоко на троне императрицы и высокомерно улыбалась. “Я давно потерял веру в возмездие”.

Она не хотела разговаривать с мадам Чжао, поэтому развернулась и пошла ко дворцу принцессы Аннинг.

Бейли Цинцан был очень внимателен. Он подумал, что Шэнь Нинхуа, возможно, не привыкла к услугам дворцовых служанок, поэтому вызвал Бай Руо и трех других служанок к себе во Дворец. Когда Шэнь Нинхуа и принцесса Аннинг вернулись во дворец Чанлэ, они увидели четырех служанок, ожидающих у ворот.

Бай Руо смерила Шэнь Нинхуа взглядом с ног до головы. Увидев, что Шэнь Нинхуа не пострадала, она вздохнула с облегчением. “Мисс, все в порядке?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Я в порядке. Давай поговорим внутри.”

Принцесса Аннинг улыбнулась и сказала: “Все вы были измучены всем этим. Я попрошу кого-нибудь подготовить боковой зал. Теперь ты можешь немного отдохнуть там. Нинхуа, если тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать. Не будь стеснительной.”

“ Благодарю вас, ваше высочество.

После того, как принцесса Аннинг ушла, Цин Цюэ и Хун Лин проверили главный зал. “Мисс, здесь очень чисто. Мы не увидели ничего подозрительного”.

Шэнь Нинхуа кивнула. “Хорошо. Скажите, как сейчас идут дела у клана Шэнь?”

“Как только появилась новость о том, что рецепт был составлен неправильно, люди пришли в ярость. Особняк теперь окружен негодующими людьми. Многие из них бросали камни в особняк. Зрелище было ужасгым”. Сердце Хун Лин затрепетало, когда она подумала об этом. Там было просто слишком много людей, и если каждый из них бросит хотя бы один камень, этого будет достаточно, чтобы похоронить целиком Особняк Шэнь.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Вы сделали все что я вам сказала ранее?”

“Мисс, мы все устроили в соответствии с вашими инструкциями. Вторая Леди и Молодой Господин Сюаньхуа остаются в помещении и находятся под охраной стражи. Молодой мастер Сюаньлинь также наблюдает за Лю Юнем. Мисс, вы можете быть спокойны, мы сделали все как надо.”

“Хорошо, Дворец отличается от семьи Шэнь. Вам следует здесь быть очень внимательными. Бай Руо, потри для меня чернильную палочку. Я хочу написать рецепт.”

“Да, мисс”.

За пределами Дворца люди преклоняли колени и молились о благой вести. Гражданские и военные чиновники молча преклонили колени во дворце Чэнцянь. Все они держали в руках кисти и бумагу и лежали на животе, чтобы писать. У многих людей онемели ноги и ступни, а лица были бледными. Время от времени некоторые из них падали в обморок на землю.

Бейли Цинцан приказал императорским врачам подождать у входа в главный зал. Любого, кто падал в обморок, выводили, чтобы привести в чувство, а затем отправляли обратно, чтобы продолжить стоять на коленях.

В этот момент все начали вспоминать, какими жестокими были методы императора, когда он был еще молод, и они не смели ни в малейшей степени расслабляться.

В боковом зале дворца Чанлэ Шэнь Нинхуа уже написала дюжину рукописных рецептов.

Подошла Бай Руо с чашкой чая. Поставив чашку на стол, она встала позади Шэнь Нинхуа и начала массировать ей плечи. “Мисс, отдохните. Вы пишете уже два часа.”

Шэнь Нинхуа подняла голову, взяла рукописи и перечитала их еще раз. “Я почти все закончила”. Она конечно отлично знала рецепт, но не могла написать его, раскрыв все секреты. Надо быо найти идеальное сочетание ингредиентов. Естественно, это потребовало бы определенных усилий.

“Мисс, вы столько уже пишите. Может быть вы отдохнете? Могут же люди в Цзяннани подождать?” Бай Руо был немного обеспокоена.

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и улыбнулась. “Неужели ты думаешь, что я стала бы шутить с жизнями стольких людей?”

”Нет, почему? Так вовсе не думала. Я просто беспокоюсь о вас, мисс. Хотя вы пытаетесь выглядеть строгой и остры на язык, но на самом деле вы совсем не безжалостны. С тех пор, как началось наводнение в городе Пин, вы не спалли спокойно ни одной ночи...”

Шэнь Нинхуа горько рассмеялась. “Ты, наверное, первая, кто так хвалит меня. Я не так добра, как ты говоришь. Я просто не хочу нести на своей спине слишком много грехов”.

Она не собиралась быть слепо доброй, но и не относилась к жизни людей как к мусору ради своих собственных эгоистичных желаний. В конце концов, она была просто обычным человеком. Она убивала людей из-за ненависти в своем сердце, а также спасала людей, потому что не могла вынести их страданий. Она просто хотела иметь чистую совесть.

“Мисс, есть ли еще достаточно времени, чтобы спасти людей Цзяннани?”

"Конечно. Рецепт Шэнь Сюанье на самом деле не ошибочен. Это просто не подходит для людей в Цзяннани. Пережив великое бедствие, люди уже впали в панику, и их тела ослабели. После приема лекарства они будут страдать от диареи. Несмотря на некоторое неудобство, диарея помогает выводить токсины из своего организма. Через несколько дней их положение сразу улучшится, если они примут какое-нибудь тонизирующее средство. После выздоровления их тела будут даже здоровее, чем раньше”.

Глаза Бай Руо загорелись. “Мисс, вы действительно умны. Вы даже это учли.”

“Хорошо, иди и скажи принцессе Аннинг, что я закончила писать рукописи рецепта. Мы пойдем повидаться с Его Величеством.”

Би Чжу шагнула вперед, чтобы помочь Шэнь Нинхуа разобраться с рукописями. “Мисс, на этот раз семья Шэнь определенно пострадает. Разве мы не должны придумать выход?”

Шэнь Нинхуа опустила глаза и сказала: “Да, я уже думала об этом”.

Би Чжу и Бай Жо обменялись взглядами. Тень беспокойства промелькнула в их глазах. В конце концов, мисс была членом семьи Шэнь. Даже если кости были сломаны, сухожилия еще остались. Ей было бы очень трудно покинуть семью Шэнь, не пострадав при этом вообще.

После того, как Чэнь Юнь прочитал рукописи Шэнь Нинхуа, у него не было времени поговорить с Бейли Цинканом, прежде чем он сразу подошел к столу и просмотрел фармакологию. Через некоторое время он взял кисть и начал писать.

“Ха-ха, я нашел это, я нашел это! Так и должно быть. Ваше величество, народ Цзяннани теперь в безопасности.”

Бейли Цинцан словно простой человек, а не император подошел к Чэнь Юню, чтобы изучить то, что он написал. “Доктор Чен, есть ли какие-либо проблемы с этим рецептом?”

Чэнь Юнь громко рассмеялся. “Ваше величество, я неоднократно анализировал этот рецепт. Он прекрасно сформулирован и очень эффективен! Это все благодаря мисс Шэнь. Если бы я не читал ее рукописи и не был вдохновлен, я бы никогда не подумал, что эти лекарства можно использовать”.

Услышав, что рецепт был разработан, гражданские и военные чиновники, наконец, вздохнули с облегчением. С них только содрали слой кожи. Если бы рецепт не был разработан, они бы расстались с жизнью.

“Хорошо! Награда, я щедро вознагражу тебя! Нинхуа, чего ты хочешь?” Бейли Цинцан уставился на Шэнь Нинхуа с небывалой теплотой в глазах.

Шэнь Нинхуа выпрямилась, и ее глаза были спокойными и ясными. “Ваше величество, у меня есть просьба. Пожалуйста, пообещайте ее выполнить”.

“Чего ты хочешь?”

Все сосредоточили свои взгляды на Шэнь Нинхуа, гадая, с какой просьбой она обратится.

Глаза Шэнь Донга загорелись. Император всегда сдерживал свое обещание. До тех пор, пока Шэнь Нинхуа будет умолять за них, император определенно позволит семье Шэнь выпутаться из сложившегося смертельно опасного положения.

Шэнь Нинхуа открыла рот, и ее чистый голос был подобен жемчужине, упавшей на тарелку. “Ваше величество, я хочу лично отправиться в город Пин. Пожалуйста, позвольте мне.”

«Что?»

Все были ошеломлены. Лично отправляешься в Пинг-Сити? Город Пинг-Сити - это место, где началась чума, и он переживает самое серьезное бедствие. Она ищет смерти?

Бейли Цинцан сказал с серьезным выражением лица: “Нинхуа, почему ты хочешь поехать в город Пин?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, чтобы посмотреть в ту сторону, где стояли на коленях Шэнь Донг и Шэнь Сюанье. Затем она медленно опустилась на колени и сказала: “Ваше величество, несмотря ни на что, народ Цзяннани пострадал из-за семьи Шэнь. Как член семьи Шен, я чувствую себя виноватой. Хотя это непоправимо, было бы хорошо, если бы я сделала все возможное, чтобы компенсировать это. Я разбираюсь в медицине и могу быть вам полезна.”

Сердце Бейли Цинцана дрогнуло. Этот ребенок…

“Если ты отправишься в Пинг-Сити, то, возможно, никогда не сможешь вернуться”.

Шэнь Нинхуа подняла голову с улыбкой на лице, но ее глаза были полны решимости. “Я не боюсь”.

"Ну хорошо." Старший принц Гун выступил вперед. “Хотя Шэнь Донг заслуживает смертной казни, он воспитал хорошую дочь. Ваше величество, эта девушка такая храбрая в таком юном возрасте. Нам нечего бояться. Я лично отправлюсь в Цзяннань и удостоверюсь, что люди там целы и невредимы”.

Бейли Цзиньчуань сказал: “Дядя, это хорошая возможность заработать славу. Пожалуйста, окажите мне честь. Отец, я готов лично отправиться в Пинг-Сити.”

Старший принц Гун хлопнул Бейли Цзиньчуаня по плечу и сказал: “Сопляк, о чем ты говоришь?” Чума очень заразна. Хотя у нас есть рецепт, но может гарантировать, что все будут в безопасности? Возможно, что этот город станет большим огненным костром, если болезнь не отступит.

“Дядя, твоя рука все еще такая сильная. В столице происходит много событий. Вам все еще нужно помочь Его Величеству собрать лекарственные ингредиенты. Позвольте нам выполнить поручения.” Бейли Цзиньчуань приподнял свою мантию и опустился на колени. ”Отец, пожалуйста, издай указ".

Бейли Цинцан посмотрел на них двоих, стоявших на коленях на земле, со сложным выражением в глазах. “Шэнь Нинхуа, ты хочешь быть моей дочерью?”

Шэнь Нинхуа в шоке подняла голову. “Ваше величество...”

“Я также знал твою мать. Если бы не ее упрямый характер, я бы давно женился на ней как на своей наложнице.”

Все были ошеломлены на месте. Они опустили головы и не осмелились выслушать тайну королевской семьи.

Бейли Цинцан вздохнула и продолжила говорить: “К сожалению, она не хотела, чтобы ее сдерживали, поэтому я не стал заставлять ее. Ты ее единственный ребенок, и я тоже буду относиться к тебе как к своему собственному ребенку. Ты готова порвать с семьей Шэньи стать моей дочерью?”

Глава 75 - Малыш, Ты Все Еще Жив?

Услышав слова Бейли Цинцана, Шэнь Нинхуа была ошеломлена, не говоря уже об остальных, присутствовавших в зале чиновниках. Она было уже придумала для себя выход. Она будет попросить разреШэнь ия поехать в Цзяннань, чтобы избавиться от чумы, и воспользоваться этой возможностью, чтобы просить Бейли Цинцана об одолжении, позволяющем ей порвать с семьей Шэнь. Хотя, конечно, было критика других в ее адрес была бы неизбежной, и ее бы осуждали за то, что она была плохой дочерью. Но ей было бы все равно.

Но сейчас ситуация складывалась соверШэнь но иначе. Шэнь Нинхуа никак не ожидала, что Бейли Цинцан будет настолько милостив к ней, что примет ее как свою дочь. Стать приемной дочерью королевской семьи – это всегда была крайне трудная и практически невыполнимая задача. Даже если бы Бейли Цинцан только выразил бы свое намерение, ему пришлось бы столкнуться с огромным количеством советов от его чиновников. И это были бы советы отнюдь не благожелательные для нее.

Видя, что Шэнь Нинхуа долгое время хранил молчание, Бейли Цинцан снова спросил: “Нинхуа, ты согласна?”

Шэнь Нинхуа подняла голову и посмотрела на него. “Ваше величество, я согласна”. С этим титулом ей нечего было бы бояться в будущем.

“Превосходно!” Бейли Цинцан был очень счастлив и склонившись лично протянул ей руку, чтобы помочь Шэнь Нинхуа подняться. “Завтра я издам указ, чтобы объявить всему миру, что у меня есть еще одна дочь. Теперь тебе пора называть меня отцом.”

Хотя она и не знала причины, Шэнь Нинхуа чувствовала от него искреннюю привязанность. “Ваше величество, нет никакой причины для поспешного объявления. Когда я вернусь из Цзяннани живой и невредимой, я буду называть вас отцом. Тогда вам еще не поздно будет издать указ.”

«Что?» Бейли Цинцан крепче сжал ее плечо: “Ты все еще собираешься ехать в Цзяннань?” Он ведь думал, что Шэнь Нинхуа едет в Цзяннань только для того, чтобы избежать общения с семьей Шэнь. И минуту назад он уже дал ей прекрасную причину покинуть семью Шэнь. Почему тогда она все еще настаивала на том, чтобы поехать туда?

“Ваше величество, хотя я обычная девушка, я также понимаю интересы страны. Если бы я не владела медицинскими навыками и не могла помочь в ликвидации последствий стихийных бедствий, я бы не стала попросить разреШэнь ия поехать в Цзяннань, потому что это был бы соверШэнь но напрасный риск с моей стороны. Но поскольку я разбираюсь в медицине, а доктор Чен сказал, что рукописи моего рецепта от чумы были полностью верны, я не могу оставаться в стороне, не предложив никакой помощи”.

“Во Дворце так много императорских врачей. Дайте им рецепт, и пусть они привезут его в Цзяннань. Ты всего лишь девушка. Я беспокоюсь о твоей безопасности.”

Шэнь Нинхуа мягко улыбнулась. Ее улыбка была яркой, как цветок, а ее легкий голос был исключительно приятен для слуха в просторном зале. “Я хочу поехать в Цзяннань и быть глазами Вашего Величества. Теперь, когда я ваша приемная дочь, я наполовину принцесса. Люди, будут чрезвычайно счастливы узнать, что император не отказывается от них”.

Бейли Цинцан все еще хотел возразить, но, глядя на ее улыбающееся лицо, он не знал, что сказать. Через некоторое время он тяжело вздохнул. “Ты такая же упрямая, как и твоя мать. Я помню, что патриарх семьи Ся в то время направлялся на поле боя, и она настояла на том, чтобы последовать за ним. Я волновался, поэтому тайком подмешал в ее чай снотворное, заставил проспать и пропустить время отъезда. После этого она подняла большой шум и больше не хотела со мной разговаривать…Затем, после того, как что-то случилось с семьей Ся, она еще больше не захотела разговаривать со мной...”

Шэнь Нинхуа удивленно подняла голову. Глаза Бейли Цинцан были полны глубокой ностальгии и печали. Эмоции внутри были настолько сложными, что ей было трудно их понять. В этот момент ей было чрезвычайно любопытно, что за женщина была ее мать, что она смогла заставить этого шестидесятилетнего императора помнить ее так долго.

В конце концов, Бейли Цинцан согласился на просьбу Шэнь Нинхуа. Но он дал ей пятьсот элитных солдат. Он также согласился на просьбу Бейли Цзиньчуаня и попросил его привезти в Цзяннань группу императорских врачей, чтобы облегчить бедствие.

Что-то было не так с рецептом, предложенным семьей Шэнь. Люди жалели, что не могут разорвать на куски членов семьи Шэнь. Однако, прежде чем они успели отреагировать, распространилась новость о том, что Шэнь Нинхуа стала приемной дочерью императора и помогала императорским врачам в разработке настоящего рецепта от чумы. И многие люди на мгновение растерялись, то ли им ненавидеть семью Шэнь, то ли наоборот, они должны быть благодарны им.

Пока люди пребывали в замешательстве, был издан еще один указ. Шэнь Нинхуа, которой только что был присвоен титул принцессы префектуры, и Второй принц, Бейли Цзиньчуань, отправились в Цзяннань, чтобы облегчить бедствие.

Большая группа направилась на юг от столичных ворот. Многие люди становились на колени, чтобы проводить их, надеясь, что они смогут принести хорошие новости.

Бейли Цинцан был одет в повседневную одежду. Он стоял на городской стене и долго смотрел на идущие колонны его войск. Только когда он больше не мог видеть Шэнь Нинхуа и остальных, он отвел взгляд и сказал, заложив руки за спину и промолвил: “Шэнь Донг, спустя столько лет ты все еще не понимаешь?”

Шэнь Донг с бледным лицом прислонился к городской стене. Шляпа на его голове была слегка сбита набок, отчего он выглядел еще старше и подавленнее. Когда он услышал вопрос Бейли Цинцана, он усмехнулся: “Ваше величество, наконец, исполнили ваше желание и приняли Нинхуа как свою дочь. Через некоторое время, когда семья Шэнь рухнет, ты прямо изменишь ее имя на Бейли Нинхуа?”

Бейли Цинцан поджал губы, и его взгляд был полон холодного убийственного намерения. “Неудивительно, что Чжао обращался с тобой как с игрушкой. Неужели ты столько лет думал, что Шэнь Нинхуа - моя дочь?”

“Разве это не так?” Глаза Шэнь Донга расширились, а его улыбка стала еще более насмешливой. “В любом случае, я собираюсь умереть. Я не хочу обманывать тебя. Я не прикасался к Ся Цзинъянь. Но она как-то умудрилась забеременеть и даже родить эту странную девочку.”

“Да уж, ты определенно глуп! Ты действительно не заслуживаешь Цзинъянь. Как ты думаешь, какой она была женщиной? Вы все еще должны помнить, что до того, как семья Ся была ошибочно обвинена, вы в напрасных мольбах о пощаде настолько морально измотали себя, что вечером все напились. В то время Ся Цзинянь заботилась о тебе. Ты забыл, что случилось той ночью?”

Шэнь Донг был ошеломлен, и он медленно вспоминал, что произошло тогда…

”В течение стольких лет ты отказывался верить, что Нинхуа твоя собственная дочь. Или, скорее, ты не осмеливался в это поверить. В конце концов, ты подозревал Цзинъянь и молчаливо согласился с тем, что Чжао накачала ее наркотиками, что в итоге и привело к ее смерти в день родов. Ты должен настолько сильно чувствовать свою вину, что не должен спокойно засыпать еженощно, верно?”

”Нет, я не был виновен".

Бейли Цинцан усмехнулся. “Шэнь Донг, я уничтожу семью Шэнь но я не позволю тебе умереть. Цзинъянь была такой гордой женщиной. Она презирала объяснения и скорее сломалась бы, чем согнулась. Она настроилась на смерть. Она даже не выпила ни капли противоядия, когда я поднес его к ее рту, так что я не спас ей жизнь. Ты, преступник, должен быть виновен до конца своей жизни, чтобы искупить свои грехи!”

Шэнь Донг стоял в оцепенении, словно оглушенный.

Бейли Цинцан махнул рукой и сказал: “Отведите его обратно в Небесную тюрьму и присматривайте за ним. Не позволяй, чтобы с ним что-нибудь случилось. Я разберусь с ним, когда вернется принцесса префектуры Нинхуа.”

Шэнь Нинхуа не села в карету в отряде, направлявшемся на юг. Вместо этого она переоделась и поехала верхом, как Бейли Цзиньчуань. Четыре служанки тоже ехали на лошадях прямо за ней.

Они мчались вперед уже более четырех часов. Бейли Цзиньчуань приказал всем отдыхать. Команда медленно остановилась. Бейли Цзиньчуань спрыгнул с лошади и передал поводья стражнику. Он подошел к лошади Шэнь Нинхуа и сказал: “Нинхуа, тебе помочь спуститься?”

Увидев дразнящую улыбку в его глазах, Шэнь Нинхуа слегка приподняла брови. “Я не смею беспокоить ваше высочество”. Сказав это, она быстро слезла с лошади.

После четырех часов изнурительного путешествия волосы Шэнь Нинхуа были немного растрепаны, а лоб покрыт испариной. Однако ее глаза были исключительно яркими. Возможно, из-за того, что она покинула двор, она почувствовала свежий ветер в лицо, дыхание самой природы, чистое и пахнущее ароматом степных трав. Окружающие ее пространства казались еще более просторными, далекими и способными заглушить мысли людей.

Бейли Цзиньчуань был слегка ошеломлен и сразу же пришел в себя. “Если мы будем продолжать двигаться так быстро, то сможем добраться до города Пин примерно за четыре дня”.

Шэнь Нинхуа кивнула и сделала глоток воды, переданной Хун Линь. “Тогда давай продолжим в том же темпе”.

Бейли Цзиньчуань поднял голову и сказал: “Ты уверена, что сможешь выдержать такой темп?” Даже эти охранники и солдаты не смогли бы встать, если бы добрались до Цзяннани в течение четырех дней, не говоря уже о Шэнь Нинхуа.

“Ваше высочество, вам действительно нравится смотреть на людей через щели в двери”.

“Я не делаю оценок. Я просто говорю о фактах. Ты не должна быть слишком храброй и безрассудной. Я приказал людям приготовить экипаж. Если ты сильно устанешь, что не сможешь продолжить поездку в седле, садись в экипаж.”

Шэнь Нинхуа небрежно оглянулась и равнодушно сказала: “Ну, если я так сильно устану, хорошо, я возьму экипаж”.

Бейли Цзиньчуань больше ничего не говорил, но в глубине души он был несколько раздражен. Эта девушка была слишком упряма. Он решил преподать ей небольшой урок и заставить ее немного пострадать, чтобы уберечь ее от безрассудных действий в будущем. Поэтому он больше ничего не говорил. Он подождал, пока команда соберется, и сразу же вскочил на коня, чтобы двинуться вперед.

Однако чего он не ожидал, так это того, что Шэнь Нинхуа немедленно двинулась вперед вместе с ними, пока они не разбили лагерь на ночь, и не просила сменить верховую лошадь на экипаж.

Ночью, когда была поставлена палатка, Бейли Цзиньчуань нахмурился и посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая сидела в стороне со спокойным выражением лица. Он слегка вздохнул, достал из-за пазухи коробочку с мазью для тела, которой хорошо смазывать скованные из-за долгой верховой езды мышцы протянул ее Шэнь Нинхуа. “Это хорошее лекарство для улучшения, кровообращения и устранения застоя крови. Пусть ваша горничная разотрет ваше тело.”

Шэнь Нинхуа удивленно подняла голову. Ее черные глаза остановились на руке Бейли Цзиньчуаня. “Не нужно, я сама приготовила лекарство. Благодарю вас, ваше высочество.”

“Просто возьми и сделай так, как я тебе посоветовал”. Бейли Цзиньчуань сразу же закатал рукав, сунула мазь в руку и быстро ушел.

Бай Жо поставила воду к ногам Шэнь Нинхуа и обеспокоенно сказала: “Мисс, вам следует умыться”.

Шэнь Нинхуа нахмурилась и посмотрела на мазь в своей руке. Она передала ее Би Чжу, стоявшей рядом с ней, и сказала: “Убери это”.

“Да, мисс”.

После того, как Шэнь Нинхуа закончила умываться, палатка уже была прибрана. Шэнь Нинхуа пошла в палатку отдохнуть. Бай Руо помогла ей помассировать ноги и нерешительно уставилась на госпожу.

Шэнь Нинхуа заметила выражение ее лица и спросила: “Что случилось? Говори, не стесняйся.”

Бай Руо улыбнулась и сказала: “Возможно, я ошибаюсь. Мисс, не реагируйте слишком остро. Я постоянно вижу, что Второй принц слишком беспокоится о вас.”

Глаза Шэнь Нинхуа блеснули, когда она слегка опустила веки.

Видя, что госпожа ничего не сказала, Бай Руо немного занервничала. “Возможно, я слишком чувствительна. Мисс, вам не нужно воспринимать это всерьез.”

Как раз в тот момент, когда она подумала, что Шэнь Нинхуа ничего ей не ответит, Шэнь Нинхуа внезапно произнесла загадочную фразу: “Держись от него на некотором расстоянии в ближайшие несколько дней. Когда мы прибудем в Пинг-Сити, наши пути разойдутся”.

“Да, мисс”, тихо ответила Бай Руо и медленно вышла из палатки.

В палатке воцарилась тишина. Шэнь Нинхуа перевернулась и легла на спину. Ее глаза были ясными, в них не было и следа сонливости. “Похоже, мне нужно придумать способ избежать его”.

Ночь пролетела быстро. Когда рассвело, все собрали свои палатки и продолжили свой путь. В отличие от предыдущего дня, стражники и солдаты смотрели на Шэнь Нинхуа с восхищением.

Шэнь Нинхуа, однако, вообще не заметила этого, когда она села на свою лошадь, чтобы идти вперед вместе со всеми остальными.

В этот момент в городе Пин Чу Цзюньи, одетый в белые одежды лунного света, держал в руках длинный меч, который сиял холодным светом. С лезвия меча стекала кровь.

Крупный мужчина сидел на земле, с трудом отползая от наступающего соперника. “Я не смею, я больше не смею. Пожалуйста, пощадите мою жизнь”.

Чу Цзюньи холодно скривил губы, и его неприкрытое лицо излучало демоническую злость. “Поедая людей, ты заслуживаешь смерти!”

Он поднял свой меч и обезглавил этого человека. Голова покатилась по земле. Затем он достал шелковый носовой платок, тщательно вытер меч и вложил его обратно в ножны. Он сделал два шага в сторону и наклонился, чтобы поднять худого и слабого мальчика. “Малыш, ты там еще жив?”

Глава 76 - Приветствую тебя, Принцесса префектуры

Парень, которого подобрал Чу Цзюньи, опустил голову и, казалось, был без сознания. Чу Цзюньи сердито поджал губы и долго тряс его за воротник, пытаясь привести его в чувство.

От такого стремительного натиска парень больше не мог притворяться. Он открыл глаза и прикрыл рот рукой. “О, отпусти, отпусти меня”.

Чу Цзюньи ослабил хватку. Парень осел на землю, больно приложившись пятой точкой, заставив его поморщиться. Отряхнувшись и сплюнув на землю парень стал рассматривать стоящую перед ним фигуру. Помолчав, он внезапно закричал с притворной свирепостью: “Кто ты? Почему вы меня арестовываете?”

Острый взгляд Чу Цзюньи окинул парня с головы до ног. С какой бы точки зрения не посмотри, он был просто совсем юным мальчиком. Так что же в нем было такого особенного, что привлекло Шэнь Нинхуа? “Ты знаешь Шэнь Нинхуа?”

Парень широко раскрыл глаза, а затем резко кивнул. “Шэнь Нинхуа? Да, да, это моя сестра.”

Чу Цзюньи нахмурился. “Тогда где же она?”

“Зачем ты ищешь мою сестру? Я предупреждаю вас, моя сестра очень могущественна, и у меня также есть очень могущественный шурин. Если ты будешь издеваться надо мной, сестра обязательно попросит шурина отомстить за меня.”

Чу Цзюньи поднял брови. “Ваш шурин очень могущественен? Почему я не знаю?”

“Как такой обычный человек, как ты, может знать о моем шурине? Если ты меня отпустишь, я не буду просить свою сестру доставлять тебе неприятности, хорошо?”

“Я тебе не верю. Тебе сейчас лучше бы помолчать.”

“Нет, нет”. Лицо парня было искажено ужасом. Он изо всех сил старался сдержать дрожь и тихонько схватил со стены горсть земли. “Я говорю тебе, если ты убьешь меня, у тебя определенно будут очень большие неприятности...” Сказав это, он бросил землю, которую держал в руке, в сторону Чу Цзюньи и ринулся прочь.

Чу Цзюньи холодно фыркнул. “Интересно, что именно делает его привлекательным для тебя”. Его ноги встали в специальную стойку, напряглись и камень, вылетевший из рук Чу Цзюньи, приземлился на ногу юноши. Затем он прыгнул перед юношей, поднял его и исчез на улице.

Катастрофа в Цзяннани становилась все более и более серьезной, и многие беженцы были доведены до предела. Поначалу, когда они услышали, что Императорский двор разработал рецепт для лечения чумы, они были вне себя от радости и не могли дождаться, чтобы принять лекарство. Однако лекарство не только не смогло вылечить их болезнь, но наоборот, чуть не убило их.

Теперь их сердца были наполнены такой же ненавистью, как и раньше. Поэтому, когда они услышали, что Императорский двор снова прислал людей для доставки лекарств, их первым чувством было не благодарность, а желание прогнать их всех прочь. Если бы не прошлое лекарство от Императорского Двора, они бы не оказались в такой жалкой ситуации…

Шэнь Нинхуа слезла с лошади. Как только ее ноги коснулись земли, она чуть не упала на землю. Цин Цюэ поспешно шагнула вперед, чтобы поддержать ее, и спросила: “Мисс, с вами все в порядке?”

“Да, я в порядке”.

Бейли Цзиньчуань нахмурился и подошел поближе. “Я не вижу, что с тобой все в порядке. Мы прибудем в Пинг-Сити вечером. Нет необходимости так спешить. А сейчас вам следует сесть в экипаж и отдохнуть.”

Хотя там и была карета, Шэнь Нинхуа никогда в ней не сидела. Она оседлала свою лошадь и ехала с ними всю дорогу до Цзяннани. Лошадей уже меняли пять раз, но она продолжала упорствовать, вызывая чувство жалости у окружающих ее спутников.

Шэнь Нинхуа ничего не сказала. Она села и медленно выпила воды. В глубине души она очень хорошо понимала, что не пытается быть храброй, но что жители Цзяннани не могут долго ждать. Если она будет тянуть дальше, с Цзяннанем действительно случится что-то серьезное.

Теперь, не говоря уже о пятистах стражниках, даже высокомерные имперские врачи испытывали сложные чувства к Шэнь Нинхуа. По пути такая слабая девушка, как она, никогда не просила пересесть в экипаж, поэтому они, как мужчины, естественно, не проявили бы инициативу, чтобы самим воспользоваться экипажем. Они много лет безбедно жили в Императорском институте здравоохранения и никогда так долго не ездили верхом. Их ноги и ягодицы были подобны отбивным котлетам и очень болели. Они никогда не ожидали, что такая молодая леди будет упорствовать…

После того, как они немного отдохнули, пошел дождь. Второй принц нахмурился и долго смотрел на небо. “Нинхуа, давай немного отдохнем здесь. Мы можем продолжить завтра.”

Шэнь Нинхуа внезапно подняла голову и сказала: “Нет. Ваше высочество, мы не умрем, продолжая наше путешествие, но если мы опоздаем, многие люди в Цзяннани умрут. Пожалуйста, сделайте правильный выбор и определите, что важнее”.

“Ты...” Бейли Цзиньчуань стиснул зубы. Он был побежден ее настойчивостью. “Раз так, то давайте продолжим!”

Второй принц сердито вскочил на коня и двинулся вперед. Он не знал почему, но видя, что Шэнь Нинхуа не заботится о себе, он очень разозлился.

В этот момент, в высоком дворе в городе Пин, Чу Цзюньи только что вошел, когда охранник подошел, чтобы поприветствовать его. “Господин, это только что полученная новость. Второй принц и мисс Шэнь привезли в Цзяннань группу императорских врачей.”

Глаза Чу Цзюньи переместились, и он немедленно бросил сопротивляющегося парня своим подчиненным. “Отнеси его вниз и вымой дочиста”.

“Да, господин”.

После того, как Чу Цзюньи закончил читать письмо, которое держал в руке, он сразу же скомкал его и сказал: “Когда они прибудут в город Пин?”

“Хозяин, они будут здесь сегодня вечером”.

Чу Цзюньи посмотрел на дождь за окном, и его глаза стали еще глубже. "я знаю. Делайте все в соответствии с нашим планом. Я молодой хозяин семьи Мо. Я отправляюсь в ознакомительную поездку, чтобы расширить свой опыт. Вы - мои охранники. Все вы должны быть осторожны, чтобы не выпустить кота из мешка”.

“Да, мы понимаем”.

Дождь становился все сильнее и не прекращался до тех пор, пока Шэнь Нинхуа и остальные не прибыли к воротам города Пин. Одежда Шэнь Нинхуа была полностью промокшей. Ее черные волосы намокли от дождя и прилипли к бледному лицу, отчего она выглядела еще более хрупкой.

Бай Руо была очень обеспокоена. “Мисс, мы скоро въедем в город. Сначала вам следует переодеться, чтобы не простудиться. Если вы заболеете, вы не сможете облегчить бедствие, даже если захотите”.

Шэнь Нинхуа кивнула. "Я знаю."

Стражники прибыли к воротам города Пин и закричали: “Мы подчиненные коменданта принца Де и принцессы префектуры Нинхуа. Его Высочество и Ее Высочество здесь. Откройте городские ворота!”

Стражники трижды прокричали, но городские ворота были плотно закрыты, и не было никаких признаков того, что они откроются.

Сердце Шэнь Нинхуа упало. Может быть в городе произошло что-то непредвиденное?

Второй принц тоже подумал об этом и нахмурился. ”Мы сломаем городские ворота".

Город Пин был небогат, а городские ворота не были прочными, так что взломать их было бы нетрудно.

Как раз в тот момент, когда стражники собирались выйти вперед и силой взломать городские ворота, из-за городской стены донесся звук. “Мы вам не верим. Вы должны поторопиться и уйти! Чем дальше ты будешь отсюда, тем лучше.”

Второй принц холодно спросил: “Мы прибыли сюда, чтобы выполнить миссию по ликвидации последствий стихийных бедствий по приказу Его Величества. Как вы можете не впускать нас?”

“В прошлый раз именно его Величество приказал ликвидировать бедствие. Но лекарство не возымело никакого эффекта. Вместо этого оно чуть не погубило многих людей. Мы вам не верим. Вы должны быстро уходить.”

Бейли Цзиньчуань был зол. Эти люди просто не знали, что для них хорошо. “Нинхуа, ты...”

Выражение лица Шэнь Нинхуа было холодным. Она обернулась и прямо приказала: “Цин Цюэ, открой городские ворота”.

Цин Цюэ кивнула и слезла с лошади. Она быстро пробежала два шага и вскочила на выступ стены. Перебирая ногами, она быстро взобралась на городскую стену.

Бейли Цзиньчуань был потрясен. Хотя городская стена была построена не очень хорошо, она все равно была более десяти метров в высоту. Эта горничная Цин Цюэ на самом деле обладала великолепными навыками боевых искусств.

Вскоре после этого из города донесся громкий шум, и городские ворота открылись изнутри.

Люди, ожидающие открытия ворот были шокированы увиденной картиной. Они видели жертв всю дорогу сюда, но не ожидали, что сцена в Пинг-Сити будет такой ужасной.

Многие люди лежали на улицах, как будто не чувствовали дождя. Грязь забрызгала их тела, но им было все равно. Сточные воды текли через улицу, издавая отвратительное зловоние. Были даже трупы на углах улиц и стенах домов. Никто не знал, как долго они там пролежали.

Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало, когда она посмотрела на группу людей, стоявших неподалеку. “Разве Императорский двор не послал чиновников, чтобы облегчить бедствие? Где они?”

Эти люди некоторое время хранили молчание. Наконец, кто-то произнес:

“Они ушли. Они бросили лекарство и ушли.”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “А как насчет людей из правительства города Пинг? Они тоже не могли исчезнуть.”

“Мы все умрем. Как бы губернатор заботился о нас? Они ушли давным-давно.”

Гнев поднялся в сердце Второго принца. “Они чиновники Императорского двора, и они даже не заботились о жизни людей. Я обязательно доложу Его Величеству и прикажу обезглавить этих чиновников”.

Шэнь Нинхуа больше не задавала никаких вопросов. Вместо этого она посмотрела на женщину, держащую ребенка на обочине улицы, и сразу же подошла к ней.

Видя, как Шэнь Нинхуа ходит вокруг, больные горожане, стоявшие посреди улицы, продолжали отступать, у каждого на лицах было паническое выражение.

Весь город был погружен в мертвую тишину. Они уже привыкли к беспорядку и грязи перед ними. Когда они внезапно увидели Шэнь Нинхуа, стоящую на улице в великолепном платье и исключительно красивой внешности, их первым чувством был страх.

Шэнь Нинхуа проигнорировала их и прямо присела на корточки перед ошеломленной женщиной. Она протянула руку, чтобы схватить ребенка за запястье, и спросила: “Как долго он был без сознания?”

Женщина намеревалась увернуться, но когда она увидела движения Шэнь Нинхуа, ее глаза внезапно загорелись. “ Два дня. Он два дня без сознания. Мисс, вы можете спасти моего ребенка?”

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Би Чжу, и сказал: “Принеси мою аптечку”.

Би Чжу поспешно подбежала с аптечкой в руках. Шэнь Нинхуа достала из аптечки золотую иглу и воткнула ее в мочеиспускательный канал ребенка.

Женщина была удивлена и воскликнула: “Ах, что вы делаете?”

У всех ближайших горожан были разъяренные выражения лиц.

”Выгоните их вон!"

“Проваливай, быстро убирайся из нашего города!”

“Даже если город будет разрушен, нам не нужна ваша помощь!”

Внезапно раздался крик. “Баоэр проснулся! Мой ребенок проснулся!”

Все были ошеломлены. Они оглянулись. Ребенок на руках женщины медленно открыл глаза, слабо плача, как будто испуганный.

Шэнь Нинхуа достала фарфоровую бутылочку, высыпал две таблетки и протянул их женщине. - Разотрите таблетки и дайте ему проглотить их, запивая теплой водой. Он не заражен чумой. Двух таблеток достаточно.”

“Благодетельница, спасибо тебе за спасение моего ребенка”.

Шэнь Нинхуа помогла женщине подняться и сказала: “Найди для него чистую одежду. Дети слабы и могут легко простудиться под дождем. Поторопись и уходи.”

“Да, да”.

Женщина с ребенком радостно убежала в поисках одежды. Горожане, которые противостояли Шэнь Нинхуа, внезапно опустились на колени и закричали: “Мисс, пожалуйста, спасите нас”.

Многие из них уже горько плакали. Все они были обычными людьми, и они только хотели жить мирной жизнью. Кто бы мог подумать, что стихийное бедствие все разрушит? Если бы был какой-то выход, они бы не пошли против Императорского двора. Они действительно были вынуждены это сделать, и они просто хотели выжить.

Лицо Шэнь Нинхуа было бледным, но ее слова были громкими и убедительными. “Мы прибыли сюда, чтобы облегчить бедствие в соответствии с указом Его Величества. Если чума в городе не прекратится, мы не уйдем!”

“Мы спасены, Город спасен!” У всех, наконец, появилась давно забытая улыбка, и все зааплодировали и бросились обниматься.

Люди сопроводили Шэнь Нинхуа и остальных в правительственный офис города Пин. Это место уже пустовало, так что Шэнь Нинхуа было просто удобно переехать сюда.

Сменив мокрую одежду, Шэнь Нинхуа направилась в холл.

В холле правительственного учреждения города Пин мужчина, одетый в лунно-белый халат, повернул голову. В его глубоких глазах светилась яркая улыбка. “Вы принцесса префектуры Нинхуа, верно? Я Мо Цзюньцин. Приветствую вас, ваше высочество.”

Глава 77 - Ты Так Сильно Заботишься О Нем?

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно вспыхнули. “ Приветствую вас, мастер Мо.

Бейли Цзиньчуань с энтузиазмом шагнул вперед и представил ее. “Нинхуа, мастер Мо Цзюньцин происходит из семьи Мо и находится в ознакомительной поездке, чтобы расширить свой опыт. Он услышал о серьезной чуме в городе Пин, поэтому специально примчался сюда. Помощь семьи Мо серьезно упростит выполнение наших задач”.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи. Семья Мо? Чу Цзюньи действительно был смелым лжецом.

В династии Даань все знали о семье Мо. Когда нынешний император Байли Цинцан был еще принцем, внезапное появление семьи Мо и помогло ему взойти на трон. Когда Бейли Цинцан взошел на трон, все думали, что семья Мо будет щедро вознаграждена императором, но таинственный патриарх семьи Мо внезапно объявил, что будет жить в уединении. С тех пор ни один член семьи Мо никак не присутствовал при дворе словно их никогда и не было.

На лице Чу Цзюньи играла улыбка, а в руке он с нескрываемым очарованием держал простой складной веер. “Я слышал, что принцесса префектуры Нинхуа разбирается в медицине. Это действительно хорошо. Однако я слышал, что жители города Пин, похоже, очень недоверчивы к лекарствам, которые дает Императорский двор. Интересно, готовы ли они принять новое лекарство?”

Бейли Цзиньчуань улыбнулся и с восхищением посмотрел на Шэнь Нинхуа. “Мастер Мо, вам не нужно беспокоиться об этом. Как только Нинхуа вошла в городские ворота, она решила больше половины проблемы.”

Люди неохотно верили в то, что рецепт был эффективным. Главная причина заключалась в том, что предыдущий вред от лекарства исчерпал их доверие. До тех пор, пока они снова смогут доверять Императорскому Двору, ничто другое не будет проблемой. Шэнь Нинхуа начала с ребенка и сразу же спасла ему жизнь. Одного этого события было достаточно, чтобы произвести впечатление на жителей города Пинг.

Шэнь Нинхуа сказала: “Мы прибыли в город Пин в спешке. Лекарственные средства, которые мы приготовили для лечения чумы, прибудут немного позже. Сейчас мы только готовы сделать некоторые приготовления к последующей работе”.

Бейли Цзиньчуань промолвил: “Нинхуа, ты лучше всех знаешь рецепт. Для вас естественно решать, что мы должны делать”.

Шэнь Нинхуа не стала отказываться. Она уже привлекла достаточно внимания, когда достала рецепт. Как бы она ни старалась избежать подозрений, это было бы бесполезно. Было бы лучше, если бы она смогла воспользовалась этой возможностью, чтобы внести большой вклад. “Хорошо, тогда я не буду скромничать. Лекарственные ингредиенты поступают не так быстро, тогда мы должны сначала получить их на месте. Город Пин окружен горами, а в горах произрастает множество лекарственных трав. Я запишу травы, которые мне нужны, и пусть каждый из офицеров и солдат узнает одну из трав. Если трав не будет хватать, пусть они поднимаются в горы, чтобы до собрать необходимое. Перво-наперво мы должны стабилизировать ситуацию в городе.”

“Да, это отличное решение”. Бейли Цзиньчуань кивнул.

Шэнь Нинхуа продолжила: “Поскольку мы только что прибыли в Цзяннань, нам нужно связаться со Старым генералом Сяо, который прибыл сюда ранее, чтобы облегчить бедствие. Он должен знать о ситуации в Пинг-Сити. Я всегда чувствую если что что-то случилось”.

“Хорошо, я пошлю людей связаться с ним”, - согласился Второй принц.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи и сказала: “Мастер Мо, боюсь, мне нужна будет ваша помощь в этом деле”.

Чу Цзюньи улыбнулся, глядя на Шэнь Нинхуа, и послушно кивнул. "Конечно. Пожалуйста, дайте мне ваши инструкции, ваше высочество.”

“Завтра мы с имперскими врачами проведем бесплатную медицинскую консультацию. Пожалуйста, помогите собрать людей и поддерживать порядок, мастер Мо.”

“Хорошо, все будет сделано как вы приказали, ваше высочество”.

Второй принц больше не задерживался. Обсудив некоторые детали с Шэнь Нинхуа и императорскими врачами, он отправился связаться с Сяо Цзинжань.

Вскоре после того, как Шэнь Нинхуа вернулась во двор, который был ее временной резиденцией, в ее комнате внезапно возникла таинственная белая фигура.

Выражение лица Цин Цюэ стало холодным, взгляд превратился в острые льдинки, когда она вытащила меч из рукава, резко взмахнула и нанесла удар в сторону фигуры.

Как только ноги Чу Цзюньи коснулись пола, он почувствовал прилив опасности. Складной веер в его руке резко ударил по рукавному мечу Цин Цюэ. Веер на вид был сделан из бамбука, но когда он ударился о рукавный меч, то издал металлический шипящий звук.

“Ваше высочество, вы так обращаетесь с гостями?”

Шэнь Нинхуа наблюдала, как Чу Цзюньи с легкостью уклоняется от атаки Цин Цюэ. Она слегка скривила губы и сказала: “Какой добрый гость пройдет мимо двери и предпочтет залезть через окно?”

Чу Цзюньи резко развернулся и с грохотом опустил рукавный меч в руке Цин Цюэ. Острое лезвие меча вонзилось в столб рядом с ним и глубоко вонзилось в дерево, оставив снаружи только слегка дрожащую рукоять меча.

Шэнь Нинхуа знала, что Цин Цюэ не ровня Чу Цзюньи, поэтому она приказала: “Цин Цюэ, остановись!”

Цин Цюэ остановила свои движения, но ее глаза были полны тревоги, когда она смотрела на Чу Цзюньи, боясь, что он начнет какую-нибудь атаку.

“Все в порядке. Он не причинит мне вреда. Можешь идти”

Бай Чжу неодобрительно спросила: ”Мисс?"

“Нет проблем. Я знаю этого человека уже давно.”

Увидев решительное выражение лица Шэнь Нинхуа, Бай Жо и другие служанки медленно покинули комнату.

Чу Цзюньи сел на стул рядом с Шэнь Нинхуа. Складной веер в его руке непрерывно стучал по ладони. “У меня для тебя хорошие новости”.

Глаза Шэнь Нинхуа сразу же наполнились радостью. “Так ты нашел Юнь Чуаня?”

Глядя на ее радостное выражение лица, Чу Цзюньи почувствовал прилив необъяснимой грусти в своем сердце. “Нинхуа, ты так беспокоишься об этом ребенке?”

“Где он?”

Выражение лица Чу Цзюньи изменилось, и на его лице появилось выражение смущения. “Я нашел его, но он мне не доверял. Что бы я ни говорил, он всегда пытался сбежать. Я был занят расследованием ситуации в Цзяннани, поэтому я не уследил за ним и он сбежал. К тому времени, когда я нашел его, он уже подхватил чуму. И вот. Все произошло два дня назад...”

Зрачки Шэнь Нинхуа сузились, а ее лицо стало смертельно бледным. “Ты…Что ты сказал?” Юнь Чуань был мертв? Как он мог умереть?

“Нинхуа, успокойся, успокойся пожалуйста!” Увидев необычное выражение лица Шэнь Нинхуа, сердце Чу Цзюньи дрогнуло.

“Как он мог умереть...” Шэнь Нинхуа яростно сжала кулаки, ее ногти вонзились в ладони. Что ж, вся эта ситуация была вызвана ею. Ожидалось, что наводнение в Пинг-Сити произойдет через три года, а не сейчас. Поскольку для нее было возможно возродиться, Юнь Чуань также мог столкнуться с несчастным случаем…

“Нинхуа, я просто пошутил с тобой. Не принимайте это всерьез. С этим парнем Юнь Чуанем все в порядке. Он все еще жив и здоров.” Увидев выражение лица Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи почувствовал прилив сожаления в своем сердце. Он явно знал, что она заботится об этом Юнь Чуане, поэтому он не должен шутить над ним. В то же время ему стало еще больше любопытно узнать об отношениях между Шэнь Нинхуа и Юнь Чуанем.

Шэнь Нинхуа внезапно повернула голову, чтобы посмотреть на него, и ее глаза все еще были слегка красными. “Юнь Чуань жив?”

“Да, с ним все в порядке. Я вижу, что ты так сильно заботишься о нем, так что...” Ну, он был немного зол…

Шэнь Нинхуа чуть не швырнула ему в лицо чашку с чаем.

Глядя на ее сердитый вид, Чу Цзюньи не мог не скривить губы. “Хорошо, я просто пошутил. Не сердитесь больше, ваше высочество.”

Из-за необходимости путешествовать днем под дождем Шэнь Нинхуа не взяла с собой свое обычное средство для самозащиты. В противном случае, она бы уже посыпала лекарственным порошком лицо Чу Цзюньи. Она чуть не расплакалась. После перерождения в ее сердце были две самые насущные проблемы. Одна мстила за себя, а другая отдавала долг благодарности.

Шэнь Линхань, Бейли Цзинцзе и другие причинили ей такую сильную боль, что она едва ли хотела жить, поэтому она отомстила бы вдвойне. Что касается Си Цинь, Си Ци и Юнь Чуаня, которые пожертвовали своими жизнями ради нее, она хотела дать им мирную жизнь и позволить им жить счастливо вечно.

Чу Цзюньи заметил, что Шэнь Нинхуа была в оцепенении, и почувствовал себя еще более неуютно. У этой девушки всегда было черное сердце, так почему же она так сильно заботилась о парне по имени Юнь Чуань? Он же еще ребенок. Что может связывать ее и этого ребенка? Подумав об этом, он сменил тему.

“Нинхуа, я уже все приготовил. Я начну действовать, когда ты будешь готова к ликвидации последствий стихийных бедствий.”

Внимание Шэнь Нинхуа было отвлечено его словами. “Вы хотите реорганизовать силы в Цзяннани?”

“Да, было бы жаль, если бы я упустил хорошую возможность, которая была доставлена прямо к моим дверям”.

Заметив серьезную ситуацию в городе Пин, у Шэнь Нинхуа возникло предчувствие, что Сяо Цзинжань делает это специально, чтобы подавить силы в Цзяннани. Однако она не могла понять, почему он это делает. Теперь казалось, что он делал это для Чу Цзюньи, но зачем Сяо Цзинраню помогать ему?

“Силы в Цзяннани сложны. Если вы сможете четко разобраться в них, вы будете контролировать более половины Цзяннани и даже сможете влиять на всю династию Даань. Чу Цзюньи, ты планируешь устроить бунт?”

“Бунт?” Чу Цзюньи усмехнулся. “Я не настолько предсказуемый. Я просто хочу воспользоваться этой возможностью в Цзяннани, чтобы узнать правду. Нинхуа, мы же сотрудничаем друг с другом. Если мои позиции станут сильнее, я определенно смогу оказать вам больше помощи. Это хорошая сделка”.

Шэнь Нинхуа подняла брови. “Эта сделка может даже стоить мне головы. Я не уверена, что до конца понимаю весь этот план”.

Чу Цзюньи сдержал улыбку и сказал серьезным тоном: “Не волнуйся. Я обеспечу твою безопасность, несмотря ни на что.”

Шэнь Нинхуа было все равно. “Забудь об этом, я не хочу знать, почему ты хочешь контролировать Цзяннань. Сейчас самое главное - держать чуму под контролем”.

“Хорошо, делай то, что должна делать. Я также собираюсь принять кое-какие меры”.

"Хорошо."

Когда Чу Цзюньи ушел, взгляд Шэнь Нинхуа стал холодными. Чу Цзюньи был приемным сыном семьи Сяо, но он осмелился заявить, что является членом семьи Мо. Он приблизился к королевской семье, но также хотел контролировать Цзяннань. Каковы были его планы и что он собирался делать?

Чу Цзюньи, однако, не знал, что Шэнь Нинхуа размышляла о его личности. Вернувшись в резиденцию, где он остановился, он отдал ряд приказов.

“Вэй Один, продолжай присматривать за Цзяннанем и обеспечь безопасность Старого Патриарха Сяо”.

“Да, учитель”.

“Вэй Два и Вэй Три, раскройте сеть и разоблачите этих продажных мотыльков в Цзяннани перед Бейли Цзиньчуанем! Нет необходимости тратить такой острый нож впустую.”

“Да, господин”.

“Вэй Четыре, Вэй Пять и Вэй Шесть, тайно соберите лекарственные ингредиенты, чтобы помочь Шэнь Нинхуа привести ситуацию Цзяннань в нормальное русло. Я собираюсь дать ей шанс прославится”.

“Да, господин”.

В глазах Чу Цзюньи появился проблеск теплоты. Нинхуа, поскольку ты была благодарным человеком и быстро отдала долг благодарности, на этот раз я окажу тебе огромную услугу. Тогда, как бы ты отплатила мне? Вышла бы за меня замуж? Когда он подумал об этой возможности, то заметил, что вовсе не отвергает ее, а чувствует себя еще счастливее. Однако, осознав, что до того, как ей исполнится пятнадцать лет, осталось еще больше года, пришлось немного утихомирить свой пыл.

“Вэй Седьмой, пошлите несколько человек, чтобы тайно охранять Шэнь Нинхуа. Не позволяй никому причинить ей хоть какой-нибудь вред.”

“Да, учитель”. Вэй Седьмой ответил немедленно, без каких-либо колебаний. Другие люди, стоявшие с ним в очереди, смотрели на него с завистью в глазах.

Они уже давно втайне интересовались старшей молодой леди клана Шэнь, которая могла бы привлечь особое внимание их хозяина. Однако они не осмеливались расспрашивать о ней без приказа. Когда они услышали, что мисс Шэнь приехала в Цзяннань, они долгое время втайне радовались. Все они хотели иметь шанс вступить с ней в контакт, но никто не ожидал, что Вэй Седьмой, занявшая последнее место из семи, получит такую возможность.

На следующее утро, как только был установлен навес для бесплатной медицинской консультации, люди уже выстроились в очередь. Когда они увидели, что Шэнь Нинхуа вышла, они сразу же шумно двинулись вперед.

Охранникам потребовалось немало усилий, чтобы заставить толпу стоять в очередях.

Шэнь Нинхуа не стала медлить. Она достала пульсовую подушку и сразу же начала по очереди прощупывать пульс людей.

“С твоим телом все в порядке. У вас нет никаких серьезных заболеваний. Вы просто съели не ту пищу, и у вас холодный желудок. Просто отойди в сторону, чтобы взять лекарство.”

Утро пролетело быстро. Хотя в этом месте был навес для бесплатной медицинской консультации, он не мог заслонить солнце в небе. Бай Руо сменила носовой платок, чтобы вытереть пот Шэнь Нинхуа. “Мисс, почему бы вам не отдохнуть немного? Вы были заняты все утро.”

Шэнь Нинхуа как раз собиралась что-то сказать, когда услышала шум в толпе. Два человека несли труп на носилках прямо к рабочему столу Шэнь Нинхуа. Они бросились к ней и уже собирались схватить Шэнь Нинхуа.

“Ты лгунья. Верни жизнь моему брату!”

Глава 78 - Терроризируй Одного, и Остальные подтянутся

Это произошло слишком внезапно. Цин Цюэ была слишком далеко от Шэнь Нинхуа и не успела вовремя среагировать. Видя, что этот человек собирается наброситься на Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи почувствовал, как в его сердце поднимается волна ярости и жажды убийства. Он двигался с молниеносной скоростью, прикрыл своим телом Шэнь Нинхуа и отправил нападающего в нокаут одним ударом ноги.

Мужчина упал на землю и тут же громко закричал: “Убийцы-убийцы! Помогите! Вы негодяи! Ты убил моего брата, а теперь хочешь убить и меня, чтобы не осталось ни одного свидетеля. Есть ли какая-нибудь справедливость?”

Бейли Цзиньчуань подошел поближе. Если бы не окружающие его люди, он бы наступил этому человеку на грудь. “Кто ты? Почему ты вдруг решил напасть?”

“Кто я такой? Я - жертва! Вы лжецы, что за лекарство вы нам дали? Мой брат умер вскоре после того, как выпил лекарство. Бесплатная медицинская консультация и помощь в случае стихийных бедствий? Вы же просто обманываете людей”. Сказав это, мужчина встал и посмотрел на окружающих людей. “Почему бы вам не открыть глаза и самим не посмотреть, выглядит ли эта маленькая девочка так, будто она способна лечить болезни? Ты можешь верить тому, что они говорят, но разве ты не боишься, что потеряешь свою жизнь так же, как мой брат?”

Бейли Цзиньчуань прищурился и сказал: “Как ты смеешь? Я прибыл, чтобы предотвратить катастрофу по приказу Его Величества. Я бы еще тебя понял, если бы вы просто были неблагодарными негодяями. Но вы открыто стали мешать оказанию бесплатной медицинской консультации. Если вы не сможете предоставить доказательства, я сегодня же прикажу вас должным образом наказать!”

Чу Цзюньи проигнорировал шум и опустил голову, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа. “Что с тобой случилось? Почему у тебя такое бледное лицо?”

Цин Цюэ и другие служанки окружили их. Бай Жо поспешно достал таблетку и дал ее выпить ее Шэнь Нинхуа. “Мисс, вы не очень хорошо отдохнули всю дорогу. Как только мы прибыли в Пинг-Сити, вы начали готовиться к оказанию медицинских услуг для людей. Ты думаешь, что сделана из железа? Тебе немедленно следует успокоиться и отдохнуть.”

Шэнь Нинхуа облокотилась на стол, и перед ее глазами вспыхнула тьма. Через некоторое время она, наконец, пришла в себя. “Я в порядке. Я просто устала. Давайте сначала разберемся с этим вопросом.”

Мужчина все еще кричал о своей невиновности. Некоторые люди уже начали удивленно переглядываться и в их глазах явно проступало сомнение. Они уже начали сомневаться в том, эффективны ли лекарственные препараты, которые они держат в своих руках.

Шэнь Нинхуа вышла вперед и окинула своим холодным взглядом труп на земле. “Вы сказали, что человек на земле - ваш брат?”

“Это верно, а ты – лгунья! Ваше лекарство стоило жизни моему брату. Верни ему жизнь, верни жизнь брату”. Говоря это, он хотел снова наброситься на Шэнь Нинхуа.

На этот раз Цин Цюэ воспользовалась этой возможностью. Когда мужчина побежал вперед, она резким и отточенным ударом опрокинула его прочь сильным ударом ноги в грудь.

Мужчина отлетел на три метра, прежде чем он приземлился на землю. На этот раз его крик был действительно пронзительным. “Ах, у меня сломаны кости. Вы, совершенно не цените человеческую жизнь, словно люди для вас - бесполезная трава. Есть ли еще справедливость? Мы так много страдали, а теперь ты даже хочешь убить нас. Неужели нет справедливости и возмездия”?

Шэнь Нинхуа бесстрастно посмотрела на него. Она подождала, пока голос мужчины не охрип, и сказала: “Оттащите этого буйного вниз и отвесьте ему 30 ударов”.

Окружающие люди были ошеломлены. Этот человек явно пришел искать справедливости. Теперь он будет наказан. Может эти люди действительно являются лжецами? Думая об этом, окружающие приходили в ярость и с ненавистью смотрели на Шэнь Нинхуа. Если бы не охранники вокруг них, многие люди уже сделали бы свой выбор.

Бейли Цзиньчуань тоже был ошеломлен. “Нинхуа, ты...”

Шэнь Нинхуа обернулась и посмотрела на охранников, которые колебались. “Вы отказываетесь следовать моему приказу?”

Охранники поспешно покачали головами и тут же подошли, чтобы выпороть мужчину.

“Ах... убийство...”

Сначала мужчина очень жалобно закричал, и вскоре его голос ослаб. Получив тридцать ударов, он потерял сознание от боли. Охранники подтащили его к Шэнь Нинхуа и плеснули ему в лицо холодной водой, чтобы привести в чувство.

В тот момент, когда мужчина открыл глаза, он непрерывно ругался: “Ты…у вас нет никакого отношения к человеческой жизни. Ты умрешь ужасной смертью...”

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на окружающих ее людей. “Вам должно быть любопытно, почему я наказала его. Позвольте мне объяснить. Во-первых, человек, стоящий рядом со мной, - это второй сын Его Величества, командующий принц Де. Я приемная дочь Его Величества, принцесса префектуры Нинхуа. Этот человек проявил неуважение к королевской власти, сказав эти слова. Даже если его забили до смерти, это было не более чем разумное наказание.”

Люди замолчали, и гнев на их лицах мало по малу растаял. Это было правильно. Они почти забыли, что люди перед ними были из королевской семьи. Они были просто простолюдинами, и даже если их взгляды были недостаточно уважительными, их можно было забить до смерти. Простые люди не могли бороться с чиновниками, не говоря уже об этих людях, которые были выше чиновников.

Шэнь Нинхуа продолжил: “Однако я наказал его не из-за его оскорбительных слов, а из-за вас!”

Из-за нас? Люди были ошеломлены. Как получилось, что этот человек был наказан из-за них?

“Потому что этот человек хотел убить вас всех. Я здесь, чтобы спасать жизни, а не видеть мертвых людей. Так как же я могу стоять в стороне и наблюдать, ничего не делая? Ты не понимаешь, не так ли? Тогда я тебе это докажу.”

Шэнь Нинхуа отдавала приказы, направляясь прямо к избитому мужчине. “Цин Цюэ, отрежь этому человеку рукава. Будь осторожен, не прикасайся к нему.”

“Да, мисс”. Цин Цюэ аккуратно отрезала рукава мужчины, небрежно положила их на доску и передала Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа взял доску. Под озадаченными взглядами толпы она бросила кусок рукава на труп, который был притащен сюда мужчиной.

Бездыханное тело внезапно вскочило, прикрывая шею и начиная кашлять. “Ах, вода, вода...”

Люди испугались и попятились назад. Мужчина ущипнул себя за шею, и его лицо покраснело. Вскоре он упал на землю, изо рта у него текла пена крови.

Все были в шоке. Мужчина ясно сказал, что человек на земле был его братом и был смертельно отравлен лекарством Шэнь Нинхуа. Как получилось, что его оживил кусок рукава?

Голос Шэнь Нинхуа был ледяным. ”Эти двое мужчин - настоящие лжецы. Они намеренно пришли, чтобы сорвать работу по оказанию помощи. Один из них претворился мертвецом, чтобы вызвать сочувствие. Затем другой мужчина тайно нанес яд на свои рукава. Если бы я не обезопасила себя от другого человека, боюсь, многие из вас были бы отравлены до смерти. Таким образом, у этого человека было бы больше доказательств того, что лекарство, которое я прописала, было ядовитым!”

“Небеса, почему этот человек стал способен на такое злодейство?”

“Да, благодаря покровительству ее высочества, иначе мы были бы обмануты”.

“ Благодарю вас, ваши высочества.

Все люди опустились на колени, чтобы выразить свою благодарность. Гнев в их сердцах теперь превратился в благодарность.

Шэнь Нинхуа не просила их вставать. “Все, вы должны четко осознавать, что находитесь в городе Пинг. Если бы мы действительно хотели причинить вам вред, мы могли бы просто оставить вас в покое. Менее чем через полмесяца здесь мало кто остался бы в живых. Мы пришли сюда с добрыми намерениями. Если кто-то сомневается в нас без причины, то не обвиняйте нас в том, что мы безжалостны. Цзяннань такая большая, и в ней так много мест, пострадавших от стихийного бедствия. Мы можем просто отправиться в другое место, чтобы облегчить бедствие!”

Сказав это, Шэнь Нинхуа сразу же ушла вместе с Бай Руо.

“Ваше высочество...”

“Мы ошибаемся...”

Видя, что императорские врачи тоже следуют за Шэнь Нинхуа, многие люди преклонили колени перед Бейли Цзиньчуанем и извинились.

Чу Цзюньи наблюдал за происходящим со стороны и слегка скривил губы. Трюк Шэнь Нинхуа по созданию примера из этого человека был действительно умным. После этого, если бы кто-то еще захотел причинить неприятности, эти люди были бы первыми, кто встал бы и избил его. В конце концов, никто из них не хотел умирать.

Цин Цюэ защитила Шэнь Нинхуа и сразу же вернулась в их временное жилище.

Как только она вошла в дверь, Шэнь Нинхуа села на стул и задыхалась. Холодный пот непрерывно стекал по ее гладкому лбу.

Бай Руо был потрясен. “Мисс, что с вами не так?”

Шэнь Нинхуа покачала головой и слабо сказала: “Помоги мне налить в миску воды с сахаром и принести немного еды”.

Вошел Чу Цзюньи. Увидев ее тревожное выражение лица, он коснулся ее лба и почувствовал сильный жар. Он нахмурился. “Ты действительно не заботишься о своей собственной жизни!” Сказав это, он сразу же поднял ее и положил рядом на кровать.

Цин Цюэ хотела шагнуть вперед, чтобы остановить его, но Чу Цзюньи отмахнулась от нее. “Чего ты все еще ждешь? Разве ты не видел, что у твоей мисс жар? Принеси таз с холодной водой.”

Чу Цзюньи намочил полотенце и положил его на лоб Шэнь Нинхуа. Дискомфорт в его сердце становился все более и более очевидным. Эта девушка была безжалостна не только к другим, но и к самой себе. Она вообще не знала, как о себе позаботиться.

Шэнь Нинхуа почувствовала, как в ее сердце разгорается огонь, но ее тело было ледяным. Ощущение переключения между теплом и холодом заставляло ее чувствовать себя особенно неуютно. ”А ты не боишься, что я подхватил чуму и заразу тебя, если ты будешь так пристально заботиться обо мне?"

Чу Цзюньи сменила полотенце на лбу и презрительно сказала: “Такая черносердечная девушка, как ты, отпугнет чуму”.

Шэнь Нинхуа слегка улыбнулась и почувствовала резкий укол боли в голове. ”О..."

Чу Цзюньи опустила руку, которой потирала голову, и сказала: “Теперь я тоже подозреваю, что ты лшунья. Если бы ты знала медицинские навыки, как ты могла так заболеть?”

“Несмотря на то, что я прошла терапию и детоксикацию, мое тело все еще намного слабее, чем обычно. Я слишком устала за эти дни, так что заболеть почти неизбежно.”

“Если ты знаешь, что ты слаба, тогда тебе не стоит пытаться быть храброй”.

Шэнь Нинхуа скривила губы и потянула одеяло, прикрывавшее ее грудь, вверх, обнажив только голову. Возможно, из-за сильной головной боли ее бледное лицо сморщилось, и она медленно произнесла: “Я понимаю”.

Бай Руо принесла лекарство. Чу Цзюньи использовал серебряную иглу, чтобы убедиться, что она безопасна. Затем он поднял Шэнь Нинхуа и заставил ее выпить его. Может быть, лекарство подействовало, а может быть, она слишком устала, но Шэнь Нинхуа вскоре заснула.

Чу Цзюньи смотрел на нее все более смягчающимся взглядом.

Ее ясные и темные глаза были закрыты и уже не так холодны, как обычно. Ее тонкие ресницы дрожали, отчего она казалась еще более хрупкой. Чу Цзюньи протянул руку и пригладил прядь волос у нее на щеке. Он вдруг обнаружил, что ее красивое лицо даже не такое большое, как его ладонь. Он не мог удержаться, чтобы не поднять свою ладонь, чтобы сравнить с ней, и тихо усмехнулся.

Цин Цюэ и Бай Жо смотрели на Чу Цзюньи с опаской, боясь, что он сделает что-нибудь, что оскорбит Шэнь Нинхуа.

Чу Цзюньи встал и посмотрел на них. “Позаботься хорошенько о своей мисс. Не позволяй ей снова упрямиться.”

Бай Руо немедленно опустил занавеску на кровати, чтобы Чу Цзюньи не смог увидеть Шэнь Нинхуа. “Да, мы это сделаем. Спасибо вам, мастер Мо, за вашу заботу. Мисс отдыхает, так что мы больше не будем вас здесь задерживать, чтобы избежать ненужных сплетен.”

Чу Цзюньи было все равно. Он повернулся и вышел.

Примерно через два часа Шэнь Нинхуа внезапно открыла глаза. Все ее тело было покрыто потом, что было очень неприятно. Но ее головная боль почти прошла. “Бай Руо?”

“Мисс, вы не спите?”

“Как долго я спала?”

“ Около двух часов.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Как обстоят дела снаружи?”

”После того, как ты сказала эти слова и ушла, все люди извинились. Они беспокоились, что мисс и имперские врачи уйдут. Они ждали снаружи, пока имперские врачи не продолжили бесплатную медицинскую консультацию во второй половине дня. Многие люди приходили спросить, почему ты не выходишь на улицу”.

“Хорошо, я переоденусь и выйду. Вы просите Хун Лина допросить арестованного нарушителя спокойствия, чтобы выяснить его хозяина и направляющую руку.” Нарушитель спокойствия спрятал яд в рукаве, чтобы убить ее. Казалось, что он пришел с недобрыми намерениями.

Глава 79 – Фортуна любит молчаливых!

Увидев, что Шэнь Нинхуа наконец появилась, люди, собравшиеся у входа в ямен, радостно заговорили вполголоса. Вскоре после этого люди, которые изначально стояли в очереди перед столами императорских врачей, собрались за столом Шэнь Нинхуа.

Приемные имперских врачей, еще недавно были переполнены больными внезапно опустели. Это очень раздражало и злило врачей. Однако, после нескольких дней наблюдений они обнаружили, что медицинские навыки Шэнь Нинхуа ничуть не уступали их навыкам, более того, она даже превосходила их во многих отношениях. Кроме того, хотя характер этой девушки был холодным и жестким, она все делала вдумчиво и тщательно. То, что она делала, заставляло их восхищаться ею в глубине души.

Шэнь Нинхуа не была удивлена. Шаг за шагом она закладывала основу для того, чтобы ее репутация распространялась как можно больше и дальше среди людей. Таким образом, следующая задача по ликвидации последствий стихийных бедствий будет намного проще. Однако даже она не могла поставить диагноз такому количеству людей, поэтому приказала окружающим охранникам убедить людей разойтись.

Многие люди неохотно соглашались. Некоторые люди выстраивались в очередь, чтобы позволить Шэнь Нинхуа снова поставить им диагноз после того, как им поставили диагноз императорские врачи ранее. Убедившись, что императорские врачи не допустили никаких ошибок в диагнозе, они смущенно приняли лекарство и ушли.

Было уже темно, когда бесплатная медицинская консультация подошла к концу. Тело Шэнь Нинхуа еще не полностью восстановилось, поэтому она попросила Бай Жо принести еду обратно во двор. Наскоро поев, она легла в постель отдыхать.

Медицинский прием длился три дня. Лекарственные ингредиенты уже закончились, но у охранников не было достаточно времени, чтобы подняться на гору, чтобы собрать травы. К тому же Второй принц все еще никак не мог связаться с Сяо Цзинжанем.

Чу Цзюньи пришел в комнату Шэнь Нинхуа ранним утром и сел на стул и уставился на нее своим пристальным взглядом не смотря на то, что девушка в этот момент завтракала.

Находиться под таким пристальным взглядом было определенно неудобно. Шэнь Нинхуа не выдержала и наконец заговорила: “Господин Мо, что вы здесь делаете ранним утром?”

Услышав подчеркнутые слова “Господин Мо”, Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: “Я здесь, чтобы убедиться, что вы поели”.

Шэнь Нинхуа взглянула на него и опустив голову, продолжила есть. Он не хотел говорить, а ей тоже было неинтересно спрашивать.

Хун Лин вбежала снаружи и обнаружила, что Чу Цзюньи тоже там. Ей было все равно. “Мисс, кто-то пришел ночью искать Второго Принца и сказал, что Старый генерал Сяо попал в ловушку в городе Линьцзян. Беженцы окружили город Линьцзян. Во многих местах были проблемы, и ситуация была очень критической”.

Шэнь Нинхуа отложила палочки для еды и спросила: “Господин Мо, какие у вас дальнейшие планы?”

“В мутной воде легко ловить рыбу. Нинхуа, ты умная девочка. Разве ты не можешь догадаться?” Цзяннань был слишком богат. Здешние чиновники имели бесчисленные связи с принцами и важными придворными чиновниками. Если он хотел вырвать их с корнем, ему приходилось использовать острые ножи и тяжелые молотки.

“Так что будь пожалуйста осторожна. Рыба в воде может быть достаточно большой, чтобы съесть людей.” Будучи императором, сам Бейли Цинцан, естественно, хотел исправить чиновничество в Цзяннани. К сожалению, вода здесь была слишком глубокой, и утонули целые делегации имперских посланников, направленных сюда для расследования ситуации. В конце концов, он ничего не мог поделать с Цзяннанем.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа, и его глаза загорелись. В этом мире были миллионы женщин, но не было никого, кто мог бы быть таким проницательным, как Шэнь Нинхуа.

“Не волнуйся. Я лучше всех готовлю рыбу.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Зная, что он был готов, она перестала что-либо говорить.

После того, как Чу Цзюньи ушел, Хун Лин прошептала: “Мисс, этот вчерашний нарушитель спокойствия ничего не сказал. Он прикусил язык и покончил с собой сегодня утром.”

Шэнь Нинхуа не была удивлена. “Ну, яд на его рукаве определенно это не обычный яд. Как только он вдохнул яд в свои легкие, смертельный воздух распространился по всему его телу. Меньше чем через мгновение он истечет кровью из всех своих семи отверстий и умрет.”

Хон Лин испытывал затяжной страх. “К счастью, вы были сообразительны и не позволили этому человеку приблизиться”.

“Это дело нелегко расследовать. Оставь это пока. Нет никакой необходимости проводить расследование. Есть какие-нибудь новости из столицы?”

”Нет, в столице очень тихо".

Шэнь Нинхуа нахмурилась. В это время тишина была тем самым, что заставляло людей паниковать.

Бейли Цзиньчуань расхаживал взад и вперед по залу со следами гнева в глазах. Когда он увидел входящую в дверь Шэнь Нинхуа, он сдержал гнев. “Нинхуа, ты плохо себя чувствуешь. Почему бы тебе еще немного не отдохнуть?”

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Вы получали сообщения от Старого генерала Сяо?”

“Я уже послал людей в город Линьцзян, но город осаждает слишком много беженцев, поэтому мои люди просто не смогли войти в него”. Бейли Цзиньчуань тяжело вздохнул. “Я уже доложил Его величеству. Если бы не было другого выхода, мне пришлось бы послать войска, чтобы расправиться с беженцами”.

Шэнь Нинхуа не согласилась. “Жители Цзяннани уже находятся в состоянии паники. Они окружают город Линьцзян только для того, чтобы найти способ выжить. Отправка войск заставит их бунтовать. Кроме того, чума в Цзяннани - это серьезно. Если сюда послали войска и они заразились, тогда...”

Бейли Цзиньчуань горько улыбнулся. “Как я могу не знать? Но что еще я могу сделать? Город Линьцзян расположен на водном пути. Если я хочу перевезти лекарства в Цзяннань, мне придется ехать через Линьцзян. Если беженцы не разойдутся, лекарственные ингредиенты не смогут попасть внутрь. Ситуация в Цзяннани станет еще более критической. Прямо сейчас это всего лишь город Пин, и лекарств уже недостаточно, не говоря уже о других местах в Цзяннани.”

Сейчас город Пин временно стабилизировался, но как только закончатся лекарства, эта стабильная ситуация мгновенно рухнет.

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала, а затем внезапно промолвила: “Ваше высочество, вы осмелитесь убивать людей?”

Бейли Цзиньчуань внезапно поднял голову и бессознательно сжал кулаки. Он посмотрел ей в глаза с небывалым энтузиазмом. “Нинхуа, у тебя есть идея?”

”Люди злятся‘ потому что они недовольны. Если все еще есть способ выжить, эти честные люди не захотят рисковать. До тех пор, пока мы устраняем причины, которые мешают им выжить, они, естественно, будут благодарны”.

“Причины, которые мешают им выжить?”

”Да. Первая - это чума. У нас уже есть рецепт на лечение. Нам нужно только дождаться открытия города Линьцзян и использовать водный путь для транспортировки лекарственных ингредиентов. Вторая - это коррумпированные чиновники, которые бросили народ. У нас нет лучшего выбора, чем убить их, чтобы избежать дальнейших неприятностей”.

Глаза Бейли Цзиньчуаня переместились. “Ты имела в виду убийство тех чиновников?”

“Совершенно верно”. Шэнь Нинхуа посмотрела на него своими ясными глазами. “Ваше высочество, вы должны знать, что у вас нет права обезглавливать чиновников без предварительного доклада Его Величеству. Если бы вы сделали это в Цзяннани, вам определенно был бы объявлен импичмент после возвращения в столицу. Его Величество также примет карательные меры против вас за это. Вы обдумали это? Вы осмелитесь?”

Бейли Цзиньчуань опустил голову и задумался. Обезглавливание этих коррумпированных чиновников без предварительного доклада Его Величеству действительно было эффективным методом, но в то же время чрезвычайно рискованным. Однако, если бы он не успокоил беженцев сейчас, последствия, вероятно, были бы еще более серьезными. Это было так, как если бы он стоял на горном хребте с утесами по обе стороны. Его будущее было неопределенным, какую бы сторону он ни выбрал.

“Нинхуа, если бы ты была на моем месте, какой путь ты бы выбрала?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Ваше высочество, вы шутите. Как может быть так много "если"? Но вы сын его величества. Хотя император не хочет, чтобы вы стали слишком могущественными и могли угрожать императорской власти, он также будет заботиться о родословной. Независимо от того, какой выбор вы сделаете, ваша жизнь не будет поставлена на карту”.

“Ты права. Поскольку мне не нужно беспокоиться о том, что я потеряю свою жизнь, я могу рискнуть. Если бы я преуспел, у меня была бы хорошая репутация. Если я потерплю неудачу, я все еще могу быть обычным праздным принцем.”

Улыбка на губах Шэнь Нинхуа стала шире, а ее яркие глаза наполнились улыбкой. “Поскольку вы знаете, что делать, тогда тебе лучше действовать сейчас. Чем скорее беженцам будет оказана помощь, тем лучше. Я сейчас ухожу.”

На второй день новость распространилась по всей Цзяннани. Второй принц лично послал стражу, чтобы схватить губернатора города Пин, который бросил народ и публично обезглавил его. Он также дал героическое обещание, что люди могут связать тех чиновников, которые бросили их ради личной выгоды, и непосредственно обезглавить их, если их преступления были правдой.

Многие люди сомневались, действительно ли у Второго принца хватило смелости сделать это.

На третий день в городе И, который был недалеко от города Пин, его губернатор был связан людьми и отправлен в город Пин. Его обвиняли в более чем 20 преступлениях, в том числе в хранении зерна с целью личной выгоды. Второй принц пришел в ярость и обезглавил губернатора города И. Люди радостно аплодировали ему.

Четвертый день, пятый день…Новости продолжали распространяться. Бедствия, охватившие города Пин и И исчезли, а хорошие новости продолжали поступать. Беженцы, осаждавшие город, больше не могли терпеть. Ночью они прорвались через городские ворота, связали двенадцать чиновников, которые только и делали, что издевались над людьми, и отправили их в город Пин.

Беженцы не ожидали, что Второй принц появится с армией на полпути. Они были готовы к тому, что их убьют. Однако Второй принц пощадил их жизни и непосредственно обезглавил чиновников, которых они привели.

”Мне очень жаль, мои собратья. Я позволяю этим трутням императорского двора копить зерно и наживать состояние на ваших страданиях. Я знаю, что вы не стали бы осаждать город Линьцзян, если бы у вас был способ выжить. Сегодня я убил этих коррумпированных чиновников, не отчитавшись перед Его Величеством. Завтра я прибуду в город Линьцзян и открою зернохранилище, чтобы вы все хорошо попировали!”

Глаза беженцев сразу же покраснели. Нет слов лучше, чем полный желудок. Они действительно были слишком голодны…

Шэнь Нинхуа последовала за Бейли Цзиньчуанем к воротам города Линьцзян. Беженцы, которые уже получили это известие, расступились, чтобы они могли беспрепятственно войти в город.

Сяо Цзинжань уже привел людей, чтобы поприветствовать их у городских ворот. Когда он увидел Второго принца, он поспешно отдал честь и сказал: “Грешный чиновник приветствует Ваше высочество”.

Второй принц сделал два шага вперед и помог ему подняться. “Старый генерал Сяо, какой у тебя грех? Быстро, пожалуйста, встаньте”.

“Я заслуживаю смерти. Я не только не смог предотвратить катастрофу в Цзяннани, но и оказался в ловушке внутри города. У меня действительно не было возможности увидеть Его Величество в столице.”

Шэнь Нинхуа стояла неподалеку. Это был первый раз, когда она увидела Сяо Цзинжань с момента ее перерождения. В своей прошлой жизни она видела этого легендарного генерала всего один раз. В то время она только что помогла Бейли Цзиндзе избавиться от Третьего Принца и Четвертого Принца. Сяо Цзинжань вошел во дворец со своим хлыстом, и даже сотня стражников не смогла его остановить. Он встал перед ней и с силой использовал хлыст, чтобы разрушить ее дворец. Он произнес всего два слова “порочная женщина”, прежде чем уйти в отставку и вернуться домой. С тех пор она не слышала о нем никаких новостей.

Этот старый генерал явно убил бесчисленное количество людей на поле боя, но выражение его лица было спокойным и умиротворенным, без малейшего намерения убить, так что было трудно сказать, о чем он думал.

После того, как Сяо Цзинраню помогли подняться, он поднял взгляд и увидел Шэнь Нинхуа. Его лицо было покрыто морщинами, но в глазах горел величественный и ясный свет, как будто он мог видеть сердца людей насквозь.

Шэнь Нинхуа осталась невозмутимой. Легкий ветерок развевал пряди волос у ее ушей. Она протянула руку, чтобы элегантно пригладить волосы. “Приветствую тебя, Старый генерал Сяо”.

“Приветствую, ваше высочество”. Сяо Цзинжань повернулся и больше не обращал на нее внимания.

Бейли Цзиньчуань не стал медлить. Войдя в город, он сделал кое-какие приготовления и немедленно приказал открыть зернохранилище и раздать зерно людям. Когда беженцы увидели, что он действительно выполнил свое обещание, все они опустились на колени и зааплодировали. На какое-то время радостные крики в городе Линьцзян сотрясли небо. Хорошая репутация Бейли Цзиньчуаня быстро распространилась по Цзяннани.

Шэнь Нинхуа стояла в павильоне и без эмоций смотрела вниз на очередь беженцев, получавших рисовую кашу.

Чу Цзюньи взял веер и вздохнул. “После этой драмы слухи о поступках Второго принца действительно распространились далеко и широко”.

Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на него. “Разве вы не ожидали такого результата, когда я сделала ему предложение? А что, ты пожалел об этом?”

“Почему я должен сожалеть об этом? Более половины чиновников в Цзяннани ушли в отставку. Я жду, чтобы заполнить вакансии. Пусть Второй принц заслужит эту репутацию. Я просто буду наслаждаться пребыванием в темноте”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и мысленно похвалила Чу Цзюньи. Возможность заработать хорошую репутацию - это хорошо. Однако для людей было неизбежно быть обремененными славой, и лучше всего было сколотить состояние молча.

Глава 80 - Как Мы Обойдемся Друг с Другом?

Когда о деяниях Бейли Цзиньчуаня доложили в столицу, народ ликовал. Хотя действия Второго Принца нарушали указ императора, все понимали, что он действительно делал это для людей. Многие люди день и ночь курили дома благовония, молясь о благословении Будды на Второго принца, чтобы он как можно скорее завершил работу по оказанию помощи.

Но многие чиновники Императорского двора не разделяли всеобщего народного ликования и придерживались противоположной позиции. В эти дни императорский стол Бейли Цинцана был практически полностью завален прошениями об импичменте Второму принцу.

Во дворце Чэнцянь Третий принц возмущенно сказал: “Ваше величество, Второй Брат действительно слишком высокомерен. Вы послали его, чтобы предотвратить катастрофу, но он убил более половины чиновников в Цзяннани. Без руководства местных чиновников Цзяннань погрузится в хаос”.

Бейли Цинцан опустил голову и безо всяких эмоций посмотрел на отчеты. “Тогда что, по-твоему, мы должны делать?”

“Я думаю, мы должны немедленно отозвать Второго Брата обратно, лишить его титула, временно отстранить его от должности и позволить ему покаяться на некоторое время. Этих мер должно быть достаточно, чтобы успокоить народ”.

Бейли Цинцан холодно посмотрел на него и вопросительно спросил: “После того, как я призову его вернуться сюда, кто отправится в Цзяннань, чтобы продолжить работу по ликвидации последствий стихийного бедствия? Ты?”

Третий принц мгновенно поперхнулся. В Цзяннани свирепствовала чума. Кто осмелится искать смерти?

“Поскольку ты не хочешь идти, давай сохраним статус-кво. Поторопитесь и доставьте лекарства в которых нуждается Цзяннань. Никто не должен откладывать эту работу. Мы поговорим о том, что сделал Второй принц, после того, как ситуация в Цзяннани успокоится”. После того, как Бейли Цинцан закончил говорить, он взмахнул рукавами и зашагал прочь.

Наследный принц, одетый в ярко-желтую одежду, встал и собрался выходить. Но Третий принц оттащил его назад. “Наследный принц, когда чума в Цзяннани утихнет, народ Цзяннани всем сердцем поддержит Второго Брата. Они не позволят нам прикоснуться к нему. Второй Брат уже имеет высокий статус в армии, и теперь он также пользуется поддержкой народа. Ты должен быть осторожен.”

Бейли Цзиньи тепло улыбнулся и сказал: “Если Второй Брат сможет заручиться поддержкой народа, я, буду только рад за него. Третий Брат, теперь, когда страна в опасности, не говори больше таких слов.”

Когда наследный принц отошел подальше, Третий принц плюнул на землю и презрительно сказал: “Удивительно! Ты говоришь так высокопарно. Хм, я не верю, что ты не беспокоишься.” Теперь, когда семья Чжао была осуждена из-за предписания, император уже давно не был во дворце императрицы. Он хотел посмотреть, как долго наследный принц сможет продержаться.

В это время в городе Линьцзян работы по оказанию помощи шли организованно. С прецедентами города Пин и города И в качестве примера, никто не осмеливался вызывать здесь какие-либо беспорядки. Многие люди только что пришли в себя и помогали занятым охранникам заботиться о беженцах и раздавать продукты и лекарства.

На улицах города, который долгое время оставались пустынными начали медленно проявляться признаки жизни. Однако Бейли Цзиньчуань, который должен быть счастлив, нахмурился.

“Старый генерал Сяо, лекарственных ингредиентов на складе хватит максимум на четыре дня. Если в течение четырех дней не будет доставлено никаких лекарственных ингредиентов, в Цзяннани, вероятно, воцарится хаос.”

Выражение лица Сяо Цзинжаня было серьезным, а голос усталым. “Ваше высочество, я сделал отчет за ночь. Мы делаем все возможное, чтобы справиться с этой ситуацией. Не стоит слишком волноваться.”

Брови Бейли Цзиньчуаня изогнулись, превратившись в горный пик. Лекарственные ингредиенты, которые должны были прибыть вчера, задерживались в дороге, и не было никаких признаков их прибытия в ближайшее время. Его сердце бешено заколотилось. Он конечно не думал, что его братья сейчас выскочат, чтобы решить сложившуюся проблему, потому что ситуация в Цзяннани была настолько серьезной. Он не был слишком наивным.

Размышляя об этом, он вышел из зала и оказался в саду за правительственным офисом.

Шэнь Нинхуа сидела на табурете в маленьком павильоне, подперев голову рукой.

Светило теплое солнце, дул легкий ветерок. Давняя усталость заставила ее медленно заснуть. Ее белое фарфоровое лицо слегка сияло под солнечными лучами, а густые брови придавали ей юный и свежий вид. Густые ресницы обрамляли ее ослепительные глаза, которые уже не были такими равнодушными и отстраненными, как раньше, заставляя людей невольно хотеть приблизиться к ней.

Бейли Цзиньчуань остановился невдалеке и влюбленно посмотрел на нее. Он чувствовал, как быстро колотится в груди его сердце.

Шэнь Нинхуа дремала. Но она почувствовала взгляд, открыла глаза: “Ваше высочество?”

Бейли Цзиньчуань подсознательно сдерживал свои эмоции. “Почему ты спишь здесь? Ты слишком устала?”

Эмоции в глазах Бейли Цзиньчуань быстро улеглись, но Шэнь Нинхуа все почувствовала и ее голос стал холоднее. “Я в порядке. Почему вы здесь?”

“Лекарственные ингредиенты еще не прибыли...” Он тяжело вздохнул. “Интересно, знает ли об этом его величество? Нинхуа, у тебя есть способ справиться с этим?”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Нет”. Умная женщина не может готовить без риса. Она не могла производить необходимое количество лекарств без нужных компонентов или брать необходимое из воздуха.

”Я надеялся". Бейли Цзиньчуань извинился. Шэнь Нинхуа придавала ему слишком много уверенности. Что бы ни случилось, она могла все легко уладить. Когда он терял рассудок, первым человеком, о котором он думал, была она.

Чу Цзюньи подошел, размахивая веером. Увидев их двоих в павильоне, он сказал: “Ваше высочество, вы здесь. У дверей собирается много людей. Тебе стоит пойти и посмотреть.”

Бейли Цзиньчуань поспешно встал и сказал: “Господин Мо, спасибо, что рассказали мне. Нинхуа, я сначала пойду посмотрю.”

Шэнь Нинхуа кивнула, ничего не сказав.

Чу Цзюньи слегка скривил губы. Он подождал, пока Бейли Цзиньчуань отойдет подальше, а затем сел напротив Шэнь Нинхуа. Он сказал небрежным тоном: “Этот человек относится к тебе как к мешочку с сокровищами. Он хочет, чтобы вы консультировали и помогали ему по всем вопросам.”

Сонливость Шэнь Нинхуа как рукой сняло. Она повернулась, чтобы посмотреть на пышные розы рядом с павильоном, и спросила: “Кто перехватил направленные к нам лекарственные ингредиенты?”

“За исключением Шестого принца и Седьмого принца, которые еще слишком молоды, все остальные принцы участвовали”. Чу Цзюньи насмешливо усмехнулся. Когда народ был в опасности, принцы все еще думали о заговоре друг против друга. Как может мех существовать без кожи под ним? Они действительно не могли сказать, что было важно.

Мысль Шэнь Нинхуа пронеслась у нее в голове, когда она бессознательно протянула пальцы, чтобы поиграться с чайной чашкой на столе.

Кончики пальцев цвета нефрита казались еще более блестящими на фоне лазурной фарфоровой чашки. Чу Цзюньи почувствовал зуд в своем сердце. Он не мог не думать о том, каково было бы, если бы он держал пару рук в своих ладонях и играл с ними…

“Если я захочу купить лекарственные ингредиенты, у вас есть какие-нибудь рекомендации?”

Чу Цзюньи пришел в себя. “Вы хотите купить лекарственные ингредиенты, чтобы облегчить бедствие? Это немалая сумма. У тебя есть столько серебра?”

“Ты дал мне 5000 таэлей золота за спасение твоей жизни. Я продала Второму принцу уникальное военное руководство за 5000 таэлей золота. Плюс приданое, оставленное моей матерью, и небольшие суммы денег, которые я заработала, у меня есть около миллиона таэлей серебра. Кроме того, лекарственные ингредиенты, которые я хочу купить, не обязательно должны быть хорошего качества. Пока этого количества достаточно, его хватит на несколько дней.” Пока самый трудный период не миновал, Его Величество не допустит, чтобы его страна была разрушена несколькими принцами.

Один миллион таэлей? Чу Цзюньи был крайне шокирован. Он знал, что Шэнь Нинхуа богата, но никогда не ожидал, что она окажется такой богатой. “Нинхуа, что бы ты сделала после того, как потратила столько денег на лекарственные ингредиенты?” У нее больше не было родной матери. Семья Шэнь была на грани краха, а семья Чжао жадно смотрела на нее. Хотя Бейли Цинцан взял ее в качестве своей приемной дочери, ее позиции при дворе все еще оставались довольно шаткими. Без денег…

Шэнь Нинхуа прищурила глаза и счастливо улыбнулась. “Ради зарабатывания денег, конечно”.

“Зарабатывть? Вы хотите покупать и продавать лекарственные ингредиенты?”

Шэнь Нинхуа подняла голову и посмотрела на него с презрением. “Если я захочу продавать лекарственные ингредиенты этим беженцам, смогут ли они себе это позволить?”

“Тогда каков твой план?”

“Отдаю их бесплатно”. Глаза Шэнь Нинхуа загорелись, и ее красивое лицо озарилось сиянием. “Я куплю лекарственные ингредиенты и пожертвую их от имени аптеки. Когда чума в Цзяннани утихнет, я открою аптеку с таким же названием. Как ты думаешь, что тогда произойдет?”

Чу Цзюньи сделал паузу на мгновение, прежде чем его глаза засияли. “У вашей аптеки, вероятно, будут филиалы по всей Цзяннани”. Это было спасительное одолжение. Цзяннань уже была богата, и обычные люди обычно уделяли особое внимание своему состоянию здоровья. К тому времени деньги будут подобны морской воде, которую можно зачерпнуть бесплатно.

“Нинхуа, я тоже предложу немного денег. Как насчет того, чтобы принять меня в расчет? Я придумал хорошее название для аптеки. Как насчет аптеки Цзюньхуа, то есть аптеки, основанной Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа?”

Шэнь Нинхуа чуть не рассмеялась от негодования. “Почему ты такой дерзкий? Аптека Цзюньхуа! Почему бы тебе не назвать это аптекой Хуаджун?”

На лице Чу Цзюньи играла нежная улыбка. В руке он держал складной веер, а в глазах у него был глубокий взгляд. Он выглядел как джентльмен с лицом, похожим на нефрит. Однако то, что он сказал, могло заставить ударить его в лицо.

”Хорошо, тогда давайте назовем это аптекой Хуаджун. Твое имя на первом месте. Нинхуа, я помню, как ты спросила меня, не приглянулась ли мне твоя сестра. Я говорил тебе, что хочу жениться на женщине, которая хорошо ведет домашнее хозяйство и обладает выдающимися способностями. Я думаю, ты как раз тот человек, который мне нужен. Тебе скоро исполнится пятнадцать, так почему бы нам просто не довольствоваться друг другом?”

Шэнь Нинхуа подняла брови. Ее лицо покраснело от гнева. Если бы она не сдержала себя из последних сил, то швырнула бы чашку, которую держала в руке, в лицо Чу Цзюньи. “Я никогда не видел кого-то настолько дерзкого, как ты”.

“Тогда ты меня неправильно поняла. Я дерзок только перед тобой. Я всегда был нежен и вежлив с другими. Несмотря ни на что, Мо Цзюньцин тоже ученик семьи Мо. Эта семья Мо - клан отшельников, и почти каждый член семьи - великолепный талант. Ты скоро это увидишь.”

“К сожалению, ты - исключение”. Говоря это, она полностью игнорировала его и сосредоточилась на том, чтобы любоваться цветущими розами сбоку.

”Исключение как таковое". Чу Цзюньи не возражал против отношения Шэнь Нинхуа. ”Хотя моя личность как Мо Цзюньцин фальшивая, я все еще могу использовать ее, чтобы купить некоторые лекарственные ингредиенты. Поскольку вы можете предложить миллион таэлей серебра, я не могу отстать. Я предложу два миллиона таэлей. Мы можем разделить прибыль 50 на 50. Хорошо, я пойду узнаю, где можно купить лекарственные ингредиенты. Жди от меня хороших новостей.”

Трех миллионов таэлей серебра было достаточно, чтобы купить лекарственные ингредиенты, которые позволили бы Цзяннани продержаться полмесяца. Шэнь Нинхуа не знала, какое выражение использовать, наблюдая, как он уходит неторопливыми и элегантными шагами. Наконец, она тихо усмехнулась, и депрессия, которая оставалась в ее сердце, рассеялась.

Новость о том, что лекарственные ингредиенты не были доставлены в Цзяннань, разразилась как гром среди ясного неба. Сердца беженцев сразу охватил гнев и ужас Чума свирепствовала, и люди умирали каждый день. В это время, без лекарственных ингредиентов, разве это не причина для ужаса?

В довершение ко всему, после нескольких дней солнечной погоды снова пошел дождь. И без того неустойчивая ситуация стала стремительно ухудшаться.

Императорский врач удрученно сказал: “Ваше высочество, все лекарственные ингредиенты на складе израсходованы. Теперь у городских ворот стоит много экипажей из других городов, ожидающих получения лекарственных ингредиентов для приготовления лекарств и спасения жизней...”

Бейли Цзиньчуань яростно швырнул чашку на землю. “Лекарственные ингредиенты! Лекарственные ингредиенты! Когда именно поступят лекарственные ингредиенты?”

Внезапно из-за двери донесся приятно удивленный крик. Вбежал охранник с радостным лицом. Он упал на землю, но ему было все равно. Он широко улыбнулся и крикнул во весь голос радостную весть:

“Ваше высочество, хорошие новости. Лекарственные ингредиенты прибыли!”

Глава 81 - Я буду Отвечать за Тебя

Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на стражника, который следовал впереди. Ее глаза блеснули. Она только накануне вручила серебряные билеты на лекарство Чу Цзюньи. А уже сегодня сюда доставили лекарственные ингредиенты. Как это могло произойти так быстро?”

Увидев Чу Цзюньи, следовавшего за охранником со сложенными за спиной руками, глаза Бейли Цзиньчуаня расширились от удивления. “Господин Мо, охранник сказал, что лекарственные ингредиенты здесь. Это ты их сюда принес?”

Чу Цзюньи со скромным выражением лица покачал головой. “Я вышел один, чтобы набраться опыта. Как я мог один достать так много лекарственных ингредиентов? Но когда семья Мо все еще была активна на улице, они оказали услугу аптеке Хуаджун. Я слышал, что Вашему Высочеству срочно нужны лекарства, поэтому я придумал, как связаться с аптекой. Неожиданно я действительно соприкоснулся с этим. В ближайшие несколько дней аптека Хуаджун будет посылать сюда лекарственные ингредиенты партиями. Я надеюсь, что это поможет вам решить насущную проблему”.

Бейли Цзиньчуань старался изо всех сил, но ему все равно не удалось подавить волнение в своих глазах. “Отлично. Старый генерал Сяо, Нинхуа, давайте поторопимся и посмотрим.”

Препараты, лежавшие на тележках были плотно закрыты. Хотя дождь продолжался, они совсем не промокли.

Владелец аптеки Хуаджун был дородным мужчиной средних лет. Увидев Бейли Цзиньчуаня, выбегающего без зонтика, он тут же испуганно поклонился. “Я владелец аптеки Хуацзюнь, Цянь Цзиньбао. Приветствую вас, ваше высочество.”

Бейли Цзиньчуань наклонился и помог ему подняться. “Спасибо, Лавочник Цянь, я обязательно попрошу награду у Его Величества за аптеку Хуаджун”. С этой партией лекарственных препаратов Цзяннань сможет продержаться еще несколько дней.

Шэнь Нинхуа не обратил внимания на их обмен обычными приветствиями и сразу направилась к повозке, груженной упакованными пакетами с препаратами. Она приподняла водонепроницаемую ткань, чтобы внимательно изучить лекарственные ингредиенты. Ответственный человек поспешно вручил Шэнь Нинхуа записную книжку, содержащую список поставленных лекарств. “Ваше высочество, пожалуйста, взгляните”.

Увидев названия лекарственных ингредиентов, записанные в блокноте, Шэнь Нинхуа кивнула. Затем она попросила императорских врачей распределить лекарственные ингредиенты, которые были необходимы в других местах. Там было достаточно самых разных видов нужных препаратов. Хотя количество было невелико, этого бы хватило, чтобы решить насущную проблему.

Бейли Цзиньчуань лично развлекал лавочника Цяня. Узнав на банкете, что владелец магазина Цянь продолжит поставлять лекарственные ингредиенты, его отношение стало еще более дружелюбным.

Бай Руо помогла Шэнь Нинхуа сменить грязное платье и нанесла Мазь, снимающую застой крови, на синяки на ее ноге. “Мисс, достаточно того, что императорские врачи и стражники раздают лекарственные ингредиенты. Вы можете просто дать несколько советов со стороны. Не нужно все делать самой снова и снова”.

“Все в порядке. Я просто хотела кое в чем убедиться.” Шэнь Нинхуа улыбнулась. Очевидно, она была в чрезвычайно хорошем настроении.

“Нинхуа, о чем ты сейчас думаешь и что делает тебя такой счастливой?” Внезапно в окне появился Чу Цзюньи.

Лицо Бай Руо потемнело, когда она поспешно натянула парчовое одеяло, чтобы прикрыть икры Шэнь Нинхуа. “Ты... ты невежа, разве ты не знаешь, что должен предупредить заранее?”

Чу Цзюньи не ожидал, что сможет увидеть такую заманчивую сцену. На ярко-красной атласной ткани икры имели слабый нефритовый цвет, похожий на тонкий белый фарфор, со слабым светом, от которого у людей кружилась голова. Его горло сжалось. “Я... прошу прощения за свою бестактность”.

Шэнь Нинхуа натянула свою белоснежную пижаму на парчовое одеяло и остановила разгневанную Бай Руо, не дав ей сказать больше. “Все в порядке. Ты можешь спуститься первым.”

“Да, мисс”. Бай Руо вышла и закрыла за собой дверь. Она не могла не волноваться. Мисс и Мо Цзюньцин знали друг друга всего несколько дней, но почему они казались такими знакомыми? Что Мо Цзюньцин вообще не обращал никакого внимания на этикет. Где было его уважение к репутации мисс? Она была очень встревожена.

Чу Цзюньи вошел в комнату через окно и с усилием подавил неловкость в своем сердце. Он привык встречаться с Шэнь Нинхуа через окно. Кто бы мог подумать, что сегодня он придет в нужное... и идеальное время...?

Шэнь Нинхуа было все равно. Видя, что он долго молчит, она прямо спросила: “Говори, раз пришел”

Чу Цзюньи сделал паузу и сказал: “Ну... Поскольку я невольно принял участие в разрушении твоей репутации, я буду отвечать за тебя. Не волнуйся, я сделаю тебе предложение, как только тебе исполнится пятнадцать.”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Она схватила пузырек с мазью и швырнула в него. Что за чушь нес этот человек? Он хотел жениться на ней только потому, что увидел ее икры. Он просто грезил наяву!

Чу Цзюньи схватил бутылку и сказал: “Это знак согласия? Хотя он немного особенный, его можно сохранить в память о том, что произошло сегодня...”

“Заткнись!” Шэнь Нинхуа холодно взглянулв на него. “Я спрашивала о лекарственных ингредиентах, которые прислал владелец магазина Цянь. Вы подготовили их заранее, когда приехали в Цзяннань?”

Оценив ее сердитое выражение лица, Чу Цзюньи был весьма доволен. Однако он знал, что не может слишком сильно провоцировать ее. В противном случае она бы действительно разозлилась. “Ну, первое, что я сделал, когда переоделся в Пинг-Сити, - это купил лекарственные ингредиенты по рецепту, который вы мне дали. Я сделал это на случай возникновения чрезвычайных ситуаций, но я не ожидал, что они действительно пригодятся. Мне действительно повезло”.

Повезло? Шэнь Нинхуа подняла брови. Возможно, слова “повезло” было недостаточно для объяснения. Она думала, что ее план уже был очень изысканным, но человек перед ней, у которого уже был план, притворился сбитым с толку! Хотя на этот раз она забрала все свои вещи, она также была у него в долгу.

Чу Цзюньи усмехнулся и сказал: “Изначально я думал, что если не будет достаточно лекарств, я сразу пожертвую свои. Но ты такая умная, что дала мне способ зарабатывать деньги. Не волнуйтесь, наше согласованное распределение прибыли 50 на 50 не изменится. Ты можешь просто подождать, пока получишь деньги”.

Шэнь Нинхуа кивнула и сказала без притворной скромности: “Ну, раз уж вы оказались здесь сегодня, напишите для меня контракт, чтобы у нас не было проблем с сведением счетов в будущем”.

“Контракт?” Чу Цзюньи был ошеломлен.

"Конечно. Неужели ты думал, что я дала тебе миллион таэлей серебра только для того, чтобы услышать, как ты обещаешь разделить прибыль со мной 50 на 50?” Шэнь Нинхуа уставилась на него широко раскрытыми глазами. Кто знает, не пожалеет ли он об этом в будущем?

Чу Цзюньи не знал, смеяться ему или плакать. “Хорошо. Это всего лишь контракт. Каким, по-твоему, он должен быть?”

Шэнь Нинхуа сразу же приподняла парчовое одеяло и встала с кровати. Она надела свои вышитые туфли и подошла к письменному столу, чтобы взять кисточку и бумагу.

На ней была только светлая пижама, и во время ее движений были видны ее белоснежные стройные лодыжки. Глаза Чу Цзюньи вспыхнули, и он бессознательно отвел взгляд.

Шэнь Нинхуа протянул ему кисточку и бумагу. “Я дала тебе миллион таэлей серебра. Вы должны четко это записать. В будущем мы разделим прибыль Huajun Pharmacy 50 на 50. Если мы потеряем деньги, мы также понесем убытки 50 на 50”.

Чу Цзюньи кивнул и написал текст в полном соответствии со сказанным. Его почерк был чрезвычайно уверенным и элегантным, слегка несущим свободную и высокомерную ауру. Шэнь Нинхуа заинтересованно смотрела и бессознательно наклонился вперед.

Чу Цзюньи внимательно писал. Внезапно он почувствовал слабый аромат. Аромат был освежающим и элегантным. Он был не таким навязчивым и дешевым, как популярные благовония, а похожим на первое солнце после дождя, что очень успокаивало. Он обуздал свой разум, и кончик его кисти становился все более и более мощным. Он высушил чернила на контракте и протянул его Шэнь Нинхуа.

“Так быдет нормально?”

Шэнь Нинхуа внимательно прочитала текст договора и в ее глазах появилась улыбка. "Ладно. Вы можете сделать еще одну копию, и я подпишу ее для вашего сохранения. Если в будущем возникнут какие-либо разногласия, мы сможем урегулировать счета в соответствии с контрактом”.

“Хорошо”.

Сохранив две копии контракта, Шэнь Нинхуа почувствовала некоторое облегчение. Она вернулась в постель и прислонилась к кровати, держа одеяло в руках. “С этими лекарственными ингредиентами в Цзяннани не было бы хаоса. Это путешествие того стоит”.

“Нинхуа, я всегда хотел спросить тебя. Как так случилось, что ты стала принцессой префектуры?”

“Его величество принял меня как свою приемную дочь, поэтому он дал мне этот титул”.

Сложная эмоция промелькнула в глазах Чу Цзюньи. ”Его величество хотел использовать это, чтобы помочь вам порвать с семьей Шэнь?"

"Да."

“Тогда почему ты все таки решила приехать в Цзяннань?”

Шэнь Нинхуа подняла брови и улыбнулась. “Если бы я не приехала в Цзяннань, разве я не упустил бы прекрасную возможность заработать деньги?”

Когда Чу Цзюньи увидел ее одержимость деньгами, его сердце сначала расслабилось, а затем стало веселым. “Тебе уже присвоен титул принцессы префектуры. Тебе все еще не хватает денег?” По какой-то причине он больше не хотел ничего выяснять дальше. Поскольку она показалась ему недалекой, он не стал копать глубже.

“Деньги заставляют кобылу идти. Кому бы не хотелось стать богаче?”

“Это правда”, - Чу Цзюньи поднял на нее глаза. “Похоже, мне нужно хорошо управлять аптекой Хуаджун. В противном случае, если я потеряю деньги, ты убьешь меня”.

Шэнь Нинхуа вдруг громко рассмеялась. “Зачем мне убивать тебя? Я найду способ вернуть все деньги себе”.

Чу Цзюньи сделал паузу. Внезапно он вспомнил сцену, когда они встретились в ту ночь после возвращения Шэнь Нинхуа в столицу. Эта непонятная девушка тогда сказала, что, если он не принесет золотой билет, она накачает его наркотиками, а затем продаст в бордель, чтобы заработать деньги. Ее сердце было действительно непроглядно темным!

Они обменялись взглядами и одновременно рассмеялись. Кто бы мог подумать, что менее чем через полгода они спокойно обсуждали, как вместе зарабатывать деньги?

Шэнь Нинхуа устало зевнула. “Ты должен вернуться сейчас. В ближайшие пару дней ситуация должна разрядиться. А мне нужно немного отдохнуть.”

Увидев водянистую дымку в ее глазах, Чу Цзюньи встал и сказал: “Что ж, согласен, тебе следует очень хорошо отдохнуть”.

Покинув двор Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи повернул голову, чтобы посмотреть на комнату, в которой не было света. Лицо цвета нефрита снова возникло в его сознании, и он бессознательно скривил губы.

В течение следующих пяти дней аптека Хуацзюнь каждый день доставляла лекарственные ингредиенты в город Линьцзян. Все беженцы были благодарны, и репутация аптеки Хуаджунь распространилась по всему региону Цзяннань с невероятной скоростью.

В отличие от аптеки Хуаджун, другие аптеки понесли серьезный репетиционный урон. Они запасали лекарственные ингредиенты и хотели воспользоваться этой возможностью для распродажи по очень высоким и несправедливым ценам на волне ажиотажного спроса. Люди глубоко возненавидели эти аптеки и поклялись себе, что не пойдут туда ничего покупать, когда катастрофа закончится. Таким образом, Шэнь Нинхуа достигла своей цели.

Некоторые сообразительные аптекари вовремя смекнули и выразили сожаления о своих действиях и поспешно выказали готовность пожертвовать лекарственные ингредиенты. Однако, в отличие от Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа, у них не было большой суммы денег, и многие из них были вынуждены уйти из аптечного дела. Это постепенно заложило основу для того, чтобы Huajun Pharmacy монополизировала лекарственную промышленность Цзяннани.

Когда Бейли Цинцан узнал, что лекарственные ингредиенты задержались на четыре дня и до сих пор не доставлены в Цзяннань, он напрямую нанес чиновникам, ответственным за транспортировку, 50 ударов. Затем он позвал принцев в Южный Императорский кабинет и разбил чайные чашки об их головы.

”Мне все равно, как вы боретесь за власть, но тот, кто осмелится использовать в своих интересах национальные бедствия, я незамедлительно и прямо разрушу его надежды на будущее! Не вините меня за то, что я безжалостен, но вините свою судьбу в том, что вы принцы, а я император! Мне нелегко поддерживать вас, но для того, чтобы уничтожить вас, потребуется всего несколько слов. Вы понимаете?”

Третий Принц и Четвертый принц уже были напуганы до смерти. Даже у обычно спокойного наследного принца было бледное лицо. Он понял, что на этот раз действительно они все ходят по грани.

На седьмой день большой корабль, перевозивший лекарственные ингредиенты, наконец, появился в доке города Линьцзян. Люди преклоняли колени и аплодировали, крича: “Да здравствует Его Величество!”

Шэнь Нинхуа стояла прямо у реки, ее глаза были полны волнения. С этими лекарственными ингредиентами Цзяннань была бы в безопасности.

Глава 82 - Я никогда не буду Наложницей!

Лекарства, собранные Императорским двором, были отправлены в Цзяннань, но аптека Хуаджунь продолжала поставлять лекарственные ингредиенты, как и было обещано, в течение полных семи дней.

Шэнь Нинхуа наблюдала как охранники раздают лекарства и облегченно вздохнула: “Сейчас должно быть самое время”.

Бейли Цзиньчуань стоял рядом с ней и счастливо вздыхал. “Нинхуа, очень рад, что сумел сделать правильный выбор”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и произнесла: “Ваше высочество, вы умный человек. Вы, несомненно, сделали бы правильный выбор в любом случае.”

Бейли Цзиньчуань слабо улыбнулся, но в глубине души он понимал ситуацию. Вначале Шэнь Нинхуа сказала, что у него есть два варианта. Один из них состоял в том, чтобы использовать хаос, чтобы вызвать проблемы, а другой - завоевать сердца людей. Он хотел выбрать первый вариант, потому что у него был высокий авторитет в армии. И хотя он передал военную власть, он все еще мог командовать вооруженными силами. Однако это потребовало бы многочисленных жертв, многих человеческих жизней и пролились реки крови.

Он не знал почему, но когда он увидел ее ясные глаза, которые, казалось, могли видеть его сердце насквозь, он бессознательно выбрал последний вариант. Теперь казалось, что он сделал правильный выбор.

Шэнь Нинхуа прикрыла рот шелковым носовым платком и дважды тихо кашлянула. Ее лицо покраснело. “Кашель”.

Бейли Цзиньчуань нахмурился и сделал знак служанке, стоявшей позади него, принести плащ. Он поднял руку и хотел положить ее на Шэнь Нинхуа. “После дождливого дня погода внезапно похолодала. Если ты не будешь хорошо заботиться о себе, его величество накажет меня, когда мы вернемся.”

Шэнь Нинхуа отступила и изящным движением уклонилась от его движения. “Как я смею беспокоить Ваше высочество? Я могу сделать это сама.”

Однако Бейли Цзиньчуань решительно отклонила ее предложение завладеть плащом. Он шагнул вперед и накинул плащ на ее тело, и даже помог ей аккуратно завязать ремешок.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Ее пристальный взгляд, устремленный на Бейли Цзиньчуань, был полон пристального внимания. “Ваше высочество, вы перешли черту этикета”.

“Ты приемная дочь его Величества, так что можешь считаться моей младшей сестрой. Разве это не естественно для старшего брата заботиться о своей младшей сестре?”

“Твоя младшая сестра - принцесса Аннинг, а не я, Шэнь Нинхуа. Пожалуйста, будьте более осторожны в своих действиях в будущем, ваше высочество.” Сказав это, она сразу же развернулась и вошла в приемную комнату. Ее отказ был предельно ясен.

Бейли Цзиньчуань скривил губы, но решимость в его глазах стала еще сильнее.

Бай Руо поспешно шагнула вперед, чтобы поддержать ее за руку. “Мисс, вы еще не пришли в себя. Не ходи слишком быстро.”

Шэнь Нинхуа с трудом подавила кашель в горле, и ее лицо болезненно покраснело. “Бай Руо, дождь прекратился, и эпидемия стабилизировалась. Нам не нужно беспокоиться о Цзяннани. Передайте сообщение во Дворец. Мы возвращаемся”.

“А как насчет Второго принца?”

“Не беспокойся о нем”. После того, как ситуация в Цзяннани стабилизируется, Бейли Цзиньчуань тоже расслабится. А как только человек расслаблялся, у него появлялись другие мысли.

“Да, мисс. Я немедленно отправлю сообщение в столицу”.

“Мм, я плохо себя чувствую. Я не хочу никого видеть в ближайшие пару дней. Если Второй принц или другие придут снова, извинись от моего имени”. Было предельно ясно, что для нее было лучше не встречаться с Бейли Цзиньчуанем до возвращения в столицу.

Бай Руо поспешно ответила: “Слушаюсь, госпожа”.

План Шэнь Нинхуа был неплох, но Бейли Цзиньчуань оказался гораздо настойчивее, чем она себе представляла.

В верхней комнате Бейли Цзиньчуань сидел на стуле и медленно потягивал чай. Его совершенно не волновало, что им пренебрегали.

“Нинхуа, у вашего чая особенно изысканный вкус”.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было спокойным. "Ваше высочество, вы меня переоцениваете. Я слышал, что Вторая Королевская супруга происходит из семьи Чжоу, которая славится своей изысканной чайной церемонией. Так что Вторая королевская супруга должна быть настоящим мастером чайной церемонии.”

Пристальный взгляд Бейли Цзиньчуаня внимательно проследил за ней, и он вдруг улыбнулся. “Ты чувствуешь себя некомфортно из-за существования Второго Королевского супруга?”

“Я не понимаю, что ваше высочество имело в виду”. Шэнь Нинхуа нахмурилась.

Бейли Цзиньчуань улыбнулась и сказала: “Нинхуа, твой интеллект исключителен. Как ты можешь не понимать, что я имел в виду?”

“Ваше высочество, пожалуйста, говорите яснее”.

Бейли Цзиньчуань встал, и от его высокого тела исходила слабая подавляющая аура. “Нинхуа, разве мой смысл недостаточно очевиден? Через несколько месяцев тебе исполнится пятнадцать. Как насчет того, чтобы выйти за меня замуж? Что касается Второй Королевской Супруги, вам не нужно беспокоиться о ней. Я ни в коем случае не позволю над тобой издеваться. Кроме того, с твоим умом ей будет нелегко довлеть над тобой.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Практика доказывает, что быть красивой – это действительно работает. В прошлой жизни у нее была уродливая внешность. Она была подарена Бейли Цзиндзе в качестве подарка, и ее невзлюбили. Но теперь люди соревновались за то, чтобы жениться на ней. Однако человек, стоявший перед ней, не был ее Идеальным Мужчиной.

”Ваше высочество хочет жениться на мне?"

"Да."

Шэнь Нинхуа улыбнулась, ее темные глаза наполнились холодом. “Вторая королевская супруга - твоя жена. Слово “жениться” применимо только к вашим отношениям с ней. Другие твои женщины, включая первую наложницу, всего лишь наложницы. Это просто подарки, “данные” вам. Ваше высочество, хотя моя мать скончалась, ее статус первой дочери семьи Ся никогда не изменится. Хотя мой отец находится в тюрьме, он также был чрезвычайно влиятельным чиновником. Как первая дочь семьи Шэнь, получившая титул принцессы префектуры Нинхуа от Его Величества, вы все еще думаете, что я буду вашей наложницей?”

Бейли Цзиньчуань проигнорировала холодность в ее голосе и серьезно сказала: “Ты хочешь быть Второй принцессой? Не забывай, хотя твоя мать была из знатной семьи, семья Ся уже пала, а семья Шэнь находится на грани краха. Я обещаю тебе должность моей первой наложницы. В будущем я сделаю тебя императорской супругой, то есть наполовину императрицей!”

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на Бейли Цзиньчуань, стоявшего перед ней. Тень разочарования промелькнула в ее глазах. “Ваше высочество, вам следует вернуться. Я, Шэнь Нинхуа, определенно не буду ничьей наложницей.”

“Нинхуа, император дал тебе титул принцессы префектуры, потому что тебе нужно было приехать в Цзяннань, чтобы облегчить бедствие. В это время он должен дать вам то, что поможет успокоить сердца людей. И когда вы вернетесь в столицу, семья Шен будет осуждена. Вы окажетесь в неловкой ситуации. Вас не должны беспокоить сплетни. Я хочу дать тебе все самое лучшее. Хорошенько обдумай мое предложение!”

“Мне не нужно думать об этом. Благодарю вас, ваше высочество, за вашу доброту. Но я не могу этого вынести. Ах...”

Бейли Цзиньчуань внезапно шагнул вперед и обнял Шэнь Нинхуа за талию одной рукой, крепко заключив ее в свои объятия. Другой рукой он указал на ее бледные губы. “Эти алые губы, несомненно, так же прекрасны, как лепестки цветов, но слова, которые исходят от них, более обидны, чем леденящий лед. Нинхуа, твое сердце кем-то занято?”

Волна гнева поднялась в ее сердце. У этого человека не было никакого чувства приличия! Шэнь Нинхуа изо всех сил сопротивлялась, но она не могла сравниться с ним в силе. Ее глаза стали холодными, когда она вытащила из рукава золотую иглу и резко вонзила ее в особую акупунктурную точку на его руке.

Бейли Цзиньчуань почувствовал, что его рука немеет. Он почувствовал слабость и отпустил Шэнь Нинхуа. “Что ты сделала?”

Шэнь Нинхуа отступила на два шага назад, ее глаза наполнились яростью. “Ты должен быть рад, что у меня не было времени нанести яд на мою золотую иглу!”

Бейли Цзиньчуань вообще не воспринял это всерьез. Он осторожно пошевелил рукой. Почувствовав, что его силы медленно восстанавливаются, он почувствовал полное облегчение. “Вы должны жить в самом великолепном дворце, наслаждаясь тщательной заботой слуг, употребляя чай, заваренный утренней росой, окруженный сотнями цветов и почитаемый тысячами людей…И только я могу дать тебе все это. Подумай об этом.”

Шэнь Нинхуа не хотел продолжать с ним эту тему. Она громко обратилась к двери: “Цин Цюэ, Второму принцу пора возвращаться. Отошлите его за мной”. Она действительно не ожидала, что Бейли Цзиньчуань окажется таким властным.

Цин Цюэ уже отметила ситуацию в комнате. Однако из-за приказа Шэнь Нинхуа она не осмелилась ворваться внутрь. Теперь, когда Шэнь Нинхуа отдала приказ, она немедленно шагнула вперед и сделала приглашающий жест Бейли Цзиньчуаню. “Ваше высочество, позвольте мне проводить вас”.

Бейли Цзиньчуань пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа, прежде чем повернуться и выйти. Как только он вышел со двора, Чу Цзюньи появился в комнате Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа подняла указательный палец, чтобы с силой потереть лоб. Это был первый раз, когда она отказалась от своей элегантности и выказала свое нетерпение “Вы заключили соглашение друг с другом?”

На лице Чу Цзюньи играла улыбка, но в его глазах явно назревала буря. “У Бейли Цзиньчуаня действительно большое лицо. Он осмелился попросить тебя стать его наложницей.”

Шэнь Нинхуа тихо вздохнула, и гнев в ее сердце медленно утих. “Я тоже не ожидала, что он это скажет”.

“В этом нет ничего странного. Все в королевской семье такие. Они делают все возможное, чтобы получить то, что им нравится. Получив его, они очень быстро теряют интерес. В конце концов, они просто высокомерные и эгоистичные существа”.

Глаза Шэнь Нинхуа перевели взгляд. Она подняла голову и посмотрела на Чу Цзюньи. Этот человек, кажется, уже говорил раньше, что у него есть зуб на королевскую семью. Из того, что он сказал, казалось, что королевская семья насильно отняла что-то у него, или, скорее, у его семьи. Семья, у которой было что-то желанное даже для королевской семьи, должна быть очень могущественной…Она напряглась, но не смогла вспомнить ни одной аристократической семьи, которая соответствовала бы этому условию. Откуда именно взялся Чу Цзюньи?

Взгляд Чу Цзюньи был сосредоточен. “Нинхуа, не связывайся слишком сильно с королевской семьей”.

“Я знаю, как далеко нужно зайти”.

”Я верю, что ты это делаешь. Но такая девушка, как ты, привлечет внимание многих людей. Ваша внешность исключительна, а ваш интеллект не имеет себе равных. Особенно в этот раз, вы внесли значительный вклад в ликвидацию последствий стихийных бедствий. Когда вы вернетесь, вас будут преследовать многие потомки аристократических кланов. Что же тебе тогда делать?”

“Я пока плыву по течению. Когда придет время, найдется способ.”

Чу Цзюньи опустил голову и посмотрел на нее. “Лучший способ - это найти лучшую пару. Когда у цветка есть свой хозяин, эти дикие пчелы и бабочки, естественно, исчезнут”.

“Спасибо, что напомнили мне, господин Мо. Я серьезно подумаю об этом. - Шэнь Нинхуа слегка опустила глаза. Это действительно была хорошая идея. Она не хотела становиться разменной монетой для всех. Лучший способ состоял в том, чтобы выбрать человека со слабым характером, с которым было легко справиться. Однако, учитывая травму своей прошлой жизни, она действительно не хотела воспринимать свой брак как игру, если только в этом не было необходимости.

Весть о том, что чума в Цзяннани утихла, распространилась по всей столице. Люди ликовали и праздновали. Улицы были украшены фонарями и разноцветными огнями, и вся столица выглядела как ночной город.

Лицо Бейли Цинцана сияло от радости. В тот день, когда он получил это известие, он немедленно приказал освободить города Пин и И от налогов на три года. Он также приказал принцу префектуры Дэ, старому генералу Сяо и принцессе префектуры Нинхуа вернуться в столицу…

Вся столица была наполнена радостной атмосферой, но Шэнь Донг, госпожа Чжао и другие, кто был заключен в Небесную Тюрьму, пребывали в гробовом молчании.

Когда Шэнь Нинхуа вернется, император объявит об осуждении семьи Шэнь. Как они могли быть счастливы?

В этот момент Шэнь Линхань была на грани того, чтобы сойти с ума. Она яростно швырнула дымящуюся булочку, которую держала в руке, на землю. “Почему эта сука Шэнь Нинхуа не умерла в этих городах? Почему она возвращается? Мы оказались в такой ситуации из-за нее!”

Лицо Шэнь Донга было мрачным. “Заткнись!”

Шэнь Линхань внезапно подняла свои красные глаза. Она была заключена в Небесную Тюрьму так долго, что ее волосы прилипли к бледному лицу, делая ее похожей на привидение. “Почему я должен заткнуться? Я ошибаюсь? Отец, ты все еще благоволишь к этой маленькой сучке. Позволь мне сказать тебе. Все это было разработано Шэнь Нинхуа. Если бы не она, как бы мы могли попасть в такую ситуацию! Эта сука заслуживает того, чтобы ее вытащили и порезали на куски!”

Шэнь Линхань тяжело дышала и яростно рвала солому рядом с собой. Все было хорошо. Если бы Шэнь Нинхуа не вернулась, она все еще была бы зеницей ока семей Чжао и Шэнь. Как она могла дойти до такого состояния!

Внезапно послышался тихий голос, полный жалости. “Мастер Шэнь пострадал здесь. Хотя слова мисс Шэнь несколько преувеличены, они также разумны. Действия принцессы префектуры Нинхуа действительно вызывают недоумение.”

Шэнь Линхань внезапно подняла голову, и тут же ее глаза загорелись.

Глава 83 - Достоинства и Недостатки Будут Признаны такими, какими Они Были

По широкой общественной улице медленно двигалась красиво украшенная карета, и время от времени слышались звуки смеха и болтовни. Внутри кареты, прислонившись к подушке, сидела потрясающая женщина и читала книгу. По обе стороны от нее сидели две служанки.

“Мисс, разве это не то же самое, что и тогда, когда мы впервые въехали в столицу? Но в то время, когда мы думали о возвращении в семью Шэнь, мы очень нервничали. Сейчас мы очень расслаблены”.

Внутри кареты находилась Шэнь Нинхуа со своими четырьмя служанками. Хун Лин, обладавшая самым живым характером, приподняла занавеску у окна. Она смотрела на пейзаж за окном, разговаривая с Шэнь Нинхуа, чтобы развеять свою скуку.

Шэнь Нинхуа отложила книжный свиток. “Ты очегь хладнокровная. Я действительно не видела, как ты нервничала.” Семь дней назад они, наконец, взяли чуму в Цзяннани под контроль. После обсуждения с Бейли Цзиньчуанем они решили тихо уйти, не сообщив об этом общественности. В конце концов, люди в Цзяннани были сильно ослаблены, и многие чиновники также были отставлены, оставив много вакансий, так что не было никакой необходимости афишировать свой отъезд.

Хун Линбь высунула язык и сказала: “Я просто говорю. Ха-ха, мисс, на этот раз вы внесли большой вклад. Его Величество обязательно вознаградит вас после того, как вы вернетесь в столицу.” Было бы лучше, если бы им позволили жить в одиночестве, чтобы им не нужно было жить по милости других.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Награда? Мне уже повезло, что хоть на этот раз меня не обвинили в каком-нибудь ужасном преступлении.”

Бай Руо достала немного вкусного десерта из потайного отделения кареты. “Мисс, его величество мудр. Он определенно не будет впутывать вас в дела семьи Шэнь. В противном случае он не дал бы тебе титул принцессы префектуры.”

Хун Лин недовольно надула губы. “Это правда, что его величество ничего не сделает, но с этими принцами дело обстоит иначе. Как вы думаете, Шэнь Линхань и мадам Чжао будут спокойно смотреть, как мисс ведет мирную жизнь, не причиняя ей неприятностей?”

Бай Руо не знала, что сказать. Пробыв в семье Шэнь достаточно времени, чтобы ясно понимать характеры семьи Шэнь. Шэнь Донг, который был родным отцом мисс, неоднократно использовал мисс в качестве щита. Мадам Чжао, Шэнь Линхань и Шэнь Сюанье хотели бы избавиться от Шэнь Нинхуа как можно быстрее. Теперь, когда семья Шэнь отчаянно пыталась переломить ситуацию, как они могли упустить этот шанс?

“Тогда что нам делать после того, как мы вернемся в столицу?”

Шэнь Нинхуа взяла кусочек десерта и откусила. “Я сказал только одну фразу, и все вы волнуетесь. Не волнуйся. Независимо от того, есть ли у них тайный или явный заговор против меня, у меня всегда будет способ справиться с ними”.

Глаза Хон Лин загорелись. “Мисс, какой способ защиты вы придумали? Могу я помочь?”

Шэнь Нинхуа постучала ее по лбу. “Просто жди моих указаний”.

Увидев расслабленное выражение лица Шэнь Нинхуа, Хун Лин сразу же обрадовалась. Пока у мисс был выход, беспокоиться было не о чем. “Мисс, вскоре после нашего возвращения состоится банкет в честь вашего дня рождения. В это время мы должны отпраздновать это по-хорошему, чтобы избавиться от невезения”.

“Хорошо, хорошо”. Шэнь Нинхуа с готовностью согласилась, но в глубине души она помнила, что ранее сказали Чу Цзюньи и Бейли Цзиньчуань. Кто знал, сколько неприятностей ждет ее после того, как ей исполнится пятнадцать?

Бай Руо достал из потайного отделения горячий чай и налила чашку Шэнь Нинхуа. Она вздохнула про себя. Эта карета была исключительно изысканной. Все было хорошо подготовлено. Плохо было только то, что карету прислал Мо Цзюньцин. Когда они вернулись в столицу, она не знала, не расползутся ли какие-нибудь плохие слухи.

Им потребовалось пять дней и пять ночей, чтобы добраться до Цзяннани. Обратно же они ехали около десяти дней, прежде чем увидели ворота столицы.

Во Дворце уже было оживленно. Департамент внутренних дел и Императорская кухня были хорошо подготовлены. Они просто ждали возвращения Шэнь Нинхуа и остальных, чтобы устроить праздничный банкет.

Бейли Цинцан не вышел из города, чтобы поприветствовать их, но наследный принц Бейли Цзиньи вызвался подождать у городских ворот.

Третий принц и Четвертый принц стояли позади наследного принца. Глядя на огромную группу, появляющуюся вдалеке, их глаза вспыхнули завистью. На этот раз Второй Принц полностью завладел всеобщим вниманием. Судя по выражению лица Бейли Цинцана, они знали, что Его Величество не собирался наказывать Бейли Цзиньчуаня. Он убил так много чиновников, но без какого-либо наказания. Тогда кто сможет подавить его в будущем?

Когда они уже почти подъехали к городским воротам, Бейли Цзиньчуань приказал войску остановиться. Они сошли с лошадей и пешком направились в город.

Бай Жо помогла Шэнь Нинхуа выйти из кареты. Глядя на величественные и высокие городские стены, в глазах Шэнь Нинхуа мелькнула слабая улыбка. Прошло много времени с тех пор, как она уехала.

“ Приветствую вас, ваше высочество. Бейли Цзиньчуань немедленно поклонился, когда увидел Бейли Цзиньи. Позади него пятьсот стражников и имперские врачи закричали в унисон.

“ Приветствую вас, Ваше высочество. Да здравствует Ваше высочество!”

Сердце Бейли Цзиньи затрепетало, когда он посмотрел на людей, стоявших на коленях перед ним. В его глазах промелькнуло неясное чувство. “Второй Брат, поторопись и встань. Это было долгое путешествие. Отец приказал мне приветствовать тебя и всех остальных во Дворце. Давайте пойдем быстрее.”

Обе стороны дороги уже были заполнены людьми. Когда они увидели Бейли Цзиньчуаня и Шэнь Нинхуа, они сразу же зааплодировали,

”Ваше высочество!"

“Да Здравствует Ваше Высочество!”

Многие люди даже начали плакать, когда увидели усталых солдат. Они могли себе представить, насколько опасной была ситуация в Цзяннани. В такой критический момент они были чрезвычайно тронуты тем фактом, что эти люди не испугались трудностей и вышли вперед, чтобы встретить опасность лицом к лицу.

Третий принц с усилием подавил ревность в своем сердце и шагнул вперед. “Второй Брат, тебе действительно пришлось нелегко. Его Величество сказал, что мы можем обсудить другие вопросы после праздничного банкета. Поторопись и войди во Дворец.” Вы убили так много чиновников в Цзяннани. Даже если бы его Величеству было все равно, другие бы тебя не отпустили. Не думайте, что на этот раз вы могли бы легко сбежать невредимым.

Бейли Цзиньчуань слегка прищурился. “Спасибо тебе, Третий Брат, что напомнил мне”.

Шэнь Нинхуа немного отстала и последовала за Бейли Цзиньчуанем. Бейли Цзиньцзе, которая долгое время молчала, вдруг спросила: “Принцесса префектуры Нинхуа, с тобой все в порядке?”

Шэнь Нинхуа подняла голову. Взгляд Бейли Цзиндзе был сосредоточенным, с беспокойством и заботой, которые, казалось, заставляли сердца людей трепетать от благодарности. Обычные люди были бы такими мягкосердечными под таким пристальным взглядом. Однако она на это не купилась. “Благодарю вас, ваше высочество, за вашу заботу. Я чувствую себя очень хорошо”.

“Что ж, тогда я чувствую облегчение”. Бейли Цзиндзе, казалось, не почувствовала отчуждения в ее тоне. “Все беспокоились о тебе. Я... я тоже беспокоюсь о тебе. Цзяннаньская чума была настолько серьезной, и я слышал, что доставка лекарственных ингредиентов была задержана. Если бы с тобой что-то случилось, я боюсь, что многие люди были бы опечалены”.

Шэнь Нинхуа скривила губы, и ее глаза были полны безразличия. “Никто не ожидал, что лекарственные ингредиенты прибудут так поздно. К счастью, нам оказали некоторую помощь, так что все было в порядке”. Вы хотели проникнуть во внутреннюю историю и вызвать неприятности? Тогда я бы сказал вам кое-что и посмотрел, какие догадки вы могли бы сделать.

- Какая-нибудь помощь? Я тоже слышал об этом. Говорили, что мужчина из семьи Мо предложил помощь.”

“Это верно”.

Сердце Бейли Цзиндзе дрогнуло. Второй принц уже был достаточно привлекателен. После этого случая никто не мог соперничать с ним в плане репутации. Если бы ему помогла семья Мо, даже наследный принц не смог бы ему противостоять.

“Что не так с вашим высочеством? Вы, кажется, не рады услышать эту новость?”

Встретившись с пытливым взглядом Шэнь Нинхуа, Бейли Цзинцзе быстро изменил выражение лица. “Нет, я просто не ожидал, что в семье Мо кто-то выйдет на улицу после стольких лет жизни в уединении. Я просто был удивлен. Его Величество, безусловно, будет очень рад услышать эту новость.”

“Правое дело пользуется широкой поддержкой, в то время как несправедливое дело находит мало поддержки. Префектурный принц Де ликвидировал стихийное бедствие в Цзяннани и обеспечил безопасность людей. Небеса, естественно, пошлют ему на помощь покровителя. Что ты об этом думаешь?”

“...Нинхуа, ты права. Извините, я на минутку.” Выражение лица Бейли Цзиндзе слегка изменилось, когда он сделал два шага вперед и отошел от Шэнь Нинхуа.

Он даже не мог скрыть своих эмоций. Как у него могла быть столица, чтобы сражаться с другими принцами? Она действительно была слепа. Кстати говоря, в ее прошлой жизни, помимо ее помощи, его успех в захвате трона, вероятно, был во многом связан с удачей. На этот раз она увидит, как далеко он может зайти!

Ворота Чэнцянь были заполнены стражниками с обеих сторон. Когда они увидели приближающегося Бейли Цзиньчуаня, они сразу же опустились на колени и поприветствовали его. Торжественная атмосфера заставляла людей невольно выпрямлять спины.

Бейли Цинцан, одетый в императорскую мантию, стоял на высокой лестнице, заложив руки за спину, а рядом с ним стояла императрица Чжао Хуэйин, одетая в великолепный наряд.

Настроение Бейли Цзиньчуаня резко поднялось. Он сложил ладони чашечкой и опустился на колени. “ Приветствую вас, Ваше величество. Да здравствует Ваше величество”.

Бейли Цинцан спустился по лестнице и лично помог ему подняться. “Сын мой, ты проделал большую работу”.

С Бейли Цзиньчуанем никогда раньше не обращались так интимно. Его лицо было переполнено волнением. “Я готов сделать все для вашего величества, чтобы облегчить ваши заботы. Кроме того, мое решение вопросов в Цзяннани было недостаточно продуманным. Пожалуйста, накажи меня”.

Бейли Цинцан кивнул. В его глазах мелькнула искорка удовлетворения. “Я очень рад, что вы это понимаете. Однако я всегда проводил различие между наградами и наказаниями. Достоинства и недостатки будут признаны такими, какие они есть. Сегодня мы устраиваем банкет, чтобы отпраздновать ваше возвращение. Я не буду заниматься никакими другими вопросами. Об остальном мы поговорим через три дня”.

Шэнь Нинхуа невольно улыбнулась. Бейли Цинцан был действительно мудрым императором, которого восхвалял народ. Это его великодушие было очень редким и ценным.

“Нинхуа, я слышал, что ты заболела. Все в порядке?”

“Ваше величество, я просто переутомилась и простудилась. Я полностью выздоровела.” Шэнь Нинхуа одновременно со словами поклонилась.

Бейли Цинцан кивнул.

Императрица Чжао Хуэйин внезапно выступила вперед. Она положила руку на плечо Шэнь Нинхуа и притянула ее к себе. “Эта девушка намного худее. Ваше величество, я помню, что вы сказали, что объявите миру о своих наградах за нее, когда она закончит ликвидацию последствий катастрофы и вернется из Цзяннани. Мне очень нравится эта девушка, и ты не можешь забыть о том, что ты сказал.”

Бейли Цинцан громко рассмеялась. "Хорошо. Нинхуа, почему ты все еще называешь меня "Ваше величество"? Разве тебе не следует вместо этого называть меня отцом?”

Шэнь Нинхуа слегка покраснела, но ее голос был ясным и четким. “Отец!”

“Хорошо, ха-ха”. Бейли Цинцан от души рассмеялся. “Я устрою банкет во дворце Чэнцянь, чтобы поприветствовать всех заслуженных героев!”

Все чиновники опустились на колени и закричали в унисон: “Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше величество!”

По какой-то причине, возможно, императрица забыла, но она продолжала держать Шэнь Нинхуа за руку и позволяла ей все время стоять рядом с ней.

Шэнь Нинхуа чувствовала ледяной холод в своей руке, как будто он мог проникнуть в ее сердце через кожу. Она не могла не шевельнуть пальцами.

Почувствовав ее движения, Чжао Хуэйин слегка повернула голову и ободряюще улыбнулась. “Не бойся. Поскольку вы уже назвали его Величество отцом, вам следует называть меня матерью. Если в будущем что-нибудь случится, просто скажи мне. Я обязательно буду защищать тебя.”

Сердце Шэнь Нинхуа дрогнуло, но ее лицо оставалось спокойным. “Да, мама. Я понимаю.”

Чжао Хуэйин мягко улыбнулся. Ее слабая улыбка была подобна облаку на горизонте, заставляя людей восхищаться ею, но при этом держаться на почтительном расстоянии. “Нинхуа, я помню, что до твоего дня рождения осталось совсем немного времени. После твоего дня рождения тебе исполнится пятнадцать?”

"Да."

“Это хорошо. Прошло много времени с тех пор, как во Дворце происходило какое-либо радостное событие.”

Шэнь Нинхуа внезапно подняла голову и повторила эти слова в своем сердце. Пятнадцать…Счастливое событие…Хотела ли императрица вмешаться в ее брак?

Глава 84 - Я Бы Ни в Коем Случае Не Вышла За Тебя Замуж!

Как только Шэнь Нинхуа села, Бейли Аннинг прошептала ей на ухо: “Нинхуа, наконец-то ты вернулась”.

“Спасибо за вашу заботу, ваше высочество. Запах вашего тела сильно ослаб. Когда я завершу все оставшиеся после поездки вопросы, я продолжу назначать вам лекарства, и скоро от дурного запаха не останется и следа”. Выражение лица Бейли Аннинг было взволнованным, и беспокойство в ее глазах не казалось фальшивым. Искренняя забота успокоили принцессы Шэнь Нинхуа.

Бейли Аннинг счастливо улыбнулась. “Не волнуйся. Запах моего тела уже не такой резкий. Я могу покрыть его какой-нибудь ароматной пудрой. Даже если этот запах не исчезнет до конца, я все равно очень благодарна вам”. Конечно, без этого зловония она определенно была бы замечена королевской семьей и даже могла рассчитывать, что ее используют в качестве выгодной партии для политического брака. Но она была рада этому и была готова принять такую судьбу. Ей больше не хотела продолжать жить в изоляции.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и подняла свой бокал, подавая знак Бейли Аннинг. Она оценила ее искренность и сказала: “За вас, ваше высочество”.

Бейли Аннинг тепло улыбнулась. “За тебя, Нинхуа”.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись, а затем каждый сделал по глотку вина.

Тут же прозвучал улыбающийся голос Чжао Хуэйина: “Ваше величество, посмотрите, отношения между Нинхуа и Аннинг такие хорошие. Банкет только начался, а они уже поднимают тосты друг за друга.”

Услышав слова императрицы, все повернулись и посмотрели на Шэнь Нинхуа. На мгновение место, где она сидела, оказалось в центре всеобщего внимания.

Семья Шэнь обнародовала неправильный рецепт лекраств, который заставил людей страдать. Ожидалось, что Шэнь Нинхуа, как первая дочь семьи Шэнь, также будет замешана в этом деле. Однако она добилась радикального изменения ситуации, разработав настоящий, действующий рецепт. Она не только завоевала любовь Его Величества, но была признана приемной дочерью и внесла большой вклад в ликвидацию последствий стихийных бедствий. Это заставило людей по-настоящему восхищаться ее удачей, но они также задавались вопросом, как она отреагирует, когда Его Величество разберется с семьей Шэнь.

Шэнь Нинхуа проигнорировал всеобщий пристальный взгляд и поднялась из-за стола, выпрямившись во весь рост. “Ваше Величество, когда я была в Цзяннани, многие люди просили меня передать вам свою благодарность от их имени, когда я вернусь в столицу. Пожалуйста, позвольте мне поклониться вам”.

Сердце Бейли Цинцана дрогнуло, и он чуть улыбнулся. “Хорошо. Ты можешь выйти вперед.”

Шэнь Нинхуа лучезарно улыбнулась и уверенно направилась к центру зала.

Взгляды всех присутствующих непроизвольно переместились вместе с ней. Некоторые люди хотели бы увидеть, как она выставляет себя недалекой дурочкой, поэтому они намеренно направляли на нее презрительный взгляд.

На мгновение атмосфера в зале замерла. Зал был полностью заполнен как гражданскими, так и военными чиновниками, но, как ни странно, было так тихо, что можно было услышать даже падение иглы.

Шэнь Нинхуа, казалось, не замечала возникшей напряженности вокруг себя. Каждый шаг, который она делала, был уверенным, а расстояние между ее шагами было таким точным, что казалось, оно было отмерено.

Добравшись до центра зала, она выпрямилась, аккуратно поправила свое платье без единой морщинки и элегантно и плавно опустилась на колени. Она исполнила самый торжественный поклон династии Даан. С девятью поклонами в сочетании с различными соединительными движениями набор движений был очень сложным и занимал много времени. Обычно такой этикет соблюдался только тогда, когда на трон взошел новый император.

Прямо сейчас выражение ее лица было серьезным, как будто она была в паломничестве. Торжественное чувство заставляло людей подсознательно задерживать дыхание.

Шэнь Нинхуа не встала после приветствия. Вместо этого она опустилась на колени и посмотрела на Бейли Цинцана, который сидел на троне. “Жителям Цзяннани не посчастливилось преклонить колени и лично поблагодарить Ваше Величество. Я имею честь сделать это от их имени. Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше величество!”

Бейли Цинцан встал и спустился по лестнице. Он лично шагнул вперед, чтобы помочь ей подняться, и его глаза были полны волнения. “Я получил приветствия от народа. Спасибо тебе, Нинхуа.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Ее взгляд был наполнен крошечными лучиками света, заставляя людей, которые смотрели на нее, бессознательно чувствовать себя счастливыми.

Бейли Цинцан сердечно сказал: “Сегодня я счастлив. Все, пожалуйста, не церемоньтесь. Сегодня вечером никто не вернётся домой, пока хорошо не погуляет и не выпьет вина вдосталь!”

“ Благодарю вас, ваше величество”.

Поскольку Его Величество был счастлив, даже если чиновники были недовольны, они должны были притворяться счастливыми. Банкет был особенно оживленным. Бейли Цинцан и Чжао Хуэйин также проявили достаточно терпения. Они не уходили, пока банкет не закончился.

Когда Шэнь Нинхуа уходила, многие люди произносили за нее тосты и много пили. Хотя ее спина все еще была прямой, ее шаги были гораздо более трепещущими. Принцесса Аннинг взяла ее за руку и обеспокоенно сказала: “Нинхуа, я уже приказала кому-нибудь приготовить отрезвляющий суп. Ты сможешь выпить его, когда вернешься в мой дворец.”

Шэнь Нинхуа мягко улыбнулась. “ Благодарю вас, ваше высочество. Я в порядке.”

“Я этого не вижу.” Бейли Аннинг подняла глаза, чтобы пристально посмотреть на нее, но увидела, что щеки Шэнь Нинхуа слегка покраснели. Ее ясные глаза были наполнены рябью воды. Ее красивое лицо даже сияло лучезарной улыбкой. Даже Бейли Аннинг почувствовала, как ее сердце бешено забилось, когда она посмотрела на такую красивую девушку. “В будущем не пей так в присутствии других”.

К счастью, обычно у нее было холодное выражение лица. Если бы она так смеялась весь день напролет, то бесчисленное множество мужчин в столице были бы без ума от нее.

Шэнь Нинхуа, казалось, не расслышала его ясно, и она спросила смущенным голосом: “Что?”

Посмотрев на лицо перед собой, Бейли Аннинг фыркнула. “Ты должен быть рада, что я та, кто поддерживает тебя. Если бы это был кто-то другой, он бы давно вышвырнул тебя вон.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Тогда бросьте меня и посмотрите, поднимет ли меня кто-нибудь”.

“Его величество так в вас души не чает. Если я вышвырну тебя сейчас, разве он не вышвырнет меня завтра из Дворца?”

“Все в порядке, все в порядке. Просто попробуйте”. Возможно, из-за действия алкоголя Шэнь Нинхуа потеряла свою холодную маску и на самом деле выглядела немного навязчивой.

“Сестра, поторопись и выброси ее. Я готов забрать ее. - Бейли Цзиньчуань подошел сбоку и с улыбкой посмотрел на Шэнь Нинхуа. Он не ожидал, что она будет такой интересной после того, как напьется.

“Второй Брат, почему ты здесь?” Они почти добрались до Западного дворца, где жили принцессы. Бейли Цзиньчуань никоим образом не должен был появиться здесь, если только он не пришел специально.

Шэнь Нинхуа отпустила руку принцессы Аннинг и посмотрела на него затуманенным взглядом. “Я уже сказал это очень ясно. Неужели ваше высочество забыли?”

Сердце принцессы Аннинг дрогнуло. Что-нибудь... произошло между Вторым Братом и Нинхуа в Цзяннани?

Выражение лица Бейли Цзиньчуаня не изменилось. Он повернулся, чтобы посмотреть на Бейли Аннинга, и сказал: “Аннинг, ты возвращаешься первой. Мне нужно кое-что сказать Нинхуа.”

“Второй Брат, невестка часто навещала меня во Дворце в эти дни. Она должна была услышать, что банкет закончился, и она, должно быть, с нетерпением ждет вас. Разве ты не собираешься вернуться как можно скорее?” Хотя Второй Брат был хорошим человеком, она чувствовала, что Нинхуа не желает иметь с ним никаких отношений.

Бейли Цзиньчуань улыбнулась и сказала: “Ты действительно беспокоишься о ней. Не волнуйся, я просто перекинусь с ней парой слов. Я скоро вернусь.”

“Что ж, я всегда доверял тебе, Второй Старший Брат. Тогда я пойду первым. Нинхуа, я вернусь и посмотрю, как они готовят суп для протрезвления. Ты приходи через некоторое время.”

Шэнь Нинхуа послушно кивнула. "да. Ваше высочество, вы можете вернуться первой.”

Когда Бейли Аннинг отошла далеко, Бейли Цзиньчуань подошла к Шэнь Нинхуа и протянула руку, чтобы взять ее за руку. “Нинхуа, ты пьяна?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на него с улыбкой на губах. “Ты - это не я. Откуда ты знаешь, что я пьяна?”

“Ха-ха, если бы ты была трезва, ты бы точно так не говорила”.

“Звучит так, как будто ты очень хорошо меня знаешь”. Шэнь Нинхуа стряхнул его руку и подошла к перилам. Она прислонилась к перилам и смотрела, как свет мерцает на поверхности воды. Она удовлетворенно прищурила глаза. “Я уже дала тебе это понять. Я никогда не буду наложницей, и я также не осмеливаюсь пытаться поставить себя под твое покровительство. Так что держи свои руки подальше от меня.”

“Что, если я возьму тебя в жены?”

Шэнь Нинхуа нахмурилась и посмотрела на него. “Что, ты собираешься убить свою жену ради меня?”

Выражение лица Бейли Цзиньчуаня было серьезным, а в его голосе слышалось искушение. “Если ты хочешь, чтобы я это сделал, я могу сделать это за тебя”.

“Я не хочу этого!” Шэнь Нинхуа внезапно повернула голову и сказала: “Ваше высочество, я все еще испытываю к вам некоторую признательность. Не пытайтесь узнать глубину этой признательности, чтобы не исчерпать ее до суха.”

Бейли Цзиньчуань усмехнулся. “Ну и что с того, что я исчерпал твою признательность? Чего я хочу, так это твоей любви, а не так называемой необязательной признательности”.

Шэнь Нинхуа серьезно посмотрела на него. Улыбка на ее лице полностью исчезла. “Поскольку ты притворяешься, что не понимаешь моего намека, тогда я тебе все объясню. Я не выйду за тебя замуж.”

“Тогда за кого ты хочешь выйти замуж? Бейли Цзинзе? Я слышал, что он тоже тайно приближается к тебе. Мой пятый младший брат - самый нежный и внимательный. Однако он внимателен к слишком многим людям. Не позволяйте себя одурачить.”

Шэнь Нинхуа некоторое время молчала, а потом вдруг громко рассмеялся. “Вы двое - настоящие братья. Бейли Цзинзе сказал, что у тебя есть жена. Вы сказали, что он нежный и романтичный. Вы договорились, чтобы выбить ковер друг у друга из-под ног?”

“Нинхуа, ты действительно была в него влюблена?” Тень уныния промелькнула в глазах Бейли Цзиньчуаня.

Шэнь Нинхуа сдержала улыбку и слегка наклонила голову, чтобы посмотреть на него. Она не признавала и не отрицала этого. “Как ты думаешь, смогу ли я прочно завоевать его сердце своей красотой и тактикой?”

Гнев поднялся в сердце Бейли Цзиньчуаня. “Ты можешь завладеть его сердцем на какое-то время, но не на всю оставшуюся жизнь. Когда ты потеряешь свою красоту, он определенно даже не взглянет на тебя.”

“Ха-ха, звучит так, как будто ты будешь любить меня всю оставшуюся жизнь. Ваше высочество, вы действительно рассмешили меня.”

“Ты...” Бейли Цзиньчуань сжал кулаки. Она так разозлила его, но он все еще не хотел наказывать ее. “Нинхуа, я внесу ясность сегодня. Ты можешь жениться только на мне. Не думай ни о ком другом! А теперь тебе следует поторопиться обратно. Там ждут дворцовые служанки, чтобы проводить вас. Я уйду первым.”

Шэнь Нинхуа прислонилась к перилам и позволила вечернему ветерку развевать ее волосы. Через некоторое время она подняла руку, чтобы пригладить волосы за ухом. Ее глубокие глаза были яркими и ясными, без малейшего намека на опьянение.

Бейли Цзиньчуань был чрезвычайно высокомерен. Она не хотела сейчас находиться с ним во враждебных отношениях, поэтому хотела ясно показать свое неприятие под маской пьянства. Она не ожидала, что он окажется даже более упрямым, чем высокомерным.

Легкая фигура спустилась с ближайшего дерева, и черные одежды растворились в ночи. Если не присматриваться внимательно, его было бы трудно обнаружить. “Я пришел в нужное время и увидел самую замечательную часть”.

Шэнь Нинхуа внезапно обернулась и увидела этого человека. Выражение ее лица слегка расслабилось. “Итак, человек, который только что присутствовал на банкете, был Е Йи, который выдавал себя за тебя. Почему ты не присутствовал на банкете, раз уж вернулся?”

Этим человеком был Чу Цзюньи. Он снова стал похож на приемного сына семьи Сяо. Его чрезвычайно красивое лицо превратилось в красивое. Она действительно не привыкла к этому.

- Потому что, конечно, есть более важные дела, о которых нужно позаботиться. Завтра люди будут вознаграждены в соответствии с их вкладом в ликвидацию последствий стихийных бедствий. Я боюсь, что будут как награды, так и наказания. Несколько дней назад кто-то отправился навестить твоего отца и других в Небесной тюрьме. Завтра обязательно произойдет что-то неожиданное. Тебе следует хорошо подготовиться.”

“Кто отправился в Небесную тюрьму?”

”Наследный принц".

Глава 85 - У Вас есть проблемы?

Услышав его слова, Шэнь Нинхуа не очень удивилась. Семья Чжао возложила вину за все проблемы с рецептом на семью Шэнь, но все, кто внимательно следил за ситуацией, знали что происходит. По поведению Бейли Цинцана было видно, что Его Величество был крайне недоволен в отношении семьи Чжао. Было бы странно, если бы наследный принц все еще оставался спокойным в такое время.

Шэнь Нинхуа кивнула. "Я знаю."

Чу Цзюньи улыбнулся и посмотрел на нее. “Со Вторым принцем нелегко ладить. Тебе нужно позаботиться, чтобы защитить себя.”

“Да, и тебе я могу пожелать того же. На этот раз у семьи Сяо нет ни достоинств, ни недостатков. Поэтому именно сейчас вы должны быть особенно осторожны с завистью других людей.”

“Спасибо тебе за твою заботу, Нинхуа”.

Шэнь Нинхуа взглянула на его улыбающееся лицо и нахмурилась. Она никак не могла привыкнуть к этому лицу. “Твоя первоначальная внешность более приятна, чем эта”.

Чу Цзюньи коснулся его щеки, и его улыбка стала еще шире. “Значит ли это, что я намного лучше Второго Принца? По крайней мере, я могу использовать свою внешность, чтобы доставить тебе удовольствие.”

Видя, что разговор принимает игривый и несерьезный характер, Шэнь Нинхуа ничего не ответила и повернулась, чтобы идти к Западному дворцу. Невдалеке она действительно увидела двух дворцовых служанок, почтительно ожидавших ее. Когда они увидели, что она приближается, они сразу же опустились на колени и поклонились. “Приветствую вас, Ваше высочество. Командующий принц Де попросил нас подождать здесь, чтобы указать вам путь.”

“Не нужно, я могу вернуться сама”. Просьба указать ей путь, вероятно, исходила из того, чтобы посмотреть, пьяна она или нет. Она думала, что характер Бейли Цзиньчуаня был прямолинейным, и с ним должно быть легче всего ладить. Она не ожидала, что этот прямолинейный человек станет еще более страшным, когда станет упрямым.

Возвращение Бейли Цзиньчуаня обрадовало простых людей, но заставило принцев и чиновников, стоящих в других кланах забеспокоиться. Когда дело дошло до поощрений и наказаний, ситуация сразу же изменилась на противоположную.

За пределами Дворца люди беспокоились, что Второй принц и Шэнь Нинхуа будут наказаны, в то время как многие чиновники были счастливы видеть, как это происходит.

Шэнь Донг и Шэнь Линхань провели в заключении больше месяца, прежде чем их выпустили из Небесной Тюрьмы, и они чувствовали себя так, словно им снова дали вторую жизнь.

Мадам Чжао была так взбудоражена, что была на грани обморока. Поскольку она была беременна, ее поместили под домашний арест в отдаленный дворец. Только евнух каждый день приносил ей немного еды. Однако она вообще не могла есть. Она также страдала от утренней тошноты, и чуть больше чем за месяц она исхудала до костей. Увидев, что Шэнь Линхань сопровождают охранники, она пожалела, что не может немедленно наброситься на нее.

“Линхань?”

Шэнь Линхань подняла голову и увидела мадам Чжао. Ее безжизненный взгляд вновь обрел какое-то великолепие. “Мама, я так горько страдала”.

Мадам Чжао чуть не расплакалась. “Линхань, не волнуйся. Твоя старшая сестра обязательно спасет нас.”

Шэнь Линхань кивнула, но в ее опущенных глазах вспыхнул странный огонек, а на губах появилась холодная улыбка. Шэнь Нинхуа, я бы не позволил тебе сегодня уйти невредимой.

Когда звук кнута, заставляющего замолчать, эхом разнесся по всему Дворцу, евнух громко объявил: “Его Величество прибыл”.

“Да здравствует Ваше величество. Да здравствует Ваше Величество. Да здравствует Ваше величество”.

Бейли Цинцан сидел на троне и смотрел сверху вниз на четыре ряда чиновников в зале. “Вы должны знать главную повестку дня на сегодняшний день, которая заключается в том, чтобы наградить Бейли Цзиньчуаня, Шэнь Нинхуа, Сяо Цзинжаня и других за их заслуги. Если у тебя есть какие-то возражения, скажи об этом прямо.”

В зале царила тишина, и никто из чиновников не хотел выделяться первым.

Спустя долгое время Чэнь Юнь взял на себя инициативу встать и сказал: “Ваше величество, по моему мнению, Второй принц использовал решительные методы, чтобы избавить от чумы и бедствий, и спас тысячи людей. Хотя его метод был слишком радикальным, это было также понятно, потому что он находился в чрезвычайном положении. Его достоинства перевешивают недостатки, и он заслуживает награды.”

Как только Чэнь Юнь закончил говорить, кто-то сразу же возразил: “Я не согласен с господином Чэнем. Ваше величество приказали Второму принцу ликвидировать бедствие. Выполнение задания - это то, что он должен был сделать. Однако он так стремился выполнить задание, что убил 32 различных высокопоставленных чиновника в Цзяннани без предварительного доклада Вашему Величеству. Среди них были и чиновники третьего ранга. Это, несомненно, было признаком государственной измены. Это был безрассудный поступок. Ваше величество, пожалуйста, строго накажите его.”

“Ваше величество, я согласен с лордом Ченом”.

“Действия Второго принца приравниваются к государственной измене. Он должен быть сурово наказан”.

“Ваше величество...”

Зал был похож на горячий котел с кипящим маслом, в который налили ковш воды, и шум был таким громким, что казалось, что обрушивается небо.

Бейли Цинцан твердо сидел на троне без каких-либо признаков нетерпения. Он не говорил до тех пор, пока не прошел час, к тому времени чиновники вспотели из-за ссоры. “Поскольку вы не можете прийти к какому-либо выводу, тогда пригласите всех, кто причастен к этому делу. Сегодня я воздам им должное”.

Все невольно притихли и устремили свои взгляды на вход. Второй принц, семья Сяо, семья Шэнь, семья Чжао…Всех, кто был в этом замешан, вызвали в главный зал.

После того, как они закончили отдавать честь, Бейли Цинцан попросил их встать. “Я думаю, вы все хотите знать, что происходит сегодня. Так что давайте сегодня поговорим откровенно. Я хочу услышать ваше мнение.”

Услышав это, Бейли Цзиньчуань немедленно опустился на колени и сказал: “Ваше величество, я виновен. Пожалуйста, накажи меня”.

“В чем твоя вина?” Взгляд Бейли Цинцана был серьезным, и люди не могли сказать по его тону, сердится он или нет.

Бейли Цзиньчуань достал из кармана брошюру и поднял ее обеими руками. “Ваше величество, я взял на себя смелость убить в общей сложности 32 чиновника в Цзяннани, не спрашивая вашего указа. Это имена чиновников, убитых мной, и причины. Пожалуйста, взгляните”.

Евнух передал ему брошюру. Бейли Цинцан открыла его и взглянула на него. Выражение его лица сразу же потемнело. “Ты говоришь правду?”

“Ваше величество, все записи правдивы. Если вы мне не верите, вы можете послать людей для дальнейшего расследования”.

Бейли Цинцан сжал буклет в руке и обвел взглядом чиновников в зале. “Я проведу расследование. Прежде чем это дело будет тщательно расследовано, вам следует поразмыслить о своих проступках в вашем особняке.”

“Да, ваше величество”. Бейли Цзиньчуань был в восторге. В брошюре были записаны собранные им доказательства коррупции чиновников Цзяннани. До тех пор, пока его величество будет готов провести расследование, он будет в целости и сохранности. Ни один чиновник, которого он убил, не был невиновен.

Глаза Бейли Цзиндзе вспыхнули гневом. Значит, наказание его Величества было просто для того, чтобы Бейли Цзиньчуань поразмыслил над своими проступками? Он не хотел видеть, как Второй Брат так легко отделается, поэтому посмотрел на Левого Имперского Цензора и подал знак своим взглядом.

Левый имперский цензор Сюй Миань немедленно встал и сказал со слезами на глазах.

“Ваше величество, это неразумно. Второй принц без всякой причины убивал чиновников Императорского двора и полностью попирал законы династии Даань. Это потрясение для людей всей страны. Как официальное лицо, как я могу наблюдать, как такое происходит? Я прошу Ваше величество забрать свой приказ обратно. В противном случае я покончу с собой во дворце Чэнцянь и использую свою смерть, чтобы защитить репутацию Вашего Величества.”

Бейли Цинцан нахмурился, и в его сердце вспыхнул гнев. Сюй Миань явно угрожал ему собственной смертью.

Под руководством Сюй Мианя многие чиновники, получившие намеки, опустились на колени и попросили Бейли Цинцана забрать свой приказ обратно.

Чиновники, тайно поддерживавшие Второго принца, были крайне встревожены. К сожалению, их численность была невелика, и у них вообще не было никакого преимущества.

Как раз в тот момент, когда Бейли Цинцан собирался сделать им выговор в гневе, внезапно раздался звонкий смех.

В зале мгновенно воцарилась тишина. Все посмотрели на Шэнь Нинхуа, которая громко смеялась.

Левый Имперский цензор крикнул: “Принцесса префектуры Нинхуа, вы слишком невежественны в вопросах этикета. Как ты смеешь быть такой самонадеянной в главном зале!”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и вышла вперед, чтобы поприветствовать Бейли Цинцана. “Пожалуйста, простите меня, ваше величество. Я просто ничего не могла с этим поделать.”

Выражение лица Бейли Цинцана смягчилось. Он знал, что ей есть что сказать, поэтому быстро передал ей нить разговора. “Почему ты смеялась?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, чтобы посмотреть на Левого имперского цензора Сюй Мианя. “Господин Сюй, мне очень любопытно узнать о вашем ранге”.

Сюй Миань презрительно сказал: “Я чиновник третьего ранга класса В”.

“О, так вы чиновник третьего ранга класса "Б". Мне очень жаль.” На лице Шэнь Нинхуа появилось выражение внезапного просветления. “Я думала, вы самый высокопоставленный чиновник в зале”.

Сюй Миань смутился, и выражение его лица изменилось. “Принцесса префектуры, что ты имела в виду?”

“Я ничего не имела в виду. Я только что слышала, что лорд Сюй называл принца префектуры Дэ Вторым принцем и неоднократно угрожал Его Величеству отозвать свой приказ. Вы даже угрожали своей жизнью, чтобы позволить его величеству наказать собственного сына. Твое обаяние действительно затмило всех в зале.”

Сюй Миань был напуган и весь покрылся потом. Он поспешно опустился на колени и сказал: “Ваше величество, я просто был слишком взволнован. Пожалуйста, простите меня”.

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на него. “Господин Сюй, почему вы так испугались? Хотя вы открыто опровергли приказ Его Величества и проявили неуважение к командиру принцу Де, вы сделали это по доброй воле. В этом зале также есть много лордов, которые так же преданы, как и вы. - Говоря это, она обвела взглядом чиновников, которые только что объединились с Сюй Мианем, предлагая ему поддержку.

Довольно много чиновников, которые были менее решительны, сразу же уклонились от взгляда Шэнь Нинхуа.

Третий принц не хотел, чтобы ситуация была испорчена. “Нинхуа, ты всего лишь девушка, поэтому тебе не следует вмешиваться в дела, связанные с чиновниками”.

Шэнь Нинхуа сдержала улыбку. “Ваше высочество правы. Пожалуйста, простите меня, ваше величество.”

Третий принц почувствовал презрение в своем сердце. Какой бы острой на язык она ни была, она была всего лишь девушкой. Каким бы высоким ни был ее статус, девушке не позволялось вмешиваться в политику!

Однако Бейли Цинцан слегка прищурился и обвел взглядом самодовольного Третьего принца. “Я был тем, кто задал этот вопрос. У тебя есть какие-нибудь проблемы со мной?”

Третий принц был ошеломлен, поспешно опустился на колени и извинился: “Ваше величество, пожалуйста, простите меня”.

Бейли Цинцан не просил его встать. Он позволил ему опуститься на колени и повернулся, чтобы посмотреть на Сюй Мианя и других чиновников. “Я сказал Второму принцу, чтобы он поразмыслил о своих проступках дома. У кого еще есть возражения?”

Возражение означало открытое опровержение императорского указа. Давать слишком радикальные советы против Его Величества означало угрожать Его Величеству их жизнями. Учитывая предыдущие слова Шэнь Нинхуа как предзнаменование, кто осмелился сказать еще одно слово?

Хотя он знал, что Шэнь Нинхуа говорит не от его имени, Бейли Цзиньчуань все равно не мог не чувствовать тепла в своем сердце. Чем больше он соприкасался с Шэнь Нинхуа, тем больше не мог контролировать свое сердце. Такая девушка должна оставаться рядом с ним, какую бы цену ему ни пришлось заплатить!

Чиновники не могли получить никакой выгоды от Второго принца, поэтому они сосредоточили свои взоры на Шэнь Донге. Второй принц принадлежал к роду императора, поэтому у них были некоторые опасения. Но семья Шэнь была другой. Шэнь Донг раньше был премьер-министром, поэтому раньше они не могли поколебать его позицию. Теперь эта акула упала на мелководный пляж, и они не пожалеют усилий, чтобы убить ее!

Бейли Цинцан сказал: “Поскольку вопрос со Вторым принцем улажен, тогда давайте поговорим о Шэнь Нинхуа. У тебя есть какие-нибудь идеи?”

Чэнь Юнь выступил вперед и сказал: “Ваше величество, принцесса префектуры Нинхуа внесла большой вклад в работу по ликвидации последствий стихийных бедствий. Я думаю, что ее высочество должна быть щедро вознаграждена.”

“Я согласен”. Другие императорские врачи, которые отправились на помощь пострадавшим, и Сяо Цзинжань все согласились.

Бейли Цинцан удовлетворенно кивнул. “Нинхуа, вы сначала помогли разработать рецепт, а затем хорошо справились с оказанием помощи. Чего ты хочешь?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Донга и встретила его нетерпеливый взгляд.

Шэнь Донг не ожидал, что однажды безопасность семьи Шэнь будет доверена дочери, которую он больше всего не любил.

Шэнь Нинхуа обернулась и сказала: “Ваше величество, мне ничего не нужно”.

Внезапно глаза Шэнь Донга расширились. Его налитые кровью глаза словно вылезлали из орбит. Почему она не умоляла Его Величество о пощаде к семье Шэнь? Хотела ли она наблюдать за уничтожением семьи Шэнь, не предлагая никакой помощи?

Глава 86 - У Вас Двоих Был Роман!

Шэнь Линхань подняла голову и посмотрела на Шэнь Нинхуа со слезами на глазах. Ее тон был полон печали. “Старшая Сестра, я знаю, что ты ненавидишь меня. Не имеет значения, как ты относишься ко мне, но, пожалуйста, отпусти отца и мать. Пусть твоя благодарность за то, что тебя вырастили будет более значимой, чем за то, что тебе дали жизнь. Хотя она и не твоя родная мать, она заботилась о тебе столько лет. Не будь столь жестокой.”

После этих слов, госпожа Чжао шагнула вперед и попыталась опуститься на колени перед Шэнь Нинхуа, прикрывая руками живот. “Нинхуа, я тебя могу понять, если ты не заботишься обо мне, но твой господин – он же твой собственный отец. Даже если тебе это не нравится, у тебя перед им свой дочерний долг. И этот долг преследует каждого человека, в том числе и тебя… Ты должна отказаться от мыслей наказать своего отца…”.

“Правильно, Старшая Сестра. Если у тебя есть какие-то претензии ко мне, пожалуйста, отпусти отца и мать”.

Мадам Чжао опустилась на колени и обняла Шэнь Линхань. Они оба говорили с такой искренностью и так непосредственно, словно это Шэнь Нинхуа загнала их в нынешнее положение.

Шэнь Донг почувствовал вспышку гнева в своем сердце. Он свирепо посмотрел на Шэнь Нинхуа острыми глазами, как будто хотел содрать с ее тела слой кожи. Первоначально он думал, что от нее будет какая-то польза, но он не ожидал, что она окажется такой хладнокровной и бессердечной.

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на эту пару матери и дочери, и ее лицо было полно печали и недоумения. “Мама, сестра, ответьте мне на один вопрос. Что я такого сделала вам, что вы захотели меня убить?”

Шэнь Линхань нахмурилась. “Старшая сестра, ты отказываешь нам?...”

“Дело не в том, что я отказываюсь. Я просто не понимаю и хочу разобраться. Отец и Старший брат ошиблись в рецепте для лечения чумы. Чтобы исправить эту серьезную ошибку, я лично отправилась в пораженный чумой район в Цзяннани, невзирая на опасность. К счастью, небеса благословили меня, и я благополучно вернулась. Я не спрашиваю вас, почему вы даже не узнали как мне там приходилось, в этой опасной экспедиции. Пускай. Но вы обвинили меня в отцеубийстве и матереубийстве, как только увидели меня. Значит это вы хотите моей смерти. Правильно? Наверное вы все считаете меня чужой и посторонней для всех вас.”

Услышав слова Шэнь Нинхуа, многие люди сразу же повернулись, чтобы посмотреть на мадам Чжао. Если ты имеешь мачеху, значит ты имеешь и отчима, говорит поговорка. Хотя эти слова были немного вульгарными, правда в них была очевидна. Это было действительно отличное представление для мачехи - убить дочь первой жены.

Шэнь Линхань прикрыла губы ладонью и зарыдала. “Старшая Сестра, я изначально не хотела ничего говорить, но если ты так просишь, хорошо, я все тебе объясню. Мама, не помогай ей скрывать правду. Просто скажи всем все как есть на самом деле.”

Глаза мадам Чжао застыли, и она резко покачала головой. “Нет, Линхань, несмотря ни на что, Нинхуа состоит с тобой в кровном родстве. Она твоя старшая сестра. Как я могу...”

”Мама, - громко произнес Шэнь Линхань, - если бы у нас был выход… У нас нет другого выхода, как сказать всю правду. В конце концов, ее репутация будет разруШеньа, если это дело раскроется. Однако она ненавидит нас и хочет только нашего унижения и смерти. Какой смысл скрывать это для нее?”

”Линхань...” Выражение лица мадам Чжао было озадаченным и смущенным.

Шэнь Линхань схватила мадам Чжао за запястье и сказала: “Мама, если ты не хочешь этого говорить, это сделаю я. Что касается меня, то у меня нет сестры по имени Шэнь Нинхуа! Ваше величество, не успели мои отец и брат ошибиться при составлении рецепта, как Шэнь Нинхуа передал вам правильный рецепт. Тебе не кажется, что это слишком странно?”

Бейли Цинцан слегка нахмурился со спокойным выражением в глазах. “Что ты хочешь сказать?”

Шэнь Линхань двинулась вперед на коленях и низко поклонилась. Ее лоб издал глухой звук, когда она ударилась о землю. “Ваше величество, Шэнь Нинхуа придумала все это, потому что хотела очернить мою мать и меня”.

“Продолжай”.

Шэнь Линхань подняла голову и с негодованием посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Более двух месяцев назад двор моей матери был разруШень, поэтому она временно жила в боковом дворе двора Инъюэ Шэнь Нинхуа. Однажды она заболела из-за беременности, поэтому встала посреди ночи и пошла гулять. Неожиданно она увидела мужчину, выходящего из комнаты Шэнь Нинхуа. В то время она была напугана. Впоследствии она испугалась, что этот человек обманул Старшую сестру, поэтому тайно провела расследование. Она не ожидала, что откроет эту грязную тайну.”

Роман девушки с тайным мужчиной… Окружающие слушатели застыли, их внимание было приковано к рассказчице. Все они навострили уши, чтобы внимательно слушать.

“Старшая Сестра уже давно встречается с этим мужчиной, и они даже обменивались друг с другом знаками любви! Старшая Сестра узнала, что дело раскрыто, и с помощью этого человека она замыслила убить и заставить замолчать семью Шэнь.” Когда Шэнь Линхань говорила, все ее тело дрожало, как будто она была очень напугана.

Глаза Бейли Цинцана потемнели. “У вас есть какие-нибудь доказательства?”

"Да!" Шэнь Линхань посмотрел на мадам Чжао. “Мама, передай доказательства Его Величеству”.

Мадам Чжао крепко сжимала в руке носовой платок и безудержно плакала. “Линхань, это доказательство супружеской измены твоей старшей сестры, я просто хотел помочь ей скрыть это. Найдя его, я сожгла его. Оно исчезло.”

“Мама... ты...” - вздохнул Шень Линхань. “Старшая Сестра, мама по-прежнему всем сердцем защищает тебя. Разве у тебя нет сердца?”

Шэнь Нинхуа посмотрел на нее с неописуемой насмешкой. “Младшая сестра, я действительно восхищаюсь твоим актерским мастерством”.

Шэнь Линхань закрыла глаза и сказала: “Забудь об этом. Поскольку ты все еще не раскаиваешься, я должна это сказать. Ваше величество, человек, у которого был роман с моей старшей сестрой, - Второй принц!”

В тот момент, когда она произнесла эти слова, все чиновники были ошеломлены. Второй принц? Все взгляды устремились на Шэнь Нинхуа и Бейли Цзиньчуань. Они хотели выяснить, что происходит. Они вдвоем работали вместе, чтобы ликвидировать последствия катастрофы в Цзяннани. Говорили, что они очень хорошо ладили. Второй принц обычно прислушивался к мнению Шэнь Нинхуа. Было ли это потому, что у них давным-давно был роман?

Глаза Бейли Цзиньчуаня стали холодными. Эта пара матери и дочери на самом деле хотела втянуть его в этот фарс. “Ваше величество, пожалуйста, примите здравое решение. У нас с принцессой префектуры Нинхуа не было ни малейшего неуважения к этикету.”

Чу Цзюньи, стоявший в конце официальной процессии, слегка прищурился, и в его глазах промелькнул след холодного убийственного намерения.

Выражение лица Бейли Цинцана было немного угрюмым. “Шень Линхань, ты знаешь, что это за преступление – опорочить имя принца?”

“Ваше величество, я знаю, что опорочить имя принца - это преступление, достаточно серьезное, чтобы вовлечь в него всю семью”.

“Поскольку вы знаете о последствиях и все еще осмеливаетесь говорить об этом вслух, у вас должны быть какие-то доказательства. Покажите мне ваши доказательства!”

Шэнь Линхань подняла голову и уставилась на Бейли Цзиньчуань горящим взглядом. “Ваше величество, я тайно готовилась, потому что боялась, что моя старшая сестра постарается выскользнуть из этой неловкой ситуации. Я не ожидала, что мне придется воспользоваться этими доказательствами сегодня. На Втором принце носовой платок от Шэнь Нинхуа! У меня также есть улики, спрятанные в моем Дворе Циньсюэ, которые являются письмами между Вторым принцем и Шэнь Нинхуа!”

По заполненному залу пронеслась волна реплик…

“Вау…Я действительно не ожидал...”

“Это верно. Такой бесстыдный.”

“Сначала я думал, что внешность Шэнь Нинхуа была чиста, как лед, и чиста, как нефрит. Кто бы мог подумать, что она тайно соблазнила принца? Это действительно...”

Зал был наполнен всевозможными комментариями. Бейли Цинцан торжественно посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая стояла прямо. “Нинхуа, ты хочешь что-нибудь сказать?”

Шэнь Нинхуа слегка покачала головой, и выражение ее лица было спокойным. “Те, кто невиновен, естественно, получат доказательства своей невиновности. Я верю, что Ваше величество докажет мою невиновность.”

Бейли Цинцан повернулся и отдал приказ. “Чэнь Юнь, ты мой самый доверенный чиновник. Пойди обыщи Второго принца и посмотри, есть ли при нем носовой платок Шэнь Нинхуа. Губернатор Столичной стражи, приведите свои войска в особняк Шэнь, чтобы обыскать двор Циньсюэ и найти письма, о которых упоминал Шэнь Линхань!”

“Да, ваше величество”.

Начальник Столичной стражи развернулся и вышел. Чэнь Юнь подошел ко Второму принцу и сложил ладони в специальном жесте в знак извинения. “Ваше высочество, пожалуйста, простите мои действия”.

Бейли Цзиньчуань протянул руки. “Лорд Чен, пожалуйста не обращайте внимания и выполняйте свой долг. Прошу вас, тщательно меня обыщите”.

Чэнь Юнь кивнул и тщательно обыскал тело Бейли Цзиньчуаня. Через некоторое время он достал из рукава носовой платок, расшитый азалиями. Шелковый носовой платок выглядел не очень новым, как будто им пользовались уже некоторое время. ”Ваше величество, я обыскал Второго принца и нашел только этот носовой платок".

Третий принц изо всех сил старался подавить волнение на своем лице, и его сердце было переполнено волнением. Платок явно был не для мужчин. Как мог Бейли Цзиньчуань объяснить это на этот раз?

Выражение лица Бейли Цинцана было неясным. “Цзиньчуань, что ты хочешь сказать? Откуда взялся этот носовой платок?”

Бейли Цзиньчуань приподнял свою мантию и опустился на колени. “Ваше величество, этот платок принадлежит принцессе префектуры Нинхуа”.

Шэнь Линхань была в восторге, но на ее лице появилось печальное выражение. “Старшая Сестра, принц префектуры Де уже признал это. Ты все еще отказываешься признаться?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и тут же отвела взгляд, как будто даже не хотела смотреть на нее. “Ну и что с того, что платок мой? Какая логика в том, чтобы сделать вывод, что обнаружение моего носового платка на Втором принце означает, что у нас роман? Младшая сестра, я не знаю, что сказать о тебе.”

Были найдены доказательства ее супружеской измены, но она все еще была так уверена в себе. Это заставило всех посмотреть на Шэнь Нинхуа.

В этот момент Чэнь Юнь шагнул вперед и сложил ладони в почтительном жесте. “Ваше величество, могу я дать Вам пояснения, почему этот платок на Втором принце?”

“Ты знаешь это?” Бейли Цинцан был очень удивлен.

“Это верно. Я действительно знаю правду.” Чэнь Юнь кивнул и с этими словами подошел к Бейли Цзиньчуаню. Он закатал рукав Бейли Цзиньчуаня и обнажил его руку.

“Ах, Второй принц ранен?”

“Какая длинная рана!”

Рука Бейли Цзиньчуаня была покрыта раной длиной в полфута. Хотя большая часть раны уже зажила, все еще оставались места, где виднелись сгустки запекшейся крови, некоторые места еще немного кровоточили. Это было действительно страшно видеть.

“Ваше величество, чтобы успокоить недовольство народа и не допустить, чтобы беженцы создавали проблемы, Второй принц убил 32 чиновника. Многие из оставшихся союзников чиновников яростно мстили нам. Эта рана была нанесена, когда Второй Принц спас меня, когда я был окружен людьми в городе Линьцзян. В то время рана была слишком серьезной. Принцесса Нинхуа использовала свой носовой платок, чтобы обернуть лекарственный порошок, чтобы промыть рану для Второго принца. Таким образом, этот носовой платок попал к нему в руки. Я не ожидал, что кто-то будет использовать это сегодня в качестве доказательства того, что у них был роман. Это слишком нелепо”.

Шень Линхань широко раскрыла глаза. “Невозможно. Этот платок, очевидно, был подарен Второму принцу Шэнь Нинхуа в знак любви!”

Шэнь Нинхуа холодно сказала: “Младшая сестра, моя мать очень любила азалии. Мне также нравится вышивать азалии на носовых платках в память о ней. Если бы я хотела подарить кому-то знак любви, я должна была бы, по крайней мере, вышить пару мандаринок или переплетенных веток. Верно?”

Да, кто бы стал использовать эту вещь в память о своей матери в качестве знака любви?

Шэнь Линхань потеряла дар речи. Наследный принц ясно сказал ей, что платок был подарен Второму принцу Шэнь Нинхуа. Как получилось, что все обернулось наоборот? Внезапно в ее сердце вспыхнул гнев, и она яростно посмотрела на Чэнь Юня.

“Вы лжете, доктор Чен. Ты солгал ради Шэнь Нинхуа и Второго Принца. Как вы оправдываете доверие Его Величества к вам!”

Шэнь Донг резко встал, подошел и ударил Шэнь Линхань по лицу. “Заткнись!” Чэнь Юнь однажды спас жизнь императору. Можно сказать, что он был самым доверенным чиновником императора. Как она посмела клеветать на него?

Чэнь Юнь был так зол, что громко расхохотался. “Ваше величество, похоже, мне следует подать в отставку и вернуться в свой родной город. Даже маленькая девочка осмеливается обвинять меня во лжи.”

Бейли Цинцан прищурился, и в его глазах мелькнул след гнева. “Отвесьте этой мерзавке двадцать пощечин”.

Услышав приказ, евнух немедленно вышел вперед, чтобы исполнить наказание. Глаза Шень Линхань расширились от ужаса. Она хотела попросить о пощаде, но получила первую сильную пощечину.

Мадам Чжао была в оцепенении от ужаса. “Ваше величество, пожалуйста, пощадите ее. Она просто говорила, не подумав. Она сказала это не нарочно.”

Бейли Цинцан не обратил никакого внимания на ее слова и только кивнул, когда евнух доложил, что закончил давать пощечины.

Вскоре после этого вошел начальник Столичной стражи с кипой писем в руках. “Ваше величество, я нашел во дворе Циньсюэ в общей сложности девять писем. Пожалуйста, взгляните”.

Шэнь Линхань лежала на земле, из уголка ее губ текла кровь. Ее глаза были злобными, как у ядовитых змей, а сердце переполняла ненависть. Шэнь Нинхуа, я хотела бы, чтобы ты сегодня умерла ужасной смертью!

Глава 87 - Дай Мне Посмотреть, Сможешь Ли Ты Его Выбрать

Выражение лица Бейли Цинцана не сильно изменилось, но его хмурый взгляд свидетельствовал о том, что в его сердце назревает буря. “Передай мне эти письма!”

Сердце Шэнь Нинхуа сжалось. Когда дворцовая служанка прошла мимо нее с письмами, она обнаружила, что почерк на конвертах практически идентичен ее собственному почерку. Однако она никогда раньше не писала этих писем. Кто стоял за этим и делал такие хорошие подделки?

Шэнь Линхань изо всех сил старалась удержаться от того, чтобы на ее лице не появилась торжествующая улыбка. Но она не могла скрыть улыбку в своем сердце. Шэнь Нинхуа, ты думала, что победишь после того, как император присвоил тебе титул принцессы префектуры. Ну что ж, посмотрим, как ты перенесешь этот удар!

Бейли Цзиньчуань взглянул на перекошенное лицо Шэнь Линхань, и его взгляд стал холодными. У Шэнь Донга действительно были большие способности управлять страной, но, к сожалению, он пренебрегал своим задним двором и вырастил такую дочь, как Шэнь Линхань, со змеиным сердцем. Это была поистине драматическая история.

Бейли Цинцан открывал письма одно за другим, и выражение его лица становилось все хуже и хуже. В конце концов, его лицо приобрело багрово-синий оттенок. “Шэнь Нинхуа, Бейли Цзиньчуань…Я действительно не ожидал, что содержание этих писем будет таким интересным!”

Наследный принц слегка опустил голову, и нервозность в его глазах медленно рассеялась. Этот шаг удался на славу!

Третий принц был даже вне себя от радости. Бейли Цзиньчуань был всего на год старше его, но он был подавлен им во всех отношениях, из-за чего проявить свои способности не представлялось возможным. Как он желал, чтобы этот человек умер быстрее.

С другой стороны, у Пятого принца, Бейли Цзиндзе, было печальное выражение лица. Он вышел в центр зала и почтительно сложил руки. “Ваше Величество, Второй Брат и Шэнь Нинхуа познакомились друг с другом совсем недавно. Рассуждая логически, для них было невозможно совершить такие вещи, как прелюбодеяние. Возможно, что это всего лишь какое-то недоразумение?”

Третий принц угадал лицемерие Бейли Цзиндзе и презрительно поднял глаза. “Пятый Брат, не говори глупостей, если ты не знаешь правды. Как вы могли исключить возможность того, что Второй Брат и Шэнь Нинхуа втайне влюблены друг в друга и им было трудно контролировать свою страсть, чтобы они…Ха-ха, когда мужчина посеет семя любви, а женщина выльет воду похоти, что они пожнут?”

Многие старые чиновники нахмурились. Эти слова были слишком бесстыдными и более чем откровенными. Особенно когда они исходили из уст принца. Это свидетельствовало о том, что произносящий не обладает большими талантами.

Бейли Цинцан ничего не сказал, но холод в его взгляде стал еще сильнее.

Бейли Цзиньчуань поднял голову. “Ваше величество, я всегда восхищался Нинхуа, но у меня никогда не было никаких неподобающих мыслей. Кроме того, Вторая принцесса Чжоу испытывает ко мне глубокую привязанность, и я не хочу ее подводить. В последние дни, когда я встречался с Нинхуа, всегда присутствовали евнухи или дворцовые служанки. Вы узнаете это, если проведете расследование. Что касается этих писем, то я их никогда не писал. Ваше величество, пожалуйста, внимательно изучите ситуацию и вынесите здравое суждение.”

Бейли Цинцан не ответил. Вместо этого он посмотрел на Шэнь Нинхуа и спросил: “Нинхуа, что ты хочешь сказать?”

Шэнь Нинхуа слегка поклонилась и промолвила: “Ваше величество, как и сказал Второй принц, между нами нет ни малейшего проступка, не говоря уже о каких-либо письмах. Ваше величество, могу я взглянуть на эти письма?”

Бейли Цинцан махнул рукой и позвал евнуха, чтобы тот отправил письма Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа внимательно просмотрела письма. У каждого письма были разные дата и время. Она тщательно припомнила и обнаружила, что эти периоды времени были идеально рассчитаны: обычно ночью или когда она была без дела, так что не было бы никаких свидетелей, которые могли бы доказать ее невиновность. Содержание писем было еще более вопиющим. Первые несколько писем были написаны, чтобы показать свою любовь, в то время как в последних нескольких упоминалось, что она и Второй принц сговорились подставить семью Шэнь и подставить семью Чжао и наследного принца. Эти письма ясно объясняли развитие всей истории.

Лицо Шэнь Линхань горело от боли, но в ее сердце было ликование. Она хотела увидеть паническое выражение лица Шэнь Нинхуа или даже слезы на ее лице. “Шэнь Нинхуа, этих писем достаточно, чтобы использовать их в качестве доказательства, верно? Что еще ты хочешь сказать?”

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. “Младшая сестра, как ты можешь быть уверена, что этих писем достаточно, чтобы использовать их в качестве доказательства?”

Шен Линхань скривила губы, и ее опухшее от пощечин лицо приобрело довольно странный вид. “Почерк показал, что эти письма были написаны вами и Вторым принцем. Письма также доказывают вашу супружескую измену со Вторым принцем и раскрывают ваши заговоры с целью подставить наследного принца, семью Шэнь и семью Чжао. Почему их нельзя использовать в качестве улик?”

“Потому что эти письма поддельные!” Глаза Шэнь Нинхуа приобрели глубокий темный цвет и ее холодный взгляд пронзал сердца людей, как холодный клинок.

“Подделка? Почерки явно идентичны вашим и Второго принца. Что заставляет вас думать, что они фальшивые?”

“Понятно, что вы знаете мой почерк, но откуда вы знаете почерк Второго принца? Вы видели почерк Второго принца?”

Выражение лица Шэнь Линхань изменилось. “Конечно!”.

Шэнь Нинхуа подняла брови и спросила: “И откуда он у тебя есть?”

“Когда я входил во Дворец в прошлый раз, я видела надписи, которые Второй принц написал на павильоне в Императорском саду”.

“Вы говорите о стихах, которые император приказал принцам написать в павильоне в Императорском саду?”

Интуиция Шэнь Линхань подсказывала ей, что ситуация развивается как-то не так, что впереди притаилась опасность, но она не могла избежать этого вопроса. Ей пришлось кивнуть и ответить: “Совершенно верно…!”

Холодные глаза Шэнь Нинхуа были подобны десяти тысячам футов льда. “Ваше величество, у меня есть способ доказать свою невиновность. Пожалуйста, разрешите принцам помочь мне”.

Бейли Цинцан кивнул. “Хорошо, я разрешаю”.

Шэнь Нинхуа попросила евнуха принести бумагу и кисти и передала их принцам. “Пожалуйста, напишите два предложения. Первое предложение: «Те, кто чист, окажутся чистыми, а те, кто грязен, окажутся грязными». Другое предложение звучит так: «Воля Небес циркулирует, и возмездие неизбежно!»…

Третий принц так сильно схватил кисть, что чуть не сломал ее. Он быстро закончил писать и бросил бумагу перед Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа сделала вид, что не заметила такого отношения к себе от принца. Она наклонилась и подняла бумагу. Затем она взяла бумагу, написанную другими принцами. Она отошла в сторону и сложила бумаги в стопку. Она быстро перемешала исписанные листы, а затем положила их перед Шэнь Линхань.

“Поскольку по почерку вы можете сказать, что письмо было написано Вторым принцем, тогда выберите фрагмент, написанный Вторым принцем”.

Шэнь Линхань посмотрела на бумагу, лежащую перед ней, с трепетом в сердце. Воля Небес неотвратима и возмездие неизбежно…Эти слова эхом отдавались в ее ушах, как барабанный бой, и заставляли ее чувствовать себя неловко. “Шэнь Нинхуа, что ты хочешь доказать всем нам?”

"Что не так? Вы сказали, что можете определить по почерку, что у меня роман со Вторым принцем, но теперь вы не можете разобрать, что было написано Его Высочеством?” Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на нее, ее голос был полон насмешки.

Шэнь Линхань сжала кулаки, и все ее тело покрылось холодным потом. Тонкие листы бумаги были похожи на горы, из-за чего она почти не могла дышать.

Глядя на ее выражение лица, Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась в глубине души. Шэнь Линхань был заключен в Небесную тюрьму. Кронпринцу уже было очень трудно войти и передать какую-то информацию. Поэтому в их расположении определенно были лазейки. Поскольку ложность почерка письма не могла быть подтверждена, она решила применить оригинальный подход, чтобы застать Шэнь Линхань врасплох!

“Как это? Ты закончил со своим выбором?”

Шэнь Линхань бессознательно подняла голову, чтобы посмотреть в сторону наследного принца. Она увидела только серьезный профиль Бейли Цзиньи, и ее сердце провалилось куда-то вниз.

Видя, что Шэнь Линхань не может выбрать, Бейли Цзиньчуань холодно сказала: “Вторая мисс Шэнь, вы хорошо посмотрели? Его величество все еще ждет вашего ответа!”

Тело Шен Линхань задрожало, и ей захотелось упасть в обморок. Под пристальным взглядом Бейли Цинцана она дрожащими пальцами взяла одну из них и сказала: “Это написано Вторым принцем”.

Шэнь Нинхуа подняла брови. "Ты уверена?"

“Да, я уверена!”

Чэнь Юнь не смог удержаться от громкого смеха, когда увидел кусок, который она выбрала. “Как нелепо!”

Чу Цзюньи скривил губы, с хитринкой глядя на Шэнь Нинхуа. Она действительно была достойна быть тем человеком, которого он ценил. Какая подвижная и озорная леди!

Видя отношение людей, сердце Шэнь Линхань дрогнуло. “Нет, нет, я ошиблась. Другая бумага. Это письмо написано Вторым принцем.”

Шэнь Нинхуа подняла брови и посмотрела на нее. “На этот раз ты точно уверена?”

“Я... я уверена!” Шэнь Линхань стиснула зубы и сказала:

Шэнь Нинхуа попросил ее еще раз подтвердить: “Ты точно уверена? Ты не передумаешь?”

“Нет. Это окончательное решение!”

“Поскольку ты утвердилась в своем решении, тогда я должна попросить четкого ответа. Сестра, почему ты продолжала подставлять меня?”

Шен Линхань подняла голову. “Что ты сказала? Когда я тебя подставила?”

Шэнь Нинхуа подняла бумагу, которую держала в руке. “Ты сделала два выбора. Но разве вы не заметили, что ни одно из них не было написано Вторым принцем?”

Шэнь Линхань широко раскрыла глаза и недоверчиво уставилась на пять листков бумаги на земле. “Невозможно, как это возможно?” Она ясно видела, как Второй принц писал.

Шэнь Нинхуа вытащила из рукава листок бумаги и развернула его перед Шэнь Линхань. “Когда я смешала бумаги, я спрятала ту, что была написана Вторым принцем. Первое произведение, которое вы выбрали, было написано кем-то другим, найденным евнухом по моей просьбе.”

“Я... я...”

“Младшая сестра, теперь я хочу спросить тебя, почему ты затаила на меня такую злобу, что так отчаянно хочешь моей смерти?”

Шэнь Линхань повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Донга и мадам Чжао, и по ее глазам было видно, что она отчаянно нуждается в помощи. “Отец, мать...”

Мадам Чжао поспешно подошла к ней и обняла ее. В ее глазах промелькнула решимость. “Ваше величество, это я все спланировала. Это не имеет никакого отношения к моей бедной девочке. Пожалуйста, отпусти ее.”

Шэнь Нинхуа нахмурился. Что делала мадам Чжао?

Шэнь Линхань непонимающе уставился на мадам Чжао. “Мама...”

Мадам Чжао потянула Шэнь Линхань за собой и спустилась на две ступеньки вниз по лестнице. “Ваше величество, теперь я готов признаться во всем. Все это было придумано мной…”.

Бейли Цинцан прищурился, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. “А теперь признавайся!”

Госпожа Чжао встала и с ненавистью посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Я просто хочу, чтобы Шэнь Нинхуа умерла. Я просто хочу ее смерти!”

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и спросила: “Что я такого сделала, что так сильно тебя обидела?”

“Не ты обидела меня, но твоя родная мать обидела меня. Ся Цзинъянь была обязана мне жизнью. Она была мертва, так что вы должны заплатить за нее долг.” Выражение лица мадам Чжао было безумным. “Ся Цзинъянь убила моего самого любимого мужчину, но она вышла замуж за члена семьи Шэнь и пользовалась всеобщей любовью и уважением. Почему? Поэтому я должна убить ее. Я хотела, чтобы она умерла!”

Тираническая аура охватила его. Бейли Цинцан нахмурился. “Ты сказала, что Ся Цзинъяна убила?”

”Совершенно верно”, - самодовольно улыбнулась мадам Чжао. “После того, как она забеременела, я подкупил врача, который лечил ее, и подсыпал Ледяной яд в ее лекарство от токолиза. Действие яда было медленным, но оно заставляло людей чувствовать слабость и холод. Когда дозировка увеличивалась, все тело словно помещалось в ледяной погреб, и отравленные люди скорее умирали, чем жили”.

Шэнь Нинхуа почувствовала острую боль в сердце, когда посмотрела на мадам Чжао с холодным убийственным намерением в глазах.

“Ха-ха, этой сучке Ся Цзинянь повезло. Она умерла от дистоции и не испытала на себе силу Стойкого Ледяного Яда. Однако яд был передан плоду. Когда родилась Шэнь Нинхуа, все ее тело было темным и холодным, как у мертворожденного ребенка”. Мадам Чжао от воспоминаний мечтательно улыбнулась, казалось, что это воспоминание доставляло ей высшее удовольствие. “Итак, я вырастила Шэнь Нинхуа и оставил эту маленькую сучку в живых. Жаль, что у небес не было глаз, и ей удалось избавиться от яда! Так что у меня не было другого выбора, кроме как сделать еще один ход...”

Глава 88 - Полный разрыв с семьей Шень!

Шэнь Нинхуа посмотрела на мадам Чжао. Негодование в ее глазах почти превратилось в осязаемую материю. Шэнь Нинхуа никак не ожидала, что сердце человека может быть таким порочным. После убийства матери она хотела продолжать свои злодейства и убить уже ее. В своей прошлой жизни она могла жить в позоре только потому, что мадам Чжао хотела видеть, как ее пытают всю оставшуюся жизнь!

В зале воцарилась гробовая тишина. Многие чиновники почувствовали холод в своих сердцах. Самое ядовитое - это всего лишь женское сердце. Действительно, древнее изречение не лгало.

Бейли Цинцан крепко сжал кулаки, и вены на его лбу вздулись. “Порочная женщина!”

Он также думал о расследовании причины смерти Ся Цзинъяна. Однако Ся Цзинъянь умерла из-за дистоции, и ее сразу же вытащили из родильного отделения для кремации. Он боялся нарушить покой усопшей, поэтому не стал продолжать расследование. Он не ожидал, что внутри скрывается такая чудовищная тайна.

Мадам Чжао от души рассмеялась. Одной рукой она опиралась на землю, а другой поглаживала живот. Ее пальцы продолжали напрягаться, обнажая вены на руке. “Порочная Женщина? Это название мне вполне подходит! Шэнь Нинхуа, не надо меня ненавидеть. Это была твоя собственная судьба. Никто не заставлял тебя родиться от Ся Цзинъянь!”

Шэнь Нинхуа стояла неподвижно, и ее сердце было спокойным и холодным. Она повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Донга, который молчал, опустив голову, и холодно сказала: “Отец, это твоя хорошая жена”.

Шэнь Донг опустил голову и опустился на колени на землю. Выражение его лица было свирепым. Когда он услышал слова Шэнь Нинхуа, он поднял голову и взмахнул рукой, чтобы дать мадам Чжао пощечину. “Мерзавка, подлая женщина! Я не ожидал, что ты убьешь Цзинъяна!”

“Бах!”

Пощечина была такой сильной, что мадам Чжао повалилась на землю. У нее вздулся живот, а вокруг распространился запах крови. Она изо всех сил пыталась встать, и ее глаза, казалось, горели черным пламенем.

”Что дает тебе право бить меня? Ты считаешь себя хорошим человеком? Ты столько лет игнорировал задний двор. Знаешь ли ты, что старая леди Сяо всегда стремилась усложнить мне жизнь? Она всегда думала о том, чтобы вырвать власть по управлению семьей из моих рук. Но она слепа к тому факту, что если бы не мои усилия, как могла бы семья Шэнь вести такую достойную жизнь?”

Шен Донг был в ярости. “Ты действительно заслуживаешь смерти! Сохранилось ли в твоем сердце почтение к почтенным старцам? Старая леди Сяо - моя мать и твоя свекровь.”

“Свекровь? Ха-ха, она обращается со мной как с врагом. Почему я должна относиться к ней как к своей свекрови? Неужели ты думаешь, что она не знала об этом, когда я использовал приданое Ся? Ха-ха, она просто решила закрыть на это глаза и потратила кучу денег после того, как я продала присвоенное мной приданое! Она наслаждалась деликатесами и красивыми тканями, украшениями и антиквариатом больше, чем кто-либо другой! Она была как пиявка в течение стольких лет, всегда жаждала моей крови!”

“Заткнись!” Шэнь Донг расширил свои налитые кровью глаза, желая, разорвать на маленькие клочки мадам Чжао и довести ее до смерти.

“Я все равно умру сегодня. Почему бы мне не сказать все, что у меня накопилось в дуще? Я давно хотела все это сказать!” Мадам Чжао, казалось, больше ни о чем не заботилась, и ее глаза сверкнули безумием. “Она издевалась надо мной столько лет и даже помогла этой маленькой сучке Шэнь Нинхуа разобраться со мной. Почему я должна доставлять ей удовольствие? Вот почему на банкете в честь дня рождения мадам Ся я спланировала прекрасное представление, спрятав яд в светящейся жемчужине. Ха-ха, эффект был действительно хорош. Ее рука теперь изуродована и она стала инвалидом…Каждый раз, когда я видела ее гримасы боли, я была на седьмом небе от счастья!”

Ах, если бы они не были во дворце Чэнцянь… Шэнь Донг почувствовал жалость, что не может задушить ее до смерти. “Ты действительно подобна маленькой злой росомахе. И даже хуже, хуже любого зверя!”

Мадам Чжао прикрыла свой живот ладонями. Но между ее ногами уже образовалась небольшая лужица темно-красной крови. Нет, она не возражала. “Ха-ха, я планировала и устраивала свои комбинации шаг за шагом. Теперь, когда я беременна, я наконец-то могу контролировать власть в особняке.

Но какая жалость! Я думала, что если у меня получится передать рецепт от болезни, это определенно сделает семью Шэнь более знаменитой и даст моему сыну хорошее будущее. Я не ожидала, что возникнут проблемы с этим злосчастным рецептом. Ваше величество, я все это придумала. Даже письма, о которых упоминал Линхань, были сфальсифицированы в соответствии с моей договоренностью, чтобы избавиться от Шэнь Нинхуа. Я не буду сожалеть о своей собственной смерти, но я прошу Ваше величество пощадить жизни моих детей”.

Взгляд Бейли Цинцана был наполнен убийственной силой. “Чжао, ты заслуживаешь смерти, но твои дети не обязательно должны быть признаны виновными! Мы еще изучим этот вопрос…”

Мадам Чжао была шокирована и яростно натянула одежду на свое тело. “Ваше величество, они всего лишь дети. Даже если они виновны, они не заслуживают смерти”.

Бейли Цинцан холодно посмотрела на нее. “Чжао совершенно не заботится о человеческих жизнях. Как мать, она недобра к детям. Как личность, она жадна и недалека. Она также подставила принца. Настоящим я приказываю бросить ее в Небесную тюрьму в ожидании смертной казни”. Если бы не тот факт, что династия Даань всегда относилась к женщинам с особой снисходительностью, он бы разрезал мадам Чжао на куски!

Чжао Юньсян не заботился о вынесенном ей приговоре. Она ждала, чтобы посмотреть, как Бейли Цинцан разберется с Шэнь Линхань и Шэнь Сюанье.

“Шэнь Донг и Шэнь Сюанье заботятся только о личных интересах. Они освобождаются от своих официальных должностей и разжалованы в простолюдины. У Шэнь Линхань злые намерения. Она неоднократно пыталась дискредитировать свою старшую сестру. Она получит двадцать ударов, и Шэнь Донг заберет ее домой для дальнейшего обучения”.

Мадам Чжао вздохнула с облегчением. Она почувствовала, что с ее груди свалился большой камень. Хорошо, что ее дети смогли выжить. Даже если она потеряет свою жизнь, это будет стоить того.

Лицо Шэнь Донга было бледным Он отлично понимал и видел снисходительнсть императора, который позволил его детям остаться в живых. “Благодарю вас, ваше величество. Да здравствует Ваше величество”.

Шэнь Нинхуа стояла на месте и слушала суд Бейли Цинцана над семьей Шэнь. В ее глазах не было ни намека на радость или гнев, одно только ледяное спокойствие.

Бейли Цинцан наконец посмотрела на Шэнь Нинхуа. В его глазах промелькнуло сложное выражение. “Нинхуа, ты внесла большой вклад в эту помощь при бедствии. Поскольку я взял тебя в качестве своей приемной дочери, ты не имеешь никакого отношения к семье Шэнь. Мой указ о присвоении вам титула принцессы префектуры останется неизменным, и я объявлю об этом всему миру в благоприятный день. С этого момента не обращайся ко мне ”Ваше величество".

Шэнь Линхань внезапно подняла голову. Почему она должна быть избита дубинкой и низведена до уровня простолюдинки, в то время как Шэнь Нинхуа станет принцессой префектуры и будет наслаждаться всей славой? “Ваше величество, я не уверена…”.

Бейли Цинцан внезапно нахмурился. Резкий свет в его глазах заставил все тело Шэнь Линхань задрожать. “В чем ты не уверена?”

Шэнь Линхань изо всех сил старалась подавить страх в своем сердце и почти не могла выпрямиться на коленях. “Ваше величество, мой отец служит стране уже почти десять лет. Он самоотверженно работал на династию Даан. Даже если вы не признаете его заслуг, вы не должны отрицать его тяжелую работу. Он также изучил рецепт ради блага народа. Почему вы не можете проявить к нему понимание и сочувствие?”

“Для народа Даана...” Бейли Цинцан встала и шаг за шагом спустилась по лестнице. “Шэнь Донг, то, что сказала твоя дочь, верно?”

Шэнь Донг поднял голову. Ярко-желтая драконья мантия почти обжигала ему глаза. “Ваше величество, я не возражаю против вашего вердикта. Благодарю вас, ваше величество, за то, что сохранили мне жизнь.”

“Отец?” Шэнь Линхань испуганно вскрикнула и озадаченно посмотрела на него.

“Заткнись! Разве тебе мало, что твоя жизнь сохранена, пускай и в статусе простолюдинки?”

Волосы Шэнь Линхань встали дыбом. Она чуть не упала в обморок, когда подумала о предстоящих днях. “Почему я должна становиться одной из этих плебеев? Я первая дочь семьи Шэнь. Я имею право на изысканную еду и роскошную одежду, а не работать весь день за таэль серебра!”

Шэнь Нинхуа почти не могла сдержать насмешку в своем сердце. “Если бы не плебеи, о которых ты говорила, где бы ты брал шелк и парчу? Где вы берете изысканные блюда и деликатесы? Младшая сестра, все, что ты желаешь, предоставляется плебеями, о которых ты говорила. Даже его Величество уважает народ, но ты бессмысленно принижаешь его. Тебе действительно нужен кто-то, кто преподаст тебе хороший урок.”

“Я не хочу! Я не хочу быть плебеем. Отец, мать, брат...”

Увидев, что Шэнь Линхань бесконечно плачет, госпожа Чжао внезапно почувствовала прилив холодной ярости. Император только что приговорил ее к смертной казни, но Шэнь Линхань было все равно. Вместо этого она была обеспокоена только тем, что из сословия знати ее перемещают в сословие простолюдинов. Может быть, в ее сердце жизнь ее родной матери была не так важна, как богатство и власть?

Бейли Цзиньчуань с презрением смотрел на этот разыгрывающийся фарс. “Ваше величество, поскольку судебный процесс завершен, лучше убрать по дальше этих людей. Шум во дворце Чэнцянь слишком неприличен.”

Бейли Цинцан махнул рукой, и большое количество охранников немедленно вбежало из-за двери и вытащило Шэнь Линхань и остальных наружу.

“Отпусти меня. Я молодая леди из семьи Шэнь. Я не хочу быть плебеем...” Плачущий голос Шэнь Линхань продолжал доноситься, но спустя некоторое время он постепенно затих в дали.

Семья Чжао вовремя ретировалась, и только Чжао Кун был оштрафован на годовую зарплату.

К тому времени, когда Шэнь Нинхуа вышел из дворца Чэнцянь, был почти полдень.

Третий принц прошел мимо Шэнь Нинхуа и холодно фыркнул. Он взмахнул рукавами и зашагал прочь.

“У Третьего Брата такой детский характер. Нинхуа, не обращай внимания.” Бейли Цзиньчуань вышел вперед и сказал с улыбкой:

Шэнь Нинхуа взглянула на чиновников неподалеку, которые продолжали подглядывать за ними, и слегка покачала головой. ”Конечно, я не буду возражать".

“Это хорошо. Теперь у тебя нет никаких отношений с семьей Шэнь. У тебя есть какие-нибудь планы на будущее?”

“Спасибо за вашу заботу, ваше высочество. В мире всегда найдется место, где я могла бы остаться. Ваше высочество, вам следует вернуться и сопровождать Вторую принцессу. Как вы уже говорили, Вторая принцесса испытывает к вам глубокую любовь. Не подведите ее”. После того, как Шэнь Нинхуа закончил говорить, она сразу же ушла, чтобы не связывать себя разговором с принцем.

Бейли Цзиньчуань почувствовал элегантный аромат, который постепенно разносился в воздухе, и слегка скривил губы. Это было правильно. Красавица была подобна Джейд, и он не мог ее подвести.

Бай Жо и Цин Цюэ ждали неподалеку от дворца Чэнцянь. Увидев, что Шэнь Нинхуа вышла невредимой, они вздохнули с облегчением. “Мисс, все улажено?”

Шэнь Нинхуа кивнула, и выражение ее лица, казалось, было глубоко задумчивым.

Бай Жо и Цин Цюэ обменялись взглядами и больше не осмелились ее беспокоить. Вместо этого они тихо последовали за ней.

Шэнь Нинхуа прошла мимо Императорского сада и сел в павильоне в углу. Ее взгляд упал на букет ярко-красных китайских роз, и она остановила свой взгляд на нем. Но в ее взгляде не было смысла, она просто смотрела сквозь цветы, думая о чем-то своем… ”Цветы цветут очень хорошо".

Бай Руо тихо сказал: “Да, если тебе нравятся цветы, как насчет того, чтобы я сорвал два и поставил их в вазу?”

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Такие красивые цветы могут цвести только на ветвях”.

“Мисс, я слышал о вердикте Его Величества в отношении Господина и мадам. Тебе грустно?” Мадам Чжао и Шэнь Линхань неоднократно подводили мисс. Она хотела, чтобы они все были обезглавлены. Она почувствовала себя очень счастливой только тогда, когда услышала о вердикте Бейли Цинцана.

Шэнь Нинхуа протянула руку и коснулась распускающихся лепестков. Она не могла не спросить себя в глубине души, действительно ли ей было грустно. Возможно, немного. Ее мать была невиновна и умерла напрасно только из-за любви госпожи Чжао к Шэнь Донгу. Что касается ее самой, то сколько обид она перенесла? Только из-за продолжающейся ненависти она умерла неизвестной и трагической смертью в холодном дворце…

Подумав об этом, она с силой сорвала цветок, и шипы пронзили ее руку. Выступили капельки крови.

Бай Руо воскликнул: “Мисс, ваша рука?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на пятна крови на своей руке, и ее глаза наполнились нахлынувшими эмоциями. В прошлой жизни ее руки были полны крови ради особой привязанности в ее сердце. В конце концов, это доказало, что она всего лишь выдавала желаемое за действительное. Но теперь ее руки были полны крови ради того, чтобы не подвести себя и прожить блестящую жизнь!

С сегодняшнего дня она была полностью разлучена с семьей Шэнь, и между ними больше не было никакой связи!

Глава 89 - У Особняка Шэнь Появился Новый Владелец

После Весеннего фестиваля, столица, которая долгое время пребывала в сонном спокойствии, снова забурлила активной светской жизнью. Прошло три месяца с момента окончания чумы в Цзяннани, и люди, казалось, вышли из чумного тумана. Они старались не вспоминать о том тяжелом времени.

В это время вход в особняк Шэнь на юго-востоке столицы был заполнен людьми, которые переговаривались друг с другом и комментировали происходящее в толпе.

Над алой резной дверью висела золотисто-красная табличка с надписью "Особняк Шэнь, построенный по приказу Императора". Табличка была привязана веревкой, и после всего произошедшего и личного распоряжения из дворца ее сбросили со своего места.

Тяжелая табличка упала на землю, подняв пыль и заставив людей испуганно вскрикнуть и отступить. Охранники на входе равнодушно посмотрели на упавшую тяжелую вывеску, которая была украшена позолоченным деревянным рельефом и двое из них небрежно убрали сломанную табличку.

Очень быстро подошли шесть человек с торжественными выражениями лиц, неся новую табличку, обтянутую красным шелком. Охранники у дверей поспешно убрали вход и аккуратно ее повесили.

Люди смотрели на красную ткань на мемориальной доске широко раскрытыми глазами. Они были чрезвычайно любопытны. Три месяца назад семья Шэнь была разжалована в простолюдины, а их имущество конфисковано. Особняк, построенный по приказу императора, также был возвращен королевской семье. В то время многие люди пришли посмотреть на процесс конфискации. Потребовалось целых три дня, чтобы вывезти все золото, серебро и драгоценности, что всех удивило. Три года работы простым судьей могут принести сто тысяч таэлей серебра, не говоря уже о семье Шэнь, владелец которой Шэнь Донг был премьер-министром в течение шести лет.

После установки мемориальной доски кто-то сразу же вышел вперед и повесил длинную цепочку петард. После звука гонга, который послужил сигналом для людей сохранять спокойствие, громкий голос объявил: “Вот устный указ Его Величества: принцесса префектуры Чжаохуа является дочерью и скучает по месту своего рождения. Настоящим я дарую ей бывшую резиденцию семьи Шэнь в качестве ее особняка.”

Сразу же послышался звук петард, почти оглушивший людей, которые стояли на коленях на земле, слушая устный указ Его Величества.

Теперь принцесса префектуры Чжаохуа стала именем нарицательным в столице. Она была не только красива, но и добросердечна и помогла стольким людям в Цзяннани. Несколько дней назад жители Цзяннани даже специально прислали ей «Зонт миллионов людей». Это был большой зонта, который закрывал небо и даже солнце, и его поверхность была покрыта словами благодарности.

В неприметном углу улицы девушка, одетая в вуаль, уставилась на табличку, обтянутую шелком. Ненависть и гнев в ее глазах, казалось, подожгли мемориальную доску. Это была Шэнь Линхань. Ранее она уже получила двадцать ударов во Дворце. Ее травмы были очень серьезными, она сильно пострадала и ей пришлось восстанавливаться в течение трех месяцев, прежде чем девушка смогла более или менее свободно передвигаться. Однако на ее ногах и спине все еще оставались шрамы. Каждый раз, когда она смотрела на эти шрамы, ей хотелось превратить кости Шэнь Нинхуа в пепел.

Подошел большой отряд сопровождения, и люди поспешно разбежались по обе стороны улицы. Кто-то наступил на ногу Шэнь Линхань. Она сердито выругалась и оттолкнула этого человека. Когда она снова подняла голову, то случайно увидела, как Шэнь Нинхуа выходит из роскошного экипажа.

По прошествии трех месяцев внешность Шэнь Нинхуа стала еще красивее. На ней был не официальный наряд принцессы префектуры, а простое платье цвета морской волны, расшитое пионом. Украшение на ее волосах было еще проще. Она использовала только белую резную нефритовую заколку, чтобы поднять свои длинные волосы, и шесть изысканных нефритовых пуговиц, чтобы собрать волосы в элегантный пучок Лююнь.

Украшение было чрезвычайно простым, но на фоне ее несравненно великолепного цвета лица оно подчеркивало непревзойденное великолепие, элегантность и благородство.

Глаза Шэнь Линхань горели негодованием, когда она пряталась за толпой, а ее сердце было наполнено ненавистью. Шэнь Нинхуа была сосредоточием зла для семьи Шэнь. Если бы не она, семья Шэнь не закончила бы свой путь так бесславно!

Стражники у входа встали в два ряда и почтительно поклонились Шэнь Нинхуа. “Приветствую тебя, принцесса префектуры Чжаохуа”.

“Таким, каким ты был”. - сказала Шэнь Нинхуа нежным голосом. Возможно, из-за того, что она освободилась от семьи Шэнь, ее голос стал немного более спокойным. “Спасибо вам за вашу тяжелую работу”.

Охранники склонили головы и поспешно ответили: “Наша честь”.

Шэнь Нинхуа шагнула вперед и схватил веревку, свисавшую с красной шелковой ткани на табличке. Она приложила немного усилий, и красный шелк раскрылся, открыв великолепные слова на табличке: Особняк принцессы префектуры Чжаохуа.

Шэнь Нинхуа счастливо улыбнулась. “Хотя я не сделала ничего особенного, но я очень рада. Би Чжу, пожалуйста, пошли их окружающим нас людям, и пусть они вместе разделят мою радость”.

Би Чжу поспешно ответил: “Да, ваше высочество”.

Люди не ожидали, что просмотр шоу здесь принесет им какие-то подарки. Они были счастливы уже от того, что увидели. А здесь внезапно еще и подарки от Шэнь Нинхуа!..

Охранники принесли шесть больших коробок и с глухим звуком поставили их на землю. Би Чжу открыл коробки, и в каждой коробке были аккуратно сложены шкатулки среднего размера. Би Чжу попросил охранников поддерживать порядок и раздавать подарки людям один за другим.

Подняв шелк, Шэнь Нинхуа вошла в особняк. Когда она услышала радостные возгласы позади себя, в ее глазах мелькнула улыбка.

Рядом с ней Бай Руо посмотрел на окружающий пейзаж и радостно сказал: “Его Величество знал, что мисс хочет жить здесь. Три месяца назад он издал указ о ремонте внутреннего двора. Работы закончены и внешний вид стал гораздо более изысканный, чем раньше”.

“Это гораздо приятнее, чем раньше”. Шэнь Нинхуа села в павильоне у воды. Тут же кто-то принес таз с углем и занавеску, чтобы защититься от ветра. Вскоре после этого в павильоне стало тепло. “Вы давно слышали о моем отце?”

Бай Руо сделал небольшую паузу. “Я слышал, что после того, как Господина понизили до простолюдина, он использовал единственные деньги, которые у него были, чтобы снять дом в пригороде. Теперь он живет там с Шэнь Сюанье, Шэнь Линхань, Шэнь Сюаньлинем и другими старыми членами семьи Шэнь.”

Бай Жо неуверенно сказал: “Мисс, я слышал, что из-за того, что молодой мастер Сюаньлинь раньше был близок с вами, мисс Линхань очень сердита на него. Она часто находит повод чтобы придраться и бьет его. Несколько дней назад она даже разбила ему лоб деревянным шестом. К счастью, Лю Юнь вовремя обнаружил это и вылечил его лекарством и повязкой. Теперь с ним все в порядке”.

Шэнь Нинхуа нахмурилась, и свет в ее глазах постепенно потускнел. “В конце концов, Шэнь Донг - мой родной отец. Несмотря ни на что, я не могу пренебрегать дочерним почтением. Иди, приготовь немного серебра и подарков. Кстати, мы зайдем повидать его и Сюаньлинь. Если Сюаньлинь готов следовать за мной, пусть Лю Юнь продолжает быть его учителем и учить его.”

“Да, мисс”. Бай Руо был в восторге. Сначала ей не очень нравился Шэнь Сюаньлинь, но позже, когда она вступила с ним в контакт, она почувствовала к нему немного больше привязанности. Этот ребенок был упрямым, но если вы ему нравились, он искренне относился к вам, в отличие от других, которые за улыбкой могли таить черные мысли. Или как говорится, прятали иголки в шелковой нити.

В это время во дворе на окраине города Шэнь Линхань сильно ущипнул Шэнь Сюаньлинь за руку. Ее лицо было свирепым и искаженным, и она пожалела, что не может отщипнуть кусок мяса от его тела. “Хм, я думал, что Шэнь Нинхуа узнает в тебе своего младшего брата, но ты просто дешевая игрушка, которая никому не нужена. Как ты смеешь устраивать истерику? Неужели ты не веришь, что я прямо здесь могу забить тебя до смерти?”

Шэнь Сюаньлинь плотно сжал губы, и его глаза вспыхнули гневом. “Старшая Сестра узнает меня. Она сказала, что до тех пор, пока я готов следовать за ней, она будет признавать меня своим младшим братом!”

“Ха-ха, она просто лгала тебе. Поверь мне, Шэнь Нинхуа – злобная и бессердечная дрянь. Чтобы завоевать сердца людей, она сказала бы все, что угодно. Такого человека следует вытащить и разрезать на тысячи кусочков”. Пока Шэнь Линхань говорила, она ударила Шэнь Сюаньлина ногой в грудь с такой силой, что мальчик отлетев, упал на землю.

Шэнь Сюаньлинь прикрыл грудь и медленно встал. Его лицо и щеки были исцарапаны. Кровь быстро сочилась, но он не сдавался. Он продолжал спорить: “Старшая Сестра - самый добрый человек в мире. Только у вас есть злые намерения. Это твоя собственная вина, что ты оказалась в таком положении. Это ты продолжал преследовать ее. Тебе лучше избить меня сегодня до смерти. Если нет, я обязательно убью тебя, когда вырасту, и вымещу гнев на Старшей Сестре!”

Шэнь Линхань стиснула зубы и сказала: “Хорошо, хорошо, маленький зверек, рожденный наложницей, осмелился так со мной разговаривать. Сегодня я переломаю тебе ноги, раздроблю кости и выброшу на улицу. Я бы хотела посмотреть, как ты изуродованный вырастешь и убьешь меня!”

Шэнь Сюаньлинь крепче сжал одежду на груди, и его глаза наполнились ненавистью.

Шэнь Линхань подняла палку, поддерживавшую дверь, и ударила ею Шэнь Сюаньлина так сильно, что мальчик теперь не мог подняться с земли.

Шэнь Сюаньлинь слышал завывание ветра. Он крепко стиснул зубы и был готов терпеть сильную боль, которая последовала за этим. Но неожиданно он услышал звенящий звук, за которым последовал болезненный крик Шэнь Линхань.

Он открыл глаза и увидел стоящую перед ним Цин Цюэ. Его глаза сразу же наполнились ослепительным светом. Он повернулся, чтобы посмотреть на фигуру, входящую в дверь, и удивленно воскликнул: “Старшая Сестра!”

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Сюаньлинь, и ее сердце смягчилось. Этот ребенок был упрям, но он всем сердцем доверял ей. Поэтому она не разочарует его.

Увидев свою Старшую Сестру, по которой он давно скучал, Шэнь Сюаньлинь сразу же перестал чувствовать боль в своем теле. Он быстро подбежал к Шэнь Нинхуа и сказал: “Старшая Сестра, я всегда знал, что ты приедешь и заберешь меня! Я уже давно ничего от тебя не слышал. Я так волновался за тебя!”

Шэнь Нинхуа схватила его за запястье и проверил пульс. Увидев, что у него нет никаких внутренних повреждений, она почувствовала облегчение. “Шэнь Линхань сумасшедшая. Ты можешь просто слушать все, что она говорит и не возраждать? Почему ты такой упрямый? Ты, должно быть, много страдал, верно?”

Выражение лица Шэнь Сюаньлинь застыло. “Я не могу позволить ей говорить про тебя гадости. Мастер Лю Юнь сказал, что репутация девушки - это самое важное для нее. Кроме того, ты моя Старшая Сестра, так что я, естественно, должен защищать тебя.”

Шэнь Нинхуа коснулась своей головы. Как раз в тот момент, когда она собиралась что-то сказать, она услышала торопливые шаги, доносящиеся от двери.

Шэнь Донг подошел и внезапно остановился, увидев в комнате Шэнь Нинхуа. В его глазах появилось сложное выражение. “Нинхуа, почему ты здесь?”

Всего за три месяца Шэнь Ддонг, казалось, стал на десять лет старше, во всем его теле чувствовалось старение. “Отец, я слышала, что ты живешь здесь, поэтому я пришла сюда специально, чтобы навестить тебя. Я также принесла кое-какие вещи для бабушки.”

Когда старая леди Сяо услышала, что особняк Шэнь конфискован, она не выдержала и ее хватил удар. После того как она очнулась, она осталась парализована. Теперь ей нужен был кто-то, кто кормил бы ее три раза в день.

Шэнь Линхань прикрыла свое запястье, поврежденное Цин Цюэ, и сердито подошла к Шэнь Нинхуа. “Шэнь Нинхуа, это все из-за тебя. Почему ты все еще притворяешься делаешь вид, что ты добренькая? О, я забыла. Ты благородная принцесса префектуры. Ты пришла сюда, чтобы посмеяться над нами?”

Без ее красивой одежды и украшений былая красота Шэнь Линхань сильно померкла. Кроме того, теперь у нее практически постоянно было злобное выражение лица и ядовитая ненависть в глазах, которые почти затмевали всю ее красоту.

Шэнь Нинхуа проигнорировала ее слова и повернулась, чтобы сказать Цин Цюэ: “Отведи Сюаньлинь вниз умыться. Кроме того, посмотри, есть ли у него что-нибудь, что нужно упаковать. Отнеси их в карету и жди меня. После моего визита к бабушке мы вернемся.”

”Шэнь Нинхуа, ты сука!" Шэнь Линхань была так зла, что ее грудь готова была взорваться. Она подняла ладонь и попыталась ударить Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа схватил ее за запястье и холодно сказал: “Я не хочу с тобой спорить, так что послушно оставайся рядом. В противном случае, для вас было бы заблуждением считать, что вы продолжите спокойно жить в будущем!” Она не была нравственно совершенным человеком. После того, как она пережила то, что сделала с ней Шэнь Линхань, даже если бы она сожрала Шэнь Линхань живьем, было трудно рассеять ненависть в ее сердце. Но теперь она была достаточно великодушна, чтобы оставить Шэнь Линхань в живых.

Шэнь Линхань резко отдернула руку, развернулась и выбежала. “Шэнь Нинхуа, не успокаивайся. Я этого не приму. Даже если есть хоть капля надежды, я сделаю твою жизнь хуже смерти!”

Глава 90 - Важная новость

Увидев, что Шэнь Линхань уходит, Шэнь Нинхуа проводила ее равнодушным взглядом. Она не собиралась обращать внимания на Шэнь Линхань прямо сейчас, но если бы Шэнь Линхань пришла к ее двери, чтобы искать свою собственную смерть, то она была бы не прочь предоставить ей такую возможность.

Дом, который арендовал Шэнь Донг, был невелик и едва мог предоставить достаточно места для большой семьи Шэнь. Состояние старой леди Сяо улучшилось, поэтому она жила одна в комнате на восточной стороне дома.

Когда Шэнь Нинхуа подошла к двери, она случайно встретила Шестую Наложницу, которая выходила из комнаты.

Шестая Наложница увидела Шэнь Нинхуа и на мгновение остолбенела. “Самая старшая… Старшая Молодая Леди.”

Шэнь Нинхуа кивнула и прошла мимо нее в комнату. Мебель в комнате была относительно чистой. Однако на земле были разбросаны осколки фарфора и в воздухе стоял устойчивый запах целебных трав. Шэнь Нинхуа слегка повела носом, ее глаза стали холодными.

“Бабушка, как ты себя чувствуешь в последнее время?”

Услышав ее голос, старая леди Сяо повернула голову и расширила свои мутные глаза. Кроме рук, она не могла пошевелить ни одной частью своего тела. Она смогла лишь невнятно произнести несколько слов. “Нин... Нинхуа...”

“Бабушка, ты не очень хорошо выглядишь. Я вижу, это место не идет ни в какое сравнение с особняком Шэнь. Полагаю, здесь не очень комфортно жить.”

Старая леди Сяо с трудом подняла руку и долго махала ею в воздухе. Наконец, она схватила Шэнь Нинхуа за одежду и сказала с умоляющим взглядом в глазах: “Нинхуа...моя хорошая, моя внучка внучка... Забери... забери меня отсюда...”

Шэнь Нинхуа опустила голову и посмотрела на иссохшие пальцы бабушки, которые сжимали ткань ее платья. Она взволнованно вздохнула. “Хотя Его Величество позволил мне порвать с семьей Шэнь, я все еще ношу в себе родословную Шэнь. Если ты готова пойти со мной, я тоже буду счастлива. Бай Руо, собери вещи и забери мою бабушку с нами, когда мы уедем.”

Бай Жо поспешно ответил: “Да, ваше высочество”.

Луч света блеснул в мутных глазах старой леди Сяо. Она потянула Шэнь Нинхуа за руку и пожала ее. Она хотела изобразить улыбку, но у нее ничего не получилось. Слеза скатилась из глаз старой леди и проложила влажную дорожку по морщинистой щеке.

Шестая Наложница стояла у двери и не уходила. Когда она услышала слова Шэнь Нинхуа, то надолго задумалась. В конце концов, она не удержалась, вбежала внутрь и с шлепком опустилась на колени. ”Мисс, пожалуйста, заберите Юлань с собой".

Шэнь Нинхуа опустила глаза и посмотрела на нее. “Хонг Лин, помоги ей подняться. Хотя она наложница, она служила моему отцу так много лет. Я не могу смириться с тем, что она стоит на коленях”.

”Нет, Старшая Юная Леди, я знаю, что сейчас я ничего не могу вам предложить, но вы же предполагаете брать в услужение Шэнь Юлань? Пожалуйста, заберите ее. Хотя Юлань порывиста, она все еще молода и невинна. Вы можете взять ее с собой и воспитать из нее такую служанку, какая будет вам по душе. В конце концов, она ваша сестра, поэтому ее легче использовать, чем других. Что ты вы об этом думаете?” Шэнь Нинхуа уже была принцессой префектуры. С благосклонностью императора к ней она станет очень успешной. Даже если бы она использовала Шэнь Юлань как средство политической сделки, она определенно обеспечила бы Шэнь Юлань лучшее будущее, по крайней мере, лучше, чем оставаться здесь.

Шестая Наложница была довольно умна. Она не употребляла понятий типа «кровные узы» или «сестринская привязанность». Слова “брать в услужение” звучало приятно на слух. “Шестая наложница, ты испытываешь глубокую любовь к своей дочери. Однако я боюсь, что Шэнь Юлань может этого не оценить.”

“Нет, Юлань теперь гораздо разумнее. До тех пор, пока вы посылаете кого-нибудь, чтобы должным образом обучить ее, она обязательно будет послушной.”

Шэнь Нинхуа ничего не сказала. Вместо этого она подняла голову и посмотрела на дверь.

Шэнь Юлань вбежал с возмущенным выражением лица. Увидев Шестую Наложницу, стоящую на коленях на земле, в ее глазах промелькнули отвращение и презрение. “Мама-наложница, что ты делаешь? Почему ты преклоняешь перед ней колени? Поторопись и вставай.”

Лицо Шестой Наложницы побледнело. “Юлан, встань на колени. Попроси свою старшую сестру забрать тебя обратно.”

”Умолять ее? Ты сумасшедшая, мама-наложница. Я не буду ее умолять. Хотя отца понизили в должности, он обязательно поднимется снова. Я не буду следовать за зловещей женщиной. Ты, поторопись и не ставь меня здесь в неловкое положение.”

Лицо Шестой Наложницы побледнело еще больше, и ее сердце похолодело. Она опустилась на колени и умоляла молодую девушку дать ее дочери шанс. Однако ее дочь презирала ее за то, что она ставила ее в неловкое положение. Она даже называла ее “мамой-наложницей”. Она же была ее родной матерью!

Глаза Шэнь Нинхуа стали еще более равнодушными. “Шестая наложница, похоже, она не так разумна, как ты сказала”.

”Старшая Юная леди, послушай меня..."

Шэнь Нинхуа прервала ее. Она вытащила из волос золотую заколку и протянула ей. “Эта заколка для волос стоит по меньшей мере пятьсот таэлей серебра. Вы можете продать ее, чтобы получить серебро, чтобы купить то, что вам нужно, или вы можете отнести его в мой особняк, чтобы попросить помощи в трудную минуту. Если я буду в хорошем настроении, я могла бы вам помочь. Закончим на этом. Я ухожу.”

Шестая Наложница открыла рот и хотела умолять о пощаде, но когда она встретилась со спокойным взглядом Шэнь Нинхуа, она только сглотнула и не промолвила ни слова. Она знала, что Шэнь Нинхуа подарила ей эту золотую заколку исключительно из-за своей доброты. Если бы она продолжала приставать к Шэнь Нинхуа, то могла бы только вызвать противоположне чувства, антипатию…

Видя, что ее слова достигли своей цели, Шэнь Нинхуа удовлетворенно кивнула. Она повернулась и вышла из комнаты. Она была счастлива иметь дело с умными людьми. Если бы Шестая Наложница решила наказать Шэнь Юлань, что ж, она была бы не прочь помочь им.

Шэнь Донг лично не отсылал Шэнь Нинхуа. Вместо этого он встал у входа в главный зал и посмотрел в сторону входа во внутренний двор. Шэнь Нинхуа велела Би Чжу прислать ему билет на тысячу таэлей серебра и вышла со двора.

Шэнь Сюаньлинь с нетерпением ждал в карете. Когда он увидел выходящую Шэнь Нинхуа, он обрадовался и поспешно встал, пытаясь выпрыгнуть из кареты, чтобы поприветствовать Шэнь Нинхуа. Цин Цюэ оттащила его назад и не дала ему этого сделать.

Шэнь Нинхуа села в карету и постучала его по лбу. “Сейчас ты все такой же живой, как обезьяна. Рана на твоем теле все еще болит?”

"Нет. Мне совсем не было больно, когда я увидел Старшую Сестру.”

“Я стала обезболивающим средством?” Шэнь Нинхуа была удивлена, и ее глаза были полны улыбки.

Шэнь Сюаньлинь прикрыл лоб рукой.

Вернувшись в Особняк принцессы префектуры, Шэнь Сюаньлинь с любопытством огляделся. Его глаза были полны удивления. “Старшая сестра, это место стало намного красивее, чем раньше”.

“Хорошо, у тебя есть двор, который тебе нравится? Ты можешь выбрать один из них для проживания.”

Глаза Шэнь Сюаньлинь загорелись. “Мне нужен двор Циньсюэ”.

Шэнь Нинхуа подняла брови. “Зачем тебе это место?” Раньше это был двор Шэнь Линхань.

“Потому что двор Циньсюэ находится недалеко от вашего двора Инъюэ”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Я больше не живу во дворе Инъюэ. Я живу в главном дворе, во дворе Руикси. Я позволю тебе жить во дворе Инъюэ.”

Возможность жить во дворе, где раньше жила Старшая Сестра, заставила Шэнь Сюаньлина смеяться от радости так сильно, что его зубы обнажились, а глаза были зажмурены : - ”Спасибо тебе, Старшая Сестра".

“Не просто радуйся. Лю Юнь будет продолжать обучать тебя боевым искусствам в качестве твоего мастера. Кроме того, ты должен каждый день заканчивать практику каллиграфии. Не расслабляйся.” Серьезно сказала Шэнь Нинхуа.

“Да, не волнуйся, Старшая Сестра. Я обязательно сдержу свои слова”.

После того, как она закончила приготовления для Шэнь Сюаньлинь, человек, которого послали забрать Старую леди Сяо, вернулся. Шэнь Нинхуа устроила так, чтобы она жила в своей предыдущей резиденции, во дворе Сонгтао, и приказала служанке хорошо заботиться о ней. Сделав эти приготовления, она перестала думать о Старой леди Сяо. У нее не было особой ненависти к Старой леди Сяо, но она определенно не испытывала к ней никакой привязанности. Для нее уже было широким жестом доброй воли заботиться о старой леди Сяо до конца ее жизни.

Она как раз подошла к двери кабинета, когда почувствовала, что в комнате уже кто-то есть. Она нахмурилась и открыла дверь. Она увидела Чу Цзюньи, который полулежал, прислонившись к мягкому дивану, и читал книгу.

Услышав этот звук, Чу Цзюньи немедленно отложил чрезвычайно скучную книгу, которую держал в руке. “Нинхуа, ты наконец-то вернулась. Я ждал тебя так долго.”

“Что ты здесь делаешь?”

“Я слышал, что ты раздавала подарки. Я тоже хочу поделиться своим счастьем”.

Шэнь Нинхуа села на стул рядом и сказал: “Тебе не хватает этого кусочка счастья от меня? Я слышала, у вас намечается грандиозное мероприятие. Семья Сяо намерена обручить с вами свою Старшую Молодую Леди. Твое лицо должно светиться радостью”.

Чу Цзюньи скривил губы и посмотрел на ее красивое и холодное лицо с нежной улыбкой в глазах. «Что? Ты что, ревнуешь меня Киснешь от ревности?”

Шэнь Нинхуа подняла брови. “Я всегда ненавидел кислые блюда. То же самое и с людьми. Держись от меня подальше. Я не хочу увязать в грязных вещах”.

Чу Цзюньи опустил голову и оглядел свою безупречно чистую одежду. “Я даже не вижу ни пылинки на своем теле. Где грязные вещи?”

Взгляд Шэнь Нинхуа скользнул по мешочку со специями, висевшему у него на поясе. Смысл ее слов был очевиден.

Чу Цзюньи снял пакетик со специями и, нахмурившись, спросил: “С этим пакетиком что-то не так?”

“Это не такая уж большая проблема. Это только ослабляет организм. Ваши навыки в боевых искусствах исключительны. То, что находится в этом пакетике, не повлияет на вас в ближайшее время.”

Когда Шэнь Нинхуа заговорила, она внезапно нахмурилась. В своей прошлой жизни Чу Цзюньи не произвел на нее особого впечатления. Она только помнила, что этот Несравненный Двойной Мастер сначала блестяще выступал и действительно был оценен Императором в течение некоторого времени. Пятый принц тайно приложил много усилий, чтобы завоевать его лояльность, но, похоже, у него было слабое здоровье, и он покинул столицу, чтобы поправиться.

Она думала, что он намеренно избегал соперничества между принцами, но теперь, похоже, это было не так. Кто-то замышляет заговор против него?

“А что, если я буду носить его долго?” Чу Цзюньи покрутил пакетик в пальцах. Выражение его лица было неясным, но зловещая аура в его глазах просочилась наружу.

“Внутри есть циперус. Это приведет к расцвету холода в теле человека. При правильном использовании вы получите вдвое больший результат при вдвое меньших усилиях при занятиях боевыми искусствами. Если нет, это повредит вашему телосложению и нанесет вред вашему здоровью”.

Чу Цзюньи внезапно прищурился. Опасный холодный огонек вспыхнул в его глазах: “Нинхуа, я снова у тебя в долгу. Я действительно не знаю, как отплатить тебе. Как насчет того, чтобы отдаться тебе?”

Шэнь Нинхуа взглянула на него и сказала: “Если бы я знала, что ты так скоро начнешь болтать, я бы не стала рассказывать тебе о проблеме с пакетиком”.

“Ха-ха, ты всегда такая неприступная”. Она была похожа на разъяренную кошку, у которой волосы встали дыбом от прикосновения. Да, это было неуместно называть ее кошкой. Она должна быть тигром, тигром, который может забить человека до смерти одной ладонью.

“Хорошо, если больше ничего нет, я больше не буду тебя здесь задерживать”.

Чу Цзюньи сидел неподвижно и не обращал внимания на заявление Шэнь Нинхуа о выселении. “У меня есть для тебя важная новость”.

“Какие новости?” Проведя последние несколько дней вместе, она понимала, что у Чу Цзюньи был особый источник информации, и что он мог получить информацию о многих секретах, неизвестных другим.

“В семье твоего дедушки по материнской линии есть кто-то, кто все еще жив”.

“Семья Ся?” Шэнь Нинхуа была потрясена. Семья Ся была обвинена в государственной измене и уничтожена. Кроме Ся Цзинъяна, который был женат вне клана, кто еще остался в живых?

“Кстати говоря, тебе следует называть ее тетей. Она была рождена наложницей семьи Ся, и она и твоя мать - сестры. Когда она совершила ошибку, твоя бабушка по материнской линии устроила так, что она вышла замуж за офицера Шестого ранга за пределами столицы. Это позволило ей избежать катастрофы. Всего несколько дней назад ее муж получил повышение и был переведен в столицу.”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Как могло быть такое совпадение?” Она только что переехала из императорского дворца в Особняк принцессы префектуры и как раз собиралась готовиться к церемонии своего пятнадцатилетия, отмечающей ее совершеннолетие. Теперь нашелся родственник из семьи Ся.

“Какое совпадение. Кроме того, я уже давно веду расследование, но до сих пор не выяснил, кто за этим стоял. Казалось, что это действительно был обычный официальный перевод”. Чу Цзюньи сделал глоток чая и с интересом сказал:

«Понимаю. Давайте подождем, пока они вернутся в столицу.”

Как только эти двое закончили разговор, Бай Руо постучал в дверь и вошел с озабоченным выражением лица. “Мисс, матушка семьи Чжао, старая леди Фэн, пришла навестить Старую Леди!”

Глава 91 - Ты Когда-Нибудь Думала, что Заслуживаешь Моего Реверанса!

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Она только что привезла старую леди Сяо обратно, но уже в свой дом, вот уже семья Чжао собиралась навестить ее. Эта новость распространилась очень быстро. Казалось, что слуг в этом особняке нужно было как следует приструнить, чтобы они не забывали, кто сейчас их хозяин и не слишком распускали свои длинные языки!

“Что ж, пойдем, посмотрим”.

Во дворе Сонгтао глава женской части семьи, мадам Чжао совсем не стеснялась сидеть во дворе других людей. Она заняла почетное место и села в золоченое сандаловое кресло с чрезвычайно угрюмым выражением лица. У мадам Чжан, стоявшей рядом с ней, было высокомерное выражение лица. Она командовала служанками по комнате и недовольно ворчала: “Как вы выполняете свои обязанности прислуги? Как горничные, вы даже не знаете, как обслуживать людей? В этом доме действительно нет никаких правил!”

Когда Шэнь Нинхуа вошла, никто не объявил о ее прибытии. Все слуги опустили головы и выслушивали все, что им сейчас выговаривает госпожа Чжан. Глаза Шэнь Нинхуа стали холодными. “Тетя, вы недовольны служанками Особняка принцессы префектуры? Кстати говоря, эти люди были переданы Его Величеством из Департамента внутренних дел. Если они были доставлены в мой особняк извне, я обязательно отошлю их всех подальше”.

Мадам Чжан поперхнулась и подняла голову, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, сияющую ошеломляющей красотой. Намек на отвращение промелькнул в ее глазах. “Ты хочешь сказать, что я слишком много болтала?”

“Почему вы так думаете, герцогиня Вэй? Я этого не говорила.” Шэнь Нинхуа прошла прямо к стулу, повернула его и села. Бай Руо тут же принесла чашку чая.

Шэнь Нинхуа взял чашку с чаем и осторожно отхлебнул из нее. Она опустила голову и вдохнула аромат чая. Ее поза была исключительно элегантной.

Мадам Фэн резко стукнула тростью по земле, которую держала в руке, и сказала с холодным выражением лица: “Значит тебя так воспитывали и и я вижу плоды этого воспитания! Это ты так обращаешься к своей тете как к герцогине? Ты что, даже не знаешь, как здороваться со старшими?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и усмехнулась. “Я вспомнила, как мадам Чжао однажды сказала, что я не имею права обращаться к вам как к своей бабушке. Теперь я больше не хочу быть дерзкойИ да, кстати, позвольте мне напомнить вам, что теперь я приемная дочь Его Величества с титулом принцессы префектуры Чжаохуа. Если вам так хочется поговорить об этикете, то вы должны, согласно правил и норм дворцового этикета сделать мне реверанс!”

Она и семья Чжао уже были врагами, которые никогда не примирятся друг с другом, так что не было никакой необходимости поддерживать видимость мира и хороших отношений. Более того, мадам Чжао лучше всех умела пользоваться своим положением главной женщины семьи. Если бы она обратилась к мадам Чжао как к своей бабушке и сделала бы ей реверанс, то в будущем она заставила бы ее приносить чай и наливать ей воду! С тех пор как она порвала с семьей Чжао, она больше не хотела молча глотать оскорбления и унижения.

Лицо старой леди Фенг потемнело. Кожа на одной стороне ее лица задрожала. Титул Шэнь Нинхуа был Первого ранга класса А, но чиновники Первого ранга также имели разные уровни. Какой чиновник Первого ранга осмелился бросить вызов членам королевской семьи? Даже если другая сторона была всего лишь евнухом, служащим императору, они все равно должны были относиться к нему с уважением.

“Нинхуа, ты принцесса префектуры, это правда. Но старая леди Сяо - твоя родная бабушка. Так ты показываешь ей свою дочернюю почтительность?” Сказала старая леди Фэн, подавая знак мадам Чжан глазами.

Госпожа Чжан вскочила и поспешно подошла к кровати старушки Сяо. Она приподняла одеяло с ее тела и по комнате сразу же же распространилась отвратительное зловоние, заставившая людей невольно нахмуриться.

Шэнь Нинхуа подняла голову и холодно посмотрела на испуганных служанок, сгрудившихся вокруг кровати. Внезапно Шэнь Нинхуа хлопнула ладонью по столу и громко воскликнула: “Как ты смеешь!”

Служанки все как один быстро опустились на колени и извинились: “Мы виноваты. Пожалуйста, накажите нас, ваше высочество.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа было холодным и свирепым. “Я держала вас здесь, чтобы вы служили моей бабушке. Теперь кажется, что вы даже не можете хорошо выполнять такую простую работу и нуждаетесь в напоминании госпожи Чжао и герцогини Вэй. Я не осмеливаюсь использовать таких слуг. Цин Цюэ, забери у этих людей контракты на самопродажу. Я немедленно отправлюсь во Дворец, чтобы доложить Его Величеству и отправить их обратно в Департамент внутренних дел.”

Выражения лиц служанок полностью изменились. Как только их отправят обратно в Отдел внутренних дел, у них не будет никакой возможности выжить. “Ваше высочество, пожалуйста, пощадите нас. Когда госпожа Чжао и герцогиня Вэй вошли в дверь, мы готовились прибраться для Старой Леди. Однако они остановили нас и приказали дождаться ваших объяснений. Вот почему мы отложили нашу работу. Ваше высочество, пожалуйста, не принимайте решений сгоряча!”

Шэнь Нинхуа повернулась и посмотрела на старую леди Фэн с замешательством в глазах. “Госпожа Чжао, почему вы не позволили этим слугам выполнять свою работу? Я как раз думала об этом. В конце концов, бабушка вернулась не более чем на час. Даже если горничные были небрежны, это не займет много времени. Почему вы взяли на себя столько хлопот и настояли на том, чтобы не позволить им убрать ее, пока я не приеду?”

Выражение лица старой леди Фенг застыло. Ее холодный взгляд окинул Шэнь Нинхуа с головы до ног. Она не ожидала, что Шэнь Нинхуа окажется такой непреклонной. Она хотела иметь основания распустить слухи в столице и обвинить Шэнь Нинхуа в том, что она не хочет знаться со своим родным отцом. Однако, прежде чем она сделала свой ход, она услышала, что Шэнь Нинхуа вернул Старую леди Сяо обратно. Вышло так, что обвинить ее в том, что она не является почтительной дочерью уже не получится.

Поэтому, ей пришлось поспешить сюда, чтобы воспользоваться возможностью доказать, что Шэнь Нинхуа плохо обращается со своей бабушкой, жестока с ней и у нее недобрые намерения в ее отношении. В любом случае, старая леди Сяо теперь не могла говорить. Она могла обвинить Шэнь Нинхуа в любом проступке, какой ей заблагорассудится. Но и здесь уловка сорвалась и Шэнь Нинхуа не уступила. Казалось, она вообще не заботилась о своей репутации, если хотела открыто вернуть горничных, присланных Департаментом внутренних дел!

Увидев выражение лица старой леди Фэн, которое постоянно менялось, Шэнь Нинхуа в глубине души обрадовалась. Она взяла чашку и неторопливо выпила чай.

Мадам Чжан не понравился ее высокомерный вид, поэтому она сказала: “Ваше Высочество, как приемная дочь Его Величества, вы должны развивать свои достоинства, внешность, речь и рукоделие, чтобы соответствовать своему статусу члена королевской семьи. Вы должны уделять особое внимание каждому своему слову и поступку”.

Услышав это, Шэнь Нинхуа поставил чашку на стол. Дно чашки глухо стукнулось о стол. Она подняла глаза, слегка повела плечами и выпрямила спину. Холодная и нерушимая благородная аура исходила от ее холодных глаз.

Мадам Чжан внезапно была ошеломлена. Холодный пот покрыл ее лоб. Она удивленно посмотрела на Шэнь Нинхуа, но продержалась всего несколько секунд, прежде чем отвернуться от взгляда Шэнь Нинхуа. Шэнь Нинхуа конечно теперь занимала высокое положение. Но почему она вдруг стала излучать нечто необъяснимое, некую ауру, что заставляло людей бояться смотреть прямо на нее. Потрясение в сердце госпожи Чжан было ни с чем несравнимо: почему Шэнь Нинхуа выглядела такой благородной и неприкосновенной?

Не говоря уже о мадам Чжан, даже старая леди Фэн была ошеломлена.

Чувствуя, что время почти пришло, Шэнь Нинхуа неторопливо сказал: “Герцогиня Вэй, я пройду обучение у королевской семьи относительно моей манеры говорить и действовать. У вас нет никакой необходимости беспокоить об этом. О, кстати, с Чжао Руюнь все в порядке?”

Мадам Чжан резко подняла голову. Она с усилием подавила дрожь в своем сердце и сохранила самообладание. “С ней все в порядке. Она не нуждается в заботе вашего высочества.”

Шэнь Нинхуа слегка улыбнулась, и ее губы изогнулись идеальной дугой. “Это хорошо. Вы двое, вероятно, не можете привыкнуть к еде в моем особняке, поэтому я не буду просить вас остаться.”

Старая леди Фэн подавила гнев в своем сердце и глубоко вздохнула. Она встала и быстро вышла вместе с госпожой Чжан и служанками позади нее.

Холодный взгляд Шэнь Нинхуа скользнул по служанкам, стоявшим на коленях на земле, и ее глубокий взгляд, казалось, мог видеть сердца людей насквозь. Служанки были покрыты холодным потом и дрожали, стоя на коленях на земле.

“Эти люди пренебрегли своими обязанностями. Опустите их и нанесите каждому по двадцать ударов. Все в особняке должны прийти и понаблюдать за казнью.”

“Да, мисс”. Цин Цюэ махнула рукой, и несколько старых служанок вышли вперед и повели вниз группу служанок, под их жалобный плач и причитания.

Шэнь Нинхуа подошла к Старой леди Сяо. Глядя на старую женщину, которая металась по кровати, размахивала руками и пыталась что-то сказать. “Бабушка, я взяла тебя к себе, чтобы обихаживать тебя по доброте душевной. Поэтому ты должна чувствовать себя свободно и непринужденно. Извини за это досадное недоразумение из-за того, что тебя не помыли и не убрали за тобой. Сейчас мы все быстро исправим. Я предлагаю вам выбросить некоторые мысли из головы. Вражда между семьей Чжао и мной уже глубоко укоренилась, и вам нет необходимости вмешиваться в нее. Так что вы вполне можете жить хорошо и спокойно. Может быть, вы доживете до того дня, когда семья Чжао будет уничтожена.”

Сказав это, Шэнь Нинхуа сразу же развернулся и вышел со двора Сонгтао.

Бай Руо взяла плащ и накинула на нее. “Мисс, может быть, Старая Леди все еще управляла всем этим?” Она не могла даже пошевелиться. Как у нее могло быть так много плохих мыслей?

Шэнь Нинхуа плотнее запахнула плащ на своем теле. “Она не может двигать своим телом, но ее разум все еще очень активен. Она не может говорить, но у нее есть Сюэ Чжу, который может говорить. Я просто проверяла ее, но, судя по ее реакции, она действительно была вовлечена в это дело”.

Бай Руо вздохнул. “Как она могла быть такой одержимой? Сейчас она даже пошевелиться не может. Почему она не может просто спокойно прожить остаток своей жизни?”

“У нее вражда с семьей Чжао. Если она не отомстит, то даже не захочет спокойно умереть. Чем старше она становится, тем больше становится одержимой. Вы с Би Чжу уберете всех горничных и слуг во дворе Сонгтао. Без моего разрешения ни одно слово не может быть передано снаружи.”

“Да, мисс”.

Шэнь Нинхуа подняла голову, чтобы посмотреть на зарево заката на горизонте. Красное небо, казалось, было охвачено пламенем и выглядело пылающим красным. Теперь, когда у нее был свой собственный особняк, следующее, что она сделает, - это превратит это место в непроницаемую железную крепость.

Когда старая госпожа Фэн вернулась в особняк Чжао, в тот же день она послала за императорским врачом. Принимая во внимание, что после того, как госпожа Чжан вернулась в свой двор, она сначала пошла повидаться с Чжао Руюнь. Глядя на свою худенькую дочь, лежащую на кровати, ее сердце словно пронзили ножом. ”Руюнь".

Чжао Руюнь тупо уставилась на край кровати, как будто не слышала голоса рядом с собой.

Госпожа Чжан вытерла слезы и сказала: “Не волнуйся, Руюнь. Сколько бы это ни стоило, я обязательно тебя вылечу”.

Чжао Руюнь наконец отреагировала. Она напряженно повела шеей и едва повернула голову. Ее запавшие глаза смотрели безучастно. “Проваливай!”

Госпожа Чжан прикусила губу и сказала: “Руюнь, я твоя мать...”

“Убирайся!” - закричала Чжао Руюнь, и выражение ее лица стало еще более ужасающим.

Мадам Чжан больше не осмеливалась с ней разговаривать. Она поспешно развернулась и вышла.

Шэнь Нинхуа кое-что слышал о семье Чжао, особенно случайные новости о том, что Чжао Руюнь чуть не сошла с ума после того, как ее парализовало.

В это время она внимательно читала книгу по медицинской технике. Она почувствовала небольшую жажду и сказала: “Бай Руо, принеси мне чаю”.

Послышались чьи-то шаги, а затем рядом с ее рукой поставили чашку чая.

Почувствовав аромат чая, Шэнь Нинхуа сделала паузу. Это был не ее любимый цветочный чай. Она поспешно подняла голову и увидела улыбающееся лицо Чу Цзюньи.

“Почему ты снова здесь?”

Последние несколько дней Чу Цзюньи приходил сюда каждый день, относясь к этому месту почти как к своему собственному двору.

“День без тебя - это как три осени с разницей в три года. Я здесь, чтобы увидеть тебя.”

Шэнь Нинхуа пристально на него посмотрела и сказала: “Если тебе есть что сказать, скажи это. В противном случае поторопись и уходи.”

“О”, - вздохнул Чу Цзюньи и прикрыл грудь руками. “Нинхуа, ты все еще такая безжалостная”.

Шэнь Нинхуа нахмурилась и бросила на него холодный взгляд. “Цин Цюэ, господин Чу Цзюньи уходит”.

“Подожди. Я пришел сюда из-за чего-то важного.”

Шэнь Нинхуа жестом остановила Цин Цюэ, стоявшую у двери т велела ей удалиться. Затем она взяла чашку и сделала глоток чая. "И что это за причина?"

Чу Цзюньи вздохнул про себя. В течение столь долгого времени эта девушка была прекрасна, как нефрит, и холодна, как лед, впрочем, как и всегда. Он действительно ничего не мог ей сделать. “Во-первых, я тщательно исследовал это дело по вашей просьбе. С тех пор, как Шэнь Донг переехал в пригород, семья Чжао подкупила служанку, обслуживающую старую леди Сяо, чтобы она тайно накачала старую леди Сяо наркотиками, и семья Чжао планировала устроить несчастный случай со старой леди Сяо в день вашего 15-летия, чтобы создать вам репутацию зловещей девушки. который принесет несчастье ее семье. Но они не ожидали, что ты вернешь Старую леди Сяо обратно.”

Шэнь Нинхуа кивнула. В тот день, когда она почувствовала запах лекарства на земле, она заметила, что что-то не так. Она не ожидала, что это действительно был план семьи Чжао.

“Во-вторых, я здесь, чтобы принести тебе деньги”.

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно загорелись.

Глава 92 - Объявление войны влюбленным соперником

Сердце Чу Цзюньи разорвалось от радости, когда он посмотрел в эти яркие глаза. Он с трудом подавил смех в своем сердце, достал из нагрудного кармана конверт и протянул его ей.

Шэнь Нинхуа вскрыла конверт. Внутри лежала толстая пачка серебряных банкнот. Номинал того, что был наверху, составлял 1000 таэлей. “Это прибыль аптеки Цзяннань Хуаджунь?”

“Да, это прибыль за последние три месяца. Мы делим его поровну, так что это составляет 20 000 таэлей на каждого человека. Не так много, конечно. Но ты можешь использовать это как карманные деньги.”

Шэнь Нинхуа была слегка шокирована. Это была только половина прибыли. Хотя 40 000 таэлей за три месяца показались не так уж много, но не забывайте, что в эти три месяца аптека Хуаджун только начинала свою работу. Открытие магазинов в разных местах требовало огромных первоначальных вложений. Это уже было удивительно, что аптека уже смогла заработать 40 000 таэлей серебра, перекрывая первоначальные огромные расходы.

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: “За последние три месяца произошло много различных событий, и мы еще по-настоящему не начали зарабатывать деньги. Возьми это как свои карманные деньги.”

Шэнь Нинхуа убрала их, не притворяясь безразличной. Она действительно была рада. “В ближайшее время я буду занята церемонией своего пятнадцатилетия. Боюсь, у меня не будет много времени, чтобы присматривать за другими людьми, так что мне придется побеспокоить тебя.”

Чу Цзюньи улыбнулся и кивнул. “Хорошо, не волнуйся. Пятнадцатый день рождения - это важный момент в жизни. Ты должна быть очень осторожна и подготовлена со всех сторон. Остальное предоставь мне. Нинхуа, ты обдумала то, что я сказал? Все эти дикие пчелы и бабочки жаждут тебя. Если ты не хочешь, чтобы они вас беспокоили, сначала найди себе защитника цветов.”

Шэнь Нинхуа взглянула на него. Этот человек сказал всего несколько слов о главной теме, прежде чем начал болтать языком. “Если я захочу найти защитника, я обязательно рассмотрю тебя в качестве первого выбора, хорошо?”

“Ха-ха, это ты сказала. Я запомню это”. Чу Цзюньи был очень счастлив. Он встал, расправил одежду и быстрым шагом вышел. “Я пойду готовить тебе подарок на день рождения. Увидимся.”

Шэнь Нинхуа попросила Би Чжу убрать серебряные банкноты. Затем она вернулась в свой двор, чтобы отдохнуть.

Так прошел день.

Бай Руо встала из-за стола и тщательно высушила чернила на пригласительных открытках, которые только что написала Шэнь Нинхуа, и положил их в коробку сбоку. Вошла Хон Лин с тарелкой десерта. “Мисс, поешьте что-нибудь и отдохните. Вы пишете уже больше половины дня.”

Шэнь Нинхуа расправила плечи и отложила щетку в сторону. “Сегодня я закончу писать пригласительные открытки. Завтра ты договоришься с людьми, чтобы они их отправили.”

“Да, мисс”.

Шэнь Нинхуа только что доела кусочек десерта, когда к двери подошла служанка и доложила: “Ваше высочество, Старшая Молодая Леди из семьи Сяо пришла навестить вас”.

Старшая мисс Сяо? Сяо Хуаньси? Почему она пришла…

“ Пригласи ее в цветочный зал. Я переоденусь и пойду туда.”

”Да, ваше высочество".

Сяо Хуаньси последовала за служанкой через весь передний двор к цветочному залу. Она окинула взглядом окружающий ее прекрасный пейзаж и слегка вздохнула про себя. Неудивительно, что это был особняк, построенный по приказу императора. Каждое место было тщательно прибрано. Возможно, даже особняк настоящей принцессы не был более великолепным, чем этот.

Когда Шэнь Нинхуа прибыла, она сидела на боковом сиденье цветочного зала и пила чай.

На ней был вышитый жакет цвета лунного света из Сучжоу с закатанными краями и нежно-зеленое платье с цветами. В этот момент на ее лице появилась слабая улыбка, отчего ее изысканная внешность выглядела еще более милой и очаровательной. В ней не было ни малейшего высокомерия, присущего другим молодым аристократическим леди. Она выглядела как кусок сияющего и теплого нефрита без каких-либо изъянов.

Служанка рядом с ней радостно болтала с ней и выглядела ошеломленной ее добротой.

Глаза Шэнь Нинхуа на мгновение остановились, прежде чем она вошла в цветочный зал и сказала: “Извините, что заставила вас долго ждать, мисс Сяо”.

Сяо Хуаньси подняла глаза, и ее зрачки слегка сузились, словно она посмотрела на солнечный закат. Шэнь Нинхуа была одета в золотое газовое платье и жакет, расшитый серебром с белыми бабочками и цветами. Однако, даже если она была одета в великолепную и привлекательную одежду, это стало бы всего лишь фоном для ее великолепного лица.

Сяо Хуаньси встала и присела в реверансе. “Приветствую тебя, принцесса префектуры Чжаохуа”. Ее голос был нежным и мелодичным, и таким же свежим, как нефрит.

Шэнь Нинхуа взял ее за руку и сказал: “Мисс Сяо, пожалуйста, простите меня за то, что я не вышел за пределы особняка, чтобы поприветствовать вас”.

Они вдвоем тайно оценивали друг друга, и всего за мгновение их мысли уже несколько раз метались туда-сюда.

“Мисс Сяо, могу я узнать, чем вызван ваш внезапный визит?”

На лице Сяо Хуаньси появилось смущение. “ Ничего особенного. Я слышала, что вы с братом Цзюньи были друзьями, но я никогда не приходила навестить вас. Кроме того, вы собираетесь провести церемонию своего пятнадцатилетия. Я хочу спросить вас, могу ли я чем-нибудь помочь.”

“Хотя церемония утомительна, у меня есть специальные слуги, которые решают в доме все внутренние дела, чтобы помочь мне, так что у меня не так много работы. Но все равно спасибо вам, мисс Сяо.” – с негромко с улыбкой тихо произнесла Шэнь Нинхуа.

Сяо Хуаньси улыбнулась и протянула руку, чтобы погладить плетеный нефритовый браслет на своем запястье. Она выглядела немного неловко. “Итак, я слишком сильно волновалась. Пожалуйста, не вините меня, ваше высочество.”

“Нет, я очень благодарна вам, мисс Сяо, за то, что вы пришли предложить свою помощь. Я обязательно выскажу свою благодарность вашему брату, когда увижу его в другой раз. Бай Руо, иди и принеси пригласительный билет, который я написала”. Когда Бай Жо передала пригласительный билет, Шэнь Нинхуа повернулась и передала его Сяо Хуаньси. “Для меня также большая честь пригласить мисс Сяо понаблюдать за церемонией. Пожалуйста, приходите”.

Сяо Хуаньси посмотрел на нежный, но элегантный почерк на пригласительном билете и похвалила: “Какой хороший почерк! Люди говорят, что почерк - это отражение таланта и стиля человека. Теперь я действительно понимаю это. Этот почерк такой элегантный, не говоря уже о Вашем высочестве. Я обязательно приду на церемонию вашего пятнадцатилетия и лично вручу подарок. Уже поздно. Я больше не буду вас беспокоить. Увидимся.”

Шэнь Нинхуа встала и проводила ее до двери. Затем она повернулась и снова села. Ее глаза были полны интереса.

“Мисс, старшая мисс Сяо внезапно пришла навестить вас. Это странно.” – нахмурившись произнесла Бай Руо.

“Она не простой человек”. Улыбка на лице Шэнь Нинхуа исчезла, и ее взгляд слегка потемнел. “Логически рассуждая, если она хотела навестить меня, она должна была уведомить меня заранее или, по крайней мере, принести с собой приглашение. В конце концов, я принцесса префектуры, получившая титул от Его Величества. Но она сразу же вошла после устного доклада слуги. Конечно, у нее была поддержка могущественной семьи Сяо, это раз. А во-вторых, она хотела показать мне, что мой титул принцессы префектуры не оправдан.”

Бай Руо была ошеломлена и сразу все поняла. “Да, я забыла об этом. Если бы это была другая принцесса префектуры, она бы не посмела быть такой грубой. Она сделала это, потому что была уверена, что мисс не поднимет большого шума по этому поводу.”

“Это верно. Более того, после того, как я закончила прием, она почтительно присела в реверансе. И если бы я проявила признаки гнева, я бы выглядела грубой”. Шэнь Нинхуа взяла чашку и сделала глоток чая.

“Кроме того, она сказала, что из-за моих личных отношений с Чу Цзюньи, она пришла узнать, может ли она помочь подготовиться к церемонии моего пятнадцатилетия. Но церемония празднования пятнадцатилетия - это важное событие, и обычно ее проводит авторитетный старейшина семьи. В чем тогда смысл ее участия? Конечно, она должна была четко понимать это. Во-первых, она хотела сказать мне, что знает об отношениях между мной и Чу Цзюньи. Во-вторых, она хотела намекнуть, что моя семья пала. Хотя я принцесса префектуры, в моей семье нет старшего, который мог бы меня поддержать. Одно дерево не создает леса. Как бы я ни старалась, я сама по себе и не смогу добиться значительных достижений”.

Бай Руо была так потрясена, что не знала, что сказать. “Я действительно не ожидала, что за этим кроется такой глубокий смысл”.

“Есть еще кое-что, чего ты не видела”. Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Ты видела браслет на ее запястье? Этот нефритовый браслет был изготовлен Павильоном Небесных сокровищ Цзяннани.”

Бай Руо была озадачена. “Мисс, ну и что, что это из Павильона Небесных Сокровищ?”

“Разве ты не понимаешь? Предметы из Павильона Небесных Сокровищ продаются парами. Этот браслет и нефритовая подвеска - пара. Они специально используются в качестве знаков любви для мужчин и женщин. Я думаю, что этот нефритовый кулон должен носить Чу Цзюньи.”

Бай Жо все еще была в задумчивости, но Хун Лин внезапно все поняла и воскликнула: “Мисс, эта Сяо Хуаньси был здесь, чтобы объявить вам войну? Она влюбилась в своего приемного брата?”

Шэнь Нинхуа весело кивнула. “Я не ожидала, что ты будешь первой, кто сделает правильное предположение. Ты более сообразительна, чем Бай Руо.”

Бай Руо впилась взглядом в Хон Лин. “Мисс, как мы собираемся с этим справиться? Сяо Хуаньси и Чу Цзюньи уже много лет являются братьями и сестрами, поэтому их личные отношения – это что-то весьма необычное. Если Сяо Хуаньси говорит о вас плохие вещи, весьма вероятно, что Чу Цзюньи тайно доставит вам неприятности...”

Прежде чем Бай Руо успел договорить, Хун Лин громко рассмеялась. “Ха-ха, сестра Бай Руо, почему ты такая глупая!”

“Я беспокоюсь за мисс прямо сейчас. Почему ты меня перебиваешь?” Бай Руо скрутила уши Хун Лин, и ее лицо наполнилось гневом.

Хун Лин поспешно высвободилась. Она потерла уши и безостановочно смеялась. “Неудивительно, что Старший Брат Лю Юнь всегда чувствует себя таким беспомощным. Если я столкнусь с кем-то вроде тебя, я тоже умру от беспокойства.”

Бай Руо вела себя так, как будто собиралась снова ущипнуть Хон Лин, поэтому Хон Лин перестала смеяться и серьезно сказала: “Не щипай меня, не щипай меня. Сестра Бай Руо, разве ты не видишь, что Чу Цзюньи нравится наша мисс? Вот почему Сяо Хуаньси поспешил поставить ее в неловкое положение.”

Бай Руо была ошеломлена. Подумав некоторое время, она поняла это. “Так вот в чем дело”.

Шэнь Нинхуа не смогла удержаться от громкого смеха. Бай Руо была хороша почти во всем. Она была спокойной и осторожной, но медлила только с вопросами, которые касались личных отношений. Лю Юнь преследовал ее в течение года, прежде чем у нее, наконец, появилось смутное представление. Она действительно не знала, что сказать о ней.

“Хорошо, поскольку она выбрала этот непонятный метод, у нее должны быть какие-то опасения. Давай пока оставим ее в покое. Хонг Лин, ты нашла того человека, которого я тебе велела разыскать?”

“Мисс, вы сказали мне найти несколько парализованных пациентов. Я нашла в общей сложности пять человек, которые соответствуют вашим условиям.”

“Хорошо, хорошо. Устройте так, чтобы эти люди жили в павильоне Луосюэ рядом с комнатой для прислуги. Я начну лечить их сегодня вечером.”

Хун Лин шагнула вперед и осторожно спросила: “Мисс, вы планируете вылечить этих людей, чтобы привлечь внимание семьи Чжао?”

Шэнь Нинхуа кивнула и подтвердила, -«Все верно. Смотри, ты становишься умнее.”

Хун Лин усмехнулась и сказала: “Я прикажу их собрать прямо сейчас и подожду, пока вы сделаете свою работу”.

В глазах Шэнь Нинхуа вспыхнула улыбка. Чжао Руюнь была парализована после того, как она была ранена камнем на земле, когда упала с высоты. Поскольку срок травмы был уже значительным, вылечить ее было бы уже нелегко.

Но так случилось, что у нее был чрезвычайно эффективный метод иглоукалывания. С помощью комбинации таблеток и отваров, хотя травму нельзя было полностью вылечить, она, по крайней мере, могла свободно передвигаться. Все зависело от того, что семья Чжао и госпожа Чжан были готовы предложить в обмен. Они сделали это так быстро и гладко, когда присвоили имущество семьи Ся. Теперь, когда у нее была власть над ними, она определенно позволила бы им предложить что-нибудь в обмен.

Сяо Хуаньси вернулась домой нахмурившись. Как только она вошла в дверь, то обнаружила, что на нее смотрит холодный взгляд. В одно мгновение она застыла на месте. “Старший брат?”

“Куда ты ходила?” Сяо Фэнцзюэ был одет в черное, а его похожие на меч брови были острыми, как пика, с холодной аурой.

“Я никуда не ходила...”

Сяо Фэнцзюэ нахмурился, и на его холодном и суровом лице появилось выражение неодобрения. “Не ищи неприятностей с Шэнь Нинхуа”.

“Старший брат, я этого не делала!” , - поспешно сказал Сяо Хуаньси.

Однако Сяо Фэнцзюэ встал и вышел твердыми шагами, не останавливаясь. “Следующего раза не будет”.

Сяо Хуаньси крепко прикусила губы и расслабилась только тогда, когда губы начали кровоточить.

Глава 93 – И Ты Осмеливаешься Сегодня Создавать Проблемы?

В столице улицы и переулки были заполнены людьми, и все они собрались вместе и вполголоса обсуждали самую оживленную сцену сегодняшнего дня в особняке принцессы префектуры Чжаохуа.

“Подарок от вице-министра Шэнь действительно представляет большую ценность. Я так думаю, что если золотые и серебряные украшения из этой шкатулки надевать каждый день, то разных украшений хватит на несколько лет!”

“Это еще что. Вы не видели подарок от принцессы Аннинг. Это то, что вы называете редким даром.”

“Нет, нет, то, что вы говорите – это все пустяки. Я слышал, как люди говорили, что подарок от Его Величества действительно был необычайно красив и дорог...”

Толпа собралась вместе и спорила с такой энергией, словно они видели эти сокровища своими собственными глазами.

В особняке принцессы префектуры Шэнь Нинхуа сидела перед зеркалом. После того, как она сняла все многочисленные украшения и дорогие облачения, на ней осталось только простое белое платье. Затем она распустила свои длинные волосы за спиной.

Хун Лин осторожно протянула руку, чтобы коснуться ее волос, и воскликнула: “Мисс, люди говорят, что волосы прекрасны, как шелк, но я никогда в это не верила. Увидев ваши волосы, я думаю, что все они ошибаются.Ваши волосы похожи на воду. Я боюсь, что испачкаю ее, если прикоснусь к ним своей грубой рукой”.

Шэнь Нинхуа позабавили ее слова. “Смотри, какой у вас яркие красные губы. Словно красный осенний лист лежащий на нефритовой фигуре.”

«Ты нахально мне льстишь!»

“Нет, я говорю только правду”.

“Хорошо, я поверю тебе…”.

Вошел Бай Руо с подносом, на котором стояла пара простых вышитых туфель. “Мисс, гости на переднем дворе уже заняли свои места. Вторая Леди попросила меня пригласить вас…”

Шэнь Нинхуа надела туфли и слегка сложила руки перед собой. “Я готова. Пойдем”.

Церемония празднования пятнадцатилетия Шэнь Нинхуа должна проходить в присутствии ее старших. Из-за того, что случилось с семьей Шэнь, она пригласила своего второго дядю, Шэнь Ляна, и свою вторую тетю, мадам Су, в качестве почетных гостей. Они вдвоем стояли на ступеньках холла и улыбались, глядя на фигуру, медленно входящую в дверь.

Гости, пришедшие посмотреть церемонию, слышали о красоте Шэнь Нинхуа. И когда они подумали, что смогут увидеть на церемонии большое количество знати и родственников богатых семейств в одном месте, и все гости будут нести на себе самые немыслимые драгоценности, то многие представили, что это будет прекрасное шоу. Особенно, эта мысль крутилась в головах хорошеньких молодых леди из аристократических семей, которые всегда уделяли большое внимание своей внешности. Шэнь Нинхуа была признана красавицей номер один в столице. Хотя внешне они были согласны, но кто бы знал, как они завидовали ей в глубине души!

Однако в тот момент, когда появился Шэнь Нинхуа, все присутствующие были шокированы. Она была одета в белое, и ее длинные волосы лежали на спине. Кроме этого, на ней не было никаких других украшений. Однако ее элегантность ни на йоту не уменьшилась. Напротив, из-за того, что у нее не было никаких других драгоценностей, которые отвлекали бы внимание людей, ее красота стала еще более шокирующей. Все взгляды были прикованы к ее лицу.

Она тщательно нарисовала брови косметическим камнем Дай Стоун. Ее блистательные темные глаза на фоне тонких бровей выглядели как бассейн с чистой водой, в котором собраны лучшие цвета в мире. Никто не мог найти ничего сравнимого с ними.

Церемониймейстер был ошеломлен на несколько секунд, прежде чем пришел в себя. Он поспешно объявил громким голосом: “Пожалуйста, займите свои места. Церемония начинается!”

Все пришли в себя и последовали за Шэнь Нинхуа в зал.

Мадам Су села на место, отведенное для почетного гостя. Цин Цюэ держала в руке тазик, чтобы мадам Су вымыла руки, а затем передала расческу.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и пошла вперед. Она опустилась на колени на футон и сказала: “Спасибо вам, дядя и тетя, за то, что пришли помочь мне руководить церемонией”.

Мадам Су улыбнулась и посмотрела на нее. “Не нужно благодарить членов вашей семьи. Мой старший брат и старшая невестка попали в беду и не могут лично помочь вам завершить церемонию. Я, как твоя тетя, определенно должна тебе помочь. Ты сегодня главная героиня. Просто сядьте там по удобнее. Я уже договорилась обо всем остальном.”

Шэнь Нинхуа изобразила искреннюю улыбку. В своей прошлой жизни она была почти прозрачной в семье Шэнь. Никто не помнил о ее пятнадцатилетии, не говоря уже о том, чтобы устроить такой большой праздничный банкет. Это сожаление было сегодня компенсировано для нее.

“В этот знаменательный день я наряжаю тебя во взрослую одежду. С сегодняшнего дня вы откажетесь от своей детской мечты и начнете реализовывать свои амбиции, став взрослой. Сохраняйте достойную осанку и развивайте моральное совершенство. Желаю вам долголетия, богатства и удачи”.

После объявления церемониймейстера госпожа Су тщательно заколола длинные волосы Шэнь Нинхуа изысканной заколкой с резьбой из нефрита.

Шэнь Лян взяла красное платье и накинула его на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа была одета в великолепную одежду, а ее острые глаза были наполнены внушительной аурой. Ее красота не поддавалась описанию.

Гости расточали свои похвалы. На мгновение весь зал наполнился всевозможными комплиментами.

Церемониймейстер улыбнулся и громко объявил: “Восхваляющий, пожалуйста, сделайте шаг вперед”.

Все взгляды были прикованы ко входу в зал. Хвалителями на такой церемонии обычно были друзья, братья или сестры именинницы. Шэнь Нинхуа пригласила своего младшего брата, Шэнь Сюаньхуа.

Однако никто не ожидал, что именно принцесса Аннинг будет одета в церемониальное платье.

Лицо Бейли Аннинг расплылось в улыбке. “Нинхуа, я надеюсь, ты не возражаешь, что я лишаю твоего брата его задания”.

Шэнь Нинхуа улыбнулся. “Вовсе нет. Я также хочу поблагодарить вас, ваше высочество. На этот раз ты совершил хорошее ограбление.”

“Ха-ха, это то, что ты сказала”. Бейли Аннинг шагнула вперед и не смогла удержаться от вздоха, когда увидела это изысканное и несравненное лицо. Неудивительно, что Второй Старший Брат был так одержим этой девушкой. Ее внешность была слишком захватывающей. Подумав об этом, она нежно взяла нефритовую заколку для волос и сказала: “Поздравляю, Нинхуа”.

Шэнь Нинхуа кивнула в знак благодарности и почтительно поклонилась в сторону императорского дворца.

На данный момент церемония празднования пятнадцатого дня рождения была уже на половине своего проведения.

“Вот императорский указ!”

Шэнь Нинхуа только что закончила свои церемонии, и прежде чем она успела встать, вошел евнух, пришедший объявить императорский указ.

Все поспешно опустились на колени, чтобы получить императорский указ.

“С Благословения Небес, Его Величество настоящим объявил, что принцессе префектуры Чжаохуа сегодня исполняется пятнадцать лет. Я испытываю огромное облегчение. Я специально приказал Департаменту внутренних дел изготовить корону в знак поздравления, чтобы пожелать моей дочери в будущем быть в целости и сохранности!”

Этот императорский указ был написан несколько странным стилем. Это было больше похоже на то, что Его Величество хотел сказать Шэнь Нинхуа, чем на указ. Этот интимный тон заставил людей осознать положение Шэнь Нинхуа в его сердце.

“Спасибо, отец император. Да Здравствует Ваше Величество! Да Здравствует Ваше Величество! Да Здравствует Ваше Величество!”

Евнух внес поднос, на котором сияла корона. Украшенная золотыми нитями, нефритом, драгоценными камнями и жемчугом, корона была чрезвычайно роскошной. Потребовалось невероятное искусство, чтобы эти драгоценные материалы идеально сочетались друг с другом.

Мадам Су шагнула вперед. Она осторожно взяла корону и помогла Шэнь Нинхуа надеть ее. На мгновение Духовная Ци Неба и Земли, казалось, притянулась друг к другу, заставляя людей почти чувствовать, что небесная фея с Девятикратных Небес спустилась с неба.

Лестная речь на банкете была особенно громкой. Его Величество ясно выразил свою благосклонность к Шэнь Нинхуа. В это время никто не осмеливался причинять неприятности Шэнь Нинхуа.

“Наследный принц преподносит подарок”.

“Его Высочество принц префектуры Де преподносит подарок”.

“Третий принц, Четвертый принц и Пятый Принц...”

После того, как был объявлен императорский указ Бейли Цинцана, подарки принцев были отправлены один за другим, на некоторое время почти ослепив всех присутствующих.

Зал был наполнен всевозможными драгоценными сокровищами, которых было так много, что они представляли собой слишком большой праздник для глаз людей.

Бейли Аннинг тихо воскликнула сбоку. Ее братья, вероятно, опустошили треть своих личных складов. Их дары были чрезвычайно дорогими.

Зал медленно затих. Многие люди смотрели на дверь и хотели посмотреть, сколько подарков может получить эта принцесса префектуры.

Прозвучало громкое и четкое объявление.

“Шен Линхань посылает подарок”.

Шен Линхань? Разве она не была Второй Младшей сестрой Шэнь Нинхуа, той самой, которую понизили до простолюдинки?

Сразу же многие люди начали смотреть на Шэнь Нинхуа с удивлением и сомнением, тайно наблюдая за выражением ее лица.

Шэнь Нинхуа повернула голову и сделала знак Бай Руо лично выйти и вручить подарок, который прислала Шэнь Линхань.

Шэнь Линхань последовала за Бай Руо со слабым румянцем на щеках и следами стыда и неловкости. Своими большими и водянистыми глазами она вызывала у людей сочувствие.

Бай Руо передала поднос, который держала в руке, и подняла красную скатерть. На подносе были аккуратно сложены несколько носовых платков, вышитых орхидеями.

“Приветствую тебя, Старшая Сестра”. Шэнь Линхань присела в реверансе и смущенно посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Поздравляю тебя с пятнадцатилетием, Старшая Сестра. Я должна была приготовить щедрый подарок, но... из-за особых обстоятельств я могу подарить вам только те носовые платки, которые я лично вышила. Надеюсь, вы не возражаете. Я желаю вам удачи и успехов в будущем”.

В толпе послышалось негромкое обсуждение. Так называемые “особые обстоятельства”, естественно, означали, что семья Шэнь была разорена из-за конфискации всего имущества, а члены ее семьи разжалованы в простолюдины. Только Шэнь Нинхуа получила награду Его Величества. Не говоря уже о том, что она была коронована как принцесса префектуры, она также получила бесчисленные драгоценные подарки в день церемонии своего пятнадцатилетия. Разница между двумя сестрами была поистине ошеломляющей.

Особенно заставляющим задуматься было последнее благословение Шен Линхань об успехе… Если бы Шэнь Нинхуа добилась успеха, но ее родственники все еще жили в трудных условиях, такое сравнение, безусловно, заставило бы людей задуматься о смысле и значении этого пожелания.

Шэнь Линхань опустила голову, и ее глаза сверкнули самодовольством. Люди были склонны сочувствовать слабым. Теперь она была в беде, но все благоволили к Шэнь Нинхуа. Чем более скромной она казалась, тем больше сочувствия она получала от других.

Шэнь Нинхуа холодно наблюдала за ее выступлением, и температура в ее глазах становилась все холоднее. За это время Шэнь Линхань значительно улучшился. Хотя этот ход был простым и грубым, он был действительно эффективным.

Обычный человек, вероятно, был бы застигнут врасплох, но Шэнь Нинхуа не была обычным человеком, поэтому Шэнь Линхань не поставил бы ее в неловкое положение.

“Младшая сестра, я очень рада, что ты пришла сегодня. Даже если ты пришлешь мне перо, я все равно буду дорожить им. Как я могу чувствовать разочарование по этому поводу? Бай Руо, отведи мою сестру на задний двор поужинать.”

Шен Линхань подняла глаза. Ее глаза уже наполнились слезами. “Старшая сестра, нет необходимости готовить для меня еду. Я теперь – простолюдинка, невежественная деревенщина. Я не смею ставить тебя в неловкое положение.”

“Младшая сестра, то, что ты сказала, неправильно. Тебя всего лишь понизили в звании до простолюдина, даже если ты была осужденным преступником, моя дверь всегда будет открыта для тебя. Если бы не присутствующие сегодня леди и юные леди, я бы обязательно устроила для вас место.”

Когда другие люди услышали это, они сразу все поняли. Шэнь Линхань не была осужденным преступником, но Чжао Юньсян был им.

Согласно законам династии Даань, если мать была осуждена, ее детям не разрешалось посещать светские мероприятия знати в течение трех лет. Сегодняшнее прибытие Шэнь Линхань было большим неуважением к этикету. Если бы ей разрешили сидеть в зале и обедать с гостями, слухи о том, что дамы и молодые леди из разных семей не проявляют уважения к этикету, вероятно, распространились бы завтра по улицам и переулкам.

Это было мягко сказано. Если копнуть немного глубже, то Его Величество только что вынес приговор семье Шэнь, и сегодня так много людей присутствовало на банкете с Шэнь Линхань. Было ли это выражением их недовольства решением Его Величества? Или у них были другие идеи?

Хотя все гости хотели посмотреть это зрелище, но никто не хотели пачкаться.

Лицо Шэнь Линхань побледнело. Она стояла в отдалении и почти хотела найти трещину в земле, чтобы похоронить себя или просто провалиться сквозь землю.

Кто-то вокруг насмешливо сказал: “Шэнь Линхань, со стороны ее высочества уже очень милостиво впустить вас. Не будьте надоедливой.”

“Это верно. Это такое место, куда может войти любой желающий?”

“Это верно”.

Шэнь Нинхуа встал и подошел к Шэнь Линхань. Она сняла с запястья изумрудный браслет и протянула его мне. “Сестра, послушай моего совета и позволь Бай Руо отвести тебя вниз, чтобы поесть. Когда банкет закончится, я последую за тобой, чтобы навестить отца. Прими этот браслет в качестве моего ответного подарка для тебя.”

“Нет, как я могу принять твой подарок?” Выражение лица Шен Линхань было жестким, но у нее не было другого выбора, кроме как сдержать вымученную улыбку. Если она потеряет лицо в этом случае, у нее не будет шанса снова поменяться ролями.

Шэнь Нинхуа неодобрительно посмотрела на нее. “Мы сестры. Браслет - это слишком маленький подарок в моих глазах. Не отказывайся. Быстро надень его.”

Говоря это, она прямо держала Шэнь Линхань за руку и хотела надеть браслет ей на руку. Пока Шэнь Линхань яростно сопротивлялась, ее рукава соскользнули вниз, обнажив запястья. На каждом ее запястье было по изящному стеклянному нефритовому браслету. Когда они покачивались, исходило слабое сияние. Очевидно, браслеты были очень ценными.

Глава 94 - Отдай Его Своей Дочери в качестве Приданого!

Все были в смятении. Когда они увидели, что Шэнь Линхань предложила в качестве подарка всего несколько носовых платков, они подумали, что это только потому, что семья Шэнь полностью обеднела и у нее не было денег. Но теперь, казалось, что это было совсем не так.

Хотя стеклянный нефритовый браслет, который она носила, был не самого лучшего качества, он все равно стоил несколько сотен или даже тысяч таэлей серебра. Если бы она действительно хотела послать Шэнь Нинхуа подарок, она могла бы купить практически все что угодно, если бы продала браслет. Так что ей не пришлось бы приходить с дешевыми носовыми платками. Конечно, давно ходили слухи, что у Шэнь Линхань было сердце змеи. И эти слухи полностью подтвердилсь!

Какая бы семья ни имела такую дочь, она будет очень страдать. Неудивительно, что семья Шэнь так быстро пала!

Шэнь Линхань прикусила губу и с ненавистью посмотрела на Шэнь Нинхуа. Она резко отдернула руку и выбежала. Окружающие в своих разговорах и репликах, казалось, готовы были утопить ее в суждении. Как у нее только могло хватить смелости вообще приходить сюда? Скорее, это была даже не смелость, а обычная наглость, которая не к лицу дочери из благородной семьи. Так что, может быть, все произошло правильно, раз семью Шэнь разжаловали в простолюдины?

Охранники у входа увидели, что кто-то выбегает, и хотели схватить мятущуюся фигуру, но Шэнь Нинхуа крикнула, поэтому стражники остановились и не препятствовали бегству.

Мадам Су с отвращением посмотрела на спину Шэнь Линхань и шагнула вперед, чтобы проверить руку Шэнь Нинхуа. “Разве ты не знаешь, что она за человек? Позволь мне взглянуть, вдруг ваша рука повреждена?”

Шэнь Нинхуа слегка пошевелила пальцами. Ярко-красная царапина на тыльной стороне ее ладони была явно оставлена ногтями Шэнь Линхань. “Я в порядке. В конце концов, мы сестры. Бай Руо, заверни браслет. Пусть на кухне приготовят стол с блюдами и отправят их в пригород.”

“Да, мисс”.

”Ее высочество так великодушна".

“Это верно. Шэнь Линхань явно пришла сюда нарочно, чтобы доставить неприятности. Но ее высочеству было все равно, и она даже предложила взамен драгоценный подарок. Она действительно заслуживает похвалы Его Величества.”

“Я давно слышала, что первое, что сделала ее Высочество, когда вышла из дворца, - это отвезла свою бабушку обратно в особняк, чтобы предоставить ей особый уход. Это реально поступок благородной дочери.”

Император уже приказал Шэнь Нинхуа порвать с семьей Шэнь. Шэнь Нинхуа могла по праву игнорировать дела семьи Шэнь, но она все равно настаивала на выражении своего дочернего почтения. Такой поступок вызвал у многих дам из аристократических семей чувство исключительного удовлетворения.

“Господин Чу посылает подарок”. Это объявление мгновенно прервало разговоры и обсуждения в зале. Господин Чу? Несравненный Двойной Мастер Чу Цзюньи?

Все с любопытством оглянулись. Они подождали немного, но не увидели, чтобы кто-то входил. Что происходит?

Шэнь Нинхуа тоже было любопытно. С тех пор как Чу Цзюньи сказал, что хочет приготовить ей подарок в тот день, он больше не появлялся. Ей было интересно, чем он был занят.

Внезапно она почувствовала слабый аромат. Это был аромат цветов пиона…

Хотя был уже февраль и уже цвели жасмин и слива, пион давным-давно отцвел и конечно он не будет снова цвести в это время года.

Наконец, у двери послышалось какое-то движение. Вошла вереница служанок, каждая с горшком пиона в руках. Они тихо положили их на землю и легкими шагами удалились.

“Это Вэй Цзы и Яо Хуан, короли Пионовых Цветов...”

Затем вошел еще один ряд служанок. Они несли драгоценные орхидеи-бабочки. Они также положили цветы на землю. Затем кукушка, парчовая орхидея, трехцветные анютины глазки, бегония…Весь двор был усыпан цветами. На мгновение аромат цветов захлестнул всех, и цвет цветов ошеломил всех.

Шэнь Нинхуа подошла к двери и остановилась в окружении сотен цветов. Ее обычно спокойные и без эмоций глаза были полны удивления. Хотя она никогда этого не показывала, ей очень нравились цветы, особенно яркие и элегантные. Подарок Чу Цзюньи пришелся прямо по сердцу.

Гости последовали за Шэнь Нинхуа из зала, чтобы полюбоваться цветами в окрестностях.

В дверь вошла стройная мужская фигура. Он был одет в черное, на талии у него был пояс того же цвета, расшитый золотыми и серебряными нитями. Фигура была высокой и прямой, а лицо красивым. Он был действительно обаятельным человеком.

Чу Цзюньи проигнорировал всеобщее изумление и сосредоточил свой внимательный взгляд только на Шэнь Нинхуа.

Увидев, что спокойные глаза наполнились улыбкой, он сразу же стал счастливым.

“ Приветствую вас, Ваше высочество. У меня нет никаких ценных подарков, поэтому я могу только собрать несколько цветов в качестве подарка.”

Шэнь Нинхуа посмотрел на его улыбающееся лицо, и ответила с улыбкой. “Спасибо, мастер Чу. Этот подарок действительно особенный”. Я изумлена вашим искусством. Такой подарок нельзя было просто назвать драгоценным.

Чу Цзюньи прищурил глаза и сказал глубоким голосом: “Пока вам это нравится, я счастлив”.

На его лице была улыбка, но в его сердце роились самые разные мысли. Когда они были в Цзяннани, он обнаружил, что Шэнь Нинхуа действительно любит цветы. Когда он узнал, что состоится церемония ее пятнадцатилетия, первое, о чем он подумал, это преподнести ей в подарок букет цветов.

Однако сейчас стояла холодная погода, и на севере цвело очень мало цветов. Он послал своих людей в город Ян в Цзяннани, чтобы собрать лучшие цветы и аккуратно перевезти их.

Хотя он неоднократно просил их быть осторожными, но в течении всего пути их преследовали неприятности. Погода на севере была слишком холодной. Даже если бы там была теплица, она не подходила для выживания этих нежных цветов. Несколько лодок попали в аварию во время перевозки цветов, поэтому у него не было другого выбора, кроме как лично примчаться и приложить огромные усилия, чтобы отправить всех этих деликатных гостей в Особняк принцессы префектуры.

Несмотря на то, что он устал, когда он увидел искреннюю улыбку Шэнь Нинхуа среди цветов, он вдруг почувствовал, что это того стоило. Особенно когда она смотрела на него, он даже был готов отдать ей все самое прекрасное в мире, лишь бы заставить ее улыбнуться.

Чу Цзюньи дрожал, когда он безмолвно воспевал Амитабху в своем сердце. Красота действительно может ослепить людей.

Шэнь Нинхуа поспешно приказала Бай Жо отправить цветы в оранжерею. Она могла себе представить, сколько усилий потребуется, чтобы перевезти их из города Ян, и она не хотела, чтобы эти нежные создания хоть сколько-нибудь завяли…

“Дамы, пожалуйста, займите свои места. Когда банкет закончится, если вы любите цветы, вы можете пойти в оранжерею и выбрать горшок с цветами, чтобы забрать его с собой.”

- Благодарю вас, ваше высочество.

“Это действительно изумительно!”.

Банкет Шэнь Нинхуа был очень хорошо организован. Каким бы придирчивым ни был гость, все равно трудно было найти изъян в организации или в кухне. И именно на банкете все почувствовали внутреннюю приязнь и приняли эту Принцессу префектуры у себя в душе и в сердце.

В конце банкета многие люди отправились в оранжерею и выбрали свои любимые цветы. Они ушли в счастливом настроении и бесконечно хвалили Шэнь Нинхуа перед уходом.

Проводив последнего гостя, Шэнь Нинхуа повернулся, чтобы выразить искреннюю благодарность мадам Су: “Тетя, большое вам спасибо за сегодняшний день”.

Мадам Су помогла ей привести в порядок одежду и сказала с теплотой в глазах: “Когда твоя мать была еще жива, она всегда была добра ко мне. Теперь, когда ее здесь не было, я должна помочь ей позаботиться о тебе. Это то, что я должна была сделать. Не будь настолько официальна со своей тетей. Когда твой младший брат Сюаньхуа проведет церемонию совершеннолетия, я приглашу тебя. И я не приму отказа от тебя".

"Конечно." Зная, что госпожа Су искренне помогает ей, Шэнь Нинхуа больше не настаивала на вежливой формуле и в ее сердце навсегда запечатлелся акт доброты от тети Су.

После того, как мадам Су ушла, она велела слугам прибраться в холле. Затем она вернулась во внутренний двор Руйси, чтобы отдохнуть.

Би Чжу принес толстую бухгалтерскую книгу и сказал: “Мисс, в этой книге собраны подарки, которые вы получили сегодня. Пожалуйста, взгляните”.

“Просто оставь это здесь. Вы, ребята, тоже устали. Возвращайся и отдохни.”

“Да, мисс”.

Шэнь Нинхуа открыл бухгалтерскую книгу. Записи в ней были очень подробными, и всевозможные драгоценные сокровища почти ослепляли ее глаза. “Как и следовало ожидать от этих больших семей, их богатство поистине поразительно”.

Чу Цзюньи выпрыгнул из окна, похлопал себя по одежде, приводя ее в порядко и подошел к сегодняшней виновнице торжества. ”Нинхуа, ты предпочитаешь эти мирские вещи или цветы, которые я тебе подарил?"

Глядя на его улыбающееся лицо, Шэнь Нинхуа захотела немного охладить его пыл. “Хотя цветы прекрасны, их нельзя употреблять в пищу или сшить из них достойную одежду. Все эти подарки - настоящие деньги, достойные более 100 000 таэлей серебра”.

Самодовольная улыбка Чу Цзюньи застыла на его лице. “Подарки, преподнесенные Императорским дворцом, вообще не могут быть проданы, а подарки, преподнесенные дамами, также выполнены в стиле официального изготовления и не могут быть случайно обменены на деньги. Если вам нужны деньги, вы можете с таким же успехом подождать, пока наша аптека Хуаджун заработает немного.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась, и ее красивое лицо приняло то выражение, которое не часто встречается у умных и одновременно красивых женщин, выражение умной красоты. “Конечно, я это знаю”.

“Тогда почему тебе все еще нравятся эти мирские вещи? Когда у тебя есть деньги, какие бы красивые вещи ты ни любила... Хм? Ты просто дразнишь меня?” Чу Цзюньи прищурился и принял нарочито грозный вид.

Шэнь Нинхуа рассмеялась счастливым звонким смехом.

Чу Цзюньи слегка фыркнул и сел на стул, чтобы выпить чаю. Шэнь Нинхуа редко улыбалась так счастливо. Похоже, он не зря потратил свои усилия, притворяясь простоватым и глупым пареньком.

Спустя долгое время Шэнь Нинхуа перестала смеяться. Она почувствовала облегчение, и все ее тревоги исчезли. “Ты совершил специальную поездку в Цзяннань в эти дни?”

“Да, были некоторые проблемы, когда перевозили эти цветы. Я пошел разбираться с ними и, кстати, руководил развитием аптеки Хуаджун.”

“И как идут дела в нашей аптеке?”

“С такой репутацией, которую мы заработали благодаря помощи в борьбе с чумой в Цзяннани и с титулом Имперского торговца, лично пожалованным Его Величеством, все проходит очень гладко”.

Шэнь Нинхуа кивнула. “Ну что ж. Тогда остается ждать, когда деньги рекой потекут в мой карман”.

“Ты так одержим деньгами! Разве ты не видишь? Какая еще молодая леди из какой еще семьи сейчас богаче тебя в столице?” Одни только сегодняшние подарки стоили денег, которых было достаточно, чтобы прокормить жизнь нескольких поколений обычной семьи.

“А кто не любит слишком много денег?”

Чу Цзюньи внезапно усмехнулся. “Это верно. Когда ты выйдешь замуж, все это можно будет использовать в качестве приданого.”

Шэнь Нинхуа подняла брови. “Приданое?”

"Ну да. Все это может быть использовано в качестве вашего приданого, когда вы выйдете замуж. А затем, вы можете оставить все это уже своей дочери в качестве ее приданого.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась, но почему-то продолжила эту тему. “А что будет, если я вместо дочери рожу сына?”

Чу Цзюньи на мгновение задумался, а затем закашлялся и продолжил. “Тогда ты можешь родить еще одного ребенка через два года. И можешь рожать до тех пор, пока не родишь дочь, чтобы ты могла отдать эти вещи своей дочери в качестве приданого”.

Шэнь Нинхуа была так раздосадована, что расхохоталась. “Я не знаю, как даже ответить тебе. Если мне придется самой готовить приданое своей дочери, какой смысл выходить за кого-то замуж? Лучше прожить свою собственную жизнь с этим золотом и серебром и быть свободной”.

Чу Цзюньи поперхнулся и втайне вздохнул в своем сердце. “Похоже, мне придется работать усерднее, чтобы зарабатывать деньги”.

Шэнь Нинхуа пристально посмотрела на него. “Какое это имеет отношение к тебе?”

“Я сам по себе. Я не могу сравниться с другими людьми, у которых есть родители, которые их поддерживают. Я должен зарабатывать деньги, чтобы купить подарки на помолвку для моей невесты и подготовить приданое для моей будущей дочери. Если я не буду усердно работать, то даже не смогу обзавестись женой”.

Уши Шэнь Нинхуа покраснели от смущения, но она мгновенно подавила это чувство. “Поторопись и возвращайся. Не говори здесь глупостей. Если ты захочешь жениться на выбранной тобой девушке, найдется много девушек, которые готовы доставить себя к твоей двери, например, твоя сестра, которая очень дорожит тобой”.

“Сестра, Сяо Хуаньси?” Чу Цзюньи поспешно объяснил: “Нинхуа, я могу тебя заверить, что я совершенно невиновен. Сестра - это всего лишь сестра, и она не станет никем другим”.

Шэнь Нинхуа нахмурилась и движением рукава насыпала горсть порошка на кончики пальцев. “Похоже, ты не уйдешь просто так. Ты хочешь, чтобы я дала тебе что-нибудь перед уходом?”

Чу Цзюньи поспешно встал и сказал: “Нет, нет, ты устала. Тебе следует пораньше отдохнуть. Я сейчас ухожу”. Казалось, что он должен не только усердно работать, чтобы заработать деньги, но и усердно работать, чтобы овладеть медицинскими навыками!

Глава 95 - Как Я Могу Навестить Вас Без Приветственного Подарка!

Внутри комнаты Шэнь Нинхуа просматривала бухгалтерские книги, когда Бай Жо ввел госпожу Чжан, у которой было бледное лицо. ”Ваше высочество, герцогиня Вэй здесь".

Шэнь Нинхуа подняла глаза, и ее в ее взгляде совершенно невозможно было ничего прочесть. Ее отношение не было ни теплым, ни холодным. “ Приветствую вас, мадам”.

Выражение лица госпожи Чжан было серьезным, когда она обвела взглядом служанок рядом с ней и сухо сказала: “Ваше высочество, я хочу поговорить с вами наедине”.

“Бай Руо, и остальные, вы можете идти”.

“Да, ваше высочество”.

Шэнь Нинхуа встала и села на сиденье рядом с ней. Она медленно произнесла: “Могу я узнать, о чем вы хотите со мной поговорить?”

Госпожа Чжан внимательно посмотрела на Шэнь Нинхуа. Вены на ее шее постоянно вздувались, а голос становился напряженным. “Шэнь Нинхуа, ты спасла тех простолюдинов от паралича только для того, чтобы привлечь мое внимание, не так ли? Теперь, когда я здесь, тебе не нужно прилагать никаких усилий, чтобы связаться со мной и поговорить. Давайте будем честны. Каковы твои условия для лечения Руюньь?”

Шэнь Нинхуа опустила голову и улыбнулась. Ее тонкие ресницы задрожали. “Какие условия? Как насчет уничтожения семьи Чжао?”

Тело мадам Чжан внезапно напряглось, как тетива лука. “Чжао Юньсян убила твою мать, и поэтому ты ненавидишь всю семью Чжао? А что плохого тебе сделал Руюньь?”

“Ненависть?” Шэнь Нинхуа наклонила голову и посмотрела на нее. “Да, она убила мою мать. Даже если бы я убил всех потомков семьи Чжао, я все равно чувствовала бы себя неудовлетворенной. Почему же я не могу ненавидеть семью Чжао из-за этого?”

Мадам Чжан холодно усмехнулась самыми кончиками своих губ. “Прямо сейчас все говорят, что Чжао Юньсян бесчеловечна. Но я думаю, что ты самая безжалостная из них”. Конечно, люди все еще хвалили Шэнь Нинхуа за ее доброту, но был ли хоть какой-то след доброты в ее порочном характере?

“Я довольно много узнала о стиле семьи Чжао после стольких лет. Если бы моя собственная мать воспитывала и обучала меня с самого детства, я бы сейчас была бы нежной и доброй”. Но нынешняя личность была результатом принуждения со стороны мадам Чжао и других. И тот, кто сделал это с ней, должен был теперь нести ответственность за последствия. Это было возмездие.

Гнев госпожи Чжан почти вышел из-под контроля, но у нее не было другого выбора, кроме как сохранять спокойствие на лице. “Что именно ты хочешь, чтобы я сделала, прежде чем ты согласишься спасти Руюньь?”

“Да, я могу спасти ее. Но у меня есть для тебя три условия.”

”Какие это условия? Мадам Чжан стиснула зубы. Она предполагала, что условия Шэнь Нинхуа будут очень суровыми. Но пока теплилась хоть малейшая надежда спасти свою дочь, она примет любые ее условия!

Шэнь Нинхуа проследила взглядом за изменением выражения лица госпожи Чжан, и в ее сердце вспыхнуло необъяснимое чувство. Госпожа Чжао и госпожа Чжан были чрезвычайно безжалостны к посторонним, но они очень любили своих детей и были к ним чрезвычайно снисходительны. Эта снисходительность привела к тому, что своим детям они не привили чувство опасности или страха, не обозначили границы, которые в своем поведении не следовало бы переходить. Это заставило ее задуматься, действительно ли это искренняя любовь к своим детям или это подобие любви, потому что это чувство могло причинить вред своим детям.

“Условия очень просты. Во-первых, Чжао Руюньь выйдет замуж за Пятого принца, Бейли Цзинцзе. Во-вторых, все лекарственные ингредиенты, необходимые для лечения, будут вам переданы. За это вам также придется заплатить мне 500 000 таэлей серебра. Я еще не подумала о третьем условии. Когда я придумаю это, я вам скажу”.

“Ты...” Все тело мадам Чжан задрожало. “Вы просите непомерную цену! Руюньь - первая дочь семьи Чжао, и она принадлежит к той же родословной, что и императрица. Если вы позволите ей выйти замуж за Пятого принца, разве это не заставит императрицу и наследного принца подозревать нас? Кроме того, где я могу найти 500 000 таэлей серебра? Это не та почва на земле, с которой вы можете собирать любые урожаи. Что касается последнего условия, кто знает, какое суровое условие вы поставите в будущем?”

Шэнь Нинхуа повернула нефритовый браслет на своем запястье и сказала без всякого раздражения: “Чжао Руюньь много раз подставляла меня и продолжала доставлять мне неприятности. Если бы она так относилась к кому-то другому, этот человек уже давно бы молился о ее смерти. Теперь, когда я согласна спасти ей жизнь и дать возможность передвигаться так же свободно, как обычному человеку, я проявляю крайнюю щедрость. Неужели ты думаешь, что я спасу ее просто так?”

Мадам Чжан стиснула зубы. Она уже тайно пригласила всех императорских врачей в столице, включая Чэнь Юня. К сожалению, никто не смог вылечить Руюньь. Если бы она не видела своими глазами людей, вылеченных Шэнь Нинхуа, она бы не поверила, что у маленькой девочки есть такие способности. Человек, который мог вылечить Руюньь, был прямо перед ней, так что она не могла упустить эту возможность.

“Я могу согласиться на ваши условия, но есть ли у вас способ заставить Пятого принца жениться на Руюнь?” Ее дочь обладала сильным и упрямым характером, в то время как Пятый принц был мягким. Хотя у его матери был низкий статус, с таким человеком, как он, было бы легче иметь дело. Руюнь не понесет никаких потерь, живя с ним. Если бы она дала какие-то объяснения, императрица и наследный принц, возможно, не стали бы слишком сильно возражать.

В глазах Шэнь Нинхуа вспыхнула улыбка. “У меня есть свой способ заставить его согласиться. Не волнуйся.”

Госпожа Чжан долго боролась в своем сердце и, наконец, выбрала путь, который, по ее мнению, был наиболее выгодным. “Хорошо, я согласна, но мне нужно несколько дней, чтобы собрать 500 000 таэлей. Сначала выпишите рецепт, а мне нужно заранее подготовить ингредиенты.” Что касается третьего условия, если выдвинутое Шэнь Нинхуа условие будет возмутительным, она могла просто отказаться от своего слова!

Шэнь Нинхуа кивнула. “конечно. Цин Цюэ, принеси рецепт, который я написала.”

Внезапно в комнате появилась чья-то фигура. Мадам Чжан была шокирована. Когда она увидела одежду Цин Цюэ, то вспомнила, что эта девушка была лучшей в боевых искусствах среди четырех служанок Шэнь Нинхуа. Она не ожидала, что Цин Цюэ тихо пряталась в комнате. Может быть, горничная боялась, что она причинит вред Шэнь Нинхуа. Какая преданная собака!

Когда Цин Цюэ принесла рецепт, мадам Чжан встала, схватила его и вышла.

Цин Цюэ хотела выхватить у нее рецепт обратно, но увидела, что Шэнь Нинхуа качает головой, поэтому сделала два шага назад и встала рядом с Шэнь Нинхуа. “Мисс, рецепт очень подробный. Если бы семья Чжао сама приготовила лекарство по рецепту, разве это не разрушило бы ваш план?”

“Если бы семья Чжао действительно так поступила, то они бы искали смерти”, - уверенно улыбнулся Шэнь Нинхуа. “Все ингредиенты, используемые в рецепте, являются ценными тонизирующими медицинскими материалами. Смешивание их с лечебной ванной может стимулировать потенциал организма. Однако человеческое тело чрезвычайно сложное, и чрезвычайно трудно стимулировать свой потенциал. Его необходимо направлять с помощью иглоукалывания и прижигания. Если бы семья Чжао использовала рецепт без моих указаний, они бы ничего не добились, кроме смерти Чжао Руюнь.”

“Значит, вы уже тщательно продумали каждую деталь”.

“Мисс!” Хун Лин поспешно вбежала и сказала: “У двери мадам Ся. Она сказала, что она твоя тетя.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа дрогнуло. “Наконец-то она пришла…Я пойду посмотрю.”

Ся Цзинцю оценил окружающий пейзаж и похвалила: “Его Величество действительно любит Нинхуа, чтобы вознаградить ее таким хорошим двором. Какая удача! Инсюэ, Нинхуа - твоя младшая кузина, но ты должна отдать ей честь. Не забывай, что я тебе сказала.”

Молодая леди, которая наблюдала за окружающим пейзажем, внезапно нахмурилась. “Мама, хотя Нинхуа - моя младшая двоюродная сестра, ее статус выше моего, поэтому я знаю, что должен приветствовать ее. Если ты будешь продолжать напоминать мне об этом, мне покажется, что у меня плохие манеры.”

Ся Цзинцю с нежностью посмотрела на свою прекрасную дочь. “Да, я просто слишком много волнуюсь. Моя Инсюэ больше всего ценит этикет.”

Ян Инсюэ слегка скривила губы и показала слабую улыбку на своем лице, когда она высокомерно повернула голову.

Взгляд Бай Руо скользнул по ее улыбке, и необъяснимые и необъяснимые эмоции нахлынули на ее сердце. Улыбка этой мисс Ян на самом деле была чем-то похожа на улыбку ее высочества…

Сердце Ся Цзинцю наполнилось гордостью. Она сопротивлялась, когда семья Ся поспешно выдала ее замуж за Ян Ляня, местного чиновника. К счастью, Ян Лянь обладал мягким характером и очень любил ее. Позже она родила Ян Инсюэ и своего младшего брата Ян Инчао и почувствовала себя более непринужденно. Когда семья Ся была уничтожена и Ся Цзинянь скончалась, все, что было у нее в сердце, - это удовольствие от самой себя.

Ну и что с того, что Ся Цзинянь была потрясающе красива? Что, если она была зеницей ока семьи Ся? Разве она не умерла сейчас? Хаха.

Шэнь Нинхуа подошла и увидела Ся Цзинцю и Ян Инсюэ. Она слегка нахмурилась. “Так вы сестра моей матери, моя тетя?”

Ся Цзинцю почувствовала прилив неудовлетворенности в своем сердце. Что это было за отношение? Неужели она думала, что она самозванка? Она думала так в глубине души, но ее лицо было полно печали. Она вытерла уголки глаз носовым платком, который держала в одной руке, а другой держала Шэнь Нинхуа за руку. “Вы, должно быть, Нинхуа. Моя бедная девочка, ты много страдала из-за того, что у тебя столько лет не было матери, которая могла бы защитить тебя.”

Шэнь Нинхуа нахмурилась, и в ее глазах промелькнула тень недовольства. Она никогда не любила слишком сближаться с людьми, за исключением тех, у кого были чистые помыслы. Она не привыкла к интимным движениям Ся Цзинцю.

Бай Жо заметил неудобство Шэнь Нинхуа и немедленно шагнула вперед, чтобы остановить Ся Цзинцю. “Мэм, не плачьте больше. Мисс всего несколько дней назад исполнилось пятнадцать лет. В наши дни видеть слезы - к несчастью.”

Мадам Ся поспешно остановила слезы и быстро их вытерла. Она тут же улыбнулась и сказала: “Посмотри на меня. Я была слишком взволнована, увидев Нинхуа. Я даже забыла правила этикета. Пойдем, Инсюэ. Приезжай и навести своего кузена.”

Ян Инсюэ сделала два шага вперед и отдала честь в официальной манере. “Приветствую тебя, кузина. Это первый раз, когда мы встретились. Я пришла в спешке и не успел подготовить приветственный подарок. Я подарю тебе эти два браслета в качестве подарка.” Говоря это, она сняла со своего запястья два браслета.

“Кузина, ты слишком официальна. Мы с тобой двоюродные сестры, так что нам не нужны приветственные подарки.” Шэнь Нинхуа улыбнулась, но в глубине души была озадачена. Это был явно первый раз, когда она видела Ян Инсюэ, но у нее было ощущение чего-то знакомого.

Ян Инсюэ слегка поджала губы и сказала: “Кузина, не будь со мной так вежлива. Это наша первая встреча. Как я могу навестить вас без приветственного подарка?” Говоря это, она взяла Шэнь Нинхуа за запястье и надела ей на запястье нефритовый браслет.

“Динь!” Звук столкновения нефрита друг с другом ошеломил Ян Инсюэ. Она опустила голову, чтобы посмотреть на запястье Шэнь Нинхуа, и обнаружила, что на ней уже был браслет.

Нефритовый браслет был красным и сверкающим. Она с первого взгляда поняла, что это дорогого стоит. Самым удивительным в этом было то, что браслет был теплым сам по себе. На самом деле это был теплый нефрит, который было трудно найти даже за десять тысяч таэлей золота. Браслеты, которые она считала драгоценными, по сравнению с ними ничего не стоили. Это было похоже на рыбий глаз по сравнению с рубином, и в этом случае было довольно легко определить, какой из них лучше. Увы, она думала о рыбьем глазе как о сокровище!

Ся Цзинцю сделал легкое движение. Она шагнула вперед и схватила Шэнь Нинхуа за руку. Ее рукав соскользнул вниз и прикрыл нефритовый браслет на запястье Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, ты, возможно, не знаешь, что твой дядя, мой муж, был переведен в столицу. Мы только что приехали сюда и еще не прижились. Может быть...”

Увидев, что Ся Цзинцю сменила тему, Шэнь Нинхуа улыбнуласьи сказала: “Прямо сейчас только моя бабушка и я живем в особняке принцессы префектуры. Вы с кузиной можете пожить у меня некоторое время. Би Чжу, приведи в порядок двор и позволь моей тете и двоюродной сестре жить здесь.”

“Да, мисс”.

Вернувшись в свою комнату, Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась, словно ее посетила какая-то неуловимая мысль, но она никак не могла ее ухватить.

Бай Руо шагнула вперед и тихо сказала: “Мисс, что с вами не так? Если вам не нравится мадам Ся, просто не позволяйте им жить здесь.”

“Нет”, - покачала головой Шэнь Нинхуа. “Бай Руо, тебе не кажется, что Ян Инсюэ выглядит знакомой? Мне все время кажется, что я где-то видела ее раньше.”

“Мисс, разве вы не видели, что Ян Инсюэ очень похожа на вас? Даже ее улыбка и поведение имеют много сходства с вашими.”

Глава 96 - Какой Хороший план

Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Она никогда тщательно не запоминала свою внешность. Возможно потому, что она привыкла каждый раз видеть свое отражение в зеркале, как, впрочем, и все люди. Поэтому у нее возникло ощущение чего-то знакомого, но она не понимала, что этот человек похож на нее саму. И вот, после тщательного обдумывания, она кажется начала догадываться.

“Ян Инсюэ не похожа на меня, она похожа на мою мать”.

“Как мадам?”

"Да. Когда моя кормилица была еще жива, она сказала, что я очень похожа на свою мать. Буквально ее копия” Шэнь Нинхуа протянула руку, чтобы коснуться своего лица, и в ее глазах мелькнуло слабое чувство тоски. Ах, если бы только ее мать была еще жива!

Бай Руо была озадачена и смущена. Она не знала, что сказать, чтобы утешить Шэнь Нинхуа. В комнате воцарилась неловкая пауза. К счастью, вбежала Хун Лин и нарушила тишину в комнате, что заставило всех вздохнуть с облегчением.

“Мисс, я просто пошла взглянуть. Двор был прибран. Это павильон Цуйчжу.”

“Хорошо”.

Внутри павильона Цуйчжу мадам Ся оценивала украшения в комнате, и ее глаза сияли от радостного возбуждения. Она думала, что Цзяннань достаточно богата, но теперь обнаружила, что столица обладает настоящим великолепием. Шэнь Нинхуа была всего лишь приемной дочерью императора, но обстановка и украшения здесь уже были чрезвычайно роскошными. Она задавалась вопросом, насколько великолепным, в таком случае, будет императорский дворец.

Увидев, что служанки принесли чай, Би Чжу махнула рукой, чтобы они отступили. Затем она поклонилась Ся Цзинцю и сказала: “Мадам, я отвечаю за павильон Цуйчжу. Если вам и мисс Янг что-нибудь понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь, скажите мне. Если я не смогу хорошо служить вам, ее высочество накажет меня.”

“Би Чжу, не за что. Я тетя Нинхуа. У членов семьи не так много требований.” Лицо мадам Ся расплылось в улыбке. “Мы привезли наших собственных горничных и медсестер. Однако мы боялись, что они побеспокоят Нинхуа, поэтому попросили их подождать снаружи. Когда вы закончите приготовления, вы можете просто послать кого-нибудь, чтобы им передали приказ войти?”

Би Чжу слегка пошевелила пальцами и кивнула. "Да, конечно. Тогда я спущусь вниз, чтобы сначала сделать кое-какие приготовления.”

“Хорошо, пожалуйста, продолжайте свою работу”.

Когда Би Чжу вышла из комнаты, улыбка на ее лице мгновенно исчезла. Она поспешно направилась ко двору Жуйси.

“Мисс, вот что произошло. Я только что послал кое-кого взглянуть. Мадам Ся попросила горничных и медсестер остановиться в гостинице напротив нашей задней двери. Охранники не заметили их раньше.”

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. Они привели горничных и медсестер, но попросили их подождать снаружи. Прямо сейчас все в столице, вероятно, знали уже, что ее тетя навещала ее и даже жила в особняке Принцессы префектуры. Мадам Ся сделала это нарочно или нет?

“Давайте подождем и посмотрим. Бай Руо, пошлите кого-нибудь привести этих служанок и медсестер и отправьте их прямо в павильон Цуйчжу. Проследите, чтобы слуги в особняке были максимально исполнительны и вежливы. Они должны быть идеальными слугами. Я не хочу, чтобы кто-нибудь смеялся над Особняком Принцессы префектуры.”

Бай Руо поспешно ответила: “Да, мисс. Я этим займусь.”

Ян Инсюэ держала в руке Чайную Чашку с Рисунком Зеленого Облака и смотрела на Обертку из Лазурных Цветов, Нефритово-Жемчужную Печь для Благовоний в комнате. Ее движения были немного скованными. Она всегда считала себя благородной девушкой и пользовалась большим спросом в Цзяннани. Совсем недавно все ее слова и поступки были объектами, которым с энтузиазмом подражали другие молодые девушки благородных сословий. Однако, когда она увидела Шэнь Нинхуа, то обнаружила, что ее манеры совсем не столь изящны. Более того, как она сама безжалостно про себя решила, она выглядела похожей на шута. Хотя она и не хотела этого признавать, она действительно уступала Шэнь Нинхуа в плане осанки.

Мадам Ся все еще оглядывалась по сторонам и вздыхала: “Это действительно Особняк принцессы префектуры. Если бы украшения были обменены на серебро, серебра было бы достаточно, чтобы своей массой задавить человека насмерть.” Хотя она родилась в семье Ся, ее родная мать была всего лишь горничной. Она вышла замуж, когда ей было всего пятнадцать лет, и до этого редко покидала свой двор, поэтому бывала не на многих роскошных мероприятиях. Теперь она была ошеломлена.

Ян Инсюэ слегка нахмурилась. “Мама, быстро сядь и отдохни”.

“Хорошо, хорошо. Инсюэ, ты видишь, что твоя кузина всего лишь принцесса префектуры, но она может есть и пользоваться такими роскошными вещами. Если однажды ты сможешь подняться вверх и достичь уровней принцев, ты обязательно сможешь насладиться великолепием небес”.

“Мама, что за чушь ты несешь?” Ян Инсюэ была немного раздражена.

Видя, что ее дочь не понимает, мадам Ся немного встревожилась. “Инсюэ, ты думаешь, я привел тебя сюда только для того, чтобы увидеть мою племянницу Шэнь Нинхуа?”

“Разве это не так?” Ян Инсюэ повернула голову.

“Ты, почему ты такая глупая?” Мадам Ся села рядом с ней и помогла ей поправить жемчужную заколку на голове. “Дочь моя, ты так же прекрасна, как Шэнь Нинхуа. Все, чего тебе не хватает, - это возможности. В Цзяннани было так много людей, которые хотели жениться на тебе, но я не дал согласия ни одному из них, потому что ждал этой возможности. Шэнь Нинхуа - принцесса префектуры, и у нее есть вход ко дворам различных аристократических семей и даже к императорскому дворцу. Следуя за ней, ты сможешь узнать больше людей...”

Мадам Ся замолчала, но в ее глазах вспыхнул огонек.

Ян Инсюэ была умна, поэтому она поняла, что имела в виду мадам Ся, и была одновременно взволнована и нервничала. “Мама, но согласится ли кузина привести меня пообщаться с другими людьми?”

“Глупая девочка, семья Ся теперь исчезла. Первая ветвь семьи Шэнь также пала. У Нинхуа нет сестер, и она определенно нуждается в чьей-то поддержке в это время. Ты ее двоюродная сестра. Если она не рассчитывает на тебя, к кому еще ей следует обратиться? Кроме того, все знают, что сегодня мы остановились в Особняке Принцессы префектуры. Если она будет общаться с другими вельможами, не принимая вас, другие будут спрашивать ее об этом. Это твой шанс”.

Ян Инсюэ слегка прикусила губы и крепко сжала пальцами свой шелковый носовой платок. Спустя долгое время она тяжело кивнула. “Да, я обязательно воспользуюсь этой возможностью”.

“Хорошо, моя славная девочка”.

“Мама, спасибо тебе за то, что ты все спланировала для меня”. Ян Инсюэ обняла свою мать мадам Ся.

Мадам Ся с улыбкой коснулась своей головы. “Ты моя единственная дочь. Для кого еще мне жить, кроме тебя?”

На следующее утро, вскоре после того, как Шэнь Нинхуа встала, пришла горничная и доложила: “Ваше высочество, мисс Ян здесь”.

Ян Инсюэ? Она пришла так рано?

“Впусти ее”.

Ян Инсюэ была тщательно одета. На голове у нее было несколько заколок из бисера, что делало ее лицо размером с ладонь еще более кукольным. Она казалась очень худой под светло-зеленым платьем с большими рукавами и вышивкой пионами. Несуразный размер ее платья подчеркивал ее стройное тело, но скорее в сторону худобы и слабости. “Сестра, я не хотела беспокоить тебя ранним утром”.

Шэнь Нинхуа все еще была одета в белоснежную пижаму. Она сидела перед туалетным столиком и попросила Бай Руо завязать ей волосы.

Когда она услышала слова Ян Инсюэ, то улыбнулась и сказала: “Кузина, о чем ты говоришь? Я была слишком расслаблена в последние дни и поэтому сегодня встала немного позднее. Я даже не накрасилась. Извини, что заставила тебя смотреть на меня, не прибранную и взъерошенную…”

“Нет, что ты! Это я пришла слишком рано! Просто я не привыкла к новому месту жительства”. Ответила Ян Инсюэ, незаметно окидывая спальню Шэнь Нинхуа оценивающим взглядом.

Шэнь Нинхуа улыбнулаь. “Ты хорошо спала прошлой ночью? Горничные тщательно обслужили вас?”

“Да, благодарю! Горничные очень исполнительные и дотошны в своем обслуживании. Просто я немного читаю в постели, и мне нужно некоторое время, чтобы привыкнуть к новому месту жительства.”

Бай Руо собрала волосы Шэнь Нинхуа в пучок и крепко закрепила их шестью маленькими заколками, украшенными серебряными листьями бегонии. Затем она надела золотую заколку феникса с жемчужиной во рту феникса. Она позволила оставшимся волосам водопадом упасть на спину Шэнь Нинхуа и тщательно расчесала их.

“Мисс, вам это нравится?”

Шэнь Нинхуа долго смотрела в зеркало, а затем сняла заколку. “Принцесса Аннинг скоро приедет навестить меня. Ей всегда больше всего нравились заколки из бегонии, так что она обязательно наденет одну из них. Если я тоже надену похожее, это будет некрасиво с моей стороны”.

“Да, я чуть не забыла. Как насчет того, чтобы использовать жемчужно-нефритовую пряжку, подаренную Его Величеством, вместо цветочной заколки для волос?”

“Да, хорошо”. Шэнь Нинхуа на мгновение задумалась и удовлетворенно кивнула.

Бай Руо поспешно встала и открыла шкатулку с драгоценностями, стоявшую на столе. Комната озарилась вспышкой света, вызванного лучами солнца, упавшими внутрь шкатулки и отразившимися от ювелирных украшений. В шкатулке можно было увидеть драгоценные нефритовые заколки для волос, цветочные заколки для волос, золотые цветы и всевозможные другие украшения, ослепляющие своей красотой и изяществом.

Ян Инсюэ лишь мельком взглянула на все это великолепие, но ее сердце затрепетало от шока.

Когда Шэнь Нинхуа закончила одеваться и переоделась в новую одежду, Ян Инсюэ была немного напряжена. Платье Шэнь Нинхуа было простым и даже казалось бы немного невзрачным, но сама девушка обладала естественной и чистой красотой. Ян Инсюэ же, с другой стороны, выглядела несколько громоздкой и непрезентабельной.

Как раз в этот момент вошли горничные, чтобы подать завтрак.

“Кузина, давай позавтракаем вместе”. Шэнь Нинхуа обернулась и сказала: “Цин Цюэ, ступай и пригласи мою тетю”.

“Да, мисс”.

Ян Инсюэ немного поерзала. К счастью, вскоре подошла мадам Ся, и во время завтрака не было ничего, что требовало бы особого внимания, так что она почувствовала, что ей удалось немного вернуть себе лицо.

Вскоре после завтрака Ян Инсюэ хотела вернуться в свой собственный двор, но госпожа Ся остановила ее.

“Нинхуа, твоя двоюродная сестра только что прибыла в столицу, и у нее нет друзей. Я надеюсь, ты сможешь позаботиться о ней.”

Шэнь Нинхуа сразу понял, что она имела в виду. “Тетя, не волнуйся. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы развлечь мою кузину. Принцесса Аннинг скоро приедет. Мы собираемся прогуляться по улицам. Кузина может пойти с нами на прогулку и познакомиться со столицей.”

“Хорошо, хорошо”. Мадам Ся была переполнена радостью. Это действительно было подходящее место для жизни. Первым важным человеком, которого они собирались увидеть, была принцесса. Она могла представить себе, как ее дочь в будущем воспарит к славе.

Вскоре после этого от двери донеслось объявление. Затем быстро подошла девушка, одетая в обычную одежду. “Нинхуа, ваш двор действительно уникален. Мне уже надоело жить во Дворце. Как насчет того, чтобы я попросил отца-императора позволить мне остаться здесь на несколько дней?”

Ее голос предшествовал ее приходу. Сказав это, Бейли Аннинг вошла в комнату. Когда она увидела Ся Цзинцю и Ян Инсюэ, она была слегка ошеломлена. Она обернулась и спросила Шэнь Нинхуа: “Нинхуа, кто эти люди? Представьте нас.”

Шэнь Нинхуа изящно поклонилась. “ Приветствую вас, ваше высочество.

Мадам Ся и Ян Инсюэ тоже поспешно склонили головы в церемонном поклоне.

Бейли Аннинг держала Шэнь Нинхуа за руку и не позволила ей закончить церемонный поклон. “В следующий раз я скажу отцу императору, что ты все еще слишком излишне вежлива со мной. С точки зрения этикета, я должна называть тебя своей старшей сестрой. Я не вынесу, если ты начнешь отдавать мне честь и кланяться. Вы двое, не церемоньтесь.”

Шэнь Нинхуа не стал настаивать на приветствии. Она обернулась и улыбнулась. “Это моя тетя, мадам Ся, а это моя двоюродная сестра Ян Инсюэ. Они только вчера прибыли в столицу и какое-то время оставались со мной. Сегодня мы просто собираемся прогуляться. Мы можем взять с собой мою кузину, чтобы она познакомилась со столицей.”

Услышав это, в голове Бейли Аннинг молниеносно пронеслась череда догадок и выводов: “Ся Цзинъянь была единственной первой дочерью в семье Ся. Эта тетя, по-видимому, была дочерью, рожденной наложницей, которая избежала бедствия. После приезда в столицу ей даже негде было жить, так что у нее не было хорошего образования. Кроме того, она не только жила в особняке принцессы префектуры, но и хотела, чтобы Нинхуа познакомила свою дочь с другими людьми. Вероятно, она хотела использовать имя Нинхуа, чтобы познакомиться с людьми и, возможно, найти богатого зятя.”

Пока она думала об этом, на ее лице не отразилось никаких эмоций. “Ну, тогда давай обойдем все вместе. Моему Второму Брату сегодня нечего делать, поэтому он придет к нам работать кучером. Это избавляет нас от необходимости брать с собой охранника.”

Второй брат принцессы? Это же Второй принц!

Глава 97 - Вы Не Возражаете?

Ян Инсюэ яростно ущипнула себя за ладонь, чтобы прийти в себя от изумления. Второй принц работал у них кучером? Какая великая честь!

Ся Цзинцю снова и снова повторяла дочери: “Тогда поторопись иди уже. Не заставляй его высочество ждать слишком долго.”

Услышав это, Бейли Аннинг с полуулыбкой посмотрела на Шэнь Нинхуа. Подмигнув, она предположила: они ищут покровительства?

Шэнь Нинхуа улыбнулся, ничего не сказав.

Поскольку она собиралась куда-то выйти, Шэнь Нинхуа намеренно переоделась в свободное платье. Одежда Бейли Аннинг тоже была очень простой, свободной и не вычурной. Поэтому, судя по тому, как они были одеты, Ян Инсюэ была самой разодетой.

Когда они вышли через заднюю дверь, то увидели карету, припаркованную у обочины дороги. На месте кучера сидел высокий и прямой мужчина, одетый в черное. Это был Второй принц Бейли Цзиньчуань.

Увидев красивое лицо и необыкновенную харизму Второго принца, Ян Инсюэ была мгновенно ошеломлена. Она подумала, что эти вычурное старичьё в Цзяннани, которые всегда держали в руках веер, были достаточно очаровательны. Теперь ей казалось, что она действительно была лягушкой в колодце и совершенно не разбиралась в светских нравах и обычаях. Только такой мужчина, как Второй принц, красивый и элегантный, был достоин всеобщего восхищения, а те так называемые респектабельные молодые господа, которых она знала, были просто обычными и ни чем не примечательными молодыми людьми.

Услышав шум, Бейли Цзиньчуань поспешно обернулся с улыбкой на лице. “Нинхуа, вот ты где”.

Шэнь Нинхуа подняла глаза и увидела его улыбающееся лицо. Она слегка кивнула и отступила на полшага назад, чтобы позволить Бейли Аннинг первой сесть в экипаж.

Принцесса Аннинг также знала, что было немного неуместно приводить сюда своего Второго Брата без предварительного уведомления, поэтому она поспешно шагнула вперед, чтобы рассеять неловкость. “Второй Брат, ты принес сегодня достаточно денег? Мы собираемся во многие места”.

Бейли Цзиньчуань посмотрел на молчаливую Шэнь Нинхуа, и его глаза слегка блеснули. Затем он кивнул Бейли Аннинг. “Не волнуйся, сегодня за все буду платить я. Вы можете просто наслаждаться покупками”.

“Ха-ха, это здорово. Нинхуа, поторопись, чтобы мой второй брат не отказался от своего слова.”

Ян Инсюэ была очень удивлена. Она не ожидала, что Шэнь Нинхуа будет так просто обращаться со Вторым принцем. Более того, Второму принцу было все равно. Вместо этого его отношение к Шэнь Нинхуа было довольно лестным.

Увидев, что Бейли Аннинг села в карету, Второй принц спрыгнул вниз, чтобы помочь подняться Шэнь Нинхуа. Затем он обнаружил, что на самом деле рядом с ней была другая девушка, которую он никогда раньше не видел. Ему было любопытно. ”Нинхуа, она..." Кто была эта девушка?

Шэнь Нинхуа представила свою гостью. “Это дочь моей тети, моя двоюродная сестра. Ее зовут Ян Инсюэ. Кузина, это Второй принц.”

Увидев, что Второй принц смотрит на нее, Ян Инсюэ покраснела от волнения, и ее голос слегка задрожал. “ Приветствую вас, ваше высочество.

Бейли Цзиньчуань взял ее за руку и остановил ее от церемонного приветствия. “Неудобно раскрывать нашу личность, поскольку мы находимся снаружи. Не нужно церемониться. Поскольку ты двоюродная сестра Нинхуа, ты можешь купить сегодня все, что захочешь, а я оплачу счет.”

Бейли Аннинг рассмеялась. ”Второй Брат, когда ты успел стать таким богатым и щедрым?" Хотя она не хотела, чтобы Нинхуа выходила замуж за Бейли Цзиньчуаня, ей все равно было забавно видеть, как ее Второй Брат, который всегда был чрезвычайно высокомерен, использует деньги, чтобы льстить другим.

Карета проехала всю дорогу и остановилась у ресторана примерно через пятнадцать минут. Шустрый официант тут же шагнул вперед и натянул поводья лошади. “Сколько у вас людей? Наверху есть очень красивые отдельные номера. Не хотите ли один из них?”

Бейли Цзиньчуань повернулся и подождал, пока Шэнь Нинхуа и остальные выйдут из экипажа, прежде чем спросить официанта: “Зал Слив свободен?”

“Да, господин, он все еще доступен”.

“Это хорошо. Пойдем наверх.”

Официант быстро объявил: “Четыре персоны в "Сливовый зал”!"

Хотя Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг изо всех сил старались не выделяться в толпе и оделись в простую одежду, их осанка была выдающейся. Кроме того, одежда Ян Инсюэ была слишком официальной. Они привлекали внимание окружающих людей, как только появлялись в ресторане.

Однако, поскольку Шэнь Нинхуа намеренно опустила голову, чтобы не привлекать внимания людей, большинство людей, естественно, сосредоточили свои взгляды на Ян Инсюэ. Многие люди вздохнули.

“Она действительно красива…”.

”Да, какое сочетание интеллекта и элегантности..."

Ян Инсюэ покраснела еще больше. Она посмотрела на Второго Принца краем глаза, но неожиданно встретилась с ним взглядом, отчего ее щеки полностью покраснели. Она быстро опустила голову. Однако из-за того, что она слишком нервничала, она не заметила ступеньки под ногами и чуть не упала на землю. К счастью, Бейли Цзиньчуань, стоявшая рядом с ней, быстро среагировала. Он потянул ее за рукав, чтобы поддержать.

“Мисс Янг, будьте осторожны”.

“Спасибо, Второй принц”. Лицо Ян Инсюэ было таким красным, что, казалось, горело. Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди, и она почувствовала бесконечную сладость в своем сердце. Второй принц, должно быть, все время смотрел на нее. Иначе он не смог бы столь быстро и своевременно поддержать ее.

Бейли Цзиньчуань, однако, было все равно, и он в мгновение ока забыл об этом пустяковом деле. Если бы он встретил в прошлом такую девушку, как Ян Инсюэ, у него могло бы возникнуть настроение завязать с ней романтические отношения. Но теперь он был полностью одержим Шэнь Нинхуа и не обращал внимания на других. Кроме того, увидев драгоценные жемчужины и нефриты, кому захочется смотреть на песок и щебень?

Но Шэнь Нинхуа заметила всю эту сцену. Казалось, она правильно сделала, что взяла с собой Ян Инсюэ. С Ян Инсюэ в центре это избавило ее от необходимости противостоять Бейли Цзиньчуаню.

Как только они вошли в Сливовый зал и сели, в дверь комнаты постучали, прежде чем они успели сделать глоток чая.

Бейли Цзиньчуань встал и открыл дверь. Пятый принц Бейли Цзиндзе и Чу Цзюньи вошли один за другим.

“Я только что увидел фигуру и подумал, что ошибся. Второй Брат и Аннинг, вы действительно здесь. Ой? Нинхуа тоже здесь.” - сказал Бейли Джинзе.

Бейли Цзиньчуань прервал его и сказал: “Пятый Брат, что ты здесь делаешь с Господином Чу?”

”Просто так получилось, что мы случайно встретились у двери".

Случайно? Было ли в мире такое совпадение, что вы прибыли сразу после того, как они вошли?

Чу Цзюньи взглянул на Шэнь Нинхуа и улыбнулся. “ Действительно, случайно. Какое совпадение. Это судьба. Второй мастер и мисс Аннинг, куда вы направляетесь? Может, прогуляемся вместе?”

Сердце Бейли Цзиньчуаня наполнилось гневом. Прогулка уже была испорчена существованием Бейли Аннинг и Ян Инсюэ. С Бейли Цзиндзе и Чу Цзюньи, какой смысл в прогулке!

“Как я могу тратить ваше время впустую? Мы просто совершаем случайную прогулку и скоро будем возвращаться. Если у тебя есть что-то важное, ты можешь просто заняться своими делами”.

Бейли Цзиндзе направился прямо к столу и сел. Он взял чашку с чаем и сделал глоток. “В последнее время нам нечем было заняться. Второй Брат, ты это знаешь. Я буду следовать за тобой повсюду.”

Улыбка Бейли Цзиньчуаня была несколько неестественной.

Неожиданно Чу Цзюньи последовал за Пятым принцем и тоже сел за стол. “Я просто бесцельно бродил по улице, и у меня не было никаких важных дел, поэтому я хотел бы последовать за вами и юными леди. Второй господин, вы не возражаете?”

“Я не возражаю”. Уголки глаз Бейли Цзиньчуаня дрогнули. Поскольку они так сказали, эти двое определенно не уйдут. О чем ему было думать?

Бейли Цзиндзе держал чашку с чаем, чтобы скрыть улыбку на губах. Он повернулся к Ян Инсюэ, которую никогда раньше не видел, и спросил: “Эта молодая леди выглядит очень незнакомой. Чья она дочь?”

Как раз в тот момент, когда Шэнь Нинхуа собирался заговорить, Ян Инсюэ встала и отдала честь. “Ваше высочество, меня зовут Ян Инсюэ. Мой отец - Левый Супервайзер Пятого ранга класса А, недавно переведенный в столицу.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и закрыла рот. Она взяла чашку и неторопливо отпила два глотка чая. Казалось, что эта двоюродная сестра хотела проложить путь самостоятельно. Это было хорошо, так что, если Ян Инсюэ доставит какие-нибудь неприятности в будущем, ей не придется протягивать руку помощи.

Видя, что Шэнь Нинхуа молчит, Бейли Цзинцзе мгновенно потерял к нему интерес. Он слегка кивнул и сказал: “Приятно познакомиться”. Дочь чиновника Пятого ранга класса А не стоила его внимания.

Бейли Аннинг протянула руку и потянула Шэнь Нинхуа за рукав. Выражение ее лица было исполнено презрения. “Нинхуа, она твоя двоюродная сестра?”

Шэнь Нинхуа знала, о чем она думает. “Да, это верно”.

“Какая она дурочка. Если ее представите вы, то независимо от того, кто она, люди дадут ей какой-то образ, какое-то лицо и будут относиться к ней с уважением. Но она предпочла говорить сама за себя! Если мы случайно бросим кирпич в столице, он попадет в детей нескольких чиновников. Неужели она думает, что простой инспектор пятого ранга класса А уже достаточно силен?” Бейли Аннинг привыкла жить в уединении в своем собственном дворце, но она все еще была принцессой королевской семьи. Всего за короткий промежуток времени она уже повзрослела, и ее предположения об умах людей были очень точными.

Шэнь Нинхуа похлопала ее по руке и сказал: “Разве тебе не нравятся здешние закуски больше всего? Поторопись и ешь. Не сетуй потом о том, что ты голодна.”

“Ах, я бы даже не заметил этого, если бы ты мне не сказала. Оставь мне что-нибудь перекусить. Здешний кондитер действительно хорошо готовит.”

Они вдвоем говорили очень тихо, так что Ян Инсюэ не расслышала их отчетливо. Она видела только выражения лиц окружающих ее людей и смутно понимала, что сделала что-то не так. Выражение ее лица сразу же стало смущенным. Она не хотела терять лицо перед Вторым принцем.

Все закончили есть и немного отдохнули. Затем они встали и пошли в Павильон Сокровищ напротив ресторана.

Бейли Аннинг взяла инициативу на себя и втянула в игру Шэнь Нинхуа. Она закричала: “Где владелец магазина? Достаньте свои самые модные украшения. Не пытайся одурачить нас низкопробным товаром, или я разобью твою вывеску.”

“Иду, иду. Ваша светлость, пожалуйста, будьте милосердны. Я принесу вам лучшие сокровища нашего магазина. Ты можешь выбрать все, что захочешь, и я дам тебе хорошую цену, округлив число в меньшую сторону, хорошо?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Они купили здесь много драгоценностей. Владелец магазина был очень забавным. Каждый раз, когда они делали здесь покупки, они всегда чувствовали себя очень комфортно. “Тогда, Аннинг, тебе нужно выбрать хороший вариант. Владелец магазина сказал, что он даст вам хорошую цену. Вам лучше выбрать тот товар, цена которого составляет 99 таэлей серебра. Это может сэкономить вам много денег”.

Лавочник тут же сморщил лицо и горько взмолился о пощаде: “Ваши светлости, пожалуйста, будьте милосердны. Доход магазина мизерный, а мне нужно кормить семью. Пожалуйста, позволь мне заработать немного денег”.

“Ха-ха, это хорошая идея”. Бейли Аннинг взяла заколку с фениксом и осмотрела ее. “Но я не думаю, что этого достаточно. Мы уже покупали так много вещей раньше, так почему бы вам не подарить нам что-нибудь бесплатно? Эта заколка неплохая. Просто используй это в качестве подарка для нас на этот раз. Лавочник, быстро заверни это.”

“Ваша светлость, эта заколка из бисера стоит пятьсот таэлей серебра. У вас действительно хороший вкус.” На лице лавочника была горькая улыбка, но движения его рук были быстрыми. Как только он закончил говорить, он упаковал заколку для волос из бисера.

Ян Инсюэ потянула Шэнь Нинхуа за рукав и сказала: “Кузина, этот лавочник действительно жалок. Как мы можем так над ним издеваться? Убеди пожалуйста мисс Аннинг.”

Как только она это сказала, все сразу же притихли.

Глава 98 - Создание возможностей для продвижения

Бейли Аннинг нахмурилась. Она сумасшедшая, эта Ян Инсюэ? Какой бы глупой она ни казалась, но должно же у нее быть хотя бы немного мозгов.

Шэнь Нинхуа повернулась и сменила тему. “Кузина, я знаю, что ты хочешь сэкономить деньги Второго Господина, но не волнуйся. У здешних мастеров много денег, так что поторопись и подбери себе несколько шпилек для волос, какие тебе понравились.”

Владелец магазина Павильона Сокровищ вздохнул с облегчением. Он тайком взглянул на Ян Инсюэ. Все эти люди были необычайно богаты и для магазина были самыми желанными посетителями. Хотя они приходили не очень часто, но каждый раз, когда они приходили, то количество денег, которые они тратили, было бы достаточно, чтобы сравнить с половиной ежемесячного дохода магазина. Кроме того, они, очевидно, были очень влиятельными людьми. Поэтому он всегда будет стараться изо всех сил, чтобы эти две молодые леди были счастливы! Сегодня эта девушка чуть не уничтожил его магазин.

”Мисс, я упаковал этот подарок и готов отдать его вам". Деньги, которые потратили эти девушки, уже позволили ему заработать значительную сумму. И даже если он раздаст еще несколько подарков, это все равно позволит остаться в значительной прибыли.

Бейли Аннинг тут же рассмеялась. “Хорошо, Нинхуа, пойдем собирать наши безделушки”.

"Хорошо." Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на бледное лицо Ян Инсюэ, и слегка нахмурилась. Она не ожидала, что ее двоюродная сестра доставит ей столько беспокойства. Но, похоже, она ее переоценила.

“Нинхуа, поторопись и посмотри. Эта красная заколка для волос действительно хорошо сделана. Она так подойдет к моим нарядам! Даже цветовая гамма моего дома подходит к этому украшению! Просто удивительно! Забери это обратно для нас.” Бейли Аннинг развернула Шэнь Нинхуа к себе. Время от времени она брала в руки драгоценный камень и примеряла его на голову Шэнь Нинхуа. Владелец магазина ждал в стороне и держал стопку упакованных украшений, улыбаясь своим морщинистым лицом.

Лицо Ян Инсюэ побледнело, когда она наблюдала за происходящим со стороны. Она почувствовала, как холодный пот выступил у нее на спине, и ей стало совсем не по себе.

“Мисс Ян, похоже, нездоровится. Как насчет того, чтобы посидеть рядом и выпить чаю? Каждый раз Аннинг требуется много времени, чтобы закончить покупки.” В нежном голосе Бейли Цзиндзе чувствовалось слабое утешение.

Ян Инсюэ подняла голову, чтобы посмотреть на его нежную улыбку, и ее сердце вспыхнуло благодарностью. “Спасибо, Пятый Господин”.

Бейли Джинзе улыбнулся. Выражение его лица было таким же нежным, как весенний ветерок в марте, и он не проявлял никаких признаков своей прежней отчужденности. Они вдвоем сидели рядом и вскоре познакомились друг с другом. К тому времени, как Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг закончили покупать заколки для волос, они практически стали близкими друзьями.

Глаза Ян Инсюэ ярко засияли, и ее поведение стало более непринужденным.

Бейли Цзиньчуань охотно потратил несколько тысяч таэлей серебра и вернулся в ресторан с кучей драгоценностей.

После короткого обеда Шэнь Нинхуа встала и попрощался с ними: “Уже поздно. Моя двоюродная сестра и я вернемся первыми. Аннинг, когда ты будешь свободна, приходи ко мне домой, поболтаем или будем вместе заниматься рукоделием”.

“Хорошо, хорошо”. Хотя Бейли Аннинг не получила удовольствия в полной мере, она послушно встала, чтобы проводить Шэнь Нинхуа, не произнеся более ни слова.

Но Ян Инсюэ поднималась со своего места с заметной неохотой. Утром у нее даже не было возможности поговорить со Вторым принцем. Как она могла вот так уйти?

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно стали холодными. “Кузина, нам давно пора возвращаться. Иначе тетя будет волноваться.”

Сердце Ян Инсюэ затрепетало, и на мгновение она не могла дышать. Но в конце концов, у нее не хватило смелости сопротивляться и она последовала за Шэнь Нинхуа.

Всю дорогу Ян Инсюэ была очень молчалива. Вернувшись в Особняк Принцессы префектуры, она даже не попрощалась и сразу направилась к павильону Цуйчжу.

Бай Руо недовольно нахмурилась. Эта Ян Инсюэ посмела так неуважительно обращаться с мисс. “Мисс...”

“Все в порядке. Оставь ее в покое.

Сказав это, Шэнь Нинхуа пошла обратно, но внезапно услышала крик, за которым последовал всплеск воды, словно что-то тяжелое упало в воду.

“Ах, помогите, помогите!”

Зрачки Шэнь Нинхуа сузились, когда она поспешно приказала Цин Цюэ: “Цин Цюэ, иди и помоги ей выбраться”.

“Да, мисс”. Цин Цюэ стрелой рванула к пруду. Одной рукой она схватилась за перила, а другой - за воротник Ян Инсюэ.

“Кхе-кхе...” Ян Инсюэ прикрыла грудь и закашлялась. Ее лицо покраснело от кашля. Она изумленно уставилась на Шэнь Сюаньлинь, который стоял недалеко от нее. “Ты…Почему ты толкнул меня?”

Она шла по тропинке, но этот мальчик внезапно столкнул ее в пруд.

Ся Цзинцю подбежал к нему. Она увидела эту сцену и сразу же заплакала со слезами на лице. “Девочка моя, что с тобой случилось? Разве ты не ходил на прогулку? Почему ты упала в воду?”

Лицо Ян Инсюэ было смертельно бледным, она дрожала от холода. “Мама, я не знаю. Я шла, и этот ребенок внезапно врезался в меня и прямо сбил меня в воду”.

“Мое бедное дитя...” Ся Цзинцю обняла Ян Инсюэ, и они вместе заплакали.

Шэнь Сюаньлинь стоял в стороне, поджав губы в злобной гримасе, сохраняющейся на его лице. Его глаза были полны гнева. Он был раздражен. Как эта кузина осмеливалась так неуважительно относиться к своей старшей сестре, которая предоставила ей жилье. Она действительно понятия не имела о своем собственном статусе.

Шэнь Нинхуа быстро подошел к нему. Увидев выражение лица Шэнь Сюаньлинь, ее лицо сразу же стало холодным. “Сюаньлинь, извинись”.

“Старшая сестра, я не собираюсь извиняться перед этим человеком”. Шэнь Сюаньлинь внезапно повернул голову.

Шэнь Нинхуа нахмурился. “Я повторяю, попроси прощения”.

“Старшая сестра, я не сделал ничего плохого...”

“Как ты можешь говорить, что не сделал ничего плохого? Что ты сказал раньше? Неужели мои слова теперь для тебя ничего не значат?” Шэнь Нинхуа строго посмотрел на него.

Выражение лица Шэнь Сюаньлина изменилось. Он стиснул зубы и свирепо посмотрел на Ян Инсюэ. Затем он развернулся и выбежал. Эта женщина явно была очень плохой. Он поступил правильно, поэтому не стал извиняться.

Ся Цзинцю подняла голову и сказала: “Нинхуа, этот ребенок, должно быть, твой младший брат Шэнь Сюаньлинь. Он такой властный в таком юном возрасте. Когда он вырастет, он станет неуправляемым”.

Взгляд Шэнь Нинхуа был строгим. “Цин Цюэ, схвати его и приведи обратно”.

“Да, мисс”. Цин Цюэ прыгнула вперед и одной рукой отбросила Шэнь Сюаньлина назад.

“Отпусти меня, тетя Цин Цюэ, отпусти меня”.

“Сюаньлинь, я собираюсь спросить тебя в последний раз. Ты извиняешься или нет?”

"Нет." Шэнь Сюаньлинь оставался упрямым.

Шэнь Нинхуа, казалось, потеряла терпение. Она повернулась и подозвала охранников. ”Дайте Шэнь Сюаньлиню пятнадцать ударов".

Старшая Сестра хотела избить его! Она что, настолько рассердилась на него? Но прежде чем он успел сказать что-либо и оправдаться, охранники немедленно шагнули вперед и усадив Шэнь Сюаньлина на табурет, отвесили ему пятнадцать ударов своими дубинками.

Шэнь Сюаньлинь стиснул зубы и не издал ни единого крика боли. Он только так сильно вцепился в край скамейки, что его ногти наполнились щепками. Шэнь Нинхуа холодно смотрел на него, пока все пятнадцать ударов не достигли тела мальчика. Затем она повернулась, чтобы посмотреть на Ся Цзинцю, и сказала: “Тетя, я плохо учила Сюаньлинь. В будущем я буду дисциплинировать его должным образом. Позвольте мне извиниться перед моей кузиной от его имени за его ужасный проступок.”

Ся Цзинцю нахмурилась и посмотрела на одежду Шэнь Сюаньлинь, которая была испачкана кровью. Казалось, она была очень довольна исходом сложившейся ситуации. “На этот раз забудь об этом. Ах, моя бедная Инсюэ, я отведу тебя переодеться.”

Шэнь Нинхуа повернулась и проинструктировала Бай Руо. “Иди и попроси доктора Чжан Нянь осмотреть моего двоюродного брата. Кроме того, возьми несколько хороших трав женьшеня с моего склада и отправь в дом моего двоюродного брата.”

“Да, мисс”.

Ся Цзинцю, которая возвращалась к себе во двор, слегка усмехнулась, она была довольна.

Вернувшись в павильон Цуйчжу, Ян Инсюэ хотела немедленно принять ванну и переодеться, но Ся Цзинцю остановила ее и сказала: “Инсюэ, подожди”.

“Мама, я замерзаю до смерти. Чего ты хочешь от меня?” Настроение Ян Инсюэ было настолько плохим, что она не могла не стряхнуть руку Ся Цзинцю.

“Ты глупый ребенок”, - поспешно одернул ее Ся Цзинцю. “Ты сегодня встречалась со Вторым принцем?”

Подумав о Втором принце, Ян Инсюэ внезапно покраснела. Нетерпение в ее глазах значительно уменьшилось. “Что ж, Второй принц - мудрый и могущественный человек. Он чрезвычайно... красив.” Она говорила медленно, чувствуя, что трудно четко описать поведение Второго принца какими-либо словами.

Когда Ся Цзинцю увидела выражение ее лица, она сразу же улыбнулась и сказала: “Глупая девчонка, значит, ты хочешь снова увидеть Второго принца?”

Ян Инсюэ сердито посмотрела на нее, но в конце концов не смогла устоять перед желанием в своем сердце. “Конечно, я хочу увидеть его снова”.

“Вот и все”.

“Мне было интересно, какой предлог мог бы заставить Второго принца прийти и увидеть тебя снова, но теперь этот предлог уже доставлен к моей двери”.

Ян Инсюэ все еще не понимала. Ся Цзинцю быстро вошел в комнату и достал нефритовую шкатулку. Она достала из коробки красную таблетку и сказала: “Съешь ее, и твой пульс ослабеет, и у тебя будет длительная лихорадка”.

“А мне это не повредит?” обеспокоенно спросила Ян Инсюэ.

“Ты думаешь, твоя мать причинит тебе вред? Не волнуйся, у меня есть специалист, который сделает эту таблетку. Это не повредит твоему организму. Более того, эта таблетка также выведет некоторые токсины из твоего организма во время лихорадки и сделает вас еще более красивой и привлекательной ”.

Глаза Ян Инсюэ внезапно загорелись. “Мама, каждый раз, когда отец ходила во двор наложниц, ты заболевала. Это та таблетка, которую ты принимала.”

Ся Цзинцю кивнула головой и не стала этого отрицать. “Ну, хорошо, это должно быть как раз вовремя. Сначала прими это лекарство, а потом иди и переоденься.”

Ян Инсюэ радостно кивнула и с радостью в сердце направилась во внутреннюю комнату.

Час спустя пришла Чжан Нянь и пощупала пульс Ян Инсюэ. “Мисс Ян слаба и простудилась. Я пропишу ей какое-нибудь лекарство. Она должна быть в порядке после приема его в течение нескольких дней.”

Ся Цзинъянь и Ян Инсюэ посмотрели друг на друга и улыбнулись друг другу.

Когда Чжан Нянь вышел из павильона Цуйчжу, Хун Лин поприветствовал его. ”Доктор Чжан, ее высочество хочет вас видеть".

“Хорошо, пошли”.

Во дворе Жуйси Шэнь Нинхуа попросил Бай Жо принести Чжан Нянь чаю. Затем она спросила: “Доктор Чжан, спасибо вам за то, что проделали весь этот путь сюда. Как поживает моя кузина?”

“Мисс Ян должна быть в порядке, но, похоже, она приняла лекарство, которое ослабило ее организм. Это очень похоже на симптомы простуды. Я прописал какое-то питательное лекарство. После того, как она примет его, с ней все будет в порядке.”

Взгляд Шэнь Нинхуа скользнул по фигуре доктора. Она не ожидала, что Ян Инсюэ действительно может так подшутить над ней. “Спасибо вам, доктор Чжан, за то, что сказали мне правду”.

“Это пустяки. Доктор Чен высоко отзывается о ваших медицинских навыках. Если будет возможность, я надеюсь поговорить с вами”. Хотя Чжан Нянь был далек от политики и материальных интересов, он был чрезвычайно одержим медицинскими навыками.

“С удовольствием. Я обязательно спрошу вашего совета, если у меня будет такая возможность в будущем”.

Чжан Нянь выпил чашку чая, попросила у Шэнь Нинхуа кувшин вина и ушел довольный.

Лицо Шэнь Нинхуа потемнело. “Хун Лин, пошли кого-нибудь присмотреть за павильоном Цуйчжу. Я не возражаю против того, чтобы Ян Инсюэ использовала меня в качестве трамплина для взлета по ветвям, но я не позволю, чтобы в моем особняке произошло что-то постыдное. Если что-нибудь случится, вовремя доложите мне.”

“Да, мисс. Не волнуйся. Я обязательно попрошу кого-нибудь внимательно следить за ними”.

Шэнь Нинхуа был немного встревожен. “Как там Сюаньлинь?”

Бай Руо стало немного жаль его. “Мисс, молодого мастера Сюаньлина отправили обратно, и он лежал на кровати, не говоря ни слова. Он даже ничего не ел. Почему бы тебе не пойти и не посмотреть?” Молодой господин Сюаньлинь выглядел таким жалким, что она не могла этого вынести.

Шэнь Нинхуа вздохнула. Затем она встала и направилась ко двору Шэнь Сюаньлинь.

В комнате Шэнь Сюаньлинь лежал на животе на кровати в оцепенении. Его глаза были плотно закрыты, но он не мог остановить текущие слезы. В конце концов, он, казалось, разозлился и уткнулся головой в одеяло, как брошенный маленький детеныш.

Когда Шэнь Нинхуа вошла в комнату, она увидела мальчика, прятавшегося на кровати, как страус. Она сразу же не поняла, злиться ей или смеяться. ”Ты прикладывал лекарство к ране?"

Услышав голос, которого он так долго ждал, Шэнь Сюаньлинь внезапно поднял голову. Он хотел встать, но вдруг снова упал на кровать. Он только пристально смотрел на Шэнь Нинхуа. Его темные глаза, омытые слезами, загорелись, но в них была какая-то неловкость и смущение. “Старшая сестра, почему ты заботишься обо мне? Просто забей меня до смерти.”

“Тогда, похоже, ты больше не хочешь меня видеть. Я пойду.”

“Нет, Старшая Сестра!”

Глава 99 - Вторая Принцесса Была Серьезно Больна?

Видя, что Шэнь Нинхуа действительно собирается уходить, Шэнь Сюаньлинь встал с кровати, несмотря на свою рану, но его охватила сильная боль. Ягодицы и спина болели так, что он упал навзничь и скатился с кровати.

Шэнь Нинхуа поспешно шагнула вперед, чтобы помочь ему подняться. “Ты и так достаточно глуп. А если, падая, сделаешься еще глупее?”

Услышав дразнящий тон Шэнь Нинхуа, Шэнь Сюаньлинь поспешно поднял голову и растеряно улыбнулся. “Старшая сестра, ты перестала сердиться на меня?”

Шэнь Нинхуа накрыла его одеялом и села рядом с ним. Она серьезно сказала: “Сюаньлинь, понимаешь какие ошибки ты совершил?”

Шэнь Сюаньлинь убрал улыбку и сказал несколько обиженным тоном: “Старшая Сестра, я хотел проучить ее, потому что видел, что она была неуважительна к тебе”.

“Я знаю, что ты сделал это для моего блага, и я тронута. Но основная проблема в том, что ты поступил импульсивно и опрометчиво. А я не хочу чтобы ты был таким по жизни, не думающим, поступающим в угоду своим желаниям.”.

Глаза Шэнь Сюаньлина расширились, и он ничего не понял. “Старшая Сестра, Я...”

“Разве ты не понимаешь? Во-первых, вы открыто напали на нее, а это значит, что куда бы вы ни пошли, она может найти людей в качестве свидетелей, чтобы обвинить вас. Во-вторых, она была неподготовлена и не владела боевыми искусствами. Поэтому ты легко бросил ее в пруд. Но что, если она была такой же искусной, как Цин Цюэ? Что бы ты сделали, если бы вместо этого она бросила тебя в воду? В-третьих, ты не знаешь и не понимаешь, как надо быть гибким в решении проблем. Я позволила тебе извиниться, чтобы дать тебе шанс все исправить. Но ты не услышал меня. Ты думал только о том, чтобы дать выход гневу. Ты был счастлив после того, как выпустил свои эмоции и гнев. Но как насчет ощущений от ударов дубинкой? Разве это не больно? В-четвертых, Ся Цзинцю - твоя тетя, а Ян Инсюэ - твоя двоюродная сестра. Ты можешь неуважать и презирать их в глубине своей души, но ни в коем случае ты не должен показывать этого на людях и не давать повода против себя. Ты понимаешь?”

Услышав эти слова, Шэнь Сюаньлинь на мгновение замолчал и погрузился в глубокую задумчивость.

Шэнь Нинхуа сидела в стороне, не мешая ему. Она спокойно наблюдала и хотела посмотреть, как много он сможет уяснить для себя. Какие выводы он способен сделать после ее слов. Этот ребенок был упрямым. Даже если бы он хотел в будущем стать генералом, а не ученым, ему все равно было бы легко подставиться без чьей-либо защиты, потому что такой его недостаток как горячность был слишком очевиден.

Через некоторое время Шэнь Сюаньлинь поднял голову и сказал с подавленным выражением лица: “Старшая Сестра, я чуть не причинил тебе большие неприятности. Мне очень жаль.”

“Это не имеет значения. Ты можешь учиться на своих ошибках. В Особняке Принцессы Префектуры я могу защитить тебя, а ты можешь совершать ошибки. И учиться на них. Но как только ты выйдешь из дома, ты должен сам знать границы”.

Шэнь Сюаньлинь прикусил губу и сказал: “Старшая Сестра, я знаю, что ты права, но иногда я просто не могу себя контролировать. Особенно когда эта Ян Инсюэ была груба с тобой, я не мог вынести ее высокомерия.”

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала.

“Старшая Сестра, не сердись на меня. Мастер Лю Юнь сказал мне, что причина, по которой люди выбирают быть мастерами боевых искусств, заключается в том, что у нас есть то, что мы клянемся защищать ценой своей жизни. Поэтому мастера боевых искусств, пока они не умрут, никогда не отступят! Старшая Сестра, ты тот человек, которого я хочу защитить, поэтому я не буду смотреть, как над тобой издеваются.”

Сердце Шэнь Нинхуа дрогнуло. На мгновение она не смогла ничего сказать. Глядя в его искренние глаза, она почувствовала, как у нее от нахлынувших чувств сжалось горло.

“Старшая Сестра, ты сердишься на меня. Мне жаль, что я снова разозлил тебя. Ты можешь ударить меня. Моя кожа грубая, и я совсем не чувствую боли, но я... я действительно не могу смотреть, как над тобой издеваются.” Руки и ноги Шэнь Сюаньлина онемели от эмоций, и на мгновение он почти забыл, как говорить.

Шэнь Нинхуа внезапно подняла руку и положила ее ему на лоб.

Ладонь несла сухое тепло, которое проникло от его лба к сердцу. Шэнь Сюаньлинь застыл и не смел пошевелиться.

“Сюаньлинь, ты права, а я ошибалась. Ты - мастер боевых искусств, мастер боевых искусств с истинным сердцем защиты. Поэтому в будущем ты можешь делать то, что считаешь правильным, и я поддержу тебя”. Она хотела, чтобы этот ребенок был утонченным и тактичным. Это, несомненно, сделало бы его жизнь намного проще, но в то же время это также задушило бы его сердце как мастера боевых искусств. Это действительно навредило бы ему.

Возможно, он и не смог бы стать влиятельным высокопоставленным чиновником при дворе, но он мог бы стать самым острым клинком в руке императора, одерживая победу везде, где император нуждался в нем. Все, что ей нужно было сделать, это убедиться, что он не сломается легко, и предоставить ему критерий в нужное время.

“Старшая сестра, ты действительно не сердишься?”

“Конечно, это не так. Буду ли я лгать тебе?” Шэнь Нинхуа коснулась своего лба. Его пушистые волосы смягчили ее сердце. “Я не буду заставлять тебя притворяться, что ты близок с Ян Инсюэ, но есть некоторые вещи, на которые тебе все еще нужно обратить внимание. Ты можешь провести четкую границу между тем, кого ненавидеть и кого любить, но тебе также нужно использовать свой мозг. Думай больше, понял?”

"Да. Старшая сестра, я также знаю, что на этот раз мне повезло, и в будущем я буду больше использовать свой мозг. Однако, если она будет издеваться над тобой, я обязательно постою за твою честь и за тебя.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и потерла голову. “Сюаньлинь, через два дня я найду тебе приятеля. Он примерно твоего возраста, так что вы можете учиться друг у друга.”

“Хорошо, как прикажете”.

Покинув двор Инъюэ Шэнь Сюаньлина, Шэнь Нинхуа медленно вошла в павильон в саду с задумчивым выражением лица.

Бай Руо взял плащ и накинула его на нее. “Мисс, будьте осторожны с холодом. Вы можете потратить свое время на обучение Молодого мастера Сюаньлина в будущем. Не злись и не причиняй вреда себе и своему организму.”.

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Сюаньлинь очень хорош, но моя идея всегда в отношении него была ошибочной”.

“Мисс...”

“Я шаг за шагом уничтожала семью Чжао и контролировала семью Шэнь, надеясь, что однажды смогу освободиться от ограничений и жить спокойно. Теперь я принцесса префектуры, но мне приходится жить осторожно и даже воздерживаться от частых банкетов, боясь вызвать подозрения окружающих. Если бы не слова Шэнь Сюаньлинь, я не знаю, сколько времени мне потребовалось бы, чтобы проснуться. Титул принцессы префектуры был просто неожиданной удачей. Но будет жаль, если я его потеряю. Я была просто обломком, и мне не нужно превращаться в хрупкий фарфор. Хотя осторожность только сделает мою жизнь еще более удушливой.”

Глаза Шэнь Нинхуа были полны сияния, как будто они вобрали в себя все звезды на небе.

Бай Руо была ошеломлен. Когда она пришла в себя, то почувствовала, что Шэнь Нинхуа несколько изменился, но она не могла точно сказать, в чем заключалась разница. Посмотрев на нее в течение долгого времени, она произнесла только одну фразу: “Мисс, вы кажетесь еще красивее, чем раньше”.

“Ха-ха, ты также научилась у Хон Лин, как льстить мне. Ладно, уже поздно. Давай вернемся и отдохнем.” Шэнь Нинхуа счастливо улыбнулась. Она никогда раньше так ярко не улыбалась, и Бай Руо была изумлена. Она отреагировала только после того, как Шэнь Нинхуа отошла довольно далеко. Похлопав себя по раскрасневшимся щекам, она быстро побежала догонять Шэнь Нинхуа.

На следующее утро горничная из павильона Цуйчжу пришла с докладом. Ся Цзинцю сказала, что лекарство было настолько дорогим, что она не могла продолжать брать лекарственные ингредиенты с частного склада Шэнь Нинхуа. Она хотела позволить горничной покупать лекарства в аптеках на улице.

Шэнь Нинхуа никак не отреагировала. Она сразу же махнула рукой и согласилась. “Ну, раз она так думает, пусть покупает лекарства на улице”.

Хонг Лин поджала губы, слушая. Ся Цзинцю просто хотел сообщить новость о болезни Ян Инсюэ. Почему она должна устраивать такой фарс?

Позавтракав, Шэнь Нинхуа накрасилась и направилась к павильону Цуйчжу.

“Тетя, как поживает моя двоюродная сестра? Ей стало лучше?”

Лицо Ся Цзинцю было полно усталости и беспокойства. “Нинхуа, слава богу ты здесь. Инсюэ в порядке. Когда я родила ее, я была сама по себе слабой девушкой. Поэтому не мудрено, что и мой новорожденный ребенок родился тоже слабым. Легкий озноб мог заставить ее простудиться. Это не должно иметь значения, если о ней хорошо заботятся.”

“Итак, у моей двоюродной сестры было слабое здоровье с тех пор, как она родилась. О ней нужно хорошо заботиться.” Шэнь Нинхуа взглянула на Ян Инсюэ, которая, казалось, спала на кровати с обеспокоенным выражением на лице. “Я слышал, что у доктора Чена есть рецепт для лечения врожденной слабости. Я пришлю кого-нибудь за ним позже. Мне надо будет для себя переписать этот рецепт, чтобы в будущем помочь восстановить здоровье моей двоюродной сестры.”

“Доктор Чен? Вы имеете в виду доктора Чена из Имперского института здравоохранения?” Ся Цзинцю была потрясена.

“Да, именно он. Тетя, не волнуйся. Мы с доктором Ченом знакомы. Это не будет проблемой, если я захочу получить от него рецепт для лечения врожденной слабости.” Шэнь Нинхуа улыбнулась, но свет в ее глазах казался холодным.

“Нет, в этом нет необходимости”. Ся Цзинцю поспешно остановила ее. Она надеялась, что Ян Инсюэ сможет вступить в королевскую семью и подняться на верхние ветви. Самое важное, что учитывала королевская семья при выборе невестки, - была ли она здорова или нет. Если бы этот инцидент стал известен наверху, касательно врожденной слабости Ян Инсюэ, для нее было бы невозможно выйти замуж за члена королевской семьи.

“Нинхуа, Инсюэ нужно только выздороветь. Это не так уж серьезно. Разве вы вчера не позвали доктора Чжана, чтобы он помог ей поставить диагноз? Лучше не беспокоить доктора Чена. В противном случае отплатить за эту услугу будет нелегко.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Ваши слова, тетя, разумны, но действительно ли здоровье моей дорогой двоюродной сестры в порядке?”

“Да, не переживай, все хорошо”, с уверенностью сказал Ся Цзинцю.

“Хорошо, тогда я пожалуй пойду. Если вам что-нибудь понадобится, просто позвольте слугам прийти и сказать мне.”

“Хорошо, хорошо”. Отослав Шэнь Нинхуа, Ся Цзинцю поспешно предупредила своего доверенного подчиненного. “Иди купи лекарство. Просто скажите им, что мисс чувствует себя некомфортно, потому что она впервые живет в столице. Не упоминай ни о чем в особняке, понятно?”

“Да, госпожа”.

Когда в комнате больше никого не было, Ян Инсюэ, которая притворялась спящей в кровати, открыла глаза и обеспокоенно посмотрела на Ся Цзинцю. “Мама, Шэнь Нинхуа что-нибудь нашла? Я всегда чувствовала, что она рассуждает и выглядит как-то странно. Казалось, она ходит вокруг да около.”

Ся Цзинцю надолго задумалась и покачала головой. “Может, и нет. Возможно, мы слишком много беспокоимся. Инсюэ, столица не похожа на Цзяннань, и мы мало что знаем о многих вещах, поэтому нам нужно набраться терпения. Недостаток терпения в мелочах расстраивает великие планы. В будущем мы должны терпеть это, как бы тяжело это ни было”.

Ян Инсюэ кивнула, и в ее глазах вспыхнула ревность. В конце концов, она подавила свой гнев и сказала: “Да, я понимаю. Мама, Второй принц действительно придет повидаться со мной?”

“Вы двоюродная сестра принцессы префектуры Чжаохуа, и вы также встречались со Вторым принцем. Если он получит новости, он обязательно проявит некоторый такт и поступит согласно этикету. Более того, даже если он не придет, разве мы не можем найти способ пригласить его к нам? Не волнуйся, я уже все спланировала для тебя. Просто подожди.”

Услышав слова Ся Цзинцю, Ян Инсюэ почувствовала облегчение. Она натянула одеяло, чтобы скрыть сияющую улыбку на своем лице, и ее глаза были полны предвкушения. "Да. Спасибо тебе, мама.”

Менее чем через два дня Бейли Аннинг привела нескольких охранников и пришла в особняк Шэнь Нинхуа. Как только она вошла, она тут же взяла со стола немного десерта и съела.

Видя, что она торопится поесть, Шэнь Нинхуа поспешно протянула ей чашку чая и с улыбкой спросила: “Они перекрыли вам доступ к еде во Дворце?”

“Как ты думаешь, для кого я это делаю?” Бейли Аннинг сделала глоток чая и проглотила десерт. “Я получил новости сегодня рано утром. Я только что набила полный рот еды и сразу же выбежала, чтобы сообщить тебе эту новость.”

"Хм? Что за новость такая важная?”

“Мой Второй Брат услышал, что ваша двоюродная сестра больна, и он хочет навестить ее. Он должен быть здесь с минуты на минуту!”

Шэнь Нинхуа не слишком удивилась. ”Да, я уже ожидала этого".

Бейли Аннинг с любопытством спросила: “Как ты узнала?”

Как раз в тот момент, когда Шэнь Нинхуа собиралась заговорить, от двери в панике вбежал охранник и сказал Бейли Аннинг: “Ваше высочество, есть новости из особняка принца Де, префектуры. Принцесса префектуры Де серьезно больна. Вполне вероятно, что... что она...

Принцесса префектуры Де? Вторая принцесса Чжоу!

Глава 100 - Кто Будет Смеяться Последним?

Услышав эту новость, Бейли Аннинг внезапно встала со своего места и с нерешительностью в глазах посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, здоровье Второй невестки всегда было хорошим. Почему она вдруг так серьезно заболела? Есть ли какая-то причина, по которой...”

Сердце Шэнь Нинхуа было леденяще холодным. “Ваше высочество, сначала идите и посмотрите. Если возможно, позовите доктора Чена.”

“Хорошо, да”.

На сердце у принцессы Аннинг было неспокойно, когда она поспешно ушла со своими слугами. Сердце сжималось от страха и нехороших предчувствий. Ее отношения с мадам Чжоу не были близкими, поэтому она как-то не беспокоилась о ней. Однако сейчас она смутно чувствовала, что болезнь мадам Чжоу должна быть во многом связана с Шэнь Нинхуа. Неужели ее Второй Брат сделал что-то необычное?

Шэнь Нинхуа чувствовала себя немного беспокойно, поэтому она позволила Бай Руо взять половину тома буддийских писаний и медленно каллиграфически переписала его. Через некоторое время она почувствовала, что успокаивается.

Внезапно из окна влетела птица с зеленым оперением и легко приземлилась на стол. Он дважды чирикнул Шэнь Нинхуа, и Шэнь Нинхуа сняла записку, привязанную к птичьей лапке. Прочитав содержимое, ее лицо окаменело и покрылось маской холода.

“Мисс, у двери охранник, приглашающий вас в особняк Принца префектуры. Он сказал, что Вторая принцесса хочет тебя видеть.”

Шэнь Нинхуа уничтожила записку, которую держала в руке, и нахмурилась. Она никогда раньше не встречалась со Второй Принцессой. Почему она хотела ее видеть, особенно когда та была серьезно больна? Происходит что-то не просто необычное, а из ряда вон выходящее…

Бай Руо быстро вошла. “Мисс, Особняк Второго принца прислал за вами экипаж. Он был припаркован у входа в наш особняк.”

В глазах Шэнь Нинхуа вспыхнул холодный огонек. Она усмехнулась. “Похоже, у меня нет другого выбора, кроме как прыгнуть в эту ловушку. Бай Руо, помоги мне переодеться и возьми с собой мою аптечку. Хотела бы я посмотреть, какие козыри Второй принц припрятал в своих рукавах!”

Шэнь Нинхуа привела Цин Цюэ и Бай Жо в особняк принца Де префектуры. Как только она приехала, кто-то провел ее внутрь. “Ваше высочество, наконец-то вы пришли. Наша принцесса уже давно ждет тебя.”

Шэнь Нинхуа молча последовала за ним без малейшего намерения заговорить.

Говоривший человек, который был дворецким особняка, почувствовал холодок в сердце. Он незаметно поднял голову, чтобы посмотреть на выражение лица Шэнь Нинхуа, но был напуган холодным взглядом Цин Цюэ. Поэтому он поспешно снова склонил голову и молча пошел впереди.

Когда они прибыли на задний двор особняка, Шэнь Нинхуа сразу же нахмурилась. На самом деле в этом дворе было посажено много ирисов "Серебряная звезда". Это было не в период цветения, но там все еще цвело много цветов, как будто на них не повлияла холодная погода.

“Вторая принцесса больше всего любит ухаживать за этими цветами. Цветы в других дворах не будут цвести. Лучше всего цветут только те цветы, о которых она заботится.”

”Нинхуа, ты здесь". Бейли Цзиньчуань вышел из комнаты с усталым выражением лица и слегка покрасневшими глазами. Она не знала, было ли это из-за того, что он засиделся допоздна или от того, что ему было тревожно и грустно.

“Приветствую вас, Ваше высочество. Могу я узнать, почему Вторая принцесса вдруг пригласила меня к себе?” спросила Шэнь Нинхуа, внимательно наблюдая за выражением лица Бейли Цзиньчуань. Она хотела найти какие-то подсказки по его лицу, но все было напрасно.

Бейли Цзиньчуань потер лоб и выглядел очень усталым. “Я не знаю. Когда императорский врач сказал, что она заболела, то принцесса попросила о встрече с вами. Сначала я не согласился, но…Нинхуа, ради ее нынешнего состояния, пожалуйста, пойдите и навестите ее. Но не волнуйся, я буду наблюдать из кабинета и не позволю ей причинить тебе вред.”

Шэнь Нинхуа бесстрастно скривила губы и вошла в комнату мадам Чжоу.

Как только она вошла, Шэнь Нинхуа внезапно нахмурился. Запах в комнате был очень резким и почти удушающим. Погода на улице была не слишком холодной, но в комнате все еще горели три горшка с углем. Запах лекарств и слабый запах крови пропитали комнату после того, как она была нагрета угольным камином. Даже здоровый человек мог бы почувствовать себя больным в такой комнате.

Услышав звук открывающейся двери, с кровати внезапно высунулась рука и слабо помахала в воздухе. Затем Шэнь Нинхуа услышал хриплый голос. “Кхе-кхе…Это Шэнь Нинхуа?”

”Нинхуа приветствует Ваше высочество".

“Ха-ха, что я за Высочество? Я просто умирающий человек. Ваше высочество? Ха-ха.”

Шэнь Нинхуа стоял посреди комнаты. Она не двинулась вперед и никак не отреагировала на самоиронию мадам Чжоу. Вместо этого она прямо спросила: “Могу я узнать зачем вы позвали меня?”

“Я просто хочу увидеть тебя”. Человек в кровати пошевелился, как будто хотел сесть. Однако ей это не удалось даже после долгой борьбы. Она только схватилась за занавеску и показала половину своего худого лица.

“Мы никогда раньше не встречались. Интересно, почему ты хочешь меня видеть?”

Мадам Чжоу, казалось, услышала что-то чрезвычайно забавное. Она долго смеялась и, наконец, задохнулась. “Ты никогда не видел меня, но я видел тебя. И я очень хорошо тебя знаю.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Настроение мадам Чжоу было переменчивым и крайне неустойчивым, как будто ее накачали наркотиком, вызывающим безумие.

“Тебе, должно быть, интересно, почему я тебя знаю. Ха-ха, это очень просто. Я слышала о тебе от своего мужа. Ты, наверное, не знаешь. Мой муж без ума от тебя. В кабинете висит твой портрет, а в его свитке есть рецепт, написанный вами. Он почти вписал тебя в свое сердце. Ты - белый лунный свет в его сердце. Он накажет любого, кто произнесет твое имя. Но ты ничего из этого не знаешь!”

“Вы говорите необдуманные слова, ваше высочество”. - холодным голосом предупредила Шэнь Нинхуа.

“Ты боишься, что тебя будут обсуждать люди?” Мадам Чжоу пронзительно рассмеялась. “Шэнь Нинхуа, ты не представляешь, как я тебе завидую. Как бы я хотела содрать с тебя кожу, когда мне приходится каждый день видеть, как ты захватываешь душу моего мужа! Однако я также знаю, что у меня нет ни единого шанса. Шэнь Нинхуа, я прошу тебя согласиться на мою единственную просьбу.”

“Я не имею никакого отношения к Особняку Второго принца, и у меня нет возможности помочь вам. Я не смею принять вашу просьбу.”

Мадам Чжоу изо всех сил попыталась взглянуть на Шэнь Нинхуа и пристально посмотрела на нее. “Шэнь Нинхуа, я умираю. Вы скоро станете хозяйкой этого особняка. Я не прошу вас хорошо обращаться с моими детьми. Я только умоляю вас не причинять им вреда!”

Взгляд Шэнь Нинхуа был холодным и нетерпеливым. “Ваше высочество, я вижу, что вы ведете какую-то игру. Но мне эта игра совершенно не нравится…”

Мадам Чжоу в замешательстве переспросила, как будто не понимала ее слов: “Что ты сказала?”

Шэнь Нинхуа подошла к столу и налила чашку чая в курильницу для благовоний. Раздалось шипение гаснущих углей. “Это наполнено порошком Илань, который обладает эффектом афродизиака. Что ты хочешь сделать?”

“Ты... что ты сказала?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. «Помимо курения афродизиаками, в подушке на вашей кровати засох cyperus rotundus. Мебель в этой комнате пропитана мускусом. Даже одеяло на полу было выкрашено в сафлоровый цвет. С таким количеством лекарств и горшочков с древесным углем в комнате, стимулирующих действие лекарств, даже самая сильная женщина в комнате потеряет все силы. Это ваша цель, верно?»

Мадам Чжоу была шокирована и схватила подушку под голову. “Вы сказали, что в этой подушке был cyperus rotundus?” Как женщина, живущая на заднем дворе, как она могла не знать, насколько силен cyperus rotundus? Неудивительно, что поначалу ей было немного не по себе, но, пролежав в постели два дня, она вдруг больше не смогла вставать. Какая дрянь замышляла заговор против нее?

Глядя на выражение ее лица, Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Если мадам Чжоу не зашла слишком далеко, она не хотела ее разоблачать. В конце концов, наблюдать за ее действиями было забавно. Однако мадам Чжоу не должна была продолжать гнуть свою прежнюю линию. “Ваше высочество, если больше ничего нет, я вернусь. Хорошо, хотя я и не выйду замуж в Особняке Второго принца, я согласна на вашу просьбу. Что бы ни случилось с вашими детьми в будущем, я просто буду стоять в стороне и смотреть”.

Глаза мадам Чжоу расширились, когда она попыталась встать и отбросила подушку. “Шэнь Нинхуа, как ты смеешь?”

“Почему бы мне не осмелиться? У меня нет к вам никаких претензий или вражды. Сначала вы подорвали мою репутацию, а потом замыслили разрушить мою жизнь. Вы действительно думаете, что можете манипулировать мной?” После того, как она пережила все это в своей прошлой жизни, фертильность уже стала одной из ее навязчивых идей. Если бы она не могла иметь детей, она никогда не смогла бы жить счастливой жизнью.

“Я не подставлял тебя. Шэнь Нинхуа, послушай меня...”

“Заткнись!” Бейли Цзиньчуань вошел в комнату и посмотрел на мадам Чжоу с отвращением в глазах. “Я не ожидал, что ты такая порочная женщина. Я действительно недооценивал тебя.”

Мадам Чжоу была ошеломлена. Ее лицо тут же побледнело. Когда она случайно узнала, что Бейли Цзиньчуань восхищается Шэнь Нинхуа, ее сердце наполнилось крайней ревностью. Она также думала об убийстве Шэнь Нинхуа. Однако, став свидетелем ее методов разгрома семьи Шэнь и узнав о благосклонности императора к ней, она поняла, что какое-то время не была ровней Шэнь Нинхуа, поэтому постепенно она перестала размышлять в этом направлении.

Но когда она с усилием подавила ревность в своем сердце, она внезапно обнаружила, что ее тело находится на грани коллапса. Она хорошо знала Бейли Цзиньчуань. Как только она уйдет, он, скорее всего, женится на Шэнь Нинхуа. Она так сильно любила Бейли Цзиньчуаня, так как же она могла хотеть смотреть, как он женится и обожает других? Вот почему она хотела увидеть Шэнь Нинхуа. Было бы лучше, если бы она могла ухудшить отношения Шэнь Нинхуа с Бейли Цзиньчуанем. Однако она не ожидала, что в ее комнате так много ядовитых и опасных вещей! Какая дрянь причиняла ей вред?

“Милорд, выслушайте меня. Я этого не делала. Я умирающий человек. Как я могу найти время, чтобы все это организовать? Пожалуйста, поверьте мне”.

Глаза Бейли Цзиньчуаня были подобны ножам, и он пожалел, что не может вырвать кусок мяса из тела мадам Чжоу. “Я думаю, тебе нужно сосредоточиться на восстановлении сил. С сегодняшнего дня вы будете оставаться здесь и восстанавливать силы. Я попрошу кого-нибудь доставить вам лекарство.”

“Милорд, выслушайте меня. Со мной поступили несправедливо. Я действительно этого не делала.”

Бейли Цзиньчуань больше не хотел ее слушать. Он повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, и в его голосе неосознанно прозвучала теплота. “Нинхуа, я действительно сожалею о том, что произошло сегодня. Быстро покиньте эту комнату. Сначала я попрошу кого-нибудь отправить вас обратно, а потом попрошу доктора Чена проверить ваш пульс.” Сердце мадам Чжоу было слишком порочным, и она хотела разрушить здоровье Нинхуа. Думая, что она может испытывать сильную боль из-за того, что в будущем не сможет иметь ребенка, Бейли Цзиньчуань пожалел, что не может разрезать мадам Чжоу на куски живьем.

Шэнь Нинхуа оглядела комнату и сказала: “Ваше высочество, нет необходимости беспокоиться. Мой сегодняшний визит вызовет бесконечные слухи. Если меня отправит обратно кто-то из вашего особняка, боюсь, мне уже не нужно будет жить и никого видеть. Я могу просто броситься в реку и покончить с собой”.

Выражение лица Бейли Цзиньчуаня стало холодным. “Нинхуа, почему ты так сильно меня ненавидишь?”

“Я думаю, что сказал вам очень ясно. Человек, о котором вам сейчас следует беспокоиться, - это Вторая принцесса. Она была отравлена cyperus rotundus, но у нее все еще есть шанс восстановиться. После приезда доктора Чена еще есть надежда.” После того, как Шэнь Нинхуа закончила говорить, она взглянула на бледное лицо мадам Чжоу и вышла.

Она не хотела быть вовлеченной в эти дела, но некоторые люди просто должны были впутать ее. Поскольку она не могла убежать, она хотела бы посмотреть, кто смеялся последним!

Глава 101 - Смерть Второй принцессы

Госпожа Чжоу была Второй принцессой в течение многих лет. Если бы она даже не знала, что кто-то проник в ее комнату, наложницы все равно не относились к ней с должным для ее ранга почтением. И она чувствовала, что у нее осталось не так много времени. Вот поэтому она и решила навредить Шэнь Нинхуа пускай даже ценой собственного здоровья. Однако Шэнь Нинхуа больше всего ненавидела, когда кто-то строил против нее козни.

Она дала понять Бейли Цзиньчуаню, что еще есть шанс спасти госпожу Чжоу. Спасать ее или нет, зависело от его решения. Казалось, что сейчас Вторая принцесса должна беспокоиться о своей собственной жизни.

Выйдя со двора госпожи Чжоу, Шэнь Нинхуа чуть не столкнулась с Сяо Хуаньси.

Сяо Хуаньси не ожидала увидеть ее здесь и на мгновение была явно ошеломлена. Затем на ее лице появилась улыбка. ”Я не ожидала увидеть здесь ваше высочество" – сказала та в адрес Шэнь Нинхуа с полуулыбкой. “Я тоже не ожидал увидеть здесь мисс Сяо”.

"Я слышал от брата Цзюньи, что принцесса префектуры Дэ больна, поэтому я пришла сюда, чтобы навестить ее. Ваше высочество, вы тоже здесь, чтобы повидаться с ней? У вас хорошие отношения?” На лице Сяо Хуаньси было озадаченное выражение. Казалось, она произнесла эти слова из чистого любопытства, но в том, что она сказала, был глубокий смысл.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. “Я немного разбираюсь в медицине, и я слышала от принцессы Аннинг, что Вторая принцесса серьезно больна, поэтому я пришла посмотреть и надеялась предложить некоторую помощь”.

“Это просто совпадение”. Сяо Хуаньси многозначительно улыбнулась.

Шэнь Нинхуа не хотел связываться с ней. Сказав еще несколько любезностей, она хотела уйти, но, к своему удивлению, увидела Третьего Принца, Четвертого Принца и Пятого Принца, поспешно входящих снаружи. Вскоре после этого вошли Чу Цзюньи и Чэнь Юнь.

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Если бы она не знала, что пациенткой была мадам Чжоу, она бы подумала, что это его Величество находится в критическом состоянии. За исключением наследного принца, пришли все остальные принцы.

Увидев, что Сяо Хуаньси тоже здесь, зрачки Чу Цзюньи слегка сузились. В его глазах мелькнула полоска света. “Хуаньси, Старший Брат попросил меня отвезти тебя обратно”.

Сяо Хуаньси изначально была очень рада видеть Чу Цзюньи, но выражение ее лица сразу же изменилось, когда она услышала последующие слова, а именно: ее Старший Брат предупредил ее в прошлый раз не строить никаких интриг и ловушек. Но на этот раз, услышав новости об Особняке Второго Принца, она все равно невольно пришла.

Если бы Старший Брат узнал, что она использует семейную разведывательную сеть, чтобы следить за Шэнь Нинхуа, последствия были бы чрезвычайно серьезными. Думая об этом, она не могла не смотреть на Чу Цзюньи умоляющими глазами.

Чу Цзюньи вздохнул про себя. Он был в долгу перед семьей Сяо. Они не только предоставили ему убежище, но и тайно помогли ему укрепить свою власть. Он был на два года старше Сяо Хуаньси и провел с ней много лет. Он уже втайне почувствовал ее мысли. Если бы он не встретил Шэнь Нинхуа, он хотел бы исполнить ее желания, женившись на ней, и быть добрым к ней до конца своей жизни.

К сожалению, он встретил Шэнь Нинхуа, девушку, которая все время занимала его мысли, поэтому он больше не мог обманывать себя, чтобы принять решение, которое шло вразрез с его сердцем.

Сяо Хуаньси запаниковала в глубине души. Возможно, ей не следовало приходить сюда. ”Брат Цзюньи, давай вернемся".

Чу Цзюньи кивнул. Как раз в тот момент, когда он собирался сказать "да", он услышал, как внезапно заговорила Шэнь Нинхуа.

“Мисс Сяо, вы уже здесь. Разве не будешь потом жалеть если, если ты не пойдешь засвидетельствовать свое почтение принцессе префектуры?”

“Я...” Сяо Хуаньси была ошеломлена, и ее сердце наполнилось гневом. Однако, как только она произнесла только одно слово, она услышала, как Чу Цзюньи принял это предложение.

“Раз уж мы пришли сюда, мы должны отдать дань уважения принцу префектуры Де и его жене”.

Слова, которые Сяо Хуаньси не смогла произнести, были подобны рыбьей кости, застрявшей у нее в горле. Она не могла проглотить его и не могла выплюнуть, и выражение ее лица стало еще более мрачным.

Шэнь Нинхуа взглянула на Чу Цзюньи со слабой улыбкой и холодно скривила губы. Хм, он хотел доставить ей удовольствие сейчас и в итоге сделал Сяо Хуаньси несчастной. Он не подозревал, сколько усилий ему потребуется, чтобы сделать Сяо Хуаньси счастливой, когда они вернутся.

Чу Цзюньи не понимал намерений Шэнь Нинхуа. Он только видел, что она смотрит на него, и невольно его губ коснулась нежная улыбка.

Шэнь Нинхуа подняла брови, чувствуя, что эта улыбка была исключительно раздражающей. Она отвернулась и проигнорировала его.

Бейли Цзиньчуань приказала служанкам открыть окна и вынести горшки с углем, а также ковры и мебель, зараженные наркотиками. Как только он вышел за дверь, он увидел много людей, стоящих снаружи. Его глаза тут же вспыхнули злобой. Как получилось, что новости о его особняке распространились так быстро?

“Друзья, что привело вас сюда?”

Третий принц вытянул голову и попытался взглянуть на сцену в комнате, но Бейли Цзиньчуань ловко закрыл ему обзор. Он мог видеть только то, что комната была погружена в полную темноту. “Второй Брат, я здесь, чтобы увидеть Вторую Невестку. Я слышал, что она внезапно серьезно заболела и всю ночь не могла встать. Это действительно странно. Я не знаю, что это за болезнь, но она очень серьезная. Доктор Чен тоже здесь, так что он может помочь взглянуть.”

Бейли Цзиньчуань посмотрел на Чэнь Юня, и его взгляд невольно остановился на Шэнь Нинхуа. “Не нужно, Чжоу уже...”

“Сударыня...”

“Ваше высочество...”

Внезапно в комнате раздался громкий горестный крик, переходящий в плач. Затем вышла служанка и доложила: “Ваше высочество, принцесса префектуры... скончалась”.

Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало, а ее зрачки слегка дрогнули. Ее взгляд, устремленный на Бейли Цзиньчуань, был полон сложных эмоций. Она не ожидала, что Бейли Цзиньчуань действительно сделает это. Мадам Чжоу пострадала от cyperus rotundus. Хотя на карту была поставлена ее жизнь, у нее все еще была возможность восстановиться после тщательного восстановления сил. Однако Бейли Цзиньчуань прямо отнял у нее последнюю надежду на жизнь.

Что озадачило ее еще больше, так это то, что в ее прошлой жизни Бейли Цзиньчуань и мадам Чжоу были чрезвычайно преданы друг другу. Даже когда его борьба за трон провалилась, ему все равно удалось спасти ей жизнь. Но теперь, почему он прямо убил ее?

На лице Третьего принца отразилось смущение. “Второй Брат, мои соболезнования тебе”.

“Да, Второй Брат, береги себя как следует”. Четвертый принц тоже утешал его.

Бейли Цзиньцзе, однако, долго переводил взгляд с Шэнь Нинхуа на Бейли Цзиньчуаня, прежде чем сказал: “Второй Брат, мои глубочайшие соболезнования тебе. Вторая невестка внезапно скончалась, не испытав никакой боли. Это хорошо для нее.”

Тяга Бейли Цзиньчуаня к Шэнь Нинхуа была очевидна. С личностью и темпераментом Шэнь Нинхуа она определенно не захотела бы быть наложницей. Если бы Бейли Цзиньчуань хотел завоевать ее сердце, он обязательно пообещал бы ей должность своей законной жены. В то время, какими способностями обладала мадам Чжоу, чтобы бороться с ней? Вместо того, чтобы ждать, пока Бейли Цзиньчуань унизит ее, чтобы в будущем жениться на Шэнь Нинхуа, для нее было бы лучше умереть сейчас. В конце концов, она все еще может носить титул принцессы префектуры, верно?

Бейли Цзиньчуань поднял голову и холодно посмотрел на него. “Спасибо тебе, Пятый Брат, за твою заботу”.

Новость о внезапной смерти Второй принцессы быстро распространилась по столице, и Шэнь Нинхуа, естественно, была вовлечена в обсуждение. Немало людей еще больше интересовались ее отношениями со Вторым принцем, и обсуждения были исключительно жаркими.

Шэнь Нинхуа сидела в своем кабинете. Долгое время она не переворачивала ни одной страницы книги, которую держала в руке, что говорило о ее глубокой задумчивости.

Чу Цзюньи выпрыгнул из окна и увидел, что она смотрит на подоконник, подперев лоб одной рукой. Солнечный свет сиял недалеко от нее, образуя золотую ленту света. Она сидела прямо рядом с лентой света и выглядела безмятежной и красивой.

Шэнь Нинхуа пришла в себя и сказала: “Ты пришел”.

"Да. Нинхуа, слухи о тебе и Бейли Цзиньчуане в эти дни стремительно распространяются по столице. Каков твой план?”

“У людей короткая память. Просто не обращай внимания на это, и они забудут об этом через несколько месяцев”.

Чу Цзюньи нахмурился. “При нормальных обстоятельствах слухи исчезнут, если вы просто проигнорируете их. Но на этот раз очевидно, что кто-то распространяет слухи против вас. Если вы не примете мер, последствия будут очень серьезными”.

Шэнь Нинхуа наконец подняла голову, чтобы посмотреть на него, и в ее взгляде было что-то испытующее. “За этим слухом должен стоять кто-то из семьи Сяо, верно?”

Чу Цзюньи сделал паузу и не стал ей лгать. “Ну, Сяо Хуаньси послал людей распространять слухи. Я уже наказал ее.”

“Наказал ее? Посадив ее под домашний арест или разрешив переписывать книги?” Шэнь Нинхуа подняла брови, и ее полыхнули гневом.

“Нинхуа, Сяо Хуаньси только распространила новость о том, что ты отправился в Особняк Второго принца. Даже без нее все равно нашлись бы люди, которые раскрыли бы это дело. Почему ты так злишься?”

Шэнь Нинхуа рассмеялась. “Почему я не должна злиться? Ты думаешь, что я буду благодарна человеку, который распространял слухи?”

“Это не то, что я имел в виду. Нинхуа, ты должна понять мой вопрос. Ты так злишься, потому что Сяо Хуаньси распускала слухи за твоей спиной, или потому, что я наказал ее слишком легко?”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Я не очень понимаю, что ты имеешь в виду”.

Чу Цзюньи шел рядом с Шэнь Нинхуа. Он слегка наклонился и одной рукой поддерживал стол, а другой держался за спинку стула, как будто обнимал Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, спроси себя. Ты ревнуешь?”

Шэнь Нинхуа внезапно подняла голову, и ее черные как смоль глаза засияли холодным светом. Она сердито улыбнулась. “Ревнуешь? Мне это не нравится. Зачем ты сейчас ко мне пришел? Если тебе есть что сказать, тогда немедленно говори.”

Увидев ее сердитое выражение лица, Чу Цзюньи не смог удержаться от громкого смеха. Она была такой милой. “Я пришел сюда, чтобы обсудить наши ответные действия. Теперь, когда слухи распространились, лучший способ развеять их - это уладить ваш брак.”

Услышав это, Шэнь Нинхуа сразу же потеряла терпение и сказала: “Мастер Чу, нет необходимости беспокоить вас. Цин Цюэ, проводи нашего гостя.”

“Нинхуа, послушай меня! Прости, я просто пошутил. Теперь начинается самое серьезное. ” Кошка, которая была раздражена, вытянет свои когти и поцарапает вас. Он знал, когда нужно остановиться. “Завтра похороны Второй принцессы. Как принцесса префектуры Чжаохуа, вы, естественно, должны присутствовать на похоронах. Пятый принц хочет использовать своих приближенных в Особняке Второго принца, чтобы накачать тебя наркотиками и позволить чему-то случиться с тобой и Бейли Цзиньчуанем на похоронах, и это полностью уничтожит тебя.”

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно стали холодными. Ненависть в ее глазах была такой сильной, что почти вырвалась наружу. “Какой хороший план!”

Сердце Бейли Цзиндзе было самым порочным. Будь то предмет или человек, как только он был уверен, что не сможет получить его, он скорее уничтожит его, чем позволит другим завладеть им. Если бы его план удался, вся ее жизнь, вероятно, была бы разрушена.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа, и его сердце затрепетало. Он снова почувствовал исходящую от нее холодную и сильную ненависть. Почему она проявила такие эмоции? Было ли это из-за Бейли Цзиньчуаня или Бейли Цзиньцзе? Как раз в тот момент, когда он собирался что-то сказать, он услышал, как Бай Руо постучала в дверь.

”Мисс, герцогиня Вэй хочет вас видеть".

Мадам Чжан?

Шэнь Нинхуа подала знак глазами, и Чу Цзюньи немедленно нырнул во внутреннюю комнату.

“Пригласи ее войти”.

Госпожа Чжан быстро вошла, и ее глаза были полны безумия и отчаяния. “Шэнь Нинхуа, я приготовила все ингредиенты. Ты должен немедленно приготовить лекарство для Руюнь!”

Шэнь Нинхуа остро почувствовала слабый запах крови, исходящий от ее тела, и слегка поджала губы. “Госпожа Чжан, вы пользовались моим рецептом, чтобы самостоятельно лечить Чжао Руюнь?”

Глава 102 - Как Насчет Того, Чтобы Я Позволил Тебе Использовать Меня?

Выражение лица мадам Чжан было угрюмым. Когда она услышала слова Шэнь Нинхуа, ей стало еще хуже. “Ты знала что именно так все будет, не так ли? Ты просто ждала, чтобы хорошенько посмеяться над семьей Чжао, я права?” Она приняла рецепт и проконсультировалась со многими врачами. Все они говорили, что эти медицинские материалы являются высококачественными тонизирующими средствами и не причинят большого вреда организму. Однако, когда Чжао Руюнь приняла лекарство, ей не только не стало лучше, но она даже потеряла сознание. Ее пульс временами совсем исчезал.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было нейтрально-холодным. “Я же говорила тебе приготовить лекарственные ингредиенты, и я лично буду лечить Чжао Руюнь. К сожалению, вы не послушали меня и настояли на том, чтобы действовать без моих указаний. В этом случае последствия можете понести только вы сами.”

Мадам Чжан стиснула зубы. Она ненавидела Шэнь Нинхуа от всего сердца, но могла только уступить. “Хорошо, я проглочу горький плод, который сама же и сорвала. Ваше высочество, я умоляю вас вылечить мою дочь прямо сейчас.”

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и не смогла сдержать вздоха в своем сердце. Чжао Руюнь была благословленна уже тем, что у него была такая мать.

Когда Шэнь Нинхуа снова увидела Чжао Руюнь, она была немного удивлена. Рассуждая логически, у нее был сломан позвоночник, и она долгое время не получала надлежащего лечения. Так что сейчас она должна быть умирающим человеком. Однако, судя по ее виду, в ней все еще было много жизненной силы. Похоже, мадам Чжан использовала много ценных лекарственных ингредиентов, чтобы помочь ей выжить.

Шэнь Нинхуа не стала медлить. Она выгнала остальных из комнаты, оставив только Цин Цюэ и Бай Жо помогать ей. Затем она достала набор золотых игл, чтобы сделать все необходимые в этот час процедуры для Чжао Руюнь.

Мадам Чжан с тревогой ждала за дверью. Капля за каплей пот выступал на ее ладонях. Если Шэнь Нинхуа убьет ее дочь, то пускай даже если ей придется истощить силы семей Чжан и Чжао, она все сделает что бы Шэнь Нинхуа заплатила своей жизнью.

Спустя почти два часа плотно закрытая дверь наконец-то открылась. Шэнь Нинхуа вышла со слегка побледневшим лицом. “Госпожа Чжан, сегодняшнее лечение закончено. Следующее лечение должно будет состояться через семь дней. Я попрошу кого-нибудь принести вам рецепт. Все, что вам нужно сделать, это приготовить нам ингредиенты.”

Выслушав ее, госпожа Чжан кивнула и прошла мимо нее, чтобы взглянуть на Чжао Руюнь. Шэнь Нинхуа обернулась посмотреть на сцену в комнате. Она слегка прищурила глаза и сказала: “Пойдем”.

Бай Жо и Цин Цюэ обменялись взглядами у нее за спиной. Они знали, что мисс была тронута этой сценой, поэтому не осмелились ее беспокоить. Вместо этого они тихо последовали за ней.

Вернувшись в особняк принцессы префектуры, Шэнь Нинхуа была удивлена, увидев в комнате Чу Цзюньи. “Ты еще не ушел?”

Чу Цзюньи положил шахматную фигуру, которую держал в руке, и сказал: “Я не хочу уходить, не получив четкого ответа”.

Шэнь Нинхуа слегка потерла брови. Для лечения Чжао Руюнь потребовалось 49 золотых игл, каждая из которых должна была входить в тело с исключительной точностью. Это лечение отняло у нее слишком много энергии, поэтому она не хотела продолжать приставать к Чу Цзюньи сейчас. “Что еще ты хочешь сказать?”

Чу Цзюньи остро почувствовал ее усталость. Он встал и подошел к ней. Он долго молча смотрел на нее, прежде чем внезапно протянул руку и притянул ее в свои объятия.

Брови Шэнь Нинхуа дернулись, и в ее сердце мгновенно поднялась волна гнева. Она протянула руку, чтобы оттолкнуть его.

Чу Цзюньи прижал ее к себе. “Нинхуа, почему бы тебе не попросить меня о помощи?”

Шэнь Нинхуа был в ярости. “Отпусти меня!”

Чу Цзюньи не пошевелился. Он крепко обнял ее и почувствовал, как стройная и худенькая девушка бьется в его объятиях. Он чувствовал, что его сердце наполнено любовью и заботой о ней. Он тихо, но отчетливо и строго он прошептал: “Шэнь Нинхуа, не двигайся!”

Зная, что ее сила не может сравниться с его, Шэнь Нинхуа перестала сопротивляться. Движением руки она собиралась пролить на него лекарственный порошок, который делает тело бессильным. Однако она услышала низкий голос, доносящийся у нее над головой, и остановила свои движения.

“Ты самая удивительная девушка, и я не ожидал, что ты будешь добра ко мне. В настоящее время я - самый удобный инструмент для вас. С таким хорошим щитом вы можете избежать многих неприятностей.”

Шэнь Нинхуа была слегка ошеломлена. Она и Чу Цзюньи были просто деловыми компаньонами и она никогда раньше не использовала его…

“Нинхуа, люди, которые не заботятся о себе, будут обречены. Если вы можете использовать кого-то, делайте это как можно чаще. Не будь мягкосердечной. Только тогда вы сможете избежать чрезмерной усталости. Помнишь?”

Шэнь Нинхуа медленно подняла голову. На этот раз Чу Цзюньи не стал ее останавливать. Вместо этого он посмотрел на нее с улыбкой в глазах. Его глаза, казалось, были наполнены теплым солнечным светом. Свет был ослепительным и сияющим, как будто он мог растопить лед.

Спустя долгое время Шэнь Нинхуа подняла брови и холодно сказала: “Ты закончил? Поторопись и уходи. Ты ждешь, что я угощу тебя едой?”

Чу Цзюньи был ошеломлен. Глядя на Шэнь Нинхуа, которая уже повернулась, чтобы отдохнуть, в его сердце зародилось разочарование. Однако, глядя на ее усталый вид, он не мог больше беспокоить ее. “Я закончил и ухожу. Хорошенько отдохни, потому что завтра тебе нужно присутствовать на похоронах мадам Чжоу. Будь осторожна с семьей Чжоу.”

Услышав, что в комнате не было никакого движения, Шэнь Нинхуа обернулась и посмотрела на окно. Внезапно она рассмеялась. “Чу Цзюньи, ты действительно знаешь, как манипулировать сознанием людей. Я была почти тронута. Но то, что ты сказал - верно. Поскольку ты хочешь, чтобы я использовала тебя, я дам тебе шанс.”

Говоря это, она скривила губы, легла на кровать и заснула. Однако во сне ей продолжала сниться сцена, в которой Чу Цзюньи заключает ее в свои объятия. Теплая аура исходила от его широких объятий, заставляя ее бессознательно расслабиться и довериться ему.

Когда она проснулась, на следующий день, Шэнь Нинхуа потерла брови. Думая о сне, который приснился ей прошлой ночью, она слабо пошевелила губами и усилием воли проигнорировала биение своего сердца. Она попросила Бай Жо войти и помочь ей одеться.

Шэнь Сюаньлинь осторожно вытянул голову у входа во двор Жуйси. Худощавый юноша потянул его за одежду и сказал: “Ты рассердишь ее высочество, сделав это. Поторопись и возвращайся.”

Шэнь Сюаньлинь обернулся и свирепо посмотрел на юношу. “Говори потише. Старшая сестра обладает острыми пятью чувствами. Тебя легко обнаружить, когда ты говоришь.”

Юноша хотел что-то сказать, но к нему подошла Цин Цюэ. “Молодой мастер Сюаньлинь, ее высочество приглашает вас к себе”.

Шэнь Сюаньлинь тут же опустил голову и уныло вошел во двор Жуйси, как промокшая под дождем собака. “Старшая Сестра, мы пришли сюда сегодня поиграть только после того, как выполнили задание, которое дал нам мастер Лю Юнь”.

Шэнь Нинхуа проигнорировала его и закрепила заколку на голове. Она повернулась, чтобы посмотреть на юношу позади Шэнь Сюаньлина, и сказала: “Юнь Чуань, ты привык жить здесь?” Перед возвращением из Цзяннани она хотела дать Юнь Чуаню немного денег и позволить ему остаться в городе Линьцзян, но он был упрям и следовал за ними всю дорогу до столицы пешком. Если бы люди Чу Цзюньи не заметили его, его ноги были бы стерты до крови.

Глаза Юнь Чуаня загорелись, и он поспешно с достоинством поклонился. “Ваше высочество, я к этому привык. Мастер Лю Юнь относится ко мне очень хорошо.” Его мать однажды сказала ему, что доброта капающей воды должна быть вознаграждена фонтаном. Ее высочество приютила его и дала ему возможность научиться чтению и письму, а также нашла мастера, который обучал его боевым искусствам. Он был полон решимости отплатить ей тем же.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Юноша перед ней был таким же, как и раньше. Все, что было у него на уме, было написано на его лице. В этой жизни она определенно не позволила бы ему умереть такой же трагической смертью. “Хм, хорошо, что ты к этому привык. Сюаньлинь, я сегодня ухожу. Я оставляю особняк тебе. Позаботься хорошенько о своей тете и кузине, помнишь?”

Услышав, что он должен позаботиться о Ся Цзинцю и Ян Инсюэ, Шэнь Сюаньлинь был немного раздосадован. Однако, когда он подумал о предыдущих инструкциях Старшей Сестры, он кивнул. “Да, Старшая Сестра, я так и сделаю”.

Шэнь Нинхуа была очень внимательна, но, к сожалению, госпожа Ся и ее дочь проявили непослушание и не остались во дворе. Когда она была готова отправиться в Особняк Второго принца, мадам Ся поспешила туда вместе с Ян Инсюэ, которая шла нетвердой походкой. “Нинхуа, подожди минутку”.

Шэнь Нинхуа внезапно нахмурилась. Хотела ли Ян Инсюэ отправиться в особняк Бейли Цзиньчуаня в такой момент?

Мадам Ся и Ян Инсюэ уже давно с нетерпением ждали. Они думали, что известие о болезни Ян Инсюэ определенно приблизит их ко Второму принцу. К сожалению, небеса не благословили их, и Вторая принцесса скончалась. Тем не менее, это также может быть хорошей вещью. Хотя статус Инсюэ был слишком низок, чтобы быть принцессой, у нее, по крайней мере, была надежда, не так ли?

“Нинхуа, Инсюэ была опечалена, услышав, что Вторая принцесса скончалась. Почему бы тебе на этот раз не взять ее с собой, чтобы выразить свои соболезнования?”

“Тетя, ты понимаешь, что делаешь?” холодно сказал Шэнь Нинхуа.

Мадам Ся улыбнулась и сказала, как будто считала это само собой разумеющимся: “Конечно, я знаю. Инсюэ вроде как знакома со Вторым принцем. Поскольку в его особняке что-то случилось, она, естественно, должна появиться.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Знакомы? Знакомством вы называете единственную встречу? Тетя, есть некоторые вещи, от которых другие хотят держаться подальше, так что не подталкивай кузину вперед. Это не обязательно хорошо - быть слишком близко”.

Увидев, что Шэнь Нинхуа так прямолинейно изложила свой план, мадам Ся почувствовала себя неловко. “Нинхуа, Инсюэ просто хочет выразить свои соболезнования. Она не...”

“Существуют ли дружеские отношения между моей двоюродной сестрой и принцессой префектуры?”

“Ну сложно сказать…”

“Поскольку у них нет дружеских отношений, тогда какой смысл ей выражать соболезнования?” Шэнь Нинхуа холодно крикнула: “Тетя, я понимаю, что вы хотите обеспечить моей двоюродной сестре хорошее будущее, но благие намерения также должны зависеть от обстоятельств. Кузина отдохнет в особняке, пока не поправится. Би Чжу, отправь их обратно. Сегодня никто не может покинуть особняк без моего приказа.”

“Да, мисс”.

Ян Инсюэ почувствовала вспышку гнева в своем сердце. Как раз в тот момент, когда она собиралась заговорить, мадам Ся оттащила ее назад. “Да, я была сбита с толку. Я вообще-то забыла, что Инсюэ еще не совсем выздоровела. Инсюэ, позволь мне помочь тебе вернуться в твою комнату и отдохнуть. Нинхуа, я была неправа. Не сердись. Уже поздно. Поторопись и уходи. Если ты опоздаешь, мне будет очень жаль.”

Увидев, что мадам Ся уходит, Шэнь Нинхуа нахмурилась. Она повернулась и села в экипаж.

Бай Чжу был озадачен. “Мисс, почему отношение мадам Ся так быстро изменилось?”

Шэнь Нинхуа задумалась. “Я думала, что она может видеть только богатство перед собой, но не опасность позади нее. Но теперь, похоже, она еще и умна.”

“Я не понимаю”.

Шэнь Нинхуа объяснила. “Ее цель сегодня - не присутствовать на похоронах мадам Чжоу. Она просто хотела использовать это дело, чтобы проверить мое отношение.”

“Проверка?” Бай Руо было немного любопытно. Что она проверяла?

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Разве не догадываешься? Когда Ян Инсюэ вышла в тот день, она должна была заметить, что отношение Второго принца ко мне было другим. Однако они не были уверены в моем отношении, поэтому сегодня поделились своими мыслями. Если бы у меня были чувства ко Второму принцу, я бы определенно разозлилась. Если бы у меня не было намерений по отношению ко Второму принцу, я бы только поддерживал достоинство Особняка Принцессы Префектуры.”

Бай Руо внезапно поняла. “Неудивительно, что мадам Ся так легко отказалась от своей просьбы. Я действительно не ожидала, что они окажутся такими смелыми”.

“Это пустяки. Ян Инсюэ не глупа. Если бы у нее был такой ум, у нее мог бы быть шанс добиться успеха. Это просто зависит от ее поведения в будущем.”

В особняке принцессы Де в префектуре крики наполняли дом, и весь особняк был оформлен в простом белом цвете.

Как только Шэнь Нинхуа вышла из кареты, раздалось пронзительное проклятие. “Как получилось, что у тебя есть лицо и нет стыда, чтобы присутствовать на похоронах моей дочери?”

Глава 103 - Это Слишком Смешно!

Цин Цюэ немедленно склонилась вперед, чтобы защитить Шэнь Нинхуа, и ее острый взгляд скользнул по женщине, в глазах которой была ненависть.

Эта женщина была матерью Второй принцессы, госпожой Цинь. Она смогла утвердиться в семье Чжоу во многом потому, что родила мадам Чжоу. Теперь, когда ее точка опоры исчезла, совершенно естественно, что она чувствовала себя очень грустной и злой!

Однако Шэнь Нинхуа не обращал внимания на ее крики. Вместо этого она слегка кивнула и сказала: “Приветствую вас, госпожа Цинь”.

Госпожу Цинь поддерживали две служанки, и она, казалось, была в таком состоянии, что не могла стоять прямо. “О, моя бедная дочь, кто-то принес горе в нашу семью , и мне негде было искать справедливости. Я такая никчемная мать. Человек, который убил тебя, настолько силен, что я не могу отомстить за тебя...”

Шэнь Нинхуа смотрела на эту сцену и чувствовала, как в ее сердце поднимается холод. “Госпожа Цинь, ваша дочь была принцессой. В преступлении, заключающемся в убийстве члена королевской семьи, будет замешана вся семья. Вы можете думать все что угодно, но вы не можете безрассудно говорить все, что вам нравится. Если вы причините зло хорошему человеку, но отпустите убийцу, принцесса перевернется в могиле.”

Госпожа Цинь впилась взглядом в Шэнь Нинхуа и с ненавистью стиснула зубы. “Говорят, что принцесса префектуры Чжаохуа искусна в словах и аргументах. Раньше я им не верил, но теперь верю. Не волнуйся, я не отпущу убийцу и не стану несправедливо обвинять хорошего человека. Кто бы ни убил мою дочь, я обязательно добьюсь, чтобы этот человек понес наказание!”

“Тогда я подожду, чтобы посмотреть, как вы добьетесь справедливости для своей дочери”. Закончив говорить, Шэнь Нинхуа сразу же направился в Особняк Второго принца. Казалось, что сегодняшний день никак не закончится. И ей хотелось бы узнать, каков именно был план человека, стоящего за этим.

Мадам Цинь холодно фыркнула. Негодование в ее глазах было настолько сильным, что почти вырвалось наружу. Увидев, что Шэнь Нинхуа вошла в особняк, она свирепо посмотрела ей в спину, затем развернулась и опрометью бросилась к императорскому дворцу.

Бейли Цзиньчуань сидел посреди зала, одетый в белую одежду. Выражение его лица было настолько серьезным, что никто не мог уловить его эмоций. У его ног сидели мальчик и девочка, одетые в траурные одежды, и они, не переставая, рыдали вполголоса.

Увидев приближающуюся Шэнь Нинхуа, Бейли Цзиньчуань встал и сказал: “Нинхуа, ты пришла сюда”.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и только промолвила: “Ваше высочество, примите мои соболезнования”.

Пристальный взгляд Бейли Цзиньчуаня немного задержался. В его глазах мелькнул след гнева, но он быстро рассеялся. Он сказал немного натянутым тоном: “Спасибо. Ты можешь предложить траурные благовония для Чжоу.”

Служанка, стоявшая сбоку, подала горящий фимиам. Шэнь Нинхуа взяла благовония и почтительно поклонилась. Когда она вставила благовония в курильницу перед собой, маленькая девочка, стоявшая на коленях на земле, внезапно встала и потянула Шэнь Нинхуа за одежду. “Ты злая женщина, ты убила мою мать. Ты плохой человек. Уходи отсюда! Тебе не позволено отдавать дань уважения моей матери!”

Бейли Цзиньчуань внезапно встал. Он нахмурился и холодно крикнул: “Юээр, отпусти!”

Маленькая девочка плакала, и ее лицо было полно слез. Все ее тело дрожало из-за строгого голоса отца, но она упрямо держала Шэнь Нинхуа за одежду своей маленькой ручкой. Шэнь Нинхуа присела на корточки и спокойно посмотрел на грустную маленькую девочку. ”Тебя зовут Юээр?"

“Тебе не разрешается называть меня по имени. Только моя мать может называть меня Юээр.”

Шэнь Нинхуа привела в порядок свое траурное платье и сказала: “Если это я убила твою мать, а ты так груба со мной, значит я смогу убить и тебя. Тебе кажется, что ты поступаешь слишком опрометчиво?”

”Ты..." Маленькая девочка была шокирована ее тоном, и ее пальцы, которые хватали ее за одежду, невольно разжались.

“Подумай, прежде чем что-то делать. Подумайте о последствиях. Тебе должно быть пять лет. Ты уже должна знать, как отличить правильное от неправильного. На твоем месте я бы обязательно нашла человека, который подсказал тебе вести себя грубо со мной, потому что это очень плохой человек”.

“Ты…почему ты так сказала?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Разве это не очевидно? Ты видела, как я убивала твою мать своими собственными глазами? Нет. Тогда как ты можешь быть уверена, что я убила ее? Но человек, который научил теб, сказал это наверняка и даже заставил тебя вести себя так грубо со мной. Если бы я был мелочным или злонамеренным человеком, ты бы сейчас была наказана своим отцом”.

Маленькая девочка слегка задрожала и повернулась, чтобы посмотреть на Бейли Цзиньчуань. “Отец, я ошибаюсь...”

Бейли Цзиньчуань попросила горничную привести маленькую девочку вниз. Затем он уставился на Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, ты очень хорошо учишь детей”.

Шэнь Нинхуа насмешливо скривила губы. “Но я не заинтересован в том, чтобы учить чужих детей”. Бейли Цзиньчуань все еще не отказался от идеи жениться на ней.

Бейли Цзиньчуань, казалось, не заметила недовольства Шэнь Нинхуа. “Мне жаль, что смерть Чжоу затронула тебя. Но не волнуйся, я обязательно придумаю, как с этим справиться”.

“Я надеюсь, что ты сможешь отнестись к этому серьезно. В противном случае мне придется принять некоторые меры, чтобы очистить свое имя”.

Шэнь Нинхуа посмотрела на серьезное выражение лица Бейли Цзиньчуань и почувствовала холодок в сердце. Он действительно решил отказаться от мадам Чжоу в последний момент. Разве он не подумал о двух детях, которые еще не выросли? В королевской семье детям без защиты матери было бы в сто раз труднее, чем обычным детям, добиться такого же успеха. Разве он не боялся, что двое его детей возненавидят его, когда вырастут?

Бейли Аннинг подошла поближе. Увидев двух людей, которые стояли друг напротив друга в холле, она оказалась перед дилеммой. Если бы Шэнь Нинхуа была на несколько лет старше, а у Второго Брата не было жены, их действительно можно было бы считать идеальной парой. Однако, судя по нынешней ситуации, им уже повезло, что они не стали врагами. В чем именно заключался план Второго Брата? Неужели он действительно хотел видеть, как репутация Шэнь Нинхуа будет разрушена?

“Нинхуа, ты здесь. Я отведу тебя на задний двор.”

“ Благодарю вас, ваше высочество.

Шэнь Нинхуа отвела взгляд от Бейли Цзиньчуаня. Она встала и последовала за Бейли Аннинг на задний двор. Однако не успела она сделать и нескольких шагов, как вошел евнух с императорским указом. “Вот императорский указ!”

Императорский указ? Императорский указ в это время?

Услышав содержание императорского указа, все, кто присутствовал на похоронах, были шокированы.

Мать госпожи Чжоу, госпожа Цинь, на самом деле отправилась в Императорский дворец, чтобы подать жалобу императору на принцессу префектуры Чжаохуа за убийство Второй принцессы!

Евнух закончил читать и держал в руке императорский указ. “Ваши Высочества, его Величество хочет вас видеть”.

Шэнь Нинхуа бесстрастно встала и последовала за евнухом наружу. Бейли Аннинг с тревогой сжала в ладони носовой платок. “Второй Брат, Нинхуа...”

Бейли Цзиньчуань поджал губы, и в его глазах вспыхнул холодный огонек. “Не волнуйся. С ней все будет в порядке...”

Во дворце Чэнцянь госпожа Цинь лежала на земле и плакала. Ее голос был полон печали. “Ваше величество, пожалуйста, вступитесь за меня”.

Бейли Цинцан глубоко нахмурился, и в его глазах появился резкий свет, как будто они могли видеть сердца людей насквозь. “Вы сказали, что Шэнь Нинхуа убила Чжоу ради положения Второй принцессы?”

“Да, ваше величество, прошу вас вашей милости в этом деле и вашей внимательности. Многие люди в столице видели, как Шэнь Нинхуа в тот день отправилась в Особняк Второго принца. Вы можете спросить кого угодно. После прибытия в особняк Второго принца Шэнь Нинхуа оставалась в комнате наедине со Второй принцессой в течение часа. Вскоре после этого было объявлено о смерти Второй принцессы. Разве это не подозрительно? Кроме того, у меня есть свидетель, который может дать показания против Шэнь Нинхуа.”

Бейли Цзиньчуань опустил глаза. - У вас есть свидетель?

“Это верно. Служанка Второй принцессы из дома, Тао Хун, может дать показания.” Госпожа Цинь внезапно опустилась на колени и твердо сказала: «Когда Шэнь Нинхуа вошла во дворец Чэнцянь, Бейли Цинцан собирался послать кого-нибудь сопроводить Тао Хуна сюда».

“Да здравствует ваше величество! Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше величество!”

“Хорошо, что ты явилась”. Бейли Цинцан посмотрел на Шэнь Нинхуа, которая стояла у подножия лестницы, и вздохнул про себя. Эта девушка была точь-в-точь как ее мать. Независимо от того, насколько важное событие произошло с ней, выражение ее лица никогда не менялось. Она всегда была равнодушной и холодной, как цветок лотоса, стоящий вертикально под дождем, чья красота нисколько не пострадала от ветра и дождя.

“Нинхуа, Цинь сказала, что у нее есть свидетель, который может доказать, что ты убила Чжоу. Ты хочешь что-нибудь сказать?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза с гордым и презрительным выражением. “Ваше величество, я также хочу посмотреть, сколько людей пытаются очернить меня в этой истории”.

“Очернить тебя?” Мадам Цинь усмехнулась. “Ваше высочество, не проливайте слез, пока не увидите гроб. Вам лучше знать, очерняем мы вас или нет. Лучше признаться сейчас.”

Шэнь Нинхуа холодно возразила: “Госпожа Цинь, Его Величество ничего не сказал. Как вы посмели прервать меня? Лучше вызвать свидетеля, о котором вы говорили.”

Тао Хун была служанкой мадам Чжоу в качестве части ее приданого. Она была самым доверенным лицом мадам Чжоу и обычно следовала за мадам Чжоу во дворец и из него. Как только она вошла во дворец Чэнцянь, она опустилась на колени у двери и почтительно поклонилась.

Бейли Цинцан махнул рукой и остановил ее. “Хорошо, больше никаких церемоний. Позвольте мне спросить вас. Госпожа Цинь сказала, что вы можете доказать, что принцесса Чжаохуа убила Чжоу. Это правда?”

Тао Хун подняла голову и посмотрела на мадам Цинь. Ее зрачки слегка дрогнули. При внимательном наблюдении люди могли заметить тень легкой паники на ее лице. “Ваше величество, я действительно видела, как принцесса Чжаохуа убивала Вторую принцессу”.

“О, что ты видела?”

“Ваше величество, я не смею ничего скрывать. Вторая Принцесса уже давно чувствовала, что отношение Второго принца к принцессе Чжаохуа было необычным. Она много раз разговаривала со Вторым принцем, надеясь, что он откажется от своих мыслей. В конце концов, ваше величество приняли принцессу Чжаохуа в качестве своей приемной дочери. Как может произойти инцест в королевской семье? Однако Второй принц все еще упорствует.”

Инцест? Услышав это, Шэнь Нинхуа усмехнулась ледяной усмешкой. У человека, стоящего за этим, был такой хороший план. Он не только хотел убить ее, он также хотел использовать этот инцидент, чтобы полностью уничтожить Бейли Цзиньчуань!

Бейли Цзиньчуань тоже был потрясен в глубине души, и он уже втайне задавался вопросом, кто из братьев подставил его на этот раз.

Конечно же, выражение лица Бейли Цинцана стало холодным, когда он услышал это. “Что еще?!”

“Да, да”, - Тао Хун покрылась холодным потом. «В тот день Вторая принцесса почувствовала себя немного нехорошо, поэтому ее речь была не четкой и слегка бессвязной. После разговора Второй принц потерял всякое терпение и сразу же хлопнул дверью и ушел. Вторая Принцесса не смогла убедить Второго Принца, поэтому она хотела поговорить с принцессой Чжаохуа и убедить ее держаться подальше от Второго Принца. Однако, как только она упомянула об этом, принцесса Чжаохуа накачала ее наркотиками. Вскоре после этого Вторая принцесса не смогла дышать и умерла от удушья. В то время я готовил лекарства в шкафу. Когда я увидела это, я была совершенно ошеломлена. Только когда Второй принц объявил, что принцесса скончалась, я в спешке покинула дом».

Шэнь Нинхуа, наконец, не смогла удержаться от громкого смеха. Когда все в зале сосредоточили на ней свое внимание, она сказала, закончив смеяться: “О, пожалуйста, не вините меня, ваше величество. Я никогда не слышал о такой неуклюжей лжи. Я действительно не могла удержаться от смеха”.

Глава 104 - Кто Был Таким Смелым?

Госпожа Цинь с негодованием посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Принцесса Чжаохуа, тебя так развеселили слова Тао Хун? А ведь она говорит чистую правду. Что же тебя тогда так развеселило? А может быть, в глубине души смерть Второй принцессы делает тебя такой счастливой?”

Шэнь Нинхуа слегка сдержала улыбку на своем лице, и ее черные глаза засияли пронизывающим светом. “Госпожа Цинь, я смеялась, потому что ваши слова вызвали мой смех! Вы верите этой служанке Тао Хун, и она также является служанкой Второй принцессы из вашего дома. Она, должно быть, очень преданная, верно?”

“Это уж точно!”

”Поскольку это так, есть что-то чего я не могу понять. Она сказала, что я накачиваю наркотиками Вторую принцессу. Значит она все отлично видела. Но она не вышла, чтобы остановить меня. Почему? Если бы это была любая другая горничная, они бы бросились драться со мной, верно?”

Тао Хун сделала паузу, и выражение ее лица стало жестким. “Я была очень напугана, чтобы помешать вам…”.

"Разве? Но если вы были так напуганы, то как вы можете так ясно помнить все детали?” Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на нее.

Тао Хун бессознательно отвела глаза и не осмелилась взглянуть на Шэнь Нинхуа. “Я все помню. Когда я услышала, что Вторая принцесса скончалась, я сразу поняла, что вы все это сделали!”

Шэнь Нинхуа холодно скривила губы. “Вы все помните и мы должны полагаться исключительно на вашу память. Другими словами, истина зависит только от ваших слов”.

“Нет, это не так”. Тао Хун подняла глаза на мадам Цинь, и выражение ее лица становилось все более и более испуганным. “Мадам, я преданно служила Второй принцессе и вообще не смею ее предавать. Все мои слова - правда. Пожалуйста, поверь мне.”

Госпожа Цинь с ненавистью посмотрела на Шэнь Нинхуа и стиснула зубы. “Я безуловно верю тебе и всему тому, что ты нам рассказала. Принцесса Чжаохуа, у Второй принцессы никогда не было с вами дружбы, но вы двое оставались вместе в течение часа, прежде чем она умерла. И вы также владеете медицинскими навыками. Если бы вы хотели причинить ей вред, это было бы очень легко. Кроме того, насколько я знаю, у вас все еще есть довольно много ядов, верно?”

Глаза Шэнь Нинхуа дрогнули, когда холодный свет блеснул на золотой заколке у нее на голове. “Госпожа Цинь, эта шутка совсем не смешная. Никому не разрешается приносить с собой какие-либо лекарства в императорский дворец, не говоря уже о дворце Чэнцянь. У меня не хватает смелости сделать это”.

Госпожа Цинь усмехнулась и уверенно сказала: “Ваше величество, теперь я обвиняю Шэнь Нинхуа в том, что она принесла лекарство в императорский дворец с недобрыми намерениями. Кроме того, она использовала яд, чтобы убить Вторую принцессу. Ваше величество, пожалуйста, проведите тщательное расследование и воздайте должное Второй принцессе.”

Бейли Цинцан бросила слабый взгляд на мадам Цинь, а затем повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, что ты хочешь сказать?”

Шэнь Нинхуа сделал два шага вперед и опустился на колени. “Ваше величество, госпожа Цинь выдвигает против меня ложное обвинение. Я невиновна. Я не убивала Вторую принцессу и не прятала при себе никакого яда.”

Мадам Цинь усмехнулась. “Раз ты так уверена, осмелишься ли ты позволить кому-то обыскать тебя?”

Шэнь Нинхуа оглянулась на нее и сказала: “Госпожа Цинь, поскольку вы знаете, что я принцесса префектуры, как вы смеете так говорить?”

“Неужели ты не осмелишься?”

“У меня чистая совесть. Почему я не смею! Однако вы не можете обыскивать мое тело только потому, что вам этого хочется. Если вы ничего не сможете найти, вы будете отвечать за свои слова и нести ответственность за ложное обвинение? ”

“Хорошо, я отвечу за последствия. Если у тебя нет с собой яда, я лично встану на колени и извинюсь перед тобой. Я также дам тебе 10 000 таэлей золота в качестве компенсации!”

”Хорошо!" Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Бейли Цинцан, и сказал: “Ваше величество, вы слышали, что она сказала. Пожалуйста, засвидетельствуйте за меня и мадам Цинь. Также, пожалуйста, пришлите женщину-медика, чтобы она могла осмотреть меня и мое тело”.

Бейли Цзиньчуань стоял на коленях рядом с поникшей головой, но когда он услышал, что Шэнь Нинхуа согласилась на полный обыск, он сразу же нахмурился и посмотрел на нее. Его руки в рукавах сжались в кулаки, и он почувствовал прилив гнева в своем сердце. Такую гордую девушку, как она, теперь обыскивали…

Но самой Шэнь Нинхуа было все равно. После того, как женщина-врач прибыла, она сразу встала, отошла в сторону и великодушно позволила женщине-врачу осмотреть ее.

Мадам Цинь, не мигая, смотрела на движения женщины, обыскивающей принцессу, жалея, что не может выйти вперед и провести обыск сама.

В зале воцарилась полная тишина. Все спокойно ждали отчета медицинского чиновника.

На то, чтобы закончить осмотр, ушло четверть часа. “Ваше величество, принцесса Чжаохуа чиста. У нее нет никакого яда.”

Тело Тао Хун внезапно обмякло, а ее лицо побледнело от отчаяния. Шэнь Нинхуа была чиста?

Глаза мадам Цинь расширились. “Как это возможно?”

Движения женщины-медика были очень осторожными. Шэнь Нинхуа лишь слегка поправила рукава и стояла неподвижно. “Госпожа Цинь, вы, кажется, очень уверены, что у меня при себе яд. Почему?”

Мадам Цинь поперхнулась, и на ее лбу выступил пот. Она не знала, что ответить.

Шэнь Нинхуа продолжала: “Мне было очень любопытно. Эта служанка Тао Хун также должна знать, что я хорошо разбираюсь в медицине. Но почему она так уверена, что я дала Второй принцессе яд вместо лекарства, которое было полезно для ее организма? Мадам Цинь, вы еще больше удивили меня сейчас. Вы настаивали на том, что у меня был яд, и что я его принесла в императорский дворец. Это заставляет меня задуматься. Полагаю, вы что-то сделали такое, что могло бы очернить меня в глазах императора и общества.”

“Я этого не делала!” Мадам Цинь с грохотом опустилась на колени перед Бейли Цинцаном. “Ваше величество, я не ложно обвиняла...”

Глаза Бейли Цинцана потемнели, когда он холодно сказал: “Если вы не ложно обвинили Нинхуа, то на ее теле должен быть найден яд. Однако истина заключается в прямо противоположном”.

Мадам Цинь поперхнулась. Она уже знала, что у Второй принцессы слабое здоровье, и знала, что приближается ее похоронный звон. Изначально она не хотела подставлять Шэнь Нинхуа, но когда ее дочь умоляла ее, как она могла сказать "нет"? Ее дочь ясно сказала ей, что Шэнь Нинхуа всегда носила с собой яд, но почему у нее его нет сейчас?

Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на мадам Цинь, у которой было угрюмое выражение лица. “Госпожа Цинь, в конце концов, вы мать Второй принцессы, так что вы еще и моя старшая сестра. Вам нет необходимости становиться на колени и извиняться, но, пожалуйста, не забудьте доставить десять тысяч таэлей золота в мой особняк.”

Госпожа Цинь закрыла грудь руками, и ее глаза потемнели. Она так сильно сжала кулаки, что кровь выступила из под ногтей. Но она не могла возразить, и выражение ее лица мгновенно наполнилось отчаянием.

Шэнь Нинхуа, однако, не собиралась отпускать ее так легко. “Я также нашла свидетеля. Мадам Цинь, вы должны его знать. Ваше Величество, пожалуйста, позвольте мне привести свидетеля”. Поскольку эти люди осмелились очернить ее, они должны были понести последствия!

“Хорошо!”

Молодого человека, одетого в короткую зеленую одежду, втолкнули в главный зал. Он опустился на колени и поклонился Бейли Цинкану. - Приветствую Вас, ваше величество. Да здравствует Ваше величество”.

Услышав голос молодого человека, Тао Хун внезапно повернула голову. Ясно увидев его внешность, она была так напугана, что была парализована и почти не могла твердо стоять на коленях.

Бейли Цинцан спросил Шэнь Нинхуа: “Кто этот человек?”

“Ваше величество, это сын дворецкого особняка Второго принца. У него давным-давно завязался роман с Тао Хонгом. Если бы они откровенно признались в своих отношениях, Вторая принцесса не обязательно стала бы возражать против этого. В конце концов, Тао Хун служила ей столько лет. Но Тао Хун держала это в секрете, пока Вторая принцесса не наткнулась на их непристойное действие. Поэтому она почувствовала обиду в своем сердце и тайно накачала Вторую принцессу наркотиками. Она даже засунула cyperus rotundus себе в подушку.”

“Нет, я этого не делал. Я не...” Тао Хун несколько раз вскрикнула, и ее лицо было залито слезами.

Шэнь Нинхуа холодно фыркнул. “Ты все еще не признаешь этого. Ты ближайшая служанка Второй принцессы. Ей нравится, когда в подушке лежат распускающиеся лепестки, и вы несете ответственность за то, чтобы положить лепестки в ее подушку. Недавно ты сделала все это сама. Более того, управляющий Столичной аптеки много раз видел, как сын дворецкого покупал cyperus rotundus. Для кого он это купил? Вы хотите, чтобы я позвал владельца Столичной аптеки, чтобы он встретился с вами лицом к лицу?”

Тао Хун невольно прикрыла живот, и ее глаза наполнились отчаянием. “Я... я виновата…Мне жаль Вторую принцессу.” Тао Хун не выдержала допроса и был на грани срыва. Она закрыла лицо руками и заплакала. “Ваше величество, моя вина заслуживает смертной казни, но я умоляю Ваше Величество позволить моему ребенку выжить. Я беременна уже два месяца. Я умоляю Ваше величество пощадить ребенка.”

Мадам Цинь была ошеломлена. Она знала, что здоровье ее дочери находится в критическом состоянии, но не знала, что близкая горничная Тао Хун имеет к этому какое-то отношение. “Ты... ты лживая служанка!”

Госпожа Цинь дала Тао Хун пощечину и прямо повалила ее на землю. Она ревела и сердито бранилась.

“Вторая принцесса - твоя госпожа. Как ты посмел убить свою собственную госпожу? Что плохого моя семья Чжоу сделала тебе? Вторая принцесса обращалась с вами жестоко? Как ты посмел сделать такую гнусную вещь?”

Тао Хун внезапно подняла голову, и ее лицо было полно негодования. “Я сделала это, потому что Чжоу это заслужила! Она знала, что я беременна, и хотела поменяться. Она хотела забрать моего ребенка и сделать его своим собственным ребенком. Если бы я не накачала ее наркотиками, она бы объявила о своей беременности. Когда мой ребенок родится, она сразу же забрала бы моего ребенка и заявила, что он рожден ею для Второго принца! Как я могла позволить этому случиться?”

“Заткнись! Почему Вторая принцесса так поступила?” Голос мадам Цинь был хриплым, и она чувствовала себя так, словно провалилась в ледяной погреб. О чем говорила эта дрянь?

Тао Хун знала, что сегодня она неизбежно умрет, и она только хотела, чтобы у ребенка в ее животе был шанс выжить. “Ваше величество, я говорю правду. Вторая принцесса сделала много приготовлений заранее. Если вы мне не верите, можете допросить императорского доктора Ли. Он несет единоличную ответственность за проверку пульса у Второй принцессы. Вторая принцесса заранее подкупила его, чтобы он сделал поддельные записи пульса для ее последующей поддельной беременности. Ты можешь спросить его!”

“Ты...” мадам Цинь чуть не упала в обморок. Она планировала помочь своей дочери осуществить ее последнее желание и свергнуть Шэнь Нинхуа, но она не ожидала, что в конечном итоге погубит репутацию своей дочери. Более того, как только слова Тао Хун подтвердятся, вся семья Чжоу будет полностью уничтожена. Осквернение королевской родословной было ужасным преступлением, которое повлекло бы за собой смертную казнь для всей семьи!

Бейли Цзиньчуань внезапно нахмурился. “У Чжоу уже есть сын и дочь. Зачем ей понадобилось красть твоего ребенка?”

Бейли Цинцан явно думал об этом. “У Чжоу уже есть дети. Зачем ей это делать?”

Тао Хун рассмеялась. “Ваше величество, это уже не первый раз для нее. Никто точно не знает, кто настоящие отцы этих двух детей!”

”Как ты смеешь!" Бейли Цинцан внезапно встал и с грохотом ударил кулаком по столу. Чжоу была так смела, что осквернила королевскую родословную!

Бейли Цзиньчуань на мгновение остолбенел. Затем его глаза стали ало-красными, и ярость поднялась в его глазах. У него было не так много детей, и он относился к своему сыну и дочери как к драгоценным сокровищам. Но теперь кто-то сказал ему, что дети, которых он любил были не его родословной, а ублюдками из ниоткуда!

Глава 105 - Краткая встреча с императрицей

Казалось, зал был до предела заполнен страхом и ненавистью. Страх был густой, липкий и обволакивающий каждого, кто там находился. Окружающие дворцовые служанки и евнухи уже стояли на коленях и дрожали от ужаса. Как только слова Тао Хуна подтвердятся, ни у кого из тех, кто слышал тайну королевской семьи, не будет шансов выжить!

Служанка Тао Хун упала на землю, схватившись за живот. Казалось, она лишилась чувств или самого рассудка, ее лицо стало пустым.

Шэнь Нинхуа стояла в стороне. Глядя на отчаянное выражение лица мадам Цинь, ее глаза холодно заблестели. У нее и мадам Чжоу не было ни малейшей связи, и она не думала о том, чтобы каким-либо образом связаться со Вторым принцем. Мадам Чжоу организовала ядовитый заговор с целью ее убийства, основанный на каких-то ложных предположениях, поэтому она была недостойна ее милосердия. Сможет ли семья Чжоу спастись от этого бедствия, зависело от их удачи.

Глубокий взгляд Бейли Цинцана скользнул по мадам Цинь, лежащей на земле. Гнев в его голосе был настолько сильным, что люди не могли дышать. “Цинь, ты все еще хочешь подать в суд на принцессу Чжаохуа?”

Мадам Цинь дрожала, и ее зубы стучали. “Нет, ваше величество, пожалуйста, простите меня. Я была обманута и приняла принцессу Чжаохуа за убийцу. Я виновата. Пожалуйста, проявите милосердие, ваше величество.” Сейчас она не осмеливалась тащить Шэнь Нинхуа вниз. Вопрос стоял о жизни всей семьи Чжоу.

“Поскольку ты не хочешь подавать на нее в суд, тогда давай уладим этот вопрос с Чжоу. Позвоните главе Императорского института здравоохранения Чэнь Юню. Приведите императорского врача Ли, который проверил пульс Чжоу. Кроме того, Цзиньчуань, вели слугам дать легкие наркотики двум детям Чжоу и приведи их в зал. Я обязательно тщательно расследую это дело”.

Тон Бейли Цинцана был твердым, отчего сердце Бейли Цзиньчуаня подскочило к горлу.

Атмосфера во дворце Чэнцянь сохраняла звенящую ненависть и липкий страх. Хотя зал был великолепен, люди в нем чувствовали леденящий душу холод.

В этот момент громкое объявление за пределами зала нарушило душную атмосферу. “Ваше Величество, Ее Величество и наследный принц прибыли. Они ждут за пределами зала.”

Шэнь Нинхуа стояла в стороне, опустив голову и слегка опустив глаза. Ее ресницы слегка задрожали, когда она услышала это, а затем она успокоилась.

Императрица Чжао Хуэйин была одета в ярко-желтое официальное одеяние, и ее прекрасное лицо было таким же прекрасным, как нефрит, со вспышкой холодного света. - Приветствую вас, ваше величество.

Выражение лица Бейли Цинцана не изменилось. Он сказал глубоким голосом: “Вы пришли в нужное время. Это дело касается княжеских дворов. Как их мать, вы – единственный человек, который может справиться с этим. Чжоу был виновен в осквернении королевской родословной. Сейчас мы расследуем это дело. Теперь ты хорошенько посмотри на выбранную тобой принцессу!”

Тень удивления промелькнула на лице Чжао Хуэйин. После того, как евнух тихим голосом доложил ей о случившемся, ее взгляд в сторону госпожи Цинь полностью изменился. “Чжоу…Какая хорошая семья Чжоу! Да уж, они вырастили прекрасную дочь!”

Лицо Чжао Хуэйин было искажено гневом. Однако в ее сердце было не так уж много волнений. Как императрица, она не могла обращаться с другими принцами слишком сурово. Она выбрала мадам Чжоу в жены Бейли Цзиньчуаню, потому что, согласно ее расследованию, мадам Чжоу родилась с холодом в матке и не могла легко забеременеть. Когда мадам Чжоу родила дочь и сына, она подумала, что ее предыдущее расследование было недостаточно тщательным, и поэтому она не слишком много думала. Кто бы мог подумать, что существует такой шокирующий заговор!

В кратчайшие сроки были привлечены все соответствующие люди.

Императорский доктор Ли был ошеломлен, когда услышал призыв императора. После того, как его привели в зал, он был в полном изумлении. Заметив, что Бейли Цинцан смотрит на него, он сразу же опустился на колени и ясно во всем признался.

“Ваше величество, я виновен. Вторая принцесса обещала мне много чего. Но главное – она угрожала мне моей семьей. У меня не было другого выбора, кроме как помочь ей поменять местами детей, рожденных двумя служанками, которые служили Второму принцу, чтобы она могла притвориться беременной и заявить о двух детях как о своих собственных. Пожалуйста, простите меня, ваше величество!”

После того, как он собственными ушами подтвердил правду, голос Бейли Цинцана стал еще холоднее и резче. “Знаете ли вы, что осквернение королевской родословной - это преступление, достаточно серьезное, чтобы уничтожить всю вашу семью?”

“Я заслуживаю смерти, но у меня не было другого выбора. Начав лгать, я был вынужден продолжить свою ложь. Я помог Второй принцессе накачать других наложниц Второго принца стерилизующим лекарством. Вторая Принцесса использовала это как повод и пригрозила разоблачить все эти вещи, если я ей не помогу. У меня не было другого выбора. Поэтому мне пришлось помочь ей совершить это чудовищное преступление. Пожалуйста, пощадите мою жизнь, ваше величество.”

Бейли Цзиньчуань крепко стиснул зубы, и гнев в его глазах был готов вырваться наружу. “Ты сказал, что ни одна из наложниц на моем заднем дворе не забеременела так долго, потому что Чжоу приказал тебе стерилизовать их?”

Императорский доктор Ли был так напуган его свирепым взглядом, что задрожал всем телом. Он кивнул, дрожа всем телом. “Да, Вторая принцесса приказала мне сделать это”.

Бейли Цзиньчуань не мог сдержать гнев в своем сердце. Он шагнул вперед и пнул Имперского Доктора Ли ногой на землю. “Какой ты посмел, раб!” Эта дрянь Чжоу! Какую обиду она перенесла, что заставило ее так поступить с ним? Хотела ли она, чтобы он умер без кровного наследника?

Императорского доктора Ли ударили ногой в грудь, и он выплюнул полный рот крови, прежде чем потерять сознание.

Чэнь Юнь шагнул вперед, чтобы проверить его состояние. “Ваше величество, он потерял сознание от испуга”.

”Тащите его вниз и отправьте в Небесную тюрьму, чтобы его тщательно охраняли". Лицо Бейли Цинцана было таким же темным, как ночное небо. Он холодно взглянул на императорского доктора Ли и приказал. “Кроме того, пойди проверь этих двух детей, чтобы выяснить, являются ли они родословной Второго принца”.

Чэнь Юнь кивнул. Он достал из аптечки золотую иглу и проткнул пальцы двух детей. Затем он взял немного крови Бейли Цзиньчуаня и тщательно провел обследование.

Шэнь Нинхуа посмотрела на его движения, и ее глаза слегка дрогнули. Эти двое детей принадлежали к родословной Бейли Цзиньчуань, но из-за мадам Чжоу она не думала, что они будут нужны Бейли Цзиньчуань в будущем.

Вскоре после этого Чэнь Юнь доложил: “Ваше величество, эти двое детей - родословная Второго принца”.

Пальцы Бейли Цзиньчуаня, из которых выскочили вены, медленно немного расслабились, и большой камень в его сердце, наконец, приземлился. Если бы Чэнь Юнь сказал, что эти двое детей не принадлежат к его роду, он, вероятно, потерял бы контроль над своим гневом и прямо бросил бы их на землю в зале, чтобы убить.

Шэнь Нинхуа не была удивлена. Поначалу госпожа Чжоу не решалась напрямую заменить королевскую родословную чужими детьми. Она тайно заключила в тюрьму служанок, которые спали со Вторым принцем. Когда служанки были беременны, она позволяла им рожать детей и сама симулировала беременность. Когда родились младенцы, она приняла их как своих собственных детей. Позже привязанность Бейли Цзиньчуаня к ней становилась все слабее и слабее, что заставило ее запаниковать и попытаться использовать беременность, чтобы привлечь его внимание.

К сожалению, исход все равно был неизбежно трагичным!

Такой нелепый фарс разозлил Бейли Цинцана, и он холодно посмотрел на Бейли Цзиньчуаня. Он думал, что этот сын достоин его доверия и ему можно поручать важные задачи, но он даже не смог хорошо управлять своим собственным задним двором. Казалось, что он все еще нуждался в дальнейшей закалке.

Расследование закончилось для многих крайне трагически.

Бейли Цинцан напрямую лишил Второго принца его титула. Что же касается госпожи Цинь и других, то все они были отправлены в Небесную Тюрьму.

Тао Хун и ее возлюбленный были избиты до смерти, а их трупы были брошены в братские могилы.

И снова Шэнь Нинхуа вышла из Дворца. Солнце находилось над головой, в самой середине неба. Дул теплый ветерок под его яркими лучами. Однако Шэнь Нинхуа посмотрела на яркое небо и без всякой причины почувствовал волны холода.

“Ваше высочество, ее величество хочет вас видеть”.

Сзади раздался голос дворцовой служанки, и Шэнь Нинхуа внезапно пришла в себя. ”Ее Величество?" Она только что подошла к воротам дворца, и императрица позвала ее…

“Это верно. Ее Величество приглашает вас во дворец Нинкунь для беседы.”

Сердце Шэнь Нинхуа замерло и пропустило удар. Госпожа Чжоу только что умерла, и императрица хотела видеть ее в этот момент. Было ли это совпадением или заговором?

“Показывай дорогу”.

Дворец Нинкун был самым великолепным дворцом в гареме, с резными балками и расписными стенами повсюду. Это было действительно красиво и изысканно.

Когда дворцовая служанка вошла в комнату, чтобы доложить, Шэнь Нинхуа стояла в коридоре и смотрела на соседние орхидеи.

“Ваше высочество, ее Величество приглашает вас войти”.

Шэнь Нинхуа кивнул и вышла в холл.

Возможно, из-за того, что у нее не было времени переодеться, Чжао Хуэйин все еще была одета в официальный наряд императрицы. “Нинхуа, я вдруг вспомнила, что никогда раньше не разговаривала с тобой наедине, поэтому воспользовалась твоим присутствием во Дворце, чтобы пригласить тебя. Надеюсь, тебя это не беспокоит.

Шэнь Нинхуа отдала честь. - Приветствую Вас, ваше величество. Мне нечего делать, так что вы совершенно не беспокоите меня”.

Чжао Хуэйин коснулась сапфирово-голубых кончиков ногтей и сказала: “Я давно наблюдаю за тобой, моя девочка. Твой этикет, твои движения более совершенны, более элегантны и лучше отработаны, чем у принцесс, которые изучали придворный этикет с детства. Вы, должно быть, приложили много усилий наедине, верно?” Ее тонкие пальцы светились цветом нефрита, неся в себе неповторимую красоту.

”Я не смею сравнивать себя с принцессами". Хотя она и называла Бейли Цинцана Отцом-императором, в конце концов, она была всего лишь приемной дочерью. Титул может быть ей дан, но его также можно отнять. Она совсем не походила на настоящую королевскую принцессу.

Чжао Хуэйин улыбнулась, и ее красные губы изогнулись красивой дугой. “Его величество велел тебе обращаться к нему как к отцу-императору. Даже если ты не настоящая королевская принцесса, твой статус выше, чем у них. Тебе нет необходимости принижать себя. Как и сегодня, неужели ты думала, что Его величество не мог видеть, что в этом деле что-то скрыто? Но он души в тебе не чаял и больше не занимался этим вопросом.”

Пока она говорила, взгляд императрицы Чжао как бы невзначай упал на Шэнь Нинхуа, отражая всю ее реакцию в ее глазах.

На лице Шэнь Нинхуа появилось удивление, когда она с сомнением посмотрела на Чжао Хуэйин. “Разве это дело уже не было четко расследовано? Есть ли что-нибудь скрытое за этим?”

Брови Чжао Хуэйина дернулись. На лице Шэнь Нинхуа было написано только удивление, но ничего больше. Было ли это потому, что она действительно не знала, или потому, что она очень хорошо скрывала свои эмоции?

“Нинхуа, ты все еще притворяешься глупой передо мной? Я уже поручила людям тайно расследовать это дело. Чжоу умерла не только из-за cyperus rotundus в ее подушке. Самой важной причиной была мебель в ее комнате, а также цветы и растения во дворе. Какой жестокий способ убийства!”

На лице Шэнь Нинхуа отразились шок и недоумение. “Ваше величество, о чем вы говорите? Вы имеете в виду, что Вторая принцесса умерла из-за преследования, а не из-за cyperus rotundus? Тогда почему вы не сказали его величеству? Я думаю, что Его величество обязательно тщательно расследует это дело”.

Чжао Хуэйин пристально посмотрела на нее и сказала: “Я просто предполагаю. Мне все еще нужно провести кое-какие исследования. Когда все станет ясно, я, естественно, доложу об этом Его Величеству. Уже поздно. Ты можешь уйти.”

"Хорошо." Шэнь Нинхуа открыла рот, как будто хотела что-то сказать. Но в конце концов она ничего не сказала. Она просто медленно встала и вышла.

Когда она прибыла в главный зал, Шэнь Нинхуа держала голову опущенной, пока не села в карету. Недоумение, сомнение, тревога и шок на ее лице, наконец, исчезли, и она приняла свое обычное спокойное выражение.

Императрица испытывала ее. Она что-нибудь нашла?

Во дворце Нинкунь императрица холодно посмотрела на колышущиеся занавески, за которыми скрылась Шэнь Нинхуа и холодно улыбнулась. “Да, ты прямо как еж, умеющий защищаться и свернувшийся клубком. Однако ты все еще слишком молода и недостаточно опытна для таких игр.”

Глава 106 - Как Насчет Того, Чтобы Выйти За Меня Замуж?

Вскоре после ухода Шэнь Нинхуа наследный принц вышел из-за искусственного холма рядом с дворцом Нинкунь. Увидев удаляющуюся фигуру Шэнь Нинхуа, он махнул рукой и приказал темной страже. “Слушайте меня внимательно. В ближайшие дни особенно строго следите за Особняком Второго принца и Особняком Принцессы префектуры. Между ней и Бейли Цзиньчуанем ничего не должно произойти. В случае чего, ваша задача предотвратить любое подозрительное событие!..”

В голосе кронпринца звучала безграничная холодность, но темный страж, казалось, привык к этому. Он спокойно ответил: “Да, господин”.

Вернувшись домой, Шэнь Нинхуа сразу же обратилась к Хун Лин: “Хун Лин, есть ли какие-нибудь новости в столице в последнее время?”

“Мисс, нет ничего особенного”. Хонг Лин покачала головой.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Она всегда чувствовала, что отношение императрицы к ней было немного странным, но она не могла точно сказать, почему. А три дня спустя пришла ошеломительная новость.

“Великое Королевство Юэ скоро отправит посланника в столицу, чтобы найти принцессу для Шестого принца Королевства Юэ”.

Когда Хун Лин рассказала ей эту новость, выражение лица Шэнь Нинхуа значительно изменилось. В ее прошлой жизни такого не было.

Великая Юэ и Даань были двумя большими странами, и поскольку их разделяла высокая гора, они мирно сосуществовали в течение многих лет. На этот раз Королевство Юэ внезапно пришло просить принцессу для своего принца. Это заставило ее задуматься, какие именно планы решили реализовать их соседи.

Чу Цзюньи вошел в дверь и увидел серьезное выражение лица Шэнь Нинхуа. Он сразу понял, что она, должно быть, тоже уже слышала эту новость. ”Нинхуа, ты слышала об этом?"

"Да. Королевские семьи Даань и Великая Юэ уже много лет не имели никаких контактов. Между двумя странами путешествуют только торговые караваны. Почему они вдруг пришли сюда, чтобы на этот раз заключить брак с Дааном?”

Чу Цзюньи покачал головой. “Я тоже не не могу этого понять и у меня не никакой конкретной информации. Мы можем только дождаться их прибытия, прежде чем поймем, что на самом деле происходит”.

Шэнь Нинхуа кивнула без особого разочарования. Действительно, не стоит сейчас ломать голову над этим известием. Когда придут люди из Великого Королевства Юэ, она, естественно, будет знать ответ.

Чу Цзюньи посмотрел на ее белое лицо, освещенное ярким солнечным светом и вдруг промолвил: “Нинхуа?”

"Да?" Шэнь Нинхуа подняла голову. Прядь волос, заправленная за ухом, случайно растрепалась и упала рядом со щекой. Она подняла руку, чтобы снова заправить волосы, но из-за того, что прядь волос была слишком гладкой, она снова упрямо упала на щеку.

Шэнь Нинхуа подняла руку, чтобы попробовать еще снова, но Чу Цзюньи схватил ее за запястье.

Взгляд Чу Цзюньи был сосредоточен, и его возбуждение продолжало наростать. По какой-то неведомой причине он неосознанно держал ее тонкие белые пальцы в своей ладони, когда наблюдал, как они покачиваются у него перед глазами.

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась и подняла голову, чтобы в замешательстве посмотреть на Чу Цзюньи. “Что с тобой случилось? Почему ты вдруг…подержишь меня за руку?”

Чу Цзюньи не ответил. Вместо этого он протянул руку, чтобы коснуться ее волос, и осторожно заправил прядь волос ей за ухо. Его теплая ладонь скользнула по ее лицу, это было так необычно и приятно, что девушку охватило чувство некоторого смущения. Но она сделала вид, что ничего не почувствовала и заставила себя вести непринужденно.

Глядя в эти сосредоточенные и глубокие глаза, Шэнь Нинхуа внезапно поняла, что впервые в жизни не знает что сказать. Она только подняла голову и всретилась своими глазами с его взглядом, позволяя сложным эмоциям в этих глазах медленно поглотить ее.

Чу Цзюньи намеревался только помочь ей откинуть волосы назад, но он вдруг понял, что Шэнь Нинхуа не собиралась отвергать его внезапные и смелые движения. Он невольно еще раз нежно погладил ее по лицу, и его глаза излучали приятное тепло и какие-то новые, до селе неизведанные чувства.

В это время взгляд Шэнь Нинхуа ничего не выражал. Она выглядела очень мило, напомнив ему кошку, которая купалась в теплых солнечных лучах, а затем свернулась калачиком под цветами и прищурила глаза, чтобы хорошенько выспаться. Волны жара поднялись в его сердце. Он не мог не спросить.

“Нинхуа, ты выйдешь за меня замуж?”

Шэнь Нинхуа подняла голову и посмотрела на него. Ее ресницы слегка задрожали, и она, наконец, вырвалась из пленившего ее состояние. Ее уши покраснели, и она сердито отмахнулась от руки Чу Цзюньи. “Похоже, в будущем я не смогу оставаться с тобой наедине. Иначе я даже не успею понять, когда попадусь в твою ловушку.”

Увидев ее реакцию, сердце Чу Цзюньи наполнилось сожалением. “Ты такая умная и хладнокровная девушка, как я могу заманить тебя в ловушку?”

"Почему нет? Разве я сейчас только что не угодила в твою ловушку?” Шэнь Нинхуа подняла брови.

Чу Цзюньи чувствовал себя одновременно злым и веселым. “Я искренне выражал свою привязанность. Я не обманывал тебя. Ты что, обычная глупая, чернобровая девчонка?”

Шэнь Нинхуа повернула голову и сказала: “Ну кто знает, о чем ты думаешь!”

“Ты...” Чу Цзюньи свирепо посмотрел на нее. Он поднял голову и коснулся волос у нее на лбу, но не стал прикладывать много сил. Он только нежно погладил ее, а затем резко отдернул руку. “Хорошо, за эти дни в семье Сяо произошло много событий. Я не могу отсутствовать слишком долго, поэтому мне надо вернуться. Если будут какие-нибудь новости, я попрошу птицу с лазурным оперением отправить тебе сообщение. Если тебе что-нибудь понадобится, ты также можешь послать кого-нибудь, чтобы сообщить мне.”

“Да, хорошо”. Шэнь Нинхуа слегка опустила голову и казалась рассеянной.

Чу Цзюньи бросил на нее глубокий взгляд, повернулся и вышел.

Когда комната снова опустела, Шэнь Нинхуа некоторое время сидела в оцепенении и медленно подняла руку, чтобы прикоснуться ко лбу. Она все еще чувствовала тепло его руки. “Если бы действительно не было другого выхода, Чу Цзюньи был бы хорошим выбором”.

Несколько дней спустя госпожа Чжан снова приготовила достаточное количество лекарственных ингредиентов. На этот раз она не осмелилась использовать их сама и послала кого-то пригласить Шэнь Нинхуа. Шэнь Нинхуа не стала отказываться. Она приказала помощникам приготовить лекарство, а затем отправилась лечить Чжао Руюнь.

В прошлый раз Чжао Руюнь была в коме из-за своих серьезных травм. На этот раз, как только Шэнь Нинхуа вошла, она повернула голову, чтобы посмотреть на нее.

Лицо Чжао Руюнь выглядело более здоровым, чем раньше. Ее лицо больше не было болезненным и бледным, но порозовело и имело все признаки некоторого улучшения. “Я никогда не думала, что ты будешь тем, кто в конце концов спасает меня”.

Шэнь Нинхуа проигнорировала ее темный взгляд и с легкостью достала золотую иглу. “Ну что ж, тогда вы разочарованы, увидев меня, мисс Чжао? Или ты хочешь увидеть Шень Линхань?”

“Шень Линхань? Ха-ха, эта дрянь?” После столь долгого лежания в постели Чжао Руюнь впервые задумалась о прошлых событиях. Если бы не план Шэнь Линхань, она бы не упала с павильона на искусственном холме. Более того, Шэнь Линхань много раз совершала ошибки в прошлом, и каждый раз за нее приходилось заступаться.

Она была подобна хорошему копью, атакующему везде, где Шэнь Линхань находила необходимым атаковать. Даже ее любимый мужчина, Пятый принц Байли Цзиндзе, ценил Шэнь Линхань больше.

Хотя она также ненавидела Шэнь Нинхуа за то, что она заставила ее встать на колени и извиниться, теперь она ненавидела Шэнь Линхань гораздо больше! Узнав, что она может полностью восстановиться, она представила себе бесчисленные сцены, как она идет перед Шень Линхань и осуществляет свой план мести. Она определенно заставит Шэнь Линхань заплатить за все ее травмы и переживания!

Шэнь Нинхуа не заботила ненависть в глазах Чжао Руюнь. К счастью для нее самой, кстати, что у Чжао Руюнь была такая ненависть. В противном случае ее истощенное тело уже давно не смогло бы удерживать угасающий огонек жизни.

Сначала она не чувствовала, как золотые иглы вонзаются в ее тело, но со временем различные ощущения болезненности, припухлости, боли и онемения заставили Чжао Руюнь громко кричать.

Шэнь Нинхуа взяла полотенце и засунула его ей в рот. “Не отпускай свое дыхание, или моя работа будет потрачена впустую”.

Чжао Руюнь быстро потерял сознание после укола иглой и приема лекарства. Шэнь Нинхуа вытерла пот с ее головы и достала таблетку, чтобы заставить выпить ее свою пациентку.

После этого лечения Чжао Руюнь должна будет достичь такого состояния, что сможет уже немного передвигаться. Она должна быть в состоянии свободно ходить до прибытия посланника Великого Юэ. Таким образом, следующая драма была бы достаточно захватывающей. В конце концов, семья Чжао была ее неотъемлемой частью, верно?

Спустя полмесяца от семьи Чжао пришли хорошие новости о том, что Чжао Руюнь, у которой был сломан позвоночник, действительно выздоровела. Однако эта новость не была сенсационной, потому что всеобщее внимание было приковано к предстоящему посланнику Великого Юэ.

По слухам, чтобы показать свою искренность в отношении брака, Шестой принц Великого королевства Юэ Бу Цзинлан лично прибыл с посланником. Хотя этот принц занимал шестое место, но он был любимым сыном императора. Он был не только искусен в боевых искусствах, но и хорошо разбирался в теории стратегии и литературе. Он был любим всем народом Великого Королевства Юэ.

На этот раз, когда они услышали, что приближается такой легендарный принц, жители Даана выбежали на улицы и встали по обе стороны улицы, ожидая его.

Шэнь Нинхуа вошла во дворец ранним утром и осталась во дворце принцессы Аннинг, чтобы понаблюдать за ее переодеванием. “Если ты так оденешься, этот Шестой принц, вероятно, влюбится в тебя с первого взгляда”.

Рука Бейли Аннинг, теребившая шпильку, замерла. Она обернулась и смущенно посмотрела на нее. “Не говори ерунды. С таким лунным светом кожи, как у тебя, мы будем всего лишь светлячками на фоне солнца.”

Шэнь Нинхуа встала. Она выбрала простую, но элегантную заколку в виде феникса и помогла Бейли Аннинг надеть ее. “Это неправильно. Я всего лишь приемная дочь императора, и я не могу стоять в первом ряду. Здесь так много людей, чтобы поприветствовать принца, и увидеть меня нелегко. Но ты, только ты и Девятая принцесса во Дворце еще не вышли замуж. Но если вы не хотите политического брака, то вам нет необходимости так одеваться сегодня”.

Бейли Аннинг надолго задумалась, а затем покачала головой. “Как принцесса, я не могу опозорить королевскую семью на этот раз. Этот Шестой принц, должно быть, собрал полные сведения о нас, прежде чем прийти. Лучше великодушно показать ему, чем скрывать это. Возможно, этот Шестой принц красив и элегантен, и так случилось, что он мой господин Удача!”

Шэнь Нинхуа громко рассмеялась, когда услышала это, и даже не смогла выпрямиться от смеха. Неожиданно слова Бейли Аннинг оказались верными.

Стоя в приветственной группе женщин, Шэнь Нинхуа посмотрела на Бу Цзинланя, который медленно двигался вперед верхом на черном коне. Ее глаза были полны легкого удивления.

За две свои жизни она повидала много красивых мужчин. Бу Цзинлань не был самым выдающимся, но его можно было считать человеком с самым особенным темпераментом. Его аура была спокойной, как бассейн с чистой водой. Это было так, как если бы люди могли видеть дно, но им мешало бы отражение поверхности воды, из-за чего люди не могли бы видеть ясно.

“Принц Бу Цзинлань из Великого Королевства Юэ выражает свое почтение императору Дааня”.

Выражение лица Бейли Цинцана стало мягким, когда он услышал стандартное королевское приветствие и уважительное отношение. “Приветствую тебя! Ты проделал весь этот путь сюда. Должно быть, это было трудное путешествие.”

Бу Цзинлань выпрямился, и серебристо-белый наряд принца Великого Королевства Юэ показал его внешность еще более необычной. “Для меня большая честь приехать в Даан, ваше величество”.

“Мне приятно слышать твои слова. Сегодня я устрою для тебя приветственный банкет во Дворце.”

Бу Цзинлань улыбнулся и кивнул с неописуемой грацией. “ Благодарю вас, ваше величество.

Шэнь Нинхуа тайком смерила Бу Цзинланя и членов посланника, стоявших позади него, холодным взглядом. Этот Шестой принц был действительно не прост. Он вышел вперед, чтобы выполнить приветственные формальности, но посланник позади него стоял неподвижно. Даже лошади беззвучно стояли прямо, неся в себе безмолвную и торжественную ауру.

Внезапно она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Она невольно подняла глаза и увидела пару приветливых карих глаз…

Глава 107 - Извините, Мне Это Не Нравится

В глазах светилась ясная улыбка, как будто они были наполнены весенними цветами. В тот момент, когда они встретились взглядом с Шэнь Нинхуа, ее карие глаза слегка дрогнули, как поверхность озера, сморщенная бризом, сияющая сверкающим светом волн.

Очевидно, между ними было довольно много людей, но с одного взгляда Шэнь Нинхуа была уверена, что Бу Цзинлань смотрит на нее. Она повернула голову, и ее тонкие брови придали ее лицу выражение и оттенок холодности.

Мать Бу Цзинланя и мать Бейли Цзиндзе обе были низкого статуса, но их судьбы были совершенно разными. Мать Бейли Цзиндзе умерла сразу после его рождения. У Бейли Цзиндзе не было другого выбора, кроме как быть воспитанной другими императорскими наложницами. Однако мать Бу Цзинланя была чрезвычайно умна. Она не только преуспела в защите своего ребенка, но и сумела подняться на вершину, полагаясь на этого ребенка. Император Великой Юэ даже сделал для нее исключение и лично позволил ей, которая в то время все еще была Гирен (наложницей низкого ранга), вырастить собственного ребенка. Позже она много раз повышалась в должности и, наконец, стала высокопоставленной императорской наложницей со своим собственным дворцом.

Бейли Аннинг стояла рядом с Шэнь Нинхуа и смотрела на изысканные манеры наследного принца с Бу Цзинланом. Она слегка повернула голову и прошептала: “Рассуждая логически, даже если Великое Королевство Юэ хотело политического брака, им нет необходимости посылать такого важного принца. Нинхуа, ты не чувствуешь, что происходит что-то странное?”

Принцесса Аннинг была очень чувствительной. Шэнь Нинхуа подняла голову, чтобы посмотреть на Бу Цзинланя, который не имел себе равных в поведении. Затем она слабо улыбнулась. “Они пришли сюда с просьбой о политическом браке. Я думаю, мы узнаем их истинные намерения позже, на банкете”.

Бейли Аннинг кивнула и повернулась. Когда она увидела красивое лицо Бу Цзинланя, ее сердце учащенно забилось. Она чувствовала, что от этого человека исходит неописуемая аура элегантности и славы.

Увидев покрасневшее лицо Бейли Аннинг, Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Казалось, что этот Бу Цзинлань был действительно очаровательным молодым человеком.

Поскольку посланником на этот раз был принц, приветственный банкет состоялся во дворце Чэнцянь. Шэнь Нинхуа посадили рядом с Бейли Аннинг и Девятой принцессой Бейли Аньцин.

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. Она давно слышала, что посланник Великого Королевства Юэ был здесь, чтобы сделать предложение руки и сердца. Все взгляды уже давно были прикованы к креслам принцесс. Она была всего лишь приемной дочерью императора, но ее посадили между двумя принцессами. В одно мгновение она стала самым привлекательным человеком.

Казалось, кто-то хотел сделать ее объектом всеобщего внимания. Если бы Шэнь Нинхуа захотела бы пересесть, то смена места в это время только привлекла бы больше внимания, поэтому она только и могла, что только сидеть неподвижно. Шэнь Нинхуа сидела на сиденье с безразличным выражением лица, и в ее сердце появился холод.

Девятая принцесса Бейли Аньцин редко появлялась из-за своего слабого здоровья. На этот раз она сидела рядом с Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг и казалась еще менее заметной.

Все в глубине души размышляли о плане императора. Чу Цзюньи крепко держал в руке кубок с вином, и в его глазах мелькнул яростный взгляд. Он старательно преследовал эту чернобровую девушку. Он так дорожил ею, что надеялся сделать нечто большее, чем просто защищать ее как сокровище в своих ладонях. Но теперь с ней обращались как с товаром на продажу. Как он мог не злиться? Пока он думал об этом, его взгляд скользнул по Бу Цзинланю, который сидел на почетном месте среди гостей, и в его глазах вспыхнул резкий холодный свет.

Атмосфера банкета была исключительно оживленной. Посланник Великого Королевства Юэ держал в руке кубок с вином и расточал хвалу, которая началась с земли Даань и завершилась мудростью императора. Его красноречие и остроумные комплименты заставили Бейли Цинцана громко рассмеяться.

Бейли Аннинг сидела рядом и слушала лестные слова посланника. Она весело улыбнулась. “Нинхуа, этот человек довольно интересный. Даже ничего не делая, а только произнося речи, уже одно это может сделать его достойным посланником.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Этот человек известен своим красноречием, за что получил прозвище Острый на язык Чжан. Говорят, что однажды он заставил двух имперских цензоров, которые объявили ему импичмент, покончить с собой, просто произнеся свою защитную речь.”

«Что? Он такой великий оратор?”

“Более того, он не только обладает удивительным красноречием, но и обладает непревзойденным умом. Вы должны знать, что широко распространенный Цзинъи Фу, чтобы восхвалить Шанцзин, столицу Великого королевства Юэ, был написан им.”

Бейли Аннинг была крайне удивлена. Она думала, что этот посланник Чжан был просто придворным льстецом, но она не ожидала, что он действительно окажется таким талантливым.

Шэнь Нинхуа посмотрела на посланника Чжана, который все еще говорил без остановки, и подумала про себя. В Великой миссии Юэ действительно были крадущиеся тигры и затаившиеся драконы. Неужели им действительно нужна была такая представительная и многочисленная делегация, только для того, чтобы жениться на королевской принцессе?

Примерно через пятнадцать минут посланник Чжан удалился. Шестой принц, Бу Цзинлань, встал с чашей в руке. “Благодарю вас, ваше величество, за ваше гостеприимство. Я сначала выпью эту чашу вина, чтобы выразить свою благодарность.”

Бейли Цинцан кивнула и слабо улыбнулась. “У Великого Юэ и Дааня хорошие отношения, и посланники вносят свой вклад в дружбу между двумя странами. Тебе не нужно быть таким скромным.”

Бу Цзинлань улыбнулся своей ослепительной улыбкой. “Ваше величество, я думаю, вы, должно быть, слышали, что я приехал в Даан, чтобы показать, что две страны - хорошие друзья. Кроме того, я хочу жениться на девушке из Даана в знак доброй воли к 100-летнему миру между двумя странами”.

Бейли Цинцан громко рассмеялся. “Хорошо, брак между двумя странами позволяет избежать войны. Это самое лучшее. Среди моих дочерей только Пятая принцесса Бейли Аннинг и Девятая принцесса Бейли Анцин еще не замужем. Ты...”

Бу Цзинлань прервал его, и его глаза были полны тепла и романтики. “Ваше Величество, мы, великие люди Юэ, не очень заботимся о семейном происхождении. Будь она принцессой или девушкой из простой семьи, пока мы можем быть счастливы друг с другом, я женюсь на ней на торжественной церемонии, чтобы показать свою любовь к ней. Я буду заботиться о ней и уважать ее на протяжении всей своей жизни”.

Бу Цзинлань уже был достаточно красив. Теперь он казался таким ласковым и романтичным, что делало его чрезвычайно привлекательным для юных леди.

Когда Шэнь Нинхуа увидела покрасневшие лица Бейли Аннинг и Бейли Анцин, ее сердце слегка дрогнуло. Казалось, что этот Шестой принц из Королевства Юэ собирался всколыхнуть сердца многих девушек в Даане. Ей было интересно, на ком он женится в конце концов.

Несмотря на то, что его прервали, Бейли Цинцан не рассердился. Вместо этого он был заинтригован значением своих слов. “Ты хочешь сказать, что даже женишься на простолюдинке, независимо от статуса, если она тебе нравится?”

Бу Цзинлань улыбнулся и ответил: “Да, ваше величество”.

Императрица Чжао Хуэйин, которая до этого сидела в стороне, ничего не говоря, вдруг сказала: “Это интересно. Ваше величество, если девушка, которая приглянулась Шестому принцу, действительно простолюдинка, вы можете признать ее своей приемной дочерью и наградить титулом принцессы. Таким образом, вы можете помочь Шестому принцу и ей воплотить легендарную романтическую историю.”

Как только императрица закончила говорить, кто-то со стороны уже продолжил ее тему. “Ее величество права. Кстати, разве принцесса Чжаохуа не приемная дочь Его Величества?”

Всеобщий взгляд упал на Шэнь Нинхуа, и многие ожидали увидеть интересную сцену.

Императрица хотела выдать ее замуж! Шэнь Нинхуа поставила чашку, которую держала в руке, на стол и сказала с легкой улыбкой на лице: “Если Его Величество возьмет еще одну приемную дочь, она может быть моей компаньонкой. Однако, в конце концов, брак между двумя странами - это большое дело, и равенство в статусе важно”.

Верно. Политический брак был заключен ради прочного мира между двумя странами и долгосрочных обменов. Если бы Шестой принц действительно женился на простолюдинке, сколько внимания она получила бы? Их брак может и не способствовать укреплению отношений между двумя странами.

Бу Цзинлань повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, и его глаза были полны удивления.

После церемонии 15-летия внешность Шэнь Нинхуа стала еще более привлекательной. Казалось, от нее исходила чарующая аура. Когда она была сильной, она была похож на огонь и цветы, а когда она была слабой, она был похож на воду и облака. Как бы там ни было, эти чарующие метаморфозы делали ее незабываемой девушкой.

“Вы, должно быть, принцесса префектуры Чжаохуа. Я слышал о вас задолго до этого, но у меня никогда не было возможности встретиться с вами. Сегодня я увидел, что вы намного лучше, чем все то, что ранее слышал о вас. Вы прекрасна, как фея.”

Прямой комплимент заставил всех почувствовать себя немного неловко, но все они ждали, как отреагирует Шэнь Нинхуа.

- Благодарю вас, ваше высочество, за комплимент. Обычаи Великой Юэ были довольно свободными, и женщины также могли добиться больших успехов. Шэнь Нинхуа знала это, поэтому не отказалась, а прямо приняла похвалу Бу Цзинланя.

Бу Цзинлань был удивлен еще больше. Он думал, что женщины Даана были так же слабы, как доддер, который полагался на деревья для своего выживания. Он никогда не ожидал, что Шэнь Нинхуа будет такой же независимой, как зеленый бамбук. Что приводило его в еще больший восторг, так это то, что она была также красива и умна.

Кубок с вином в руке Чу Цзюньи издал хрустящий звук, но поскольку зал был наполнен голосами людей, это не привлекло ничьего внимания. Он бесстрастно бросил раздавленную чашку на стол, взял лежавшее рядом с ним матерчатое полотенце и тщательно вытер руку.

“Ваше величество, я надеюсь, что вы позволите нам остаться здесь еще немного, чтобы мы могли насладиться прекрасными пейзажами Даана. Если я встречу подходящую кандидатуру в жены, у нас будет больше времени, чтобы узнать друг друга и привязаться друг к другу”. - откровенно сказал Бу Цзинлань.

Бейли Цинцан кивнул. “Да, разумеется, ты можешь оставаться и пользоваться нашим гостеприимством столько, сколько сочтешь необходимым”.

“ Благодарю вас, ваше величество.

Статус Шестого принца был таков, что необходимость в сопровождении в течении всего банкета, в лице Бейли Цинцан и Чжао Хуэйин, отсутствовала. В середине пиршества они откланялись, и только принцы и чиновники остались развлекать гостей.

Девятую принцессу Бейли Аньцин отвели в сторонку, чтобы поиграть. Бейли Аннинг увидела, что вокруг никого нет, и спросила Шэнь Нинхуа: “Нинхуа, ты должна была это почувствовать. Похоже, мать-императрица хотела, чтобы ты вышла за него замуж.”

"Да." В последний раз, когда императрица пригласила ее во дворец Нинкунь, это был камень, брошенный, чтобы указать дорогу. Она думала, что не выказывает никаких эмоций, но императрица все еще относилась к ней с подозрением. Императрица знала, что Бейли Цинцан заботится о своей матери и не станет легко наказывать ее, поэтому она придумала способ справиться с ней, выдав замуж и выслав ее далеко отсюда. Даже без внезапного визита Бу Цзинланя императрица все равно придумала бы способ отослать ее подальше от столицы.

В отсутствие императора и императрицы уехали и некоторые высокопоставленные чиновники. После этого атмосфера банкета мгновенно стала оживленнее. Уже было много людей, которые требовали увидеть представление.

Внимание к Девятой принцессе Бейли Аньцин в конце концов была потеряно. Она сразу же попросила о помощи и притянула Бейли Аннинг к себе.

Шэнь Нинхуа не хотела вмешиваться, поэтому она сидела на своем месте и неторопливо пила чай.

Бу Цзинлань подошел к Шэнь Нинхуа и с улыбкой сказал: “Принцесса Чжаохуа, похоже, вам не нравится здешняя атмосфера”.

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Почему мне это должно не нравиться? Мне не нравится быть в такой оживленной компании”.

Бу Цзинлань улыбнулся и сказал с беззаботным выражением лица: “Я думаю, что тебе понравятся тихие и мирные вещи. В конце концов, ты выглядишь точь-в-точь как человек, который любит тишину.”

“Тогда вы ошиблись в своих предположениях. Я ненавижу тишину.” Тень отвращения промелькнула в глазах Шэнь Нинхуа. Она столько лет жила в холодном дворце, и ей не с кем было поговорить. Когда она действительно не могла вынести тишины, она билась головой о стену, чтобы издать хоть какой-нибудь звук.

“Тогда вам определенно понравится наше Великое Королевство Юэ. Люди всех возрастов очень хорошо поют и танцуют. Повсюду можно увидеть праздники и шумное веселье”.

Шэнь Нинхуа усмехнулся. “Извините, мне это тоже не нравится”.

Глава 108 - Не Прикасайся Ко Мне!

Бу Цзинлань был ошеломлен. Очевидно, он не ожидал, что Шэнь Нинхуа откажет ему так прямолинейно. В его глазах вспыхнул почти невидимый огонек. “Ваше высочество, подумайте хорошенько. Я больше не буду вас беспокоить.” С этими словами он встал и ушел, не дав Шэнь Нинхуа возможности заговорить снова.

Шэнь Нинхуа поставила чашку, которую держала в руке, и нежно погладила свое запястье. Такая простая проверка… Этот Шестой принц действительно был интересным человеком.

Люди собирались в главном зале и иногда болели за Бейли Аннинг, которая исполняла Гужэн. Бу Цзинлань выбрал местечко неподалеку и стоял там с улыбкой на лице. Время от времени на его лице появлялась красивая улыбка, а его глаза светились интересом ко всему происходящему.

Через некоторое время выступление Бейли Аннинг подошло к концу, и толпа сразу же разразилась аплодисментами. Но вдруг, по непонятной причине Девятая принцесса Бейли Аньцин пошатнулась. Она потеряла равновесие и чуть не упала на землю.

Бу Цзинлань поспешно шагнул вперед и протянул руки, чтобы поддержать ее. Он опустил голову и спросил: “Что с вами случилось, ваше высочество? Вы растянули лодыжку?”

Бейли Аньцин покраснела. Все ее тело, казалось, горело от смущения. Она застенчиво кивнула. “Я просто потеряла равновесие. Простите, что побеспокоила вас, Шестой принц. Вы наверное смеетесь в душе надо мной, такой неловкой…”

“Ну что вы! Я даже не помышлял об этом, просто я обеспокоен вашим самочувствием..!”. Бу Цзинлань мягко улыбнулся со спокойным выражением лица. Увидев, что медсестры, стоявшие рядом, пришли поддержать Бейли Аньцин, он вежливо отпустил ее и сделал два шага в сторону.

Шэнь Нинхуа взяла чашку с чаем, чтобы скрыть улыбку на своих губах. Насмешка мелькнула в ее сердце. Казалось, вот-вот начнется еще одно хорошее представление.

Поскольку это был всего лишь приветственный банкет, он длился не слишком долго. Через два часа банкет был объявлен оконченным.

После того, как Шэнь Нинхуа покинула императорский дворец и вернулась в особняк принцессы префектуры, медсестра Ся Цзинцю немедленно пришла навестить ее.

“Ваше высочество, пожалуйста, найдите врача для мисс Ян. Ее болезнь становится все более и более серьезной. В последние дни у нее была высокая температура, и сейчас она находится в бреду из-за лихорадки”.

В последнее время Ян Инсюэ была очень тихой. Шэнь Нинхуа почти забыла о павильоне Цуйчжу. “Что с ней не так? Разве она не пришла в себя? Почему у нее все еще жар?”

Медсестра плакала с печальным лицом. “Я не знаю. В эти дни мы потихоньку посылали за многими врачами, но это бесполезно. Ее состояние нисколько не улучшилось...”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Тогда почему вы не сообщили мне об этом раньше?”

“Ваше высочество, пожалуйста, успокойтесь. Мадам Ся видела, что вы были заняты подготовкой к похоронам Второй принцессы и посещением всевозможных банкетов, поэтому она действительно не могла больше беспокоить вас. Вот почему мы вам ничего не стали говорить. И если бы не полное бессилие врачей, которые не смогли вылечить юную мисс, мы вас и не побеспокоили бы. К слову говоря, юная мисс все равно не захотела вас беспокоить.”

В прошлый раз Чжан Нянь сказал, что Ян Инсюэ приняла лекарство, которое может вызвать высокую температуру. На этот раз она не знала, была ли это настоящая болезнь или поддельная. “Бай Руо, следуй за мной, чтобы взглянуть”.

Павильон Цуйчжу был гораздо изысканнее, чем раньше. Во внутреннем дворе были изящно подстриженные растения в горшках, которые особенно радовали глаз. “Тетя, я слышал, что моя двоюродная сестра уже давно болеет. Я послала за императорским врачом.”

Ся Цзинцю сидела у кровати Ян Инсюэ, вытирая лоб носовым платком. “Нинхуа, ты здесь. Я не хотела вас беспокоить. Но состояние вашей двоюродной сестры…”

“Ну, мы же члены семьи. Тетя, не будьте со мной так официальны. Независимо от того, насколько я занята, то, что должно быть сделано, не должно откладываться. Подождите немного. Императорский врач уже в пути.”

Примерно через час Чжан Нянь поспешила к нему с аптечкой. Позади него стоял мужчина, одетый в парчовую мантию из белой, как лунный ткани с рисунком. Этот человек был высоким, стройным, красивым, и в его действиях чувствовалась благородная аура. Он был Вторым принцем, Бейли Цзиньчуанем.

В глазах Ся Цзинцю промелькнуло волнение, когда она увидела Бейли Цзиньчуань, и ее рука, державшая Ян Инсюэ, слегка напряглась.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и скрыла все свои эмоции под тонкими ресницами. “ Приветствую вас, ваше высочество. Почему вы здесь?”

Бейли Цзиньчуань слегка нахмурился, когда увидел мадам Ся в комнате. Когда он встретил слугу, который направлялся пригласить Чжан Нянь, он подумал, что Шэнь Нинхуа больна, поэтому последовал за ним, чтобы взглянуть. Он не ожидал, что пациентом окажется другой человек. Однако он не мог прямо признать свою ошибку.

“Я встретил доктора Чжана по дороге, поэтому зашел взглянуть”.

“О…Мама, у меня болит голова...” Ян Инсюэ вскрикнула и дотронулась до своего лба. Ее ресницы задрожали, когда она открыла глаза. Затем она широко раскрыла их от удивления. “Ваше высочество, кузина, вы здесь. Пожалуйста, простите меня за то, что я не могу встать с кровати и поприветствовать...”

Когда Шэнь Нинхуа увидела Ян Инсюэ, она была ошеломлена от того, как выглядела ее двоюродная сестра. Можно сказать, что Ян Инсюэ была довольно красива, и единственное, чего ей не хватало, - это великолепного темперамента. Но теперь каждая ее частичка выглядела настолько безупречно красивой, что люди не могли отвести от нее взгляда.

Увидев такую удивительную красоту, Бейли Цзиньчуань тоже на мгновение стал выглядеть сбитым с толку. “Мисс Ян, поскольку вы больны, не беспокойтесь о ненужных формальностях. Я слышал, что вы плохо себя чувствуете, но у меня не было времени навестить тебя. Сегодня я приехал сюда в спешке и не успел подготовить подарок. Я обязательно наверстаю упущенное в другой раз”.

Ян Инсюэ улыбнулась. Ее улыбка была такой же нежной и несла в себе слабый намек на спокойствие, которое заставляло людей чувствовать себя естественно. “Я очень рада, что вы пришли ко мне в гости, и нет никакой необходимости в подарках. Я была серьезно больна в эти дни, так что вам лучше не оставаться здесь слишком долго, чтобы избежать заражения.” Говоря это, она подняла рукав, чтобы прикрыть лицо, и выглядела немного усталой.

Кто мог бы отвергнуть просьбу такой красавицы, как эта?

Бейли Цзиньчуань кивнул. “Мисс Янг, вам следует больше отдыхать. Ее высочество обязательно хорошо о вас позаботится. Я приду навеститьвас в другой раз”.

“ Благодарю вас, ваше высочество. Ян Инсюэ улыбнулась Второму принцу и повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа с извиняющимся выражением лица. “Двоюродная сестра, прости, что заставила тебя волноваться”.

Шэнь Нинхуа шагнула вперед, чтобы помочь ей привести в порядок одеяло. “Кузина, тебе не нужно быть такой вежливой и официальной. Просто расслабся и хорошенько отдохните. Через несколько дней это будет Фестиваль Чистой яркости. Я хочу пригласить тебя провести время на Фестивале со мной. Ты должна быстро прийти в себя.” Прямо сейчас Ян Инсюэ, казалось, полностью переродилась и радовала глаз. Поэтому Шэнь Нинхуа проявила немного больше заинтересованности в ней.

“Да, я обязательно пойду с тобой”, - мягко улыбнулась Ян Инсюэ. Ее лицо было прекрасным, как лотос, а брови тонкими, как ивовые ветви, что делало ее красоту еще более неотразимой.

Сказав еще несколько слов, Шэнь Нинхуа и Бейли Цзиньчуань ушли.

Покинув павильон Цуйчжу, Бейли Цзиньчуань не попрощался. Вместо этого он подошел к павильону у пруда и сказал: “Нинхуа, ты не против немного посидеть со мной?”

Шэнь Нинхуа на мгновение остановилась, затем подошла к павильону и села. “Ваше высочество, вы хотите мне что-нибудь сказать?”

Бейли Цзиньчуань внимательно посмотрел на Шэнь Нинхуа, как будто хотел заглянуть прямо в ее сердце. “Ты тот человек, который спланировал уничтожение Чжоу?”

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало холодным. “Что вы имеете в виду? Вы пришли сюда, чтобы осудить меня? Это вы решили отказаться от спасения Второй Принцессы, помниште?”

Бейли Цзиньчуань возразил: “Здоровье Чжоу уже достигло точки истощения. Даже если бы ее вылечили, она бы просто лежала в постели до конца своей жизни. Если бы ей пришлось так много страдать, было бы лучше дать ей покой.” По мере того, как он говорил, его тон постепенно становился все более сердитым. “Нинхуа, я отказался от надежды спасти ее, но я не разрушал ее репутацию!”

Шэнь Нинхуа подняла голову, чтобы без малейших колебаний встретиться с его острым взглядом. “Что вы имеете в виду, ваше высочество? Вы подозреваете, что я позволила кому-то разрушить ее репутацию?”

“Разве это не так?” Бейли Цзиньчуань усмехнулся.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было спокойным, но в ее тоне слышался намек на насмешку. “Конечно, нет. Если бы вы не отказались от ее лечения, похорон бы не было. Если бы она была еще жива, ее мать, мадам Цинь, не подала бы на меня в суд за убийство ее дочери. Если бы она не обвинила меня ложно, то, естественно, не была бы замешана в инциденте между Тао Хонгом и сыном вашего дворецкого, и поэтому осквернение королевской родословной никогда не было бы раскрыто. Я ничего не сделала, так что винить можно только тебя, и то, только за то, что вы были безжалостны. Почему вы не спасли ее?”

Бейли Цзиньчуань стиснул зубы, и на его лбу вздулись синие вены. “Нинхуа, разве ты не знаешь, почему я это сделал?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Что я должна знать? Что вы спланировали так, чтобы я во что бы то ни стало вышла за вас замуж?”

”Ты..." Бейли Цзиньчуань сжал кулаки и почувствовал, как на его лице отразились смущение и гнев. “Ты что, просто так топчешь мое сердце?”

Увидев его возмущенное выражение лица, Шэнь Нинхуа чуть не рассмеялась вслух. Если бы люди, которые не знали правды, увидели это, они бы подумали, что она предала его любовь. К сожалению, он продолжал говорить о своей глубокой привязанности, но он ведь просто-напросто только хотел разрушить ее репутацию, чтобы заставить ее согласиться на брак.

Если бы она не была достаточно умна, чтобы раскрыть скандал мадам Чжоу и заставить императора напрямую устранить семью Чжоу, то новость о ее заговоре с целью убийства Второй принцессы по “личной причине” распространилась бы по всей столице. И, конечно же, “личная причина” будет относиться к ее отношениям со Вторым принцем. Тогда откуда у нее быть хорошей репутации?

Независимо от того, как сильно Бейли Цинцан ценил ее, как она могла сравниться с его собственным сыном? В конце концов, под контролем и управлением Бейли Цзиньчуаня она определенно не умрет, но она не могла избежать того, чтобы стать членом Особняка Второго принца. Более того, она была бы не его женой, а наложницей, и это было бы самой большой милостью со стороны императора!

Бейли Цзиньчуань с усилием подавил гнев в своем сердце и попытался смягчить свой голос. “Нинхуа, я знаю, что поступил опрометчиво по поводу дела Чжоу. Но ты отказала мне снова и снова, и у меня кончается терпение. Тем не менее, я уже подготовил золотой мост. Если ты выйдешь за меня замуж, я очищу твое имя, раскрою правду о смерти Чжоу Его величеству и докажу твою невиновность. В это время его величество определенно будет чувствовать себя виноватым перед вами. Как только у тебя родится сын, я немедленно сделаю тебя своей женой и подарю тебе несравненную любовь и славу. Разве этого недостаточно?”

Шэнь Нинхуа не смогла удержаться от холодной усмешки. Она думала, что Бейли Цзиньчуань может быть хорошим другом, но теперь, казалось, что если она подружится с таким человеком, ее съедят заживо, не оставив даже костей!

“Вы будете мне благодарны, если я вдруг сначала покалечу вас, а потом начну лечить?”

Сердце Бейли Цзиньчуаня внезапно дрогнуло, когда на него уставились эти прекрасные глаза, полные гнева. Он шагнул вперед и схватил Шэнь Нинхуа за запястье. “Нинхуа, я знаю, что зашла слишком далеко, но я просто был сбит с толку. Я не мог контролировать себя, потому что ты мне слишком нравишься. Ах...”

Резкая боль пронзила его руку, прежде чем Бейли Цзиньчуань успел закончить свои слова. Он внезапно замолчал и опустил голову, чтобы посмотреть на свои посиневшие пальцы и ему пришлось отпустить ее руку.

Шэнь Нинхуа нежно погладила свое запястье, которое покраснело из-за его крепкой хватки. Намек на отвращение промелькнул в ее глазах. “Ваше высочество, мужчины и женщины должны соблюдать надлежащую дистанцию. Вы не должны прикасаться ко мне.”

Глава 109 - Из-за Тебя?

Бейли Цзиньчуань еле сдерживал свой гнев. Его грудь распирало от гнева и негодования! “Мужчины и женщины должны соблюдать соответствующую дистанцию? Ха-ха! Значит ты не хочешь, чтобы я к тебе прикасался, да? А чьих прикосновений ты хочешь? Может ты ждешь прикосновений Бейли Цзинцзе или Бу Цзинлань?”

Хотя Бу Цзинлань сегодня во дворце не сказал ничего откровенного, все могли сказать, что он очень интересовался Шэнь Нинхуа. Если бы он попросил руки Шэнь Нинхуа, его величество, скорее всего, согласился бы ради дружбы между двумя королевствами. Что должно произойти тогда?

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Она не скрывала своего отвращения, и выражение ее лица полностью соответствовало ее чувствам, бушевавшим в душе. Затем она справилась с эмоциями и ее лицо приобрело ледяное спокойное выражение. “Вы пришли в мой особняк, чтобы устроить сцену? Вы хотите, чтобы я обратилась к губернатору Столичной стражи, чтобы он посмотрел, как далеко вы сможете зайти?”

Опомнившись, Бейли Цзиньчуань очень пожалел о своих словах, которые только что вырвались из его уст. Ранее, за его вклад в ликвидацию последствий стихийных бедствий в Цзяннани ему был присвоен титул принца префектуры. Люди любили и поддерживали его, и можно было сказать, что он воспарил в небо. Однако вскоре после этого его жена скончалась. Разразилась череда скандалов, в котороых он был замешан тем или иным образом. Он был уволен и не мог как прежде высоко держать голову в обществе. Он упал в трясину с облаков. Из-за этого значительного изменения своего статуса в обществе и при дворе он все время был на грани ярости.

А Шэнь Нинхуа вдобавок ко всему этому еще и оттолкнула его на тысячу миль от своего сердца, сделав его еще менее способным контролировать себя.

“Нинхуа, я просто...”

Шэнь Нинхуа повернула голову и сказала: “Ваше высочество, вы закончили? Я больше не буду вас задерживать.” Выражение ее лица было непроницаемым, а тон спокойным.

“Нинхуа, я просто сказал, не подумав. Не принимай мои слова всерьез.” Бейли Цзиньчуань чувствовал себя неловко из-за того, как она смотрела на него, как будто он был незнакомцем. Шэнь Нинхуа никогда не относилась к нему близко, но она была, по крайней мере, нежной и вежливой. А теперь она была так безразлична к нему.

“У меня все еще есть дела, которыми нужно заняться, так что я не составлю вам компанию”. И видя, что он не собирается уходить, Шэнь Нинхуа больше не хотела больше ничего говорить и объяснять. Она просто поднялась и сразу вышла из комнаты.

Выражение лица Бейли Цзиньчуаня было мрачным. Он держал свой палец, который все еще болел. В его глазах вспыхнула яростная буря. Чем больше его отвергали, тем больше он хотел бороться за это. Первоначально он только восхищался и ценил Шэнь Нинхуа. Однако с тех пор, как она отвергла его, признательность постепенно превратилась в навязчивую идею. Он мог бы повести за собой миллион солдат, избавить Его величество от забот и одержать победу над Дааном. Как это возможно, что он не смог подчинить себе женщину?

Бейли Цзиньчуань слегка прищурился и посмотрел в ту сторону, куда ушла Шэнь Нинхуа. Затем, он засунул руку обратно в рукав, резко встал и зашагал прочь.

Может быть, это было потому, что медицинские навыки Чжан Нянь были слишком превосходны, но на следующий день здоровье Ян Инсюэ значительно улучшилось.

Внутри павильона Цуйчжу Ян Инсюэ пила лекарство из миски и нахмурилась. Она съела засахаренный фрукт, чтобы избавиться от горечи во рту. “Мама, это лекарство слишком горькое. Я больше не хочу его пить.”

Ся Цзинцю любовно вытерла пот с ее лба носовым платком. “Выпив сегодняшнюю порцию, ты можешь больше не принимать никаких лекарств. Ты так долго болела, и тебе пора выздоравливать.”

Ян Инсюэ кивнула. Она вдруг поджала губы и улыбнулась. “Мама, хорошо ли я отреагировала, когда Второй принц пришел навестить меня вчера?”

Вспомнив выражение лица Второго принца, когда он вчера уходил, Ся Цзинцю улыбнулась и сказала: “Вчера ты справилась более чем хорошо. Твой ответ был совершенно безупречен. Когда мы только приехали в столицу, я была немного сбита с толку. Я просто хотел помочь тебе обеспечить хорошее будущее как можно скорее. Но теперь я понимаю, что мужчины в столице привыкли видеть красавиц. Они всегда чувствуют, что еда, которую им приносят, безвкусна, в то время как только те красивые девушки, которые так же далеки, как облака на горизонте и луна в воде, могут заставить их постоянно думать”.

Ян Инсюэ кивнула. Когда она вспомнила, как Второй принц и остальные игнорировали ее, она нахмурилась. “Ну, я изо всех сил старалась быть нежной и внимательной, но меня игнорировали. А вот Шэнь Нинхуа всегда относилась к нему холодно, но Второй принц ухаживал за ней. В то время я только чувствовала себя крайне неловко. Теперь я понимаю, что вещи, доставленные до двери, всегда выглядят дешево и доступно. Верно?”

“Да”, - Ся Цзинцю помогла ей привести в порядок волосы. “Хорошо, что ты можешь понять это сейчас. Твоя внешность - твое лучшее оружие. Пока ты хорошо им пользуешься, ты можешь легко открыть двери гарема и задних дворов чиновников. Инсюэ, ты всегда была умной. Мне нет необходимости намеренно учить тебя. Но тебе нужно хорошо запомнить только одну вещь. Ты – двоюродная сестра принцессы Чжаохуа. Благодаря тому, что Шэнь Нинхуа является твоей поддержкой, ты благороднее большинства дворянок в столице. Поэтому тебе просто нужно сохранять спокойный настрой. Это как рыбалка. Если кто-то хочет поймать большую рыбу, ему необходимо набраться терпения!”

“Да, мама, не волнуйся. Теперь я это полностью понимаю.”

Становилось теплее, и солнце светило все ярче. Однажды Шэнь Нинхуа надела легкое весеннее платье. Она прислонилась к перилам и бросила немного корма для рыб в пруд.

Чу Цзюньи, одетый в черную мантию, подошел и увидел чем она занимается. Он не мог удержаться от смеха. “Рыба еще не начала есть. Это напрасная трата времени и корма – сейчас кормить рыб.”

Шэнь Нинхуа обернулась на его голосю. Она поставила маленькую миску, которую держала в руке, на стол и вытерла руки носовым платком. “Лед в воде растаял. Ничто не мешает рыбе хватать этот корм. И самые первые, кто получат корм – это будут самые смелые рыбы. Верно?”

Чу Цзюньи прошел вперед и сел рядом с ней. Он опустил голову и посмотрел на воду неподалеку. Вскоре после этого в воде появились два пузырька. Там действительно была рыба.

Чу Цзюньи был удивлен. “Этот корм чем-то специально пропитан?”

Шэнь Нинхуа не ответила. Когда она увидела рыбу, выходящую из воды, она сразу же крикнула Цин Цюэ, которая стояла рядом: “Цин Цюэ, поторопись и поймай эту рыбу”.

Цин Цюэ держала в руках специальную сетку для ловли рыб и ждала приказов. Одним движением она подняла рыжего карпа кои.

Лицо Шэнь Нинхуа озарила счастливая улыбка. Она обернулась и посмотрела на Чу Цзюньи. “Позвольте мне показать вам рыбу, которую я выращивала почти год”.

Чу Цзюньи ответил: “Хорошо”. Теперь у него был план: после возвращения он попросит кого-нибудь выкопать пруд с рыбой в его резиденции, чтобы Шэнь Нинхуа могла кормить рыб у воды после того, как выйдет за него замуж.

Би Чжу и Хун Лин несли большую покрытую синей глазурью банку. Цин Цюэ положила кои в банку для обозрения.

Шэнь Нинхуа взял со стола тонкую нефритовую жуйи и опустил руку в воду, чтобы подразнить тупого толстого кои. “Смотри, эта рыба такая жирная, что считает себя непобедимой. Он забыл свои привычки и осмелился выйти на поверхность. Он заслуживает того, чтобы его поймали, верно?”

Глаза Чу Цзюньи переместились, и он сразу понял, что она имела в виду. “Нинхуа, ты уже придумала, что ты будешь делать с этой глупой рыбой?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, чтобы посмотреть на него. “Каким бы глупым он ни был, он все равно кои. Как только он пересечет врата дракона, он сможет подняться на небеса и стать драконом. Что люди могут с этим поделать?”

Чу Цзюньи скривил губы, и его глаза наполнились легкой улыбкой. “Я не уверен насчет других. Но для тебя, даже если он превратился в дракона, ты все равно можешь стащить его с неба и превратить в червя, верно?”

“Тогда ты слишком высокого мнения обо мне. Я не настолько способна.” Кои продолжали трепыхаться в воде, время от времени разбрызгивая воду. Несколько капель воды упали на платье Шэнь Нинхуа. Она тут же нахмурилась и ударила кои по голове нефритовым Жуйи. Жирная рыба закатила глаза и почти перестала двигаться.

Чу Цзюньи не мог удержаться от смешка, когда увидел эту сцену. “Ты сказала, что ты неспособна. Эта рыба еще не перепрыгнула через врата дракона, но ты вот-вот раздавишь ее насмерть.”

Шэнь Нинхуа взглянула на него и пропустила мимо ушей его поддразнивание. Она просто держала нефритовый Жуйи, чтобы посмеяться над жирной рыбой кои в банке.

Чу Цзюньи с интересом наблюдал за происходящим, и в его глазах была улыбка.

Ранее, когда Второй принц вернулся в столицу, чтобы помешать наследному принцу и императрице предпринять действия по захвату власти, Шэнь Нинхуа напомнила Байли Цзиньчуаню, чтобы он добровольно передал свою военную власть. Позже она помогла ему выполнить задачу по ликвидации последствий стихийных бедствий в Цзяннани, после чего ему удалось подняться выше по лестнице власти. Если бы он продолжал с терпением и уверенно свои дейтвия, Бейли Цзиньчуань определенно взошел бы на трон.

К сожалению, он влюбился в Шэнь Нинхуа. Он даже использовал запрещённые методы, чтобы заставить ее подчиниться, вызвав большой скандал в столице. Говоря об этом, Чу Цзюньи действительно думал, что он должен поблагодарить Второго принца за то, что тот был дерзок с Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа была подобна великолепному цветку, который вот-вот распустится. Этот цветок был слишком красив, заставляя людей хотеть подойти, поднять его и поставить в вазу. Однако, протянув руки, люди обнаруживали, что у этого цветка на самом деле были острые ядовитые шипы. Прежде чем они пожалели бы об этом, они отдёргивали руки назад, но укол ядовитыми шипами был уже нанесен. Поэтому все, что он мог сейчас сделать, это тихо построить стену вокруг цветка, питать ее, позволить ей расцвести с блеском, защитить ее и обеспечить ее безопасность…Однажды он сможет взять ее и держать ее в своих ладонях.

Шэнь Нинхуа обернулась и увидела рядом Чу Цзюньи, который счастливо улыбался. Она помахала нефритовым Жуйи в руке, чтобы сбрызнуть его несколькими каплями воды. “Чему ты радуешься в одиночестве?”

Разбуженный от своих мыслей каплями холодной воды, Чу Цзюньи поспешно пришел в себя. “Я думал о том, как помочь тебе убить рыбу”.

Шэнь Нинхуа закатила глаза, глядя на него. “Я не говорила, что хочу убить рыбу. Цин Цюэ, брось его обратно.”

Цин Цюэ шагнула вперед, подняла оглушенного карпа и бросила его обратно в воду. Затем она взяла носовой платок для Шэнь Нинхуа, чтобы вытереть руки.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Чу Цзюньи и сказала: “Что ты здесь сегодня делаешь?” Обычно этот человек редко входил через главный вход, но сегодня он вошел открыто, что было редкостью.

“Я здесь, чтобы передать вам приглашение”. Чу Цзюньи достал приглашение из рукава и передал его.

“День рождения старого генерала Сяо?” Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. “Ты ошибся?” Она была девушка, так как же она могла присутствовать на банкете по случаю дня рождения военного генерала?

"Нет." Чу Цзюньи улыбнулся. “Первоначально семья Сяо не хотела устраивать этот банкет по случаю дня рождения, но Его Величество заранее прислал поздравительный подарок. Он даже отдал распоряжение устроить банкет в честь дня рождения генерала. Принцы услышали новость, и все они должны были появиться, и чиновники, естественно, не хотели отставать. Как принцесса префектуры, для вас вполне естественно присутствовать.”

В глазах Шэнь Нинхуа промелькнуло странное выражение. “Каким бы могущественным ни был старый генерал Сяо, он всего лишь подчиненный. Это нехорошее предзнаменование для принцев и чиновников - праздновать его день рождения”.

Глаза Чу Цзюньи были глубокими, когда он усмехнулся. “Первоначально я думал, что это была идея Его Величества, но я не ожидал, что за этим стоит императрица”.

Шэнь Нинхуа была обескураженан. “Императрица хотела разобраться с семьей Сяо?” Семья Сяо была столетним кланом, а также одной из основных семей Дааня. Его величество всегда высоко ценил семью Сяо, так почему же императрица решила действовать в это время?

Чу Цзюньи замолчал, глядя на покрытую рябью поверхность воды.

Шэнь Нинхуа долго размышляла и не пришла ни к каким определенным выводам. Но когда она подняла голову и увидела выражение лица Чу Цзюньи, то ее осенило и она выпалила: “Из-за тебя?”

Чу Цзюньи сделал паузу и повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа с горькой улыбкой. "Да."

Что же такого было в Чу Цзюньи, что могло заставить императрицу действовать против семьи Сяо?

Глава 110 - Помогите Им Убрать Карету С Дороги!

Шэнь Нинхуа серьезно посмотрел на Чу Цзюньи. Ее взгляд был очень внимательным, как будто она хотела выяснить истинный характер человека, стоящего перед ней.

Сердце Чу Цзюньи бешено колотилось, и он отчетливо слышал стук своего сердца. Пот сочился с его ладоней, создавая неприятное ощущение чего-то ледяного и липкого.

Какое-то время они оба молчали, но Шэнь Нинхуа первой отвела взгляд и спокойно сказала: “Ну что ж… Если все складывается именно так, то я буду более осторожна с этим банкетом. И ты тоже должен быть осторожен.”

Сердце Чу Цзюньи внезапно успокоилось. Нет, он не чувствовал себя расслабленным и спокойным, как ему хотелось бы. Просто он чувствовал, что его сердце было совершенно пустым, а в его душе не было ни единой эмоции. Пустота…

Честно говоря, если бы Шэнь Нинхуа спросила его о нем самом, то он не знал бы, как ей ответить. Нет, он не хотел обманывать ее, но еще не пришло время признаваться. Однако теперь, когда она ни о чем не спросила, он почувствовал себя еще более потерянным. Наверное, она просто не хотела связываться с ним…

“Нинхуа, разве тебе не любопытно?”

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала, а затем улыбнулась. “Любопытство погубило кошку. Вместо того, чтобы думать о том кто ты такой, я могу бы с таким же успехом подумать о том, с чем я столкнусь на банкете.”

Чу Цзюньи слабо улыбнулся и сказал с нескрываемым чувством разочарования. “Пожалуй ты права”.

В день рождения Старого генерала Сяо Шэнь Нинхуа не стала дожидаться, пока Ся Цзинцю пригласит ее; она прямо поручила Бай Жо пригласить их к себе.

Услышав, что Шэнь Нинхуа собирается привести Ян Инсюэ с собой на банкет, лицо Ся Цзинцю озарилось радостью. Она держала Шэнь Нинхуа за руку и продолжала благодарить ее.

“Нинхуа, я не знаю, как тебя благодарить. Инсюэ пробыла в столице недолго. Кроме тебя, она больше никого не знает. Какое это счастье, что ты готова взять ее с собой.”

Шэнь Нинхуа проверяла список подарков. Услышав это, она передала список подарков Би Чжу, чтобы он убрал его в шкатулу. Она улыбнулась и сказала: “Ну, тетя, вы слишком вежливы. В конце концов, она моя двоюродная сестра.”

“Да, да, кстати говоря, в случае нужды ты можешь положиться на сестер, верно?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Вы должны знать об особняке Сяо, куда мы направляемся на этот раз. Чем выше статус, тем строже правила. Я могу помочь подготовить подарки, но с точки зрения этикета...”

Ся Цзинцю поспешно пообещал: “Не волнуйся, Нинхуа. Пока мы находимся в столице, у меня были люди, которые обучали Инсюэ этикету. Она не допустит никаких ошибок.”

Шэнь Нинхуа кивнула. “Я сказала это для блага моей двоюродной сестры. Тетя, не думайте обо мне ничего такого.”

“Откуда мне знать? Я буду счастлива, только если ты сможешь сказать это вслух”. Ся Цзинцю улыбнулась, и она была исключительно довольна. Если Шэнь Нинхуа не сказала ничего такого, как раньше, а только улыбнулась, то она должна быть встревожена. Ее готовность давать советы и наставления означала, что теперь она в какой-то степени доверяла Ян Инсюэ и полагалась на нее. Это действительно был шанс для Ян Инсюэ.

Они вдвоем сели в экипаж и направились к семье Сяо. Затем Шэнь Нинхуа внимательно осмотрел Ян Инсюэ.

Сегодня Ян Инсюэ была одета в светло-розовое платье, а на голове у нее был простой двойной лунный пучок с изящными цветочными заколками. Она выглядела свежей и полной достоинства. Ее красота соответствовала яркой весне за окном, и всякий, кто смотрел на нее, чувствовал, как у него светлеют глаза.

Прожив эти дни молча, Ян Инсюэ избавилась от своей провинциальной импульсивности. Она действительно превратилась в удивительную красавицу.

“Сестра, что-нибудь не так с моей внешностью?”

Шэнь Нинхуа отвела взгляд и сказала: “Нет, сестра. Ты так красиво одета, что я на залюбовалась тобой.”

Ян Инсюэ слегка улыбнулась. “Кстати, о красоте, кузина, как я могу сравниться с тобой!” То, что она сказала, действительно шло от всего сердца. Сегодня на Шэнь Нинхуа было платье цвета озера. У нее был самый популярный пучок в виде струящегося облака на волосах, пятихвостая заколка в виде золотого феникса, стандартная для принцессы префектуры, инкрустированная нефритом, и пояс того же цвета на талии. Ее платье было украшено пионами того же цвета. Она выглядела очаровательно, но не броско, соблазнительно, но не вульгарно. Ее красота затмевала красоту и очарование всех остальных молодых девушек, которые хотели бы посоревноваться с ней в изяществе и умении носить наряды.

Видя ее реакцию, Шэнь Нинхуа втайне кивнула в своем сердце. Кстати говоря, ее внешность была чем-то похожа на Ян Инсюэ, но цвет ее лица был довольно ярким и властным. С другой стороны, красота Ян Инсюэ была элегантной и грациозной. Если бы она хотела соперничать с Шэнь Нинхуа в плане яркости, она могла бы только унизить себя. К счастью, ее сегодняшнее платье и макияж усилили уникальную элегантную ауру на ее теле, которая заставляла людей восхищаться ею, но не осмеливаться осквернять ее.

Особняк Сяо уже был полон людей. Повсюду стояли экипажи прибывших сановников и вельмож. Некоторые чиновники низкого ранга даже выходили из своих экипажей, когда до особняка оставалось еще некоторое расстояние, и шли туда пешком.

Их карета двигалась все медленнее и медленнее. Услышав шум снаружи, Ян Инсюэ немного занервничала. “Нинхуа, может, нам остановить карету? Казалось, что перед нами было много экипажей, и дорога была перегружена”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “В этом нет необходимости”.

Ян Инсюэ кивнула и внимательно прислушалась к звукам снаружи.

В это время одна карета врезалась в другую, и шум стал еще громче. Через некоторое время слуга подбежал прямо к экипажу Шэнь Нинхуа и продолжал извиняться. “ Приветствую вас, ваше высочество. Мне очень жаль, что я преграждаю вам путь, но наша карета столкнулась с каретой государственного советника, и мы некоторое время не можем сдвинуть карету с места. Пожалуйста, прости нас и подумай о другом способе.”

Ян Инсюэ поколебалась и прошептала Шэнь Нинхуа: “Сестра, это место недалеко от особняка Сяо. Как насчет того, чтобы прогуляться туда пешком?”

Шэнь Нинхуа спокойно покачала головой. “Сестра, если ты хочешь жить комфортной жизнью в столице, самое главное - хорошо использовать свою власть. Без власти и статуса ты едва сможешь зарабатывать на жизнь и всегда будешь бояться, что завтра с неба обрушится беда. Если я сегодня дойду до особняка Сяо, завтра кто-нибудь еще осмелится остановить мою карету и позволить мне уступить им дорогу.”

Сердце Ян Инсюэ затрепетало. “Неужели это так серьезно?”

Глядя на ее испуганный вид, Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Сестра, ты узнаешь это после того, как получишь немного больше опыта. Просто наблюдайте. Карету скоро уберут.”

Ян Инсюэ кивнула в знак согласия, но когда она посмотрела в щель между занавесками, в ее сердце закралось сильное сомнение. Ось каретки была сломана, и она не могла сдвинуться с места по крайней мере на мгновение. Если бы их экипажу пришлось ждать, пока поврежденный экипаж не уберут, они, вероятно, опоздали бы. Разве это не было бы для них еще более неловкой ситуацией?

Шэнь Нинхуа спокойно откинулся на подушку и стал ждать.

Би Чжу выпрыгнула из экипажа и грозно посмотрела на кучера, который пришел извиниться. “Вы, должно быть, слуга субпрефекта, господина Чжоу, которого только что перевели в столицу, и он еще плохо обучил своих слуг. У вас есть какие-нибудь идеи, кто этот человек, сидящий в экипаже позади вас? Как ты смеешь позволять ее высочеству предлагать свои жалкие советы? Что? Вы хотите, чтобы ее высочество вышла из кареты и помогла вам сдвинуть карету с места?”

Кучер был потрясен. Он не ожидал, что эта горничная будет столь сердито кричать на него. “Я не смею. Просто у нашей кареты была повреждена ось. Даже если бы мы захотели, мы не смогли бы сдвинуть его с места.”

Би Чжу холодно фыркнула. “Если он не может двигаться, тогда найдите кого-нибудь, кто понесет его. Самое большее через пятнадцать минут ее высочество должна присутствовать на банкете в особняке Сяо. Если мы опоздаем туда хоть на секунду, мы попросим объяснений у господина Чжоу.”

Выражение лица кучера становилось все более и более испуганным. “Мисс Би Чжу, я действительно ничего не могу сделать. Пожалуйста, дай мне больше времени. Я отодвину карету как можно скорее.” Говоря это, он даже опустился на колени и поклонился Би Чжу.

Сзади подъехало довольно много экипажей, и все они остановились, чтобы посмотреть, что происходит перед ними. Потихоньку начались обсуждения.

Ян Инсюэ крепко сжала руки, и ее глаза наполнились растущей тревогой. “Сестра, что нам теперь делать...”

Прислушиваясь к суматохе снаружи, выражение лица Шэнь Нинхуа стало холодным. Сначала она думала, что это простое совпадение, но теперь казалось, что кто-то намеренно пытается поставить ее в неловкое положение. Теперь, когда вся дорога была перекрыта, если бы она вышла из экипажа и подошла, то определенно выглядела бы крайне смущенной. Если бы она продолжала связываться с ними, это отняло бы у всех время, что сделало бы ее объектом негодования людей из-за отсутствия этикета.

Этот метод был простым, но практичным.

“Сестра, ты можешь быть спокойна. Цин Цюэ, слезай и помоги им передвинуть карету.”

“Да, мисс”. Цин Цюэ, которая все это время молчала, выпрыгнула из кареты и подошла к передней части экипажа.

Карета была отклонена в сторону из-за сломанной оглобли, но лошадь, тянувшая карету, все еще была запряжена в карету и стояла перед ней. Цин Цюэ шагнула вперед и оттолкнувшись от кареты одной ногой, другой ногой нанесла сильный удар по лошади!

“И-го-го!!” Лошадь пошатнулась и тут же снова заржала зашипела от боли. Но удары Цин Цюэ не прекращались. Прежде чем лошадь успокоилась, она подняла ногу и снова лягнула лошадь. Лошадь от испуга рванулась вперед изо всех сил. Наклоненную каретку тоже потащили вперед.

Кучер был ошеломлен. Увидев Пятого Принца, Третьего Принца и других верхом на лошадях неподалеку от себя, он был так потрясен, что его душа, казалось, рассталась с телом. Если бы карета врезалась в принцев, даже его хозяин был бы обезглавлен!

Цин Цюэ холодно взглянула на него, затем повернулась и вернулась в карету. “Мисс, путь свободен. Теперь мы можем двигаться дальше.”

“Хорошо”.

Карета быстро двинулась вперед. Мгновение спустя они услышали, как кучер в панике молил о пощаде, а Пятый принц сердито ругал его. Кучеру не удалось оттащить испуганную лошадь назад. К счастью, карета только напугала лошадь Пятого принца и не сбила его. В противном случае его бы стащили вниз и пытали.

Ян Инсюэ обернулась и с беспокойством прислушалась к шуму снаружи. “Сестра, мне показалось, что лошадь врезалась в Пятого принца. Разве мы не должны спуститься и посмотреть?”

“Это не мы врезались в него. Лучше не задавать слишком много вопросов. Пошли. ” твердо сказала Шэнь Нинхуа, даже не подняв лица. Ян Инсюэ на мгновение задумалась, но больше ничего не произнесла.

Сяо Хуаньси помогала своей матери приветствовать – знатных дам, пришедших отдать дань уважения их дню рождения. Иногда она казалась рассеянной и думала о чем-то другом.

Ее мать, мадам Сун, обеспокоенно спросила: “Хуаньси, ты устала? Почему ты выглядишь такой рассеяной?”

“Нет, я просто думаю о том, какой подарок я собираюсь преподнести своему отцу позже. Мама, не волнуйся.”

“Это хорошо. Не волнуйся, сегодня ты - жемчужина на ладони семьи Сяо. Вы определенно привлечете всеобщие взгляды.” Сказала мадам Сун с гордым выражением лица.

Сяо Хуаньси улыбнулась, но ее улыбка была совсем не естественной. Тот, кого она хотела привлечь больше всего, был брат Джуньи. К сожалению, рядом с Шэнь Нинхуа никто не мог сравниться по красоте из девушек, и не важно, как эта девушка была красива и элегантна.

Внезапно вокруг стало тихо. Сяо Хуаньси пришла в себя и огляделась. Только тогда она поняла, что все взгляды были прикованы к входу. Ее взгляд проследил за взглядом каждого, и она сразу же почувствовала ярость в своей душе.

Шэнь Нинхуа и Ян Инсюэ медленно подходили к нему. Одна была ослепительной, яркой и благородной, а другая - свежей и элегантной, с необъяснимым шармом. Их слегка похожие лица привлекли всеобщее внимание. Люди, глядя на них перешёптывались в восхищении.

“Какая пара необыкновенных сестер!”

Глава 111 - Безумная ревность

Сяо Хуаньси посмотрела на Шэнь Нинхуа, и ненависть в ее глазах постепенно становилась сильнее. Что такого хорошего было в этом человеке? Почему она так понравилась брату Джуньи? Он не только хотел все время защищать ее, но и постоянно практиковался в рисовании ее портрета в кабинете. Полный свиток рукописей вызвал у нее такую ревность, что она захотела уничтожить Шэнь Нинхуа на месте!

“Приветствую вас, принцесса префектуры Чжаохуа”. Госпожа Сун вышла вперед, чтобы поприветствовать Шэнь Нинхуа. Видя, что Сяо Хуаньси не двигается, она поспешно протянула руку и потянула ее за собой.

Сяо Хуаньси внезапно пришла в себя и яростно прикусила кончик языка. Она пыталась использовать боль, чтобы подавить ненависть в своем сердце. “Приветствую тебя, принцесса префектуры Чжаохуа”.

“Никаких церемоний, мадам Сун и мисс Сяо”.

Сяо Хуаньси встала и посмотрел на Ян Инсюэ. Она сделала шаг вперед и интимно обняла ее за руку. “Это, должно быть, мисс Ян. Я слышала о вашем прибытии в столицу задолго до этого, но вы оставались в Особняке принцессы Префектуры и редко выходили, так что у меня не было возможности встретиться с вами. Сегодня, наконец, появился шанс. Вы действительно сказочная красавица. Мисс Ян, вы старше меня. Могу я обращаться к вам как к старшей сестре Ян?”

Ян Инсюэ почувствовала себя чрезвычайно польщенной. Она не ожидала, что достойная первая дочь семьи Сяо с такой готовностью выразит желание сблизиться с ней. Она с усилием подавила волнение в своем сердце и сказала со спокойным выражением лица: “Тогда я с радостью буду обращаться к тебе как к Младшей сестре Сяо”.

Сяо Хуаньси выглядела очень счастливой. Она держала Ян Инсюэ за руку и смотрела на Шэнь Нинхуа. “Ваше высочество, простите меня, если я говорю немного дерзко, но мне действительно понравилась старшая сестра Ян с самого первого взгляда, как я ее увидела”.

Шэнь Нинхуа слегка улыбнулась. “ Я абсолютно не возражаю. У кузины не осталось друзей после того, как она приехала в столицу. Если вы поможете мне позаботиться о ней, я буду только рада.”

Сяо Хуаньси улыбнулась и сказала веселым голосом: “Это здорово. Старшая сестра Ян, я уже расставила места. Пошли скорее со мной. - С этими словами она потащила Ян Инсюэ в банкетный зал.

Шэнь Нинхуа слегка прищурилась, ее лицо приняло на секунду задумчивое выражение. Те, кто ухаживает за другими ни за что, должны иметь злые намерения. Но отношение Сяо Хуаньси было слишком интимным и нарочитым.

Поскольку это был банкет в честь дня рождения, проводимый по указу императора, гости мужского и женского пола не были полностью разделены. Они просто сидели в двух местах, даже без ширмы между ними.

Шэнь Нинхуа вошла в зал и увидела Чу Цзюньи, которая была одета в великолепный наряд и стояла в стороне, болтая с мужчиной.

Как будто он что-то почувствовал, Чу Цзюньи повернул голову и встретился взглядом с Шэнь Нинхуа. В его глазах тут же появилась улыбка. “Принцесса префектуры Чжаохуа, ты здесь. Добро пожаловать”.

“Приветствую, господин Чу”. Когда Шэнь Нинхуа заговорила, ее взгляд остановился на мужчине напротив Чу Цзюньи.

Мужчина был примерно того же роста, что и Чу Цзюньи, но выглядел взрослее. На голове у него был высококачественный нефритовый пучок, а брови слегка выступали вперед, что придавало ему решительный вид. Очертания его лица были резкими, словно вырезанными ножом. Особенно бросались в глаза его брови, которые были немного гуще, что делало его узкие и длинные глаза похожими на острые ножи. Вся его фигура была похожа на обнаженный острый клинок, сияющий холодным светом.

Чу Цзюньи представил ее. “Ваше высочество, возможно, не знает его. Это мой старший брат, Сяо Фэнцзюэ.”

Шэнь Нинхуа отвела взгляд и слегка кивнула. “Приветствую вас, мастер Сяо. Я давно слышал, что в семье Сяо есть чрезвычайно талантливый и несравненный генерал Сяо. Однако до сегодняшнего дня у меня никогда не было возможности увидеть вас. Воистину, не напрасно ты носишь свое имя”.

Острый взгляд Сяо Фэнцзюэ скользнул по Шэнь Нинхуа. Но в одно мгновение резкость в его глазах исчезла, и он стал похож на обычного человека. “Ваше высочество, вы меня переоценили. Сражаться за свою страну и убивать врагов - это долг мужчины. Высокая репутация - это бремя”.

Его голос был уверенным и спокойным. Его величественная осанка была такова, что не изменилась бы, рухни перед ним огромная скала. Люди вокруг него превращались в слух, когда, когда он говорил. Однако внимание Шэнь Нинхуа было сосредоточено на его хорошо контролируемом взгляде. Этот человек уже превратил свою ауру в единое целое. Люди со слабым умом легко поддались бы его влиянию. Его слова звучали так, как будто он был скромен, но она чувствовала, что на самом деле он был очень и очень не прост.

Сяо Хуаньси подвела Ян Инсюэ к ее месту, и она подсознательно посмотрела на Чу Цзюньи. Увидев, что он стоит рядом с Шэнь Нинхуа и с улыбкой представляет ее старшему брату, она сразу же почувствовала комок в горле. Она не могла ни проглотить его, ни выплюнуть.

Сяо Хуаньси стиснула дрожащие пальцы и повернулась к Ян Инсюэ. “Старшая сестра Ян, сначала подождите здесь. Я пойду поприветствую других гостей.”

“Хорошо”.

Сяо Хуаньси вышла и свернула в коридор. Мужчина, одетый как слуга, прихрамывая, вышел и уныло сказал: “Госпожа, я подвел вас. Я не смог сделать то, что вы мне велели”. Этот слуга был именно тем кучером, который остановил карету Шэнь Нинхуа и попросил ее придумать другой способ добраться до дворца.

Сяо Хуаньси была в ярости. “Ты бесполезное ничтожество! Неужели ты не можешь сделать даже такую простую вещь?”

Сказал слуга с горьким выражением лица. “Служанка рядом с принцессой префектуры Чжаохуа слишком могущественна. Она укротила лошадь одним ударом ноги. Карета чуть не сбила Пятого принца. К счастью, ничего не произошло. В противном случае меня бы казнили на месте!”.

Сяо Хуаньси была нетерпелива и достала из рукава пятисотенную серебряную монету. “Возьми это и быстро уходи. Никогда больше не появляйся в столице.”

“Да, да. Спасибо, мисс. Я сейчас уйду.” После того, как слуга закончил говорить, он сунул серебряную монету в нагрудный карман и ушел, никем не замеченный.

Сяо Хуаньси обернулась и посмотрел на место, где проходил банкет. В ее глазах мелькнул намек на решимость. Она неторопливо привела в порядок свое платье и медленно вошла с улыбкой на лице.

Ян Инсюэ чувствовала себя очень близкой с Сяо Хуаньси. Когда она увидела, что та вернулась, она спросила: “Младшая сестра Сяо, ты все устроила, прошла всех гостей?”

”Да, я все гости уже здесь. Кстати говоря, я была слишком занята сегодня. У меня даже не было времени проверить свой подарок отцу на день рождения. Не хочешь пойти со мной, чтобы взглянуть?”

Ян Инсюэ покачала головой. "Нет. Поскольку это твой подарок на день рождения старому генералу Сяо, он, должно быть, очень ценный. Мне не следует быть такой любопытной и смотреть на твой подарок сейчас”.

“Что в этом плохого?” Сяо Хуаньси держала ее за руку. “Старшая сестра Ян, пойдем. Подарок, который я приготовила, очень особенный. Позволь мне его тебе показать”. Она говорила в приподнятом настроении, как ребенок, которому не терпелось похвастаться своими драгоценными сокровищами, без жеманства девушки из благородной семьи.

Ян Инсюэ почувствовала облегчение. Она улыбнулась и сказала: “Хорошо, тогда пошли, покажешь мне свой подарок”.

Когда Шэнь Нинхуа закончила разговор с Чу Цзюньи, она повернулась и собиралась идти на свое место. Однако она обнаружила, что Ян Инсюэ, которая сидела раньше, исчезла. Она тут же слегка нахмурилась. Она уже проинструктировала Ян Инсюэ не бродить по залу без нее и без особой надобности. Куда она делась?

В это время случайно вошла Бейли Аннинг. Она увидела Шэнь Нинхуа и поспешно подошла к нему. “Нинхуа, ты пришла довольно рано. Как здесь все проходит? Ты видела Сяо Фэнцзюэ?”

- Сяо Фэнцзюэ?

“Почему ты спрашиваешь? Господин Сяо - самый любимый сын старого генерала Сяо. Конечно, он присутствует. Как я могла не видеть его?”

Бейли Аннинг огляделась и прошептала: “Бу Цзинлань знал, что навыки боевых искусств Сяо Фэнцзюэ экстраординарны. Он приготовил подарок на день рождения старому генералу Сяо и намеревался воспользоваться этим шансом, чтобы посоревноваться с Сяо Фэнцзюэ.”

Сердце Шэнь Нинхуа замерло… “Бу Цзинлань тоже здесь?”

"Да. Послушай, разве он не заходит?”

Шэнь Нинхуа оглянулась и увидела Бу Цзинланя, одетого в халат с узкими рукавами, который отличался от одежды Дааня, входящего большими шагами. Сяо Фэнцзюэ приветствовал его. После того, как они обменялись несколькими словами, атмосфера, казалось, была немного напряженной.

Бу Цзинлань…Как принц Великого Королевства Юэ, он пришел поздравить офицера Дааня с днем рождения. Разве он не боялся, что отец отругает его, когда он вернется?

Бейли Аннинг посмотрела на пустое место рядом с Шэнь Нинхуа и с любопытством спросила: “Чье это место? Почему оно пустует?”

“Это для моей двоюродной сестры Ян Инсюэ”. При мысли о ней сердце Шэнь Нинхуа упало. Она всегда чувствовала, что что-то должно произойти. Она только надеялась, что Ян Инсюэ не доставит ей каких-нибудь неприятностей, с которыми она не сможет справиться.

Банкет вот-вот должен был начаться, но Ян Инсюэ еще не вернулась. Шэнь Нинхуа повернулся, чтобы посмотреть на дворцовую служанку позади принцессы Аннинг, и сказал: “Ваше высочество, могу я одолжить вашу служанку, чтобы она помогла мне найти мою двоюродную сестру? Банкет вот-вот начнется. Пришло время ей вернуться.”

Бейли Аннинг поспешно кивнула. “Хорошо, Цю Ши, помоги принцессе Чжаохуа найти ее двоюродную сестру”.

”Да, ваше высочество".

Дворцовая служанка по имени Цю Ши тихо удалилась. Почти через пятнадцать минут все гости прибыли, но новостей по-прежнему не было, и дворцовая служанка тоже не вернулась.

Бейли Аннинг тоже заметила, что что-то происходит не так. “Нинхуа, может, нам снова послать кого-нибудь на ее поиски? Почему не было никаких новостей?”

Шэнь Нинхуа опустила глаза и на мгновение задумалась, прежде чем покачать головой и сказать: “Не нужно, я думаю, скоро будут новости”. Теперь она была уверена, что с Ян Инсюэ что-то случилось, раз она не вернулась к началу банкета. Более того, когда она подумала о карете, преградившей ей путь, когда она приехала сюда, она была уверена, что заговор был направлен против нее.

Поскольку это было так, она просто подождет и посмотрит.

С этой стороны вышел Старый генерал Сяо Цзинжань и с улыбкой поприветствовал гостей. Как раз в тот момент, когда церемониймейстер собирался объявить о начале банкета по случаю дня рождения, вбежала дворцовая служанка Цю Ши с бледным лицом.

“Ваше высочество, плохие новости. Мисс Сяо упала в обморок.”

Бейли Аннинг внезапно встала и сказала: “Что ты сказала? Мисс Сяо упала в обморок?”

Все замолчали и посмотрели на Цю Ши. Все они знали, что самым любимым ребенком в семье Сяо был не талантливый молодой мастер Сяо Фэнцзюэ, а Сяо Хуаньси, единственная первая дочь семьи Сяо. Сяо Цзинжань сражался на полях военных битв круглый год. Он женился на двух женах подряд, и обе они умерли внезапной смертью. Гадалка сказала, что он убил слишком много людей и совершил слишком много грехов. В результате он принес бы несчастье своим женам и имел бы очень мало наследников.

Его первая жена оставила Сяо Фэнцзюэ. У его второй жены не было детей. Он женился на своей нынешней жене, мадам Сун, когда ему было почти сорок лет, и у него родилась дочь, Сяо Хуаньси, когда ему было сорок четыре года. Поэтому он лелеял эту дочь как драгоценное сокровище. В тот момент, когда он услышал, что она упала в обморок, он проигнорировал банкет и позволил Цю Ши вести ее к Сяо Хуаньси.

Бейли Аннинг тихо спросила: “Нинхуа, многие люди собираются увидеть ее. Мы пойдем?”

“Да, пойдем посмотрим”.

Цю Ши шел впереди, и все внимательно следовали за ним. Вскоре после этого они подошли к комнате, где временно хранились подарки.

Сяо Цзинжань толкнул дверь и увидела Сяо Хуаньси, лежащую на земле с бледным лицом. Ян Инсюэ стояла на коленях рядом с ней, и ее лицо было полно паники и слез. “Младшая сестра Сяо, проснись. Не пугай меня.”

Услышав, что кто-то вошел, Ян Инсюэ внезапно подняла голову и увидела Шэнь Нинхуа. Ее глаза тут же загорелись. “Нинхуа, быстро подойди и посмотри. Шпилька, которую ты мне дала, поцарапала сестру Сяо, а потом она упала в обморок.”

Глава 112 - Выбор Красавицы или Благодетеля?

Все сразу же посмотрели на Шэнь Нинхуа.

Ян Инсюэ была двоюродной сестрой Шэнь Нинхуа. Предмет, который дала ей двоюродная сестра был ядовит и по-видимому стал причиной несчастья Старшей Молодой Леди семьи Сяо. Независимо от того, как они это выглядело, все почувствовали что здесь похоже случился некий заговор.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было спокойным. Настолько спокойным, что Ян Инсюэ почувствовала приступ паники в своем сердце.

Сяо Хуаньси пригласила ее посмотреть подарок на день рождения. Подарок на день рождения был заперт так хорошо, что ключом коробку не открыть. Сяо Хуаньси забеспокоилась и взяла шпильку, чтобы просунуть ее в замочную скважину. Однако ее заколка для волос была сделана из нефрита и не подходила. Ян Инсюэ вытащила свою заколку и отдала ей. Неожиданно шпилька порезала руку Сяо Хуаньси и заставила ее упасть в обморок.

Ян Инсюэ была в полной панике. Увидев приближающуюся Шэнь Нинхуа, она подсознательно обратилась к ней за помощью.

Сяо Цзинжань шагнул вперед и осторожно помог Сяо Хуаньси подняться. “Пожалуйста, простите меня, уважаемые гости. Сначала я должен разобраться со всем тем, что приключилось с моей маленькой девочкой. Доктор Чен, не могли бы вы, пожалуйста, проверить Хуаньси?”

Чэнь Юнь, который случайно пришел на банкет, вышел и направился вперед, чтобы осмотреть рану на руке Сяо Хуаньси.

Рана была неглубокой, из нее не сочилось много крови, может быть несколько небольших капель. Однако окружающая кожа и плоть были слегка фиолетовыми, что очень походило на симптомом отравления.

Чэнь Юнь на мгновение нахмурился. Он не мог сказать наверняка, что именно стало причиной обморока девушки.

Холодный взгляд Сяо Цзинжаня скользнул по Шэнь Нинхуа. Почти ощутимый холод заставил людей почувствовать холод на спине.

Чу Цзюньи нахмурился, и его взгляд медленно остановился на Сяо Хуаньси с очень сложными эмоциями в глазах. “Дядя Чэнь, с моей младшей сестрой Хуаньси все в порядке?”

Чэнь Юнь на мгновение задумался и сказал: “Если я не ошибаюсь, мисс Сяо была отравлена Цзы Мианем, чрезвычайно редким ядом. Его можно извлечь только из цветка Цзы Миань в Цзяннани и отравление можно совершить, если яд смешать с различными лекарственными ингредиентами. После отравления человек заснет и в конце концов умрет во сне”. Его голос был негромким, в интонации чувствовалось некое отвращение.

Ян Инсюэ уже была ошеломлена. Услышав это, она поспешно встала и отодвинулась от шпильки на земле, опасаясь, что случайно коснется яда.

Сяо Цзинжань обернулся, пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа и тихо сказал: “Принцесса префектуры Чжаохуа, ты должна была изучать это лекарство, верно? Моей дочери сейчас нужно противоядие. Пожалуйста, достаньте его!”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, и в ее глазах вспыхнул холодный свет. “Что вы имеете в виду, уважаемый генерал Сяо? Вы уверены, что я именно тот человек, кто отравил ее?”

Сяо Цзинжань плотно сжал губы, и его выражение лица постоянно менялась. Кровавая аура, которую он собрал после многих лет сражений на поле боя, устремилась к Шэнь Нинхуа. Ян Инсюэ была лишь слегка охвачена аурой, но она почувствовала, как ее сердце затрепетало, и почти опустилась на колени.

Шэнь Нинхуа, однако, все это время стояла со спокойным выражением лица, и ни один мускул не дрогнул на ее лице.

Глаза Сяо Цзинжаня вспыхнули. Он сотрудничал с Шэнь Нинхуа во время ликвидации последствий стихийного бедствия в городе Линьцзян в провинции Цзяннань. Он должен был признать, что эта девушка действительно была удивительной и умной. Он также ценил ее как младшую. Однако, когда она столкнулась с его любимой дочерью, он уже не мог относиться к ней как прежде.

“Если это не было ваше высочество, то это, должно быть, Ян Инсюэ?”

Под пристальным взглядом Сяо Цзинжаня тело Ян Инсюэ неудержимо задрожало. Ее лицо мгновенно стало смертельно бледным. “Уважаемый генерал Сяо, хотя я была единственным, кто присутствовал, когда с мисс Сяо произошло это несчастье, если вы проведете расследование, вы можете узнать, что мисс Сяо пригласила меня помочь проверить ее подарок, и я не носила заколку очень долго. Более того, по словам доктора Чэня, Цзы Миань - очень редкий яд. Я даже не слышала об этом. Как я могла заполучить его и даже намазать на свою заколку? Вы все видели, эта заколка все время у меня на голове. Если я небрежно поверну голову или взмахну головой, заколка оцарапает меня, это причинит мне боль и я умру. Буду ли я подвергать свою собственную жизнь риску?”

Шэнь Нинхуа не могла удержаться от усмешки в своем сердце. Ян Инсюэ действительно стала умнее, и она была слишком умна. На первый взгляд это звучало так, как будто она только защищалась, но ее слова на самом деле сделали Шэнь Нинхуа самым большим подозреваемым!

Сяо Цзинжань прищурил глаза. “Я помню, ты сказал, что эту заколку тебе подарила принцесса префектуры Чжаохуа, верно?”

Ян Инсюэ посмотрела на Шэнь Нинхуа и на мгновение заколебалась. В ее глазах мелькнул намек на борьбу. “Заколка действительно была подарена мне моей двоюродной сестрой. Однако она добросердечна и определенно ничего не будет прикладывать к шпильке. Я ей доверяю.”

Сяо Цзинжань усмехнулся. “Добросердечна ли она, не зависит от ваших слов. Доктор Чен, пожалуйста, взгляните на шпильку на земле.”

Чэнь Юнь нахмурился. В глубине души он был уверен, что Шэнь Нинхуа не была тем, кто нанес яд на шпильку. Однако, проверив шпильку, он обнаружил, что она действительно была покрыта ядом. Кроме того, судя по цвету заколки, яд был нанесен около трех дней назад.

“На шпильке действительно есть яд. Яд был нанесен на шпильку около трех дней.”

Сяо Цзинжань посмотрел на Шэнь Нинхуа и сказал: ”Принцесса префектуры Чжаохуа, могу я спросить, когда вы отдали заколку Ян Инсюэ?"

Голос Шэнь Нинхуа был четким, а ее слова - четкими. “ Три дня назад.

“Хорошо… Что тогда что еще ты можешь сказать?” Лицо Сяо Цзинжаня внезапно осунулось. “Я не хочу знать, почему ты нанесла яд на заколку, которую дала своей кузине. Я просто хочу получить противоядие, чтобы спасти свою дочь. Дайте мне противоядие сейчас, и я буду ходатайствовать за вас перед Его Величеством.”

Услышав это, Ян Инсюэ непонимающе посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Сестра, ты действительно нанесла яд на шпильку? Ты хотела убить меня?”

Шэнь Нинхуа стояла молча, не издавая ни звука, ни слова. Она прислушивалась к разговорам, доносившимся из из окружившей их толпы.

“Я слышал, что она и ее двоюродная сестра в ссоре. Я думаю, она не хочет, чтобы ее двоюродная сестра жила в ее особняке.”

“Нет, я слышал, что она завидует таланту своей кузины. Позже, из-за того, что Второй принц навестил ее двоюродную сестру, в ее сердце появилось еще больше ненависти. Вот почему...”

“Не говори ерунды. Это связано с королевской семьей...”

Чу Цзюньи крепко сжал кулаки и пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа. Улыбка в его глазах исчезла и сменилась серьезностью.

Отношения Сяо Хуаньси с Нинхуа были не очень хорошими. Она уже кое-что узнала об этом, так что этот несчастный случай был очень подозрительным.

Ее подарок уже был подготовлен, так почему же ей вдруг понадобилось проверять его у Ян Инсюэ? А замок случайно вышел из строя, и ей пришлось воспользоваться заколкой Ян Инсюэ. Это было не совпадение, а изощренный трюк. Человеком, стоящим за этим, вероятно, была сама Сяо Хуаньси, которая в настоящее время находилась без сознания.

Она слегка прикрыла глаза, и тень скуки промелькнула в ее сердце. В прошлый раз она уже очень ясно сказала Сяо Хуаньси, чтобы та больше не провоцировала Шэнь Нинхуа. Она думала, что она отказалась от своего плана, но вместо этого противная девчонка придумала сегодняшнее большое шоу! Если она вмешается, ей нужно будет разоблачить ее заговор и разрушить их дюжину лет дружбы. А если она не вмешался, то у нее и Шэнь Нинхуа не было бы никакой возможности быть вместе в будущем!

Глядя на Сяо Хуаньси, который не подавала никаких признаков пробуждения, терпение Сяо Цзинжаня лопнуло. “Принцесса префектуры Чжаохуа, если вы все еще отказываетесь передать противоядие, я попрошу Его Величество вынести решение”.

Шэнь Нинхуа внезапно подняла голову и окинула взглядом Чу Цзюньи, выражение лица которого постоянно менялось. Ее глубокие глаза были покрыты слоем ледяной холодности, как будто она полностью изолировала себя от мира. В конце концов, партнерство было только ради интересов. Сколько бы сладких речей он ни говорил, он бросил ее в этот критический момент.

“Уважаемый генерал Сяо, вы правы. Нам действительно нужно попросить Его Величество рассудить за нас. Пошли.”

Сяо Цзинжань не ожидал, что она так легко согласится на это. Он потерял дар речи. “Ты...”

Шэнь Нинхуа саркастически скривила губы. “Что, вы не осмеливаетесь или боитесь отложить лечение вашей дочери? Не волнуйся, Цзы Миань действует медленно. Те, кто отравлен, не будут в критической опасности даже через три дня, так что вы можете проводить расследование вполне степенно и неторопливо.”

“Хорошо, поскольку ты не проливаешь слез, пока не увидишь гроб, тогда я составлю тебе компанию”. Лицо Сяо Цзинжаня было черным как смоль, когда он махнул рукавом и вышел.

Шэнь Нинхуа скривила губы, но на ее лице не было улыбки. Она вышла вслед за ним.

Другие зрители не осмелились последовать за ними во Дворец, чтобы посмотреть шоу. Попрощавшись с Сяо Фэнцзюэ, они ушли один за другим.

Вскоре после этого в комнате остались только Чу Цзюньи и Сяо Фэнцзюэ.

Чу Цзюньи взглянула на Сяо Хуаньси, которую медсестры несли обратно в ее палату, и без всякого выражения вышла.

Сяо Фэнцзюэ слегка нахмурился. “Ты собираешься во Дворец?”

Чу Цзюньи остановился и сказал: “Да”.

“Ради Шэнь Нинхуа ты хочешь бросить свою собственную сестру”.

“Она не трехлетний ребенок. Она должна знать, что несет ответственность за то, что сделала”.

Брови Сяо Фэнцзюэ были остры, как меч, и его взгляд тоже был проницательным. “Ты должен знать, почему она это сделала. Если бы не ты, зачем бы ей подставлять Шэнь Нинхуа?”

Чу Цзюньи обернулся с чрезвычайно торжественным выражением лица. “Старший Брат, ты хочешь защитить семью Сяо. У меня также есть кое-что, что я хочу защитить”.

“Что, если тот, кого ты защищаешь, настроен против семьи Сяо? Каков твой выбор?”

Чу Цзюньи молчал, но его аура внезапно высвободилась, и сгущающаяся атмосфера заполнила всю комнату.

Через некоторое время Чу Цзюньи развернулся и направился к выходу. “Я буду верен своему сердцу”.

Выражение лица Сяо Фэнцзюэ стало жестким, когда он резко вытащил меч из-за пояса и вонзил его в спину Чу Цзюньи.

Услышав звук меча, пронзающего воздух сзади, Чу Цзюньи сделал два шага вперед и оттолкнулся ногой от стены, чтобы перевернуться в воздухе. Он сделал прыжок и увернулся от яростной атаки.

Сяо Фэнцзюэ был взволнован неудачным ударом. Его глаза были полны более сильной решимости сражаться. “Ты знаешь, что делаешь? Неужели Шэнь Нинхуа настолько важна, что вы даже не заботитесь о своей собственной личности? Семья Сяо поддерживала вас более десяти лет, и Хуаньси росла вместе с вами. Она использовала неправильный метод только потому, что ты ей нравился. Неужели ты не можешь простить ее? Не забывай кто ты есть и не забывай о своей миссии!”

Чу Цзюньи медленно вытащил из-за пояса мягкий меч и вложил в него свою внутреннюю энергию. Мягкий меч мгновенно выпрямился, превратившись в острое лезвие, которое могло легко рассечь тонкий волосок. Не сказав ни единого слова, он поднял мечь для удара, чтобы напасть на Сяо Фэнцзюэ.

Непрерывно слышались звуки ударов мечей, лязганье и скрежет металла о металл. Занавески в комнате были изорваны мечами и через короткое время в комнате царил беспорядок.

Примерно через пятнадцать минут послышался слабый запах крови, и они оба одновременно остановились.

Сяо Фэнцзюэ стоял прямо, свесив одну руку вдоль тела. Кровь продолжала капать с его рукавов на землю.

Чу Цзюньи бросил мягкий меч, который держал в руке, на землю и вышел, не поворачивая головы.

“Я помню свою личность, я помню – кто я, и я не забыл свою миссию. Но как насчет семьи Сяо?”

Затем он проигнорировал Сяо Фэнцзюэ, который стоял там с холодным выражением лица. Он выбрал путь и быстро выбежал из особняка Сяо в сторону императорского дворца.

Бейли Цинцан неторопливо потягивал чай во дворце императрицы Нинкунь, но когда он услышал, что что-то случилось с семьей Сяо, он сразу же нахмурился.

Сяо Цзинжань внес большой вклад в ликвидацию последствий стихийных бедствий, но когда он захотел вознаградить его, то обнаружил, что ему больше нечем его вознаградить.

Сяо Цзинжань уже был чиновником первого ранга класса А, и его военные заслуги выдвинули его на высшую должность чиновничества. Если бы он был вознагражден еще больше, ему можно было бы присвоить только титул принца. Бейли Цинцан внезапно почувствовала, что что-то не так. В Даане не было традиции присваивать титул принца тому, кто не был из королевской семьи. В противном случае семья Сяо сделала бы шаг вперед.

“ Отнесите их в Верхний кабинет. Я пойду посмотрю.”

Императрица Чжао Хуэйин наливала чай в чашку из изысканного чайника. Увидев, как Бейли Цинцан стремительно уходит, в ее глазах мелькнула улыбка. Она неторопливо поставила чайник и сделала глоток из чашки. “Действительно, чай лучше всего подавать с кипятком”.

Сяо Цзинжань стоял в зале и ждал появления императора.

Шэнь Нинхуа стоял немного позади него. Ее глаза были так спокойны, что в них не было ни малейшего смятения.

Никто из них не говорил, но от всех исходила напряженная и гнетущая аура.

Наследный принц стоял в стороне, глядя на двух людей, которые явно не пересекались, но, казалось, были в напряжении. На его лице отразилось смущение.

“Его величество прибыл”.

Бейли Цинцан махнул рукой, приказывая толпе встать. Как только он сел, он спросил: “Генерал Сяо, сегодня ваш день рождения. Почему ты не принимаешь поздравления дома, а приходишь ко мне?”

Сяо Цзинран сложил руки чашечкой, и выражение его лица было холодным. “Ваше величество, я не хотел беспокоить вас в такое время. Просто в этом деле замешана принцесса префектуры Чжаохуа, и я должен спросить вашего мнения.”

Бейли Цинцан посмотрел на Шэнь Нинхуа и нахмурился. “Нинхуа? Что случилось?”

Сяо Цзинжань повернулся, чтобы посмотреть на Чэнь Юня. “Ваше величество, пожалуйста, позвольте доктору Чену объяснить ситуацию”.

Чэнь Юнь на мгновение замолчал, и выражение его лица стало более безразличным. Однако он все же сказал: “Ваше величество, сегодня день рождения Старого генерала Сяо. Как раз в тот момент, когда должен был начаться банкет по случаю дня рождения, служанка принцессы Аннинг Цю Ши пришла сообщить, что с Сяо Хуаньси что-то случилось. Мы нашли мисс Сяо, отравленную Цзы Мианем, в комнате, где временно хранились подарки на день рождения. Поскольку она была ранена шпилькой, которую Шэнь Нинхуа дала своей двоюродной сестре Ян Инсюэ, я не смею с уверенностью сказать, каков будет исход этого дела. Пожалуйста, примите решение, ваше величество.”

Шэнь Нинхуа опустила глаза. Сяо Цзинжань попросил Чэнь Юня рассказать эту историю, потому что боялся, что если он будет рассказывать, его величество подумает, что он преувеличит все произошедшее. Однако он не ожидал, что Чэнь Юнь был честен и не любил интриговать других. Он был несчастлив в глубине души, когда Сяо Цзинран попросил его рассказать эту историю. Император, вероятно, также почувствовал бы себя несчастным, если бы честный чиновник подчинился приказам семьи Сяо и заступился за них.

Глаза Бейли Цинцана потемнели, когда он спросил Бейли Цзиньцзе: “Цзиньцзе, ты тоже ходил в особняк Сяо?”

Бейли Цзинцзе поспешно встал и сказал: ”Ваше величество, я знаю точно то же самое, что и доктор Чэнь. Когда я прибыл, мисс Сяо уже упала в обморок на землю. Только двоюродная сестра принцессы префектуры Чжаохуа, Ян Инсюэ, плакала рядом с ней. Она сказала, что ее заколка для волос была ядовитой. Хотя доктор Чен обнаружил, что со шпилькой что-то не так, я не знаю наверняка, каковы будут результаты.”

Бейли Цинцан прищурился и холодно сказал: “Нинхуа, что ты скажешь?”

Шэнь Нинхуа решительно подняла голову и сделала два шага вперед, чтобы опуститься на колени. “Ваше величество, пожалуйста, заберите обратно титул принцессы префектуры Чжаохуа”.

Эти необъяснимые слова повергли всех присутствующих в шок. Сяо Цзинжань внезапно повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Не пошла ли она на некую хитрость, чтобы каким-то образом перевернуть всю историю и получить преимущества?

“Нинхуа, поскольку я присвоил тебе титул принцессы префектуры, я не изменю своих слов, если только ты не совершишь государственную измену. Скажи мне, ты действительно отравил Сяо Хуаньси?”

Шэнь Нинхуа покачала головой с горькой улыбкой на лице. “Ваше величество, я встречалась с мисс Сяо всего дважды. Между нами нет вражды. Зачем мне травить ее без всякой причины? Я знаю, что эти слова только усложнят вам жизнь, но ради достоинства Даана у меня нет другого выбора, кроме как сделать это. Пожалуйста, заберите мой титул принцессы префектуры”.

Бейли Цзинцзе сказал: “Нинхуа, не веди себя по-детски. Его величество всегда любил тебя. Заключения по этому вопросу пока нет. Почему ты делаешь такие странные заявления?” Когда он говорил, на его лице появилось выражение братского упрека, но в то же время нежности, что придавало ему исключительно великодушный.

Однако Шэнь Нинхуа сочла его поведение отвратительным. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз встречалась с Бейли Цзинцзе. Казалось, его способность вызывать у нее отвращение даже возросла.

Бейли Цинцан сказал: “Если ты хочешь, чтобы я отозвал твой титул, тогда скажи мне, в чем твоя вина?”

Глава 113 - Нинхуа, Не сердись на Меня

Чу Цзюньи сказал глубоким голосом: “Ваше величество, человек, из-за которого отравили мою сестру Сяо Хуаньси, - это он”. Он взял за шиворот слугу и втолкнул его на середину комнаты.

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно задрожали, и бесконечная насмешка была скрыта под ее дрожащими ресницами. Ее сердце наполнилось волной холода, которая, казалось, заморозила все ее тело. Чу Цзюньи действительно собирался навести порядок в семье Сяо.

Сяо Цзинжань тоже был ошеломлен. Мальчик-слуга замышлял заговор против Старшей Молодой леди семьи Сяо?

Бейли Цинцан немного помолчал и медленно сказал: “Он всего лишь юный слуга. Почему он устроил заговор против мисс Сяо?”

Чу Цзюньи повернулся к юноше-слуге, который стоял на коленях на земле, и сказал: “Его Величество спрашивает вас. А теперь признайся.”

Юный слуга, казалось, был напуган до полусмерти. “Ваше величество, я не знал, что это яд. Я случайно сломал замок мисс, когда помогал ей нести коробку с подарком на день рождения. Я испугался и купил новый замок для шкатулки. Вот почему мисс не смогла открыть его, когда пошла отпирать.”

Бейли Цинцан нетерпеливо спросила: “Какое отношение смена замков имеет к отравлению?”

Чу Цзюньи выступил вперед и сказал: “Ваше величество, я знаком с принцессой префектуры Чжаохуа и знаю, что она девушка чистой доброты. Я не верил, что она может отравить других, поэтому попросил врача повторно осмотреть комнату. Затем я обнаружил, что замок шкатулки на день рождения также был покрыт Цзы Мианем, и этот замок был куплен этим молодым слугой из Павильона Сокровищ на юге столицы.”

“Это всего лишь замок. Почему он пошел в Павильон Сокровищ, чтобы купить его? Там все очень дорого. Неужели у мальчика-слуги так много серебра?” - спросил Бейли Цзинцзе.

Чу Цзюньи ответил: “Ваше высочество, чтобы подготовить подарок на день рождения для моего приемного отца, моя сестра Хуаньси выбрала все с особой тщательностью, и этот замок не стал исключением. Он был специально изготовлен Павильоном Сокровищ. Мальчик-слуга не мог позволить себе заплатить за замок, поэтому он отправил сломанный замок в Павильон Сокровищ в обмен на новый. Однако он не ожидал, что замок, проданный Павильоном Сокровищ, будет отравлен. Все записи об обмене были занесены в бухгалтерские книги Павильона Сокровищ. Если ваше высочество в это не верите, вы можете послать кого-нибудь на расследование.”

Бейли Цзинцзе нахмурился. Пытался ли Чу Цзюньи помочь Шэнь Нинхуа соскочить с крючка? Когда он подумал об этом, в его сердце промелькнуло разочарование. Он строго спросил: “Разве вы не говорили, что мисс Сяо была поцарапана шпилькой? Почему вы изменили историю, сказав, что замок был отравлен? Чу Цзюньи, ты обманываешь Его Величество?”

Чу Цзюньи холодно взглянул на него и равнодушно сказал: “Если бы ты не перебивал меня, я бы уже все ясно объяснил”.

“...” Бейли Цзинцзе натянуто улыбнулся. Объяснить? Я хотел бы посмотреть, как вы это объясните!

“Ваше величество, я тоже чувствовал себя очень странно, поэтому я пошел в Павильон Сокровищ, чтобы проверить, и нашел в Павильоне Сокровищ партию драгоценных камней и артефактов, покрытых Цзы Мианем. Начальник Столичной стражи опасался, что эти вещи распространятся и причинят вред еще большему количеству людей, поэтому он приказал схватить их всех и отправить к Дворцовым воротам.”

Лицо Бейли Цинцана внезапно напряглось. “Вы сказали, что большое количество драгоценных камней было покрыто Цзы Мианем?”

“Вот именно”. Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа, но обнаружил, что она опустила голову и никто не мог ясно видеть выражение ее лица. Он сразу же почувствовал, как по его сердцу сильно ударили молотком. “Заколка для волос, которую принцесса префектуры Чжаохуа подарила мисс Ян, тоже была куплена в Павильоне Сокровищ, верно?”

"Хм? Нинхуа, ты купила эту заколку в Павильоне Сокровищ?” - спросила Бейли Цинцан.

Шэнь Нинхуа подняла голову, но не посмотрела на Чу Цзюньи, который внимательно смотрел на нее. “Ваше величество, это правда. Моя двоюродная сестра только что приехала в столицу и нуждалась во многих вещах, которые нужно было купить. Я сделала заказ на партию украшений из Павильона Сокровищ, и эта заколка была одним из предметов.”

Глядя на слегка побледневшее лицо Шэнь Нинхуа, Бейли Цинцан почувствовал прилив жалости в своем сердце. “Ты такая же упрямая, как и твоя мать. Почему ты не сказала правду раньше и наоборот, сказала те слова, которые заставили меня опечалиться? В будущем не говори о том, чтобы вернуть свой титул. А теперь быстро встань. Ты так долго стояла на коленях на земле. Это, должно быть, слишком тяжело для твоих коленей.”

Шэнь Нинхуа покачала головой. Горькая улыбка появилась на ее губах. “Отец император, если возможно, я не хочу ставить вас перед этой дилеммой. Однако я родилась в семье Шэнь. Моя биологическая мать умерла давным-давно, а мой отец был осужден и понижен в должности. Хотя это не то, что я могу выбирать или решать, многие люди думают, что я недостойна титула принцессы префектуры, и хотят использовать меня для дискредитации королевской семьи. Нинхуа не испытывает ни малейшего страха смерти, но я бы никогда не хотел, чтобы из-за меня пострадала ваша репутация.”

Бейли Цинцан встал и спустился вниз. Он лично помог Шэнь Нинхуа подняться. “Ты принцесса Префектуры, которую я лично наградил. В будущем я вознагражу тебя как королевскую принцессу Чжаохуа. Если кто-нибудь посмеет клеветать на тебя без причины, я буду первым, кто накажет его!”

Шэнь Нинхуа была тронута. Бейли Цинцан действительно любил ее, приемную дочь, что действительно было редкостью для императора. “Спасибо, отец император. Пожалуйста, прости меня за то, что я разозлил тебя сегодня.”

Глядя на слегка покрасневшие глаза Шэнь Нинхуа и смущенное выражение лица, Бейли Цинцан не смогла удержаться от улыбки. “Ты глупая девчонка. Ладно, отойди в сторону. Я буду разбираться с этими вопросами один за другим”.

Шэнь Нинхуа отошла в сторону, и улыбка на ее лице постепенно исчезла. Она равнодушно посмотрела на Сяо Цзинжаня в холле.

Губернатор Столичной стражи передал драгоценности и артефакты, которые были покрыты Цзы Мианем. Чэнь Юнь вышел вперед, чтобы внимательно осмотреть их, и доложил: “Ваше величество, эти драгоценности и артефакты действительно покрыты Цзы Мианем, и его следовало нанести за три дня до этого”.

Аура Бейли Цинцана напряглась, и его острые глаза вспыхнули ледяным холодом.

Бейли Цзиндзе выступил вперед и сказал: “Ваше величество, насколько я знаю, драгоценности в Павильоне Сокровищ очень популярны в столице, особенно среди дам и юных леди из аристократических семей. Если бы эти драгоценности попали в оборот, последствия были бы невообразимыми. Этот инцидент, скорее всего, является большим заговором. Я думаю, вам следует тщательно расследовать это дело.”

Бейли Цинцан не согласился. Вместо этого он посмотрел на Сяо Цзинжаня, который стоял рядом с ним, и сказал: “Генерал Сяо, что вы думаете об этом деле?”

“Ваше величество, я думаю, что Пятый принц сказал правду. Принцесса префектуры Чжаохуа купила отравленную заколку для волос. Интересно, купил ли кто-нибудь еще, кто покупал украшения в этом магазине, отравленные заколки для волос? Я считаю, что этот вопрос должен быть решен как можно скорее. Более того, я был введен в заблуждение и чуть не обидел принцессу префектуры Чжаохуа. Пожалуйста, накажите меня, ваше величество.”

Бейли Цинцан легонько хлопнул ладонью по столу. “Вы просто заботились о своей дочери и немного беспокоились. Это понятно. Тем не менее, вам все равно нужно быть начеку. Вы будете отвечать за расследование дела об отравленной шпильке для волос Цзы Миан. Пятый принц Бейли Цзинцзе будет помогать вам.”

“Слушаюсь, ваше величество”. В этот момент Сяо Цзинжань хотел только найти противоядие, чтобы спасти свою дочь. Как он мог быть в настроении заботиться о других вещах? Однако он не мог отказаться от приказа императора и мог только согласиться.

Бейли Цинцан махнул рукой и сказал: “Вы также несете ответственность за то, чтобы иметь дело с этим молодым слугой. Аккуратно уберите на время эти заколки для волос. Подождите, пока все они, которые были распространены, не будут возвращены обратно, и уничтожьте их вместе. Теперь ты можешь уходить. Наследный принц останется.”

“Да, ваше величество”.

Покинув дворец Чэнцянь, Сяо Цзинжань поспешно остановил Чэнь Юня и сказал: “Доктор Чэнь, пожалуйста, вылечите мою маленькую девочку”.

Чэнь Юнь смущенно нахмурился. “Господин Сяо, Цзы Миань встречается крайне редко. Я никогда не изучал его противоядие. Я могу только стараться изо всех сил”. После отравления Цзы Мианем Сяо Хуаньси может прожить самое большее три дня. Без противоядия она умрет через три дня. Думая об этом, он не мог удержаться от вздоха.

Лицо Сяо Цзинжаня побледнело, а его высокое и крепкое тело затряслось от печали. “Доктор Чен, пожалуйста, сделайте все возможное”.

“Да, я приложу все усилия”.

Когда Шэнь Нинхуа услышала разговор между ними двумя, она не смогла удержаться и холодно скривила губы. Сможет ли Сяо Хуаньси пережить эту катастрофу или нет, зависело от ее собственной удачи.

Покинув дворцовые ворота, Шэнь Нинхуа села в свой экипаж. Чу Цзюньи немедленно поднял занавеску и запрыгнул в карету.

Шэнь Нинхуа нисколько не удивилась. Она откинулась на подушку и скривила губы. “Почему, не можешь дождаться, когда получишь противоядие для своей сестры?”

Чу Цзюньи сделал паузу, и его глаза загорелись. “Нинхуа, у тебя есть противоядие от Цзы Мианя?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась, и выражение ее лица стало еще холоднее. “Ну и что, если я это сделаю? Что, если я этого не сделаю?” Человек был действительно ненадежен. Несколько дней назад он заявил, что хочет жениться на ней, но теперь он проигнорировал ее ради другой женщины.

Чу Цзюньи почувствовал волну боли в своем сердце, когда почувствовал ее отчужденность. Однако у него не было другого выбора, кроме как сказать: “Нинхуа, если у тебя есть противоядие, я хочу купить его у тебя. Ты можешь попросить столько серебра, сколько захочешь.”

“Какие громкие слова! Ты можешь дать мне столько серебра, сколько я захочу?”

"Да." Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа чрезвычайно серьезным взглядом. Независимо от того, что делала семья Сяо, они действительно воспитывали его. Он всегда помнил об этой милости в своем сердце. На этот раз спасение Сяо Хуаньси можно было считать расплатой.

Шэнь Нинхуа посмотрела на его чрезвычайно серьезное отношение и вдруг усмехнулась. “Хорошо, я спасла тебе жизнь за 5000 таэлей золота. Сегодня я могу спасти жизнь Сяо Хуаньси за ту же цену. Когда ты пришлешь деньги, я дам тебе противоядие!”

Чу Цзюньи кивнул и слегка расслабился. “Нинхуа, спасибо тебе”.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и сказала с безразличным выражением лица. “Господин Чу, не за что. Это просто честная сделка”.

Взгляд Чу Цзюньи слегка дрогнул. Он прислонился к стенке вагона и вздохнул. Сегодняшнее происшествие было полностью виной Сяо Хуаньси.

Она хотела использовать яд на шпильке, которую Шэнь Нинхуа дала Ян Инсюэ, чтобы разрушить репутацию Шэнь Нинхуа, но она не ожидала, что ее обманут другие, которые превратили обычный яд в Цзы Миань.

К счастью, владельцем Павильона Сокровищ был он, поэтому он смог отказаться от этой дойной коровы и скрыть правду об этом деле. В противном случае битва между семьей Сяо и Шэнь Нинхуа не имела бы уверенного конца.

“Нинхуа, на этот раз мне жаль тебя, но я не могу позволить, чтобы с семьей Сяо что-то случилось прямо сейчас”.

Услышав это, Шэнь Нинхуа все больше и больше веселилась. Хотя ранее, она почувствовала вспышку гнева в своем сердце. Поскольку он уже сделал выбор, не было необходимости притворяться, что ему жаль. “Ты не сделал мне ничего плохого. Ты должен извиниться перед Павильоном Сокровищ. Кстати говоря, вы действительно великодушны. Павильон Сокровищ собрал много информации и много заработал для вас, верно? Вы готовы отказаться от этого просто так?”

“У меня нет другого выбора”.

“Это верно. Вы можете открыть еще один Павильон Сокровищ, но если ваша сестра Хуаньси уйдет, она не сможет вернуться снова. Господин Чу, поторопитесь и возвращайтесь за деньгами. Я не дам тебе противоядие, пока не получу 5000 таэлей золота”. Когда Шэнь Нинхуа говорила, она больше не хотела видеть Чу Цзюньи. Она закрыла глаза и наклонилась в сторону, но всевозможные эмоции продолжали бушевать в ее сердце.

Внезапно теплая аура брызнула на край ее щеки. Прежде чем Шэнь Нинхуа успела отреагировать, она почувствовала мягкое прикосновение к своему лбу.

“Нинхуа, не сердись на меня”.

Глава 114 - Почему Ты Другой!

Шэнь Нинхуа внезапно открыла глаза. Увидев прямо перед собой красивое лицо, в ее сердце поднялась волна гнева, и она резко оттолкнула его. “Чу Цзюньи, не испытывай свою удачу!”

Поскольку Шэнь Нинхуа была сильно разозлена, то она вложила в это движение много силы. Чу Цзюньи не ожидал этого и был отброшен назад движением девушки. Он прислонился к стенке кареты и сказал: “Злая девчонка, ты действительно безжалостна”.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Ее злость только усилилась. “Твоя сестра все еще без сознания. Почему бы тебе не пойти и не собрать деньги прямо сейчас?”

“Не беспокойся”. Чу Цзюньи оставался на том же месте, прислонившись спиной к стенке кареты, в той же позе, которую он принял после того, как его толкнули. Он втянул в себя глоток холодного воздуха и бессознательно издал приглушенный стон.

Шэнь Нинхуа почувствовала слабый запах крови. Она резким движением подняла голову, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи. При тусклом освещении в карете она не заметила этого раньше, но теперь поняла, что его лицо было очень бледным, а пряди волос на лбу уже были мокрыми от пота.

“Чу Цзюньи, ты ранен?”

“Да...” - сказал Чу Цзюньи. Он попытался встать, но почувствовал, как по спине потекла теплая струйка крови. Он нахмурился. Рана на его спине открылась.

Шэнь Нинхуа некоторое время смотрела на него и, наконец, села рядом с ним, стиснув зубы. Она схватила его за руку и проверила пульс.

Пощупав его пульс, Шэнь Нинхуа внезапно расширила глаза. “Пульс слабый, внутренняя энергия неупорядочена, средняя ци повреждена, а жизненной силы недостаточно…Ты пытаешься покончить с собой?”

Чу Цзюньи склонил голову на плечо Шэнь Нинхуа и устало закрыл глаза.

После того, как он устроил все в Павильоне Сокровищ, он прибыл к императорскому дворцу, но был перехвачен убийцами, обладающими высоким мастерством в боевых искусствах. Чтобы защитить эти вещи от уничтожения, пришлось отчаянно сражаться. К счастью, он убил их всех. В противном случае он не смог бы спасти семью Сяо.

Ся Цзинцю была встревожена и не могла найти себе места. Услышав, что что-то случилось с семьей Сяо, она пожалела, что не может немедленно помчаться к своей дочери. Тем не менее, поскольку она не могла войти в особняк Сяо, ей оставалось только с тревогой ждать. Увидев приближающуюся карету Шэнь Нинхуа, она поспешно подбежала к ней.

“Нинхуа, где Инсюэ?”

Шэнь Нинхуа вышла из экипажа и подала знак Цин Цюэ, чтобы она подогнала экипаж к особняку. “Тетя, с моей сестрой все в порядке. Она вернется через некоторое время. Она была изрядно напугана сегодня, так что тебе нужно будет ее утешить.”

“Испугана? С чего бы ей бояться на банкете?” Ся Цзинцю вытерла слезы носовым платком. “Нинхуа...”

Би Чжу подогнал экипаж к двери и помог выйти Ян Инсюэ, чье лицо было бледным. “Госпожа, мисс Янг вернулась”.

“Мама!” Увидев Ся Цзинцю, Ян Инсюэ сразу же заплакала, ее слезы ручьями лились из ее глаз. Она с детства была избалованным ребенком, ее родители очень опекали свою дочь и она никогда не испытывала ничего подобного. Сегодня она почувствовала, что впервые в жизни она прошла по тонкой грани между жизнью и смертью. Хорошо, что она еще жива!

“Моя бедная Инсюэ!”

Глядя на мать и дочь, обнимающих друг друга и громко плачущих, Шэнь Нинхуа обернулась и подала знак Бай Жо позади себя.

Бай Руо и Би Чжу поспешно шагнули вперед, чтобы поддержать их обоих.

“Госпожа, мисс Янг была напугана. Отведи ее обратно, чтобы она отдохнула. Она только что вышла из Дворца, и вам не подобает плакать у двери. Если кто-то увидет, он может неверно истолковать ситуацию, я этого очень опасаюсь…”

Ся Цзинцю задрожала и быстро сдержала слезы. “Да, да. Инсюэ, быстро заходи.”

Ян Инсюэ была до смерти напугана аурами Сяо Цзинжаня и Бейли Цинцана. Когда она услышала слово “Дворец”, она задрожала и поспешно последовала за Ся Цзинцю в павильон Цуйчжу.

Шэнь Нинхуа сказала: “Би Чжу, пошли кого-нибудь позаботиться о тете и двоюродном брате. Бай Руо, следуй за мной во Внутренний двор Жуйси.”

Чу Цзюньи лежал в карете без сознания. Шэнь Нинхуа распорядилась Лю Юню отнести его в особняк.

Цин Цюэ стояла на страже у входа во Внутренний двор Жуйси. “Госпожа, он оставлен в вашей комнате”.

“Хорошо”. В ее особняке было много шпионов, и в присутствии Ся Цзинцю и Ян Инсюэ самым безопасным способом было оставить его у себя в комнате. “Бай Руо, сходи за горячей водой. Просто скажи, что я хочу принять ванну.”

“Да, госпожа…”.

В комнате Чу Цзюньи лежал на кровати, его одежда была пропитана кровью, темные пятна которой во множестве покрывали его одежду. Шэнь Нинхуа шагнула вперед и коснулась его тела. Ее пальцы тут же покраснели от его крови. Его одежда была темного цвета, пятна крови не бросались в глаза, поэтому никто раньше не замечал, как много крови впиталось в ткань.

Бай Руо оцепенело смотрел на госпожу, затем прийдя в себя поспешно протянул ей носовой платок. Шэнь Нинхуа покачала головой и взяла сбоку ножницы. Она разрезала одежду на спине Чу Цзюньи и обнаружила, что его нижнее белье уже прилипло к телу. Поэтому она просто попросила Лю Юня снять одежду с его верхней части тела.

Когда Лю Юнь снял нижнее белье, все увидели зияющие края глубокой раны, из которой непрерывно текла кровь. Шэнь Нинхуа попросила Лю Юня принести воды, насыпал в нее противоотечный и кровоостанавливающий порошок и сразу же опустил Чу Цзюньи в воду, чтобы омыть его тело и раны.

Очень быстро ванна с чистой водой окрасилось в кроваво-красный цвет. Лицо Бай Руо побледнело, и ее дважды вырвало.

“Принеси лекарство сюда и можешь уйти.”

Бай Жо поспешно сказал: “Госпожа, я в порядке…”.

“Выходи!” Шэнь Нинхуа нахмурилась.

"Хорошо."

Раны на спине Чу Цзюньи были очень длинными, от лопатки до пояса. В двух ранах виднелись белые кости. Шэнь Нинхуа сразу же достала свое специально приготовленное Золотое Целебное лекарство и вылила весь флакон лекарства на раскрытые раны.

“Ох!...” Боль заставила Чу Цзюньи застонать и он начал извиваться и скрпепеть зубами. Шэнь Нинхуа поспешно опустила руки, но обнаружила, что, хотя раненый и был без сознания, но его сила была исключительно велика. Она не могла укротить его движения.

Видя, что раны, которые только что перестали кровоточить, снова начинают истекать кровьюь, Шэнь Нинхуа разозлилась. Она положила одну руку на спину Чу Цзюньи и, нахмурившись, тихо крикнула: “Не двигайся!”

Может быть, Чу Цзюньи действительно слышал это. Он затих и перестал сопротивляться.

Шэнь Нинхуа вздохнула с облегчением. Она достала сбоку чистую белую ткань и перевязала его раны. Затем она достала таблетку и вложила ему в рот, заставив его проглотить лекарство.

Почувствовав, что его пульс постепенно приходит в норму, Шэнь Нинхуа вздохнула с облегчением. Она потерла свою больную руку и свирепо посмотрела на человека, лежащего без сознания на кровати. “Я снова спасла тебе жизнь. Я переведу 5000 таэлей золота на ваш счет. Хм.”

Проинструктировав Бай Руо и Би Чжу охранять дверь, Шэнь Нинхуа пошла в боковую комнату, чтобы переодеться.

Хун Лин принесла немного еды и сказала: “Мисс, прошу вас, сначала поешьте”.

Шэнь Нинхуа кивнула. Сегодняшний день действительно был насыщен событиями. Как только она села и съела два кусочка еды, Бай Руо подбежал и сказал: “Госпожа, господин Чу проснулся”.

“Так быстро?”

Шэнь Нинхуа вошла в комнату и увидела, что Чу Цзюньи и Лю Юнь сражаются друг с другом. Хотя у Чу Цзюньи были травмы на спине, его движения были исключительно точными и жесткими. Он не обращал внимания на раны на спине, которые снова разошлись.

Лицо Шэнь Нинхуа потемнело. “Остановитесь! Что вы делаете?!”

Лю Юнь увернулся от резкой атаки Чу Цзюньи и неподвижно стоял в углу.

Чу Цзюньи задыхался. Его лицо было бледным, но глаза были остры, как мечи.

Шэнь Нинхуа нахмурилась, глядя на него. "Что случилось? Тебе надоело жить? Не думай, что ты сможешь отказаться от золота, которое ты мне должен, если умрешь.”

“Он твой слуга?” Чу Цзюньи прищурился и уставился на Лю Юня.

Шэнь Нинхуа не хотела отвечать, но, увидев, что он поджал губы и настаивает на ответе, она нахмурилась и сказала: “Да. Он мастер боевых искусств Сюаньлинь.”

“Если он отвечает за обучение Шэнь Сюаньлинь, почему он появился в твоей комнате?” Проснувшись, он думал, что, что увидит Нинхуа, но перво-наперво его взгляд уперся в Лю Юня, стоящего рядом с его кроватью. Этот человек обладал высокими навыками боевых искусств и смог войти в комнату Шэнь Нинхуа. Если бы он не израсходовал слишком много внутренней энергии раньше, он бы определенно убил этого человека.

Сердце Шэнь Нинхуа было наполнено гневом и весельем. Она махнула рукой Лю Юню и Бай Жо, чтобы они отступили, и села рядом. “Что плохого в том, что он появился в комнате? Господин Чу, вы слишком много уделяете этому внимания.”

"что не так? Это твой будуар. Ты хочешь, чтобы твоя репутация была испорчена, позволив постороннему мужчине появиться здесь?”

Шэнь Нинхуа взглянула на него и сказала: “Он посторонний, но разве ты не такой?”

“Как я могу быть прежним?”

“Почему ты другой?”

После того, как его тщательно обработали лекарствами, раны на спине почти не болели. Чу Цзюньи лежал на животе на кровати Шэнь Нинхуа. Он вытащил подушку, подложил ее под себя и лукаво спросил: “Поскольку у нас сейчас такие отношения, как ты думаешь, что отличает меня от других?”

“Такого рода отношения? Вы и я - всего лишь кредитор и должник. Как ты думаешь, есть что-нибудь еще?”

Чу Цзюньи откинул одеяло сбоку и поднял брови. “Ты сняла с меня одежду, и я спала в твоей постели. Есть ли какие-нибудь другие отношения, более интимные, чем наши?”

Шэнь Нинхуа опустила глаза и с усмешкой спросила: “А как насчет твоей сестры Хуаньси?”

Чу Цзюньи сделал паузу и мгновенно замолчал.

Сердце Шэнь Нинхуа упало, и она вдруг усмехнулась. Она встала и вышла. “Раз уж ты проснулся, тогда подумай о том, как вернуться. Мне неудобно держать тебя здесь до выздоровления.”

“Нинхуа!” Чу Цзюньи окликнул ее: “Сяо Хуаньси - моя сестра. Это никогда не изменится”.

Шэнь Нинхуа остановилась и сказала: “В этом мире нет ничего, что никогда не изменится”. Вечнозеленая любовь тоже увяла бы, не говоря уже о сердцах людей.

Почувствовав решающую ауру, исходящую от Шэнь Нинхуа, сердце Чу Цзюньи внезапно заныло. У него был инстинкт, что если он не сможет заставить Шэнь Нинхуа поверить ему сегодня, он потеряет ее навсегда! Если бы он скучал по девушке, стоящей перед ним, где бы он нашел другого человека, который мог бы так завладеть его сердцем и душой?

“Нинхуа, ты моя возлюбленная, и семья Сяо воспитала меня. Сегодня вы - враги. Для меня неправильно выбирать ту или иную сторону. Единственный способ - это помешать вам двоим противостоять друг другу.”

Шэнь Нинхуа внезапно обернулась и сказала: “Тот, кто хочет противостоять семье Сяо, - это не я, а твоя сестра Сяо Хуаньси. Если бы я не сопротивлялась сегодня, меня бы обвинили в злонамеренности и убийстве моей сестры! Сяо Хуаньси хочет разрушить мою репутацию. Ты хочешь, чтобы я покорно приняла все, что она со мной сделала?”

“Нинхуа, я не это имел в виду”. Глядя на отчаяние в глазах Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи почувствовал внезапную боль в сердце. Несмотря на все его усилия, он огорчил ее.

“Тогда что ты имеешь в виду?”

“Императрица, возможно, изменила яд, который Сяо Хуаньси приняла сегодня. Если она умрет, мой приемный отец Сяо Цзинжань, должно быть, будет очень опечален, и он может даже использовать силу семьи, чтобы расследовать причину ее смерти. Таким образом, мир в семье Сяо был бы полностью нарушен. Я не прошу тебя простить меня или пойти на компромисс. Я просто умоляю вас довериться мне и предоставить это дело мне.”

“Оставить это дело на твое усмотрение? Тогда я хотела бы услышать, каков твой план?”

Глава 115 - Ты Не Знаешь Взаимности?

Шэнь Нинхуа посмотрела на серьезное выражение лица Чу Цзюньи, но в глубине души она осталась непоколебима. Сяо Хуаньси была избалована с детства, и семья Сяо дорожила ей, как жемчужиной. Такой человек как она не могла вынести если что-то было у нее вне ее досягаемости. В глубине души, если она питала к Чу Цзюньи нежные чувства, то Чу Цзюньи не должен был игнорировать ее. Как только она не смогла достичь своей цели, это означало, что ошиблась цель, а не она сама. Теперь, когда Сяо Хуаньси понесла такую огромную потерю, понятно, что она никогда не простит этого! Единственный способ успокоить ее навсегда - это причинить ей боль и напугать до такой степени, чтобы она никогда больше не осмелилась думать о возмездии!

Чу Цзюньи слегка нахмурился. “Я попрошу своего приемного отца выбрать для нее хорошего мужа и выдать ее замуж за пределами столицы!”

Шэнь Нинхуа сделала паузу, а затем рассмеялась. “Чу Цзюньи, я думала, ты умный. Я не ожидала, что ты окажешься таким глупым. Да, я определенно ошибалась твой счет.

“Нинхуа, держать ее подальше от столицы – лучшее решение на данный момент”. Он конечно понимал, что этот метод был не лучшим, но он был единственно верным на сегодняшний день. Когда она будет далеко от столицы, она, естественно, не смогла бы устроить неприятности с Нинхуа.

Шэнь Нинхуа звонко рассмеялась, затем замолчала и посмотрела на юношу. “Чу Цзюньи, как насчет того, чтобы заключить пари?”

“Спорим?”

“Хорошо, я могу пообещать, что пока не буду предпринимать никаких действий против Сяо Хуаньси. Просто делай, что хочешь, и посмотри, будет ли результат таким, как ты хочешь”.

“Каковы критерии и условия для победы и поражения?”

Шэнь Нинхуа твердо сказал: “Если ты сможешь убедить Сяо Цзинжаня выйти замуж за Сяо Хуаньси, и Сяо Хуаньси выйдет замуж, как ты пожелаешь, тогда я проиграю. Я выйду за тебя замуж. Если Сяо Цзинжань не согласится, а Сяо Хуаньси не дает ему покоя, тогда вы должны прекратить вмешиваться в это дело и оставить Сяо Хуаньси в моем распоряжении!”

Чу Цзюньи внезапно поднял голову, чтобы встретиться с ней взглядом, и в его глазах мелькнула заинтересованность. “Нинхуа, ты говоришь абсолютно серьезно?”

“Сказанное слово - это выпущенная стрела. Конечно, я серьезно. Что, ты не осмелишься заключить со мной пари на этих условиях?”

“Ха-ха, почему бы мне не осмелиться?” Глаза Чу Цзюньи ярко сияли, а улыбка на его губах была полна уверенности. “Нинхуа, приготовь свое приданое и жди, когда станешь моей женой”.

Шэнь Нинхуа скривила губы и сказала: “Я предупреждаю тебя прямо сейчас. Не стоит недооценивать женщин. Если они чего-то хотят, они могут придумать десятки тысяч способов это получить”.

Чу Цзюньи поднял брови и ждал, когда она продолжит.

Глаза Шэнь Нинхуа потемнели. - Возьмем, к примеру, гарем императора. Император женился на императрице и множестве наложниц, чтобы уравновесить власть двора. Но подумайте хорошенько. Удалось ли императору использовать этих женщин, чтобы уравновесить ситуацию, или женщинам удалось использовать императора, чтобы повысить статус своих семей?” Самый быстрый способ для мужчины обрести власть - это сражаться на поле боя. Но для того, чтобы женщина обрела власть, достаточно было просто найти мужчину, обладающего подавляющей властью. Однако мужчина, которого использовали женщины, часто был самодовольным и не знал об этом.

Сердце Чу Цзюньи дрогнуло, и улыбка в его глазах постепенно исчезла. Слова Шэнь Нинхуа заставили его задуматься. Он знал, что иногда женщины оказывают некоторое влияние на семью, но никогда не обращал на них слишком много внимания. Даже в случае с Шэнь Нинхуа, именно потому, что она ему так нравилась, он усердно работал, чтобы сотрудничать с ней. Он заботился о ее благополучии, но никогда не замечал, насколько она могущественна. Теперь, когда он подумал об этом, он понял, что совершил ошибку, выбрав тьму под светом. Если он будет продолжать точно так же относиться к женщинам, так же снисходительно и не принимать их в расчет, то когда-нибудь в будущем он действительно может попасть в руки женщин!

Увидев выражение его лица, Шэнь Нинхуа улыбнулась про себя. Если бы она действительно проиграла пари на этот раз, то она не отказалась бы выйти за него замуж. В этом случае пари на этот раз можно было бы рассматривать как часть ее усилий по его воспитанию, верно?

Чу Цзюньи пришел в себя. Он поднял голову и хотел что-то сказать, но, увидев ослепительную улыбку на губах Шэнь Нинхуа, тут же остановился. Любящая улыбка зародилась в его сердце. Возможно, то, что она сказала, было правильным, но реальная ситуация не была настолько преувеличена. Причина, по которой она сказала ему это, заключалась в том, чтобы предупредить его, а также изменить его мнение о женщинах.

Он знал характер Шэнь Нинхуа. Если бы ей было наплевать на кого-то, даже если бы он умер у нее на глазах, она бы даже не открыла глаза, чтобы взглянуть на него мельком. Следовательно, это означало, что у него все еще было место в ее сердце, и она даже рассматривала его как своего будущего мужа. Поскольку это было так, разве он не был обязан сделать все возможное, чтобы стать к ней еще ближе?

“Я был так серьезно ранен. Если я вернусь до выздоровления, боюсь, что мой секрет будет раскрыт. Поэтому я бы попросил Е И прийти сюда, чтобы замаскироваться под меня, а затем вернуться в Особняк Сяо.”

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. “А как насчет тебя?”

“Я? Теперь я бездомный. Я могу только просить вас временно принять меня.” Чу Цзюньи натянул одеяло, чтобы прикрыть свое тело, и старался не прикасаться к ране. Затем он глубоко вздохнул и почувствовал свежий запах одеяла. Его сердце трепетало от волнения.

Глядя на его плутоватое поведение, Шэнь Нинхуа снова почувствовала злость. “Неважно. Я снова спасла тебе жизнь. Не забудь отправить 5000 таэлей золота вместе с деньгами на противоядие Сяо Хуаньси.”

Чу Цзюньи напрягся. Он слегка вздохнул в своем сердце. Казалось, что его богатство было недостаточно большим. С такой продуманной женой ему приходилось стараться изо всех сил, чтобы заработать больше денег.

Ян Инсюэ была чрезвычайно напугана инцидентом с Сяо Хуаньси. Она была в состоянии крайней нервозности. Она даже не выходила из своего двора и искренне искала совета у Ся Цзинцю о том, как ей себя вести дальше. Когда Шэнь Нинхуа услышала это, она улыбнулась и позволила им делать все, что они хотели.

Во внутреннем дворе Жуйси Хун Лин принесла немного вымытых фруктов. Она неохотно поставила поднос на маленький столик рядом с кроватью и украдкой посмотрела на Чу Цзюньи, который неподвижно лежал на животе на кровати. Она пожалела, что не может вырвать кусок мяса из его тела своими глазами. Этот человек был действительно наглым. Он не пошел домой, чтобы оправиться от полученных травм, а остался в комнате мисс, где его накормили вкусной едой и питьем. Из-за него мисс даже не могла спать на своей кровати. Он был действительно наглым, самоуверенным и всем мешал.

Почувствовав пристальный взгляд Хун Лин, Чу Цзюньи обернулся и посмотрел на нее. Он так пристально и холодно посмотрел на Хун Лин, что она испуганно поспешно выбежала из комнаты, не забыв, правда, оставить фрукты.

Шэнь Нинхуа, которая читала толстую книгу учета бухгалтерских операций, подняла глаза и мельком увидела движения Чу Цзюньи. Она холодно фыркнула. “Я вижу, что вы очень энергичны. Никто не узнает, что ты был ранен, даже если ты сейчас вернешься в Особняк Сяо.”

Чу Цзюньи медленно встал с кровати, стараясь не потянуть рану на спине. Он взял фрукт и положил его рядом с рукой Шэнь Нинхуа. Затем он прислонился к столу и наблюдал, как она просматривает бухгалтерские записи. “Нинхуа, ты не можешь быть такой безжалостной. Ты же видишь, я все еще не могу свободно передвигаться. Сяо Хуаньси вряд ли это заметит, но мой приемный отец и старший брат определенно заметят ненормальность. Для меня было бы лучше остаться с тобой, чтобы прийти в себя. Кроме того, мы скоро поженимся. В эти дни мы должны проводить больше времени вместе и укреплять связь между нами. Разве это не хорошо?”

Шэнь Нинхуа отложил гроссбух и сказала: “Ты настолько уверен, что не проиграешь пари?”

“Это уж точно”. Чтобы жениться на ней, он не мог проиграть пари, несмотря ни на что.

”Хорошо, давай подождем и посмотрим". Чтобы разрушить свою репутацию, Сяо Хуаньси могла даже поставить на карту собственное здоровье. Было видно, что она была решительным человеком. Такой человек больше всего ненавидит, когда им манипулируют другие, особенно если мужчина ее мечты заставил ее выйти замуж за кого-то против ее воли. Она хотела бы посмотреть, как Чу Цзюньи закончила с разочарованием.

Чу Цзюньи не заметил ожиданий Шэнь Нинхуа от хорошего шоу. Он взял личи, очистил его и передал Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа посмотрела на него и сказала: “Не нужно, ешь сам. Если я захочу его перекусить, я сама себе приготовлю”.

Чу Цзюньи поднял личи в своей руке и не сдавался. “Нинхуа, в настоящее время мы укрепляем нашу эмоциональную связь. Если ты можешь приказывать мне, просто делай это как можно чаще. В противном случае было бы бесполезно сожалеть в будущем.”

Шэнь Нинхуа хихикнула. Она взяла личи и положила его в рот. “Разве ты не удалил сердцевину?”

“Ах, моя ошибка”. Чу Цзюньи очистил еще один личи и осторожно извлек сердцевину серебряной иглой. “Хорошо, возьми еще одну ягоду”.

Один сосредоточился на кормлении, а другой наслаждался едой. После того, как Шэнь Нинхуа съела семь или восемь личи, она остановилась. “Достаточно”.

Глаза Чу Цзюньи загорелись, когда он с ожиданием посмотрел на Шэнь Нинхуа. “Ты сыта?”

"Да." Внимание Шэнь Нинхуа все еще было сосредоточено на бухгалтерских записях в гроссбухе, поэтому ее ответ прозвучал небрежно и как-то отвлеченно.

Чу Цзюньи понизил голос и сказал: “Нинхуа, ты когда-нибудь слышал фразу ”Одно доброе дело заслуживает другого"?"

Шэнь Нинхуа даже не подняла головы. – Нет. Никогда о таком не слышала.

“...” Чу Цзюньи поперхнулся. Но он не сдавался. “Тогда ты, должно быть, слышала о взаимности”.

“Ни то, ни другое”.

Чу Цзюньи взял у нее из рук гроссбух и отложил его в сторону. Он повернул ее за плечо и заставил повернуться к нему лицом. “Я помогал тебе чистить личи, но ты даже не поможешь мне почистить один?”

Шэнь Нинхуа подняла брови. Взаимность? Он мог бы прямо сказать, что хочет, чтобы она почистила для него личи. Зачем ходить вокруг да около? Она не хотела сходить по нему с ума.

"Нет!”

Чу Цзюньи сделал паузу. Он сразу же взял личи и очистил его от кожуры. Затем он схватил Шэнь Нинхуа за руку и вложил очищенный личи ей в ладонь. Не говоря больше ни слова, он прямо взял ее за руку и отправил личи в рот. “Ммм, восхитительно”.

Шэнь Нинхуа посмотрела на обманывающего себя Чу Цзюньи, и уголок ее рта дернулся. “Тебе всегда нравится развлекать себя подобным образом?”

Чу Цзюньи посмотрел на нее с печальным выражением лица. “Если ты можешь помочь мне очистить личи, почему я должен делать это сам?”

“Тогда ты можешь продолжать развлекать себя”. После того, как Шэнь Нинхуа закончила говорить, она протянула руку, открыла гроссбух и продолжила читать.

Чу Цзюньи вздохнул. Он взял несколько личи, оставшихся на подносе, и медленно лег на кровать, повернувшись спиной к Шэнь Нинхуа. Всем своим видом он вызывал к себе жалость.

Шэнь Нинхуа подняла голову и посмотрела на него. Уголки ее губ слегка приподнялись, а в глазах мелькнула улыбка.

Три дня пролетели в мгновение ока. Шэнь Нинхуа посмотрел на Чу Цзюньи, который все еще лежал на своей кровати, оправляясь от полученных травм. “Сегодня третий день. Если Сяо Хуаньси не будет очищена от токсинов, она окажется в реальной опасности. Разве ты не собираешься вернуться?”

“Мне нет необходимости возвращаться. Е Йи принесет тебе золото. Просто дай ему противоядие.”

“Хотя маскировка Е И почти безупречна, он все равно отличается от тебя. А ты не боишься, что Сяо Цзинран или Сяо Фэнцзюэ это заметят?”

Чу Цзюньи улыбнулась. “Только ты можешь отличить нас друг от друга с первого взгляда”. Не говоря уже о Сяо Цзинране и Сяо Фэнцзюэ, даже Сяо Хуаньси, которая продолжала утверждать, что испытывает к нему глубокую привязанность, не мог с первого взгляда отличить Е И от него. Насколько глубокой может быть эта привязанность?

За дверью послышались шаги. Хун Лин быстро вбежала внутрь. “Мисс, в Павильон Сокровищ был совершен налет. Многие драгоценности там были опрысканы ядом Цзы Миань. Госпожа Шао, жена военного министра, старшая дочь Левого цензора, третья и четвертая дочери субпрефекта Кабинета министров - все они были найдены в обмороке в своих комнатах и сейчас находятся в коме. Должно быть, они были отравлены Цзы Мианем.”

«Что?»

Глава 116 - Обмен равными ценностями

Императорский кабинет был заполнен чиновниками. На их лицах были самые разные выражения, от отрешенного, до совершенной паники. Бейли Цинцан сердито посмотрел на начальника Столичной стражи, который стоял на коленях на земле. “Сунь Шэн, я доверил тебе безопасность столицы, потому что доверяю твоим способностям. Но теперь я жду ответа на один простой вопрос: можете ли вы сказать мне, почему так много дам и дочерей аристократических семей были отравлены за одну ночь?”

Начальник Столичной стражи с бледным лицом, стоя на коленях заговорил. Голос его звучал глухо, но слова он произносил отчетливо. Было видно, что паника не коснулась его. “Ваше величество, я виновен. Пожалуйста, дай мне немного времени. Я обязательно выясню источник Цзы Мианя и восстановлю мир и порядок в столице.”

Он был начальником Столичной стражи в течение пяти лет. Ранг этой должности был невысок, но многие чиновники первого и второго ранга старались поддерживать с ним хорошие отношения. Причина, по которой он смог занимать эту должность так долго, заключалась в том, что он знал Бейли Цинцана и то, как сильно тот ценил безопасность столицы. Вот почему он всегда был честен и принципиален в своей работе. Он даже осмелился бросить вызов принцам. Если на этот раз он не сможет узнать правду, ему, вероятно, придется умереть, чтобы извиниться перед императором.

Глаза Бейли Цинцана были полны убийственного холода. “Хорошо, я даю вам два дня на расследование. Независимо от того, какой метод вы используете, спокойствие столицы должно быть гарантировано!”

“Да, пожалуйста, будьте уверены, ваше величество”.

Шэнь Нинхуа сидела за столом в своем кабинете, рядом с ней лежало множество медицинских книг и толстая стопка рукописей и заметок.

Чу Цзюньи взял свои записи и внимательно пролистала две страницы. Внезапно он слегка нахмурился. “Нинхуа, что ты ищешь?”

“Я пытаюсь выяснить, какую ловушку устроили люди, стоящие за всем этим”.

Чу Цзюньи повернулся, чтобы посмотреть в окно. “Дюжина человек были без сознания всю ночь. Его величество, вероятно, сейчас в ярости. Нинхуа, разве у тебя нет противоядия от Цзы Мианя?”

Шэнь Нинхуа положила щетку, которую держала в руке, и посмотрела на него. “Это верно. У меня действительно есть возможность разработать противоядие от Цзы Миан, но что с того? Если я достану противоядие, я боюсь, что на мою голову выльется таз с грязной водой. Возможно, люди подумают, что я тот, кто стоит за всем этим и виновна в приминении этого яда”.

Если она не замешана в отравлении, то откуда у девушки взялось такое большое количество противоядия? Словно за ранее приготовленного для такого случая? Это был вопрос, на который она не смогла ответить.

“Значит, ты не планируешь спасать этих людей?”

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Я спасу их, но не прямо сейчас”.

Глаза Чу Цзюньи задумчиво блеснули, затем он встряхнул головой и спросил, скривив губы в саркастической усмешке. “Ты ждешь, что кто-то придет и будет умолять тебя?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Это верно. Если бы я взяла на себя инициативу предложить противоядие, я стала бы первой подозреваемой, вместо благодарности. Когда же они попросят об этом, я могу назначить любую цену, какую захочу”.

Глядя на человека, который был так одержим деньгами, Чу Цзюньи не знал, смеяться ему или плакать. “Нинхуа, ты так отчаянно нуждаешься в деньгах?” Ведь раньше она спасала людей не ради того, чтобы заставить других быть у нее в долгу. А сейчас она хотела обменять эту услугу на серебро. Со всех сторон морали и этики эта сделка того не стоила.

Видя, о чем он думает, Шэнь Нинхуа поджала губы и сдержано сказала: “Хорошо оцененная услуга может стать углем в снежную погоду, но также может стать опасным для жизни талисманом. Кроме того, другие люди не настолько надежны, как ты, например. Вместо того чтобы ждать, пока другие заплатят за вашу доброту, лучше как можно скорее обменять ее на серебро. Деньги могут заставить кобылу идти. Как только у тебя будет достаточно денег, ты сможешь делать все, что захочешь”.

В ее прошлой жизни, когда Бейли Цзиндзе боролся за трон, было очень мало людей, на которых он мог положиться. Укрепление власти, подкуп чиновников, завоевание сердец людей, повышение престижа... каждый шаг требовал реальных денег.

Поэтому ей приходилось быть очень осторожной. Сохраняя достоинство особняка, она также должна была проложить для него путь через тернии. В то время она жалела, что не может разломить одну монету пополам, чтобы потратить ее. Это заставило ее осознать важность денег. Теперь, когда она смогла накопить некоторое количество денег, почему бы ей не накопить их еще больше?

“Как только у тебя будет достаточно денег, ты сможешь делать все, что захочешь?” Пока Чу Цзюньи размышлял над этим предложением, его сердце слегка дрогнуло. “Это действительно имеет смысл”.

Шэнь Нинхуа прищурила глаза, глядя на него. Этот человек был самым искусным в том, чтобы притворяться глупым. Если бы она поверила его нынешнему глупому выступлению, то действительно была бы одурачена.

Доклад Бай Жо донесся от двери. “Мисс, лорд Сан, губернатор Столичной стражи, здесь, чтобы навестить вас”.

Глаза Шэнь Нинхуа загорелись. Наконец-то он пришел! Она повернулась к Чу Цзюньи и сказала: “Исчезни на время”.

“Хорошо”.

“Бай Руо, пригласи лорда Суна войти”.

Как только вошел начальник Столичной стражи, он улыбнулся и сложил ладони перед грудью в сторону Шэнь Нинхуа. “ Приветствую вас, ваше высочество. Как ваши дела?”

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась, демонстрируя вежливое, но прохладное и отчужденное отношение. Но в ее взгляде, в ее сияющих черных глазах светилась улыбка. “Спасибо тебе, Лорд Солнце, за твою заботу. Я в порядке.”

Встретившись взглядом со спокойными темными глазами, сердце губернатора Столичной стражи дрогнуло. Улыбка на его лице стала еще шире. “Ваше высочество, я буду говорить откровенно и искренне. Я здесь, чтобы попросить вас о помощи.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Я весь день нахожусь в своем особняке, мало чего знаю и мало что слышала. Чем я могу вам помочь?”

Фальшивая улыбка на лице начальника Столичной стражи наконец исчезла. Он сказал с печальным выражением лица: “Старшая Юная леди, только вы можете помочь мне на этот раз. Если вы мне не поможете, мне придется уйти с поста губернатора Столичной стражи.”

“Если вы будете стараться изо всех сил, его величество наверняка заметит вашу тяжелую работу. Как он может так небрежно отмахнуться от вас?”

“Старшая Юная леди, я не преувеличиваю серьезность ситуации и у меня нет намерений напугать вас. Эти люди уже давно меня невзлюбили. Используя этот инцидент в качестве оправдания, как они могут упустить такую возможность? Подумайте об этом. Если бы кто-то другой стал губернатором Столичной стражи, разве малейшее движение в вашем особняке не стало бы достоянием чужих ушей? В то время, насколько это было бы неудобно?”

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась. Действительно, покой ее особняка имел много общего с губернатором Столичной стражи.

“В этом есть смысл. Что я могу для вас сделать, Лорд Солнце?”

Услышав, что Шэнь Нинхуа наконец согласилась предложить помощь, начальник Столичной стражи почувствовал, что гора сваливается с его плеч. “Мисс, видите ли, в столице в эти дни неспокойно. За одну ночь ядом Цзы Миань отравилось множество людей. Было бы нелепо утверждать, что эо обычное совпадение”.

“Ну и что, что это тогда, если это не совпадение?”

“Если бы это было совпадением, то я бы подчинился воле небес и старался изо всех сил. Но если бы это была чья-то злая воля, чей-то умысел, то я полагаю, что вскоре найдутся люди, которые использовали бы эти вещи, чтобы поднять шум. Я боюсь, что вы неизбежно будете замешаны, поскольку вам придется содержать такой большой Особняк Принцессы Префектуры в одиночку.”

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась. “Хотя у меня нет сил переломить ситуацию, мне все равно легко защитить себя в бушующих подводных течениях. Это не стоит того, чтобы впустую проходить через мутную воду...”

Услышав, что есть выход, губернатор Столичной стражи поспешно заверил. “Как я могу позволить вам потерять больше, чем вы приобретаете? Вы такая добросердечная и спасли так много людей. Подарок в знак благодарности просто необходим.”

Шэнь Нинхуа удовлетворенно кивнула. “Да, людей нужно спасать. Лорд Солнце, вы должны знать мои правила. В последнее время Благотворительный Зал изучает новые лекарства. Я думаю, что это станет прорывом”.

Глаза губернатора Столичной стражи загорелись. Он испытал чувство полного облегчения. Благотворительный зал был собственностью Шэнь Нинхуа. Однажды он пользовался лекарством, разработанным Благотворительным Залом, после того, как однажды обжег пальцы.

Если она была готова предложить помощь, дамы и юные леди, которые были отравлены Цзы Миан, не умрут. Таким образом, он, по крайней мере, смог бы сохранить свое положение. “Ваше высочество действительно добросердечны. Вот небольшой подарок от меня, чтобы поблагодарить вас за ваше руководство”.

Говоря это, он достал из рукава пухлый конверт.

Бай Руо взял конверт и убрал его. Шэнь Нинхуа сказал: “Господин Лорд Солнце, не за что”.

Начальник Столичной стражи попытался проявить наглость и взмолился: “Старшая Юная леди, если вы чувствуете себя обязанной за подарок, не могли бы вы дать мне несколько советов?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на него с полуулыбкой. Этот человек знал, как просить о пособиях. “Лорд Солнце, вы догадались об этом, но вы просто не уверены. Иногда ваша интуиция ближе всего к истине. У меня нет для вас совета. Я только надеюсь, что вы сможете придерживаться добрых намерений и не нарушать покой людей”.

На этот раз вода была слишком глубокой. Это было не то, во что ты, маленький губернатор Столичной Стражи, мог позволить себе ввязаться.

Начальник Столичной стражи сделал паузу и мгновенно все понял. “ Благодарю вас, ваше высочество. Я больше не буду вас беспокоить, так что разрешите мне покинуть вас.”

“Господин Лорд Солнце, даже несмотря на то, что во Дворце была доказана моя невиновность, в моем особняке все-таки есть Цветы Цзы Миан. Лучше послать людей, чтобы они провели обыск в моем особняке.” Хотя она пообещала не причинять вреда Сяо Хуаньси сейчас, она все еще могла дать ей легкую пощечину.

“Его величество уже поверил вам. По логике вещей, нет абсолютно никакой необходимости в поиске. Однако, поскольку вы сделали запрос, я пошлю кого-нибудь для проверки, чтобы вы могли чувствовать себя спокойно в будущем.”

“Мм, спасибо, Лорд Солнце. Вам также следует обыскать комнату моей тети. Если есть заколка, опрыснутая Цзы Мианем, о которой я не знаю, то это будет большая скрытая опасность, верно?”

“Это очень верно”.

Отослав начальника Столичной стражи, Бай Руо вскрыл конверт и достал аккуратно сложенные золотые банкноты. “Мисс, общая сумма составляет пятьсот таэлей золота”.

Шэнь Нинхуа кивнул. “Убери это”.

“Да, мисс”.

Чу Цзюньи вышел из комнаты и увидел Бай Руо, спускающегося вниз со стопкой золотых банкнот. Он вздохнул. “Эти деньги действительно легко заработать”.

“Ты завидуешь?”

"Нет. Мы собираемся пожениться через несколько дней. Зачем утруждать себя отделением твоего от моего?” самодовольно сказал Чу Цзюньи.

Шэнь Нинхуа уже привыкла к его юмору. “Не меняй тему. Сегодня третий день. Сяо Хуаньси, вероятно, больше не сможет держаться. Я отвечаю только за то, чтобы продать вам противоядие, а не помогать вам закончить работу. Вы не думали о том, как объяснить источник противоядия?”

Чу Цзюньи на мгновение задумался. Слова Шэнь Нинхуа означали, что она не хотела, чтобы он позаимствовал название Благотворительного зала. В этом был смысл. На этот раз Сяо Хуаньси была отравлена, потому что хотела подставить Нинхуа. Нинхуа уже была достаточно милосердна, чтобы продать ему противоядие.

“Я помню, что говорят, что смесь снежного лотоса на ледяной горе и тысячелетней ганодермы люцидум способна вылечить любой яд”.

”Есть такая легенда". Шэнь Нинхуа посмотрел на него и ждал его следующей фразы.

Чу Цзюньи улыбнулся. “Я знаю, что в семье Сяо есть ганодерма люцидум, но им не хватает снежного лотоса. Мои люди случайно получили снежный лотос.”

Сердце Шэнь Нинхуа замерло и сново забилось в учащенном ритме. Снежный лотос и тысячелетняя ганодерма люцидум были бесценными сокровищами. Хотя они не обладали легендарными эффектами оживления мертвых или воспроизведения плоти и костей, они определенно могли спасать жизни. В ее теле все еще оставалось немного яда. С помощью этих двух лекарственных ингредиентов ее яд определенно будет удален!

“Мне не нужно золото сейчас. Как насчет обмена двух спасительных услуг на эти два лекарственных ингредиента?”

Сердце Чу Цзюньи слегка дрогнуло, когда он посмотрел на девушку, чьи глаза искрились тревогой. Когда бы она посмотрела на него таким взглядом? Ах…

“Если ты хочешь их, я могу просто дать тебе бесплатно”.

“Не нужно. Однажды я спасла тебя и Сяо Хуаньси. Никто из нас не должен чувствовать себя обязанным в этом обмене равными ценностями!” - настаивала Шэнь Нинхуа.

“Хорошо, я попрошу кого-нибудь доставить это тебе”. Эта девушка действительно четко видела границы поступков и возможностей…

Глава 117 - Ты собираешься спасти Ее или Нет?

Новость о том, что Сяо Хуаньси была спасена ледяным горным снежным лотосом семьи Сяо и тысячелетней ганодермой люцидум, быстро распространилась по всей столице. Многие чиновники один за другим посещали особняк Сяо, чтобы спросить, остались ли какие-нибудь противоядия. Все они заходили с надеждой в сердце, но вернулись с разочарованием.

Когда Сяо Хуаньси проснулась в комнате, она чувствовала слабость и раскалывающуюся головную боль. Через некоторое время она привыкла к яркому свету в комнате. Она прикрыла глаза рукой и слабым голосом спросила служанок рядом с ней: “Что со мной случилось?”

“Мисс, вы проснулись?” Горничные, сидевшие в изголовье ее постели удивленно вскрикнули и поспешно выбежали доложить.

Сяо Фэнцзюэ взял инициативу на себя и вошел внутрь. На его холодном лице не было никакого выражения.

Сердце Сяо Хуаньси невольно затрепетало, когда она в замешательстве посмотрела на него. “Старший Брат, что со мной случилось? Почему я вдруг упала в обморок?”

Чтобы устроить ловушку для Шэнь Нинхуа, она использовала яд, действие которого было довольно сильным, так что она могла добиться успеха одним ударом и полностью разрушить репутацию Шэнь Нинхуа. Таким образом, брату Цзюньи она определенно больше не понравится.

“Вы все, убирайтесь”. Сяо Фэнцзюэ повернулся и отдал приказ служанкам, находившимся рядом.

У Сяо Хуаньси было плохое предчувствие в ее сердце. “Старший брат, что случилось?”

Сяо Фэнцзюэ оглядел ее с головы до ног, и в его слегка прищуренных холодных глазах промелькнул гнев. “После того, как ты поправишься, я попрошу отца выдать тебя замуж за любого, кто подойдет по своему социальному статусу и, непременное условие, за пределами столицы. В будущем, если не будет чего-то важного, не возвращайся”.

Сяо Хуаньси почувствовала себя так, словно рядом с ее ушами прогремел гром. Ее мозг отключился, и ее голос был пронзительным: “Старший брат, что ты говоришь? Выдать меня замуж за пределами столицы? Почему ты хочешь, чтобы я вышла замуж?”

“Ты все еще не понимаешь почему?” Сяо Фэнцзюэ холодно крикнул низким голосом: “Разве я не предупреждал тебя не строить козней против Шэнь Нинхуа? Ты забыла, что я сказал?”

Шэнь Нинхуа? Волнение в сердце Сяо Хуаньси мгновенно успокоилось, когда она услышала это имя. “Старший Брат, когда я строила козни против нее? Я помню, как повела Ян Инсюэ посмотреть подарок отца на день рождения, прежде чем упала в обморок. Когда я попыталась открыть замок, то он не открывался. Поэтому, я попросила шпильку у Ян Инсюэ. Я не помню ничего, что произошло после того, как меня поцарапала шпилька. Это дело как-то связано с Шэнь Нинхуа?”

Сяо Фэнцзюэ холодно фыркнул. Насмешка в его глазах заставила Сяо Хуаньси почувствовать себя неуверенно.

“Старший брат, почему ты так смотришь на меня? Объясни мне. Я долго была без сознания?”

“Ты не только долгое время оставался без сознания, но и полностью сорвал банкет по случаю дня рождения отца. На глазах у чиновников у отца был конфликт с Шэнь Нинхуа из-за тебя. В конце концов, конфликт дошел до самого императора.”

Глаза Сяо Хуаньси расширились. Неужели она причинила такие большие неприятности? Тогда репутации Шэнь Нинхуа, должно быть, был нанесен больший ущерб. Думая об этом, она не могла не чувствовать, как колотится ее сердце. “Старший брат, с отцом все в порядке? Чем закончилось это дело?”

Видя радость, которую она с трудом подавляла, Сяо Фэнцзюэ нахмурился еще сильнее и почувствовал прилив разочарования в своем сердце. - Боюсь, я тебя разочарую. Единственный, с кем все в порядке, - это Шэнь Нинхуа. Она не только цела, но и вызвала своим поведением одобрение императора. Его величество предупредил всех, чтобы они не доставляли ей неприятностей в будущем. Теперь она принцесса префектуры Чжаохуа, и в будущем она станет королевской принцессой Чжаохуа! Ты - яркая жемчужина перед отцом, но перед ней ты – это обломанная жемчужина. Если она действительно хочет продолжить это дело, император будет на ее стороне.”

“Как это могло быть!” Сяо Хуаньси стиснула зубы. “Разве я не отравилась из-за заколки, которую Шэнь Нинхуа дала Ян Инсюэ? Почему она цела? Неужели мои страдания напрасны?”

“Ты должен благодарить небеса за то, что сейчас жива. Чего еще ты хочешь?” Глаза Сяо Фэнцзюэ были полны ярости. “Из-за тебя репутации отца был нанесен непоправимый ущерб! Император заподозрил семью Сяо, и для лечения вас была использована самая драгоценная тысячелетняя Ганодерма люцидум в клане. Разве этого недостаточно?”

Глядя на невежественный вид Сяо Хуаньси, Сяо Фэнцзюэ становился все более злым. Он рассказал Сяо Хуаньси все, что произошло после того, как она упала в обморок.

Выслушав его рассказ о том, что произошло, Сяо Хуаньси была ошеломлена. Почему ситуация полностью вышла из под контроля?

“Старший Брат...”

“Ты была предупреждена, что тебе не следовало делать, а что, наоборот, следовало. Тогда ты, соответственно, и должна нести ответственность за свою собственную глупость и ждать, пока выйдешь замуж!” У Сяо Фэнцзюэ кончилось терпение.

“Старший брат, я не хочу замуж”. Сяо Хуаньси была совершенно ошарашена. Старший брат всегда держал свое слово. И если он сказал, что хочет выдать ее замуж, значит он обязательно устроит это как можно скорее. Но она никак этого не хотела! Раздумывая над случившейся ситуацией, она поспешно встала с кровати, спрыгнула на землю, опустилась на колени и крепко схватила Сяо Фэнцзюэ за одежду. “Старший брат, я умоляю тебя, не позволяй принуждать меня к замужеству. Кроме брата Цзюньи, я больше ни за кого не выйду замуж.”

Сяо Фэнцзюэ внезапно обернулся и сказал: “Цзюньи - твой брат!”

“Но мы не связаны кровными узами. Старший брат, я твоя родная сестра. Я никогда раньше не умоляла тебя. Я стою здесь на коленях и умоляю тебя сегодня. Стать женой брата Цзюньи - мое самое большое желание. До тех пор, пока вы можете согласиться помочь мне, я готова сделать все, что угодно. Старший Брат, пожалуйста, прислушайся ко мне, не делай роковых решений!”

“Глупо!” Сяо Фэнцзюэ внезапно отмахнулась от нее. “Тебе следует отказаться от этой идеи как можно скорее. В противном случае я скорее переломаю тебе ноги и отправлю на загородную виллу, чем позволю тебе опозорить нашу семью.”

Сяо Хуаньси встала и достала заколку из шкатулки для драгоценностей. Она приставила шпильку к своему горлу, и ее слегка безумные глаза наполнились слезами. “Старший Брат, если ты заставишь меня выйти замуж за кого-то другого, я с таким же успехом могу умереть у тебя на глазах.”

Сяо Фэнцзюэ обернулся, и его острый взгляд скользнул мимо ее горла.

Этот взгляд был слишком острым. Сяо Хуаньси почувствовала холодок в горле, а ее руки дрожали так сильно, что она едва могла удержать шпильку.

“Если ты не хочешь, чтобы я заставлял тебя, тогда заставь Цзюньи жениться на тебе по его собственной воле. Я даю тебе два месяца. Если ты не можешь этого сделать, тогда следуй семейным договоренностям, выходи замуж за другого и - вон из столицы!”

“Да... Спасибо тебе, Старший Брат”. Увидев, что Сяо Фэнцзюэ уходит, Сяо Хуаньси от испуга упала на землю. Она бросила шпильку, которую держала в руке, на землю, обняла колени и громко зарыдала.

На краю коридора фигура быстро ушла, никого не потревожив.

Чу Цзюньи прислонился к кровати и достал письмо, которое ему отправил Е И. След света постепенно вспыхнул в его глазах. Старший брат на самом деле решил потакать Сяо Хуаньси…Это верно, они - семья, связанная кровными узами…

Шэнь Нинхуа взглянул на Чу Цзюньи, выражение лица которого было немного странным. Она положила свиток, который держала в руке, и спросила: ”Сяо Хуаньси пришла в себя?"

"Да." Чу Цзюньи кивнул и сдержал свои мысли. “Нинхуа, я уже послал людей, чтобы они принесли снежный лотос и ганодерму люцидум. Бай Руо поместил их на склад.”

Глаза Шэнь Нинхуа прищурились и она немного повеселела. “Это хорошо”.

Со двора донеслись звуки, но через некоторое время они стихли. Шэнь Нинхуа взглянула на дверь. Чу Цзюньи сразу все понял и спрятался за ширмой.

Бай Руо привел помощника губернатора Столичной стражи.

“ Приветствую вас, ваше высочество. Мы обыскали ваш особняк, и ничего необычного обнаружено не было. Я правдиво доложу об этом лорду Солнцу, когда мы вернемся.”

Шэнь Нинхуа удовлетворенно кивнула: “Спасибо вам!”.

Бай Руо быстро протянул ему кошелек. “Пожалуйста, купите немного чая для себя и своих товарищей”.

Охранник принял кошелек без возражений и ложной скромности. Он снова поклонился. “Я больше не буду вас беспокоить. Всего вам доброго.”

“Хорошо. Бай Руо, проводи гостей.”

После этого обыска никто не осмеливался говорить о цветах Цзы Миань в ее особняке. В конце концов, ее цветы цвели, и даже опавшие лепестки были бережно сохранены. Но их было такое незначительное количество, что из этого невозможно было приготовить яд.

Еще через два дня Благотворительный зал должен сделать ход.

Когда Бай Руо вернулась, у нее в руке было приглашение. “Мисс, здесь Шестой принц Великого Королевства Юэ”.

Шэнь Нинхуа нахмурился. ”Бу Цзинлань?"

“Да, я позволил привести его в цветочный зал. Второй принц тоже пришел с ним.”

Шэнь Нинхуа встала со словами: “Иди и скажи им, что я скоро зайду к ним. А сейчас я пойду переоденусь.”

Когда Шэнь Нинхуа прибыла в цветочный зал, они вдвоем сидели друг напротив друга и пили чай. Атмосфера была немного натянутой.

“ Приветствую Вас, ваши Высочества. Вы двое - редкие гости. Как получилось, что у вас нашлось время прийти ко мне домой?”

Бу Цзинлань поставил чашку и прямо спросил: “Ваше высочество, Шэнь Линхань - ваша сестра?”

Шен Линхан? Внезапно услышав имя, которое долгое время никто не упоминал, глаза Шэнь Нинхуа слегка остановились. Она подошла к креслу сбоку и села. Би Чжу сразу же протянул чашку чая. Она сделала глоток и посмотрела на Бу Цзинланя.

“Шен Линхан действительно моя сестра. Почему Шестой принц вдруг упомянул о ней?”

Бу Цзинлань встал, он выглядел немного суетливо и растеряно. “Иди и спаси ее. Сейчас она в опасности.”

Шэнь Нинхуа держала чашку в руке и неторопливо спросила: “Ты видел мою сестру, Шестой принц?”

“Позвольте мне рассказать вам подробности по дороге. В противном случае, если прямо сейчас не приступить к ее лечению, то будет слишком поздно”.

Шэнь Нинхуа подняла руку и поставила чашку. Дно чашки издало приглушенный звук, когда соприкоснулось со столом. Она посмотрела на Бу Цзинланя холодными глазами и сказала: “Без четкого объяснения я никуда не пойду. Хотя моего отца понизили в звании до простолюдина, я все еще могу хорошо оказывать влияние на свою сестру. Тебе не о чем беспокоиться, Шестой принц.”

Бу Цзинлань нахмурился, глядя на Шэнь Нинхуа, и сердито сказал: “Неудивительно, что Вторая мисс Шэнь так тебя боится. Как старшая сестра, ты должна хорошо относиться к своей младшей сестре. Как ты можешь закрывать глаза на умирающего человека? Ты живешь в особняке принцессы префектуры и наслаждаешься роскошной одеждой, но она слабая девочка и должна поддерживать своего отца. Как ты можешь просто сидеть сложа руки?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Ваше высочество, вы говорите интересные вещи. Мне любопытно. Как случилось, что вы, как принц, познакомились с моей сестрой?”

“Я чуть не причинил ей боль, когда катался на лошади в пригороде. Сейчас не время говорить об этом. Вы собираетесь спасать свою сестру или нет?” Бу Цзинлань был довольно зол. Когда он подумал об этой девушке, похожей на белый лотос, след вины и сердечной боли промелькнул в его сердце. Такая нежная и красивая девушка испытывала нечеловеческую боль. Это было действительно несправедливо.

Шэнь Нинхуа почти не могла удержаться, чтобы не закатить глаза. Действительно ли этот человек перед ней - легендарный Шестой принц Великого Королевства Юэ? Как достойный принц, он был ослеплен девушкой. Разве он не боялся, что попадет в чью-нибудь ловушку и там погибнет?

Глава 118 - Почему Я Должна Спасать Тебя?

Увидев безразличное лицо Шэнь Нинхуа, глаза Бу Цзинланя наполнились яростью. “Принцесса префектуры Чжаохуа, я слышал, что династия Даань всегда больше всего ценила сыновнюю почтительность. Тебя даже не волнует твой собственный отец?”

Этот человек хотел использовать сыновнее почтение, чтобы надавить на нее?

Глаза Шэнь Нинхуа стали холодными. “Шестой принц, вы упомянули моего отца. Вы также причинили боль моему отцу, когда занимались верховой ездой в пригороде, не заботясь о безопасности других людей?”

“Я не увлекался верховой ездой. Я просто ехал немного быстрее...” Лицо Бу Цзинланя потемнело. Эта Шэнь Нинхуа безосновательно нападала на него.

“Мне все равно, ехали ли вы быстро или предавались беспечной верховой езде. Я просто хочу спросить, что вы сделали с моими отцом и сестрой? Они остаются в пригороде, живя мирной жизнью. Я также посылаю людей, чтобы они давали им деньги каждый месяц. Хотя денег им не очень хватает, чтобы каждый день лакомиться самыми вкусными блюдами и носить самую дорогую одежду, у них, по крайней мере, достаточно и одежды, и еды. Но вы были там всего один раз, и после вашего визита я задаюсь вопросом, почему они все ранены? Если вы не дадите мне объяснений по этому поводу, мне придется обратиться к Его Величеству за справедливостью!”

Бу Цзинлань внезапно нахмурился. Эта Шэнь Нинхуа действительно была похожа на колючего ежа. Как только ты прикасался к ней, она колола тебя острыми иголками. “Принцесса префектуры Нинхуа, я причинил боль только вашей сестре, а не вашему отцу. Однако ваш отец был очень встревожен, когда увидел, что его дочь, ваша сестра, ранена. Выражение его лица тоже было очень тревожным. Я пришел пригласить вас взглянуть. Вы идете или нет?”

Шэнь Нинхуа холодно взглянула на Бу Цзинланя и слегка приподняла брови. “Конечно, я пойду. Если я не пойду, как я узнаю, как сильно вы ранили мою бедную сестру? Цин Цюэ, подготовь лошадь. Я еду в пригород, чтобы навестить свою сестру, которая была ранена Шестым принцем, и моего испуганного отца.”

Бу Цзинлань внезапно сжал кулаки, жалея, что не может избить Шэнь Нинхуа до смерти. Она несла всякую чушь. Первоначально он думал, что девушка с такой красивой внешностью должна также обладать покладистым темпераментом, но он не ожидал, что она на самом деле окажется такой жестокой!

Шэнь Нинхуа усмехнулась в глубине души. Поскольку вы осмелились использовать сыновнее почтение, чтобы оказать на меня давление, я, конечно, могла бы заставить вас нести вину за то, что вы занимались верховой ездой, не заботясь о безопасности людей. Ну что ж, давайте посмотрим, кто одержит верх!

В этот момент Шэнь Линхань лежала на кровати со смертельно бледным лицом. Одна ее ноги были испачканы кровью, и она чуть не потеряла сознание от боли.

Когда Шэнь Нинхуа быстро вошла и увидела свою раненую ногу, ее глаза расширились. Шэнь Линхань действительно не везло. Эта нога и раньше получала травму. Благодаря лекарствам, которые она принимала, сломанные кости зажили до такой степени, что позволили ей ходить почти как нормальному человеку. Но сейчас ее кости действительно были сильно повреждены. Несмотря на то, что она выглядела прекрасно, ее здоровье все еще оставалось очень хрупким. На этот раз ее травма пришлась на сломанную ногу. Если она сейчас не спасет ее, даже бессмертные с небес не смогли бы заставить ее выздороветь.

При виде Шэнь Нинхуа глаза Шэнь Линхань наполнились ненавистью, но она с усилием подавила ее. “Старшая сестра, ты здесь. Ты здесь, чтобы увидеть меня?”

Шэнь Донг сидел на стуле рядом с ней. Услышав это, он быстро обернулся и увидел Шэнь Нинхуа, чье великолепное платье соверШэньно не вписывалось в окружающую обстановку. След боли промелькнул в его глазах. Раньше он больше всего ненавидел эту дочь, но теперь она была благородной принцессой префектуры. Действительно, каждый голубь однажды открывает свое небо.

“Нинхуа, ты здесь. Твоя сестра ранена. У меня не осталось денег, чтобы нанять для нее врача. Взгляни на нее, раз уж ты здесь.”

Шэнь Нинхуа остановился и удивленно посмотрел на Шэнь Донга. “Отец, за последние несколько месяцев я отправил сюда почти 2000 таэлей серебра. Почему у тебя даже нет денег, чтобы нанять врача? Денег, которые я вам дала, достаточно, чтобы обычная семья могла прожить более десяти лет. Как получилось, что все деньги были израсходованы всего за несколько месяцев?”

Все тело Шэнь Линхань задрожало, когда она слегка отпрянула назад и опустила голову, чтобы избежать острого взгляда Шэнь Нинхуа.

Шэнь Донг покраснел. Раньше он был премьер-министром, но теперь, когда его дочь вот так допрашивала его, выражение его лица стало крайне смущенным. “Твоей сестре нужны деньги на еду, одежду и коляску для перемещения по городу. Кроме нее, есть еще Юлань и Мэнъюань. Все они девушки, и им нужны румяна, пудра, подходящая одежда…В общей сложности две тысячи таэлей серебра - это не так уж много.”

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Линхань, которая теперь была похожа на страуса, прячущего голову в песок. Тень глубокой насмешки промелькнула в ее глазах. Пудра для румян, шелк и парча. Неужели она думала, что все еще остается благородной девушкой в особняке премьер-министра? Ее понизили до простолюдинки, но она все еще не отказалась от своих мечтаний наяву!

“Сестра, приподними одеяло. Дай мне взглянуть на твою рану.”

Шэнь Линхань изо всех сил старалась сдерживаться, но когда она услышала холодный голос Шэнь Нинхуа, все ее тело не заколотила крупная дрожь. Ей неоднократно преподносили урок, и в результате, казалось, что она стала привычно бояться Шэнь Нинхуа. Даже когда она услышала свой голос, ее сердце не могло перестать трепетать. “Старшая сестра, у меня повреждена нога. Мне очень больно. Это серьезно?”

Бай Руо, стоявший сбоку, шагнула вперед и приподняла парчовое одеяло. Она достала ножницы и разрезала окровавленное нижнее белье Шэнь Линхань, обнажив ее раненую икру.

Шэнь Нинхуа слегка нахмурился. Икра Шэнь Линхань распухла, как распаренная булочка, а на лодыжке была большая шишка, которая выглядела пугающе черно-синей. Эта нога была практически искалечена.

Шэнь Нинхуа достала носовой платок и прижал шишку на ноге Шэнь Линхань через носовой платок. “Сестра, тебе сейчас больно?”

“Нет...” Зрачки Шэнь Линхань внезапно сузились. Она чувствовала боль в ноге. Но теперь, когда она тщательно различала боль, она поняла, что чувствовала боль только в области выше колена. Ниже колена она ничего не чувствовала. Внезапно ее охватила волна страха. “Старшая сестра, что случилось с моей ногой?”

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Донга. “Отец, ее нога была повреждена раньше. Теперь, когда она снова ранена, я боюсь, что он не сможет восстановиться. Даже если это вылечится, ей очень повезет, если она сможет коснуться земли этой ногой....”

“Нет, это невозможно. Ты лжешь мне!” Внезапно Шэнь Линхань закричала. Ее нога была искалечена? Она не верила в это! Она потратила столько усилий, чтобы получить информацию о местонахождении Бу Цзинланя, и хотела поставить все свое состояние на кон одним броском. Однако она не ожидала, что на самом деле потеряет ногу.

Будучи разжалованной в простолюдинки самим Его величеством, для нее было почти невозможно восстать из пепла, выйдя замуж за члена королевской семьи. Перед ней было два пути. Первый состоял в том, чтобы дождаться, когда Шэнь Донг снова поднимется, и, возможно, она сможет стать аристократической молодой леди, как раньше. Эта возможность была очень слабой, и она не знала, как долго ей придется ждать. Ей было уже пятнадцать, и она не могла позволить себе ждать. Второй путь состоял в том, чтобы принять судьбу, относиться к себе как к обычной девушке из народа и найти кого-то, за кого можно выйти замуж.

Когда-то она была девушкой из семьи, облагодетельствованной небесами, так как же она могла смириться с судьбой выйти замуж за невежественного деревенского жителя? Она не хотела выбирать ни один из двух путей, поэтому ей оставалось только рискнуть и найти другой путь. Когда она услышала, что Великое Королевство Юэ прислало посланника с предложением руки и сердца, у нее появилась идея. Она уговорила Шэнь Донга взять все деньги в семье, чтобы купить ей одежду, которая не уступала бы одежде юных леди из аристократических семей, ожидающих случайной встречи с Бу Цзинланем.

Когда она услышала, что Бу Цзинлань приедет в пригород, она почувствовала себя чрезвычайно счастливой. Она думала, что это шанс, данный ей небесами, но она не ожидала, что прежде, чем она сможет воспользоваться этой возможностью, она сначала потеряет ногу.

“Отец, я в это не верю. Моя нога была вылечена. На этот раз это просто падение. Почему это так серьезно? Должно быть, это потому, что Старшая Сестра так ненавидит меня, что она намеренно сказала это. Отец, пожалуйста, помоги мне найти императорского врача! Доктор Чен! Иди, пригласи доктора Чена. Его медицинские навыки самые лучшие. Он обязательно найдет способ”. Шэнь Линхань вцепилась в одежду Шэнь Донга и непрерывно умоляла. На ее лице были следы безумия, как будто она сошла с ума.

Она потянула Шэнь Донга за собой, и он чуть не упал на кровать. Выражение его лица сразу же потускнело.

“Быстро отпусти меня. Что ты делаешь?”

Шэнь Нинхуа жестом велела Цин Цюэ выйти вперед и помочь разжать руки Шэнь Линхань. Она сказала: “Отец, Второй принц и Шестой Принц Великого Королевства Юэ пришли со мной. В настоящее время они ждут в главном зале. Разве тебе не следует подойти и взглянуть?”

”Отец, помоги мне вызвать врача..." Шэнь Линхань бросилась на кровать и заплакала. Из-за искаженного лица она потеряла всю свою красоту, и выглядела как куча грязи на земле.

Шэнь Нинхуа сказала: “Отец, не волнуйся. Я уже послала гонца пригласить доктора Чжан Нянь. Он должен быть здесь с минуты на минуту. Я составлю здесь компанию своей сестре. Ты можешь пойти и отдать дань гостеприимства Второму принцу.”

Шэнь Донг на мгновение задумался и, наконец, кивнув, зашагал прочь.

Шэнь Нинхуа посмотрела ему в спину, ее глаза были полны насмешки. Шэнь Донг был хорошо осведомлена о вражде между ней и Шэнь Линхань. Его уход, несомненно, говорил ей, что она может пытать Шэнь Линхань по своему желанию. Раньше, когда Шэнь Линхань была жемчужиной, она была единственной, кого бросили. Без его молчаливого согласия и попустительства, каким бы могущественным ни был Чжао Юньсян, она не посмела бы взяться за руки с Шэнь Линхань, чтобы убить ее! Но теперь положение изменилось на противоположное, и она стала той, кто стоял высоко. Так Шэнь Линхань, брошеная пешка, стала жертвой, которую она могла пытать по своему желанию.

Использовать жизнь одной дочери, чтобы доставить удовольствие другой дочери. Какой поистине ужасающий отец!

Шэнь Линхань долго плакала и медленно приходила в себя. Через некоторое время она подняла голову и уставилась на Шэнь Нинхуа покрасневшими глазами. “Дрянь, теперь ты довольна?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Почему ты больше не плачешь? В конце концов, ты останешься калекой на всю оставшуюся жизнь. Тебе следует больше плакать из-за себя”.

“Это все из-за тебя!” Шэнь Линхань взревела: “Ты - проклятие. Ты подставила мою мать, меня, моего отца и брата и разрушил всю семью Шэнь! Ты злой дух, злой дух, который пришел сюда, чтобы забрать долги!”

Шэнь Нинхуа встала. Ее лицо сияло, а заколка в волосах сияла. Она была похожа на фею, которая упала в мир людей с Девятого Неба. Она выглядела такой благородной и неземной. “Что ж, ты права, я злой дух, который пришел забрать долги. Небеса задолжали мне возмездие, и я лично принесла его вам, чтобы вы могли вкусить все мои страдания!”

Все тело Шэнь Линхань дрожало, а ее горло было так напряжено, что она почти потеряла дар речи. Она действительно сожалела об этом. Если бы она знала, что впадет в такое состояние, она скорее умерла бы, чем стала врагом Шэнь Нинхуа. “Шэнь Нинхуа… Нет… Старшая Сестра! Старшая сестра, я была неправа. Я знаю, что была неправа. Спаси меня. Я знаю, у тебя есть способ. Ты же можешь спасти меня, верно?”

Внезапно в небе раздался раскат грома, и мгновенно полил сильный дождь.

Шэнь Нинхуа обернулась и выглянула в окно. Глядя на размытый дождь, она вспомнила, что перед дворцом Фэньи тоже шел сильный дождь. Дворцовые служанки повалили ее на землю и бросили под дождь, в то время как Шэнь Линхань сидела высоко на троне и была одета в чрезвычайно великолепную мантию феникса. В то время она просила помощи у всех богов, но это совсем не сработало. Небеса отрезали ей дорогу, а земля закрыла перед ней дверь. Сегодня, око за око. Наконец-то она могла воздать все по заслугам…

Она обернулась и посмотрела в умоляющие глаза Шэнь Линхань. Ее голос был холоден, как холодный нефрит.

“Сестра, у меня есть возможность спасти тебя, но почему я должна спасать тебя?..”

Глава 119 - Сначала Дайте Мне Лекарство, Стоящее Денег

Шэнь Линхань с ненавистью посмотрела на Шэнь Нинхуа, жалея, что не может взглядом разрезать ее на куски. “Дрянь, ты проклятая Дрянь! Ты ждала этого дня, не так ли? Ты ждала, чтобы увидеть, как я умру!”

Шэнь Нинхуа обернулась и холодно взглянула на ее безумное лицо. Слабая улыбка появилась на ее губах. “Шен Линхань, ты не имеешь права жаловаться. Плоды, которые ты получила – это твой урожай за то, что ты сделала со мной в моей прошлой жизни!” Более того, это касается не только тебя. Люди, которые были должны мне в моей прошлой жизни, должны оплатить все свои долги в этой жизни!

Темная комната была похожа на гигантского зверя с широко раскрытой пастью, ожидающего, чтобы проглотить грязную душу. Шэнь Нинхуа не собиралась больше оставаться. Она повернулась и направилась к двери. “Шен Линхань, мы с тобой сестры. Я не убью тебя. Сможешь ли ты выжить или нет, зависит от твоей удачи”.

Шэнь Нинхуа вышла из комнаты и посмотрела на темное небо. Ее взгляд стал еще более мрачным, как кармический огонь, медленно разгорающийся в аду, огромном и просторном, но также пустом и одиноком.

Бай Руо помог Шэнь Нинхуа сесть в экипаж. Шэнь Нинхуа проинструктировала ее: “Бай Руо, останься здесь с Хун Лин и подожди, пока доктор Чжан Нянь закончит лечение, прежде чем ты вернешься. Вот тысяча таэлей серебра для моего отца. Скажи ему, что это последний раз, когда я помогаю ему. Он должен знать, что делать.”

”Да, мисс".

Убрав большой камень, который давил ей на грудь, она вздохнула с облегчением. Однако она также чувствовала себя чрезвычайно опустошенной и потерянной. Шэнь Нинхуа не удержалась и повернула голову, чтобы посмотреть на улицу снаружи через щель в окне кареты. По обе стороны дороги не было людей, только капли дождя непрерывно стучали по дороге, вымощенной голубым камнем.

Раньше она пыталась намеренно сосредоточить свое внимание на многолюдных улицах. В то время улицы были заполнены людьми. У некоторых были оцепенелые выражения, у некоторых на лицах были улыбки, некоторые разражались проклятиями, некоторые мило улыбались…Однако она не чувствовала ни малейшего оживления. Это было так, как если бы все было картиной, в то время как она осталась одна за пределами холста художника.

Вернувшись во двор Жуйси, Шэнь Нинхуа отпустила служанок и открыла окно в своей комнате. Она смотрела, как дождь барабанит по молодым листьям за окном. Ее глаза были пусты, и никто не мог сказать, о чем она думала.

Чу Цзюньи услышал звук снаружи. Когда он вышел из кабинета, его сердце затрепетало. Он не знал, сколько раз видел от нее такую одинокую и отчаянную ауру. Она явно стояла тихо, но он мог чувствовать исходящие от нее взрывы эмоций. Каким бы спокойным ни было ее лицо, он все еще чувствовал магму, бушующую в ее сердце.

“Нинхуа, ты вернулась?”

Шэнь Нинхуа внезапно очнулась. Она повернулась, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи, и эмоции в ее глазах были уже полностью сдержанными. “Ты все еще здесь?”

Сердце Чу Цзюньи заныло, когда он подошел к Шэнь Нинхуа и с грохотом закрыл окно. “Это просто сильный дождь. Что в этом такого хорошего, когда перед тобой стоит такой красивый мужчина, как я?”

Уголок рта Шэнь Нинхуа дернулся. Он обладал невероятным талантом заставить людей захотеть дать ему пощечину, и это чувство становилось все более и более сильным.

“Твоя сестра Сяо Хуаньси проснулась. Поторопись и возвращайся, чтобы увидеть ее. Мой особняк принцессы Префектуры слишком мал для тебя.”

Чу Цзюньи несколько раз покачал головой. “Как ты можешь прогонять меня? Разве ты не видишь, какая погода на улице? Раны в моем теле еще не полностью зажили. Если я уйду сейчас, они могут начать болеть и даже может начаться воспаление. Хмм? Нинхуа, ты уговариваешь меня вернуться. Ты планируешь что-то опасное?”

Шэнь Нинхуа не поняла. Она подняла брови и спросила: “Что ты имеешь в виду?”

“Ха-ха”, - Чу Цзюньи потер подбородок и скривил губы в слегка зловещей манере. “Как только я получу еще более серьезную травму под дождем, я смогу остаться с тобой еще немного. Разве это не значит, что ты можешь видеть меня каждый день? Ах, ты скоро выйдешь за меня замуж. Если ты хочешь, чтобы я остался здесь подольше с тобой, просто скажи мне. Нет никакой необходимости вот так ходить вокруг да около”.

Шэнь Нинхуа подавила желание дать ему пощечину. Она повернулась и села на табурет сбоку, налила чашку чая и сделала глоток, чтобы подавить гнев в своем сердце. “Просто прими это. Я не хочу больше об этом говорить”.

“В твоем сердце есть любовь, но ты просто не можешь сказать об этом вслух… Нинхуа, ты слишком застенчива.”

“Убирайся!”

“Ха-ха, Нинхуа, не стесняйся. Тебе следует узнать от меня больше. Я прямо говорю, что ты мне очень нравишься. Когда я это скрывал?”

“...Это потому, что у тебя нет чувства стыда!” Шэнь Нинхуа закатила глаза и просто проигнорировала его.

Она думала, что ей будет трудно заснуть из-за того, что произошло сегодня, но на самом деле она крепко спала ночью. Когда она открыла глаза на следующее утро, небо за окном уже было светлым.

Шэнь Нинхуа подняла голову, чтобы посмотреть на закрытое окно. В ее глазах мелькнул огонек. Прошлой ночью, когда Чу Цзюньи уходя закрыл окно, это было так, как будто он не только закрыл окно от дождя, но и закрыл в ее памяти эти невыносимые воспоминания о той ночи за окном. Когда буря утихла, она снова распахнула окно. Это уже была идиллическая сцена с птичьим щебетом и ароматом цветов.

Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на горшок с азалиями на столе. Ее глаза слегка изогнулись, и на губах появилась искренняя улыбка. Когда ей было грустно, кто-нибудь мог рассказать смешные истории, чтобы подбодрить ее. Это чувство было неплохим.

Чу Цзюньи вышел из комнаты и осторожно размял поясницу. Он почувствовал, что рана на спине немного натянулась, но он не почувствовал никакой жгучей боли. Его настроение сразу же стало очень хорошим. “Нинхуа, твое лекарство действительно работает. Если бы это было любое другое лекарство, рана не зажила бы и через дюжину дней. Сколько у тебя еще осталось лекарств? Дай мне немного.”

“Ты заплатишь за это?” Спросила Шэнь Нинхуа, вытирая воду с рук.

“Хорошо, я попрошу кого-нибудь доставить сто таэлей золота на днях. Сначала дайте мне лекарство на такую сумму денег”.

Этот человек говорил как домовладелец, разбогатевший за одну ночь. Шэнь Нинхуа тайком вздохнула и закатила на него глаза, но отказываться не стала. “Хорошо”.

“Нинхуа, сегодня солнечно. Я хочу вернуться в особняк Сяо, чтобы взглянуть. Не скучай по мне.”

Шэнь Нинхуа сидела перед туалетным столиком и расчесывала волосы. Она даже не подняла глаз и не сказала: “Увидимся”.

Чу Цзюньи подошел к окну и хотел выпрыгнуть, но внезапно остановился. Он повернулся и пошел следом за Шэнь Нинхуа. Он достал из кармана расческу из персикового дерева и сказал: “Это тебе”.

Шэнь Нинхуа сделала паузу, когда Чу Цзюньи сунул расческу ей в руку. Она опустила голову, чтобы посмотреть на гладкий деревянный гребень в своей руке, и была слегка ошеломлена.

Чу Цзюньи повернул голову и достал из шкатулки для драгоценностей золотую заколку в виде феникса и шесть крошечных цветочков-заколок. “Это лучше всего смотрится на тебе. Я сейчас ухожу”. После этого он выпрыгнул из окна и исчез.

Когда Бай Руо услышала шум в комнате, она постучала в дверь и вошла. “Мисс, вы встали. Почему вы мне не позвонили? К счастью, я услышала ваш шум в комнате и поэтому вошла.”

Шэнь Нинхуа уставилась на драгоценности на столе. Услышав слова Бай Руо, она пришла в себя. “Вчера, когда я легла спать, вы с Хон Линг еще не вернулись, поэтому я хотела дать вам двоим еще немного отдохнуть сегодня”.

“Я совсем не устала. Вчера, когда доктор Чжан Нянь закончил прощупывать пульс, шел слишком сильный дождь. Шестой принц Великого Королевства Юэ и Второй принц также неоднократно спрашивали о болезни Второй Мисс, из-за чего мне потребовалось немного больше времени, чтобы вернуться.”

“хорошо”. Шэнь Нинхуа кивнула.

“Мисс, какую прическу вы хотите сегодня?”

Шэнь Нинхуа взглянула в зеркало и сказала: “Просто облачная булочка…Используй шпильки на столе.”

”Да, мисс".

Закончив макияж, Шэнь Нинхуа переоделась в новую одежду и попросила Цин Цюэ приготовить для нее экипаж. Затем она села в экипаж и направилась во дворец.

Принцесса Аннинг была очень рада визиту Шэнь Нинхуа и поспешно велела дворцовым служанкам приготовить чай и десерт.

“Нинхуа, это первый раз, когда ты пришла во Дворец повидаться со мной без моего приглашения”.

Шэнь Нинхуа поджала губы и мягко улыбнулась. “Раз ты так сказала, я буду приходить во Дворец, чтобы играть с тобой каждый день. И не говори тогда, что я тебе надоела…”.

Увидев редкую ослепительную улыбку на лице Шэнь Нинхуа, Бейли Аннинг был слегка ошеломлена. Даже она была покорена улыбкой этой девушки, не говоря уже о ее Втором Брате. Казалось, что осанка и внешность Нинхуа были предназначены для того, чтобы вызывать ревность у женщин.

“Говорят, что девочки претерпевают восемнадцать превращений, когда вырастают. Ты действительно изменилась и стала еще красивее с тех пор, как тебе исполнилось пятнадцать.” - поддразнила Бейли Аннинг.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Разве ты не та же самая?”

“Я не могу сравниться с тобой. Ты - яркая луна в небе. Я даже не могу сравниться с маленькой звездой”.Когда она сказала это, в тоне Бейли Аннинг не было ни малейшей ревности.

Шэнь Нинхуа знала, что у нее не было других намерений, поэтому она сказала: “Я пришла сюда, чтобы принести тебе кое-что хорошее, но, похоже, тебе это не нужно”.

“Что это такое?” Глаза Бейли Аннинг загорелись. Она шагнула вперед и схватила Шэнь Нинхуа за руку. “Что хорошего? Быстро показывай!”

“Если медсестра-инструктор увидит, что ты так себя ведешь, она снова будет тебя пилить. Ну, хорошо, я отдала его твоей дворцовой служанке Цю Ши, когда вошла в дверь. Просто позволь ей принести это”.

“Цю Ши, быстро принеси то, что принесла мне Нинхуа”.

Дворцовая служанка поспешно принесла маленькую курильницу для благовоний. Бейли Аннинг дернула носом и внезапно почувствовала неповторимый аромат. Аромат был не популярным благовонием или ароматом розы, а нежным и слабым ароматом. Он пах исключительно прохладно и чисто и даже обладал освежающим эффектом.

“Я давно слышал, что ты плохо спишь по ночам, поэтому я приготовил это Благовоние Ледяной Души. Доктор Чен уже осмотрел его. Это не повредит вашему организму и поможет вам хорошо спать по ночам.”

Сердце Бейли Аннинг пропустило удар. Она крепко сжала руку Шэнь Нинхуа и сказала: “Нинхуа, если бы ты был мужчиной, я бы определенно выбрала тебя своим мужем!”

Шэнь Нинхуа на мгновение остолбенела и тут же громко рассмеялся. “К счастью, я не мужчина”.

"Почему? Я принцесса Аннинг. Тебе было что терять, если ты выйдешь за меня замуж?”

“Я ничего не говорила”.

Бейли Аннинг не отпускала ее, и она шагнула вперед, чтобы пощекотать Шэнь Нинхуа.

“Ха-ха”. Шэнь Нинхуа встала и увернулась, и Бейли Аннинг немедленно догнала ее.

Уклоняясь, Шэнь Нинхуа не заметила человека, входящего в дверь, и чуть не врезалась в объятия этого человека.

Бейли Цзиньчуань пришел сюда, чтобы попросить Бейли Аннин пригласить Шэнь Нинхуа во Дворец, но в тот момент, когда он подошел ко входу в главный зал, он услышал взрыв смеха.

“Это что…Голос Шэнь Нинхуа?” Подумав об этом, он толкнул дверь и вошел, не позволив горничной объявить о его прибытии.

Но как только он вошел, то увидел приближающуюся к нему фигуру. Он подсознательно подхватил ее. “Нинхуа?”

Шэнь Нинхуа поспешно отступила на два шага назад, и улыбка на ее лице быстро исчезла. “Приветствую вас, ваше высочество”.

Ты так несчастлив, что видишь меня? Минуту назад ты весело смеялась…

Заметив необычную атмосферу, Бейли Аннинг шагнула вперед и встала между ними. “Второй брат, почему ты вдруг пришел без предупреждения?”

“Я здесь, чтобы увидеть тебя”. Бейли Цзиньчуань вошла в главный зал и почувствовала необычный аромат в комнате. Его настроение немного успокоилось. “Аннинг, что это за аромат?”

“О, это Благовония Ледяной Души, которые дала мне Нинхуа. Это может помочь мне заснуть и безвредно для моего организма”.

Бейли Цзиньчуань взглянула на Шэнь Нинхуа только для того, чтобы увидеть ее опущенную голову и длинные густые ресницы. “Я слышал, что ее величество в последнее время плохо спала. Она приглашала многих врачей, но это не сработало. Я решила послать ей немного благовоний.”

Глава 120 - Ревновала Ли Она?

Бейли Аннинг оказалась перед дилеммой. Аромат Ледяной Души был подарком от Нинхуа. Если бы она использовала это, чтобы угодить императрице, это заставило бы людей почувствовать, что она стремится достичь быстрого успеха и получить мгновенную выгоду.

Но Шэнь Нинхуа совсем не возражала. “То, что сказал его высочество, верно. Ты можешь прислать немного сюда.”

Увидев выражение лица Шэнь Нинхуа, Бейли Аннинг почувствовала, что ей действительно безразлично, и вздохнула с облегчением. “Хорошо. Нинхуа, Департамент внутренних дел прислал мне несколько безделушек из драгоценных камней и золота. Пойди посмотри. Возьми от меня в подарок все, что тебе понравится”.

Если бы она отказалась, это поставило бы Аннинг в еще более неловкое положение, поэтому Шэнь Нинхуа кивнула. “Хорошо, все, что у тебя есть, - это все бесценные сокровища, так что я не буду сдерживать себя”.

Бейли Цзиньчуань втайне стиснул зубы. Тень уныния промелькнула в его глазах. Шэнь Нинхуа полностью проигнорировал его. Хотя в прошлый раз он совершил ошибку, замышляя что-то против нее, разве его лести в эти дни было недостаточно, чтобы загладить все это? Чего еще она хотела? Похоже, женщину действительно нельзя слишком баловать. Подумав об этом, он встал, закатал рукава и вышел.

Взглянув на его удаляющуюся фигуру, глаза Шэнь Нинхуа слегка дрогнули, и она холодно улыбнулась. Человек, который раньше смиренно прислушивался к ее советам, теперь стал таким самоуверенным. В конце концов, он был очарован властью. Он был принцем префектуры всего несколько месяцев, но уже перестал соблюдать осторожноссть и его обычная сдержанность в поведении тоже куда-то исчезла.

Шэнь Нинхуа вышла из Дворца в прекрасном расположении духа. Сеть уже была медленно заброшена, и она просто ждала, чтобы поймать крупную рыбу.

Несколько дней спустя Бейли Аннинг снова отправила людей к себе домой, чтобы попросить аромат Ледяной Души. Говорили, что несколько императорских наложниц, которые были чрезвычайно любимы Его Величеством, также любили благовония, и даже Его Величество высоко ценил их аромат.

Репутация Шэнь Нинхуа сразу же возросла до небес. Многие дамы и юные леди приходили учиться у нее изготовлению благовоний, надеясь получить шанс оценить чудесный аромат Ледяной Душиl. Особняк принцессы префектуры был переполнен людьми. Даже у Ян Инсюэ, которая выздоравливала в своей комнате, было много посетителей. Это заставило Ян Инсюэ выйти из тени, где она предпочитала находиться во время болезни и явиться свету.

“Мисс, Шестой принц Великого Королевства Юэ прислал приглашение. Он желает встретиться с вами. Говорится, что он хотел обсудить с вами специи.”

Шэнь Нинхуа взяла кусочек специи, лежавший на столе, и слегка понюхала его. Затем она отложила его в сторону и записала характеристики специи. “Напишите ему мой отказ от встречи. В прошлый раз он замышлял заговор против меня, а теперь хочет обсудить со мной вопросы изготовления специй? Неужели он действительно думает, что мой титул принцессы префектуры - это украшение? В будущем, если будут подобные приглашения, отклоняйте их сразу же без раздумий. Нет необходимости показывать их мне”.

“Да, мисс”. Хонг Лин с силой потрясла приглашение, которое держала в руке. Ей хотелось бросить его на землю и наступить на него. Этот Шестой принц был поистине бесстыден. Разве он не проявлял чрезвычайную заботу о Шэнь Линхань пару дней назад? Он вел себя так, как будто рисковал своей жизнью ради нее и намеревался подраться с мисс, а теперь он притворялся хорошим человеком!

Отдохнув несколько дней, Ян Инсюэ, наконец, полностью восстановилась.

Однажды Шэнь Нинхуа переоделась и собиралась посетить дворцовый банкет, когда вошли Ян Инсюэ и Ся Цзинцю.

“Нинхуа, Инсюэ поправилась и хочет прогуляться с тобой. В прошлый раз в особняке Сяо произошло недоразумение, и Инсюэ всегда чувствовала себя виноватой из-за этого. Если бы я не притащила ее сюда, ей все равно было бы слишком стыдно видеть тебя.”

Ян Инсюэ слегка опустила голову и прикусила губы. Затем она подняла голову, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, и в ее глазах мелькнуло удивление.

Сегодня Шэнь Нинхуа была одета исключительно великолепно. Она была одета в наряд принцессы префектуры, с изящной заколкой из бисера, воткнутой в высокий пучок с лилиями, и золотой бусиной феникса, свисающей у ее ушей. Легким движением феникс, казалось, взмахнул крыльями и в следующее мгновение улетел. “Кузина, я сожалею о том, что произошло раньше. Я была напуган до полусмерти. Пожалуйста, прости меня”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась, услышав эти слова, и сказала совершенно безразличным тоном: “О чем ты говоришь? Я никогда не винила тебя. Прошлое есть прошлое. Не беспокойся больше об этом. Я только надеюсь, что в будущем не повторится ни одного подобного инцидента”.

“Нет, следующего раза не будет. Кузина, дай мне еще один шанс.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и кивнула. Однако она не дала своего согласия. Она только однажды оказала людям доверие. Если они подведут ее, ей будет трудно снова доверять этому человеку. Это было не потому, что она была хладнокровной. Причина заключалась в том, что если она хотела выжить в этом хаотичном мире, она была не в том положении, чтобы всегда быть доброй к другим.

“Так уж получилось, что сегодня я собираюсь войти во Дворец. Если ты свободна, пойдем со мной и посмотрим”.

“Входишь во Дворец? У меня нет приглашения. Если я пойду...” Ян Инсюэ была немного смущена.

“Все в порядке. Я скажу принцессе Аннинг, и пусть она пришлет кого-нибудь за нами.”

Глаза Ян Инсюэ были полны радости. “Да, спасибо, сестра”. Вернувшись, она поразмыслила над произошедшим и поняла, какой глупой была в тот день. В эти дни она видела, как многие люди относились к Шэнь Нинхуа с вежливостью и даже лестью. Она вдруг поняла, что должна положиться на Шэнь Нинхуа. Если бы Шэнь Нинхуа потеряла свой авторитет в обществе, ей был бы только вред от этого.

Карета проехала весь путь до входа во Дворец. Шэнь Нинхуа вышла с Ян Инсюэ, и у ворот уже ждали дворцовые служанки.

Ян Инсюэ внимательно оглядела свое окружение с восхищением в глазах. В прошлый раз ее доставили во Дворец в качестве подозреваемой. Она была так напугана в тот раз, что у нее не было времени разглядывать окружающий пейзаж. Сегодня она обнаружила, что Дворец на самом деле был таким величественным.

Хотя она была удивлена и с любопытством наблюдала за окружающим, но ее поведение было грациозным и сдержанным. Шэнь Нинхуа отметила эту ее сдержанность и одобрила ее в глубине души. Обстановка во Дворце быстро менялась, и единственное, что она могла сделать, это благоразумно относиться к переменам. Независимо от того, насколько большим или мелким было дело, если бы она потеряла благоразумие, то, несомненно, проиграла бы.

Когда они вдвоем пошли вперед, Шэнь Нинхуа заметила перед ними человека, как будто она ждала их. Когда они подошли ближе, человек на самом деле оказался Старшей Молодой леди семьи Сяо, Сяо Хуаньси!

Сердце Ян Инсюэ затрепетало. Она не могла не вспомнить сцену того дня и невольно замедлила шаг.

Шэнь Нинхуа неторопливо шла вперед, и улыбка на ее лице нисколько не изменилась. “Я издалека почувствовала, что человек передо мной - мисс Сяо. Я не ожидал, что это действительно ты. Ты пришла в себя?”

Лицо Сяо Хуаньси все еще было очень бледным. Хотя она тщательно нанесла немного румян, она все еще выглядела изможденной и слабой. “Приветствую вас, Ваше Высочество. Спасибо вам за вашу заботу. Сейчас я в добром здравии. Говоря об этом, я должна поблагодарить брата Джуньи за то, что он помог мне найти Лотос Ледяной Горы. Без этого лекарственного ингредиента на этот раз я был бы в реальной опасности. Мне так грустно слышать, что брат Цзюньи был ранен, когда искал Ледяной Горный Лотос...”

Шэнь Нинхуа скривила губы и сказала: “Мастер Чу сделал все возможное, чтобы вылечить тебя”. Он действительно нашел Лотос Ледяной Горы, но отправил его ей. Он действительно предал замечательное выступление Сяо Хуаньси.

Глаза Сяо Хуаньси вспыхнули гордостью, но она спокойно сказала: “Брат Цзюньи и я не связаны кровными узами, но мы выросли вместе. В будущем... это чувство, естественно, станет особенным и никто другой не смог бы стать для него более близким, чем я”.

“Это правда. Хотя вы не родные братья и сестры, между вами существует более сильная связь, что очень редко встречается в мире”.

Сяо Хуаньси поперхнулась. Она ясно намекнула, что Чу Цзюньи испытывал к ней уникальную привязанность, но Шэнь Нинхуа превратила это в родство, и она не могла открыто опровергнуть это. Эта ситуация очень разозлила ее!

Шэнь Нинхуа, казалось, не заметила ее слегка мрачного выражения лица. “Становится поздно. Мы с двоюродной сестрой пойдем первыми. Мисс Сяо, вы только что оправились от болезни, так что не торопитесь.”

Сяо Хуаньси просто сбавила скорость, чтобы продемонстрировать особую привязанность Чу Цзюньи к ней. У нее больше не было никакого интереса слушать ее историю.

Когда они шли дальше, Ян Инсюэ спросила с некоторой долей смущения: “Нинхуа, мисс Сяо была влюблена в своего приемного брата?”

“Ты заметил это?” Сяо Хуаньси всегда думала, что она очень хорошо скрывает свои мысли, но она не знала, что ее мысли уже известны всем. Что касается Сяо Цзинжаня, он, должно быть, счастлив видеть ее успех. В противном случае он бы давно остановил ее. В конце концов, это был вопрос, который касался репутации девушки.

“Да, тогда почему вы опровергли ее? Просто следуйте за ней, чтобы не создавать вражды”.

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Кузина, ты должна была ясно видеть, что произошло в прошлый раз. У тебя с мисс Сяо никогда не было никакой вражды, но она без колебаний замышляла заговор противтебя. Ты когда-нибудь думала, что если бы она преуспела, а мне не повезло, что хорошего было бы у тебя? Кроме того, после инцидента в прошлый раз, как ты думаешь, мы сможем поладить? Это не Цзяннань. Кузина, тебе следует присмотреться повнимательнее.”

Сяо Хуаньси продолжала говорить, что у Чу Цзюньи были к ней чувства. Что ж, ей просто нужно было пробудить ее от ее фантазий. Чу Цзюньи был оставлен ею на некоторое время. Хотя она не была уверена, что он станет ее окончательным выбором, не каждый мог прикоснуться к нему сейчас.

После входа во дворец Чэнцянь, где проходил банкет, выражение лица Сяо Хуаньси все еще было угрюмым. Однако она была очень красива. В сочетании с ее бледным цветом лица, даже несмотря на то, что ее лицо было угрюмым, люди все равно находили ее симпатичной.

Бейли Аннинг подошла к Шэнь Нинхуа и сказала: “Нинхуа, ты знаешь, что за последние несколько дней порог моего дворца был почти стерт до основания от туфель посетителй? Императорские наложницы продолжали навещать меня, чтобы попросить Благовония Ледяной Души. Мой последний кусочек был выдан. Ты должна дать мне еще немного.”

Шэнь Нинхуа моргнула глазами. “Аромату Ледяной Души нужны высококачественные цветы сливы, покрытые снегом. К счастью, я собрала несколько штук и убрала их подальше. В противном случае я действительно не смогу снабдить вас им.”

Бейли Аннинг была очень счастлива. “За последние несколько дней я получил много подарков. Иди и посмотри позже. Если тебе нравится какой-либо из них, просто уберите его сразу. Даже если императорские наложницы узнают, они не будут винить тебя.”

“Оставь эти подарки себе. Когда ты выйдешь замуж, они будут твоим приданым.”

Бейли Аннинг пристально посмотрела на нее. “Кто научил тебя дразнить меня этим?”

Шэнь Нинхуа тихо усмехнулась. Она села в сторонке и сделала глоток чая. Ее лицо было спокойным, но в душе она уже много раз ругала Чу Цзюньи. Она винила его за то, что он так часто ворчал ей на ухо, что она сразу же вспоминала о приданом всякий раз, когда думала о серебре или драгоценностях. Вот почему она бессознательно дразнила Аннинг шуткой о приданом. К счастью, принцесса Аннинг не стала продолжать эту тему.

Как только Чу Цзюньи вошел с Сяо Фэнцзюэ, он почувствовал пристальный взгляд Шэнь Нинхуа. В глубине души он был озадачен. Он верил, что не провоцировал эту неблагодарную девушку, но почему ее взгляд был таким печальным? Сказала ли Сяо Хуаньси что-то, что заставило ее ревновать?

При мысли об этой возможности его настроение мгновенно улучшилось, и он одарил Шэнь Нинхуа чрезвычайно очаровательной улыбкой.

Шэнь Нинхуа поперхнулась и повернула голову в сторону.

Бейли Цинцан и Чжао Хуэйин вошли в зал рука об руку, и все поспешно встали, чтобы поприветствовать их.

Бейли Цинцан махнул рукой, давая всем сигнал встать. “Таким, каким ты был. Сегодняшний банкет призван укрепить связи между двумя странами. Просто делай, как тебе заблагорассудится. Шестой принц, я слышал от чиновника, ответственного за церемонию, что у вас были какие-то особые соображения?”

Бу Цзинлань вышел и сказал: “Ваше величество, у меня действительно есть кое-какие мысли. Прежде чем я приехал в Даан, мой отец сказал мне учиться у вашего народа со скромностью. Я привел с собой десять воинов и десять красавиц. Я надеюсь, что у них будет шанс поучиться у людей в Даане”.

Глава 121 - Как Ты Смеешь Упоминать Мою Прекрасную Возлюбленную!

Как только Бу Цзинлань произнес эти слова, оживленная атмосфера в зале мгновенно замерла. Бу Цзинлань ранее говорил, что он приехал сюда с брачной миссией, чтобы найти свою принцессу. Но теперь он упомянул, что позволил своему окружению учиться у людей Даана. Он явно хотел использовать это, чтобы улучшить свой статус, показывая миру, что даже если Великое Королевство Юэ проявит инициативу и сделает предложение руки и сердца Даану, они одержат верх!

Глаза Бейли Цинцана слегка дрогнули, и слабый холод промелькнул в его глазах. “Поскольку ты сказал, что это был обмен, это неплохая идея. Где твои люди? Почему ты не взял их с собой?”

Бу Цзинлань поднял глаза и хлопнул в ладоши. Десять человек, ожидавших за дверью, вошли один за другим. Эти мужчины и женщины встали в две шеренги и единодушно поприветствовали Бейли Цинцана.

Их крики “Да здравствует ваше величество” были чрезвычайно громкими, настолько, что окружающие на миг оглохли.

Зрачки Шэнь Нинхуа внезапно сузились, когда она увидела этих людей, которые явно были охранниками и служанками Бу Цзинланя! С этими людьми в качестве соперников Даану нечем было гордиться, даже если бы они победили. Если бы они проиграли, то действительно потеряли бы лицо.

Многие чиновники тоже подумали об этом и враждебно уставились на Бу Цзинланя.

Бу Цзинлань неподвижно стоял посреди зала с нежной улыбкой на лице.

Шэнь Нинхуа была озадачена. Несколько дней назад этот человек поссорился с ней из-за Шэнь Линхань. В то время он вел себя как импульсивный молодой человек. Но сейчас он стоял там, улыбаясь, излучая определенную таинственность. Такие противоречивые личности, которые проявлялись в одном и том же человеке - это было необычно с любой точки зрения. Каков он на самом деле, что он скрывает или он действительно открыл свои мысли? А может быть была какая-то другая причина?

“Ваше Величество, все участники нашего Великого Королевства Юэ здесь. Какое бы Ваше Величество хотели видеть первым конкурсом?” Бу Цзинлань огляделся и уверенно улыбнулся.

Если его предыдущее слово можно было истолковать в любом смысле, а не только в презрительном, то этот новый вопрос был просто пощечиной Даану. Соперником было всего несколько охранников и служанок, и Даану была предоставлена возможность выбрать соперницу заранее. Это было нелепо! На мгновение атмосфера в зале стала довольно напряженной.

“Как посетители, вы - наши гости. Я понимаю ваше намерение позволить нам определить конкурс, но наш Даан - великая и вежливая страна. Мы относимся к нашим гостям с добротой и великодушием. Итак, вы просто сообщите нам о своем выборе конкурса, и мы с радостью примем его”.

Как только эти слова были произнесены, многие люди воспрянули духом. Они все повернули головы, чтобы посмотреть на человека, который произнес эти слова.

Чу Цзюньи теперь был открыт всеобщему обозрению. Он держал в руке кубок с вином и слегка повернулся вправо. Его глаза словно звезды блестели на красивом лице, а на губах играла очаровательная улыбка. Люди не могли не восхищаться этим красивым молодым мастером.

Выражение лица Бу Цзинланя изменилось. Как раз в тот момент, когда он собирался поставить королевство Даана в неловкое положение, этот человек переиграл его и навесил на него ярлык за неуважение к протоколу. Это было действительно интересно.

“Этот молодой господин сидит сзади. Могу я узнать ваше официальное звание?”

Чу Цзюньи поставил свой кубок с вином и выпрямился. “Я всего лишь имперский редактор низкого ранга, который не стоит вашего внимания. Однако, когда дело доходит до конкурсов и обменов, у меня действительно есть кое-какие идеи”.

Бу Цзинлань прищурил глаза. “Я хотел бы услышать ваши идеи”.

“Соревнования и обмены бывают либо буквальными, либо боевыми. Для мужчин буквальные состязания включают стихи, эссе и прозу, а боевые искусства - это не что иное, как использование всех видов оружия. Для женщин они еще проще, просто стихи, музыкальные инструменты, танцевальные навыки и рукоделие. Там нет ничего действительно интересного. Какого рода состязания ты хочешь, Шестой принц?”

Шэнь Нинхуа не могла удержаться от смеха в глубине души. Слова Чу Цзюньи были совершенно провокационными. Сначала он назвал все пункты конкурсов, а потом сказал, что это скучно. Наконец, он спросил Бу Цзинланя о его мнении. Что еще можно было сказать?

Бу Цзинлань тихо рассмеялся. Опасный огонек вспыхнул в его глазах, и он прямо спровоцировал. “Хотя эти предметы довольно распространены, они являются лучшими вариантами для конкурсов. Судя по тому, что вы сказали, вы очень уверены в себе. Почему бы вам не принять участие в первом конкурсе?”

Чу Цзюньи взмахнул рукавами и обвел взглядом два ряда мужчин и женщин из Великого Королевства Юэ. Тень презрения промелькнула в его глазах. “В чем тут дело? Это просто соревнование”.

Он встал и вышел в центр зала. Затем он поприветствовал Бейли Цинцана и сказал: “Ваше Величество, хотя я всего лишь незначительный имперский редактор и не обладаю большим талантом, я хотел бы иметь удовольствие испытать силу Великих воинов Юэ. Пожалуйста, позвольте мне присутствовать на первом конкурсе, Ваше Величество.”

С его нынешним статусом и рангом, даже если он в конце концов проиграет, это никак не повлияет на достоинство Даана. У Бейли Цинцана не было причин не соглашаться, поэтому он прямо приказал кому-то подать чашу вина Чу Цзюньи. ”Хорошо, я оставляю первое соревнование за тобой".

“Благодарю вас, ваше величество”. Чу Цзюньи встал и повернулся, чтобы посмотреть на Бу Цзинланя. ”Ваше высочество, в чем вы хотите посоревноваться?"

Бу Цзинлань улыбнулся. “Нет первого места в литературе и нет второго места в боевых искусствах. Если мы соревнуемся в литературе, то действительно нелегко решить, какая сторона победит. Лучше соревноваться в боевых искусствах”.

“Действительно, это быстрее и к тому же самый простой способ. Тогда давайте посоревнуемся в боевых искусствах”. Чу Цзюньи стоял прямо, и на его губах была холодная усмешка.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Если Бу Цзинлан осмелился сказать это, он, должно быть, хорошо подготовился. Эти десять охранников определенно были искусны в боевых искусствах. Хотя Чу Цзюньи носил титул Несравненного Двойного Мастера, его больше всего хвалили за его литературный талант, а не за навыки в боевых искусствах. Неужели он больше не собирался скрывать свой талант в боевых искусствах?

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа, и его глаза вспыхнули теплом. Ей был присвоен титул принцессы префектуры, что выдвинуло ее на передний план бури. Кроме того, Второй принц и остальные жадно смотрели на нее. Титул Несравненного Двойного Мастера сам по себе не мог сравниться с ней. На этот раз это можно было считать его битвой за славу! Его возлюбленная была так прекрасна, что заслуживала наслаждаться несравненной славой!

Под командованием Бейли Цинцана вскоре была возведена высокая арена.

Шэнь Нинхуа и остальные пересели на места снаружи.

”Тру-а-даб!"

Раздался бой барабанов, и теплый воздух наполнился атмосферой переживаний.

Бу Цзинлан сложил ладони рупором и сказал: “Ваше величество, хотя это состязание проводится только с целью определения сильнейшего, у кулаков нет глаз. Пожалуйста, простите меня, если участникам будут причинены какие-то травмы”.

“Все в порядке”.

Гражданские и военные чиновники почувствовали холод в своих телах, и их сердца затрепетали. Многие генералы пристально смотрели на Бу Цзинланя. Им не пристало добровольно участвовать в подобном мероприятии. Только по этой причине они могли позволить этому неопытному юнцу быть таким высокомерным…

Бу Цзинлань очень ловко воспользовался ситуацией. Несколько человек, пришедших посоревноваться на арену, были обычными охранниками. Если бы их соперниками были военные офицеры Дааня, независимо от того, победили офицеры или нет, Бейли Цинцан потерял бы свое лицо. Бу Цзинлань был уверен, что его собственные люди легко справятся с молодым господином из аристократической семьи, который не соответствовал своему имени.

Кто-то из Великого Королевства Юэ уже начал двигаться. Быстрым прыжком он позаимствовал немного силы у края арены, чтобы подпрыгнуть повыше, прежде чем приземлиться на арену. Затем он махнул кулаком в сторону Чу Цзюньи, который был под ареной. “Имперский редактор, пожалуйста, простите меня, если вы ранены”.

Чу Цзюньи холодно улыбнулся и медленно, тяжелой походкой шаг за шагом поднялся по лестнице.

Увидев эту сцену, многие люди Великого Юэ, которые сидели под ареной, громко рассмеялись.

“Он выглядит точь-в-точь как гражданский чиновник. Чтобы соревноваться с нами в боевых искусствах, он действительно переоценивает себя”.

“Ха-ха, интересно, сможет ли его тело выдержать один-единственный удар воина нашей Великой Юэ”.

“Я умираю от смеха. Ему даже нужно было пройтись по арене. Должны ли мы послать кого-нибудь ему на помощь? Лестница такая высокая, и было бы опасно, если бы он упал вниз.”

Чиновники Дааня хранили полное молчание, сердито глядя на Великих людей Юэ напротив них. Многие люди тайно сжимали кулаки под ареной, желая, чтобы они могли выйти вперед и немного поколотить Великих людей Юэ.

Шэнь Нинхуа посмотрела на арену и перестала теребить нефритовый браслет на своем запястье. Она почувствовала, как ее сердце забилось у нее во рту. Чу Цзюньи, что именно ты хочешь сделать?

Чу Цзюньи стоял на арене, и его великолепные одежды развевались, резко контрастируя с рослым Великим воином Юэ, который был одет в боевую форму.

“Ты действительно знаешь, как блефовать. Не проси меня пощадить тебя какое-то время.”

Чу Цзюньи усмехнулся. Холодное намерение убить промелькнуло в его глубоких глазах. “Изначально я хотел сохранить тебе жизнь, но твой грязный рот не может произнести приличную речь. Раз это так, то я сделаю так, как сказал твой учитель. Разве он не говорил, что у кулаков нет глаз? Я покалечу тебя сегодня!”

“Что за тон! Все жители Даана - трусы, которые знают только, как играть своими языками. Сегодня я избью тебя до слез и заставлю молить о пощаде”. Никто не мог слышать их разговор на арене. Великий воин Юэ перестал стесняться в выражениях и стал еще более беспринципным.

”Убей!" Воин резко топнул ногой, и его огромное тело поднялось с земли. Его похожий на молот кулак нацелился в лоб Чу Цзюньи.

Однако Чу Цзюньи вообще не увернулся. Он стоял прямо, как зеленая сосна.

Под ареной Шэнь Нинхуа бессознательно крепче сжала шелковый носовой платок в своей руке, и ее лицо напряглось. Многие люди уже закричали в тревоге, не смея поднять головы, чтобы посмотреть на арену.

Ян Инсюэ наклонилась ближе к Шэнь Нинхуа, и ее лицо побледнело.

На арене, когда кулак воина уже был готов приблизиться к его лицу, Чу Цзюньи внезапно отклонился назад. Свирепый кулак задел кончик его носа, вызвав сильный порыв ветра, от которого заболели щеки.

“Сопляк, ты действительно знаешь, как драться”. Великий воин Юэ промахнулся мимо своей цели. Он убрал руку и сжал кулаки взад-вперед, издавая потрескивающие звуки в суставах. Затем он затаил дыхание и снова бросился к Чу Цзюньи.

Один яростно атаковал, в то время как другой уклонялся, сложив руки за спиной, создавая серию остаточных изображений на арене.

Бу Цзинлань поставил свой кубок с вином и уставился на двух людей на арене со сложным выражением лица. Его сердце упало. Он уже исследовал Чу Цзюньи раньше. Этот человек, носивший титул Несравненного Двойного Мастера, был тихим в течение многих лет. Кроме случайного написания одного или двух потрясающих стихотворений, он сделал мало вещей, которые могли бы привлечь внимание людей. Он думал, что Чу Цзюньи не оправдал своей репутации и стремился только к славе, но он не ожидал, что его навыки в боевых искусствах будут настолько высоки.

Великий воин Юэ тяжело дышал и уставился на Чу Цзюньи алыми глазами. Ему хотелось разорвать его на части и съесть живьем. “Ты умеешь только уворачиваться, ты, черепаха! Какой женщине понравится такая трусливая черепаха, как ты!”

Чу Цзюньи резко остановился, и в нем вспыхнуло убийственное намерение. “Я собирался поиграть с тобой в кошки-мышки, но теперь, похоже, в этом нет необходимости”.

Как только он закончил говорить, его фигура внезапно исчезла с того места, где он был. После громкого взрыва Великий воин Юэ жалобно закричал.

“Ах!”

Все, кто находился под ареной, были ослеплены. Фигура тяжело упала на землю с арены, подняв облако пыли.

Чу Цзюньи стоял на краю арены и смотрел на Великого воина Юэ, который упал в обморок. Он холодно скривил губы и сказал: “Мне нравятся хорошие отношения с моей прекрасной девушкой. Запомните этот мой урок и в будущем не высмеивайте других людей, упоминая их прекрасных возлюбленных. Послушай, ты ранен, верно? Ну, некоторые из ваших ребер, вероятно, были сломаны. Я проявил милосердие к тебе в этом ударе”.

Глава 122 - Сразись с противником до конца

Удар Чу Цзюньи на мгновение ошеломил чиновников Великого Королевства Юэ, а затем раздался взрыв аплодисментов.

“Потрясающе!”

“Хороший удар!”

Бу Цзинлань сжал в руке кубок с вином и повернулся, чтобы посмотреть на Бейли Цинцана. Он сказал ровным голосом: “Ваше величество, жаль, что этот лорд - гражданский чиновник”.

Выражение лица Бейли Цинцана сильно расслабилось. Он с признательностью посмотрел на Чу Цзюньи, который грациозно стоял на сцене. “Навыки боевых искусств Чу Цзюньи находятся только на среднем уровне. Он наиболее известен своим литературным талантом. Я, несомненно, буду держать его в положении, которое наилучшим образом продемонстрирует его силу”. Человек, который не был силен в боевых искусствах, победил воинов Великого Юэ с абсолютным преимуществом. Это была отличная новость для него.

Бу Цзинлань улыбнулся и повернулся, чтобы посмотреть на охранника позади него. “Ах Да, проиграл. А, Банда, ты иди попробуй”. После того, как он закончил говорить, кубок с вином в его руке слегка повернулся, но, возможно, из-за того, что он не мог держать его устойчиво, золотой кубок с вином выпал из его руки.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Она только почувствовала, как мелькнула тень, и кубок с вином в руке Бу Цзинланя был благополучно принят кем-то, кто был именно человеком по имени А Ган. Он опустился на одно колено и почтительно поднял чашу над головой. “Хозяин”.

Бу Цзинлань улыбнулся и небрежно сказал: “Теперь это твое”.

“Спасибо тебе, Учитель!” Мужчина поднял кубок и одним глотком выпил вино. Он поднял голову, чтобы посмотреть на высокую арену, и сделал полшага назад. Затем он подпрыгнул, даже не оттолкнувшись, и приземлился на арене, как проворный орел-коршун.

Зрачки Шэнь Нинхуа внезапно сузились. Навыки этого человека в боевых искусствах были явно намного лучше, чем у предыдущего. Чу Цзюньи был способен победить его, но его козырная карта, скорее всего, была раскрыта.

На сцене, после того, как А Ган приземлился на землю, он уставился на Чу Цзюньи и сказал: “Ты очень силен”.

Чу Цзюньи скривил губы и сказал: “Раз ты знаешь, почему ты все еще осмеливаешься подойти?”

А Ган проигнорировал слова Чу Цзюньи и продолжил: “Я последовал за своим Учителем в Даань, чтобы победить всех здешних противников. Ты будешь первым человеком, которого я убью.”

Чу Цзюньи холодно рассмеялся. “Ветер слишком силен. Ты не боишься сломать себе язык, когда говоришь? Я только что сломал четыре ребра твоему приятелю. Поскольку ты сильнее его, я просто сломаю пять твоих.”

А Ган ничего не сказал. Его глаза были наполнены нарастающим боевым настроем. Он сжал кулак с оттопыренным средним пальцем и нанес удар в грудь Чу Цзюньи.

Все внизу не могли удержаться от восклицания. Какой коварный ход! Если это движение попадет в цель, оно может полностью раздробить грудную кость человека.

Чу Цзюньи остался там, где он ничего не боялся. В тот момент, когда кулак А Гана сомкнулся, его пять пальцев превратились в когти и вцепились в запястье А Гана. Его яростная внутренняя сила вырвалась наружу, и раздался резкий трескучий звук. Запястье А Гана немедленно издало звук ломающихся костей.

“Эти твои руки такие порочные, так что нет необходимости их держать”. Чу Цзюньи хлопнул в ладоши, и его лицо похолодело. Бу Цзинлань действительно был порочен. Если бы на арене вместо него соревновались другие офицеры, удар полностью искалечил бы их, а лицо Даана было бы полностью растоптано на земле.

Хотя одно из его запястий было сломано, А Ган не выказал ни малейшего проявления боли. Он даже не нахмурился, как будто вообще не был ранен. Он спрятал сломанную руку за спину и немедленно яростно атаковал Чу Цзюньи другой рукой.

Чу Цзюньи не продолжал уворачиваться, как раньше. Взмахнув рукавом и услышав свист ветра, они вдвоем яростно сражались друг с другом.

“Бах!”

Чу Цзюньи убрал ноги и холодно посмотрел на человека, лежащего на земле. Он был очень удивлен. Навыки этого человека в боевых искусствах были очень высоки, и еще более удивительно, что он, казалось, не боялся боли. Независимо от того, было ли сломано его запястье или нога, он не издал ни единого звука. Как был обучен такой человек? Если бы таких людей использовали для борьбы с Дааном в будущем, ситуация, вероятно, была бы очень серьезной.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Это выступление А Ганга было не просто ненормальным. Оно было поистине таинственным. И тайна эта не сулила ничего хорошего. Независимо от того, сколько страданий человек был способен вынести, от него определенно ожидали болезненных спазмов после получения серьезных травм. Это было нечто неподвластное человеческому телу. Тем не менее, А Ган не выказал ни малейшей боли. Она с первого взгляда поняла, что с ним что-то не так.

Размышляя об этом, она невольно скользнула взглядом по кубку с вином, стоявшему перед Бу Цзинланом. Бу Цзинлань угостил А Гана чашей вина перед тем, как тот вышел на сцену. Была ли какая-то связь между этими двумя проблемами? Увидев, что дворцовая служанка вышла вперед и поменяла кубки с вином на столе Бу Цзинланя, Шэнь Нинхуа повернулся, чтобы посмотреть на Бейли Аннинг, и сказал: “Ваше высочество, кубки с вином, которые меняли на банкете, будут вымыты?”

Бейли Аннинг очень внимательно смотрела на арену. Услышав слова Шэнь Нинхуа, она на мгновение была ошеломлена, прежде чем ответить: “Хм, да, что случилось?”

“Попроси дворцовую служанку сохранить кубок с вином, которым Бу Цзинлан поил А Гана. Мне нужно кое-что проверить.”

Бейли Аннинг огляделась вокруг и поняла, что Шэнь Нинхуа, возможно, что-то обнаружила. Она кивнула и повернулась, чтобы отдать приказ дворцовой служанке Цю Ши.

На арене человек по имени А Ган больше не мог стоять, но он все еще был похож на загнанного зверя, постоянно рыча на Чу Цзюньи и нападая на него. Чу Цзюньи нахмурился и пинком вышвырнул его с арены. Он издали посмотрел на Бу Цзинланя и сказал: “Ваше высочество, это скучная игра, в которой соревнуются один на один. Пусть оставшиеся восемь позади вас поднимутся вместе, чтобы я мог быстро закончить соревнование и спуститься вниз, чтобы насладиться соревнованиями между дамами”.

“Ха-ха, это верно. На что там смотреть, если исполнители - мужчины?”

“Слова имперского редактора Чу разумны”.

"Да."

Многие офицеры громко аплодировали и насмешливо смотрели на Бу Цзинланя. Прямо сейчас поговорка “тот, кто пошел за шерстью, вернулся домой остриженным” была лучшим описанием для него. Смотри, выражение его лица было другим, чем раньше.

Выражение лица Бейли Цинцана полностью прояснилось. Он с удовлетворением посмотрел на Чу Цзюньи, который стоял высоко на арене. Воин Великого Юэ был сбит с ног без сознания, но Чу Цзюньи сохранил свое грациозное поведение. Такой резкий контраст заставил его сердце почувствовать себя еще более непринужденно.

Бу Цзинлань прищурил глаза, и кубок с вином в его руке издал хрустящий звук и разбился на куски. Он поставил кубок с вином и спокойно вытер вино с руки. Он повернулся к разъяренным охранникам позади него и сказал: “Поскольку Имперский редактор Чу прямо сказал эти слова, вы можете последовать его совету и подняться вместе”.

“Да, хозяин”. Восемь человек ответили чрезвычайно громким голосом, в котором слышался неконтролируемый гнев.

Видя, как оставшиеся восемь человек гневно выбегают на арену, Бу Цзинлань больше не обращал внимания на сцену на арене. Независимо от того, смогли бы его люди выиграть этот раунд или нет, для него это уже был провал. Поскольку результат был ясен, ему больше не нужно было обращать на это внимание.

На этот раз восемь Великих воинов Юэ не сказали Чу Цзюньи ни слова после того, как поднялись наверх. Они сразу же начали нападать на него. Немедленно боевой настрой поднялся вверх и вниз со всеми видами яростных движений, заставляя кровь людей под ареной кипеть от возбуждения.

Чу Цзюньи больше не скрывал своего таланта. Этот раунд соревнований был еще более захватывающим, чем два предыдущих. Воинов постоянно сбрасывали с арены, образуя на земле небольшую гору.

“Бах!” В тот момент, когда последнего Великого воина Юэ вышвырнули с арены, Чу Цзюньи спрыгнул и встал на небольшую гору людей. Он топал ногами и наступал на этих людей. Холодная улыбка появилась в его глазах. “Пожалуйста, извините меня”.

Бу Цзинлань улыбнулся, как будто не испытывал ни малейшего унижения из-за проигранного матча. Он хлопнул в ладоши и сказал: “Хорошо, Имперский редактор Чу действительно специалист по боевым искусствам. Если возможно, я обязательно обменяюсь с вами навыками боевых искусств”.

“Это не проблема. Мне больше всего нравится обмениваться с другими навыками боевых искусств.” Когда Чу Цзюньи говорил, он намеренно приложил немного силы к ногам, и у человека, который был на нижнем уровне “горы людей”, уже был фиолетовый цвет лица. Закончив говорить, он спрыгнул с горы и опустился на колени рядом с Бейли Цинканом. “Приветствую вас, Ваше Величество. Соревнование окончено. К счастью, я не обманул доверия Вашего величества.”

“Хорошо, быстро вставай. Кто-нибудь, дайте ему три кубка вина в качестве награды.”

Чу Цзюньи взял чашу с резным рисунком дракона и выпил вино одним глотком. “Благодарю вас, ваше величество”.

“Ха-ха, похоже, то, что сказал Шестой принц, верно. С твоими навыками боевых искусств ты действительно можешь стать военным офицером. Как насчет того, чтобы я повысил тебя до четвертого ранга субпрефекта Столичной стражи?” Все в столице знали, что должность субпрефекта Столичной стражи уступала только должности губернатора Столичной Стражи, поэтому ее можно было считать чрезвычайно влиятельной должностью.

“Благодарю вас, ваше величество”.

Бу Цзинлань слегка наклонил голову и выпил вино. Улыбка в его глазах мгновенно полностью исчезла и сменилась нахлынувшей холодностью и гневом. Тот, кто увидел бы это, пришел бы в ужас.

На этот раз официальные лица из Даана взяли инициативу в свои руки и сказали: “Мужское соревнование окончено. Начнем ли мы женские соревнования? Интересно, кого Шестой принц пошлет на этот раз?”

Бу Цзинлань поднял голову, и выражение его лица вернулось к нормальному. Его улыбка была нежной, и он не выказывал ни малейшего следа депрессии. “Лорд Чу преподал мне хороший урок. Я больше не смею быть высокомерным. Ваше Величество, могу я указать человека для участия в конкурсе?”

Женские соревнования никак не повлияют на общую ситуацию. Бейли Цинцан был в хорошем настроении и не возражал. Он кивнул и сказал: “Хорошо, с кем ты хочешь посоревноваться?”

Шэнь Нинхуа подняла голову, и уголки ее губ слегка приподнялись. Казалось, что на этот раз настала ее очередь выходить на сцену.

И действительно, Бу Цзинлань посмотрел в сторону Шэнь Нинхуа. “Принцесса префектуры Чжаохуа, вы готовы принять участие в конкурсе?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и усмехнулась. След холодности промелькнул в ее черных как смоль глазах. “Как вы сказали, это в основном для обмена и общения, так что я очень хочу. Однако лорд Чу быстро закончил соревнование, и я хотела бы последовать его примеру. Пусть все десять из них поднимутся вместе”.

“Отлично, мне всегда нравится сообразительность Нинхуа”. Бейли Цинцан от души рассмеялась и посмотрела на Шэнь Нинхуа влюбленными глазами. “Нинхуа, не пытайся быть храброй. Это просто соревнование. Это не будет иметь значения, если ты проиграешь”.

Шэнь Нинхуа встала и подошда к Бейли Цинкану. Она почтительно, но с достоинством поклонилась. “Поскольку вы приняли меня как свою дочь, несмотря на отсутствие родословной, я не потеряю лицо королевской семьи. Не волнуйся, отец Император. Я обязательно выиграю!”

“Ха-ха, хорошо, это моя дочь!” Бейли Цинцан громко рассмеялся, обращаясь с Шэнь Нинхуа даже более интимно, чем со своей собственной дочерью.

Шэнь Нинхуа развернулась и пошла к арене. На ходу она сказала: “Говорят, что женщины ничем не хуже мужчин. Лорд Чу соревновался на арене, так что мы, девушки, тоже должны соревноваться на арене.”

Улыбка Бу Цзинланя несла в себе следы злого умысла. “Хорошо, но если в конкурсе будет слишком много предметов, это будет пустой тратой времени. Как насчет того, чтобы вы все посоревновались в танцах на одном дыхании?”

Шэнь Нинхуа стояла перед лестницей. Затем она медленно поднялась по лестнице и сказала: “Почему бы и нет? Какой бы ни была игра, я буду сражаться с противником до конца!”

Глава 123 - Она Затмила Всех Красавиц

Шэнь Нинхуа сразу согласилась. Но бедный Чу Цзюньи! Его сердце ухнуло куда-то в пропасть, а затем мгновенно подскочило к горлу. Десять служанок выглядели стройными. Их шаги были такими легкими, что они не оставляли никаких следов на земле. Это означало, что все они были искусны в боевых искусствах. Может быть было бы лучше, если бы они соревновались по другим предметам, но соревнование касалось только танцев. Кроме того, соревнование проходило на высокой арене. Если бы кто-то намеревался причинить вред Шэнь Нинхуа и намеренно столкнул бы ее с арены, то несомненно, она была бы в опасности.

Шэнь Нинхуа, казалось, не заметила ничего необычного. Она продолжала уверенно подниматься на высокую арену. Сегодня ее макияж был чрезвычайно изысканным. На ней было красное одеяние, а ее воротник и рукава были расшиты золотыми линиями. Каждый ее шаг, казалось, излучал свет, который в сочетании с ее несравненной красотой ошеломлял многих людей под ареной.

Шэнь Нинхуа остановилась и повернулась в полоборота, чтобы посмотреть в сторону Чу Цзюньи. “Я слышала, что лорд Чу очень хорошо играет на Гуженге. Не могли бы вы быть моим аккомпаниатором?”

Как мог Чу Цзюньи отказать ей? Он взял Гуженг из рук музыканта и, взмахнув рукавом, вышел на арену. Его движения были чрезвычайно ловкими, создавая резкий контраст с его предыдущей прогулкой по арене. Выражение лица Бу Цзинланя сразу же стало угрюмым. Чу Цзюньи явно притворялся неуклюжим, чтобы скрыть свою настоящую силу.

Чу Цзюньи подошел к Шэнь Нинхуа и прошептал ей: “Эти женщины хороши в боевых искусствах. Будь осторожна.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и тайком моргнула глазами. На этот раз Бу Цзинлань пришел подготовленным и специально указал танцы в качестве предмета соревнования, поэтому он должен быть очень уверен в себе. Она же ожидала, что эти служанки будут не обычными девушками-прислужницами, и именно поэтому позвала Чу Цзюньи. Если бы что-нибудь действительно случилось, он мог бы защитить ее.

Десять девушек вышли на арену и встали напротив Шэнь Нинхуа на другой стороне арены. Чу Цзюньи держал Гужэн. Вместо того чтобы попросить столик, чтобы положить на него Гужэн, он сел прямо на землю недалеко от Шэнь Нинхуа и положил Гужэн себе на колени. Его руки двигались, и из них лились мелодии. Звучание Гужэна было чистым, а выступление Чу Цзюньи придало ему некоторую изысканную церемонность и торжественность.

Десять женщин из Грейт Юэ перемигнулись друг с другом. В тот момент, когда зазвучала музыка, они закружились вокруг Шэнь Нинхуа. Они были одеты в традиционную одежду Великого Королевства Юэ, и их обтягивающие белые платья были туго стянуты на талии. Однако в тот момент, когда они подняли руки, зрители с восхищением увидели, что талии девушек обнажаются. И это сразу же привлекло внимание всех, кто находился под ареной, и конечно же, особенно мужчин.

Их танцевальный стиль был очаровательным. Под звуки музыки они изгибали свои фигуры и пожимали плечами, создавая плотную атмосферу красоты на всей арене. Сердцебиение людей под ареной было похоже на барабанный бой. Они вытянули шеи и пошли вперед, жалея, что не могут задержать взгляд на женских телах.

В одно мгновение фигура Шэнь Нинхуа была вытеснена в сознании зрителей на второстепенный план и заменена той атмосферой, которую эти женщины намеренно создали.

Бейли Аннинг сжала кулаки под ареной. Тень беспокойства промелькнула в ее глазах. После долгих тренеровок у этих женщин возникло молчаливое взаимопонимание друг с другом. Оборачиваюсь, оглядываюсь назад, прыгаю вперед…Каждое движение, которое они выполняли, полностью отображало уникальный стиль Великого Юэ.

Видимо, на этот раз Нинхуа просчиталась. Конечно, к великому счастью, Чу Цзюньи выиграл предыдущее соревнование. И даже если бы она проиграла, результат был бы не так уж плох.

Многие трезвомыслящие чиновники Даана втайне в сердцах покачали головами. Вероятно, на этот раунд надежды не было.

Как раз в тот момент, когда у всех были разные мысли, внезапно прозвенел ясный звонок. Звук колокола не был очевиден в аккомпанементе Гужэна, но он явно проник в уши каждого, заставляя их умы трепетать. Многие чиновники очнулись от наваждения и огляделись в поисках источника звука.

Переполох разбудил довольно много людей. Осмотревшись некоторое время, они не обнаружили никакого колокольного звона. Они мгновенно пришли в замешательство.

Бу Цзинлань нахмурился. Этот звонок полностью нарушил атмосферу, которая только что была создана на арене!

Как раз в тот момент, когда все собирались снова насладиться танцем на высокой арене, снова прозвенел звонок.

“Смотрите, принцесса префектуры Чжаохуа!”

На арене торжественно стоял Шэнь Нинхуа. Ее красное платье было подобно пылающему огню. Она высоко держала в руке складной веер, а цепочка золотых колокольчиков из чистого золота на ее запястье бросалась в глаза зрителям. Внезапно она встряхнула рукавами и издала цепочку холодных и приятных звуков колокольчика. Сопровождающий Гужэн мгновенно изменил мелодию, чтобы она соответствовала звуку колокола. Танец десяти Великих женщин Юэ мгновенно стал беспорядочным. Они поспешно подстраивали свои шаги под музыку. Некоторые из них даже намеренно изменили свои позиции, чтобы блокировать Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа совершенно не обращала внимания на них. Складной веер в ее руке со свистом раскрылся. Она свернула его в красивый цветок и подпрыгнула в такт мелодии.

Вначале ее движения были незаметны, и поскольку окружающие женщины намеренно заслоняли ее, люди могли видеть ее только время от времени. Однако это вызвало у всех, кто находился под ареной, желание видеть ее чаще.

Постепенно аккомпанемент Гужэна и звук колокольчика начали идеально сливаться и танец Великих женщин Юэ также неосознанно изменился. Шэнь Нинхуа постепенно стала контролировать ритм танца всей арены.

Складной веер в ее руке был похож на обрывок бечевки. Он поворачивался, раскачивался, открывался, закрывался, скручивался, кружился и плавно изгибался, как полет дракона или танец феникса, что крепко захватывало сердце каждого.

Красное платье, складной веер и цепочка золотых колокольчиков. Она исполнила самый красивый танец перед всеми, как фея. Женщины Великого Королевства Юэ уже давно стали ее фоном, и все могли видеть только красную вспышку в их глазах. Их разум был полностью захвачен и они даже перестали моргать. Это красное платье было подобно пылающему пламени, которое, казалось, обжигало их глаза и пронизывало до глубины души.

Чу Цзюньи чуть не остановился в своей игре на Гуженге, который держал в своих руках. Он просто подсознательно так же попал под влияние с этим звуком колокола. Его сердце билось как барабан, а барабанные перепонки дрожали. Он хотел держать красную фигуру в своих объятиях, даже если бы пылающий огонь превратил его в пепел.

Шэнь Нинхуа вскочила. Ее платье и рукава развевались. Она была похожа на фею с Девяти Небес, которая собиралась подняться в небо вместе с ветром. Зрители сжали кулаки и хотели протянуть руку, чтобы прикоснуться к ней, но они боялись испачкать платье и осквернить эту фею, поэтому они могли только следить за ней своими взглядами.

Как раз в тот момент, когда все они почти не могли удержаться от крика, белая фигура врезалась в красную фигуру, заставив ее внезапно упасть на арену.

“Ах!”

“Небеса”.

”Фея..."

В то время как все хотели яростно разорвать на части этих одетых в белое женщин, Чу Цзюньи спрыгнул вниз. Он ухватился за развевающиеся рукава и крепко обнял Шэнь Нинхуа в своих объятиях.

Чу Цзюньи тяжело дышал. Когда он увидел, как Шэнь Нинхуа падает с арены, он был так напуган, что забыл дышать. ”Нинхуа..."

Лоб Шэнь Нинхуа был покрыт потом, но ее глаза были яркими, как пламя. “Я в порядке”.

Когда они вдвоем оказались на земле, Чу Цзюньи все еще чувствовал затаенный страх в своем сердце. Он никогда бы не отпустил эту девушку!

Бу Цзинлань снова держал в руке кубок с вином. Однако на этот раз это было не потому, что его люди проиграли, а потому, что его люди чуть не ранили Шэнь Нинхуа. Он только хотел разузнать о Шэнь Нинхуа, когда пришел сюда, но теперь он действительно хотел вернуть эту девушку.

Он встал и собирался объяснить, когда императрица Чжао Хуэйин, сидевшая рядом с Бейли Цинцан, внезапно бросила чашку, которую держала в руке, на землю.

Все были шокированы и встали, чтобы извиниться.

Лицо Чжао Хуэйин было искажено гневом, и она сказала с глубокой яростью: “Шестой принц, женщины, которых вы привели, действительно смелые. Как они посмели причинить вред принцессе префектуры Чжаохуа на глазах у Его Величества и меня? Ты действительно думаешь, что можешь быть таким самонадеянным?”

Выражение лица наследного принца изменилось. Ее величеству никогда не нравилась Шэнь Нинхуа, так почему же она открыто защищает ее сегодня?

Бейли Цинцан, однако, согласился с Чжао Хуэйин. Он нахмурился и посмотрел на Бу Цзинланя внизу, ожидая его объяснений.

Бу Цзинлань немедленно выступил вперед и поклонился Чжао Хуэйин. “Пожалуйста, извините меня, ваше величество. Я тщательно расследую это дело и принесу все должные извинения принцессе префектуры Чжаохуа”.

Чу Цзюньи неохотно отпустил Шэнь Нинхуа и заставил себя подавить желание обнять ее подольше. Он повернулся, чтобы посмотреть на Бу Цзинланя, и его глаза уже были полны ярости.

Десять служанок на арене были окружены стражей и они опустились на колени на землю. Их лица побледнели, пока они ждали вердикта.

Чжао Хуэйин шагнула вперед, и ее красивые брови сошлись вместе. “Правосудие? Хех, есть ли какая-то необходимость в расследовании, прежде чем вершить правосудие? Позвольте мне спросить вас, кто эти женщины?”

Бу Цзинлань был потрясен. “Они мои служанки”.

Чжао Хуэйин выглядел еще более сердитым. “Служанки? Как ты посмел использовать своих служанок, чтобы конкурировать с принцессой префектуры Чжаохуа? Что, ты думал, что Великое Королевство Юэ может смотреть на Да'ан свысока?”

“Нет, я совершенно не желал нанести оскорбления вашему королевству”.

Чжао Хуэйин продолжила: “Поскольку у тебя не было такого намерения, тогда покажи мне свое отношение и убей этих служанок в качестве извинения перед принцессой префектуры Чжаохуа”.

Выражение лица Бу Цзинланя изменилось. Он старательно воспитывал этих женщин и не желал терять ни одну из них. “Ваше величество, я убью девушку, которая напала на принцессу префектуры Чжаохуа, в качестве извинения. Остальные...”

Чжао Хуэйин сердито выругалась: “Ты только что сказал, что не смотришь свысока на Даана, но теперь ты даже не хочешь убить нескольких служанок по моей просьбе. Тогда, если бы ты действительно женился на женщине из нашей страны, разве ты не замучил бы ее до смерти?”

“Нет, ваше величество...”

“Хм, тебе больше не нужно ничего объяснять. Кто-нибудь, задержите этих дерзких служанок и накажите их по обвинению в попытке убийства принцессы префектуры!” Чжао Хуэйин нахмурилась и отдала приказ. Увидев, что горничных сопроводили вниз, выражение ее лица стало немного мягче. Она повернулась к Бу Цзинланю, который хотел продолжить спор. “Шестой принц, если ваш отец недоволен тем, как я обращаюсь со служанками, вы можете попросить его написать мне. Я лично объясню ему это”.

“Я не смею. Они всего лишь горничные. Ваше величество вольны обращаться с ними так, как вам заблагорассудится.”

Чжао Хуэйин высокомерно улыбнулась. Она встала и вернулась на свое место. Служанки позади нее были так напуганы, что даже не осмеливались поднять головы.

Бейли Цзиньчуань пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа и в глубине души был крайне удивлен. Хотя Ее Величество придавала большое значение правилам Дворца, обычно она относилась к людям очень доброжелательно. Редко когда она была в такой ярости. Теперь она сурово отчитала Великого посланника Юэ от имени Шэнь Нинхуа, которая ей не очень нравилась. Это было крайне удивительно и необычно! Хотя он не понимал, почему Ее Величество сделала это, у него была слабая надежда, что все это, казалось, имело какое-то отношение к Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа была защищена Чу Цзюньи и не пострадала. В этот момент она шагнула вперед и почтительно поклонилась Чжао Хуэйин. “Благодарю вас, ваше величество”.

Глава 124 - Даже семья Сяо

Поведение Чжао Хуэйин на дворцовом банкете заставило многих людей пересмотреть значимость фигуры Шэнь Нинхуа и ее положение во вдворце. В конце банкета Особняк принцессы префектуры уже был заполнен различными поздравительными подарками.

Шэнь Нинхуа оглядела комнату, которая была полна самых красивых и изысканных подарочных коробок. Она небрежно достала одну из них и открыла ее. В ее глазах тут же вспыхнула улыбка. Подарок, который она открыла, был вручен губернатором Столичной стражи. Этот человек действительно понимал ее предпочтения. Вместо того чтобы подарить ей шелк или драгоценности, он послал ей коробку с серебряными банкнотами.

В прошлый раз, когда умерла Вторая принцесса, он начал свое расследование с семьи Чжоу. Хотя он не подтвердил причину смерти Второй принцессы, он случайно нашел доказательства того, что семья Чжоу брала взятки. Его Величество, казалось бы, наказал его, но вскоре после этого он нашел предлог увеличить ему жалованье. Разумеется, это решение было принято под чьим-то влиянием. И понятное дело, чье влияние сыграло свою роль. Поэтому, чтобы поблагодарить Шэнь Нинхуа за ее руководство, его подарок был исключительно щедрым. Он прислал более 6000 таэлей серебра.

Шэнь Нинхуа поставила коробку и дала несколько распоряжений Би Чжу, которая ждала в стороне. “Откройте все эти подарочные упаковки, зарегистрируйте подарки и положите их на склад. Кроме того, возьмите горшок с орхидеями из теплицы и отправьте его губернатору Столичной стражи. Я слышала, что его жена очень любит орхидеи.”

“Да, мисс”.

Отдав приказ, Шэнь Нинхуа вернулась во двор Жуйси.

Бай Руо принесла стопку приглашений, при этом на ее лице было очень странное выражение. “Мисс, эти приглашения были присланы вам из разных семей. А некторые приглашения были присланы от свах. Хун Лин тайком провел некоторые исследования и обнаружил, что почти во всех этих семьях были молодые люди вашего возраста...”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Вы могли бы прямо сказать, что эти семьи хотели бы сделать мне предложение руки и сердца для своих сыновей”.

“Мисс, вы уже догадались об этом? Я отобрала несколько из них, которые выглядели весьма впечатляюще. Вы хотите выбрать кого-нибудь для встречи?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и взглянула на нее. “Ты что, беспокоишься, что я не смогу выйти замуж?”

"Нет! Ни в коем случае я не имела это в виду!” Служанки, которые прислуживали ей, лучше, чем кто-либо другой, знали, насколько красива их мисс. Несмотря на то, что они видели ее лицо каждый день, они все равно время от времени любовались ее внешностью. Ее красота уже превзошла красоту обычных симпатичных девушек, и одного взгляда хватало, чтобы внешность Шэнь Нинхуа глубоко запечатлелась в сердцах людей. И они не смогли бы забыть это, даже если бы захотели.

Шэнь Нинхуа тихо улыбнулась и потянулась за экземпляром Священного Писания Велюрияма. “Раз ты не беспокоишься, тогда забери эти приглашения и сожги их”.

“Сжечь их всех?”

"Да."

“...Да, мисс”.

Чу Цзюньи толкнул дверь и вошел. Увидев стопку приглашений в руках, Бай Руо, его веки дрогнули. Казалось, что ему нужно как можно скорее жениться на своей прекрасной возлюбленной. В противном случае его постоянно бы обуревало чувство ревности от одной мысли, что, кто приставал к его возлюбленной! Ему хотелось разрезать их всех на куски.

“Нинхуа, что ты читаешь?”

Шэнь Нинхуа подняла голову и сказала: “Почему ты здесь? Разве Его Величество не вызвал вас в Императорский кабинет, чтобы кое-что обсудить?”

“Конечно, я пришел сюда после обсуждения. Его Величество только похвалил меня. Больше ничего нет. Я видел, как Бай Руо выносила стопку приглашений. И если ты только захочешь, все свахи королевства начнут обивать порог твоего дома”.

На эту прозвучавшую тираду Шэнь Нинхуа даже не подняла головы и продолжила читать свиток, который держала в руке. "Да."

Чу Цзюньи поперхнулся. Что означало это “да”? Хотела она этого или нет?

“Нинхуа, позволь мне сказать тебе. Молодые хозяева из аристократических семей внешне выглядели красивыми и честными, но ты не знаешь, насколько они испорчены и дурно воспитаны на самом деле. Возьмем, к примеру, старшего сына министра доходов. В прошлом году он занял третье место на императорском экзамене и до сих пор не женат. Он нравится многим молодым леди. Но на самом деле его отец и мать вот-вот умрут от беспокойства за него. Он влюбился в свою служанку и настаивает на женитьбе на этой ничтожной служанке.”

“Это так?” Шэнь Нинхуа пролистала страницы, которые держала в руке, и не выказала ни малейшего беспокойства.

Чу Цзюньи продолжил. “Есть также Второй Молодой Мастер из освященного веками Клана Ван. У его старшего брата много наложниц. Ему всего двадцать, но он уже переспал со многими своими служанками. Я слышал, что его бабушка относится к нему как к сокровищу и позволяет ему целый день болтаться на заднем дворе.”

“Хорошо”.

Видя, что на Шэнь Нинхуа его информация пока не произвела впечатления, Чу Цзюньи выхватил книгу у нее из рук и сказал: “Есть также семья Левого Цензора Чжана, семья вице-министра ритуалов Ци. Ни один из молодых хозяев в семьях не является человеком моральной чистоты. Это просто люди с ложной репутацией. Ты должна быть осторожна, чтобы другие не смогли тебя обмануть!”.

Шэнь Нинхуа с трудом подавила улыбку в своем сердце. Она подняла голову и взяла обратно Священное Писание, которое он выхватил.

Только тогда Чу Цзюньи увидел, что книга в ее руке на самом деле была Священным Писанием Велюриям, буддийской Сутрой, и его сердце затрепетало. Не слишком ли он преувеличил и не напугал ли ее? Если бы его прекрасная возлюбленная разочаровалась в мире смертных, ему пришлось бы жить одному всю свою жизнь!

“Нинхуа, в аристократических семьях все еще есть несколько хороших молодых мастеров. Не впадай в крайности”.

Шэнь Нинхуа подняла брови. “Я слышала, ты сказал, что общая ситуация очень серьезная. Есть ли здесь какой-нибудь хороший человек?”

“Конечно”, - Чу Цзюньи поднял голову. “Он далеко на горизонте и прямо перед вами. Теперь я стою прямо здесь”.

“У тебя нет горничной в спальне?”

“Конечно, нет. Все мои слуги - мужчины. Среди моих слуг вообще нет женщин.” Чу Цзюньи торжественно поклялся. У него уже был кто-то, о ком он заботился больше всего в своем сердце. Никакие другие женщины не могли привлечь к себе ни малейшего внимания с его стороны.

“Я слышала, что в предыдущей династии были мужчины, которые любили мужчин. Рядом с тобой нет ни одной женщины. Это тебе не кажется ненормальным?”.

“Нинхуа, не говори ерунды. Мне нравишься только ты”. Мужчины... От одной мысли, что он, мужчина может полюбить или вступить в связь с другим мужчиной…Нет, он не мог продолжать даже думать об этом!

Шэнь Нинхуа слегка скользнула взглядом по его серьезному лицу и изобразила полуулыбку. “Что ж, в таком случае, ты - хороший выбор”.

Чу Цзюньи несколько раз кивнул головой. "Конечно. Не читайте больше такие Священные Писания. Что там можно почитать? Сегодня ты сделала себе громкое имя. Я не знал, что ты так хорошо танцуешь.”

Видя, как он далеко отбрасывает Священное Писание, Шэнь Нинхуа было все равно. “Я просто несколько дней училась танцевать кое с кем. Я не узнала и трети истинного обаяния этого человека. Кроме того, причина, по которой танцы выглядели так сногсшибательно, заключалась в том, что тебя обманули.”

“Ммм… Обманули? Кто-то сделал что-то особенное?”

Шэнь Нинхуа слегка нахмурилась. “У всех танцоров, которых привел Бу Цзинлань, были очаровательные фигуры и слабый аромат их тел, который становился особенно заметным, когда они потели. Я слышал, что в Великой Юэ есть секретная техника, которая воспитывает девственниц с детства и не дает им нормальной пищи. Вместо этого их кормят всевозможными зачарованными растениями. Как только эти девочки вырастут, у них будет естественный аромат тела. Этот аромат обладает завораживающим эффектом и может заставить людей впасть в оцепенение”.

“Существует ли на самом деле такой чудесный метод?” Чу Цзюньи был потрясен.

"Да." Она не слышала об этом раньше. Она прочитала это по рукописям, оставленным бабушкой. “Каждая женщина, воспитанная таким образом, является редкой красавицей. Обычно их рассылают различным высокопоставленным чиновникам в качестве секретного средства для захвата власти”.

Выражение лица Чу Цзюньи стало серьезным. “Есть ли способ справиться с таким типом женщин?”

“Природа следует принципу взаимного поощрения и сдержанности. Естественно, есть способ. Если нет никакого способа, то как я избавилась от этих женщин на банкете?”

“Ты хочешь сказать, что императрица была так зла на банкете из-за того, что ты сыграла какую-то шутку?”

“Не совсем шутку. Ты должен был заметить, что звук золотых колокольчиков в моей руке чрезвычайно ясен и может освежить разум человека”.

“Да, когда прозвенел звонок, многие люди пришли в себя”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Но для некоторых людей с острым слухом этот звук колокольчика был слишком резким. Это вызвало у них раздражение, и поэтому их ярость была неконтролируемой”.

“Ты имеешь в виду, что раздражала императрицу звуком колокольчиков? Но здесь так много людей, и императрица была не самой близкой к тебе. Как ты могла контролировать ее?”

“Ты помнишь аромат Ледяной Души, который я подарил принцессе Аннинг некоторое время назад? Этот вид специй может помочь людям хорошо выспаться, но при употреблении с морепродуктами он может усилить все ваши пять чувств. А императрица была самой большой поклонницей морепродуктов во Дворце. У других императорских наложниц или принцесс не так много морепродуктов в рационе.”

Глаза Чу Цзюньи были полны удивления. “Нинхуа, ты даже это вычислил”. Его возлюбленная была не только красива, но и исключительно умна. При мысли об этом в его сердце зародилось чувство гордости, и он невольно рассмеялся.

Увидев, что Чу Цзюньи внезапно рассмеялся, Шэнь Нинхуа был несколько озадачена. “Не говори только обо мне. Почему ты вдруг раскрыл свои навыки боевых искусств, которые так долго скрывал? Если бы кто-нибудь заметил, что что-то не так, они, вероятно, доставили бы тебе неприятности.”

“У меня и так сейчас довольно большие неприятности. Императрица начинает подозревать семью Сяо, и я, естественно, являюсь объектом ее подозрений. Так что я мог бы с таким же успехом просто встать перед всеми, чтобы у нее возникли некоторые опасения. Самое главное, я собираюсь жениться на тебе. Просто быть приемным сыном семьи Сяо далеко не достаточно.”

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала. Она не ожидала, что сама была частью причины. Она почувствовала, что ее тронули слова Чу Цзюньи. Однако, увидев его самодовольное выражение лица, она тут же тряхнула головой и усмехнулась. “Даже если сейчас тебя ценит император, ты всего лишь субпрефект Столичной стражи. Хотя четвертый ранг не так уж низок, этого все равно недостаточно, чтобы жениться на мне.”

“Нинхуа, если мой ранг будет достаточно высок, ты готова выйти за меня замуж?”

Шэнь Нинхуа холодно сказала: “Ты забыл о пари? У тебя все еще есть хорошая сестра, Сяо Хуаньси. Если она не прислушается к твоему совету и выйдет замуж за пределами столицы, но будет искать неприятностей со мной, тогда я вольна буду поступить с ней по-своему. Ты должен знать, что я всегда была безжалостна. Для меня уже редкость - оставлять ее в живых. Когда семья Сяо и я станем смертельными врагами, как приемный сын семьи Сяо, сможешь ли ты жениться на враге как на своей жене?”

Взгляд Чу Цзюньи был твердым, а улыбка на его губах - уверенной. “Нинхуа, тебе нужно только подумать о времени нашего брака. Нет необходимости думать ни о чем другом. Поскольку я тот, кто умоляет выйти за тебя замуж, я, естественно, позабочусь обо всех этих вопросах.”

Шэнь Нинхуа отвела глаза и холодно фыркнула. “Неважно”.

Чу Цзюньи снисходительно улыбнулся. Эта неприступная девушка редко чувствовала себя застенчивой. Если бы он не сосредоточил на ней все свое внимание, то определенно пропустил бы красноватый кончик ее уха. Казалось, что Нинхуа тоже испытывала к нему какие-то чувства, не так ли? Поскольку это было так, никто не мог помешать ему жениться на своей прекрасной возлюбленной, даже семья Сяо!

“Нинхуа, этот Бу Цзинлань кажется необычным. Будь более осторожна.”

“Да, я знаю”.

Бай Руо постучал в дверь и вошел с очень странным выражением лица. “Мисс, хозяин здесь”.

Шен Донг? Зачем он пришел сюда?

Глава 125 - Кто Бы Умер Собачьей Смертью?

Шэнь Нинхуа была в центре внимания на банкете. Взгляды всех присутствующих были прикованы к ней. Не понятно зачем Шэнь Донг пришел в это время, но она не могла отгородиться от него. Иначе уже на следующий день ее особняк был бы наводнен сплетнями.

“Бай Руо, приготовь чай, чтобы поприветствовать моего отца”.

“Да, мисс”.

Шэнь Нинхуа переоделась и направилась к воротам. Она поклонилась Шэнь Донгу и сказала: “Приветствую тебя, отец”.

По сравнению с их последней встречей, внешний вид Шэнь Донга был гораздо хуже. Он выглядел еще более изможденным и измученным. Когда он был премьер-министром, он уделял большое внимание сохранению своего здоровья, но теперь ему приходилось каждый день считать копейки, чтобы свести концы с концами. Огромная пропасть, которая отделила его нынешнего от того, кем он был в прошлом, заставляла его чувствовать себя все более и более невыносимо.

”Нинхуа". Губы Шэнь Донга шевельнулись, как будто он не знал, как смотреть в лицо этой дочери, стоящей перед ним.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было таким же, как обычно. “Отец, раз уж ты пришел, как я могу позволить тебе говорить за пределами особняка? Я приготовила немного чая. Пожалуйста, входите”.

Шэнь Донг кивнул и вошел в Особняк принцессы префектуры.

Теперь, когда он вернулся в то место, где жил раньше, в свой прежний дом, даже если он пришел с другой целью, он не мог не чувствовать, как трепещет его сердце. Сад, дарованный императором, сильно изменился. Без искусственных холмов и павильонов, которые ему нравились, особняк принял более утонченный и элегантный стиль. “Нинхуа, ты привыкла жить здесь одна?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Это всегда был мой дом. Как я могла к этому не привыкнуть? Все точно так же, как обычно.”

Шэнь Донг неловко улыбнулся. “Ты права”.

Войдя во двор Жуйси, Шэнь Донг был ошеломлен. Видя, что за пределами двора произошло много изменений, он подумал, что двор Жуйси тоже сильно изменится. Он не ожидал, что, кроме еще нескольких предметов обстановки, все остальное было точно таким же, как и тогда, когда он уходил. Он не мог не быть ошеломлен.

“Вот...”

“Хотя ты и уехал, это все еще тот двор, в котором ты жил раньше. Согласно правилам, я должна подвинуться, чтобы показать свою позицию владельца особняка. Однако, кроме добавления нескольких предметов мебели, больше ничего не изменилось. Если однажды ты сможешь вернуться, этот двор будет просто твоим”. У Шэнь Донга, должно быть, была своя цель, чтобы прийти сюда на этот раз, и эта цель может быть даже связана с Шэнь Линхань ь.

Шэнь Линхань была жемчужиной, в которой он души не чаял, когда она выросла. А Шэнь Нинхуа была просто развалиной и не могла сравниться с Шэнь Линхань ь. Хотя в прошлый раз у Шэнь Донга было небольшое намерение отказаться от Шэнь Линхань ь, кто знает, изменилось ли что-то за эти несколько дней.

Теперь она была принцессой префектуры, в то время как Шэнь Линхань была никем, кому предстояло провести остаток своей жизни в постели. Было очевидно, какая дочь была ему полезна. Если бы у Шэнь Донга была какая-то другая мысль, ему пришлось бы тщательно обдумать ее.

“Теперь я просто осужденный простолюдин. Как я смею мечтать об этом доме?” Сказал Шэнь Донг, но в его глазах горел огонь. Каким бы подавленным он ни был сейчас, ему не терпелось вернуть себе власть!

Шэнь Нинхуа опустила глаза и скрыла насмешку в своих глазах. “Что ты говоришь? У каждой собаки есть свои дни. Кто знает? Кстати, в прошлый раз моя сестра была ранена. Она выздоровела?”

Думая о Шэнь Линхань, Шэнь Донг внезапно вспомнил, зачем он пришел сюда сегодня. Он на мгновение заколебался. “Она... увы...”

“Отец, почему ты вздыхаешь? Травма моей сестры стала хуже?”

“Да, в прошлый раз, когда она вывихнула ногу, вся ее нога начала опухать. Теперь она даже не может встать с постели. Доктор Чжан также поставил ей диагноз. Он сказал, что... эта нога, вероятно, была искалечена.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа изменилось. “Это такая жалость”.

“Нинхуа, я знаю, что мне немного неуместно это говорить, но как старшая сестра Линхань , ты не должна смотреть, как ее жизнь разрушается, не предложив помощи, верно?”

“Отец, что ты имеешь в виду?” Вот оно, представление начинается..!

“Разве вы не знакомы с доктором Ченом? Почему бы тебе не попросить его вылечить Лингхань?”

“Отец!” - внезапно холодно крикнул Шэнь Нинхуа, заставив Шэнь Донга задрожать от шока. “Я притворюсь, что никогда об этом не слышала. Отец, не говори этого снова”.

Услышав такой резкий отказ, в сердце Шэнь Донга вспыхнуло горячее пламя. “Линхань - твоя младшая сестра. Ты хочешь увидеть, как она умирает, и ничего не сделать?”

“Если бы это было так, я бы не просил доктора Чжана лечить ее. Отец, ты знаешь только, что мы с доктором Ченом друзья, но почему бы тебе не подумать о смысле, стоящем за этим? Было чрезвычайно трудно добиться его признательности, но в критический момент эта маленькая частичка дружбы могла спасти жизни! Доктор Чжан Нянь и доктор Чен - хорошие друзья, и доктор Чен порекомендовал доктора Чжана нашему особняку. Медицинские навыки доктора Чжана так же хороши, как и у доктора Чэня. Каждый из них обладает своими собственными уникальными навыками. Если доктор Чжан точно сказал, что нога моей сестры не заживет, то это окончательный вывод. Даже если вы пригласите Золотого Бессмертного с небес, результат не изменится! Вы хотите упустить драгоценную возможность ради чего-то, что нельзя изменить?”

Шэнь Донг больше всего заботился об интересах. Он бы знал, как выбирать!

Конечно же, когда Шэнь Донг услышал слова Шэнь Нинхуа, он сразу же замолчал.

Шэнь Нинхуа продолжила. “Отец, разве ты раньше не очень восхищался доктором Чжаном? Почему на этот раз вы усомнились в его медицинских навыках?”

Шэнь Донг задрожал, вспомнив предыдущие слова Шэнь Линхань.

“Отец, Старшая сестра теперь принцесса префектуры. Даже что-то случайно просочившееся из ее промежутков между пальцами принесет нам большую пользу. Но она так долго носила титул принцессы префектуры и сделала себе громкое имя на дворцовом банкете, но мы не получили никаких льгот. Она явно забыла свои корни, кто она и откуда, и нас как своих родственников по крови. В таком случае, мы должны дать ей хорошее напоминание.”

“Что ты имеешь в виду? Ты все еще хочешь пойти против своей старшей сестры?”

“Отец, ты неправильно меня понял. Я калека, и мне больше не стоит идти против Старшей Сестры. Я просто обдумываю ситуацию за тебя. Разве тебе не надоела такая горькая жизнь? Разве Старшая сестра, как твоя дочь, не должна относиться к тебе как к своему родному отцу? Теперь, когда она заслужила достаточно внимания, тебе нужно только сообщить всем, что ты - родной отец принцессы Чжаохуа из префектуры, и что ты страдаешь, в то время как она купается в роскоши и богатстве, славе и почитании!”

Как мог Шэнь Донг не знать, о чем думала Шэнь Линхань ? Она только хотела угрожать Шэнь Нинхуа своей репутацией. Если возможно, то лучше всего было бы уничтожить ее. Он долго думал об этом, прежде чем, наконец, прийти в Особняк Принцессы префектуры.

Насмешка в глазах Шэнь Нинхуа становилась все более и более очевидной. “Отец, хотя сейчас я принцесса префектуры Чжаохуа, ты много лет был чиновником, так что ты должен знать больше, чем я. Теперь, когда я понравилась Его Величеству, я принцесса префектуры Чжаохуа. Если Его Величество однажды рассердится на меня, я - ничто. Как только мой статус исчезнет, даже если я захочу помочь вам в будущем, я не смогу этого сделать.”

“Нинхуа, о чем ты думала? Я верю в медицинские навыки доктора Чжана. Я просто неверно задал вопрос. Я пришел повидаться с тобой, потому что скучаю по тебе. Как вы можете видеть, Линхань теперь калека. Юлань - дурак, а Мэнъюань еще более невежественен. Твой старший брат был сослан. Интересно, сможем ли мы когда-нибудь снова встретиться в будущем. Мне не с кем поговорить, поэтому я могу прийти сюда только для того, чтобы увидеть тебя”.

Шэнь Донг сейчас был говорил дерзкие вещи. Он мог даже произносить такие бесстыдные слова. Грубо говоря, сейчас она была просто более полезной, чем Шэнь Линхань , верно?

“Так вот в чем дело. Похоже, я неправильно поняла.”

На лице Шэнь Донга появилась улыбка, когда он начал вспоминать прошлое Шэнь Нинхуа. “Ты всегда была чувствительной девочкой. Когда твоя родная мать только что скончалась, ты плакала всякий раз, когда кто-то держал тебя на руках, но ты была тихой в моих объятиях...”

Шэнь Нинхуа улыбалась, слушая, но ее глаза были такими холодными, что в них не было никакого тепла. Когда она была ребенком, она действительно очень восхищалась Шэнь Донгом, но он наблюдал, как Чжао Юньсян наказывает ее снова и снова, и предпочел закрыть на это глаза. Он защищал Чжао Юньсяна и потакал Шэнь Линхань ь каждый раз, когда что-то случалось, что постепенно стирало всю ее тоску по отцу. Сколько бы он ни говорил сейчас, это не могло вызвать ни малейшей радости в ее сердце.

Пока Шэнь Донг продолжал вспоминать так называемые сладкие воспоминания, вошел Бай Руо и доложил: “Мисс, молодой мастер Чу ждет за дверью”.

Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Чу Джуньи? Разве он не был в ее доме?

“Отец, что ты думаешь?”

“Поскольку кто-то пришел навестить вас, вы не должны отгораживаться от него. Позвольте ему войти. Твой отец здесь, так что ты не встречаешься с посторонним мужчиной наедине.”

Уголок рта Шэнь Нинхуа дернулся. По этой логике, если бы тебя здесь не было, я бы не смог видеть других?

“Бай Руо, пригласи Молодого Мастера Чу войти”.

Через короткое время Чу Цзюньи уже переоделся. В этот момент на нем был нефритовый головной убор, парчовый халат с узорами из черного золота, пояс из рога носорога вокруг талии, подвеска из белого нефрита слева, изысканное саше справа, а на ногах безупречные черные сапоги с рисунком питона. Он выглядел как красивый и честный молодой человек.

“Приветствую вас, ваше высочество”.

Шэнь Нинхуа подавила признательность в своих глазах. “Лорд Чу, не церемоньтесь. Могу я узнать причину вашего визита?”

“Я здесь, чтобы доставить вам подарки от имени семьи Сяо. Кто-нибудь, принесите подарки наверх. - Чу Цзюньи постучал складным веером по своей ладони. Тут же появился слуга с двумя большими коробками.

Чу Цзюньи улыбнулся и шагнул вперед, чтобы открыть коробки. Сразу же ювелирные изделия и шелк почти ослепили глаза людей. “Его Величество похвалил вас за то, что вы заслужили уважение Даана. Семья Сяо специально прислала подарки, чтобы поздравить вас. Я надеюсь, они тебе понравятся.” Сказав эти слова, он подмигнул Шэнь Нинхуа с лукавым блеском в глазах.

Шэнь Нинхуа была ошеломлена, но сразу поняла, что он имел в виду. Он был здесь, чтобы поддержать ее! Отношение семьи Сяо также отражало отношение многих чиновников при дворе. Император ценил ее, и она завоевала почет для Даана. Если кто-то хотел причинить ей вред, они искали смерти. Никто не смог бы получить никаких преимуществ!

Шэнь Донг был шокирован. Он был хорошо осведомлен о статусе семьи Сяо. Хотя император не ценил семью Сяо так сильно, как раньше, репутация столетнего клана аристократов была нелегкой задачей. К счастью, он не прислушался к совету Шэнь Линхань. В противном случае, он был бы сейчас в ужасном состоянии. Думая об этом, он не мог не почувствовать еще большего отвращения к Шэнь Линхань у. Эта девушка действительно была невежественной деревенщиной, которая даже воспользовалась своим собственным отцом. Хм!

Пообедав в особняке принцессы префектуры, Шэнь Донг вернулся в свою резиденцию в пригороде. Как только он вернулся домой, он в гневе отправился во двор Шэнь Линхань. Он пинком распахнул дверь и выругался в адрес Шэнь Линхань: “Ты презренный монстр, ты действительно замышляла заговор против своего собственного отца. Я действительно вырастил тебя напрасно. Если бы я знал, что ты такая же злая, как твоя мать, я бы отправил тебя на загородную виллу заниматься самосовершенствованием, вместо того чтобы позволять твоей старшей сестре страдать на улице. Вам не разрешается в будущем злословить о Нинхуа. Иначе я сначала вырву тебе язык!” Сказав это, он пнул ногой стол перед собой, и лекарственная жидкость и засахаренные фрукты немедленно разлились по всей земле. Затем он сердито вышел.

Лицо Шэнь Линхань а сначала было белоснежным, а затем медленно покраснело. Внезапно она выплюнула полный рот крови.

“Шэнь Нинхуа, ты умрешь собачьей смертью!”

Глава 126 - Это было Счастливое Событие!

После того, как Шэнь Донг ушел, вернулся Чу Цзюньи. Увидев Шэнь Нинхуа, сидящую на стуле, в его глазах невольно появилась улыбка. “Нинхуа, почему твой отец так внезапно пришел?” Чтобы заставить императора поверить, что он действительно раскаивается. Известно, что Шэнь Донг всегда хорошо умел маскироваться. Без крайней необходимости он редко покидал свой двор в пригороде. И поэтому очень странно было внезапно прийти сюда на этот раз.

Шэнь Нинхуа холодно фыркнула. “Ну как ты думаешь, что еще может привести его сюда? Его просто подстрекала моя хорошая младшая сестра.”

“Шэнь Линхань? Разве ты не говорила, что она стала калекой? Откуда у нее берутся силы для создания своих интриг?”

“Она была очень балованным ребенком. Ее избаловали Шэнь Донг и Чжао Юньсянь. Она всегда чувствовала, что весь мир должен вращаться вокруг нее. Ее эгоизм доходил до чрезвычайных высот. Даже в случаях, когда она сама хотела подставить вас, даже тогда она ожидала, что вы должны полностью отдаться ее власти. В противном случае вы совершили бы непростительное преступление в ее глазах. Поэтому, моя успешная защита от атак младшей сестры просто стали бельмом на ее глазу. Она просто не может остановиться в своих интригах против меня, пока видит, что у меня все в порядке. Ее цель жизни – увидеть мое падение или даже мою смерть.”

Размышляя об услышанном взгляд Чу Цзюньи оставался исключительно холодным. “Такому человеку просто нужно преподать больше уроков. Может быть она тогда изменится, когда получит дополнительные удары судьбы?”. Теперь она была калекой, и это было своего рода возмездием ей. Однако, если она продолжит подставлять Нинхуа, он был бы не прочь позволить ей еще немного пострадать!

На следующий день, прежде чем Шэнь Нинхуа встала, Бай Руо с тревогой подбежала к двери. Она преградила путь человеку, который намеревался ворваться внутрь, и сердито отругала: “Шестой принц, даже если ты принц, ты должен соблюдать этикет. Это гостиная нашей мисс. Если ты хочешь вломиться, сначала переступи через мое тело.”

“Как ты смеешь останавливать меня? Шэнь Нинхуа своими действиями изуродовала Линхань. Девочка искалечила свои ноги, ее разум помутился от всего этого, и это стало причиной того, что мастер Шэнь неправильно понял ее. Ты хочешь быть сообщником своей госпожи? Сегодня я преподам тебе урок!” Сразу же после этого послышались звуки борьбы.

Шэнь Нинхуа пробудилась ото сна, и в ее глазах мелькнул холод. Шестой принц, Бу Цзинлань? Почему он ворвался так рано?

Цин Цюэ уже стояла на страже у кровати Шэнь Нинхуа. Она не сделала ни единого движения. Хун Лин находился за пределами комнаты и в какой-то степени мог справиться с ситуацией. В конце концов, Бу Цзинлань был принцем. Если она причинит ему боль, то определенно доставит неприятности мисс!

Шэнь Нинхуа холодно приказал: “Цин Цюэ, останови его и отправь в цветочный зал ждать. Если его люди все еще хотят дать отпор, вышвырните их вон! Это особняк принцессы префектуры, а не место, где Великий принц Юэ может вести себя не подобающим образом!”

“Да, мисс”. Следуя указаниям Шэнь Нинхуа, Цин Цюэ выскочила наружу и достала из-за пояса длинный хлыст. Громко щелкнув хлыстом, она взметнула землю перед Шестым принцем, заставив его сделать два шага назад.

Лицо Бу Цзинланя потемнело. “Как ты смеешь, маленький слуга, нападать на меня, принца?”

Цин Цюэ не сказала ему ни слова. Она повернулась и сказала Хон Лин: “У мисс есть приказ. Оставьте Шестого принца в цветочном зале, а остальных вышвырните вон!”

Глаза Хон Лин загорелись. Наконец, ей больше не нужно было терпеть. Она небрежно взяла палку сбоку и неторопливо пошла в сторону охранников и слуг Бу Цзинланя. Через мгновение повсюду начала с брызгами литься кровь и раздавались крики боли и страдания.

Шэнь Нинхуа бесстрастно переоделась и попросила Бай Руо помочь ей сделать макияж. После этого она неторопливо съела миску каши из тремеллы и семян лотоса и несколько вкусных закусок, прежде чем направиться в цветочный зал.

Бу Цзинланя крепко связали веревкой и бросили на стул. Более никаких забот о нем никто не проявил.

“Вы, два дерзких раба. Вы знаете, кто я такой, и все же вы так неуважительно относитесь ко мне. Я обязательно доложу об этом Его величеству и прикажу обезглавить тебя!”

Шэнь Нинхуа вошла и услышала его слова. Ее голос был холоден до точки замерзания. “Интересно, кого вы хотели обезглавить? Вы знаете, что это за преступление – так себя вести в Особняке принцессы префектуры ранним утром?”

Бу Цзинлань впился взглядом в Шэнь Нинхуа. Увидев, что она входит в комнату, он внезапно дернулся всем телом и хотел встать. Однако, поскольку его ноги были связаны, он потерпел неудачу. Вместо этого он тяжело рухнул на землю. “Шэнь Нинхуа, вели меня развязать!”

Увидев встревоженное лицо Бу Цзинланя, Шэнь Нинхуа почувствовала волну разлада в своем сердце. Вчера десять служанок, которых он кропотливо обучал, были обезглавлены. Выражение его лица не изменилось, и он все время улыбался. Но сегодня он вломился в ее дом ранним утром. Действительно ли эти две вещи были сделаны одним и тем же человеком?

“Нет необходимости демонстрировать свое уважение ко мне, отвешивая мне такой большой поклон. Я действительно не могу этого вынести. Цин Цюэ, помоги ему подняться!”

Цин Цюэ схватила веревку позади Бу Цзинланя и сразу же подняла его на стул.

Шэнь Нинхуа сел на стул рядом с ним и внимательно посмотрел на него. Наконец, ее взгляд остановился на его шее. Там было красное родимое пятно в форме листа. Она отчетливо помнила, что вчера его шея была безупречно чистой. Что именно происходило?

“Ваше высочество, зачем вы пришли сюда сегодня?”

Бу Цзинлань в этот момент не заботился о веревке на своем теле. Он только хотел добиться справедливости для своей возлюбленной. “Как ты смеешь спрашивать меня? Позвольте мне спросить, почему ты снова подставила Линхань? Знаете ли вы, что человек, которым она восхищается больше всего, - это мастер Шэнь? И все же ты намеренно подставила ее, заставив мастера Шэня неправильно понять ее и даже опрокинуть ее чашу с лекарствами!”

Шэнь Донг был зол на Шэнь Линхань?

“Ваше высочество, я помню, как предупреждал вас в прошлый раз, что моя младшая сестра все еще не замужем. Не называйте ее Линхань. Не нужно вам портить ее репутацию. Моей сестре все еще нужно жить!”

“Как я мог повредить ее репутации?”

“Вы не имеете ничего общего с моей младшей сестрой. Вам не кажется, что называть ее по имени вредно для ее репутации? Что, вы собираетесь сказать мне, что вы решили взять ее в жены?”

Лицо Бу Цзинланя покраснело, когда его допросили. Когда он услышал это, гнев поднялся в его сердце. "Почему нет? Линхань нежная и добрая. Она - самый красивый цветок белого лотоса. Мне повезло, что я могу жениться на ней”.

Шэнь Нинхуа почти не могла удержаться от смеха. Шэнь Линхань был белым цветком лотоса? Она была самым ядовитым маком! Она планировала позволить Шэнь Линхань умереть самостоятельно, но если Бу Цзинлань захочет жениться на ней, это будет совсем другая история.

“Ты говоришь правду? Ты собираешься жениться на Шэнь Линхань?”

Сразу же после произнесения этих слов Бу Цзинлан понял, что был импульсивен и чувствовал себя не в своей тарелке. Хотя его отцу и матери было бы все равно, на ком он женится, его принцесса не должна быть женщиной-инвалидом. Когда он поднял глаза и увидел явно насмешливую улыбку Шэнь Нинхуа, он не хотел легко признавать свое поражение. “Это верно! Я хочу жениться на Линхань. И не только это, но я также хочу устроить ей грандиозную свадьбу и сделать ее самой счастливой женщиной в мире!”

“Хорошо!” Шэнь Нинхуа внезапно рассмеялась. “Бай Руо, запиши, что он сказал, и позволь ему подписать это. Цин Цюэ, развяжи Его высочество.”

Цин Цюэ шагнула вперед и развязала Бу Цзинланя. Затем она встала рядом с Шэнь Нинхуа, чтобы защитить ее.

“Бай Руо, ты закончил писать?”

Бай Руо передал ему бумагу. “Мисс, все написано”.

Шэнь Нинхуа взглянула на свиток и удовлетворенно кивнула. Слова на нем были точно такими же, как и то, что сказал Бу Цзинлань. “Ваше высочество, пожалуйста, подпишите здесь”.

Сердце Бу Цзинланя затрепетало. “Подписать что? Почему я должен это подписывать?”

Глаза Шэнь Нинхуа внезапно стали холодными. “Разве ты не ворвался в мой особняк ранним утром, чтобы сказать мне, что хочешь жениться на моей младшей сестре Шэнь Линхань? И ты только что признал это. С тех пор вы должны оставить после себя какие-нибудь доказательства. Кстати говоря, у Даана и Великой Юэ схожие свадебные обычаи. Этот листок бумаги можно считать вашим письмом о назначении. Я скажу своему отцу, чтобы он как можно скорее подготовил приданое для моей сестры. Когда ты покинешь Даан и вернешься домой, Линхань вернется с тобой!”

“Я...” Как он мог подписать что-то подобное?

«Что? Неужели твои слова просто ложь? Итак, вы недовольны королевской семьей Даан? Ты не только вломился в Особняк Принцессы Префектуры ранним утром, ты даже пытался проникнуть в мою спальню, когда я была в постели раздетой. Что ты хотел сделать? Разрушить мою репутацию, унизить королевскую семью Даана или развязать войну между двумя странами?”

“Я этого не делал”. Лицо Бу Цзинланя было бледным, и он явно был напуган.

Видя поведение Шестого принца, сомнения в сердце Шэнь Нинхуа становились все более и более отчетливыми и очевидными. Как мог такой легко обманутый и запуганный человек быть вчерашним непостижимым Шестым принцем Бу Цзинланом? Продолжая задаваться вопросом в своем сердце, она продолжила разговор с Бу Цзинланем.

“Поскольку у тебя нет такого намерения, тогда подпиши брачный контракт. Тогда я пойду доложу об этом своему отцу. Я думаю, он будет очень рад узнать это. Положение сестры Линхань также значительно улучшится”.

Последняя фраза заставила Бу Цзинланя на мгновение заколебаться. В его сознании возникло нежное лицо Шэнь Линхань, покрытое слезами. “...Хорошо”.

В глазах Шэнь Нинхуа вспыхнула улыбка. “Бай Руо, пусть его высочество подпишет это!”

Бу Цзинлан медленно крепче сжал кисть и подписал свое имя внизу. Шэнь Нинхуа повернула голову и бросила значительный взгляд на Цин Цюэ, которая сразу поняла, что нужно делать далее. Она шагнула вперед и схватила Бу Цзинланя за руку. Холодный свет вспыхнул на кинжале, и на бумаге появился отпечаток руки Бу Цзинланя.

Бу Цзинлань почувствовал боль в пальце. Как раз в тот момент, когда он собирался выйти из себя, Шэнь Нинхуа прервал его. “Хорошо, в будущем мы будем семьей, так что не будет так много табу. Не волнуйся. Я немедленно пошлю кого-нибудь, чтобы привести мою младшую сестру Линхань в мой особняк, чтобы обеспечить ее безопасность до свадьбы!”

“Какие трюки ты пытаешься разыграть сейчас?”

“Тогда ты ошибаешься. Мне никогда не нравилось разыгрывать фокусы!” Ей просто нравилось видеть, как ее врагам не везет!

“Хонг Лин, отправь Шестого принца обратно. Бай Руо, прибери двор и позволь моей младшей сестре жить в ее дворе Циньсюэ. Цин Цюэ, поезжай в пригород и расскажи моему отцу о хороших новостях. Кроме того, приведи их в особняк, чтобы они жили со мной.”

Хотя она не знала, почему у этого Бу Цзинланя раздвоение личности, сейчас была такая возможность, которая выпадает раз в жизни. Если бы сейчас вместо этого запуганного человека вернулся бы тот хитрый и проницательный Бу Цзинлань, первое, что он сделал бы, должно быть, это позволил бы Шэнь Линхань умереть в результате “несчастного случая”, поэтому она должна была забрать ее домой заранее, чтобы защитить ее. Думая о том, что Бу Цзинлан женится на девушке-инвалиде как на своей принцессе, она не могла удержаться от смеха в душе. Она должна сделать так, чтобы это произошло!

Бу Цзинлань был вытеснен Хун Лином. Выражение его лица было очень угрюмым.

С другой стороны, когда Шэнь Донг услышал эту новость, он был почти ошеломлен. Его дочь, от которой он полностью отказался, собиралась стать принцессой? Хотя Бу Цзинлань был из другой страны, он был настоящим принцем. Как только Шэнь Линхань выйдет за него замуж, Шэнь Донг в качестве тестя, естественно, не будет простолюдином!

Все его тело дрожало от возбуждения. Он неоднократно давал указания слугам помочь Шэнь Линхань собрать ее вещи и с радостью последовал за Цин Цюэ в Особняк принцессы префектуры.

Глава 127 - Давайте подождем и посмотрим!

Новость о том, что Шэнь Донг и Шэнь Линхань вернулись в Особняк принцессы префектуры, ошеломила многих людей, и они внимательно следили за передвижениями Шэнь Нинхуа. Шэнь Донг был осужденным человеком, другими словами он был в опале. Император понизил его до простолюдина и специально издал императорский указ, чтобы принцесса префектуры Чжаохуа разорвала с ним отношения. Хотя его возвращение в особняк принцессы префектуры Чжаохуа не противоречило императорскому указу, это можно было рассматривать как некий акт неповиновения королевской семье!

Шэнь Нинхуа переоделась и собиралась войти во Дворец, чтобы сообщить об этом Бейли Цинцану. В тот момент, когда она вышла, она случайно столкнулась с Шэнь Линхань, которую внесли в особняк.

Шэнь Линхань уже не была такой высокомерной, как раньше. Она была похожа на гнилой мох в углу стены, с мрачной и холодной аурой. Увидев яркую и красивую Шэнь Нинхуа, она внезапно скривила губы и издала пронзительный смешок. “Шэнь Нинхуа, ты думала, что победила, но ты не ожидала, что удача повернется в мою пользу, не так ли? Ха-ха, принцесса и жена самого любимого Шестого принца Великого Королевства Юэ. Старшая Сестра, ближайшие дни будут долгими. Давайте подождем и посмотрим!”

Шэнь Нинхуа скривила губы в холодной улыбке. “Это же самое, что я хотела сказать тебе, младшая сестра. Будьте скромны. В противном случае, для вас было бы плохо повторить ту же ошибку”. Она хотела, чтобы Шэнь Линхань благополучно вступила в брак с Великим Королевством Юэ. Если бы на пути этого брака произошла бы ошибка, это было бы нехорошо. Поэтому она определенно не стала обращать внимание на то, как Шэнь Линхань нарывается на неприятности, действуя столь необдуманно и высокомерно!

Глядя на спину Шэнь Нинхуа, глаза Шэнь Линхань горели ненавистью и негодованием. Она плюнула ей в спину. ”Шэнь, дрянь, когда я стану принцессой, я обязательно компенсирую эти дни страданий по крупицам!"

Бейли Цинцан был ошеломлен, когда услышал эту новость от Шэнь Нинхуа. Он уже видел Бу Цзинланя раньше и не мог понять, почему тот хотел жениться на Шэнь Линхань. Он только кивнул, когда увидел брачный контракт, который передала Шэнь Нинхуа. “Ну, несмотря ни на что, это все таки брак. Нинхуа, я слышал, что ты забрала Шэнь Линхань обратно?”

Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало. Холод пробрался от ее спины к сердцу и заставил ее задрожать. Прошло всего менее двух часов с тех пор, как она послала Цин Цюэ забрать Шэнь Линхань, но Бейли Цинцан уже получила эту новость… Несмотря на его преклонный возраст, его контроль над всей столицей оставался очень плотным и пристальным. Может быть, он даже точно знал, как появился этот брачный контракт.

Видя, что Шэнь Нинхуа продолжает молчать, Бейли Цинцан внезапно улыбнулась. “У тебя действительно такой же острый ум, как у твоей матери. Я на самом деле отношусь к тебе как к своей собственной дочери. Не думай слишком много. Предоставьте это дело мне. Пока Шэнь Линхань жива, даже если у нее осталось всего одно дыхание, она определенно станет Шестой принцессой Великого Королевства Юэ!”

“Ваше величество?” Шэнь Нинхуа подняла голову и удивленно посмотрела на него. Ее сердце было наполнено небывалыми эмоциями. Он действительно относился к ней как любящий родитель. Однако чем чаще это происходило, тем труднее ей было чувствовать себя непринужденно. Она могла жестоко расправляться с людьми, которые были настроены против нее, но она не могла принимать доброту, с которой другие относились к ней, как должное…

Бейли Цинцан встал и помог подняться Шэнь Нинхуа, которая все это время стояла на коленях на земле. Он намеренно придал лицу серьезное выражение и сказал: “Я говорю тебе это в последний раз. Я твой отец, помнишь?”

Шэнь Нинхуа была ошеломлена, но ее зрачки загорелись. На ее лице появилась улыбка. “Да, отец, я обязательно запомню это в будущем”. Этот призыв “отец” прозвучал предельно искренне и беззаветно, без обычной отчужденности и безразличия.

Желание Шэнь Нинхуа было исполнено, но Бу Цзиньлан, вернувшийся в свою комнату, пришел в ярость и разбил всю мебель и обстановку вдребезги!

За дверью все слуги и охранники опустились на колени. Никто не осмеливался открыть дверь, чтобы посмотреть, что происходит внутри.

Бу Цзинлань сидел на стуле и тяжело дышал. На его руке была рана, порезанная осколком фарфора, и текла кровь. Однако ему было совершенно все равно. Его черные глаза были похожи на меняющуюся туманность в небе, наполненную штормовыми волнами. В этот момент родимое пятно в виде красного листа на его шее медленно исчезало. “Шэнь Нинхуа, ты действительно фантастическая, ха-ха-ха!”

Внезапно выражение его лица изменилось. Отметина в виде красного листа на его шее несколько раз вспыхнула и стала едва различимой. Вены на его лбу вздулись. Бу Цзинлань крепко сжал подлокотник кресла. Он крепко стиснул зубы, как будто испытывал сильную боль. “Не появляйся! Разве ты не удовлетворен после того, как разгромил здесь все в своей комнате?”

Он на мгновение замолчал и начал говорить как бы сам с собой.

“Не можешь навредить Шэнь Линхань? Она обманула тебя просто своим неуклюжим актерским мастерством. Какие еще у нее есть преимущества, кроме ее злобных намерений?”

“…”

“Цветок белого лотоса? За что она достойна такой похвалы?”

“…”

“Шэнь Нинхуа что-то замышляет? Ты идиот. У нее такая красивая внешность, она выросла в непростой обстановке семьи Шэнь, и ее даже желали несколько принцев. Если бы она не плела интриги, ее бы уже съели без остатка.”

“…”

“Я говорю тебе. Я выйду замуж за Шэнь Нинхуа. Никто другой не достоин быть моей принцессой. Кроме того, если ты снова проявишь неуважение к принцессе префектуры Чжаохуа из-за Шэнь Линхань, я буду отрезать мясо от тела Шэнь Линхань кусок за куском, приготовить его и скормить животным!”

Через некоторое время отметина от красного листа на его шее полностью исчезла. Аура Бу Цзинланя изменилась, и он снова превратился в утонченного, красивого и элегантного Шестого принца. В его глазах мелькнуло холодное выражение. “Кто-нибудь!”

“Хозяин”.

“Убери это место. Пошлите кого-нибудь проникнуть в Особняк принцессы префектуры, чтобы поймать Шэнь Линхань. Выведи ее из особняка и убей. Не беспокоите принцессу префектуры Чжаохуа, и никому не позволено шпионить за ней, понятно?”

“Да, хозяин”. Казалось, что принцесса префектуры Чжаохуа станет будущей Шестой принцессой или как минимум - любовницей.

Великое королевство Юэ было более либеральным, чем Даань. Некоторые выдающиеся женщины не только имели свободу передвижения, но и могли сами выбирать себе мужей и даже участвовать в политике и становиться чиновниками. Кстати говоря, это правило было установлено императрицей Великого Предка Великого Королевства Юэ.

Она была воспитана как мальчик. Позже она была завербована в армию и стала хорошим другом тогдашнего императора. Они обращались друг к другу как братья, и императору даже показалось, что он влюбился в мужчину. Позже он обнаружил, что этот мужчина был “она”, и женился на ней как на своей императрице. Он души не чаял в ней до конца своей жизни, и эта императрица тоже обладала уникальной личностью. Войдя во Дворец, она не отказалась от завоеванных ею военных заслуг и даже приняла должность Великого губернатора, став первой женщиной в Великой Юэ, принявшей участие в политике.

Поскольку существовала такая императрица, женщины начали поступать ко двору и становиться чиновниками…Несмотря на то, что сейчас в суде не было женщин-чиновников, за кулисами все еще оставалось много влиятельных женщин. Шэнь Нинхуа была самой выдающейся женщиной, которую он когда-либо видел. Такой человек не должен быть заперт на заднем дворе человека из Даана!

Покинув императорский дворец, Шэнь Нинхуа не спешила возвращаться домой. Вместо этого она позволила Лю Юню вести экипаж и побродить по центру города. Когда карета проезжала мимо угла, ее слегка тряхнуло, и Лю Юнь немедленно вытащил свой меч.

“Лю Юнь, все в порядке”.

Шэнь Нинхуа посмотрел на Чу Цзюньи, который с улыбкой ворвался в карету и остановил Лю Юня, который собирался напасть на него.

Чу Цзюньи села рядом с Шэнь Нинхуа и она потянулась, чтобы положить свою голову ему на плечо. Он опустил свое плечо так, чтобы убедиться, что ей было очень удобно, а затем лучезарно улыбнулся и сказал: “Нинхуа, я слышал, что вы устроили брак для Шэнь Линхань?”

Шэнь Нинхуа почувствовала себя немного неуютно и нахмурилась, но головы не подняла. “Вы хорошо информированы”.

“Это точно. Я также очень помог тебе. Теперь все в столице знают, что ты вернула своего отца и сестру, несмотря на ваши старые счеты. Более того, благодаря тебе твоя сестра Шэнь Линхань тоже может удачно выйти замуж.”

Выражение лица Чу Цзюньи показывало, что он хотел похвалы. “Чтобы сделать эту историю более яркой и реальной, я даже специально придумал историю любви между принцем и бедной девушкой. Они влюбились друг в друга с первого взгляда. Принц не осмеливался выразить свою любовь из-за своей личности. Хотя бедная девушка стала инвалидом из-за принца, в ее сердце не было обиды. Она даже терпела колебания принца снова и снова. В конце концов принц был тронут и храбро объявил, что женится на бедной девушке.”

Шэнь Нинхуа была ошеломлен и не могла удержаться от смеха. “Принц и бедная девушка? Раньше я слышал только об одаренном ученом и прекрасной леди, но теперь появилась новая версия.”

”Это тоже ради людей. Они целыми днями читали истории об обездоленных ученых и богатых девушках, и им нужно было приобрести какие-то новые вкусы. Кроме того, чтобы дать людям насладиться историей, я нанял довольно много театральных трупп, чтобы они репетировали шоу всю ночь. Я думаю, что завтра больше людей узнают об этой трогательной истории любви”.

Когда Чу Цзюньи заговорил, в его глазах вспыхнул холодный огонек. Бу Цзинлань осмелился возжелать его прекрасную возлюбленную, и он больше не мог этого выносить. На этот раз он позволит Бу Цзинланю жениться на калеке и посмотрит, что он сможет сделать!

Как и ожидалось, на следующий день все театры были переполнены людьми, смотревшими представление. Многие женщины, наблюдавшие за происходящим из-за занавесок в отдельных кабинках наверху, прослезились, когда увидели бедную девочку-калеку, вышивающую саше для принца. Какая капризная девочка! Если принц в конце концов не женился на ней, значит, он действительно был бессердечным и неблагодарным!

Это был первый раз, когда владельцы труппы устали получать деньги за свои выступления! Особенно дамы в частных кабинках, которые давали щедрые чаевые одна за другой. Видя преимущества, владельцы решили дать дополнительные представления. Актеры и актрисы выступали до полуночи, прежде чем смогли отправиться отдыхать.

На второй день посмотреть шоу пришло еще больше людей. Также пришло много пожилых леди и мадам из аристократических семей. Они смотрели со слезами на глазах и хотели увидеть больше даже в конце представления.

Не было необходимости объяснять, но все, кто смотрел шоу, уже поняли, что бедную девушку звали Шэнь Линхань, а принца - Бу Цзинлан.

Думая о новости о том, что Шестой принц собирается жениться на Шэнь Линхан, многие люди были счастливы. Это был действительно брак между настоящими влюбленными!

Если бы кто-то заявил, что Бу Цзинлань не женится на Шэнь Линхана, люди, вероятно, похоронили бы его вместе с гнилыми листьями овощей.

Но у Бу Цзинланя в его комнате было мрачное выражение лица. Он снова разбил все вещи, которые смог найти в комнате. “Хороший план! Какой хороший план! Неужели ты думаешь, что я должен жениться на этой калеке из-за страха давления со стороны народа? Ха-ха, Шэнь Нинхуа, ты слишком наивна. Я обязательно преподнесу вам большой сюрприз! Я надеюсь, что в это время ты не испугаешься!”

Глава 128 - Спать в той же постели?

Прежде чем Бу Цзинлан успел что-либо предпринять, Бейли Цинцан вызвал посланника Великого королевства Юэ со свитой и незамедлительно их уведомил о подписании брачного контракта Бу Цзинланом.

Бейли Цинцан холодно посмотрела на делегацию посланников. “Рассуждая логически, Шестой принц пришел в мое королевство, чтобы просить руки и сердца одной из моих дочерей. И я должен был выдать за него одну из них. Но он уже нашел девушку, которая ему понравилась, и я ничего не могу поделать. Поскольку он лично подписал брачный контракт, я издам указ о разрешении брака. У вас есть какие-нибудь возражения?”

Под серьезным взглядом Бейли Цинцана члены посланника не осмелились возражать. Более того, у императора в руках был брачный контракт, лично подписанный Шестым принцем, и они не могли отрицать законность брака. Даже если бы Великий император Юэ узнал об этом, результат не изменился бы. Так что им оставалось только согласиться.

Когда они вернулись в комнаты, в которых проживали и принесли с собой императорский указ Бейли Цинцана, их встретил грозный взгляд Бу Цзинланя. “Ваше высочество, перед нашим отъездом Его Величество сказал, что независимо от того на какой девушке вы захотите жениться, в этот раз, вы все равно можете жениться на той, кого выбрали. Вам придется просто смириться с этим”.

“Заткнитесь!” Холодно крикнул Бу Цзинлань. Его отец действительно сказал это. Однако сейчас ему не нравился никто другой, кроме Шэнь Нинхуа. Почему он должен жениться на Шен Линхань? Более того, она была калекой. “Пока держи свои руки подальше от этого. Моему отцу тоже не пиши. У меня есть свои планы.”

Шэнь Нинхуа рисовала пион в своей комнате, когда вошла Бай Руо, чтобы сообщить о визите Бу Цзинланя.

Отложив щетку и приведя ее в порядок, Шэнь Нинхуа переоделась и вышла в довольно хорошем настроении.

В цветочном зале Бу Цзинлань взял чашку чая и осторожно попробовал его. Он выглядел очень довольным собой.

Войдя в дверь, Шэнь Нинхуа незаметно осмотрела его шею и обнаружила, что на ней не было никаких следов, не говоря уже о красном пятне, которое она видела вчера. Что происходило? Думая об этом, ее зрачки слегка сузились. Две совершенно разные личности. Там действительно были такие интересные и загадочные люди…

“Ваше высочество, вы редкий гость. Почему вы здесь сегодня? Вы пришли навестить мою сестру?” Она не упустила бы ни малейшего шанса высмеять Бу Цзинланя.

“В последние дни ты становишься все красивее и красивее, принцесса префектуры Чжаохуа. У тебя какое-то радостное событие?” Бу Цзинлань не ответил на ее вопрос.

Шэнь Нинхуа улыбнулась без всякой теплоты и продолжила обсуждать эту же тему. “Это верно. Моя младшая сестра собирается замуж. Это большое счастливое событие. Ваше высочество, моя сестра Линхань живет во дворе Циньсюэ. Я попрошу кого-нибудь привести ее сюда. Цин Цюэ...”

Бу Цзинлань внезапно прервал Шэнь Нинхуа. “Я здесь не для того, чтобы увидеть твою сестру. Я здесь, чтобы увидеть тебя”.

Шэнь Нинхуа сдержала улыбку и холодно спросила: ”Для чего?"

Бу Цзинлань отставил чашку в сторону, достал приглашение и положил его на стол. “Я слышал, что в Даане тоже проводится охотничий фестиваль, поэтому я упомянул об этом Его Величеству. Неожиданно Его Величество разрешил мне провести охотничье мероприятие в императорском саду. В нем примут участие многие люди. Я пришел сюда, чтобы передать тебе приглашение.”

Как мог император согласиться позволить принцу другой страны устроить охотничью вечеринку в императорском саду?

“Ваше высочество, у моей сестры повреждена нога, поэтому ей неудобно присутствовать на охоте”. Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на него, напомнив ему о его нынешней роли.

Они вдвоем бросали вызов друг другу, когда горничная буквально втолкнула инвалидное кресло с Шэнь Линхань в дверь.

У Шэнь Линхань было смятенное выражение лица, словно она застала акт прелюбодеяния на месте. Только когда она увидела Бу Цзинланя, она сдержала свой гнев. Ее лицо было бледным, и ее болезнь еще не прошла. Глаза девушки казались необычайно большими на худых щеках. Прийдя в себя, она моргнула и придала своему лицу чистое и любопытное выражение. “Старшая сестра, я не побеспокоила вас двоих?” Говоря это, она слегка наклонила голову. Ее щеки раскраснелись, и она выглядела как застенчивая и беспомощная маленькая девочка.

Шэнь Нинхуа рассмеялась. “Как вы можете беспокоить нас? Вы пришли в нужное время. Его высочество говорил об охоте в императорском саду. Раз уж вы здесь, вы можете дать нам несколько советов.”

Отправляетесь на охоту в императорский сад? Если бы с ее ногой все было в порядке, она бы обязательно радостно подпрыгнула. Но сейчас эти слова прозвучали как жестокие пощечины ей в лицо.

Она почти чувствовала жгучую боль на своих щеках. Ее нога уже была искалечена, и теперь она даже не могла самостоятельно выйти за ворота внутреннего двора. Как она могла участвовать в охотничьем мероприятии? Разве Шэнь Нинхуа намеренно не издевался над ней?

Думая об этом, она впилась взглядом в Шэнь Нинхуа, и ее глаза были готовы вспыхнуть от ярости. “Старшая сестра, у меня повреждена нога. Я не могу участвовать ни в какой охоте.”

Шэнь Нинхуа вообще не заботилась о ней.

Бу Цзинлань, стоявший сбоку, не удержался и холодно крикнул: “Иди отдохни, если у тебя болит нога. Я вообще тебя не приглашал и не звал сюда.”

Ее жених собирался на охоту, но ее не пригласили. Это было большим оскорблением для нее. Но прямо сейчас она могла только заставить себя терпеть это. “Ваше высочество?”

Увидев смущенный вид Шэнь Линхань, Бу Цзинлан нахмурился еще сильнее. Однако император уже издал указ. Теперь она была его будущей принцессой по названию. Если она не умрет в ближайшее время, не останется никакой возможности избежать этой позорной свадьбы.

“Женщины не должны вмешиваться в дела мужчин. Твоя травма на ноге еще не зажила. Поспеши вернуться в свой двор и отдохни. Не выходи без необходимости.”

Шен Линхань крепко стиснула зубы. Она ясно видела отвращение Бу Цзинланя к ней, но чем яснее она видела, тем больше тревожилась. Прямо сейчас Бу Цзинлань был ее единственным шансом снова подняться. Если она не ухватится за этот шанс крепко, она не знает, как долго ей придется ждать другого такого шанса в будущем.

Однако она не могла успокоиться, оставив Шэнь Нинхуа и Бу Цзинланя наедине.

“Да, я понимаю. Ваше высочество, мы скоро поженимся. После этого ты и моя Старшая Сестра станете одной семьей. Пожалуйста, позаботься о ней для меня, когда выйдешь на этот раз. Кстати, наша двоюродная сестра Инсюэ свободна. Она может пойти вместе с тобой, верно? Разве Старшая сестра не говорила в прошлый раз, что она покажет Инсюэ столицу? На этот раз должно быть много молодых и благородных юношей и дам. Это отличная возможность”.

Шэнь Нинхуа подняла веки и усмехнулась в глубине души. Шэнь Линхань хотела разлучить ее с Бу Цзинланем с помощью Ян Инсюэ, но были ли у нее мозги? Если бы ей действительно нравился Бу Цзинлань и она хотела быть Шестой принцессой, у Шэнь Линхань вообще не было бы шанса быть здесь.

Однако после того, как Бу Цзинлань услышал слова Шэнь Линхань, он на мгновение замолчал, прежде чем многозначительно улыбнуться. “Верно, мы с Нинхуа скоро станем семьей. Я определенно буду хорошо заботиться о ней”.

Улыбка на лице Шэнь Линхань стала натянутой. Ногти в ее крепко сжатых кулаках уже пронзили ладони, и оттуда сочилась кровь. Она безумно кричала в своем сердце: “Шэнь Нинхуа, ты проклятая сука! Ты уже даже успела соблазнить Бу Цзинланя. Он мой муж. Как ты смеешь! Как ты смеешь!”

“Старшая сестра, что ты думаешь?” Шен Линхань произносила слово за словом, и ее лицо было темным и холодным.

Шэнь Нинхуа холодно скривила губы. “Младшая сестра, тебе пора возвращаться”. Хотя ей не нравился Бу Цзинлань, она почувствовала себя очень счастливой, когда увидела, что Шэнь Линхань чувствует себя неловко. Это тоже был способ отомстить за себя.

Горничная сбоку поняла, что имел в виду Шэнь Нинхуа, поэтому она не позволила Шэнь Линхань сказать что-либо еще и сразу же вытолкнула инвалидное кресло.

Шен Линхань яростно стиснула зубы. Ее губы кровоточили, но ей было все равно. Когда она вернулась во двор Циньсюэ, она выгнала всех служанок и яростно схватила подушку на кровати. Из-за того, что она использовала слишком много силы, два ее ногтя мгновенно сломались, оставив на подушке следы ярко-красных пятен. “Терпеливой. Я должна быть терпеливой!”

Она сделала несколько глубоких вдохов и, наконец, подавила неистовое желание уничтожить все в своем сердце. Ее нынешнее положение было похоже на то, что она стояла на большом камне, выступающем из края утеса. Даже легкое движение могло привести к тому, что она упадет и разобьется вдребезги. Поэтому, что бы ни случилось за этот промежуток времени, ей придется терпеливо ждать два месяца. Два месяца спустя, когда она выйдет замуж за Бу Цзинланя, у нее будет капитал, чтобы отомстить за все это по крупицам, шаг за шагом!

Буквально вытолкав Шэнь Линхань, Шэнь Нинхуа не проявила никакой вежливости по отношению к Бу Цзинланю и сразу же отослала его. Император уже издал указ, и брак между Бу Цзинланем и Шэнь Линханем был практически неизменен.

Вернувшись во двор Жуйси, Хун Лин повела плечами и подошла. “Мисс, это уже третья волна убийц. Мы остановили их и не позволили им войти в комнату”.

Шэнь Нинхуа холодно усмехнулась. “Бу Цзинлань действительно щедр. Он действительно послал три волны убийц, чтобы убить Шэнь Линхань. Так-тааак..”

Хонг Лин потянула плечи вверх и вниз. “Мисс, люди, которых Бу Цзинлань послал убить Вторую Молодую Леди, становятся все более и более мастерами единоборств. Мне почти не удалось остановить группу людей, которых он только что послал. К счастью, двое одетых в черное людей вышли, чтобы помочь. Мисс, вы только сказали, что этим людям в черном можно доверять…Кто они такие?”

Шэнь Нинхуа пристально посмотрела на нее. “Ты знаешь, что случилось с теми, кто знал слишком много?”

Хонг Лин вытянула шею. “что случилось?”

Шэнь Нинхуа подняла голову и указала на свою шею. “Они все умерли”.

“Мисс! Не пугай меня”, - печально сказала Хун Лин.

Чу Цзюньи вошел и услышал этот разговор. “Твоя мисс права. Обычно людей, которые знают слишком много, заставляют замолчать, и даже их тела уничтожаются, не оставляя после себя никаких следов”.

Хун Лин покачала головой и почувствовала холод по всему телу. Она сделала несколько шагов назад и сказала: “Я уйду первой”.

Шэнь Нинхуа подняла голову и взглянула на него. “Ты действительно становишься наглым, когда приходишь ко мне сейчас. Ты даже осмеливаешься пугать мою горничную?”

Поскольку погода была теплой, Чу Цзюньи держал в руке складной веер и дважды встряхнул им, когда услышал это. “Нинхуа, по крайней мере, мы спали под одной крышей. Более того, мы спали вместе в одной постели. Ты не можешь быть такой бессердечной.”

Спали вместе? Если бы он не был ранен так сильно, она бы не привела его в свою комнату. К сожалению, сейчас было слишком поздно что-либо говорить. Лучшим способом было игнорировать его. “Я всегда была бессердечной”.

Чу Цзюньи улыбнулся и пошел вперед. Он наклонился, чтобы полюбоваться пионами, которые она нарисовала. “Нинхуа, зачем ты нарисовала эти цветы? Эти цветы нельзя есть, пить и они не помогут ни в чем. Почему бы тебе не нарисовать меня?”

Вены на лбу Шэнь Нинхуа вздулись. “Кто-нибудь когда-нибудь говорил, что твоя кожа становится толще с каждым днем?”

"Нет."

Шэнь Нинхуа закатила на него глаза и сказала: “Тогда позволь мне сказать тебе сейчас. Если в будущем возникнет какая-либо опасность, просто вытяни шею, и твое лицо выдержит любой удар!”

Глава 129 - Палатка Превратится в Змеиное гнездо?

Чу Цзюньи не рассердился, услышав слова Шэнь Нинхуа. Вместо этого он довольно рассмеялся. Возможно, сама Шэнь Нинхуа этого не замечала, но в его присутствии она становилась более расслабленной и непринужденной.

Вспоминая о Шэнь Нинхуа, которая всегда была начеку и постоянно была озабочена принятием всевозможных мер для обеспечения своей безопасности, Чу Цзюньи испытывал одновременно сердечную боль и счастье. Он определенно сохранил бы это нынешнее состояние. Поскольку он уже вступил в мир Шэнь Нинхуа одной ногой, она не выгонит его оттуда!

Шэнь Нинхуа вообще не замечала колебаний в сердце Чу Цзюньи. Видя, что он не рассердился после того, как над ним посмеялись, а даже мягко улыбнулся, она вдруг почувствовала, что придирается к нему без всякой причины. Она покачала головой и выбросила эту мысль из головы. “Бу Цзинлань тоже пригласила твою сестру, верно?”

Чу Цзюньи кивнул. “Да, он послал ей приглашение”.

“Тогда я скажу тебе заранее. Не спускай с нее глаз. Не позволяй ей доставлять мне неприятности!”

За это время произошло много событий. Хотя она не боялась, но она чувствовала накопившуюся усталость. Если бы Сяо Хуаньси не провоцировал ее, она бы не стала спорить. В любом случае, с этим пари Чу Цзюньи знал, что делать. Если бы Сяо Хуаньси спровоцировала ее, у нее не было бы никаких опасений, когда она имела дело с Сяо Хуаньси!

“Не волнуйся. Я позволю своим людям присмотреть за ней.”

На следующий день Ян Инсюэ все приготовила и ждала во дворе Шэнь Нинхуа ранним утром. “Кузина, охота на этот раз должна пройти гладко, верно?”

Увидев ее несколько встревоженное выражение лица, Шэнь Нинхуа почувствовала себя забавно. “Кузина, вещи в нашей жизни, увы, не абсолютны. Кроме того, в охоте участвует так много людей. Никто не может гарантировать, что ничего не случится, так что просто береги себя”.

В столице, особенно в аристократических семьях и королевской семье, всегда были люди, которые постоянно строили заговоры. Если бы она хотела мира, то лучше было бы помолиться о том, чтобы солнце взошло с запада.

Ян Инсюэ сопровождала Шэнь Нинхуа на несколько банкетов. Хотя каждый раз она возвращалась целой и невредимой, процесс был поистине волнующим. Она была по-настоящему напугана. “Да, я позабочусь о себе”. Думая об уме Шэнь Нинхуа и ее удивительных деяниях, Ян Инсюэ втайне решила все время следовать за Шэнь Нинхуа по саду, почти не разговаривая.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и подумала про себя. Хотя эта кузина была не совсем послушной, она не была гнилым деревом, которое нельзя было вырезать. Может быть, она внесла бы большой вклад в будущее.

Шэнь Сюаньлинь подбежал рука об руку с Юнь Чуанем, и его лицо было полно страданий и горя. Но сначала он послушно поклонился Шэнь Нинхуа. “Приветствую тебя, Старшая Сестра”.

Шэнь Нинхуа положила гребень, который держала в руке. “Почему ты здесь? Разве тебе не нужно сегодня попрактиковаться в боевых искусствах?”

Шэнь Сюаньлинь за последнее время значительно подрос.Он также стал очень крепким после занятий боевыми искусствами. Паренек бросился перед Шэнь Нинхуа, как теленок, схватил ее за рукав и встряхнул. “Старшая Сестра, ты не просила меня пойти с тобой на охоту. Я уже говорил, что хотел поймать рыжую лису, чтобы сделать для тебя шарф!”

Шэнь Нинхуа была удивлена. Он был довольно честен и обладал талантом к боевым искусствам. “Меня пригласили, это не мое мероприятие, поэтому я не имею права приводить с собой других людей. Кроме того, почему ты хочешь поохотиться на рыжую лису? Какой класс луков ты можешь использовать сейчас?”

“Тридцать камней!” Шэнь Сюаньлинь гордо расправил грудь.

Шэнь Нинхуа была слегка шокирована. Тридцать камней были немалым весом. Среди своих сверстников он мог бы считаться выдающимся человеком. Этот парень действительно приложил много усилий.

Ян Инсюэ сказала Шэнь Нинхуа: “Кузина, кузина, Сюаньлинь очень усердно работал. Почему бы тебе не взять его с собой?”

“Нет, Сюаньлинь, мое путешествие на этот раз не будет мирным. Брать тебя с собой равносильно тому, чтобы тащить себя вниз. Когда ты сможешь защитить себя, я возьму тебя с собой!”

Шэнь Сюаньлинь опустил голову и несколько беспомощно потянул Шэнь Нинхуа за руку. ”Старшая сестра, но я хочу защитить тебя..."

“Защита - это не то, что ты говоришь. Это то, что ты должен сделать. Прямо сейчас у тебя нет для этого соответствующего мастерства”. Шэнь Нинхуа не придала ему никакого значения, потому что Шэнь Сюаньлинь был еще ребенком. Живя в такой среде, даже ребенок не имел права все время быть наивным. Для него было бы вредно, если бы она защищала его слишком хорошо и излишне опекала.

“Да, Старшая Сестра, я знаю”.

Увидев, что Шэнь Сюаньлинь выходит с опущенной головой и печальным выражением лица, Ян Инсюэ на мгновение остановилась, прежде чем последовать за ним.

Бай Руо посмотрела на спину Ян Инсюэ и прошептала: ”Мисс, Самый Молодой Мастер..."

“Все в порядке”.

Ян Инсюэ погналась за Шэнь Сюаньлинем в сторону коридора и сказала: “Кузен”.

Шэнь Сюаньлинь обернулся и в замешательстве посмотрел на нее. “Кузен, в чем дело?”

“Ничего. Я видел, что тебе было очень грустно. Сестра Нинхуа не хотела быть такой грубой с тобой. Не сердись.”

“Почему я должен злиться?” Шэнь Сюаньлинь посмотрел на Ян Инсюэ, у которой было обеспокоенное выражение лица, и почувствовал волну тревоги в своем сердце. Она пришла сюда, чтобы посеять раздор?

“А?”

Шэнь Сюаньлинь был настороже, но его лицо оставалось спокойным. “Кузина, ты неправильно поняла. Я знаю, что Старшая Сестра сказала эти слова для моего же блага. Если бы не ее строгие требования, я бы не добился никакого прогресса. Я обязательно хорошо изучу боевые искусства и буду стремиться иметь все навыки воина, чтобы защитить ее! Только слабые теряют свой боевой дух после неудач!”

Юнь Чуань, стоявший в стороне, тоже был полон боевого духа. “Это верно. Я также хочу научиться боевым искусствам, чтобы защитить ее высочество!”

Глядя на двух подростков, убегающих рука об руку, Ян Инсюэ была ошарашена. Она просто хотела сказать что-нибудь приятное, чтобы завоевать популярность. Почему-то она чувствовала, что над ней насмехаются…

Ян Инсюэ стиснула зубы. Она хотела выплеснуть свой гнев, но, думая о экстраординарных способностях Шэнь Нинхуа, она могла только успокоиться.

Шэнь Нинхуа привела Ян Инсюэ, Цин Цюэ и Бай Жо ко входу во Дворец.

У ворот Дворца уже собралось много людей. Масштаб охоты был грандиозным, и участникам оставалось только ждать и собираться у входа во Дворец. В это время их статусы были ясны с первого взгляда.

Все чиновники низшего звена собрались на периферии, и им приходилось быть осторожными, чтобы не преградить путь большим и важным вельможам. Хотя они не все дрожали от страха, они определенно были очень осторожны.

Ян Инсюэ помогли выйти из кареты. Бросив взгляд, она увидела, что ее отец Ян Лянь радостно улыбается чиновнику в толпе. С тех пор как она переехала в особняк принцессы префектуры, она не видела своего отца. Она не могла удержаться и взволнованно закричала: “Отец!”

Ян Лянь поднял голову и был ошеломлен, но он поспешно вышел вперед, чтобы поприветствовать Шэнь Нинхуа. “Приветствую вас, ваше высочество”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Дядя, тебе не нужно быть таким вежливым. Я не устраивала банкета в твою честь с тех пор, как ты приехал в столицу. Когда охота закончится, я обязательно устрою банкет в качестве извинения перед вами.”

“Нет, нет, вы мне польстили”. Ян Лянь неоднократно отказывался. Он знал об официальных кругах больше, чем Ся Цзинцю и Ян Инсюэ, поэтому он, естественно, знал о текущем статусе Шэнь Нинхуа. Даже принцесса Аннинг и принцесса Анцин, которые были родными дочерями императора, не пользовались таким расположением, как Шэнь Нинхуа. Он был готов оскорбить кого угодно, кроме Шэнь Нинхуа.

Сердце Ян Инсюэ дрогнуло, когда она увидела подобострастное выражение лица своего отца. В ее сердце возникло чувство унижения. Там, в Цзяннани, ее отец всегда был тем, перед кем заискивали другие, но теперь ему приходилось осторожно угождать другим. Власть действительно была чем-то таким, что могло психологически раздавить людей до смерти!

Шэнь Нинхуа недолго колебалась, прежде чем направиться к принцессе Аннинг.

Ян Лянь поспешно подала знак Ян Инсюэ следовать за ней.

Ян Инсюэ сделала два шага и не смогла удержаться, чтобы не оглянуться на Ян Лянь. На этот раз она увидела чиновника, который только что проигнорировал лесть ее отца, подобострастно улыбающегося ему.

“Брат Ян, так ты на самом деле родственник принцессы Чжаохуа из префектуры. Почему ты не сказал об этом раньше? Когда охота закончится, я устрою банкет в здании Циньян. Брат Ян, не отказывай мне...”

Бай Руо сделал два шага назад и прошептал: “Мисс Ян, пора уходить”.

Ян Инсюэ задрожала и поспешно отвела взгляд. Она последовала по стопам Шэнь Нинхуа, но ее опущенные глаза загорелись огнем. Она также хотела быть похожей на Шэнь Нинхуа. Она хотела, чтобы за ней все гонялись, чтобы она наслаждалась всем самым лучшим и чтобы ее отец гордился ею!

Бай Руо моргнула и не смогла сдержать вздоха в своем сердце. “Власть - это действительно хорошая вещь. К сожалению, это палка о двух концах, и иногда она может навредить владельцу. Его эффект зависит от амбиций владельца. Судя по выражению ее лица, мисс Ян любой ценой поднимется по социальной лестнице, как и предсказывала мисс.”

Возможно, из-за предупреждения Чу Цзюньи Шэнь Нинхуа не увидел Сяо Хуаньси по пути. Когда они прибыли к месту назначения и охранники начали устанавливать палатки, Сяо Хуаньси, одетая в сапфирово-голубое платье, подошла с двумя служанками.

“Приветствую вас, ваше высочество”.

“Приветствую вас, мисс Сяо”.

“Это твоя палатка?” Сяо Хуаньси обернулась и посмотрела на охранников, которые были заняты на открытом пространстве позади.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Пейзаж здесь хороший. Он очень подходит для лагеря с палатками. Где твоя палатка?”

“Я не могу сравниться с тобой. Моя палатка находится на периферии, как и у других юных леди из официальных семей. Я больше не буду вас беспокоить. Я сейчас уйду.”

После того, как Сяо Хуаньси ушла, Бай Жо с любопытством спросила: “Мисс, мисс Сяо проделала весь этот путь только для того, чтобы сказать это?”

Глаза Шэнь Нинхуа были полны улыбки. “Если бы у нее не было никакого мотива, она, вероятно, не пришла бы ко мне. Просто смотри.”

После того, как их лагеря были разбиты, все разошлись по домам, чтобы отдохнуть и подготовиться к завтрашней охоте.

Шэнь Нинхуа вошла в свою палатку и огляделась.

“Мисс, что-нибудь не так?”

Шэнь Нинхуа скривила губы и холодно выплюнула несколько слов. “Здесь все очень неправильно. Бай Руо, ты помнишь, как выглядели охранники, которые помогали разбивать наш лагерь сегодня?”

“Я запомнил только внешность двоих из них. Остальное...” Сегодня было слишком много людей, поэтому она не могла четко вспомнить.

Цин Цюэ сказала: “Мисс, я запомнила, как они все выглядели”.

“Хорошо, Цин Цюэ, иди найди Чу Цзюньи и скажи ему, как выглядят охранники. Скажи ему, чтобы он нашел способ контролировать этих охранников. Не позволяйте им совершать самоубийства или быть убитыми”.

“Да, мисс”.

Бай Руо был немного в панике. “Мисс, эти люди что-нибудь делали, пока устанавливали нашу палатку?”

Шэнь Нинхуа оглядела окрестности палатки. “Кто-то воспользовался тем, что разбил лагерь, чтобы закопать пыльцу Ванинга в землю. Есть вид гадюк, которым больше всего нравится запах пыльцы некоторых цветов. Как и ожидалось, это место посреди ночи превратится в змеиное гнездо!”

“Ах!” Бай Руо прикрыла рот рукой и воскликнула. У кого был такой порочный ум?

“Мисс, давайте быстро перейдем в другую палатку!”

Глаза Шэнь Нинхуа были глубокими. “Мы сделаем это, но не сейчас”.

Лучше бы это дело не имело никакого отношения к Сяо Хуаньси. Если бы она нашла доказательства причастности Сяо Хуаньси к этому, Чу Цзюньи определенно проиграла бы пари.

Глава 130 - Змея Не Укусила Тебя, Но Я Бы Укусил!

Услышав, что что-то произошло в палатке Шэнь Нинхуа, выражение лица Чу Цзюньи внезапно стало жестким и холодным. Он встал и направился к ее палатке.

Шэнь Нинхуа сидела на своем месте и пила только что заваренный чай Билуочунь. Увидев вошедшего Чу Цзюньи, она нисколько не удивилась. “Ты здесь”.

Чу Цзюньи кивнул и долго оглядывался по сторонам. “Нинхуа, что случилось с твоей палаткой?”

“Кто-то закопал вокруг палатки пыльцу Ванили, чтобы привлечь змей!”

Глаза Чу Цзюньи были холодны. После того, как Цин Цюэ рассказала ему о внешности охранников, он повернулся и сказал Шэнь Нинхуа: “Нинхуа, я тщательно расследую это дело”. Сказав это, он развернулся и вышел.

Шэнь Нинхуа осторожно поставила чашку на стол. По выражению ее лица было трудно сказать, счастлива она или сердита. Ее лицо было непроницаемо спокойным.

Посреди ночи из кустов донесся какой-то едва различимый шум. Сначала это было очень незаметно, но шум постепенно становился все громче и громче, а кусты задрожали и начали дрожать все сильнее и сильнее.

Патрульные стражники сочли это достаточно подозрительным, поэтому один стражник велел своему товарищу приподнять факел над головой и расколоть куст ударом копья.

"Ах! Змеи!”

Охранник, который ясно увидел, что находится в кустах, бросил факел на землю и громко закричал.

“Кто-нибудь! Охраняйте принцев и принцесс. Все сюда, все сюда! Скорее!”

Вскоре после этого весь лагерь проснулся и пребывал в хаотичном беспорядке. Многие люди выбежали из своих палаток. Некоторые юные леди даже не привели в порядок свою одежду и были вынуждены закрыть свои лица руками от смущения. Однако в этот момент стражники и молодые хозяева из аристократических семей были не в том настроении, чтобы подглядывать за ними. Они все уставились на траву, как будто столкнулись с великим врагом.

“А!” Охранник неосторожно сделал шаг вперед и почувствовал боль в лодыжке. Он тут же упал на землю. Как только он упал, еще несколько змей подползли к нему и укусили. Прежде чем императорские врачи успели подоспеть, его лицо почернело, и он мгновенно умер.

Эти люди никогда раньше не видели ничего подобного! Они были так напуганы, что не знали, как реагировать. Многие молодые леди закрыли лица руками и воскликнули: “Боже, откуда взялось так много змей!”

“Отец, мать, я хочу домой".

“Помогите!”

Лагерь, который совсем недавно еще был наполнен смехом, мгновенно погрузился в атмосферу тревоги и отчаяния.

Сяо Хуаньси была защищена своими служанками и осторожно отошла в сторону от толпы. Она обернулась, чтобы поискать Чу Цзюньи, но, оглядевшись несколько раз, не нашла его. В глубине души она чувствовала себя немного обескураженной.

В этот момент Второй принц и Пятый принц привели людей и приказали стражникам осторожно вылить Тунговое масло на землю. Затем они зажгли масло и сожгли траву на земле.

Поскольку змеи боялись огня, многие из них в испуге уползли в окружающую темноту и они образовали круг вокруг людей.

Глаза Бейли Цзиньчуаня были полны тревоги, когда он повернулся, чтобы посмотреть на Сяо Хуаньси. “Ты видел Аннинга и Нинхуа?”

Сяо Хуаньси покачала головой. "Нет, я их не видела..."

Бейли Цзиньчуань нахмурился и холодно проинструктировал: “Кто-нибудь, поторопитесь и найдите принцессу Аннинг и принцессу префектуры Чжаохуа. Сделайте все, что в ваших силах, чтобы обеспечить их безопасность!”

В этот момент кто-то крикнул: “Разве это не палатка принцессы Чжаохуа из префектуры? Небеса, здесь все кишит гадюками...”

Бейли Цзиньчуань оттолкнул людей, стоявших перед ним, и с тревогой посмотрел на расположение палатки. Шатер был почти до верха заполнен змеями, и разноцветные гадюки сжались в очень пугающий клубок. “Нинхуа, ты внутри?”

Бейли Цзиньчуань крикнул несколько раз, но не получил никакого ответа. Волна паники захлестнула его сердце, и его глаза медленно покраснели от беспокойства. Он обернулся и крикнул охранникам: “Где порошок для отпугивания змей? Поторопись и принеси это сюда!”

Ян Инсюэ чуть не упала в обморок, но когда она подумала о сцене с гадюками, кишащими сразу после падения охранника, ей хватило соображения чтобы не посметь упасть в обморок. Когда она услышала, что Шэнь Нинхуа, возможно, заперта в палатке, она чуть не закричала: “Кузина!...” Она действительно не хотела, чтобы с Шэнь Нинхуа что-то случилось в этой ужасной ситуации.

Охранник принес весь порошок от змей, который смог найти, и передал его Бейли Цзиньчуаню, который от отчаяния был на грани сумасшествия. “Ваше высочество, весь порошок для отпугивания змей здесь”. Поскольку лагерь находился на опушке леса, они захватили с собой много порошка, отпугивающего змей.

Бейли Цзиньчуань вздохнул с облегчением и приказал людям рассыпать порошок для отпугивания змей по земле. Однако, хотя времени прошло достаточно, после долгого ожидания змеи на земле не проявляли никаких признаков отступления. Некоторые даже обвалялись в порошке.

Немедленно имперский врач шагнул вперед, чтобы осмотреть порошок для отпугивания змей, и выражение его лица резко изменилось, когда он понюхал его. “Это не порошок для отпугивания змей. Это мука!”

«Что? Небеса, неужели Небеса собираются убить нас?”

“Почему это должно произойти?”

“Почему мы пришли сюда охотиться? Я хочу вернуться, вернуться!”

Бейли Цзиньчуань резко повернул голову, чтобы уставиться на говорившего взглядом темным, как у гадюки. “Заткнись!”

Все задрожали и быстро закрыли рты.

“Используйте факелы и мечи. Убери этих гадюк. Мы должны спасти принцессу префектуры Чжаохуа и принцессу Аннинг!”

"Да!"

Охранники начали двигаться, но гадюк было слишком много. Охранники понимали, что если начать убивать змей, то ярость пресмыкающихся только удвоится подстегнет их свирепость. И все присутствующие умрут. Однако, если змей аккуратно убирать с дороги, то есть шанс, что они бы быстро уползли бы обратно. В любом случае, это было все равно что пытаться потушить горящую телегу с хворостом чашкой воды.

Сяо Хуаньси посмотрела на пространство перед собой, и в ее глазах промелькнул страх, но он быстро сменился удовольствием. В темноте ее лицо выглядело очень мрачным. С той поры, если Шэнь Нинхуа умрет, то она станет единственным человеком, о котором заботился брат Цзюньи. Если бы они провели достаточно времени вместе, любовь пришла бы к нему тоже!

Она была ослеплена прекрасными фантазиями. Она даже забыла, что то, как Чу Цзюньи обращался с ней, не несло в себе ничего, кроме чувства родства.

Вскоре после этого охранник, наконец, открыл палатку Бейли Аннинг. Дворцовые служанки немедленно выбежали, защищая Бейли Аннинг.

“Второй Брат...” Лицо Бейли Аннинг побледнело от страха. Тем не менее, она все же сумела соблюсти надлежащий этикет и поклонилась Бейли Цзиньчуаню.

“Хорошо, Цю Ши, помоги принцессе отойти в сторону, чтобы отдохнуть”. Бейли Цзиньчуань кивнул Бейли Аннинг, и его встревоженный взгляд остановился на палатке Шэнь Нинхуа.

Бейли Аннинг в ужасе расширила глаза. “Нинхуа еще не вышла?”

"Нет, она еще не вышла и мы не можем ее найти." Бейли Цзиньчуань сжал кулаки. Нинхуа…

Там было просто слишком много гадюк, чтобы отогнать их. В палатке Шэнь Нинхуа было тихо и безмолвно. Сяо Хуаньси огляделась в поисках Чу Цзюньи, и ее глаза внезапно загорелись.

Чу Цзюньи сопроводил шестерых охранников. Увидев Бейли Цзиньчуаня, стоящего перед палаткой Шэнь Нинхуа, его сердце внезапно сжалось. Он выпалил: ”Ее высочество еще не вышла?"

"Нет!” Увидев неконтролируемый обеспокоенный взгляд Чу Цзюньи, сердце Бейли Цзиньчуаня дрогнуло. Он понял, что этот человек тоже любил Нинхуа! Как только он закончил говорить, фигура Чу Цзюньи исчезла с места.

“Брат Цзюньи!” Увидев Чу Цзюньи, прыгающего в палатку, Сяо Хуаньси закричал душераздирающим голосом! Брат Цзюньи проигнорировал змей, чтобы спасти эту сучку! Почему, с какой стати он это делает!

В этот момент Шэнь Нинхуа, Цин Цюэ и Би Чжу сидели на кровати в палатке. Земля была полна гадюк. Поскольку они находились на относительно более высоком месте и посыпали каким-то лекарственным порошком, ни одна змея пока не подползала.

В комнату ворвался Чу Цзюньи. Увидев, что Шэнь Нинхуа цела и невредима, он вздохнул с облегчением и чуть не наступил на клубок змей.

К счастью, по приказу Шэнь Нинхуа Цин Цюэ бросила ему под ноги подушку и спасла его от смерти.

Чу Цзюньи наступил на подушку и запрыгнул на кровать.

Шэнь Нинхуа уставилась на Чу Цзюньи, не моргая, и выражение ее лица было наполнено сомнением. “Зачем ты вошел?”

Глядя на ее озадаченное выражение лица, Чу Цзюньи стиснул зубы и сказал: “Почему ты не вышла?” Поскольку он боялся, что его голос услышат другие, он говорил тихим голосом, но гнев внутри был очевиден.

“Кто-то осмелился устроить заговор против меня с помощью роя змей, и я должна отплатить ему тем же. Если бы я вышла, я бы предупредила их”.

“Так ты рисковала своей собственной жизнью?” Глаза Чу Цзюньи вспыхнули огнем, и он пожалел, что не может поднять ее и от всей души яростно отшлепать.

Шэнь Нинхуа кивнула, не замечая своих эмоций. “Ну, если я сейчас останусь в палатке, они определенно останутся там, где они есть, и позволят людям спасти меня. Чем позже наступает ночь, тем эффективнее пыльца вялости и тем больше гадюк она привлечет. Даже если гадюки не могут укусить их до смерти, я все равно испытываю облегчение, видя, что они напуганы до полусмерти. В это время люди снаружи не посмеют убежать, оставив меня здесь одну!”

“Ты...” Лицо Чу Цзюньи покраснело от гнева. Эта отчаянная девушка на самом деле была такой безбашенной даже по отношению к самой себе. “А ты не боишься, что тебя укусят змеи?”

Он так сильно стиснул зубы, что Шэнь Нинхуа наконец заметила, что его настроение было ненормальным. Она не могла не посмотреть на него снизу вверх.

Чу Цзюньи слегка нахмурился. Его лоб был покрыт капельками пота. Его черные как смоль глаза, казалось, были полны гнева, но за его гневом скрывалась неконтролируемая озабоченность. Его взгляд был слишком сосредоточенным и горячим, как камень, сильно ударивший Шэнь Нинхуа в грудь.

Если бы он не слишком нервничал, как мог он, который практиковал боевые искусства до такой степени, что был неуязвим для холода и жары, быть покрытым потом…

Она привыкла все планировать сама и плести заговоры против своих врагов, рискуя своей жизнью. У нее вообще не было чувства страха, когда она шла на риск. Она даже думала, что неуязвима для всех ядов и атак. Однако, когда она увидела его обеспокоенный взгляд, ей вдруг стало немного грустно.

Она была тронута, но не желала признавать поражение. “Змеи не посмеют укусить меня!”

Видя ее упрямство, Чу Цзюньи не мог подавить гнев в своем сердце. Он опустился перед ней на колени и внезапно притянул ее в свои объятия. Затем он неожиданно прикусил ее нежную шею! Его сердце просто разрывалось от чувств, переполняющих его…

“Чертова сумасшедшая девчонка, змеи тебя не укусили, но я укушу!”

Шэнь Нинхуа был совершенно ошеломлена. Сильная боль в шее даже не заставила ее прийти в себя. Она была укушена…

Даже Бай Руо и Цин Цюэ были слишком потрясены, чтобы остановить его.

Почувствовав тепло и гладкую кожу между зубами, ярость Чу Цзюньи внезапно утихла. Его сердце трепетало, и он был одновременно доволен и напуган. Имея возможность быть так близко к своей возлюбленной, он чувствовал, что все его сердце наполнено удовлетворением, но он боялся, что его действия были опрометчивыми и напугали бы его прекрасную возлюбленную!

Чу Цзюньи в глубине души знал, что он должен отпустить ее, но такое чудесное чувство заставляло его не желать этого…

Как раз в тот момент, когда он думал о том, что делать, он услышал холодный голос Шэнь Нинхуа. “Тебе не надоело меня кусать?”

“...Нет”.

“Вставай!”

Как раз в тот момент, когда они оба оказались в тупике, из-за двери наконец донесся шум. Бейли Цзиньчуань привел своих людей и спросил: “Нинхуа, с тобой все в порядке?”

Как только он вошел в палатку, он увидел Чу Цзюньи, обнимающего Шэнь Нинхуа в своих объятиях. Сразу же тираническая аура охватила все его тело. Чу Цзюньи прикоснулся к девушке, которая ему нравилась. Черт возьми!

Глава 131 - Вы Несете Ответственность Только за то, чтобы Быть Красивой, как Цветок!

Бейли Цзиньчуань ворвался в палатку слишком быстро, так что за ним последовало всего несколько охранников. Когда они увидели сцену перед собой, все они были ошеломлены. На мгновение они не знали, как реагировать.

Глаза Чу Цзюньи стали холодными. Он взмахнул запястьем и использовал скрытое оружие, чтобы ударить по запястью охранника, который поднимал занавеску у двери. Занавес палатки мгновенно опустился, чтобы люди снаружи не могли войти в палатку.

Кто-то у двери сразу же спросил: “Ваше высочество, что случилось? Что-то не так?”

“Все в порядке. Внутри слишком много гадюк. Все вы ждите у двери, чтобы защитить остальных. Не входи.” Бейли Цзиньчуань изо всех сил старался подавить гнев в своем сердце. Его глаза сияли свирепым холодом, и он пожалел, что не может убить Чу Цзюньи на месте.

Чу Цзюньи обнял Шэнь Нинхуа и не отпускал ее. Вместо этого он лицом к лицу столкнулся с Бейли Цзиньчуанем. Столкновение их аур было настолько мощным, что вызвало неконтролируемую панику в сердцах остальных в палатке.

Шэнь Нинхуа собрала немного сил и высвободился из объятий Чу Цзюньи. Она повернулась, чтобы посмотреть на Бейли Цзиньчуань, и сказала: “Ваше высочество”.

Бейли Цзиньчуань перевел взгляд на нее и стиснул зубы. “Шэнь Нинхуа, ты отказалась принять мою любовь из-за этого человека?”

“Ну и что?” Выражение лица Шэнь Нинхуа было спокойным, и она полностью проигнорировала гнев Бейли Цзиньчуань.

Услышав это, Чу Цзюньи пришел в восторг. Чудесное ощущение кожи Шэнь Нинхуа все еще оставалось на его губах. Он не мог удержаться, чтобы не посмотреть на нее более нежно и ласково.

Бейли Цзиньчуань внезапно утратил свою рациональность. Он взял длинный меч из рук стражника и стряхнул гадюк перед собой. Он шагнул перед Шэнь Нинхуа и приставил меч к шее Чу Цзюньи. “Ты отвергала меня снова и снова ради этого симпатичного игрушечного мальчика, который только и знает, как выкидывать фокусы и хвастаться своими талантами?”

Чу Цзюньи опустил голову и посмотрел на меч, приставленный к его шее. Он не сразу отбросил его, а повернулся, чтобы дождаться реакции Шэнь Нинхуа.

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало еще холоднее. “Я помню, как говорила тебе, что даже если бы не было никого другого, я бы не согласилась выйти за тебя замуж”.

Кулаки Бейли Цзиньчуаня так сильно сжались, что кожа на костяшках казалось лопнет от напряжения. “В чем я уступаю ему? Власть, статус или страсть к тебе? Шэнь Нинхуа, я люблю тебя всем сердцем. Чем еще вы не удовлетворены?”

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Ваше высочество, вы говорите, что любите меня всем сердцем. Хорошо, я хочу спросить вас. Если бы я не восстановила свою внешность, а вместо этого выгляделс как комок угля, вы бы любили меня?”

“Я так и сделаю!”

“Вы не сделаете этого! Вы будете стараться изо всех сил использовать мой талант, но вы определенно не будете так привязаны ко мне, как сейчас!”

“Это предположение вообще не считается. В тот момент, когда я увидел тебя, ты снова обрел свой облик. Как ты можешь быть уверена, что я не влюблюсь в другую тебя, у которой невзрачная внешность?” Бейли Цзиньчуань впился взглядом в Шэнь Нинхуа и тихо зарычал.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Хорошо, это предположение не считается. Тогда позвольте мне задать вам еще один вопрос. Вы продолжаете говорить, что любите меня всем сердцем, но вы использовали смерть мадам Чжоу, чтобы оказать на меня давление и даже попытаться разрушить мою репутацию для достижения своей цели. Что вы скажете по этому поводу?”

“Я уже объяснял это. Это было потому, что в то время я не был столь вдумчивым. Я уже извинился перед тобой. Почему ты все еще одержим этим?” Бейли Цзиньчуань был нетерпелив.

Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на него и твердо сказала: “Вот почему я не выберу вас. В вашем сердце, если я вам нравлюсь, я не могу оказаться. Вы относитесь ко мне только как к трофею. То, за чем вы гоняетесь, - это удовольствие от завоевания, а не я, Шэнь Нинхуа! Если бы я вам действительно нравилась, вы бы не говорили со мной таким нетерпеливым и гневным тоном!”

Бейли Цзиньчуань поперхнулся. “Я просто говорил, не подумав”.

“Чем чаще происходит событие, тем больше вы можете увидеть настоящий характер человека. Вы никогда не ставили меня на такое же высокое положение, какое занимаете сами. Как вы можете подарить мне те чувства, которые я хочу?” Шэнь Нинхуа повернула голову, не желая видеть выражение его лица.

Легким движением следы зубов, оставленные Чу Цзюньи на ее шее, открылись глазам Бейли Цзиньчуань!

“Ты...” Глаза Бейли Цзиньчуаня горели яростью. “Неважно, что ты говоришь, это просто отговорка. У тебя роман с этим мужчиной!” Говоря это, он почувствовал, как волна стыда, вызванная тем, что его предали, захлестнула его сердце. Внезапно он протянул руку и ущипнул Шэнь Нинхуа за шею.

“Я так хорошо к тебе отношусь. У тебя на самом деле роман с другим мужчиной за моей спиной. Ты... заслуживаешь смерти!”

Выражение лица Чу Цзюньи резко изменилось. Его указательный и средний пальцы резко сжали меч у его шеи. С грохотом меч разломился пополам. Затем он схватил наполовину сломанный меч и рубящим стремительным ударом полоснул по руке Бейли Цзиньчуаня, которая сжимала шею Шэнь Нинхуа!

Звук острого лезвия, вонзающегося в плоть, заставлял сердце трепетать от страха, а сильная боль заставляла Бейли Цзиньчуаня внезапно приходить в себя. Его холодный и мрачный взгляд остановился на Чу Цзюньи. Затем он крепко сжал в руке вторую половину лезвия меча и вонзил его в грудь Чу Цзюньи!

Его аура была такой мощной, и половинка меча в его руке была похожа на дракона наводнения, мерцающего холодным светом, когда он летел к груди Чу Цзюньи, как молния!

Ненависть промелькнул в глазах Чу Цзюньи. Он слегка изогнул свое тело и уклонился, чтобы избежать удара по жизненно важной части тела. Затем он позволил сломанному мечу вонзиться в его плечо. Кровь мгновенно хлынула потоком!

”Чу Цзюньи!" Шэнь Нинхуа была потрясена. Она не ожидала, что Чу Цзюньи вообще не будет уворачиваться. “Ты сошел с ума! Почему ты не увернулся?”

Чу Цзюньи вообще не заботилась о ране в его груди. Он перевернул руку и ударил Бейли Цзиньчуаня в грудь.

Увидев, что Бейли Цзиньчуань отброшен в сторону, ошарашенные стражники у двери немедленно подняли копья в своих руках и собирались броситься на Чу Цзюньи. Как только они собрались пошевелиться, все они почувствовали боль в задней части шеи и сразу же потеряли сознание.

Цин Цюэ обездвижила всех охранников без сознания и прыгнула обратно в постель.

Шэнь Нинхуа поддержал Чу Цзюньи, стянул одеяло с кровати и оторвал ткань, чтобы перевязать его рану.

Чу Цзюньи остановил ее. “Нинхуа, в повязке нет необходимости. Давайте поторопимся и уйдем прямо сейчас.”

“Ты мог бы увернуться от меча. Почему ты этого не сделал?” Шэнь Нинхуа была полна гнева. Однажды он критиковал ее за то, что она не заботится о собственном здоровье, но что он делал сейчас?

Чу Цзюньи улыбнулся и обнял Шэнь Нинхуа за плечо, чтобы не упасть. “Ты понимаешь, что я почувствовал, когда увидел тебя в окружении змей?”

Шэнь Нинхуа нахмурилась и была готов разозлиться.

Чу Цзюньи поспешно объяснил: “Я мужчина, поэтому для меня вполне естественно делать такие вещи. Как леди, вам нужно только нести ответственность за то, чтобы быть красивой, как цветок, и я защищу вас от всех опасностей”.

“Ты...” Сердце Шэнь Нинхуа невольно сжалось. Она не знала, как выразить чувства, которых никогда раньше не испытывала.

Чу Цзюньи улыбнулся. “Хотя я хочу жениться на тебе, я не буду использовать метод разрушения твоей репутации для достижения своей цели. Бейли Цзиньчуань видел наши действия. Если бы он настаивал на том, чтобы приставать к нам, мы бы определенно оказались в уязвимой ситуации. Следовательно, я должен быть ранен, получив его удар!”

“Даже если ты будешь ранен, разве он все равно не сможет найти неприятности с нами?”

Чу Цзюньи прикрыл грудь и спрыгнул с кровати. Он выбрал из группы змей плоскоголовую гадюку с красным рисунком. “Эта змея называется Алая Кольцевая Змея. У людей, укушенных им, будут галлюцинации”.

Шэнь Нинхуа сразу же понял его. “Вы имели в виду, что у Второго принца были галлюцинации после укуса змеи. Он принял нас за любовников и заколол тебя своим мечом. Он также поранился сам.”

У Шэнь Нинхуа теперь было сложное настроение. Когда Бейли Цзиньчуань увидела, как ее обнимает Чу Цзюньи, она мгновенно подумала о последствиях. Надо было что-то придумать. Для того, чтобы впоследствии жениться на Чу Цзюньи, чтобы заставить замолчать слухи. Однако она не ожидала, что он воспользуется таким методом, чтобы защитить ее репутацию…

”Это верно!"

После того, как Чу Цзюньи укусила змея Бейли Цзиньчуаня, он вытащил наполовину разломаный меч из руки Бейли Цзиньчуаня и ударил ножом упавших на землю охранников. “Эти охранники пытались помешать Второму принцу причинить себе вред, но вместо этого они были убиты Вторым принцем”.

Шэнь Нинхуа кивнула, давая знак Бай Руо говорить.

Бай Руо кивнул и закричал: “Помогите, Второй принц сошел с ума!”

Услышав этот крик, охранники, ожидавшие у входа в палатку, поспешно ворвались внутрь, и они были мгновенно напуганы до полусмерти тем, что увидели.

Земля была заполнена охранниками, которые лежали тут и там без признаков жизни и было не понятно, живы они или мертвы. Второй принц тоже лежал на земле, весь в крови. Лорд Чу, которого только что повысили в звании, с наполовину сломанным мечом в груди лежал рядом с принцессой префектуры Чжаохуа.

“Ваше высочество, что…что происходит?”

Шэнь Нинхуа подняла голову и сказала с бледным лицом: “Забудь об этом на время. Вынесите Второго принца и лорда Чу и найдите императорских врачей!”

“Ах, да!”

Увидев, что Чу Цзюньи выносят с окровавленным телом, Сяо Хуаньси испуганно вскрикнул и поспешно подскочил к нему. “Брат Цзюньи!”

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны, когда она подняла руку, чтобы остановить Сяо Хуаньси. “Не прикасайся к нему. Отойди!”

Сяо Хуаньси внезапно подняла голову, и ее глаза наполнились ненавистью. “Что случилось с братом Цзюньи? Что ты с ним сделала? Не останавливай меня. Я хочу его видеть!”

У Шэнь Нинхуа лопнуло терпение, и она подняла руку, чтобы влепить ей пощечину. “Ты хочешь убить Чу Цзюньи? Какой смысл спорить в такое время?”

Сяо Хуаньси была ошеломлена пощечиной. Она закрыла лицо руками и не знала, как реагировать.

У Шэнь Нинхуа не было времени поговорить с ней. “Где имперские врачи?”

“Ваше высочество, мы здесь”.

“Второго принца укусила Змея с Алым Кольцом. Пошлите кого-нибудь найти противоядие. Лорд Чу был ранен, когда Второй принц сошел с ума. Быстро найдите палатку, чтобы остановить его кровотечение и вылечить его.”

”Да, ваше высочество".

Шэнь Нинхуа обернулась и посмотрела на окружающих его охранников. “Большая часть гадюк собралась на краю моей палатки. Используйте факелы, чтобы отогнать других змей к моей палатке. Мы отступим и потихоньку уйдем из района, где находятся гадюки. Кстати, где Пятый принц и Шестой Принц Великого Королевства Юэ?”

Бейли Цзиндзе и Бу Цзинлань? Все были ошеломлены. Только сейчас они поняли, что не видели их двоих.

Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Половина охранников остается здесь, чтобы отогнать гадюк. Остальные идите и ищите двух принцев!”

”Да, ваше высочество".

По приказу Шэнь Нинхуа все поспешно сдвинулись с места, и на мгновение показалось, что все идет упорядоченно.

Как раз в тот момент, когда они отступили, отгоняя гадюк, охранник внезапно воскликнул.

“Я нашел их. Пятый принц и Шестой Принц Великого Королевства Юэ оба здесь!”

Шэнь Нинхуа обернулась. Двое из них были укушены какой-то змеей и находились в коме. В это время не было времени исследовать причину, по которой они оба упали в обморок вместе. “Несите их и отступайте!”

Через четыре часа они покинули территорию, занятую гадюками, и все рухнули на землю.

Шэнь Нинхуа обернулась и огляделась. Была ночь, и у них не было времени заметить маршрут своего отступления. Теперь их окружали леса, и они не могли определить направление.

Глава 132 - Нинхуа, Я Люблю…

Шэнь Нинхуа огляделась по сторонам и слегка нахмурилась. Впереди был лес, а слева - река. В той ситуации, когда есть опасность и им нужно было бежать, то не было даже выхода. Однако входить в лес было бы еще опаснее, поэтому им оставалось только остаться здесь на ночь и надеяться, что ничего не случится.

Подумав об этом, она подошла к Бейли Аннинг и сказала: “Ваше высочество, пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы люди сначала отдохнули. Боюсь, что сегодня нам придется провести здесь ночь.”

“Здесь?” Бейли Аннинг крепче сжала руку Шэнь Нинхуа и нервно сказала: “Это горный лес. Что нам делать, если какие-нибудь звери выскочат к нам навстречу?”

Шэнь Нинхуа оглядела измученных охранников и слегка вздохнула. “Пусть охранники по очереди дежурят ночью. Я думаю, Его Величество до завтрашнего дня не будет беспокоится, поэтому вряд ли нам стоит рассчитывать на поисковую команду до завтра. Кроме того, вокруг раскинулись дикие горные леса. Если мы будем ходить по лесам в такой панике, я даже не берусь предполагать с чем столкнемся”.

“Да, это единственный способ”. Бейли Аннинг стиснула зубы и заставила себя сохранить сдержанное выражение лица. Она велела окружавшим ее молодым леди найти поблизости место для отдыха.

Эти юные леди привыкли к тому, что их возили в роскошных каретах или роскошных носилках, когда они путешествовали, и никогда не испытывали таких трудностей. Все они жаловались, когда услышали разговор между Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг.

Внезапно громкий волчий вой пронзил небо.

Несколько молодых леди, которые жаловались, выглядели так, словно их душили за горло. Они мгновенно проглотили слова, которые слетели с их губ, и, дрожа, съежились.

“Что это за шум? Волки идут?”

“Нас съедят? Я не хочу...”

Чу Цзюньи, Бейли Цзиньчуань и еще несколько человек были ранены, и запах крови, скорее всего, привлек диких зверей, поэтому им нужно было помочь им как можно скорее привести себя в порядок.

Шэнь Нинхуа подошла к императорскому врачу и тихо спросила: “Как сейчас Второй принц и мастер Чу?”

“Ваше высочество, они серьезно ранены. Им нужно тихое место, чтобы прийти в себя. В противном случае ранения могут дать серьезные осложнения. Но теперь...” Имперский врач покачал головой. “Я очень надеюсь, что во второй половине ночи у них не будет лихорадки”.

Цин Цюэ и Бай Жо нашли немного сена, разложили его на земле у подветренной стороны камня и придавили руками. “Мисс, идите сюда и отдохните”.

Шэнь Нинхуа кивнула. “Вы, ребята, тоже должны пойти отдохнуть. Располагайтесь”.

“Да, мисс. Не волнуйтесь.”

Шэнь Нинхуа прислонилась к камню и сонно закрыла глаза. В воздухе разносилось жужжание и шелест крыльев ночных насекомых. Многие люди тихо рыдали. Она хотела закрыть глаза и вздремнуть, но когда она снова открыла глаза после того, как задремала, люди уже были в беспорядке.

Когда она ясно увидела окружающее, сонливость в ее глазах полностью рассеялас, словно ее окатили холодной родниковой водой из тала. В слабом лунном свете светились пары зеленых глаз. Эти глаза холодно смотрели на них с холодным убийственным намерением и жадностью…Каким-то образом они оказались окружены стаей волков!

Бай Руо подбежала, чтобы помочь Шэнь Нинхуа подняться. Цин Цюэ стоял перед ней с коротким мечом в руке. “Мисс, с вами все в порядке? Вы можете встать?”

Шэнь Нинхуа оперлась на камень и встала. Только тогда она почувствовала слабость во всем теле, как будто ее накачали наркотиками. “Что происходит?” Она подняла голову, чтобы посмотреть на Цин Цюэ, но обнаружила, что, хотя Цин Цюэ стояла, ее движения выглядели крайне бессильными. Ее лоб тоже был покрыт холодным потом, и было очевидно, что она изо всех сил старается держаться.

Кто-то и впрямь накачал их наркотиками!

Первоначально она думала, что закапывание пыльцы в палатке было просто формой мести, но она не ожидала, что это была только первая часть смертельной ловушки, чтобы убить их. Сначала убийца использовал змей, чтобы выгнать их из лагеря в густой лес. Затем, поскольку окружающий шум влиял на суждения людей, убийца воспользовался возможностью накачать их наркотиками и сделать слабыми. Наконец-то он заманил волков сюда!

Таким образом, даже если бы все они умерли, никто не смог бы увидеть никаких нитей, ведущих к исполнителю этого дьявольского плана! Какой порочный ум все это придумал!

Бай Руо изо всех сил старалась поддержать Шэнь Нинхуа и вывела ее в толпу. “Мисс, вы должны защитить себя. Вы не должны здесь погибнуть!”

Шэнь Нинхуа почувствовала холодок в своем сердце. Они были окружены волками, и она даже не могла устойчиво стоять. Возможно, для нее не было спасения, даже если бы никто не строил против нее козней.

Внезапно послышался громкий волчий вой. Окружающие волки, казалось, услышали приказ и набросились на толпу.

“Убирайся!”

“Помогите! Спасите!”

Запах крови становился все сильнее, он постепенно распространялся, и окружающие волки становились все более свирепыми.

Внезапно Цин Цюэ тихо крикнула: “Будь осторожнее!”

Бай Руо обняла Шэнь Нинхуа и они обе покатились по земле. Волчий коготь ударил совсем рядом, вспоров землю, прямо возле лица Шэнь Нинхуа, так близко, что она почти почувствовала зловоние волчьей пасти.

“Бай Руо, защити себя. Не беспокойся обо мне!” Шэнь Нинхуа достала из рукава фарфоровую бутылочку и сказала: “Здесь яд. Нанеси яд на меч и попытайся пробиться наружу и найти кого-нибудь, кто спасет нас!”

Они, вероятно, не смогут дожить до рассвета. Люди, стоящие за этим, вероятно, хотели убить их сегодня вечером!

“Нет, мисс! Что вы собираетесь делать одна?”

“Не беспокойся обо мне!” Холодно сказала Шэнь Нинхуа. Она повернулась, чтобы посмотреть на Цин Цюэ, и решительно повторила: “Цин Цюэ, защити ее и выбери нехоженый путь. Я боюсь, что люди устроили засаду за пределами леса, и они никому не позволят уйти живым”.

Цин Цюэ стиснула зубы и сказала: “Да, мисс”.

Бай Руо взял меч и встал. “Мисс, мы защитим вас и сможем убежать отсюда вместе”.

“Я боюсь, что на этот раз убийство направлено и на меня тоже. Если я убегу с тобой, тебе будет невозможно выбраться отсюда. Кроме того, Чу Цзюньи ранен. Он...” Шэнь Нинхуа развернулся и оттолкнул Бай Руо. “Моя жизнь зависит от вас двоих. Быстро уходите!”

Бай Руо вытерла слезы и встала рядом с Цин Цюэ. Затем они вдвоем бесстрашно бросились к лесу.

Шэнь Нинхуа вздохнула с облегчением. Она подняла с земли длинный меч и нанесла яд на лезвие меча. Это было вовремя. Потому что ей сразу пришлось наносить удар по волку, который набросился на нее.

Мех у волка был густой. Этот удар нанес лишь незначительные повреждения его коже и плоти. Он тихо и грозно зарычал на Шэнь Нинхуа. Но неожиданно, прежде чем он успел снова вскочить на лапы и прыгнуть, он внезапно упал на землю. Да, этот меч был покрыт смертельным ядом!

В окрестностях появлялось все больше и больше волков. Более половины охранников уже погибли от волчьих клыков и лежали на земле, бездыханные.

У Шэнь Нинхуа не было времени проверить их оказывать помощь. Она пошатываясь, направилась к Чу Цзюньи.

Как только появились волки, императорские врачи бросили Чу Цзюньи на землю. Чувствуя опасность от окружающей ситуации, он больше не мог притворяться без сознания. Он встал и хотел пойти, чтобы защитить Шэнь Нинхуа, но все его тело было бессильно, и ему было трудно сделать хоть один шаг. Когда волки набросились на него, он был растерян и не готов к бою.

Увидев, что Шэнь Нинхуа приближается к нему целой и невредимой, глаза Чу Цзюньи загорелись радостью! Он ударил ножом стоящего перед ним волка и побежал к Шэнь Нинхуа навстречу.

Внезапно глаза Чу Цзюньи расширились, и он использовал всю свою силу, чтобы наброситься на Шэнь Нинхуа!

Шэнь Нинхуа почувствовала, как у нее потемнело в глазах, и Чу Цзюньи сильно прижал ее к земле. Затем какая-то теплая жидкость потекла по ее шее, заставив ее глаза бессознательно расшириться. “Чу Цзюньи!”

Чу Цзюньи на мгновение замолчал. Волк свирепо кусал его за плечо, которое итак уже было повреждено, словно животное было полно решимости оторвать плоть от его тела. Кровь брызнула из раны во все стороны. Он потерял сознание и изо всех сил попытался убить волка своим мечом и потащил Шэнь Нинхуа отступать к реке.

Внезапно раздался громкий звук чего-то, рассекающего воздух. Острая стрела полетела в спину Шэнь Нинхуа!

Когда Чу Цзюньи услышал звук, у него не было времени отразить острую стрелу. Он мог использовать только свои последние силы, чтобы удержать Шэнь Нинхуа и прыгнуть в реку.

На поверхности течение реки было не очень быстрым, но когда они оказались в воде, то обнаружили, что внизу было много быстрых подводных течений, и они оба мгновенно исчезли без следа.

Когда Бейли Аннинг увидела эту сцену, ей показалось, что мир закружился у нее перед глазами. “Нинхуа!”

“Брат Цзюньи!” Сяо Хуаньси закричала одновременно!

Красные пятна крови растекались вместе с речной водой.

Лицо Чу Цзюньи было смертельно бледным. Его зубы дрожали от холода, но он изо всех сил старался удержаться от обморока. “Нинхуа, ты в порядке?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на его посиневшее от холода лицо, и ее глаза внезапно покраснели. Слезы катились по ее щекам. “Ты знал, что можешь умереть от этого?”

Чу Цзюньи скривил губы и улыбнулся. Он слабо сказал: “Я рад слышать, как ты ругаешь меня с такой силой”.

Шэнь Нинхуа крепко обнял его и почувствовал, что его тело холодно, как лед. “Чу Цзюньи, ты должен держаться. Ты не можешь умереть!”

Сначала его плечо было пронзено мечом насквозь, затем его укусил волк, а затем он прыгнул в воду, чтобы спастись…Чрезмерная потеря крови привела к тому, что чувства Чу Цзюньи затуманились. Если бы это было не потому, что он хотел убедиться, что с Шэнь Нинхуа все в порядке, он бы давным-давно упал в обморок.

Шэнь Нинхуа хотела заговорить, но поперхнулся водой и закашлялась. Слезы потекли по ее щекам. “Чу Цзюньи, ты слышал, что я сказал. Не спи, не отпускай меня. Поговори со мной.”

Чу Цзюньи также знал, что как только он заснет, то, вероятно, больше никогда не проснется. Он изо всех сил старался смотреть на Шэнь Нинхуа широко открытыми глазами. “Кха.. моя… Кха-кха… прекрасная милая, я так долго мечтал жениться на тебе. Теперь, похоже, моей мечте не суждено сбыться”.

Сердце Шэнь Нинхуа заныло. “Да, так и будет. Если мы сможем вернуться живыми, я попрошу Его Величество издать указ о нашей свадьбе!”

“Не говори глупых слов... Я... Ты даже не знаешь, кто я, не так ли? Ты хочешь выйти замуж за кого-то с неизвестной личностью? Это очень плохо”.

“Чу Цзюньи, кем бы ты ни был, мне все равно. Пока ты жив, я буду твоей женой. Но если ты умрешь, я выйду замуж за кого-нибудь другого с моим большим приданым!” Шэнь Нинхуа стиснула зубы и прорычала ему в ухо.

Чу Цзюньи хотел улыбнуться, но его рука соскользнула. У него больше не было сил удерживать Шэнь Нинхуа. ”Нинхуа, Нинхуа..."

Шэнь Нинхуа крепко ухватилась за его одежду, чтобы он не утонул, но ее потащили вместе с ним, и она проглотила несколько глотков воды.

Чу Цзюньи изо всех сил попытался открыть глаза и уставился на Шэнь Нинхуа. Казалось, он хотел запечатлеть ее в глубинах своего сознания. Он медленно протянул руку и оттолкнул Шэнь Нинхуа от себя. Если бы она была одна, то определенно смогла бы продержаться. В этот момент он уже был обузой. “Нинхуа, я люблю...”

“Чу Цзюньи, не отпускай. Я умоляю тебя, не отпускай меня...” Вспышка пронзительной боли наполнила ее сердце. Она думала, что ее сердце онемело, но неожиданно ему удалось восстановить ее сердце, которое было изрешечено дырами, и глубоко запечатлеть себя в нем.

Глава 133 - Для меня Это был убыточный бизнес

Холод от речной воды, казалось, пронизывал до костей. Шэнь Нинхуа поджала губы и крепко схватила Чу Цзюньи за одежду. Однако тяжесть на ее руках продолжала увеличиваться, и костяшки пальцев онемели. Как раз в тот момент, когда они были на волосок от смерти, река внезапно сделала резкий поворот.

При ярком лунном свете Шэнь Нинхуа увидела высокий тополь, который был подмыт водой, когда-то рухнул на землю и сейчас лежал на берегу, перегораживая реку поперек. Ее глаза внезапно загорелись. В тот момент, когда ее тело водой проносилось мимо тополя, она быстро схватилась за ветку дерева одной рукой. Второй рукой она крепко держала тело Чу Цзюньи.

Течение реки было стремительным, поэтому вода чуть не смыла ее, хотя девушка крепко цеплялась за ветви деревьев. Ее ладонь была сильно поцарапана, виднелись кровь и разорванная кожа. Сильный водный поток так крутил ее, что девушка периодически теряла сознание. “Чу Цзюньи, ты меня слышишь? Мы спасены. Сейчас я придумаю, как вытащить тебя на берег. Ты должен держаться, понимаешь?”

Шэнь Нинхуа зубами сильно прикусила кончик языка и использовала боль, чтобы оставаться в сознании. Она медленно двинулась к берегу.

Примерно через полчаса девушка наконец коснулась берега. Покинув воду, Чу Цзюньи казался еще тяжелее. Она с большим трудом вытащила его на берег, прислушалась, но совсем не могла уловить его дыхания.

Глаза Шэнь Нинхуа покраснели, она чувствовала бессильную ярость . Девушка непрерывно делала искусственное дыхание, постоянно давила на грудь Чу Цзюньи и словно в забытьи неразборчиво бормотала: “Чу Цзюньи, если ты умрешь, я уничтожу семью Сяо, убью Сяо Хуаньси, уничтожу Сяо Фэнцзюэ, а затем выйду замуж за Второго принца. Я помогу ему взойти на трон и родить от него детей. А ты будешь все это наблюдать с небес, а твое тело может переворачиваться в гробу сколько ему будет угодно!”

Может быть, ее искусственное дыхание сработало, или, может быть, ее слова были слишком ужасными для ушей юноши. Чу Цзюньи внезапно дернулся и выплюнул несколько глотков речной воды. Затем он медленно открыл глаза и рот.

“Ты очнулся?” Глаза Шэнь Нинхуа загорелись. Хорошо, что он очнулся. Пока он был в сознании, она могла придумать способ спасти его!

Губы Чу Цзюньи все еще шевелились, когда он продолжал что-то говорить.

Шэнь Нинхуа поспешно приблизила ухо к его рту. “Что ты сказал?”

“Нет... не позволю тебе...”

Услышав его слабые, но твердые слова, Шэнь Нинхуа улыбнулась уголками губ. Она хотела рассмеяться, но слезы катились по ее щекам. “Ты имеешь право просить меня не делать этого, только если ты будешь жив. Если ты умрешь, ты не сможешь вмешиваться в то, за кого я выйду замуж!” Закончив говорить, она немедленно оттащила Чу Цзюньи в сухое место и сняла с него одежду, чтобы осмотреть рану.

Рана довольно долго была под воздействием речной воды. Кожа и мышцы на ране уже свернулись и побелели. Шэнь Нинхуа пошарила по своему телу и вытащила золотую иглу из рукава. Она выпрямила тело юноши и воткнула иглу в акупунктурную точку Чу Цзюньи.

Временно остановив кровотечение, она отошла в сторону, чтобы поискать лекарственные травы. К счастью, она увидела одно нужное растение невдалеке. Теперь она не заботилась о гигиене. Она сразу же вырвала траву с корнем и дочиста промыла ее речной водой. Затем она засунула траву в рот и разжевала ее. После этого она нанесла траву на кусок ткани и накрыла рану Чу Цзюньи этой тканью.

Чу Цзюньи слегка кашлянул, и его глаза слегка приоткрылись. ”Нинхуа..."

Его голос был очень мягким, но Шэнь Нинхуа тут же подняла голову и нервно спросила: “Что случилось. Рана болит?”

Чу Цзюньи покачал головой и уставился на девушку перед собой широко открытыми глазами. Когда он впервые встретил ее, это тоже было у ручья в долине. Она подняла деревянную палку безжалостно и решительно с осторожным выражением в глазах. В то время он просто хотел воспользоваться ею, чтобы сбежать, и у него не было никаких других мыслей. Даже после того, как ее укусила большая змея, он не принес обратно траву змеиного цветка, чтобы вовремя спасти ее. Хотя он не смог вернуться вовремя, потому что упал в обморок, это было всего лишь оправданием.

В то время, в каком отчаянии она была бы, когда лежала бы на земле одна, чувствуя, как змеиный яд постепенно пропитывает все ее тело…

“Нинхуа, мне жаль...”

Он внезапно извинился, и Шэнь Нинхуа не понял его намерения. “Что с тобой не так? Если у тебя хватает сил болтать, у тебя должно хватить сил продержаться еще немного. На этот раз я совершила убыточный бизнес, спасая тебя. Даже 5000 таэлей золота не компенсируют мою потерю!”

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: “Когда мы вернемся, я отдам тебе всю свою жизнь и имущество”.

Почувствовав снисходительность и любовь в его голосе, уши Шэнь Нинхуа слегка покраснели. Она разжевала лекарственную траву и непосредственно приложила к его ране. “Береги себя хорошенько!”

Брови Чу Цзюньи дернулись от боли, но его сердце колотилось от счастья. Это просто удивительно, что он пришел в сознание, чтобы видеть все это. К счастью, он нагло бросился к Шэнь Нинхуа. К счастью, у них все еще было достаточно времени, чтобы любить друг друга и души в нем не чаяли. Он потратил бы остаток своей жизни, чтобы исправить ошибки, которые совершил в долине…

Ярко светила луна. Шэнь Нинхуа подняла голову, чтобы посмотреть на небо, и вздохнула. “К счастью, лунный свет сегодня яркий. В противном случае мы бы погибли вместе, если бы я не зацепилась за тополь, а врезалась бы в него.”

“Если я смогу быть вместе с тобой, это будет стоить того, даже если я умру”.

Шэнь Нинхуа впилась в него взглядом. “Как ты думаешь, сможешь ли ты отказаться от своего долга, если умрешь?”

“Ха-ха…Кхе-кхе...” Чу Цзюньи хотел рассмеяться, но его смех перешел в хриплый надрывистый кашель.

“Будь осторожен. Рана снова рассечена.” Шэнь Нинхуа поспешно шагнула вперед, чтобы поддержать его, но температура, которую она почувствовала в своей руке, испугала ее. “У тебя жар!”

“Кхе-кхе…Все в порядке...” После того, как Чу Цзюньи закончил это предложение, он потерял сознание.

Шэнь Нинхуа была потрясена. Она поспешно пощупала его пульс и обнаружила, что он только что потерял сознание от усталости. Она вздохнула с облегчением и усадила его. Затем она поспешно обошла вокруг, чтобы найти травы, которые могли бы облегчить лихорадку.

У нее не было с собой ничего, чтобы помогло ей разжечь костер, поэтому приходилось обходиться без огня. Посмотрев на травы перед собой, а затем на лежащего без сознания Чу Цзюньи, Шэнь Нинхуа стиснула зубы и свирепо посмотрела на него. “Что поделать. Сейчас, это единственный способ…”.

К тому времени, когда Чу Цзюньи снова проснулся, небо уже было светлым. Роса на лице вызвала у него легкую жажду. Он слегка пошевелил губами и внезапно почувствовал запах лекарственной травы у себя во рту. Он должен был упасть в обморок раньше. Как он взял целебную траву в рот?

”Нинхуа..." Он открыл рот. Его голос был хриплым, а горло саднило. Он пошевелил онемевшей рукой и случайно коснулся чего-то теплого и мягкого. Он повернул голову и с трудом опустил ее. Он увидел Шэнь Нинхуа, лежащую рядом с ним, прислонившись щекой к его руке.

Шэнь Нинхуа спала. Ее бледное лицо выглядело очень изможденным. Ее губы были бескровными, а под глазами лежала слабая зеленая тень. Сердечная боль мгновенно пронзила сердце Чу Цзюньи. Он поднял руку и осторожно коснулся ее мягкой щеки. Следы привязанности промелькнули в его глазах. ”Нинхуа..."

Почувствовав касание на лице, Шэнь Нинхуа внезапно проснулась. “Чу Цзюньи, ты очнулся?” Она коснулась его лба и почувствовала, что он уже не такой горячий, как прошлой ночью. Она вздохнула с облегчением и встала, чтобы размять свое затекшее тело. Она достала несколько зеленых фруктов сбоку и сказала: “Сначала немного поешь. Я не знаю, когда кто-нибудь придет, чтобы спасти нас”.

“Хорошо”.

Немного отдохнув, Шэнь Нинхуа поддержал Чу Цзюньи, который едва мог стоять, и они медленно поковыляли на юг. В это время было трудно отличить врагов от друзей. Если бы люди, стоящие за сценой, послали убийц преследовать их, юноша и девушка были бы в серьезной опасности.

Пройдя около получаса, Чу Цзюньи был измотан и больше не мог ходить. Наконец они нашли небольшую, укрытую зарослями кустарника пещеру и на время успокоились.

Их положение не было хорошим. Но дела в столице оказалась в еще большем хаосе.

Никто не мог предсказать, что поездка на охоту закончится исчезновением многих юных леди и господ из аристократических семей.

Бейли Цинцан вызвал начальника столичной стражи и военного министра в императорский кабинет. Он в ярости отругал их: “Это была всего лишь простая охотничья группа, но Второго принца укусила гадюка, Пятого принца укусила гадюка, а Шестой принц Великого Королевства Юэ был почти съеден волками после того, как его укусила гадюка. Принцесса Аннинг вывихнула лодыжку и до сих пор находится без сознания после того, как скатилась с холма. Принцесса префектуры Чжаохуа пропала…Двенадцать юных леди и молодых господ различных должностных лиц погибли, 28 были ранены, а трое числятся пропавшими без вести. Скажите мне, как я объясню это их семьям!”

“Ваше величество, вам не стоит так сильно волноваться!”

Бейли Цинцана покраснел, казалось, что от ярости его глаза выскочат из орбит. Он взревел: “Я не могу не волноваться. Я даю тебе два дня. Меня не волнует, как вы это сделаете, я просто хочу, чтобы все объяснилось и принцесса префектуры Чжаохуа вернулась домой. В противном случае, я использую ваши головы в качестве объяснения!”

“Да, ваше величество! Как вам будет угодно”. Чиновники быстро ответили с трепетом.

В столице были мобилизованы войска, и повсюду сновали взад-вперед офицеры. Люди оставались дома, боясь быть затоптанными до смерти лошадьми. Однако некоторые люди в различных аристократических семьях были счастливы, в то время как другие были в трауре.

Рука Сяо Хуаньси была обернута марлей, и она стояла на коленях на земле. Она крепко вцепилась в одежду Сяо Фэнцзюэ и заплакала. “Старший Брат, пожалуйста, найди брата Цзюньи...”

Сяо Фэнцзюэ холодно посмотрел на нее сверху вниз, как будто хотел заглянуть ей в сердце. “Сяо Хуаньси, я помню, как предупреждал тебя не делать глупостей!”

“Я... я не делал этого нарочно. Я не знала, что результат будет серьезным. Я была неправа. Старший Брат, я знаю, что была неправа. Пожалуйста, найдите брата Цзюньи”.

Сяо Цзинжань вошел большими шагами, и его лицо вытянулось, когда он услышал это. “Хуаньси, быстро вставай. Как ты можешь стоять на коленях на земле, когда ты ранена?”

Сяо Фэнцзюэ неодобрительно посмотрела на Сяо Цзинжаня. “Отец, ты знаешь, что она сделала?”

Сяо Цзинжань нахмурился. “Что бы она ни сделала, она все еще твоя сестра. Как ты можешь так с ней обращаться?”

“Она тайно раздобыла пыльцу Ванинга и закопала ее в палатке принцессы префектуры Чжаохуа. Она хотела убить принцессу префектуры Чжаохуа, но не ожидала, что действие пыльцы будет таким сильным. Весь лагерь был наводнен гадюками, а затем произошел ряд других событий. Даже Цзюньи отсутствует. Как я мог простить такую большую ошибку?”

Сяо Цзинжань нахмурился. “Не можешь простить? Ты собираешься убить свою сестру в качестве извинения перед ним?”

“Отец, ты слышал, что я сказал? Цзюньи пропал!” Сяо Фэнцзюэ намеренно сделал ударение на слове “Цзюньи”.

Тело Сяо Цзинжаня напряглось. Он стиснул зубы и подошел к Сяо Хуаньси, которая продолжала плакать на земле. Он поднял руку и ударил Сяо Хуаньси по лицу. ”Извинись перед своим братом!"

Сяо Хуаньси громко закричал. “Старший Брат, я знаю свою ошибку. Пожалуйста, прости меня!”

“Твоя сестра была наказана. Тебе этого достаточно?”

Сяо Фэнцзюэ посмотрел на Сяо Цзинжаня со странным выражением лица. Его взгляд скользнул по Сяо Хуаньси, которая сидела на земле и плакала. Он бесстрастно сделал два шага назад, развернулся и вышел.

В этот день десятки мужчин и женщин с холодными выражениями лиц, одетых в разные цвета, вышли из столицы и собрались в лесу недалеко от императорского сада.

В небе прогремел гром, и полил дождь, смачивая землю потоком дождя.

Чу Цзюньи держал Шэнь Нинхуа за руку, которая не была повреждена. Ветры и облака мелькали в его глазах, и свет в его глазах постоянно менялся. ”Семья Сяо, не подведите меня..."

Глава 134 - Родоначальница?

Дождевая вода смыла следы, оставленные Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа. Хотя начальник Столичной стражи и его люди прошли мимо той тропы, по которой прошли разыскиваемые, но они этого не заметили.

Шэнь Нинхуа склонилась в объятиях Чу Цзюньи. Она медленно открыла глаза. Увидев, что на улице все еще идет дождь, она была слегка удивлена. “Как долго я спала?”

“Почти четыре часа. Ты хорошо спала?” Чу Цзюньи слегка пошевелил онемевшими от неподвижности плечами. Он помнил, что когда он приходил в себя будучи раненым в комнате Шэнь Нинхуа, он обнаружил, что ее сон был очень чутким. Ее будило самое легкое движение. Он понимал, что как только она проснется, ей будет трудно снова заснуть. Поэтому, когда он обнял ее, он вообще не осмеливался пошевелиться.

Шэнь Нинхуа увидела его движения и помогла ему размять акупунктурные точки на руке. Хотя она ничего не сказала, ее действия были очень нежными.

Чу Цзюньи осторожно наклонился в направлении Шэнь Нинхуа, не растягивая его рану. “Нинхуа, ты действительно нежная и любящая жена. Если вы сможете делать мне такой массаж в будущем, в случае если моя рука будет искалечена, я буду просто счастлив”.

Шэнь Нинхуа перестала массировать и подняла руку, чтобы надавить на другую его акупунктурную точку. “Хорошо, я буду массировать тебя так в будущем!”

Рука Чу Цзюньи тут же онемела, и он нахмурился. “Ах, Нинхуа, ты пытаешься убить своего мужа!”

Шэнь Нинхуа холодно фыркнула и подошла ко входу в пещеру, чтобы посмотреть на сильный дождь снаружи. “Казалось, дождь не прекратится еще долго. В столице сейчас должен быть беспорядок, верно? Как ты думаешь, кто стоит за этим? Императрица, Наследный принц, Второй принц или Пятый принц?”

Чу Цзюньи прислонился спиной к горной стене, и в его глазах вспыхнул холодный свет. “Если ты подумаешь, кто выиграет больше всего, то самым подозрительным человеком будет наследный принц. Однако, хотя наследный принц чрезвычайно силен, он также знает свои пределы. Рассуждая логически, он не стал бы нападать на нас, пока Бу Цзинлан все еще здесь. Кроме того, его позиция достаточно устойчива. Так что ему нет необходимости делать такой шаг”.

Шэнь Нинхуа кивнула. “Да, пожалуй…”.

Чу Цзюньи продолжил. “Императрица тоже не стала бы этого делать. Она достаточно умна. Многие из присутствующих молодых леди и джентльменов являются ее близкими сторонниками. Если только это не критический момент, она не будет использовать такой метод убийства 1000 врагов, пожертвовав 800 своими собственными бойцами”.

“Таким образом, остаются Второй принц и Пятый принц. Судя по его выступлению в лагере, Второй принц не должен быть тем самым, так что самый большой подозреваемый - Бейли Цзиндзе!” След ненависти промелькнул в черных как смоль глазах Шэнь Нинхуа, и в них сгустился холод.

Почувствовав ее эмоции, сердце Чу Цзюньи словно остановилось и пропустило удар. Нинхуа, казалось, очень сильно ненавидела Бейли Цзиндзе. Каждый раз, когда она упоминала его, аура вокруг нее становилась очень холодной. Однако, насколько он знал, эти двое в основном мало общались друг с другом. Могло ли быть так, что Бейли Цзиндзе тайно сделал что-то, что причинило боль Нинхуа?

“Бейли Цзиндзе и Бу Цзинлань были вместе укушены ядовитой змеей. Когда мы обнаружили их, они уже оба были без сознания. Если все это устроил Бейли Цзиндзе, то я должен восхищаться его мужеством. ”Сначала его осаждали и кусали гадюки, затем за ним гналась стая волков. Если что-то пойдет не так, его жизнь закончится здесь.

“Чем опаснее это будет, тем менее подозрительным он станет. Если он осмелился замышлять против нас подобный заговор, я не должна так легко отпускать его.” Шэнь Нинхуа прищурила глаза и в ее голове возник план мести.

“Мм, он поставил нас перед такой дилеммой, и мы не можем просто отпустить это. Кстати говоря, Пятый принц - это тот, кто больше всех скрывает себя и свое прошлое. Пришло время ему показать свое истинное лицо”. Чу Цзюньи, естественно, поддерживал ненависть Нинхуа к другим мужчинам. Он хотел, чтобы она ненавидела всех мужчин, кроме него. Что касается правды в этом вопросе, то не имело значения, сделал это Пятый принц или нет. Имело значение только то, что он был самым раздражающим человеком. Даже если бы он этого не сделал, ему оставалось только смириться со своим невезением.

Они съели несколько фруктов. Чу Цзюньи обнял Шэнь Нинхуа и закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Шэнь Нинхуа вела себя прагматично и разумно, поэтому она не притворялась застенчивой. В пещере было холодно и мрачно, и для них было вполне естественно прижаться друг к другу, чтобы согреться. Примерно через час Чу Цзюньи внезапно открыл глаза и уставился прямо на вход в пещеру.

На свету появились две фигуры. Увидев, что Чу Цзюньи цел и невредим, их глаза наполнились радостью. Они сделали два шага вперед и опустились на колени на землю. “Приветствую тебя, Учитель”.

Чу Цзюньи нахмурился. Он опустил голову и посмотрел на Шэнь Нинхуа. Конечно же, она уже тоже проснулась и бесстрастно смотрела на людей, стоявших на коленях на земле.

“Твои люди?”

"Да."

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась и сказала: “Как раз вовремя”.

Чу Цзюньи помог ей привести в порядок волосы у щек и заправил их за уши. “У вас есть для них какое-нибудь задание?”

Когда двое мужчин, стоявших на коленях на земле, услышали это, их тела сильно задрожали. Ранее, когда они услышали, как Е И сказал, что их учитель нашел для них будущего матриарха, они подумали, что это шутка. Теперь это казалось абсолютной правдой. Когда это их хозяин обращался с другими с такой нежностью?

Шэнь Нинхуа не знала, что два человека, стоявшие на коленях на земле, были чрезвычайно взволнованы и потрясены. Поразмыслив мгновение, она спросила: “Сколько еще людей вышло на поиски Чу Цзюньи?”

Е Шэнь посмотрел на Чу Цзюньи и обнаружил, что у того не было ни малейшего намерения останавливать его. Он поспешно ответил: “Матриарх, в общей сложности тридцать семь из нас вышли искать тебя и Мастера”.

Матриарх? Тело Шэнь Нинхуа напряглось. Ей потребовалось некоторое время, чтобы среагировать. Что имела в виду матриарх? Она тут же повернула голову, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи, и спросила глазами. Это был тот подчиненный, которого вы обучали?

Чу Цзюньи улыбнулся детской непосредственной улыбкой. В прошлом он чувствовал, что быть бойким на язык и легкомысленным было недостатком Е Шэня. Теперь казалось, что все это было преимуществом. Кто из других подчиненных мог бы так остро следить за временем?

“Нинхуа, не смотри на меня. Если тебе нужно, чтобы они что-то сделали, просто скажи Е Шэню.”

Е Шэнь поспешно кивнул головой. “Матриарх, пожалуйста, дайте ваши инструкции”.

Как хозяин, как подчиненный. На этот раз она не потрудилась ничего объяснить. Она прямо сказала: “Найди способ собрать здесь всех своих людей. Недалеко отсюда находится большой дом. Этот дом спрятан в долине. Я могу нарисовать карту, чтобы вы могли ее увидеть. Все, что вам нужно сделать, это найти этот дом, устроить пожар и сжечь его дотла!”

“Большой дом?” Е Шэнь был немного удивлен. Они много раз обыскивали это место и обыскали почти все муравьиные гнезда. Они не видели никакого здания, кроме нескольких дворцов, построенных королевской семьей, не говоря уже о каком-то большом доме. Откуда здесь ему взяться?

Е Си хотел объяснить, но Е Шэнь внезапно ткнул его локтем в грудь. Теперь их хозяин добивался благосклонности их матриарха. Не говоря уже о каком-то доме, даже если она сказала, что здесь похоронены звезды с неба, они должны были найти способ сорвать звезды с неба и похоронить их в земле.

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Если бы Цин Цюэ и Бай Руо не были ранены, мне не нужно было бы, чтобы ты это делал. Не волнуйся. Если вы будете следовать моим инструкциям, вы обязательно найдете этот особняк. Тем не менее, этот дом охраняется людьми, которые положат свои жизни на его защиту. Как только вы устроите пожар, вам будет нелегко сбежать, так что будьте осторожны.”

“Да, как вы приказали”.

Чу Цзюньи тихо слушал в стороне, чувствуя себя очень счастливым в своем сердце. Его подчиненные, обращавшиеся к ней как к матриарху, заставляли его чувствовать себя совершенно комфортно, и он больше не чувствовал боли от травмы в плече. “Поскольку вы это ясно слышали, созовите всех и расскажите им, примите меры как можно скорее после того, как Нинхуа покажет вам карту”.

Примерно через час подчиненные Чу Цзюньи постепенно собрались вместе. Все они тайком смотрели на Шэнь Нинхуа, и их сердца были полны любопытства. Это была их будущая матриарх!

Шэнь Нинхуа великодушно позволила этим людям посмотреть на нее. Увидев, что все собрались здесь, она взяла ветку и нарисовала на земле. “Я нарисую его только один раз. Я верю, что вы можете ясно видеть это. За этим лесом находится гора Учжао. На краю этого горного хребта есть узкая долина. Это называется долиной, но на самом деле это небольшой разлом. Только один человек может проходить мимо одновременно. Кроме того, есть люди, наблюдающие с вершины горы в течение всего дня. Вам определенно будет нелегко попасть туда. Так что, если кто-то сочтет это невыполнимым заданием, не стесняйтесь и уходите”.

Все, на кого падал пристальный взгляд Шэнь Нинхуа, подсознательно выпрямляли спины. У них не было бы хорошей жизни, если бы будущая матриарх смотрела на них свысока. Даже если они плевались кровью, выполняя ее приказ, они не могли сказать "нет" сейчас!

Глядя на своих подчиненных, которые выглядели возбужденными, как будто им ввели стимулятор, Чу Цзюньи почувствовал некоторое смущение. Его люди были спровоцированы несколькими словами, и он действительно не знал, что сказать о них.

Видя, что никто не хочет уходить, выражение лица Шэнь Нинхуа немного смягчилось. “Пройдя эту долину, вы увидите реку. По обе стороны реки посажено двенадцать ив. Проплывите от третьей ивы к центру реки, и вы увидите пещеру. Как только вы войдете в пещеру, вы сможете добраться до другой стороны долины. Именно там расположен тот дом, о котором я вам говорила.”

Все были ошеломлены. Даже Чу Цзюньи был привлечен и сел рядом. “Этот дом настолько засекречен и скрыт. Он принадлежит семье отшельников?”

“Это военный склад. Все оружие, выкованное в этом особняке, чрезвычайно острое и прочное.”

Глаза Шэнь Нинхуа были глубокими. В ее предыдущей жизни никто не подозревал, что Бейли Цзиндзе замышляет восстание. Самое главное, что никто не нашел никаких свидетельств его передвижений. И поэтому никто не ожидал, что у этого человека, который всегда был мягким и обходительным, на самом деле будет такой дотошный ум, чтобы скрывать все свои передвижения в долине в густом лесу.

В то время, когда конкуренция за трон между принцами была наиболее острой, Бейли Цзинцзе привел с собой группу подчиненных, вооруженных острым и неразрушимым оружием, и уничтожил половину сил Бейли Цзиньчуаня и Бейли Цзиньи. Никто не предвидел, что Пятый принц, который всегда был в мире с самим собой, выковал так много острого и несокрушимого оружия в частном порядке. На этот раз она хотела заранее раскрыть секрет и посмотреть, сможет ли Бейли Цзиндзе все еще добиться успеха, притворяясь слабаком!

Глаза Чу Цзюньи горели от возбуждения. “Нинхуа, острое и неразрушимое оружие нелегко достать. Когда вы разожжете огонь, оставьте мастеров в покое. Я позабочусь о том, чтобы другие трупы заменили их.”

Шэнь Нинхуа кивнул. “Конечно”.

Острое и неразрушимое оружие было трудно найти. Как только он заставил кузнецов оружия работать на него, ему не нужно было беспокоиться о том, как получить хорошее оружие. Когда представилась хорошая возможность, было бы глупо не воспользоваться ею. Он не мог упустить такую хорошую возможность.

Очень быстро все подчиненные Чу Цзюньи отступили и направились к горе Учжао за густым лесом.

В пещере остались только Шэнь Нинхуа и Чу Цзиньи.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа. Его взгляд был еще более горячим, чем когда он смотрел на острое и неразрушимое оружие. Хотя его подчиненные были послушны, их было нелегко подчинить. Однако Нинхуа успешно справилась с этим. Она была действительно очаровательной девушкой!

Глава 135 - Ты Холоден, Бессердечен и Неразумен!

С одной стороны императорского сада поднялся большой столб дыма и пламени. Огонь осветил небо посреди ночи. Губернатор Столичной стражи привел группу охранников, и им потребовался один день и одна ночь, чтобы потушить пожар.

Многие люди думали, что это просто лесной пожар, и после того, как огонь будет потушен, все будет хорошо. Однако они не ожидали, что после того, как пожар будет потушен, император пошлет больше стражи, чтобы окружить сгоревший лес.

Спустя день и ночь принцесса Префектуры Чжаохуа и Несравненный Двойной Мастер Чу Цзюньи, которые исчезли на много дней, были найдены вместе. Они вдвоем оказались в ловушке в лесу, и Чу Цзюньи был серьезно ранен, когда пытался спасти принцессу префектуры Чжаохуа. Император мобилизовал всех имперских врачей из Императорского института здравоохранения и, наконец, к всеобщему счастью спас ему жизнь.

Первое, о чем спросил мастер Чу после того, как проснулся, были не его травмы, а состояние принцессы префектуры Чжаохуа. Практически мгновенно история их любви немедленно распространялась по столице.

Многие люди также помнили тот факт, что Чу Цзюньи зимой прислал Шэнь Нинхуа сотню цветов, чтобы отпраздновать ее пятнадцатилетие. Сразу же бесчисленное количество женщин почувствовали зависть и восхищение глубокой привязанностью Несравненного Двойного Мастера к принцессе префектуры Чжаохуа.

В этот момент Чу Цзюньи прислонился к кровати Шэнь Нинхуа, держа в руке гроздь свежего фиолетового винограда. Он посмотрел на Шэнь Нинхуа и слабо сказал: “Нинхуа, я хочу съесть виноград”.

Шэнь Нинхуа подняла голову, и в ее глазах вспыхнул огонек. “Разве виноград не рядом с тобой?”

“Но мои руки поранены. Я не могу сейчас пошевелиться. Я знаю, что не должен тебя беспокоить, но я действительно хочу съесть виноград. Хотя, если ты сейчас занята, то забудь об этом, я не буду есть виноград. Я просто подожду, пока моя рана заживет. Хотя я серьезно ранен, я не должен усложнять тебе жизнь из-за моих травм...”

“Прекрати!” Шэнь Нинхуа не смогла удержаться и потерла брови. Прошло три дня с тех пор, как они вышли из леса. Два дня назад он заставил Е И замаскироваться под него и лечь на кровать семьи Сяо, в то время как сам остался в ее постели. И вот постоянно, стоило ей чем-то заняться, у него возникали разные просьбы. И каждый раз, когда он обращался с просьбой, у него был жалкий вид, что злило ее, но она не знала, как выплеснуть этот гнев.

“Нинхуа, не сердись. Это все моя вина. В будущем я не буду есть виноград”. Чу Цзюньи прислонился к изголовью кровати с разочарованным выражением на своем красивом лице. Его глубокие глаза были подернуты легкой грустью, а лицо было бледным, что делало его похожим на больного и немощного молодого господина.

Видя его в таком состоянии, Шэнь Нинхуа не мог не чувствовать себя виноватым. “Подожди, я пойду вымою руки, прежде чем почищу для тебя виноград”.

“Хорошо”. Голос Чу Цзюньи был исключительно нежным, с теплой улыбкой в глазах. Нинхуа действительно была самой мягкосердечной по отношению к своему собственному народу. Теперь ему посчастливилось попасть в число ее соплеменников.

Шэнь Нинхуа поджала губы и в глубине души ворчала на своего подопечного. Это было только ради его серьезных травм. Иначе она бы не стала терпеть его в таком состоянии! Она подумала об этом, а затем очистила виноградину и засунула ее в рот Чу Цзюньи, не обращая внимания подавился он или нет.

Чу Цзюньи терпеливо посмотрел на Шэнь Нинхуа, и его лицо озарилось любовью. Он совсем не возражал против ее грубых действий. Шэнь Нинхуа внезапно почувствовала, что она холодна, бессердечна и неразумна…

Съев тарелку винограда, Чу Цзюньи удовлетворенно лег на кровать, чтобы отдохнуть от трапезы, ожидая отчета своих подчиненных о последних событиях в этом деле.

Через некоторое время появился Е Шэнь и поклонился Чу Цзюньи. “Приветствую тебя, Учитель. Приветствую тебя, Матриарх.”

Чу Цзюньи махнул рукой и сказал: “Просто доложи своему матриарху”.

Брови Е Шэня дернулись. Он встал и почтительно положил конверт на стол Шэнь Нинхуа. “Матриарх, император уже знал о Лесном Особбняке. Он послал треть столичной стражи навести там порядок. Есть также люди, тайно расследующие дела владельца этого особняка.”

Хотя она и предсказывала такое развитие событий, Шэнь Нинхуа все равно была очень рада их услышать. Это был первый шаг к искоренению Байли Цзиндзе, и он должен увенчаться успехом. “Ты и твои товарищи должны помнить, что нужно хорошо прятаться и не позволять другим обнаружить ваши следы. Вероятно, в следующий раз в столице произойдет крупномасштабная чистка”.

“Да, Матриарх”.

Когда Е Шэнь вышла, Шэнь Нинхуа уставилась на письмо в своей руке и ее губы сложились в улыбку, показывая, что она находится в очень хорошем настроении. “Бейли Цзиндзе делал все очень тайно. Даже если император захочет узнать правду, это потребует немалых усилий.”

Чу Цзюньи кивнул. “Разве это не лучше? Чем больше усилий ему это требуется, тем глубже страх в его сердце. Если все пойдет гладко, мы можем напрямую искоренить Бейли Цзиндзе”.

Шэнь Нинхуа подняла глаза, чтобы посмотреть на него. “Ты говоришь о том, чтобы вырвать принца с корнем, как будто это проще простого. Вы не боитесь, что другие сочтут вас ответственным за ваши высказывания?” Хотя Чу Цзюньи не сказал ей о своей личности, она могла более или менее догадываться, но она не знала, была ли ее догадка точной или нет.

Почувствовав испытующий тон Шэнь Нинхуа, Чу Цзюньи было совершенно все равно. Если бы она не заботилась о нем, ему пришлось бы совсем туго. Однако для него было неподходящее время признаваться во всем, поэтому ему приходилось только притвориться глупым. “Принц, нарушивший законы, должен понести те же наказания, что и простолюдины. Бейли Цзиндзе имел злые намерения и тайно готовил оружие и готовил воинов в попытке захватить власть. Как назначенный чиновник Его Величества, как я могу позволить ему продолжать делать такие злые вещи?”

Прежде чем он успел договорить, он услышал лязг. Он поднял голову и увидел, как Шэнь Нинхуа с силой захлопнула дверь и зашагала прочь.

Чу Цзюньи скривил губы и улыбнулся. Он протянул руку и щелкнул пальцами. Внезапно в комнате появился Е Шэнь.

“Хозяин”.

Улыбка на лице Чу Цзюньи полностью исчезла. Его глубокие глаза были полны ледяного холода. “Какова ситуация в семье Сяо?”

“Учитель, после того, как вы пропали, Старший Мастер Сяо пришел в ярость и запер мисс Сяо. Однако патриарх Сяо быстро освободил мисс Сяо и пригласил императорских врачей лечить ее. Говорили, что мисс Сяо была серьезно ранена.”

Чу Цзюньи слегка сжал кулак и почувствовал неописуемое разочарование в своем сердце. Он чувствовал, что отношение Сяо Цзинжаня было несколько подозрительным. Однако он не хотел сомневаться или подозревать человека, который его вырастил. Таким образом, он предпочел закрыть на это глаза. Он не ожидал, что ситуация будет все больше выходить из-под его контроля.

Хотя на этот раз Сяо Хуаньси была использована другими, она действительно участвовала в этом деле. Судя по характеру Нинхуа, она определенно так просто не сдастся. Тогда семья Сяо и Нинхуа определенно не перестанут сражаться друг против друга, пока одна из сторон не погибнет. Если бы он женился на ней, это было бы равносильно тому, чтобы подтолкнуть семью Сяо к противоположной стороне от себя.

“Как поживает мой старший брат?”

“У Старшего Мастера Сяо была большая ссора с Патриархом Сяо. После этого он привел несколько человек в лес, чтобы они искали тебя. Однако, поскольку он смотрел не в ту сторону, они ничего не нашли. Три дня назад ты вернулся домой. Старший Мастер Сяо тогда остался в своем дворе и каждый день упражнялся с мечом.”

Чу Цзюньи закрыл глаза и сдержал бурлящие в них эмоции. “Внимательно следите за семьей Сяо и не упускайте ни одной детали. Кроме того, обнародуйте часть информации, которую мы собрали. Убедитесь, что Его Величество осведомлен об амбициях Бейли Цзиндзе.”

“Да, хозяин”.

Шэнь Нинхуа приказала слугам принести шезлонг. Она хотела отдохнуть в павильоне у пруда. Но в тот момент, когда она легла, двое слуг вынесли Шэнь Линхань.

“Шэнь Нинхуа!”

“Почему ты здесь?” Шэнь Нинхуа нахмурилась и холодно ответила:

“Почему я не могу быть здесь?” Лицо Шен Линхань исказилось, и выражение ее лица было безумным. “Ты мерзавка, ты действительно мое проклятие. Я только что обручилась с Шестым принцем, а ты хотела его убить!”

Глаза Шэнь Нинхуа стали свирепыми. “Шен Линхань, я взяла тебя на эти дни и подпитал твое мужество. Как ты смеешь так со мной разговаривать!”

Почувствовав гнетущую ауру, тело Шэнь Линхань на мгновение напряглось. “Не говори ерунды. Я знаю, о чем ты думаешь. Ты хочешь убить Бу Цзинланя и помешать мне выйти за него замуж. Хм, не думай, что твой коварный план увенчается успехом!”

Шэнь Нинхуа сердито рассмеялся. Шен Линхань была действительно сумасшедшей!

“Бай Руо, попроси кого-нибудь отправить ее обратно. Ей не разрешается покидать двор без моего согласия!”

Шен Линхань была шокирован. “Шэнь Нинхуа, ты пытаешься посадить меня в тюрьму? Отпусти меня, ты, дрянь. Я Шестая принцесса Великого Королевства Юэ. Если ты посмеешь так обращаться со мной, ты будешь наказана небесами!”

Шэнь Нинхуа встала и снисходительно посмотрел на нее сверху вниз. “Ты будешь только Шестой принцессой, когда выйдешь замуж живой. Если вы не доживешь до этого дня, ты будешь просто мертвый человек. Подожди, пока ты не станешь настоящей принцессой, прежде чем демонстрировать свой престиж передо мной! Кто-нибудь, верните ее обратно и присмотрите за ней!”

“Отпусти меня, отпусти меня!” Шэнь Линхань хотела сопротивляться, но ее удержали две сильные старые служанки и насильно увели.

Шэнь Нинхуа в глубине души была зла. Она закрыла глаза и легла на шезлонг, чтобы отдохнуть, размышляя о последующих контрмерах, которые необходимо предпринять.

Через некоторое время Шэнь Сюаньлинь подошел, заложив руки за спину. Очевидно, он что-то тщательно скрывал.

Когда Цин Цюэ и Хун Лин увидели его поведение, они молчаливо поняли друг друга и промолчали. Мисс была в плохом настроении, и они не знали, как ее утешить. Было хорошо, что Младший Мастер смог сыграть свою роль и заставить ее расслабиться.

Шэнь Сюаньлинь сдержал свою ауру и подошел к Шэнь Нинхуа. Он осторожно вынул руки из-за спины. Оказалось, что он держал в руках два ярких пиона. Он осторожно положил пионы на подлокотник кресла и повернулся, чтобы уйти.

Шэнь Нинхуа открыла глаза и посмотрела вниз на два пиона. В ее глазах мелькнула улыбка. “Ты закончил все свои тренировки?”

Шэнь Сюаньлинь задрожала и повернулась, чтобы посмотреть в глаза Шэнь Нинхуа. Он сразу же пришел в возбуждение. “Самый старший…Старшая сестра, я вышел поиграть только после того, как закончил свое обучение. Вы можете спросить мастера Лю Юня.”

“Ну, а ты случайно оказался в моей теплице, когда играл? Если я не ошибаюсь, эти два пиона были выращены в теплице с большими усилиями, верно?” Шэнь Нинхуа сказала это нарочито небрежно, но Шэнь Сюаньлинь пришел в возбуждение.

“Нет, Старшая Сестра. Я лично посадил этот цветок для тебя. Это не было взращено никем другим!”

Шэнь Нинхуа сделал паузу. Лично посадил? Она подняла голову, чтобы посмотреть на Бай Руо.

Бай Руо выступил вперед и объяснил: “Мисс, эти два пиона действительно были лично посажены Младшим Мастером. После церемонии вашего пятнадцатилетия в прошлый раз он обнаружил, что вам нравятся цветы, поэтому он попросил садовника, отвечающего за оранжерею, оставить для него небольшой участок земли. Я думала, он сделал это просто ради забавы, но на самом деле он купил несколько пионов и посадил их в теплице. Он даже лично научился выращивать пионы у садовников. Его пионы зацвели в оранжерее самыми ранними. Даже садовники были удивлены!”

Шэнь Нинхуа была ошеломлена, когда услышала это, а затем в ее сердце вспыхнуло тепло. У нее также была семья, которая заботилась о ней!

Глава 136 - Меня От Тебя Тошнит!

Забыв о несчастье, принесенном Шэнь Линхань, Шэнь Нинхуа сосредоточила свое внимание на текущей ситуации. Вопрос о Лесном особняке, или как еще иначе ее называли в разговорах, Лесной вилле, определенно привлек бы внимание всех сторон. Бейли Цзинцзе наверняка был разоблачен, но ключевым фактором, который следовало учитывать, было отношение Бейли Цинцана. У него сейчас должна была бы болеть голова от всей этой новой информации!

При мысли об этом старейшине, который всегда души в ней не чаял, в сердце Шэнь Нинхуа промелькнула тень беспокойства. Она обернулась и проинструктировала Бай Руо, которая была рядом с ней. “Бай Руо, проверь таблетки, которые я приготовила. Убедитесь, что все на месте и нет никакой ошибки. Мне надо будет использовать их завтра.”

“Да, мисс. Не волнутесь.”

На следующее утро она помогла Чу Цзюньи сменить бинты на его ране, а затем вошла во Дворец.

Бейли Цинцан был слегка удивлен прибытием Шэнь Нинхуа. “Зачем ты пришла сегодня во Дворец? Ты была ранена совсем недавно. Если ты плохо восстановшься и у тея начнутся осложнения, я буду сожалеть об этом”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась, и ее глаза наполнились теплотой. “Благодарю вас, ваше величество, за беспокойство о моем здоровье. Но я выздоровела. В конце концов, мне ничего не стоит заболеть, но если я передам свою болезнь вам, даже моя смерть в качестве извинения будет недостаточна”.

“Ты непослушная девчонка!” Бейли Цинцан был тронут ее словами. Он похлопал ее по носу и подошел к стулу сбоку, заложив руки за спину. Он посмотрел на нее и сказал: ”Ты умеешь играть в Го?"

Шэнь Нинхуа подошла без всякого жеманства и сразу же принесла черную фигуру Го. “Я немного знаю. Как насчет того, чтобы ты позволил мне сделать три хода перед вами, ваше величество?”

“Ха-ха, так не пойдет. Сегодня я хочу проверить твои навыки игры в Го. Я уже даю тебе преимущество, позволяя взять черные фигуры и идти первым. Поторопись”.

Шэнь Нинхуа была абсолютно спокойна после этих слов. Она взяла одну фигуру и поставила в центр доски.

Бейли Цинцан рассмеялась. “Ты действительно знаешь, как играть в Го?”

Шэнь Нинхуа уверенно улыбнулась и, с большим размахом, положил фишку. “Скоро вы узнаете, ваше величество”.

Бейли Цинцан находилсяь под влиянием своих эмоций и также сосредоточился на игре в Го. Вскоре после этого доска была заполнена черными и белами фишками.

Бейли Цинцан посмотрела на доску чуть более пристальным взглядом. “Нинхуа, твои черные фигуры - это дракон, пойманный в ловушку на мелководье. Если ты продолжишь, это будет очень опасно”.

Шэнь Нинхуа не впала в панику. Она положила фигуру "Го" на доску, отрезав первоначально величественного дракона.

Бейли Цинцан не мог не быть потрясен в глубине души. “Разве это не равносильно отрезанию одной из твоих рук?”

Шэнь Нинхуа уверенно улыбнулась. “Хотя я отказалась от некоторых возможностей, я могу оживить голову дракона. Потеря небольшого участка земли позволяет мне полностью отказаться от остального и начать все сначала. Какая жалость в потере одной руки?”

В глазах Бейли Цинцана мелькнул огонек. “Какая жалость в потере одной руки? Да, если я смогу спасти всю ситуацию, тогда, конечно, было бы не жалко потерять руку”.

Шэнь Нинхуа, казалось, не слышала, что Бэйли Цинцан бормочет себе под нос, и продолжала расставлять фигуры Го на доске. Тело черного дракона постепенно окружало белые фигуры, и белые фигуры на доске постепенно оказывались в невыгодном положении.

Бейли Цинцан пристально смотрел на доску, и его глаза были полны нарастающего боевого настроя. Внезапно его глаза сузились, и он отложил кусочек. Кусок отрезал черному дракону талию. Белые фигуры мгновенно взяли верх. “Ха-ха, Нинхуа, ты проиграла”.

“Вы искусны в Го. Я не могу сравниться с вами, ваше величество”.

“Если ты сохранишь свое терпение, я не выиграю. К сожалению, ты слишком нетерпелива.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и опустила голову. Ее лицо вспыхнуло от смущения. “Не смейтесь надо мной. Даже если бы у меня было терпение, я бы не победила”.

Потом, Шэнь Нинхуа улыбнулась и продолжила: “Говорят, что Го подобен полю битвы. Даже если бы я изучал это в течение нескольких сотен лет, я не смогла бы сравниться с вами.”

Бейли Цинцан опустил голову и посмотрел на доску. Он похлопал Шэнь Нинхуа по плечу, встал и направился к письменному столу. “Ты действительно такая же внимательная, как и твоя мать. Ты пытаешься утешить меня, играя в Го. Как я могу не понимать?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и не стала этого отрицать. “Ваше величество, я также слышал о недавних событиях. Независимо от того, что вызвало эти события и кто стоял за ними, они всего лишь какие-то очаровательные демоны и дьяволицы. Вы обязательно уничтожите их всех!”

Бейли Цинцан пристально посмотрела на нее и вздохнула. “По твоим словам, я чувствую, что я Хозяин Ада!”

Шэнь Нинхуа поджала губы и улыбнулась. “Вы истинный дракон с небес и берете на себя ответственность за дела в мире. Даже Владыка Ада не посмеет оскорбить вас.”

“Ладно, почему ты сегодня такой сладкоречивый? Не волнуйся. Хотя мне грустно, я же вижу тебя насквозь. В течение стольких лет бесчисленное множество людей жаждали трона, на котором я сижу. Так вот, это просто небольшая игра в дурака. Самая жестокая часть еще впереди. Сейчас не стоит грустить”.

Выражение глаз Шэнь Нинхуа стало задумчивым, но она ничего не сказала. Бейли Цинцан действительно был мудрым императором. Хотя его контроль, казалось, значительно снизился в последнее время из-за проблем со здоровьем, он обладал острым пониманием многих вещей, и его прогнозы были правильными. В борьбе за престол несколько принцев были убиты и ранены в их борьбе за трон. Выжил только Пятый принц, который и взошел трон. Все остальные принцы погибли в той битве, включая Десятого принца, который был еще подростком.

Бейли Цинцан посмотрел на отчеты на столе, и никто не мог сказать по выражению его лица, был ли он счастлив или зол. Отчеты, доставляемые в Императорский кабинет каждый день, могли почти завалить его, включая отставку всех принцев, в чьих междоусобных склоках были замешаны почти все кланы в столице.

“Ваше величество, хорошая забота о собственном теле - это самое важное. Без вас Даан действительно погрузится в хаос.” Шэнь Нинхуа посмотрела на слегка посиневшие губы Бейли Цинцан, и ее сердце сжалось.

“Я в порядке. Ты можешь спуститься и найти Аннинг. Она беспокоилась о тебе в течение долгого времени. Когда она услышала, что ты исчезла, ее глаза наполнились слезами.”

“Да, ваше величество”.

Шэнь Нинхуа сделал два шага назад и внезапно остановилась. Ее тон был несколько встревоженным. “Ваше величество, я вижу по вашему лицу, что ваше состояние не очень хорошее. Лучше всего позволить доктору Чену более тщательно изучить состояние вашего здоровья. Кроме того, у меня есть некоторые лекарственные ингредиенты для восстановления сил. Если они вам понадобятся, пожалуйста, пошлите кого-нибудь за ними от меня.” Закончив говорить, она слегка поклонилась и отступила.

Через некоторое время кисть в руке Бейли Цинцана разломилась на две части. Затем он отбросил сломанную щетку и внезапно улыбнулся. “Нинхуа все-таки мягкосердечная! Фу Си?”

“Я здесь”. Евнух-управляющий поспешно вошел и почтительно опустился на колени.

“Призови Чэнь Юня”.

“Да, я сейчас пойду”. Как ближайший личный евнух, он уже обнаружил, что с телом императора что-то не так. Он много раз убеждал его, но тот никогда не слушал. Благодаря принцессе префектуры Чжаохуа император наконец согласился лечиться. Его величество действительно любил ее не просто так.

В Императорском кабинете воцарилась тишина. Спустя долгое время в воздухе разнесся тихий вздох.

“А еще больно ломать руку...”

Шэнь Нинхуа вышла из Императорского кабинета. Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Ее тело было покрыто холодным потом. Императоры были самыми подозрительными. Ей не следовало говорить этих слов, но она все еще не могла вынести его опустошенного вида. Она надеялась, что не сделала неверного шага.

Шэнь Нинхуа направилась ко дворцу принцессы Аннинг, но прежде чем она смогла приблизиться, она впервые встретила Бейли Цзиньчуань.

“Приветствую вас, ваше высочество”.

Бейли Цзиньчуань пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа, и его зрачки наполнились сильным гневом. “Шэнь Нинхуа, тебе нечего мне сказать?”

“Что вам нужно, чтобы я сказала?”

Бейли Цзиньчуань внезапно поднял голову, и гнев в его глазах вырвался наружу. “Что мне нужно, чтобы ты сказала? Разве ты не должна рассказать мне о змеях в лагере? Разве ты не должна рассказать мне о грязных делах между тобой и Чу Цзюньи? Разве ты не должна сказать мне, почему я внезапно упала в обморок и, по слухам, был укушен Змеей Алого Кольца, которая убила моего охранника и ранила приемного сына семьи Сяо?”

Выражение лица Шэнь Нинхуа было холодным, а ее прекрасные глаза спокойными. “Я не понимаю ни одного из этих вопросов. Похоже, я не могу разрешить ваше замешательство.”

“Шэнь Нинхуа!” Бейли Цзиньчуань прорычал низким голосом: “Ты действительно безжалостна!”

“Я всегда была такой. Жаль вас разочаровывать.”

Увидев ее холодный вид, Бейли Цзиньчуань почувствовал себя так, словно его тяжелый удар пришелся по куче хлопка. Лютая ярость поднялась в его сердце. Он внезапно подошел к Шэнь Нинхуа и схватил ее за плечи обеими руками. Он крепко обнял ее и прижавшись губами к ее уху холодно пригрозил ей.

”Если кто-нибудь увидит нас такими, какими будут слухи?"

В глазах Шэнь Нинхуа промелькнул холодок. “Бейли Цзиньчуань, ты знаешь, как пишется слово ‘бесстыдный”?"

“Ха-ха, я не знаю. Ты можешь научить меня?” Говоря это, он намеренно выдохнул теплое дыхание изо рта сбоку от шеи Шэнь Нинхуа.

Все тело Шэнь Нинхуа задрожало, и в ее сердце внезапно возникло отвратительное чувство. “Бейли Цзиньчуань, меня от тебя тошнит!”

“Ха-ха”, - Бейли Цзиньчуань отпустил Шэнь Нинхуа с выражением презрения в глазах. “Я относился к тебе как к сокровищу. К сожалению, ты хочешь деградировать до уровня куска травы. В таком случае, все, что я делаю – это только по причине того, что ты сама меня вынуждаешь это делать. Но ты можешь быть уверена. Даже при том, что я полон решимости заполучить тебя, я не буду использовать никаких низменных методов.”

Шэнь Нинхуа повернула голову и холодно взглянула на его руки, которые сжимали ее плечо. “Разве это недостаточно низко?”

“Хех, Чу Цзюньи обнимал тебя в своих объятиях. Разве вы не чувствовали себя вполне непринужденно? Почему ты не можешь терпеть это, когда я только держу тебя за плечи?” Гнев бушевал в его сердце, но лицо Бейли Цзиньчуаня стало еще спокойнее. Что было такого хорошего в Чу Цзюньи? Почему он был таким особенным для нее? Ревность заставила его пожалеть, что он не может привязать Шэнь Нинхуа обратно, но он не мог! Жажда власти стала еще сильнее в его сердце. Если бы он стал императором, то мог бы держать весь мир под своим контролем. Разве в то время сердце Шэнь Нинхуа не было бы в пределах его досягаемости?

Шэнь Нинхуа отмахнулась от его руки, провела пальцами по ее плечам и разгладила складки на ее одежде. “Похоже, что тебе больше нечего сказать мне больше. Извините меня!”

Бейли Цзиньчуань стиснул зубы и пристально уставился в спину Шэнь Нинхуа. Без вашего сердца получение вашего тела в первую очередь также является хорошим выбором. До тех пор, пока женщина выходит замуж, она будет медленно менять свое мнение.

После посещения Бейли Аннинг Шэнь Нинхуа вышла из Дворца, села в карету и вернулась в свой особняк.

Она потерла лоб, откинулась на мягкую спинку дивана и слегка вздохнула.

Бай Руо стояла рядом с ней и предложила ей чашку чая. “Мисс, вы встретили что-то неприятное во Дворце?”

“Ничего. Как обстояло дело с Чжао Руюнь в последнее время?”

“Мадам Чжан каждый день водила мисс Чжао на банкеты. Многие люди делали мисс Чжао предложения, но она отклонила их все.”

Шэнь Нинхуа кивнула головой. “Что ж, пошли ей последнее снадобье. Передайте это лично мадам Чжан. Не отдавай его никому другому”.

“Да, мисс”.

После того, как Бай Руо ушла, Чу Цзюньи вышел из-за ширмы и встал рядом с ней. Он подняла руку, чтобы помочь ей потереть лоб и виски.

Почувствовав знакомую ауру, отвратительное чувство, вызванное Бейли Цзиньчуань, рассеялось в сердце Шэнь Нинхуа, и ее разум медленно расслабился. Вскоре после этого Чу Цзюньи почувствовал, как его рука опустилась, и она действительно заснула.

Глядя на красавицу, которая становилась все менее настороженной перед ним, Чу Цзюньи скривил губы. Сегодня она, должно быть, встретила Бейли Цзиньчуань, когда вошла во Дворец. Казалось, что Бейли Цзиньчуань не получил хорошего урока. Он никому не позволил бы домогаться своей прекрасной возлюбленной!

Глава 137 - Будет ли у нас сын?

Во внутреннем дворе Жуйси Шэнь Сюаньлинь стоял на пустом месте под ступеньками и тренировался в ловле и ударах по камушкам, которые сам же и подбрасывал в воздух. Шэнь Нинхуа сидела на стуле у коридора и смотрела на него с улыбкой на губах.

После того, как Шэнь Сюаньлинь закончил свою тренировку, он побежал прямо к Шэнь Нинхуа. Перегнувшись через подлокотник ее кресла он посмотрел на нее сверкающими глазами. ”Старшая сестра, как тебе нравятся мои кулачные приемы?" Его большие глаза вспыхнули предвкушением, когда он с нетерпением ждал комментария Шэнь Нинхуа, полностью игнорируя ручьи пота на своем лбу.

Шэнь Нинхуа взяла носовой платок и помогла ему вытереть пот с головы, после чего медленно произнесла: “Хотя я не знаю никаких кулачных техник, но я все равно кое-что вижу”.

Шэнь Сюаньлинь нервно сжал кулаки. “Старшая сестра, ты видела какие-нибудь недостатки в моих упражнениях и занятиях?”

Увидев, как мальчишка нервничает, Шэнь Нинхуа слегка улыбнулась. “Я просто так это сказала. Я даже не задумывалась над своими словами. Чего ты так нервничаешь? Теперь ты мастер боевых искусств, а сердце мастера боевых искусств должно быть твердым и непоколебимым. Если бы Лю Юнь был здесь, он бы снова наказал тебя за то, что ты нервничал минуту назад.”

Хотя Лю Юнь был подчиненным Шэнь Нинхуа, он не проявлял никакого милосердия, обучая Шэнь Сюаньлинь. Если бы Шэнь Сюаньлинь допустил ошибку, Лю Юнь серьезно избил бы его.

”Да, Старшая сестра, я знаю, что был неправ".

Шэнь Нинхуа продолжила. “Я только что наблюдала за твоим выступлением. Вначале твои движения кулаком были сильными и властными, но позже твои движения становились все более и более бессильными и ослабленными. Тебе сейчас всего двенадцать лет, и у тебя нет возможности соревноваться со взрослыми в силе. Вот почему тебе нужно уделять больше внимания распределению силы. Если ты можешь победить своего противника с десятью процентами силы, зачем тратить тридцать процентов впустую?”

Шэнь Сюаньлинь сделал паузу и опустил голову, чтобы обдумать смысл слов Шэнь Нинхуа. Через некоторое время его лицо слегка покраснело. “Старшая сестра, я слишком стремился к быстрым результатам и быстрой выгоде”. Он только хотел хорошо выступить перед ней и показать ей свои достижения в боевых искусствах, но он недооценил свою собственную силу. Если бы он участвовал в настоящем бою, то уже был бы убит.

Шэнь Нинхуа потерла голову и сказала: “Ты все еще молод. Просто больше тренируйся. Нет необходимости беспокоиться. Хорошо, возвращайся и хорошенько поговори с мастером Лю Юном. Я верю, что вы обязательно добьетесь каких-то успехов в будущем”.

“Да, Старшая сестра!” Шэнь Сюаньлинь был воодушевлен. Он внезапно вскочил и в приподнятом настроении помчался на задний двор, чтобы повидать Лю Юня.

В это время в глубине комнаты сидел Чу Цзюньи и наблюдал за общением между братом и сестрой. Он видел всю сцену и слышал весь разговор от начала до конца. Теплое чувство зародилось в его сердце. Он вдруг подумал, как было бы хорошо и приятно, если бы Нинхуа терпеливо учила их сына в будущем…

Шэнь Нинхуа встала и вошла в комнату. Ее шаги слегка замедлились, а глаза вспыхнули. Когда она обернулась и увидела слегка задумавшегося Чу Цзюньи, она спросила: “Что случилось? О чем ты задумался?”

Чу Цзюньи все еще был погружен в воображаемую теплую сцену, когда он промолвил, не подумав: “Я думаю о нашем будущем сыне...”

Шэнь Нинхуа на мгновение остолбенела, а затем в ее глазах промелькнул след гнева. “Чу Цзюньи!”

Чу Цзюньи пришел в себя и быстро объяснил с улыбкой: “Нинхуа, на самом деле еще не поздно подумать об этом сейчас. Послушай, все в столице знают, что я так сильно тебя люблю. Я даже могу отдать свою жизнь за тебя. Где еще ты можешь найти кого-то вроде меня? Итак, мы определенно собираемся пожениться. Будет ли рождение нашего сына отдаленным событием или это произойдет почти сразу после женитьбы?”

Шэнь Нинхуа схватила руководство по Го, которое было под рукой, и швырнул его в Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи быстро схватил руководство по Го в свою руку. “Нинхуа, ты согласна? Ну, ты швырнул в меня руководство по Go, и это означало “давай двигаться вперед вместе”. Как и ожидалось, сердца, которые имеют общий ритм, связаны друг с другом. Как ты думаешь, каким должно быть имя нашего сына? Как насчет Чу...”

“Убирайся!”

Чу Цзюньи на мгновение задумался и сказал: “Чу Го? Это название звучит не очень хорошо, потому что Go означает то же самое, что и Получи Потерю. Когда наш сын вырастет, он обязательно будет винить меня за то, что я не дал ему хорошего имени. В то время, даже если я скажу ему, что это имя дано его матерью, он, вероятно, не сможет его принять. Давай придумаем другое имя.”

Шэнь Нинхуа глубоко вздохнула, повернулась и вышла еле сдерживая свой гнев. Она ни за что не могла оставаться в этой комнате. После того, как Чу Цзюньи уйдет, она обязательно все уберет! Выходя, она услышала, как Чу Цзюньи что-то бормочет себе под нос.

“Этот первый ребенок тоже может быть дочерью. Если бы она использовала имя Чу Го, то, вероятно, не смогла бы найти мужа в будущем. Это плохо, а...”

Шэнь Нинхуа прошагала широкими шагами по двору и спряталась в соседнем дворе, чтобы немного прийти в себя. Когда она вошла во двор, гнев на ее лице мгновенно рассеялся. “Цин Цюэ, я чувствую, что во дворе Руйси есть незнакомая аура. Спустись вниз и сделай кое-какие приготовления.”

Цин Цюэ с удивлением посмотрела на госпожу, но быстро повернулась, чтобы подготовиться.

Внутри комнаты, после того, как Шэнь Нинхуа ушла на некоторое время, Чу Цзюньи сдержал улыбку на своем лице и посмотрел на потолок комнаты. Выражение его глаз было леденящим до костей. “Старший брат, я не ожидал, что ты действительно придешь”.

Сяо Фэнцзюэ, одетый в черное, спрыгнул с балки с чрезвычайно угрюмым выражением в глазах. ”Цзюньи, ты действительно заставил человека замаскироваться под тебя и остаться дома?" У него были только подозрения, но он не ожидал увидеть здесь Чу Цзюньи. Знал ли Чу Цзюньи, что он делает?

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: “Старший брат, ты здесь, чтобы осудить меня?” Когда Шэнь Сюаньлинь выполнял движения кулаками снаружи, Чу Цзюньин заметил, что кто-то входит, поэтому он придумал способ отослать Шэнь Нинхуа прочь. Однако он не ожидал, что этот человек был его старшим братом.

Сяо Фэнцзюэ посмотрел на Чу Цзюньи с гневом в глазах, но тот почтительно ответил: “Я не посмел”.

Глаза Чу Цзюньи внезапно дрогнули. “Старший брат, я знал, что не смогу скрыть это от тебя, но я не ожидал, что ты обнаружишь это так быстро”.

“Зачем ты это делаешь? Ты знаешь, что Хуаньси каждый день остается у тебя во дворе и так волнуется, что она даже ничего не может съесть?”

Услышав это, Чу Цзюньи холодно улыбнулся. “Старший брат, я уже говорил тебе ранее, что отношусь к Хуаньси только как к своей младшей сестре. Мы можем быть только братьями и сестрами вечно. Чтобы защитить ее репутацию, ты должен убедить ее держаться от меня подальше.”

Сяо Фэнцзюэ сузил глаза в неодобрительном взгляде. “Она хочет только место рядом с тобой!” Чу Цзюньи было суждено в будущем иметь вокруг себя бесчисленное множество женщин. Сяо Хуаньси выросла вместе с ним, так почему же она не могла быть одной из них?

“Старший брат!” Чу Цзюньи сказал холодным голосом: “Ты должен знать, что как только я приму решение, я его более не меняю. Кроме того, у меня нет для нее места рядом со мной!”

“Нет места? Ты хочешь быть вместе только с Шэнь Нинхуа всю оставшуюся жизнь?”

Чу Цзюньи молчал, и в его глазах становилось все холоднее.

Сяо Фэнцзюэ усмехнулся. “Она просила тебя сделать это? О, ты ведь еще не сказал ей, кто ты такой, верно? Какими качествами она должна обладать, чтобы просить вас так обращаться с ней? Тебе суждено иметь много женщин, а ее личность слишком сильна. Если вы позволите ей быть вашей любовницей, это определенно не оставит покоя на вашем заднем дворе. Но если ты позволяешь ей быть не твоей женой, а наложницей, как она может принять это? Цзюньи, с тех пор, как Шэнь Нинхуа вернулась в столицу, ты уделял ей внимание и даже отложил свои собственные планы, чтобы помочь ей, но благодарна ли она тебе? Я боюсь, что это все твое собственное принятие желаемого за действительное!”

Чу Цзюньи нахмурился. Его красивое лицо было холодным, как будто оно было покрыто снегом. “Старший брат, тебе не подобает сеять раздор!”

“Разве я не говорю правду? Хороший человек не может попасть в ловушку любви. У тебя есть более важные дела!”

“Если я даже не могу удержать рядом с собой человека, который мне нравится, мне не нужно делать ничего другого”.

Сяо Фэнцзюэ внезапно поднял голову, и гнев вырвался наружу. “Ради нее ты даже не хочешь отомстить своей матери?”

“Ты все еще помнишь мою мать, но мой приемный отец, должно быть, забыл, верно?”

Когда Чу Цзюньи тихо выплюнул последние несколько слов, все тело Сяо Фэнцзюэ задрожало. “Почему ты так думаешь?” Вспоминая отношение своего отца к Хуаньси, Сяо Фэнцзюэ почувствовал себя немного неловко.

“Старший брат, ты можешь вернуться. Ты ведь никому не расскажешь о том, что кто-то переоделся мной в особняке Сяо, верно?”

Сяо Фэнцзюэ нахмурился. “Возвращайся со мной”.

“Я не вернусь сейчас”.

“Ты - достойный человек. Как ты можешь оправиться от травмы в доме женщины?” Холодно сказал Сяо Фэнцзюэ.

“Это не твое дело!” Чу Цзюньи выпрямился, нисколько не избегая гнева Сяо Фэнцзюэ. Их мощные ауры столкнулись, в результате чего окружающая атмосфера стала настолько серьезной, что стало трудно дышать.

Как раз в тот момент, когда они оба собирались вступить в драку, холодный голос внезапно прервал их. “Мастер Сяо тоже достойный человек, и все же вы вломились в будуар женщины без разрешения. Как ты можешь это делать?”

Они оба одновременно повернулись, чтобы посмотреть на дверь.

Шэнь Нинхуа стояла в дверях, одетая в расшитый пионами халат. Ее фигура была грациозной, а красивое лицо было даже ярче, чем у кого-либо другого в мире.

Она медленно вошла в комнату и холодно посмотрела на Сяо Фэнцзюэ. “Почему ты не отвечаешь на мой вопрос? Я спросила что-то не то?”

На мгновение Сяо Фэнцзюэ не знал, что ответить, а только холодно посмотрел на нее.

Шэнь Нинхуа подошла к стулу, села и посмотрела на Чу Цзюньи, который слегка смутился, стоя сбоку. Когда она вошла в комнату, то почувствовала ауру незнакомца. Однако, видя крайне осторожное отношение Чу Цзюньи, она ушла в соответствии с его пожеланиями. Когда она была готова вернуться и проверить, она увидела Сяо Фэнцзюэ, который противостоял Чу Цзюньи.

Видя, что он молчит, глаза Шэнь Нинхуа похолодели, и она крикнула: “Цин Цюэ!”

Дверь комнаты мгновенно захлопнулась, и свет в комнате померк. Сяо Фэнцзюэ внезапно вскочил и побежал к двери. Однако он почувствовал, как перед его глазами все поплыло. Все его тело обессилело, и он с глухим стуком упал на землю.

Услышав звук у двери, Цин Цюэ вошла с веревкой снаружи и крепко связала Сяо Фэнцзюэ.

Чу Цзюньи не ожидал, что действия Шэнь Нинхуа будут такими быстрыми и решительными. У него даже не было времени остановить ее. “Нинхуа, зачем ты его связала?”

Шэнь Нинхуа подняла голову. “Разве его не должны арестовать за незаконное проникновение?”

”Нинхуа..."

Шэнь Нинхуа смотрел прямо на него, ожидая продолжения.

Однако под ее прямым взглядом Чу Цзюньи не знал, что сказать. На этот раз он намеренно испытывал Сяо Фэнцзюэ и на самом деле не хотел отрываться от семьи Сяо. В конце концов, семья Сяо вырастила его. Но как он мог убедить Нинхуа?

Как могла Шэнь Нинхуа не заметить дилемму Чу Цзюньи? Однако ей пришлось заставить его занять прежнюю позицию. После всего того, что с ними произошло в прошлом, она уже была крепко привязана к Чу Цзюньи. Если он не сможет принять решение между ней и семьей Сяо, рано или поздно произойдет катастрофа.

Тот, кто заколебался в критический момент, в конце концов пострадает. Поскольку он оказался перед дилеммой, она поможет ему принять решение!

Глава 138 - О, ты станешь Императором!

Сяо Фэнцзюэ, который был связан и лежал на земле, не запаниковал. Он только пристально смотрел своими острыми глазами на Шэнь Нинхуа, которая вела переговоры с Чу Цзюньи.

Эта женщина заставила Цзюньи выбирать между ней и семьей Сяо. Как она посмела! Была ли она уверена, что Чу Цзюньи бросит семью Сяо ради нее?

Чу Цзюньи повернул голову, чтобы посмотреть на Сяо Фэнцзюэ. В его глазах мелькнула решимость. “Нинхуа, Сяо Хуаньси был вовлечен в инцидент в прошлый раз. Я проиграл это пари.”

Глаза Шэнь Нинхуа дрогнули, и в ее сердце вспыхнула радость. Она предвидела его ответ, но когда услышала его собственными ушами, то все равно была невообразимо счастлива. Она вдруг поняла, что, возможно, Чу Цзюньи волнует ее больше, чем она думала.

“Хорошо”.

Хотя Сяо Фэнцзюэ не знал, каковы были ставки, он догадывался, что это было для него не очень хорошо. Его глаза расширились от недоверия, когда он с гневом посмотрел на Шэнь Нинхуа. “Цзюньи, ты все еще помнишь, что Хуаньси - твоя младшая сестра?”

Шэнь Нинхуа обернулась и усмехнулась. “Молодой мастер Сяо, вы только что сказали, что не хотите, чтобы Чу Цзюньи относился к Сяо Хуаньси как к своей сестре. Почему ты передумал меньше чем за пятнадцать минут?”

Сяо Фэнцзюэ холодно посмотрела на нее. “У Хуаньси нет к вам никаких претензий или вражды. В глубине души она просто восхищается Цзюньи. Почему ты должна усложнять ей жизнь?”

“Ты что, оглох в таком юном возрасте? Чу Цзюньи только что сказал, что Сяо Хуаньси была тем, кто был ответственен за несчастный случай в императорском саду. Она чуть не убила меня. И после этого ты продолжаешь думать, что это было доказательством того, что у нее не было никаких обид на меня?”

“Хотя Хуаньси не справлялась с делами должным образом, ее ум был очень чистым и добрым. Она также была обманута другими. Она вовсе не хотела причинить тебе вред. Правда ли, что достойная принцесса префектуры Чжаохуа обладает такой низкой способностью к терпимости и прощению?”

“Молодой мастер Сяо, провокации со мной не работают. Тебе не нужно молить о пощаде. Я никогда не была добрым человеком. Сяо Хуаньси подставила меня, так что я должна буду отомстить. Никто не может остановить меня!”

Сяо Фэнцзюэ подавил гнев в своем сердце и с разочарованием посмотрел на Чу Цзюньи. “Чу Цзюньи, подумай хорошенько. Даже если ты выберешь ее и откажешься от семьи Сяо, вы двое не будете вместе всю жизнь. Рано или поздно ты пожалеешь об этом!”

Глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули холодным светом. “Ты слишком много беспокоишься. Но мне очень любопытно. Почему я не могу быть вместе с ним всю жизнь? Это из-за его личности?”

Сяо Фэнцзюэ был шокирован. Выражение лица Чу Цзюньи тоже изменилось, и он задался вопросом, не догадалась ли Нинхуа о чем-то тайном?

Увидев реакцию двух мужчин, Шэнь Нинхуа внезапно пришла в голову догадка. “Если Чу Цзюньи не может быть верен мне, тогда у него должны быть другие женщины. Поскольку он сейчас так предан мне, для него невозможно проявить инициативу и жениться на других. Это означает, что в будущем у него может быть причина жениться на других женщинах. Другими словами, он должен использовать брак для укрепления своей сети. Человек, который должен это сделать, - либо принц, либо император...”

Выражение лица Сяо Фэнцзюэ изменилось, и он посмотрел на Шэнь Нинхуа с холодным намерением убить ее. Личность Чу Цзюньи была табу. Разоблаченный, он, вероятно, вызовет кровавую бурю в Даане. Поскольку Шэнь Нинхуа знал правду, он не мог оставить ее в живых!

“Твоя реакция говорит мне, что я прав!” Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на молчаливого Чу Цзюньи. На ее лице не было никакого выражения, но в глубине души она была очень удивлена. Она догадывалась, что личность Чу Цзюньи была особенной, но никогда не думала, что он на самом деле принц.

Для принца было большим табу жить среди простых людей, и было невозможно, чтобы император не расследовал это дело. Теперь, когда Чу Цзюньи жил прямо у него под носом, это означало, что император не знал о существовании такого сына. Или, возможно, этот сын уже был мертв в его сердце.

Однако Чу Цзюньи явно уже сталкивался с убийством раньше. Он также сказал, что хочет отомстить за королевскую семью. Таким образом, его враг также был членом королевской семьи и, весьма вероятно, членом гарема. Будучи в состоянии убить императорскую наложницу в гареме и расследовать и выследить давно потерянного принца, личность этого человека определенно была непростой.

Шэнь Нинхуа мысленно перебрала все фамилии и лица в своей памяти и после молниеносных размышлений сузила список. В ее сознании наконец появилось единственное лицо человека. “Императрица!”

Услышав, как Шэнь Нинхуа выпалил это имя, Чу Цзюньи внезапно поднял голову и сказал: “Нинхуа, ты догадался об этом?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на него, и в ее глазах вспыхнул огонек. “Когда за вами охотились в долине, вы, должно быть, столкнулись с убийцами, посланными императрицей. Ее подчиненные выяснили вашу личность. К счастью, вы убили их, так что новость не распространилась. Иначе ты бы не осмелился появиться в столице.”

“Это верно”. Чу Цзюньи улыбнулся и посмотрел на Шэнь Нинхуа с благодарностью в глазах. “К счастью, ты спасла меня”.

Шэнь Нинхуа кивнул и продолжил. “Во дворце нет равных тебе по возрасту с императорскими наложницами. Значит, твоя мать никогда не входила в гарем?”

"Нет."

“Она вошла в гарем не для того, чтобы стать наложницей, но она родила принца и подверглась преследованиям со стороны императрицы, так что ваша мать либо была чрезвычайно благосклонна к императору, либо представляла большую угрозу для императрицы. Если бы она была благосклонна, ей следовало бы войти во дворец. Следовательно, причина должна быть последней. Ее статус был необычным.”

Чу Цзюньи кивнул. “Да, ты все правильно угадала”.

“Поскольку Сяо Фэнцзюэ знает, кто ты, Сяо Цзинжань тоже должен знать. Семья Сяо известна как хранительница Дааня, но они готовы сражаться против императрицы, чтобы помочь вам. У твоей матери, должно быть, хорошие отношения с семьей Сяо, или она, должно быть, оказала большое одолжение семье Сяо. Я помню, что должна быть только одна женщина, которая соответствовала этим условиям!”

Глава 139 - Нинхуа, моя умная и красивая возлюбленная!

Чу Цзюньи улыбнулся. Нинхуа действительно была слишком умна. “Расскажи мне об этом”.

“Жила-была принцесса из Великого королевства Юэ, которая исчезла во время войны между двумя странами. Однако позже кто-то видел женщину с очень похожей внешностью в Даане...”

Сяо Фэнцзюэ резко вскочил, но тут же с глухим звуком упал на землю, потому что у него не было никаких сил.

Шэнь Нинхуа проигнорировала его и внимательно посмотрела на Чу Цзюньи. “Я права?”

“Да, это так. Моя мать Бу Сиюнь была любимой дочерью предыдущего императора Великого королевства Юэ. Она с детства не любила рукоделие, но очень сильно интересовалась кунг-фу. Покойный великий император Юэ тоже баловал ее. Ей даже разрешили пойти с армией во время войны. Но она влюбилась в Бейли Цинцана, который в то время еще был принцем. Позже она проигнорировала сопротивление своей семьи и последовала за Бейли Цинцаном в Даань. После того, как Бейли Цинцан взошел на трон, моя мать думала, что станет его наложницей или даже императрицей, но, к сожалению, небеса не исполнили ее желания...”

Сяо Фэнцзюэ холодно прервал Чу Цзюньи. “Чу Цзюньи, как ты вообще мог рассказать ей все это?”

“Старший брат”, - взгляд Чу Цзюньи был спокоен. “Она может угадать личность моей матери, просто используя некоторые несвязанные факты и предположения. Ей даже легче расследовать такие вещи. Кроме того, я сказал, что хочу провести с ней всю свою жизнь. Я вообще не должен был скрывать от нее такие вещи.”

Видя, что Чу Цзюньи упрям, Сяо Фэнцзюэ стиснул зубы. “Принцесса префектуры Чжаохуа, поскольку вы знаете личность Цзюньи, вы должны понять его миссию. Что еще ты хочешь сказать?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась, но ее глаза были неописуемо холодны. “Молодой мастер Сяо, как вы думаете, что я еще должна сказать? Или что ты хочешь, чтобы я сказала? В твоем сердце моя смерть - самое безопасное решение, верно? К твоему сожалению и к моему счастью у тебя нет возможности убить меня.”

Шэнь Нинхуа стояла рядом с Сяо Фэнцзюэ и снисходительно смотрела на него сверху вниз. “Сяо Фэнцзюэ, я восхищалась твоим талантом. Раньше я думала, что ты редкий гений, способный управлять общей ситуацией. К сожалению, теперь я понимаю, что ошибалась. Позволь мне кое-что тебе сказать. Вы не Нефритовый император с небес, и вы не можете видеть, что произошло пятьсот лет назад, или предсказать, что произойдет через пятьсот лет. Так что не будь так уверен, что мы не сможем быть вместе всю жизнь.”

Аура Шэнь Нинхуа была полностью высвобождена, не скрываясь. Сяо Фэнцзюэ мог только чувствовать, как все вокруг тонет. Если бы он не был закален на поле боя и часто взаимодействовал с такими могущественными фигурами, как Бейли Цинцан и Сяо Цзинран, он почти не мог избегать влияния на себя ее ауры. Это был первый раз, когда он серьезно посмотрел на эту принцессу префектуры Чжаохуа!

Шэнь Нинхуа проигнорировала изменение в выражении его лица и продолжила говорить в своей внушительной манере. “Есть еще одна вещь, которую я хочу тебе сказать. Если Чу Цзюньи действительно попадет в ситуацию, когда ему нужно будет использовать брак для поддержания своей власти, то ему будет лучше как можно скорее найти место для ухода на пенсию. В противном случае, он может быть съеден заживо без каких-либо костей!”

“Ты... ты уничтожаешь всю логику!”

Сяо Фэнцзюэ отрицал это с угрюмым выражением лица. Однако Чу Цзюньи был очень счастлив. С такой женой, чего он мог желать большего?

“Старший брат, в словах Нинхуа есть смысл. Когда она рядом со мной, мне не нужна никакая другая женщина”.

Шэнь Нинхуа скривила губы, когда услышала это, и повернулась, чтобы посмотреть на Цин Цюэ. “Цин Цюэ, отправь молодого мастера Сяо обратно в особняк Сяо”.

“Да, мисс”.

Увидев, что Цин Цюэ и Хун Лин вместе выводят Сяо Фэнцзюэ, Чу Цзюньи поспешно прислонился к кровати. Его небольшая стычка с Сяо Фэнцзюэ случайно открыла рану, из-за чего его лицо побледнело от боли.

Шэнь Нинхуа достала пузырек с лекарством и расстегнула свою одежду. “Если ты попытаешься быть храбрым еще несколько раз, как сейчас, тебе больше не понадобится эта рука”.

Глаза Чу Цзюньи были полны доверия. “Я верю в тебя. Ты не позволишь своему мужу стать одноруким человеком.”

Шэнь Нинхуа холодно взглянул на него. “Каков твой план?”

“Семья Чжао сейчас очень могущественна. Если я хочу отомстить, я должен уничтожить семью Чжао.”

“Ты хочешь сражаться за трон?” Вместе с наследным принцем семья Чжао уже глубоко укоренилась в сети бюрократии. Даже Бейли Цинцан не осмелился справиться с этим без достаточной подготовки. Если Чу Цзюньи хотел справиться с этим, ему нужно было стать императором.

"Да." Чу Цзюньи твердо кивнул. Только взойдя на этот трон, он сможет защитить свою возлюбленную.

"Ой."

Спокойный ответ Шэнь Нинхуа заставил Чу Цзюньи поперхнуться. Он не мог не спросить с любопытством: “Нинхуа, ты совсем не удивлена?”

”Да, немного". Ее тон был спокойным, как будто она говорила: “Да, я поела”. Это заставило сердце Чу Цзюньи занервничать еще больше.

“Нинхуа, я не хотел скрывать от тебя свою личность. Я просто не знал, как рассказать тебе об этом”. Хотя сейчас он развил свою силу, он вообще не мог сравниться с наследным принцем или Вторым принцем. Более того, его статус был невыгодным. Бейли Цинцан может даже не знать о его существовании, так что простым людям будет труднее принять его.

“Хорошо”, - Шэнь Нинхуа продолжала накладывать ему лекарство. Она быстро сменила марлю и убрала флакон. “Не позволяй ране снова открыться. Кроме того, поскольку вы сказали, что Сяо Хуаньси была оставлена в моем распоряжении, я должна придумать способ отомстить. Но не волнуйся, я не заставлю ее слишком смущаться, потому что она твоя младшая сестра.”

Чу Цзюньи был тронут. “Хорошо, Нинхуа, спасибо”.

“Я делаю это не потому, что мне нужна ваша благодарность, а потому, что я готова это сделать”. Сказав это, она встала и вышла из комнаты.

Чу Цзюньи наблюдал сзади за ушами Шэнь Нинхуа, которые постепенно краснели, и его сердце наполнилось волной эмоций, настолько переполненных, что, казалось, они переполняют его. Нинхуа, моя умная и красивая возлюбленная…

Глава 140 - У меня есть Возражения!

Чу Цзюньи думал, что после того, как его личность будет раскрыта, между ними возникнет определенная степень отчуждения. Но на самом деле отношение Шэнь Нинхуа нисколько не изменилось. Она даже сблизилась с ним из-за раскрытия этой тайны.

Чу Цзюньи сидел в комнате и долго размышлял, а потом внезапно громко рассмеялся. Возможно, в глазах других его личность была слишком шокирующей, но для Шэнь Нинхуа, был ли он принцем или нет, это вообще не имело никакого значения. Для нее это был просто дополнительный титул.

Ей было все равно, принц ты или простолюдин. До тех пор, пока вы могли завоевать ее одобрение, вы могли бы заручиться ее доброй волей, которая могла бы быть выражена неявно.

Начальник Столичной стражи потратил сто двадцать процентов своей энергии на расследование инцидента с охотой, но ему не удалось найти ничего, кроме оставшейся пыльцы. Он планировал попросить совета у Шэнь Нинхуа. К сожалению, после того, как он доставил серебро к ее двери, Шэнь Нинхуа вернула все это обратно в целости и сохранности.

Бейли Цзиндзе и Бу Цзинлан, которых укусили гадюки во время охоты, еще не проснулись. Император злился каждый день, и все императорские врачи были чрезвычайно обеспокоены и расстроены.

Услышав эту новость, Шэнь Линхань была практически на грани безумия. У нее вот-вот должна начаться минута ее славы. Если Бу Цзинлань не сможет снова проснуться, она не знает, когда добьется известности.

Шэнь Линхань подняла шум во дворе Циньсюэ и выгнала всех служанок. После чего она продолжала кричать, чтобы Шэнь Нинхуа пришла к ней. Прокричав целый день, она обнаружила, что никто не обращает на нее внимания, и она просто объявила голодовку.

Бай Руо поставила суп из тремеллы на стол и убрал руководство по шахматам, оставленное там Шэнь Нинхуа. “Мисс, вторая молодая леди уже два дня объявляет голодовку. Горничная сообщила, что она трижды падала в обморок.”

Шэнь Нинхуа взяла суп из тремеллы и сделала глоток. “Голодовка? Теперь она вполне способна.»

“Две служанки сплетничали, что вы привели Вторую молодую леди обратно, чтобы замучить ее до смерти. Я немедленно разобралась с ними. Однако, похоже, это не лучший способ для дальнейшего развития событий. Вы хотели, чтобы она вышла замуж за Бу Цзинланя. Если с ней действительно что-то случилось, я боюсь, что план дальнейших действий не сработает”.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Не волнуйся. Она просто использует это, чтобы заставить меня спасти Бу Цзинланя. Она с нетерпением ждет возможности снова подняться. Как она может быть готова умереть? Не беспокойся о ней. Если она хочет объявить голодовку, позвольте ей. Я хочу посмотреть, действительно ли она намерена уморить себя голодом.”

“Да, мисс”. Бай Руо взяла миску и собралась уходить. В это время в комнату быстро вошла Хун Лин.

“Мисс, матриарх семьи Чжао, старая леди Фэнг здесь”.

Старая леди Фэнг ? Шэнь Нинхуа положила руку на стол, и на ее губах появился холодок. “Похоже, Шэнь Линхань послала за помощником”. Пока она говорила, старая леди Фэнг уже вошла со своими людьми.

Как и в прошлый раз, когда они встречались, она привела с собой большую группу горничных и слуг. Они вошли в комнату с высокомерными выражениями лиц, в их взглядах сквозила неприкрытая агрессия.

Только когда старая леди Фэнг вошла в комнату, Шэнь Нинхуа медленно встала и опустила глаза. “Приветствую тебя, матриарх Чжао. Вы редкий гость. Если бы вы уведомили меня раньше, я бы приготовила хороший чай, чтобы дождаться вас.” Врываться в чей-то дом без предварительного доклада было действительно высокомерно.

Лицо старой леди Фэнг было угрюмым, а по обе стороны ее губ залегли глубокие морщины. На ее лице не было и следа улыбки. “Шэнь Нинхуа, я здесь, чтобы вернуть свою внучку семье Чжао”.

“Вернуть мою сестру? Рассуждая логически, прошло много времени с тех пор, как моя сестра приезжала в мой особняк. Никто из семьи Чжао не приходил раньше, и вы позволили моей сестре и отцу страдать в пригородном дворе. Теперь, когда моя сестра собирается выйти замуж за Шестого принца Великого королевства Юэ, вы пришли, чтобы забрать ее. Это очень странно”.

Выражение лица старой леди Фэнг потемнело, и дама, одетая в модную одежду рядом с ней, холодно крикнула: “Как ты посмела! Ты так обращаешься со своей бабушкой? Принцесса префектуры Чжаохуа, ты стала принцессой префектуры, и твоим приемным отцом стал император, так что ты больше не узнаешь матушку своего собственного отца?”

Теперь, когда она знала, кто она - бабушка Шэнь Нинхуа. Но где, черт возьми, была эта бабушка, когда семья Чжао столько раз усложняла ей жизнь?

“Уважаемая, поскольку вы знаете, что его величество - мой приемный отец, вы все еще смеете так со мной разговаривать?” Шэнь Нинхуа холодно посмотрела на нее. Ее голос был исключительно недружелюбен. “Его величество приказал мне отделиться от семьи Шэнь. С тех пор я не имел ничего общего с Шэнь Доном. Однако он вырастил меня, и я не могла быть неблагодарной в его адрес. Вот почему мне было невыносимо видеть, как он страдает в маленьком дворике в пригороде, и я привезла его и мою сестру в свой особняк так быстро, как только смогла. Интересно, на основании чего вы могли бы сказать, что я отказалась признать своего собственного отца?”

Женщиной, которая получила жесткую и прямую отповедь, была мадам Сунь. Она была женой второго сына семьи Чжао, Чжао Ина, и она играла довольно значительную роль в семье Чжао. Никто никогда не осмеливался бросить ей вызов. Прямой ответ Шэнь Нинхуа заставил ее почувствовать себя крайне неловко. Она почувствовала, что ее авторитет был оскорблен, поэтому не задумываясь, она бросилась в словесную атаку: “Принцесса префектуры Чжаохуа, если вы действительно вернули Линхань, чтобы она не страдала, как вы сказали, тогда почему вы даже не накормили ее?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Наконец-то они добрались до сути. “Госпожа Сунь, ваши слова не имеют под собой никаких оснований. Не нужно болтать глупости и неразумно повторять пустые слухи”.

Старая леди Фэнг стучала по земле своей тростью в форме львиной головы. “Живой человек, подвергающийся подобным пыткам, - лучшее тому доказательство. Какие еще доказательства вам нужны? Пока Линхань жива, даже перед его величеством, я осмеливаюсь открыто добиваться справедливости для моей внучки! Солнце, не говори столько глупостей. Давайте отправимся прямо во двор Циньсюэ!”

Сказав эти слова, старая леди Фэнг встала и вышла из комнаты со своей тростью.

Глаза Цин Цюэ вспыхнули убийственным намерением, когда она спросила Шэнь Нинхуа: “Мисс, вы хотите, чтобы я остановила их?”

“Зачем их останавливать? Они ищут стыда. Мы просто будем наблюдать за тем, как они валяют дурака со стороны. Хонг Лин, иди и пригласи моего отца.” Изначально она боялась, что поползут дурные слухи, поэтому специально подготовила контрмеры. Это было как раз вовремя, чтобы она воспользовалась им сегодня.

Старая леди Фэнг и ее люди прямо ворвались во двор Циньсюэ. Шэнь Линхань лежала на кровати с бледным лицом. Уголки ее глаз покраснели, а лицо было залито слезами. Ее лицо размером с ладонь выглядело исключительно жалким. Когда дверь распахнулась, она была слегка ошеломлена, как будто не верила, что люди, которых она видела, были реальными.

“Моя бедная девочка! Линхань, бабушка должна была приехать за тобой раньше.”

Услышав этот голос, Шэнь Линхань наконец пришла в себя. “Бабушка, ты наконец-то пришла. Я могу чувствовать себя спокойно, увидев тебя снова перед смертью. Мне жаль, что я не могу выполнить свой дочерний долг и прислуживать тебе. Если это возможно в моей следующей жизни, я все равно хочу быть твоей внучкой”.

Старая леди Фэнг шагнула вперед и схватила ее за пальцы. Ее тон был полон печали, когда она обвиняла ее: “О какой чепухе ты говоришь? Как ты можешь умереть? Не волнуйся. Я здесь, и ты будешь жить очень хорошо. Если кто-нибудь захочет, чтобы ты умерла, я без колебаний вырвы ее сердце и печень, чтобы посмотреть, черные они или красные!”

Глаза Шэнь Линхань были красными, когда она слабо позвала “бабушка”. Затем она обняла старую леди Фэнг за руку и воскликнула: “Я почти не могла тебя больше видеть”.

Мадам Сунь, стоявшая в стороне, вытирала слезы, наблюдая за этой сценой. Затем она повернулась и посмотрела на Шэнь Нинхуа так, словно смотрела на непростительного злодея. “Принцесса префектуры Чжаохуа, ты видела, что такое истинное родство? Сегодня мы должны забрать Линхань и не позволить ей страдать здесь.”

“Если матриарх Фэнг и госпожа Сунь могут забрать ее, у меня нет возражений”. - беззаботно сказала Шэнь Нинхуа.

Услышав это, глаза Шэнь Линхань вспыхнули гордостью, которая исчезла так быстро, что люди почти подумали, что это иллюзия. А потом она продолжила плакать.

Внезапно из-за двери донесся полный гнева голос. “У Нинхуа нет возражений. Зато эти возражения есть у меня!”

Старая леди Фэнг внезапно повернула голову, чтобы посмотреть на дверь, и увидела шагающего вперед Шэнь Донга.

Увидев Шэнь Линхань, лежащую на кровати скорее мертвой, чем живой, в глазах Шэнь Донга мелькнуло нетерпение. Эта дочь была слишком способна, чтобы создавать проблемы. По сравнению с этим Нинхуа была намного лучше. Почему же он был слеп в прошлом? Вместо того чтобы поддержать Нинхуа, он решил побаловать этого беспокойного монстра. “Линхань, твоя старшая сестра была достаточно добра к тебе. Почему ты причинила ей столько хлопот и позвала свою бабушку?”

Старая леди Фэнг нахмурилась и повернула голову. “Шэнь Донг, то, что ты сказал, не имело никакого смысла. Ее явно пытали, и ей пришлось обратиться за помощью ко мне. В этом есть что-то неправильное?”

“Мама, как старшая сестра, Нинхуа уже достаточно добра к Линхань. Что касается этой голодовки, Нинхуа посылала ей много еды, а Линхань выбрасывала ее. Как отец, я больше не могу этого выносить. Линхань действительно слишком самонадеяна. Чжао и я избаловали ее и сделали ее такой своенравной и неблагодарной дочерью. Теперь, когда она собирается за кого-то замуж, я больше не могу ее так баловать. Мама, Линхань прекрасно чувствует себя, оставаясь со мной. Она не может никуда пойти!”

Старая леди Фэнг встала и посмотрела на Шэнь Донга с серьезным выражением лица. “Вы действительно закрывали глаза на страдания собственной дочери?”

Шэнь Донг промолвил с фальшивой улыбкой на лице: “Кстати говоря, Чжао была мертва, а я сам был осужден. Я действительно не могу взобраться на высокие ветви семьи Чжао, так что тебе не нужно беспокоиться о Линханье.”

Старая леди Фэнг была так зла, что чуть не упала в обморок. Ей хотелось влепить Шэнь Донгу пощечину, но она не могла. После затянувшейся зловещей паузы она сразу же величественно ушла со своими слугами.

Госпожа Сунь сказала неохотно со стороны. «Госпожа, разве ты не говорила, что будешь использовать это дело, чтобы разрушить репутацию Шэнь Нинхуа? Разве не жаль сдаваться просто так?»

Старая леди Фэнг поджала губы, и кожа на ее щеках слегка задрожала. “Мне тоже очень жаль. Однако ее собственный отец произнес эти слова. Как мы можем силой забрать Шэнь Линхань?”

Во дворе Циньсюэ лицо Шэнь Линхань мгновенно побледнело, когда она увидела, как старая леди Фэнг в спешке уходит.

Теперь Шэнь Донг чувствовал головную боль всякий раз, когда видел Шэнь Линхань. Он решил вообще не встречаться с ней. Увидев, что старая леди Фэнг ушла, он что-то пробормотал себе под нос и сразу же вышел.

В комнате остались только Шэнь Линхань и Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа была одета в светло-розовое платье из шелковой ленты, многослойно расшитое изысканными бабочками и пионами.

Шэнь Линхань посмотрела на нее, и ненависть в ее глазах продолжала выплескиваться наружу.

Шэнь Нинхуа проигнорировала свои эмоции и направилась прямо к ее кровати. Она спокойно посмотрела на Шэнь Линхань. “Если бы вы хорошо заботились о себе, ваша нога могла бы восстановиться. Теперь, похоже, надежды вообще нет”.

“Что, что ты сказала?”

Шэнь Нинхуа проигнорировала ее слова и продолжила говорить: “Я также уволю всех горничных и слуг рядом с вами. С этого момента навсегда откажись от мысли посылать какие бы то ни было сообщения из моего особняка!”

Глава 141 - Это знак любви?

Шэнь Линхань была ошеломлена. Увидев, что Шэнь Нинхуа собирается уходить, она поспешно села и потянула ее за рукав. “Шэнь Нинхуа, нет, Старшая сестра! Старшая сестра, я знаю, что в прошлом совершала много неправильных поступков. Теперь я знаю, что была неправа. Я не должна была подставлять тебя из-за ревности к твоей красоте. Я не должна была пытаться убить тебя снова и снова. Пожалуйста, спаси меня. Я не хочу быть калекой до конца своей жизни. Я не хочу вечно жить в насмешках других людей”.

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны, и она совсем не скрывала своего пренебрежительного отноШэньия к сестре в своем взгляде. В своей прошлой жизни из-за подставы Чжао Юньсяна она вывихнула ногу, упав в долину. Без надлежащего лечения она осталась калекой на всю оставшуюся жизнь. Теперь настала очередь Шэнь Линхань испытать чувство, когда над ней насмехаются и все общение с людьми сводится к унижениям и оскорблениям.

“Шэнь Линхань, небеса наблюдают за тем, что делают люди. Это всего лишь твое возмездие”.

”Нет, это не моя вина. Старшая сестра, я слушала свою мать, поэтому много раз подставляла тебя. Я уже давно пожалел об этом. Я действительно сожалею о том, что сделал с тобой. Пожалуйста, спаси меня. До тех пор, пока ты готова спасти меня, я буду абсолютно прислушиваться к тебе в будущем. Я определенно не буду играть ни с кем злую шутку.”

Глаза Шэнь Линхань, казалось, были полны искренности, когда она продолжала молить о прощении. Трудно было представить, что мгновение назад в этой паре глаз все еще светилась леденящая душу ненависть. Шэнь Нинхуа оттянула рукав и холодно сказала: “Ты научила меня не быть мягкосердечной по отношению к врагам, так что ты заслуживаешь сегодняшней ситуации. Кроме того, ты помнишь, на какие жертвы пошла твоя мать во дворце Чэнцянь, чтобы спасти тебя? Ты на самом деле жалуешься на нее сейчас. Шэнь Линхань, ты действительно меньше, чем человек!”

Сказав эти слова, она проигнорировала мольбы Шэнь Линхань, стремительно развернулась и вышла. Как только она вышла за дверь, то услышала истерический крик Шэнь Линхань.

”Шэнь Нинхуа, ты подлая дрянь и сука!"

Да, Шэнь Линхань действительно была неблагодарной волчицей. Она могла махать хвостом и выпрашивать немного еды, но в следующую секунду могла развернуться и укусить своего благодетеля в горло.

Шэнь Нинхуа усмехнулась и приказала слугам вокруг нее: “Закройте ворота внутреннего двора Циньсюэ. Никому не разрешается входить или выходить без моего приказа.”

“Да, ваше высочество”.

Шэнь Нинхуа подозвал Бай Жо и взял записи, переданные Хун Лином. Она указала на все ошибки, которые совершили эти слуги. В конце концов, она прямо приказала людям вытащить десять самых ленивых и дала им каждому по тридцать ударов.

После тридцати ударов у многих слуг была рассечена кожа и обнажилась кровоточащая плоть. Другие слуги, наблюдавшие за экзекуцией были так напуганы, что почти не могли стоять на дрожащих ногах.

Шэнь Нинхуа не обращала на них никакого внимания. “Хотя владелец этого особняка по-прежнему носит фамилию Шэнь, особняк больше не является особняком премьер-министра Шэня. Сейчас это особняк принцессы префектуры Чжаохуа. Поэтому откройте глаза пошире и посмотрите, кто является настоящим владельцем этого особняка. В противном случае, не вини меня за то, что я безжалостен.”

“Мы виновны. Ваше высочество, пожалуйста, пощадите нас!” Слуги опустились на колени и громко выразили свою преданность.

Шэнь Нинхуа холодно сказала: “Я всегда вознаграждала достойных и должным образом наказывала тех, кто этого заслуживает. Я буду следить за вашим шагом и ни с кем не буду обращаться несправедливо. Но если кто-то из вас захочет сплутовать, я не дам никому ни малейшего шанса обмануть меня. Если кто-то мне не верит, он может попробовать.”

“Мы не смеем”. Когда Хун Лин передал блокнот Шэнь Нинхуа, они увидели, что в нем записаны их ежедневные слова и поступки. Он даже четко записывал, когда они что-нибудь ели. Они не ели сердце медведя или льва. Как они посмели бы совершить ошибку, увидев наказания слуг?

Шэнь Нинхуа удовлетворенно кивнула и дала знак Бай Жо попросить слуг, которые никогда не совершали никаких ошибок, выйти из общего строя. Затем она наградила каждого из них сотней таэлей серебра. Глядя на серебряные слитки, сердца многих слуг наполнились сожалением. Они высмеивали этих людей за то, что они глупы и даже не знают, как избегать своей работы. Теперь они все сожалели об этом. Если бы они были прилежны, то также были бы вознаграждены большим количеством серебра. Довольно много слуг переосмыслили свое поведение и решили, что они определенно будут серьезно относиться к своей работе и больше не будут ловчить и притворяться, а будут честны в своей работе.

Преподав слугам урок, Шэнь Нинхуа вернулась во двор Жуйси. Как только она вошла в комнату, то почувствовала знакомую ауру. Она махнула рукой, давая сигнал Бай Руо и другим отступить. Затем, конечно же, она увидела за ширмой Чу Цзюньи, лежащего на своей кровати и отдыхающего.

“Когда ты пришел?”

Чу Цзюньи открыл глаза. В его обычно глубоком взгляде был намек на сонную усталость, что делало его менее резким, но более мягким. ”Нинхуа..."

По какой-то причине Шэнь Нинхуа не могла не занервничать, когда услышала его низкий голос. Кончики ее ушей невольно покраснели. "Что не так?"

Чу Цзюньи сел и потянул ее за рукав, чтобы заставить сесть на кровать. Затем он крепко обнял ее и снова лег. Его голос стал еще глубже. “Моя прекрасная возлюбленная, теперь у меня есть только ты”.

Шэнь Нинхуа была потрясена и внезапно подумала о семье Сяо. “Ты вернулся в особняк Сяо?”

Чу Цзюньи долго молчал, и его голос звучал слегка приглушенно. “Да, я вернулся вчера, чтобы узнать отношение моего приемного отца, но я случайно услышал плохие новости”.

Шэнь Нинхуа могла более или менее догадаться об этом, не спрашивая его. Чу Цзюньи объявил о своей позиции перед лицом Сяо Фэнцзюэ. Как Сяо Фэнцзюэ могло быть все равно? Хотя они оба выросли вместе, Чу Цзюньи был чужаком, не связанным родословной. В обычные дни это не было большой проблемой и не вызывало никаких изменений. Как только будут затронуты конкретные интересы, разница станет особенно очевидной.

Кроме того, статус Чу Цзюньи был непростым. В то время как семья Сяо воспитывала его, они также должны были относиться к нему с большой осторожностью. Такое сложное чувство, вероятно, было не очень комфортным. Семья Сяо к этому времени проявила недюжинное терпение.

“В чем разница между хорошим и плохим? Я прекрасно справляюсь сама без ограничений.”

Чу Цзюньи крепче сжал талию Шэнь Нинхуа, отчего у нее заныли косточки. Однако она не сопротивлялась и позволила ему обнять себя вот так сильно. Через некоторое время Чу Цзюньи ослабил хватку и потерся о ее тело. “Нинхуа, как насчет того, чтобы я попросил Его Величество разрешить нам пожениться завтра? Я хочу жениться на тебе.

Чем более одиноким он был, тем больше ему хотелось найти компаньона. Ему и Шэнь Нинхуа было суждено стать парой.

Шэнь Нинхуа некоторое время размышляла, прежде чем кивнуть. “Хорошо”. Поскольку этот человек мог вызвать чувства в ее душе, стоило попытаться быть с ним вместе.

“Нинхуа, не волнуйся. Я обязательно буду хорошо к тебе относиться. То, что мой старший брат…Упомянутого Сяо Фэнцзюэ определенно не произойдет. Я буду бороться за высокую должность, но я определенно не буду использовать женщин для борьбы за нее. Я презираю всех тех, кто использует подобный метод!”

Шэнь Нинхуа пошевелила рукой. “Я сказала ”Да"."

“Я буду относиться к тебе от всего сердца и позволю тебе жить свободно. Когда придет время, у нас может быть ребенок. Я научу его боевым искусствам, а ты можешь научить его литературному таланту. Он определенно станет элегантным молодым мастером, способным как к литературе, так и к боевым искусствам. Когда придет время, он женится на куче жен и родит нам кучу внуков...”

Шэнь Нинхуа дернула уголком губ и оттолкнула его с пощечиной. “Кажется, с тобой все в порядке. Поскольку с тобой все в порядке, встань и помоги мне. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал.” Если бы он продолжал так мечтать, у них, вероятно, было бы четыре поколения, живущих под одной крышей.

Чу Цзюньи вытянул свое тело. Его стройное тело наклонилось, чтобы занять всю кровать, а голова все еще была за пределами кровати. Он натянул на себя подушку и лег на край кровати с усталым видом. Услышав слова Шэнь Нинхуа, его аура мгновенно стала еще мрачнее. “Нинхуа, ты просто продолжаешь использовать меня. Я просил тебя выйти за меня замуж, но ты отказалась. Но ты все равно расскажешь мне, что я могу сделать для тебя. Мне так больно...”

Шэнь Нинхуа не мола этого вынести. Она шагнула вперед и потащила его за руку, чтобы вытащить наружу. “Разве я только что не сказала "Да"? Разве ты не расслышал меня ясно? Не ищите оправданий тому, что вы чего-то не делаете. Вставай скорее.”

Как раз в тот момент, когда она говорила, она внезапно почувствовала сильную волну силы, тянущую ее. Комната перед глазами мгновенно развернулась. Когда она пришла в себя, то обнаружила, что Чу Цзюньи уже обнял ее, и они вдвоем катались по кровати. Она была готова потерять самообладание, когда внезапно встретилась с парой ярких звездных глаз.

“Нинхуа, ты серьезно? Ты действительно согласна?”

Глядя на выжидающий взгляд Чу Цзюньи, она наклонила голову и сказала с тревогой в голосе: “Да, я согласна. Обещание есть обещание. Почему ты несешь столько чепухи?”

Чу Цзюньи поцеловал ее в красные уши и резко вскочил с кровати. “Это здорово. Ха-ха, Нинхуа, ты только что сказала, что у тебя есть для меня кое-что, что я должен сделать. Просто скажи это.”

Шэнь Нинхуа сердито схватил подушку с кровати и швырнул ее в него, но Чу Цзюньи схватил подушку.

“Это знак твоей любви ко мне? Что ж, подушка несет в себе хорошее послание, и я аккуратно уберу ее.”

Если бы она продолжила с ним эту тему, то умерла бы от гнева. “Хорошо, сосредоточься на важных вопросах. Бейли Цзиндзе и Бу Цзинлань были без сознания в течение трех дней. Им пора просыпаться. В противном случае Великое королевство Юэ, вероятно, потеряет самообладание и королевское терпение.”

Чу Цзюньи осторожно положил подушку на стул рядом с собой и серьезно сказал: “Хм, да. Что ты собираешься делать?”

“Однажды я договорилась с герцогиней Вэй, мадам Чжан. Я спасла Чжао Руюнь, а взамен Чжао Руюнь должна выйти замуж за Пятого принца.”

Чу Цзюньи сделал паузу. “Ты хочешь, чтобы Чжао Руюнь вышла замуж за Бейли Цзинцзе?”

“Это верно. Я послала кое-кого дать Чжао Руюнь рецепт, который поможет Бу Цзинланю и Бейли Цзинцзе прийти в себя. Услуга, спасающая жизнь, должна быть достаточно большой, и не должно быть трудно заставить Бейли Цзинцзе выйти замуж за Чжао Руюнь.”

“Это не сложно, но зачем ты это сделала? Похоже, это совсем не идет тебе на пользу.” Чу Цзюньи чувствовал себя немного странно в своем сердце. Он давно чувствовал ненависть и отвращение Шэнь Нинхуа к Бейли Цзиндзе. Объединение семьи Чжао и Бейли Цзиньцзе могло бы в какой-то степени сделать Бейли Цзиньцзе объектом зависти и подозрений, но казалось, что преимущества перевесят недостатки в будущем.

“Семья Чжао сейчас является самым могущественным кланом в Даане. Чжао Руюнь - единственная первая дочь герцога Вэя. Ее брак очень важен для многих людей. Прямо сейчас Бейли Цзиндзе - просто неприметный принц, так что люди не почувствуют ничего необычного в их браке. Но что произойдет, когда дело о Лесной вилле будет раскрыто?” Взгляд Шэнь Нинхуа был холоден.

Амбициозный принц женился на первой дочери герцога Вэя. Этот союз был слишком силен, и даже наследному принцу пришлось обратить на него особое внимание. В то время за каждым движением Бейли Цзиндзе наблюдали и анализировали многие люди. Можно сказать, что Бейли Цзиндзе было бы так же трудно, как подняться на небеса, чтобы молча развивать свою силу!

”Что я могу для тебя сделать?" Независимо от того, почему Нинхуа ненавидел Бейли Цзиндзе, он был готов помочь ей выкопать яму, чтобы похоронить его!

“Помоги мне скрыть дело о Лесной вилле. Прежде чем Его Величество дарует Чжао Руюнь и Бейли Цзиньцзе брак, не позволяйте никому узнать, кто владелец Лесной виллы!”

Чу Цзюньи уверенно улыбнулся. “Хорошо, без проблем. Не волнуйся.”

Они вдвоем пришли к соглаШэньию. Чу Цзюньи не стал медлить и собрался уходить. Но неожиданно, когда он только подошел к двери, он внезапно развернулся и пошел обратно.

Шэнь Нинхуа удивленно посмотрела на него и спросила: "Что не так?"

Чу Цзюньи подошел к креслу и наклонился, чтобы поднять подушку. “Это наш знак любви. Я отнесу его обратно и сохраню как сокровище”.

Глава 142 - Большой кризис в особняке принцессы префектуры!

Чжао Руюнь вошел во дворец с рецептом, и его не выпускали, пока не стемнело.

Когда Шэнь Нинхуа услышала эту новость, она слегка улыбнулась и стала ждать дальнейших новостей из Дворца.

Посреди ночи Бай Руо осторожно разбудила Шэнь Нинхуа. ”Мисс, вы не спите?"

Шэнь Нинхуа открыла глаза. Ее взгляд был сонным. Она осторожно встала с кровати. Ее черные волосы ниспадали с плеч нежным завитком и это было очень красиво. Настолько, что Бай Руо даже опустила глаза, а Бай Жо на мгновение остолбенела. Затем служанки переглянулись и проговорили хором: “Мисс, пришла мадам Чжан”.

“Мадам Чжан?” Зачем ей приходить так поздно ночью? ”Пригласите ее войти".

Шэнь Нинхуа надела верхнюю одежду и быстро собрала волосы в пучок, прежде чем направиться в гостиную.

В гостиной мадам Чжан безостановочно ходила взад-вперед. Увидев выходящую Шэнь Нинхуа, она поспешно поприветствовала ее. “Ваше высочество...”

Шэнь Нинхуа прошла в комнату не обращая внимания на ее беспокойство и села сбоку. Она подождала, пока Бай Жо подаст чай, прежде чем спросить: “Госпожа Чжан, что привело вас сюда так поздно ночью?”

Увидев спокойное поведение и неторопливые движения Шэнь Нинхуа, госпожа Чжан тоже успокоилась. “Ваше высочество, сегодня Руюн одна отправилась во дворец и пробыла там весь день. После того, как она, наконец, вернулась ночью, ее сопровождали четыре медсестры, которые сразу же заперли ее во дворе. Затем какие-то люди охраняли весь двор. Я не знала, что делать, поэтому пришла спросить вас. Разве вы не говорили, что не было никакой опасности, когда давали ей рецепт? Почему Руюн сейчас под охраной или под арестом, я даже не могу определить… Что вообще происходит?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, и в ее глазах мелькнуло суровое выражение. “Госпожа Чжан, будьте осторожны со своими словами. Рецепт был дан семьей Чжао, так что он принадлежит семье Чжао. Это было дано не мной.”

Сердце мадам Чжан замерло. Она стиснула зубы и кивнула. “Да, я не верно выразилась…”.

Выражение лица Шэнь Нинхуа смягчилось. “Если бы действительно случилось что-то плохое, мисс Чжао, вероятно, не смогла бы сегодня покинуть дворец. С тех пор как она вернулась в сопровождении медсестер, ее брак с Пятым принцем практически завершен. Вы просто должны ожидать финала этого процесса.”

«Действительно?» Мадам Чжан была взволнована. Тело Руюн восстановилось, но ее характер был все еще сломлен навалившимися на нее неприятностями. Только когда она говорила о браке с Бейли Цзиндзе, ее эмоции были противоречивыми. Вот почему она смиренно пришла спросить Шэнь Нинхуа. “Ваше высочество, я надеюсь, что вы сможете помочь Руюн. Пока она может выйти замуж за Бейли Цзиндзе, я готова дать вам 10 000 таэлей золота в качестве благодарственного подарка.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась в ответ и промолвила: “Госпожа Чжан, добро пожаловать. Завтра я войду во дворец. Вы можете заранее обучить мисс Чжао правилам.”

“Хорошо!” Мадам Чжан крепко вцепилась в подол своего платья, и ее глаза сильно загорелись. Поблагодарив Шэнь Нинхуа, она поспешно ушла.

Как только она ушла, улыбка на лице Шэнь Нинхуа сразу же исчезла, не оставив ни единого следа. Ее красивые брови слегка нахмурились. “Бай Жо, пусть Хун Линь проведет расследование, чтобы выяснить, кто часто общается с мадам Чжан”. После того, как она помогла другим, ей нравилось получать золото в качестве платы. Хотя этот вопрос не был слишком большим секретом, мадам Чжан определенно не входила в число людей, которые знали об этом.

“Да, мисс”.

Сегодня ей было суждено провести бессонную ночь. Как раз в тот момент, когда Шэнь Нинхуа собиралась пойти отдохнуть после отдачи приказа, поспешно вбежала служанка Шэнь Сюаньлинь. “Ваше высочество, плохие новости. У молодого мастера Сюаньлина внезапно поднялась температура, и сейчас он без сознания.”

Сюаньлинь?

Шэнь Нинхуа быстро вскочила и зашагала ко двору Инъюэ.

Во дворе Инъюэ все служанки дрожали от страха. Они опустили головы и молчали, не смея ничего сказать.

Как только Шэнь Нинхуа вошла, она почувствовала слабый запах лекарств. В одно мгновение ее взгляд скользнул по служанкам, которые стояли на коленях на земле. “Почему здесь пахнет лекарством?”

“Мы не знаем”.

Голова Шэнь Сюаньлина была покрыта потом, а его лицо было красным из-за высокой температуры. Даже когда он спал, он крепко хмурился и постоянно слегка подергивался. Это были крайне тревожные симптомы и признаки.

Взгляд Шэнь Нинхуа скользнул по его шее, и она шагнула вперед, чтобы поднять его одежду. К ее удивлению, у него на теле были маленькие красные шишки и опухлости. Хотя у нее был сильный ум, она не могла не быть шокирована. “Это ветряная оспа!”

Как только эти слова были произнесены, лица всех присутствующих смертельно побледнели от шока. Ветряная оспа была серьезной болезнью. Люди избегали его точно так же, как избегали бы змей и скорпионов. До тех пор, пока один из членов семьи болел ветрянкой, вся семья и даже соседи были заключены в тюрьму, чтобы предотвратить заражение. Как только станет известно о ветрянке Шэнь Сюаньлинь, с принцессой префектуры Шэнь Нинхуа все будет в порядке, но слугам в особняке повезет меньше.

Многие робкие слуги уже стали поскуливать и дрожать от страха.

Пристальный взгляд Шэнь Нинхуа яростно скользнул по ним. “Вы все заткнитесь! Я знаю, о чем вы думаете, но слушайте внимательно. Если с Сюаньлинем все в порядке, у вас всех будет шанс выжить. Я также подумаю о том, как защитить вас. Если с Сюаньлинем что-нибудь случится, я прикажу похоронить вас всех вместе с моим братом!”

“Ваше высочество, пожалуйста, успокойтесь”. Услышав это, все сразу притихли, боясь, что будут раздражать ее.

Взгляд Шэнь Нинхуа был холоден. “Я просто спросила, кто кормил Сюаньлин лекарством?”

Служанки опустились на колени и хранили молчание.

“Если кто-то из вас знает, вам лучше сказать мне. Если никто ничего не скажет, я могу только думать, что вы вместе строите заговор против своего хозяина. Кто-нибудь, вытащите этих людей наружу и забейте их дубинками до смерти!”

“Нет, нет, ваше высочество, это сестра Гуи. Я видела это. Это была медсестра Гуи, которая дала лекарство Младшему Мастеру. Она сказала, что это для того, чтобы снять жар.”

Уже без каких-либо дополнительных приказов от Шэнь Нинхуа, Цин Цюэ выхватила сестру Гуй из толпы.

Шэнь Нинхуа подошла к ней, наклонилась и потрясла ее за рукав. Оттуда выпал бумажный пакет. Глубокие глаза Шэнь Нинхуа были наполнены холодом. “Сестра Гуй, вы служите Сюаньлинь уже долгое время. Я никогда не думала, что ты причините ему вред!”

Бледнолицая медсестра Гуй подняла голову и почтительно поклонилась Шэнь Нинхуа. Ее голос был полон отчаяния. ”Извините, ваше высочество и молодой мастер Сюаньлинь". Но как только она произнесла эту фразу, ее лицо исказилось, она выплюнула полный рот крови и замертво упала на землю.

Бай Жо поспешно подошла, чтобы вытереть окровавленное платье Шэнь Нинхуа. ”Мисс, с вами все в порядке?"

Шэнь Нинхуа покачала головой и приложила свою руку, чтобы проверить дыхание сестры Гуй. Она слегка нахмурилась. “Она умерла. Цин Цюэ, попроси кого-нибудь отнести ее вниз и похоронить. Кроме того, заприте всех служанок, которые стоят здесь на коленях. Я тщательно расследую это дело”.

“Да, мисс”.

“Бай Руо, отправь письмо во дворец и попроси Его величество прислать людей для охраны моего особняка. Никому не разрешается входить или выходить. Хун Лин, иди и повидайся с Юнь Чуанем. Он и Сюаньлинь вместе день и ночь. Возможно, сейчас он тоже в опасности. Би Чжу, иди собери медицинские материалы. Лекарства, которые будут использоваться, будут чрезвычайно сложными”.

“Да, мисс”.

Когда прибыл Чу Цзюньи, Шэнь Нинхуа уже дала Шэнь Сюаньлина лекарство и обтирала его тело крепкой рисовой водкой. Увидев эту сцену, его сердце пропустило удар. Он поспешно шагнул вперед и поднял ее.

“Нинхуа, ты могла бы просто приказать кому-нибудь сделать это. Неужели ты не понимаешь, что ветряная оспа чрезвычайно опасна?”

Шэнь Нинхуа подняла руку, чтобы помешать ему прикоснуться к ткани в ее руке. “Все в порядке. У меня уже была ветрянка. Не волнуйся.”

“Когда это было?”

“Когда я выздоравливала на загородной вилле”.

- Прямо ответила Шэнь Нинхуа, но глаза Чу Цзюньи задрожали. В течение этого периода времени? Он провел расследование. Хотя он не мог выяснить, через что она прошла, он знал, что она никогда не занималась земледелием на загородной вилле. Что именно произошло с ней в то время?

“Нинхуа, ты что-нибудь обнаружила? Как Сюаньлинь вдруг заболел ветрянкой?”

Шэнь Нинхуа нахмурилась, и выражение ее лица стало серьезным. “Мне тоже было интересно. То, что он обычно ел, было приготовлено на кухне. Все было тщательно подготовлено. Я также лично отбирала горничных и слуг, чтобы они прислуживали ему. Даже когда они приносили еду с кухни, по пути было два человека, присматривающих друг за другом. Проблема должна быть не в еде, а в его предметах для ежедневного использования...”

Говоря это, она внимательно осматривала комнату своим пристальным взглядом. Внезапно она уставилась на одеяло на Шэнь Сюаньлинь. Ее зрачки резко сузились, и она вытащила из головы острую золотую шпильку и полоснула ею по одеялу.

Одеяло было разрезано, и оттуда хлынул белоснежный хлопок. После долгих поисков она, наконец, нашла два куска ткани с засохшей кровью и несколько разбросанных струпьев от прыщей в хлопке.

Увидев все это, она задрожала от крайнего гнева. “Кто был ответственен за одеяло?”

“Мисс, это сестра Гуи”.

“Медсестра Гуи…Хонг Лин, иди и разберись!”

Чу Цзюньи шагнул вперед, чтобы взять ее за руку, и наполовину обнял ее, чтобы утешить. “Нинхуа, не волнуйся слишком сильно. С лучшими лекарственными ингредиентами Сюаньлинь будет в порядке. Я уже отправил людей на поиски Тяньшанского Снежного лотоса. Я определенно не позволю, чтобы с ним что-нибудь случилось”.

Шэнь Нинхуа кивнула. Беспокойство и тревога в ее сердце немного утихли. Она поспешно подняла голову и сказала: “Поторопись и уходи. Ветряная оспа чрезвычайно заразна. Если ты подхватишь эту болезнь, ты будешь в опасности.”

“Все в порядке. Я переболел ветрянкой, когда мне было три года.” Чу Цзюньи поспешно утешил ее, чтобы рассеять ее нервозность.

Только тогда Шэнь Нинхуа почувствовал облегчение. Зная, что сейчас не время задавать лишние вопросы, она временно отложила это дело в сторону и встала в стороне, наблюдая, как Бай Руо выносит одеяло и сжигает его.

Чу Цзюньи слегка придержал ее руку и вложил весь ее кулак в его ладонь. Они вдвоем стояли рядом, не говоря ни слова, но между ними было безмолвное молчаливое понимание, несущее теплую ауру, которой никто не мог помешать.

Как только во дворец поступило известие о появлении ветряной оспы в особняке Шэнь Нинхуа, чиновники и различные силы, которые долгое время молчали, совместно попросили императора оцепить особняк принцессы префектуры. Если бы не личность Шэнь Нинхуа, эти люди, вероятно, потребовали бы казнить всех в особняке.

Некоторые умные чиновники ничего не говорили и просто спокойно наблюдали за ситуацией.

В это время, хотя Бейли Цинцан души не чаял в Шэнь Нинхуа, он не стал бы рисковать безопасностью жителей столицы. Как только ветряная оспа распространится, последствия будут невообразимыми. Он приказал оцепить особняк принцессы префектуры, а затем послал на помощь десять имперских врачей из Имперского института здравоохранения.

В тот момент, когда Бейли Цзиндзе проснулся, он услышал эту новость и сразу же почувствовал себя чрезвычайно счастливым. Он тайно поручил своим подчиненным следить за человеком, который отвечал за доставку лекарственных ингредиентов в особняк принцессы префектуры. Он приказал им подумать о том, как сократить поставки лекарственных ингредиентов или что-то сделать с лекарственными ингредиентами.

Бейли Аннинг хотела помочь, но не могла найти никакого способа предложить помощь. Она могла возлагать свои надежды только на Бейли Цзиньчуань. Однако на этот раз Бейли Цзиньчуань тоже не смогла помочь.

Глава 143 - Я буду отчаянно бороться с Ним!

В особняке принцессы префектуры царила гробовая тишина. Все оставались в своих комнатах, опасаясь лишиться жизни из-за ветряной оспы только потому, что сделали лишний вдох.

Шэнь Нинхуа не хотела видеть, как слуги ведут себя так, как будто они столкнулись с великим врагом. Она просто оставила только нескольких человек, которые были готовы помочь от всего сердца, и приказала остальным оставаться в комнате. Сразу же в особняке стало гораздо спокойнее.

Императорские врачи, присланные Бейли Цинцзяном, собрались в цветочном зале, предоставленном Шэнь Нинхуа, и думали о рецептах день и ночь. Всевозможные бумаги с записями лекарственных ингредиентов были разбросаны по земле. Эти, обычно высокомерные императорские врачи, хотели как можно скорее избавиться от свалившейся на них смертельной напасти в виде ветряной оспы и покинуть особняк принцессы префектуры.

В нынешней ситуации, пока они оставались в особняке еще на один день, это было равносильно тому, чтобы их имена были занесены в список смертников Короля Ада, и они рисковали потерять свои жизни в любое время.

Шэнь Нинхуа использовала матерчатое полотенце, чтобы вытереть пот со лба Шэнь Сюаньлина. Ее брови и глаза были полны страдания. Хотя Шэнь Сюаньлинь был здоровее обычных детей после занятий боевыми искусствами, приступ ветряной оспы был слишком жестоким. У него была продолжительная высокая температура, и все его тело было зудящим и горячим…Всего за три дня он сильно похудел.

Бай Жо шагнула вперед и посмотрела на Шэнь Сюаньлиня, чье лицо было покрыто краснотой и оспинами. Она чувствовала себя крайне расстроенной. “Мисс, позвольте теперь мне проследить за ним. Я смогу ухаживать. А вам следует отдохнуть. Вы не спали прошлой ночью.”

Прошлой ночью Шэнь Сюаньлина мучила лихорадка, и он продолжал в бреду звать старшую сестру, что заставило Шэнь Нинхуа пожалеть его. Поэтому она сидела у кровати и не сомкнула глаз всю ночь.

“Я в порядке. Посмотрите, готово ли лекарство. Пришло время дать ему какое-нибудь снадобье.”

“Да, мисс”. Бай Жо с беспокойством посмотрела на Шэнь Нинхуа. Она прикусила губу и отступила. Хотя Шэнь Нинхуа не пела себе дифирамбы, она больше всего ценила личные чувства. Она даже пошла на многое, чтобы защитить служанок, не говоря уже о своем брате, связанном с ней кровными узами.

Лекарство было передано, Шэнь Нинхуа наклонилась и поддержала голову Шэнь Сюаньлинь. “Сюаньлинь, ты меня слышишь? Тебе нужно принять какое-нибудь лекарство.”

Шэнь Нинхуа не ожидала, что Шэнь Сюаньлинь сможет ее услышать. Однако он действительно отреагировал на ее слова. Он открыл глаза в оцепенении, и из-за опухших век смог лишь слегка приоткрыть их. Когда он увидел Шэнь Нинхуа, его голос внезапно наполнился радостью. “Старшая сестра...”

Шэнь Нинхуа задрожала и едва удержала чашу в руке. Бай Руо увидела это, сразу же взяла миску и отставил ее в сторону. “Сюаньлинь, ты очнулся?”

Шэнь Сюаньлинь моргнул и медленно пришел в себя. “Старшая сестра, что со мной случилось?”

“У тебя ветрянка. Но хорошо, что ты очнулся. Не волнуйся, я обязательно защищу тебя”. Шэнь Нинхуа схватила его за руки, чтобы он не поцарапал оспины на лице. “У тебя оспа по всему телу. Не царапай их, иначе у тебя будет рябое некрасивое лицо.”

“Ветрянка?” Шэнь Сюаньлинь склонил голову набок и на некоторое время задумался. Затем он внезапно понял, что это было, и поспешно оттолкнул руки Шэнь Нинхуа. “Старшая сестра, иди! Оставь меня в покое. Иначе ты заразишься от меня!”.

“Все в порядке”. Шэнь Нинхуа почувствовала, что ее глаза наполнились слезами и она чуть не расплакалась. Ребенок был таким упрямым. Как только он решил быть добрым к кому-то, он никогда не передумает. Его чистое упрямство заставляло ее сердце болеть.

“Я не могу допустить, чтобы ты заразилась от меня! Старшая сестра, пожалуйста, иди...” Когда Шэнь Сюаньлинь сказал это, он даже заплакал от беспокойства. “Я не хочу, чтобы ты заболела ветрянкой. Если бы ты заболела из-за меня, я мог бы с таким же успехом умереть сейчас.”

Бай Руо вытерла слезы и сказала: “Младший мастер, не говори этого. Мисс заботилась о тебе уже два дня. Ты делаешь ее только печальнее, говоря эти слова.”

Шэнь Сюаньлинь широко раскрыл глаза. Он хотел вытереть слезы тыльной стороной ладони, но не осмелился, поэтому мог только смотреть на нее, и все его лицо было в слезах. “Старшая сестра, я не хотел тебя расстраивать. Просто я мужчина, и ветрянка меня не одолеет. Ты девушка, которую нужно всячески оберегать. Я слишком молод, чтобы влюбляться в тебя, но я должен стараться изо всех сил, чтобы ты не волновалась. Но теперь мне даже этого не удалось сделать...”

Шэнь Нинхуа коснулась головы Шэнь Сюаньлина и потрепала его по волосам. “Ты глупыш. Ты член моей семьи, а члены семьи должны беспокоиться друг о друге. Если я однажды заболею, ты хочешь, чтобы я тебя выгнала?”

"Нет! Нет! Если ты вдруг заболеешь, я лично позабочусь о тебе”.

“Хорошо, так что теперь я забочусь о тебе. Если ты действительно беспокоишься обо мне, тебе следует быстро прийти в себя. Понимаешь?”

Шэнь Нинхуа вытерла слезы и взяла чашу с лекарством. “Выпей немного лекарства. Будет плохо, если лекарство остынет.”

Шэнь Сюаньлинь прикусил губу и на некоторое время задумался. Затем он взял чашу и выпил одним глотком. Он поднял голову и широко улыбнулся. “Я очень быстро восстановлюсь”.

У Шэнь Нинхуа снова заблестели глаза, и она слегка улыбнулась. “Ты - хороший мальчик”.

Выпив лекарство, Шэнь Сюаньлинь лег на кровать и уставился на Шэнь Нинхуа. “Старшая сестра, не беспокойся обо мне. Я не буду чесать оспы, какими бы зудящими они ни были. Если у меня будет рябое лицо, я не смогу стать Воином номер один и не смогу защитить тебя.”

Как мог ребенок быть таким внимательным?

Хотя Шэнь Нинхуа всегда считала себя хладнокровным человеком, она не могла удержаться от слез. “Хорошо. Ты пообещал. Не царапайте оспины”.

“Да, я буду послушен”, - сказал Шэнь Сюаньлинь, изо всех сил стараясь расширить глаза. Он хотел сказать еще несколько слов Шэнь Нинхуа, но его веки становились все тяжелее и тяжелее.

Увидев его сонное выражение лица, Шэнь Нинхуа тихо сказал: “А теперь спи. Ты можешь быстро восстановиться только тогда, когда будешь больше отдыхать”.

Шэнь Сюаньлинь схватил Шэнь Нинхуа за рукав и медленно заснул. Он все еще бормотал во сне: “Я не царапаюсь, я хочу быть Воином номер один, я хочу обожать Старшую сестру...”

Бай Жо шагнула вперед и попыталась вытащить рукав Шэнь Нинхуа, но обнаружил, что Шэнь Сюаньлинь крепко сжимает его. “Госпожа?”

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Пойди принеси мне другую верхнюю одежду”.

Шэнь Нинхуа снял верхнюю одежду, за которую держался Шэнь Сюаньлинь, и сменила халат на другой. Она вернулась в свой двор. “Бай Руо, ты самая осторожная. Болезнь Сюаньлинь будет находиться в самом опасном периоде в ближайшие несколько дней. Вы должны убедиться, что с его лекарствами и предметами для ежедневного использования все в порядке.”

“Да, мисс, вы можете быть уверены. Я буду уделять величайшее внимание”.

“Хорошо. Теперь ты можешь идти. Я хочу немного поспать.”

Бай Руо тихо вышла. Шэнь Нинхуа сразу легла в постель, не снимая верхней одежды. Она не спала уже два дня и заснула в тот момент, когда ее голова коснулась подушки.

Чу Цзюньи принес лекарственные ингредиенты во двор Жуйси. Он обошел ширму и увидел, что она спит.

Шэнь Нинхуа была хрупкой. После того, как последние два дня она заботилась о Шэнь Сюаньлине, она выглядела еще более хрупкой. В этот момент она лежала на кровати с ярко-красной атласной простыней. Ее длинные черные волосы были распущены по телу, отчего ее лицо размером с ладонь казалось еще бледнее и прозрачнее. Ее тонкие ресницы отбрасывали слабую тень на ее белое, как нефрит, лицо, заставляя людей хотеть протянуть руку и прикоснуться к ней.

“Она, должно быть, очень устала”. Обычно, даже если она спала, она просыпалась в тот момент, когда он входил. Но теперь он стоял здесь уже некоторое время, а она все еще крепко спала.

Чу Цзюньи чувствовал одновременно беспокойство и жалость к ней. Он медленно подошел к ней и накрыл одеялом. Она действительно не знала, как позаботиться о себе. Особняк принцессы префектуры уже давно стал сосредоточием проблем, если она простудится, что будет с особняком?

Шэнь Нинхуа проснулась, когда одеяло коснулось ее тела. “Чу Цзюньи, почему ты здесь?”

“Я позволил своим людям собрать некоторые лекарственные травы и вещества. Они чистые и не испорчены. Вы можете чувствовать себя в безопасности, используя их. Вы также можете купить некоторые лекарственные ингредиенты на улице. Хотя вы и не будете их использовать, вы можете выяснить, кто стоял за этим.”

“Да, я понимаю”. Шэнь Нинхуа потерла лоб. “Помоги мне присматривать. Ветрянка Сюаньлинь не могла быть делом рук только одной партии. Я не могу позволить им причинить вред моему брату просто так.”

“Даю тебе слово на этот счет”.

Чу Цзюньи протянул руку и заключил ее в свои объятия. “Нинхуа, расслабься. С Сюаньлинь все будет в порядке.” Нервы Шэнь Нинхуа были напряжены, как натянутая струна. Если она будет продолжать в том же духе, то однажды сломается.

Шэнь Нинхуа расслабила свое тело и наклонилась в его объятиях. Она медленно засыпала, слушая его ровное сердцебиение.

Когда она снова проснулась, было уже темно. Она натянула одеяло и вдруг почувствовала рядом с собой долгое ровное дыхание. Она обернулась и увидела крепко спящего Чу Цзюньи.

Должно быть, он тоже устал за эти дни.

Шэнь Нинхуа протянула руку, чтобы коснуться его переносицы, и в ее глазах мелькнула нежность. Он всегда говорил легкомысленно, но каким-то образом заставил ее захотеть доверять ему и полагаться на него. После несчастных случаев в прошлой жизни ей было очень трудно открыть свое сердце и снова принять других людей. Обычные нежные способы с ней не сработали. Но он сумел занять место в ее сердце своим шутливым отношением. Она действительно не знала, умный он или глупый…

“Нинхуа, ты очарована мной?” Чу Цзюньи держал ее пальцы в своей ладони. Слегка холодные кончики пальцев были похожи на розовые лепестки, и он не хотел их отпускать.

“Раз уж ты проснулся, вставай сейчас же!” Шэнь Нинхуа хотела убрать пальцы, но не смогла. Она могла только свирепо посмотреть на него и сказала:

Чу Цзюньи воспользовался этим шансом и крепко обнял ее. “У меня в руках такая теплая благоухающая красавица. Я был бы дураком, если бы встал”.

Шэнь Нинхуа пнула его в ногу и вырвался из его объятий. “Теплая благоухающая красота? Если ты продолжишь вести себя так бесстыдно, я позволю тебе попробовать самый холодный день в году!”

“Нет, нет.” Чу Цзюньи поспешно встал. “Нинхуа, ты такая безжалостная. Увы, с таким же успехом я мог бы выйти и помочь тебе присматривать за другими людьми.”

Шэнь Нинхуа привела в порядок свое платье и позволила Бай Руо принести для нее таз с водой.

После того, как она умыла лицо, Чу Цзюньи медленно надел ботинки. “Я ухожу”.

Когда Бай Жо увидела, что Чу Цзюньи встал с кровати Шэнь Нинхуа и приводит в порядок его одежду, она была ошеломлена. Она довольно долго стояла неподвижно и пришла в себя только после того, как Шэнь Нинхуа несколько раз окликнул ее.

“Мисс... ты и... ты и Чу Цзюньи... вы двое...”

Шэнь Нинхуа ничего не сказала, но ее отношение явно выражало согласие с тем, о чем думала Бай Руо.

Некоторое время Бай Руо не знала, что ответить.

Шэнь Нинхуа вздохнула. “Ты такая скучная девочка. Даже Хон Лин обнаружила мои необычные отношения с Чу Цзюньи, но ты не замечала этого до сих пор.”

“Я так удивлена”. - сухо сказал Бай Руо.

“Все в порядке. Теперь ты можешь выходить.”

Бай Руо помолчала несколько секунд и сказала: “Мисс, если мастер Чу плохо обращался с вами, я буду первой, кто вступит с ним в отчаянную борьбу!”

Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Когда она пришла в себя, Бай Руо развернулась и выбежала. Она вдруг усмехнулась. “Эта девушка такая...”

Глава 144 - Око за око

Благодаря железной руке Шэнь Нинхуа, справившейся с ситуацией, в особняке принцессы префектуры было тихо и все дела были в хорошем порядке. Однако Ся Цзинцю и Ян Инсюэ, которые жили в павильоне Цуйчжу, были до смерти напуганы ветрянкой.

Ся Цзинцю ходила взад и вперед по комнате. Выражение ее лица постоянно менялось. “Я только хотела пожить здесь временно и воспользоваться именем принцессы префектуры Шэнь Нинхуа, чтобы найти для тебя шанс взобраться повыше, на ту ветку, с которой тебе было бы легче взлететь выше. Кто мог ожидать, что возникнет такая проблема! Это ветрянка. Это почти то же самое, что чума. Очень немногие из людей могут выжить после заболевания ветряной оспой! Инсюэ, нам нужно найти способ выбраться отсюда!”

Ян Инсюэ села рядом с кроватью. Ее тонкий силуэт придавал ей такой слабый вид, словно она не могла выдержать ни малейшего дуновения ветра. “Мама, его величество уже приказал опечатать весь особняк. Для нас абсолютно невозможно уехать. Более того, в течение стольких дней я всегда чувствовала, что Шэнь Нинхуа ведет себя необычно. Я хочу думать, что она сможет вывести весь особняк из возникшей проблемы.”

Ся Цзинцю была встревожена. “Что за чушь ты несешь? Независимо от того, насколько она способна и искусна, как ты думаешь, сможет ли она победить Короля Ада? Что у Шэнь Сюаньлиня, так это ветряная оспа. Даже члены королевской семьи не смогут выжить, если заболеют этой болезнью, не говоря уже о Шэнь Сюаньлине.”

Ян Инсюэ в глубине души не соглашалась со словами своей матери. “Мама, ты забыла, как Шэнь Нинхуа получила свой титул? Когда в Цзяннани вспыхнула чума, многие люди думали, что лекарства нет. Но Шэнь Нинхуа помогла разработать рецепт и спасла тысячи людей в Цзяннани. Она разрешила большую проблему в глазах обычных людей”.

Ся Цзинцю нахмурилась и немного успокоилась.

“К тому же, его Величество знает, что мы живем в особняке принцессы префектуры, и у нас определенно не будет возможности выйти на улицу. Раз уж это так, почему бы нам не дать кузине понять, что мы здесь ради нее и что мы обязательно поддержим ее в трудностях? Мы можем завоевать ее любовь только в том случае, если разделим с ней трудности. Пока мы переживаем этот кризис, даже если мы ничего не скажем, кузина все равно будет помнить нашу доброту. В то время, нужно ли нам бояться, что мы не сможем найти возможность использовать ее?”

Ся Цзинцю на мгновение была ошеломлена, прежде чем внезапно стиснула зубы и сказала: “Хорошо. То, что ты сказала - имеет смысл. Поскольку мы не можем выбраться, для нас лучше всего вести себя так, как ты говоришь!”

“Да”. Ян Инсюэ кивнула с улыбкой на лице. “Хотя мы собираемся разделить ее горе, мы не можем игнорировать нашу собственную безопасность. Я лично сделаю две сумки для Шэнь Нинхуа и Шэнь Сюаньлинь и попрошу кого-нибудь отправить им сумки с нашими благословлениями”.

“Хорошо. Моя дочь действительно умная девочка”. Выражение лица Ся Цзинцю стало гораздо более расслабленным. Шэнь Нинхуа уже приказала всем оставаться в своем собственном дворе и не выходить на улицу без необходимости. Естественно, они должны были быть послушными и не выходить наружу. Поскольку они не могли выйти, им оставалось только попросить слугу доставить сумки с благословениями.

Во второй половине дня Шэнь Нинхуа получила подарок от Ян Инсюэ. Она внимательно посмотрела на плотные стежки на них, и на ее губах появилась улыбка. “Я рада получить доброту от тети и кузины. Поблагодарите их от меня. Я отплачу вам тем же, когда проблемы уйдут”.

Когда служанка услышала это, она поспешно поклонилась и отступила с чрезвычайно высокой скоростью, как будто за ней были ядовитые змеи и свирепые звери.

Шэнь Нинхуа вручил Бай Руо сумку для благословения. - Привяжи это перед кроватью Сюаньлинь. Не имеет значения, полезно это или нет. Это просто символ удачи”.

“Да, госпожа”.

Шэнь Сюаньлинь лежал на кровати, и его лицо было очень красным. Имперский врач стоял рядом с ним с серебряной иглой в руке и неловко качал головой. За последние несколько дней в руки и тело ребенка были воткнуты серебряные иглы. Теперь его тело было покрыто оспинами, и он даже не мог найти место, чтобы вставить иглу.

“Ваше высочество, как вы можете видеть, Младший Мастер больше не может принимать процедуры иглоукалывания. Нам только остается придумать другой метод”.

Шэнь Нинхуа шагнула вперед и пощупала его пульс. На душе у нее было гораздо спокойнее. Самое плохое, если говорить о ветряной оспе, заключается в том, что ее воздействие не проявляется на теле пациента. И если бы она использовала лекарство для подавления ветряной оспы и не позволила ей распространиться на поверхность тела, это определенно повредило бы его внутренние органы, которые были самыми слабыми. Если бы оспа поразила внутренние органы, пациент был бы действительно неизлечим. Прямо сейчас симптомы Шэнь Сюаньлиня казались серьезными, но на самом деле у него не было слишком большого кризиса.

"Отлично. Ты можешь спуститься вниз и немного отдохнуть. Позволь мне остаться здесь и позаботиться о Сюаньлине.”

Императорский врач кивнул и тяжелыми шагами вышел.

Шэнь Нинхуа натянула одеяло повыше, чтобы Шэнь Сюаньлинь не унесло ветром.

Шэнь Сюаньлинь изо всех сил старался открыть свои опухшие глаза и с трудом улыбнулся Шэнь Нинхуа. “Старшая сестра, я в порядке. Не слушайте чушь этих докторов. Я чувствую себя намного лучше”.

Хотя малыш сам был напуган, он даже пытался утешить ее, что действительно вызвало у нее жалость. “Я знаю, что тебе скоро станет лучше”.

Шэнь Сюаньлинь кивнул. Его глаза сузились, превратившись в щелочки. “Старшая сестра, с Юнь Чуанем все в порядке?”

“С ним все в порядке. Я попросила Би Чжу позаботиться о нем.”

На второй день после того, как Шэнь Сюаньлинь заболел ветрянкой, Юнь Чуань тоже заболел ею. Шэнь Нинхуа не могла заботиться о двух людях одновременно. Поэтому она могла только посылать Би Чжу к нему во двор, чтобы заботиться о нем каждый день.

Возможно, потому, что у Юнь Чуаня было более сильное тело, он восстановился быстрее, чем Шэнь Сюаньлинь.

“Я рад, что с Юнь Чуан все в порядке. Если бы я заразил его, я бы чувствовал себя очень виноватым”. Юнь Чуань был возвращен Старшей сестрой. Хотя говорили, что он был его товарищем по учебе, они обычно ели и жили вместе, и носили одну и ту же одежду. Хотя он не был особенно умен, он знал, что Старшая сестра относилась к Юнь Чуаню как к своему младшему брату. Естественно, он не хотел видеть, как Старшая сестра грустит из-за того, что с Юнь Чуанем случилось несчастье.

После того, как Шэнь Сюаньлинь помогла принять лекарство, Шэнь Нинхуа вернулась во двор Жуйси. Бай Руо принесла две коробки с лекарственными ингредиентами в свою комнату и сказала с сердитым выражением лица: “Мисс, это ингредиенты с проблемами, и я положила их все в коробки”.

Шэнь Нинхуа взяла женьшень и посмотрел на него. Выражение ее глаз стало совершенно холодным. “Они использовали Терновую Пинелию и Чертов Звездный Орех для приготовления лекарственных ингредиентов? Какая несусветная глупость.”

“Это верно. Если бы эти лекарственные ингредиенты были использованы самым Молодым Мастером, он бы давным-давно умер.”

Глаза Шэнь Нинхуа наполнились растущим намерением убить. “Вы выяснили, кто это сделал?”

“Много людей, включая тех, кто служил пятому принцу Байли Цзинцзе, матриарху семьи Чжао Фэн и наследному принцу”.

“Хех”, - Шэнь Нинхуа не смогла удержаться от смеха. “На самом деле есть самые разные люди. Они действительно высокого мнения обо мне. Так много людей строят против меня козни”.

Бай Руо холодно фыркнула в своем сердце. Серьезно говоря, мисс не имела на них особого зла, но все они безжалостно воспользовались ситуацией, чтобы напасть на особняк принцессы префектуры.

Шэнь Нинхуа отбросила женьшень, который держала в руке. “Храните эти ингредиенты должным образом. Я верну их тем же способом, каким они были отправлены сюда! Кто может быть абсолютно уверен, что он не заболеет и ему не понадобится принимать лекарства?”

Бай Руо тяжело кивнула. “Да, мисс. Не волнуйся, я сохраню их должным образом.”

В это время Чу Цзюньи вошел в комнату и увидел лекарственные ингредиенты, разложенные на земле. Он немедленно остановил Бай Руо, не дав ему забрать лекарственные ингредиенты. “Больше нет необходимости ждать. Теперь я могу вернуть некоторые лекарственные ингредиенты.”

Глаза Шэнь Нинхуа взметнулись. “Что случилось?”

Чу Цзюньи скривил губы. В его глазах появилась улыбка. “После того, как Бейли Цзинцзе проснулся, он был крайне против женитьбы на Чжао Руюнь. Поэтому его величество подумывал о том, чтобы не соглашаться на этот брак. Но неожиданно, когда Бейли Цзиндзе прогуливался днем по саду, его снова укусила змея. На этот раз змеиный яд был еще более мощным. К счастью, Чжао Руюнь была во дворце. Она использовала свой рот, чтобы помочь Бейли Цзиндзе высосать змеиный яд. У них был контакт кожа к коже, и Чжао Руюнь дважды спасла ему жизнь. Если бы Бейли Цзинцзе все еще не согласился жениться на Чжао Руюнь, общество и свет этого бы никогда не поняли бы.

Вспомнив выражение лица Бейли Цзинцзе, Шэнь Нинхуа внезапно рассмеялась. “Ха-ха, это действительно интересный поворот судьбы. Он только что прошел лечение от укуса змеи в прошлый раз, а потом его снова укусила ядовитая змея. Должно быть, такова воля небес”. Говоря это, она вдруг кое-что поняла. Как могло случиться такое совпадение?

“Это ты выпустил ядовитую змею, которая укусила Бейли Цзинцзе?”

Губы Чу Цзюньи загадочно изогнулись. “Я только что оказал кое-кому услугу. Тот, кто принес ядовитую змею во дворец, чтобы навредить Бейли Цзиндзе, был Третьим принцем.” Он просто тайно заменил его на очень ядовитую змею.

Шэнь Нинхуа прикрыла губы ладонью и рассмеялась. “Это хорошо. Все эти лекарственные ингредиенты превосходны, и методы их обработки также чрезвычайно превосходны. Без тщательного обследования люди вообще не смогут увидеть никаких проблем. Сначала отправь немного Бейли Цзинцзе.”

”Хорошо". Чу Цзюньи кивнул и сказал: “Оставьте мне несколько лекарственных ингредиентов. Я принесу их позже.”

Как только Бай Жо убрал лекарственные ингредиенты, кто-то подошел к двери и объявил: “Ваше высочество, старшая молодая леди семьи Сяо прислала некоторые лекарственные ингредиенты. Поскольку внутренний двор был оцеплен по приказу Его величества, она не могла войти в дверь и только попросила кого-нибудь принести эти лекарства.”

Шэнь Нинхуа нахмурилась, и ее глаза мгновенно стали холодными. “Принесите лекарственные ингредиенты, которые она передала”.

Вскоре кто-то принес сумки с лекарствами.

Увидев принесенные сумки с их содержимым, Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Все эти лекарственные ингредиенты хороши. Возьмем, к примеру, этот старый женьшень, ему должно быть не менее ста лет.”

Выражение лица Чу Цзюньи было несколько угрюмым. “Нинхуа, ты видишь проблемы с этими лекарственными ингредиентами?”

“Не такая уж большая проблема. Если их едят здоровые люди, это не смертельно. Но если серьезно больной человек съест их, он, вероятно, будет на пути к Королю Ада”.

Выражение лица Чу Цзюньи мгновенно стало холодным. Он взял лекарственные ингредиенты и сказал: “Вы сказали, что здоровые люди не умрут, если съедят их?”

“Совершенно верно”. Шэнь Нинхуа кивнула.

“Хорошо, тогда я верну эти лекарственные ингредиенты!” Выражение лица Чу Цзюньи было ледяным. Он был благодарен семье Сяо. Он помнил их доброту и мог терпеть семью Сяо. Однако целью его выносливости было надеяться, что семья Сяо будет знать, где провести черту, и наслаждаться жизнью в богатстве и почестях. Он не хотел, чтобы они были такими ненасытными и заставляли его шаг за шагом идти на компромисс.

В такой критический момент Сяо Хуаньси знала, что ему нравится Шэнь Нинхуа, но она все равно хотела причинить боль Шэнь Сюаньлинь. Это была просто попытка вырвать его сердце ножом.

Если бы что-то случилось с Шэнь Сюаньлинем, он и представить себе не мог, как было бы грустно Шэнь Нинхуа. Поэтому на этот раз Сяо Хуаньси должен быть преподан урок!

Шэнь Нинхуа кивнул. “Хорошо, ты можешь взять их с собой”.

Ночью, как раз в тот момент, когда служанка принесла Сяо Хуаньси успокаивающий суп, Чу Цзюньи толкнул дверь и вошел.

Увидев человека, по которому она так долго скучала, глаза Сяо Хуаньси наполнились радостью. Она поспешно встала и подбежала к нему. “Брат Цзюньи, ты пришел повидаться со мной”.

На лице Сяо Хуаньси играла невинная улыбка. Она выглядела чистой и прекрасной. Трудно было представить, что такая девушка безжалостно примет меры против подростка. “Я слышал, что в последние дни ты принимаешь транквилизаторы, поэтому я специально попросил кого-нибудь приготовить для тебя какое-нибудь лекарство”.

Услышав слова Чу Цзюньи, в глазах Сяо Хуаньси промелькнула едва заметная паника. Затем она напустила на себя совершенно невинный вид и сказала: “Брат Цзюньи, не волнуйся. Я просто не могу хорошо спать по ночам. Ничего серьезного.”

“Это хорошо. Я прине тебе лекарство. Пейте его, пока оно горячее”. Говоря это, Чу Цзюньи приказал кому-то принести чашу с лекарством. На подносе также лежало несколько кусочков женьшеня. “Я принес немного женьшеня с улицы. Всем им более ста лет, и они чрезвычайно полезны для вашего здоровья.”

Лицо Сяо Хуаньси совершенно побледнело. Это были лекарственные ингредиенты, которые были доставлены в особняк Шэнь Нинхуа по ее указаниям!

Глава 145 - Какое чувство стыда мне нужно?

Глядя на бледное лицо Сяо Хуаньси и ее паническое выражение, в сердце Чу Цзюньи родилось большое подозрение. "Что здесь не так? Ты боишься, что лекарство слишком горькое? Не волнуйся, я уже велела слугам приготовить немного засахаренных фруктов. Ты можешь съесть его после того, как выпьешь, и ты не почувствуешь горечи в послевкусии”.

Сяо Хуаньси с трудом сдерживала свои эмоции, не желая, чтобы Чу Цзюньи обнаружил ее растерянность и смятение. В ее сердце все еще теплилась какая-то надежда. Возможно, это было просто совпадением, что брат Цзюньи прислал эту чашу с лекарством? Может быть, он вообще ничего не обнаружил.

“Брат Цзюньи, я не хочу пить это сейчас. На самом деле, мое тело сейчас в порядке. Просто вы, ребята, все еще относитесь ко мне как к пациенту, живущему на лекарствах. В последнее время меня уже тошнит от запаха лекарств”.

Чу Цзюньи лично принес ей чашу с лекарством. Его совершенно не волновал ее отказ. Из-за его глубоких глаз было трудно разглядеть его эмоции. “Я знаю, что ты боишься запаха лекарства, но ты должна его выпить. Я уже спрашивал об этом имперского врача. Он сказал, что ты должна пить лекарство в течение четырнадцати дней, чтобы восстановиться. Выпейте его быстро. Иначе лекарство скоро остынет.”

Глядя на постоянно трясущуюся чашу с лекарством, Сяо Хуаньси почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она лично инструктировала людей готовить лекарственные ингредиенты и предельно ясно представляла их действие.

Если бы она выпила эту чашу с лекарством, то, вероятно, пролежала бы в постели полгода, и это было не самое страшное…

Она повернула голову и слегка надула губы. “Брат Цзюньи, почему ты продолжаешь заставлять меня пить лекарство? Я же сказала, что не хочу его пить.”

Чу Цзюньи посмотрел на молодую девушку перед ним, которая выглядела такой невинной. Он не мог удержаться, чтобы не закрыть глаза и не подавить след сочувствия в своих глазах. “Хуаньси, не будь такой своенравной. Выпейте лекарство быстро.”

Почувствовав нетерпение в его тоне, Сяо Хуаньси, наконец, взяла чашу с лекарством. Горький лекарственный аромат ударил ей в нос. Сяо Хуаньси не могла сдержать тошноты. Она медленно поднесла чашу с лекарством ко рту и с огромной тяжестью в своем сердце.

Если бы не побочное действие этих лекарственных ингредиентов, она немедленно бы выпила все до дна, чтобы завоевать доверие Чу Цзюньи. Однако, выпей она это снадобье, то как минимум целый год ей пришлось бы провести в постели, а в худшем случае потеряет способность рожать детей.

Чу Цзюньи холодно уставился на Сяо Хуаньси. Видя, как дрожат ее руки, когда она держала чашу с лекарством, его сердце становилось все холоднее и холоднее. Нинхуа только сказала, что лекарство было порочным. Если бы он лично не проверил это, то не смог бы себе представить, насколько порочными были эти лекарственные ингредиенты. Они не только разрушили бы основы человеческого тела, но и сделали бы невозможным беременность женщины! Эти лекарства попросту предназначались для стерилизации!

Сяо Хуаньси тоже была женщиной, поэтому она должна была знать, как важны дети для женщины, но она все равно сделала это. Она сама по себе была по-настоящему порочной!

“Хуаньси, почему ты не пьешь?”

Руки Сяо Хуаньси, державшие чашу, непрестанно дрожали. Она чувствовала, что Чу Цзюньи уже разгадал все ее планы. Он был здесь сегодня, чтобы помочь Шэнь Нинхуа отомстить ей.

Как она могла пить это лекарство ценой всей своей оставшейся жизни?

“Старший брат, почему бы и нет? Я... Ах...” - проговорила она, и каким-то образом чаша с лекарством упала на землю. Фарфоровая чаша с глухим стуком разлетелась на куски, и черная жидкость разлилась по всей земле.

Чу Цзюньи холодно взглянул на разлитую, с острым запахом, лужу на земле. Постепенно эмоции в его глазах угасли. “Раз ты не хочешь его пить, тогда не пей его”.

“Брат Цзюньи, я сделал это не нарочно. Мои руки дрожали. Не сердись.” Увидев, что Чу Цзюньи собирается развернуться и уйти, Сяо Хуаньси поспешно протянула руку и схватила его за рукав.

“Трясущиеся руки…Может, мне приготовить для тебя еще одну миску с лекарством? В конце концов, там осталось много старого женьшеня.”

“Не нужно! Нет... я не это имела в виду. Я имею в виду, как я могу беспокоить тебя приготовлением лекарств для меня? Я просто позволю кому-нибудь другому сделать это”.

Чу Цзюньи холодно посмотрел на ее дрожащую улыбку и, наконец, сказал: “Сяо Хуаньси, я не смею быть твоим братом. Если бы ты когда-нибудь думала обо мне как о своем брате, ты бы не строила таких козней против моей возлюбленной.”

Лицо Сяо Хуаньси мгновенно побледнело. “Брат Цзюньи, о чем ты говоришь? Разве я когда-нибудь строила козни против твоей возлюбленной? Последние несколько дней я восстанавливала силы. Я ничего не мог поделать...”

Чу Цзюньи проигнорировал ее объяснение и сказал холодным голосом: “Тебе не нужно валять дурака передо мной. Скоро твой отец сделает тебе предложение руки и сердца. Если у тебя все еще есть какое-то самосознание, ты должна подчиниться договоренности о вступлении в брак за пределами столицы. Если ты решишь упрямо придерживаться ошибок, я не скажу за тебя ни слова в будущем”.

“Выйти замуж за пределами столицы?” Сяо Хуаньси села на кровати и обняла Чу Цзюньи за талию сзади. “Брат Цзюньи, ты на самом деле сказал, что хочешь, чтобы я вышла замуж за пределами столицы. Знаешь ли ты, что мое сердце наполнено тобой? Я не могу терпеть ни малейшего отношения к другим. Я не хочу ни за кого выходить замуж. Я просто хочу выйти замуж за тебя!”

Чу Цзюньи махнул рукой, чтобы оторваться от Сяо Хуаньси. “Похоже, ты не готова сделать выбор. Я уже напоминал тебе, и я сделал все, что мог.” Сказав это, он направился к двери.

Сяо Хуаньси побежала вниз босиком и внезапно остановился перед Чу Цзюньи. Она подняла руку, чтобы обнять его за шею, и поцеловала в губы.

Чу Цзюньи не ожидал, что она будет такой смелой, и не был готов. Хотя он использовал свою руку, чтобы преградить ей путь, ее поцелуй все равно остался в уголке его губ. В его сердце поднялась ярость.

“Сяо Хуаньси, у тебя все еще есть чувство стыда?”

Сяо Хуаньси просто сделала еще один смелый шаг вперед. Она разорвала одежду на груди. Ее светлые и мягкие плечи и изящные ключицы были ослепительны. “Ты хочешь, чтобы я вышла замуж за пределами столицы, так какое чувство стыда мне нужно? Брат Цзюньи, разве я не прекрасна? Почему в твоих глазах я уступаю Шэнь Нинхуа? Разве ты не хочешь меня?”

Если раньше в сердце Чу Цзюньи все еще теплилась какая-то братская привязанность к ней, то теперь он основательно устал от этого фарса. Сяо Хуаньси был совершенно избалована! Прямо сейчас она была похожа на сумасшедшую!

“Нинхуа - респектабельная и элегантная леди. Каждое ее движение несравненно очаровательно. Она изысканна и красива, и никто не может сравниться с ней!” Взгляд Чу Цзюньи был холоден, как тысячелетний лед. Плотный холод был подобен стальному лезвию, которое вонзалось прямо в сердце человека.

Сяо Хуаньси сделала два шага назад, и выражение ее лица стало несколько подавленным.

Чу Цзюньи прошел мимо нее и сразу же вышел из комнаты, даже не взглянув на нее снова.

Дверь с грохотом захлопнулась!

Сяо Хуаньси долго стоял там в оцепенении. Затем она внезапно упала на землю, и ее пальцы с силой вцепились в ковер. Свет в ее глазах был холодным и зловещим. “Изысканно и красиво…Ха-ха, какой комплимент! Если у нее не будет этого соблазнительного лица, а она превратится в уродливое чудовище, от которого всех стошнит, брат Цзюньи, ты все еще будешь думать, что она такая красивая?”

“Шэнь Нинхуа, ты хочешь разрушить мою жизнь, так что не вини меня за то, что я сделал тебя козлом отпущения. В этом мире миллионы мужчин, и тебе не следовало увлекаться моим братом Цзюньи, ты, чертова сука!”

Выйдя из комнаты, Чу Цзюньи увидел стоящего неподалеку Сяо Фэнцзюэ.

Сяо Фэнцзюэ стоял сбоку от павильона. Все его тело было похоже на суровую зеленую сосну. Очевидно, он слышал их разговор. Однако он ничего не сказал. Он только пристально посмотрел на Чу Цзюньи, прежде чем развернуться и уйти.

Чу Цзюньи тоже не стал останавливаться. Он выпрыгнул из стены особняка Сяо.

В тот день он вернулся в особняк Сяо, надеясь обсудить дело Сяо Хуаньси с Сяо Цзинранем. Однако вместо этого он подслушал гневные слова Сяо Цзинжаня.

“Мы вырастили его. Без семьи Сяо, каким бы благородным ни был его статус, он не смог бы пережить столько убийств. Даже сейчас семья Сяо все еще поддерживает его. С таким количеством оказанных ему услуг, разве он не должен чувствовать себя обязанным жениться на Хуаньси как на своей жене?”

В семье Сяо у него никогда не было недостатка в еде или одежде. Все, что у него было, было таким же, как у Сяо Фэнцзюэ и других членов семьи. Он также был благодарен семье Сяо за их доброту. У него даже был план, как материализовать свою благодарность. Как только он восстановит свою личность, он определенно обеспечит семье Сяо непреходящую славу на сто лет. К сожалению, семья Сяо, казалось, была недовольна. В настоящее время они хотели получить должность его жены, то есть когда она получит трон императрицы после того, как он станет императором. Желания людей продолжали расти и никогда не могли быть удовлетворены. Так было всегда…

Он больше не хотел оставаться в особняке Сяо. Выйдя, он направился к особняку принцессы префектуры. Однако он не знал, что Сяо Хуаньси мобилизовала всех убийц семьи Сяо, имевшихся в ее распоряжении, и поклялась уничтожить Шэнь Нинхуа!

Внутри особняка принцессы префектуры Шэнь Нинхуа наблюдала, как Бай Жо накладывает лекарство на Шэнь Сюаньлинь, и выражение ее лица сильно расслабилось. “Сюаньлинь, ты чувствуешь усталость в эти дни?”

Чтобы сбить с толку императорских врачей, Шэнь Сюаньлиню пришлось неподвижно лежать в постели, хотя сейчас он бодрствовал. Иногда ему также приходилось притворяться, что он без сознания.

Шэнь Сюаньлинь покачал головой. Улыбка на его лице была яркой. ”Старшая сестра, я совсем не устал". Он был более чем счастлив, что смог помочь Старшей сестре!

Шэнь Нинхуа улыбнулась и наклонилась, чтобы накрыть его одеялом. “Хорошего отдыха. Сейчас я вернусь во двор Руикси. Если что-нибудь случится, пошлите кого-нибудь позвонить мне.”

“Да, я знаю. Старшая сестра, поторопись и немного отдохни.”

После того, как он покинул двор Инъюэ, улыбка на лице Шэнь Нинхуа исчезла. “Цин Цюэ, в эти дни в особняке царит мир?”

“Мисс, многие слуги считают, что Младший хозяин скоро умрет. Они очень боятся ветряной оспы, и они думали о том, как распространить эту новость снаружи, чтобы люди снаружи могли им помочь ”.

Глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули холодным светом. “Эти люди действительно безмозглые. Особняк теперь полностью оцеплен, и мы в одной лодке. Если эта лодка перевернется, они все утонут. Но они на самом деле верят, что кто-то спрыгнет вниз, чтобы спасти их!”

“Госпожа, как вы планируете с ними бороться?”

“Поскольку они беспокоятся, бейте их, пока они не начнут вести себя спокойно. Не спускай с них глаз. Если кто-нибудь осмелится произнести еще хоть слово, тащите его во двор, чтобы он получил наказание, и пусть все наблюдают за казнью.”

“Да, госпожа”.

Шэнь Нинхуа вернулась в свой двор. “Есть ли какая-нибудь информация о семье сестры Гуи?”

“Мисс, я только узнал, что сын медсестры Гуи задолжал огромный карточный долг, и его ноги были сломаны людьми, которые пришли, чтобы забрать долг. Но внезапно он получил серебро, чтобы погасить все карточные долги. Я отследил источник серебра и не нашел ничего полезного. Однако я обнаружил, что у невестки медсестры Гуи есть тетя, которая работает медсестрой в особняке Второго принца.”

Шэнь Нинхуа перестала играть с нефритовым браслетом на запястье, и в ее глазах вспыхнул резкий огонек. “Особняк Второго принца...” После несчастного случая с гадюкой на охоте Бейли Цзиньчуань должен был быть очень зол на нее, но она не думала, что он зайдет так далеко, чтобы причинить вред Шэнь Сюаньлиню. Казалось, что человек, стоящий за этим, пытался вылить грязную воду на голову Второго принца.

Пока они разговаривали, Хун Лин быстро вошла и доложила: “Мисс, в особняке Сяо какое-то движение. Сяо Хуаньси послал убийц семьи Сяо, чтобы убить тебя!”

“Убийцы семьи Сяо…Я только начал засыпать, а кто-то предлагает мне подушку!” Шэнь Нинхуа встала, и ее звездные глаза вспыхнули ослепительным холодным светом. “Раз уж она осмелилась противостоять мне, то я сделаю им большой подарок!”

Глава 146 - Как вы думаете, Вы можете свободно приходить и уходить?

С наступлением ночи в особняке принцессы префектуры воцарилась полная тишина. Темная ночь окутала весь особняк. Распускающиеся цветы колыхались от легкого ветра и эта картина почему-то нагнетала еще больший страх и уныние.

Лето подступило к самому порогу, двор был полон различных насекомых и жуков, которые постоянно жужжали, создавая равномерный негромкий гул. Однако сегодня вечером даже жужжание, казалось, было неслышно.

Внезапно у стены появилась черная фигура. Он был худым и одет в черную ночную рубашку. Его лицо было закрыто тканью, открывая только пару пустых и бесстрастных глаз. Оглядев окрестности, он махнул рукой за спину. Сразу же на стене появилось еще несколько людей, которые неслышно приземлился во внутреннем дворе, легкие и бесшумные, словно призраки.

Поскольку в особняке принцессы префектуры было не так много людей, ночью во многих местах было темно. Это облегчило проникновение группы черных людей. Они окружили внутренний двор Руикси, никого не потревожив.

Внутри комнаты свеча слегка замерцала, и вспыхнул ослепительный свет. Бай Руо шагнул вперед и отрезал длинный фитиль лампы. Она подошла к Шэнь Нинхуа, которая сидела за столом, и сказала: “Мисс, уже поздно. Вам пора отдохнуть. Завтра вам нужно завтра позаботиться о младшем мастере Сюаньлине.”

“Хорошо”.

Шэнь Нинхуа встала из-за стола. Ее стройный силуэт отражался в окне. Она слегка потерла свои плечи и направилась во внутреннюю комнату.

Люди в черном тихо спрятались за дверью. После того, как Бай Руо, взяв таз с водой, вышла из комнаты, в помещении никого не осталось и не было никакого движения. Оценив неподвижность обстановки, черные люди медленно приблизились ко двору Жуйси.

Кто-то взломал дверь, кто-то открыл окно, и дюжина из них использовала разные методы, чтобы окружить комнату.

Наконец, они увидели фигуру, повернувшуюся к ним спиной на кровати. Убийственное намерение в их глазах немедленно вспыхнуло, и мечи в их руках вонзились в фигуру.

Сиял холодный свет, и был слышен звук сильного порывистого ветра. Лезвия мечей издали легкий звук и стремительно вонзились в кровать.

Убийцы были потрясены, и в их сердцах поселилось дурное предчувствие.

Женщина, лежавшая на кровати, каким-то необъяснимым образом увернулась от смертельных ударов и вскочила с кровати. Она едва избежала длинных мечей, которые должны были неминуемо пронзить ее! В то же время она с невероятной скоростью выпустила из своих рук серебряные иглы, тонких, словно шерсть буйвола, в сторону окружающих ее убийц! С такого близкого расстояния и такими тонкими иглами у них не было ни малейшего шанса увернуться. Сразу же были убиты шестеро незваных гостей, одетых в черное.

Цин Цюэ молниеносно перевернулась и приземлилась на землю. Она скинула платье, продемонстрировав аккуратный наряд, и бросилась к ближайшим убийцам.

Да, это была она, Цин Цюэ, переодетая в платье Шэнь Нинхуа и девушка ждала этого момента. Эти люди действительно осмелились убить мисс. С тех пор как они пришли, у них не было возможности уйти!

Убийцы быстро отреагировали. Они обменялись взглядами друг с другом и бросились к Цин Цюэ.

Движения Цин Цюэ были яростными и несли в себе леденящее душу намерение убить. Уровень мастерства владения рукопашным боем у девушки ничуть не уступал уровню наемных убийц, она была наравне в схватке с этими восемью убийцами.

Лидер ассасинов посмотрел на своих товарищей, которых поразили серебряные иглы, и его сердце упало еще ниже. Какой яд содержался в серебряных иглах, что делало их вообще неспособными сопротивляться?

Чтобы воспитать жертвенных убийц, они должны были принимать различные яды с юного возраста, чтобы приспособить свои тела к ядам. Обычные яды были бесполезны против них.

Мягкий меч в руке Цин Цюэ превратился в цветок холодного меча. Всего лишь царапина, и любой убийца, который сражался против нее, с глухим стуком падал на землю и больше не мог сражаться.

Лидер убийц издал страшный вой, и меч в его руке уже стремительно летел в спину Цин Цюэ. Как раз в тот момент, когда меч собирался пронзить ее насквозь, он почувствовал, что его тело становится мягким, и он даже не мог держать меч в руке. Он с глухим стуком упал на землю.

Цин Цюэ пнула его. Убедившись, что он не может двигаться, она начисто вытерла мягкий меч и обернула его вокруг талии. Затем она отошла в сторону и открыла дверь.

“Мисс, я не разочаровала вас. Все убийцы, которые вошли в комнату, были схвачены.”

Шэнь Нинхуа кивнула и повернулась, чтобы выглянуть из комнаты.

Хун Лин, Лю Юнь и несколько охранников подтащили остальных восемь человек и бросили их на землю. Хун Лин сообщила четким голосом: “Мисс, восемь убийц за пределами особняка также были схвачены”.

Шэнь Нинхуа холодно взглянул на лежащих на земле убийц и холодно проинструктировал: “Молодец. Приведи их всех в большой зал Лэнхуй.”

"Слушаюсь."

Лидер ассасинов думал, что он обречен, и он не ожидал, что снова откроет глаза. Когда он увидел окружающую его обстановку, его тело внезапно напряглось, и он хотел сесть, но обнаружил, что у него даже нет сил пошевелить пальцами.

В комнате были зажжены свечи. Свет свечей был несколько тусклым, и он не мог ясно разглядеть лицо человека, сидевшего на переднем сиденье. Однако, несмотря на то, что изображение в его глазах было размыто, он все еще мог чувствовать ее ошеломляющую красоту. Разве Сяо Хуаньси не приказала им прийти сюда, чтобы изуродовать ее?

Шэнь Нинхуа посмотрела на убийц, лежащих на земле. Холодный свет в ее глазах был подобен острым лезвиям, заставляя людей приходить в ужас от ее вида.

“Вы – наемные убийцы, которых отдали в жертву. Я также знаю некоторые из ваших правил. Для вас, как только вы будете отправлены, будет два результата. Либо ты выполнишь миссию, либо умрешь. На этот раз вам не удалось выполнить миссию по моему убийству, и, естественно, вас тебя остался только один путь.”

Никто на земле не произнес ни слова. Если бы они не потеряли способность двигаться, все они покончили бы с собой в тот момент, когда их схватили, разжевав пакетик с ядом у себя во рту.

Шэнь Нинхуа вообще не заботило их молчание. “Я не буду усложнять вам жизнь. Я просто хочу одолжить у вас кое-что”. Сказав это, она подала знак Лю Юню, который стоял рядом.

Лю Юнь немедленно вывел своих людей вперед, чтобы обыскать тела убийц и забрать их оружие, спрятанное оружие и даже их одежду. Каждый раз, когда он снимал комплект одежды, охранник выходил и надевал его, а затем становился рядом.

Пятнадцать минут спустя группа одетых в черное охранников стояла в зале Лэнхуй. Судя по их внешнему виду, они ничем не отличались от убийц на земле.

Шэнь Нинхуа удовлетворенно кивнула. “Хорошо, давайте начнем”.

“Да, госпожа”.

Лю Юнь отдал несколько коротких приказов и исчез в ночи вместе со стражниками.

Шэнь Нинхуа встала и промолвила: “Цин Цюэ, я оставляю этих убийц в твоем распоряжении”.

“Да, госпожа”.

Шэнь Нинхуа вышла. Как только она подошла к двери, то внезапно услышала исключительно хриплый голос, зовущий ее. ”Принцесса префектуры Чжаохуа!"

Шэнь Нинхуа обернулась, и ее взгляд остановился на говорившем мужчине. Он был лидером группы ассасинов. “Что ты хочешь сказать?”

“Я хочу знать, что вы просили сделать тех охранников”.

“Ты уже собираешься умереть. Почему тебя это так волнует?”

Лидер убийц продолжал спрашивать: “Вы позволите им выдавать себя за нас и совершать преступления, а затем подставили семью Сяо?”

Шэнь Нинхуа скривила губы. В ее глазах мелькнула улыбка. “Ты довольно умен. Поскольку ты все равно скоро умрешь, я могла бы с таким же успехом сказать тебе правду. Сюаньлинь был кем-то нарочно заражён, после чего он заболел ветрянкой. Я не могла найти человека, стоящего за этим, поэтому мне оставалось только превратить еще больше людей в жертв. До конца завтрашнего дня люди в нескольких крупных аристократических семьях будут заражены ветряной оспой. Его Величество, естественно, займется этим вопросом. Что касается того, кто возьмет вину на себя, это не мое дело”.

“Ты знаешь, насколько опасна ветряная оспа? Если вы не будете действовать должным образом, в столице погибнет бесчисленное множество людей!”

Убийца действительно заботился о жителях столицы. Шэнь Нинхуа не могла удержаться от любопытства. “Ты убийца. Бесчисленное множество людей погибло от ваших рук. Тебя действительно волнуют человеческие жизни?”

Лидер ассасинов закрыл рот и не ответил на ее вопрос.

“Если моя догадка верна, боюсь, вы не беспокоитесь о жителях столицы. Вместо этого вы беспокоитесь о некоторых людях или о ком-то конкретном…Поскольку ты лидер убийц семьи Сяо, то они тебе очень доверяют. Или, возможно, они верят, что вы их не предадите. У них на вас есть какай-то рычаг воздействия. Я прав?”

Глаза лидера ассасинов задрожали. Он очень быстро сдержал свои эмоции, но Шэнь Нинхуа все равно это увидел.

Глаза Шэнь Нинхуа переместились. “Вы были чрезвычайно обеспокоены человеческими жизнями, потому что боитесь, что я вымещу свой гнев на семье Сяо и заставлю всех в семье Сяо подвергнуться опасности из-за ветряной оспы. Другими словами, человек, о котором вы заботились, находится в семье Сяо. Это не имеет значения, даже если вы неохотно это говорите. Естественно, я могу это выяснить, если захочу, но в этом просто нет необходимости. В любом случае, мы с семьей Сяо уже враги, и семья Сяо послала тебя убить меня. До тех пор, пока семья Сяо будет полностью уничтожена, я смогу отомстить за себя.”

Сказав это, Шэнь Нинхуа развернулась и стремительно вышла из комнаты.

”Принцесса префектуры Чжаохуа!" Лидер убийц не мог сдерживать себя. - “Как насчет того, чтобы я рассказал вам что-то полезное, а вы взамен помогли мне спасти человека из особняка Сяо?”

“Ты заключаешь со мной сделку?”

“Да, этот обмен будет взаимовыгодным”.

Ресницы Шэнь Нинхуа задрожали, и в ее глазах вспыхнул огонек. ”Цин Цюэ, оставь его здесь".

Покинув зал Лэнхуй, Шэнь Нинхуа сразу же направилась во внутренний двор Инъюэ. Увидев, что Шэнь Сюаньлинь крепко спит и ее никто не потревожил, она почувствовала облегчение.

Как только она вышла из внутреннего двора Инъюэ, она увидела Чу Цзюньи, прислонившегося к колонне в коридоре.

“Бай Руо, вы, ребята, сначала возвращайтесь и отдохните”.

“Да, мисс”. После того, как Бай Руо и остальные отступили, она и Чу Цзюньи были единственными, кто остался.

Шэнь Нинхуа отошла в сторону и села в павильоне. Она посмотрела на Чу Цзюньи, который следовал за ней, и спросила: “И как долго ты здесь?”

“Довольно долго”.

Значит, он знал, что она планировала сделать.

“Ты не собираешься меня останавливать?” Шэнь Нинхуа подняла брови и посмотрела на него. Когда она имела дело с семьей Сяо, она косвенно ослабляла его поддержку. Ситуация все еще была неизвестна. У того, кто обладал бы большей властью, было бы больше шансов на победу. Более того, личность Чу Цзюньи была особенной. Если он хотел бороться за трон, власть была еще важнее.

Чу Цзюньи поднял голову, чтобы посмотреть на луну в ночном небе. В его голосе звучало беззаботное чувство. “Трудно иметь одновременно рыбьи и медвежьи лапы. Если я забочусь о семье Сяо, мне придется заставить тебя страдать. Если я позволю тебе делать то, что ты хочешь, я определенно увижу ослабление семьи Сяо.” Он знал, что план Шэнь Нинхуа поставит семью Сяо в трудное положение, но он решил остаться в стороне. Он прислушивался к своим собственным истинным чувствам.

Каждый шаг, который делала Нинхуа, был чрезвычайно трудным. Она никогда не уступала, и он не хотел видеть, как она уступает. На этот раз семья Сяо понесет потери. Это было бы очень больно, но это не повредило бы их костям. Но если бы действия Сяо Хуаньси увенчались успехом, Нинхуа, вероятно, была бы сейчас мертва. Вот почему он позволил Нинхуа осуществить ее план, не вмешиваясь.

Глаза Шэнь Нинхуа дрогнули, и ее сердце немного смягчилось. “В конце концов, семья Сяо вырастила тебя. Если их прямые потомки лично не нападут на меня, я не буду их убивать. Это мой итог!”

Чу Цзюньи поднял глаза. Искорка тепла промелькнула в его глазах, и он принял решение в своем сердце. Пришло время взять на себя ответственность за семью Сяо. Это было хорошо для Нинхуа, и еще лучше для семьи Сяо!

Глава 147 - Кого Вы можете обвинить в совершении Собственного самоубийства?

Казалось, день начинался хорошо. Было светло и солнечно, но многих людей разбудили крики.

В столице царил беспорядок. Охранники были так заняты, они так стремительно перемещались, что их ноги едва касались земли, и они были готовы сломаться. По какой-то причине многие юные леди и молодые мастера из аристократических семей за одну ночь заразились ветрянкой.

Все люди были в панике. Если бы не своевременный приказ императора всем соблюдать порядок и спокойствие, и если бы не закрыли городские ворота, то столица, вероятно, к настоящему времени превратилась бы в пустой город.

Судебный пристав Цинцан приказал прекратить заседание суда. Он приказал всем чиновникам оставаться в своих особняках и не передвигаться свободно. Затем он отправил имперских врачей и начальника столичной стражи выяснить причину вспышки ветряной оспы.

Начальник столичной стражи сопровождал Чэнь Юня, чтобы навестить семьи, но они не нашли никакой полезной информации и ничего не смогли выяснить. Вместо этого они помогли этим чиновникам обнаружить много грязных фактов и информации на задних дворах благородных домов и семейств о том, как многие женщины устраивали интриги друг против друга, и эта новая информация вызвала еще одну бурю в столице.

При этом, особняк принцессы Чжаохуа из префектуры был исключительно мирным, потому что он был оцеплен.

В особняке Сяо Сяо Хуаньси сидела в своей комнате и дрожала. Все ее лицо было бледным, словно девушка была полностью обескровлена. Она не знала, как пережила эту ночь. Чтобы ее план убийства прошло гладко, она тайно украла командный знак ассасинов у Сяо Фэнцзюэ и мобилизовала 22 ассасина жертвоприношения. Однако после того, как эти люди отправились в особняк принцессы Чжаохуа из префектуры, они были подобны скале, погружающейся в море. После целой ночи не было никаких новостей.

Это было то, чего никогда не случалось с убийцами семьи Сяо. В столице они никогда не терпели неудачу в своих миссиях. Обычно новости обязательно отправлялись обратно в течение четырех часов, но на этот раз прошла целая ночь!

Дверь внезапно распахнулась пинком, и Сяо Хуаньси чуть не подпрыгнула, как испуганная птица. Она в панике посмотрела на дверь и увидела лицо Сяо Фэнцзюэ, на котором было написано намерение убить.

“Старший брат, ты…почему ты здесь?”

Сяо Фэнцзюэ вошел, и вены на его лбу продолжали вздуваться. “Ты украла командный жетон, чтобы мобилизовать убийц жертвоприношения?”

Сяо Хуаньси внезапно задрожала, и она почувствовала пробирающий до костей холод, когда на нее посмотрела эта пара бесстрастных глаз. “Старший брат, какой жетон? Я не понимаю.”

Сяо Фэнцзюэ внезапно пришел в себя и пнул ногой столик в изголовье кровати. Толстый деревянный стол был опрокинут на землю, и одна из его ножек была сломана.

Сяо Хуаньси зажала уши и испуганно закричала, когда стол с громким шумом перевернулся.

Сяо Фэнцзюэ изо всех сил старался удержаться от желания дать ей пощечину. Он стиснул зубы и сказал: “Ты знаешь, что ты вызвала большое бедствие?”

Сяо Хуаньси сделала два шага назад и прислонился к стене. Ее глаза были полны паники. ”Бедствие, какое бедствие?"

“Сегодня утром его величество объявил о прекращении судебного заседания. Он приказал, чтобы все чиновники не выходили из своих домов без необходимости, потому что сегодня утром шестнадцать человек заболели ветрянкой”.

«Что?» Глаза Сяо Хуаньси расширились. “Только младший брат Шэнь Нинхуа переболел ветрянкой. Как это могло распространиться так быстро?”

“Это то, что ты сделала!” Если бы Сяо Хуаньси не была его сестрой, он бы приказал кому-нибудь вытащить ее наружу и избить до смерти. “Место, где живут эти шестнадцать человек, тоже очень интересно. Так получилось, что они находятся между особняком принцессы Чжаохуа из префектуры и нашим особняком Сяо. Это может быть слабо соединено по прямой линии.”

Соединяться по прямой линии?

Сяо Хуаньси лукаво возразил: “Это ничего не значит”.

“Ты действительно в замешательстве или притворяешься, что не понимаешь? Прошлой ночью кто-то видел, как более дюжины одетых в черное мужчин сбежали из особняка принцессы Чжаохуа префектуры и направились к нашему особняку Сяо. И, какое совпадение, на пути к отступлению этих людей в черном была обнаружена ветрянка. Разве это недостаточно очевидно? Тебе нужно, чтобы я сказал что-нибудь еще?”

Сердце Сяо Хуаньси бешено колотилось, а ее глаза были полны отчаяния. “Даже в этом случае они не могут сказать, что эти люди в черном из нашей семьи Сяо. Может быть, кто-то подставил нас. Верно, это, должно быть, Шэнь Нинхуа. Должно быть это она устроила всю эту шумиху.”

Сяо Фэнцзюэ прищурил глаза, которые были полны насмешки. “Вам лучше знать, подставил ли нас кто-то. Передайте командный жетон, чтобы мобилизовать убийц!”

Цвет лица Сяо Хуаньси стал еще бледнее, и даже ее губы начали дрожать. Она знала, что сейчас бесполезно что-либо скрывать, поэтому могла только честно сказать ему: “Старший брат, я на мгновение растерялась...”

Сяо Фэнцзюэ нетерпеливо сказал: “Я не хочу говорить с тобой прямо сейчас. Отдай мне жетон!”

Сяо Хуаньси прикусила губу и достала жетон из-под подушки. Ее лицо было полно паники. “Старший брат, это была тяжелая ночь. Убийцы еще не прислали никаких новостей. С ними все должно быть в порядке, верно? Разве кто-нибудь не видел, как прошлой ночью сбежали люди в черном? Они вернулись?”

Сяо Фэнцзюэ отшвырнул ее и повернулся, чтобы направиться к двери.

Внезапно со двора донесся громкий шум.

“Учитель, пожалуйста, пощадите мою жизнь. Я невиновен.”

“Ах, помогите!”

Сразу же после этого раздался приглушенный звук удара палки о плоть.

Выражение лица Сяо Фэнцзюэ изменилось. Он быстро вышел за дверь и увидел, что во дворе царит беспорядок. Группа охранников окружила двор Сяо Хуаньси. Все служанки и няньки ее двора были пойманы и содержались под стражей на земле. Двое из них были сбиты с ног дубинками.

“Отец, что ты делаешь?”

Сяо Цзинжань стоял в стороне, заложив руки за спину. Услышав это, он повернулся, чтобы посмотреть на него, и сказал: “Кто-то из слуг только что слышал ваш разговор с Хуаньси”.

Выражение лица Сяо Фэнцзюэ изменилось. “Тогда убей его”.

“Женская доброжелательность!” Сяо Цзинжань нахмурился, и выражение его лица омрачилось. “Убейте всех этих людей. Просто скажи, что они были убиты, потому что заболели ветрянкой”.

“Отец!” Сяо Фэнцзюэ был раздражен в глубине души. В это время бесчисленное множество людей сосредоточили на них свое внимание. Внезапная казнь этих людей была равносильна сообщению другим, что с семьей Сяо что-то случилось. Даже под предлогом ветрянки некоторые люди могли бы в это поверить, но другие, особенно император, вряд ли…

Сяо Цзинраню было все равно. Передвижения Сяо Хуаньси не были секретом. Он не смел поверить, что никто из этих слуг не знал о ее передвижениях. Поэтому они должны были умереть, чтобы защитить тайну.

Вначале все еще раздавались крики. Примерно через пятнадцать минут все восемнадцать слуг во дворе замолчали.

Сяо Фэнцзюэ почувствовал нарастающую головную боль. Когда его отец стал таким безрассудным! Пытался ли он загнать семью Сяо в тупик?

Однако Сяо Цзинжань проигнорировал его опасения. “Наша семья Сяо выстояла более ста лет и пережила бесчисленные штормы. На этот раз этого недостаточно, чтобы поколебать наш фундамент”.

Сяо Фэнцзюэ крепко сжал кулаки. Жетон в его руке причинял боль, но ему было все равно. Он вышел со двора, залитого кровью.

Когда Чу Цзюньи прибыл в особняк Пинсесс префектуры, Шэнь Нинхуа уже получила эту новость.

Услышав, что Сяо Цзинжань забил дубинками всех слуг во дворе Сяо Хуаньси до смерти, она усмехнулась: “Патриарх Сяо действительно беспринципен. Поскольку он хочет умереть, то никто не может его остановить!”

Если бы это было двадцать лет назад, не говоря уже об убийстве двора слуг, даже если бы он убил половину мирных жителей в городе, никто бы не осмелился сказать, что он был неправ.

Это было потому, что в то время семья Сяо была богом-хранителем Дааня, защищавшим покой сотен тысяч мирных жителей. Двадцать лет назад Сяо Цзинжань все еще был генералом армии, и аплодисменты солдат были громче, чем когда император награждал армии.

Однако прошло двадцать лет, и Даан уже давно не воевал ни с кем. Хотя статус семьи Сяо все еще был на высоте, но у них больше не было таких безбрежных прав и полномочий, чтобы делать все, что они хотели.

Император не позволил бы своим чиновникам афишировать свои особые прави и привелегии у него под носом.

Чу Цзюньи вошел в дверь и лег на мягкую кушетку сбоку. Он испустил глубокий вздох облегчения. “Я не ожидал, что мой приемный отец действительно сделает это...” Это было просто откровенное помещение семьи Сяо на огонь, чтобы поджарить.

Шэнь Нинхуа положила щетку, которую держала в руке, и слегка нахмурилась. Если бы что-то случилось с семьей Сяо сейчас, это определенно затронуло бы Чу Цзюньи. А это было бы крайне невыгодно для него.

“Нинхуа, что ты планируешь дальше?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: “Прямо сейчас его величество, должно быть, заподозрил семью Сяо. Учитывая тот факт, что Сяо Цзинжань убил так много слуг, мне больше ничего не нужно делать. Его Величество обязательно воспользуется этой возможностью, чтобы провести расследование в отношении семьи Сяо. Хотя из-за статуса семьи Сяо он не будет относиться к этому опрометчиво, но как только это подозрение укоренится в его сердце, оно когда-нибудь вспыхнет.”

"Да.", - Чу Цзюньи ответил скучным тоном понимая разумность слов девушки.

“Когда его величество заподозрит неладное, я отправлю убийц, которых я захватила прошлой ночью, обратно в семью Сяо. Затем Имперский институт здравоохранения выдаст рецепт и найдет лекарство от ветряной оспы. Те, кто раньше был заражен ветряной оспой, выздоровеют”.

Сердце Чу Цзюньи пропустило удар. На его лице появилась горькая улыбка. ”Нинхуа, этот ход действительно..."

Он не закончил предложение, но Шэнь Нинхуа поняла, что он имел в виду. Семья Сяо убила слуг под предлогом того, что у них была ветряная оспа. Теперь, казалось, что в этом не было ничего плохого. Но после того, как она вылечила всех людей, зараженных ветряной оспой, действия семьи Сяо будут казаться исключительно безжалостными.

Как раз в тот момент, когда они разговаривали, со двора внезапно донесся звук лязгающего оружия.

Чу Цзюньи поспешно встал и увидел человека во дворе. Он внезапно нахмурился. “Старший брат?”

Во внутреннем дворе Сяо Фэнцзюэ и Цин Цюэ вели ожесточенную битву.

Шэнь Нинхуа крикнула в сторону Цин Цюэ: - “Остановись”.

Выражение лица Чу Цзюньи было не очень хорошим. “Старший брат, почему ты здесь?”

Сяо Фэнцзюэ привел в порядок свою одежду и холодно посмотрел на Шэнь Нинхуа. Его решительные губы были плотно сжаты без малейшего намека на улыбку. Он сухо сказал: “Особняк принцессы префектуры полностью оцеплен, поэтому я вынужден был войти силой. Прошу меня извинить”.

“Мастер Сяо, вы слишком вежливы. Зачем ты врываешься?”

“Я здесь, чтобы найти Чу Цзюньи ”.

Чу Цзюньи шагнул вперед и встал перед Шэнь Нинхуа с холодным выражением лица. “Старший брат, что ты хочешь сделать?”

Сяо Фэнцзюэ достал командный жетон. “Чтобы дать тебе командный жетон”. Предоставление ему командного жетона также подразумевало, что с теми, кто был захвачен в плен, можно было обращаться по своему желанию.

Однако Чу Цзюньи не принял его. ”Старший брат, что ты имеешь в виду?"

“Эти убийцы оскорбили твою возлюбленную. Естественно, вы должны быть тем, кто должен иметь с ними дело.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась в глубине души. Казалось, у него были добрые намерения, но это была только видимость. На самом деле у него были скрытые злые намерения. Первоначально она хотела лишить убийц возможности владеть боевыми искусствами, а затем отправить их обратно в особняк Сяо, пока император расследует это дело. Однако Сяо Фэнцзюэ передал командный знак ассасинов Чу Цзюньи. Это означало, что лишение ассасинов возможности искусно убивать было бы пустой тратой их талантов. В конце концов, выращивать убийц жертвоприношения было нелегким и долгим процессом.

Если она не сможет использовать убийц, она потеряет контроль над семьей Сяо, и это может даже вызвать спор с Чу Цзюньи…

Чу Цзюньи покачал головой и отказался. “Старший брат, эти люди хотят причинить вред Нинхуа. Я не возьму их”. Нинхуа была его последним словом. Как только кто-нибудь прикоснется к ней, начнется безостановочная борьба, пока один из участников не умрет!

Глава 148 - Один шаг вперед!

Глаза Сяо Фэнцзюэ стали холодными. Его взгляд был подобен острому лезвию меча, несущему сияющий холодный свет. Что за таинственный наркотик применил Шэнь Нинхуа к Цзюньи, который заставил его отказаться от семьи Сяо ради нее?

“Цзюньи, даже если тебе не нужен этот жетон, я не позволю этим убийцам вернуться в особняк Сяо. Вы можете решить, что вы хотите с ними сделать. Если они тебе не нужны, тогда позволь им погибнуть, поскольку таков их участь”.

Как только он закончил говорить, Шэнь Нинхуа внезапно произнесла: “Кто сказал, что они нам не нужны!” Затем она подняла руку, чтобы взять жетон, и бросила его в объятия Чу Цзюньи. “Оставь это себе. Это могло бы принести большую пользу!”

Был также лидер наемных убийц, который знал подноготную. Первоначально она думала, что он намеренно раскрыл свой сектер, чтобы заманить ее людей в особняк Сяо. Теперь, когда у нее был жетон, она могла контролировать их жизни. Убийцы жертвоприношения распознали только жетоны, но не владельцев. Они были отличным боевым ресурсом!

Чу Цзюньи держал жетон, и в его глазах промелькнула тень беспомощной снисходительности. “Я возьму жетон. Старший брат, у тебя еще остались какие-то дела ко мне?”

Сяо Фэнцзюэ поднял глаза и посмотрел на Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа, стоящих бок о бок: в этой паре один был красив и элегантен, в то время как другой был чрезвычайно красив. В этот момент у них обоих было одинаковое нежное выражение лица. Они казались доступными, но на самом деле они уже словно находились за тысячи миль от своих сердец. Думая о Сяо Хуаньси, которая все еще искала смерти для Чу Цзюньи дома, он не мог не признать, что два человека перед ним были идеальной парой.

“Ничего. Я ухожу.”

После того, как Сяо Фэнцзюэ ушел, Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи некоторое время хранили молчание.

“Нинхуа, я возвращаюсь в особняк Сяо”.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Ее черные как смоль зрачки несли следы ледяного холода. “Почему?”

“Семья Сяо в смятении. Мое исчезновение вызовет подозрения. Теперь, когда вы знаете, кто я, вы должны были догадаться, что императрица сделала с семьей Сяо несколько дней назад. Я всегда чувствовал, что она, вероятно, что-то нашла. Есть много вещей, которые нужно сделать заранее. В противном случае, позже я буду застигнут врасплох”.

Брови Шэнь Нинхуа слегка сдвинулись, и в ее глазах мелькнул холодок. “Хорошо, возвращайся, если хочешь”. Она знала, что Чу Цзюньи и семья Сяо определенно будут иметь массу самого разного рода контактов в будущем, поэтому для него было абсолютно невозможно не вернуться.

Однако, узнав о привязанности Сяо Хуаньси к нему, она вообще не хотела, чтобы он возвращался в семью Сяо.

Чу Цзюньи размышляла о делах семьи Сяо, а Шэнь Нинхуа лучше всех умела скрывать свои эмоции. Так что он не заметил ничего плохого в ее тоне. Услышав ее согласие, он кивнул и сказал: “Хорошо, я сейчас ухожу”.

После того, как Чу Цзюньи ушел далеко, Шэнь Нинхуа села за стол и замолчала. Спустя долгое время она внезапно смахнула чернильный камень со стола.

Хун Лин, которая собиралась войти в комнату, была так напугана, что чуть не подпрыгнула. “Госпожа, что случилось?”

Шэнь Нинхуа опустила голову и посмотрела на чернильный камень. Ее уши внезапно покраснели. Она поняла, что ее поведение указывало на то, что она ревнует, и ревнует всерьез. Она быстро изменила выражение лица и сказала спокойным голосом: “Ничего. Я случайно сбила его.”

Хонг Лин удивленно посмотрела на стол, а затем на чернильный камень. Обычно чернильный камень располагался ближе к середине стола. Насколько небрежным должен быть человек, чтобы случайно смахнуть этот камень?

Однако, какой бы глупой она ни была, она знала, что не может спросить, о чем она думает в этот момент. “О, я заменю его другим”.

“Это верно. Я собираюсь повидать Сюаньлинь.”

Пять дней пролетели в мгновение ока. Особняк принцессы префектуры был относительно мирным, но внешний мир был в настоящем беспорядке.

Все семьи, которые были заражены ветряной оспой, были изолированы, но это никак не могло остановить распространение слухов.

В столице лица людей побледнели при упоминании ветряной оспы. Все хотели вымыться изнутри, даже услышав слово “ветряная оспа”, опасаясь, что они могут заразиться и умереть даже от этих слов!

Ходили слухи, что ветряная оспа была заразна в особняке принцессы префектуры. Если бы особняк принцессы префектуры не был очищен, ветрянка, вероятно, была бы еще более серьезной. К тому времени вся столица была бы обречена. Были также люди, которые говорили, что несоблюдение Шэнь Нинхуа дочерней почтительности разгневало небеса, поэтому небеса даровали ей такое наказание…

Когда Бейли Цинцан увидел переданный отчет, он сердито разбил чайную чашку. Он опустил голову и посмотрел на чиновников, которые стояли на коленях. “Это вы написали этот отчет?”

“Да, ваше величество. Это не паникерские разговоры. Мы должны были доложить об этом Вашему величеству, потому что доказательства неопровержимы. Мы знаем, что вы очень любите принцессу префектуры Чжаохуа, но если распространение ветряной оспы продолжится, это, вероятно, вызовет волнения в сердцах людей и всей страны. Поэтому мы осмелились попросить Ваше величество вынести свой вердикт по этому вопросу”.

Бейли Цинцан внезапно усмехнулся. Его ледяной взгляд нес в себе высочайшее давление, почти угрожая задушить тех, кто был робок. Он резко бросил отчет, который держал в руке, на землю, и ярость в его глазах была готова вырваться наружу. “Сущая чушь!”

“Ваше величество, пожалуйста, успокойтесь”. Чиновники поспешно признали себя виновными.

“Вы утверждали, что ветрянка была заразна в особняке принцессы префектуры. Тогда позвольте мне спросить вас, почему эти люди, больные ветрянкой, живут все дальше и дальше от особняка принцессы префектуры, вместо того, чтобы жить по кругу вокруг него? Может быть, ветряная оспа также каким-то образом различает людей по родственным связям? Знала ли ветряная оспа, что люди вокруг особняка принцессы префектуры не могут быть заражены, и поэтому она распространяется только по прямой линии? Кроме того, вы упомянули волнения среди людей. Я действительно уделяю пристальное внимание чувствам людей, но не угрожайте мне ими! Почему ты ничего не сказал, когда Шэнь Нинхуа помог найти рецепт от чумы? Почему вы ничего не сказали, когда она лично отправилась в Цзяннань, чтобы ликвидировать катастрофу? Теперь, когда с ней что-то случилось, вы, ребята, радостно прыгаете вверх-вниз!”

“Ваше величество, простите нас...” Никто не ожидал, что Бейли Цинцан внезапно выйдет из себя. Более того, его слова были настолько недвусмысленными, что он почти указал им на их головотяпство и отругал их за то, что они подставили Шэнь Нинхуа. Какими бы смелыми они ни были, они не осмеливались ничего сказать. Более того, они сами получили приказ от других подставить Шэнь Нинхуа.

“Простить вас? Я помню, что однажды отдал приказ. Любой, кто будет уличен в подставе принцессы префектуры Чжаохуа, будет наказан как уголовное преступление. Кто-нибудь, тащите их всех вниз. Снимите с них униформу и дайте каждому по тридцать ударов, чтобы показать им пример! Я хочу посмотреть, кто посмеет игнорировать мой приказ в будущем!” - сердито крикнул Бейли Цинцан. Немедленно группа охранников бросилась вперед, стаскивая с себя чиновников, которые остолбенели от страха. Вскоре после этого снаружи донесся звук ударов дубинкой.

Стройная фигура вышла из-за ширмы. Она легкими движениями прошла в центр зала и опустилась на колени прямо перед Бейли Цинцаном. Ее светло-красная юбка была расстелена на земле, образуя красивый цветок. “Благодарю вас за ваше доверие, отец император”.

“Ну...” Бейли Цинцан сел на трон и слегка вздохнул. “Тебе не нужно церемониться. Я твой отец, так что для меня вполне естественно защищать тебя. Не говоря уже о том, что распространение ветряной оспы не имеет к тебе никакого отношения, даже если бы это имело к тебе какое-то отношение, я бы никому не позволил угрожать в твой адрес”.

Искорка тепла промелькнула в глазах Шэнь Нинхуа. “Я никогда не буду усложнять жизнь отцу-императору”. Независимо от причины, по которой он был так добр к ней, она определенно отплатит ему за его усилия защитить ее.

“Хорошо. Сколько времени потребуется твоему брату Шэнь Сюаньлину, чтобы прийти в себя?”

Шэнь Нинхуа торжественно сказала: “Прямо сейчас на его оспе образовались струпья. Примерно через полмесяца, как только пятна от оспы исчезнут, он будет полностью излечен”.

Бейли Цинцан была очень счастлива. “Ну отлично! Это хорошая новость. Я устрою банкет во дворце. Приведи этого малыша сюда с собой. Я слышал, что он учится боевым искусствам у своего мастера. Если он способный человек, я обязательно буду хорошо его воспитывать. Кроме того, не принимай близко к сердцу слухи, распространяемые снаружи. Я уже приказал тебе разорвать ваши связи с семьей Шэнь. Естественно, ты не обязана соблюдать прямо уж такую строгую дочернюю почтительность, когда имеешь дело с ними. Взяв с собой жить свою бабушку, ты доказала свое уважение ко всем родственникам близким и дальним. Я позабочусь о тех, кто распространяет слухи против тебя”.

"Да. Благодарю вас, ваше величество. Вам следует уделять больше внимания своему здоровью и больше отдыхать. Позвольте мне сейчас откланяться”. Шэнь Нинхуа была тронута. Его величество действительно был очень внимателен.

“Да, теперь ты можешь идти”.

Выйдя из Императорского кабинета, Шэнь Нинхуа посмотрела на чиновников, которые были прижаты к земле и избиты дубинками. В ее черных как смоль глазах не было никаких колебаний. Она подняла голову и подошла вперед, не глядя по сторонам. Ее совершенно не волновало негодование, исходящее от земли.

Несколько чиновников, которые не были избиты практически до потери сознания, были явно ошеломлены, когда увидели Шэнь Нинхуа. Когда она ушла, их внутренности были готовы позеленеть от сожаления. Они действительно сказали, что особняк принцессы префектуры был источником ветрянки в ее присутствии?

Видя их ошарашенные выражения лиц, евнух, ответственный за наказание, усмехнулся. “На что ты смотришь? Неужели вы думаете, что можете позволить себе оскорбить ее высочество, глядя на нее так неуважительно?”

Один из чиновников был очень упрям и все еще кричал: “Ветряная оспа явно заразилась в особняке принцессы префектуры. Почему мы не можем этого сказать? Даже если бы нас забили до смерти, заставит ли это замолчать всех людей в мире?”

Евнух, отвечавший за избиение дубинками, был настроен еще более презрительно. Он прямо плюнул в него. “Пожалуйста, не упоминайте людей в качестве своего оправдания. Вы знаете, почему ее высочество приехала сюда на этот раз? Она разработала лекарство от ветряной оспы. Говорят, что рецепт чрезвычайно дешев и доступен по цене. Даже обычные люди могут себе это позволить. Знаете ли вы, сколько жизней спасет этот рецепт? Как вы смеете говорить, что болезнь была вызвана особняком принцессы префектуры? Младший брат ее высочества почти выздоровел. Как он может распространять болезнь на других? Ты говоришь так нагло. Ты не боишься сломать себе язык? Бах!”

Чиновник, который красноречиво говорил, был ошеломлен. Он тщательно обдумал слова евнуха и вдруг издал громкий крик. Затем он закатил глаза и упал в обморок от смущения.

Евнух холодно обвел взглядом людей на земле и фыркнул пронзительным голосом: “Вытащите их из Дворца. Не позволяйте им пачкать землю его величества! Это принесет несчастье!” Сказав это, он сразу же отправился докладывать Бейли Цинцану.

Услышав, что всех людей, которых он послал во дворец, выволокли, Бейли Цзиндзе разбил весь фарфор в комнате и наступил на осколки на земле. Он держался за стол и тяжело дышал. “Шэнь Нинхуа, ты снова на шаг впереди меня. Ты, сука, рано или поздно я убью тебя!”

Пока он говорил, его тело невольно затряслось, и он чуть не упал на землю.

Он сердито взревел и поднял руку, чтобы коснуться своего лица. В этот момент Бейли Цзиндзе выглядел не так красиво, как обычно. Все его лицо было покрыто оспинами. На его лице практически не было хорошей кожи. Некоторые оспы уже стали гнойными и выглядели устрашающе.

Слуги, охранявшие дверь, задрожали и опустились на колени. Только когда в комнате не раздалось ни звука, они вздохнули с облегчением. Пятый принц наконец-то перестал создавать проблемы. Они пережили еще один день.

Глава 149 - Большая ловушка для тебя!

Новость о том, что император наказал некоторых чиновников и причиной наказания стала Шэнь Нинхуа, пронеслась по столице подобно урагану. Другие чиновники, которые уже были готовы устроить неприятности в адрес девушки, быстро пересмотрели свои взгляды и сдержали свои движения. В это время они должны быть осторожны с тем, что они говорили и делали. В противном случае они могут потерять свое положение и даже свои жизни.

Бейли Цзиндзе, однако, не желал уступать. Ему потребовалось много усилий, чтобы принудить и подкупить медсестру во дворе Шэнь Сюаньлинь. Он попросил ее засунуть кусок ткани со струпьями ветрянки в одеяло, когда слуги проветривали одеяла Шэнь Сюаньлинь. Не хотелось терять уже того, что было сделано, потому что времени и сил на расставление ловушек было потрачено уже изрядно!

“Шэнь Нинхуа, не вини меня. Это все потому, что ты нравишься Второму Старшему брату. Он пользуется большим авторитетом в армии, и вы очень нравитесь его величеству. Если у него будет ваша поддержка, то никто другой не сможет закрепиться в суде. Поэтому, даже если ты не мертва, значит, твоя репутация должна быть разрушена!”

Бейли Цзиндзе ломал голову, пытаясь найти способы переломить ситуацию в свою пользу и уничтожить Шэнь Нинхуа.

Внутри особняка принцессы префектуры Шэнь Нинхуа также получила свою порцию новостей.

“Госпожа, я разыскал семью сестры Гуи и нашел кое-какие улики. Взгляните”. Хун Лин вошла с конвертом и протянула его Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа дочитала содержание и скомкала письмо в комок. В ее голосе слышались следы ледяного намерения убить. “ Бейли Цзиндзе, это действительно ты. Хотя я не настаивала на вашей выплате долга, вы на самом деле проявили инициативу, чтобы напасть на меня. Ну что ж, у тебя действительно есть мужество!”

Хун Лин была потрясена внезапной зловещей аурой госпожи, и все ее тело задрожало. “Мисс, не сердитесь ценой собственного здоровья”.

“Я в порядке. Во-первых, я никогда не отказывалась от идеи отомстить ему. Поскольку он напал на меня первым, как я могу не отплатить ему тем же? Хонг Лин, пошли кого-нибудь сообщить Чу Цзюньи, что он может приступить к работе прямо сейчас.”

“Да, мисс”.

Столица была окутана тишиной, как будто это был пустой город. В особняке Пятого принца Бейли Цзиндзе посмотрел на себя в зеркало и внезапно смахнул зеркало на землю. “Черт, черт побери!” Если бы у принца будет шрам на лице, то у него не было бы права взойти на трон. Оспы на его лице становились все хуже и хуже, и на всем его лице не было хорошей кожи. Как он мог не беспокоиться?

Несколько имперских врачей опустили головы и вошли с явным страхом в глазах. “Приветствую вас, ваше высочество”.

“Вставай. Разве ты не говорил, что лекарство подействует? Почему оспы на моем лице не изменились к лучшему?” - сердито сказал Бейли Цзиндзе.

“Ваше высочество, это лекарство действительно эффективно. Два других человека в особняке, которые были заражены ветряной оспой, приняли это лекарство, и у них начали образовываться струпья.”

Бейли Цзиндзе схватил чайную чашку, стоявшую рядом с его рукой, и швырнул ее в императорского доктора, который говорил. “Чепуха! Сравнима ли моя жизнь с жизнью низших слуг? Они толстокожие, и их жизни дешевы. Докажет ли это, что лекарство также подходит для меня после того, как оно подействовало на слуг?”

Услышав эти леденящие душу слова, лбы нескольких имперских врачей покрылись холодным потом. Им хотелось упасть в обморок на землю. “Ваше высочество, мы прилагаем все усилия, чтобы найти лекарство от ветряной оспы на вашем лице”.

“Усердно работаешь? Как долго вам нужно учиться, прежде чем найти лекарство? Пока мое лицо не будет испорчено и я не умру?” Бейли Цзиндзе почти потерял рассудок и взревел, не подумав.

“Ваше высочество, как вы можете так думать о нас? Если ваше высочество нам не доверяет, мы скорее умрем, врезавшись в этот столб, чтобы доказать свою невиновность.” Когда один из имперских врачей заговорил, он поднял голову и чуть не врезался в колонну в центре зала.

Бейли Цзиндзе усмехнулся и покосился на имперского врача, который живо разыгрывал спектакль. Он холодно фыркнул носом. “Ты играешь. Я очень хорошо знаю, насколько ты способный. Не притворяйся передо мной.”

“Ваше высочество, как вы можете думать обо мне таким образом...”

Императорский врач хотел защищаться, но был прерван объявлением от двери.

“Ваше высочество, новости из дворца”.

Глаза Бейли Цзиндзе внезапно вспыхнули. Он повернулся, чтобы посмотреть на имперских врачей на земле, и сказал: “Возвращайтесь и продолжайте изучать рецепт. Спускайся вниз.”

Когда императорские врачи ушли, он посмотрел на охранника и спросил: “Какие новости?”

“Ваше высочество, кто-то сказал, что принцесса префектуры Чжаохуа вошла во дворец и была принята его величеством”.

«Что? Это невозможно!” Воскликнул Бейли Цзиндзе. Шэнь Сюаньлинь все еще страдал от ветряной оспы. Независимо от того, как сильно Его величеству нравилась Шэнь Нинхуа, он не стал бы рисковать своей жизнью, чтобы увидеть ее.

“Ваше высочество, я сначала не поверил в это, но, согласно донесениям разведчиков, это правда. Более того, его величество, казалось, был чрезвычайно счастлив. Он вызвал императорских врачей из Императорского института здравоохранения ночью, и императорские врачи все еще во дворце.”

“Шэнь Нинхуа вошел во дворец, а затем Его Величество вызвал императорских врачей, которые продолжали учиться до сих пор…Может быть, Шэнь Нинхуа предложил рецепт для лечения ветряной оспы?” Бейли Цзиндзе внезапно встал и сказал: “Это должно быть так. Если бы не это, Его Величество определенно не увидел бы Шэнь Нинхуа. Неудивительно, что чиновники, которых я послал обвинить Шэнь Нинхуа, были так жестоко избиты. Шэнь Нинхуа предложила рецепт, и это был еще один ее великий подвиг по спасению страны и народа. Поэтому Его величество ни в коем случае не стал бы наказывать ее сейчас!”

Стражник, стоявший на коленях на земле, задрожал. Когда Пятый принц упомянул императора, его тон был крайне обиженным. Это было не то, что ему было позволено услышать.

Бейли Цзиндзе, казалось, осознал, что на земле лежит человек. Он опустил голову и скользнул взглядом по своему лицу, покрытому холодным потом. Его голос был холоден. “Что я только что сказал?”

«Что? Ваше высочество что-нибудь сказали?” Охранник поднял голову, и вид у него был совершенно озадаченный. В этот момент ему пришлось валять дурака.

“Ты умный человек. Теперь ты можешь спускаться.”

Охранник поспешно встал и не успел вытереть холодный пот со лба. Он сделал два шага назад, развернулся и вышел. Он не мог не почувствовать облегчения. К счастью, у него был быстрый ум, и он дал правильный ответ. Как раз в тот момент, когда он думал об этом, он почувствовал острую боль в груди и был ошеломлен. Он медленно опустил голову, чтобы посмотреть на свою грудь, и увидел окровавленный кончик меча, который пронзил его насквозь.

Бейли Цзиндзе усмехнулся, вытаскивая меч. Он даже не взглянул на мертвого охранника, лежащего на земле с открытыми глазами. Его тон был мрачным и холодным. “Чем умнее человек, тем небезопаснее я себя чувствую, когда использую его”.

Слухи о ветрянке становились все более и более преувеличенными. Жители столицы были почти не в силах этого вынести, и им казалось, что небо над их головами вот-вот рухнет.

Как раз в тот момент, когда они были близки к отчаянию, захватывающая новость внезапно распространилась по всему городу. “Младший брат принцессы префектуры Чжаохуа, Шэнь Сюаньлинь, выздоровел от ветряной оспы”.

Вылечился от ветряной оспы…Эти слова были подобны укрепляющему сердце наркотику для жителей столицы. Бесчисленное множество людей плакали от радости. Прошло почти двадцать дней, и, наконец, появились хорошие новости.

Вскоре после этого поступила еще одна новость. Имперский институт здравоохранения разработал рецепт от ветряной оспы. В будущем они больше не будут бояться ветряной оспы.

Люди были готовы кричать и прыгать от радости. Ветряная оспа беспокоила их на протяжении бесчисленных поколений. Все, что они знали, это то, что семьи с детьми больше всего боялись услышать слово “ветряная оспа”, опасаясь, что ветряная оспа внезапно лишит их любимых детей. Теперь им больше не нужно было беспокоиться об этом. У них были все основания быть счастливыми!

“Ты слышал это? Говорили, что на этот раз принцесса префектуры Чжаохуа выдала рецепт от ветряной оспы.”

“Откуда ты это знаешь?”

“Подумай об этом, и ты поймешь. Послушайте, в последний раз, когда была чума, именно принцесса префектуры Чжаохуа помогла найти рецепт. Теперь младший брат принцессы префектуры Чжаохуа пришел в себя первым. Разве ты не понимаешь?”

“Да, то, что ты сказал, имеет смысл”.

“Верно, Несравненному Двойному Мастеру Чу действительно повезло, что он смог жениться на такой жене”.

“Это ты мне скажи!”

В здании Циньян Чу Цзюньи налил чашку чая для Шэнь Нинхуа с улыбкой, которая надолго задержалась на его губах. “Нинхуа, сейчас на улицах так много людей, которые мне завидуют. Все говорят, что мне повезло, что я могу жениться на тебе.”

Шэнь Нинхуа подняла голову и закатила глаза, глядя на него. “Выйти за меня замуж? У нас даже нет помолвки. Еще слишком рано говорить о браке.”

“Не рано, совсем не рано. Не волнуйтесь, Его величество обязательно разрешит нам пожениться в течение трех дней.”

“Три дня? Что ты сделал, чтобы манипулировать его разумом?”

“Не манипулировать, а просить! Я умолял его величество женить на мне принцессу префектуры Чжаохуа!” На губах Чу Цзюньи играла улыбка, а его глаза были наполнены ослепительной теплотой, которая, казалось, могла растопить ледник.

Выражение лица Шэнь Нинхуа застыло, когда она повернулась, чтобы посмотреть в окно, и проигнорировала Чу Цзюньи.

“Нинхуа, то, что я сказал, правда. Однако мне все еще нужно ваше сотрудничество.”

“Как?”

Чу Цзюньи скривил губы и поднял руку в знак того, чтобы Шэнь Нинхуа наклонила голову ближе к нему.

Шэнь Нинхуа подозрительно посмотрела на него, не двигаясь.

Чу Цзюньи прямо встал и пошел за Шэнь Нинхуа. Он положил руки ей на плечи и наклонил голову близко к ее ушам. “Ты...”

На следующий день император отправил имперских врачей разослать лекарственные ингредиенты в каждую аристократическую семью, пораженную ветряной оспой. Были также люди, которые контролировали весь процесс приготовления лекарств и доставки их пациентам.

Человеком, который пришел, чтобы доставить лекарство Бейли Цзиндзе, был маленький евнух по имени Си Пин, который служил при императоре и был им подкуплен.

Маленький евнух лично доставил лекарство Бейли Цзиндзе с лестным выражением лица. “Приветствую вас, ваше высочество”.

“Ну, какое совпадение, что вы должны доставить лекарство в мой особняк”.

“Здесь вообще не было никакого совпадения. Я попросил кое-кого подменить меня.”

“О, с какой целью?”

Евнух посмотрел направо и налево, прежде чем прошептать: “Ваше Высочество, когда я прислуживал Его Величеству, я случайно узнал, что, когда Его Величество приказал избить чиновников, принцесса префектуры Чжаохуа также была в его кабинете. Более того, я заглянул в щель в двери и увидел, как принцесса префектуры Чжаохуа вручает книгу Его величеству.”

“Книга, какая книга?”

“Книга, лично скопированная принцессой префектуры Чжаохуа. Я подумал, что эта информация может быть вам полезна, поэтому поспешно воспользовался возможностью рассказать вам.”

Бейли Цзиндзе поднял руку и бросил кошелек. “Хорошо, теперь ты можешь спускаться”.

Маленький евнух вышел из комнаты, открыл кошелек и взглянул. Увидев внутри серебряную купюру в 1000 таэлей, он самодовольно улыбнулся. Эта поездка была слишком стоящей.

В комнате Бейли Цзиндзе быстро соображал. Время от времени в его глазах вспыхивал холодный огонек. В прошлый раз Шэнь Нинхуа помогла найти рецепт для лечения чумы, а теперь она нашла еще один рецепт для лечения ветряной оспы. Найдет ли она в будущем больше рецептов для лечения большего количества болезней? Казалось, у нее было слишком много рецептов…Подождите, рецепты…Может быть, у Шэнь Нинхуа есть готовые рецепты для лечения всех видов болезней?

Он подумал о периоде более чем в полгода, в течение которого исчезала Шэнь Нинхуа, и внезапно в его сердце возникла смелая догадка. За это время Шэнь Нинхуа, должно быть, пережил что-то особенное. Она не только вывела яд из своего собственного организма, но и разработала несколько редких рецептов. Возможно, она получила драгоценную книгу…

Глава 150

Глаза Бейли Цзиндзе загорелись, и он невольно стиснул зубы, чтобы подавить волнение в глубине своей души. Он несколько раз перебрал все в своем сердце, и чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что его догадка была правильной.

В глазах других Шэнь Нинхуа, возможно, предложила лишь небольшую помощь, и рецепт был заслугой Императорского института здравоохранения. Однако, будучи принцем, он знал гораздо больше внутренней информации, чем обычные люди. Если бы Шэнь Нинхуа не обладала какой-либо уникальной способностью, она не смогла бы так своевременно выписывать рецепты в течение нескольких раз.

Подумав об этом, он махнул рукой евнуху, чтобы тот отступил, и подозвал своих доверенных помощников. “Вы, ребята, тайно проверьте особняк принцессы префектуры, чтобы узнать, выздоровел ли Шэнь Сюаньлинь. Кроме того, загляните в кабинет Шэнь Нинхуа, чтобы узнать, есть ли там какие-нибудь уникальные медицинские книги или что-нибудь в этом роде. Будьте осторожны, чтобы никого не потревожить.”

“Да, хозяин”.

Бейли Цзиндзе взял со стола чашку с чаем и выпил ее одним глотком. Свет в его глазах стал еще жарче. Лесная вилла была разрушена. Если бы он хотел продолжать производить оружие, ему нужно было бы все перепланировать. Он не знал, сколько времени это займет. Если бы он мог получить медицинскую книгу и изучить некоторые методы, которые были недоступны обычным людям, он мог бы использовать их для контроля над некоторыми министрами. К тому времени он будет чувствовать себя в суде как рыба в воде. Если бы он мог напрямую контролировать Бейли Цинцана, то разве трон не был бы для него легкодоступен?

В особняке принцессы префектуры Шэнь Нинхуа проверила пульс Шэнь Сюаньлинь. Наконец, на ее лице появилась расслабленная улыбка. “Хорошо, ты полностью выздоровел”.

Шэнь Сюаньлинь вскочил с кровати и взволнованно закричал. “Ха-ха, я наконец-то могу пойти и поиграть. Спасибо тебе, Старшая сестра. Спасибо тебе за то, что заботишься обо мне все эти дни”.

“Ты становишься все более и более искусным в разговорной речи после того, как заболел”.

“Я говорю правду. Разве ты не рад это слышать?” Шэнь Сюаньлинь придвинул свою голову ближе к Шэнь Нинхуа и позволил Шэнь Нинхуа ткнуть его в лоб, прежде чем он с улыбкой вскочил с кровати. Он надел ботинки и выбежал на улицу, чтобы поискать Юнь Чуаня.

Юнь Чуань восстановился немного быстрее него и последовал за Лю Юнем, чтобы попрактиковаться в боевых искусствах два дня назад. Когда Шэнь Сюаньлинь услышал это, он был так встревожен, что чуть не выбежал босиком. Он и Юнь Чуань были наравне друг с другом. Что, если Юнь Чуань стал сильнее его после того, как тренировался в одиночку в эти дни? Если бы он отстал, Старшая сестра разочаровалась бы в нем.

Шэнь Нинхуа пришла, чтобы остановить его от безрассудных действий. Теперь, когда он наконец выздоровел, как он мог не испытывать нетерпения?

Шэнь Нинхуа повернула голову, чтобы посмотреть на взволнованных императорских врачей, и на ее губах появилась нежная улыбка. “Вы все проверили его пульс. Теперь вы можете доложить Его величеству, верно?”

После того, как она передала рецепт, Бейли Цинцан тайно приказала императорским врачам тщательно наблюдать за Шэнь Сюаньлинем и Юнь Чуанем. Глаза имперских врачей в эти дни были готовы засиять зеленым светом, когда они смотрели на них двоих.

Глядя на то, как двое молодых людей с каждым днем становятся все лучше и лучше, они продолжали задаваться вопросом. Это была ветрянка, а не простуда. Как они могли так быстро восстановиться? Как члены Императорского института здравоохранения, любопытство и желание этих людей узнавать что-то новое были чрезвычайно сильны. Если бы не тот факт, что это был особняк принцессы префектуры, они почти хотели оставаться здесь 24 часа в сутки.

“Да, ваше высочество. Я видел рецепт, который вы выписали. Есть еще один лекарственный ингредиент, который я не понимаю. Какой смысл добавлять цветок Посуо, который может изгонять ветер и жару?”

“Я видел это в древней книге. Я тоже не очень уверена в его эффекте.”

“Где сейчас эта книга?”

“Я потеряла его в предыдущем инциденте”.

“Какая жалость”.

Шэнь Нинхуа подождала, пока императорские врачи закончат вздыхать, прежде чем лучезарно улыбнулась. “Этот рецепт уже доказал свою полезность. Можем ли мы теперь доставлять лекарства тем, у кого ветряная оспа? В конце концов, это заболевание нельзя откладывать. Чем дольше это будет тянуться, тем опаснее это будет”.

“Да, это верно”.

Шэнь Нинхуа улыбнулся и сказал: “Бай Руо, помоги мне проводить гостей”.

“Да, госпожа”.

У всех имперских врачей было что-то на уме. Услышав слова Шэнь Нинхуа, все они поспешно вышли из особняка принцессы префектуры.

Когда все они ушли, Цин Цюэ внимательно оглядела комнату, чтобы убедиться, что там больше никого нет. “Мисс, человек, который только что пришел шпионить за нами, уже ушел”.

Шэнь Нинхуа кивнула, и в ее глазах появилась улыбка. “Хорошо, половина новостей уже разослана. Кто-нибудь, вероятно, придет осмотреть мой кабинет сегодня вечером. Убедитесь, что все тщательно подготовлено, чтобы они не нашли ни одного изъяна”.

“Да, мисс. Не волнуйтесь.”

Шэнь Нинхуа вышла на арену боевых искусств и увидела, как Шэнь Сюаньлинь сидит на корточках, практикуясь в боевых искусствах с Лю Юнем. В ее глазах мелькнула искорка удовлетворения.

“Приготовьте для них несколько блюд из трав, чтобы восстановить их организм. Не позволяйте занятиям боевыми искусствами повредить их телу”.

Выслушав приказ, Би Чжу немедленно пошел и дал подробные инструкции слугам Шэнь Сюаньлиня. После инцидента с медсестрой Гуй Шэнь Нинхуа убрала всех слуг во дворе и уволила тех, у кого были даже незначительные недостатки или проступки. Хотя не все оставшиеся слуги особняка принцессы префектуры были абсолютно лояльны, никто больше не осмеливался пытаться распространять слухи и сплетни.

Быстро спустилась ночь, и темная фигура снова появилась в тени особняка принцессы префектуры.

В это время Шэнь Нинхуа сидела за письменным столом в кабинете и что-то тщательно писала кисточкой. Две служанки стояли на страже недалеко от двери.

После того, как Шэнь Нинхуа около часа писала, горничная внезапно сообщила ей о чем-то. Шэнь Нинхуа приказала другим служанкам отступить и положила книгу, которую она скопировала, в потайное отделение кабинета, прежде чем последовать за служанкой на задний двор.

Через некоторое время после того, как она ушла, в кабинет тихо вошла черная фигура. Следуя своим наблюдениям, которые он видел ранее, он открыл потайное отделение и достал книгу. В его глазах мелькнула искорка радости. Услышав, что кто-то подходит, он быстро положил книгу обратно, выпрыгнул из окна и исчез в ночи.

Шэнь Нинхуа вернулась в кабинет и посмотрела в направлении потайного отделения. В ее глазах мелькнула улыбка.

Чу Цзюньи спрыгнул с балки комнаты и отряхнул пыль со своих рук. “Я не ожидал, что Бейли Цзиньцзе действительно пришлет кого-то сюда. Это сэкономило наши усилия”.

“Бейли Цзиндзе внешне выглядит кротким, но на самом деле он самый подозрительный. У него довольно много подчиненных, но не многим он может доверять. Поскольку в его сердце есть сомнения, он обязательно пошлет людей на расследование. Даже если человек, пришедший на расследование, подтвердит, что у меня действительно есть уникальная медицинская книга, он может на самом деле в это не поверить. Поэтому завтра нам нужно еще немного подбодрить его”.

Сердце Чу Цзюньи пропустило удар. Почему Нинхуа так хорошо понимал Бейли Цзиньцзе? Однако он мудро оставил этот вопрос в своем сердце и не озвучил его вслух. “Поощрять его? Что ты планируешь делать?”

“Я помню, что у Девятого принца, похоже, слабое здоровье. Кроме того, несколько дней назад у него тоже была ветряная оспа. Как насчет того, чтобы я предложил ему рецепт для лечения его врожденного недостатка?”

«Что?» Услышав это, Чу Цзюньи был шокирован. Многочисленные принцы королевской семьи умерли из-за врожденных недостатков или болезней. Существование такого рецепта практически считалось бы слишком хорошим, чтобы быть правдой. “Нинхуа, ты должна хорошенько подумать. Выписывание такого рецепта вызвало бы у вас неожиданные неприятности.”

“Не волнуйся. Я знаю, что я делаю”.

“Хорошо”. Чу Цзюньи в глубине души решил быстро взять под контроль семью Сяо. В противном случае, если Нинхуа действительно столкнется с опасностью, он боялся, что не сможет защитить ее. Возьмем этот случай в качестве примера. Как только рецепт для лечения врожденного недостатка будет выпущен, это определенно вызовет бесчисленное кровопролитие в гареме.

Шэнь Нинхуа угадала правильно. Получив отчет, Бейли Цзиндзе не до конца в это поверил. В глубине души он все еще оставался несколько скептичным. Но на второй день он узнал от своего шпиона во дворце, что Шэнь Нинхуа снова предложил рецепт для лечения врожденного недостатка! Как только эта новость распространилась, его подозрения полностью исчезли, и он начал работать над своим планом в одночасье.

Благодаря рецепту для лечения ветряной оспы больные люди очень быстро выздоравливали. Вероятно, им всем потребуется меньше полумесяца, чтобы восстановиться.

Бейли Цинцан, казалось, слишком торопился дождаться выздоровления больных ветрянкой. На следующий день он издал указ о проведении праздничного банкета во дворце.

Помимо пригласительного билета, эксклюзивного для Дворца, он также послал Шэнь Нинхуа комплект великолепных платьев, различные награды, коробки с драгоценностями, шелком и фарфором, которые почти заполнили главный зал двора Жуйси.

Ся Цзинцю и Ян Инсюэ примчались, услышав эту новость. Глядя на коробки с драгоценными наградами, они чувствовали, что были такими невежественными в прошлом, особенно Ян Инсюэ. Когда она была в Цзяннани, она думала, что уже была самой уважаемой среди молодых леди из семей чиновников. Она даже чувствовала, что принцессы во дворце, возможно, не благороднее ее. Теперь, когда она увидела еду, одежду и предметы первой необходимости, которыми наслаждалась Шэнь Нинхуа, она почувствовала, что была невежественной лягушкой в колодце. Все, что она знала, - это только небо размером с горшок над ее головой.

Шэнь Нинхуа приняла награду и поблагодарила евнухов и стражников, которые пришли объявить указ. Затем она сразу же достала рулон зеленого шелка и рулон малиновой парчи с узором в виде облаков. Она протянула их Ся Цзинцю, которая стояла рядом с ней. “Тетя, вы с кузеном очень помогли мне в эти дни. Мне нечего тебе дать. Эти два рулона ткани предназначены для вас с кузиной, чтобы сшить одежду.”

Глядя на красивый шелк перед собой, глаза Ся Цзинцю почти прилипли к нему. Однако она была мудрее этого. “Нинхуа, мы - семья. Нет необходимости говорить "спасибо". Кроме того, шелк вознагражден Его величеством. Ты не можешь отдать его по своему желанию”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Тетя, не волнуйся. Его Величество уже сказал, что мне нелегко управлять особняком в одиночку. Поэтому я могу использовать любые награды, которые получил от Дворца.” Говоря это, она жестом велела Би Чжу взять два рулона ткани и прямо попросила слуг отправить их в павильон Цуйчжу, где жил Ся Цзинцю.

Улыбка на лице Ся Цзинцю становилась все ярче. Она потянула Ян Инсюэ за руку и встала перед Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, я знаю, что ты исключительно умна, поэтому я просто буду откровенна. Ваша двоюродная сестра уже достигла брачного возраста...”

Шэнь Нинхуа взглянул на Ян Инсюэ, которая покраснела. Она прервала Ся Цзинцю с улыбкой: “Тетя, я понимаю, что вы имеете в виду. Вообще-то, я планировала спросить вас об этом. Вы с кузиной уже довольно давно в столице, есть ли у кузины кто-нибудь по душе?”

Ян Инсюэ покраснела и опустила голову, ничего не сказав. Ся Цзинцю улыбнулся ей и нерешительно сказал: “Тогда Инсюэ и Второй принц… Раньше она беспокоилась о существовании Второй принцессы, поэтому подавляла свои мысли. Теперь я задаюсь вопросом...”

Улыбка на лице Шэнь Нинхуа исчезла: “Тетя, вы должны знать, что даже если Второй принц намерен завести другую жену, статус кузины слишком низок, чтобы быть его женой”.

“Пока у него есть чувства к ней, не имеет значения, может ли она быть его женой или нет”, - объяснил Ся Цзинцю.

Значит, она была согласна стать наложницей?

“Если ты так говоришь, я могу попробовать”.

“Хорошо, хорошо”. сказал Ся Цзинцю. ”Удобно ли Инсюэ следовать за вами во дворец завтра?"

“Хорошо”. Она не знала, что произойдет завтра на банкете. Поскольку Ян Инсюэ хотела пойти, она была не против взять ее с собой. Ей было бы полезно расширить свой опыт.

Глава 151 - Всегда очаровательна с легким или плотным макияжем

На следующее утро Ян Инсюэ ждала у двери Шэнь Нинхуа в платье из зеленого шелка.

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее с удивлением. Материал этого платья мог легко затмить людей, которые его носили. Если бы цвет ее кожи был немного темнее или ее темперамент был бы чуть спокойнее, она бы не соответствовала внушительной красоте материала. И кроме того, выглядела бы менее блестяще по сравнению с этим платьем.

Кожа Ян Инсюэ была белоснежной. Хотя ее брови выглядели слегка тусклыми, ее осанка была необычайно неземной. Тщательно сшитое платье делало ее похожей на фею, спустившуюся с неба, и подчеркивало ее красоту таким образом, что она выглядела намного красивее, чем была на самом деле.

“Двоюродная сестра, ты великолепно выглядишь в этом платье”.

Ян Инсюэ слегка поджала губы. Изначально она не хотела надевать это платье. Она чувствовала, что если бы она надела платье, сшитое из ткани, которую Шэнь Нинхуа только что подарил ей вчера, это заставило бы ее выглядеть слишком встревоженной. Однако, как только она одела платье, ее одержимость собственным внешним видом подавила ее самооценку. Она была ошеломлена, когда посмотрела на себя в зеркало.

В это время Ся Цзинцю стоял в стороне и помогал ей делать прическу. Она не могла удержаться от неоднократных похвал: “Моя дочь заслужила такую одежду”.

Чтобы привлечь внимание Второго принца, она могла пренебречь своей самооценкой…

“Кузина, спасибо тебе за то, что дал мне вчера такую красивую ткань”.

Шэнь Нинхуа вытерла лицо и тщательно подвела брови. Услышав это, она улыбнулась и сказала: “Вчера, когда я увидела ткань, я почувствовала, что она тебе подходит. Теперь я вижу, что не ошибалась. У меня в кладовой пока еще есть два рулона этой ткани. Я распоряжусь отправить их тебе позже.”

“Это...” Ян Инсюэ прикусила губу, но жадность взяла верх, и она неохотно отказалась. “Тогда спасибо тебе, двоюродная сестра”.

После того, как Шэнь Нинхуа тщательно оделась, Бай Руо принесла платье, которое Его Величество подарил ей вчера, и осторожно помогла Шэнь Нинхуа надеть его.

Пятнадцать минут спустя все присутствующие были ошеломлены, когда увидели Шэнь Нинхуа. Это платье было слишком великолепным…

Во дворце дворцовые служанки проверяли банкетные принадлежности, сновали взад и вперед, прежде чем медленно уйти и дождаться гостей.

Когда Шэнь Нинхуа и Ян Инсюэ подошли ко входу во дворец, евнух преградил им путь и сказал: “Приветствую вас, принцесса префектуры Чжаохуа и мисс Ян”.

“В чем дело?” - спросил я.

“Я слуга Ее Величества. Я пришел пригласить вас во дворец Нинкунь по приказу Ее Величества.”

Глаза Шэнь Нинхуа слегка дрогнули. “Тогда моя двоюродная сестра ...”

“Я позволю кому-нибудь другому отправить мисс Ян на банкет”.

Стало ясно, что была приглашена только она. Чего хотела императрица Чжао Хуэйин?

“Благодарю вас”.

“Вовсе нет. Пожалуйста, следуйте за мной”.

Шэнь Нинхуа повернула голову и ободряюще посмотрела на Ян Инсюэ, давая ей знак следовать за евнухом сбоку. Затем она направилась к дворцу Нинкунь.

Императрица уже закончила одеваться. Она была одета в желтое платье с изображением девятихвостого феникса и такими же цветными шелковыми лентами вокруг талии. Корона на ее голове ярко сияла, и она выглядела чрезвычайно достойно, как и подобает императрице. Люди не могли не восхититься с первого взгляда: она действительно была достойна быть главной красавицей в гареме!

“Приветствую вас от Нинхуа, ваше величество”.

Чжао Хуэйин обернулся и увидел Шэнь Нинхуа. Улыбка на ее губах замерла. Искорка света промелькнула в ее глазах и была быстро подавлена. “Вот ты какая сегодня. Твой сегодняшний наряд настолько прекрасен, что я почти не узнала тебя.”

Шэнь Нинхуа слегка опустила голову с застенчивой улыбкой на лице. “Благодарю вас за комплимент, ваше величество. Это платье было подарено Его величеством. Сначала я подумала, что это слишком броско, но Его величество приказал мне надеть это на банкет, так что у меня не было выбора, кроме как...”

Улыбка в глазах Чжао Хуэйина стала слабее. “Это так? Его величество действительно заботится о тебе. Аннинг и Анцин даже тайно приходили ко мне, чтобы пожаловаться, что из-за тебя его величество их меньше жалует.”

Шэнь Нинхуа не ответила. Она опустила голову еще ниже. Ее тонкие ресницы полностью закрывали глаза, не позволяя разглядеть ее эмоции. Однако выражение ее лица казалось чрезвычайно застенчивым, что и было причиной того, что она не знала, как ответить.

Чжао Хуэйин оглядела платье, которое было на ней сверху донизу. Уголки ее губ слегка дрогнули, а холод в глазах был чрезвычайно пугающим. Спустя долгое время она подавила это и сказала: “Пойдем со мной сегодня на банкет”.

Пальцы Шэнь Нинхуа слегка шевельнулись, и она почтительно ответила: “Да, ваше величество”.

Большинство гостей уже прибыли на банкет. Чу Цзюньи сел за стол и посмотрел на пустое место рядом с Бейли Аннинг с легкой радостью в глазах.

Увидев выражение лица Чу Цзюньи, изможденная Сяо Хуаньси разорвала свой носовой платок под столом. Она подняла голову и с трудом сглотнула слюну, как будто могла проглотить боль, сдавливавшую ей горло.

Бу Цзинлань, Второй принц, и остальные держали свои чайные чашки и смотрели на вход в зал, ожидая прибытия хозяина банкета.

Атмосфера в зале казалась оживленной. Все были полны улыбок, но за их улыбками скрывалось бесчисленное множество разных мыслей.

“Его Величество прибыл, Ее Величество прибыла, его Высочество наследный принц прибыл, и принцесса префектуры Чжаохуа прибыла”.

Что? Когда они поклонились, все усомнились в услышанном.

Как всегда, появление наследного принца вместе с Его Величеством было призвано подчеркнуть его престиж как будущего императора. В этом не было ничего странного. Но почему принцесса префектуры Чжаохуа приехала с Ее Величеством?

Шэнь Нинхуа встала позади императрицы, немного позади наследного принца, и последовала за ними в главный зал.

Бейли Цинцан взошел на трон вместе с Чжао Хуэйином. Он повернулся и с достоинством сказал: “Приступайте”.

Все встали и увидели Шэнь Нинхуа, стоящего почти плечом к плечу с наследным принцем.

Сегодня она была одета в красное дворцовое платье. По подолу юбки были вышиты большие золотые пионы. Лепестки и тычинки были обведены золотыми нитями, отчего цветы казались словно живые. Длинные рукава также были обведены золотыми нитями. Нижняя часть у подола юбки была расшита танцующими бабочками. При ее движениях рукава раскачивались, как бабочки, танцующие на пионах, образуя поистине красивую и ослепительную сцену.

В дополнение к этому платью Шэнь Нинхуа носила на голове сверкающую золотую заколку "Восемь сокровищ". На нижнем конце шпильки были две изящные резные бабочки. Они покачивались вверх и вниз на ее похожих на водопад темных волосах, когда она шла, очаровывая людей.

Многие присутствующие были ошеломлены. Они видели Шэнь Нинхуа в чрезвычайно простой одежде. В то время все они втайне вздыхали от восхищения ее естественной красотой. Они не ожидали, что красота Шэнь Нинхуа будет еще более ошеломительной в великолепном наряде.

Прекрасное украшение не могло лишить ее очарования. Вместо этого это делало ее красоту еще более яркой и ослепительной. Она соответствовала поговорке “Всегда очаровательна как с легким, так и с тяжелым макияжем”.

Церемонно поклонившись, Шэнь Нинхуа хотела занять свое место рядом с Бейли Аннинг, но Чжао Хуэйин внезапно сказал: “Кто-нибудь, устройте место рядом со мной. Нинхуа, поднимайся.”

Зрачки Шэнь Нинхуа резко сузились. “Ваше величество, это будет нарушением этикета”. Находиться рядом с Чжао Хуэйином было подобно тому, что ты находишься вплотную с кратером действующего вулкана!

“В чем тут дело? Сегодняшний банкет проводится для вас. Вы называете меня матерью, а Его Величество отцом. Поскольку это так, нет ничего плохого в том, что ты сидишь здесь.”

Шэнь Нинхуа больше не могла отказываться, и ей пришлось сесть рядом с Чжао Хуэйин. Она сразу же почувствовала, что взгляды всех людей в зале были устремлены на нее, и они были самыми разными: обжигающе горячими, леденяще холодными, обиженными, завистливыми и другими.

Под сценой Чу Цзюньи слегка опустил голову, чтобы скрыть свой ледяной взгляд, и все его тело было покрыто мурашками от сильного гнева.

Бейли Цинцан поднял глаза и сказал: “Сегодняшний банкет предназначен не только для празднования, но и для награждения и наказания. Слишком много событий произошло за этот период времени, и мы должны рассмотреть их сегодня, когда соберемся вместе. Хорошо, давайте начнем банкет.”

Императрица не сообщила Бейли Цинцану заранее о своей договоренности с Шэнь Нинхуа. Хотя в глубине души ему было немного не по себе, он ничего не сказал, потому что души не чаял в Шэнь Нинхуа.

Как только Бейли Цинцан произнес эти слова, все чиновники почувствовали, что вино у них во рту мгновенно стало таким горьким, что у них похолодело сердце.

Особенно губернатор Столичной стражи. В течение этого периода времени он руководил расследованием. Прежде чем он добился какого-либо значительного прогресса в инциденте со змеей на охотничьей вечеринке, произошел инцидент с ветряной оспой. Кто бы мог ожидать, что как только инцидент с ветрянкой закончится, император соберет всех, чтобы свести счеты! Для него это был поистине зов смерти.

“Губернатор Столичной стражи, вы отвечаете за все эти вопросы. Ты докладываешь первым. Начни с охотничьего отряда.”

Что ж, поговорите о дьяволе, и он появится. Начальник столичной стражи был крайне напуган, но вынужден был встать. “Ваше величество, я нашел в лагере вянущую пыльцу. Эта пыльца обладает уникальным ароматом и наиболее привлекательна для гадюк. Гадюки, которые окружали палатки той ночью, возможно, имеют какое-то отношение к пыльце.”

“Значит, кто-то намеренно заманил этих гадюк сюда?” Прежде чем Бейли Цинцан что-либо сказал, не дожидаясь императора первым заговорил Бу Цзинлань. Сначала его принудили к помолвке с девушкой-калекой, затем его укусила ядовитая змея и он чуть не умер. Каждая вещь была для него большим унижением. Теперь, когда он услышал, что кто-то был за кулисами, как он мог не злиться?

У начальника Столичной стражи на лбу выступил пот. “Шестой принц, это дело не было тщательно расследовано. Я до сих пор не знаю истинных причин, и понимания что именно произошло.”

Однако Бу Цзинлань не хотел так легко отпускать эту тему. Если бы он мог доказать, что кто-то подставил его, тогда он мог бы использовать эту причину, чтобы оправданно расторгнуть помолвку.

“Я помню, что перед охотой ты как-то сказал мне, что в императорском саду нет опасных животных и змей. Но там мы встретили ядовитых змей и стаи волков. Если бы нам не повезло, боюсь, мы бы не смогли вернуться. Кроме того, пострадал не только я. Многие молодые мастера и юные леди из аристократических семей также стали жертвами.”

Когда он говорил, на его лице появилось печальное выражение, которое мгновенно завоевало сочувствие многих людей, особенно чиновников, потерявших членов семьи во время охоты. Они все встали и опустились на колени в холле. “Мы просим ваше величество провести тщательное расследование и воздать виновным должное”.

Наследники или дочери, которых они кропотливо лелеяли столько лет, погибли из-за охотничьего отряда. Если бы это был несчастный случай, они могли бы с этим смириться. Но если кто-то намеренно подставил их, как они могли это оставить?

Губернатор Столичной стражи чуть не упал в обморок. Он никогда не думал, что, произнеся эти слова, попадет в такую большую беду.

Выражение лица Бейли Цинцана было мрачным. Он давно хотел разобраться с инцидентом на охоте, но был задержан инцидентом с ветрянкой. Теперь, когда расследование так надолго затянулось, расследовать его стало еще труднее.

Сяо Цзинжань внезапно встал и доложил: “Ваше величество, я немного знаю об этом деле”.

“Ты знаешь?”

“Да, я случайно подобрал кое-что, когда привел своих телохранителей спасать людей. Кстати говоря, эта штука связана с Шестым принцем.”

Бу Цзинлань внезапно поднял голову, и в его глазах мелькнуло мрачное выражение. “Связанно со мной. Что это?”

Шэнь Нинхуа сидел там высоко и смотрел сверху вниз на Сяо Цзинжаня, у которого было серьезное выражение лица. Тень насмешки мелькнула в ее сердце. Гадюк привлек Сяо Хуаньси. Но для того, чтобы помочь своей дочери очистить свое имя, Сяо Цзинжань фактически подделал доказательства. Семья Сяо относилась к себе слишком серьезно!

Глава 152 - Жениться на двух красавицах одновременно?

Шэнь Нинхуа была не единственной, кто был шокирован. Даже Сяо Фэнцзюэ тоже держали в неведении. Услышав слова Сяо Цзинжаня, буря в его глазах была готова взорваться. Если бы это был не дворец Чэнцянь, он определенно лишил бы Сяо Хуаньси жизни одним ударом, чтобы помешать ей причинить несчастья всей семье Сяо! Отец был таким глупым! Хотел ли он уничтожить семью Сяо ради дочери?

Бейли Цинцан слегка опустил глаза. Золотой дракон с пятью когтями на его ярко-желтом одеянии величественно сиял. Глаза дракона, инкрустированные светящимся жемчугом, казалось, излучали призрачный свет.

“Генерал Сяо, вы сказали, что нашли доказательства. Затем покажите это всем, чтобы они посмотрели”.

Как мог Сяо Цзинжань не знать о рисках этого шага? Но чтобы спасти Сяо Хуаньси, ему пришлось снова воспользоваться статусом семьи Сяо. Ради большого вклада семьи Сяо в Даань, хотя император был бы разгневан, он не стал бы заходить слишком далеко в своем прикрытии своей дочери. Подумав об этом, он достал из рукава жетон чернильного цвета и вручил его евнуху, стоявшему рядом с ним.

“Ваше величество, этот знак был найден на краю того места, где собрались волки во время инцидента. Должно быть, кто-то случайно обронил его там.”

Бу Цзинлань крепче сжал кубок с вином, и в его глазах появился след враждебности. Это был знак королевской семьи Великого королевства Юэ.

“Старый генерал Сяо, что вы имеете в виду? Вы имели в виду, что наше Великое Королевство Юэ тайно спланировало этот инцидент с охотой в пригороде?”

Сяо Цзинжань обернулся и холодно посмотрел на Бу Цзинланя. “Ваше высочество, я просто честно докладывал его величеству. Я не имел в виду ничего другого. Если вы готовы высказывать версии – как вам будет угодно. Но это только ваши версии…”

Бу Цзинлань нахмурился, уставившись на Сяо Цзинрана. Спустя долгое время он вдруг усмехнулся. “Когда я был в Великом Королевстве Юэ, я всегда слышал, что патриарх Сяо был мудрым и божественно могущественным и является хранителем Дааня. После того, как я увидел вас сегодня собственными глазами, вы действительно человек с прекрасными манерами”.

Он был принцем Великого королевства Юэ. Хотя он приехал из другой страны, он был членом королевской семьи. Кроме того, он прибыл в Даан в качестве посланника. Даже Бейли Цинцан проявил бы к нему некоторое уважение, но Сяо Цзинжань осмелился говорить с ним так прямо. Разве это не было признаком того, что семья Сяо была выше королевской семьи?

Сяо Цзинжань почувствовал, что что-то не так, услышав слова Бу Цзинланя. Однако его всегда уважали, и поскольку он беспокоился о Сяо Хуаньси, у него не было настроения защищаться. В глазах всех такое поведение делало его еще более высокомерным и властным.

Выражение лица Бейли Цинцана было слегка холодным, а его глаза были полны эмоций, которые никто не мог понять. “Генерал Сяо, что может доказать наличие этого жетона?”

“Ваше величество, это знак королевской семьи Великого королевства Юэ. Говорят, что такой жетон будет выдан только тогда, когда ассасины будут мобилизованы. Одного этого жетона недостаточно, чтобы что-либо доказать, но так совпало, что некоторое время назад кто-то из аптеки доставил немного пыльцы Ванина в гостевой дом, где жил Шестой принц. Я не могу не заподозрить неладное”.

Бейли Цинцан прищурил глаза и сказал: “Посылаю пыльцу Ваньин в гостевой дом... Шестой принц, ты купил пыльцу Ваньин?”

“Ваше величество, я купил некоторые лекарственные ингредиенты после того, как приехал в Даан. Среди этих ингредиентов есть пакетик с пыльцой Ваньин. Однако все это должно быть возвращено Великому Юэ. Я также попросил вашего разрешения. Более того, все эти лекарственные ингредиенты были зарегистрированы и еще не использовались”.

Услышав это, сердце Сяо Цзинжаня медленно расслабилось. Он уже тайно приказал кому-то украсть вянущую пыльцу. У Бу Цзинланя не было никакой возможности избежать этого таза с грязной водой. “Раз это так, то пусть люди расследуют это. После этого мы узнаем, кто говорит правду”.

Бу Цзинлань поднял голову. Уголки его губ слегка приподнялись. К счастью, он был готов. В противном случае ему пришлось бы взять вину на себя за кого-то другого. Он резко встал и окинул Сяо Цзинрана холодным взглядом. “Ваше величество, я никогда не думал, что в глазах патриарха Сяо над нашим Великим Королевством Юэ можно легко издеваться. Похоже, что мой статус принца - ничто. Поскольку это так, я не буду взбираться на высокую ветвь вашей страны. Я хочу отменить свою помолвку!”

Сяо Цзинжань нахмурился. Бу Цзинлань воспользовался этой возможностью, чтобы начать атаку. Он просто испытывал свою удачу!

Глаза Бейли Цинцана стали холодными, когда он строго отчитал Бу Цзинланя.

“Как вы можете так легкомысленно относиться к серьезному вопросу брака? Вы лично написали брачный контракт, а теперь хотите отказаться от него. Как вы думаете, над Дааном можно издеваться по своему желанию?” Бейли Цинцан отплатил Бу Цзинланю теми же словами.

Бу Цзинлань поднял голову. “Ваше величество, этот инцидент на охоте стал причиной гибели многих молодых господ и юных леди из аристократических семей. Это заставило меня встревожиться. После того, как я проснулся, я немедленно послал людей расследовать, что произошло в день охоты. Я хотел найти возможность сообщить вам об этом, но я не ожидал, что прежде, чем я смогу что-либо сказать, патриарх Сяо действительно выплеснет на меня таз с грязной водой. Неужели он смотрит свысока на Великое Королевство Юэ? Тогда как я могу жениться на девушке из Даана? В будущем, если она станет немного несчастной, живя в Великом Королевстве Юэ, патриарх Сяо лично поведет войска, чтобы напасть на нас?”

Сяо Цзинжань нахмурился и сердито сказал: “Что ты имеешь в виду, Шестой принц? Я не понимаю?”

Бу Цзинлан издевательски рассмеялся. “Патриарх Сяо не понимает моих слов? Тогда я объясню их подробно. Кто-нибудь, принесите все лекарственные ингредиенты, которые я купил за эти дни.”

Сердце Сяо Цзинжаня внезапно дрогнуло. Черт возьми, Бу Цзинлань был готов.

Охранники Бу Цзинланя внесли в зал три коробки. Бу Цзинлань открывал коробки одну за другой. “Ваше величество, все лекарственные ингредиенты, которые я купил, находятся в этих коробках. Название и количество каждого вида указаны в свитке, который прилагается к каждой коробке. Вот свиток для регистрации. Вы можете послать кого-нибудь проверить это. Я купила в общей сложности 375 граммов пыльцы Ваньин, и все это здесь, в коробке!”

Как только он закончил говорить, в зале зазвучала оживленная дискуссия. Сяо Цзинжань справедливо высказал свое подозрение в отношении Бу Цзинланя, но мгновение спустя Бу Цзинлань ударил его по лицу правдой. На этот раз он сильно потерял лицо.

Чу Цзюньи сжал кулаки на своем сиденье. Его красивое лицо было настолько напряжено, что на нем не было и следа выражения. Гнев поднялся в его сердце: для Сяо Цзинжаня было нормально принимать решение самостоятельно, но беда заключалась в том, что он не сумел тщательно все уладить и оставил Бу Цзинланю лазейку, которой он мог воспользоваться и перевернуть стол, поставив Дааня в невыгодное положение.

Выражение лица Бейли Цинцана было холодным, когда он приказал евнуху тщательно проверить лекарственные ингредиенты. На мгновение в зале воцарилась полная тишина.

Бу Цзинлань стоял там с уверенной улыбкой на лице.

Более чем через пятнадцать минут евнух с трепетом доложил: “Ваше величество, количество всех ингредиентов соответствует записям”.

Бейли Цинцан резко стиснул зубы так, что они чуть не треснули от давления. “Похоже, в этом вопросе возникло недоразумение. Поскольку с лекарственными ингредиентами все в порядке, то...”

Бу Цзинлань сделал шаг вперед и сказал: “Ваше величество, я действительно хочу знать, почему у патриарха Сяо был знак королевской семьи Великого Юэ и он торжественно засвидетельствовал, что я купил пыльцу Ваньин?”

Выражение лица Сяо Цзинжаня было угрюмым. “Я просто подозревал. Ты слишком чувствителен, Шестой принц.”

”Отлично! Ты плеснул мне на голову грязной водой. У меня нет возможности не быть чувствительным. Ваше величество, я могу забыть об этом деле, но я действительно не могу чувствовать себя в своей тарелке. Я действительно не чувствую, что достоин жениться на девушке из Даана. Давай отменим мою помолвку со Второй мисс Шэнь.”

Любой, у кого были проницательные глаза, мог бы увидеть, на что была похожа ситуация. Если бы дело продолжалось и дальше, Даан в конце концов потерял бы лицо. Поэтому никто не мог критиковать Бу Цзинланя за то, что он воспользовался этим, чтобы отменить помолвку.

Аура Бейли Цинцана была настолько холодной, что все чиновники опустили головы и не осмеливались смотреть прямо на него, когда он сказал: “Поскольку это так...”

“Ваше величество”, - внезапно произнесла императрица Чжао Хуэйин, и ее чистый голос нарушил тишину в зале. “Можно вас на пару слов?”

Бейли Цинцан кивнул. “Говори”.

Чжао Хуэйин повернула голову, чтобы посмотреть на Бу Цзинланя, и ее слегка нахмуренные брови излучали ауру достоинства. “Шестой принц, его величество уже отправил официальный документ вашему отцу, чтобы завершить вашу помолвку. Если вы хотите отменить его, вам нужно попросить согласия вашего отца. Вы не имеете права отменять его самостоятельно”.

Сердце Бу Цзинланя пропустило удар. Улыбка на его губах стала немного шире. Он на это не купился. “Ваше величество, мой отец ранее сказал, что мой брак может быть решен самостоятельно”.

“Даже в этом случае брак - это не детская игра. Вы можете легко говорить об отмене помолвки, но для Второй мисс Шен это серьезное дело, которое погубит ее репутацию!”

Значит, императрица не согласилась с его расторжением помолвки? Если она не согласится, ей нужно будет найти способ добиться наилучшего для обеих сторон. Что она планировала делать?

Взгляд Бу Цзинланя скользнул мимо Шэнь Нинхуа, которая молча сидела в стороне, и в его глазах вспыхнул огонек. Внезапно он сказал: “Ваше величество, то, что вы сказали, разумно. Как, по вашему мнению, мы должны решить этот вопрос?”

Чжао Хуэйин повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа. Выражение ее лица сильно расслабилось. Ее водянистые глаза были полны тепла, но слова были тверды, как гвозди.

“Нинхуа, Линхань - твоя младшая сестра. Как старшая сестра, ты должна защищать ее репутацию. Кроме того, ты также понимаешь ее ситуацию. Ей действительно не подобает быть принцессой.”

Шэнь Нинхуа сидела рядом с Чжао Хуэйин, слегка опустив глаза, чтобы никто не мог видеть ее темные глаза, наполненные холодом. Шэнь Линхань не подходила на должность принцессы, так кто же подходил? Излишне говорить, что это была она, Шэнь Нинхуа!

Чжао Хуэйин продолжил. “Прошло много времени с церемонии твоего пятнадцатилетия. Его величество любит вас и не выбрал для вас мужа. На мой взгляд, Шестой принц обладает как способностями, так и добродетелью, и его статус чрезвычайно подходит. У вас с ним будет хороший брак. Что касается твоей сестры, Шэнь Линхань, поскольку они уже были помолвлены и от его слов нельзя было отказаться, она может быть наложницей Шестого принца. Вы, две сестры, поладите. Таким образом, обеспечиваются хорошие отношения между нашими двумя странами, а также защищается репутация вашей сестры. Вы согласны?”

Она согласилась бы только в том случае, если бы была глупой! Две сестры вышли замуж за одного мужчину. Императрица действительно умела мечтать наяву!

Услышав слова Чжао Хуэйина, Чу Цзюньи изо всех сил сдержал гнев в своем сердце. Чтобы защитить репутацию Шэнь Линхань, она хотела, чтобы Нинхуа вышла замуж за Бу Цзинланя. Это было действительно смешно! Его острый взгляд скользнул по Бу Цзинланю, как нож для разделывания шкур и костей, и в его глазах вспыхнул красный огонек: этот парень хотел жениться на двух красавицах одновременно! Был ли он уверен, что у него есть такое благословение?

Все взгляды были прикованы к Шэнь Нинхуа, ожидая услышать ее ответ.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Выражение ее лица было холодным и спокойным, из-за чего люди не могли сказать, счастлива она или несчастна. Ее взгляд был непроницаем и невозможно было его прочитать. Ее великолепное лицо стало еще более ослепительным на фоне красного платья и придало ей оттенок достоинства и торжественности.

“Ваше величество, вы что-то забыли?”

Слова императрицы были комбинацией кнута и пряника. Ее план был хорош, но она нацелилась не на того человека. Она, Шэнь Нинхуа, никогда бы никому не позволила вмешиваться в ее брак!

Глава 153 - Какой тебе прок, если меня заставили жениться?

Выражение лица Чжао Хуэйин стало холодным. Ее пальцы в изысканных сапфирово-голубых украшениях нежно прошлись по азалиям, которыми был украшен стол. Напряженные пальцы пронзили лепестки насквозь, оставив после себя следы красных отметин, которые очень бросались в глаза всем вокруг.

“Нинхуа, я знаю, что с твоей стороны немного опрометчиво принимать такое решение. Однако есть две выгоды: во-первых, для поддержания дружбы между двумя странами, а во-вторых, для защиты репутации твоей младшей сестры. Ты все еще не хочешь?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, и ее тщательно нарисованные брови излучали сошлись на переносице. “Я не могу согласиться с Вашим величеством. Вы, кажется, забываете, что Его величество ранее отдал приказ. Теперь у меня больше нет никаких отношений с семьей Шэнь. Причина, по которой я привела Шэнь Линханьь в свой особняк, заключается в ее плачевном положении. Поскольку у меня с ней нет никаких отношений, она не моя младшая сестра”.

Как только она сказала это, чиновник внизу немедленно возразил: “Ваше высочество, то, что вы сказали, неправильно. Хотя указ Его Величества разорвал ваши отношения с семьей Шэнь, кровь гуще воды, и семейные узы нельзя разорвать. Более того, Ее Величество только что сказала, что этот вопрос касается дружбы между Дааном и Великой Юэ. Как вы можете игнорировать общую ситуацию в своих личных интересах?

Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на чиновника внизу. “Это лорд Чжан из Министерства ритуалов, верно? Вы имели в виду, что указ Его величества бесполезен?”

“Нет, я просто провел аналогию. Как вы можете так неверно истолковывать значение моих слов?” Говоривший чиновник был нахмурен и практически кричал, забыв, что должен кланяться при обращении к принцессе.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Если вы хотите убедить меня, вы должны придумать что-то более реальное и весомое. Не надо просто нагромождать какую-то бесполезную чушь! Его Величество воспитал вас, чиновников Министерства обрядов, чтобы вы служили королевской семье, учили этикету, внушали уважение к старинным обычаям и правилам, а также влияли на людей, а вы вместо этого несете полную чушь и дичь!”

“Ваше высочество, что вы имеете в виду? Вы наговариваете на меня!”

“Если ты будешь действовать праведно, никакие наговоры и сплетни тебе не были бы страшны! Позвольте мне еще раз подчеркнуть, что достоинство Его Величества не подлежит сомнению. Поскольку он приказал разорвать мои отношения с семьей Шэнь, мы с Шэнь Линхань больше не сестры. Об этом не может быть и речи!”

Чиновник внизу дрожал от гнева. “Хорошо…Ладно, давай не будем об этом говорить. Но разве вас не волнует дружба между двумя странами?”

Шэнь Нинхуа холодно расхохоталась, а ее глаза становились все более и более насмешливыми. “Как официальное лицо, как у вас хватило наглости сказать это? Уступает ли Даан Великому Юэ, или чиновники Даана слишком некомпетентны? Вам действительно нужна женщина, чтобы поддерживать дружбу между двумя странами! Кроме того, Даана и Великого Юэ связывает глубокая дружба, и они наслаждались мирными обменами на протяжении стольких лет. Неужели ты думаешь, что великий император Юэ рассердится только потому, что я не хочу выходить замуж за его сына?”

Когда Шэнь Нинхуа заговорила, она встала. Ее красное платье развевалось, когда она стояла высоко на лестнице, как сгусток ярко-красного пламени, заставляя людей чувствовать себя обжигающе горячими и ослепительными с первого взгляда. Чу Цзюньи посмотрел на нее и почувствовал, как его сердце медленно наполняется гордостью. Его прекрасная возлюбленная была поистине потрясающей! Казалось, что он должен был действовать как можно скорее, иначе он выглядел бы слишком робким и нерешительным!

Лицо чиновника, говорившего внизу, уже побагровело. Как бы сильно он ни хотел заставить Шэнь Нинхуа вступить в брак с Великим Королевством Юэ, он не мог этого сделать. От гнева и бессилия у него перехватило дыхание настолько, что он не смог дышать и чуть не задохнулся насмерть.

“Хорошо сказано!” Внезапно сказал Бейли Цинцан, и его лицо просияло от признательности. “Нинхуа, если бы ты была мужчиной, я бы определенно позволила тебе быть моим премьер-министром”. Жаль, что ты являешься девушкой. Если бы она была мужчиной, то обязательно стала бы высокопоставленным чиновником и приносила пользу людям…

Шэнь Нинхуа повернула голову и увидела радостное лицо Бейли Цинцан. Ее сердце внезапно успокоилось. Если бы императрица не заставляла ее шаг за шагом, ей не нужно было бы выглядеть так агрессивно. Однако для нее не было бы никакого вреда. То, что она сделала сегодня, помешало бы этим людям относиться к ней как к мягкой хурме, к которой каждый может подойти и ущипнуть ее.

Чжао Хуэйин сидела как ледяная скульптура, излучая смертельный холод. Шэнь Нинхуа действительно была дочерью Ся Цзинъяна, и у нее был потрясающий талант оратора! После того, как она произнесла эти слова, тот, кто попросил бы ее выйти замуж за Бу Цзинланя, был бы обвинен в том, что она боится Великого королевства Юэ. Тот, кто сказал бы, что она игнорировала дружбу между двумя странами, был бы заподозрен в том, что Великий император Юэ был недалеким.

Бу Цзинлань сидел на своем месте, и его глаза мрачно сверкнули. Золотой кубок с вином в его руке уже изменил форму из-за того, что он в гневе сдавил его своими сильными ладонями. Что плохого было в том, чтобы выйти за него замуж? Как получилось, что эта Шэнь Нинхуа так не хотела быть принцессой!

Бейли Цинцан теперь был в хорошем настроении. “Шестой принц, вы также сказали, что можете сами решить вопрос о браке. Я думаю, даже если ты расторгнешь брак, у твоего отца не будет проблем. Кстати говоря, Шэнь Линхань инвалид, и ей действительно не подобает быть твоей женой. Теперь я признаю, что решение было принято без должного рассмотрения. Поскольку это так, пусть она будет твоей Второй супругой, как сказала императрица. Это не помешает вам в будущем выйти замуж за кого-то другого. У вас есть какие-нибудь возражения?”

Теперь, когда император пошел на уступку, с его стороны было бы неуместно отказываться. Бу Цзинланю оставалось только стиснуть зубы и согласиться. “У меня нет возражений”.

“Мм, это хорошо. Однако генерал Сяо непреднамеренно вынес неверное суждение относительно охотничьего отряда в пригороде. Я пошлю кого-нибудь другого для тщательного расследования инцидента. Я обязательно дам вам объяснение”. Как только Бейли Цинцан закончил говорить, из двери внезапно выбежал евнух.

“Ваше величество, плохие новости. Особняк принцессы Чжаохуа из префектуры загорелся!”

Шэнь Нинхуа резко встала. Почему ее особняк внезапно загорелся без всякой причины? Сюаньлинь, Бай Жо и другие служанки все еще были в особняке! Она не могла не посмотреть в сторону Чу Цзюньи и встретила его нежный и утешающий взгляд. Она постепенно успокоилась, как будто нашла кого-то, на кого можно положиться. Шэнь Нинхуа сжала кулаки и стала ждать результатов расследования Бейли Цинцана.

Примерно через час охранники, которых отправили на улицу, наконец, прибежали обратно в плачевном состоянии. “Ваше величество, местами, где вспыхнул пожар, были внутренний двор и кабинет принцессы Чжаохуа из префектуры. Остальная часть особняка была цела. Люди в особняке вовремя выбежали из здания и никто не пострадал. Но когда мы все проверили, то на месте мы обнаружили нескольких одетых в черное мужчин, которые были без сознания от дыма в кабинете. Мы задержали их и нашли при них две медицинские книги и рукописи ее высочества.”

Хорошо, что никто не пострадал. Услышав это, сердце Шэнь Нинхуа сразу же успокоилось, и она быстро подумала о причине и следствии этого вопроса.

Выслушав отчет, хорошее настроение Бейли Цинцана мгновенно испарилось. С тех пор как Нинхуа получила титул принцессы префектуры, люди начали подставлять ее и плескать грязной водой ей на голову. Даже императрица заставляла ее выйти замуж за Бу Цзинланя. Почему эти люди не хотели видеть рядом с собой ребенка, который им нравился?

“Приведите сюда тех людей в черном”.

Охранники поспешно втащили одетых в черное людей в главный зал. Как раз в тот момент, когда они собирались плеснуть холодной водой, чтобы привести их в сознание, Чу Цзюньи внезапно заговорил сбоку.

“Ваше величество, судя по их одежде, эти люди определенно не обычные воры. Лучше сначала проверить их на всякий случай.”

“Да, вы правы”. Он был слишком зол и пренебрег этим.

Чу Цзюньи шагнул вперед и присел на корточки перед тремя мужчинами в черном. Он поднял руку и ущипнул их за подбородки, чтобы поднять их лица. Сначала он открыл им рты и вытащил ядовитые мешочки. Затем он нашел десятки спрятанных смертельных орудий разного размера в их волосах, ногтях, одежде и подошвах.

Вначале все чувствовали себя интересными. Когда они увидели, как Чу Цзюньи вытаскивает десятки стальных игл из плоти человека в черном, их лица мгновенно стали серьезными. Кем именно были эти люди, вооруженные с головы до ног? У них были все основания полагать, что если бы у этих людей был хоть один вдох, они использовали бы последние силы для достижения своей цели. Когда они подумали об этом, по их спине пробежал холодок.

Бейли Цинцан наблюдал за действиями Чу Цзюньи с серьезным выражением лица, и в его глазах вспыхнул опасный огонек.

Чу Цзюньи проигнорировал разговоры в окрестностях и убрал все спрятанное оружие у людей в черном. Он встал и сказал начальнику охраны рядом с ним: “Теперь вы можете привести их в чувство”.

Начальник стражи почувствовал слабость в ногах, просто наблюдая за происходящим со стороны. К счастью, эти убийцы потеряли сознание от дыма. В противном случае, десять раз он не был бы им ровней.

После того, как на их лица вылили таз с холодной водой, трое мужчин мгновенно очнулись. В тот момент, когда они увидели окрестности, они сразу же стиснули зубы, но затем почувствовали, что их рты пусты. Ядовитые мешочки исчезли, и даже их зубы, в которых содержались ядовитые капсулы были вырваны. Их лица сразу же помрачнели.

Бейли Цинцан холодно посмотрела на них. “Кто ты такой? Почему вы появились в кабинете принцессы префектуры Чжаохуа?”

Трое мужчин в черном обменялись взглядами друг с другом и махнули руками в сторону горла своих товарищей. Охранники, которые удерживали их, были застигнуты врасплох и позволили им вырваться.

Чу Цзюньи чутко улавливал их движения. Он поднял ногу и вышвырнул первого человека вон. Затем он пинком поднял с земли два только что найденных ланцета и резко пригвоздил двух других мужчин в черном к земле, воткнув ланцеты им в запястья. Затем он холодно сказал: “Его Величество задал вопрос, и вы должны честно ответить ему. Не делай больше ничего.”

Охранники поспешно схватили одетого в черное мужчину, которого выгнал Чу Цзюньи. При ближайшем рассмотрении они обнаружили, что его рука действительно была сломана. Неудивительно, что они услышали треск.

Видя действия Чу Цзюньи, многие люди были настороже, особенно Бейли Цзиньчуань. С тех пор, как произошел инцидент на охоте в пригороде, он всегда боялся Чу Цзюньи и был настороже по отношению к нему. Он даже приложил много усилий, чтобы тайно исследовать Чу Цзюньи, но ничего не нашел. У этого человека было чистое прошлое, и за почти 20 лет у него не было ни единого пятна, что потрясло его еще больше.

Бейли Цинцан также был удивлен яростными действиями Чу Цзюньи. Однако более важным было сначала выяснить личности этих людей. “Есть ли у них какая-нибудь метка, которую можно было бы использовать для подтверждения их личности?”

“Ваше величество, мы не нашли никаких следов”.

“А ты что думаешь?” Бейли Цинцан посмотрел на чиновников, сидящих рядом с ним, и спросил.

Гражданские и военные чиновники обменялись взглядами и замолчали. Они с первого взгляда могли сказать, что эти три человека были людьми самопожертвования. Если бы не быстрые движения Чу Цзюньи, эти люди уже покончили бы с собой. Получить какой-либо ответ от таких людей было невозможно.

Выражение лица Бейли Цинцана стало холодным. “Здесь присутствует так много чиновников, и все же ни у кого из вас нет возможности допросить трех воров?”

Все тут же еще больше опустили головы. Если бы это были обычные люди, они осмелились бы попробовать. Но эти люди были людьми самопожертвования.

Внезапно в тихом зале послышался холодный голос Шэнь Нинхуа. “Ваше величество, могу я попробовать?”

Глава 154 - Такая хорошая жена?

Все с удивлением посмотрели на Шэнь Нинхуа. Выяснить правду у этих жертвенных людей было не тем, чего можно было добиться простым принуждением и искушением. Шэнь Нинхуа была всего лишь незамужней молодой леди. Какой бы умной она ни была, она не должна была много знать о допросе. Методы, которые она знала, могли даже не считаться маленькой уловкой перед этими людьми.

Многие люди, имевшие зуб на Шэнь Нинхуа, холодно наблюдали за этим, ожидая увидеть, как она выставит себя дурой. Бейли Аннинг озабоченно нахмурилась. Она хотела остановить Шэнь Нинхуа, но не осмеливалась показать это публично. Она могла только подать сигнал Шэнь Нинхуа глазами.

Шэнь Нинхуа бросил на Бейли Аннинг успокаивающий взгляд, прежде чем спуститься по лестнице и встать рядом с Чу Цзюньи.

“Нинхуа, не заставляй себя”. Обеспокоенно сказал Чу Цзюньи.

“Все в порядке”.

Сегодня она оскорбила императрицу, отказавшись выйти замуж за Бу Цзинланя. Чжао Хуэйин не стала бы открыто смущать ее. Однако те, кто поддерживал императрицу и семью Чжао, не вынесли бы этого. Вместо того, чтобы пассивно терпеть их козни, было бы лучше использовать мощные методы для запугивания этих людей сейчас. Таким образом, она могла бы отфильтровать мелкую рыбу и креветок и сосредоточиться на борьбе с крупной рыбой.

Трое жертвенных людей были крепко прижаты к земле охранниками, но выражение их лиц нисколько не изменилось. Поскольку миссия не была завершена, для них не имело значения, живы они или мертвы.

Шэнь Нинхуа медленно присела на корточки, пока ее взгляд не оказался на одном уровне с ними троими. Затем она внимательно оглядела их троих. Мгновение спустя она встала и указала на человека посередине. “Ваше величество, у этого человека меньше всего шансов признаться. Пусть его повалят и забьют до смерти.” Ее тон был очень спокойным, как будто она говорила, что погода была очень хорошей.

“Избит до смерти? Ты еще ни о чем не спрашивал. Не слишком ли поспешно убивать человека?”

“Это верно. Принцесса префектуры Чжаохуа, если вы не знаете, как вести допрос, не заставляйте себя. Хотя они и виновны, вы не можете бессмысленно убивать их!”

Шэнь Нинхуа пошла на голос и повернула голову. В ее глазах сверкнула насмешка. “Этот лорд действительно добросердечный. В ваших глазах избиение убийцы до смерти - это бессмысленное убийство людей. Может быть, вы установили связь с этими людьми?”

“Чепуха, как у меня может быть какая-то связь с убийцей!” Чиновник поспешно махнул рукавом и все отрицал.

“Поскольку у вас нет с ними никакой связи, не беспокойтесь о том, как я веду свой допрос. Если кому-то это не нравится, они могут подойти и провести допрос”.

Бейли Цинцан выразил свою поддержку Шэнь Нинхуа. “Нинхуа права. Я спрашивал ваше мнение, но никто из вас не смог заставить этих трех человек заговорить. Поскольку вы не знаете, что делать, не вмешивайтесь. В противном случае, мне придется тщательно подумать о вашей цели помогать этим трем убийцам.”

“Да, ваше величество. Мы будем подчиняться вашему указу”. Услышав слова императора, нижестоящие чиновники не осмелились сказать что-либо еще, боясь, что с ними будут обращаться как с сообщниками.

Шэнь Нинхуа обвела взглядом гражданских и военных чиновников, и выражение ее лица стало еще холоднее. “Поскольку возражений нет, тогда делайте, как я сказала. Повалите этого человека посередине и забейте его дубинками до смерти!”

Охранники неловко посмотрели на Бейли Цинцана, не зная, должны ли они подчиниться приказу Шэнь Нинхуа.

“Неужели мои слова бесполезны? Разве вы не слышали приказ принцессы префектуры Чжаохуа?”

“Да, мы сейчас все сделаем”. Охранники, получившие выговор, не смели колебаться. Они поспешно вытащили убийцу посередине. Вскоре после этого снаружи донесся звук избиения, но постепенно вообще не стало слышно ни звука.

Стражник, одежда которого была испачкана кровью, быстро вбежал, чтобы доложить: “Ваше величество, убийца был забит дубинкой до смерти”.

“Хорошо”. Бейли Цинцан кивнул и посмотрел сверху вниз на Шэнь Нинхуа, гадая, что она будет делать дальше.

Шэнь Нинхуа только что приказала забить человека дубинкой до смерти, но в ее глазах не было ни малейшего страха или жалости. Она повернулась к охраннику и сказала: “Принесите его”.

Что?

Охранник был оглушен на долгое время, прежде чем пришел в себя. Он не поверил тому, что услышал. В зале был устроен банкет. Разве это не было неуместно - приводить человека, который был избит до состояния груды крови и плоти? На банкете присутствовало довольно много благородных дам и юных мисс!

Глаза Шэнь Нинхуа стали свирепыми. “Разве ты не слышал, что я сказала? Приведите этого человека сюда.”

“...Да, ваше высочество”. Видя, что император не возражает, два стражника стиснули зубы и вышли, чтобы внести мертвеца внутрь.

Распространился густой запах крови, и многие женщины закрыли рты и носы носовыми платками. Некоторые из них были даже так напуганы, что все их тела начали дрожать, и они плакали от страха.

Шэнь Нинхуа не заботило кровопролитие у нее на глазах. В своей предыдущей жизни она пережила всевозможные кровавые сцены. Она лично была свидетельницей того, как Трупная вода превратила ее в кусок мясного паштета. Не было ничего другого, чего она не могла бы вынести. “Я знаю несколько методов воспитать человека, способного на самопожертвование. Один из них заключается в том, чтобы пометить своих владельцев на костях ног ассасинов специальными иглами. Теперь, когда этот человек мертв, мы можем взглянуть”.

Как только она закончила говорить, Чу Цзюньи поднял с земли ланцет с нетерпеливой улыбкой в глазах. “Я никогда не слышал об этом методе. Позвольте мне проверить это для вас”. Говоря это, он держал ланцет в руке, сразу подошел и удалил ноги мертвеца.

“Фу!” Наконец, кто-то не смог удержаться от рвоты. Этот звук был подобен стартовому сигналу, и окружающие люди начали кричать один за другим.

“Ваше величество, это слишком жестоко, слишком невыносимо...”

Бейли Цинцан нахмурился. В его глазах вспыхнули неясные эмоции, но он проигнорировал реакцию окружающих женщин.

Чу Цзюньи использовал лезвие, чтобы непосредственно вспороть икру мертвеца, обнажив белоснежную кость внутри. Однако на нем ничего не было. “Ну, на этой ноге ничего нет, так что это должно быть на другой ноге”. Говоря это, он начал работать над другой ногой.

Неприятные реакции в окружающей обстановке становились все более и более очевидными. Даже два убийцы, находившиеся под контролем охранников, были ошеломлены. Холодный пот выступил у них на лбах.

Будучи людьми самопожертвования, они потеряли свою человечность во время долгой подготовки. Если бы им суждено было умереть, они бы даже не моргнули глазами. Однако, наблюдая за тем, как препарируют их товарища, у них волосы встали дыбом. В конце концов, они были людьми. Пока они были людьми, они сохраняли основную человечность.

Шэнь Нинхуа посмотрела на колебания в выражениях их лиц и бесстрастно скривила губы.

Чу Цзюньи использовал тот же метод, чтобы разрезать другую ногу. Он действительно нашел зеленую отметину на икроножной кости. “Я нашел это! Я не ожидал, что существует такой метод. Узор на нем, похоже, представляет собой извивающегося дракона.”

“Свернувшийся дракон?” Внезапно закричал Бейли Цинцан. Свернувшийся дракон, на самом деле это был свернувшийся дракон. Разве вилла, найденная в густом лесу, не называлась Виллой Свернувшегося дракона? Кроме того, на всем оружии, которое было сделано там, был зеленый свернувшийся дракон в качестве метки!

Бейли Цинцан спустился с трона и встал рядом с Чу Цзюньи. Когда он увидел резьбу на кости ноги, его взгляд мгновенно стал острым. Это было точно то же самое! Какая связь была у этих людей с виллой Свернувшегося дракона?

Шэнь Нинхуа снова присела на корточки. Она опустила голову и посмотрела на двух других мужчин. “Я слышала, что у некоторых людей татуировки не на ногах, а на позвоночнике или черепе. Этот метод чрезвычайно стар и был отменен при предыдущей династии, потому что он слишком жесток. Ваш мастер много знает о древних методах. Я думаю, что его статус должен быть выдающимся. В конце концов, это тайная история предыдущей династии. Обычные люди о них не узнают”.

“У тебя нет никаких шансов получить от нас какую-либо информацию”, - сказал один мужчина, стиснув зубы.

Шэнь Нинхуа подняла глаза, чтобы посмотреть на него. Ее спокойные глаза были подобны глубокому ночному небу, несущему в себе темные тайны и серьезность. Это было так, как если бы она могла видеть глубины человеческого сердца, заставляя сердце невольно похолодеть.

“Что ж, ты - это ты. Вы не можете представлять других. Хотя вы можете держаться, это не значит, что человек рядом с вами не признается. В любом случае, вас двое. Мне просто нужно, чтобы один из вас высказался.”

“Ты... ты...”

Видя, что ситуация не из лучших, мужчина рядом с ним хотел убить своего собеседника, но Чу Цзюньи быстро разнес его запястье на куски.

Шэнь Нинхуа встал и приказал стражникам сбоку: “Тащите и его вниз. Не забивай его до смерти. Я слышала, что в Императорском дворце есть Сад Ста зверей, и внутри довольно много свирепых птиц и зверей. Брось его в качестве закуски животным.”

“Да, ваше высочество”.

“Нет, я признаюсь. Просто дай мне быструю смерть!” Человек самопожертвования, наконец, не смог сдержать страх в своем сердце и открыл рот.

“Заткнись! Не забудь приказ хозяина.” Другой мужчина хотел остановить его, но Чу Цзюньи наступил ему на спину и с хрустом сломал позвоночник.

“Я просто не выношу такого шумного человека”.

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась. “Этот метод довольно хорош. Это не кроваво, но достаточно жестоко. Я слышала, что использование внутренней силы для того, чтобы сломать людям хребет, может заставить их почувствовать, что смерть - лучший вариант”.

Чу Цзюньи улыбнулся. “Вот и все. Я собираюсь использовать внутреннюю силу, чтобы стимулировать всю его Ци. Тогда я сломаю ему позвоночник, когда кровь потечет по его телу с максимальной скоростью. Таким образом, вся кровь в его теле будет вытекать из позвоночника. Однако он еще какое-то время будет жив. Если я нанесу небольшую рану размером с игольное ушко в его теле, кровь из всего его тела стремительно хлынет. Эта сцена...”

След страха промелькнул в глазах оставшегося убийцы, когда он поспешно крикнул: “Мой хозяин - владелец виллы Свернувшегося дракона. Я знаю только, что у него та же фамилия, что и у королевской семьи, но больше я ничего не знаю”.

Глаза Бейли Цинцана расширились, и его тело слегка затряслось. Бейли…Бейли... тот, у кого есть способность изучить секретный метод воспитания жертвенных людей и тайно изготавливать оружие в тайном месте в горном лесу, кроме его сыновей, кто еще это мог быть? Он и представить себе не мог, что среди его сыновей окажется такой способный человек!

Чувствуя эмоции Бейли Цинцан, Шэнь Нинхуа немного волновалась. “Ваше величество?”

“Все в порядке. Продолжай”.

Шэнь Нинхуа кивнула. “Зачем ты пошел в мой особняк?”

“Господин приказал нам найти уникальную медицинскую книгу”.

“Уникальная медицинская книга? Неудивительно, что вы забрали медицинские книги и рукописи из моего кабинета. Какая жалость. Я действительно получила уникальную медицинскую книгу, но я уже предложила ее Его Величеству.”

Глаза Бейли Цинцана были мрачными. “Кто-нибудь, приведите этого человека вниз и поместите его в Небесную тюрьму. Смотри внимательно и не дай ему умереть.”

Дворец Чэнцянь был быстро убран, но все еще чувствовали запах крови, который невозможно было рассеять. Они жалели, что не могут выплюнуть всю еду, которую съели прошлой ночью, не говоря уже о том, чтобы иметь хоть какой-то аппетит к стоящей перед ними еде.

Шэнь Нинхуа шаг за шагом поднялась по лестнице и села на свое место. Она взяла вишенку и положила ее в рот, как будто на нее это не подействовало. Ее сердце наполнилось радостью. Сходи за шерстью и возвращайся остриженным. Бейли Цзинзе, давай посмотрим, что ты будешь делать дальше!

Чу Цзюньи обвел взглядом так называемых “молодых талантов”, которые были напуганы действиями Шэнь Нинхуа. Его глаза вспыхнули радостью. Чем больше он смотрел на свою прекрасную возлюбленную, тем больше был доволен. Он должен жениться на ней как можно скорее и родить от нее кучу сыновей. В противном случае, если бы такую хорошую жену похитил кто-то другой, он был бы доведен до отчаяния.

“Ваше величество, я хотел бы попросить ваше величество об одолжении”.

Глава 155 - Милая, Выходи за меня замуж!

«Хмм? Чего ты хочешь?” После повторного знакомства с силой Чу Цзюньи Бейли Цинцан очень высоко оценил его, и его отношение было гораздо более снисходительным.

Чу Цзюньи медленно прошел в центр зала. Его черная парчовая мантия с узором в виде облаков придавала ему холодный и внушительный вид. Он почтительно опустился на колени и трижды поклонился Бейли Цинцану, прежде чем поднять голову и твердо посмотреть на него. “Ваше величество, пожалуйста, даруйте брак мне и принцессе префектуры Чжаохуа!”

Шэнь Нинхуа внезапно расширила глаза. В ее водянистых глазах промелькнула рябь. Он…

Выражение лица Чу Цзюньи было исключительно твердым. Было много способов заставить императора даровать им брак. Однако он выбрал самый формальный и традиционный способ сделать предложение, чтобы Шэнь Нинхуа не испытала ни малейшей обиды.

Бейли Цинцан слегка нахмурился. Как раз в тот момент, когда он собирался что-то сказать, он увидел, что Второй принц Бейли Цзиньчуань внезапно встал. “Ваше величество, я тоже хочу жениться на Нинхуа”.

Что? Чиновники начали приходить в возбуждение один за другим. Им было легко понять, почему Чу Цзюньи хотел жениться на Шэнь Нинхуа. В конце концов, долгое время ходили слухи, что он испытывал глубокую привязанность к принцессе префектуры Чжаохуа. До сих пор многие юные леди из аристократических семей все еще очень завидовали их роману. Но как насчет Второго принца? Его жена скончалась не более полугода назад, и он хотел снова жениться? Хотя семья Чжоу уже не была такой могущественной, как раньше, это не было достойным поступком.

Выражение лица Бейли Цинцана стало холодным. “Вы двое оба хотите жениться на Нинхуа?”

"Да!" Они вдвоем преклонили колени в главном зале одновременно с одинаковым твердым выражением лица и необыкновенной осанкой. Каждый из них был выдающейся фигурой, которая привлекла бы тысячи женщин, но теперь они просили жениться на одной девушке одновременно.

Императрица Чжао Хуэйин холодно посмотрела на Бейли Цзиньчуаня и Чу Цзюньи. “Нинхуа, мне было интересно, почему ты не хотела выходить замуж за Шестого принца Великого королевства Юэ. Оказалось, что у тебя уже был кто-то по сердцу.”

Шэнь Нинхуа повернула голову. Императрица намекала на то, что она поклялась выйти замуж за мужчину самостоятельно. “Ваше величество, вы неправильно меня поняли. Хотя меня не воспитывала моя собственная мать, я знаю этику и мораль. Я бы не стала делать такую вещь, как давать обещание жениться на других по собственной воле. Однако у каждой девушки есть мужчина, которым она восхищается. Я действительно предпочитаю выйти замуж за молодого господина Чу, но я не совершала никаких неприличных поступков, нарушающих этикет.”

Чжао Хуэйин сделала паузу, и выражение ее лица стало совершенно холодным. “Нинхуа, ты приемная дочь Его Величества. Хотя вы не настоящая принцесса и не получили должного образования, есть некоторые основные вещи, о которых вам должно быть ясно. Брак - это дело чрезвычайной важности, которое должно быть организовано родителями и свахами. Даже если вы восхищаетесь кем-то в глубине души, вы не должны открыто говорить об этом вслух”.

Шэнь Нинхуа широко раскрыла глаза и сказала чрезвычайно невинным тоном: “Если я не скажу этого вслух, значит, вы хотите, чтобы я солгала Его величеству? Я знаю, что эти слова могут вызвать критику, но даже если это повредит моей собственной репутации, я не хочу обманывать Его Величество неискренними словами. Что плохого в том, что я это делаю?”

На губах Чжао Хуэйин играла улыбка, но ее взгляд был холоден как лед. “У тебя действительно острый язычок”.

“Ваше величество, вы переоценили меня. Я просто высказал то, что думаю.”

Бейли Цинцан пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа, и в его глазах мелькнула лукавая улыбка. “Ты непослушная девчонка, я вижу, что твоя настоящая цель не в том, чтобы показать мне свое уважение. Ты просто хочешь выбрать идеального мужа, верно?”

Шэнь Нинхуа опустила голову и рассмеялась. Ее лицо раскраснелось. “Ваше величество, ее величество только что сделала мне замечание, так что не дразните меня перед чиновниками. Иначе меня действительно утопят в клетке для свиней в качестве наказания”.

Глаза Бейли Цинцана расширились, а на его бровях появилось суровое выражение. “Кто посмел так поступить с тобой? Ты моя любимая принцесса префектуры, и ты можешь делать все, что захочешь, не говоря уже о том, чтобы самой выбирать мужа.”

С этими словами любой, кто осмелился бы критиковать Шэнь Нинхуа за ее предыдущее заявление, был бы объявлен виновным и отстранен от должности. Император уже сказал, что она может чувствовать себя свободной в выборе мужа. Кто еще осмелился бросить вызов императору?

“Ваше величество!”

Бейли Цинцан взглянула на нее. На его лице появилась добрая улыбка. ”Я знаю‘ о чем ты думаешь. Однако я только что сказал, что ты моя любимая принцесса префектуры, поэтому я не могу позволить тебе выходить замуж за кого попало. Необходимо принять надлежащие меры, чтобы выбрать для вас мужа. Не только ты, но и Аннинг и Анцин тоже должны выйти замуж. Я буду выбирать своих зятьев вместе. Это также хороший шанс привнести немного оживления в имперский город”.

Бейли Аньцин была ошеломлена, и ее лицо тут же покраснело. Она опустила голову и не осмеливалась взглянуть на лица окружающих людей.

Сердце Чжао Хуэйина дрогнуло. Зять! Только муж принцессы мог называться зятем императора. Император сказал, что сделает Шэнь Нинхуа принцессой. Она думала, что это была просто шутка, но теперь казалось, что он был полон решимости оказать Шэнь Нинхуа эту честь! Что ж, неужели все красавицы в гареме на самом деле уступали Ся Цзинъянь? Или слух о том, что Шэнь Нинхуа была незаконнорожденной дочерью императора, был правдой?

При мысли об этой возможности ладони Чжао Хуэйин похолодели, и она спросила: “Ваше величество, что вы планируете делать?”

“Мои дочери, естественно, достойны лучших мужчин в мире как с выдающимся литературным талантом, так и с навыками боевых искусств. Что ж, вот тема для конкурсантов: покорите врага кистью, чтобы показать свой литературный талант, и проявите лидерство на расстоянии, чтобы доказать свои навыки в боевых искусствах. У тех, кто желает принять участие в конкурсе, будет семь дней на подготовку, и тогда я буду наблюдать за конкурсом за пределами дворца Чэнцянь”.

Победить врага кистью, чтобы проявить свой литературный талант, и проявить лидерство на расстоянии, чтобы доказать свои навыки в боевых искусствах? Многие люди опустили головы и начали размышлять.

В глазах Чу Цзюньи вспыхнуло пламя. Он уже знал, что жениться на его прекрасной возлюбленной нелегко, и его не удивило, что возникнет конкуренция. Он бы никому не проиграл.

Запах крови в зале постепенно рассеивался, но лица присутствующих женщин все еще были бледными. Они все были очень напуганы. Некоторые люди даже пожалели о своих неуважительных словах в адрес Шэнь Нинхуа, боясь, что она вспомнит и отомстит им.

Шэнь Нинхуа, однако, не заботило, что было у них на уме. Она думала о следующем шаге Бейли Цинцан. К настоящему времени император должен знать о связи между тремя убийцами и виллой Свернувшегося Дракона. Если бы он последовал за этой подсказкой, то смог бы разгадать план Бейли Цзинзе.

Хм, Бейли Цзинзе мог винить только себя за то, что был слишком жаден. Если бы он не хотел украсть ее медицинские книги, ему не пришлось бы рисковать, позволяя своим людям проникнуть в ее особняк, и последующее не произошло бы.

Бейли Цинцан сказал: “Сегодня действительно насыщенный день. Я устал, так что сначала вернусь. Вы, ребята, продолжайте есть. До окончания банкета еще два часа. Не тратьте еду впустую.”

“До встречи, ваши величества”

Шэнь Нинхуа встала и решила выйти. Она спустилась вниз по лестнице и села рядом с Бейли Аннинг.

Как только она села, Бейли Аннинг поспешно наклонилась и сказала: “Нинхуа, ты чуть не напугала меня до смерти”.

Шэнь Нинхуа взяла миску тушеной груши с медовым соусом и откусила ложкой. Она слегка прищурила глаза и спросила: ”Чего тут бояться?"

Бейли Аннинг подмигнула ей, чтобы она огляделась.

“Итак, эти дамы и любовницы держались от меня подальше. О чем тут беспокоиться? Я люблю тишину. Хорошо, что сейчас меня никто не беспокоит”.

Бейли Аннинг широко раскрыла свои миндалевидные глаза и уставилась на нее. “Это не то, что я имею в виду. То, как ты расправился с убийцами, действительно...” Сказав это, она увидела, как Шэнь Нинхуа кусает вишню. Ее губы были испачканы красной жидкостью, похожей на пару маленьких ладошек на лепесткообразных губах, отчего у людей пересыхало во рту при виде их.

“Действительно что? Почему ты остановилась?” Шэнь Нинхуа высунула кончик своего розового язычка и слизнула вишневый сок в рот, удивляясь, почему она сделала паузу. “Вишни в этом дворце действительно вкусные. Те, что посажены в моей теплице, сейчас очень кислые.”

Бейли Аннинг посмотрел на ее округлившиеся глаза. Она машинально взяла вишенку и отправила ее в рот. “Ничего, я уже забыла”.

“Действительно?”, - усмехнулся Шэнь Нинхуа. “Я знаю, о чем ты думаешь, но это очень эффективно, не так ли?” Ее взгляд скользнул мимо чиновника, который смотрел на нее оценивающим взглядом, и ее глаза, наполненные убийственным намерением, мгновенно шокировали чиновника, который немедленно опустил голову и уклонился от ее взгляда.

Увидев эту сцену, Бейли Аннинг не смогла удержаться от смеха: “Ха-ха, в этом есть смысл. Даже чиновники пугаются, когда видят вас, не говоря уже об этих слабых дамах и любовницах. Они похожи на мышей, увидевших кошку”.

Шэнь Нинхуа выпила чашу зеленого сливового вина, переданную служанкой, и легко и небрежно улыбнулась. “Это лучший результат. Это избавляет меня от необходимости разговаривать с ними”.

“Кстати, вы упомянули медицинские книги. Вы действительно получили уникальную медицинскую книгу и предложили ее Его величеству?”

“Да, верно. Я предложила ее, когда изучала рецепт от чумы. В противном случае, вы действительно думаете, что Имперский институт здравоохранения смог бы так быстро разработать рецепт от чумы?”

“Но почему его величество ничего не сказал?”

Во время упадка предыдущей династии состоялось большое мероприятие по сожжению книг. Королевская семья сожгла все книги, которые они собрали вместе. Бесчисленные драгоценные древние книги были сожжены дотла. Даже сейчас многие люди чувствовали себя крайне болезненно, говоря об этом. В результате многие известные книги и древние книги, которые сохранились, были признаны уникальными копиями. Хотя она не знала, на что похожа медицинская книга, предложенная Нинхуа, она определенно была бесценна, потому что могла помочь разработать рецепт от чумы.

“Его величеству следует уделить особое внимание. Это не то, что мы можем знать”. Съев кусочек десерта, Шэнь Нинхуа почувствовала, что тошнота в ее желудке наконец-то прошла. Столкнувшись с такой кровавой сценой, хотя она и не боялась, она все еще чувствовала себя неуютно.

Бейли Аннинг перестала говорить о медицинской книге. Она потянула Шэнь Нинхуа за рукав и спросила: “Когда молодой господин Чу попросил тебя выйти за него замуж, что ты подумала? Ты восхищаешься им?”

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы взглянуть на нее. Она взяла закуску и запихнула ее в рот Бейли Аннинг. “Если у тебя есть время спросить меня об этом, почему бы тебе не подумать о том, есть ли у тебя кто-то, кем можно восхищаться? Если вы пойдете и объясните это Его величеству, он, возможно, проявит к вам особую заботу. Если ты этого не скажешь, и он выберет то, чем ты недоволен, не плачь в это время”.

Лицо Бейли Аннинг тут же покраснело. “Нинхуа, ты наглая девчонка. Хм, я скажу Его величеству, что хочу, чтобы мой муж был таким же, как ты.”

Шэнь Нинхуа намеренно изобразила на лице внезапное просветление. “О, так тебе нравятся наглые типы”.

“Ты...”

Глядя на смущенный и неловкий вид Бейли Аннинг, Шэнь Нинхуа ослепительно улыбнулась. Ее великолепная улыбка излучала чарующий свет и сочеталась с ее несравненной осанкой, что делало ее безумно красивой. Многие молодые люди забыли ее кровавые методы и мечтали жениться на ней.

Чу Цзюньи сжал бокал с вином в руке и почувствовал нетерпение многих людей вокруг него. Его сердце было наполнено беспомощностью и снисходительностью. Значит, Нинхуа намеренно сделала себя такой привлекательной, верно? Казалось, он разозлил ее, когда сделал опрометчивое предложение. Однако ему пришлось использовать некоторые необычные методы, чтобы заполучить эту прекрасную возлюбленную.

Глава 156 - Люди были очарованы их романтикой!

На второй день после банкета новость о том, что император собирается найти мужей для двух принцесс и принцессы префектуры Чжаохуа, распространилась как лесной пожар. Люди быстро забыли о проблемах с ветряной оспой. Они собирались на улицах небольшими группами, с большим интересом обсуждая, кто же будут те счастливчики и каких людей император выбрал бы в зятья.

Одна новость была особенно интригующей. Говорили, что для того, чтобы подготовиться к соревнованию семь дней спустя, Несравненный молодой мастер Чу Цзюньи практиковался в боевых искусствах всю ночь напролет, пока не потерял сознание. Было видно, что он действительно испытывал глубокие чувства к принцессе префектуры Чжаохуа.

В этот момент Чу Цзюньи, который, как говорили, испытывал глубокие чувства к Шэнь Нинхуа, сидел напротив нее и с большим интересом собирал вишни. “Нинхуа, эти вишни ничуть не уступают тем, что были на дворцовом банкете. Если хочешь, в будущем я могу присылать тебе их немного хоть каждый день.”

Шэнь Нинхуа подняла голову и закатила на него глаза. “Ты оказывается в порядке? Разве не ходили слухи, что ты упала в обморок после того, как всю ночь занималась боевыми искусствами?”

Чу Цзюньи самодовольно улыбнулся. “Нет, теперь ходят новости о том, что я упала в обморок, всю ночь сочиняя для вас рассуждения о политике”.

Хонг Лин, которая подавала десерт рядом, внезапно усмехнулась, услышав это, заставив их обоих одновременно посмотреть на нее.

Хун Лин задрожала, когда встретила эти два серьезных взгляда. Она поспешно сказала: “Мисс, текущие новости таковы, что молодой мастер Чу так сильно скучал по вам, что сошел с ума от занятий боевыми искусствами и у него ртом пошла кровь”.

Шэнь Нинхуа перестала переписывать книгу и внезапно рассмеялась. “Тогда еще через два дня молодой мастер Чу умрет из-за любви?”

Чу Цзюньи взял вишенку и протянул ее Шэнь Нинхуа. Улыбка на его лице не изменилась. “Если это для тебя, я счастлив вернуться к жизни после того, как умру, не говоря уже о том, чтобы умереть за любовь”.

Улыбка Шэнь Нинхуа внезапно застылаа. Она подняла голову и грозно посмотрела на него. “Поторопись и не отвлекайся от подготовки. День выбора Его Величества наступит через семь дней. Если ты плохо подготовишься, то в этот раз окажешься ужасным неудачником”.

Чу Цзюньи повернулся, чтобы посмотреть на Хун Лин, намекая ей, что служанке надо покинуть комнату.

Хун Лин холодно фыркнула, но послушно вышла из комнаты. Мисс была полна решимости выйти замуж за Чу Цзюньи. С таким же успехом она могла бы прислушаться к будущему мастеру.

Только тогда Чу Цзюньи был удовлетворен. Он подошел к Шэнь Нинхуа и взял щетку у нее из рук. “Не бойся. Даже если я проиграю, ты не выберешь никого другого!”

Когда кабинет был подожжен в прошлый раз, многие вещи сгорели дотла. Шэнь Нинхуа оставалось только находить книги из других источников и копировать их по крупицам, изо всех сил стараясь восстановить кабинет в его первоначальном состоянии. После того, как она переписывала книгу два часа подряд, ее глаза затуманились от усталости. “Ты так уверен?”

"Конечно."

Услышав это, Шэнь Нинхуа опустила руки, которые массировали ее плечи, и слегка приподняла подбородок. В выражении ее лица был намек на высокомерие. “Ты так уверен в себе?”

След высокомерия на ее прекрасном лице вызвал у Чу Цзюньи желание протянуть руку, чтобы взять ее лицо в свои руки и осторожно погладить его. Ему пришлось даже немного закашляться, чтобы подавить эту мысль.

“Дело не в том, что я уверен в себе, но я все еще должен тебе много золота. Если ты выйдешь замуж за кого-то другого, я просто возьму назад свое слово. В это время вам будет трудно вернуть деньги. Кроме того, за последние два месяца аптека Хуаджун заработала большую сумму денег. Я собираюсь использовать все деньги как часть подарка на помолвку”.

“Подарок на помолвку?” Шэнь Нинхуа сердито уставился на него. “Там есть и моя доля. Ты хочешь использовать мои деньги в качестве подарка на помолвку?”

Видя, что она так одержима деньгами, Чу Цзюньи развеселился еще больше. Однако выражение его лица было серьезным. “Нинхуа, после того, как мы поженимся, вся аптека Хуаджун будет твоей, и ты можешь иметь столько денег, сколько захочешь”.

Шэнь Нинхуа удовлетворенно кивнула. “Это больше похоже на правду”.

Аптека Хуаджун теперь имела филиалы по всей Цзяннани. Все люди в Цзяннани выбирали его каждый раз, когда им требовалось лекарство. Многие аптеки были вынуждены прекратить свою деятельность и закрыться, и бесчисленное множество торговцев пришли просить о сотрудничестве. Порог аптеки был почти стерт. Все это произошло благодаря выдающемуся управленческому таланту Чу Цзюньи. До сих пор аптека Хуаджун никогда не продавала никаких лекарственных ингредиентов низкого качества. В сознании людей аптека Хуаджун была синонимом доверия, качества и совести!

Это "Да"?! Чу Цзюньи рассмеялся, и его глаза наполнились глубокой любящей улыбкой, как будто она могла утопить в ней Шэнь Нинхуа. Шэнь Нинхуа повернула голову и пошевелила запястьем. Затем она повернулась и села рядом с кроватью.

В следующие несколько дней молоденькие девочки в столице почти ослепли от слез. История Чу Цзюньи была действительно слишком трогательной.

Бесчисленное множество женщин желали стать Шэнь Нинхуа. Таким образом, они смогли бы насладиться страстным стремлением Несравненного Молодого Мастера и глубокой привязанностью, которую не могли бы описать никакие человеческие слова…После того, как история любви Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа прошла через уста стольких людей, в конце концов, она почти превратилась в душераздирающую драму, которая привлекла всеобщее внимание. Внезапно жители столицы с нетерпением ждали возможности стать свидетелями их счастливого брака.

Многие люди даже думали, что если Чу Цзюньи проиграет в предстоящем соревновании и не сможет стать мужем принцессы префектуры Чжаохуа, они все встанут на колени у входа в императорский дворец, чтобы умолять императора позволить им пожениться.

Вскоре настал день соревнований. Дорога, ведущая от особняка Сяо к императорскому дворцу, была заполнена людьми. Увидев Чу Цзюньи, выходящего из ворот, кто-то сразу же крикнул: “Молодой мастер Чу, вы должны победить”.

“Верно, ты должен жениться на принцессе префектуры Чжаохуа”.

“Мы все ваши сторонники. Вы, влюбленные, обязательно соберетесь вместе!”

Лицо Чу Цзюньи было исполнено благодарности. Он поднял голову и некоторое время смотрел в сторону особняка принцессы Чжаохуа из префектуры. Затем он повернулся и поклонился людям. “Спасибо вам всем. Я определенно сделаю все возможное, чтобы жениться на принцессе префектуры Чжаохуа”.

“Хорошо!”

“Сражаемся!”

Многие люди были так взволнованы, что их лица покраснели. Они жалели, что не могут засучить рукава и предложить помощь Чу Цзюньи.

Звуки аплодисментов не стихали до тех пор, пока он не вошел в императорский дворец. Чу Цзюньи удовлетворенно скривил губы, и свет в его глазах был непреклонен: если бы император не выбрал его сегодня, жители столицы, вероятно, не согласились бы. Его приготовления не пропали даром. Если бы он не боялся быть слишком прямолинейным, он бы превратил свою историю с Нинхуа в драму. Он был уверен, что каждая глава будет вызывать слезы.

Шэнь Нинхуа была во дворце принцессы Аннинг и услышала о сегодняшнем грандиозном событии от дворцовых служанок. Она слегка нахмурилась, но уголки ее губ непроизвольно изогнулись вверх, образовав дугу, которую было трудно заметить.

“Ха-ха, Нинхуа, неудивительно, что в прошлый раз ты прямо сказала, что хочешь выйти замуж за Чу Цзюньи в главном зале. Если кто-то сможет сделать это для меня, я обязательно выйду за него замуж, даже если мне придется отказаться от своего статуса принцессы”. Сказала Бейли Аннинг, и в ее глазах мелькнула тень зависти. Она была принцессой и была рождена, чтобы служить королевской семье. Хотя император организовал специальное мероприятие, чтобы выбрать для нее мужа, это был всего лишь вопрос выбора лучшего из группы не очень хороших вариантов. В любом случае, это было сделано ради суда, и для нее это не имело никакого значения.

Шэнь Нинхуа выбрала украшение в форме лепестка и аккуратно воткнула его между бровей. “Хотя его величество император, он еще и отец. Если возможно, он наверняка надеется, что вы сможете прожить хорошую жизнь, особенно когда он становится старше и дорожит семейными узами больше, чем когда-либо. Разве я не говорила вам задолго до этого, что если у вас есть на примете кто-то, кто вам нравится, вы можете сказать об этом Его величеству, и что Его Величество определенно будет уделять особое внимание вашему мнению?”

Бейли Аннинг слегка дрогнула в своем сердце. “Сделает ли это его величество?”

“Откуда ты знаешь, что его величество этого не сделает, если ты не попробуешь?” Император тоже был человеком, и у него были эмоции и желания, как и у всех остальных. Хотя Бейли Цинцан был непреклонен в управлении страной, он был очень мягкосердечен по отношению к своим сыновьям. В противном случае Бейли Цзиндзе уже умер бы насильственной смертью, а не лежал бы сейчас в постели.

Семи дней императору хватило, чтобы расследовать связь между убийцами и виллой "Свернувшийся дракон" и раскрыть Байли Цзиндзе, проводника. Однако перед лицом собственного сына император заколебался. Он всего лишь позволил кому-то вмешаться в лекарство Бейли Цзиндзе, оставив его больным в постели. Когда он был молод, он сам наступал на трупы своих братьев, чтобы взойти на трон. Так вот, он не хотел видеть, как его сыновья убивают друг друга. Поэтому никто из других принцев не знал, что сделал Бейли Цзиндзе.

Однако после того, как вода уйдет, определенно останутся следы. Теперь, чем больше он это скрывал, тем сильнее это было бы, когда дело, наконец, вспыхнуло.

“Ваши высочества, уже почти пора идти в парадный зал”, - напомнила им дворцовая служанка у двери.

Шэнь Нинхуа встала и привела в порядок свое платье, чтобы убрать складки. Слабый свет в ее глазах продолжал сиять, показывая колебания в ее сердце. “Ваше высочество, пойдемте”.

Бейли Аннинг занервничала еще больше. Она крепко сжала руку Шэнь Нинхуа, и они вышли вместе.

В этот момент у входа в зал Чэнцянь уже была установлена высокая алая арена. Эта арена была построена, когда Бу Цзинлань привел своих людей на соревнования в прошлый раз. Позже она была перенесена в другое место, но не снесена. Теперь она была украшена заново и снова была готова принять участников состязания.

У входа в зал конкурсанты выстроились в четыре ряда по пять шеренг. Лица всех были полны волнения и нетерпения, когда они ждали, когда император объявит о начале.

Чу Цзюньи стоял во втором ряду. Слегка повернув голову, он увидел Бейли Цинцана, идущего из коридора, и Шэнь Нинхуа за ним. Свет в его глазах сразу же загорелся.

“Приветствую, ваши Величества, принцессу Аннинг, принцессу Анцин и принцессу префектуры Чжаохуа...”

После серии приветствий Бейли Цинцан сел на трон в главном зале. Глядя на аккуратно выстроенных молодых людей у входа, в его глазах мелькнуло удовлетворение. Разочарование в его сердце, вызванное действиями его сына, Бейли Цзиндзе, немного рассеялось. Будущее принадлежало молодым. В конце концов, теперь он был стариком, поэтому не винил своих сыновей за то, что у них были другие мысли.

“Семь дней назад я дал вам тему: покорите врага кистью, чтобы показать свой литературный талант, и проявите лидерство на расстоянии, чтобы доказать свои навыки в боевых искусствах. Я думаю, у вас уже был ответ. У кого-то из вас есть что-нибудь, на что я могу посмотреть?”

Как только Бейли Цзиндзе закончил говорить, многие люди вышли вперед и сообщили: “Ваше величество, у меня есть для вас мое эссе”.

Евнух собрал все свитки, которые были у каждого в руках, и положил их на императорский стол.

Бейли Цинцан небрежно пролистал два литературных произведения и выражение его лица слегка расслабилось. Он выбрал несколько предметов для евнуха, чтобы отправить их Шэнь Нинхуа и двум другим принцессам. “В конце концов, это ради того, чтобы выбрать мужей для вас троих. Присмотритесь хорошенько и мысленно выберите тройку лучших.”

Бейли Цзиньчуань поднял голову, и его пристальный взгляд внимательно проследил за Шэнь Нинхуа. Эмоции в его глазах постепенно сгущались в бурю. ”Нинхуа, если я не могу жениться на тебе, я тоже не позволю никому другому жениться на тебе!"

Глава 157 - Дружище, Ты действительно Силен!

Глядя на различные свитки с текстом в своих руках, Бейли Аннинг не могла удержаться от вздоха. Было довольно много хорошо написанных статей, которые содержали блестящие идеи и красивые предложения. Она не знала, что выбрать.

“Нинхуа, ты сделала свой выбор?” Бейли Аннинг не удержалась и повернула голову, чтобы спросить Шэнь Нинхуа. К своему удивлению, она увидела, что Шэнь Нинхуа со слабой улыбкой листает статью, которую держит в руке. Улыбка была чрезвычайно легкой, но казалась еще более ослепительной, чем обычно. “Нинхуа, что за текст ты читаешь, который заставляет тебя так улыбаться?”

Шэнь Нинхуа подсознательно хотела прикрыть бумагу, которую держала в руке, но, сделав легкое движение рукой, сразу почувствовала, что это неуместно, поэтому быстро остановила свое движение. Бейли Аннинг это совершенно не волновало. Она протянула руку и убрала бумагу.

“Есть красота, которую я никогда не забуду, увидев ее мельком. Один день, проведенный без встречи с ней, свел бы меня с ума...”

Прочитав первое предложение, Бейли Аннинг не смогла удержаться от смеха. Она опустила голову, чтобы увидеть подпись внизу. На самом деле это был Чу Цзюньи. Сегодня, чтобы перекликаться с темой, заданной Его Величеством, все конкурсанты писали о военных и политических делах. Даже если некоторые люди не писали именно об этом, большинство из них выражали в статьях свою заботу о стране и народе. Но этот текст был единственным, в котором так хвалили Шэнь Нинхуа.

“Она с улыбкой хмурит брови; она шевелит губами, но ничего не говорит; она идет элегантными шагами, ее тело колышется, как лотос, танцующий на ветру. Как я восхищаюсь ее прекрасным темпераментом, чистым, как лед, и блестящим, как нефрит; как ослепительно ее великолепное платье, которое захватывает мой взгляд, как великолепное эссе”.

С таким откровенным признанием он просто относился к Шэнь Нинхуа как к богине в своем сердце. Неудивительно, что он был таким ласковым и не жалел об этом. Говорили, что он не ел и не пил семь дней подряд и весь день размышлял над предложением Его Величества. Он так измучился, что несколько раз сплюнул кровью, и слухи о нем распространились по всему дворцу. Она не могла не восхищаться им. Неудивительно, что Нинхуа публично выразила свою готовность выйти за него замуж. Если бы кто-то был готов изрыгать кровь ради нее, то она определенно вышла бы за него замуж.

Она не стала продолжать читать остальную часть статьи. Когда она передала статью Шэнь Нинхуа, она сразу же поместила ее на место трех лучших статей.

“Нинхуа, нет необходимости думать об этой статье. Он определенно был бы выбран в качестве одного из трех лучших. Вы выбрали два других?”

Встретившись с ее дразнящим взглядом, Шэнь Нинхуа слегка моргнула, а затем ее взгляд упал на стол. “О том, подходит человек или нет, нельзя судить только по статье»…

“Что? Как ты сказала?” Бейли Аннинг вскрикнула от удивления. Затем она замолчала. Да, она выбирала мужа. Как она могла на самом деле выбрать несколько кандидатов и поставить им разные оценки? Для женщины выход замуж был делом всей жизни. Если бы люди могли узнать, подходит ли им тот или иной человек, просто прочитав статью, то в мире не было бы так много несчастливых пар.

Бейли Аннинг приподняла уголки губ и тайком вдохнула, как бы успокаивая себя. “Что ж, вы избавили себя от многих неприятностей. К сожалению, я все еще в растерянности. Помоги мне взглянуть. Есть ли еще какая-либо подходящая статья?”

Шэнь Нинхуа опустила голову и посмотрела на людей, стоявших прямо за пределами зала. Она быстро пролистала свитки и выбрала две статьи. “Этот Цюй И - офицер четвертого ранга. Хотя его ранг невелик, он заслужил его, рискуя своей жизнью на поле боя. Конечно, очень заметно, что статья, которую он написал, недостаточно великолепна и в ней не так много напыщенных слов, зато она самая практичная среди всех статей конкурсантов по военной стратегии”.

Бейли Аннинг повернулась, чтобы посмотреть на толпу, и увидел, где стоял Цюй И. Он был немного старше остальных, ему уже исполнился двадцать один. Он оставался холостяком, потому что сражался на поле боя, и у него также не было ни наложницы, ни горничной в спальне. Это был честный и исполнительный человек.

Увидев, что она отвела взгляд, Шэнь Нинхуа продолжил: “Этого человека зовут Су Цзыбо. Он единственный сын главнокомандующего Су Тонга. Он был известен как очень умный и развитый ребенок с самого детства. Насколько я знаю, в глубине души он почему-то восхищается тобой. Ты тоже можешь подумать о нем.”

Лицо Бейли Аннинг покраснело. Она сжала кулак и легонько ударила Шэнь Нинхуа по руке: “Ты плохая девочка, тебе больше не нужно помогать мне выбирать. Поторопись и сделай свой собственный выбор.”

Шэнь Нинхуа беззаботно улыбнулась. Она опустила голову и продолжила листать статьи, которые держала в руке. Хотя она выбрала только Чу Цзюньи, было бы хорошо, если бы она просмотрела другие тексты, чтобы узнать о персонажах, которые могут привлечь других конкурсанток. Кто знал, не придется ли ей однажды иметь дело с некоторыми из них.

Бейли Аннинг перебрала статьи, которые держала в руках, и надолго задумалась. В конце концов, она только выбрала статью Цюй И и поместила ее в верхний левый угол письменного стола.

Очень быстро Бейли Цинцан открыл рот и спросил: “Вы сделали свой выбор?”

“Да, отец император”.

Евнух поспешно шагнул вперед и передал предметы, лежавшие перед ними троими, Бейли Цинцану.

Бейли Цинцан был слегка ошеломлен, когда увидел результаты. “Нинхуа, Аннинг, вы двое действительно выбрали по одному тексту и все? Более ничего?”

Бейли Аньцин повернулась, чтобы посмотреть на них двоих, и крепко сжала кулаки. Она была слишком сосредоточена, делая свой выбор, и вообще не заметила Бейли Аннинг и Шэнь Нинхуа. Они обе выбрали только одну статью, и только она выбрала три статьи. Не создаст ли это у людей впечатление, что она была слишком жадной и даже неприличной? Думая об этом, она почувствовала немного больше ненависти в своем сердце к ним двоим. Они, должно быть, сделали это специально, чтобы смутить ее!

Услышав результаты, молодые мастера внизу были слегка взволнованы. Все они надеялись, что принцессы выберут их.

Однако лицо Бейли Цзиньчуаня потемнело. Статья, которую выбрал Шэнь Нинхуа, должно быть, принадлежит Чу Цзюньи! Она даже не дала ему шанса. Как, черт возьми, он мог быть ниже Чу Цзюньи?

Бейли Цинцан просмотрела статьи, выбранные ими тремя, и слегка вздохнула: “Ну, поскольку это ваш собственный выбор, я ничего не скажу. Результаты литературного тура пока будут сохранены, и я рассмотрю их при принятии окончательного решения”. Закончив говорить, он поднял руки и хлопнул в ладоши.

Раздался резкий звук, и из окрестностей зала раздался громогласный крик, который потряс облака.

“Убей!”

Стражники, стоявшие вокруг зала, крепче сжали копья в своих руках. Они направили свои копья на молодых мастеров, стоявших за пределами зала, и сделали аккуратный шаг вперед. “Убей!”

Каждый участник был ошеломлен. Они подсознательно начали готовиться к последующему бою. Однако они вошли во дворец для участия в конкурсе, и им не разрешили носить оружие. Поэтому все были с голыми руками и могли только сжимать кулаки.

В это время один участник ловил рыбу в неспокойных водах. Воспользовавшись хаосом, он внезапно врезался в человека рядом с ним, прямо сбив его с ног.

Человек, которого сбили с ног, немедленно встал, и они вдвоем ввязались в драку, безостановочно обмениваясь ударами друг с другом.

Чу Цзюньи сделал два шага назад и принял свою лучшую защитную позу. Рядом с ним бок о бок стоял слегка смуглолицый мужчина. Он посмотрел на окружающих охранников с убийственным выражением в глазах.

Стражники шаг за шагом продвигались вперед. Каждый их шаг нес в себе ауру могущественной армии. Особенно величественный крик “убей”, который заставил людей почувствовать себя чрезвычайно напуганными.

Чу Цзюньи слегка прищурил глаза, и на его губах появилась улыбка. Чтобы проверить их, император фактически отправил свою личную охрану, Армию Драконьей чешуи. Все эти охранники были людьми, которые могли убивать, не проливая крови, и они могли одерживать победу над врагами, во много раз превосходящими их по численности!

Довольно много участников уже дрожали от страха, и они отчаянно пытались спрятаться в середине толпы.

Армия Драконьей чешуи не дала им много времени на реакцию. Копья в их руках несли свою смертельную опасность, когда они были направлены в толпу!

“Ах!”

Кто-то вовремя не увернулся и был пронзен копьем в руку. Он тут же испуганно вскрикнул.

Выражение лица Чу Цзюньи потемнело. Эти охранники на самом деле атаковали безжалостно, как будто они относились к участникам как к врагам. Они никогда не остановятся, пока участники не будут убиты!

Он внезапно вскочил, наступил на копье, которое вонзилось в него, и приземлился позади напавшего на него стражника. Он поднял ладонь и резким отточенным ударом полоснул охранника по шее, прямо лишив его сознания. Затем он ногой поднял копье и поймал его. Как только копье оказалось в его руке, оно немедленно двинулось подобно духовной змее, сметая приближавшихся к нему охранников Армии Драконьей чешуи.

На трибуне Шэнь Нинхуа сосредоточила свой взгляд на движениях Чу Цзюньи, ее ладони были слегка влажными от пота.

Бейли Аннинг занервничала еще больше. Она взяла рукав Шэнь Нинхуа за свой шелковый носовой платок и крепко сжала его. Потянув за него довольно долго, она поняла, что взяла рукав по ошибке. Она быстро разгладила складки на рукаве и отложила его. “Нинхуа, как ты думаешь, что произойдет на этот раз?”

“Я не знаю”.

На арене молодые мастера, участвовавшие в отборе, постепенно разделились на несколько небольших команд, каждая из которых была окружена охраной.

Чу Цзюньи случайно прислонился к Бейли Цзиньчуаню, Цюй И и Су Цзыбо. Количество охранников, окружавших их, также было самым большим. Окрестности были плотно забиты людьми. Четверо из них оказались в ловушке посередине площадью около двух квадратных метров. Чу Цзюньи был почти не в состоянии размахивать копьем в своей руке.

Яростным ударом Чу Цзюньи отправил охранника в полет, но тут же подошел другой охранник и атаковал его изо всех сил. Каждое движение было нацелено на роковую акупунктурную точку и было наполнено убийственным намерением!

Внезапно один стражник Армии Чешуи Дракона с другой стороны воспользовался возможностью и полоснул своим рубящим ножом по шее Су Цзыбо. Если бы он сделал это, шея Су Цзыбо, вероятно, была бы отрезана. Бейли Цзиньчуань внезапно протянул руку и потянул Су Цзыбо назад. Кончик ножа полоснул по груди Су Цзыбо, и сразу же потекла свежая кровь.

“Ты стоишь посреди нас троих, не двигайся”.

Бейли Цзиньчуань переместился вправо и прислонился к Чу Цзюньи.

Тень благодарности промелькнула в глазах Су Цзыбо: “Да, я постараюсь вам не доставлять неприятностей!”

Пространство между бровями Чу Цзюньи слегка дернулось, когда в его глазах мелькнула насмешливая улыбка. Если бы Бейли Цзиньчуань не действовал раньше, его действие по извлечению копья прервало бы движения охранника. В этом случае Су Цзыбо вообще не был бы серьезно ранен. Бейли Цзиньчуань действительно не жалел сил, чтобы уничтожить своих противников.

По мере того, как их окружало все больше и больше охранников, Чу Цзюньи постепенно почувствовал, что что-то не так. Не слишком ли много охранников окружало их четверых?

Он взмахнул копьем и сбил с ног стражника. Слабый блеск внезапно промелькнул в уголках его глаз. Маленькая черная точка полетела к нему, неся следы пронзающего воздух звука.

Его взгляд дрогнул, когда он поспешно повернулся, чтобы увернуться, но Бейли Цзиньчуань, который стоял рядом с ним, внезапно толкнул его, очевидно, решив загнать его в смертельную ловушку!

Резкий свет вспыхнул в глазах Чу Цзюньи, когда он резко отклонился назад. Он поднял конец копья в своей руке и прямо отправил маленькую черную точку обратно по первоначальному пути.

Маленькая черная точка на самом деле была чрезвычайно тонкой иглой, выкрашенной в черный цвет!

Охранник, бросивший иглу, не ожидал, что игла полетит обратно. Без всяких предосторожностей он был уколот иглой в лоб. Он даже не успел пошевелить лицом, прежде чем замертво рухнул на землю.

В это время охранники не подавали никаких признаков остановки и продолжали нападать на них четверых.

Выражение лица Бейли Цзиньчуаня было свирепым. Воспользовавшись тем, что они были плотно заблокированы охранниками, он даже не пытался скрыть свои передвижения. Он прямо и нагло напал на Чу Цзюньи!

Глава 158 - Дружище, Ты действительно Силен!

Чу Цзюньи резко наклонил голову, чтобы увернуться от кулаков Бейли Цзиньчуаня, которые несли яростную силу в своих движениях. Он резко повернулся, чтобы посмотреть на окружающих его людей. Холодная улыбка появилась на его губах.

Точно так же, как Бейли Цзиньчуань кропотливо искал возможность убить его, он также ждал возможности сделать ход. Справедливо говоря, он по правде должен был бы поблагодарить Бейли Цзиньчуаня за то, что тот создал для него эту возможность.

Как только он перестал намеренно подавлять свои навыки боевых искусств, мощные волны силы хлынули наружу вместе с его движениями. Ледяная аура вокруг него была настолько сильной, что могла задушить людей. Он собрал свою внутреннюю силу и внезапно развернулся, чтобы ударить Бейли Цзиньчуаня в грудь, посылая внутреннюю силу Ци в его тело.

Бейли Цзиньчуань сразу же почувствовал этот прилив мощнйшей силы, пронзивший его грудь, за которым последовала острая боль, от которой он чуть не потерял сознание. Он прикрыл грудь рукой. У него возникло стойкое убеждение, что его грудная кость была сломана, и он тяжело травмирован. Поэтому силы его иссякли и он тяжело упал на землю с глухим стуком.

Су Цзыбо и Цюй И оба были ошеломлены, когда увидели движения Чу Цзюньи, и в их глазах было явное удивление. Мгновение назад этот человек, казалось, был несколько перегружен, и ему едва удалось защититься. Как он мог внезапно стать совершенно другим человеком и одним ударом ноги отправить в полет Второго принца, который всегда славился своей храбростью, в мгновение ока? Этот человек был просто... просто невероятно силен!

Чу Цзюньи обернулся и слегка прищурил свои черные как смоль холодные глаза. Он поднял подбородок, глядя на двух людей, которые смотрели на него с удивлением: “На ком вы хотите жениться, так упорно сражаясь?”

Они оба внезапно почувствовали, как у них похолодели спины. Су Цзыбо даже подозревал, что если они скажут что-то не так, то закончат как Второй принц. К счастью, в критический момент его мозг работал хорошо. Думая о недавних слухах, которые вызвали слезы на лицах женщин в столице, он ответил: “Я борюсь за руку принцессы Аннинг”.

Чу Цзюньи удовлетворенно кивнул головой. Его взгляд на мгновение стал нежным, и он повернулся, чтобы посмотреть на Цюй И. “А как насчет тебя? За кого ты сражаешься?”

”Принцесса Аннинг". Цюй И ударом кулака отправил в полет стражника Армии Драконьей чешуи и сказал глубоким голосом.

Угрожающий огонек в глазах Чу Цзюньи мгновенно полностью исчез. “Ах, тогда тебе придется много работать. Кстати говоря, вы оба здесь из-за принцессы Аннинг. Так что вы двое – соперники друг другу.”

Су Цзыбо сделал паузу. Прежде чем он успел среагировать, он увидел, как Цюй И быстро уходит от него. Прежде чем он успел среагировать, его утащил охранник Армии Драконьей чешуи.

Чу Цзюньи улыбнулся. Этот Цюй И был довольно интересным.

Бейли Цзиньчуань поднялся с земли. Увидев улыбку на лице Чу Цзюньи, злой огонь в его сердце вырвался наружу. Этот человек заслуживал смерти!

Почувствовав злой умысел Бейли Цзиньчуаня, Чу Цзюньи обернулся и посмотрел ему в лицо. Улыбка в его глазах быстро исчезла. “Есть только одна прекрасная возлюбленная. Кроме меня, никто другой не достоин ее!”

В глазах Бейли Цзиньчуаня горел боевой огонь. “Не тебе решать, достоин я ее или нет. Кем ты себя возомнил?”

Чу Цзюньи скривил губы, и его улыбка была исключительно злой и необузданной. “Я больше всего ненавижу людей, жаждущих моей возлюбленной”.

Он наносил удары со скоростью ветра и с каждым ударом попадал в цель. Чу Цзюньи долго ждал этой возможности разобраться с Бейли Цзиньчуанем, поэтому, естественно, он не стал применять силу, чтобы подавить его напрямую.

Бейли Цзиньчуань также был экспертом в руководстве войсками и ведении сражений, и его боевые искусства практиковались в реальных боях. Какое-то время они вдвоем вели ближний бой.

На трибуне взгляд Шэнь Нинхуа был холоден, когда она смотрела на круги Армии Драконьей чешуи, спокойно наблюдая за их движениями.

Зато Бейли Аннинг был несколько обеспокоена. “Нинхуа, эти охранники выглядели очень незнакомо, но их навыки боевых искусств просто великолепны. Как вы думаете, сколько из этих участников смогут пройти тест?”

Шэнь Нинхуа отвела взгляд и сказала: “Эти люди должны быть Армией Чешуи Дракона, непосредственно подчиняющейся Его Величеству”.

Глаза Бейли Аннинг расширились, когда она, не мигая, уставилась на охранников внизу. Неудивительно, что их атаки были столь яростными. Потому что на самом деле они были личной охраной Его Величества.

Чу Цзюньи использовал технику обертывания, чтобы притянуть Бейли Цзиньчуаня к себе, затем он убрал кулак, и его локоть сильно врезался в грудь Бейли Цзиньчуаня, отправив его в полет.

Бейли Цзиньчуань тяжело упал на землю и не смог удержаться, чтобы не выплюнуть полный рот крови.

Глаза Чу Цзюньи были полны насмешки. “Если вы не уверены, вы можете показать свою рану его величеству и попросить его наказать меня!” После того, как он закончил говорить, он проигнорировал Бейли Цзиньчуаня и использовал всю свою силу, чтобы выбить окружающих охранников Армии Чешуи Дракона.

Прошел еще час, прежде чем Бейли Цинцан снова хлопнул в ладоши, и Армия Драконьей чешуи немедленно прекратила движение.

Сердце Шэнь Нинхуа пропустило удар. Бейли Цинцан не хлопал в ладоши с особой силой. Однако армия Драконьей чешуи немедленно услышала звук и остановилась. Она могла ясно видеть, что многие стражники Армии Чешуи Дракона, которые сражались, также мгновенно прекратили свои движения. Их противники, однако, не остановились вовремя и нанесли им несколько прямых ударов. Однако эти охранники просто стояли там, не моргнув глазом, и вообще никак не реагировали.

Многие люди тоже видели эту сцену, и выражения их лиц заметно изменились.

Армия Чешуи Дракона отступила, оставив на открытом пространстве только группу участников, которые были в сильнейшим образом избиты.

Вначале все эти кандидаты выглядели красивыми и элегантными. Теперь две трети из них были ранены. Что касается оставшейся трети, за исключением нескольких человек, все они лежали в скорченных позах, в грязной одежде и с холодным потом на головах.

Взгляд Бейли Цинцана упал на Чу Цзюньи и Цюй И, которые пострадали меньше всех. В его глазах было довольное выражение. В отличие от своей матери Цзинъянь, у Нинхуа действительно был опытный глаз…Что касается этого Цюй И, то, хотя у него и не было выдающегося происхождения, в конце концов, он был хорошим человеком. Теперь он был стар, и ему не нужно было приносить в жертву своих дочерей. Если бы Аньцинь или Аннинг понравился этот Цюй И, он, естественно, исполнил бы их желание.

“Губернатор Столичной стражи, вы вели подробный отчет о том, что я только что сказал вам записать?”

Начальник столичной стражи поспешно встал и сказал: “Ваше величество, я записал каждое ваше слово”.

“Хорошо, тогда объявите результаты боевого экзамена”.

“Настоящим я объявляю победителей военного экзамена: Его Высочество Второй принц; Чу Цзюньи, заместитель начальника столичной стражи четвертого ранга; Цюй И, офицер штаба четвертого ранга...”

На боевом экзамене было в общей сложности девять победителей, но все остальные были повержены охранниками.

Мгновенно зал опустел.

Бейли Цинцан внимательно оглядел девять из них с ног до головы и медленно сказал: “Я провожу сегодняшний конкурс, чтобы выбрать мужей для моих трех дочерей. Поскольку вы приняли в нем участие, у вас, естественно, есть свои цели. Теперь вы можете сделать шаг вперед и рассказать мне о своих целях одну за другой, чтобы я мог использовать их в качестве ориентира”.

“Да, ваше величество”.

Личность Бейли Цзиньчуаня была особенной. Поскольку он был одним из победителей, он, естественно, первым вышел бы вперед и сделал заявление.

Он с трудом переносил пронзительную боль в груди. Его лоб был покрыт холодным потом, а руки неудержимо дрожали от боли. Он решительно посмотрел на Бейли Цинцана. “Отец император, я проигнорировал свою гордость принца и принял участие в конкурсе. Это показывает мое отношение. Я надеюсь жениться на Нинхуа и сделать ее своей принцессой. Я буду уважать и обожать ее до конца ее жизни. Ваше величество, пожалуйста, исполните мое желание”.

Бейли Аннинг посмотрела на своего Второго Старшего брата, и в ее глазах мелькнула жалость. Второй старший брат был человеком с железной костью, и раньше он был таким гордым. К сожалению, он был слишком упрям и скорее сломался бы, чем согнулся.

Нинхуа была похожа на цветок с шипами. Она была красива, но заставляла людей колоться. Второй Старший брат, с другой стороны, был подобен острому мечу и мог только причинить ей боль и оттолкнуть ее. Только кто-то с мягким характером, кто мог бы терпеть острые шипы на ее теле, смог бы остаться с ней на всю оставшуюся жизнь. Она вздохнула про себя: “Иногда мужчина не может завоевать сердце женщины только потому, что она ему нравится. Он должен быть мудрым, чтобы знать, подходят ли они друг другу или нет. Второй Старший брат, я надеюсь, что ты скоро сможешь это понять.”

После того, как Бейли Цзиньчуань закончил говорить, его взгляд пристально уставился на Шэнь Нинхуа, но он видел только ее слегка опущенные ресницы, которые плотно закрывали ее завораживающие темные глаза, не позволяя людям ясно видеть ее эмоции. В одно мгновение все его сердце зависло в воздухе, заставляя его чувствовать себя крайне неуютно.

Бейли Цинцан кивнул. "хорошо. Теперь ты можешь уходить.”

Чу Цзюньи был вторым, кто вышел вперед. Он почтительно поклонился Бейли Цинцану. Затем он повернулся, чтобы посмотреть на остальных участников, и сказал: “Кто из вас тоже хочет жениться на принцессе префектуры Чжаохуа?”

Лица участников изменились, когда они враждебно посмотрели на Чу Цзюньи. Что означал этот человек, который смотрел на них с угрожающим видом перед Его Величеством?

Большинство из этих людей были прямыми потомками многодетных семей. Происхождение их семей было очень сложным, и им приходилось учитывать множество факторов при выборе жены. Первым фактором было семейное происхождение, а вторым - интеллект. Если бы женщина вышедшая за них замуж была бы глупа или недалека в своем интеллектуальном развитии, то она, вероятно, умерла бы внезапной смертью в течение трех месяцев.

Таким образом, после того, как они стали свидетелями методов Шэнь Нинхуа по допросу убийц, они совсем не испугались. Напротив, они даже увидели в этом хорошее. Женившись на такой жене, они смогли бы сосредоточиться на своих собственных делах, полностью оставив все проблемы на заднем дворе ей, которая определенно все устроила бы должным образом. Это была хорошая вещь, которую нельзя было купить за деньги.

Чу Цзюньи посмотрел на нескольких мужчин, которые выделялись. Его глаза стали холодными, и он внезапно пошевелился. В мгновение ока он появился перед ними и безжалостно ударил их, прямо лишив сознания.

Стражники обнажили мечи и окружили Чу Цзюньи, боясь, что он выйдет из-под контроля и причинит вред императору.

Чу Цзюньи посмотрел на людей, лежащих на земле в обмороке. Затем он с удовлетворением обернулся. Не обращая внимания на сверкающие мечи вокруг себя, он снова почтительно поклонился Бейли Цинцану. “Ваше величество, пожалуйста, простите меня за мое грубое поведение. Однако я безгранично влюблен в принцессу префектуры Чжаохуа. Мне действительно невыносимо видеть, как другие жаждут ее из нечистых побуждений. Я прошу Ваше величество простить меня за то, что я потерял контроль над своими эмоциями”.

Уголки глаз Бейли Цинцана слегка дернулись. “Откуда ты знаешь, что у тех, кто хочет жениться на Нинхуа, есть нечистые мотивы?”

“Ваше величество: парень, стоящий вон там, - сын лорда Солнца. У него уже есть четыре горничные в спальне, и одна из них даже забеременела. Хотя леди Сан заставила горничную сделать аборт, это все равно был скандал. Принцесса префектуры Чжаохуа - девушка с чистым сердцем и похожая на ангела. Как она могла выйти замуж за такого мужчину? Тот, кто рядом с ним, - сын лорда Цяня, и то, что он сделал, еще более возмутительно. Его мать тайно выбрала для него невесту, которая приходится ему двоюродной сестрой. Он и его двоюродный брат оба глубоко привязаны друг к другу. Однако, увидев потрясающую красоту принцессы префектуры Чжаохуа, он затаил недобрые намерения. Принцесса Чжаохуа добросердечна, красива и умна. Такой поверхностный и вероломный человек, который хочет жениться на ней, подобен жабе, желающей съесть лебединое мясо”.

Бейли Аннинг сидела там в оцепенении. Она была почти ошеломлена. Чу Цзюньи действительно так четко все обрисовал. Он действительно всесторонне подготовился к конкурсу.

Уголки губ Бейли Цинцана слегка дрогнули. “А как насчет остальных четырех? Что с ними не так?”

“Ваше Величество: Из остальных четырех человек двое не готовились в течение семи дней перед соревнованием, как просили Ваше Величество. Они даже ходили в бордель. Они использовали совершенно неуважительные слова, говоря о принцессе префектуры Чжаохуа. Таких людей следует вытаскивать наружу, чтобы они получили тридцать ударов!” Тон Чу Цзюньи был полон гнева, поскольку он звучал так, как будто он не был бы так зол, если бы двое мужчин говорили неуважительно о нем, а не о принцессе префектуры Чжаохуа. “Что касается двух других людей, то с ними все в порядке. У них нет серьезных проступков, и они действительно привязаны к принцессе префектуры Чжаохуа.”

Бейли Аннинг не могла удержаться, чтобы не прервать: “В таком случае, почему вы также лишили их сознания?”

Чу Цзюньи удивленно поднял голову, как будто ему было интересно, почему она задала такой вопрос. “Они оба хорошо подготовлены, но единственная их ошибка заключается в том, что они здесь для того, чтобы побороться со мной за принцессу Чжаохуа. Поскольку я дрался с другими соперниками, я мог бы с таким же успехом нокаутировать их первыми. В противном случае, что, если они будут выбраны?”

Бейли Аннинг была ошеломлена. “Да, то, что ты сказал, действительно имеет смысл...”

Глава 159 - Брак с возлюбленной обеспечен

Остальные участники на мгновение пришли в восторг. К счастью, они были разумны и не сделали ни шага вперед. В противном случае они, вероятно, закончили бы так же, как те участники, которые были сбиты с ног и лежали без сознания.

Выражение лица Чу Цзюньи было исключительно спокойным и естественным. Он совсем не чувствовал смущения. Тот, кто действовал первым, преуспел бы, а тот, кто действовал позже, пострадал бы. Он не зашел слишком далеко. Поскольку эти парни осмелились возжелать его прекрасную возлюбленную, он должен был показать им их место под этим солнцем. Он и так проявил милосердие к ним, воздержавшись от того, чтобы не бить их изо всей силы, что могло бы привести к тяжелейшим травмам и лежанию без движения в постели в течение нескольких лет.

“Ваше величество, я всего лишь чиновник четвертого класса. Мой статус намного ниже, чем у принцессы префектуры Чжаохуа, но чистое и преданное сердце бесценно. У меня есть литературный талант, и я могу написать самые красивые стихи, восхваляющие принцессу префектуры Чжаохуа. Я также хорош в боевых искусствах и могу защитить принцессу префектуры Чжаохуа от любой опасности, укрыть ее от ветра и дождя.”

Бейли Цинцан спокойно посмотрела на него. “Название, которое я дал, звучит так: Победи врага кистью, чтобы показать свой литературный талант, и прояви лидерство на расстоянии, чтобы доказать свои навыки в боевых искусствах. Независимо от того, насколько вы красноречивы, ваше выступление не соответствует требованиям”.

Чу Цзюньи ни в малейшей степени не дрогнул. Взгляд его глаз по-прежнему был тверд, как железо. “Ваше величество, цель этого конкурса - выбрать супругов для двух принцесс и принцессы префектуры. Независимо от того, насколько выдающимся является литературный талант конкурсанта или насколько превосходны его навыки в боевых искусствах, если ему не нравится принцесса префектуры, как он будет хорошо относиться к ней и заботиться о ней всю ее жизнь? Поэтому я подготовил две статьи.”

Бейли Цинцан поднял брови. “У вас есть еще одна статья?”

“Да, ваше величество. Я написал эту статью сначала после того, как вернулся домой. Я беспокоился, что ваше величество усомнится в моих способностях, поэтому я написал статью по военным вопросам на случай, если ваше величество захочет ее прочитать”. Сказав эти слова, он попросил евнуха представить его статью Бейли Цинцану.

Бейли Цинцан поначалу не воспринял это всерьез. Однако, прочитав первые несколько предложений, он бессознательно широко открыл глаза и внимательно прочитал. Прочитав всю статью целиком, он все еще чувствовал, что не прочитал ее внимательно. Поэтому он перечитал статью еще раз, предложение за предложением. Через некоторое время он постучал по столу и громко похвалил: “Хорошо! Хорошо! Действительно, у вас выдающийся литературный талант!”

Бейли Цинцан оживился, словно он приняла какое-то стимулирующее снадобье. Он выглядел гораздо более подвижным, нежели какое-то время ранее. Император встал и прошелся взад-вперед за императорским письменным столом, прежде чем сесть и сказать: “Мой дорогой Чу, вы действительно редкий талант”.

Чу Цзюньи поднял глаза, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа с глубокой улыбкой. Увидев, что она смотрит на него, он намеренно поднял брови.

Шэнь Нинхуа моргнула и медленно опустила глаза. В ее глазах мелькнула яркая улыбка.

Бейли Цинцан повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, и сказал: “Нинхуа, литературный талант и боевые навыки Чу Цзюньи произвели не меня глубокое впечатление. Он действительно редкий и талантливый человек. Я немедленно дарую согласие на брак для вас двоих. Как тебе это нравится?”

Шэнь Нинхуа встала и вышла на середину главного зала. Она стояла рядом с Чу Цзюньи. Они оба одновременно опустились на колени и поклонились. “Благодарю вас, ваше величество”.

“Хорошо, вы двое должны поддерживать друг друга в будущем и оставаться преданной парой до конца своих дней. Цзюньи, если ты будешь плохо обращаться с Нинхуа, я тебя не пощажу, так и знай!”

Глядя на Шэнь Нинхуа, которая была так близко, сердце Чу Цзюньи не могло не бешено биться. После бесконечных усилий он, наконец, получил шанс жениться на своей прекрасной возлюбленной! Он определенно сделает все возможное, чтобы укрыть ее от ветра и дождя и лелеять этого прекрасного ангела.

Шэнь Нинхуа обменялась с ним взглядами и вернулась на свое место. Однако ее сердце переполняли эмоции. Она вовсе не была так спокойна, как выглядела на первый взгляд. Она собиралась провести остаток своей жизни с другим человеком…Что ж, она хотела бы попробовать…

Настроение Бейли Цинцана значительно улучшилось, и он даже не стал повторять предыдущие конкурсов и заданий, которым подверг Чу Цзюньи для других участников. Вместо этого он сделал знак Чу Цзюньи занять место сбоку.

Другие конкурсанты, стоявшие внизу, не могли не испытывать зависти в своих сердцах. Действительно, зять императора имел право на иное обращение. Они только что сражались против Армии Драконьей чешуи, и все их тела были избиты так, что они испытывали сильную боль. Однако они все равно должны были стоять как можно крепче.

Всего было отобрано девять конкурсантов. Шестеро из них были сбиты с ног Чу Цзюньи. Из оставшихся троих одним был Бейли Цзиньчуань, другим - Цюй И, а последним - Ян Линь, первый сын семьи Ян.

Цюй И шагнул вперед и почтительно опустился на колени перед Бейли Цинцаном. “Ваше величество, у меня нет выдающегося происхождения, и я не считаю себя красавцем. Я знаю только, как руководить войсками и сражаться на войне. Но я буду хорошо относиться к своей жене. Если ваше величество позволит мне жениться на принцессе, я клянусь, что никогда не возьму наложницу. Я останусь с принцессой только на всю оставшуюся жизнь и буду жить с ней мирной, но счастливой жизнью!”

Услышав эти слова, Шэнь Нинхуа замерла. Затем, она обернулась и увидела, что глаза Бейли Аннинг ярко сияют. Она втайне вздохнула в своем сердце. Хотя этот Цюй И не умел говорить ласковые слова, но он был честным и открытым человеком. Выти замуж за такого мужчину, может быть, было не самой романтичной историей, но когда у вас возникнут трудности и останется только один последний кусочек еды, он оставит это вам. Такой человек был подходящим спутником жизни.

Бейли Аннинг посмотрела на его лицо, которое было полно честности, и ее щеки запунцовели. Теперь она чувствовала, что грубоватая внешность этого человека каким-то образом приятна глазу, если внимательно присмотреться.

Бейли Цинцан кивнула в хорошем настроении. “Ты честен”.

Цюй И поспешно поднял голову. ”Ваше величество, готовы ли вы выдать за меня принцессу Аннинг ?" Закончив говорить, он не забыл с волнением посмотреть на саму Бейли Аннинг . У него была такая широкая улыбка, что были отчетливо видны его белые зубы.

Бейли Аннинг свирепо посмотрела на него и тихонько пробормотала: “Безрассудный человек!” Затем она кивнула Бейли Цинцану.

“Ха-ха, хорошо. Поскольку это так, вы также должны сидеть в стороне. Я разрешу тебе выйти замуж позже. Остался только один человек. Я помню, что вы Ян Линь, внук императорского советника Яна, верно?”

Ян Линь поспешно шагнул вперед и опустился на колени. “Доложите вашему величеству, я готов”.

”Да, вы молоды, но вы уже редактор Императорской академии. Это доказывает, что у вас есть настоящий талант. Ты заслуживаешь брака с моей дочерью. Аньцин - честный ребенок. Ваша семья Ян должна хорошо к ней относиться.”

Ян Линь сделал паузу на мгновение, прежде чем понял, что император напрямую согласился выдать за него замуж принцессу Аньцин. Император сказал, что он прислушается к их мнению, но если он примет решение, у них не будет права отказываться. “Да, благодарю вас, ваше величество”.

Бейли Аньцин опустила голову и села рядом с Шэнь Нинхуа. Ее опущенные глаза были полны гнева. Ее пальцы крепко скрутили носовой платок, и она с такой силой сжала костяшки пальцев, что они побледнели.

Внешность Ян Линя была прекрасной, его семейное происхождение также было идеальным. Императорский советник Ян также был высокопоставленным чиновником, служившим двум династиям. Ей действительно нравился Ян Линь, но она все еще надеялась, что он сможет выразить ей свою нежность. Однако император даже не поинтересовался ее мнением, а прямо приказал Ян Линю жениться на ней. Это показывало, что у нее не было никакой роли в его сердце. Она почувствовала себя опустошенной..

В ее глазах стояли слезы негодования. Она стиснула зубы и изо всех сил старалась не дать волю слезам. В глубине души она так сильно ненавидела Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг. Ее сердце было даже переполнено негодованием по отношению к Бейли Цинцану. Если бы не они, она бы не была так смущена!

Бейли Цинцан объявил, что отбор окончен, и приказал Шэнь Нинхуа и остальным вернуться. Но он приказал Чу Цзюньи остаться одному.

Шэнь Нинхуа знала, что они вдвоем определенно будут долго разговаривать, поэтому она сразу же покинула дворец.

Бай Руо и три другие служанки с нетерпением ждали у входа во дворец. Увидев выходящую Шэнь Нинхуа, они поспешно отдали честь: “Приветствую вас, мисс”.

“Мисс, вы...”

Глядя на четырех служанок, которые колебались в своих речах, Шэнь Нинхуа внезапно улыбнулась. “Что такое?”

Увидев ее улыбающееся лицо, четыре служанки тяжело вздохнули с облегчением в своих сердцах. “Мисс, когда будет издан указ о разрешении брака?”

“Давай поговорим, когда вернемся в особняк”.

"Хорошо!" Что ж, мисс должна быть довольна браком, иначе выражение ее лица не было бы таким расслабленным.

Однако, прежде чем карета Шэнь Нинхуа добралась до особняка принцессы префектуры, ее кто-то остановил.

Хун Лин сердито посмотрела на охранников, преграждавших им путь. “Кто ты такой? Как вы смеете открыто препятствовать возвращению принцессы префектуры Чжаохуа в ее особняк?”

Охранники, стоявшие на пути, опустили головы, и на их лицах застыло гробовое молчание. Один из них сказал: “Простите нас за грубость. Наш хозяин хотел бы видеть принцессу префектуры Чжаохуа. Пожалуйста, пойдем с нами”.

Шэнь Нинхуа приподнял занавеску кареты и холодно посмотрел на нескольких охранников, стоявших на коленях перед каретой. Она знала, кто был их хозяином, не гадая. “Убирайся с дороги!”

Охранники были исключительно упрямы. “Ваше высочество, пожалуйста, следуйте за нами, чтобы увидеть нашего хозяина”.

Шэнь Нинхуа опустила занавеску и села в карету. Она холодно приказала: “Цин Цюэ, веди экипаж и мчись вперед. Я не верю, что они осмелятся повредить мою карету на публике!”

“Да, ваше высочество.” Глаза Цин Цюэ стали холодными. Хлыст тяжело опустился на лошадь, тянувшую повозку. Сразу же послышались два пронзительных шипения. Лошадь была так сильно отхлестана кнутом, что проигнорировала охранников, преграждавших ей путь, и взвившись на дыбы, резко рванула вперед!

От неожиданности охранники были ошарашены. Они в панике попытались увернуться, когда лошадь уже была готова растоптать их. Двое из них были прямо сбиты с ног.

Шэнь Нинхуа даже не пошевелила веками и сразу же позволила Цин Цюэ ехать обратно в особняк принцессы префектуры.

Бай Руо была немного обеспокоена. “Мисс, эти охранники…кто их хозяин?”

”Кроме Бейли Цзиньчуаня, кто еще мог бы быть их хозяином?"

Она подумала о тех словах, которые Байли Цзиньчуань сказал, чтобы выразить свою страсть к ней, и глубоко вздохнула. И она, и Бейли Цзиньчуань были слишком волевыми. Ни один из них не уступил бы другому. Если бы они поженились, хороших результатов не было бы. Более того, она не могла простить другим заговор против нее.

Бай Руо выглядела немного озадаченой. Очевидно, что Второй принц мог заполучить любую женщину, какую захочет, но почему он настаивал на том, чтобы безрезультатно приставать к Шэнь Нинхуа? “Почему Второй принц сделал это?”

“Ничего. Он просто не желает принимать проигрыш”.

Наверху в здании Циньян Бейли Цзиньчуань разбил кубок с вином, который держал в руке, когда услышал доклад охранников. “Шэнь Нинхуа, ты на самом деле безжалостна до такой степени! Что заставляет тебя думать, что я не могу сравниться с этим Чу Цзюньи? Действительно ли он так хорош, что вы любите его всем сердцем? Хм, любовь - это всего лишь иллюзия. Поскольку вы не можете видеть это ясно, я помогу вам увидеть это. Хотя Его величество даровал вам брак, вам все равно придется долго ждать, прежде чем выйти замуж. Что, если за это время рядом с Чу Цзюньи появится несколько красивых женщин?”

Лицо Бейли Цзиньчуаня похолодело, когда он взял со стола кувшин с вином и вылил вино прямо себе в рот. Затем он резко бросил пустой кубок из-под вина на землю, и осколки фарфора рассыпались по земле!

Чу Цзюньи не появлялся в особняке принцессы префектуры до тех пор, пока Шэнь Нинхуа не приняла ванну, не переоделась и не поужинала.

Как только он вошел в дверь, он внезапно подбежал, поднял Шэнь Нинхуа и быстро дважды развернулся. “Милая, теперь ты моя жена!”

Шэнь Нинхуа испуганно вскрикнула. Ее глаза потемнели, и она ударила его по руке. “Что ты делаешь? Ты напугал меня!” Жена? Этот человек обезумел от радости!

Чу Цзюньи поспешно положил ее на кровать и сел рядом с ней. Улыбка на его лице все еще была ослепительной и теплой. “Нинхуа, моя жена!”

Лоб Шэнь Нинхуа дернулся, и она подавила желание влепить ему пощечину. “Почему ты так быстро вышел из Дворца? Я думал, его величество будет говорить с тобой всю ночь.”

“Нет, это просто статья. После того, как я подробно объяснил это, больше ничего не было. Кроме того, сейчас я всего лишь незначительный чиновник четвертого класса. Важные вопросы будут решаться этими министрами и не будут иметь ко мне никакого отношения”.

Глава 160

Шэнь Нинхуа закатила глаза, глядя на него, а когда она снова обернулась, то была потрясена его выражением лица. “Что с тобой? О чем ты задумался?”

Взгляд Чу Цзюньи был сосредоточен, в его глазах вспыхнуло возбуждение. “Нинхуа, мы поженимся через шесть месяцев. Я так взволнован!”

Тело Шэнь Нинхуа напряглось, а затем расслабилось. “Даже в этом случае, осталось еще шесть месяцев. Ты можешь наслаждаться волнением медленно.”

Чу Цзюньи обнял ее так, словно держал в руках редкий драгоценный нефрит. “Нинхуа, нет…В будущем я должен называть тебя милой. Мы поженимся через шесть месяцев…Живой или мертвый, я буду любить тебя, держать за руку и стареть вместе. Я всегда чувствовал, что эти строки были нелепыми. Но сейчас я чувствую, что не могу найти лучшего способа описать наше будущее”.

“Держать тебя за руку и стареть вместе...” - прошептала Шэнь Нинхуа, и в ее сердце вспыхнуло сложное чувство. Бейли Цзиндзе уже говорил ей это раньше. В то время она полностью доверяла ему и полностью верила в это предложение. Теперь Чу Цзюньи снова сказал ей это. Она не знала, было ли это обещанием или нет, и как долго это может продолжаться…

Чу Цзюньи опустил голову и увидел выражение ее лица. След безумной любви промелькнул в его глазах. Он знал, что Нинхуа сейчас недостаточно ему доверяет, но это не имело значения. Время покажет. У него было много времени, чтобы проявить себя и завоевать ее доверие. Даже если бы ее сердце было сделано из холодного нефрита, он бы понемногу согревал его.

Шэнь Нинхуа немного нервно позволила Чу Цзюньи обнять ее. Она хотела вырваться, но когда почувствовала его сильное сердцебиение и тепло его груди, по какой-то неизвестной причине, она не сопротивлялась. Она откинулась в его объятиях и закрыла глаза.

Чу Цзюньи улыбнулся и мягко сказал: “Это был тяжелый день. Желаю хорошо отдохнуть. Я уйду, когда ты уснешь.”

Шэнь Нинхуа кивнула с закрытыми глазами. Равномерное сердцебиение отдавалось в ее ушах. Она почувствовала, как все ее сердце медленно успокаивается.

Чу Цзюньи потер рукой ее макушку. Он почувствовал, что волосы стали еще более гладкими, чем шелк, а тепло в его глазах стало еще более очевидным.

Через некоторое время он опустил голову, чтобы посмотреть на Нинхуа в своих объятиях, и обнаружил, что она заснула. Он медленно ослабил объятия и положил ее на кровать. Он укрыл ее одеялом, сел у кровати и тихо наблюдал, как она спит.

Свет свечей придавал ее лицу исключительно спокойный вид и смягчал ее агрессивную красоту, добавляя ей немного мягкости и хрупкости. Особенно светло-розовые губы вызывали у него желание потереть их, чтобы добавить им немного жизни.

“Брови и лоб исключительно красивы. Им не подходит, чтобы у них были морщины. Интересно, сколько беспокойства у тебя в сердце. Каждый раз, когда ты засыпаешь, кажется, что ты полна обиды...” Он слегка коснулся ее лба и осторожно запечатлел на нем поцелуй. “Девочка, приятных снов”. Было бы лучше, если бы я появился в твоем сне.…

Когда Шэнь Нинхуа проснулась, небо уже было светлым. Она потерла глаза и вспомнила прошлую ночь. Она немного разозлилась на себя. Она же просто хотела закрыть глаза и отдохнуть, но не ожидала, что сразу практически мгновенно заснет.

Бай Руо держала таз с водой, чтобы она могла умыться. “Мисс, вы проснулись. Хун Лин пошла узнать об этом. Император уже издал императорский указ. Вы и лорд Чу поженитесь через шесть месяцев. Би Чжу безумно занята. Снаружи так много людей, которые пришли сюда, чтобы вручить поздравительные подарки”.

“Поздравительный подарок? Я еще не замужем. Какой еще поздравительный подарок?”

“Не подарки, чтобы поздравить вас с вашим браком, а подарки, чтобы поздравить вас с присвоением титула принцессы. Евнух, который пришел объявить об указе, находится снаружи. Я спрашивал его. Его Величество хочет присвоить вам титул принцессы Чжаохуа!”

Шэнь Нинхуа была слегка удивлена и обрадована в глубине души. Его величество действительно так быстро сделал ее принцессой. Но при этом она задавалась вопросом, сколько неприятностей это вызовет.

«Понимаю. Помоги мне одеться. Давайте пойдем получать указ”.

Императорский указ был очень длинным. Помимо объявления ее титула принцессы, это также дало ей новый особняк в качестве ее особняка принцессы, а также шесть вилл и шесть участков земли. Хотя у нее все еще не было поместья, ее владения не уступали владениям настоящей принцессы.

“Нинхуа благодарит Его Величество. Да здравствует Его Величество. Да здравствует Его Величество. Да здравствует Его величество”.

Евнух, пришедший объявить об указе, улыбнулся и вручил ей указ, расточая поздравительные слова.

Получив сигнал Шэнь Нинхуа, Бай Руо поспешно шагнула вперед и передала евнуху толстый кошелек, который держала в руке. “Это для тебя, чтобы купить чашку чая”.

Евнух сжал кошелек в своей руке. Там были серебряные банкноты достоинством по меньшей мере в шестьсот таэлей. Он поспешно сделал жест, чтобы отказаться. Принцесса Чжаохуа теперь была самой любимой персоной в глазах императора. Забрать ее серебро было все равно что положить его на раскаленную сковороду.

Увидев, о чем он думает, Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Вы можете быть уверены в моем подарке и без опасения можете сохранить это. Но в будущем мне понадобится ваша милость, чтобы держать меня в курсе дел во Дворце.”

Увидев выражение лица Шэнь Нинхуа, евнух, наконец, спрятал кошелек в рукав и сказал: “Да, ваше высочество. Всякий раз, когда я понадоблюсь вам в будущем, я буду к вашим услугам”.

"Хорошо, договорились."

Отослав евнуха, Бай Руо поспешно закрепила указ. “Мисс, место для строительства особняка принцессы находится очень близко к нашему нынешнему особняку. Нам удобно пойти и посмотреть его в любое время”.

“Все в порядке”. Бейли Цинцан выбрал отличное место. Недалеко от него находился будущий особняк принцессы Аннинг. В будущем они стали бы близкими соседями и смогли бы помогать друг другу.

Вошла Хун Лин и сказала: “Мисс, Шестой принц Великого королевства Юэ вернется домой через пять дней”.

“Бу Цзинлань возвращается? Разве расследование инцидента с охотой в пригороде все еще не завершено? Почему он возвращается в такой спешке?”

“Это было сказано так, потому что за этот период времени произошло так много событий. Он чуть не умер из-за змеиного яда. Кроме того…ты отвергла его, и он почувствовал, что на самом деле в Даане ему особо ничего не нравится, и поэтому он захотел вернуться домой.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Бу Цзинлань принял решение из-за ее отказа? Это была просто шутка. “Он упоминал, как уладить дело с Шен Линхань?” Хотя положение Шэнь Линхань было изменено с его принцессы на наложницу, это был союзнический брак между двумя странами, и были необходимы надлежащие приготовления.

“Я не слышала об этом...” Как только Хун Лин закончила говорить, из-за двери поспешно вбежала служанка.

“Приветствую вас, ваше высочество. Пожалуйста, поторопитесь и взгляните на мисс Линхань. Она собирается повеситься, и весь двор в беспорядке”.

Повеситься? Или она уже повесилась? Шэнь Нинхуа внезапно подняла брови и холодно фыркнула с презрением в сердце. Шэнь Линхань становился все более и более предсказуемой и докучливой. Она даже использовала трио: плакала, устраивала неприятности и вешалась.

“Следуйте за мной и взгляните”.

Как только они прибыли во двор Циньсюэ, они услышали волны истерического рева.

“Вы все заблудились. Ты думаешь, что я теперь безвольна и ты можешь мучить меня? Позови Шэнь Нинхуа. Я хочу спросить ее, не слишком ли ей хочется дождаться моей смерти! Она вошла во дворец, и мой титул изменился с принцессы на младшую наложницу. Теперь она удовлетворена. Она нашла, за кого выйти замуж, но сделала меня младшей наложницей! Звучит заманчиво, но, в конце концов, это всего лишь наложница!”

Казалось, кто-то пытался отговорить ее, но голос был слишком тихим, чтобы его можно было расслышать отчетливо. С другой стороны, голос Шэнь Линхань был исключительно громким.

“Говорить потише? Почему я должна говорить потише? Поскольку она, Шэнь Нинхуа, осмелилась сделать это со мной в первую очередь, я осмеливаюсь отплатить ей ее же монетой! Ха-ха, независимо от того, несла ли моя мать тогда чушь или нет, она, Шэнь Нинхуа, в глубине души знает лучше всех. Фигура, выбежавшая из ее комнаты посреди ночи, могла быть ее возлюбленным. Ее мать была просто грязной женщиной. Как может дочь, которую она родила, быть хорошей девочкой! Она еще и стерва!”

Ледяной взгляд промелькнул в глазах Шэнь Нинхуа. Она с грохотом распахнула дверь, и ее голос был таким холодным, что мог заморозить людей. “Шэнь Линхань, ты хочешь умереть? Хорошо, я исполню твое желание. Так совпало, что у вас в руках уже есть белый шелк, так что это несложно. Цин Цюэ, иди и задуши ее до смерти. Я буду нести ответственность, если кто-нибудь займется этим делом!”

“Да, мисс”. Цин Цюэ без малейших колебаний шагнула вперед. Она вытащила белый шелк и дважды обернула его вокруг шеи Шэнь Линхань. Затем она схватила кончик белого шелка одной рукой и с силой потянула его. Шен Линхан тут же задохнулась и закатила глаза.

”О... о... отпусти... отпусти..." Шэнь Линхань разорвала белый шелк на своей шее. Удушающее чувство заставило ее почувствовать настоящий страх, она безостановочно дрыгала ногами.

Увидев, что лицо Шэнь Линхань стало фиолетовым, Шэнь Нинхуа махнула рукой, чтобы Цин Цюэ отпустила ее.

Воздух снова наполнил легкие Шэн Линхань, заставляя ее непрерывно кашлять. Она упала со своего инвалидного кресла и с трудом отошла на несколько шагов от Цин Цюэ, прежде чем сорвать с шеи белый шелк и отбросить его вдаль. “Шэнь Нинхуа, ты действительно хочешь убить меня?”

Шэнь Нинхуа усмехнулся. “Забавно. Разве ты не говорил, что больше не хочешь жить? Я просто помогла тебе исполнить твое желание. Это неправильно?”

“Ты…Не забывай. Я не обычная женщина. Хотя меня понизили на один уровень, я все равно собираюсь стать младшей наложницей Шестого принца. Ты не боишься спровоцировать войну между двумя странами, обращаясь со мной подобным образом?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Почему бы тебе не взглянуть на себя поближе? Ты думаешь, что твоя персона достаточно важна, чтобы вызвать войну между двумя странами?”

Шэнь Линхань выглядела так, словно ей дали пощечину, и она тут же покраснела. “Ты...”

“У меня нет времени болтать с тобой чепуху. В любом случае, Бу Цзинлань неохотно женится на тебе. Ему будет легче, если ты умрешь.” Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на окружающих служанок. “Ты не должна останавливать ее. Если она хочет умереть, пусть умрет. Если она умрет, вынесите ее. Шэнь Линхань, ради сестринства, которое у нас было раньше, я устрою тебе пышные похороны!”

Шэнь Линхань была так зла, что все ее тело дрожало. Ее багровое лицо заставляло людей подозревать, что у нее немедленно перехватит дыхание. “Ты... ты...”

Шэнь Нинхуа внезапно повернула голову, и ее холодные глаза были похожи на стальные иглы. “Тебе лучше не говорить глупостей. Иначе я попрошу кого-нибудь вырвать тебе язык. В любом случае, ты уже калека. Если ты случайно станешь немым, это уже не будет иметь большого значения и мало кого взволнует”.

Шэн Линхань открыла рот, но не осмелилась снова выругаться. Увидев, что Шэнь Нинхуа собирается уходить, она все же не смогла удержаться от крика: “Я выхожу замуж. Ты должен отдать мне приданое моей матери!”

Шаги Шэнь Нинхуа замерли. Она повернулась, чтобы посмотреть на нервничающую Шэнь Линхань. Внезапно она рассмеялась. “Ха-ха, неудивительно, что ты поднял такой шум. Тебе нужно приданое. Тогда моя мать привезла с собой в особняк бесчисленное количество приданого, но ты и твоя мать незаконно присвоили больше половины из него. Я получила обратно то, что заслужила, только после того, как вернулась в особняк. Но сейчас у меня нет недостатка в этой мелочи. Я попрошу людей забрать для тебя все приданое Чжао. Не думай, что другие такие же бесстыдные, как ты и твоя мать!”

Услышав ее обещание, лицо Шэнь Линхань озарилось радостью. Ее совершенно не волновали насмешки Шэнь Нинхуа. “Бесстыдный или нет, я могу получить то, что хочу, и это победа”.

Шэнь Нинхуа насмешливо скривила губы, и ее глаза были полны презрения. Она больше не хотела видеть Шэнь Линхань и сразу же вышла.

Хун Лин шла в конце и смотрела на самодовольную Шэнь Линхань. Она презрительно сплюнула. “Дерево умрет без коры. Но человек непобедим без чувства стыда!”

Лицо Шэнь Линхань внезапно потемнело. “Что ты сказала, дешевая служанка? А ну повтори! Я...”

Хун Лин высунула язык и сразу же вышла, даже не потрудившись бросить ни единого взгляда на Шэнь Линхань.

Глава 161 - Твоя Улыбка - Мое Счастье!

Чу Цзюньи вернулся в особняк Сяо. Как только он толкнул дверь во внутренний двор, он резко обернулся, чтобы посмотреть на тень в углу, и с угрозой крикнул: “Кто это? Выходи!”

Сяо Хуаньси вышла, скрестив руки на груди. Одежда, которую была на ней надета была очень тонкой. Ее волосы и тело были мокрыми от росы. Ее лицо было бледным, а губы посинели. Она выглядела так, словно всю ночь провела на улице.

Чу Цзюньи нахмурился. Он не хотел делать ничего жестокого с этой младшей сестрой, но она просто не понимала. “Почему ты здесь?”

Услышав это, Сяо Хуаньси задрожала. “Ты не вернулся домой, и я боялась, что с тобой может случиться что-то плохое, поэтому я ждала тебя снаружи. Брат Цзюньи, не сердись. Я немедленно уйду.” Сказав эти слова, она повернулась, чтобы уйти, но, сделав два шага, внезапно закатила глаза и упала в обморок.

Чу Цзюньи поспешно шагнул вперед и помог ей подняться. “Хуаньси, как ты себя чувствуешь?”

Сяо Хуаньси медленно открыла глаза, и ее зрачки резко сузились. “Мне жаль, брат Цзюньи. Я не хотела причинять тебе неприятности. Я простояла на улице всю ночь и потом просто упала в обморок. Прости, сейчас я в порядке. Отпусти меня. Будет плохо, если кто-то увидит нас и неправильно поймет нас”.

Говоря это, она изо всех сил пыталась встать, обхватила себя обеими руками и вышла. Ее била крупная дрожь.

Чу Цзюньи глубоко вздохнул. Тень беспомощности промелькнула в его глазах. В конце концов, они были братьями и сестрами. Если не считать ее одержимости им, она была хорошим человеком. В будущем он будет больше заботиться о ней. Даже если бы она вышла замуж за пределами столицы, он не позволил бы ей страдать от каких-либо обид.

Сяо Хуаньси вернулась в свой двор, и служанка поспешно подошла, чтобы поддержать ее. “Мисс, я приготовил воду со льдом в соответствии с вашими инструкциями”.

Невинность и обида на лице Сяо Хуаньси полностью исчезли. Она расслабилась и вернулась в свою комнату. Она сняла мокрую одежду, подошла к ванне и опустила в нее руки, чтобы почувствовать температуру. Вода была ледяной настолько, что ломота пробирала до костей. Она удовлетворенно кивнула. “Ну и что с того, что его величество одобрил этот брак? Разве не осталось еще шесть месяцев? За эти шесть месяцев может случиться все, что угодно. Шэнь Нинхуа, давай посмотрим, кто сможет смеяться до конца!”

Сказав это, она вошла в ванну и окунулась в ледяную воду. Вода была такой холодной, что девушке показалось, словно она вся покрылась инеем. Ее лицо мгновенно побледнело, а губы задрожали.

Горничная сбоку посмотрела на Сяо Хуаньси и почувствовала, как у нее заныли зубы. “Мисс, уже почти время. Выходите скорее. Такая холодная вода повредит вашему телу”. Чтобы охладить воду, она последовала приказу Сяо Хуаньси добавить в нее побольше льда. Вода была почти такой же холодной, как речная зимой.

Губы Сяо Хуаньси изогнулись в улыбке, когда она задрожала. “Не нужно, я останусь в воде на 15 минут. Ты иди охраняй дверь. После того, как я выйду и переоденусь, ты сбегаешь и позовешь императорского врача. Просто следуйте моим инструкциям и кричи. Ты понимаешь?”

“Да, мисс”.

Примерно через час служанка быстро выбежала со двора Сяо Хуаньси. “Хозяин, молодой хозяин, помогите! Мисс упала в обморок.”

Услышав внезапный шум снаружи, Чу Цзюньи внезапно нахмурился. Думая о том, как выглядела Сяо Хуаньси, когда она уходила, он нахмурился и направился к ее двору. Его брак с Нинхуа только что был улажен. Он не хотел, чтобы что-то плохое случилось ни с семьей Сяо, ни с Сяо Хуаньси в это время!

Он только вошел во двор, когда увидел горничных, бегающих взад и вперед в беспорядке, и нахмурился еще сильнее. “Что вы все делаете? Вы что, забыли все правила? Не вините меня за то, что я сейчас схвачу кого-нибудь из вас и изобью дубинкой, если кто-нибудь снова попытается причинить неприятности!”

Слуги поспешно опустились на колени, чтобы извиниться. Чу Цзюньи подошел к двери Сяо Хуаньси и холодно спросил горничную, которая заботилась о Сяо Хуаньси: “Как поживает ваша мисс?”

“Молодой господин, мисс упала в обморок вскоре после того, как вернулась. Она еще не очнулась.” Горничная выглядела настолько встревоженной, словно собиралась закричать.

“Хорошо, я уже послал кого-нибудь за императорским врачом. Сначала ты позаботишься о ней.”

Войдя в комнату, Сяо Хуаньси услышала шум у двери и подумала, что сейчас войдет Чу Цзюньи. Однако она не ожидала, что он всего лишь предупредил ее служанок за дверью!

Брат Цзюньи на самом деле был таким бессердечным? Она не могла не прикусить губу, думая об этом. Затем она скатилась с кровати и издала приглушенный всхлип.

И действительно, горничная, услышавшая звук, поспешно распахнула дверь и вбежала внутрь. Она в шоке посмотрела на Сяо Хуаньси, лежащую на земле, и сказала: “Мисс, что с вами случилось? Почему вы упали с кровати?”

Чу Цзюньи последовал за ней в комнату. Увидев внешность Сяо Хуаньси, его сердце сжалось.

В этот момент лицо Сяо Хуаньси было бледным, как белая бумага. Ее губы были бледными и сухими, а кожа на губах даже потрескалась. Она была подобна цветку, который потерял свою влагу и в любой момент мог увянуть. “Хуаньси, что с тобой случилось? Ты что, заболела?”

Сяо Хуаньси открыла глаза и пошевелила губами. Прежде чем она успела заговорить, слезы уже катились по ее лицу. Ее водянистые глаза были полны невыразимой обиды и боли. Это заставляло людей хотеть обожать ее в своих сердцах, когда они видели ее.

В конце концов, они вдвоем выросли вместе и прожили в одном особняке более десяти лет. Видя ее такой, Чу Цзюньи тоже почувствовал себя очень болезненно. “Императорский врач скоро будет здесь. Сначала тебе следует лечь в постель и хорошенько отдохнуть.”

Сяо Хуаньси подняла руку, чтобы схватить его за рукав, но он увернулся. Она поперхнулась и слабо произнесла:

“Брат Цзюньи, я знаю, что раньше была неправа. Неужели ты не можешь простить меня?”

Выражение лица Чу Цзюньи немного смягчилось. “Хуаньси, я уже говорил, что ты моя сестра. Как твой старший брат, я не буду винить тебя.” Если бы ты действительно мог отказаться от своей одержимости, это было бы здорово. Он был не прочь защитить еще одну младшую сестру.

Сяо Хуаньси глубоко вздохнула, и слезы продолжали падать вниз, как порванное ожерелье. “Брат Цзюньи, я действительно знаю свои ошибки и научилась отпускать их. Скоро ты женишься. Примите мои наилучшие пожелания”.

Чу Цзюньи кивнул, и в его глазах появилось немного тепла. “Хорошо, я благодарю тебя от своего имени и от имени Нинхуа”.

Сяо Хуаньси бледно улыбнулась в трансе и вскоре снова потерял сознание.

Сяо Фэнцзюэ быстро вошел вместе с императорским врачом. Увидев Чу Цзюньи, стоящего рядом с кроватью Сяо Хуаньси, выражение его лица сразу же потемнело. “Поскольку ты не можешь жениться на ней, ты должен относиться к ней холодно и не давать ей никакой надежды. Девушка из нашей семьи Сяо может полюбить не того человека, но ее не проведешь.”

Чу Цзюньи обернулся, чтобы встретить сердитый взгляд Сяо Фэнцзюэ, и горько улыбнулся в своем сердце. “Старший брат, в твоем сердце я посторонний? Ха-ха, не волнуйся. Хуаньси сказала, что она отказалась от своей одержимости мной. Это было бы лучше всего. Его величество предоставил Нинхуа место для строительства особняка принцессы. Учитывая мое особое состояние, я уже попросил Его Величество построить особняк Чу рядом с особняком принцессы Чжаохуа. Как только особняк будет построен, я съеду”.

Сяо Фэнцзюэ крепко стиснул зубы и сказал холодным голосом: “Хорошо, это было бы лучше всего”.

Чу Цзюньи ничего не сказал. Он сразу же вышел и вернулся в свой двор. Внезапно он очень сильно затосковал по Шэнь Нинхуа. Он последовал зову сердца, переоделся в неприметную одежду и выскочил со двора.

В особняке принцессы префектуры Шэнь Линхань была вне себя от радости, получив приданое госпожи Чжао, и осталась во дворе, чтобы пересчитать приданое. Ян Инсюэ пришла в комнату Шэнь Нинхуа и посидела там некоторое время. Сделав ей подарок, она вернулась в свой павильон Цуйчжу. Ся Цзинцю был еще счастливее. Шэнь Нинхуа теперь была принцессой, так что ей определенно не нужно было переезжать отсюда.

Все в особняке было тихо, и Шэнь Нинхуа была в настроении немного повеселиться. Она попросила Бай Руо принести два растения в горшках и подрезать их золотыми ножницами.

Когда Чу Цзюньи вошел, он увидел, что Шэнь Нинхуа, стоит у окна.

Сегодня на ней было светло-розовое длинное газовое платье, она даже не накрасилась, а ее волосы были просто заколоты нефритовой заколкой. Она стояла на солнечном свету и почти сливалась со светом. Все ее тело было золотистым и выглядело теплым, как шарик сладкой, мягкой и пушистой сахарной ваты. Это заставляло его чувствовать, как будто все его сердце таяло при одном взгляде на нее.

Чу Цзюньи не хотел нарушать спокойствие вокруг нее, поэтому он прислонился к колонне и медленно оценил ее редкое расслабленное выражение лица. Пульсация в его сердце медленно успокоилась, оставив после себя лишь золотистую теплоту.

Шэнь Нинхуа положила обрезанные ветки в маленькую корзинку, стоявшую сбоку. Когда она подняла голову, то увидела Чу Цзюньи, прислонившегося к стене коридора. Ее движения приостановились, и на ее лице появилась улыбка. “Зачем ты пришел?”

Глядя на это лицо, которое было еще прекраснее солнечного света, Чу Цзюньи мгновенно почувствовал, как будто он падает в банку с медом, и все его сердце вот-вот растает. Он хотел сохранить улыбку Шэнь Нинхуа в этот момент и позволить ей счастливо улыбаться вечно. Только когда она была счастлива, он чувствовал себя предельно счастливым.

Чу Цзюньи выпрыгнул из окна и забрал ножницы из рук Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, ты подстригаешь растения в горшках. Дай-ка посмотрю. Хм, этому горшку следует придать круглую форму. Как красиво это будет выглядеть”.

Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Прежде чем она смогла остановить его, он быстро обрезал ножницами элегантное растение в горшке, придав ему тупую круглую форму.

“Ты...”

Был ли след элегантности, когда зеленое сосновое растение в горшке было обрезано до круглой формы?

Однако Чу Цзюньи был очень доволен. Он поставил круглое растение в горшке, которое подстриг сам, рядом с тем, которое подстриг Шэнь Нинхуа, и удовлетворенно кивнул. “Какая идеальная пара!”

Шэнь Нинхуа потеряла дар речи. Она подстригла это растение в соответствии с ростом маленькой сосны. Однако Чу Цзюньи обрезал растение, придав ему круглую форму! Как эти двое могли соответствовать друг другу? Однако, глядя на счастливое выражение лица Чу Цзюньи, она не сказала того, что хотела сказать в своем сердце.

“Почему ты здесь?”

“Я здесь, потому что я так сильно скучаю по тебе. Один день разлуки кажется тремя годами. Раньше мне казалось, что это было преувеличением, но теперь я чувствую, что древние люди были слишком скромны. Одна секунда без тебя кажется долгим-долгим временем.”

Уши Шэнь Нинхуа покраснели, и она сердито сунула ему в руки маленькую корзинку с обрезанными ветками. “Я вижу, ты настолько ленив, что начал нести чушь. А теперь вынеси эти обрезанные ветки и верни пустую корзину.”

Глаза Чу Цзюньи были полны улыбки, когда он послушно отнес корзину во двор и опустошил ее.

Хун Лин вошла и увидела два растения в горшках. Она удивленно спросила: “Мисс, когда вам начал нравиться этот вид комнатных растений? Или что-то пошло не так, когда вы подстригали это комнатное растение?” Форма была немного непривычной.

Шэнь Нинхуа сделал паузу и посмотрел на два растения в горшках, стоявших бок о бок у окна. Немного подумав, она сказала: “Убери их”.

“Да, мисс. Куда я должна?” Где они должны распологаться?

“...Положи это в шкаф с ширмами за моей спальней”, - спокойно сказал Шэнь Нинхуа. Увидев, что Хун Лин держит растение в горшке в своих руках, она внезапно добавила: “Снимите стеклянную бутылку с туманным дождем рядом с сетчатым шкафом и поставьте два растения в горшках вместе”.

Хонг Лин сделала паузу и сглотнула слюну. “Хорошо”. Заменить стеклянную бутылку глупым круглым растением в горшке? Вкус мисс действительно был немного уникален. Это что, сказывалось влияние ее будущего мужа?

Глава 162 - Какая польза от Братства?

Когда Чу Цзюньи вернулся после того, как выбросил обрезанные ветки, он увидел Хун Лин, выходящую с двумя растениями в горшках в руках. В его глазах мелькнула улыбка.

Чем больше он оставался с Нинхуа, тем с большей неохотой ему хотелось уходить от девушки. Он хотел бы держать ее в своих руках круглые сутки. Однако, думая о том, что впереди еще шесть месяцев, прежде чем они смогут остаться вместе навсегда, он не мог не вздохнуть от волнения. “Как это еще долго, как много времени впереди…”.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. “Что так долго?”

“Шесть месяцев - это так долго. Нинхуа, я хочу жениться на тебе прямо сейчас.”

Шэнь Нинхуа не собиралась посочувствовать ему. “Неужели ты думаешь, что принцессе так просто выйти замуж? Не говоря уже о шести месяцах, есть принцессы, которые тратят три года на подготовку к свадьбе”.

Чу Цзюньи кивнул в знак согласия. “Нинхуа, ты абсолютно права. Слишком поспешно готовить все свадьбы всех трех принцесс за шесть месяцев”. По его задумке, в ближайшие несколько дней он должен был начать готовиться. Хотя он не мог сделать свадьбу идеальной, ему хотелось сделать ее безупречной.

Пообедав с Шэнь Нинхуа, он подумал о том, что ему нужно было приготовить за шесть месяцев по дороге в особняк Сяо. Как только он вошел в ворота, он увидел Сяо Цзинжаня, идущего к нему с лицом, полным гнева. “Где ты был?”

Несмотря на то, что он изо всех сил старался сдерживаться, гнев в его тоне все еще заставлял Чу Цзюньи чувствовать себя неловко.

“Я вышел прогуляться. Отец, что случилось?”

"Что случилось? Ты все еще считаешь это место своим домом? Твоя сестра Сяо Хуаньси потеряла из-за тебя больше половины своей жизни, а у тебя все еще есть настроение бродить вокруг да около!” Сяо Цзинжань уже знал, что Сяо Хуаньси всю ночь стоял снаружи двора Чу Цзюньи. Он чуть не сошел с ума от гнева. Он втайне винил Чу Цзюньи в том, что тот был хладнокровным и бессердечным.

Выражение лица Чу Цзюньи было безразличным. “Разве Старший брат не наблюдает за ней? Императорские врачи тоже приехали. Я не обладаю никакими медицинскими навыками, так какой смысл мне оставаться за дверью?”

“Ты действительно так говорил! Что ж, ты вырос и собираешься жениться. Похоже, я больше не могу тебя сдерживать. Поскольку это так, ты должен хорошо заботиться о себе.” Сяо Цзинжань обернулся с мрачным выражением лица. Он расправил рукава и сердито зашагал прочь.

Выражение глаз Чу Цзюньи изменилось. Наконец, он успокоился и зашагал ко двору Сяо Хуаньси.

В это время во дворе дома было много императорских врачей. Когда он подошел к двери, Чэнь Юнь только что закончил осмотр и выходил.

“Дядя Чен, спасибо вам за то, что пришли сюда. Пожалуйста, зайдите ко мне во двор и выпейте чаю”.

Понимая, что Чу Цзюньи хотел его о чем-то спросить, Чэнь Юнь не отказался и последовал за ним в кабинет.

Чу Цзюньи начал: “…Дядя Чэнь, моя младшая сестра...”

“Она просто немного устала и простудилась. Она должна быть в порядке после приема какого-нибудь стоящего лекарства. Но я очень озабочен тем, что у нее внезапно поднялась температура”.

Чу Цзюньи нахмурился. “Внезапная высокая температура? Есть ли какое-нибудь лекарство, которое может произвести такой эффект?”

“Я не нашел следов какого-либо наркотика или другого вещества”. Чэнь Юнь тоже был очень озадачен. Сяо Хуаньси не принимал никаких лекарств, и погода постепенно становилась жаркой. Обычно у пациента, который простудился, не должно быть симптомов высокой температуры.

Они двое, естественно, не ожидали, что Сяо Хуаньси будет настолько сумасшедшей и отчаянно пытающейся привлечь внимание Чу Цзюньи, что она будет использовать любой метод. Даже здоровый человек заболел бы после пятнадцатиминутного пребывания в ледяной воде в такую погоду.

“Дядя Чэнь, пожалуйста, уделите больше внимания Хуаньси. Не позволяй, чтобы с ней что-нибудь случилось.”

“Да, я так и сделаю. Не волнуйся.” Сказав это, Чэнь Юнь внезапно улыбнулся и достал из кармана две фарфоровые бутылочки. “Это маскировочный порошок, который я только что приготовила в этом месяце. Возьми и спрячь его...”

Чу Цзюньи почувствовал тепло на сердце, когда на его лице появилась улыбка. “Дядя Чен, спасибо вам за то, что вы делали для меня столько лет”.

“Это то, что я должен делать. Не нужно меня благодарить. Ты скоро станешь женихом и женишься. Я полагаю, если твоя... мать узнает об этом, она будет очень счастлива. Нинхуа - хорошая девочка. Просто ты всегда должен помнить, что ее личность, ну скажем так, немного слишком сильна. В будущем она определенно будет хорошей женой. Вы двое должны быть внимательны друг к другу. Не поднимайте шум из-за мелочей и не портите ваши отношения”.

Чу Цзюньи держал фарфоровые бутылочки в руке и кивнул с улыбкой. “Да, дядя Чен, не волнуйся. Я предложил жениться на Нинхуа, и я буду хорошо к ней относиться и не оставлю никаких проблем между нами.”

Чэнь Юнь кивнул. Он не мог не вспомнить ту женщину с таким же характером, сильным, как обжигающий огонь. Он вздохнул про себя. Она скончалась, и ее удача не соответствовала ее красоте. Она просто доверилась не тому человеку и потратила впустую всю свою жизнь…

”Дядя Чен, что с тобой не так, о чем ты задумался?"

Чэнь Юнь внезапно пришел в себя. “Я в порядке. Верно, семья Сяо в последнее время не была наполнена миром. Кто-то хорошо изучал семью Сяо с тех пор, как в прошлый раз распространилась ветряная оспа, но Его Величество прекратил это. Сейчас кажется, что все улажено, но кто знает, не вынесет ли кто-нибудь это однажды наружу. Вам следует уделять больше внимания. Я всегда чувствую, что семья Сяо - это не очень-то мирное место”.

“Да, я знаю. Не волнуйся.”

Проводив Чэнь Юня, Чу Цзюньи убрал маскировочный порошок и прислонился к окну, чтобы посмотреть на растения в горшках на столе. В его глазах мелькнула искорка тепла. Теперь только Нинхуа могла заставить его смотреть в будущее с нетерпением.

Семь дней пролетели в мгновение ока. Атмосфера во дворе Сяо Хуаньси становилась все более напряженной. Сяо Цзинжань ходил взад и вперед по залу. Он словно постарел и выглядел намного старше, чем раньше. “Прошло семь дней, но у Хуаньси все еще высокая температура. Если так будет продолжаться, то ее тело будет необратимо повреждено!”

Выражение лица Сяо Фэнцзюэ тоже было довольно усталым, но его обычное холодное лицо затрудняло восприятие. “Отец, не слишком волнуйся. Имперские врачи старались изо всех сил, и доктор Чэнь приходил к ней много раз. С Хуаньси все будет в порядке.”

“Какой смысл встречаться с ней? Она пила лекарство каждый день в течение семи дней, но ничего не изменилось. Нет, так больше продолжаться не может. Я пойду во дворец и попрошу Его Величество о помощи.”

Сяо Фэнцзюэ не согласился. ”Отец, какой смысл видеть его величество в такое время?" Император контролировал жизни и смерти всех людей в стране. Не говоря уже о Сяо Хуаньси, которая была всего лишь дочерью чиновника, даже принцесса не стоила особого внимания императора.

“Разве Шэнь Нинхуа не говорила, что не так давно предложила Его величеству уникальную медицинскую книгу? В этой медицинской книге даже есть рецепты для лечения чумы. Это должно быть очень ценная книга, наполненная старинными знаниями! Может быть, есть рецепт для лечения Хуаньси?”

Сяо Фэнцзюэ задохнулся. “Отец, ты также знаешь, что в этой книге есть рецепт для лечения чумы. Как Его величество может легко достать такую важную медицинскую книгу, чтобы вы могли ее прочитать? Кроме того, что бы ты сказал, когда войдешь во дворец?” В случае с такой важной медицинской книгой, хотя семья Сяо внесла большой вклад, у них все еще не было должного права, чтобы просить об этом.

Слова Сяо Фэнцзюэ поставили на место Сяо Цзинраня, и он успокоился. То, что он намеревался сделать, было слишком опасно. Если бы он это сделал, то мог бы не только не получить медицинскую книгу, но и сделать императора несчастным. “Что нам делать, если мы не можем попросить медицинскую книжку? Верно, Шэнь Нинхуа предложила эту медицинскую книгу. Она также владеет медицинскими навыками. Она могла бы тщательно изучить эту книгу задолго до всего что случилось. Поскольку это так, найти ее для лечения Хуаньси должно быть то же самое.”

Сяо Фэнцзюэ стиснул зубы, и в его глазах мелькнул след гнева. Его отец был военным гением. Но почему он так запутался в терминах Хуаньси? “Отец, ты знаешь нынешнюю личность Шэнь Нинхуа?”

“Какое это имеет отношение к ее личности?” Сяо Цзинраню было совершенно все равно.

“Теперь она принцесса Чжаохуа, лично награжденная Его величеством!” Голос Сяо Фэнцзюэ был холодным и жестким. Он не понимал, почему его отец был таким неразумным. “Неужели ты думаешь, что она все еще непутевая дочь семьи Шэнь и что ты можешь звать ее так, как захочешь? Не говоря уже о том факте, что она никогда не подчинялась ничьим приказам, прямо сейчас ей не нужно ни о ком заботиться.”

Выражение лица Сяо Цзинжаня было угрюмым. Все его лицо было таким же мрачным, как ночное небо перед бурей. “Несмотря на то, что она принцесса, она не может просто стоять в стороне и смотреть, как умирают люди. Более того, она собирается выйти замуж за Цзюньи. В таком случае Хуаньси также является ее младшей невесткой. Как старшая невестка, как она может не заботиться о жизни Хуаньси?”

У Сяо Фэнцзюэ перехватило дыхание. Если бы мужчина перед ним не был его отцом, он бы захотел выгнать его из дома. “Отец, почему Хуаньси стала такой? Я думаю, ты прекрасно знаешь. Сначала она использовала Ян Инсюэ, чтобы подставить Шэнь Нинхуа. Позже она создала рой змей на охоте в пригороде. На этот раз это было все потому, что... даже если ты приведешь сюда Шэнь Нинхуа, как ты думаешь, она будет лечить Хуаньси?”

“Как она смеет! Если она хочет выйти замуж за Цзюньи, она должна уважать Хуаньси. Иначе я не пощажу ее!”

За дверью Чу Цзюньи. Он все услышал. Да, он собирался войти в комнту, но остановился и закрыл глаза. Он только чувствовал, что образ семьи Сяо в его сердце превратился в пепел. Он не хотел продолжать слушать и тихо ушел.

Сяо Фэнцзюэ немного забеспокоился. “Отец, ты забыл, что я сказал? Шэнь Нинхуа теперь принцесса. У нее есть свой собственный особняк принцессы, и даже если она выйдет замуж, она не войдет в особняк Сяо!”

“Ты продолжаешь говорить за Шэнь Нинхуа. Ты хочешь, чтобы высокая температура повредила организму твоей младшей сестры?” Сердито выругался Сяо Цзинран. В это время его сердце было наполнено беспокойством о Сяо Хуаньси, и он просто не мог слушать никого другого.

Сяо Фэнцзюэ некоторое время молчал, прежде чем сказал: “Я разберусь с этим делом. Отец, тебе следует держаться подальше от этого”.

Сяо Цзинран нахмурился с холодным выражением лица. Видя твердое отношение Сяо Фэнцзюэ, он, наконец, кивнул. “Хорошо, но Хуаньси должна поправиться!”

Сяо Фэнцзюэ вышел со двора и подошел ко входу во двор Чу Цзюньи. После минутного колебания он вошел и сказал: ”Цзюньи..."

Чу Цзюньи упражнялся с мечом во дворе. Длинный меч был прямым, как блуждающий дракон, танцующий холодным светом. Услышав голос, он пришел в себя. Его тревожное настроение успокоилось во время практики. В противном случае он действительно не знал, как смотреть в лицо человеку, которого более десяти лет называл Старшим братом. “Старший брат, почему ты здесь?”

“Цзюньи, болезнь Хуаньси прогрессирует и выздоровления не видно. Я бы хотел, чтобы ты пригласил принцессу Чжаохуа приехать и взглянуть на Хуаньси.”

Чу Цзюньи на мгновение замолчал. “Старший брат, ты должен четко представлять себе, что произошло в прошлом. Хуаньси и Нинхуа никогда хорошо не ладили. Ты хочешь, чтобы Нинхуа пришла в это время?”

“Я знаю, но в данный момент я ничего не могу сделать. Я умоляю тебя как брат.” Сяо Фэнцзюэ стоял прямо, как острый меч. Даже когда он умолял, его тон все еще был резким, и все его тело излучало холодный свет.

Чу Цзюньи обменялся с ним взглядами и твердо стоял на месте, как зеленая сосна, которая пустила корни в скале и не поддастся никаким плохим погодным условиям, будь то шторм, мороз, снег или буря.

В конце концов, Сяо Фэнцзюэ отвел взгляд и сказал глубоким голосом: “Ты называл меня Старшим братом более десяти лет. Я обменяю это братство на шанс пригласить Шэнь Нинхуа приехать и вылечить Хуаньси”.

Сердце Чу Цзюньи дрогнуло, и его взгляд внезапно стал глубже. Казалось, огромная волна поднималась со дна его глаз, такая торжественная, что заставляла трепетать сердце. “Ты серьезно?” Использовать их более чем десятилетнее братство в обмен на шанс на лечение? Он не знал, когда можно будет обменять братство.

Сяо Фэнцзюэ решительно сказала: “Да, я серьезно”.

Выражение глаз Чу Цзюньи было глубоким, а его голос таким холодным, что заставлял людей дрожать. “Хорошо, я согласен от имени Нинхуа!”

Сяо Фэнцзюэ кивнул и больше ничего не сказал. Он внезапно развернулся и зашагал прочь со двора.

В особняке принцессы префектуры Шэнь Нинхуа нахмурилась, услышав эту новость. Затем она тихо засмеялась. “С тех пор, как Сяо Фэнцзюэ сказал это, я бы с радостью стала острым мечом и постепенно оборвала бы нить колебаний в сердце Чу Цзюньи!”

Глава 163 - Ты не умрешь, Если Не Будешь искать Смерти!

Шэнь Нинхуа перестала улыбаться и повернулась к Бай Руо: “Иди и достань немного успокаивающего чая, который я специально приготовила несколько дней назад. Кроме того, достаньте чайный сервиз из голубого и белого фарфора, который я зову «Туманный дождь и облака» из моей коллекции. Сегодня я заварю хороший чай.”

Когда чайный сервиз и заварка были готовы, Шэнь Нинхуа приказала всем выйти из комнаты. Вскоре после этого она услышала звук, доносящийся из-за двери, и в комнату вошел Чу Цзюньи.

Увидев Шэнь Нинхуа, сидящую на диване с набором чайных чашек перед ней, Чу Цзюньи на мгновение был слегка ошеломлен. Затем он улыбнулся и сказал: “Итак, вы ожидали, что я приду и даже соизволили приготовить чай”.

Шэнь Нинхуа изящно, парой палочек для еды, сделанных из нефрита, положила немного красного жасмина в чайную чашку, которую залила кипятком. Чайные листья поднимались вверх-вниз в чашке, словно в легком беззвучном танце. Бутон цветка жасмина распускался понемногу, поднимаясь и опускаясь вместе с водой. Наконец, зеленые чайные листья в сопровождении ярко-красных цветов медленно осели в молочно-белой чайной чашке, как на картине.

Чу Цзюньи увлеченно следил за игрой чайных листьев в чашке. И когда игра завершилась, он слегка улыбнулся. “Какой удивительный способ приготовления чая... Затем, после непродолжительного молчания, он продолжил – «…Нинхуа, на этот раз я пришел сюда, чтобы попросить тебя кое в чем помочь. Ты...”

Шэнь Нинхуа взяла чашку с чаем и поставила ее перед собой. Она улыбнулась и перебила его. “Попробуй этот чай. Достаточно ли он ароматен?”

Чу Цзюньи был ошеломлен. Он взял чашку и вдохнул освежающий аромат чая. “Аромат чая освежающий, а цвет чая полупрозрачный. Мне не нужно пробовать его, чтобы понять, что чай определенно необыкновенный”.

Шэнь Нинхуа слегка улыбнулась, и в ее глазах вспыхнул огонек. “Попробуй это”.

Хотя Чу Цзюньи был несколько удивлен отношением Шэнь Нинхуа, он был уверен, что она не причинит ему вреда. Он взял чашку с чаем и сделал глоток. Сразу же сильная горечь заставила его чуть не выплюнуть воду, попавшую в рот. “Ох… Он такой… горький...”

Глаза Шэнь Нинхуа наполнились улыбкой, и не раздумывая она прямо спросила о цели его прихода сюда: “Вы пришли сюда, чтобы попросить меня вылечить Сяо Хуаньси, верно?”

Выражение лица Чу Цзюньи застыло, когда он кивнул и сказал: “Да, ты угадала правильно”.

Шэнь Нинхуа взяла свою чашку и посмотрела на поднимающийся белый туман. “Ты также должна понимать, что в нынешней ситуации я могу терпеть грубость Сяо Хуаньси, но семья Сяо определенно не потерпит меня. На самом деле, я чувствую себя очень странно. Сяо Хуаньси много раз строил против меня козни. Почему семья Сяо все еще думает, что у них есть причина ненавидеть меня?”

Глаза Чу Цзюньи потемнели. Глядя на безразличное выражение лица Шэнь Нинхуа, он вздохнул про себя. То, чего не понимала Шэнь Нинхуа, это было было тем же самым, чего он тоже не мог понять. Несмотря ни на что, он вырос в семье Сяо и все еще жил там. Он был благодарен семье Сяо за то, что они заботились о нем, но казалось, что семья Сяо может бросить его в любой момент.

Шэнь Нинхуа продолжила: “Нынешняя семья Сяо подобна этой чашке чая в моей руке. Он выглядит ярко окрашенным и пахнет чрезвычайно ароматно, но на вкус горький, и его трудно проглотить.”

Чу Цзюньи слегка опустил глаза и внезапно усмехнулся. “Кстати говоря, это моя вина в том, что я недостаточно важен для семьи Сяо. Нинхуа, теперь ты принцесса. Семья Сяо тебе не нужна. То, что я обещал тебе раньше, не изменится. Ты можешь сама решить, что делать. Предоставь остальное мне.”

Его сила имела бесчисленные связи с семьей Сяо, поэтому он не мог немедленно прервать их. Он должен был составить хорошо продуманный план.

“Ну что ж, хорошо”. Шэнь Нинхуа кивнула. Она уже была очень довольна результатом. Она взяла чашку и поставила ее на стол. “Не пей такие горькие напитки. Разве ты не пришел пригласить меня повидаться с Сяо Хуаньси? Думаю, что чем скорее это произойдет, тем лучше. Поехали.”

Цин Цюэ быстро приготовила экипаж. После того, как Шэнь Нинхуа села в экипаж, Чу Цзюньи поехал вместе с ней. Надо понимать, что хотя они вдвоем уже были помолвлены, поездка в одном экипаже могла вызвать толки и пересуды у народа.

Когда Шэнь Нинхуа прибыла ко входу во двор Сяо Хуаньси, она увидела слуг, стоявших на коленях по всему двору и кланявшихся каждые два или три вдоха, бормоча что-то с исключительно достойным выражением лица.

Чу Цзюньи нахмурился и спросил ближайшего к нему слугу: “Что ты делаешь? Что здесь происходит?”

Горничная удивленно посмотрела на юношу. Увидев его угрюмое выражение лица, она поспешно ответила: “Молодой господин, хозяин приказал нам молиться за мисс”.

“Молиться?”

"Да. Учитель сказал, что искренние молитвы могут тронуть богов, а благословения с небес помогут мисс выздороветь как можно скорее”.

Чу Цзюньи нахмурился еще больше. “О чем ты молишься?”

“Пусть мисс будет такой же долгоживущей, как небеса...”

Чу Цзюньи стиснул зубы, и вены на его лбу заметно вздулись.

Шэнь Нинхуа насмешливо скривила губы, и ее глаза наполнились насмешкой. Такой же долгоживущий, как небеса… Всего этих нескольких слов было достаточно, чтобы отправить всю семью Сяо в ад!

Чу Цзюньи явно тоже думал об этом, и он прямо отчитал слуг: “Прекратите молиться и подождите в стороне. Не делай никаких других движений!”

Встревоженный суматохой за дверью, Сяо Цзинжань вышел из комнаты. Когда он услышал слова Чу Цзюньи, выражение его лица сразу же стало угрюмым. “Ты здесь. Почему бы тебе не зайти? Это действительно впечатляет с вашей стороны - вымещать свой гнев на здешних слугах.” Не глядя на выражения их лиц, он развернулся и пошел обратно в комнату.

Шэнь Нинхуа чуть не рассмеялся вслух. Она даже удивлялась, как семья Сяо выжила до сих пор с мозгом Сяо Цзинжаня.

Сяо Фэнцзюэ подошел сзади. Увидев это, он нахмурился и сказал Чу Цзюньи: “Отец просто был слишком встревожен. Вот почему он попросил слуг помолиться за Хуаньси. Хотя это и не соответствует правилу, дома все в порядке. Зачем тебе понадобилось его злить?”

Выражение лица Чу Цзюньи стало еще хуже. “Старший брат, приемный отец в замешательстве, потому что он беспокоится о Хуаньси. Ты тоже не в своем уме?”

“Что вы имеете в виду?” Сяо Фэнцзюэ нахмурился.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Пусть мисс будет такой же долгоживущей, как небеса…Вы не молитесь за нее. Вы надеетесь, что она сможет умереть быстрее! Она не является ни императором, ни официальным лицом, и у нее нет никакого титула, присвоенного двором. Как ты смеешь использовать слово "долгожительница", чтобы описать ее небесам? А ты не боишься, что она будет наоборот, уничтожена такими молитвами?”

Сказав это, она сразу же направилась во двор Сяо Хуаньси. Она действительно не была согласна с тем, как семья Сяо вела дела, поэтому было лучше быстро осмотреть пациента и вернуться домой как можно скорее.

В тот момент, когда она вошла в комнату Сяо Хуаньси, Шэнь Нинхуа не смогла сдержать вздоха в своем сердце. Она думала, что Бейли Аннинг любит использовать роскошные украшения, но теперь, казалось, что жизнь Сяо Хуаньси была намного роскошнее. Вся комната была заполнена драгоценностями, которые совершенно не соответствовали ее нежному и элегантному образу. Люди почти наверняка задавались вопросом, все ли украшения особняка Сяо затащили в ее комнату или еще не все?

Увидев входящую в комнату Шэнь Нинхуа, Сяо Цзинжань не озаботился придать своему лицу сколь-нибудь приветливое и дружелюбное выражение. Но Шэнь Нинхуа прибыла сюда, чтобы лечить Сяо Хуаньси, поэтому ему придется ее терпеть и не показывать своего гнева.

Увидев облик Сяо Хуаньси, Шэнь Нинхуа пришла в ужас. Лицо Сяо Хуаньси было бледным, как белая простыня, а ее тело тонким, как доска. Если бы она не видела, как она дышит, то подумала бы, что она мертва. Однако, судя по ее нынешнему виду, она, вероятно, была всего в шаге от смерти.

Кстати говоря, Сяо Хуаньси попросил об этом. Рецепт императорского врача оказался весьма эффективным. После того, как она выпила лекарство, ее простуда наполовину прошла и организм стал восстанавливаться. Однако, это не входило в планы Сяо Хуанси. И чтобы усилить эффект от своей болезни, Сяо Хуаньси заставила служанку снова приготовить воду со льдом и отмокала в ней еще пятнадцать минут тихой ночью.

На следующий день ее состояние значительно ухудшилось. Императорский врач пришел к выводу, что прописанное им лекарство не эффективно, поэтому он постепенно изменил рецепт. Что касается Сяо Хуаньси, как только она чувствовала, что ей становится лучше, она принимала ванну в ледяной воде. После многократного повторения этого, каким бы сильным ни было ее тело, оно было на грани жизни и смерти.

Служанка положила руку Сяо Хуаньси на нефритовую подушку, чтобы Шэнь Нинхуа могла пощупать ее пульс.

Шэнь Нинхуа не протянула руку. Она повернулась, чтобы посмотреть на Бай Руо.

Бай Жо сразу все поняла и достала из кармана белый носовой платок, чтобы прикрыть запястье Сяо Хуаньси.

После этого Шэнь Нинхуа протянула руку и пощупала пульс Сяо Хуаньси.

Холодная энергия застаивалась в ее теле, и внутреннее тепло не могло рассеяться. Ситуация стала еще хуже из-за накопления побочных эффектов неправильного приема лекарств. У нее не было никакой возможности избавиться от высокой температуры.

Увидев, как нахмурился Шэнь Нинхуа, Сяо Цзинжань поспешно спросил: “Что вы скажете? Можно ли вылечить Хуаньси?”

Шэнь Нинхуа достала из аптечки набор золотых игл длиной более дюйма и собралась ввести иглы в акупунктурные точки Сяо Хуаньси.

“Что ты делаешь?” Сяо Цзинжань внезапно расширил глаза и остановил Шэнь Нинхуа.

“Разве вы не пригласили меня сюда, чтобы я лечила Сяо Хуаньси? Как вы думаете, что я делаю с золотыми иглами?” Холодно спросила Шэнь Нинхуа.

Сяо Фэнцзюэ поспешно шагнула вперед и оттащила Сяо Цзинжаня в сторону. “Отец, доктор Чен сказал, что техника иглоукалывания ее высочества намного превосходит его, так что ничего плохого не случится. Кроме того, это особняк Сяо, и вы наблюдаете за этим со стороны. Ее высочество не допустит, чтобы с Хуаньси что-нибудь случилось, верно?”

Шэнь Нинхуа холодно рассмеялась. Она зажала в руке золотую иглу, нацеленную на акупунктурную точку Сяо Хуаньси, и резко вонзила ее. Она медленно произнесла: “Молодой господин Сяо, пожалуйста, не угрожайте мне. В противном случае моя рука легко дрожит. Я не буду нести ответственность за то, что произойдет в это время”.

Сяо Фэнцзюэ поперхнулся и замолчал.

Золотые иглы наносились одна за другой, и выражение лица Сяо Хуаньси постепенно улучшалось, но она не просыпалась.

Шэнь Нинхуа совсем не торопился. Приложив иглы ко всем акупунктурным точкам, которые стимулировали функции организма, она медленно вытащила золотые иглы одну за другой. Когда золотые иглы были проткнуты вниз, они были ярко-золотистыми, но когда их вытащили, на них были темные пятна крови, как будто они были отравлены.

Когда она вынула последнюю иглу, Сяо Хуаньси закашлялась и внезапно открыла глаза.

Сяо Цзинжань был вне себя от радости. “Хуаньси, ты проснулась?”

Сяо Хуаньси долгое время была ошеломлена, прежде чем смогла ясно разглядеть окружающих ее людей. Когда она увидела Чу Цзюньи, ее глаза сразу же загорелись. ”Брат Цзюньи..."

Выражение лица Чу Цзюньи совсем не изменилось. Он даже не кивнул. Вместо этого он посмотрел на Шэнь Нинхуа и сказал: “Нинхуа, позволь мне отправить тебя обратно”.

Увидев Шэнь Нинхуа, Сяо Хуаньси внезапно закашлялась, и ее лицо побледнело. “Почему ты здесь…Ты должна уйти!…Уходи! Отец, я не хочу ее видеть...”

“Хуаньси, не волнуйся, не расстраивайся. Отец немедленно прогонит ее. Успокойся.” Увидев внешность Сяо Хуаньси, сердце Сяо Цзинжаня так сильно сжалось. Он отругал Чу Цзюньи: “Разве ты не видел, как твоя младшая сестра так разозлилась? Цзюньи, быстро отошли ее прочь.”

Выражение лица Чу Цзюньи поникло, когда он крепко стиснул зубы.

Шэнь Нинхуа, с другой стороны, улыбалась на своем лице. Она медленно встала и окинула Сяо Хуаньси своим холодным взглядом. “Патриарх Сяо, я полагаю вы что-то забыли…”

«Что? О чем ты говоришь?»

“Я не спасаю людей просто так. 5000 таэлей золота на одного человека. Никакой сделки.”

Сяо Цзинжань поднял глаза в которых светился гнев и сердито крикнул: “Ты просишь меня заплатить тебе?”

Глава 164

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Я способна не только лечить болезни и спасать жизни! Кстати, позвольте мне напомнить вам. Теперь я принцесса Чжаохуа, лично пожалованная Его Величеством! Это я могу задолжать деньги кому-либо другому, но я никогда не слышала ни о ком, кто осмелился бы задолжать деньги мне!”

Лицо Сяо Цзинжаня потемнело. Все его тело было наполнено яростью. Если бы у него в руке был меч, он, вероятно, бросился бы и зарубил ее. Эта Шэнь Нинхуа использовала свой статус, чтобы подавить его! “О, да, я и забыл, что вы теперь принцесса Чжаохуа. Ваша личность и ваш статус отличаются от прежних! Но, ваше высочество, позвольте мне также напомнить вам, что вы еще не родились, когда наша семья Сяо сражалась за страну на поле боя!”

Взгляд Шэнь Нинхуа стал предельно резким и острым. Ее глаза холодно скользнули по лицу Сяо Цзинжаня, как подобно клинку боевого отточенного меча. Но она подавила свой гнев и усмехнулась: “Патриарх Сяо, вы действительно напомнили мне о моем невежестве. В конце концов, семья Сяо - это столетний клан, которому доверяет Его Величество. Раз это так, то вы не будете отказываться от оплаты и передадите мне мое золото, верно?”

Сяо Цзинжань ощетинился от гнева и махнул рукой на Шэнь Нинхуа. “Я даже не желаю говорить больше об этом. Забирай! Это всего лишь жалкие 5000 таэлей золота! Моя семья Сяо вообще не считает нужным даже думать о такой безделице!”.

“Хорошо, тогда я буду ждать получения денег”. Шэнь Нинхуа подняла глаза, и ее взгляд скользнул по набору золотых игл на столе. “Кроме того, этот набор золотых игл больше нельзя использовать. Я полагаю, патриарх Сяо определенно возместит мне стоимсоть этих золотых игл. Желаю вам всего наилучшего и до встречи..!”

Чу Цзюньи последовал за Шэнь Нинхуа, чтобы проводить ее.

Как только они вдвоем вышли из комнаты, дверь захлопнулась изнутри.

Брови Чу Цзюньи дернулись, и его сердце наполнилось чувством вины. “Нинхуа, мне жаль, что я позволяю тебе так страдать”.

Шэнь Нинхуа, однако, это нисколько не волновало. Она очень разозлила Сяо Цзинжань, но в ответ она не получила никаких существенных претензий. “Не переживай. Все в порядке”.

Как раз в тот момент, когда Чу Цзюньи подъехал к воротам особняка и собирался помочь Шэнь Нинхуа сесть в экипаж, подбежала горничная и с тревогой сказала: “Молодой господин, мисс поднимает шум. Она сказала, что все ее тело болело, и она продолжала звонить тебе. Старый Мастер просил вас поскорее вернуться и взглянуть.”

Шэнь Нинхуа уже занесла ногу и собиралась садиться в поданный экипаж. Услышав это, она сделала паузу, остановилась, и холодная улыбка мелькнула на ее губах. Сяо Хуаньси начала доставлять неприятности в тот момент, когда проснулась. Казалось, что она действительно искала смерти!

Однако Чу Цзюньи не был тронут словами горничной. “Я не имперский врач, и я не могу вылечить ее. Кроме того, мне неудобно заходить в женскую спальню. Возвращайся и скажи моему приемному отцу, что я отсылаю ее высочество обратно.”

Сказав это, он вскочил на своего коня и уехал.

Служанка вернулась, чтобы доложить, дрожа от страха. Лицо Сяо Хуаньси побледнело, и она мгновенно упала на кровать и горько зарыдала. “Брат Цзюньи все еще сердится на меня. Отец, Старший брат, что мне делать?”

Сяо Цзинжань шагнул вперед, чтобы поддержать ее за плечо. “Ты моя хорошая девочка.. Ну прекрати, перестань плакать. В противном случае ты снова будешь на грани и болезнь возьмет верх над тобой!”.

Сяо Фэнцзюэ холодно посмотрела на Сяо Хуаньси. “Отец, ты уже несколько дней как следует не отдыхал. Не тревожься и возвращайся отдыхать. Я успокою мою сестру.”

После стольких дней наблюдения за Сяо Хуаньси Сяо Цзинжань действительно чувствовал себя очень уставшим. Он кивнул и тяжело поднявшись с кровати больной девушки, на которой сидел и держал в своих руках ее руки, озабоченно вышел.

Сяо Фэнцзюэ стояла перед кроватью Сяо Хуаньси и спокойно наблюдала, как она плачет, не выказывая ни малейшего беспокойства или сочувствия.

Проплакав с четверть часа, Сяо Хуаньси действительно не могла никак успокоиться. Она прикусила губы и медленно подняла голову, чтобы посмотреть на Сяо Фэнцзюэ. Тень страха промелькнула в ее глазах. “Старший брат”.

“Тебе уже надоело плакать, сестра?”

“Старший брат, мне просто было слишком грустно и очень одиноко. Вот почему...”

“О чем тут печалиться?” Сяо Фэнцзюэ холодно посмотрела на нее. “Чу Цзюньи всегда был твоим братом. Это никогда не менялось, и сейчас он все еще твой брат. Он никогда не принадлежал тебе. О чем тут печалиться?”

Сяо Хуаньси была задета грубым сарказмом, и ее лицо исказилось. “Если бы не Шэнь Нинхуа, брат Цзюньи не стал бы сейчас закрывать на меня глаза”.

“Значит, ты подвергаешь риску свое собственное здоровье только потому, что он закрывал на тебя глаза?”

Сяо Хуаньси печально улыбнулась. Ее бледное лицо было наполнено одержимостью, и слезы падали вниз, как бусины порванного ожерелья. “Старший брат, я люблю брата Цзюньи . Я могу сделать для него все, что угодно. Пока он хорошо ко мне относится, я довольна и удовлетворена. Но из-за Шэнь Нинхуа ему не нравится ни одна другая женщина! Я не понимаю почему. Он узнал меня первым. Я та, кто вырос вместе с ним. Я испытываю к нему глубокую привязанность. Почему все изменилось в тот момент, когда появилась Шэнь Нинхуа? Я не хочу, Старший брат. Если я не буду бороться за свою любовь, мне не зачем жить на этом свете!”

Сяо Фэнцзюэ крепко сжал кулаки. В конце концов, она была его младшей сестрой. Ему также было жаль ее, но еще больше он ненавидел ее за то, что она не видела ситуацию ясно. После небольшого раздумья, он промолвил: “Какой смысл говорить это сейчас? Не забывай, Чу Цзюньи был помолвлен с Шэнь Нинхуа, и брак был лично одобрен Его величеством. За какую должность ты все еще хочешь побороться? Может ли первая дочь нашей семьи Сяо быть превращена в наложницу?”

“Я готова. Я даже готова быть слугой брата Цзюньи, не говоря уже о том, чтобы быть наложницей. Пока я могу оставаться рядом с ним, меня не волнует мое положение. Старший брат, я не могу жить без него. Я не могу жить без брата Цзюньи ”.

Сяо Фэнцзюэ внезапно схватил Сяо Хуаньси за руку и потянула ее вверх. Затем он ударил ее по лицу. “Поскольку у тебя даже есть решимость быть слугой, тогда не веди себя так, будто ты собираешься умереть. Хорошо заботьтесь о себе и боритесь за это открыто. Ты моя сестра. Даже если ты проиграешь, ты проиграешь с достоинством!”

Глаза Сяо Хуаньси внезапно загорелись, и она полностью проигнорировала боль на своем лице. “Старший брат, ты готов мне помочь?”

Сяо Фэнцзюэ помолчал мгновение, прежде чем, наконец, кивнуть. "Да." Шэнь Нинхуа была слишком агрессивна. Более того, теперь она была принцессой. Если бы она действительно стала женой Чу Цзюньи, семья Сяо, вероятно, оказалась бы в плачевном положении.

Когда Шэнь Нинхуа вернулась в особняк, она увидела Шэнь Линхань во дворе, наблюдающую за тем, как слуги понемногу выносят ее скарб. Она держала в руке толстую книгу, открывала каждую коробку и внимательно осматривала, как будто боялась, что может что-то пропустить.

Би Чжу, которая стояла в стороне, помогая с проверкой, чуть не застыла от гнева. Она тщательно проверяла эти вещи четыре или пять раз. Шэнь Линхань на самом деле подозревала, что мисс хитрит втемную. Как могла мисс желать таких мелочей?

Шэнь Линхань тоже заметил Шэнь Нинхуа. Она не выпуская из рук своей толстой и увесистой книги, она обернулась с фальшивой улыбкой на лице. “Старшая сестра, ты вернулась. Если бы ты вернулся чуть позже, меня бы уже не было.”

Шэнь Нинхуа подошла к креслу сбоку и села. “Би Чжу, ты все проверила?”

“Да, мисс, я все проверила”.

“Тогда почему бы тебе не отослать императорскую наложницу Шэнь подальше? Когда я вошла в особняк, я увидела, что охранники, ожидающие, чтобы забрать ее, теряют терпение.”

Выражение лица Шэнь Линхань изменилось. Она так сильно ненавидела Шэнь Нинхуа, что заскрежетала зубами. Внезапно, некая мысль пришла ей в голову. Она вдруг улыбнулась и попросила кого-нибудь подтолкнуть ее инвалидное кресло к Шэнь Нинхуа. “Старшая сестра, по крайней мере, мы были сестрами. Теперь, когда я выхожу замуж, я специально приготовила для тебя подарок.”

На этот раз Шэнь Нинхуа был неприятно удивлена. Эта младшая сестра, которая хотела забрать даже пару палочек для еды, на самом деле приготовила ей подарок. "Действительно? Мне любопытно. Какой подарок?”

Шэнь Линхань самодовольно улыбнулась. “Тебе должен очень понравиться этот подарок. В конце концов, это... вещи твоей родной матери!”

Шэнь Нинхуа внезапно нахмурилась. “Что ты сказала?”

“Я сказал, это вещи твоей родной матери”. Шэнь Линхань скривила губы и достала из кармана нефритовую подвеску размером с детскую ладошку. Она слегка помахала красной бечевкой и сказала: “Кстати, тебе повезло. Я планировала обменять этот нефритовый кулон на деньги, когда у меня закончатся наличные. Однако этот день так и не наступил.”

Шэнь Нинхуа подняла руку, желая взять его. Однако Шэнь Линхань внезапно резко спрятала нефритовый кулон обратно. “Старшая сестра, ты так и не сказала, нравится тебе этот подарок или нет”.

Увидев ее показательное и нарочитое выступление, Шэнь Нинхуа больше не испытывал беспокойства. Она облокотилась на стол и посмотрела на нее. “Конечно, мне это нравится, но я вижу, что ты не хочешь отдавать это мне”.

Шэнь Линхань громко рассмеялась. “Как бы я могла отказаться отдать его тебе? Я сказала, что это подарок для тебя. Оставь это себе!” Сказав это, она сразу же бросила нефритовый кулон.

Шэнь Нинхуа поймала его. Нефритовый кулон был чистым и полупрозрачно-молочно-белым. Он был вырезан в форме пары дракона и Феникса. Резьба была исключительно изысканной, без малейшего изъяна. С первого взгляда можно было сказать, что это была необычайная ценность. “Ты уверена, что это действительно принадлежало моей матери?”

Шэнь Линхань усмехнулась. “Если вы мне не верите, расследуйте сами. Позволь мне открыть тебе секрет. Этот нефритовый кулон содержит в себе большую тайну. Я напоминаю тебе по доброте душевной. Ха-ха, ты же сама можешь все тщательно расследовать.”

Когда коробки с драгоценными безделушками выносились одна за другой, Шэнь Донг вышел, заложив руки за спину. Его глаза были полны неудовольствия. “Шэнь Линхань, ты уезжаешь, почему бы тебе не попрощаться со своим отцом?”

Шэнь Нинхуа подсознательно убрала нефритовую подвеску, не желая, чтобы Шэнь Донг ее видел.

Шэнь Линхань тихо усмехнулась, а затем безумно расхохотался.

Шэнь Донг посмотрел на нее с отвращением и не мог не чувствовать себя подавленным в своем сердце. Первоначально он думал, что от этой дочери будет большая польза, но он не ожидал, что она даже не сможет обеспечить себе положение принцессы и окажется младшей наложницей. Этот статус не был высоким, и она также была калекой, поэтому он думал, что она была совершенно бесполезна для него.

Увидев выражение его лица, Шэнь Линхань сказал саркастическим тоном:

“Отец, Линхань подвела тебя. Мне жаль. Кстати говоря, вы все еще хотите возродить семью Шэнь верно? К сожалению, теперь я больше не представляю для вас никакой ценности, ха-ха! Однако смотрите перед собой. Шэнь Нинхуа прямо здесь. Теперь она принцесса Чжаохуа. Разве ей не очень легко найти для тебя место…О, я забыла. Поскольку она теперь принцесса, она дочь императора. Она больше не имеет к тебе никакого отношения!”

Лицо Шэнь Донга стало пепельно-серым от гнева. “Ты, дрянная девчонка, прекрати нести чушь!”

”Ах, отец, ты сердишься от смущения? Правильно ли я угадал твои мысли? Ха-ха, я сейчас ухожу. Даже если я калека, я все еще младшая наложница принца, и ты можешь продолжать осуществлять свою большую мечту. Отныне я надеюсь никогда больше никого из вас не увидеть!”

Шэнь Линхань яростно стиснула зубы, когда закончила говорить. Все ее лицо исказилось. Этот особняк был ее кошмаром. Это был ад. Она никогда в жизни больше не встретит их!

Подумав об этом, она медленно начала успокаиваться и напустила на себя спокойный и независимый вид. Она слегка приподняла подбородок и поправила драгоценности на голове. Ее движения излучали элегантную ауру, как будто она все еще была зеницей ока премьер-министра.

Глава 165 - Давайте посмотрим, кто был лучше в интригах!

Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на ее высокомерную внешность. Она надеялась, что Шэнь Линхань сможет сохранить ту же гордость после того, как она прибудет в Великое Королевство Юэ.

Лицо Шэнь Донга было холодно как лед. Он посмотрел на Шэнь Линхань так, как будто смотрел на грязь, прилипшую к его одежде. “Линхань слишком груба. Это все потому, что я не дал ей должного образования и вырастил такого недостойного потомка. В будущем, если у меня есть будущее... я могу положиться только на тебя.”

Первоначально он хотел называть себя отцом Шэнь Нинхуа, но после паузы сразу же изменил свои слова. Теперь, когда Шэнь Нинхуа была принцессой, ее отцом мог быть только этот могущественный император.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Она не согласилась и не отказалась. Она крепче сжала нефритовый кулон в своей руке и медленно вышла из павильона.

Выражение лица Шэнь Донга сразу же стало угрюмым. Когда Шэнь Нинхуа отошла далеко, он внезапно пнул табурет рядом с собой. “Два бессердечных монстра! Без меня, без заботы семьи Шэнь, что ты за человек?”

Шэнь Нинхуа сидела в вестибюле и наблюдал, как медсестры заносят Шэнь Линхань в карету. Она медленно выплюнула полный рот угрюмого воздуха, который давил ей на грудь.

Шэнь Линхань была ее источником психологической одержимости, от которой она должна была избавиться, прежде чем сможет жить мирной жизнью. Если бы не все это, то она бы не впала в такое жалкое состояние. Поэтому каждый раз, когда она видела Шэнь Линхань, ей хотелось раздавить ее насмерть прямо на земле. Однако она не хотела разрушать свою собственную с таким трудом завоеванную вторую жизнь из-за куска мусора, поэтому ей пришлось изо всех сил стараться терпеть Шэнь Линхань. Теперь она, наконец, могла вздохнуть с облегчением.

“Цин Цюэ, пошли кого-нибудь тайно защищать Шэнь Линхань, чтобы убедиться, что она благополучно прибудет в Великое Королевство Юэ”.

Видя, что она в хорошем настроении, Бай Руо тоже быа счастлива. Хун Лин была озадачена и спросила: “Мисс, мы были достаточно добры к ней. Почему мы все еще должны защищать ее?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Как вы думаете, что послужило причиной того, что Бу Цзинлань отложил все эти дела на несколько дней, прежде чем отпустить Шэнь Линхань? Сначала он хотел вернуться в Великое Королевство Юэ и устроить так, чтобы кто-нибудь убил Шэнь Линхана на полпути. Несмотря ни на что, он принц страны. Несмотря на то, что Шэнь Линхань всего лишь его младшая наложница, ей удалось получить место на его заднем дворе. Калека на заднем дворе принца - это большое унижение, и он не может этого вынести.”

Хонг Лин не могла удержаться, чтобы не прервать его со стороны. “С темпераментом Второй Юной леди, я боюсь, что она не сможет жить на заднем дворе принца, даже если благополучно прибудет в Великое королевство Юэ. Для тебя было бы пустой тратой времени и энергии защищать ее в пути.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и больше ничего не сказала.

Бай Руо хлопнула Хон Лина по голове. “Ты становишься все глупее. Мисс только что сказала, что она была пятном на заднем дворе Шестого принца. В Великом королевстве Юэ более дюжины взрослых принцев. Шестой принц раньше был самым любимым из них. Другие принцы, должно быть, очень ревнивы. Теперь, когда у него наконец-то есть пятно, другие принцы определенно подумают о том, как помочь Шэнь Линхань выжить.”

Шэнь Нинхуа с признательностью взглянул на Бай Руо. Эта девушка становилась все более и более способной справляться со всем самостоятельно.

Примерно через полмесяца Сяо Хуаньси наконец оправилась от болезни, но она исхудала до костей.

Однажды Ян Инсюэ вышивала с Шэнь Нинхуа, когда Бай Руо ввел в дверь двух служанок.

“Приветствую тебя, принцесса Чжаохуа. Приветствую вас, мисс Янг.”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и взглянула на их одежду. “Вы служанки семьи Сяо?”

“Да, ваше высочество”.

“В чем дело?” – спросила прицесса.

“Ваше высочество, наша мисс некоторое время назад была больна. Благодаря вашей помощи она выздоровела. Поэтому она специально приготовила подарок, чтобы отблагодарить ваше высочество.”

Ян Инсюэ посмотрела на дюжину коробок, которые вносили в комнату. Когда коробки были открыты, из них вырвались лучи золотистого света. Она не смогла удержаться, чтобы не вскрикнуть тихим голосом от неожиданности. Эти коробки на самом деле были наполнены золотом.

Шэнь Нинхуа скривила губы. Она сказала, что возьмет 5000 таэлей золота за спасение жизни Сяо Хуаньси, и семья Сяо подняла шум, пронеся коробки с золотом в ее особняк при свете дня. Она могла ожидать, что теперь все знали об этом деле. Казалось, что семья Сяо все еще не была готова прекратить интриговать против нее. Тем не менее, она была совершенно бесстрашна.

“Я помню, патриарх Сяо сказал, что он компенсирует мне набор высококачественных золотых игл, верно? Это он их прислал?”

“Они здесь. Пожалуйста, взгляните”.

Шэнь Нинхуа развернул матерчатое полотенце и посмотрел на ряд золотых игл на нем. На ее губах появилась улыбка. "хорошо. Возвращайся и скажи патриарху Сяо, что я принял этот благодарственный подарок”.

Служанка почтительно поклонилась, а затем достала из рукава приглашение. “Ваше высочество, хотя вы и приняли подарок за спасение жизни нашей мисс, ваша доброта не может быть измерена деньгами. Поэтому, чтобы отблагодарить вас, наша мисс собирается специально устроить банкет для вашего высочества.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало холодным. Ее глаза были наполнены светом, который мог видеть сердца людей насквозь. Служанка слегка приподняла голову и вдруг опустила ее. Холодный пот выступил у нее на спине.

Шэнь Нинхуа была спасителем Сяо Хуаньси. Рассуждая логически, Сяо Хуаньси должна лично приехать, чтобы передать приглашение, чтобы выразить свою искреннюю благодарность. Однако она послала сюда только служанку. Более того, только после того, как Шэнь Нинхуа приняла благодарственный подарок, служанка достала пригласительный билет. Если бы Шэнь Нинхуа отказалась принять пригласительный билет в это время, она показалась бы претенциозной. В конце концов, она уже приняла подарок в знак благодарности. По какой причине она могла отказаться от приглашения?

“Ваше высочество, наша мисс сказала, что она должна была лично прийти, чтобы передать приглашение, но...”

“Поскольку она сказала, что должна прийти лично, я возьму это, когда она действительно придет, чтобы доставить это лично. Ты можешь вернуться.”

Служанка удивленно подняла голову. Принцесса Чжаохуа на самом деле не придала семье Сяо никакого значения. “Ваше высочество...”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. «Что еще? Разве ты не слышала, что я сказала?”

Почувствовав скрытую угрозу в голосе, служанка поспешно замолчала и незамедлительно вышла с бледным лицом.

Ян Инсюэ была несколько обеспокоена. ”Кузина, не слишком ли неуместно вот так смущать мисс Сяо?"

“Что здесь такого неуместного?” Шэнь Нинхуа было совершенно все равно.

“В конце концов, это семья Сяо. Сяо Цзинжань имеет большое влияние при дворе. Сяо Хуаньси - его любимая дочь. Если он будет действовать против тебя, кузина, многое будет трудно для тебя в будущем.”

Шэнь Нинхуа усмехнулась и сказала: “Не волнуйся, двоюродная сестра. Независимо от того, насколько влиятелен Сяо Цзинран, но превосходит ли он королевскую семью? Теперь я принцесса. Даже если бы он просто отказался приветствовать меня, я могла бы использовать этот предлог, чтобы наказать его за неуважение к королевской семье. Он не глуп. Он определенно будет уважать меня перед другими. Чего тут бояться?”

“Кузина, как ты сказала, он будет уважать тебя перед людьми. Но что, если они тайно замышляли против тебя...”

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Интриги за кулисами? Ты не знаешь, у кого это получается лучше!”

Ян Инсюэ на мгновение остолбенела, а затем опустила голову. Она чувствовала, что Шэнь Нинхуа отдаляется от нее все дальше и дальше. Как бы сильно она ни гналась за ней, она не могла ее догнать. Она чувствовала разочарование.

“Кузина, я войду во Дворец. Пожалуйста, извини меня сейчас.”

“Ах, войти во дворец? Ладно, я в порядке. Конечно иди и занимайся своими делами”.

Шэнь Нинхуа кивнула, приказала стражникам запечатать ящики с золотом и вынести их из особняка.

Как и ожидалось, слухи распространились по всей столице. Некоторые говорили, что медицинские навыки Шэнь Нинхуа были выдающимися, в то время как другие обсуждали 5000 таэлей золота, которые она приняла. Ходили самые разные сплетни и толки.

Вскоре, однако, их внимание было привлечено к тому, что происходило на улицах. Охранники особняка принцессы несли множество коробок и направлялись к императорскому дворцу. Дискуссия среди людей стала еще оживленнее.

“Собирается ли ее высочество отправить золото во дворец?”

“Она такая щедрая. Это 5000 таэлей золота. Это золото, а не серебро. Я никогда в жизни не видел столько денег!”

“Что ты знаешь? Это много золота, но это также и проблема. В конце концов, это плата от семьи Сяо. Если бы ее высочество получила его, это определенно вызвало бы недовольство, поэтому она, естественно, хотела подарить его Его величеству.”

“Да... ты прав...”

Шэнь Нинхуа проигнорировал все виды сплетен и кривотолков и просто отнесла золото в императорский кабинет Бейли Цинцана.

Увидев эти коробки, Бейли Цинцан рассмеялась. “Ты непослушная девчонка, наконец-то у тебя есть немного денег. Почему ты не оставила их у себя?”

Шэнь Нинхуа сразу же пошла вперед, чтобы помочь Бейли Цинкану приготовить чернила. “Ваше величество, пожалуйста, не дразните меня. Вы узнаете об этом вопросе, если поинтересуетесь им. По просьбе семьи Сяо я спас жизнь Сяо Хуаньси. Эти 5000 таэлей золота - выражение их благодарности мне. Если бы семья Сяо действительно хотела поблагодарить меня, они могли бы просто тайно отправить золотые билеты. Нет необходимости поднимать такой большой шум. Они явно пытались вызвать у меня отвращение и показать другим, какая я жадная. Я просто не хочу идти у них на поводу и доставить им удовольствие видеть поставленное ими же представление!”

Бейли Цинцан не ожидал, что Шэнь Нинхуа будет такой прямолинейной и громко рассмеялся.

Искренний смех потряс евнухов, стоявших рядом. Прошло много времени с тех пор, как император так счастливо улыбался. Казалось, что принцесса Чжаохуа действительно была самой благосклонной к Его величеству!

После того, как Бейли Цинцан закончила смеяться, он посмотрел на нее с улыбкой. “Что, ты готова отдать мне все золото?”

Чувствуя его дружелюбное и снисходительное отношение, Шэнь Нинхуа не могла не вести себя как обычная девушка, которая кокетливо разговаривает со старшим: “Отец император, я изначально хотела принести золото и попросила ваше Величество дать мне несколько золотых билетов. Тогда я смогу рассказать другим, что я предложил золото Вашему величеству. Но поскольку ваше величество заговорили об этом, что ж, золото все ваше.”

"Ого? Ты такая великодушная?” Бейли Цинцан посмотрел на нее и шутливо сказал.

“Конечно..”. Так сказала Шэнь Нинхуа, но в ее глазах появился след притворной боли.

Бейли Цинцан улыбнулся еще счастливее, когда увидел выражение ее лица. “Хорошо, тогда я приму твое дочернее почтение”.

“Благодарю вас, ваше величество, за то, что избавили меня от неприятностей”.

“Хорошо, раз уж ты во Дворце, поужинай со мной перед отъездом”.

“Да, ваше величество”.

Атмосфера в Императорском кабинете была исключительно хорошей. Бейли Цинцан можно было считать старейшиной, который искренне приняла в свое сердце Шэнь Нинхуа. Она сказала несколько ласковых слов, чтобы подбодрить его, и трапеза быстро завершилась. Перед уходом Шэнь Нинхуа сыграла несколько раундов в шахматы с Бейли Цинцаном.

Вскоре после того, как Шэнь Нинхуа вернулась в свой особняк, прибыл евнух с императорским указом и некоторыми наградами. Хотя коробок было всего шесть, стоимость предметов внутри составляла не менее 5000 таэлей золота.

Вскоре после этого распространилась новость о том, что принцесса Чжаохуа пожертвовала 5000 таэлей золота, и все это было отправлено в Цзяннань для укрепления тамошних дамб, которые защищали жизни и имущество людей. Император издал еще один указ, восхваляющий ее.

Сразу же после этого многие чиновники, мадам и молодые леди последовали его примеру. Многие гражданские лица, землевладельцы и богатые люди также щедро жертвовали деньги. Всего за три дня суд получил несколько миллионов таэлей серебра. Даже Бейли Цинцан был шокирован. Он издал указ, восхваляющий нескольких человек, которые пожертвовали больше всего денег и даже лично предоставили официальную должность землевладельцу.

На мгновение страна преисполнилась восхищения мудростью императора.

Ян Инсюэ была ошарашена. Шэнь Нинхуа отправил во дворец 5000 таэлей золота. Но всего за несколько дней награда компенсировала серебро, и ее репутация росла…

Глава 167 - У меня есть Уникальные навыки ведения допроса!

Было уже темно, но в особняке принцессы было светло как днем. Яркие лампы источали кроваво-красный свет. Слуги, которых вызвали во двор, опустили головы, боясь шуметь.

Ян Инсюэ прислонилась к Ся Цзинцю, и ее глаза были полны беспокойства. “Мама, почему двоюродная сестра вдруг пригласила нас в гости? Это потому, что она знала, о чем мы говорили днем?”

Ся Цзинцю тоже очень нервничала. Шэнь Нинхуа могла легко справиться с делами при Императорском дворе. Следовательно, она должна быть в состоянии поставить свой собственный особняк под свой жесткий контроль, ничего не упуская. “Инсюэ, не говори ерунды и не думай о плохом. В течение дня мы не говорили ничего злого ни о ее родной матери, ни о ней самой. Это не должно быть из-за наших разговоров. Давайте просто будем спокойны и будем ждать. Не пугайтесь своих собственных глупых идей”.

“Да, я знаю, мама”. Ян Инсюэ прикусила губу, почувствовав, что ситуация становится серьезной, а атмосфера вокруг накаляется. Последняя капля спокойствия в ее сердце рассеялась, оставив только глубокий страх.

Как только они вошли в комнату, они были потрясены, увидев Шэнь Нинхуа, сидящую на мягком диване с бледным лицом. Ся Цзинцю поспешно шагнула вперед и спросила: “Нинхуа, что с тобой случилось? Еще утром ты была в полном порядке. Разве не так?”

Шэнь Нинхуа махнула рукой Бай Руо, которая вытирала обильный пот с ее лица, и прямо сказала: “Тетя, меня подставили. Я чуть не рассталась с жизнью. Мне нужно, чтобы ты вспомнила, подумал о том, что произошло за эти два дня. Кто-нибудь сделал что-то ненормальное или сказал что-то необычное?”

Когда она встретилась с холодным взглядом Шэнь Нинхуа, Ян Инсюэ почувствовала, как ее сердце неудержимо затрепетало. Шэнь Нинхуа хотел знать, сказал ли кто-нибудь что-то необычное…Почему она так спросила? Может быть потому что она что-то знала? Подумав об этом, она в панике схватила Ся Цзинцю за руку.

Ся Цзинцю строго взглянула на дочь, взглядом давая понять, чтобы она успокоилась. Получив такой недвусмысленный сигнал, Ян Инсюэ постаралась успокоиться и прекратить паниковать.

Шэнь Нинхуа заметила этот обмен взглядами, но ничего не сказала. Она повернулась и коротко скомандовала в адрес Цин Цюэ и Хун Лин: “Вы двое, идите и откройте дверь”.

Плотно закрытая дверь распахнулась, и слуги, стоявшие снаружи, поспешно опустились на колени и промолвили: “Приветствую вас, ваше высочество”.

Шэнь Нинхуа ничего не сказала. Ее взгляд был обращен только на слуг, стоявших на коленях на земле. Она сидела посреди комнаты, а слуги стояли на коленях на земле за пределами комнаты, так что она могла видеть выражения лиц всех слуг одним взглядом.

Поскольку она ничего не сказала, слуги не осмелились пошевелиться. Постепенно кто-то не смог удержаться. Тем не менее, они изо всех сил старались сохранять свои позы и не осмеливались дрожать.

Тишина медленно наполняла воздух. Как раз в тот момент, когда все почувствовали, что давление в их окружении было настолько велико, что им было трудно дышать, Шэнь Нинхуа наконец холодно сказала: “Сегодня произошло нечто и я чуть не лишилась жизни”.

Как только эти слова были произнесены, слуги были повергнуты в глубокий шок.

Голос Шэнь Нинхуа становился все холоднее и холоднее. “Вы слуги особняка принцессы Чжаохуа. Вы должны очень хорошо знать, что если бы я умерла неизвестной смертью, все вы были бы похоронены заживо вместе со мной. Никто не сможет выжить в случае моей смерти!”

Шэнь Нинхуа встала. Шаг за шагом она вышла из комнаты и остановилась на лестнице. Ее спина была неестественно прямой и совсем не сгибалась. “Вы служили мне долгое время. Я думаю, вы знаете мои правила. Пока вы честно выполняете свою работу, вы будете должным образом вознаграждены. Однако я определенно не проявлю милосердия к тем, кто действует хитро или предает особняк!”

Все спокойно слушали слова Шэнь Нинхуа с разными выражениями на лицах.

Острый взгляд Шэнь Нинхуа скользнул по лицам каждого. Гнев в ее глазах был подобен вспышке молнии, прорезавшей ночное небо, заставляя людей не осмеливаться смотреть прямо на нее.

“Я подумала, что после стольких уроков вы должны знать правила. Однако я не ожидала, что кто-то все еще осмелится сделать что-то против меня! Вы должны понимать, что даже за не такое серьезное дело, я уже могла бы всех вас забить убинками до смерти!”

“Мы все в вашей воле. Ваше высочество, пожалуйста, будьте справедливы и не наказывайте невиновных!” Многие слуги были напуганы до такой степени, что их лица побледнели. Они видели много слуг, которых забили дубинками до смерти. Из-за жестокой сцены они несколько дней не могли нормально спать. Многие люди дали себе клятву хранить вечную верность из-за страха, что они закончат так же.

Шэнь Нинхуа снисходительно посмотрела на них сверху вниз. “Больше всего я ненавижу людей, которые предают своих хозяев. Как мой слуга, если вы даже не можете быть верны мне, я могла бы с таким же успехом прямо забить вас всех до смерти, а затем войти во дворец, чтобы попросить у Его величества дополнительных слуг!”

“Ваше высочество, пожалуйста, пощадите наши жизни!” Все были возмущены и хотели вытащить нарушителя спокойствия и избить его или ее до смерти, чтобы спасти свою собственную жизнь.

“Пощадить ваши жизни? Некоторые из вас замышляли заговор против моей жизни, но вы все еще осмеливались умолять меня пощадить ваши жалкие жизни?” Шэнь Нинхуа внезапно обернулась. Ледяная аура вокруг ее тела заставляла сердца людей холодеть. “Я могу вам ясно сказать, что люди, которые замышляли заговор против меня, определенно окружали меня с разных сторон. Нефритовый кулон, который подарила мне Шэнь Линхань, можно рассматривать как спусковой крючок. Определенно, есть люди, которые делали другие вещи, чтобы нефритовый кулон работал. Подумайте хорошенько, чтобы вспомнить, не совершал ли кто-нибудь в последнее время странных действий. Возможно вы вспомните чьи-нибудь необычные выражения лиц. Если вы вспомните о таких людях, я отпущу вас. В противном случае, не вините меня за то, что я буду к вам безжалостна!”

От двери донесся звук размеренных шагов. Группа стражников в доспехах и с дубинками в руках вбежала внутрь и окружила слуг, которые стояли на коленях на земле. Черные дубинки были подняты высоко над их головами, как будто они должны были обрушиться в следующее мгновение.

Шэнь Нинхуа огляделась и сказала: “Это личная охрана, которую Его Величество предоставил мне после того, как я стала принцессой. Я не ожидала, что их первой задачей будет наказать вас. Подумайте хорошенько. Прежде чем вы сможете подумать о том, кто замышлял заговор против меня, никто не сможет покинуть этот двор”. После этого она повернулась и села на мягкую кушетку в комнате, ожидая, пока слуги во дворе признаются.

Во дворе царила полная тишина. Все ломали голову, пытаясь вспомнить, кто в последнее время вел себя ненормально. Они хотели бы, чтобы у них было еще две головы, чтобы они могли ясно помнить, что произошло в эти дни.

Би Чжу приготовила лекарство по рецепту Чэнь Юня и осторожно принесла его Шэнь Нинхуа. “Мисс, лекарство готово”.

Шэнь Нинхуа тщательно рассмотрела лекарственные ингредиенты в чаше. Убедившись, что все в порядке, она взяла чашу и выпила лекарство одним глотком. Вспоминая предыдущие случаи, она тоже была очень напугана. План на этот раз был слишком дерзким и тонким, и это чуть не убило ее во сне.

Шэнь Нинхуа действительно заподозрила неладное, когда Шэнь Линхань подарила ей нефритовый кулон, но после многократной проверки нефритового кулона она не обнаружила ничего необычного, поэтому избавилась от своих подозрений и часто играла с ним в руках.

Однако она не ожидала, что ее временное расслабление и беспечность заставят ее впитать в свое тело целебный проводник Души Мечты. Душа мечты была чрезвычайно странным лекарством. Лекарственным средством была зловещая энергия крови, нанесенная на нефритовый кулон. Другие действующие вещества были крайне неопределенными. Это может быть горшок с цветами или какая-нибудь трава. Поскольку разные вещества сильно различались, и она многое повидала за последние несколько дней, если бы она расследовала по крупицам, это заняло бы бесконечный период времени. Поэтому она просто начала с других аспектов.

Эти слуги знали большое количество людей и взаимодействовали с ними. Можно было бы сказать, что их сеть связей могла бы охватить весь особняк принцессы. Начать с них было самым простым методом.

Закончив пить лекарство, она поставила чашу на поднос и холодно посмотрела на слуг. “Что, никто еще ни о чем не подумал? Похоже, что никто из вас не хочет покинуть этот двор живым...”

“Нет, ваше высочество. Я вспомнила, что это была служанка двора Руйси Чун Сян. Она отвечала за уборку переднего двора, но вчера она пошла на задний двор и оставалась на заднем дворе в течение часа.”

Шэнь Нинхуа опустила глаза. "Да? Я не ожидал, что такое произойдет”.

“Нет, ваше высочество. По какой-то причине я пошла на задний двор. Я пошла туда, чтобы найти медсестру Ван. Некоторое время назад я попросила медсестру Ван купить для меня немного благовоний, и так получилось, что я пошла за ними в тот день.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа изменилось. “Благовония? Насколько я знаю, в особняке есть правило, согласно которому служанкам не разрешается использовать благовония без разрешения, верно?”

“Я... я...” Горничная по имени Чун Сян немедленно запаниковала. Она просто влюбилась в мужчину и хотела сделать себя красивой, чтобы ей кто-то помог в этом. Она не ожидала, что посеяла семя фатальной катастрофы для себя. “Ваше высочество, пожалуйста, пощадите мою жизнь. Ваше высочество, пожалуйста, пощадите мою жизнь”.

Прежде чем Шэнь Нинхуа дал какие-либо указания, Цин Цюэ уже привела людей обыскать двор, где жила Чунь Сян, и принесла неиспользованные благовония.

Шэнь Нинхуа отщипнула кусочек и понюхала его. Она тут же нахмурилась. Убийственный взгляд мелькнул в ее глазах: “Покупаю немного благовоний…Почему вы не взглянули на это хорошенько и не поняли, что вы можете позволить себе такие высококачественные благовония стоимостью не менее ста таэлей золота? Вы отвечаете за уборку земли в моем дворе, и вы должны знать правила лучше, чем другие. Кто недавно обманом заставил тебя купить благовония?”

“Я... меня подбодрил мой коллега Сян Лан. Она сказала, что использование благовоний может сделать меня более привлекательной. Я потеряла голову и купила благовония. Пожалуйста, пощади мою жизнь”.

Шэнь Нинхуа увидела, что у одного из слуг, стоявшего на коленях позади него, было бледное лицо. Она сразу все поняла. “Похоже, у тебя есть возлюбленный. Ради него ты фактически проигнорировала мои правила. Ладно, я не буду разлучать вас, голубки, так что я позволю вам быть вместе. Кто-нибудь, оттащите их обоих вниз и забейте дубинками до смерти!”

"Да!" Охранники резко ударили дубинками в своих руках, издавая глухой удар о землю, который потряс сердце каждого.

“Ваше высочество, пожалуйста, пощадите меня...”

Эта Чунь Сян и раньше была подкуплена семьей Сяо, но, видя, что она ничего не предприняла, Шэнь Нинхуа подумал, что от нее может быть какая-то польза, и поэтому позволил ей остаться. Она не ожидала, что эта горничная действительно подставит ее.

В последнее время все шло хорошо, и она немного потеряла бдительность. Казалось, что для того, чтобы хорошо жить в этом мире, ей все еще нужно быть настороже изо всех сил.

“Тащи и этого Сян Ланя вниз. Горничная, которая опознала Чун Сяна, теперь может уйти.”

“Да, спасибо, ваше высочество! Благодарю вас, ваше высочество!

Видя, что оповещение кого-то другого действительно может спасти их собственную жизнь, голоса внизу сразу же стали громче.

Все продолжали говорить, и информация, которую они предоставляли, становилась все более и более подробной. Основываясь на том, что они сказали, Шэнь Нинхуа даже знал бы, кто сколько времени потратил на то, чтобы переодеться или кто сколько времени провел в уборной.

Чэнь Юнь, который прятался за ширмой, втайне восхищался Шэнь Нинхуа за ее непревзойденные навыки манипулирования сердцами людей.

Чу Цзюньи скривил губы, и его сердце наполнилось гордостью. Чэнь Юнь этого не знал, но он то хорошо понимал, как Шэнь Нинхуа удавалось так прекрасно контролировать ситуацию. Расставляя этих слуг, Шэнь Нинхуа потратила много усилий на изучение происхождения и темперамента каждого, чтобы слуги во дворе определенно контролировали друг друга и соревновались друг с другом. Для них было абсолютно невозможно объединиться. Это было причиной, по которой она могла легко получить четкое представление о событиях, произошедших за последние несколько дней.

Шэнь Нинхуа посмотрела на записи в своей руке, и ее глаза холодно заблестели. “Я действительно не ожидала, что в моем маленьком особняке принцессы действительно будет столько талантливых людей!” Она взяла кисточку для письма, покрытую красными чернилами, и обводила имена кругами одно за другим.

“Соберите всех этих людей, чьи имена были обведены мной, и заприте их. Остальные могут вернуться.”

Глава 168 - Милая, Никогда в жизни не думай о разводе со Мной!

Пока Шэнь Нинхуа все еще проводил расследование, семья Сяо уже получила эту новость.

Сяо Хуаньси сидела на кровати, и ее лицо было бледным от гнева. “Разве ты не говорила, что никто этого не обнаружит? Разве ты не говорила, что Шэнь Нинхуа определенно будет убита? Сейчас с ней все в порядке, но для меня неминуема катастрофа!”

Сестра Ци, кормилица Сяо Хуаньси, опустилась на колени и сказала: “Мисс, я получила этот рецепт от монаха храма Гуаннин после долгого периода расспросов. Мне сказали, что это был чрезвычайно опасный яд, оставленный предыдущей династией, и никто не мог его разгадать. Я не ожидал, что принцесса Чжаохуа будет цела и невредима.”

“Оправдания! Ты просто глупо и неумело оправдываешься!” Сяо Хуаньси резко встала, несмотря на свою слабость. Она подошла прямо к медсестре Ци и изо всех сил ударила ее ногой в грудь. “Ты думаешь, меня все так же легко обмануть, как и раньше?”

“Мисс, я наблюдала, как вы росли. Я полностью и душой и телом предана вам. Пожалуйста, не делайте скоропалительных выводов!”.

“Ха-ха, полная лояльность? Неужели ты думала, что я не знала, что ты совершала позорные и незаконные поступки, будучи моей кормилицей? Если бы не моя помощь в подавлении общественного мнения, твой сын умер бы задолго до этого. Позвольте мне сказать вам, сестра Ци, не думайте, что вы можете забыть свой долг прислуги только потому, что вы несколько дней кормили меня грудью. Слуга всегда остается слугой, и ты никогда не сможешь избавиться от своих грязных привычек”.

“Мисс! Я никогда не пользовалась своим старшинством и не осмеливалась причинить вам ни малейшего вреда. Как вы можете такое подумать обо мне?” Медсестре Ци было страшно. Она служила Сяо Хуаньси с самого рождения. Хотя она была всего лишь служанкой, она тайно заботилась о Сяо Хуаньси и даже любила ее больше, чем собственного сына. Она действительно относилась к Сяо Хуаньси как к своей собственной дочери.

“Ты действительно смелая. Ты действительно посмела накричать на меня. Кто-нибудь, бросьте эту непослушную служанку на землю и дайте ей пятьдесят ударов!”

Медсестра Ци ошеломленно смотрела на свою хозяйку. Она пришла в себя только перед тем, как охранники потащили ее вниз. “Мисс, ради вас я пренебрег моральными принципами и ночью поднялась на гору, чтобы раздобыть этот яд, чтобы исполнить ваше желание. Но теперь вы действительно так жестоко наказал меня только потому, что это не сработало. Мисс, я ваша кормилица!”

Сяо Хуаньси был еще более нетерпелив. “Заткни ей рот кляпом. Она такая шумная!”

Рот медсестры Ци был заткнут кляпом, и ее сразу же потянули вниз, чтобы исполнить волю госпожи и хорошенько обработать ее дубинками.

Услышав снаружи звук удара дубинки по телу служанки, Ци, Сяо Хуаньси выглядела немного лучше. Она махнула рукой, и служанка сбоку поспешно шагнула вперед, дрожа от страха.

“Скажите слугам снаружи, кто сейчас работает дубинками. Не поленитесь и бейте ее с настоящей силой!”

Сердце служанки затрепетало, и пот покрыл ее лоб. “Да, мисс”. Пятьдесят ударов с реальной силой могли разрубить человека пополам без единого шанса на выживание. Мисс хотела смерти медсестры Ци…

Сяо Хуаньси осторожно положила в рот фиолетовую виноградину. Красный сок ягоды остался на ее губах, которые выглядели зловеще красивыми. Она слегка покачала головой. Ее пальцы следовали ритму ударов снаружи, чтобы постучать по столу. От резкого звука у людей похолодели спины.

Сяо Фэнцзюэ вошел снаружи, и выражение его лица сразу же стало мрачным, когда он увидел, что происходит во дворе. “Остановись!”

Сяо Хуаньси очнулась от своих мыслей. Она поспешно выбросила виноград, который держала в руке, и подошла к кровати, чтобы сесть. Она достала из-под подушки белую пудру и дважды протерла лицо, пока оно не стало белоснежным.

Сяо Фэнцзюэ внезапно пинком распахнул дверь. “Сяо Хуаньси, что ты делаешь? Почему ты хочешь убить свою кормилицу?”

Сяо Хуаньси обернулась и увидела служанку Ци, которую охранники втащили в дверь и которая была на грани смерти. Тень разочарования промелькнула в ее сердце. Если бы Старший Брат пришел на мгновение позже, сестра Ци была бы мертва, и это избавило бы ее от хлопот.

“Старший брат, ты здесь?”

Глядя на заплаканный вид Сяо Хуаньси, Сяо Фэнцзюэ не испытывал ни малейшей жалости, а только глубокое отвращение. “Ответь на мой вопрос. Что ты опять делаешь? Сестра Ци служила вам столько лет, и все же вы на самом деле хотите убить ее? У тебя все еще есть человеческое сердце?”

Он знал, что служанка Ци помогла ей приобрести яд, но когда он увидел, что Сяо Хуаньси пыталась напрямую заставить медсестру Ци замолчать, независимо от ее личности, он не мог не почувствовать холод в своем сердце. В конце концов, служанка Ци верой и правдой работала на них с самого детства. Проведя так много времени вместе, даже если это был просто безжизненный предмет, она должна была испытывать к нему привязанность, не говоря уже о человеке.

Сяо Хуаньси прикрыла губы ладонью и заплакала. Она выбралась из кровати и опустилась на колени рядом со служанкой Ци. Она хотела прикоснуться к ней, но тут же отдернула руку, как будто ее ударило молнией. “Старший брат, сестра Ци для меня как член семьи. Хотя она служанка, я на самом деле отношусь к ней как к своей матери, но на этот раз я не могу защитить ее.”

После того, как Шэнь Нинхуа получила нужную ей информацию, Чу Цзюньи быстро вернулся в особняк Сяо. Но он все равно опоздал на один шаг. Медсестра Ци была почти забита насмерть и не могла говорить.

Увидев входящего в дверь Чу Цзюньи, Сяо Хуаньси заплакала еще печальнее. “Старший брат, сестра Ци... она увидела, что мне грустно, и без моего разрешения отправилась на поиски мастера Хуэйтуна из храма Гуаннин, чтобы получить яд для убийства принцессы Чжаохуа. Хотя я ненавижу ее за то, что она забрала брата Цзюньи, я не могу игнорировать чувства брата Цзюньи и причинять ей боль, поэтому у меня нет выбора, кроме как наказать сестру Ци...”

Чу Цзюньи проигнорировал превосходное выступление Сяо Хуаньси и направился прямо к служанке Ци. Он протянул руку, чтобы проверить ее дыхание, и тут же сильно нахмурился.

Увидев выражение его лица, сердце Сяо Хуаньси внезапно расслабилось. Медсестра Ци была мертва, так что никаких улик не было. Она могла говорить все, что хотела.

Сяо Фэнцзюэ ненавидел глупость Сяо Хуаньси, но теперь у него не было другого выбора, кроме как прикрыть это для нее. “ Цзюньи, ты вернулся. Я не ожидал, что у служанки Ци будет такое мужество. Ты вернулся из особняка принцессы Чжаохуа? С ней все в порядке?”

Чу Цзюньи поднял голову и посмотрел на Сяо Фэнцзюэ с угрюмым выражением лица. “Старший брат, сестра Ци действительно приняла такое решение самостоятельно?”

Кулаки Сяо Фэнцзюэ сжались. Он взглянул на умоляющее выражение лица Сяо Хуаньси и, наконец, кивнул. “Это верно. Это действительно было ее собственное решение. Я только что узнал.”

Надежда в сердце Чу Цзюньи исчезла, и его глаза стали совершенно холодными. “Так вот как это бывает. Завтра вы сможете лично войти во дворец, чтобы объясниться с Его величеством.” Сказав это, он развернулся и ушел, не взглянув на Сяо Хуаньси, которая плакала на земле.

В конце концов, Старший брат решил встать на сторону Сяо Хуаньси и замыслил заговор против Нинхуа ради нее. Казалось, что он и семья Сяо собирались расстаться.

После того, как Чу Цзюньи ушел, Сяо Фэнцзюэ присел на корточки и приложил палец к носу медсестры Ци. Почувствовав слабую жизненную ауру, он вытащил из сапога кинжал и вложил его в руку Сяо Хуаньси. “Служанка Ци еще не умерла, так что, если вы хотите быть в безопасности, вы должны сделать это тщательно. Нанеси удар кинжалом, который у тебя в руке!”

«Что? Старший брат…Я... я не могу...”

Сяо Фэнцзюэ холодно посмотрел на нее. “В твоем теле течет кровь семьи Сяо. Почему ты не можешь убить человека?” Говоря это, он потянул Сяо Хуаньси за руку, позволяя ей держать кинжал и целиться им в грудь служанки Ци.

В это время медсестра Ци внезапно очнулась. Однако она больше не могла говорить. Она только открыла рот и выплюнула полный рот крови, смешанной с разорванными органами.

Сяо Хуаньси испуганно вскрикнула, пытаясь отступить.

Лицо Сяо Фэнцзюэ ничего не выражало, когда он с силой оттащил ее назад. Затем он взял ее за руку и яростно вонзил кинжал в сердце медсестры Ци. Затем он резко вытащил кинжал.

Кровь брызнула из раны и залила лицо Сяо Хуаньси. “Ах, Старший брат, помоги, помоги...”

Сяо Фэнцзюэ встала и холодно посмотрела на Сяо Хуаньси, пока та боролась. “Разве ты не хочешь победить Шэнь Нинхуа? Если ты не можешь быть умнее ее, ты должен быть более порочной, хладнокровной и бесстыжей, чем она. Только тогда ты сможешь отвоевать у нее Чу Цзюньи! Даже если ты не можешь заполучить его сердце, по крайней мере, ты можешь заполучить его тело. Ты уже находишься в такой ситуации, и ты должна это сделать, даже если тебе этого не хочется!”

Сяо Хуаньси задрожала, когда посмотрела на кровь на своей руке. Спустя долгое время она медленно успокоилась. Она покрутила липкие пятна крови на пальцах. Странная улыбка появилась на ее губах. “Старший брат, ты прав. Я хочу вернуть брата Цзюньи, и я могу сделать все, что угодно. Разве это не просто убийство людей? Я могу убить десятки из них!”

С этими словами она схватила кинжал в своей руке и снова вонзила его в грудь служанки Ци. Тогда это было так, как будто она сошла с ума. Она непрерывно наносила удары и вытаскивала кинжал, превращая тело служанки Ци в месиво…

Сидящий на крыше Чу Цзюньи прикрыл глаза, чтобы не показывать взгляд, наполненный леденящим до костей холодом. Затем он повернулся и крепко обнял человека, который находился в его объятиях. Он прямо спрыгнул с крыши и приземлился на углу задней улицы. Он опустил женщину на руки и осторожно снял с нее плащ. “Нинхуа, ты в порядке?”

Лицо Шэнь Нинхуа было необычайно бледным. Твердо выстояв, она вздохнула с облегчением. “Я в порядке”.

Получив результат, она попросила Чу Цзюньи отвезти ее в особняк Сяо. Она не ожидала увидеть такую чудесную сцену. После того, как Шэнь Нинхуа села в приготовленный экипаж, выражение его лица немного улучшилось. “Я действительно не ожидал, что Сяо Хуаньси действительно станет таким”. С ее стороны было действительно хладнокровно и бессердечно ударить ножом свою кормилицу.

Чу Цзюньи пообещал глубоким голосом: “Нинхуа, не волнуйся, я никогда не позволю Сяо Хуаньси причинить тебе боль”.

Шэнь Нинхуа оглядела Чу Цзюньи и многозначительно сказала: “Хотя она хочет иметь дело со мной, ее конечная цель - заполучить тебя. Ха-ха, это тебе следует быть осторожным. Разве Сяо Фэнцзюэ не говорил, что она должна быть еще более бесстыдной, чем я? Возможно, однажды она приготовит какой-нибудь афродизиак и насильно переспит с тобой!”

Чу Цзюньи был ошеломлен. Он не ожидал, что Шэнь Нинхуа будет такой прямолинейной, и был немного раздражен. Он притянул ее к себе и заключил в объятия, желая потереться о нее всем телом. “Ты говоришь глупости!”

“Ты не подумай, это не то что я имела в виду, это то, что имели в виду Сяо Фэнцзюэ и Сяо Хуаньси! Однако, эта опасность действительно реальна. Ты должен быть начеку. Она даже меня тайно накачала наркотиками. Уж куда проще ей получить какое-либо возбуждающее средство и накачать им тебя”.

“Ты все еще говоришь ерунду!” Чу Цзюньи стиснул зубы и обнял ее еще крепче. Он похлопал ее по округлой попе, но из-за того, что она была ранена ранее, он не осмелился приложить никаких сил. Когда его рука мягко опустилась на нее, он был возбужден мягким и упругим прикосновением.

Шэнь Нинхуа не слишком много думала об этом. Она только чувствовала, что его объятия становятся все крепче и крепче, и она почти не могла дышать. Она прямо ущипнула его за ухо и оттащила в сторону. “Я говорю правду. Если такой день действительно наступит, ты должен будешь сопротивляться изо всех сил. В противном случае, если эта дьяволица женского пола добьется успеха, я немедленно разведусь с тобой. В конце концов, принцесса имеет право развестись со своим мужем.”

После того, как их отношения были узаконены помолвкой, Шэнь Нинхуа уже не была столь церемонна и не соблюдала этикет, как раньше. В конце концов, мужчинам следует давать какие-то поощрения. Она знала это.

Чу Цзюньи был раздражен. Он притянул ее к себе, чтобы прикусить ее шею и впиться в нее зубами. “Ты дрянная девчонка, я сейчас укушу тебя до смерти!”

Разведись со мной? Даже не думай об этом в этой жизни!

Глава 169 - Действительно ли Сяо Хуаньси собиралась заняться сексом с Чу Цзюньи силой?

Шэнь Нинхуа еще раз пересмотрела неопределенные факторы, которые она выявила в своем особняке. Да, она снова проверит оставшихся людей и приведет их в свой новый особняк принцессы только после того, как убедится, что с ними нет проблем. Только таким образом особняк принцессы можно было превратить в неприступную крепость, в которую никто не мог легко засунуть шпионов.

Бай Руо посмотрела на список в своей руке и сообщила: “Мисс, все находится на складе и должным образом оприходовано и зарегистрировано. Вы можете проверить все свои вещи в любое время”.

Шэнь Нинхуа пролистала толстую стопку листов в своей руке. “Их на самом деле так много?” Она только знала, что на ее складе должно быть много вещей, но она не ожидала, что их будет так много.

“Мисс, вы заработали почти 40 000 таэлей золота к ряду, спасая людей своими медицинскими навыками. В дополнение к приданому вашей матери и награде Его величества, самым важным источником является аптека Хуаджун...”

Шэнь Нинхуа кивнула. С такими слугаи как эти у нее была бы уверенность во всем, что она хотела бы делать в будущем. В конце концов, деньги заставляют кобылу двигаться. “Убери все это подальше...”

“Мисс, мисс Сяо здесь”. Хун Лин вошла, чтобы доложить, прервав ее слова.

“Сяо Хуаньси?” Глаза Шэнь Нинхуа загорелись. Она долго ждала Сяо Хуаньси и, наконец, пришла. “Пригласи ее войти”.

“Приветствую вас, ваше высочество”.

“Мисс Сяо – вы редкий гость. Все ли у вас в порядке?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на Сяо Хуаньси с оттенком сарказма в глубине глаз. Когда она видела Сяо Хуаньси позавчера вечером, все ее тело дрожало, а лицо было бледным, потому что она кого-то убила. Но сейчас ее лицо порозовело, а выражение было спокойным. Она не выглядела такой взволнованной, как раньше. Способность этого человека к восстановлению была действительно сильной.

“Я не смогла лично вручить пригласительный билет по состоянию здоровья, поэтому я пришла сюда сегодня, чтобы пригласить вас на мой банкет и поблагодарить вас за спасение моей жизни. Пожалуйста, окажите мне честь”.

Шэнь Нинхуа взяла красную пригласительную карточку и посмотрела на нее с улыбкой на лице. “Хорошо, я обязательно приду”.

Улыбка Сяо Хуаньси была нежной и совершенной, что делало ее исключительно вежливой. “Это прекрасно. Я слышала, что ваша двоюродная сестра, мисс Янг, тоже находится в особняке, поэтому я хотел бы знать, могу ли я нанести ей визит сейчас?”

В гостях у Ян Инсюэ? Сердце Шэнь Нинхуа екнуло, и она согласилась: “Кузина сейчас должна быть свободна. Бай Жо, отведи мисс Сяо во двор моей двоюродной сестры. Я не буду сопровождать ее.”

“Я не смею беспокоить вас, ваше высочество. Я сейчас уйду.” Сяо Хуаньси встала и почтительно поклонилась, прежде чем уйти.

Видя, как Сяо Хуаньси церемонно прощается и уходит, Хун Лин не могла не надуться. “Мисс, почему она вдруг стала такой? Что именно она планировала сделать?”

Улыбка на лице Шэнь Нинхуа исчезла. “Она действительно научилась быть умной. Методы обучения Сяо Фэнцзюэ поистине достойны восхищения. Через несколько дней Сяо Хуаньси, казалось, полностью переродился.”

“Тогда разве с ней не становится все труднее иметь дело? Мисс, должны ли мы проявить инициативу и нанести удар, когда она будет на обратном пути и...” Хонг Лин подняла руку и сделала жест, перерезающий горло.

Шэнь Нинхуа пристально посмотрел на нее. “Если Бай Руо увидит твои действия, она утащит тебя вниз, чтобы преподать урок. Если я могу напрямую убить ее, почему я должна так усердно работать? Положение семьи Сяо при дворе слишком важно. Судя по всему, Сяо Хуаньси - самая слабая часть семьи Сяо. С ее присутствием я могу найти десятки тысяч оправданий, чтобы напасть на семью Сяо. Без нее семья Сяо станет непроницаемой, и я не смогу найти никакой даже смаой маленькой щели в обороне, так что Сяо Хуаньси определенно не должна умереть.”

Хун Лин внезапно поняла. “Неудивительно, что вы терпели ее много раз. Я думал, это из-за мастера Чу.”

“Чу Цзюньи - это одна из причин, но не решающий фактор”.

Хун Лин втайне вздохнула с облегчением. В прошлом, когда мисс была холодной и бесчувственной, они беспокоились, что она умрет в одиночестве. Теперь, когда у мисс появился возлюбленный и в ней стало немного больше тепла, они боялись, что она слишком глубоко погрузится в это и в конце концов ей будет больно. Как у слуг, у них было много забот.

Шэнь Нинхуа не хотела видеть неловкое выражение лица Хун Лин, поэтому она быстро нашла ей какую-то работу. “Сяо Хуаньси отправился во двор Ян Инсюэ. Следуйте за ней и взгляните. Если ты сможешь услышать их разговор, вернись и доложи мне об этом”.

“Да, мисс”.

Примерно через час Бай Руо и Хун Лин вернулись, чтобы доложить.

Бай Жо сказал: “Мисс, я привел Сяо Хуаньси аж в павильон Цуйчжу. Она не оглянулась и больше ни о чем не спросила, но после того, как вошла в комнату Ян Инсюэ, она довела меня до двери.”

Хон Лин тоже было любопытно. “Мисс, я слышал их разговор. Сяо Хуаньси дала пригласительный билет только Ян Инсюэ. Они не сказали ничего лишнего. Затем Сяо Хуаньси села на место гостя и оставался там некоторое время, прежде чем уйти.”

Глаза Шэнь Нинхуа опустились. “Отсутствие аномалий - это самая большая аномалия. Она потратила много усилий, плетя интриги против меня. Для нее невозможно ничего не делать”.

Шэнь Нинхуа не обнаружил никаких отклонений в особняке в течение следующих трех дней перед банкетом. Это заставило ее немного расслабиться, и она подумала, что, возможно, слишком надумывает себе.

За два часа до начала банкета она привела Ян Инсюэ с собой в особняк Сяо.

На этот раз все относились к Шэнь Нинхуа с еще большим уважением. Раньше она была принцессой префектуры, но теперь она была настоящей принцессой. Название отличалось на одно слово, но вес, который оно несло, был намного больше. Согласно этикету, даже такие важные чиновники, как Сяо Цзинжань, должны были лично приветствовать ее у ворот особняка.

Ян Инсюэ последовала за Шэнь Нинхуа. Чувствуя спокойное отношение Шэнь Нинхуа к людям, пришедшим поприветствовать ее, она не могла не восхищаться в глубине души. Благородный, но не отстраненный, вежливый, но не отчужденный, ласковый, но не непочтительный. Каждое ее действие было необычайно красиво. Неудивительно, что мама говорила ей не ревновать, потому что у нее вообще не было никаких причин для ревности.

После того, как все сели, Шэнь Нинхуа оглядела окрестности. Людей, присутствовавших на банкете в этот раз, было исключительно много. В основном, прибыли все дамы из разных больших семей.

Увидев мадам Су, сидящую среди гостей женского пола, взгляд Шэнь Нинхуа на мгновение остановился. Она мягко улыбнулась. Слишком много всего произошло за последнее время. Прошло много времени с тех пор, как она видела мадам Су в последний раз.

Падение семьи Шэнь и неудача Второго принца оказали большое влияние на семью ее второго дяди. Она слышала, что ее второй дядя Шэнь Лян некоторое время назад был понижен в должности. Кроме того, весьма вероятно, что Шэнь Сюаньхуа был замешан в этом из-за его близких отношений со Вторым принцем. Поэтому она смирилась с отчужденным отношением мадам Су. Она не ожидала, что они встретятся сегодня.

Сяо Хуаньси очень тщательно подготовила этот банкет, и блюда были исключительно изысканными. Гости и хозяева получили удовольствие.

Чу Цзюньи сел на свое место. Рядом с ним сидел сын министра ритуалов Ван Вэй. Возможно, он выпил слишком много, этот молодой мастер Ван на самом деле принес бокал вина Чу Цзюньи и произнес тост: “Господин Чу, я хотел бы поднять тост за вас!”

Чу Цзюньи сделал паузу. Хотя он был не в восторге от этого, он не стал прямо отказываться. “Молодой мастер Ван, пожалуйста”.

Но молодой мастер Ван не успокоился. Прожевав, этого он прямо подошел к Чу Цзюньи и сказал дразнящим голосом: “Господин Чу, вы скоро станете зятем Его величества. Я действительно должен тебя поздравить”.

Чу Цзюньи был немного нетерпелив. “спасибо”.

Молодой мастер Ван опустил голову и дважды хихикнул. Вино в его кубке было немного разбрызгано. “Эта принцесса Чжаохуа действительно красива. Тсс, тсс, это лицо, эта фигура и эта осанка поистине бесподобны!” Он оглядел Шэнь Нинхуа с головы до ног откровенно сексуальным взглядом, и выражение его лица было полно алчности.

В глазах Чу Цзюньи вспыхнуло намерение убить. Он взял кувшин с вином и наполнил свой кубок. Он обернулся и улыбнулся молодому мастеру Вану. “Я хотел бы выпить за тебя”.

Молодой мастер Ван усмехнулся. “Ха-ха, ты тоже со мной согласен? Мой собрат! Приходите, ура! Ха-ха!”

На губах Чу Цзюньи мелькнула холодная улыбка. Воспользовавшись шансом, когда молодой мастер Ван поднял голову, чтобы выпить вина, он собрал всю внутреннюю силу в своей руке, чтобы ударить по кубку с вином.

С лязганьем о зубы кубок с вином влетел прямо в рот молодому мастеру Вану, прочно перекрыв ему горло!

Молодой мастер Ван захрипел и закатил глаза, что сразу же шокировало окружающих его людей.

"Что не так? Почему ты подавился кубком с вином?”

Молодой мастер Ван закатил глаза и перевернул стол. Вино и посуда были разлиты по всему его телу. “О... Помогите...”

“Что нам следует делать? Кубок с вином застрял у него в горле. Позовите врача! Позовите врача!”

Гнев Шэнь Нинхуа утих, когда она увидела жалкий вид Ван Вэя. Она была очень чувствительна к аурам людей и остро ощущала откровенный взгляд молодого мастера Вана. Как раз в тот момент, когда она думала о том, чтобы найти возможность отомстить, Чу Цзюньи помог ей выплеснуть свой гнев. Видя, что время почти пришло, Шэнь Нинхуа посмотрел на Чу Цзюньи как на сигнал для него.

Если бы этот банкет не был организован семьей Сяо, он бы задушил молодого мастера Вана до смерти. Чу Цзюньи холодно взглянул на Ван Вэя, который был в плачевном состоянии. Он встал и подошел к своей спине. Он сосредоточил свою внутреннюю силу в руке и прямо ударил его по спине.

“Ух ты!” Молодой мастер Ван выплюнул кубок. Его лицо было багровым, а все тело покрыто осколками от посуды. ”Кхе, кхе..."

Сяо Хуаньси подошла, чтобы проверить состояние молодого мастера Вана, но она не ожидала, что он прямо плюнет ей в лицо, и ее физиономия сразу же побледнело от шока.

Сяо Фэнцзюэ встал и проинструктировал горничных убрать грязную территорию и приказал слугам отвести людей, чья одежда была испачкана, на задний двор, чтобы переодеться.

Одежда Чу Цзюньи тоже была в пятнах, и он в душе жаловался на невезение. Он бросил на Шэнь Нинхуа успокаивающий взгляд и пошел на задний двор переодеться.

Увидев, как Сяо Хуаньси и Чу Цзюньи выходят один за другим, Шэнь Нинхуа взяла свой кубок с вином, и на ее губах появилась холодная улыбка. Она думала, что это просто совпадение, но теперь казалось, что это было частью плана. Если она правильно помнила, мать Ван Вэя должна была быть тетей Сяо Хуаньси.

Что хотела сделать Сяо Хуаньси, собрав всех на банкет?

Сяо Фэнцзюэ увидел, что теперь у всех пропал аппетит. Он поспешно сказал: “Извините за мою небрежность, которая испортила банкет. Теперь, когда во дворе распустились цветы, вы можете прогуляться по двору, чтобы освежить свой разум. Когда зал будет готов, я приглашу вас вернуться на свои места”.

Сяо Фэнцзюэ был восходящей звездой при дворе, первоклассным вооруженным саблей офицером императорской гвардии, лично пожалованным императором. Гости определенно хотели бы оказать ему услугу. Все встали и направились во внутренний двор.

Как только Шэнь Нинхуа вошел во двор, к нему быстро подошла служанка и сказала: “Ваше высочество, наша мисс разрешила мне передать вам сообщение”.

“Сяо Хуаньси просил тебя передать мне сообщение?” Из-за ее личности никто из окружающих не вышел вперед, чтобы потревожить ее. Поэтому служанка прямо объявила о своем поручении, и она лишь слегка понизила голос.

“Да, наша мисс сказала, что никто не может украсть то, что она хочет”. Служанка загадочно улыбнулась, и ее рукава слегка сдвинулись, обнажив кусок ткани.

Зрачки Шэнь Нинхуа сузились. Ткань была точно такой же, как одежда, которую только что носил Чу Цзюньи, и на ней даже были следы масляного пятна!

Что собирался делать Сяо Хуаньси? Была ли верна ее догадка о том, что Сяо Хуаньси хотела заняться сексом с Чу Цзюньи силой?

Глава 170 - Тронь Меня пальцем, и Я сломаю Тебе Руку!

В сердце Шэнь Нинхуа пронеслась буря. Какая женщина не хотела бы иметь верного и любящего мужа? Она знала, кто такой Чу Цзюньи, и знала, что для него было невозможно никогда не брать наложницу. Она наверное смогла бы смириться с тем, что он возьмет наложницу в будущем, но это определенно было не сейчас.

И поскольку она уже решила выйти замуж за Чу Цзюньи, ее статус его жены должен быть совершенно оправдан, и до того, как состоится церемония бракосочетания, она ни в коем случае не потерпит существования наложниц или иных женщин в его жизни.

Шэнь Нинхуа холодно окинула взглядом самодовольную служанку рядом с ней, и ее взгляд был подобен стальной игле, вонзившейся прямо в ее сердце. “Где Чу Цзюньи?”

Служанка подсознательно в страхе отступила на два шага назад. Ее лицо побледнело. Она вдруг поняла, что перед ней не женщина из обычной чиновничьей семьи, а королевская принцесса, которая действительно излучала достоинство. ”Молодой хозяин во дворе мисс".

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало холоднее, когда она направилась прямо ко двору Сяо Хуаньси.

Когда мадам Су увидела проходящую мимо Шэнь Нинхуа, она поспешно шагнула вперед и потянула ее за собой. “Нинхуа, что случилось? Почему у тебя такой нехороший вид?”

“Тетя, я в порядке. Я только что заметила, что мое платье в пятнах, поэтому попросила горничную отвести меня во двор мисс Сяо на заднем дворе, чтобы привести его в порядок”. Шэнь Нинхуа немедленно изменила выражение лица.

Увидев нежную улыбку Шэнь Нинхуа, мадам Су кивнула. “Что ж, поторопись конечно! Но после уборки быстрее возвращайся. В конце концов, это не ваш собственный особняк, и здесь много неудобств.”

Заметив скрытое напоминание мадам Су, Шэнь Нинхуа улыбнулась и кивнула. “Да, я знаю”.

Шум толпы мгновенно стих, как только они вошли на задний двор. Шэнь Нинхуа проигнорировала горничную рядом с ней и направилась ко двору Сяо Хуаньси, вспоминая дорогу самостоятельно.

Как только она подошла к двери, шаги Шэнь Нинхуа прекратились, и она резко остановилась. Аромат цветка Илань витал в воздухе, и одним из самых очевидных эффектов этого цветка было пробуждение сексуального желания!

Шэнь Нинхуа невольно крепко сжала кулаки, и в ее сердце возникло слабое чувство сомнения, которое охватило ее и наводило на мысли о предательстве. Если Чу Цзюньи действительно заглотил наживку…Она закрыла глаза, и ее разум постепенно успокоился. Если бы Сяо Хуаньси осмелилась строить против нее такие козни, она таким образом спровоцировала бы войну против всей семьи Сяо!

Приняв решение, Шэнь Нинхуа решительным движением толкнула дверь и вошла во двор.

Во дворе были разбросаны какие-то вещи из одежды. Шэнь Нинхуа не удостоив взглядом и не потрудившись внимательно их осмотреть, сразу же толкнула следующую плотно закрытую дверь!

Как только дверь открылась, в нос ей ударил сильный запах цветка Илань. Сердце Шэнь Нинхуа внезапно дрогнуло, и у нее сразу же возникло дурное предчувствие. Но прежде чем она сделала шаг назад, она почувствовала, как кто-то внезапно толкнул ее в спину и она, пошатываясь, вошла в комнату.

Сяо Хуаньси стояла за дверью, и ее глаза светились радостью. Рядом с ней стоял мужчина с вожделеющим выражением лица. Это был Ван Вэй, которого Чу Цзюньи чуть не задушил кубком вина.

“Кузина, уже почти время. Мне пора идти.” Говоря это, Ван Вэй нетерпеливо потирал руки взад-вперед.

Сяо Хуаньси скривила губы. Увидев его встревоженный вид, ее сердце наполнилось отвращением. “Кузен, у нас есть сделка. Если кто-нибудь узнает, не выдавайте меня. Я ничего не знаю”.

“Не волнуйся, двоюродная сестра. Как я могу тебя выдать? Кроме того, как только к телу этой женщины прикоснутся и ее невинность будет запятнана, что ей останется делать? Даже если принцесса Чжаохуа - свирепая женщина, я обязательно превращу ее в милую кошку.”

Увидев слюнявое выражение лица Ван Вэя, отвращение в глазах Сяо Хуаньси стало еще более видимым. Она махнула рукой и сказала: “Ты можешь идти. Позже я приведу сюда людей. Если ты хочешь завладеть Шэнь Нинхуа и стать зятем императора, не забывай, о чем мы договорились.”

“Да, да, я знаю”.

После того, как ее втолкнули в комнату, Шэнь Нинхуа подсознательно затаила дыхание. Однако в тот момент, когда она открыла дверь, она вдохнула много пыльцы цветов Илань и миорелаксанта, из-за чего ее тело сразу же почувствовало жар и бессилие.

Она прикусила кончик языка и использовала боль, чтобы сохранить ясность ума. Ветер и облака хлынули ей в глаза. Казалось, что на этот раз Сяо Хуаньси успешно подставила ее. Она всегда думала, что Сяо Хуаньси сделает все, чтобы заполучить Чу Цзюньи, но она никогда не думала, что ловушка была уготована именно ей, а не ее любимому!

Волны горячей и сухой ауры исходили изнутри ее тела. Шэнь Нинхуа едва могла держаться. Дверь была крепко заперта снаружи. Для нее было невозможно уйти. Значит ей оставалось выбрать какой-то иной способ противодействия.

Она села на стул и вытащила золотую иглу из края своего рукава. Она нанесла прямой и выверенный удар в акупунктурную точку на своей руке. От сильной боли ее лицо побледнело, но разум был намного яснее.

Внезапно за дверью послышалось какое-то движение. Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало. След убийственного намерения мелькнул в ее глазах. Она медленно вытащила золотую заколку из волос и держала ее в руке. В этот момент человек, вошедший в комнату, должно быть, сообщник Сяо Хуаньси, который пришел, чтобы завладеть ее телом.

Ван Вэй нетерпеливо вошел и сразу же закрыл дверь. Он прошептал: “Ваше высочество, моя красавица, я иду...” Он обернулся и увидел Шэнь Нинхуа, сидящую на стуле. Его ноги подогнулись, когда он увидел ее черные как смоль глаза, преисполненные убийственным взглядом, и он сразу опустился на колени на землю.

“Ты... ты не пила напитки? Разве тебя не накачали наркотиками?”

Глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули, когда она с усилием сдержала лекарственный эффект боли в своем теле. “Это на самом деле ты? Браво! Сяо Хуаньси на самом деле послала тебя сюда в качестве козла отпущения!”

“Ты... о каком козле отпущения ты говоришь?”

“Хм, накачивая принцессу наркотиками, я могу сделать вывод, что Ваша семья Ванг устала от жизни. Это верно?”

“Ты... ты несешь чушь, это лекарство...” Во взгляде Ван Вэя была паника. Он был развратен, но его похоти было недостаточно, чтобы позволить ему забыть обо всем. Увидев убийственную ауру Шэнь Нинхуа, он действительно испугался. “Я не знаю, о каких наркотиках вы говорите. Ваше высочество, мы с вами любим друг друга!”

“Мы влюблены друг в друга? Похоже, ты думал, что ты кто-то стоящий для меня. Почему бы тебе не посмотреть правде в глаза и спросить себя самого, заслуживаешь ли ты меня?” Какая безжалостная Сяо Хуаньси. Она не только планировала позволить Ван Вэю разрушить ее невинность, она также хотела разрушить всю ее оставшуюся жизнь. Шэнь Нинхуа была в ярости, и ее разум сразу же расслабился. Лекарственный эффект в ее теле внезапно проявился, заставив ее издать приглушенный стон, который можно было истолковать, как стон сдерживаемой страсти

Ноги Ван Вэя дрожали от страха, но когда он услышал стон Шэнь Нинхуа, он внимательно посмотрел на нее и мгновенно вздохнул с облегчением. “Ха-ха, я думал, ты и правда не пила никаких напитков на этом банкете. Похоже ты умееш мастерски скрывать свои желания Хм, ну и что с того, что ты принцесса? То, что горело в курильнице для благовоний, было Очаровательным благовонием. Даже если бы ты была Глубокой Девой с небес, ты должна была бы послушно быть в моей власти!”

Выражение лица Шэнь Нинхуа изменилось, когда она еще крепче сжала заколку в руке.

Ван Вэй был раздражен предыдущим разговором, поэтому он сразу же снял пальто и набросился на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа яростно прикусила губы. Жажда убийства в ее глазах была еще более дикой и яростной. Даже если бы ей пришлось убить этого парня, но она бы не позволила ему прикоснуться к ней, к ее телу!

Подумав об этом, она вонзила золотую заколку, которую держала в руке, в шею Ван Вэя.

Хотя Ван Вэй был плейбоем, он, по крайней мере, научился некоторым навыкам боевых искусств. Кроме того, Шэнь Нинхуа накачали мышечным релаксантом, и ее сила была не так уж велика. Он действительно с легкостью уклонился от ее атаки.

“У-у-у, ты действительно жестокая женщина. Но сегодня, поскольку ты в моих руках, я позволю тебе насладиться этим!”

Шэнь Нинхуа изо всех сил сжала зубы и сквозь сжатые челюсти яростно прошипела проклятие. Холодный свет в ее глазах почти сгустился в материю. Она уставилась на Ван Вэя и закричала: “Ван Вэй, если ты сегодня дотронешься до меня пальцем, завтра я сломаю тебе руку! Если ты посмеешь разрушить мою невинность, я не только разорву тебя на куски, но и вся семья Ван будет похоронена вместе с тобой!”

Сердце Ван Вэя сильно затрепетало. Однако перед ним предстала великая красота. Как он был готов сдаться? Он повернулся, чтобы избежать взгляда Шэнь Нинхуа, и бросился к ней.

Чу Цзюньи переоделся и вышел со двора. Он все еще был очень несчастен. Но как только он подошел к двери, Сяо Хуаньси встревоженно подошла со своей служанкой. Увидев его, выражение ее лица сразу же изменилось. ” Цзюньи... Брат Цзюньи..."

Чу Цзюньи кивнул и собрался идти вперед.

Сяо Хуаньси внезапно потянула его за рукав и сказал: “Брат Цзюньи, ты видел принцессу Чжаохуа?”

“Нинхуа? Разве она не на переднем дворе?” У Чу Цзюньи сразу же возникло дурное предчувствие.

“Передний двор? Разве она не приходила ко мне во двор переодеться? После того, как я переоделась, я вышла на передний двор. Я слышала от ее тети, мадам Су, что она испачкала свое платье и пошла ко мне во двор переодеться”.

Выражение лица Чу Цзюньи изменилось, когда он стряхнул руку Сяо Хуаньси и стремительно влетел во двор рядом.

Сяо Хуаньси усмехнулась и повернулась, чтобы сказать своей служанке: “Иди на передний двор и скажи, что принцесса Чжаохуа пропала. Веди всех в мой двор. Я хочу, чтобы репутация Шэнь Нинхуа была полностью разрушена!” Сказав эти слова, она приняла паническое выражение лица и погналась за Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи вошел во двор Сяо Хуаньси и увидел плотно закрытую дверь. Его сердце сразу же упало. Он повернулся и направился к Сяо Хуаньси. Подняв ладонь он нанес прямой и жесткий удар по шее Сяо Хуаньси, лишив ее сознания.

Без промедления он одной рукой потащил Сяо Хуаньси, а другой открыл дверь. Из комнаты доносился сильный запах. Чу Цзюньи чувствовал себя так, словно проваливался в ледяной погреб. Когда он увидел сцену в комнате, его сердце стало еще холоднее. Мгновенно в нем поднялся гнев, и он набросился на Ван Вэя, который находился в комнате с разрушительной аурой.

Ван Вэй в данный момент лежал на Шэнь Нинхуа, разрывая ее одежду на части!

Чу Цзюньи ослабил хватку и прямо швырнул Сяо Хуаньси на землю. Его глаза были ярко-красными, когда он бросился вперед; он поднял Ван Вэя и отбросил его назад. Затем он подошел к Ван Вэю и наступил ему на грудь. Услышав треск, он напрягал все больше и больше сил, желая прямо затоптать его до смерти.

Ван Вэй, который потратил много сил на усмирение этой дикой кошки Шэнь Нинхуа, как раз собирался насладиться ее телом. Прежде чем он успел среагировать, он почувствовал, как мир закружился вокруг него. Затем он с глухим стуком ударился о стену. И прежде чем он смог подняться, он почувствовал, как огромная сила давит ему на грудь.

Сердце Шэнь Нинхуа было в смертельном отчаянии. Услышав окружающие звуки, она с трудом открыла глаза и сказала: “Чу Цзюньи…оставь его в живых!” Она хотела лично дать Ван Вэю почувствовать, что жизнь - худший выбор, чем смерть!

Чу Цзюньи поспешно вернулся к ней и заключил в свои объятия.

Шэнь Нинхуа подняла глаза и перевела свой оцепенелый взгляд на лицо Чу Цзюньи. Намерение убить внутри медленно рассеивалось. “Забери... забери меня отсюда! Быстрее!”

Чу Цзюньи огляделся и подобрал золотую заколку с земли. Убрав следы, он сразу же поднял Шэнь Нинхуа и выпрыгнул с ней из окна.

Войдя в потайную комнату своего двора из пустынного угла, Чу Цзюньи осторожно посадил Шэнь Нинхуа на стул и сказал: “Нинхуа...” Сожаление в его сердце было невообразимым. Он не осмеливался представить, что бы он сделал, если бы немного опоздал и позволил Ван Вэю совершить насилие.

Наркотик в организме Шэнь Нинхуа начал действовать. Голос Чу Цзюньи наполнял ее уши очаровательной аурой, вызывая головокружение, как будто она парила в облаках.

Увидев ее грязную одежду, Чу Цзюньи в сердцах сотню раз разрезал Ван Вэй на куски. Он должен рассчитаться с этим ублюдком!

“Нинхуа, позволь мне помочь тебе привести в порядок твою одежду!” Сказав это, он осторожно приблизился, чтобы помочь ей собрать одежду.

Но Шэнь Нинхуа внезапно потянул его за рукав. Она приблизилась к его объятиям и почувствовала знакомый элегантный аромат сандалового дерева. Ее напряженные нервы расслабились, и она крепко прижалась к нему.

Чу Цзюньи почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он слегка наклонил голову и увидел тонкую и красивую шею Шэнь Нинхуа и белоснежную и соблазнительную ключицу в ее грязной одежде. Сразу же у него пересохло во рту…

Глава 171 - Красива ли я?

Чу Цзюньи с усилием сглотнул слюну, чтобы успокоить хаотичное сердцебиение в груди. Но он вообще не мог отвести глаз. “Нинхуа, проснись”.

Шэнь Нинхуа в замешательстве подняла голову. Ее глаза были наполнены лучиками света, словно в ее глазах блестели осколки звезд, что заставило ее потерять рассудок и опьянеть. “Чу, Цзюнь, Йи!”

Она очень четко произносила каждое слово. Вероятно, наркотик сделал ее изначально четкий голос немного хриплым. Последнее слово “Йи” было очень мягким, как будто оно было произнесено с кончика ее языка. Услышав это, Чу Цзюньи был пьян.

”Нинхуа..."

Как только Чу Цзюньи открыл рот, Шэнь Нинхуа подняла палец и прижала его к его губам. Выражение ее лица было немного очаровательным, когда она спросила: “Я красивая?”

Ее талия была тонкой, как ива, лицо розовым, как цветок персика, рот красным, как киноварь, а брови тонкими, как молодые листья…

"Да!" Чу Цзюньи не знал, какие слова использовать, чтобы описать ее красоту, поэтому он смог произнести только одно слово.

Шэнь Нинхуа лучезарно улыбнулась. Одежда на ее груди соскользнула в сторону, обнажив краешек ее тела. “Чу Цзюньи, я...”

Чу Цзюньи втайне стиснул зубы. В его сознании происходила ожесточенная борьба. Один голос в его голове убеждал его воспользоваться ситуацией и завладеть красавицей, в любом случае, они собирались пожениться в будущем. Это можно было бы рассматривать как противоядие от Нинхуа. Другой голос в его голове напомнил ему об уважении к этикету. И у него, и у Нинхуа были чрезвычайно особые личности. Небольшого пятна было достаточно, чтобы стать оружием для других, чтобы критиковать их. Более того, он хотел устроить Нинхуа грандиозную и эффектную свадьбу, прежде чем полностью завладеть ее телом.

И в конце концов, второй голос одержал верх. Он тайком проглотил слюну и с силой надавил на акупунктурную точку сна Шэнь Нинхуа. Глядя на это спящее лицо, Чу Цзюньи втайне похвалил себя в своем сердце. “Я действительно более вежлив, чем знаменитый джентльмен Лю Сяхуй!”

Он вышел из комнаты и велел скрытым охранникам разобраться со двором Сяо Хуаньси. Затем он приказал кому-нибудь приготовить пробуждающий раствор, чтобы накормить Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа проснулась и увидела, что лежит на незнакомой кровати. Ее лицо побледнело. Она резко села и проверила свою одежду и тело. Она почувствовала облегчение, обнаружив, что все в порядке и у нее нет ничего необычного или каких-либо новых ощущений.

Чу Цзюньи вошел в комнату и увидел, что Шэнь Нинхуа проснулась В его глазах мелькнула улыбка. “Нинхуа, любимая, ты проснулась?”

“Ты спас меня?” В голове Шэнь Нинхуа внезапно вспыхнула сцена из недавнего прошлого, и ее уши внезапно покраснели. “Ты дал мне противоядие. Как долго я спала?”

“Я дал тебе пробуждающий отвар целебных трав. Ты проспала всего около пятнадцати минут.”

Шэнь Нинхуа кивнула и встала с кровати, чтобы привести в порядок свое платье. Тень уныния промелькнула в ее сердце. “Где Сяо Хуаньси и Ван Вэй?”

“Я немного отключил их и запер”. Думая об их плане, лицо Чу Цзюньи похолодело. У него больше не было намерения просить пощады для Сяо Хуаньси. На этот раз он определенно преподаст ей урок.

“Хорошо, запри их тщательно. Я обязательно лично отомщу Ван Вэю!” Шэнь Нинхуа яростно стиснула зубы, думая о более чем дюжине способов убить его, не проливая крови. “Сяо Хуаньси осмелилась замыслить такой план, чтобы разрушить мою репутацию. Должно быть, она подготовила последующие ходы. Возможно, все дамы в переднем дворе сейчас пришли на задний двор, чтобы посмотреть на это позорное представление. Я должна выйти отсюда как можно скорее”.

Чу Цзюньи кивнул. “Следуй за мной. Другой конец этого потайного хода находится в саду. Просто скажи, что ты любовалась цветами и забыла о времени.” Говоря это, он шагнул вперед, чтобы схватить Шэнь Нинхуа за руку. В тот момент, когда он прикоснулся к ней, рука Шэнь Нинхуа подсознательно отдернулась.

Чу Цзюньи на мгновение был ошеломлен, а затем разозлился еще больше. Он должен был прямо затоптать Ван Вэя до смерти!

Шэнь Нинхуа, казалось, не осознавала своих действий и шла в полубессознательном состоянии, когда последовала по стопам Чу Цзюньи и они вышла из потайного хода.

В это время и передний двор, и задний двор были в беспорядке. Принцесса Чжаохуа и Сяо Хуаньси обе исчезли!

Лицо мадам Су было бледным, и она пожалела, что не остановила Шэнь Нинхуа когда они встретились и перемолвились парой фраз.

В это время одна дама сказала: “Как могла принцесса исчезнуть без причины? Может быть, она просто ушла с кем-то?”

Услышав эту фразу, которая явно на что-то намекала, выражение лица мадам Су изменилось. Она громко сказала: “Принцесса Чжаохуа пропала. Вместо того, чтобы искать ее как можно быстрее, ты сидишь там с бессмысленными догадками. Это должно быть тяжким преступлением, верно?”

Разодетая дама, которая только что заговорила, сразу же замолчала.

Мадам Су холодно фыркнула и повернулась, чтобы дать указание служанкам рассредоточиться и продолжить поиски.

Обыскав задний двор, они не нашли Шэнь Нинхуа. Снова зазвучали дискуссии.

“Разве она не говорила, что собирается переодеться? Но она действительно исчезла. Это действительно странно с любой точки зрения”.

“Это верно. Куда еще она могла пойти, чтобы переодеться? Может быть, это просто отговорка. Боюсь, только она сама знает, что происходит.”

“Да, разве ее будущий муж не во дворе недалеко отсюда? Может быть, двое молодых людей... ха-ха...”

Выражение лица мадам Су было серьезным, а ее сердце наполнено тревогой. Если ситуация продолжится, даже если Нинхуа вернется, она все равно не сможет ничего объяснить. Она должна принять меры, чтобы защитить репутацию Нинхуа прямо сейчас. Подумав об этом, она тут же холодно крикнула: “Цуй Си, иди найди патриарха Сяо. Достойная принцесса пропала после переодевания в особняке Сяо. Он должен дать нам объяснение!”

“Какое это имеет отношение к особняку Сяо? Мадам Су, принцесса теперь не имеет никакого отношения к семье Шэнь. Если ты будешь так заступаться за нее, я боюсь, что принцесса может тебя возненавидеть. Почему ты обязательно напрашиваешься на неприятности?”

“Это верно. Вы предлагаете нежелательную помощь!”

Мадам Су внезапно обернулась и нахмурилась. “Я защищаю не свою племянницу, а принцессу нашей династии Даан. Что вы, две дамы, хотите сказать?”

Как только она закончила говорить, прозвучал другой ясный голос. “Если у двух дам есть какое-либо мнение, я бы хотела его услышать и, может быть, ответить на некоторые вопросы!”

Принцесса Чжаохуа?

Все обернулись и посмотрели назад. Шэнь Нинхуа медленно подошла в роскошном наряде. Ее поступь была исполнена элегантности. “Я услышала шум из сада. Я думала, что произошел несчастный случай, но вы на самом деле искали меня?”

Лицо мадам Су было наполнено радостью. Она подошла к Шэнь Нинхуа и смерила ее взглядом с головы до ног. Только убедившись, что с Шэнь Нинхуа все в порядке, она вздохнула с облегчением.

Несколько человек, которые только что говорили, стояли в стороне, и выражения их лиц были исключительно сконфуженными.

Шэнь Нинхуа медленно вышла вперед и обвела всех взглядом. Ее взгляд был наполнен холодом и высокомерием, которое было ей позволительно по праву ее статуса. “Мадам Ли, верно? Его Величество разорвал мои отношения с семьей Шэнь, но мадам Су все еще моя тетя. Что такое, у вас по этому поводу есть какие-то проблемы или вопросы?”

“Нет… Нет…Как я могла...” Лицо мадам Ли расплылось в льстивой улыбке. “Ваше высочество неправильно меня поняли”.

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Лучше бы это было недоразумение. В противном случае, если вы действительно недовольны, спрячьте свое недовольство глубоко у себя в животе. В конце концов, людям, которые слишком много болтают, скорее всего, вырвут языки! Что вы об этом думаете?”

Улыбка мадам Ли стала натянутой, и через некоторое время она кивнула. У многих людей в стороне тихо побледнели лица, когда они услышали это, и опустили головы, не смея взглянуть на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа оглядела всех и сказал: “Я была в саду. Я забыла о том времени, когда любовалась цветами. Извини, что заставил всех вас волноваться. Все, возвращайтесь на передний двор. В конце концов, это банкет, подготовленный Сяо Хуаньси. Не упускай эту возможность”.

“Ваше высочество, мисс Сяо пропала”.

“Пропал без вести?” Шэнь Нинхуа нахмурилась. “Тогда чего же вы все еще ждете? Найдите патриарха Сяо и попросите его послать людей обыскать весь двор. Если он не сможет найти ее, тогда найдите начальника столичной стражи и обыщите всю столицу. За такой короткий промежуток времени никто не может покинуть столицу, верно?”

"Да. Ваше высочество, вы совершенно правы.”

Сяо Цзинжань послал людей обыскать двор, но они не нашли никакой зацепки. Его глаза сразу же покраснели от беспокойства.

Сяо Фэнцзюэ поспешно сказал: “Мои извинения всем уважаемым гостям. Боюсь, что сегодняшний банкет должен закончиться пораньше. Я лично пойду извиняться перед всеми вами в другой раз”.

Все гости тактично встали и попрощались.

Шэнь Нинхуа села в карету, и улыбка на ее лице мгновенно исчезла. Она прислонилась к стенке вагона, она задыхалась.

Чу Цзюньи попросил Е И выдать себя за него и остаться в особняке Сяо, в то время как он изменил свою внешность и запрыгнул в карету Шэнь Нинхуа. “Нинхуа, ты в порядке?”

Несмотря на то, что она приняла противоядие, в афродизиаке пыльце цветка Илань все еще был миорелаксант. Как она могла так быстро вернуться к нормальной жизни? Увидев Шэнь Нинхуа, прислонившегося к стенке вагона с бледным лицом, Чу Цзюньи почувствовал такую жалость в своем сердце. Он наклонился ближе и заключил ее в свои объятия. “Нинхуа, все это быстро пройдет, если ты немного отдохнешь”.

Шэнь Нинхуа открыла глаза, которые были похожи на два бездонных источника, несущих глубокую холодную ауру. “Где Сяо Хуаньси и Ван Вэй?”

“Я велел отвезти их на виллу в пригороде и запереть”.

“Давай поедем в пригород”.

“Нинхуа, ты должна сначала вернуться и отдохнуть. Мы можем пойти туда позже.”

Взгляд Шэнь Нинхуа был тверд. “Я в порядке. Я должен отомстить скорее раньше, чем позже. Так что мне сейчас нужно идти.”

Сердце Чу Цзюньи болело за нее, но в конце концов он не выдержал и выполнил ее просьбу, привезя ее на загородную виллу.

Ван Вэй был привязан к бревну и все еще находился без сознания. Удары Чу Цзюньи были слишком яростными.

Сердце Шэнь Нинхуа невольно затрепетало. Сегодня ее жизнь была почти разрушена…Она взяла таз с холодной водой, стоявший сбоку, и яростно вылила воду на Ван Вэя.

“Кхе-кхе... кхе-кхе...” Ван Вэй открыл глаза. Увидев украшения вокруг себя, выражение его лица напряглось. Когда он увидел Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи, егу вид стал крайне испуганным, а лицо побелело как снег.

Шэнь Нинхуа усмехнулся. ”Ты трус, как ты посмел составить заговор против меня?"

Ван Вэй сопротивлялся, но его руки были связаны так крепко, что он не мог вырваться. “Ваше высочество, пожалуйста, пощадите мою жизнь. Это был Сяо Хуаньси, которая приказала мне сделать это. Я не хотел этого делать!”

Сяо Хуаньси была забита в угол со связанными руками. Как только она проснулась, она услышала эти слова. Она тут же стиснула зубы от ненависти. Увидев Чу Цзюньи, стоящего рядом с ней, она сразу же изменила выражение лица и выглядела так, словно вот-вот заплачет. “Брат Цзюньи, я не знаю, о чем говорит двоюродный брат. Я ничего не делала!”

Ван Вэй широко раскрыл глаза. “Сестра, не притворяйся невинной овечкой! Вы были предельно откровенны, когда рассказали мне о своем плане. Ваше высочество, то, что я сказал, было правдой. Сяо Хуаньси завидовала тому, что ты можешь выйти замуж за Чу Цзюньи, и хотела тебя подставить. Она даже сказала, что после того, как я пересплю с тобой, она позволит мне жениться на тебе. Тогда я мог бы стать зятем императора. Я был одержим призраками и согласился с ее зловещей идеей. Я был неправ! Но другие действительно выставили меня дураком. Пожалуйста, пощади меня”.

Сяо Хуаньси была так зла, что чуть не упала в обморок. Если бы они оба отказались признать это и просто сказали, что ничего не знают, или, самое большее, признали, что их подставили, они бы избавились от подозрений. Этот Ван Вэй был настолько глуп, что признался во всем. Эта бесполезная штука!

Шэнь Нинхуа холодно подняла глаза без малейшего выражения на лице. “Мне не нужно знать, кто является вдохновителем, а кто сообщником. Все, что мне нужно знать, это то, что я хочу отомстить тебе...”

Глава 172 - Ты Мой Мужчина!

Только теперь Ван Вэй начал бояться. “Ваше высочество, теперь я действительно знаю, что ошибался. Я больше никогда не осмелюсь этого делать. Пожалуйста, простите меня”. Ранее он был действительно очарован внешностью Шэнь Нинхуа. В сочетании с постоянным колдовством и интригами Сяо Хуаньси у него хватило смелости составить заговор против Шэнь Нинхуа. Но он действительно никак не ожидал, что последствия будут такими серьезными.

Холодная улыбка скользнула по губам девушки. Шэнь Нинхуа совсем не скрывала убийственного намерения в своих глазах. “Ты знаешь, что ты не прав? Ха-ха, когда ты умрешь, я сожгу две бумажки и скажу Королю Ада, что я убила не того человека. Так что ты можешь умереть без забот и беспокойства”.

Ван Вэй был так напуган, что чуть не намочил штаны. “Ваше высочество! Ваше высочество, не убивайте меня. Я не хочу умирать”.

Шэнь Нинхуа повернула нефритовый браслет на своей руке и холодно сказала: “Я дам тебе два варианта. Вариант один. Я убью тебя сразу сейчас же. Вариант два. Я оставлю тебя в живых, но отомщу другими способами. Какой из них ты выбираешь?”

“Я выбираю второе. Я не хочу умирать. Ваше высочество, пока вы не убьете меня, вы можете позволить мне делать все, что угодно.”

Чу Цзюньи усмехнулся и с отвращением посмотрел на Ван Вэя. “Иногда лучше умереть, чем жить”.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Хорошо, раз уж ты выбрал второй путь, пусть это будет твоей удачей”.

Она повернула голову, чтобы посмотреть на Цин Цюэ, который подбежал и сказал: “Напишите его признание и попросите его подписать его. Тогда накорми его наркотиком, который я просила тебя принести, и брось его в бордель!”

“Да, мисс”. Движения Цин Цюэ несли в себе кровавую убийственную ауру. Не говоря больше ни слова, она накормила Ван Вэя бутылочкой сильного афродизиака, а затем вынесла его из потайной комнаты.

Лицо Сяо Хуаньси стало смертельно бледным от страха, и она постоянно забивалась плотно в угол. Как посмела Шэнь Нинхуа только что сотворить такое? Ван Вэй был, по крайней мере, сыном чиновника первого ранга Императорского двора!

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Сяо Хуаньси. Ее холодное лицо стало еще более красивым и изысканным на фоне окружающего пламени. “Мисс Сяо, вы сделали свой выбор?”

Тело Сяо Хуаньси задрожало, когда она подсознательно посмотрела на Чу Цзюньи, который стоял рядом. “Выбор? Какой выбор? Почему я должна что-то выбирать? Вы же понимаете все, что Ван Вэй явно подставлял меня. Брат Цзюньи, поверь мне, я ничего об этом не знаю. Я действительно ничего об этом не знаю”.

Шэнь Нинхуа медленно подошла к Сяо Хуаньси. Ее шелковое платье описало в воздухе красивую дугу. Она медленно присела на корточки и насмешливо улыбнулась. “Сяо Хуаньси, ты знаешь, что ты мне кого-то напоминаешь?”

“Кого?”

“Моя сестра, Шэнь Линхань”. Шэнь Нинхуа слегка опустила глаза. Ее тонкие ресницы отбрасывали веерообразную тень на белые, как фарфор, щеки. “Она такая же, как ты. Ты выглядишь слабой и хрупкой, но внутри все твое сердце почернело от яда!”

“Шэнь Нинхуа, как ты смеешь говорить мне это? Разве ты не та же самая девушка, которую я пригласила в гости на банкет? Но я же своими глазами только что видела, как ты только что накормил кого-то наркотиками и бросил его в бордель, - да, да, это ты!” Громко возразил Сяо Хуаньси!

“Я никогда не начинаю атаку первой. Я просто стремлюсь отомстить за все обиды, которые я получила. Но ты кусаешь любого, кого видишь. Кроме того, даже если я такая же, как ты, то все в порядке. Ты же не можешь винить меня за то, что я красивее тебя, верно?”

Чу Цзюньи с беспокойством смотрела на Шэнь Нинхуа, боясь, что ее тело не сможет удержаться. Он не ожидал, что вдруг услышит эту фразу и тут же замер, не зная, как реагировать.

Сяо Хуаньси была ошеломлена. “Ты... ты действительно бесстыдница!”

“Даже если я бесстыдна, это нормально. В конце концов, у меня есть Чу Цзюньи, который предан мне. Что бы я ни делал, как только я обернусь, мой мужчина раскроет свои объятия, чтобы обнять меня. Ты другая. Изначально за тобой стояла семья Сяо, твой брат и многие другие люди, но ты сама их отшвырнула от себя.”

Как женщина, Шэнь Нинхуа явно знала, как вонзить нож, чтобы было еще больнее. И действительно, глаза Сяо Хуаньси покраснели от гнева.

“Ерунда, мой отец и старший брат всегда поддержат меня! Брат Цзюньи не женится на тебе!”

“В прошлом твой отец и старший брат могли бы поддержать тебя, но не после сегодняшнего вечера. В конце концов, у девушки, которая исчезает на всю ночь, совсем нет невинности.” Тон Шэнь Нинхуа был холоден. “Кроме того, Чу Цзюньи уже мой мужчина!”

Сяо Хуаньси с усилием подавила дрожь по всему телу. “Шэнь Нинхуа, что именно ты собираешься делать?”

Шэнь Нинхуа скривила губы и сказала: “Перед тобой широкая дорога, но ты настаиваешь на том, чтобы идти тернистым путем. Поскольку, ты полна решимости умереть, мне неловко подталкивать тебя идти по выбранному тобой пути. Сяо Хуаньси, ты видишь во мне заклятого врага, поэтому я, естественно, должна оправдать твои ожидания. Оставайся сегодня послушно здесь. Кто-нибудь отпустит тебя завтра рано утром.”

Сяо Хуаньси была ошеломлена. Она не ожидала, что Шэнь Нинхуа так легко отпустит ее. “Ты отпустишь меня вот так?”

Шэнь Нинхуа громко рассмеялась. “Что, тебе не нравится этот выбор? Ты хочешь, чтобы я накормила тебя возбуздающим сексуальное влечение снадобьем и отправила в бордель, как я сделал с Ван Вэем?”

“Нет, я не хочу!” Сяо Хуаньси забилась в угол и настороженно посмотрел на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа усмехнулась, развернулась и вышла.

Хонг Лин вел экипаж и ждал снаружи. Увидев выходящую Шэнь Нинхуа, она поспешно шагнула вперед, чтобы поддержать ее, и сказала: “Мисс, давайте быстро вернемся в особняк”.

Шэнь Нинхуа кивнула. Когда она села в карету, ее ноги ослабли, и она чуть не ударилась головой о оглоблю кареты. К счастью, Чу Цзюньи, который стоял рядом с ней, тщательно защищал ее. Видя, что она вот-вот упадет, он поспешно поднял ее и заключил в объятия.

“Не заставляй себя…”.

Он не отпустил ее и сразу же понес в карету. После этого он не поставил ее на землю, а просто сел, прислонившись к стенке вагона, и обнял ее.

Карета двинулась вперед и слегка покачнулась. Шэнь Нинхуа прислонился к плечу Чу Цзюньи и расслабилась.

“Я же просил тебя не заставлять себя...”

Закрытые глаза Шэнь Нинхуа слегка приоткрылись. Ее тонкие ресницы скользнули по шее Чу Цзюньи, заставив все его тело напрячься.

“Неоправданная задержка может привести к неприятностям. Лучше всего сделать это сейчас”.

Чу Цзюньи с усилием отвел свое внимание от своей шеи. “А как насчет Сяо Хуаньси? Ты просто запираешь ее на одну ночь?”

Шэнь Нинхуа некоторое время молчала, прежде чем объяснила: “Она еще не может умереть”.

“...Ты пощадила это из-за меня?” - тихо спросил Чу Цзюньи.

“Ты - одна из причин. Самая важная причина заключается в том, что я не уверена на сто процентов в противостоянии семье Сяо, поэтому лучше набраться терпения”.

“Да, это зависит от тебя”. Чу Цзюньи притянул ее ближе и наклонил голову, чтобы вдохнуть аромат, исходящий от ее волос, подавляя страх в своем сердце.

“В конце концов, я тоже эгоистичный человек. Нинхуа, если бы с тобой сегодня действительно что-то случилось, я бы определенно убил Ван Вэя и Сяо Хуаньси на месте!”

Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало. В ее глазах промелькнула искорка тепла, но тон был очень жестким. “Ты убьешь Сяо Хуаньси ради меня? В конце концов, она твоя сестра!”

“Я не уверен, сделал бы я это раньше, но, увидев, что Ван Вэй осмелилась сделать это с тобой сегодня, в то время в моем сердце было только намерение убить, и мне было все равно, была ли она моей младшей сестрой…Судя по всему, мой старший брат был прав, когда сказал, что я хладнокровный человек.” Чу Цзюньи саркастически расхохотался.

Но Шэнь Нинхуа внезапно открыла глаза, и яркий свет вспыхнул в ее глазах. “Ты очень хорошо справился. Как император, это то, что ты должен делать!”

Чу Цзюньи почувствовал это забавным и крепче сжал ее в своих объятиях. Он только хотел, чтобы она вошла в его кости и кровь. “Нинхуа, ты только что сказала, что я раскрою свои объятия позади тебя, чтобы обнять тебя? Хмм?”

В его голосе звучала улыбка, а также теплота и удовлетворение, если их тщательно различать. Поначалу Нинхуа относилась к нему как к ничтожеству. Постепенно они вдвоем работали вместе и понемногу понимали друг друга. Он потратил много усилий, открыв дверь в ее сердце и заглянув в ее мир. Теперь она без колебаний сказала то, что только что сказала. Она действительно начала принимать его.

Думая об этом, у него действительно возникло ощущение, что годы усилий наконец-то окупились…

Шэнь Нинхуа подняла глаза, чтобы посмотреть на его самодовольное выражение лица. Закатив глаза, она одарила его очаровательным взглядом. «Что? Разве это было столь неуместно с моей стороны говорить таким образом?”

Это был первый раз, когда Чу Цзюньи увидел такое выражение на лице Шэнь Нинхуа, и на мгновение он забыл отреагировать.

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы сесть с ним лицом к лицу. Ее мягкие руки были похожи на шелковые занавески, обвивающие его шею, и она яростно сказала: “Ты мой мужчина. Я хочу, чтобы люди знали это, чтобы они не возжелали тебя. Что ты об этом думаешь?”

Ты мой мужчина…Разум Чу Цзюньи был заполнен этими словами, когда он внезапно громко рассмеялся. “Ты права. Я твой мужчина, так что я должен сообщить об этом всему миру”.

Он посмотрел на слегка провокационную внешность Шэнь Нинхуа, и его глаза вспыхнули. Он думал, что достаточно хорошо понял Шэнь Нинхуа, но не ожидал, что у нее будет такой властный образ. Это заставило его захотеть продолжить изучать ее и посмотреть, похожа ли она на духа лисы из сборника рассказов, у которого, как говорили, тысячи разных лиц.…

Шэнь Нинхуа проигнорировала его и сразу закрыла глаза в его объятиях. Произошедшая череда событий весьма утомили девушку, она почувствовала себя чрезвычайно усталой, и вскоре она заснула.

Вернувшись в особняк принцессы, Чу Цзюньи не стал ее будить. Он сразу же отнес ее в ее комнату и предупредил Бай Руо и остальных, чтобы они охраняли ее. Затем он неохотно посмотрел на Шэнь Нинхуа еще раз, натянул на нее одеяло и быстрыми шагами вышел из комнаты.

Когда Шэнь Нинхуа снова проснулась, небо уже было светлым.

Бай Руо принесла ей немного воды, чтобы она умылась. Хун Лин последовала за ним и вбежала внутрь, и ее глаза были полны волнения. “Мисс, сегодня на улице очень оживленно. Почему вы не спрашиваете, что случилось?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Сейчас она была готова к разговору. “Что случилось?”

Хун Лин подскочила и сказала: “Мисс, после вчерашнего банкета Сяо Хуаньси все еще отсутствовала. Патриарх Сяо лично направился прямо во дворец, чтобы попросить Его Величество о помощи у начальника Столичной стражи. Вчера всю столицу обыскали, но никто ее не нашел. Однако сегодня утром Сяо Хуаньси внезапно появилась одна у городских ворот. Начальник столичной стражи поспешно остановил ее и лично отправил в особняк Сяо. Теперь вся столица знает, что Сяо Хуаньси отсутствовала целую ночь.”

В глазах Шэнь Нинхуа вспыхнула улыбка. “Хорошо, что произошло дальше?”

“Прямо сейчас жители столицы втайне гадают, что случилось с мисс Сяо прошлой ночью. Говорили, что некоторые люди хотели написать о ней рассказ. Однако они не осмелились сказать это вслух, потому что боялись, что обидят семью Сяо.”

“Это нормально. Однако, пока в их сердцах есть догадки, клевета из многих уст может расплавить металл. Чем дольше люди хранят молчание, тем более проблематичным это кажется. На этот раз Сяо Хуаньси определенно пострадает.”

Хонг Лин улыбнулась и кивнула. В глубине души она чувствовала себя очень счастливой. “А этот Ван Вэй, как говорили, был найден сегодня в свинарнике за борделем. Он ворвался в бордель в одиночку и приставал к девушкам в борделе, не заплатив им. Охранники и сутенеры избили его до полусмерти и бросили в свинарник позади. Что касается того, что произошло той ночью, я не знаю. Я знаю только, что свинья сломала Ван Вэю одну ногу и сломала два ребра. Сейчас он на грани смерти”.

Шэнь Нинхуа взяла матерчатое полотенце, чтобы вытереть воду с лица, и медленно выдохнула с воздухом из легких всю горечь произошедшего из своего сердца. “Хорошо, я понимаю”.

Бай Руо оттолкнула Хун Лин в сторону и пошла вперед, чтобы помочь Шэнь Нинхуа с ее волосами. “Мисс, доктор Чен здесь. Он сказал, что пришел сюда, чтобы проверить ваш пульс.”

Чэнь Юнь пришел так рано утром? Шэнь Нинхуа на мгновение остолбенела, затем ее сердце потеплело. Чу Цзюньи, должно быть, специально пригласила доктора Чена на свою прошлую ночь…

Глава 173 - Война между шуринами!

Чэнь Юнь проверил пульс Шэнь Нинхуа и сказал: “Ваше высочество, ваше тело серьезно не повреждено. Однако из-за вчерашних сильных лечебных свойств и яда Души Мечты несколько дней назад ваше общее состояние здоровья я расцениваю как подорванное. Поэтому вы должны проявлять особую осторожность, чтобы спокойно отдохнуть, чтобы восстановить силы и на этот раз, чтобы избежать последствий ”.

Когда Бай Руо и другие служанки услышали это, они немедленно повели себя так, как будто столкнулись с великим врагом. Они тщательно проверили рецепт Чэнь Юня, опасаясь, что с Шэнь Нинхуа что-нибудь случится.

Шэнь Нинхуа была удивлена. Однако под пристальными взглядами всех четверых она не осмелилась быть небрежной. Она выпила лекарство и прилегла отдохнуть на кровать.

Она уже собиралась заснуть, когда услышала громкий шум.

За дверью Шэнь Сюаньлинь и Юнь Чуань упрямо охраняли дверь, блокируя высокого и прямолинейного юношу напротив них. “Что ты здесь делаешь? Моя старшая сестра уже спит!”

Шэнь Сюаньхуа нахмурился и сказал расстроенным голосом: “Как ты можешь так со мной разговаривать? Я твой старший брат. Разве ты меня не знаешь?”

“У меня есть только старшая сестра, старшего брата нет!” Шэнь Сюаньлинь впился взглядом в Шэнь Сюаньхуа, как будто он был гигантским зверем, который мог забрать Шэнь Нинхуа.

“Ты, сопляк, ты действительно смеешь так со мной разговаривать? Твоя старшая сестра - тоже моя старшая сестра. Ты думаешь, что ты ее единственный брат?”

”Старшая сестра - это моя собственная старшая сестра!"

"Нет!”

"Да!"

"Нет!”

“…”

В комнате Шэнь Нинхуа не могла удержаться от тихого смеха. Она встала и открыла дверь. Она увидела двух братьев с раскрасневшимися лицами и напрягшимися шеями, уставившихся друг на друга, как пара разъяренных охотничьих собак.

Увидев, что Шэнь Нинхуа вышла, они оба подошли к ней и сказали: “Старшая сестра, ты проснулась”.

Шэнь Сюаньлинь знал привычки Шэнь Нинхуа и закатил глаза, глядя на Шэнь Сюаньхуа. “Старшей сестре в это время следовало бы вздремнуть. Это ты во всем виноват, что разбудил ее!”

“Я разбудил ее? Это ты ее разбудил!”

“Это ты!”

“Это ты!”

Глядя на двух братьев, которые собирались снова подраться, Шэнь Нинхуа улыбнулась и оттащила их в сторону. “Посмотрите на себя. Вы двое уже большие мальчики, но все еще шумите, как дети. Сюаньлинь, Сюаньхуа - твой старший брат. Ты не можешь быть так груба с ним в будущем. А ты, Сюаньхуа, не будь слишком строг со своим младшим братом. Позволь ему поступать по-своему. В конце концов, вам двоим придется поддерживать друг друга в будущем.”

Они посмотрели друг на друга и холодно фыркнули. “Хмф!”

Я не хочу мириться с человеком, который ограбил мою старшую сестру!

Шэнь Нинхуа велела Бай Руо приготовить какой-нибудь десерт и позвал двух братьев в комнату. “Сюаньхуа, почему ты вдруг пришел? Что-то случилось с тетей?”

Шэнь Сюаньхуа сделал паузу с виноватым выражением на лице. “Вчера я услышал от своей матери, что с тобой чуть не случилось что-то плохое. Я забеспокоился, поэтому пришел повидаться с тобой.”

С тех пор как с его Старшим дядей произошел несчастный случай, Старшая сестра сначала стала принцессой префектуры, а затем и принцессой. Он, однако, был удержан своими отцом и матерью, а затем непосредственно отправлен в армию своим дедом. Военные приказы были подобны горе, поэтому ему было нелегко взять отпуск. Сегодня ему удалось выйти, притворившись больным.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Шэнь Сюаньхуа, чьи мысли были написаны на его лице, и на ее лице появилась улыбка. “Я в порядке. Тетя не позволила тебе навестить меня по какой-то причине. Ты должен прислушаться к ней.”

Шэнь Сюаньхуа встал, и его лицо покраснело. “Старшая сестра! Неважно, когда, неважно, что случится, ты моя старшая сестра. В этом нет никаких сомнений. Даже если вы выйдете замуж в будущем, если ваш муж будет плохо обращаться с вами, я все равно помогу вам выплеснуть свой гнев”.

Вспомнив улыбающийся вид Чу Цзюньи, Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Хорошо, если в будущем надо мной будут издеваться, я скажу тебе”.

Увидев, как его старшая сестра и Шэнь Сюаньхуа радостно болтают, глаза Шэнь Сюаньлина покраснели от ревности. “Разве ты не послушалась свою мать и не держалась подальше от Старшей сестры? В будущем Старшая сестра не будет обращаться к тебе за помощью. Вместо этого она попросит меня о помощи!”

“Ты? Ты все еще сосунок и ребенок. Какой от тебя прок?”

“Моим навыкам боевых искусств обучает мастер Лю Юнь. Даже он похвалил меня. Как ты смеешь смотреть на меня свысока? Ты осмелишься выйти и подраться?”

“Просто уходи. Я тебя не боюсь!”

Они вдвоем поссорились и собирались уходить. Шэнь Нинхуа не стала останавливать двух братьев. Часто люди становились друзьями после хорошей драки, что особенно касалось мальчиков. Она знала такое свойство. Она только проинструктировала Цин Цюэ наблюдать и не позволять им заходить слишком далеко. Затем она развернулась и пошла на кухню посмотреть, как был приготовлен десерт.

Чу Цзюньи появился на кухне быстро, подобно вспышке молнии. Он взял с тарелки кусочек десерта и отправил его в рот. Он нахмурился, потому что это было слишком сладко. “Нинхуа, ты собираешься лично приготовить десерт для этих двух детей?”

Шэнь Нинхуа размяла десерт в руке и взглянула на него. "Что не так?"

“Ты никогда раньше не готовила для меня десерт. Почему же они могут это получить?”

Шэнь Нинхуа была не в настроении спорить с ним. “Разве ты не знаешь, сколько тебе лет? Ты соревнуешься за какой-нибудь десерт с двумя детьми?”

“Тебя беспокоит мой возраст?” Чу Цзюньи почувствовал холодок в сердце и уставился на нее с кусочком десерта в руке. Что ж, он действительно был на четыре года старше Шэнь Нинхуа. Кстати говоря, он был не так уж и стар.

Шэнь Нинхуа закатила глаза, как это сделала Шэнь Сюаньлинь. “Ты сегодня свободен?”

“Нинхуа, ты действительно не возражаешь, не так ли?” Чу Цзюньи преградил путь Шэнь Нинхуа и наклонился, чтобы серьезным взглядом заглянуть ей в глаза.

“Да, я действительно возражаю”.

Чу Цзюньи только почувствовал, как что-то в его сердце разбилось вдребезги. Он протянул руку и обнял Шэнь Нинхуа. “Скажи, что ты этого не делаешь!”

“Убирайся с дороги. Не будь занудой.”

“Я не отпущу тебя, пока ты не скажешь, что не возражаешь”.

“Я не скажу этого, пока ты не отпустишь меня”.

На некоторое время они вдвоем оказались в тупике, и Чу Цзюньи сдался первым.

Шэнь Нинхуа обмакнула пальцы в горку муки с соседнего стола и намазала ее себе на лоб. “Я не возражаю. Даже если ты станешь седовласым старым дедушкой, я не возражаю. Хорошо?”

В глазах Чу Цзюньи вспыхнул огонек. Он наклонился, поднял ее и закружил. “Я всегда буду составлять тебе компанию и состарюсь вместе с тобой. В это время я стану старым дедушкой, а ты станешь старой бабушкой. Мы по-прежнему будем любящей парой”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и небрежно кивнула, но в глубине души не восприняла это всерьез. Теперь у нее были чувства к Чу Цзюньи, но это была другая история, смогут ли эти чувства выдержать течение времени и смогут ли они выдержать друг друга на протяжении всей жизни. Она верила только в факты, а не в обещания. Однако, видя счастливый вид Чу Цзюньи, она не хотела разочаровывать его.

Когда Шэнь Нинхуа вышла из кухни с десертом, она увидела двух братьев, сидящих на пороге с синяками на лицах. Очевидно, они страдали от боли, что заставляло ее испытывать к ним жалость. “Вымой руки и приходи поесть десерта. После этого пусть Бай Руо даст вам целебную мазь.”

Чу Цзюньи покачивал складным веером в руке с привычной улыбкой на лице. Он выглядел нежным, красивым и исключительно безобидным.

И Шэнь Сюаньлинь, и Шэнь Сюаньхуа посмотрели на него с враждебностью.

Чу Цзюньи не заботили их враждебные взгляды. Он сел на стул рядом с Шэнь Нинхуа, как ни в чем не бывало. Он даже взял чайную чашку, из которой только что пила Шэнь Нинхуа, и сделал глоток чая.

Двое молодых людей мгновенно ощетинились от гнева. Это была неприкрытая провокация!

Улыбка Чу Цзюньи стала еще счастливее, когда он оглядел двух подростков. “Хорошие мальчики. Если вы будете правильно их воспитывать, они смогут стать кем-то толковыми. Нинхуа, тебе нужна моя помощь?”

"Нет."

Два брата посмотрели друг на друга. На этот раз их сердца объединились, и они обменялись злобным взглядом.

Чу Цзюньи притворился, что совершенно ничего не замечает. Перед уходом он даже интимно попрощался с Шэнь Нинхуа и забрал коробку упакованного десерта. Хотя десерт не был приготовлен лично Нинхуа, она лично наблюдала, как другие люди готовили его, что делало его вкус слаще, чем у других десертов.

Шэнь Нинхуа действительно не знала, что сказать. С тех пор как они с Чу Цзюньи были помолвлены, казалось, что все больше и больше ситуаций лишали ее дара речи, поэтому она просто решила не обращать на него внимания.

“Вы двое, оставайтесь здесь. Позволь Бай Руо полечить тебя и применить для тебя какое-нибудь лекарство. В противном случае, если ты уйдешь с лицом, полным синяков, другие подумают, что я так избила тебя”.

Шэнь Сюаньхуа поспешно улыбнулся и покачал головой. “Не нужно, Старшая сестра. Я просто вернусь и воспользуюсь своей мазью. Я пойду первым.”

Шэнь Сюаньлинь последовал за ним и выбежал. “Я пойду и провожу старшего брата. Я найду Старшую сестру, чтобы она применила лекарство, когда вернусь.”

Шэнь Сюаньхуа впился взглядом в Шэнь Сюаньлина. Он хотел, чтобы Старшая сестра лично применяла для него лекарство? Как хитро. Хм, на этот раз я тебя отпущу, потому что Старшая сестра сказала ему позволить младшему брату поступать по-своему.

Они вдвоем последовали по стопам Чу Цзюньи и быстро выбежали. Они украдкой следовали за ним по пути.

Е И, который был рядом с Чу Цзюньи, тихо промолвил: “Учитель, у нас есть два маленьких хвостика”.

Чу Цзюньи скривил губы, и его глаза наполнились интересом. “Давайте отправимся в отдаленное место, чтобы двум маленьким хвостикам было легче сделать то что они задумали”.

Шэнь Сюаньхуа и Шэнь Сюаньлинь наблюдали, как Чу Цзюньи маршировал все дальше и дальше от главной дороги. Они оба были начеку.

Шэнь Сюаньлинь сказал: “Этот Чу Цзюньи должен был найти нас, верно? Старшая сестра сказала, что никогда не бывает слишком много обмана, когда имеешь дело с врагом. Он, должно быть, заметил нас и хотел что-то замышлять против нас, поэтому он привел нас сюда.”

Шэнь Сюаньхуа кивнул. “Ну, это возможно. Поскольку это так, мы не можем броситься вперед и безрассудно атаковать.”

Два брата обсудили и разработали план. Они решили разделиться и загнать Чу Цзюньи внутрь.

Чу Цзюньи остановился в отдаленном переулке и повернулся, чтобы посмотреть на его вход. “У вас двоих действительно есть терпение. Вы выходите или нет? Если ты не выйдешь, я ухожу”.

Как только он закончил говорить, какой-то белый порошок мгновенно посыпался на него со стены.

Губы Чу Цзюньи скривились. Складной веер в его руке внезапно раскрылся, и он осторожно сделал три шага назад, чтобы избежать попадания порошка. Затем он ударил ногой по стене и взлетел вверх. Он схватил Шэнь Сюаньлина, который лежал на стене, и сказал: “Ты посмел посыпать известковым порошком. Мне кажется, что я должен преподать тебе хороший урок.”

“Отпусти меня!” Шэнь Сюаньлинь яростно сопротивлялся, но рука за его спиной была как сталь. Он закатил глаза и взмолился. “Шурин, отпусти меня. Я был неправ. Мне не следовало тебя подставлять. Ради моей старшей сестры, пощади меня.”

Чу Цзюньи закрыл свой складной веер и постучал себя по лбу. “У тебя сладкий язычок, малыш!”

Как только Шэнь Сюаньлинь получил свободу, он усмехнулся и высыпал порошок себе на ладонь. “Тебя одурачили!”

В тот момент, когда Чу Цзюньи увернулся от порошка, он внезапно услышал звук чего-то летящего в воздухе позади него. Улыбка на его губах стала глубже. Эти двое детей могли бы стать великими талантами, если бы их правильно воспитывали!

Он внезапно вскочил и увернулся от атак этих двоих. Затем он убрал складной веер и сражался с ними обоими голыми руками. Он намеренно испытал двух братьев и использовал только десять процентов своей силы.

Несколько минут спустя два брата лежали на земле с оскаленными зубами, и все их были покрыты многочисленными синяками.

Шэнь Сюаньлинь вывернул шею и сердито посмотрел на Чу Цзюньи. “Я вернусь и расскажу Старшей сестре”.

“Тогда скажи ей и посмотри, поверит ли тебе твоя старшая сестра”. Чу Цзюньи размахивал веером, и ему было совершенно все равно. Однако он был ими чрезвычайно доволен. Они вдвоем не бросились вперед опрометчиво. Вместо этого у них был план, разделение труда и смелость. Они были одними из лучших людей в своем возрасте. Если бы его боевые искусства были несколько выше того уровня, которым они обладали сейчас, они бы действительно преуспели в интригах против него.

“Моя старшая сестра всегда мне верит!”

Чу Цзюньи счастливо улыбнулся. “Тогда я буду ждать твоего рассказа”.

После того, как его отправили обратно в особняк принцессы, Шэнь Сюаньлинь немедленно проверил раны на своем теле, чтобы он мог пожаловаться своей старшей сестре. Но после того, как он долго шарил вокруг, он даже не увидел красной метки на своем теле…

Когда Шэнь Нинхуа получила отчет о сегодняшнем событии, она холодно фыркнула в своем сердце. “Такой большой человек избил моих младших братьев. Он играл хулигана, хм!”

Глава 174 - Каким Ничтожеством был Ваш Сын!

Когда Сяо Хуаньси вернулась домой, она выглядела так, словно ее охватило безумие ли умственное помешательство. Она оставалась в своей комнате, не ела и не пила. Как бы сильно Сяо Цзинжань ни стучал в дверь, она не открыла ее.

Сяо Фэнцзюэ вошел снаружи и сказал Сяо Цзинраню: “Отец, тебе пора идти в суд”.

Только тогда Сяо Цзинжань понял, что становится поздно и время уходит. Он помрачнел лицом и произнес: “Хуаньси, ты прав. Пришло время идти в суд. Не волнуйся. Я обязательно добьюсь справедливости для тебя!”

Чу Цзюньи на самом деле оставил свою младшую сестру на улице на день и ночь ради другой женщины. Как он посмел!

Сяо Фэнцзюэ почувствовал, что что-то не так, и попытался разобраться в планах отца. “Отец, как ты собираешься добиться справедливости?”

“Шэнь Нинхуа полагалась на благосклонность Его Величества, и решила, что может действовать опрометчиво в столице. Неужели она думала, что нет закона, который мог бы контролировать ее? Кроме того, Чу Цзюньи, он просто забыл, кто его вырастил и дал ему все блага жизни!”

“Отец! Не забывай, что ты сказал мне тогда. Есть некоторые вещи, которые никогда не должны быть раскрыты!”

“Это не твое дело. Я знаю, что делать. Оставайся дома и всегда будь рядом со своей сестрой!” Закончив говорить, он не стал дожидаться ответных слов от Сяо Фэнцзюэ, резко развернулся и сразу же зашагал прочь.

Сяо Фэнцзюэ крепко сжал кулаки. Он чувствовал себя очень беспомощным. Всякий раз, когда он сталкивался с Сяо Цзинжанем и Сяо Хуаньси, он всегда чувствовал, что ему негде применить свою силу. Ни один из них не перестал доставлять неприятности. Они что, сошли с ума? Не говоря уже о том факте, что Шэнь Нинхуа теперь пользовалась глубоким расположением Его величества, даже Чу Цзюньи стал уже нелегкой мишенью. Если бы его истинная личность была раскрыта, семья Сяо действительно пропала бы с лица земли, даже не обретя своего места захоронения!

Сяо Хуаньси села на кровать. Услышав шум за дверью, она слегка скривила губы и сказала: “Шэнь Нинхуа, будь готова к гневу моего отца. Я не верю, что такой благородный клан, как наша семья Сяо, не может взять тебя, жалкую принцессу в свой кулак и выдавить из тебя весь яд!”

Сяо Фэнцзюэ внезапным сильным ударом ноги распахнул дверь! Он приложил столько силы, что дверь слетела с петель и с грохотом упала на землю.

Прежде чем Сяо Хуаньси успела убрать улыбку со своих губ, она увидела стремительно входящего Сяо Фэнцзюэ с мрачным лицом. “Сяо Хуаньси, ты не остановишься, пока не доведешь семью Сяо до смерти, не так ли?”

“Старший брат, о чем ты говоришь? Я не понимаю!” Сяо Хуаньси была в ярости. Старший брат позволил себе отчитать ее как маленькую девчонку, как только вошел!

“Ты не понимаешь? Я уже начинаю сомневаться, ты действительно дочь семьи Сяо или все же нет? Если у тебя нет никакой глубокой ненависти к семье Сяо, почему ты снова и снова игнорировал мои советы? Разве я не говорил тебе не использовать грязные трюки, и я помогу тебе вернуть Цзюньи?”

“Старший брат”, - выражение лица Сяо Хуаньси стало холодным. “Ты предлагал решение, да. Но сработал ли он? Ты хотел, чтобы я успокоилась, а затем подыграла, чтобы постепенно завоевать сердце брата Цзюньи. Но он и Шэнь Нинхуа собираются пожениться через несколько месяцев. Как я могу ждать?”

Сяо Фэнцзюэ поджал губы. Он сделал шаг вперед и влепил ей пощечину. “Ты не хочешь использовать мое решение, о котором я тебе сказал, поэтому ты бесстыдно использовала возбудитель сексуальной похоти?”

“Ну и что? Да, я использовала возбудитель и до сих пор этот метод пока работает!”

“Это работает? Какая польза от твоего метода, кроме как сделать себя ничтожеством в глазах уважаемых людей Империи?”

Сяо Хуаньси поперхнулась. “Я... я просто неудачно спланировала свой замысле, но Старший брат, почему ты всегда вымещаешь свой гнев на мне? Теперь я начинаю сомневаться, ты помогаешь мне или все-таки ты решил помочь этой негодяйке Шэнь Нинхуа…Подожди, Старший брат, только не говори мне, что у тебя неподобающее желание к Шэнь Нинхуа?”

Взгляд Сяо Хуаньси был подобен ножу. Она выглядела так, словно хотела вскрыть ему грудь и посмотреть, не накачала ли его Шэнь Нинхуа наркотиками.

“Неудивительно, что ты всегда винил меня и не позволял мне строить козни против Шэнь Нинхуа. Тебе нравится эта сучка!”

“Не говори ерунды!” Сяо Фэнцзюэ был так зол, что все его тело дрожало. “Я помогал тебе снова и снова. Меня совершенно не волнует, веришь ты мне или нет. Но ты и в самом деле подозреваешь своего собственного брата? Хорошо, тогда я скажу тебе, почему я остановил тебя. Потому что личность Чу Цзюньи особенная!”

“Особенная? Разве он не приемный сын моей семьи Сяо? Что в нем такого особенного?”

“Потому что он принц! Он сын принцессы Великого королевства Юэ Бу Люлан, которая сбежала из дворца двадцать лет назад!”

”Принцесса Великого королевства Юэ..." Вспоминая рассказы об инциденте двадцатилетней давности, лицо Сяо Хуаньси внезапно побледнело от страха.

“Ты только хотела сражаться за Чу Цзюньи, но кроме того, что причинила ему неприятности, что еще ты сделала? Теперь, из-за тебя, наш отец так разозлился, что потерял рассудок. Если бы он раскрыл личность Чу Цзюньи, тогда мы все были бы похоронены вместе с тобой из-за твоей глупости!”

Сяо Фэнцзюэ яростно сжал кулаки и ударил кулаком по столбику кровати, оставив после себя глубокий след от кулака. “Наша семья Сяо действительно обречена!”

Сяо Хуаньси на некоторое время была ошеломлена. Паника в ее сердце чуть не заставила ее упасть в обморок. Она очень любила Чу Цзюньи. Иначе она бы не приставала к нему так бесстыдно. Несмотря ни на что, она не хотела, чтобы с ним случилось что-то плохое.

“Что я должна делать? Что я должна делать? Сначала я должна остановить отца, потом... а потом найти брата Цзюньи. Этот секрет...” Внезапно Сяо Хуаньси остановилась. Она невидящими глазами уставилась в пространство, и в ее сердце внезапно возникла чрезвычайно смелая идея. “Если бы я использовала эту информацию, чтобы угрожать брату Цзюньи разоблачением, он определенно не отказался бы...”

В то время как Сяо Цзинжань в гневе отправился на заседание суда, Шэнь Нинхуа, которая была дома, получила эту новость. Она оделась и поехала во дворец в карете.

Императорский двор был в беспорядке, словно котел с кашей у непутевого повара. Помощник министра по делам обрядов опустился на колени на землю. Слезы пропитали его официальную униформу. Рядом с ним был его сын Ван Вэй, который все еще был без сознания, выплевывая белую пену.

“Ваше величество, вы должны отдать должное моему сыну. Он не сделал ничего плохого. Но его бросили в бордель после того, как накормили афродизиаком. Его даже жестоко бросили в свинарник. Человек, совершивший такой поступок, был совершенно лишен совести и пренебрег законами Даана”.

“Ваше величество, поскольку преступник осмелился поступить так жестоко с моим сыном, завтра он может проделать большую дыру в небе. Пока такой человек жив, на сердце у народа будет неспокойно, и в стране станет неспокойно!”

“Да, ваше величество, этот преступник не воспринимал законы всерьез. Более того, этот метод крайне подл и бесстыден. Такой бесстыдный человек встречается редко”.

Несколько цензоров справедливо высказались так, как будто небеса рухнут, если так называемый виновник не будет наказан.

Сяо Цзинжань опустил голову и встал в стороне. Он ничего не сказал. Поскольку дело касалось репутации Сяо Хуаньси, он ничего не мог сказать. Однако, даже если бы он ничего не сказал, он был уверен, что по итогу Шэнь Нинхуа настигнет его кара и она умрет без места захоронения.

Бейли Цинцан бесстрастно сидел на троне. Его взгляд холодно скользнул по чиновникам в зале, только чтобы обнаружить, что от их шума у него болит голова!

“Сегодня вы все единодушны. Несмотря на все, что вы сказали, вы хотели, чтобы я строго наказал преступника. Но кто же виновник?”

Чиновники сделали паузу и непонимающе посмотрели на помощника министра по делам обрядов.

“Ваше величество, виновник - это…Принцесса Чжаохуа...”

Бейли Цинцан внезапно поднял голову и окинул своим острым взглядом чиновников внизу, словно холодным ветром. “Принцесса Чжаохуа…Снова принцесса Чжаохуа?”

Все чиновники молчали и не осмеливались заговорить снова. Другие чиновники, которые холодно наблюдали за происходящим со стороны, теперь усмехнулись. В течение столь долгого времени единственным человеком, в котором Его величество души не чаял, была принцесса Чжаохуа. Однако эти люди были слепы и бросились к гильотине, держа свои головы в руках!

Помощник министра ритуалов поклонился. “Ваше величество, я намеренно не ищу неприятностей с принцессой Чжаохуа, но она действительно совершила преступление. Я осмеливаюсь противостоять ей!”

Бейли Цинцан нахмурился. Евнух, стоявший сбоку, шагнул вперед и тихо доложил: “Ваше величество, принцесса Чжаохуа явилась во дворец и сейчас находится за пределами зала”.

Глаза Бейли Цинцан расслабились. “Вызови ее сюда”.

Шэнь Нинхуа была одета в наряд принцессы. Она была похожа на кусок холодного нефрита, извлеченный из ледяного пруда. Она была яркой, благородной и холодной. “Приветствую вас, ваше величество. Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше Величество! Да здравствует Ваше величество!”

“Ты хороша, Нинхуа, но ты редко приходишь во дворец. Почему же ты ждешь снаружи в такое раннее время?”

Шэнь Нинхуа встала и посмотрела на Бейли Цинцан с теплой улыбкой на лице. “Ваше величество, я здесь сегодня, чтобы подарить вам сокровище. Я планировала прийти повидаться с вами после заседания суда, но я не ожидала, что вы прямо вызовете меня во дворец Чэнцянь.”

Помощник министра по делам обрядов впился взглядом в Шэнь Нинхуа и стиснул зубы. “Разве ваше высочество не видели, что в холле кто-то лежит?”

Шэнь Нинхуа повернулся, чтобы посмотреть на помощника министра ритуалов и Ван Вэя, лежащих на земле. “Вы помощник министра по делам обрядов, верно? Тот, кто лежит там, должно быть, ваш сын. Я слышала, что с ним что-то случилось, и люди очень счастливы. Вы привели его сюда, чтобы принести извинения?”

“Чепуха! Моего сына подставили. Я хочу добиться справедливости по отношению к нему!”

“Правосудие? Господин Ван, вы действительно осмелились это сказать.”

“Принцесса Чжаохуа, его Величество проигнорировал ваш статус и лично даровал вам титул принцессы. Вы должны быть благодарны вместо того, чтобы действовать опрометчиво из-за благосклонности Его Величества к вам!”

Шэнь Нинхуа слегка обернулась, и улыбка на ее лице стала холодной. “Господин Ван, пожалуйста, научи меня. В чем именно я поступила опрометчиво из-за благосклонности Его Величества?”

“Моего сына, Ван Вэя, накормили веществами, которые усиливают нездоровую похоть и влечение и бросили в бордель. Ты должна знать об этом, верно?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Это верно, я действительно знаю всю внутреннюю подоплеку этой истории, это так”.

Помощник министра по делам обрядов был взволнован. Шэнь Нинхуа уже собиралась признаться. “Итак, вы признались в своем преступлении?”

“Да, я признаю. Я признаю, что по моему приказу некто накормил Ван Вэя афродизиаком, и я также приказала некоему человеку бросить его в бордель”. Шэнь Нинхуа без околичностей произнесла свое признание.

В этот момент все чиновники были взволнованы. Их лица покраснели от гнева, когда они кричали.

“Ваше величество, вы также слышали, что принцесса Чжаохуа не уважает закон. Она просто бессовестно нарушает все нормы права и морали нашей страны!”.

“Как принцесса, ты должна вести себя прилично и подавать пример всем женщинам в стране, вместо того, чтобы делать такие бесстыдные вещи”.

“Ваше величество, пожалуйста, строго накажите принцессу Чжаохуа, чтобы успокоить народ и вернуть мир в нашу страну”.

Сяо Цзинжань удивленно посмотрел на Шэнь Нинхуа. Она действительно так легко в этом призналась?

Бейли Цинцан резко ударил кулаком по столу. “Успокойся! Слишком шумно!”

В зале мгновенно воцарилась тишина.

“Нинхуа, ты говоришь правду?”

Шэнь Нинхуа кивнул. “Ваше величество, то, что я только что сказала, действительно правда. Но мне любопытно. Я ведь только что сделала - это наказала бабника и кобелая, того человека, который сейчас лежит без сознания на полу. Почему вы все в один голос критикуете меня? Лорд Ван и лорд, который только что говорил, не боитесь ли вы сломать себе языки таким преувеличением? Ван Вэй - всего лишь потомок обычного чиновника, но вы говорили так, как будто он оказал огромное влияние на сердца людей и мир в стране. Сколько он весит вместе со своими костями, чтобы вы осмелились связать его с сердцем народа и миром в стране?”

«Вы же даже не видели, какой дрянью был этот Ван Вэй!».

“Ты...” Помощник министра по делам обрядов был так зол, что его лицо побагровело и он чуть не упал в обморок.

Шэнь Нинхуа проигнорировала его и прямо сказала: “Кроме того, господин Сяо должен знать, почему я накормила его этим возбуждающим афродизиаком”.

Сяо Цзинжань поднял голову и нахмурился. “Что ты говоришь? Почему я должен это знать? Я не понимаю?”

Шэнь Нинхуа склонила голову набок. «Что? Сяо Хуаньси не сказала вам после того, как вернулась?”

Глава 175 - Зверь в человеческой шкуре!

Сяо Цзинжань нахмурился и сказал: “Какое это имеет отношение к Сяо Хуаньси? Ваше высочество, вы пытаетесь облить грязью невиновного человека!”

Шэнь Нинхуа слегка опустила глаза, а затем подняла их и громко рассмеялась. “Господин Сяо, я не ожидала, что вы отплатите мне за доброту за спасение вашей дочери, но, по крайней мере, вы не должны отвечать на доброту неблагодарностью, верно?”

Выражение лица Сяо Цзинжаня застыло. “Ваше высочество, вы помогли вылечить Хуаньси и действительно спасли ей жизнь. Так что, если бы человек, которому вы причинили боль, был членом моей семьи Сяо, я бы определенно не стал усложнять вам жизнь, чтобы отплатить за вашу спасительную доброту. Однако Ван Вэй - единственный сын помощника министра по делам обрядов. Это действительно выше моих сил”.

Чиновники вокруг зашушукались:

“Господин Сяо такой великодушный”.

“Это верно. Он действительно заслуживает доверия Его Величества”.

В то время как окружающие чиновники вполголоса хвалили Сяо Цзинжаня и восхищались им, Шэнь Нинхуа сохраняя видимое спокойствие в голосе продолжала.

“Господин Сяо, вы ошибаетесь. Спасительная доброта, о которой я говорила, - это не тот случай с лечением в прошлый раз. На этот раз Сяо Хуаньси похищают.”

«Что? Что ты говоришь?»

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны, а ее голос чист, как нефрит. “Господин Сяо, этот вопрос касается репутации Сяо Хуаньси. Я понимаю, что вы хотите сохранить это в секрете, но вам не следует пытаться заставить меня замолчать. В конце концов, если бы не я, Ван Вэй уже изнасиловал бы Сяо Хуаньси, и вы с господином Ваном сейчас были бы родственниками.”

Помощник министра обрядов внезапно поднял голову и сердито посмотрел на Шэнь Нинхуа. ”Принцесса Чжаохуа, что вы имеете в виду под этим?"

Шэнь Нинхуа мягко улыбнулась. Она достала из рукава признание, подписанное Ван Вэем, и протянула его Сяо Цзинжаню. “Господин Сяо, вы хотите взглянуть?”

Сяо Цзинжань с презрением посмотрел на Шэнь Нинхуа и нехотя принял протянутые листки с признанием. Увидев, что на нем было написано, выражение его лица мгновенно изменилось.

В нем подробно описывалось, как Сяо Хуаньси поручила Ван Вэю подставить Шэнь Нинхуа. Если бы эта бумага с признанием была бы передана императору, это стало бы доказательством тяжкого преступления - убийства королевской принцессы. В то время, даже если бы вся семья Сяо была уничтожена, это было бы лишь легким наказанием.

Пальцы Сяо Цзинжаня невольно слегка задрожали, а затем он резко разорвал признание в своей руке на куски. Он повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, и его кровавая и зловещая аура надавила на нее.

“Ваше высочество, вы настолько дотошны. У вас есть даже письменное признание?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. Она и раньше сталкивалась с подобным давлением, которое исходило от тысяч и тысяч солдат, так как же ее мог запугать один единственный человек, пускай это был даже сам Сяо Цзинжань? “У меня нет другого выбора. С тех пор как я стала принцессой, меня много раз подставляли. У меня выработалась привычка оставлять после себя какие-то доказательства того, что я сделала. Я тщательно сохраняю все доказательства, которые смогу собрать. Может быть, настанет день, когда это войдет в обиход”.

Сяо Цзинран яростно стиснул зубы. “Это очень заботливо со стороны вашего высочества”.

“В будущем я буду более тщательно хранить улики. Возможно, некоторые из них будут полезны господину Сяо. ”Сяо Цзинжань, если бы вы посмели бы причинить мне вред, я бы определенно растоптал и вас тоже с облаков, в этот не должно быть никаких сомнений!

Сяо Цзинжань яростно сжал в руке разорванную бумагу и уставился на Ван Вэя жестким взглядом. “Этот монстр действительно осмелился испытывать злое желание к Хуаньси? Какой ублюдок!”

Помощник министра обрядов на мгновение остолбенел, а затем в его сердце пробежал холодок. “Господин Сяо, что вы имеете в виду под этим?”

“Что я имею в виду под этим? Я подумал, что с Ван Вэем плохо обращались, когда я увидел его таким, но теперь кажется, что он этого заслуживает!”

“Господин Сяо, как вы можете так говорить? Мой сын - жертва!”

“Что он за жертва? Он явно извращенное чудовище! Хуаньси - его двоюродная сестра, но на самом деле у него было к ней злое влечение. Если бы не добрая помощь принцессы Чжаохуа, Хуаньси, вероятно, уже рассталась бы с жизнью.”

Сказав это, Сяо Цзинжань приподнял свою мантию и опустился на колени на землю. “Ваше величество, пожалуйста, простите меня. Я был импульсивен и порвал признание. Я умоляю Ваше величество воздать должное моей дочери! Этот Ван Вэй был наглецом. Он действительно воспользовался хаосом после банкета, чтобы обмануть Хуаньси и похитил ее с дурными намерениями. К счастью, принцесса Чжаохуа спасла ее. В противном случае последствия были бы невообразимыми…Пожалуйста, воздайте нам должное, ваше величество”.

Многие чиновники Императорского двора были в растерянности, когда услышали, что жертва внезапно превратилась в преступника. Разве он не сказал, что принцесса Чжаохуа причинила вред Ван Вэю? И теперь появилась история о том, что принцесса Чжаохуа спасла Сяо Хуаньси от рук Ван Вэя?

Бейли Цинцан положил одну руку на императорский стол, а другую - себе на колено. Выражение его лица было исключительно холодным. “Значит, Ван Вэй это заслужил?”

Сердце Сяо Цзинжаня затрепетало от гнева, но он мог только опустить голову и признать это. Он не мог раскрыть правду, иначе жизнь Сяо Хуаньси была бы в опасности.

“Ваше величество, Ван Вэй действительно заслужил это”.

Бейли Цинцан усмехнулся. “О, это действительно хорошее представление, да? Где те люди, которые минуту назад были самыми оживленными? Что вы хотите сказать сейчас?”

Цензоры, которые ранее выступали от имени помощника министра по делам обрядов, мгновенно задрожали, как перепела. Все изменилось слишком быстро, и их слова были слишком убедительными. Теперь у них даже не было выхода.

Внезапно кто-то откликнулся. “Ваше величество, мы поверили словам лорда Вана, не узнав правды. Пожалуйста, простите нас, ваше величество!”

Когда остальные услышали это, они сразу же повторили, сказав, что их обманули. Тем временем они резко критиковали Ван Вэя как зверя в человеческом обличье.

Неясная улыбка мелькнула в глазах Шэнь Нинхуа. Она скользнула взглядом по лицу Сяо Цзинжаня и обнаружила, что выражение его лица было почти таким же темным, как уголь.

Бейли Цинцан незаметно прищурил глаза, и вспышка неудовольствия промелькнула в его сердце. После того, как Сяо Цзинжань сказал, что Ван Вэй был преступником, эти люди мгновенно изменили свою позицию и заявили, что они были обмануты помощником министра по делам обрядов. И это заставляет задуматься. С каких это пор Сяо Цзинжань пользуется таким влиянием при дворе?

Помощник министра по делам обрядов прикрыл грудь и сел на землю с бледным лицом. “Мои дорогие уважаемые коллеги, когда я вас когда-нибудь обманывал? С моим сыном действительно поступили несправедливо. Как вы можете добавлять оскорбления к ранее уже произнесенным?”

“Господин Ван, ваш сын обычно запугивает людей. Мы давно слышали о его злодеяниях.”

“Это верно. Я слышал, что некоторое время назад он подрался с пьяницей в борделе из-за известной проститутки. Вы потратили много денег, чтобы уладить это дело, верно?”

“Господин Ван, понятно, что вам жаль своего сына, но вы не можете подставлять принцессу Чжаохуа. Ее высочество глубоко заботилась о людях. Она сделала много вещей, которые принесли пользу стране и народу. Она помогла избавиться от чумы, разработала лекарство от ветряной оспы, пожертвовала золото на укрепление плотины и предложила бесплатное обслуживание в клинике. Она - символ праведности. Зачем ей устраивать заговор против вашего сына без всякой причины?”

“Это верно...”

В зале снова было шумно, но на этот раз объектом похвалы стал Шэнь Нинхуа. Услышав похвалу от толпы, Шэнь Нинхуа втайне вздохнула в своем сердце. Как и следовало ожидать от цензоров, их уста могут путать правильное и неправильное, а также черное и белое.

После того, как все закончили спорить, Бейли Цинцан опустил глаза и обвел взглядом весь суд. ”Помощник министра ритуалов, что еще вы хотите сказать?"

Помощник министра по делам обрядов медленно опустился на колени. Его рука все сильнее прижималась к груди. Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, он внезапно выплюнул полный рот крови!

Этот инцидент заставил зал внезапно затихнуть.

Чэнь Юнь шагнул вперед и взглянул на него. Он слегка покачал головой в сердцах. “Ваше величество, лорд Ван перенес внезапный приступ гнева, который привел к закупорке его артерии. Я боюсь, что ему придется провести остаток своей жизни в постели”.

Мускулы на щеках Бейли Цинцана дернулись, а его глаза наполнились гневом. “Кто-то только что сказал, что Ван Вэй угнетал народ?”

Чу Цзюньи вышел в официальной форме. Это был первый раз, когда Шэнь Нинхуа увидел его в официальной форме. На нем был халат, расшитый сосной и сказочным журавлем, а на поясе висело саше с серебряной рыбкой, что придавало ему решительный характер. Он действительно был красивым и элегантным юношей.

“Ваше величество, Сяо Хуаньси - моя младшая сестра. Когда я услышал, что с ней что-то случилось, я провел расследование за одну ночь. Я не ожидал, что действительно найду какие-то доказательства.

Чу Цзюньи передал евнуху свиток письменных жалоб, который держал в руке, и продолжил низким голосом.

“Ваше величество, двадцать одна письменная жалоба поступила от тех родителей, которые хотят добиться справедливости для своих дочерей. И во всех случаях ответчиком является… Ван Вэй, единственный сын помощника министра обрядов!”

Помощник министра по делам обрядов лежал на земле с расширенными глазами, а его руки и ноги непрерывно подергивались.

В глазах Чу Цзюньи не было ни малейшей теплоты. Этот помощник министра обрядов говорил о благожелательности, праведности и нравственности, но у него самого было более дюжины наложниц и бесчисленное множество служанок, которые спали с ним. Его единственный сын, Ван Вэй, изнасиловал бесчисленное множество девушек, но за ним стоял хороший отец, который помог ему все уладить.

Бейли Цинцан просматривал письменные жалобы все быстрее и быстрее. Наконец, он бросил письменные жалобы, которые держал в руке, в центр зала. “Монстр! Что за чудовище!”

Многие из этих жалоб были написаны кровью. Поскольку они обвиняли должностное лицо, все добавили большую строку в конце статьи, клянясь, что они готовы кататься по ногтевой пластине и ходить по горячему железу в обмен на право подать жалобу. Каждая письменная жалоба касалась жизни красивой девушки, и преступления, написанные на ней, приводили людей в ярость после ее прочтения.

“Ваше величество, пожалуйста, успокойтесь!”

“Как я могу успокоиться? Я действительно не ожидал, что чиновник, отвечающий за Министерство обрядов, на самом деле был зверем в человеческой шкуре. Это действительно ужасно!”

Выражение лица Бейли Цинцана было мрачным, а аура вокруг него была жестокой, пугая всех чиновников до полусмерти.

Гнев императора может привести к гибели тысяч людей.

Чу Цзюньи невозмутимо выпрямился. После того, как Бейли Цинцан закончил свою гневную речь, он сложил ладони рупором и сказал: “Ваше величество, эти гражданские лица, которые подали письменные жалобы, ждут снаружи императорского дворца. Если вы мне не верите, вы можете вызвать их на допрос.”

Бейли Цинцан восседал на троне. Вены на тыльной стороне его рук были обнажены. “Вызовите их сюда!”

Два десятка человек ворвались в зал. Они присели на корточки и, казалось, хотели пресмыкаться на земле.

Они жили на дне общества, без достоинства или статуса. Но для своих дочерей они могли бы без колебаний кататься по ногтевой пластине и ходить по горячим углм, просто чтобы посмотреть, есть ли еще справедливость в этом мире!

Бейли Цинцан был в ярости, но он не знал, куда выплеснуть свой гнев. Спустя долгое время он достал жалобу, написанную кровью, с императорского стола. “Чья это жалоба?”

Старик прополз на два шага вперед.

“Ваше величество, это моя жалоба. Я не умею писать, поэтому могу только попросить ученого написать за меня своей кровью. Я бесполезный человек, и у меня нет никаких денег. Я продал все в своем доме, чтобы получить несколько мелких монет, чтобы заплатить ученому за то, что он помог мне написать эту жалобу!”

Глаза Шэнь Нинхуа слегка дрогнули, а в горле, казалось, что-то застряло. Ему пришлось потратить все свои сбережения на письменную жалобу, чтобы помочь своей дочери добиться справедливости…

Старик распластался на земле. Его тело оставалось прижатым к земле, делая самый смиренный жест.

“Ваше величество, моя дочь была ограблена молодым мастером Ваном из-за ее красивой внешности. Она так и не смогла оправиться от содеянного с ней… Она скоро должна была выйти замуж. Это все моя вина. Если бы я не был болен в постели, я бы не отпустил свою дочь покупать овощи, чтобы ее не увидел этот зверь!”

“Ваше величество, я хочу подать в суд на помощника министра по делам обрядов и его сына. Я готов кататься по ногтевой пластине. Я не буду жаловаться, даже если мне придется взобраться на гору ножей или спуститься в котел с кипящим маслом. Все, чего я хочу, - это справедливости для моей дочери. Ее мать ждала ее возвращения еще до того, как умерла...”

Глава 176 - Длинный список отвратительных преступлений, котрый привел Императора в ярость!

Бейли Цинцан был в такой ярости, что чуть не опрокинул императорский стол.

Он не ожидал, что кажущийся почетным помощник министра по делам обрядов на самом деле воспитает сына, который насиловал обычных городских девушек и издевался над людьми. Более того, по прошествии столь долгого времени никто из чиновников ему ни о чем не доложил!

Значит, он все это время был всего лишь императором с завязанными глазами в императорском дворце, слушающим музыку и наблюдающим за танцами? Тогда какой был смысл во всех этих чиновниках?!

Он держал жалобы в руке и позволил коленопреклоненным гражданам выйти вперед, чтобы рассказать свои истории одну за другой.

Каждый человек выступил вперед с величайшим почтением и все выглядели чрезвычайно скромно. Их терпение подверглось слишком долгому испытанию и теперь они были похожи на людей, которые хватаются за последний спасительный камень у обрыва. Каждое сказанное ими слово было произнесено хриплым и изнуряющим тоном!

“Ваше величество, этот хулиган возжелал мою дочь и хотел силой вернуть ее домой. Чести и гордости моей дочери моей бедной дочери был нанесен непоправимый ущерб. Она не смогла с этим жить и разогнавшись изо всех сил врезалась в стену, чтобы покончить с собой...”

“Мою дочь забрали на три дня. Позже ее нашли в братской могиле, и я привез ее домой. Кожа по всему ее телу была разорвана. Ей выкололи глаза, вырвали язык и отрезали конечности. На ее теле не было ни одного места без травм. Мой муж умер от горя и бессилия после того, как искал ее день и ночь. Я потратила все свои сбережения, но не смогла спасти ее жизнь. Моя бедная дочь...”

Люди по очереди выходили вперед, чтобы отчитаться. Лицо Бейли Цинцана позеленело от гнева. Его пальцы на императорском столе непрерывно дрожали. “Хорошо! Хорошо! Хорошо! В столице, у меня под носом, действительно есть кто-то, кто совершил такие злодеяния!”

“Ваше величество, прошу вас не гневайтесь!”

Все чиновники опустились на колени, почти задохнувшись от гнева Бейли Цинцана.

Встал последний старик, которому на вид было больше семидесяти лет. Его волосы были седыми, и он почти не мог держать равновесие, но не смотря на возраст его голос был исключительно громким и ясным. “Ваше величество, сегодня я хочу добиться справедливости для моей бедной невестки. Она была беременна, когда ее забрали. Этот зверь Ван Вэй довел ее до выкидыша и даже убил моего сына. Теперь я один, и мне не о чем беспокоиться. Сегодня я готов использовать свою смерть, чтобы умолять Ваше величество выслушать наши жалобы и воздать злодейскому роду по заслугам!”

Сердце Бейли Цинцана дрогнуло, когда у него возникло дурное предчувствие. “Поторопитесь и остановите его!”

К сожалению, сердце старика было преисполнено решимости умереть. Он хотел использовать свою собственную смерть, чтобы добиться справедливости, и поэтому его сила была исключительно велика. Он ударился головой о высокие ступени перед троном, и повсюду брызнула кровь, окрасив золотые извивающиеся ступени Дракона в кроваво-красный цвет.

Самоубийство старика вызвало гнев в сердце Бейли Цинцана. Он внезапно встал и крикнул: “Принесите мне мой императорский меч!”

“Да, ваше величество”.

Евнух принес императорский меч. Бейли Цинцан спустился по лестнице, держа в руке меч. Со свистом он выхватил меч из ножен и яростно рубанул по голове Ван Вэя, который лежал на земле.

Ван Вэй умер, когда его голова отделилась от тела.

Помощник министра по делам обрядов, который лежал на земле с широко открытыми глазами, не успел закрыть их, как теплая кровь брызнула ему на лицо. Он закатил глаза и потерял сознание.

Прежде чем он потерял сознание, в его голове осталась только одна мысль: с ним покончено. С семьей Ван было покончено. Он пожалел, что не убил этого презренного монстра раньше…

Действия Бейли Цинцана повергли всех в шок. В зале было так тихо, что было отчетливо слышно даже падение иглы.

Спустя долгое время по всему залу разнесся крик. “Месть... месть свершилась! Да здравствует Ваше Величество! Ваше величество поистине мудры!”

“Да здравствует ваше величество. Ваше величество поистине мудры!”

“Да здравствует ваше величество, ваше величество поистине мудры!”

“…”

Тотчас же сквозь облака раздались крики. Бейли Цинцан держал меч в руке и вдруг кое-что вспомнил. Его отец однажды сказал, что он мог бы расширить территорию, но ему было трудно управлять своей страной и достичь вечного процветания. Теперь, когда он подумал об этом, оценка его отца действительно была правильной.

С тех пор как он взошел на трон, он никогда не слышал искренней поддержки народа в его адрес. Что касается чиновников, которых он назначил, то один-единственный помощник министра по делам обрядов вызвал такую бурю в столице. Так что ему было довольно легко представить себе проступки других чиновников.

Самые разные мысли проносились в его голове. Через некоторое время Бейли Цинцан подошел к Чу Цзюньи с окровавленным императорским мечом в руке. “Тебя зовут Чу Цзюньи, теперь ты начальник столичной стражи пятого класса, а также будущий муж Нинхуа. Верно?”

Чу Цзюньи опустился на колени на землю со спокойной и ясной осанкой. “Да, ваше величество!”

Бейли Цинцан плотно сжал губы и несколько раз смерил взглядом Чу Цзюньи. “Я верю в суждение Нинхуа. У тебя редкий талант.”

“Благодарю вас, ваше величество, за вашу похвалу”. Голось Чу Цзюньи не был ни гордым, ни скромным.

Бейли Цинцан передал свой меч Чу Цзюньи, и в его глазах мелькнула решимость. ”Чу Цзюньи, слушай указ!"

“Да, ваше величество!”

“Настоящим я назначаю тебя Левым имперским цензором первого ранга и дарую тебе имперский меч. Отныне вы должны прислушиваться к общественному мнению и контролировать чиновников. Если вы столкнетесь с какими-либо упрямыми чиновниками младше второго ранга или их детьми, которые отказываются подчиняться приказам, вы можете сначала убить их, а затем доложить мне позже. Я также даю вам поясной жетон, с которым вы можете свободно входить и выходить из императорского дворца и докладывать непосредственно мне!”

Ослепительный свет вспыхнул в глазах Чу Цзюньи, и он быстро восстановил свое спокойствие. Он сложил ладони в почтительном жесте у себя на груди и ответил голосом, исполненным глубокого уважения: “Как пожелаете, ваше величество!”

Чу Цзюньи был повышен с чиновника пятого ранга до чиновника первого ранга и получил право убивать чиновников младше второго ранга без предварительного доклада. Такой большой карьерный скачок, можно сказать, не имел еще аналогов в династии. Более того, как чиновник, который мог контролировать других чиновников, убивать без предварительного доклада и напрямую отчитываться перед императором, означало, что его права были значительно выше и больше, чем у принцев. На мгновение чиновники были настолько шокированы, что не знали, что сказать.

Только после того, как Бейли Цинцан лично объявил о конфискации имущества семьи Ван и выплате компенсации людям, все опустились на колени и почтительно смотрели, как он отступает.

Хотя заседание суда закончилось, никто из чиновников не покинул зал. Все их взгляды были сосредоточены на недавно назначенном Левом имперском цензоре Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи проигнорировал их домыслы и дискуссии. Он достал из рукава носовой платок и тщательно вытер пятна крови с императорского меча.

Затем он оторвал волосок и осторожно подул им в сторону острия меча. Светлый волоок мгновенно распался на две части. Он быстро орудовал мечом, и тот излучал холодный свет.

“Какой хороший меч!”

Все почувствовали, как похолодели их сердца. У многих чиновников почти возникла иллюзия, что мечи перерезали им шеи. Они подсознательно прикрывали свои шеи.

Чу Цзюньи взял ножны у евнуха, стоявшего сбоку, и вложил меч в ножны. Затем он направился прямо к Шэнь Нинхуа и сказал: “Ваше высочество, позвольте мне проводить вас обратно в ваш особняк”.

Шэнь Нинхуа аккуратно расправила рукава и с улыбкой кивнула.

Они вдвоем вышли плечом к плечу. Даже аура вокруг них, казалось, слилась в одну.

После того, как они вдвоем ушли, гражданские и военные чиновники постепенно пришли в себя и в спешке покинули дворец.

Им нужно было поспешить вернуться и разузнать дела своих молодых отпрысков, чтобы выяснить, не совершали ли они подобных злодеяний и издевался над людьми. Если бы это было так, они должны были бы убить их вовремя, чтобы не впутывать всю семью, как это сделал сын помощника министра ритуалов.

Вернувшись в особняк принцессы, Шэнь Нинхуа в очень хорошем настроении посмотрела на императорский меч в руке Чу Цзюньи и похвалила: “Какое острое оружие!”

“Определенно. Это определенно хорошее оружие, если его правильно использовать”.

“Как ты планируешь это использовать?” Глаза Шэнь Нинхуа ярко засияли.

Чу Цзюньи загадочно улыбнулся. “Его величество доверил мне важную задачу, и я должен оправдать его ожидания, убив без предварительного доклада”.

“Тогда столичные чиновники, вероятно, соберутся и выразят протест Его величеству в связи со смертью”.

“Эти цензоры в основном все второго ранга. Жаль, что я не могу прямо отрубить им головы.” Чу Цзюньи с сожалением покачал головой, совершенно не заботясь о цензорах.

Глаза Шэнь Нинхуа закатились. “Ты стал левым имперским цензором первого ранга. Должно быть, есть бесчисленное множество людей, которые будут завидовать тебе. У тебя есть какие-нибудь планы как защитить себя?”

“Защитить себя?” Зловещая улыбка мелькнула на лице Чу Цзюньи. “Если они будут просто критиковать меня, пусть они это делают. Если они снова захотят подставить меня, тогда я могу убить их и позже доложить Его величеству. Его Величество уже предоставил мне эту привилегию”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и прищурила глаза. Ее настроение было чрезвычайно хорошим. Она практически видела своим мысленным взором, какая кровавая буря разразится дальше. Это тоже было хорошо. Когда в столице было тихо, умы людей становились беспокойными. В мутной воде было легче ловить рыбу.

Увидев улыбку на губах Нинхуа, Чу Цзюньи резко шагнул вперед и сказал: “Моя милая так красиво улыбается”.

Улыбка на лице Шэнь Нинхуа мгновенно застыла. Вены на ее лбу вспыхнули, когда она оттолкнула его лицо ладонью.

Почувствовав, как мягкие и ароматные пальцы прижались к его губам, сердце Чу Цзюньи наполнилось лукавой улыбкой, и он дважды лизнул ее ладонь.

Шэнь Нинхуа отдернула пальцы, как будто ее ударило током, и ее лицо мгновенно покраснело. “Ты... ты негодник, я отрублю тебе голову раньше!”

Чу Цзюньи поспешно отпрыгнул в сторону. “Нинхуа, ты пытаешься убить своего мужа? Эй, эй, не гоняйся за мной. Кто родит моего сына, если ты слишком устанешь?”

“Если ты еще раз посмеешь говорить глупости, я тоже накачаю тебя наркотиками и вышвырну вон!”

“Ах, милая, ты можешь накормить меня наркотиком, но ты не должна меня выгонять. Просто позволь мне остаться в твоей комнате. На самом деле, ты все еще недостаточно хорошо меня знаешь. Если ты знаешь меня достаточно хорошо, ты поймешь, что мне не нужно принимать лекарство...” Улыбка Чу Цзюньи стала еще нарочито более зловещей. Его глаза были такими кокетливыми, что заставили Шэнь Нинхуа покраснеть.

Это выражение могло бы показаться жалким на лицах обычных людей, но на его лице оно только излучало злое очарование, заставив Шэнь Нинхуа еще сильнее стиснуть зубы, когда она увидела это.

Они вдвоем долго играли, прежде чем Чу Цзюньи охотно позволил Шэнь Нинхуа победить его. Затем Чу Цзюньи отправился возвращаться в особняк Сяо.

Как только он вернулся, служанка Сяо Хуаньси подошла и сказала: “Молодой господин, мисс приглашает вас зайти к ней во двор. Она сказала, что ей нужно обсудить с тобой что-то важное.”

Радость в сердце Чу Цзюньи утихла, и поднялась волна отвращения и нетерпения. “Ваша мисс так больна, что она в замешательстве. Вы тоже смущены, будучи ее личной горничной? Как другие мужчины могут входить в ее спальню по своему желанию?”

“Молодой господин, пожалуйста, успокойтесь. Вы ее старший брат, так что можете смело пойти и повидаться с ней.”

Чу Цзюньи усмехнулся. “Какой я ей старший брат? Старший брат, то есть я, тоже должен избегать ее.”

Сяо Хуаньси вошла в дверь, прикрывая грудь руками со слезами на глазах. “Брат Цзюньи, ты на самом деле избегаешь меня, как будто я змея или скорпион. Я действительно заставляю тебя чувствовать себя таким невыносимым?”

Говоря это, она сделала знак горничной выйти.

Чу Цзюньи холодно посмотрел на нее с насмешливым выражением в глазах. “Я действительно чувствую отвращение к человеку, который накачивал наркотиками других”.

Слезы Сяо Хуаньси падали, как жемчужины, и все ее тело, казалось, было на грани обморока. “Брат Цзюньи, я знаю, что независимо от того, как я объясню это сейчас, ты мне не поверишь. Я просто пришел сюда сегодня, чтобы сказать тебе кое-что очень важное”.

"что это?"

Сяо Хуаньси прикусила губу и сказала: “О тебе…”

Глава 177 - Меня от Тебя тошнит!

Чу Цзюньи внезапно поднял глаза, и в его глазах мелькнуло суровое выражение. Сердце Сяо Хуаньси внезапно дрогнуло. Это был ее величайший шанс. Если бы ей это удалось, она смогла бы выйти замуж за Чу Цзюньи и исполнить свое желание. Если она потерпит неудачу…

Подумав о последствиях, она резко покачала головой. Она должна была добиться успеха. Если она потерпит неудачу, то больше не сможет жить в столице.

“Брат Цзюньи, здесь много людей и у стен тоже есть уши. Как насчет того, чтобы поговорить в моей комнате?”

После того, как Сяо Хуаньси закончила говорить, она не дала Чу Цзюньи шанса отказаться, выслушав его ответ и сразу направилась к своему собственному двору.

Глаза Чу Цзюньи потемнели, когда он помахал Е И. “Оцепите окрестности и никому не позволяйте приближаться”.

“Да, хозяин”.

Сяо Хуаньси сидела в своей комнате и нервно смотрела на дверь. Только когда Чу Цзюньи медленно вошел, она втайне вздохнула с облегчением.

Сяо Хуаньси протянул чашку чая, но Чу Цзюньи сразу же отставил ее в сторону.

“Брат Цзюньи, моя комната - не опасное место. Почему ты такой недоверчивый и осторожный в общении со мной?”

“Ты только что упомянула мою личность. О чем именно ты хотел поговорить?” Прямо спросил Чу Цзюньи.

Сяо Хуаньси слегка прикусила губы. Она посмотрела на необычайно красивое лицо Чу Цзюньи, и в ее глазах мелькнула жадность.

“Брат Цзюньи, почему ты так встревожен? Я слышал сегодня, что вы стали левым имперским цензором первого ранга и получили императорский меч от Его Величества. Я тебя еще не поздравила. Как насчет того, чтобы я выпила за твой успех чашечку чая?”

Выражение лица Чу Цзюньи было холодным. “Хуаньси, мы оба умные люди. Зачем использовать такие скрытные методы? Раз ты не хочешь говорить, значит, так тому и быть. Мне все еще нужно кое-что еще сделать. Увидимся.”

“Остановись!” Сяо Хуаньси внезапно встала и крикнула Чу Цзюньи: “Хорошо, поскольку ты не хочешь слышать мои поздравления, тогда я перейду к делу сейчас. Я знаю твою истинную личность. Ты принц!”

Холодный огонек вспыхнул в глазах Чу Цзюньи. “Тебе сказал приемный отец или старший брат рассказал тебе об этом?”

“Не имеет значения, кто мне сказал. Важно то, что теперь я это знаю. Что ты планируешь делать, брат Цзюньи?”

“Ну и что с того, что ты знаешь?” Чу Цзюньи было совершенно все равно.

Сяо Хуаньси встала и подошла к Чу Цзюньи. Она слегка приблизилась к его груди и хотела наклониться.

Чу Цзюньи немедленно увернулся, и в его глазах промелькнуло отвращение.

Сяо Хуаньси стиснула зубы. “Вы знаете свою личность, но вы не признаете своих предков и не заявляете о себе как о члене королевской семьи. У вас, должно быть, есть свои собственные заботы. Если я раскрою твою личность, это разрушит твой план, верно?”

Чу Цзюньи понял ее план и усмехнулся. “Ты мне угрожаешь?”

“Нет”, - Сяо Хуаньси яростно прикусила губы. “Брат Цзюньи, я просто хочу остаться рядом с тобой. Я больше ничего не хочу! У тебя не может быть второй жены, если ты хочешь жениться на Шэнь Нинхуа, но нет ограничений на количество обычных наложниц, которых ты можешь взять. Брат Цзюньи, я готова быть твоей наложницей. Пока я остаюсь рядом с тобой, я буду тебе верна и это все что мне от тебя надо”.

“Ты закончила?” Голос Чу Цзюньи был холодным и бесстрастным.

Сяо Хуаньси на мгновение была ошеломлен. Она подняла голову, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи. Его глаза излучали очаровательную и глубокую ауру, но она вообще не могла найти в его глазах ни малейшего следа своей фигуры. Слабое отчаяние захлестнуло ее сердце. Она закрыла глаза, и слезы покатились по ее щекам.

“Брат Цзюньи, если ты хотел, чтобы я вышла замуж за кого-то другого, я могла бы с таким же успехом просто умереть”.

Говоря это, она достала из рукава кинжал и вложила его в ладонь руки Чу Цзюньи. Затем она прижала его руку к своей груди и сказала: “Брат Цзюньи, если ты действительно ненавидишь меня и не хочешь, чтобы я оставалась рядом с тобой, тогда просто убей меня. Вместо того, чтобы позволять мне жить в боли, было бы лучше просто позволить мне умереть”.

Чу Цзюньи сильно нахмурился и слегка прищурил глаза. Он поднял руку и собирался отдернуть рукав, но ему это не удалось.

Сяо Хуаньси стиснула зубы и крепко схватила Чу Цзюньи за руку. Костяшки ее пальцев побелели от такой силы. Это была либо победа, либо смерть. Это был ее последний шанс. Несмотря ни на что, она не могла ошибиться!

Однако после долгого ожидания у входа не раздалось ни звука. Разве она не просила служанку позвонить ее старшему брату и отцу? Почему они до сих пор не пришли?

Чу Цзюньи усмехнулся. “Ты ждешь, когда придут приемный отец и старший брат?”

“Как... как это могло быть, я...”

“Я позволил своим людям оставаться на страже повсюду. Никто не может войти или выйти. Поскольку ваша служанка не может уйти, ваш отец и старший брат не получат никаких известий.”

Глаза Сяо Хуаньси расширились. ”Брат Цзюньи..."

“Ты продолжаешь говорить, что я тебе нравлюсь, но тем не менее ты продолжаешь плести интриги против меня. То, как ты выражаешь свои симпатии, действительно нечто новое и особенное в отношениях, как ты считаешь, влюбленных..”.

Слова Чу Цзюньи были подобны отравленному ножу, который вонзился прямо в грудь Сяо Хуаньси. Она резко отпустила руку Чу Цзюньи и тихо зарычала.

“Как ты можешь винить меня за это? Ты думаешь, я этого хочу? Если бы не Шэнь Нинхуа, как бы тебя у меня отняли? Брат Цзюньи, мы выросли вместе и прожили вместе так много лет. Я следовала за тобой с тех пор, как была маленькой девочкой, и твердо запомнила каждое слово, сказанное тобой в моем сердце. Я думал, что ты в конце концов женишься на мне, но в результате ты станешь чьим-то мужем и зятем императора!”

Она глубоко любила Чу Цзюньи и восхищалась им, как небесным божеством!

Сяо Хуаньси облокотилась на стол, и ее глаза были полны негодования. “Как я могу позволить, чтобы тебя похитили? Я не хотел тебе угрожать. Я действительно слишком сильно люблю тебя. Пока я могу заполучить тебя, я могу и буду использовать любые средства!”

Она подняла глаза и резко разорвала одежду на своей груди. “Брат Цзюньи, посмотри на меня. Как я могу не сравниться с Шэнь Нинхуа? Посмотри на меня внимательно. Как я могу не сравниться с ней?”

Лицо Чу Цзюньи было искажено отвращением. “Ты своими поступками вызываешь у меня отвращение и тошноту!”

Губы Сяо Хуаньси задрожали, и она почувствовала волны унижения и смущения. Мужчина, которого она любила всем сердцем, сказал, что она отвратительна. Была ли в этом мире женщина более несчастная, чем она? Однако, пока она могла заполучить Чу Цзюньи, она была готова делать все, что угодно, опуститься на самое дно отношений, применять самые грязные способы и средства!

Она подняла руку, развязала пояс и сняла с себя одежду одну за другой, обнажив свой розовый живот. Она соблазнительно улыбнулась. “Брат Цзюньи, разве ты не хочешь меня?”

Взгляд Чу Цзюньи был холоден до такой степени, что можно было замерзнуть. Он тут же развернулся и направился к двери. Больше не было необходимости оставаться здесь.

Сяо Хуаньси внезапно шагнула вперед и обняла его сзади. “Брат Цзюньи, не уходи”.

Внезапно раздался четкий голос.

“Сяо Хуаньси, я думала, что ты достаточно бесстыдна, но я не ожидала такого. Да, я недооценила тебя!”

Нинхуа?!

Чу Цзюньи внезапно замер на месте и использовал свою внутреннюю силу, чтобы стряхнуть Сяо Хуаньси. “Нинхуа, почему ты здесь?”

Шэнь Нинхуа обернулась и взглянула на него. Она холодно скривила губы и фыркнула.

Сяо Хуаньси почувствовала себя так, словно в нее ударила молния. Унижение и реакция на ее поведение которая исходила от Чу Цзюньи почти свели ее с ума. Она вскрикнула и немедленно стала приводить в порядок свою одежду.

Шэнь Нинхуа усмехнулась и оглядела Сяо Хуаньси сверху донизу. “Твое лицо не так красиво, как у меня, твоя фигура не так хороша, как у меня, и даже твой мозг не такой умный, как у меня. Как ты можешь сравниться со мной?”

“Шэнь Нинхуа!” Сяо Хуаньси встала и обиженно посмотрела на нее.

Чу Цзюньи встал рядом с Шэнь Нинхуа и сказал: “Нинхуа, я просто...”

"Хм?" Шэнь Нинхуа слегка приподняла брови. Выражение ее лица было практически непроницаемым, но ей удалось остановить его от объяснений.

Шэнь Нинхуа медленно подошла к Сяо Хуаньси и снисходительно посмотрела на нее сверху вниз. “Но я действительно не могу сравниться с тобой в плане наглости”.

“Шэнь Нинхуа, даже если бы я исчезла, был бы кто-то другой. Даже если бы брат Цзюньи не женился на мне, ты не смогла бы заполучить его одна!”

“Ха-ха”, - рассмеялась Шэнь Нинхуа, но улыбка не коснулась глубины ее глаз. “Я никогда не планирую оставлять твоего брата Цзюньи одного. Человек будет обманывать, и он не исключение. Просто в будущем, будет ли у него три жены и четыре наложницы, будет ли у него много детей и внуков, но это не будет иметь к тебе никакого отношения!”

Когда Сяо Хуаньси представила себе эту сцену, ее сердце чуть не разорвалось от боли. “Нет, ты несешь чушь! Нет! Брат Цзюньи, ты собираешься жениться на мне, не так ли?”

Чу Цзюньи нахмурился и хотел отказаться, но Шэнь Нинхуа остановила его взглядом и продолжила: “Сяо Хуаньси, ты все еще продолжаешь обманывать себя сейчас?”

Сяо Хуаньси опустила голову, и ее плечи непрерывно дрожали. Через некоторое время она вдруг подняла голову и достала из кармана шелковый носовой платок, чтобы осторожно вытереть слезы на лице. “Шэнь Нинхуа, брат Цзюньи так сильно заботится о тебе. Интересно, раскрыл ли он вам секрет о своей личности?”

Шэнь Нинхуа усмехнулся. “Не нужно тебя беспокоиться обо мне. Я знаю все, что мне нужно знать.”

“Ха-ха, хорошо. Поскольку ты знаешь, это проще. Не жалко уничтожить то, что я не могу получить. Его личность - это роковая печать. Если бы брат Цзюньи женился на мне, у тебя все еще мог бы быть муж. Если он не женился на мне, тогда ты просто ждешь, чтобы потерять своего мужа, прежде чем выйти замуж”.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Ты наконец-то перестала притворяться. Тогда давайте начнем говорить о деле. Если бы личность Чу Цзюньи была раскрыта, семье Сяо было бы предъявлено обвинение в укрывательстве преступников. Если бы он умер, никто из членов и родственников семьи Сяо не смог бы спастись! В худшем случае я была бы просто незамужней вдовой. По сравнению с уничтожением всей твоей семьи, это не имеет большого значения.”

“Хех, похоже, у тебя нет никаких чувств к моему брату Цзюньи. Если ты действительно так считаешь”.

“Почему же? Ты угрожала его жизни, несмотря на то, что продолжала говорить, что любишь его. Я просто следую твоему же примеру. Я не более безжалостна, чем ты.”

“Ты... не говори этих бесполезных вещей. Ты можешь добиться моего молчания, позволив мне выйти замуж за брата Цзюньи”.

“Выйти за него замуж? Какими качествами вы обладаете, чтобы выйти замуж за моего мужа?”

“Ты принцесса, но я также законная дочь семьи Сяо. Твой статус не намного выше моего!”

“Ну и что? Его Величество лично даровал нам брак, так что Чу Цзюньи собирается жениться на мне с торжественной церемонией!”

Сяо Хуаньси закусила губы от ненависти, но ей было совершенно все равно. “Хорошо, я могу быть с братом Цзюньи без титула. С этого момента ты не можешь вмешиваться в наши дела!”

“О, ты что, совсем поглупела от своих желаний? Я законная жена Чу Цзюньи. Ты самое большее – это наложница, так что держать тебя в своих руках и следить за твоим поведением – это будет моя непосредственная обязанность. Даже если бы я продала тебя, у семьи Сяо не было бы никаких причин возражать! Позвольте мне быть еще более точной. Если ты хочешь в будущем занять место в моем особняке принцессы, ты должна послушно поджать хвост и вести себя прилично. В противном случае, я дам Чу Цзюньи дюжину наложниц, чтобы посмотреть, кто из вас сможет победить!”

“Ты...” Сяо Хуаньси сделала паузу, и ее глаза внезапно расширились. “До тех пор, пока ты согласна, чтобы я оставалась рядом с братом Цзюньи, я определенно не буду усложнять тебе жизнь в будущем!”

Шэнь Нинхуа с усилием подавила боль в горле и спокойно кивнула. “Хорошо, я согласна”.

Чу Цзюньи резко поднял голову и почувствовал душераздирающую боль сердце. Нинхуа согласилась…

Глава 178 - Трио Плачущих, поднимающих шум и вешающихся!

“Итак, ты согласна?” Сяо Хуаньси внезапно подняла голову, и радость в ее глазах почти исчезла.

На лице Шэнь Нинхуа не отразилось ни малейших эмоций. Увидев приятно удивленное лицо Сяо Хуаньси, в ее сердце вспыхнуло намерение ее убить. “Я согласна. Но не забывай, что твой отец и старший брат могут не согласиться. Если ты хочешь быть с Чу Цзюньи без титула, все, что тебе нужно сделать, это придумать способ получить их согласие”.

Сяо Хуаньси внезапно встала и вытерла слезы со своего лица. “Тебе не нужно беспокоиться об этом. Я знаю, что делать”.

Думая, что она наконец-то сможет остаться рядом с Чу Цзюньи, Сяо Хуаньси не могла не чувствовать себя очень взволнованной. Она немедленно вышла, чтобы спросить согласия Сяо Цзинрана и Сяо Фэнцзюэ.

Глядя на ее удаляющуюся фигуру, глаза Шэнь Нинхуа вспыхнули холодной яростью: "Ты много раз строила против меня козни. Теперь пришло время мне отомстить.

Глаза Чу Цзюньи потемнели, и в его взгляде появился след уныния. ”Нинхуа, ты действительно согласна позволить ей остаться рядом со мной?"

Шэнь Нинхуа подняла голову, чтобы посмотреть на него. Ее глаза уже не были такими спокойными, как раньше, но она продолжала молчать.

Чу Цзюньи был в ярости, и в его голосе тоже звучала безграничная ярость.

“Значит, ты используешь меня как разменную монету? Мое сердце полно тобой. Я никогда не думал, что в будущем возьму наложницу. И все же ради временного спокойствия ты подтолкнул меня к другой женщине! Какие неприятности может причинить Сяо Хуаньси, с которыми мы вдвоем не справимся? Ну и что с того, что она знает, кто я такой? В худшем случае она раскроет эту тайну заранее. Но мы можем приложить некоторые усилия, чтобы скорректировать наш план, что все равно намного лучше, чем жить в обиде каждый день!”

Шэнь Нинхуа опустила глаза. Ее густые ресницы скрывали эмоции в ее глазах.

Видя, что она не отвечает, Чу Цзюньи почувствовал еще более сильную боль в своем сердце. Он не мог удержаться от холодной насмешки: “Я уже чувствовал, что ты не доверяешь мне всем сердцем, но я всегда думал, что время покажет, и я смогу согреть тебя. Но на самом деле ты взяла наложницу для меня до того, как мы поженились. Ха-ха, какая добродетельная жена!”

Чу Цзюньи почувствовал, как его сердце медленно опускается, как будто кто-то затащил его в холодный бассейн. Он втайне стиснул зубы и сказал: “Я не позволю Сяо Хуаньси оставаться рядом со мной. Ваше соглашение не годится. Я заставлю ее выйти замуж за пределами столицы. Это дело...”

Шэнь Нинхуа прервал его: “Нет”.

Чу Цзюньи стиснул зубы, и его глаза наполнились обидой. “Нет? Ты действительно хочешь, чтобы я женился на ней?”

“Жениться на ней?” Шэнь Нинхуа подошла к Чу Цзюньи и пристально посмотрела ему в глаза. “Это невозможно!”

Чу Цзюньи был ошеломлен. “Ты...”

Глаза Шэнь Нинхуа были чрезвычайно холодны и прекрасны.

“Тогда, когда она подставила меня, я сказала, что выгоню ее из столицы. В то время ты все еще был тесно связан с семьей Сяо и не мог порвать с ними. Теперь, когда тебе присвоили звание Левого имперского цензора первого ранга и дали императорский меч, даже Сяо Цзинжань не посмеет ничего тебе сделать. В этом случае я не могу просто выгнать ее из столицы.”

“Что ты имеешь в виду?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: “Разве я недостаточно ясно выразилась? Мы с тобой поженимся, и нам нужно понимать друг друга и заботиться друг о друге. Но это не значит, что я буду терпеть ее и позволять ей вести себя безрассудно. Она много раз подставляла меня, строила козни против моей жизни и чуть не погубила мою репутацию. У меня есть все основания убить ее собственными руками, и как я могу позволить ей быть с моим будущим мужем?”

Шэнь Нинхуа холодно рассмеялась. Она никогда не была добрым человеком. Она могла терпеть Сяо Хуаньси ради достижения своей цели, но ее выносливости был предел. Око за око было в ее стиле. Поскольку Сяо Хуаньси намеревалась разрушить ее репутацию, ей пришлось удвоить ее обратно!

Чу Цзюньи сделал паузу. На мгновение смесь печали и радости заставила его растеряться, как реагировать. “Нинхуа, в чем именно заключается твой план?”

Шэнь Нинхуа подошла к Чу Цзюньи со слабой улыбкой на губах. “Ты был очень взволнован?”

Аромат проник в его нос и освежил сердце. Чу Цзюньи не мог удержаться, чтобы не протянуть руку, желая обнять ее.

Шэнь Нинхуа слегка увернулась от его руки, и улыбка в ее глазах становилась все более и более очевидной. “И ты обвинил меня в том, что я использую тебя в качестве разменной монеты?”

“Ты чуть не свел меня с ума. Я думал...”

“Ты думал, что я действительно собираюсь взять для тебя десятки наложниц, что ты мне безразличен, так что... тебе стало грустно?”

“Ты выглядела такой серьезной. Понятное дело, что я неправильно тебя воспринял.” Чу Цзюньи потянул Шэнь Нинхуа, не давая ей увернуться. “Нинхуа, я чуть не умер от печали. Разве ты не собираешься оплатить мне мои печали своей любовью и лаской?”

“Хм, это дом Сяо Хуаньси. Ты уверен, что хочешь, чтобы я компенсировала вам это здесь?”

Думая о внешности Сяо Хуаньси, Чу Цзюньи почувствовал волны отвращения. Он подхватил Шэнь Нинхуа и выпрыгнул наружу.

Вернувшись в особняк принцессы, Шэнь Нинхуа сразу вошла в свою комнату и села на мягкий диван, чтобы отдохнуть. Как только она получила известие от Цин Цюэ, то сразу же помчалась в особняк Сяо. Она вообще не отдыхала. Теперь, когда она расслабилась, она чувствовала себя очень усталой.

Чу Цзюньи сел рядом с ней и сказал: “Нинхуа, ты придумала, как компенсировать мне мои переживания?”

Шэнь Нинхуа встала и достал кошелек, стоявший у кровати. Она протянула его ему. “Этого достаточно?”

“Кошелек? Ты сама его вышила?” На сумочке был вышит букет орхидей. Пышный цвет был исключительно приятен глазу. У него даже был слабый аромат.

“Да, для твоей самозащиты”.

“Самооборона? Это талисман?”

“Вокруг тебя тигры и волки. Кто знает, когда они разделят нас? Поэтому мне нужно принять некоторые меры предосторожности. Порошок противоядия в этом кошельке может облегчить действие обычных лекарств и отсрочить начало действия ядов. Даже если тебя накачали афродизиаком, ты все равно можешь какое-то время бодрствовать. Этого достаточно, чтобы ты смог убежать.”

Чу Цзюньи ущипнул кошелек и понюхал его. Его глаза вспыхнули радостью. “Моя жена хочет помешать своему мужу быть занятым другими женщинами”.

Шэнь Нинхуа взяла чашку с чаем и сделала глоток: “Это будет вопрос, который я рассмотрю не сейчас, а в будущем, если у тебя не будет другого выбора, кроме как взять наложницу. Я не буду утруждать себя заранее раздумывая, сколько наложниц могу тебе позволить.”

Улыбка на губах Чу Цзюньи стала еще более очевидной. “Да, в этом есть смысл”.

“Сяо Хуаньси отсутствовал целую ночь. Она еще не поняла, что это значит. Теперь я просто жду, когда она поднимет шум. Чем больше переполох, тем труднее ей будет выйти из себя”. Она просто ждала, чтобы увидеть результат.

В этот момент в особняке Сяо Сяо Фэнцзюэ крепко сжимал меч на поясе. Он жалел, что не может прямо выхватить свой меч и зарубить Сяо Хуаньси, который плакала на земле. “Ты с ума сошла? Ты все еще хочешь выйти замуж за Чу Цзюньи?”

Сяо Хуаньси прислонилась к колену Сяо Цзинжаня и безудержно заплакала. “Отец, пожалуйста, согласись. Шэнь Нинхуа уже согласилась. Она сказала, что позволит мне остаться рядом с братом Цзюньи. Пока ты не согласен, я не могу исполнить свое желание.”

Лицо Сяо Цзинжаня побагровело от гнева: “Хуаньси, ты дочь моего Сяо Цзинжаня, законная дочь семьи Сяо, и все же ты хочешь быть наложницей Чу Цзюньи?”

“Отец, мне не нужен статус. Я могу отказаться от всего. Мне нужен только брат Цзюньи”.

"Нет! Пока я жив, ты не можешь быть наложницей Чу Цзюньи!”

"Почему? Отец, раньше ты таким не был. Почему ты так внезапно изменился?” Глаза Сяо Хуаньси были полны недоверия.

Грудь Сяо Цзинжаня постоянно вздымалась, а его сердце было наполнено крайней ненавистью и раздражением. Сегодня, на глазах у всех других чиновников, он был полностью разбит Шэнь Нинхуа. Как могла Хуаньси сравниться с такой коварной женщиной? Через несколько дней ее замучат до смерти.

“Хуаньси, ты можешь найти любого мужчину, какого захочешь. Почему ты так одержима Чу Цзюньи? Он уже является Левым имперским цензором первого ранга, и его статус не уступает моему. Ты должна воспринимать это так, как будто у тебя не будет этого брата в будущем”.

Глаза Сяо Фэнцзюэ переместились, и он тихонько вздохнул.

Сяо Хуаньси была словно поражена молнией, и она вышла в оцепенении. Горничная, стоявшая сбоку, поспешно поддержала ее. “Мисс, не будьте такой. Господин, должно быть, смущен из-за гнева, и он определенно не хочет видеть вас грустной. В конце концов, ты его единственная законная дочь. Ты для него как спасательный круг. Если с тобой что-нибудь случится, Господин сойдет с ума”.

Вернувшись в свой собственный двор, Сяо Хуаньси внезапно швырнула фарфоровую бутылку, стоявшую на столе, на землю. Все ее тело непрерывно дрожало от гнева.

Горничная осторожно шагнула вперед и сказала: “Мисс, не печальтесь. Если ты разозлишься и причинишь себе боль, Учитель пожалеет об этом”.

“Он пожалеет...” Глаза Сяо Хуаньси загорелись, и она внезапно встала. “Иди и найди мне веревку!”

“Мисс?” Горничная была шокирована.

“Поторопись и уходи!” Лицо Сяо Хуаньси было свирепым, когда она холодно закричала.

Горничная стиснула зубы и вышла из комнаты с обеспокоенным выражением лица. Беспокойство на ее лице мгновенно исчезло без следа, когда она вышла. Вместо этого она слабо улыбнулась и быстро принесла веревку госпоже.

Сяо Хуаньси велел служанке завязать веревку. Затем она накинула веревку себе на шею и встала на табурет. “Иди и позови моего отца и старшего брата. Скажи им, что если они не согласятся на мою просьбу, я повешусь”.

Горничная в панике выбежала и закричала во двор: “Господин, молодой господин, мисс вешается!”

На переднем дворе Сяо Цзинжань хотела последовать за Сяо Хуаньси, чтобы утешить ее, но несколько мадам внезапно зашли, чтобы утешить Сяо Хуаньси и посмотреть, все ли с ней в порядке. Они только сели и не успели сказать и нескольких слов, как послышались крики горничной.

“Что происходит?”

“Да, почему она повесилась?”

Сяо Фэнцзюэ встал и собирался выйти, чтобы остановить горничную от криков, но горничная сразу же ворвалась внутрь. “Господин, Старший молодой господин, мисс сказала, что вы не согласились, чтобы она вышла замуж за молодого господина Цзюньи, так что ей не было смысла жить, и она повесилась!”

Услышав это, глаза Сяо Цзинжаня сразу же потемнели. Ему было наплевать на остальных, и он сразу же выбежал вон.

Несколько мадам немедленно встали. Они обменялись взглядами и последовали за ним.

Сяо Хуаньси просто устраивала представление, но когда она услышала шум, доносящийся снаружи, она внезапно отшвырнула табурет. Однако, когда она пнула его, то поскользнулась и упала на землю.

Горничная поспешно шагнула вперед, чтобы помочь ей подняться. “Мисс, мастер и остальные придут не так быстро. Пожалуйста, сядь и отдохни немного”.

Сяо Хуаньси подождала мгновение, но не услышала, как кто-то подошел. Она уныло села и потерла лодыжку. “Я случайно вывихнул лодыжку. Мне так не повезло”.

Горничная поспешно принесла чашку чая. “Мисс, выпейте сначала чаю”.

Сяо Цзинжань и остальные вбежали внутрь и увидели Сяо Хуаньси, сидящую за столом и пьющую чай. Они тут же застыли на месте.

Сяо Хуаньси поспешно встал и сказал: “Отец, ты...”

Прежде чем она успела договорить, она увидела мадам позади него. Выражение ее лица тут же изменилось. “Это…Что происходит?”

Увидев эту сцену, кто-то сразу же саркастически сказал: “Я думал, произошло что-то серьезное. Похоже, что у мисс Сяо очень хороший склад ума. Нам нет необходимости утешать ее. Мы откланяемся.”

“Это верно. Она всю ночь просидела на улице, а теперь поднимает шум, чтобы выйти замуж за своего старшего брата. Какая энергичная девушка.”

“Это верно. Я был бы признателен ей, если бы она действительно повесилась из-за любви. Но мы долгое время беспокоились о ней, а она просто устраивает цирковые представления. Это действительно...”

“Самая бедная из них, вероятно, принцесса Чжаохуа. Если бы люди, которые не знают правды, услышали об этом, они, вероятно, сказали бы о ней плохие слова. В конце концов, тот, за кого мисс Сяо хочет выйти замуж, - это ее будущий муж!”

Глава 179 - Начало кошмара! (1)

Сяо Хуаньси тупо уставилась людей и застыла на месте с широко открытыми глазами. Чашка выскользнула у нее из рук и упала на землю.

После того, как дамы ушли, Сяо Фэнцзюэ подошел к ней из-за двери и сказал: “Теперь ты можешь успокоиться и прекратить свои бесплодные попытки. Независимо от того, что мы планируем сделать далее, у тебя никогда не будет шанса снова быть с Чу Цзюньи.”

“Нет… нет , отец, Старший брат, я просто...” Сяо Хуаньси была так взволнована, что не знала, что сказать. Через некоторое время она, наконец, смогла осмыслить и внятно изложить свои идеи. “Даже если слухи распространятся, это не имеет большого значения. Мне просто нравится мой брат Цзюньи. Разве это неправильно, что мне кто-то нравится?”

Сяо Фэнцзюэ закрыл глаза. Он должен был быть в ярости, но сейчас у него не было ни малейшего желания выплескивать свой гнев. Он был совершенно без ума от этой младшей сестры.

“Сяо Хуаньси, пожалуйста, прекрати падать в пропасть своей глупости! Отец, найди скорее семью и выдай эту девчонку замуж, желательно, как можно более далеко отсюда.”

Сяо Цзинжань, казалось, в мгновение ока постарел на десять лет. Его серьезное лицо было полно печали. “Хуаньси, на этот раз ты...”

Сяо Хуаньси с глухим стуком опустилась на колени и безумно затрясла головой.

“Отец, не слушай Старшего брата. Я не хочу выходить замуж за кого-то другого. Почему я должна выходить замуж за того, кто мне не нравится и никогда не понравится? Шэнь Нинхуа уже согласилась позволить мне остаться с братом Цзюньи. Мое желание скоро сбудется. Почему я должна выходить замуж за кого-то другго?”

Сяо Цзинжань стиснул зубы и сказал: “Твоя мать умерла рано. Я беспокоился, что ты и твой брат будете страдать от обид, поэтому я больше никогда не женился. Но теперь кажется, что я погубил тебя! Хуаньси, ты знаешь, что значит для незамужней женщины провести ночь вне дома?”

«Что?» Сяо Хуаньси ошеломленно покачала головой.

“Тебя не было дома целую ночь. Если бы ты была в обычной семье, то тебя, вероятно, давно бы заставили умереть, потому что ты окончательно потеряла свою репутацию!”

Сяо Хуаньси взметнула вверх взгляд и резко возразила: “В ту ночь ничего не произошло. Я просто был в ловушке. Меня заперли на ночь во дворе в пригороде. Ничего не случилось!”

“Кто может это доказать?”

“Я...” Сяо Хуаньси была ошеломлена и ей овладела паника. Через некоторое время она вдруг подняла голову и сказала: “Отец, на самом деле со мной ничего не случилось. Шэнь Нинхуа приказала своим людям запереть меня снаружи. Она позволила кому-то открыть мне дверь только на рассвете!”

Сяо Цзинжань с болью погладил ее по волосам.

“Что толку, если Шэнь Нинхуа знает правду? Заступится ли она за тебя? Более того, если бы вы не устроили сегодня такой фарс, я мог бы еще попытался составить для тебя тщательный план, и, возможно, что-то бы смог изменить.Но на самом деле ты хотела повеситься, чтобы выйти замуж за Чу Цзюньи. Ты сама себя загнала себя в тупик!”

“Отец, что случилось, то уже случилось. И то, что произошло, не может быть уже отменено. Помогите мне, помогите мне! Ты самый доверенный чиновник Его величества, а семья Сяо - защитник Дааня. Пока ты хочешь что-то сделать, никто не посмеет тебя остановить!”

Сяо Цзинжань вздохнул. Он повернулся и вышел, отдав несколько приказов служанке. “Присматривай за своей госпожой. Не позволяй, чтобы с ней что-нибудь случилось.” Этот ребенок действительно был ослеплен страстью. Она вообще не понимает что происходит на самом деле и не видит нынешнего положения семьи Сяо…

Все родители были в долгу перед своими детьми! Даже если Сяо Хуаньси оказался ни на что не годным и причинил такие большие неприятности, ему все равно нужно было придумать способ изменить ситуацию настолько, насколько он мог. Если бы это не было абсолютно необходимо, он бы и не подумал выдавать свою дочь замуж в отдаленную провинцию, далеко от столицы. Но если ситуация действительно становилась необратимой, он мог только отослать ее подальше от столицы.

Сяо Цзинжань ушел, чтобы придумать способ, но Сяо Хуаньси была на грани отчаяния.

“Раньше, даже когда отец злился, он бы не ушел вот так...” Отец действительно не заботился о ней…Страх быть брошенной заставил ее сердце почти остановиться, и она продолжала щипать себя за ладонь, чтобы успокоиться.

Ее горничная вышла вперед и сказала: “Мисс, быстро вставайте. Земля такая холодная.”

Выражение лица Сяо Хуаньси превратилось из панического в свирепую и злобную маску. Внезапно она подняла с земли чайную чашку и разбила ее о голову служанки. “Это все твоя вина, ты, дрянь! Дрянь! Если ты вы не позволила мне присесть отдохнуть, как бы я оказался в такой нелепой ситуации? Кто-нибудь, поторопитесь и оттащите ее вниз! Избейте ее!”

Лоб горничной был разбит, и кровь покрывала ее лицо. Сяо Хуаньси явно собирался забить ее до смерти. Подумав об этом, горничная не нашла ничего лучше, как внезапно схватить с земли осколок фарфора и с силой ударить себя по лбу. Затем она отчаянно побежала в том направлении, в котором ушли дамы.

“Помогите! Помогите! Она убивает меня!”

Как только дамы подошли к воротам и собирались сесть в свои экипажи, они увидели горничную с окровавленным лицом, выбегающую из особняка Сяо. “Уважаемые дамы, спасите меня. Мисс хочет избить меня до смерти, чтобы выплеснуть свой гнев. У меня не было другого выбора, кроме как сбежать. Пожалуйста, спасите мою жизнь!”

Жена военного министра, мадам Шао, сурово нахмурилась. “На самом деле ее вот так избили. Хотя она и служанка, ее не следует убивать. В конце концов, это вопрос человеческой жизни”.

“Вы правы. Я думаю, мисс Сяо не смогла повеситься, поэтому она выместила свой гнев на этой мелкой служанке.”

“Мы не можем отправить ее обратно. В противном случае она, вероятно, будет забита до смерти.”

Горничная казалась испуганной. “Я не вернусь. Я умру, если вернусь.” Говоря это, она побежала к внешней стороне особняка.

Сяо Фэнцзюэ бросился туда с несколькими охранниками, но был остановлен мадам. “Молодой господин Сяо, эта горничная не совершила никакой большой ошибки. Почему ты должен ее убивать?”

“Дамы, эта горничная подписала пожизненный контракт. Ее жизнь и смерть находятся в распоряжении семьи Сяо. Моя сестра только что потеряла контроль над собой и случайно ранила ее. Она хотела отвезти ее показать врачу, но горничная сбежала. Похоже, она психически ненормальна. Если бы она случайно ранила кого-то снаружи, это было бы плохо. Давайте лучше поторопимся и вернем скорее ее обратно”.

Поскольку это был пожизненный контракт, дамы переглянулись и пожали плечами, да, они не могли вмешиваться.

В конце концов, дамы сели в карету и уехали, но их впечатления от Сяо Хуаньси стали еще хуже.

В особняке принцессы Шэнь Нинхуа листала руководство по шахматам в своей комнате. Хун Лин быстро вошла и доложила.

“Мисс, наши люди уже начали действовать. Горничная Шу уже сбежала из особняка Сяо. Но она была ранена в лоб.”

“Ранен в лоб?” Шэнь Нинхуа сделала паузу. Горничная Шу была шпионом, которого она внедрила в семью Сяо. Она планировала поместить туда дополнительного шпиона для использования в случае чрезвычайной ситуации, но она не ожидала, что горничная Шу действительно сыграет большую роль. Без постоянного поощрения и подстрекательства горничной Шу Сяо Хуаньси не причинила бы себе столько неприятностей подобным образом.

“Да, пришло известие, что Сяо Хуаньси ударил ее чайной чашкой. Чтобы усилить эффект, она порезала себе лоб куском фарфора и прыгнула в ров, в то время как охранники семьи Сяо гнались за ней. Сейчас охранники семьи Сяо все еще ловят рыбу во рву.”

Сердце Шэнь Нинхуа дрогнуло. “Хорошо, я пропишу какое-нибудь лекарство. Попросите кого-нибудь отдать это горничной Шу, чтобы у нее не было никакого шрама. Кроме того, договоритесь, чтобы кто-нибудь отправил ее в Цзяннань. Если она все еще хочет работать на меня, вы можете устроить ее в аптеку Хуаджун. Если она хочет быть свободной, дайте ей достаточно денег и позвольте ей самой устраивать свою жизнь”.

“Да, мисс. Вы очень заботливы.” Хонг Лин улыбнулась.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Хорошо, поторопись и организуй это. Не позволяй семье Сяо найти его.”

Увидев, что Хун Лин уходит, Шэнь Нинхуа слегка скривила губы и сказала: “На этот раз Сяо Хуаньси полностью закончила”.

Вскоре после этого новость о Сяо Хуаньси распространилась по всей столице. Первоначально все еще были люди, которые думали, что семья Сяо была столетним аристократическим кланом, а у патриарха Сяо был строгий способ управления, поэтому его дочь не могла совершать такие безумные поступки. Однако, как только стало известно о том, что Сяо Хуаньси до крови избила свою служанку и хотела заставить ее умереть, никто больше не выступал в ее защиту.

В тот день охранники семьи Сяо погнались за служанкой, голова которой была залита кровью. В конце концов служанка даже прыгнула в реку. Они были свидетелями этого своими собственными глазами.

Когда Сяо Цзинжань услышал всевозможные слухи, он был так зол, что от переполнявших его эмоций занемог.

После того, как Сяо Фэнцзюэ вызвал для него врача и успокоил Сяо Хуаньси, слухи достигли было уже не остановить. Они ширились подобно полноводной реке.

Чу Цзюньи вышел послушать отчет о бизнесе аптеки Хуаджун. Когда он вернулся в особняк Сяо, все это место было наполнено атмосферой надвигающейся бури.

Сяо Фэнцзюэ ждал его снаружи своего двора. “Ты вернулся?”

Чу Цзюньи стоял неподвижно, выражение его лица не изменилось. “Старший брат, ты ждешь меня?”

“Чтобы бросить семью Сяо ради женщины, ты действительно храбр”.

“Я не понимаю, о чем ты говоришь”.

“Сегодняшние события происходили одно за другим, и время было выбрано идеально. Прежде чем я успел среагировать, ситуация уже вышла из под моего и нашего контроля. Она действительно принцесса Чжаохуа, лично пожалованная Его Величеством. Ее метод действия действительно гениален и достоен уважения, хотя она и наш враг. Если ты женишься на такой женщине, я боюсь, что твой задний двор никогда не будет мирным”.

Чу Цзюньи хранил молчание, не отвечая на его слова, но выражение его лица нисколько не изменилось.

Глаза Сяо Фэнцзюэ горели гневом, и он сказал с чудовищным количеством подавляемой ярости: “Я не понимаю, какую выгоду ты можешь получить от уничтожения семьи Сяо! Стоило ли это того ради Шэнь Нинхуа?”

“Старший брат, у тебя нет ничего, что ты действительно хотел бы защитить. Когда ты найдешь это, ты поймешь, что я сейчас чувствую. Это не имеет никакого отношения к тому, стоит это того или нет. Это просто потому, что ты хочешь это сделать”.

“Хех, я действительно не могу понять твою так называемую защиту. Сделав этот шаг сегодня, ты никогда не сможешь развернуться в этой жизни”.

“У меня чистая совесть, и я ни о чем не жалею. Нет необходимости оборачиваться”.

“Какая чистая совесть. Тебя не волнует доброта семьи Сяо за то, что она воспитала тебя, доброта отца за то, что он учил тебя, и привязанность Хуаньси к тебе. Я... ты также можешь игнорировать наше братство. Это ваша чистая совесть? Твоя чистая совесть предназначена только для Шэнь Нинхуа, верно?”

Выражение лица Чу Цзюньи стало холодным, когда он уставился на куст на земле. Его глаза были полны пламени. “Я помню благодарность за заботу, доброту преподавания, дружбу братьев и сестер, и я ясно помню их. Если семье Сяо понадобится моя помощь, я могу отплатить вам за нее. Но Шэнь Нинхуа – единственна и неповторима. Если я буду скучать по ней, я буду сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь!”

Чу Цзюньи сделал паузу на мгновение, затем он сказал отчетливо выговаривая слово за словом: “Итак, я могу подвести кого угодно, но я не могу подвести ее!”

“Хорошо, это действительно глубокая любовь. Тогда позволь мне посмотреть, как долго может длиться твоя любовь!” Глаза Сяо Фэнцзюэ были острыми, как обнаженный холодный меч, который нес в себе непреодолимую силу, закаленную льдом и огнем.

Чу Цзюньи не проявлял никаких признаков слабости. Его величественный импульс вырвался наружу, заставляя людей чувствовать себя запуганными при виде этого. “Смотри внимательно”.

В комнате на свет свечей влияла внушительная аура между ними двумя, и они постоянно мерцали. Через некоторое время все медленно стихло.

Сяо Хуаньси всю ночь снился кошмар. Утром она внезапно проснулась. Она прикрыла грудь и яростно задышала, чтобы унять страх из своего сна. Однако она не знала, что сегодняшний день был только началом ее кошмара.

Она встала и захотела выпить немного чая. Внезапно из-за двери донесся громкий шум, заставивший ее почувствовать беспокойство. Прежде чем она вышла из себя, кто-то пинком распахнул дверь. Четыре старые служанки внезапно схватили ее, прижали к кровати и сняли с нее одежду. Затем они начали осматривать ее тело.

“Кто вы такие? Отпусти меня немедленно, отпусти меня! Помогите!”

Глава 180 - Начало кошмара! (2)

Сяо Хуаньси почувствовала, что с нее сорвали одежду, и она яростно сопротивлялась. “Кто ты такой? Как ты смеешь так обращаться со мной? Я законная дочь семьи Сяо. Как ты смеешь!”

Медсестра, которая снимала одежду Сяо Хуаньси, усмехнулась. Ее морщинистое лицо выглядело немного устрашающе. “Я проверяла женщин всех знатных семей и фамилий. Не говоря уже о законной дочери министра, даже если ты принцесса, я все равно проверю тебя, хочешь ты того или нет.”

“Ты...” Сяо Хуаньси боролся и кричал: “Вы, ничтожные рабы, немедленно отпустите меня!”

“Похоже, мисс Сяо все еще не послушна. Вы, ребята, научите эту юную леди некоторым простым правилам вежливости и хорошего тона, как подобает себя вести воспитанной девочке.”

Служанки, которые держали ее за руки и ноги, тут же зловеще рассмеялись. Каждый из них приложил руку, чтобы безжалостно ущипнуть Сяо Хуаньси за тело, потрепать и грубо потрогать ее тело в самых интимных местах.

“Ах!” Сяо Хуаньси почувствовала только, что ее плоть была отщипнута, и все ее тело покрылось холодным потом от боли и унижения.

Примерно через четверть часа старшая медсестра сказала: “Хорошо, мы можем вернуться и доложить Ее Величеству”.

Лицо Сяо Хуаньси было бледным, когда она лежала на кровати. Если не считать слегка покрасневшей кожи, и вольного поведения некоторых служанок, она казалась в полном порядке, но боль и ощущение сильнейшего унижения практически пронзила ее мозг.

Служанка, которую не пускали в комнату, поспешно вошла и опустилась на колени, чтобы помочь Сяо Хуаньси одеться.

Сяо Хуаньси была встревожена. Она встала и спряталась в углу. “Не прикасайся ко мне. Я законная дочь семьи Сяо. Я самая старшая молодая леди. Тебе не позволено прикасаться ко мне.”

“Мисс, что с вами не так? Вы в порядке?”

“Не прикасайся ко мне. Проваливай! Все вы, убирайтесь прочь с моих глаз и из моей комнаты!”

“Мисс, что с вами не так? Помогите!”

Внутри императорского дворца Шэнь Нинхуа сидел в Императорском кабинете, держа в руках шахматную фигуру и думая о том, что делать дальше. С большим трудом она отвоевала маленькое преимущество на шахматной доске, и Бейли Цинцан громко рассмеялась. “Ха-ха, Нинхуа, ты не можешь передумать, после того, как поставила фигуру на шахматную доску. Ты уверена, что тебе не стоит подумать дважды?”

Увидев свое наполовину проигранное поле битвы на шахматной доске, Шэнь Нинхуа сердито сказала: “Ваше величество, вы прекрасно знаете, что я не сильна в шахматах, но вы же действительно позволяете мне играть с вами в шахматы!”

“Ха-ха, хорошо, я больше не буду над тобой смеяться”.

Бейли Аннинг подошла с чашкой чая и налила немного чая Бейли Цинкану. “Ваше величество, я впервые вижу, как вы играете в шахматы. Я и не знала, что ваши шахматные навыки настолько превосходны.”

Бейли Цинцан улыбнулся еще более счастливо. “Дело не в том, что я хорош в шахматах, а в том, что Нинхуа слишком неопытна и слаба. Я учил ее долгое время, но она ничуть не взяла в прок моих уроков и не улучшила свои навыки игры.”

Бейли Аннинг посмотрела на Шэнь Нинхуа только для того, чтобы увидеть, что девушка с удовольствием поедает кусочек десерта и явно не приняла слова Бейли Цинцан близко к сердцу. Бейли Аннинг была несколько удивлена и расстроена. Она беспокоилась, что Бейли Цинцан рассердится, когда увидит ее такой. Она поспешно хотела подойти и намеревалась сказать несколько слов, чтобы ослабить напряжение. Однако Бейли Цинцан нисколько не возражал, и он засмеялся еще счастливее.

“Ха-ха, каждый раз, когда ты проигрываешь, ты всегда используешь этот ход. Если ты будешь продолжать в том же духе, то съешь весь десерт в моем дворце”.

Произнеся эти слова, он, естественно, протянул чайную чашку Шэнь Нинхуа. “Этот десерт, приготовленный на Императорской кухне, слишком сладкий. Выпей немного чая и не подавись.”

Шэнь Нинхуа не стала отказываться. Она сразу же взяла чашку с чаем и сделала глоток. “Ваше величество, не волнуйтесь. Если бы я съела все на Императорской кухне, я бы предложила вам свой собственный кошелек, чтобы гарантировать, что вы сможете есть десерт каждый день”.

Бейли Цинцан пристально посмотрела на нее. “Хорошо, поторопись и уходи. Не дразни меня больше.”

Шэнь Нинхуа улыбнулась. Она достала из рукава бутылку и протянула мне. “Ваше величество, это лекарство, которое я недавно приготовила. Вы можете съесть немного, чтобы восстановить силы своего организма. Вам нужно больше отдыхать и избегать работы слишком поздно”.

“Хорошо, хорошо”.

Покинув Императорский кабинет, Бейли Аннинг удивленно посмотрела на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа слегка повернулась, чтобы посмотреть на нее. “Почему ты так на меня смотришь? У меня что-то на лице?”

“Я думала, что его величество души во мне не чает, но сегодня, увидев, как вы с ним ладите, я поняла разницу”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и ничего не ответила. На самом деле, все эти принцы и принцессы чего-то хотели от императора. Поскольку это было так, они, естественно, не могли относиться к нему с обычным подходом. Она просто случайно появилась в нужное время.

Вскоре после того, как они вдвоем сделали несколько шагов, дворцовая служанка быстро подошла и сказала: “Приветствую, принцесса Аннинг. Приветствую вас, принцесса Чжаохуа.”

Шэнь Нинхуа остановилась, и Бейли Аннинг слегка кивнула. “Тетя Фан Сюэ, почему ты здесь?” Фан Сюэ была самым доверенным слугой императрицы. Даже она, принцесса, должна была относиться к ней с большим уважением.

На лице Фан Сюэ появилась достойная улыбка, и она еще раз поклонилась. “Ваше высочество, ее величество услышала, что принцесса Чжаохуа вошла во дворец, поэтому она послала меня пригласить принцессу Чжаохуа”.

Глаза Шэнь Нинхуа дрогнули, когда она улыбнулась и сказала: “Поскольку Ее Величество приглашает меня, я должна идти. Пожалуйста, показывайте дорогу”.

“Пожалуйста, продолжайте, ваше высочество”.

Бейли Аннинг была немного обеспокоена. Она хотела протянуть руку и удержать ее, но увидела, что Шэнь Нинхуа качает головой, поэтому ей оставалось только смотреть, как они вдвоем уходят.

Издалека дворец Цифэн казался построенным на облаках над морем цветов со всеми видами цветов в полном расцвете, заставляя людей чувствовать себя очарованными.

Войдя в главный зал, Шэнь Нинхуа слегка подняла глаза и увидела Чжао Хуэйин, стоящую впереди. На ней не было официального наряда, а просто красное дворцовое платье. Она держала обрезанную цветочную ветку и ставила ее в вазу.

“Нинхуа, ты здесь?”

“Приветствую вас, ваше величество”.

“Ты такая как обычно, ничуть не изменилась”. Императрица внимательно осмотрела вазу и удовлетворенно кивнула головой. Она взяла платок у дворцовой служанки и вытерла руки. Она проинструктировала: “Отправьте эти цветы Его величеству. В последнее время у него было много неприятностей. Любование букетом цветов может помочь ему немного расслабиться.”

“Да, ваше величество”.

Начисто вытерев руки, императрица села на сиденье наверху и посмотрела на Шэнь Нинхуа, которая стояла в зале. “Ты знаешь, почему я позвала тебя сюда сегодня?”

”Нинхуа слишком глупа, чтобы знать".

Императрица усмехнулась. Ее глаза были ясными и проницательными. “Хотя я живу в гареме, я немного знаю о внешнем мире. С годами аристократические семьи уделяли все больше и больше внимания воспитанию своих детей. Женщины Даана также получили довольно много похвал из других стран”.

“Ваше величество подали пример всем женщинам в мире. Когда ваше величество здесь, естественно, что все идет хорошо.”

“Это слишком большое преувеличение. В прошлом я думала, что у меня все хорошо, но теперь кажется, что я далека от того, чтобы быть хорошей”.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и хранила молчание, спокойно ожидая, когда она продолжит свою речь.

Чжао Хуэйин мягко откинулась на спинку стула. Заколка с девятихвостым фениксом на ее голове ярко сияла.

“Как началось дело Сяо Хуаньси? Почему все так получилось…Сейчас я больше ничего не скажу. Нинхуа, ты умный человек. Его величество души в тебе не чает, и я могу многое стерпеть, но не заходи слишком далеко! Законная дочь важного чиновника Императорского двора - это не шахматная фигура, с которой можно играть небрежно!”

На лице Чжао Хуэйин не было никакого гнева, и ее тон был чрезвычайно спокоен. Однако то, что она сказала, заставило людей почувствовать себя ошеломленными.

Выражение лица Шэнь Нинхуа осталось прежним, без малейших изменений. “Вы совершенно правы, ваше величество. Юные леди из аристократических семей и дочери важных чиновников, естественно, имеют высокий статус. У кого есть возможность обращаться с ними как с шахматными фигурами?”

Глаза Чжао Хуэйин были холодны. Тщательно осмотрев Шэнь Нинхуа, она сказала: “Сегодня я отправила медсестер в особняк Сяо, чтобы осмотреть Сяо Хуаньси. Она все такая же чистая и целомудренная, как и прежде. Этот инцидент причинил ей сильную боль. Если с ней что-нибудь случится, глава семьи патриарх Сяо определенно почувствует себя неловко. Я решила восстановить ее репутацию за несколько дней.”

Взгляд Шэнь Нинхуа дрогнул. “У вашего величества доброе сердце. Я думаю, мисс Сяо будет чрезвычайно благодарна.”

“Как принцесса, ты скоро выйдешь замуж. Когда вы помогаете своему мужу и воспитываете детей в будущем, самое главное, чтобы вы были терпимы. Ты понимаешь?”

“Да, я буду помнить наставления вашего величества в сердце”.

“Хорошо, ты можешь уходить”.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и поклонилась. “Тогда я уйду”.

Покинув дворец Цифэн, Шэнь Нинхуа невольно подняла голову, чтобы посмотреть на высокую мемориальную доску. Холодный свет вспыхнул в ее глазах. Императрица действительно хотела помочь Сяо Хуаньси, и она даже предупредила ее, чтобы она была терпимой. Казалось, что она поддерживала брак Сяо Хуаньси с Чу Цзюньи. Ха-ха, императрица действительно считала себя слишком важной персоной. Она и Чу Цзюньи еще не были женаты, но императрице не терпелось вмешаться!

Фань Сюэ принес чашку чая Чжао Хуэйин и сказал: “Ваше величество, выпейте немного чая”.

Чжао Хуэйин посмотрела на вход во дворец. Ее взгляд колебался. “Шэнь Нинхуа действительно все больше и больше похож на Ся Цзинъянь”.

Сердце Фан Сюэ пропустило удар. “Ваше величество, я думаю, вы слишком много думаете. Хотя Шэнь Нинхуа немного умна, она все еще намного уступает этому человеку. Более того, вы победили ее и управляли гаремом в течение многих лет. Шэнь Нинхуа знает только некоторые трюки и она, по сравнению с вами, - просто невежественный увалень.”

Чжао Хуэйин потерла лоб и сказала: “Через пять дней я устрою дворцовый банкет. Ты лично принесешь мою награду Сяо Хуаньси и прекратишь слухи.”

“Ваше величество, эта Сяо Хуаньси явно не ровня принцессе Чжаохуа. Кроме того, она также является членом семьи Сяо. Почему вы так сильно заботитесь о ней?”

Лицо Чжао Хуэйина вспыхнуло холодом. “Сяо Хуаньси изначально была незначительной, но она много раз подставляла Шэнь Нинхуа и уже стала занозой в ее сердце. Поскольку этот шип уже вонзился в сердце Шэнь Нинхуа, я должна помочь ей закрепиться глубже.”

Как только Шэнь Нинхуа покинула дворец, Цин Цюэ и Бай Руо вышли вперед. “Мисс, что с вами не так? Почему у вас такое бледное лицо?”

“Цин Цюэ, присматривай за семьей Сяо. Мы абсолютно не можем дать Сяо Хуаньси ни малейшего шанса поменяться ролями”.

“Да, мисс”.

Бай Руо был потрясен. “Мисс, кто-нибудь хотел помочь Сяо Хуаньси?”

“Императрица только что вызвала меня в свой дворец, чтобы предупредить”.

“Она хотела вмешаться в это дело?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Чу Цзюньи стал чиновником первого ранга Императорского двора. Императрица всегда была враждебна ко мне. Как она может оставаться равнодушной?”

”Тогда не означает ли это, что у Сяо Хуаньси есть возможность организовать возвращение?"

Выражение лица Шэнь Нинхуа поникло. “Я растоптала ее своими ногами. Как я могу позволить ей снова создавать проблемы!”

Ночью Сяо Хуаньси спала, когда почувствовала холод в своем теле и резко открыла глаза. Затем она испуганно вскрикнула: “Ах!”

Женщина в платье служанки выглядела очень страшно. На ее лбу горела свежая рана, которая, казалось, еще кровоточила. “Мисс, я умерла так жалко и недостойно!”

“Ты... проваливай, проваливай!” Сяо Хуаньси была напугана до полусмерти, когда завернулась в одеяло и продолжала забиваться в угол.

“Мисс, у меня так сильно болит лоб...”

“Нет, не вини меня. Вы сделали мне такое неловкое предложение и попросили меня отдохнуть. Это была твоя собственная вина в том, что ты умерла.”

“Ха-ха, мисс, ров такой холодный. Я пришла, чтобы найти тебя, чтобы ты была моей спутницей...” Кровь непрерывно капала вниз, и бледное лицо медленно поднялось.

“Ах, призрак, проваливай!” Сяо Хуаньси закричала, и ее голос был хриплым. Увидев, что горничная схватила ее за лодыжку, она, наконец, упала в обморок от страха.

Горничная Шу медленно подняла голову и вытерла капающую на землю кровь. Она усмехнулась, развернулась и выпрыгнула из окна.

Рано утром следующего дня быстро распространился еще один слух.

Сяо Хуаньси, старшая молодая леди семьи Сяо, сошла с ума!

Глава 181 – Смотрите, что случилось с Сяо Хуаньси..!

Когда Сяо Цзинжань снова заболел, власть семьи Сяо была передана Сяо Фэнцзюэ.

Пять дней спустя Шэнь Нинхуа пришла на банкет, устроенный императрицей. Она простояла там около пятнадцати минут, и по какой-то причине ни одна дворцовая служанка не пришла, чтобы привести ее на банкет.

После того, как Бейли Аннинг закончила одеваться, она прибыла в боковой зал дворца Цифэн и увидела Шэнь Нинхуа, прислонившегося к перилам и смотрящего на плавающих в воде рыб. “Нинхуа, почему ты здесь?”

“Ничего. Никто не проводил меня до моего места, так что я просто жду”.

Бейли Аннинг нахмурилась. “И как долго ты здесь находишься?”

“Не очень долго, около пятнадцати минут”.

“Во дворце Ее Величества всегда были строгие правила. Это первый раз, когда никто не пришел встречать гостя.” Услышав это, Бейли Аннинг сразу поняла, что происходит, и усмехнулась.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Ее величество срывает на мне злость. Тут не из-за чего злиться. Она все равно должна меня развлекать. Просто подожди.”

“Это верно”. Бейли Аннинг просто прислонилась к перилам и принялась ждать вместе с ней.

Они вдвоем смотрели на прекрасный пейзаж вокруг и болтали. Они действительно были довольны собой и как ни странно, хорошо проводили время.

Примерно через полчаса к нам поспешно подбежала дворцовая служанка и сказала: “Приветствую, принцесса Аннинг. Приветствую тебя, принцесса Чжаохуа. Я пришла, чтобы пригласить вас двоих на банкет.”

Бейли Аннинг обвела взглядом окрестности и холодно сказала: “Если бы вы не пришли, я бы подумала, что Ее величество забыла о нас!”

Дворцовая служанка немедленно опустилась на колени: “Пожалуйста, простите меня, ваше высочество. Я виновата. Пожалуйста, простите меня”.

Выражение лица Бейли Аннинг изменилось. Что происходит с этой дворцовой служанкой? Она не винила ее, и все же она добровольно взяла вину на себя?

Шэнь Нинхуа сделала шаг вперед, чтобы преградить путь Бейли Аннинг. “Ее высочество произнесла всего одну фразу, а вы принесли такие грандиозные извинения. Ну, вы просто заставили нас ждать целый час, а мы еще ничего не сказали. У тебя действительно вспыльчивый характер.”

Главная дворцовая служанка Фан Сюэ вышла вперед и тихим голосом отчитала дворцовую служанку, лежащую на земле: “О чем ты плачешь? Вы совершили ошибку, и вы должны спуститься вниз, чтобы понести наказание. Но вы не должны реветь перед двумя принцессами. Как ты смеешь! Ваши высочества, эта маленькая дворцовая служанка новенькая и невежественная. Я приношу вам извинения от ее имени”.

“Тетя Фан Сюэ, не бери в голову. Она просто новичок, который не знает ничего лучшего. У нас все хорошо.” Ответил Бейли Аннинг.

Фан Сюэ улыбнулась и поклонилась. “Пожалуйста, займите свои места, ваши высочества”.

Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг обменялись взглядами. Они сели на свои места и удвоили свою внимательность к окружающим событиям. Казалось, императрица решила усложнить жизнь Шэнь Нинхуа на этом банкете.

Вскоре вошла императрица Чжао Хуэйин, одетая в красную дворцовую мантию, и все встали, чтобы поприветствовать ее.

“Я вас приветствую и очень рада всех вас видеть. Цветы сейчас в полном расцвете. Сегодня я приглашаю вас прийти сюда, чтобы вместе насладиться пейзажем”.

“Благодарю вас, ваше величество”.

“Раз уж это так, давайте присядем”. Выражение лица Чжао Хуэйин было мягким и несло в себе непревзойденную ауру достоинства. Ее взгляд скользнул по толпе, заставляя всех почувствовать, что императрица обратила на них внимание, и все они почувствовали к ней уважение.

Шэнь Нинхуа опустила голову и сделала глоток чая, спокойно ожидая начала представления на банкете.

Но на удивление, банкет продолжался, уже миновал середину, а все еще ничего не происходило…

Дворцовая служанка помогла Чжао Хуэйин подняться. Она улыбнулась и сказала толпе: “Сейчас самое подходящее время насладиться пейзажем в Императорском саду. Я вернусь и переоденусь. Вы можете пойти первыми.”

Все согласились, встали и пошли в сторону Императорского сада. Число людей, которым посчастливилось посетить королевские сады, было невелико, а возможность насладиться прекрасными пейзажами Императорского сада была еще реже. Все они были вне себя от радости.

Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг последовали за толпой и направились к Императорскому саду.

Они вдвоем небрежно подошли к павильону у воды и сели, прислонившись к перилам.

Бейли Аннинг была подозрительна. “Нинхуа, ты думала, что Ее величество попросила нас прийти сюда сегодня только для того, чтобы насладиться пейзажем?”

“Боюсь, что нет”.

“Ну, а ты что думаешь…Ах, Нинхуа, берегись!”

Прежде чем Бейли Аннинг успела закончить свои слова, она увидела фигуру, выскочившую из кустов рядом с ней. Человек прямо набросился на Шэнь Нинхуа и скатился вместе с ней в бассейн с водой.

“Кто-нибудь, идите скорее и спасите ее высочество!”

Шэнь Нинхуа услышала предупреждение Бейли Аннинг, но прежде чем она смогла отреагировать, она почувствовала, как кто-то врезался в нее, а затем она скатилась в пруд вместе с этим человеком.

Она почувствовала, что ее руки были крепко сжаты, и она не могла вырваться, как бы сильно ни старалась.

Под водой, сквозь прозрачную воду, она увидела свирепое лицо человека, который держал ее: это была Сяо Хуаньси!

Почему она появилась во Дворце?

На лице Сяо Хуаньси появилась злобная нечеловеческая улыбка. Она открыла рот, и появилась цепочка пузырьков. После того, как вода визуально исказила внешнось, ее лицо исказилось еще больше и страшнее.

Шэнь Нинхуа попыталась вырваться из ее рук, но Сяо Хуаньси обращалась с ней как с заклятым врагом. Теперь у нее наконец появился шанс убить ее. Она все равно не упустила бы его.

Слои вышитого платья выглядели необычайно великолепно в обычные дни, но когда его пропитывали водой, оно становилось необыкновенно тяжелым и сковывало движения. Шэнь Нинхуа повезло, что уже был июнь, и вода в пруду больше не была ледяной и пронизывающей до костей. В противном случае ситуация была бы еще хуже.

На берегу Бейли Аннинг громко закричал. Тут же к нему подбежали охранники.

Сердце Бейли Аннинг сжалось. Оглядевшись, она обнаружила, что поблизости не было ни одной дворцовой служанки или медсестры, только группа охранников. В это время она поняла, что это была ловушка, расставленная императрицей для Нинхуа: утопить ее в пруду или позволить стражникам разрушить ее репутацию, вступив с ней в тесный физический контакт.

“Вы все, остановитесь!” Жена военного министра, мадам Шао, встала и остановила охранников. “Принцесса Чжаохуа упала в воду. Быстро найдите дворцовых служанок и обычных служанок, которые умеют плавать! Вы, охранники, отвернитесь и не подходите близко!”

Видя, что эти охранники все еще намерены двигаться вперед, Бейли Аннинг стиснула зубы и выругалась: “Я сказала тебе остановиться и развернуться. Ты что, не слышал меня? Это все почетные гости Ее Величества. Если вы их оскорбите, я доложу Его величеству, чтобы он забил вас всех дубинками до смерти!”

Многие охранники мгновенно испугались и не решались сделать шаг вперед.

Вода в пруду была немного мутной. Она могла только чувствовать, что в воде были колебания, шла незримая борьба, но никто не всплывал.

Бейли Аннинг была так встревожена, что чуть не закричала. ”Нинхуа, Нинхуа..."

Как раз в тот момент, когда Бейли Аннинг была готова отчаяться, Бейли Цинцан, нахмурившись, подошел к ней. “Что происходит? Почему вы все собрались здесь?”

Увидев Чу Цзюньи, следующего за Бейли Цинцаном, глаза Бейли Аннинг загорелись. “Ваше величество, Нинхуа упала в воду. Скорее, пусть кто-нибудь спасет ее!”

Прежде чем Бейли Аннинг успела закончить свои слова, фигура уже прыгнула в пруд. Это был Чу Цзюньи, который только что стоял позади Бейли Цинцана.

В пруду Шэнь Нинхуа изо всех сил старалась контролировать свои эмоции и сохранять спокойствие. Она изо всех сил попыталась отдернуть одну из своих рук, согнула пальцы и с силой надавила на одну из нервных чувствительных точек на груди Сяо Хуаньси.

Чувствуя сильную боль в груди, Сяо Хуаньси не отпустила ее, она даже усилила хватку. Она уже сошла с ума. Единственное, что она помнила, это то, что она хотела убить Шэнь Нинхуа. Так что теперь, даже если она умрет, Шэнь Нинхуа должен умереть вместе с ней!

Чу Цзюньи прыгнул в воду и быстро поплыл к Шэнь Нинхуа. Он схватил ее за талию и заключил в объятия. Страх в его сердце медленно утихал. К счастью, Нинхуа все еще была жива.

Он посмотрел на Сяо Хуаньси, который крепко сжимал Шэнь Нинхуа. Сильное намерение убить промелькнуло в его глазах. Он сосредоточил свою внутреннюю силу в ладони и яростно рубанул ее по руке.

Сяо Хуаньси открыла рот и испуганно вскрикнула, но она только выплюнула цепочку пузырьков. Затем она отпустила руку Шэнь Нинхуа и медленно погрузилась в воду.

Чу Цзюньи стиснул зубы и взглянул на Сяо Хуаньси. Затем он повернулся и вынес Шэнь Нинхуа на поверхность воды.

“Нинхуа, ты в порядке?”

Шэнь Нинхуа задыхалась так сильно, что боль в ее легких была невыносимой. Через некоторое время она медленно открыла глаза и закашлялась. “Кхе-кхе, да, я в порядке...”

Бейли Цинцан нервно посмотрела на Шэнь Нинхуа. Увидев, что ее лицо было бледным и мокрым, он сильно нахмурился. “Кто-нибудь, возьмите чистую одежду и позовите сюда Чэнь Юня”.

Бейли Аннинг поспешно надела одежду, которую принесла дворцовая служанка, на тело Шэнь Нинхуа. ”Ваше величество, как насчет того, чтобы отправить Нинхуа в мой дворец?"

“Хорошо. Кто еще находится в пруду? Соберите их в кучу. На публике, когда вокруг столько стражников, кто-то действительно может убить принцессу? Какой смысл держать тебя здесь?”

Стражники в страхе опустились на колени, даже не осмеливаясь молить о пощаде.

Шэнь Нинхуа надела одежду и встала, поддерживаемая рукой Бейли Аннинг.

“Ваше величество, я не знала, что дворцовые правила были такими несовершенными и система охраны дворца столько слабая. Человек, скрывавшийся в Императорском саду, на самом деле не был найден. Меня сбросили в пруд, и вокруг не было ни одной обычной или дворцовой служанки! Эти охранники на самом деле были первыми, кто бросился вперед. И я до конца не понимаю, они хотели спасти меня или они хотели убить меня?”

“Ваше величество, с нами поступили несправедливо”. Предводитель стражников вскрикнул от обиды, и холодный пот выступил у него на лбу. Если бы они действительно были осуждены за попытку убийства принцессы, все их семьи были бы уничтожены.

Все тело Шэнь Нинхуа было в плачевном состоянии, но внушительную ауру вокруг нее было не остановить. “Я обидела тебя? Это правда, что Сяо Хуаньси прятался в кустах?”

"Да."

“Если Сяо Хуаньси не пыталась убить меня, а вместо этого оскорбила других дам или даже его величество, должны ли вы все умереть, чтобы извиниться?”

“...Ну...”

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало еще холоднее. “Если бы сегодня в пруд упала не я, а императорская наложница, ты бы тоже бросился вперед и прыгнул в пруд, чтобы спасти ее?”

“...Ваше величество…мы не выполнили свой долг. Пожалуйста, накажите нас”.

Выражение лица Бейли Цинцана стало угрюмым, когда он крепко сжал руки за спиной. “Я вырастил тебя в надежде, что однажды ты принесешь какую-нибудь пользу. Однако вы, наглецы, просто способны брать у меня жалование и даже не можете добросовестно выполнять свой долг…Кто-нибудь, оттащите охранников, которые сегодня дежурят в Императорском саду, и нанесите им тридцать сильных ударов. Предводитель стражи должен получить пятьдесят тяжелых ударов. Левый имперский цензор Чу Цзюньи лично проследит за казнью.”

Глаза Чу Цзюньи холодно сверкнули. “Да, как вы приказали”. Он определенно будет должным образом присматривать за ними!

Императрица поспешно подбежала к нему. Увидев, что Шэнь Нинхуа все еще стоит там, ее сердце замерло. Затем она подошла к Бейли Цинкану и сказала: “Приветствую вас, ваше величество. Что случилось? Я просто пошла переодеться. Как это произошло? Почему Нинхуа вся мокрая? Быстро вызовите имперских врачей.”

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны, когда она смотрела на Чжао Хуэйин, чье лицо было полно беспокойства. Намерение убить вспыхнуло в ее сердце. “Благодарю вас, ваше величество. Я в порядке.”

Пока они разговаривали, служанки, наконец, вытащили Сяо Хуаньси.

Бейли Цинцан холодно фыркнула. ”Императрица, почему Сяо Хуаньси была во дворце?"

“Я слышала, что Сяо Хуаньси сошла с ума, поэтому я не дала ей приглашения. Почему она была во Дворце?” Чжао Хуэйин нахмурилась, как будто она ничего не знала.

“Ты императрица, отвечающая за гарем. Кто-то проник в гарем и чуть не убил принцессу. Ты на самом деле ничего не знаешь?”

“Ваше величество, пожалуйста, накажите меня за мою небрежность”. Чжао Хуэйин поспешно извинилась.

Кто-то встал и взмолился: “Ваше величество, у ее величества много дел, которыми нужно заняться. Понятно, что она этого не могла предвидеть”.

Бейли Цинцан холодно сказала: “У императрицы действительно слишком много дел. Поскольку это так, пусть наложница Цзин и наложница Хуэй помогут ей справиться с дворцовыми делами и разделят часть бремени императрицы.”

Улыбка на лице Чжао Хуэйина все еще была нежной и спокойной. "да. Благодарю вас, ваше величество.”

Бейли Цинцан повернулась, чтобы посмотреть на Сяо Хуаньси, лежащую на земле. “Как себя чувствует Сяо Хуаньси?”

Служанка поспешно шагнула вперед, чтобы проверить, и доложила: “Ваше величество, мисс Сяо… Она… Она мертва...”

Глава 182 - Мы бы подождали и увидели!

Сердце Шэнь Нинхуа ухнуло вниз, она повернулась, чтобы посмотреть на безжизненное тело Сяо Хуаньси на земле, и сказала: “Отец император, пожалуйста, вызовите скорее императорского врача!”.

Бейли Цинцан нахмурился. Он также слышал, как Сяо Цзинжань души не чаял в Сяо Хуаньси. Он знал, что если она умрет, то, вероятно, будет большой переполох и как следствие – проблема для всех.

Присутствующие мадам и юные леди были почти ошеломлены. Они опустили головы и хранили молчание, опасаясь быть замешанными в эту неприглядную ситуацию. Королевская семья, семья Сяо, принцесса Чжаохуа… Они не могли позволить себе обидеть кого-либо из них.

Императрица просто приказала всем им уйти.

Шэнь Нинхуа и Сяо Хуаньси были отправлены во дворец Бейли Аннинг.

Вскоре к нему поспешил Чэнь Юнь. Когда он шагнул вперед и собирался пощупать пульс Шэнь Нинхуа, императрица остановила его в стороне. “Доктор Чен, мисс Сяо лежит безо всяких признаков жизни. Сначала взгляни на нее. В конце концов, она законная дочь семьи Сяо. Независимо от того, как она была допущена в Императорский дворец, семья Сяо, вероятно, была бы горько разочарована, если бы с ней что-нибудь случилось.”

Бейли Аннинг втайне нахмурилась. Она знала, что мать-императрица намеренно ставит Нинхуа в неловкое положение…

Однако Шэнь Нинхуа совсем не возражала. Она сказала: “Мать-императрица права. Доктор Чэнь, пожалуйста, сначала взгляните на мисс Сяо. Не беспокойся обо мне. Я владею некоторыми медицинскими навыками и могу сама поставить себе диагноз”.

Бейли Цинцан ничего не сказал, чтобы показать свое возражение, но в его сердце недовольство императрицей стало немного острее.

Чэнь Юнь кивнул. Он подвинул носилки поближе и осмотрел внешность Сяо Хуаньси. Он мгновенно все понял и повернулся к императору с потрясенным видом. Не задумавшись ни на секунду, доктор немедленно доложил, даже не проверив ее пульс: “Ваше величество, мисс Сяо скончалась”.

След темного света вспыхнул в глазах императрицы, и на ее лице появилось печальное выражение, когда она сказала: “Бедное дитя. Поистине прискорбно, что она утонула в воде в расцвете сил”.

Бейли Цинцан кивнул, выражение его лица потемнело еще больше. Он сказал. “Иди и осмотри Нинхуа. Посмотри, не случилось ли с ней чего-нибудь.”

Проверив пульс Шэнь Нинхуа, Чэнь Юнь ненадолго задумался. Затем он сказал: “Принцесса была напугана. Когда она захлебнулась в воде, у нее заболело легкое. Ей следует как следует отдохнуть. В противном случае в будущем она может заболеть.”

Шэнь Нинхуа был тронута тем, что сказал Чэнь Юнь. Она была благодарна ему. Она знала, что ее состояние было довольно хорошим, после того как тайком проверила свой собственный пульс. Когда Чэнь Юнь намеренно сказала, что ей нездоровится, она могла воспользоваться этим, чтобы иметь больше шансов на победу в своей борьбе с контратакой семьи Сяо.

“Спасибо вам, доктор Чен”.

“Всегда рад вам помочь. Вам следует хорошо отдохнуть. Береги себя хорошенько.”

"Да, благодарю вас."

Услышав о смерти Сяо Хуаньси, Сяо Цзинжань внезапно потерял сознание и упал в обморок,. Особняк погрузился в хаос. Сяо Цзинжань не приходил в себя до тех пор, пока императорский врач не провел ему иглоукалывание пять раз подряд.

Как только он очнулся, он сразу же надел свою боевую мантию, взял с собой золотую королевскую булаву, которую император лично пожаловал ему, и поскакал на своем коне прямо к Императорскому дворцу.

Сяо Фэнцзюэ встал, чтобы остановить от необдуманных поступков Сяо Цзинжаня, но получил прямой удар хлыстом в грудь. Сяо Цзинжань сказал: “Как старший брат, как ты можешь оставаться таким хладнокровным даже после смерти твоей младшей сестры? У меня нет такого сына, как ты!”

Сяо Фэнцзюэ терпел сильную боль в груди и крепко стиснул зубы, наблюдая, как лошадь исчезает вдали.

Разъяренный Сяо Цзинжань помчался вперед на своем коне, и когда он был остановлен королевской стражей у ворот Юэву Императорского дворца, он поднял золотую королевскую булаву, подаренную императором, и изрубил до смерти группу королевских стражников, прежде чем непосредственно войти во дворец.

За все время, пока Сяо Цзинжань стремился попасть во дворец, казалось, что он сошел с ума. Он проигнорировал препятствие со стороны окружающих королевских стражников и направился прямо в южный кабинет Бейли Цинцана.

Он поднял голову и посмотрел на возвышающуюся мемориальную доску, прежде чем с грохотом опуститься на колени и громко закричать.

“Ваш подданный Сяо Цзинжань желает видеть Ваше величество!”

Бейли Цинцан посмотрел на вход в зал, все его тело излучало поток леденящей ауры. Он ждал здесь с тех пор, как получил сообщение о том, что Сяо Цзинжань ворвался в Императорский дворец.

“Что ж. Ты явился к своему императору и я готов тебя принять!”

“Я выражаю свое почтение Вашему величеству. Да здравствует Ваше величество!”

Бейли Цинцан видел, как Сяо Цзинжань был одет в боевую робу в доспехах. Его блестящая серебряная броня была полна лучей холодного и убийственного света, распространялся слабый запах крови, раскрывая пугающее холодное намерение убить.

Он холодно уставился на Сяо Цзинжаня, который стоял на коленях на земле. Он вдруг вспомнил тот момент, когда инспектировал и награждал армию. Когда он, в своем качестве императора, стоял на высоком помосте, все офицеры и солдаты внизу хранили полное молчание. Только после того, как он закончил свой тост за солдат, раздались аплодисменты.

Однако они громко зааплодировали в тот момент, когда Сяо Цзинжань ступил на платформу. Десятки тысяч солдат кричали вместе, издавая громкие звуки, которые могли потрясти сердца людей, как будто даже облака можно было прорвать.

Семья Сяо оставалась на посту защитника династии Даань так долго, что солдаты знали только семью Сяо, полностью игнорируя королевскую семью Бейли.

“Дорогой коллега Сяо, вы ворвались в Императорский дворец. Должно быть, вас привело ко мне нечто невообразимо срочное.”

Сяо Цзинжань резко поднял голову, выражение его лица потемнело, глаза стали ярко-красными. “Ваше величество, как поживает моя дочь Сяо Хуаньси?”

Бейли Цинцан на мгновение замолчал. Затем он махнул рукой, слегка подав знак евнуху рядом с ним, и сказал: “Доставьте сюда Сяо Хуаньси”.

Все тело Сяо Цзинжаня задрожало, когда он повернулся, чтобы посмотреть в сторону евнуха. Четыре дворцовые служанки вошли в зал, неся носилки. Тело, лежащее на носилках было бледным, безжизненным и принадлежало Сяо Хуаньси.

“Хуаньси...” - крикнул Сяо Цзинжань, его руки сильно дрожали. Без приказа Бейли Цинцана ему подняться, он сразу же встал и побежал к телу Сяо Хуаньси. Он коснулся ее лица, и от холода у него защемило сердце. Он сказал: “Моя дочь, дочь моей семьи Сяо, на самом деле была убита вот так. Ваше величество, я умолял вас наказать убийцу и воздать ему должное”.

Бейли Цинцан с несчастным видом сказал: “Убийца? Как вы думаете, кто убийца?”

“Моя дочь, очевидно, не умела плавать, как она могла упасть в воду и утонуть без всякой причины? Ваше величество, в этом должно быть что-то скрыто”, - сказал Сяо Цзинжань, почувствовав острую боль в сердце. Сяо Хуаньси была его единственной дочерью, которой он дорожил больше всего!

“Вы подозреваете, что кто-то убил вашу дочь в моем дворце?”

“Я не смею. Я только что услышал, что Хуаньси упала в воду с принцессой Чжаохуа. Я хочу встретиться лицом к лицу с ее высочеством!”

Шэнь Нинхуа помогли войти в холл. Она со слабой усмешкой выслушала слова, которые произнес Сяо Цзинжань. ”За что господин Сяо хочет противостоять мне?"

Сяо Цзинжань резко обернулся, его тело мгновенно напряглось. Его руки напряглись, а вены на руках, шее и лбу заметно вздулись.

Бейли Аннинг, которая поддерживала Шэнь Нинхуа в стороне, почувствовала, что задыхается. Она чуть не задохнулась от убийственного взгляда Сяо Цзинжаня.

Шэнь Нинхуа слегка наклонилась. Она не выказывала никаких признаков слабости. Вместо этого она столкнулась с Сяо Цзинжань со своими внушительными манерами. Атмосфера зала была полна эмоций высочайшего накала.

Каждое слово, сказанное Сяо Цзинжанем, казалось, было выплюнуто сквозь его стиснутые зубы. “Ваше высочество, и вы, и моя дочь упали в воду. Почему вы все еще живы, в то время как она утонула?” Почему это не вы утонули?

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало холодным, когда она сказала: “Те, кто творит добро, закончат хорошо, а те, кто творит зло, будут вознаграждены злом. Если вы будете совершать больше добрых дел, вы, естественно, получите благословение небес”.

“Вы имеете в виду, что моя дочь должна заплатить за то зло, которое она совершила? Почему вы так уверены, что она заслуживает смерти?”

“Господин Сяо, не искажайте мои слова. Я не король Ада, у которого есть власть решать жизнь или смерть людей, основываясь на Книге жизни и смерти!”

“Между вашим высочеством и моей дочерью произошла ссора. Вы причинили ей вред в воде?”

“То, что вы сказали, неверно. У меня хорошие отношения с мисс Сяо, и между нами нет вражды. Единственное, из-за чего я с ней в плохих отношениях, так это из-за того, что ей нравится мой жених. Она даже угрожала ему самоубийством, свидетелями чего несколько дней назад были все дамы”.

Сяо Цзинжань сердито уставился на Шэнь Нинхуа. Если бы у него в руке был меч, он определенно убил бы ее прямо сейчас. “Неужели тебе обязательно убивать Хуаньси из ревности только потому, что ей нравится Чу Цзюньи?”

“Чу Цзюньи - мой жених. У других женщин даже нет шанса быть выбранными в качестве его второй наложницы. Когда дело доходит до ревности, вполне логично, что Сяо Хуаньси ревнует меня. Услышав, что сказал господин Сяо, я вдруг понял, почему она спряталась в кустах и столкнула меня в воду. Оказалось, что она ревновала меня и хотела убить!”

“Перестань нести чушь. Хуаньси чиста и добра по натуре, она не такая порочная, как ты!” - яростно сказал Сяо Цзинжань.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Господин Сяо, теперь я знаю, кто убил Сяо Хуаньси”.

“О чем ты говоришь?”

“Это ты! Ты ты тот, кто убил ее!”

“Что за чепуху ты мелешь?!”

Шэнь Нинхуа выпрямилась, ее благородная аура вырвалась наружу, когда она сказала: “Как ее отец, вы не смогли подать пример. Вы так баловали ее, что она стала абсолютно избалованной, не знающей границ девчонкой. Она даже осмелилась возжелать моего жениха. Это ваша первая вина!”

“Как придворный чиновник, вы неуважительно отзывались обо мне, которая является королевской принцессой страны. Сяо Хуаньси просто вела себя как вы, и в ее сердце тоже не было никакого уважения ко мне. Она неоднократно причиняла мне вред. Если бы я не была достаточно осторожна, меня бы убили несколько раз. Это ваша вторая вина!”

“На банкете, устроенном Ее Величеством в императорском саду, все присутствующие мадам и юные леди из аристократических семей стали свидетелями того, как Сяо Хуаньси напал на меня. Но вы просто обвинили меня в том, что я убийца, без доказательств. Такой беззаконный и безрассудный поступок можно рассматривать как презрение к королевской семье. Это ваша третья вина!”

“Как высокопоставленный придворный чиновник и подданный, пользующийся доверием Его Величества, вы на самом деле носили бронированную мантию, когда не было войны, что может быть расценено как неуважение и угроза Его Величеству. Это ваша четвертая вина!”

“Господин Сяо, разве я обидел вас по этим обвинениям? Как вы думаете, каким человеком станет ваша дочь, если вы не смогли подать пример как ее отец? Это уже благословение небес, что Сяо Хуаньси дожила до этого времени!”

Слова Шэнь Нинхуа были настолько оправданны и убедительны, что Бейли Цинцан не мог не зааплодировать в своем сердце!

Глаза Сяо Цзинжаня налились кровью и были полны неконтролируемого гнева. Он был раздосадован тем, что не смог уничтожить небеса и землю. Он сказал: “Ваше высочество, вы действительно красноречивы и у вас бездушный и острый язык!”

Зрачки глаз Шэнь Нинхуа ярко засияли, и ее глаза заблестели, когда она сказала: “Я всегда вела себя хорошо, и каждое сказанное мной слово может быть оправдано. Вот почему я так красноречива”.

“Хорошо, очень хорошо! Моя бедная дочь Хуаньси, мне жаль тебя!” Сяо Цзинжань долго смотрел на Шэнь Нинхуа, прежде чем опустить голову и коснуться лица Сяо Хуаньси.

Дочь моя, не бойся, твой отец обязательно отомстит за тебя!

“Ваше величество, я виновен. Узнав о смерти моей дочери, я на мгновение стал слишком импульсивным. Пожалуйста, накажите меня, ваше величество.”

Услышав, как Сяо Цзинран молит о пощаде, Шэнь Нинхуа задрожала. Ее сердце дрогнуло. Она понимала, что Сяо Цзинжань сделает все возможное, чтобы обречь ее на смерть.

Бейли Цинцан плотно сжал губы и медленно подавил нарастающее недовольство в своем сердце. Он думал, что в это время он не сможет иметь дело с семьей Сяо. В противном случае люди, вероятно, не смогли бы оставаться на месте.

“Это не имеет значения. Я знаю, что смерть вашей дочери причинила вам такую боль, что вы временно сошли с ума. Однако это было правдой, что Сяо Хуаньси лишилась жизни из-за своей враждебности к Нинхуа и ее действий по ее убийству. Теперь, когда она мертва, с этим делом будет покончено. Я не буду расследовать это дальше. Ты можешь вернуть ее обратно и похоронить должным образом.”

“Да, благодарю вас, ваше величество”.

Сяо Цзинжань встал и протянул руки, чтобы преградить путь дворцовым служанкам, которые собирались выйти вперед, чтобы поднять тело Сяо Хуаньси. Эти люди были низкими и презренными. Как они могли быть достойны того, чтобы прикоснуться к его дочери? Он снял свою боевую мантию и накрыл ее тело, прежде чем взять ее на руки и выйти из зала.

Шэнь Нинхуа, впереди еще много времени. Мы сможем ждать. Мы будем ждать, чтобы увидеть! Кровь была бы оплачена кровью, я бы определенно заставил тебя прожить жизнь хуже смерти! Жди…

Глава 183 - Настала очередь Бейли Джинзе!

В особняке Сяо повсюду были видны белые траурные шелка, а служанки и младшие слуги громко причитали. Сяо Цзинжань сидел в зале, он поглаживал гроб, который был сделан из драгоценного дерева Фиби чжэннань. На его лице было мрачное выражение. Хуаньси, твоя душа на небесах должна внимательно наблюдать и увидеть, как я отомщу за тебя!

Шэнь Нинхуа сидела на здании Циньян, она смотрела в сторону дома семьи Сяо. Ее глаза были глубоки, как море.

Когда Чу Цзюньи поднялся наверх, он увидел Шэнь Нинхуа, которая была в простой, совсем не парадной одежде и тихо прислонился к кровати. Выражение ее лица было спокойным и отстраненным, заставляя людей с первого взгляда испытывать к ней жалость. Он сказал: “Нинхуа, солнце сегодня довольно палящее, будь осторожна, чтобы не сгореть на солнце”.

Шэнь Нинхуа обернулась и поприветствовала его: “Итак, ты пришел сюда”.

Чу Цзюньи подошел к кровати и посмотрел на особняк Сяо, который был полон людей в белых траурных платьях. Он кивнул и закрыл окно. Затем он сказал: “Доктор Чен сказал, что у тебя повредилось легкое, когда ты упала в воду и захлебнулась. Почему бы тебе не отдохнуть дома?”

“Не волнуйся. Сегодня похороны Сяо Хуаньси. Я должна выйти и посмотреть на это”.

Чу Цзюньи немного помолчал, а затем сказал: “Сяо Хуаньси была человеком, которого мой приемный отец любил больше всего. Ее похороны будут чрезвычайно пышными. К сожалению, никто не осмеливается прийти, чтобы выразить свои соболезнования”.

Сяо Хуаньси рассталась с жизнью после неудавшегося заговора с целью убийства принцессы. Такого преступления было достаточно, чтобы уничтожить всю семейную линию, если бы это случилось с другими семьями. Кто осмелится прийти, чтобы выразить свои соболезнования? Только у семьи Сяо хватило духу устроить такие грандиозные похороны дочери, совершившей такое преступление. Однако никто не знал, что подумал бы император, если бы услышал эту новость.

Выражение лица Шэнь Нинхуа застыло, когда она сказала: “После смерти Сяо Хуаньси ты, вероятно, больше не сможешь оставаться в семье Сяо, верно?”

“Да, ты права. Я только что был там. Хотя мой приемный отец и старший брат прямо не приказывали мне уходить, они отослали меня под каким-то предлогом. Я думаю, они больше не хотят, чтобы я там оставался”.

“Семья Сяо становится все более и более недружелюбной. Никто не знает, что будет дальше. Уходить пораньше - это хорошо для тебя. Какие у тебя планы?”

“Теперь, когда мои отношения с семьей Сяо разорваны, мне, естественно, нечего сказать. Я хочу съехать”.

“Это хорошо”.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа, выражение лица которой было слегка мрачным. Он наклонился к ней и сказал: “Нинхуа, что с тобой не так? Почему у тебя такой встревоженный вид?”

Шэнь Нинхуа слегка подняла глаза. Она посмотрела на него и спросила: “Чу Цзюньи, Сяо Хуаньси умерла из-за меня, ты уверен, что тебя это не волнует?”

Чу Цзюньи на мгновение замолчал, а затем опустил голову.

Сердце Шэнь Нинхуа пропустило удар, и следы холода промелькнули в ее глазах. Если бы Чу Цзюньи действительно заботился об этом вопросе, то Сяо Хуаньси навсегда остался бы занозой в их телах, которую нельзя было ни забыть, ни вытащить. Легкое прикосновение вызвало бы капание крови. Эта заноза, скорее всего, станет предлогом для других, чтобы разделить их в будущем. Если он не мог полностью смириться с этим, она должна была подумать о последствиях.

Как раз в тот момент, когда она собиралась погрузиться в свои мысли, она вдруг почувствовала легкий стук по лбу. Шэнь Нинхуа поспешно подняла голову, и ее встретили улыбающиеся глаза Чу Цзюньи.

“Злая девочка, я помню, что у тебя порочное сердце. Почему ты сейчас такая мягкосердечная?”

“Если бы это была просто девочка из обычной чиновничьей семьи, я бы совсем не побоялся убить десять из них, не говоря уже об одной. Но Сяо Хуаньси не обычная девушка, поэтому я должна учитывать твои чувства. Мы собираемся прожить вместе всю оставшуюся жизнь, так что мы не можем не беспокоиться из-за нее”.

“Да, то, что ты сказала, имеет смысл”. Чу Цзюньи встал и обнял Шэнь Нинхуа сзади. Он глубоко вдохнул аромат ее тела и сказал глубоким голосом: “Когда я увидел тебя и ее в воде, мне показалось, что мое сердце опустело. Если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы определенно убил Сяо Хуаньси своими собственными руками. Теперь ей оставалось винить только себя. Ее смерть не имеет к тебе никакого отношения.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа смягчилось, и поток тепла пронесся через ее сердце.

“Я уже говорил тебе раньше. Я также хладнокровный и эгоистичный человек. Чтобы взойти на трон, мне приходится оскорблять многих людей. Я могу быть запятнан густой кровью моих врагов и мне придется наступать на их кости. Я не могу заботиться обо всех. Единственное, что я могу сделать, это иметь любимого человека рядом со мной, чтобы наслаждаться миром после восхождения на трон. Этого будет достаточно”.

“Если ты меня не разочаруешь, я буду твоим спутником, чтобы увидеть великолепный мир!”

Это было так, как будто сияющие звезды упали в глаза Шэнь Нинхуа, и нежное выражение в них стало еще более очаровательным.

Чу Цзюньи крепче обнял ее. Казалось, он хотел впитать женщину, стоявшую перед ним, в свои кости и кровь: мне было суждено подвести многих людей, но я ни в коем случае не разочарую тебя!

Поскольку узел в ее сердце был развязан, Шэнь Нинхуа теперь была в хорошем настроении. Они вместе поели, прежде чем вернуться в особняк принцессы.

Во дворе Бай Руо внимательно изучала подарки по списку.

“Кому ты посылаешь эти подарки?” - спросил Чу Цзюньи.

Шэнь Нинхуа открыла и проверила коробку с восточным жемчугом. Она сказала: “Я хочу подарить это жене военного министра”.

“Мадам Шао?”

“Да, это верно. В последний раз, когда Сяо Хуаньси повесилась, именно мадам Шао пошла давать показания в мою пользу. После того, как я упала в воду, мадам Шао также вмешалась, чтобы блокировать королевскую стражу. Я в большом долгу перед ней, так что я должна отплатить за это”.

“Говоря об этой мадам Шао, я помню, что именно вы тогда узнали, что она беременна. Сейчас ее сыну должно быть около года.”

“Да, это верно. Время пролетело действительно быстро.”

Чу Цзюньи ненадолго задумался и сказал: “Военный министр Ван Цюн - хороший чиновник. Он всегда был верен императору и занимал непредвзятую позицию. Я слышал, что наследный принц, Второй принц и другие пытались заручиться его поддержкой и преданностью, но им это не удалось”.

“Да, я тоже слышал об этом. Лорд Ван - праведный человек. Можно сказать, что Военное министерство довольно хорошо управлялось при нем в течение последних шести лет. Из шести министерств только военное министерство полностью выполнило приказы Его Величества. Он действительно редкий и хороший чиновник”.

“Нинхуа, ты не думаешь, что тебе может быть неуместно общаться с мадам Шао?”

“Ну и что? Прямо сейчас я просто принцесса без реальной власти, и никто не знает, кто я такая… Подожди, ты поссорился с семьей Сяо. Разве твоя личность не будет раскрыта в любой момент?”

Чу Цзюньи кивнул. “Это возможно. Этот вопрос нуждается в тщательном рассмотрении. Причина, по которой Сяо Хуаньси был допущен в Императорский дворец, заключалась в распоряжениях императрицы. В то время она была не в своем уме. Я не уверен, что она не сказала что-то такое, что могло бы вызвать подозрения императрицы.”

Сердце Шэнь Нинхуа немного упало, и она сказала: “Хотя мы с тобой, кажется, в последнее время не понесли никаких потерь, мы все еще по-настоящему не сталкивались с Императрицей и другими. Наследный принц все еще имеет дело со Вторым принцем и Третьим принцем. В этот период времени лучше быть осторожным”.

“Хм, императрица, наследный принц и другие - легкие мишени, пока мы прячемся в темноте. Таким образом, мы можем шаг за шагом проявлять инициативу и одерживать верх. Если моя личность будет раскрыта, не говоря уже о том, поверит мне Его Величество или нет, даже если его Величество не сомневается в моей личности, мне достаточно иметь дело только с Императрицей.”

“Императрица руководит гаремом уже более двадцати лет. Более того, семья Чжао является влиятельной силой при дворе. Это подобно дереву, корни которого были переплетены с различными аристократическими семьями предыдущей династии. Наш фундамент все еще нестабилен, поэтому мы должны проявлять особую осторожность”.

Глаза Чу Цзюньи моргнули, он взял чашку и медленно повертел ее в руках. Затем он сказал: “В Императорском дворце есть много людей, которые получают удовольствие от того, что случилось с семьей Сяо. В данный момент лучше всего найти для них какое-нибудь занятие”.

В голове Шэнь Нинхуа промелькнула фигура, и на ее лице появилась холодная улыбка. Она спросила: “Что ты думаешь о Бейли Джинзе?”

”Бейли Джинзе?"

“Правильно, Бейли Джинзе, Пятый принц!”

Они обменялись взглядами, а затем улыбнулись друг другу.

В последнее время у Бейли Цзиндзе были чрезвычайно трудные времена. Когда он услышал о том, что случилось с Сяо Хуаньси, он сильно нахмурился и принялся расхаживать взад-вперед по залу.

Спустя довольно долгое время он переоделся и был готов выйти.

Его вторая наложница госпожа Ли поспешно остановила его и сказала: “Господин, вы уходите в этот момент?”

“Хм, я хочу нанести визит семье Сяо”.

Госпожа Ли была шокирована и сказала: “Господин, вы не должны идти к семье Сяо в это время”.

Бейли Джинзе нахмурился. "Это почему же?"

“Сяо Хуаньси умерла после того, как ей не удалось убить принцессу Чжаохуа. Хотя Его величество не приказывал объявить выговор семье Сяо, он был крайне недоволен Сяо Хуаньси. Возможно, вы не знаете, что, хотя семья Сяо провела грандиозные похороны, но никто не осмелился выразить свои соболезнования.”

Бейли Цзиндзе нахмурился еще сильнее, и он чувствовал все большее разочарование. С тех пор как его секретное производство оружия на лесной вилле было раскрыто, большая часть его сил во дворце была уничтожена, и лишь нескольким самым мелким агентам удалось спастись по счастливой случайности. В результате он не был хорошо информирован и не мог досконально разобраться во многих событиях.

Леди Ли забеспокоилась еще больше, увидев его встревоженное выражение лица. “Учитель, вы уже несколько дней запираетесь. Может быть, сейчас самое время что-то сделать?”

“Да, ты права. Я запирался в себе так много дней. Пришло время выйти и что-нибудь сделать. По крайней мере, мне нужно бороться за внимание с наследным принцем. Я не могу позволить ему показаться слишком выдающимся перед отцом-императором. Твой отец - имперский цензор, мне нужно, чтобы он позаботился об этом деле.”

Леди Ли кивнула и мило улыбнулась. “Да, господин. Не волнуйся, я сообщу своему отцу, когда вернусь. Я обязательно разберусь с этим делом должным образом”.

Улыбка Бейли Цзиндзе была нежной, как весна, он посмотрел на леди Ли с такой страстью, что она покраснела. Он сказал: “Хорошо, вы так внимательны ко мне”.

“Господин, я готова сделать для вас все, что угодно”.

Бейли Цзинцзе счастливо улыбнулся, он наклонился, чтобы отнести леди Ли к кровати, и сказал: “Я определенно буду хорошо к тебе относиться”.

Леди Ли уткнулась головой в его руки, и они долго обменивались нежными словами.

Во второй половине дня Шэнь Нинхуа, которая отдыхала в комнате, услышал взрыв похоронной музыки, доносившийся из-за двери. В глубине души она насмехалась над тем, что сделал Сяо Цзинжань. Он действительно не забывал вызывать у нее отвращение всякий раз, когда мог.

Хун Лин сердито вбежала и сказала: “Мисс, семья Сяо действительно заходит слишком далеко в издевательствах над вами!”

Шэнь Нинхуа улыбнулся и сказал: “Это не имеет значения. Они просто проходили мимо нашего особняка, неся гроб. Дорога снаружи достаточно широкая. Если им нравится ходить по нему, пусть ходят”.

“Но, мисс, семья Сяо сделала крюк еще на две улицы, чтобы пройти мимо нашего особняка. Более того, они очень медленно прогуливаются перед нашим особняком. Повсюду были разбросаны бумажные деньги и белые флаги. Немало их заскочило к нам во двор! Семья Сяо делает это настолько сознательно, что многие люди собрались по обе стороны дороги и наблюдали за этим ради развлечения. Если у нас не будет никаких ответных мер, интересно, что люди скажут о нас”.

“Справедливость находится в сердцах людей. Сяо Хуаньси могла винить только себя. Независимо от того, сколько неприятностей доставляет мне Сяо Цзинжань, то, что неправильно, никогда не станет правильным. Почему ты так злишься?”

“Мисс, вы действительно великодушны. У меня нет такой щедрости. Сяо Хуаньси была настолько порочна, что, хотя она и рассталась с жизнью, она заслужила наказание. Почему они все еще приходят в наш особняк, чтобы создавать проблемы?”

“Ха”, - Шэнь Нинхуа улыбнулась Хун Лин, у которой было такое возмущенное выражение лица. “Хорошо, найди мастера-монаха, которого я просила тебя пригласить из храма Гуаннин, скажи ему, чтобы он произнес заклинание. В последнее время я сталкивалась с невезением везде, где бы я ни была, мне пора провести религиозный ритуал”.

Тогда она была отравлена Душой Мечты и чуть не умерла во сне. После допроса она обнаружила, что наркотик на самом деле был доставлен из храма Гуаннин. Этот ритуал не только вызовет отвращение у семьи Сяо, но и проверит их реакцию.

Хун Лин тут же радостно выбежала и сказала: “Теперь, когда похоронная процессия семьи Сяо прощается с Сяо Хуаньси, мы искупим ее грехи и поймаем призраков и демонов. Давайте посмотрим, каким замечательным будет выражение лица Сяо Цзинжаня!”

Глава 184 - Битва началась в дверном проеме!

Похоронная процессия семьи Сяо остановилась перед особняком принцессы Шэнь Нинхуа, подбрасывая бумажные деньги в воздух и громко плача. Прошло пятнадцать минут, но процессия все еще не собиралась уходить.

Шэнь Нинхуа стояла у окна и наблюдала за бумажными деньгами, которые перелетели через стену и упали во двор. След холода промелькнул в ее глазах.

Бай Руо шагнул вперед и прошептал: “Мисс, почему семья Сяо все еще осмеливается быть такой показной в этот момент? Как его величество мог терпеть все это?”

Шэнь Нинхуа мягко усмехнулась. “Семья Сяо имеет хорошую репутацию, и ее престиж среди людей чрезвычайно высок. Более того, он берет на себя единоличный контроль над армией. Сяо Цзинран в одиночку контролирует сотни тысяч солдат на северо-западе. Так что же может сделать Его величество, даже если он не может терпеть Сяо Цзинжаня? Если он хочет сохранять мирной ситуацию в стране, он должен защитить семью Сяо”.

“Однако я думаю, что его величество не слабый и достаточно компетентный правитель. Как он может быть не готов видеть, что семья Сяо становится слишком сильной?”

“Отец-император, естественно, не будет сидеть на месте, не делая ничего, чтобы подавить семью Сяо. С тех пор как было подписано мирное соглашение между династией Даань и соседними странами, войны не было уже более десяти лет. Престиж семьи Сяо среди народа также в некоторой степени снизился. Вы думаете, что эти изменения - просто совпадение?”

Бай Руо не смогла удержаться, чтобы не расширить глаза, когда спросила: “Дюжину лет назад? Может быть, его величество действительно все спланировал с тех пор?”

“Отец император - человек большого таланта и смелого видения. Вскоре после своего восшествия на престол он шокировал двор быстрыми и мощными мерами. В то время династия Даань пребывала в смятении, и он нуждался в поддержке семьи Сяо. Я думаю, он предвидел нынешние последствия. Мирное соглашение было его подготовкой к урегулированию будущего конфликта. Если бы не было необходимости избавляться от семьи Сяо, династия Даань смогла бы восстановить свою жизнеспособность. Это был бы лучший конец. Если бы семья Сяо намеревалась восстать, будучи ослабленной в течение стольких лет, она, несомненно, понесла бы большую потерю жизненных сил.

“Его величество действительно дальновиден”. Бай Руо вздохнула про себя. Она посмотрела на Шэнь Нинхуа, и ее глаза засияли еще больше. “Мисс, вы даже можете догадаться, что его величество сделал десять лет назад, я действительно не могу не восхищаться вами больше”.

“Это не то, о чем я догадывалась. Я знала это по записям, которые собирала моя бабушка.” Шэнь Нинхуа выглянул в окно. Уже была воздвигнута высокая платформа, и Хун Лин приказывал монахам взойти на нее для совершения религиозного ритуала.

“Бай Руо, Хун Лин почти все хорошо устроил. Спуститесь вниз и распределите задачи. Сяо Цзинжань ненавидит меня до мозга костей. На этот раз его атака будет мощной и ожесточенной. Скажи Цин Цюэ, чтобы она обеспечила безопасность окружающих людей.”

“Да, мисс, не волнуйтесь. Я уже все устроила. Я спущусь и еще раз проговорю с ними договоренности.”

Шэнь Нинхуа подняла голову и посмотрела на белые кусочки, летящие в небе. Она взяла бы на себя последствия любых трюков, которые разыгрывала семья Сяо. Она надеялась, что семья Сяо тоже сможет справиться с последствиями!

Стоя в сторонке на павильоне, Сяо Цзинжань наблюдал за всей улицей, которая была покрыта слоем белых бумажных денег. Холод в его глазах немного поутих.

Сяо Фэнцзюэ бросилась к нему. Он увидел сцену внизу и с тревогой спросил: “Отец, что ты делаешь?”

“Что я делаю? Конечно, я мщу за твою младшую сестру. Как ты смеешь спрашивать, что я делаю?” Сяо Цзинжань прищурил глаза, и в их глубине замерцал холодный свет.

“Хуаньси уже скончалась. Какой смысл это делать?”

“Заткнись!” Сяо Цзинжань резко уставился на него, след враждебной ауры промелькнул в его бровях. Он поднял руку и ударил Сяо Фэнцзюэ по лицу. “Какое ты имеешь право упоминать свою младшую сестру? Она была убита. Как ее старший брат, ты вообще не мстил за нее. Вместо этого ты всем сердцем помогаешь этой сучке Шэнь Нинхуа.”

“Отец, я не такой”.

“Хм, ты думаешь, я не знаю, о чем ты думаешь? Позвольте мне сказать вам, я определенно позволю этой суке Шэнь Нинхуа умереть. Она должна извиниться перед Хуаньси, даже если станет призраком!”

“Она достойная принцесса!” Сяо Фэнцзюэ был одновременно подавлен и недоволен, и он сердито сказал: “Отец, почему ты не понимаешь? Без приказа Его Величества никто не имеет права избавиться от нее. Независимо от того, насколько могущественна семья Сяо, мы не можем открыто убить принцессу ради дочери семьи Сяо!”

”Даже если я не могу убить ее открыто, я определенно могу приказать, чтобы ее убили!" Сяо Цзинжань внезапно обернулся и посмотрел на высокие ворота особняка принцессы, и в его глазах вспыхнуло желание убивать. “Семья Сяо столько лет обучала войска и воспитала так много доверенных лиц. Неужели ты думаешь, что мы не можем убить ничтожную принцессу?”

Сердце Сяо Фэнцзюэ пропустило удар. “Отец, этих людей можно использовать только в крайнем случае”. Он думал, что его отец сошел с ума. Убийство принцессы было бы воспринято как открытая провокация по отношению к королевской семье. Теперь его величество был недоволен семьей Сяо. Не было ли это просто попыткой добиться саморазрушения?

“Это зависит от меня. Это не имеет к тебе никакого отношения. Иди домой!”

“Отец!”

“Проваливай!” Сердито крикнул Сяо Цзинжань и посмотрел на Сяо Фэнцзюэ так, как будто тот был врагом, а не сыном.

Сяо Фэнцзюэ яростно стиснул зубы, и в его глазах появился след решимости. Он развернулся и зашагал прочь.

Внутри особняка принцессы монахи, приглашенные из храма Гуаннин, уже поднялись на высокую платформу. Они разложили ярко-желтые духовные магические фигуры и начали распевать сутры спасения.

На улице мальчик-слуга быстро подбежал к Сяо Цзинраню. “Учитель, в особняке принцессы Чжаохуа проводится религиозный ритуал”.

«Что?» Сяо Цзинран пришел в ярость, он уставился на особняк принцессы неподалеку.

Юноша-слуга был так напуган, что все его тело дрожало. "Да. Эти монахи громко распевали сутры. Там также было много духовных магических фигурок с выплывающими буддийскими писаниями. Этот… Может, прикажем похоронной процессии уйти первой, чтобы не тревожить душу юной леди?”

“Уйти? Почему мы должны уходить?” Сяо Цзинжань яростно сжал кулаки. “Скажи им, чтобы оркестр играл похоронную музыку так громко, как только смогут!”

В гробу внизу вообще не было тела Сяо Хуаньси. Он никогда бы не позволил своей покойной дочери подвергнуться таким мучениям. Вот почему он мог действовать еще более бессовестно.

“Да, хозяин”.

После того, как юноша-слуга ушел, Сяо Цзинжань резко вытащил меч, висевший у него на поясе, и разрубил стол в комнате на две половины. “Шэнь Нинхуа, ты такая порочная. Вы на самом деле хотите искупить грехи Хуаньси религиозным ритуалом. Ты, сука, ты должна заплатить этот долг крови своей собственной кровью сегодня!”

Все больше и больше людей собиралось вокруг, чтобы понаблюдать за весельем, гадая, победит ли семья Сяо принцессу Чжаохуа, или принцесса Чжаохуа сокрушит семью Сяо. Некоторые даже делали ставки на конечный исход в ресторанах и игорных домах.

Шэнь Нинхуа стояла во дворе и слушала громкую похоронную музыку снаружи. Выражение ее глаз стало более серьезным. Ее прямая фигура была похожа на изящный цветок лотоса, который выглядел довольно привлекательно, когда белые бумажные деньги и желтые фигурки были брошены в небо.

Сяо Цзинжань увидел, что его стороне на самом деле не удалось получить ни малейшего преимущества. Плоть на его лице двигалась, как будто подергивалась. Внезапно он скривил губы и сказал: “Какой-то религиозный ритуал Шэнь Нинхуа доставляет нам неприятности, так что похороны не могут пройти должным образом. Скажи им, чтобы они постучали гробом в дверь особняка принцессы. Здесь собирается много людей. Выбросить немного денег, чтобы вызвать неприятности. Организуйте наших людей, чтобы они тайно смешались с толпой и затоптали несколько человек до смерти. Я хотел бы посмотреть, проигнорирует ли Его величество такой серьезный инцидент!”

“Да, хозяин”.

На высокой платформе монахи храма Гуаннин, которые проводили ритуал, были так напуганы, что едва могли правильно читать Священные Писания. Хонг Лин держала свой меч в рукаве и смотрела на них в сторону. Когда она обнаруживала, что кто-то перестает повторять Священные Писания, она подносила свой рукавный меч близко к его лбу и вонзала его в пол. Это создавало у человека иллюзию, что его голова пробита гвоздями насквозь.

Цин Цюэ, которая пряталась в укромном месте за забором, прищурилась, глядя на слуг семьи Сяо, вышедших из павильона. Вспыхнул холодный свет и бесследно исчез. Она тихо сделала жест своим людям в тени. Сразу же кто-то тихо исчез и прокрался в толпу.

Как раз в тот момент, когда все наблюдали за происходящим ради развлечения, мужчины, которые несли гроб Сяо Хуаньси, начали дрожать. Никто не знал, что с ними случилось. Может быть, они несли гроб слишком долго.

“Ах, гроб вот-вот упадет. Уйди с дороги. - внезапно крикнул кто-то.

Все были ошеломлены. Гроб был сделан из дерева Фиби Женнан. Хотя он не выглядел слишком большим, если бы он упал на людей, то мог бы разбить насмерть восемь или десять человек. Так что лучше было быстро убежать.

В этот момент кто-то действительно выбросил большое количество серебряных слитков. Многие люди сразу же забыли о необходимости убегать и начали пялиться на серебряные слитки и сражаться за них.

“Серебряные слитки, много серебряных слитков, иди и принеси их”.

“Не дави”.

Какие-то люди врезались в людей, которые несли гроб, сразу же заставив гроб наклониться еще сильнее. С грохотом толстая и тяжелая крышка гроба врезалась в ворота особняка принцессы.

Толстые и тяжелые ворота на самом деле не выдерживали веса гроба и были сразу раздавлены на части. Две двери упали внутрь и тяжело обрушились на высокую платформу, где проводился ритуал.

В глазах Хон Линга промелькнул холодок. Она спрыгнула с платформы. Однако монахам храма Гуаннин повезло меньше. Они закричали и поспешно ухватились за край платформы.

К сожалению, край высокой платформы был отполирован с особой тщательностью и даже смазан жирным маслом. Так что хвататься было некуда. В результате эти монахи упали, как тыквы.

“Ах, помогите!”

Один из монахов не смог увернуться и был прямо раздавлен высокой платформой. Он выплюнул полный рот крови, а затем умер.

Хун Лин внимательно посмотрел на монаха и кивнул Бай Руо.

Бай Жо вошел в комнату и сказал: “Мисс, монах, который послал яд медсестре семьи Сяо, был ликвидирован”.

“Мертв?”

“Да, он был насмерть раздавлен платформой. Независимо от того, как это было расследовано, это закончилось бы как несчастный случай. Если кто-то и должен быть привлечен к ответственности, то это семья Сяо.”

Шэнь Нинхуа прищурила глаза и сказала: “Хорошо, не забудь уведомить настоятеля храма Гуаннин”.

“Да, мисс”.

За стеной люди были в хаосе. Многие из них были так сильно оттеснены другими людьми, что чуть не упали. Во времена отчаяния всегда находились люди, которые бездумно бросались к ним, чтобы помочь подняться. Затем они закричали: “По приказу принцессы мы здесь для поддержания порядка. Все, не толкайтесь!”

Люди на мгновение стали намного тише, когда раздалось больше голосов, кричащих подобным образом.

Конечно, если бы слуг семьи Сяо столкнули вниз, кто-нибудь тоже вышел бы вперед, чтобы помочь им подняться. Однако, поднявшись, эти слуги необъяснимым образом снова упали и в конце концов были затоптаны до смерти. Следовательно, Особняк Принцессы нельзя было винить в том, что он не смог их спасти. В конце концов, после того, как кто-то помог этим слугам подняться и уйти, они снова упали. Было слишком поздно спасать их.

Хаос за воротами особняка достиг апогея, когда прибыл губернатор столичной стражи со своими людьми. Он был ошеломлен на месте. Он уже пытался задержаться в дороге, насколько мог. Он не ожидал увидеть, что хаос все еще продолжается. “Вы, ребята, идите вперед, быстро попросите людей уйти и перестаньте давить. Что нам делать, если случилось что-то плохое?”

Несколько охранников, чьи имена были упомянуты, беспомощно переглянулись. Они чуть не закричали. Перед ними были сотни людей. Что могли сделать эти четверо мужчин? Однако приказ их лорда нельзя было игнорировать. Им оставалось только подойти к краю толпы и медленно напомнить им об этом одному за другим. Когда они увидели, что к ним кого-то подталкивают, они быстро убежали.

Начальник Столичной стражи улыбнулся и тайно вздохнул. Принцесса была по-настоящему смелой духом. Если бы она вчера не послала кого-нибудь напомнить ему, он, вероятно, упал бы в обморок, увидев такую сцену.

Глава 185 - Ее Высочество должна быть высоко вознаграждена!

В зале Чэнцянь Бейли Цинцан потер лоб рукой. Выражение его лица было пепельным и разъяренным. Он устремил свой взгляд на группу чиновников, которые стояли на коленях посреди зала.

“Отлично, это действительно отлично! Просто великолепно! Один из вас является чиновником первого ранга при дворе, в то время как другая носит титул принцессы Чжаохуа, который я лично присвоил. Как вы могли драться друг с другом на публике? Что еще более серьезно, пострадали многие гражданские лица. Есть ли у вас хоть какое-то уважение к законам суда и ко мне?”

“Ваше величество, пожалуйста не гневайтесь на нас!”.

“Я не могу сейчас успокоиться! Сяо Цзинран, ты устроил грандиозные похороны Сяо Хуаньси. Я подумал, что для тебя, отца, было печально прощаться со своей дочерью, поэтому я не стал бы заниматься и контролировать этот вопрос. Однако, как получилось, что ваша похоронная процессия сделала крюк в две лишние улицы и оказалась перед особняком принцессы Чжаохуа?”

Сяо Цзинжань стоял на коленях на земле. Когда он поднял голову и собирался ответить, Бейли Цинцан неожиданно остановил его. Он махнул рукой на Сяо Цзинжаня и не дал ему возможности заговорить. Затем он сказал: “Нинхуа, я отношусь к тебе как к своей самой любимой дочери и всеми силами балую тебя. Я думал, ты более разумна, чем другие принцессы, но я не ожидал, что ты совершишь такую глупость!”

Шэнь Нинхуа поклонилась и сказала: “Я виновна, пожалуйста, накажи меня, отец император”.

“Вы что, думаете, что влияние этого инцидента уменьшится, если просто наказать вас? В то время как обе улицы были плотно забиты, и так много людей собралось вместе...”

Бейли Цинцан глубоко вздохнул, выражение его лица было полным усталости. Этот инцидент имел очень серьезные последствия, и он еще не знал подробностей о жертвах.

Справа на коленях стояли Сяо Цзинран и Сяо Фэнцзюэ, а слева - Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи. За ними стояли другие чиновники, которые также стояли на коленях с опущенными головами. Эти чиновники изо всех сил старались уменьшить свои тела, сутулясь и сжимаясь, опасаясь, что они могут стать мишенью гнева императора.

После довольно долгого молчания, наконец, вошел один евнух и доложил: “Ваше величество, министр доходов и губернатор столичной стражи, посланные для расследования инцидента, вернулись”.

Бейли Цинцан сдержал ярость в своем сердце и холодно промолвил всего лишь одно слово: “Вызывай!”

Начальник столичной стражи опустился на колени перед Бейли Цинцаном и передал отчет в его руки. “Ваше величество, более 500 мирных жителей пострадали в этом похоронном хаосе. Двадцать шесть из них погибли, двенадцать получили незначительные травмы, а шестеро получили серьезные ранения. Все пострадавшие были отправлены в медицинские учреждения для лечения. Люди были несколько напуганы этим хаосом. Но к счастью, никаких беспорядков не произошло”.

Многие официальные лица в зале были удивлены, услышав отчет. Они не верили, что люди были просто слегка напуганы, учитывая такое большое количество жертв. Один из них, имперский цензор, не смог удержаться, чтобы не возразить: “Губернатор столичной стражи, не стоит быть таким беспечным и представлять императору столь небрежно сделанный доклад! Ты говоришь, что в результате инцидента погибло двадцать шесть человек и шестеро получили серьезные травмы. Такое количество пострадавших и жертв можно считать достаточно большим! Поэтому, как вы можете говорить, что люди были лишь слегка напуганы?”

Начальник столичной стражи обернулся и сказал: “Господин Цинь, я еще не закончил свой доклад об инциденте Его Величеству. Могу я предоставить вам свои пояснения после того, как закончу свой отчет?”

Эти слова немедленно заставили лорда Циня замолчать. Напуганный Бейли Цинцаном, который бросил на него холодный взгляд, он поспешно распростерся на земле и извинился: “Ваше величество, я просто так беспокоился о людях, что в данный момент немного поторопился. Пожалуйста, простите меня, ваше величество.”

“Губернатор столичной стражи, продолжайте свой доклад. Что еще?”

“Ваше величество, благодаря ее высочеству принцессе Чжаохуа, люди не были в серьезной панике. Был опасный момент, когда ситуация вышла из-под контроля. К счастью, ее высочество послала своих охранников, чтобы помочь людям, успокоить их и погасить волну опасных настроений. Это позволило держать ситуацию под контролем. Если бы не ее высочество, никто не знал, сколько людей было бы убито или ранено на этот раз.”

Бейли Цинцан посмотрел на Шэнь Нинхуа и сказал: “Нинхуа, ты послала своих охранников спасти людей. Почему ты не сказала мне об этом, когда я только что спрашивал тебя?”

Шэнь Нинхуа сказала со стыдом на лице: “Отец император, хаос произошел перед моим особняком. В глубине души я крайне сожалею, что это заставило отца императора поволноваться. Неважно, как отец-император накажет меня, я это заслужила. Я признаю свою вину, и мне нечего объяснять”.

Однако министр доходов с этим категорически не согласился и сказал: “Ее высочество такая скромная. После того, как более 500 человек запаниковали, ее высочество действовала быстро, отправив своих охранников спасать людей, и благодаря ее усилиям лишь некоторые из них получили незначительные травмы. Это, можно сказать, чудо. Ваше величество, я думаю, что ее высочество должна быть высоко вознаграждена!”

Все другие чиновники были шокированы. Как могло случиться, что только несколько человек были серьезно ранены, а дюжина получила незначительные травмы после того, как такая огромная толпа людей одновременно была охвачена паникой?

Бейли Цинцан тоже был поражен, он довольно долго молчал, прежде чем спросить: “А как насчет двадцати шести только что упомянутых смертей...”

Выражение лица министра доходов стало странным. Он посмотрел на Сяо Цзинжаня и сказал: “Ваше величество, все погибшие были из похоронной процессии семьи Сяо. Тот, кто был серьезно ранен, также был слугой семьи Сяо. Гражданские лица не понесли никаких потерь, и только несколько торговых лавок рядом с местом происшествия были повреждены в результате давки”.

«Что?» Бейли Цинцан был шокирован. Он уставился на Шэнь Нинхуа, которая стояла на коленях на земле. Внезапно он громко рассмеялся и сказал: “Отлично! Нинхуа, быстро вставай. Скажи мне, что именно произошло?”

Шэнь Нинхуа выпрямилась, но она все еще стояла на коленях и не встала, как требовалось. “Отец император, как вы знаете, Сяо Хуаньси умерла из-за ее неудавшегося заговора с целью убить меня. Но старый генерал Сяо, очевидно, так не думал. Он всем сердцем верил, что я убил его дочь. Опасаясь указа отца-императора, он не осмеливался открыто причинять мне неприятности. Он мог только попытаться тайно подставить меня. Он намеренно хотел поставить меня в неловкое положение под видом проведения похорон ее дочери. Он также хотел вовлечь в это дело несколько ни в чем не повинных гражданских лиц.”

Сяо Цзинран внезапно поднял голову и сказал: “Не говори глупостей, девчонка!”

“Господин Сяо лучше всех знает, несу я чушь или нет. Похоронная процессия сделала крюк в две дополнительные улицы к моему особняку и остановилась там на пятнадцать минут. В результате, окружающие горожане и праздно шатающиеся зеваки, которые находились поблизости были привлечены и наблюдали за забавой в группах. Не имеет значения, признает это господин Сяо или нет, эти зеваки могут подтвердить то, что я сказала!”

“В то время перед моим особняком собралось так много людей. Я поспешно попросила своих охранников остановить их, опасаясь, что произойдет что-то неожиданное. К счастью, у меня, как у принцессы, в особняке 300 охранников. В противном случае, вероятно, для меня было бы невозможно справиться с этим хаосом”.

Сяо Цзинжань крепко стиснул зубы. Его скулы задрожали, и он внезапно сложил ладони рупором и низко поклонился Бейли Цинцану. “Ваше величество, я ваш старый подданный и я действительно был опечален. Я много лет сражался за страну, и в моей жизни есть только один сын и одна дочь. Я не ожидал, что моя прекрасная дочь внезапно лишится жизни. Я сделал это из-за минутной ярости помрачения рассудка. Я умоляю Ваше величество наказать меня за это”.

Сяо Цзинжань действительно сделал хороший ход, пойдя на уступки. Когда он понял, что у него нет возможности отрицать вину, которую он совершил, он просто признал это. Даже если бы император был в ярости в данный момент, как бы он наказал старого чиновника, который много лет сражался за страну и потерял свою дочь?

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Господин Сяо, я полагаю, все сделанное вами имеет гораздо больший смысл и последствия, нежели то, о чем мы сейчас здесь говорим”.

Сяо Цзинжань внезапно обернулся и, нахмурившись, спросил: “Почему ваше высочество так сказали?”

Министр доходов кивнул. “Ее высочество права. Никакого хаоса вообще не произошло бы, если бы мирные жители просто собирались там и наблюдали за происходящим. Хаос возник только после того, как мирные жители начали сражаться за серебряные слитки. Состояние хаоса было намеренно спровоцировано кем-то, кто намеренно выбросил серебряные слитки в толпу сверху.”

“Кто-то выбросил серебряные слитки?”

”Да". Военный министр приказал кому-то представить доказательства. “Ваше величество, я получил доказательства”.

Бейли Цинцан держал серебряный слиток в руке и долго смотрел на него. “Это всего лишь обычное серебро. У вас есть свидетели?”

“На месте происшествия царила такая паника, что свидетелей было трудно найти”.

Эти слова заставили Сяо Цзинжаня почувствовать облегчение. Его крепко сжатые кулаки медленно разжались, и напряженное выражение лица слегка расслабилось.

Бейли Цинцан сидел на троне, его брови были сильно нахмурены, когда он колебался. Если бы он осудил Сяо Цзинжаня, это зашло бы слишком далеко, поскольку гражданские лица не понесли никаких потерь от этого инцидента. Если бы он не наказал Сяо Цзинжаня, то, вероятно, это могло сыграть свою зловещую роль в будущем.

“Уважаемые министры, что вы думаете об этом инциденте?”

Присутствующие в зале официальные лица переглянулись, прежде чем по очереди высказать свое мнение.

“Ваше величество, я думаю, что этот инцидент не влечет за собой серьезных последствий, следует рассмотреть вопрос о мягком наказании”.

“Нет, хотя последствия не очень серьезны. Я считаю, что должно быть назначено суровое наказание. В противном случае кто-то, вероятно, последует его примеру в следующий раз. Если это произойдет, я боюсь, что это приведет к чрезвычайно серьезным последствиям”.

“Хотя характер инцидента отвратителен, есть некоторые случайные факторы. Кроме того, господин Сяо был в печали, так что то, что он сделал, понятно. Если на него будет наложено суровое наказание, старые чиновники могут быть несколько разочарованы”.

Чиновники горячо спорили друг с другом, но никто из них ни словом не обмолвился о том, какое наказание следует назначить. Шэнь Нинхуа опустила глаза. Она думала, что эти чиновники действительно хороши в том, чтобы улаживать дела, не обижая других. К счастью, у нее были запасные меры. В противном случае, ей было бы трудно нанести тяжелый удар по семье Сяо на этот раз.

Как раз в тот момент, когда чиновники безостановочно спорили, один евнух вошел в суматохе. “Ваше величество, настоятель храма Гуаннин сейчас находится за пределами дворца”.

«Что?» Бейли Цинцан резко встал. Чиновники немедленно прекратили свой спор и удивились, почему император отреагировал так взволнованно.

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа и слегка кивнул ей головой.

Настоятель храма Гуаннин первоначально носил фамилию Цю. До того, как стать монахом, у него была жена, которая была тетей Бейли Цинцана. Она была убита за то, что поддерживала Бейли Цинцана в восшествии на трон. После ее смерти Цю также был замешан в борьбу кланов и пострадал из-за интриг. Позже он просто сбрил волосы и стал монахом. Его дхармическое имя было Гуаншань.

Белобородый монах, одетый в касайю, медленно вошел и поклонился Бейли Цинцану.

“Учитель, пожалуйста, не церемоньтесь. Кто-нибудь, принесите место для мастера Гуаншаня!”

“Я действительно этого не заслуживаю”. Гуаншань сразу отказался.

Бейли Цинцан снова сел на свой трон, и на его лице появилось ностальгическое выражение. В мгновение ока перед его мысленным взором прошли десятилетия. Теперь при дворе было очень мало старых знакомых. “Зачем Мастер пришел сюда?”

Гуаншань посмотрел на Шэнь Нинхуа и сказал: “Я здесь из-за пропавшего монаха моего храма”.

”Монах из вашего храма?"

“Да, принцесса Чжаохуа пригласила четырех монахов из моего храма провести ритуал. Однако трое из них вернулись с серьезными травмами. Оставшийся бесследно исчез. Могу я спросить ваше высочество, где сейчас находится этот человек?”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: “Учитель, боюсь, я скажу вам печальную весть. Этот монах никогда не сможет вернуться в ваш храм”.

Выражение лица Гуаншаня изменилось, когда он закрыл глаза и пропел: “Амитабха”.

Шэнь Нинхуа подняла голову и сказала: “Отец император, похоронная процессия семьи Сяо несла гроб и разнесла ворота моего особняка, когда несколько почтенных монахов совершали ритуал на высокой платформе. Когда ворота упали, они повалили высокую платформу. Один монах скончался на месте, а трое других были серьезно ранены.”

“Такое действительно было?” Бейли Цинцан нахмурился.

Шэнь Нинхуа опустила глаза и сказала: “Я тоже такого не ожидала. Жаль, что пострадали четыре почтенных монаха. Кстати говоря, это все моя вина. Поскольку приближается день рождения мамы, последние несколько дней мне было трудно заснуть. Итак, я хотел провести ритуал для нее и помолиться о благословениях. Я не ожидала, что это доставит столько неприятнойстей”.

День рождения Цзинъяна? Да, он обычно отмечал с ней день рождения Цзинъянь…

Лицо Сяо Цзинжаня побледнело. Он не ожидал, что инцидент будет связан с храмом Гуаннин. В отличие от других, он знал об отношениях между храмом Гуаннин и Его Величеством. С этим делом стало... трудно справиться…

Все присутствующие в комнате – замерли. Наступила гробовая тишина…

Глава 186 - Снова отправляемся на охоту!

Шэнь Нинхуа тихо опустила голову и замолчала. На ее лице появилось очень безразличное выражение.

Бейли Цинцан заметила выражение ее лица. Чувство гнева вспыхнуло и начало расти в его сердце. Подумав о том факте, что Нинхуа, девушка, одиноко живущая в своем особняке, была потревожена или даже использована другими, даже когда она проводила ритуал для своей матери, он не мог не почувствовать крайнего гнева.

Имея перед собой столько доказательств, Бейли Цинцан уже сделал вывод в своем уме. Сяо Цзинжань знал, что Шэнь Нинхуа проведет ритуал. Затем он намеренно воспользовался похоронами как предлогом, чтобы нарушить ритуал. Тем временем он также воспользовался жизнями невинных людей, чтобы причинить вред Шэнь Нинхуа.

Если бы Нинхуа не отреагировала быстро и своевременно и не спасла людей, то число жертв превысило бы добрую сотню. И если бы были потеряны сотни жизней, ему пришлось бы наказать ее, независимо от того, как сильно он в ней души не чаял. Тогда хорошая репутация, которую он создал для Нинхуа, была бы разрушена.

Какая глубокая мысль! Думая об этом, гнев в глазах Бейли Цинцана стал более очевидным. “Сяо Цзинжань, как опытный чиновник, искушенный в военном деле и в юриспруденции, ты действительно совершил такой неуважительный поступок. Ты также проигнорировали людей и даже убил почтенного монаха из храма Гуаннин. Что ж, ты действительно разочаровал меня.”

Как только эти слова были произнесены, чиновники в зале, которые выступали за Сяо Цзинжаня, немедленно замолчали. Они все отпрянули, как перепела от коршуна, не смея заговорить.

Сердце Сяо Цзинжаня похолодело как лед. Его величество фактически обвинил его в посягательстве на жизнь Шэнь Нинхуа. “Ваше величество, я виновен”.

“Теперь, когда Сяо Цзинжань признал вашу вину, министр юстиции, каково ваше мнение о его наказании?”

Министр юстиции сделал еще один шаг вперед. Он долго молчал и не знал, что сказать. “Ваше величество, действительно трудно говорить об этом. И у принцессы Чжаохуа, и у лорда Сяо есть свои причины. Это...”

Бейли Цинцан с грохотом хлопнула по столу. Министр юстиции был потрясен, и все его тело дрожало.

“Ваше величество, пожалуйста, простите меня”.

“Я растил вас всех столько лет. Вы не должны стоять здесь и блеять словно овцы, произнося пустые слова. Если чиновники не могут давать советы и помогать мне управлять страной и народом, тогда какой мне смысл содержать вас всех?”

“Я виновен. Пожалуйста, простите меня, ваше величество.”

Взгляд Бейли Цинцана был холоден. “Хорошо, тогда я спрошу вас еще раз, как следует поступить с этим печальным инцидентом?”

Министр юстиции так нервничал, что его лоб покрылся холодным потом. Он быстро все обдумал и, стиснув зубы, принял решение.

“Ваше величество, я считаю, что господин Сяо должен взять на себя большую часть ответственности за этот инцидент. Но, в конце концов, это произошло по каким-то причинам и не привело к серьезным последствиям. Согласно законам, он должен быть понижен в должности на один ранг и оштрафован на сумму, равную удвоенной его годовой зарплате. Принцесса Чжаохуа должна быть вознаграждена за то, что отправила своих охранников на помощь гражданским вскоре после того, как заметила, что происходит что-то не так.”

Бейли Цинцан холодно посмотрел на чиновников, стоявших на коленях в зале. Его холодный взгляд заставил их задрожать. “Если вы не сможете принести пользу стране как должностные лица, я дарую вам милость и позволю всем вам уйти в отставку и вернуться в свой родной город”.

“Ваше величество, мы знали, что были неправы”.

“Хорошо, я подожду и посмотрю”. Бейли Цинцан думал, что если он не предупредит их, они забудут, что получили свою зарплату от суда. “Сяо Цзинжань проявил неуважение к принцессе Чжаохуа и проигнорировал безопасность гражданских лиц. Согласно законам, он должен быть наказан понижением в должности и штрафом. Однако, учитывая его вклад в безопасность династии Даан на протяжении стольких лет, он не будет понижен в должности. Он будет оштрафован на сумму, эквивалентную удвоенной его годовой зарплате. Принцесса Чжаохуа сохраняла спокойствие и спасла мирных жителей, когда произошел инцидент. Ее можно назвать образцом поведения для женщин. Таким образом, она будет вознаграждена 2 парами нефритовых руйи, 2 сосудами с золотыми бусами, 10 рулонами шелкового атласа, 100 таэлей золота и 1000 таэлей серебра”.

Шэнь Нинхуа поклонилась. “Благодарю тебя, отец император”.

Бейли Цинцан кивнул и холодно обвел взглядом окружающих чиновников. Затем он посмотрел на Гуаншаня в сторону и сказал: “Учитель, как насчет того, чтобы отдохнуть во дворце два дня?”

Гуаншань улыбнулся и покачал головой. “Я всего лишь скромный монах. Для меня лучше вернуться в Храм. Благодарю вас, ваше величество.”

Бейли Цинцан кивнул и вышел из зала Чэнцянь.

Официальные лица в зале также быстро ушли, опасаясь, что они могут быть замешаны в конфликте между принцессой Чжаохуа и семьей Сяо.

Выражение лица Сяо Цзинжаня было на удивление снисходительным. Он так долго стоял на коленях на земле, что слегка пошатнулся, когда встал. Он посмотрел на Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа, и выражение его глаз было далеким от мирного взгляда. Это было так, как будто его глаза были пропитаны ядом. “Рад за вас, ваше высочество!”

Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Я не ровня старому генералу Сяо”.

“Конечно, ваше высочество, его величество доверяет вам и души в вас не чает. Это поистине редкое благословение. Не будьте так недовольны. Лучше сдерживать себя, чтобы не потерпеть большой неудачи!”

Шэнь Нинхуа медленно подняла глаза, в ее черных глазах был ледяной холод. “Его величество - император династии Даан. С его благосклонностью ко мне я могу безо всякого страха разгуливать по стране. Даже если я упаду, всегда найдутся люди, которые бросятся вперед, чтобы помочь мне подняться”.

Шэнь Нинхуа сделала короткую паузу, прежде чем продолжить. “Я тоже хотела бы дать совет старому генералу Сяо. Всегда настанет день, когда ваши военные заслуги будут исчерпаны. Злой человек обязательно принесет разрушение самому себе. Вам лучше знать, когда остановиться и защитить себя. В противном случае вы потеряете свою удачу, перечеркнете свою судьбу в старости и принесете вред как себе, так и всей своей семье”.

Сяо Фэнцзюэ выступил вперед и сказал: “Принцесса Чжаохуа, хотя мой отец всего лишь приемный отец Чу Цзюньи, когда вы выйдете за него замуж в будущем, вам все равно придется проявлять уважение к моему отцу. Разве то, что вы только что сказали, не звучит неуважительно и достаточно слишком грубо?”

Шэнь Нинхуа скривила губы и сказала: “Разве это не невежливо для старшего бить гробом в ворота дома своего младшего? Молодой мастер Сяо действительно уверен в себе, пытаясь доказать мое уважение к вашему отцу на основании его старшинства. Оба не забывают, что наши самые важные отношения - это отношения между правителем и подданным. Мне дарован титул принцессы. Даже если старый генерал Сяо - родной отец Чу Цзюньи, он все еще подданный королевской семьи. Меня не будет волновать его отношение ко мне из-за моего великодушия. Если мне не все равно, ваша семья Сяо не может ничего делать, кроме как есть скромные пироги!”

“Ты...”

“Становится поздно, так что я не буду мешать вам двоим вернуться, чтобы продолжить похороны. Однако я надеюсь, что на этот раз ты выберешь верную дорогу и не пойдешь по ложному пути!”

Сказав эти слова, Шэнь Нинхуа стояла с ледяным выражением лица.

Чу Цзюньи сложил ладони рупором и сказал Сяо Цзинраню: “Приемный отец...”

“Заткнись!” Сяо Цзинжань взмахнул рукавами и поднял руку, чтобы влепить Чу Цзюньи пощечину.

Сяо Фэнцзюэ был шокирован и поспешно шагнул вперед, чтобы помочь Чу Цзюньи блокировать пощечину.

С размаху Сяо Цзинжань влепил Сяо Фэнцзюэ пощечину.

“Неверный сын, ты все еще помогаешь ему!”

Лицо Сяо Фэнцзюэ онемело от побоев. Но он стиснул зубы и посмотрел на Сяо Цзинжаня. “Отец, мы должны вернуться. Мы не можем больше откладывать похороны моей младшей сестры.”

Сяо Цзинжань холодно взглянул на Сяо Фэнцзюэ и Чу Цзюньи. Затем он развернулся и вышел, заложив руки за спину.

Сяо Фэнцзюэ внимательно последовал за Сяо Цзинранем и вышел из зала Чэнцянь.

Увидев, что они вдвоем уходят, Гуаншань сложил ладони рупором и пропел: “Амитабха. Теперь да пребудет с вами благословение!”

Шэнь Нинхуа повернулась и поклонилась Гуаншаню. “Спасибо вам за вашу помощь, учитель”.

“После того, как это дело будет завершено, мы двое ничего не будем должны друг другу. Благодетель, у тебя тяжелая зловещая аура. Лучше сдерживать себя”.

“Нинхуа родилась в счастливый день с большой удачей. Я могу вынести карму и противостоять зловещей ауре. Спасибо вам за вашу заботу, учитель.”

Гуаншань закрыл глаза и повертел в руках буддийские четки. “Благодетель, берегите себя”. Затем он повернулся и вышел из зала.

Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа стояли бок о бок. “Нинхуа, давай тоже вернемся”.

"Да."

Когда они вернулись в особняк, то увидели, что территория перед воротами, а также внутренний двор были убраны. Бай Руо и остальные вышли поприветствовать их. “Мисс, вы вернулись”.

“Принеси сюда немного еды”.

“Да, мисс”.

Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи сидели по бокам. Пока они ели, никто не разговаривал.

Наконец, Чу Цзюньи первым открыл рот и сказал: “Нинхуа, откуда ты знаешь мастера Гуаншаня?”

“Я случайно спасла ему жизнь. Он был у меня в долгу. На этот раз он сделал это только для того, чтобы избавиться от кармы”.

“Это тот мертвый монах, который тайно отдал Душу Мечты Сяо Хуаньси?”

"Да." Шэнь Нинхуа кивнула. “Он был оставшимся чиновником предыдущей династии. Он сбежал в храм Гуаннин и стал монахом. Эта Душа Мечты была оставлена предыдущей династией.”

Чу Цзюньи нахмурился. «Понимаю. Но как служанка из окружения Сяо Хуаньси могла знать этого монаха?”

Шэнь Нинхуа сделала короткую паузу и сказала: “Это самая странная вещь для меня. Я всегда чувствую, что дело не так просто. Похоже, что есть порочный человек, который шаг за шагом продвигает дело вперед из-за кулис”.

Бейли Аннинг ехала в одном экипаже с Шэнь Нинхуа. Она сказала с расслабленным и радостным выражением лица: “Нинхуа, последняя охотничья партия оставила у нас затяжные страхи. На этот раз мы должны хорошо провести время. Не волнуйтесь, отец император специально призвал их правильно составить план и проверить место стоянки. Несчастных случаев точно не будет”.

Шэнь Нинхуа откинулась на подушку и кивнула: “Хорошо”.

Однако причина, по которой несчастные случаи назывались несчастными случаями, была в том, что их невозможно никогда предсказать за ранее.

Шэнь Нинхуа посмотрела в окно на птиц, которые продолжали пролетать мимо. Никто не мог понять выражения ее глаз.

Все члены семьи Сяо были здесь, в этом охотничьем отряде. Ей было интересно, когда Сяо Цзинжань собирается действовать на этот раз.

“Нинхуа? Нинхуа, ты в порядке?”

Шэнь Нинхуа внезапно пришла в себя. “Я сильно задумалась , поэтому не слышала как ты меня позвала. Что случилось?”

“Ничего”. Бейли Аннинг взглянула на семью Сяо, стоявшую перед экипажем. “Знаете ли вы, что семья Сяо несет ответственность за безопасность этой охотничьей группы? Как ты думаешь, что-нибудь произойдет?”

Шэнь Нинхуа рассмеялась. “Разве не ты только что сказала, что ничего неожиданного не произойдет?”

“Отец-император тоже здесь. Должно быть, я слишком много думаю. Независимо от того, насколько смелой является семья Сяо, могут ли они открыто убить принцессу?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и ничего не ответила, но она подумала про себя: “У семьи Сяо действительно есть мужество сделать это!”

Лагерь был разбит. Пока дворцовые служанки наводили порядок в палатке, Шэнь Нинхуа вывел Цин Цюэ прогуляться.

“Младшая сестра Нинхуа, давно не виделись”.

Как только Шэнь Нинхуа вышла из палатки, она увидела Второго принца Бейли Цзиньчуаня, который был одет в королевский наряд.

“Приветствую тебя, Второй принц”.

“Разве тебе не следует называть меня вторым королевским старшим братом?”

Шэнь Нинхуа опустила глаза, чтобы скрыть свою холодность. “Второй королевский старший брат”.

Бейли Цзиньчуань пристально посмотрел на Шэнь Нинхуа, в его взгляде был нескрываемая страсть и чувство решимости заполучить ее. “Это неизбежно, что здесь есть опасность. Лучше быть более осторожным. В конце концов, за последние несколько дней ты перешла дорогу многим людям!”

“Спасибо, что напомнил мне, второй королевский старший брат. Цин Цюэ, давай вернемся.”

Бейли Цзиньчуань усмехнулся в спину Шэнь Нинхуа, и к нему подошел евнух. “Ваше высочество, все уже готово”.

Бейли Цзиньчуань принюхалась к слабому аромату, оставшемуся в воздухе, и кивнул. "Хорошо."

Чу Цзюньи прислонился к дереву. Он наблюдал сзади, как Бейли Цзиньчуань уходит. В уголках его губ мелькнула усмешка. “Лучше не желать того, что тебе не принадлежит. В противном случае тебе было бы легко отрубить руки!”

Глава 187 - Ты действительно презренный злодей!

Следующий день был очень ясным, солнце стояло высоко в небе. В лагере громко хлопали флаги, а лошади тяжело били копытами по земле, издавая волнующий звук цоканья копыт.

Бейли Цинцан ехал на высоком, чисто черном скакуне. Его лицо было полно радости. “Сегодня нет необходимости церемониться. Покажите свои навыки. Я щедро вознагражу того, кто окажется самым храбрым”.

“Да, благодарю вас, ваше величество!” Все подняли свои луки и стрелы и громко зааплодировали, особенно принцы. Они были так полны уверенности, что даже лошади, на которых они ехали, начинали беспокоиться на месте и бить копытом землю.

Бейли Цинцан вложил стрелу в свой лук, и в его глазах появилось выражение глубокой сосредоточенности. Он натягивал стрелу до тех пор, пока она не изогнулась в форме полной луны, а затем выпустил первую стрелу из этого охотничьего отряда.

“Отлично!” - раздались неподалеку поздравления. Вскоре после этого королевские стражники привели оленя, подстреленного Бейли Цинцаном. ”Ваше величество действительно мудры и доблестны!"

“Ха-ха, хорошо, теперь твоя очередь”. Когда Бейли Цинцан объявил о начале охоты, сразу же застучали копыта лошадей, и крики привели людей в восторг.

Шэнь Нинхуа ехала верхом на лошади. Холодное и безразличное выражение появилось в ее глазах, когда она посмотрела на Второго принца, который был в первых рядах. Она слегка натянула поводья и крикнула: “Вперед!”

Цин Цюэ оседлала лошадь и последовала за Шэнь Нинхуа. Они отстали от остальных, наслаждаясь по пути окружающим пейзажем, который выглядел особенно очаровательно.

Постепенно все разбрелись и по отдельности искали свою добычу в лесу.

Шэнь Нинхуа не спешила охотиться. Она просто медленно ехала на лошади. Внезапно она остановилась и посмотрела на ветку.

Перед ней появилась белка. Первоначально она хорошо стояла на ветке. Внезапно зверек спрыгнул вниз и упал на землю. Кедровые орехи в его лапах рассыпались далеко. Возможно, его так сильно испугали лошади.

“Ха-ха”. - усмехнулась Шэнь Нинхуа. “Эта белка действительно такая глупая”.

Цин Цюэ слезла с лошади. Она подняла белку и принесла ее Шэнь Нинхуа. “Мисс, если вам это нравится, возьмите еео обратно и поднимите на дерево”.

Шэнь Нинхуа коснулась пушистых ушей белки. “Она живет в дикой природе. Как она может приспособиться к жизни в клетке? Забудь об этом, позволь белке вернуться в свой дом”.

Когда она как раз собиралась передать белку Цин Цюэ, зверека внезапно прыгнул на голову лошади и с яростным визгом вцепилась зубами прямо в глаз лошади!

Шэнь Нинхуа была изумлена происшедшим и подсознательно натянула поводья. Как и ожидалось, в следующую секунду лошадь пронзительно заржала, после чего подняла передние копыта и быстро поскакала к лесу.

“Мисс!”

Цин Цюэ испуганно вскрикнула, тут же оседлала лошадь и погналась за ней.

Чу Цзюньи тайно наблюдал за передвижениями Шэнь Нинхуа. Увидев, что с ней что-то случилось, он немедленно развернул лошадь и погнался за ней.

Ветер у ее ушей был холодным, и от этого дуновения у нее заболели щеки. Шэнь Нинхуа крепко обхватила живот лошади ногами. Она так крепко сжимала поводья в руках, что у нее ужасно болели ладони. В нос ей ударил слабый запах крови. Она знала, что ладони были натерты поводьями, но не осмеливалась ослабить хватку. Если бы она упала с лошади в это время, все кости в ее теле были бы сломаны. Кроме того, земля была усыпана камнями и засохшими ветками, так что она могла немедленно умереть, если бы ей не повезло.

Чу Цзюньи плотно сжал губы и продолжал пришпоривать лошадь, на которой ехал. Однако из-за того, что он слишком сильно отстал, он не мог догнать ее. “Иди! Иди! Нинхуа! Держись за поводья!”

Бейли Цзиньчуань ехал на лошади впереди всех остальных, когда увидел красную вспышку в глубине леса. Его глаза внезапно засияли. Он крикнул: “Там лось!” Затем он развернул коня и поскакал в лес, быстро оставив стражников позади.

Незаметный охранник спрыгнул с дерева с белкой в руках. “Учитель, все уже готово”.

“Хорошо, как и планировалось, я пойду за принцессой Чжаохуа. Вы, ребята, должны остановиться и убить Чу Цзюньи и Цин Цюэ на дороге. Вы ни в коем случае не можете позволить им двоим покинуть лес живыми!”

“Да, хозяин”.

Лес становился все гуще по мере того, как лошадь бежала. Сердце Шэнь Нинхуа колотилось все сильнее. Из-за того, что она так сильно напрягала свои силы, мышцы на ее руках онемели, и теперь ее ладони превратились в месиво из крови и плоти.

Чу Цзюньи продолжал пришпоривать своего коня. Но скорость лошади становилась все медленнее и медленнее. Паника и беспокойство крепко сжали его сердце. Внезапно он услышал пронзительный звук. Он повернулся и резко наклонился. Острая стрела задела его спину и улетела прочь.

Зрачки Чу Цзюньи снова сузились. Если бы он вовремя не увернулся, стрела попала бы ему в спину.

Стрела, казалось, посылала сигнал. То, что последовало за этим, было плотным дождем стрел, летящих в сторону Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи вытащил свой меч и быстро взмахнул им, чтобы защитить свое тело. Однако его лошади повезло меньше. Конь был пронзен огромным количеством стрел и выглядел как дикобраз. Издав два предсмертных хрипа, конь безжизненно упал на землю.

Сквозь плотный дождь стрел Чу Цзюньи посмотрел в ту сторону, где исчезла Нинхуа. В его глазах промелькнуло сильное намерение убить. Эти люди должны умереть!

Лошадь Шэнь Нинхуа была настолько неуправляемой, что не проявляла никаких признаков усталости, пока не пробежала около двух часов. Шэнь Нинхуа медленно вздохнул с облегчением и попытался остановить лошадь. Однако внезапно из ниоткуда вылетела стрела и попала прямо в лоб лошади.

Лошадь захрипела и мгновенно остановилась. Это стало причиной того, что Шэнь Нинхуа была стремительно сброшена слошади и улетела вперед по инерции.

Как раз в тот момент, когда она крепко стиснула зубы и приготовилась к сильному столкновению, она вдруг почувствовала, что кто-то остановил ее и обнял.

“Нинхуа, ты в порядке?”

Шэнь Нинхуа слегка запыхалась и, подняв глаза, увидела Бейли Цзиньчуань, которая с беспокойством смотрела на нее. “Второй принц?”

“Да, я просто охотился на лося. Я не ожидал увидеть, как твоя лошадь потеряет контроль. Я поспешно поскакал вперед, чтобы помочь тебе. Это здорово, что с тобой все в порядке”.

Шэнь Нинхуа оттолкнула его и нахмурилась, глядя на мертвую лошадь на земле. Слабый огонек мелькнул в ее глазах. “Благодарю вас, ваше высочество”.

“Нет проблем”. Бейли Цзиньчуань слабо улыбнулся, как будто не заметил намеренного отчуждения Шэнь Нинхуа. Когда он опустил голову и посмотрел на ее руку, его лицо было полно беспокойства. “Нинхуа, ты ранена?”

Затем он достал из кармана флакон с Золотым лекарством от боли и сказал: “У меня здесь есть лекарственный порошок. Ты можешь им воспользоваться. Давай сначала найдем место для отдыха, и я перевяжу твои раны за тебя.”

Шэнь Нинхуа снова просунула онемевшую руку в рукава. “Второй принц, спасибо за вашу доброту. Моя горничная скоро должна прибыть сюда. Для меня лучше стоять здесь и ждать”.

Бейли Цзиньчуань слегка вздохнул. “Нинхуа, я знаю, что в твоем сердце все еще есть обида на меня. Но после долгого периода размышлений я осознал свою ошибку. Теперь я отношусь к тебе как к своей младшей сестре. Как твой старший брат, я просто хочу дать тебе немного лекарства, так как я вижу, что ты ранена. Неужели простая братская забота вызывает у тебя подозрения?”

Выражение лица Шэнь Нинхуа ничуть не изменилось. “Это здорово, что ваше высочество продумали все до конца. Однако вы также знали, что у меня была серьезная болезнь и я провел более полугода на загородной вилле. Хотя я оправилась от болезни, я больше не могу принимать некоторые виды лекарств. Так что спасибо вам за вашу доброту”.

Видя, что Шэнь Нинхуа все еще не передумала, Бейли Цзиньчуань глубоко вздохнул. Внезапно он закатал рукав, достал кинжал и полоснул им по своей руке. Мгновенно потекла кровь. Ему было совершенно все равно. Он достал лекарственный порошок и посыпал им рану. “Нинхуа, этот лекарственный порошок очень эффективен при лечении ран. Ваши ладони были серьезно повреждены. Если ты не будешь лечить их немедленно, ты будешь страдать в будущем”.

Глаза Шэнь Нинхуа задвигались, когда она протянула свои окровавленные пальцы.

Бейли Цзиньчуань сурово нахмурился. Он хотел помочь ей нанести пудру. Но Шэнь Нинхуа увернулся от него и сказал: “Я могу сделать это сама”.

Шэнь Нинхуа сразу же взяла флакон и насыпала немного лекарственного порошка на свои раны. Ее движения были очень легкими и плавными, как будто ран на ее руках вообще не существовало.

В этот момент Чу Цзюньи и Цин Цюэ все еще сражались под дождем стрел. Стрелы рядом с ними уже образовали плотный слой на земле. Однако в них все еще летели стрелы. В руку Цин Цюэ попала стрела, и ее лицо сильно побледнело. Она крепко стиснула зубы и изо всех сил старалась держаться.

Стрелы были отравлены.

Чу Цзюньи внезапно схватил стрелу и бросил ее обратно в кусты. Сразу же послышался приглушенный звук. Вспышка онемения внезапно возникла в его ладони. Чу Цзюньи стиснул зубы. Какой порочный план. Вся стрела была отравлена. Какой порочный ум!

Он достал из сумочки одну таблетку противоядия, которую дал ему Шэнь Нинхуа, и засунул ее в рот. Затем он схватил стрелу с земли и бросил ее туда, откуда она была выпущена.

Час спустя Чу Цзюньи тяжело дышал. Пробежав некоторое время, он увидел осажденную Цин Цюэ. Он вытащил свой меч из-за пояса и сразу же вступил в бой.

К тому времени, как они уничтожили скрытных охранников, прошло около двух часов.

Чу Цзюньи дал Цин Цюэ таблетку противоядия. “В каком направлении пошел Нинхуа?”

“Восток!”

“Возвращайся и попроси о помощи. Лучше привести его величество в чувство.”

“Да, я понимаю”.

Отдохнув на обочине около двух часов, Шэнь Нинхуа немного пришла в себя в своей онемевшей руке. Она осторожно вытащила золотую иглу из края рукава и с большой осторожностью спрятала ее.

Во второй половине дня, когда солнце померкло, лес стал тише и темнее. Бейли Цзиньчуань развел костер. Он поймал кролика и поджарил его на костре.

“Нинхуа, ночью роса обильная.Тебе следует наклониться поближе к огню, чтобы ты могла согреться и отогнать змей, червей и муравьев.”

“Я в порядке”. Шэнь Нинхуа не могла не нахмуриться, так как ей все больше хотелось спать.

“Нинхуа, если ты хочешь спать, поспи немного”.

Шэнь Нинхуа внезапно подняла голову, но ее тело было чрезвычайно слабым. Она внезапно упала вперед.

Бейли Цзиньчуань поймал ее, и в его глазах появилась улыбка. “Нинхуа, что случилось?”

Шэнь Нинхуа яростно прикусила кончик языка. “Когда ты успел что-то подмешать мне?”

“Когда я только что развел этот костер. Я подбрасываю в огонь немного благовоний, которые могут вызвать у людей сонливость. А ты находишься как раз с подветренной стороны от огня.”

”Бейли Цзиньчуань, ты действительно отвратителен!"

“Я делаю это для твоего блага. Чу Цзюньи, должно быть, теперь превратился в труп в пустыне. Он больше не может жениться на тебе.” Бейли Цзиньчуань поднял руку и погладил Шэнь Нинхуа по лицу. След увлечения промелькнул в его глазах.

Пламя гнева вспыхнуло в ее глазах. В свете костра ее красивое лицо становилось все более изысканным и очаровательным. В этот момент ее красное платье для верховой езды было подобно сгустку очаровательного пламени, манящего его придвинуться к ней ближе, даже если бы он уподобился мотыльку, бросающемуся в пламя.

“Нинхуа, на этот раз я все продумал. Твоя лошадь понесла. Я спас тебя, когда случайно встретил. Но обе лошади были потеряны. Так что нам оставалось только переночевать в лесу. Однако лес был полон опасностей. Ночью мы столкнулись со стаей волков. Таким образом, ты была ранена, поэтому мне пришлось снять с тебя одежду и обработать твои раны...”

Шэнь Нинхуа усмехнулась, и ее глаза были полны насмешки. “Бейли Цзиньчуань, ты действительно презренный негодяй!”

Бейли Цзиньчуань усмехнулся. “Пока я могу заполучить тебя, мне все равно кем ты считаешь меня. И мне все равно каким способом я заполучу тебя. Абсолютно все равно…"

Глава 188 - Больше всего я ненавижу людей, угрожающих мне!

Шэнь Нинхуа крепко сжала золотую иглу в руке, чувствуя, как ее зрение становится все более и более расплывчатым. “Второй принц, ты только что сказал, что хочешь быть моим братом”.

“Да, я так говорил. Минуту назад я хотел быть твоим братом, но это не значит, что я все еще хочу быть твоим братом в этот момент”. Бейли Цзиньчуань, казалось, наслаждался беспомощной борьбой Шэнь Нинхуа в его объятиях. На его лице, которое всегда было холодным, играла довольная улыбка, когда он непрерывно касался лица Шэнь Нинхуа, проводил своими пальцами по ее щекам и губам. Его касания были легкими и нежными. Но не смотря на почти невесомые прикосновения, девушку охватило чувство брезгливости и омерзения.

“Даже если вы хотите использовать меня таким способом, как только я обрету свободу, я немедленно покончу с собой. Тогда вы можете просто встретиться лицом к лицу с одинокой могилой”. Глаза Шэнь Нинхуа были полны решимости, ее голос прозвучал твердо, без малейших колебаний или дрожи.

Бейли Цзиньчуань усмехнулся. Он опустил голову и приблизился к шее Шэнь Нинхуа. Он глубоко вздохнул: ”Нинхуа, ты думаешь, я тебя совсем не понимаю?"

Шэнь Нинхуа крепче сжала иглу и, воспользовавшись моментом, когда он приблизился, внезапно подняла руку и резким движением попыталась вонзить золотую иглу ему в шею…

В глазах Бейли Цзиньчуаня вспыхнул яркий всполох. Он крепко схватил Шэнь Нинхуа за запястье и аккуратно взял золотую иглу из ее руки, чтобы затем бросить ее на землю. “Смотри, точно так же, как то, что ты делаешь сейчас. Даже если ты находишься на пределе своих возможностей, ты все равно пытаешься защитить себя вместо того, чтобы совершать самоубийство. Нинхуа, я же прав?”

Бейли Цзиньчуань поднял руку, чтобы ущипнуть ее за подбородок, и достал из-под одежды фарфоровую бутылочку. “Нинхуа, разве это не хорошо, что ты выбрала меня? Если ты выйдешь за меня замуж, то сможешь напрямую стать законной женой сына императора. Тогда с моим авторитетом в армии и благосклонностью отца-императора к тебе мы вдвоем наверняка получим верховный трон.”

“Верховный трон?” Шэнь Нинхуа усмехнулась: “Бейли Цзиньчуань, после всего, что ты со мной сделал, ты никогда не получишь этот трон!”

“Хе-хе, Нинхуа, знаешь что? Это то, что мне больше всего в тебе нравится. Ты выглядишь как превосходный феникс, мерцающий золотым пламенем повсюду. Ты такой надменный и самонадеянный. Я чувствую себя чрезвычайно счастливым, когда думаю, что могу вот так подчинить тебя своим желаниям и своей воле”.

Пока Бейли Цзиньчуань говорил, ему хотелось силой открыть рот Шэнь Нинхуа и влить ей в рот фарфоровую бутылочку с лекарством. Этот фарфоровый флакон был наполнен афродизиаком, который позволил пробудить в девушке огромное сексуальное желание…

Шэнь Нинхуа крепко стиснула зубы, и жажда убийства в ее глазах становилась все более и более сильной.

Бейли Цзиньчуань усмехнулся и с силой приоткрыл ее рот. Его пальцы оставили синие синяки на прекрасном лице девушки, которые невозможно было скрыть или объяснить какими-то естественными причинами.

“Нинхуа, не бойся. Я как сейчас так и в будущем буду хорошо относиться к тебе”.

Шэнь Нинхуа скривила уголки губ и перевела взгляд на руку Бейли Цзиньчуань.

Внезапно Бейли Цзиньчуань почувствовал, как все потемнело у него перед глазами. Фарфоровая бутылка в его руке с грохотом упала на землю. Он опустил голову и посмотрел на свою правую руку, которая почернела от пальцев до предплечья. Он ничего не почувствовал, когда прикоснулся к своей руке. “Когда ты меня успела отравить?”

Шэнь Нинхуа проигнорировала его вопрос и использовала всю свою силу, чтобы вырваться из его сильных объятий. Затем она протянула руку, взяла сломанную золотую иглу и уколола ею себя, кончики своих пальцев. Сильная боль заставила ее немедленно протрезветь.

“Бейли Цзиньчуань, позволь мне преподать тебе сегодня еще один урок. Помните, в будущем, когда вы захотите что-то сделать, вы должны делать это быстро и успешно. Никогда не хвастайтесь своим умом, как вы это сделали только что, потому что ум может превзойти сам себя!”

За короткий промежуток времени ситуация Шэнь Нинхуа и Бейли Цзиньчуаня полностью изменилась на противоположную. Теперь настала его очередь лежать на земле. “Нинхуа, я просто пошутил с тобой. Не принимай это всерьез”.

Шэнь Нинхуа усмехнулась и достала маленькую таблетку из потайного кармана своего рукава. Она заставила его открыть рот и вложила ему эту таблетку. Затем она взяла кинжал и нанесла несколько ран на его конечностях. Сразу же распространился запах крови. “Ваше высочество, больше всего я ненавижу, когда люди шутят со мной”.

“Нинхуа, что ты хочешь сделать? Ты действительно собираешься убить меня?”

“Нет, я не тот человек, кто убьет тебя. Это стая волков в лесу. Вы случайно получаете травму во время охоты, и тогда запах крови привлекает стаю волков. Так что ты умрешь, не оставив трупа”.

“Шэнь Нинхуа, как ты смеешь!”

“А почему бы мне не осмелиться сделать это?”

Бейли Цзиньчуань почувствовал, что его зрение потеряло фокус, очертания предметов стали размытыми. Он полагался исключительно на свою сильную силу воли, чтобы удержаться от обморока. “Шэнь Нинхуа, я сын императора. Если я умру...”

Прежде чем он успел договорить, Чу Цзюньи внезапно выскочил из леса. Он яростно пронзил бедро Бейли Цзиньчуаня длинным мечом, который держал в руке, и сильная боль заставила последнего потерять сознание.

Голос Чу Цзюньи был холоден как лед: “Ты сын императора, но если ты умрешь, ты станешь никем!”

Чрезвычайно напряженные нервы Шэнь Нинхуа внезапно расслабились, и она пошатнулась, прежде чем упасть в объятия Чу Цзюньи. “Чу Цзюньи, наконец-то ты здесь”.

Чу Цзюньи отшвырнул Бейли Цзиньчуаня в сторону и тут же заключил Шэнь Нинхуа в объятия: “Нинхуа, прости, что опоздал”.

“Нет, еще не поздно”.

Чу Цзюньи нахмурился и осторожно откинул мокрые от пота волосы Шэнь Нинхуа. Темно-синие синяки появились прямо перед его глазами, заставив его зрачки резко сузиться. Убийственный взгляд в его глазах становился все сильнее, когда он смотрел на Бейли Цзиньчуаня. “Нинхуа, не волнуйся, я заставлю его заплатить за это!”

Бережно поддерживая Шэнь Нинхуа, он подвел ее к дереву и усадил на чистое место. Затем он подошел к Бейли Цзиньчуаню, вытащил меч, вонзенный ему в бедро, достал нефритовую подвеску с вырезанным драконом и тщательно спрятал ее в кустах. Наконец, он бросил меч, который только что выхватил у убийц, рядом с Бейли Цзиньчуанем.

Проделав все это, Чу Цзюньи взял кинжал и внезапно разрезал свою собственную одежду на руке и груди. Кончик кинжала рассек его кожу. Он сделал небольшой надрез, отчего раны на его коже выглядели исключительно устрашающе, но на самом деле это не причинило ему сильной боли.

Затем он достал пыльцу вечерней груши и изо всех сил швырнул узелок с пыльцой как можно дальше. Вскоре после этого из леса донесся рев диких зверей.

Цин Цюэ подняла свою раненую руку и вернулась в лагерь. Увидев, что она в таком состоянии, Бейли Аннинг так сильно испугалась, что у нее сразу же возникло дурное предчувствие. Она поспешно послала стражников доложить императору.

Услышав, что с Шэнь Нинхуа что-то случилось, Бейли Цинцан развернул своего коня и помчался в глубь леса.

Когда они прибыли, то увидели, что Шэнь Нинхуа была без сознания, а Чу Цзюньи пытался бороться.

Охранники поспешно двинулись вперед, чтобы помешать Бейли Цинцану идти дальше.

Бейли Цинцан холодно приказал: “Спасите принцессу и ее будущего мужа!”

Стражи порядка немедленно присоединились к охоте на диких зверей. После того, как Бейли Аннинг прибыла на своей лошади, она испуганно вскрикнула и указала на место, где собралось много диких зверей. “Это Второй брат!”

Выражение лица Бейли Цинцана изменилось. Он ненавидел своих сыновей за захват власти, но не хотел терять Второго принца. “Кто-нибудь, спасите Второго принца!”

Многие охранники были ранены, но, в конце концов, им все же удалось уничтожить зверей более чем через полчаса. Чу Цзюньи наклонился и поднял Шэнь Нинхуа. Он перешагнул через трупы и подошел к Бейли Цинцану. “Ваше величество, пожалуйста, попросите императорского врача осмотреть принцессу”.

Не нуждаясь в приказах императора, доктор Чэнь сразу же направился вперед, чтобы проверить пульс Шэнь Нинхуа. Он внезапно был потрясен: “Была ли она одурманена благовониями, которые могут вызвать у людей сонливость?”

Чу Цзюньи намекнул ему: “Доктор Чэнь, только что принцесса была ранена волком и сразу упала в обморок. С ней все в порядке?”

Выражение глаз Чэнь Юня слегка изменилось. “Ваше величество, ее высочество страдает от внутренних повреждений. Лучше отправить ее обратно в палатку, чтобы она немного отдохнула.”

“Хорошо, стражники, сначала проводите принцессу обратно в лагерь!”

Чу Цзюньи ушел вместе с Шэнь Нинхуа. Бейли Цинцан обратил на это внимание, но ничего не сказал.

Когда Бейли Цзиньчуань был осмотрен, то было видно, что он сильно травмирован, а его одежда почти пропиталась кровью. “Ах… Раны такие серьезные!”

Сяо Цзинжань прищурил глаза, наблюдая за происходящим перед ним, и нахмурился: “Ваше величество, раны на его высочестве были вызваны не только укусами диких зверей, были также некоторые раны от меча, нанесенные людьми!”

Выражение лица Бейли Цинцана внезапно стало серьезным: “Раны от меча? Так вы говорите, что причина, по которой Второй принц стал таким, скорее всего, из-за тайного убийства?”

Думая о Чу Цзюньи, который только что ушел, Бейли Цинцан в глубине души отрицал такую возможность. У них двоих не было никаких обид или вражды друг к другу. Чу Цзюньи не было никакой необходимости идти на такой большой риск. Более того, поблизости было так много диких зверей, что ему не нужно было рубить Бейли Цзиньчуаня своим мечом.

Тогда кто бы это мог быть?

Чэнь Юнь проверил пульс Второго принца и нахмурился. “Докладывая вашему величеству, его высочество весь покрыт ранами. Четыре самых серьезных ранения у него на конечностях.”

“Есть еще какие-нибудь зацепки?”

Внезапно к нам подбежал охранник с небольшим предметом в руке: “Ваше величество, я нашел в кустах нефритовую подвеску”.

Когда Бейли Цзиньчуань увидел предмет в руке евнуха, выражение его лица резко изменилось. Рисунок дракона на нем был точно таким же, как на вилле Панлонг!

Он не мог не вспомнить, что сказал захваченный в плен человек – это был наемный убийца, идущий до конца. Он сказал, что хозяин виллы Панлонг был членом королевской семьи, чья фамилия также была Бейли.

“Докладываю! Докладываю, Ваше величество, мы нашли в лесу большое количество трупов людей в черном!”

Решительные губы Бейли Цинцан сжались в прямую линию. Гнев в его глазах был подобен ночному небу перед бурей. “Верни Второго принца обратно. Скажи всем, чтобы возвращались в лагерь. На этот раз я должен провести четкое расследование!”

Поскольку хозяин виллы Панлонг был членом королевской семьи, даже если ему нужно было перевернуть королевский дворец вверх дном, он должен был найти его!

Шэнь Нинхуа все это время был без сознания. Чу Цзюньи хорошо заботился о ней. Бейли Цинцан ничего не сказал об этом. Поэтому, естественно, никто другой не осмелился бы сплетничать о них. Они вдвоем спрятались в палатке и полностью избежали ночной бури.

На следующий день, вскоре после того, как Шэнь Нинхуа проснулась, она услышала шум за пределами палатки. Патрулирующие солдаты входили и выходили из палатки. Звон доспехов, когда солдаты проходили мимо, звучало очень пугающе.

“Что происходит?”

“Нинхуа, ты проснулась. Сначала встань и выпей немного воды.” Увидев, что Шэнь Нинхуа проснулся, Чу Цзюньи пришел в восторг. Он поспешно и осторожно помог ей подняться и дал немного воды.

Шэнь Нинхуа выпила больше половины кружки воды, прежде чем покачать головой: “Что происходит снаружи?”

Чу Цзюньи скривил губы и помог подложить ей под спину подушку, прежде чем прищурить глаза и ответить: “Его величество расследовал некоторые вещи о вилле Панлонг и теперь сердится!”

В палатке немного поодаль Байли Цзиндзе сидел прямо на стуле и чувствовал себя неловко, услышав слово “Панлонг”, его пальцы постоянно поглаживали спинку стула. “Почему это...”

Прежде чем Бейли Цзиндзе успел закончить фразу, охранники ворвались в палатку и окружили его!

“Как ты смеешь! Что ты делаешь?”

Начальник столичной стражи слегка сложил ладони рупором и сказал: “Ваше высочество, извините, что я вас обидел. Но я здесь, чтобы задержать вас по приказу Его Величества!”

“Задержать меня? Зачем отцу-императору отдавать такой приказ? Отпусти меня, быстро, отпусти меня!”

Стража молча окружила принца. Их лица ничего не выражали, как и их глаза. Но всем было понятно, что каждый из стражников немедленно применит оружие против принца, в случае его неповиновения.

Принц молча смотрел на стражу…

Глава 189 - Имел чистую совесть

Начальник столичной стражи с улыбкой сказал: “Ваше высочество, не волнуйтесь. Я пришел временно задержать вас по приказу Его Величества. Пожалуйста, следуйте за мной, чтобы увидеть Его Величество сейчас. Пожалуйста, простите меня за мою грубость, ваше высочество!”

Бейли Цзиндзе внезапно махнул рукой, чтобы уйти от охранника, сопровождавшего его сзади, его глаза наполнились нетерпением. “Лорд-губернатор Столичной стражи, вы обладаете такой впечатляющей силой”.

Начальник Столичной стражи продолжал улыбаться. Он опустил голову и сложил руки чашечкой, говоря: “Я не смею, чтобы вы так меня хвалили, ваше высочество. Пожалуйста, пойдем со мной”.

“Я могу идти сам”.

Бейли Цзинцзе медленно направился к палатке Бейли Цинцана. Однако он размышлял над различными мыслями, которые были у него в голове. Отец-император не стал бы искать его без причины. На этот раз определенно было что-то связанное с ним, и он, должно быть, глубоко погряз в каком-то нехорошем деле или истории…

Когда охота началась этим утром, все по-прежнему было в порядке. Позже отец Император вернулся в лагерь заранее, потому что что-то случилось с Шэнь Нинхуа и остальными. Так что это должно быть как-то связано с тем, что случилось с Шэнь Нинхуа. Однако ни один из его людей еще не предпринял никаких действий. Несмотря ни на что, они не должны были найти ничего, связанного с ним.

Другими словами, кто-то намеренно подставил его и переложил вину на других?

Огонек в глазах Бейли Цзиндзе постоянно мерцал. К тому времени, когда он подошел ко входу в палатку Бейли Цинцана, выражение его лица вернулось к нормальному. С легким замешательством он раздвинул занавеску и вошел.

Как только он вошел в палатку, на него обрушилось непреодолимое давление, такой гнетущей была атмосфера. Бейли Цзиндзе внезапно был шокирован. Такого рода сцена означала, что дело определенно было серьезным. Он слышал, что Бейли Цзиньчуань тоже был ранен. Может быть, кто-то умер от тяжелых травм?

Бейли Цинцан посмотрел на своего пятого сына, который вошел и продолжал прищуривать и открывать глаза. Вены на его лбу были едва заметны. Действительно ли этот нежнейший сын был таким честолюбивым и смелым, как он себе представлял?

Всего за несколько коротких шагов Бейли Цзиндзе почувствовал, как его спина покрылась холодным потом. Его сердце бешено колотилось, но выражение лица было спокойным. “Приветствую отца-императора”.

После минутного молчания Бейли Цинцан сказал: “Вы слышали, что Бейли Цзиньчуань, Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи столкнулись сегодня с убийством?”

“Докладываю отцу императору, я слышал об этом”.

“Они попали в засаду. По пути на них напало около сотни убийц, которые нанесли серьезные ранения Цзиньчуаню и Чу Цзюньи. Нинхуа также была ранена и чуть не лишилась жизни. Ты знал об этом?”

Брови Бейли Цзиндзе дернулись. “Я слышал, что Второй королевский старший брат и принцесса Чжаохуа были серьезно ранены. Но я не уверен в деталях.”

Бейли Цинцан прищурил глаза и серьезно посмотрел на Бейли Цзинцзе. “Ты должны быть осведомлен и хорошо знаешь насчет виллы Панлонг, верно?”

Зрачки Бейли Цзиндзе внезапно сузились, и он не смог сдержать дрожь.

Увидев его необычное выражение лица, глаза Бейли Цинцана засияли резким светом. Он действительно был связан с виллой Панлонг!

“Отец император, я встречался только с людьми жертвоприношения с виллы Панлонг. Что касается всего остального, я не знаю. Были ли люди с виллы Панлонг среди убийц, которые на этот раз устроили засаду на Второго королевского старшего брата?”

“Убийство было совершено виллой Панлонг!”

“Отец император, тогда мы должны провести тщательное расследование и добиться справедливости для Второго Старшего брата Королевской семьи и Нинхуа”. Бейли Цзиндзе опустил голову и сложил ладони на груди в почтительном поклоне.

“Цзиндзе, я помню, что у тебя самый мягкий характер и сдержанный темперамент, и ты меньше всего любишь драться среди моих сыновей. Я думал, что когда я отрекусь от престола в будущем, я определенно устрою все заранее, чтобы гарантировать, что ты будешь комфортно жить как праздный и богатый принц.”

Бейли Цзиндзе поднял голову, его глаза наполнились нахлынувшими эмоциями. ”Отец император..."

“Твоя мать происходила из скромной семьи, но она была чрезвычайно хорошей женщиной. Она была дворцовой служанкой, но у нее был сильный характер. Когда-то я обещал выпустить ее из дворца, но случайно она оказалась беременна тобой. Вот почему я позволил ей остаться во дворце. Однако я не ожидал, что в конце концов она внезапно умрет. Когда дело доходит до этого, я действительно в долгу перед тобой и твоей матерью”.

Бейли Цзиндзе крепко сжал кулаки, и волна горечи поднялась в его сердце. Происхождение его матери всегда рассматривалось им как пятно, и большинство людей редко упоминали об этом в его присутствии. Он никак не ожидал, что отец-император упомянет об этом сегодня.

“Я никогда раньше не видела свою мать, но слышала от служанки, что она очень хорошо ко мне относилась”.

Бейли Цинцан кивнул. Холод в его глазах становился все более и более очевидным. “Да, твоя мать действительно была очень добра к тебе. К сожалению, ты не унаследовала ни одного из достоинств своей матери!”

“Отец-император?”

“Бейли Цзиндзе, я действительно не ожидал, что ты так глубоко спрячешь свою истинную природу. Как благородный принц королевской семьи, ты на самом деле являлся тайным хозяином виллы Панлонг. И ты тайно собирал солдат и делал оружие… Что ты хочешь сделать? Ты собираешься убить монарха и захватить трон?”

Глаза Бейли Цинцана были полны ярости, как у разъяренного льва, который поклялся разорвать всех агрессоров на куски.

Бейли Цзиндзе почувствовал боль на щеках, когда император окинул его взглядом. Он быстро опустился на колени, его лицо было бледным. “Отец император, я уважаю тебя как небесное божество. Я не смею проявить ни малейшего неуважения. Как бы я мог поступить так предательски? Хозяин виллы Панлонг? Что это такое? Я не имею никакого отношения ни к какой вилле! Отец император, пожалуйста, расследуйте!”

Инцидент с виллой Панлонг продолжался так долго. Как можно было бы снова поднять этот вопрос? Должно быть, кто-то что-то заметил и намеренно снова сделал это достоянием общественности. Кто именно это был? Бейли Цзиньчуань или Шэнь Нинхуа?

Можно сказать, что отношения между ним и виллой Панлонг были чрезвычайно секретными. Любого, кто мог бы расследовать это дело, также можно было бы назвать очень могущественным. По логике вещей, это должен был быть Бейли Цзиньчуань, но по какой-то причине первым, кто возник у него в голове, на самом деле была Шэнь Нинхуа!

“Расследовать?” Бейли Цинцан усмехнулся и бросил нефритовый кулон на стол. Бейли Цзиндзе поспешно поймал его.

“Тогда скажи мне, почему на нефритовой подвеске виллы Панлонг золотая нить из твоей одежды?”

Бейли Цзиндзе в глубине души нервничал до крайности. На его лице выступили капли холодного пота. Он почти не мог удержаться от дрожи. ”Отец император, золотая нить..."

“Что, ты собираешься сказать, что золотая нить не с твоей одежды? Действительно, ты не единственный принц, чья одежда инкрустирована золотыми нитями. К сожалению, ты единственный, у кого из одежды выдернута золотая нить!”

Бейли Цзиндзе посмотрел на одежду, которую принес евнух, и почувствовал, что это бесполезно, что бы он ни объяснял. Нефритовый кулон принадлежал ему. Но он бережно хранил его все это время и никогда не надевал. Откуда бы у него взялась золотая нить с одежды?

“Отец император, я действительно не знаю. Должно быть, кто-то меня подставил. Пожалуйста, расследуйте, отец император.” Что он мог сейчас сделать, так это только отказаться признать это.

Бейли Цинцан нахмурил брови и почувствовал острую боль во лбу. “Стража, отведите Пятого принца обратно в его палатку. Ему не разрешается покидать палатку ни на полшага без моего приказа. Никому не разрешается навещать его. Собирайся, и завтра мы вернемся во дворец.”

Спустя долгое время шум, наконец, сменился тишиной. Шэнь Нинхуа навострила уши и некоторое время прислушивалась, затем нахмурилась и спросила: “Как ты думаешь, что сделает отец-император, чтобы наказать Бейли Цзиндзе?”

Чу Цзюньи приложила лекарство к ранам на ее руке. Затем он завернул ее руку в марлю. После этого он испачкал марлю небольшим количеством крови, так что казалось, что из раны сочится кровь. “Хотя император с годами стал менее энергичным, он не безрассудный монарх. Он будет зол из-за того, что мы столкнулись с убийством, и он также найдет способ расследовать виллу Панлонг, но в его сердце должны быть сомнения, если мы скажем ему, что Бейли Цзиндзе является организатором всего этого”.

Шэнь Нинхуа кивнула: “Поскольку нельзя быть полностью уверенным, отец-император, вероятно, ничего не сделает Бейли Цзиндзе. Вероятно, он будет временно заключен в тюрьму. Если отец-император не сможет найти более веских доказательств, то он может твердо поверить, что Бейли Цзиндзе подставили.”

“Это верно. Хотя император всегда обращал внимание на Уголовные уложения и строго обращался с чиновниками, Бейли Цзиндзе по-прежнему является его родным сыном. Кроме того, Пятый принц всегда был самым мягким и наименее амбициозным принцем, император вполне может поверить, что его подставили.”

“Поскольку это так, мы должны предложить ему немного доказательств”.

Чу Цзюньи слегка улыбнулся и передал чашу Шэнь Нинхуа. Он скользнул взглядом по ее бледному лицу и темно-синим синякам на подбородке. Холодный свет засиял в его сердце. “Нинхуа, я сказал, что позволю ему заплатить за это, так что предоставь остальное мне. Не волнуйся.”

Шэнь Нинхуа на мгновение замолчала и слегка кивнула. “Хорошо, но ты не должен заходить слишком далеко. Зайти слишком далеко так же плохо, как зайти недостаточно далеко”.

“Я понимаю”.

На следующий день, как только Шэнь Нинхуа открыла глаза, вошла Цин Цюэ и доложила: “Мисс, Второй принц проснулся и снова упал в обморок”.

“Проснулся и снова потерял сознание?”

“Да, говорят, что после того, как он проснулся, он обнаружил, что сухожилия на его правой руке были повреждены, и он не сможет натянуть лук или использовать меч, поэтому он снова потерял сознание от того, что не выдержал стимуляции”.

Шэнь Нинхуа сделала паузу, затем в ее глазах мелькнула холодная улыбка: “Хорошо, я знаю. Поскольку его высочество проснулся, мне тоже пора просыпаться. Цин Цюэ, помоги мне переодеться. Я пойду засвидетельствовать почтение отцу-императору.”

Переодевшись, Шэнь Нинхуа только что помогли выйти из палатки, и она встретила Бейли Аннинг, которая шла к ней. Она остановилась.

“Принцесса Аннинг?”

Бейли Аннинг тоже на мгновение была ошеломлена, затем быстро пришла в норму: “Нинхуа, ты очнулась… Почему ты не отдохнула еще немного?”

“Я в порядке. Я слышал от Цин Цюэ, что отец император лично возглавил стражу, чтобы спасти нас вчера. У меня на сердце неспокойно, и я не могу просто так лежать. Поэтому я хочу сначала засвидетельствовать свое почтение отцу-императору.”

“О, ты можешь идти. Мне все еще нужно навестить Второго Королевского Старшего брата.” Выражение лица Бейли Аннинг было немного непонимающим. В конце концов, она и Второй принц были биологическими братьями и сестрами. Хотя она не была согласна с ним в том, как он поступал в прошлом, к этому времени заботы уже затмили все остальное.

Шэнь Нинхуа кивнула и прошествовала мимо Бейли Аннинг.

Сделав несколько шагов в сторону, Шэнь Нинхуа снова остановилась. Она обернулась и увидела, как Бейли Аннинг быстро уходит. Она слегка опустила голову и закрыла глаза.

“Мисс?”

“Ничего. Я в порядке. Идемте.”

Шэнь Нинхуа внезапно вспомнил, что тогда сказал Чу Цзюньи. Он был эгоистичен и отказался от Сяо Хуаньси ради нее, и она также была эгоистична и замышляла заговор против Бейли Цзиньчуаня, не принимая во внимание Бейли Аннинг. Они оба сопротивлялись, чтобы защитить себя, но в конце концов, некоторые невинные люди были замешаны без всякой причины. Они могли только утешать себя тем, что у них была чистая совесть.

Она не замышляла заговор против невинных людей. Она не игнорировала их жизни. Она делала все возможное, чтобы отплатить за все услуги, которыми она была обязана другим, и компенсировать их потери. Таким образом, даже если бы ей пришлось наступать на слои трупов, чтобы добиться успеха, она все равно могла бы уверенно ходить и спокойно спать!

Бейли Цинцан выглядел так, словно не спал всю ночь, и выражение его лица было довольно усталым. Когда он увидел вошедшую Шэнь Нинхуа, он был очень удивлен: “Нинхуа, почему ты пришла сюда, не отдохнув для исцеления?”

“Отец император, я здесь с особым намерением поблагодарить вас. Большое вам спасибо, отец император, за то, что вы лично повели стражу, чтобы спасти меня вчера. В противном случае Нинхуа, возможно, не смогла бы уже вернуться.”

Бейли Цинцан улыбнулась и посмотрела на нее нежным взглядом: “Ты всегда такая чувствительная девушка. Ты моя дочь, так почему бы мне не спасти тебя? Не думай ерунды. Сначала тебе следует залечить свои раны.”

“Я все еще должна поблагодарить вас за спасение моей жизни, отец император”.

“Какя ты глупенькая...” Бейли Цинцан почувствовала себя гораздо более расслабленным. “Раз уж ты здесь, можешь перекусить со мной”.

“Хорошо”.

Как только Шэнь Нинхуа согласилась, в комнату вбежал запыхавшийся евнух и сказал пронзительным голосом с лицом, полным страха.

“Ваше величество, случилось страшное несчатье! Пятый принц покончил с собой!”

Глава 190 - Цзюньи, У меня болит рука!

Бейли Цинцан резко встал, его брови были сильно нахмурены с глубокими морщинами. “Что происходит?”

“Ваше величество, стражники, охранявшие вход в палатку, услышали шум в комнате и пошли проверить. Они обнаружили, что Пятый принц неподвижно лежал на кровати, а вокруг него были разбросаны пузырьки с лекарствами.”

“Я пойду и посмотрю!”

Шэнь Нинхуа следовала за Бейли Цинцаном и в глубине души думала, что Бейли Цзинцзе очень дорожил своей жизнью, но почему-то неожиданно он решил покончить с собой. Выглядело так, будто он замышлял что-то грандиозное.

Бейли Цинцан вошел в палатку, где доктор Чэнь пытался оказать медицинскую помощь Пятому принцу.

“Ваше величество, с его высочеством все в порядке. Вам следует позаботиться о себе и не волноваться слишком сильно”.

Выражение лица Бейли Цинцана слегка расслабилось, и он спросил: “Чэнь Юнь, что с ним случилось?”

Выражение лица Чэнь Юня было труднопонимаемым. После паузы он сказал: “Докладываю Вашему величеству. Его высочество принял лекарство, которое успокаивает разум. В самом лекарстве нет ничего плохого. Причина, по которой он так глубоко спал на этот раз, заключалась в том, что он принял слишком много сразу. Это должно быть прекрасно после хорошего сна. Нет необходимости слишком сильно беспокоиться.”

“Лекарство, которое успокаивает разум?” Бейли Цинцан стиснул зубы и глубоко вздохнул, чтобы подавить гнев в груди.

"Да."

Бейли Цинцан резко повернул голову, чтобы посмотреть на охранника, стоящего на коленях на земле. “Самоубийство? Хех, мой охранник даже не может отличить смерть от сна?”

Такой большой переполох был неожиданно вызван каким-то транквилизатором. Как он смеет!

“Ваше величество, пожалуйста, простите меня!”

“Стражники, возьмите всех стражников, которые были на дежурстве, чтобы их наказали двадцатикратной поркой. Пусть имперская гвардия пополнит ряды и будет охранять Пятого принца. Забери все из палатки. Я посмотрю, какие еще неприятности он хочет причинить!”

Глаза Шэнь Нинхуа загорелись, и она подумала о чем-то в своем сердце. Изъятие всего из палатки не только помешало бы Пятому принцу снова совершить самоубийство, но и помешало бы другим замышлять против него заговор. Более того, это сделало бы еще более невозможным, чтобы случилось что-то плохое, поскольку императорская стража не спускала с него глаз. Казалось, что подозрение императора в том, что Бейли Цзиндзе был хозяином виллы Панлун, должно было составлять всего 50%, что было ниже ее ожиданий.

“Ах, что это? Помогите! Кто-нибудь, помогите!”

Бейли Цинцан вышел из палатки и увидел людей, в панике бегущих обратно с юга лагеря.

Увидев Бейли Цинцана, все поспешно опустились на колени и сказали: “Ваше величество, с севера приближается стая волков. Это большая стая, их около нескольких сотен!”

Выражение лица Бейли Цинцана стало серьезным. “Почему там должны быть волки?”

“Этот слуга не знает”.

Чу Цзюньи выступил вперед: “Ваше величество, причина, по которой собралась стая волков, будет выяснена позже. Прямо сейчас это делается главным образом для того, чтобы защитить вашу безопасность. Ваше величество, пожалуйста, переместитесь в другое место!”

Как только он закончил говорить, чиновник позади него в ужасе закричал: “Волк идет!”

У Чу Цзюньи не было времени следить за манерами. Он развернулся и немедленно прыгнул вперед, убив волка, который набрасывался на него, одним ударом меча!

“Защитите Его Величество!”

Шэнь Нинхуа защитила Бейли Цинцан позади нее и сказала: “Отец император, будь осторожен”.

“Нинхуа, хотя я и стар, мне не нужна молодая девушка, чтобы защищать меня”.

Шэнь Нинхуа слабо улыбнулась, но не отодвинулась от Бейли Цинцан. Вместо этого она взяла кинжал у Цин Цюэ и серьезно посмотрела на Чу Цзюньи, который стоял в первых рядах, чтобы убить стаю волков. Был ли это его план? Нет, это было невозможно. Он всегда действовал осмотрительно и определенно не стал бы подвергать опасности императора и большинство чиновников Императорского двора. Тогда кто же именно заманил этих волков?

Сначала стая волков яростно атаковала. Солдаты и охранники не успели среагировать, что вызвало определенную панику. Но спустя небольшое время, ситуация уже была взята под контроль.

Хотя волков было довольно много, в конце концов, это был император в турне, который привел с собой более 800 охранников. Вскоре волки поняли, что люди перед ними - это не то, с чем они могли бы иметь дело, не легкая добыча Поэтому они медленно отступали один за другим.

Прямо в этот момент человек в черном плаще тихо встал. Он держал в руке маленькую зеленую бамбуковую флейту, и внезапно раздался резкий звук.

Стая волков, которая собиралась отступить, внезапно бросилась на толпу, как будто их накормили наркотиками. Их свирепые взгляды были полны дикости.

Выражение лица Чу Цзюньи было холодным и свирепым, когда он рубанул крепкого волка своим мечом. Он прыгнул к человеку в черном с холодно поблескивающим острым мечом в руке.

Человек в черном развернулся и хотел убежать, но Чу Цзюньи догнал его сзади и ударил по спине. Человек в черном бросился на землю.

Бейли Цинцан обратил внимание на Чу Цзюньи и сразу же закричал, когда стал свидетелем этой сцены: “Отлично! Нинхуа, ты выбрала правильного мужчину. Чу Цзюньи превосходен и достоин тебя.”

Шэнь Нинхуа перестал нервничать и повернулся, чтобы подойти к Бейли Цинцану. “Отец император, вы меня переоцениваете”.

Как раз в тот момент, когда Бейли Цинцан собирался что-то сказать, Шэнь Нинхуа бросила взгляд ему за спину и ее глаза внезапно расширились. Она быстро оттолкнула Бейли Цинцана назад. Охранник держал холодный кинжал и атаковал ее в грудь.

В мгновение ока Цин Цюэ выбросила меч из рукава, который держала в руке, и ударила по кинжалу. Хотя она не отбила кинжал, удар повернул кинжал в неправильном направлении, который затем безжалостно вонзился Шэнь Нинхуа в плечо!

“Нинхуа!”

Цин Цюэ прыгнула вперед и пнула охранника, прежде чем поддержать Шэнь Нинхуа. “Мисс, с вами все в порядке?”

“Я в порядке. Это не задевает мои жизненно важные точки”. Лицо Шэнь Нинхуа было бледным, а от сильной боли у нее на лбу выступил холодный пот.

Чу Цзюньи усмирил человека в черном и обернулся, чтобы случайно увидеть сцену, в которой была ранена Шэнь Нинхуа. Убийственная аура хлынула из его глаз. Волки, казалось, почувствовали это и вообще отступили на два шага.

Без бамбуковой флейты человека в черном у стаи волков больше не было никакой поддержки. Они все развернулись и побежали к лесу.

“Нинхуа, ты в порядке?”

Выражение лица Бейли Цинцана было таким мрачным, что казалось, будто он собирается убивать людей. Неожиданно среди его охранников затаился убийца. Если бы Нинхуа не обнаружил это вовремя, он был бы в опасности.

“Чэнь Юнь, поторопись и проверь Нинхуа. Начальник столичной стражи, вы наводите порядок на месте происшествия. Другие официальные лица, приходите встретиться со мной в главном шатре”.

“Да, ваше величество. Мы будем подчиняться указу”.

Чу Цзюньи не заботило, что теперь подумают другие. Он сразу же поднял Шэнь Нинхуа и быстро пошел обратно в палатку. Холодного пота у него на лбу было даже больше, чем у Шэнь Нинхуа.

“Я в порядке. Не волнуйся, Цин Цюэ сделала свой ход вовремя. Кинжал вонзился мне только в плечо, и рана неглубокая. Все в порядке.”

“Шэнь Нинхуа!”

Услышав гнев в его голосе, Шэнь Нинхуа скривила губы и пошла на компромисс: “Хорошо, я больше не буду этого говорить”.

Войдя в палатку, Чэнь Юнь велел Цин Цюэ промыть рану Шэнь Нинхуа и обернуть ее слоями марли.

“Ваше высочество, состояние вашего здоровья не очень хорошее. Несмотря на то, что вы были тщательно восстановлены, вы все еще врожденно слабы. Кроме того, вы были отравлены, устали и слишком много думали раньше, и эта рана уже очень серьезна для вас. Если вы не будете тщательно восстанавливаться, это может повлиять на нормальные движения ваших рук, поэтому вы должны быть особенно осторожны с этим ”.

“Хорошо, спасибо вам, доктор Чен”.

После того, как Чэнь Юнь отослал его, последняя улыбка на лице Чу Цзюньи исчезла. Он неподвижно смотрел на Шэнь Нинхуа взглядом, полным гнева.

По какой-то причине, глядя на него вот так, Шэнь Нинхуа почувствовал себя несколько виноватой: “Ты… Что с тобой случилось?”

”Нинхуа, почему ты так поспешила?" Он неоднократно предупреждал Шэнь Нинхуа, чтобы она берегла себя, но, в конце концов, он отвлекся всего на мгновение, а затем она снова пострадала!

Шэнь Нинхуа сделала паузу и потерла одеяло пальцами: “Этот убийца, очевидно, пытался убить его величество. Он мой отец-император и очень во мне души не чает. Это только правильно, что я хочу спасти его”.

“Этот убийца был в панике. Со способностями Бейли Цинцана, пока вы кричали, чтобы предупредить его, было бы вполне возможно избежать его. Почему ты должен был причинить себе боль?”

Шэнь Нинхуа прикусила губы и потянулась, чтобы взять дрожащую руку Шэнь Цзюньи. “Цзюньи, у меня болит рука”.

Чу Цзюньи поднял руку и посмотрел в пару влажных глаз. Поучительные слова застряли у него в груди, заставляя чувствовать себя подавленным. Если бы он не считал, что она ранена, он бы крепко обнял ее, а затем яростно отшлепал по заднице. “В будущем ты больше не сможешь этого делать”.

“Хорошо”.

После этого инцидента Бейли Цинцан определенно усилила бы оборону, и ей не нужно было делать это снова.

Цин Цюэ доложила от двери: “Ваше высочество, его величество послал кого-то пригласить господина Чу”.

Брови Чу Цзюньи дернулись. “Я ухожу”.

“Ладно, будь осторожен”.

“Хорошо”.

В палатке Бейли Цинцан посмотрел на заявление о признании на столе, и его глаза наполнились гневными бурями. “Хорошо, очень хорошо. Неизвестный враг пробрался на королевские охотничьи угодья и заставил стаю волков напасть на мой лагерь. И все же никто из вас, чиновников, заранее не заметил ничего необычного!”

“Я виновен”.

“Министр юстиции, признался ли этот человек в черном? Кто он такой?”

“Докладывая вашему величеству, человек в черном вначале отказывался признаваться и много раз пытался покончить с собой. Я нашел у него десять скрытых ядов. Позже я пытал его, чтобы узнать, что он приехал с виллы Панлонг.”

Взгляд Бейли Цинцана был подобен мечу: “Это снова вилла Панллог… Очень хорошо, Панлонг Вилла!”

“Ваше величество, вилла Панлонг – таинственное место. Они и раньше посылали людей на покушение, а теперь даже планировали совершить покушение на королевских охотничьих угодьях. Я умоляю от имени Вашего величества стереть с лица земли виллу Панлонг!”

“Ваше величество, я не думаю, что это уместно. Человек в черном может управлять волчьей стаей с помощью бамбуковой флейты. Трудно сказать, есть ли на вилле Панлонг другие способные воины. Крайне неуместно опрометчиво нападать.”

“Ваше величество!”

Все бесконечно спорили. Затем Чу Цзюньи уверенно вошел в палатку. Его черная одежда делала его еще белее. “Приветствую ваше величество”.

“Ты здесь, как раз вовремя. Скажите мне, должны ли мы окружить и уничтожить виллу Панлонг?”

Чу Цзюньи слегка нахмурился: “Ваше величество, убийцы были достаточно смелы, чтобы потревожить Ваше величество в королевских охотничьих угодьях. И они даже ранили принцессу префектуры Чжаохуа. Поэтому мы должны послать людей на поиски и уничтожить их всех. Однако мы знаем только название виллы Панлонг и не знаем о ее конкретном местонахождении. С чего нам следует начать расследование?”

Чиновники один за другим опустили головы. Они долго спорили, но на самом деле забыли один из самых важных вопросов, который заключался в том, что они точно не знали, где находится вилла Панлонг!

“Итак, по вашему мнению, что нам следует делать?”

Чу Цзюньи сложил ладони рупором, и в его глазах вспыхнул холодный огонек: “Ваше величество, я помню, что ранее мы захватили в плен человека самопожертвования, который признался, что владелец виллы Панлонг был из королевской семьи, поэтому я думаю, что мы должны сначала найти этого владельца виллы! Уничтожьте лидера, и банда рухнет. Так что, пока мы ловим их владельца, остальная банда распадется и разбежится, как птицы и звери, верно?”

Бейли Цинцан нахмурился, и лицо Бейли Цзинцзе вспыхнуло в его сознании, пока он боролся в своем сердце.

Увидев выражение его лица, Чу Цзюньи подумал про себя, что хорошее впечатление, которое Байли Цзиндзе произвел на императора, слишком глубоко укоренилось. Несмотря на то, что он видел доказательства, он все еще не хотел в это верить. Впрочем, это не имело значения. Все, что ему нужно было сделать, это убедить его поверить в это и сделать так, чтобы пути назад уже не было.

“Ваше величество, пятый принц проснулся. Он ждет снаружи палатки и просит о встрече с вашим величеством.”

Глава 191 - Стань смертоносным мечом Императора!

Думая об инциденте с нефритовым кулоном, который он расследовал ранее, Бейли Цинцан слегка прищурил глаза. След неясного выражения промелькнул в его глазах. Действительно ли может быть связь между владельцем виллы Панлонг и его пятым сыном?

“Вызовите его сюда”.

Лицо Бейли Цзиндзе было бледным. Когда он проснулся на своей кровати, он был ошеломлен. Он лежал в постели, думая о чем-то, когда незаметно для себя его охватил сон. Когда же он снова проснулся, оказывается прошел целый день. Более того, как раз в этот период времени на лагерь напала стая волков. Было бы крайне подозрительным считать все произошедшее простым совпадением.

Он поднял глаза и огляделся в палатке. Когда его взгляд упал на Чу Цзюньи, он от злости стиснул зубы, но его лицо было непроницаемо и злость никак не отразилась на нем. С Шэнь Нинхуа в одиночку ему уже было очень трудно иметь дело. Он не ожидал, что с Чу Цзюньи тоже будет нелегко справиться. Кто знал, сколько неприятностей они доставят в суде в будущем, когда они станут парой и будут сотрудничать друг с другом!

Хотя он продолжал думать об этом с негодованием, на его лице не было ни единого следа злости или отчаяния, или ненависти. Он быстро прошел в центр лагеря и опустился на колени на землю. Затем он наклонился и низко поклонился. Он искренне сказал: “Приветствую тебя, отец император. Видя, что с отцом-императором все в порядке, мое сердце наконец-то успокоилось.”

Бейли Цинцан холодно посмотрел на своего сына. “Теперь, когда ты проснулся, не собираешься ли ты снова покончить с собой?”

Окружающие чиновники резко опустили головы, притворившись, что их уши временно оглохли.

Сердце Бейли Цзиндзе дрогнуло. Отец-император на самом деле проявил в известной степени тактичность и не ударил его в грязь лицом перед чиновниками!

“Отец император, я был обеспокоен, услышав это. С тех пор как я проснулся и услышал обо всем, что произошло пока я спал от охранника, и что я, якобы, принял передозировку транквилизатора, я был по-настоящему озадачен. Я...”

“Я, я, я…. Мне не интересно слышать твои объяснения. Почему ты здесь?” Бейли Цинцан нетерпеливо прервал его.

Брови Чу Цзюньи слегка дернулись. Казалось, что, хотя Его Величество не до конца верил в то, что Бейли Цзиндзе был владельцем виллы Панлонг, он с подозрением относился к Бейли Цзиндзе, и его подозрения становились все сильнее. Поэтому Чу Цзюньи пришел к выводу, что ему пора подлить масла в огонь.

Лицо Бейли Цзиндзе побледнело. “Отец император, я пришел засвидетельствовать вам свое почтение. Когда я услышал, что стая волков осадила лагерь, я поспешил проверить безопасность отца Императора.”

Чу Цзюньи поднял голову и нахмурился. “Ваше высочество, как вы узнали, что волки окружили лагерь?”

“Конечно, я слышал это от охранников”.

“Вы слышали это от стражников, охранявших вашу палатку?”

“Совершенно верно”. Бейли Цзиндзе не понимал, почему ему задают такой идиотский вопрос. “Лорд Чу, с этим есть какие-то проблемы?”

Чу Цзюньи прищурил глаза и спокойно сказал: “Ничего. Мне просто было любопытно услышать это от вашего высочества. В конце концов, они императорские гвардейцы, непосредственно получающие приказы от Его Величества. Его Величество даже лично приказал им не позволять вам выходить за пределы палатки. Однако вы не только вышли, но и услышали, что на его величество напали. Вот почему я задал вам этот вопрос из любопытства. Ваше высочество, пожалуйста, простите меня.”

Имперская гвардия? Те, кто охранял его палатку, были членами императорской гвардии?

Сердце Бейли Цзиндзе пропустило удар. Он поспешно поднял голову и посмотрел на Бейли Цинцана. И действительно, он увидел мрачное выражение лица. Он поспешно открыл рот и хотел объяснить. “Отец император!”

“Замолчи!” Глаза Бейли Цинцана были холодны. “Сын мой, а ты, оказывается, действительно способный юноша. Мои личные императорские гвардейцы оказывается действительно подчиняются вашим приказам!”

“Отец император, со мной поступили несправедливо, я...” Бейли Цзиндзе почувствовал, что не в состоянии что-то высказать в свое оправдание. Он только что лично признался, что узнал эту новость от императорской гвардии, так что было слишком поздно опровергать ее.

Бейли Цинцан сильно хлопнул по столу, отчего пресс-папье на нем резко подпрыгнуло. “Чу Цзюньи, иди запри императорских гвардейцев, которые охраняли палатку Пятого принца, и помоги Министерству юстиции допросить их должным образом. Вы можете убить любого, у кого возникнут какие-либо проблемы, на месте. Никому из моей личной охраны не позволено иметь никаких проблем!”

Командир императорской гвардии стоял на коленях в стороне. Его лоб покрылся холодным потом. Он был тем, кто командовал императорской гвардией. Если что-то пойдет не так, он будет первым, кто понесет ответственность. Таким образом, он может потерять свою жизнь, не говоря уже о своем положении!

Чу Цзюньи сложил ладони рупором. Полосы света вспыхнули в его глазах. “Да, ваше величество, я повинуюсь вашему указу”.

Лицо министра юстиции было очень бледным. В отличие от других, он хорошо знал ситуацию. На первый взгляд командующий императорской гвардией находился под непосредственным руководством Его Величества. Однако на самом деле в Императорской гвардии были различные силы. Наследный принц, Второй принц, Третий принц, Четвертый принц… Все они поместили своих конфидентов в Императорскую гвардию, чтобы те могли знать и передавать принцам информацию о местонахождении и действиях Его Величества. Однако он не ожидал, что Его Величество внезапно прикажет провести расследование в отношении Императорской гвардии!

Услышав эту новость, Шэнь Нинхуа сразу же улыбнулась и сказала: “Я думала, что Чу Цзюньи будет придерживаться более мягкого подхода, но я не ожидала, что он действительно начал с императорской гвардии”.

Цин Цюэ отложила лекарство в сторону от своих ран. “Мисс, это очень серьезно, что с императорской гвардией что-то не так?”

“Императорская гвардия отвечает за защиту безопасности Его Величества, а также императорского дворца. Императорская стража может находиться везде в императорском дворце, кроме залов наложниц гарема. Если у них возникнут проблемы, безопасность Его Величества не будет гарантирована. Хотя его величество сейчас здоров, а у принцев нет злых намерений, эта проблема, вероятно, перерастет в скрытую опасность в будущем”.

Предыдущая династия была свидетелем того, как принц успешно заставил императора отречься от престола. Если бы императорская гвардия контролировалась принцами, было бы действительно неясно, может ли императорская гвардия предать своего императора и перейти на сторону взбунтовавшегося принца или нет.

Цин Цюэ кивнула. “Мисс, что нам делать дальше?”

Шэнь Нинхуа натянула одеяло и легла на кровать. “Чу Цзюньи попросил меня доверять ему, так что сейчас я просто сосредоточусь на исцелении своих травм”.

Внутри палатки Бейли Цинцан держал в руке свиток с текстом и его пальцы дрожали. Он был так зол, что почти потерял дар речи: “Это... на самом деле... ха...”

Чу Цзюньи молча стоял в стороне без всякого выражения на лице. Его красивое лицо прекрасно контрастировало с яркой, обрамленной изящной рамкой картиной, на которой был изображен водопад неподалеку. Казалось, что он был частью этой картины в рамке. Выражение его лица оставалось спокойным и невозмутимым, каким бы великолепным ни был водопад.

Министр юстиции, однако, был не так спокоен, как Чу Цзюньи. Его одежда была настолько мокрой от холодного пота, что казалось, его только что вытащили из воды.

Вены вздулись на пальцах Бейли Цинцана. Он скомкал свиток. “Мои сыновья действительно замечательные. Мои сыновья действительно замечательные! Все они на самом деле заняты внедрением агентов в мою личную гвардию. Отлично, это действительно великолепно!”

Его голос был полон горя и негодования. Выражение его глаз показывало боль от того, что его предали. Он был императором, но он также был и отцом. Как он мог не чувствовать сердечной боли, когда его сыновья строили против него такие козни?

“Пожалуйста, позаботьтесь о своем здоровье, ваше величество. Вам не стоит так сильно волноваться”.

Бейли Цинцан удрученно сидел на стуле, слово за словом перечитывая содержание смятого свитка, как будто хотел запечатлеть каждое слово в своем сознании. Спустя довольно долгое время он медленно закрыл ладонью свиток и посмотрел на Чу Цзюньи и министра юстиции с серьезным выражением лица.

“Никому не говорите ни единого слова о сегодняшнем инциденте. Вы понимаете?”

“Да, я подчиняюсь указу”. Они вдвоем сложили ладони на груди и поклонились в ответ.

Бейли Цинцан долгое время пристально разглядывал Чу Цзюньи и министра юстиции, прежде чем заговорить снова. “Министр юстиции, подайте в отставку. Чу Цзюньи, оставайся здесь.”

Министр юстиции вздохнул с облегчением и быстро ретировался.

Бейли Цинцан встал и сказал: “Ты знаешь, почему я позволил тебе остаться?”

Чу Цзюньи поднял глаза и сказал: “Я не знаю, ваше величество, но я в полном вашем распоряжении”.

“У тебя жесткий характер и ты умен. Что еще более важно, ты - утонченный человек, и Нинхуа прониклась к тебе симпатией. - Бейли Цинцан на мгновение замолчал. “Мне нужен меч. Хотел бы ты быть мечом в моей руке?”

Чу Цзюньи поднял голову и сказал: “Ваше величество, я ваш подданный. Не говоря уже о мече, я готов быть землей под вашими ногами, если понадобится!”

“Отлично!” Бейли Цинцан достал из рукава нефритовый жетон. “Я верю в суждение Нинхуа, поэтому передаю тебе этот нефритовый жетон. Ты можешь использовать его для мобилизации имперской гвардии. Я даю тебе месяц, чтобы навести порядок в императорской гвардии!”

Холодное выражение мелькнуло в глазах Чу Цзюньи, и в его голосе послышались нотки неуловимой холодности. “Да, я повинуюсь вашему указу”.

Тем временем внутри палатки…

Шэнь Нинхуа держала нефритовый жетон, подаренный Бейли Цинцаном, и слегка нахмурилась. “Теперь, когда его величество дал тебе этот нефритовый жетон, что ты планируешь с ним делать?”

Чу Цзюньи прислонился к мягкому дивану и вдохнул аромат чая из чашки. “Естественно, я буду подчиняться приказам его Величества и стану мечом в его руке”.

“Есть острые мечи и тупые. Кем из них ты хочешь быть?”

“Ситуация неоднозначная. Больше походит на хаос. Только острый меч может разрезать спутанный моток джутовой веревки.”

“Острый меч тверд, и его легко сломать”.

“Это не имеет значения. Пока у него осталось немного стального лезвия, этого будет достаточно для убийства. Кроме того, я хочу быть не обычным смертоносным мечом, а божественным оружием!”

Глаза Чу Цзюньи ярко засияли. Выражение его глаз было размытым из-за пара от чая. Однако Шэнь Нинхуа ясно видела амбиции и решимость в его глазах.

“Хорошо, тогда давай возьмем Имперскую гвардию в качестве вашего первого точильного камня”.

Чу Цзюньи рассмеялся. Он встал и осторожно обнял Шэнь Нинхуа в своих объятиях. “Нинхуа, я буду защищать тебя. Я стану острым мечом в твоей руке. Мое сердце лежит там, куда указывает твой меч.”

Сердце Шэнь Нинхуа затрепетало. Она почувствовала покалывание, распространившееся по всему телу. Ее глаза слегка покраснели, и в них внезапно заблестели слезинки.

После того, как было проведено расследование в отношении императорской гвардии, дальнейшего движения не было, пока Его Величество не приказал покинуть лагерь и вернуться в императорский дворец.

Бейли Цзиндзе тайно послал кого-то навести справки о министре юстиции. Но министр юстиции, казалось, был настроен решительно и отказался что-либо раскрывать. Бейли Цзиндзе мог вернуться во дворец только в страхе.

Когда наследный принц получил послание, он взял его в руки и отправился в зал Нинкун. “Мать-императрица, смотри, это сообщение, отправленное мне обратно”.

Чжао Хуэйин посмотрела на плотно упакованное содержимое на бумаге и слегка нахмурилась. Затем, она усмехнулась: “На его величество напали, Второй принц был ранен и изуродован, Пятый принц был наказан, Шэнь Нинхуа был ранен… Хах, эта охотничья поездка действительно ”удачная”."

“Мать-императрица, что нам делать?”

“Все изменилось так быстро. У наших людей не было времени доложить нам. Так что успокойся и жди. Мы можем принять решение только после того, как они пришлют обратно все детали. До этого ожидание - лучшая тактика и стратегия”.

Наследный принц кивнул. Поскольку в его голове не было лучшего способа, он мог только с этим согласиться.

Императрица подожгла послание и внимательным образом проследила, чтобы свиток с текстом сгорел дотла, и даже лично перемешала золу своими пальцами. Затем, она подняла голову, посмотрела долгим взглядом на сына и промолвила: “Когда ты помогаешь Его величеству управлять страной, ты должен убедиться, что все делается должным образом. Ты должен отчитаться перед ним и спросить его мнения по важным вопросам. Теперь его величество, должно быть, раздражен. Не напрашивайся на неприятности для себя.”

“Да, мать-императрица”.

Однако их договоренностям не суждено было сработать. В конце концов, наследный принц все равно попал в беду.

Бейли Цинцан наказал наследного принца под предлогом того, что он не справился с делами должным образом, заставив его переписать каллиграфическим почерком двадцать томов книг.

На какое-то время императорский дворец охватила паника.

Глава 192 - Вкусные жирные кролики и цыплята!

Императрица Чжао Хуэйин позволяла дворцовой служанке красить ногти лаком для ногтей. Но когда она услышала, что наследного принца наказали переписывать книги, ее пальцы внезапно дрогнули.

В результате пальцы Чжао Хуэйина тоже были выкрашены в красный цвет. Дворцовая служанка, державшая в руках кусок хлопчатобумажной ткани, задрожала, поспешно опустилась на колени и извинилась: “Я виновата. Пожалуйста, пощадите меня, ваше величество.”

Чжао Хуэйин подняла пальцы и увидела на них красный цвет. В ее глазах внезапно появился слой холодности. Она холодно отодвинула Фансюэ в сторону: “Уведите ее!”

“Да, ваше величество”.

Дворцовая служанка дрожала от страха, ее лицо было бледным. Она знала, что ни одна из служанок, которых забрала тетя Фансюэ, никогда больше не сможет вернуться. “Ваше величество, пожалуйста, пощадите меня. Я не делала этого нарочно”.

Императрица слегка нахмурилась, и выражение лица Фансюэ стало свирепым. Она пнула дворцовую служанку в грудь и отшвырнула ее к двери. Две другие служанки, охранявшие дверь, подошли вперед, чтобы закрыть дворцовой служанке рот, и с легкостью оттащили ее в сторону.

Только тогда Чжао Хуэйин расслабила свои брови. “Идите и скажите наследному принцу, что он должен ждать, как и планировалось, и не должен предпринимать никаких действий в это время!”

“Да, ваше величество”.

В тот момент, когда Шэнь Нинхуа вернулась в особняк принцессы, выражение лица Бай Руо изменилось, когда она увидела лицо Шэнь Нинхуа и марлю на ее теле. Она внезапно повернулась, чтобы посмотреть на Цин Цюэ, и сказала: “Цин Цюэ, что случилось? Почему мисс ранена? Разве я не говорил вам, что вы должны быть осторожны?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Я в порядке. Это всего лишь незначительные поверхностные раны, практически царапины. Не волнуйся. Цин Цюэ тоже ранена. Тебе не следует быть с ней слишком суровой.”

Бай Руо холодно фыркнул и взял Шэнь Нинхуа за руку. “Мисс, входите скорее. Позволь мне взглянуть на ваши раны.”

“Я действительно в порядке. Я сама хороший лекарь и лучше всех разбираюсь в своих травмах.”

Бай Руо все еще настаивала на том, чтобы сменить повязку и лекарство для Шэнь Нинхуа. Когда она увидела рану на своем плече, выражение ее лица стало еще мрачнее. Увидев это выражение, Хун Лин так испугалась, что сделала два шага назад. Она пробормотала в своем сердце: “Хотя сестра Бай Руо не так искусна в бою, как другие, она самая достойная из них. Это потому, что она часто следует за мисс?”

Как только Шэнь Нинхуа закончила приводить в порядок свою одежду, к ней подбежали Ся Цзинцю и Ян Инсюэ.

“Нинхуа, я слышала, что ты была ранена, я до смерти волнуюсь. Ваша травма серьезная?”

“Тетя, старшая кузина, я в порядке. Спасибо вам за вашу заботу”. Шэнь Нинхуа посмотрел на них двоих. Когда она обнаружила, что выражения их лиц были чрезвычайно встревоженными, она сразу же поняла в своем сердце.

Ся Цзинцю всегда надеялась, что Ян Инсюэ выйдет замуж за Второго принца. Хотя они вдвоем не добились большого прогресса, Ян Инсюэ имела в виду Второго принца. Она часто вышивала для него кошельки и так далее. Видя, что она тщательно держит их при себе, Шэнь Нинхуа не вмешивалась. Теперь, когда распространилась новость о ранении Второго принца, они оба определенно не могли усидеть на месте.

Ян Инсюэ нежно прикусила губу и с беспокойством посмотрела на Шэнь Нинхуа. “Младшая кузина, я слышала, что ты была ранена, чтобы спасти его Величество. Вы были серьезно ранены?”

“Ничего, спасибо за твою заботу, двоюродная сестра”.

“...Хорошо, что с тобой все в порядке. Я также слышала, что Второй принц тоже был ранен. Серьезна ли его травма? Мне нужно пойти и повидаться с ним?”

Выражение лица Шэнь Нинхуа слегка смягчилось.

Ян Инсюэ также, казалось, поняла, что то, что она сказала, было неуместно. Она поспешно добавила: “У меня нет других намерений. Я просто подумала, что в прошлый раз, когда я была серьезно больна, Второй принц пришел навестить меня. На этот раз я должен нанести ему ответный визит.”

Шэнь Нинхуа некоторое время хранил молчание. “Я понимаю, о чем вы думаете. Но я не думаю, что Второй принц хочет, чтобы его сейчас беспокоили. Он серьезно ранен. Ему лучше спокойно отдохнуть, чтобы восстановить силы. Тебе лучше подождать, пока кто-нибудь другой не навестит его.”

“Да, полагаю твое предложение более разумно…” , -Тихо ответила Ян Инсюэ и схватила носовой платок в своей руке.

В это время Ся Цзинцю открыла рот и осторожно спросила: “Нинхуа, у меня есть вопрос. Если вам было удобно ответить на него, дайте мне знать. В противном случае, просто прими это так, как будто я ничего не говорил. Не принимай это всерьез”.

“Тетя, пожалуйста, говорите”.

“Я слышал, что на этот раз Второй принц был ранен в щеки. Это правда?”

Шэнь Нинхуа слегка улыбнулась. “Говорили, что так оно и было, но я не уверена, что именно произошло. Однако Второй принц долгое время служил в армии и придерживается непредубежденных взглядов. Даже если его лицо будет повреждено, он не примет это близко к сердцу.”

Выражение лица Ся Цзинцю было крайне неестественным. Через некоторое время она сказала: “Да, это не имеет значения”. Хотя, как это могло не иметь значения? Если его щеки были повреждены, это почти означало, что он больше не будет претендовать на трон!

Бай Руо проводил их обоих и осторожно помогла Шэнь Нинхуа отдохнуть на мягком диване. “Мисс, леди Ся всегда хотела, чтобы мисс Ян вышла замуж за Второго принца, но теперь я боюсь, что она будет разочарована”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Старший кузен сейчас гораздо более благоразумен, чем раньше. Если она сможет разобраться в ситуации на этот раз, то, возможно, сможет выйти замуж за хорошего мужа и жить мирной и комфортной жизнью в будущем”.

“Мисс Янг обычно возлагает на себя большие надежды. Я боюсь, что обычные люди...”

Пока они вдвоем разговаривали, быстро вбежала Хун Лин. “Мисс, мастер Чу послал передать сообщение, что наследный принц был наказан Его Величеством. Принцу было велено переписать множество старинных книг! И даже Третий принц и Четвертый принц были наказаны”.

Выражение лица Шэнь Нинхуа изменилось. “Похоже, что его величество собирается тщательно расследовать действия Императорской гвардии. Когда наследный принц и другие принцы будут заперты в своих особняках, Чу Цзюньи будет удобнее проводить расследование.”

Бай Руо и остальные отошли в сторону и внимательно посмотрели на выражение лица Шэнь Нинхуа.

“Хун Лин, понаблюдай за реакцией всех сторон, особенно семей Чжао и Линь. Семья Чжао является домом дедушки наследного принца по материнской линии, в то время как семья Линь является домом дедушки по материнской линии Третьего и четвертого принцев. Если две семьи вмешаются, его Величеству будет очень трудно навести порядок в императорской гвардии. Поскольку это первый раз, когда мы проверяем наши силы, мы должны сделать это хорошо. Мы абсолютно не можем делать что-то небрежно!”

“Да, мисс. Не волнуйтесь, я буду внимательно следить за передвижениями двух семей”.

"Хорошо."

Все было именно так, как и ожидала Шэнь Нинхуа. Как только наследный принц и другие принцы были наказаны, аристократические семьи снаружи начали переезжать. Донесения и сводки, выступавшие только за наследного принца, заняли весь стол. Когда Бейли Цинцан закончил читать один из них, он внезапно отбросил остальные на землю.

“Я только что наказал наследному принцу переписывать книги. Я не ожидал, что это вызовет такую сильную реакцию и вызовет столь сильный гнев общественности. Министры совместно подали петицию, и имперские цензоры привели примеры в поддержку своих утверждений. Хотя разве я не могу наказать наследного принца?”

Главный евнух опустился на колени и осторожно поднял все бумаги и свитки, свалившиеся со стола. “Ваше величество, берегите свое здоровье. Не сердись.”

“Хм”. Бейли Цинцан холодно фыркнула. Он встал и подошел к кровати. Глядя на хмурое небо за окном, он почувствовал тяжесть в груди. На мгновение выражение его лица стало несколько угрюмым и болезненным.

Главный евнух поспешно достал бутылку из нефритовой шкатулки, которую держал в руке. “Ваше величество, принцесса Чжаохуа ранее предлагала эти таблетки и сказала, что вы можете принять одну, когда почувствуете недомогание. В последнее время вы слишком устали и волновались, так что лучше принять одну таблетку.”

Бейли Цинцан получил бутылку. Когда он открыл крышку, то почувствовал успокаивающий лекарственный аромат. Выражение его лица расслабилось. “Нинхуа - добросердечная дочь. Если бы не она, я, вероятно, не смог бы благополучно вернуться. В таком случае суд, возможно, оказался бы в затруднительном положении!”

Потирая бутылку в руке, Бейли Цинцан погрузился в раздумья. С тех пор как Цзинъянь скончалась, не было никого, кто мог бы пройти вместе с ним через все трудности. Он стал по-настоящему одиноким человеком.

Достав таблетку и проглотив ее, Бейли Цинцан почувствовала себя намного лучше. “Призовите принцессу Чжаохуа войти во дворец”.

“Да, ваше величество”. Сказал один евнух и собирался произнести устный указ, но Бейли Цинцан остановил его.

“Подождите, Нинхуа ранена. Должно быть, ей трудно попасть в императорский дворец в это время. Забудь это. Я чувствую себя подавленным во дворце, поэтому я выйду отдохнуть, посетив ее особняк. Возьми со мной несколько охранников и не поднимай шума.”

“Да, ваше величество”.

Хотя Бейли Цинцан приказал тихо покинуть императорский дворец, в конце концов об этом стало известно императрице, наследному принцу и другим хорошо информированным чиновникам. На мгновение они пришли в замешательство.

Его величество не посещал двор последние несколько дней. Сегодня он внезапно покинул императорский дворец и отправился в особняк принцессы Нинхуа. Это было ненормально с какой бы то ни было точки зрения.

Шэнь Нинхуа отдыхала, когда услышала отчет Бай Руо. Она быстро встала и переоделась, чтобы принять Бейли Цинцана.

“Приветствую тебя, отец император”.

“Ты нисколько не изменилась. Как ты себя сейчас чувствуешь?”

“Отец император, благодаря помощи доктора Чэня, сейчас я в порядке. Почему ты не вызвал меня в императорский дворец, когда хотел меня видеть?”

“Ты получил травму, чтобы спасти меня. Я должен прийти повидаться с тобой. Кроме того, я чувствую себя подавленным во дворце.” На бровях Бейли Цинцана появились следы усталости. Он действительно выглядел очень усталым.

Шэнь Нинхуа повернулась и дала несколько указаний Бай Руо. Затем она снова повернулась к Бейли Цинкану и сказала: “Отец император, пейзаж в моем особняке очень изысканный. Как насчет того, чтобы я проводила тебя во внутренний двор отдохнуть?”

«Хмм? Твой двор?”

“Это верно. Следуйте за мной, чтобы взглянуть. После просмотра я гарантирую, что ваше настроение улучшится”.

Бейли Цинцан был заинтригован ее словами. “Ну хорошо, я пойду с тобой. Веди меня”.

Внутренний двор действительно был хорошо подстрижен. Он выглядел исключительно элегантно с упорядоченно расположенными живописными местами и павильонами. Однако Шэнь Нинхуа не останавливалась и продолжила шествие. Вместо этого она повела Бейли Цинцан на задний двор.

Когда они пересекли коридор, перед ними появилось открытое пространство. Несколько жирных кроликов и цыплят бегали по открытой земле. На земле также росли зеленые саженцы.

Бейли Цинцан был удивлен. “Это твой задний двор?” Достойная принцесса выращивала жирных кроликов и кур у себя во дворе?

"Да." Шэнь Нинхуа с улыбкой на губах смотрела на зеленые саженцы. “Тогда, когда я выздоравливала на загородной вилле, я маме не нравилась. Поэтому она, естественно, не стала бы давать мне много ежемесячного содержания. В то время мне нужно было купить лекарственные ингредиенты, чтобы восстановить свое тело и поддерживать средства к существованию на загородной вилле. Поэтому я посадила много овощей во дворе. Я не ожидала, что эти овощи окажут большую помощь позже. До сих пор, хотя мне не нужно беспокоиться о своих средствах к существованию, я все еще продолжаю вести свое небольшое хозяйство. Каждый раз, когда у меня плохое настроение, я подхожу посмотреть”.

Статус Бейли Цинцана был чрезвычайно высоким и благородным. Несмотря на то, что в прошлом, когда он еще был принцем королевской крови и его не жаловали, он никогда не был на сельскохозяйственных полях и подворьях. Были даже люди, которые тщательно разравнивали землю, куда бы он ни пошел. Можно смело сказать, что никогда ранее император не находился столь близко к реальной жизни обычных людей.

Как раз в тот момент, когда он был в оцепенении, он услышал два слегка детских голоса.

Именно Шэнь Сюаньлинь и Юнь Чуань приходили каждый день выполнять свою обычную ухаживания за посадками и животными.

Двое парней принесли два ведра и осторожно полили корнеплоды водой.

Шэнь Сюаньлинь посмотрела на зеленые овощи и с гордостью сказала: “Старшая сестра сказала, что соберет овощи и приготовит для меня через несколько дней!”

Юнь Чуань, который кормил жирных кроликов в стороне, скривил губы и сказал: “Чем тут можно гордиться? Принцесса даже сказала, что приготовит мне кролика на ужин!”

“Старшая сестра сказала, что полезно есть больше овощей”.

“Принцесса сказала, что кролик очень вкусный”.

“Ерунда, старшая сестра любит меня больше всех, поэтому она тебе не поможет”.

“Принцесса тоже очень хорошо относится ко мне. Ты не можешь запугивать меня только потому, что ты младший брат принцессы.”

“Я не запугиваю людей, полагаясь на силу старшей сестры. Я собираюсь защищать ее в будущем!”

Двое молодых людей бесконечно ссорились. В конце концов, они действительно начали драться друг с другом. Они старательно избегали измять и повредить растущие овощи на земле и не осмеливались обижать жирных кроликов и цыплят. Однако их движения были чрезвычайно хороши и оттчены. Их кулаки были свирепыми, что придавало им исключительно внушительный вид.

Бейли Цинцан рассмеялся, когда услышал разговор между ними двумя. Когда он увидел их движения, признательность в его глазах стала еще более очевидной. “У них большой потенциал”.

“Пожалуйста, пощади меня, отец император. Я просто подумала о том, чтобы привести отца Императора, чтобы он посмотрел и расслабился. Я забыла, что это было как раз время для них двоих, чтобы заняться своей обычной практикой”.

“Нет проблем. Мое настроение действительно намного лучше. Как насчет этого: сегодня я поужинаю с тобой. Приведи сюда двух молодых людей. Овощи, которые они посадили, а также жирные кролики и цыплята станут блюдами.”

Глава 193 - Кровавая резня!

Бейли Цинцан пробыл в особняке принцессы Чжаохуа весь день и вернулся во дворец в прекрасном расположении духа. Услышав это, императрица тут же бросила чашку, которую держала в руке, на землю.

“Ся Цзинъянь раньше была очень соблазнительной женщиной. Она умерла столько лет назад, но Его Величество постоянно помнит о ней. С ее дочерью тоже нелегко иметь дело. Не сомневаюсь, что она может соблазнить его величество, не смотря на свой столь юный возраст!”

Сердце Фансюэ пропустило удар. Она опустила голову и не осмеливалась заговорить. Она много лет жила в императорском дворце. Можно сказать, что она сопровождала императрицу всю дорогу сюда.

Когда императрица была еще молодой леди в семье Чжао, ее нрав был чрезвычайно гордым. Войдя в императорский дворец, поскольку император нуждался в поддержке семьи Чжао, она не испытала никаких обид. У нее были и тактика, и мудрость, но ей не хватало терпения, особенно в вопросе Ся Цзинъянь.

В то время все в столице знали имя мисс Ся. Независимо от того, кто это был, независимо от того, была ли их внешность лучше, чем у нее, или нет, никто не мог превзойти Ся Цзинянь в центре внимания. В то время бесчисленные молодые леди из аристократических семей ненавидели ее так сильно, что скрежетали зубами. Они желали, чтобы она была немедленно убита. Императрица была одной из них.

Даже став императрицей и прожив в императорском дворце почти двадцать лет, Чжао Хуэйин теряла свою обычную манеру держаться каждый раз, когда упоминала Ся Цзинъянь. Мертвая мисс Ся все еще могла мучить живых. Она была действительно особенной.

Чжао Хуэйин крепко сжала кулаки, и ее ногти впились в ладони. “Фансюэ, принеси еду. Давайте пойдем и увидим Его Величество.”

Фансюэ сделала паузу и слегка поджала губы. “Ваше величество, его Величество вошел в Южный учебный зал после возвращения. Он также издал устный указ, в котором говорилось, что никто не должен его беспокоить”.

“Бах!” Императрица хлопнула по столу, и ее тонкие ногти были сломаны, обнажив следы крови.

Дворцовые служанки быстро опустились на колени. Фансюэ схватила Чжао Хуэйин за руку и сказала: “Ваше величество, вы должны заботиться о своем теле!”

“Береги себя? Ха-ха, какой смысл мне заботиться о себе? Ся Цзиньянь, Шэнь Нинхуа… Как это все мерзко!”

Когда Чу Цзюньи пришел в комнату Шэнь Нинхуа, он увидел, что она прислонилась к мягкому дивану и читает. Он улыбнулся и сказал: “Нинхуа, я слышал, что Его Величество приходил сюда сегодня”.

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: “Твоя служба информирования поставлена безупречно”.

“На данном этапе каждое движение его величества особенно бросается в глаза. Поэтому не стоит удивляться моим знаниям о перемещении императора.”

”Распространилась ли новость в императорском дворце?"

“Ну еще бы! Безо всякого сомнения весь дворец только эту новость и обсуждает”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Интересно, сколько людей в это время бьют фарфор в своих комнатах?”.

Чу Цзюньи рассмеялся. “Это не имеет значения. В императорском дворце много фарфоровых изделий. Да и любой разбитый фарфор можно заменить.”

“Его величество уже подготовил поле боя. Когда ты собираешься принять меры?”

“Это наше первое испытание. Чем быстрее и тщательнее, тем лучше. Мы узнаем результат через три дня”.

“Кто будет твоей первой добычей?”

“Как только мы поймаем главаря, далее мы легко захватим его последователей. Естественно, я начну с самого высокопоставленного из них.”

Шэнь Нинхуа опустила глаза, поворачивая нефритовый браслет на своем запястье. Она медленно кивнула. “Хорошо, тогда давайте начнем с командующего Императорской гвардией. Он сообщник наследного принца.”

Чу Цзюньи молниеносно со свистом раскрыл складной веер в своей руке. Нити холодного света вспыхнули на нефритовых ребрах и прекрасно контрастировали с холодом в его глубоких глазах. Он был подобен верховному богу-убийце, который открыл свои холодные и бессердечные глаза и посмотрел на огромную толпу жалким взглядом.

С наступлением ночи на столицу опустился запах крови. Ночная тьма скрыла покрыла своим крылом от любопытных взглядов все, что происходило. Всего за одну ночь был убит командир императорской гвардии. Два отделения были уничтожены, когда они попытались оказать сопротивление. Кто-то даже не успел разослать подготовленные сообщения, когда люди Чу Цзюньи прямо ворвались в особняк, убили их и забрали сообщения.

Обычно хорошо информированные сановники в императорском дворце, казалось, ослепли и оглохли в ту ночь. Это было так, как будто кто-то закрыл им уши и глаза. Они лишь смутно почувствовали что-то неладное, когда на следующий день пришли в суд и увидели пустую должность командира.

Чу Цзюньи был одет в официальную униформу. На нижнем подоле его одежды были заметны слабые следы темно-красного цвета. На его красивом лице не было никакого выражения. Он находился один, в центре зала, но стоял там стойко, не выказывая ни малейших эмоций.

Приостановив суд на несколько дней, император, наконец, возобновил его. Гражданские и военные чиновники уже ждали в главном зале.

Выражение лица Бейли Цинцана было не очень хорошим, но по сравнению с тем, что было несколько дней назад, его выражение смягчилось.

Через некоторое время в зале все еще царила тишина. На самом деле не было никого, кто хотел бы взять на себя инициативу и выступить. Бейли Цинцан холодно взглянул на чиновников в зале и спросил: “Есть ли у кого-нибудь из вас что сообщить?”

Чиновники опустили головы, не смея в этот момент издать ни звука.

Видя, что никто не ответил, Чу Цзюньи встал и встал посреди зала. “Ваше величество, я должен кое-что сообщить”.

“Говори!”

“Мне было приказано расследовать действия имперской гвардии. Я выяснил, что командир императорской гвардии Ли Вэнь был купленным и брал взятки. Он игнорировал жизни людей. Он использовал свое служебное положение, чтобы подавлять своих коллег и запугивать народ. Когда я пришел арестовать его прошлой ночью, он отказался признать свою вину и был убит на месте”.

Выражения лиц многих чиновников мгновенно изменились. Командующий императорской гвардией, достойный придворный чиновник первого ранга, был фактически убит на месте без разрешения? Был ли этот Чу Цзюньи сумасшедшим? Неужели он действительно думал, что может быть столь смелым и беспринципным только потому, что он будущий зять Его Величества и станет родственником королевской семьи?

Однако следующие слова Чу Цзюньи шокировали их еще больше.

“Кроме того, было два небольших отряда членов Императорской гвардии, которые отказались принять расследование и попытались оказать сопротивление. Они также были убиты мной на месте. Были также некоторые участники, которые пытались рассылать сообщения и тоже были убиты на месте. Ваше величество, вот список тех, кто был казнен, пожалуйста, взгляните.”

Услышав эти убийственные слова, чиновники почувствовали, как у них по спине пробежал холодок. Они смотрели на Чу Цзюньи так, как будто он сам был мертвецом. Этот человек был действительно сумасшедшим. Кто были члены императорской гвардии? Они были непосредственно подчиненными гвардейцами Его Величества и были выбраны из числа тысяч людей. Многие из них были законными сыновьями различных высокопоставленных чиновников. Этот Чу Цзюньи говорил об убийстве так небрежно, как будто не знал, сколько аристократических семей теперь будут стремиться содрать с него кожу и кости!

Однако Чу Цзюньи не обращал внимания на взгляды за его спиной. Он знал, что им не терпелось убить его и порадоваться его смерти. Он спокойно стоял в главном зале, оставляя непреклонную и непоколебимую фигуру другим чиновникам.

Бейли Цинцан посмотрел на имена, написанные на большом свитке и его глаза затуманились. “Сколько охранников осталось в Императорской гвардии?”

“Ваше величество, императорская гвардия насчитывает в общей сложности пятьсот шестьдесят три члена. Прошлой ночью сто двадцать из них были убиты и сто восемьдесят семь были задержаны. Сейчас гвардия насчитывает всего двести пятьдесят шесть человек”.

“Двести пятьдесят шесть...” Байли Цинцан пробормотал это число. Мышцы в уголках его глаз постоянно дрожали, а глаза покраснели и наполнились слезами… Императорская гвардия была главной силой, защищавшей императорский дворец. Но у половины из них были проблемы.Точнее сказать, половине из них невозможно было доверить жизнь императора. Как же так получилось, что в прошлом он был уверен в себе и не испытывал беспокойства?

Бейли Цинцан крепко стиснул зубы и обвел взглядом принцев, стоявших в первом ряду. В глубине души он усмехнулся. Возможно, ему следует поблагодарить своих сыновей за то, что они проявили к нему милосердие, чтобы он мог остаться целым и невредимым.

“Признали ли задержанные охранники себя виновными?”

“Ваше величество, все задержанные временно заключены в тюрьму. Я допрашивал их всю ночь, и никто не признался”.

“Допроси их как следует. Тебе лучше убить их по ошибке, чем позволить им уйти.”

Глаза Чу Цзюньи загорелись. Казалось, что он сделал правильную ставку. “Да, я буду добросовестно выполнять ваш указ”.

Выражение лица наследного принца было напряженным, а лица Третьего и Четвертого принцев были полны гнева.

Третий принц был первым человеком, который потерял самообладание. Он крикнул: “Отец император, даже если императорские гвардейцы были виновны, вы должны задержать их и судить. Как они могли быть непосредственно казнены на месте без расследования?”

Теперь, когда Третий принц заговорил первым, другие официальные лица последовали его примеру.

“Да, ваше величество, Третий принц прав. Такой способ ведения дел просто образец нарушения всех законов”.

“Командующий императорской гвардией - высокопоставленный чиновник при дворе. Даже если он вдруг попал под подозрение, то он должен быть передан Верховному суду для допроса, прежде чем ваше величество вынесет вердикт”.

“Он осмелился казнить кого-то напрямую без разрешения после того, как всего на пару дней занял должность левого имперского цензора. Он действовал так безрассудно. Ворвется ли он однажды в наши особняки и сделает то же самое с нами?”

“Ваше величество, пожалуйста, проведите расследование в отношении Левого имперского цензора и строго накажите его”.

Чу Цзюньи спокойно стоял там и слушал обвинения чиновников. Холодная улыбка появилась на его губах. Эти министры думали только о борьбе за власть и завоевания. Неужели они забыли о присутствии Его Величества над ними? Это было не то, что он хотел сделать, а то, что Его Величество приказал ему сделать. Может быть, никто из них не забыл поднять головы и посмотреть на выражение лица Его Величества?

Чем больше говорили чиновники, тем более праведными и возмущенными они становились. Гнев в сердце Бейли Цинцана начал подниматься. В конце концов, он больше не мог этого выносить и хлопнул ладонью по столу. “Немедленно замолчите вы все!”

В зале сразу же воцарилась гробовая тишина.

Бейли Цинцан холодно посмотрел на чиновников в зале, и выражение его лица было холодным, как зима. “Это я отдал приказ расследовать действия Имперской гвардии. Вы не верите мне? Это я дал Чу Цзюньи право казнить их на месте по своему усмотрению, если те будут оказывать хоть какое-нибудь сопротивление. Вы не верите мне? Тогда что мне сделать, чтобы вы мне поверили?”

“Мы не смеем, ваше величество”.

“Ты не смеешь? Вы все смеете игнорировать мой указ. Что еще ты не осмеливаешься сделать?” Бейли Цинцан посмотрел на всех присутствующих с холодным убийственным намерением в глазах. “Я всегда был добр к тебе. Но не думай, что я должен терпеть тебя бесконечно! Вице-министр Министерства ритуалов, вы только что сказали, что не выдержали атмосферы в суде и хотели уйти в отставку? Хорошо, я одобрю ваш запрос. Стража! Немедленно снимите с него головной убор и пинками выгоните его из императорского дворца!”

“Ваше величество, я сделал это ради Императорского двора! Я сделал это от всего сердца ради Императорского двора!” Вице-министр Министерства ритуалов запаниковал и поспешно опустился на колени, чтобы выразить свою лояльность. Он посмотрел на окружающих союзников в поисках помощи. К сожалению, в это время никто не осмелился заступиться за него.

“Уведите его!”

Жесткие меры Бейли Цинцана помешали допросу всех присутствующих в суде. Наследный принц и другие ушли с пепельными лицами.

Чу Цзюньи покинул императорский дворец и направился прямо в особняк Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа подрезала растения в горшке. Увидев, что Чу Цзюньи входит с улыбкой на лице, ее глаза сразу же расслабились. “Похоже, результаты сегодняшней битвы были неплохими”.

“Да, неплохо”. Чу Цзюньи отодвинул чайник в сторону и налил воды в кастрюлю, когда Нинхуа смотрела в другую сторону.

Шэнь Нинхуа нахмурилась и хлопнула себя по руке. “Не создавай проблем. Семьи Чжао и Линь на самом деле еще не вмешивались.”

“Расследование Его Величества в отношении Императорской гвардии - это только начало. Враги сейчас замрут и не будут двигаться так рано. Это самое лучшее. Я воспользуюсь этим временем, чтобы хорошо подготовиться!”

“На этот раз наследный принц и другие действительно оскорбили отца-императора. В противном случае он не позволил бы вам начать такую бойню напрямую.”

“Ты права, после этого урока они больше не будут такими импульсивными”. Чу Цзюньи усмехнулся. “Нинхуа, я не видел Второго и Пятого принцев утром. Каков твой план?”

Выражение лица Шэнь Нинхуа стало холодным. Ее рука замерла, и она случайно срезала бутон цветка.

“Делай это медленно. Бейли Цзиньчуань много раз усложняла мне жизнь. На этот раз он даже использовал такой бесстыдный трюк. Я никогда его не смогу простить после всего, что он пытался со мной сделать. Что касается Бейли Цзиндзе, то спешить некуда. Успокойся, месть хороша, когда чувства остынут. Давай мучить его шаг за шагом”.

Глава 194 - Давайте предстанем перед Его Величеством!

Глаза Чу Цзюньи опустились, и на сердце у него стало немного неуютно. Как мог Бейли Цзиндзе так сильно заслужить ее внимание?

Хотя она очень хорошо скрывала свои эмоции, он все еще чувствовал ее ненависть к Бейли Цзиндзе. Эта ненависть была подобна магме, скрытой глубоко подо льдом и снегом. Внешне она казалась спокойной и безмятежной, но на самом деле ее сердце переполнял гнев. Если она не возражала ему до последнего момента, то как могла возникнуть такая глубокая ненависть? Нинхуа, что именно ты думаешь в своей голове?

Когда Шэнь Нинхуа увидела, что Чу Цзюньи ошарашен, она была слегка озадачена. "Что не так?"

"Хм? Ничего. Я вдруг кое-что вспомнил. Нинхуа, я слышал от Бай Руо, что последние несколько дней ты спишь допоздна. Ты не можешь заснуть? Ты много перенесла в последнее время, у тебя есть травмы, так что тебе следует хорошо отдохнуть”.

Выражение лица Шэнь Нинхуа застыло, и на ее лице промелькнуло неестественное выражение. “Не переживай. Я непременно займусь своим здоровьем и буду уделять этому внимание в будущем”.

Бай Руо поджала губы и улыбнулась в сторону. “Мисс не только поздно спала в эти несколько дней, она, вероятно, не сможет спать рано и в течение следующих нескольких дней”.

“О чем ты говоришь?” Шэнь Нинхуа пристально посмотрела на нее.

Бай Руо усмехнулась и повернулась, чтобы приготовить чай и выпечку.

Чу Цзюньи было любопытно, но когда он посмотрел на выражение лица Нинхуа, он передумал спрашивать ее. Он просто хотел устроить так, чтобы незаметно взглянуть на нее сегодня вечером. Поболтав некоторое время с Шэнь Нинхуа, он встал и ушел. Вместо того чтобы вернуться к семье Сяо, он направился прямо во дворец Министерства по гражданским делам.

Эти люди, должно быть, собрались там вместе в этот момент.

Правительственное здание был заполнен чиновниками, и многие из них более низкого ранга стояли за воротами.

Как только появился Чу Цзюньи, все взгляды сразу же сосредоточились на нем. “Уважаемые коллеги, как у вас у всех нашлось время прийти?”

Внутри правительственного офиса Чжао Кун, глава семьи Чжао, сидел на почетном месте. Рядом с ним был Линь Юэ, глава семьи Линь. Остальные чиновники сидели по обе стороны в соответствии со своим официальным рейтингом. Как только Чу Цзюньи вошел в офис, он сразу же почувствовал, как на нем концентрируются тяжелые взгляды, полные ненависти, злобы и страха. Это было так сильно, что он почти не мог дышать.

Чу Цзюньи усмехнулся, и в его глазах промелькнула насмешка. Какое великолепное построение! Этот способ демонстрации силы был действительно эффективным. Если бы он был обычным человеком, он определенно был бы в ужасе.

“Приветствую всех вас. Я не знал, что вы приедете, поэтому, пожалуйста, простите меня за то, что я не встретил вас у ворот.”

“Лорд Чу, вы действительно заняты. Куда вы отлучались? Вы должны быть на дежурстве в правительственном учреждении после выхода из суда. Выражение лица Линь Юэ было напряженным. Его тело выглядело чрезвычайно худым, но глаза были ясными и он не опускал взгляда.

“Лорд Лин, мне неудобно говорить вам, куда я направлялся. Вы знаете, что я выполняю королевский указ. Поэтому я, естественно, думаю о том, чтобы постоянно работать на Его Величество. Я вообще не смею задерживать ход моей работы”.

“Похоже, нам не следует много болтать и разглагольствовать. Лорд Чу отличается от нас.”

Чу Цзюньи улыбнулся и сказал: “На самом деле, между нами нет никакой разницы. Разве мы все не работаем вместе на благо Его Величества и народа? Кстати, об этом...”

“Лорд Чу!” Линь Юэ повысил голос и прервал его. “Перестань произносить эти высокопарные фразы. Мы здесь для того, чтобы кое-чем вас побеспокоить, побеспокоить лорд Чу.”

”Пожалуйста, говорите". Поскольку у наследного принца и Третьего принца были плохие отношения, семья Чжао и семья Линь всегда были в ссоре друг с другом. Теперь, чтобы разобраться с ним, они действительно решили работать вместе. Надо сказать, что к нему действительно относились очень серьезно.

“Его величество приказал вам расследовать действия императорской гвардии. Можно сказать, что Его Величество высоко ценит вас. Но как вы можете злоупотреблять своей властью в поисках личной выгоды и мстить за личную обиду во имя общественных интересов!”

Чу Цзюньи поднял глаза и озадаченно спросил: “О чем ты говоришь?”

Линь Юэ холодно посмотрел на Чу Цзюньи, его голос был ни слишком быстрым, ни слишком медленным. “Поскольку командующий Императорской гвардией имел что-то против вас, вы за это его казнили его прямо на месте, в то время, когда его Величество приказал вам расследовать действия Императорской гвардии. Разве вы не намеренно убили его и не заставили замолчать?”

Выражение лица Чу Цзюньи было холодным. “Лорд Лин, устные обвинения не могут быть приняты в качестве доказательства. Если у вас нет никаких доказательств, вам следует немедленно уйти. Я великодушен и не буду предъявлять вам обвинение в том, что вы выдвинули против меня ложное обвинение. Если есть доказательства, то так было бы лучше. Мы можем напрямую передать это Его величеству и устроить очную ставку.”

Чу Цзюньи не заботили доказательства, о которых говорил Линь Юэ, и его тон был исключительно праведным.

Линь Юэ прищурил глаза и сказал: “Господин Чу, сказанное слово - это выпущенная стрела. Вы уверены, что хотите противостоять нам перед Его величеством?”

Чу Цзюньи усмехнулся и сказал: “Похоже, господин Линь полон решимости вылить грязную воду мне на голову. Поскольку это так, я возьму это на себя. Лорд Лин, пожалуйста.”

Чжао Кун сидел в стороне, внимательно наблюдая за Чу Цзюньи. Он был удивлен, что Чу Цзюньи совсем не колебался. Могло ли быть так, что он был настолько уверен, что ему все сойдет с рук?

Нужно было знать, что в официальном кругу не имело значения, был ли чиновник талантлив или честен. Важно было то, что говорили о нем другие чиновники! Общественный шум мог смешать добро и зло, а клевета уничтожала человека. Поскольку он вошел в официальный круг, как он мог на самом деле не знать этого?

Чу Цзюньи выпрямился. Выражение его глаз было холодным. Эти высокопоставленные чиновники обычно делали много вещей, которые противоречили правильному и неправильному. В течение стольких лет бесчисленное множество хороших чиновников при Императорском дворе подвергались гонениям из-за неправедных обвинений в их адрес. Эти хорошие чиновники явно совершали добрые дела для страны и народа, но их репутация была заклеймена позором, их жизни были потеряны, и даже их жены и дети были замешаны в этом…

Если они хотят обращаться с ним как с слабаком, им также следует тщательно обдумать, пострадают они или нет!

Линь Юэ холодно улыбнулась. “Хорошо, поскольку лорд Чу упрямо упорствует, тогда нам нужно встретиться с ним лицом к лицу перед Его Величеством. В это время не только вы будете наказаны, но даже принцесса Чжаохуа будет замешана. Я надеюсь, что тогда вы не будете сожалеть!”

Лицо Чу Цзюньи было бесстрастным, а взгляд насмешливым. “Вам не нужно беспокоиться о том, буду ли я сожалеть или нет”.

В то время как в Министерстве гражданских дел происходил такой большой переполох, Шэнь Нинхуа вскоре получила эту новость.

“Бай Руо, помоги мне переодеться. Давайте отправимся в императорский дворец навестить отца-императора.”

“Да, госпожа”.

Это было хорошее шоу. Эти люди тоже должны думать о том, чтобы затащить ее в мутную воду. Как она могла не пойти и не посмотреть?

Когда Шэнь Нинхуа прибыла в императорский дворец раньше Чу Цзюньи и других чиновников, Бейли Цинцан отдыхал в кабинете с закрытыми глазами.

“Почему ты здесь, девочка? Разве я не просил тебя хорошенько отдохнуть?”

Шэнь Нинхуа улыбнулся и сказала: “Я слышала, что прошлой ночью произошло что-то серьезное. Я беспокоилась об отце-императоре, поэтому пришла взглянуть.”

Подумав, что половина императорской гвардии была казнена, Бейли Цинцан снова почувствовал боль на лбу. “Имперская гвардия… Я действительно не ожидал, что моя имперская гвардия будет настолько ослаблена. У половины из них были проблемы: некоторые были подкуплены, некоторые были завербованы через влияние нижних юбок, а некоторые были подкуплены другими. Я почувствовал холодок в своем сердце, когда подумал о том, как они защищали меня раньше”.

“Отец император, поскольку события уже произошли, их нельзя повернуть вспять. Слишком много думать - это не что иное, как усугублять свои заботы. Теперь, когда вы обнаружили проблему, вы можете просто решить ее. Отец-император является сувереном страны. Вы можете должным образом управлять всей страной, не говоря уже о небольшой императорской гвардии.”

“Что ты знаешь, маленькая девочка? Хорошо, я перестану думать об этих вещах. Теперь, когда вы вошли в императорский дворец, вы можете поиграть в Го и поужинать со мной перед отъездом.” Бейли Цинцан улыбнулся, но его сердце сильно расслабилось. Да, я мог бы хорошо управлять всей страной, не говоря уже о маленькой императорской гвардии!

Выражение лица Шэнь Нинхуа напряглось. “Отец император, вы явно знали, что я не сильна в этом и проиграю каждую игру, но вы продолжали просить меня сыграть с вами. Уж не хотите ли вы посмеяться надо мной?”

Несмотря на то, что она жаловалась, она взяла шахматную доску из рук дворцовой служанки и выпрямила ее. Она сразу же взяла черные фигуры и сказала: “Я пойду первой”.

“Ха-ха, ты каждый раз разыгрывал этот ход. Хорошо, на этот раз отец император позволит тебе сначала поставить на доску три фигуры.”

Шэнь Нинхуа самодовольно улыбнулась. “В последнее время я читала руководства по Го и надеюсь, улучшила свои навыки игры. Пожалуйста, не будьте слишком самонадеянны, отец император.”

“Девочка моя, прояви уважение к своему старшему!” Бейли Цинцан пристально посмотрел на нее, но в его сердце не было гнева. С тех пор как Цзинъянь скончалась, никто больше не осмеливался так с ним разговаривать. “Если ты сможешь выиграть, я подарю тебе шахматную доску из белого нефрита, которую я хранил много лет”.

Глаза Шэнь Нинхуа загорелись. “Это был бы отличный подарок. Тогда я не буду изображать из себя неумелого игрока и скромничать”.

Линь Юэ, Чжао Кун и другие чиновники в гневе бросились к передней части зала, но были заблокированы снаружи главным евнухом. “Лорды, его величество издал устный указ, в котором говорилось, что никто не должен его беспокоить”.

Глаза Линь Юэ дрогнули. Стоявшие в стороне чиновники вышли вперед и сказали: “Уважаемые господа, мы пришли к Его Величеству по серьезному вопросу. Я надеюсь, что вы сможете сообщить нам об этом”.

“Господин, его Величество в настоящее время играет в Го с принцессой Чжаохуа. Он сказал, что никто не должен его беспокоить. Поэтому очень вас прошу… пожалуйста, не усложняй мне жизнь”.

Глаза Линь Юэ сузились, и выражения лиц многих чиновников в стороне изменились.

Его величество играл в Го с принцессой Чжаохуа?

Чу Цзюньи слабо улыбнулся, его сердце наполнилось теплом. Нинхуа действительно была хорошей женой!

Линь Юэ нахмурился, когда он внезапно опустился на колени на землю и закричал: “Я хочу видеть ваше величество. Я должен сообщить кое-что важное!”

Чиновники позади него поспешно опустились на колени и дружно закричали: “Мы хотим видеть ваше величество. Мы должны сообщить кое-что важное!”

Внутри зала император взялся за фишку, но внезапно пальцы Бейли Цинцана замерли. Он крепче сжал белый кусочек, и нефритовая фишка издала легкий скрип.

Шэнь Нинхуа встала и сказал: “Отец император, поскольку так много чиновников желают видеть вас, я уйду первой”.

“Не нужно, просто посиди здесь. Я знаю, что они здесь делают!” Лицо Бейли Цинцана было покрыто мелкими каплями холодного пота: “Вызовите их!”

Группа чиновников прошла через ворота и увидела Шэнь Нинхуа, стоящую у подножия лестницы. На их лицах были изображены разные выражения.

Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи обменялись взглядами и слегка кивнули.

Лицо Бейли Цинцана было холодно как лед. “Что вы все здесь делаете?”

“Ваше величество, я...” Линь Юэ шагнула вперед.

Чу Цзюньи прервал его и сказал: “Ваше величество, лорд Линь отправился в правительственный офис Министерства гражданских дел вместе с другими лордами. Там, сделав мне выговор, он сказал, что имеет что-то против меня. Поскольку я был уверен, что не сделал ничего плохого, я, естественно, не поверил тому, что он сказал. Таким образом, мы пришли к Вашему величеству, чтобы устроить очную ставку на которой я прошу господина Линя высказать в присутствии Вашего величества все свои обвинения в мой адрес. Пожалуйста, вынесите свой вердикт за нас, ваше величество”.

Бейли Цинцан холодно взглянул на чиновников, стоявших на коленях на земле, и сказал: “Какое совпадение. Ты действительно сообщил всему двору о своем обращении?”

“Ваше величество, я тоже был сильно озадачен. Что это за обращение, которое было известно всем?”

Шэнь Нинхуа усмехнулась про себя. Если бы все это знали, это была бы не проблема, а обычное дело.

Бейли Цинцан посмотрел на Линь Юэ и сказал: “Скажи мне, что это за обращение?”

Линь Юэ почувствовал дурное предчувствие в своем сердце. “Ваше величество, у Чу Цзюньи в руках огромное количество серебра. Он тесно общался и много раз имел дело с чиновниками в Цзяннани. Командир императорской гвардии заметил это и собирал доказательства и улики, прежде чем он был убит руками Чу Цзюньи.Потому что Чу Цзюньи узнал, что он ведет против него расследование и использовал указ вашего Величества для заметания своих следов и сокрытия своих преступлений. Под предлогом расследования действий Императорской гвардии. Чтобы отомстить за личную обиду он убил достойного придворного чиновника первого класса на месте!”

Глаза Чу Цзюньи дернулись. Огромная сумма серебра… Неудивительно, что Линь Юэ угрожал ему в такой внушительной манере. Оказалось, что он узнал об этом.

Бейли Цинцан нахмурился. “Ты говоришь - огромное количество серебра?”

“Именно так, все верно. Согласно свидетельствам, оставленным командующим императорской гвардией, там, по меньшей мере, несколько миллионов таэлей серебра.”

“Миллионы таэлей серебра? Это довольно большая сумма”. Императорский двор собирал только десятки миллионов таэлей налогового серебра каждый год, но Чу Цзюньи на самом деле обладал миллионами таэлей серебра?

Глава 195 - Он Был Просто Бесподобно Бесстыден!

Чжао Кун сложил ладони на груди и с почтительным поклоном доложил: “Ваше величество, хотя наша страна имеет обширную территорию, ежегодный налоговый доход составляет всего 20 миллионов таэлей серебра. Чу Цзюньи только что повысили до официальной должности первого класса, но на самом деле он заработал почти 2 миллиона таэлей серебра. Это действительно звучит весьма невероятно”.

“Да, ваше величество, откуда у него столько таэлей серебра? Серебро все равно не может быть выдуто из воздуха. Я не знаю, сколько мирных жителей было разграблено и погибло от голода из-за этого. Как он может быть допущен до такой высокой должности придворного чиновника первого класса? Пожалуйста, примите решение, ваше величество.”

Услышав это, Шэнь Нинхуа опустила голову, чтобы скрыть насмешку в своих глазах. Это было поистине грандиозное заявление. В то время, когда Цзяннань постигла тяжелая катастрофа, эти самые люди получили сотни тысяч таэлей серебра в качестве взяток. Это было действительно похоже на нашествие саранчи. Но сейчас они все говорили праведным тоном, обвиняя других.

Бейли Цинцан не выказал никакого выражения на своем лице. Он посмотрел на Чу Цзюньи, который неподвижно стоял на коленях на земле. “Чу Цзюньи, как ты это объяснишь?”

“Ваше величество, даже не знаю. В глубине души я очень озадачен. Господин Чжао также сказал, что меня только что повысили до официальной должности первого класса. В отличие от лорда Линя и лорда Чжао, которые много лет были чиновниками при дворе, я всего лишь новичок. Откуда у меня возможность брать взятки у Цзяннани?”

Линь Юэ холодно усмехнулся: “Это все благодаря хорошим трюкам лорда Чу. Я предполагаю, что вы, должно быть, часто угрожали чиновникам в Цзяннани. Ты сейчас смеешь говорить, что у тебя в доме нет большого количества серебра?”

Чу Цзюньи смотрел вперед и даже не взглянул на Линь Юэ. “В моем особняке действительно довольно много таэлей серебра”.

“Тогда как лорд Чу должен объяснить происхождение этих таэлей серебра?”

“Из Цзяннани”.

“Вот! Вот именно! И ты тогда ты все еще хочешь упрямо отрицать свою вину? Ваше величество, Чу Цзюньи вступил в сговор с чиновниками в Цзяннани, чтобы лишить людей их богатства и доставить им серьезные неприятности. Пожалуйста, поддержите справедливость для людей”.

Мышцы в уголках глаз Линь Юэ дернулись. Его настроение было напряженным, как струна. Все шло так гладко, что это вызывало сильную настороженность и на сердце у него было неспокойно. Почему Чу Цзюньи вообще ничего не опроверг? Может быть, он был уверен, что его величество будет доверять ему?

Чу Цзюньи, наконец, повернулся, чтобы посмотреть на Линь Юэ, и сказал: “Господин Линь, вы уже закончили?”

«Что ты хочешь этим сказать?»

“Разве ты не должен обвинять и принцессу Чжаохуа тоже? В конце концов, я жених ее высочества и близкий родственник ей. Что, если она отомстит тебе за то, что ты таким бессовестным образом оклеветал меня?”

Брови Линь Юэ дернулись. “Господин Чу, как чиновник Императорского двора, вы действительно не должны быть таким легкомысленным. Принцесса Чжаохуа много раз предлагала рецепты для страны и народа. Она оказала большую услугу как стране, так и народу”.

Чу Цзюньи был удивлен. ”О, лорд Лин имеет в виду, что ее высочество не знает об этом?"

“Я не могу ничего прокомментировать”.

Линь Юэ ничего не сказал. Но Чжао Кун выскочил наружу. “Ваше величество, лорд Лин не очень хорошо разбирается в ситуации, но я знаю немного. Насколько я знаю, в особняке принцессы Чжаохуа также находится огромное количество серебра неизвестного происхождения.”

Шэнь Нинхуа посмотрела на Линь Юэ и Чжао Куна с насмешливой улыбкой на губах. “Похоже, лорд Линь и Чжао разделили работу заранее. Лорд Линь отвечает за устранение Чу Цзюньи, в то время как лорд Чжао отвечает за подставу меня. В противном случае, почему два лорда, которые всегда были в ссоре друг с другом, сегодня работают вместе?”

“Ваше высочество, хотя у вас благородный статус, вы не можете так подставлять чиновников Императорского двора!” Какой-то чиновник не мог удержаться и решил, что будет справедливым раскритиковать Шэнь Нинхуа…

Шэнь Нинхуа подняла глаза и сказала: “Тогда я посоветуюсь с вами, уважаемый лорд. Каково наказание за клевету на чиновников Императорского двора?”

“Преступники будут понижены в должности или лишены дворянских званий в менее серьезных случаях, или отправлены в ссылку за тысячи километров в серьезных случаях. В самых серьезных случаях они будут обезглавлены прямо на публике!”

"Действительно? Итак, наказание настолько суровое, тогда позвольте мне спросить вас еще раз. Каково наказание за клевету в адрес королевской принцессы?”

“Что … что?”

Шэнь Нинхуа холодно продолжила: “Ты не знаешь? Тогда позвольте мне сказать вам. Те, кто умышленно возведет клевету на принцессу королевской крови, будут публично обезглавлены в менее серьезных случаях, или вся линия их семей будет казнена в серьезных случаях!”

“Ваше высочество, что вы имеете в виду под этим? Вы хотите сказать, что я и другие клевещут на вас?” Глаза Чжао Куна загорелись, когда он посмотрел на Шэнь Нинхуа.

Шэнь Нинхуа повернулась к Чу Цзюньи и сказал: “Господин Чу, разве вы не собираетесь сказать правду даже сейчас?”

Чу Цзюньи сделал паузу на мгновение, прежде чем, наконец, поднять голову. “Ваше величество, я виновен. Пожалуйста, накажите меня”.

Бейли Цинцан нахмурился. “Итак, вы признаете, что присвоили огромное количество серебра?”

“Нет, я ничего не присваивал. Но это правда, что у меня в руках огромное количество серебра”.

“Тогда где ты взял серебро?”

“Ваше величество, должно быть, слышали о Хуаджунской аптеке, которая поднялась после чумы? Это моя собственность.”

«Что?» Линь Юэ и Чжао Кун одновременно вскрикнули, не веря своим ушам. Все знали аптеку Хуаджун. Это был самый большой аптечный магазин в Цзяннани. Она почти монополизировала все рынки сбыта лекарственных средств в регионе. Ежедневное количество таэлей серебра там достигало сотен тысяч. Такой крупный бизнес на самом деле принадлежал Чу Цзюньи?

Бейли Цинцан тоже был шокирован. Он посмотрел на Шэнь Нинхуа и сказал: “Нинхуа, ты знаешь об этом?”

“Отец император, я тоже это знала”.

“Итак, серебро было заработано аптекой Хуаджун?”

“Ответ будет как да, так и нет”. Ответил Шэнь Нинхуа.

Бейли Цинцан нахмурился. “Что это значит?”

Шэнь Нинхуа прошла в центр зала и опустился на колени рядом с Чу Цзюньи. “Отец император, когда я отправилась в Цзяннань, чтобы избавить людей от бедствий, я увидела, что люди уходили из своих домов и голодали. Они ждали лекарственных средств, которые могли бы спасти их жизни. Однако многие аптеки запаслись лекарствами и сразу же непомерно подняли цены. Я не могла вынести вида такой ситуации, поэтому у меня было намерение открыть аптеку”.

“Итак, ты тот, кто хотел открыть аптеку Хуаджун. Как это может быть связано с Чу Цзюньи?”

“В конце концов, я всего лишь незамужняя девушка, и мне было неудобно самой справляться со многими вещами. В то время старый генерал Сяо также устранял бедствия в Цзяннани. Я думала, что он заботится о людях, поэтому изначально хотела рассказать ему об идее создания аптеки. Однако старый генерал Сяо уже был чрезвычайно уважаемым высокопоставленным чиновником. И я опасалась, что многие люди могли бы начать смотреть на него свысока, если бы он занялся частным бизнесом. Вот почему я ему не сказала. Позже я случайно встретил лорда Чу и рассказал ему об этой идее. Я не ожидала, что лорд Чу сможет так хорошо управлять аптекой.”

Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи.

Чу Цзюньи слегка кивнул и продолжил: “Изначально аптека была создана для того, чтобы помогать людям. Я никогда не хотел разбогатеть. И мы сделали специальную ценовую политику. В нашей аптеке лекарственные средства были всего на десять процентов дороже, чем их закупочная стоимость. Это позволило нам поддерживать нормальную работу аптеки и сделать лекарства доступными простым людям… Любым людям ”.

Линь Юэ нахмурился и усмехнулась. “Слова лорда Чу неубедительны. Поскольку лекарственные ингредиенты аптеки Хуаджун такие дешевые, как вы могли заработать миллионы таэлей серебра?”

“Лорд Лин, вы не понимаете. Аптека Хуаджунь - не единственная аптека в Цзяннани. Лекарства, которые я там продавал, были настолько дешевыми, что другие торговцы лекарствами просто не могли продолжать свою деятельность. Поначалу многие из них ходили в аптеку Хуаджун, чтобы доставить неприятности. Позже, хотя инциденты были пресечены, я узнал, что закупочные цены на лекарственные ингредиенты были настолько низкими, что многие фермеры, выращивающие травы, не желали их выращивать. Другого пути не было. Затем моя аптека еще больше повысила закупочные цены на лекарственные ингредиенты, но не стала повышать отпускные цены для населения. К счастью, люди приняли это хорошо, и никто не был недоволен”.

“Хех, несмотря на все, что ты сказал, разве не у тебя были все деньги в кармане? Вы эксплуатировали людей, лишая их с трудом заработанных денег, ища для этого благозвучное оправдание. У тебя просто черное сердце!”

“Ты ошибаешься”. Чу Цзюньи улыбнулся, готовясь нанести тяжелый удар своему врагу.

“Господин Линь, вы можете отправиться в Цзяннань, чтобы расспросить людей наугад и посмотреть, скажет ли кто-нибудь из них, что аптека Хуаджун - это черное сердце! Я действительно заработал много денег. Тем не менее, я вернул почти все деньги людям. С тех пор как аптека Хуаджун начала приносить прибыль, я отдавал девять процентов прибыли, чтобы помочь жителям Цзяннани строить дороги, насыпи и плотины и помогать людям в случае стихийных бедствий. Что касается денег, которые вы нашли в моем особняке, то это потому, что я слышал, что на северо-западе была засуха. Я специально перевел таэли серебра из Цзяннани и собирался отправить их на северо-запад!”

«Что? Вы отправляете серебро на северо-запад?”

Шэнь Нинхуа сказала: “Это верно. Поскольку я разбираюсь в медицине, лорд Чу специально прислал мне часть серебра. Он сказал мне купить поблизости лекарственные средства и травы и отправить их вместе на северо-запад. Я не ожидала, что вы двое будете так хорошо и настолько информированы. Вы оба так быстро все поняли. Как только я получила серебро в своем особняке, вы, наверняка, немедленно получили сообщение.”

В этот момент Линь Юэ, Чжао Кун и прозрели! Им стало все ясно и понятно! Это дело явно было ловушкой, устроенной Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа специально для них же!

Они не только не смогли разглядетьэту ловушку, но даже проявили инициативу и гордо прыгнули внутрь нее. И теперь для них было невозможно выпрыгнуть из ловушки обратно!

Бейли Цинцан на мгновение остолбенела. “Нинхуа, ты хочешь сказать, что ты и Чу Цзюньи - это те, о ком чиновники в Цзяннани сообщили, что некто таинственным образом помогали восстанавливать многие города в Цзяннани?”

Шэнь Нинхуа низко поклонилась императору. “Отец император, аптека Хуаджун изначально была создана для того, чтобы приносить пользу людям. Однако впоследствии им управляли принудительно, как это делали обычные торговцы, чтобы сбалансировать цены на лекарственные ингредиенты. Я принцесса, а Чу Цзюньи - чиновник Императорского двора. Если я продолжу так управлять аптекой Хуаджун, я буду бороться с людьми за прибыль. Вот почему я должна была подумать о том, как вернуть эту прибыль людям”.

Настроение Бейли Цинцана было сложно описать простыми словами. “Но почему ты не сказала мне раньше? Неужели ты думала, что я накажу тебя за это? Быстро вставайте, ваши колени могут болеть после долгого стояния на земле. Твое тело еще не восстановилось, так что ты не должна больше страдать. Это хорошо, что ты думаешь об интересах народа, поэтому тебе следовало сказать отцу императору раньше.”

“Я долгое время скрывал это от отца-императора. Пожалуйста, не вини меня”.

Чу Цзюньи также признался: “Ваше величество, хотя ее высочеству и пришла в голову эта идея, я тот человек, который ее осуществил. Мне очень стыдно за себя за то, что я борюсь с людьми за прибыль. Если ваше величество разгневались, пожалуйста, накажите меня. У ее высочества слабое здоровье, и я готов понести за нее наказание.”

Линь Юэ и Чжао Кун опустились на колени на землю, стиснув зубы до скрежета.

Чжао Кун уже имел дело с Шэнь Нинхуа раньше, и его выносливость была немного лучше. Но Линь Юэ был другим. Его лицо посинело, и он почти не мог удержаться отистерики.

Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа были такими бесстыдными. Они хотели и славы, и богатства!

Они продолжали просить Его Величество наказать их. Но они справились со всем идеально, так что было невозможно, чтобы Его Величество наказал их. Как они могли быть наказаны за то, что возвращали прибыль людям и служили людям?

Однако эти два человека говорили так, как будто они были отъявленными негодяями и виновниками! Такое бесстыдство было поистине беспрецедентным!

Холодная улыбка появилась на губах Чу Цзюньи, когда он бросил быстрый взгляд на выражение лица Линь Юэ.

Аптека Хуацзюнь развивалась так быстро, что даже если бы его Величество не заметил этого сейчас, он определенно отнесся бы к ней настороженно позже и захотел бы провести четкое расследование. Так как же мог Чу Цзюньи не подготовиться заранее?

На этот раз он намеренно раскрыл огромную сумму серебра. Эти люди действительно были обмануты и не могли дождаться, чтобы доставить ему неприятности перед Его Величеством. Этого было достаточно. Когда аптека Хуаджун будет признана Его величеством, она действительно начнет приносить прибыль!

Глава 196 - Они пошли за шерстью и вернулись домой остриженными!

“Ладно, хватит спорить”. Бейли Цинцан нахмурился, его тон был сдержанным, но у некоторых прошел мороз по коже. Он нахмурился и посмотрел на Линь Юэ и Чжао Куна, которые стояли на коленях на земле с неловким выражением лица. Его тон был крайне недовольным. “Вы только что сказали, что в особняках Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа было огромное количество серебра. Теперь ты знаешь, откуда это взялось?”

Выражения лиц Линь Юэ и Чжао Куна стали еще более неловкими. На этот раз они не только не причинили никакого вреда Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа, но даже вызвали у Его Величества больше сочувствия и доверия к ним. Что ж, то, что они сделали, было прекрасным примером того, как сходить за шерстью и вернуться домой остриженными.

“Ваше величество, я виновен”.

“Хм, ты агрессивно вошел в императорский дворец. Как вы думаете, вы можете считать инцидент исчерпанным, просто признав свои ошибки? Если бы принцесса Чжаохуа и Чу Цзюньи не смогли вовремя защититься, разве вы все не обманули бы меня?”

“Ваше величество, пожалуйста, не нервничайте и не злитесь на нас”.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Линь Юэ и повернулась к Бейли Цинцану. “Отец император, лорд Лин - основа Императорского двора. Для него нет ничего странного в том, что он может быть в курсе перемещений семей в столице. Однако я немного озадачена и хотела бы спросить, могу ли я задать господину Чжао несколько вопросов.”

“Да, продолжайте”. Бейли Цинцан кивнула в знак согласия.

В глазах Шэнь Нинхуа промелькнул холодок. “Господин Чжао, хотя мой особняк не окружен надежно, он все еще управляется достаточно достойно. Могу я спросить, как вы обнаружили, что большая сумма серебра была перевезена в мой особняк?”

Выражение лица Чжао Куна изменилось, когда он в сердцах воскликнул “О нет”. Пот выступил у него на лбу. “Ваше высочество, я слышал это сообщение от кого-то другого”.

"Действительно? Кто-то из моего особняка на самом деле так быстро разослал сообщение всему свету. Это странно. Интересно, от кого господин Чжао услышал это?”

“От...”

Линь Юэ прервал его. “Ваше высочество, мы так беспокоились о жителях Цзяннани, что были введены в заблуждение. Я действительно не знал, что ваше высочество и лорд Чу на самом деле сделали так много добрых дел для страны и народа...”

Чу Цзюньи усмехнулся. “Лорд Лин, на самом деле у меня в сердце тот же вопрос. Я также хочу знать, как вы узнали, что в моем особняке находится огромное количество серебра. Рассуждая логически, прошло всего менее двух дней с тех пор, как эта партия серебра прибыла в столицу. Мы сами еще даже не подсчитали его количество”.

Линь Юэ стиснул зубы. “Лорд Чу, мы не знали, кто распространил это сообщение, мы только знали...”

Шэнь Нинхуа нахмурилась. Ее голос стал холодным. Она прямо прервала Линь Юэ. “Может быть, лорд Линь и лорд Чжао подали на нас в суд просто из-за сообщения, которое появилось из ниоткуда?”

“Это...”

“Господин Линь, господин Чжао, вы двое - чиновники Императорского двора. Разве вы не знаете, как расследовать дело? Как вы посмели прийти в зал, чтобы устроить очную ставку перед Его Величеством без каких-либо доказательств?”

Уголки губ Шэнь Нинхуа холодно приподнялись. На самом деле, они вдвоем уже подготовили свидетелей и свидетельские показания. Было даже много конкретных доказательств. Однако для того, чтобы все эти усилия сработали, существовало предварительное условие: серебро действительно было разграблено у народа. В таком случае, когда Его величество увидит доказательства, он определенно придет в ярость!

К сожалению, происхождение серебра было ясно, и оно было пожертвовано северо-западу для оказания помощи в случае стихийных бедствий. Так что с доказательствами возникла серьезная проблема! Как они осмелились представить свои доказательства?

Выражение лица Чу Цзюньи стало холодным. “Ваше величество, у меня есть конкретные записи о происхождении этой партии серебра, включая бухгалтерские книги, показывающие, как оно было заработано. Если ваше величество захочет их прочитать, я могу попросить кого-нибудь отправить бухгалтерские книги в столицу. Теперь я действительно хочу знать, какие доказательства у лорда Лина в руках.”

Линь Юэ опустился на колени на землю. Он почувствовал, как холод поднимается от его колен. Теперь Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи загнали его в безнадежную ситуацию. Если бы он представил доказательства, это оказалось бы сфабрикованным обвинением. Если бы он сказал, что доказательств нет, это было бы злонамеренным обвинением. Им было бы нелегко избежать наказания за то, что они подставили королевскую принцессу и чиновника императорского двора.

“Ваше величество, я допустил ошибку в этом вопросе. Я...”

За воротами прозвучало громкое объявление.

“Ее Величество прибыла!”

Шэнь Нинхуа слегка подняла глаза. След эмоций промелькнул в ее спокойных глазах. Императрица, наконец, не смогла усидеть на месте в своем дворце Нинкунь.

“Императрица, почему ты здесь?” Выражение лица Бейли Цинцана было холодным, когда он окинул взглядом Линь Юэ и Чжао Куна. Хотя теперь он ясно понимал всю ситуацию, он не мог не быть шокирован.

Он только что привел в порядок имперскую гвардию. Он не ожидал, что этот шаг на самом деле заставит семью Чжао и Линь Юэ, которые были старыми врагами друг друга, объединиться. Если бы он однажды попытался убрать наследного принца и Третьего принца, разве две семьи не объединили бы усилия, чтобы свергнуть его с трона?

Чжао Хуэйин грациозно поклонилась Бейли Цинцану. Ее элегантная фигура была исключительно красива. “Приветствую вас, ваше величество. Я слышала, что Нинхуа вошла в императорский дворец, поэтому я подошла посмотреть. Она уже спасала Ваше величество раньше. Хотя ваше величество наградили ее, я еще не наградил ее.”

“Ты здесь для этого?” Разве императрица не была здесь, чтобы спасти Чжао Куна?

“Это верно. Я не ожидала, что Ваше Величество соберет здесь совещание. Я пришла в неподходящее время. Это все потому, что дежурные слуги плохо справились с работой. На самом деле они не сообщили мне заранее, что ваше величество обсуждает что-то с официальными лицами, из-за чего я своим визитом совершила бестактность.”

После того, как императрица прервала его, Чжао Кун некоторое время пребывал в растерянности. Однако Линь Юэ сразу поняла, зачем она пришла. Императрица показывала им, как это сойдет с рук: они не хотели подставлять Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа, но были обмануты своими подчиненными, которые не смогли хорошо выполнить свою работу. Даже если бы Его величество им не поверил, он не мог убить двух придворных чиновников только за неудачную попытку клеветы.

Линь Юэ сказал сдавленным голосом: “Ваше величество, я виноват. Я поспешил пойти вперед, чтобы допросить лорда Чу без расследования, потому что я слышал, что последствия этого дела были чрезвычайно серьезными, это сделало меня очень импульсивным”.

Бейли Цинцан прищурил глаза. “Что вы имеете в виду под этим?”

“Ваше величество, подчиненный доложил мне, что он получил сообщение, в котором говорилось, что лорд Чу присвоил миллионы таэлей серебра из Цзяннани, и нашел свидетелей и свидетельские показания. Я был по-настоящему взбешен, когда услышал этот отчет. Цзяннань совсем недавно пережила серьезную катастрофу. Если бы его народ снова подвергся разграблению, ситуация стала бы еще хуже. Поэтому я напрямую привел коллег-чиновников к господину Чу для объяснения.”

Выражение лица Чжао Куна внезапно просветлело, и он поспешно выступил вперед, чтобы изложить свои доводы.

“Ваше величество, я тоже был очень озадачен. Я был дома, когда некто пришел ко мне, сказав, что видел, как в особняк принцессы Чжаохуа поступило большое количество серебра, и он также привел свидетелей. Изначально я хотел разобраться в этой проблеме. Но я не ожидал, что лорд Лин также получил такой же отчет о лорде Чу. Итак, мы вдвоем обсудили и почувствовали, что все это странно. Вот почему мы пришли сюда, чтобы встретиться с ним лицом к лицу перед Вашим Величеством. Теперь я понял, что был слишком импульсивен. Должно быть, кто-то намеренно создает проблемы.”

Линь Юэ добавил в сторону: “Ваше величество, я был обманут другими и неправильно истолковал ее Высочество и лорда Чу. Я чрезвычайно глуп. Пожалуйста, накажите меня, ваше величество.”

Шэнь Нинхуа холодно посмотрел на двух людей, которые стояли на коленях на земле и признавали свои ошибки. Ее сердце было наполнено презрением. Они действительно заслужили свою славу как главы двух могущественных семей, которые так долго сохраняли свои позиции при Императорском дворе, не падая духом. Никто не смог овладеть их способностью кланяться и вставать по желанию!

Бейли Цинцан посмотрел на Линь Юэ и Чжао Куна и почувствовал гнев в своем сердце. Однако у него действительно были опасения. Если бы они оба не признали своей вины, он не смог бы убить двух главных судебных чиновников за Нинхуа и Чу Цзюньи.

“В таком случае, вас тоже обманули?”

“Да, ваше величество, вы чрезвычайно мудры”.

“Что ж, поскольку вас тоже обманули, вы двое должны расследовать, кто подставил принцессу и придворного чиновника. Дайте мне удовлетворительный результат в течение трех дней. Понятно? Императрица, тебе есть чем еще заняться? Возвращайся в свой дворец Нинкунь, если тебе нечегобольше здесь делать.”

Чжао Хуэйин опустила голову. “Да, я откланяюсь”.

“Принцесса Чжаохуа и Чу Цзюньи совершили добрые дела для страны и народа. Они сделали это не в поисках славы и богатства, но их все равно подставили. Я всегда четко различал награду и наказание. Я должен вознаградить и компенсировать постигшие их неприятности. Принцесса Чжаохуа будет вознаграждена 1000 таэлями золота, 10 рулонами шелка, двумя коробками дани из нефрита и фарфора, в то время как левый императорский цензор Чу Цзюньи удвоит свое жалованье и получит 1000 таэлей серебра”.

“Благодарю вас, ваше величество”.

Бейли Цинцан вздохнула и посмотрела на Линь Юэ и Чжао Куна, лежащих на земле. “Дорогие чиновники, почему бы вам не спуститься вниз и не расследовать это дело?”

“Да, мы немедленно откланяемся”.

Выйдя из зала, Чжао Кун вытер холодный пот со своей головы. Он поднял голову и хотел поговорить с Линь Юэ. Но когда он увидел, что Линь Юэ спешно уходит со смущенным выражением лица, он сразу же почувствовал себя неловко. Взмахнув рукавами, он развернулся и ушел.

Когда императрица вернулась во дворец Нинкунь, Фансюэ поспешно подала ей чашку чая. “Ваше величество, все прошло гладко?”

“Гладко?” Выражение лица Чжао Хуэйина стало еще более разъяренным. “На этот раз я действительно потерпела неудачу!”

“Неужели лорд Чжао и лорд Линь испортили такой искусно составленный план?”

“Они не только потерпели неудачу, но и сами чуть не попали в беду. Если бы я не пошла во дворец, они оба, вероятно, были бы отстранены от должности и заключены в тюрьму Его Величеством.”

“Ах, как это могло быть так серьезно?”

Чжао Хуэйин внезапно бросила чашку, которую держала в руке, на землю. “Я уже давно говорила им, что если они не смогли добиться успеха одним ударом, они не должны так легко начинать атаку. Кто такие имперские гвардейцы?” Это войска, которые защищали жизнь Его величества. На этот раз они достигли предела терпимости Его Величества. Так что его величество просто хотел убить кого-нибудь, чтобы излить свой гнев. То, что сделали эти люди, привело бы только к их собственному уничтожению. Я сказала наследному принцу, что он должен успокоиться. Я не ожидала, что он все еще такой импульсивный!”

“Ваше высочество, пожалуйста, успокойтесь”.

“Чу Цзюньи, Шэнь Нинхуа, хм. Эти двое действительно потрясающе достойные люди. Они просто подобны двум камням, которые гладкие и твердые, без единой трещинки. Изначально я думала, что без поддержки семьи Сяо Чу Цзюньи не сможет одержать верх. Но теперь, даже без семьи Сяо, он вместо этого появился и процветал, как утка в воде. На этот раз, зачистив имперскую гвардию, он, вероятно, одним прыжком станет любимым чиновником Его Величества.”

“Ваше величество, каким бы самодовольным ни был этот Чу Цзюньи, он всего лишь подданный. Вы - глава гарема. Не сердись на них. Это того не стоит, если вы разозлитесь”.

Чжао Хуэйин глубоко вздохнула и села на свое место. Выражение ее лица было злым и задумчивым. “Ты права. Я глава гарема. После всех этих лет в гареме, я пережила множество больших проблем, я не верю, что в конечном итоге потерплю неудачу. Фансюэ, пошли кого-нибудь присмотреть за Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа. Не пугайте их. Я не верю, что у них действительно не будет слабых мест!”

“Да, ваше величество”.

В особняке принцессы Шэнь Нинхуа играла с набором нефритовых чайных чашек, и ее глаза были явно полны любви.

Чу Цзюньи сидел рядом с ней, его глаза были полны тепла и нежности. “Нинхуа, тебе нравятся изделия из нефрита?”

“В изделиях из нефрита есть духи, поэтому они мне, естественно, нравятся”.

“Ах, тогда, похоже, мне придется соорудить нефритовую кровать в твоем особняке”.

Шэнь Нинхуа бросил на него холодный взгляд. “Хотя Линь Юэ и Чжао Кун были временно побеждены, все еще есть много вещей, с которыми нужно разобраться. Разве ты не говорил, что отправишь все серебро на северо-запад, чтобы спасти людей от катастрофы? Ты должен сделать то, что обещал. Разве ты не собираешься это устроить?”

“Когда я отправил сообщение, все уже было устроено”. Чу Цзюньи наблюдал за движениями Шэнь Нинхуа. Белая нефритовая чашка прекрасно контрастировала с ее нефритовыми кончиками пальцев и выглядела исключительно приятной для глаз, что заставляло его неохотно отводить взгляд.

“Тогда разве у тебя нет других дел?”

“Нет, я жду ночи”.

“Что ты собираешься делать, когда стемнеет?” Шэнь Нинхуа нахмурилась.

Чу Цзюньи улыбнулся. “Разве Бай Руо не говорила, что ты всегда спишь допоздна? Я останусь с тобой и посмотрю, что ты делаешь”.

Лицо Шэнь Нинхуа потемнело. “Цин Цюэ, проводи гостя до двери”.

“Ах, Нинхуа… Мы только что выстояли вместе перед лицом невзгод… Хорошо, хорошо… Я откланяюсь...”

Глава 197 - Я не боюсь убивать людей!

Инцидент с императорской гвардией, казалось, стал напоминанием императору и сильнейшей встряской всем чиновникам династии Даан: авторитет императора никогда не мог и не должен быть оспорен или подвергнут сомнению. Несмотря на то, что он был стар и слаб, он все еще контролировал жизни миллионов людей. Даже сыновья императора, которые были вторыми после императора, должны были склоняться перед ним, когда он был в гневе.

Наследный принц и несколько других принцев стали вести себя более сдержанно и больше не осмеливались безрассудно провоцировать Бейли Цинцана. Многие чиновники, которые уже выбрали ту или иную сторону среди сыновей императора, внезапно пересмотрели свои убеждения и также начали занимать твердую позицию и поддерживать политику Бейли Цинцана.

На какое-то время политическая атмосфера во всем Императорском дворе значительно улучшилась, и Бейли Цинцан не стал обращаться со своим сыном слишком сурово. Наказав наследного принца, он приказал людям тайно уничтожить силы других принцев, которые были спрятаны при Императорском дворе. Поскольку принцы пали ниц от страха, он не стал расспрашивать их дальше.

Среди них Бейли Цзиндзе был тем, кто пострадал больше всех. Его мать была скромного происхождения. Теперь, независимо от того, было ли это при Императорском дворе или в гареме, он чувствовал, что его положение было чрезвычайно трудным и неустойчивым. Более того, он был жестоко подавлен наследным принцем и другими, потому что некоторые люди смутно догадывались, что причина, по которой император наказал его таким образом, заключалась в том, что именно он был владельцем виллы Панлонг!

Внутри своего особняка Шэнь Нинхуа держала иглу, чтобы закончить последний стежок. Искорка радости промелькнула в ее глазах.

Хонг Лин посмотрела на красное свадебное платье, которое было разложено на кровати. Ее глаза были полны восхищения. “Мисс, это так красиво!”

Шэнь Нинхуа подняла голову и мягко улыбнулась. “Что, ты мне завидуешь?”

“Мм-хмм.” Хонг Линг решительно кивнула. В последние несколько месяцев ее любимым занятием было смотреть, как Шэнь Нинхуа вышивает свадебное платье. Теперь она даже не могла пошевелиться от восхищения, увидев великолепное платье, которое было закончено.

Шэнь Нинхуа поддразнила ее: “Тогда поторопись и найди себе хорошего мужа. Когда ты найдешь себе подходящую кандидатуру, ты сможешь надеть свое свадебное платье. В это время, как твоя хозяйка, я приготовлю для тебя приданое. Я обязательно помогу тебе счастливо выйти замуж”.

“Мисс! Я буду служить вам всю оставшуюся жизнь, поэтому ни за кого не выйду замуж”. Хун Лин покраснела и смущенно топнула ногой!

Улыбка на лице Шэнь Нинхуа стала еще ярче.

Хотя служанки обслуживали Шэнь Нинхуа весь день напролет, они часто были в хорошем смысле ошеломлены, глядя на нее. В последнее время она становилась все красивее и красивее. В каждом ее движении была такая естественная элегантность, что они неохотно отводили от нее взгляд.

Внезапно за дверью послышалось легкое движение. Цин Цюэ немедленно подскочила к нему. Она достала из-за пояса мягкий меч и встала перед дверью. “Лорд Чу, остановитесь!”

Когда Чу Цзюньи снова остановили у двери, уголки его глаз невольно дернулись. Три месяца назад кто-то распустил слух, что согласно народному поверью, для счастья молодоженов, жених и невеста не могли встречаться друг с другом за три месяца до свадьбы.

И совершенно неожиданно, когда эти верные служанки из особняка принцессы услышали про эту примету, они начали мешать ему видеться с Шэнь Нинхуа. Он не помнил, сколько раз его останавливали у двери.

“Мне нужно обсудить кое-какие вопросы с Нинхуа”.

Цин Цюэ оставалась невозмутимой. “Ей неудобно встречаться с вами”.

Услышав звук снаружи, Шэнь Нинхуа не смогла удержаться от еще более лучезарной улыбки. Хотя за последние три месяца Чу Цзюньи неоднократно останавливали у двери, он все равно приходил по одному разу каждое утро и вечер и никогда не уставал от этого.

“Упакуйте эти вещи, и они понадобятся послезавтра”.

“Да, госпожа”.

Чу Цзюньи посмотрел на упрямую Цин Цюэ. В глубине души он был поражен тем, что эта девушка действительно так добросовестно выполняла приказы Нинхуа. В конце концов, он смог только с завистью взглянуть на дверь и достал конверт. “Отправь это Нинхуа. Пусть она внимательно прочтет это и будет готова. Если что-нибудь случится, немедленно пошлите кого-нибудь сообщить мне. А теперь я откланяюсь.”

Когда Шэнь Нинхуа закончила читать письмо, которое принесла Цин Цюэ, улыбка на ее лице исчезла. “Я не могу расслабиться даже на мгновение”.

“Госпожа, что случилось?”

Глаза Шэнь Нинхуа затуманились. “Бейли Цзиньчуань оправился от своих травм”.

“Второй принц?” Во время предыдущей охоты Второму принцу не удалось похитить мисс. Вместо этого он был ранен и изуродован. Последние несколько месяцев он оставался в своем особняке, чтобы окончательно вылечиться и оправиться от полученных травм. Цин Цюэ изначально думала, что ему понадобится еще один месяц, чтобы полностью излечиться. Она никак не ожидала, что он сможет восстановиться до свадьбы госпожи.

“Госпожа, вы думаете, что Второй принц недоволен и поэтому может какм-либо образом доставить вам неприятности?”

Глаза Шэнь Нинхуа переместились. “Он побывал на поле боя и обладает жестким характером. Если он сможет продолжать служить в армии, он определенно станет могущественным герцогом. Однако он слишком настойчив в достижении своих целей. Если бы он мог быть более непредубежденным, он бы не обострял ситуацию подобным образом. Он определенно хочет доставить мне неприятности, но я пока не знаю, как он собирается это сделать”.

“Тогда, мисс, может быть, нам подготовиться заранее?”

“Мы должны быть начеку. Пошли кого-нибудь, чтобы защитить моего отца и бабушку в эти дни. В конце концов, мы родственники по крови. Если с ними что-то случится, могут поползти какие-нибудь слухи.” Свадьба - это событие, которое случается раз в жизни. Если бы эти люди пришли, чтобы причинить неприятности, она бы так просто их не отпустила!

Наконец, настал день свадьбы. Особняк принцессы был украшен фонарями и серпантинами. Вся улица перед особняком была покрыта красной шелковой тканью. Столица была переполнена людьми, многие из которых приехали из других мест только для того, чтобы стать свидетелями свадьбы принцессы Чжаохуа. Теперь все знали, что принцесса и ее жених были самыми доброжелательными людьми и сделали много добрых дел для людей. Хотя у многих гостей не было достаточной знатности и положения в обществе, чтобы присутствовать на свадьбе, они все равно хотели взглянуть и послать свои благословения.

Одетая в наряд принцессы, Бейли Аннинг вошла в комнату Шэнь Нинхуа с улыбкой на лице. “Поздравляю, Нинхуа!”

Шэнь Нинхуа оглянулась и улыбнулась. “Благодарю вас, ваше высочество”.

Увидев, что Шэнь Нинхуа была одета в красное свадебное платье, которое делало ее потрясающее лицо еще красивее, Бейли Аннинг на мгновение остолбенела, прежде чем пришла в себя. “Нинхуа, твое свадебное платье было сшито не Департаментом внутренних дел, верно?”

"Нет."

“Кто сделал это для тебя? Скажи мне быстро. В день моей свадьбы я тоже надену такое свадебное платье. Это действительно так красиво”.

Шэнь Нинхуа рассмеялась. “Если бы вы сказали это заранее, я могла бы вам помочь. Но, боюсь, теперь уже слишком поздно.”

"Но почему?”

Шэнь Нинхуа улыбнулась, не отвечая на ее вопрос. Бай Руо сказал в сторону: “Ваше высочество, это свадебное платье было лично вышито самой мисс. Она начала делать это с того дня, когда была заключена помолвка. Это было закончено всего два дня назад.”

“Ах, ты действительно вышивала его шесть месяцев?” Бейли Аннинг присмотрелась повнимательнее. Все в свадебном платье было безупречно. Изысканные вышивки на нем казались настоящими. Пионы, разноцветные бабочки, танцующие фениксы и благоприятные облака. Каждый, несомненно, воскликнул бы с восхищением, едва взглянув на это. “Нинхуа, ты действительно необыкновенная мастерица во всем!”

После долгих раздумий Бейли Аннинг наконец придумала комментарий, но она все еще чувствовала, что было бы неуместно говорить, что Нинхуа была мастерицей. Она была гораздо большим, чем можно было бы описать простыми словами. Каждый стежок вышивки был просто несравненно красив и аккуратен.

В глазах Шэнь Нинхуа мелькнула улыбка. “Ладно, не ревнуй. Свадебное платье, сшитое Департаментом внутренних дел, ничуть не уступает моему.”

“Мм-хмм”.

Оставалось еще четыре часа, прежде чем наступит долгожданный момент. Шэнь Нинхуа тщательно привела в порядок свою одежду. Внезапно Цин Цюэ ворвалась с серьезным выражением лица.

“Госпожа…”

Цин Цюэ подошла ближе и что-то прошептала на ухо Шэнь Нинхуа.

Выражение лица Шэнь Нинхуа внезапно изменилось. Она встала и сказала: “Ваше высочество, пожалуйста, отдохните здесь немного. На заднем дворе есть кое-какие дела, с которыми мне нужно разобраться”.

“Хорошо”. Видя, что выражение лица Шэнь Нинхуа было действительно серьезным и озабоченным, Бейли Аннинг догадалась, что, должно быть, произошло что-то непредвиденное, поэтому она не стала тратить свое время впустую и сразу согласилась.

Шэнь Нинхуа была одета в свое ярко-красное свадебное платье, и на ее прекрасном лице не было никакого выражения. Только пара темных глаз выдавала следы эмоций. “Эти люди на самом деле разработали план против ее бабушки, старой леди Сяо”.

Цин Цюэ внимательно следила за Шэнь Нинхуа до внутреннего двора Сонгтао. Во дворе две служанки были повалены на землю без сознания и туго связаны веревками.

“Мисс, это они”.

Шэнь Нинхуа спокойно взглянула на двух человек на земле и холодно сказала: “Приведите их в чувство холодной водой”.

"Будет исполнено, мисс."

Прошло полгода, и вот уже наступила зима. Когда на них выплеснули таз с холодной водой, два человека на земле испуганно вскрикнули, приходя в сознание.

“Ваше высочество… Ваше высочество, пощадите меня.”

Глаза Шэнь Нинхуа были холодны. “Я уже предупредила всех в особняке, что сегодня день моей свадьбы. Никакие ошибки не допускаются. Ты на самом деле хотела подсыпать в еду яд и убить мою бабушку. Каков был твой план?”

К счастью, она создала команду для защиты от подобных вещей. Что ж, кто-то действительно принял меры!

“Цин Цюэ, с моей бабушкой все в порядке?”

“Мисс, мы нашли это вовремя. Ничего не произошло.”

“Хорошо, у тебя все еще есть это зелье, которое они принесли?”

“Все это здесь”.

Шэнь Нинхуа холодно взглянул на двух дрожащих служанок, лежащих на земле. “Тогда раздели чашу с зельем пополам и влей им в рот!”

Цин Цюэ колебалась. “Мисс, сегодня день вашей свадьбы”.

Две служанки на земле расширили глаза от ужаса, торопливо пытаясь молить о пощаде: “Ваше высочество, пожалуйста, пощадите меня. Сегодня день вашей свадьбы, это неподходящее время для такого наказания, которое приведет к нашей смерти!!!”

Шэнь Нинхуа холодно рассмеялась. “Все считают, что человеку нехорошо видеть кровь в день своей свадьбы. Но я не возражаю против этого. Цин Цюэ, сделай то что я сказала ранее..!” Она холодно рассмеялась в глубине души. Чтобы выживать и двигаться вперед, ей приходилось убивать так чего же ей было бояться?

“Да, ваше высочество”.

“Ваше высочество, пожалуйста, пощадите нас. Мы готовы признаться. Мы только умоляем вас пощадить нас”.

Лицо Шэнь Нинхуа было холодным. “Сегодня день моей свадьбы. Я не хочу слышать никаких грязных слухов и оговоров, всю эту грязь. Кто бы ни стоял за вами и за этим планом, я вообще не хочу знать”.

Услышав это, Цин Цюэ сразу же раздвинула челюсти сначла одной служанке, а затем другой, вылив в рот каждой по очереди принесенное служанками зелье. Очень быстро два тела выгнулись в смертельной агонии, их лица посинели, послышались нечленораздельные хрипы, но через минуту все было кончено. На земле остались лежать два безжизненных тела.

Шэнь Нинхуа взглянула на дрожащих слуг вокруг нее и сказала: “Я не боюсь убивать. Если кто-то из вас все еще хочет создавать проблемы, я не буду возражать и посмотрю, сколько у вас жизней!”

“Мы не смеем”.

Пока Шэнь Нинхуа разбирался с инцидентом, с Чу Цзюньи все шло хорошо. Его новый особняк уже был построен, и он съехал несколько дней назад. Все слуги в его новом особняке были заменены его подчиненными, которые довольно эффективно выполняли его приказы.

“Сколько времени это займет?”

Брови Е И, стоявшего рядом с ним, слегка сдвинулись. “Господин, осталось еще три часа”. Это был девятнадцатый раз, когда он спрашивал время.

"Хорошо." Чу Цзюньи привел в порядок свою одежду и подтвердил, что с ней все в порядке. Его сердце постепенно расслабилось.

“Господин, все приглашения, отправленные семье Сяо, были возвращены в наш адрес обратно”.

Чу Цзюньи кивнул, в глубине души не испытывая удивления. "Я знаю. Все в порядке. Не беспокойся об этом сейчас.”

После столь долгого ожидания они наконец-то собирались пожениться. Последние несколько дней он был очень встревожен. Он всегда чувствовал, что в его сердце прыгает кролик. Независимо от того, сидел он или стоял на ногах, ему казалось, что в его сердце горит огонь. Он не знал, когда это пройдет…

Глава 198 - О чем еще можно просить, Будучи благословленным Такой прекрасной женой?

В ресторане рядом с дорогой, по которой должна была пройти свадебная процессия принцессы Чжаохуа, у окна сидел стройный молодой человек. Он держал в руке кубок с вином, а его фигура была высокой и прямой, как сосна. Молодые женщины покраснели бы, увидев его красивую внешность. Говорили, что это был Бейли Цзиньчуань, который оправился от полученных травм.

Лицо Бейли Цзиньчуаня все еще было немного бледным. Он поднял голову и выпил все вино из кубка. Боль на лбу заставила его взгляд потускнеть. Он не мог удержаться, чтобы не поднять руку и не погладить свой лоб. На нем был шрам. Рана была настолько глубокой, что не оставить шрама было невозможно. Когда он услышал эту новость, боль в его сердце стала почти невыносимой.

Что еще больше портило ему настроение и вызывало огромную волну гнева, это не отсутствие возможности более претендовать на трон, а то отвращение и неприятие, которое теперь испытывает Шэнь Нинхуа к нему.

Бейли Цзиньчуань налил еще одну чашу вина и поднял голову, чтобы выпить. Он крепко сжал в руке кубок с вином, но сейчас он уже не мог раздавить кубок с той силой, которая когда-то была в его руках. Его запястье было так сильно повреждено, что ему было почти невозможно восстановить свою прежнюю силу и мастерство.

Закрыв глаза, он вспомнил сцену, когда впервые увидел Шэнь Нинхуа. Его сердце было наполнено остротой и угрюмой болью. Шэнь Нинхуа… Шэнь Нинхуа… Это имя глубоко запечатлелось в его сознании, как отпечаток. Как бы он ни старался, он не мог забыть этого.

После того, как звуки петард прекратились, послышались слабые звуки праздничной музыки. Бейли Цзиньчуань сжал кулаки. Волна ненависти вырвалась из его сердца. “Шэнь Нинхуа!”

Внутри своего особняка Шэнь Нинхуа закончила разбираться со слугами, которые хотели убить старую леди Сяо, и развернулась, чтобы вернуться во двор Жуйси.

Шэнь Сюаньхуа и Шэнь Сюаньлинь стояли лицом к лицу, почти на грани драки.

Шэнь Нинхуа посмотрел на Бейли Аннинг, которая наблюдала в стороне. “Что случилось? Разве они не ладили всего минуту назад?”

Бейли Аннинг прикрыла губы ладонью и усмехнулась. “Какие еще могут быть причины? Это из-за тебя. Сегодня ты невеста. Когда вы собираетесь сесть в свадебный седан, ваши ноги не могут коснуться земли. Два брата соперничают за то, чтобы быть тем, кто вынесет тебя отсюда.”

Услышав это, Шэнь Нинхуа тоже рассмеялась.

Шэнь Сюаньхуа поспешно подошел и сказал: “Старшая сестра, моя мать велела мне прийти. Она попросила меня вынести тебя на спине.”

Шэнь Нинхуа кивнула. Прежде чем она успела что-либо сказать, Шэнь Сюаньлинь подбежал и схватил ее за руку. “Старшая сестра, тебе не обязательно выбирать его, верно? Я твой младший брат, так что, естественно, ты выберешь меня!”

Шэнь Сюаньхуа был крайне убедителен. “ Не забывай, я еще и младший брат Старшей сестры.”

Шэнь Сюаньлинь похлопал себя по груди, и его голос был исключительно громким и решительным. “Несмотря на то, что я моложе, я младший брат Старшей сестры. Это мое дело - нести Старшую сестру. Я ближе к ней, чем ты!”

“Я не буду с тобой возиться. Старшая сестра, ты выберешь меня или его? Как ты думаешь, кто тебе ближе?”

Глядя на две пары полных надежды глаз, Шэнь Нинхуа почувствовала тепло на сердце. “Сюаньлинь, твой старший брат Сюаньхуа прав. Ты все еще молод, на этот раз...”

“Старшая сестра!” Лицо Шэнь Сюаньлинь покраснело, и оно было полно осторожных молитв. Даже его голос внезапно немного дрогнул. Увидев это, Шэнь Нинхуа пришлось прервать свое предложение.

“Старшая сестра, я больше не ребенок. Теперь я вырос и стал мужчиной. Я в состоянии нести тебя!” Шэнь Сюаньлинь крепко сжал кулаки, и его глаза покраснели.

Он всегда помнил то время, когда Старшая сестра протянула к нему руки. Эти тонкие, но теплые руки были самой теплой частью его холодных воспоминаний.

Шэнь Нинхуа открыла рот и посмотрела на очень серьезного юношу, стоявшего перед ней. “Говоря об этом, я даже не заметил. Сам того не подозревая, ты уже выше меня. В таком случае, я выберу тебя, чтобы ты нес меня.”

Глядя на внешность юноши, она не могла вынести того, что причинила ему боль. В конце концов, он был хорошим ребенком с чистыми помыслами.

“Хорошо!” Глаза Шэнь Сюаньлина все еще были красными, но его лицо было наполнено радостью. Он гордо посмотрел на Шэнь Сюаньхуа и даже поднял кулак, чтобы продемонстрировать свою силу.

Шэнь Сюаньхуа скривил губы и тихо передразнил его: “Хм, старшая сестра выбрала тебя, потому что видела, что ты встревожен и вот-вот заплачешь. Иначе она бы этого не сделала. Будь осторожен. Если ты не сможешь уверенно нести Старшую сестру и упадешь, ты знаешь, как я тебя накажу!”

“Я не буду!”

“Хм, я дал тебе этот шанс”.

“Старшая сестра выбрала меня!”

Глядя на ссорящихся двух братьев, Бейли Аннинг не могла удержаться от смеха. В ее сердце зародилась легкая зависть. “Нинхуа, у твоих двух братьев такие хорошие отношения”.

Шэнь Сюаньлинь и Шэнь Сюаньхуа одновременно обернулись и сказали в унисон: “У кого с кем хорошие отношения?”

Бейли Аннинг рассмеялась. “Посмотри на свое молчаливое понимание. Ты все еще говоришь, что ваши отношения не очень хороши?”

Шэнь Сюаньлинь и Шэнь Сюаньхуа повернулись, чтобы посмотреть друг на друга, и фыркнули. “Хм! Это не тот случай”.

Вошла служанка Цюаньфу и с улыбкой поприветствовала Шэнь Нинхуа и Бейли Аннинг: “Приветствую вас, ваши высочества”.

“ Цюаньфу, какой ты стала!”.

Служанка улыбнулась и сказала Шэнь Нинхуа: “Ваше высочество, пора садиться в свадебный седан”.

"Да."

Когда Шэнь Нинхуа кивнула головой, другие служанки позади Цюаньфу двинулись вперед, чтобы осторожно выщипать тонкие волосы на лице Шэнь Нинхуа, расчесать ей волосы и нанести пудру, румяна и белила.

Обычно она не пользовалась никакой косметикой. Сегодня она была великолепно одета, и ее внешний вид был исключительно сногсшибательным.

Бейли Аннинг посмотрела на все более волнующую душу внешность Шэнь Нинхуа. Тень уныния промелькнула в ее глазах, и внезапно в ее голове возникла мысль. Если бы такая красивая женщина родилась в эпоху хаоса, она определенно принесла бы беду стране и народу. Когда она жила в мирной династии, она была бы редким сокровищем, за которое сражались дворяне или принцы. Неудивительно, что ее второй брат не мог забыть о ней и использовал все средства, чтобы заполучить ее.

Однако Шэнь Нинхуа теперь собиралась выйти замуж за кого-то другого, но ее второй брат все еще был одержим ею. Как он собирался встретиться с ситуацией лицом к лицу и справиться с ней?

Бейли Аннинг подавила беспокойство в своем сердце и слегка вздохнула.

Все четверо самых доверенных служанок Шэнь Нинхуа сегодня надели праздничные одежды. Бай Руо, которая всегда была уравновешенной, так нервничала, что не знала, что делать.

Поскольку Шэнь Нинхуа отделилась от семьи Шэнь, ее браком занимался исключительно департамент внутренних дел. Поэтому такие вещи, как покрытие ее головы красной тканью-вуалью, были сделаны служанкой Цюаньфу.

“Бай Руо, хорошенько позаботься об особняке. Не совершай никакой ошибки. Когда возникает чрезвычайная ситуация, вы знаете, что нужно делать”.

“Да, мисс”.

Предупредив ее еще кое о чем, Шэнь Нинхуа глубоко вздохнула и посмотрела на служанку Цюаньфу, которая ждала в стороне. “Спасибо вам за вашу помощь, сестра”.

“С удовольствием!” Сестра Цюаньфу поклонилась и почтительно положила красную вуаль на корону феникса, которую носил Шэнь Нинхуа. “Ее высочество сейчас садится в свадебную карету!”

Шэнь Сюаньлинь сжал кулаки и чопорно подошел к Шэнь Нинхуа, прошептав: “Старшая сестра, не волнуйся, я не позволю тебе упасть. У меня есть сила.”

С головой, покрытой вуалью, Шэнь Нинхуа скривила губы и сказала: “Хорошо, я тебе доверяю”.

Ее нежный голос, казалось, обладал магической силой, и Шэнь Сюаньлинь внезапно успокоился. Он наклонился, чтобы позволить Шэнь Нинхуа прижаться к его спине. Затем он уверенно встал с Шэнь Нинхуа на спине.

Переступив порог комнаты, Шэнь Сюаньлинь уверенно зашагал, и его немного детское лицо было наполнено серьезностью. “Старшая сестра?”

"Да?"

“Если шурин будет издеваться над тобой, я обязательно отомщу за тебя”.

“Хорошо”.

“Старшая сестра, я знаю, что, хотя ты принцесса, ты не всегда счастлива. Если ты хочешь всегда быть принцессой, я буду усердно работать, чтобы вступить в армию и сделать отличную карьеру, чтобы поддержать тебя. Если когда-нибудь ты больше не захочешь быть принцессой, тогда я буду упорно трудиться, чтобы практиковать боевые искусства и стать самым могущественным экспертом по боевым искусствам. Я заберу тебя подальше от императорского двора и буду делать все, что ты захочешь.”

“Хорошо”.

“Старшая сестра, если шурин не был тебе верен, не расстраивайся слишком сильно. Когда я вырасту, я обязательно побью его. Если я все еще не смогу победить его к тому времени, я разработаю план, как он убьет меня, и тогда ты сможешь использовать мою смерть как предлог, чтобы убить его, чтобы излить свой гнев!”

Глаза Шэнь Нинхуа покраснели, но улыбка на ее губах стала шире. “Глупое дитя, не недооценивай меня. Не забывай, что я владею медицинскими навыками. Если твой шурин будет плохо обращаться со мной, у меня есть несколько способов убить его лично.”

“Эн, старшая сестра, не будь мягкосердечной”.

“Хорошо, я обещаю тебе”.

Шэнь Сюаньлинь был полон радости и широко улыбнулся. Затем, возможно, он почувствовал, что это несерьезно, поэтому изо всех сил постарался скрыть улыбку. Добравшись до свадебного седана, Шэнь Сюаньлинь осторожно посадил в него Шэнь Нинхуа.

“Старшая сестра, я не могу расстаться с тобой”.

Хотя спина юноши была еще не столь крепкой как у взрослого мужчины, его шаги были исключительно уверенными. Она определенно защитила бы такого ребенка до конца его жизни.

“С чем ты не хочешь расставаться? Ты все еще ребенок. После того, как я выйду замуж, ты все еще будешь жить в моем недавно построенном особняке принцессы.”

Увидев, что занавес седана опустился, Шэнь Сюаньлинь на мгновение уставился на него, размышляя над только что услышанными словами. Затем он понял, что она имела в виду. Старшая сестра не бросила его и позволила ему жить в своем новом особняке. Ха-ха, он взволнованно подпрыгнул. Затем он сел на своего коня и сопроводил свадебный седан Шэнь Нинхуа в особняк принцессы.

Чу Цзюньи был одет в красную парадную одежду. Его волосы были стянуты на макушке золотым головным убором, украшенным нефритом и лентой. Его красивое лицо было безупречно, как высеченное произведение искусства. В его обычно холодных глазах светилась теплая радость, как будто они были наполнены весенним солнцем. Они были теплыми, прекрасными и разноцветными.

Внезапно он почувствовал холодок на спине. Свет в его глазах замерцал. Затем он улыбнулся. “Это, должно быть, Нинхуа думает обо мне...”

Бейли Цзиньчуань стоял у окна ресторана, его взгляд был спокойным и отстраненным, когда он наблюдал за грандиозной свадебной процессией внизу. Затем он махнул рукой, и оттуда выскочил незаметный охранник, одетый в черное. “Хозяин”.

“Есть ли какое-нибудь движение на стороне наследного принца?”

“Господин, они уже приняли меры”.

“Хорошо, давайте подождем и посмотрим, что произойдет. Поднимись и помоги им в критический момент”.

“Да, господин”.

Недавно построенный особняк принцессы был исключительно великолепен. Он был почти в два раза больше особняка семьи Шэнь, где первоначально жил Шэнь Нинхуа. На высоких воротах висела большая золотая табличка. Его Величество лично сделал надпись, гласившую: Особняк принцессы Чжаохуа, построенный по императорскому приказу.

Высокие колонны были обернуты кусками красной шелковой ткани. Чу Цзюньи был одет как жених и ехал на высоком коне, чтобы поприветствовать невесту. Поскольку Шэнь Нинхуа была принцессой, не было необходимости в обычной процедуре выбивания ногой двери кареты. Вместо этого Чу Цзюньи должен выйти вперед, чтобы поприветствовать ее.

“Чу Цзюньи приветствует ваше высочество”.

Когда свадебный седан остановился, радостная музыка стала еще более энергичной. Однако Чу Цзюньи мог различить голос, в котором звучали ясные и холодные намерения. “Ты тот, которого я так ждала”.

“Благодарю вас, ваше высочество”.

Когда занавес был поднят, Шэнь Нинхуа, одетой в красное, помогли выйти из свадебной кареты.

Зрачки Чу Цзюньи резко сузились, в его глазах вспыхнуло удивление. Ее свадебное платье было красным, как огонь, и ее внешность была исключительно красива. Имея такую жену, о чем еще он мог бы просить? Когда он подумал об этом, нежность в его глазах еще усилилась.

“Нинхуа, мне повезло, что ты стала моей женой”.

Глава 199 - Все враги собрались!

“Нинхуа, мне повезло, что ты стала моей женой”.

Нежный голос был низким и глубоким, но он вызвал у нее затяжное чувство, которое заставило ее сердце смягчиться. Под красной вуалью Шэнь Нинхуа моргнула и улыбнулась. Она ничего не ответила. Вместо этого она последовала указаниям служанки, стоявшей перед ней, и вышла из свадебного седана.

Музыка стала еще радостнее и громче. Чу Цзюньи держался за шелк, перевязанный красными цветами. Он почувствовал, что все звуки вокруг исчезли. Только красный шелк в его руке и человек на другом конце его были реальными.

Официальные лица и их жены, присутствовавшие на свадьбе, уже ждали в главном зале. Когда они увидели прибывшую новую пару, все встали, чтобы поприветствовать их.

Шэнь Нинхуа была принцессой. Хотя она не была родной и единокровной дочерью императора, до тех пор, пока Бейли Цинцан признавал ее, она ничем не отличалась бы от его родных дочерей. Императрица Чжао Хуэйин сидела прямо на почетном месте, а рядом с ней стоял наследный принц Бейли Цзиньи.

Пока протокольный офицер громко скандировал, новая пара начала отдавать честь. Сложный этикет и процедуры преклонения колен вызывали у них головокружение.

Хотя Шэнь Нинхуа поддерживала служанка Цюаньфу, она все еще чувствовала себя очень усталой.

Отдав честь, Чу Цзюньи последовал инструкциям протокольного офицера, ухватил двумя пальцами красную вуаль и медленно поднял ее. Сразу после этого он был ошеломлен прекрасным зрелищем, представшим перед его глазами. Его зрачки слегка сузились, и он почувствовал, что его сердце сильно бьется.

Шэнь Нинхуа слегка опустила глаза. Ее тонкие брови приподнялись под висками. Ее глаза были прикрыты густыми ресницами, но все еще ярко блестели. У нее были красные губы и темные брови. Ее кожа была нежной и гладкой, как лед и нефрит. Все присутствующие отметили, что ее красота была ошеломляющей.

Ее ярко-красное свадебное платье представляло собой ослепительное зрелище, но оно не могло скрыть ни малейшей части ее красоты, только делая ее еще более несравненно великолепной.

Люди, присутствовавшие на свадьбе, смотрели широко открытыми глазами и были ошеломлены. Они не могли не чувствовать ревности в своих сердцах. “Какими добродетелями и способностями обладает Чу Цзюньи? Как он мог заслужить такую великолепную невесту?”

Наследный принц Бейли Цзиньи на мгновение был ошеломлен, но затем его охватило чувство безмерной ярости. Он поднял голову и посмотрел на второго принца Бейли Цзиньчуаня. Злорадная улыбка мелькнула в его глазах. Он подумал, что Бейли Цзиньчуань, должно быть, в этот момент испытывает агонию. Все в этом его младшем брате было прекрасно, за исключением того, что он был слишком одержим.

Бейли Цзиньчуань стоял там, пристально глядя на Шэнь Нинхуа в ее красном свадебном платье. Он сжал кулаки так сильно, что от его силы заболели мышцы и кости, которые еще не полностью восстановились. Раны на его запястье отдавались вспышками разрывающей боли. Однако ему было совершенно все равно. Он только смотрел на Шэнь Нинхуа, как будто хотел вырезать ее в своем сердце. Сильная волна гнева поднялась в его глазах, как будто она могла сжечь человека, как густое пламя.

Императрица Чжао Хуэйин встала и сказала: “Сегодня день свадьбы принцессы Чжаохуа и императорского зятя. Его величество специально приказал мне развлекать гостей. Поэтому я приготовила этот банкет из девяти чаш, чтобы развлечь всех вас”.

“Благодаря Его Величеству. Спасибо вам, ваше Величество, ваше высочество и лорд Чу”.

Когда красная вуаль Шэнь Нинхуа была снята, служанка Цюаньфу, стоявшая в стороне, принесла чашку чая. “Ваше высочество, пришло время предложить чашку чая Ее величеству”.

Шэнь Нинхуа подняла глаза. Она обменялась взглядом с Чу Цзюньи и слегка кивнула. Затем она опустилась на колени перед императрицей с чашкой чая. “Мать-императрица, пожалуйста, выпейте немного чая”.

Чжао Хуэйин опустила голову и посмотрела на Шэнь Нинхуа. Улыбка на ее губах слегка померкла.

Сердце Чу Цзюньи сжалось. Тревожное чувство возникло в его сердце. Может быть, императрица хотела публично опозорить Нинхуа?

Видя, что императрица не взяла чашку с чаем, все гости опустили головы и затаили дыхание, не смея взглянуть на ситуацию.

Шэнь Нинхуа поднял глаза. Хотя ее сердце внезапно похолодело, ее голос был нежным. “Мать-императрица, вам не нужно беспокоиться о моей жизни после замужества. У лорда Чу доброе сердце. Он был лично выбран отцом-императором для меня. В будущем у меня определенно будет счастливый брак”.

Всего несколькими словами она волшебным образом превратила кажущееся недовольство императрицы в беспокойство за нее.

Чжао Хуэйин снова улыбнулась, как будто минуту назад она действительно беспокоилась о Шэнь Нинхуа. Она интимно сказала: “Хорошо, раз ты так сказала, тогда я чувствую облегчение”.

Сказав это, она взяла чашку чая и сделала глоток. Затем она взяла из рук Фансюэ изысканное свисающее украшение с золотым фениксом и подвесками из жемчуга и вставила его в густые волосы Шэнь Нинхуа. “Желаю вам долгой и счастливой совместной жизни”.

Тон императрицы был чрезвычайно нежным. Очевидно, она давала свои благословения, но каждое слово, казалось, несло в себе холодную и гнетущую ауру.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и почтительно поклонилась. “Спасибо вам, мать-императрица”.

Напряжение в главном зале постепенно спадало. Наконец все вздохнули с облегчением и встали, чтобы поздравить Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи.

Бейли Аннинг была введена дворцовой служанкой с серьезным выражением лица. Она посмотрела на Шэнь Нинхуа и открыла рот, как будто хотела что-то сказать. Однако она передумала и обернулась только для того, чтобы посмотреть назад.

Затем все оглянулись и увидели быстро входящего Сяо Цзинжаня в черной штатской одежде. Он не был одет в официальную форму в соответствии с этикетом посещения церемонии, и его лицо было еще холоднее, без малейшей радости.

Глаза Чу Цзюньи переместились. Он выступил вперед и поклонился. “Отец, ты здесь. Поторопись и займи свое место.”

Сяо Цзинжань холодно посмотрел на Чу Цзюньи, его голос стал еще холоднее, без всякой теплоты. “Я не осмеливаюсь принять приветствие императорского зятя. Мне нужно кое-что сделать здесь сегодня.”

Шэнь Нинхуа шагнул вперед и встал рядом с Чу Цзюньи, желая заговорить.

Однако Сяо Цзинжань резко повернулся в сторону и поклонился императрице. “Приветствую вас, ваше величество”.

Глаза Шэнь Нинхуа потемнели. Казалось, что Сяо Цзинжань пришел сюда из-за нее.

Чжао Хуэйин улыбнулась и сказала: “Господин Сяо, благодарю вас. Только что я чувствовала себя странно. Как приемный отец лорда Чу, почему вы не пришли на свадьбу и не насладились банкетом? Я думала, что вы, должно быть, по какой-то причине сдерживаетесь. Я как раз думала послать кого-нибудь пригласить вас. Теперь, когда вы здесь, займите свое место.”

Сяо Цзинжань покачал головой. “Ваше величество, я здесь не для того, чтобы присутствовать на банкете”.

“О?” Чжао Хуэйин пошевелила своими пальцами, украшенными сапфирово-голубыми кольцами, и радость в ее глазах стала еще сильнее. “Тогда что...”

Сяо Цзинжань обернулся, чтобы посмотреть на Чу Цзюньи. Он нахмурил брови, а выражение его лица было напряженным и чопорным. “Я пришел сюда, чтобы разорвать свои отношения с моим приемным сыном Чу Цзюньи при свидетелях Вашего Величества. Отныне он не будет иметь ничего общего с семьей Сяо!”

Как только эти слова были произнесены, чиновники в стороне сразу же в смятении переглянулись. Чу Цзюньи был Несравненным мастером дуэта в столице. Хотя он был известен своим талантом, у него также была отличная репутация. Личность приемного сына семьи Сяо даже принесла ему много славы. Теперь Сяо Цзинжань действительно хотел открыто отказаться от своих отношений с Чу Цзюньи. Никто не знал, сколько замечательных таинственных историй стояло за этим.

Лицо Чу Цзюньи было бесстрастным, но его глаза излучали ярость и негодование. Он давно думал, что однажды порвет с семьей Сяо, но он не ожидал, что это произойдет в этот особенный день. Он думал, что Сяо Цзинжань, должно быть, люто ненавидит его. Иначе он не выбрал бы этот день свадьбы, чтобы объявить о прекращении их отношений.

“Отец, ты можешь наказать меня, если я сделал что-то не так. Почему ты должен отказываться от наших отношений?”

Сяо Цзинжань усмехнулся. “Семья Сяо растила тебя двадцать лет. Сначала я думал, что у тебя глубокие чувства к моей семье. Но я не ожидал, что все закончится только так. Не имело значения, гонялся ли ты за красивой женщиной. Как твой приемный отец, я не буду вмешиваться. Однако на самом деле ты предал мою семью ради нее. Семья Сяо не может терпеть такого”.

Чу Цзюньи стиснул зубы и почувствовал внезапную боль в сердце. Его приемный отец хотел заклеймить его как недружелюбного человека, а Нинхуа - как красавицу, создающую хаос.

Глаза Сяо Цзинжаня были холодны. “Семья Сяо всегда ценила такие добродетели, как верность и сыновнее почтение, и не позволяет своим членам поступать по-другому. Поэтому сегодня в присутствии Вашего Величества я подпишу контракт, чтобы с этого момента разорвать все мои связи с лордом Чу!”

Говоря это, он достал из кармана письменный контракт и бросил его к ногам Чу Цзюньи, прежде чем быстро уйти.

Главный зал погрузился в абсолютную тишину. Все взгляды были устремлены на Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи.

Тогда, когда Шэнь Нинхуа отделилась от семьи Шэнь, это было сделано по указанию императора. Кроме того, семья Шэнь действительно плохо относилась к ней. Так что никто не сплетничал об этом. Но расставание Чу Цзюньи с семьей Сяо было другим. Его наверняка раскритиковали бы.

Династия Даан всегда придавала большое значение сыновнему почтению. Семья Сяо растила Чу Цзюньи в течение двадцати лет. Для Чу Цзюньи отплатить за эту доброту было важнее всего остального. Если бы семья Сяо разорвала связи с Чу Цзюньи, это было бы почти равносильно тому, чтобы сказать всем, что он был нелояльным, неблагодарным и бессердечным человеком. Для него было почти невозможно снять такое клеймо со своего имени.

Выражение лица Шэнь Нинхуа не сильно изменилось от начала до конца, и она даже проигнорировала тишину в главном зале. Она встала и сделала два шага вперед. Затем она наклонилась и подняла контракт, который был брошен на землю. Бросив быстрый взгляд, она передала его Бай Руо в сторону.

“Бай Руо, соблюдай контракт должным образом. На мгновение отец разозлился. Трудно было предсказать, что он сделает импульсивно. Что бы он ни сказал, мы должны терпеливо относиться к его желаниям. Терпеливо и с уважением”.

Атмосфера в зале разрядилась.

Шэнь Нинхуа повернулась к толпе и сказала: “Сегодня день, когда я и лорд Чу поженимся. Хотя это и спровоцировало его отца, естественно, нет семейных дел, которые нельзя было бы решить. Пожалуйста, не возражайте. Мать-императрица, мы можем начать банкет из девяти чаш прямо сейчас?”

Чжао Хуэйин кивнула. “Давайте начнем”.

Глядя на нежное лицо Шэнь Нинхуа, императрица стала рассеянной. Она почти приняла Шэнь Нинхуа за свою родную мать Ся Цзинянь. Тогда Ся Цзинъянь тоже была сообразительной и красноречивой. Независимо от того, с какой проблемой она сталкивалась, она всегда могла справиться с ней непринужденно. Шэнь Нинхуа нельзя было позволить жить в этом мире, поэтому она должна была уничтожить ее.

Подумав об этом, она взглянула на Фансюэ, которая стояла рядом с ней. Фансюэ кивнула и сделала жест в тени позади нее.

В главном зале атмосфера банкета была гармоничной. Независимо от того, какие слухи распространятся дальше, сейчас они не возражали против этого. Они были здесь, чтобы поддержать новую пару.

На полпути к началу банкета из-за ворот внезапно донесся громкий шум.

Чжао Хуэйин нахмурился. “Что происходит снаружи? Кто-нибудь, сходите посмотрите.”

Шэнь Нинхуа сидела на сиденье, ее пальцы слегка сжались, когда она держала кубок с вином.

Занавес на воротах был поднят. Шел сильный снег. Очень быстро земля снаружи покрылась слоем снежинок.

Служанка, вышедшая проверить, быстро вернулась. “Ваше величество, у ворот стоит монах, который называл себя Ляочэнь”.

На лице Чжао Хуэйин появилось удивленное выражение. “Монах? Ляочэнь… Может быть, это мастер Ляочэнь? Вызовите его быстро.”

Глаза Шэнь Нинхуа стали жесткими, и ее пальцы невольно сжались. Чу Цзюньи поднял руку, чтобы взять ее за руку, и сжал слегка холодный кулак в своей ладони. Он мягко утешил ее и сказал: “Нинхуа, не волнуйся”.

Шэнь Нинхуа обернулась и улыбнулась ему. "Я знаю. Мне просто интересно, почему все враги собрались здесь сегодня.”

“Кто бы ни пришел, мы поженимся, у нас будет полноценная семья с детьми и внуками, и мы будем любить друг друга всю оставшуюся жизнь!” Пусть их замучает ревность!

Увидев, что они улыбнулись друг другу, Бейли Цзиньчуань поднял руку и выпил все вино, чтобы скрыть холодную улыбку на своих губах.

Глава 200 - Почему Ты такой озлобленный?

“Амитабха!”

От ворот донеслось мелодичное буддийское пение. Голос был спокойным и сочным, и это внезапно вернуло людей в спокойный буддийский мир, заставив их умы стать трезвыми и рассудительными.

Шэнь Нинхуа, однако, это нисколько не затронуло. Она подняла голову, чтобы посмотреть на вход в зал. С неба летел легкий снег. Монах, одетый в буддийское одеяние, медленно, шаг за шагом, вошел в главный зал от входа.

Только когда он подошел к двери, императрица Чжао Хуэйин пришла в себя и встала. “Мастер Ляочэнь”.

Ляочэнь сложил ладони вместе, и буддийские четки в его руке тепло засветились. “Приветствую вас, ваше величество”.

“Господин, пожалуйста, обойдемся без формальностей”.

Ляочэнь поклонился, приветствуя людей в стороне. Все кивнули и поздоровались в ответ. Наконец, его взгляд упал на Шэнь Нинхуа.

Когда она посмотрела в его глаза, взгляд Шэнь Нинхуа не мог не дрогнуть. На его лице явно не было улыбки, но казалось, что там оставался след от нее, от этой улыбки. Он был подобен верховному Будде, излучающему жалость к человечеству с улыбкой, которая заставляла людей расслабляться.

“Приветствую, принцесса Чжаохуа”. Ляочэнь вышел вперед и поклонился Шэнь Нинхуа. Его жесты были точно такими же, как у императрицы, привлекая всеобщее внимание.

Шэнь Нинхуа встала и промолвила: “Учитель, вы слишком вежливы. Сегодня день моей свадьбы. Для меня огромная честь видеть вас здесь”.

Ляочэнь улыбнулся, а затем покачал головой. Затем он кивнул и сказал: “Спасибо вам за ваше гостеприимство. Поскольку ты сегодня выходишь замуж, как насчет того, чтобы я сделал тебе подарок?”

“Я не смею принять ваш подарок, учитель…”.

“Какие глупости ды говоришь, моя девочка. Кстати говоря, этот подарок не от меня, а от твоего дедушки по материнской линии.”

Зрачки Шэнь Нинхуа внезапно сузились. Она не могла не нахмуриться. “Мой дедушка по материнской линии?”

“Это верно. Это подарок, оставленный императорским наставником Ся для твоей родной матери. К сожалению, я отправился учиться далеко в Великое Королевство Юэ и не смог вернуться до того, как скончалась твоя мать. Недавно я услышал, что ты собираешься выйти замуж. И я специально выбрал сегодняшний день, чтобы исполнить желание моего старого друга.”

Многие чиновники опустили головы. Они не могли удержаться от вздоха в своем сердце, когда думали о некогда процветающей семье Ся. В те времена семья Ся была очень большой и многие из ее членов стали известными министрами при императорском дворе. В то время это была самая зажиточная семья. Даже нынешняя семья Сяо не могла сравниться с этим.

Кто бы мог подумать, что менее чем за месяц его законная дочь в спешке вышла замуж, его хозяин скончался, его имущество и пожитки были конфискованы, а его члены казнены? Кроме дочери, которая была замужем, почти никто в семье не избежал смерти. Думая об этом сейчас, чиновники все еще переживали те странные события, которые невозможно было забыть…

Шэнь Нинхуа посмотрела на конверт, который держал в руке Ляочэнь, и ее глаза стали еще холоднее. “Мастер Ляочэнь, я думаю, вы ошибаетесь”.

Все были ошеломлены. Мастер ошибся?

Императрица Чжао Хуэйин нахмурилась. ”Нинхуа, как ты можешь так разговаривать с мастером Ляочэнем?"

Шэнь Нинхуа поклонилась Чжао Хуэйин. “Мать-императрица, я не подозреваю мастера Ляочэня. Но есть только одна вещь, которую я не понимаю. Я хочу спросить об этом мастера Ляочэня.”

“Ваше высочество, пожалуйста, спрашивайте”.

“Моя мать рано скончалась, и я никогда не видела своего дедушку по материнской линии. Однако, как всем известно, мой дедушка по материнской линии очень любил мою мать. Это верно?”

“Да, мой старый друг Ся действительно проявлял особую заботу о твоей матери”.

Шэнь Нинхуа строго посмотрела на конверт в руке Ляочэня и холодно усмехнулась: “Раз так, зачем моему дедушке по материнской линии оставлять что-то ядовитое для моей матери?”

«Что? Ядовитое?”

“Что вы имеете в виду?”

Чжао Хуэйин холодно посмотрела на шумную толпу и сказала: “Помолчите. Нинхуа, скажи мне ясно, что такое имеешь в виду, употребляя слово «ядовитое»?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на Ляочэня и сказал: “Учитель, я слышала, что вы также хорошо разбираетесь в медицине. Я думаю, вы должны знать, о чем я говорю, верно? Конверт желтый и выглядит очень старым. Но если вы присмотритесь к нему повнимательнее, то сможете увидеть, что желтый цвет смешан со слабым золотистым оттенком. Этот цвет сделан из серы, пропитанной соком киперус ротундус. Когда киперус ротундус смешивают с серой, он будет более ядовитым, чем белый мышьяк. Я все верно сказала?”

Ляочэнь улыбнулся, и его взгляд стал мягче. “Это верно. Изначально я хотел проверить вас, когда услышал, что вас хвалят за то, что вы предлагаете рецепты. Теперь я знаю, что я ошибался, считая твою славу знаменитого лекаря чрезмерной…”.

Ляочэнь не выказал ни малейшего смущения после того, как правда была раскрыта. Вместо этого он достал из кармана флакон с лекарственным порошком и осторожно посыпал им конверт. “Ваше высочество, вы можете прочитать это сейчас”.

Шэнь Нинхуа приподняла уголки губ. “Итак, Учитель испытывает меня. Я просто была слишком самонадеянна. Я думала, что Учитель собирался отомстить мне за смерть своего любимого ученика.”

Когда эти слова были произнесены, гости начали догадываться. Когда-то мастер Ляочэнь лично взял сына Шэнь Донга Шэнь Сюанье в ученики, и многие люди завидовали богатству Шэнь Сюанье. Только после того, как Шэнь Сюанье сделал что-то не так и был наказан императором, все постепенно забыли, что он ученик мастера Ляочэня. Теперь они вспомнили, что Шэнь Сюанье был младшим братом принцессы Чжаохуа и был побежден ею! Как они могли не заподозрить неладное, когда внезапно появился его хозяин?

Улыбка на лице Ляочэня была все такой же, как и раньше. “Ваше высочество неправильно поняли меня. Я предупредил Шэнь Сюанье, чтобы он держался подальше от мирских дел и сосредоточился на практике буддизма. Однако он не прислушался к моему совету. Жизнь человека определяется небесами и предопределена судьбой. Людям нет необходимости бороться за то, что им не принадлежит. Ты сказала, что я здесь, чтобы отомстить. Это совершенно не так”.

Шэнь Нинхуа взяла конверт и медленно вскрыла его. “Мастер действительно хорошо разбирается в медицинских навыках. Яд киперус ротундус и серу можно нейтрализовать с помощью агримонии. Хотя он не может устранить яд, он может связать его вредные испарения. Это действительно хороший метод. Что ж, естественно, это самое лучшее, если ты не хочешь мстить.”

Чу Цзюньи шагнул вперед. Когда он опустил голову и посмотрел на вскрытый конверт, то крепко сжал кулаки.

Выражение лица Шэнь Нинхуа было напряженным. Ее пальцы слегка дрожали. Затем она резко скатала письмо в руке и сожгла его прямо на красной свече рядом с собой. “Мастер Ляочэнь, вы больше всего заботитесь о правилах. Итак, я полагаю, вы не читали содержание этого письма, не так ли?”

"Нет, не читал."

“Что ж, это хорошо. Поскольку мой дедушка по материнской линии решил рассказать об этом моей матери, то я могу сжечь это и тем самым оказать ей услугу. Я предполагаю, что она может увидеть содержание письма моего дедушки по материнской линии в своей могиле и действительно может покоиться с миром”.

Когда взгляд кронпринца скользнул по горящему пеплу, он не мог не нахмуриться. Шэнь Нинхуа сразу же сожгла письмо. Что же в этом письме было такого написано?

Выражение лица Чжао Хуэйин стало совсем мрачным. Сначала Шэнь Нинхуа сожгла письмо. Затем она удостоверилась, что мастер Ляочэнь не читал содержание письма. В конце концов, никто, кроме нее и Чу Цзюньи, не знал, о чем говорилось в этом письме. Даже если кто-то найдет способ получить его содержание, никто не поверит ему, когда он расскажет об этом публично.

Чу Цзюньи протянул руку, чтобы взять Шэнь Нинхуа за пальцы. Он издал легкий вздох облегчения, когда почувствовал, что ее пальцы постепенно перестали дрожать. Видя, что все смотрят на нее и пытаются понять, что произошло, Чу Цзюньи сделала шаг вперед перед ней, чтобы загородить им обзор. Он вежливо сказал: “Мастер Ляочэнь, теперь, когда вы здесь, пожалуйста, наслаждайтесь этим свадебным банкетом. Поскольку вы исповедуете буддизм, я специально готовлю для вас стол из вегетарианских блюд. Пожалуйста, не отказывайтесь от этого, учитель.”

Ляочэнь улыбнулся и покачал головой. Он мягко посмотрел на Шэнь Нинхуа. “Ваше высочество, вы полны дурных наклонностей. Ты готова практиковать буддизм со мной?”

Глаза Шэнь Нинхуа стали холодными. “Учитель, что вы хотите сказать?”

Этот Ляочэнь сказал в день ее свадьбы она была полна дурных наклонностей. Он, очевидно, имел в виду, что в будущем у нее не будет хорошей жизни. Кто именно пригласил Ляочэнь?

“Я и твой дедушка по материнской линии были хорошими друзьями. Естественно, я не хочу видеть, как его единственный потомок сбивается с пути истинного. Итак, я готов взять тебя в качестве своего последнего ученика. Ты должна следовать за мной, чтобы практиковать буддизм в течение трех лет. Через три года ты сможешь вернуться обратно. Обдумай мое предложение и скажи свое мнение”

“Три года?” Шэнь Нинхуа стояла рядом с Чу Цзюньи и смотрела на него со слабой улыбкой. “Учитель, монахи должны хранить милосердие в своем сердце, верно?”

“Это верно”.

“Тогда почему Учитель такой злобный?”

Ляочэнь сделал паузу. “Что ваше высочество подразумевает?”

“Учитель, ты знаешь, что значат для меня три года?”

“Пожалуйста, скажите мне, ваше высочество”.

Шэнь Нинхуа бесстрастно продолжала: “Я достигла брачного возраста уже почти год. В мире смертных мне хватило бы трех лет, чтобы родить ребенка. Мой долг - помогать моему мужу и воспитывать моих детей. Трех лет мне было бы достаточно, чтобы счастливо управлять своей жизнью. Однако, если я последую за вами, чтобы практиковать буддизм в течение трех лет, то, когда я вернусь, лорд Чу сможет развестись со мной под предлогом того, что у нас не было ребенка в течение трех лет, хотя бы я и принцесса. Даже если он испытывает ко мне глубокую привязанность и все еще хочет быть со мной, он обязательно возьмет наложниц в течение трех лет. Ты только что сказал, что я полна дурных наклонностей. Поэтому, естественно, я в достаточной степени ревнива и не смогу терпеть его наложниц. Таким образом, к тому времени я убью всех его наложниц. Такого объяснения будет достаточно?”

Все были шокированы. Они никак не ожидали, что Шэнь Нинхуа не только откажется стать последним учеником мастера Ляочэня, но и безо всякого стеснения выскажется настолько прямолинейно и дерзко. Более того, к их удивлению, они почувствовали, что то, что она сказала, было разумным…

Улыбка на лице Ляочэня осталась такой же, как и раньше, как будто ничто не могло ее изменить. “Слова вашего высочества предвзяты. Я делаю это из благих намерений. Ваши дурные наклонности трудно искоренить. Я не знаю, сколько неприятностей они доставят, если ты останешься в мире смертных. Ты сама сами будешь сильно страдать от них. Вот почему я любезно напомнил тебе об этом”.

“Учитель, вы неоднократно говорили, что я полна дурных наклонностей, но я думаю, что я добросердечный человек. Может быть, Мастер не только хорош в медицине, но и сведущ в метафизике?”

“Я просто немного знаком с этим”.

“Неудивительно, что Мастер смог увидеть мои дурные наклонности”. Шэнь Нинхуа повернулась, чтобы посмотреть на Шэнь Сюаньлинь, который нервно смотрел на нее в дверях. “Сюаньлинь, принеси нефритовый кулон, который я тебе подарила”.

Шэнь Сюаньлинь послушно подошел и передал нефритовый кулон, висевший у него на груди. Затем он встал перед Шэнь Нинхуа и сердито уставился на Ляочэнь. Он не знал, что такое дурные наклонности, но он знал, что у этого монаха были дурные намерения.

Шэнь Нинхуа взяла нефритовый кулон и похлопала его по плечу. Затем она схватила своими пальцами веревку на нефритовом кулоне и подвесила его в воздухе. “Мастер, как вы думаете, этот нефритовый кулон сегодня будет цел или он разлетится на куски?”

Ляочэнь улыбнулся и опустил голову. “Амитабха, я верю, что он разлетится на куски”.

"Ой? Мастер понял, что я имела в виду?”

“Нет, если я скажу, что нефритовый кулон будет цел, ваше высочество определенно ослабит хватку и позволит нефритовому кулону упасть. Этот нефритовый кулон довольно ценный. Лучше сохранить его, чем разбить вдребезги. Итак, я могу только сказать, что он разлетится на куски. Тогда вы не дадите нефритовому кулону упасть. Вы просто хотите, чтобы я сделал ложное предсказание. Чтобы сохранить нефритовый кулон, не имеет значения, что я совершу ошибку.”

Когда все услышали это, они сразу же почувствовали восхищение в своем сердце.

“Хозяин такой великодушный”.

“Это верно. Мастер Ляочэнь заслуживает своего имени. Его личность поистине не имеет себе равных”.

“Я действительно впечатлен...”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и усмехнулась. Она вложила нефритовый кулон в руки Шэнь Сюаньлинь. “Похоже, Мастер немного устал и не может делать верных предстазаний. Я сказала, что этот нефритовый кулон был подарком моему младшему брату Шэнь Сюаньлину. С тех пор как я отдала его ему, он, естественно, мне больше не принадлежит. Ему решать, сохранить ли его должным образом или сломать. То, что сказал Мастер, не имело никакого отношения к результату, потому что ты был неправ с самого начала”.

Ляочэнь, ты был всего лишь монахом. Кто дал тебе право судить о моей жизни?

Глава 201 - Будьте едины сердцем и разумом!

Ляочэнь поднял глаза, которые почти не мигали с тех пор, как он пришел. Наконец-то в них появился след волнения. “Принцесса Чжаохуа действительно красноречива”.

Шэнь Нинхуа слегка пошевелила уголками губ. “Многие люди говорили мне это”. К сожалению, эти люди уже были мертвы.

Она вспомнила, что в ее прошлой жизни, после того как Бейли Цзинцзе взошел на трон, Ляочэнь был удостоен звания государственного учителя. Этот весьма уважаемый и знающий старший монах в глазах людей использовал все возможные средства для накопления богатства после прихода к власти. Чтобы расширить свою власть, он даже подставил важных чиновников при императорском дворе. В то время она несколько раз советовала Бейли Цзиндзе убить этого монаха, но, к сожалению, Бейли Цзиндзе никогда ее не слушал.

Видя теперь его лицемерно-добродетельные манеры, она не испытывала к нему ничего, кроме отвращения.

Чу Цзюньи стоял рядом с Шэнь Нинхуа и холодно смотрел на Ляочэнь. ”Мастер Ляочэнь, вы знаете, кто я?"

Ляочэнь обернулся и сказал: “Я знаю, что ты императорский зять, Левый императорский цензор, Несравненный мастер Дуэта и приемный сын семьи Сяо”.

Чу Цзюньи рассмеялся. “Ты также ставишь мой титул императорского зятя на первое место, так разве тебе не следует обсудить это со мной, если ты хочешь забрать мою жену?”

“Это была моя небрежность. Но, судя по ее лицу, ее высочество обладает сильным умом и придерживается своей собственной тактики и планов, так что...”

Чу Цзюньи слегка прищурил глаза. Напомнив ему, что Нинхуа придерживалась своей собственной тактики и планов, Ляочэнь имела в виду, что его мнение не имеет значения. Этот монах действительно осмелился открыто вбить клин между ним и Нинхуа. Он был поистине отвратителен.

Шэнь Нинхуа приподняла уголки губ и сделала шаг назад. “Мастер Ляочэнь, вы долгое время не соприкасались с мирскими делами, поэтому понятно, что вы не знаете, когда женщина выходит замуж, она должна слушать своего мужа. Так что, несмотря на то, что у меня есть своя тактика и планы, я все равно должна учитывать мнение моего мужа, верно? Цзюньи, как ты думаешь, я должна следовать за Мастером, чтобы практиковать буддизм?”

Чу Цзюньи посмотрел на Шэнь Нинхуа. В его глазах было теплое и любящее выражение. “Моя судьба также была предсказана мастером, который сказал, что она была настолько слабой, что мне было суждено прожить короткую жизнь. Я должен найти жену, чья судьба дополнит мою. Ваше высочество, ваша судьба идеально совпадает с моей. Нам не будет счастья, если мы будем жить друг без друга. В серьезных случаях наша жизнь может оказаться в опасности, если мы будем разлучены. Так что я не думаю, что мастер Ляочэнь сделал бы такое, чтобы навредить жизни людей, верно?”

Глаза Шэнь Нинхуа загорелись, и ее лицо расплылось в улыбке. “Мой муж, конечно же мастер этого не сделает”.

“Я знаю, что монахи должны хранить милосердие в своем сердце. Нинхуа, минуту назад я был напуган до смерти, когда подумал о том, что мастер Ляочэнь настаивал на том, чтобы забрать тебя у меня.”

“Я тоже была сильно напугана”.

Молодожены продолжали разговаривать, и Ляочэнь не мог найти ничего плохого или предосудительного в том, что и как они говорили. Но он понимал что они над ним таким образом просто издевались. Поэтому он не очень понимал как следует реагировать и следует ли хоть как-то реагировать. И хотя на его лице все еще была улыбка, эта улыбка стала немного натянутой. “Ваше высочество и императорский зять неправильно поняли меня. Вы двое - пара, заключенная на небесах, поэтому я, естественно, не сделаю ничего, чтобы разрушить такой предопределенный брак”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Это хорошо. Мастер все еще собирается сидеть?”

"Нет. Теперь, когда я доставил письмо и выполнил желание моего старого друга, мне неудобно оставаться здесь надолго”.

“Тогда я с уважением провожу вас, мастер”.

Атмосфера в главном зале была чрезвычайно странной. На мгновение никто не знал, что сказать. Мастер Ляочэнь был уважаем и пользовался высоким авторитетом. Если бы одна семья могла пригласить его на свою свадебную церемонию, вся семья определенно была бы вне себя от радости. Кто бы мог подумать, что, когда он придет, Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи в конце концов действительно высмеют его?

Выражение лица Чжао Хуэйин было очень несчастным. “Нинхуа, мастер Ляочэнь пользуется большим уважением. Ты...”

“Мать императрица, я горячо просил Мастера остаться. Жаль, что он отказался. Я думала, что Мастер был человеком добродетельным, чрезвычайно уважаемым и очень сведущим в буддийском знании. Естественно, он хотел постоянно концентрироваться на практике буддизма. Я не думала, что ему нравятся эти мирские дела, поэтому я не осмелилась заставить его остаться. Я сделала что-то не так?”

Чжао Хуэйин сжала пальцы и скользнула холодным взглядом по лицу Шэнь Нинхуа. Шэнь Нинхуа был поистине красноречива и ловко выпутывалась из самых искусных словесных ловушек!

“Ты права. Поскольку банкет почти закончился, я уйду первой.”. Прежде чем Шэнь Нинхуа успела что-то сказать, она сразу же встала и церемонной походкой отправилась в свой дворец.

Императрица встала и ушла в середине банкета из девяти чаш. Она, очевидно, использовала это, чтобы смутить Шэнь Нинхуа.

“До свидания, мать-императрица”.

“До свидания, ваше величество”.

После того, как Чжао Хуэйин ушла, многие люди в главном зале тоже захотели уйти. В конце концов, императрица ясно выразила свое недовольство. С их стороны было бы неразумно продолжать оставаться там.

Шэнь Нинхуа повернулась к Цин Цюэ и сказал: “Цин Цюэ, скажи слугам, чтобы поторопились. Не позволяйте гостям ждать. Теперь, когда они были здесь, я должна устроить им полноценный банкет. В противном случае, естественно, это будет моя вина как хозяйки банкета.”

Глаза Чу Цзюньи переместились, и он также предупредил Е И: “На улице идет снег и очень холодно. Закройте дверь в главный зал, чтобы гости не простудились.”

Первоначально все присутствующие все еще были немного озадачены и не понимали, что имела в виду Шэнь Нинхуа. Когда Чу Цзюньи отдал свое распоряжение, гости пришли в смятение. Он закрыл дверь главного зала, чтобы позволить им насладиться полноценным банкетом. Очевидно, им не разрешили уйти до конца банкета.

Это были принцесса Чжаохуа и императорский зять. Разве для них не было бы позором заставлять гостей оставаться?

Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи сидели бок о бок на своих местах. На их лицах не было и следа смещения или какй-то неловкости. Они не чувствовали, что в этом было что-то неправильное. Выражения лиц этих двоих выдавали слабое напряжение, из-за чего гости в стороне чувствовали себя так, словно сидели как на иголках. Однако никто из них не осмелился сказать, что хочет уйти.

Бейли Цзиньчуань приподнял уголки губ, и его глаза наполнились яростью.

Ляочэнь действительно ничего не мог сделать правильно! Первоначально Бейли Цзиньчуань хотел, чтобы он забрал Шэнь Нинхуа. До тех пор, пока банкет из девяти чаш не будет завершен, она не станет женой Чу Цзюньи. Когда Шэнь Нинхуа вернется три года спустя, он уже возьмет под свой контроль императорский двор. Естественно, он мог бы жениться на Шэнь Нинхуа.

Кто бы мог подумать, что этот Мастер с великолепной репутацией действительно будет побежден Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи после обмена несколькими словами? Он действительно не заслуживал своей репутации! Если он знал, что Ляочэнь не сможет достичь своей цели, почему ему пришлось пройти такое большое расстояние, чтобы найти его? Тем более, что содержание письма было непосредственно скрыто Шэнь Нинхуа, у него не было никаких шансов осуществить свой план!

Это было так раздражающе и отвратительно!

Теперь было немного поздно сожалеть об этом. Ему следовало бы больше готовиться!

Чу Цзюньи поднял свой бокал и прервал ход мыслей Бейли Цзиньчуаня. “Ваше высочество, я предлагаю этот тост за вас. Спасибо, что вы пришли на мой свадебный банкет”.

Бейли Цзиньчуань поджал губы, и в его глазах мелькнула острая холодная волна. Когда он посмотрел на Чу Цзюньи, они оба немедленно начали излучать взаимное отчуждение.

Чу Цзюньи все еще поднимал свой бокал, глядя на Бейли Цзиньчуаня со слабой улыбкой. Его невеста была так хороша, что многие люди желали ее. Как ее муж, он, естественно, не мог как следует рассмотреть их.

«Что? Ваше высочество не желает принять мое предложение?”

Бейли Цзиньчуань посмотрела на Шэнь Нинхуа.

Она выпрямилась на своем месте с подобающей улыбкой на губах. Эта улыбка была нежной, без малейшего намека на теплоту. Даже когда она встретилась с ним взглядом, ему ни на мгновение не стало легче. У Бейли Цзиньчуаня сильно болела грудь. Может быть, в глубине души она совсем не заботилась о нем?

Когда он допил свой бокал, Бейли Цзиньчуань оглянулся на Чу Цзюньи и сказал: “Это нормально?”

Нинхуа, однажды я бы дал тебе понять, насколько неправильным был твой сегодняшний выбор!

Чу Цзюньи улыбнулся, и в его голове промелькнула твердая мысль: пока я жив, я подарю Нинхуа день мира и счастья. Никто не может отнять у меня Нинхуа!

Из-за раннего отъезда императрицы у гостей не было настроения наслаждаться банкетом, хотя они должны были остаться. Когда все блюда были поданы, они поспешно откусили по кусочку и встали, чтобы откланяться.

Очень быстро в главном зале остались только Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи.

После минутного молчания они оба повернулись, чтобы посмотреть друг на друга, и одновременно рассмеялись.

“Ха-ха”. Чу Цзюньи через долгое время перестал смеяться и погладил Шэнь Нинхуа по волосам. “Нинхуа, прости за то, что произошло сегодня”.

Как они могли не чувствовать раздражения, когда их свадебный банкет закончился неудачно, потому что так много людей пришли, чтобы помешать им быть вместе?

Шэнь Нинхуа улыбнулась. “Кстати говоря, я принцесса. Хотя я замужем за тобой, ты живешь в особняке своей принцессы. Слуги, охранявшие особняк, были посланы Департаментом внутренних дел, чтобы обслуживать меня. Самое главное, что мое приданое даже более обильное, чем ваша собственность.”

Улыбка на лице Чу Цзюньи становилась все более натянутой. В конце концов, все выражение его лица застыло исключительно странным образом. Что ж, в таком случае, его действительно содержит его жена?

Шэнь Нинхуа тихо рассмеялась. Ее изогнутые брови сияли, как звезды, а на прекрасном лице было волнующее душу выражение. “Что, я ошибаюсь?”

Чу Цзюньи поднял голову, и натянутая улыбка на его лице постепенно исчезла. Никто другой не смог бы найти такую могущественную жену, как она. Жениться на ней было действительно большой гордостью.

Увидев гордую улыбку на его лице, Шэнь Нинхуа была ошеломлена. Может быть, то, что она только что сказала, зашло слишком далеко и спровоцировало его?

” Цзюньи, я..."

Чу Цзюньи шагнул вперед, чтобы взять ее холодные пальцы в свои ладони. “То, что ты сказала, очень разумно. В будущем я буду больше полагаться на твою поддержку. Это особняк моей принцессы. Могу я попросить тебя показать мне окрестности?”

Видя, что он совсем не возражает, Шэнь Нинхуа улыбнулась. Они вдвоем направились к двери, держась за руки.

Бай Руо махнула рукой и приказала медсестре Цюаньфу, которая хотела остановить их, отступить. Она тоже отошла в сторону и не мешала им двоим.

Снаружи валил снег, и он уже лег тонким слоем на землю. Чу Цзюньи взял плащ. Он надел его на Шэнь Нинхуа и аккуратно завязал пояс. Под воротником из белоснежного лисьего меха ее лицо стало еще более изысканным.

Это был первый раз, когда она приехала в особняк своей принцессы. Раньше она была покрыта красной вуалью и вообще не видела никаких пейзажей. Так вот, это был первый раз, когда она увидела это.

Как только она подняла глаза, то увидела цветущую сливу с розовыми и красными ветвями. Сцена была настолько прекрасна, что у нее перехватило дыхание. “Эти цветы сливы...”

В тот момент была холодная зима. Для цветения сливы было еще рановато.

“Я попросил кое-кого прислать его из Цзяннани, тебе нравится?”

Шэнь Нинхуа обернулась и сказала: “Ты послали кого-то за этим?” Разве Департамент внутренних дел не занимается этими вещами?

“Это наш дом на всю оставшуюся жизнь. Каждая сцена и извилистый коридор здесь будут сопровождать нас на протяжении десятилетий. Поэтому я надеюсь, что тебе понравится каждая его часть”.

Глаза Шэнь Нинхуа блеснули, и яркие глаза наполнились слезами. “Мне это очень нравится”.

Чу Цзюньи рассмеялся. “Это хорошо”.

Они вдвоем гуляли по саду, пока в небе летел снег. В то время было очень холодно, но Шэнь Нинхуа почувствовала тепло на сердце. Хотя она не была уверена, смогут ли они вдвоем состариться вместе, этого было достаточно, чтобы она запомнила этот момент на всю оставшуюся жизнь.

На них двоих падал белый снег. Вскоре их тела были покрыты слоем снежинок. Под деревом красной сливы Чу Цзюньи держал руки Шэнь Нинхуа и смотрел вниз на ее прекрасное лицо. Воздух, который они выдыхали, сплетался воедино и превращался в теплый водяной туман.

“Я предпочел бы умереть вместе с тобой, чем жить в одиночестве. Нинхуа, мы определенно состаримся вместе!”

Глава 202 - Они все пошли повидаться с Амитабхой

Шэнь Нинхуа подняла свои глаза, которые были прекрасны, как яркая луна. Тень Чу Цзюньи отражалась в ясных глазах, которые были яркими, блистательными и величественными.

Чу Цзюньи поднял руку и погладил ее по лицу. Он почувствовал трепет в ладонях, когда коснулся ее тонких ресниц. Он чувствовал себя так, словно в его сердце было перышко, мягкое и теплое. Он наклонился вперед и заключил Шэнь Нинхуа в объятия. “Нинхуа, не волнуйся, я обязательно устрою тебе еще одну свадьбу, и пусть все в стране благословят нас!”

Шэнь Нинхуа мягко улыбнулась. “Чу Цзюньи, мне все равно, будут ли люди давать свои благословения на нашей свадьбе. Мне не суждено получить никаких благословений. Что меня волнует, так это твое сердце”.

Я бы дала тебе только один шанс, Чу Цзюньи. Я не хотела повторять ту же ошибку снова. Я не надеялась на настоящую любовь и спутника жизни. Я верила только во все то, что у меня было в настоящее время. Я надеялась, что ты меня не подведешь…

Когда ярко засияли огни, они вдвоем обняли друг друга, отбрасывая длинную тень на землю. Они обнялись так тесно, что казались единым целым.

Через некоторое время Чу Цзюньи отпустил Шэнь Нинхуа. Он крепко держал ее за руку и показал ей весь сад.

“Нинхуа, это павильон Нинцуй. Посаженный в нем бамбук был перевезен с юго-запада. Здесь исключительно тихо и очень спокойно.”

Каждый раз, когда они отправлялись в новое место, Чу Цзюньи подробно объяснял ей, что это за место, и знакомил с тамошними пейзажами.

Шэнь Нинхуа последовала за ним по пятам, и ее взгляд упал на его спину. Этот человек часто вел себя несерьезно. Но когда она нуждалась в нем, он никогда ее не подводил.

Искорка тепла промелькнула в ее глазах, и улыбка на губах стала еще яснее. Как раз в тот момент, когда она собиралась заговорить с ним, она увидела, что его шаги внезапно остановились. "Что не так? Это последнее место?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на внутренний двор перед собой. На входной двери висела табличка. “Павильон Хуаджун? Что это за место такое?”

Чу Цзюньи крепче сжал руку Шэнь Нинхуа. Чрезвычайно сложное выражение промелькнуло на его лице, которое состояло из предвкушения, дурных предчувствий и возбуждения. “Нинхуа, это граница внутреннего двора, который является нашим личным местом”.

Шэнь Нинхуа сделала паузу, и ее уши внезапно покраснели. Когда она увидела название, то подумала только о аптеке Хуаджун. Она удивилась, почему он называется павильон Хуаджун, и подумала, что это место для хранения лекарственных трав. Но она не ожидала, что это будет их внутренний двор.

Чу Цзюньи обернулся и внезапно поднял Шэнь Нинхуа на руки. “Нинхуа, я тщательно спроектировал каждую часть этого двора. В нем есть все виды цветов из города Су Цзяннань. Давай пойдем посмотрим...”

“Отпусти меня!”

Рука Чу Цзюньи напряглась. После стольких томительных месяцев ожидания он наконец женился на своей прекрасной возлюбленной. Как он мог отпустить ее?

Ночное небо было темным. Свечи "Дракон" и "Феникс" были украшены красными нитями. Пламя свечей было ярким и теплым. Сердца влюбленных трепетали…

На следующее утро, когда Шэнь Нинхуа проснулась, Бай Руо и другие служанки уже ждали у двери с тазами в руках. Услышав звук в комнате, они попросили разрешения, прежде чем опустить головы и уверенно войти в комнату.

Шэнь Нинхуа чувствовала боль во всем теле, когда сделала попытку встать. Увидев Чу Цзюньи, который уже был одет и внимательно наблюдал за ней, она пожалела, что не может достать флакон с лекарственным порошком и разбить его о его голову. “Убирайся!”

Глядя на ее покрасневшие уши, Чу Цзюньи кивнул. “Хорошо, ты сначала приведи себя в порядок. Я пойду посмотрю, готов ли завтрак”. Нинхуа была застенчива. Если бы она разозлилась, как прошлой ночью, ему пришлось бы долго ее уговаривать.

Только тогда выражение лица Шэнь Нинхуа стало лучше. Она терпела ломоту во всем своем теле, поэтому надевала свою одежду постепенно, вещь за вещью. Когда она невзначай подняла голову и посмотрела на Хон Лин, она обнаружила, что Хон Лин покраснела и пристально смотрит на нее.

Когда Шэнь Нинхуа опустила голову, то обнаружила, что ее платье неправильно застегнуто на шее, выражение ее лица сразу же покраснело и потемнело.

На краю ее белой ключицы виднелись красные следы. Независимо от того, как она смотрела на это, в этом все еще был двусмысленный смысл. Она поспешно оделась как следует, причесалась и умыла лицо водой из таза. Затем она села перед зеркалом и накрасилась. Только тогда цвет ее лица стал намного лучше.

Хун Лин опустила голову и тихонько улыбнулась. “Мисс, у меня есть мазь для стимуляции кровообращения и устранения застоя крови. Я принесу вам ее позднее.”

“Вчера я обсуждала это с Чу Цзюньи и сказала ему, что его верный слуга Е И совсем не плох, чтобы рассмотреть его в качестве жениха. Я подумала, что было бы наиболее подходящим обручить тебя с ним.”

Хун Лин сделала паузу и поспешно взмолилась о пощаде: “Мисс, я совершила ошибку. Я буду служить вам всю оставшуюся жизнь и ни за кого не выйду замуж”.

Шэнь Нинхуа взглянула на нее и холодно фыркнула. После того, как Хун Лин довольно долго умоляла, она, наконец, согласилась не наказывать ее.

Когда она вошла в прихожую, Чу Цзюньи сидел на стуле и читал сообщение, отправленное Е И. Когда он увидел вошедшую Шэнь Нинхуа, он сразу же улыбнулся и сказал: “Нинхуа, завтрак готов. Быстро приходи и ешь. Вчера ты был занята весь день и почти ничего не ела.”

Шэнь Нинхуа закатила на него глаза и села, чтобы попросить Бай Руо подать ей кашу. “Сегодня нам нужно пойти в императорский дворец и поблагодарить отца императора”.

"Да. Я помню это. Императрица обязательно позовет тебя сегодня к себе на приватный разговор. Будь осторожна.” Думая о том, что он увидел вчера в письме, выражение лица Чу Цзюньи стало серьезным. “Вчера мастер Ляочэнь был приглашен в императорский дворец для проповеди императору”.

Подумав, что Ляочэнь сказала, что ее судьба полна дурных наклонностей, Шэнь Нинхуа холодно улыбнулась. “Он был монахом с нечистыми намерениями. Что он мог проповедовать отцу-императору?”

“Нинхуа, ты, кажется, что-то знаешь о Ляочене...”

“Я не очень хорошо его знаю. Я просто немного его знаю. Снаружи ходят слухи, что мастер Ляочэнь очень сведущ в буддизме и чрезвычайно осведомлен. Он самый набожный буддист”.

“Да, это верно. Это то, что люди всегда говорили о нем”.

Шэнь Нинхуа усмехнулась. “Если то, что говорили о нем не слухи, а было правдой, как могло случиться, что его ученик Шэнь Сюанье стал таким жадным? Как могло случиться, что он так случайно появился в день нашей свадьбы, чтобы доставить так называемое письмо, оставленное моим дедушкой по материнской линии?”

Думая о содержании письма, которое он прочитал вчера, Чу Цзюньи кивнул головой с помрачневшим выражением лица. “Ты права, Нинхуа. Тебе не нужно слишком беспокоиться. Я пошлю кого-нибудь присмотреть за ним в эти дни.”

"Хорошо. Кстати, есть еще семья Сяо...”

“Давайте сначала отправимся в императорский дворец, прежде чем нанести визит отцу в семье Сяо. Если он все еще настаивает на разрыве своих отношений со мной, тогда мне больше нечего сказать”.

После завтрака они вдвоем вошли во дворец. Когда Бейли Цинцан вернулся с утреннего судебного заседания и услышал, что пришли Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи, он был очень счастлив.

Шэнь Нинхуа была одета в свой наряд принцессы. На ее лице сияла улыбка. Прежде чем она успела что-либо сказать, ее вид уже сделал всех счастливыми.

Чу Цзюньи также был одет в серебряный костюм императорского зятя, что делало его еще более красивым.

Когда они вдвоем стояли рядом, исходила нежная аура молчаливого понимания. Они просто были неким образцом влюбленной пары.

“Приветствую тебя, отец император. Мы в долгу перед вами за то, что вы согласились на наш брак. Мы здесь сегодня, чтобы поблагодарить вас”.

“Хорошо, хорошо, быстро вставайте и садитесь”.

Шэнь Нинхуа улыбнулась и сказала: “Отец император, похоже, вы сегодня в хорошем настроении”.

“Да, я, естественно, счастлив, что вы только что поженились. Есть и еще кое-что. Мастер Ляочэнь, долгое время живший в уединении, прибыл в столицу. Вчера я провел всю ночь, болтая с ним. Я чувствую, что получил большую пользу. Он действительно знающий буддийский мастер”.

Шэнь Нинхуа была удивлена. Они проговорили всю ночь, и это была такая счастливая беседа. Этого Ляочэня действительно нельзя было недооценивать. “Отец император, мастер Ляочэнь тоже приходил вчера в особняк моей принцессы. Но я сказала ему кое-что, что сделало его несчастным”.

"Действительно? Я тоже это слышал. Не волнуйся. Вчера Ляочэнь похвалил тебя и сказал, что ты самая великодушная принцесса, которую он когда-либо видел.” Бейли Цинцан от души рассмеялся. Его не очень заботили так называемые дурные наклонности, о которых упоминал ему Ляочэнь. “Нинхуа, теперь, когда ты тоже засвидетельствовала мне свое почтение, иди и поприветствуй свою Мать-императрицу. Мастер Ляочэнь будет здесь через некоторое время. Мне все еще нужно обсудить с ним много вопросов”.

“Да, отец император”.

Покинув зал Чэнцянь, Шэнь Нинхуа нахмурилась. Монах Ляочэнь как раз подходил.

“Амитабха, хорошо, хорошо. Приветствую вас, ваше высочество.”

Выражение лица Шэнь Нинхуа было холодным, а ее лицо чистым, как лотос. Она была так благородна и холодна, что никто не осмеливался приблизиться к ней. “Учитель, ты приходишь и проповедуешь моему отцу императору?”

“Да, вчера у меня был долгий разговор с Его Величеством. Я глубоко чувствовал, что у Его Величества была предопределенная связь с буддизмом. Мы договорились о встрече, чтобы продолжить наш разговор сегодня”.

Шэнь Нинхуа усмехнулась в глубине души. Была ли у императора такая связь с буддизмом? Или вы настаивали на том, чтобы установить такую связь между императором и буддизмом? Только ты мог бы сказать это ясно. Думая об этом, улыбка на ее лице стала еще холоднее.

“Говорят, что буддизм безграничен. Как вы думаете, как далеко вы продвинулись на пути буддизма?”

Ляочэнь сложил ладони вместе и сказал: “Амитабха, я всего лишь обычный монах. Я прочитал еще только несколько Священных Писаний и знаю очень мало. Я не смею сказать, как далеко я продвинулся”.

Глаза Шэнь Нинхуа были спокойными и ясными. “Поскольку Мастер читает всего несколько буддийских писаний и очень мало знает о буддизме, как вы могли осмелиться судить о связи императора светского мира с буддизмом?”

Ляочэнь поднял голову и сказал: “Ваше высочество, вы, кажется, предвзяты по отношению ко мне”.

“Я не смею. Мне все еще нужно нанести визит Матери-императрице, так что я больше не буду болтать с Мастером. Увидимся”. Сказав это, она сразу же ушла.

Чу Цзюньи был на шаг позади. Он скривил губы, чтобы предупредить его тихим голосом: “Вот совет для мастера. В прошлом было много людей, которые говорили, что Нинхуа была красноречива. Их мнение о ней было таким же, как у вас. Учитель, вы хотите знать, что случилось с теми людьми?”

Ляочэнь опустил глаза, и его губы слегка шевельнулись, когда он произнес буддийское название “Амитабха”.

“Верно, они все пошли повидаться с Амитабхой”.

С этими словами он усмехнулся и повернулся, чтобы догнать Шэнь Нинхуа.

Ляочэнь поднял голову и посмотрел на удаляющиеся фигуры этих двоих. Его веки слегка дрогнули. “Амитабха, один - демон из ада, в то время как другой - призрак, забирающий жизнь. Мир погрузится в хаос”.

Во дворце Нинкунь императрица сидела на почетном месте. Выражение ее лица было чрезвычайно мрачным. Первоначально она думала, что, когда она ушла вчера рано, остальные чиновники и их жены определенно последуют за ней и тоже уйдут рано. Однако сегодня утром она не ожидала получить сообщение, в котором говорилось, что эти люди не покинут банкет из девяти чаш, пока не будут поданы все блюда!

Кронпринц в стороне обеспокоенно сказал: “Мать-императрица, вы плохо себя чувствуете?”

“Нет, все хорошо, не переживай за меня”.

Фансюэ вошла и сказала: “Ваше величество, принцесса Чжаохуа пришла поприветствовать вас. Сейчас она находится за пределами зала.”

Наследный принц нахмурился. “Мать-императрица, вы плохо себя чувствуете. Сначала тебе следует отдохнуть. Принцесса Чжаохуа - самый разумный человек, и она поймет тебя, верно?”

Услышав это, брови Чжао Хуэйин нахмурились еще больше. “Наследный принц, я вчера рано ушла и уже выразила свое недовольство Шэнь Нинхуа. Теперь, если я откажусь ее видеть, тогда бесстыдница не она, а я!”

Наследный принц был ошеломлен. “Как… как это могло быть?”

Глаза императрицы внезапно расширились, и выражение ее лица стало острым, как меч. “Наследный принц, вы - будущий правитель страны. Гарем - это мир женщин. Естественно, ими так же должны управлять женщины. Вы должны сосредоточиться на государственных делах. Нет никакой необходимости вмешиваться в дела гарема, ты понимаешь?”

“Да, я понимаю”. Наследный принц Бейли Цзиньи опустил голову, и в его глазах вспыхнул холодный огонек.

Только тогда выражение лица императрицы смягчилось. “Иди и спрячься за ширмой. Фансюэ, позови принцессу Чжаохуа.”

“Да, ваше величество”.

Страница книги Коварная дочь премьер-министра в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Нирвана Императрицы [1]

Глава 1 - Нирвана Императрицы [2]

Глава 2 - Сколько ты стоишь?

Глава 3 - Воистину, все мужчины ненадежны

Глава 3 - Воистину, все мужчины ненадежны! (2)

Глава 4 - Возвращение первой дочери

Глава 5 - Высокомерные слуги

Глава 6 - Сестра, давно не виделись

Глава 7 - Проверь меня

Глава 8 - Ночной посетитель

Глава 8 - Ночной посетитель (2)

Глава 9 - Наконец встреча с Шэнь Донгом

Глава 9 - Наконец встреча с Шэнь Донгом (2)

Глава 10 - Покажи мне свою реакцию

Глава 10 - Покажи мне свою реакцию (2)

Глава 11 - Мать и дочь строят коварные планы

Глава 12 - Ты не боишься потерять руку?

Глава 13 - Ненависть вспыхнула, когда встретились враги

Глава 14 - Есть ли яд в моем вине?

Глава 15 - Становись на колени!

Глава 15 - Становись на колени!

Глава 16 - Открой замок

Глава 16 - Открой замок

Глава 17 - Сестра, ты можешь предвидеть будущее?

Глава 18 - Я напугала тебя до смерти?

Глава 19 - Она еще не умерла!

Глава 20 - Ты действительно думаешь, что сможешь победить меня?

Глава 21 - Достаточно ли доказательств?

Глава 21 - Достаточно ли доказательств?

Глава 22 - Я должна сначала согласиться с этим!

Глава 22 - Я должна сначала согласиться с этим!

Глава 23 - Душно, не правда ли?

Глава 24 - Ты хочешь выйти за меня замуж?

Глава 24 - Ты хочешь выйти за меня замуж?

Глава 25 - Шэнь Сюаньлинь

Глава 25 - Шэнь Сюаньлинь

Глава 25 - Шэнь Сюаньлинь

Глава 26 - Твои пальцы сгнили, но ты можешь винить только себя

Глава 27 - Разве вы не должны дать мне объяснение?

Глава 28 - Выбросьте Их Вон

Глава 29 - Встань на колени и извинись

Глава 30 - Как я могу Отказаться от Приглашения Первой Молодой Леди?

Глава 31 - Какая Хорошая Сестра!

Глава 32 - Тот, Кто Захочет, Заглотнет Наживку, Не так ли?

Глава 33 - Огонь с неба

Глава 34 - Большой подарок Тебе

Глава 35 - Вы сказали, что я Пытался убить Принца?

Глава 36 - Кто Бы Поверил Тому, Что Ты Сказал!

Глава 37 - Я Разрушил семью Шень?

Глава 38 - Шаг за шагом Отправляю Тебя в Ад

Глава 39 - Несравненный Молодой Мастер Шэнь Сюанье!

Глава 40 - Переключу твое внимание, и что с того?

Глава 41 - Шэнь Нинхуа, Это Ты!

Глава 42 - Обречена на Удачу и Благородную Судьбу

Глава 43 - Разве Вы не Должны Дать Объяснение Моей родной Матери?

Глава 44 - Давайте Посмотрим, Как Вы Будете Защищаться!

Глава 45 - Как Насчет Того, Чтобы Объединиться?

Глава 46 - Впутаться в невыгодную ситуацию и победить!

Глава 47 - Слуга Должен Вести Себя Как Слуга

Глава 48 - Какая Восхитительная Девушка!

Глава 49 - Ты Шэнь Нинхуа?

Глава 50 - На Этом Твоя Жизнь Заканчивается

Глава 51 - Тебе Повезло Остаться В Живых

Глава 52 - Я Сделала Это для Ее Блага

Глава 53 - Я Просто Не Доверяю Тебе!

Глава 54 - Оставайся Хромоногой всю Оставшуюся Жизнь!

Глава 55 - Роковой План Против Тебя!

Глава 56 - Что, Если Я Серьезно Отношусь К Тебе?

Глава 57 - Я Убью Тебя Сегодня!

Глава 58 - Она Сумасшедшая!

Глава 59 - Водит Тебя за нос!

Глава 60 - Большая Яма для Тебя!

Глава 61 - Каков Ваш Выбор?

Глава 62 - Приглашение от Моего Господина

Глава 63 - Это Был Ты!

Глава 64 - Приглашаю Вас на Увлекательное шоу

Глава 65 - Никто Не Может Причинить Вред Моему Народу!

Глава 66 - Кто был Убийцей?

Глава 67 - Намеревалась ли Семья Чжао Взбунтоваться?

Глава 68 - Вы Можете Быть Жадным, Но Должны Быть Пределы Вашему Аппетиту!

Глава 69 - Кто держит все нити в своих руках?

Глава 70 - Покажи Мне Свой Следующий Ход!

Глава 71 - Давайте Покончим С Этим Сегодня

Глава 72 - Кто был Предателем?

Глава 73 - Разрыв с семьей Шэнь (1)

Глава 74 - Разрыв с семьей Шэнь (2)

Глава 75 - Малыш, Ты Все Еще Жив?

Глава 76 - Приветствую тебя, Принцесса префектуры

Глава 77 - Ты Так Сильно Заботишься О Нем?

Глава 78 - Терроризируй Одного, и Остальные подтянутся

Глава 79 – Фортуна любит молчаливых!

Глава 80 - Как Мы Обойдемся Друг с Другом?

Глава 81 - Я буду Отвечать за Тебя

Глава 82 - Я никогда не буду Наложницей!

Глава 83 - Достоинства и Недостатки Будут Признаны такими, какими Они Были

Глава 84 - Я Бы Ни в Коем Случае Не Вышла За Тебя Замуж!

Глава 85 - У Вас есть проблемы?

Глава 86 - У Вас Двоих Был Роман!

Глава 87 - Дай Мне Посмотреть, Сможешь Ли Ты Его Выбрать

Глава 88 - Полный разрыв с семьей Шень!

Глава 89 - У Особняка Шэнь Появился Новый Владелец

Глава 90 - Важная новость

Глава 91 - Ты Когда-Нибудь Думала, что Заслуживаешь Моего Реверанса!

Глава 92 - Объявление войны влюбленным соперником

Глава 93 – И Ты Осмеливаешься Сегодня Создавать Проблемы?

Глава 94 - Отдай Его Своей Дочери в качестве Приданого!

Глава 95 - Как Я Могу Навестить Вас Без Приветственного Подарка!

Глава 96 - Какой Хороший план

Глава 97 - Вы Не Возражаете?

Глава 98 - Создание возможностей для продвижения

Глава 99 - Вторая Принцесса Была Серьезно Больна?

Глава 100 - Кто Будет Смеяться Последним?

Глава 101 - Смерть Второй принцессы

Глава 102 - Как Насчет Того, Чтобы Я Позволил Тебе Использовать Меня?

Глава 103 - Это Слишком Смешно!

Глава 104 - Кто Был Таким Смелым?

Глава 105 - Краткая встреча с императрицей

Глава 106 - Как Насчет Того, Чтобы Выйти За Меня Замуж?

Глава 107 - Извините, Мне Это Не Нравится

Глава 108 - Не Прикасайся Ко Мне!

Глава 109 - Из-за Тебя?

Глава 110 - Помогите Им Убрать Карету С Дороги!

Глава 111 - Безумная ревность

Глава 112 - Выбор Красавицы или Благодетеля?

Глава 113 - Нинхуа, Не сердись на Меня

Глава 114 - Почему Ты Другой!

Глава 115 - Ты Не Знаешь Взаимности?

Глава 116 - Обмен равными ценностями

Глава 117 - Ты собираешься спасти Ее или Нет?

Глава 118 - Почему Я Должна Спасать Тебя?

Глава 119 - Сначала Дайте Мне Лекарство, Стоящее Денег

Глава 120 - Ревновала Ли Она?

Глава 121 - Как Ты Смеешь Упоминать Мою Прекрасную Возлюбленную!

Глава 122 - Сразись с противником до конца

Глава 123 - Она Затмила Всех Красавиц

Глава 124 - Даже семья Сяо

Глава 125 - Кто Бы Умер Собачьей Смертью?

Глава 126 - Это было Счастливое Событие!

Глава 127 - Давайте подождем и посмотрим!

Глава 128 - Спать в той же постели?

Глава 129 - Палатка Превратится в Змеиное гнездо?

Глава 130 - Змея Не Укусила Тебя, Но Я Бы Укусил!

Глава 131 - Вы Несете Ответственность Только за то, чтобы Быть Красивой, как Цветок!

Глава 132 - Нинхуа, Я Люблю…

Глава 133 - Для меня Это был убыточный бизнес

Глава 134 - Родоначальница?

Глава 135 - Ты Холоден, Бессердечен и Неразумен!

Глава 136 - Меня От Тебя Тошнит!

Глава 137 - Будет ли у нас сын?

Глава 138 - О, ты станешь Императором!

Глава 139 - Нинхуа, моя умная и красивая возлюбленная!

Глава 140 - У меня есть Возражения!

Глава 141 - Это знак любви?

Глава 142 - Большой кризис в особняке принцессы префектуры!

Глава 143 - Я буду отчаянно бороться с Ним!

Глава 144 - Око за око

Глава 145 - Какое чувство стыда мне нужно?

Глава 146 - Как вы думаете, Вы можете свободно приходить и уходить?

Глава 147 - Кого Вы можете обвинить в совершении Собственного самоубийства?

Глава 148 - Один шаг вперед!

Глава 149 - Большая ловушка для тебя!

Глава 150

Глава 151 - Всегда очаровательна с легким или плотным макияжем

Глава 152 - Жениться на двух красавицах одновременно?

Глава 153 - Какой тебе прок, если меня заставили жениться?

Глава 154 - Такая хорошая жена?

Глава 155 - Милая, Выходи за меня замуж!

Глава 156 - Люди были очарованы их романтикой!

Глава 157 - Дружище, Ты действительно Силен!

Глава 158 - Дружище, Ты действительно Силен!

Глава 159 - Брак с возлюбленной обеспечен

Глава 160

Глава 161 - Твоя Улыбка - Мое Счастье!

Глава 162 - Какая польза от Братства?

Глава 163 - Ты не умрешь, Если Не Будешь искать Смерти!

Глава 164

Глава 165 - Давайте посмотрим, кто был лучше в интригах!

Глава 167 - У меня есть Уникальные навыки ведения допроса!

Глава 168 - Милая, Никогда в жизни не думай о разводе со Мной!

Глава 169 - Действительно ли Сяо Хуаньси собиралась заняться сексом с Чу Цзюньи силой?

Глава 170 - Тронь Меня пальцем, и Я сломаю Тебе Руку!

Глава 171 - Красива ли я?

Глава 172 - Ты Мой Мужчина!

Глава 173 - Война между шуринами!

Глава 174 - Каким Ничтожеством был Ваш Сын!

Глава 175 - Зверь в человеческой шкуре!

Глава 176 - Длинный список отвратительных преступлений, котрый привел Императора в ярость!

Глава 177 - Меня от Тебя тошнит!

Глава 178 - Трио Плачущих, поднимающих шум и вешающихся!

Глава 179 - Начало кошмара! (1)

Глава 180 - Начало кошмара! (2)

Глава 181 – Смотрите, что случилось с Сяо Хуаньси..!

Глава 182 - Мы бы подождали и увидели!

Глава 183 - Настала очередь Бейли Джинзе!

Глава 184 - Битва началась в дверном проеме!

Глава 185 - Ее Высочество должна быть высоко вознаграждена!

Глава 186 - Снова отправляемся на охоту!

Глава 187 - Ты действительно презренный злодей!

Глава 188 - Больше всего я ненавижу людей, угрожающих мне!

Глава 189 - Имел чистую совесть

Глава 190 - Цзюньи, У меня болит рука!

Глава 191 - Стань смертоносным мечом Императора!

Глава 192 - Вкусные жирные кролики и цыплята!

Глава 193 - Кровавая резня!

Глава 194 - Давайте предстанем перед Его Величеством!

Глава 195 - Он Был Просто Бесподобно Бесстыден!

Глава 196 - Они пошли за шерстью и вернулись домой остриженными!

Глава 197 - Я не боюсь убивать людей!

Глава 198 - О чем еще можно просить, Будучи благословленным Такой прекрасной женой?

Глава 199 - Все враги собрались!

Глава 200 - Почему Ты такой озлобленный?

Глава 201 - Будьте едины сердцем и разумом!

Глава 202 - Они все пошли повидаться с Амитабхой

О книге