Глава 1 - Пролог

— Спасибо! Приходите снова!

С веселым голосом сотрудника открылась автоматическая дверь супермаркета. Молодой человек в сером худи, держащий в руках клубничную сумку с покупками, полной различных ингредиентов, направился к автобусной остановке.

— На перекрестке возник разлом, движение ограничено. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и соблюдайте правила.

На привычном маршруте молодого человека развернулась непривычная сцена. Человек в костюме с ярко-желтым жилетом поверх и в защитном шлеме перекрывал проход, размахивая красным сигнальным жезлом. Над ним мерцал вход в синий разлом.

Под разломом охотники отчаянно сражались с монстрами, которые пробрались наружу.

— Кьяаа!

— Твою ж! Ещё нет?!

— Ещё немного…!

Ящерица размером с машину яростно махала шипастым хвостом, издавая странные звуки. Охотник с щитом прикрылся от атаки, но ящерица, заведённая, начала без разбора хлестать хвостом вокруг себя, словно сметая всё на пути. Едва отбив серию нападений, охотник выругался:

— Чёрт возьми, сдохни уже! Огненный шар!

Яркое красное пламя окутало ящерицу. Поймав момент, когда монстр на мгновение замер, другой охотник выпустил стрелу. Она пронзила глаз ящерицы, заставив её изогнуться в боли и закричать:

— Киэээк!

— Ух ты, это было круто...

— Не подходите к баррикаде!

— Сниму это для Shorts на YouTube.

— А я уже снимаю.

Толпа стояла на некотором расстоянии от баррикады, снимая происходящее и наблюдая. Молодой человек, не присоединяясь к ажиотажу, быстро зашагал дальше. Его клубничная сумка с покупками покачивалась в такт шагам.

Повернув в безлюдный переулок, он оказался лицом к лицу с огромным существом, загораживающим узкий проход. Огромная фиолетовая жаба рылась в груде мусора, резко повернув голову к молодому человеку, почувствовав его присутствие. Из её пасти выскользнул длинный зелёный язык, схватил пустую пластиковую бутылку и проглотил её. Это явно был монстр, вырвавшийся из разлома.

— Проклятые сотрудники управления разломами. Не могут нормально выполнять свою работу…

Пробормотав, он порылся в своей сумке, вытащив что-то длинное, напоминающее меч. От мягкого изогнутого кончика до прямого стебля и прочного корня внизу.

В его руке… был свежий зелёный лук.

Жаба заквакала и повернулась к молодому человеку. Каждый её тяжёлый шаг сотрясал весь переулок, словно землетрясение. Молодой человек аккуратно поставил на землю свою сумку, ловко прокрутил зелёный лук в руке и крепко сжал его. Затем:

Он взлетел на крышку мусорного бака и, словно бабочка, воспарил —

Ударил жабу по голове зелёным луком!

Бам!!

Чёткий, звонкий звук удара громко раздался в переулке. Жаба, не успев даже издать предсмертный крик, закатила глаза и начала судорожно дрожать. На её голове осталась глубокая вмятина, точно повторяющая форму лука.

Молодой человек перевёл дыхание и отряхнул руки. Капюшон соскользнул назад от инерции, обнажая его холодное лицо.

— Зелёный лук дорогой… Жалко.

Он присел перед жабой и, запихивая остатки зелёного лука ей в пасть голыми руками, достал телефон. Через некоторое время, когда кто-то ответил на звонок, он заговорил:

— Алло… Здесь, в переулке, лежит мёртвый монстр. Похоже, охотник его убил и просто оставил…

Его голос дрожал к концу, словно он был испуган и вот-вот разрыдается. Однако, в отличие от голоса, который казался хрупким и готовым сломаться от малейшего толчка, его действия были холодны и спокойны.

— Это переулок, ведущий к супермаркету Дикеро… Монстр? Кажется, это жаба, но она слишком большая и мерзкая, чтобы разглядеть. Пожалуйста, разберитесь. Да, мне не нужно звонить… Вы будете здесь через пять минут? Спасибо, никаких проблем. Да, спасибо…

Молодой человек всхлипнул и закончил звонок. Даже после того, как он повесил трубку, он оставался на корточках, засовывая куски зелёного лука в широко открытую пасть жабы. Несмотря на его слова о том, что монстр слишком отвратителен, чтобы на него смотреть, его взгляд был прикован к жабе.

Пять минут до прибытия охотников.

«Не хотелось бы с ними сталкиваться».

Молодой человек поднялся и стер свои следы с крышки мусорного бака. Жаба, похоже, умерла мгновенно, единственной травмой осталась вмятина в форме лука на её голове. Без других следов найти того, кто справился с монстром, будет сложно.

Закончив зачистку улик, пора было уходить. Молодой человек поднял свою сумку, пару раз легко подпрыгнул на месте и ещё раз прокрутил в голове телефонный разговор.

«…Надо было звучать более шокированным, когда я это докладывал?»

Но сожалеть было уже поздно. Молодой человек без труда перепрыгнул через стену, выше его самого.

***

— Это тот самый переулок?

— Да, он!

Через несколько минут после того, как молодой человек спокойно скрылся, на место прибыли двое — мужчина и женщина в флуоресцентных жилетах поверх рубашек. Увидев мёртвую жабу, их напряжённые лица заметно смягчились.

Женщина, Ян Хэ Джин, охотница А-класса из Бюро управления разломами, ахнула, глядя на жабу с высунутым языком.

— Ух ты, это просто безумие.

— Почему, мадам? Позвольте взглянуть… Ух ты.

Новичок, следовавший за ней, удивлённо прошептал старшей коллеге:

— Ух ты… Кто-то действительно смог вот так чисто разобраться с болотной жабой?

— Это просто невозможно. Это существо вырубили с одного удара. Если хотя бы немного ошибиться с таймингом, оно разбрызгивает сильнейшую кислоту. Кислота разъедает всё — и здания, и людей... Это сущий кошмар.

— Впечатляюще.

Новичок, снова поражённый, поправил свой жёлтый защитный шлем, съехавший на бок из-за спешки. Ян Хэ Джин, внимательно оглядевшись, резко приказала:

— Проверь, не осталось ли здесь следов. Кто-то настолько умелый точно не обычный человек.

— Есть, мадам!

Новичок начал рыться в мусорном баке и осматривать окрестности.

— Кто бы это ни сделал… Он сделал всё так чисто, что уборка почти не понадобится.

— Верно. Всё настолько аккуратно, что это можно передать команде по исследованию монстров. Интересно, почему такой опытный человек не избавился от тела, а просто оставил его.

Сказав это с сарказмом, Ян Хэ Джин надела белые перчатки и открыла толстую пасть жабы. Монстры типа жаб глотали всё, что касалось их языка, и выделяли яд или сильную кислоту. Полезная жаба, как в сказках, в реальности была не более чем мифом.

Так или иначе, необходимо было тщательно проверить, не проглотила ли жаба кого-то по пути из разлома. Ян Хэ Джин достала фонарик и осветила внутренность пасти. К счастью, человеческих останков там не оказалось, только несколько наполовину расплавленных пластиковых бутылок. Облегчённо вздохнув, она пробормотала:

— Похоже, людей она не глотала...

Тем временем новичок, использующий устройство с радаром для сканирования переулка, позвал Ян Хэ Джин с обеспокоенным лицом:

— Мадам, кто бы ни разобрался с этой жабой, он точно настоящий профи. Здесь вообще нет следов.

Ян Хэ Джин, стряхивая пыль с рук, удивлённо прищурилась.

— Они, должно быть, использовали свою способность, да? Никаких следов? Ищи внимательнее.

— Ищу! Но никаких признаков использования способностей или чего-то подобного. Вообще ничего.

— Что, они справились голыми руками?

Хотя она случайно угадала почти истину, сама того не осознавая, Ян Хэ Джин покачала головой.

— Ха, наверняка снова один из тех скрытых сильных охотников. Почему их так много? Комиксы и новеллы всех испортили.

Выключив фонарик и поднявшись, Ян Хэ Джин потянулась, чтобы размять уставшее тело.

— В любом случае, из разлома вышел монстр четвёртого уровня, но он никого не съел и не разрушил ни одного здания. За это нужно быть благодарными. Забираем жабу и возвращаемся. Ты сегодня пишешь отчёт.

— Понял, мадам. А кого указать как ликвидатора монстра?

— Напиши, что неизвестно.

— Понял. Кстати, мадам…

— Что ещё?

Новичок, выглядя неловко, спросил:

— Вы чувствуете запах зелёного лука?

— …Теперь, когда ты сказал…

Ян Хэ Джин принюхалась и, не обнаружив ничего странного, пожала плечами.

— Может, жаба где-то подобрала зелёный лук с земли. В любом случае, мы же идём ужинать после работы?

— Да. В то же место?

— Да, в ресторан с супом от похмелья.

Тем временем, в старом ресторане с похмельным супом, которому уже несколько десятков лет…

— Я против этого брака!

— Отец! Как ты можешь так говорить!

— На самом деле… Вы двое — брат и сестра!

— О боже…

На стареньком коричневом телевизоре транслировали повтор шоу «Семейная клиника: Любовь или война» на кабельном канале. Кто-то, сидящий на лучшем месте, где экран был хорошо виден, чистил чеснок, не отрывая взгляда от происходящего.

— Не ругайте детей! Вы сами далеко не святые!

— Свекровь, не вмешивайтесь! Это касается брака моего ребёнка!

— Я не собиралась раскрывать этот секрет, но раз уж так вышло, у меня нет выбора. Правда в том, что… мы тоже брат и сестра!

— Свекровь и зять — брат и сестра?

Занятые руки выронили чеснок. Не обратив внимания на следующую сцену, человек пришёл в себя, только услышав, как лысый адвокат произнёс: «Увидимся через четыре недели» и объявил о начале периода медиации. Оцепеневшие руки зашевелились только после того, как прошло несколько рекламных роликов. Когда под ногами уже лежала приличная горка шелухи, фигура, до этого сидевшая, выпрямилась.

— Вынесу мусор~

Голос, напевая себе что-то под нос, был слегка низким, но приятным. Персонаж, шагавший через зал широкими шагами, был значительно выше среднего роста, но всё же головой не задевал потолок, так что перемещаться было удобно.

Молодой человек, выбросив чесночные очистки в мусорный бак, бросил взгляд на часы. До начала вечерней смены оставалось немного времени. Его взгляд скользнул в угол заведения, и он на мгновение нахмурился.

— Ах, надо было ударить чем-то другим…

Вздохнув, он убрал место, где сидел, и направился к двери. Сняв табличку о перерыве, он небрежно бросил её туда, куда смотрел до этого.

[Время подготовки ингредиентов: с 14:00 до 17:00.]

Под небрежно оставленной табличкой лежала смятая клубничная сумка для покупок, совершенно пустая.

Глава 2

В укромном уголке явно старого переулка находился ресторан без вывески. Единственным указанием на то, что это за место, была наклейка с надписью «Суп от похмелья», прикрепленная к скрипучей железной раздвижной двери. Однако заведение было переполнено. Внутри кипела жизнь, ничуть не уступающая суете за пределами ресторана, где люди выстроились в очередь.

В меню были только два пункта: суп от похмелья за пятнадцать тысяч вон и алкоголь. Рядом с меню на стене беспорядочно висели выцветшие постеры и автографы. Но это были не автографы знаменитостей, а:

[Ресторан «Суп от похмелья» – Охотник Пэ Вон У]

[Отличное место! – Охотник Ян Хэ Джин]

Это были автографы охотников.

Среди толпы уверенно лавировал молодой человек с черными волосами. Одевшийся в серый худи и черный фартук с логотипом бренда соджу, он проворно двигался по тесному ресторану, несмотря на поднос с раскаленными каменными мисками в обеих руках.

— Суп от похмелья готов.

— О, спасибо.

— Хозяин, нам нужно еще два супа от похмелья!

— Хорошо.

— И добавьте, пожалуйста, две миски риса.

— Конечно, сейчас принесу.

Молодой человек лишь бегло посмотрел на стол и поспешил на кухню. В этот момент сзади раздался громкий голос бритоголового мужчины.

— Эй, можно нам еще бутылку соджу?

— Нет, вы уже выпили две бутылки.

— Что ты такое говоришь? Это всего лишь наша первая.

— Я видел, как вы спрятали пустую бутылку в инвентарь. Больше не дам.

Молодой человек указал пальцем на место рядом с простым меню. Кусок бумаги формата А4, торопливо исписанный черным маркером, красноречиво показывал решимость автора.

[Соджу ограничено двумя бутылками на стол]

[※ Чтобы избежать неудобств и драк]

Молодой человек собрал пустые тарелки и каменные миски с соседнего стола и направился на кухню. Тем временем бритоголовый, смущенно вытащив пустую бутылку соджу из инвентаря, получил укор от сидящего напротив.

— Видишь, я же говорил, это не прокатит. Этот работник очень строго следит за количеством выпитого. Всегда только две бутылки.

— Он зоркий, как ястреб. Я спрятал её быстрее, чем ловлю монстров. Он что, охотник?

Собеседник покачал головой.

— Я слышал от руководителя группы Хана, что тот уже спрашивал его об этом. Парень сказал, что он обычный человек.

— Что? Это сейчас тренд такой? Охотники со скрытой силой? Или он незарегистрированный?

— Да брось, ты же знаешь, какие строгие наказания для незарегистрированных охотников. А если бы он действительно скрывал свою силу, то точно зарабатывал бы деньги в подземельях, а не подрабатывал бы в ресторанчике с супом от похмелья.

Спина молодого человека на мгновение напряглась, но бритоголовый этого не заметил. Вместо этого он кивнул в знак согласия.

— Точно. Те, кто скрывают свою силу, всегда выискивают повод похвастаться.

— Руководитель Хан ждёт, чтобы завербовать его, когда он пробудится. Если он уже сейчас так хорош, то после пробуждения будет минимум B-классом.

Под гул голосов охотников за спиной, молодой человек, зашедший на кухню, налил воды в раковину для мытья посуды и усмехнулся. «Спорим, я пробудился раньше вас. Вместо того, чтобы притащить какого-то далёкого ветерана…»

Молодой человек, по имени Ча Ый Джэ, обладал исключительным зрением, которое позволяло ему заметить спрятанные пустые бутылки соджу, и сверхчеловеческой силой, чтобы переносить кипящие каменные миски. Несмотря на то, что он был охотником со скрытой силой, у него была причина, по которой он выбрал работать в этом старом и захудалом ресторанчике, а не зарабатывать легкие деньги в подземельях.

***

Несколько месяцев назад Ча Ый Джэ очнулся на свалке. Сколько времени он провёл без сознания? Он долго моргал, пока его искривлённые ощущения медленно не начали возвращаться.

— Где я, чёрт…!

Как только неприятный запах ударил в нос, у него тут же подступила тошнота. Хотя он ничего не ел, его измождённое тело судорожно содрогалось. Мир кружился, и сил не хватало даже на то, чтобы пошевелить пальцем.

Монстры без конца лились из белых руин. Да, он помнил, как сражался с василиском в самом конце, вонзая ему нож в голову. А потом…

Когда он наконец открыл глаза, в центре тёмно-синего ночного неба он увидел гигантскую чёрную дыру. Она появилась, словно возвещая конец света, но к этому моменту уже стала настолько привычной, что сложно было представить небо без неё. Её называли просто Чёрной Дырой.

Чёрные дыры не видны внутри разломов. Это означало, что он вернулся в реальность. Когда его сознание прояснилось и он осознал ситуацию, следующим, что пришло, была физиологическая потребность.

— Я голоден…

Ему нужно было что-то съесть. Ча Ый Джэ использовал кучу мусора вокруг, чтобы опереться на неё и подняться. Прислонившись к грязной стене, он на мгновение перевёл дыхание. Затем, опираясь на стену, как беспозвоночное, стал двигать вперёд своё ослабленное тело.

Когда он заставлял дрожащие ноги продолжать идти, откуда-то донёсся запах мяса. Инстинкт заставил его широко открыть глаза и осмотреться. В конце переулка он увидел одинокий свет. Он продолжил тащить себя в ту сторону.

Он добрался до захудалого места без вывески. Сквозь стекло железной раздвижной двери он увидел старую женщину, сидящую в одиночестве. Услышав чьё-то присутствие, женщина, которая до этого чистила чеснок спиной к двери, медленно повернула голову. Ча Ый Джэ прижался лицом к стеклу и пробормотал.

— Можно ли... получить... еду…?

Конечно, выглядел он как настоящий бедолага: измождённое, исхудалое тело едва держалось на дрожащих ногах. Его слова, скорее всего, прозвучали как: «Можна… палущщщщщить… еду…?» Но времени осознавать, насколько жалким он выглядел, у него не было. Несмотря на то, что он напоминал бездомного, едва сбежавшего от маньяка, пожилая женщина не закричала, а, напротив, открыла ему дверь.

— Что стоишь там? Заходи быстрее.

Тёплая атмосфера и запах мясного бульона окутали его, как только он вошёл. Ча Ый Джэ с пустым выражением лица смотрел на старушку, открывшую ему дверь.

— Что с тобой случилось? В грязи валялся? Или из подземелья вернулся?

— Эм…

Цокнув языком, старушка махнула рукой, показывая, чтобы он садился, и скрылась на кухне. Ча Ый Джэ неловко опустился за самый дальний стол. Через некоторое время перед ним появились миска с белым костным бульоном и чаша риса.

— Ешь. Суп от похмелья займёт немного времени.

— …

— Если не собираешься есть, выкидывай.

Смотревший в растерянности на миску с рисом Ча Ый Джэ, наконец, опустил голову и снова взглянул на старушку. Та, не дожидаясь его ответа, отвернулась и продолжила чистить чеснок.

Стоило ему увидеть еду, как аппетит вспыхнул с новой силой. Будто одержимый, он жадно набросился на миску. Когда белый костный бульон наполнил его пустой желудок, холод и голод, заставлявшие его дрожать, начали отступать. Ча Ый Джэ подумал, что, возможно, свет в переулке был воплощением доброты этой старушки, и добавил рис в бульон.

Насытившись, он наконец начал замечать детали интерьера ресторана. На полке стоял старый телевизор с ЭЛТ-экраном, на стенах висели выцветшие постеры соджу, обветшалый настенный вентилятор и большой календарь от какого-то союза. Это место явно хранило следы времени.

Сколько времени прошло с тех пор, как я попал в разлом? Ча Ый Джэ внимательно посмотрел на календарь.

«20… какой сейчас год?»

Он заморгал в недоумении. Календарь на стене показывал, что прошло восемь лет. Ча Ый Джэ потер глаза, думая, что ошибся, но напечатанные цифры на бумаге оставались неизменными.

Он затаил дыхание. Чувство реальности, которое ему едва удалось вернуть, снова начинало ускользать. Он попытался успокоить свой разрозненный разум, сделав ещё один глоток бульона. В этот момент телевизор на полке начал передавать спокойный голос диктора.

— Бюро управления пробужденными подтвердило гибель всех охотников, вошедших в разлом, через три месяца после его закрытия.

Экран сменился. Ча Ый Джэ, держа пустую ложку, машинально поднес её ко рту.

«Все мертвы?»

Даже охотник S-класса J?

Он продолжал совершать одни и те же движения, не осознавая, что ложка в его руке пуста. Теперь на экране появился мужчина средних лет, завершающий речь.

[Сон Джо Хон | Пробужденный S-класса | Глава гильдии Самра]

— Без J у нашей страны не будет будущего. Восемь лет назад мы потеряли героя в Инчхоне. J и 44 охотника отважно вошли в разлом. Они подарили нам будущее. Мы обязаны смотреть вперёд и двигаться дальше.

Мужчина с мрачным выражением лица говорил торжественно, глядя прямо в камеру.

— На этом завершается документальный фильм, посвящённый восьмой годовщине разлома первой категории на Западном море, «Для J».

Внизу экрана появилась надпись: [Программа создана при поддержке гильдии Падо и Бюро управления пробужденными], после чего экран на мгновение погас. Ча Ый Джэ несколько раз прокручивал в голове услышанное, чтобы убедиться, что правильно понял.

— Подтверждено, что все охотники, вошедшие в разлом, погибли.

— Восемь лет назад мы потеряли героя в Инчхоне.

— Документальный фильм к восьмой годовщине, «Для J».

«Это сон? Если я закрою глаза и снова открою их, я проснусь?» Но было совершенно ясно, что всё это реальность. Чёрная дыра, которую он видел ранее, его наполненный желудок, словно пустая прежде миска, и ложка, которую он уронил с громким звоном, — всё это доказывало, что происходящее реально.

Ча Ый Джэ не мог скрыть потрясения и схватился за голову. Все охотники, отправленные в разлом на Западном море, погибли? Насколько он знал, это было абсолютной ложью. Нет, этого просто не могло быть.

Потому что охотник J, Ча Ый Джэ, был единственным выжившим и сейчас сидел здесь, доедая свой суп!

Глава 3

— Эм, можно воспользоваться телефоном?

— Конечно, пожалуйста.

— Спасибо.

Ча Ый Джэ сразу направился к стойке внутри магазина, как только закончил говорить. Он схватил старую трубку телефона и набрал прямой номер директора Бюро управления пробужденными — номер, который знал только он. Его рука постоянно дрожала, пока он набирал цифры. Однако:

— Набранный вами номер недоступен. Пожалуйста, проверьте правильность номера и повторите попытку...

Он попробовал снова на всякий случай, но результат остался прежним. Ча Ый Джэ медленно опустил трубку. Его сердце, до этого замершее, будто погружённое в ледяную воду, начало учащённо биться. Вскоре его затопил холодный пот.

«Я действительно попал на восемь лет в будущее? Или, что важнее… я правда умер?»

Но он не мог быть уверен ни в чём. Возможно, директор просто сменил номер. Ча Ый Джэ не хотел воспринимать ситуацию только с негативной стороны. Поспешно повернувшись, чтобы выйти из магазина, он вспомнил одну важную деталь.

У него не было денег. Перед тем как войти в разлом, он взял с собой только расходные материалы, вроде зелий. И все зелья он уже использовал, не оставив ничего. Он был совершенно разорён. У него даже не было денег, чтобы оплатить еду.

Бросив осторожный взгляд на старушку, Ча Ый Джэ неуверенно заговорил:

— Эм, бабушка.

— Мм?

— Дело в том, что я...

Он неловко тёр рукава, не зная, как продолжить, а старушка молча смотрела на него. Затем она медленно подошла к нему и взяла его раненую руку своими морщинистыми пальцами.

— Всё в порядке, малыш.

— Простите?

— Просто вернись поесть снова, как-нибудь.

В руку Ча Ый Джэ она вложила две измятых купюры по 10 000 вон. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог произнести ни слова, лишь молча поклонился. Старушка ушла на кухню и вскоре вернулась с тёмно-синей курткой и чёрной шапкой.

— Надень это.

— Нет, правда, всё хорошо. Мне не нужно.

— Если будешь бродить в таком виде днём, тебя схватят. Надень.

Слова старушки были неоспоримы. Ча Ый Джэ, снимая свою потрёпанную куртку, заметил серебряные часы на левом запястье. Это было единственное, что у него осталось с момента пробуждения. Вот оно! Ча Ый Джэ поспешно снял часы и протянул их старушке.

— Бабушка, возьмите это.

— Что это?

— Часы. Это всё, что у меня есть сейчас.

— Зачем? Мне не нужно.

— Нет, пожалуйста, возьмите. Или считайте это залогом. Я вернусь за ними позже.

Ча Ый Джэ настойчиво вложил часы в руку старушки, натянул шапку на голову и, снова низко кланяясь, вышел из магазина. Старушка что-то крикнула ему вдогонку, но он, не оборачиваясь, побежал дальше.

Когда он, пробежав какое-то расстояние, поднял голову к небу, то увидел, что уже светает. Длинная очередь на автобусной остановке, машины, заполнившие дорогу, прохожие с усталыми лицами, шагающие по влажному тротуару. Каждый занимался своим делом.

Это была мирная картина, но для Ча Ый Джэ всё это казалось чуждым. Южная Корея, которую он считал своей, восемь лет спустя оказалась совершенно иной. Он смотрел на эти повседневные моменты с чувством пустоты.

И вдруг это произошло.

Бип— Вокруг громко завыла сирена. Люди достали свои телефоны и начали что-то проверять. Двое парней в школьной форме разговаривали.

— Чёрт, разлом откроется через 30 минут.

— Думаешь, охотники появятся? Если придёт ранкер, давай снимем и зальём на YouTube.

— Ага. Блин, надо было дрон взять.

Разлом открывается? Ча Ый Джэ растерянно оглядывался вокруг. Однако, несмотря на сигнал тревоги, люди оставались спокойными. Казалось, будто такие предупреждения стали нормой. Смущённый, Ча Ый Джэ схватил за руку проходящую мимо женщину.

— Простите, извините. Здесь действительно откроется разлом?

— Что? А, да. Нам только что пришло экстренное предупреждение. Вы не видели?

— Нет, я забыл телефон.

— А, понятно. Вот, посмотрите.

Женщина показала ему экран своего телефона.

[Бюро управления разломами]

[Ожидается, что разлом появится к востоку от района Вираэ-дон, Сонгпа-гу, Сеул, в 7:42 утра 14 ноября. Жителям рекомендуется эвакуироваться в указанные укрытия. Если эвакуация невозможна, свяжитесь с Бюро управления пробужденными.]

Разлом — это по сути «внезапный вход в подземелье». В отличие от обычных подземелий с фиксированными точками входа, разломы появляются случайно, открывая проход. Если их быстро не подавить, из них начнут вырываться монстры. Но предсказывать место и время появления разлома?

Пока Ча Ый Джэ стоял неподвижно, погружённый в размышления, женщина осторожно спросила:

— Эм, вы в порядке…?

— О, да… Всё нормально. Спасибо, что показали.

Женщина кивнула, всё ещё выглядя обеспокоенной, и ушла. Немного постояв в оцепенении, Ча Ый Джэ тоже тронулся с места.

Когда вокруг раздавался рёв автомобильных выхлопов, галлюцинации, которые он так старательно пытался игнорировать, снова начали мучить его слух. Звуки ломающихся костей, рвущейся плоти, хрустящих шеек, голоса, умоляющие о пощаде… Привычные крики и шумы наложились на мирный городской пейзаж. Это странное ощущение заставило Ча Ый Джэ остановиться. И он подумал:

«Имели ли все те жертвы какой-то смысл?»

Мир спустя восемь лет после исчезновения J был таким мирным и совершенным. На самом деле, это была та самая картина, о которой он когда-то мечтал.

Разбитые асфальтовые дороги, автобусы, раздавленные под ногами монстров, обрушившиеся здания, горящие и погнутые уличные фонари, люди, затаившие дыхание в страхе, что монстры могут появиться в любую минуту.

Прошлое было таким ярким, словно всё это произошло вчера.

Ча Ый Джэ искренне желал этого. Повседневной жизни без страха. Даже если его самого в этом мире не будет. Но теперь, когда эти моменты развернулись перед его глазами, его чувства были сложными.

Изменится ли что-то, если J, считавшийся погибшим восемь лет назад, вернётся?

В тот момент, когда J объявит о своём возвращении, мирный порядок будет разрушен. Все набросятся на него с вопросами: что произошло в разломе, как он выжил в одиночку, почему ему понадобилось восемь лет, чтобы вернуться.

Ча Ый Джэ вытер холодный пот. Ему казалось, что внутри всё выворачивается.

Он верил, что должен рассказать миру о жертвах своих товарищей, конечно. Он помнил все их имена, лица и то, как они умерли.

Но…

— Ый Джэ, запомни.

— Мир изменился, и теперь, обладая силой, ты станешь тем, на кого все будут надеяться. От тебя будут ожидать, что ты спасёшь их всех.

— Но, Ый Джэ, ты ещё молод…

— Тебе не обязательно спасать всех.

— Ты можешь сбежать.

Ча Ый Джэ вспомнил слова своей тёти, которая однажды крепко держала его за плечи, стараясь дать совет.

Его тётя, которая пробудилась как охотница B-класса после того, как потеряла двух своих сыновей, когда семья Ча Ый Джэ оказалась втянута в разлом, была единственным другим выжившим из того адского места. Они не были связаны кровью, но зависели друг от друга, как настоящая семья. Именно она посоветовала ему скрывать свою личность.

«Теперь я понимаю, тётя».

Ча Ый Джэ бесполезно потёр глаза.

Охотник J уже умер, и никто не знал Ча Ый Джэ как человека. Люди даже не подозревали о его существовании. Даже спустя восемь лет двадцатилетний Ча Ый Джэ всё ещё оставался двадцатилетним в своих воспоминаниях. Он до сих пор помнил, как тётя поздравляла его с совершеннолетием. Однако в этом мире ему было уже двадцать восемь.

Прохожие равнодушно проходили мимо. Ча Ый Джэ долго стоял один в толпе. Тихий, одинокий.

И, наконец, Ча Ый Джэ решил впервые сбежать.

***

Несколько месяцев спустя… в ресторане похмельного супа.

Ча Ый Джэ, который собирался помыть гору накопившейся посуды на кухне, был вынужден вернуться в зал из-за непрекращающихся заказов и криков клиентов.

— Счёт, пожалуйста!

— Да, одну минуту.

Одну важную вещь, которую Ча Ый Джэ понял, работая в этом ресторане, было то, что, даже сменив профессию охотника на должность официанта в ресторане похмельного супа, он не мог полностью скрыть свою силу.

— Больше кимчи и редьки, пожалуйста!

— И ещё немного перцев чхонъян!

— Хорошо, одну минуту.

В этом месте всегда было слишком много посетителей, особенно охотников, которые ели быстро и много. Поэтому Ча Ый Джэ притворялся обычным человеком, просто немного сильнее и проворнее, лишь слегка используя свои способности пробуждённого.

— Извините, можно попросить перца?

— О, да, конечно.

— Спасибо.

— Быстро освобождайте стол! Нам нужно поесть и отправиться в подземелье!

— Мы сами вытрем стол! Можно взять тряпку вон там?

— Если дадите нам перец, мы сами его нарежем.

— Этот парень — охотник B-класса. Он отлично режет мечом.

За то короткое время, что Ча Ый Джэ вернулся на кухню, посетители уже начали распределять роли, будто собирались штурмовать подземелье. Наконец сбежав из шумного зала, напоминающего только что открывшийся разлом, Ча Ый Джэ достал из холодильника контейнеры с кимчи и редькой и на мгновение перевёл дух. Его движения стали механическими, взгляд — пустым.

«Надо срочно сделать бар самообслуживания для кимчи и перца чхонъян».

Собрав два мешка риса и перца, он быстро вышел из кухни, оценивая охотников взглядом. Казалось, лучше всего поручить нарезку перца охотнику B-класса.

— Вы, пожалуйста, нарежьте этот перец. Вот кимчи, редька и рис — берите. Счёт я сам оформлю.

Следуя его указаниям, охотники слаженно распределились по ролям, словно участвовали в рейде на подземелье. Охотник B-классв, используя кинжал, который выглядел как минимум на уровень C-класса, быстро нарезал перец. Охотник C-класса с помощью щипцов раздавал кимчи и редьку, а остальные охотники выстроились в очередь со своими мисками, ожидая своей порции.

Ча Ый Джэ принимал оплату через терминал, наблюдая за этой гармоничной сценой.

«Это ли тот мир, который я защищал…?»

Ранее — охотник номер один в Южной Корее и первый охотник S-класса страны, известный под именем J. Восемь лет назад он закрыл разлом первого уровня в Западном море и был объявлен национальным героем после своей смерти. Его настоящее имя, никому не известное, — Ча Ый Джэ. А сейчас…

— Спасибо, хорошего дня. Добро пожаловать, сколько человек в вашей компании?

…он работает на полставки в ресторане, где подают похмельный суп.

Глава 4 - День Разлома

Мир перевернулся в один, казалось бы, обычный день 11 лет назад, когда гром прогремел так сильно, что казалось, будто небо падает.

Потревоженные неожиданно громким раскатом грома, люди подняли глаза и увидели огромное черное отверстие в небе. Будто дожидаясь, пока все проснутся и взглянут вверх, гром внезапно прекратился, когда взгляд людей обратился к небу.

Из черной дыры начали вырываться монстры, которых никто прежде не видел.

Разлом моментально поглотил все вокруг, а монстры непрерывным потоком хлынули из только что открывшегося входа в подземелье. Эти захватчики из другого мира разрушали здания и опустошали землю. Многие люди получили ранения, пропали без вести или погибли. Оружие человечества, продукты научной цивилизации, оказалось бесполезным против монстров.

Люди впадали в отчаяние перед лицом этих непреодолимых сверхъестественных явлений. Никто не ожидал, что конец света наступит не из-за ядерной войны, а из-за монстров, словно сошедших со страниц фэнтези-новеллы! Человечество оказалось бессильно перед этим внезапным бедствием.

Но затем появилось нечто, что остановило неминуемую гибель, словно бросая вызов закону, который говорил, что люди должны бездействовать и погибнуть.

Этим «нечто» оказался загадочный белый экран, напоминающий игровое окно статуса, который позже назвали «системой».

Система появилась перед определенными людьми и пробудила в них таинственные силы. Те, кто соприкоснулся с системой, начали пробуждать новые способности и сражаться с монстрами. Так началась эра первых пробужденных, которые впоследствии стали известны как охотники.

Справедливо говорят, что человечество — это адаптивный вид. Люди быстро начали приспосабливаться к новой эпохе и восстанавливать разрушенную цивилизацию. В авангарде этого восстановления оказались Соединенные Штаты, и, к удивлению, Южная Корея была сразу за ними. Южная Корея стала одной из немногих стран, чье правительство и правоохранительные органы не рухнули в День Разлома, во многом благодаря внезапному появлению пробужденного S-класса, известного как J.

Единственная публично известная информация о J заключалась в его охотничьем имени и поле. J был загадочным охотником, скрывающим своё настоящее имя, лицо и возраст. Впервые J появился драматично, разрезав пополам монстра второго класса, Снежного человека, при этом его лицо было закрыто белым шарфом. С тех пор J без колебаний бросался в разломы и подземелья, спасая бесчисленное количество жизней. Настоящий герой в трудные времена, воплощение Капитана Кореи.

[J разрывает Снежного человека (физически)]

После восстановления коммуникационных сетей, видео, которое кто-то загрузил на YouTube, собрало миллиарды просмотров, превратив J в мировую знаменитость. Даже если J был всего лишь крошечной точкой на записи, сам факт, что эта черная точка разрывала монстра размером с небоскреб, завораживал каждого, кто это видел.

Это было вполне уместно для героя из Южной Кореи, информационно-коммуникационного центра, где даже в условиях апокалипсиса и нападений монстров камеры мобильных телефонов продолжали работать. Благодаря подвигам J миру удалось обрести хоть немного стабильности.

Но этот с трудом добытый мир продлился недолго.

Три года спустя над Западным морем появился разлом пятого класса. Несмотря на усилия Бюро управления пробужденными и охотников, находившихся поблизости, всякая связь с теми, кто вошел в разлом, была утеряна, а сам разлом продолжал жадно поглощать всё вокруг. Предсказывалось, что если не остановить его, разлом поглотит не только острова Западного моря, но и Инчхон.

Уровень угрозы разлома в Западном море был повышен с пятого до первого класса, и правительство приняло решение.

— Мы направим охотника S-класса J, 14 охотников A-класса и 30 охотников B-класса, чтобы остановить расширение разлома.

Посланные охотники вошли в разлом под ликование народа. Вскоре после их входа разлом начал постепенно прекращать расширение, а месяц спустя полностью исчез. Люди ликовали и ждали возвращения героев. Но они так и не вернулись.

Три месяца спустя, после завершения расследования, Бюро управления пробужденными пришло к выводу, что охотники погибли вместе с разломом, и официально объявило об их смерти, передав эту трагическую новость. В память о храбрых охотниках, отправившихся в разлом, правительство воздвигло мемориал, на вершине которого было выгравировано имя J.

С тех пор прошло восемь лет.

Теперь, спустя 11 лет после первого Дня Разлома, правительство активно исследовало способы использования трупов монстров и побочных продуктов подземелий как альтернативные ресурсы. Гильдии, в свою очередь, сменили фокус с простого уничтожения подземелий на максимальное извлечение ценности перед закрытием разломов, надеясь найти полезные побочные продукты.

В эту эпоху великих охотников, которая сменила пятую промышленную революцию, Метавселенная отошла на второй план! Центральными фигурами современности стали охотники.

Учитывая, что фильмы о героях всегда пользовались огромной популярностью в Корее, взрывная популярность реальных героев, сражавшихся, словно супергерои без использования CGI, была лишь вопросом времени. Их популярность росла с каждым днем.

У охотников появились рекламные щиты на день рождения, как у кумиров, они были завалены предложениями от рекламодателей, а в кино и дорамах с участием охотников не было недостатка. Некоторые охотники, как, например, Пчела, даже совмещали карьеру охотников с работой модели.

Мир стал таким, где люди мечтали стать охотниками и пробудить свои силы, а более 80% детей называли «охотник» своей будущей профессией. Видео с ASMR-слизью из подземелий стали трендом, а охотники, находящиеся на отдыхе, публиковали распаковку посылок с длинными мечами A-класса. Такова была современная Корея.

***

«Это... действительно нормально?»

Однако для Ча Ый Джэ, пережившего переход в эпоху великих охотников, всё это казалось… нереальным. Он нахмурился, разглядывая бестселлеры, выставленные в книжном магазине.

1-е место: [Даже охотники когда-то были новичками]

2-е место: [Секретные советы звёздного инструктора Академии государственных служащих Норянджина! Закончите экзамен за полгода!]

3-е место: [Больно, потому что я охотник]

...

Что значит «больно, потому что ты охотник»? Если больно, ты пациент. Ча Ый Джэ нахмурился ещё сильнее, когда посмотрел ниже по списку. Приставлять «охотник» ко всему подряд... какая показуха.

Отведя взгляд, притворяясь, что ничего не видит, он встретился глазами с мужчиной в строгом костюме с добродушным выражением лица, показывающим большой палец вверх на социальной рекламе на стене.

[Для вопросов о регистрации пробужденных звоните по горячей линии 777. Для сообщения о незарегистрированных пробужденных или преступлениях, связанных с ними, звоните 555!]

Даже отвернувшись от списка бестселлеров, Ча Ый Джэ продолжал хмуриться.

Девять лет назад, когда ситуация с подземельями и разломами относительно стабилизировалась, правительство, встревоженное ростом преступлений среди бездействующих пробужденных, планировало создать новое агентство для их управления. В то время появилась новость, что студент полицейской академии пробудился как S-класс.

Ах! Это была, без сомнения, возможность, посланная небесами. Правительство ухватилось за шанс, немедленно создав Бюро управления пробужденными и набрав новоиспечённого студента полицейской академии.

Этим человеком был мужчина из рекламы — госслужащий-охотник S-класса Чон Бин.

Ча Ый Джэ несколько раз сталкивался с Чон Бином, пока ещё действовал как J. Они не были близки, но обменивались приветствиями. В те времена в стране было всего два охотника S-класса, поэтому существовала определённая внутренняя связь. Но теперь…

«Что с тобой стало?»

— Что с тобой произошло за эти восемь лет? — Взгляд Ча Ый Джэ теперь отражал тень жалости.

Чон Бин, если немного преувеличить, появлялся буквально во всех существующих социальных рекламных роликах. По мнению Ча Ый Джэ, поскольку Чон Бин был госслужащим, Бюро управления просто находило удобным и дешёвым использовать его повсюду.

Совсем недавно он продвигал отказ от курения в телевизионной рекламе, а незадолго до этого — правило чистки зубов 333 в автобусной рекламе. Теперь он рекламировал регистрацию пробужденных. Возможно, Чон Бин был самым известным охотником в Корее, по крайней мере, с точки зрения узнаваемости лица.

Пока Ча Ый Джэ мысленно скорбел о пути своего бывшего коллеги, к нему быстрыми шагами подошла девочка с решительным выражением лица и волосами, собранными в хвост. На молнии её рюкзака болтался именной ярлык со звёздочками.

[Пак Ха Ын, начальная школа Сэтпёль, 2 класс, 2 группа]. Под неуклюже написанными словами аккуратно были указаны номер телефона и адрес ресторана похмельного супа.

— Дядя, я выбрала книгу.

На слово «дядя» Ча Ый Джэ естественно повернул голову к ней. Конечно, они не были настоящими дядей и племянницей. Пак Ха Ын была единственной внучкой владелицы ресторана похмельного супа, а семья Ча Ый Джэ погибла в День Разлома.

Но в какой-то момент Пак Ха Ын начала называть его дядей, и Ча Ый Джэ не стал её исправлять. Это напоминало ему о его прошлом отношении с тётей.

— Что ты выбрала?

— Вот.

«Что? День Разлома»

На обложке комикса, который Пак Ха Ын подняла, было изображено несколько мило нарисованных монстров и молодой человек в маске. Это была знакомая Ча Ый Джэ серия образовательных комиксов для детей.

Даже после того, как мир чуть не рухнул, такие образовательные комиксы всё ещё выпускают. Пока Ча Ый Джэ размышлял об этом, его взгляд остановился на лице молодого человека на рисунке. Помимо чёрных волос и белого шарфа, маска, которую он носил, показалась ему чересчур знакомой. Потому что…

«Разве это не вторжение в личную жизнь?»

…это была та самая маска, которую Ча Ый Джэ носил, чтобы скрыть свою личность, когда действовал как J.

Глава 5

Чёрные волосы и белый шарф. Единственная маска, которую невозможно спутать ни с кем другим.

«Разве это не вторжение в личную жизнь?»

На рисунке, без сомнения, был изображён охотник J, то есть сам Ча Ый Джэ. Стоило ли назвать это нарушением прав на изображение или, возможно, авторских прав на маску? Даже если его считают мёртвым, разве не слишком дерзко так свободно использовать его образ?

На самом деле, это была не единственная книга, где появлялся J. То ли потому, что люди считали, что использовать его имя, раз он умер, допустимо, то ли потому, что его было удобно включать в объяснение событий эпохи после Дня Разлома, J появлялся в различных медиа почти так же часто, как Чон Бин.

Видеть себя на экране телевизора его особо не беспокоило, но видеть это напечатанным почему-то вызывало странное чувство дискомфорта. Возможно, ему следовало создать фонд, посвящённый его пробуждению S-класса, и наполнять его с помощью роялти. Почувствовав лёгкое беспокойство, Ча Ый Джэ прикусил губу и жестом указал Пак Ха Ын направляться к кассе.

— Это будет тридцать тысяч вон.

«Цена двух мисок супа от похмелья».

Ча Ый Джэ безразлично вытащил из кошелька деньги, заплатил и, держа книгу в одной руке, а руку Пак Ха Ын — в другой, покинул книжный магазин.

После Дня Разлома цены взлетели до небес. Даже суп от похмелья из ресторана бабушки, который раньше стоил семь тысяч вон, подорожал до пятнадцати тысяч из-за увеличившихся расходов на ингредиенты. И это считалось дёшево по сравнению с ценами в округе. Возможно, поэтому сюда так часто заглядывали охотники, несмотря на то, что у них было предостаточно денег.

— Дядя.

— Хм?

Внезапный оклик вырвал Ча Ый Джэ из размышлений. Пак Ха Ын указала на книгу в его руке.

— Я хочу нести книгу.

Книга была не слишком тяжёлой для ребёнка, поэтому он охотно передал её. Пак Ха Ын отпустила руку дяди и обхватила книгу обеими руками. Она выглядела очень довольной, как будто получила то, что давно хотела.

— Куда мы теперь идём?

— Куда? Я отведу тебя домой, а потом пойду в ресторан готовиться к вечерней смене.

— Это скучно.

Пак Ха Ын надула губы в ответ на его уверенный отказ, явно желая пойти в ресторан вместе с ним. Ча Ый Джэ пожал плечами, показывая, что выбора нет.

— Нужно много всего подготовить к вечеру. Я куплю тебе мороженое, так что иди домой и съешь его с бабушкой.

— …Хорошо.

Он потрепал её круглую голову, когда она неохотно кивнула, и они пошли дальше бок о бок. Несмотря на это, Ча Ый Джэ находил, что Пак Ха Ын, так крепко держащаяся за него, была невероятно милой, поэтому он положил руку на её маленькое плечо.

***

Сегодня, как и обычно, Ча Ый Джэ, а не охотник J, готовил суп от похмелья для охотников. Распорядок работы в ресторане был следующим:

В 6 утра ресторан открывался. Охотники, которые после пятого раунда выпивки переходили на шестой раунд, теперь в ресторане, или те, кто после изнурительных сверхурочных работ приползал к дверям, как ракушки, поспешно занимали места. Клиенты в это время в основном походили на зомби. Их заказы звучали примерно так:

— Эмм… друг?

— Да, две миски супа от похмелья.

Слыша это снова и снова, Ча Ый Джэ задумывался о том, чтобы сделать перевод с языка зомби своим третьим ремеслом.

Когда зомби наконец выползали из ресторана, начинали приходить более обычные клиенты. Большинство из них заходили позавтракать перед работой, унося с собой усталость, но, по крайней мере, они были лучше, чем зомби.

Затем наступало время обеда — с 11:30 до 14:00. Это было самое загруженное время в ресторане. Клиенты, в основном охотники, приходили волнами, заполняя ресторан и уходя так же быстро.

Иногда в этот период одному из охотников приходил срочный вызов, и он выбегал посреди обеда, вызывая сочувственные взгляды у других охотников. Видя, как бедняга оставляет свой любимый суп от похмелья, все понимали, что на следующий день это может случиться и с ними.

Когда хаос обеденного времени утихал, Ча Ый Джэ вывешивал табличку о подготовке ингредиентов. Перерыв был необходим для работы ресторана, обслуживающего охотников с их внушительными аппетитами. В это время он забирал Пак Ха Ын из школы, мыл гору посуды и готовил продукты для вечерней смены.

Наконец, с 17:00 до 22:00 наступала вечерняя смена. Хотя в обед ресторан был загружен, вечером он становился ещё более оживлённым. Помимо схожих ситуаций с обедом, раздражали охотники, требовавшие ещё одну бутылку соджу.

Когда он видел, как они прячут пустые бутылки, чтобы выпить больше, он тяжело вздыхал. Их методы всегда были одними и теми же — прятать бутылки в инвентаре. Несмотря на то, что от обычного алкоголя они не могли напиться, соджу всё равно заказывали. Психология охотников оставалась для Ча Ый Джэ загадкой.

— Ах…

Сейчас было 22:20. Выпроводив последнего задержавшегося клиента, размахивая нержавеющим половником, Ча Ый Джэ вернул ресторану привычную тишину. Потягиваясь, он вытер усталые столы и тяжело вздохнул. Ещё один трудный день остался позади.

После уборки столов, подметания пола и мытья посуды он достал корзину с чесноком из угла кухни и уселся за стол рядом с прилавком. Живя в небольшой комнате при складе, совмещённой с рестораном, открытие и закрытие заведения естественно легли на его плечи.

Умело очищая чеснок, Ча Ый Джэ думал:

«Жить вот так — не так уж плохо».

Его не вызывают в бюро управления, он не борется с монстрами — просто сидит и чистит чеснок. Это и есть роскошь. Возможно, это та жизнь, о которой он всегда мечтал.

Единственное, что его беспокоило в последнее время, — это здоровье ног бабушки. Она всё чаще испытывала трудности с передвижением, и Ча Ый Джэ взял на себя большую часть работы в ресторане. Её нужно было отвезти в больницу, но что, если потребуется операция?

Ча Ый Джэ глубоко вздохнул. Закрыть ресторан на день было почти невозможно из-за плотного графика, а оплата операции — ещё большая проблема. В отличие от J, который жил без финансовых забот, Ча Ый Джэ таких привилегий не имел. Решив жить спокойно, он пожертвовал все свои сбережения в Фонд Западного Морского Разлома. Даже с ежемесячными выплатами этого было далеко не достаточно для операции.

Хмурясь, он продолжал чистить чеснок, углубившись в мысли.

«Если всё пойдёт совсем плохо, придётся тайком сходить в подземелье и продать добычу».

Добыча из подземелий приносила хорошие деньги, которые могли бы покрыть расходы на операцию. Размышляя о том, как лучше поступить, он неожиданно услышал звонок телефона на прилавке.

Ча Ый Джэ поднял трубку, продолжая чистить чеснок.

— Здравствуйте, это ресторан супа от похмелья.

Он был готов сказать, что ресторан закрыт и доставки они не делают, но неожиданный голос на другом конце заставил его пальцы замереть.

— Как бы это сказать, Ый Джэ…

— Бабушка?

Это была бабушка. Её голос слегка дрожал, что-то было явно не так. Ча Ый Джэ задержал дыхание, ожидая её следующих слов. Спустя мгновение она заговорила.

— Ха Ын пропала.

— Что? Ха Ын пропала?

Ча Ый Джэ, растерявшись, сильнее сжал трубку. Бабушка, пытаясь справиться с волнением, продолжала с тревогой.

— Ха Ын ушла. Я даже не заметила, когда она вышла. Мир сейчас такой опасный, а она вышла одна…

Ча Ый Джэ взглянул на часы. 22:20. Слишком поздно для маленького ребёнка, чтобы быть на улице одной. Он попытался отогнать мрачные мысли, начинавшие заполнять его разум.

— Сначала я свяжусь с полицией. Я тоже пойду искать её, так что, пожалуйста, постарайтесь успокоиться. Всё будет хорошо.

Ча Ый Джэ специально говорил бодрым голосом, откладывая нож и чеснок в сторону. Бабушка встревоженно спросила:

— Ты уверен, что всё будет в порядке?

— Да, не переживайте слишком сильно.

— Будь осторожен. Ха Ын не могла уйти далеко, правда? Не задерживайся и возвращайся скорее, ладно? Береги себя.

— Хорошо. Я позвоню вам, как только что-то узнаю.

Положив трубку, он невольно представил, как Пак Ха Ын с радостью покупала книгу. Лицо Ча Ый Джэ, собирающегося выйти, было напряжённым, совсем не таким, как его голос, которым он только что успокаивал бабушку. Эти слова были нужны, чтобы успокоить и его самого.

Надев маску, Ча Ый Джэ быстро открыл дверь и вышел из ресторана. Заперев её, он повесил красную табличку «Закрыто». Ночной воздух был довольно холодным.

Глава 6 - Сумасшедший

Ча Ый Джэ размахивал в воздухе металлическим половником, который захватил с собой. Он явно был прочнее зелёного лука, что делало его неплохим оружием для самозащиты. Продолжая вертеть половник, он размышлял, куда могла пойти Пак Ха Ын.

Тревоги о разломе не было, значит, она не могла оставить бабушку, чтобы эвакуироваться… Может, она отправилась на детскую площадку в такое время? Или, возможно, тайком выбежала купить ещё мороженое, после того как съела то, что у неё было. Ча Ый Джэ быстро прокручивал эти мысли, направляясь к главной улице.

Ему нужно было найти Пак Ха Ын и вернуть её домой, пока не стало слишком поздно. Решившись, он закрыл глаза.

<Глаза следопыта!>

Когда он снова открыл их, его глаза засветились синим светом. Пейзаж перед ним упростился до линий и поверхностей, как чертёж здания, позволяя заглядывать даже внутрь строений. «Глаза следопыта» — это навык, позволяющий видеть уникальный свет, исходящий от человека. Очень полезно в подобных ситуациях, когда необходимо кого-то найти.

Там, где находились люди, вспыхивали белые огоньки, словно свечи. Свет ребёнка был немного меньше среднего. Ча Ый Джэ внимательно сканировал окрестности, но, похоже, поблизости Пак Ха Ын не было.

Расширяя радиус действия навыка, он вдруг…

Бах!

Его внимание привлёк пылающий фиолетовый огонь. Это был самый яркий и крупный огонь, который он когда-либо видел, горящий с такой силой, будто готовый пожирать всё вокруг.

…Огонь?

Решение пришло мгновенно. Ча Ый Джэ поспешил в сторону огня.

Только пробуждённые, включая охотников, проявлялись в виде огня, а не простых огоньков. Хотя в этом районе охотников было немало, настолько интенсивное пламя означало кого-то исключительного. Это не был обычный охотник, огонь был острым и огромным, как у монстра.

Он должен был проверить это лично. Это был сильный охотник или возможная угроза? Если второе… Пак Ха Ын могла быть в опасности. Ча Ый Джэ крепче сжал половник.

Огонь горел в переулке недалеко от ресторана с супом от похмелья. По мере приближения он услышал удары и приглушённые стоны, становившиеся всё громче. Кто-то избивал другого человека.

В конце переулка, под ярким лунным светом, высокая фигура в чёрном безжалостно пинала кого-то, свернувшегося калачиком на земле, в центре яркого фиолетового пламени. Угнетающая аура, исходившая от фигуры, колола кожу Ча Ый Джэ.

В тот же момент его острый инстинкт сработал. Он чувствовал это интуитивно. Размер пламени и подавляющее присутствие, сравнимое с монстром. Фигура перед ним была…

Такого же ранга, как и он — S-класса.

Человек, пинавший лежащего, резко повернул голову в сторону Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ быстро отключил навык и отступил на шаг. Теперь фигура, скрытая пламенем, стала чётко видна.

Мужчина в противогазе, закрывающим всё лицо, в чёрной тактической экипировке и блестящих кожаных ботинках, заляпанных кровью. Он выглядел безошибочно как охотник. После долгого молчания человек в противогазе указал рукой в перчатке прямо на Ча Ый Джэ.

— Ты.

— …

Ча Ый Джэ стоял неподвижно, не дрогнув от голоса, обратившегося к нему. Противогаз лениво заговорил.

— Я всё видел, фартук «Чум Чурум».

— …

Когда Ча Ый Джэ сделал шаг назад, скрываясь в тени, противогаз добавил, словно предостерегая его от побега:

— И половник держишь.

Ча Ый Джэ незаметно спрятал руку с половником за спиной. Он заметил его из-за того, что он из нержавейки? Чёрт, у этого парня острый глаз. Может, мне стоит начать носить тактический фартук?

В этот момент лежащий на земле мужчина дёрнулся, и человек в противогазе снова ударил его ногой в живот, не отрывая взгляда от Ча Ый Джэ.

— Ух!

— Этот ублюдок вылезает, как только видит возможность…

Проворчав с раздражением, человек в противогазе прижал ногу к животу мужчины, продолжая сверлить Ча Ый Джэ взглядом.

— Ты гражданский?

— Да.

— Поздно работаешь…?

Следующий вопрос прозвучал скорее для формальности. После ещё одной паузы противогаз задал новый вопрос.

— А что ты тут делаешь с половником в такое время?

— Вышел искать племянницу. Она не дома.

Ча Ый Джэ намеренно спокойным голосом ответил, жестом показывая уровень примерно на уровне пояса.

— Вы случайно не видели девочку вот такого роста? Школьницу с хвостиком.

Ча Ый Джэ смело спросил, а противогаз пожал плечами.

— Нет.

— Понял. Тогда я могу идти?

— Постой. Я у него тоже спрошу.

Нога, прижатая к мужчине, ненадолго поднялась, после чего вновь ударила его в бок. Однако мужчина, казавшийся без сознания, лишь издал болезненный стон.

— Прости, этот тип ничего не знает. Мозги пропитаны наркотой.

Несмотря на его слова, в голосе противогаза не было ни капли сожаления. Похоже, он просто искал повод ещё раз ударить мужчину. Но Ча Ый Джэ, который больше беспокоился о поисках племянницы, чем о каком-то парне в чёрном, избивающем кого-то, ничего не сказал и лишь покачал головой.

— Нет, всё в порядке. Спасибо за беспокойство. Тогда я пойду.

— Стой.

Когда Ча Ый Джэ повернулся, чтобы выйти из переулка, противогаз вдруг остановил его. Некоторое время он пристально смотрел на лицо Ча Ый Джэ, а затем слегка наклонил голову. Его голос, неторопливый, делал каждое действие словно замедленным.

— Странно.

— …

— Мы раньше встречались?

— Нет.

— …Правда?

Ча Ый Джэ посмотрел на человека в противогазе с выражением, которое явно говорило, что он действительно его не знает. В его взгляде не было ни тени обмана, они действительно встретились впервые. Такой характерный облик он бы точно не забыл. Ча Ый Джэ предположил, что этот человек в чёрном, вероятно, был недавно пробуждённым охотником, пока он сам находился в разломе на Западном море.

Постояв немного, человек в противогазе приложил палец к губам, давая понять, чтобы Ча Ый Джэ держал всё увиденное в тайне. Ведь разбираться с полицией или управлением было бы проблематично.

Ча Ый Джэ, понимая, что за избиение кого-то в переулке могут быть проблемы, охотно кивнул. Всё равно ему было не с кем поделиться этим, так что проще было сделать вид, что ничего не произошло. Противогаз махнул рукой, давая понять, что он может идти.

В этот момент.

Скрип… Скрип…

Скри-и-и-и-и-и-и-ип!

Из спины лежащего на земле мужчины внезапно выстрелили острые шипы, направляясь прямо в сторону Ча Ый Джэ. Несмотря на то, что он видел, как шипы летят к нему, он не запаниковал. Вместо этого он спокойно шагнул в сторону, перехватил половник поудобнее и приготовился. И тогда…

Бааах!!

Он идеально отбил шипы половником!

Может, стоило выбрать карьеру в бейсболе? Пусть не попадать в «хоум-ран», но тройной удар был вполне в пределах его возможностей. Чувствуя гордость, Ча Ый Джэ несколько раз открыл и закрыл ладонь, невольно посмотрев на человека в противогазе. Тот держал в руке отбитый шип.

— …

— …

Он… он его поймал для меня?

Похоже, так. Основной принцип для охотников — защищать гражданских, а Ча Ый Джэ, в конце концов, должен был быть обычным гражданским, который ночью искал свою племянницу. Даже если он только что отбил шип половником, он всё ещё считался гражданским, нуждающимся в защите.

Холодный пот стекал по спине Ча Ый Джэ. Неловкое молчание затягивалось.

— …

— …

Чёрт.

Какой гражданский отбивает шипы половником?! Ча Ый Джэ хотел ударить себя за то, что провалил роль испуганного невинного прохожего. Бежать сейчас явно не вариант. Тогда остаётся только один выход — вырубить человека в противогазе. Насколько сильно и куда ударить, чтобы просто вырубить, а не убить? Пробуждённые ведь могут выдержать более сильный удар, верно?

С половником в руках сложно было оценить необходимую силу. А этот парень явно не тот, кого можно недооценивать, особенно после того, как он голыми руками поймал шип. Ча Ый Джэ, погружённый в глубокие раздумья, застыл, словно неисправный робот.

Между тем человек в противогазе сунул перчатки в карман и медленно скрестил руки, словно выжидая реакции Ча Ый Джэ. Тот, наконец, пришёл в себя и посмотрел на него.

Ха…

Жизнь — дерьмо…

В этой ситуации единственным выходом был прямой подход — точнее, прямое бегство. Ча Ый Джэ несколько секунд смотрел в пустоту, а затем вежливо поклонился.

— …Я пойду. Мне действительно нужно найти племянницу.

Протокол побега от реальности активирован.

— Эй.

Но человек в противогазе не закончил. Он протянул слова и шагнул ближе. «Не разговаривай со мной больше». Ча Ый Джэ отступил на два шага, но человек в противогазе уже сократил расстояние. Его тень, удлинённая высоким силуэтом, полностью закрыла Ча Ый Джэ. Из противогаза послышался приглушённый смешок.

— Как тебя зовут?

— Никак.

— А… ты ещё не выбрал имя охотника?

— Нет, у меня просто нет имени.

— Тогда, может, я тебе его дам?

— Ты что, сервис по выдаче имён открыл?

— Думаю начать временный.

Чем больше Ча Ый Джэ пытался вырваться из разговора, тем глубже увязал, словно нога, застрявшая в зыбучих песках. Единственный способ выбраться из песков — перестать бороться. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и успокоил голос.

Глава 7

— Серьёзно, мне нужно идти. Сейчас по улицам бродит младшеклассница. Разве тебя не беспокоит, что ребёнок один в такое время?

Это была такая трогательная фраза, что она могла бы стать частью социальной рекламы.

«Пожалуйста, пойми». Глядя на непроницаемый чёрный противогаз, Ча Ый Джэ молился про себя.

— Верно, это правда.

Но, несмотря на отчаянную просьбу Ча Ый Джэ, голос из-под противогаза оставался расслабленным. Он звучал почти насмешливо, словно намекая, что такие уловки не сработают. Несколько раз кивнув, человек в противогазе достал из кармана телефон, что-то напечатал, а затем самодовольно помахал им.

— Наши ребята найдут пропавшего ребёнка. Просто подожди немного, ладно?

Но на этот раз Ча Ый Джэ быстро перешёл к следующему шагу. Он решительно покачал головой и уверенно произнёс:

— Нет, я отказываюсь. Я позвоню в полицию. Пускай защитники народа помогут.

— Да… тогда я позвоню в Бюро управления пробуждёнными.

— Зачем звонить в Бюро?

— Потому что охотники быстрее используют свои способности, чтобы найти кого-то, чем полиция. Тебе нравится Чон Бин? Я могу позвонить ему прямо сейчас. Позвонить?

Ошеломлённый мгновенной реакцией человека в противогазе, Ча Ый Джэ на мгновение потерял дар речи и уставился на него.

— Ты серьёзно?

— Да, серьёзно.

Быстро прочитав выражение друг друга, Ча Ый Джэ почувствовал, как у него опускаются руки. У него просто не осталось сил продолжать спор. Он слегка поднял руки, давая понять, что временно сдаётся.

Если бы был охотник, специализирующийся на отслеживании, найти ребёнка действительно было бы проще, как и сказал человек в противогазе. Однако причина, по которой Ча Ый Джэ решил уступить, была не только в этом. Его предложение позвать Чон Бина не звучало как пустая угроза.

Судя по его манере общения, этот парень явно был в базе данных Бюро управления пробуждёнными как пробужденный человек. С его строгим соблюдением закона Чон Бин, конечно же, примчится сразу после звонка. Это определённо усложнит ситуацию.

— Ладно, уже по одному этому разговору понятно, что с этим парнем лучше не связываться.

Вздохнув, Ча Ый Джэ раздражённо провёл рукой по волосам. Время шло, а если они продолжат препираться, разговор никогда не закончится.

— Чего ты от меня хочешь?

Оставив вежливость, Ча Ый Джэ перешёл прямо к делу, чем заставил человека в противогазе тихо хихикнуть. Сделав шаг вперёд, он мягко прошептал:

— Задам тебе два вопроса.

— …

Ча Ый Джэ слегка кивнул, давая знак продолжать.

— Первый вопрос. Выбирай.

Человек в противогазе сделал жест V двумя большими прямыми пальцами. Благодаря лунному свету его рука была хорошо видна даже в темноте. Кончики вытянутых пальцев были полностью окрашены в чёрный цвет.

Не дожидаясь долгой паузы, он вновь заговорил, не давая Ча Ый Джэ времени на выбор.

— Первое: этот половник — секретное оружие S-класса, так?

Такое повышение для половника за 6 900 вон, как нелепо…

Превозносить половник только потому, что он отбил несколько шипов… Неужели человек в противогазе наивен или просто идиот? Ча Ый Джэ намеренно думал об отвлечённых вещах, стоя, заложив руки за спину, и не отвечая.

После долгого молчания человек в противогазе тяжело вздохнул и медленно согнул указательный палец, поворачивая кисть так, чтобы тыльная сторона ладони была направлена к Ча Ый Джэ. С той же невозмутимостью, что и раньше, он задал второй вопрос, теперь уже с твёрдо вытянутым средним пальцем:

— Второе: ты не зарегистрированный пробуждённый, так?

— Ах ты, мелкий…

«Теперь все охотники такие дерзкие?» Ча Ый Джэ раздражённо уставился на раздражающе вытянутый средний палец.

Восемь лет назад, когда Ча Ый Джэ был активен, подобное неповиновение было немыслимо. Неважно, когда этот парень пробудился, он никак не мог быть старше Ча Ый Джэ. «Я же первый пробуждённый S-класса в Южной Корее!»

Хотя сейчас настала эра великих охотников, никто не отменял конфуцианских ценностей, которые существовали сотни лет. Пока Ча Ый Джэ глотал злость от наглости младшего охотника, тот заговорил со смехом в голосе, забивая последний гвоздь:

— Ну… раз это не похоже на оружие S-класса, значит, ты незарегистрированный пробуждённый, верно?

— Я не незарегистрированный.

В любом случае, он официально зарегистрирован как пробуждённый. Строго говоря, он не был незарегистрированным… Хотя, возможно, его записали как пропавшего без вести или погибшего, восемь лет назад он точно был зарегистрирован, так что совесть его была чиста.

Но человек в противогазе хмыкнул, словно услышал нечто абсурдное.

— Если уж лжешь, то хотя бы постарайся…

— Я говорю правду.

Не успел Ча Ый Джэ закончить свою фразу, как человек в противогазе исчез из поля зрения. И уже в следующий миг...

БААХ-!!

Ча Ый Джэ отбил внезапный удар сзади своим половником. За линзами противогаза холодно сверкнул фиолетовый глаз. Несмотря на то, что его удар был заблокирован, человек в противогазе не отступил. Вместо этого он крепко ухватился за половник. Уже помятый металл начал деформироваться под его силой.

Шшш—

Вскоре половник стал плавиться и чернеть прямо в руке противогаза. Резкий запах горящего металла ударил Ча Ый Джэ в нос.

«Это какая-то способность коррозии или разложения?»

Кап-кап. Чёрная жидкость стекала на пол, и в местах, куда она падала, оставались глубокие чёрные пятна. Ча Ый Джэ видел подобное совсем недавно. Повелитель разлома на Западном море, Клык василиска, оставлял точно такие же следы, превращая всё, чего касался, в жидкость.

«Значит, это яд».

Яд, сопоставимый с ядом василиска. Я думал, противогаз — это просто концепция…

Ча Ый Джэ нахмурился, а человек в противогазе, казалось, ухмыльнулся за своей маской. Удовлетворённый полученным ответом, он отступил назад, стряхивая с руки остатки расплавленного металла.

— Просто обычный половник.

— …

— И ты — незарегистрированный пробуждённый, который отбил мой удар…

— Я же сказал, я не незарегистрированный.

— Ну да.

За круглыми линзами противогаза фиолетовые глаза сверкнули ещё ярче.

— Невозможно, чтобы я не знал кого-то твоего уровня.

Это могло прозвучать как комплимент, но почему-то вызывало лишь раздражение. Ча Ый Джэ задумался, отчего же так неприятно, глядя на настойчивый взгляд. Вскоре он понял одну вещь.

Этот парень всё это время разговаривает со мной неформально.

Как он смеет так говорить с незнакомцем? Для Ча Ый Джэ, привыкшего к строгой вежливости в мире охотников, такое поведение было крайне раздражающим. Даже у холодной воды есть иерархия. Выпрямившись, Ча Ый Джэ пристально посмотрел на противогаз.

— Эй.

— Чё?

— Сколько тебе лет?

Сбитый с толку неожиданным вопросом, человек в противогазе наклонил голову. После паузы он убрал напускную дерзость и ответил невинным тоном:

— Двадцать четыре.

Двадцать четыре? Двадцааааать четыыыыыыре? Ча Ый Джэ сдвинул вес на одну ногу и скрестил руки на груди.

— Ты, мелкий наглец, говоришь неформально с незнакомцем.

— А ты выглядишь примерно моего возраста.

— Эй, я съел как минимум на пять тысяч чашек риса больше, чем ты.

Конечно, Ча Ый Джэ до сих пор не мог поверить, что ему двадцать восемь, а не двадцать, но в данной ситуации возраст был козырем. Пусть он и не съел буквально пять тысяч чашек риса больше, но! Он должен использовать любое преимущество. Эти восемь лет жизненного опыта были его единственным превосходством над противогазом.

Человек в противогазе снова наклонил голову, задумавшись над этим старомодным заявлением. Несмотря на угрожающий вид маски, его действия выглядели почти детскими и даже немного забавными.

— О… И что?

— Ты слишком неформально говоришь.

— Понял…

Человек в противогазе коротко хихикнул и слегка наклонил голову в знак уважения к Ча Ый Джэ. Его глаза за линзами изогнулись в улыбке, когда он прошептал:

— Так использовать вежливую речь?

Для того, кто только что напал на него, человек в противогазе излучал странную ауру. Если бы Ча Ый Джэ не имел огромного опыта в боях с монстрами как охотник, он мог бы почувствовать себя запуганным.

Но Ча Ый Джэ был ветераном, прошедшим через бесчисленные битвы, почти стертым в труху постоянными схватками. Поэтому противогаз раздражал его больше, чем пугал. Однако он не был настолько зрелым, чтобы спустить на тормозах такое поведение, особенно от парня, который был на четыре года младше.

Физически он оставался двадцатилетним, но в душе ему было все двести восемьдесят. Возможно, его характер больше подходил именно для такого возраста.

Будь то осознанно или нет, человек в противогазе, поигрывая своей чёрной маской, добавил:

— Не нравится? Извините. Давненько не пользовался вежливой речью.

Вот это называется «получить поклон, когда просил только одного»? Даже услышав те вежливые слова, которых он хотел, Ча Ый Джэ почувствовал ещё большее раздражение. Это было похоже на ситуацию, когда дедушка сталкивается с непослушным внуком, который делает два поклона, когда его просили только об одном.

Ча Ый Джэ попытался успокоиться, напоминая себе:

«Я теперь просто обычный гражданин. Обычный гражданин, а не охотник J. Этот парень — ценный охотник, а я — обычный гражданин. Чтобы быстро найти Ха Ын, мне нужна его помощь».

Вспомнив причину, по которой он вышел из дома, он немного остыл.

— Ха Ын пропала, что делать? Я не знаю, когда она успела уйти без следа. Сейчас мир такой опасный…

Но если бы он не тратил время на споры с этим парнем, а уже нашёл Пак Ха Ын? Как только эта мысль пришла ему в голову, его самообладание начало давать трещину. Что-то внутри него поднималось.

«Сейчас я не J, а просто добропорядочный и обычный…»

— Даже близнецы, родившиеся с разницей в одну минуту, могут различить, кто старше, а кто младше!

В итоге внутренний старик Ча Ый Джэ взорвался.

Глава 8

— Даже близнецы, родившиеся с разницей в минуту, знают, кто старше, а кто младше! — сердито выпалил Ча Ый Джэ. Противогаз ответил с подчеркнутым смирением:

— Хорошо. Понял, хён.

— Хён? — Внезапное панибратское обращение заставило Ча Ый Джэ изумленно посмотреть на противогаз. — Хён?

— Предпочитаешь, чтобы я называл тебя по имени?

— Нет.

— Тогда может, назвать тебя фартуком?

— Нет, и это не надо.

— Хм, а как насчёт половника?

— Ты только что расплавил мой половник.

Ча Ый Джэ отверг каждое предложение, а противогаз, осознав, что ни к чему не приходит, заговорил с явной обидой:

— Имени своего ты мне не говоришь. Фартук тебе не нравится. Половник тоже. Остаётся только хён.

— Нет, просто не называй меня никак.

— Тогда я буду называть тебя хён.

— Я же сказал, не зови меня.

— Хорошо, хён.

Противогаз специально проигнорировал ошарашенное выражение лица Ча Ый Джэ и окончательно утвердил своё обращение. План Ча Ый Джэ прекратить разговор с противогазом провалился с треском. Он чувствовал, что, если продолжит отвечать, то полностью попадёт под его ритм.

Он мог бы спорить дальше, но у него было слишком много дел. Нужно было найти Пак Ха Ын и подготовиться к утренней работе до рассвета.

На миг у него мелькнула мысль спросить, возьмёт ли противогаз на себя ответственность, если сегодняшние дела пойдут насмарку из-за него. Но, взглянув на него, Ча Ый Джэ тут же отбросил эту идею. Такой точно только вреда на кухне наделает. Ни зелёный лук порезать, ни чеснок покрошить, ни бульон сварить, ни мясо отварить. Пусть он не видел лица под маской, но был уверен в этом на сто процентов.

— Хватит тянуть время и цепляться к словам. Я не собираюсь в этом участвовать.

— Я никогда этого не делал.

— Ты уже задал два вопроса.

— Один был в шутку, а на второй ты так и не ответил.

— Я сказал, что это не шутка. Если не веришь — твои проблемы. И я ведь не соглашался отвечать на все твои вопросы, так?

Глаз за глаз, зуб за зуб. Ча Ый Джэ решил опуститься до уровня противогаза и поиграть в мелочность. Если тот начнёт нервничать или растеряется, он просто уйдёт искать Пак Ха Ын.

Но противогаз, казалось, находил ситуацию крайне забавной и смотрел на Ча Ый Джэ с видом человека, который отлично проводит время. Как только Ча Ый Джэ собрался снова огрызнуться, телефон противогаза завибрировал. Тот, не отрывая взгляда от Ча Ый Джэ, ответил на звонок.

— Алло?

— …

— …Правда? Приведите её сюда.

— …

Противогаз улыбнулся, не в силах скрыть своего удовольствия.

— Хорошо, я отправлю кого-нибудь за ними.

— …

— Позаботьтесь о ней. Не дайте ей плакать…

Закончив разговор, противогаз ненадолго замолчал, а затем сказал:

— Хён, они нашли твою племянницу.

— Где?

— На площадке рядом с местной церковью.

Это было недалеко от переулка, в котором они находились. Если бы не этот человек, отвлекающий его, Ча Ый Джэ мог бы сам забрать Пак Ха Ын, не теряя времени. Противогаз продолжил:

— Они сказали, что привели бы её сюда… но, похоже, она хочет остаться на месте. Раз её опекун здесь, они не могут её заставить.

Противогаз пожал плечами.

— Иди. Мои люди будут поблизости.

— Хорошо.

Ча Ый Джэ уже наполовину развернулся в сторону площадки у церкви, едва услышав это. Но, чтобы не показаться грубым, он дождался, пока противогаз закончит говорить. Он терпеливо стоял, словно хорошо выдрессированная собака, а затем тут же направился к выходу из переулка.

О, вспомнив что-то, Ча Ый Джэ остановился и обернулся.

— …Спасибо.

Выразив благодарность, о которой чуть было не забыл, он собирался поспешить прочь, как вдруг противогаз легко схватил его за руку.

— Хён.

— Что?

— Ли Са Ён.

— Кто это?

— Моё имя.

Глаза за противогазом слегка сузились.

— Увидимся в следующий раз.

«Нет, давай больше не встречаться. Спасибо за то, что нашёл Ха Ын, но я не хочу снова сталкиваться с таким сумасшедшим, как ты». Не ответив на прощание, Ча Ый Джэ ускорил шаг. У выхода из переулка он оглянулся, полагая, что Ли Са Ён может последовать за ним. Но тот так и остался стоять на месте, неподвижный.

Почему-то этот образ запомнился Ча Ый Джэ.

***

Ли Са Ён стоял неподвижно, пока фигура Ча Ый Джэ полностью не скрылась из виду. Даже после этого он ждал ещё немного, пока его присутствие не исчезло окончательно, прежде чем двинуться.

Он подошёл к неподвижному трупу, лежащему на земле. Без колебаний схватил его за волосы, подняв голову с выступающими шипами.

— В последнее время они стали появляться чаще…

Когда его рука коснулась волос, они начали гореть, а плоть почернела и растаяла. Вскоре от трупа осталась лишь маленькая чёрная лужица.

Позади Ли Са Ёна, на стену узкого переулка, легко запрыгнул чёрный кот. Из его тени появилась круглая голова — это был мужчина в солнцезащитных очках.

— Глава гильдии.

— Да.

Ли Са Ён не удивился внезапному появлению мужчины. Припав на колено, он провёл рукой по чёрной луже, и последние следы трупа исчезли, оставив после себя лишь неглубокую вмятину. Мужчина, прижимая кота к груди, доложил:

— Докладываю. Опекун только что прибыл на площадку и воссоединился с ребёнком. Мы подтвердили, что девочка назвала его дядей и обняла.

— Другие примечательные детали?

— Нет. Нам продолжать за ними наблюдение?

— Следите. Узнайте, куда они направятся, и сразу доложите.

— Понял.

Мужчина мягко погладил пушистую шерсть кота и склонился перед Ли Са Ёном.

— И ещё сообщение от заместителя главы гильдии. Он спрашивает, подойдёт ли встреча послезавтра в 11 утра по поводу заявки на подземелье.

Ли Са Ён коротко кивнул.

— Передай, что подойдёт.

— Со Мин Ги.

Когда Со Мин Ги, опустив кота, начал скрываться в его тени, Ли Са Ён окликнул его:

— Да? Что такое?

— Помоги мне найти одного человека.

— Говори, кого искать.

— Просмотри базу данных Бюро управления пробуждёнными и составь список мужчин старше 25 лет, ростом около 180 см, с пробуждением минимум B-класса. Исключи тех, у кого странные лица.

— Что? База данных Бюро управления пробуждёнными?

Со Мин Ги указал на себя большим пальцем.

— Я?

— А что? Не справишься?

База данных Бюро управления пробуждёнными. Созданная в рамках Закона о пробуждённых, принятого несколько лет назад, она содержала информацию обо всех пробуждённых в Южной Корее. Хотя её контролировало само Бюро, существование базы держалось в строжайшей тайне, и большинство граждан не знали о её существовании. Система также была защищена на высочайшем уровне.

Но взломать такое место? Со Мин Ги, известный как охотник «Маленькое чудо Со Мин Ги», в растерянности ответил:

— Если мне дать время, я могу это сделать, но…

— Тогда взломай.

Тон Ли Са Ёна давал понять, что это пустяк. Со Мин Ги, уже подавленный одной мыслью о такой задаче, украдкой смахнул слезу. Офисная жизнь явно не подарок…

Он кивнул, ссутулившись. Однако его неумолимый начальник не собирался прекращать отдавать приказы.

— А та школьница, которую мы только что нашли. Узнал её имя?

— Пак Ха Ын, начальная школа Сэтпёль, 2 класс, 2 группа.

— Проверь её семейные связи.

Задачи становились всё сложнее. Боясь нарваться на выговор за излишнюю любознательность, Со Мин Ги замешкался, но всё же осмелился спросить:

— А зачем узнавать её семейные связи…?

— …

Ли Са Ён, спокойно надевая чёрные кожаные перчатки, равнодушно ответил:

— Меня заинтересовал её дядя.

***

Дом Пак Ха Ын и её бабушки был старым одноэтажным зданием. После того как он наконец-то привёл домой Пак Ха Ын, которая настаивала на том, чтобы ещё поиграть, и убедился, что бабушка отчитала упрямую внучку, Ча Ый Джэ почувствовал облегчение. Сделав паузу, чтобы перевести дыхание, он услышал, как бабушка предложила ему ячменный чай и спросила:

— Ча Ый Джэ, ты останешься на ночь?

— О, нет. Мне нужно вернуться в ресторан и подготовиться к завтрашнему дню.

— Как идёт работа? Надо бы мне как-нибудь выйти и посмотреть…

— Всё хорошо, бабушка. Вы знаете, я крепкий. Справлюсь сам. Как ваша нога?

— Нога? Почти зажила.

Ложь. Ча Ый Джэ молча наблюдал, как бабушка шла к внучке, которая уже спала. Легко притворяться, что всё в порядке, но невозможно скрыть привычку подсознательно избегать опоры на больную ногу.

Бабушка вздохнула, поглаживая Пак Ха Ын по голове, теперь уже спящую под одеялом в гостиной.

— Эта девчонка всё время доводит меня до сердечного приступа. Что она делает на улице ночью? Разве она не знает, как это опасно…

— Завтра я с ней поговорю, так что сильно не ругайте её, ладно?

Смеясь, Ча Ый Джэ поставил чашку и незаметно выглянул в окно. С самого начала что-то казалось не так. На пути к площадке он не заметил никаких признаков слежки, но теперь чувствовал, что за ним наблюдают по дороге домой.

«Этот парень приказал им?»

Казалось подозрительным, что его отпустили так легко. Всё ещё улыбаясь, Ча Ый Джэ поднялся.

— Спокойной ночи, бабушка.

— Уже уходишь?

— Да. Можно воспользоваться окном?

— Почему окном?

— Есть кое-что, чем нужно заняться. Завтра я позвоню.

Ча Ый Джэ направился к окну на противоположной стороне от входа, держа обувь в руках.

<Бесшумные шаги!>

Используя умение, чтобы скрыть своё присутствие, Ча Ый Джэ изогнулся, чтобы проскользнуть наружу. Он тихо закрыл окно, затем быстро надел обувь и прислушался к окружающим звукам.

Двое мужчин следили за входной дверью, ещё двое ждали в переулке. Поскольку они не предпринимали никаких действий, похоже, его побег в этом направлении остался незамеченным.

«Я мог бы просто поколотить их всех, но… убирать за собой потом слишком хлопотно».

Слежка означала, что они действовали как часть организованной группы. Не стоило создавать проблемы и наживать врагов в лице Ли Са Ёна и его людей.

«Просто… вырублю их».

Ча Ый Джэ устало вздохнул, массируя затылок. Все охотники обязаны защищать гражданских. Если у этих парней есть хоть капля разума, они не тронут бабушку и Пак Ха Ын.

Однако в экстремальных ситуациях законы и правила теряют силу, а худший сценарий может оказаться ещё хуже. Ча Ый Джэ всегда готовился к худшему. Этот раз не стал исключением.

«Нужно их предупредить».

Размяв запястья, он исчез в одно мгновение.

Глава 9

Тем временем, в узком переулке неподалёку от дома, вошли двое мужчин в одинаковых длинных пуховиках. Один из них, держа в руке рацию, пробормотал:

— Кажется, это дом цели, но движения никакого.

— Что за дела? Мин Ги-ним столько раз нас предупреждал… А выглядит всё скучно. Он просто спать лёг, что ли?

Мужчина, присевший на крышку мусорного бака, шумно жевал жвачку. Под светом уличного фонаря на спине его длинного пуховика белыми буквами проявилась надпись «Падо».

— Эй, холодно. Подождём ещё минут тридцать… Если ничего не изменится, возвращаемся.

— Понял.

— И купи по дороге булочек в виде рыб.

— Хорошая мысль. Слушай, что за переработка такая?

— Именно.

Последнее согласие раздалось от незнакомого голоса. Прежде чем двое успели отреагировать, пластиковый пакет внезапно оказался на их головах.

Глухой удар! Что-то тяжёлое врезалось одному из них в живот. Он издал сдавленный звук и упал на землю. Удар был настолько сильным, что пот начал струиться по его телу после одного пинка. Чёрт… это адски больно! Но боль была такой, что он даже не мог сопротивляться. Странный голос пробормотал:

— Этого должно хватить…

— К-кто вы…?

— О, извините.

Бах! На этот раз сильная боль пронзила затылок. Когда сознание начало угасать, странный голос мягко эхом прозвучал:

— Слабовато ударил.

«Чёрт, я же просто должен был следить…»

Какой извращённый жест доброты — ударить снова, извиняясь за слабость? Такое великодушие точно лишнее. С этой мыслью мужчина потерял сознание, закатив глаза.

— …Они всё?

Ча Ый Джэ, проверил состояние двух упавших мужчин. Пульс у них был, а пластиковые пакеты на лицах слегка поднимались и опускались, подтверждая, что они дышат. Убедившись, что оба без сознания, Ча Ый Джэ снял с них пакеты с логотипом «Доставка для всей семьи», которые использовал во время нападения.

Он думал, что одного лёгкого удара будет достаточно, но раз они пришли в себя, пришлось добавить ещё. Ча Ый Джэ присел рядом с мужчинами и пробормотал:

— Простите, я проверю ваши кошельки.

Он вежливо попросил у бессознательных разрешения, обыскивая карманы их длинных пуховиков. К счастью, без особых усилий он нашёл кошелёк в первом же кармане. Есть ли там визитка? Он порылся в содержимом и усмехнулся. Нашлась.

[Гильдия «Падо» Команда поддержки боя 1]

[B-класс У Чан Хёк]

«Гильдия Падо…»

Надпись «Падо» на их пуховиках подтверждала подлинность визитки. Это было название, которое он часто слышал от постоянных клиентов-охотников в ресторане похмельного супа.

Аккуратно вернув кошелёк на место, Ча Ый Джэ положил визитку на землю. Затем достал ручку из кармана своего фартука и…

Щёлк. Он вывел несколько кривых слов левой рукой.

[Тронете их — убью.]

Куда бы это положить, чтобы сразу бросалось в глаза? Осмотревшись, Ча Ый Джэ решил просто вложить записку в руку одного из мужчин. Прислонив обоих бессознательных к стене, он неспешно ушёл.

***

Когда он вернулся в ресторан, старые часы уже показывали 23:45.

— Ах, времени меньше, чем я думал.

Из-за незваных гостей, которые шли один за другим, теперь пришлось поторопиться, чтобы успеть открыть ресторан вовремя. К счастью, Ча Ый Джэ не нуждался в большом количестве сна, поэтому бессонная ночь не была для него проблемой. Надев санитарную шапочку и маску, он посмотрел на фартук, который был на нём.

Логотип бренда соджу нагло красовался в центре фартука, будто выставлял себя напоказ. Перед глазами сразу же всплыла нахальная физиономия Ли Са Ёна.

— Я всё видел, фартук «Чум Чурум».

— И половник держишь.

Чёрт. Ча Ый Джэ раздражённо снял фартук и заменил его на другой, с милой нарисованной жабой. Затем он шлёпнул себя ладонями по щекам. Времени на раздумья не было — нужно было заканчивать подготовку к открытию. Тщательно вымыв руки трижды, он достал мясо, которое отмачивал, чтобы слить кровь.

Занимаясь механически знакомой работой, он вновь и вновь возвращался мыслями к Ли Са Ёну. Почему тот удосужился назвать своё имя? Уверенность, что они снова встретятся? Или приглашение поискать его? Какова бы ни была причина, Ча Ый Джэ это раздражало.

Он угрюмо постучал дуршлагом о край кастрюли.

«Чувствую себя проигравшим».

К тому же было странно, что Ли Са Ён так легко его отпустил, хотя он ожидал, что тот будет надоедливо следить за ним. Уверенность, что сможет найти его где угодно?

«Ну, давай, попробуй найти. Посмотрим, получится ли у тебя».

Хотя его уже преследовали однажды, этот дом был местом, где в основном жили бабушка и Пак Ха Ын. Поскольку охотники не вредили гражданским, достаточно было просто избегать этого дома, если не было острой необходимости.

Они никогда бы не догадались, что он готовит похмельный суп в ресторане. Ча Ый Джэ слил кровь с мяса и стряхнул с него воду. Главное сейчас — собрать информацию. Только зная врага, можно понять, как с ним справиться.

Наливая в кастрюлю свежую воду, Ча Ый Джэ ясно произнёс:

— Привет, Нэксби, найди Ли Са Ёна.

— Ищу информацию о Ли Са Ёне в интернете.

Результаты поиска появились на экране телефона быстрее, чем ожидалось.

— …Что? — пробормотал он, глядя на экран с недоверием, пока его руки продолжали двигаться механически.

Результатов было так много, что ползунок на странице был почти незаметен. Кто этот человек?!

[Родился третий охотник S-класса в Южной Корее!]

[Новый № 1 Ли Са Ён: кто он?]

[«Колонка Чонсуджин»: Сможет ли новый № 1 заменить J?]

[Ли Са Ён впервые говорит после пробуждения… «Гильдией «Падо» будут управлять избранные»]

Не может быть… он действительно настолько известен?

Ча Ый Джэ пробежался глазами по заголовкам статей и публикаций.

[Непоколебимый № 1 Ли Са Ён: скандал с поведением на официальных мероприятиях…]

Факт, что этот нахальный парень в противогазе был охотником S-класса, не стал для Ча Ый Джэ сюрпризом — он ощутил это на себе. Но что он был номером 1 в Южной Корее?!

«Почему я должен столкнуться с номером 1?!»

Ча Ый Джэ вытер лоб запястьем, чтобы не мочить его влажной ладонью. Почему самый сильный человек в стране избивает людей в переулках? У него так много свободного времени?

Раньше Ча Ый Джэ подумал бы: «Этой стране конец, если такой как он номер 1!» Но теперь у него не было времени думать о будущем страны, потому что его собственное было слишком мрачным. На самом деле, восемь лет назад Южная Корея была в гораздо худшем положении.

«Сейчас жить стало проще».

Он собирался провести остаток своих дней тихо, варя похмельный суп. Но почему этот ресторан похмельного супа должен быть так популярен среди охотников? Ча Ый Джэ мысленно возвращался к причине всех своих бед, будто лосось, плывущий против течения.

Кто бы мог подумать, что сюда придёт столько охотников? Ча Ый Джэ нашёл этот ресторан только из-за вывески «требуется кухонная тётя», которую повесила бабушка-благодетельница. Может, проблема была в том, что он пришёл, хоть и не был «тётей».

После того как он начал работать, оказалось, что каждый клиент был охотником. Он проверил и нашёл множество публикаций, представляющих это место как известное среди охотников. Сожалея, что не узнал этого заранее, к тому времени, как он осознал это, он уже стал мастером обслуживания. После этого инцидента Ча Ый Джэ выработал привычку всё проверять в интернете.

— У меня просто ужасная удача.

Ча Ый Джэ чувствовал себя несправедливо обиженным. Он устроился в ресторан похмельного супа, чтобы жить тихой жизнью, скрывая свою силу, и даже не подозревал, какое это место. А тот, кто узнал о его способностях, оказался охотником номер 1. Почему такие редкие случаи всегда происходили именно с ним?

С тяжёлым вздохом Ча Ый Джэ продолжил промывать мясо под холодной водой. Мысли о Ли Са Ёне естественно перешли к сегодняшним событиям. Размышляя о том, что произошло за день, Ча Ый Джэ замер на мгновение.

«Тот колючий тип и охотник номер 1, который лично пришёл разбираться…»

Слишком много вопросов. Ча Ый Джэ снова взял в руки телефон.

Поиск по ключевым словам вроде «шип» или «еж» не дал никаких результатов. Эти шипы были слишком крупными и заметными, чтобы их можно было скрыть, но никаких сообщений или похожих данных не нашлось.

Значит, оставалось два варианта: либо информация была ещё «под землёй», либо её контролировали высшие круги.

В любом случае, Ча Ый Джэ был знаком с подобными сценариями. В эпоху, когда охотников считали национальным достоянием, любая информация, признанная важной для страны, часто засекречивалась. J сам был ярким примером такого подхода. Мысли Ча Ый Джэ начали лихорадочно работать.

«Текущие угрозы… Ли Са Ён, который может найти меня, и безопасность бабушки с Ха Ын».

Последний пункт вызывал беспокойство, так как гильдия «Падо» смогла узнать адрес дома, где жили бабушка и Пак Ха Ын. Однако «Падо» была достаточно известной гильдией, и, учитывая репутацию её лидера Ли Са Ёна, они вряд ли станут безрассудно вредить гражданским. За ними следило Бюро управления пробуждёнными.

«И потом, я уже дал предупреждение».

Теперь оставалось беспокоиться только о том, сможет ли Ли Са Ён найти его. Ча Ый Джэ снова вздохнул, разрезая редьку пополам. К счастью, он носил маску, которая закрывала большую часть его лица, и не называл своего имени.

Что он знает? Ча Ый Джэ бросил взгляд на фартук, висящий на стене. Этот чёртов фартук и половник, который он использовал больше пяти лет в ресторане и который сегодня был безжалостно уничтожен Ли Са Ёном, — вот и всё, что осталось.

«Он может попытаться получить информацию через Ха Ын, но… так как она не является членом семьи, в официальных записях ничего не будет».

Он не подписывал официального трудового договора, поэтому найти его через документы было невозможно.

Но… лёгкое беспокойство зародилось в его голове. А что если, по какой-то невероятной случайности, Ли Са Ён всё же придёт в этот ресторан? Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза и энергично покачал головой, пытаясь прогнать эту зловещую мысль.

— Не может быть, чтобы такое случилось, — пробормотал он, стараясь звучать бодро, и продолжил нарезать зелёный лук. Да, тот самодовольный тип, который носит противогаз как элемент моды, вряд ли зайдёт в ресторан, известный своими похмельными супами.

Но радостное нарезание продлилось недолго.

«…Надо было убить их, а не просто вырубить».

Ча Ый Джэ коротко вздохнул и посмотрел в тёмную пустоту раннего утра.

Он скрывал свою силу всего несколько месяцев, а кризис уже настиг его. Жизнь никогда не шла так, как он планировал.

Глава 10

В Южной Корее, где доминировали охотники, если составить список самых известных гильдий, без споров можно было назвать три.

Во-первых, Падо.

Во-вторых, Самра.

В-третьих, Совон.

Гильдия Самра была официально первой гильдией Южной Кореи. Возглавляемая Сон Чо Хёном, который доказал возможность повышения класса после пробуждения с A до S, Самра создала прочный фундамент за долгие годы и стала важной опорой корейского сообщества охотников.

Гильдия Совон была известна по другой причине. Их главное здание хранило огромную библиотеку, соединённую с другим измерением. Это было подобие ковчега знаний, собранного после Дня Разлома. Они преследовали цели познания, а не богатства или славы, и больше концентрировались на исследованиях, чем на реальных боях.

И, наконец, Падо. О гильдии Падо не нужно было долго рассказывать. Два слова было достаточно, чтобы её описать.

Элитная команда и Ли Са Ён.

***

Одна из стен просторной переговорной гильдии Падо была стеклянной и открывала панорамный вид на город. Пэ Вон У, заместитель главы гильдии Падо, прошёл по комнате, держа планшет, и постучал, чтобы привлечь внимание.

— Ладно, давайте начнём проверку присутствующих... Кто-нибудь знает, почему отсутствуют четыре человека?

Он подготовил стулья по числу участников, но четыре места оказались пустыми. Уведомлений об отсутствии он не получал. Может, где-то случился срочный разлом? Пока Пэ Вон У озадаченно чесал голову, женщина с ярко-рыжими волосами, собранными в высокий хвост, подняла руку.

— Замглавы~ Они в медпункте. Уже, кажется, день там лежат.

— Что? Почему? Они же даже в подземелье не заходили.

На его недоумённый вопрос рыжеволосая, Кан Джи Су, пожала плечами.

— Не знаю. Пришли откуда-то побитыми.

— Что? Кто это так избил наших членов? Мы что, собираемся это просто так оставить?

— Конечно, хотели ответить. Но глава гильдии сказал не лезть.

Глаза Пэ Вон У мгновенно обратились к Ли Са Ёну, который сидел во главе стола и с равнодушным видом теребил что-то в руках. Почувствовав взгляд, Ли Са Ён слегка наклонил голову.

— Что?

— Наших людей избили, и ты хочешь это просто так оставить? Это не в духе Падо.

— Оставь. Это приказ главы гильдии.

Ли Са Ён ответил лениво, оставаясь безучастным. Пэ Вон У прищурился, пытаясь разглядеть, что именно держит в руках Ли Са Ён. Это выглядело как скомканная визитка.

— Что это у тебя?

— Письмо.

— Письмо? От кого?

— Любопытный ты какой…

Ли Са Ён слегка наклонил голову в сторону остальных членов гильдии.

— Давайте начнём собрание.

— Вот ведь… Джи Су, потом обязательно проинформируй тех, кто сейчас в медпункте.

— Уф, почему это всегда я?

Кан Джи Су пробурчала что-то себе под нос, но Пэ Вон У никак не отреагировал и вышел к трибуне, чтобы отрегулировать микрофон. Прочистив горло, он начал.

— Итак, переходим к собранию по подземельям на четвертый квартал. Откройте файлы, которые прислала поддержка, на своих планшетах.

Собрание, начавшееся с анализа данных по нескольким подземельям, закончилось быстрее, чем ожидалось: все единодушно выбрали одно подземелье. Стоя за трибуной, Пэ Вон У вновь настроил микрофон и огласил результат.

— Итак, если нет возражений, мы участвуем в торгах за подземелье на станции Чонно 3-га в четвёртом квартале. Возражения есть?

— Никаких!

— Отлично, Чонно 3-га удобно расположено, да и материалы там хорошие.

— Разве это не то место, где добывают ингредиенты для зелий восстановления? Почему правительство выставило такой лакомый кусок на торги?

— Скорее всего, им нужны деньги. Цена на торгах будет заоблачной.

После того как стало известно, что побочные продукты подземелий и монстров можно монетизировать, охотники пошли дальше, оставляя полезные подземелья открытыми. Они начали регулярно исследовать почти зачищенные подземелья и собирать побочные продукты ради прибыли. Кроме того, правительство и Бюро управления пробуждёнными изучали бесхозные подземелья и выставляли ценные на аукцион.

Обычно глава гильдии и его заместитель обсуждали и участвовали в таких аукционах, но в этом квартале было слишком много ценных подземелий, и принять решение оказалось непросто. Именно поэтому Пэ Вон У созвал сегодняшнее собрание, чтобы узнать мнение всех. Хотя всё закончилось довольно просто.

— На этом собрание окончено…

— Подождите.

Ли Са Ён, который до этого молча слушал, поднял руку. Члены гильдии, уже готовые расходиться, обратили на него внимание. Пэ Вон У, собирающийся завершить собрание, моргнул в недоумении.

— Что такое, Са Ён?

— Хочешь что-то сказать…?

— Есть проблема?

Любопытные взгляды обратились к Ли Са Ёну. Неужели ему что-то не понравилось? Может, он хотел обсудить другое подземелье? Или планировал перехватить права на торги у другой гильдии?

Но то, что он сказал, оказалось совершенно неожиданным.

— Кто-нибудь видел мужчину в фартуке с логотипом бренда соджу?

— Фартук с логотипом соджу? С чего вдруг?

— Да. Чёрный. Ещё у него половник вот такого размера.

— Половник?

— У него утончённое лицо и чёрные волосы… или, может, серые?

— Утончённое лицо? Чёрные, но серые волосы?

Ли Са Ён показал руками округлую форму. Пэ Вон У, надёжный щит гильдии Падо, огляделся, будто спрашивая, шутка ли это. Но все были так же озадачены и не могли ничего подсказать.

«Никто не знает?»

«Если заместитель главы не знает, то кто тогда?»

Казалось, их молчаливые мысли повисли в воздухе.

Нет! Ли Са Ён не стал бы поднимать эту тему просто так, прямо перед окончанием собрания. Пока Пэ Вон У ломал голову, он почесал щёку и спросил:

— Ты видел… рекламное мероприятие соджу?

Пэ Вон У был добросовестным и надёжным танкером, но ему не хватало острого ума. Его предположение оказалось совершенно мимо, но, так как у остальных не было лучшей идеи, они решили подыграть.

— О~ Глава, вы были в супермаркете?

— Не может быть, если бы это было так, всё уже давно бы разлетелось в соцсетях.

— Точно.

— Вообще-то, странно ходить в фартуке по улице.

— Ну, если он работает в ресторане, это объяснимо.

— Почему глава гильдии ищет работника ресторана?

— Без понятия. Может, он хорошо поел и забыл снять фартук.

— Обычно хозяин просит оставить фартук, когда ты расплачиваешься.

— Вы все бесполезны.

После того как все предложения были высказаны, Ли Са Ён холодно подытожил:

— Нет, кто вообще поднял тему парня в фартуке посреди обсуждения торгов?

Пэ Вон У с досады стукнул по трибуне. Деревянная поверхность поддалась под его кулаком. Руководитель административного отдела, поправляя очки, которые сверкнули в свете, воспользовался моментом.

— Заместитель главы, я отправлю вам счёт за замену трибуны.

— Да ладно, ну хоть раз можно закрыть на это глаза?

На фоне внезапного переполоха Ли Са Ён встал, потянул плечи и сунул скомканную визитку в карман. Игнорируя Пэ Вон У, который пытался договориться с главой, Ли Са Ён махнул рукой, сигнализируя об окончании собрания.

— Хватит. Собрание окончено. Идите, поешьте.

— Эй, Са Ён! Не пропускай обед снова!

Не обращая внимания на заботливую нотацию, Ли Са Ён первым покинул зал заседаний. Провожая его взглядом, Пэ Вон У тяжело вздохнул. Кан Джи Су пожала плечами.

— Это же нормально для него — пропускать обеды. Давайте просто поедим.

— Ладно, пошли за похмельным супом.

— Ах! Если ты снова будешь есть похмельный суп, я с тобой не пойду.

— Может, присоединишься ко мне? Я угощаю.

— Ах, не слышу! Я лучше пойду в столовую. Приятного аппетита в одиночестве.

Не дав Пэ Вон У уговорить себя, Кан Джи Су быстро выбежала из комнаты. С последней надеждой Пэ Вон У обратился к оставшимся членам:

— Кто-нибудь хочет составить мне компанию?

Как только он это произнёс, охотники поспешно покинули зал. Они не были даже столь быстры, убегая от монстров второго уровня!

— Разве это не оскорбление духа Падо, что глава гильдии так отдалён от преданности!

В итоге Пэ Вон У пришлось направиться в ресторан похмельного супа в одиночестве. Этот старый и хорошо известный ресторан, который он часто посещал, был знаменит не только своими блюдами, но и другим.

Во-первых, где собираются люди, там быстро распространяются слухи! Общаясь с охотниками, можно собрать информацию и наладить связи. Эта глубокая мысль была оправданием Пэ Вон У для его ежедневных визитов. Бонусом было удовлетворение от того, что его автограф всё ещё висел на старых обоях ресторана.

Во-вторых, ресторан держал старые цены, даже когда экономика была в хаосе, и предлагал вкусные и щедрые порции. Это заставляло задуматься, как они вообще остаются в прибыли. Холодноватый, но непринуждённый приём со стороны пожилой владелицы придавал заведению особое очарование. Ресторан похмельного супа был единственным местом, которое не изменилось со Дня Разлома.

Несколько месяцев назад в ресторане внезапно появился молодой человек лет двадцати с небольшим.

п.п: наименование гильдий

1. Падо — волна. Обычно используется для обозначения морских волн.

2. Самра — сложное слово, означающее «всё сущее» или «весь мир», чаще встречается в поэтическом или философском контексте.

3. Совон — конфуцианская академия или учебное заведение, существовавшее в эпоху Чосон.

Если они встречаются как имена собственные, то их не переводят, оставляя транслитерацию.

Глава 11

Согласно тому, что он слышал, молодой человек был троюродным братом внучатого племянника владельца ресторана с похмельным супом, родным по восьмому колену. Из-за Разлома он потерял всю семью и, разыскивая выживших родственников, с трудом нашёл свою бабушку. Не имея другого выхода, он начал помогать в ресторане единственной кровной родственницы, оставшейся у него в мире.

По правде говоря, Пэ Вон У лишь наполовину слушал трагическую и насыщенную историю молодого человека. История о потере всей семьи и выживании в одиночку уже не была чем-то необычным.

Однако все восхищались молодым человеком, называя его беспрецедентно преданным внуком. В наши дни молодёжь либо готовится к экзамену на охотников-госслужащих в Норянджине, либо стремится занять должности для непробужденных в охотничьих гильдиях. Независимо от того, насколько это семейный бизнес, кто бы стал работать в таком убогом ресторане с похмельным супом!

Именно поэтому Пэ Вон У и другие охотники с большой симпатией относились к молодому человеку. Более того, они даже чувствовали себя виноватыми за то, как много ели, полагая, что это слишком тяжело для бабушки, чтобы справляться одной. Здоровый и крепкий молодой человек работал быстро и эффективно, легко перенося по несколько глиняных мисок за раз.

— Он производит впечатление человека, который 30 лет проработал в ресторане с похмельным супом.

Учитывая его внешний вид и семейный фон, это точно было его первое место работы в подобном заведении, однако его навыки обслуживания были исключительными. С момента, как он начал работать, оборот столиков явно увеличился, и бабушка перестала ругаться за то, что охотники слишком много ели! Для охотников, любящих поесть быстро и сытно, его появление стало настоящим благословением.

Однако в последнее время казалось, что молодой человек вёл ресторан в одиночку. Когда его об этом деликатно спросили, выяснилось, что у бабушки были проблемы с ногами. Это было досадно.

— Добро пожаловать.

Молодой человек поклонился и поприветствовал их, и Пэ Вон У ответил дружелюбной улыбкой, оглядываясь в поисках свободного места. Единственное оставшееся место оказалось напротив одинокого посетителя за столиком на двоих, но, к счастью, этим посетителем был охотник, которого Пэ Вон У хорошо знал. Он был таким же завсегдатаем, и за регулярные встречи, происходившие почти через день, между ними сложилась некоторая внутренняя близость. Пэ Вон У с улыбкой спросил:

— Ты не против, если я сяду здесь?

— Конечно. Ты как раз успел до того, как очередь стала слишком длинной.

— Разумеется.

Они естественно обменялись приветствиями и парой фраз, пока Пэ Вон У присаживался за стол и осматривал обстановку. Чтобы собрать информацию, которую попросил глава гильдии, он ненавязчиво поднял тему.

— Кстати… где сейчас используют фартуки для соджу?

Его голос слегка дрогнул в конце, но Пэ Вон У посчитал, что подал это достаточно естественно. Охотник напротив удивлённо расширил глаза и переспросил:

— Прости, что? Фартуки для соджу? С чего вдруг?

— Ну, просто стало интересно.

Когда он упомянул это невзначай, люди за соседними столиками тоже присоединились к разговору.

— Их ведь обычно используют в ресторанах, чтобы еда не пачкала одежду, если ты в белом, верно?

— Точно.

— Да, обычно они висят на стене, чтобы посетители могли воспользоваться.

— Я недавно был в одном месте с куриными рёбрышками перед гильдией Мадук, там тоже были такие фартуки. Это заведение отмечено как вкусное на HunterNet, и это действительно так.

— Ого, я тоже туда ходил, но сдался из-за слишком длинной очереди.

— Если пойдёшь туда в пятницу вечером, можешь увидеть, как члены гильдии Мадук устраивают собрание.

Испытывая чувство удовлетворения, глядя, как охотники с увлечением обсуждают еду, Пэ Вон У вдруг подумал. Разве это не ресторан? Разве здесь тоже не выдают фартуки, чтобы бульон не пачкал одежду? Оглядевшись, он заметил чёрный фартук, свисающий на решётчатом крючке на стене.

Как только глаза Пэ Вон У вспыхнули от внезапного осознания, молодой человек подошёл к их столику, поставив кимчи и редьку. Затем он достал из кармана фартука ручку и новый чек…

…фартук!

В голове Пэ Вон У мелькнула догадка. Разве этот старательный работник не всегда носил фартук? На груди фартука молодого человека отчётливо выделялся логотип «Чам Соджу».

…фартук с логотипом соджу?

— Один похмельный суп, верно? Принести побольше перцев чили?

Пэ Вон У был настолько поглощён своими мыслями, что забыл ответить, глядя на молодого человека словно в трансе.

Вспоминая, в первый раз он удивился, что актёр делает в ресторане с похмельным супом. Его внешность была поразительно привлекательной: острые, но ясные чёрные глаза, аккуратно подстриженные чёрные волосы. Настолько, что невольно задумываешься: «Как такой красивый и ухоженный человек оказался в таком скромном месте?» На миг Пэ Вон У прищурился.

«Хм?»

Волосы этого парня… Разве они… не выглядели немного иначе? Круглая макушка под светом флуоресцентной лампы сегодня казалась светлее, чем обычно.

«Если это серые волосы…»

Почему-то… это не напоминает ли описание, которое дал Ли Са Ён? Он говорил о редком сером цвете и упоминал, что тот человек был довольно привлекательным. А ведь серые волосы — большая редкость!

— Сэр?

Это ведь ресторан с похмельным супом, верно? Значит… у них наверняка есть половник? Пэ Вон У невольно оглянулся.

— Сэр.

— Охотник Пэ?

Пэ Вон У очнулся только после того, как его по имени окликнул сидящий напротив охотник. Две пары глаз смотрели на него с лёгким удивлением. Пэ Вон У неловко улыбнулся и кивнул.

— Ах, да. Верно. Принесите побольше перцев чили, пожалуйста.

— Хорошо. Одну минуту.

Щёлкнув ручкой, молодой человек развернулся и отправился на кухню. Пэ Вон У смотрел ему вслед с пустым выражением, затем резко встряхнул головой. Не может быть. Почему Ли Са Ён стал бы искать работника в ресторане с похмельным супом? Нет ни единого шанса, что они пересекались или хотя бы знакомы.

…Но, а вдруг?

Пэ Вон У то и дело бросал взгляды в сторону кухни, куда ушёл молодой человек, обдумывая малейшую вероятность. Однако вскоре:

— Ваш похмельный суп.

Последние остатки сомнений в его голове растаяли вместе с паром, поднимающимся над тарелкой с супом. Пэ Вон У довольно улыбнулся и доел всё до последней капли, после чего бодро выкрикнул:

— Ещё одну тарелку!

***

«Анонимный пост Гильдии Падо»

[※ Пожалуйста, соблюдайте правила при публикации!]

[※ Посты, не соответствующие правилам, могут быть удалены без уведомления.]

Заголовок: [Анонимно] Почему сегодня такая напряжённая атмосфера в гильдии?

Мне буквально трудно дышать.

Комментарии (12)

— Почему ты так думаешь?

— Ты видел 240 сегодня?

⤷Нет, я сегодня опоздал. А что?

⤷Ну, если бы ты его видел, ты бы не задавал этот вопрос.

⤷Я только что его видел. Он выглядел реально злым. Лицо перекошенное. ㅋㅋㅋㅋㅋ

⤷Он же всегда в противогазе, как можно понять?

⤷Это чувствуется по его ауре.

⤷Как это понять?

— 240 снова ведёт себя как 240…

— 240 направляется в конференц-зал на 11 этаже. Если можешь, держись подальше.

⤷Спасибо, аноним из секретариата!

Заголовок: [Анонимно] Когда у 240 плохое настроение,

Кажется, что температура в здании падает на 3 градуса.

Может, он будет работать из дома в такие дни?

Чёрт, как холодно.

Комментарии (7)

— Я купил артефакт обогрева на рынке охотников для таких дней ㅋㅋㅋ. Он теплый.

⤷Жить в гильдии Падо — значит иметь и детокс, и артефакт обогрева? Тяжёлая жизнь.

⤷Если у тебя есть, давай устроим групповую покупку—;;;

⤷Нужно раздавать горячие пакеты в такие дни. Это должна быть часть социальной поддержки гильдии.

— Как 240 снижает температуру вокруг, не будучи пользователем ледяных способностей?

⤷Есть предположение, что это навык или черта. Никто не знает наверняка.

⤷У S-классов могут быть такие способности.

Спустя неделю после встречи по распределению подземелий, гильдия всё ещё бурлила из-за плохого настроения Ли Са Ёна. Его настроение падало, словно аттракцион с резким свободным падением. Хотя лицо Ли Са Ёна полностью скрывалось за противогазом, зловещая аура вокруг него была настолько ощутима, что её невозможно было игнорировать.

Произошедшее выходило за рамки понимания самого Ли Са Ёна и всех, кто разбирался в охотниках Кореи.

Южная Корея гордится своей превосходной базой данных персональной информации. Когда впервые появились врата и пробуждённые люди, правительство быстро основало Бюро управления пробуждёнными и создало концепцию «госслужащих-охотников» под государственной юрисдикцией. Всего за несколько лет удалось систематизировать управление всей информацией о пробуждённых.

Причина, по которой Ли Са Ён так легко отпустил подозрительного «Хёна», заключалась в его доверии к этой базе данных. С момента их расставания он был уверен, что этот человек был как минимум охотником А-класса. Полностью скрыть способности от S-класса, такого как он, было невозможно.

Охотники, скрывавшие свои силы, обычно получали рейтинг B-класса и жили спокойно, поэтому, вероятно, «Хён» публично притворялся B-классом.

Любой охотник B-класса или выше обязательно должен был быть зарегистрирован в базе данных. Исходя из этого, Ли Са Ён поручил Со Мин Ги проверить базу данных пробуждённых и доложить о результатах. Учитывая способности Со Мин Ги, он был уверен в успехе. Однако через несколько дней Со Мин Ги вернулся с ужасными новостями.

— Меня поймал Чон Бин-ним.

Это были худшие возможные новости. Ли Са Ён по привычке теребил измятую визитку пальцами и массировал виски.

— Твои способности специализируются на скрытности, и ты занимаешь 33-е место, верно?

— Да, это так.

— Тогда как тебя поймали?

— Ну, потому что Чон Бин-ним занимает 3-е место и он S-класса… Ой, нет.

Со Мин Ги быстро осёкся, но было уже поздно. Ли Са Ён лениво, но с сарказмом, ответил:

— Я занимаю 1-е место и тоже S-класса. Значит, ты говоришь, что Чон Бин страшный, а я нет?

— Нет, глава гильдии. Вы действительно очень страшный.

— Что сказал Чон Бин?

— Ну… он сказал…

Со Мин Ги мрачно пробормотал:

— Он сказал, что вам нужно лично посетить Бюро управления пробуждёнными. Он считает, что встреча необходима…

— Чёрт.

Именно поэтому сегодня Ли Са Ён опоздал на работу и был вынужден лично посетить Бюро управления пробуждёнными. Выслушивая непрерывное брюзжание Чон Бина, которое входило в одно ухо и тут же выходило из другого, он усердно искал в базе данных пробуждённых. На протяжении всего поиска Чон Бин продолжал:

— Ли Са Ён-щи, база данных пробуждённых не должна использоваться в личных целях.

— Вы слушаете? Я сказал, что так нельзя делать.

— Охотник Ли Са Ён, вы хотя бы притворитесь, что слушаете.

Несмотря на это, Ли Са Ён не прекращал искать.

— Если этот человек не зарегистрирован здесь, это значит, что есть как минимум пробуждённый B-класса, который свободно разгуливает без регистрации. Вы ведь хотите это подтвердить?

Логика Ли Са Ёна заставила даже строгого Чон Бина замолчать.

Таким образом, готовясь к выговору и действительно получив его, они обыскали все возможные категории, но не нашли никакой информации.

Гордость Южной Кореи, база данных пробуждённых, не содержала сведений о «Хёне».

На всякий случай они трижды проверили категории вплоть до F-класса, но лицо, которое Ли Са Ён видел в тот день, нигде не появилось. Он даже просмотрел базу данных в обратном порядке, полагая, что фотографии в удостоверениях могут отличаться, но результат был тем же.

Оба мужчины были шокированы по одной и той же причине.

В Южной Корее существует незарегистрированный пробуждённый?

п.п.:

"이" (Ли) = 2

"사" (Са) = 4

"영" (Ён) = 0

Таким образом, имя Ли Са Ён символически представлено как 240.

Глава 12

Законы, касающиеся пробуждённых в Южной Корее, были строгими, особенно это касалось Закона о регистрации пробуждённых. Если пробуждённый не являлся в центр для регистрации в течение месяца после пробуждения, ему грозили штрафы, достигающие нескольких сотен миллионов вон. Поэтому, хотя могли быть охотники, скрывавшие свой ранг и способности во время регистрации, полностью незарегистрированных быть не могло. Вот такая это была страна — Южная Корея.

Погружённый в размышления, Чон Бин потёр подбородок.

— Ли Са Ён-щи, вы уверены, что тот пробуждённый как минимум B-класса?

— Да.

— Почему вы так уверены?

— Он отразил мою атаку.

— Вашу атаку?

Когда Ли Са Ён кивнул, Чон Бин быстро это признал.

— Тогда он точно не ниже B-класса.

— Он также отбил шипы, внезапно появившиеся из тела наркомана.

— Если он справился с этим, то он явно опытен в использовании своих способностей. Вряд ли он недавно пробудился.

Ли Са Ён согласился с этим мнением и снова кивнул. Затем он коротко добавил:

— Половником.

— Что? Половником?

Ли Са Ён подумал, что фартук на нём был надет не просто ради моды. Он предположил, что этот человек либо подрабатывает, либо является сыном владельца магазина. Несмотря на то, что он был старше Ли Са Ёна, выглядел он не старше двадцати с небольшим. У него, скорее всего, не было денег на оплату штрафов, и всё же он рисковал получить различные наказания, не регистрируясь. Какая для этого нужна была смелость?

Ли Са Ён не мог этого понять. От этого он начинал раздражаться ещё больше. Даже тогда, когда ребята, следившие за «хёном», вернулись только с визиткой и на носилках, он был менее раздражён. Он был уверен, что сможет быстро найти его, и, увидев его способности снова, после того как тот уложил четырёх элитных членов гильдии за раз, убедился в этом ещё больше.

«Тронете их — убью».

Ли Са Ён раз десять в день смотрел на помятую визитку с этой корявой надписью. Его терпение было на пределе. Наконец, он включил микрофон, соединённый с офисом секретаря.

— Скажите охотнику «Маленькое чудо», чтобы он срочно пришёл в кабинет главы гильдии. Нет, просто объявите это по громкой связи.

— Охотник «Маленькое чудо», настоящее имя Со Мин Ги, пожалуйста, срочно пройдите в кабинет главы гильдии. Повторяю, охотник «Маленькое чудо», настоящее имя Со Мин Ги, пожалуйста, срочно пройдите в кабинет главы гильдии…

За сорок минут до окончания рабочего дня Ли Са Ён вызвал Со Мин Ги в кабинет.

Вскоре Со Мин Ги вошёл в кабинет главы гильдии, выглядя измождённым, с тёмными кругами под глазами. Он угрюмо поклонился.

— Ты меня вызывал?

— Почему ты так выглядишь?

— …Ты же вызвал меня, чтобы помучить, так?

Ли Са Ён ответил с совершенно невинным выражением лица:

— Помучить? Ты сейчас занят?

— …Ты позвал бы меня, даже если бы я был занят.

— Ты прав.

Тон Ли Са Ёна был деловым. На самом деле, каждый раз, когда члены гильдии спрашивали: «Почему 240 постоянно так себя ведёт?», Со Мин Ги чувствовал лёгкий укол совести, ведь он знал, что частично это была его вина. Вздохнув, он пробормотал с обречённым видом:

— Всё, кроме взлома Базы данных пробуждённых.

— О, отлично.

Ли Са Ён улыбнулся, довольный, как кот, сытый сливками.

— Ту девочку, которую я просил тебя найти. Как её звали?

— Пак Ха Ын, 2-й класс, 2-я группа начальной школы Сэтпёль?

— Да, она.

Ли Са Ён взглянул на визитку, лежащую на столе, и сцепил пальцы.

— Я же просил тебя выяснить её семейные связи тоже…

Ох, чёрт. Лицо Со Мин Ги побледнело. Он полностью забыл об этом, сосредоточившись на взломе Базы данных пробуждённых. И ведь даже взломать её не удалось, так что он не добился ничего.

Когда Ли Са Ён холодно заговорил, Со Мин Ги начал нервно дрожать.

— Разберись с этим прямо сейчас.

— …Да! Сделаю прямо сейчас.

Со Мин Ги поспешно выскочил из кабинета, а Ли Са Ён снова взял в руки визитку. Через несколько мгновений экран телефона, лежащего на столе за его рукой, зажатой визиткой, загорелся от входящего вызова.

[Гильдия Совон Нам У Джин]

Увидев звонящего, Ли Са Ён ответил:

— Что такое?

— Чон Бин сообщил, что забрал тело наркомана. Это зафиксировали.

— …

— Мы пока забрали его, но это довольно интересно. Я подумал, ты захочешь сам на это взглянуть, поэтому позвонил.

Ли Са Ён взглянул на часы. 17:25. Он убрал помятую визитку в инвентарь и встал.

— Я скоро буду. Подождите меня.

***

В 14:40 того же дня, вывеска на ресторане похмельного супа с надписью «Время подготовки ингредиентов» обозначала самый спокойный момент дня. Пак Ха Ын, сидевшая за зелёным столом уже двадцать минут, закатила глаза и указала на голову Ча Ый Джэ.

— Дядя, внутри твоих волос всё становится светлее.

— Правда? Так заметно?

— Да. Тебе нужно покраситься.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на учебный лист Пак Ха Ын. В поле для ответа на первый вопрос вместо ответа была нарисована пара червяков, сидящих на листочке. Ча Ый Джэ, подперев подбородок рукой, посмотрел на неё серьёзно.

— Из любопытства: ответ на первый вопрос — «червяки»?

— Да. И, дядя, я тебе говорю, потому что ты в зеркало не смотришь. Тебе нужно покрасить волосы.

— Хорошо. Спасибо, что сказала. Я посмотрю в зеркало, а ты попробуй решить первый вопрос ещё раз.

— Ладно, попробую.

Пак Ха Ын надулась и начала снова что-то писать на своём учебном листе. Ча Ый Джэ встал и подошёл к зеркалу на стене, подняв волосы, чтобы проверить корни. Он подумал, что это могло быть из-за освещения, но седина, которую он закрасил, снова пробивалась на корнях. Потянув за концы волос, он раздражённо вздохнул.

«Сколько времени прошло с тех пор, как я красился?»

С того момента, как он выбрался из разлома на Западном море, его волосы стали серыми. Чтобы не привлекать внимания, он регулярно красил их в чёрный цвет, но из-за способности к регенерации или по какой-то другой причине седина возвращалась очень быстро.

«Краска для волос тоже недешёвая».

Его волосы плохо поддавались окрашиванию, поэтому ему приходилось использовать по две или три упаковки за раз, а промежутки между окрашиваниями были короткими. Он красил волосы чаще, чем айдол, пытающийся сменить имидж. Сегодня он планировал провести относительно спокойный день после подготовки достаточного количества ингредиентов. Он решил, что может заодно подправить корни. Развязав фартук, он направился к своему шкафу.

— Ха Ын, дядя сейчас будет красить волосы. Не открывай дверь никому, даже если они будут висеть на ней.

— Даже если будут висеть?

Иногда, даже с вывеской «Время подготовки ингредиентов», отчаявшиеся охотники цеплялись за дверь, умоляя о тарелке похмельного супа. Это были в основном те, кто только что завершил рейд в подземелье и находился на грани полного истощения. Ча Ый Джэ уверенно кивнул.

— Да. Даже если они будут висеть, не открывай. Если станет совсем плохо, сразу звони мне. А пока постарайся решить свои задачи. Обещаешь?

— Хорошо, обещаю.

Пак Ха Ын ответила рассеянно, даже не посмотрев на Ча Ый Джэ. Судя по движению карандаша, она не писала, а рисовала. Её внимание, кажется, больше было сосредоточено на творчестве, чем на решении задач. Ча Ый Джэ тихо рассмеялся и повесил фартук на стену.

Он отправился в подсобное помещение ресторана, достал две упаковки краски для волос на основе чернил кальмара и направился в ванную.

[Уникальная способность: Руки мастера (S+) активирована.]

Двигая руками в перчатках с удивительной скоростью, Ча Ый Джэ тщательно нанёс краску на каждую прядь своих волос. Его уникальная способность «Руки мастера» позволяла ему справляться с любой задачей с исключительным мастерством и точностью. Будь то владение оружием с первого раза или приготовление похмельного супа с уровнем, словно он делал это 30 лет, его навыки были на высоте. Именно благодаря этой способности Ча Ый Джэ мог управлять рестораном в одиночку, без помощи владелицы.

Хотя другие, возможно, завидовали бы этому невероятному навыку, Ча Ый Джэ использовал его в основном для более эффективного окрашивания волос. От этого кто-то мог бы пролить кровавые слёзы, если бы узнал.

Ча Ый Джэ отложил расчёску и посмотрел на своё отражение. Краска была равномерно нанесена, без пропусков. Он улыбнулся, довольный. Идеально.

«Если не получится работать в ресторане, может, заняться парикмахерским делом?»

Размышляя о новой карьере после своей кратковременной деятельности в качестве переводчика с языка зомби, Ча Ый Джэ тихонько напевал. Благодаря своим исключительным навыкам у него было множество возможностей зарабатывать на жизнь, не становясь охотником. Он снял перчатки, испачканные краской, и взглянул на время на телефоне. Краске нужно было продержаться ещё 30 минут.

Закончив уборку, он потянулся за ручку двери ванной, но его телефон завибрировал дважды короткой вибрацией.

Ха Ын: Дядя

Ха Ын: У двери какой-то странный человек

«...Странный человек?»

Пак Ха Ын, внучка владелицы ресторана, сертифицированного охотниками, повидала самых разных охотников и имела высокий порог восприятия странностей. Если она называла кого-то странным, этот человек был действительно ненормальным.

Иными словами, если Ха Ын сказала, что кто-то странный… это означало, что этот человек не был нормальным ни по каким меркам. Выражение лица Ча Ый Джэ помрачнело. Вокруг витала странная аура.

<Бесшумные шаги!>

Ча Ый Джэ активировал навык, чтобы скрыть своё присутствие, и осторожно открыл дверь. Он высунул голову ровно настолько, чтобы взглянуть на вход в ресторан.

У двери крепко цеплялся неопрятный человек. Его плечи были опущены, тело дрожало, а он что-то невнятно бормотал, грызя ногти. Время от времени он бился головой о стекло.

Ча Ый Джэ показалось, что он где-то видел этого человека раньше. Он нахмурился, пытаясь вспомнить. Хриплое дыхание и нечеловеческая аура...

«Прости, этот тип ничего не знает. Мозги пропитаны наркотой».

Ах.

Странный противогаз. Этот парень, который атаковал шипами в тот день, когда он встретил Ли Са Ёна! В тот момент, когда Ча Ый Джэ понял это, он выскочил из ванной комнаты и громко закричал:

— Пак Ха Ын, закрой дверь, как только я выйду!

Не раздумывая, он бросился наружу и ударил мужчину ногой в лицо.

Хлоп! Удар пришёлся прямо в цель, и мужчина отлетел в кучу мусора. Схватив метлу, оставленную у двери, Ча Ый Джэ решительно направился к нему. Мужчина попытался подняться, продолжая ухмыляться. С его изуродованного лица капала кровь, но улыбка не исчезала. Кровь уже пропитала мусорные пакеты вокруг.

— Кри… хи-хи, хи… ик!

— Перестань смеяться, чёрт возьми. Ребёнок тебя слышит.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на ресторан. К счастью, изнутри нельзя было ничего увидеть. Пак Ха Ын была умной девочкой, и она наверняка догадалась спрятаться. Однако шум всё равно мог долететь до неё, поэтому нужно было закончить это быстро… Нет.

«Сломать ему шею будет проще».

Как только он потянулся, чтобы схватить мужчину за шею, его тело начало содрогаться. С точки зрения Ча Ый Джэ, видны были только окровавленное лицо и шея. Жуткая ухмылка мужчины на мгновение застыла.

И затем…

Свист!

Чёрные шипы выстрелили из тела мужчины, стремительно устремляясь в сторону Ча Ый Джэ.

Глава 13

Мгновенно черные шипы устремились к Ча Ый Джэ с бешеной скоростью. Игнорируя летящие в его сторону шипы, Ча Ый Джэ со спокойным выражением лица свернул мужчине шею.

Хруст! Он отчетливо почувствовал, как шейная кость ломается под его хваткой. Шея мужчины выгнулась в неестественном направлении, последний проблеск света в его тусклых глазах погас, а тело обмякло.

— Этот ублюдок был проблемой до самого конца.

Ча Ый Джэ пробормотал раздраженно, проверяя своё состояние. Его одежда была разорвана в нескольких местах, но на теле не было ни единой царапины. Некоторые шипы, пытавшиеся пробить его, даже согнулись наружу.

Смахнув кровь с рук, Ча Ый Джэ встал и задумчиво наклонил голову.

«Разве такое не должно происходить только ночью?»

Если такие заметные существа появлялись среди бела дня, их существование уже наверняка было бы известно. Обычные охотники точно упомянули бы о них.

«Но я никогда не слышал о чем-то подобном».

Вдруг перед глазами всплыла картина противогаза. Ча Ый Джэ горько усмехнулся и пробормотал себе под нос:

— Я думал, это значит не говорить о нападении на людей...

А что, если это означало не раскрывать их существование вовсе? Контроль информации ради конфиденциальности был довольно распространен, так что это не удивительно…

Ча Ый Джэ нахмурился. Если это так, почему противогаз отпустил его? Гораздо проще было бы убить его, чем позволить жить, при этом надеясь на его молчание.

В этот момент он услышал слабые звуки и рыдания, доносившиеся из ресторана с похмельным супом. Пак Ха Ын, похоже, подошла к двери, заметив, что снаружи стало тихо. Ча Ый Джэ быстро спрятал тело мужчины под мусором, затем подбежал к двери и постучал в неё тыльной стороной ладони.

— Ха Ын, это твой дядя. Можешь открыть дверь?

Он приблизил лицо к стеклу и помахал рукой. Спустя мгновение замок щёлкнул. Пак Ха Ын сидела на полу, крепко обнимая школьный рюкзак и дрожала. Увидев Ча Ый Джэ, она, казалось, расслабилась, а её ноги подкосились.

Ча Ый Джэ присел, чтобы оказаться на её уровне, и заглянул ей в глаза.

— Всё в порядке. Странного человека больше нет. Он ушёл далеко.

— Ушёл?

Её глаза, полные слёз, уставились на Ча Ый Джэ. Видя её заплаканное лицо, Ча Ый Джэ прикусил внутреннюю сторону щеки.

«...Я слишком чисто его убил?»

Пак Ха Ын уронила рюкзак и протянула руку к Ча Ый Джэ. Её маленькая ладонь напомнила ему забинтованную руку, которую он когда-то держал.

Мальчик, лежавший обмотанный бинтами, неспособный говорить. Единственным способом выразить себя было слабое движение пальцев. Когда он делал это, Ча Ый Джэ либо гладил его по голове, либо крепко держал за руку.

«Чёрт…»

В животе неприятно засосало. Ча Ый Джэ опустил взгляд, обнял Пак Ха Ын и мягко похлопал её по спине левой рукой.

— Всё в порядке.

— Мм...

— Теперь всё хорошо. Ты испугалась?

Пак Ха Ын ответила всхлипом. Ча Ый Джэ слегка отклонил голову назад, опасаясь, что краска для волос может коснуться её кожи, и тихо заговорил.

— Я всё расскажу охотникам. Чтобы ничего подобного больше не случилось.

— Мм...

После того как он ещё немного похлопал её по спине, девочка, казалось, успокоилась. Пак Ха Ын пробормотала гнусавым голосом:

— Скажи ещё Чон Бину и Пчёлке.

...

С этим могло быть сложно. Они никогда не бывали в ресторане с похмельным супом, так что связаться с ними было невозможно. Но он не мог резко отказать ей и заставить почувствовать себя хуже, поэтому сменил тему, слегка неловко улыбнувшись.

— Можно я сначала смою эту краску для волос?

— Мм... на самом деле, немного пахнет.

— Обязательно скажи, что это запах краски. Другие могут неправильно понять.

Наконец, Пак Ха Ын рассмеялась. Ча Ый Джэ коротко вздохнул и начал обдумывать, как распорядиться телом, спрятанным в мусоре. Он также подумал о постоянных посетителях, которые начнут приходить в ресторан с похмельным супом через час.

Тело, с которым обычный человек не справится. Его личность, которую необходимо скрыть.

«Тогда нужно попросить охотника о помощи».

Теперь пришло время действовать как самый обыкновенный человек.

***

Мужчина в черном противогазе уверенно вошел в чистый холл гильдии Совон. Охранники даже не пытались его остановить, словно противогаз был его удостоверением личности. Мальчик в белом халате, стоявший перед центральной лестницей, увидел его и поспешил подойти мелкими шагами.

— Вы пришли, Ли Са Ён.

Ли Са Ён равнодушно взглянул на мальчика сверху вниз.

— Где Нам У Джин?

— Он в операционной. Я провожу вас.

Мальчик повел его по правому коридору, и Ли Са Ён последовал за ним. Коридоры гильдии Совон были сложны, как лабиринт, и переплетались, словно муравейник.

Пройдя некоторое время, они наконец подошли к обычной двери с включенным красным светом «Идет операция». Мальчик осторожно открыл дверь и отошел в сторону.

— Мастер, Ли Са Ён пришел.

На самом деле помещение больше походило на научную лабораторию, чем на операционную. Стены были уставлены книгами и документами, вокруг были разбросаны хирургические инструменты и медицинские устройства, а в центре комнаты стоял большой операционный стол.

Мужчина, сидящий в кресле, медленно открыл глаза. Его белые волосы были собраны назад, глаза разного цвета, поверх зеленой хирургической одежды был белый халат, а на носу — очки в серебряной оправе. Даже в эпоху, полную охотников с самыми разными цветами волос и глаз, его внешность выделялась. Ли Са Ён слегка кивнул в знак приветствия.

— Нам У Джин.

Нам У Джин, занимающий шестое место в рейтинге Южной Кореи и единственный целитель A-класса в стране, поднялся.

— Я думал, придется ждать три часа, ведь ты всегда занят. Но ты пришел быстро.

— Ты знаешь, что я занят. Давай ближе к делу.

— Хорошо.

Подойдя к операционному столу, Нам У Джин снял белую простыню, которой было накрыто тело. Перед ними оказался труп мужчины с изуродованным лицом, скрученным телом и черными шипами, торчащими из разных мест. Это было то, что называли «наркоманом». Ли Са Ён равнодушно пробормотал:

— Состояние ужасное.

— По словам Чон Бина, таким его и нашли. Лицо было пробито мощным ударом.

— Одного этого недостаточно, чтобы его убить.

— Верно. Прямая причина смерти — сломанная шея. Кто-то свернул ему шею.

На шее были видны синяки в форме отпечатков рук. Глаза Ли Са Ёна блеснули, когда он заметил эти следы.

— Это...

— Да. Кто-то голыми руками свернул ему шею.

Нам У Джин изобразил движение, словно скручивал что-то в воздухе.

Тела тех, кто начинал мутировать после приёма наркотиков, были чрезвычайно прочными. Чтобы сломать их кости и подчинить их, требовалась значительная сила. Ли Са Ён, наблюдая за трупом, выпрямился.

— Кто это сообщил?

— Ян Хэ Джин. Охотница A-класса из Бюро управления разломами.

Знакомое имя. Ли Са Ён постучал пальцами по операционному столу и задал следующий вопрос:

— Она с этим разобралась?

— Нет. Мы не знаем, кто это сделал. Обнаружил кто-то другой. Это был сотрудник ресторана с похмельным супом. Он нашел тело, вынося мусор… и сильно испугался, увидев, как оно выглядит.

Нам У Джин бросил взгляд на труп с черными шипами.

— Для обычного человека это вполне естественно. Он так перепугался, что не знал, что делать, и попросил Ян Хэ Джин, которая зашла поесть похмельного супа, сообщить об этом.

— …Похмельный суп?

— Да. Говорят, это какое-то известное место… Я там не был, так что деталей не знаю.

Когда речь заходила о ресторанах с похмельным супом, был только один, которым буквально был одержим Пэ Вон У — он ходил туда постоянно. Ли Са Ён нахмурился. Его пальцы, постукивавшие по операционному столу, замедлили ритм.

— Где именно это нашли?

— Это интересно. Эй, покажи ему.

— Да, мастер.

Мальчик передал планшет, на котором была карта. Ли Са Ён увеличил изображение на экране.

— Разве это место не кажется знакомым? Это рядом с центром переработки, в том переулке, где в прошлый раз нашли наркомана.

— …

— Нужно проверить, не появился ли в этом районе новый поставщик. Учти это.

Действительно, место обнаружения на этот раз находилось очень близко к тому переулку, где Ли Са Ён встретил своего «Хёна». Неужели это просто совпадение?

— Ах, и ещё кое-что необычное… Посмотри сюда.

Нам У Джин указал на несколько черных шипов, торчащих из тела. Среди множества шипов несколько, выходивших из живота и груди, были согнуты, словно они ударились о что-то очень твёрдое.

Ли Са Ён слегка наклонил голову и сосредоточился на изогнутых концах шипов. Его охватило странное чувство дежавю.

— Никогда не видел таких согнутых шипов. Похоже, они внезапно столкнулись с чем-то очень твёрдым… Ты раньше встречал такое?

Да.

Шипы, которые его «Хён» согнул половником, выглядели точно так же. Перебирая события того дня раз за разом в своей голове, Ли Са Ён сразу это узнал. Его прежде напряжённые губы изогнулись в улыбке.

Когда он не нашёл ни следа в базе данных, это едва не вывело его из себя. Но после того как прошло время, он решил отыскать его и наказать. А теперь, наконец найдя зацепку, не смог сдержать смеха. Нам У Джин, подперев подбородок рукой, пробормотал:

— Похоже, ты что-то знаешь.

— Да.

Ли Са Ён улыбнулся с явным удовлетворением.

— Я наконец-то поймал его за хвост.

Глава 14

На следующий день в гильдии Падо состоялось собрание для выбора команды, которая отправится в подземелье Чонно 3-га. Ли Са Ён не собирался участвовать в операции, но, как один из принимающих решения, был обязан присутствовать в зале заседаний.

Единогласным решением гильдии была выбрана команда Пэ Вон У для выполнения этой задачи. Как только решение было принято, Ли Са Ён первым покинул зал. Его мысли уже давно блуждали где-то далеко, ещё до окончания собрания. Открывая дверь шоколадного цвета, он встретил Со Мин Ги, который ждал его снаружи.

— Глава гильдии.

Со Мин Ги попытался начать говорить, выглядя измученным, но Ли Са Ён прервал его.

— Говори.

Прямота Ли Са Ёна заставила Со Мин Ги нервно сглотнуть, пока другие члены гильдии собирались у двери, переговариваясь между собой.

— Эй, почему ты загораживаешь проход?

— Что за пробка?

— Ты действительно собираешься сказать это сейчас?

— Быстрее. Остальные ждут позади.

Члены гильдии, оставшиеся в зале, ворчали из-за того, что Ли Са Ён блокировал дверь, но он не обращал на них никакого внимания. Со Мин Ги едва сдерживался, чтобы не заплакать. Ему хотелось попросить главу гильдии отойти в сторону, но он вынужден был молчать ради собственной безопасности.

Бросив взгляд на членов гильдии, Со Мин Ги в конце концов подчинился приказу Ли Са Ёна.

— Да… Пак Ха Ын, 8 лет, её родители стали жертвами инцидента в подземелье Аньяна. Она осталась одна в возрасте трёх лет и едва не попала в детский дом, но её забрала к себе бабушка по отцовской линии.

— Хватит. Что с её дядей?

— Эм… у неё нет дяди.

Ли Са Ён нахмурился, как будто задаваясь вопросом, что имел в виду Со Мин Ги. Со Мин Ги, почесав голову, пояснил:

— Ни у одного из её родителей нет братьев. Мать была единственным ребёнком в семье, а у отца только сёстры.

— Тогда… откуда взялся этот «дядя»?

— Хм…

Со Мин Ги закатил глаза, обдумывая, и предложил:

— Нельзя исключать, что она так называет кого-то, кто ей не родственник. Учитывая, что нам не удалось найти никаких данных, вряд ли это кровный родственник. Вот, возьми этот файл.

Он передал Ли Са Ёну толстую папку. Ли Са Ён взял её и быстро пролистал.

— Единственная семья, которая у неё есть — её бабушка, она держит ресторан похмельного супа неподалёку. Это заведение работает уже давно.

Прежде чем Со Мин Ги успел продолжить, из зала заседаний раздался голос:

— Ресторан похмельного супа? Тот, что в переулке?

— Ты его знаешь?

На вопрос Ли Са Ёна Кан Джи Су ответила с усталым видом:

— Это вторая работа заместителя главы гильдии.

— Что?

— Заместитель главы гильдии всё время там питается! Ему это не надоедает. В гильдии он появляется раз в день, а в том ресторане обедает и ужинает… так что это практически его основная работа.

Ли Са Ён знал, что Пэ Вон У часто ел в одном и том же ресторане. Это было обычным делом в гильдии Падо, настолько, что члены гильдии старались избегать его приглашений на обед, потому что он всегда ходил туда. Совпадение, что этот ресторан принадлежал бабушке Пак Ха Ын.

За стеклом своего противогаза губы Ли Са Ёна слегка изогнулись в улыбке. У него было предчувствие, что всё сложится удачно.

— Что? Ресторан похмельного супа? Зачем?

В этот момент Пэ Вон У, который уже махнул рукой на попытки выйти из зала и теперь подметал пол, вмешался в разговор.

— Пэ Вон У, ты знаешь этот ресторан похмельного супа?

Ли Са Ён зачитал адрес из папки, и Пэ Вон У, который внимательно слушал, кивнул. В его голосе, обычно спокойном, прозвучало лёгкое возбуждение, как только речь зашла о ресторане.

— Ах, это моё любимое место. Мой автограф даже там висит. Зачем? Хочешь проверить?

— Ох, у меня плохое предчувствие. Глава гильдии, пожалуйста, посторонись.

Почувствовав опасность, Кан Джи Су замахала рукой, и Ли Са Ён, который загораживал путь, сделал шаг назад. В тот же миг рыжеволосая охотница выскользнул из зала, а Пэ Вон У, словно игрок, выходящий на замену, медленно подошёл ближе. Со Мин Ги воспользовался моментом, чтобы поклониться.

— Это всё, что заслуживает внимания. Я откланяюсь.

Ли Са Ён не стал его останавливать. Теперь в этом не было необходимости. Когда двое охотников покинули зал, а к нему подошла новая «цель», Ли Са Ён, хитро улыбаясь, заговорил:

— Пойдёшь сегодня в ресторан похмельного супа?

— А? Да. Откуда ты знаешь?

— Отлично. Возьми меня с собой.

Глаза Ли Са Ёна за стеклом противогаза изогнулись в усмешке. Внезапно температура в помещении будто упала на три градуса, и Пэ Вон У почувствовал мурашки по всему телу. Неужели кто-то из членов гильдии, до сих пор не умеющий контролировать свои силы, поднялся наверх? Он огляделся, но коридор был пуст, кроме них двоих.

— Почему вдруг такой интерес?

— Давненько я не ел вне дома.

Ли Са Ён, всё так же невинно улыбаясь, подталкивал Пэ Вон У. Хотя выражение лица было скрыто противогазом, Пэ Вон У, который провёл рядом с ним не один год, прекрасно понимал его.

Для Пэ Вон У Ли Са Ён был как младший брат, которого он держал при себе, нравится ему это или нет. И теперь этот парень говорит, что хочет пойти поесть впервые за долгое время? Да ещё и в его любимом месте?

Ли Са Ён редко ел вне дома. Его способность производить яд была смертельной как для врагов, так и для союзников, поэтому он строго следовал собственным правилам безопасности.

Именно поэтому он предпочитал работать в одиночку и сдерживал свои способности даже в командных боях. Зная это, Пэ Вон У испытал лёгкий укол эмоций, услышав желание Ли Са Ёна пообедать вне дома. Невольно он почувствовал заботу о нём, ведь Ли Са Ён всегда старался избегать близости с другими.

— Ладно, ладно. Иногда тебе действительно стоит поесть вне дома.

Пэ Вон У быстро отбросил неприятное чувство, возникшее минуту назад, и улыбнулся Ли Са Ёну с теплотой. Ли Са Ён ответил похожей улыбкой, хотя в ней пряталось хитрое намерение.

Пэ Вон У с уверенностью хлопнул себя по груди.

— Сегодня я угощаю!

— А еда там хорошая?

— Конечно! Как только попробуешь, захочешь приходить каждый день.

— Может, тебе стоит сразу туда устроиться работать.

— Я об этом думаю, щенок.

На этом они разошлись по своим кабинетам, обсуждая планы на обед. Не обращая внимания на охотников, которые предпочитали не вмешиваться в обеденные планы главы и заместителя главы гильдии...

В долгожданное время обеда Пэ Вон У с победным видом повёл Ли Са Ёна в ресторан похмельного супа. Когда они прибыли, ресторан уже был полон посетителей. Ли Са Ён, оглядывая обшарпанный фасад заведения, спросил с подозрением:

— Ты уверен, что здесь вкусно?

— Эй, ты мне не доверяешь?

— Нет.

Скептицизм Ли Са Ёна был не без оснований. Вход был настолько низким, что казалось, нос вот-вот коснётся его, а обшарпанный фасад выглядел так, будто здание может обрушиться в любой момент. Это захудалое место явно не соответствовало вкусу Ли Са Ёна, который предпочитал чистоту и порядок.

— Даже если ты не доверяешь мне, поверь в мой вкус.

— Что здесь подают?

— Суп от похмелья.

— А ещё?

— Рис.

— А ещё?

— Соджу, макколи.

— Это всё?

Пэ Вон У покачал головой, увидев недовольное выражение лица Ли Са Ёна.

— Подумай. Какой вкусной должна быть еда, если они подают только похмельный суп? Ты же уже не раз обманывался, так?

— Да.

— Вот именно, ты слишком скептичен.

Несмотря на свои слова, Ли Са Ён нашёл их достаточно убедительными. Если ресторан работает давно, значит, у него много клиентов. Ли Са Ён наконец отпустил часть своих сомнений и заглянул внутрь через стекло раздвижной двери.

То, что он увидел внутри ресторана похмельного супа, было... охотниками повсюду. Их было не просто много — казалось, здесь вот-вот начнётся аукцион подземелий. Ли Са Ён отступил от стекла и с подозрением посмотрел на Пэ Вон У.

— Почему ты так на меня смотришь? Что случилось?

— ...Ты не думаешь перейти в другую гильдию?

— Что за бред? Ты хоть представляешь, сколько времени и сил я вложил в Падо?

— Тогда почему здесь так много охотников? Даже руководитель HR из гильдии HB здесь.

Только тогда Пэ Вон У вспомнил факт, который напрочь забыл от возбуждения из-за похмельного супа.

Это место было раем для уставших и голодных охотников. Перекрёсток отдыха, ресторан с одобрением охотников. И именно сюда Пэ Вон У притащил своего строптивого главу гильдии. Если он разозлится и выпустит яд во время еды...

Мы в полной заднице.

Эта мысль накрыла его, как волна, отправляющая в космос. Если здесь начнётся драка, это будет не просто катастрофа — это попадёт в вечерние новости.

Может, просто уйти? Пойти в Дойсирак вместо этого?

Пока Пэ Вон У мучительно обдумывал варианты, Ли Са Ён, как только предыдущие клиенты вышли, ловко скользнул внутрь через раздвижную дверь. Его стремительное движение, свойственное охотнику высшего класса, не оставило шансов его остановить.

Ли Са Ён слегка пригнулся, чтобы не удариться о низкий потолок, а затем выпрямился и посмотрел прямо перед собой. Прямо перед ним...

— Добро пожаловать...

Появилось лицо, которое он искал. Хотя ночью оно было наполовину скрыто маской, Ли Са Ён не сомневался.

Юноша в фартуке с логотипом соджу, держащий горячий котелок вместо половника.

— ...Нашёл тебя.

Будто подтверждая его уверенность, лицо юноши тут же исказилось на глазах. Ли Са Ён поднял уголки своих невидимых губ и мягко поприветствовал.

— Привет, Хён.

Глава 15

Есть дни, когда с самого момента, как открываешь глаза, всё кажется необычайно неправильным. Для Ча Ый Джэ сегодня был именно такой день.

Разве у каждого не бывает таких дней? Тех самых дней, когда просыпаешься с мыслью: «Не может быть, чтобы утро было настолько бодрящим», — под щебетание воробьёв и теплые лучи солнца. День, когда едва успеваешь встать с постели, кое-как приводишь себя в порядок и понимаешь, что почти опаздываешь. И ещё день, когда обнаруживаешь, что новые кроссовки всё ещё не зашнурованы, и, сидя у входной двери, со слезами на глазах пытаешься их завязать. День, когда всё идёт наперекосяк.

Ча Ый Джэ давно не ощущал такого зловещего предчувствия. Он достал телефон и спросил у Nexby.

— Нэксби, найди предсказание на сегодня.

— Поиск предсказания на сегодня.

Nexby начал монотонно зачитывать текст.

— Это день, когда даже падающие листья могут причинить вам вред, поэтому будьте очень осторожны и внимательны во всём. Опасность подстерегает повсюду. Не упускайте из виду никаких деталей и будьте бдительны.

— Это предсказание на сегодня или предупреждение об убийстве…?

Вопреки ожиданиям Ча Ый Джэ услышать что-то обнадёживающее, Nexby продолжил тревожное пророчество.

— Лучше всего провести день тихо и осторожно. Во второй половине дня возможна приятная встреча, так что подумайте о том, чтобы немного прогуляться.

Если подытожить, то можно было сказать: «Сегодняшнее предсказание — полная ерунда». Тонкое чутьё Ча Ый Джэ, которое редко его подводило, прекрасно совпадало с этим предсказанием. День обещал быть сложным. Нужно быть осторожным… Потягиваясь, Ча Ый Джэ решил вести себя максимально осмотрительно.

Однако он упустил одну важную деталь: как бы ты ни был осторожен, судьба всегда найдёт способ настигнуть тебя.

Как и то, как Ли Са Ён сегодня ворвался в этот ресторан!

***

— Привет, хён.

Низкий, неспешный голос был знаком. То ли потому, что их короткая встреча оставила слишком сильное впечатление, то ли потому, что их первое знакомство было настолько напряжённым.

Ча Ый Джэ замер с горячим котелком в руках. Он не хотел верить своим ушам, но его острый слух не мог ошибиться в определении человека. Более того, картина перед глазами идеально совпадала с образом того парня в его голове.

Человек в противогазе, выше среднего роста, стоял, засунув руки в карманы, и смотрел в его сторону.

— Я получил твоё письмо, хён.

— …

— А, сегодня у тебя другой фартук.

— …

— Тебе идёт.

Глаза за линзами противогаза сверкнули, как у кота, играющего с игрушкой.

Не только Ча Ый Джэ был шокирован появлением Ли Са Ёна. В тот момент, когда человек в противогазе вошёл, все в ресторане повернули головы к двери, словно подчиняясь странной медлительности.

И как будто кто-то нажал на кнопку паузы, лица всех застыли. Эти охотники, известные своей решительностью, в этот момент были едины.

«Почему ты здесь…?»

Наконец, кто-то не сдержал вздох.

— Чёрт…

«Почему этот высокопоставленный человек пришёл в такое скромное место?»

«Он вообще ест в общественных местах? Разве он не избегает людных мест?»

«Ну ладно, допустим, иногда он ест вне дома, но почему именно здесь?»

«Ему скучно жить? Зачем приходить в такой захудалый ресторан, когда есть места получше?»

Если бы можно было измерить жар их взглядов цифровым термометром, он легко бы превысил 100 градусов. Воздух мог бы закипятить воду и расплавить котелок.

И в центре всего этого стоял Ча Ый Джэ, пытаясь сохранить выражение лица, несмотря на шок.

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

К счастью, у него была особенность, которая помогала ему контролировать своё выражение. Сегодня Ча Ый Джэ был благодарен за неё как никогда. Пока способность держала его лицо под контролем, он быстро осмотрел помещение в поисках виновника. И нашёл его.

— Давай сядем за тот стол. Ха-ха…

Это был Пэ Вон У, который вошёл в ресторан с видом человека, пролившего острый суп на белый ковер, нервно озираясь вокруг. Как только Пэ Вон У появился, пронизывающие взгляды охотников переключились на него.

С точки зрения охотников, это было как если бы в их обеденную зону рухнул метеор, испускающий токсичный газ!

Ли Са Ён, игнорируя взгляды охотников и горькое выражение лица Пэ Вон У, направился прямо к центру ресторана. Охотник, который только что доел три миски супа от похмелья, ахнул и отступил, уступив место Ли Са Ёну, словно тот заранее забронировал его.

Ча Ый Джэ, массируя виски, наконец, заговорил:

— Простите, мы ещё не убрали этот стол. Могли бы вы сесть за другой…?

— Нет.

Ли Са Ён скрестил длинные ноги и сложил руки на коленях, ответив спокойно:

— Можете убирать сколько угодно. Мне здесь нравится. С этого места хорошо видно телевизор.

— А, понятно…

«Что ты собираешься делать с этим маленьким телевизором?»

Ча Ый Джэ попытался успокоить себя фразой: «Клиент всегда прав». Он должен был справиться с этой ситуацией, не усугубляя её. В конце концов, это был не его ресторан. Любая стычка могла закончиться разрушением ресторана и всей улицы.

Показать своё недовольство было бы равносильно тому, чтобы самому себе вырыть могилу. Да и кто бы поверил, что парень, работающий в ресторане с супом от похмелья, знает Ли Са Ёна?

Ча Ый Джэ убрал стол, за который сел Ли Са Ён, достал из кармана фартука ручку и блокнот для заказов. Наблюдая за ним, Ли Са Ён невинно спросил:

— Что здесь в меню?

Пэ Вон У посмотрел на Ли Са Ёна с укором. Мы же говорили об этом перед тем, как зайти, идиот. Здесь только суп от похмелья…

Ча Ый Джэ коротко ответил:

— Суп от похмелья.

— Это всё?

— Да, только суп от похмелья.

— Эй, я же говорил тебе, что здесь подают только суп от похмелья.

Пэ Вон У попытался вмешаться, но Ли Са Ён продолжал специально оглядываться по сторонам.

— Разве можно вести бизнес, подавая только суп от похмелья?

— Клиент.

— Ах да, ещё вы продаёте рис и соджу. Но это же не основные блюда.

— Если собираетесь жаловаться, то уходите.

— А, ха-ха-ха, давайте просто два супа от похмелья.

Пэ Вон У повысил голос, пытаясь сгладить ситуацию. Ча Ый Джэ вздохнул и записал в блокноте «2». Он посмотрел на Пэ Вон У в течение трёх секунд, ничего не говоря.

Пэ Вон У, постоянный посетитель, чья подпись даже висела в ресторане, приходил сюда каждый день на обед и ужин, зачастую съедая не меньше трёх порций за раз. Ча Ый Джэ не хотел никого винить, но на мгновение ему захотелось направить раздражение на Пэ Вон У.

Возможно, почувствовав ледяной взгляд Ча Ый Джэ, Пэ Вон У отвёл глаза и уставился на стол, жадно глотая воду.

«Считай, что тебе повезло, что ты постоянный клиент».

Ча Ый Джэ направился на кухню с заказом, думая, что обвинять кого-то ничего не изменит, но всё равно ощущая нарастающее раздражение.

«Что ж, уже поздно сожалеть».

С тех пор как восемь лет назад он попал в этот временной разлом, Ча Ый Джэ научился принимать происходящее. Виноват ли Пэ Вон У, Ли Са Ён всё равно никуда не денется. Он попытался успокоить себя, напомнив, что, несмотря на обстоятельства, Ли Са Ён — платящий клиент.

Ладно, самоконтроль завершён. Ча Ый Джэ поставил две миски супа от похмелья на плиту, надеясь, что хотя бы до подачи блюда Ли Са Ён будет вести себя прилично.

Спустя некоторое время в ресторане супа от похмелья воцарилась мрачная картина.

Точнее говоря, столы вокруг Ли Са Ёна были пусты. На них остались смятые купюры, брошенные сбежавшими клиентами, а несколько человек стояли у кассы, ожидая расплаты. Среди этого хаоса Ли Са Ён сидел совершенно спокойно.

«Чёрт, он что, считает себя глазом бури?»

Ча Ый Джэ выглянул на улицу. Вдалеке он увидел спины охотников поспешно убегающих, которые недавно ели.

— Простите!

— Спасибо за еду—!!!

Оставив суп на подносе, Ча Ый Джэ быстро вышел следом, но охотники только громко отозвались и мгновенно исчезли. Они двигались с такой скоростью, словно убегали от монстров в подземелье.

Смотря на опустевший переулок, Ча Ый Джэ обернулся к ресторану. Возле двери охотники, ожидавшие своей очереди, жались к стене, как моллюски.

Ча Ый Джэ указал на пустые места внутри.

— Вон свободные столики. Заходите, я быстро уберу.

Но все они замотали головами и замахали руками.

— Всё нормально! Мы не так уж и голодны.

Журчание.

Ваши желудки явно думают иначе. Но первый в очереди был непреклонен, сжав кулаки и заявив с решимостью:

— Мы можем подождать ещё немного!

Ну, если настаиваете... Ча Ый Джэ посмотрел на второго в очереди, который тут же вытащил телефон и поднёс его к уху. После короткого замешательства он начал говорить неловким, словно читающим текст с учебника, тоном:

— Ах, точно! Босс, то задание было на сегодня! Совсем забыл! Да, уже иду!

Что это вообще было? Начал как школьник на уроке, закончил, как рэпер.

Второй охотник прикрыл динамик рукой и прошептал Ча Ый Джэ:

— Эх, я встал в очередь, но мне нужно срочно по делу к боссу. Совсем память дырявая... Пусть кто-то другой зайдёт вместо меня.

Но на экране телефона, который вновь загорелся от активации датчика приближения, не было набранного номера, только обои рабочего стола. Если уж собираешься лгать, то хотя бы постарайся…

Ча Ый Джэ холодно посмотрел на третьего в очереди.

Третий охотник стоял без эмоций, казалось, абсолютно спокойный, несмотря на происходящее. Подумав, что этот клиент окажется проще, Ча Ый Джэ обратился к нему, и тот заговорил:

— Можете позвонить мне, когда этот парень уйдёт? Я дам вам свой номер. 010...

Забудьте. Он тоже оказался не таким уж спокойным.

Пока разыгрывалась беспрецедентная ситуация с массовым отказом от входа, подозрение, которое уже зрело в голове Ча Ый Джэ, окончательно превратилось в уверенность. Этот парень в противогазе точно нашёл его после той ночи, когда увидел его с половником и в фартуке, и пришёл сюда специально, чтобы устроить проблемы.

Не сумев вписать новых клиентов за всё время работы в ресторане супа от похмелья, Ча Ый Джэ вернулся внутрь, взял две кипящие каменные миски с супом и направился к столу Ли Са Ёна.

Можно ли заявить о препятствовании ведению бизнеса в полицию? А что если это охотник? Может, позвонить в Бюро управления пробуждёнными?

— Ваш заказ.

Ча Ый Джэ с грохотом поставил кипящие миски на стол.

— Два супа от похмелья.

После подачи еды он остался стоять рядом. Как бы глубоко Ли Са Ён ни вжился в свой образ, он ведь не станет есть в противогазе. Ну-ка, посмотрим на его наглую физиономию, подумал Ча Ый Джэ, пристально глядя на него.

Чёрная перчатка потянулась к лицу, и Ли Са Ён медленно снял противогаз, положив его на стол. Из-под слегка взъерошенной чёлки сверкнули фиолетовые глаза. Их взгляды встретились, словно Ли Са Ён всё это время наблюдал за ним.

— Ты, кажется, собираешься прожечь дыру в моём лице.

По какой-то причине Ча Ый Джэ не мог отвести от него взгляд, как и той ночью, когда впервые встретил Ли Са Ёна в переулке.

Глава 16

— Ты, кажется, собираешься прожечь дыру в моём лице.

Ли Са Ён лениво произнёс это, опираясь подбородком на руку. Голос, который ранее доносился из-под противогаза, теперь звучал прямо с его губ. Его чёрные волосы и спокойные фиолетовые глаза идеально гармонировали с этим голосом. Длинные, густые ресницы отбрасывали тени при каждом моргании.

Изящно изогнутый нос и маленькая родинка чуть ниже пухлых губ завершали его утончённый и детально прорисованный облик. Несмотря на утончённость и некую роскошь во внешности, в нём ощущалась лёгкая небрежность.

Ча Ый Джэ странным образом понимал, почему Ли Са Ён носил противогаз. Если бы он ходил с таким лицом на виду у всех, это наверняка стало бы причиной множества неприятностей.

Хотя в Ли Са Ёне было много того, что раздражало Ча Ый Джэ, он объективно признавал, что его лицо привлекательно — совсем не так, как с противогазом. С ним он выглядел просто сумасшедшим, которого стоило избегать, но без него был сумасшедшим, полностью оправдывающим свою внешность.

Некоторые из оставшихся охотников время от времени бросали взгляды на Ли Са Ёна, но тот, похоже, не испытывал никакого дискомфорта. Он выглядел так, будто давно привык к вниманию. Наоборот, когда взгляды встречались, охотники быстро отводили глаза, будто их обожгло.

Ли Са Ён молча убрался вокруг себя и взял ложку. В это время Ча Ый Джэ, закончив свою работу, начал уходить. Его немного заинтересовало, что Ли Са Ён скажет о похмельном супе. Замедлив шаг, чтобы подслушать, он услышал, как Пэ Вон У пытался заговорить с ним.

— Как тебе? Вкусно?

— Бульон горячий.

— Он только с плиты, конечно, горячий, ты, чокнутый. Я про вкус спрашиваю.

— Мясо мягкое.

— Правда? Здесь мясо легко отделяется от костей.

— Да, нормально.

Ли Са Ён слегка кивнул. Хотя его ответ был довольно прохладным, отсутствие жалоб оказалось обнадеживающим. Ча Ый Джэ почувствовал небольшое облегчение.

Закончив с мытьем посуды на кухне, Ча Ый Джэ то и дело посматривал в сторону зала. В отличие от того, как он провоцировал конфликт до заказа, Ли Са Ён теперь спокойно ел, не создавая новых проблем. В ресторане похмельного супа воцарился краткий покой, пока двое ели в эпицентре этой бури.

Когда посуда почти была вымыта, первым поднялся Ли Са Ён. Вскоре после него у стойки появился Пэ Вон У и окликнул Ча Ый Джэ.

— Эй, работник, можешь принять оплату?

— Да, секунду.

Ча Ый Джэ снял резиновые перчатки и вытер руки о ближайшую тряпку. По пути к стойке он заметил стол с двумя каменными мисками — одна была полностью пуста, а в другой осталось немного бульона. Хотя они не заказывали добавку, Ча Ый Джэ удивился, что Пэ Вон У съел только одну миску.

— Тридцать тысяч вон.

Ли Са Ён протянул две купюры по пятьдесят тысяч вон. Он что, выпендривался своим богатством? Ча Ый Джэ подумал: «Странный тип», и взял только одну купюру. Вернув сдачу — двадцать тысяч вон, он заметил, как Ли Са Ён выглядел немного озадаченным.

— Это включает стоимость посуды.

— …Зачем?

— Разве я не сказал тебе своё имя?

— Сказал.

— Ты не посмотрел, кто я?

Ли Са Ён моргнул и, слегка впечатлённо, произнёс:

— Ты действительно не знаешь, кто я.

Затем он слегка приоткрыл рот, обнажая язык. Он был чёрным от корня до кончика, в отличие от обычного малинового. Убедившись, что Ча Ый Джэ смотрит на него, Ли Са Ён легонько прикусил язык передними зубами.

— У меня во рту тоже яд, так что...

«Постой-ка, какого чёрта?»

— Я обычно не ем в ресторанах.

Неудивительно, что вокруг этого парня всегда было пустое пространство! Ча Ый Джэ невольно оглянулся на стол, за которым сидели Ли Са Ён и Пэ Вон У. Он думал, что перчаток хватит для безопасности, но кто бы мог подумать, что этот «змей» ещё и с ядом во рту? Вот почему надо читать всю статью, а не только заголовок. Всё-таки был весомый повод для противогаза. Ли Са Ён сладко улыбнулся.

— Хм... нам действительно стоит узнать друг друга получше.

«Нет, ты сумасшедший ублюдок.»

— Я ещё вернусь.

Следующие слова Ча Ый Джэ прозвучали вслух.

— Не возвращайся.

— В следующий раз скажи мне своё имя.

— Я сказал, не возвращайся.

Ча Ый Джэ открыто уставился на Пэ Вон У, ясно давая понять, что пора убираться. Уловив намёк, Пэ Вон У начал осторожно подталкивать Ли Са Ёна в спину. Но самого сильного охотника Кореи так просто не сдвинешь. Едва пошатнувшись, Ли Са Ён вдруг заговорил.

— Твои волосы.

— Что?

— Чёрные? Ты их красил?

Чёрт, откуда он это знает? К счастью, способность сохранять невозмутимое лицо ещё действовала. Ча Ый Джэ, не моргнув глазом, ответил:

— О чём ты вообще?

— Раньше они казались серыми.

«Почему у этого парня в противогазе такое острое зрение?»

Хорошо, что Пак Ха Ын напомнила перекрасить волосы, подумал Ча Ый Джэ. Надо будет подарить ей ту игрушку-слизняка, которую она хотела. Он ответил:

— Ты, должно быть, ошибся. Почему у обычного человека должны быть серые волосы?

Ли Са Ён не стал отвечать на возражение Ча Ый Джэ и продолжил.

— И твои глаза.

— …Что?

— Они чёрные.

— У корейцев чёрные глаза.

— Странно.

Ли Са Ён, уже снова надевший противогаз, посмотрел на Ча Ый Джэ через линзы.

— Тогда, когда я видел тебя, они были голубыми.

По спине Ча Ый Джэ пробежал холодок. Он заметил это в тот короткий момент, прежде чем отключилось зрение следопыта?

«Этот парень действительно проблемный».

Когда губы Ча Ый Джэ начали сжиматься в тонкую линию, фиолетовые глаза Ли Са Ёна сузились, и он отступил на шаг.

— Ну… на сегодня всё. Увидимся, хён.

— До свидания, клиент.

— А ты не хочешь называть меня Са Ёном?

— Просто уходи.

Ли Са Ён вышел, тихо усмехнувшись. Пэ Вон У, почесав затылок в недоумении, поклонился и покинул ресторан. В ресторане похмельного супа наступила тишина после ушедшей бури. Ча Ый Джэ посмотрел на две пятидесятитысячные купюры, оставленные на стойке, и пробормотал:

— Сумасшедший ублюдок…

***

«Анонимный пост Гильдии Падо»

[※ Пожалуйста, соблюдайте правила при публикации!]

[※ Посты, не соответствующие правилам, могут быть удалены без уведомления.]

Заголовок: [Анонимно] Мы ужинаем в ресторане похмельного супа почти каждый день

Это вообще нормально?

Мне начинает казаться, что нас целой командой подвергают какому-то издевательству на работе…

Суп, конечно, вкусный… но каждый день его есть уже перебор…

Комментарии (14)

— Это команда заместителя главы гильдии? ㅋㅋㅋㅋㅋㅋ

⤷Да…

— Заместитель главы гильдии обожает похмельный суп, да? ㅋㅋㅋㅋ Теперь он таскает туда всю команду?

⤷Глава гильдии заранее оплатил 5 миллионов вон в этом ресторане.

⤷???

⤷Что?

⤷Не заместитель главы гильдии, а глава гильдии?????

⤷Пять миллионов вон?

⤷Да, он хотел оплатить 15 миллионов, но работник на полставки и заместитель главы гильдии его остановили, поэтому он оплатил только 5 миллионов.

⤷Почему он не оплатил заранее в ресторане с элитной говядиной? Почему в ресторане похмельного супа?

⤷Не знаю… поэтому мы теперь каждый день едим этот суп… По крайней мере, на еде экономим…

⤷240 всегда был вольным духом, но это уже что-то с чем-то.

⤷Согласен.

***

《JisikON》

Вопрос: [Вопрос] Меня притесняет охотник на работе

Здравствуйте, я работаю в небольшом ресторане. Если охотник притесняет меня, куда мне следует обращаться? Я разрываюсь между полицией и Бюро управления пробуждёнными.

Ответ: [Выбранный ответ]

Согласно Специальному закону о пробуждённых, случаи, связанные с пробуждёнными, следует сообщать в Бюро управления пробуждёнными. Если вы обратитесь в полицию, они всё равно передадут дело в Бюро, что займёт больше времени. Лучше сразу сообщить в Бюро.

Я не знаю, какого рода притеснение вы испытали… это злоупотребление властью со стороны охотника? Вы можете воспользоваться негативным настроением общества по отношению к охотникам, злоупотребляющим властью, анонимно опубликовав информацию, чтобы привлечь внимание. Если охотник состоит в гильдии, их юридический отдел, скорее всего, свяжется с вами для урегулирования. Если это фрилансер, гарантий меньше… но если вы знаете репортёра, подумайте о возможности дать интервью.

⤷Дополнительный вопрос от автора:

Если я сообщу в Бюро, они отправят охотника?

⤷Дополнительный ответ:

Обычно сначала отправляют следователя, но если охотник известный и есть веские доказательства, Бюро может сразу отправить своего охотника.

Ответы:

— Кто это? ㅋㅋ До сих пор остались охотники, злоупотребляющие властью? Напишите инициалы, я их разоблачу.

— В следующий раз, когда он придёт, запишите аудио и выложите в сеть, чтобы восстановить справедливость.

Комментарии (5):

— Если это охотник высокого ранга, у них хороший слух, и они быстро всё замечают. Использовать обычное устройство для записи может быть слишком очевидно. Сломать устройство? Для них это вообще пустяк. Если хотите записать, используйте устройство, сделанное из наград подземелий или насыщенное магическими камнями.

⤷ Легче сказать, чем сделать ㅋㅋㅋㅋ Как обычный человек может достать устройство из наград подземелий или магических камней?

⤷ Если есть связи с охотниками и деньги, это легко.

⤷ Если есть связи с охотниками и деньги, всё становится лёгким~

— Это Пак Мин из газеты Hanmin Ilbo. Если вы заинтересованы в интервью, отправьте письмо на указанный ниже адрес. Анонимность гарантируется.

Глава 17 - Эффект бабочки

В пустом ресторане с супом от похмелья, после закрытия, Ча Ый Джэ задумчиво смотрел на экран своего телефона, сидя за чистым столом. На экране были вопросы и ответы с JisikON, переполненные многочисленными комментариями и откликами.

— Если это известный охотник и есть убедительные доказательства, то охотник из Бюро придёт лично.

Ча Ый Джэ обессиленно упал на стол. Чёрт, проблема заключалась в том, что южнокорейские госслужащие работали слишком усердно. Казалось, что решить это тихо, после подачи жалобы, было невозможно. Если он пожалуется на Ли Са Ёна за препятствие в работе, это может даже привлечь главу Бюро управления пробуждёнными.

Сильно нахмурившись, Ча Ый Джэ пролистывал экран пальцем. Большинство бесполезных комментариев под только что прочитанным полезным ответом были непрактичными. Что? Раскрыть его инициалы? Простите, но если я бездумно выставлю это на показ, Корея может буквально расколоться пополам.

Такова природа первого класса. Каждый его шаг вызывает бесконечные споры между теми, кто его критикует, и теми, кто защищает. Ча Ый Джэ прекрасно знал это из прошлого опыта. Каким бы противным ни был Ли Са Ён, устраивать интернет-скандал только ради собственного удобства было не выходом.

Магический камень для записи стоил слишком дорого, а интервью он бы дал только в состоянии безумия. Пролистывая дальше, Ча Ый Джэ вдруг стукнулся головой об стол. Услышав глухой звук, он посмотрел на стол и с облегчением убедился, что тот не треснул. Потирая лоб в месте удара, он перевернул телефон экраном вниз и снова опустился на стол.

«Хоть так, хоть так…»

Причиной его дилеммы…

Был один надоедливый ублюдок, который ворвался в его спокойную жизнь, где он работал в ресторане с супом от похмелья на полставки.

***

Как популярное заведение среди охотников, ресторан с похмельным супом обслуживал немало гильдий, которые заранее оплачивали свои трапезы. Многие охотники считали неудобным таскать с собой карты и зачастую выбегали из ресторана, даже не успев положить ложку, если внезапно поступал вызов. Это было обычной практикой.

Когда Ча Ый Джэ только начал работать, его обучили пользоваться журналом предоплат. Так что подобные платежи были для него не в новинку. Но он мог поклясться, что никто никогда не предлагал безумную сумму в 15 миллионов вон для предоплаты, как это сделал Ли Са Ён. Кто вообще считает 15 миллионов вон пустяком?

Ча Ый Джэ бросил уничтожающий взгляд на Пэ Вон У, который привёл с собой этого смутьяна.

«Останови этого безумного ублюдка».

Примерно это он и пытался передать своим взглядом.

Пэ Вон У дёрнулся на месте на полсантиметра и— или, может, это было просто в мыслях Ча Ый Джэ, казалось, уловил смысл его острого взгляда, словно усовершенствованный искусственный интеллект, и искренне попытался отговорить Ли Са Ёна.

— Давай заплатим и вернёмся в гильдию. Разве ты не говорил, что у тебя куча дел?

— Не особо.

— Тебе же нужно идти в Бюро управления пробуждёнными. Ты ведь должен встретиться с Чон Бином?

— Могу отложить.

Даже перед лицом Бюро управления пробуждёнными, которого другие охотники боялись бы до дрожи, Ли Са Ён оставался абсолютно невозмутимым. Отчаявшись, Пэ Вон У решил сменить тактику и заговорил с оттенком личной просьбы.

— Эй, вместо того чтобы предоплачивать 15 миллионов вон, купи мне новые доспехи. В Сондо будет аукцион снаряжения от Хон Ё Сона.

— Как можно купить снаряжение за какие-то 15 миллионов вон? Ты что, нищий?

Вот уж действительно... какой же он отвратительный.

Каждое слово, выходившее из его раздражающего рта, было настоящим шедевром. Не только Ча Ый Джэ, но и все охотники, слышавшие этот разговор, наверняка думали то же самое. Ча Ый Джэ надеялся, что карта Ли Са Ёна растает этой же ночью, как драгоценный половник за 6 900 вон, который когда-то сгорел славной смертью...

Ча Ый Джэ стоял на своём, отказываясь принимать карту, пока Пэ Вон У не выкрикнул, собравшись с духом:

— ...5 миллионов!

— Что?

— Просто снимите 5 миллионов. Мы будем часто приходить сюда пообедать с командой. 15 миллионов — это слишком.

— Хм.

— За 15 миллионов можно есть похмельный суп три раза в день в течение 333 дней!

«С этим я могу справиться. Да ты и так уже питаешься», — подумал Ча Ый Джэ, глядя, как Ли Са Ён с недоверием смотрит на Пэ Вон У. Когда их взгляды встретились, Ча Ый Джэ быстро изобразил усталую улыбку работника: «давай уже, плати и уходи».

Сделав вид, что раздумывает, Ли Са Ён наконец кивнул.

— Хорошо...

Он с грохотом вставил карту в терминал, удерживая зрительный контакт с Ча Ый Джэ, и добавил:

— Сообщи мне, когда закончится. Я снова внесу предоплату.

Просто уходи.

Ли Са Ён снял 5 миллионов вон и ушёл неожиданно легко, будто заплатил за испорченный день. Его уход оказался совершенно не таким драматичным, как сам визит.

Вернётся ли он ночью? На всякий случай Ча Ый Джэ остался бодрствовать всю ночь в своей маленькой комнате с половником в руках, готовый встретить Ли Са Ёна, если тот снова покажется.

К счастью или к несчастью, той ночью Ли Са Ён так и не вернулся. Вместо этого...

— Ммм... что-то... что-то...

— Извини, что?

— Ммм... ммм... что-то... что-то...

— А, да, точно.

С тех пор он стал приходить в ресторан регулярно, как по расписанию, чтобы есть похмельный суп!

Не обращая внимания на шёпотные проклятия Пэ Вон У и реагируя только на скрежет зубов Ча Ый Джэ, Ли Са Ён каждый раз доставал из ниоткуда набор одноразовых столовых приборов. Он даже приносил свои собственные приборы, чтобы не списывать их стоимость с предоплаты. Не мог бы он ещё и глиняный горшок с собой принести? Чёрт, а как вообще его инвентарь это выдерживает?

Ладно, допустим, его инвентарь справляется, и у него действительно есть запас одноразовых приборов. Может быть, он правда пристрастился к супу от похмелья.

Однако пустые столы вокруг Ли Са Ёна каждый раз, когда он появлялся, были совершенно невыносимы. Эти, славящиеся своей эгоистичностью и нежеланием сотрудничать, охотники вдруг стали строго соблюдать социальное дистанцирование, даже без приказа! Ча Ый Джэ горько усмехнулся.

«Чёрт, это явно помеха бизнесу».

Гордостью ресторана с похмельным супом была высокая оборачиваемость клиентов и низкие цены, но каждый раз, когда появлялся Ли Са Ён, вокруг образовывалась «зона отчуждения», превращая всё в катастрофу. Забудьте про оборачиваемость — даже продажи стремительно падали. Благодаря преданным фанатам похмельного супа ресторан ещё держался на плаву… но такими темпами можно было потерять даже постоянных клиентов.

В итоге Ча Ый Джэ принялся искать в интернете информацию о злоупотреблениях охотников, законах о подаче жалоб на охотников и особенностях Закона о пробуждённых. И наконец пришёл к выводу:

«Чтобы решить это... я либо должен снова стать охотником, либо раздобыть денег!»

Может показаться, что это был внезапный порыв, но у Ча Ый Джэ были свои причины.

Чтобы разоблачить проступки Ли Са Ёна, нужны были железные доказательства. Смутные свидетельства могли только навредить, обернувшись обвинениями в клевете на охотника S-класса в Корее.

Самым надёжным способом было бы обнародовать запись проступков Ли Са Ёна. Но, как отметил один из отвечающих на JisikON, обычное устройство для записи даже близко не подошло бы для сбора доказательств против охотника S-класса. Охотники такого уровня легко обнаруживали и уничтожали любые устройства записи или камеры.

Значит, ему нужно было устройство для записи, сделанное из материалов подземелий, или такое, которое нельзя было обнаружить... Но такие вещи были не только редкими,

«Они чёртовски дорогие».

Когда он был охотником J, он этого не осознавал, но предметы, сделанные из материалов подземелий, стоили баснословных денег. Для скромного работника ресторана с похмельным супом это было просто недоступно!

Ча Ый Джэ был доволен своей скромной долей прибыли ресторана в качестве зарплаты — этого ему более чем хватало. Ему много не нужно: несколько комплектов одежды и пара кроссовок, которые можно менять. Если бы Ли Са Ён не вторгся в его вторую жизнь, он бы даже не думал об этом.

...Может быть, зарегистрироваться как охотник?

Для этого нужно было всего лишь пройти измерение способностей в Центре пробуждённых и получить класс, но... что если данные о J, о которых он сам не знал, всё ещё существовали? А если он не сможет контролировать свою силу во время измерения? Что, если он случайно сломает измерительное устройство?

Его спокойной жизни придёт конец. Для человека, скрывающего свою силу, это было слишком. Единственным утешением было то, что в момент его пробуждения Бюро управления пробуждёнными ещё не существовало, и когда он регистрировался, он получил особое отношение как J, минуя процесс идентификации, так что поддельные документы ему не понадобились.

— Если бы не этот ублюдок Ли Са Ён…

В последнее время Ча Ый Джэ всё больше понимал, почему другие охотники избегали сближаться с Ли Са Ёном. Он был как змея, кружившая вокруг добычи и медленно сжимающая ее.

Хотя он мог бы просто напрямую пригрозить ему той ночью, Ли Са Ён продолжал возвращаться, незаметно оказывая давление. Что он замышляет? С момента их первой встречи Ли Са Ён больше не спрашивал имени Ча Ый Джэ. Знал ли он уже, кем он был, или нет?

Поступки Ли Са Ёна напоминали тыканье пальцем в спокойную воду. Ранее неподвижная поверхность начинала сильно колебаться от малейшего движения. Даже без явного ущерба, это постоянное вмешательство было...

Раздражающим.

Ощущение было таким, будто в его территорию вторглись. Глядя в пустоту с искажённым выражением лица, Ча Ый Джэ машинально залез в свой инвентарь.

Инвентарь был забит пустыми бутылками из-под зелий. Все они были из разлома на Западном море. Он давно должен был выбросить их, но всё откладывал. Там же лежали вещи, которые он подобрал в разломе: чёрный длинный меч и клык василиска. Задержав взгляд на клыке василиска, Ча Ый Джэ переключил внимание на что-то другое. Среди бутылок что-то блестящее привлекло его взгляд.

Золотистый камень, примерно в половину большого пальца.

Это был магический камень.

Раньше он ни разу не использовал и не продавал магические камни, просто оставляя их где-то в инвентаре или дома. Но в наши дни, похоже, магические камни стали широко использоваться, не так ли? Судя по тому, что он подслушал от постоянных клиентов ресторана, немало снаряжения теперь изготавливалось с использованием обработанных магических камней.

— …Может, продать один?

Если продать этот камень, можно было бы купить приличное устройство для записи.

Ча Ый Джэ осторожно достал магический камень из своего инвентаря и начал полировать его своим фартуком.

Глава 18

Однако продать магические камни было невозможно просто потому, что кому-то этого захотелось.

Сделки с магическими камнями в основном проводились на Охотничьих рынках, для входа на которые требовалось Свидетельство о регистрации пробуждённого, делая их недоступными для обычных людей. Даже если казалось, что некоторые сделки заключались через онлайн-сообщества охотников, там тоже требовалось это свидетельство.

«Выходит, обычным людям даже не приблизиться к этому».

Он подумал о том, чтобы продать камень постоянным посетителям ресторана с похмельным супом, но было очевидно, что слухи быстро разлетятся. И все бы задавали один и тот же вопрос.

«Эй, откуда у тебя такой чистый магический камень, если ты даже не охотник?»

Если бы у обычного человека оказался магический камень столь высокой чистоты, он сам бы заинтересовался его происхождением. Слишком многое нужно было учитывать. Жизнь обычного человека была по-настоящему трудной.

«Может, сказать, что это один из постоянных клиентов подарил мне, чтобы помочь с расходами?»

Ча Ый Джэ покачал головой на собственный вопрос. Постоянные посетители ресторана с похмельным супом были скорее чем-то вроде сообщества, чем просто клиентами. Даже если это был кто-то, кого он едва знал, быстро бы выяснилось, что никто не стал бы отдавать такую вещь обычному работнику. В итоге у Ча Ый Джэ, обычного человека, оставался только один вариант.

Приложение для местной торговли подержанными вещами — «Томатный рынок».

«Томатный рынок», который существовал ещё до Дня Разлома, значительно помогал выжившим делиться информацией и искать спасение, когда мир начал рушиться. Люди, не знавшие даже своих соседей, полагались на тепло своего сообщества через «Томатный рынок».

«Он действительно помогал спасать выживших...»

А что, если попробовать выставить магический камень на продажу в «Томатный рынок»? Стоило попытаться. Ча Ый Джэ тут же скачал приложение «Томатный рынок» и попытался войти в свой старый аккаунт. Однако, похоже, его учетная запись была удалена из-за неактивности в течение восьми лет. Естественно, он нажал на кнопку регистрации.

[Пожалуйста, задайте ваш ник.]

Какой выбрать? Он пробовал ввести «чеснок», «похмельный суп», «кровяная колбаса», «костный суп», но все уже были заняты. Даже «похмельный суп1234» был отклонен, что изрядно раздражало Ча Ый Джэ. В конце концов, он ввел случайные буквы.

[EZ]

[Добро пожаловать в «Томатный рынок», EZ! Пожалуйста, включите GPS и зарегистрируйте ваш район!]

Отлично. Успешно зарегистрировавшись, Ча Ый Джэ вошел в приложение и начал его изучать.

К счастью, появилась новая категория для охотников! Хотя большинство товаров в ней были связаны с учебниками для экзаменов на государственные должности для охотников или популярными товарами, это не совсем то, что он искал.

«Может, выставить за 80 миллионов вон?»

Он не был уверен, что сделка на десятки миллионов пройдет легко, но попробовать стоило. Если не получится, он мог бы продать камень одному из постоянных клиентов. Если попросить их держать всё в секрете и предложить подходящую цену, кто-то мог бы согласиться из лояльности.

Ча Ый Джэ осторожно постелил газету на зеленый стол, уложил сверкающий золотой фрагмент под углом, который выгодно подчёркивал его вид, и сделал несколько фотографий.

Щелк.

Щелк.

Выбрав лучший снимок, он разместил объявление на «Томатном рынке».

[Заголовок: Магический камень на продажу]

[Автор: EZ]

[Цена: 80,000,000 вон]

[Магический камень высокой чистоты без примесей.]

[Цена договорная, пишите в чате.]

Чувствуя некоторое облегчение после добавления в объявление пометки о возможном торге, Ча Ый Джэ немного успокоился.

«Если это продастся, я смогу купить Ха Ын и бабушке зимние пальто, помочь с расходами на операцию и даже приобрести новый половник».

Это был идеальный план, без единого изъяна. Как только Ча Ый Джэ разместил объявление на «Томатном рынке» с лёгким сердцем, его телефон начал неконтролируемо вибрировать.

Ж-ж-ж—

Ж-ж-ж—

Ж-ж-ж—

Ж-ж-ж—

Телефон трясся так, словно кто-то оказался на морозе в минус 30 градусов. Он ведь был на гарантии, что могло произойти? Переживая, что телефон сломался, Ча Ый Джэ поспешно взглянул на экран и увидел, как уведомления накапливаются одно за другим.

MajangdongStayer: — Эй, я собираюсь заявить на тебя за мошенничество ㅋㅋ. Если это не обман, ответь. Будь милосерден?

XLevel: — Давай заключим сделку лично.

GoodNeighbor: — Мошенник. Легенда.

PooPatPongCurry: — Где ты? Я приду к тебе с деньгами. Просто дай адрес. Могу приехать сразу с наличкой.

White: — Это объявление-приманка, чтобы похитить кого-то?

GoodWordsForYou: — Где находится?

Hi: — У тебя есть ещё такие магические камни?

Mackerel: — Адрес?

...

...

На его экране появился поток уведомлений с чата «Томатного рынка» в реальном времени.

Спустя всего 30 секунд после разблокировки телефона милый томатный значок уже покрылся красным значком с надписью +99.

«Я в дерьме».

Непрерывно накапливающиеся сообщения, казалось, нашёптывали: «Да, ты в дерьме». Ча Ый Джэ давно не покрывался таким холодным потом. Это явно было неразумное решение. Несомненно, колоссальная ошибка!

Он что, слишком дёшево выставил камень? Неужели магический камень стоил больше, чем он думал? Конечно, Ча Ый Джэ не назначал цену наугад, он потратил время на изучение информации, прежде чем выставить камень. Но каждый раз, когда он кликал на посты о ценах магических камней, всплывало окно с запросом верификации охотника, так что он просто предположил и добавил несколько миллионов вон к цене.

Он слышал, что цены значительно выросли по сравнению с прошлым, но насколько?

Сложив руки и закрыв глаза, словно в молитве, Ча Ый Джэ попытался ненадолго отстраниться от реальности.

«Жизнь и правда тяжёлая».

С тех пор как система выкинула его в Южную Корею спустя восемь лет, его жизнь была полна неожиданных поворотов. Но, как говорится, «тот, кто завязал узел, должен его развязать», — Ча Ый Джэ решил, что должен сам разобраться с этим бардаком. Быстро собрав свои разбросанные мысли, он пришёл к выводу.

«...Надо бежать».

В конце концов, Ча Ый Джэ решил игнорировать все сообщения и просто сбежать. Отвечать на поток сообщений всё равно было невозможно. Он проигнорировал бесконечные уведомления, зашёл в настройки аккаунта и нажал на «деактивировать».

[Это прощание? Мы будем скучать по вам.]

Даже в этот момент чаты продолжали сыпаться. Ча Ый Джэ горячо надеялся, что «Томатный рынок» не станет ему препятствием. Но приложение цеплялось за него, словно старый друг. Оно казалось таким же настойчивым, как щупальца гигантского осьминога, с которым он когда-то сражался в Намхэ.

[Нам интересно, почему вы удаляете свой аккаунт, EZ.]

Даже спеша, он почувствовал, что должен хотя бы ответить на этот вопрос. Спокойно он отметил два пункта.

[✔ Слишком много людей реагируют на мой пост.]

[✔ Я столкнулся с грубыми пользователями.]

[Другое: Люди ругаются при первом контакте, эти **.]

Деактивировать. Удалить приложение.

Быстро и чётко Ча Ый Джэ завершил все шаги, после чего опустился на стул, уставившись в потолок с пустым взглядом.

«Это было довольно быстро, да?»

Но как только попадаешь в такую заварушку, жизнь уже не выпрямится так легко…

Тем временем в анонимном сообществе охотников, куда Ча Ый Джэ не мог попасть, HunterNet, обсуждение кипело сильнее ада.

Заголовок: [Анонимно] «Последние новости Томатный рынок… JPEG»

(Фото)

Вчера на «Томатном рынке» появился магический камень A+ класса и исчез через две минутыㅋㅋㅋㅋ

Комментарии (99+):

— «Томатный рынок» — это будущее.

— Просто гениально.

— Вау… Какое существо вообще может сбросить магический камень A+ класса? Лучшее, что у меня было, — это B класс.

⤷ Чтобы добыть такое, нужно победить босса второго уровня из подземелья. Но такой чистый и без примесей магический камень может быть только от монстра первого уровня.

⤷ Значит, тот, кто выложил это, охотник высокого уровня?

⤷ Ага. Скорее всего, это кто-то из топ-ранкеров.

— Поскольку на «Томатном рынке» прямые сделки, нет ни рыночной комиссии, ни налогов ㅋㅋㅋㅋ

⤷ Они выложили это, чтобы избежать налогов? Это жёстко.

⤷ Но при этом цена всего 80 миллионов;; это практически даром.

⤷ Они что, забыли добавить два нуля?

⤷ Это выглядит наиболее правдоподобным.

— Можно определить, что это магический камень A+ класса, только по фото?

⤷ Серьёзно, это фото не украдено или не отредактировано?

⤷ Хон Ё Сон выложил пост на InHeart про этоㅋㅋㅋㅋ Удивляется, почему такой редкий предмет не на Охотничьем рынке, а на «Томатном рынке».

⤷ О, если Хон Ё Сон это подтверждает, значит, вещь настоящая.

⤷ Разве он не делал оружие, уединившись в Чирисане?

⤷ Да, Чон Бин лично поехал в Чирисан, чтобы вытащить его обратно, когда тот пытался сбежать в Сеул.

⤷ ЛОЛ ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ

⤷ У Чон Бина самая сложная работа.

Заголовок: [Анонимно] Пост Хон Ё Сона на InHeart ㅋㅋㅋㅋㅋ

xxYeahsungH: EZ, я не знаю, кто ты, но назови свою цену, и давай сделаем прямую сделку #Чирисан #ХочуУйти #Сеул #ТоматныйРынок #ПутьМастера #ПустойЧек #НазовиСвоюЦену #ПочемуНеНаОхотничьемРынке #КнопкаЭкстренногоПобега

Лайки: 604k

jungVin80: Почему тут есть Wi-Fi?

Комментарии (99+):

— Один комментарий Чон Бина реально пугает ㅅㅂ

— ㅋㅋㅋㅋ Похоже, он снова делает снаряжение и полностью разрывает связь с обществом.

— У Хон Ё Сона реально много денег? Он предлагает пустой чек, как будто это ничего.

⤷ Конечно, одно оружие S-класса, которое он делает, может стоить миллиарды.

⤷ Мой друг, он единственный мастер S-класса в мире…

⤷ Да, и он скоро станет ещё богаче с предстоящим событием.

***

Кар-кар-кар — Карканье сороки, устроившей гнездо в сосне, разнеслось по тихой горной местности. Мужчина, сидевший на деревянной веранде и просматривавший посты в интернете, выключил телефон и оглядел окружающий пейзаж.

Старинный традиционный дом, расположенный на склоне горы Баньябонг в Чирисане. Особенностью дома были каменная ограда и сосны, украшенные талисманами и защитными оберегами. Во дворе, размером вдвое больше обычного, один угол занимала массивная кузница.

А рядом с ней,

Мужчина в белом флисовом костюме растянулся на земле, лежа на спине…

Глава 19

Мужчина в костюме с мягким, располагающим выражением лица, государственный служащий Чон Бин, сидел на деревянной террасе с ногой на ногу, наблюдая за единственным в мире S-класса мастером, который устроил протестное шоу прямо на земле.

— Отдайте мне этот магический камень!

— Эм… Хон Ё Сон-щи, вы ничего не видели.

— Ааа, достаньте его для меня.

Размахивая руками и ногами, он выглядел, как ребенок, устраивающий истерику в отделе игрушек. Чон Бин легким движением руки подал знак сотруднику Бюро управления пробуждёнными, стоявшему у входа в традиционный дом. Тот поклонился и подошел. Чон Бин тихо шепнул:

— С каких пор в деревне Чан появился такой хороший Wi-Fi? Разве вы не отключили его, когда Хон Ё Сон-щи был сюда отправлен?

— Конечно, мы всё отключили… но Ли Са Ён-щи восстановил все линии связи и Wi-Fi, а взамен заказал изготовление перчаток.

— Этот парень вообще никакой пользы не приносит. Отключите всё снова, как только проект закончится.

— Да, понял. А эта информация, вероятно, поступила с канала Охотников. На всех каналах обсуждали магический камень.

— Я просил всех соблюдать конфиденциальность. У них вообще нет деловой этики.

Пока Чон Бин цокал языком и коротко вздыхал, Хон Ё Сон всё повторял одну и ту же фразу, словно заевшая пластинка.

— Я хочу в Сеул. Дайте мне магический камень.

— Серьезно, вы сами попросили запереть вас в Чирисане. Вы не сможете уйти, пока не закончите изготовление всех оружий.

Этот мужчина, валяющийся в грязи в белой флисовой одежде, был не кем иным, как Хон Ё Соном, седьмым в рейтинге охотников Кореи и единственным мастером S-класса, известным под прозвищем «Гений».

Шесть лет назад на территории кампуса Корейского национального университета искусств открылись врата. Это произошло вечером, поэтому студентов в кампусе было немного, но проблема заключалась в студентах четвёртого курса художественного факультета, которые превращались в призраков в своих мастерских, готовя дипломные проекты. Перед ними встал выбор.

Их дипломный проект или их жизнь?

Большинство, конечно, выбрали жизнь. Они были слишком молоды и полны обид, чтобы умереть, работая над дипломными проектами. Попасть на небеса сразу после завершения работы казалось слишком жестоким! Ведь врата — это природное бедствие, профессора должны понять! Студенты, дрожа, хватали молотки и пилы, прячась в углах мастерских.

Но один студент, Хон Ё Сон, четвёртого курса керамического отделения, остался сидеть в своей мастерской, несмотря на открывшиеся врата. Даже когда монстры начали забираться по стенам здания, разбивать окна и проникать внутрь, он продолжал сидеть на месте, занимаясь изготовлением керамики.

И тогда он пробудился. Как мастер S-класса.

Сначала правительство решило держать его пробуждение в тайне. Если бы стало известно, что студент университета стал мастером S-класса, игнорируя врата и монстров ради создания керамики, другие студенты могли бы отказаться эвакуироваться во время подобных происшествий. Ради общественной безопасности история была засекречена.

Так или иначе, Хон Ё Сон, главная гордость керамического отделения, благодаря которому проходной балл на факультет вырос по всей стране, стал первым в мире мастером S-класса, появившимся после Дня Разлома. Более того, у него была невероятная способность.

[Способность: Завершение к дедлайну (L)]

[Эффективность и скорость работы увеличиваются по мере приближения крайнего срока.]

[(Если работа завершена под воздействием этой способности, качество увеличивается дополнительно на 50%)]

Правительственные служащие и представители соответствующих организаций аплодировали стоя, увидев данные его пробуждения. Драгоценный мастер S-класса с легендарной способностью! Это был талант, который значительно усилил бы конкурентоспособность Кореи среди охотников.

Но когда мир узнал о Хон Ё Соне и его способности, рекрутеры со всего света ринулись в Корею. Ведь Хон Ё Сон был единственным мастером S-класса в мире! По мере того как всё больше стран и организаций пытались заполучить его, корейское правительство становилось всё более обеспокоенным, отчаянно пытаясь удержать его в стране.

Граждане также горячо желали, чтобы он остался. Интернет заполнился радикальными предложениями вроде конфискации его паспорта, его уничтожения и запрета выезда из страны. СМИ неустанно обсуждали ценность, которую он мог бы создать. И тогда, в один обыкновенный день,

Доведённый до невроза рекрутерами, стучавшими в дверь его отеля каждую ночь, Хон Ё Сон выкрикнул:

— Да пошли вы, я кореец!

И обратился к правительству с просьбой о защите. Вместе с защитой он сделал ещё одну просьбу.

— Когда крайний срок моей работы близится, пожалуйста, запирайте меня в месте с хорошей водой, воздухом и энергией, без всякой связи с внешним миром, чтобы я ни говорил, не смог выйти.

Он попросил «заточения».

Правительство, уже обеспокоенное тем, что он может уехать в другую страну, было в восторге от этой идеи.

— Простите? О, это замечательно — э-э, кхм. Какова причина?

— Вообще-то, у меня есть ещё одна способность.

Кажется, никто не идеален. У Хон Ё Сона был один роковой недостаток.

[Способность: Прокрастинатор (L)]

[Вы испытываете сильное желание всё откладывать. (Очень сильно.)]

Система дала мастера S-класса, но уравновесила это способностью. Способность заставляла откладывать всё до последнего момента, чтобы завершить работу в последний миг перед дедлайном. Гений, управляемый своей способностью. Олицетворение работы в авральном режиме.

И всё же корейское правительство выделило несколько мест по всей стране с хорошей энергетикой, чтобы мягко изолировать его, когда наступит время. После Сораксана и Керёнсана очередь дошла до деревни мастеров Чан в Чирисане.

Чон Бин глубоко вздохнул, опираясь подбородком на руку. Наблюдая за белым комком, катающимся по земле, он произнёс:

— Я отменил встречу с Ли Са Ёном, чтобы приехать сюда и поймать Хон Ё Сон-щи. Вы это понимаете, да?

— Эй, госслужащий.

Вместо ответа Хон Ё Сон позвал Чон Бина. В отличие от прежнего нытья, его голос звучал чуть спокойнее.

— Если я сделаю оружие из того магического камня, то смогу создать минимум S+ класс. Я вижу это даже по фотографии.

— О?

Чон Бин слегка приподнял брови от удивления. До сих пор высший класс оборудования, который создавал Хон Ё Сон, был S-класс. Он всегда говорил, что для создания предметов более высокого класса нужны лучшие материалы и идеальное мастерство. Поэтому упоминание об оружии S+ класса естественно вызвало интерес у Чон Бина.

Ещё в вертолёте, летя в Чирисан, Чон Бин слышал о загадочном продавце магических камней. Кто-то сумасшедший выложил светящийся магический камень на «Томатный рынок».

Этот редкий предмет не был выставлен на рынке Охотников, что сразу вызывало подозрения, но реакция Хон Ё Сона подтверждала его качество. Даже на фотографиях магический камень выглядел великолепно. Это был тип, который никогда ранее не появлялся на внутреннем рынке.

Но откуда он внезапно взялся?

Может, его отобрали у кого-то? Или это контрабанда из-за границы? Перебирая в уме различные гипотезы, Чон Бин вспомнил кое-что важное. Причину, по которой Ли Са Ён недавно ворвался в Бюро управления пробуждёнными и перевернул базу данных пробуждённых. Не бегает ли где-то неподалёку талантливый незарегистрированный пробуждённый?

Чон Бин резко поднялся с места и присел рядом с Хон Ё Соном, который продолжал кататься по земле, словно только что пойманная рыба.

— Хон Ё Сон-щи.

— А, достаньте мне магический камень, а потом говорите.

Взгляд, который минуту назад казался чуть более ясным, снова стал рассеянным. Вернувшись к поведению пятилетнего ребёнка, устраивающего истерику, Хон Ё Сон продолжал капризничать, но Чон Бин осторожно заговорил, уговаривая его:

— Слушайте сначала. Этот магический камень невероятно хорош, правда?

— Конечно. Даже по фото видно, что он высшего класса, без примесей и энергии монстров. Ах, дайте мне этот камень!

— Такой камень могли достать только несколько человек, верно?

— По меньшей мере, кто-то из топ-100 ранкеров.

— А топовые ранкеры обычно не оставляют таких следов при сделках, правда?

— Конечно. Есть чёрный рынок и рынок Охотников, зачем им использовать «Томатный рынок»? Это же глупо.

Резко ответив, Хон Ё Сон снова начал дёргаться.

— Ах, это абсурд… Я не могу смотреть «Томатный рынок» Сеула, потому что застрял в Чирисане! Ай! В следующий раз запирайте меня в Пукхансане!

— Да, я сообщу директору, что следующим местом твоей изоляции будет Пукхансан. И, —

Чон Бин поднялся, отряхивая колени.

— Я найду этот магический камень.

— …Правда?

На весёлые слова Чон Бина Хон Ё Сон поднял голову. Покрытый грязью в своей белоснежной флисовой одежде, с глазами, горящими чистым безумием, он напоминал померанского шпица, который пробежал 30 кругов по грязному полю во время прогулки.

— Да.

Чон Бин улыбнулся той самой улыбкой с надёжностью в 100%, которую часто показывают в социальных рекламных роликах. В его голосе прозвучала даже едва уловимая уверенность.

— Кажется, пока мы будем искать этот магический камень, обнаружим целую золотую жилу.

Глава 20

«Почему у меня так чешутся уши?»

Стоя перед газовой плитой, Ча Ый Джэ раздражённо почесал ухо, готовя похмельный суп.

Сегодня, по какой-то причине, ресторан похмельного супа был оживлён как обычно, несмотря на то, что Пэ Вон У, Ли Са Ён и члены гильдии Падо так и не появились. Охотники даже выглядели на удивление довольными. Сам Ча Ый Джэ тоже почти забыл о болезненной неудаче на «Томатном рынке» и наслаждался относительно спокойным днём. Однако...

— Ты видел пост на HunterNet вчера?

Молодой охотник прошептал, запуская волну обсуждений в ресторане.

— Да, какой-то псих выставил магический камень A+ класса на «Томатном рынке» за 80 миллионов вон. Гильдии просто в шоке.

Слово «псих» болезненно резануло слух Ча Ый Джэ.

«Псих, да?»

Ча Ый Джэ недовольно поморщился, но другие охотники, не замечая его реакции, продолжали свой разговор, ловко отделяя мясо от костей.

— Это не просто приманка для кликов? Может, они просто выложили найденную в интернете фотографию.

— Эй, Хон Ё Сон объявил награду за того, кто найдёт этот магический камень. Говорят, он сделает для них оружие бесплатно.

— Правда?

— Да, проверь его страницу на InHeart.

— Боже мой, это правда. Нам нужно срочно его найти.

Рука Ча Ый Джэ, державшая щипцы для регулировки огня, застыла. Хотя он в последнее время держался подальше от мира охотников, имя Хон Ё Сона ему было хорошо знакомо. Это был мастер S-класса. Большинство охотников, которые приходили в ресторан, мечтали о его снаряжении.

Но награда от Хон Ё Сона? Почему?

Прежде чем Ча Ый Джэ смог упорядочить свои сбивчивые мысли, разговор охотников продолжился.

— Чёрт, надо было купить. Даже если бы я взял его за 80 миллионов, перепродал бы за десятки миллиардов. Что за фигня?

— Я установил «Томатный рынок», как только увидел пост.

— Я тоже.

— Надеюсь, EZ выложит ещё что-нибудь.

— Но говорят, они удалили пост и деактивировали аккаунт.

— Издеваются над нами? Отдай и забери. Пусть возвращаются немедленно.

— Сегодня я собираюсь на рынок Норянджин, чтобы спросить у скумбрии.

— Скумбрия действительно сможет его найти?

— Если нет, то пусть снимает с себя звание лучшего информатора Кореи.

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

На этом этапе его мысли были настолько перегружены, что его особая способность активировалась автоматически. С абсолютно спокойным лицом Ча Ый Джэ бросил в кипящий суп горсть зелёного лука. Но в голове у него всё ещё царил хаос. Этот магический камень стоит… десятки миллиардов?

«Я раньше играл с магическими камнями, как с обычными камешками, потому что они были бесполезны!»

Конечно, так мог поступить только J, но Ча Ый Джэ это мало волновало.

— Как думаешь, кто это выложил?

— Судя по цене, может, это обычный человек, нашедший магический камень на улице?

— Чёрт, если бы я мог найти магический камень A+ класса на улице, я бы бросил быть охотником и гулял бы по сто тысяч шагов каждый день.

— Согласен.

Мой магический камень… выше классом, чем я думал? Подслушивая разговор охотников, Ча Ый Джэ осознал то, что всё это время упускал из виду.

Вещи J были редчайшими сокровищами, которые обычные охотники даже не могли себе представить.

Восемь лет. Лишь на два года меньше полного цикла изменений, мир вновь пережил переворот, отличный от Дня Разлома. Одним из главных изменений стала ценность магических камней, которые из мусора превратились в золото. В прошлом использование магических камней можно было описать всего двумя способами.

Первый: предметы коллекционирования для богатых.

Второй: трофеи для охотников.

Раньше магические камни покупали только те, у кого было много денег, но теперь хорошие камни ценились на вес золота.

Результаты исследований, которые показали, что магические камни могут эффективно добывать энергию без вреда для окружающей среды, в отличие от традиционных источников энергии, таких как уголь и нефть, стали основной причиной этого сдвига. Магические камни F-класса, которые раньше выбрасывали прямо внутри порталов, теперь стоили минимум сто тысяч вон за штуку.

На самом деле, даже в те времена, когда J был активен, он никогда не занимался побочными продуктами из подземелий напрямую. Так как он скрывал свою личность, всеми сделками с предметами из подземелий занималась его тётя. В те времена не существовало ни охотничьих рынков, ни мастеров, поэтому покупка экипировки за деньги была редкостью.

Учитывая этот контекст, было вполне естественно, что Ча Ый Джэ не знал текущих рыночных цен на магические камни.

Правительство действительно выплачивало денежные вознаграждения охотникам за вход в трещины и подземелья, но J не использовал эти деньги для значительных покупок. Иногда он приобретал зелья, но только для оказания экстренной помощи выжившим внутри трещин, а не для себя.

И сегодня его прошлые действия обернулись огромной лавиной, накатившей на Ча Ый Джэ.

«Неужели новость о единственном ошибочном посте может разойтись так широко?»

Ча Ый Джэ был искренне ошеломлён. Ему хотелось, чтобы все просто остановились ради его спокойной жизни, но сообщество охотников оказалось куда более связным, быстрым и организованным, чем он думал. А ресторан похмельного супа оказался идеальным местом для сбора и распространения информации.

— Томатный рынок...

— Сколько...

— магический камень...

— похмельный суп вкусный...

— Где-то здесь...

— Какой сумасшедший...

— Скрытый сильный охотник...

— Мишленовская звезда для ресторана похмельного супа...

Слухи о неизвестном магическом камне продолжали распространяться. Правда, в них уже начали проскакивать неточности.

***

— Дядя, у тебя лицо странное.

— Лицо? Почему?

— Вот так.

Пак Ха Ын подняла подбородок обеими руками. Она намекала, что его челюсть стала острее? Ча Ый Джэ потер линию челюсти и улыбнулся.

— В последнее время я плохо сплю. Всё в порядке.

— Дядя никогда не спит.

— Вот именно, значит, ничего не изменилось. Просто я немного устал. Тебе что-нибудь нужно для школы завтра?

— Учебные принадлежности... картон и пластилин.

— Урок труда?

— Да, буду лепить из пластилина. Как Хон Ё Сон.

Чёрт. Ча Ый Джэ чуть не прикусил язык при упоминании этого имени.

После того как он узнал, что Хон Ё Сон объявил награду за магический камень, Ча Ый Джэ впервые скачал InHeart и подписался на его аккаунт. Этот сумасшедший был своего рода другим безумцем, отличным от Ли Са Ёна, — по крайней мере, понимание его действий упрощало взаимодействие.

Хон Ё Сон был не из тех, кто часто публикует что-то, но после истории с магическим камнем он выкладывал посты как минимум раз в день. Сегодня он опубликовал фотографию одного-единственного яйца в курятнике с такой подписью:

xxYeahsungH: Золотой круглый магический камень… #скучаю #ждутебе #ежедневно #общение #яйцо #магическийкамень #скучаюпотебе

Лайков: 532 тыс.

Honeybeezx: Разве этого парня не нужно отправить на консультацию? Похоже, на него повлиял какой-то навык ментального загрязнения @jungvin80 @SEOWON_GUILD

Ча Ый Джэ полностью согласился с мнением Пчелы. Даже ему Хон Ё Сон казался сумасшедшим. Он просто не мог понять, как устроен мозг у сегодняшних охотников.

Положив перед Пак Ха Ын яблочные дольки в форме кроликов, Ча Ый Джэ взял две связки зелёного лука, разделочную доску и сел за боковой стол. В последнее время он не мог навестить бабушку, что его тревожило, поэтому он тихо спросил Пак Ха Ын:

— Как бабушкина нога?

— Хм, всё ещё хромает.

— Понятно… Нужно сводить её в больницу.

— Ей нужна операция?

— Не узнаем, пока не поговорим с врачом.

— …Надеюсь, что обойдётся без операции.

Пак Ха Ын вздохнула, опустив подбородок на руки. Ча Ый Джэ чувствовал то же самое, но выразил это, молча нарезая зелёный лук.

***

Даже после того, как инцидент с магическим камнем на «Томатном рынке» немного утих, ресторан похмельного супа продолжал гудеть разговорами о магических камнях. Как только казалось, что тема исчерпана, Хон Ё Сон подливал масла в огонь через свои посты на InHeart.

Влияние единственного мастера S-класса было огромным. Если Ли Са Ён был бурей в ресторане похмельного супа, то Хон Ё Сон устраивал землетрясение на расстоянии, которое доходило даже сюда. И последствия этого землетрясения...

Привели ещё одного S-класса в ресторан похмельного супа.

— У этого места приятная атмосфера.

Знакомый голос. Тот же тон, что и в объявлении госслужбы, прозвучавшем сразу после утренней дорамы.

Ча Ый Джэ специально повернул голову медленно. Это была почти инстинктивная попытка избежать реальности. Однако она дала ему всего три секунды мнимого побега, прежде чем реальность вернулась, и высокий, элегантно одетый мужчина у двери никуда не исчез.

Высокий рост, волосы цвета мёда, слегка опущенные глаза и аккуратный костюм с бейджем госслужащего на шее — это был Чон Бин, звезда корейских социальных роликов.

«Почему... ты здесь?»

На мгновение Ча Ый Джэ даже подумал, не подал ли он случайно жалобу на Ли Са Ёна в Бюро управления пробуждёнными. Но как только Чон Бин встретился с ним взглядом, он вежливо поклонился.

— Здравствуйте.

— ...Добро пожаловать. Вы один?

Всё в порядке. Чон Бин не знает Ча Ый Джэ. Он знает только J в маске.

Ча Ый Джэ пытался успокоить себя, вставая со своего места.

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

— Да, только я.

— Пожалуйста, садитесь сюда. Меню можно посмотреть на стене, а заказ сделать сразу.

Чон Бин спокойно сел на место, которое указал Ча Ый Джэ, и начал изучать меню на стене. Только тогда охотники вокруг начали шептаться.

— Невероятно…

— Это же Чон Бин.

— Кто сделал что-то, за что его арестуют? Ну, признавайтесь, кто из вас?

— О, я сегодня не по служебным делам. Просто решил поужинать. Случайно оказался поблизости в рабочей поездке.

Чон Бин махнул рукой с мягкой улыбкой. Однако охотники, оказавшиеся рядом с ним, уже уткнулись в свои миски и глотали похмельный суп, словно воду.

Эти действия показались Ча Ый Джэ подозрительно знакомыми. За раздвижной дверью он почувствовал чьё-то присутствие, выглядывающее в магазин. Теперь он мог ясно предвидеть будущее: вскоре здесь появится зона «Чон Бин» вдобавок к зоне «Ли Са Ён».

Иными словами, сегодняшний рабочий день для ресторана окончен.

Справляться не только с охотниками, связанными с гильдиями, но и с госслужащими, нарушающими его бизнес… Куда он мог подать жалобу на всё это? Ча Ый Джэ захотел схватить кого-нибудь и выговориться, почему его когда-то спокойный ресторан похмельного супа превратился в центр таких испытаний.

— …

Но времени на разочарование не осталось, потому что второй незваный гость уже приближался к ресторану.

Шаги такие тихие, что их можно было услышать, только если сильно прислушаться. Присутствие было скрыто, но Ча Ый Джэ ощущал пылающую ауру. Тёмная фигура уверенно направлялась к заведению.

Все обстоятельства указывали только на одного человека.

Глава 21

Раздвижная дверь скользнула в сторону, и, когда кто-то вошёл в ресторан, расслабленная атмосфера мгновенно обратилась в лёд. Охотники, жующие свой рис, замерли на месте, а один из них, чуть не подавившись, сдержал приступ чистой силой воли.

Фигура, согнувшаяся в спине и скрытая за противогазом, остановилась у входа, будто оценивая обстановку. Почти абсолютная тишина, в которой не было слышно даже дыхания, заполнила помещение.

Тишину нарушил тот, кто стоял у двери.

— Странно.

Ли Са Ён с презрительной усмешкой направился через весь зал.

— Что это здесь делает правительственный госслужащий?

Чон Бин спокойно ответил:

— Конечно, ужинаю. Не ожидал встретить здесь вас, Ли Са Ён-щи.

— Хм... выглядишь свободным.

— Ха-ха, не совсем. Даже без того, чтобы Ли Са Ён-щи подливал масла в огонь, корейские госслужащие всегда заняты.

Несмотря на явную колкость в словах, Ли Са Ён лишь усмехнулся и направился к угловому столику. Охотник, сидевший там и торопливо поглощавший суп от похмелья, вскочил, бросил деньги на стол и поспешно ретировался.

Чёрт побери, эти ублюдки опять распугивают всех клиентов. Ча Ый Джэ с тоской посмотрел на других охотников, начинавших медленно вставать и перемещаться по залу. Тем не менее, двое нежданных гостей продолжали свой разговор.

— В любом случае, раз уж мы встретились... Ли Са Ён-щи, мне нужно кое-что сказать.

— ...

— Это не то, что обсуждают в таком месте, как это. Не могли бы вы начать отвечать на официальные запросы?

— Один суп от похмелья.

Полное игнорирование. Однако Чон Бин продолжал говорить ровным тоном, ничем не выдавая раздражения.

— Даже если я прихожу напрямую в гильдию Падо, вас никогда нет. На наши официальные документы мы получаем лишь ответы о том, что глава гильдии занят внешними делами. Но я слышал, что вы регулярно заходите в этот ближайший ресторан супа от похмелья. Поэтому я решил проверить — и вот вы действительно здесь.

— Побольше редьки кимчи.

— О, мне тоже один суп от похмелья.

— ...

Ча Ый Джэ, записывая заказ в блокнот, бросил на двоих тяжёлый взгляд. Если собираетесь драться, делайте это снаружи. Не втягивайте сюда работника на полставки. Он прижал ручку к виску. Напряжённая атмосфера начинала вызывать у него головную боль.

Окинув взглядом зал, Чон Бин продолжил:

— И директор сказал, что вы должны возместить ущерб за последний инцидент, который вы устроили.

— …

На этот раз Ли Са Ён, который всё это время молчал, коротко кивнул.

— Ах да, одну минуту.

Чон Бин достал из инвентаря круглую, напоминающую вату вещицу. Нажав на неё большим пальцем, он активировал непрозрачный барьер, который обволок их, скрыв от посторонних глаз. Воздух, который до этого казался тяжёлым и застоявшимся, вдруг стал легче. Охотники, затаившие дыхание, с облегчением выдохнули.

— Вот это да, даже предмет для пространственного разделения использует. Видимо, разговор действительно важный.

— Эй, что за тайны? Не оставляйте нас в неведении.

— Не смеши. Вляпаться в это может быть опасно. Давай доедим и уйдём.

— Они не начнут драку прямо здесь, правда?

— Вряд ли, тут же гражданские.

— Но с Ли Са Ёном всё возможно.

Не говорите таких ужасных вещей. Ча Ый Джэ сжал глаза.

Он знал, что Чон Бин не из тех, кто станет устраивать беспорядки в таком месте. Но с участием Ли Са Ёна всё могло пойти наперекосяк. Он совсем не хотел, чтобы его ресторан супов от похмелья прославился как место битвы между топовым охотником и национальной звездой.

Ча Ый Джэ нервно щёлкал ручкой, перебирая её в руках. Несмотря на то что предметы для пространственного разделения часто используют для приватных разговоров, у них есть серьёзный недостаток: пробуждённый более высокого ранга, чем ранг самого предмета, легко может его обойти.

Предмет Чон Бина, вероятно, был примерно A-класса. Точно сказать было сложно, но не было смысла использовать S-класс в каком-то захудалом ресторане супов от похмелья. Когда Ча Ый Джэ медленно открыл глаза, барьера, который он видел раньше, уже не было, и Чон Бин с Ли Са Ёном снова стали видимы.

Бинго. Ча Ый Джэ внутренне ликовал, делая вид, что ничего не заметил, и, двигаясь ближе, начал чистить чеснок.

— Ли Са Ён-щи, вы ведь искали незарегистрированного человека? Даже перевернули всю базу данных Бюро управления пробуждёнными.

— …

— Этот незарегистрированный человек предположительно довольно силён. Настолько, чтобы выдержать ваши атаки…

Незарегистрированный человек, способный выдержать атаки Ли Са Ёна. Хотя напрямую никто не был упомянут, Ча Ый Джэ прекрасно понял, о ком шла речь. «Этот парень перелопатил всю базу только ради меня? Неудивительно, что он так легко меня отпустил». От этого ощущения его шею пробило холодом.

— Вы нашли этого человека?

Ча Ый Джэ задержал дыхание. На мгновение ему показалось, что фиолетовый взгляд из-под противогаза устремился прямо на него через плечо Чон Бина. Прежде чем он успел понять, это была его фантазия или нет, прозвучал короткий ответ.

— Нет.

— Правда?

Глаза Чон Бина пристально изучали лицо Ли Са Ёна под маской, будто ища что-то. Ли Са Ён, казалось, раздражённый этим вниманием, подпер подбородок рукой и холодно спросил:

— Разве ты не должен объяснить ситуацию, прежде чем допрашивать меня?

— …

— Просто вываливать свои цели тоже мне не по душе.

Они молча смотрели друг на друга какое-то время. Но вскоре Чон Бин поднял руки, показывая знак капитуляции.

— Понял. Я объясню.

Ли Са Ён не проявил никакой реакции, но было ясно, что он слушает. Чон Бин достал телефон, несколько раз нажал на экран, а затем показал фотографию Ли Са Ёну.

— Вы ведь слышали про магический камень класса A+, который недавно выставили на продажу на «Томатном рынке», верно?

— Если вы не знаете об этом, вам стоит бросить быть охотником.

Бросить быть охотником, да? Ча Ый Джэ почувствовал, как его всё больше тревожит то, насколько запутанной и сложной становилась ситуация. Возможно, он был более известным, чем сам думал.

— И вы ведь знаете, что Хон Ё Сон-щи заперт в Чирисане, делая экипировку, верно? Конечно, знаете. Это вы же провели ему там интернет.

— Ну и что?

— Знаете, что Хон Ё Сон-щи закатил истерику, требуя магический камень?

— Наверное, да.

— В итоге, я считаю, что незарегистрированный человек, которого вы ищете, — владелец этого магического камня.

«Чёрт, этот парень чересчур проницателен». Ча Ый Джэ продолжал спокойно чистить чеснок, делая вид, что ничего не понимает. Губы Ли Са Ёна изогнулись в улыбке. Его голос, ранее колючий, внезапно стал удивительно мягким.

— Слишком смелое предположение.

Несмотря на слова, тон оставался далёким от дружелюбия. Чон Бин убрал телефон в карман и продолжил:

— Если кто-то может заполучить магический камень такого калибра, он должен входить хотя бы в топ-100. А такие люди, как правило, используют рынок охотников. Это безопасно для сделок с высокой стоимостью, так как личности продавца и покупателя гарантированы.

— …

— Если сборы и налоги слишком обременительны, всегда есть чёрный рынок. Неудобно обсуждать это как госслужащему, но это способ уладить дело тихо, без лишней шумихи. Существует множество дискретных методов.

Перчатка на руке Ли Са Ёна мягко застучала пальцами по столу.

— Так почему этот магический камень оказался на «Томатном рынке»? И по такой абсурдно низкой цене?

— …

— Вероятно, потому, что продавец не мог использовать рынок охотников из-за отсутствия регистрации. Вот почему он разместил его на «Томатном рынке». Так что это одно из двух: либо обычный человек, либо любитель — незарегистрированный пробуждённый. Но вероятность того, что обычный человек владеет таким магическим камнем, почти нулевая.

Любитель. Слово, словно кинжал, пронзило сердце бывшего ранкера номер один, J. Скорость, с которой Ча Ый Джэ чистил чеснок, заметно возросла. Шорох кожуры стал едва ли не фоновым сопровождением, пока Ли Са Ён задавал вопрос:

— И что?

— Это сводит круг подозреваемых к одному. Владелец магического камня — незарегистрированный пробуждённый.

— Понятно…

— Человек, способный заполучить магический камень такого уровня, — это тот, кого вы ищете, Ли Са Ён-щи.

Логика Чон Бина была довольно точной. Закончив полицейскую академию и долгое время проработав в мире охотников, его интуиция, казалось, стала острее, чем когда-либо. «Если бы я не услышал это сейчас, всё могло бы обернуться катастрофой». Ча Ый Джэ почувствовал, что теперь ему нужно быть ещё более осторожным в своих действиях.

Тук, тук, тук.

Пальцы в чёрной перчатке всё так же стучали по столу. Когда взгляд Ча Ый Джэ непроизвольно скользнул к кончикам пальцев Ли Са Ёна, они начали двигаться медленно, словно вырисовывая слова, которые будто прожигали ему глаза:

Ты

Всё

Слышал?

Уголки губ Ча Ый Джэ невольно дёрнулись. Он поднял взгляд на Ли Са Ёна. Его рука, механически очищающая чеснок, замерла. Нервное напряжение было таким, что он даже не мог сказать, сохраняется ли его непроницаемое выражение.

Выражение, видимое сквозь противогаз, было совершенно очевидным.

Ли Са Ён улыбался.

Глава 22

— Ты все слышал?

В короткий миг через голову Ча Ый Джэ пронеслось множество мыслей. Должен ли он притвориться, что ничего не знает, и просто убежать? Но он уже встретился взглядом с Ли Са Ёном. Ли Са Ён, опираясь подбородком на ладонь, откровенно пялился на Ча Ый Джэ. Игнорируя Чон Бина, сидящего прямо перед ним, дерзкая поза Ли Са Ёна вызывала у Ча Ый Джэ желание надеть на него противогаз задом наперед. Чтобы тот ничего не видел.

Ча Ый Джэ вторгся в пространство, которое Ли Са Ён отделил с помощью предмета, так что на этот раз он был незваным гостем. Если он проявит неосторожность, может привлечь внимание Чон Бина.

К счастью, у него была хорошая отговорка… суп от похмелья! Ча Ый Джэ на время забыл о нем, подслушивая интересный разговор, но как работник на полставки в ресторане с супами от похмелья, он был обязан подать суп этим двум проблемным клиентам.

Ча Ый Джэ медленно поднялся, внимательно наблюдая за реакцией Чон Бина. Он поднял оба средних пальца в сторону Ли Са Ёна и беззвучно прошептал:

«Черт бы тебя побрал».

Затем он спокойно повернулся и направился на кухню. Он услышал тихий смех. Следом прозвучал озадаченный голос Чон Бина:

— Ли Са Ён-щи?

— Нет, ничего. Возможность еще одного незарегистрированного?

— В преддверии аукциона снаряжения Хон Ё Сона, возможно, некоторые люди въехали в страну. Но ни один профессионал не устроит подобный беспорядок. Они бы пришли и ушли незаметно.

Чон Бин ответил твердо. Казалось, он считал, что виновником происшествия был новичок, недавно пробудившийся, невежественный дилетант. Ча Ый Джэ, который из ниоткуда оказался «новичком, дилетантом, невежественным глупцом», почувствовал себя несправедливо обвиненным. В его время информация не распространялась так быстро. Вялый голос предложил другую возможность:

— Пару месяцев назад пробудился один S-класс. Как насчет него?

Здесь уже было три S-класса, и еще один пробудился? Почему так много S-классов в этой маленькой стране? Похоже, Корея вполне могла обойтись без него. После короткой паузы Чон Бин ответил мрачно.

— Этот человек… как вы знаете, всё ещё несовершеннолетний и, скорее всего, не имеет времени на такие вещи. К тому же, она не охотник боевого типа.

— Ах да, она ведь ученица выпускного класса старшей школы.

— Да. Она готовится к вступительным экзаменам в университет. Ей скорее захочется разобрать ещё одну тему из учебника, чем заходить в разлом.

— Ну… если ты так говоришь.

Ча Ый Джэ внимательно прислушивался, раскладывая готовый суп от похмелья на поднос. Станет ли Ли Са Ён рассказывать всё? Его охватило лёгкое беспокойство.

Если он признает, что владелец магического камня — тот самый незарегистрированный, с кем он встретился. И если он раскроет, что этим незарегистрированным является Ча Ый Джэ.

Если он потеряет эту тихую жизнь, которую с таким трудом обрёл.

Руки, державшие поднос, сжались сильнее. В этот момент Ли Са Ён заговорил медленно:

— Я всё ещё не нашёл его.

Невзначай брошенная фраза, из-за которой вся напряжённая готовность Ча Ый Джэ оказалась напрасной. Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза, глядя в зал. За ней последовал разочарованный голос Чон Бина:

— Если даже Ли Са Ён-щи его ещё не нашёл…

— Ну… может быть, это приманка, расставленная какими-то тёмными личностями.

— Эту возможность тоже исключить нельзя.

Чон Бин кивнул в знак согласия, а Ли Са Ён лёгким движением подбородка указал на воздух:

— Раз разговор окончен, как насчёт того, чтобы сначала разобраться с этим?

— Давайте так и сделаем. Продолжать разговор… кажется неуместным в ресторане с супом от похмелья.

С щелчком пальцев Ча Ый Джэ тоже вышел из кухни с подносом. Судя по взглядам охотников, шёпотам и их поведению, предмет был снят. Ча Ый Джэ направился к столу неспешным шагом и поставил миски перед клиентами.

— Два супа от похмелья готовы.

— О, спасибо.

Чон Бин вежливо поблагодарил и взял ложку. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Са Ёна. Тот полностью игнорировал его, словно и не говорил с ним минуту назад.

— Спасибо за угощение.

— …Да, спасибо.

«Если вы закончили есть, просто уходите», — мысленно проговорил Ча Ый Джэ, сдерживая себя, пока охотники группой покидали ресторан. Пересчитывая наличные, он услышал, как Чон Бин, разглядывая автографы на стене, задал вопрос:

— Это подписи постоянных клиентов?

— А? О, да.

— Хм…

Большинство из них действительно приходили сюда почти каждый день, так что их можно было считать постоянными. Ча Ый Джэ кивнул, и Чон Бин улыбнулся.

— Ха-ха, интересно, сколько раз мне нужно прийти, чтобы мой автограф тоже оказался там. Похоже, придётся наведываться часто.

«Нет, не приходи. Никогда больше сюда не возвращайся», — подумал Ча Ый Джэ, но, не выдав своих истинных чувств, проводил его взглядом. Он искренне надеялся, что Чон Бин не сдержит своё обещание. Ли Са Ён тоже исчез в какой-то момент, не издав ни звука. Только после того, как оба S-класса покинули ресторан, покой вернулся в заведение и в сердце Ча Ый Джэ.

Это произошло, когда он завершал дела за день, заполняя раковину водой, надев розовые резиновые перчатки. Опираясь на раковину и слушая звук льющейся воды, он уловил слабый звук. Он был настолько тихим, что Ча Ый Джэ смог услышать его только благодаря своему острому слуху. Затем звук стал повторяться с определённой регулярностью: тук, тук, тук. Он выключил воду и огляделся, пытаясь найти источник звука.

На стеклянной раздвижной двери постукивал кончиком пальца противогаз.

Если бы это была сцена из какого-нибудь B-классового фильма о катастрофах или ужасах, главный герой, скорее всего, закричал бы. Но для Ча Ый Джэ это выглядело как надоедливый клиент, мешающий закрытию ресторана. Вместо крика он громко произнёс так, чтобы его услышали снаружи:

— Мы закрыты.

Противогаз наклонил лоб к стеклу и коротко ответил:

— Мне нужно поговорить с тобой.

— Я сказал, мы закрыты.

— Тебе лучше выслушать меня, если не хочешь снова увидеть Чон Бина завтра.

На эти наполовину угрожающие слова Ча Ый Джэ тут же подскочил к двери и схватился за ручку в своих резиновых перчатках. Теперь, когда они остались наедине, скрывать было нечего. Его глаза яростно вспыхнули, когда он посмотрел на противогаз.

— Это ты?

Сквозь щель двери прозвучал равнодушный голос:

— Ты вызвал сюда Чон Бина?

— С чего бы это был я?

— …

— Если подумать, это ты его сюда привёл.

— Я чётко слышал, как ты сказал, что кого-то ищешь.

На недоумённый ответ Ча Ый Джэ Ли Са Ён отреагировал так, будто всё было очевидно:

— Если бы ты не бросил ядерную бомбу на «Томатный рынок», он бы сюда не пришёл.

— О чём ты вообще говоришь? Какое отношение имеет ко мне «Томатный рынок»?

Противогаз уставился прямо на Ча Ый Джэ сквозь стекло.

— Ты не понимаешь серьёзности ситуации?

— Я не знаю, о чём ты говоришь.

Ча Ый Джэ решил продолжать делать вид, что ничего не понимает. Чёрные перчатки перестали стучать по стеклу.

— Хорошо. Кто бы ни пришёл, продолжай притворяться, что ничего не знаешь. Так и надо.

— …

— Если не откроешь дверь, мне её расплавить?

— Попробуй. Я немедленно сообщу о тебе властям.

— Зачем ты всё время зовёшь Чон Бина… когда я прямо перед тобой.

Это была тонкая угроза, намекающая, что он позовёт Чон Бина прямо сейчас, если Ча Ый Джэ не откроет дверь. В итоге Ча Ый Джэ открыл. Он не мог допустить, чтобы Чон Бин вернулся сюда, едва он избавился от него. Как только Ли Са Ён вошёл внутрь, он снял противогаз и провёл рукой по волосам.

— Они будут продолжать приходить. Такие, как он.

Ли Са Ён, который только что назвал Чон Бина, третьего в рейтинге корейских охотников S-класса, «такими, как он», бросил в рот мятную конфету. Его бледные щёки слегка надуло в форме конфеты. Ли Са Ён обладал поразительным талантом говорить ужасные вещи с полной невозмутимостью. Ча Ый Джэ передёрнуло.

— Не говори такие жуткие вещи.

— Тогда почему ты выложил это на «Томатный рынок»? Надо было разместить на Second-hand World или Thunder Market.

Ли Са Ён продолжил свою отповедь, замаскированную под совет, усаживаясь на стул.

— Из всех мест ты выбрал «Томатный рынок», где указана зона, и из-за этого устроил этот бардак.

— Я же сказал, это был не я.

— Ну хорошо. Значит, какой-то сумасшедший выставил магический камень на «Томатный рынок».

— Следи за словами. Он, возможно, просто не знал, что так нельзя.

— Теперь все охотники, которых я знаю, установили себе «Томатный рынок». Многие пытаются выследить владельца магического камня.

— …

— Это выглядело как бесплатная раздача, а ты выложил его на «Томатный рынок» с подтверждением зоны. Как будто специально хотел прорекламировать своё местоположение.

— …Наверное, этот человек теперь об этом жалеет.

— Правда? Совсем не похоже.

Ли Са Ён даже не думал уступать. Более того, он выглядел слегка раздражённым, и это было странно. Но поскольку этот инцидент был явно виной Ча Ый Джэ, тот не мог просто сказать Ли Са Ёну заткнуться.

Несколько минут назад Ча Ый Джэ ломал голову над тем, как избавиться от нежеланного гостя. Теперь же он изменил своё мнение.

На данный момент единственным, кто знал, что Ча Ый Джэ скрывает свою силу, был Ли Са Ён. А значит, только он мог помочь сохранить тихую жизнь Ча Ый Джэ. Раз уж всё так запуталось, почему бы не использовать информационную силу ранкера номер один? К тому же этот парень был активным охотником.

Сложив руки вместе и с непривычной для себя вежливостью, Ча Ый Джэ обратился к Ли Са Ёну:

— Ли Са Ён-щи.

— Что на тебя нашло, что ты вдруг стал говорить уважительно? Ты же съел как минимум на пять тысяч больше, чем я.

Его обида оказалась впечатляюще долгой. Ча Ый Джэ решил немедленно отказаться от формальностей.

— Заткнись. В общем, мне нужен совет.

— Хм…

— Есть у меня один друг, который совершил крупную ошибку…

Ли Са Ён смотрел на него с серьёзным выражением лица, словно внимательно слушая историю. Однако Ча Ый Джэ не мог быть уверен, действительно ли он слушал или просто притворялся. Он продолжил, сосредоточившись на самом важном.

— Он не знал, что это большая ошибка.

— Понятно.

— И не думал, что всё так сильно разрастётся.

— Бедняга.

Сочувствие, которое Ли Са Ён выразил, звучало совершенно неискренне.

— Кстати, хён, а у тебя вообще есть друзья?

— Есть. Тебе-то что?

Когда Ча Ый Джэ потряс кулаком в воздухе, Ли Са Ён сделал вид, что застегнул рот на молнию. Затем, сложив руки и опираясь на них подбородком, он улыбнулся глазами. Его красивое лицо выразило тот вид озорного любопытства, с каким смотрят на интересную игрушку.

Хотя это была очевидная ложь, Ли Са Ён, похоже, дал понять, что готов её выслушать. Ча Ый Джэ, подыгрывая его ожиданиям, продолжил без стыда:

— Похоже, ошибка оказалась больше, чем он думал. Теперь вокруг него вьётся куча народа.

— Как жаль.

— Но этот друг хочет исправить свою ошибку как можно тише. Чтобы никто ничего не узнал.

— Почему?

Их глаза встретились. Глядя в озорное лицо Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ ответил:

— Потому что он хочет жить спокойно.

— Ах…

— …

— Хочет жить спокойно, да.

После короткой паузы Ли Са Ён с хрустом раздавил конфету зубами и тихо засмеялся.

— Мне это очень нравится.

Он молча встал, сцепив руки за спиной. Его длинная тень будто поглотила Ча Ый Джэ. Его низкий голос, шепчущий как заклинание, достиг Ча Ый Джэ.

— Давай заключим сделку.

— …

— Я уберу тот бардак, что ты устроил.

Разговор незаметно вернулся от «друга» обратно к самому Ча Ый Джэ, но тот не стал поправлять его.

— Это не будет бесплатно.

— Конечно. Это же сделка.

— Чего ты хочешь?

Смотря снизу вверх на лицо Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ не мог и представить, какое условие выдвинет этот сумасшедший. Возможно, он попросит помочь с каким-то заданием, оказать поддержку в рейдах на подземелья или даже вступить в его гильдию.

Судя по идеально продуманному внешнему виду, условия могли быть столь же тщательно продуманными и, возможно, ужасающими. В худшем случае Ли Са Ён мог бы потребовать кого-то убить. Если дело дошло бы до этого, Ча Ый Джэ пришлось бы отказаться и искать другой выход.

Но предложение Ли Са Ёна оказалось неожиданным. Подняв один палец, он произнёс:

— Человек, которого никто не знает.

— …

— Человек, чьё существование никому не известно.

Ли Са Ён улыбнулся по-ангельски.

— Я хочу тебя, хён.

Глава 23

— Я хочу тебя, хён.

Их взгляды встретились, и Ча Ый Джэ натянуто улыбнулся. Что? Какой-то неизвестный человек? Никто не знает о моем существовании? Ча Ый Джэ вспомнил образовательные комиксы, где был изображен сам, и документальные фильмы, которые ему доводилось видеть. Не может быть никого настолько известного, как он, а этот парень...

— Способный человек, который нигде не состоит и не известен широкой публике. Чем меньше людей знают, тем лучше.

— …

— Это слишком требовательное условие?

Ли Са Ён двинулся молча, медленно обходя Ча Ый Джэ по кругу. Это напоминало движение змеи, скользящей по траве.

— Я уже был готов сдаться в поисках подходящего человека, но ты появился.

— …

— Как судьба.

— Ты веришь в судьбу?

— Никогда не верил в подобную чушь, но теперь думаю начать.

Неожиданно Ли Са Ён оказался прямо за спиной Ча Ый Джэ, слегка наклонившись.

— Я немного узнал о тебе.

Черные пальцы легли на плечо Ча Ый Джэ, и их хозяин мягко прошептал:

— Средняя школа, в которой ты учился, и даже район вокруг твоего дома полностью исчезли в разломе, оставив за собой пустоту… Оба твоих родителя погибли в День Разлома, и у тебя не осталось родственников, которых можно было бы проверить… Если бы у тебя была работа, то остались бы контракты, но их нет, как и записей о банковских транзакциях, а твой первый телефон был активирован всего несколько месяцев назад. До этого — никаких записей.

— …

— Хозяйка этого места и твоя племянница — не твои настоящие родственники, верно? Они совершенно посторонние.

Ча Ый Джэ продолжал молчать. Ли Са Ён, не замечая или игнорируя его тишину, продолжал:

— Совсем ничего.

Это было вполне естественно. Пока Ча Ый Джэ действовал как J, он полностью жил как J, а не как Ча Ый Джэ. Неудивительно, что Ли Са Ён не мог найти ни малейшего следа того «Ча Ый Джэ», которого пытался отыскать. Ли Са Ён тяжело вздохнул.

— Изначально я планировал пригласить тебя красиво, выполнив любые твои условия. Но…

— …

— Кажется, сейчас для тебя имеет значение только этот ресторан.

Голос, мягкий и приятный, приблизился к уху Ча Ый Джэ. Тот невольно задержал дыхание на мгновение.

— Есть что-то, чего ты хочешь?

Хочет?

В мире нет людей, у которых не было бы желаний.

Каждый раз, закрывая глаза, он всё ещё слышит отчаянные крики и вопли. Руки, цепляющиеся за его ноги, умоляя спасти их, и запах крови, навсегда засевший в его памяти. Слизкое ощущение, как он отчаянно копается в грудах тел, пытаясь найти хоть кусочек плоти или кости, всплывает слишком ярко.

Ча Ый Джэ хотел забрать тела, оставленные в разломе у Западного моря. Хотя он сбежал и скрывался здесь, это желание было настоящим. Он хотел вернуть их туда, где им место. Хотел выполнить свой последний долг выжившего. Потому что то место… слишком одинокое.

Но он знал, что это невозможно.

Поэтому Ча Ый Джэ мог сказать только одно — ему ничего не нужно.

— Ничего.

— …Правда?

После короткого ответа Ча Ый Джэ Ли Са Ён медленно моргнул, затем слегка улыбнулся.

— Тогда позволь мне предложить кое-что.

Он вытащил из воздуха планшет и положил его перед Ча Ый Джэ. На экране была фотография мужчины с острыми чертами лица и в очках. Ли Са Ён протянул руку через плечо Ча Ый Джэ и медленно пролистал фото. Появилось изображение мужчины с длинными белыми волосами, собранными сзади, и в докторском халате.

— Ты знаешь Нам У Джина? Это целитель A-класса.

Ча Ый Джэ вспомнил, что видел его имя, когда искал информацию о Ли Са Ёне.

— В настоящее время занимает 6-е место в Южной Корее, Нам У Джин, руководитель гильдии Совон. Единственный целитель A-класса в стране. До пробуждения он был ортопедическим хирургом в университетской больнице, что вызывает вопросы о том, влияют ли навыки, приобретённые до пробуждения, на способности после…

Примерно это он помнил. Когда расплывчатые воспоминания всплыли в памяти, он кивнул, и Ли Са Ён улыбнулся.

— Как насчёт того, чтобы Нам У Джин вылечил ногу бабушки?

— Что?

— Я слышал, у неё проблемы с ногой.

От способности парить в воздухе на 2 сантиметра до подъёма целых зданий — с Дня Разлома появилось бесчисленное количество способностей, но пробуждённые с целительными навыками встречались крайне редко. Когда Ча Ый Джэ был активен, в США был только один пробуждённый B-класса с такими умениями.

А тут — единственный целитель A-класса в Южной Корее. Обычным людям даже не удавалось встретить такого человека. Ча Ый Джэ коротко усмехнулся.

— Целитель A-класса лечит простого человека? Это звучит нелепо.

— Гильдия Совон и наша гильдия сотрудничают, так что я могу попросить его вылечить одного человека. До пробуждения он был ортопедическим хирургом, так что справляется и с обычным лечением.

— …

— Что скажешь?

Это было невероятно заманчивое предложение. Но Ча Ый Джэ был не настолько наивен, чтобы позволить сладким обещаниям затмить здравый смысл. Все эти сделки и условия — лишь периферия, а не суть.

— Ли Са Ён.

— Да, хён.

— Почему ты так со мной возишься?

— …

Ча Ый Джэ повернулся, чтобы встретиться с фиолетовыми глазами Ли Са Ёна. Тот пристально смотрел ему в лицо. Вместо того чтобы отвернуться, Ча Ый Джэ усмехнулся, приподняв уголки губ.

— Почему ты так стараешься затащить меня? Расследуешь всё обо мне, находишь слабые места и предлагаешь такие заманчивые сделки?

— …

— Ты собираешься разоблачить меня как пробуждённого, если я откажусь?

— …

— Чего ты хочешь?

— Ну…

Глаза Ли Са Ёна, лишённые всякого смеха, внимательно изучали лицо Ча Ый Джэ. Ответ последовал неожиданно быстро, учитывая, как долго он ходил вокруг да около.

— Я рассматривал этот вариант.

— …

— Но просто угрожать тебе было бы ошибкой, и…

— …

— Я пришёл к выводу, что ты не из тех, кто поддаётся на такие методы.

— По крайней мере, ты сделал правильный вывод.

— Спасибо за комплимент. В любом случае, чтобы ответить на твой вопрос.

Наступила короткая пауза. Ли Са Ён тихо спросил:

— Ты помнишь парня, которого ты ударил половником тогда?

Конечно, он помнил. Если бы не тот парень, он бы сейчас не сидел здесь, напротив Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ кивнул, и Ли Са Ён, скользнув пальцем по экрану планшета, продолжил:

— Несколько лет назад появился странный препарат.

— …

— Обычные наркотики или вещества обычно не действуют на пробуждённых… но этот препарат вызывал необычную реакцию.

— Например?

— Повышенная агрессия, зависимость. И…

Его длинные пальцы пролистали на следующее фото. На экране появилось изображение чудовищно искривлённого тела с чёрными шипами, торчащими во все стороны, напоминающими засохшее дерево. Когда-то это было человеком, а теперь… чем-то другим. Ча Ый Джэ уже видел подобные формы.

— Физическая мутация.

Вдруг он вспомнил, что говорил Ли Са Ён при их первой встрече.

Парень, которого Ли Са Ён избивал тогда, был пробуждённым, зависимым от этого препарата. А то, что было на фото, выглядело ещё больше похожим на монстра, чем тот человек. Разглядывая неестественно изогнутое тело на изображении, Ча Ый Джэ пробормотал.

— Просто приняв препарат, превращаешься в это?

— …Вот в чём вся сложность.

Ли Са Ён, повторив слова Ча Ый Джэ, выключил экран планшета.

— В любом случае, я ищу тех, кто распространяет этот препарат. Но,

— …

— Люди вроде меня или членов моей гильдии слишком известны… Если мы начнём копать глубже, они заметят и оборвут все связи.

Гильдия Падо была маленькой, но в ней состояли знаменитые охотники. Любое их движение привлекало бы внимание. Преследовать такие цели, особенно если они пробуждённые, было бы крайне сложно.

— И мы не можем просто отправить кого попало. Они либо погибнут, либо окажутся в плену собственной зависимости.

«Способный человек, который нигде не состоит и не известен широкой публике. Чем меньше людей знают, тем лучше».

Чтобы найти хорошо скрытую цель, нужно самому быть незаметным. Поскольку цель — агрессивный усиленный пробуждённый, работу должен взять на себя кто-то, способный сразиться и одолеть такого противника.

Ча Ый Джэ понимал логику условий Ли Са Ёна. Эти условия идеально подходили ему самому. Но…

— Тогда почему?

— Хм?

— Почему ты их преследуешь?

Зачем Ли Са Ён охотился за этими людьми?

Ради пробуждённых? Нет. Чтобы защитить Южную Корею? Невозможно. Чтобы защитить обычных людей? Тем более.

Судя по тому, что он видел, Ли Са Ён не был человеком, движимым высокими идеалами. Несмотря на короткое знакомство, Ча Ый Джэ интуитивно это понимал.

Ли Са Ён действовал исключительно по своим собственным стандартам. Гордость как охотника номер один в Южной Корее, ответственность или даже Специальный закон о пробуждённых, приоритет которого — защита обычных людей, не могли быть достаточной мотивацией для него.

— …

Ли Са Ён, хранивший молчание, приложил палец к губам.

— Эта часть — секрет.

— Эй.

— Я расскажу тебе, если ты согласишься на сделку.

— …

— Ах, да, и история с препаратом — конфиденциальна. Сохрани это в тайне, иначе Чон Бин снова тебя навестит.

Этот парень связал меня секретом под видом того, чтобы поделиться им. Выражение лица Ча Ый Джэ стало холодным. Напротив, лицо Ли Са Ёна сияло довольной улыбкой.

Ли Са Ён убрал планшет обратно в инвентарь и пару раз легко сжал плечо Ча Ый Джэ. Тот раздражённо отмахнулся от его руки, но Ли Са Ён лишь рассмеялся, не показывая ни капли раздражения. Когда Ча Ый Джэ поднялся со своего места, он махнул рукой, прогоняя его.

— Уходи быстрее. Мне нужно закрываться.

— Конечно.

Ли Са Ён начал снова надевать противогаз. Теперь он вновь превратился в подозрительную фигуру в маске. Вдруг он протянул руку. Что, он хочет пожать руку? Ча Ый Джэ скептически посмотрел на него, но пальцы в перчатке слегка пошевелились.

— Твой телефон.

— Зачем?

— Чтобы я мог вбить свой номер.

— Мне это не нужно.

— Мой номер — ценный, ты знаешь?

— Я продам его на «Томатном рынке».

— Тогда будем видеться чаще, правда?

Говоря как бы с угрозой, но без явного подтекста, Ли Са Ён рассмеялся, будто находил ситуацию забавной. Несмотря на свои слова, он не убирал руку, и Ча Ый Джэ наконец протянул ему телефон. Даже если он намеревался отказаться от сделки, оставлять хоть какую-то возможность на случай непредвиденных обстоятельств казалось разумным.

Ли Са Ён быстро ввёл свой номер и, не колеблясь, вышел из ресторана. Оставшись один, Ча Ый Джэ открыл приложение контактов.

Изначально в его списке было всего два номера: домашний телефон бабушки и Пак Ха Ын, и мобильный номер Пак Ха Ын. В других номерах не было необходимости.

Но теперь всё изменилось. Под двумя предыдущими записями в списке появился новый контакт.

[Са Ён].

Глава 24

Хотя Ли Са Ён первым предложил сделку и даже оставил свой номер телефона, он не возвращался в ресторан несколько дней. За это время Ча Ый Джэ не удалил его номер. Он также не выставил его на продажу на «Томатный рынок». Вместо этого Ча Ый Джэ часто замечал, как задумчиво смотрит на контактную информацию Ли Са Ёна.

Как мрачно предсказал Ли Са Ён, странные личности начали стекаться в ресторан, словно карпы на прикормку.

Например…

— Да, это ресторан похмельного супа.

— Здравствуйте, это Ким Со Ён, сценарист с телеканала MBB. Могу я поговорить с вами?

— Извините, но мы не делаем доставку.

— Это не о доставке. Я хотела спросить, не хотите ли вы поучаствовать в нашем шоу? Наша программа выходит в прямом эфире по будням в 7 вечера, и…

— Мы не участвуем в съемках.

— Если мы прорекламируем ваше место как популярное среди охотников, это поможет…

— Мне это неинтересно. У нас много клиентов, так что я сейчас положу трубку.

Или вот такие случаи происходили едва ли не каждый день.

— Сэр.

— Да?

— Выключите камеру в своей сумке.

— Что? Какая камера? Где вы её увидели? Это просто смешно.

— Незаконная съемка запрещена.

— Эй, парень! Я слышу, как работает камера. Ты недооцениваешь слух охотников.

— Зачем ты снимаешь, как люди едят суп? Кто этот человек?

— …Черт, этот тип делает скандальные видео для YouTube!

— Что ты сказал?

— Черт возьми, только подожди!

— Если его не поймать, двоих из нас затянут в интернет-скандал.

— Почему ты просто сидишь и смотришь? Лови этого парня!

— Не убирайте мой суп. Я поймаю его, пока он не остыл.

— У меня есть артефакт для подогрева. Ваш суп будет в порядке.

— Ли Вон Хо-щи…!

— Кан Ду Чхиль-щи…!

— Похоже, эти двое в итоге окажутся в любовных слухах.

Не говоря уже о множестве странных инцидентов и происшествий, которые происходили постоянно…

xxYeahsungH:

Иногда я…

Я плачу…

Иногда не могу сдержать слез, потому что это больно…

Кричать во весь голос…

Это хорошо.

#ежедневное #общение #магическийкамень #ждуконтакта #слёзы #грусть #депрессия #немогуработать

Лайков: 874 тыс.

— Не плачь, ЁС :0

— ㅠㅠ

— Черт возьми, Ё Сон, я ищу твой магический камень, так что просто подожди. Когда ты плачешь, мое сердце тоже разрывается ㅠㅠ;;

— Чон Бин, конфискуй, пожалуйста, телефон Хон Ё Сона.

— Ё Сон, я тебя люблю, но это сообщение в InHeart слишком драматичное.

А ещё в Instagram появлялись эмоциональные посты от Хон Ё Сона с плаксивым селфи, и…

[Это действительно вкусно ^^ – охотник Чон Бин]

В довершение всего, по почте с уведомлением пришла фотография с автографом Чон Бина. После всего этого Ча Ый Джэ уже даже не мог беспокоиться о таких вещах.

Автограф Чон Бина мог бы стать весьма ценным. Ча Ый Джэ даже подумывал продать его на «Томатном рынке», но решил не делать этого, чтобы избежать очередного потока сообщений. Вместо этого он тихонько прикрепил его на стену. Пак Ха Ын это понравилось, так что в итоге всё обернулось неплохо.

В последнее время вокруг ресторана стали появляться люди с телеобъективами, вероятно, пытаясь сфотографировать знаменитых охотников. Вместо тихой жизни Ча Ый Джэ всё больше погружался в этот шумный мир, что начинало его раздражать.

В 12:24, в редкий момент затишья, Ча Ый Джэ подметал перед рестораном, когда нахмурился. Он почувствовал, как издалека кто-то фотографирует его. К сожалению, у него не было способности управлять электричеством, чтобы уничтожить камеру на расстоянии. Он мог бы бросить метлу, чтобы попасть по камере, но…

«Может, просто бросить?»

— Хозяин! Нам нужно больше кимчи!

— Да.

«Я слабый гражданский. Гражданские не могут ломать камеры метлами. Я слабый гражданский…»

К счастью, своевременный зов вырвал Ча Ый Джэ из его нехороших мыслей. Он побрел обратно в ресторан, напоминая себе, что он добросердечный гражданский, работающий в ресторане похмельного супа. Эта ситуация не могла быть вызвана лишь одним магическим камнем.

Очень редкий магический камень, выставленный на продажу на «Томатном рынке» в этом районе? Это могло бы вызвать некоторый ажиотаж среди охотников. Кто-то сошел с ума и выставил камень A+ класса по ничтожной цене, из-за чего охотники решили обыскать район в поисках владельца. А заодно — почему бы не попробовать знаменитый суп?

Но если охотник номер один в Корее Ли Са Ён и национальный охотник-«госслужащий» Чон Бин поедают суп в одном ресторане? Это уже большое событие.

С того момента ресторан был обречен привлекать всяческое внимание. Неизвестные киберсталкеры и люди с объективами начали появляться после визита Чон Бина, так что время совпадало.

«Это всё из-за Чон Бина и Ли Са Ёна…»

Ча Ый Джэ выносил контейнер с кимчи, краем уха слушая голос Чон Бина по телевизору, который давал советы о том, как предотвратить замерзание труб.

Вжух—

— А-а-а!

— Чёрт!

— Помогите!

Громкий рев двигателя и пронзительные крики нарушили тишину переулка. Ча Ый Джэ выглянул наружу. Он гордился тем, что его уже трудно чем-либо удивить, но вид элегантного черного мотоцикла, загораживающего вход, был для него в новинку.

Охотники, ожидавшие в очереди снаружи, прижались к стене, чтобы избежать столкновения, а те, кто ел суп внутри, вытягивали шеи, пытаясь понять, что происходит.

Человек в черной кожаной куртке, темно-синих джинсах, черных ботинках и шлеме стоял у раздвижной двери. Он мельком заглянул внутрь, а затем резко снял шлем. Блестящие золотистые волосы, высоко собранные, элегантно упали на плечи.

Охотники, затаившие дыхание при виде незнакомки, ахнули.

— Шершень…!

— Почему Шершень здесь?

— Кто её так назвал? Ты жить устал?

— Простите!

Не утруждая себя тем, чтобы скрыть свою устрашающую ауру, Шершень рывком открыла раздвижную дверь и решительно вошла внутрь. Высоко завязанные золотые волосы и прозвище Шершень — Ча Ый Джэ уже видел её, когда искал информацию о Ли Са Ёне.

— 5-е место в рейтинге Южной Кореи, охотница A-класса, охотничье имя — Пчела. Настоящее имя — Ю Чхэ Хён. Несмотря на охотничье имя Пчела, многие называют её Шершнем из-за её боевого стиля и характера.

…Но почему охотница, занимающая пятое место в стране, пришла в этот захудалый ресторан похмельного супа? Неужели просто поесть суп? Размышления Ча Ый Джэ оборвались, когда Пчела громовым голосом, звучащим из глубины диафрагмы, выкрикнула:

— Ли Са Ён, выходи!

Ну конечно, снова Ли Са Ён оказался причиной проблем. Лицо Ча Ый Джэ стало ледяным, пока он прикидывал, придётся ли ему снова вешать на стену автограф очередного охотника.

Пчела заметила его взгляд и резко обернулась. Её красивое лицо внимательно осмотрело его с головы до ног, а голос стал относительно мягким, видимо, решив, что перед ней просто гражданский.

— У вас проблема?

Неужели она действительно этого не понимает? По мнению Ча Ый Джэ, тут было столько проблем, что он даже не знал, с какой начать. Это было не просто проблема — это была настоящая катастрофа.

Припарковать мотоцикл у входа! Кричать на весь ресторан, требуя Ли Са Ёна, и врываться внутрь!! Заблокировать дверь, словно это её личная собственность!!! Заставить клиентов в очереди жаться к стене, как жвачку!!!! И, наконец, неприятное предчувствие, что здесь скоро появится некая «ЗОНА Пчелы»!!!!! Всё это было проблемой.

Когда Чон Бин пришёл в ресторан, Ча Ый Джэ просто растерялся от того, что встретил кого-то из прошлого, но справляться с такими охотниками ему было довольно просто. С невозмутимым выражением лица, похожим на то, с каким он звонил в Бюро управления разломами, он сказал:

— Подождите минутку.

— …

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

— Вы Пчела, верно?

Если всё зашло так далеко, придётся прибегнуть к стратегии маскировки под гражданского.

Чем сильнее и известнее охотник, тем больше он заботится о своей репутации. Обычно такие охотники добры и мягки с гражданскими. Ча Ый Джэ решил использовать беспроигрышную фразу, чтобы доказать, что он обычный добродушный житель.

— Вау, я ваш большой поклонник.

Услышав про поклонника, Пчела мгновенно сменила настрой. Она распустила волосы, аккуратно провела рукой по их длине и приняла позу из рекламного ролика краски для волос. В этот момент обогреватель дунул так удачно, что её волосы эффектно разлетелись.

— Смените цвет!

«Серьёзно?»

Ча Ый Джэ на секунду замешкался, но быстро взял себя в руки. Ударив по контейнеру с кимчи, словно по барабану, он весело воскликнул:

— Вау!

Глава 25

Пчела, пятая в рейтинге охотников Южной Кореи и рекламная модель CyC — краски для охотников, изготовленной из побочных продуктов подземелий, — была занята, обслуживая поклонников и демонстрируя свои яркие, обесцвеченные до блеска волосы в традиционном ресторане с похмельным супом.

Когда Ча Ый Джэ, заражённый волнением от встречи со звездным охотником, отреагировал восторженно, остальные охотники, ошеломлённые, тоже захлопали. Пчела убрала свою грозную ауру и вежливо поклонилась.

— Простите, что напугала вас. Я не хотела так внезапно вторгаться.

— Всё в порядке.

— Нет, правда, извините. Я на мгновение потеряла самообладание...

Она громко рассмеялась вместе с Ча Ый Джэ, но, несмотря на её элегантную улыбку, охотники стали есть быстрее. Среди звука стука посуды прорезался знакомый голос.

— Кто припарковал мотоцикл вот так? Ужас.

Все головы повернулись к вошедшему — Пэ Вон У, держащему мотоцикл Пчелы над головой. Пчела ахнула.

— Ты что, с ума сошёл? Поставь его сейчас же!

— Пчела? Что ты тут делаешь?

— Сначала поставь мой мотоцикл.

— Твой мотоцикл? Тогда паркуй нормально. Зачем ставить так, что он блокирует вход?

Пэ Вон У проворчал, аккуратно ставя мотоцикл в сторону. Пчела, потиравшая виски, резко подняла голову.

— Эй, Парень-щит. Ты один пришёл? Где Ли Са Ён?

Получивший прозвище «Парень-щит», олицетворяющее мужественность, Пэ Вон У поморщился.

— Я же просил, не называть меня по имени охотника. Зови меня настоящим именем.

— Где Ли Са Ён? Ты что, не с ним?

— А? Са Ён? Не знаю. А зачем он тебе?

Пэ Вон У выглядел озадаченным. Вместо ответа Пчела огляделась вокруг. Наблюдать за разговором охотников из топ-10 выпадает нечасто, поэтому остальные охотники прислушивались. Но как только Пчела метнула в них резкий взгляд, все поспешно сделали вид, что заняты своими делами.

В этот момент по ресторану раздался громкий рёв желудка. Потирая живот, Пэ Вон У жалобно пробормотал:

— Мне тоже интересно, о чём ты, но давай сначала закажем?

— …Ладно. Мне всё равно нужно немного успокоиться.

Пчела начала обмахиваться рукой. В это время двое охотников, расправившиеся с похмельным супом, бросили на стойку 30 000 вон и поспешно ушли. Пэ Вон У ловко взял тряпку и помахал ей Ча Ый Джэ.

— Сейчас уберу и сяду. Один похмельный суп с большим количеством перца чхонъян. Пчела, а ты что будешь?

— А что у них тут есть?

— Похмельный суп.

— …Только похмельный суп?

— Ага. Но он вкусный.

Пэ Вон У блеснул зубастой улыбкой и поднял большой палец вверх. Пчела, потирая виски и качая головой, нехотя ответила:

— Ладно, мне тоже похмельный суп.

— Отлично.

Пэ Вон У показал знак «V» Ча Ый Джэ, который ответил знаком «окей», после чего наполнил миску кимчи и редисом. Он быстро накрыл на стол, и Пэ Вон У, который даже принёс свою собственную ложку, хлопнул в ладоши.

— Теперь рассказывай. Зачем тебе Са Ён? Что он опять натворил?

Пчела ещё раз огляделась, затем жестом позвала Пэ Вон У ближе. Когда он наклонился, она сложила ладони чашкой и прошептала:

— Ты знаешь о магическом камне, который выставили на продажу на «Томатном рынке», да?

Разумеется, Ча Ый Джэ слышал всё. Опять этот магический камень. Все, кто заходил, говорили о нём, и это уже начинало сводить его с ума. Ча Ый Джэ разжёг огонь под котлом с супом. Пэ Вон У ответил шёпотом:

— Да, знаю.

— Мне он очень, очень нужен.

— Что, настолько?

— Если я его достану, Хон Ё Сон сделает для меня оружие. Мне срочно нужно оружие S-класса.

— Ох… точно. Твоё оружие ведь сломалось?

— Да. А скоро будет обновление рейтинга системы. Если я отдам магический камень Хон Ё Сону, он создаст моё персональное оружие S-класса, и я обойду Гю-Гю в обновлении рейтинга. Это идеальный план.

Гю-Гю был ранкером, который занимал позицию сразу над Пчелой. Как и у всех, у неё были свои великие амбиции, которые привели её в этот ресторан с похмельным супом. Ча Ый Джэ поклялся однажды ударить Хон Ё Сона, если судьба сведёт их вместе. Для справки: Хон Ё Сон продолжал ежедневно выкладывать в InHeart посты о своей тоске по магическим камням.

Пэ Вон У кивнул с сомнением на лице.

— Ну, это имеет смысл. Но зачем тебе Са Ён?

— Потому что этот сумасшедший перекрыл все источники информации!

Бах! Пчела с силой ударила кулаком по столу. К счастью, прежде чем её рука успела достичь поверхности, Пэ Вон У мгновенно подставил ладонь, перехватив удар. Увидев, как Пэ Вон У спас стол, Ча Ый Джэ из-за стойки показал ему большой палец вверх.

«Чёрт, теперь танкеры ещё и имущество защищают».

Ча Ый Джэ добавил в суп Пэ Вон У дополнительную мясную кость. Пчела, всё ещё злая, немного успокоилась.

— Стол сломался?

— Нет, я успел его спасти.

— Спасибо. В общем, ещё несколько дней назад информация свободно циркулировала.

Длинные объяснения Пчелы сводились к следующему: на «Томатном рынке» внезапно появился, а затем исчез пост о магическом камне от пользователя EZ. Обычно это вызвало бы лишь любопытство, но обещание Хон Ё Сона сделать персональное оружие сделало его объектом безумной охоты.

Персональное оружие от Хон Ё Сона! Бесценная вещь стоимостью сотни миллионов. Охотники, жаждущие быстрого обогащения, начали выслеживать EZ, и Пчела, недавно потерявшая своё драгоценное оружие, присоединилась к этой гонке анонимно. Вместе они создали команду, делились и анализировали каждый клочок информации.

Пчела раздражённо потянула за свои золотые волосы.

— Мы улучшили фото магического камня, искали отражения, анализировали модель телефона, а затем даже сравнили газету на заднем фоне, чтобы определить издание. Мы разобрали это фото до наночастиц, выискивая зацепки.

«…До такой степени?»

Слушая молча, Ча Ый Джэ покрывался холодным потом. Этот технологический прогресс и одержимость охотников вызывали настоящий страх. Даже Пэ Вон У выглядел немного потрясённым.

— …До такой степени? — переспросил Пэ Вон У, словно озвучивая мысли Ча Ый Джэ. Пчела простонала и рухнула на стол. Пэ Вон У молниеносно подставил руку, спасая её голову и стол снова. Ча Ый Джэ решил, что за такие заслуги ему стоит предложить Пэ Вон У бесплатную миску риса.

— Но внезапно, несколько дней назад, разговоры прекратились. Не похоже, чтобы все ушли в подземелья! Команда отслеживания просто исчезла. Я спросила, что случилось.

— Да?

— Сказали, что прекратили поиски. Эти одержимые ребята!

— Ух ты.

— Тогда я начала копать дальше. И выяснилось, что с ними связалась юридическая команда гильдии Падо. Им велели прекратить охоту за EZ.

— Что? Наша гильдия? — Пэ Вон У выглядел по-настоящему шокированным. Пчела, растрёпанная, мрачно пробормотала:

— Вот и всё, что они сказали. Будто им рот заткнули. Но если это не ты, значит, это Ли Са Ён.

— Это… вполне возможно.

— А он особо ни с кем не общается… так что спросить у него напрямую я не могу.

Ча Ый Джэ хотел бы выудить больше информации из их разговора, но дольше ждать было нельзя — суп мог выкипеть. Он вынес два горячих блюда похмельного супа, рис, кимчи, редьку и нарезанный перец чхонъян на подносе.

К тому моменту Пчела лежала, уткнувшись в стол, а Пэ Вон У задумчиво смотрел в пустоту.

— Ваш похмельный суп готов.

— О! Спасибо… постой, мы же не заказывали рис, — Пэ Вон У посмотрел на Ча Ый Джэ с удивлением. Тот ответил равнодушным тоном:

— Это от заведения.

Пустое выражение лица Пэ Вон У сменилось благодарностью и восхищением. Пчела тут же подняла голову. Ча Ый Джэ спокойно вернулся на кухню.

В ресторане вновь воцарилась тишина. Небольшая услуга принесла мир и информацию. Легко. Ча Ый Джэ быстро закончил с посудой и без труда обработал дополнительные заказы Пэ Вон У и Пчелы.

Через некоторое время Пэ Вон У махнул рукой от стойки.

— Эй, работник на полставки! Счёт, пожалуйста!

— Конечно. Девяносто тысяч вон.

После того как Ча Ый Джэ провёл оплату и вернул карту, Пчела неожиданно достала свёрнутый предмет.

— Что это?

— Разверни.

Аккуратно разворачивая, Ча Ый Джэ обнаружил постер с Пчелой и большим автографом в одном из углов. Для её фанатов это была бы настоящая реликвия. На миг выражение лица Ча Ый Джэ стало странным.

«Зачем она мне это даёт?»

И откуда она его вообще достала? Ведь, когда она эффектно появилась, у неё его не было. Улыбнувшись самодовольно, она прочистила горло.

— Я заметила, что у вас на стене есть постеры с автографами?

— О, да.

— Это подарок. Повесь и мой.

Ча Ый Джэ едва не посмотрел на неё с полным недоумением, но вовремя вспомнил, что не должен выдавать свои эмоции. Поэтому он широко улыбнулся.

Глава 26

— Это подарок. Повесь и мой.

— ...

— Ну, такой фан-сервис — обычное дело. Это не из-за того, что я была благодарна за рис.

Пчела убрала свои сияющие волосы назад. Она выглядела восторженной от встречи с фанатом, это было видно любому.

Если бы рядом оказался кто-то догадливый, он бы поддразнил её за такое нехарактерное поведение, но, к счастью или несчастью, единственным её спутником был ничего не понимающий Пэ Вон У. Он был искренне впечатлён.

— О~ вы фанат Пчелы, работник на полставки?

— ...Извините?

— Эй, заходи почаще. Он говорит, что он фанат.

Заткнись.

— Ну, я очень занята, но, может быть, ещё зайду.

Пожалуйста, никогда не возвращайся.

Пчела и Пэ Вон У ушли из ресторана вместе. Ча Ый Джэ неподвижно уставился на потолок, держа в руке подписанный постер.

«Я мог бы разбогатеть, просто продавая автографы».

Однако, поскольку аккаунт Ча Ый Джэ на «Томатном рынке» был заблокирован, постер с подписью Пчела оказался рядом с автографом Чон Бина. Тем же днём, когда Пак Ха Ын вернулась из школы, она сразу заметила постер Пчелы и бросилась к нему.

— Дядя, что это?

— Это постер Пчелы.

— Настоящей Пчелы?

Её голос почему-то становился всё громче. Ча Ый Джэ, который в это время убирал продукты, посмотрел на Пак Ха Ын с удивлением. Она почти прилипла к стене, едва не тёрлась щекой о постер.

— Пчела приходила сегодня?

Её голос почти превратился в крик.

— Да. Она даже подписала его прямо здесь.

— Я, я...

Пак Ха Ын, почти прижавшаяся щекой к постеру, начала плакать.

— Э?

— Дядя, я...

— Почему? Что случилось?

— Я хочу увидеть Пчелу!

«Чёрт».

Он проклял её, чтобы она больше не приходила, но теперь ему пришлось отменить это проклятие всего через несколько часов.

***

— Са Ён, ты опять пропустил еду?!

Тяжёлые шаги эхом раздались по коридору. Заместитель главы гильдии Пэ Вон У ворвался в кабинет главы гильдии. Ли Са Ён слегка нахмурился, но из-за чёрной повязки на глазах это было незаметно.

Он лежал на диване в кабинете, с повязкой на глазах и берушами в ушах. Пэ Вон У подошёл ближе и, как обычно, начал читать нотации.

— Люди живут благодаря еде, знаешь ли. В последнее время ты, вроде бы, питался нормально, а теперь опять пропускаешь приёмы пищи?

Это было не впервой, когда у Ли Са Ёна пропадал аппетит. Пэ Вон У цокнул языком и поставил планшет перед ним, даже не проверяя, слышит его Ли Са Ён или нет.

Для Ли Са Ёна беруши были просто инструментом, который немного приглушал звуки. Такой уж он, пробуждённый S-класса.

— Бюро управления пробуждёнными отправило официальное письмо. Они просят нашего содействия, так как собираются активировать систему экстренного реагирования в день объявления рейтинга.

— ...

Ли Са Ён отреагировал, шевельнув ногой.

— Хорошо.

Пэ Вон У пролистнул экран планшета.

— Подземелье на Чонно 3-гa будет на нашей ответственности. Первая группа зачистит его, а затем исследователи займутся изучением ресурсов.

Шевеление.

— А ещё гильдия Совон просит о встрече.

Шевеление.

— Это срочные дела... Ах да, ещё я думаю сняться в рекламе.

— ...

Кто бы ни внушил ему эту идею, Ли Са Ён не считал нужным отвечать. Он перестал шевелить ногой, но это не остановило Пэ Вон У, который продолжал говорить.

— Работник на полставки из ресторана с супом — фанат Пчелы. Я думал, что он вообще не интересуется охотниками, но, похоже, игнорировать популярность всё-таки трудно.

— ...Что?

Ли Са Ён медленно приподнял одну сторону повязки.

— Повтори ещё раз.

— Что? Что игнорировать популярность трудно?

— Нет, до этого.

— Что я снимаюсь в рекламе?

— Ты… ты это нарочно?

— Нет, а что я сделал?

— Ты упомянул работника на полставки.

— А, работник на полставки? Он сказал, что он фанат Пчелы.

— ...Что?

Был только один работник на полставки, о котором мог говорить Пэ Вон У. Работник из ресторана с супом.

— Пчела даже подписала ему постер. Мне нужно поучиться такому фан-сервису.

Пэ Вон У с энтузиазмом начал говорить о правильном поведении охотников. Ли Са Ён, всё ещё держа в руках наполовину снятую повязку, задумался. Если подумать, Ча Ый Джэ относился к нему и Чон Бину по-разному. А теперь он оказался фанатом Пчелы?

Общие черты Чон Бина и Пчелы...

«Звёзды рекламы».

Ли Са Ён усмехнулся, выпустив сухой смешок. Похоже, у Ча Ый Джэ был странный вкус к людям с высокой публичностью.

Грубо сбросив с себя повязку, он махнул рукой Пэ Вон У, который продолжал что-то говорить о своей радужной карьере топ-охотника после съёмок в рекламе.

— Перестань мечтать и позови начальника отдела продвижения.

— Ого, Са Ён. Ты правда разрешаешь мне сняться в рекламе?

— Быстрее.

***

С окончанием вечернего наплыва посетителей Ча Ый Джэ сидел за прилавком ресторана и приводил в порядок бухгалтерскую книгу. Сегодняшний подсчёт был простым, так как почти не было охотников, которые бросали деньги и уходили в ярости.

В этот момент на телефон Ча Ый Джэ пришли два сообщения.

Са Ён: CBS.

Са Ён: Включи.

Что понадобилось этому человеку, который давно ни разу не заходил в ресторан и не писал? Ли Са Ён просил включить CBS, но менять канал не было необходимости. Телевизор уже был настроен на него — только что закончилась популярная воскресная дорама. Ча Ый Джэ бросил взгляд на экран.

— Смените цвет. CyC.

Неужели этот человек написал ему только ради рекламы Пчелы? Что там было в программе дальше? Ча Ый Джэ попытался вспомнить расписание.

Логотип компании по производству красок исчез, и теперь на экране показали красивый дом с большим двором. Счастливая семья наблюдала, как ретривер бегает по двору, смеясь. Ха-ха-ха, хи-хи-хи, гав-гав.

А затем, на фоне этой идиллии…

Противогаз.

«…Противогаз?»

Ручка, которой Ча Ый Джэ записывал суммы в книге, замерла в воздухе. Он не мог отвести взгляда от экрана.

Звон —

Это был звук, с которым охотник у кулера уронил свой стакан, увидев телевизор.

Охотники чутко реагируют на громкие звуки. Инстинктивно повернувшись на шум, они сначала увидели охотника с ошеломлённым лицом, а затем естественным образом перевели взгляд на экран.

И увидели «это».

— С ума сойти...

Один охотник выронил ложку, которую держал. Другой выплюнул воду, как актёр в дораме, выплёвывающий апельсиновый сок. Третий перекрестился и начал молиться. Всё помещение ресторана охватили шок и ужас.

Надпись рядом с фигурой в противогазе перед счастливой семьёй гласила:

— [Глава гильдии Падо Ли Са Ён]

Фигура в противогазе, одетая в безупречный костюм, вытянула левую руку. Правой рукой она сложила пальцы в знак V, наложив его на ладонь левой руки. Обе руки были в чёрных перчатках, что делало жесты менее заметными.

Из динамиков раздался низкий механический голос.

— По вопросам регистрации пробуждённых обращайтесь в Бюро управления пробуждёнными по горячей линии 777. Для сообщений о незарегистрированных пробуждённых и преступлениях пробуждённых звоните по номеру 555.

— Бюро управления пробуждёнными Кореи всегда рядом с вами.

Ха-ха-ха, хи-хи-хи, 555.

Счастливая семья и фигура в противогазе помахали руками из стороны в сторону. Экран начал темнеть, музыка постепенно затихла. Повисла тишина. Профессиональный диктор стремительно произнёс дисклеймер, будто читая рэп.

— Непредставление сведений о пробуждении без уважительных причин в течение месяца повлечёт штраф до 100 миллионов вон. Для проверки пробуждения посетите ближайший Центр регистрации пробуждённых. Совет по рекламе общественных услуг.

В ресторане долго никто не произносил ни слова. Даже после окончания рекламы никто не осмеливался заговорить первым. Казалось, всех накрыла коллективная магия молчания.

Лишь когда началась следующая программа, охотники начали шумно выдыхать. Один даже вытащил зелье и выпил его залпом.

— Вот это да…

— Фух. Фух. С ума сойти. Что я только что увидел?

— У меня было чувство, что меня накрыл дебафф замешательства.

— У меня тоже.

— Это вообще реально?

— Кажется, моя ментальная сила только что рухнула.

— Ли Са Ён спятил. Теперь он атакует наши умы.

— Надо пойти купить экипировку для восстановления ментальной силы.

— Это значит, что мы будем видеть эту рекламу каждый раз, как включим телевизор?

— Всё, с сегодняшнего дня я на цифровом детоксе…

— Эй, Парень-щит.

Все в шоке повернули свои взгляды на одного человека. Спокойно сидящий, словно гора, и продолжающий есть суп, Парень-щит приковывал к себе внимание одним лишь своим присутствием. Действительно, статус лучшего танкера Кореи говорил сам за себя.

Охотник, сидящий с ним за одним столом, осторожно спросил:

— Что… это было?

Парень-щит, Пэ Вон У, мрачно ответил:

— Социальная реклама.

— Простите?

— Напоминание пробуждённым о необходимости зарегистрироваться… что-то вроде этого.

«Вот о чём это было?»

Слушая их разговор, Ча Ый Джэ едва снова не выронил ручку. А разве это не была угроза о том, что человек в противогазе придёт и убьёт тебя, если ты не зарегистрируешься?

— Почему Ли Са Ён внезапно снялся в социальной рекламе? Он же всегда отказывался от всех коммерческих предложений.

Этот вопрос волновал не только этого охотника. Все вокруг начали высказывать свои теории.

— Разве не скоро объявление ежегодного рейтинга? Может, он сделал это, чтобы закрепить первое место.

— Он и без этого будет первым.

— Может, Чон Бин что-то на него накопал?

— Да ну нет.

— Ну…

Губы Пэ Вон У шевельнулись, будто он хотел что-то сказать, но в итоге он просто снова уткнулся в свою миску с супом.

Человек чести, настоящий мужчина, Пэ Вон У не мог заставить себя сказать правду.

Что Ли Са Ён лично связался с Корейской корпорацией рекламных объявлений, практически вынудив их дать ему возможность снять социальную рекламу. Государственные служащие, обрадованные тем, что известный своим неприятием рекламы Ли Са Ён сам вышел на контакт, и команда по продвижению, ликующая от того, что их глава гильдии наконец-то появится в ролике, были окончательно потрясены результатом.

— Если это покажут, то гильдии Падо конец.

— …

— Если всё должно было закончиться так, то лучше бы он вообще не снимался в рекламе! Зачем он это сделал?

Руководитель команды по продвижению плакал, цепляясь за Пэ Вон У. Но Пэ Вон У был совершенно бессилен.

Вместо объяснений он выбрал молчание. Он набрал большую ложку супа и отправил её в рот. Острая паприка вызвала слёзы на его глазах. Шмыгнув носом, Пэ Вон У вытер его, с ностальгией вглядываясь в тарелку.

«Са Ён, я сохранил верность…»

Ча Ый Джэ, который до этого смотрел в экран телевизора, не двигаясь, вернулся в реальность, когда его телефон завибрировал.

Са Ён: Видел?

Наглое сообщение. Он был настолько ошеломлён, что даже не знал, как ответить.

Са Ён: Я слышал,

Са Ён: тебе нравятся те, кто снимается в рекламе.

Са Ён: ^^

— Что он несёт, этот сумасшедший…

Ча Ый Джэ твёрдо решил, что, если он когда-нибудь узнает, кто распространил этот ложный слух, он убьёт этого человека.

Глава 27 - Чего не следует делать на похоронах

23:48, офис группы полевых операций №1 Бюро управления пробуждёнными. Просторный кабинет был ярко освещён, несмотря на поздний час.

— Руководитель группы, хотите что-нибудь перекусить?

— Ах, да. Просто принеси мне энергетический батончик, пожалуйста.

Добросовестный государственный служащий Чон Бин вызвался дежурить этой ночью. Дело было не в сверхурочной работе или срочных задачах — это была привычная практика в это время года.

— Осталось совсем немного. Ещё 12 минут, и мы увидим новые рейтинги! Мне действительно интересно, как система рассчитала их на этот раз.

Сегодня был день, которого с нетерпением ждали все охотники — день обновления рейтингов. С одной рукой в кармане и бумажным стаканчиком в другой, Чон Бин пару раз прикусил край стаканчика.

Раз в год система присваивает ранги всем пробуждённым, основываясь на их способностях и достижениях. Как новички, так и ветераны с волнением ждали обновления. Новый ранг был доказательством их возможностей и влиял на их шансы вступить в новые гильдии или получить новые рекламные контракты.

Однако нередко случались случаи, когда охотники, недовольные своими рангами, устраивали беспорядки, из-за чего Бюро управления пробуждёнными было в состоянии повышенной готовности в этот период. Двое ведущих на экране указывали на данные.

— Хотя точный метод расчёта рангов системой не разглашается, предполагается, что он учитывает не только класс охотника, но и его активность за год.

— Именно поэтому пробуждённый A-класса может быть выше в рейтинге, чем S-класса. В прошлом году появилось много охотников, которые ярко заявили о себе и продемонстрировали выдающуюся активность. В этом году рейтинги могут существенно измениться.

— Тем не менее эксперты прогнозируют, что в первой двадцатке не произойдёт серьёзных изменений. Давайте посмотрим на ожидаемые результаты.

1. Ли Са Ён (S)

2. Мэтью — Мо Тэ О (S)

3. Чон Бин (S)

4. Гю-гю — Пан Гю Мин (S)

5. Пчела — Ю Чхэ Хён (A)

6. Доктор — Нам У Джин (A)

7. Я Мастер — Хон Ё Сон (S)

8. Хам Сок Джон (A)

9. Сон Джо Хон (S)

10. Парень-щит — Пэ Вон У (A)

.

.

.

— Ого, ожидаемые рейтинги... такие же, как и текущие? Они считают, что изменений вообще не будет?

— Да, верно. Так было и в последние два года.

«Знакомые лица».

— Руководитель группы, вот ваш батончик.

— Ах, спасибо.

Чон Бин и члены команды начали есть свои энергетические батончики, стоя перед монитором. Проверив ожидаемые рейтинги, один из членов команды спросил:

— Как думаете, рейтинги останутся такими же, руководитель группы?

— Хм... Да.

В последние два года топ-10 не менялся. Охотники из верхних строк рейтинга были более активны, а их врождённые способности играли ключевую роль. Как сказали аналитики, в этом году, вероятно, изменений тоже не будет.

Основные изменения происходили в средних слоях рейтинга. Все так думали, и Чон Бин с этим соглашался.

— Если только Пчела не получит оружие класса S, в этом году, похоже, всё останется по-прежнему.

Как только он закончил складывать пустую упаковку в виде записки, раздался хлопок, похожий на взрыв петарды в воздухе. Чон Бин испуганно поднял взгляд на внезапно появившийся белый экран.

[ИЗМЕНЕНИЕ РЕЙТИНГА!]

[Хотите проверить прямо сейчас?]

Звук, которого он не слышал почти два года. Сигнал звучал только тогда, когда в рейтинге происходили изменения. Проверив новый рейтинг, Чон Бин заметил лёгкую трещину на своей уверенности.

Четвёртое место. Ранее он был вторым, даже когда J был жив. После смерти J он временно поднялся на первое место, но с появлением Ли Са Ёна оказался на втором. Титул «вечного второго» его раздражал, но с появлением ещё одного S-класса, Мэтью, он опустился на третье место.

А теперь он оказался на четвёртом. Для этого могло быть только два объяснения: появление нового первого или второго места, либо гибель нынешних первых двух. Любой из вариантов сулил серьёзные последствия. Но вскоре Чон Бин столкнулся с совершенно неожиданным третьим сценарием.

[Регион: Южная Корея]

1. J

2. Ли Са Ён ▼1

3. Мэтью ▼1

4. Чон Бин ▼1

5. Гю-гю ▼1

6. Пчела ▼1

7. Доктор ▼1

8. Я Мастер ▼1

9. Хам Сок Джон ▼1

10. Сон Джо Хон ▼1

11. Парень-щит ▼1

Каждый потерял одну позицию в ожидаемом рейтинге, а на первом месте оказался...

Имя, знакомое каждому, J.

Прошло восемь лет с того дня, но его имя всё ещё звучало повсюду — в документальных фильмах о разломе на Западном море, в исторических книгах о Дне Разлома и даже в детских спорах в интернете о том, кто был самым сильным в мире.

Он считался погибшим в разломе на Западном море восемь лет назад. Никто не видел его тела, но разлом закрылся, и его имя исчезло из рейтинга охотников. Поскольку закрытый разлом никогда не открывался вновь, все были уверены, что он мёртв.

Но теперь J внезапно появился в рейтингах.

Это означало, что...

— О? Подождите, что это!

— Постойте. Первое место...

— Первое место изменилось?

— J?

J был жив.

И, вероятно, всё это время находился в разломе на Западном море.

«В худшем случае... разлом на Западном море мог открыться снова».

Улыбка исчезла с лица Чон Бина. Член команды, проверивший рейтинги, запинаясь, произнёс:

— Р-Р-Руководитель группы.

Чон Бин схватил пиджак, висевший на спинке стула, и стремительно направился к двери. Член команды поспешно последовал за ним.

— Нет, руководитель группы! Это... Я правильно вижу?

— Сколько людей могут выдвинуться прямо сейчас?

— Э-э, если не считать тех, кто дежурит на местах... всего около десяти.

— Оставьте минимально необходимый персонал, а остальных отправьте в Инчхон. Также мобилизуйте весь резерв.

— В Инчхон?

— Да. К разлому на Западном море.

— Понял!

— Директор даст указания по взаимодействию со СМИ. Оставшиеся пусть следуют этим инструкциям...

Он не успел закончить, как его передатчик завибрировал. Чон Бин мельком взглянул на экран, подтвердил кивком своим коллегам, что всё понял, и нажал кнопку приёма.

[Директор Хам Сок Джон]

Спокойный голос женщины средних лет зазвучал через динамик.

— Руководитель группы Чон.

— Да, директор.

— Спасибо, что задержались допоздна. Вы видели рейтинг?

— Видел. Мы как раз выезжаем в Инчхон.

— Хорошо. Я доверяю, что вы знаете, что делать.

— Да. Мы проверим, открылся ли снова разлом на Западном море, а если J и другие охотники всё ещё живы, проведём поиски в округе.

— Если J не в разломе на Западном море. И если разлом не открылся снова...

Повисла короткая пауза. Хам Сок Джон, директор Бюро управления пробуждёнными, заговорила твёрдо:

— Найдите его любой ценой.

— Понял.

— Любым возможным способом.

***

Инчхон, у мемориала.

Чон Бин торопливо пригладил растрёпанные волосы, выскочив из вертолёта. Его целью был мемориал.

Там уже кто-то стоял, возвышаясь над окружающими благодаря своему высокому росту. Узнать его издалека было несложно. Чон Бин остановился на мгновение, чтобы перевести дыхание, а затем направился к тёмной фигуре.

— Ли Са Ён.

— ...

Ли Са Ён, засунув руки в карманы, пристально смотрел на вершину мемориала. На первый взгляд он казался спокойным, но Чон Бин почувствовал нечто иное.

«Он действительно потерял контроль».

Зловещая аура, которая, похоже, либо ещё не успокоилась, либо намеренно не была подавлена, ощущалась явно. Она была настолько мощной, что слабый человек мог бы упасть в обморок. Чон Бин жестом дал сигнал своей команде, чтобы никто не подходил ближе.

Команда быстро окружила место. Ни журналисты, ни обычные охотники не должны были подходить к человеку в таком состоянии. Гнетущее давление, острое, словно лезвие, тяжело нависало над воздухом. Чон Бин остановился в трёх шагах от Ли Са Ёна и наблюдал за ним. Наконец, Ли Са Ён заговорил.

— Разлом?

Видимо, он спрашивал, пришли ли они проверить разлом. Чон Бин ответил осторожно, не теряя бдительности.

— Да, верно.

— Он закрыт.

— ...

Ли Са Ён кивком указал на спокойное море. Под лунным светом волны мягко разбивались о берег. Его взгляд оставался прикованным к самой верхней букве на мемориале.

Разлом на Западном море изначально находился под совместным управлением Бюро управления разломами и Бюро управления пробуждёнными. Он был слишком велик и оставил слишком много шрамов, чтобы передать его одной гильдии. Кроме того, ни одна гильдия не захотела бы взять его под своё крыло. После катастрофы на Западном море кто бы захотел ухаживать за тикающей бомбой?

Но однажды Ли Са Ён неожиданно потребовал права на разлом на Западном море в обмен на предоставление результатов исследований из лаборатории гильдии Падо. Правительство, уже считавшее этот разлом головной болью, без колебаний передало «бомбу».

С тех пор у Чон Бина появился маленький вопрос:

«Зачем Ли Са Ён взял разлом на Западном море?»

И сейчас. Почему Ли Са Ён здесь? Чтобы проверить аномалии в разломе гильдии? Или из-за злости от того, что он потерял первое место из-за J?

— Как только проверите, возвращайтесь и займитесь своими охотниками.

— ...

Это был ясный приказ на уход. Взгляд Ли Са Ёна под противогазом слегка сдвинулся с мемориала на пустое пространство. Он, должно быть, видел то же, что и Чон Бин.

+82 [CH.1] «J присоединился к чату»

J появился в канале.

Может быть, он где-то рядом? Убедившись в безопасности разлома, настало время приступить ко второй части миссии. Но едва Чон Бин слегка двинул пальцем, чтобы отдать команду, как раздался ленивый голос:

— Остановись, пока я не сломал тебе пальцы.

Чон Бин замер.

— Передай Хам Сок Джон.

— ...

— Право собственности на разлом на Западном море принадлежит гильдии Падо.

— ...

Ли Са Ён медленно развернулся к Чон Бину. И в этот момент Чон Бин понял.

— Всё, что выходит из разлома…

Ли Са Ён спокойно продолжил:

— Моё.

И всё это ради этого дня…

Глава 28

[Помните, это для сортировки мусора!]

Шурх-шурх. Потёртая ламинированная бумага, приклеенная синей лентой, трепетала на холодном ветру. В узком переулке суетливо склонилась массивная фигура, похожая на насекомое.

В толстом стёганом пуховике, фартуке с изображением жабы, резиновых перчатках, спортивных штанах и шлёпанцах с тремя полосками, Ча Ый Джэ спокойно занимался сортировкой отходов в своём зимнем домашнем наряде. Снимая этикетку с бутылки из-под воды, он пробормотал что-то, больше похожее на жалобу.

— Почему мусора всегда так много, сколько бы я его ни выбрасывал…

Собрав снятые этикетки, он положил их в пластиковый пакет и наступил на бутылку, чтобы выпустить воздух. Затем он потянулся за мешком, наполненным бутылками из-под соджу.

Бах!

Внезапно раздался звук, похожий на взрыв хлопушки, нарушивший тишину переулка. Ча Ый Джэ, решив, что это какая-то нелепая неудача, поднял взгляд и увидел знакомый белый экран.

[Поздравляем, J!]

[Вы стали новым номером 1 в «Регионе: Южная Корея».]

— …Что?

Глухой стук. Тяжёлый мешок упал на землю, и из него выкатилась пустая бутылка из-под соджу, громыхая по асфальту.

«Какого чёрта кто-то объявляет о первом месте, пока я сортирую мусор?»

Ча Ый Джэ был настолько ошарашен абсурдным системным сообщением, что даже не успел задуматься о его достоверности.

Первое место? Я? Если бы был кто-то, кому он мог задать вопрос, Ча Ый Джэ схватил бы этого человека за грудки и потребовал объяснений. Он не мог понять, почему такая новость внезапно вторглась в его, казалось бы, обычный день.

Не задавая вопросов системе, Ча Ый Джэ поспешно открыл приложение для интернета на своём телефоне. К счастью или к несчастью, новость о рейтинге охотников была на первых полосах всех порталов.

[«Срочные новости» Новый номер 1 в Южной Корее, J]

[«Срочные новости» Неопровержимый лидер Ли Са Ён спустился на 2-е место, уступив J.]

[«Срочные новости» Бюро управления пробуждёнными: «Имена охотников не могут совпадать, дубликаты исключены.»]

[«Срочные новости» Бюро управления пробуждёнными: «Возможность системной ошибки подтверждается, идёт проверка.»]

[«Срочные новости» Чон Бин замечен садящимся в вертолёт… направляется в Инчхон?]

Чем чаще Ча Ый Джэ обновлял страницу, тем больше статей появлялось. Система, словно пытаясь быть полезной, даже открыла новое окно с рейтингами.

1. J

2. Ли Са Ён ▼1

3. Мэтью ▼1

4. Чон Бин ▼1

5. Гю-гю ▼1

6. Пчела ▼1

7. Доктор ▼1

8. Я Мастер ▼1

9. Хам Сок Джон ▼1

10. Сон Джо Хон ▼1

11. Парень-щит ▼1

Каждое имя, кроме J, сопровождалось синей стрелкой вниз. Смотреть на это было мучительно.

— Чёрт.

Ча Ый Джэ вдруг вспомнил старую картинку, которую он когда-то видел в интернете.

Давайте узнаем, чего не следует делать на похоронах.

Это...

(Эмодзи руки)

Воскрешение!

Внезапное возвращение к жизни наверняка станет шоком для всех, правда?

До встречи!

Действительно, Ча Ый Джэ непреднамеренно… совершил величайший промах.

J. Насколько бы неловко это ни звучало, но в те времена, когда он был охотником, Ча Ый Джэ спас множество людей и стал настолько известным, что его даже изображали героем в образовательных комиксах для детей, жертвующим собой ради закрытия разлома.

И вот теперь, спустя 8 лет, этот человек внезапно воскрес? И сразу же вернул себе первую строчку в рейтинге?

«Естественно, они будут искать меня любой ценой».

Звуки его спокойной, тихой жизни постепенно затихали, словно растворяясь в воздухе. Ча Ый Джэ наконец понял. Ах, точно. Тот звук, похожий на хлопушку, который он услышал ранее, был не чем иным, как…

Звуком взрыва его маленькой, драгоценной, тихой жизни.

Отрицая происходящее, он механически обновлял экран. С каждым увеличением счётчика обновлений в углу его гнев лишь нарастал. Он схватил пустую бутылку из-под соджу из мешка, и, держа её за горлышко, начал размахивать ей в сторону окна со статусом.

— Эй, что я сделал, чтобы заслужить первое место?

В прошлом его лидерство имело смысл. J был силён и без устали сражался с разного рода монстрами. Что касается способностей и достижений, он мог уверенно сказать, что ни в чём не уступал другим.

Но Ча Ый Джэ? После того как он выбрался из разлома в Западном море, всё, что он делал, — это убирался, сортировал мусор, мыл посуду, готовил похмельный суп, собирал скидочные купоны, ходил за продуктами, заботился о Пак Ха Ын, делал пожертвования в Фонд разлома в Западном море, время от времени ловил монстров, которые неожиданно появлялись, и сообщал о них в Бюро управления разломами, притворяясь обычным человеком. И это всё.

Если из-за этого можно стать номером один, то первым может быть кто угодно.

[За получение первого места полагается специальная награда.]

[▶Получить]

«Дайте мне кнопку отказа».

Ча Ый Джэ искал кнопку отказа повсюду. Но её не было. Не было даже маленького крестика. Вместо этого система выделяла текст «Получить» красным цветом.

Ты думаешь, я это нажму? Ни за что. Ча Ый Джэ специально отвернулся от системы, планируя игнорировать её, пока она не исчезнет.

Но система, показывая новое окно в каждом месте, куда он смотрел, на этот раз предложила другие варианты вместо «Получить».

[◼◼◼ часть ранее удалённых полномочий восстанавливается.]

[Восстановление полномочий…]

[Доступ к Южнокорейскому Каналу 1 восстановлен.]

[Хотите получить доступ к Южнокорейскому Каналу 1?]

[▶Да]

[▷Да]

Система, похоже, попыталась учесть его мнение, увеличив количество опций. Проблема была в том, что ничего не изменилось.

Канал охотников представлял собой групповой мессенджер, созданный системой. Это была платформа для обмена информацией, общения и объявлений. Ча Ый Джэ всегда считал, что канал придумали потому, что охотники слишком часто действовали в одиночку.

Так или иначе, доступ к каналу определялся уровнем пользователей, и Канал 1 был доступен только для тех, кто занимал места с 1-го по 50-е в рейтинге.

Другими словами, в Канале 1 тусовались такие, как Чон Бин, Пчела и Пэ Вон У. И, конечно, Ли Са Ён.

«Думаете, я туда пойду?»

Он старался жить спокойно, но мир не хотел его оставлять в покое. Ча Ый Джэ поднял бутылку соджу, которая откатилась далеко, и отделил крышку от стеклянной части.

— Я никогда туда не войду, так что убери это окно.

[…]

Система никак не отреагировала.

«Наконец-то тишина».

Ча Ый Джэ с облегчением выдохнул и начал собирать пустые бутылки и мешок с земли.

[!!Ошибка!!]

[Время выбора истекло.]

[Вы автоматически подключены к Каналу 1.]

— Что?

Ча Ый Джэ оцепенел. Что ещё за наглая выходка этой системы?

+82 [CH.1] «J присоединился к чату»

«Я пропал».

Эта чёртова система даже не предоставила возможности сменить ник! Внезапно «воскресший» под старым именем J и принудительно подключённый к Каналу 1, Ча Ый Джэ мгновенно потерял всякое желание что-либо делать.

Даже несмотря на абсурдность происходящего, он не смог сдержать беспомощного смеха.

— Ха, ха-ха.

Знали ли другие о его чувствах или нет, но временно замёрзший чат внезапно ожил и взорвался множеством сообщений.

.

.

.

[50] Романтичный открыватель: С ума сойти.

[50] Романтичный открыватель: Вау.

[11] Парень-щит: Ух ты.

[6] Пчела: ?

[6] Пчела: Это правда?

[34] Маленькое чудо Со Мин Ги: Это не ошибка системы?

[50] Романтичный открыватель: Нет, вау.

[50] Романтичный открыватель: Легендарные непрерывные обновления ㅋㅋㅋㅋㅋ

[8] Я Мастер: Не может быть, ха-ха.

[8] Я Мастер: Это должно быть скрытая камера, ха-ха.

[8] Я Мастер: Система явно издевается над нами, ха-ха.

[8] Я Мастер: Это, наверное, какое-то реалити-шоу, ха-ха.

[8] Я Мастер: Типа шоу скрытой камеры, понял, ха-ха.

[6] Пчела: Бегство от реальности в полном разгаре.

[4] Чон Бин: Хон Ё Сон-щи ^^

[4] Чон Бин: Я временно отключу Wi-Fi в деревне Чан.

[4] Чон Бин: Пожалуйста, будьте осторожны, чтобы не утекла информация.

[8] Я Мастер: (эмодзи плача)

[29] Продавец мрамора: Может, кто-то другой взял это имя?

[43] Восходящий: Не может быть, что это настоящий J, правда?;;

[4] Чон Бин: Как вы все знаете ^^; дублирование имён охотников невозможно.

[4] Чон Бин: Понимаю, что это очень сбивает с толку.

[4] Чон Бин: Мы сейчас проверяем, так что, пожалуйста, подождите. ^^

[29] Продавец мрамора: В онлайн-играх периодически освобождают имена давно неактивных пользователей…

[15] Без ника: Но это не игра.

[3] Мэтью: Чон Бин.

[3] Мэтью: Есть вероятность, что разлом в Западном море снова открылся…?

На осторожный вопрос Мэтью чат, который до этого был совершенно хаотичным, вдруг замер. Ча Ый Джэ тоже задержал дыхание. Если разлом в Западном море снова открылся, ему придётся туда отправиться.

Ему придётся вернуться в тот ад, найти то, что он оставил позади, и искупить свои грехи, ведь это была цена, которую должен заплатить выживший.

Хрясь!

Ча Ый Джэ моргнул. Бутылка соджу в его руке разбилась на куски. Ему на мгновение стало холодно в области шеи. Должно быть, он потел, сам того не замечая. Выпустив долгий вздох, Ча Ый Джэ попытался игнорировать надоедливое окно системы и поднял взгляд…

[2] Ли Са Ён: X

Ча Ый Джэ увидел сообщение от Ли Са Ёна и медленно моргнул.

[11] Парень-щит: Простите, J?

[11] Парень-щит: Возможно… Не могли бы вы написать что-нибудь в чат?

Даже в такой ситуации Пэ Вон У оставался безнадёжно несообразительным.

«Ты бы сделал это, если бы был на моём месте?»

Как ни странно, напряжение немного спало. Его беспорядочные мысли начали приходить в порядок. Присев на корточки, Ча Ый Джэ решил использовать силу искусственного интеллекта как последнюю надежду.

— Привет, Нэксби, найди способ выйти из Канала охотников.

— Ищу способ выйти из Канала охотников.

— Результатов не найдено.

Чёрт возьми.

***

— Эй, почему эта штука не работает?

В ресторане, где подавали похмельный суп, всё ещё забитом охотниками, один из посетителей вертел в руках пульт от телевизора. Сколько бы он ни нажимал кнопки, телевизор не подавал признаков жизни. Почесав затылок, он окликнул Ча Ый Джэ.

— Эй, почему телевизор не работает? Он сломался?

Ча Ый Джэ, ставя на место поднос, полный пустых тарелок, спокойно ответил:

— Да. Утром, когда проверял, он уже был сломан. Завтра вызову мастера.

Конечно, это была откровенная ложь. С телевизором всё было в полном порядке. Шнур просто был выдернут из розетки.

— Чёрт, а я хотел посмотреть «110 минут дебатов» за ужином, — пробормотал мужчина с разочарованием.

Его слова подхватили другие охотники, сидящие вокруг.

— Это сегодня? Обсуждают, отправлять ли спасательную команду или нет?

— Ох, я тоже хотел это посмотреть.

— Придётся смотреть на телефонах.

— А мастера сейчас вызвать нельзя?

— Уже вечер, вряд ли кто-то придёт.

Разочарованные голоса раздавались из разных углов ресторана. Но Ча Ый Джэ сделал вид, что ничего не слышит. Всё это было ради предотвращения катастрофы — совместного просмотра сегодняшних «110 минут дебатов», которых они так ждали.

Сегодня, спустя неделю после появления имени J в рейтингах охотников, в прямом эфире должна была выйти специальная передача с заголовком:

[Возвращение J: Стоит ли отправлять спасательную команду в разлом Западного моря?]

Ни одна из этих тем не учитывала даже малейшего мнения самого «воскресшего», поэтому Ча Ый Джэ выдернул шнур телевизора сразу же после пробуждения. Он сжал кулак так, что побелели костяшки.

«Я сделаю всё, чтобы они это не посмотрели».

Глава 29

Название: [Анонимно] Если J жив

Если в Западном море появилась трещина, разве не стоит отправить спасательную группу?

Он может быть жив, но неспособен двигаться.

Может быть, у него оторваны ноги...

Комментарии (99+):

— Правда, больше никого не спасли?

⤷ Да, я сравнил имена на мемориале с рейтингами, и имя J было добавлено только недавно. Похоже, что выжил только J.

— Вы хоть представляете, что там внутри трещины? Сколько охотников уже погибло?

⤷ Но мы просто оставим человека, застрявшего в трещине?

⤷ Ха... Они пошли спасать таких, как он, да? ㅋㅋ Человечество обречено.

⤷ Вы забыли, как быстро расширялся разлом в Западном море? Если открыть его снова, страна может быть уничтожена.

⤷ А сейчас то же самое, что и тогда? Насколько возросли наши силы? ㅋㅋㅋㅋ Сейчас уже не те времена, когда вся нация должна рисковать жизнью ради одного человека, J.

⤷ Разве это нормально — использовать столько ресурсов только ради спасения одного J??

— Нет уж~ закрытый разлом даже не открыть, пока~.

Сначала люди не верили. Даже среди охотников большинство считало, что это всего лишь временная ошибка, которая скоро исправится. Однако Первый канал, который напрямую подтвердил существование J, хранил молчание, ожидая официального заявления от Бюро управления пробуждёнными.

— Это ложь~

— Вздох, зачем говорить такие вещи?

— Даже если это ошибка, как может быть такая ошибка? ㅋㅋ.

— Система тоже может ломаться иногда.

.

.

.

— Почему ошибка до сих пор не исправлена?

— Неужели?

Недолго люди сомневались, добавляя знак вопроса к словам «неужели». Шли дни, рейтинги не менялись, и тревога росла.

С развитием ситуации и распространением необоснованных слухов в СМИ, которые подавались как факты, Бюро управления пробуждёнными спешно взялось за контроль над хаосом. Пресс-конференция была назначена на 15:00, поэтому Ча Ый Джэ повесил табличку «Время подготовки ингредиентов», чтобы посмотреть трансляцию в одиночестве.

Когда настало время, на экране появилась женщина с аккуратной короткой стрижкой, в строгом костюме и с тростью в руке. Помимо бледного лица, она выглядела так же, как Ча Ый Джэ её запомнил. Это была Хам Сок Джон, глава Бюро управления пробуждёнными, которая редко появлялась на публике из-за проблем со здоровьем.

После краткого приветствия она заговорила твёрдым голосом:

— Обновление рейтинга — это не системная ошибка.

Она на мгновение остановилась, чтобы перевести дыхание, и продолжила:

— Это не случай совпадения имен. Никто другой не использовал имя J... Трудно поверить, но, согласно нашему внутреннему расследованию, J в настоящее время жив.

Шум в зале нарастал, вспышки камер засверкали ярче. Журналисты поднимали руки один за другим.

— Откуда у вас такая уверенность?

— Нет ли других выживших, кроме J?

— Восемь лет назад Бюро управления пробуждёнными подтвердило смерть охотников, вошедших в разлом в Западном море. Почему история теперь меняется?

— Если J жив, то где он сейчас?

Несмотря на град вопросов, Хам Сок Джон слегка подняла руку, призывая к вниманию, и спокойно ответила:

— Мы планируем отправить спасательную группу для более точной оценки ситуации. Пожалуйста, наберитесь терпения.

Хам Сок Джон и охотники из Бюро управления пробуждёнными поклонились.

Увидев её лицо, Ча Ый Джэ вдруг осознал, что прошло восемь лет. Хам Сок Джон, которую он помнил, была молодой и полна энергии, не использовала трость и не хромала. Когда она успела повредить ногу?

И ещё…

«Как она может быть настолько уверена?»

Сегодняшняя пресс-конференция Бюро управления пробуждёнными противоречила их прежним заявлениям. Учитывая внимание к этой теме, они не могли сделать такое заявление без неопровержимых доказательств.

Хам Сок Джон была именно таким человеком. Тем, кто двигался только при наличии веских доказательств и ясных оснований, твёрдая, как гора. Ча Ый Джэ некоторое время смотрел на склонённую Хам Сок Джон, а затем выключил телевизор.

После пресс-конференции Бюро управления пробуждёнными тема J захватила всю Южную Корею. Это было несравнимо с предыдущей специальной трансляцией «110 минут дебатов».

Каждый день экстренные новости и заголовки только и говорили о трещине в Западном море и J. Вопрос о том, стоит ли спасать J, разделил мнения на два полярных лагеря.

«Они спорят по любому поводу».

Когда кто-то спрашивал Ча Ый Джэ, что он думает о «воскрешении» и спасении J, он всегда отмахивался: «Ха-ха, я точно не знаю», притворяясь равнодушным наблюдателем — это почти стало его стандартным ответом.

Но все его попытки избегать этой темы в итоге провалились, потому что...

[Почему весь мир потрясён невероятными способностями J, почему Япония в ярости, а американцы отчаянно хотят увидеть J!]

J захватил топовые видео на YouTube.

***

Темы разговоров среди охотников, заходивших в ресторан с похмельным супом, постоянно менялись, но главной темой последних дней, конечно, был «J».

Охотники, не обращая внимания на остальные столы, ели суп и спорили о всём, начиная с выживания J и заканчивая состоянием трещины. Поскольку все собравшиеся были активными охотниками, мнения звучали самые разные.

— Разве это не системная ошибка? Это кажется самым вероятным.

— На пресс-конференции сказали, что нет. Бюро заявило, что J жив.

— Тогда откуда у них такая уверенность? Они что, лично с системой говорили?

— Не знаю. Но раз сама Хам Сок Джон провела пресс-конференцию, значит, они уверены.

— В любом случае, в том месте явно что-то не так.

— Дядя, зачем ты такое говоришь прямо перед автографом Чон Бина?

— Чёрт, когда здесь появился этот автограф?

Самой популярной, но наименее убедительной версией оставалась теория системной ошибки.

Рейтинги обновляются раз в год, но обычно имя охотника немедленно удаляется из списка после его смерти.

Так как люди часто проверяли рейтинг, чтобы подтвердить жизнь или смерть охотника, когда связь с ним терялась внутри трещины, точность этой системы считалась безупречной. Поэтому идея о её сбое быстро отвергалась.

И тут новый охотник, ловко шинкующий перцы чили, выдвинул свою теорию:

— Может, он умер, но недавно воскрес?

— Есть ли предмет, который может оживить мёртвого?

— В таком мире, как сейчас, может, и есть.

— Может, какой-то целитель его спас...

— Даже Нам У Джин не может воскресить мёртвых.

— А вдруг у J был уникальный предмет с восьмилетним временем восстановления?

— Это звучит правдоподобно.

«Что тут может быть правдоподобного», — подумал Ча Ый Джэ, уже устав от теории о воскрешении после смерти.

С точки зрения логики всё это было легко опровергнуть, но само возвращение J уже было достаточно странным. Неудивительно, что не только в ресторане с похмельным супом, но и на анонимных форумах HunterNet появлялись самые разные теории...

— Лучше уж поверить, что некромант его воскресил ㅋㅋㅋㅋㅋ

⤷ Есть ли какой-нибудь знаменитый некромант? Быстро найдите его.

⤷ Некромантам запрещено воскрешать людей, они никогда этого не сделают. ㅠㅠ

Например, теория о незаконном воскрешении некромантом.

— Он на самом деле восемь лет сражался в другом измерении и вернулся, J-возвращенец.

⤷ Похоже, ты начитался фэнтези-новелл…

⤷ Эй, со Дня Разлома фэнтези-новеллы = реальность, разве не знал?

Существовало множество нелепых теорий, вроде версии о возвращении из другого измерения, но, разумеется, ни одна из них не оказалась правильной. Ошибка заключалась уже в самой исходной предпосылке. J никогда не умирал.

И те, кто спорил о том, «как» это произошло, в конце концов осознали: пока J сам не заговорит, ответов не будет. Тогда возник новый вопрос.

J жив. Но где он?

Последний раз J видели в разломе Западного моря. Было ясно, что он не сбежал, и люди думали, что он закрыл разлом и погиб внутри. Но правда, в которую они верили восемь лет, могла оказаться не истинной.

***

Глубокой ночью.

Ча Ый Джэ внезапно проснулся. В тишине, где даже дыхание не слышно, он замер, задержав своё. Его маленькая комната была безмолвна, но инстинкт подсказывал ему:

«За дверью кто-то есть».

Гости не приходят так поздно. Каким бы сильным ни было желание похмельного супа, никто бы не стал вламываться через запертую дверь.

Оружие было только на кухне, а из доступного — лишь крепкое тело. Как можно тише и медленнее он поднял верхнюю часть тела и несколько раз сжал и разжал кулаки. К счастью, Ча Ый Джэ прекрасно владел рукопашным боем.

«Кем бы ни был этот ублюдок…»

Он хотел переломать ему все конечности, но разбираться с последствиями было бы хлопотно. Достаточно сломать немного, чтобы выудить информацию, а потом уже вызвать полицию.

Ча Ый Джэ бесшумно двинулся, приоткрыв дверь маленькой комнаты и ступив босыми ногами на пол. Пройдя мимо стен, сложенных из коробок, он оказался в знакомом зале. Тусклые уличные фонари слегка освещали тёмный ресторан, а в центре,

сидела фигура в противогазе.

Глава 30

…Почему?

Ча Ый Джэ застыл на месте, ошеломленно глядя на тёмную фигуру, вторгшуюся в чужой ресторан. Как этот ублюдок смог открыть запертую дверь и проникнуть внутрь? И почему он сидел посреди зала, словно устраивая протест?

Бывший номер один среди охотников совершал всяческие преступления: от воспрепятствования бизнесу до незаконного проникновения. Фигура в противогазе, сидящая, скрестив ноги, медленно повернула голову к Ча Ый Джэ. Его зловещий голос прозвучал глухо и низко.

— Хорошо спал?

Несмотря на казалось бы дружелюбный вопрос, голос звучал так, будто доносился из самых глубин ада. Будить кого-то только для того, чтобы спросить, хорошо ли он выспался, — этот человек явно оставил совесть за порогом. Вместо ответа Ча Ый Джэ задал свой вопрос.

— Что ты здесь делаешь?

Хотя это был вполне разумный вопрос, аура человека в противогазе стала ещё более зловещей. Казалось, он глубоко вдыхал, чтобы успокоиться, но его фиолетовые глаза за линзами сверкали яростью, когда он смотрел на Ча Ый Джэ.

— Что я делаю?

— …

— Это я должен спросить тебя.

Неужели... он что-то обо мне узнал? Учитывая его прошлые действия и способности к сбору информации, такое предположение не было совсем уж безосновательным. Ча Ый Джэ медленно сжал кулак, ожидая, что тот скажет дальше.

— Почему ты первым не связался со мной?

— …

— Я ждал две недели, чёрт возьми.

Ча Ый Джэ почувствовал, как с него будто спустили воздух. Вот о чём шла речь?

Судя по напряжённой ауре, исходившей от него, Ча Ый Джэ предположил, что Ли Са Ён либо зол, либо дует губы, как ребёнок, которого оставили без развлечения.

Хотя в такой ситуации не стоило думать подобное о человеке, который ждал ответа, правда заключалась в том, что он действительно не связался с ним, потому что…

«Я забыл…»

Ча Ый Джэ напрочь забыл, что должен был ответить на деловое предложение Ли Са Ёна.

Разумеется, у него были свои причины. Проблема лишь в том, что эти причины он никому не мог объяснить. В любом случае, если бы он честно признался, что просто забыл, вся сделка наверняка бы сорвалась. Поэтому Ча Ый Джэ использовал лучшую отговорку, которую мог придумать.

— Ну, я был занят.

— Ха.

Ли Са Ён презрительно фыркнул, но Ча Ый Джэ продолжил невозмутимо:

— И, конечно, я всё обдумывал.

— О, ты даже думал об этом.

Ли Са Ён саркастически ответил, подперев подбородок рукой, словно вызывая его продолжить. У Ча Ый Джэ возникло острое желание дать ему подзатыльник. Почему его характер такой извращённый?

И в этот момент одна мысль внезапно вспыхнула в голове Ча Ый Джэ.

Ах, может быть…

«Потому что я забрал у него первое место?»

Хотя этот тип в противогазе выглядел равнодушным, он удерживал первое место в рейтинге на протяжении шести лет подряд. Потерять свою позицию за одну ночь из-за человека, которого все считали мёртвым, должно было стать сильным ударом.

Взгляд Ча Ый Джэ смягчился от жалости. Ли Са Ён раздражённо проворчал:

— Почему ты так на меня смотришь?

— Нет, просто… держись.

— Ты издеваешься надо мной?

— Издеваюсь? Я как никогда искренен.

— Угх, да брось ты. Я даже снялся в рекламе из-за тебя, а ты просто игнорировал меня две недели. Ты вообще понимаешь, какой ты козёл?

Ли Са Ён с отвращением махнул рукой. Но у Ча Ый Джэ тоже были свои претензии насчёт этой социальной рекламы.

Так называемый социальный ролик, который Ли Са Ён якобы снял из-за Ча Ый Джэ, причинял психологическую боль охотникам, смотревшим телевизор. Ча Ый Джэ скрестил руки на груди.

— Что это вообще за реклама? Почему ты вдруг её снял?

— Потому что тебе нравятся только те, кто снимается в рекламе. Что ещё я мог сделать?

— Что за чушь ты несёшь?

— Чон Бин, Пчела…

Ча Ый Джэ не мог угнаться за хаотичным потоком мыслей Ли Са Ёна.

Единственное, что объединяло Чон Бина и Пчелу, — это то, что он хотел запретить им обоим появляться в этом ресторане. Что же Ли Са Ён думал, когда сделал такое странное дело?

Ли Са Ён указал на рукописный плакат Пчелы.

— Это твой вкус?

— Пчела просто подарила мне это.

— А автограф Чон Бина?

— Он прислал его по почте.

— Чёрт, почему бы тебе просто не продать это на «Томатном рынке»?

Ча Ый Джэ плотно сжал губы и встал, направляясь к кулеру. Когда он двинулся, за ним тут же последовал пристальный взгляд. Глаза Ли Са Ёна не отрывались от него.

Не выдержав этого пристального внимания, Ча Ый Джэ наконец обернулся и спросил:

— Что?

Ли Са Ён кивнул подбородком на его ноги.

— Ноги.

— А?

— Ты обычно ходишь босиком?

Ах, точно. Только тогда Ча Ый Джэ опустил взгляд на свои ноги. Он вышел, чтобы внезапно застать незваного гостя, но, увидев, как Ли Са Ён спокойно сидит в зале, утратил всякое желание устраивать засады и так и остался босиком.

Шевеля пальцами на ногах, Ча Ый Джэ беспечно ответил:

— Я специально не надел носки, чтобы проснуться.

— Тебе хотя бы стоило надеть тапочки.

Ли Са Ён выглядел слегка недовольным. Кто, по его мнению, заставил Ча Ый Джэ бегать босиком посреди ночи?

— Если ты думал об этом две недели, у тебя, должно быть, есть ответ.

— Да.

— …

— Давай заключим сделку. Но у меня есть несколько условий.

— Подожди.

Ли Са Ён достал из своего инвентаря длинный предмет размером с палец. На нём был экран, кнопки и вмонтированный на конце синий магический камень. Это был магический камень-устройство для записи — вещь, которую Ча Ый Джэ безуспешно пытался достать, из-за чего охотники S-класса наводнили «Томатный рынок» и этот ресторан.

— Нам нужно иметь надёжные доказательства. Это будет лучше для нас обоих.

— Запись, говоришь. А что, если запись утечёт?

— Я использую её только для составления контракта, а потом сразу уничтожу.

— …

Ли Са Ён продемонстрировал свою руку в перчатке Ча Ый Джэ. Это означало, что он мог расплавить устройство для записи, словно половник. Для него это был одноразовый предмет.

Ли Са Ён нажал кнопку, и устройство для записи начало светиться голубым.

— Начнём.

Он говорил так, будто был привычен к подобным процедурам. Ча Ый Джэ кивнул и поднял палец.

— Во-первых, никакой работы в часы работы ресторана. Что бы ты ни просил или требовал, это должно происходить с 11 вечера до 5 утра, когда ресторан закрыт.

— Ага.

После короткой паузы Ли Са Ён без колебаний кивнул.

— Ладно. Какое второе условие?

— Помоги мне зарегистрироваться как охотник.

— А? Разве я не говорил тебе раньше?

Ли Са Ён, постукивая ладонью по руке, слегка наклонил голову и сухо произнёс.

— Мне нужен кто-то неизвестный.

— Я знаю. Просто выслушай.

Хотя Ча Ый Джэ и не собирался возвращаться к деятельности охотника, ситуация изменилась с тех пор, как стало известно о том, что J выжил. Теперь было лучше создать абсолютно новую личность, никак не связанную с J.

Люди ищут J. Даже Бюро управления пробуждёнными наверняка создаст поисковые группы, чтобы найти его.

Учитывая, что J — S-класс, быть незарегистрированным пробуждённым означало бы риск недоразумений. Было бы безопаснее выдать себя за недавно пробудившегося охотника, не имеющего никакой связи с J. Так его было бы сложнее обнаружить.

Ча Ый Джэ спокойно продолжил:

— Ты согласишься, что многое зависит от того, зарегистрирован я как охотник или нет.

— …

— Моя просьба — помочь мне получить самый низкий возможный ранг.

— …

— Если я буду E- или D-класса, никто не обратит на меня внимания. Я растворюсь в толпе.

Ранги пробуждённых варьируются от S до A, B, C, D, E и F. Чем ближе к F, тем ниже уровень пробуждения и физические способности, где F едва сильнее обычного человека. Ли Са Ён медленно потер щёку противогаза.

— Значит, ты хочешь, чтобы я помог скрыть твою настоящую силу при регистрации?

— Да.

— Что ещё?

— Помоги с лечением моей бабушки.

— Мы уже говорили об этом в прошлый раз. Что-то ещё?

— Нет.

— Хорошо.

Ли Са Ён усмехнулся, нажимая на кнопку устройства для записи, чтобы остановить запись. Сияние камня постепенно угасло.

— Теперь моя очередь.

Он достал из инвентаря кинжал размером с ладонь и протянул его Ча Ый Джэ. Лезвие было украшено золотыми лавровыми листьями.

[Лавровая ветвь контракта (S)]

[Кровь, проливаемая этим кинжалом, заключает нерушимый контракт.]

[Проклятие обрушится на того, кто нарушит договор.]

— Ты сам себя хочешь ударить или мне это сделать?

Какая абсурдная и грубая фраза. Он серьёзно? Ча Ый Джэ не мог скрыть своего недоумённого выражения, глядя на Ли Са Ёна.

— Конечно, я сделаю это сам. С какой стати ты будешь колоть мою руку?

— Некоторые умудряются втыкать нож в самые странные места. Один человек вообще ударил себя в бедро, когда я сказал порезать ладонь…

Ча Ый Джэ прищурился, размышляя, не считает ли тот его таким идиотом. Люди действительно так делали? Они пытались навредить себе во время заключения контракта?

Хотя Ча Ый Джэ считал это нелепым, лицо Ли Са Ёна оставалось абсолютно серьёзным. Ли Са Ён пожал плечами.

— Если я сделаю это, будет эффективнее. Меньше крови.

Эта «эффективность» явно могла кого-то убить. Несмотря на якобы доброжелательные объяснения, Ли Са Ён продолжал настаивать, в то время как Ча Ый Джэ крепко держал кинжал.

— Не переживай, я хорошо колю. Почти не будет больно. Только легкий укол.

— Чушь.

— Если я сделаю это, тебе будет не так больно.

Лучше уж побыстрее с этим разобраться. Ча Ый Джэ ловко сменил хват кинжала и спросил:

— Сколько нужно крови?

— Достаточно.

Не колеблясь, Ча Ый Джэ провёл лезвием по своей ладони, позволив алой крови стекать тонкой струйкой. Забрав кинжал, Ли Са Ён спросил:

— У тебя есть противоядие? Или артефакт для детоксикации?

Конечно, нет.

Ча Ый Джэ мельком осмотрел убогий ресторан с похмельным супом. Хотя у него и была способность к детоксикации, не стоило раскрывать все карты перед этим подозрительным типом.

Ли Са Ён поставил на стол небольшой стеклянный флакон с густой жидкостью фиолетового оттенка. Она была вязкой и иногда пузырилась, словно ведьмовское зелье.

— Это моё личное противоядие.

— Личное противоядие?

— Не могу позволить тебе умереть во время контракта. Выпей сейчас.

— …

Ча Ый Джэ скептически осмотрел бутылочку, прежде чем неохотно выпить противоядие. Несмотря на его пугающий вид, жидкость удивительно легко проглотилась.

Ли Са Ён, теперь держащий кинжал, произнёс:

— У меня только одно условие.

Не раздумывая, он провёл лезвием по своей ладони. Из глубокой раны закапала тёмная жидкость, едва напоминающая кровь.

— Никогда не предавай меня.

С холодным голосом он наблюдал, как жидкость, соприкасаясь со столом, прожигала его поверхность, оставляя обугленные чёрные пятна.

Глава 31

Ли Са Ён крепко схватил Ча Ый Джэ за руку. Касание их ран обжигало, словно огонь. Прошло немало времени с тех пор, как он в последний раз чувствовал боль.

Красная кровь смешалась с чёрной, стекая с их запястий. Вокруг их сомкнутых рук зацвели золотые лозы. Что-то острое и болезненное проникло в тело Ча Ый Джэ, поднялось по его руке и осело возле сердца.

Одновременно с этим из его диафрагмы поднялся горячий комок. Ча Ый Джэ прикусил губу, сдерживая стон. Ему было трудно удержаться от позывов к рвоте.

— …Чёрт.

— Терпи.

[Способность: Яд василиска (S+) активирована.]

«Что за…»

Глаза Ча Ый Джэ расширились от неожиданного системного уведомления.

Он получил способность детоксикации, поймав василиска в разломе на Западном море, но та ни разу не активировалась до сих пор. Это была странная способность, которая не реагировала на слабые яды. Почему же сейчас?

Ча Ый Джэ закашлялся, не в силах скрыть замешательство, и ярко-красная кровь брызнула у него изо рта. Сквозь металлический вкус крови он почувствовал едва заметную сладость.

«Ах, ублюдок.»

— …Чёрт, Хён, что происходит?

Почему ты ругаешься? Ругаться должен я. Ча Ый Джэ изо всех сил пытался удержать ускользающее сознание, сплёвывая кровь сквозь зубы. Перед ним стоял Ли Са Ён, замерев от шока.

— Хён?

«Какой псих вводит яд в чужое тело?»

— Хён, открой рот, быстро.

«Я ведь сказал, убью тебя, если тронешь меня…»

— Быстрее!

С тревожным бормотанием Ли Са Ён засунул в рот Ча Ый Джэ свой палец в перчатке. Инстинктивно Ча Ый Джэ стиснул его зубами. Он хотел откусить этот палец, но голова слишком пылала от жара.

Ча Ый Джэ с кроваво-красными глазами уставился на белый системный экран, заполнивший его зрение.

«Почему способность S+ класса такая медленная? Ты хочешь, чтобы я сдох?»

[Способность: Яд василиска (S+) активирована.]

[Идёт детоксикация.]

[Способность: Яд василиска (S+) активирована.]

[Идёт детоксикация.]

[Способность: Яд василиска (S+) активирована.]

[Идёт детоксикация.]

Системный экран мигал, словно оправдываясь. Казалось, он пытался показать, что работает изо всех сил, но Ча Ый Джэ было наплевать.

Он ненавидел и Ли Са Ёна, и яд василиска. Какой ублюдок вообще вводит яд в чужое тело? Антидот, который ему дали, казался бесполезным, так зачем заставлять его пить? А если бы у него не было способности детоксикации?

Вскоре прохладная жидкость начала стекать по пальцу Ли Са Ёна прямо в рот Ча Ый Джэ. Жар постепенно утихал там, где касалась жидкость. В то же время появилось новое системное уведомление.

[Детоксикация завершена.]

[Согласно эффекту способности Яд василиска (S+), вы получили устойчивость к этому яду после детоксикации.]

Ча Ый Джэ тяжело дышал, пытаясь вспомнить, когда в последний раз он выплёвывал столько крови. Когда жар утих, а чувствительность вернулась к его пальцам, он заметил, что одна из его рук всё ещё сжата Ли Са Ёном.

— Хён.

Свободной рукой Ча Ый Джэ коснулся своего лба. Когда зрение прояснилось, перед ним предстал взгляд противогаза, который внимательно смотрел прямо на него.

— …Хён.

Ли Са Ён снова позвал Ча Ый Джэ. Тот постепенно успокоил дыхание. То ли благодаря способности, которая сработала вовремя, то ли из-за странной жидкости, которую дал ему Ли Са Ён, восстановление шло быстро.

«Хорошо, этого хватит…»

Боль ещё оставалась, но теперь она была терпимой.

Когда Ли Са Ён снова позвал его, Ча Ый Джэ собирался ответить, но тёплая кожаная перчатка мягко коснулась его щеки и подбородка. Рука неуверенно пробежалась по щеке, прежде чем поднять его подбородок.

Чёрный противогаз стал виден ещё отчётливее. Ли Са Ён прошептал:

— Ты меня видишь?

Конечно, он прекрасно видел это чёрное лицо. Ча Ый Джэ тихо кивнул, его голова всё ещё была зафиксирована на месте. Ли Са Ён обеспокоенно пробормотал.

— Похоже, ты ещё и слышишь.

— …

— А как насчёт говорить? Если не можешь, хотя бы моргни.

Не доверяя себе, чтобы говорить без ругательств, Ча Ый Джэ моргнул. Он мог говорить, просто не хотел. Ли Са Ён чуть сильнее сжал его щёку.

— …Яд повредил твои голосовые связки?

— …

— А остальные части?

Что за яд у этого парня?

Ча Ый Джэ не мог поверить своим ушам. Судя по словам Ли Са Ёна, его яд мог одновременно повредить зрение, слух, голосовые связки и внутренние органы? И при этом был настолько сильным, чтобы повлиять на пробуждённого S-класса?

«Разве обычный яд может быть настолько мощным?»

— Ча Ый Джэ.

Тревожный голос Ли Са Ёна прервал его мысли. Осторожная рука коснулась затылка. Ча Ый Джэ вдруг задумался, какое выражение сейчас на лице Ли Са Ёна. Поэтому он протянул свободную руку, чтобы…

— …

— Что ты…

Он схватил противогаз.

Хруст. Передняя часть маски смялась под его хваткой. Повернув и резко дёрнув, он сорвал её. Под разорванной маской появилось бледное лицо. Широко распахнутые фиолетовые глаза, чуть приоткрытые губы, несколько прядей волос прилипли к его влажному лбу.

«Ресницы у него действительно длинные».

Лицо Ли Са Ёна, обычно равнодушное, сейчас выражало удивление и растерянность — зрелище, которое доставило Ча Ый Джэ немалое удовлетворение. Хорошенько разглядывая Ли Са Ёна, он отбросил остатки маски в сторону. Затем убрал его руку со своего затылка.

Стерев кровь с губ тыльной стороной руки, Ча Ый Джэ сказал:

— Со мной всё в порядке. Голосовые связки не повреждены.

— …

— Это первый раз, когда я сталкиваюсь с таким сильным ядом… У тебя вообще есть совесть?

— …Чёрт.

Красивое лицо Ли Са Ёна исказилось в гримасе. Он швырнул разорванный противогаз на пол и свирепо посмотрел на Ча Ый Джэ.

— Почему ты ничего не сказал? Ты шутишь?

— Я молчал, потому что, если бы заговорил, начал бы тебя материть. Что ещё?

— …Чёрт, серьёзно. Это так раздражает…

Ли Са Ён раздражённо провёл рукой по волосам и отвернулся. Только тогда Ча Ый Джэ смог как следует оглядеться.

Стол, теперь испачканный кровью, был местами обожжён, а рядом валялись кинжал, которым он порезал ладонь, и незнакомая бутылка.

Ча Ый Джэ поднял бутылку, закатившуюся ближе к нему. Как только он её взял, появилось системное уведомление.

[Нектар золотого дерева (S)]

[При употреблении устраняет все негативные эффекты и проклятия.]

«…Не может быть.»

Одного названия было достаточно, чтобы понять, что это нечто выдающееся.

Большинство средств для лечения негативных эффектов указывают конкретные типы и уровни, которые они могут устранить. Предмет, который безоговорочно удаляет все негативные эффекты и проклятия, был невероятно редким и ценным. А этот бесценный предмет теперь…

[Бутылка пуста.]

…катился пустым по столу в ресторане, где подают похмельный суп.

Значит, прохладная жидкость, которую он почувствовал, была именно этим. Этот сумасшедший дал ему бесполезный антидот, а затем ввёл яд? Злость Ча Ый Джэ на Ли Са Ёна слегка поубавилась. Всё-таки тот выглядел довольно ошарашенным.

«Нектар… Какая растрата.»

Если бы он просто подождал немного, его способность «Яд василиска» и сама бы всё очистила. Может, стоило упомянуть о своей способности?

Держа в руках пустую бутылку, Ча Ый Джэ мельком взглянул на Ли Са Ёна, который всё ещё стоял к нему спиной.

— …Эй, Ли Са Ён?

— …

— Этот нектар… он дорогой?

— Скажи ещё хоть слово.

Ли Са Ён рыкнул, и Ча Ый Джэ прикусил губу, внимательно следя за своим тоном. Понятно, что Ли Са Ён был расстроен. Вопрос о цене, вероятно, прозвучал как издёвка.

Ча Ый Джэ задумался над своими действиями. Он всегда был плох в утешении других. Немного поразмыслив, он выбрал самый безопасный ответ, который только мог придумать.

— В любом случае, спасибо.

— Ха.

«Неужели я всё-таки сделал правильно?»

— Благодарить того, кто тебя отравил. Ты святой…

«Ты жалуешься, даже когда я благодарю тебя.»

Даже за вежливое спасибо в этом современном обществе не следовало похвалы — только сарказм. Это было более раздражающим, чем сухая куриная грудка без воды…

Поняв, что продолжение разговора ничего хорошего не принесёт, Ча Ый Джэ аккуратно поставил пустую бутылку с нектаром на стол и проверил свою ладонь. Рана от кинжала уже зажила, но на её месте остался едва заметный золотой шрам, похожий на цепочку.

«Похоже, контракт заключен».

Ча Ый Джэ сжал и разжал руку, а затем снова обратился к Ли Са Ёну:

— Теперь, когда контракт заключен, как насчёт того, чтобы закончить объяснение, которое ты начал раньше?

— …

Наконец, Ли Са Ён повернулся к нему, его выражение всё ещё оставалось немного хмурым. Он медленно подошёл и сел напротив Ча Ый Джэ. Помолчав немного, он заговорил.

— Есть люди, которые распространяют наркотики. Я ищу этих людей.

— …

— Я говорил об этом, да?

Когда Ча Ый Джэ кивнул, Ли Са Ён продолжил, не спеша.

— Наркотики продаются очень дёшево. Их легко достать где угодно. Чем легче их получить, тем быстрее люди привыкают, и тем сильнее начинают хотеть более высоких доз.

Пробуждённые, как правило, более чувствительны во всех отношениях по сравнению с обычными людьми. Их обострённые чувства означают больше поводов для беспокойства. В результате их жизнь наполнена большим количеством неудобств, чем радостей.

Для пробуждённых воздействие этих наркотиков было невероятно сильным. Это, вероятно, напоминало волшебное средство, которое устраняло все неприятности повседневной жизни и дарило лишь чистое удовольствие. Было вполне понятно, почему они поддавались этому соблазну — устоять перед таким наслаждением, которого они, возможно, не испытывали уже давно, было очень сложно.

— Постепенно увеличивая дозу, в какой-то момент они обнаруживают, что этого недостаточно. Тогда они сами начинают искать поставщиков.

— …

— Большинство тех, кто доходит до этого, либо уже претерпели физические мутации, либо находятся на грани. Поставщики забирают тех, кто приползает к ним.

— Куда?

— В лабораторию.

На лице Ли Са Ёна промелькнул ледяной блеск.

— Наркотики — это всего лишь приманка для сбора подопытных.

Глава 32

Подопытные? Ча Ый Джэ слегка нахмурил брови, услышав незнакомый термин. Как бы подозрительно это ни звучало, сам факт того, что в качестве подопытных выбирали пробуждённых, был весьма странным.

Очевидно, что привлечь или силой похитить пробуждённого человека куда сложнее, чем обычного. Это означало, что должно быть что-то, что можно добыть исключительно у пробуждённых, что оправдывало бы все эти усилия. Но даже при таком раскладе это казалось чрезмерно трудоёмким экспериментом. Чего они пытались достичь, прикладывая столько усилий?

Ли Са Ён, наблюдая за задумчивым выражением лица Ча Ый Джэ, заговорил небрежным тоном:

— Знаешь, как люди пробуждаются?

— Их выбирает система, не так ли?

Ча Ый Джэ вспомнил день, когда появилась система. Некоторые воспоминания приносят с собой не только образы, но и другие ощущения. Звуки, запахи или осязание. Для Ча Ый Джэ День Разлома был воспоминанием, вобравшим в себя всё это.

В хаосе, где всё рушилось и разваливалось, Ча Ый Джэ сидел, прижавшись к останкам здания, обнимая тела своих родителей. Едкий запах пороха и смрад крови слились в отвратительный аромат. Холодные, безжизненные тела. Звук шагов монстра, эхом раздающийся среди руин.

Ли Са Ён кивнул:

— Верно. А по каким критериям система выбирает пробуждённых?

Проводя пальцем по стеклу, Ли Са Ён создал из чёрной жидкости фигуры человека и монстра. Чёрный монстр набросился на маленькую чёрную фигурку человека.

— Система,

над фигурой человека появилось квадратное окно,

— откликается на отчаянное желание.

«Я хочу жить».

«Я не хочу умирать».

Маленькая чёрная фигурка человека тоже бросилась на монстра, не пытаясь уклониться. После долгой борьбы монстр снова превратился в чёрную жидкость.

— Когда человек испытывает отчаянное желание, система притягивается этой энергией и находит его.

— …

— Это общеизвестный факт. Именно поэтому люди, оказавшиеся в разломе, имеют больше шансов пробудиться, чем обычные. Потому что молитва о том, чтобы не умереть, — тоже форма желания.

Ча Ый Джэ молча смотрел на одинокую чёрную фигурку. Ли Са Ён повёл пальцем, и чёрный человек превратился в маленькую лужицу.

— Но есть те, кого не устраивает этот факт.

Ча Ый Джэ медленно поднял голову, встречаясь взглядом с Ли Са Ёном.

— Ты понимаешь, о чём я говорю?

Сейчас система — это абсолют, всемогущая сущность. Большинство людей живёт, принимая это, но те, кто считает выбор системы несправедливым, думают иначе. Возможно, они верят, что люди должны пробуждать свои способности самостоятельно.

Замечая, как лицо Ча Ый Джэ становится всё серьёзнее, Ли Са Ён подпер подбородок рукой и задал вопрос:

— Как думаешь, возможно ли, что эти самые недовольные — те же самые, кто связан с торговлей наркотиками?

— Подумай об этом ещё.

Ли Са Ён произнёс это с лёгкой насмешкой в голосе.

— Думаешь, я всё это рассказал только ради этого вопроса?

На мгновение Ча Ый Джэ задумался о том, чтобы схватить ближайший стол и преподать этому парню урок, но сдержался, учитывая обстоятельства. Ли Са Ён, несмотря на свои вопросы, не казался нетерпеливым, позволяя Ча Ый Джэ углубиться в размышления.

— Ты упомянул недовольство выбором системы.

Если, как он подозревал, существовали некие неизвестные личности, которые хотели, чтобы люди пробуждали свои способности самостоятельно, и продавали наркотики для достижения этой цели, а также использовали эти наркотики как приманку, чтобы собирать пробуждённых в качестве испытуемых…

— Они делают всё это, чтобы создать искусственных пробуждённых?

— Верно.

На этот раз Ли Са Ён ответил прямо. Ча Ый Джэ ощутил, как по коже побежали мурашки, словно волосы встали дыбом.

Создание пробуждённых, неподвластных системе, исключительно усилиями человека. На первый взгляд это казалось правдоподобным, но Ча Ый Джэ нутром чувствовал, что за этим скрывается что-то более мрачное.

И это были наркотики. Наркотики, которые, вызывая зависимость, резко усиливали агрессию, лишали рассудка и в конечном итоге приводили к смерти, унижая человеческое достоинство. Цель тех, кто использовал такие наркотики для экспериментов над пробуждёнными, не могла быть нормальной.

— Предположим, они создадут искусственных пробуждённых. Что тогда?

— Что они собираются делать с этими пробуждёнными? — спросил Ча Ый Джэ, скрестив руки на груди. Ли Са Ён пожал плечами.

— Не помню точно. Что-то про предотвращение апокалипсиса, кажется.

— Апокалипсис?

— Я особо не вникал в их бред.

Слово «апокалипсис» напомнило Ча Ый Джэ о тех, кто пророчил конец света сразу после Дня Разлома. Но это было уже одиннадцать лет назад. В эпоху, когда люди могли предсказывать, где и когда откроется врата, такие разговоры казались нелепыми.

Судя по равнодушному выражению лица Ли Са Ёна, он действительно не слушал внимательно.

— В любом случае, сейчас мне от тебя ничего не нужно.

Ли Са Ён убрал тусклый кинжал и пустую бутылку святой воды в инвентарь. Затем он поднялся, поправляя одежду, словно собирался уйти.

— Для начала разберёмся с регистрацией пробуждённого. Завтра пришлю кого-нибудь к тебе.

— Ладно. Кстати, ещё кое-что.

Подняв бровь, словно спрашивая, что ещё нужно, Ли Са Ён посмотрел на Ча Ый Джэ, который указал на почерневший стол.

— Убери стол, прежде чем уйти.

— …

Посадить клиентов за стол, расплавленный ядом, было бы неправильно. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна взглянули на Ча Ый Джэ с выражением «Ты серьёзно?», но тот упрямо продолжал показывать на стол, словно говоря: «Ну, что ты медлишь?»

Говорят, красивые люди оставляют после себя красивые вещи, но с таким характером, как у Ли Са Ёна, ему стоило хотя бы соответствовать своей внешности. В конце концов, нехотя, с видимым раздражением, Ли Са Ён убрал повреждённый стол в инвентарь и только после этого вышел.

Даже после того, как Ли Са Ён ушёл, ресторан с похмельным супом продолжал гудеть от клиентов, пришедших перекусить перед работой. Среди них был Пэ Вон У.

Зевая во весь рот, Пэ Вон У, который прибыл на свою вторую работу в ресторан, замер у входа, моргнув пару раз. Ему показалось, что чего-то не хватает.

— Эй, а разве тут не было ещё одного стола?

— О? Точно!

Охотник, проходивший мимо, огляделся и кивнул, соглашаясь с наблюдательностью Пэ Вон У.

— Неудивительно, что кажется, будто чего-то не хватает. Эй, куда делся стол, что был здесь?

— …

«Глаза у них острые только для таких мелочей. Вот бы они были такими всегда».

Охотники обычно не блистали внимательностью, когда это было нужно, но замечали каждую мелочь, если дело касалось их удобства. Ча Ый Джэ, с тоской глядя на пустое место в центре ресторана, ответил:

— Ножки стола, кажется, начали шататься… Так что я убрал его на время.

Работа в ресторане с похмельным супом научила Ча Ый Джэ мастерству лжи. Однако охотники, заметив его тоскливое выражение лица, заподозрили, что тут кроется нечто большее. Они начали строить догадки, пока один из них осторожно не спросил:

— Какой-то охотник сломал стол?

Да, это сделал бывший ранкер номер один. Хотя Ча Ый Джэ ничего не ответил, его печальное лицо стало молчаливым подтверждением. Возмущённый, охотник едва не ударил по столу, но в последний момент перенёс руку на бедро, не желая уподобляться предполагаемому виновнику.

— Чёрт возьми, вот почему злоупотребление властью среди охотников — это общественная проблема.

— Кто это сделал? Они вообще понимают, какие у нас тут хрупкие столы?

— Мы и так вечно без столов остаёмся!

— Просто скажи инициалы, и мы разберёмся.

Поток возмущённых замечаний обрушился на голову неизвестного разрушителя стола. Последний комментарий прозвучал от Пэ Вон У.

«Как бы ты разобрался с Ли Са Ёном?»

Вместо ответа Ли Са Ён, скорее всего, обдерёт его до костей. От этих мыслей тоска Ча Ый Джэ лишь усилилась. Несмотря на попытки Пэ Вон У приободрить его, становилось только хуже. Особенно сегодня, когда он с утра выплюнул кровь, его лицо было бледным, а чувство печали только усилилось.

Охотники, заметив это, стали утешать Ча Ый Джэ.

— Не грусти, парень.

— Мы попросим нашего гильдейского мастера сделать сверхпрочный стол.

— Давай заменим все столы и стулья заодно. Скинемся, кто сколько сможет.

Их забота о ресторане была трогательной. Или же это был страх перед ещё более ожесточённой конкуренцией за места. Ча Ый Джэ улыбнулся и отказался от их щедрых предложений.

— Ха-ха… это не нужно.

Глава 33 - Как назло всё произошло одновременно

14:40 следующего дня. Ча Ый Джэ использовал время, пока варился бульон, чтобы прибраться в магазине. На двери висела табличка с надписью «Время подготовки ингредиентов».

Мужчина в костюме подошел к ресторану и постучал в дверь. Несмотря на табличку, предупреждающую о подготовке ингредиентов, он всё равно постучал. Ча Ый Джэ крепче сжал веник, который держал, но в этот момент в его голове вдруг прозвучал чей-то голос.

«Я завтра пришлю к тебе кого-нибудь».

Ча Ый Джэ слегка ослабил хватку на ручке веника и открыл дверь. Мужчина в солнцезащитных очках слегка поклонился, увидев Ча Ый Джэ.

— Здравствуйте, рад познакомиться. Вы Ча Ый Джэ-щи?

— Да, это я.

— Здравствуйте, я Маленькое чудо, Со Мин Ги. Глава гильдии Ли Са Ён направил меня.

«Маленькое чудо» Со Мин Ги. Имя было таким длинным и странным, что, хотя он и видел его мельком на 1 канале охотников, оно хорошо запомнилось. Однако при первой встрече невежливо обсуждать чье-то необычное имя, поэтому Ча Ый Джэ слегка поклонился в ответ.

— Здравствуйте.

— Пожалуйста, примите мою визитку.

Со Мин Ги вежливо протянул визитку обеими руками. Ча Ый Джэ, зажав веник под мышкой, так же вежливо принял небольшую прямоугольную карточку. Команда боевой поддержки 1 гильдии Падо, «Маленькое чудо» Со Мин Ги.

— Сегодня я помогу вам с процессом измерения способностей и регистрации. Минуточку.

Со Мин Ги достал из своего инвентаря планшет и показал экран.

[Операция: Получи низкий ранг!]

Взрывной фон и заголовок, написанный красным готическим шрифтом, сразу же привлекли внимание Ча Ый Джэ. Его выражение стало странным, когда он увидел этот причудливый дизайн, но лицо Со Мин Ги оставалось абсолютно серьезным.

— Цель — получить низкий ранг и не выделяться, верно?

— …

— О, вам не обязательно отвечать вслух. Просто искренне заполните этот опрос.

Когда Со Мин Ги перевернул экран, появился опрос. Ча Ый Джэ начал отвечать на вопросы, используя стилус, который ему передал Со Мин Ги.

[1. Какой класс вы хотите получить при регистрации как пробуждённый? Пожалуйста, укажите в пределах от S до F.]

Ему нужно было получить низкий и непримечательный класс. Это было одним из условий, которые Ча Ый Джэ выдвинул, принимая предложение Ли Са Ёна. Он прикоснулся стилусом к губам, раздумывая.

Получить класс F было бы слишком нереалистично, учитывая его истинные способности S-класса. Это привлекло бы слишком много вопросов, точно так же, как тогда, когда он скрывал свою пробуждённость. Ведь охотник F-класса не мог бы убивать монстров голыми руками исключительно по счастливой случайности.

С серьёзным выражением лица он написал:

E, D

[2. Каков ваш системный класс? Если вы не хотите раскрывать его, выберите один из следующих вариантов. (F~C: Слабый. B~S: Сильный.)]

Вопрос демонстрировал внимательность и продуманность. Он идеально отражал цель клиента в манипуляции классом. С другой стороны, это было настолько чётко сформулировано, что Ча Ый Джэ задался вопросом, не проводили ли они подобные сделки с другими.

Сильный

Без особых колебаний Ча Ый Джэ написал ответ, следуя примеру, и опустил взгляд на последний вопрос.

[3. Согласны ли вы на использование препаратов и проклятий для манипуляции классом?]

Постойте. Этот вопрос показался странным. Ответив на предыдущие вопросы с должным старанием, Ча Ый Джэ поднял руку, чтобы позвать Со Мин Ги.

— Простите, «Маленькое чудо» Со Мин Ги.

— Да, сэр.

— Третий вопрос кажется немного странным.

— Простите? Одну минуту.

Со Мин Ги наклонил голову, чтобы взглянуть на экран, и удивлённо поднял бровь.

— Третий вопрос стандартный. В чём проблема?

— Там упоминаются препараты и проклятия. Это точно?

— Да. Чтобы скрыть ваши способности, придётся пойти на такие меры.

Этот парень мошенник? Ча Ый Джэ был готов при необходимости огреть Со Мин Ги планшетом по голове. Почувствовав враждебность Ча Ый Джэ, Со Мин Ги сделал шаг назад.

— Сэр, вы знаете, как проходит процесс измерения способностей при регистрации пробуждённых?

Ча Ый Джэ знал методику восьмилетней давности, но не был в курсе современных технологий. Так же, как выросли цены на магические камни, могли измениться и методы измерений. Учтя предыдущий негативный опыт, он покачал головой, предпочтя не делать вид, будто знает. Со Мин Ги, похоже, только этого и ждал, начав объяснять:

— Сначала вы вручную заполняете форму. Затем измеряете свои способности на устройстве, разработанном Бюро управления. Процесс определения класса включает демонстрацию одного представительного умения.

— …

— В рукописной форме можно соврать, что мы и рекомендуем. Для представительного умения достаточно показать лишь одно. Это не столь важно. Самое главное — это устройство для измерений.

— Устройство для измерений?

— Да. Оно достаточно точное, поэтому скрыть ваш класс от сотрудников сложнее, чем обмануть сам аппарат. Однако!

Со Мин Ги уверенно поднял указательный палец.

— Устройство для измерений использует магические камни как источник энергии. Оно не реагирует на обычных людей, только на пробуждённых. Иными словами, оно действует по правилам системы, отдельно от наших научных знаний.

— …

— Поэтому мы следуем правилам системы, чтобы обмануть устройство. Для этого мы используем вещества или проклятия из подземелий, которые снижают класс пробуждённого.

Со Мин Ги выглядел довольным, словно ожидая одобрения своих доводов.

«Почему это звучит убедительно?»

Ча Ый Джэ, услышав это, тоже подумал, что всё звучит логично. В любом случае, большинство препаратов или проклятий вряд ли нанесут серьёзный вред его телу, так что это казалось чем-то, что можно пережить с определённой решимостью. Полагаясь лишь на своё крепкое тело, ему оставалось использовать все доступные средства.

Ча Ый Джэ, словно загипнотизированный, крепко взял стилус и записал свой ответ на последний вопрос.

[3. Согласны ли вы на использование препаратов и проклятий для манипуляции классом?]

Да.

Со Мин Ги, довольный, забрал планшет и заговорил:

— Отлично... О, вы принесли удостоверение личности?

К счастью, Ча Ый Джэ недавно восстановил его после выхода из разлома. Он указал внутрь ресторана:

— В кошельке.

— Возьмите его и присоединяйтесь ко мне в машине. Поехали быстрее.

Он указал на синюю грузовую машину. Её вид так хорошо вписывался в атмосферу переулка, что Ча Ый Джэ даже не мог представить, что это транспортное средство, на котором они прибыли. Ча Ый Джэ перевёл взгляд с Со Мин Ги в его аккуратном костюме на запылённый грузовик.

«У гильдии Падо нет денег?»

— Вы случайно не подумали, что наша гильдия бедная?

У этого парня способности читать мысли? Ча Ый Джэ быстро отвёл взгляд и покачал головой.

— Нет, я так не думал.

— Ха-ха, я верю, что вы не думали. Но для справки, это транспортное средство гильдии, используемое для скрытых операций.

— Правда?

— Почему вы звучите так неубедительно?

Взяв кошелёк с прилавка, Ча Ый Джэ зашёл на кухню, чтобы проверить бульон. Позже нужно было снять пену, но если оставить бульон на слабом огне, всё будет в порядке, пока он успеет вернуться. Ча Ый Джэ снял пену, уменьшил огонь и повесил фартук.

С кошельком в руках он сел на пассажирское сиденье, а Со Мин Ги жестом показал пристегнуть ремень безопасности. Убедившись, что ремень застёгнут, Со Мин Ги завёл двигатель.

— Мы не поедем в официальный центр регистрации при Бюро управления пробуждёнными, а отправимся во временный центр регистрации в квартале Кванджин. Это быстрее, менее заметно, и там нет сильных пробуждённых.

— Разве в новом центре не проявляют больше бдительности?

— Это было верно сразу после открытия, но центр в Кванджине работает уже три месяца, так что они немного расслабились. Сейчас там даже более свободно, поскольку основное здание почти готово.

Со Мин Ги взглянул на Ча Ый Джэ и указал на чёрную коробку рядом с ним.

— Видите ту чёрную коробку рядом с вами?

— О, да.

— Внутри должны быть браслеты. Можете надеть их?

Внутри коробки находились два серебряных браслета в форме змеи, кусающей свой хвост. Когда Ча Ый Джэ взял их в руки, появилось описание предмета.

[Оковы Уробороса (A).]

[Если один человек надевает пару, на него накладывается ослабляющее проклятие.]

Вот почему в опросе упоминались препараты и проклятия? Держа в руках внезапно предложенный проклятый предмет, Ча Ый Джэ неохотно заговорил:

— Это предмет с ослабляющим проклятием...

Со Мин Ги искренне кивнул.

— Да. Чтобы понизить ваш класс, использование предмета с ослабляющим проклятием — самый быстрый и простой способ.

— Это проклятие можно снять?

— Конечно. У нас уже есть свиток снятия проклятия, так что не волнуйтесь. Мы снимем его сразу после измерения.

Систематически врать было нелегко. Ча Ый Джэ надел оба браслета на левое запястье. Всё его тело стало тяжелее, словно к левой руке привязали мешок с песком.

— Как ощущения?

— Чувствую себя немного тяжелее. Но...

Ча Ый Джэ коснулся болтающегося браслета на запястье.

— Разве они не заметят, если я использую что-то подобное для подделки своего класса? Это же, кажется, легко обнаружить.

Со Мин Ги пожал плечами.

— Ах, всё нормально. Они проверяют носимые предметы, но это касается только охотников, которые проходят повторную оценку.

— …

— Когда оценивают новопробуждённого, предметы не проверяют. Они даже не думают об этом. Как человек, который ещё даже не зарегистрирован как охотник, может раздобыть предметы? Незарегистрированные ведь не могут пользоваться рынком охотников. А кроме того...

Со Мин Ги сказал это, лениво поворачивая налево.

— Все хотят получить ранг повыше, а не пониже.

— …

— Ах, я вовсе не намекаю на вас, сэр.

Зачем было это говорить? Ча Ый Джэ мельком взглянул на профиль Со Мин Ги, чувствуя лёгкое неудобство, но быстро смирился, ведь тот не ошибался. Браслеты на запястье позвякивали и гремели при каждом движении.

п.п: Оригинальное название арки 가는 날이 장날이다 (англ. The Day You Go Is the Market Day) — это корейская пословица, которая описывает ситуацию, когда что-то случается совершенно неожиданно или не вовремя. Дословно это переводится как «В день, когда ты идёшь, оказывается рыночный день».

Глава 34

— А, я вовсе не пытаюсь выделить вас, сэр.

— Да.

— В любом случае, вы думаете, ваш класс достаточно низкий? Если нет, возможно, вам придётся выпить зелье ослабления.

Ча Ый Джэ слегка пошевелил конечностями, оценивая своё физическое состояние. До нужного уровня было ещё далеко. Даже если удастся получить B-класс, это будет удачей. Ча Ый Джэ покачал головой.

— Думаю, этого пока недостаточно.

— Так я и думал. Одну минуту.

Совпало, что горел красный свет. Со Мин Ги достал из инвентаря большую картонную коробку и протянул её. Когда Ча Ый Джэ открыл крышку, внутри оказалось десять стеклянных бутылочек, аккуратно выстроенных в ряд, наполненных мутной жидкостью.

— Это зелья ослабления A-класса. Настоящие шедевры, созданные за ночь мастерами зелий из гильдии Падо.

— …Правда?

— Да. Глава гильдии пообещал 300% премию, так что все вызвались работать сверхурочно.

Какая трата денег. Но эта мысль быстро исчезла.

«Это ведь не мои деньги».

С заметно более лёгким выражением лица он достал одну из бутылочек и поднёс её к свету. Со Мин Ги с решительным видом пробормотал:

— Их изначально нужно наносить на оружие… но выпить их тоже не должно быть серьёзной проблемой. Мы провели идеальный биологический тест вчера.

Голова Ча Ый Джэ застыла, пока он пристально смотрел на мутную жидкость. На ком же они это тестировали? Ча Ый Джэ на мгновение подозрительно взглянул на Со Мин Ги, затем без колебаний открыл крышку и выпил зелье.

Однако ощущение, которое охватило тело Ча Ый Джэ, несколько отличалось от того, что описал Со Мин Ги.

«Кажется, ничего не изменилось».

В отличие от браслета, который сразу показывал эффект, зелье, похоже, не вызывало никаких изменений. Для чего-то, созданного на основе сомнительных биологических тестов, результат выглядел слишком анти-кульминационным. С озадаченным выражением Ча Ый Джэ открыл вторую бутылочку.

— Как вы себя чувствуете?

Не отвечая, Ый Джэ выпил вторую бутылочку. Но его состояние осталось прежним.

«Действительно, ничего не изменилось?»

Со Мин Ги осторожно спросил:

— Если это не слишком затруднит, могли бы вы сообщить? Если вам станет плохо, нужно сразу принять антидот.

— Со Мин Ги.

— Да, сэр.

— Эффект проявляется со временем?

— Нет. Согласно нашим тестам, действие начинается сразу после употребления. Зелье настолько хорошо сделано, что даже одна бутылочка может снизить физические способности и класс. Мы даже получили системное предупреждение.

История становилась всё страннее. Неужели он тестировал его на себе? Ча Ый Джэ продолжал изучать пустую бутылочку и несколько раз переспрашивал для уточнения.

— Вы сказали, это вызывает системное предупреждение?

— Да. Почему вы спрашиваете?

Не отвечая, Ча Ый Джэ открыл третью бутылочку. К этому моменту Со Мин Ги уже заметил, что что-то не так. Постукивая пальцами по рулю, он спросил:

— Эм, на всякий случай. Я имею в виду, это маловероятно, но всё же.

— Совсем никакого эффекта?

Глоток.

Несмотря на то, что он выпил три бутылочки, Ча Ый Джэ не почувствовал изменений. Со Мин Ги был почти на грани слёз. Почему это не работает? После короткого раздумья Ча Ый Джэ внезапно поднял взгляд.

— Со Мин Ги.

— Да.

— Система считает зелье ослабления ядом?

— А, да. Наш глава гильдии пил его вчера тоже, но, поскольку он невосприимчив ко многим ядам, зелье ослабления на него не подействовало… о…

Глаза Со Мин Ги начали заметно дрожать. Ча Ый Джэ спокойно закрыл крышку коробки. Похоже, способность «Яд Василиска» нейтрализовала зелье ослабления сразу после того, как он его выпил. Вероятно, система даже не сочла нужным выводить уведомление.

— Вы устойчивы к ядам, сэр? Мне сказали быть крайне осторожным, потому что вы, вроде как, наоборот, особо подвержены их действию…

Со Мин Ги пробормотал нервно, почти что самому себе.

— Простите.

— Да? Да, сэр?

— Есть ли другой способ снизить мой ранг?

Со Мин Ги, задумавшись с опущенной головой, вдруг поднял взгляд.

— …А что если мы сейчас поедем на рынок охотников и купим все предметы с проклятием ослабления на корпоративную карту? Я всегда хотел однажды так потратиться.

— Отклонено.

— …Я так и думал. Слухи разлетятся мгновенно.

Со Мин Ги глубоко вздохнул, выглядя удручённым.

— Мне очень жаль, но мы это совсем не предвидели… Да, прямо сейчас у нас есть только браслет.

Атмосфера в фургоне стала напряжённой. Со Мин Ги, явно потрясённый провалом своего плана, всё время бормотал с отсутствующим взглядом.

Ча Ый Джэ тоже чувствовал себя немного растерянным, но, увидев, что человек рядом чересчур подавлен, решил попробовать светскую беседу, которой научился, работая в ресторане похмельных супов.

— Вы буддист?

— Эм, нет? Я не религиозен.

Тогда что насчёт этого розария, висящего на зеркале заднего вида? Ча Ый Джэ чуть не задал этот вопрос, но сдержался, лишь слегка потёр нос. Однако его натренированные навыки поддержания беседы не могли дать сбой.

— Я заметил розарий.

Со Мин Ги, лишь тогда осознав, о чём речь, с лёгким восклицанием кивнул.

— Я купил его за двадцать тысяч вон в сувенирной лавке в храме Пульгукса. Для создания реалистичности. Разве он не идеально вписывается в атмосферу этого фургона?

Реалистичность, да. Разве это то, что должен говорить парень в костюме, управляющий фургоном? Взгляд Ча Ый Джэ стал холодным, но, к счастью, светская беседа, кажется, сработала. Со Мин Ги, чуть более оживлённый, возбуждённо пробормотал:

— Если я выгляжу достаточно по-буддистски, значит, он свою цель оправдал. Рад, что купил его и повесил.

— Ах, да.

Ча Ый Джэ вполуха слушал быстрые речи Со Мин Ги и открыл бардачок. Внутри он был наполнен грубыми массажёрами, массажёрами для стоп и складными веерами. Взяв один из вееров и раскрыв его, он увидел изображение Будды с умиротворённой улыбкой среди лотосов. Ча Ый Джэ закрыл бардачок с глухим стуком.

«Этот парень только что попался на удочку мошенников?»

Пока доверие Ча Ый Джэ к Со Мин Ги стремительно падало, фургон неуклонно двигался к центру регистрации. Со Мин Ги припарковался на платной стоянке неподалёку.

Временный центр регистрации представлял собой большой контейнер, установленный на парковке у здания мэрии. У входа стояли картонные фигуры в полный рост: Чон Бин, показывающий большой палец, и Ли Са Ён с противогазом и скрещёнными на груди руками. Над дверью висел баннер.

[Мы поддерживаем вашу регистрацию как Пробуждённого! — Бюро управления пробуждёнными.]

Вид был устрашающим, словно специально рассчитанным на то, чтобы сбить посетителей с толку. Фигура Ли Са Ёна выглядела более отполированной, вероятно, её поставили после объявления социальной рекламы. Со Мин Ги отвёл взгляд, словно избегая смотреть на изображение своего начальника.

— Хотя мы прибыли, сэр, мне кажется, одного браслета недостаточно, чтобы достичь D-класса. Что, если мы отступим и попробуем позже?

— Когда?

— …У меня запланирована командировка за границу, так что через три недели.

Ты серьёзно? Ча Ый Джэ посмотрел на него холодным взглядом. Регистрация была ему нужна как можно скорее, чтобы обеспечить алиби. Со Мин Ги, виновато склонив голову, извинился:

— Простите.

— Есть другие варианты?

— …Честно говоря, сегодня самый подходящий момент. Этот контейнер работает только до завершения строительства основного здания… К тому времени, как я вернусь из командировки, он, вероятно, уже…

— Так что если мы собираемся ограбить пустой дом, то сегодня тот самый день?

— Ваш выбор слов вызывает беспокойство, но да, это так. И браслет тоже.

Ча Ый Джэ потер запястье. Со Мин Ги произнёс с сожалением:

— Если вы не пройдёте тест сегодня, вам придётся оставаться в таком состоянии до следующего теста. Это, на самом деле, одноразовый браслет.

Жить под постоянным проклятием ослабления Ча Ый Джэ не слишком беспокоило. Однако он уловил скрытый подтекст в словах Со Мин Ги.

— Вы хотите, чтобы я просто пошёл и прошёл тест сейчас.

— Если честно, да.

— Но вы только что предложили стратегический отход.

— Это было из вежливости.

— …

— Я верю в вас, сэр. Вы справитесь.

Со Мин Ги сложил руки в поддерживающем жесте. Ча Ый Джэ был раздражён. Что заставляло этого парня быть таким оптимистичным? Со Мин Ги снова решительно пробормотал:

— Не переживайте слишком. В крайнем случае, у нас есть последний план.

«Просто помоги мне получить этот D-класс без радикальных мер».

— Ну же, не нервничайте. Я пойду за кофе и подожду. Удачи!

Может, ударить его этим розарием? Ча Ый Джэ бросил взгляд на болтающийся розарий, но решил оставить эту мысль. Оставив позади Со Мин Ги, который воодушевлённо подбадривал его с сжатыми кулаками, он надел капюшон и, тяжело ступая, направился к временному центру.

Глава 35

Ча Ый Джэ тяжело шагал ко входу во временный центр, его руки глубоко спрятаны в карманах.

«Что это?»

Ча Ый Джэ вытащил что-то твердое из кармана, чтобы проверить. Вновь встретившись взглядом с безмятежным Буддой, он задумался, почему засунул это в карман, а не в бардачок. Тихо вздохнув, Ча Ый Джэ положил веер обратно в карман.

Подходя ко входу, он увидел сотрудника, стоящего перед контейнером, который приветствовал его с доброжелательной улыбкой.

— Здравствуйте. Чем могу помочь?

— Я пришёл зарегистрироваться как пробуждённый.

— Пожалуйста, возьмите номерок здесь и подождите немного.

На удивление, слова Со Мин Ги о том, что людей здесь почти нет, оказались правдой. Во временном центре, кроме Ча Ый Джэ, были только сотрудники.

Ча Ый Джэ взял номерок из автомата, сел на пластиковый стул и посмотрел на цифровые часы на стене. 15:02. Само обследование не займет много времени, поэтому, если он поторопится, это не помешает вечерним делам.

Его наверняка снова забросят обратно в ресторан с похмельным супом… Закрыв глаза и немного подождав, Ча Ый Джэ услышал, как назвали его номер.

— Номер 93.

Ча Ый Джэ подошёл к стойке и передал номерок. Сотрудник положил билет в пластиковую корзину и спросил:

— Чем могу помочь?

— Я пришёл зарегистрироваться как пробуждённый.

— Поздравляю с пробуждением. Как давно это произошло?

Прошло уже 11 лет. Но, зная, что за правдивый ответ его задержат, Ча Ый Джэ вынужден был солгать.

— Три дня назад.

— Пожалуйста, дайте ваше удостоверение личности и номер телефона.

Ча Ый Джэ передал удостоверение и продиктовал номер телефона. Сотрудник ввел данные, после чего принтер рядом напечатал несколько листов. Проверив его личность, сотрудник передал документы и удостоверение, объясняя деловым тоном:

— Заполните только выделенные разделы. Напишите своё имя, номер социального страхования, телефон и адрес. Для раздела с названием и описанием способности обратитесь к информации вашей системы и заполните её. Не обязательно перечислять все способности, но обязательно укажите хотя бы одну, которую будете демонстрировать во время оценки способностей.

— Понял.

— Ручки лежат вон там. Когда заполните, принесите обратно.

Поднявшись от стойки, Ча Ый Джэ нашел место в углу и, сжимая ручку, погрузился в размышления. В адресе можно было указать ресторан с похмельным супом… Личные данные он мог заполнить без особых сложностей. Тщательное управление информацией о пробуждённых не существовало в период активности J, что делало этот этап относительно простым.

Проблема заключалась в следующем разделе. Он вызвал окно информации, которое старался избегать некоторое время.

[Просмотр информации Ча Ый Джэ.]

[Данных много. Поддерживается функция сводки.]

[Хотите просмотреть содержание в сокращённом виде?]

[Сводка отобразит до 3 способностей и навыков с наибольшей степенью мастерства.]

[Используется функция сводки.]

[Ошибка!]

[Из-за ■■ доступ к некоторым пунктам невозможен.]

Ча Ый Джэ слегка нахмурился, но быстро расслабился, когда появилось несколько перекрывающихся системных сообщений. Восемь лет отсутствия не исчезли из реальности лишь потому, что он их не прожил — это было похоже на сбор данных за все 11 лет.

Подождав немного дольше, он увидел появившееся белое окно с обобщенной информацией.

[Ча Ый Джэ]

Имя охотника: J

Возраст: 2■

Пол: Мужской

Класс: A (в настоящее время под действием проклятия ослабления)

Способности: Яд Василиска (S+), Усиленная сила (S+), Непроницаемое лицо (B)

Уникальные способности: Руки мастера (S+), Всеведущий (S+), ■■■ ■■■(?)

Титул: ■■■ ■■■

Навыки: Глаза следопыта (S+), Пронзатель сердца (S), Бесшумные шаги (S)

Ча Ый Джэ быстро пробежал взглядом по информации, а затем уставился в пустоту, чувствуя себя подавленным. Итак, что же написать…

Навыки были жизненно важны для охотников, даже хороший навык низкого класса мог позволить оставаться активным охотником.

С развитием общества и ростом статуса охотников ассоциация охотников настаивала на том, что раскрытие всех навыков нарушает законы о защите личной информации. Бюро управления пробуждёнными категорически возражало, но после долгой борьбы всё же уступило. В результате требование регистрировать все навыки при регистрации пробуждённого было изменено.

Благодаря этому раздел навыков в регистрационных документах пробуждённых был сокращён до одного поля для указания представительного навыка, который должен быть продемонстрирован.

Этот единственный указанный навык становился подписью охотника. Хотя для Ый Джэ, который намеревался скрыть свою силу и личность, это не имело особого значения. Однако, учитывая, что навык нужно будет продемонстрировать, он не мог просто выдумать несуществующее. Его взгляд внимательно скользил по списку.

[Глаза следопыта (S+)]

Способность отслеживать и находить других была редким навыком. Если раскрыть, что он обладает этим, проблемы увеличатся вдвое. Исключено.

[Пронзатель сердца (S)]

При использовании обязательно пронзает сердце. Это был также представительный навык J. Если он использует его сейчас, после возвращения J, его немедленно захватит Бюро управления пробуждёнными. Исключено.

[Бесшумные шаги (S)]

Полностью скрывает присутствие при использовании. Вряд ли охотник низкого класса мог бы обладать таким навыком. Исключено.

Навыки более низкого класса также были слишком неоднозначными для использования. В этот момент оставалось только использовать фантазию, чтобы придумать подходящую ложь. Проблема заключалась в том, что его фантазия была далеко не сильной стороной.

«…Что-нибудь незаметное и легко поддающееся проверке?»

Ча Ый Джэ был хорош в том, чтобы выдерживать удары. Но утверждать, что его представительный навык связан с избиением людей, было не лучшим выбором… После долгих раздумий Ча Ый Джэ, наконец, написал название навыка.

Прочность (D)

Укрепляет тело, делая его выносливым.

«Просто выдерживай удары и утверждай, что это благодаря способности».

С простой выносливостью и крепким телом он решил перейти к роли танкера.

***

Чхве Сок Юн, охотник C-класса, был направлен во временный центр регистрации пробуждённых в Кванджине, получил это задание из-за своего статуса новичка.

С одной стороны, было приятно, что работы немного, ведь центр временный, и скоро они переедут в основное здание. С другой стороны, работы было настолько мало, что это становилось скучным. Недавно он пересмотрел весь сезон дорамы прямо на рабочем месте. Если сегодня снова ничего интересного не произойдёт, возможно, он закончит ещё один сезон.

Дзынь-дзынь.

Чхве Сок Юн, широко зевая так, что казалось, его рот вот-вот порвётся, быстро посмотрел на монитор, услышав звук сигнала. Наконец-то кто-то пришёл на оценку способностей. Он прочистил горло и громко сказал:

— Входите.

Вошёл высокий молодой человек в сером худи. Без колебаний он подошёл к Сок Юну и протянул документы. Чхве Сок Юн был немного удивлён такой уверенной манерой поведения. Он быстро проверил бумаги.

«Имя: Ча Ый Джэ. Возраст: 28. Навык… Прочность? Что за название для навыка?»

Чхве Сок Юн невольно хмыкнул. На HunterNet встречалось немало людей с причудливыми названиями навыков. Почёсывая висок ручкой, он спросил:

— Судя по описанию, это что-то вроде оборонительного навыка танка. Верно?

— Похоже на то, но я не совсем уверен.

Голос молодого человека звучал неуверенно, резко контрастируя с его прежними решительными движениями. Чхве Сок Юн мельком посмотрел на него, а затем снова пробежал взглядом по документам.

«Дата пробуждения… три дня назад? Логично.»

Самоусиливающий бафф было бы трудно заметить самому, особенно если это не атакующая способность. Чхве Сок Юн кивнул и поднялся со стула.

— Минутку.

Чхве Сок Юн достал из угла манекен и включил его. Деревянный манекен заскрипел, прежде чем выпрямиться. Чхве Сок Юн вручил манекену деревянный меч и жестом пригласил Ча Ый Джэ подойти ближе.

— Вас ударят, пока способность активна. Атака будет с силой, соответствующей среднему пробуждённому D-класса. Это нормально?

— Да.

— Если будет слишком больно, обязательно сообщите. Мы дадим восстанавливающее зелье.

— Хорошо.

Голос молодого человека всё ещё звучал немного неуверенно, но, учитывая, что его собирались ударить, он сохранял удивительное спокойствие. Чхве Сок Юн был впечатлён.

«Он отлично держит себя в руках… Танкеры редки, так что какая-нибудь средняя гильдия может сразу его забрать».

Тем временем Ча Ый Джэ…

«Сделай вид, что удар был терпимый, но покажи, что больно.»

Он готовился к выступлению уровня Голливуда.

— Вы активировали свою способность?

— Да.

— Ладно, тогда начнём.

Когда Чхве Сок Юн нажал на кнопку, манекен поднял деревянный меч и повернулся к Ча Ый Джэ. Для Ча Ый Джэ его движения казались мучительно медленными, но он не мог уклониться. Он проследил взглядом за траекторией меча. Тот целился в плечо. Как и ожидалось, деревянный меч опустился на его левое плечо.

«Постойте-ка.»

Щёлк!!

Услышав зловещий звук, Ча Ый Джэ мгновенно понял, что что-то пошло не так. Он ожидал довольно тяжёлого удара, но не такого лёгкого. Его тревожные глаза скользнули в пустоту.

И действительно, деревянный меч, который должен был остановиться, ударив по его плечу…

«Чёрт.»

…сломался пополам и полетел в воздух.

Глава 36

Щелк!

Используя своё божественное зрение, чтобы отследить деревянный меч, Ча Ый Джэ на мгновение задумался. Стоило ли его поймать? Нет, если он поймает его, всё закончится.

Ча Ый Джэ надеялся, что его мозг начнёт работать быстрее, пока он размышлял. Или, может быть, просто притвориться, что ему больно? Да, это лучше! Приняв быстрое решение, Ча Ый Джэ слегка наклонил тело и схватился за левое плечо. Он не забыл издать мягкий стон.

— Ух, больно...

— …

— Ох, как же больно...

Конечно, это мало помогло. Его голос звучал совершенно нормально даже для него самого, а, возможно, из-за растерянности, он слишком поспешно притворился, что ему больно. Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза. Какую же прочность нужно иметь деревянному мечу, чтобы сломаться вот так? Даже половник из ресторана с похмельным супом был бы крепче!

Деревянный меч, описав идеальную параболу, с глухим стуком приземлился среди стопки коробок.

— …

— …

— …

— Это... действительно больно...

Хотя Ча Ый Джэ продолжал бездушно изображать боль, ему не удалось остановить гнетущую тишину, окутывающую контейнер.

Чхве Сок Юн переводил взгляд между сломанным деревянным мечом, неподвижной деревянной куклой и Ча Ый Джэ, который держался за плечо с каким-то растерянным выражением лица. Как только Чхве Сок Юн открыл рот, чтобы что-то сказать, правая рука куклы с глухим стуком упала на пол.

Гнетущая тишина стала просто оглушающей. Ча Ый Джэ мельком взглянул на руку куклы, растянувшуюся на полу, и скрипнул зубами.

— Разве они не проверяют снаряжение как следует? Чёртовы госслужащие, совсем распустились...

Ча Ый Джэ вернулся к реальности, понимая, что сейчас не время винить изношенную куклу и хрупкий деревянный меч! Нужно было срочно исправить эту безвыходную ситуацию. Чхве Сок Юн начинал приходить в себя.

— Эм, Ча Ый Джэ?

— …Да.

— Навык, который ты использовал только что… это точно способность D-класса?

На лице Чхве Сок Юна появилась тень сомнения. Успокоившись, Ча Ый Джэ ответил:

— Да, это определённо способность D-класса.

— Тогда почему сломались и кукла, и деревянный меч?..

— Это… я не знаю…

Он опустил голову. Царапая пол своими изношенными кроссовками, он пробормотал:

— Там написано, что это усиливает тело, но как именно — я не очень понимаю...

Ча Ый Джэ, который всё ещё что-то бормотал и нервно чесал шею, грустно спросил:

— Эм... сэр. Я должен возместить ущерб за эту куклу?

— Что? Ну, сначала…

— Она… очень дорогая?

[Способность: Непроницаемое лицо (B).]

Когда Ча Ый Джэ, с несчастным выражением лица, потёр плечо, куда попал деревянный меч, Чхве Сок Юн запаниковал.

«Как я мог такое сказать человеку, который только что пробудился?!»

В охотничьей индустрии существует шутка. Новопробуждённые невероятно, крайне, исключительным образом чувствительны, и с ними нужно обращаться так же осторожно, как с бомбой!

Конечно, это правило хорошо известно сотрудникам Центра регистрации пробуждённых. Оно не лишено оснований. Инструкторы по обучению новых госслужащих повторяют это до хрипоты.

— Новопробуждённые люди чрезвычайно чувствительны, адаптируясь к резко изменившейся среде. Малейший стимул может привести к серьёзной проблеме, поэтому требуется крайне деликатный подход!

Проще говоря, новопробуждённые настолько же эмоционально нестабильны, как человек, не спавший 72 часа. Не провоцируйте их и регистрируйте спокойно.

К счастью для Ча Ый Джэ, Чхве Сок Юн был новичком. Новичком с ещё свежими воспоминаниями о тренировках по Закону о пробуждённых, где неустанно подчёркивали важность осторожного обращения с новопробуждёнными!

Если бы Чхве Сок Юн был немного внимательнее, он мог бы заметить выражение лица Ча Ый Джэ, которое явно говорило о готовности кого-то поколотить. Но, к сожалению, мозг, замутнённый «промывающими мозги» тренировками Бюро управления пробуждёнными, не позволил ему это увидеть. К тому же мимолётный взгляд на лицо Ча Ый Джэ, несмотря на то, что оно было частично скрыто капюшоном, вызывал доверие благодаря своей привлекательности.

«Ну, что может знать человек, который пробудился всего три дня назад?»

Мысли Чхве Сок Юна склонялись к тому, чтобы успокоить новопробуждённого, прежде чем тот успеет натворить чего-нибудь серьёзного. Тем более, он всё равно вскоре вернётся в Бюро управления пробуждёнными, и лишние проблемы ему были не нужны. Прочистив горло, Чхве Сок Юн поднял отломанную руку куклы и сказал:

— Всё в порядке. Эта кукла довольно старая. Мы и так собирались её заменить при переезде в главное здание.

— О… правда?

— Да, не беспокойтесь слишком. Давайте на этом закончим демонстрацию навыков и перейдём к измерению способностей?

Чхве Сок Юн указал на измерительный аппарат с мягкой улыбкой. Ча Ый Джэ тоже улыбнулся в ответ, но внутри он понимал, что настоящие трудности только начинаются.

«Чёрт, одно за другим».

Этот проклятый процесс измерения никак не заканчивался.

Чхве Сок Юн указал на платформу.

— Пожалуйста, снимите обувь и встаньте сюда. Машина проверит ранг и способности, зарегистрированные в системе, и отобразит их на мониторе. Вам нужно просто стоять спокойно. Легко, правда?

— Да.

Легко, слишком легко — в этом и была проблема. Даже если предположить, что его реальный класс окажется на ступень ниже, текущий класс Ча Ый Джэ был A. Разрыв между желаемым D-классом и его истинным A-классом был огромным.

Ча Ый Джэ быстро осмотрелся. Единственный монитор, подключённый к машине, находился на столе. Если результаты окажутся неподходящими, его можно будет просто уничтожить.

Но для этого нужно было отвлечь Чхве Сок Юна или вовсе вывести его из комнаты. Ча Ый Джэ поднял руку, будто собираясь снять обувь.

— Эм, сэр.

— Да, что такое?

— У меня действительно болит плечо после удара… можно ли выпить зелье?

[Способность: Непроницаемое лицо (B).]

Ча Ый Джэ сделал самое печальное лицо, на какое только был способен. Зелье, выдаваемое пробуждённым при регистрации, было дешёвым расходником, так что оно не находилось в личном инвентаре. Личные зелья были слишком дорогими, чтобы раздавать их направо и налево… что означало, что Чхве Сок Юну придётся идти за ним на склад.

Как и ожидалось, Чхве Сок Юн огляделся вокруг и, почесав затылок, пробормотал:

— Ах, зелье на складе… Мне придётся сходить за ним. Ты точно справишься?

— Да. Пока схожу на платформу для измерения. Всё равно это делает машина.

— Правда? Тогда я быстро! Просто встань на отметки для ног. Постарайся не двигаться. Когда услышишь звонок, спустись и посмотри на результат. Я скоро вернусь!

Как только Чхве Сок Юн торопливо вышел из комнаты, Ча Ый Джэ ловко снял обувь и встал на платформу. Синий свет начал сканировать его тело снизу вверх. Вскоре прозвенел звонок, и на мониторе загорелись красные буквы.

[Номер 93, Ча Ый Джэ: класс — A.]

«Я так и знал. Чёрт.»

Ча Ый Джэ тяжело вздохнул, вспоминая Со Мин Ги, который подбадривал его с криком «Давай!». Он хотел бы встряхнуть его за воротник и спросить, действительно ли сегодняшнее измерение было лучшей идеей, но это было не в силах Со Мин Ги предсказать. Он не мог знать, что зелье, испытанное на себе, не сработает.

Раз уж всё зашло так далеко, придётся немного поиграть с компьютером. Слезая с платформы и сжимая в руках свою обувь, Ча Ый Джэ уже был готов вмешаться в настройки машины, как вдруг...

Бах!

Мир резко содрогнулся. Через мгновение пол и стены контейнера задрожали, а сильный ветер ударил, как во время тайфуна. И это несмотря на то, что контейнер был без окон!

Сильный порыв ветра сорвал капюшон Ча Ый Джэ, который он старательно натянул. Еле удерживая равновесие, он отступил назад, прикрывая лицо рукой.

— Пробуждённый! Вы в порядке...

В дверях появился Чхве Сок Юн с охапкой зелий. Его волосы были в беспорядке — видимо, он с трудом пробирался через этот ураган. Пока он пытался осмотреть Ча Ый Джэ, тот внезапно расширил глаза, увидев то, что происходило за спиной Чхве Сок Юна. Там разворачивалась синяя, светящаяся воронка.

Разлом!

Ча Ый Джэ с отчаянием вытянул руку вперёд и закричал изо всех сил:

— Держитесь за меня!

— Что? Эм, эм? А-а-а!

Чхве Сок Юн, растерянно озираясь, закричал, когда его затянуло в разлом. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Холодный пот скатывался по его вискам. Желудок сжался, и к горлу подкатило странное чувство тошноты.

Что будет, если его тоже затянет в разлом? Ча Ый Джэ начал тяжело дышать, в голове всплывали ужасающие образы.

Руки, цепляющиеся за жизнь, мольбы о спасении, изуродованные до неузнаваемости тела, растоптанные монстрами, кровавые следы, настолько густые, что невозможно понять, кому они принадлежали. И всё это — внутри разлома…

«Чёрт…»

Над головой поднялась волна яркого синего света. Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза.

Глава 37

Кафе одной из франшиз в районе Кванджин, всего несколько минут назад.

[Как я сообщил вчера, я нахожусь в Кванджин. Ослабляющее зелье не сработало, поэтому из всей экипировки остался только браслет. Сейчас идёт измерение способностей.]

Отправить? Да.

Со Мин Ги отправил сообщение главе гильдии и поправил свои солнцезащитные очки, оглядываясь вокруг.

Он пришёл в кафе, чтобы выполнить одностороннее обещание, данное Ча Ый Джэ. Так как это был будний день и поздний вечер, в кафе было тихо, что, несомненно, облегчало его задачу. В этот момент его телефон коротко завибрировал.

Глава гильдии Ли Са Ён: Хорошо.

Ли Са Ён ответил! Это было удивительно, ведь обычно он просто читал сообщения и игнорировал их. Решив воспользоваться моментом и отправить ещё один отчёт, Со Мин Ги прервался, услышав чёткий голос:

— Кофе для Сараминки-щи, сделавшего заказ через Smart Order! Ваши Американо Гранде, Шоколадно-кофейный фраппе с чипсами и Матча Фраппучино с дополнительным шотом и взбитыми сливками готовы!

— Спасибо.

Со Мин Ги решил отправить дополнительный отчёт, когда вернётся в грузовик. Держа кофе в обеих руках, он плечом толкнул стеклянную дверь кафе и быстрым шагом направился наружу. Процесс измерения способностей не должен был занять много времени, и ему нужно было поспешить обратно к грузовику, чтобы следить за ситуацией и быть готовым к внезапным изменениям.

Сделав глоток Матча Фраппучино, который был щедро увенчан взбитыми сливками, Со Мин Ги задумался.

Ча Ый Джэ сможет получить D-класс без проблем? Это казалось крайне маловероятным. Даже если бы он выпил все ослабляющие зелья, этого было бы недостаточно, не говоря уже о том, чтобы полагаться только на браслет. На лице Со Мин Ги появилась решимость.

«Я здесь как раз для таких ситуаций».

Имя охотника: Маленькое Чудо Со Мин Ги, настоящее имя: Со Мин Ги. 34-е место в рейтинге Южной Кореи и человек, который получил более высокий ранг, чем его начальник Ли Са Ён, в раздражающе памятном голосовании за имена охотников.

«Не волнуйтесь, глава гильдии».

Он был тем, кто…

«Я идеально справлюсь с манипуляцией».

...специализировался на скрытности и проникновении.

Длинная тень позади него колебалась.

Была причина, по которой Ли Са Ён поручил 34-му ранкеру Южной Кореи сопровождать Ча Ый Джэ. Устройство для измерения способностей, разработанное ведущими исследователями со всего мира, практически не давало сбоев. Даже попытки обмануть его с помощью ослабляющих заклятий имели свои пределы.

«Значит, единственный вариант — манипуляция самим результатом».

Со Мин Ги был направлен именно с расчётом на этот наихудший сценарий.

Проникнуть в строго охраняемый центр управления пробуждёнными было бы крайне сложно, но в случае с временным центром регистрации ситуация кардинально менялась. В таких условиях проникнуть и манипулировать информацией для Со Мин Ги не составляло труда. Конечно, если его поймают, последствия будут серьёзными, но он не собирался допустить этого.

«Не переживайте, Ча Ый Джэ-щи… Даже если всё пойдёт наперекосяк, я смогу всё уладить».

Имея подготовленную страховку, Со Мин Ги чувствовал себя спокойно. Однако, вернувшись на парковку, он стал свидетелем ужасающего зрелища, которое заставило его усомниться в собственной реальности. Даже сняв солнцезащитные очки, чтобы лучше разглядеть происходящее, он увидел то же самое.

Контейнер, предназначенный для манипуляции данными, исчез, а на его месте пульсировал синий разлом…

«…Почему?»

Это было жутко.

Его руки невольно задрожали, пролив горячий кофе, но это было последним, о чём он думал. Сотрудники Бюро управления разломами в светящихся жилетах бегали вокруг, оцепляя зону возле разлома.

На месте были знакомые лица. Например, охотница A-класса Ян Хэ Джин из Бюро управления разломами. Она носила жёлтую каску и светящийся жилет, размахивая сигнальным жезлом.

— Двигайтесь быстрее!

— Пятый класс разлома появился в центре временной регистрации в Кванджин!

— Я связалась с бюро!

— Сообщение о чрезвычайной ситуации?

— Оно будет отправлено скоро.

— Это может быть разлом поглощения, поэтому контролируйте окружающую территорию.

— Сколько гражданских оказалось втянуто...

— Есть поблизости охотники, которые могут поддержать?

— Ах, Мэтью неподалёку!

— Ли Са Ён тоже здесь, но...

Выражение лица Ян Хэ Джин, полное сосредоточенности, внезапно сменилось пустым взглядом при упоминании этого имени.

— Он точно не придёт. Попробуйте с ним связаться, но особо на это не надейтесь. А с Мэтью свяжитесь немедленно!

«…В центре не мог появиться разлом. Это же не кино».

Со Мин Ги попытался игнорировать тревожные голоса вокруг. Он был уверен, что ему просто кажется.

Вероятно, действие ослабляющего зелья, которое он тестировал вчера, ещё не прошло. Ну, я ведь выпил его довольно много. Может, оно даже вызвало временное психическое ослабление. Успокоив себя такими мыслями, Со Мин Ги открыл дверь грузовика.

Бииип—

Громкий сигнал тревоги оборвал его иллюзию спокойствия. Он поставил кофе на сиденье и поспешно достал телефон.

[Бюро управления разломами]

[15:34 Район Кванчжин, Сеул. Временный центр регистрации пробуждённых. Разлом 5-го класса обнаружен, территория под контролем, избегайте приближения.]

Ч… что за черт.

Со Мин Ги впал в отчаяние. Затем, словно готовясь к внутреннему допросу, он составил в голове примерный вопрос и ответ, как будто писал на платформе обмена знаниями.

«JisikON»

Вопрос: [Вопрос] Здравствуйте, глава гильдии. Пока я ходил за кофе, цель оказалась втянута в разлом. Что мне делать?

Ответ: Умри.

Со Мин Ги обмяк, его ноги подогнулись, и он рухнул перед дверью грузовика, словно выброшенная на берег русалка. Получив особое задание от Ли Са Ёна, он предусмотрел все возможные сценарии… но даже в самых диких фантазиях не мог представить, что разлом появится на месте измерения способностей!

Перед лицом серьёзного кризиса его мозг заработал на полную, вырабатывая экстремальные решения.

«Может, просто прыгнуть в разлом?»

Сотрудники Бюро управления разломами контролировали вход, а репортёры уже спешили к месту событий. Возможно, он мог бы игнорировать всех и броситься в разлом, но это привело бы к заголовкам завтрашних газет: «Смелый поступок Маленького Чуда Со Мин Ги (34-е место в Южной Корее)… прыжок в разлом», сопровождаемым снимком его спины. Видео на YouTube с этим моментом наверняка превысило бы миллион просмотров. В его голове уже мелькали комментарии:

— Пользователь: «Кличка уникально плохая».

— Почему его критикуют? Разве плохо, если охотник добровольно прыгает в разлом?

⤷ Сообщается, что он утром зашёл в подземелье в Чонно, а потом прыгнул в разлом в Кванджин. Вот за что критикуют.

⤷ ?? Как человек может войти в подземелье и в тот же день прыгнуть в разлом?

⤷ Мне тоже интересно ^^

«Ни за что».

Со Мин Ги содрогнулся от одной только мысли. Как человек, чья жизнь зависела от скрытности, такое внимание было бы для него невыносимо. Более того, Маленькое Чудо Со Мин Ги должен был этим утром войти в подземелье в Чонно 3-га вместе с Пэ Вон У!

Кто бы мог подумать, что его тщательно продуманное алиби превратится в ловушку? Со Мин Ги был в отчаянии. Эффект дезориентации от его солнцезащитных очков имел свои пределы, если его публично разоблачат, весь тщательно выстроенный план будет разрушен.

Чёрт! Со Мин Ги схватился за голову. Надо было просто заказать айс-американо вместо матча-фраппучино с дополнительным шотом, взбитыми сливками, смешанных с шоколадными чипсами и половиной политых сверху. Если бы он пришёл чуть раньше, возможно, успел бы проникнуть внутрь до прибытия охотников из Бюро управления разломами. Пока он без конца корил себя, его телефон завибрировал, словно подсказывая ему, что пора взять себя в руки.

[Глава гильдии Ли Са Ён]

Осознав свою судьбу, Со Мин Ги на мгновение уставился в пустоту.

«Если я отвечу… меня сильно отчитают. А если не отвечу, то отчитают в пять раз хуже и устроят показательный разбор на собрании».

Собравшись с духом, он уважительно нажал кнопку ответа двумя руками.

— Это Маленькое Чудо Со Мин Ги…

— Ты ответил?

— Простите?

— Значит, ты не внутри разлома.

Со Мин Ги с трудом сглотнул. Низкий голос звучал мягко, но тревожно.

— Какова ситуация?

После короткой паузы Со Мин Ги наконец ответил:

— …Прежде всего, текущая ситуация — это полностью моя вина. Мне искренне жаль.

— Жаль?

— …Цель, кажется, находится внутри разлома.

— Кажется?

— Да. Контейнер временного центра и часть парковки у здания районной администрации поглощены разломом. Бюро управления разломами уже контролирует вход в разлом. Так как это разлом центра регистрации, Бюро управления пробуждёнными, вероятно, скоро направит поддержку.

— Вероятно?

Трудно было понять, придирается Ли Са Ён или соглашается. Казалось, он овладел искусством убивать словами.

Будущее Со Мин Ги становилось всё мрачнее, и он начал биться головой о корпус грузовика. Металл постепенно покрывался вмятинами.

— Простите. Может, мне просто всё закончить?

— Забудь.

Ли Са Ён холодно оборвал его.

— Я скоро буду там. Жди.

— Простите?

Щелчок. Звонок оборвался внезапно. Скоро? Глава гильдии? Здесь? Со Мин Ги подумал, что, возможно, ослышался, и принялся яростно тереть уши. Всё ещё ошеломлённый, он посмотрел на молчаливый телефон и снова спросил в пространство:

— Простите???

Глава 38

— Карр!

В тот же момент, внутри разлома, гигантский птерозавр, поражённый в горло, отчаянно захлопал крыльями, прежде чем обмякнуть. Ча Ый Джэ, с решимостью, сравнимой с выкручиванием шеи курице в знойный день, свернул шею птерозавру, который напоминал птицу, но источал неприятную ауру.

Перед входом в разлом его подташнивало, но, сразив нескольких монстров, он почувствовал себя лучше. Поскольку вокруг не ощущалось присутствия других существ, казалось, что он справился с большинством монстров. Аккуратно сложив тела птерозавров в углу, он отряхнул руки.

К счастью или к несчастью, люди, затянутые в разлом, видимо, разбежались. Благодаря этому он мог беспрепятственно истреблять атакующих монстров. Стоя над мёртвым птерозавром, он потер подбородок.

— Разлом не кажется особенно опасным... но стоит ли уменьшить количество монстров?

Ему нужно было скрывать свою личность, поэтому он не мог открыто спасать людей, но мог косвенно обеспечивать их безопасность, уничтожая монстров. Он не мог позволить, чтобы невинные люди пострадали из-за того, что он не сделал того, что в его силах. Поправив перекошенные кроссовки, Ча Ый Джэ направился дальше.

После того как он немного побродил и уничтожил 24 птерозавра и три стада рогатых буйволов, его взгляд упал на наполовину зарытое офисное кресло без двух колёс, сломанный стол и наполовину зарытую в землю фигуру Ли Са Ёна возле поля синих тростников.

С озадаченным выражением Ча Ый Джэ оглядел фигуру. Несмотря на то, что это был толстый кусок дерева, он оказался целым.

— Выбросить это или нет...

Немного поразмыслив, он решил оставить фигуру. Хотя это было всего лишь знакомое лицо, или скорее, знакомый противогаз, он успел стать чем-то вроде талисмана из-за частого появления в социальных рекламах. В последнее время Пак Ха Ын пародировала странные жесты Ли Са Ёна, и Ча Ый Джэ на своём опыте ощутил, как сильно медиа могут влиять на детей.

В итоге он вытащил знакомую фигуру и зажал её под мышкой. Затем он поставил запачканную фигуру под тенью дерева и сел на сломанное кресло. Несмотря на шаткость тела, лицо его было сосредоточенно задумчивым.

— Придёт ли спасательная группа?..

Разлом произошёл во временном центре регистрации в центре города. Логически спасательная группа должна прийти. Наверное.

Поскольку он разобрался с большинством монстров, безопасность остальных выживших была обеспечена, и ему не нужно было зачищать разлом полностью. Оставалось лишь спокойно дождаться спасательной группы с фигурой Ли Са Ёна под мышкой.

Однако ожидание спасателей представляло собой серьёзную проблему.

— А что насчет сегодняшних дел?

Ему нужно было открыть ресторан похмельного супа к пяти часам вечера.

Более того, был практический и критически важный момент. Чтобы получить прозрачный бульон, необходимо постоянно снимать пену, а оставить его без присмотра надолго могло повлиять на вкус. Он ведь оставил бульон на слабом огне, даже не выключив плиту...

Что, если из-за этого случится пожар? Одна только мысль об этом была ужасна.

Ча Ый Джэ проверил телефон. Часы остановились на отметке 15:25 с тех пор, как он попал в разлом. Из-за того, что электронные устройства вышли из строя, он не мог ни связаться с бабушкой, ни проверить текущее время.

«...Не может быть».

Если это продолжится, его гордость за ресторан похмельного супа, который он вёл без единого происшествия, окажется под угрозой!

Застряв в ожидании спасательной группы, с риском сгореть как для ресторана, так и для собственного спокойствия, Ча Ый Джэ нервно тряс ногами.

На самом деле, проблема началась с вероятности встретиться со спасательной группой. По плану, согласованному с Со Мин Ги, он должен был свести к минимуму контакт с другими охотниками и вернуться под видом обычного охотника.

Но попасть в разлом посреди Сеула, да ещё и в центре временной регистрации, стало серьёзной переменной. В составе спасательной группы наверняка будут охотники из Бюро управления разломами, Бюро управления пробуждёнными, а также гильдейские охотники, откликнувшиеся на запрос поддержки.

Ресторан похмельного супа был популярным местом среди охотников, и его посещали самые разные охотники.

Если кто-то из постоянных клиентов окажется в составе спасательной группы, его сразу узнают.

«Что делает сотрудник ресторана похмельного супа в этом разломе?»

«Точно…»

Естественно, все начнут задавать вопросы и втягивать его в разговоры, неизбежно выяснив, что он оказался в разломе, регистрируясь как пробуждённый. Об этом узнают все завсегдатаи ресторана похмельного супа. Одна эта мысль заставляла его содрогаться.

Он хотел жить спокойно, но то и дело сталкивался с охотниками в ресторане, встречал Ли Са Ёна, разбирался с последствиями магического камня, а теперь ещё и попал в разлом во время регистрации как охотник.

С каждым новым несчастьем Ча Ый Джэ вспоминал одну суеверную примету, которую где-то слышал.

— Чёрт... неужели это мои три бедствия?

Из-за того что он находился в разломе, спросить у Nexby об этом было невозможно. Его и без того запутанная жизнь за последние несколько недель превратилась в полный хаос. Что-то явно пошло не так. Он решил, что, как только выберется отсюда, обязательно рассыплет соль вокруг своего ресторана.

Так или иначе, будь это плохой год или нет, он не мог позволить своей тихой жизни ускользнуть. Даже если она уже наполовину разрушена из-за магического камня и Ли Са Ёна, и ему, возможно, придётся повесить табличку с надписью «Мы всё ещё спокойно работаем», — ему нужно было защитить то, что осталось.

Ча Ый Джэ поднялся с кресла и размял шею.

«Пора придумать план».

Охотники придут спасать тех, кто оказался в разломе, но точно не ради него лично. Поэтому лучше было предположить, что спасательная группа не появится. На мгновение перед глазами мелькнули лица Мин Ги и Ли Са Ёна, но он тут же отбросил эти мысли.

«Они не придут».

В таких ситуациях лучше не надеяться ни на что. Всегда исходи из худшего и планируй так, чтобы спокойно справляться с неожиданными обстоятельствами. Этот урок Ча Ый Джэ усвоил из собственного опыта.

Он глубоко выдохнул, потёр лицо руками и начал обувью чертить на земле. Ему нужно было составить эффективный план, чтобы выбраться из этого места.

Чтобы закрыть разлом, нужно уничтожить его ядро. Спасательные команды обычно сосредотачиваются на эвакуации выживших, оставляя ядро на потом. Это значило, что он опоздает к открытию своего ресторана.

Поэтому, пока спасательная группа будет искать выживших, он постарается избежать их и самостоятельно уничтожить ядро. Идеально.

Ча Ый Джэ стёр рисунок на земле носком своей обуви. Спасательной группе потребуется время, чтобы найти разбросанных по разлому выживших. Если позже его спросят, где он был после закрытия разлома, он просто скажет, что прятался в углу.

«Убить ядро как можно быстрее, сбежать и вернуться в ресторан, чтобы успеть за бульоном и открыть для вечернего обслуживания».

Пробегая мысленно свой план, Ча Ый Джэ достал из кармана толстовки веер с изображением Будды. Он прихватил его ранее из бардачка машины.

Если сражаться голыми руками и запачкать одежду, это задержит открытие ресторана. Нужно обходиться тем, что есть. Ча Ый Джэ закрыл глаза.

«Пожалуйста, помоги, Будда».

<Глаза Следопыта!>

Когда он снова открыл глаза, они светились голубым. На плоской карте местности вспыхнули огоньки. Благодаря его предыдущим действиям количество монстров казалось небольшим. Человеческие фигуры, разбросанные по разным участкам, указывали на то, что выжившие были хорошо спрятаны.

Подтвердив количество и расположение выживших, он перевёл взгляд в другую сторону. В центре разлома пылало большое зелёное мерцающее пламя.

«Вот оно».

<Бесшумные шаги!>

Белый ветер окутал его ноги, скрывая его присутствие. Ча Ый Джэ беззвучно побежал в сторону пламени.

***

Охотница A-класса Ян Хэ Джин из Бюро управления разломами, стояла перед руинами того, что раньше было временным регистрационным центром Кванджин. На её лице выделялись тёмные круги под глазами. Там, где ещё недавно находился контейнер, теперь зияли развалины, из которых прорастал разлом.

Утром, отправляясь на работу, она думала, что день будет спокойным. Но случилось серьёзное происшествие.

«Вот почему нельзя говорить, что тихо... Это точно приносит беду».

Её светоотражающий жилет с надписью «Безопасность» уныло хлопал на зимнем ветру. Она шмыгнула носом и пробормотала, закуривая сигарету.

— Чёрт… Почему разлом решил появиться именно здесь? Нам вечно не везёт.

Другой охотник, B-класса, державший в обеих руках светящиеся сигнальные палочки, кивнул, устремив суровый взгляд на вход в разлом.

— Да. К счастью, большинство тех, кого затянуло, — пробуждённые. У нас есть небольшая передышка.

— Передышка? Смешно. Большинство из них низкоранговые или административные пробуждённые, которые не умеют нормально сражаться. Будет чудом, если они просто спрячутся…

— Старшая! Старшая!

Их взволнованный разговор прервал новичок, который спешно подбежал, оставив свой пост по контролю территории. Ян Хэ Джин выдохнула облако дыма.

— Ты вернулся? Сколько журналистов появилось?

— Э-э… около шести! Скорее всего, придут ещё.

— Ничего не поделаешь. А что с поддержкой? Я слышала, что прибудет Бюро управления пробуждёнными.

— Это… я как раз хотел вам об этом сообщить!

Растерянный новичок выпрямился и громко выкрикнул:

— Л-Ли Са Ён здесь! Для зачистки разлома.

Ян Хэ Джин замерла, так и не успев прикурить сигарету. Несмотря на её молчание, новичок продолжал стоять напряжённо, как струна. Лицо Ян Хэ Джин выражало больше замешательства, чем тревога новичка.

«Неужели я дала этому парню слишком много работы?»

Она смотрела на него рассеянно, держа сигарету в руке, невольно погружаясь в момент самокритики.

п.п: В корейской традиции существует поверье о трёхлетнем периоде неудач, который наступает каждые девять лет. Этот период называется «три бедствия»: бедствия с неба, бедствия на земле и бедствия, причинённые людьми.

Глава 39

Очевидно, что новичок видел странности из-за переутомления. Идея о том, что Ли Са Ён мог появиться в таком месте, казалась абсурдной. Скорее всего, он был настолько перегружен, что уже не мог отличить реальность от иллюзии. Иного объяснения для такого безумия не существовало.

Ян Хэ Джин посмотрела на новичка с жалостью. Она подумала, что нужно будет угостить его женьшеневым соком, чтобы привести его в чувство, когда они вернутся в офис управления. Потом в её голове всплыл профиль Ли Са Ёна.

Ли Са Ён, который был смещён с первого места J, внезапным новичком или самозванцем, но удерживал позицию номер один на протяжении шести лет. Известен тем, что… «Игнорировал большинство запросов от Бюро управления пробуждёнными и Бюро управления разломами».

С тех пор как Ян Хэ Джин начала работать в Бюро управления разломами, Ли Са Ён ни разу не откликнулся на запросы о поддержке. Похоже, что охотник B-класса, стоявший рядом с ней, думал о том же, так как он насмешливо хмыкнул.

— Эй, с чего бы Ли Са Ён сюда приходил? Ты, должно быть, обознался.

— Нет, правда, это Ли Са Ён…

— Я слышал, что в последнее время многие начали носить техноодежду с противогазами из-за тех рекламных роликов на общественную тему. Может, это кто-то из таких подражателей?

— Вполне возможно.

— Вот именно. У меня мурашки по коже от одного вида этих роликов.

Пока они со смехом обсуждали абсурдную ситуацию, что-то знакомое внезапно прервало их весёлую беседу. Это был ленивый голос.

— Вы пришли… проводить ритуал перед разломом?

— …

— Похоже на семейное собрание.

Голос был слишком знакомым, ведь они регулярно слышали его в развлекательных шоу по выходным. Ян Хэ Джин медленно повернула голову. Фигура в чёрном противогазе небрежно пересекла линию ограничения, которую они установили.

С таким телосложением, в чёрной техноодежде, саркастическим тоном и ледяным низким голосом это мог быть только один человек.

Охотник B-класса, вспотевший от одного звука этого голоса, начал вырисовывать крест из защитного прута, словно пытаясь изгнать демона. Ян Хэ Джин выронила сигарету. Быстро взяв себя в руки, она затушила её ногой.

В разгар замешательства у всех в голове была одна мысль:

«Что он тут делает?»

Разлом 5-го класса был непростым, но для его устранения точно не требовался охотник S-класса. Они запрашивали поддержку, зная, что он всё равно не придёт, поэтому его появление было ошеломляющим, сродни выигрышу в лотерею, на которую купил билет просто ради интереса.

Стоя перед разломом, Ли Са Ён наклонил голову.

— Что стоите? Почему не входите?

Ян Хэ Джин с трудом сглотнула и осторожно спросила:

— Вы… сюда на поддержку?

— Да.

— …Зачем?

Он кивнул в сторону закрученного входа разлома.

— Чтобы избавиться от этого.

Но почему второй номер рейтинга пришёл сюда ради простого разлома 5-го класса? Ян Хэ Джин быстро отбросила мысль о том, чтобы попытаться получить внятный ответ. Времени на раздумья не было, а спорить с Ли Са Ёном было просто бесполезно.

— Сотрудники из Бюро управления пробуждёнными тоже уже в пути. Возможно, вам стоит подождать и войти вместе с ними…

— Они мне не нужны.

— Что?

Сквозь линзы противогаза он поочерёдно посмотрел на новичка, охотника B-класса и Ян Хэ Джин.

— Просто позаботьтесь о выживших.

Не успели они его остановить, как он шагнул в разлом. После того как разлом поглотил Ли Са Ёна, новичок метался между разломом и Ян Хэ Джин, топая ногами от нервов.

— Ст... Старшая, что нам делать?

— Хах...

Ян Хэ Джин отбросила свой жёлтый защитный шлем в сторону и растрепала волосы.

— Что ещё? Надо следовать за ним немедленно...

— Что? Ах, да!

— Ли Са Ён разберётся с боссом разлома, а мы сосредоточимся на поиске и спасении выживших. Двигайтесь!

— Да, поняла!

— И... новичок!

— Да?

Новичок оживился. Ян Хэ Джин, вместо своего жилета с высокой видимостью надевая толстый пуленепробиваемый жилет, указала большим пальцем на грузовик с припасами.

— Возьми противогазов больше, чем у нас людей, и прихвати все антидоты и предметы с эффектом детоксикации.

— Почему...?

Внутри разлома был монстр, использующий яд? Новичок посмотрел на Ян Хэ Джин с озадаченным выражением. Она цокнула языком и нетерпеливо махнула рукой.

— Если не хочешь умереть от яда Ли Са Ёна, поторопись!

***

Пока охотники из Бюро управления разломами в панике копались в припасах, сам Ли Са Ён, из-за которого они так суетились, двигался неспешно. Хотя он выглядел готовым в любой момент броситься на босса разлома, он остановился, чтобы осмотреть фиолетовую лозу плюща, обвившую дерево.

Через несколько минут из его тени появилось что-то круглое и чёрное. Это была голова Со Мин Ги в солнцезащитных очках.

— Глава гильдии.

Со Мин Ги, который жил, прячась в тени, мог скрываться только в тени других людей. Не имея возможности войти в разлом в одиночку, он ждал прибытия Ли Са Ёна. После того как его голова немного покачалась из стороны в сторону, Со Мин Ги выбрался из тени и встал на ноги.

Ли Са Ён заговорил:

— Тихо.

— Да, действительно.

Обычно, входя в разлом, сразу натыкаешься на взгляды монстров, бродящих вокруг, словно это их собственный двор. Но этот разлом с самого начала был зловеще тихим, как будто в нём вовсе не было живых существ. Со Мин Ги поправил свои солнцезащитные очки и сложил руки за спиной.

Ли Са Ён поднял с земли красное перо. Оно было глянцевым и совершенно чистым от пыли. Со Мин Ги, слегка опустив очки, чтобы рассмотреть находку, быстро пробормотал:

— Это грудное перо монстра 4-го уровня, Красногрудый птерозавр. Эти твари свирепы, нападают на всё подряд, будь то человек или другие монстры, и обычно держатся группами по шесть особей. Судя по состоянию, оно упало совсем недавно.

— Умный. В следующем квартале займёшься обучением новобранцев.

— Простите.

Почувствовав холодный тон, Со Мин Ги тут же замолчал. Ли Са Ён огляделся вокруг, сняв противогаз.

Когда охотники передвигаются, они оставляют за собой характерный запах. Это может быть запах их тела, остаточный запах от оружия, кровь монстров или даже дыхание, а иногда… запах людей, павших от монстров. Ли Са Ён был особенно чувствителен к таким ароматам.

Однако от входа в разлом и до этого места, кроме запаха растений, свойственного разлому, в воздухе не было никаких других следов.

«Даже следов крови».

Несмотря на то что они находились в центре территории Красногрудых птерозавров, здесь царила зловещая тишина, словно все птерозавры уже были мертвы. Конечно, монстры могли перебить друг друга, но подобные битвы всегда оставляют следы.

— Здесь слишком чисто.

— Как думаешь, это хозяин разлома — сильное существо, строго контролирующее монстров, или кто-то всё зачистил?

Некоторые разломы были относительно тихими из-за того, что их хозяин хорошо управлял монстрами. Но в таких случаях присутствие хозяина чувствовалось сразу при входе. В этом разломе такого не ощущалось.

— Второе.

Кто-то убил всех монстров, не оставив никаких следов.

Среди тех, кто оказался в этом разломе, единственным, кто был бы способен на подобное, был… Ча Ый Джэ. Ли Са Ён вспомнил, как тот заблокировал его атаку половником и сорвал противогаз окровавленными руками. Да, только Ча Ый Джэ. Ли Са Ён начал медленно идти вперёд.

— Со Мин Ги.

— Да, глава гильдии.

— Как думаешь, где сейчас мой хён?

Хён. Это уважительное обращение казалось совершенно неуместным, когда его произносил Ли Са Ён. Со Мин Ги, ошеломлённый этим словом, быстро взял себя в руки под холодным взглядом и ответил:

— Эм… разве он не будет где-нибудь прятаться? Ему нужно скрывать свою силу. Нет смысла убивать монстров и выдавать своё присутствие.

Мнение Со Мин Ги звучало логично. Ли Са Ён мысленно согласился с его рассуждениями. В конце концов, Ча Ый Джэ всегда настаивал, что хочет жить тихо. Зачем такому человеку убивать всех монстров? Но зловещая тишина разлома не давала покоя.

Внезапно Ли Са Ён нахмурился. Если подумать, хотя Ча Ый Джэ это отрицал, он продавал магические камни на платформе «Томатного рынка» из-за финансовых трудностей.

«Может быть, он просто нуждался в деньгах…»

Неужели он убил всех монстров, чтобы собрать материалы и продать их? Это объяснило бы странно чистое состояние разлома. Тонкие черты Ли Са Ёна слегка исказились, и он раздражённо цокнул языком.

«Чёрт, если бы ему нужны были деньги, он мог бы просто сказать».

Ча Ый Джэ был странным и подозрительным. Понять, что им двигало, было почти невозможно.

Он утверждал, что хочет жить тихо, но при этом постоянно создавал проблемы. Затем внезапно соглашался на какие-то сделки. А теперь, попав в разлом, вместо того чтобы оставаться в стороне, уничтожил всех монстров. Казалось, он просто создан для того, чтобы привлекать хаос.

Пройдя через поле синих тростников, они вышли на поляну, покрытую травой. В центре поляны стояла грязная картонная фигура Ли Са Ёна в полный рост и сломанный офисный стул. В одном из углов была сложена груда мёртвых птерозавров, сложенных, как башня. Увидев фигуру, Со Мин Ги невольно ахнул.

— Боже мой.

Ли Са Ён подошёл к груде тел птерозавров и поднял верхнее. Труп был на удивление чистым, без внешних повреждений, за исключением скрученной шеи. Перья не были вырваны. Похоже, он даже не пытался собрать материалы с монстров.

— Что ты там говорил раньше? Что он будет прятаться где-нибудь?

— …

Оказавшись между картонным Ли Са Ёном и настоящим, Со Мин Ги задрожал от страха. Как можно предсказать действия Ча Ый Джэ, если он постоянно рушит все ожидания? Со Мин Ги, привыкший действовать строго в рамках здравого смысла, не мог угнаться за непредсказуемым поведением Ча Ый Джэ. Ли Са Ён отбросил птерозавра в сторону и снова повернулся к картонной фигуре.

— Когда это сделали?

— Возможно, после выхода той социальной рекламы? Нужно уточнить у пиар-команды.

— Не так уж мне и интересно…

По жесту Ли Са Ёна Со Мин Ги понял, что нужно сделать, и начал осматривать окрестности. Тем временем Ли Са Ён внимательно изучал фигуру. Судя по грязи на его талии, он, вероятно, был закопан, а затем кем-то откопан. Со Мин Ги, осмотрев местность, доложил:

— Здесь нет следов или чего-либо, что указывало бы на то, что кто-то проходил.

— Он не растворился в воздухе и не провалился под землю, верно?

— Нет, сэр. Возможно, у него есть навыки для скрытия присутствия или следов.

— Чем больше узнаю, тем интереснее становится.

Ли Са Ён, чьё выражение лица было далеко от веселья, внезапно почувствовал жжение в ладони. Он хмуро снял перчатку, чтобы осмотреть руку.

Золотая линия, знак контракта, подписанного его кровью, почернела. Ли Са Ён холодно пробормотал:

— Что он, чёрт возьми, затевает?

Глава 40

Тем временем Ча Ый Джэ добрался до места, где находился хозяин разлома. Арка, покрытая длинными гроздьями фиолетовых цветов глицинии, была плотно запечатана массивными стволами деревьев и лианами, защищаясь так, что не оставалось ни единого просвета.

Ча Ый Джэ ударил по одному из стволов. Глухой звук от удара свидетельствовал, что дерево было плотно утрамбовано. Хозяин разлома находился внутри, но даже пробить вход оказалось нелегко.

Он внимательно осмотрел окрестности. Часто хозяин разлома связан с внутренней средой. Учитывая, что этот разлом представлял собой гигантский лес, хозяин, скорее всего, был монстром растительного типа.

«Сжечь его было бы легко».

Однако, как человек, не курящий, Ча Ый Джэ не имел при себе даже маленькой зажигалки. Раньше он всегда держал зажигалку и факел в инвентаре на всякий случай, но теперь это ушло в прошлое. Он почесал голову и тяжело вздохнул.

— Ну, это ведь не сталь...

В большинстве таких случаев оставалось только одно решение.

— Если бить достаточно долго, оно сломается!

Бам! Бам! Бам! Его неумолимый кулак обрушился на ствол. В местах ударов начала появляться вмятина. Вскоре одно из деревьев треснуло и сломалось. Разбив ещё несколько стволов, он почувствовал ароматный запах, исходящий из трещины в одном из деревьев.

Ча Ый Джэ разорвал сломанное дерево и заглянул внутрь.

[Вы вошли в логово хозяина — «Сад жизни».]

Посреди сада, заполненного яркими цветами, свернувшись клубком, лежал гигантский олень. Ча Ый Джэ шагнул на цветочное поле. Почувствовав его присутствие, олень поднял голову. Его голубые глаза уставились на Ча Ый Джэ. Увидев незваного гостя, олень издал яростный рёв.

Гууууу...

Весь сад начал резонировать. Ча Ый Джэ крепко сжал свой веер Будды. Из цветочной клумбы начали выскакивать монстры с цветочными головами и корневыми телами, окружая его десятками. Олень снова взревел.

Гууууу...!

Бах! Корни метнулись к конечностям Ча Ый Джэ. Он быстро взмахнул веером, разрубая приближающиеся корни. Однако на каждую десятку, которую он разрезал, появлялось ещё шестнадцать. Похоже, все цветы в этом саду были монстрами.

Ча Ый Джэ глубоко вдохнул, вонзил веер в землю и наполнил его энергией.

Уууууу...

Квуум!

Из веера разлетелась синяя ударная волна, сотрясая сад. Монстры издали неразборчивые вопли агонии, их тела корёжило. Появляющиеся корни обмякли, источая зелёный сок.

Олень яростно затряс своими массивными рогами. Теперь вместо тонких корней из земли поднялись толстые лианы и мощные стволы деревьев, которые ранее запечатывали арку.

Хотя Ча Ый Джэ мог бы одолеть их, если бы продолжил сражаться, это было бы пустой тратой времени. Ради безопасности ресторана похмельного супа и его чистого бульона он должен был закончить всё быстро. Его цель — как можно скорее вернуться в ресторан, а закрытие разлома было лишь средством достижения этого.

Ча Ый Джэ сунул потрёпанный веер Будды в карман своей худи.

«Прости, Будда. У меня нет выбора».

Он всегда полагался на своё тело в бою. Это был самый эффективный способ. Без сложных тактик большинство проблем можно было решить с помощью крепкого и ловкого тела.

Но сейчас, под действием ослабляющего проклятия, его тело отказывалось работать. А когда тело подводит?

«...Приходится использовать другие средства».

Ча Ый Джэ достал из инвентаря меч глубокого чёрного цвета. От лезвия до рукояти меч был чёрным, словно впитавшим в себя весь свет, и идеально лежал в его руке, будто ждал прикосновения.

«Если тело не справляется, используй инструменты».

[Клык василиска (S)]

[Меч, выкованный из клыка василиска отшельником-кузнецом, живущим в ◼◼◼. Только те, кого сочтут достойными, могут владеть им.]

[Создатель: ◼◼◼]

[Идёт проверка совместимости...]

Шшшш, вопреки его ожиданиям, из меча донёсся зловещий звук, а на ладони появилось белое системное предупреждение.

[Предупреждение! Несовместимость. Ваше тело подвергается воздействию яда.]

Рука, сжимающая меч, начала чернеть. Несмотря на опасную ситуацию, когда хозяин разлома яростно ревел впереди, Ча Ый Джэ быстро тряхнул рукой, не выпуская оружие.

— Эй, ты с ума сошёл? Ты меня не помнишь?

[Обнаружена проблема! Хотите услышать мысли «Клыка василиска»?]

Впервые система решила проявить себя с полезной стороны. Уворачиваясь от очередного корня, Ча Ый Джэ быстро ответил:

— Конечно, давай послушаем!

[Чтение мыслей «Клыка василиска»…]

[Мысли Клыка: Я не подчиняюсь тем, кто слабее меня.]

Этот безумный меч протестовал, утверждая, что его уровень недостаточно высок для владения им. Абсурд, учитывая, что Ча Ый Джэ был A-класса, даже с текущим снаряжением.

Ча Ый Джэ перепрыгнул через лиану, пытавшуюся обвиться вокруг его ноги. Система продолжила своё неожиданно полезное руководство.

[Расчёт оставшегося времени для вашего тела...]

[Ошибка! Обнаружена переменная!]

[Способность: Яд василиска (S+) активирована.]

[Оставшееся время: 999:59:59]

[Мысли «Клыка василиска» обновлены!]

[Обновление…]

[Мысли Клыка: Почему здесь Босс Яда?]

Присев на ствол дерева, Ча Ый Джэ взглянул на руку. Почти до локтя почерневшая конечность начала возвращаться к своему обычному цвету благодаря «Яду василиска». Этот сумасшедший меч сначала не признал своего владельца, а теперь подчинился способности, воспринимая её как высшую силу. Ча Ый Джэ с досадой уставился на оружие.

«Кого же мне напоминает эта дерзость меча?»

На разломе у Западного моря «Клык василиска» появился словно из ниоткуда перед J, когда тот потерял своё обычное копьё. Среди ослепительно белых руин оружие вдруг оказалось прямо перед ним, что вызвало естественное подозрение.

Но тогда не было времени на размышления. Чтобы выжить, нужно было полагаться исключительно на инстинкты, сражаясь без колебаний — оружием, кулаками, чем угодно. Обострённые чувства и инстинкт убийцы были его единственными союзниками.

J схватил меч без колебаний. Рукоять показалась тёплой.

[Оценка совместимости в процессе...]

[Претендент из ◼◼,]

[Я одолжу тебе силу, доверенную мне ◼◼.]

Меч попытался что-то сообщить, но J его не услышал. Ему была нужна только сила, и он схватил меч. Энергия оружия окутала его руку. С «Клыком василиска» J безжалостно истреблял белых монстров, рвущихся к нему.

А сейчас Ча Ый Джэ, держа оружие S-класса, беспомощно уклонялся от корней деревьев.

Где бы он ни ступал, там мгновенно вырастали лианы, а олень неустанно атаковал землю, не давая ему ни секунды передышки. Аромат цветов был настолько сильным, что у него кружилась голова.

Ча Ый Джэ нахмурился, разрубив очередную лиану, целившуюся ему в лодыжку.

«Если всё сделать правильно, я мог бы закончить это одним ударом...»

Однако вокруг оленя кружились острые листья. Подойти ближе казалось невозможным из-за яростной защиты. В его текущем состоянии такое приближение могло закончиться тем, что всё его тело будет изрезано.

Не то чтобы он боялся травм, конечно. Проблема была в другом — у него не было зелий. Даже если положиться на естественное восстановление, все его раны не успеют зажить до открытия лавки.

«Я ведь не смогу готовить похмельный суп, истекая кровью…»

К тому же охотники чрезвычайно чувствительны к запаху крови. Они наверняка начнут вынюхивать, пока не найдут источник. Балансируя на парящем корне, Ча Ый Джэ посмотрел на меч в своей руке.

«Может, я…»

[«Клык василиска» хочет что-то сказать!]

[Мысли Клыка: Даже не думай меня бросать.]

Меч оказался невероятно проницательным. Ча Ый Джэ стиснул зубы и сердито уставился на рукоять. Даже его единственное оружие сегодня не хотело сотрудничать. Ему как никогда не хватало его сломанного копья.

Кугугугун, земля задрожала, и массивный корень взметнулся, словно гора. Он отбрасывал тень на половину сада. Корень раскачивался, будто выискивая добычу.

«У меня нет выбора».

Небольшая жертва была неизбежной. Когда корень нападёт, он использует его, чтобы добраться прямо до оленя… и поразить его одним ударом. Ча Ый Джэ закричал.

— Эй! Тупица!

Шатающийся корень на мгновение замер, а олень взревел, сотрясая весь сад. Корень с яростной скоростью бросился на Ча Ый Джэ.

В этот момент.

Позади Ча Ый Джэ появилась рука в перчатке, прикрывая его рот и нос. Однако он даже не пытался убрать её. Ситуация требовала срочных действий. Одновременно чёрная рука коснулась корня, который намеревался пронзить Ча Ый Джэ.

Корень застыл. В месте соприкосновения он начал чернеть и гнить.

Глава 41

Аромат свежих цветов, наполнявший пространство, теперь был подавлен сладким запахом, исходящим от Ли Са Ёна. Звук его сердца, бившегося так, словно оно готово было взорваться, постепенно стихал.

Когда Ли Са Ён коснулся корня, который держал в руках, последний оставшийся стебель увял и стал ядовитым. Несмотря на то, что он применил свою способность всего один раз, сад жизни превратился в чёрное, зловонное болото. Убедившись, что ничего живого не осталось, Ли Са Ён пробормотал:

— Что ты думал, бросая вызов хозяину разлома? …Ты говорил, он был под действием ослабляющего проклятия.

Последняя часть, похоже, не предназначалась Ча Ый Джэ.

— Именно об этом я и говорю, глава гильдии.

Со Мин Ги, который всё это время стоял позади, быстро вставил свои слова. На нём было что-то похожее на кислородную маску. Ча Ый Джэ лёгким движением отмахнулся от руки Ли Са Ёна, закрывавшей ему нос и рот.

«Ты собираешься отпустить?»

С этим намерением он свирепо посмотрел на Ли Са Ёна, который, даже не обернувшись, заговорил:

— Эй, дай это сюда.

— Простите?

— У тебя есть запасная, верно? Давай сюда.

— …

— Я знаю, ты запасался.

— Да.

Из ниоткуда появилась тень человеческого размера, неся небольшую кислородную маску на голове, и неуверенно подошла. Ли Са Ён кивнул.

— Сделай её больше.

Тень быстро выросла до размера взрослого мужчины. Она передала кислородную маску Ча Ый Джэ, а затем растворилась.

[Массово произведённая кислородная маска мастера (A)]

[Использование её в отравленной зоне нейтрализует определённый уровень яда и помогает дышать. Лучше, чем ничего.]

[Создатель: Хон Ё Сон]

Ли Са Ён прошептал:

— Надень её, как только я отпущу.

— …

— Моргни, чтобы ответить.

Этот парень только и делает, что раздаёт команды. Когда Ча Ый Джэ снова бросил на него свирепый взгляд, раздражённый Ли Са Ён ответил:

— Если не хочешь снова выплёвывать кровь, слушайся.

Нет, у меня есть яд василиска. Скрытие одной способности обернулось для Ча Ый Джэ огромной проблемой.

Не оставалось выбора, и Ча Ый Джэ моргнул. Ли Са Ён отпустил руку. Раз уж предмет был передан, его использование было лишь вопросом времени, поэтому Ча Ый Джэ надел маску. Благодаря действию яда василиска, разницы между использованием маски и её отсутствием почти не было.

Вокруг воцарилась абсолютная тишина. Только когда его сердце немного успокоилось, оно снова начало биться громко, так, что Ли Са Ён, стоявший совсем близко, мог это слышать. Странное беспокойство поднялось с самых кончиков пальцев ног. Ча Ый Джэ специально сделал чуть более глубокий вдох. Без этого звука казалось, что недавно исчезнувшая тревога захлестнёт его с новой силой.

В этот момент сильная рука обвила плечо Ча Ый Джэ и притянула его ближе. Наклонив голову, Ли Са Ён прошептал ему на ухо:

— Сделай глубокий вдох.

— …

— Ты сейчас в шоке, хён.

Нет, это не шок. Сколько монстров я уже видел? Ча Ый Джэ просто…

Беспокоился.

Лёгкое похлопывание маленькой ладони по его плечу в ритмичном такте прорезало тишину и смешалось с его дыханием. Постепенно он почувствовал, как бешеный стук сердца начал успокаиваться. Ча Ый Джэ медленно выдохнул. Когда разум прояснился, его охватило любопытство.

«Почему Ли Са Ён здесь?»

Зачем ему приходить в разлом пятого класса? Даже если он получил вызов, мог бы легко проигнорировать его. Нет, он ведь как раз из тех, кто игнорирует такие вещи. Это Ли Са Ён.

Когда рука, лежавшая на его плече, убралась, Ча Ый Джэ обернулся к Ли Са Ёну. Тот уже надевал перчатки. Он мельком взглянул на лицо Ча Ый Джэ и усмехнулся, будто бы прекрасно понимал его мысли.

— У тебя такой вид, будто ты призрака увидел.

— …

— Ты не думал, что я приду?

— Да.

— Почему?

— У тебя нет причин для этого.

Ли Са Ён слегка наклонил голову.

— Хён, ты действительно…

— …

— Не верь людям.

Хотя его тон был таким же спокойным, как обычно, в нём чувствовалась какая-то насмешка. Это что, разговор о доверии? Рациональный вывод. Чувствуя неловкость, Ча Ый Джэ потер затылок.

— Так почему ты пришёл?

— Чтобы вытащить тебя.

Ли Са Ён ответил и кивнул в сторону чёрного ядовитого болота.

— Но только подумать, ты сражался с хозяином разлома.

Чёрт. Надо было убить его и убраться отсюда, несмотря на рваную одежду. Как только лицо Ча Ый Джэ скривилось, Со Мин Ги крикнул издалека:

— Глава гильдии! Заботиться о клиентах — это хорошо, но есть кое-что, что вам нужно учесть!

Ли Са Ён обернулся.

— Что?

— Поскольку вы мгновенно расплавили хозяина разлома, есть вероятность, что и его камень разлома тоже расплавился!

Словно дождавшись этого момента, весь разлом начал дрожать. Земля, небо, даже воздух скручивались. Со Мин Ги пожал плечами.

— Всё уже начинается. Могу ли я воспользоваться вашей тенью?

Камень разлома — это разновидность магического камня, который хранит хозяин разлома. Если его разрушить, разлом исчезает. Это отличается от появления выхода после смерти хозяина. Когда разлом исчезает, всех внутри выбрасывает туда, где находился вход. Как мёртвых, так и выживших.

Это значит, что выжившие увидят перед собой тела других жертв, которые оказались в ловушке вместе с ними. Тела, разодранные монстрами, выглядят ужасающе, поэтому спасательные отряды обычно эвакуируют выживших до уничтожения разлома, чтобы минимизировать психологическую травму.

К счастью, на этот раз не должно быть никаких жертв… Но у Ча Ый Джэ была другая проблема.

«Если так пойдёт дальше, я наткнусь на спасательную команду!»

Ча Ый Джэ в шоке огляделся вокруг и встретился взглядом с Ли Са Ёном. Тот лишь пожал плечами.

— Непредвиденная ситуация. Что теперь будем делать?

— Что значит «что делать»?

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за воротник. Глядя прямо в его фиолетовые глаза сквозь линзы, он проговорил по словам:

— Ты же не хочешь, чтобы тебя поймали за уничтожение камня разлома?

— …

— Запомни то, что я скажу сейчас, с первого раза. Нам нужно согласовать версию.

Губы Ли Са Ёна медленно изогнулись в улыбке, пока он слушал слова Ча Ый Джэ.

***

Ян Хэ Джин, выброшенная из разлома словно выстрелом, моргала своими затуманенными глазами, пытаясь сфокусироваться. Её желудок крутило так, будто она прокатилась на американских горках пятьдесят раз подряд, а всё тело болело, словно её неоднократно били битой. Сквозь головокружение в её голове была только одна мысль:

«Ли Са Ён, этот сумасшедший…»

Почему, чёрт возьми, он уничтожил разлом до завершения спасательной операции? Скрючив лицо, Ян Хэ Джин с трудом приподняла верхнюю часть тела, опираясь на руки. Ощущение от принудительного выброса из разлома всё ещё оставалось отвратительным. Вокруг неё слышались быстрые шаги и голоса людей.

— Все охотники, вошедшие в разлом, вернулись!

— Р-разлом подтверждён как исчезнувший!

— Проверяем выживших.

— Как они так быстро справились с хозяином разлома? Они были там меньше тридцати минут.

Среди суматохи, оглядываясь вокруг, Ян Хэ Джин заметила, что охотники из офиса управления разломами, вошедшие с ней, корчились от боли или были без сознания, не выдержав внезапного выброса. Будучи охотницей A-класса, Ян Хэ Джин первой пришла в себя.

Наклонившись вперёд, всё ещё ощущая тошноту от головокружения, она увидела, как перед её лицом остановилась пара чёрных ботинок. Она нахмурилась и подняла взгляд.

Перед ней стоял Чон Бин с мягкой улыбкой. Поддерживающий персонал из Бюро управления пробуждёнными? Если бы она знала, что это он, то держала бы этого негодяя Ли Са Ёна подольше, прежде чем войти в разлом.

— Вы в порядке, Ян Хэ Джин-щи?

— Да… Тошнит, но скоро пройдёт.

Чон Бин протянул руку, чтобы помочь ей встать. Ян Хэ Джин ухватилась за его руку, поднялась и начала осматриваться вокруг. Уловив её взгляд, Чон Бин задал вопрос:

— Вы кого-то ищете?

— Главу гильдии Ли Са Ёна… Где он сейчас?

Это нельзя было оставить без внимания. Уничтожение разлома до завершения спасательной операции шло вразрез с кодексом охотника. А если бы были жертвы, и выжившие увидели бы тела погибших? С неловкой улыбкой Чон Бин указал за спину.

— Он там. Но…

— Но?

— Ну, я уже успел задать ему пару вопросов, но… кажется, у него были веские причины. Думаю, вы поймёте, как только увидите.

Чон Бин немного отступил в сторону. На парковке у районного офиса стояло несколько машин скорой помощи. На самом краю, скрестив ноги, сидела тёмная фигура — явно Ли Са Ён.

На удивление, он выглядел аккуратно для человека, только что побывавшего в разломе, с ярко-оранжевым спасательным одеялом, накинутым на плечи, что придавало ему видимость приличия. Рядом с Ли Са Ёном сидел ещё кто-то.

Его лицо показалось Ян Хэ Джин странно знакомым.

«…Что?»

Молодой человек с холодным, аккуратным видом сидел, съёжившись под оранжевым одеялом, привалившись к Ли Са Ёну. Его слегка влажная чёлка прилипла ко лбу, а лицо выглядело особенно бледным. Ян Хэ Джин хорошо узнала это лицо.

Точно… Только прошлым вечером она ела похмельный суп, приготовленный этим парнем! Осторожно Ян Хэ Джин спросила:

— Тот, кто рядом с Ли Са Ёном… это не тот парень, который работает в ресторане похмельного супа в переулке?

— Да.

Чон Бин кивнул.

— Этот парень недавно пробудился, пришёл на осмотр… и попал в эту ситуацию.

— Ох, боже…

Ян Хэ Джин искренне пожалела парня, глянув на часы на запястье. Сейчас как раз было время подготовки ингредиентов в ресторане похмельного супа. Несмотря на свою занятость, он нашёл время для регистрации, а в итоге оказался втянут в такое происшествие. Ян Хэ Джин глубоко вздохнула, расстроенная этой историей о добром и трудолюбивом молодом человеке. Чон Бин продолжил:

— По словам Ли Са Ёна, хозяин разлома в этот раз обладал способностью притягивать пробуждённых. Изначально наша задача была удерживать его до завершения спасательной операции, но, когда Ли Са Ён прибыл, этот парень уже находился прямо перед хозяином разлома…

— Значит, он его убил?

— Да.

Инцидент, произошедший при попытке спасти кого-то… Ян Хэ Джин нахмурилась, тихо пробормотала что-то под нос, а затем снова тяжело вздохнула.

— Обычно такое не проходит просто так, но раз это было сделано ради спасения, тут мало что можно сказать.

— Ха-ха, верно? Но правила есть правила, так что штраф всё равно будет.

Чон Бин весело сказал это, глядя на скорую помощь тёплым взглядом. Ян Хэ Джин нахмурилась после небольшой паузы.

— Но… нормально ли оставлять этого парня рядом с Ли Са Ёном? Он ведь использовал свою способность, чтобы справиться с хозяином. Разве это не может плохо сказаться на пациенте…

— Я не знаю.

— Ты так спокойно об этом говоришь?

— Я поднимал этот вопрос, но Ли Са Ён посмотрел на меня так, будто собирался убить, и я сразу ушёл. Ха-ха-ха…

Чон Бин пожал плечами и рассмеялся. Ян Хэ Джин посмотрела на него искоса, а потом заметила новичка, который пытался сдержать рвоту, и поспешила к нему.

Чуть поодаль, в скорой помощи, Ча Ый Джэ, прислонившись к плечу Ли Са Ёна, попытался говорить, не двигая губами:

— Они купились?

Глава 42

— Они купились?

Голос был почти шёпотом, настолько тихим, что напоминал ASMR. Даже если учесть, что это было что-то вроде чревовещания, звучание едва уловимо. Только кто-то вроде находившегося рядом парня S-класса мог его услышать. Ли Са Ён, сидевший рядом с Ча Ый Джэ, скрестив ноги, ответил таким же тихим голосом.

— Да, вроде того. Я слышал, что это произошло во время спасения кого-то, так что, что тут скажешь?

— Это хорошо.

— Хотя, возможно, придётся заплатить штраф.

— …Штраф?

— Охотники слушаются только тогда, когда есть наказание.

Ли Са Ён был прав. Единственный способ контролировать сильных и способных охотников — это строгие ограничения и закон. На первый взгляд, именно Ли Са Ён оказался в центре этого происшествия, так что он и понесёт дисциплинарное наказание. Ча Ый Джэ специально издал стон.

— Теперь скрыть, что я зарегистрирован, не получится.

Лучший план состоял в том, чтобы пройти через это, не обнаружив своей регистрации. Но внезапное появление разлома разрушило всё в прах. Ча Ый Джэ пробормотал себе под нос.

— Со Мин Ги действительно может изменить мой класс?

— Если бы не мог, то не стоил бы тех денег.

Ответ Ли Са Ёна вернул в сознание Ый Джэ последний образ Со Мин Ги.

Перед тем как разлом исчез, Со Мин Ги метался туда-сюда, явно нервничая, а затем прыгнул прямо в тень Ча Ый Джэ. Ещё до того, как Ча Ый Джэ успел спросить, что он делает, из тени высунулась голова Со Мин Ги, чтобы объяснить.

— По идее, я должен быть в подземелье на Чонно 3-га с заместителем главы гильдии. Если меня заметят, это будет катастрофа. Меня осадят толпы. Если выслушивание ругательств продлит мою жизнь лет на двадцать, как думаешь?

— Эй, я тоже не должен быть здесь.

— Всё нормально, сэр. Вы только что пробудились и просто заглянули сюда. Всё обойдётся. Кстати, какой у вас класс?

— Провал.

— Я так и думал. Видимо, компьютер тоже затянуло в это дело. Это упрощает задачу.

— Ты собираешься использовать это «крайнее средство» или что там у тебя?

— Именно.

Голова Со Мин Ги закивала вверх-вниз.

— То, что компьютер вышел из строя, не означает, что всё в порядке. Записи всё равно сохраняются онлайн. Они сразу передаются в центр данных Бюро управления пробуждёнными, как только замеры завершены. Разлом произошёл как раз вовремя, так что никто даже не подумал бы проверить их. Если мы быстро внесём изменения, всё будет решено.

— Это изменение действительно мелочь?

— Не переживайте. Я сделаю так, чтобы вы были зарегистрированы как пробуждённый D-класса. А теперь, извините, я должен идти!

Он смело поднял большой палец вверх и медленно утонул обратно в тени, словно в сцене из фильма... Ча Ый Джэ рассмеялся, вспоминая это.

«Все в гильдии Падо — сумасшедшие…»

Учитывая, что глава гильдии Ли Са Ён сам был странным, это имело смысл. Ча Ый Джэ не знал, как долго ему придётся здесь лежать. Он планировал встать, как только почувствует, что Чон Бин и Ян Хэ Джин ушли, но людей становилось всё больше, что говорило о том, что ситуация лишь усугубляется. Прибыли дополнительные машины скорой помощи, и сирены звучали всё громче.

Несколько человек подошли ближе, но, заметив, кто был рядом с ним, не осмелились подойти вплотную. Ча Ый Джэ понял, что даже присутствие Ли Са Ёна имеет свою эффективность.

— Эй.

— Ли Са Ён.

Вместо ответа Ли Са Ён просто произнёс своё имя. Он хотел, чтобы его так называли? Ча Ый Джэ бросил на него взгляд, но противогаз скрывал выражение его лица.

— …Хорошо, Ли Са Ён.

— Да.

Ли Са Ён ответил рассеянно, и до ушей Ча Ый Джэ донёсся звук, как тот постукивает по экрану телефона. Ча Ый Джэ, всё ещё с закрытыми глазами, пробормотал.

— Кажется, Чон Бин уже собирается уходить?

Ли Са Ён ответил с заметной паузой.

— Он, скорее всего, пробудет здесь до утра… Всё оказалось серьёзнее, чем ожидалось.

Худшая новость. Чёрт возьми. Пока Ча Ый Джэ тихо выругался, что-то холодное коснулось затылка. Он вздрогнул сильнее, чем ожидал, виня обострённые после боя чувства.

— Больно?

— Что?

Перчатка ощупывала его шею, а затем пальцы мягко скользнули в волосы. Непривычное ощущение вызвало мурашки по всему телу. Если бы он отдёрнулся, это мгновенно привлекло бы внимание Чон Бина и Ян Хэ Джин. Стиснув зубы, Ча Ый Джэ пробормотал.

— Что ты делаешь?

— Ты вспотел.

— Оставь. Скоро всё пройдёт.

— …

Что-то коснулось головы Ча Ый Джэ. Похоже, Ли Са Ён прижал свою голову к его. Пальцы в волосах продолжали мягко двигаться. Он что, гладит его? Ча Ый Джэ был в замешательстве. Почему этот парень вдруг так себя ведёт?

Поведение Ли Са Ёна было непостижимым. В один момент он казался хитрым и расчётливым, в следующий — по-детски шутил, а потом резко отходил в сторону…

— Ты ведь правда сумасшедший ублюдок, ты это знаешь?

Забудь. Не стоит ломать голову. Этот парень просто придурок. Ча Ый Джэ приоткрыл глаза. Не хотелось слышать такие позорные слова от самого безумного из безумных.

— Ты нарываешься?

— А ты ещё и мастер врать.

— В сфере обслуживания зарабатывают на жизнь именно этим.

— Какая жалкая отговорка.

— Не копай глубоко. Знание лишнего может повредить.

Ли Са Ён тихо усмехнулся. Пальцы в волосах Ча Ый Джэ двигались ещё мягче. Возможно, из-за напряжения, но впервые за долгое время он почувствовал, как подступает сон.

— Ты правда подозрительный.

— Ну и что с того… Ты уже заключил со мной контракт.

— Да. Почему я вообще подписал контракт с таким подозрительным человеком…

Пальцы слегка постучали по затылку. Вдыхая сладковатый запах Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ почти закрыл глаза, как вдруг...

«Чёрт».

Он вспомнил ресторан с похмельным супом.

Его затуманенный разум мгновенно прояснился. Тело Ча Ый Джэ напряглось, и он резко выпрямился. Ли Са Ён, заметив перемену, остановил руку, что продолжала гладить волосы Ча Ый Джэ. Тот серьёзно пробормотал.

— Ли Са Ён.

— Хм? Что такое?

Они находились на заднем сидении машины скорой помощи. Парамедики были заняты другими выжившими, и никто не подходил к их машине из-за Ли Са Ёна.

— Ты умеешь водить?

— …Что?

— У меня не было времени получить права. У тебя есть?

Когда Ча Ый Джэ жестом указал на руль, Ли Са Ён моргнул, а затем расхохотался.

— Слушай, да ты определённо сумасшедший.

***

То, что случилось дальше, произошло быстро. Ну, не без происшествий, но они всё-таки добрались до ресторана с похмельным супом вовремя, что по меркам Ча Ый Джэ уже было успехом.

К сожалению, у Ли Са Ёна тоже не было прав, а бежать от центра Кванджина до ресторана было слишком далеко. Взять такси не представлялось возможным, так как дороги были заблокированы. Ча Ый Джэ всерьёз задумался о том, чтобы угнать скорую помощь.

Ли Са Ён, который до этого лежал, с интересом наблюдал за тем, как Ча Ый Джэ лихорадочно прокручивал варианты в голове.

— Нам действительно нужно туда идти?

— Да, обязательно.

— Это уже одержимость.

— Заткнись и придумай что-нибудь.

— …Ну, есть один способ.

Подперев рукой подбородок, Ли Са Ён достал что-то из своего инвентаря и протянул Ча Ый Джэ. Это был скомканный лист формата А4.

— …Мусор?

— Это не мусор. Это шедевр Хон Ё Сона. Сначала прочти описание.

[Прототип кнопки аварийного перемещения мастера (S-)]

[Разорвите, чтобы переместиться в желаемое место. Однако не может быть использовано в разломах или подземельях, одноразовый предмет.]

[Создатель: Хон Ё Сон]

…Что за чёрт? Почему то, что называется кнопкой, выглядит как лист А4? Когда Ча Ый Джэ задал этот вопрос, Ли Са Ён пожал плечами.

— Он сделал её похожей на мусор, чтобы Чон Бин не конфисковал.

Почему из-за этого нужно было делать предмет таким? В голове Ча Ый Джэ возникло ещё больше вопросов, но само существование этого предмета оказалось отличной новостью. Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за руку правой рукой, а в левой держал кнопку перемещения. Затем он прикусил бумагу и разорвал её пополам.

Шум вокруг них стих, и их подхватила неизвестная сила.

Мгновение спустя, даже не успев открыть глаза, Ча Ый Джэ почувствовал знакомый запах и резко распахнул их. Шедевр Хон Ё Сона оказался вовсе не шуткой.

— Кто бы мог подумать, что такое существует.

— Я же говорил, это не мусор.

— О, бульон!

Быстро позабыв благодарность за бумажную кнопку, которая мгновенно доставила его в ресторан, Ча Ый Джэ поспешил на кухню.

Глава 43

Убедившись, что с рестораном всё в порядке, Ча Ый Джэ направился на кухню проверить бульон. Несмотря на то, что он немного выкипел… всё ещё можно было спасти. Ли Са Ён, который следовал за ним, заглянул через плечо Ча Ый Джэ.

— Что ты делаешь?

— Тише.

Хотя Ча Ый Джэ не был особенно религиозным, сегодня он решил поблагодарить Будду. Вспомнил теплую улыбку, изображённую на веере Со Мин Ги, и ужасные вещи, которые он делал, адресуя их Будде. После того как он мысленно выразил благодарность и неоднократно извинился, он медленно открыл глаза.

— Ты не похож на верующего, но всё же.

— Замолчи, это только на сегодня.

— Значит, притворяющийся верующим.

Ча Ый Джэ молча попросил прощения за неуважение Ли Са Ёна, но не ради него, а чтобы избежать беды, которая могла обрушиться на находящегося рядом.

Выйдя из кухни, Ча Ый Джэ надел фартук и начал готовиться к работе. Он окликнул Ли Са Ёна.

— Эй.

— Ли Са Ён.

Чёрт… Ча Ый Джэ бросил короткий взгляд на противогаз, но подчинился просьбе Ли Са Ёна, вспомнив о том, как быстро его сюда доставили.

— Ли Са Ён, не трогай ничего на кухне.

— А посмотреть можно?

— Хочешь взять на себя ответственность за массовое отравление в ресторане с похмельным супом?

— У меня есть противогаз и перчатки.

Ли Са Ён пошевелил пальцами в чёрных кожаных перчатках, но послушно покинул кухню. Ча Ый Джэ мельком посмотрел ему вслед и начал доставать необходимые ингредиенты.

— Ли Са Ён.

— Что?

— Сколько сейчас времени?

— 16:40.

— …

— Хён?

До открытия осталось 20 минут?

Ча Ый Джэ медленно оглядел кухню. Вечерняя смена всегда была намного напряжённее утренней. В последнее время в ресторане с похмельным супом устраивали дебаты о J, что значительно увеличило поток посетителей. Сделав короткий вдох, он перевёл взгляд на Ли Са Ёна, стоявшего в зале.

У него мелькнула ужасная мысль: «Может, всё будет нормально, раз он в противогазе и перчатках?» Ча Ый Джэ энергично встряхнул головой. Возможная катастрофа и факт того, что Ли Са Ён, вероятно, станет её причиной на кухне, были очевидны. Сам Ли Са Ён, похоже, это понимал и добровольно отошёл в сторону.

Как раз в тот момент, когда Ча Ый Джэ сокрушался о возможной гибели своих принципов работы в ресторане с похмельным супом, кто-то громко воскликнул:

— Эй — я вернулся!

— …

— Это же тот самый ресторан с похмельным супом, куда часто заглядывает заместитель главы гильдии! Поздравляю с успешным возвращением с поля, уважаемый клиент!

Из тени Ча Ый Джэ вынырнула круглая фигура. Живой облик Со Мин Ги, прикрывающего глаза рукой и оглядывающегося по сторонам, мгновенно привлёк внимание Ча Ый Джэ. Он поспешно схватил Со Мин Ги за запястье.

— Со Мин Ги-щи.

— Да?

— Вы умеете обращаться с ножом?

— Простите?

— Нет, даже если не умеете, для охотника A-класса это не должно быть проблемой.

— Клиент, это слишком обобщённое предположение.

Со Мин Ги робко возразил, но его слова проигнорировал чудовищный сотрудник ресторана с похмельным супом Ча Ый Джэ. С громким стуком он положил на стол деревянную разделочную доску и нож, жестом указывая на Со Мин Ги.

— Нарежьте эти перцы чхонъян и сложите их в этот контейнер.

— Простите?

— Фартук можете взять вон там.

— Простите? Хорошо.

— Если начнёте плакать, я дам вам защитные очки, но пока просто режьте. У нас нет времени.

Пока глаза Ча Ый Джэ буквально горели, раздавая детальные инструкции, всё ещё растерянный Со Мин Ги понял, что пути назад нет, и нерешительно кивнул.

— Вы не могли бы положить нож, когда говорите?

— Боитесь, что я вас ударю ножом?

— …

— Гораздо эффективнее подготовиться к работе, чем вытирать вашу кровь, так что давайте быстрее.

Казалось, этот клиент обладал талантом говорить пугающие вещи с совершенно невозмутимым видом. Но Со Мин Ги, человек стойкости, всё же имел ещё одну задачу, которую необходимо было выполнить.

— Клиент, вы могли бы снять проклятие ослабления перед началом?

— Это не повлияет на работу. Займёмся этим вечером.

Услышав это, Со Мин Ги едва не рухнул снова. Он не понимал, почему, но образ его безжалостного начальника в тёмном противогазе на мгновение наложился на лицо клиента, который беззаботно приказывал ему работать сверхурочно.

Со Мин Ги достал из кармана длинный прямоугольный кусок кожи, показывая, что у него есть свиток.

— Если разрезать здесь, посередине, этим ножом…

— Это кухонный нож.

— …Тогда используйте что-нибудь другое, пожалуйста.

Ча Ый Джэ слегка наклонился и достал маленькие ножницы изнутри. Они были частью канцелярского набора Пак Ха Ын и часто использовались для вскрытия посылок. Ручка ножниц была украшена милым узором с лентой, что совершенно не сочеталось с суровым лицом занятого сотрудника ресторана.

Щёлк.

Когда кожа была разрезана, Ча Ый Джэ почувствовал заметное облегчение.

Он посмотрел на Со Мин Ги, чтобы понять, всё ли теперь в порядке, и тот энергично кивнул, быстро надев фартук из корзины в углу кухни. Ча Ый Джэ тоже тщательно вымыл руки и надел санитарную шапочку, фартук и перчатки.

Было удачей, что он заранее настроил рисоварку перед тем, как отправиться в центр. Открыв рисоварку, он начал накладывать рис в миски из нержавеющей стали.

[Уникальная способность: Руки мастера (S+) активирована.]

[Вы достигли максимального уровня владения способностью.]

Ча Ый Джэ нахмурился. Максимальный уровень или нет, у него не было времени разбираться с белым окном уведомления в такой спешке.

«Не загораживай обзор.»

Игнорируя уведомление системы, Ча Ый Джэ продолжал усердно накладывать рис. Внезапно перед глазами вспыхнули фейерверки.

[Поздравляем! Вы разблокировали новую способность!]

[Вы получили способность: Битва, вплетённая в жизнь (S).]

Человек, который получает новую способность, накладывая рис. Это был Ча Ый Джэ. Неожиданно он стал обладателем способности S-класса, о которой мечтал каждый охотник, но выражение его лица было далеко не радостным. Это выглядело подозрительно, а с учётом того, что открытие ресторана было уже на носу, времени разбираться в подробностях не было.

«Не мешай и исчезни.»

Система, видимо, это понимая, любезно вывела объяснение.

[Способность: Битва, вплетённая в жизнь (S)]

[Для вас бытовые дела — это битва. Способность для тех, кто не может отказаться ни от домашних дел, ни от боя. При выполнении действий, классифицируемых как домашние дела, увеличиваются сила атаки, скорость атаки и ловкость.]

Это было слишком хорошо, чтобы игнорировать. Ча Ый Джэ остановился на мгновение, перестав быстро накладывать рис.

«Действия, классифицируемые как домашние дела?»

Домашние дела включают готовку, уборку, стирку и прочее. Значит… Ча Ый Джэ посмотрел на половник в своей руке. Готовка — это домашнее дело. Логично, что накладывание риса в миски для подачи на стол считается домашним делом.

[Способность: Битва, вплетённая в жизнь (S) активирована.]

Уведомление подтвердило его догадку. Рука с деревянным половником стала легче. С этой способностью открытие ресторана к 5 часам теперь казалось возможным! Он возобновил накладывание риса, его движения были словно танец.

Тем временем, за его спиной Со Мин Ги, почти плача, мучительно раздумывал над вопросом: «Насколько крупно нужно нарезать перцы чхонъян?» Он хотел бы иметь пример, но перед ним была лишь разделочная доска, перцы и нож. Наконец, решив удалить стебли, он, облачённый в нитриловые перчатки, вдруг почувствовал холод по спине.

«Что-то…»

Интенсивность и давление были настолько подавляющими, что он не мог даже оглянуться. Он был уверен, что позади только клиент, но как атмосфера могла так резко измениться? Неужели клиент был настолько зол из-за того, что они могут не успеть открыть вовремя? Или он собирается разобраться с ним за плохую работу?

Со Мин Ги нужно было это проверить, но подавляющее напряжение было слишком страшным. Он тяжело сглотнул.

«Нет! Как бы он ни злился, убивать меня он точно не станет.»

Разве сам Ча Ый Джэ не сказал, что эффективнее готовиться к работе, чем убивать? Пусть его слова и были слегка искажены, суть оставалась прежней. Тем временем напряжённая аура становилась всё сильнее. Поверив словам клиента, Со Мин Ги осторожно повернул голову. И...

Рот Со Мин Ги открылся от удивления.

«Ох…»

Ча Ый Джэ всё ещё накладывал рис из промышленной рисоварки.

Татататататататата—

Но с невероятной скоростью. Его руки двигались так быстро, что казалось, будто их стало больше!

«…Асура?»

Казалось, за его спиной сиял золотой ореол. Это больше напоминало танец с половником, а не работу с ножом. Завершив накладывание риса, Ча Ый Джэ начал отправлять миски с рисом в воздух, словно сюрикены. Татататата. Каждая миска идеально приземлялась на стол. Если бы продюсер программы «Мастер бытовых навыков» увидел это, он бы умолял Ча Ый Джэ принять участие.

«Это… профессионал похмельного супа?»

Было жаль наблюдать за этим одному! Это стоило запечатлеть для истории. Когда Со Мин Ги осторожно потянулся за телефоном, он услышал голос.

— Со Мин Ги.

— Да, клиен... Глава гильдии?

Испуганный, Со Мин Ги подпрыгнул на месте. На границе кухни и зала стояла неуместная фигура — Ли Са Ён. Хотя он и спасся вместе с клиентом, Со Мин Ги не ожидал увидеть его в ресторане, что заставило его запнуться.

— Почему бы не работать как следует?

— Всё равно я не знаю, насколько мелко резать эти…

Со Мин Ги замямлил, а из-за противогаза донёсся лёгкий вздох. Казалось, Ли Са Ён искренне задумался, нужно ли ему освоить больше 30 навыков, необходимых для работы в ресторане похмельного супа.

— Этот рис.

— Простите?

— Перенеси его.

Когда Ли Са Ён указал на шкаф для подогрева, Со Мин Ги поспешно направился к горе мисок с рисом. Сотрудник ресторана похмельного супа, который уже превратился в настоящего мастера бытовых дел, сосредоточился исключительно на своей работе, не высказывая ни малейшей жалобы. Закончив переносить все миски с рисом в шкаф для подогрева, Со Мин Ги вытер слёзы рукавом и с оттенком раздражения произнёс:

— Ну, в общем… я всё-таки справился быстро.

— Я идеально выполнил задание, которое вы запросили. На этот раз без ошибок.

— М-м, хорошо поработал.

Со Мин Ги застыл от шока, уже приготовившись пожаловаться на свою повседневную жизнь под началом тираничного начальника. Он посмотрел на Ли Са Ёна с недоверием, а потом наконец выдавил:

— Простите? Я плохо расслышал?

Но противогаз, который только что был направлен в его сторону, уже повернулся к клиенту. Со Мин Ги почувствовал волну благодарности, осознав, что маленькие чудеса всё же случаются, даже в его жизни в гильдии.

Глава 44

Спустя несколько дней после шумихи.

Ча Ый Джэ подавал похмельный суп зомби, которые пришли, как только он открыл ресторан, когда заметил странного мужчину, слоняющегося у двери. На мужчине была кепка, надвинутая низко на глаза, и толстая куртка с надписью «Доставка».

«Что это такое?»

Пак Ха Ын, бабушка и Ча Ый Джэ обычно покупали всё необходимое напрямую в супермаркете, а похмельный суп на доставку они не продавали. Не было никакой причины для визита курьера в ресторан похмельного супа. Ча Ый Джэ засунул руку в карман своего фартука и с грохотом открыл дверь.

Курьер, который слонялся у входа, заметил Ча Ый Джэ и воскликнул:

— Вы Ча Ый Джэ, работающий в ресторане похмельного супа?

Глаза Ча Ый Джэ сузились, когда незнакомец внезапно назвал его имя.

— …Что вам нужно?

Курьер ярко улыбнулся и указал на грузовик, накрытый черным брезентом.

— У меня доставка венка для Ча Ый Джэ.

— Простите?

Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись от неожиданного заявления. Курьер вытащил из грузовика огромный венок и поставил его у двери ресторана похмельного супа. На длинной розовой ленте готическим шрифтом было написано:

[Как семья — Двери гильдии HB всегда открыты. Хан Мин Джун, менеджер отдела кадров гильдии HB.]

Руководитель группы Хан. Это был человек, который иногда заходил в ресторан похмельного супа и не раз пытался завербовать Ча Ый Джэ. Говорили, что среди членов гильдии он давно положил на него глаз. Ча Ый Джэ всегда отказывал ему, ссылаясь на то, что он не пробуждённый, но руководитель группы Хан настойчиво предлагал пройти обычный процесс набора. Ча Ый Джэ нахмурился.

«Они что, пытаются рекламировать свою гильдию в моем ресторане похмельного супа? …Какая наглость!»

Прежде чем Ча Ый Джэ успел полностью осознать своё негодование, курьер достал из грузовика второй венок. Сколько их вообще привезли? Ча Ый Джэ с растерянным выражением заглянул внутрь грузовика. К счастью, казалось, что это последний.

Этот венок был такого же размера, как и первый, но цветов на нём было меньше. Пока Ча Ый Джэ думал, что он выглядит более скромным, курьер поставил под ним три мешка риса. На втором венке было написано:

[Поздравляю с пробуждением, мой фанат ♥ От Пчелы из гильдии HB, 6-ой в рейтинге Кореи]

Глаза Ча Ый Джэ дрогнули от неожиданного поздравительного сообщения, связанного с его пробуждением. Он осторожно указал на мешки с рисом.

— Что… что это вообще такое?

— А, это рисовые венки. Их прислала гильдия HB.

В голосе курьера явно звучала гордость. Рисовые венки, серьёзно… Ча Ый Джэ онемел, бессмысленно уставившись на два венка, которые теперь занимали место для клиентов.

«…Это что, новый способ бизнес-диверсий?»

Стоит ли сфотографировать это и на этот раз отправить жалобу? Он уже не раз встречался с Чон Бином, а подпись Чон Бина висела внутри заведения. Учитывая, что Чон Бин знал его имя, Ча Ый Джэ ничем не рисковал, если сообщит об этих домогательствах охотника в Бюро управления пробуждёнными.

Пока он пребывал в ступоре от «веночной атаки», перед ним вдруг оказались бумага и ручка. Курьер любезно щёлкнул ручкой и сказал:

— Нужно подтверждение от получателя. Распишитесь здесь.

Несколько охотников, которые избавились от состояния зомби после похмельного супа, заметили суету и высунули головы из-за двери. Благодаря своему острому зрению, они, похоже, успели прочитать сообщение на венке, и один небритый охотник грубовато закричал:

— Эй, работник на полставки! Ты пробудился?

О нет, теперь он влип. Ча Ый Джэ стиснул зубы.

Ресторан похмельного супа, который на мгновение погрузился в тишину, быстро снова наполнился шумом. Зомби теснились у двери, возбуждённо обсуждая.

— Работник на полставки пробудился?

— Почему ты нам не сказал!

— Ух ты, это венок от Пчелы?

— Руководитель группы Хан давно на него глаз положил, а теперь сразу венок прислал. Вот это да.

— Значит, он зарегистрировался!

— Ух ты, поздравляем! Какой класс у тебя?

— Наш работник на полставки был потрясающим ещё до пробуждения. Наверняка получил как минимум B-класс.

Поздравляя Ча Ый Джэ, охотники начали гадать о его классе, а затем перешли к самому важному вопросу.

— …Погодите-ка, если работник на полставки пойдёт в гильдию, кто будет управлять рестораном похмельного супа?

— Бабушка, наверное.

— У бабушки болят ноги, и работник на полставки уже давно работает один.

— Не может быть, что они закроют ресторан похмельного супа, да?

— Может, они найдут нового работника на полставки?

Бам! Внезапный громкий шум заставил всех замолчать.

— Эй, не шумите перед только что пробуждённым! Вы что, не знаете негласное правило мира охотников?

— Да, вы видели недавние новости? Один новопробуждённый уничтожил здание. Громкие звуки могут их тревожить, так что будьте осторожнее.

Они обращались с ним как с бомбой. Шумные голоса быстро стихли, но Ча Ый Джэ прекрасно слышал всё, что говорили. В наступившей тишине особенно выделился один гордый голос.

— …Работник на полставки ведь один из нас? Мы должны помочь ему привыкнуть. Так делают старшие.

Ча Ый Джэ, который когда-то был всеобщим кумиром, теперь вынужден был терпеть, как его младшие по рангу учат жизни. Он кое-как нацарапал свою подпись на квитанции, чтобы скорее отправить курьера, ставшего причиной всего этого хаоса, надеясь, что всё наконец-то уладится.

Однако беды Ча Ый Джэ только начинались, ведь уже на следующий день его ждала череда нелепых ситуаций.

Первый инцидент:

После безумной обеденной суеты Ча Ый Джэ открыл дверь настежь, чтобы проветрить помещение во время подготовки ингредиентов. То, что он увидел, было ужасающе.

[Поздравляем с пробуждением нашего гордого работника на полставки ресторана похмельного супа]

[От постоянных посетителей ресторана похмельного супа]

Ча Ый Джэ безучастно смотрел на разноцветный баннер, натянутый между электрическим столбом и деревом перед рестораном. Кто поставил это? Он хотел узнать их имена и увидеть их лица, но те скрылись за анонимностью «постоянных посетителей». Трусы. Ча Ый Джэ впервые за долгое время вызвал Nexby.

— Привет, Нэксби, проверь, можно ли снять баннер.

— Выполняю поиск: можно ли снять баннер.

— Даже если баннер незаконный, его снятие без разрешения может рассматриваться как порча имущества согласно закону.

Почему он должен быть наказан за снятие незаконного баннера? Ча Ый Джэ схватился за голову в отчаянии.

Второй инцидент:

На следующий день после истории с баннером, снова во время подготовки ингредиентов.

«…Как до этого дошло?»

В 14:10 он должен был готовиться к вечерней смене, с табличкой «Если вы пришли до 17:00, пожалуйста, уходите» (на самом деле там было написано что-то другое). Но вместо этого он сидел молча на тележке. Всё потому что:

— Все, стройтесь в линию! Покажите организованность старших охотников перед новопробуждённым!

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

Перед ним выстроилась длинная очередь. Новый охотник из Бюро управления разломами энергично размахивал поручнем безопасности, организуя порядок. Воспоминания о далёком прошлом всплыли в памяти. Это напоминало ему фан-встречу популярного айдола, которую он как-то видел на YouTube до Инцидента с разломом.

«Лучше бы я сражался со ста монстрами».

Ча Ый Джэ чувствовал себя, как айдол, а его напряжённый рот подёргивался в натянутой улыбке.

— Я слышал, ты пробудился, работник на полставки. Вот тебе подарок.

Охотник, массивный, как русский медведь, застенчиво протянул Ча Ый Джэ маленькую розовую коробочку. За ним стояли ещё несколько охотников, выглядывающих, как грибы эноки. На их лицах было заметно ожидание. Ча Ый Джэ принял коробочку с безжизненной улыбкой. Обёртка была украшена трогательной надписью изящным шрифтом:

[Подарочная коробка для новопробуждённого ♥]

Это был самый популярный товар в категории «для охотников» в магазине подарков в мессенджере, который он когда-то пролистывал от скуки. Очередной маркетинговый ход. Ча Ый Джэ спокойно развязал ленту и открыл крышку. В центре аккуратно лежала карточка с иллюстрацией букета цветов.

[Для тебя… Поздравляем с пробуждением.]

«Поздравление… слегка запоздало.»

Поздравление с его пробуждением спустя 11 лет. Под карточкой лежал аккуратно уложенный набор базовых зелий. Ча Ый Джэ достал маленькое красное зелье и проверил его информацию.

[Базовое зелье восстановления здоровья (C)]

[Восстанавливает 10% здоровья при использовании.]

Что ж, зелья всегда были кстати. Если бы у него были такие во время недавнего инцидента с разломом, он мог бы сражаться, как раньше. Ча Ый Джэ убрал зелье в инвентарь и поклонился.

— Спасибо за поздравления и подарок.

— О, что вы! Просто продолжайте готовить вкусный похмельный суп.

Русский медведь почесал голову и медленно отошёл назад. Грибы эноки похлопали его по спине и одобрительно загомонили. Ча Ый Джэ положил коробочку на стол, который кто-то поставил рядом с ним. Гора подарков уже сформировала небольшой холмик. Следующей в очереди оказалась Пчела с её сияющими блондинистыми волосами.

— Вы получили цветочный венок? Я видела, как его красиво разместили у входа. Наша гильдия HB отправила его первыми, верно?

Она положила подарок в золотистой упаковке на стойку. Рядом с ней стоял строгий мужчина в аккуратном костюме и очках — руководитель группы Хан. Он вежливо кивнул, а Пчела ярко улыбнулась.

— Поздравляю с пробуждением. Это подарок. Теперь мы коллеги.

— Венка было более чем достаточно. Не стоило приносить подарок.

Ча Ый Джэ ответил дежурной фразой, словно читал её из учебника корейского языка. Если честно, он чувствовал себя подавленным. Однако Пчела махнула рукой, словно подгоняя его открыть подарок.

— О, он недорогой, просто откройте.

Ча Ый Джэ осторожно развернул сверкающую золотую упаковку. Внутри оказались…

[Смените цвет! Кракено-чёрный]

[Смените цвет! Вулканическо-красный]

[Смените цвет! Королевский пчелиный жёлтый]

Это были специализированные краски для волос охотников, которые рекламировала Пчела. Высококачественные краски, созданные из побочных продуктов подземелий, были достаточно стойкими даже для прочных волос охотников. Особенно черная краска, содержащая 0,0001% чернил кракена, стоимостью миллион вон за штуку!

Финансовое положение Ча Ый Джэ не позволяло ему даже мечтать о таких товарах, но вот они, прямо перед ним. Это заставило его осознать, насколько впечатляющей рекламной моделью была Пчела.

— Ну, сотрудник ведь тоже может захотеть сменить образ. Попробуйте, и если понравится, скажите мне. Я могу дать вам ещё, когда угодно. Если не будете использовать, продайте на «Томатном рынке».

С этими красками ему больше не придётся использовать по три бутылки обычной краски на основе чернил кальмара! Светящиеся блондинистые волосы Пчелы казались окружёнными сияющим ореолом.

Глава 45

Ча Ый Джэ аккуратно поставил краску для волос на стол и искренне поклонился.

— Мне правда очень нравится… Спасибо.

— Я знала, что понравится.

Пчела встала в позу, точно такую же, как изображено на упаковке краски для волос. Ча Ый Джэ в ответ тоже искренне зааплодировал. Наслаждаясь вниманием, она вдруг что-то вспомнила.

— Ах, кстати, венок из риса тоже получился отличным. Я доплатила, чтобы взять премиальный рис из Ичхона. Как только утром услышала новость, я вместе с руководителем группы Ханом…

— Где вы услышали эту новость?

Ча Ый Джэ больше всего интересовало именно это. Откуда Пчела и руководитель группы Хан, которые первыми прислали венок, узнали об этом? И что насчет других охотников, которые пришли толпой, делая вид, что принесли подарки, но на самом деле пытаясь уговорить его не закрывать ресторан с похмельным супом? Пчела, широко раскрыв глаза, вскоре понимающе кивнула.

— Руководитель группы Хан, объясните.

— Да, понял.

Руководитель группы Хан поправил очки и начал объяснять:

— Гильдии размещают информаторов или разведчиков в центрах пробуждения. Это нужно, чтобы быстро и эффективно находить таланты. Если появляется перспективный кандидат, они сразу докладывают и начинают подготавливать почву для его вербовки.

— Не думаю, что я настолько перспективный.

— Как вы можете так говорить? Ча Ый Джэ-щи, вы были тем, кого мы хотели видеть в нашей гильдии, ещё до вашего пробуждения.

Руководитель группы Хан говорил твердо. Пчела добавила к его объяснению:

— Обычно разведчики смотрят только государственные центры, понимаешь? На временные центры, как в Кванджин, они почти не обращают внимания. В государственных центрах качество намного выше.

Это было логично. Пробуждённые, которые хотели продемонстрировать свои способности и получить более высокий класс, проходили тщательное обследование в государственных центрах. Руководитель группы Хан продолжил:

— Но потом в временном центре Кванджин открылся разлом. Причём прямо в центре города, и он появился без предупреждения, в центре пробуждения, поэтому внимание всех естественно сосредоточилось на этом месте. Это стало вопросом общественного интереса.

Конечно, если внезапно появляется разлом, который даже Бюро управления разломами не смогло предсказать, это вызывает беспокойство. В этот раз разлом открылся прямо в центре пробуждения, поэтому привлечь внимание было неизбежно.

— Все начали собирать информацию. Именно тогда мы нашли имя Ча Ый Джэ-щи в списке выживших.

Если бы не этот разлом, он мог бы спокойно зарегистрироваться и уйти, как планировал.

Слушая это, Ча Ый Джэ почувствовал, как жилка на его лбу предательски пульсирует, а внутри поднимается жар. Согласно словам руководителя группы Хана, всё разрушилось из-за этого проклятого разлома. Эффект бабочки от разлома оказался настолько велик, что в итоге Ча Ый Джэ оказался на фан-встрече в ресторане с похмельным супом.

«Проклятый разлом».

Фан-встреча завершилась через час. Ча Ый Джэ, даже не думая разбирать подарки, еле добрался до кухни, чтобы подготовиться к вечеру, чувствуя себя полностью измотанным.

Более того, тем вечером лично заявился Чон Бин, занятый как никогда, окончательно истощив остатки энергии Ча Ый Джэ.

— Привет? Поздравляю с пробуждением.

То, что Чон Бин передал ему, было конвертом с логотипом Бюро управления пробуждёнными. Он выглядел настолько официально, что даже не хотелось к нему прикасаться. Пэ Вон У, сидевший в углу и доедавший похмельный суп, проворчал:

— Это что, повестка, предупреждение или извещение о штрафе?

— Ха-ха, да ну, вряд ли.

«Похоже, он такое уже получал».

В этом была своя особая интонация, известная только тому, кто сам прошёл через подобное. Ча Ый Джэ принял конверт с лёгким беспокойством. Конверт оказался толще и тяжелее, чем он ожидал, словно внутри было что-то значительное. Чон Бин мягко улыбнулся.

— Хотите открыть? Там всё, что вам понадобится, Ча Ый Джэ-щи.

«Нет уж, спасибо».

Но руки, послушно, вскрыли конверт. Как и ожидалось, там было то, что он уже предполагал.

[Базовое руководство для новых охотников]

[Руководство по уплате налогов для новых охотников]

[Политика социальной защиты охотников]

[В один клик! Как пользоваться рынком охотников]

[Особые законы для пробуждённых: краткий обзор]

Из конверта высыпались различные буклеты и толстые книги, больше похожие на те, что можно найти в государственом учреждении. Со стороны охотников слышались едва заметные смешки. Но Чон Бин продолжал мягко улыбаться.

— Обычно после завершения регистрации охотника сотрудники Бюро проводят подробные разъяснения. Но поскольку Ча Ый Джэ-щи не смог этого сделать из-за непредвиденного инцидента, я принёс только самое необходимое.

Если это было только «самое необходимое», то быть охотником в наши дни было явно непросто. Лицо Ча Ый Джэ заполнилось унынием.

«Чёрт, быть охотником в наши дни теперь совсем нелегко.»

— Прочитайте это, когда у вас будет время. Если что-то окажется непонятным или вызовет затруднения, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться к нам в любое время.

Чон Бин достал из кармана пиджака свежую визитку и положил её поверх буклетов.

[Бюро управления пробуждёнными. Полевая группа 1]

[Руководитель группы Чон Бин]

Для охотников без поддержки или связей визитная карточка Чон Бина могла быть величайшим подарком. Несмотря на его дружелюбный имидж благодаря множеству социальных реклам, он был охотником S-класса, занимавшим четвёртое место в рейтинге Кореи, а значит, далеко не таким доступным, как могло показаться. Даже ресторан с похмельным супом, который наверняка сталкивался с охотниками, не был исключением. Любой обычный охотник был бы глубоко тронут, но…

«Просто оставлю это запечатанным».

Только не Ча Ый Джэ.

В этот момент Пэ Вон У уверенно поднялся.

— Вот почему госслужащие ни на что не годятся. Называют это подарком, а на деле — просто горы учебных материалов! Ребята, заходите!

С хлопком дверей в ресторан с похмельным супом хлынули люди, снаряжённые самым разным оборудованием. И без того тесное помещение казалось готовым лопнуть. Ча Ый Джэ прищурился, бросив на Пэ Вон У взгляд, требующий объяснений.

Пэ Вон У, проведя рукой по своей короткой стрижке, заговорил с уверенностью.

— Я Пэ Вон У, лучший постоянный клиент этого ресторана. Я подготовил то, что ресторану нужно больше всего, в подарок к твоему пробуждению.

«Что это такое?»

— Вот оно…

Он гордо поднял большой палец вверх.

— Автоматический бар самообслуживания для кимчи и гарниров!

— Автоматический бар самообслуживания для кимчи и гарниров?

— …Что это такое?

Охотники невольно повторили за ним, начав перешёптываться. Автоматический бар самообслуживания для кимчи и гарниров. Само сочетание слов было похоже на креветочный макарон с соевым крабом — вроде звучало понятно, но вызывало полное недоумение.

Автоматический бар самообслуживания не мог быть действительно автоматическим, не так ли? Замешательство Ча Ый Джэ было написано у него на лице, но Пэ Вон У лишь широко улыбнулся.

— Не переживай. Это шедевр, тщательно рассчитанный и созданный инженерами гильдии Падо. Можно использовать то пространство?

— Да? Конечно.

Пэ Вон У указал на пустое место рядом с кулером для воды. Кивнув, инженеры гильдии Падо тут же устремились туда и начали собирать что-то.

Вскоре на стуле появилась белая машина. Она выглядела как кофемашина из кафе или крупный кулер для воды. В центре машины был пустой круг.

— Что это такое?

— Разве это не кофемашина?

— Да ты что! Это шедевр, в который вложены кровь, пот и слёзы инженеров гильдии Падо.

Пэ Вон У подошёл к машине и вытащил из своего инвентаря крупный магический камень размером с большой палец!

— Ух ты, посмотрите на размер этого магического камня.

— Огромный.

— Один такой стоит, наверное, как дом, если не больше.

Пока охотники восхищались редким и крупным магическим камнем, Пэ Вон У аккуратно вставил его в машину. В тот же момент кнопка на машине загорелась голубым светом. С характерным гудением машина начала работать. Пэ Вон У сделал преувеличенный поклон.

— Магический камень предоставлен главой гильдии Ли Са Ёном из гильдии Падо.

«Что за расточительство?»

Ча Ый Джэ, испытывая чувство дежавю, смотрел на это представление с установкой магического камня. Он подумал, что у него уже была такая же мысль раньше. Но, поскольку получить что-то бесплатно было не так уж плохо, его выражение лица смягчилось.

— Теперь, работник на полставки, попробуйте положить сюда кимчи, редьку кубиками и перец чили. Просто нажмите кнопку, и гарниры выйдут в нужном количестве. Вам больше не придётся раскладывать всё вручную!

О? Это могло быть действительно заманчиво. Ча Ый Джэ, словно загипнотизированный, взял контейнеры с кимчи и перцем чили и, следуя указаниям инженера, поместил их в машину. Глаза охотников в ресторане с похмельным супом были устремлены на Ча Ый Джэ.

Стоит только поднести миску и нажать кнопку… и кимчи выдаётся в точном нужном количестве!

— Ух ты!

— Гильдия Падо просто великолепна!

— Эй, оно действительно работает.

— Но если оно работает на магических камнях, разве это не невероятно неэкономично? Может, лучше подключить к розетке…

Когда кто-то высказал такое замечание, Пэ Вон У резко перебил его строгим тоном:

— Заткнитесь! Здесь дело в эстетике.

— Это больше похоже на показное расточительство, чем на эстетику…

— Если кто-то осмелится не уважать ресторан с похмельным супом, просто скажите им, что у вас есть автоматический бар самообслуживания, работающий на магических камнях.

Визуально это выглядело как реклама с лозунгом: «В нашем ресторане даже кулер для воды подаёт кимчи». Обычные охотники были в восторге от идеи облегчить работу сотрудника на полставки, восторженно аплодируя.

Однако:

— Знаете, если задуматься…

— Да?

Чон Бин, наблюдавший за постоянными клиентами, с улыбкой облил их холодной водой:

— Это очень похоже на автоматическую кормушку для животных, не правда ли?

***

На следующий день в пять утра раздвижная дверь ресторана с похмельным супом заскрипела, открываясь. Ча Ый Джэ, с измождённым и острым, как нож, лицом, поспешно нацарапал предупреждение на листе бумаги формата А4 и прикрепил его на дверь.

[!!! РЕСТОРАН С ПОХМЕЛЬНЫМ СУПОМ ОСТАЁТСЯ ОТКРЫТЫМ !!!]

[Запрещено приносить венки, подарки или баннеры.]

[Запрещено спрашивать у работника на полставки о его классе.]

[Запрещено уговаривать работника на полставки вступить в гильдию.]

[Запрещено вербовать работника на полставки.]

[Нарушение любого из вышеперечисленных правил приведёт к запрету на посещение ресторана.]

Глава 46 - Осколки мира

Новость о том, что парень, работающий в ресторане похмельного супа, пробудился, быстро распространилась среди постоянных посетителей. Разговоры о J прекратились, а подозрения, что продавец магических камней EZ — житель этого района, давно забылись.

Теперь всё внимание было сосредоточено на: «Поздравляем с пробуждением, парень. Но ресторан похмельного супа закроется?»

Пробудившийся охотник должен вступить в хорошую гильдию, получать полный пакет страховок и стабильную зарплату. Даже если класс невысок, работа в офисе гильдии считается лучше, чем трудоустройство в обычной компании.

Это было общепринятым мнением, особенно среди постоянных посетителей, большинство из которых принадлежали к гильдиям. К тому же, усердный сотрудник ресторана похмельного супа, как Ча Ый Джэ, мог добиться успеха в любой сфере. Любая гильдия захотела бы его завербовать.

Но если он присоединится к гильдии… кто же будет готовить похмельный суп?

Хозяйка ресторана — пожилая женщина с больными ногами, которая не могла справляться с быстрыми заказами охотников в одиночку. Более того, даже если найти нового сотрудника, не факт, что он сможет работать так же хорошо, как Ча Ый Джэ. Его похмельный суп обладал вкусом мастера с тридцатилетним стажем!

К счастью для Ча Ый Джэ, который хотел жить тихо, он оказался незаменимым талантом в мире похмельного супа. Поэтому постоянные посетители, занимавшие высокие посты в обществе корейских охотников, чудом пришли к общему решению.

Они назвали это тайным собранием в переулке для переработки мусора возле ресторана.

Сидя неустойчиво на пластиковом ящике у контейнера для несгораемого мусора, Пэ Вон У залпом проглотил протеиновую палочку.

— Ну, развитие талантов — это хорошо. Вербовка — тоже неплохо. Но давайте уважать профессиональную этику и смотреть на вещи трезво, руководитель группы Хан. Если он не хочет вступать в гильдию, вы думаете, он передумает только потому, что мы его заставим? Это его выбор, и он важен. Мы должны сохранить традицию похмельного супа, не так ли?

Стоя у контейнера для горючего мусора, руководитель группы Хан поправил очки средним пальцем.

— Не ожидал услышать это от гильдии Падо, которая утверждает, что она элитная, но при этом собирает всякие таланты… но я рад слышать это от вас, заместитель главы гильдии Пэ Вон У. Пойдёмте внутрь, съедим похмельного супа.

— Вот это мне нравится. Ладно, пошли! Закажем ещё две бутылки соджу.

— Конечно.

Заместитель главы гильдии Падо Пэ Вон У и руководитель отдела кадров гильдии HB Хан пожали друг другу руки, завершив какую-то сделку на станции переработки у ресторана похмельного супа. После этого никто из охотников больше не пытался уговорить Ча Ый Джэ вступить в гильдию. Для Ча Ый Джэ это было настоящим облегчением.

Вместо этого начался настоящий поток тайных подарков.

Ча Ый Джэ, надев резиновые перчатки, поднял аккуратно упакованный подарок, чтобы показать всем.

[Специальное лимитированное издание! Набор для самостоятельного обучения уединёнными тренировками]

— Кто оставил это перед кухней?

— …

— Тот, кто собирается уйти на уединённые тренировки, признавайтесь.

Молчание. Охотники начали отводить глаза. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул. Это ведь не какой-то роман о боевых искусствах, какие ещё уединённые тренировки? Да и привычка добавлять «самостоятельного» к любому набору осталась неизменной и до, и после Дня Разлома. Ча Ый Джэ сделал последнее предупреждение:

— Если никто не признается в течение пяти минут, я это просто выброшу.

Внезапно один из охотников поднял голову и закричал:

— Нет! Это лимитированное издание, которое я с трудом достал, экономя на карманных деньгах!

— Ты собираешься уйти на уединённые тренировки?

Ча Ый Джэ указал на новое объявление на листе формата A4, лежавшее рядом с двумя бутылками соджу, выставленными на продажу.

[!!! РЕСТОРАН С ПОХМЕЛЬНЫМ СУПОМ ОСТАЁТСЯ ОТКРЫТЫМ !!!]

[Запрещено приносить венки, подарки или баннеры.]

[Запрещено спрашивать у работника на полставки о его классе.]

[Запрещено уговаривать работника на полставки вступить в гильдию.]

[Запрещено вербовать работника на полставки.]

[Нарушение любого из вышеперечисленных правил приведёт к запрету на посещение ресторана.]

Собираешься уйти на уединённые тренировки или получить запрет на посещение ресторана? Охотник простонал, сжимая бутылку соджу, а после минуты мучений, словно произнося предсмертную волю, выдавил из себя:

— Я пойду!

— Ты, ты дурак…!

— Насколько сильным ты собираешься стать?!

— Если будешь так усердствовать, то станешь S-класса!

Охотники за тем же столом воскликнули, пытаясь удержать своего товарища, который из-за неудачного подарка оказался вынужден уйти на уединённые тренировки. Ча Ый Джэ спокойно вернул набор для тренировок и ушёл обратно на кухню.

Подобные ситуации происходили по нескольку раз в день. В те короткие моменты, когда Ча Ый Джэ мыл посуду, варил похмельный суп или готовил ингредиенты, охотники умудрялись подбрасывать подарки самыми разными способами, словно проверяя его рефлексы, ловкость и способность к быстрой реакции.

Большинство из них он возвращал владельцам, но иногда находил в денежном ящике у кассы подарочные сертификаты с рынка охотников, что вызывало у него искреннее недоумение. Даже Ча Ый Джэ был заинтригован, как они ухитрялись это провернуть.

С каждым днём место для хранения подарков всё больше заканчивалось. Если раньше на складе лежали только пустые бутылки от зелий и зубы василисков, то теперь он был заполнен новыми зельями, полученными в подарок. А небольшая комната, где жил Ча Ый Джэ, постепенно превращалась в склад скопившихся вещей. К тому же, из-за избыточной упаковки подарков образовывалось слишком много мусора.

Сегодня вечером, после закрытия ресторана, Ча Ый Джэ снова разбирал подарочные коробки и обёртки. В этот момент он ощутил слабое присутствие за пределами ресторана.

Отмахнуться, будто это просто прохожий, было сложно — человек находился там с тех пор, как он начал мыть посуду, и всё ещё оставался, пока он выносил мусор.

«Кто на этот раз?»

Это явно был не охотник, скрывающий своё присутствие, но и не обычный человек, слишком долго задержавшийся у ресторана. Неофициальное правило гласило: никто, кто приходит в ресторан похмельного супа во время подготовки или закрытия, не бывает нормальным.

«Если хотят что-то сказать, сами выйдут».

Ча Ый Джэ смело вышел с мусором. И тут он столкнулся с…

— Ты правда собираешься зайти? Серьёзно? Это я правда должна зайти? Это же слишком…

Перед ним стояла школьница, бормочущая себе под нос и нервно покусывающая ногти.

Это оказалось полной неожиданностью. Ча Ый Джэ ожидал увидеть кого угодно: автора телепередачи, репортёра, снимающего охотников, или даже охотника, тайно оставляющего подарок. Но увидеть ученицу в длинной тёплой куртке и с тяжёлым рюкзаком, нервно мечущуюся перед рестораном, было для него чем-то ошеломляющим.

«Что это?»

— Что? Посмотреть за спину? Нет, не шути так. Я такое ненавижу…

— …

— Ай!

Девушка оглянулась назад и, закричав, рухнула на землю. Естественно, Ча Ый Джэ, который собирался подать ей руку, чтобы помочь встать, замер на месте. Он только сейчас осознал, что был в резиновых перчатках и держал в руках мусор. Неловко застыл на месте и, уставившись в воздух, через мгновение заговорил.

— Эм, школьница?

— Да?

— Что тебя привело в ресторан похмельного супа в такое время?..

Холодный зимний ветер пронёсся между ними. Девушка невольно вздрогнула. Заметив её красный от мороза нос и щёки, Ча Ый Джэ жестом указал на дверь ресторана.

— Я выброшу мусор, а ты можешь подождать внутри?

— Правда можно?

— Да, всё в порядке.

— Спасибо.

Ча Ый Джэ быстро избавился от мусора и вернулся в ресторан. Девушка сидела за столом в углу и энергично разминала зелёный согреватель для рук. Ча Ый Джэ достал обогреватель и поставил его рядом с ней, после чего направился на кухню. Поздно вечером он не мог предложить кофе.

Вместо этого он налил ей чашку чая юлму (ореховый чай), приготовленного из пакетика в горячей воде. Девушка приняла чашку обеими руками и поклонилась.

— Спасибо и извините, что пришла так неожиданно.

— Нет, всё нормально.

Она снова поклонилась, и Ча Ый Джэ нехотя кивнул в ответ. У неё были волосы, собранные в пучок, длинная тёплая куртка, а под ней — спортивные штаны и пушистые носки, слегка запачканные кроссовки. Она выглядела как обычная старшеклассница.

Девушка с любопытством оглядывалась по сторонам. Её внешний вид, манеры и даже аура были такими же простыми, как у любой другой старшеклассницы. Это немного успокоило Ча Ый Джэ. Он сел напротив неё.

— Что привело школьницу в ресторан похмельного супа в такое время? Разве ты не должна быть дома?..

Ча Ый Джэ задумался, какая причина могла заставить старшеклассницу прийти в ресторан так поздно.

Она ищет кого-то? Но в таком случае она уже должна была заметить, что здесь никого нет. Её преследует что-то, и она ищет убежище? Но тогда она не выглядела бы такой спокойной и уравновешенной. Может, она фанатка какого-нибудь охотника, который часто посещает это место, и пришла, чтобы увидеть его?

Пока Ча Ый Джэ перебирал в голове разные варианты, девушка наконец заговорила.

— Ну…

Прикусив губу, она глубоко поклонилась. Затем, крепко зажмурив глаза, произнесла:

— Я знаю, что Ча Ый Джэ-ним — это J.

На мгновение руки Ча Ый Джэ замерли. Однако он изобразил удивлённое выражение лица, словно только что услышал что-то абсурдное, и неловко засмеялся.

— J? О чём ты говоришь?..

— Нет, вам не нужно это скрывать от меня.

Она медленно подняла голову и открыла глаза. За её круглыми очками сверкали яркие золотистые глаза. Их взгляд был проницательным и острым, будто они видели его насквозь.

— Пожалуйста, помогите мне, J.

Усилия, которые он приложил, чтобы сохранить на лице улыбку, начали исчезать. Брови и губы Ча Ый Джэ медленно вернулись в своё естественное положение, а в его взгляде появился холодный свет.

Через мгновение его лицо стало абсолютно бесстрастным, как идеально выточенная маска.

Глава 47

«Этот человек… как вы знаете, всё ещё несовершеннолетний и, скорее всего, не имеет времени на такие вещи. К тому же, она не охотник боевого типа».

«Ах да, она ведь ученица выпускного класса старшей школы».

«Да. Она готовится к вступительным экзаменам в университет. Ей скорее захочется разобрать ещё одну тему из учебника, чем заходить в разлом».

Ча Ый Джэ вспомнил разговор, который он подслушал в тот день, когда Чон Бин вломился в ресторан с супом от похмелья. Старшеклассница, несовершеннолетняя, находящаяся в самом чувствительном возрасте, которая ещё не полностью начала свою деятельность как охотник, несмотря на то, что она охотник S-класса. Это, похоже, была Юн Га Ыль.

Юн Га Ыль сжимала и разжимала свои покрасневшие от холода руки. На её пустой ладони появилась маленькая осколочная частица стекла, переливающаяся бесчисленным количеством огней, словно калейдоскоп.

— Немного поздно, но позвольте представиться. Моё имя Юн Га Ыль, я старшеклассница из школы для девочек Сэбом. Недавно я пробудилась как ментальный пробуждённый S-класса. Моя способность…

Ча Ый Джэ взглянул на осколок, светящийся в её руке. Едва заметное чёрное свечение вспыхнуло и тут же исчезло.

— …видеть осколки мира.

На мгновение атмосфера стала такой тяжёлой и плотной, что было трудно дышать. Странная энергия поднималась по его ногам, спине и шее, словно душила его. Молодое лицо Юн Га Ыль слегка побледнело. Но, глубоко вдохнув, она продолжила говорить твёрдым голосом.

— Вы поверите, если я скажу, что кроме нашего есть и другие миры?

— …

Ча Ый Джэ не ответил. Юн Га Ыль слегка горько улыбнулась.

— Я… вижу осколки другого мира каждый раз, когда засыпаю. Невольно. Этот мир похож на наш, но другой. Часто в нём одни и те же имена и лица, но это другие люди. Смотреть на это головокружительно и сбивает с толку, как этот осколок.

Юн Га Ыль ткнула пальцем в осколок. Хотя он находился прямо перед ней, палец прошёл сквозь него, и на нём остались лишь бесчисленные сверкающие огоньки. Ча Ый Джэ молча наблюдал за этим зрелищем. Её золотые глаза устремились на него.

— J.

— …

— Конец света скоро придёт в этот мир.

Конец. Ча Ый Джэ вспомнил, что недавно уже слышал это слово. Группа, за которой гнался Ли Са Ён. Эти таинственные люди, распространявшие наркотики для пробуждённых и искусственно создававшие пробуждённых. Они говорили, что делают это, чтобы предотвратить апокалипсис.

Юн Га Ыль зажмурилась, а затем открыла глаза, продолжая говорить:

— Всё, что я видела в своих снах… это осколки миров, где апокалипсис уже случился. Мир сам по себе был разрушен, потому что они не смогли остановить конец.

— Это не та история, в которую легко поверить, — сказал Ча Ый Джэ низким голосом.

Юн Га Ыль кивнула, словно соглашаясь.

— Да, в это непросто поверить. Вы можете подумать, что я сошла с ума. Думаю, у вас есть свои причины скрывать свою личность, J. Я тоже не хотела вас искать. Но… у меня нет другого выбора, кроме как говорить.

На юном лице Юн Га Ыль появилась решимость.

— Я скажу прямо. Я… хочу остановить апокалипсис, J.

— …

— Я не хочу терять то, что мне дорого, ничего не делая, даже зная, что конец близко.

Юн Га Ыль протянула руку, переливающуюся, как калейдоскоп.

— Пожалуйста, посмотрите на осколок, который я видела.

— …

— …Пожалуйста.

…И Ча Ый Джэ не смог отказать такой руке.

Он тяжело вздохнул и взял её холодную ладонь. На мгновение его зрение помутнело, и он почувствовал, будто его куда-то уносит.

***

Ча Ый Джэ открыл глаза. Падал снег. Нет, это был белый пепел. Белый, рассыпающийся пепел покрывал весь мир.

Место было зловеще тихим. И знакомым. Неужели он вернулся в разлом на Западном море?

«Нет».

Ещё мгновение назад он был в ресторане с похмельным супом и держал Юн Га Ыль за руку. Это должно быть внутри осколка, который видела Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ проигнорировал металлический привкус крови от прикушенного языка и поднял взгляд. Вместо чёрной дыры в белом небе кружился белый вихрь. Осколок мира, погибшего после апокалипсиса. Знакомое место.

Бесконечная белая ночь.

Во время апокалипсиса ночь не наступает.

Тук. Тук. Необъяснимое чувство тревоги заполнило его сердце. Ча Ый Джэ глубоко вдохнул и осмотрелся. Мерцающая вывеска караоке, затемнённая парикмахерская, вывеска кафе. Всё было покрыто белым пеплом, из-за чего казалось расплывчатым. Он начал идти.

Пройдя несколько шагов, он заметил кого-то в пуховике, покрытом белым пеплом, копающегося в руинах. Ча Ый Джэ подошёл тихо. Человек, копавшийся в руинах, внезапно обернулся. Это была Юн Га Ыль, на вид ей было около двадцати. Её потрескавшееся лицо покрывали высохшие следы слёз, которые она так и не успела стереть.

Она меня видит? Нет, может ли она меня видеть? Ча Ый Джэ напрягся. Но взгляд Юн Га Ыль прошёл сквозь него, устремившись куда-то вдаль. Там, на улице, с хлопающими крыльями бродило бледное чудовище с тонкими конечностями и без глаз.

Бах! С громким взрывом белая пыль взметнулась вверх. Когда она осела, гигантское копьё пронзило сердце чудовища, оставив его корчиться в агонии.

Скриииии—

Низкий голос подавил неприятный крик.

— Юн Га Ыль.

Голос был странно изменённым, из-за чего сложно было определить возраст. Но одновременно он был знакомым. Конечно, это был голос, который он всегда слышал, живя как J.

Ча Ый Джэ повернул голову вслед за Юн Га Ыль. Прорывая тишину и тревогу, появился молодой человек в чёрной боевой экипировке и чёрной маске. В мире, покрытом белым пеплом, он был единственным чёрным существом. J взмахнул копьём и пригвоздил чудовище к земле. Чудовище забилось, дёргая конечностями, и, наконец, затихло.

Он шёл вперёд без колебаний, но тихо.

Ча Ый Джэ нервно сглотнул, пока J приближался. Но J прошёл сквозь него, не заметив.

J протянул руку Юн Га Ыль.

— Что ты здесь делаешь? База находится там.

— …

— …Пчела беспокоилась.

Юн Га Ыль схватилась за обломок здания и отвела взгляд от J.

— …Извини, я просто хотела осмотреться ещё немного… но в итоге оказалась здесь.

J присел перед Юн Га Ыль, опираясь подбородком на ладонь.

— Это было недалеко от твоей школы?

— Да… верно.

От школы не осталось и следа. Только руины, покрытые белым пеплом. Апокалипсис застыл в тишине.

— …

J и Юн Га Ыль оба прекрасно знали, что поблизости нет выживших. Оба были S-класса, их острые чувства не могли это упустить. Но вместо того чтобы сказать, что это бесполезное занятие, J кивнул.

— Тогда давай быстренько осмотримся.

— …Правда можно?

— Да. Если появится монстр, я с ним разберусь, а вдруг мы найдём выживших, которых ещё не заметили.

J с лёгкостью закинул огромное копьё на плечо и поднялся. Он обернулся и посмотрел на Юн Га Ыль.

— Ах, не говори Са Ёну об этом.

— Что?

Глаза Ча Ый Джэ слегка расширились, пока он наблюдал за непривычной сценой разговора J с Юн Га Ыль… и с ним самим. J приложил палец ко рту своей маски.

— Если он узнает, то снова начнёт жаловаться. Пусть это будет нашим секретом.

Юн Га Ыль наконец-то ярко улыбнулась.

— Да! Спасибо!

Её весёлый голос утонул в чистом звоне стеклянных осколков. Сцена перед глазами пошатнулась, и фигуры J и Юн Га Ыль стали размываться. Что-то словно перерисовывало происходящее в реальном времени. Обрушившаяся улица превратилась в тёмно-серую, а затем начала формировать другое пространство.

На этот раз они оказались в огромной библиотеке. Однако половина книжных стеллажей была сломана или накренилась, а книги хаотично валялись на полу, словно забытые.

Поскольку это был осколок, увиденный Юн Га Ыль, Ча Ый Джэ вновь оказался рядом с ней.

В отличие от улицы, где не было признаков жизни, здесь было оживлённо. Множество людей, многие из которых были ранены. Люди активно занимались лечением пострадавших и расчисткой завалов. Казалось, что они прибыли на ту самую базу, о которой упоминал J.

Юн Га Ыль тоже передвигалась по библиотеке, поднимая книги и приводя всё в порядок. Ча Ый Джэ следовал за ней, осматриваясь, пока его взгляд внезапно не привлёк чёрный силуэт, стоящий неподвижно и словно оторванный от суеты вокруг.

Растрёпанные чёрные волосы, холодные фиолетовые глаза, полные губы с родинкой рядом под ними. Чёрный кожаный плащ до колен и чёрные перчатки. Единственным отличием от памяти был длинный меч, висевший на поясе.

— …

Это был Ли Са Ён.

Его лицо выглядело немного взрослее, чем он помнил, но это определённо был он. В мире не могло быть другого человека с таким лицом и такой аурой. Кроме того, длинный меч на его поясе напоминал Клык Василиска, который Ча Ый Джэ нашёл в разломе на Западном море.

Ча Ый Джэ наблюдал за Ли Са Ёном, словно заворожённый. Но его фиолетовые глаза были полностью…

— Медицинских принадлежностей определённо не хватает.

— Возможно, придётся проверить больницы в Кёнгидо, J. Сможешь?

— Хм… да, придётся.

…устремлены на J, который беседовал в другой части лагеря.

Глава 48

Ли Са Ён, до этого спокойно наблюдавший за происходящим, медленно двинулся вперёд и встал прямо за спиной J, в тот момент, когда другой охотник начал с энтузиазмом рассказывать о предстоящем расписании. Охотник, долго рассуждавший о важности медицинских принадлежностей, отступил на шаг от неожиданности.

— Л-Ли Са Ён.

— Ах, Ли Са Ён. Ты быстро пришёл. Как там Тондэмун?

J тоже обернулся и поприветствовал Ли Са Ёна, но тот холодно ответил только охотнику перед ним:

— Отправь кого-нибудь другого.

— Что? Но…

— Я сказал, отправь кого-нибудь другого.

Охотник, уже собравшийся что-то возразить, не выдержал яростной ауры Ли Са Ёна, склонил голову и отступил. Ли Са Ён слегка наклонился и прошептал J на ухо:

— Только и слушать эту чушь…

— Не будь таким жёстким. С точки зрения эффективности, мне лучше самому пойти.

— Только не начинай и ты говорить ерунду.

— Я же просил тебя говорить вежливо.

Ли Са Ён раздражённо пробормотал что-то, словно обижаясь, но J этого не расслышал. Мягкие чёрные волосы Ли Са Ёна слегка касались плеча и шеи J. Даже не отрываясь от документов, J погладил его по голове другой рукой. Это казалось чем-то привычным.

Ча Ый Джэ, наблюдавший за этой странной сценой, скрестил руки и мрачно нахмурился.

«…Это иллюзия?»

Как и говорила Юн Га Ыль, осколки разрушенного мира были путанными и хаотичными. J и Ли Са Ён, появлявшиеся в этих осколках, были одновременно теми самыми и совершенно другими, чем те, кого знал Ча Ый Джэ. Это было похоже на искажённое отражение в кривом зеркале.

Эти абсурдные истории заставляли его сомневаться, стоит ли дальше за этим наблюдать, но был один момент, из-за которого он не мог списать всё это на бессмыслицу. Пространство, возникающее в осколках Юн Га Ыль… было слишком знакомым.

Белый пепел, падающий, словно снег, знакомые разрушенные здания, покрытые этим пеплом, полностью уничтоженное пространство. Монстры, которых он никогда прежде не видел, вырывающиеся из повсюду открывающихся врат.

Разве это не было поразительно похоже на то, что Ча Ый Джэ видел за восемь лет, исследуя разлом в Западном море?

«…»

Ча Ый Джэ отвёл взгляд и глубоко вздохнул. Звук разбивающегося стекла и бесчисленные осколки пронеслись перед его глазами, словно смазанные в стремительном вихре.

В одной из сцен Юн Га Ыль спасала людей вместе с охотниками из Канала 1. Чем дальше появлялись фрагменты, тем более измождёнными выглядели охотники. Они сражались с монстрами, покрытые ранами, шрамами, бинтами, а иногда даже лишённые конечностей.

Выжившие охотники делали всё возможное, чтобы спасать людей, убивать монстров и закрывать разломы, но ситуация оставалась безнадёжной. Бесконечная война на истощение продолжалась. Даже самые стойкие охотники начинали падать один за другим. Отчаяние всё больше проявлялось на лицах людей.

Внезапно время и пространство изменились. В этот момент Юн Га Ыль сидела, съёжившись между обрушившимися зданиями. Улицы были заполнены белыми монстрами, а из врат, появляющихся в воздухе, лезли всё новые.

J, сидевший рядом с ней, перевязывал свою руку и держал копьё.

— Я задержу их здесь, а ты беги.

— Подожди! J, даже если ты такой сильный, это слишком…

— Если я убегу, эти твари направятся прямо в лагерь. Ты справишься с этим?

Юн Га Ыль не смогла ничего ответить и сжала губы. Израненная рука мягко потрепала её по голове.

— Всё будет хорошо.

— J!

— Я сказал, всё будет хорошо.

«…»

— Я быстро с этим разберусь и вернусь. Поверь мне.

Через наполовину разбитую маску сверкнули круглые глаза. Звук рычания монстров и тяжёлых шагов всё ближе доносился из-за зданий. Молодой человек стер улыбку с лица. Он поднялся, сжимая в руке залитое кровью копьё.

— Когда дам сигнал, не оборачивайся и беги.

«…»

— Ах, да. Ещё кое-что.

J поднял указательный палец к губам, точно так же, как в первом фрагменте.

— Не говори об этом Ли Са Ёну. Поняла?

На этом фрагмент закончился. Но даже без продолжения Ча Ый Джэ понимал: J, вероятно, так и не вернулся.

Очнувшись, Ча Ый Джэ обнаружил себя в незнакомой комнате. Судя по учебникам и планшету, разбросанным на столе, а также школьной форме, висевшей на стене, это, похоже, была комната Юн Га Ыль. Юн Га Ыль, которая лежала на кровати без движения, разразилась слезами, как только открыла глаза.

Всё кончилось? Ча Ый Джэ поднял голову. И тут он услышал звук, немного отличавшийся от предыдущих. Жуткий звук, словно кто-то наступал на битое стекло.

Скрип. Зловещее поскрипывание продолжалось, и перед глазами Ча Ый Джэ появился осколок, похожий на тот, что показывала Юн Га Ыль. Осколок, сверкавший множеством цветов, вскоре стал совершенно чёрным. И в тот же момент Ча Ый Джэ поглотила тьма.

В кромешной темноте, где не было видно даже на дюйм вперёд, раздавалось только неровное, звероподобное, тяжёлое дыхание. Оно напоминало тихие, прерывистые рыдания.

Затем — ба-бах, что-то сломалось. Луч света пробился сквозь темноту. Ещё один удар — ба-бах. Хруст — дерево треснуло.

— Эй, ублюдок, сколько ещё ты будешь сидеть взаперти?!

Дверь распахнулась с резким криком, и в комнату ворвалась Пчела, покрытая ранами с головы до ног. Её некогда гордые золотистые волосы были небрежно обрезаны у затылка. Указывая в темноту перевязанной рукой, она закричала:

— Ты знаешь, сколько сил мы теряем из-за твоего отсутствия? Думаешь, те, кто сражается насмерть, идиоты? Возьми себя в руки! Живые хотя бы должны продолжать жить!

«…»

— Ты думаешь, что тебе одному больно? Ты один, черт возьми, ты один потерял весь мир?!

— Пчела, успокойся. У тебя снова открываются раны.

Пэ Вон У, следовавший за ней, осторожно положил руку ей на плечо. Но она резко сбросила его руку и закричала:

— Ты знаешь, что Чон Бин мёртв? Мо Тэ О погиб сегодня. Черт возьми, Мо Тэ О… этот идиот мёртв!

Пчела начала плакать, её лицо заливали слёзы. Пэ Вон У, наблюдавший за ней с угрюмым выражением лица, повернулся к темноте. Он был одет в коричневое пальто, его левый рукав был пуст.

— …Ли Са Ён.

— …

— Я понимаю, как ты себя чувствуешь. Но…

Лицо Пэ Вон У, покрытое шрамами, выглядело измождённым. Казалось, он хотел что-то сказать, но в конце концов промолчал.

— …Неважно. Пойдём, Пчела.

Пэ Вон У почти на руках вывел Пчелу из комнаты. Звук её плача постепенно стихал. Комната снова погрузилась в тишину.

— …J.

Из темноты раздался пустой голос. Голос был знакомым. Ча Ый Джэ, словно зачарованный, шагнул в темноту. В этот момент —

— Хён.

Фиолетовый свет вспыхнул в темноте.

Свист! Что-то резко вылетело из мрака. В тот же миг огромная рука, переливающаяся, словно калейдоскоп, схватила Ча Ый Джэ. В ушах раздался встревоженный голос Юн Га Ыль:

— J! Очнитесь!

— Ха… уф…

Ча Ый Джэ, задыхаясь, широко распахнул глаза. Перед ним снова был знакомый интерьер закусочной с похмельным супом. Напротив сидела Юн Га Ыль, обливаясь холодным потом. Увидев, что Ча Ый Джэ очнулся, она тяжело вздохнула с закрытыми глазами.

— Слава богу…

— Что это было сейчас…

Ча Ый Джэ спросил, всё ещё не приходя в себя. Юн Га Ыль сжала свои дрожащие руки. Её правая рука, которая раньше переливалась множеством цветов, теперь была полностью чёрной. Она, явно обеспокоенная, сжала правую руку левой и прошептала:

— Я сама не знаю. Никогда раньше я не видела этого осколка.

— …

— Что это было? Казалось, это как-то связано с тем миром, но…

— Подожди, успокойся.

Ча Ый Джэ пришлось успокаивать Юн Га Ыль, которая выглядела совсем взволнованной. Она закусила губу и опустила голову.

— Простите! Это первый раз, когда я показываю это кому-то ещё, я не знала, что так получится. Мне очень жаль. Я не думала, что вас затянет в другое место…

— Сначала просто вдохни глубже. Что ты имеешь в виду под «затянуло в другое место»?

— Ну…

Ча Ый Джэ жестом предложил ей глубоко вздохнуть. Следуя его примеру, Юн Га Ыль постепенно успокоила дыхание. После того как она немного пришла в себя, её голос прозвучал хрипло:

— Те осколки, которые вы только что видели, — это пути, которые я создала и вела. Я сделала путь, чтобы после того, как вы увидите все воспоминания, вы смогли вернуться сюда. Но внезапно этот путь оборвался… и нас перенесло в неизвестное место.

— Кто-то вмешался?

— Я не знаю. Это первый раз, когда происходит что-то подобное…

— Что с твоей рукой?

— Моя рука? Ах…

Правая рука Юн Га Ыль была постоянно окутана чёрной энергией. Она спрятала её в длинный рукав своего пальто и пробормотала:

— Думаю, всё будет нормально. Если я скажу об этом в Бюро управления пробуждёнными, они вылечат.

— Это из-за последнего осколка?

— Похоже на то.

— …

Воцарилось короткое молчание. В том последнем фрагменте, был ли это Ли Са Ён, похороненный в темноте? Почему Ча Ый Джэ оказался втянут в это пространство? Что его туда привело? Почему Ли Са Ён…

— J.

Ча Ый Джэ поднял голову. Юн Га Ыль произнесла:

— Я никому не говорила, что Ча Ый Джэ — это J. Наверняка есть причина, по которой вы скрываете свою личность. Я и дальше буду хранить этот секрет.

— …

— Ах! Конечно, Бюро управления пробуждёнными спросило меня, тот ли J, что появился недавно, тот самый J, который входил в разлом Западного моря… и, ну, я сказала «да». Знаешь, я действительно хотела сохранить это в секрете, но когда осталась наедине с директором, я так разволновалась…

— …

— …Извините.

Юн Га Ыль снова глубоко поклонилась. Ча Ый Джэ махнул рукой, словно отмахиваясь:

— Нет, нет, всё в порядке. Я, скорее, должен поблагодарить тебя за то, что ты не сказала больше…

Если задуматься, разрыв между образом J, которого он видел во сне, и образцом работника на полставки в закусочной с супом, был огромным. Тем не менее, Юн Га Ыль была достаточно уверена, чтобы определить их как одного человека, и пришла искать его. Несмотря на нервозность перед директором, у неё, похоже, был удивительно твёрдый характер.

— Я просто… подумала, что вы должны знать. Этот мир тоже движется к своему концу.

— Ты не рассказывала об этом Бюро управления пробуждёнными?

— Конечно, рассказывала.

— Тогда разве они не принимают меры?

— …Да, и в этом-то и проблема.

Ответ Юн Га Ыль озадачил Ча Ый Джэ. Что могло быть не так в том, что они принимают меры? Разве не этого она добивалась?

С трудом сглотнув, Юн Га Ыль продолжила:

— Бюро управления пробуждёнными рассматривает разные способы предотвратить конец… И с появлением J в рейтингах они отчаянно пытаются его найти. Вероятно, поисковая группа уже начала действовать.

— …

— Регистрация в качестве охотника была действительно хорошим решением. Поисковая группа сосредоточилась на незарегистрированных личностях и гражданских, предполагая, что J мог потерять память из-за шока.

Ча Ый Джэ, молча слушавший Юн Га Ыль, внезапно поднял голову.

— Откуда ты знаешь, что я зарегистрировался как охотник?

Было бы лучше, если бы он действительно потерял память. Во рту остался горький привкус. Как бы то ни было, если бы он задержался с этим чуть дольше, то, возможно, оказался бы в их поисковой сети. Его контракт с Ли Са Ёном оказался весьма кстати.

Глава 49 - Неожиданная доброта

После окончания разговора Юн Га Ыль поднялась, сказав, что ей нужно завтра в школу. Несмотря на то, что Ча Ый Джэ неоднократно предлагал ей поехать в отделение скорой помощи из-за черного сияния, все еще окружавшего её руки, она вежливо отказалась и спрятала их обратно в карманы.

— Я больше не буду приходить, если это не будет действительно важно. Я знаю, что это вас тревожит.

— В этом нет необходимости.

— Нет, иногда охотники из Бюро следят за мной… Лучше, если я не буду приходить.

Когда Юн Га Ыль направилась к раздвижной двери, Ча Ый Джэ поспешил вперед, чтобы открыть её для неё. Он собирался проводить её, но внезапная мысль заставила его заговорить с настойчивостью.

— Подожди, у меня есть вопрос.

— Да, конечно.

Судя по словам Юн Га Ыль, казалось, что она сотрудничала с Бюро. Хотя не было никакой гарантии, что она знала что-то о людях, которых преследовал Ли Са Ён, Ча Ый Джэ спросил, с надеждой в голосе.

— Ты что-нибудь знаешь о тех, кто искусственно создает пробужденных?

— Что? О… Да, знаю.

Её неожиданный ответ слегка ошеломил Ча Ый Джэ.

— …Правда?

— Да! Я подслушала, как Чон Бин-ним говорил об этом. Кажется, они действуют с целью предотвращения апокалипсиса тоже…

Юн Га Ыль пробормотала с легким выражением отвращения.

— Они похищают людей для экспериментов. Даже если наши цели совпадают, я хочу держаться от них подальше.

Похищения, наркотики и апокалипсис служили для них лишь оправданием. На деле это была просто преступная группировка.

— Ты слышала что-нибудь ещё?

— Эм… А.

Юн Га Ыль, закатив глаза, ответила:

— Кажется, у них что-то есть в районе порта Инчхон… Я подслушала телефонный разговор Чон Бин-нима, но деталей не уловила.

Когда она извинилась за то, что знает так мало, Ча Ый Джэ сказал, что всё в порядке, и поблагодарил её. С руками, глубоко засунутыми в карманы, он смотрел на удаляющуюся фигуру Юн Га Ыль, пока она полностью не скрылась в переулке.

Оставшись один в магазине, Ча Ый Джэ провел всю ночь, готовясь к работе и обдумывая осколки информации, которые случайно собрал.

Если бы он сам не столкнулся с осколками другого мира или если бы происхождение разлома в Западном море и этих осколков не совпадали, он мог бы считать рассказ Юн Га Ыль трудным для восприятия. Возможно, он бы подумал, что она пытается загипнотизировать его с помощью какой-то ментальной способности.

«Другой мир».

Может ли существовать другой мир, похожий на этот? Мир, где J, Чон Бин и Мо Тэ О «Мэтью» были мертвы, а Пэ Вон У потерял руку. Должно быть, произошло множество событий, чтобы привести к такому исходу. Моменты, которые видели Ча Ый Джэ и Юн Га Ыль, были лишь краткими отрывками прошлого.

Неизвестно, когда и как наступит апокалипсис. Подготовка к неопределённому будущему похожа на движение в полной темноте. Возможно, именно поэтому Бюро так отчаянно ищет J, чтобы поставить опытного проводника во главе.

— …

С тех пор Ча Ый Джэ часто размышлял о разрушенном мире. Когда и как наступит апокалипсис? Будут ли признаки? Почему мир, приближающийся к апокалипсису, напоминал разлом в Западном море? Его мысли неизбежно возвращались к тёмной комнате, куда его привели без объяснений.

Мысли продолжали кружить, растягиваться. По мере того как его слова становились всё более редкими, а небольшие ошибки начали проявляться в работе в ресторана, он получил сообщение от Ли Са Ёна.

Са Ён: У меня есть для тебя задание.

Ли Са Ён попросил его выяснить, кто распространяет наркотики в районе порта Инчхон, и подтвердить маршруты. Изначально это было дело Со Мин Ги, но он был в зарубежной командировке. Мог ли человек, о котором говорила Юн Га Ыль, быть Ли Са Ён?

Ый Джэ: Ок.

Са Ён: Можешь дать более развернутый ответ?

Ый Джэ: Окококококококок.

Са Ён: ㅗ.

«Этот ребенок».

Ча Ый Джэ усмехнулся, откладывая телефон. Он был рад просьбе Ли Са Ёна.

После встречи с Юн Га Ыль Ча Ый Джэ слишком много размышлял. А лучший способ отвлечься — это быть активным. Это задание поможет ему не терзаться бесполезными мыслями о том, как действовать, когда апокалипсис действительно наступит.

Так, начиная с того дня, Ча Ый Джэ брал корпоративную карту гильдии Падо с прилавка и каждое утро отправлялся в порт Инчхон.

Поскольку у него не было машины и водительских прав, он добирался на такси, несмотря на безумные наценки за поездки ночью. Но Ча Ый Джэ это не волновало. Глава гильдии Падо всегда привык швыряться деньгами.

***

Ранним утром буднего дня, когда вокруг царила тишина, между контейнерами в порту Инчхон проскользнул черный фургон. Вскоре несколько крепких мужчин с тяжелыми рюкзаками вышли из машины, осмотрели местность и направились в скрытый контейнер.

С крыши контейнера напротив молодой человек по имени Ча Ый Джэ наблюдал за ними в бинокль. Опустив его, он моргнул несколько раз.

<Глаза следопыта!>

Фигуры, движущиеся под землей, стали видны, как будто он мог видеть сквозь пол. Ча Ый Джэ включил подслушивающее устройство в ухе. Он услышал шаги, звук тяжелой металлической двери, а затем голоса, приветствующие друг друга. Хриплый голос спросил:

— Сколько товара сегодня привезли?

— Три упаковки.

— В последнее время мы получаем все меньше…

Раздался металлический лязг, будто лом или железная труба ударили об пол.

— …Ты же не прикарманиваешь, а?

— Что ты имеешь в виду… Мы рискуем жизнями, чтобы перевозить это. Эти ублюдки из Ссуриго и Падак продолжают охотиться на нас, как на крыс.

Ча Ый Джэ нащупал грубо брошенный кожаный блокнот. На наклейке на обложке аккуратным почерком было написано:

[Пособие по скрытности и проникновению для начинающих, автор Со Мин Ги]

Перевернув закладку с пометкой «жаргон», Ча Ый Джэ нашел нужную страницу. «Ссуриго» означало Бюро, а «Падак» — гильдию Падо. Отлично, даже жаргон здесь записан.

Со Мин Ги дал ему этот блокнот перед своей командировкой, извиняясь за то, что прошлое задание прошло не так гладко. Похоже, он предвидел, что Ли Са Ён даст ему подобное поручение. Тот день, когда он спонтанно положил миски с рисом в термостойкое хранилище и вручил блокнот как бонус, явно показал его стремление к удовлетворению клиентов.

Ча Ый Джэ снова сосредоточился на голосах.

— Да, в Пусане все полностью иссякло. Только в Инчхоне есть немного товара.

— Чёрт, как эти ублюдки всегда нас выслеживают?

— Я слышал, начальство это обсуждает. Здесь мы тоже долго не продержимся, поэтому велено срочно переехать, пока нас не поймали.

— Чёрт возьми, опять большой переезд, да?

— Начинаем упаковывать?

— Начинайте собирать крупные вещи прямо сейчас. Надо убираться до того, как появятся Ссуриго. Распределите товар по всем точкам.

— Понял. Просили увеличить поставки в районе Сонпха, там кто-то скоро войдет в стадию мутации.

«По всем точкам»… Ча Ый Джэ быстро пробежал взглядом свои записи. Они собирались доставить наркотики поставщикам по разным местам.

Мутация ожидается в Сонпха. Записав это в блокнот, Ча Ый Джэ лёг и подпер подбородок рукой, погруженный в размышления.

Сколько времени прошло с тех пор, как он взялся за просьбу Ли Са Ёна? Около недели? С его Глазами следопыта находить этих подозрительных типов было проще простого. Каждое утро, жуя купленный в круглосуточном магазине кимбап, он наблюдал за ними. Эта преступная группировка имела предсказуемый образ действий, из-за чего за ними даже было забавно следить.

Но теперь, когда он наконец выследил их, эти парни собирались исчезнуть всем скопом…

Ча Ый Джэ бросил пустую упаковку от кимбапа в чёрный пакет из магазина, затем взял телефон и, помедлив, стал стучать по экрану пальцами. Края фартука, который он так и не снял, трепетали на утреннем ветру.

«Я сообщу Ли Са Ёну…»

Если он свяжется с ним, Ли Са Ён пришлёт поддержку. Сейчас у них как раз было достаточно тонкое доверие для этого. Но эти люди вот-вот уедут. Ча Ый Джэ снова и снова разблокировал и блокировал телефон, наблюдая за контейнером внизу.

«Успеет ли поддержка вовремя?»

Теперь у него было два варианта. Первый — следовать за ними, пока они будут сбегать. Второй — броситься в драку и попытаться остановить их на месте.

Первый вариант был хорош в целом, но имел один большой недостаток. Даже с Глазами следопыта, который позволяли бы следить за ними, каким бы S-классом ни был Ча Ый Джэ, и даже с его способностью скрывать своё присутствие, невозможно было преследовать тех, кто уходит на машине или лодке, пешком.

«У меня нет способности к полёту…»

Никогда прежде он не завидовал людям с такими навыками так сильно. Поджав губы, он обдумал второй вариант.

Да, метод, при котором он бросается, чтобы заблокировать их движение. Если он выберет этот вариант, то окажется прямо в их гуще. Преимущество состояло в том, что он точно сможет их задержать, пусть даже ценой собственной свободы.

Хотя его никогда раньше не похищали, он был уверен, что сможет удержать их на месте. А если всё пойдёт не так, он всегда мог применить многоударный навык, чтобы вывести их из строя.

«О?»

Он потер подбородок.

«А это может быть неплохо».

Действительно, сильное тело избавляет от лишних размышлений. Ча Ый Джэ написал сообщение Ли Са Ёну.

Ый Джэ: (ссылка на карту)

Ый Джэ: Они собираются бежать сегодня ночью.

Ый Джэ: Я задержу их.

Сообщение отправлено. Ча Ый Джэ сунул телефон в карман и смело прыгнул в контейнер.

***

Тяжёлые шаги приближались. Неподалёку раздался голос с раздражением:

— Это он? Тот, кто вломился, как сумасшедший?

— Да, сэр.

Хотя он и планировал потерять сознание после удара дубинкой, дубинка вместо этого сломалась, но его всё же удалось привязать к старому металлическому стулу внутри контейнера.

Преступники, решив, что он, должно быть, пробуждённый, раз он так смело ворвался, привязали каждую его конечность примерно десятью стяжками.

— Связан с Бюро?

— Не похоже.

— Почему ты не уверен? Ты проверил как следует?

— Никаких документов от правительства, только охотничья лицензия в кармане фартука. Обычный D-класс.

— Как у парня с D-классом хватает смелости? … Слишком чистый для наркомана, который нанюхался чего-то и приполз сюда.

— И никаких признаков мутации у него тоже нет.

— Ну, разберёмся, поговорив с ним.

Мужчина, бормотавший себе под нос, закурил сигарету.

— Эй, приведи его в чувство. У нас нет времени.

— Да, босс!

Раздались торопливые шаги. Кто-то грубо схватил Ча Ый Джэ за волосы и резко поднял его в сидячее положение. На фоне тихого шума волн слышался плеск чего-то в контейнере. Ча Ый Джэ дёрнул закрытыми глазами. Они же не собираются делать такую дикость, как обливать его водой…

Плеск! Ледяная вода с силой ударила по нему.

«Чёрт, они реально это сделали».

Судя по солоноватости, казалось, они просто зачерпнули морской воды. Его голова и верхняя часть тела полностью промокли. «Чёрт побери, я же даже не сплю». Ча Ый Джэ крепко стиснул зубы, стараясь не выдать себя.

«Может, мне стоило просто перебить их всех с самого начала…»

Глава 50

К Ча Ый Джэ, мокрому от морской воды с головы до ног и на душе, подошел кто-то. Мужчина хрустнул костяшками пальцев, издавая громкие щелчки, и грубо рявкнул на него.

— Эй, ублюдок, вижу, как ты закатываешь глаза под веками. Если ты в сознании, поднимайся быстро…

В этот раз что-то метнулось ему в лицо. Судя по скорости и воздушному потоку, это был кулак. Ча Ый Джэ остался сидеть на месте с закрытыми глазами, лишь пошевелив пальцами ног.

— Открой глаза!

Хлоп! Лёгкий, словно перо, удар пришёлся по щеке. Одна секунда, две, три.

— А-а-а-а!

Крик раздался не изо рта Ча Ый Джэ. Он наконец приоткрыл глаза. Лысый мужчина, нанёсший удар, подпрыгивал на месте, сжимая покрасневший и опухший кулак. Тусклый свет отражался от его гладко выбритой головы, мелькая, как хаотичный стробоскоп.

— Моя, моя рука!

Он подпрыгивал так, словно его ноги горели, а остальные громилы вокруг него издевательски смеялись.

— Эй, перестань хныкать, ублюдок!

— Ну и что теперь, размахался кулаками по его лицу?

— Это не хныканье, я говорю правду!

Лысый, сжав кулак, жалобно объяснял, пока один из группы громко хохотал.

— Если это хныканье, тебе конец. Давай, посмотрим.

— Я серьёзно! А-а…

— …Чего?

Лицо мужчины, который скептически осматривал его кулак, вдруг напряглось. Он недоверчиво почесал голову, переворачивая руку туда-сюда.

— Да у него, кажется, кулак действительно сломан.

— Что?

— Нет, он что, лицо сталью покрыл? Почему его кулак разлетелся, ударив в лицо?

— Теперь, когда ты сказал… Я же раньше ударил его по голове деревянной доской, и доска сломалась.

— Что за чёрт? У него что, каменная голова? Это каменная голова — какая-то способность?

Громилы вокруг собрались и начали переговариваться в замешательстве. Ситуация становилась странной. Какой-то слабак получил удар в первый раз, и вот…

В этот момент мужчина с усами схватил Ча Ый Джэ за мокрые волосы и резко запрокинул его голову назад. Несмотря на то что он весь промок, его лицо выглядело на удивление чистым для того, кого только что ударили. Усатый внимательно вгляделся в него, а затем зловеще ухмыльнулся.

— Ха, этот ублюдок. Явился сюда так уверенно. Наверняка на что-то рассчитывает, да?

— …

— Эй, эй. Жаль портить такое симпатичное лицо. Хотя, даже если мы заняты, можно быстренько кинуть тебя в бочку и залить цементом, ублюдок.

— …

— Всё ещё молчишь… Ха, ты отвратительный актёр.

Если уж на что и было больно слушать, так это называть Ча Ый Джэ плохим актёром. Как J, или EZ, находясь в центре внимания корейского мира охотников, он прошёл через множество трудностей и испытаний, полагаясь на свои актёрские способности. Хотя способность сохранять невозмутимость тоже сыграла свою роль.

Плохой актёр? В возмущении его связанные за спиной пальцы слегка дрогнули. Усатый махнул рукой.

— Ладно, заставим тебя заговорить. Эй, принесите инструменты. У этого типа явно странная способность, так что бейте его инструментами.

— Есть, босс!

Здоровяки с ломами, битами и деревянными досками направились к Ча Ый Джэ, разминая шеи и руки. Усатый, отступая назад, ухмыльнулся.

— Немного больно будет.

Здоровяк, шедший впереди, скривил губы, приближаясь. И тогда—

Хруст!

Звук ломаемой кости был настолько чётким и громким, что это всех удивило. Мужчина, пнувший Ча Ый Джэ, замер с широко раскрытыми глазами, а затем рухнул на пол, хватаясь за голень и корчась от боли.

— А-а-а! А-а-а!

— Чёрт, что за…

— Этот идиот, зачем он ногой пнул, а не использовал инструмент?

— Этот тип странный! Бейте его инструментами!

— Да это я и сказал, придурок!

— Проклятье!

Здоровяк зажмурил глаза и со всей силы обрушил биту с гвоздями на маленькую голову Ча Ый Джэ.

Треск!! Глухой звук оказался весьма громким, но сломалась вовсе не голова. Бита повисла бесполезной половинкой — сломалась посередине! Ча Ый Джэ, за исключением слегка наклонённой головы, остался невредим.

«Этот парень и правда каменная башка?»

Пинок ломал пальцы ноги тому, кто пинал, удар кулаком — костяшки. Ломы, молотки, биты и доски — все инструменты разлетались вдребезги. Собрав всех пострадавших в одну кучу, их было достаточно для футбольной команды. Похитители, наконец, осознали, что что-то идёт не так. Они прижались к стене, перешёптываясь между собой.

— Чёрт, это вообще нормально? Почему кажется, что больше страдает тот, кто бьёт, а не тот, кого бьют?

— Да, что за фигня? Зелья сейчас жутко дорогие, а мы их все потратим.

— Босс, это реально больно.

— Чёрт, потерпи немного.

— Даже с вывихом?

— У меня кость сломана, босс.

— А-а, иди ложись вон туда!

— Но он ведь должен был быть D-класса? Чёрт, мы перепутали A-класс с D-классом? Почему запястье B-класса ломается, когда бьёшь D-класс? Это вообще по законам физики?

— Это крушение общества охотников, серьёзно.

Разумеется, Ча Ый Джэ всё это слышал. Слушать разговоры о крушении общества, пока избиваешь людей, было, мягко говоря, неловко.

«Почему эти парни такие слабые?»

Похитители оказались куда слабее, чем ожидал Ча Ый Джэ. Попытки вытянуть из них информацию, подыгрывая, были бесполезны — они даже толком не попадали. Как такие слабые осмелились заняться контрабандой наркотиков? Был ли смысл позволять себя похитить и вымокнуть в морской воде?

Усатый, стоявший в стороне, рассерженно закричал:

— Эй, вы, ублюдки, заканчивайте скорее и двигаемся до рассвета! Почему вы не можете справиться с каким-то D-классом?

До рассвета. Эти слова что-то задели в Ча Ый Джэ.

У Ча Ый Джэ была миссия — с утра пораньше раздавать похмельный суп зомби. Потратив драгоценное время на то, чтобы быть похищенным, эти ребята не справились ни с угрозами, ни с попытками выудить информацию.

«Что это за недоделанные ублюдки?»

Раздражение от отсутствия полезной информации, вместе с наблюдением за их «танцами» на сломанных ногах, нарастало. Наконец, Ча Ый Джэ тихо пробормотал, словно вздыхая:

— Ребята, так дело не пойдёт.

Теперь всем было ясно, что слова, которые обычно исходили бы от главаря банды, звучат из уст похищенного. Похитители, прижавшиеся к стене, начали переговариваться в панике.

— Почему он это говорит?

— Я думал, это босс сказал.

— Не знаю, теперь мне страшно.

— Я хотел подыграть, но вы, ребята, слишком низкого уровня.

Не обращая на них внимания, Ча Ый Джэ вытянул связанные кабельными стяжками руки вверх. Щелк! Многослойные стяжки порвались от одного движения. Затем он поднял ноги, разрывая стяжки, которыми они были скреплены.

Лица похитителей исказились в шоке, когда десятки стяжек разлетелись в мгновение ока. Ча Ый Джэ поднялся с металлического стула, отбросил назад мокрые волосы, а затем схватил стул и сложил его пополам.

Он бросил его в усатого!

Грохот!

— Угх.

Ча Ый Джэ снова подумал, что стоило пойти в бейсболисты.

Усатый, которому металлический стул угодил прямо в лицо, закатил глаза и рухнул. Из его носа, раздувшегося от удара, ручьями потекла кровь.

Снова откинув растрёпанные мокрые волосы, Ча Ый Джэ направился к похитителям, прижавшимся к стене. Острый, словно лезвие, убийственный взгляд устремился на них. Его чёрные глаза блестели угрожающе.

— Нападайте все сразу, вы, куски дерьма.

***

Боевая вспомогательная команда №1 элитной гильдии Падо, по названию, могла бы показаться отделом, который поддерживает боевую группу.

Но на деле всё было иначе. Обычно команда №1 занималась повседневными делами гильдии, однако её первостепенной задачей было выполнение приказов Ли Са Ёна в качестве специальной команды.

На данный момент в составе Боевой вспомогательной команды №1 гильдии Падо числились два ранкера.

Первый — Со Мин Ги, занимающий 34-е место в рейтинге, мастер скрытности, инфильтрации, сбора информации и манипуляции, известный как «Маленькое чудо».

Второй — Чхве Го Ё, находящийся на 50-й позиции, молодой охотник с прозвищем «Романтичный открыватель», прославившийся своими навыками взлома замков.

Чхве Го Ё, охотник под именем Романтичный открыватель, выполнял крайне важную секретную миссию, пока Со Мин Ги находился за границей: он должен был следить за каждым движением работника похмельного ресторана и докладывать обо всём Ли Са Ёну!

Его цель, работник ресторана, каждое утро отправлялся в порт Инчхон для выполнения какой-то секретной миссии, порученной Ли Са Ёном. В результате Чхве Го Ё также приходилось жертвовать утренним сном и отправляться в порт до рассвета.

Используя телефон с камерой, способной увеличивать изображение в 10,000 раз, он снимал издалека и отправлял фотографии Ли Са Ёну. Это была подсказка от Со Мин Ги: работник ресторана обладал раздражающе острым чутьём, поэтому, если подойти слишком близко, его можно было бы выдать.

Сегодня, сделав и отправив фотографию крошечной фигурки своей цели, Чхве Го Ё наслаждался комедийным шоу на YouTube через беспроводные наушники. Но неожиданно ему пришло сообщение от главы гильдии.

Глава гильдии: Проверь статус цели.

Он как раз дошёл до самого смешного момента. Недовольно ворча, Чхве Го Ё снова увеличил изображение на крыше контейнера, где должен был находиться работник ресторана.

— Чёрт, куда он делся?

Увидев пустую крышу, его сознание на мгновение отключилось. Он быстро и бесшумно направился к контейнеру, где ранее была цель. К счастью, было так рано, что порт ещё «спал», и он никого не встретил.

Теперь он, словно цикада, прижался к стене противоположного контейнера. Приложив ухо к металлической стенке, он сосредоточился на звуках, доносящихся изнутри.

Тук, тук, тук. Доносились ритмичные звуки ударов, глухие стуки плоти о плоть, шорох чего-то, летящего по воздуху, и стоны, хрипы и глухие вздохи, словно кто-то задыхался.

Чхве Го Ё начал дрожать от страха. Его цель, должно быть, заметила слежку и была затащена внутрь! Эти жалкие отбросы наверняка избивают недавно пробуждённого охотника D-класса.

Пора действовать, Го Ё! Пора показать самый эффектный финал за свои двадцать лет жизни. Обладая невероятной силой ног пробуждённого A-класса, Чхве Го Ё с размаху выбил железную дверь, перекатился через образовавшийся проход и эффектно замер в позе, войдя в контейнер.

— Эй, вы, трусы! Прекратите избивать слабого!

Чхве Го Ё представлял себе сцену, где его цель, работник ресторана, лежит беспомощно на полу, окружённый бандитами, избивающими его. Классическая сцена похищения. Он бы тут же разделался с громилами парой быстрых ударов ногами и драматично спас работника.

Восхитительный, стильный охотник Чхве Го Ё. Его воображение завершалось признанием благодарного Ли Са Ёна и предложением повышения.

Однако то, что он увидел внутри контейнера, оказалось совсем другим. Чхве Го Ё встретился взглядом с мужчиной, чьё лицо было так опухло от ударов, что напоминало паровую булочку. Время, казалось, замедлилось.

— …А?

Сцена перед ним была…

Совсем не такой, как он ожидал.

Грохот! Мужчина-булочка вылетел из контейнера, перекатываясь и ударяясь о другой контейнер, пока, наконец, не остановился. Он что, умер? Чхве Го Ё, впервые видевший такую странную картину, застыл с открытым ртом и снова повернулся к происходящему внутри контейнера.

Кто-то действительно… избивал кого-то.

«…Это вообще реально?»

Работник ресторана в буквальном смысле разносил похитителей.

Полностью уничтожая их.

Глава 51

Чхве Го Ё пытался осознать происходящее с растерянным выражением лица.

Итак, какие-то плохие парни похитили кого-то. Когда он последовал за ними, то оказался у заброшенного завода. Внутри слышались звуки побоев. Естественно, Чхве Го Ё подумал, что похитители избивают бедного работника на полставки! По приказу Со Мин Ги он должен был внимательно следить за ситуацией и защищать работника, если что-то пойдёт не так.

«О нет, эти трусливые пробуждённые избивают пробуждённого, который почти как обычный человек! Кодекс поведения для пробуждённых и специальный закон, похоже, давно умерли», — подумал он, врываясь в заброшенный завод.

Но пробуждённый, который почти как обычный человек, избивал другого пробуждённого.

— Ух...

На полу уже лежало несколько парней, побитых до бессознательного состояния!

Дверь была резко распахнута, и холодный ветер с побережья ворвался внутрь.

Чёрный фартук, покрытый следами обуви, колыхался. Работник на полставки отпустил парня, которого держал за воротник. Парень, лицо которого распухло, как паровая булочка, и кровоточило, рухнул, словно марионетка с обрезанными нитями. Ещё один парень дёргался на полу.

И тогда воцарилась тишина.

Их взгляды встретились.

Работник на полставки, не глядя даже на руку, пытавшуюся схватить его за лодыжку, с силой наступил на неё и открыл рот, используя новый вопль в качестве фоновой музыки.

— Эй.

— Да?!

Чхве Го Ё ответил поспешно, голос его дрогнул. Он сглотнул слюну.

Чёрный фартук с нарисованной синей жабой, покрытый следами ботинок, окровавленные руки, почему-то мокрые и спутанные волосы — несмотря на этот вид, который подходил бы скорее похищенному человеку, лицо работника на полставки было удивительно чистым.

На самом деле, больше всего Чхве Го Ё пугало выражение его лица. Без малейшей эмоции. Как может человек, только что избивавший людей, выглядеть таким спокойным?

Разве он не обычный работник на полставки в ресторане похмельного супа? Максимум — пробуждённый D-класса? Что за зловещая аура исходила от него? Чхве Го Ё был на грани того, чтобы рухнуть от страха. Работник на полставки, молчавший до этого момента, заговорил.

— Ты один из них?

— Что? Нет! Конечно, нет!

— Когда такое спрашивают, всегда говорят «нет». Как банально.

Конечно, я бы сказал «нет», если это не так! Чхве Го Ё почувствовал себя несправедливо обвинённым. Ему было так обидно или страшно, что хотелось заплакать. Невольно он начал отступать назад. Однако:

— Даже не думай убегать.

Одного этого слова хватило, чтобы он застыл на месте. Работник на полставки даже не смотрел на него. Он просто стоял, приводя в порядок свои мокрые и спутанные волосы. Но ноги Чхве Го Ё будто приросли к полу. Холодный пот стекал по его спине. Он с трудом раскрыл рот, чтобы оправдаться.

— Нет, я правда...

— Не трать силы... Тебя всё равно быстро поймают.

Это было больше утверждение, чем угроза. Чхве Го Ё почувствовал, что если попробует убежать, его тут же схватят и затащат обратно. И он окажется в том же положении, что и те, кто уже лежал на полу. Сжав губы, он тяжело сел на пыльный пол. Работник на полставки удовлетворённо пробормотал:

— Молодец.

Он подошёл к Чхве Го Ё и присел на корточки напротив. Несмотря на опрятное лицо, его поза больше напоминала хулигана. Работник на полстаки, с абсолютно спокойным выражением, сделал жест рукой.

— Итак.

— Да?

— Что ты собирался сказать? Продолжай.

— А...

— Если будешь долго молчать...

Его холодные глаза скользнули по лежащим вокруг людям. Работник на полставки был настолько великодушен, что дал ему время высказаться и даже любезно намекнул, что его ждёт участь тех, кто валялся на полу, если он не заговорит быстро. Чхве Го Ё, с самой невероятной скоростью в своей жизни, достал из кармана кошелёк и протянул свою визитку.

[Гильдия Падо, Боевая поддержка, команда №1]

[Класс A, Романтичный открыватель]

— Я Романтичный открыватель из гильдии Падо!

Работник на полставки почти машинально переспросил, услышав знакомое и неприятное название гильдии:

— Падо?

— Да! Глава гильдии отправил меня защищать вас, Ча Ый Джэ-щи.

Чхве Го Ё и представить не мог, что визитка, которую Пэ Вон У велел всегда носить с собой, окажется настолько полезной. Он вспомнил свои прошлые дни, когда легкомысленно утверждал, что такие вещи ему не нужны, что его лицо — лучшая визитка. Теперь он решил отплатить Пэ Вон У за этот подарок.

Может быть, похмельный суп будет хорошей идеей? Выбрав меню у себя в голове, Чхве Го Ё посмотрел на работника перед собой. Работник на полставки, который изучал визитку, потёр лоб.

— ...Вы из гильдии Падо.

Атмосфера внезапно изменилась, как если бы в середине тёплой весны неожиданно подул ледяной ветер. Ча Ый Джэ, читавший визитку, спросил у Чхве Го Ё:

— Ваше имя... Романтичный открыватель?

— Да, всё верно. Романтичный открыватель...

— Ага.

В этой обстановке, похожей на интервью, Чхве Го Ё непроизвольно занервничал и ответил с энтузиазмом. Он не был так напряжён со времён своего последнего собеседования с Ли Са Ёном в гильдии Падо.

Пока Чхве Го Ё был погружён в свои мысли, Ча Ый Джэ внезапно протянул руку, покрытую засохшей кровью. Чхве Го Ё, как новоиспечённый сотрудник, который внимательно следит за подсказками начальника, быстро начал размышлять. Что это? Чего он хочет? Может, ему нужно что-то, чтобы вытереть руку? Я взял с собой носовой платок?

Кажется, Ча Ый Джэ не ожидал ничего в ответ, поскольку он спокойно продолжил говорить:

— Романтичный открыватель-щи.

— Да? Да.

— Вы сообразительный?

— Что?

Если бы он действительно был сообразительным, то вряд ли ответил бы «Что?». Но хотя бы Чхве Го Ё реагировал быстро, а это тоже хорошее качество. Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Ну… даже если не очень, ничего страшного.

Затем Ча Ый Джэ внезапно низко поклонился. Это было явно театральное движение.

— Послушайте, как вы можете видеть, я сейчас в очень плохом настроении.

Он хотел объяснить, как всё дошло до такой точки, но его выступление оказалось достаточно убедительным. Кровь на его руке добавляла напряжённости. Чхве Го Ё поспешно закивал.

— Да. Я вижу.

— Я как раз собирался закрыться и немного отдохнуть, как эти ублюдки похитили меня.

Это была ложь. Ча Ый Джэ не похищали — он практически сам напросился на это. И хотя Чхве Го Ё лично наблюдал за каждым его шагом вплоть до момента так называемого похищения, он всё равно поддержал игру.

— Невероятно.

— Мало того, что они похитили меня, так ещё и пинали за то, что я медленно отвечал. Избивали ломами и битами с гвоздями.

— Эти подонки!

Чхве Го Ё никогда не был известен своей эмпатией. Он был тем типом человека, который, услышав от друга, что тот устал и купил сухой шампунь, мог ответить: «Сухой шампунь? Хороший, наверное?»

Но сейчас Чхве Го Ё был другим. Он, словно выкапывая из глубин своей души скрытые резервы сочувствия, всеми силами старался понять Ча Ый Джэ. Увидев его яркую реакцию, Ча Ый Джэ театрально поднял свой запачканный фартук.

— Видите эти следы ботинок?

— Господи, сколько же они вас били?

— Даже не спрашивайте. Очень много.

— Эти мерзавцы. Их бы к пираньям на корм!

Конечно, Ча Ый Джэ выглядел на удивление хорошо для человека, утверждающего, что его жестоко избили, но правда в тот момент не имела значения для Чхве Го Ё. Ведь есть поговорка: «Мёртвые не говорят!»

Чхве Го Ё яростно кивал, всем видом выражая свои чувства. К счастью, молодой человек, казалось, был доволен его бурной реакцией и продолжил свой рассказ, опираясь щекой на ладонь.

— Ну, я их немного дисциплинировал.

— …Понял.

Парни на полу были так сильно избиты, что стали неузнаваемы. Если это было всего лишь «немного дисциплины», что бы случилось, если бы он решил заняться этим всерьёз?

Чхве Го Ё на мгновение почувствовал холод по спине, но тут же отбросил эти мысли. Ведь избили не его, а тех бедолаг, что валялись на полу. Кроваво запачканные пальцы, которые слабо дёрнулись, чтобы привлечь его внимание, были полностью проигнорированы — Чхве Го Ё просто закрыл глаза.

И подумал: как милосердно было оставить в живых тех, кто похитил и избил его. Ли Са Ён бы наверняка стер их с лица земли без следа. С такими мыслями молодой человек перед ним стал казаться живым Буддой.

Кивая механически, Чхве Го Ё искренне выразил свои мысли:

— Вы поистине милосердны.

— Да. Так вот, Чхве Го Ё-щи.

— Да!

— Не могли бы вы заткнуться?

— Простите?

Лицо Ча Ый Джэ уже изменилось до пугающей улыбки, холодной, как замороженное озеро в Сибири. Пока Чхве Го Ё смотрел на него с пустым взглядом, не понимая, к чему это всё, Ча Ый Джэ коротко вздохнул и начал его «обучение».

— У меня нет способности чисто стирать воспоминания.

— …

— Чтобы их стереть, мне придётся прибегнуть к физическим методам...

Его окровавленные руки мягко сжались в кулак, и он тепло улыбнулся. Но эта улыбка заставила лицо Чхве Го Ё побледнеть сильнее, чем в тот момент, когда он стал свидетелем жестокой сцены ранее.

Глава 52

Забавно, но слово «физическое» напомнило ему пост, который он как-то увидел в интернете. В нём кто-то загипнотизировал человека, чтобы тот поверил, что лук на вкус как яблоко, и продолжал кормить его сырым луком, пока тот не согласился, что он действительно похож на яблоко.

Чхве Го Ё подумал, что может оказаться этим человеком из эксперимента с гипнозом на тему луково-яблочного вкуса. Наконец, он полностью понял улыбку Ча Ый Джэ.

— Я буду продолжать физиотерапию, пока вы не забудете всё, что случилось.

И Чхве Го Ё ответил с уверенностью, как участник викторины, который точно знает правильный ответ:

— Где я?

В ответ Ча Ый Джэ одобрительно кивнул, его лицо озарилось широкой улыбкой. Идеальный ответ.

После того как они мирно пришли к соглашению без единой капли крови, Ча Ый Джэ начал таскать бессознательных похитителей и выстраивать их в ряд. Он отдельно отложил того, кто забрызгал ему лицо чернилами, и усатого, который отключился с кровоточащим носом.

Так или иначе, Ча Ый Джэ собирался разбудить самого крепкого из них, чтобы выудить информацию и немного отомстить. Ударить одним выстрелом двух зайцев. А если удастся заставить их проглотить немного морской воды, будет только лучше.

Сидя в стороне, Чхве Го Ё вежливо поднял руку, как ученик, готовящийся к презентации.

— Господин работник на полставки, я не знаю, где мы и что произошло, но можно мне открыть дверь?

— Дверь?

Ча Ый Джэ бросил на него взгляд. Чхве Го Ё сцепил руки и выдал механическую улыбку.

— Моя способность — открывать двери. Я могу переносить людей в нужное место с помощью двери, если у меня есть точный адрес.

«…Это было бы удобно для доставки».

Глаза Ча Ый Джэ заискрились, словно он обнаружил перспективного студента, которого хотел бы пригласить в аспирантуру. Его первая мысль была вполне практичной для человека, работающего в ресторане с похмельным супом. Однако он тут же отмёл все бизнес-идеи, которые начали всплывать у него в голове. Такая полезная способность наверняка имеет серьёзный изъян.

Особенно учитывая, что по какому-то странному правилу системы способности к перемещению в пространстве обычно имели серьёзные недостатки. Ча Ый Джэ схватил самого крепкого из похитителей за воротник и поднял его.

— У вашей способности есть какие-нибудь ограничения?

— А? О, да, есть.

По какой-то причине глаза Чхве Го Ё слегка задрожали. Ча Ый Джэ кивнул, подталкивая его продолжить.

— Всё нормально, просто скажите. Мне нужно знать об ограничениях, чтобы решить, стоит ли просить вас открыть дверь или нет.

— Э-э, ну...

— Ну?

Когда Ча Ый Джэ уже собирался ударом разбудить крепкого похитителя, мысленно рассчитывая силу удара, Чхве Го Ё вдруг выкрикнул:

— Я теряю сознание!

— Что?

В этот момент кулак Ча Ый Джэ был уже на полпути, но остановился. Чхве Го Ё быстро объяснил своё ограничение, проговаривая всё на одном дыхании:

— Если я знаю адрес или координаты на карте, я могу открыть дверь туда, но использую текущее местоположение как точку отсчёта. Чем больше расстояние между точкой отсчёта и местом назначения, тем дольше я теряю сознание!

— Через дверь могут пройти несколько человек?

— Да? Да, пока дверь остаётся открытой.

— Как долго она остаётся открытой?

— До тех пор, пока я не потеряю сознание.

Ча Ый Джэ глубоко задумался. Способность, позволяющая переносить сразу нескольких людей, встречалась крайне редко. Кроме того, хотя ограничение было серьёзным, оно не казалось непреодолимым.

«Надо попробовать».

Он достал телефон, чтобы проверить их текущее местоположение. Но… драгоценный экран был разбит!

«Чёрт».

Ча Ый Джэ в спешке разблокировал телефон, чтобы проверить его состояние. Но экран, разлетевшийся на куски, показывал лишь разноцветную абстракцию вместо привычного дисплея. Его тело могло быть S-класса, но телефон такую нагрузку явно не выдержал и вышел из строя.

Глухим голосом Ча Ый Джэ обратился к Nexby:

— Привет, Нэксби. Какой у нас текущий адрес?

— Использую данные GPS для поиска текущего адреса.

К счастью, телефон оказался не полностью сломанным, так как Nexby сработал как надо. Nexby старательно произнёс адрес. Ча Ый Джэ закрыл глаза, глядя на разбитый экран.

«Чёрт. Контракт ещё долго не закончится...»

Он пробормотал с мрачным выражением лица:

— Если я попрошу открыть дверь из Инчхона в Сеул, как думаете, сколько времени вы будете без сознания?

Чхве Го Ё быстро ответил:

— Полтора дня? Может, два, если это долго.

Несмотря на то, что расстояние между портом Инчхон и Сеулом было не таким уж большим, продолжительность потери сознания казалась значительной. Ча Ый Джэ, чисто из любопытства, задал ещё один вопрос:

— А если вы откроете дверь в Вашингтон, округ Колумбия?..

Глаза Чхве Го Ё наполнились слезами. Его реакция была крайне эмоциональной. Казалось, он уже сталкивался с чем-то подобным раньше. Вытирая слёзы рукавом, Чхве Го Ё ответил вежливо:

— Не в Вашингтон, но я однажды открыл дверь в Торонто, Канада, для срочной командировки главы гильдии...

— И что?

— Когда я очнулся, время года уже сменилось.

— ...

Такая полезная способность сопровождалась значительным недостатком. Ча Ый Джэ снова достал телефон, чтобы проверить время, но ничего не получилось, и он спросил Nexby. Было 2:20 ночи. От порта Инчхон до ресторана с похмельным супом на такси ехать примерно два часа. С учётом времени на вызов такси, оставалось совсем немного времени, чтобы подготовиться к открытию ресторана. Ча Ый Джэ почесал висок с нахмуренным лицом и повернулся к Чхве Го Ё.

— Простите, что прошу, но... сможете открыть для нас дверь?

— О, да, конечно!

— Если вы потеряете сознание, я отнесу вас в больницу, так что не переживайте.

— О, это не проблема.

Романтичный открыватель приложил указательный и средний пальцы к вискам и крепко зажмурился. Казалось, он полностью сосредоточился. Наконец, он вытянул обе руки вперёд и громко воскликнул:

— Откройся, Дверь Куда Угодно!

Название звучало так, будто могло одновременно нарушить два авторских права. Оно также было до смешного детским. Но эффект оказался совсем не детским. Посреди контейнера, полного стонущих похитителей, появилась большая деревянная дверь.

— О.

Ча Ый Джэ, искренне впечатлённый, начал связывать запястья бессознательных похитителей пластиковыми стяжками, складывая их вместе, словно связку рыбы. Он планировал вытащить их всех сразу, а не таскать по одному. Когда все похитители были связаны в одну кучу, он открыл их сумки.

Сумки оказались набиты плотно упакованным белым порошком. Ча Ый Джэ запихнул всё это в свой инвентарь и закинул одну из сумок на плечо.

«Похоже, всё».

Кивнув Чхве Го Ё, чтобы тот открыл дверь, Ча Ый Джэ дал сигнал готовности.

Романтичный открыватель Чхве Го Ё, который с момента появления двери выглядел так, словно видел привидение, с дрожащими ногами подошёл к ней и осторожно распахнул.

На другой стороне оказался...

— ...

— ...

Это был Ли Са Ён.

«...Почему?»

Почему ты здесь? Ли Са Ён сидел за большим столом в просторном офисе, небрежно вертя в руках телефон. По какой-то причине вместо привычного противогаза он носил очки. Лакированная табличка на столе блестела под светом.

«Глава гильдии Падо Ли Са Ён».

Судя по всему, это был кабинет главы гильдии. Ча Ый Джэ почувствовал сильное желание захлопнуть дверь и вызвать такси с корпоративной карты гильдии Падо, возможно, даже удвоив тариф.

«Он открыл дверь в кабинет главы гильдии вместо того, что я просил...»

Ледяной взгляд встретился с его.

«Чёрт».

Ли Са Ён медленно снял очки. Ча Ый Джэ резко повернулся к Чхве Го Ё, ожидая объяснений этой нелепой ситуации. Но Чхве Го Ё, чьи руки дрожали, как телефон на режиме вибрации, поднял большой палец с безмятежной улыбкой, будто всё сделал правильно.

«Этот ублюдок… когда он сказал, что больница — не проблема...»

Оказалось, Чхве Го Ё даже не собирался открывать дверь туда, куда хотел Ча Ый Джэ. Его единственной целью было доставить Ча Ый Джэ к Ли Са Ёну, словно служба курьерской доставки в космос!

Ча Ый Джэ закипал от предательства. Неудивительно, что Чхве Го Ё даже не спрашивал, куда нужно открыть дверь!

Тем временем Ли Са Ён поднялся со своего места и теперь стоял прямо перед ним. Они стояли лицом к лицу, разделённые дверью. Его тускло-фиолетовые глаза внимательно осмотрели Ча Ый Джэ с головы до ног. Скрестив руки на груди, он ухмыльнулся.

— Я думал, какую ещё безумную выходку ты устроил, когда услышал, что тебя похитили.

— ...

— Ты выглядишь как нищий, не так ли, хён?

Глава 53

— Ты выглядишь как нищий, не так ли, хён?

— Да. Немного странно, что нищий заходит в кабинет главы гильдии, не так ли? Просто забери всё это и уходи.

Ча Ый Джэ кивнул в сторону длинной цепочки связанных людей позади него. Ли Са Ён сжал губы. Вернувшись к своему столу, он устремил взгляд на Ча Ый Джэ и нажал кнопку микрофона, соединяющую его с кабинетом секретаря.

— …Скажите исследовательской группе принести новые образцы и отправьте транспортное средство к главному входу гильдии Падо.

— Простите? Транспортное средство?

— Такое, чтобы вместило около двадцати пробуждённых сразу. Нет, просто скажите, чтобы отправили самое большое, они поймут.

— …Да, я немедленно передам.

Ли Са Ён убрал руку с кнопки микрофона и, облокотившись на стол, тяжело вздохнул.

— …Сообщение.

— Что?

Ча Ый Джэ заморгал. Он выглядел так, будто его окунули в воду, а потом прокатили по грязи. Ли Са Ён постукивал пальцами по столу.

— Почему ты не проверил сообщение?

— …Ты его отправил?

Ли Са Ён взглянул на Ча Ый Джэ одними глазами. Он ответил на это сумасшедшее сообщение, как только получил его, а тот даже не посмотрел? Ли Са Ён скривил губы. Притворяется, да?

— Ага… Притворяешься, что ничего не знаешь?

— Нет, эй, я не притворяюсь. Я действительно его не видел. Экран моего телефона разбит.

Ча Ый Джэ вытащил телефон из кармана и показал. Как он и сказал, экран был полностью расколот, будто по нему ударили молотком.

Ли Са Ён бросил взгляд в сторону открытой двери контейнера. Вокруг связанных людей валялись различные инструменты и оружие. Хотя на них не было крови, большинство из них были сломаны или погнуты.

— …

Ли Са Ён снова посмотрел на Ча Ый Джэ. Его лицо оставалось таким же бледным, как обычно, но волосы и худи были мокрыми, аккуратная причёска превратилась в спутанный беспорядок, а фартук был покрыт следами от обуви и прутов. Полный разгром.

Хотя Ли Са Ён и не мог определить истинную силу Ча Ый Джэ, было маловероятно, чтобы пробуждённый, способный блокировать его атаки, оказался в таком состоянии, если бы не позволил этому случиться намеренно.

— …

Тем временем Ча Ый Джэ доставал несколько тяжёлых чёрных рюкзаков из своего инвентаря и складывал их в кабинете главы гильдии, добавив последний, который был у него за спиной. Но он так и не переступил порог.

Действительно ли он решил, что он нищий, потому что его так назвали? Ли Са Ён не скрывал раздражения.

— Что ты делаешь?

— Подожди секунду… Всё в этих рюкзаках — наркотики. Они что-то говорили о трёх единицах или как-то так, но я не знаю, что это за единицы. Ты разберёшься.

— …

— Эй, романтичный открыватель. Как думаете, когда вы отключитесь?

— …Чего?

— …Похоже, скоро.

Чхве Го Ё уже лежал на полу контейнера. Он едва мог шевелить губами и был в полуобморочном состоянии. Его глаза расфокусировались и вот-вот должны были закрыться. Ча Ый Джэ цокнул языком и махнул рукой Ли Са Ёну.

— Заходи и забери его.

Ли Са Ён слегка склонил голову с недовольным выражением лица.

— Я не могу зайти туда.

— Чего?

— Эта дверь односторонняя.

— …Односторонняя?

— Думаю, Го Ё не объяснил? Эта дверь работает только на выход, но не на вход.

Ча Ый Джэ посмотрел на романтичного открывателя, потом на дверь и, наконец, на Ли Са Ёна.

К этому моменту Ли Са Ён легко понял, какие сумасшедшие мысли проносились в голове у Ча Ый Джэ. Он даже не стал скрывать своего презрения и скривил лицо.

— Что? Планируешь остаться там, пока Го Ё не отключится?

Его аккуратное лицо стало хмурым. Он обычно делал такое выражение, когда кто-то попадал в точку.

— Нет, я просто подумал, что мне не обязательно выходить…

— Ха.

— Если я просто передам тебе вещи и этих парней, разве это не конец?

— А как ты собираешься добраться до ресторана с похмельной супом из Инчхона? Что, снова хочешь вызвать такси за счёт компании?

— С ночной наценкой это займёт два часа… Это будет довольно дорого.

Ча Ый Джэ, похоже, серьёзно задумался.

Ча Ый Джэ был сущим хаосом, подумал Ли Са Ён. И дело было не только во внешнем виде. Судя по его действиям, в голове у него тоже царил беспорядок. Невероятно безрассудный, эгоистичный, до ужаса старомодный, он вёл себя так, будто у него было запасное количество жизней.

— Всё же…

Ча Ый Джэ откинул назад мокрые волосы и улыбнулся.

— Это ведь было совсем неплохо, правда?

Почему-то…

Когда Ли Са Ён увидел его улыбку, обнажившую зубы, он резко отвернулся.

— Заходи, пока дверь не закрылась.

— Если я просто брошу этих парней к твоим ногам…

— Просто слушай с первого раза.

Только когда Ли Са Ён обострил тон, Ча Ый Джэ наконец подтолкнул Чхве Го Ё в кабинет главы гильдии, таща за собой связанных, словно рыбу, мужчин, и вошёл сам.

В тот момент, когда последний пересёк порог, Чхве Го Ё, который из последних сил держался, выдохнул напоследок:

— Хрк.

Одновременно с этим дверь, которая была чуть приоткрыта, исчезла, а на её месте снова появилась плотно закрытая дверь кабинета главы гильдии. Ли Са Ён перенёс Чхве Го Ё и остальных наружу, а затем вернулся, чтобы увидеть, как Ча Ый Джэ всё ещё неловко стоял и оглядывался вокруг.

— Давай для начала проясним…

Ли Са Ён сложил руки на груди.

— Почему ты специально полез туда?

— Хм? Я подумал, что, может, что-то поймаю, если всё переверну.

Ча Ый Джэ ответил небрежно, пожав плечами.

— Но ничего полезного я так и не нашёл.

— Не было необходимости заходить так далеко. Я поручил тебе всего лишь наблюдение. Для подавления у нас есть специальные сотрудники.

— Но я смог среагировать быстрее их сегодня.

Действия Ча Ый Джэ действительно оказались полезными. Хотя сотрудники следственного отдела и члены гильдии Падо преследовали наркоторговцев, они ограничивались только этим. Впервые удалось полностью уничтожить дилеров и изъять все наркотики. С таким объёмом наркотиков исследовательские группы гильдий Совон и Падо смогут извлечь ценную информацию.

Ли Са Ён махнул рукой Ча Ый Джэ.

— Ладно. Пошли.

— Конечно, я иду. Эй, Нэксби, найди ближайший автобусный терминал.

Ча Ый Джэ обратился к Nexby через свой разбитый телефон. К этому моменту Nexby практически стал его постоянным спутником. Однако Ли Са Ён, всё ещё выглядя раздражённым, склонил голову с недовольным выражением и пристально уставился на телефон.

К этому моменту Ча Ый Джэ уже мог понять, что Ли Са Ён всегда наклоняет голову, когда недоволен. Наконец не выдержав, он спросил, не скрывая кислого выражения лица:

— Что теперь?

— Я просто… думаю, что ты делаешь это специально.

— Что?

— Зачем ты ищешь автобус?

— Мне нужно домой. Если я задержусь ещё дольше, автобусы перестанут ходить.

— В таком виде?

Ли Са Ён окинул Ча Ый Джэ взглядом с ног до головы, словно издеваясь. Лишь тогда Ча Ый Джэ посмотрел на себя. Мокрые волосы и худи, фартук, покрытый следами обуви.

Ча Ый Джэ чувствовал себя нормально, но выглядел ужасно. Любой, кто увидел бы его, подумал, что он пережил что-то страшное. Добросердечный человек наверняка подошёл бы и спросил, что произошло!

Осознав это, Ча Ый Джэ молча убрал телефон обратно в карман. Глубоко вздохнув, он провёл рукой по мокрым волосам.

«Если бы я не промок, я бы просто пошёл».

На самом деле он подумал, что мог бы тихо уйти, не привлекая внимания. Но как только Ча Ый Джэ собрался незаметно направиться к двери, Ли Са Ён вытащил из своего инвентаря помятый лист А4. Это была кнопка экстренной эвакуации Хон Ё Сона, которую он видел раньше.

Не дав Ча Ый Джэ шанса отказаться, Ли Са Ён схватил его за руку и разорвал бумагу. Мгновением позже они оказались перед рестораном с похмельным супом.

— …Разве это не ценный предмет?

— Ничего страшного. Их целых десять.

— …

Ча Ый Джэ нехотя открыл дверь ресторана и направился в маленькую комнату.

Маленькая комната, пристроенная к задней части заведения, была забита подарочными коробками, недавно полученными, с аккуратно сложенным одеялом и подушкой в углу. Пока он не уберёт все коробки, лечь нормально было невозможно.

Но для Ча Ый Джэ даже такая комната была подарком судьбы. Он был действительно благодарен. По сравнению со сном на трупах монстров и использованием их крови вместо одеяла в разломах, это было намного лучше. Комната с четырьмя стенами и потолком, место, где можно лечь, одеяло и подушка. Идеальное пространство.

Конечно, это было только мнение Ча Ый Джэ. Ли Са Ён оглядел комнату, явно задаваясь вопросом, может ли человек действительно жить в таком месте.

— Ты спишь здесь?

— Разве ты не проводил полную проверку? Ты видел, как я выхожу отсюда.

Это было о той ночи, когда он появился посреди ночи и сидел в зале. На колкость Ча Ый Джэ, Ли Са Ён ответил резко:

— Я не знал, что внутри комнаты всё выглядит так.

Как и ожидалось от ранкера номер один, он, вероятно, вырос в роскоши. Но Ча Ый Джэ когда-то был таким же, поэтому не стал критиковать и просто ответил:

— Если есть одеяло, подушка, пол и потолок, что ещё нужно?

— …

— …Что?

Ли Са Ён уставился на Ча Ый Джэ. На его утончённом лице начало проступать выражение явного неодобрения.

— У тебя что, хобби — заниматься самонаказанием?

Глава 54

Что это за вопрос? Он спрашивает, мазохист ли я? Ча Ый Джэ скривился и отреагировал, словно услышал чепуху.

— Зачем мне это?

Ли Са Ён, не собираясь уступать, нахмурил брови.

— А чем это отличается от того контейнера?

— Эй, как ты можешь сравнивать? Здесь гораздо чище. Есть даже одеяло и подушка.

— Убери контейнер, постели там одеяло и подушку — будет то же самое.

— Ты хочешь, чтобы я переехал в порт Инчхона, что ли?

Ли Са Ён был искренне ошарашен. Он привёл его в ресторан с похмельным супом, думая, что тот устал. А вместо этого — вот эта крохотная комната, где, казалось, невозможно даже вытянуть ноги. И Ча Ый Джэ, словно это было нормально, уже разувался и заползал в эту крохотную комнату.

Если бы это была обычная ситуация, его бы так сильно это не задело. Но Ли Са Ён не хотел быть жестоким с тем, кто приехал в Инчхон, чтобы ему помочь. К тому же, вспоминая, как Ча Ый Джэ молча сносил побои, несмотря на свой характер...

— ...

— Эй… у тебя странное лицо.

— Что?

Сейчас транспорт, возможно, уже прибыл. Я должен разобраться с этим сам, вместо того чтобы передать управление. Нет, я обязан сделать это сам.

Ли Са Ён, наконец, решил полностью пересмотреть свой первоначальный план. Изначально он собирался отвезти Ча Ый Джэ домой и сразу вернуться. Но, увидев, в каком состоянии «дом» Ча Ый Джэ, он не мог его там оставить. Убедившись, что он в перчатках, Ли Са Ён схватил Ча Ый Джэ за руку.

— Вылезай.

Ча Ый Джэ удивлённо распахнул глаза, словно не ожидал такого поворота.

— А?

Ли Са Ён упрямо потянул его за руку.

— Нам нужно кое-куда съездить.

Между ними возникло короткое молчаливое противостояние. На самом деле, Ча Ый Джэ не из тех, кто легко сдаётся. Но, глядя на стиснутые губы и яростный взгляд Ли Са Ёна, в его голове мелькнула мысль: «Какой смысл спорить с этим ребёнком?» Пожав плечами, Ча Ый Джэ наклонился, чтобы надеть свои кеды.

— Ладно, ладно. Куда? Ещё одна просьба?

Ли Са Ён молча сорвал аварийную кнопку снова.

Спустя немного времени они прибыли ко входу в дом. Он был огромным, словно к ресторану с похмельным супом добавили десятки пристроек, но больше казался пустым и холодным, чем просто большим.

Ча Ый Джэ ощутил что-то странное. Хотя это было место, где жили люди, в доме не было тепла.

— ...Что это за место?

— Мой дом.

Ли Са Ён, коротко ответив, направился внутрь, словно это было самое обычное дело, и открыл холодильник. Внутри были аккуратно разложенные готовые блюда и бутылки с водой. Взяв одну, он отпил воды и указал на дверь. Похоже, это была ванная.

— Помойся. Оставлю одежду у двери.

Ванная в этом доме была тоже очень просторной. Чувствуя себя липким, Ча Ый Джэ быстро закончил душ и выглянул за дверь, чтобы проверить одежду. Там лежали новые, ещё нераспечатанные трусы и комплект тёмно-синих шёлковых пижам.

«Он... спит в пижамах?»

Ча Ый Джэ машинально представил Ли Са Ёна в пижаме, но тут же отбросил эту мысль. Несмотря на то, что размеры у них были почти одинаковые, одежда оказалась немного свободной. Закатав рукава, Ча Ый Джэ пошёл на звук шагов Ли Са Ёна. Тот сидел в кресле-реклайнере, который, кажется, принадлежал спальне. Бросив взгляд на Ча Ый Джэ, Ли Са Ён указал на кровать.

— Спи там.

На расстоянии вытянутой руки была кровать размера «king-size», достаточно большая для двоих. Но, не желая ложиться рядом с Ли Са Ёном и не желая занимать кровать в одиночку, пока её хозяин спит где-то ещё, он ответил равнодушно:

— Я не настолько бессовестный. Просто дай подушку, я посплю на полу.

— Спи на кровати.

— Нет. Если у тебя есть спальный мешок, дай его.

Послышался звук раздражённого вздоха. Ли Са Ён усмехнулся, криво скривив губы.

— Кто в наше время таскает с собой спальные мешки?

— В мои времена спальный мешок был необходимостью для походов в подземелья, щенок.

— Ты знаешь, что звучишь, как старый дед, хотя между нами всего четыре года разницы, да, хён? Кто угодно подумает, что ты охотник уже лет десять…

Это была пугающе точная догадка. Но говорить такое вслух было бы смертным приговором. Ча Ый Джэ беззастенчиво парировал:

— Спать в спальном мешке — это как кемпинг, разве это не прекрасно? К тому же, ты слишком легко живёшь как охотник…

— Да-да, у меня лёгкая жизнь охотника, поэтому с сегодняшнего дня я буду жить неудобно. Ложись.

— Не делай из меня бессовестного, который приходит к кому-то домой и занимает его кровать.

— Заставить гостя спать на полу ещё хуже, так что ложись.

— Ты же всё равно подонок, почему тебя это беспокоит?

— Если бы ты хоть раз послушался.

— Равные условия контракта, щенок. Я твой подчинённый, что ли? Мы равные.

Пока они препирались, их раздражение росло, и мебель в комнате начала слегка дрожать. Но они не обратили на это внимания, продолжая повышать голоса. Просторный дом эхом разносил их крики.

Хлоп!

Из комнаты раздался зловещий звук, и два мужчины, спорившие из-за пустяка, одновременно замолчали, словно по команде.

Центр большого матраса и мягкого одеяла был разорван.

Стоя рядом перед сломанной кроватью, Ли Са Ён и Ча Ый Джэ одновременно вздохнули. Если бы только сломалась рама, можно было бы что-то придумать, но матрас, идеально расколовшийся и провисший, уже невозможно было починить. Заказать такой огромный матрас с доставкой было не вариантом.

Смотря на матрас, в котором теперь зияла огромная дыра, похожая на чёрную дыру в небе, Ча Ый Джэ пробормотал:

— …Я заплачу за это.

Ли Са Ён фыркнул.

— Чем?

— …Продам магические камни.

— Ах, чёрт… Даже не упоминай магические камни.

Ли Са Ён зарычал. Его последующие слова прозвучали почти жалобно:

— Из-за этого уже начали писать статьи, будто я и Чон Бин близки.

— …

Ча Ый Джэ опустил голову, погружённый в размышления. Неужели таково чувство охотника, когда о нём распространяют слухи о романе лишь из-за короткого разговора? Ли Са Ён и Чон Бин всего лишь обменялись информацией и поели похмельного супа. Ча Ый Джэ твёрдо решил никогда не поддаваться сплетням о знаменитостях и охотниках. Рядом с угрюмым Ча Ый Джэ Ли Са Ён, скрестив руки, пробормотал:

— …Подожди.

Он достал из своего инвентаря противогаз, надел его и исчез. Оставшись один, Ча Ый Джэ слегка приподнял матрас. Под ним открылась идеально расколотая и глубоко провалившаяся рама кровати.

Сколько мисок похмельного супа ему нужно будет продать, чтобы возместить это? Учитывая придирчивую натуру Ли Са Ёна, это явно будет не скромная сумма. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул.

***

В 3:40 утра, когда большинство членов гильдии Падо уже разошлись по домам, а на смене остались лишь немногие, на анонимной доске гильдии появилась запись.

Заголовок: [Анонимно] <Срочные новости> Все одеяла и подушки из спальной комнаты украдены…

240 забрал все одеяла и подушки из спальной комнаты.

Комментарии (3):

— Это тебе приснилось?

— Не смешно.

— Спокойной ночи.

Члены гильдии Падо, естественно, проигнорировали это сообщение. Оно даже не тянуло на шутку. У любого троллинга есть пределы…

Но вскоре появился новый пост. На этот раз с фотографией спальной комнаты.

Заголовок: [Анонимно] Серьёзно, всё исчезло??? (Доказательства)

(Фото.JPEG)

Я серьёзен.

Я всё это видел.

Комментарии (8):

— А?

— Куда делись все одеяла и подушки???

— Может, уборщики забрали на стирку?

⤷ Нет, уборка днём, когда никого нет;; они не забирают вещи, если там люди.

— Это правда, что 240 их забрал?

— Пожалуйста, расскажите больше.

— Бро, давай быстрее рассказывай, красивая охотница ждёт.

— Вау, теперь я точно не усну.

Спальные комнаты и душевые гильдии Падо были своего рода зоной отдыха. Эти помещения предоставляли охотникам возможность восстановиться после рейдов в подземельях, где их чувства всегда были напряжены до предела.

Именно поэтому качество спальных комнат гильдии Падо было на высоте. У каждого была своя индивидуальная комната с кроватью и постельными принадлежностями, а также ароматами, специально подобранными для расслабления после подземелий. Эти комнаты были одной из гордостей гильдии Падо.

Но теперь всё это, все драгоценные постельные принадлежности из этих спален, было украдено. Кровати остались голыми. И тот, кто их забрал, был Ли Са Ён! В это трудно было поверить, но… уликой служила фотография. Никто не посмел бы подделать фото и упомянуть Ли Са Ёна. Вывод был очевиден.

Этот пост оказался правдой.

Он стал тревожным сигналом. Те, кто проверил пост перед сном, теперь были обречены мучительно ждать продолжения истории. Они безнадёжно обновляли страницу, ожидая спасения от рассказчика.

Наконец, когда члены гильдии Падо были на грани отчаяния, автор поста вернулся с подробностями.

Заголовок: [Анонимно] История Жан Вальжана из E40 (удаляю через 10 минут)

Задержался, чтобы закончить отчёт.

После работы было лень ехать домой.

Решил поспать в зоне отдыха и потом сразу пойти на работу.

Но вдруг кто-то резко открыл дверь в соседней комнате. Было почти 4 утра.

Я подумал: «Кто так грубо себя ведёт?» и выглянул проверить.

Это был 240.

С того момента я не мог думать… Это было словно смотреть кино.

240 начал собирать все одеяла и подушки из спальных комнат.

Не из одной, а из всех комнат.

Казалось, он хотел забрать и кровати, но ограничился только постельными принадлежностями.

Я был в самой последней комнате.

Когда 240 подошёл ближе, мои чувства обострились.

Я с ума сходил от мысли, что он заберёт и моё одеяло.

Наши глаза встретились, пока я крепко обнимал своё одеяло.

К счастью, он не забрал моё.

Он даже любезно закрыл за собой дверь.

Конец.

Комментарии (13):

— Можно уточнить? Что было на 240 надето?

⤷ Белая футболка с короткими рукавами, чёрные спортивные штаны, противогаз и полосатые домашние тапочки.

⤷ Эта история реальная.

⤷ Откуда знаешь?

⤷ Я ехал с 240 в лифте, он был одет именно так. Чуть в обморок не упал.

⤷ Ах…

— 240 проявляет заботу, не забирает одеяло у того, кто работает допоздна.

⤷ Даже любезно закрывает дверь.

⤷ Бог40.

— Этот аноним тоже хорош. Больше боялся потерять одеяло, чем 240 ㅋㅋㅋ.

— Но, по сути, 240 за всё это заплатил, так что жаловаться не на что.

⤷ ЛОЛ, в точку ㅋㅋ.

— Но зачем 240 забрал одеяла и подушки???

***

Сколько времени прошло с тех пор, как Ча Ый Джэ начал ждать возвращения Ли Са Ёна? Раздался звуковой сигнал дверного замка, оповещающий о его открытии. Потягиваясь от скуки, Ча Ый Джэ выглянул, высунув голову.

То, что вошло в дверь, было… белой грудой ткани. На первый взгляд это напоминало привидение, но затем он заметил длинные чёрные ноги, торчащие из-под этой груды. Эти ноги уверенно шагали по коридору, несмотря на то что ничего не видели, и вскоре фигура вошла в просторную гостиную. Там она сбросила всю ткань на пол, словно водопад. Это оказались одеяла и подушки.

Что за чертовщина? Ча Ый Джэ перевёл взгляд с кучи постельных принадлежностей на Ли Са Ёна, пытаясь понять, что происходит. Это был молчаливый запрос на объяснение, но Ли Са Ён ничего не сказал. Наконец, Ча Ый Джэ серьёзно спросил:

— …Ты ограбил магазин постельного белья?

Ли Са Ён убрал противогаз в инвентарь и посмотрел на Ча Ый Джэ. Его лицо оставалось холодным.

— Ты думаешь, я какой-то вор?

Ча Ый Джэ подумал, что сломанная кровать, должно быть, сильно потрясла Ли Са Ёна, который всё ещё выглядел напряжённым. Ли Са Ён, положил руки на бедра, кивнул подбородком в сторону кожаного дивана.

— Ложись.

— …Ты хозяин дома. Может, лучше ты на диване?

— Скажи ещё хоть слово.

— …

— И я восприму это как желание сломать диван и спать на полу вместе.

Ча Ый Джэ послушно лёг.

Глава 55

Диван в доме Ли Са Ёна был невероятно мягким. В последнее время даже одеяла делают из побочных продуктов подземелий, так что, возможно, и этот диван был из них? Ча Ый Джэ отчаянно пытался сменить мысли и принять ситуацию.

Сидеть на более удобном месте, чем хозяин дома, было неловко, но продолжать спор здесь тоже не хотелось. Если бы он это сделал, диван могли бы сломать, и тогда обоим пришлось бы спать на полу.

Хотя он и не собирался, но уже однажды поспособствовал поломке кровати. Он не мог позволить себе сломать ещё один предмет мебели. Тем более денег на возмещение у него явно не было.

«Ну, старший должен уступить…»

Ча Ый Джэ, рационализируя происходящее своим врождённо старомодным мышлением, наслаждался мягкостью дивана, когда Ли Са Ён бросил в него две подушки и два одеяла. Ча Ый Джэ инстинктивно их поймал и пробормотал:

— Мне не нужно два.

— Бери, что дают.

Позади Ли Са Ёна одеяла и подушки были сложены горой. Откуда он их столько взял? — подумал Ча Ый Джэ, не зная о роскошной спальне гильдии Падо. Ну, по крайней мере, Ли Са Ёну хватит одеял, даже если Ча Ый Джэ заберёт по два.

Убедившись, что Ча Ый Джэ улёгся с подушкой и накрылся одеялом, Ли Са Ён начал стелить свою постель на полу.

Сложив несколько одеял, чтобы сделать мягкий матрас, Ли Са Ён лёг с подушкой. Он хлопнул в ладоши, и весь свет в доме погас. Уставившись на тёмный потолок, Ча Ый Джэ пробормотал:

— Спокойной ночи.

Ответа не последовало. Он его и не ожидал. Диван был мягким, одеяло гладким, а подушка поддерживала шею с идеальной высотой и упругостью. Это была отличная кровать, которую он давно не испытывал.

Но значит ли это, что он сможет спокойно заснуть… Нет.

Неохотно Ча Ый Джэ прикусил губу и заговорил:

— Ли Са Ён, ты не спишь?

— А ты?

Голос был не сонным, а таким же ясным, как несколько минут назад. Зачем он так быстро отвечает? Услышав голос другого человека, мысли немного прояснились, и сознание вернулось к реальности. Моргнув, Ча Ый Джэ снова заговорил:

— Я тоже не могу заснуть.

— Ты должен быть уставшим.

— Почему?

— После всего того хаоса, что ты устроил…

Ли Са Ён усмехнулся, будто находя это забавным, но без злобы.

— Да пустяки.

Ча Ый Джэ ответил беззаботно. Наступила ещё одна короткая пауза. Она была куда более терпимой, чем раньше. Глядя на потолок, Ча Ый Джэ вновь заговорил:

— А что с Чхве Го Ё? С ним всё будет в порядке?

— Ну… из Инчхона в Сеул.

Ли Са Ён замолчал, будто подбирая слова, прежде чем продолжить:

— Завтра к вечеру должно быть всё нормально.

— Наказание оказалось сильнее, чем я думал.

— Способность слишком хороша, чтобы использовать её бесконечно.

— Точно…

Разговор продолжался урывками. Любая беседа между людьми не могла быть бесконечной, так что неизбежно наступала тишина. Но Ча Ый Джэ больше её не боялся. Он чувствовал, что может справиться с чем угодно, что попытается проникнуть в эти паузы.

На этот раз первым заговорил Ли Са Ён:

— Хён.

— Да.

— Ты знаешь, что у меня до сих пор есть то письмо?

— Письмо? Какое письмо?

— Ты дал мне его, но сам не помнишь?

Ча Ый Джэ попытался вспомнить, но ничего не приходило в голову. Он не помнил, чтобы когда-либо отдавал Ли Са Ёну что-то, что можно назвать письмом. В темноте послышался шорох, будто Ли Са Ён повернулся на другой бок. Ча Ый Джэ тоже повернулся, лёжа на диване.

Ли Са Ён лежал на боку, подперев подбородок рукой, и смотрел на Ча Ый Джэ. На его красивом лице играла насмешливая улыбка.

— Тронете их — убью.

— …О.

Неужели это угроза, которую он написал на визитке? Кажется, он нашёл подходящего человека, чтобы её передать. Ча Ый Джэ, с кислым выражением лица, посмотрел на него, а Ли Са Ён хмыкнул и опустил голову.

Внезапно в его поле зрения косо прошла голубоватая вспышка света. Одна сторона гостиной представляла собой окно от пола до потолка, и слабый свет рассвета уже проникал внутрь. Неужели время пролетело так быстро? Ча Ый Джэ провёл рукой по лицу и спросил:

— Который час?

— Ну… где-то 4:30.

— …

— Что, хочешь открыть ресторан?

— Эй, ресторан надо открывать.

— Пусть это сделает Пэ Вон У.

— Он справится?

— После того, как он всё съел, хотя бы суп от похмелья сварить сможет…

Пробурчал Ли Са Ён, вставая. Ча Ый Джэ тоже поднялся и потянулся. Времени было мало, но с его новыми способностями подготовиться к работе можно было быстро.

Вчерашняя одежда была отдана Ли Са Ёну в стирку, так что сегодня снова пришлось одолжить его вещи. Надев чёрную водолазку и чёрные брюки, которые выбрал Ли Са Ён, они вместе вошли в лифт.

Да, вместе. Ча Ый Джэ стоял по диагонали от Ли Са Ёна, прилипнув к просторному углу лифта. Ли Са Ён фыркнул.

— Почему бы тебе не подойти ближе?

— Мне здесь удобно.

— Сначала сломал мою кровать, потом одолжил одежду.

— Не говори так, будто это можно неправильно понять.

— Почему ты так себя ведёшь, когда мы уже всё сделали…

— Заткнись.

Ча Ый Джэ не хотел, чтобы его провожал Ли Са Ён, но лифт в здании гильдии Падо, где находилась квартира Ли Са Ёна, работал только с пропуском члена гильдии, как в отеле. Даже лестничные двери открывались только с помощью карты.

Поэтому у Ча Ый Джэ не было выбора, кроме как взять с собой Ли Са Ёна, своего живого «доступа». К тому же слова Ли Са Ёна заставляли его быть ещё осторожнее.

— Ты знаменит, знаешь ли.

— Я? Почему?

— Думаешь, есть кто-то в этой гильдии, кто не пробовал твой суп от похмелья?

— …

— Если члены гильдии спросят, почему здесь работает работник на полставки?

Моё лицо известно в гильдии Падо только потому, что ты заранее заплатил пять миллионов вон за суп… Ча Ый Джэ считал это абсурдом, но сейчас было не время спорить.

А что, если они кого-то встретят? Даже если сейчас четыре утра, что, если кто-то всё-таки появится?

Он не имел оправданий. Нельзя было сказать, что он доставляет суп. Он всегда подчёркивал, что ресторан супов от похмелья не делает доставок. Если бы он сказал это, то ему, возможно, пришлось бы устроить пресс-конференцию о фаворитизме главы гильдии Падо.

Пока Ча Ый Джэ размышлял, он заметил отражение лифта в стекле. Переднее стекло казалось дверью. Может, просто выбить его… и выпрыгнуть? Серьёзных травм он бы не получил. Проблема была в другом…

— Хён?

— Ничего…

Стоимость стекла. С долгом за сломанную кровать, Ча Ый Джэ отбросил эту мысль и сосредоточился на том, что впереди. Он подумал было использовать свою способность бесшумных шагов, но она скрывала только присутствие, а не внешность, что было бесполезно в такой тесной обстановке.

Как только лифт прибыл на первый этаж с тихим сигналом, послышался зловещий голос.

— Чёрт, только вышел из подземелья, а уже рассвет… О, глава гильдии?

— Спи, прежде чем идти на работу… О? Доброе утро! Рано встали, да… э?

— …А?

Все взгляды обратились к ним. В частности, они сначала ошеломлённо посмотрели на Ли Са Ёна, а затем, подняв глаза, заметили Ча Ый Джэ, зажатого в углу. Охотники, возвращавшиеся с рейда, были там же, как и Пэ Вон У, вытирающий пот после утренней пробежки.

— Э? Разве вы не работник на полставки? Что вы здесь делаете?

Пэ Вон У с радостным приветствием подошёл к двери лифта, но, увидев Ли Са Ёна в центре, выглядел растерянным. Ча Ый Джэ, с лицом, будто из него вышла душа, пробормотал названия цветов.

— Ах… да… ну… да…

— Э?

— Ха-ха… просто так получилось.

Что именно «так получилось», и сам Ча Ый Джэ не знал. Только Ли Са Ён стоял в центре, невозмутимо сверля взглядом Пэ Вон У. Конечно, Пэ Вон У, как обычно ничего не подозревающий, продолжил говорить.

— Но что вас сюда привело, работник на полставки?

— …

— Почему вы здесь?

Ли Са Ён молчал. Пэ Вон У, не ожидая ответа от него, повернулся к Ча Ый Джэ. Ну, работник на полставки уж точно объяснит. Но Ча Ый Джэ был таким же немногословным.

По мере затягивания паузы любопытство охотников только возрастало. Наблюдательность Пэ Вон У быстро уловила, что на работнике необычная одежда. Чёрная водолазка и брюки выглядели так, словно принадлежали Ли Са Ёну.

«Что?»

Эта водолазка… разве её не носил Ли Са Ён совсем недавно? Осознание, словно запретный плод, поразило сознание Пэ Вон У. Работник на полставки… носит одежду Ли Са Ёна? А человек, который ненавидит давать одежду в долг или принимать гостей, вдруг появляется с работником на полставки?

Глаза Пэ Вон У широко распахнулись от шока. Указывая дрожащим пальцем на Ли Са Ёна, он начал заикаться:

— Эй, эй, эй, эй, эй, что это? Эй. А? Эй, что это такое?

— Пэ Вон У.

— Эй, парень! Что происходит? Объясни!

— Пробеги ещё два круга вокруг реки Хан.

На первый взгляд это звучало как вежливое предложение, но в подтексте Ли Са Ёна ясно читалось «убирайся». Даже такой непрозорливый человек, как Пэ Вон У, мог понять этот намёк.

Однако, Пэ Вон У цеплялся за двоих, отказываясь уходить. Его настойчивость была впечатляющей, как и подобало танкеру.

«…Если так будет продолжаться, я доберусь до ресторана только после пяти».

Наконец, Ча Ый Джэ решил взять дело в свои руки. Он вышел из угла и небрежно закинул руку на плечо Ли Са Ёна. Члены гильдии Падо, стоявшие напротив, молча ахнули. Ли Са Ён широко раскрыл глаза, глядя на Ча Ый Джэ, но тот просто проигнорировал его.

Ча Ый Джэ похлопал Ли Са Ёна по плечу, демонстрируя дружелюбную улыбку.

— Ночью возникли небольшие проблемы, но глава гильдии Ли Са Ён любезно мне помог, ха-ха.

— Проблемы? Какие ещё проблемы? Кто-то снова сломал стол?

Плечо под рукой Ча Ый Джэ слегка дёрнулось. Он покачал головой с серьёзным выражением лица.

— Сейчас не могу вдаваться в подробности, но глава гильдии очень помог.

— Са Ён это сделал?

На лице Пэ Вон У отразилось недоумение. Он хотел бы поверить работнику на полставки из ресторана супов от похмелья, но не мог понять, зачем Ли Са Ёну ему помогать. Ча Ый Джэ нанёс завершающий удар:

— Ну, раз я работник на полставки в ресторане супов от похмелья, который так нравится Пэ Вон У, думаю, он решил присмотреть за мной.

— Что? …Серьёзно?

К несчастью, Пэ Вон У легко поддался плавному объяснению Ча Ый Джэ. Ли Са Ён с холодным равнодушием проигнорировал лёгкий блеск тронутых эмоций в глазах Пэ Вон У. Тем временем Ча Ый Джэ ловко выскользнул из лифта, как будто избегал нападения монстра, и махнул рукой.

— Мне нужно открывать ресторан, так что я пошёл. Увидимся в ресторане!

— О? О, до встречи, работник на полставки!

Пэ Вон У энергично помахал мускулистой рукой. После ухода Ча Ый Джэ он повернулся к Ли Са Ёну с ошарашенным выражением лица.

— Так, почему здесь был работник на полставки? Ты правда ему помог?

Ли Са Ён, который до этого молчал, раздражённо цокнул языком и холодно ответил:

— От тебя вообще никакой пользы.

Глава 56 - Если тело крепкое, разум не страдает

Несмотря на множество сложностей, Ча Ый Джэ сумел зарегистрироваться как пробуждённый, создать алиби и выполнить просьбу Ли Са Ёна. Однако вскоре он столкнулся с новой проблемой.

Автоматический бар самообслуживания для кимчи и гарниров, работающий на магических камнях вместо электричества, оказался крайне невыгодным с точки зрения затрат. Но он освободил Ча Ый Джэ немного времени.

Достаточно было поставить пустые миски рядом с этой линией, чтобы охотники могли заказывать похмельный суп и самостоятельно накладывать кимчи, редьку и острый перец. Ча Ый Джэ оставалось только готовить суп и доставать рис из пароварки. Этот «супер-автомат» буквально выжал инженеров гильдии Падо, как перец из мельницы, и это было не просто слухом.

Итак, чем занялся Ча Ый Джэ в своё свободное время?

— …

Ча Ый Джэ сидел за стойкой, почёсывая висок шариковой ручкой. Это было обычным делом, когда он вёл учёт в предоплаченной книге, но в этот раз на его обычно спокойном лице читалось раздражение. Перед ним громоздилась стопка толстых книг.

Охотники, поедающие похмельный суп, шёпотом обсуждали:

— Кто-нибудь знает, почему у нашего работника на полставки вид, будто он кого-то убить готов?

— Я бы хотел ещё одну миску, но он так злится, что страшно просить.

— А можно самим приготовить?

— Ммм… ммрф.

— Что ты бормочешь? Фу, доешь сначала.

— Наш работник готовится к базовому обучению и экзамену на квалификацию охотника.

Услышав это от недавно пробудившегося охотника, лица окружающих заметно изменились. Пожилой охотник с неопрятной бородой пробормотал недоверчиво:

— Вау… Они до сих пор не убрали это чёртово базовое обучение?

Охотник лет двадцати пяти скривился и добавил:

— У него, должно быть, совсем нет времени. Это же такой геморрой… Сколько сейчас часов обязательного обучения?

— Кажется, 60 часов. 30 часов оффлайн и 30 онлайн. Если слишком занят, можно подать заявление в Бюро управления пробуждёнными и перейти на онлайн. Но даже после прохождения обучения нужно сдать тест. Если набрал меньше 70, придётся пересдавать, пока не пройдёшь.

— Ужасно. Вместо того чтобы убрать это, они ещё и часы добавили.

— Признаюсь, я сдавал экзамен четыре раза.

— Четыре раза? Это даже неплохо. Только сумасшедшие сдают с первого раза. Всё нормально.

— Ребята, давайте потише. Создадим нашему работнику подходящую атмосферу для учёбы.

Охотник, который сдавал экзамен четыре раза, едва не подавился от смеха. Ча Ый Джэ, слушавший их разговор, тоже почувствовал лёгкую тошноту. Белая бумага с чёрным текстом напоминала ему червей, нарисованных Пак Ха Ын.

За последние несколько дней Ча Ый Джэ полностью понял, почему Пак Ха Ын рисовала червяков в своих рабочих тетрадях.

Каждый пробуждённый в Южной Корее обязан пройти процесс регистрации в центре регистрации в соответствии с Особым законом о пробуждённых. После регистрации выдается карта пробуждённого с именем и классом.

Ча Ый Джэ с удовольствием получил свою твёрдую карту D-класса. Несмотря на то, что это было на четыре класса ниже его истинного уровня, она была для него драгоценной, ведь он прошёл через множество трудностей, чтобы её получить. Даже нехарактерно для себя, он слегка похвастался картой перед постоянными клиентами.

Однако:

— Вау, поздравляю с получением карты, работник.

— Теперь готовься к экзамену… Удачи. У меня есть старые тестовые вопросы, если хочешь…

В ответ он встретил взгляды, полные жалости.

Это не было презрением к D-классу. Постоянные клиенты похмельного ресторана не были охотниками, которые дискриминировали по классу. Так что значили эти странные взгляды? Ча Ый Джэ был озадачен, но времени разбираться у него не было, так как каждое утро он отправлялся в порт Инчхона на расследование.

Однако после того, как дело в порту Инчхона было закрыто, за короткий период, похоже, распространился какой-то слух. На обратном пути после обеда Пэ Вон У вручил Ча Ый Джэ старую книгу с задачами с серьёзным выражением лица. Ча Ый Джэ посмотрел на книгу с недоумением.

— …Что это?

— Это не подарок. Это твоё драгоценное право человека.

— Простите?

— Скоро поймёшь. Сегодняшний суп был вкусным. Я пошёл!

На следующее утро Пчела тоже пришла рано и положила толстую учебную книгу на стойку.

— Слышала новости, Ча Ый Джэ. Вы готовитесь к «этому», да?

— Что такое «это»?

— Ну, понятно, что вы хотите избежать реальности. Я понимаю. В общем, я достала прошлогодние вопросы, которые использовались для новых рекрутов в гильдии Хан. Пользуйтесь. Я побежала в подземелье.

После таких инцидентов Ча Ый Джэ был совершенно на грани.

Судя по разговорам охотников, чтобы стать полноценным охотником после регистрации как пробуждённый, теперь нужно было сдавать какой-то экзамен. Регистрация сама по себе была достаточно сложной, но ещё и экзамен? Какой ещё экзамен? Когда Ча Ый Джэ действовал как J, таких строгих систем регистрации и экзаменов не существовало!

Той ночью, закрыв ресторан, Ча Ый Джэ сразу же погрузился в поиски в интернете.

— Привет, Нэксби. Найди информацию о квалификационном экзамене для охотников.

— Ищу информацию о квалификационном экзамене для охотников.

— Квалификационный экзамен для охотников отстой

— Когда следующий квалификационный экзамен для охотников?

— Не могу стать охотником, потому что постоянно проваливаю квалификационный экзамен, хотя пробудился

— Кто составил 30-й вопрос на январском экзамене? Этот ублюдок

⤷ Это Нам У Джин, кто же ещё?

⤷ Нам У Джин, давай разберёмся честно, без титулов

— Сдавал квалификационный экзамен для охотников восемь раз, спрашивайте, что хотите

⤷ На твоём месте лучше бы уже перестать пытаться стать охотником

— Квалификационный экзамен для охотников, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри

Результаты поиска были шокирующими. Как охотник одиннадцатилетней давности, Ча Ый Джэ уставился в пустоту, не в силах поверить в происходящее.

«А я… ещё не охотник?»

Вот оно что. Ча Ый Джэ всего лишь получил карту регистрации пробуждённого, но ещё не стал охотником! Карта, которую выдавали после завершения регистрации в центре, была лишь подтверждением факта пробуждения. И всё. Люди, ничего не знающие, как Ча Ый Джэ, думали, что с этой картой можно сразу начать работать охотником. Однако закон изменился: одной карты теперь было недостаточно, чтобы считаться охотником. Иными словами, это была просто пустая карта.

«Я столько натерпелся ради пустой карты?»

Ча Ый Джэ посмотрел на блестящую карту D-класса с пустым взглядом. Но на этом сюрпризы не закончились. Следующая информация оказалась ещё более шокирующей.

Чтобы избавиться от статуса «владельца пустой карты» и стать признанным охотником, необходимо было пройти «Базовую образовательную программу для охотников» и сдать «Квалификационный экзамен для охотников». Сдав экзамен, охотник получал официальную лицензию, которая открывала доступ к рынкам охотников и другим привилегиям. Всё это выглядело совершенно избыточным.

Особенно печально известным был «Квалификационный экзамен для охотников», который славился своей адской сложностью! Его называли вступительным экзаменом в университет для охотников, экзаменом на адвоката охотников и другими названиями, связанными с самыми сложными тестами. Стоило ввести в поиск «квалификационный экзамен для охотников», как автоматическая подсказка сразу предлагала «сложность экзамена».

Ча Ый Джэ схватился за голову.

«Почему стать охотником так сложно?!»

Базовая образовательная программа для охотников была введена пять лет назад. Сначала она не была столь жёсткой.

Изначально её целью было дать пробуждённым минимальные знания для выживания, сосредоточившись на основах, таких как экология монстров 10-го и 9-го класса, а также экосистемы подземелий.

Однако со временем число пробуждённых начало расти.

[Рост уровня преступности среди пробуждённых… В опасности ли общественная безопасность?]

[Несправедливое использование силы охотниками: где границы?]

Число охотников, которые злоупотребляли своей силой, притесняя слабых и обычных людей, увеличивалось. Хотя Бюро управления пробуждёнными строго боролось с такими случаями, проблемы с пробуждёнными, демонстрирующими свою силу и безрассудно её применяющими, продолжали появляться.

В итоге правительство отменило систему, при которой человек автоматически становился охотником после пробуждения, и ввело политику, обязывающую проходить базовое обучение и сдавать квалификационный экзамен для получения статуса охотника.

После завершения поисков Ча Ый Джэ сложил руки и выругался:

«Пробудился — так сражайся с монстрами, а не издевайтесь над обычными людьми…»

Более того, дальнейшие исследования показали, что охотники, которых вербовали гильдии, могли избежать сдачи квалификационного экзамена, подав сертификат от главы гильдии. Это было чем-то вроде рекомендации. Вот такая грязная система связей. Среди ограниченных связей Ча Ый Джэ был знаком только с одним главой гильдии.

Ли Са Ён.

Но Ча Ый Джэ не хотел просить Ли Са Ёна о сертификате. Это было вопросом чести. Если охотник номер один в Южной Корее не сможет даже сдать квалификационный экзамен самостоятельно, это будет унизительно…

«Ладно, буду учиться и попробую.»

Так Ча Ый Джэ начал готовиться к экзамену, о котором даже не подозревал.

Глава 57

С тех пор как Ча Ый Джэ начал готовиться к экзамену на квалификацию охотника, охотники начали заботиться о нём в ответ на угощения похмельным супом.

Они часто заходили, чтобы принести ему шоколад и напитки с кофеином, которые помогали с учёбой. Ча Ый Джэ не отказывался от этих мелких подарков. Постоянные клиенты ресторана похмельного супа, которые обычно казались настоящими гурманами, оказались довольно полезными в такие моменты.

Более того, теперь 30-часовую офлайн-тренировку по основам охоты можно было пройти онлайн, подав документы в административный офис. Другая охотница-госслужащая Ян Хэ Джин, работающая в Бюро управления разломами, усердно помогала с оформлением бумаг.

Услышав о ситуации, Ян Хэ Джин достала ноутбук с логотипом Бюро управления разломами на крышке из своего инвентаря. Затем, с ловкостью профессионала, ежедневно составляющего официальные документы, начала оформлять бумаги Ча Ый Джэ, отбивая по клавиатуре с невероятной скоростью, с зубочисткой во рту.

— Все знают, что он работает в ресторане похмельного супа весь день. Как человек в таком режиме может найти время на 30-часовые занятия лично?

— Точно, точно.

— Если честно, часы тренировки нужно сокращать.

— В наши дни охотники и так дисциплинированы и натренированы благодаря тому, что видят и слышат. Нет смысла в таких длительных занятиях… но наверху нас никогда не слушают.

Забота о Ча Ый Джэ постепенно переросла в жалобы на начальство. Похоже, даже Ян Хэ Джин, занимающая высокий пост в Бюро управления разломами, тоже испытывала свои трудности. В конце концов, у сильных мира сего тоже есть свои разочарования. Наконец, она с силой нажала на клавишу ввода и отступила от ноутбука.

— Готово! Кстати, у вас есть ноутбук?

— Нет, не знаю.

— Тогда я сразу отправлю это письмо в нужный отдел. Этот документ позволит тебе пройти все 60 часов занятий онлайн. Просто включите, выключите звук, и готово. Удачи!

— Спасибо.

Продемонстрировав мастерство профессионального госслужащего, Ян Хэ Джин покинула ресторан похмельного супа с явным достоинством. Было ли это чувство товарищества? На душе стало тепло.

Когда вопрос с обучением был решён, появился Пэ Вон У, поставив на стойку коробки с новым ноутбуком и смартфоном. Хотя мода на подарки в честь пробуждения уже прокатилась по ресторану похмельного супа, правило, запрещающее дарить подарки, всё ещё действовало.

Взгляд Ча Ый Джэ упал на лист А4 с уведомлением о запрете подарков.

— Это не от меня, работник.

— Тогда от кого?

— Это подарок от нашего главы гильдии, который очень близок с вами.

Выражение Ча Ый Джэ потемнело. С тех пор как произошла та неожиданная встреча в лифте, Пэ Вон У ошибочно считал, что Ли Са Ён и Ча Ый Джэ находятся в очень близких отношениях. Слишком многое нужно было объяснять, и Ча Ый Джэ чувствовал усталость, даже не начиная.

Пэ Вон У торжественно добавил:

— Я купил это со скидкой для сотрудников, так что это дёшево. Просто возьмите.

Сломанный экран телефона после порта в Инчхоне — это одно, но для чего нужен ноутбук? Ча Ый Джэ с недоумением посмотрел на Пэ Вон У, но тот был невозмутим. Как заядлый фанат похмельного супа, он не мог позволить себе потерять вторую работу и настаивал на своей невиновности.

— Кстати, я всего лишь курьер. Доставка на шаттле. Что-то вроде этого.

— …

— Так что, если вы кого-то и будете банить, то это должен быть Ли Са Ён, а не я.

Он практически умолял оставить его в стороне от запрета. Пчела и другие охотники, наблюдавшие за ним, начали насмехаться и освистывать.

— Какой жалкий парень-щит.

— Не называй меня охотничьим именем!

Наблюдая за перепалкой Пчелы и Пэ Вон У, Ча Ый Джэ отодвинул коробки.

— Извините, но это слишком дорого. Я не могу это принять. Оставлю себе только ваши добрые намерения.

— Тогда используйте это во время подготовки к экзамену и продайте позже на «Томатном рынке» как почти новое.

— …

Плечо Ча Ый Джэ дёрнулось при упоминании «Томатного рынка», с которым были связаны ужасные воспоминания. Пэ Вон У с самодовольной улыбкой вытер нос.

— Са Ён это посоветовал. Этот парень реально умный.

Не добавил ли он это специально, чтобы раздражать Ча Ый Джэ? Беззаботный Пэ Вон У, похоже, упустил этот подтекст. Пчела, вертя в пальцах прядь волос, внезапно спросила:

— Кстати, чем сейчас занят Са Ён? Давно его не было видно.

Ча Ый Джэ тоже стало интересно. С тех пор как они плечом к плечу стояли в лифте, Ли Са Ён больше не появлялся в ресторане похмельного супа. Видимо, он был занят делами, связанными с наркотиками и наркоторговцами, которых он привёл.

Чуть-чуть, но ему не хватало его лица. Невольно Ча Ый Джэ внимательно слушал слова Пэ Вон У.

— Не знаю, он сейчас очень занят. Поймал кучу странных типов. Я его тоже не видел.

— Разве ловить странных — это работа администрации? Почему это делает Са Ён?

— Вот именно.

— Этот парень…

В итоге Ча Ый Джэ принял ноутбук и телефон с условием, что позже вернёт их. Работая в ресторане, он выключал звук на базовых лекциях и учил вопросы из прошлых экзаменов.

***

С полной поддержкой постоянных клиентов Ча Ый Джэ выучил три тома предыдущих экзаменационных вопросов. Такое усердное изучение экзаменационного материала заставило время казаться одновременно и медленным, и быстрым.

Наконец, настал день экзамена на квалификацию охотника.

Ча Ый Джэ вошёл в здание средней школы, назначенной его экзаменационным центром, и занял своё место. Класс оказался куда лучше оборудованным, чем те, которые он смутно помнил со школьных времён.

Поскольку сдающими были пробуждённые, в каждом классе было меньше людей. Надзирающим за экзаменом был охотник из Бюро управления пробуждёнными. Когда раздали экзаменационные листы, Ча Ый Джэ глубоко вдохнул.

Звонок — Раздался звонок, сигнализирующий о начале экзамена. Надзиратель взглянул на часы и пробормотал:

— Да, можете начинать.

В тот момент, когда Ча Ый Джэ перевернул титульную страницу экзаменационного листа, его глаза сильно расширились. Он мог слышать беззвучные крики пробуждённых вокруг, издающих отчаянные звуки. Это было понятно.

«Вопросы совершенно не такие, как в пробных тестах!»

В пробных тестах основное внимание уделялось запоминанию положений Особого закона о пробуждённых. Казалось, это было почти промывкой мозгов, чтобы гарантировать строгое соблюдение закона. Сложилось впечатление, что автор экзаменационных вопросов был призраком, одержимым этим законом.

Но сейчас вопросы экзамена были совершенно другими с самого первого! Судя по отчаянным звукам вокруг, Ча Ый Джэ был не единственным, кто испытал шок.

Экзаменационная комиссия, похоже, в этом месяце перевернула формат теста с ног на голову. Ча Ый Джэ стиснул зубы.

«Чёрт, а я ещё заучил все случаи по Особому закону.»

Его усердие оказалось напрасным. Но раз он пришёл сдавать экзамен, ему нужно было отвечать на вопросы. Ча Ый Джэ с неохотой начал читать задания.

А потом...

«Почему... это так легко?»

Он был ошеломлён тем, как легко ему давались вопросы.

В то время как другие участники мучились, наугад ставя галочки в тестах с выбором ответа, рука Ча Ый Джэ летала по экзаменационному листу.

Большинство вопросов этого экзамена касались характеристик и моделей поведения различных монстров. Иными словами, это была область экспертизы Ча Ый Джэ, бывшего полевого эксперта! Бывший J, а теперь Ча Ый Джэ, был мастером полевых знаний, с которым теоретики, привыкшие только заучивать, не могли сравниться. Улыбаясь, он завершил проверку ответов и перенёс их на карту OMR.

«Человек, составивший эти вопросы, явно необычная личность...»

Когда он взглянул на часы, до конца экзамена оставалось ещё 30 минут. Ча Ый Джэ решил расслабиться и насладиться редкими моментами свободного времени, лёжа на парте.

***

Вскоре обычно оживлённый ресторан похмельного супа стал ещё более многолюдным. Ведь сегодня объявляли результаты экзамена на квалификацию охотника, который сдавал их работник на полставки. Постоянные клиенты бросали взгляды на Ча Ый Джэ, который быстро нарезал чеснок, и шептались.

— Слышал, этот экзамен был самым сложным за всю историю. Он сдал?

— Эй, наш новенький из гильдии вернулся в слезах. Ни одного вопроса из пробных тестов не было на экзамене. Всё про каких-то незнакомых монстров.

— Вот это да. Как кто-то, кто никогда не был в подземелье, может знать о монстрах?

— Точно. Наш парень так хорошо знал Особый закон, даже с судами бы справился… бедняга.

Кто-то притворно вытер глаза рукавом, а другой тихо спросил:

— Кто на этот раз составлял вопросы?

— Пятый в рейтинге. Гю Гю.

— Ух ты. Этот чудак. Когда он успел их написать, если он даже в Корее почти не бывает?

— Не знаю. В любом случае, надо готовиться утешать работника на полставки.

Постоянные клиенты были куда более подавлены, чем сам Ча Ый Джэ, который сдавал экзамен.

В этот момент телефон Ча Ый Джэ завибрировал. Охотники со своим острым слухом сразу определили источник вибрации — телефон лежал в кармане его фартука. Похоже, пришли результаты экзамена! Ча Ый Джэ, сосредоточенно нарезавший чеснок, отложил нож и достал телефон.

Глоток. Охотники притворились, что не замечают, но внимательно следили за каждым его движением.

— …

На аккуратном лице Ча Ый Джэ появилась мягкая, едва заметная улыбка. Неужели он смог сдать этот адски сложный, беспрецедентно трудный экзамен с первого раза? Охотники переглянулись. Нетерпеливая Пчела не выдержала и резко спросила:

— Ну, Ча Ый Джэ. Вы сдали?

Ча Ый Джэ почесал щёку и кивнул.

— Да, сдал.

— Сдал? С первого раза?

Шёпот в ресторане стал громче.

— Вау… наш работник на полставки действительно талант, которому не место в ресторане похмельного супа.

— Поздравляем!

— Поздравляем! Нашего гордого работника на полставки ресторана похмельного супа!

На чей-то возглас мягкая улыбка Ча Ый Джэ слегка померкла.

«Вот же негодяй, это он придумал текст для баннера.»

Охотники столпились вокруг, чтобы поздравить его с успешной сдачей экзамена. Ча Ый Джэ не только сдал экзамен, но и вычислил того, кто отвечал за баннер. Улыбаясь сдержанно, он вежливо кивал каждому поздравлению.

Затем телефон вновь завибрировал. Ча Ый Джэ взглянул на сообщение.

Са Ён: Поздравляю.

Это был первый контакт за долгое время.

Глава 58

Предположение, что после сдачи экзамена на охотника всё станет легче, оказалось огромной ошибкой. Став официальным охотником, Ча Ый Джэ столкнулся с тем, что количество того, что он должен знать, удвоилось, а того, о чём нужно быть осторожным, утроилось.

Первое, что Ча Ый Джэ открыл, была книга [В один клик! Как пользоваться рынком охотников], которую ему подарил Чон Бин. У него была амбиция, пусть и не совсем мечта, однажды продать магический камень, который он имел, и сорвать куш. Чтобы избежать повторения кошмара EZ, он решил читать каждый раздел внимательно.

Пока он серьёзно просматривал содержимое книги, его телефон коротко завибрировал. Увидев имя на экране, Ча Ый Джэ потянулся, чтобы проверить сообщение. Прошло уже немало времени с тех пор, как он в последний раз слышал что-либо от Ли Са Ёна, который поздравил его сразу после сдачи экзамена на охотника.

Са Ён: Когда у тебя будет время?

Са Ён: Нам У Джин.

Нам У Джин. Одно только имя. Как только Ча Ый Джэ увидел сообщение, он сразу же позвонил Ли Са Ёну. После всего двух гудков Ли Са Ён ответил. Слегка взволнованным голосом Ча Ый Джэ спросил напрямую:

— Можно ли вылечить ногу моей бабушки?

— Да. Благодаря тебе я смог кое-что достать...

На том конце линии раздался тихий шелест бумаги. После короткой паузы Ли Са Ён задал вопрос:

— Подойдёт через два дня?

— Э-э… нужно сначала спросить бабушку…

Поскольку боль в её колене затрудняла передвижение, она в основном оставалась дома, так что у неё, вероятно, не было других планов. Благодаря недавно приобретённым навыкам Ча Ый Джэ стал весьма эффективным в подготовке материалов, так что проблем быть не должно. Он кивнул, хоть собеседник и не мог этого видеть.

— Думаю, да.

— Тогда встретимся в гильдии Совон в это время.

Хотя разговор, казалось, подошёл к концу, Ли Са Ён не повесил трубку. На том конце периодически слышалось тихое дыхание. Пока Ча Ый Джэ продолжал читать [Правила пользования рынком охотников], прижав телефон плечом к уху, он отвёл трубку и проверил, не завершился ли звонок. С недоумением в голосе он спросил:

— ...Ты хотел что-то ещё сказать?

— …Нет. До встречи.

Ли Са Ён первым завершил звонок. Ча Ый Джэ несколько секунд смотрел на экран завершённого вызова, затем сразу же набрал номер бабушки и дома Пак Ха Ын. Телефон зазвонил недолго, и вскоре раздался звонкий голос.

— Алло. Кто это?

Лицо Ча Ый Джэ невольно озарилось тёплой улыбкой. Отвечая на весёлый голос Пак Ха Ын, его тон сам собой поднялся на полтона.

— Привет, Ха Ын. Это дядя. Бабушка дома?

— Да!

— Можешь позвать её к телефону?

Голос Пак Ха Ын, зовущей бабушку, постепенно удалился. К тому времени, как Ча Ый Джэ закончил читать правила и перешёл к разделу о мерах предосторожности и мошенничестве на рынке охотников, на том конце линии послышался слабый кашель и приближающиеся шаги.

— Да. Что случилось?

— Э, бабушка, вы свободны где-то в два часа послезавтра?

— У меня ничего не запланировано.

Хотя это было ожидаемо, Ча Ый Джэ всё равно почувствовал себя немного счастливее. Он быстро перешёл к делу.

— Тогда как насчёт того, чтобы сходить в больницу?

— В больницу? Зачем в больницу?

— У вас с коленом не всё в порядке. Я слышал от постоянных клиентов, что есть хорошая больница для лечения болей в ногах. Консультация там дешёвая.

Вместо того чтобы объяснять, что седьмой ранкер Южной Кореи и единственный целитель A-класса лично займётся её лечением, Ча Ый Джэ упростил всё до «больницы, которая хорошо лечит ноги». Ну, он когда-то был специалистом по ортопедии, так что это не было ложью. Есть врач, и он хорошо лечит ноги. Этого достаточно, не так ли? Ча Ый Джэ оправдал себя и ждал ответа бабушки.

— Не нужно.

— Почему, бабушка?

— Какой смысл ходить к врачу? Я и так могу ходить.

Когда бабушка вздохнула и ответила, Ча Ый Джэ слегка выпрямился и заговорил мягче.

— Но, бабушка, вам нужно поскорее поправиться, чтобы вернуться в ресторан с похмельным супом. Постоянные клиенты очень по вам скучают.

Бабушка готовила похмельный суп в ресторане уже 30 лет. Она делала это ещё до Дня разлома и продолжала без изменений после. Именно её тарелка тёплого супа, предложенная случайному незнакомцу, заставила Ча Ый Джэ остаться здесь.

Без неё он бы бродил по незнакомому городу и умер никому не известной смертью. Ча Ый Джэ был в этом уверен. Он хотел отплатить за ту помощь, что спасла ему жизнь. Постукивая пальцами по столу, он заговорил чуть грустнее.

— Вы можете мне довериться и сходить хотя бы один раз?

— ...

— Если примете лекарство, вам станет легче...

— ...Ладно.

— Правда?

Бабушка ответила мягко, словно уступая Ча Ый Джэ. Тяжесть в его сердце заметно уменьшилась.

— Да. Послезавтра в два часа, правильно?

— Да, примерно в два или два тридцать. Я приеду за вами.

— Хорошо. Если устанешь работать в ресторане, просто закрой его и отдохни. Здоровье важнее всего.

— Да, бабушка.

Ча Ый Джэ повесил трубку и потянулся. Почему-то ему было хорошо.

***

Два дня спустя наступило время подготовки. Когда Ча Ый Джэ собирался повесить табличку, он заметил фигуру, уже стоящую у двери. Увидев знакомое лицо в чёрном противогазе, он почувствовал некоторое облегчение.

— Привет, хён.

— Ты уже здесь?

— А где бабушка?

— Дома. Её ноги снова беспокоят.

— Это не проблема. Мы всё равно используем кнопку перемещения.

Ча Ый Джэ едва не спросил, сколько кнопок перемещения Ли Са Ён уже потратил, учитывая, что в одном наборе их всего десять, но промолчал. Хотя это было условием сделки, сегодня он был тем, кто нуждался в помощи. Он решил пройти этот день без лишних разговоров.

— Можно взять с собой Ха Ын?

— Ха Ын? …Ах.

Ли Са Ён слегка наклонил голову, а затем с небольшим удивлением узнал имя.

— Твоя племянница?

— Да. Я не могу оставить её одну.

— Хорошо, я предупрежу их.

Ли Са Ён кивнул. Ча Ый Джэ развёл руками, показывая, что он готов, и положил руку на плечо Са Ёна. Ли Са Ён улыбнулся, и из-под его противогаза раздался тихий звук выдыхаемого воздуха. Затем он достал из инвентаря одну из работ Хон Ё Сона и разорвал кнопку. Мгновение спустя они оказались в доме бабушки и Пак Ха Ын.

Повернувшись к Ли Са Ёну, Ча Ый Джэ быстро направился к входной двери. Пак Ха Ын, которая с нетерпением их ждала, вскочила и схватила его за руку, чуть прячась за ним, как это часто делают дети, когда видят незнакомцев.

Ча Ый Джэ осторожно потрепал её по голове, объясняя, что они направляются в больницу, которая специализируется на лечении ног, — а на самом деле в гильдию Совон. Всё это время Ли Са Ён стоял на пару шагов в стороне.

«...Хм?»

За противогазом взгляд опустился на уровень его талии. Пак Ха Ын наполовину пряталась за Ча Ый Джэ, её глаза сияли, пока она пристально смотрела на него. Ли Са Ён встретился с её взглядом равнодушными глазами, а затем отвёл внимание к словам Ча Ый Джэ.

— Ли Са Ён, пойдём.

Ли Са Ён медленно подошёл, доставая очередную кнопку перемещения. Хотя сегодня он уже использовал две, он даже не задумался, прежде чем разорвать третью.

***

Здание гильдии Совон возвышалось в центре города, представляя собой современный небоскрёб. У входа Ли Са Ён жестом указал охраннику, который коротко выслушал инструкции через наушник, затем почтительно поклонился.

— Добро пожаловать, глава гильдии Ли Са Ён из гильдии Падо. Глава гильдии Нам У Джин ожидает вас.

— Где он?

— В центральной библиотеке.

После получения пропусков им разрешили войти. Пак Ха Ын, которая с самого начала поездки была взволнована, крепко держала пропуск на шее и вертела его в руках. Как только они вошли внутрь, современный и стильный вестибюль сменился совершенно иной обстановкой.

[Проверка разрешения на вход...]

[Идентификация завершена для Ли Са Ёна и группы из трёх человек.]

[Добро пожаловать в гильдию Совон.]

Ча Ый Джэ ожидал увидеть что-то, похожее на больницу, ведь Нам У Джин, бывший врач, должен был лечить его бабушку. Но вместо этого перед ними предстала огромная библиотека.

Пак Ха Ын раскрыла рот от удивления, оглядываясь вокруг. Высокие полки, заполненные бесчисленным количеством книг, возвышались до потолка, а охотники гильдии Совон, носившие жёлтые нарукавные повязки библиотекарей, деловито катили тележки с книгами по проходам.

Ча Ый Джэ тоже окинул взглядом окружение, пока они шли вперёд. Пол, форма полок — всё это казалось ему знакомым. Если его память не подводила, это было то самое место, которое он видел в обломках воспоминаний Юн Га Ыль. Библиотека гильдии Совон, по всей видимости, служила базовым лагерем для выживших даже после апокалипсиса. Хотя в другом мире она была почти разрушена…

Ли Са Ён, шедший быстрым шагом впереди, заговорил.

— Нам У Джин должен быть у центрального стеллажа.

— Центральный стеллаж?

Пройдя через лабиринт полок, они оказались в уютном зале, окружённом большими книжными стеллажами. В центре находилась лестница, соединяющая первый и второй этажи. На лестнице стоял мужчина в белом халате, повернувшись к ним спиной.

Длинные белые волосы были собраны сзади, а сам мужчина, чувствуя их присутствие, медленно повернул голову. Ли Са Ён коротко кивнул, и мужчина начал неспешно спускаться.

— Вы прибыли раньше, чем я ожидал.

Мужчина спрятал книгу, которую держал, под локоть и поприветствовал их. Низкий голос, раздавшийся рядом с Ча Ый Джэ, обратился к беловолосому мужчине:

— Нам У Джин.

Перед ними стоял Нам У Джин, седьмой ранкер Южной Кореи и целитель A-класса.

Глава 59

Волосы Нам У Джина и даже его зрачки были чисто-белыми. Кивнув Ли Са Ёну в знак приветствия, он обратил внимание на Ча Ый Джэ, бабушку и Пак Ха Ын, стоявших позади. Его белые глаза за серебряной оправой очков скользнули по троим, словно оценивая их, после чего он слегка поклонился.

— Рад встрече. Вы, должно быть, пациент Чхве Пиль Сун и её опекун Ча Ый Джэ, верно?

— Ах, да. Это так.

Ча Ый Джэ также вежливо поклонился в ответ. Он немного нервничал, думая, что Нам У Джин может быть слишком близким знакомым Ли Са Ёна, но тот казался разумным человеком, что его успокаивало. Беловолосый мужчина выпрямился и взглянул на часы на своём запястье.

— Что ж… начнём консультацию? Время, как известно, ценно. Я проведу вас в консультационную комнату.

— Мы можем взять Ха Ын с собой?

— Да, конечно.

Ча Ый Джэ с беспокойством спросил разрешение, но, похоже, саму Пак Ха Ын разговор взрослых вовсе не интересовал.

Пак Ха Ын с увлечением оглядывалась вокруг, вертя головой во все стороны. Похоже, она была ошеломлена, впервые увидев библиотеку с таким количеством книг. Даже для Ча Ый Джэ эта сцена казалась необычной.

Пак Ха Ын увлечённо наблюдала за библиотекарем, который торопливо катил тележку с книгами.

«Похоже, ей хочется прокатиться на этой штуке…»

Пока Ча Ый Джэ размышлял, в какую сторону и в какой момент ловить девочку, если она решит побежать и прыгнуть на тележку, его взгляд пересёкся с Нам У Джином. Тот слегка улыбнулся.

— Похоже, Ха Ын предпочла бы исследовать библиотеку, чем идти в консультационную комнату. Разве нет?

— …Наверное, так.

— Тогда, может, позволим ей продолжить осмотр библиотеки, а я возьму только опекуна и пациента? Один из членов нашей гильдии окажет помощь пациенту.

— О, нет, я справлюсь сама…

Пожилая женщина слегка замахала рукой, но Нам У Джин ответил с учтивой твёрдостью:

— Вы, может быть, прекрасно ходите, но до консультационной комнаты придётся пройти приличное расстояние. Для ваших ног будет лучше принять помощь. Что ж…

Возможно, сказывался его опыт работы с пожилыми пациентами в обычной больнице. Пока Ча Ый Джэ внутренне восхищался, Нам У Джин повернулся и коротким движением руки дал знак следовать за ним. Библиотекарь с жёлтой повязкой осторожно поддержал бабушку.

Ча Ый Джэ перевёл взгляд на Ли Са Ёна, стоявшего немного в стороне.

— Ли Са Ён, ты пойдёшь с нами?

— Зачем мне идти?

— Это правда, но…

Перед тем как последовать за бабушкой в коридор, Ча Ый Джэ мельком посмотрел на Пак Ха Ын, которая теперь с нетерпением собиралась броситься между книжными полками. Эта девчонка…

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за руку и слегка притянул его ближе.

— Эй, Са Ён.

— …

Ли Са Ён, носивший противогаз, тихо посмотрел на Ча Ый Джэ. Его взгляд казался каким-то особенным, но Ча Ый Джэ не придал этому значения и прошептал:

— Ты не мог бы присмотреть за Ха Ын?

— …

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна за линзами маски на мгновение выразили лёгкое раздражение.

— Теперь я ещё и нянька?

— Нет, мне самому не хочется тебя об этом просить, но посмотри на неё.

Ча Ый Джэ указал на Пак Ха Ын. Её внимание менялось каждую секунду. За двадцать секунд её голова повернулась от полки к библиотекарю, затем к тележке, снова к библиотекарю, к книгам и так далее, нигде не задерживаясь. Ча Ый Джэ пробормотал:

— Мне кажется, Ха Ын может потеряться, пока бабушка будет на консультации.

— …

— Просто будь рядом с ней, чтобы она не заблудилась. Всё, чего я прошу.

— …

Ли Са Ён молча смотрел на Ча Ый Джэ. Тот не отвёл взгляд, встретив его глаза за маской. Через мгновение Ли Са Ён слегка кивнул, и Ча Ый Джэ широко улыбнулся, похлопав его по спине.

— Спасибо. Я скоро вернусь!

И он убежал.

«…Разве похлопывания по спине всегда так болят?»

Это была резкая боль, которую он давно не ощущал. Ли Са Ён потёр спину там, где его хлопнул Ча Ый Джэ, затем медленно направился за Пак Ха Ын, которая уже исчезла между книжными полками.

Пак Ха Ын сидела на корточках перед нижней полкой, вытягивая толстую книгу в твёрдом переплёте, размером с её предплечье. Ли Са Ён взглянул на название книги.

«Отчёт о физических экспериментах T-0783».

Это явно не выглядело как подходящий материал для девятилетней девочки. Как она вообще умудрилась достать такую книгу? Может, потому что она племянница Ча Ый Джэ? Но и сама она была далеко не обычной. Ли Са Ён быстро подошёл и обратился к ней.

— Эй, ребенок.

— …

Никакой реакции. Со слухом у неё явно всё в порядке. Ли Са Ён слегка нахмурился и исправил своё обращение.

— …Пак Ха Ын?

— Что?

Только тогда Пак Ха Ын подняла на него свои широко распахнутые глаза. А, значит, ей не нравилось, когда её называют «ребенком». Она просто игнорировала это. Ли Са Ён указал на книгу в твёрдом переплёте, которую она держала.

— Твоему дяде не понравится, что ты читаешь это.

— О чём она?

— О чём-то, что твоему дяде не понравится.

Очевидно, этой девочке не нравилось, когда её считали ребёнком. Поэтому, вместо того чтобы сказать, что ей не стоит это читать, Ли Са Ён выбрал подход, который звучал более дипломатично. Запреты часто имеют обратный эффект.

На круглом лице Пак Ха Ын появилось выражение раздумий. Ли Са Ён поманил проходившего мимо библиотекаря.

— Эй.

— Да? Ах, глава гильдии Ли Са Ён. Чем могу помочь?

— Есть ли тут книга, подходящая для этой девочки?

Ли Са Ён кивнул на девочку, намного меньше него ростом. Библиотекарь любезно указал направление.

— Ах, у нас есть уголок с книжками и картинками для детей, вот там. Также есть раздел с образовательными комиксами.

Хотя Ли Са Ён не раз бывал в этой библиотеке, он и не подозревал о наличии таких разделов. Все книги здесь, вероятно, были из личной коллекции Нам У Джина. Сегодня ему пришлось признать, что жажда знаний Нам У Джина впечатляет.

Посмотрев на круглую макушку девочки, Ли Са Ён произнёс:

— Думаю, твоему дяде понравится, если ты прочтёшь какой-нибудь образовательный комикс.

— Хм…

— В той книге нет картинок.

— …

Ну, если не считать фотографий расчленённых людей или монстров из экспериментов. Последнюю часть Ли Са Ён благоразумно проглотил. После коротких размышлений Пак Ха Ын наконец-то с неохотой вернула книгу на место и пробормотала с оттенком грусти:

— Где раздел с образовательными комиксами?

Прекрасно. Ли Са Ён слегка улыбнулся с удовлетворением и последовал за библиотекарем. Место, куда их привели, оказалось детским уголком с относительно низкими книжными полками, заполненными яркими книгами. На полу лежали мягкие коврики, а повсюду были разбросаны большие плюшевые игрушки.

«Тут ей будет нормально».

Пак Ха Ын, отбросив свою прежнюю мрачность, теперь с увлечением перебирала книги. Ли Са Ён попросил у библиотекаря стул, затем сел в таком месте, откуда ему было удобно наблюдать за детским уголком, закрыл глаза и скрестил руки на груди.

Только он подумал, что с Пак Ха Ын стало тихо, так как она увлеклась книгами, как почувствовал, что кто-то к нему медленно приближается. Это была Пак Ха Ын. Ли Са Ён слегка приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на неё.

— …

— Эм, знаете…

Её наивные глаза сияли, как в тот момент, когда она впервые увидела библиотеку. Ли Са Ён почувствовал необъяснимое предчувствие.

Пак Ха Ын широко расставила пальцы одной руки и сделала V-образный жест другой рукой поверх них, копируя движение, которое Ли Са Ён однажды сделал в социальной рекламе.

— Это ведь вы показывали так в телевизоре, да?

— …

— Сделаете это для меня?

Её глаза сияли от ожидания. Ли Са Ён подумал, что, если он сделает это один раз, она потеряет интерес и вернётся к своим книгам. Это ведь ничего особенного… Хотя особого желания у него не было, он решил сделать жест, чтобы не затягивать. Ли Са Ён повторил движение из рекламы для Пак Ха Ын. Однако та оказалась строгой, как придирчивый мастер керамики.

— Это не то!

Её большие круглые глаза напоминали маленький вихрь в её энтузиазме. Ли Са Ён махнул рукой.

— Я сделал. Возвращайся к своей книге.

— Нет, ещё раз. Пожалуйста?

Ли Са Ён коротко вздохнул. Затем снова повторил жест из рекламы, надеясь, что теперь это её устроит. Но его надежды рухнули, когда Пак Ха Ын твёрдо заявила:

— Ещё раз!

— Читай свою книгу.

— Только ещё разочек.

«Ты сказал, что мне нужно просто присматривать за ней, чтобы она не потерялась, чёрт возьми…»

В этот момент Ли Са Ён до боли захотел, чтобы Ча Ый Джэ вернулся как можно скорее.

Глава 60

Ли Са Ён забыл правило мира: «первый раз — тяжело, второй — легко», и попал в ловушку бесконечной игры пальцами.

Каждый раз, когда Ли Са Ён делал жест рукой, Пак Ха Ын кричала:

— Ещё раз!

И Ли Са Ён повторял, только чтобы услышать очередное:

— Ещё раз!

Наблюдать за тем, как кто-то с экрана телевизора показывает трюки прямо перед ней, было крайне увлекательно. Даже спустя двадцать повторений Пак Ха Ын не проявляла признаков скуки.

Когда Ли Са Ён вновь раздвинул пальцы, он подумал:

«Ты что, не боишься яда?»

Большинство людей избегали приближаться к нему. Несмотря на то, что он всегда носил противогаз, специальные противоядные перчатки, изготовленные Хон Ё Соном, и носил с собой антидот, люди держались на расстоянии.

Ли Са Ён не возражал. Наоборот, он считал это вполне естественным. Если он хотя бы на мгновение ослабит бдительность, вдохнув без защиты, человек рядом с ним может погибнуть. Ему было проще, когда люди избегали его.

Но Пак Ха Ын и Ча Ый Джэ были другими.

— Ещё раз!

Слыша это, Ли Са Ён двигался, словно машина, продолжая размышлять.

Пак Ха Ын была молода и, возможно, не понимала, почему он носит противогаз и никогда не снимает перчатки. Или понимала, но не до конца осознавала опасность. Дети могли быть смелыми до безрассудства.

Но Ча Ый Джэ был другим. Он чуть не умер от яда Ли Са Ёна, но всё равно спокойно хватал его за руку, не проявляя никакого страха. Он не был ребёнком и знал, насколько опасен этот мир.

Ли Са Ён не мог легко понять Ча Ый Джэ. Но вызывало ли это непонимание у него дискомфорт…?

«Ты ведь чуть не умер».

Нет. Всё было не так плохо. Конечно, случались моменты разочарования и напряжения. Образ Ча Ый Джэ, кашляющего ярко-красной кровью, всё ещё стоял перед глазами Ли Са Ёна.

Впервые с момента своего пробуждения он почувствовал настоящую тревогу. Он не мог понять, почему антидот не сработал. Логические вопросы даже не приходили ему в голову.

Ча Ый Джэ не должен умереть. Он не мог позволить ему умереть.

Эта мысль звучала в его голове единственной истиной. Красная тревога гудела в сознании. Ли Са Ён без колебаний использовал божественную росу, добытую в подземелье первого класса, на Ча Ый Джэ. Её цена и ценность не имели значения в тот момент. Имело значение только…

— Ещё, ещё раз!

Пак Ха Ын потребовала снова. Пока Ли Са Ён показывал жест, к ним приблизился мальчик в белом халате. Мальчик, который выглядел, словно сделанный из гладкого, тонкого белого фарфора, на самом деле мальчиком не был.

— Ли Са Ён.

Перед ним стояла марионетка, подаренная Нам У Джином итальянским кукольником в знак благодарности за спасение жизни. Кукла подняла взгляд на Ли Са Ёна с бесстрастным лицом.

— Пак Ха Ын, иди почитай свою книгу.

— Ну…

Пак Ха Ын надула губы и, оглянувшись сначала на марионетку, затем на Ли Са Ёна, нехотя отправилась в секцию детских книг. Её поведение резко контрастировало с её настойчивыми требованиями.

«Чуткость в нужные моменты…»

Ли Са Ён подумал о Ча Ый Джэ, но быстро потряс головой, чтобы не допустить дальнейших мыслей. Убедившись, что Пак Ха Ын устроилась с книгой, он кивнул.

— Говори.

Марионетка начала отчёт механическим голосом:

— Пациент, по которому вы запрашивали консультацию, завершил приём. Хозяин выбирает метод лечения, поэтому я здесь, чтобы доложить о ситуации.

Ли Са Ён спросил коротко:

— Состояние?

— Хозяин диагностировал ревматоидный артрит. Симптомы впервые проявились в руках, но из-за задержки лечения болезнь распространилась на колени.

— Лечение.

— Если сочетать медикаменты и постоянное наблюдение, улучшения будут значительными. Хозяин также предложил сосредоточиться на уменьшении боли и контроле состояния, чтобы оно не мешало повседневной жизни, а не на полном излечении.

— Без использования способности.

— Да. Поскольку заболевание вызвано естественными факторами согласно законам реального мира, способность хозяина не смогла бы его вылечить.

— …

Ли Са Ён кивнул, выражая понимание. Марионетка, слегка поклонившись, заговорила о втором вопросе.

— В последнее время мы хорошо использовали большое количество PRO-009, которое вы нам отправили. Хозяин просил передать свою благодарность.

PRO-009 был временным кодовым названием наркотиков, ради которых Ча Ый Джэ рисковал жизнью.

Наркотики, которые они анализировали до сих пор, постепенно эволюционировали и становились всё сильнее. Каждый раз, находя новую вариацию, они обновляли номер. Последнее открытие настолько отличалось от предыдущих препаратов, что ему присвоили номер «9». Учитывая девять стадий эволюции, это был самый мощный и опасный наркотик из всех, что они встречали.

Марионетка предложила:

— Хозяин рекомендовал вам посетить лабораторию, чтобы ознакомиться с результатами анализа. За ребёнком присмотрят библиотекари.

— …

Ли Са Ён холодным взглядом смотрел на стоящую перед ним куклу.

Это было логичное предложение, но не строго необходимое. Подробный отчёт об анализе он мог получить и позже. Почему Нам У Джин так настаивал на его посещении лаборатории?

— Хорошо.

Какими бы ни были скрытые мотивы, Нам У Джин не мог причинить вред ни ему, ни Ча Ый Джэ. Рассуждая исходя из рациональности, а не доверия, Ли Са Ён медленно направился к лаборатории.

***

— Это не неизлечимая болезнь, но потребуется постоянное наблюдение. Думайте об этом как о диабете: вам придётся быть осторожным всю жизнь.

Кабинет Нам У Джина находился глубоко в лабиринте библиотеки. Пройдя через тускло освещённые коридоры, заставленные книгами, металлическая дверь открылась, и перед ними оказался типичный врачебный кабинет.

Пожилая женщина, опираясь на руку члена гильдии, направилась в комнату физиотерапии, оставив в кабинете только Нам У Джина и Ча Ый Джэ. Нам У Джин щёлкнул ручкой и продолжил:

— Моя способность может лечить только травмы, возникающие в рамках законов системы… Мне жаль, что я не смог полностью вылечить её.

— Нет, я уже благодарен за консультацию.

Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— В какую больницу ей стоит обращаться в будущем? Она ведь не сможет постоянно приходить сюда.

— Верно. Мой график довольно непредсказуем, поэтому я не смогу принимать её каждый раз. Но…

Нам У Джин что-то набрал на клавиатуре и записал название больницы на жёлтой стикер-бумажке. Это была университетская больница в центре Сеула.

— Я свяжусь с больницей, чтобы она могла обращаться туда в дальнейшем.

— О, спасибо.

— За консультации и лекарства платить тоже не придётся. Гильдия Совон покроет все расходы.

— Что? Почему?

Ча Ый Джэ удивлённо спросил. Это была его первая встреча с Нам У Джином, так почему тот готов оплачивать лечение совершенно постороннего человека? Ревматоидный артрит даже не был редким заболеванием. Нам У Джин, вместо прямого ответа, посмотрел на Ча Ый Джэ своими прозрачными белыми глазами.

— Теперь, когда я выполнил свою работу как врач, позвольте представиться как охотник.

Он медленно моргнул белыми глазами и продолжил:

— Я Нам У Джин, седьмой в рейтинге Южной Кореи. Я — глава гильдии Совон и владелец этой библиотеки. Вы Ча Ый Джэ?

— Да.

— Вы — «сотрудник» Ли Са Ёна.

— …

Глаза Ча Ый Джэ слегка сузились. Нам У Джин сохранил вежливую улыбку, которую показывал пожилой женщине, и продолжил:

— Вам необязательно отвечать. Ваше присутствие здесь уже является ответом.

Он делал категоричное заявление. Ча Ый Джэ задумался над его словами.

— Почему моё присутствие здесь считается ответом?

— Ли Са Ён никогда никого сюда не приводил. Вы — первый человек, попавший сюда по его рекомендации.

Нам У Джин поднялся и посмотрел на Ча Ый Джэ сверху вниз.

— Хотите прогуляться?

Ча Ый Джэ безмолвно поднялся. Как только Нам У Джин сделал шаг, белый кабинет исчез, а перед ними появился голубой сад. Запах травы и мягкий ветерок были такими же, как в настоящем саду. Это ли была способность Нам У Джина? Пока он шёл вперёд, Нам У Джин заговорил:

— С момента Дня Разлома меня глубоко интересует этот изменившийся мир. Что такое система? Что такое разлом? Откуда появляются монстры?

Это были вопросы, которые интересовали всех. Но ни в Южной Корее, ни в мире, включая Ча Ый Джэ, никто не мог дать на них чётких ответов. Нам У Джин, похоже, и не ожидал ответа, продолжил:

— Я собираю столько знаний, сколько могу, чтобы найти ответы на эти вопросы. Также я поддерживаю хорошие отношения с Ли Са Ёном.

— Понятно.

Мокрая от росы трава мягко хрустела под ногами. Нам У Джин остановился.

— Кажется, вам это кажется интересным.

— …

— Тогда… как насчёт этой истории?

Его глаза, выжженные белым светом, полностью отразили лицо Ча Ый Джэ. Нам У Джин наблюдал за любым, даже мельчайшим изменением выражения лица и произнёс:

— Ли Са Ён был подопытным в Прометее.

Глава 61

Ча Ый Джэ посмотрел на Нам У Джина с суровым выражением лица, но тот отвернулся и снова медленно зашагал вперёд.

— С этого момента я расскажу вам то, что не известно никому за пределами определённых кругов.

Он указал пальцем на небо.

— Это было незадолго после того, как было объявлено о смерти J… Вся страна была в смятении. Это было время, когда правительство уже не могло справляться со своими обязанностями.

Эпоха хаоса, когда государство утратило свою власть. Естественно, те, кто находился наверху, наверняка скрыли множество происшествий, чтобы успокоить общество. Ча Ый Джэ задумался о том, что было похоронено за эти восемь лет, о чём он даже не подозревал.

Они уже миновали сад и углубились в тихий лес. Среди густой зелени белые волосы Нам У Джина ярко сияли.

— Ли Са Ён был найден в лаборатории.

— …

— Хотя, правильнее будет сказать, что это было место, которое когда-то было лабораторией. Всё вокруг растаяло из-за яда. Среди чёрных руин он сидел один, одетый в свободную больничную одежду.

В памяти тут же всплыла сцена, которую он видел в разломе. Только одно прикосновение Ли Са Ёна — и сияющий сад мгновенно становился чёрной токсичной трясиной, где не могла выжить ни одна жизнь. Ча Ый Джэ видел, как огромный лес, такой же зелёный, как этот, разлагался под пальцами Ли Са Ёна прямо на его глазах.

Смертельный яд, к которому даже охотник A-класса Со Мин Ги не мог приблизиться. Без яда василиска Ча Ый Джэ, вероятно, не смог бы остаться невредимым рядом с Ли Са Ёном.

— Всё вокруг было полностью уничтожено. Подойти к нему бездумно означало бы верную смерть.

Нам У Джин продолжил говорить медленно.

— Только Чон Бин, облачённый в защитное снаряжение, смог с трудом приблизиться. Но в итоге даже он отравился и был вынужден принять антидот.

Ли Са Ён, найденный после разрушения лаборатории Прометея, и теперь преследующий их. Прометей, который стремится искусственно создать пробуждённых. Улики, которые не должны были складываться в общую картину, начинали соединяться воедино. Ча Ый Джэ почувствовал лёгкий дискомфорт и нахмурился.

— Вы хотите сказать, что Ли Са Ён — это первый успешный эксперимент?

— Ну… этого я не могу сказать с уверенностью.

Где-то слышалось пение птиц.

— Пробудился ли он из-за их эксперимента или система ответила на отчаянные молитвы Ли Са Ёна.

— …

— Я склоняюсь ко второму.

Несмотря на столь шокирующий рассказ, Нам У Джин улыбался непринуждённо.

— На тот момент их исследования не продвинулись далеко, поэтому они использовали в качестве подопытных людей с определёнными особенностями.

— Особенностями?

— Да. Тех, кто сталкивался с разломом или получил ранения от монстров. В любом случае, что-то, связанное с разломом. В той хаотичной ситуации они могли похищать людей для экспериментов.

Что-то, связанное с разломом, повторил он. На мгновение в ушах Ча Ый Джэ послышался слабый шёпот, похожий на галлюцинацию.

«Пожалуйста… спасите меня».

Мальчик, умирающий, заключённый в объятия двух тел, растворившихся от яда в разломе, покрытом смертельным токсином. J, отчаянно блуждающий в поисках признаков жизни, нашёл его только после того, как разрушил обрушившуюся внешнюю стену здания.

Мальчик, покрытый ядом, с трудом смотрел на J, несмотря на то что всё его тело плавилось. Его слабые губы шевелились. Голос был хриплым и сломанным, возможно, из-за повреждения голосовых связок ядом.

«Пожалуйста, спасите меня».

Этот образ напомнил Ча Ый Джэ его самого в семнадцать лет, когда он отчаянно жаждал, чтобы кто-то помог… Он не мог не протянуть руку мальчику.

Даже если, очнувшись, он окажется в трагедии, где потеряет всю семью, и не сможет быть уверенным в спасении. Даже если ему придётся жить жизнью, более мучительной, чем смерть. Даже если вся ненависть обратится против него.

Он не мог отвернуться от этого отчаяния.

Ча Ый Джэ посмотрел на беловолосого мужчину. Возможно, тот мальчик тоже стал мишенью Прометея, потому что он спас его тогда. Нам У Джин, засунув руки в карманы белого халата, наблюдал за Ча Ый Джэ.

Внезапно Ча Ый Джэ осознал источник своего дискомфорта. Не отводя взгляд от обожжённых глаз Нам У Джина, он спросил:

— Зачем вы рассказываете мне это?

— …

Должна быть причина, по которой Ли Са Ён не рассказывает о своём прошлом. Точно так же, как у него самого есть свои секреты, у Ли Са Ёна тоже должны быть свои.

Их сделка стала возможной, потому что они не лезли в сокровенные тайны друг друга. Конечно, Ли Са Ён разузнал о нём, но не пытался понять, почему Ча Ый Джэ хочет жить тихой жизнью.

Поэтому он не хотел слышать историю Ли Са Ёна за его спиной. Если только он сам её не расскажет.

— Не думаю, что заслуживаю услышать это только потому, что я связан с Ли Са Ёном.

Когда Ча Ый Джэ выразил своё недовольство, Нам У Джин выглядел скорее довольным.

— Это ожидаемая реакция. Было бы куда более тревожно, если бы вы не отреагировали так.

— Простите?

— Ну, считай это своего рода оковами.

— Что это значит…

Прежде чем Ча Ый Джэ успел задать ещё один вопрос, он почувствовал лёгкое присутствие позади себя. Повернув глаза в том направлении, он увидел мальчика, стоящего на краю сада. Он сразу понял.

Это… не человек. Ясные, словно стекло, глаза мальчика отражали Ча Ый Джэ. Мальчик поклонился в приветствии.

— Лечение пациента завершено. Я пришёл сообщить вам, хозяин, и вашему гостю.

— Тогда, пожалуй, закончим прогулку? Позвольте мне проводить вас к вашему спутнику.

Не успел он опомниться, как сад исчез, и они снова оказались в библиотеке, наполненной книгами. Нам У Джин жестом пригласил его следовать за собой и пошёл вперёд.

Однажды, когда всё подойдёт к концу, тщательно обустроенная библиотека тоже разрушится и сгниёт. Знал ли он об этом?

Прерывая мысли Ча Ый Джэ, Нам У Джин задал вопрос:

— Кстати, вы знаете Хон Ё Сона?

— Да, знаю.

Не просто знаю — я поклялся разбить голову этому мерзавцу. Ча Ый Джэ никогда не забывал свою обиду на него, этого говорящего попугая InHeart, одержимого магическим камнем. Когда они дошли до центрального зала, Нам У Джин повернулся, достал из кармана своего пальто два жёстких билета и протянул их. Чёрные билеты, похожие на пропуск на выставку, были украшены белыми мазками кисти с надписями на хангыле и китайских иероглифах.

[Выставка мастеров Yìxīng]

— …Выставка мастеров?

— Так называется аукцион снаряжения Хон Ё Сона. Он состоится через несколько дней в Сондо, и только владельцы билетов смогут попасть внутрь.

Нам У Джин любезно объяснил Ча Ый Джэ, который растерянно держал билеты.

Если это аукцион снаряжения Хон Ё Сона, там будет полно оборудования S-класса. Охотники, жадные до снаряжения, сделают всё, чтобы попасть туда. Билеты наверняка стоили бешеных денег.

Конечно, у Ча Ый Джэ была страсть только к кухонным принадлежностям, поэтому в его руках эти билеты ощущались как булыжник.

— Зачем вы даёте это мне…?

— Это награда за то, что вы рисковали своей жизнью ради спасения PRO-009.

Нам У Джин широко улыбнулся. В голове Ча Ый Джэ царил хаос.

«Я не справлюсь с этим. Эта бумажка точно станет источником всех бед в будущем».

Как ему объяснить, откуда у него это? Сказать, что от Нам У Джина, будет подозрительно, а сказать, что нашёл на улице, ещё хуже. Выставить на «Томатном рынке»? Это вызовет больше шума, чем история с магическим камнем. К счастью, Ча Ый Джэ уже начинал предчувствовать предстоящие события.

— Нет, я D-класс, так что мне это не нужно. Да и денег у меня нет, так что как я…

— Тогда продайте это другим охотникам. Они наверняка с ума сходят, пытаясь достать такие билеты.

Нет, я не хочу бросать наживку этим сумасшедшим охотникам. Если станет известно, что он продал этот билет, в тот же день ресторан с похмельным супом может взлететь на воздух.

Но в итоге билет на выставку мастеров всё же оказался в руках Ча Ый Джэ. Ему хотелось немного поплакать.

На обратном пути гильдия Совон предоставила транспорт. Бабушка и Пак Ха Ын сидели рядом, а Ча Ый Джэ и Ли Са Ён расположились позади них. Пак Ха Ын, всё ещё полная энергии, начала болтать.

— Дядя, там было очень весело. Там было так много книг, а проходящие мимо люди были добрыми. Там было полно комиксов. Какой-то мальчик даже раскрашивал вместе со мной.

— Правда?

— Да! И…

Пак Ха Ын заёрзала и, развернувшись, одной рукой сделала V, а другой сложила пальцы, как бы обводя букву.

Ему было знакомо это движение. Это то, что парень в противогазе делал в конце развлекательных программ и дорам, которые он смотрел! Знала ли она, что его лицо стало кислым? Пак Ха Ын продолжала с энтузиазмом.

— Брат, который сидит рядом с тобой, показал мне это!

— А?

— Он сделал это для меня больше двадцати раз!

Ча Ый Джэ с широко раскрытыми глазами посмотрел на Ли Са Ёна. Ли Са Ён, который до этого смотрел в окно, скрестив руки на груди, повернул голову к Ча Ый Джэ. Их взгляды встретились.

— Ты…

Ты правда… делал это в реальном времени? И больше двадцати раз? Ча Ый Джэ не мог найти слов. Ли Са Ён, наблюдая за его выражением, рассмеялся. Это был явно насмешливый смех.

— Что? Ты настолько благодарен, что теряешь рассудок?

— …

— Не знал, что у меня есть талант в воспитании детей. Благодаря кое-кому, выяснил.

— …

Этот ублюдок… Ты правда делал такую нелепую вещь ради неё?

Пак Ха Ын, наверное, что-то привиделось. Ча Ый Джэ с силой ткнул пальцем в бок Ли Са Ёна. Твёрдое тело рядом с ним вздрогнуло.

***

— Ха… хух…

У подножия Чирисана молодой человек в яркой походной одежде, с походной шляпой и солнцезащитными очками спускался, шатаясь. Он так тяжело дышал, что прохожие, поднимающиеся в гору, косились на него. А мужчины в костюмах, следовавшие за ним, делали эту сцену ещё более заметной.

Чон Ён Сук, секретарь альпинистского клуба «Ханмаым», цокнула языком, наблюдая за тем, как молодой человек убегает с горы.

— Ох, надо ли сообщить об этом молодом человеке?

— Серьёзно. Что это за парни в костюмах на горе?

— Да брось, может, они фильм снимают.

— О, значит, я попаду в кино?

Пока сплетни членов альпинистского клуба стихали, ноги молодого человека наконец коснулись ровной земли. С громким шлепком он рухнул на землю и поднял руки вверх в знак победы.

— Чёрт возьми! Наконец-то! Наконец я свободен!

Порыв ветра сдул его шляпу, обнажив лицо молодого человека. Его ясные глаза наполнились слезами. Мужчина в костюме позади него достал рацию и доложил:

— Да, руководитель группы. Хон Ё Сон-щи только что завершил спуск. Немедленно направляемся в Сондо.

— Уаааа!

— Нет, это не звук оленя. Это крик радости Хон Ё Сон-щи. Да, понял.

Молодой человек, переполненный счастьем от того, что стоит на ровной земле, был Хон Ё Соном. Единственный существующий мастер S-класса. Он только что завершил долгий период заточения на вершине Баньябонг горы Чирисан и вернулся к цивилизации.

— Урааа!

Чтобы принять участие в аукционе, который пройдёт в Сондо!

И теперь… до выставки мастеров оставалась одна неделя.

Глава 62 - Где сажают бобы, там бобы и растут

В день, когда Хон Ё Сон вернулся в светский мир, на анонимной доске HunterNet появилось сообщение с его упоминанием. Это было наблюдение за Хон Ё Соном.

Заголовок: [Анонимно] Что это? Хон Ё Сон спустился с горы?

Почему он здесь?

Комментарии (99+):

— Что, уже?

— Он спустился с горы? Пока нет новостей в прессе.

— Наконец-то сделал кнопку «выход»…

— Ах~ до Выставки мастеров неделя осталась, так что самое время ему спуститься.

⤷ В прошлый раз он спустился за день до… Видимо, Хон Ё Сон вложил в это много усилий…

⤷ Реально, лол ㅋㅋㅋ

— А где ты сейчас, Аноним?

⤷ В куриной закусочной.

⤷ ?? Лололол ㅋㅋ

⤷ Первое место, куда он пошел после спуска — это куриная закусочная?

⤷ Ах ㅋㅋ, даже ранкер под номером 8 не устоял перед курицей ㅋㅋ

⤷ Расскажи историю, плиз.

Неожиданное появление Хон Ё Сона перевернуло HunterNet в хорошем смысле. Ведь с выставкой мастеров, которая должна была начаться через неделю, самым горячим обсуждением в сообществе охотников стали Хон Ё Сон и снаряжение, которое он создавал. Пока все ждали более подробных рассказов, охотник, который первым сообщил об этом, вскоре снова появился.

Заголовок: [Анонимно] Тот, кто писал про спуск Хон Ё Сона

После работы я зашел в куриную закусочную, а там жутко много людей.

Проверил, не идет ли сегодня футбольный матч, но нет.

Когда спросил, сказали, что кто-то устроил безлимит на курицу, лол.

Так что я заглянул, чтобы узнать, кто это, и увидел Хон Ё Сона, рыдающего, держа в каждой руке по куриному крылышку и откусывающего их по кусочку…

Он даже был в разноцветной походной одежде, словно собранной из кубиков Лего…

Я ушел молча, с чувством благоговения.

Не просто.

Просто заплатил 10,000 вон за доставку.

Комментарии (99+):

— Лололол ㅋㅋㅋㅋㅋ

— Рыдающий, пока < лололол ㅋㅋㅋㅋㅋ

— Почему богатый парень держит в руках крылышки вместо ножек?

— Может, хочет взлететь… держа крылышки в обеих руках.

⤷ Собирается сделать искусственные крылья, чтобы летать?

⤷ Вау, пусть сделает.

⤷ С сегодняшнего дня будем кормить Хон Ё Сона только крылышками?

⤷ Ах ㅋㅋ, отправлю ему тысячу крылышек, подожди, Хон Ё Сон.

— Разве Хон Ё Сон не должен дать этому парню 10,000 вон за доставку?

⤷ Ё Сон, у тебя много денег, переведи 10,000 вон, пожалуйста. Nonghyup 30247…

Количество охотников с каждым годом увеличивается, а снаряжение становится все менее доступным. Это естественное следствие растущего спроса. Даже рискуя жизнью ради зачистки разлома или подземелья 1 уровня, снаряжение S-класса остается крайне редким.

В такой ситуации ценность Хон Ё Сона, который мог стабильно, пусть и медленно, создавать снаряжение S-класса, неизбежно росла. Поэтому во время сезона выставки мастеров охотники высокого ранга со всего мира стекались в Корею.

[Выставка мастеров]

Короче говоря, этот аукцион проводится раз в два года, организуемый в Сондо, где представляется снаряжение, созданное мастером Хон Ё Соном.

Именно поэтому правительство особенно ценит Хон Ё Сона. Его само существование усиливает национальную мощь, и каждые два года они даже устраивают для него фестиваль! Привлечение туризма! Заработок на иностранной валюте!

Конечно, в этот период государственные охотники из Бюро управления пробуждёнными были измотаны, поддерживая порядок в городе и охраняя Хон Ё Сона. С таким количеством пробуждённых, собравшихся в одном месте, безопасность была первостепенна. Поэтому Чон Бин грыз край бумажного стаканчика, получая отчеты.

— Руководитель группы, я отправил по почте информацию о размещении сотрудников рядом с выставочным центром.

— Спасибо за труд. Я проверю и отвечу. Где сейчас Хон Ё Сон?

— После того, как съел 11 кур в закусочной, он направляется в ресторан, специализирующийся на корейской говядине.

— …Что, его что, призрак, умерший от нехватки мяса, вселился?

Когда Чон Бин пробормотал это, в наушнике послышался тихий вздох.

Хон Ё Сон стал мясным маньяком, как только вернулся в светский мир. Разве агентства кормили его только храмовой едой, пока держали на Чирисане? Нет. Разве они не кормили его мясом? Тоже нет.

Ему предоставляли идеально сбалансированное питание каждый раз. Однако, держась за пульсирующую от напряжения голову, Чон Бин мягко ответил:

— Ну… Поскольку история с его появлением уже на HunterNet, уделите немного больше внимания безопасности.

— Понял.

В преддверии выставки мастеров Сондо был как никогда оживлен. Отели поблизости были полностью забронированы за месяц до события, а телеведущие, журналисты и фанаты охотников стекались в город. Требовалось больше внимания для обеспечения безопасности мясоедного гения-бегемота.

Чон Бин снова коротко вздохнул, открывая электронные письма на планшете. Каждый день до выставки мастеров казался бесконечно долгим.

***

Эффект от выставки мастеров докатился даже до тихого ресторанчика с похмельным супом. Быстро управившись с двумя мисками супа, Пэ Вон У включил телевизор, держа ложку во рту. Другой охотник, увидев его переключающим каналы, спросил:

— Что сегодня показывают?

— Викторина. Повторяют выпуск с Хон Ё Соном. Я пропустил оригинальный эфир.

Ча Ый Джэ, идеально шинковавший зеленый лук на кухне, замер на мгновение. Другой охотник восхищенно заметил:

— Вау, он спустился с горы?

— Ты не заходил на HunterNet? Уже есть сообщения о том, что его видели в куриной закусочной и ресторане с корейской говядиной.

— Наверное, он сошел с ума, питаясь только дикими травами в горах. Теперь он ест только мясо.

— Если бы я провел время в храме, а потом приехал в Сеул, первым делом тоже пошел бы есть курицу.

— Логично.

Даже Ча Ый Джэ знал, что Хон Ё Сон был на Чирисане. Трудно было не знать, когда тот так активно постил на своём InHeart. Мужчина был буквально зависим от этой платформы и иногда бессонными ночами выкладывал фотографии рассвета с Чирисана, идеально совпадая с моментом восхода солнца. Эти снимки казались способными приносить удачу, поэтому даже Ча Ый Джэ, который питал к Хон Ё Сону немалую обиду, тайно сохранял их.

«Этот ублюдок… спустился с горы».

У Ча Ый Джэ был долг — ударить этого парня по голове. Он тихо положил нож и вышел из кухни. В этот момент Пэ Вон У, старательно переключавший каналы, остановился. Программа, похоже, уже началась, так как национальный ведущий хлопал в ладоши, приветствуя гостя.

— Вау~ На этот раз он спустился с Чирисана и сразу пришел к нам. Единственный мастер S-класса! Гордость Кореи, мастер-охотник Хон Ё Сон!

— Ха-ха, здравствуйте, здравствуйте.

Хон Ё Сон выглядел чистым и ухоженным, его лицо блестело, а щеки округлились. Кто-то пробормотал:

— Наверное, хорошо поел, спустившись.

«Точно».

Пока ведущий обменивался приветствиями с гостем, он осторожно задал вопрос:

— Вы знамениты тем, что всегда создаете великолепное снаряжение. На этот раз вы что-то сделали?

— Если я скажу это сейчас, может пропасть интрига… Я покажу это в день аукциона.

— Ах, а нельзя намекнуть хотя бы чуть-чуть?

— Ха-ха, нет.

Хон Ё Сон улыбался приветливо. Один из охотников, готовый ударить по столу от досады, в итоге хлопнул себя по колену.

— Ха… Очень хочу пойти.

— Даже если хочешь… нужен черный билет, чтобы войти, верно?

— Сколько сейчас стоит билет?

— Не знаю, но говорят, что его продают за десятки миллиардов, и то нигде не найти.

— Когда я вообще смогу попасть на этот аукцион?

Разговор охотников с горечью в голосе привлек внимание Ча Ый Джэ. Он незаметно осмотрел ресторан. Обеденное время подходило к концу, и казалось, новых клиентов не ожидалось.

<Бесшумные шаги!>

Ча Ый Джэ применил способность, чтобы скрыть своё присутствие, и тихо направился в свою маленькую комнату. К счастью, все взгляды были прикованы к телевизору, так что ему удалось добраться туда, не будучи замеченным.

Он приподнял аккуратно сложенное одеяло. Между покрывалами с розовыми цветочными узорами мирно лежал чёрный билет, мечта всех охотников. И не один, а два. Ча Ый Джэ уставился на билеты, которые, даже спрятанные в одеяле, сохраняли свою твёрдость и блеск.

Нам У Джин… подарил мне катастрофу.

И не просто катастрофу, а настоящую, огромную.

«Я попался на его гладкие речи и, не успев понять, что происходит, получил эти билеты…»

Ча Ый Джэ прикрыл лоб рукой и тяжело вздохнул. Стоило им остаться наедине, как Нам У Джин принялся рассказывать о прошлом Ли Са Ёна и других непонятных вещах, втянув его в это без его воли.

В приступе злости Ча Ый Джэ тихо ударил кулаком по одеялу с цветочным узором. Почему этот парень вдруг начал говорить о прошлом Ли Са Ёна? Ещё и заставил его волноваться.

Ча Ый Джэ посмотрел на билеты стоимостью в десятки миллиардов. С учётом наценки они могли стоить ещё больше. Однако, после истории с магическим камнем он усвоил важный урок.

«Мне не следует нарываться».

Конечно, он уже сделал немало всего тут и там, но больше он не мог себе этого позволить. Он пообещал себе жить спокойно, и уже наделал слишком много бед. Пока ещё не поздно, он должен действительно начать жить тихо.

«Буду честно зарабатывать деньги своей работой».

Если задуматься, охотники зарабатывают на продаже материалов из подземелий. Но Ча Ый Джэ решил жить как обычный человек, а не как охотник! Да, у него есть лицензия охотника, но… использовать её он не собирался. Лицензия для него была как неиспользуемое водительское удостоверение.

Если вы получаете права, но не водите, это просто ещё одно удостоверение личности с лишними 12 цифрами. Полезно только для идентификации, и больше ни для чего.

Как обычный человек, ведущий тихую и мирную жизнь, мог бы продавать вещи, связанные с подземельями? Недавний инцидент с «Томатным рынком» EZ был глупой ошибкой, вызванной временным помрачением рассудка из-за денег.

«Да, гусенице положено питаться хвойными иголками».

Хотя, если судить по его размерам, он больше похож на динозавра. Ча Ый Джэ начал внушать себе, что он всего лишь гусеница. Драгоценный чёрный билет не подходил такой гусенице, как он. Поэтому он должен был найти правильный способ распорядиться ими. У него было три варианта.

Первый: поехать в Сондо и участвовать в аукционе.

Второй: избавиться от билета.

Третий: притвориться, что билета не существует.

Первый вариант: поехать в Сондо и участвовать в аукционе.

Как только он ступит ногой в Сондо, он может попрощаться с тихой жизнью. По словам других охотников, во время выставки мастеров в Сондо собираются охотники высшего ранга, включая Хон Ё Сона и Чон Бина. Все они с лёгкостью могли позволить себе купить чёрный билет.

«Я что, с ума сошёл?»

Конечно, люди, которые приходили в ресторан с похмельным супом, тоже были далеко не простыми, но это была его территория, где у него было множество способов разобраться с ситуацией. А Сондо был неизведанной землёй. Ча Ый Джэ решил даже не смотреть в сторону Сондо. Первый вариант отпадал.

Второй вариант: избавиться от билета. Это тоже имело свои проблемы. Избавиться от него правильным способом было невозможно!

Продать или передать его, разумеется, невозможно. Если только он не хотел попасть в галерею славы вместе с EZ с «Томатного рынка» и господином Таким-то из Thunder Market, это не обсуждалось. Тогда оставался вариант уничтожить билет…

Он уже пробовал поднести билет к горелке, на которой варил суп, но этот проклятый билет, из чего бы он ни был сделан, не горел в обычном огне.

«Может, просто порвать его?»

С его силой он мог бы порвать его. Но если он не порвёт билет на мелкие кусочки и не превратит его в пыль, это было бы опасно. Даже выбросив билет, его всё равно пришлось бы отправить в мусор для несгораемых отходов, и вряд ли он бы стал пылью.

В итоге остался только последний вариант. Убедить себя, что билета не существует. Можно было просто засунуть эти два листка бумаги куда-нибудь и забыть о них. Ча Ый Джэ глубже спрятал билеты под одеяло, отчаянно пытаясь игнорировать их.

«Оставайтесь там, пока выставка мастеров не закончится».

Это была бесполезная молитва.

Как всегда, молитвы Ча Ый Джэ не имели особого эффекта.

— …

— Ты когда-нибудь был в Сондо?

Когда посреди ночи появился чёрный противогаз с чёрным билетом в руке, всё стало ясно.

Глава 63

Ча Ый Джэ закончил мыть посуду, убираться и даже приготовился к завтрашнему дню, как вдруг в дверь постучали. Ли Са Ён пришёл с такой точностью, что Ча Ый Джэ задумался, не следил ли тот за ним.

Ча Ый Джэ выглянул из кухни, чтобы посмотреть, кто там, и широко раскрыл глаза, заметив на стекле чёрный противогаз.

— Что случилось? Так внезапно.

— Мне нужно поговорить.

Ответ прозвучал едва слышным шёпотом. Ча Ый Джэ нахмурился. Не собирался ли Ли Са Ён снова о чём-то его попросить? Развязав тесно затянутые завязки фартука, он направился к двери. Ли Са Ён спокойно стоял перед входом, ожидая, когда его впустят.

Как только Ча Ый Джэ сдвинул дверь в сторону, тёмная фигура шагнула внутрь. Не садясь, Ли Са Ён произнёс:

— Ты когда-нибудь бывал в Сондо?

На этом он остановился.

С неохотой Ча Ый Джэ перевёл взгляд с блестящего чёрного билета на чёрную перчатку, которая его держала, а затем на чёрный противогаз. Каждый раз, когда ему начинало казаться, что можно относиться к этому парню немного теплее, исходя из их накопленного знакомства, Ли Са Ён доставал из кармана очередную «бомбу». Более того,

«Почему эти чёрные билеты такие распространённые?»

Разве они не должны быть редкими и чрезвычайно ценными, стоящими десятки миллиардов? Постоянные клиенты его ресторанчика на уши вставали, чтобы заполучить хотя бы один такой билет, но каким-то образом три из них уже оказались у него, просто так.

Ча Ый Джэ отвёл взгляд от билета, который вызывал у него беспокойство, и сменил тему:

— Почему ты пришёл так поздно сегодня?

— Хм?

Ли Са Ён слегка наклонил голову и честно ответил:

— Ты бы испепелил меня взглядом, если бы я пришёл в рабочие часы и помешал бизнесу.

«Чёрт, почему он так всё формулирует?»

Ча Ый Джэ, который пытался перевести разговор в другое русло, глянул на потолок.

На самом деле Ли Са Ён был прав. Если бы он пришёл в часы ужина, в ресторане образовалась бы «ЗОНА Ли Са Ёна», обслуживание провалилось бы, и Ча Ый Джэ смотрел бы на него с неохотой. Прямо как сейчас.

Ли Са Ён пробормотал, как будто хотел, чтобы Ча Ый Джэ это услышал:

— Они избегают меня, потому что боятся, что я могу поделать?

Почему-то противогаз, который держал чёрный билет, выглядел подавленным. Хотя противогазы ведь не могут выражать эмоции!

Слова Нам У Джина всплыли в голове Ча Ый Джэ, как туман. И мысли начали цепляться одна за другую.

Ли Са Ён, который избивал людей в переулке, Ли Са Ён с чёрным языком, Ли Са Ён, нагло появляющийся в общественных рекламных роликах, Ли Са Ён как объект экспериментов Прометея, Ли Са Ён с одеялами и подушками, Ли Са Ён, сидящий один среди руин, расплавленных ядом, Ли Са Ён, расплавивший хозяина разлома и спросивший, всё ли в порядке, Ли Са Ён, что-то бормочущий, зарывшись лицом в плечо J в осколках памяти, и…

J спас его, но он больше не был J; ребёнок, которого уже невозможно было найти, безнадёжно запутался в хаосе.

С самого первого знакомства и до недавнего времени Ча Ый Джэ видел в Ли Са Ёне грубого, надоедливого, странного и сумасшедшего человека, который нарушал его маленькую и тихую жизнь просто своим существованием. Их первая встреча была худшей, а ресторанчик с похмельным супом, который, несмотря на толпы клиентов, был относительно спокойным, стал хаотичным благодаря Ли Са Ёну.

Но как говорят, чем больше знаешь, тем больше видишь. Невольно запутавшись в делах Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ узнал больше, чем ожидал.

«Считай это своего рода оковами».

Вот что он имел в виду под оковами? Оковы совести? Ему нечем было меня связать, кроме как Ли Са Ёном? Ча Ый Джэ всё больше понимал справедливость высказывания о том, что власть только ухудшает людей.

«Нужно перевоспитывать этих ранкеров… Слишком уж они жадные…»

Знал Ли Са Ён о тревожных мыслях Ча Ый Джэ или нет, но пробормотал снова, на этот раз громче:

— Ты же представляешь, насколько я к тебе внимателен?

— Да, знаю.

Ча Ый Джэ ответил без энтузиазма и тихо сделал шаг назад. Но Ли Са Ён заметил даже это небольшое движение, словно призрак. Его глаза сверкнули за противогазом.

— Куда ты собрался?

— А? На кухню.

— Ты не собираешься ответить на мой вопрос?

— У тебя полно времени. Давай поговорим за чашкой кофе. Ты пьёшь кофе?

Несмотря на неопределённость слов, напряжённая атмосфера мгновенно смягчилась. Ли Са Ён закатил глаза, словно вспоминая нечто из давнего прошлого, и долго смотрел в верхний левый угол. После продолжительного молчания он пробормотал:

— …Не знаю?

Что за двусмысленный ответ? Ча Ый Джэ, тоже становясь серьёзным, скрестил руки на груди и жестом указал:

— …Садись и подожди немного.

На удивление, Ли Са Ён сел без лишних слов. Убедившись, что он снял противогаз, Ча Ый Джэ направился на кухню, погрузившись в раздумья.

«Можно ли давать ему кофе в такое время?»

Конечно, кофеин не повлияет на тело охотника S-класса, особенно такого, как Ли Са Ён, но… есть ещё эмоциональная составляющая. Достаточно вспомнить постоянных клиентов-охотников, которые пьют соджу, даже если не пьянеют, упорно заказывая по две бутылки каждый раз.

К тому же, вспоминая то, что он видел у Ли Са Ёна дома, стало ясно, что он не очень хорошо спит. Как и большинство чувствительных пробуждённых S-класса.

Не оставалось выбора. Он должен был показать свой лучший рецепт, который даже покорил привередливую девятилетнюю школьницу. Ча Ый Джэ достал чёрную упаковку и акациевый мёд из холодильника. С решительным видом, взяв ложку, он выглядел так, будто его спина светилась золотым светом.

[Способность: Битва, вплетённая в жизнь (S) активирована.]

Через некоторое время Ча Ый Джэ с уверенностью поставил бумажный стакан перед Ли Са Ёном. Ли Са Ён, который до этого облокотился на одну руку и постукивал по телефону другой, приостановился и спросил:

— Что это?

— Мисугару.

И не просто мисугару, а особый мисугару с мёдом и свежим белым молоком, которое он купил в качестве угощения для Пак Ха Ын. А так как он подал его в одноразовом стакане, о мытье посуды можно было не беспокоиться. Забота о Ли Са Ёне и экономия — два в одном.

Но Ли Са Ён, глядя на стакан перед собой, принял подозрительное выражение лица.

— А как же кофе?

— Ты ведь плохо спишь, правда?

— …

Ли Са Ён посмотрел на Ча Ый Джэ странным взглядом. Ча Ый Джэ цокнул языком.

— Как можно пить кофе, если ты и так плохо спишь? Пей мисугару.

Отложив телефон и взяв бумажный стакан, Ли Са Ён пробормотал:

— Кажется, ты тоже плохо спишь.

— Именно поэтому я пью воду.

— …

Без лишних слов Ли Са Ён покорно снял противогаз и положил его на стол. Затем, вновь осмотрев жидкость в стакане, он начал осторожно пить мисугару.

Ча Ый Джэ сел напротив него, попивая воду, внимательно наблюдая за его лицом. Ли Са Ён облизнул губы своим чёрным языком и моргнул. Его длинные ресницы трепетали при каждом движении.

— Так или иначе. Ты бывал в Сондо?

Вспомнив билет, который он спрятал в одеяле, Ча Ый Джэ покачал головой.

— Нет.

Он путешествовал по всей стране как J, но, удивительно, ни разу не был в Сондо. И в будущем он тоже не собирался туда ехать. Опустив пустой бумажный стакан, Ли Са Ён облокотился на руку.

— Это как раз идеально. Ты должен поехать в этот раз.

— Сондо? Зачем?

— Скоро везде будет шумно.

Он жестом указал на стену, увешанную автографами и постерами. Было бы странно сказать, что он об этом не слышал. С намеренно равнодушным видом Ча Ый Джэ ответил:

— Выставка мастеров или что-то такое?

— Да, она.

— И зачем мне туда идти?

— На свидание.

— У мисугару срок годности истёк, или ты совсем с ума сошёл, сволочь?..

Не обращая внимания на скривившееся лицо Ча Ый Джэ, Ли Са Ён продолжил с невозмутимостью:

— Это предложение о свидании стоимостью в десятки миллиардов.

Он указал на билет, аккуратно лежавший на столе. Но для Ча Ый Джэ, который хранил в одеяле билеты на сумму около ста миллиардов, это не казалось каким-то особенным предложением.

У него не было причин идти, зато было множество причин не идти. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул и выставил свой самый сильный и надёжный щит.

— У меня нет времени на поездку в Сондо. Я должен заниматься рестораном.

— Просто скажи, что отвозишь бабушку в больницу, и закрой на день. Тебе нужно только пойти на выставку мастеров.

Ли Са Ён моментально дал ответ, словно заранее подготовился к этому разговору, продумав вопросы и ответы! Он улыбнулся с ленивой самоуверенностью.

— Скажи, что бабушка заболела. Что они смогут сделать?

— Использовать бабушку как предлог…

— Если ты действительно переживаешь, я могу попросить Чхве Го Ё отвезти её в больницу. Что дальше?

К счастью, Чхве Го Ё, похоже, уже полностью восстановился. Учитывая, что с момента инцидента в порту Инчхон прошло немало времени, это было вполне ожидаемо. Ча Ый Джэ выставил второй щит.

— Как охотник D-класса может пойти на выставку мастеров? Что, если они спросят, откуда у меня билет?

— Это тоже не проблема.

Ли Са Ён порылся в своём инвентаре и положил новенький противогаз рядом с билетом. На старом, потёртом зелёном столе теперь лежали два противогаза и билеты на сумму в несколько миллиардов вон, аккуратно выстроенные в ряд.

«Это ли называется когнитивным диссонансом?»

Ча Ый Джэ был в замешательстве, точно так же, как в тот день, когда впервые увидел рекламный ролик с Ли Са Ёном по телевизору. Тот, кто являлся причиной всего этого хаоса, продолжал говорить с полной невозмутимостью.

— Ты можешь надеть это и представиться членом команды секретарей из гильдии Падо.

— …Ты хочешь, чтобы я надел это?

— Это обязательное условие для секретарей, когда они сопровождают меня на выездных работах, так что ничего необычного. Люди подумают, что это нормально.

Но разве два человека в противогазах, идущие вместе, не привлекут слишком много внимания? Даже Ча Ый Джэ оглянулся бы, увидев двоих в противогазах на улице.

К этому моменту Ча Ый Джэ уже размышлял, выгнать ли Ли Са Ёна с проклятием или отклонить его просьбу более мягко. Пока он обдумывал свои действия, Ли Са Ён, который сидел, подперев подбородок руками и смотрел на него, вдруг заговорил.

— Эй, хён.

— Что?

— Можно спросить кое-что?

— Что именно?

— Когда ты был в гильдии Совон.

Ли Са Ён спросил с мягкой улыбкой:

— Что сказал тот ублюдок Нам У Джин?

— …

— Почему ты сегодня так добр ко мне?

Глава 64

— Почему ты сегодня так добр ко мне?

Ча Ый Джэ поднял голову и встретился с этими фиолетовыми глазами. Несмотря на лёгкую улыбку на его губах, от него исходила прохладная аура.

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

«Сумасшедший. Он невероятно проницательный».

К счастью, способность Непроницаемое лицо автоматически активировалась. Ча Ый Джэ под своим бесстрастным лицом вспоминал свои подозрения насчёт Нам У Джина. Он всё знал и специально завёл этот разговор? Нам У Джин намекнул что-то Ли Са Ёну? В конце концов, их связывало сотрудничество.

Однако он быстро отмёл свои подозрения. Тогда Нам У Джин просто наблюдал за Ча Ый Джэ, который слушал рассказ Ли Са Ёна о прошлом.

Внезапное появление спутника Ли Са Ёна должно вызывать подозрения, но не было ни одного вопроса о его личности, ни сомнений, ни интереса к этой загадочной фигуре, которая появилась из ниоткуда с такими навыками. Белый взгляд, казалось, проникал в самую сущность Ча Ый Джэ, словно…

«Словно он подтверждал мою ценность…»

Ча Ый Джэ молча сглотнул. Хотя это должно было быть вознаграждением за инцидент с наркотиками, передача двух чёрных билетов могла быть доказательством того, что он прошёл тест или соответствовал критериям Нам У Джина.

Нам У Джин выглядел как человек, жаждущий новых знаний и истины. Поэтому он наверняка анализировал недавно появившегося Ча Ый Джэ. Но при кратком наблюдении полученная информация вряд ли могла бы стать совершенным «знанием».

Будучи по природе учёным, он не стал бы помещать незаконченные книги в свою библиотеку. Если это предположение верно, Нам У Джин вряд ли упомянул бы их частный разговор Ли Са Ёну.

Таким образом, Ли Са Ён просто обладал необычайной интуицией.

В конце концов, это была всего лишь реакция на его изменившееся поведение, и он задумался, стоило ли быть таким осторожным, только из-за того, что он проявил немного мягкости под влиянием какого-то чувства. Тем временем слегка прищуренные глаза Ли Са Ёна словно спрашивали: «С каких это пор ты стал так делать для меня?»

Разве это не слишком иронично — человек, который утверждает, что никому не доверяет, сам оказывается таким подозрительным? Ча Ый Джэ был ошеломлён, но решил пока притвориться невинным.

— Что значит «добр»? Что я вообще сделал?

— Вот это.

Ли Са Ён толкнул бумажный стаканчик в перчатке.

«Это?»

Ча Ый Джэ перевёл взгляд с бумажного стаканчика на Ли Са Ёна, нахмурившись. Если дать ему обычный мисугару считалось добротой, то насколько низкой должна быть планка Ли Са Ёна для проявлений доброжелательности? Ча Ый Джэ хотел было возразить, но заметил выражение Ли Са Ёна. Подозрение читалось на его утончённых чертах.

Разве этот парень не просто… ребёнок? Хоть и менее капризный, чем Пак Ха Ын.

— За столь короткое время единственное, что могло изменить твоё поведение…

Ли Са Ён слегка наклонил голову, задумчиво произнося:

— …это встреча с Нам У Джином.

— …

— Тот ещё болтун.

И правда. Хотя они обменялись всего несколькими словами, умение Нам У Джина не давать собеседнику вставить и слова и просто давить своим потоком речи действительно поражало. Ли Са Ён продолжил, поглаживая верх стаканчика.

— Ты не из тех, кто легко слушает других… это делает всё ещё более подозрительным.

«Почему он вдруг начал меня словесно атаковать?»

— И зачем этому человеку вмешиваться в наши отношения?

Какие у нас отношения? Контрактные? Ча Ый Джэ хотел возразить, но закрыл рот. Настрой Ли Са Ёна, когда он это говорил, оказался куда более решительным, чем он ожидал.

Между тем, Ли Са Ён закрыл глаза на мгновение, а затем снова открыл.

— Ну… думаю, я выдвинул свою теорию.

Ли Са Ён слегка кивнул, будто подталкивая к ответу, и Ча Ый Джэ быстро задумался.

Было бы лучше пока держать в секрете то, что Нам У Джин говорил о прошлом Ли Са Ёна. Хоть это и походило на сплетни, обсуждать Нам У Джина в его отсутствие было бы странно.

Ча Ый Джэ подумал о том, чтобы соврать, но передумал. Он взъерошил волосы и ответил честно:

— Это такая проблема, если я добрый? Смешно, что ты считаешь мисугару проявлением доброты.

— …

— Ладно. Я сделал это из благодарности. Почему?

На лице Ли Са Ёна появилось недоверие.

— Благодарности? За что?

— Ты отвёз мою бабушку в больницу.

— Это было частью условий контракта и то, что я сам предложил.

— И ты присматривал за Ха Ын.

— …

Хотя он всё ещё не мог поверить, что Ли Са Ён сделал это из общественного долга, тот действительно остался с Пак Ха Ын, чтобы она не потерялась в библиотеке. Ча Ый Джэ продолжил бормотать:

— А когда меня затянуло в разлом… ты пришёл помочь, хотя это тоже было частью контракта.

Вспоминая об этом, когда J был активен, никто никогда не приходил ему на помощь. Это он шёл помогать другим. Потому что он был J. Он должен был справляться со всем своими силами. Это было естественно.

— …

Наступила короткая тишина, но Ча Ый Джэ был слишком поглощён своими мыслями, чтобы её заметить. Сказав всё это вслух, он понял, что было немало случаев, связанных с Ли Са Ёном, и что он получил немало помощи от него. Как только он начал говорить, добрые поступки Ли Са Ёна вылились из него, словно прорвало плотину.

Ча Ый Джэ провёл рукой по губам, избегая взгляда Ли Са Ёна. Случайно его взгляд упал на стойку с кимчи и гарнирами самообслуживания, в центре которой сиял магический камень.

«Магический камень предоставлен главой гильдии Ли Са Ёном из гильдии Падо».

Чёрт, и это тоже Ли Са Ён? Ча Ый Джэ стиснул зубы и быстро добавил:

— Ну… если бы не ты… ресторан бы сгорел, или я мог бы оказаться в розыске за угон скорой помощи… кто знает.

— Ты действительно собирался угнать скорую помощь?

— …

Раздался короткий смешок. Ли Са Ён прикрывал рот, смеясь.

— Я ещё думал, почему ты спрашивал про права.

— …

— Ты действительно сумасшедший.

Замолчи, ты ничего не знаешь. Ресторан чуть не сгорел.

Лицо Ча Ый Джэ исказилось в хмурой гримасе — быть признанным сумасшедшим другим сумасшедшим было неприятно. Однако на лице Ли Са Ёна постепенно исчезало подозрение. Более того, он выглядел довольным. Мягким голосом он подбадривал:

— И?

— И что? Это всё.

— Больше тебе не за что быть благодарным?

— Что ещё может быть? Я всё сказал.

Может, стоило просто повторить слова Нам У Джина. Попытавшись сохранить верность человеку, у которого и так ничего не было, Ча Ый Джэ случайно раскрыл глубокие личные подробности. Острая атмосфера допроса Ли Са Ёна растаяла, уступив место более тёплой. Его напряжённая манера заметно смягчилась.

Ча Ый Джэ закрыл глаза рукой, охваченный смущением.

— Ну… ты никому не доверяешь, но твоя бдительность оставляет желать лучшего.

Хотя его тон был саркастичным, в нём не было насмешки. Ли Са Ён постучал пальцами по столу.

— Если ты так благодарен, соглашайся на моё предложение пойти на свидание.

Чёрт, снова по кругу. Ча Ый Джэ стиснул зубы и ответил:

— Нет.

— Почему?

— Я просто не хочу.

Хотя он больше не занимал первое место, он всё ещё был вторым в стране. Ли Са Ён неизбежно привлёк бы всеобщее внимание. Секретарь, сопровождающий его, тоже бы вызывал взгляды, особенно в противогазе.

— Ты же сам сказал мне жить тихо. Дай спокойно продавать суп от похмелья.

— Ты можешь пойти тихо, обещаю.

Ча Ый Джэ не собирался покидать свой уютный и слегка шумный ресторан супов от похмелья, чтобы снова оказаться на поле битвы. Он уже натворил достаточно проблем и планировал оставаться в тени. Но Ли Са Ён явно не собирался оставлять его в покое.

— Почему ты вообще хочешь взять меня с собой?

— На свидание.

— Брось ты эти разговоры о свиданиях. Скажи прямо.

— Хм, потому что мне будет одиноко идти одному?

Ли Са Ён иногда выдавал самые абсурдные вещи с совершенно серьёзным лицом. Всё ещё стискивая зубы, Ча Ый Джэ ответил:

— Разве не Пэ Вон У пойдёт? Твой заместитель главы гильдии?

— Ну… да.

— Тогда иди с ним.

— Ты редко произносишь моё имя, но его полное имя даётся тебе легко.

— Ха… Ли Са Ён, с тобой сложно.

— Мне часто это говорят.

Удовлетворённый услышанным, Ли Са Ён довольно хмыкнул и продолжил:

— Пэ Вон У будет с другими членами гильдии…

— Присоединяйся к ним.

— Не могу. Им неудобно быть рядом с начальником.

Ли Са Ён говорил тоном учителя. С каких это пор он так заботился о своих подчинённых? Ча Ый Джэ тяжело вздохнул. Ли Са Ён, опираясь подбородком на руки, медленно моргнул.

— Если я скажу это, у тебя появится ещё один повод для благодарности.

Его голос, с оттенком насмешливого веселья, явно наслаждался тем, что заставлял Ча Ый Джэ нервничать.

— Помнишь головорезов, которых ты обезвредил?

Головорезы… должно быть, он имел в виду тех, кого он поймал в порту Инчхон. Всё ещё закрывая глаза рукой, Ча Ый Джэ слегка кивнул.

— Ты тогда был довольно безрассудным — влез первым и проигнорировал мои сообщения.

Его обида за одно непрочитанное сообщение оказалась невероятно долгой.

— Перед тем как отправить их в транспорт, я немного «поиграл» с ними… и они запомнили тебя довольно детально.

«Чёрт».

Чёрт возьми, он не подумал об этом! Ча Ый Джэ прижал ладонь ко лбу и зажмурился. Он использовал техники стирания памяти на романтичном открывателе, но с головорезами только нанёс физический ущерб, забыв пригрозить им стиранием воспоминаний.

До недавнего времени Ча Ый Джэ каждый день носил маску, полагаясь на неё, чтобы скрыть свою личность, и бездумно бросался в ситуации. Он всё ещё не мог избавиться от привычки верить, что его лицо скрыто. Его рука плотнее прижалась к глазам. Ли Са Ён заговорил неторопливо.

— Я связался с Бюро управления пробуждёнными и даже организовал транспорт… если бы я отправил их как есть, это была бы катастрофа.

Бюро управления пробуждёнными. Ча Ый Джэ начал размышлять о том, сколько всего он упустил в своей суматохе.

Чон Бин думает, что Ча Ый Джэ — пробуждённый D-класса. Но пробуждённый D-класса справился с бандой из двадцати головорезов в одиночку и размазал их? Даже пробуждённых B-класса? Узнав об этом, его точно вызовут в Бюро на личный разговор с Чон Бином. Холодный пот стекал по его спине.

— К счастью, они всё ещё в подвале нашей гильдии. Я не знаю, когда их передадут Бюро.

— …Если они заговорят обо мне, разве ты тоже попадёшь в неприятности?

— Возможно. Но для меня это будет не так критично, как для тебя. У меня есть способы выкрутиться.

Ли Са Ён тратил слишком много времени, чтобы сказать лишь одно:

Хочешь умереть вместе со мной или поехать в Сондо?

— Я не собирался заставлять тебя идти, если ты скажешь «нет»…

— …

— Но видя, как ты благодарен за такие мелочи…

Холодное прикосновение кожи коснулось его ладони, осторожно убирая руку от глаз. Их взгляды встретились на близком расстоянии. Холодная отстранённость, которая была раньше, исчезла, уступив место мягкой улыбке на его красивом лице.

— Это заставляет меня хотеть сделать для тебя ещё больше, по-разному.

«Не надо, ублюдок…»

Ча Ый Джэ узнал новый урок в свои 28 лет: быть честным — не всегда хорошо.

***

На следующий день, 5:30 утра. Перед тем как открыть ресторан, Ча Ый Джэ вышел с метлой, чтобы очистить места, где могли появиться ракушки. Вскоре к нему подошёл незнакомец в толстой куртке, неся большую коробку и ещё одну поменьше.

Мурашки…

«Точно как тогда, когда прислали цветочный венок».

Мрачное предчувствие Ча Ый Джэ снова оказалось верным. Курьер, оглядевшись, заметил вывеску «Суп от похмелья» на раздвижной двери и издал «Ах».

— Вы здесь работаете?

— …

— У вас доставка.

Посылка в такую рань? Лицо Ча Ый Джэ напряглось, вспоминая неприятные случаи с посылками и заказными письмами. Не обращая внимания на его реакцию, курьер передал ему коробки и быстро ушёл.

Ча Ый Джэ поставил метлу и присел у двери, чтобы проверить этикетку на доставке. Это были мужской костюм и обувь от дорогого бренда.

Отправитель… Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ понял, что перешёл точку невозврата.

— Чёрт…

Тихое ругательство растаяло в утреннем воздухе.

Путь Ча Ый Джэ к становлению джентльменом подтверждён.

Глава 65

После того как поездка в Сондо была решена из-за кармы Ча Ый Джэ и угроз Ли Са Ёна, время безжалостно пролетело, и наступило утро дня выставки мастеров.

Ча Ый Джэ стоял перед рестораном с похмельным супом, одетый в темно-синий костюм и туфли, отправленные Ли Са Ёном. Листок формата А4, приклеенный к двери, одиноко трепетал на утреннем ветру.

[Закрыто на день выставки мастеров.]

[Причина: сопровождаю бабушку в больницу.]

⤷ Пусть бабушка поправляется!!

Костюм, присланный Ли Са Ёном, идеально подходил — ни слишком свободный, ни слишком тесный. Как они вообще так точно подобрали размер? Ча Ый Джэ без причины возился с рукавами пиджака.

Скоро из-за угла показалась тёмная фигура. Как и обычно, это был Ли Са Ён. Подойдя к ресторану, он скрестил руки и внимательно осмотрел Ча Ый Джэ с ног до головы. Казалось, его что-то не устраивало, и Ча Ый Джэ бросил на него раздражённый взгляд.

— Что?

— Твой галстук…

— А?

— Ты его хорошо завязал?

Неожиданное замечание вызвало у Ый Джэ чувство скрытой гордости, и он пожал плечами. Уроки на YouTube оказались полезны. Однако Ли Са Ён протянул руку и небрежно тронул его галстук.

— Думал, ты не умеешь его завязывать.

— Ты нарываешься?

— Если бы не умел, я бы сделал это за тебя.

— Что за чушь ты несёшь с утра пораньше?

Ча Ый Джэ цокнул языком. Ли Са Ён, не отвечая, долго возился с галстуком, а затем достал из инвентаря удостоверение сотрудника и противогаз. На удостоверении было фото обычного на вид мужчины и имя.

«Секретарь команды гильдии Падо Ким Сын Бин».

Надевая удостоверение на шею, Ча Ый Джэ спросил:

— Это реальный человек?

— Да. Пока надень это.

После того как он надел противогаз, чёрные перчатки выправили его одежду. Со стороны это выглядело бы странно — один человек в противогазе помогает другому у старого ресторана с похмельным супом. К счастью, было раннее утро, и прохожих не было.

Ли Са Ён пробормотал:

— На всякий случай… Говори как можно тише. Только чтобы я слышал.

Ча Ый Джэ кивнул в ответ. Чёрные пальцы постучали по фильтру противогаза.

— И не забывай, что у охотников хороший слух.

— …

— Теперь ты член команды секретарей гильдии Падо.

В низком голосе проскользнула нотка смеха. Ча Ый Джэ, догадываясь, что услышит дальше, недовольно нахмурился. Ли Са Ён, заметив это даже через противогаз, усмехнулся и спросил:

— Ты же можешь говорить вежливо, верно?

Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза. Этот парень… Он специально попросился пойти вместе? Конечно, в словах Ли Са Ёна был смысл. Если секретарь гильдии вдруг начнёт обращаться к главе на «ты», это вызовет подозрения.

Ча Ый Джэ решил не спорить. Мысль о том, что это шанс показать свои актёрские способности, немного приободрила его.

— Как мне к тебе обращаться? Глава гильдии?

— Глава гильдии Ли Са Ён.

— Слишком длинно.

— На выставке будет много глав гильдий… А вдруг кто-то перепутает?

— Ладно. Буду называть просто глава гильдии.

Проигнорировав его недовольство, Ли Са Ён пожал плечами и достал из инвентаря бумагу для экстренного перемещения.

— Как хочешь. Держись за мою руку.

— У тебя много таких? Ты, кажется, каждый раз их используешь.

— Ехать до Сондо слишком утомительно.

Что за буржуазная философия? Едва Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за руку и приготовился отчитывать его за расточительство ранкеров, тот без колебаний порвал бумагу для экстренного перемещения.

Когда Ча Ый Джэ снова открыл глаза, они стояли перед огромным зданием, которого он никогда раньше не видел. Вероятно, это был Конгресс-центр Сондо, где должна была проходить выставка мастеров.

Ухоженная дорога была украшена фонарями, на каждом из которых висели баннеры с таким же дизайном, как на билете. На внешней стене центра был вывешен огромный баннер с изображением Хон Ё Сона, который показывал большой палец.

[Мастер возвращается спустя 2 года!]

[Выставка работ мастера Хон Ё Сона.]

Из-за раннего утра людей было немного. У входа сидели несколько репортёров и фанатов, закутанных в пуховики и одеяла, но охотники ещё не появились. Для Ча Ый Джэ это было облегчением.

У широкого входа в центр стояли четверо охотников с усталыми лицами. Они удивлённо смотрели на двух людей в противогазах, уверенно направлявшихся к ним.

— Ого? Нет, в такую рань…

— Два человека.

Не теряя времени, Ли Са Ён протянул два чёрных билета. Растерянный охотник просканировал билеты маленьким устройством. На чёрной поверхности вспыхнул голубой свет, формируя буквы.

[Yìxīng]

— Да, ваши билеты подтверждены. Глава гильдии Ли Са Ён и сопровождающий вас — это…

— Секретарь.

Взгляд охотника упал на удостоверение, висевшее на шее Ча Ый Джэ. Он явно хотел проверить лицо под противогазом, но быстро склонил голову под холодным взглядом Ли Са Ёна.

— Да, можете проходить.

Свободный проход от Ли Са Ёна был впечатляющим. Войти в центр, не снимая противогаза для проверки — вот она, сила власти. Осматриваясь внутри центра, Ча Ый Джэ ткнул Ли Са Ёна в спину, заметив знак туалета в углу.

— Глава гильдии, мне нужно в туалет.

Ли Са Ён, шедший впереди, резко обернулся. Его лицо выражало недовольство.

— … Ты меня уже бросаешь, как только мы пришли?

— Мне нужно морально подготовиться, чтобы весь день говорить вежливо.

— Ага… — Ли Са Ён, скрестив руки, начал издевательски ухмыляться. — Ким Сын Бин, похоже, не из тех, кто серьёзно готовится.

— Если я не настроюсь, могу в разгаре просто начать ругаться. Тебя это устроит?

— …

— …

Молчание заискрилось между двумя противогазами. Ну, что он мог сделать, если ему действительно нужно было в туалет?

В конце концов, Ли Са Ён неохотно махнул рукой, давая разрешение. Ча Ый Джэ отступил от него и быстро направился к туалету, который заметил раньше. Взгляд Ли Са Ёна последовал за ним, но он хотя бы не пошёл следом. Это уже радовало.

К счастью, в туалете никого не было. Ча Ый Джэ вошёл в самую дальнюю кабинку, закрыл дверь и бесшумно выдохнул, садясь на крышку унитаза.

С момента получения костюма и до сегодняшнего дня он, с помощью Nexby, изучал информацию о знаменитых охотниках и сохранял предельную концентрацию, что уже порядком вымотало его. К тому же ограниченный обзор из противогаза делал его ещё более раздражительным.

«Как Ли Са Ён вообще всё время живёт в этой штуке?»

Маска, которую он использовал как J, была ценным предметом, даже изменявшим его голос. В этом удушающем противогазе он начал скучать по той маске. Её больше нельзя было использовать — она сломалась перед его изгнанием из разлома в Западном море.

Ча Ый Джэ украдкой проверил свой инвентарь. В нём были зелья, подаренные постоянными клиентами ресторана с похмельным супом, Клык Василиска, занимавший внушительное место, корень всех зол — магический камень, и два чёрных билета.

Помимо зелий, содержимое его инвентаря могло перевернуть весь выставочный центр с ног на голову просто своим присутствием. Он чувствовал себя классным руководителем, назначенным в проблемный класс. Несмотря на то, что он никогда не был учителем, он частично понимал их чувства.

Самыми проблемными были магический камень и чёрные билеты. Если магический камень ещё можно было скрыть, то билеты он хотел бы спрятать под подушку просто из-за своего беспокойства.

«Это так нервирует…»

Билеты стоимостью в сотню миллиардов вместе не могли просто так лежать под подушкой, пока он был в отъезде. Работая в ресторане, он хотя бы мог следить за ними. Но находясь далеко, в Сондо, он не знал бы, если бы кто-то проник и украл их.

«Держать их при себе всё-таки безопаснее».

После того случая, когда ресторан чуть не загорелся, и безрассудных драк с другими пробуждёнными, Ча Ый Джэ понял, что нельзя полагаться только на свои силы. Жизнь не шла по плану.

Сейчас, находясь подальше от Ли Са Ёна, ему нужно было быстро выполнить свою задачу. Ча Ый Джэ включил канал охотников, который не проверял с момента принудительного вступления. В минном поле вроде Сондо информация была жизненно необходима.

Канал Охотников 1 предоставлял лучшую информацию — кто пришёл на выставку, что их интересовало и где они находились. Несмотря на то, что Ли Са Ён был рядом, Ча Ый Джэ предпочитал избегать опасностей на опережение.

Ча Ый Джэ начал прокручивать чат, чтобы прочитать сообщения, начиная с полуночи. Как и ожидалось, всё началось с болтовни человека, пристрастившегося к InHeart.

[8] Я Мастер: Утро выставки мастеров настало ^^

[8] Я Мастер: Все с Канала 1 приходят?

[6] Пчела: Ё Сон

[6] Пчела: Ты сделал рапиру?

[8] Я Мастер: Я кореец, я не занимаюсь западным оружием.

[6] Пчела: Ты ****

[6] Пчела: Жди меня в Сондо с готовой шеей.

[11] Парень-щит: О, лол ㅋㅋㅋ Пчела, ты достала билет?

[6] Пчела: Да.

[6] Пчела: Мэтью достал его для меня.

[8] Я Мастер: Если бы не Мэтью,

[8] Я Мастер: Ты бы, наверное, воровала билеты в Сондо.

[6] Пчела: Ты труп.

[11] Парень-щит: Ребёнок просто не понимает, что делает.

[11] Парень-щит: Просто простите его на этот раз ;;

[6] Пчела: ——

[6] Пчела: Из HB-гильдии идём я и Мэтью.

[6] Пчела: Парень-щит, ты тоже идёшь?

[11] Парень-щит: Да.

[6] Пчела: А Ли Са Ён идёт?

[11] Парень-щит: Он сказал, что идёт, но…

[11] Парень-щит: Двигается отдельно, так что не знаю ;;

[6] Пчела: Сколько вас, если вы ещё и отдельно передвигаетесь?

[11] Парень-щит: Не знаю, но у меня хотя бы есть корпоративная карта –v

[4] Чон Бин: Доброе утро, ребята с Канала 1 ^^ Вот и прошли два года с последней выставки мастеров! ^^

[4] Чон Бин: Напомню вам правила поведения на выставке! ^^

[8] Я Мастер: Ну началось…

[4] Чон Бин: Пожалуйста, не создавайте проблем ^^

[4] Чон Бин: Не поддавайтесь на провокации ^^

[4] Чон Бин: Настоятельно рекомендую избегать разговоров с другими ^^

[4] Чон Бин: Всегда держитесь на безопасной дистанции, чтобы не столкнуться с другими охотниками ^^

[4] Чон Бин: Не допускайте ситуаций, где здание может быть повреждено из-за случайного столкновения ^^

[4] Чон Бин: Если не можете избежать драки, решайте всё тайно, чтобы репортёры не увидели, и свяжитесь с соответствующими властями на месте ^^

[4] Чон Бин: Не угрожайте репортёрам ^^

[4] Чон Бин: Надеюсь на ваше содействие и желаю удачного дня без личной встречи со мной ^^

[50] Романтичный открыватель: Это больше, чем несколько слов…

[34] Маленькое чудо Со Мин Ги: Но если подумать, это по сути одно предложение.

[50] Романтичный открыватель: Мне всё равно…

Прочитав длинное сообщение Чон Бина, Ча Ый Джэ почувствовал себя довольно серьёзно. Собирать в одном месте столько гордых, вспыльчивых и чувствительных охотников — это почти гарантировать несчастный случай…

Глубоко вздохнув, он внезапно услышал лёгкие, быстрые шаги, приближающиеся к туалету. Ча Ый Джэ закрыл чат, который не успел дочитать, и быстро скрыл своё присутствие.

<Бесшумные шаги!>

За первыми шагами последовали другие, но, к счастью, все они остановились прямо за пределами туалета.

Скрип, хлопок! Незваный гость устроился в кабинке прямо рядом с его. По шорохам казалось, что тот не собирался заниматься своими делами, а пришёл, чтобы сделать что-то ещё.

— Чёрт, почему это не работает?

Этот ворчливый голос был знаком. Голос, который невозможно было спутать. С ошеломлённым чувством Ча Ый Джэ уставился на стену, разделяющую их кабинки.

Потому что голос, доносящийся из соседней кабинки, был…

«Не может быть.»

Тот самый голос, который он слышал множество раз в повторных эфирах «Викторины»…

«Это Хон Ё Сон.»

Это был голос Хон Ё Сона.

Глава 66

Собирая информацию в туалете, Ча Ый Джэ оказался в ситуации, где сам Хон Ё Сон вошел в соседнюю кабинку и начал что-то там шарить. Шаги и люди, стоявшие снаружи, явно принадлежали его охране.

Ча Ый Джэ молча вздохнул. Несмотря на то, что враг был прямо рядом, он не мог ничего предпринять.

«Я просто хочу ударить его хотя бы раз».

То, что Хон Ё Сон сам подошел так близко, было хорошо, но толпа людей, сопровождавших его, совсем нет. Даже если Ча Ый Джэ проигнорировал бы его и попытался уйти, не привлекая внимания, единственный выход из туалета неизбежно вел бы к столкновению с охраной. Более того, они могли проверить билеты и удостоверения личности.

В конце концов, он решил дождаться, пока Хон Ё Сон уйдет сам. В задумчивости Ча Ый Джэ невольно принял позу мыслителя Родена.

«Если ты зашел в туалет, сделай свои дела и просто уходи…»

Хотя он сам занимался здесь далеко не тем, для чего предназначено место, он сердито посмотрел на стену, отделявшую его от Хон Ё Сона. Если всё это затянется, он начнет беспокоиться о Ли Са Ёне… Нет, он быстро отмахнулся от этой мысли.

«Беспокоиться? С чего бы это?»

Ча Ый Джэ поправил свои мысли. Если он задержится, это вызовет переполох. В худшем случае, тот может прийти сюда сам. Учитывая его прошлое поведение, такой сценарий вполне возможен.

Ли Са Ён порой делал странные и необъяснимые вещи. Он пытался убедить его жить спокойно, а тот всё равно притащил его в Сондо. Это была не свиданка, он просто хотел, чтобы он играл роль приспешника…

— Аргх! Черт!

— Хон Ё Сон-щи, вы в порядке?

— Аргх!

— …Похоже, у него сложности. Подождите.

Мысли Ча Ый Джэ о Ли Са Ёне были прерваны отчаянным криком Хон Ё Сона. Он уставился на стену, словно пытаясь прожечь в ней дыру взглядом.

«Черт, кто вообще издает такие звуки?»

Хон Ё Сон попеременно что-то шарил и вскрикивал, словно раненая косуля. К счастью, охрана, казалось, привыкла к этому и не спешила вмешиваться. Слушая его причитания, Ча Ый Джэ снова вернулся к своим мыслям.

Хон Ё Сон и его оборудование — звезды этой выставки мастеров. Но почему звезда заперлась в туалете, как человек, которому негде больше побыть? У него же наверняка есть отдельная комната ожидания.

— Аргх!

Он должен был понять всё ещё тогда, когда Хон Ё Сон выложил фото яйца в InHeart, пока искал магический камень. Хон Ё Сон явно не в своем уме. Чувствуя нарастающее беспокойство, Ча Ый Джэ решил:

«Если этого не избежать, можно хотя бы собрать немного информации».

Он бы с удовольствием вырубил Хон Ё Сона и сбежал, но четкого плана побега у него не было, и его точно бы быстро поймали.

Ча Ый Джэ выбрал следующий лучший вариант. Он склонился ближе к соседней кабинке, пытаясь уловить звуки. Хон Ё Сон продолжал шарить и издавать странные звуки. Странно, но лучше было слышно охранников снаружи.

— Но почему он зашел в туалет? Он мог бы всё проверить в комнате ожидания.

— Он сказал, что там недостаточно тесно. Ему нужно поменьше пространство.

— Тогда почему бы не сделать переносной ящик…

— Это злоупотребление ящиком. Он для хранения зерна, а не людей.

— И он сказал, что что-то может взорваться, если ошибиться.

Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись. Что? Слышались звуки нажатия кнопок из соседней кабинки — очевидно, кто-то возился со взрывчаткой. Пока он обдумывал это, один из охранников тихо проговорил:

— Может, стоит быть осторожнее? Если тут что-то взорвется, последствия будут серьёзными.

Да, скорее остановите его. Вытаскивайте. Вы же не хотите, чтобы здание взлетело на воздух? Ча Ый Джэ мысленно согласился, но ответ был холодным.

— Если он не пытается сбежать от охраны или не делает ничего, что угрожает его безопасности, нам велели позволить ему делать, что хочет.

— Разве то, что он делает, не угрожает безопасности?

— Он S-класс, выживет, даже если что-то взорвется…

— К тому же, он всё равно не послушает, даже если мы попробуем его остановить.

— Даже если туалет взорвется?

— Он богатый изобретатель. Может легко починить туалет.

Видимо, это был не первый раз, когда происходило что-то подобное. Охранники оставались равнодушными. Проблема охотников в том, что они доверяют только своей силе и не думают о безопасности. Им нужен серьёзный инцидент, чтобы одуматься.

Ча Ый Джэ сосредоточился на звуках из соседней кабинки. После долгих манипуляций Хон Ё Сон вдруг удовлетворённо воскликнул. Раздался четкий щелчок.

— Готово!

И в этот момент:

Бип-бип-бип-бип-бип-бип-бип-бип-бип—

Пронзительный сигнал тревоги зазвучал так громко, что звенело в ушах!

Тревога раздалась, а через стену кабинки стал мигать красный свет. Охранники снаружи ванной быстро начали двигаться.

«Неужели это действительно взорвётся?»

Ча Ый Джэ отодвинулся к другой стороне своей кабинки, обдумывая, стоит ли сразу бежать. Он, конечно, не пострадает, но его дорогой костюм может испортиться, а заменить его он не мог себе позволить.

Но зачинщик всего этого хаоса, Хон Ё Сон, похоже, оставался невозмутимым.

— Ой, как громко. Что случилось? Это сбой?

— Хон Ё Сон-щи, вы в порядке?

Спокойная до этого туалетная комната наполнилась сигналами тревоги и передвижением охранников. Красный свет продолжал мигать, и Хон Ё Сон громко заявил:

— О, всё нормально! Наверное, я что-то не так нажал. Это пустяк.

— Для проверки безопасности, пожалуйста, выйдите наружу.

— Минуточку.

Хон Ё Сон отпер и открыл дверцу своей кабинки, предположительно забрав устройство с собой, и вся комната начала мигать красным. Ча Ый Джэ молча вздохнул, наблюдая за мигающим светом. Хон Ё Сон продолжил:

— О, правда, всё в порядке! Это детектор для не зарегистрированных билетов, чтобы предотвращать кражи, но он внезапно сработал.

— Его можно выключить?

— Нет. Оно не останавливается… Может, если я уберу магический камень?

Когда безопасность Хон Ё Сона была подтверждена, напряжённые охранники, похоже, немного расслабились. Один из них даже пошутил:

— Может, у кого-то здесь есть незарегистрированный билет?

— Да ну, у всех же уже должны быть билеты с синим текстом.

«…Постойте».

Ча Ый Джэ внезапно понял. Синий текст? Он вспомнил сцену у входа на выставку.

Небольшое устройство сканировало билеты, и синие буквы появлялись на черной поверхности.

[Yìxīng]

Если это устройство делало больше, чем просто подтверждало подлинность билетов, если оно также регистрировало их… Ча Ый Джэ почувствовал холод по спине. Он поспешно открыл свой инвентарь.

Устройства Хон Ё Сона, вероятно, создавались с помощью его способности, соблюдая системные правила. Инвентарь также подчинялся этим правилам. Неприятное предчувствие оказалось точным.

Билеты, которые они использовали для входа, хранились у Ли Са Ёна, а значит, его билет оставался в исходном состоянии, незарегистрированным. Следовательно…

«Неужели этот датчик действительно настолько чувствителен?»

Устройство явно обнаруживало незарегистрированные черные билеты в его инвентаре, провоцируя весь этот переполох. Безумный уровень мастерства Хон Ё Сона не нуждался в дополнительном подтверждении.

«Лучше бы он делал больше оборудования вместо этого хлама».

Пока Ча Ый Джэ сверлил взглядом Хон Ё Сона, он услышал приглушенный голос снаружи.

— Постойте.

Один из охранников заговорил шепотом.

— Кажется, в кабинке рядом с Хон Ё Соном кто-то есть. Дверь закрыта.

— Что? Я никого не чувствую.

— Может, это кладовка для уборки?

— Люди запирают кладовки изнутри?

Ча Ый Джэ оказался перед выбором. Оставаться на месте, полагаясь на свою способность «Бесшумные шаги», или притвориться случайным прохожим? Услышав, как один из охранников приближается к двери, он решил сыграть растерянного и нервного, как испуганный козленок.

— А, тут кто-то есть…

Выражение охранника стало серьезным. Он заговорил твердо.

— Пожалуйста, выйдите.

Ча Ый Джэ вспомнил вид зомби, которых он видел в ресторане похмельного супа. Их растрепанный вид, отражавший тяжести мира. Он ослабил галстук, слегка расстегнул рубашку и пиджак, чтобы выглядеть неопрятно. Убедившись, что его удостоверение висит на виду, он отпер дверь и, покачиваясь, вышел наружу, изображая человека, из последних сил борющегося с похмельем.

— …

— …

Посреди гудящей тревоги и мигающего красного света из дальней кабинки появился взъерошенный мужчина в костюме, с дрожащими руками и ногами. Охранники посмотрели на него с недоумением, разглядывая это странное сочетание.

Ча Ый Джэ ухватился за дверную ручку и дрожащим голосом прошептал:

— Простите. Я просто очень нервничал.

— Из какой вы организации…?

— Гильдия Па-Падо … Команда секретарей…

— Гильдия Падо?

— Да, я пришел помочь главе гильдии Ли Са Ёну… но я слишком переволновался.

Ча Ый Джэ изобразил сухой рвотный позыв, прикрывшись фильтром своего противогаза.

Ли Са Ён из Гильдии Падо. Если он здесь один, чтобы помочь… Это объясняет его нервозность. Взгляды охранников смягчились, наполнившись сочувствием. Удостоверение Гильдии Падо, висевшее у него на шее, выглядело жалко.

И в этот момент знакомое, грозное присутствие тихо подошло. Следом раздался низкий, насмешливый голос:

— Похоже, телохранители у вас дружны…

Взгляды охранников переместились с Ча Ый Джэ на говорившего. Ли Са Ён, засунув руки в карманы, подошел прямо к Ча Ый Джэ, не обращая внимания ни на кого вокруг.

— Даже в туалет вместе ходите.

Тук. Черные ботинки остановились перед Ча Ый Джэ. Под мигающим красным светом и пронзительной тревогой, раздающейся на фоне, внушительная тень нависла над ним. Ли Са Ён слегка наклонил голову.

— Вы закончили подготовку, секретарь?

Впервые он был рад услышать этот саркастичный тон.

Глава 67

— Вы закончили подготовку, секретарь?

— ...

Громкий сигнал тревоги, казалось, возвещал о появлении Ли Са Ёна, настолько подавляющим было его присутствие. Его самопровозглашённый секретарь, вылезший из туалета в противогазе, мгновенно оказался в его тени.

Ча Ый Джэ, склонивший голову, тихо вздохнул с облегчением, увидев блестящий носок ботинка Ли Са Ёна.

«С такой шумихой он просто не мог не прийти».

Это был риск — надеяться, что Ли Са Ён зайдёт в туалет. Но теперь у него была такая вера. Если что-то случится, Ли Са Ён, по крайней мере, появится. Конечно, даже если бы он не пришёл, Ча Ый Джэ справился бы благодаря своим актёрским навыкам.

Становясь так, чтобы его тело оказалось скрыто за Ли Са Ёном, Ча Ый Джэ заговорил дрожащим голосом:

— П-простите, глава гильдии.

— ...

Ли Са Ён моргнул. Он всё ещё выглядел озадаченным, как будто не до конца понял ситуацию. Ча Ый Джэ незаметно ткнул Ли Са Ёна пальцем в живот, подавая сигнал, что тот должен подыграть.

Однако на ощупь это был скорее удар, чем тычок.

«Почему он такой твёрдый? Это камень?»

Они переглянулись, их глаза широко раскрылись по разным причинам. Один удивлялся, почему у человека такой твёрдый живот, а другой отмечал, что никто, кроме монстра, никогда не осмеливался трогать его живот.

Прежде чем Ли Са Ён успел поменять позу, Ча Ый Джэ, наконец, очнувшись, быстро добавил, взглянув на него.

— Я-я принял успокоительное. Теперь всё нормально! Просто нервы… это мой первый раз…

— Ха.

Ли Са Ён издал звук, который был чем-то средним между смешком и вздохом. Его прищуренные глаза внимательно осмотрели Ча Ый Джэ с головы до ног, задержавшись на его небрежно завязанном галстуке, прежде чем снова отвести взгляд.

— Ладно…

Растягивая слова, Ли Са Ён медленно скрестил руки.

— Надеюсь, вы докажите, что я не зря вас взял.

«Отлично».

К счастью, у Ли Са Ёна был талант к актёрскому мастерству. Он идеально вжился в роль тираничного босса! Ча Ый Джэ, поняв его посыл, склонил голову.

— Да, сэр! Я приложу все усилия!

— Усилий недостаточно. Нужно делать всё хорошо.

Это был неожиданный комментарий. Но Ча Ый Джэ, не упустив момент, ответил, хоть голос его всё ещё дрожал:

— Я приложу все усилия и сделаю всё как надо!

Охотники, не зная, когда вмешаться, молчали. Однако взгляды, которые мелькали из-за их широких плеч, выглядели заинтригованными, будто они смотрели дораму. Ли Са Ён, постукивая пальцами по руке, лениво спросил:

— Секретарь, сколько вы уже здесь работаете?

— Один месяц.

— Ах, месяц.

— Да, точно.

— Один месяц, и почти ничего не изменилось… Вам лучше постараться сегодня.

— Да, сэр.

— Если вы в команде секретарей, то должны сосредоточиться на мне. Даже если вам нездоровится…

Этот ублюдок… Ча Ый Джэ ощутил волну злости и сверкнул глазами. Ли Са Ён неожиданно устроил бурное и страстное представление, полностью погрузившись в роль.

Благодаря этому любой бы подумал, что Ча Ый Джэ — «бедный новичок, который как-то попал в команду секретарей Падо, но оказался в туалетной комнате из-за нервов после первого выхода с главой гильдии Ли Са Ёном»…

Этот человек всегда умел залезть под кожу. А теперь, благодаря его намеренной манере говорить, каждое слово звучало как искусство. Даже несмотря на то, что Ча Ый Джэ на самом деле не был секретарём, всё это сильно било по его нервам!

«Может, он вовсе и не играет».

Возможно, он такой по натуре? Стиснув зубы, Ча Ый Джэ ответил:

— Я… сделаю всё возможное. Мне очень жаль.

— Да. Убедитесь, что в будущем будете готовы. Иначе мне придётся ждать вас вечно.

«Какой злопамятный».

Их глаза снова встретились. Ли Са Ён прищурился, улыбаясь. Но вскоре улыбка, словно волна, исчезла. Он разжал руки и кивнул в сторону выхода из ванной.

— Пойдёмте.

— Ах, да. Понял.

Когда Ли Са Ён повернулся, лица охотников, наблюдавших за их разговором с интересом, вновь напряглись. Только Хон Ё Сон поднял обе руки, энергично размахивая ими.

— Ли Са Ён! Теперь можно поздороваться?

Вживую Хон Ё Сон был довольно привлекательным молодым человеком. Если не считать тревожного блеска в его круглых глазах, его можно было принять за сумасшедшего. Ли Са Ён, очевидно, поддерживая с ним хорошие отношения, кивнул в ответ.

— Так вот из-за чего весь шум…

Его взгляд упал на устройство в руках Хон Ё Сона. В туалете было шумно и по-прежнему мигал красный и белый, как в мясной лавке.

— Шумно. Ты не можешь это выключить?

— Не знаю. Еле заставил работать, но оно всё пищит, то ли сбой, то ли ещё что.

— Что это?

— Детектор незарегистрированных билетов!

Хон Ё Сон гордо выпятил грудь.

— Этот первоклассный прибор даже билеты, спрятанные в инвентаре, выявляет. Моя гордость.

— Хм…

Ли Са Ён, глядя на устройство, пробормотал:

— Если он так пищит… значит, у кого-то есть незарегистрированный билет?

— По идее, да, но…

Хон Ё Сон быстро погрустнел.

— Сделал за три часа, не уверен, реально он что-то показывает или просто глючит. Все здесь свои билеты зарегистрировали? Ты и твой секретарь тоже?

— Да.

Телохранитель, слушавший их разговор, осторожно спросил:

— Можете ещё раз показать ваши билеты?

— ...

— Простите, но только один раз…

Молча, Ли Са Ён достал два билета из своего инвентаря и показал их. На поверхности билетов засветились синие буквы. Охотники, подтвердившие их, кивнули.

— Спасибо за сотрудничество.

— Чёрт, видимо, я что-то напутал. Реагирует, похоже, и на зарегистрированные билеты…

— ...

Ча Ый Джэ, молча наблюдавший за происходящим, прикусил губу. Если бы Ли Са Ён не появился вовремя, всё могло обернуться большими неприятностями. Возможно, пришлось бы стирать память всем охотникам здесь физическим способом…

К счастью, этого не понадобилось. Территория Ли Са Ёна побеждала повсюду, кроме ресторана с похмельным супом. Убирая билеты обратно в инвентарь, Ли Са Ён пробормотал:

— Если применить технологию, использованную здесь… можно будет сканировать весь инвентарь человека.

Злодейская идея, игнорирующая чужую приватность. Хон Ё Сон тоже пробормотал, прикрывая рот:

— Какая злодейская мысль…

— Приму это как комплимент.

— Ну… идея интересная, но невозможная. Механизм этого прибора… как бы это объяснить? А, он отслеживает чип, встроенный в созданные мной предметы.

— То есть ты можешь использовать его только на свои предметы?

— Именно.

Хон Ё Сон, кивая, отделил красный магический камень от детектора с помощью изогнутого ножа. Громкий сигнал и мигающий красный свет наконец прекратились. Коротко вздохнув, Хон Ё Сон убрал прибор в карман и почесал свою пушистую голову.

— Нужно починить его и протестировать нормально, если я хочу использовать его на всех, кто входит в зал.

«Что?»

Одна проблема сменяла другую. Хон Ё Сон, вертя магический камень в руках, махнул рукой с ясным взглядом:

— Починю и увижусь с вами внутри. Не слишком дави на своего подчинённого!

— Давить на него?

Ли Са Ён ответил с ноткой смеха в голосе:

— Я просто забочусь о нём…

***

Охотники, увидев большой противогаз, за которым следовал маленький, не заподозрили ничего, а скорее проявили сочувствие. Некоторые даже показали жесты поддержки, чтобы приободрить Ча Ый Джэ. Казалось, что игра Ча Ый Джэ и почти искреннее вживание в роль Ли Са Ёна отлично сочетались.

Покидая ванную и оставляя за собой толпу, Ли Са Ён недовольно пробормотал:

— Почему столько народу собирается…

Ча Ый Джэ согласился с ним всем сердцем. Он ненужно прочистил горло и ткнул Ли Са Ёна в спину.

— …Ли Са Ён, глава гильдии?

— …

— Можно поговорить на минутку?

Разумеется, он не стал ждать ответа Ли Са Ёна. Время поджимало. Быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за руку и потащил куда-то.

Ли Са Ён послушно пошёл следом за Ча Ый Джэ. Они пришли в тихое место, где не было людей, лишь сложенные груды багажа.

— Фух…

Глубоко вздохнув, Ча Ый Джэ снял противогаз, обнажив слегка покрасневшие щёки и растрёпанные волосы. Он не стал поправлять свой неопрятный вид, а толкнул Ли Са Ёна к стене, положив руки по обе стороны от его противогаза.

— Ли Са Ён, глава гильдии.

— Хм.

— Нам нужно быть честными друг с другом, верно? Ведь мы в контрактных отношениях.

— Ты многословен.

Несмотря на то что его прижали, Ли Са Ён оставался расслабленным. Он тихо смотрел на Ча Ый Джэ, а затем протянул руку. Его осторожное прикосновение коснулось концов растрёпанных волос Ча Ый Джэ. Ли Са Ён пробормотал, играя с ними:

— Не припомню, чтобы мы когда-либо были такими прямолинейными и откровенными…

— Ну, теперь будем.

— Ах, теперь?

— Да. Пока всё не вышло из-под контроля, я буду честным.

— …

Ли Са Ён наклонил голову, показывая, что ждёт продолжения. Сделав короткий вдох, Ча Ый Джэ встретился взглядом с Ли Са Ёном и заговорил:

— У меня есть… незарегистрированный чёрный билет.

— …

— …Два.

Тяжёлая тишина заполнила узкое пространство между ними. Ча Ый Джэ не отвёл взгляда от хитрых фиолетовых глаз Ли Са Ёна. После долгой паузы Ли Са Ён наконец заговорил:

— Понятно. Начинаю понимать.

— …

— Если ты зовёшь меня по имени первым, не дождавшись, чтобы я сам попросил…

Чёрная кожаная перчатка, игравшая с волосами Ча Ый Джэ, коснулась его затылка. Рука медленно скользнула вниз, изучая прямую шею, словно пытаясь пробраться под воротник рубашки. Затем она обвилась вокруг свободно завязанного галстука, как змея, и мягко потянула его. Ча Ый Джэ мог бы сопротивляться или оттолкнуть руку, но…

«Чёрт.»

Он решил закрыть на это глаза. Ча Ый Джэ, подчиняясь движению, слегка поднял взгляд. От шеи Ли Са Ёна всё ещё исходил сладковатый аромат.

— Это значит, что что-то пошло не так.

Перчатка медленно ослабила узел галстука. Держа полностью развязанный галстук, Ли Са Ён слегка наклонил голову. Фильтр противогаза коснулся лба Ча Ый Джэ. Ли Са Ён тихо прорычал:

— И кто… дал тебе этот билет?

Глава 68

— И кто… дал тебе этот билет?

«Реакция сильнее, чем я ожидал».

Ча Ый Джэ немного растерялся. Хотя тихий голос звучал мягко, аура, которую он ощущал кожей, была далеко не обычной.

Ча Ый Джэ незаметно огляделся вокруг, чтобы понять, заметил ли кто-нибудь ещё это напряжение. Однако вместо того чтобы обнаружить присутствие других людей, он услышал слова, которые несли совершенно иной посыл.

— Прекрати смотреть по сторонам.

— Эй, ты опять ведёшь себя грубо.

Срабатывая на уровне инстинкта традиционалиста, Ча Ый Джэ понял свою ошибку и взглянул на Ли Са Ёна. В тот момент, когда их взгляды встретились, и он увидел лишённые света глаза, его пронзила мысль:

«Этот парень сумасшедший?»

По спине пробежал холодок. Фиолетовые глаза пристально смотрели на Ча Ый Джэ, не моргая.

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

«Чёрт».

Что же могло так его взбесить? У Ли Са Ёна было столько раздражителей, что догадаться было сложно. Конечно, Ча Ый Джэ не ожидал, что после признания в небольшой аварии всё пройдёт гладко, но максимум — рассчитывал на саркастичный комментарий вроде:

«Да уж, ты в этом просто мастер».

— Разве тебе не важно жить тихо?

Перчатка Ли Са Ёна сильнее натянула галстук, притянув его ближе. Ли Са Ён мягко, но настойчиво спросил:

— Хм? Кто дал тебе этот билет?

Не зная, чем так расстроил Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ решил ответить спокойно, чтобы уладить ситуацию.

— Разве будущее не важнее? Если они узнают, что я здесь из-за этой машины, будут проблемы.

— Это твои проблемы, не мои.

— Что ты имеешь в виду? Мы в этом вместе.

— Вместе?

Ли Са Ён усмехнулся.

— Ты даже не говоришь, кто дал тебе билет. Как будто…

«Он действительно извращенец».

Может, этот сладкий запах от Ли Са Ёна — это сахар на закрученной слойке? Ча Ый Джэ незаметно стиснул зубы, благодарный за способность Непроницаемое лицо. Может, лучше просто сказать, что билеты дал Нам У Джин?

«…Нет».

Инстинкты, которые спасали ему жизнь, подсказывали, что упоминание Нам У Джина сейчас станет катастрофой. Ли Са Ён наклонил голову, глядя на Ча Ый Джэ сверху вниз.

— Ты не скажешь?

— Эм, Ли Са Ён.

— Хм… Тогда мне придётся угадать. Смотри прямо.

— Ты меня игнорируешь?

— Сначала выслушай. Об этом должен знать и секретарь.

Рука Ли Са Ёна в перчатке слегка приподняла подбородок Ча Ый Джэ. Их взгляды встретились, пока Ли Са Ён застёгивал расстёгнутую рубашку и поправлял воротник.

— Билеты на выставку мастеров продаются в ограниченном количестве на канале охотников. Остатки с Канала 1 переходят на Канал 2, а если их нет, то они вообще не продаются… кроме квоты на зарубежные.

Вот как это устроено. Если бы он упомянул продажу на «Томатном рынке» или обычным охотникам, это могло бы стать катастрофой. Хорошо, что он извлёк уроки из ситуации с магическим камнем.

— Благодаря этой системе невозможно скрыть, какой охотник купил сколько билетов.

Чёрная перчатка поправила галстук под воротником рубашки. После нескольких движений узел был завязан.

— На этот раз я купил четыре билета. Один для Пэ Вон У, один для члена гильдии, один для себя…

Когда узел был затянут, и Ча Ый Джэ почувствовал, что его душат, давление внезапно прекратилось. Ли Са Ён поправил воротник Ча Ый Джэ и прошептал:

— И один для тебя.

Чёрная перчатка расправила его мятый пиджак и, наконец, отпустила. Теперь Ча Ый Джэ выглядел идеально, будто несколько минут назад с ним ничего не случилось.

— Остальные купили столько, сколько им нужно. Но…

В этот момент Ча Ый Джэ осознал две упущенные детали.

— Нам У Джин купил два билета.

Во-первых, Ли Са Ён был слишком проницателен.

— Я задался вопросом, зачем тому, кто никогда не покидает библиотеку, приходить на выставку мастеров.

— …

— Тебе нравятся ставки?

Во-вторых, Ли Са Ён был…

— Как насчёт пари? Придёт ли Нам У Джин сюда или нет?

…очень настойчив. Ча Ый Джэ отдёрнул руку, которую держал рядом с лицом Ли Са Ёна. Он коротко вздохнул и провёл рукой по волосам.

— Ты уже знаешь ответ, зачем спрашивать?

— О…

Голос Ли Са Ёна стал ниже, приобрёл угрожающий тон.

— Ты, должно быть, говорил с Нам У Джином о чём-то.

— Нет, эй. Это другое.

— Что именно другое?

Стоит ли рассказать Ли Са Ёну о разговоре с Нам У Джином о прошлом? Нет. Поднять эту тему сейчас — только навредить себе. Ча Ый Джэ решил открыть лишь часть правды.

— Ты сказал Нам У Джину, что это я достал ему наркотики, да? Поэтому он отдал их мне в качестве благодарности. Сказал, что это сильно помогло его исследованиям.

— …

— Мне они были не нужны, так что я собирался их выбросить. Но они не горели, а избавиться от них по-другому тоже не получалось, так что я просто прихватил их с собой. Если бы я знал, что предмет Хон Ё Сона так среагирует, я бы оставил их в ресторане с похмельным супом.

Даже после объяснений Ча Ый Джэ Ли Са Ён продолжал наклонять голову набок. Хотя острота ауры слегка спала, он всё ещё смотрел на Ча Ый Джэ с искривлённым взглядом.

«Чёрт, он всё ещё смотрит на меня, как Пизанская башня», — подумал Ча Ый Джэ, неожиданно потянувшись, чтобы схватить противогаз Ли Са Ёна. Но тот тут же удержал его обеими руками.

Напряжённая атмосфера моментально улетучилась, сменившись вознёй из-за противогаза. Пока Ли Са Ён по одному снимал пальцы Ча Ый Джэ со своего снаряжения, он тихо пробормотал:

— Ты это делаешь, потому что больше сказать нечего.

— А не ты ли сам замолчал? Замри.

— Отпусти. Я ухожу.

— Ли Са Ён, сними его.

— Нет.

— Снимай, быстро.

— Я сказал, нет.

Ли Са Ён ответил раздражённо:

— Тогда почему ты не пришёл с Нам У Джином?

— Нет, я вообще не собирался сюда приходить. Ты меня шантажом заставил.

— Шантаж? Ха.

Ли Са Ён снова усмехнулся.

— Только ты можешь посчитать предложение на миллиарды шантажом.

— Ты сам сказал, что мы умрём вместе, если я не поеду в Сондо. А я собирался продать билет, который дал мне Нам У Джин, на «Томатном рынке».

— Ты что, до сих пор не удалил это приложение?

— Удалил, придурок! Я удалил его сразу после того, как получил сотню сообщений!

Ча Ый Джэ резко осёкся.

Это же Сондо. Если то, что сказал Ли Са Ён о продаже билетов, правда, то на выставке мастеров будет больше охотников с Канала, о чем он и предполагал. Он напомнил себе, что находится здесь в качестве секретаря гильдии Падо.

И, разумеется, в таком состоянии он не сможет справляться с неожиданными ситуациями. Обычный секретарь не может использовать способность стирания памяти на охотниках!

Хотя Ли Са Ён раньше подыгрывал ему, в своём нынешнем раздражённом состоянии он, скорее всего, проигнорирует Ча Ый Джэ, даже если тот попытается отчитаться в своей роли. Хуже того, он может притвориться, что вообще его не знает. С его умением держать обиду, Ли Са Ён был крайне непредсказуем.

В этой враждебной и опасной обстановке сотрудничество Ли Са Ёна было жизненно необходимо. Чтобы достичь этого, нужно было «размотать» Ли Са Ёна, который был закручен, как крендель.

«Сначала нужно его успокоить».

Но как? Ча Ый Джэ никогда не был мастером в успокаивании или примирении. Раньше он, может, и разруливал конфликты с друзьями, но это было так давно, ещё до Дня разлома, что он едва помнил, как.

В то время, когда он был J, у него не было возможности кого-то успокаивать — большинство конфликтов решалось кулаками, а противники, как правило, занимали подчинённую позицию. Единственными, кого он пытался успокоить, были тот мальчик или Пак Ха Ын…

«Ха Ын?»

В голове внезапно щёлкнуло. Да, он мог успокоить Ли Са Ёна так же, как успокаивал Пак Ха Ын! Ли Са Ён ведь менее капризный, чем Ха Ын. С этим осознанием надежда будто стала ближе.

Ча Ый Джэ выровнял голос и отпустил противогаз. Хотя Ли Са Ён посмотрел на него подозрительно, благодаря способности Непроницаемое лицо Ча Ый Джэ выглядел непоколебимым. Он аккуратно взял Ли Са Ёна за руку.

— Са Ён-а.

— Что?

Ли Са Ён ответил холодно, добавив хмурым голосом:

— Есть ещё что-то, о чём ты мне не сказал?

«Почему он такой проницательный именно в такие моменты…»

К счастью, Ли Са Ён не отдёрнул руку. Ча Ый Джэ похлопал его крепкую руку и твёрдо высказал свою просьбу:

— Сними противогаз.

Первый шаг — говорить лицом к лицу. Он хотел применить навыки, которым научился, успокаивая Пак Ха Ын. Но Ли Са Ён остался непреклонен.

— Нет.

— Я хочу видеть твоё лицо, пока мы разговариваем. Пожалуйста, сними его.

— Зачем?

— Хочешь, честно?

— …

— Я тоже чертовски зол и думаю, что нам нужно поговорить с глазу на глаз.

— …О.

Глаза Ли Са Ёна прищурились. Его короткое восклицание прозвучало злобно, а вся готовность снять противогаз улетучилась. Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза.

«Первый этап провалился с треском».

Забыв, что честность далеко не всегда лучшая политика, Ча Ый Джэ оказался в исходной точке. Выбора не оставалось. С первого раза успеха достичь было невозможно. Теперь пришло время использовать последний козырь с Ли Са Ёном — то, что он предпочёл бы не делать.

Ча Ый Джэ резко двинулся вперёд и обнял Ли Са Ёна.

— …!

Его крепкое тело, оказавшись в этих объятиях, напряглось, словно замерло. Ча Ый Джэ положил подбородок на плечо Ли Са Ёна, кусая свои сжавшиеся губы, чтобы выдержать этот момент. Сладкий аромат щекотал ему нос. К счастью, Ли Са Ён не стал вырываться. Ча Ый Джэ едва справлялся с тем, чтобы его собственное тело не начало дрожать.

Он сжал и разжал свою трясущуюся руку, прежде чем медленно похлопать Ли Са Ёна по широкой спине.

— …Хорошо, прости.

Последний козырь заключался в том, чтобы извиниться безоговорочно.

Глава 69

До момента, когда Ча Ый Джэ решился обнять его, всё шло хорошо. Ли Са Ён, который, как ожидалось, должен был сразу же оттолкнуть его, этого не сделал — и это оказалось неплохо. Но проблема заключалась в том, что не только Ли Са Ён, но и тело самого Ча Ый Джэ напряглось, словно два жёстких бревна, стоящих плотно друг к другу.

Тело Ли Са Ёна было холоднее, чем обычно. Почти как у мёртвого человека. Вдруг затылок Ча Ый Джэ ощутил неприятный холодок. Он прикусил губу и его рот пересох от волнения.

«...Нет, Ли Са Ён жив».

Ча Ый Джэ непроизвольно крепче обнял его и сосредоточился на биении пульса в его шее. Тук-тук, тук-тук... Он закрыл глаза, ощущая это учащённое биение.

Каждый раз, когда он похлопывал или поглаживал спину Ли Са Ёна, он чувствовал, как напрягаются его мускулы, а изредка слышал приглушённое дыхание. Сладкий запах. Те места, где тело Ча Ый Джэ касалось бледной кожи, начинали слегка согреваться. Признак жизни.

Ча Ый Джэ чуть наклонил голову, чтобы лучше слышать стук сердца.

Глухой удар!

Сильная сила толкнула его в правое плечо. Ча Ый Джэ, отлетевший от неожиданного толчка, широко раскрыл глаза. Ли Са Ён застыл в том же положении, с вытянутой рукой. Его чёрные пальцы слегка подрагивали.

Их взгляды встретились, столкнувшись на расстоянии, возникшем между ними. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна были слегка расширены. Ча Ый Джэ, удивившись не меньше, чем тот, кто его оттолкнул, закатил глаза.

«Я что, слишком долго его обнимал?»

Плечо, оттолкнутое рукой Ли Са Ёна, слегка ныло. Уже давно он не ощущал подобной боли, ведь его тело редко страдало от атак. Ча Ый Джэ потер плечо ладонью. Взгляд Ли Са Ёна внимательно следил за каждым его движением.

Если бы кто-то другой оказался на месте Ча Ый Джэ, его бы просто швырнули в груду коробок, возможно, раздробив плечо. Стоило ли посоветовать Ли Са Ёну быть осторожнее со своей силой? Или, может, лучше было бы притвориться более пострадавшим? Но тревожное выражение лица Ли Са Ёна мешало что-либо сказать.

Он выглядел... встревоженным.

— ...

Ли Са Ён, который только что оттолкнул Ча Ый Джэ, просто стоял и молча смотрел на него. Было неясно, сработал ли этот его последний манёвр.

Но сейчас важнее было успокоить Ли Са Ёна, чем чему-то его учить или побеждать. По крайней мере, он не оказался в груде коробок. Придя к такому позитивному выводу, Ча Ый Джэ небрежно стряхнул пыль с плеча.

— Теперь чувствуешь себя лучше?

Плечи Ли Са Ёна дёрнулись. Спустя мгновение он стиснул кулак и саркастически ответил с хмурым лицом:

— Ты вообще способен учиться?

Ча Ый Джэ, который до этого улыбался, тут же нахмурился.

— Эй, почему ты вдруг говоришь о каком-то обучении?

— Думаешь, прошло сто лет с тех пор, как ты плевался кровью?

— Кровью?

Ча Ый Джэ, нахмурившись и припоминая его слова, издал короткий возглас. Ли Са Ён, похоже, имел в виду момент, когда он выплёвывал кровь во время заключения контракта.

Благодаря способности «Яд василиска» он выработал иммунитет, поэтому яд Ли Са Ёна больше не представлял угрозы. Но беспокоило его совсем другое...

Ли Са Ён продолжал насмехаться, не подходя ближе.

— Если ты снова начнёшь плеваться кровью, что ты собираешься делать потом?

— ...

— Что, опять мне всё убирать?

— ...

— Даже если антидот не действует...

— Эй, Са Ён.

Ча Ый Джэ, который позвал Ли Са Ёна, не подумав, тут же прикусил язык. Сколько бы Ли Са Ён ни знал о его скрытой силе, он не мог раскрыть ему существование способности к антидоту.

«Это слишком подозрительно».

Способность S-класса, которая сразу нейтрализует яд и вырабатывает иммунитет. Даже если он охотник, скрывающий свою силу, разве само это звучало бы не подозрительно?

— ...

Ненадолго повисла тишина. Ли Са Ён прекратил язвить и пристально смотрел на Ча Ый Джэ, сжав губы.

Это было понятно: ведь тот, кому он дал антидот, чуть не умер от собственного яда. Вероятно, он жалел об утрате нектара… всё время думая об этом. Ча Ый Джэ пожал плечами.

— Нет… правда, всё нормально. Твой яд больше не так опасен.

Ча Ый Джэ сказал правду, но Ли Са Ён, казалось, стал ещё мрачнее. Ли Са Ён, засунувший руки в карманы, тихо пробормотал:

— Ах… и всё же человек с такой способностью плевался кровью?

— Я же сказал, теперь это не так. Всё в порядке.

— Не хочу разбираться с трупом прямо здесь.

Ча Ый Джэ попытался возразить, но Ли Са Ён, похоже, не собирался его слушать. Вместо этого он молча достал билеты, зарегистрированные на них обоих.

Когда Ли Са Ён разорвал края обоих билетов одновременно, окружающее пространство померкло и растворилось, сменившись новой обстановкой. На месте, где раньше стояли коробки, теперь находился длинный диван и стол. Там, где были пыльные стены тёмного переулка, появились чистые стены и яркий свет.

Через мгновение они оказались в просторной комнате, напоминающей зал ожидания. На аккуратно оклеенной белой стене начали поочерёдно появляться чёрные буквы.

«Комната ожидания участников выставки мастеров»

[Создано лично Хон Ё Соном.]

[Каждая комната ожидания доступна только по сертифицированному билету.]

[Пожалуйста, оставайтесь в комнате ожидания до начала турнира.]

[Выход из комнаты ожидания и создание беспорядков могут повлечь наказание по Закону о пробуждённых.]

[В случае угрозы беспорядка эвакуируйтесь в личную комнату ожидания и свяжитесь с Бюро управления пробуждёнными ^^]

Почему же слово «комната ожидания» перечёркнуто? Пока Ча Ый Джэ с подозрением смотрел на надписи на стене и новую обстановку, Ли Са Ён, который, судя по всему, был более знаком с этим местом, указал на диван.

— Садись.

— Что это за место?

— Там написано. Комната ожидания.

Ча Ый Джэ всё ещё выглядел озадаченным, поэтому Ли Са Ён добавил пояснение.

— В прошлый раз выставка чуть не закончилась обрушением здания.

— Почему?

— Из-за одного невоспитанного мальчишки.

В голове автоматически всплыли обильные записи чатов. Неужели все эти меры предосторожности были выучены на горьком опыте? Что же это было за поле битвы в прошлый раз?

И кто бы пригласил его в такое место под видом свидания с угрозами? Пока Ча Ый Джэ оставался в замешательстве, Ли Са Ён равнодушно пробормотал:

— Они сказали, что в этот раз изолируют нас... и создали вот такие отдельные пространства. Это как клетка для хомяков.

Судя по его словам, в прошлый раз несколько сверхсильных охотников-хомяков оказались в одной клетке, что чуть не привело к обрушению здания и провалу выставки. Поэтому на этот раз они решили придерживаться политики «один хомяк — одна клетка».

Не встречать других было неплохо, но находиться одному с извращённым Ли Са Ёном здесь тоже не вызывало особого восторга. Всё ещё с подозрением глядя на окружающее, Ча Ый Джэ всё же сел на диван.

Ли Са Ён, скрестив руки и глядя на него, произнёс:

— Твоя рубашка.

— А?

— Сними её.

Судя по жесту в сторону его плеча, он хотел проверить, как там место, куда он его толкнул. Хоть плечо иногда побаливало, со временем оно само по себе заживёт. Ча Ый Джэ не хотел раздеваться. Он специально махнул рукой, показывая, что всё в порядке.

— Это был не такой уж сильный удар.

Ли Са Ён мрачно пробормотал:

— Лучше сними, пока я сам не сделал это.

Ча Ый Джэ машинально вцепился в пиджак.

— Эй, а почему ты не снял противогаз раньше?

— Это одно и то же?

— Какая разница? Почему ты мне не веришь, когда я говорю, что всё нормально?

— Ах, конечно, я тебе верю.

Хотя Ли Са Ён издевался, его взгляд всё ещё был устремлён на плечо Ча Ый Джэ. Тот неосознанно выпалил:

— Ты беспокоишься обо мне?

— ...

Ли Са Ён сделал шаг вперёд, раздражённо цокнув языком. Его чёрная рука сжала спинку дивана. Он посмотрел сверху вниз на Ча Ый Джэ, сидящего на диване, и спустя некоторое время ответил:

— …Да ни за что.

— ...

Спустя мгновение Ли Са Ён убрал руку со спинки, достал телефон и, похоже, ответил на какое-то сообщение, прежде чем повернуться и направиться к двери.

— Отдохни здесь. Не думай выходить и привлекать внимание других.

Скрип, хлоп! Дверь закрылась крепко. Ча Ый Джэ смотрел на неё несколько минут, но так и не увидел, чтобы она снова открылась.

Наконец он глубоко выдохнул и развалился на диване. Видимо, он был куда напряжённее, чем осознавал, потому что всё его тело чувствовало слабость. Оставшись один в этом месте, Ча Ый Джэ молча уставился в потолок.

Хотя тишина царила, она не была угнетающей. Возможно, потому что он знал, что место безопасное. Чувство, которое он давно не испытывал, охватило его. Спокойствие.

И вдруг в голову пришёл вопрос, которого он раньше не задавал.

«Почему Ли Са Ён не интересуется мной?»

Люди часто докучали ему вопросами о его способностях, прикрываясь желанием использовать их более эффективно. Они хотели знать, на что он способен, где его пределы, и исследовали всё.

Но Ли Са Ён ни разу не задал вопросов и даже не попытался использовать его как следует. К этому моменту он наверняка понял, что Ча Ый Джэ — не менее сильный человек. Ча Ый Джэ перевернулся и лёг на бок.

«Разве не логично сначала оценить способности другой стороны перед заключением контракта?»

Обычно было принято спрашивать о навыках и способностях, но Ли Са Ён вовсе не проявлял интереса к таким вещам. Казалось, что Ли Са Ёну была нужна лишь сама сущность Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ открыл правую ладонь и уставился на неё. Едва заметная золотая цепь мерцала на коже. Он сжимал и разжимал кулак, но золотая цепь всё равно продолжала блестеть. Мысль, начавшаяся в его голове, продолжала расти.

«Неужели он знает, что я — J?»

Нет, это невозможно. Если бы он знал, он бы уже потребовал что-то в обмен на сохранение тайны. Но Ли Са Ён ничего не спрашивал, лишь поставил условие — не предавать его.

«Тогда почему?»

После того, как он выбрался из разлома, Ча Ый Джэ стремился к жизни, полной покоя — тихой и спокойной. Жизни, где он каждый день жил бы искренне, без монстров и разломов. Но такая скромная жизнь оказалась труднодостижимой, не оставив ему времени думать о чём-либо ещё в течение нескольких месяцев.

Но в какой-то момент Ли Са Ён постепенно проник в его упорядоченную повседневность. Как будто он тоже был частью этой тихой жизни, заняв уголок, и только теперь Ча Ый Джэ это заметил.

Жизнь Ча Ый Джэ теперь была полна Ли Са Ёном. Он долго размышлял над этим осознанием.

***

Тёмная фигура стояла молча между стопками коробок в уединённом переулке, на том самом месте, где раньше был разорван билет. Раньше их было два, а теперь остался только один. Его взгляд, следящий за пылинками в воздухе, устремился к стене.

«...Хорошо, прости».

Сильные руки, что обнимали его, тепло, что окутывало его, рука, что снова и снова гладила его спину, тихо бьющееся сердце, мягкие волосы, касающиеся его затылка.

Стиснув зубы, Ли Са Ён тихо пробормотал, его голос эхом отозвался в переулке.

— Глава гильдии.

Из тени Ли Са Ёна медленно высунулась круглая голова. Это был Маленькое Чудо Со Мин Ги, который, по идее, должен был находиться в командировке за границей. Конечно, он лишь коснулся трапа самолёта, после чего тайком вернулся в Бюро управления пробуждёнными.

Одетый в аккуратный костюм, он вылез из тени и встал на ноги, заложив руки за спину.

— Прошу прощения за небольшую задержку. Мне нужно было завершить несколько дел.

— Докладывай.

— Да, сначала, пожалуйста, возьмите это.

Ли Са Ён взял планшет, который ему протянул Со Мин Ги. Когда он включил экран, перед ним появились крупные красные готические буквы.

[J. Отчёт о наблюдении]

Пока Ли Са Ён внимательно смотрел на экран, Со Мин Ги прочистил горло.

— Тогда я начну доклад.

Глава 70

— Тогда я начну доклад.

Со Мин Ги начал говорить плавно, не глядя в свои записи.

— Во-первых, исследовательская группа повторно изучила все данные с устройств измерения разломов вдоль побережья, где произошёл разлом Западного моря. Большинство показаний были стабильными, без значительных изменений. График не показывал скачков в момент открытия разлома.

— …

— Однако около шести месяцев назад был один день, когда показания были необычно низкими.

— Низкими?

Когда экран переключился, появился график с зафиксированными показаниями. Среди равномерных столбцов один заметно выделялся своей низкой отметкой.

— Да. Как вы знаете, высокие показания указывают на большую вероятность формирования разлома. Но это первый случай, когда мы зафиксировали низкое значение… Мы даже проконсультировались с разработчиком устройства, но не получили полезного ответа.

— Значит, такое происходит впервые?

— Да, это так.

Следующий экран показал фотографию J в чёрной маске. Это было единственное официальное фото, не низкокачественное изображение из видеоматериалов. Пока Ли Са Ён водил пальцем по изображению маски, он быстро пролистывал доклад Со Мин Ги.

Разлом Западного моря не открылся повторно. Исследовательская группа не продвинулась в попытках открыть закрытые разломы. Никаких следов пробуждённого, предположительно являющегося J.

Сводя длинные предложения к сути, всё звучало отрицательно. И когда рука, листающая экран, стала немного резче,

[Подтверждение формирования поисковой команды J в Бюро управления пробуждёнными.]

Ли Са Ён пробормотал:

— Поисковая команда из Бюро управления. Ходят слухи, что Гю Гю возглавляет её.

— Ах, да. Это правда.

Со Мин Ги коротко кивнул.

— Я проверил и подтвердил, что директор Хам Сок Джон поручила Гю Гю задание. Через неделю после обновления рангов мы получили информацию, что он тайно прибыл в Корею.

Пятый в рейтинге по Корее, Гю Гю. Настоящее имя — Пан Гю Мин. Несмотря на то, что он был пробуждённым S-класса, он не принадлежал ни к одной организации, предпочитая работать фрилансером, охотником, путешествующим по всему миру. Естественно, правительство всеми силами пыталось удержать пробуждённого S-класса в стране, но Пан Гю Мин ускользал, как угорь.

Было лишь две причины, по которым он мог вернуться в Корею. Либо клиент, либо цель задания находились в Корее, либо наступал праздник Лунного Нового года. Пан Гю Мин ежегодно приезжал в страну, чтобы поесть ттоккук, словно доказывая, что он кореец. Со Мин Ги быстро продолжил:

— После составления вопросов для экзамена охотников, Гю Гю не покидал страну и до сих пор остаётся в Корее.

Ли Са Ён, постукивая по экрану планшета, спросил:

— Лидеры экзамена охотников.

— Ну… как вы знаете.

Со Мин Ги слегка замялся. Когда он снова переключил экран, появилось два фото с удостоверениями.

Экзамен охотников — сложное испытание, которое трудно сдать с идеальными результатами. Обычно в каждой сессии пятеро достигают наивысших баллов. Однако на этот раз их было всего двое: пробуждённый D-класса Ча Ый Джэ и пробуждённый C-класса Рю Хан Бэк.

Смотря на упрямое выражение лица Ча Ый Джэ на фото, Ли Са Ён слегка наклонил голову.

— Досье Ча Ый Джэ?

— Как вы и поручили, мы подделали восьмилетний пробел в его записях. Даже если будут расследовать, ничего подозрительного не найдут. У нас есть хорошее оправдание: скажем, что слышали обрывки разговоров от обычных охотников в ресторане с похмельным супом…

— …

Этот экзамен охотников включал множество вопросов, на которые могли ответить только активные охотники, регулярно посещающие подземелья и разломы. Пока большинство участников, заучивших специальный закон, провалились, Ча Ый Джэ прошёл испытание без труда…

Ли Са Ён тихо отдал приказ:

— Продолжайте распространять ложную информацию. Чтобы Бюро управления ничего не выяснило.

— Конечно.

Со Мин Ги на мгновение замолчал, прежде чем осторожно заговорить, сложив руки за спиной:

— Глава гильдии, могу я спросить у вас кое-что?

— Да.

— …Я прав в своих мыслях?

— …

Большинство приказов Ли Са Ёна имели чёткую цель — подавление кого-то или на благо гильдии Падо. Поэтому Со Мин Ги исполнял их без колебаний.

Однако после появления J в рейтинге Ли Са Ён стал отдавать задания, цель которых не сразу становилась понятной.

После обновления рейтингов первым заданием стало отслеживание местонахождения J. Это не вызывало вопросов — поиски национального героя казались естественными. Со Мин Ги выполнил это задание без жалоб.

Но затем последовал странный приказ — скрыть чей-то класс. После этого начались поручения: наблюдение за целью, доклады о каждом движении, защита цели, отслеживание цели, подделка записей… Необычные задания продолжались.

Ли Са Ён не был человеком, который отдавал приказы без причины. Со Мин Ги, обладая высокой наблюдательностью, связал все точки и нашёл ответ на свой вопрос.

Хотя тема разговора не была озвучена, оба мужчины прекрасно понимали, о чём шла речь. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна уставились на Со Мин Ги. Тот нервно сглотнул и ждал ответа. После долгой паузы Ли Са Ён заговорил.

— Всё ещё недостаточно.

— Что вы имеете в виду?

Ли Са Ён выключил экран планшета, и на чёрной поверхности отразился противогаз.

— Убедительных доказательств. Уверенности.

— …

Ли Са Ён некоторое время безучастно смотрел на пустую стену, а затем внезапно сказал:

— Осталось два чёрных билета. Я скоро передам их, так что распорядись ими как следует.

— Простите?

Со Мин Ги, оглядевшись, неуверенно указал на себя.

— Вы имеете в виду… меня?

— А кто ещё здесь есть?

— Но я должен быть сейчас в Малайзии. Если я появлюсь здесь, это будет огромной проблемой.

— Скажи, что вернулся раньше.

— Проверка списка пассажиров сразу разоблачит эту ложь.

— Тогда выбрось его или вставь в рамку как сувенир — делай, что хочешь.

— Глава гильдии! Почему бы не передать его Романтичному открывателю? Я слишком слаб, чтобы справиться с таким билетом…

— Он в больнице.

— Что? Он снова открыл дверь? Подождите, глава гильдии!

Несмотря на отчаянные, но тихие возгласы Со Мин Ги, Ли Са Ён проигнорировал его, достал свой билет и сжал его в руке. Искажённое лицо Со Мин Ги исчезло вместе с окружающей обстановкой, сменившись аккуратной комнатой ожидания.

Перед дверью в комнату ожидания на диване свернулся Ча Ый Джэ. Диван казался слишком маленьким для него, так как ноги выступали наружу, даже когда он лежал свернувшись. Увидев его в таком состоянии, Ли Са Ён вспомнил, как однажды Ча Ый Джэ забрался в крошечную, обветшалую комнату, что вызвало у него раздражение. Он подумал о том, чтобы сказать Хон Ё Сону поставить здесь диван побольше.

Даже когда он подошёл бесшумно, ровное дыхание Ча Ый Джэ не изменилось. Несмотря на его обычно беспокойный сон, сейчас он, казалось, спал крепко.

Ли Са Ён присел на корточки, чтобы посмотреть на спящее лицо Ча Ый Джэ, затем поднял руку и держал её над его лицом. Тень его руки в чёрной перчатке покрыла аккуратные черты Ча Ый Джэ. Его голова казалась достаточно маленькой, чтобы поместиться в одной руке. Даже его свернувшееся тело казалось меньше.

Он всегда был таким маленьким?

Среди обычных людей он, возможно, считался высоким, но среди охотников не выделялся ростом. Когда Ча Ый Джэ слегка пошевелился, мягкие чёрные волосы упали ему на глаза. Ли Са Ён тихо прошептал:

— Ча Ый Джэ.

Он продолжал сидеть перед диваном. Его взгляд упал на слегка приоткрытые губы Ча Ый Джэ. Ли Са Ён медленно закрыл глаза. Тихий звук дыхания Ча Ый Джэ стал чётче, когда он прислушался. Когда он снова открыл глаза, его взгляд сфокусировался на вздымающейся и опускающейся груди Ча Ый Джэ и его иногда дрожащих ресницах.

Это было драгоценное зрелище, которое исчезло бы, если бы Ча Ый Джэ открыл глаза. Ли Са Ён подпер голову рукой, наблюдая за всем, что можно было увидеть только в этой тишине.

А сейчас Ли Са Ёну нужно было…

Больше уверенности, чем когда-либо.

***

— …Чёрт возьми.

В кафе выставочного центра, где проходила выставка мастеров, вместо обычных работников трудились пробуждённые работники на полставки. Это было связано с тем, что с участием пробуждённых вопросы решались быстрее, чем с обычными людьми, хотя об этом нельзя было говорить открыто.

В это кафе зашла женщина с длинными светлыми волосами. Пчела в чёрной кожаной куртке. Она сдвинула свои солнцезащитные очки и быстро осмотрела меню.

— Один горячий американо и один холодный, оба большие, пожалуйста.

— Это будет двадцать тысяч вон.

— Невероятно… Суп от похмелья дешевле. Вот, держите.

Пчела пробормотала, протягивая карту.

— Давно не видел тебя, Шершень. Кажется, твои вкусы стали куда более приземлёнными.

Сонный голос раздался из угла. Услышав его, Пчела резко обернулась, чтобы увидеть говорившего. В углу кафе сидел мужчина с небрежной смесью белых и жёлтых волос, наполовину собранных в хвост. Он выглядел расслабленным, словно просто вышел прогуляться, несмотря на свой растрёпанный вид.

Мужчина заговорил первым, но затем отвернулся. Пчела, которая до этого улыбалась, сохраняя образ для публики, теперь глубоко нахмурилась, увидев его.

— Чёрт возьми. Гю Гю, что ты здесь делаешь?

Мужчина, которого звали Гю Гю, он же Пан Гю Мин, пятый в рейтинге Кореи, наклонился назад, глядя на неё вверх ногами с соломинкой во рту, ухмыляясь.

— А что ещё? Покупаю оружие.

— Ха.

Пчела презрительно фыркнула и скрестила руки на груди.

— Не смеши. Все знают, что тебе запрещено появляться на выставке мастеров.

— Ага. Но если у тебя есть друзья в высоких кругах, запреты легко снимаются.

— Прекрати нести чушь. Что ты на самом деле задумал?

— Какая чушь? Я правда здесь за оружием.

— Чон Бин знает, что ты здесь?

— Ну~ если бы не знал, я бы сейчас сидел здесь не с кофе, а в наручниках.

Пан Гю Мин лениво покрутил прозрачный стакан с коричневой жидкостью. Видя плавающие в напитке рисовые зёрна, можно было понять, что он пьёт сикхе. Пчелу передёрнуло.

— Просто невероятно… Они пустили сюда того, кто едва не уничтожил прошлую выставку мастеров.

Пан Гю Мин, известный как Гю Гю, который почти сорвал прошлую выставку, превратив Чон Бина в ворчащего школьного учителя, поставил стакан и лениво сделал вид, что чистит уши.

— Эй, я ведь не хотел драться. Это тот парень на меня полез, так что я, естественно, ответил… А ты, Пчела, когда кореец дерётся с иностранцем, разве ты не должна поддерживать корейца? Это же патриотизм, настоящий патриотизм.

— Ха… Этот парень появляется из ниоткуда и называет меня предательницей.

Скрипя зубами, Пчела резко шагнула к Пан Гю Мину и схватила его за воротник. Пан Гю Мин, притворяясь удивлённым, поднял стакан сикхе в воздух. Пчела пробормотала, глядя на него свирепым взглядом.

— Думаешь, раз ты снова в Корее, можешь делать, что захочешь?

— Ой, я случайно это выдал?

— Чёрт, всё, с меня хватит.

Как только Пчела потянулась к своему инвентарю, громкий сиреноподобный звук разрезал воздух, оглушая их. Пчела и Пан Гю Мин одновременно повернулись к источнику шума. Пробуждённый работник на полставки на кассе стоял с заплаканными глазами, держась за ярко-красную кнопку.

Пчела стиснула зубы и пробормотала:

— Вот же дерьмо…

— Что за чёрт?

— Эм, может, твой кофе готов? Вместо звонка они используют сирену, чтобы сообщить об этом.

— Ты всегда несёшь такую чушь?

К счастью, назначение кнопки прояснилось быстро. Ещё до того, как сирена стихла, в кафе вошла сдержанная и организованная фигура. Значок, висевший на шее, слегка качнулся.

— Ну, доброе утро. Какая неожиданность видеть вас двоих вместе.

— …

— Но…

Пчела медленно убрала руку от инвентаря. Улыбка на лице Пан Гю Мина застыла. Словно мрачный жнец, появляющийся на звук сирены, Чон Бин вошёл, держа руки за спиной и тепло улыбаясь.

— Почему вы не пользуетесь комнатой отдыха, на обустройство которой Хон Ё Сон-щи потратил столько усилий?

И правда, кнопка, данная пробуждённому работнику на полставки, была…

— Даже Ли Са Ён пользуется комнатой ожидания, так почему бы и вам не зайти?

Кнопкой вызова Чон Бина!

Глава 71

— Даже Ли Са Ён пользуется комнатой ожидания, так почему бы и вам не зайти?

Чон Бин, умело задевший совесть сразу двоих и упомянувший Ли Са Ёна одним предложением, ждал ответа с довольной улыбкой. Пчела, которая наблюдала за ним с явным напряжением, отпустила воротник Гю Гю и сделала шаг назад.

— Эм, я была в комнате ожидания, но просто вышла за кофе. Планировала вернуться, как только его куплю. Но этот парень первым начал задираться.

— Понятно.

— Вы можете спросить у работника здесь.

Это было оправдание, рассчитанное на то, что Чон Бин проявит снисходительность к сотрудничавшим людям. Чон Бин, прищурившийся на Пчелу, в конце концов кивнул.

— Нужно ли спрашивать? Я верю вам, Пчела.

Пчела, успешно выкрутившись из ситуации, засияла в улыбке.

— Тогда я могу идти? Мэтью ждет меня.

— Конечно. Увидимся на аукционе.

— …Черт, тебе повезло из-за Чон Бина.

Пчела, угрожающе проведя пальцем по горлу в сторону Гю Гю, направилась к стойке. Гю Гю, улыбаясь, пошутил:

— Ой, как страшно.

— Пан Гю Мин.

— Ах… это ещё страшнее.

Гю Гю слабо улыбнулся и начал мешать сикхе мягкой бумажной соломинкой. Чон Бин, глядя сверху на макушку Гю Гю, медленно заговорил.

— Хотя Директор снял запрет на вход…

— Ты хочешь сказать, чтобы я не создавал проблем?

— Рад, что вы понимаете.

— Конечно. Большинство иностранных охотников будут участвовать в этой выставке мастеров по телефону. Нет причин для неприятностей.

Гю Гю, впустую болтая, опустил голову на стол и взглянул на Чон Бина. Чон Бин, до этого мило улыбавшийся, теперь холодно смотрел на него. Пан Гю Мин приподнял уголки губ.

— Я не пожалею никаких усилий, чтобы поймать J.

— …

— Если возникнут проблемы, ты ведь поймёшь, правда? Это приказ от Директора Хам Сок Джон.

— Вы плохо подготовили почву. J не придёт на выставку мастеров.

Чон Бин ответил холодно. Но Гю Гю был непреклонен.

— Придёт.

— …Почему вы так уверены?

Не меняя своей позы, Гю Гю поднял правую руку и указал пальцем в небо.

— Я очень усердно молился.

— …

— Мои молитвы довольно эффективны, знаешь ли. Мой отец пастор.

Он ухмыльнулся.

***

11 утра. Зал, где проходил основной аукцион, был удивительно простым для места, где собирались богатые охотники. За исключением большого постера Хон Ё Сона с поднятым вверх большим пальцем, висевшего за трибуной, не было никаких особых украшений. Казалось, что его намеренно не украшали, предвидя возможные разрушения.

Справа от трибуны находилась зона телефонного аукциона, а центр и левая часть зала были отведены для держателей билетов. Видимо, организаторы так обожглись на прошлой выставке мастеров, что разделили комнаты ожидания и даже установили перегородки в главном зале, чтобы охотники не могли видеть друг друга.

«Они действительно обращаются с нами как с хомяками».

Хотя это было лишь прикрытие, для Ча Ый Джэ это оказалось полезной новостью. Если бы Пэ Вон У признал Ли Са Ёна, это стало бы проблемой. Он был благодарен тому «суперхомяку», который устроил весь этот хаос, кем бы он ни был.

За перегородкой, откуда был виден только подиум, стояли двухместный диван и столик. Хотя места было достаточно, чтобы двое могли сесть с комфортом, Ча Ый Джэ остался стоять за диваном — секретарю было неуместно садиться рядом с начальником. Ли Са Ён, сидя, закинув ногу на ногу, тихо пробормотал, не оборачиваясь.

— Почему бы тебе не сесть рядом?

— Мне удобно здесь.

— Аукцион продлится несколько часов.

— Всё нормально.

— Ах…

Ли Са Ён, опираясь подбородком на руку, коротко рассмеялся.

— Ты так крепко спал, что я подумал, ты, должно быть, устал. Но, видимо, это не так.

— …

— Если ноги устанут, скажи. Я разрешу тебе лечь.

«Чёрт».

Ча Ый Джэ поморщился. Ли Са Ён не переставал язвить с тех пор, как он вздремнул в комнате ожидания. И ведь сам же сказал ему просто отдохнуть, не уходя никуда. Но прежде чем он успел ответить, начался аукцион.

Аукционист на подиуме ударил молотком.

— Спасибо, что пришли, охотники. А теперь начнём выставку мастеров! Первый лот — серьги S-класса. Они обладают сопротивлением огню, льду и увеличением силы духа.

Хон Ё Сон, сидя в мягком кресле сбоку от трибуны, скрестил руки и дремал. Когда охранник за его спиной шепнул что-то ему на ухо, он наконец очнулся и достал лот из инвентаря. Это была пара серёг с красными драгоценными камнями.

Хон Ё Сон приоткрыл сонные глаза. Золотые узоры проявились в его зрачках.

Не оборачиваясь, Ли Са Ён тихо сказал:

— Хон Ё Сон — единственный мастер S-класса в мире… Неудивительно, что у него лучший товар, даже если система благоволит ему.

— …

— Это «Оценивающие глаза».

Когда Хон Ё Сон провёл пальцами по серьгам, на красном камне появились голубые символы, похожие на звёзды. Те же символы, что были на билетах.

[Yìxīng].

Охотник, получивший серьги, осторожно положил их на стол. Хон Ё Сон, теряя интерес, снова закрыл глаза и стал дремать. Аукционист повысил голос.

— С гравировкой мастера всё ясно, начнём первый аукцион. Начальная цена — 1 миллиард!

Ча Ый Джэ смотрел на Ли Са Ёна, который не выказывал намерений поднимать номерок.

— Ставка — 3 миллиарда. Теперь шаг увеличивается на 500 миллионов. 3,5 миллиарда!

Лоты постепенно уходили с молотка, а время шло. Но Ли Са Ён всё ещё не сделал ни одной ставки. Было ли дело в том, что его ничего не заинтересовало, или он ждал чего-то особенного, оставалось загадкой.

Аукционист, замолчавший на мгновение, загадочно улыбнулся. Его ранее оживлённый и уверенный голос стал ниже и мягче.

— Уверен, все здесь знают о способности Хон Ё Сона.

Завершение к дедлайну. Уникальная способность, при которой эффективность и скорость работы увеличиваются по мере приближения крайнего срока. Люди в зале начали суетиться.

— До сих пор лучшим оборудованием, созданным Хон Ё Соном, были вещи S-класса, но…

Из его инвентаря появился новый лот.

— Представляю первое оружие S+ класса, созданное руками человека со Дня Разлома!

Гигантское копьё.

Очень похожее на то, что использовал J.

Кончики пальцев Ча Ый Джэ слегка задрожали. Казалось, Ли Са Ён мельком взглянул назад, но Ча Ый Джэ не мог оторвать глаз от гигантского копья и Хон Ё Сона, который держал его в руках.

Осмотрев своё творение, Хон Ё Сон поднял глаза и стал всматриваться в зал своими «Оценивающими глазами». На мгновение показалось, что их взгляды пересеклись, потому что…

— Аукцион отменён! — прозвучало внезапное объявление.

Он внезапно бросил копьё, встал, выхватил молоток аукциониста и закричал. Когда драгоценное первое оружие S+ класса покатилось с подиума, люди завизжали. Игнорируя крики, Хон Ё Сон повысил голос.

— Перезапустим через два часа! Ждите в комнате ожидания! Вот, держите!

Он достал из кармана немного порошка и рассыпал его. Зал быстро наполнился густым чёрным дымом, и ничего нельзя было разглядеть впереди. Шум толпы словно растворился в дыму.

— …

Только оказавшись в полной тишине, Ча Ый Джэ пришёл в себя. Он огляделся, но видел лишь тьму. Тревога медленно поднималась по его шее. Где Ли Са Ён? Ему нужно было найти его, так как у того был билет в комнату ожидания…

И тут.

— Ку-ка-реку.

Странный звук раздался откуда-то с пола. Среди чёрного дыма, где ничего не было видно, появилось что-то белое и гладкое… как нелепо выглядящая птица.

«Что это ещё такое?»

Как будто отвечая на мысли Ча Ый Джэ, птица расправила свои фарфоровые крылья и громко закричала:

— Ку-ка-реку!

«Чёрт, это курица?»

Не успел он опомниться, как вместе с этой курицей оказался вне чёрного дыма, перед высокими каменными воротами. За стеной возвышалась крыша с черепицей. Это не было похоже ни на деревню Чонджу Ханок, ни на какой-либо фольклорный комплекс. Что это за черепичный дом?

Растерянно оглядываясь, Ча Ый Джэ подтолкнул нелепую птицу.

— Эй, ты кто? Где это мы?

— Ку-ка-реку.

Курица, будто в ответ, клюнула ворота своим тупым клювом. Те широко распахнулись, открывая просторный двор с травой и внушительный черепичный дом. В одном углу двора виднелась большая печь.

На главной веранде черепичного дома, прямо через ворота, лежал Хон Ё Сон, опираясь головой на руку, и что-то плоское и тонкое жевал. Приглядевшись, Ча Ый Джэ понял, что это женьшеневая палочка. Их взгляды встретились. Хон Ё Сон тут же сел и похлопал рукой по месту рядом с собой.

— Ты пришёл! Подходи. Молодец, Ккокко.

Несмотря на то, что он только что устроил переполох, размахивая молотком аукциониста, рассыпая порошок и похищая кого-то с помощью нелепой фарфоровой курицы, атмосфера была неожиданно лёгкой.

Этот человек… явно не обычный сумасшедший.

«Он просто свихнулся на полную катушку».

Ча Ый Джэ осторожно подошёл и встал перед ним. Хон Ё Сон снова похлопал рядом с собой.

— Садись.

— Мне и стоя удобно.

— Быстро садись.

Фарфоровая курица потопала, таща за собой синюю подушку. Она спрыгнула с веранды и начала клевать Ча Ый Джэ в щиколотку своим тупым клювом. Боясь, что клюв сломается, Ча Ый Джэ сдался и сел на подушку. На краю крыши зазвенел ветровой колокольчик.

Хон Ё Сон, сидя с поднятым коленом, заговорил с лёгкостью:

— Прости, что притащил тебя так. Но у меня немного времени!

— Это ведь похищение, не так ли?

— Эй, я скоро тебя отправлю обратно. «Похищение» звучит так грубо.

Хон Ё Сон громко засмеялся и швырнул за спину обёртку от женьшеневой палочки.

— Как мне тебя называть? Просто секретарь? Мы ведь уже встречались, да?

— Да, мельком, в туалете…

— Да-да. Ты же секретарь Ли Са Ёна, верно?

— Да, всё верно. Просто зовите меня Секретарь Ким.

— Ладно, Секретарь Ким.

Хон Ё Сон махнул рукой небрежно, словно имя его не интересовало.

— Значит, так. Сюда нельзя войти без моего разрешения, так что можешь говорить свободно. Это мой драгоценный дом, я вложил в него всю душу. Расслабься. Понял? Расслабься.

— …

От его слов пробирало холодом. Что-то в этой ситуации казалось подозрительным. Нам У Джин тоже заманил его однажды в уединённый лес под предлогом прогулки, а потом огорошил неожиданной новостью.

Пока Ча Ый Джэ мысленно рассчитывал расстояние до ворот на случай побега, Хон Ё Сон внезапно подался вперёд.

Ча Ый Джэ инстинктивно отшатнулся. В глазах Хон Ё Сона, чистых, но почти безумных, проявились сложные золотые узоры. Они то увеличивались, то уменьшались, а странные символы мелькали и исчезали, словно в бесконечном танце.

Ощущение было таким, будто остриём ножа водили по коже, вызывая ледяные мурашки. Ча Ый Джэ стиснул зубы, готовый схватить Хон Ё Сона за шею, но тот, не мигая, вдруг сказал:

— Оно ведь у тебя в инвентаре, правда?

— …

— То, что я сделал.

Глава 72

— Оно ведь у тебя в инвентаре, правда?

— …

— То, что я сделал.

Дыхание Ча Ый Джэ перехватило. Он сжал свою дрожащую правую руку левой. Его глаза, мерцающие золотыми узорами, словно раздавливали его, проникая в самую суть его существа.

Ужасное чувство — быть изученным до самого ядра. Его желудок сжался, готовый вывернуться наружу в любой момент. Стиснув зубы, Ча Ый Джэ ответил:

— Я не понимаю, о чём вы говорите.

Единственное, что было в его инвентаре и создано Хон Ё Соном, — это билет, который он уже передал Ли Са Ёну перед началом аукциона. Сейчас у него ничего не осталось. Ничего другого на ум не приходило, поэтому Ча Ый Джэ задал прямой вопрос:

— ...Вы про билет?

— Чёрт, если бы дело было в билете, я бы не тащил тебя сюда.

Хон Ё Сон пробормотал это, как что-то само собой разумеющееся.

— О, я забыл упомянуть об этом сначала.

Его беспечный тон исчез, уступив место лёгкому безумию.

— Я привёл тебя сюда не для того, чтобы спорить с секретарём Кимом. Я привёл тебя, потому что был уверен. Я своими глазами видел, что то, что я сделал, находится в твоём инвентаре...

Ча Ый Джэ мельком посмотрел на пустое пространство. Единственное, что было в его инвентаре, — это зелья, магические камни и клык василиска.

«Хон Ё Сон наверняка заинтересуется магическими камнями...»

Зелья были массового производства, а если бы его интересовали магические камни, он бы потребовал их напрямую. Хон Ё Сон искал магические камни отчаяннее всех.

Оставался только клык василиска, но никакой связи между ним и Хон Ё Соном не было. Клык был добыт из разлома на Западном море, а когда J заходил в этот разлом, Хон Ё Сон был ещё обычным человеком и не пробудился.

Пока Ча Ый Джэ размышлял, Хон Ё Сон заговорил быстрее:

— Извини, но у меня мало времени. Нет смысла затягивать. Ли Са Ён может прийти за тобой. Давай просто разберёмся и разойдёмся.

Только теперь лицо Хон Ё Сона стало отчётливо видно.

— Я дам тебе всё, что захочешь, просто достань это.

За сверкающими, вращающимися золотыми узорами виднелись его налитые кровью глаза.

Почему он держал глаза закрытыми на протяжении всего аукциона? Можно было подумать, что он устал после бессонной ночи, но была другая причина.

Система обычно щедра к тем, кого выбирает для пробуждения. Она даёт новые способности и навыки, основанные на их искренних желаниях, но редко вмешивается после этого. Однако она безжалостно наказывает способности, которые хоть немного нарушают её правила, даже если сама их предоставила.

Как способность перемещения в пространстве у «Романтичного открывателя» имеет ограничения, так и способность видеть чужой инвентарь, даже ограниченно, вероятно, нарушает правила системы.

Если бы он мог использовать свои Оценивающие глаза, осмотр билета занял бы мгновение, но он возился с детектором билетов, слабой заменой, в туалете...

«Его, должно быть, наказывают за длительное использование Оценивающих глаз».

По мере того как узоры вращались, число всплывающих символов увеличивалось, и всё больше кровеносных сосудов лопалось за золотым свечением. Но Хон Ё Сон не закрывал свои Оценивающие глаза.

— Быстрее доставай.

Хон Ё Сон поторапливал. По мере того как узоры менялись, Ча Ый Джэ почувствовал себя так, словно с него снимали кожу, и ему пришлось прикусить щёку, чтобы не поддаться желанию выцарапать глаза своему противнику. Он почувствовал привкус крови.

Когда это странное противостояние продолжалось,

Бззз—

В кармане зазвонил телефон. Единственными, кто мог ему звонить, были Пак Ха Ын или Ли Са Ён. В любом случае, это был звонок, на который нужно ответить. Если звонил Ли Са Ён, ситуация могла быть серьёзной — он наверняка заметил его внезапное исчезновение.

«...Он, должно быть, ищет меня».

Шея покрылась мурашками. Он приложил столько усилий, чтобы успокоить его раньше, и сейчас не мог позволить себе снова его расстроить. Стратегия «извинись любой ценой» вряд ли сработает во второй раз за день.

Игнорируя неприятное чувство, Ча Ый Джэ вытащил телефон из кармана.

— Ккокко!

— Ку-ка-реку!

Когда Хон Ё Сон закрыл и снова открыл глаза, золотые узоры стали ещё чётче. Неприятное ощущение сковало Ча Ый Джэ, заставив его замереть. В этот момент керамическая курица рванулась, как молния, и выхватила телефон из его руки.

Ошарашенный столь ловкой кражей, Ча Ый Джэ уставился на курицу, которая спокойно уселась на телефон, наклоняя голову с видом невинного любопытства.

— Ку-ка-реку.

«Чёрт, что за курица настолько ловкая?»

Тем временем Хон Ё Сон застонал и прикрыл глаза руками. Из-под его пальцев медленно потекла тонкая струйка крови. Как только он закрыл глаза, чувство содранной кожи исчезло. Наконец, Ча Ый Джэ смог чуть свободнее вздохнуть.

— Ох, это Ккокко взяла, да?

— Кукареку, кукареку.

— Отличная работа. Извини! Это моё первое похищение, и я забыл сразу забрать телефон.

Бззз, бззз... Вибрация не утихала. Керамическая курица каждый раз дрожала, когда телефон под ней вибрировал.

Лёгкий ветерок пронёсся мимо беседки, принося с собой запах крови. Кровь, стекающая из глаз Хон Ё Сона, не прекращалась. Отложив своё желание поспорить, Ча Ый Джэ сначала проверил его состояние.

— С глазами всё в порядке?

— О! Это из-за того, что я слишком долго использую Оценивающие глаза. У меня есть средство для этого.

Хон Ё Сон весело достал из своего инвентаря белую повязку, напоминающую бинт, и обмотал ею глаза. Теперь он выглядел как слепой мастер, живущий в уединении в горах, и говорил непринуждённо:

— Та-дам. Это вещь, которую сделал Нам У Джин, и она немного помогает, когда я её ношу.

— Тогда вы могли бы на минутку вернуть мой телефон? Мне нужно сделать звонок. Вы знаете, какой Ли Са Ён глава гильдии.

— Нет. Телефон — заложник. Если ты будешь сотрудничать, я помогу тебе всё уладить. Даже придумаю для тебя оправдание!

— Насчёт этого…

Ча Ый Джэ, потирая ноющие виски, глубоко вздохнул и честно ответил:

— Простите, но я действительно не понимаю, о чём вы говорите.

— …

Хон Ё Сон уставился на Ча Ый Джэ, несмотря на повязку на глазах. Это был пронизывающий взгляд, даже сквозь противогаз. Вибрация телефона возобновилась. Керамическая курица зевнула, широко раскрыв клюв. После долгой паузы Хон Ё Сон пробормотал:

— Ты не блефуешь.

— Да. Я искренне спрашиваю, потому что не знаю.

— Хм…

Хон Ё Сон склонил голову, задумавшись, а затем спросил с задумчивым выражением лица:

— У тебя в инвентаре нет оружия? Например, длинного меча. Вот такого размера.

Он широко развёл руки. Описание показалось знакомым.

«…Неужели?»

Он говорил про Клык Василиска? Неужели это сделал Хон Ё Сон? На лице Ча Ый Джэ отразилось сомнение.

Клык Василиска появился в разломе на Западном море. Время не совпадало, но… если показать его Хон Ё Сону, возможно, удастся узнать что-то о разломе. Это было странное предчувствие, но он почувствовал сильную уверенность, что должен так поступить.

J должен был вернуть тех, кто остался там.

Игнорируя кровь на прокушенной губе, Ча Ый Джэ заговорил:

— …У меня есть один.

Хон Ё Сон подпрыгнул на месте:

— Видишь, я знал! Покажи.

— Но это, вероятно, не то, что вы сделали, Хон Ё Сон-щи.

— Эй, позволь мне самому решить. Просто покажи. Быстрее!

Ча Ый Джэ достал из инвентаря Клык Василиска. К счастью, он не реагировал так яростно, как в прошлый раз, жалуясь, что это слишком мощная вещь для него. Осторожно он передал клык Хон Ё Сону.

Хон Ё Сон бережно обхватил меч, несколько раз проводя пальцами по ножнам и рукоятке. Через некоторое время он тихо пробормотал:

— …Это не то, что я сделал.

Это была простая ошибка. Ча Ый Джэ стиснул зубы и сжал кулаки.

В этот момент Хон Ё Сон схватился за рукоять и вытащил клинок. Движения были уверенными, как у того, кто делал это много раз. Когда чёрное, подобное обсидиану, лезвие появилось на свет, перед глазами Ча Ый Джэ появилось белое системное окно.

[Оценка совместимости…]

Одновременно Хон Ё Сон пробормотал:

— Но я всё-таки сделал это.

— Простите?

[Обновление мыслей «Клыка Василиска»!]

[Хотите подтвердить?]

Ошеломлённый, Ча Ый Джэ слегка кивнул.

[Обновление…]

[Мысли Клыка: Отец?]

«Отец?»

Что это значит? Глаза Ча Ый Джэ расширились. Кончики пальцев Хон Ё Сона начали светиться голубым светом. Он провёл пальцами по клинку, и на чёрном лезвии появились крошечные голубые точки, словно звёзды. Точки вскоре сложились в буквы, а буквы стали именем.

[Yìxīng]

— Художественная звезда.

— …

— Ты знаешь моё имя, верно?

Ча Ый Джэ молча кивнул. Хон Ё Сон мягко провёл рукой по лезвию, как будто гладил ребёнка. Его рука оставалась невредимой, несмотря на остроту клинка.

— Я выгравирую своё имя на всём, что создаю. Так, чтобы его существование можно было подтвердить только моим прикосновением. Это как знак подлинности...

— ...

— У меня, знаешь ли, отличная информация. Как только где-то, будь то в Корее или за границей, появляется редкий материал или сильный монстр, мне сразу пишут в личные сообщения на InHeart, спрашивая, могу ли я что-то сделать из этого. Почему?

Хон Ё Сон щёлкнул пальцем по клинку. Прозвучал чистый звук, подобного которому Ча Ый Джэ никогда не слышал. Этот звук был почти как смех ребёнка.

— Потому что я единственный в мире, кто может делать экипировку из таких вещей.

— ...

— Но даже я никогда не слышал о появлении василиска. Я никогда не слышал, не видел и не прикасался к какой-либо добыче от василиска, так что нет никакого шанса, что я сделал этот меч.

Конечно, он не мог об этом знать. Василиск был хозяином разлома на Западном море, и только J встречался с хозяином разлома. Только J знал правду.

— Но этот клинок... он утверждает, что я его создал.

Почему подпись Хон Ё Сона есть на оружии, найденном в разломе?

Он никогда не входил в разлом на Западном море. Ни один из охотников, кто заходил туда, не обладал Клыком Василиска. Эти два факта были несомненны. Никто не знал разлом на Западном море лучше, чем J.

Когда в голове Ча Ый Джэ путались бесчисленные мысли, его пульс участился.

— Где ты это взял?

— ...

— ...Ах~ да ладно тебе, секретарь Ким. Я шокирован не меньше твоего. Я не имел ни малейшего представления, что такое может всплыть. Я просто думал, что одно из моих оружий могло оказаться на чёрном рынке...

Хон Ё Сон грубо почесал голову. Это было больше из-за разочарования, чем раздражения.

— Чёрт, даже если я спрошу, ты, наверное, мне ничего не скажешь.

— ...

— Обещаю тебе одно. Я не буду спрашивать, кто ты. Я не буду копать. Я сохраню эту встречу в тайне. Мне это совершенно не интересно. Если тебе нужно оружие, я даже сделаю его для тебя.

— ...

— Но давай хотя бы будем честными в этом.

Хон Ё Сон осторожно положил клык и крепко схватил Ча Ый Джэ за руку. Ча Ый Джэ на мгновение замешкался, но потом остановился. Ослабшие повязки упали, обнажив налитые кровью глаза, которые ярко сияли.

— Где ты это взял?

Глава 73

Клык василиска, найденный в разломе в Западном море. Хотя он и не был сделан Хон Ё Соном, говорил, что он был создан им.

Даже без учета гравировки, утверждение Хон Ё Сона выглядело правдоподобным, если подумать о природе Клыка василиска. Дети похожи на своих родителей: где сеют бобы, там вырастают бобы, а где сеют красные бобы, вырастают красные бобы.

Когда Ча Ый Джэ погрузился в размышления и замолчал, Хон Ё Сон начал жаловаться.

— Эй? Эй? Ну, пожалуйста, скажи мне. Умираю от любопытства.

Он был точь-в-точь как Клык василиска, самовольно заявляя права на истину.

Однако «отец» Клыка василиска, Хон Ё Сон, ничего не знал о разломе в Западном море. Просто рассуждая, можно было предположить, что его создал какой-то другой Хон Ё Сон, а не тот, что находился перед ним. Разлом, где искажаются время и пространство, больше не казался дикой фантазией. Ча Ый Джэ уже подтвердил возможность такого явления.

— Бывают случаи, когда у людей одинаковые имена и лица, но они совершенно разные, — пробормотал он.

Хон Ё Сон не появился в тех осколках, которые показывала Юн Га Ыль. Однако осколки, увиденные тогда, были частью разрушенного мира, который Юн Га Ыль собрала по кусочкам. Значит, где-то должен быть осколок, где он появляется. Ча Ый Джэ рассеянно смотрел на траву, колышущуюся на ветру.

«Мне нужно снова встретиться с Юн Га Ыль…»

Если он сможет узнать, как Клык василиска, сделанный Хон Ё Соном из осколков, оказался в разломе в Западном море, это может помочь спасти людей, застрявших там. Ему также нужно было узнать больше о грядущем апокалипсисе.

Пока Ча Ый Джэ молчал, Хон Ё Сон, ожидая ответа, начал стучать ногой по полу.

— Эй? Секретарь? Ты меня слушаешь? Ты думаешь? Я подожду?

Взгляд Ча Ый Джэ переместился с Хон Ё Сона на дремлющую керамическую курицу. Возможно, обеспокоенная постоянными вибрациями, курица без остановки тряслась с тех пор, как плюхнулась на телефон.

Кто-то настолько упорный, чтобы звонить без конца, мог быть только Ли Са Ён. Ча Ый Джэ тихо отвел взгляд, наблюдая за пушистыми облаками, плывущими по голубому небу. Время было идеальным, чтобы сбежать от реальности.

«Чёрт, всё пропало».

— Секретарь Ким! — голос Хон Ё Сона, готовый вот-вот сорваться на крик, вернул Ча Ый Джэ к реальности. Его раздумья и попытка убежать от действительности были грубо прерваны. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул. Он уже трижды сдерживал раздражение. Но внезапно в его голове возникла неприятная мысль.

«…Как этот парень может быть таким наглым после похищения человека?»

Противогаз Ли Са Ёна всплыл в его памяти, и насмешливый голос Ли Са Ёна автоматически зазвучал:

«Я же говорил, избегай встреч с другими… Если так любишь общение, почему бы не вступить в альпинистский клуб?»

Просто мысль о том, что придется выслушивать саркастические комментарии Ли Са Ёна, заставляла кулаки Ча Ый Джэ сжиматься. Преодолев одну гору, он, кажется, натыкался на следующую, ещё выше.

«Даже если я сбегу, всё равно придется слушать нотации Са Ёна, да?»

Ча Ый Джэ спокойно обратился к Хон Ё Сону, который продолжал стучать ногой.

— Вы хотели знать, откуда я это взял.

— О! Ты наконец-то решил ответить. Да, откуда ты это взял? — Хон Ё Сон оживился, энергично закивал. Его изначально прямая осанка начала немного наклоняться.

— Почему вам это интересно? — спросил Ча Ый Джэ.

— А? — Хон Ё Сон заморгал, озадаченный. Тем временем «секретарь Ким» развалился, как Пизанская башня, с одной поднятой ногой, рукой, лежащей на колене, и наклонённым набок корпусом.

— Почему я должен доверять Хон Ё Сону и что-то рассказывать? — резко ответил Ча Ый Джэ.

— Мне? — переспросил Хон Ё Сон.

— Нет, серьёзно. Кто говорит, основываясь только на словах? Вы должны предложить договор. Типа, если я вам расскажу, вы что-то сделаете для меня. Разве вы не должны сначала предложить такие условия?

— Я сказал, что сохраню это в секрете и даже сделаю тебе оружие!

— Разве это не вызовет подозрений, если у охотника вдруг появится оружие, сделанное Хон Ё Соном?

Изначально планировав сказать это в шутку, Ча Ый Джэ неожиданно добавил немного истины, будучи под влиянием недавней стычки с Ли Са Ёном.

— К тому же, если вы настаиваете, чтобы я говорил, разве я обязан это делать? Разве это не злоупотребление властью и авторитетом?

— Ух ты… Вот это да, я впервые слышу такое с момента своего пробуждения. Это что-то новенькое, — Хон Ё Сон театрально ударил себя в грудь.

— Я Хон Ё Сон. И что плохого в том, чтобы родитель спросил, где нашёлся его потерянный ребёнок? Ты правда не ответишь?

Его эмоциональный выпад, к сожалению, не возымел никакого эффекта на Ча Ый Джэ.

Сказать, что он нашёл это в разломе Западного моря, означало бы фактически объявить себя J. Какая была бы выгода раскрыть эту информацию? Никакой. Тем более что Хон Ё Сон был тесно связан с Бюро управления пробуждёнными, а значит, даже если он обещал молчать, шанс утечки был слишком высок.

Не получив от него ничего полезного, а также предвидя вспышку гнева Ли Са Ёна, говорить было бессмысленно.

— Вы же сами сказали, что не делали это. Это было не так давно. Вы действительно родитель? — усмехнулся Ча Ый Джэ.

Без другого выбора, кроме как измотать Хон Ё Сона морально, Ча Ый Джэ, приободрившийся отсутствием пути к отступлению, начал безжалостно насмехаться над ним, отчего Хон Ё Сон уставился на него с открытым ртом.

«Говорят, он секретарь Ли Са Ёна. Неужели он научился сарказму, работая с ним?»

К несчастью, человек перед ним тоже был в противогазе, что создавало ощущение, будто сам Ли Са Ён сидел напротив.

— Вы ещё говорили, что никогда не видели василиска. Я бы поделился, но доверия не хватает…

Секретарь, по идее, тоже не мог его видеть. Но секретарь Ким излучал уверенность, как будто всё знал. Хон Ё Сон, смутившись, ударил чёрное лезвие Клыка василиска. Он махнул рукой, показывая, что не порезался.

— Видишь? Моё имя на нём, и острота не причиняет мне вреда. Создатель признаёт его.

— Дайте сюда.

Хон Ё Сон неохотно передал Клык василиска, его глаза наполнились подозрением. Клык василиска, словно скучая по ласковым прикосновениям «отца», пытался вырваться из рук этого грубияна, но Ча Ый Джэ крепко сжал рукоять.

[Обновлены мысли «Клыка василиска»!]

[Мысль Клыка: Если ударишь меня, отрублю тебе руку.]

Хотя Клык василиска не признал своего хозяина и проявил агрессию, Ча Ый Джэ имел свои планы.

[Активирована способность: Яд василиска (S+).]

«Умей читать знаки».

[Обновлены мысли «Клыка василиска»!]

[Мысль Клыка: Отменить предыдущую мысль.]

Подавив робкий бунт Клыка василиска с помощью силы яда василиска, Ча Ый Джэ без колебаний ударил своей рукой по лезвию. Несмотря на прямой контакт, его рука осталась невредимой. Глаза Хон Ё Сона широко раскрылись. Ча Ый Джэ беззастенчиво сказал:

— Может, лезвие просто затупилось? Это не выглядит как доказательство.

— Подожди! Я наточу его. Тогда попробуй ещё раз.

Роли допросчика и допрашиваемого, казалось, естественно поменялись. Хон Ё Сон, поглощённый попытками доказать, что он является «отцом» Клыка василиска, вдруг, казалось, забыл о своих подозрениях.

«Хорошо, что Хон Ё Сон простодушный», — с облегчением подумал Ча Ый Джэ, наблюдая, как тот вскочил в поисках точильного камня. Но тут Хон Ё Сон пробормотал:

— …Кажется, снаружи что-то происходит.

— Что? — спросил Ча Ый Джэ.

Хон Ё Сон не ответил, только начал возиться с телефоном. Вскоре механический голос TTS зазвучал из динамиков:

— Хон Ё Сон-щи, не могли бы вы перенести время начала аукциона? ^^ Тут кое-какие проблемы.

— Хон Ё Сон-щи, проигнорируйте предыдущее сообщение.

— Ни в коем случае не выходите наружу.

Сообщения звучали, как последние слова выжившего из фильма ужасов. Лицо Ча Ый Джэ скривилось, но Хон Ё Сон выглядел серьёзным.

— Если Чон Бин говорит такое, значит, ситуация снаружи действительно ужасная.

— …

— Гю Гю будет осторожным после прошлого раза, а остальные будут настороже из-за меня. Так что единственный, кто мог бы устроить что-то такое…

Их взгляды встретились в воздухе. Казалось, они оба думали об одном и том же человеке. Как бы подтверждая их догадки, курица перестала вибрировать. Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза.

«Чёрт, Са Ён. Что ты опять задумал…»

***

— Ух, а…

Распущенные белые волосы в беспорядке разлетелись вокруг. Чёрный армейский ботинок прижимал плечо лежащего на земле человека. Из его груди вырывались тяжёлые, рваные вдохи. Гю Гю, грубо кашляя, скреб ботинок рукой, на его губах появилась искривлённая улыбка.

— Думаешь, что давлением можно сломать мне плечо?

Голова в противогазе слегка наклонилась вправо, продолжая держать телефон у уха. Едва слышный автоматизированный голос доносился из трубки, сообщая, что звонок не может быть соединён. Насмешливый голос спросил:

— Кому ты звонишь? …J?

Как только прозвучало имя «J», сила, давящая на плечо, увеличилась. Явственный хруст костей был слышен, но несмотря на это, Гю Гю продолжал наблюдать за противогазом с легкой насмешкой. Ли Са Ён тихо пробормотал:

— Откуда у тебя такая уверенность вести себя так?

— Кх… Чёрт, больно…

— Лучше выбирай, с кем связываться…

Внезапно откуда-то раздался громкий вой сирены. Гю Гю слегка скосил взгляд, но ботинок, теперь с силой давящий на его ключицу, не давал ему двигаться.

— Что, решил показать, кто главный, как с наёмниками? — процедил Гю Гю.

Ли Са Ён зажал телефон плечом и уже собирался снять перчатки, как это произошло.

Свист! Чёрная цепь выстрелила в сторону Ли Са Ёна. Тот цокнул языком и отступил. Гю Гю, схватившись за плечо, закашлялся сильнее. Цепь, не найдя цель, с глухим звоном вернулась к своему владельцу. Звук металла и глубокий вздох наполнили воздух.

— Да… Гю Гю. — произнёс кто-то из тени.

Звук сирены сопроводил появление Чон Бина. Обвивая черную цепь вокруг своей руки, он подошел к ним. Его лицо, обычно украшенное мягкой улыбкой, теперь стало суровым.

— Мне нужно объяснение происходящего. — произнес он, холодно оглядывая стоявших перед ним.

Глава 74

— Объяснение...

Ли Са Ён вынул телефон из-за плеча, бросил взгляд на экран и равнодушно ответил:

— Это обязательно? Ты же видишь, что происходит.

— Да, объяснение необходимо.

Резкий ответ прозвучал уверенно. Ли Са Ён раздражённо нахмурился, глядя на чёрную цепь, обвившую руку Чон Бина. Гю Гю, кашлявший и переводивший дыхание, лежа на земле, хихикнул.

— Если ответишь неправильно, тебя сразу заберут... Так что подбирай слова осторожно, Ли Са Ён.

Ли Са Ён холодно посмотрел на Гю Гю.

— Надо было сначала тебе рот разорвать...

— Так, хватит, — вздохнув, Чон Бин взмахнул цепью, и между Ли Са Ёном и Гю Гю возникла чёрная железная клетка.

Ли Са Ён пожал плечами и сунул руки в карманы. Гю Гю тоже поднял руки, сдаваясь, и прижался лицом к земле.

Большинство способностей боевых пробуждённых специализируются на борьбе с монстрами. Система ранжирования учитывает вклад в подземелья и разломы, поэтому обладатели таких способностей обычно занимают высокие места. Однако способность Чон Бина, который занимал четвёртое место в Корее и был охотником S-класса, отличалась.

Его специализация заключалась в удержании. Но цель была не монстры, а другие пробуждённые.

Когда два супер-хомяка оказались изолированы, Чон Бин, наконец, тепло улыбнулся.

— Точное понимание ситуации необходимо, чтобы решить, арестовать вас прямо сейчас или дать вам небольшую поблажку.

Сжав цепь сильнее, он заставил её зашевелиться, будто она была живым существом, и та обвилась вокруг его руки. Конец цепи застыл, угрожающе направленный вперёд. Чон Бин скрестил руки за спиной.

— Так кто первым начал драку?

***

— Как думаешь, что сделал Ли Са Ён? Говорили вообще не выходить. Может, он применил яд? Как думаешь, секретарь?

Пока Хон Ё Сон болтал, выдвигая разные предположения, Ча Ый Джэ сидел, задумчиво развалившись на стуле.

«Способность Чон Бина — удержание».

Пробуждённые, пойманные его цепью, не могли использовать свои способности некоторое время. В те хаотичные времена J часто видел, как Чон Бин волочил завернутых в цепи преступников. Каким бы грозным ни был Ли Са Ён, если Чон Бин решил его сдержать, тот ничего не сможет сделать.

Если Ли Са Ён окажется в руках Чон Бина, его, вероятно, отправят в комнату для допросов Бюро управления пробуждёнными.

«Возвращаться в ресторан с похмельным супом без него — будет проблемой...»

Чтобы вернуться спокойно, нужно вытащить того, кто успел натворить дел за короткое время отсутствия. Ча Ый Джэ поднялся, держа в руке Клык Василиска.

— Мне надо идти.

— Куда это ты собрался? Ты не можешь просто уйти, не объяснив! Нет уж!

Хон Ё Сон раскинул руки, преграждая путь, но это показалось Ча Ый Джэ смешным. Тот ответил с голосом, полным издёвки:

— Мне правда жаль. Но, Хон Ё Сон-щи, разве вы только что не злоупотребили властью, похитив кого-то? Если бы вы попросили вежливо, я бы с радостью всё объяснил, но...

Ча Ый Джэ сложил руки вместе в жесте уважения.

— Я не могу делиться долгой историей о Клыке Василиска с тем, кто не проявляет элементарной вежливости. Простите. Пока.

— Нет, Зайка! Нет, не уходи!

Хон Ё Сон с мольбой потянулся к Клыку Василиска, почти со слезами на глазах. Сколько времени прошло с их встречи, а он уже придумал прозвище? Клык Василиска тоже дёргался в его руке, словно пытаясь вырваться.

[«Клык Василиска» хочет что-то сказать]

[Мысли Клыка: Отец! Спаси меня от этого злодея!]

«Чёрт...»

Играя роль злодея в жалкой мелодраме, Ча Ый Джэ цокнул языком.

Если оставить Хон Ё Сона одного, он, скорее всего, начнет охотиться за магическими камнями, и велика вероятность, что настоящий секретарь Ким Сын Бин из гильдии Падо тоже попадёт в список разыскиваемых. Зная привычки Хон Ё Сона, который постоянно сидел в InHeart, он именно так и поступит. Этого было недостаточно, чтобы украсть его личность, а теперь его ещё и преследовал сумасшедший. За что Ким Сын Бину такое наказание?

Ча Ый Джэ уставился на Хон Ё Сона, чьи глаза были полны слёз. Надо было как-то заткнуть его...

«Хочу ударить его хоть раз».

Но у Хон Ё Сона через пару часов должен был начаться аукцион, и драка вызовет хаос. Увы, насилие исключалось. В таком случае...

Ча Ый Джэ взглянул в свой инвентарь. Ослепительно золотой магический камень сверкал, словно подзывая его.

«Раз уж сейчас его никуда не продать».

Предметы полезны, когда их используют правильно. Если копить их, они испортятся. Ча Ый Джэ без колебаний достал магический камень из инвентаря и окликнул Хон Ё Сона.

— Хон Ё Сон-щи.

— Что, ты, злодей... А?

Готовый огрызнуться, Хон Ё Сон изменил тон, увидев золотой магический камень. Его глаза широко распахнулись, будто сейчас выпадут, а рот раскрылся от удивления. Губы дрожали.

— Ма-ма-ма-ма-ма-ма-ма-ма-ма-ма...

— Тсс.

Когда Ча Ый Джэ прижал палец к фильтру своего противогаза, Хон Ё Сон, зажимая рот руками, быстро закивал. Ча Ый Джэ медленно поднял магический камень на уровень глаз Хон Ё Сона. Его ранее покрасневшие глаза наполнились слезами от трогательного зрелища.

Ча Ый Джэ мягко прошептал:

— Я слышал, вы искали это.

Кивок, кивок.

— Вы хотите его, да?

Кивок, кивок, кивок, кивок, кивок, кивок, кивок.

Хон Ё Сон кивал так усердно, что Ча Ый Джэ начал беспокоиться, как бы тот не свернул себе шею. Ча Ый Джэ понизил голос, делая вид, что сожалеет.

— Но... я не могу отдать такую ценную вещь просто так.

— Сколько?

— Нет, не деньги.

— Что?

— У вас есть контракт, сертифицированный системой, с жёсткими наказаниями за нарушение?

Хон Ё Сон, перевернув традиционный корейский дом вверх дном вместе с Ккокко, нашёл чистый лист бумаги. Это был контракт S-класса. Держа Клык Василиска в одной руке, а магический камень в другой, Ча Ый Джэ начал диктовать:

— Записывайте.

— Да.

Теперь уже вежливый Хон Ё Сон схватил кисть и с готовностью закивал. Ча Ый Джэ повернул магический камень так, чтобы он лучше отражал солнечный свет, и начал:

— Во-первых, пробуждённый Хон Ё Сон с сегодняшнего дня обязуется не пытаться выяснять ничего о секретаре Киме. Никаких попыток, никаких поручений другим.

— Ничего?

— Быстрее пишите. Магический камень ждёт.

— Угх...

Недовольно бурча, Хон Ё Сон записал условие. Ча Ый Джэ дождался, пока тот поставит точку, и добавил второе условие:

— Во-вторых, пробуждённый Хон Ё Сон должен полностью и искренне сотрудничать с запросами секретаря Кима.

— А что ты попросишь?

— Что-то простое.

— Типа занять денег?

— Нет, придумать алиби для Чон Бина.

— Чёрт, это сложно.

Продолжая ворчать, Хон Ё Сон записал второе условие, как было велено.

— Дальше?

— В-третьих, пробуждённый Хон Ё Сон не будет копаться в истории Клыка Василиска.

— Что? Как ты мог!

Хон Ё Сон возмутился, резко подняв голову, но столкнулся...

«О, магический камень».

Ослепительно сияющий золотой магический камень блестел в солнечном свете. Это было то, что он искал всё это время. Глаза Хон Ё Сона наполнились слезами, когда он уставился на него.

[Мысли «Клыка Василиска» обновлены!]

[Мысли Клыка: Отец?]

Вне зависимости от того, искал ли Клык Василиска своего отца, кисть без колебаний записала третье условие. После короткой паузы мысли Клыка обновились снова.

[Мысли Клыка: ...жизнь одинока.]

Рукоять в его руке ощущалась необычно острой, а лезвие казалось темнее. Неужели оно проходило через подростковый возраст? Ча Ый Джэ покрутил Клык Василиска, чувствуя себя немного неловко. Хон Ё Сон послушно записал третье условие и скрепил контракт своей печатью.

— Отдай магический камень!

— Магический камень.

Убирая контракт в инвентарь, Ча Ый Джэ указал большим пальцем на ворота традиционного корейского дома.

— Я дам его, когда вы выполните условия контракта. Для начала согласуем наши показания.

Через несколько минут Ча Ый Джэ, держа в руках гладкую керамическую курицу, покинул дом с рукой Хон Ё Сона на своих плечах. Окружающая обстановка изменилась мгновенно, как и при входе в зал ожидания. Но стоило ему выйти из уютного дома Хон Ё Сона, как он увидел...

— ...

Ли Са Ёна, сидящего на диване с запястьями, связанными чёрными цепями.

«Чёрт, сколько времени прошло, а тебя уже поймали?»

Стоило их взглядам встретиться, как Ли Са Ён, стиснув зубы, бросил на него испепеляющий взгляд. Зловещая аура вокруг Ли Са Ёна вспыхнула. Даже через прозрачные линзы противогаза фиолетовые глаза блестели угрожающе.

Хон Ё Сон, почувствовав опасность, прошептал Ча Ый Джэ на ухо:

— Что с Ли Са Ёном? Такое чувство, что, если я подойду ближе, меня убьют.

— Кукареку.

Ккокко мягко чирикнула, словно соглашаясь. Аура вокруг Ли Са Ёна становилась всё сильнее. Несмотря на то что его удерживали цепи Чон Бина, он источал внушительное присутствие.

— Хён...

Ли Са Ён поднял связанные руки и снял противогаз. Его пронзительный взгляд вонзился в Ча Ый Джэ. Он процедил слова с ядом в голосе:

— Мне правда нужно запереть тебя где-нибудь.

Глава 75

— Хён…

— …

— Мне правда нужно запереть тебя где-нибудь.

«Даже если ты говоришь это, будучи связанным…»

Ча Ый Джэ настороженно посмотрел на Ли Са Ёна, но тот продолжал бормотать что-то зловещее.

— Каждый раз, как я отворачиваюсь, что-то случается, и ты внезапно исчезаешь…

Смять. Противогаз в черной руке был сжат так, будто это был лист бумаги. Ккокко дрожала, возможно, из-за угрожающей атмосферы. Ча Ый Джэ погладил её гладкую голову. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна стали еще острее, он слегка наклонил голову, и его вьющиеся волосы мягко упали вниз.

— Так вот…

— …

— У тебя есть планы объяснить, почему ты внезапно исчез, а затем появился с этим парнем?

— Этим парнем… ты имеешь в виду меня?

Хон Ё Сон непонимающе указал на себя и склонил голову. «Заткнись», — Ча Ый Джэ с трудом сдержался, чтобы не заткнуть Хон Ё Сона. Несмотря ни на что, Ли Са Ён даже не посмотрел на Хон Ё Сона и продолжал сверлить взглядом Ча Ый Джэ. Тот несколько раз моргнул, пытаясь подать сигнал.

— Э-э, глава гильдии. Я всё объясню.

— Да… продолжай.

Ли Са Ён, казалось, раздраженный до предела, притворялся, что ничего не понимает, но всё равно смотрел прямо через линзы. Более того, он даже синхронизировал своё моргание с Ча Ый Джэ!

«Чёрт, я не могу всё объяснить здесь, при Хон Ё Соне, идиот».

— Может, мне просто всё рассказать? Ли Са Ён! Секретарь! Можно мне объяснить?

— Заткнись.

— …

Хон Ё Сон обиженно опустил голову.

— И убери эту руку с плеча.

Рука, лежавшая на плече Ча Ый Джэ, медленно опустилась. Заставив Хон Ё Сона замолчать одним словом, Ли Са Ён откинулся на спинку дивана и кивнул Ча Ый Джэ, давая понять, что готов выслушать что-то, чтобы хоть немного смягчить своё настроение.

— Ну, видите ли…

Ча Ый Джэ стиснул зубы и начал говорить.

— Эм? Хон Ё Сон-щи. Вы покинули комнату ожидания?

Раздался знакомый голос. С озадаченным выражением лица в зал вошли Чон Бин, усталый Пэ Вон У и раздраженная Пчела. Это была та самая компания, что оставила автографы на стене ресторана с супом от похмелья.

Ча Ый Джэ быстро принял утреннюю маску, свернувшись и притворившись робким новым секретарём.

Пчела, заметив Хон Ё Сона, раздражённо поправила волосы.

— Ты! Уф… Если собирался отложить аукцион, мог бы просто сказать. Зачем нужно было разбрасывать порошок и устраивать проблемы? Из-за тебя произошёл ещё один инцидент.

— Инцидент? Какой инцидент?

— Спроси Чон Бина!

Чон Бин, подойдя к троим, кто застыл в противостоянии, потёр подбородок.

— Эм, я оставил сообщение с просьбой, чтобы Ё Сон-щи не выходил, но, похоже, он его не видел?

— Вы просили меня не выходить, но всё выглядит нормально? Ничего не сломано. Я даже принёс предметы для детоксикации, думая, что Ли Са Ён мог бы распылить яд.

— Да, к счастью, нам удалось остановить его как раз перед тем, как он использовал яд. Благодаря быстрой реакции Пчелы, которая нажала тревожную кнопку, мы смогли предотвратить это.

Чон Бин пожал плечами с улыбкой.

— Хотя плечо Гю Гю было сломано… Но, поскольку здание не разрушено, думаю, это приемлемые убытки?

— Ох, я искренне извиняюсь. Наш глава гильдии… он всегда такой, но всё же. Пожалуйста, свяжитесь с гильдией Падо, если потребуется.

Пэ Вон У несколько раз поклонился. Ли Са Ён, наблюдая за ними с раздражённым лицом, резко сказал:

— Он сам начал.

— О, Са Ён. Давай потише!

— Ха-ха, да. Учитывая, что Гю Гю-щи сам начал, мы только связали ему запястья, не так ли?

Дружелюбная улыбка Чон Бина прошла от Хон Ё Сона к другому противогазу рядом с ним.

— Эм, а кто это рядом с Хон Ё Соном-щи?

— А? Это секретарь из гильдии Падо.

— А, понятно.

Мягкие глаза Чон Бина слегка сузились.

— Но почему вы вдвоём вместе? Даже если вы были здесь, когда вошли, я не видел вас, когда проверял зал сразу после того, как чёрный порошок исчез.

— Потому что я похитил секретаря!

— Что?

— А?

От внезапного признания и Чон Бин, и Пэ Вон У широко раскрыли глаза. Взгляд Ли Са Ёна стал ещё более напряжённым, но Ча Ый Джэ проигнорировал это и слегка повернул голову, позволяя Хон Ё Сону продолжать по их плану.

— Нет, я изначально хотел похитить Ли Са Ёна. Но так как это был мой первый раз, когда я использовал этот порошок, я не мог понять, что к чему. Поэтому я сказал Ккокко похитить противогаз, но она принесла секретаря вместо него. Ну, она всё ещё молодая.

— Бак?

Чем больше он слушал, тем больше начинал понимать крики Ккокко. На этот раз это означало несправедливость. Но Хон Ё Сон беззастенчиво продолжил.

— Но я не мог просто выгнать его сразу. Это было бы слишком бессердечно! И я не мог снова похитить Ли Са Ёна. Его бы отчитали у того тирана-босса, если бы он снова вышел. Так что я просто предложил ему немного чая. Он выглядел таким уставшим.

— …

Взгляд Чон Бина остановился на Ча Ый Джэ.

— Могу я узнать ваше имя?

Намеренно дрожащим голосом, как у козлёнка, Ча Ый Джэ ответил самым высоким, тонким голосом, на который только был способен:

— Ким Сын Бин.

— Понятно, секретарь Ким Сын Бин. Всё, что сказал Хон Ё Сон-щи, правда? Вас запугивали или принуждали?

— Да-да! Молодой господин извинился за то, что по ошибке привёл меня, и угостил зелёным чаем. Он сказал, что я должен немного остаться, потому что не может меня сразу отпустить… И он познакомил меня с Ккокко.

Ча Ый Джэ выдвинул вперёд Ккокко, которого держал в руках. Ккокко наклонила свою гладкую голову и издала тихий крик. Увидев фарфоровую курицу, взгляд Чон Бина смягчился. Он ткнул пальцем в тупой клюв Ккокко и спросил:

— Понятно. Можно задать ещё один вопрос?

— Да? Да, конечно.

— Куда вас отвезли после похищения?

— Эм, это было совсем другое место, не похожее на это. Это был традиционный дом с двором… О! Там ещё была печь.

— Понятно…

— Клюк! Ба-ба-ба!

Глаза Чон Бина, которые до этого были прикованы к Ча Ый Джэ, переместились на курицу, издавшую длинный крик из его рук. Поглаживая гладкий подбородок Ккокко, Чон Бин широко улыбнулся.

— Спасибо за объяснение. А теперь, Хон Ё Сон-щи, почему вы собирались похитить Ли Са Ёна?

— А? Мне нужно было поговорить с ним!

— Нельзя было подождать до окончания выставки мастеров?

— Нельзя, поэтому я и сделал это. В любом случае, я объяснил свою сторону, так что теперь ваша очередь. Что случилось? Что случилось?

Пока Хон Ё Сон настаивал на объяснениях, Пчела скрестила руки и глубоко вздохнула.

— Ну, понимаете…

***

Когда чёрный порошок, закрывавший обзор, рассеялся, охотники, участвующие в выставке мастеров, оказались перед платформой, где вместо оружия S+ класса остался только плакат Хон Ё Сона.

— Что происходит? Куда он делся?

— Это теракт?

— Похищение?

— Не может быть, ведь порошок рассыпал сам Хон Ё Сон.

— Мы действительно начнём через два часа?

Зал наполнился шёпотом охотников. Любопытные и чувствительные суперхомяки начали покидать свои заграждения и оглядываться.

Чон Бин, приложив руку ко лбу и вздохнув, обратился к ближайшим охотникам из Бюро управления.

— Половина сотрудников должна проверить билеты охотников в зале и проводить их в комнату ожидания. Остальные будут искать Хон Ё Сона вместе со мной.

— Может, он уже в комнате ожидания?

— Это было бы удачей. Но нужно быть готовыми к тому, что его там нет. Обеспечение безопасности Хон Ё Сона — наш главный приоритет.

Поспешив с охотниками, Чон Бин оставил оставшихся сотрудников Бюро для проверки билетов. Однако из-за работы в группах их скорость была невысокой, и, к сожалению, они упустили ключевую встречу суперхомяков, которой следовало бы избежать любой ценой.

Гю Гю подошёл к Ли Са Ёну, который стоял и оглядывался. Облокотившись на перегородку и ярко улыбаясь, он заговорил:

— Ух ты, похоже, ты даже не собираешься ничего покупать. Наше второе место, Ли Са Ён. Шершень сделала множество ставок, чтобы заполучить оружие.

— …

— Ты вообще не сделал ни одной ставки? Всё осталось в начальном состоянии.

Ли Са Ён даже не взглянул на него, достал телефон и поднёс его к уху. Гю Гю, тихо наблюдая за ним, схватил и отпустил свой полураспущенный хвост, позволяя растрёпанным волосам рассыпаться.

— Знаешь~ Я сейчас кое-чем занимаюсь. Ты, наверное, знаешь.

— …

— Это немного утомительно, но выглядело интересно, поэтому я взялся за это. Забавно следовать за этим на грани.

Гудки продолжались в ухе Ли Са Ёна.

— Но потом…!

Свист! Резинка для волос превратилась в острый кинжал, рассёкший воздух, направляясь к бледной шее под противогазом. Однако

— …

Тук! Ли Са Ён поймал нож рукой без малейшего удивления, слегка повернув голову, чтобы рассмотреть его владельца.

Гю Гю потряс рукой и усмехнулся.

— Каждый раз, когда я пытался что-то узнать, меня постоянно блокировали. Это начало раздражать, и я выяснил, что гильдия Падо была замешана повсюду.

— …

— Теперь мне любопытно. Почему бывший номер один отказывается сотрудничать, когда страна ищет своего национального героя, а вместо этого блокирует всё так плотно?

Ли Са Ён ответил холодно:

— Наверное, потому что ты недостаточно умел.

— Конечно, конечно. Даже со своими недостатками я подумал об этом.

Улыбка исчезла с лица Гю Гю, сменившись безупречным непроницаемым лицом, когда он прошептал:

— Ты хочешь, чтобы J остался мёртвым навсегда?

— …

На мгновение воздух вокруг застыл. Охотники, подслушивавшие их разговор, замолкли. Ли Са Ён медленно повернулся лицом к Пан Гю Мину. В его ухе телефон продолжал издавать равнодушное сообщение автоответчика.

— Абонент не может ответить на ваш звонок, оставьте сообщение…

— Ты хочешь, чтобы J больше никогда не появился?

— …

Пан Гю Мин сделал шаг ближе, глядя Ли Са Ёну прямо в глаза через линзы, и произнёс:

— J.

***

— …После этого, как и ожидалось, Са Ён и Гю Мин устроили грандиозную драку. Казалось, что один из них вот-вот убьёт другого, так что я одолжила у работника кнопку вызова и нажала на неё.

— Спасибо за быструю реакцию.

— Хмф, конечно.

Пчела фыркнула и начала играть с волосами, в то время как Пэ Вон У закрыл лицо обеими руками и тяжело вздохнул.

— Ох, мне так жаль… Я должен был быть рядом с ним. Но на этот раз Са Ён настоял на том, чтобы пойти отдельно со своим секретарём.

— Ха-ха, что мы можем сделать с тем, что уже случилось? Я просто благодарен, что здание не оказалось покрыто ядом.

— Но я сработала быстро. Разве мне не полагается награда?

— Ну, как насчёт супа от похмелья?

— Три порции, и я подумаю.

— Тогда встретимся в ресторане с супом от похмелья после выставки мастеров.

— О, я тоже пойду!

Слушая, как постоянные клиенты обсуждают суп от похмелья, Ча Ый Джэ невольно бросил взгляд на Ли Са Ёна. Сидя на диване с завязанными руками, Ли Са Ён смотрел на Ча Ый Джэ…

и улыбался.

Глава 76

— Что? Суп от похмелья? Я тоже хочу пойти!

— О, не приходи! Исчезни!

— Вот это здорово! Попробуешь раз — забудешь о похмелье навсегда.

— Хаха, Хон Ё Сон-ним, разве вам не нужно в этот раз идти на Пукхансан? У вас точно будет время заглянуть в ресторан с супом от похмелья?

Когда Хон Ё Сон пытался вклиниться между завсегдатаями, картель ранкеров быстро сформировался. А позади прочно установившегося супного картеля странное противостояние между Ча Ый Джэ и Ли Са Ёном никак не заканчивалось.

Проблема была в том, что, несмотря на улыбку Ли Са Ёна, лучше бы он этого не делал. Хотя на губах играла кривая улыбка, его глаза не смеялись — они продолжали холодно смотреть на Ча Ый Джэ с безжизненным фиолетовым взглядом.

Керамическая курочка, уютно устроившаяся у него на руках, мягко пискнула и уткнулась головой в грудь Ча Ый Джэ. Казалось, она боялась Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ тихо вздохнул, поглаживая курицу по голове пальцами. Он думал, что настроение Ли Са Ёна могло улучшиться, но...

«Как будто это возможно».

Если честно, оно, скорее всего, стало ещё хуже. Ча Ый Джэ прищурился, глядя на насмешливое, красивое лицо. В этот момент лицо Пэ Вон У побледнело, когда он заметил Ли Са Ёна.

— Са, Са, Са, Са Ён.

— Что? …Чёрт. Почему ты снял противогаз? Убить кого-то собрался?

Пчела, которая тоже повернула голову, содрогнулась. Как только Ли Са Ён заметил их взгляды, его улыбка исчезла, и он вернулся к своему привычному равнодушному выражению. Он сменил позу, скрестив ноги и положив связанные запястья на колено.

— Что я сделал?

— Что значит «что»? Ты выглядел так, будто собираешься убить кого-то.

— Ты слепой?

— О, посмотрите на этого наглеца.

— Пчела, давай просто потерпим это, ладно?

— Я пропустила драку раньше, так что можешь подраться ещё раз?

Пчела подняла средний палец в сторону Ли Са Ёна, но Пэ Вон У тут же встал между ними, в то время как Хон Ё Сон подначивал их. Среди этого хаоса Ли Са Ён, который только что отвёл взгляд от Ча Ый Джэ, заговорил спокойно.

— Чон Бин.

— Да, Ли Са Ён-щи.

Ли Са Ён поднял связанные запястья, отчего послышался характерный звон.

— Когда ты это развяжешь?

— Ну, я собирался сделать это после аукциона. Вы всё равно можете делать ставки со связанными руками, а если нужно, секретарь Ким сделает это за вас.

— Да... правда?

Ли Са Ён ответил монотонным голосом, скользнув по Чон Бину боковым взглядом.

— Я могу уничтожить это место и без своих способностей, ты в курсе?

— Хаха, вы мне угрожаете?

— Это похоже на угрозу?

— …

Живую атмосферу, созданную супным картелем, вдруг охватила холодная тишина. Ли Са Ён действительно был безжалостным убийцей, способным убить настроение одним словом. Чон Бин улыбнулся, держа руки за спиной.

— Закон должен быть одинаков для всех. Даже если Гю Гю начал драку, разве вы не сломали ему плечо? И вы собирались использовать яд.

— Но я его в итоге не использовал.

Пэ Вон У, наблюдавший за ситуацией, быстро вмешался между ними.

— Всё в порядке. Просто развяжите его после окончания! Хаха, вы действительно работаете усердно, спасибо.

— Что ты делаешь?

Ли Са Ён раздражённо посмотрел на него, но Пэ Вон У бросил взгляд на Ча Ый Джэ и сделал жест, словно рвал билет. Похоже, он намекал уйти в комнату ожидания. Хотя Ча Ый Джэ ценил это...

«...Но билет находится у этого парня».

Ча Ый Джэ должен был изолировать этого парня, чтобы избежать дальнейших проблем. Он поставил курочку на пол и подошёл к Ли Са Ёну. Красивое лицо, полное раздражения, посмотрело на него снизу вверх. Ча Ый Джэ слегка наклонился и тихо прошептал.

— Пойдём в комнату ожидания.

— …

— Я всё расскажу там. Просто пойдём.

Ли Са Ён, который всё это время смотрел на противогаз Ча Ый Джэ, глубоко вздохнул. Затем он достал билет из инвентаря и оторвал уголок. После последнего взгляда на удивлённое лицо Пчелы, заинтересованное выражение Хон Ё Сона, непроницаемую маску Чон Бина и поднятый палец Пэ Вон У, пейзаж изменился.

После всего, что случилось за эти несколько часов, тихая комната ожидания показалась облегчением. Ча Ый Джэ вздохнул, снимая противогаз.

Ли Са Ён, всё ещё со связанными руками, быстро прошёл к дивану и сел. Он постучал ногой по полу и начал говорить.

— Значит, ты зашёл в пространство Хон Ё Сона...

Допрос начался сразу. Ча Ый Джэ сжал губы, выглядя угрюмо.

— Почему этот парень внезапно притащил тебя туда?

— …

— О чём вы там говорили?

— Ну, эээ…

— Я хочу услышать это от тебя. Подробно.

Острый взгляд Ли Са Ёна прошёлся по Ча Ый Джэ, заставляя его почувствовать себя неуютно. Ча Ый Джэ стоял, заложив руки за спину, но Ли Са Ён указал на место рядом с собой.

— Сядь.

— Я лучше постою.

— Сядь.

Сидеть рядом с ним, возможно, означало бы не смотреть ему прямо в глаза. Ча Ый Джэ сел чуть в стороне от Ли Са Ёна и задумался.

Он не мог рассказать Ли Са Ёну всё о своём разговоре с Хон Ё Соном. Даже если Ли Са Ён видел Клык василиска в разломе в Кванджин, владение оружием, созданным Хон Ё Соном, имело другие последствия. Казалось, у него становилось всё больше секретов, которые он не мог открыть Ли Са Ёну.

— Ну… Курочка отвела меня в пространство Хон Ё Сона.

— Ага.

— Хон Ё Сон лежал там, ел красный женьшень и велел мне сесть, что я и сделал.

— Ага.

— …

Плохо. Не упомянув Клык василиска, ему нечего было сказать. Пришлось снова исказить правду. Смотря в пустую белую стену, он продолжил:

— Потом… Хон Ё Сон внезапно… активировал свои Оценивающие глаза и сказал, что знает всё.

— Что именно?

— Что у меня есть магический камень.

— Магический камень?

— Да… тот, который искал Хон Ё Сон.

— …Откуда этот парень знал?

Прости. Я сам сказал ему. Ча Ый Джэ отвёл взгляд от Ли Са Ёна. Но рассказать о Клыке василиска означало бы признать, что он — J. А с учётом слов Пчелы, казалось, что Ли Са Ён был не лучшего мнения о J.

«Ты хочешь, чтобы J остался мёртвым навсегда?»

«Ты хочешь, чтобы J больше никогда не появился?»

Ча Ый Джэ прикусил губу. Это было из-за того, что он потерял свое высшее место? Как ни старался, он не мог понять, почему Ли Са Ён не любил J. Ведь в образе J он никогда не встречал кого-то вроде Ли Са Ёна. В обрывках воспоминаний о Ли Са Ёне и J они казались близкими…

И тут Ли Са Ён выругался вполголоса.

— Ах… чёрт.

— Эй, зачем ты ругаешься…

— Голова не соображает…

Раздался короткий вздох, и вдруг мягкие волосы коснулись плеча и шеи Ча Ый Джэ. Тот широко раскрыл глаза и посмотрел в сторону. Ли Са Ён свернулся калачиком и прислонился к нему. Ча Ый Джэ застыл на месте, неуклюже подняв руки.

«Что он делает?»

Это новая форма атаки? Если цель — выбить его из колеи, то это было успешно. Ча Ый Джэ был ошеломлён как никогда.

Но Ли Са Ён больше ничего не предпринял, только тихое дыхание и звон цепей нарушали тишину. А потом слова Ли Са Ёна заставили Ча Ый Джэ усомниться в собственном слухе.

— Я устал…

Ли Са Ён действительно это сказал? Это звучало почти как жалоба… Ча Ый Джэ застыл, неподвижно, только его глаза двигались. Бормотание продолжилось.

— Ты всё время заставляешь меня копаться…

— …

— Заставляешь заботиться…

— …

— Надоедает.

Закончив с раздражением, это всё ещё был тот самый Ли Са Ён. Ча Ый Джэ хотел что-то сказать, но затем закрыл рот. Дыхание у шеи стало чуть быстрее.

«Ах».

С тихим звоном цепей Ча Ый Джэ начал осторожно похлопывать Ли Са Ёна по плечу. Плечи, которые сначала вздрогнули, постепенно расслабились.

Цепи Чон Бина действовали, подавляя источник силы пробуждённых, фактически связывая их. Привыкнув к своим способностям, внезапная их потеря, должно быть, была дезориентирующей. Даже если были связаны только запястья, это наверняка ощущалось, как будто всё тело сковано. Нагрузка, вероятно, была огромной, несмотря на то, что Ли Са Ён этого не показывал.

Похлопывая крепкое плечо, Ча Ый Джэ тихо цокнул языком.

«Было бы проще, если бы он просто вышел из себя».

Ли Са Ён снова пробормотал.

— Надоедает…

— Ладно, ладно. Понял. Просто отдыхай.

— …

— Если можешь, поспи.

— …

Ли Са Ён, замолчавший, придвинулся ещё ближе. Это напоминало попытку утешить ребёнка, и Ча Ый Джэ с трудом сдержал смех. Он поднял руку, чтобы мягко провести по волосам Ли Са Ёна, чувствуя, как напряжение покидает его тело. Волосы оказались мягче, чем он ожидал.

В этот момент на стене появилось новое сообщение.

[Аукцион на выставке мастеров возобновится через 30 минут.]

[Охотники в комнате ожидания, вернитесь в зал, когда таймер закончится.]

[Оставшееся время: 29:59…]

Цифры на таймере начали уменьшаться. Ча Ый Джэ смотрел на них, желая, чтобы время замедлилось, хотя бы на этот раз.

Глава 77

Механически гладя черные волосы, лежавшие на его плече, Ча Ый Джэ смотрел на белую стену. Внезапно он опустил взгляд на голову, покоящуюся у него на груди.

«…А?»

В месте соприкосновения кожи он почувствовал странный холод, и что-то показалось неправильным. Хотя он видел множество людей в цепях, когда раньше работал с Чон Бином, он никогда не замечал, чтобы это так сильно сказывалось на состоянии тела.

Ча Ый Джэ осторожно оттолкнул Ли Са Ёна, чтобы взглянуть на его лицо, но медленная рука схватила его за руку. Однако захват был слабым, словно рука лишь касалась, а не сжимала по-настоящему.

Ли Са Ён, подняв голову, слегка шевельнул губами.

— …Куда.

— Что?

— Куда ты опять собираешься?

Ча Ый Джэ почувствовал, как пальцы, касающиеся его руки, сжались сильнее. Сломаются ли они? Хотя он знал, что этого не произойдет, растущая тревога была неизбежна. Ча Ый Джэ быстро похлопал по руке, удерживающей его, пытаясь успокоить.

— Я никуда не собираюсь, дурак. Куда бы мне идти?

— …

Смотря в глаза, которые доверяли ему не больше, чем зерно перца, Ча Ый Джэ замолчал. Разве между нами так мало доверия? Почему? Ча Ый Джэ поджал губы.

— Эй, серьезно, я никуда не ухожу. У меня нет места, куда можно уйти.

— Тогда что это?

— Просто хочу посмотреть на твое лицо. Не двигайся.

— …

Ли Са Ён сжал губы. Ча Ый Джэ повернулся к нему, обхватил лицо обеими руками и стал внимательно его рассматривать. Его и без того бледное лицо стало еще белее, он потел, а фиолетовые глаза были слегка затуманены и расфокусированы.

Видя, что он даже не пытается притворяться, что с ним все в порядке, было ясно, что его состояние очень плохое. Были ли поблизости медицинские команды? Ча Ый Джэ слегка нахмурился и спросил:

— Ты сейчас болен?

— …

— Если болит, скажи, где именно. Терпение не избавит от боли.

— …

J видел множество охотников, скрывающих серьезные ранения, которые внезапно теряли сознание в подземельях или разломах. Всегда находились те, кто терпел ради других, не думая о тех, кто потом будет носить их тела.

Когда рот пересох, а пальцы задрожали, Ча Ый Джэ убрал руки от лица Ли Са Ёна и отступил назад.

«Черт возьми».

Он не хотел, чтобы Ли Са Ён заметил его дрожащие руки. Ли Са Ён, медленно поднимая голову, выглядел озадаченным.

— Почему?

— Ничего. Просто полежи немного. Лучше полностью лечь.

Ча Ый Джэ попытался отодвинуть его, чтобы встать, но его снова схватили за руку. Когда он отступил, лицо Ли Са Ёна снова оказалось ближе. Его затуманенные глаза стали напряженными.

— Черт побери, ты же сказал, что никуда не уйдешь.

— Я просто даю тебе место, сказал же.

Ча Ый Джэ раздраженно отдернул руку, но другой явно не собирался сдаваться. Ему нужно было немного времени, чтобы успокоить беспокойство, но этот человек даже этого не давал.

— Я просто сяду вон там.

— Еще одна ложь…

Разве этот человек совсем никому не доверяет? Кто заставил Ли Са Ёна утратить всякую веру?

Прямо перед тем, как Ча Ый Джэ собирался резко ответить, Ли Са Ён вдруг обрушил на него свой вес, уткнувшись головой в его плечо.

Откуда взялась такая сила у этого больного? Это не сильно больно, но из-за этого он слегка пошатнулся. Ча Ый Джэ недоверчиво посмотрел на черную макушку Ли Са Ёна, лежащую на его плече.

— Что ты делаешь?

— …Болит.

— Что?

— Я сказал, мне больно.

— …

Слова «и что с того» уже были на кончике языка, но температура тела, которую он ощущал, была необъяснимо холодной, а Ли Са Ён все еще потел. Неровное сердцебиение. Тук-тук-тук…

«Черт».

Ча Ый Джэ поднял глаза к потолку, скривив губы.

«…Дерьмо».

Неужели это то раздражение, которое чувствовал Ли Са Ён? Ча Ый Джэ посмотрел на большое тело, лежащее на нем, и глубоко вздохнул, расслабляя свое. Не выдержав веса, он упал назад. Мягкая подушка поддержала его голову и спину, когда Ли Са Ён свалился на него. Точнее, придавил его.

Бормоча под тяжестью, Ча Ый Джэ сказал:

— Теперь ты доволен?

— …

— Я тоже устал, давай не будем усложнять, ладно?

— Ча Ый Джэ.

Молчавший какое-то время Ли Са Ён наконец произнес знакомое имя. Ча Ый Джэ похлопал его широкую спину, равнодушно ответив:

— Ты уже давно разговариваешь грубо.

— …

— Прощаю только потому, что ты болен.

Ча Ый Джэ слегка закатил глаза. Пока он боролся с этим человеком, аукцион вот-вот должен был начаться.

Если я останусь тут еще немного… Слушая ровное дыхание, Ча Ый Джэ закрыл глаза, но тут же снова открыл их, когда мысль пронзила его.

«Что он собирается делать, когда его освободят?»

В этот момент, когда стремительно уменьшающееся время достигло нуля, раздался громкий сигнал тревоги. Звук был похож на сирену, которую он слышал на рассвете в туалете. Ли Са Ён, потирая лоб о его плечо, пробормотал проклятие:

— Черт…

Ча Ый Джэ похлопал его по спине.

— Время вышло. Вставай.

— …

— Ты ведь собирался участвовать в аукционе?

Ли Са Ён, долго лежавший неподвижно, пошатнулся, но все же сел, опираясь на спинку дивана. Когда тяжелое тело отодвинулось, Ча Ый Джэ наконец смог вздохнуть полной грудью. Он тоже поднялся, разгладил помятую одежду и снова надел противогаз. Все это время Ли Са Ён так и лежал, откинувшись на спинку с закрытыми глазами.

«Он выглядит, как выжатое бельё».

Будучи готовым, Ча Ый Джэ указал на дверь.

— Пойдём.

— …

Ли Са Ён тяжело вздохнул и медленно поднялся, выходя из комнаты. Как только дверь открылась, они почувствовали множество людей вокруг. Кажется, они были последними, кто вышел. Ну, с учётом того, что на аукционе собирались выставить оружие S+ класса, все наверняка были в крайнем напряжении.

Ли Са Ён направился к своему назначенному дивану, сел глубоко, облокотился рукой на подлокотник и прижал ладонь ко лбу. Возможно, у него болела голова — глаза его были крепко закрыты. Ча Ый Джэ тихо сел позади него.

Аукционист, которого он видел ранее, снова поднялся на сцену. Поклонившись, он начал говорить:

— Спасибо всем за ожидание. Мы продолжаем аукцион!

Сотрудники принесли на сцену массивное копьё и положили его на стол.

— Это первый экземпляр оборудования S+ класса от Хон Ё Сона — «Копьё гиганта»! Начальная ставка составляет…

Ли Са Ён вдруг заговорил:

— Подними для меня табличку.

— Что? Аукцион ещё не начался.

— Просто подними, скорее.

В тот момент, когда Ча Ый Джэ схватил табличку со стола и поднял её, все взгляды устремились к ним, и в зале воцарилась тишина. Ли Са Ён, медленно открыв глаза, произнёс:

— Какой бы ни была цена, я это куплю… так что не лезьте.

Его низкий голос разнёсся по залу ясно и отчётливо. Тишина длилась недолго, и вскоре послышались возмущённые выкрики суперхомяков. Но Ли Са Ён уже снова закрыл глаза.

В этот момент раздался звук, похожий на «хлоп», и стены вокруг начали рассыпаться в песок. Казалось, кто-то разрушил барьеры. Зал на мгновение снова погрузился в тишину, но затем хаос вернулся с удвоенной силой.

Стоя с табличкой в руке, Ча Ый Джэ посмотрел налево. Пчела, сидевшая рядом с мужчиной в сером костюме, сверлила его взглядом. Затем он перевёл взгляд направо и увидел, как Пэ Вон У, с открытым ртом, уставился на него.

Инстинктивно Ча Ый Джэ повернулся к сцене. Хон Ё Сон, сидящий на сцене, вытянул шею, словно черепаха, и с ярким, довольным взглядом смотрел на них.

Ча Ый Джэ мгновенно понял. То, что только что сделал Ли Са Ён, было объявлением войны суперхомякам, а сам он в этот момент… стал знаменосцем.

«Чёрт».

Иными словами, он оказался первым, кого суперхомяки будут устранять.

Аукционист, заикаясь, произнёс:

— М-мы начинаем аукцион!

***

Громкие возгласы казались далекими. Чон Бин слегка поднял голову, но затем пожал плечами и снова уставился прямо перед собой. Это место было полностью изолировано, поэтому звуки извне никак не могли проникнуть сюда. Он медленно подошёл и встал перед металлическим столом.

— Итак…

Чон Бин бросил на стол папку с глухим стуком, вытащил стул и сел. Тёмная комната, по структуре напоминающая допросные в Бюро управления пробуждёнными, была его личной комнатой ожидания. Чон Бин переплёл пальцы и посмотрел на мужчину напротив. В тусклом свете его жёлтые волосы отливали белизной.

— Аукцион ведь уже начался? Разве ты не должен быть там?

— Что может пойти не так? Сейчас это важнее.

— О… Ты собираешься меня отпустить?

— Нет.

Пан Гю Мин, он же Гю Гю, сидел на стуле с забинтованными плечами. Его тело было сковано чёрными цепями, но на лице всё равно играла расслабленная улыбка.

— Кажется, нам есть о чём поговорить, Гю Гю-щи.

Услышав своё имя, Гю Гю широко улыбнулся.

— Что ж, полагаю, так. Ты освободил Ли Са Ёна?

— Нет, планируем освободить его прямо перед тем, как он отправится домой после окончания аукциона.

— Эй, просто передайте его Бюро управления пробуждёнными.

Гю Гю заёрзал в своих оковах и проворчал:

— Разве это не слишком мягко по отношению к нему~? Вы держите меня связанным и запертым всё это время.

— Да, да, потому что это ты первым начал этот бардак. А ещё…

Чон Бин холодно взглянул на Гю Гю.

— Хотя ты был назначен отвечать за отслеживание J, ты не сообщил почти ничего.

— О… об этом?

— Да. Директор сказал, что сегодня нужно получить ответы.

— Это скучно.

— Думаю, я дал тебе достаточно времени. Теперь настало время для твоего ответа.

Чон Бин постучал пальцами по столу и заговорил:

— Кто такой J?

Глава 78

— Кто такой J?

— Хм~

Растягивая слова, Гю Гю ухмыльнулся и покачал верхней частью тела взад и вперед.

— Что, если я не хочу тебе говорить?

— Придется.

Когда Чон Бин крепко сжал кулак, черная цепь, сковывавшая верхнюю часть тела Гю Гю, затянулась сильнее. Еще одна цепь обвила его шею, словно петля. Гю Гю пожал плечами и вздохнул.

— Ладно, ладно. Но! Ответь сначала на один мой вопрос. Тогда я расскажу все сразу.

— Посмотрим после того, как услышу вопрос.

— О~ ничего особенного…

Гю Гю повернул затекшую шею.

— Почему ты ищешь J?

— Это приказ сверху.

Чон Бин коротко ответил и жестом показал Гю Гю, чтобы тот заговорил. Тот скривился.

— Ну, подумай об этом без приказов. Нам действительно нужно искать J?

Лампа, висевшая над головой, опасно раскачивалась. Чон Бин холодно посмотрел на Гю Гю, который продолжал улыбаться.

— В чем смысл твоего вопроса? Перейди к делу.

— Смешно, правда?

Гю Гю дунул на свою челку, чтобы та взлетела, и его карие глаза блеснули под растрепанными бело-желтыми волосами.

— Нам действительно нужно так старательно искать J, словно загоняем крысу?

— …

— Возьми, например, Хам Сок Джон. Она даже не смогла помешать мне покинуть страну и получила выговор от начальства… но поручила задачу найти J кому-то вроде меня? Это вообще имеет смысл?

Пан Гю Мин. Пробужденный S-класса, пятый в Южной Кореи. В отличие от предыдущих S-классов, которые все остались в стране, он объявил, что станет фриланс-охотником, путешествующим по миру. Естественно, в стране начался переполох, и Хам Сок Джон каждый день навещала его, чтобы убедить остаться.

Перед молчаливым Чон Бином Гю Гю продолжал говорить, как будто и не ждал ответа.

— Еще смешно то, что мы ищем J из-за апокалипсиса. Мы ищем J из-за апокалипсиса, о котором не знаем, когда, где и как он случится? Разве мы не можем остановить это без J?

— …

— Почему? Чтобы снова бросить кого-то, кто едва выжил в разломе, обратно туда?

Гю Гю ухмыльнулся, задавая саркастичный вопрос. Чон Бин не мог ничего ответить. Слова Пан Гю Мина были остры, как укус змеи.

— Хм? Вы с ним из одного времени. Первый S-класс и второй S-класс. Вы ведь хорошо друг друга знаете?

— …

Это настолько глубоко закопано, что пробудилось крепко.

***

Девять лет назад.

Чон Бин стоял перед зеркалом, глубоко дыша. Его аккуратно подстриженные волосы и безупречная форма полицейской академии. Проверяя, нет ли складок на одежде, он снова провел по ней рукой. Вдруг дверь в ванную резко открылась, и пожилой мужчина с острым, тигроподобным выражением лица заглянул внутрь.

— Чон Бин, ты готов?

— Да, сэр!

— Хорошо, ты очень дисциплинированный.

Мужчина громко рассмеялся. Это был Сон Джо Хон, известный охотник A-класса. Чон Бин вежливо кивнул, и Сон Джо Хон распахнул дверь шире, показывая, что пора идти.

— Пойдем. Он занятой человек, не будем заставлять его ждать.

— Да, сэр!

— Помни, что я тебе сказал? Не смотри слишком долго и не задавай лишних вопросов.

— Да, я помню.

— Отлично, отлично. С ним не так уж сложно общаться.

В его словах был намек на неловкость, но Чон Бин ничего не показал и молча последовал за ним. Пройдя по длинному коридору, они остановились перед дверью.

— Мы пришли.

Когда Сон Джо Хон открыл дверь, перед ними предстал просторный конференц-зал. В центре овального стола сидел молодой человек, сутулясь и листая толстую папку. Его лицо было полностью закрыто маской, а черный боевой костюм местами был покрыт засохшей кровью.

Это было сразу понятно. Перед ними стоял J, герой, спасший страну.

J, казалось, был полностью сосредоточен на чтении и не обратил внимания на вошедших. Чон Бин вытянулся по стойке «смирно» и отдал честь, а Сон Джо Хон с улыбкой поклонился.

— J-ним! Это Чон Бин, новый пробужденный S-класса. Пожалуйста, представьтесь.

— Хм?

Только тогда J повернул голову в сторону Чон Бина. Казалось, их взгляды встретились через маску. J отложил папку, которую читал, и легко спросил:

— О… сколько тебе лет?

— Мне двадцать один.

— Ты выглядишь моложе, чем я думал.

Его голос был странно модулирован, так что невозможно было определить ни возраст, ни пол. Был ли он просто в хорошем настроении? Чон Бин не мог удержаться, чтобы не рассмотреть его внимательнее.

На телевидении и радио J был надежным героем для страны. Но в реальной жизни… молодой человек в маске…

«Можно ли вообще назвать его юношей?»

Чон Бин всегда был наблюдательным. J казался ему далеким от взрослого человека. В лучшем случае он выглядел старшеклассником, возможно, лишь недавно вышедшим из подросткового возраста. Пока он размышлял об этом, J подошел к нему.

Когда их взгляды встретились под слегка наклонным углом, J вдруг протянул руку.

— Привет, я J.

— Ах, я Чон Бин. Рад знакомству.

Чон Бин, поглощенный своими наблюдениями, быстро пожал протянутую руку после легкого толчка со стороны Сон Джо Хона. Костлявая рука J была крепкой, но мягкой. После нескольких рукопожатий J весело спросил:

— Какая у тебя способность?

Чон Бин бросил взгляд на Сон Джо Хона, который слегка кивнул. Затем он искренне ответил:

— Сдерживание. Я могу обездвиживать противников.

— Монстров?

— Пробужденных.

— Ух ты, это круто. В последнее время слишком много пробужденных преступников, это большая головная боль.

— Да, — поддержал его Сон Джо Хон, похлопав Чон Бина по спине. — Он пробудился в самый подходящий момент.

J, казалось, задумался.

— Ладно. Нам пора идти. Спасибо за ваше время.

J махнул рукой и направился к окну, выпрыгнув наружу. Холодный ветер ворвался в комнату через открытое окно. Сон Джо Хон посмотрел на Чон Бина, который продолжал смотреть в окно, и похлопал его по спине.

— Эй, не слишком увлекайся.

— Простите?

— Не слишком увлекайся J.

Увидев озадаченное лицо Чон Бина, Сон Джо Хон пожал плечами.

— Сейчас нам нужен герой. Узнать о J слишком много — это только усложнит всё. Поэтому я тебе просто предупреждаю: держи правильную дистанцию. Но не делай его своим врагом.

— …

Чон Бин, вероятно, не смог скрыть своего замешательства. Цокнув языком, Сон Джо Хон покинул конференц-зал, тихо бормоча:

— У нас нет выбора. Пока всё не стабилизируется, сильным придётся жертвовать. Страна сейчас в таком состоянии…

Чон Бин бросил взгляд на папку, оставленную на столе. Она была открыта, и её содержимое было видно.

[Болотная жаба: Важно предотвратить рвоту. ★★★ Ударьте сначала по голове и рту.]

[Краснохвостый дракон: Проблематично, если он присоединится к своей группе! Проткните горло, чтобы не дать ему позвать своих.]

J читал список названий монстров и методы противодействия, написанные твердым, придавленным почерком. Внезапно Чон Бин почувствовал сдавленность в груди. Он понял, что, если будет читать дальше, может начать сомневаться в том, в чём не должен. Тихо развернувшись, он последовал за Сон Джо Хоном.

***

Чон Бин пристально смотрел на Гю Гю. Свет, который до этого опасно раскачивался, теперь застыл на месте.

— Нам нужно найти его, даже если это не приказ.

— Почему?

Он вспомнил спину, которая всегда одна прыгала в трещины. Фигуру, неизменно направлявшуюся в разломы в одиночку. Молодую версию самого себя, которая отворачивалась от этого. Странное чувство дискомфорта, которое он тогда игнорировал, до сих пор ярко стояло перед ним. Он не мог повторить ту же ошибку снова, спустя столько лет.

— Чтобы защитить его.

Чон Бин с грохотом ударил по металлическому столу и поднялся, глядя сверху вниз на Гю Гю.

— Так что отвечай. Кто такой J?

— Ну, я не знаю.

Даже после того, как Чон Бин обратился к своим воспоминаниям, чтобы дать ответ, в ответ он услышал лишь ленивое, равнодушное отрицание. Он нахмурился и поднял указательный палец. Черные цепи еще сильнее затянулись вокруг шеи Гю Гю.

— Ты такой нетерпеливый. У меня есть след! …Но он оборван.

Гю Гю быстро добавил:

— Ищи Ли Са Ёна.

— Почему?

— Я много копался и составил короткий список кандидатов на роль J… Но вся информация обрывается на Ли Са Ёне и гильдии Падо. Этот парень любит давать ложные наводки, и это ужасно раздражает.

Услышав это, Чон Бин вспомнил. В день обновления рейтинга Ли Са Ён стоял перед именем J на мемориальной доске. Он утверждал, что всё, что выходит из разлома в Западном море, принадлежит ему. Чон Бин с подозрением посмотрел на поющего Гю Гю.

— Кстати… Почему ты вдруг стал таким сговорчивым?

— А? Ты похож на союзника J.

Цепь вокруг его шеи медленно скользнула обратно на запястье Чон Бина. Гю Гю, должно быть, пробудился после исчезновения J. Чон Бин спросил с любопытством:

— У тебя есть какая-то связь с J?

— Ах, ничего особенного.

Гю Гю улыбнулся.

— Однажды он убил монстра, который собирался уничтожить нашу церковь.

— …

— Ну, я обычно отплачиваю за такие услуги~

Гю Гю закрыл глаза и снова начал напевать. Это была песня, которую Чон Бин никогда раньше не слышал. «Моменты, через которые я прошёл, были не просто обычными, но благодатью…»

Тем временем, без Чон Бина, зал, полный охотников, был похож на восьмитонный грузовик с неисправным рулевым управлением.

— Номер 7! Номер 10! Номер 2! Номер 7! Номер 11!

Возможно, даже без тормозов. Номерки неустанно поднимались, а цены стремительно росли.

— Эй, не перебивай мою ставку на оружие, которое я застолбил. Ты что, не убираешь ставку?

— А? Ну и что?

— Я обрезал телефонные линии, чтобы иностранцы не могли участвовать в торгах.

— Отличная работа. Уничтожь их!

Посреди этого поля боя, где суперхомяки бросались друг на друга с оружием, Ча Ый Джэ, который случайно подлил масла в огонь, пробормотал:

— …Это весело.

Он дрожал ногами, служа опорой для Ли Са Ёна, который лежал растянутым, как мокрая тряпка.

«Где этот парень, Чон Бин, когда он так нужен…»

Он скучал по Чон Бину больше, чем кто-либо другой.

Глава 79

Ча Ый Джэ находился в относительно спокойном состоянии для человека, ставшего центром всеобщего внимания. Разве что тяжесть тела Ли Са Ёна, бездумно навалившегося на него, доставляла неудобства.

Тук! Глухой удар!

— Са Ён, так всё правильно?

— Ах, глава гильдии! Просто потерпите до конца аукциона!

— Это точно правильный способ?

— Да. Только блокируйте, не контратакуйте… нам нужна отговорка.

Звяканье! Звяканье! Лезвия, летящие в сторону Ли Са Ёна, с грохотом падали на землю, ударяясь о массивную стену, благодаря чему обстановка оставалась относительно мирной.

Ли Са Ён лениво ответил с закрытыми глазами, а Пэ Вон У шумно выдохнул носом, поправляя свою стойку. Он стоял перед диваном, отражая нескончаемые атаки с тех пор, как Ли Са Ён сделал небольшой жест.

— Глава гильдии! Можно я закричу?

— Да.

— Хорошо.

Кан Джи Су, рыжеволосая женщина, которую Ча Ый Джэ несколько раз видел в ресторане с похмельным супом, глубоко вдохнула, подняла табличку с номером 7 и закричала львиным рыком:

— 7-СТАВКА!

Звук был настолько громким, что казалось, здание сотрясалось. Двое охотников, которые дрались, схватились за уши и упали. Ча Ый Джэ заметил, как даже таблички на столах задрожали, и удивлённо приоткрыл рот. Ведущий аукциона, зажав уши, снова схватился за микрофон.

— Да, да… номер 7!

На аукционах обычно побеждает тот, кто предложил самую высокую ставку. Они даже подготовили таблички для ставок. Так почему эти суперхомяки использовали их, чтобы бить людей? Вместо того чтобы предлагать больше, охотники просто физически уменьшали количество конкурентов.

И Ча Ый Джэ увидел это. За широкой спиной Пэ Вон У Пчела, прыгая, как бабочка, ударил охотника по голове табличкой. Шлёп! Табличка издала хрустящий звук и сломалась. Пчела тихо выругалась и бросила обломки.

— Мэтью! У тебя есть запасная?

— Нет.

Голос, глубокий, как пещера, ответил. Ча Ый Джэ скосил взгляд влево. Было ещё одно спокойное место в этом хаосе, помимо зоны, где он находился с Ли Са Ёном. Это было место, где сидели Пчела и мужчина, похожий на медведя. Даже когда Пчела избивала охотников, этот мужчина тихо оставался на месте.

Затем этот человек, Мэтью, повернул голову в сторону Ча Ый Джэ. Точнее, его взгляд упал на Ли Са Ёна, который с закрытыми глазами облокотился на плечо Ча Ый Джэ. Несмотря на медвежью внешность, мужчина в сером костюме и серебряных очках выглядел весьма интеллектуально.

— Ли Са Ён-щи, разве вы не думаете, что должны взять ситуацию под контроль?

Ли Са Ён, который, положив голову на плечо Ча Ый Джэ, сидел, закинув ногу на ногу, ответил лениво:

— А что я сделал, чтобы это нужно было контролировать?

— Разве вы не задели гордость охотников?

— Разве это не их вина, что им не хватило терпения… Меня не вините за их недостаток тренировок терпения.

Хотя его тело страдало, язык у Ли Са Ёна болеть не собирался, и он саркастично ответил, будто ждал этой возможности. Ча Ый Джэ, оказавшийся между вторым и третьим номерами в борьбе за власть, хотел просто сбежать в тихое место. Он мечтал, чтобы они вели этот разговор без него.

— …

Мэтью не стал сразу поднимать кулак или отвечать агрессивно, а просто молча выслушал. Цокнув языком, Ли Са Ён коротко вздохнул и добавил:

— Просто присмотрите за Пчелой… Когда придёт Чон Бин, вам понадобится отговорка.

— …Понял. Спасибо за совет.

Мэтью вежливо наклонил голову. Он принял это за совет, а не за провокацию?

«Он что, святой какой-то…»

Пока Ча Ый Джэ был в шоке, Мэтью начал доставать что-то из своего инвентаря. Ча Ый Джэ краем глаза следил за его действиями. Может, он всё-таки собирался напасть от злости? Но его сомнения оказались напрасны, потому что Мэтью достал…

«Тот самый вкус детства! Кукурузные снеки.»

Это был длинный жёлтый пакет кукурузных снеков.

Несмотря на любопытные взгляды, Мэтью спокойно открыл пакет и поднял указательный палец правой руки. На его кончике появилась маленькая искорка.

Но дальше произошло нечто ещё более удивительное. Он начал обжаривать кукурузные снеки с помощью своего огонька. Контроль над пламенем был безупречным. Почувствовав аппетитный запах, Ли Са Ён пробормотал.

— Этот мерзавец опять жарит их…

— …Он часто жарит кукурузные снеки?

— Ну… — Ли Са Ён, обессиленный, заговорил хриплым голосом:

— Когда главы гильдий собираются вместе, он иногда жарит для них кальмара с маслом.

Он что, поставщик закусок? Пока выражение лица Ча Ый Джэ становилось всё более озадаченным, с левой стороны внезапно появилось что-то тёплое и золотисто-коричневое. Мэтью протягивал два кукурузных снека.

— Пожалуйста, попробуйте. Они хорошо прожарены.

— …

— Возьми.

По словам Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ, словно идеальный секретарь, вежливо принял снеки обеими руками. Он слегка наклонил голову в знак благодарности, а Мэтью тоже поклонился, прежде чем снова приступить к жарке.

Когда хаотичный шум в зале немного стих, Пчела, заправив волосы назад, вернулась на своё место.

— Ах, эти слабые всё лезут… А? Что это?

— Ешь.

— Что? Я думала, ты не принес! Спасибо.

С яркой улыбкой Пчела откусила кусок кукурузного снека и села на диван, закинув ногу на ногу. Когда стена, созданная Пэ Вон У, опустилась, разрушенный зал предстал во всей красе. Большинство суперхомяков, размахивавших оружием, валялись на полу.

— Ну что ж… конкуренты устранены… — пробормотал Ли Са Ён, распрямившись и приняв более собранную позу. Он жестом подозвал Кан Джи Су, всё ещё державшую табличку.

— Кан Джи Су.

— Да, глава гильдии.

— Собери все таблички со столов и сломай их…

— Поняла.

Кан Джи Су исчезла, словно ветер. Ли Са Ён, с всё ещё связанными руками, поднял табличку с номером 2 со стола и посмотрел на ведущего аукциона.

— Вы говорили, для участия нужны таблички?

— Ах, да! Всё верно.

— …

Его фиолетовые глаза обвели зал. Вдалеке раздавались чёткие звуки ломаемых табличек — Кан Джи Су усердно выполняла свою работу. Ли Са Ён поднял свою табличку на уровень головы и усмехнулся.

— Хм… похоже, я единственный, кто может участвовать.

— Что? Эй! Кто тебе позволил!

— Пчела, я ещё и маршмэллоу поджарил.

— Мм! Ммф!

— Что? Ты тоже хочешь кальмара с маслом? Понял.

Когда Пчела попыталась вмешаться с помощью жестов, Мэтью без остановки пихал ей в рот жареные закуски. Ведущий аукциона, в растерянности, обернулся к Хон Ё Сону, но тот, кажется, уже мысленно вышел из игры. Хон Ё Сон схватил молоток ведущего и закричал:

— Тогда решено! Ли Са Ён выигрывает аукцион. Закрываем!

Бам! Бам! Бам! Весёлые звуки молотка разнеслись по залу. Глубоко вздохнув, Ли Са Ён медленно моргнул. Затем снова склонил голову на плечо Ча Ый Джэ и прошептал ему на ухо:

— Тогда… Хён.

— Да.

— Просто скажи Чон Бину одну вещь.

— …

— Скажи ему, что я отдам этот долг вдвойне.

Прошептав еле слышным голосом, Ли Са Ён наклонился вперёд. В тот же момент табличка, которую он держал, упала на пол. Ча Ый Джэ быстро поймал его ослабшее тело. Оно было пугающе холодным.

В голове промелькнуло одно слово. Шум вокруг стал далёким.

«Почему?»

Он ведь просто был в плохой форме? Может ли связывание его сил так сильно повлиять на состояние? Было ли ему настолько плохо, что он мог упасть в обморок? Кого звать? Куда идти?..

Мысли путались, сердце забилось чаще. С сухим ртом Ча Ый Джэ позвал Ли Са Ёна:

— Са Ён.

— …

— Эй, Ли Са Ён.

Почему-то пульс становился всё медленнее. Даже дыхание едва ощущалось.

Нет, этого не может быть. Его руки, поддерживающие тело Ли Са Ёна, задрожали. Он срочно огляделся, и перед ним появилась массивная фигура.

Пэ Вон У, явно в панике, быстро создал вокруг них стену. Он осмотрел, хорошо ли прикрыта зона, и спросил:

— Секретарь, что с ним? Что происходит?

Ча Ый Джэ открыл рот, чтобы ответить, но сначала намеренно прикусил щёку. Острая боль и металлический привкус крови привели его в чувство. К счастью, голос прозвучал спокойно.

— Не знаю. С момента связывания он был в плохом состоянии, но внезапно рухнул.

— Что происходит? Он никогда не был в таком состоянии… Меня тоже связывали, но не до такого… Джи Су! Зови Чон Бина!

— Чёрт… где вообще Чон Бин!? Уже иду!

Кан Джи Су проскользнула через стену. Тем временем Пэ Вон У достал из инвентаря несколько зелий, положил их рядом и схватился за голову.

Сколько прошло времени? Когда шея Ча Ый Джэ уже покрылась холодным потом, снаружи стены раздался ритмичный стук. Одна сторона стены открылась, и Кан Джи Су, запыхавшись, втащила Чон Бина внутрь.

— Кан Джи Су-щи, можете объяснить, почему зал в таком состоянии?

— Чон Бин!

— …Ли Са Ён-щи? Что случилось?..

Выражение Чон Бина мгновенно изменилось, когда он опустился перед Ли Са Ёном. Тишина наполнила пространство, пока он проверял его состояние. Глубоко вздохнув, он сказал:

— Прошу прощения. Я недооценил ситуацию. Не подумал, что прошло так много времени.

Слегка торопливыми движениями он снял цепи, связывавшие его запястья. Обмякшие руки упали по бокам. Пэ Вон У, который тоже опустился на колени, тревожно пробормотал.

— Са Ён никогда не был в таком состоянии. Что происходит?

— Хм…

На лице Чон Бина промелькнула тень сомнения. После короткого раздумья его выражение стало решительным, и он заговорил низким голосом:

— Вы знаете, что мои цепи способны сдерживать источник силы пробуждённого. Да, это то, что известно всем, но…

Держа холодную руку Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ поднял голову на слова Чон Бина.

— Точнее говоря, они возвращают тело пробуждённого в состояние, в котором оно находилось до его пробуждения. Они временно фиксируют тело в этом состоянии, отматывая его время…

В этот момент в памяти Ча Ый Джэ эхом прозвучал голос Нам У Джина, который здесь не присутствовал.

«Среди чёрных руин он сидел один, одетый в свободную больничную одежду».

— …в тело обычного человека, каким он был до пробуждения, — закончил Чон Бин.

Глава 80

— Ах, так… — Пэ Вон У, который собирался что-то сказать, увидел, как Кан Джи Су стоит рядом с Ча Ый Джэ, и плотно сжал губы. «Каким он был до пробуждения». Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна в своих объятиях. Его нерегулярное дыхание постепенно стабилизировалось, как только цепи были сняты. Бледное лицо медленно начинало приобретать цвет.

Наконец, удушающее чувство, словно горло сдавливало, ослабло. Ча Ый Джэ слегка опустил голову и молча начал ровно дышать.

— Сейчас важно проверить состояние Ли Са Ён-щи. Я позже посещу гильдию Падо и Ли Са Ён-щи, чтобы принести официальные извинения, — сказал Чон Бин, доставая из инвентаря бутылочку с фиолетовой жидкостью и открывая крышку. Ча Ый Джэ, увидев это, тут же поддержал Ли Са Ёна за шею и слегка запрокинул ему голову. Чон Бин кивнул глазами и влил жидкость в рот Ли Са Ёну, после чего спросил:

— Я ещё не успел полностью оценить ситуацию в зале после возвращения с другого задания. Можете мне объяснить?

— Аукцион только что закончился, и, ну, охотники подрались из-за большого копья. Вот поэтому здесь всё так… Что ещё сказать? — неуверенно протянул Пэ Вон У, украдкой оглядываясь, но Кан Джи Су перебила его.

— Копьё досталось главе гильдии!

— Это стоит упоминать?

— Глава гильдии без сознания и может не забрать его, если мы ничего не скажем.

— …Понял. Пока достаточно и этого. Спасибо.

Состояние Ли Са Ёна быстро улучшалось — возможно, из-за снятых ограничений или благодаря жидкости, которую дал Чон Бин. На первый взгляд, он выглядел как человек, который просто уснул. Когда состояние Ли Са Ёна стабилизировалось, Чон Бин бегло осмотрел зал и начал раздавать указания.

Изначально Хон Ё Сон собирался немного насладиться миром, прежде чем приступить к работе, но ради его безопасности национальные власти решили немедленно отправить его в горы. Хон Ё Сон, пытаясь избежать протянутых к нему рук, спрыгнул с платформы.

— Кто это решил?!

— Это приказ директора.

— Подождите, подождите, я ещё не закончил сделку…

Отчаянный взгляд Хон Ё Сона скользнул по залу, пока не остановился на Ча Ый Джэ. Как только он собирался позвать его:

— Эх!

— Пожалуйста, сотрудничайте, мастер!

— Что за… Отпустите меня! — возмущался Хон Ё Сон, но охранники, быстро и ловко действуя, завернули его в одеяло, словно в рулет с жёлтой клетчатой тканью. Хон Ё Сон яростно сопротивлялся.

— Подождите! Честно! Я не смогу работать без этого! Подождите минуту!

— Доставьте его.

— Есть.

После того как плачущий и жалующийся Хон Ё Сон исчез, суперхомяков, потерявших сознание после схватки, забрала гильдия HB. Пока Пчела ворчала, перетаскивая охотников, которых сама вырубила, Чон Бин низко поклонился Мэтью.

— Спасибо за вашу помощь.

— Не за что. Вы всегда работаете усердно. Вот, держите, — Мэтью протянул ему тёплую ножку кальмара и направился к поверженным охотникам вместе с Пчелой. Чон Бин снова низко поклонился, обращаясь к неловко стоявшему Пэ Вон У.

— Мне очень жаль. Это происшествие — полностью моя вина. Я возьму на себя всю ответственность.

Пэ Вон У неловко почесал затылок.

— Ну, уже случилось, так что ничего не поделаешь. Это ведь было не специально, верно? Всё же, загляните в Падо как-нибудь. Этого будет достаточно. Вы сейчас направляетесь в гильдию Совон?

— Да, верно. Нам У Джин-щи лучше всех знает о состоянии Ли Са Ён-щи.

— Пожалуйста, позаботьтесь о Са Ёне.

— Конечно.

Когда Чон Бин ушёл с Ли Са Ёном, в зале остались только Пэ Вон У, Кан Джи Су и Ча Ый Джэ. Кан Джи Су, которая всё это время молча наблюдала, скрестив руки, пробурчала:

— …Это нормально вот так всё оставить? Глава гильдии рухнул! Нас чуть не обезглавили.

— Хватит. Это был несчастный случай. Ли Са Ён сам разберётся с компенсацией от ответственных лиц. Пошли.

— Да.

Когда они направились к выходу, Пэ Вон У внезапно остановился, широко раскрыв глаза, и обернулся.

— Почему ты не идёшь, секретарь?

— …Простите? Я?

Ча Ый Джэ, который всё это время стоял неподвижно, поднял голову. Пэ Вон У широко улыбнулся, указывая большим пальцем на дверь, с той же улыбкой, что он обычно был, заходя в ресторан с похмельным супом.

— Пойдём вместе! Мы на машине. Довезём тебя до гильдии.

— Нет, я в порядке…

— Эй.

Кан Джи Су, незаметно подошедшая сзади, толкнула Ча Ый Джэ в спину. Наконец, его ноги сдвинулись с места. Пэ Вон У быстро обхватил его за плечо и подтянул ближе.

— Давай, поехали!

Позже, в машине.

До тех пор, пока машина не выехала на знакомую дорогу после центра конференций, в салоне царила тишина. Лишь когда капли дождя начали стучать по окнам, Пэ Вон У цокнул языком.

— Эх, дождь пошёл.

Секретарь, молча сидевший на заднем сиденье, заговорил:

— Простите, могли бы вы высадить меня здесь?

— Заместитель главы гильдии, у вас есть зонт? У секретаря, наверное, нет. Дайте ему свой.

— Нет, правда, всё хорошо…

— Почему ты думаешь, что нужно промокать, если есть зонт? Вот, держи зонт!

Пэ Вон У настойчиво передал ему чёрный зонт. Захваченный врасплох, секретарь неохотно взял его и слегка поклонился.

— …Спасибо.

— Береги себя. Ты сегодня много работал с Са Ёном.

С негромким хлопком секретарь вышел из машины, открыл чёрный зонт и шагнул на дождливую улицу. Пройдя несколько шагов, он на мгновение оглянулся. Видя его через опущенное окно, Пэ Вон У и Кан Джи Су одновременно помахали ему рукой.

Шшш — дождь усилился. Даже спустя какое-то время после того, как секретарь ушёл, Пэ Вон У не спешил уезжать, положив руки на руль и листая что-то на телефоне. Кан Джи Су, жуя перекус, заговорила.

— Но, заместитель главы гильдии.

— Да.

— Кто этот человек?

— …

Фигура в костюме уже исчезла на дождливой улице, словно растворившись. Кан Джи Су вытянула шею, пытаясь разглядеть что-то в тёмном переулке, и пробормотала:

— Я ничего не сказала, потому что ни глава гильдии, ни вы не упомянули его. Но я никогда не видела этого человека ни в команде секретарей, ни в гильдии. Может, нам стоило вернуть его обратно?

— Джи Су.

— Да.

Пэ Вон У с серьёзным видом протянул руку. Она послушно вложила в неё свой перекус, и он не спеша отправил его в рот.

— У Са Ёна всегда есть причина для его поступков.

— …

— …Наверное.

Кан Джи Су с сомнением посмотрела на него, но Пэ Вон У наконец завёл машину. Дворники суетливо смахивали дождь с лобового стекла.

— Если бы его нужно было задержать, Са Ён сказал бы нам. Но он этого не сделал.

— Может, ему было слишком плохо, чтобы что-то сказать?

— Нет. Не недооценивай этого парня. Он, наверное, даже своё падение просчитал.

И правда, если это был Ли Са Ён, которого она знала, всё складывалось. Даже теряя сознание, он раздавал указания. Можно было усомниться, действительно ли он болен или просто притворяется. Кан Джи Су осторожно спросила:

— Но глава гильдии и правда болен?

— Да, это правда.

— Он сильно болел до пробуждения?

— Ну… Я слышал, что да.

Пэ Вон У неопределённо ответил, управляясь с рулём одной рукой.

— А я правда не знаю, кто этот секретарь. Может, новый сотрудник в команде боевой поддержки… или из какого-то совместного проекта с другой гильдией.

— Ладно, ладно. Ты хочешь сказать: «Не слишком любопытствуй». Поняла.

— Нет, серьёзно, я не знаю.

Кан Джи Су равнодушно пожала плечами и включила радио. Зазвучала знакомая реклама. «HunterOne поможет сдать экзамен! Стань охотником вместе с HunterOne…» Слушая знакомую мелодию, она тихо сказала:

— Ну, он не показался мне плохим человеком.

— А? Почему?

— Ты не заметил, заместитель главы гильдии?

— Что именно?

— …Ничего.

Кан Джи Су тихо вздохнула и прислонилась головой к окну. Пэ Вон У что-то пробормотал, но после беготни на выставке мастеров она была слишком уставшей, чтобы отвечать. В конце концов, он тоже не сказал ей всего, так что она имела право промолчать.

Руки секретаря, поддерживавшего падающего Ли Са Ёна, были покрыты выступившими венами, а кожа побелела от напряжения. Он не отрывал взгляда от Ли Са Ёна, пока Чон Бин не увёл его. Даже под противогазом его лицо наверняка было бледным. Кан Джи Су была уверена в этом. Возможно, даже бледнее, чем у самого Ли Са Ёна. Она поджала губы.

«Этот человек был более обеспокоен, чем я».

— Как насчёт ужина?

— Ресторан с похмельным супом сегодня закрыт.

— …Ах, точно.

— Кстати, заместитель главы гильдии, хватит так много есть похмельный суп. Скоро у тебя вместо крови будет похмельный суп.

— Ты просто не понимаешь истинного вкуса похмельного супа…

Их разговор постепенно затих под шум дождя.

***

В конце необычайно длинного дня Ча Ый Джэ, наконец, остался один. Ветер в этот день был особенно холодным.

Ча Ый Джэ вошёл в безлюдный переулок и снял стесняющий противогаз. Чистые носки ботинок выглядели странно неуместно на грязной земле, усеянной мокрыми листовками и визитками. Он пнул землю, подняв брызги воды.

Проходя через переулки, где не встречались прохожие, он заметил красную вывеску с сияющей надписью. Ресторан с похмельным супом. То место, куда он должен был вернуться. Ча Ый Джэ закрыл зонт и медленно направился к ресторану.

Стоя у входа, он поднял взгляд и сразу заметил бумажку, которую оставил ранее. Она промокла под дождём, и надписи на ней размазались, но было видно, что много чего написано. Ча Ый Джэ прищурился, пытаясь разобрать смазанные слова. Когда он видел её в последний раз, там была лишь одна запись. Теперь всё пустое пространство было заполнено различными сообщениями.

[Закрыто на день выставки мастеров.]

[Причина: сопровождаю бабушку в больницу.]

⤷ Пусть бабушка поправляется!!

⤷ Удивился, почему закрыто. Надеюсь, всё прошло хорошо?

⤷ Если нужна помощь с оплатой больницы, дайте знать…

⤷ Давайте сохраним это место надолго! Пожалуйста.

⤷ Убедитесь, что ваш работник тоже здоров.

⤷ Вы будете открыты завтра?

В этот момент его телефон завибрировал в кармане. Короткая вибрация означала, что пришло сообщение от Пак Ха Ын. Ча Ый Джэ медленно достал телефон и посмотрел на экран.

Са Ён: Я в порядке

Ча Ый Джэ глубоко вдохнул. Влажный воздух наполнил его лёгкие. Прислонившись головой к стеклу и закрыв глаза, он слушал, как дождь мягко разбивается где-то вдали. Узлы напряжения, застывшие и затвердевшие внутри, тоже начали развязываться.

Через мгновение он медленно открыл глаза, в которых теперь горел решительный огонёк.

Глава 81 - Жизнь, как бумеранг

— Да, всё в порядке.

Мягкий голос прошептал. Тёплые руки обвили его тело.

— Теперь всё хорошо.

За рушащимся видением белый свет разбился вдребезги.

— Я…

— …Пора.

Ли Са Ён открыл глаза. Увидев белый потолок, он резко сел и стянул перчатки с рук.

Бах! Что-то тяжёлое упало и столкнулось с твёрдой поверхностью. Ли Са Ён быстро огляделся вокруг. Провода, соединявшие его тело с аппаратами, были вырваны, оставив технику в беспорядке на полу. Голос с вздохом раздался рядом.

— Ты собираешься ломать это до такой степени? Почему бы не разбить всё сразу?

Это был Нам У Джин. Он сидел за столом, отвернувшись, и чем-то занимался. Но Ли Са Ён не расслабился. Его острые фиолетовые глаза обратились в угол. Там стоял Чон Бин, который быстро поднял обе руки и заговорил.

— Ли Са Ён-щи, я Чон Бин. Это лаборатория Нам У Джина-щи в подвале гильдии Совон. Я привёл вас сюда после того, как вы потеряли сознание на аукционе.

— …

Острая аура, казалось готовая убить, немного утихла. Только тогда Ли Са Ён осознал, что лежит на койке в лаборатории. Нам У Джин пробормотал грубым голосом.

— Лучше бы ты заплатил за то, что занял мою койку.

— Конечно. Здесь безопасно, Ли Са Ён-щи. Вы что-нибудь помните?

Последняя память среди ужасной боли…

— Са Ён.

Дрожащая рука ощущалась на его спине даже сквозь слабую чувствительность.

— Эй, Ли Са Ён.

Голос, обычно спокойный и уверенный, был надломленным и хриплым. Необычно тёплое прикосновение, и все те разрозненные ощущения были…

«Ча Ый Джэ».

Ли Са Ён поспешно обыскал карманы и достал телефон. К счастью, батарея осталась. Ча Ый Джэ, Ча Ый Джэ… Ли Са Ён ввёл номер, который запомнил, и отправил короткое сообщение.

[Я в порядке]

Отправлено. Он долго ждал, но ответа не было. Тревога поднималась по его шее.

— Итак.

Резкий хлопок и голос прервали его мысли. Ли Са Ён повернул голову к источнику звука. Нам У Джин повернул своё кресло, скрестив ноги и положив подбородок на руку.

— Ты сломал мою технику, угрожал людям, проверил телефон и, похоже, закончил с неотложными сообщениями.

— …

— Поговорим? Этот парень толком ничего не объясняет.

Чон Бин, скрестив руки, пожал плечами.

— Ли Са Ён-щи тоже нужна подробная информация.

Ли Са Ён грубо сорвал провода, соединённые с его телом. Нам У Джин простонал.

— Ты хоть понимаешь, сколько это стоит? Обращайся аккуратнее.

— Счёт пришли. И кто вообще разрешал тебе подключать меня к этому?

— Надеюсь, ты оценишь, как я удивился, когда Чон Бин вломился сюда с тобой. Как твоё тело?

— Нормально.

— Хм.

Нам У Джин осмотрел Ли Са Ёна, который сидел на койке, своими белыми глазами. Спустя некоторое время он кивнул и начал бормотать себе под нос.

— Выглядишь нормально. Если во время пробуждения принять силу системы, все повреждения до пробуждения исцеляются… хотя в твоём случае разница между состоянием до и после пробуждения значительная. Сила восстановления должна быть пропорциональна классу пробуждения.

— …Нам У Джин.

Ли Са Ён откинул волосы с глаз и заговорил низким голосом.

— Не переходи черту.

— …Моя ошибка. Понял.

Повисла короткая тишина. Ли Са Ён, раздражённо потирая глаза, заговорил.

— Чон Бин, объясни ситуацию.

— Да. Пока я разговаривал с Гю Гю один на один, ко мне подошла Кан Джи Су-щи, и я вернулся один. Когда я прибыл на место, вы уже были без сознания. Оценив обстановку, я снял цепи и дал вам яд, который предоставил Нам У Джин-щи.

Глаза Нам У Джина засветились.

— Это помогло ускорить восстановление?

Ли Са Ён слегка кивнул.

— Помогло.

— Отлично. Если раздобуду ещё яда, отправлю в гильдию Падо.

— Остальных охотников забрала HB, так что, отдав общие указания, я доставил вас в гильдию Совон. Сейчас все вернулись в свои гильдии.

— Даже Пэ Вон У?

— Да.

— …

Ли Са Ён откинулся на койке, опираясь руками, и посмотрел в воздух. Его взгляд вскоре сфокусировался на Чон Бине.

— Ты слышал историю?

— Какую историю вы имеете в виду?

— …Полагаю, у тебя не было времени её услышать.

Ли Са Ён улыбнулся холодной улыбкой, на которую Чон Бин ответил мягкой.

— Я говорил, что верну этот долг вдвойне, помнишь?

— Раньше я этого не слышал, но был готов. Это моя беспечность привела к этому.

— Да… Мне нравится, что ты так общителен.

Ли Са Ён повернул затёкшую шею. Его ленивый голос прозвучал требовательно:

— Расскажи мне разговор с Гю Гю от начала до конца.

***

На следующий день после выставки мастеров, которая казалась бесконечной, Ча Ый Джэ быстро вернулся к своему привычному распорядку. Просыпаться на рассвете, чтобы готовить похмельный суп для охотников. Заботиться о Пак Ха Ын, пока подготавливал ингредиенты, управлять бизнесом вечером и закрывать ресторан поздно ночью.

Однако после выставки мастеров Ча Ый Джэ всё чаще ловил себя на том, что задумчиво смотрит в пустоту. Каждый раз он думал о Ли Са Ёне. Ощущение холодного, неподвижного тела, которое он держал, всё ещё было слишком живым. Всё ли в порядке у Ли Са Ёна? Каждый раз, как появлялись такие мысли, он проверял сообщение, которое тот отправил.

Са Ён: Я в порядке

«Как бы не так».

Ча Ый Джэ не верил этому сообщению. Даже если Ли Са Ён не пришёл в сознание, он бы скрыл этот факт от всех. Сильные должны всегда выглядеть несокрушимыми. Так что сообщение мог отправить кто-то другой, чтобы скрыть его состояние.

Необъяснимая тревога постоянно грызла его мысли. Ча Ый Джэ снова и снова включал и выключал телефон, колеблясь, чтобы ответить.

И, как по заказу, словно подловив его на моменте наивысшей тревоги, появился Чхве Го Ё. Это было поздно ночью, после того как ресторан закрылся.

Пока Ча Ый Джэ сидел в зале, крутя телефон в руках, даже не сняв фартук, Чхве Го Ё как-то умудрился открыть запертую дверь изнутри, вломился, размахивая руками, и энергично закричал:

— Привет, хён!

К счастью, его интуиция, обострившаяся в порту Инчхон, не совсем покинула его, и Чхве Го Ё быстро понизил свой градус, заметив настроение Ча Ый Джэ.

— Эм, ты помнишь? В день выставки мастеров я отвёз твою бабушку в больницу. Я пришёл рассказать тебе об этом. Хотел сразу, но был занят.

— Ах…

Чёрт, как он мог забыть о больнице после всего этого?

«Ты совсем спятил, Ча Ый Джэ».

Лицо Ча Ый Джэ исказилось от злости, и плечи Чхве Го Ё сжались. Он прижался к металлической двери, дрожа, и спросил:

— М-могу я рассказать сейчас?

— Да, пожалуйста. Как бабушка?

— Да, я принёс копии диагноза и рецепта!

Чхве Го Ё быстро передал документы и начал объяснять, что произошло в больнице, будто читая рэп. Ча Ый Джэ быстро пробежал документы глазами, слушая объяснения Чхве Го Ё. К счастью, состояние её коленей не ухудшилось, и казалось, что регулярное лечение улучшит её здоровье.

— Это всё!

— Спасибо.

— Хехе, пожалуйста.

Вздох Ча Ый Джэ заставил Чхве Го Ё смущённо почесать голову. Наблюдая за его лицом, Ча Ый Джэ резко вспомнил сцену открытия дверей пространственного разлома. И лицо Ли Са Ёна, которое он увидел, как только двери открылись.

Чёрт. Когда лицо Ча Ый Джэ моментально стало серьёзным, Чхве Го Ё быстро стёр улыбку и выпрямился. Тем не менее, Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— Как Са Ён…?

— С-Са Ён?

Глаза Чхве Го Ё округлились. Чёрт. Ча Ый Джэ быстро исправился:

— Ли Са Ён. Он не связывался со мной по работе в последнее время.

— Ах, ты про главу гильдии. Я сразу не понял, так непривычно звучит. Я тоже ничего не знаю!

Конечно, Чхве Го Ё оказался бесполезен. Пока Ча Ый Джэ жалел, что спросил, Чхве Го Ё суетливо начал рыться в карманах.

— Хехе, он любит работать в одиночку… выходил ли он на работу сегодня? Секундочку.

— …Ты же напрямую не будешь связываться?

— Нет! У нас есть анонимный форум гильдии Падо. Обычно, если глава гильдии появляется, команда секретариата предупреждает нас.

— Ах.

Пролистав экран, Чхве Го Ё протянул телефон.

— Хочешь посмотреть? Это забавно.

— А как же конфиденциальность?

— Эй, там только обсуждают, что на обед в столовой, или иногда ругают главу гильдии.

Ча Ый Джэ взял телефон и начал прокручивать ленту. Рядом Чхве Го Ё взволнованно начал объяснять.

— У меня относительно высокий уровень допуска, так что я могу видеть большинство постов.

Первый пост, который привлёк внимание, гласил:

«Анонимный пост Гильдии Падо»

[※ Пожалуйста, соблюдайте правила при публикации!]

[※ Посты, не соответствующие правилам, могут быть удалены без уведомления.]

Заголовок: [Анонимно] Так что же произошло на мероприятии?

240 не появлялся на работе с момента мероприятия.

Это закрытый круг, так что никакой информации не достать.

Призрак похмельного супа говорит, что ничего не знает.

И Джи Су тоже отказывается комментировать.

Я умираю от любопытства.

Он до сих пор не вышел на работу. Его состояние и правда настолько плохое? Он вообще пришёл в сознание?

Ча Ый Джэ потёр шею и нахмурился.

«Мне самому сходить и проверить?»

Он пролистывал страницу в поисках полезной информации, пока один комментарий не привлёк его внимание.

Комментарии (10):

— Похоже, на HunterNet тоже введён информационный блок?

— Ага, обычно куча хвастливых постов под видом отзывов, а тут ничего.

— И в новостях тоже тишина ~ 240 хоть что-то выиграл?

— Ждал с нетерпением, но это разочарование.

— Нет, мой двоюродный брат был на мероприятии. Проснулся и обнаружил, что всё закончилось, а он лежит в зале, где Шершень проверяла посещаемость с мечом в руках.

— Уау.

— Что? Это какой-то ад для тех, кто убивает шершней?

— Пожалуйста, расскажите всю историю.

— Сделайте отдельный пост для этого.

— Протестуйте всё.

Шершень… это может быть Пчела? Пчела проверяла посещаемость с мечом в руках? Эта заманчиво звучащая фраза заставила Ый Джэ не отрывать глаз от экрана. Он быстро обновил страницу. К счастью, тот же комментатор оставил новый пост.

Заголовок: [Анонимно] Удалю через 10 минут

Йэ Сён занимался своими Йэ Сёнскими делами..

Но он застрял уже на первом предложении. Что же значит это странное слово с неправильным написанием? Ча Ый Джэ быстро сдался в попытках разобраться сам и решил спросить у кого-то другого.

— Эй, что значит «Йэ Сён»?

— Йэ Сён?

Окинув взглядом пост, Чхве Го Ё хихикнул.

— О, ты читаешь этот пост. Забавно. «Йэ Сён» — это Хон Ё Сон. Это сленг.

— Сленг?

— Чтобы не попадалось при поиске.

Йэ Сён значит Хон Ё Сон. Значит, первая строка…

«Хон Ё Сон занимался своими Хон Ё Сонскими делами».

«Чёрт».

Уже по первой строчке было ясно: этот комментатор знает, о чём пишет.

Глава 82

Заголовок: [Анонимно] Удалю через 10 минут

Йэ Сён занимался своими Йэ Сёнскими делами..

Но потом аукцион прервался на полпути.

Тем временем 240 сломал плечо Гю Гю.

240 был связан Чон Бином.

Затем брата ударили табличкой, и он потерял сознание.

Когда он пришел в себя, Пчела пересчитывала людей с мечом, и он чуть не потерял сознание снова.

Мэтью раздал жареные рисовые лепешки и сказал всем разойтись по домам.

Так они и сделали.

Конец.

Верить или нет — решать вам.

Комментарии (34)

— Это выставка мастеров или колизей?

— Каждая часть звучит невероятно.

— Если уж врать, то делайте это хотя бы искренне.

— Странно, но детали кажутся очень живыми…

— Разве не должны были сообщить, если кто-то сломал плечо? Это наводит на неприятные мысли…

⤷ Вы из команды секретарей? 240 до сих пор не на работе? Мне нужно что-то сообщить.

⤷ Нет ㅜㅜ Инструкции приходят по почте, но они на работу не вышли.

Ча Ый Джэ медленно прочитал комментарии, но вместо того чтобы успокоиться, он начал еще больше сомневаться. Если Ли Са Ён не выходит на работу и только отправляет письма, была вероятность, что Пэ Вон У вел дела под именем Ли Са Ёна.

Как раз когда Ча Ый Джэ, кусая губу, собирался посмотреть другие сообщения, Чхве Го Ё, который насвистывал и рисовал на планшете, вдруг поднял голову. Его взгляд устремился куда-то в пустоту. Ча Ый Джэ тоже слегка взглянул вверх.

+82 [CH.1] «Использован мегафон».

+82 [CH.1] «Идет написание сообщения через мегафон…»

Справа на экране появился красный значок мегафона. Но Ча Ый Джэ намеренно опустил голову и сосредоточился на телефоне. Это был мегафон из канала Охотников, который он закрыл после выставки мастеров. Ча Ый Джэ искоса посмотрел на Чхве Го Ё, который, вероятно, видел то же самое, открыв рот.

«Если ты посмотришь или отреагируешь, тебе конец».

Вскоре крупные буквы ярко-красного цвета с белой окантовкой появились на экране.

+82 [CH.1] «Чон Бин использовал мегафон».

[4] Чон Бин: Соблюдайте безопасность канала. Хон Ё Сон-щи, мы не будем вас винить, просто подтвердите, что вы живы. Если живы, просто поставьте точку ^^

И он использует драгоценный мегафон, чтобы проверить, жив ли Хон Ё Сон? Ча Ый Джэ, уставившись на текст, быстро начал считать в уме.

Тот парень был завернут, как кимбап, и передан агентам пробуждённых. Он говорил, что собирается вернуться в горы, да? Хотя Ча Ый Джэ отвлекался на Ли Са Ёна, отчаянные крики Хон Ё Сона были настолько яркими, что засели в памяти. Чхве Го Ё пробормотал:

— С ума сойти… Его что, похитили? Вау… если это правда, то в стране начнется хаос. Это серьезно.

Ча Ый Джэ почувствовал желание закрыть рот Чхве Го Ё. Каждое его замечание казалось предвестником неизбежных проблем. Но прежде чем он успел остановить его, Чхве Го Ё поставил еще один флаг:

— Или он сбежал, потому что захотел мяса? Проверял кто-нибудь куриные лавки?

В тот момент на телефон Чхве Го Ё пришло три сообщения подряд. Ча Ый Джэ краем глаза заметил уведомления. Так как телефон был в его руках, содержание сразу стало видно.

Со Мин Ги: <Срочно> Хон Ё Сон сбежал при транспортировке в Пукхансан, местонахождение неизвестно.

Со Мин Ги: <Срочно> Большинство сотрудников Бюро управления пробуждёнными разыскивают Хон Ё Сона для его защиты.

Со Мин Ги: <Срочно> Пожалуйста, свяжитесь с Романтичным открывателем.

«Черт».

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

Благодаря своей всегда надежной способности Непроницаемое лицо, Ча Ый Джэ сохранил спокойное выражение лица и ровный голос, возвращая телефон, как будто ничего не видел.

— Спасибо, что показал. Но тебе пришло сообщение.

— Сообщение? Что там?

Чхве Го Ё несколько раз сменил цвет лица, читая сообщения Со Мин Ги. Он побледнел, покраснел, затем стал синим. После чего вскочил и начал в спешке собирать свои вещи.

— Извини! Мне срочно нужно идти!

— Уже? Хотя бы миску похмельного супа съешь перед уходом.

— Нет-нет, у меня что-то срочное.

— Что за срочное?

— Я, эээ… Не могу сказать. Это секретная информация.

— Секретная?

— …Правда не могу сказать! Я вернусь в следующий раз с заместителем главы гильдии!

Чхве Го Ё вылетел из ресторана, где подавали похмельный суп, как пуля. Только тогда в помещении вновь воцарилась тишина. Но мегафонное сообщение Чон Бина все еще висело перед глазами.

«Не может быть…»

В голову приходило слишком много причин, по которым Хон Ё Сон мог внезапно сбежать. Но Ча Ый Джэ решил:

«…Лучше сосредоточусь на работе».

И временно проигнорировал ситуацию.

***

К счастью, безопасность канала 1, казалось, оставалась на высоком уровне, так как большинство обычных охотников ничего не знали о побеге Хон Ё Сона. Они просто интересовались, кто выиграл оружие, выставленное на аукционе мастеров. А охотники с канала 1, такие как Пэ Вон У или Пчела, не появлялись до закрытия ресторана.

После того как все дела были завершены, ресторан закрыт, а ингредиенты на завтра подготовлены, наступил рассвет. Ча Ый Джэ коротко вздохнул, заканчивая мытье посуды и снимая резиновые перчатки.

И тут:

— Ку-ка-ре-ку!

Послышался странно знакомый крик курицы. Звук был слишком четким, чтобы быть галлюцинацией. Он доносился с улицы.

Открыв дверь, Ча Ый Джэ огляделся и медленно опустил взгляд. В синей коробке из-под напитка «Баккас», стоящей рядом с дверью ресторана, что-то гладкое и белое свернулось калачиком. Почувствовав взгляд Ча Ый Джэ, это что-то подняло голову и посмотрело на него.

Круглые, но совершенно безжизненные глаза, похожие на черные бобы. Гладкое, словно фарфоровое, белое тело. В целом это походило на слегка глупую фарфоровую курицу.

Это была Ккокко.

— Ко-ко?

Ча Ый Джэ молча шагнул назад и закрыл дверь.

Щелк.

Сквозь дверь доносились любопытные кудахтанья Ккокко, но Ча Ый Джэ их проигнорировал и направился на кухню за половником. Сжимая в руке идеально подходящий половник, он уставился в пространство.

«Давай соберемся с мыслями».

Во-первых, Хон Ё Сон, которого перевозили в Пукхансан, исчез. Пукхансан — это гора в Сеуле, а значит, она физически близка к ресторану. Так что его можно найти поблизости. Во-вторых, Хон Ё Сон был без ума от магических камней. А этот магический камень… Ча Ый Джэ бросил взгляд на свой инвентарь.

«Он все еще там…»

Он пожалел, что тогда не отдал его! Стиснув зубы, он вспомнил, как перед отправкой Хон Ё Сон увидел секретаря Кима. Он даже пытался подозвать его. Хотя память была слегка смутной, он был уверен, что их взгляды встретились.

Фарфоровая курица Ккокко, созданная Хон Ё Соном и подчиняющаяся только его командам. Почему Ккокко оказалась в коробке из-под напитка «Баккас» у двери ресторана, а не с хозяином?

— Ко-ко, ко…

Кудахтанье звучало зловеще. Это не было приветствием или любопытством. Скорее, похоже на прочищение горла перед громким криком…

«Черт!»

Ча Ый Джэ быстро открыл дверь и занес Ккокко внутрь вместе с коробкой. На мгновение Ккокко будто выразила разочарование. Вздохнув, Ча Ый Джэ легонько постучал по его тупому клюву пальцем.

— Эй, где твой хозяин, и почему ты здесь одна?

— Ко-ко.

— …Нет, не отвечай. Чувствую, если узнаю, будет только хуже.

— Ко-ко?

Ккокко, наклонив голову, вытянула шею в сторону двери. Ча Ый Джэ тоже обернулся.

На темной улице, освещенной лишь тусклым уличным фонарем, перед дверью стоял человек в ярко-синем походном костюме, с солнцезащитными очками, шляпой, черной маской, плотно облегающей лицо, и ярким платком на шее. Настоящий член походного клуба.

«Подозрительно».

Сейчас было 2:30 ночи. Слишком поздно, чтобы считать этого человека обычным проходящим мимо туристом. Обычно туристы спускаются до заката. И это явно не был постоянный клиент; лицо незнакомое.

Ча Ый Джэ взглянул на Ккокко, которая тихо лежала в коробке. Ккокко, которая внезапно появилась у двери. Турист, появившийся, как призрак, сразу после того, как Ккокко была занесена внутрь. Так что, возможно, этот турист…

— Ко-ко.

Ккокко вытянула шею еще немного. Интуиция, которая не раз спасала жизнь Ча Ый Джэ, заставила его напрячься. Быстро поставив Ккокко на стол, Ча Ый Джэ запер дверь.

Щелк. Между ними осталась только дверь, но ситуация ощущалась напряженной. Турист поднял свои солнцезащитные очки рукой, в которой держал походную палку.

— Извините.

— …

— Могу я у вас кое-что спросить?

Сжимая половник сильнее, Ча Ый Джэ быстро ответил:

— Я в это не верю.

— Я не сектант. Я не собираюсь вас обращать в свою веру. Я не религиозен.

— Мы не покупаем ни фильтры для воды, ни газеты, ни шестиугольную воду.

— Я не продавец. И не участник пирамид. Мне просто нужно кое-что спросить.

— Извините, но мы закрыты.

— Пожалуйста, просто выслушайте. Мне срочно нужно кое-что найти. Если я этого не сделаю, я умру.

— …

Вспышка молнии осветила улицу. Упоминание о смерти сделало его просьбу еще более убедительной. Очки туриста блеснули белым. Вскоре раздался низкий раскат грома. Капли дождя начали падать одна за другой.

И Ча Ый Джэ это увидел.

«Черт возьми».

— Вы не видели…

Турист, специально медленно растягивая слова, вытащил из кармана яйцо, очистил его и опустил маску. Его открывшееся нижнее лицо выглядело до боли знакомым. Он откусил вареное яйцо. Умело съев только белок, он обнажил круглый, идеально приготовленный желток.

Снова сверкнула молния. За темными очками, его глаза с вращающимися золотыми узорами ярко вспыхнули.

— Круглый, красивый магический камень. Как этот желток.

Глава 83

Ча Ый Джэ смотрел на быстро вращающиеся золотые узоры и спрашивал себя:

«Почему каждый охотник, которого я встречаю, оказывается сумасшедшим?»

Раньше среди охотников не было столько людей с такими яркими характерами. И это было естественно — тогда главное было выживание.

Но в сегодняшнюю Эпоху Великих Охотников охотники без характера не выживают! Понятие «выживание», которого они теперь добиваются, полностью изменилось. И как бы он ни думал, слава Хон Ё Сона в этой эпохе точно были связаны не с ремесленным мастерством…

«В любом случае, этот парень определённо ненормальный…»

Безумие было очевидным. Вспышка, молния вновь ударила позади головы Хон Ё Сона.

Внезапно начался дождь. Хон Ё Сон, не обращая внимания на то, что его тело намокает, вытянул только руку с варёным яйцом под крышу. Казалось, его одержимость магическими камнями была настолько сильной, что он даже ценил вещи, которые лишь напоминали их. Ча Ый Джэ крепче сжал половник в руке.

«Стоит ли сообщить об этом Чон Бину?»

Нет. Он быстро отбросил это сладкое искушение. Позвать Чон Бина — всё равно что сжечь весь дом, чтобы поймать блоху. Что, если Хон Ё Сон, находясь в плохом настроении, расскажет Чон Бину, что у Ча Ый Джэ есть магические камни и подозрительное оружие в инвентаре?

Кроме того, не было гарантии, что стирание воспоминаний сработает как надо, а ещё…

«Убирать за ним потом будет сложно».

Он не мог предсказать, что ещё этот странный склад ума может выкинуть. Ча Ый Джэ бросил боковой взгляд на Хон Ё Сона. Тот всё ещё держал яичный желток перед ним. Казалось, он будет продолжать это до тех пор, пока дверь не откроется.

— Тьфу.

Учитывая странную одержимость Хон Ё Сона, было очевидно, что он будет возвращаться, пока не получит магический камень. Лучше просто отдать его и избавиться от проблемы. В конце концов, это и было частью сделки. Ча Ый Джэ вздохнул и медленно открыл дверь.

Как секретный агент, Хон Ё Сон пригнулся, прижался к стене и внимательно осмотрелся, прежде чем быстро скользнуть в помещение. Лишь после того, как он удостоверился в безопасности внутри, он уселся в углу. Ча Ый Джэ смотрел на него и думал, как долго он будет продолжать этот фарс.

— Ко!

Ккокко подозвала Ча Ый Джэ. Когда он взглянул на нее, Ккокко указала клювом на скорчившегося Хон Ё Сона и снова издала короткий звук. Казалось, она хотела, чтобы ее отнесли к своему хозяину. Ча Ый Джэ взял коробку с Ккокко и подошёл к непрошеному гостю.

— Извините.

— О, Ккокко! Ты была в безопасности!

— Ко!

Хон Ё Сон вытянул обе руки. Но как только он попытался прикоснуться к коробке, Ча Ый Джэ поднял Ккокко над головой. Притворяться было бесполезно перед «Оценивающими глазами», так что он не стал колебаться.

— Ко?

Игнорируя озадаченный звук Ккокко, Ча Ый Джэ холодно произнёс:

— Прежде чем отец и ребенок воссоединятся, нам нужно немного поговорить.

— Ккокко!

— Если хочешь снова увидеть Ккокко, придётся ответить на мои вопросы.

— Чёрт, ты жестокий ублюдок!

Хон Ё Сон снова начал своё драматическое представление. Ча Ый Джэ холодно смотрел на него, продолжавшего играть роль опечаленного отца. В этой сцене Ча Ый Джэ, похоже, исполнял роль злого служащего, мешающего воссоединению. Но на этот раз он не собирался уступать.

— Как ты нашёл это место?

Даже если он собирался отдать предмет, нужно было подтвердить это. Судя по желтку, он пришёл сюда за магическим камнем, но оставалось загадкой, как он нашёл именно ресторан похмельного супа. Логично было сначала искать гильдию Падо, чтобы найти секретаря Кима. Ча Ый Джэ прищурился.

— Ты установил на меня маячок?

— Что? Конечно, нет.

Под тёмными очками он увидел, как заморгали глаза. Хон Ё Сон опустил маску и ответил:

— Но идея с маячком хорошая. Надо сделать такой.

— Отвечай.

— Ну… У тебя он есть.

Есть? Ча Ый Джэ быстро поднял голову. В то же время Ккокко, шевелясь в коробке из-под напитка, высунула голову и посмотрела вниз. Встретившись с ее непроницаемыми чёрными глазами, Ча Ый Джэ пробормотал:

— …У этой штуки есть функция отслеживания?

— Не совсем, но, может, потому что она сделана из магического камня монстра, который поглощает воспоминания? Она хорошо запоминает и находит людей. Мы связаны душой, так что тоже хорошо общаемся. Удивительно, что она нашла тебя в этом огромном Сеуле. Молодец, Ккокко!

— Ко!

Ккокко громко кукарекнула. Да уж, я действительно носил Ккокко с собой на выставке мастеров… Виноват, что не подумал, что эта недоросшая курица сможет найти людей.

Ча Ый Джэ медленно поставил коробку с Ккокко на пол. Ккокко тут же выпрыгнула и ринулась к Хон Ё Сону. А затем…

Шлёп! Она ударила его керамическим крылом.

— Ай!

Хон Ё Сон схватился за щёку и жалобно осел на пол. Чёрт, как же это было приятно. Ча Ый Джэ незаметно прикрыл рот рукой, чтобы скрыть растянувшуюся улыбку.

— Ккокко, почему?

— Ко!

Ккокко печально кукарекнула, глядя на упавшее на пол варёное яйцо. Ах. Хон Ё Сон и Ча Ый Джэ одновременно тяжело вздохнули.

Ча Ый Джэ быстро подхватил Ккокко и накрыл её маленькую голову рукой. Он вспомнил, как видел что-то подобное в одном научно-популярном телешоу: если накрыть курице глаза, она засыпает.

«…»

Действительно, это сработало как магия. Ккокко, которая только что громко кукарекала, словно сирена, вскоре успокоилась. Хон Ё Сон восхищённо воскликнул:

— О, она спит.

Когда Ча Ый Джэ бросил на него холодный взгляд, Хон Ё Сон быстро поднял варёное яйцо с пола и сунул его в карман. Затем он поднял глаза на Ча Ый Джэ и спросил:

— Но, секретарь, у тебя есть подработка? Почему ты работаешь в ресторане похмельного супа?

— Да, есть.

— Вау, ты так стараешься. Настоящий пример для общества! Впечатляет.

Когда Ча Ый Джэ спокойно ответил, Хон Ё Сон показал ему большой палец. Поверить в такие слова — этот парень действительно был идиотом, несмотря на свои способности пробуждённого.

Столкнувшись с таким идиотом, мозг Ча Ый Джэ заработал на полную. Сумел ли Хон Ё Сон действительно сбежать от Бюро управления пробуждёнными? Ча Ый Джэ быстро запер дверь и выключил весь свет в ресторане. Затем он спросил низким голосом:

— …Но разве тебя тогда не поймали? Допустим, ты нашёл это место благодаря Ккокко, но как ты избавился от Бюро управления?

И, договорив, Ча Ый Джэ инстинктивно понял:

«Ах, я облажался».

Грудь Хон Ё Сона вздулась, как у петуха, раздувающего своё тело.

— О, тебе интересно, как я сбежал?

Его голос был полон гордости. «Нет, не интересно». Ча Ый Джэ быстро покачал головой, но Хон Ё Сон глубоко вздохнул, прикрывая лоб рукой.

— Много чего случилось. Слушай.

***

В тот день, когда Хон Ё Сона перевозили, словно жёлтый клетчатый рулет, в машине.

Изначально его должны были доставить прямо на Пукхансан, но поскольку он планировал насладиться мирской жизнью перед тем, как уйти в горы, приготовления в деревне Чан ещё не были завершены. Благодаря этому Хон Ё Сона элегантно заточили в гостиничном люксе.

Однако, несмотря на шикарные условия, он чувствовал себя опустошённым. Охранник подошёл к погружённому в мысли Хон Ё Сону и осторожно спросил:

— Хон Ё Сон-щи, вам что-нибудь нужно?

— Магический камень.

Охранник посмотрел на него взглядом, говорящим «Опять это?», но сдержал себя и, сохраняя серьёзный тон, попытался успокоить его:

— Мы усердно ищем.

Усердно. Они всегда так говорили! Хон Ё Сон закричал и начал вырываться. В этом жестоком обществе ничего нельзя добиться только усилиями. Из-за этого он возненавидел наречие «усердно».

Так или иначе, с первого же дня заточения Хон Ё Сон начал испытывать моральные страдания, утверждая, что желток жареного яйца за завтраком напоминает магический камень. Потом он горько плакал, увидев актрису в жёлтом платье с цветочным узором в телевизионной дораме, говоря, что она похожа на магический камень.

Охранники, вынужденные наблюдать всё это, сходили с ума. Казалось, что Хон Ё Сон приобрёл новую способность ментальной атаки.

Дошло до того, что Бюро управления привлекло психиатра, специализирующегося на охотниках, чтобы проконсультировать Хон Ё Сона. Но даже врач покачал головой и ушёл. Хон Ё Сон с каждым днём становился всё слабее психически.

Когда он не знал, где находится магический камень, это было терпимо. Но осознавать его местонахождение и видеть его лично было невыносимо. Настоящий магический камень, который он видел, был более ослепительным, сияющим, округлым и красивым, чем что-либо из того, что он видел раньше. Обнимая Ккокко, Хон Ё Сон плакал:

— Магический кааамень!

— Мы усердно ищем.

Это звучало, как заевшая пластинка. К тому моменту, когда каждая подвеска на люстре в потолке гостиничного номера стала напоминать магический камень, Хон Ё Сон решил бежать. Ведь главного препятствия, Чон Бина, здесь не было!

Полуслушая его героический рассказ, глаза Ча Ый Джэ расширились.

— Чон Бина там не было?

— А? Нет.

Хон Ё Сон ответил небрежно, пережёвывая рисовый пирожок, который достал откуда-то.

— С момента выставки мастеров я его не видел. А, он отправил сообщение. Сказал, что у него срочное дело с Са Ёном.

Хорошо, что я не использовал технику стирания памяти. Этот чокнутый знал высокоуровневую информацию, которая даже не появлялась в анонимных постах гильдии Падо. Раз так, надо было выжать из него всё. Ча Ый Джэ спокойно спросил:

— Са Ён… что с ним? Он в порядке?

— А? Ты не знаешь?

— Ах…

Ча Ый Джэ вспомнил анонимный пост, который он видел раньше этим днём. Отлично. Он нагло, но с притворной заботой пробормотал:

— Глава гильдии не появлялся в офисе с выставки мастеров. Он отдаёт приказы по электронной почте секретарям, так что все гадают, чем он занят.

— Понятно. Ну, это логично.

К счастью, Хон Ё Сон, похоже, принял объяснение. Он ответил, потирая опухшую щёку новым варёным яйцом.

— Ничего серьёзного. Говорят, они собираются в какое-то подземелье. Что-то связанное с апокалипсисом? …Да, именно так. Они сказали, что нашли какую-то зацепку.

«…»

Апокалипсис. Это была слишком серьёзная тема, чтобы просто так её проигнорировать. Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза и собирался задать ещё вопросы, как вдруг…

Тук-тук, неожиданное постукивание прервало его. Хон Ё Сон зажал рот руками и пригнулся в угол. Ча Ый Джэ встал перед ним, сжимая половник, словно защищая его. В ресторане похмельного супа повисла острая напряжённость. В момент, когда даже дыхание затаилось,

Послышалось…

— Извините, здесь кто-нибудь есть?

Это был знакомый голос.

Глава 84

— Извините, здесь кто-нибудь есть?

Тук-тук-тук. Звук стука раздался в тишине ресторана, где подавали похмельный суп. Вместе с ним донёсся слабый, но чёткий шёпот.

— Они что, спят…

По одному лишь голосу можно было понять — это Юн Га Ыль, та, кто показала ему мир внутри осколков. В другой ситуации она была бы желанной гостьей… Ча Ый Джэ взглянул в угол. Хон Ё Сон лежал на полу, приподняв голову и напряжённо вслушиваясь. Он выглядел как ящерица, наблюдающая за окружением.

«Именно сейчас этот парень здесь…»

Ча Ый Джэ встретился с глазами Хон Ё Сона и беззвучно произнёс губами:

— Ты её знаешь?

Хон Ё Сон серьёзно кивнул с мрачным выражением лица. Ча Ый Джэ сдержал вздох и скривил губы. Чёрт возьми, неужели ранкеры собираются вместе за едой по расписанию?

«Почему они все друг друга знают, чёрт побери.»

Раздался ещё один нерешительный стук. Тук-тук. Хон Ё Сон, вытянув шею, заговорил низким голосом:

— Как ни гляди, не похоже, что они ищут меня. Ты знаешь этого человека, секретарь?

— …

— Ну, скажи мне.

— Это секрет.

— Ах, как несправедливо. Просто уклоняешься от ответа.

Когда Хон Ё Сон зашептал, словно протестующий, выкрикивающий лозунги, Ча Ый Джэ указал большим пальцем на дверь, словно показывая напоказ:

— Могу открыть дверь?

Хон Ё Сон прижался к полу ещё сильнее, пытаясь спрятаться. Но его яркая синяя одежда для походов, промокшая от дождя, делала это бесполезным.

— Возможно, они пришли за мной после того, как их уведомил отдел наблюдения. Дай подумать.

— Ты же только что сказал, что не похоже, будто они ищут тебя.

— Всегда нужно оставлять место для возможностей.

Вспомнив, что у этого парня была тайная комната с роскошным домом под черепичной крышей и паланкином, Ча Ый Джэ скрестил руки и спросил:

— Почему бы тебе не уйти туда, где ты похитил меня? В тот дом под черепицей.

— Не сейчас. Это очень хрупкое пространство, ему нужно время на восстановление после каждого использования.

Хон Ё Сон достал серебристый коврик и накрылся им как одеялом, игнорируя удивлённый взгляд Ча Ый Джэ. Удивительно, но покрытая ковриком часть пола превратилась в поверхность, выглядящую как обычный пол. Оставив торчать только голову, Хон Ё Сон жестом показал Ча Ый Джэ пойти к двери. Тот нехотя направился ко входу.

Щёлк. Дверь открылась, и Юн Га Ыль, которая нервно топталась снаружи, подняла взгляд на Ча Ый Джэ. Она вежливо поклонилась.

— Здравствуйте…

— Секунду.

Ча Ый Джэ быстро прервал её и приложил палец к губам. Юн Га Ыль моментально замолчала. Тем временем другой рукой он набрал сообщение в заметках телефона.

[Здесь кто-то ещё. Пожалуйста, называй меня Секретарём Ким из гильдии Падо.]

Глаза Юн Га Ыль быстро пробежали по сообщению. Затем она прочистила горло.

— Эм, я. Я пришла в очень поздний час. Прошу прощения, секретарь Ким.

Юн Га Ыль подняла взгляд на Ча Ый Джэ, будто спрашивая, правильно ли она поняла. Он слегка кивнул и спросил:

— Ничего страшного. Что привело вас сюда в такой час?

— Ну…

Колеблясь, Юн Га Ыль начала что-то набирать на телефоне, чтобы показать ему.

[Я пришла, чтобы сообщить что-то важное. У меня было время только сегодня.]

Раз она пришла на рассвете, то, должно быть, увидела что-то важное… Ча Ый Джэ кивнул. Юн Га Ыль начала писать другое сообщение.

[С некоторых месяцев начали появляться подземелья, где среда резко меняется. Это не естественные изменения, а полностью другая форма. Но, насколько мне известно… изменённая форма очень похожа на мир внутри осколков. Покрытый белым пеплом, с незнакомыми белыми монстрами.]

Мир внутри осколков. Апокалиптический мир, знакомый, покрытый белым пеплом. Конечно, он был похож на разлом Западного моря, который он постоянно исследовал. Ча Ый Джэ сжал кулак.

[Глава гильдии Нам У Джин называет это эрозией подземелий. Он говорит, что это похоже на вторжение совершенно иного пространства. Только несколько ранкеров знают об апокалипсисе, и поскольку эрозия случается нечасто, расследование проводится тайно. Мне поручили сравнить мир внутри осколков и эродированные подземелья. Сравнивая то, что я видела, с этим миром…]

Юн Га Ыль поправила очки.

[Как вы знаете, мир внутри осколков и этот мир похожи, но различны. Однако я поняла, что есть точка, где два мира начали резко расходиться.]

Её пальцы задвигались быстрее.

[Разлом Западного моря не появился в мире внутри осколков.]

— …

Разлом Западного моря. Увидев эти слова, Ча Ый Джэ прикусил губу. Как раз в тот момент, когда Юн Га Ыль собиралась написать следующее сообщение,

— Апчхи!

Громкий чих нарушил тишину. Глаза Юн Га Ыль расширились. Ча Ый Джэ резко повернулся, чтобы посмотреть, кто издал этот звук. Хон Ё Сон, почесывая нос, смущённо засмеялся. Чёрт, он забыл о его присутствии. Если продолжать общаться письменно, даже такой беспечный человек, как Хон Ё Сон, начнёт подозревать что-то странное. Похоже, Юн Га Ыль подумала так же.

[Кто этот человек внутри?]

Юн Га Ыль знала, что Ча Ый Джэ — это J. Смысла скрывать это не было. Ча Ый Джэ тихо дал знак глазами.

[Хон Ё Сон.]

Юн Га Ыль выглядела удивлённой. Она, должно быть, слышала о громком мегафоне Чон Бина. Её пальцы снова забегали быстрее.

[Почему Ё Сон-ним здесь??? Чон Бин-ним много искал его перед тем, как отправиться в подземелье…]

Ча Ый Джэ задумался над словами Юн Га Ыль. Эрозия подземелий, происходящая уже несколько месяцев, превращает подземелья в пейзажи, очень похожие на апокалиптический мир внутри осколков. Разлом Западного моря также напоминает этот мир. Вдруг в голове мелькнула тяжёлая мысль.

Что, если эрозия подземелий не просто делает их похожими… а действительно соединяет их с тем же пространством?

Холодок пробежал по его спине. Если это правда, то эродированные подземелья и разлом Западного моря могут быть связаны. Возможно, это всего лишь догадка, но…

Нужно было это проверить.

Ча Ый Джэ успокоил дрожащую руку и быстро написал сообщение.

[Могу ли я войти в одно из эродированных подземелий, чтобы проверить это лично? Подойдёт любое.]

Глаза Юн Га Ыль расширились, затем она посерьёзнела, скрестив руки и приложив кулак к губам. Подумав, она кивнула и показала сообщение на телефоне.

[Недавно появилось эродированное подземелье в Чонно 3-га.]

Чонно 3-га… к счастью, это было в Сеуле. Если поторопиться, он мог успеть вернуться до открытия ресторана. Юн Га Ыль продолжила писать.

[Но проникнуть в эродированное подземелье будет сложно. Они строго охраняются, и войти могут только уполномоченные лица.]

«Это действительно проблема?»

Если всех вырубить и убедиться, что свидетелей не осталось, разве это не будет считаться скрытностью? Главное, чтобы у него было что-то, чем прикрыть лицо, и всё получится. Однако Юн Га Ыль, похоже, думала иначе. В этот момент,

— Апчхи!

Снова громкий чих Хон Ё Сона нарушил тишину. На лице Юн Га Ыль засияла идея.

[Ё Сон-ним может быть полезен. Он учился справляться с такими ситуациями у Чон Бин-нима.]

Ча Ый Джэ обернулся к ресторану. Хон Ё Сон, торчащий из-под своего коврика, сейчас общался взглядом с Ккокко, их курицей.

Он?

Нет уж.

Замечая его скептицизм, Юн Га Ыль жестом подала ободряющий сигнал. Затем она протиснулась мимо Ча Ый Джэ, который загораживал вход, и сунула верхнюю часть тела внутрь ресторана.

— Мастер Хон Ё Сон! Помогите! Это эрозия подземелья!

— …Кто это?

Прежде чем Ча Ый Джэ успел её остановить, Хон Ё Сон поднял голову.

— Кто звал мастера?

***

Подземелья. Загадочные пространства, которые начали появляться время от времени после Дня Разлома.

Растительность внутри подземелий не похожа ни на что, что можно встретить на Земле, а опасные монстры обитают там. Если монстров внутри не уничтожать периодически, их численность может резко возрасти, что приведёт к перегрузке. Поэтому ненужные подземелья закрываются, а те, что содержат ценные побочные продукты, управляются либо государством, либо гильдиями.

Ли Мин Хун, инспектор, связанный с Бюро управления разломами, отвечал за управление подземельем в Чонно 3-га. На самом деле работа инспектора сводилась к тому, чтобы пускать внутрь тех, кто получил разрешение от гильдии Падо, — работа без особого напряжения. Он чмокнул губами.

«Я думал, меня вышвырнут, как только сменится собственник.»

Подземелье Чонно 3-га перешло от государственной собственности к гильдии. Обычно, когда гильдия берёт под контроль подземелье, им начинают управлять её члены, но гильдия Падо заявила, что у них нет ресурсов, поэтому оставила инспекторов Бюро управления разломами. Они оказались невероятно щедры. Благодаря этому Ли Мин Хун продолжал наслаждаться своей скучной, но беззаботной работой.

В три часа ночи он зевал, наблюдая за телефоном, на котором шла автоматическая охота в игре. Эта работа была отличной, за исключением того, что она была невероятно скучной. Как раз когда он утирал слезу от зевка, он заметил фигуры, приближающиеся к посту охраны вдалеке. Кто, чёрт возьми, может прийти сюда в три ночи?

Ли Мин Хун протёр глаза и поправил кепку. Они продолжали подходить ближе, так что это было не галлюцинацией. В конце концов, слабый свет фонаря осветил их.

— …Что это такое?

Человек в синей одежде для походов, в тяжёлой экипировке, с солнцезащитными очками и чёрной маской; другой — в белой кепке, бежевом худи и пижамных штанах; и высокий молодой человек в сером худи. Это была странная комбинация, в которой не было видимой общности. Они уверенно шли к посту охраны. Ли Мин Хун поспешно включил микрофон.

— Стойте там! Представьтесь.

Глава 85

«…»

Фигура в пижамных штанах и белой кепке резко остановилась. Однако турист и молодой человек не остановились. Напротив, их шаги стали быстрее. Какое же у них было самоуверенное поведение! Ли Мин Хун достал из своего инвентаря парализующий пистолет, положил руку на звонок вызова и выдал ещё одно предупреждение.

— Ещё шаг, и я…

Но его слова оборвались, когда турист поднял свой походный посох высоко над головой.

— В атаку!

— Ку-ка-ре-ку!

Ли Мин Хун вздрогнул от резкого крика курицы и обернулся, но тут же получил мощный удар чем-то гладким, круглым и тупым прямо в лицо.

— А-а-а!

Закричав, он рухнул на своё кресло. Круглый объект, который вырубил Ли Мин Хуна, вскарабкался на его тело и в микрофон объявил о завершении миссии.

— Ко-ко-ко.

Турист, Хон Ё Сон, восторженно закричал:

— Отличная работа, Ккокко!

Засунув посох под мышку, Хон Ё Сон вытащил сферическое устройство и нажал на кнопку. Сфера раскрылась, высвободив голубое электрическое поле, которое охватило весь участок. В помещении с оборудованием начали вылетать искры, и все огни погасли.

Потирая руки, Хон Ё Сон улыбнулся хитрой улыбкой.

— Вот зачем я сделал это устройство. Я всегда хотел попробовать такое хотя бы раз.

Ха-ха-ха… Хон Ё Сон рассмеялся, запрокинув голову. Юн Га Ыль, которая тихо перебралась поближе к Ча Ый Джэ, пробормотала:

— …Мы точно можем так поступать? А если гильдия Падо свяжется с нами позже?

Ча Ый Джэ, с отсутствующим выражением лица, ответил:

— Ну… я как-то ожидал этого с того момента, как мы привели его сюда.

Хон Ё Сон уже устраивал теракты с чёрным порошком и похищал людей даже на выставке мастеров, где полно ранкеров и его собственных телохранителей. Так что в месте, где за ним никто не следит? Очевидно, он был бы в восторге и несся, как угорелый. И именно так он и поступал.

Хон Ё Сон был сложным врагом и не менее сложным союзником. Ча Ый Джэ закрыл глаза, наблюдая, как турист скачет вокруг.

Юн Га Ыль хорошо усвоила уроки Чон Бина о том, как справляться с Хон Ё Соном. Мастер, который осторожно прятался под ковриком в углу, опасаясь, что они пришли его поймать, растаял под похвалами Юн Га Ыль…

— Ты лучший мастер!

— Гений!

— Настоящий великий создатель!

Каждый раз, когда она его хвалила, он таял, хотя старался не показывать вида. Было очевидно, что под маской он широко улыбается. Более того, идея проникнуть в подземелье незаметно для охраны ему, похоже, понравилась.

Хон Ё Сон, внимательно слушая историю Юн Га Ыль, пробормотал с умилённым лицом:

— Мои любимые фильмы — это «Бонд» и «Миссия невыполнима».

Юн Га Ыль быстро отреагировала:

— Если пойдёте с нами, вы сможете стать Томом Крузом, Хон Ё Сон-ним.

Да, вы тоже можете стать Томом Крузом. Это был идеальный крючок. Уже соблазнённый незаконными махинациями, Хон Ё Сон с готовностью согласился. Благодаря тому, что они завербовали лучшего Дораэмона, им не пришлось вызывать такси или ждать первый поезд метро; они добрались до Чонно 3-га с помощью аварийного телепорта Хон Ё Сона.

— …В любом случае, для меня это только к лучшему.

Если бы Ча Ый Джэ пришёл один, он потратил бы немало времени, просто уничтожая камеры наблюдения одну за другой. Неужели именно поэтому главные герои всегда путешествуют с напарниками? Пока он был погружён в мысли, Ккокко спокойно вернулась с картой в клюве. Это была карта охранника.

Проход ко входу в подземелье Чонно 3-га был надёжно заблокирован тяжёлой железной дверью. Когда Юн Га Ыль приложила карту к устройству, установленному рядом с дверью, дверь медленно открылась с громким скрипом.

В конце тёмного туннеля вход в подземелье мерцал голубым светом. Юн Га Ыль глубоко вздохнула.

— Мы просто осмотрим области у входа, где идёт эрозия, и сразу выйдем. Поняли?

— Да.

— Вперёд! Я всегда хотела увидеть эродированное подземелье собственными глазами.

Хон Ё Сон был в восторге, и это было хорошо, но Юн Га Ыль выглядела явно напряжённой. Она всё время вытирала пот с ладоней. Ча Ый Джэ, смотревший на закрученный вход, тихо спросил:

— Это твой первый раз в подземелье?

— А? Нет. Я была один раз во время тренировки в академии национальной безопасности… Но это первый раз, когда я иду туда по-настоящему.

Юн Га Ыль неловко потерла затылок и пробормотала:

— Чон Бин-ним и другие очень заботились обо мне. Они сказали, что мне нужно учиться как школьнице… и что я могу заходить в подземелья, только когда стану взрослой. Ещё они сказали, что мне стоит объявить, что я охотница S-класса, только когда достигну совершеннолетия.

Пока Кокко сидела у него на голове, Хон Ё Сон с серьёзным видом кивнул:

— Верно, зачем детям идти в подземелье? Им нужно играть.

— …

— Детям не стоит драться.

Почему-то в груди поднялась тошнота. Мир, где защита несовершеннолетних — это само собой разумеющееся. Да, теперь всё иначе. Ча Ый Джэ грубо потер лицо. Хон Ё Сон продолжал болтать.

— А там есть монстры?

— Да, вероятно.

— О, стоит ли готовиться к бегству?

— Если получится, то да.

Слушая их болтовню, тошнота исчезла. Хорошо. Похоже, сражаться придётся мне. Может, так даже лучше — пойти одному.

«…»

Ча Ый Джэ, поочерёдно переводя взгляд с решительного лица Юн Га Ыль на беспечное выражение Хон Ё Сона, глубоко вдохнул. В этот момент Хон Ё Сон, задумавшись о чём-то своём, внезапно повернулся к Ча Ый Джэ.

— Кстати, секретарь, а ты хорошо дерёшься?

— …Настолько, насколько нужно.

— О, а каким оружием пользуешься? Мечом?

Хотя его основным оружием было копьё… это нельзя было говорить прямо. К тому же, он использовал разные виды оружия. Даже зелёный лук в его руках становился оружием. Ча Ый Джэ равнодушно ответил:

— Любым.

Хон Ё Сон надулся, явно готовясь возразить. Ча Ый Джэ поспешно добавил объяснение, надеясь, что его поймут.

— Я использую то, что окажется под рукой. Для меня это не имеет значения.

— Хм, понятно… На самом деле, так даже лучше.

Хон Ё Сон почесал подбородок и начал доставать из своего инвентаря разные виды оружия. Бух, бух — на твёрдый бетонный пол хлынули ценные артефакты. Юн Га Ыль ужаснулась.

— Разве можно так бросать оружие на пол?

— Да всё нормально, нормально. Потом заточу. Выбирай, секретарь. Что-нибудь приглянулось?

Одного взгляда хватило, чтобы понять, что это оружие настолько высокого качества, что любой охотник мог бы его возжелать. Возникал вопрос, почему он не выставил это на выставке мастеров. Ча Ый Джэ обошёл сияющие молоты, огромные мечи и луки, выбрав длинный и тонкий шест.

— Это подойдёт.

— Хм, но есть же оружие получше.

— Это кажется самым удобным. Кстати, Хон Ё Сон, а ты сам драться умеешь?

— Хм? У меня ведь есть Ккокко, разве нет?

— Ко-ко!

Ккокко подняла одно крыло и громко закричала. Полагаться в бою на такого маленького, милого, ещё не до конца выросшего цыплёнка? И самому при этом прятаться за ним? Хон Ё Сон прищурился, глядя на выражение лица Ча Ый Джэ.

— Что? Думаешь, я слабак? Сейчас покажу, на что способна Ккокко.

— …А, хорошо.

— Покажи им, Ккокко!

Хон Ё Сон, носивший очки на лбу, надел их обратно и указал вперёд.

— Ккокко, огонь!

— Ко-ко-ко…

Ккокко, разинув клюв, громко закричала.

— Ку-ка-ре-ку!

Свист! Из раскрытого клюва вырвалось ярко-синее пламя. Ккокко гордо выпятила грудь, хотя она на самом деле не увеличилась в размерах.

Рядом с ними Юн Га Ыль пробормотала:

— Это огненная курица…

Ча Ый Джэ готовился войти в подземелье, с неохотой и смирением поглядывая на Хон Ё Сона. Теперь ему предстояло защищать не только Юн Га Ыль, но и Хон Ё Сона. Замечательно.

В этот момент перед его глазами появилось белое системное окно. Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись.

[Вы выполнили условия для открытия титула.]

[Условия достижения: повторный вход в ∎∎]

[Запертый титул был открыт.]

[Титул: ∎∎∎ ∎∎∎]

Грохот, земля под ногами задрожала. Ча Ый Джэ схватил за руки Хон Ё Сона и Юн Га Ыль, которые вот-вот могли потерять равновесие. Из пепельной земли начали подниматься разрушенные здания. На белом небе стали появляться трещины. И —

[Поздравляем с открытием вашего титула, J!]

[Ваш титул — Завоеватель одиночества.]

[Подземелье реагирует на титул!]

[Подземелье реструктурируется!]

Бум!

Мощная молния ударила в землю. Всё перед его глазами стало белым. Когда ощущение их рук начало исчезать, Ча Ый Джэ стиснул пустую ладонь.

***

Ш-ш-ш…

Белый пепел разлетался под медленным порывом ветра. Мужчина, копавшийся в завалах длинным шестом, резко встряхнул головой. Подняв глаза, он увидел белую воронку, закручивающуюся в бледном небе. С момента Дня разлома чёрная дыра, ставшая обычным явлением в небесах подземелья, исчезла.

Так что же это было за явление, заполнившее небо?

Размеренные шаги приблизились. Чон Бин стряхнул белый пепел с плеча, подходя ближе.

— Ли Са Ён-щи, что-нибудь нашли?

— Нет.

Ли Са Ён равнодушно ответил, осматриваясь вокруг. Когда Чон Бин кивнул и уже собирался заговорить, Ли Са Ён внезапно повернул голову. Его взгляд устремился ко входу, через который они пришли. Следя за его взглядом, Чон Бин спросил с недоумением:

— Почему, что-то не так?

— …Чон Бин.

— Да, сэр?

— Ты звал подкрепление?

— Нет. Расследование этого эродированного подземелья проводится только нами двоими.

Резкие, фиолетовые глаза Ли Са Ёна впились в даль. Он пробормотал:

— …Кто-то здесь.

Выражение лица Чон Бина тоже изменилось. И словно подтверждая слова Ли Са Ёна, начался грохот…

Земля начала дрожать.

Глава 86

Лёгкая дрожь, которую могли ощутить только самые чувствительные, постепенно усиливалась, пока не начала расшатывать обломки вокруг них. Некогда неподвижный воздух пришёл в смятение. Чон Бин, нахмурившись, вытащил свой чёрный подавляющий шест.

— Что вообще происходит вдруг...

Ли Са Ён снял свой противогаз.

— Чон Бин, случались ли внезапные изменения в подземельях эрозии?

— Зарегистрированных случаев не было. Этот тип подземелий всё ещё изучается, так что возможно всё, но...

— ...

— Должна быть причина. Такие внезапные изменения не происходят без чьего-то вмешательства или обнаружения чего-то.

— ...Согласен с этим.

Ли Са Ён раздражённо вздохнул. В тот момент раздался треск, и на бледном небе появилась чёрная трещина. Ли Са Ён и Чон Бин одновременно подняли головы.

Перед ними появилась белая системная панель.

[Подземелье реагирует на титул!]

[Подземелье реструктурируется!]

— ...Что?

Бах! Громкий раскат грома пронёсся, словно небо собиралось рухнуть. Гулко, земля под их ногами начала вздыматься. Даже двое охотников S-класса, до сих пор сохранявшие равновесие, пошатнулись. Мощная неизвестная сила сметала их. Чон Бин протянул руку к Ли Са Ёну...

Но не смог его достать.

Кто знает, сколько времени прошло.

Чон Бин медленно открыл глаза. Моргнул раз, другой. Едва подняв тяжёлые веки, он, наконец, сфокусировался на белой земле.

Земля? Он пошевелил рукой и сел. Кажется, он потерял сознание, лёжа на земле. Несмотря на способность выдерживать значительную боль, Чон Бин поморщился от ноющей боли во всём теле.

— ...Чёрт.

Он издал короткий стон и, наконец, встал. Его последнее воспоминание… реструктуризация подземелья. Но что именно означает реструктуризация подземелья? Он никогда не слышал о таком явлении. Может ли уже открытое подземелье быть реструктурировано?

«Сначала мне нужно найти Ли Са Ёна…»

Двигаться в одиночку в неизвестном подземелье — самоубийство. Обернувшись, Чон Бин услышал слабый стон. Может быть, это Ли Са Ён? Чон Бин быстро повернулся к источнику звука.

Но вместо Ли Са Ёна там был...

— Чёрт… Умираю… Что за фигня? — На земле лежал мужчина в ярко-синей туристической одежде, бормоча что-то наподобие зомби. Рядом с ним на полу, корчась, сидела девушка в пижамных брюках. А рядом ходила круглая, глупо выглядящая курица, негромко кудахча. Их внешний вид был настолько знакомым, что Чон Бин, что было не свойственно ему, удивлённо открыл рот.

— ...Хон Ё Сон? Юн Га Ыль?

— ...Эй, я в аду? Почему я слышу голос Чон Бина?

— У-у...

— Да. Вам тоже кажется, что это ад? Мне тоже…

— ...

— Кудах-кудах!

Керамическая курица громко закудахтала, встретившись взглядом с Чон Бином. Чон Бин мог только с недоверием смотреть на это невероятное зрелище.

***

J глубоко вдохнул, закрыв глаза. Привычный воздух наполнил лёгкие. Воздух в разломе был тихим, без вкуса и запаха, даже несмотря на то, что вокруг лежали трупы и разливалась кровь. Благодаря этому тела внутри разлома не разлагались.

Это, по крайней мере, облегчало задачу, подумал J. Искать среди нерозложившихся тел было проще.

J начал двигаться, начиная с пальцев, проверяя, не было ли ран. В разломе, где монстры могли появиться в любой момент, он мог полагаться только на собственное тело. Люди умирают, оружие изнашивается. Кровь, жир и масло тупят даже самые острые клинки…

Убедившись, что всё в порядке, J открыл глаза, готовясь снова встретиться с адом.

Но...

Перед ним не было покрытых кровью развалин.

— ...Что?

J огляделся с растерянным выражением лица. Не было ни гор трупов, ни монстров. Вместо этого белый пепел покрывал разрушенные здания и обломки. Взгляд заметил слегка помятую белую кепку, одиноко лежащую на земле.

Он определённо помнил эту вещь. Это...

«...Не Юн Га Ыль её носила?»

А длинный, крепкий шест рядом с ним.

«Это принадлежало Хон Ё Сону».

Ах. Издав короткое восклицание, Ча Ый Джэ резко поднялся, его желудок бешено ныл. Чёрт возьми. Ча Ый Джэ схватился за грудь, пытаясь успокоить дыхание.

Это было не внутри разлома Западного моря. Ча Ый Джэ быстро перебрал в голове путаные воспоминания. Система уведомила об их входе в подземелье Чонно 3-га вместе с Юн Га Ыль и Хон Ё Соном. После разблокировки титула... системное окно стало белым, сообщая о реструктуризации подземелья. Он ясно помнил ощущение молнии, ударяющей вниз, и исчезнувшую хватку на запястье товарищей.

Ча Ый Джэ поднял кепку и шест. Их владельцев нигде не было видно. Видимо, их смело реструктуризацией подземелья.

«Где Юн Га Ыль и Хон Ё Сон?»

Не было никаких признаков людей поблизости. Прикусив губу, Ча Ый Джэ плотно закрыл глаза, а затем снова открыл их.

<Глаза следопыта!>

Его голубые глаза быстро сканировали местность. Монстры, монстры, монстры, монстры… Среди бесчисленных монстров выделялся горящий свет. Фиолетовые огни. Ча Ый Джэ знал их владельца.

Ли Са Ён.

«Почему он здесь?»

Прежде чем вопрос полностью сформировался, его ноги уже двигались. Ча Ый Джэ побежал, поднимая белый пепел. Пейзажи руин и многочисленных огней мелькали перед его сияющими глазами. Монстры, монстры, монстры. Реструктурированное подземелье было наводнено монстрами, такими же, как те, от которых он устал в разломе Западного моря.

Крик!

С пронзительным визгом монстр, бродивший неподалёку, бросился на него. Не останавливаясь, Ча Ый Джэ прыгнул и проткнул голову монстра шестом. Глухой удар! Вместо крови из головы монстра вырвался белый пепел.

Чёткие и лаконичные действия, экономия энергии, максимальная эффективность.

Хотя он и не был таким искусным, как Ли Са Ён, здесь собрались четыре значительных огня. Двое из них наверняка Юн Га Ыль и Хон Ё Сон, а если Ли Са Ён был здесь, это означало... к сожалению, они попали в подземелье, куда Ли Са Ён и Чон Бин уже прибыли в качестве передовой группы. Ещё один яркий свет рядом с Юн Га Ыль, вероятно, принадлежал Чон Бину. Его тёплая, золотая аура была уникальной. Остальное было неизвестно. Но прежде чем он смог обдумать дальше, внимание привлекло пламя Ли Са Ёна.

Хотя он не мог быть уверен, не увидев это лично, его обострённые инстинкты, ноги на земле, его бегущее тело — всё в Ча Ый Джэ подсказывало ему.

«Мне нужно к Са Ёну».

Он не знал, почему. Ча Ый Джэ размахивал шестом, разбивая головы приближающихся монстров, словно тофу. Привычный тупой удар и вибрация шеста удерживали его дыхание. Ча Ый Джэ перестал думать, следуя инстинктам и продолжая бежать.

***

Среди неожиданно спутанного подземелья и незнакомых руин, поднимающихся из земли, Ли Са Ён, сжигая монстров и осматривая окрестности, остановился в относительно неповреждённой части развалин. Пространство, покрытое белым пеплом, вызывало странное чувство дискомфорта, которое он не хотел больше испытывать. Ли Са Ён прислонился к стене и коротко вздохнул. Он не мог сдержать нарастающее раздражение.

«Чон Бин сам сюда доберётся, чёрт возьми…»

Ничто не было ему по душе. Только из-за одного обморока Чон Бин отвёл его к Нам У Джину, и с тех пор Ли Са Ён не мог заниматься ничем другим, кроме как обходить подземелья эрозии.

«Я не хотел быть кому-то должным…»

Нам У Джин, одержимый исследованием истоков мира, мог выкопать любую информацию, если появлялась хоть малейшая зацепка. Даже члены гильдии Совон были привлечены к расследованию, но места, куда они не могли проникнуть, приходилось исследовать Чон Бину или Ли Са Ёну. Таков был их контракт. Нужно было закончить всё поскорее и вернуться.

Когда Ли Са Ён сжал кулак в напряжении, внезапно к нему быстро приближалась острая и сильная энергия. Он осторожно двинулся к выходу, соединяющему это место с внешним миром.

Глаза Ли Са Ёна расширились. Среди белого пепла, кружащегося в воздухе, прямо к нему стремилось что-то серое. Неужели это…? Хотя он и думал, что это невозможно, его сердце бешено колотилось. Но почему он здесь? Это ведь подземелье. Вопросы и замешательство бурлили в голове.

И всё же Ли Са Ён позвал его.

— …Ча Ый Джэ.

— Ли Са Ён!

Голос, отозвавшийся на его зов, пронзил его уши, словно удар молнии. Ли Са Ён мог только безмолвно смотреть, как Ча Ый Джэ, поднимая белый пепел, бежал к нему.

— Ты…

— Ты в порядке?

— Ах.

— Нет, всё нормально. Это я.

Ча Ый Джэ, ворвавшись в руины, внезапно бросил шест, который держал в руках. Его сильная рука схватила лицо Ли Са Ёна, повернув его голову то в одну, то в другую сторону. Ли Са Ён, не в силах даже подумать о том, чтобы убрать эту руку, просто смотрел на лицо Ча Ый Джэ.

Переводя дыхание, с лицом, бледным как смерть, и глазами, сияющими, словно океан, Ча Ый Джэ заставлял Ли Са Ёна не отводить взгляда. Его голубые глаза притягивали, как морская пучина. Множество мыслей обрушились, словно волны.

Почему ты здесь?

Как ты сюда попал?

Ты понимаешь, какое это место?

Кто ты такой, чтобы спрашивать, в порядке ли я?

Однако…

— Идиот… почему ты в подземелье, если совсем недавно потерял сознание? Ты с ума сошёл?

Тепло руки, касающейся его лица, и голос, спрашивающий, всё ли с ним в порядке, были настолько… знакомыми.

Тепло ладони и этот родной голос заставили тело Ли Са Ёна дрогнуть. Он не мог удержаться от лёгкой дрожи. Слова, которые он хотел сказать, раз за разом поднимались к горлу, но так и не выходили. Казалось, он плавился в раскалённой лаве, всё его тело горело. Рот Ли Са Ёна едва двигался, пытаясь что-то сказать, но ни одно слово не сорвалось с его губ. В водовороте мыслей, которые он так долго подавлял, одна эмоция вышла на первый план.

Радость.

Он нашёл его.

Ли Са Ён открыл рот, чтобы что-то сказать. Но в этот момент твёрдая рука прикрыла его губы. Глаза Ли Са Ёна снова широко раскрылись. Тот, кого он искал, не смотрел на него. Его острый взгляд был устремлён наружу, в сторону руин.

— …Тихо.

Он...

— …

— Всё в порядке, просто будь тихим.

Топ, топ, топ.

Громадные шаги эхом раздались по руинам.

Глава 87

С порошком, осыпавшимся с хрупко сложенных предметов, раздались громкие шаги, способные сотрясти всё вокруг. Они на мгновение замерли неподалёку, а затем медленно удалились.

Гул… Гул… Гул… Ча Ый Джэ неподвижно смотрел на бледный, холодный дневной свет, пробивающийся сквозь руины, пока звук окончательно не исчез. В воздухе витала тихая, утончённая угроза.

Лицо, которого он никогда раньше не видел.

Ли Са Ён постучал пальцами по его руке. Взгляд Ча Ый Джэ, направленный наружу, сместился на него. Только тогда Ча Ый Джэ, казалось, осознал, что закрывал Ли Са Ёну рот. Осторожно убрав руку, он беззвучно задал вопрос, его выражение смягчилось.

«Что случилось?»

Ли Са Ён заговорил вслух:

— Не уходи.

— Что?

— Останься здесь.

Ча Ый Джэ промолчал. Он на мгновение прислушался к звукам за пределами руин, а затем резко поднялся. Улыбнувшись Ли Са Ёну, он показал ту же самую улыбку, что и в офисе главы гильдии.

— Всё в порядке, это ненадолго.

Он нагнулся, чтобы поднять шест, брошенный ранее. Обычно он старался скрыть свои намерения, говоря, что просто хочет осмотреться или подышать свежим воздухом, хотя знал, что ему никто не поверит.

Ли Са Ён молча наблюдал за Ча Ый Джэ. На первый взгляд он выглядел невероятно спокойным для человека, находящегося в подземелье.

Однако холодный пот, стекающий по вискам, его бледное лицо и чересчур крепкая хватка на шесте, из-за чего пальцы побелели, говорили о другом. Физиологические реакции нельзя скрыть только контролем выражения лица.

«…»

Он боялся.

Чего именно?

Их взгляды снова встретились. Ча Ый Джэ вновь улыбнулся.

— Правда, всё нормально. Я скоро вернусь.

Эта улыбка… Ли Са Ёну она совсем не нравилась.

Безосновательная уверенность Ча Ый Джэ и его склонность бросаться в опасность наверняка имели объяснение. Люди вокруг, скорее всего, подталкивали его, называя героем, утверждая, что он должен всех спасти, ведь он сильный. Чем больше он рисковал, тем больше они это одобряли. Это делало его более удобным.

Ли Са Ён осторожно потянул за край серого худи Ча Ый Джэ. Хотя силы в движении было немного, Ча Ый Джэ не проигнорировал жест и обернулся к нему. Его лицо в тени отразило лёгкое недоумение.

Ча Ый Джэ был таким человеком. Он не мог проигнорировать протянутую руку. Он всегда жертвовал собой, не отступая, даже если это могло стоить ему жизни. Если это так…

— Хён.

Кто-то должен был стать крепкой цепью, чтобы удержать его от безрассудных поступков. Ли Са Ён решил стать этой цепью.

Цепью исключительно для J, слабого перед слабостью.

***

— Хён.

— Что?

Ча Ый Джэ тихо ответил на негромкий зов Ли Са Ёна. Однако его внимание полностью было сосредоточено на монстре, появившемся мгновение назад.

Его шаги, дыхание и крик чётко отпечатались в памяти. Монстр, который только что появился, был Сасквочем, первым чудовищем, которого J победил в День разлома.

«Тем не менее… это не особенно опасный монстр».

Сасквоч представлял угрозу своими массивными кулаками, но его движения были медленными из-за массивного телосложения. К тому же голова монстра была покрыта густой шерстью, что замедляло его реакции, и он почти не замечал ничего меньшего по размеру, чем он сам. Если хорошо скрывать своё присутствие, с помощью фольгированной накидки Хон Ё Сона можно было избежать обнаружения.

«Возможно, лучше уничтожить его, пока он не подошёл ближе…»

Подземелье изменилось в ответ на разблокированный титул «Завоеватель одиночества». Ча Ый Джэ осмотрелся. Подземелье настолько напоминало пейзаж разлома Западного моря, что было трудно поверить, что это одно и то же место. Придя в себя, он на мгновение спутал его с прежним разломом.

Было ли появление Сасквоча совпадением? Пока его мысли затягивались, Ли Са Ён громко вздохнул и опустил взгляд, что было на него не похоже.

— Мне больно.

На мгновение Ча Ый Джэ засомневался в своих ушах. Ли Са Ён действительно это сказал? Но в следующий момент он внимательно осмотрел его, пытаясь понять, не заковал ли Чон Бин его снова в цепи. К счастью или к несчастью, Ли Са Ён был невредим.

— Тебе больно?

— Да… кружится голова.

Ли Са Ён пробормотал, моргая длинными ресницами. Его и без того бледное лицо казалось ещё более измождённым.

Отдыхал ли он нормально после выставки мастеров? Казалось, он плохо спал. Тревога начала подниматься внутри Ча Ый Джэ, как змея, выползающая наружу. Его хватка на шесте усилилась, пока тот не издал скрип.

— …Ты же сам написал сообщение, что с тобой всё в порядке?

Вопрос оказался неожиданным. Ли Са Ён несколько мгновений смотрел на него, а затем ответил:

— Да, сам… А что?

Это было облегчение. Может, он зря беспокоился. Ча Ый Джэ быстро осмотрел Ли Са Ёна сверху донизу.

— Ты же получил лечение в гильдии Совон? Чон Бин отводил тебя туда.

Ли Са Ён медленно кивнул.

— Да, но, возможно, из-за того, что подземелье изменилось…

Он замолчал, лениво прислоняясь головой к стене.

— Если немного отдохну, мне станет лучше. Давай чуть позже пойдём вместе… Тебе тоже нужно выбраться отсюда.

— …

— И… нам нужно найти Чон Бина.

— …Чон Бина? Он тоже здесь?

Ча Ый Джэ сделал вид, что ничего не знает. Ли Са Ён слегка кивнул. Слава богу. Свет, который он видел ранее, должно быть, исходил от Чон Бина. Это значило, что у них есть немного времени, чтобы дождаться, пока Ли Са Ён восстановится. На Чон Бина можно было положиться. Он мог справиться и с Сасквочем.

Ча Ый Джэ сел рядом с Ли Са Ёном, сжимая свой шест, сохраняя расстояние примерно в одну голову. Он смотрел за пределы руин и пробормотал:

— Прости, но я не могу ждать слишком долго. Если это займёт много времени, я понесу тебя.

— Хорошо… — тихо ответил Ли Са Ён, слегка склоняя голову в сторону Ча Ый Джэ.

— Но… знаешь, хён.

— Что?

— Это немного странно.

— Что именно?

— Как ты сюда попал… зачем?

— …

— Это подземелье не открывает свои двери просто так, даже ради лицензии охотника.

«Чёрт».

Ча Ый Джэ поморщился. Ли Са Ён был раздражающе проницателен. Это был обычный вопрос, который следовало ожидать, но он был слишком сосредоточен на том, чтобы добраться сюда, и не подумал над ответом. Даже если бы подумал, вряд ли нашёл бы правдоподобную отговорку. Какой у обычного пробуждённого могла быть причина войти в агрессивное подземелье?

К тому же это подземелье… Ча Ый Джэ вспомнил.

«Разве оно не находилось под контролем гильдии Падо?»

Полный хаос. Ча Ый Джэ внутренне приготовился. Если не знаешь ответа, нужно импровизировать, но вопросы Ли Са Ёна были как эссе — угадывать бесполезно.

Напряжённое выражение его лица сменилось недовольным. Избегая взгляда Ли Са Ёна, который внимательно изучал его лицо, Ча Ый Джэ пробормотал:

— Ну, понимаешь…

— Даже если инспектор подземелья не из нашей гильдии, они бы не обошлись с этим местом небрежно, учитывая их опыт…

Тот инспектор, скорее всего, уже был вырублен ударом Ккокко. Простите, мистер инспектор. Ча Ый Джэ слегка повернул голову, чтобы сосчитать трещины на разрушенной стене. Пока он молчал, Ли Са Ён продолжил давить:

— Человек, который ведёт ресторан, вдруг оказывается в таком подземелье… зачем, хён? Ты знаешь?

— …В ресторане в последнее время тихо.

Краткая попытка защиты со стороны Ча Ый Джэ оказалась неудачной. Ли Са Ён, закрыв глаза, усмехнулся насмешливо.

— О, правда? Я подумал, может, ты пришёл добывать магические камни, раз не можешь получать зарплату, будучи секретарём…

— …

Открыв глаза, Ли Са Ён спокойно наблюдал за лицом Ча Ый Джэ. Его фиолетовые глаза, лишённые света, внимательно изучали его угрюмое выражение.

— Хён ведь на самом деле…

Его взгляд был необычным. Вскоре он, вероятно, скажет что-то вроде «Ты сумасшедший?» или «Ты идиот?». Пока Ча Ый Джэ готовился к неизбежным насмешкам, Ли Са Ён вздохнул и пробормотал:

— С кем ты сюда пришёл?

«Да чтоб тебя».

Ли Са Ён умел задавать самые раздражающие вопросы, на которые невозможно ответить. Это ведь его вина, правда? Даже если бы он хотел ответить честно, каждое слово Ли Са Ёна неизбежно касалось его больных мест, не давая возможности дать ясный ответ.

Ча Ый Джэ молча уставился на пол, усеянный многочисленными белыми следами. Вскоре холодное, твёрдое тело медленно облокотилось на него. Мягкие волосы щекотали ухо.

Когда Ча Ый Джэ выпрямился, тихий голос прошептал:

— Нам У Джин сам бы сюда не пришёл… этот парень — призрак библиотеки.

— …

— Он попросил тебя? Разобраться здесь?

Ли Са Ён был совсем не прав. Ча Ый Джэ уже собирался огрызнуться чем-то вроде «Прекрати нести чушь».

Как вдруг перед его глазами начали появляться белые экраны один за другим.

[…Системная проверка завершена…]

[…Реструктуризация подземелья завершена…]

[…Подземелью присвоен новый класс…]

[…Новый класс подземелья Чонно 3-га: S+ класс.]

Глава 88

[…Новый класс подземелья Чонно 3-га: S+ класс.]

— S+ класс?

Уровни приоритетности разломов, требующих стратегий высокого уровня, делятся от 1 до 10, в то время как подземелья, которые считаются менее опасными, классифицируются от S до F класса. Эта система была предложена Соединёнными Штатами. Изначально алфавитные обозначения использовались для обоих — разломов и подземелий, но позже обозначения были изменены в соответствии с международным законодательством.

До сих пор не существовало подземелий с рангом выше S-класса. Некоторые предполагали, что может появиться L-класс, превышающий S-класс, из-за необычного Хон Ё Сона. Иными словами, даже Ча Ый Джэ, исследовавший бесчисленное множество подземелий и разломов, столкнулся с этим новым классом впервые. Ча Ый Джэ быстро повернулся к Ли Са Ёну, который, вероятно, знал больше.

Но Ли Са Ён, прищурив глаза и уставившись в пространство, казался таким же озадаченным. Он тихо пробормотал:

— Это впервые...

Резкое изменение класса подземелья при входе Ча Ый Джэ уже происходило однажды — в разломе у Западного моря; подземелье Чонно 3-га стало вторым случаем. Казалось, что подземелье словно ожидало его прихода. Тревога грызла одну сторону его сознания.

«Из-за меня».

…Нет, сейчас не время поддаваться таким мыслям. Погружение в эмоции только мешало бы. Ча Ый Джэ хлопнул себя по щекам обеими руками и встал.

— У тебя есть какие-то данные об этом подземелье?

— Есть кое-что, но это информация до реструктуризации подземелья. Теперь она, вероятно, бесполезна.

Ли Са Ён слегка нахмурился и посмотрел на лицо Ча Ый Джэ с какой-то недовольной интонацией, продолжив:

— К тому же, поскольку подземелье было реструктурировано, это, по сути, совершенно новое место. Нам придётся всё исследовать.

— …

Неизвестное подземелье. Ча Ый Джэ задумчиво смотрел на белую пыль, кружащую снаружи. Это был знакомый ему вид. И эродированные, и реструктурированные подземелья напоминали разлом Западного моря. Только J знал этот факт. Какова была связь между явлением эрозии и разломом Западного моря? Как только мысли Ча Ый Джэ начали углубляться, низкий, насмешливый голос вернул его в реальность.

— Кстати.

Ли Са Ён скривил губы.

— У тебя что, мазохистские наклонности?

— Что за чушь… Тебе нравится нести всякую ерунду?

— Ну, твоё поведение на это намекает.

Ли Са Ён медленно встал и протянул руку, касаясь красной щеки Ча Ый Джэ кончиками пальцев, а затем легко потерев кожу большим пальцем, прошептал:

— Почему бы тебе не попробовать ещё раз? Обычно я не люблю бить, но… могу сделать исключение.

— Этот нахал, у тебя с головой всё в порядке, чёрт возьми.

Нет, нужно успокоиться. Ча Ый Джэ отдёрнул руку, которая терла его щёку, и взял себя в руки. Иначе он мог бы ударить Ли Са Ёна в живот. Он услышал, как Ли Са Ён жалуется на схваченное запястье, но сделал вид, что ничего не слышит. Одно хорошее качество Ли Са Ёна заключалось в том, что он никогда не замолкал, благодаря чему Ча Ый Джэ не успевал погрузиться в свои эмоции.

— Ты так много болтаешь, значит, чувствуешь себя лучше. Собирайся. Нам нужно двигаться. Мы должны вернуться быстро.

— Ну, ладно.

Ли Са Ён ответил весело, наклонив голову.

— Но зачем так спешить?

— Ты говорил, что вошёл сюда вместе с Чон Бином. Нам нужно воссоединиться с ним.

— Это так, но нам также нужно двигаться осторожно и разобраться в этом подземелье. Чон Бин сделает то же самое. Он не слабый.

Ча Ый Джэ не сомневался в способностях Чон Бина. Даже если это подземелье S+ класса, Чон Бин мог бы продержаться какое-то время. Проблема заключалась в Хон Ё Соне и Юн Га Ыль, которые были с ним. Они оказались случайными жертвами, и было неясно, смогут ли они защитить себя.

Но объяснение всего этого только усложнило бы дело. Ча Ый Джэ взял своё оружие и закинул его на плечо, делая вид, что не замечает. Ли Са Ён слегка наклонился, добавляя:

— Тебе не нужно теперь скрывать лицо. Натянув капюшон, ты всё равно не спрячешься. Ты просто хочешь, чтобы Чон Бин увидел тебя?

— …

Самый раздражающий человек — это тот, кто говорит только правду. Тогда, может быть, им стоит сначала убить хозяина подземелья, а потом встретиться с Чон Бином. Ча Ый Джэ уже собирался озвучить это простое решение, когда Ли Са Ён вдруг пробормотал, словно осознав что-то:

— Ах… Теперь я понял.

— Что?

— Тогда ты поспешил и попался хозяину разлома, верно?

Ли Са Ён тяжело вздохнул и покачал головой, что вывело Ча Ый Джэ из себя. Он ткнул Ли Са Ёна в бок своим оружием.

— Что с тобой?

— Ничего. Давай двигаться. Можно надеть на тебя противогаз…

Бормоча, Ли Са Ён первым вышел из руин. Когда Ча Ый Джэ тоже вышел, Ли Са Ён поднял кусок обломков у входа. Как только он положил его, шаткий вход обрушился. И, словно откликаясь на шум, со всех сторон появились монстры. Ча Ый Джэ хорошо знал этих монстров. Их глаза и тела были обожжены до белизны.

— Киииик!

Главный монстр пронзительно закричал, и остальные бросились вперёд. Ча Ый Джэ, не раздумывая, взмахнул своим шестом. Бум! Монстры, попавшие под удар, рухнули на одну сторону. Когда Ча Ый Джэ готовился нанести следующий удар, что-то чёрное пролетело мимо и обрушилось на врагов. В воздухе разлился сладковатый запах. Покрытые чёрным липким веществом, монстры беззвучно растаяли. Ча Ый Джэ взглянул в сторону. Ли Са Ён, снявший перчатки, игриво пошевелил пальцами. Их глаза встретились, и Ли Са Ён весело улыбнулся.

— Знаешь… по-моему, мы отличная команда.

Как заметил Ли Са Ён, их движения были удивительно синхронны, словно они заранее отрепетировали бой. Точнее, Ли Са Ён идеально предугадывал движения Ча Ый Джэ, направляя свой яд именно туда, где останавливался шест. После нескольких раундов боя начальная неуверенность, свойственная сражению с незнакомым напарником, постепенно исчезла.

Огромная фигура, покрытая чёрным ядом, медленно рухнула, рассыпавшись в прах. Ча Ый Джэ стряхнул остатки с шеста. Ли Са Ён равнодушно наблюдал за монстром. Внезапно Ча Ый Джэ заговорил:

— Эй, ты.

— А?

— До пробуждения… ты правда был так болен?

Как только слова сорвались с губ, он задумался, не слишком ли это внезапно. Но отступать было поздно. Кроме того, ему стало легче, как только он спросил. Он больше не хотел видеть это бледное, измученное лицо, словно запертое в оковах. Ли Са Ён ответил, не глядя на него:

— Не знаю.

Ответ был уклончивым. Он не хотел об этом говорить? Ча Ый Джэ слегка нахмурился. Ли Са Ён ухмыльнулся.

— Слышу, как твои мысли работают.

— Ты мастер хамить, да?

— Ну, рассказывать я всё равно не собираюсь. Это секрет.

— Что?

— Ты ведь тоже многое скрываешь от меня.

Ча Ый Джэ, уже готовый возразить, закрыл рот. Это было правдой. Неправды, которые он не сказал Ли Са Ёну, копились, словно снежный ком, преследующий его повсюду. Ложь порождает ложь. Чем закончится этот клубок лжи? Ча Ый Джэ, живший во лжи с момента пробуждения, пока не видел конца этому пути.

— Ничего, даже если ты врёшь.

— …

Ча Ый Джэ поднял взгляд. Ли Са Ён продолжил спокойно, заведя руки за спину:

— И, вероятно, ты всё равно раскроешь мой секрет. Ты должен.

Его фиолетовые глаза встретились с глазами Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ был хорошо знаком с доверием, направленным на него. После пробуждения он получал его сполна. Но эмоции, скрытые за маской доверия, всегда были одинаковы. Восхищение, жалость, презрение, зависть, ревность… Ча Ый Джэ не пытался заглянуть за эту маску. Он не хотел видеть спрятанные чувства.

Но в доверии, отражённом во взгляде Ли Са Ёна, было что-то, чего Ча Ый Джэ не знал. Что-то настолько яркое, что ему хотелось понять это.

— Чёрт… а они не заканчиваются.

Ли Са Ён схватил за шею монстра, несущегося на Ча Ый Джэ. Шшш. Монстр завизжал и забился, а затем растаял в чёрную лужу. Ли Са Ён лениво пробормотал:

— Я понимаю, почему ты нервничаешь, но… всё нормально, хён.

— …

— Здесь столько охотников S-класса.

Нет, ты не понимаешь. В этом и проблема.

Ча Ый Джэ посмотрел на почерневшего монстра с мрачным лицом. Сейчас в Южной Корее насчитывалось восемь охотников S-класса. И среди них…

«Может ли быть, чтобы больше половины из них оказались в этом подземелье?»

Ли Са Ён не знал, что Хон Ё Сон и Юн Га Ыль тоже находятся в этом подземелье. Но Ча Ый Джэ знал, что значит обладать таким знанием. Пятеро из восьми охотников S-класса собрались в одном месте. Ча Ый Джэ знал из опыта:

Когда больше двух охотников S-класса собираются вместе… обязательно случится что-то большое!

Глава 89 - Возвращение

Бум!

Кулак, обёрнутый чёрными цепями, ударил в центр камня. Массивный валун бесшумно распался с места удара. Чон Бин убрал руку. Вокруг него лежала гора камней с выдолбленными центрами. Он снял цепи и незаметно вытер пот, прежде чем обернуться.

— Вы оба не пострадали?

— Нет. С вами всё в порядке, сэр?

Юн Га Ыль, прятавшаяся за рухнувшей стеной, высунула верхнюю часть тела. Рядом с ней быстро появились жест «всё отлично» и белое крыло. Чон Бин с трудом улыбнулся, подходя ближе.

— Всё в порядке. Га Ыль, как головокружение?

— Ох… Отдых помог. Спасибо за беспокойство.

Юн Га Ыль неуклюже ответила, потирая затылок. Даже на первый взгляд её лицо выглядело намного лучше, чем когда её мутило. Чон Бин испытал облегчение, проверив их состояние. Только после того, как он убедился в их безопасности, выдохнул короткий вздох. Ситуация была действительно критической.

Тревожные события следовали одно за другим. Это было почти смешно, насколько всё стало хаотичным. Чон Бин готовился к беспорядку на выставке мастеров, и он был к этому готов. Обморок Ли Са Ёна и срочный запрос на исследование подземелья от Нам У Джина были неожиданными, но он сумел с ними справиться.

Однако даже Чон Бин не мог предвидеть известие о побеге Хон Ё Сона. Срочный звонок поступил сразу после того, как он отдал все распоряжения в подготовке к долгому отсутствию, прямо перед входом в подземелье на Чонно 3-га. Держа громко звонящий телефон, он мельком посмотрел на Ли Са Ёна, который лишь поднял бровь, а затем прислонился к стене, скрестив руки и закрыв глаза. Чон Бин ответил на звонок, и тогда...

— Простите, руководитель группы. Хон Ё Сон сбежал…

Он столкнулся с неприятной реальностью. Ах, такой шок может заставить голову закружиться! Чон Бин узнал этот новый факт впервые за 30 лет. Слушая печальный голос охотника, отвечающего за безопасность, он впервые за долгое время подумал...

«Я хочу сбежать…»

Такие мысли промелькнули у него, несмотря на то что бежать было некуда, кроме как глубже в подземелье.

Слыша полный отчаяния доклад, Ли Са Ён, который ждал с закрытыми глазами, наконец раздражённо заговорил:

— У тебя что, ноги горят? Почему ты так шумно ходишь туда-сюда…

— Ли Са Ён-щи…

Чувствуя что-то странное в голосе Чон Бина, Ли Са Ён приоткрыл один глаз. Увидев потерянное выражение лица Чон Бина, он широко раскрыл оба глаза. Впервые Чон Бин увидел такое удивление на его лице. Благодаря Хон Ё Сону он переживал всё больше новых эмоций.

К счастью, Ли Са Ён проявил себя как достойный глава гильдии, передав задачу другому. Если бы не Маленькое Чудо Со Мин Ги, отправившийся на его поиски, они бы всё ещё искали Хон Ё Сона, не говоря уже о том, чтобы исследовать подземелье. Хотя найти Хон Ё Сона было важно…

«Мне нужно найти ключ к апокалипсису».

Несколько месяцев назад Юн Га Ыль предсказала наступление апокалипсиса. Когда и как это произойдёт, было неизвестно. Это была трудная для веры история, особенно когда мир постепенно входил в стабильный период после прошлого хаоса. Услышав эту историю впервые, директор Бюро управления пробуждёнными Хам Сок Джон отмахнулась от неё как от последствий пробуждения и назначила к Юн Га Ыль человека.

Однако один за другим начали появляться разломы подземелий, подтверждая утверждения Юн Га Ыль, и деятельность Прометея, которая затихла после пробуждения Ли Са Ёна, вдруг стала активной.

Первый разлом появился в подземелье, принадлежащем гильдии в Инчхоне. Подземелье, где изначально обитали синие слизни, полностью покрылось белым пеплом. Это было жутко похоже на пейзаж, описанный в истории.

После подтверждения существования первого разлома Хам Сок Джон немедленно изменила своё мнение и сообщила о грядущем апокалипсисе лишь очень немногим охотникам. Только десяти лучшим. Это было решение, принятое для предотвращения паники, которую вызвали бы апокалиптические теории.

С того дня ранкеры боевого класса по очереди начали исследовать разломы подземелий. Изначально это должна была быть очередь Гю Гю или Пчелы, но Нам У Джин срочно отправил Ли Са Ёна и Чон Бина, а затем подземелье внезапно перестроилось.

Первое появление подземелья S+ класса, внезапное появление Хон Ё Сона и Юн Га Ыль. Чон Бин вспомнил сверкающие белые глаза.

«Предвидел ли он эту ситуацию, отправив нас сюда…»

— …Сэр?

Тихий голос прервал его долгие размышления. Чон Бин вернулся в реальность и посмотрел на того, кто заговорил. Юн Га Ыль, потирая рот, спросила:

— Вы действительно в порядке?

Чон Бин сцепил руки за спиной и улыбнулся.

— Конечно. Похоже, у нас будет немного покоя. Ты ела?

— Э-э, нет.

Чон Бин достал небольшой рюкзак из своего инвентаря и протянул его Юн Га Ыль. Это был импровизированный набор снабжения с консервированной едой и водой.

— Если чувствуешь хоть немного голод, советую поесть сейчас. Мы не знаем, когда выпадет следующая возможность.

— Спасибо.

— Не ешь слишком много, только чтобы утолить голод.

— Хорошо.

Юн Га Ыль наклонила голову, принимая рюкзак. Видя её нерешительность, Чон Бин специально сел на плоский кусок обломков, развернул энергетический батончик и откусил. Только тогда Юн Га Ыль открыла рюкзак и достала пакет с вяленым мясом.

Съев батончик, Чон Бин аккуратно сложил обёртку и начал говорить:

— Ешь, пока слушаешь. Раз у нас есть немного времени, давай разберёмся в ситуации. Ли Са Ён и я исследовали разлом подземелья, но, как только Ли Са Ён упомянул, что кто-то вошёл в подземелье, оно перестроилось… и тогда мы встретили вас двоих. Я не понимаю, почему вы здесь.

Чон Бин сделал акцент на словах «вас двоих» и «почему». Юн Га Ыль, выглядевшая так, будто могла подавиться, просто рвала своё вяленое мясо на куски. Чон Бин, всё ещё тепло улыбаясь, бросил взгляд на её спутника. Из-за его шляпы для походов торчал только край.

— Ну, а вы, Хон Ё Сон-щи?

— …Эхм.

Шляпа начала медленно опускаться. Но сбежать внезапно не было возможности. Каким бы безрассудным ни был Хон Ё Сон, он не стал бы делать что-то столь сумасшедшее, как действовать в одиночку в подземелье класса S+. Сделав такой вывод, Чон Бин продолжил говорить без колебаний:

— Человек, который внезапно исчез, перевернув Бюро вверх дном, теперь находится в разломе подземелья. Я хочу услышать всю историю от начала до конца, почему вы здесь вместе.

— …

— Здесь право хранить молчание не действует.

Курица, сидящая на шляпе, наклонила голову, а Юн Га Ыль продолжила угрюмо жевать тонко оторванный кусок мяса. Хон Ё Сон всё ещё показывал только макушку. Никто из них, похоже, не был готов дать внятное объяснение. Чон Бин глубоко вздохнул, складывая обёртку в виде бумажного журавлика.

— Мы уже исследовали несколько разломов, но впервые подземелье перестраивается и его класс повышается. Само явление перестройки подземелья встречается впервые…

Бум… Земля зашевелилась где-то вдали. Такой мощный толчок, вероятно, исходил от хозяина подземелья. Чтобы очистить подземелье, нужно было убить его.

— Мои способности специализируются на боях с людьми, поэтому они малоэффективны против монстров. До сих пор я сражался, опираясь на свой класс и способности, но у этого есть пределы.

Чон Бин коротко вздохнул.

— Если честно, я не уверен, что смогу защитить вас всех, сражаясь с хозяином подземелья. Поэтому чёткое объяснение ситуации крайне важно.

— Я всё объясню!

Это произошло в тот момент, когда Юн Га Ыль подняла руку, затолкав кусок мяса в рот Хон Ё Сону, чтобы тот замолчал. Огромная тень накрыла их. Все трое и курица одновременно подняли головы. Громадный…

— …Кулак?

Ладонь.

Это было настолько огромное, что даже малейшее движение ладони вверх разрывало неподвижный воздух. Откуда могло внезапно появиться нечто столь массивное? Чон Бин торопливо обмотал цепи вокруг руки и закричал:

— Ё Сон, щит!

— Понял!

И тут же...

Бум!!

Огромная ударная волна сотрясла окрестности.

***

Немного раньше.

«Сколько времени прошло?»

Ча Ый Джэ, ломая руку голема своим шестом, взглянул на Ли Са Ёна. Ли Са Ён разбивал големов своей водной способностью. Он, видимо, решил, что ломать их быстрее, чем растворять камень своим ядом.

Прежде чем они успели решить, стоит ли воссоединиться с Чон Бином или атаковать хозяина подземелья, монстры атаковали их без передышки. Ча Ый Джэ быстро заметил что-то странное. Со временем формы нападавших на них монстров менялись.

Сразу после перестройки они встретили белых, иссохших монстров, знакомых по разлому на Западном море. После их уничтожения окружающий мусор собрался и сформировал цельных каменных големов. Големы передвигались медленно. Ча Ый Джэ крепче сжал свой шест.

«Это ошибка, возникшая во время перестройки? Или…»

Подземелье внезапно перестроилось в ответ на титул Ча Ый Джэ, так что монстры, появившиеся сначала, несомненно, были связаны с ним. После того как они справились с этими монстрами, только тогда начали появляться знакомые големы. Как правило, монстры внутри подземелья связаны с его хозяином. Учитывая постоянное появление мелких големов, скорее всего, хозяин подземелья тоже голем.

Ча Ый Джэ пронзил катящегося голема своим шестом, размышляя. В подземелье находилось всего пять суперхомяков, два из которых были бомбами. Одна бомба была рядом с ним, так что с этим всё было в порядке, но Хон Ё Сон оставался проблемой. Хаос с выставки мастеров всплыл в его памяти, и выражение лица Ча Ый Джэ стало мрачным.

С Ли Са Ёном можно было договориться и успокоить его, но Хон Ё Сон становился неуправляемым, стоило ему за что-то зацепиться. Приходилось лишь беспомощно мириться с бедствиями, которые приносил Хон Ё Сон. Вывод был очевиден без дальнейших размышлений.

— Вместо того чтобы сражаться здесь наугад, лучше воссоединимся с Чон Бином. Пошли.

— О чём ты так глубоко задумался? — усмехнулся Ли Са Ён, уловив его шёпот.

— Откуда в тебе такая храбрость… Полностью игнорируешь мои слова, да?

— Я выслушал тебя и принял рациональное решение.

— Ах, рациональное. Мне это нравится.

Ли Са Ён прикрыл рот и тихо засмеялся. Однако его глаза, в отличие от приподнятых губ, не выражали никакого веселья и оставались жёсткими.

— Сначала, может, снимешь этот худи, прежде чем говорить? Ты ведь не серьёзно думаешь, что всё в порядке, только потому что у тебя нет фартука, верно? Это было бы слишком наивно…

— Опять начинается.

С тех пор как они снова встретились в руинах, Ли Са Ён странно стал более дружелюбным. Это не было иллюзией. Притворяться раненым, симулировать боль, даже хлопать в ладоши, когда Ча Ый Джэ наносил вращающийся удар монстру, и говорить: «Ух ты, впечатляет. Ты учился тхэквондо?» Обычно он бы язвительно заметил, что тот скрывает свои способности, но, похоже, у этого тоже был срок годности.

«Что он, чёрт возьми, хочет?»

Ча Ый Джэ с гримасой пнул голема, разбивая его в куски.

— Что тебя беспокоит на этот раз?

— Ничего… Просто любопытно.

Ли Са Ён остановился. Когда Ча Ый Джэ обернулся к нему, Ли Са Ён наклонил голову, словно ждал этого.

— Ты ведёшь себя так, будто обязан за всё нести ответственность и решать все проблемы в одиночку.

— …

— Разве не пора осознать, насколько бесполезно такое мышление?

Глава 90

Ча Ый Джэ нахмурился, но Ли Са Ён даже не подумал прекращать говорить или двигаться.

— Давай закончим этот разговор, прежде чем продолжим. У нас ведь есть немного времени, не так ли?

Не удостоив его ответом, Ча Ый Джэ оглядел окрестности. Благодаря големам, которых он уничтожил, поблизости больше никого не было. Он закинул шест на плечо и кивнул.

— Говори.

— Какая у тебя сейчас работа, хён?

— Что?

Вопрос прозвучал неожиданно, и Ча Ый Джэ внимательно посмотрел на Ли Са Ёна, ожидая какого-нибудь абсурда. Однако на утончённом лице Ли Са Ёна не было никаких эмоций — он спокойно смотрел на Ча Ый Джэ. Он настаивал.

— Ответь. Чем ты зарабатываешь на жизнь?

— Э-э… сейчас… я работаю в ресторане с похмельным супом.

Ча Ый Джэ ответил неохотно. Губы Ли Са Ёна искривились, как будто он давно ждал этого ответа.

— А как ты думаешь, кем работаю я?

— …Охотником?

— Верно. Так кто, по-твоему, должен побеждать хозяина подземелья: охотник или работник на полставки в ресторане с похмельным супом?

— Ты издеваешься надо мной?

— Конечно нет.

В бледно-фиолетовых глазах Ли Са Ёна мелькнул странный огонёк.

— Я не хотел говорить об этом таким образом… но кто-то продолжает вести себя так, будто он один. И я ничего не могу с этим поделать.

— …

— Как бы слаб Чон Бин ни был против монстров, он достаточно силён, чтобы постоять за себя. И я тоже могу сражаться…

Ли Са Ён коротко усмехнулся, затем надел перчатки и подошёл ближе. Он протянул руку и обхватил ладонь Ча Ый Джэ, сжимающую шест. Наклонившись ближе, он прошептал.

— Не нужно, чтобы работник на полставки с дрожащими руками спасал всех и в одиночку побеждал хозяина подземелья.

Он, должно быть, заметил дрожащие руки Ча Ый Джэ, когда они впервые встретились в подземелье. Беспокойство, которое терзало сердце Ча Ый Джэ, давно исчезло благодаря мужчине, стоящему перед ним. Но Ча Ый Джэ не ответил. Большой палец Ли Са Ёна скользнул по тыльной стороне его руки и отступил. Ли Са Ён сделал шаг назад, слегка наклонив голову, будто ничего не произошло.

— Ты когда-то говорил, что хочешь жить тихо.

— Говорил.

— Тогда я не спросил почему. Возможно, следовало… потому что твои действия говорят об обратном.

Ли Са Ён мягко пробормотал, медленно моргнув.

— Ты действительно хочешь жить тихо, хён?

Ча Ый Джэ, казалось, вспомнил, как обещал кому-то жить тихо. Но кто это был, оставалось неясным, словно завуалированным туманом. Однако одно было очевидным. Ча Ый Джэ коротко ответил.

— Не знаю.

— Не знаешь?

— Ты ошибаешься, если думаешь, что жить тихо и спасать людей — это взаимоисключающие вещи.

Ли Са Ён нахмурился. Ча Ый Джэ не стал избегать бурного взгляда, устремлённого на него.

Жить тихо было чьим-то желанием для Ча Ый Джэ, а спасать людей — то, что он мог делать. Иногда то, что он мог делать, становилось тем, что он обязан делать. Но…

— Почему кому-то нужен повод, чтобы спасать людей?

Почему спасать людей? Почему жертвовать собой? Эти вопросы Ча Ый Джэ давно для себя разрешил. Желание жить тихо, дрожащие руки и бурлящий живот при входе в подземелье или разлом не имели значения, когда речь шла о спасении жизней. Самое важное — это человеческая жизнь. Потерять того, кого он мог спасти из-за колебаний, было бы самой глупой ошибкой. А ещё…

«Это подземелье — моя ответственность».

Сдержав свои слова, Ча Ый Джэ сделал шаг ближе к Ли Са Ёну.

— Я уже сказал, я принял рациональное решение. Чон Бин слишком слаб против монстров, чтобы хоть как-то помочь. А ты, конечно, со своими способностями к ядам, возможно, смог бы расплавить хозяина подземелья, если это голем.

— …

— Но, учитывая, что это S+ класс, это заняло бы слишком много времени. А пока мы могли бы быстрее справиться с ним вместе, как сделали это раньше.

— …

— И причина, по которой я хочу объединиться с Чон Бином, в том, что внутри есть ещё люди. Нам нужно их спасти.

— …Ха.

Ли Са Ён поднял брови, слушая его. Теперь Ча Ый Джэ мог безошибочно интерпретировать все выражения Ли Са Ёна. Это значило: «Наконец-то ты говоришь об этом». Тяжело вздохнув, Ли Са Ён спросил:

— Кто ещё здесь, кроме тебя?

— Хон Ё Сон. И ещё один человек.

— …

Длинные ресницы дрогнули, как будто он переваривал услышанное. Наконец, взгляд Ли Са Ёна слегка изменился, став более напряжённым.

— Что здесь делает этот парень? И кто этот другой?

— Он пришёл за магическим камнем.

— Чёрт, просто дай ему эту чёртову штуку и порви с ним все связи.

— Я пытался, но обстоятельства были неизбежны… в общем.

Прокашлявшись, Ча Ый Джэ украдкой взглянул на Ли Са Ёна. При упоминании Хон Ё Сона лицо Ли Са Ёна исказилось. Чёрт, толку от Хон Ё Сона не будет. Надо менять настроение. Ча Ый Джэ ткнул Ли Са Ёна в руку и пошутил:

— Если волнуешься, так и скажи. Не будь занудой.

— …

Смена настроения? Нет, надвигающийся кризис. Последовала тяжёлая тишина.

«Чёрт, что пошло не так?»

Ча Ый Джэ замер, глядя на утончённое лицо Ли Са Ёна, теперь окутанное мрачной тенью. Это было не то, что он ожидал. В его мыслях Ли Са Ён должен был тут же парировать что-то вроде:

«Волнуюсь? Кто о ком?»

«Ты что, с ума сошёл?»

«Ни за что.»

«Ты ослеп…»

Но вместо этого лицо Ли Са Ёна побледнело, его пухлые губы плотно сжались. Ча Ый Джэ убрал палец от руки Ли Са Ёна и неохотно спросил:

— …Ты правда волновался?

— Почему?

Пухлые губы разомкнулись.

— Это проблема?

Ответ оказался совершенно неожиданным. Ли Са Ён скривил губы в улыбке.

— Почему ты так удивлён?

— …

— А если я скажу, что ждал тебя?

Множество слов всплыли и утонули, написанные и стёртые вновь. Когда Ча Ый Джэ наконец открыл рот, чтобы сказать то единственное, что осталось…

Их внезапно прервал звук, заставивший обоих повернуть головы в одну сторону. Воздух резко разорвался.

Куууоааанг—!!

Яростный пепельный шторм взметнулся вокруг. Ча Ый Джэ прикрыл голову Ли Са Ёна, притянув его ближе и задержав дыхание. В то же время сильная рука обвила его спину и талию. Когда шторм утих, Ча Ый Джэ осмотрелся. Источник звука начал медленно двигаться. Каждое движение сотрясало всё подземелье. Это был хозяин подземелья. Ча Ый Джэ моргнул, чтобы прийти в себя.

<Глаза Следопыта!>

Почему мрачные предчувствия всегда оправдываются?

Стиснув губы, Ча Ый Джэ постучал по плечу Ли Са Ёна.

— Там, где Чон Бин.

— …Ха.

Ли Са Ён горько усмехнулся, отпуская руку, которая обнимала Ча Ый Джэ. Их взгляды встретились на миг. Затем они одновременно бросились бежать.

По мере их движения огромный голем стал вырисовываться в белом пепле. Это был гигантский голем на четырёх ногах, похожий на собаку, настолько огромный, что его головы даже не было видно.

Гууууо…

Голем издал протяжный вой, от которого у них по коже пробежали мурашки. Они оказались в тени, которую отбрасывало его массивное тело.

— Черт.

Ли Са Ён цокнул языком. Ча Ый Джэ оказался прав. Расплавить нечто такого размера означало бы отравить всех, кроме Ли Са Ёна. Это была бы бессмысленная битва на истощение. Стиснув кулаки, Ли Са Ён уставился на голема. Оставалось только разбирать его по частям. Его собственные руки могут сломаться первыми, но с зельями это не станет проблемой. В этот момент Ча Ый Джэ, всё ещё на бегу, пробормотал:

— Вот они.

В голубом взгляде Ча Ый Джэ блеснул прямоугольный прозрачный барьер с золотой окантовкой. Внутри, обливаясь потом, Хон Ё Сон держал щит, рядом лежал обессиленный Чон Бин, а девочка поддерживала его. Кажется, они тоже их заметили. До них донёсся хриплый голос Хон Ё Сона:

— Чёрт, спасены…

— Осторожно!

Закричала девочка. Ча Ый Джэ поднял голову. Огромная рука летела прямо на них. Ли Са Ён протянул руку, чтобы схватить Ча Ый Джэ. Однако Ча Ый Джэ вместо того, чтобы ухватиться за руку, оттолкнул его. Глаза Ли Са Ёна широко распахнулись. Ча Ый Джэ…

Улыбался.

Глаза Ли Са Ёна расширились, он открыл рот, чтобы что-то сказать. Но слова не сорвались с губ. В следующее мгновение Ли Са Ён оказался внутри щита, который создал Хон Ё Сон. Хон Ё Сон стиснул зубы и закричал:

— Школьница, заведи Ли Са Ёна внутрь!

— Да!

Девочка схватила Ли Са Ёна за руку и втянула его в золотое пространство. Как только Ли Са Ён поднялся на ноги, что-то обхватило его. Это была чёрная ловушка. Ли Са Ён зарычал яростно:

— Чёрт, отпустите меня немедленно!

— Что ты собираешься делать, если выйдешь? Ты разве не видишь Чон Бина?

Задыхаясь, прокричал Хон Ё Сон. Только тогда Ли Са Ён опустил взгляд. Чон Бин лежал там, едва живой. Лишь слабое движение его груди свидетельствовало, что он ещё дышит.

Глава 91

Звуки ударов твёрдых предметов продолжали доноситься с другой стороны стены. Громкий шум хаотично вихрился в его голове. Ли Са Ён резко дёрнул за путы, сковывающие его. Неужели поэтому он оттолкнул меня?

Стиснув зубы, Ли Са Ён опустился на одно колено перед Чон Бином, чтобы проверить его состояние.

— …Почему этот парень снова в таком состоянии?

Чон Бин был окружён собственной кровью. Его правая рука была явно вывихнута, кости сильно сместились. Чёрная цепь, которая до этого казалась живой, теперь обвивала руку владельца и застыла. Его состояние оказалось серьёзнее, чем Ли Са Ён ожидал. Он поспешно сунул руку в свой инвентарь. Хон Ё Сон язвительно пробормотал:

— Это потому, что он защищал нас двоих, тех, кто не может сражаться… У тебя есть зелья? Спаси его, пожалуйста.

Не говоря ни слова, Ли Са Ён вытащил из инвентаря зелья. Девушка протянула руку и начала быстро открывать бутылки. Ли Са Ён нахмурился и обернулся, чтобы посмотреть. Школьница, словно ожидая этого, ответила:

— Я S-класс, пробудившаяся недавно. Я думала, что вы могли слышать обо мне от Чон Бина или директора. Это наше первое личное знакомство.

Ли Са Ён знал только одного охотника S-класса, чьего лица он не помнил.

— …Та самая школьница?

— Да. Я Юн Га Ыль.

Юн Га Ыль кивнула и поставила открытые зелья рядом. Хон Ё Сон упомянул, что был ещё кто-то, кроме него. Но почему Юн Га Ыль работает с Ча Ый Джэ? Ли Са Ён пристально изучил её взглядом.

Юн Га Ыль, не замечая этого, мрачно пробормотала:

— У нас не было зелий, поэтому мы просто кое-как обработали большие раны.

— Если собираешься в такое место, хотя бы бери зелья с собой.

Ли Са Ён холодно бросил, доставая шприц, наполненный зелёной жидкостью, и вонзил его в правую руку Чон Бина. Когда жидкость постепенно уменьшалась, кровотечение стало останавливаться. Хон Ё Сон бросил взгляд и спросил:

— Что это?

— Это сделал Нам У Джин.

— О… то самое экстренное средство восстановления.

Большинство внешних ран можно лечить зельями. Однако, какими бы хорошими они ни были, скорость их действия не сравнится с целителем. Нам У Джин, единственный в Корее целитель A-класса, создавал экстренные комплекты восстановления с помощью своих способностей и продавал их вместо того, чтобы лично ходить в подземелья. Ли Са Ён отбросил пустой шприц и вылил зелье на рану. Рана быстро зажила, дыхание Чон Бина стало ровным, хотя его лицо оставалось бледным.

— …Пока он жив. Чтобы вылечить его без последствий, нужно отвезти его к Нам У Джину.

— Хоть это радует. Как бы я ни был хорош… создавать лечебные предметы я не умею.

Бум! Прозрачная стена, окружавшая их, сильно задрожала. Хон Ё Сон закашлялся кровью, и Юн Га Ыль быстро поднесла к его губам носовой платок.

— Ты принимаешь на себя удар?

— Похоже на то… Я могу поглотить часть удара, но остальное достаётся мне. Щит ведь мой.

Ли Са Ён цокнул языком и вытащил ещё один шприц. Хон Ё Сон, слегка приоткрыв рот, спросил:

— Ты же не собираешься использовать это на мне?

— Собираюсь.

Р-раз! Ли Са Ён без колебаний порвал рукав куртки Хон Ё Сона.

— Ах, я ненавижу иглы! Ааааа!

Глухой удар, чавканье. Зелёная жидкость быстро исчезала. Хон Ё Сон, который ещё недавно кричал, теперь тихо всхлипывал. Его цвет лица заметно улучшился. Ли Са Ён, убрав иглу и даже вылив зелье на место укола, бросил взгляд на Юн Га Ыль.

— А ты.

— Н-нет! Со мной всё в порядке! Вы двое нас защитили.

— Хорошо. Тогда ладно.

Ли Са Ён отбросил шприц в сторону и встал. Юн Га Ыль и Хон Ё Сон с удивлением смотрели на него.

— Куда ты идёшь?

— Наружу.

— Эй, ты думаешь, яд подействует на этого голема? И какой бы хороший ни был этот щит, он не защитит от яда!

— Тогда я просто разобью его без яда.

— Это безрассудно. Ты думаешь, это срабо...

Бум!

Громкий шум прервал его слова, и что-то огромное упало. Это была гигантская рука, которая на них нападала. Запястье, к которому она была прикреплена, оказалось разорвано в клочья. Хон Ё Сон ошеломлённо пробормотал:

— …Сработало?

Рёв! Голем, лишившийся руки, сжал своё разрушенное запястье и завыл. Пространство задрожало от его крика. В этот момент серая тень ринулась к голему. Это был Ча Ый Джэ.

Он спрыгнул с тела голема и взмахнул длинным шестом, ударяя по другой руке, обвивавшей запястье. Треск! Разъярённый голем дико замахал рукой. Шест подхватило сильным порывом ветра и отбросило в сторону. Потеряв равновесие, Ча Ый Джэ, перекатившись, всё же приземлился на ноги.

— Эй, ты весь в крови!

Юн Га Ыль в панике указала на его рот. Ли Са Ён быстро пришёл в себя. Его рот заполнил горьковато-сладкий вкус. Он грубо вытер рот тыльной стороной руки и увидел на ней чёрную кровь. Должно быть, он прикусил губу, сам того не заметив.

«Чёрт.»

Следует ли ему оставить этих людей и присоединиться к Ча Ый Джэ? Нет, даже если он присоединится, будет ли от этого польза? Если его яд ослабит Ча Ый Джэ…

Бум!

Ещё один громкий удар эхом разнёсся вокруг. Ли Са Ён поднял голову. Голем ударил кулаком в то место, где был Ча Ый Джэ. А затем…

Ярко-голубые глаза внезапно обратились к нему.

В тот момент, когда их взгляды встретились, Ли Са Ён, словно заворожённый этим голубым светом, заговорил:

— Хон Ё Сон, ты взял копьё?

— Копьё? Какое копьё?

Хон Ё Сон, с покрасневшими глазами, обернулся. Ли Са Ён коротко ответил:

— Моё копьё. Дай его мне.

— Копьё, копьё… Ах, это Копьё Великого Бога? Почему оно твоё?!

— Я выиграл аукцион. Что, хочешь, чтобы я расплатился прямо здесь?

— Чёрт, какая польза от денег здесь? Могу я сделать из них кровать? Эй, подержи это на минуту, ладно?

— Да? Да!

Юн Га Ыль быстро взяла щит. Её стойка была увереннее, чем неряшливое удержание Хон Ё Сона. Хон Ё Сон порылся в своём инвентаре и, тяжело вздохнув, вытащил Копьё Великого Бога обеими руками.

— Ладно, попробуем что-нибудь. Тебе нужна бомба? Яд на этого безумного голема не подействует.

— Не нужно.

Ли Са Ён взял копьё и вышел из-под щита Хон Ё Сона. Ветер, смешанный с пеплом и песком, запутал его волосы. Хон Ё Сон, снова взявшийся за щит, обеспокоенно спросил:

— Эй, что ты задумал? Ты хоть знаешь, как пользоваться копьём?

— Нет.

Он никогда раньше не использовал копьё. Но он знает того, кто умеет обращаться с ним лучше всех. Ли Са Ён посмотрел сквозь бурю белого пепла и громко окликнул его имя:

— Ча Ый Джэ!

Голубые глаза мгновенно нашли его. Так же, как тогда.

«Ах.»

Его сердце заколотилось. И он внезапно понял, что ждал больше всего…

дня, когда снова увидит эти глаза.

— Лови!

Ли Са Ён высоко поднял Копьё Великого Бога, чтобы его было видно, развернулся к голему и занял боевую стойку.

Иногда они становились оковами, сдерживавшими его.

Он крепко упёрся ногами в землю. Правую руку с копьём отвёл назад, и, задержав дыхание на мгновение, выдохнул и...

Иногда они становились ветром, который будоражил волны.

Он метнул копьё.

Свист!

Тяжёлое Копьё Великого Бога полетело, как стрела. Ча Ый Джэ уже далеко впереди, он бежал.

В какой-то момент, как раз перед тем, как копьё превысило скорость человеческого восприятия, наступил миг, когда оно выровнялось с охотником, словно параллельные линии. Ча Ый Джэ, никогда не упускающий такие мимолётные моменты, ловко поймал копьё.

Звон!

Без колебаний, словно он всё это время ждал именно этого.

Жить тихо?

Свист — изношенные кроссовки громко скользнули по земле, когда он резко остановился. Сгруппировавшись в низкую стойку, Ча Ый Джэ развернул огромное копьё и крепко схватил его. Голем медленно повернул своё массивное тело. Бум, земля задрожала. Бум, он сделал шаг. Бум, сердце забилось чаще. Не раздумывая, Ча Ый Джэ снова бросился вперёд.

Не знаю, что это значит.

Ча Ый Джэ не умеет жить тихо. Никто не учил его этому, а его способности, делающие всё настолько искусным, оказались бесполезны в этом деле. И всё же Ча Ый Джэ всегда старался. Старался жить спокойно…

Потому что ему не было чего желать.

Он чувствовал пустоту. С того момента, как пришёл в себя. Здесь для него не было места. Всё, что он знал, исчезло, а на его место пришло то, чего он не знал. Каждый прожитый день был борьбой.

В мире, где не было пути и не было места для отдыха. Каждый миг был новым, каждый миг был болезненным. Долгие размышления приносили лишь трещины, делая даже это сложным. Он чувствовал себя потерянным ребёнком.

Огромный кулак полетел в его сторону. Сердце заколотилось.

От волнения?

От страха?

Нет. Его сердце всегда начинало биться быстрее в такие моменты. Только в эти мгновения он чувствовал себя живым. Ча Ый Джэ улыбнулся. Вес копья в его руках ощущался тяжёлым. Бесчисленные системные окна замелькали перед глазами.

[Способность: Усиленная сила (S+) активирована.]

[Уникальная способность: Рука мастера (S+) активирована.]

[Уникальная способность: Тот, кто пронзает всё (S+) активирована.]

Словно оковы были сняты, мощная волна пронеслась по его телу сверху донизу. Ча Ый Джэ оттолкнулся от земли и прыгнул высоко. Тяжёлый удар! Легко ступив на размахивающуюся руку голема, он снова оттолкнулся.

Как это прекрасно — иметь того, кого можешь защитить.

Ча Ый Джэ развернул торс, отводя правую руку с копьём назад изо всех сил. Задержав дыхание, он почувствовал, как всё вокруг замедлилось, словно время остановилось. Его ярко светящиеся голубые глаза охватили происходящее внизу. Голем, Хон Ё Сон, Юн Га Ыль, Чон Бин и…

Ли Са Ён.

Когда их взгляды пересеклись, фиолетовые глаза, устремлённые прямо на него,

Как это прекрасно — иметь того, кто ждёт тебя…

Ча Ый Джэ улыбнулся.

<Пронзатель Сердца!>

БУМ—!!

Ослепительный белый свет взорвался.

Глава 92

Бам! Грохот! Гр-р-р-р... Звук чего-то огромного и прочного, разрушающегося, рёв голема, всё это смешалось в подземелье, разрывая уши. Один лишь шум сотрясал всё вокруг. Из источника звука вырвались ослепительный свет и буря белого пепла и пыли.

Большинство охотников используют все свои силы, чтобы сражаться с монстрами. Не только оружие, но и умения, способности, сияющие и привлекающие внимание, словно спецэффекты в фильмах или дорамах. Атаки охотников в стабилизировавшуюся эпоху великих охотников были ослепительными и мощными...

Однако тот, кто сейчас противостоял голему, был немного другим.

БУМ!

Синее свечение мелькнуло в буре. Огромные обломки, раздробленные, падали, словно метеоры, сквозь яростный ветер.

— Ах!

Хон Ё Сон вскрикнул, поднимая чуть опущенный щит. То, что разлетелось и упало, была ещё одна рука голема.

Навыки того, кто сражался с огромным големом, используя только копьё и своё тело, нельзя было назвать яркими даже в виде комплимента. Они были скорее спокойными, близкими к умиротворению. И всё же они были настолько сильными и уверенными, что невозможно было отвести взгляд.

Ли Са Ён смотрел на бурю, не моргнув.

Сколько прошло времени?

Гр-р-р...

Рёв голема постепенно стих, и всё вокруг затихло. Когда пыль осела, открылось то, что находилось внутри...

— Ух ты.

Юн Га Ыль, глядя безучастно, невольно выдохнула с восхищением. На месте, где буря разошлась, был только голем, сжавший грудь своей сломанной рукой.

Голем лежал, откинувшись назад, с согнутой талией, а огромное копьё было больше чем наполовину погружено рядом с раздробленным запястьем. Это было идеальное проникновение.

А на вершине стоял Ча Ый Джэ, держа копьё.

Глухой удар... Звук сердца голема, пульсирующего под ногами и сотрясающего всё тело, тихо прекратился. Убедившись, что признаки жизни полностью исчезли, Ча Ый Джэ вытащил копьё без малейших колебаний. Полость, где раньше находилось сердце, разрушилась вокруг места, куда было вонзено копьё, оставив гигантскую дыру.

Перекинув копьё через плечо, он легко спрыгнул с голема. Голем с большой дырой в груди рухнул с грохотом. Это был последний звук перед тишиной.

Пока Ча Ый Джэ не подошёл к ним, никто не осмеливался открыть рот. Ча Ый Джэ, волоча свои кроссовки и медленно идя, встал перед ними.

Его руки всё ещё дрожали. Это беспокойное чувство, смесь вины за то, что он единственный выжил, и сожаление, что не смог вынести хотя бы часть тел, давно стали частью Ча Ый Джэ. Вероятно, ещё долго они будут преследовать его, тянуть вниз и ломать дух.

Ча Ый Джэ всё это время тонул. С того момента, как его выбросило из разлома Западного моря, он закрыл глаза и уши, погрузившись в тихую воду. Потому что в этом месте, где не было J, царил тот самый долгожданный мир. И он не мог нарушить этот мир.

Однако...

Ча Ый Джэ осторожно открыл рот, оглядывая лица, которые выглядели слегка лишёнными души.

— ...Вы в порядке? Никто не пострадал?

— Нет, это мы должны спрашивать тебя! Не кради мою реплику!

— А?

Хон Ё Сон, сплёвывая кровь, быстро подошёл. Следом за ним семенила Ккокко. Золотыми глазами он внимательно осмотрел Ча Ый Джэ с головы до ног, подперев кулаком подбородок.

— Ты не выглядишь раненым, ничего не сломано, никаких порезов или разрывов. Ух ты, ты правда крепкий. Внутренние повреждения? Ты точно в порядке?

— Эм, да. Я в порядке.

Ча Ый Джэ кивнул, всё ещё озадаченный. Хон Ё Сон цокнул языком, а затем внезапно склонился вперёд с сияющим лицом. Ча Ый Джэ инстинктивно откинулся назад. Хон Ё Сон прошептал, его голос звучал с жаром.

— …Значит, копьё.

— А? Копьё?

Ча Ый Джэ машинально поднял копьё в руке. Хон Ё Сон охотно кивнул.

— Да, оно. Как тебе было с ним работать?

— Эм… Хорошо.

Ча Ый Джэ честно ответил, кивнув. Копьё идеально ложилось в руку с самого первого момента, как он его взял. Словно оно было сделано специально для него. Услышав это, Хон Ё Сон расплылся в улыбке.

— Правда? Это мой шедевр. Если честно, я переживал, когда Ли Са Ён сказал, что взял его на аукционе…

Хон Ё Сон расправил грудь, как петух перед курицей, гордо хвастаясь собой. Юн Га Ыль, с растрёпанными волосами, рассеянно добавила:

— Разве нормально быть такими спокойными в подземелье?

Ча Ый Джэ безучастно наблюдал за оживлённым Хон Ё Соном и Юн Га Ыль. Голоса людей начали звучать приглушённо, словно доносясь из-под воды. Казалось, его чувства начинали отдаляться.

Нет, он должен оставаться начеку. Ча Ый Джэ намеренно отвёл взгляд, чтобы сосредоточиться. Его случайный взгляд остановился на Ли Са Ёне. Их глаза встретились.

— …

— …

Вопреки ожиданиям Ча Ый Джэ, что сейчас последуют вопросы, Ли Са Ён неожиданно молчал. Ча Ый Джэ, который ждал, что тот заговорит, также безмолвно смотрел. Голоса Хон Ё Сона и Юн Га Ыль становились всё тише.

Казалось, будто только они двое застряли в промежутке другого пространства, в моменте, где время остановилось. Чувства Ча Ый Джэ постепенно сосредотачивались вокруг Ли Са Ёна. Во рту пересохло. Ча Ый Джэ крепче сжал копьё, жилы вздулись на тыльной стороне его руки.

Убить голема? Он не сожалел. Это нужно было сделать, иначе все могли бы погибнуть.

«Но… Что мне сказать Ли Са Ёну?»

Пальцы, скрытые за спиной, слегка сжались.

Ли Са Ён знал, что Ча Ый Джэ скрывал свою силу. Однако для обычного пробуждённого человека сражение с монстром S+ класса без серьёзных ранений — это нечто невероятное. Даже Чон Бин, который слабо справлялся с монстрами, этого не мог, как и сам Ли Са Ён, бывший номер один, из-за особенностей их способностей.

Снова солгать? О чём сейчас думает Ли Са Ён? Мысли закрутились в его голове. Ча Ый Джэ колебался, но продолжал смотреть в фиолетовые глаза, которые встречал так много раз. Даже заглянув в них, он не нашёл ответа.

Никакого любопытства, ни намёка на вопросы. Казалось, он смотрел на очевидный факт, с ожидаемым выражением лица.

«Почему?»

…Не может быть.

Ча Ый Джэ безучастно смотрел на Ли Са Ёна. Ли Са Ён, который до этого разглядывал взъерошенные волосы Ча Ый Джэ, открыл рот с непроницаемым выражением лица.

— Всё в порядке.

— Что?

— Я сказал, всё в порядке.

Это был ответ на вопрос, который он задал раньше о том, в порядке ли он? Ча Ый Джэ, сам того не осознавая, заговорил с Ли Са Ёном.

— Хорошо подошло.

— Как оно?

— Хорошо сделано.

— Правда?

— Да.

Ча Ый Джэ протянул руку с копьём, намереваясь отдать его. Однако Ли Са Ён, вместо того чтобы принять копьё, схватил руку Ча Ый Джэ и подвинул её вперёд. Удивлённый этим непонятным поступком, Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза. Ли Са Ён заговорил, словно отвечая на невысказанный вопрос.

— Это твоё.

— Что ты имеешь в виду…

— Оно было твоим с самого начала.

На аукционе Ли Са Ён устроил кучу проблем, несмотря на то что был связан цепями Чон Бина и едва не умирал, а затем даже рухнул после того, как заполучил копьё.

Если всё это было не просто ради получения оружия S+ класса…

Бесчисленные слова всплывали и тонули. Ча Ый Джэ прижал их к зубам, не давая вырваться наружу.

«Кто ты, чёрт возьми?»

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна всё ещё ярко сияли, глядя на Ча Ый Джэ. Словно он не заботился о существовании других. Во рту снова пересохло. Невольно он провёл языком по сухим губам. И в этот момент:

— Ох… Он точно мёртв? Я так устал.

Хон Ё Сон рухнул на пол. Он выглядел как студент, который гулял до четырёх утра, а затем пришёл на первую пару. С концами его волос, побелевшими от пепла и пыли, он издавал звуки, похожие на зомби, катаясь по полу.

Ча Ый Джэ снова оглядел растрёпанного Хон Ё Сона и Юн Га Ыль. Несмотря на то что передняя часть походной одежды Хон Ё Сона была пропитана кровью, судя по его постоянным жалобам вроде «Я сейчас умру», с ним, похоже, всё было в порядке. По крайней мере, у него хватало сил шуметь.

Юн Га Ыль тоже выглядела вполне нормально, если не считать её растрёпанных волос. Ча Ый Джэ тихо вздохнул с облегчением. За их спинами на земле лежал Чон Бин. Ча Ый Джэ замешкался и спросил у Юн Га Ыль:

— Как там Чон Бин…?

— А, Чон Бин? Раньше он был в небольшой опасности…

Юн Га Ыль с тревогой перевела взгляд. Она посмотрела сначала на Чон Бина, затем на Ли Са Ёна, который стоял с руками в карманах и ленивым выражением лица, и продолжила:

— Глава гильдии Падо его подлечил, так что теперь ему лучше. Хотя он пока не пришёл в сознание.

Естественно, взгляд Ча Ый Джэ последовал за направлением взгляда Юн Га Ыль, сначала на Чон Бина, затем на Ли Са Ёна. Ли Са Ён, уловив взгляд Ча Ый Джэ, лениво заговорил:

— Разве не поэтому ты меня и бросил?

Глава 93

Ча Ый Джэ сжал губы. Честно говоря, главной причиной, по которой он оттолкнул Ли Са Ёна, было то, что он не мог в полной мере показать свои боевые навыки, но частично это также было связано с тем, что он отправил его, чтобы защитить детей.

Однако Ча Ый Джэ извлёк урок из нескольких подобных ситуаций. Если он отвечал слишком честно…

Ли Са Ён обижался.

Чтобы успокоить этого парня, приходилось оборачивать слова в «пузырчатую плёнку». Очень мягко и деликатно. Ча Ый Джэ потер затылок и ответил беззаботно:

— Нет… Я доверял тебе. Я специально отправил тебя, чтобы защитить детей. Ты справился.

— Ах… Так ты мне доверял. Я этого не знал.

Ли Са Ён скрестил руки и улыбнулся, прищурив глаза и кривя губы.

— Когда протягиваешь руку, а тебя отталкивают, невольно думаешь: «Неужели это всё, на что способны наши отношения?» Ты так не считаешь? Я ещё задумался, неужели мои способности настолько посредственны. Это немного ударило по моей самооценке.

— Какая ещё самооценка…

— Меня никогда так не отвергали раньше.

Ли Са Ён продолжал нести чепуху с прекрасно улыбающимся лицом. К счастью, казалось, он не был по-настоящему обижен, так как не отворачивал головы. Ча Ый Джэ пробормотал с надутым видом:

— Ты просто невероятный, честное слово…

Ли Са Ён посмотрел на безупречное лицо Ча Ый Джэ и, скрестив руки, заговорил низким голосом:

— В следующий раз только попробуй сделать так снова.

— И что, если попробую?

— Эм…

Ча Ый Джэ прищурился, предполагая, что Ли Са Ён, возможно, блефует, но на удивление тот выглядел серьёзным. Его длинные ресницы отбрасывали тонкие тени вокруг глаз.

— …Не знаю.

— …

— Просто… Давай скажем, что следующего раза не будет. Так будет лучше.

— …

С этими словами Ли Са Ён замолчал, словно погрузившись в раздумья. Красивая улыбка, которая до этого украшала его лицо, исчезла, будто поглощённая тенями.

Ча Ый Джэ тихо наблюдал за его лицом и заметил чёрную кровь на его бледных губах. Протянув руку, он стёр кровь большим пальцем, цокнув языком.

— А почему у тебя губы такие? Тебя что, обломками задело?

— …Что?

Ли Са Ён, до этого углублённый в мысли, вздрогнул и расширил глаза. Его взгляд упал на чёрное вещество, размазанное по руке Ча Ый Джэ.

Щелчок! Ли Са Ён резко схватил его руку. Он не смог скрыть удивления, на мгновение застыл, затем отпустил руку Ча Ый Джэ и принялся рыться в своём инвентаре. Ча Ый Джэ нахмурился и спросил:

— Что с тобой такое?

— Почему ты только что…!

Ли Са Ён достал бутылку, сорвал крышку и вылил фиолетовую жидкость прямо на руку Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ издал короткий стон от странного ощущения, поднявшегося из руки. Липкая вязкая жидкость покрыла его руку. Ли Са Ён, крепко держа его извивающуюся руку, снова вылил на неё лечебное зелье. Он действовал так быстро, что даже Ча Ый Джэ не успел вмешаться.

Глядя ошарашенно на Ли Са Ёна, на его руку, покрытую разными жидкостями, Ча Ый Джэ спросил:

— Что это за…

Ли Са Ён раздражённо бросил пустую бутылку. Звук разбившегося о руины стекла разлетелся эхом. С холодным выражением лица Ли Са Ён насмешливо произнёс:

— Ты в прошлый раз чуть не умер и всё равно ничему не научился?

В этот момент Ча Ый Джэ почувствовал себя несправедливо обвинённым. Сколько раз он говорил, что с ним всё в порядке? Что яд Ли Са Ёна на него не действует. Он практически пропел это, но тот, кто никогда не слушал, был именно Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ встряхнул мокрую руку.

— Со мной всё в порядке. Ты вообще никогда не слушаешь, что я говорю, да?

— Как можно быть таким беззаботным…

— Хоть притворись, что слушаешь, ты, идиот.

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за воротник. Сладкий аромат донёсся от него, когда он приблизился.

На уровне глаз Ча Ый Джэ видел разорванные губы Ли Са Ёна. На мгновение Ча Ый Джэ абсурдно подумал, что, чтобы успокоить бесконечное недоверие Ли Са Ёна, ему, возможно, придётся выпить его кровь.

В этот момент большая чёрная рука закрыла лицо Ча Ый Джэ. Он нахмурился и схватил её.

— Что ты делаешь?

— Я подумал, что у тебя начали появляться странные мысли, поэтому решил закрыть тебе обзор.

— Какие ещё странные мысли?

— Когда адреналин зашкаливает, у кого угодно могут быть странные мысли. Я понимаю.

— Хватит нести чушь, серьёзно.

— Ладно, но тебе тоже нужно успокоиться. Разве это не первый бой с монстром за долгое время?

Сердце Ча Ый Джэ всё ещё бешено колотилось, не собираясь замедляться. Его пульс был настолько громким, что любой с хорошим слухом мог бы его услышать. Лишь тогда Ча Ый Джэ медленно расслабил напряжённые плечи. Он потер виски большим пальцем, словно хваля себя.

— Вот так… хорошо.

Ли Са Ён, что-то бормотавший себе под нос, наконец убрал руку. Он пригладил растрёпанные волосы, а затем совсем убрал её.

— Ну что, закончим этот разговор…

Ли Са Ён уселся на обломки здания удобной высоты, скрестив ноги. Он посмотрел на Ча Ый Джэ и похлопал по месту рядом с собой, приглашая сесть.

«Мне правда обязательно?»

Ча Ый Джэ неохотно покачал головой. Но Ли Са Ён оказался более настойчивым, чем ожидалось. Он схватил Ча Ый Джэ за руку и начал тянуть. Хотя Ча Ый Джэ мог сопротивляться, устраивать борьбу на глазах у Хон Ё Сона, лежавшего на земле с блестящими глазами, и Юн Га Ыль с широко раскрытыми глазами, казалось неподходящим. Ча Ый Джэ коротко вздохнул и сел рядом с Ли Са Ёном, едва удерживаясь на краю.

Наконец, Ли Са Ён кивнул подбородком в сторону двух незваных гостей.

— У вас ведь есть причина, по которой вы здесь, верно?

— …

Юн Га Ыль глубоко опустила голову. Хон Ё Сон отвернулся.

— Этот подземелье принадлежит гильдии Падо. Вы бы это заметили, если у вас всё в порядке со зрением…

— Мы не знали.

— Не болтай ерунды.

— Тьфу.

Наглая ложь Хон Ё Сона была мгновенно пресечена Ли Са Ёном. Хон Ё Сон скривился, надул губы, как утка, и отвернулся. Ча Ый Джэ, который уже перестал чувствовать себя нарушителем, тихо откинулся назад, стараясь избежать взгляда Ли Са Ёна.

Ли Са Ён скрестил руки, проводя большим пальцем по своим губам, и улыбнулся, используя свою привлекательную внешность на полную. Это была красивая улыбка, несоответствующая руинам вокруг.

— Хорошо…

— …

— Говорите честно. Я послушаю. Лучше быть откровенными.

Это звучало так, будто он действительно собирался слушать. Его длинные ресницы дрогнули.

— Если, конечно, вы не хотите попасть под суд за незаконное проникновение в подземелье.

Разве сейчас вообще существует такой закон? Ча Ый Джэ, который всё это время слушал молча, был поражён. Говорят, законы меняются медленно, но это явно не касалось пробуждённых. И как только упомянули суд, Хон Ё Сон сделал вид, что умер, обмякнув на земле.

— Ну, понимаете…

Юн Га Ыль смело открыла рот, но отвернулась, взглянув на лицо Ли Са Ёна. Она подняла Ккокко, которая лежала на лице Хон Ё Сона, и спрятала своё лицо за ней, продолжая говорить.

— Нам срочно нужно было расследовать эродированное подземелье… Это было самое ближайшее, о котором я знала. Мы правда сожалеем, что проникли без разрешения.

— Как бы ни было срочно… Следовало действовать через надлежащие процедуры, верно? Думаю, вы знаете такие базовые правила.

— Это правда, но…

Ли Са Ён холодно протянул руку.

— Если дело настолько срочное, та гордая Хам Сок Джон наверняка выдала вам какое-то подтверждение. Давайте сюда.

— Ну, эм… ой?

Глаза Юн Га Ыль широко раскрылись, когда она начала что-то искать.

— Подождите минутку.

— Если ты пытаешься сменить тему…

— Мне очень жаль, но это действительно важно. Одну минуту!

Она внезапно вскочила на ноги и побежала куда-то, мимо Ли Са Ёна и Ча Ый Джэ. Спотыкаясь, но не колеблясь. Ккокко быстро последовала за ней, покачивая головой. Они направлялись к останкам разрушенного голема. Ча Ый Джэ собрался встать и пойти следом, но чёрная рука снова схватила его за руку. Это был Ли Са Ён.

— Куда ты собрался?

— Она идёт к голему одна.

— После того как ядро полностью уничтожено, чтобы оно не смогло восстановиться, что ещё там делать…

Ли Са Ён усмехнулся и снова потянул Ча Ый Джэ за руку. Его хватка была не сильной, но из-за этого её было сложнее стряхнуть.

— Здесь нет признаков присутствия монстров, верно? Хозяин подземелья мёртв, так что сейчас это место безопасно. Она справится сама.

— …

— Нам всё ещё нужно изучить это подземелье. Должна быть причина, почему оно внезапно перестроилось. Так что…

Ли Са Ён, который только что рассуждал весьма разумно, склонил голову на плечо Ча Ый Джэ. Тот на мгновение задержал дыхание. Низкий голос проник в самое ухо.

— Оставайся здесь спокойно. Рядом со мной.

— …

— …Оставить тебя одного один раз было достаточно.

Кожаная рука крепко сжала его запястье. Ча Ый Джэ не стал стряхивать эту руку. Вместо этого он накрыл тёплую ладонь, обхватывавшую его запястье, своей. Длинные чёрные пальцы переплелись с его крепкой рукой, словно ждали этого момента.

Это было действительно странно. Каждый раз, когда Ли Са Ён вёл себя подобным образом, у Ча Ый Джэ возникало странное чувство дежавю. В такие моменты в его сознании всплывал кто-то, кто, казалось, уже давно умер.

И именно в этот момент:

— Нашла! Ах! Я нашла!

Откуда-то из чёрной дыры в сердце голема выглянула голова Юн Га Ыль.

Она грубо смахнула пыль с лица рукавом и помахала чем-то, что держала в руке. Этот сияющий осколок, блестящий как калейдоскоп, в руке Юн Га Ыль был тем, что Ча Ый Джэ уже видел раньше,

— Это осколок!

Осколок мира.

Глава 94

Осколок мира, фрагмент мира, встретившего свой конец, отражал зеркальное изображение разрушенной реальности.

Но разве осколки не должны были появляться только во снах Юн Га Ыль? Почему часть прошлого мира оказалась у хозяина подземелья, принадлежащего перестроенному разлому? Юн Га Ыль сунула осколок в карман пижамных штанов и крикнула вниз:

— Эй, можно я посмотрю поближе?

Подземелье, где погиб хозяин, входит в стабильный период до появления нового, что упрощает сбор ресурсов и исследование. Так что поближе взглянуть было не слишком опасно. Казалось, Ли Са Ён пришёл к такому же выводу, так как кивнул.

— Делай, как хочешь.

— Да! Я буду осторожна!

Юн Га Ыль исчезла в глубине голема. Ча Ый Джэ молча наблюдал за Ли Са Ёном, опиравшимся на него. Ли Са Ён задумчиво смотрел на руины. Вскоре, почувствовав взгляд Ча Ый Джэ, он повернул голову.

— Что такое?

— Ничего... Ты знаешь, что это за вещь была у Га Ыль?

Поскольку ранкеры делились информацией о конце света, Ли Са Ён наверняка знал что-то об этом. Возможно, даже больше об осколках. Ча Ый Джэ притворился, будто не знает, и задал вопрос. Ли Са Ён прищурился.

— Га Ыль?

Вот чёрт. Как он повторил её имя, Ча Ый Джэ понял, что допустил ошибку. Пока он незаметно скрипел зубами, Ли Са Ён лениво пробормотал:

— Я даже не знал её лица или имени, а ты зовёшь её по имени. Вы, кажется, близки, да?

— Мы не близки, чёрт побери. Совсем не близки.

— И я должен в это поверить?

— Да. Я ближе к тебе, чем к ней. Так что заткнись.

Ча Ый Джэ протянул руку, чтобы закрыть глаза Ли Са Ёну, и оттолкнул его. Ли Са Ён недовольно пробурчал, пока отступал назад.

— Почему люди к тебе липнут, даже когда ты просто стоишь...

— В общем, ты знаешь, что это за блестящая штука?

— Хм? А...

Ча Ый Джэ почувствовал движение глаз под веками, касавшимися его ладони, как будто он закатывал их. Это было щекотно, и Ча Ый Джэ захотел отдёрнуть руку.

— Кажется, я слышал о таком... Но не могу вспомнить.

— …

— Я не знаю, что это такое.

Он запоминал всякие мелочи и держал обиды на каждую из них, но при этом утверждал, что не помнит что-то столь важное? Несмотря на недоверчивый взгляд Ча Ый Джэ, Ли Са Ён лишь пожал плечами. Его наглая физиономия намекала, что пытаться выведать больше — бесполезно.

Ча Ый Джэ подпер подбородок и тихо вздохнул.

«Лучше спросить Га Ыль напрямую».

— Как я уже говорил...

— Хм?

— Тебе не нужно знать всё.

Не успел он опомниться, как Ли Са Ён уже пристально смотрел на него.

— Знание означает ответственность за него.

— …

— Интересно, готов ли ты к этому, хён...

Глядя на чёрную корку на бледных губах, Ча Ый Джэ внезапно задал вопрос:

— А ты?

— Хм?

— Ты готов?

— Конечно.

Ответ прозвучал без колебаний. Ли Са Ён широко улыбнулся, как будто хвастаясь:

— Я давно готов... просто жду дня, когда смогу взять на себя ответственность.

— …

Чёрные пальцы мягко коснулись его ладони, слегка поцарапав, а затем отстранились. Ча Ый Джэ машинально сжал руку.

— Так что ты можешь... быть немного более эгоистичным.

— …

Ча Ый Джэ приоткрыл рот, но тут же закрыл его. Что являлось источником этой глубокой, бездонной уверенности? Ли Са Ён легко коснулся корки на губах, искривив их.

— Только не трогай меня так.

Ну ладно.

Когда-нибудь он выпьет кровь Ли Са Ёна и не покажет никакой реакции. Такого, кто настолько не доверял людям, как Ли Са Ён, стоило выбивать из привычек только крайними методами.

Скрипя зубами, Ча Ый Джэ поднялся и решительно зашагал прочь. Вместо того чтобы спорить с этим парнем, пока не лопнет голова, он решил проверить состояние Чон Бина ещё раз.

Чон Бин лежал на серебристом коврике, аккуратно сложив руки. Хотя его правая рука была зафиксирована шиной и перебинтована, работа выглядела несколько небрежной. Лежа рядом на боку, будто на берегу реки Хан, Хон Ё Сон вынул беспроводные наушники и поднял взгляд.

— О, секретарь Ким. Закончил с любовными разборками?

— У меня копьё в руках.

Ча Ый Джэ решительно направил копьё в сторону Хон Ё Сона, который, ничуть не смущаясь, продолжал болтать.

— Кто тут первым флиртовал и спорил? Я просто проявил вежливость.

— Чёрт возьми, ты слепой... А, точно.

Ча Ый Джэ порылся в своём инвентаре и вытащил круглый магический камень. Хон Ё Сон, заметив камень, замер, а затем выпрямился. Он опустился на колени, протянув руки вперёд.

— Магический камень!

— Закроем нашу сделку этим. И больше не приходи ко мне на рассвете.

— А как же суп от похмелья?

— Попроси, чтобы тебе упаковали.

— А я хотел попробовать.

Недовольно ворча, Хон Ё Сон махнул рукой, торопя его. Как только Ча Ый Джэ собирался передать камень, он вдруг отдёрнул его. Глаза Хон Ё Сона широко распахнулись.

— Эй, что это? Зачем забирать обратно?

— Я ещё не отдал, так что это не называется «забирать обратно». В общем, сделай для меня ещё кое-что.

— И что же?

Ча Ый Джэ присел на корточки, чтобы оказаться на уровне взгляда Хон Ё Сона, и шёпотом произнёс, прикрыв рот рукой:

— Отвечай тихо, чтобы никто не услышал. Сделай для меня маску в обмен на магический камень.

— Маску?

— Да. Полностью закрывающую лицо, изменяющую голос, позволяющую дышать и не мешающую обзору. Без всяких наворотов в дизайне.

Ча Ый Джэ осторожно перечислил требования, загибая пальцы. Хон Ё Сон почесал голову и прямо ответил:

— Это просто маска J. Ты что, собираешься раскрыться?

— ...А?

Их взгляды встретились. В ясных глазах Хон Ё Сона что-то ярко блеснуло. Ча Ый Джэ машинально приоткрыл рот.

Э-этот парень...

Хон Ё Сон моргнул и наклонил голову набок.

— О, подожди. Это что, нарушение контракта? Но я же не специально копался, просто заметил. Это ведь не нарушение, да? Я так старался не проявлять интерес.

Как он узнал?

В этот момент в памяти всплыл контракт, небрежно написанный кистью, мокшей в чернила.

[Пункт 1 контракта между Хон Ё Соном и секретарём Ким.]

[Чудак Хон Ё Сон не должен проявлять любопытство или расследовать личность секретаря Кима, с которым он встретился сегодня. Ему также запрещается поручать это другим.]

— Чёрт. Контракт был создан только для того, чтобы помешать Хон Ё Сону рыться в его прошлом. Конечно. До нескольких часов назад он даже не предполагал, что окажется в подземелье вместе с Хон Ё Соном!

Хон Ё Сон оказался гораздо более наблюдательным, чем думал Ча Ый Джэ, да и он сам, возможно, слишком раскрыл свои способности. Ча Ый Джэ невольно сжал кулак. Сработало бы на этом парне удаление воспоминаний?

В этот момент Хон Ё Сон потянулся и ответил:

— Ну, сделать маску — это просто, так что не волнуйся. Давай уже камень!

— Просто?

— Думаешь, сколько времени это займёт? Максимум неделя. Как только закончу, отправлю её через Ккокко.

Хон Ё Сон подмигнул и поднял большой палец, приняв ту же позу, что и на фото с баннера выставки мастеров. Это почему-то внушало странное доверие.

Ча Ый Джэ сунул магический камень в руки лучшему мастеру мира. Хон Ё Сон взвизгнул от восторга, как обезьяна. Спустя некоторое время он крикнул Юн Га Ыль:

— Эй! Школьница! Там есть магические камни? У такого сильного монстра должны быть неплохие!

— Магические камни? Эм, а как они выглядят?

— Обычно круглые, как этот... Ладно, сам найду.

Хон Ё Сон побежал к голему. Он взобрался на него, словно лягушка, и начал карабкаться. Глядя на его беззаботную спину, Ча Ый Джэ ощутил смутное беспокойство.

…Неужели он уже всё знает?

С несколько натянутым выражением лица Ча Ый Джэ растрепал волосы. Ли Са Ён, подошедший сзади, произнёс лениво:

— Разве ты сам не пришёл сюда с какой-то целью?

— Хм? Да.

Когда волнение улеглось, в голове вновь всплыла цель их визита в это место: исследование разрушенного подземелья. Оно напоминало одновременно разлом Западного моря и мир, переживший апокалипсис. Это место явно было связано с одним из них.

К тому же хозяин перестроенного подземелья, который отреагировал на титул Ча Ый Джэ, обладал осколком из мира, который Юн Га Ыль видела в своих снах.

Действительно, казалось, что само присутствие Ча Ый Джэ стало раздражителем...

Как раз когда Ча Ый Джэ собирался глубже погрузиться в свои мысли,

— Ку-ка-ре-ку!

— Ух!

Ккокко громко закричала и взлетел с голема, махая крыльями. Юн Га Ыль и Хон Ё Сон повисли на его лапах.

Полёт, который казался вот-вот завершится падением, к счастью, закончился благополучно. Хотя Хон Ё Сон всё же приземлился лицом в землю. Юн Га Ыль, с покрасневшим лицом, достала осколок из кармана.

— Посмотрите, осколок!

Белый осколок был окутан несколькими нитями чёрного света. Юн Га Ыль быстро пояснила:

— Это первый раз, когда я нашла осколок вне сна. В других разрушенных подземельях осколки не появлялись. Разница в этом подземелье в том, что...

Её взгляд скользнул по разрушенной местности и на мгновение встретился с глазами Ча Ый Джэ, но тут же отпрянул, словно обжёгшись. Казалось, она думала о том же.

Разрушенное подземелье, перестроенное в ответ на присутствие Ча Ый Джэ, имело интерьер и монстров, напоминавших апокалиптический пейзаж.

В центре всех этих проблем был Ча Ый Джэ.

Стоило ли ему делиться этой информацией? Связей между апокалипсисом и разломом Западного моря было слишком много, чтобы он мог справиться с этим в одиночку. Юн Га Ыль неуверенно пробормотала:

— Для начала давайте обсудим это снаружи, здесь опасно...

Ча Ый Джэ слегка кивнул и добавил:

— И как только выйдем, власти наверняка начнут нас допрашивать, так что договоримся о том, что говорить, прямо здесь. Передай Чон Бину, когда он проснётся.

— Что мне ему сказать?

Юн Га Ыль спросила с напряжённым лицом. Ча Ый Джэ натянул капюшон, который давно уже соскользнул, и отвернулся от Юн Га Ыль и Хон Ё Сона. Позади него стоял Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ молча посмотрел на Ли Са Ёна. Он вспомнил момент их первой встречи, заключение контракта, выполнение просьбы Ли Са Ёна, совместное посещение выставки мастеров, а также тот день, когда Ли Са Ён рухнул без сознания. Он вспомнил, как держал его, будучи неспособным что-либо сделать.

Если подумать, Ли Са Ён был рядом на каждом этапе после разлома Западного моря.

Теперь Ча Ый Джэ знал: если Ли Са Ён позовёт, он придёт немедленно. И если Ча Ый Джэ позовёт, Ли Са Ён тоже придёт. Прошло достаточно времени, и между ними возникло доверие. Для Ча Ый Джэ, который потерял всё и начал жизнь с нуля, это доверие было глубоким, как океан.

Знание, что его кто-то ждёт, приносило радость, которую он понимал лучше, чем кто-либо, и он не мог это игнорировать.

Ча Ый Джэ сделал шаг к Ли Са Ёну, глядя прямо в его глаза, и сказал:

— Скажи им, что J вернулся.

Ли Са Ён улыбнулся, словно только этого и ждал.

Глава 95

— …Итак.

— Да.

— Подытожим то, что я услышал до сих пор.

— Да.

— Га Ыль отправилась в разрушенное подземелье, чтобы найти осколок мира, а Хон Ё Сон, который внезапно исчез, вошёл в подземелье вместе с ней по неизвестной причине.

— Да.

— По какой-то причине подземелье было перестроено. Среди этого хаоса я встретил тебя, и пока я защищал тебя от хозяина подземелья и потерял сознание, вдруг появился J и уничтожил голема одним ударом?

Хруст.

— Именно.

— И J велел передать всем, что он вернулся? Лично?

— Верно. J невероятно силён. Как и ожидалось от первого в рейтинге. Он пробил этого огромного голема одним ударом, вау.

— Кукареку!

— …Мне обязательно в это верить?

— А что мне делать, если это правда? Грустно, если ты мне не веришь, даже когда я говорю правду.

— Хуу…

Глубокий вздох сорвался так, словно земля уходила из-под ног. Его владелец — Чон Бин, сидящий на больничной койке, обмотанный бинтами.

Вокруг кровати стояли корзины с фруктами и цветами, коробки с лечебными напитками. Розовая лента с пожеланием скорейшего выздоровления развевалась на ветру, который проникал в открытую форточку.

Он положил свою относительно невредимую левую руку на лоб и пробормотал.

— Как распространилась новость о моём падении?

— Ну, через чат ранкеров? Кажется, это обсуждалось только в первом канале. Этим делились крупные гильдии, такие как HB, Падо и Самра.

— …

— В информационной сверхдержаве Корее нет секретов, госслужащий.

Рядом с Чон Бином, который уставился в белый потолок, сидел Хон Ё Сон в больничной пижаме, грызущий красное яблоко. У его кровати свернулась курица. По сравнению с Чон Бином он выглядел довольно чистым.

Место, где лежали тяжело больной, легко больной и курица, — это палата гильдии Совон. Уютное и секретное пространство, разрешённое только с одобрения главы гильдии Нам У Джина, но комфортным оно не было. Ведь Нам У Джин вот-вот должен был прийти, чтобы выслушать их рассказы.

Проблема заключалась в том, что Чон Бин ничего не знал о текущей ситуации. Последнее, что осталось в его памяти, — это огромный кулак, летящий к нему, и мучительная боль, из-за которой его тело казалось ломким. Когда он открыл глаза, то увидел белый потолок гильдии Совон.

Как только он с трудом пришёл в сознание и моргнул затекшими веками, то повернул голову на звук движения и увидел Хон Ё Сона, человека, которого он меньше всего хотел видеть.

Прежде чем Чон Бин успел что-то сказать, Хон Ё Сон нагло и доброжелательно нажал кнопку вызова. Немедленно появилась марионетка, которая аккуратно потащила кровать Чон Бина в кабинет обследования.

«Что-то тут не так», — подумал Чон Бин, пока его подключали к бесчисленным аппаратам и капельнице. Он хотел собрать больше информации от Хон Ё Сона, который только что освободился от бесконечных тестов.

Но это мало помогло, ведь бесчисленные слова Хон Ё Сона и курицы можно было свести к одной фразе: «А потом появился J…»

Это какой-то универсальный ключ? Они что, думают, что всё можно решить, просто упомянув J? Конечно, до Разлома в Западном море это чаще всего так и было, но не теперь.

Он устал. Просто находиться рядом с Хон Ё Соном вызывало эмоциональное истощение. Несмотря на головокружение, Чон Бин собрался с силами.

— Во-первых… пожалуйста, не трогайте подарки, адресованные мне. Их нужно вернуть. Те, что от Бюро управления пробуждёнными, можете оставить себе.

— Что, подарки всё ещё ограничены по стоимости?

— Да, это закон. Лучше не быть в долгу перед гильдиями или охотниками… в идеале вообще ничего не принимать.

— Это так скучно.

— Да, не становись госслужащим. Это работа, где приходится убирать за людьми вроде Хон Ё Сона с разбитым телом.

Чон Бин спокойно ответил и начал быстро печатать что-то на телефоне левой рукой. Это было сообщение для команды безопасности, которая, вероятно, всё ещё находилась на дежурстве. Хон Ё Сон, протирая руки влажной салфеткой, проворчал.

— Ты только что меня оскорбил?

— Ты проницателен. Да, оскорбил.

Только Хон Ё Сон надул губы, чтобы начать жаловаться, как вдруг раздался стук.

Стук, стук. Дверь плавно открылась, и в палату вошёл мужчина в белом халате.

— Слышу, как вы болтаете, значит, в порядке. Я был в шоке, когда сюда принесли тело.

Это был Нам У Джин. Он поправил очки и скрестил руки на груди. Чон Бин тихо вздохнул и выпрямился.

— Вы здесь.

— Лежите. Хотя лечение завершено, вам нужно больше отдыхать. Если бы не цепи, было бы сложно восстановиться с моими способностями.

Его чисто-белые глаза скользнули по гипсу на правой руке Чон Бина. Тот горько улыбнулся.

— Да, спасибо.

— Хорошо…

Нам У Джин потер шею и тихо вздохнул.

— Я не могу не слушать эту историю. Я получил официальный отчёт от Ли Са Ёна. В разрушенном подземелье произошёл внезапный феномен перестройки, и класс подземелья повысился до S+. Это так?

— Да, верно.

— Известна ли причина перестройки?

— Пока нет.

— Ну, J сказал, что это из-за него.

— …Что?

— Да?

Чон Бин и Нам У Джин широко раскрыли глаза, глядя на Хон Ё Сона. Однако тот, кто только что бросил эту бомбу, был полностью поглощён очисткой апельсина.

— J так сказал. Он думает, что перестройка подземелья произошла из-за него, но пока сам не знает почему. Пока он не выяснит причину, он сказал, что будет появляться только в случае крайней необходимости, как в этот раз.

— …

Его голос был неожиданно спокоен, давая понять, что это не шутка. А J, которого знал Чон Бин, вполне мог сказать что-то подобное. Нам У Джин пробормотал:

— Значит, J действительно появился. Это не системная ошибка, он действительно выжил после Разлома в Западном море.

Чон Бин взглянул на задумавшегося Нам У Джина. В его чисто-белых глазах, устремлённых в пространство, читалась странная горечь, пока он касался своих губ. Даже несмотря на потерю зрения и возможности восприятия света, его жажда знаний оставалась неутолимой. Казалось, он бы не остановился, даже если бы сгорел дотла.

Чон Бин специально громко кашлянул. Кхе-кхе. Когда его плечи задрожали, белые глаза обратились к нему. К счастью, странное пламя, которое на мгновение вспыхнуло, вскоре погасло, сменившись беспокойством о состоянии пациента.

— Всё в порядке? Температура в комнате не слишком низкая?

— Нет, всё нормально. Самое то.

— Хорошо… Я свяжусь с Хам Сок Джон. Даже не думайте выходить, пока правая рука полностью не восстановится.

Нам У Джин, строго предупредив, расправил свой халат и покинул комнату. Чон Бин провёл рукой по губам и тихо выдохнул. Погода за окном оказалась удивительно солнечной. Глядя на листья, переливающиеся светло-зелёным в тёплых лучах, Чон Бин заговорил:

— Хон Ё Сон.

— Да?

— Как там J?

Хон Ё Сон широко раскрыл глаза. Чон Бин пробормотал:

— С ним всё было в порядке? Он не был ранен?

Каким был J в воспоминаниях Чон Бина? Слишком много времени прошло с их последней встречи, чтобы всё сохранить в памяти.

В то время все были напряжены. Выжить было достаточно сложно. Максимум, что они могли себе позволить при случайной встрече, — это кивок.

Нет, был момент, когда он предложил J сигарету. Ещё был день, когда J казался в хорошем настроении. Наверное. Ведь J тоже был человеком.

Хон Ё Сон тихо передал апельсин, аккуратно очищенный и разрезанный пополам. Чон Бин широко раскрыл глаза и уставился на сочную мякоть.

Только после пары настойчивых предложений он, наконец, взял его. Хон Ё Сон улыбнулся.

— Он выглядел нормально.

— …

— Он улыбнулся после того, как уничтожил голема. Это было немного жутко.

— …Вот как?

Наконец, Чон Бин едва заметно улыбнулся. Неуклюже оторвав кусочек апельсина одной рукой, он отправил его в рот. Его мягкое лицо слегка исказилось.

— …Кисло.

— Именно поэтому я дал его тебе.

— …

— Кукареку! — курица издала протяжный крик. Это звучало как смех или, возможно, насмешка.

***

За день до того, как Чон Бин и Хон Ё Сон были госпитализированы, у входа в подземелье на Чонно 3-га.

Топ. Пара дрожащих туристических ботинок ступила на землю из выхода подземелья. Ботинки были покрыты грязью, белым пеплом и кровавыми пятнами, смешанными воедино. Разрезая тишину рассветного воздуха, их владелец заговорил дрожащим голосом.

— Так… тяжело.

Хон Ё Сон, держащий Чон Бина на руках, словно принцессу, сделал плаксивое лицо. С переломанной рукой он не мог нести его на спине, да и заворачивать человека, который их защищал, в ковёр тоже не хотелось, так что единственным вариантом было нести его в таком виде. Ли Са Ён, бодро шагая, прошёл мимо дрожащего Хон Ё Сона, словно новорождённый телёнок.

— Потерпи.

— Ли Са Ён, ты не мог бы его понести?

Ли Са Ён с усмешкой обернулся.

— Ах… если хочешь, чтобы Чон Бин умер, пожалуйста.

— Сволочь.

Хон Ё Сон скривился, словно вот-вот готов был расплакаться. Ча Ый Джэ, стоявший рядом с Ли Са Ёном, неуверенно пробормотал:

— Может, мне его понести…

— Нет.

Ли Са Ён слегка подался вперёд, перекрывая вид Ча Ый Джэ.

— Хён, даже не думай встречаться с Нам У Джином.

— Прекрати, ты сумасшедший ублюдок.

Ча Ый Джэ оттолкнул голову Ли Са Ёна. Их действия, наполненные спором и взаимным поддразниванием, выглядели настолько естественно, словно они так делали уже много лет. Наблюдая за этим, Юн Га Ыль осторожно позвала Ча Ый Джэ.

— Но… J.

Ча Ый Джэ отреагировал вопросительным звуком:

— Хм?

В тот же момент острый взгляд Ли Са Ёна тоже сосредоточился на ней. Почувствовав внезапный холод, Юн Га Ыль сделала вид, что отряхивает грязь со штанов, и пробормотала, опустив голову.

— Сказать всем, что J вернулся, это хорошо… но что насчёт ресторана с супом от похмелья?

— Хм? Ресторан с супом от похмелья? А что?

— Ну… если вы будете работать как J, вам придётся бросить работу в ресторане?

— Конечно, нет.

— Что?

— Я буду делать и то, и другое.

— Что?

С уверенностью улыбнувшись, Ча Ый Джэ заложил руки за спину.

— Герой J и работник на полставки в ресторане с супом от похмелья Ча Ый Джэ — это разные люди. Верно?

В эпоху великих охотников, когда охотники становятся моделями, актёрами и даже ASMR-блогерами о подземельях, ранкер номер один уверенно заявил, что будет совмещать две работы: охотника и работника на полставки в ресторане с супом от похмелья.

Глава 96 - Раздражитель

Солнечный свет проникал сквозь стекло, украшенное выцветшей красной наклейкой, рекламирующей суп от похмелья. Ресторан, где подавали этот суп, сегодня был необычно тихим во время подготовки ингредиентов. Ха Ын была у подруги, ингредиентов хватало, и мясо тихо кипело само по себе.

Ча Ый Джэ сидел один за стойкой, неспешно перелистывая бумажную газету — впервые за долгое время. Приятное тепло солнечного света, знакомые рекламные мелодии из коричневого лампового телевизора и шелест бумаги под пальцами — всё это было приветливо и навевало ностальгию, словно времена до Дня разлома.

«…»

Ча Ый Джэ потер висок кулаком и склонил голову.

Разве не поэтому охотники часто сюда заглядывают? Чтобы вспомнить, что когда-то были обычные дни, несмотря на то, что мир и они сами изменились?

«Ну, может, всё дело просто в том, что суп от похмелья дешевый…»

Ча Ый Джэ отмахнулся от сентиментальных мыслей, которые появились впервые за долгое время. Он решил, что лучше насладиться редким мирным полуднем и спокойствием, чем погружаться в эмоции.

«Но всё-таки прошло уже немало времени».

Когда всё началось? Когда он впервые связался с охотниками. В памяти возникло изящное и красивое лицо с ухмылкой на губах. Вспомнив лицо Ли Са Ёна, которое притягивало взгляд, как ярко-красная роза, Ча Ый Джэ глубоко вздохнул.

«Это всё из-за Ли Са Ёна».

С того момента, как он его встретил, следовало признать, что его мирная жизнь пересекла Самдочхон. Цокнув языком, Ча Ый Джэ сложил газету и поднялся, потягиваясь.

Но благодаря Ли Са Ёну он осознал, чего на самом деле хочет. Взяв метлу, Ча Ый Джэ широко раскрыл ладонь. Тонкие золотистые линии поблескивали на коже.

Ча Ый Джэ хотел защищать людей. Он больше никогда не хотел пережить безнадёжную утрату кого-то дорогого. Почему он не осознал эту простую и очевидную истину раньше?

Будто кто-то завязал ему глаза…

С грохотом перевернулся совок, который он случайно задел. Испуганный, Ча Ый Джэ крепче сжал метлу и снова глубоко вздохнул. В этот момент по телевизору показывали социальную рекламу о горячей линии для каждой страны на случай газовых атак.

Всё напоминало о Ли Са Ёне. Бросив взгляд на противогаз, Ча Ый Джэ начал подметать.

Несмотря на то, что он одолел голема S+ класса одним ударом и раскрыл себя как J, тихая повседневная жизнь Ча Ый Джэ практически не изменилась.

Он открывал ресторан, смотрел на Ли Са Ёна по телевизору, заботился о Ха Ын, следил за здоровьем бабушки, смотрел на Ли Са Ёна по телевизору и закрывал ресторан. Суп от похмелья всё так же хорошо продавался, а клиенты оставались прежними, с тем же отношением. До жуткой степени.

***

Прошло несколько дней с тех пор, как он объявил о своей двойной профессии, но жизнь Ча Ый Джэ оставалась тихой. Более того, она стала даже тише обычного. Ли Са Ён, Юн Га Ыль, Хон Ё Сон и Чон Бин словно исчезли.

Он подумал, что они, вероятно, заняты своими делами. Бюро управления пробуждёнными наверняка не давало им покоя. Он предполагал, что они справляются сами.

А затем однажды в ресторан пришли новости. В виде человека.

— Здравствуйте, клиент.

Сегодня в дверях неожиданно появился Маленькое чудо Со Мин Ги, стоящий в своём чёрном костюме и солнцезащитных очках.

Да, наконец-то, разрушитель сегодняшней тихой жизни прибыл. Ча Ый Джэ не удивился и открыл дверь. Со Мин Ги, удачно выбрав время во время подготовки ингредиентов, протянул тяжёлый бумажный пакет.

— Это подарок.

— Почему вдруг подарок?

— О. Я был в командировке в Тэджоне. Купил что-то для вас, пока был там. Это хлеб.

— Тэджон?

— Да, Хон Ё Сон сказал, что хочет попробовать жареный соборо из одной пекарни в Тэджоне, поэтому я подумал, что он мог отправиться туда после побега. Это было вкусно.

Ча Ый Джэ вспомнил сообщение, пришедшее на телефон Чхве Го Ё. Сообщение от Со Мин Ги после побега Хон Ё Сона, из-за которого Чхве Го Ё тут же выскочил из ресторана.

Наверное, они собрали команду для отслеживания Хон Ё Сона. В то время как беглец спокойно жевал варёные яйца!

Ча Ый Джэ собирался пожалеть Со Мин Ги, который приложил столько усилий, но, глядя на его слегка округлившиеся щеки и здоровый цвет лица…

«Похоже, он хорошо ел и развлекался?»

Это скорее походило на отпуск, чем на командировку. Ну, наверное, его деспотичный босс тоже был занят, поэтому он смог немного насладиться жизнью. Ча Ый Джэ отбросил свои заботы и сожаления. Со Мин Ги, выглядевший энергичнее, чем когда-либо, положил пакет на стол и серьёзно произнёс:

— Там было много хлеба, который выглядел вкусно, но я купил подарочный набор, так как это подарок. Если найдёте что-то вкусное или захотите что-то ещё, скажите. Я достану для вас.

— Нет, не стоит утруждаться.

— Нет.

Со Мин Ги покачал головой и серьёзно добавил:

— Последние несколько дней первая команда боевой поддержки гильдии Падо работала как ваша команда прикрытия. Это приказ нашего главы гильдии Ли Са Ёна.

— …Простите?

Ча Ый Джэ с ошеломлённым выражением посмотрел на Со Мин Ги. Но лицо Со Мин Ги было серьёзнее некуда. Боевая команда поддержки, отборная элита гильдии Падо, включая Маленькое чудо Со Мин Ги и Романтичного открывателя Чхве Го Ё. Разве они не команда для поддержки членов гильдии?

Со Мин Ги поправил свои солнцезащитные очки.

— Не нужно удивляться, J. У нас название «команда боевой поддержки», но на самом деле мы прямая команда миньонов главы гильдии. Мы делаем всё, что он скажет. В этот раз наша задача — поддерживать вас. Ах да, мы ещё усердно закрываем рты ранкеров!

«Миньоны…»

Ча Ый Джэ посмотрел на Со Мин Ги, который, весело улыбаясь, показал ему большой палец, с лёгким оттенком жалости. Прочистив горло, Со Мин Ги огляделся и, наклонившись, перешёл на шёпот:

— Дайте я коротко объясню ситуацию. У Бюро управления пробуждёнными нет намерений раскрывать возвращение J. Само подземелье не особо известно, и в этот раз произошёл беспрецедентный случай реконструкции подземелья. Это первый случай в мире.

— Да.

— Быть первым — не всегда хорошо. Какая бы эта страна ни была одержима рейтингами и списками, быть первым в таком событии… ну.

Со Мин Ги потер подбородок пальцами и коротко пояснил:

— Это скорее вызывает страх. Страх и тревогу из серии «А что, если это повторится?»

На общественность проще повлиять, чем вы думаете. Страх — лучшая эмоция для манипуляции людьми. Наблюдая за выражением Ча Ый Джэ, Со Мин Ги осторожно продолжил:

— Ну… страны не хотят лишний раз поднимать тревогу. Тем более был ещё беспрецедентный случай появления разлома в регистрационном центре.

Ча Ый Джэ был там. Ча Ый Джэ сцепил пальцы и опустил лоб на руки. Куда бы ни шёл Ча Ый Джэ, случались происшествия. Будто его само существование было раздражителем. Со Мин Ги, пожёвывая овощные крекеры, которые ему дал Ча Ый Джэ, пожал плечами после очередного укуса.

— Сама система уже сейчас кажется нереальной… но, в общем, когда нереальные события происходят несколько раз и в короткие сроки, тревога — это естественное чувство. Особенно для обычных людей.

— …

— В общем, охотники, которые видели J, все твердят, что не знают, кто он такой, а поскольку J появился в подземелье, где произошла реконструкция, объявить это публично сложно. К тому же вы сами сказали, верно? Что появитесь снова, если такое повторится.

— Да, всё верно.

— Это их несколько успокоило.

Странное заявление. Ча Ый Джэ поднял взгляд на Со Мин Ги. Тот цинично улыбался.

— Дело в доверии к J, что-то вроде этого. Они верят, что J их не бросит.

— …

— Ну, в любом случае.

Со Мин Ги подпер подбородок рукой и пробормотал, словно погрузившись в размышления:

— Я долго об этом думал. Говорят, это первый случай реконструкции подземелья… но мне кажется, что нечто подобное уже происходило раньше.

— Простите?

Заявление, прозвучавшее словно гром среди ясного неба. Ча Ый Джэ тихо переспросил:

— Что вы имеете в виду?

— Просто то, что сказал. Реконструкция подземелья означает, что его форма внезапно меняется, а класс повышается.

— Это так.

— Ну… извините за прямоту, но вы ведь сами переживали нечто подобное, верно, J?

Сжав кулаки, Ча Ый Джэ крепко ухватился за стол. Его чёрные глаза засияли холодным синим светом, когда он посмотрел вниз на Со Мин Ги. По спине пробежал холодок. Но Со Мин Ги продолжал уверенно:

— Разлом в Западном море изначально был оценён как разлом 5-го уровня, но сразу после того, как ваша команда вошла внутрь, его повысили до 1-го уровня, J.

— …

— Сам феномен похож на разломленное подземелье, не так ли? Хотя разлом в Западном море со временем увеличивался.

Глава 97

Явление реструктуризации в разрушенном подземелье и повышение уровня разлома на Западном море. Всё изменилось в тот момент, как только Ча Ый Джэ вошёл внутрь, словно всё этого и ждало.

Ча Ый Джэ задержал дыхание. В глубине души он понимал. Инстинктивно осознавал, что оказался втянутым во все эти проблемы.

Убрав руку со стола, Ча Ый Джэ тихо спросил:

— Могу я ознакомиться с данными о подземелье на Чонно 3-га? Или, может быть, войти туда снова?

— О, о входе и речи быть не может. Глава гильдии будет решительно против. Но просмотреть данные — пожалуйста. Собственно, ради этого я и пришёл сегодня. Подождите минуту.

Со Мин Ги достал из инвентаря тонкую папку и протянул её.

— Это отчёт об исследовании реструктурированного подземелья на Чонно 3-га. Его лично подготовил заместитель главы гильдии Пэ Вон У, так что можете доверять. Ознакомьтесь в удобное для вас время.

Ча Ый Джэ быстро пробежался взглядом по содержимому. Подземелье, ранее представлявшее собой прибыльное место для добычи ингредиентов для зелий, около месяца назад начало демонстрировать аномальные явления эрозии. Реструктурированное подземелье превратилось в руины, покрытые белым пеплом, и под слоем пепла виднелись сломанные корейские вывески…

Ча Ый Джэ прикусил губу. Корейские вывески были видны и в разломе на Западном море, и в осколках Юн Га Ыль. Пазлы информации постепенно начинали складываться. Со Мин Ги хлопнул в ладони и поднялся из-за стола.

— Тогда я сообщу вам, как только появится дополнительная информация.

— ...Да. Могли бы вы также предоставить сведения о других разрушенных подземельях?

— Конечно. Вы можете поручить мне что угодно. Шпионаж, сбор информации, манипуляции — это моя специализация.

Со Мин Ги с явной гордостью заявил о своей компетенции в области незаконных манипуляций, но Ча Ый Джэ, уже однажды воспользовавшись его навыками, не мог усомниться в его способностях. Проблема заключалась в том, что у него явно чего-то не хватало.

— На сегодня я передал всё, что нужно… Пожалуй, пойду. Вот, возьмите мою визитку. Если что-нибудь понадобится, связывайтесь.

Вежливо протянув визитку обеими руками, Ча Ый Джэ принял её таким же образом и прочитал. Боевая поддержка команды 1 гильдии Падо, Маленькое чудо Со Мин Ги. Стоя у двери с заложенными за спину руками, Со Мин Ги с серьёзным видом сказал:

— Обращайтесь в любое время. Наша команда поддержки всегда готова прийти на помощь.

Вспомнив, Ча Ый Джэ понял, что это уже третья визитка гильдии Падо, которая ему попадалась. Одна была связана с предупреждением Ли Са Ёну, другая — от Романтичного открывателя Чхве Го Ё, и теперь эта — от Со Мин Ги.

Покрутив визитку Со Мин Ги в руках, Ча Ый Джэ положил её в карман фартука. Со Мин Ги помахал рукой на прощание и повернулся, чтобы открыть дверь.

В этот момент Ча Ый Джэ заговорил:

— Кстати… если вы специалист по расследованиям, вы можете искать людей?

— Людей?

— Да. Возможно, они уже умерли.

— О, сразу работа. Вы умеете пользоваться людьми.

Со Мин Ги, уже готовый выйти, закрыл дверь и снова повернулся. Подняв свои очки, он достал из инвентаря знакомый планшет и встал перед дверью, блокируя проход.

— Если у вас есть точная информация и инструкции, это возможно. Но если они погибли в День разлома, это будет сложно. Тогда общество было парализовано… до сих пор остаются неопознанные погибшие.

— Они не умерли в День разлома.

Коснувшись губ и погружаясь в воспоминания, Ча Ый Джэ медленно добавил:

— Они могли умереть примерно через три года после Дня разлома или позже. В любом случае, после разлома на Западном море.

Рука Со Мин Ги замерла при упоминании разлома на Западном море. Почесав висок планшетным стилусом, он спросил:

— Вы уверены, что они мертвы? Вы сами это подтверждали?

— Нет, не подтверждал. Но… вероятно, они мертвы.

— Хм…

Со Мин Ги поднял взгляд на Ча Ый Джэ из-под склонённой головы. Его чёрные глаза внимательно изучали лицо собеседника, пока он бормотал:

— Но, судя по вашим словам, это не точно. Давайте считать, что они пропали без вести.

Он что-то быстро записал на планшете и спросил:

— А как насчёт имени, возраста, внешности? Пожалуйста, укажите основную личную информацию и физические характеристики.

Он замер с поднятым стилусом, ожидая ответа, но Ча Ый Джэ, что случалось редко, потерял дар речи. После некоторой паузы он наконец выдавил неловкий ответ:

— Я не знаю ни имени, ни внешности. Они немного моложе меня.

— Хм. Значит, вы не знаете и их точного возраста?

— …Нет.

Нахмурившись, словно о чём-то напряжённо размышляя, Со Мин Ги пробормотал:

— Это может прозвучать грубо, но… что вы знаете об этих людях?

— …

— Я не осуждаю, я пытаюсь получить больше деталей. Они жили в определённом районе? Закончили какую-то школу? Любая информация, с которой можно начать расследование, подойдёт. Абсолютно любая.

Ча Ый Джэ, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел в пустоту. Наконец, его низкий, глубокий голос нарушил тишину:

— Я спас ребёнка из разлома в Мангвоне…

— …

— Он был единственным выжившим в том разломе.

— …

— Всё его тело было повреждено ядом, который разъел кожу, и он надышался ядовитых паров, что повредило голосовые связки. Единственное, что у него осталось, — слух. Но его тело было полностью парализовано, так что полноценное общение было невозможно. Вся идентификационная информация была утрачена в ядовитом болоте. Поэтому…

Воспоминание, долгое время скрытое в глубинах разума, медленно всплыло на поверхность. Ча Ый Джэ тихо опустил глаза. Что-то всколыхнулось внутри, но он подавил это чувство.

***

Высокий молодой человек в чёрном боевом костюме стоял, скрестив руки, перед стеклянной стеной. За стеклом находилась стерильно белая комната.

На операционном столе лежал мальчик, тело которого было настолько изуродовано, что его изначальную внешность было невозможно определить. Кто-то мог бы подумать, что это труп, но J знал, что он едва дышит. Несколько подключённых к нему аппаратов поддерживали тонкую нить его жизни.

В этот момент дверь реанимационного отделения открылась, и из неё вышел хирург, вытирая пот со лба. J мягко заговорил:

— Доктор.

Его голос был странно изменён, лишённый каких-либо признаков, позволяющих определить пол или возраст. Высокий рост и крепкое телосложение указывали на то, что он был взрослым мужчиной. Подошедший к нему врач ответил.

— Вы ждали.

Чёрная маска слегка повернулась к врачу.

— Вы сможете его спасти?

Доктор сглотнул, нервно отводя взгляд.

— J, если быть откровенным… я не могу гарантировать.

— …

— Как вы знаете, раны, нанесённые монстрами, сложно лечить с помощью современной медицины. Простые внешние повреждения можно залечить, комбинируя современную медицину и зелья, но…

Взгляд врача устремился на мальчика.

— При таком тяжёлом отравлении — это уже чудо, что он ещё жив. Без противоядия, которое вы продолжаете ему вводить, он давно бы умер.

J молча перевёл взгляд обратно на сцену за стеклом.

В тот вечер в центре района Мангвон-дон появился разлом поглощения. Внезапно возникший разлом беспорядочно поглощал людей и здания, превращая радиус в три километра в руины.

J отправился к разлому в Мангвоне сразу из подземелья в Чхонджу и спустя сутки вышел с чем-то на руках. Ожидавшие охотники подступили к нему, но J сделал шаг назад, давая сигнал не подходить.

На руках у J был небольшой свёрток, плотно укутанный в одеяло.

К нему приблизился знакомый охотник.

— Это разлом с ядом, вы уверены, что всё в порядке, J? И это…

J ответил поспешно, что было для него нетипично:

— Он скоро исчезнет.

— Простите? А другие выжившие…

Взгляд J опустился на свёрток в его руках. Он пробормотал:

— Только этот ребёнок. Больше нет выживших.

С этими словами он исчез вместе с ребёнком. Через мгновение вход в разлом заполнили обгоревшие тела.

J коснулся маски в области рта и произнёс:

— Если есть яд.

— Простите? — переспросил доктор.

— Если яд, которым был покрыт ребёнок, существует. Можно ли использовать его для создания противоядия?

Врач задумался, прикусив губу. Анализ сыворотки отравленного животного для разработки противоядия был распространённой практикой. В последнее время среди пробуждённых появилось несколько мастеров зелий, так что собрать их для исследований, возможно, удалось бы. Но…

— Это возможно, но… я не уверен, сможет ли ребёнок продержаться до тех пор. И хватит ли нам яда…

— Попробуем.

J развернулся, чтобы уйти. Доктор, ошеломлённый, схватил его за руку.

— Простите? Что вы имеете в виду…

— Я соберу его. Я знаю, какой это яд монстра.

— …

— Деньги, время, ресурсы — это неважно. Просто начните.

— …Понял.

— До тех пор лечите его общим противоядием, которое я предоставлю.

Он вышел из душного помещения. Вскоре оказался в коридоре больницы. Взгляды людей провожали его прямую спину. Ожидание, восхищение, благоговение, страх. Часы на его запястье зазвонили, сигнализируя о входящем звонке. J надел гарнитуру и нажал кнопку ответа.

— Это J.

— А, наконец-то дозвонились. Минутку.

Мягкий женский голос раздался из гарнитуры. Это была Хам Сок Джон, директор Бюро управления пробуждёнными.

— В Мокпхо появился разлом. Это разлом 4-го класса, вы справитесь? Рядом нет охотников, способных его подавить.

— Да, конечно. Я пойду один?

— Похоже, что так. Чон Бин занят операцией по подавлению.

— Понял. Подготовьте транспортировку.

— Хорошо, я распоряжусь, чтобы вертолёт был готов на базе.

Хам Сок Джон, очевидно, была занята, так как разговор быстро завершился.

J стремительно покинул здание больницы. Мир, всё ещё хранящий шрамы Дня разлома, был зловеще тих. Смех детей, их весёлые крики, повседневные разговоры людей давно исчезли.

В этой тишине эхом в ушах J прозвучал голос, хриплый и изуродованный ядом.

— Спасите… меня…

J остановился.

Внутри разлома, где всё превратилось в ужасающее месиво из-за яда, J искал слабейшие следы жизни. Надеясь, что они не исчезнут до его прихода, что продержатся ещё немного.

И наконец, среди рухнувших зданий, после того как он разрушил внешнюю стену, J нашёл умирающего мальчика, которого обнимали двое, расплавившиеся от яда. Несмотря на затуманенные и изуродованные глаза, мальчик сумел посмотреть на J. Его маленькие губы дрогнули.

— Пожалуйста, спасите меня.

Этот момент напомнил J самого себя в 17 лет, также отчаянно ищущего помощи…

J не смог не протянуть руку мальчику.

Потому что только он знал всю тяжесть и ответственность, которые заключались в этой руке.

Глава 98

В тот день он ни разу не пожалел, что взял за руку того мальчика в разломе Мангвон. Однако...

Ча Ый Джэ пробормотал равнодушно, засунув руки в карманы своего фартука.

— Ему стало гораздо лучше после постоянного лечения. Ну, полностью он не вылечился. Ему требовались периодические курсы лечения антидотом... но я так и не смог вернуться из разлома в Западном море. Поставка материалов для антидота, должно быть, прекратилась.

Тяжесть на душе была оттого, что он не смог взять на себя полную ответственность. Мальчик, который, вероятно, умер тихо в отсутствии J, все ещё занимал уголок его сердца.

Спас ли J всех, кто вошёл в разлом Западного моря после того, как оставил того мальчика? Нет. Он не спас никого. Более того, он продолжал жить, отброшенный в мир, который существовал без него. Спина героя, некогда идеализированного, была запятнана неудачами.

Может быть, именно поэтому люди, которых он спас из подземелья на Чонно 3-га, были для него особенно ценными. Это были люди, спасённые после бесчисленных ошибок.

Ча Ый Джэ, сам не понимая, зачем рассказывает эту давнюю, разрозненную историю, продолжил говорить с некоторой неловкостью. Он вдруг осознал, что никогда никому её не рассказывал.

Шоркая подошвой ботинка по земле, он добавил:

— Уже восемь лет прошло с тех пор, как я заходил в разлом. Вот так.

— ….

Со Мин Ги молча слушал, без малейшего намёка на сочувствие или беспокойство. Это заставило Ча Ый Джэ почувствовать себя спокойнее. Мужчина, постукивая стилусом по экрану планшета, наконец, заговорил:

— Я просто уточняю, не обижайтесь. Вы когда-нибудь пробовали нанять детективное агентство? Сейчас много центров поручений, которыми управляют охотники.

— Пробовал, но меня выгоняли, как только я упоминал условия. Ну, это можно понять.

— А запрашивали доступ к медицинским записям? Если это было восемь лет назад, записи должны были сохраниться в больнице.

— Конечно, пробовал. Мне сказали, что доступ к записям могут получить только пациент, его семья или законный опекун.

— Хм...

— Ну, J, возможно, смог бы их получить, но я не J, я Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на календарь.

— И к тому же... я не оформлял его в больницу через официальные процедуры.

— …Простите?

Увидев озадаченное выражение Со Мин Ги, Ча Ый Джэ признался в секрете, который давно держал при себе.

— Я, эм, тайно оформил его под именем J. У меня были свои договорённости с больницей.

— Простите?!

Голос Со Мин Ги стал выше на октаву. Ча Ый Джэ лишь пожал плечами.

— В те времена редко принимали тех, кто наверняка умирал. Слишком много людей страдало от монстров, и... не хватало ни персонала, ни больничных коек. Большинство считало, что лучше спасти десять человек, чем пытаться удержать кого-то, кто уже умирает. А в больницах для охотников это ощущалось ещё сильнее.

Три года спустя после Дня разлома. Благодаря усилиям J и Чон Бина Южная Корея восстановила стабильность быстрее, чем другие страны, но хаос всё ещё оставался.

Не существовало детекторов разломов, не было целителей. Единственным лечением ран от монстров были редкие зелья. В таких условиях невозможно было найти место, где предоставили бы кров умирающему от яда гражданскому. Слишком очевидно, что он вскоре умрёт.

Ча Ый Джэ погрузился в воспоминания и добавил:

— И мы держали существование мальчика в секрете от внешнего мира. Это могло бы вызвать проблемы.

— Ах, понимаю. Это могло стать уязвимостью. Особенно для кого-то вроде J.

Кивнув, Со Мин Ги внимательно наблюдал за реакцией Ча Ый Джэ.

— Простите, если это прозвучало слишком резко.

— Нет, вы правы.

Повисла короткая пауза. Какой смысл искать того, кто, вероятно, уже мёртв? И всё же Ча Ый Джэ считал, что обязан найти хотя бы малейший след. Это была обязанность выжившего.

Слегка вздохнув, Со Мин Ги медленно кивнул и убрал планшет.

— Если честно, у нас мало зацепок, так что я не могу гарантировать, что мы его найдём. Но у меня есть идея, с чего начать.

Он серьёзно поправил очки, прежде чем продолжить:

— Давайте начнём с тщательного расследования больницы. Оставьте это мне, сэр. Как называется больница?

Он протянул руку для рукопожатия. Когда обещание совершить преступление вызывало столько доверия? Нет, это был первый раз, когда Со Мин Ги казался настолько надёжным. Ча Ый Джэ вытащил руку из кармана и медленно пожал её.

— Сейчас она называется Национальная больница охотников. Раньше это была частная больница.

— …Простите? Национальная больница охотников?

— Да, национальная.

Лицо Со Мин Ги заметно побледнело. Он начал нервно теребить пальцы, словно пытаясь вытащить руку. Но...

[Способность: Усиленная сила (S+) активирована.]

Ча Ый Джэ никогда не отпускал то, что однажды схватил. Рука Со Мин Ги побелела под крепким захватом. Его голос дрожал, как у козлёнка:

— С-Сэр? У вас действительно сильная хватка.

— Простите? Мы же просто жмём руки.

Сжатие.

— Ай, ай, ай!

— Вы сделаете это, верно?

— А. З-Знаете, Национальная больница охотников тесно связана с крупными гильдиями и большинством больших гильдий, сэр.

— Похоже, она сильно выросла за восемь лет.

— Ай, охрана там тоже очень жёсткая.

— Это я только что узнал.

— …Ай. Ладно, я сделаю всё, что смогу.

— Спасибо.

Только тогда Ча Ый Джэ улыбнулся и ослабил хватку. Со Мин Ги, морщась, достал из инвентаря зелье и вылил его на руку. Ча Ый Джэ тоже достал набор зелий для начинающих охотников, который получил в подарок, и плеснул немного на руку Со Мин Ги.

Как только побелевшая рука снова обрела цвет, Со Мин Ги угрюмо схватился за ручку двери.

— Поймите, на проникновение в национальную больницу может уйти некоторое время.

— Всё в порядке. Я привык ждать.

— Хорошо. Если понадобится что-то ещё, свяжитесь со мной. И если придётся действовать от имени J, свяжитесь со мной или с главой гильдии.

Последняя просьба была неожиданной. Ча Ый Джэ заморгал.

— Почему?

— А? Ну, чтобы вас поддержать, конечно.

Со Мин Ги тоже заморгал. Ча Ый Джэ на мгновение замер, словно его что-то поразило.

Контракт с Ли Са Ёном был заключён, когда Со Мин Ги ещё не знал, что Ча Ый Джэ и J — это один и тот же человек. Теперь, когда он узнал, мог бы потребовать от него чего угодно… почему он этого не делал?

Как только возник один вопрос, за ним последовали другие, переплетаясь, словно верёвки. Ча Ый Джэ вдруг спросил:

— Почему вы так мне помогаете? Это не часть контракта.

— Ну... я сам не знаю, но...

Со Мин Ги неловко поправил очки, чуть приоткрыв свои тёмные круги под глазами. После короткого раздумья он улыбнулся и открыл дверь.

— Может, ваши добрые поступки возвращаются к вам?

— …

— Вы могли не считать это добром, но для кого-то это могло стать спасением.

С этими словами Со Мин Ги махнул рукой и исчез в тени двери. Ча Ый Джэ долго смотрел на тёмный проём, а потом тяжело вздохнул.

***

Бам! Кулак с грохотом опустился на металлический стол, заставив лежащие на нём папки задрожать.

— В последний раз, я не знаю, кто это был. Как я могу знать лицо человека, который носил маску? Вы заставляете меня повторять одно и то же.

Мужчина, сидящий в комнате с множеством мониторов, жевал бумажный стаканчик. Экраны показывали похожие комнаты.

На левом мониторе Хон Ё Сон развалился в комнате для допросов, словно расплавленная слизь. Сидящий напротив охотник снова задал вопрос с обеспокоенным лицом:

— Но охотник Хон Ё Сон, как вы можете быть уверены, что это был J, если вы не видели его лица?

Хон Ё Сон усмехнулся.

— Вы ведь знаете, что J вошёл в первый канал, верно? Это подтвердило, что он жив. Директор лично заверила в его выживании. Это человек, который может уничтожить голема S+ класса одним ударом. И он носил маску. Потом он сказал, что он J. Как я мог ему не поверить? В тот момент я подумал, что спаситель прибыл. Правда. Он пришёл, когда я умирал.

— Почему же вы тогда сбежали?

— Судьба позвала меня.

Хон Ё Сон надулся и принялся нести чепуху. Охотник, допрашивающий его, бессознательно вздохнул.

Перестройка подземелья и его повышение до S+ класса — беспрецедентное событие. Одно это перевернуло бы весь мир, а тут ещё и J появился, чтобы одолеть мастера подземелья S+ класса.

Боже, J сделал это снова! Бюро управления пробуждёнными и Бюро управления разломами одновременно перешли в режим чрезвычайной ситуации. Пока Чон Бин лежал в полуобморочном состоянии в гильдии Совон, Бюро управления пробуждёнными принялось допрашивать «Суперхомяков», не желая упустить ни единой детали.

Но...

— Вы справитесь с этим?

Именно Бюро управления пробуждёнными подвергалось допросам...

«Суперхомяки» оказались слишком могущественными, чтобы их можно было легко прижать. Юн Га Ыль, которую считали самой сговорчивой, воспользовалась своей козырной картой старшеклассницы и сбежала. Ли Са Ён воспользовался правом хранить молчание, испуская такую убийственную ауру, что против него был выписан запретительный приказ.

Единственным, кто говорил, был Хон Ё Сон, но он только нёс бессмыслицу. Глядя на потолок ясными глазами, Хон Ё Сон закричал:

— Когда вы меня отпустите? Мне нужно работать. У меня идеи приходят. Кто возьмёт на себя ответственность, если мои идеи умрут? Мне срочно нужно в Пукхансан!

Охотник неуверенно посмотрел на камеру наблюдения в углу потолка. Это был безмолвный крик о помощи. Однако охотник, жующий бумажный стаканчик, ничем не мог ему помочь.

— О, какие редкие и драгоценные люди собрались здесь.

Глубокий, резонирующий голос вдруг наполнил комнату.

Мужчина средних лет с аккуратно зачёсанными назад чёрными волосами с проседью и лицом, покрытым морщинами, но всё ещё сохраняющим грозное тигриное выражение, беззвучно вошёл в комнату наблюдения и теперь стоял прямо.

Стукнув тростью о пол, охотник, жующий бумажный стаканчик, поспешно встал и склонил голову.

— Ах, охотник Сон Джо Хон, вы здесь! Как вы...

Это был Сон Джо Хон, глава гильдии Самра, одной из трёх крупнейших гильдий Южной Кореи. С громким смехом Сон Джо Хон сделал успокаивающий жест в воздухе, словно пытаясь унять охотника.

— Не беспокойтесь. Я пришёл с разрешения директора.

— Ах, ясно. Да.

— Ну... я уже слышал основную часть истории.

Взгляд Сон Джо Хона переместился на центральный монитор. На другом экране, показывающем комнату для допросов, Ли Са Ён сидел один на металлическом стуле, скрестив ноги и закрыв глаза. На губах Сон Джо Хона заиграла мягкая улыбка.

— J вернулся, верно?

Глава 99

— J вернулся, верно?

Внезапное заявление заставило охотника неожиданно закашляться. Хотя выживание J было общеизвестным фактом, его непосредственное возвращение знали лишь немногие в Бюро управления пробуждёнными. Тем более, что новости пришли совсем недавно…

Заметив скептический взгляд, Сон Джо Хон мягко вздохнул для эффекта.

— Товарищ, сражавшийся с нами бок о бок, вернулся с грани смерти. Как я мог не поспешить сюда? Наверное, старею. Хаха.

— Хаха…

Охотник бездушно рассмеялся, бросив короткий взгляд на Сон Джо Хона, поднимая упавший бумажный стаканчик.

«Где он вообще мог это услышать?»

Несмотря на подозрительный взгляд, Сон Джо Хон продолжал спокойно улыбаться. Он слегка постучал тростью о пол.

— Хорошая стойкость… как и полагается таланту из Бюро управления. Но не стоит быть таким настороженным.

— Простите?

— Я уже всё слышал. Да, от человека, которого вы тоже знаете.

Сон Джо Хон подмигнул игриво. Морщинки вокруг его глаз приятно сложились. В то же время давление, которое он незаметно оказывал с самого начала, слегка ослабло. Охотник натянуто улыбнулся, вытирая холодный пот с виска.

Пробуждённые, появившиеся в первые полгода после Дня разлома, теперь классифицировались как ранние пробуждённые или пробуждённые первого поколения. Именно они первыми открыли свои способности, сражались с монстрами на передовой и атаковали подземелья в условиях хаоса и дезинформации.

С тех пор прошло одиннадцать лет, и большинство пробуждённых первого поколения либо погибли, либо были слишком сильно ранены, чтобы продолжать деятельность. Исключением стали лишь единицы.

Человек с тигриным взглядом наблюдал за охотником с мягкой улыбкой. Его низкий, хриплый голос прозвучал почти шёпотом:

— Подробностей я не знаю… но хотел бы услышать.

Сон Джо Хон был одним из таких редких людей. Он основал первую в Корее гильдию Самра, которой до сих пор успешно управлял, и несмотря на свой средний возраст, его растущий класс делал его примером для подражания среди охотников.

Сон Джо Хон тёр ручку своей трости большим пальцем.

— Всё верно. Расскажите мне всё, не торопитесь. Не беспокойтесь.

Охотник внезапно задумался, почему он вообще сомневался в нём. Разве Сон Джо Хон не давал интервью о J в документальных фильмах? Если нельзя доверять такому человеку, как он, то кому тогда можно? Выпрямившись, охотник медленно кивнул и отложил бумажный стаканчик в сторону.

— Да, понял. Что бы вы хотели узнать?

— Хм.

В глазах Сон Джо Хона больше не было сомнений. Он довольно кивнул.

— Я хочу узнать больше о возвращении J…

Его острый взгляд скользнул на монитор.

— Он действительно сам это сказал? Кто-нибудь вообще видел его живым?

— Да, согласно словам руководителя группы Чон Бина. Но даже он не встречал его напрямую, он слышал это от Хон Ё Сона. Кажется, именно Хон Ё Сон встречался с ним…

— Где сейчас Чон Бин?

— На восстановлении в гильдии Совон.

— А могу ли я встретиться с Хон Ё Соном лично?

— Это будет немного тру…

Прежде чем охотник успел договорить, Сон Джо Хон снова потер трость. Глаза охотника слегка помутнели. Проглотив ком в горле, он открыл рот:

— Это возможно…

БАХ!!

— Ах!

Громкий взрыв раздался из динамика. Охотник вскрикнул и сразу же пришёл в себя. Он быстро проверил монитор.

Всё было как раньше, за исключением одного экрана. Это была комната допроса, где находился Ли Са Ён.

Он отбросил металлический стол в угол комнаты и теперь спокойно сидел, закинув ногу на ногу. Центр стола был вмят. Охотник схватился за голову.

— Только всё вроде бы стало спокойно…

Сон Джо Хон щёлкнул языком.

— Ли Са Ён снова за своё. У вас непростая работа.

Охотник, всё ещё держась за голову, встал с мрачным лицом и схватил противогаз.

— Простите, охотник Сон Джо Хон. Мне нужно идти.

— Идите. Лучше остановить это, пока не стало хуже.

— Да, да. Спасибо за понимание!

Быстро кивнув, охотник выбежал из комнаты с мониторами. Оставшись один, Сон Джо Хон отодвинул стул тростью и встал перед монитором. Крепко сжав ручку своей трости, он пристально уставился на экран без намёка на улыбку.

Ли Са Ён снова сел в металлическое кресло, закинув ногу на ногу. Наклонившись чуть вперёд, он посмотрел вверх. Его фиолетовые глаза прямо встретились с камерой наблюдения, будто пробивая пространство до комнаты мониторов. Его губы плавно изогнулись в улыбке. Ли Са Ён беззвучно произнёс слова.

— Не так, как тебе хочется.

Губы Сон Джо Хона исказились в яростной усмешке.

— Щенок…

Они пристально смотрели друг на друга, словно вступив в молчаливую дуэль. Тем временем на мониторе появился охотник, который выбежал из комнаты наблюдения, врываясь в комнату допроса Ли Са Ёна и тяжело дыша. Ли Са Ён отвёл взгляд к нему, как будто и не смотрел на камеру. Наблюдая за этим, Сон Джо Хон достал телефон. После короткого гудка звонок был принят.

— Это Сон Джо Хон.

Его лицо стало ледяным, без следа прежней улыбки.

— Давайте встретимся как можно скорее.

Он ещё раз мельком глянул на мониторы, затем без колебаний вышел из комнаты. Звук его шагов постепенно стихал.

***

Тусклая улица освещалась лишь мерцающими фонарями. Хотя этот переулок никогда не был оживлённым, сегодня он выглядел особенно безлюдным.

Ча Ый Джэ немного прибавил громкость телевизора и запустил на телефоне ASMR-видео с нарезкой зелёного лука, оставив его на прилавке. Небольшие звуки наполняли ресторан, делая атмосферу чуть более сносной.

Через некоторое время Ча Ый Джэ снял влажные резиновые перчатки, повесил их на прищепку и украдкой взглянул на дверь. Прошло уже несколько дней с тех пор, как Со Мин Ги наведывался сюда, и до сих пор не было никаких новостей от тех, кто отправился в эродированное подземелье вместе с ним.

Понятно, что Чон Бин ничего не знает о его личности, а Хон Ё Сон занят и не может часто приходить, но у него есть кое-что, что нужно забрать. Ча Ый Джэ раздражённо уставился в потолок.

«Сказал, что займёт неделю, а сам врал…»

«Думаешь, сколько времени это займёт? Максимум неделя. Как только закончу, отправлю её через Ккокко».

То, что он ждал, было маской.

Какой смысл было объявлять о возвращении J, если у Бюро управления не было намерения раскрывать его, а он не мог действовать в одиночку без этой маски? Сжав зубы, Ча Ый Джэ стянул с себя фартук.

«И почему Ли Са Ён тоже не выходит на связь?»

Бюро держало его и не отпускало, или случилось что-то ещё? Ча Ый Джэ тяжело вздохнул, развязывая плотно затянутые завязки фартука.

Ему также было любопытно, что за осколок нашла Юн Га Ыль, но она тоже не появлялась. Хотя он знал, в какой школе она училась, это была школа для девочек, и пойти туда было бы слишком уж странно.

В этот момент Ча Ый Джэ резко поднял взгляд. Он почувствовал знакомое присутствие у двери. Не раздумывая, он выбежал из кухни, через зал, к двери и распахнул её.

— Эй, ты…!

Но переулок остался таким же пустым, как и прежде. Ча Ый Джэ огляделся и затем опустил взгляд. Почему он не заметил этого раньше? У двери лежала большая чёрная фигура, напоминающая коробку, в которой в прошлый раз сидела Ккокко.

Это был Ли Са Ён.

В противогазе и чёрном пальто, он сидел, съёжившись у двери, выглядя до крайности жалким. Ча Ый Джэ лишился слов, поднял взгляд к небу, затем снова посмотрел на неподвижного Ли Са Ёна.

Аккуратно выйдя из ресторана, он почувствовал, как холодный ночной воздух коснулся его щёк и волос. Ча Ый Джэ уставился на кудрявую макушку Ли Са Ёна, затем присел рядом.

— …

— …

Где-то неподалёку застрекотал кузнечик. Несмотря на холод, кузнечики всё ещё появлялись. Ча Ый Джэ скосил глаза, посмотрев на Ли Са Ёна сбоку. Тот оставался молчалив. В ночном небе вместо луны и звёзд кружились чёрные дыры, а между трещинами тротуарных плит ползала пухлая муравьиха.

Когда же они уберут этот слегка обветшалый баннер с надписью «Поздравляем с пробуждением», который лениво колыхался на ветру? Ча Ый Джэ, наблюдая за знакомыми и привычными деталями, пробормотал:

— Почему ты просто сидишь тут?

— Просто.

Ответ прозвучал на удивление быстро, учитывая предшествующее молчание. «Просто», как же. Ча Ый Джэ с глухим ворчанием поднялся. Встав перед Ли Са Ёном, он слегка пнул носком кроссовки его чёрные ботинки. Ли Са Ён медленно поднял голову.

Ча Ый Джэ, одной рукой всё ещё держа её в кармане фартука, протянул другую.

— Вставай. Суставы коленей не выдержат.

— …

Линзы противогаза уставились на протянутую руку. Тонкие шрамы на крепкой ладони поблёскивали слабой золотистой цепью. Ча Ый Джэ слегка встряхнул руку.

— Хватай быстрее. Мне нужно закрыть ресторан.

Несмотря на это, Ли Са Ён остался сидеть, даже плюхнувшись на землю ещё ниже. Не собирается вставать? Когда Ча Ый Джэ уже собирался убрать руку, холодная кожаная перчатка крепко схватила её. Прежде чем он успел опомниться, чёрная рука резко дёрнула его вперёд.

Ча Ый Джэ потерял равновесие и полетел вперёд, его глаза широко распахнулись. Железная дверь стремительно приближалась.

«Этот парень отплачивает доброту враждебностью?!»

Прежде чем негодование успело дойти до головы, и прежде чем он смог удержаться второй рукой, которую всё ещё держал в кармане, что-то крепко схватило его за талию и потянуло обратно. В следующий момент...

— …

Ча Ый Джэ оказался в крепких объятиях, которые уже стали ему слишком знакомыми, прижавшись к твёрдой груди.

Глава 100

Сладкий запах коснулся кончика его носа, а мягкие пряди волос, смешанные с холодным ощущением противогаза, скользнули по затылку. Ча Ый Джэ невольно вздрогнул. Обычно он быстро оценивал ситуации, но сейчас его разум не работал должным образом.

Тук-тук-тук… Громкий стук учащенного сердца эхом отдавался вокруг. Чьё это сердце, он не мог понять. Сквозь приоткрытую дверь пробивался слабый красноватый свет и доносились звуки телевизора.

В углу, куда не доходил свет, Ча Ый Джэ находился в объятиях Ли Са Ёна. Точнее, он неловко уклонился, наполовину сидя у него на ногах. Ча Ый Джэ тихо моргнул.

«…Что это такое?»

Даже после того как он примерно осознал ситуацию, в голову пришла только эта мысль. Его разум был переполнен вопросами. Почему этот парень прячется у двери, внезапно тянет его к себе и обнимает? Зачем? Насколько он знает, единственный раз, когда Ли Са Ён проявлял физический контакт, был, когда он страдал в подземелье.

Неужели он ранен? Но явного запаха крови не было. Если нет, может, внутренние травмы...

Пока его мысли кружились, кожаный палец мягко скользнул по тыльной стороне руки Ча Ый Джэ. Казалось, он всё ещё не отпустил его руку, схваченную ранее. Ча Ый Джэ высказал свои мысли без колебаний:

— Что с тобой вдруг? Ты где-то ранен?

Бесстрастный ответ прозвучал прямо у его уха:

— Просто.

— «Просто» — это не объяснение! Эй, вставай. Что ты тут делаешь, сидишь в углу, как мокрая курица?

Если он действительно не ранен, нет смысла оставаться в таких объятиях. Ча Ый Джэ резко ответил и попытался оттолкнуть руку, которая держала его. Однако вместо того чтобы отпустить, Ли Са Ён сжал её сильнее, переплетая их пальцы.

Ча Ый Джэ расширил глаза и посмотрел на голову Ли Са Ёна, уткнувшуюся ему в шею.

— Что ты делаешь?

Низкий голос прозвучал почти как обиженное бормотание:

— Просто побудь так немного.

— Что значит «побудь так»…

Бормоча недовольно, Ча Ый Джэ перестал пытаться освободить руку. Казалось, что его использовали в качестве какого-то утешительного предмета. Пальцы Ли Са Ёна, переплетённые с его, слегка пошевелились, будто щекоча костяшки на тыльной стороне его руки.

Вздохнув коротко, Ча Ый Джэ взглянул на темноту, словно на вращающийся чёрный провал, и заговорил:

— Так почему ты был здесь, в таком виде?

— …

— Если пришёл, мог бы просто постучать, как в прошлый раз.

Он вспомнил день, который походил на сцену из фильма ужасов. После того как они избавились от незваного гостя, Чон Бина, этот человек в противогазе вдруг потребовал сделки у того, кто мыл посуду. До того момента он казался просто наглым безумцем. С каких пор он стал настолько бесцеремонным?

Ничто в мире не пугало сильнее времени. Перед временем ничто не остаётся неизменным. Люди и их отношения — всё меняется.

То же самое происходило и с Ча Ый Джэ, который избегал времени целых восемь лет. Видеть, как наглый безумец превратился в более-менее надёжного товарища, было странно. В прошлом он бы просто выставил его за дверь.

В этот момент Ли Са Ён заговорил:

— Если бы я оставался здесь…

— …

— Я подумал, что ты можешь выйти.

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Ли Са Ён поднял голову. Сквозь линзы были видны его прищуренные глаза. На его губах играла лёгкая улыбка.

— Ты действительно вышел.

Эти глаза почему-то выглядели счастливыми.

Ча Ый Джэ, который смотрел в глаза за линзами, быстро отвёл взгляд и сменил тему:

— Так почему… ты только сейчас выбрался из подземелья?

— Да.

— Я думал, ты придёшь и начнёшь расспрашивать о том и о сём…

— Так получилось. По разным причинам.

— Почему задержался? Был занят?

Движение пальцев прекратилось. После недолгой паузы Ли Са Ён ответил:

— Меня задержали под предлогом расследования.

— Расследования?

— Мне пришлось придумывать оправдания, почему я не встретился с какой-то важной персоной. Хотя это была ложь, которая всё равно не сработала бы.

Его, вероятно, допрашивало Бюро управления пробуждёнными, пытаясь узнать хоть что-то о J.

Ну, конечно, они не отпустили бы его просто так. Они наверняка пытались выжать любую информацию, учитывая беспрецедентность ситуации. Даже если пришлось бы насильно задержать кого-то вроде Ли Са Ёна. Видимо, они были отчаянны по-своему. Ча Ый Джэ спросил:

— Хон Ё Сон и Га Ыль тоже?

— Юн Га Ыль сделали поблажку, потому что она старшеклассница, а Хон Ё Сон… ну, думаю, его тоже задержали.

Вот почему он не пришёл. Ча Ый Джэ коротко вздохнул.

— Бюро всё ещё такое, да?

— …

Ли Са Ён лишь пожал плечами, выглядя немного уставшим.

«…Это нормально?»

Немного поколебавшись, Ча Ый Джэ поднял свободную руку и начал похлопывать круглую голову. Честно говоря, волосы Ли Са Ёна были настолько мягкими, что это доставляло удовольствие. Ли Са Ён, который слегка поднял голову, словно хотел что-то сказать, ответил медленно:

— Всё нормально. Благодаря этому я смог кое-что уладить… Чон Бина тоже выписали.

— Правда?

— Да. Если он понял ценность жизни, больше не будет нас доставать…

Это была приятная новость. Ча Ый Джэ спросил:

— С Чон Бином всё в порядке? Он может двигаться?

— Даже с гипсом на руке он двигался нормально.

Тон был небрежным. Сложно было привыкнуть к его манере говорить, которая прыгала, как мячик для пинг-понга, в зависимости от темы.

Пока он похлопывал его по голове, что-то ещё зацепилось за палец. Это, вероятно, была лямка, удерживающая противогаз. Ча Ый Джэ просунул палец под лямку и потянул её вверх. Ли Са Ён поднял голову. Когда лямка слетела, противогаз снялся, обнажив лицо с лёгким недовольным выражением.

Ча Ый Джэ, довольный, закрутил лямку от противогаза вокруг пальца.

— Что ты делаешь.

— Снимай противогаз, когда разговариваешь с людьми.

— …

Ли Са Ён отпустил талию Ча Ый Джэ и отступил назад. Далеко уйти он не мог, так как за ним была железная дверь. Однако их переплетённые руки он всё ещё не отпускал. Ча Ый Джэ цокнул языком.

— Серьёзно, тебе не нужно беспокоиться о яде. Я в порядке.

— Что, у J есть способность S-класса к детоксикации?

— …

Иногда сарказм Ли Са Ёна попадал в точку. Когда Ча Ый Джэ промолчал, Ли Са Ён прищурил глаза.

— …У тебя есть?

— …Ну.

— Тогда почему ты плевался кровью?

Разговор снова вернулся к этой теме. С мрачным лицом Ча Ый Джэ признал правду:

— В тот момент способность не сработала. Может, потому что это был первый контакт с таким ядом.

— А… Ты ожидаешь, что я в это поверю?

— Это правда.

— Разве способность может не сработать?

Что он мог поделать, если это была правда? Настоящая проблема заключалась в том, что яд Ли Са Ёна был настолько сильным, что его способность не смогла сразу его нейтрализовать. Однако глубокое недоверие Ли Са Ёна, похоже, не собиралось исчезать.

Ли Са Ён всё ещё смотрел на Ча Ый Джэ с подозрением, как детектив, сравнивающий фоторобот с подозреваемым. Ча Ый Джэ бросил взгляд на старую железную дверь, на которую опирался Ли Са Ён, прежде чем заговорить:

— Но нам правда нужно делать это прямо перед дверью?

— А что?

— Мы могли бы зайти в ресторан и поговорить, не так ли? Зачем сидеть в углу, как сейчас?

— Подышать свежим воздухом.

— Чушь… Давай, вставай.

Подпрыгнув на коленях, чтобы подняться, Ча Ый Джэ крепко схватил переплетённую руку и потянул. Ли Са Ён сопротивлялся, но сила Ча Ый Джэ победила. В конце концов, Ли Са Ён пошатнулся, но поднялся на ноги.

Ча Ый Джэ осторожно разъединил их переплетённые пальцы. Ли Са Ён недовольно пробурчал и сунул руки в карманы своего пальто. Ча Ый Джэ поднял обе руки.

— Всё, готово. Повеселился?

— Ага, конечно…

Ли Са Ён кивнул подбородком в сторону ресторана.

— Если закрытие ресторана для тебя важнее, я, наверное, должен тебя отпустить.

Ча Ый Джэ замер. Потому что, несмотря на сарказм, он почувствовал странное облегчение.

«Я сошёл с ума…»

Ча Ый Джэ быстро вошёл в открытую дверь и сразу же схватил метлу. В этот момент снаружи раздался низкий голос:

— Ча Ый Джэ.

Когда Ча Ый Джэ, держа метлу как бейсбольную биту, двинулся к двери, чтобы прогнать уже раздражающего Ли Са Ёна,

— J.

Имя остановило его на месте. Через стеклянное окошко в железной двери он увидел Ли Са Ёна, который, слегка согнувшись, смотрел на него. Его пухлые губы слегка шевельнулись.

— Ый Джэ, J. Ый Джэ, J, Ый Джэ…

Повторяя это несколько раз, Ли Са Ён тихо смотрел на него. Его губы изогнулись в слабой улыбке. Он спросил с ленивой интонацией:

— Мне всегда было интересно, почему ты выбрал себе псевдоним J.

— …

— Теперь я понял…

Уголки губ Ли Са Ёна приподнялись, когда он специально медленно произнёс:

— Ты назвал себя J, просто перевернув своё имя, верно?

— …

— Как просто.

Это раздражало, но он не мог возразить. Это была правда. Любой, кто знал и Ча Ый Джэ, и J, мог бы легко это понять. Но так как таких людей не было, это было относительно безопасно. По крайней мере, до этого момента.

Ли Са Ён, выглядя довольным, махнул рукой.

— Я давно хотел это спросить.

— …

— Вот зачем я сегодня пришёл. Просто чтобы это подтвердить.

— …

— Теперь я могу...

Смотря на лицо Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ не заметил в нём признаков лжи. Ли Са Ён распахнул дверь. Прежде чем дверь закрылась, через узкую щель раздалось тихое прощание:

— Спокойной ночи, хён.

Щёлк. Дверь закрылась. Ча Ый Джэ обдумывал последние слова, которые он не расслышал полностью, но которые всё равно ясно прозвучали в его ушах.

«Это то, что я тоже хотел сказать.»

Из телевизора раздался радостный крик. Ча Ый Джэ наконец пришёл в себя, вытащил телефон и визитку из кармана фартука. Только он собрался ввести номер Со Мин Ги, как пришло сообщение.

010-XXXX-XXXX: Это Со Мин Ги. У меня есть информация. Завтра зайду.

Это было сообщение от Со Мин Ги «Маленького чуда».

Глава 101 - Разрушенное место

Тук, тук, тук. Быстрые шаги раздавались в длинном коридоре. Они были почти такими же стремительными, как у бегущего человека.

Люди в коридоре поспешно расступались при внезапном приближении фигуры. Однако, узнав владельца обуви, их лица сменяли раздражение на удивление, а затем на радушное выражение. Охотник, проливший кофе на руку, выкрикнул:

— Руководитель группы Чон Бин! Вы вернулись?

— Да, давно не виделись. Как вы? Ох, вы пролили из-за меня?

— Нет! Это у меня немного дрожат руки!

— Как ваше здоровье, руководитель группы?

— Ха-ха, всё хорошо. Скоро поправлюсь, так что не волнуйтесь.

— Пожалуйста, берегите себя!

— Спасибо.

Правая рука Чон Бина была в гипсе, а лицо покрыто пластырями, придавало ему жалкий вид, но его мягкая улыбка оставалась неизменной.

Однако это длилось недолго. Пройдя через оживлённый коридор и спустившись под землю, его улыбка постепенно исчезла с лица. Шаги становились всё быстрее, пока он почти не перешёл на бег.

В Бюро управления пробуждёнными находились специальные камеры содержания и допросные комнаты для захваченных пробуждённых преступников. Доступ к ним был разрешён только обладателям соответствующих полномочий, и находились они глубоко внутри здания, доступ к которым осуществлялся только на лифте.

Чон Бин приложил своё удостоверение охотника к устройству аутентификации в лифте.

[Авторизация подтверждена. S-класс охотник Чон Бин из Бюро управления пробуждёнными, добро пожаловать.]

Чон Бин, прилежный сотрудник Бюро управления пробуждёнными, вернулся в бюро сразу после досрочной выписки из больницы. Он не мог уснуть из-за гнетущего предчувствия.

И, как говорится, плохие предчувствия редко бывают ошибочны. По возвращении его встретил сломанный стол в допросной комнате и Ли Са Ён, сидящий криво перед ним. Прошло немало времени с момента госпитализации Чон Бина, но Ли Са Ён всё ещё находился под стражей в бюро. И он всего-то сломал стол без особого сопротивления!

Чон Бин улыбнулся.

«Это плохо».

И это пугало его ещё сильнее. Если бы Ли Са Ён устроил хаос в допросной, Чон Бин, возможно, почувствовал бы себя немного спокойнее. Ли Са Ён был гораздо страшнее, когда был тихим.

Чон Бин быстро двинулся, чтобы уладить ситуацию. Он ворвался в допросную Ли Са Ёна, и, как только их взгляды встретились, сразу же предложил ему покинуть бюро, пообещав лично посетить гильдию Падо.

Однако Ли Са Ён не выглядел особенно сердитым. Он не стал ни критиковать, ни насмехаться над Чон Бином за его поспешность. Вместо этого он жестом подозвал его ближе и прошептал на ухо:

— Я не чувствую присутствия Хон Ё Сона с прошлого дня.

— Что вы имеете в виду… Хон Ё Сон всё ещё здесь?

Чон Бин нахмурился. Он распорядился отправить Хон Ё Сона в деревню Чан в Пукхансане после простой проверки. Ли Са Ён ответил беспечно:

— Был. Но больше нет.

Его тон звучал намёком. Ли Са Ён похлопал Чон Бина по плечу и покинул допросную.

— Вам стоит лучше следить за внутренним порядком.

Дзинь, загорелась кнопка лифта, оповещая о прибытии на цокольный этаж, и двери открылись. Чон Бин выпрямился и зашагал по тёмному коридору.

В конце коридора находилась плотно закрытая железная дверь. Перед ней стояли охотники, заложив руки за спину, охраняя проход. Их лица были знакомы Чон Бину — это были его непосредственные подчинённые. Охотники склонили головы.

— Здравствуйте, руководитель группы.

— Не ожидал вас здесь увидеть. Сейчас ведь нет задержанных пробуждённых. И я не получал никаких специальных отчётов.

— …

— Я не давал приказов охранять это место. Кто велел вам здесь стоять?

— …

Охотники не отвечали, глядя прямо перед собой. Чон Бин улыбнулся и спросил:

— Не могли бы вы открыть дверь для меня?

— Это невозможно.

— Хм, странно.

— …

— Насколько я знаю, нет мест в Бюро управления пробуждёнными, куда я не могу попасть…

Не дожидаясь, пока охотник потянется к чему-то на поясе, Чон Бин без предупреждения ударил по двери ногой.

БУМ—!!

Массивная железная дверь прогнулась внутрь с громким грохотом, и в помещении раздался крик.

— Аааа! Что происходит?

— О, вот вы где?

— Чт–? Господин госслужащий, вы пришли меня спасти!

Хон Ё Сон, прикованный цепями к стулу, поднял голову с полными слёз глазами. Однако, заметив пластырь на лице Чон Бина и его руку в гипсе, Хон Ё Сон склонил голову набок.

— Или нет? Вы тоже попались?

— Эх…

К счастью, на теле Хон Ё Сона не было следов побоев или пыток. Он просто был закован в цепи в камере. Уже это само по себе было серьёзным делом. Чон Бин тяжело вздохнул и обернулся. Охотники, которые ранее блокировали дверь, стояли напротив него с теми же неизменными выражениями на лицах. Проведя рукой по волосам, Чон Бин задал вопрос:

— Почему Хон Ё Сон всё ещё здесь?

— …

— К этому времени он уже должен был быть в деревне Чан в Пукхансане. Кто приказал держать его здесь?

— …

— Я не понимаю, почему я до сих пор не получил ответа.

— Хех.

В этот момент голова одного из охотников у двери повернулась под неестественным углом. Его глаза потемнели, сосуды лопнули, и они приобрели пугающий красный оттенок.

Чон Бин снова вздохнул. Скре-е-еп. Чёрная цепь с холодным металлическим звуком обвилась вокруг его левой руки.

— Вот чёрт… Стоило мне немного отлучиться, и всё обернулось таким образом. Снова приходится разгребать.

— Что происходит? Разве это не охотники из Бюро?

— Кто знает. Может, самозванцы, а может, кто-то вмешался в разум моих подчинённых. Похоже, меня недооценили.

Чон Бин холодно бросил эти слова и шагнул вперёд. Тела охотников начали выгибаться ещё более уродливо. Звук металла становился всё отчётливее. Не оборачиваясь, Чон Бин сказал:

— Хон Ё Сон, пожалуйста, отодвиньтесь насколько возможно.

— А? Но я же прикован к стулу!

— Ноги-то у вас свободны, верно? Прижмитесь к стене.

— Вот же…

Бормоча что-то недовольное, Хон Ё Сон неловко подвинулся в угол комнаты.

В этот момент из костюма охотников вырвались чёрные шипы.

Скрип, скрип… Неприятный, жуткий звук напоминал жужжание крыльев насекомых. Шипы, сталкиваясь друг с другом, издавали зловещий шум.

КА-КА-КА-КАНГ!!

Шипы ринулись в сторону Чон Бина.

***

Поздним днём, перед самым временем подготовки, в ресторане с супами от похмелья оставалось всего два посетителя.

Бип.

— С вас 60 000 вон.

— Вот.

Пчела протянула карту. Ча Ый Джэ быстро и ловко завершил оплату и вернул ей чек и карту. Однако Пчела не спешила уходить, задержалась у кассы и тихонько прокашлялась.

Ча Ый Джэ посмотрел на неё с любопытством. Вопрос, который она задала, оказался неожиданным.

— Как здоровье вашей бабушки?

— Простите?

— Ну, на двери же было объявление? О том, что вы закрыты на день, чтобы отвезти бабушку в больницу.

Она, должно быть, имеет в виду фальшивое объявление, размещённое во время выставки мастеров. Ча Ый Джэ ответил, убирая на прилавке:

— О, теперь всё хорошо.

— Правда? Вот и хорошо.

— Что заставило вас спросить?

— Ничего особенного. Наша гильдия сейчас заключает контракт с фармацевтической компанией.

— Пчела, — тихо предостерёг её стоящий рядом руководитель группы Хан.

Пчела бросила на него взгляд и возразила:

— Зачем скрытничать? Контракт почти подписан. Всё равно новости разлетятся через несколько дней.

— Но даже так лучше держать это в секрете. Здесь часто бывают охотники…

— Мы последние клиенты перед подготовкой, так что? Я всё проверила перед тем, как заговорить.

Руководитель группы Хан покачал головой с явным разочарованием. Пчела положила карту и чек в кошелёк, улыбнулась Ча Ый Джэ и сказала:

— Если у вас есть свободные деньги, подумайте о том, чтобы купить акции. Скорее всего, они взлетят. Это важное дело.

— Хм…

— Сможете на вырученные деньги облегчить больничные счета. Я пошла!

Махнув рукой, Пчела покинула ресторан. Руководитель группы Хан, приложив палец к губам в жесте призыва к осторожности, быстро последовал за ней. Лязг, щёлк. Дверь закрылась. Ча Ый Джэ проверил выручку и задумался:

«Она специально поделилась конфиденциальной информацией?»

Если руководитель группы Хан настаивал на секретности, это, вероятно, что-то серьёзное. Может, Пчела переживала из-за его трудностей с больничными счетами? Он оценил её намерение… Ча Ый Джэ почесал затылок.

— Хм, ценная информация. Рестораны с супами от похмелья действительно могут быть источником инсайдерской информации.

Из-за спины Ча Ый Джэ раздался знакомый голос. Не раздумывая, он нанёс удар кулаком, но, к счастью, ничего не сломал. Лишь дрожащий голос отозвался:

— О, у вас отличная реакция… Здравствуйте, уважаемый клиент…

Голос донёсся из тени под стулом за прилавком. Ча Ый Джэ присел перед стулом и ответил:

— На этот раз прощу, но больше так не появляйтесь.

— Благодаря вашему океанскому великодушию мне удалось остаться в живых. Осторожность превыше всего.

Вылезая из-под стула, Со Мин Ги выпрямился и поклонился.

— Перед тем как начать разговор, одну минутку.

Со Мин Ги достал из своего инвентаря маленький круглый предмет и нажал на него. Белый туман распространился, прилипая к оконным стёклам снаружи. Надев солнцезащитные очки, Со Мин Ги продолжил:

— Хотя вряд ли кто-то подглядывает, лучше перестраховаться, учитывая серьёзность ситуации.

— Как вы сами подслушивали, Со Мин Ги-щи?

— Конечно.

Со Мин Ги без зазрения совести ответил, вынимая из инвентаря планшет. Ча Ый Джэ сунул руки в карманы своего фартука и спросил:

— Нашли что-нибудь полезное?

— Если перейти к сути… С помощью Романтичного открывателя мы провели тщательное расследование национальной больницы.

Со стилусом между пальцев, Со Мин Ги прикоснулся к виску и сказал:

— Там вообще нет никаких записей.

— …Что?

— Абсолютно никаких записей в национальной больнице. Всё подозрительно чисто.

— …

— Разве это не странно? Есть записи о пациентах, которые были гораздо раньше, но записи о вашем друге, которого вы упоминали, отсутствуют.

Такое возможно? Ча Ый Джэ нахмурился, запутавшись. Он задумался, могло ли это быть связано с тем хаосом, который происходил в те времена. После паузы он заговорил:

— Если вдруг это изначально упустили…

— Обычная больница разработала антидот благодаря тому другу и получила спонсорство от вас, не так ли? Должна быть какая-то запись. Деньги и предметы должны были пройти. Особенно там, где есть деньги, всегда остаются следы. Но чтобы настолько чисто…

— …

— В конце концов, остаётся только один вывод.

Глаза Со Мин Ги засверкали, когда он указал стилусом на Ча Ый Джэ.

— Кто-то намеренно стёр записи о вашем друге. Очень чисто. Как будто он никогда не существовал.

Глава 102

— Кто-то намеренно стёр записи о вашем друге. Очень чисто. Как будто он никогда не существовал.

Кто-то стёр записи. Но кто и зачем? Кто же может быть этот ребёнок?

Ча Ый Джэ неподвижно смотрел на ручку, указывающую на него. Со Мин Ги убрал руку и, скрестив руки на груди, пробормотал:

— Но это точно подозрительно. Информация настолько чисто стерта, что начинаешь задаваться вопросом, почему кто-то пошёл на такие меры. Очень немногие люди или организации способны на такую масштабную манипуляцию данными. И разве это не тот ребёнок, которого J лично им доверил? Я бы даже не рискнул его тронуть из страха.

Со Мин Ги передёрнул плечами. Ча Ый Джэ слушал его искренние разглагольствования вполуха. Одна фраза засела в его голове, как заноза: «Люди или организации, способные на масштабные манипуляции данными».

Поразмыслив некоторое время, Ча Ый Джэ скрестил руки и спросил:

— Какие именно люди или организации могли бы манипулировать информацией в таком масштабе, как вы говорите, Со Мин Ги?

— О, подождите немного.

Со Мин Ги пробормотал, включая экран планшета.

— Чтобы настолько чисто упорядочить информацию… Это должно быть, как минимум, Бюро управления пробуждёнными или одна из трёх крупнейших гильдий. Или кто-то вроде Скумбрии... Да, позвольте мне кратко это изложить. Секунду.

Бюро управления пробуждёнными, три крупнейших гильдии Южной Кореи, Скумбрия.

Ча Ый Джэ нахмурился, услышав внезапно знакомое название рыбы. Это же не рынок Норянджин, так зачем здесь упоминается Скумбрия?

Однако выражение его недоумения постепенно сменилось шоком. В памяти всплыли разговоры между охотниками во время инцидента с магическим камнем.

«Сегодня я собираюсь на рынок Норянджин, чтобы спросить у скумбрии».

«Скумбрия действительно сможет его найти?»

«Если нет, то пусть снимает с себя звание лучшего информатора Кореи».

Неужели Скумбрия — это имя человека? Ча Ый Джэ потёр лоб, осознавая, что узнал то, о чём предпочёл бы не знать.

Сейчас в моде странные имена охотников? Но на мгновение он успокоился, увидев, как Со Мин Ги серьёзно что-то записывает.

Ну, учитывая странные имена охотников, Скумбрия не так уж плох. По крайней мере, это существительное.

В этот момент Со Мин Ги поднял взгляд.

— Я почувствовал себя немного странно. Вы только что что-то сказали, сэр?

«Пронырливый парень».

— Нет.

— Понял. Возможно, глава гильдии злословит обо мне. Ну, давайте продолжим.

Ча Ый Джэ кивнул. Со Мин Ги протянул ему планшет. На экране красовался знакомый красный заголовок готическим шрифтом:

[Краткое изложение фракций].

Больше на экране ничего не было, кроме заголовка. Ча Ый Джэ, ожидавший увидеть сводку, уставился на готический шрифт. Тем временем Со Мин Ги поправил очки и заговорил:

— Как я уже упоминал, очень немногие организации могут настолько чисто манипулировать информацией. Особенно если речь идёт о национальной больнице для охотников. Либо вмешалось Бюро управления пробуждёнными, либо это одна из трёх крупнейших гильдий Южной Кореи: Падо, Самра, Совон. Кроме того, это могла быть гильдия HB.

Со Мин Ги жестом предложил Ча Ый Джэ пролистнуть экран. Когда тот провёл пальцем, перед ним появилась яркая картинка с изображением скумбрии.

— Людей, способных на это, ещё меньше. Единственный человек — лучший информационный дилер Южной Кореи, Скумбрия. Они работают на рынке Норянджин, и их информация обычно весьма полезна. Однако!

Со Мин Ги вновь жестом предложил пролистнуть. На экране появилась анимация: вращающиеся пачки денег вокруг скумбрии в солнцезащитных очках.

— Скумбрия берётся только за прибыльные дела... Они бы не стали заниматься манипуляцией информацией бесплатно. Если это их работа, значит, за этим кто-то стоит.

— …

Ча Ый Джэ сжал кулаки. Сердце забилось быстрее. Профессиональный голос Со Мин Ги продолжал звучать в ушах.

— В то время их исследования не продвинулись далеко, поэтому они использовали людей с некоторыми особенностями в качестве подопытных.

— Особенности?

— Да. Тех, кто как-то столкнулся с разломом или получил ранения от атаки монстра. В любом случае, что-то, связанное с разломом. Возможно, они похищали людей для экспериментов в той хаотичной обстановке.

У него пересохло во рту. Он надеялся, что это неправда, но острый инстинкт подсказывал ухватиться за эту ниточку. Ча Ый Джэ медленно произнёс:

— Какова вероятность, что его забрал Прометей?

Со Мин Ги, увлечённый стилусом, замер. Он медленно обернулся к Ча Ый Джэ. За его тёмными очками скрывался шок.

— Сэр, что вы только что сказали...?

Встретившись с его чёрными глазами, Ча Ый Джэ повторил медленно и чётко:

— Прометей.

— П-Постойте. Как вы узнали о Прометее? Это строго засекреченная информация. Разве глава гильдии не говорил вам только о наркотиках?

— Сначала ответьте на мой вопрос.

Встретив холодный взгляд Ча Ый Джэ, Со Мин Ги замолчал. Что-то пробормотав себе под нос, он наконец заговорил:

— Я не знаю, откуда вы узнали имя Прометей, но есть причина, по которой я не упоминал его напрямую. Если вы думаете, что они виноваты... вывод прост.

— …

— Этот ребёнок мёртв. Однозначно.

На мгновение его дыхание прервалось. Ча Ый Джэ прижал кулак к груди и сделал глубокий вдох. Со Мин Ги приложил большой и указательный пальцы к вискам и продолжил:

— То, что я сейчас скажу, засекречено. Я рассказываю это, потому что вы клиент.

— …

— В Южной Корее три крупные организации отслеживают Прометея.

Со Мин Ги поднял три пальца.

— Бюро управления пробуждёнными, гильдия Падо и гильдия Совон. Эти три организации постоянно сотрудничают, чтобы отслеживать распространение наркотиков и самого Прометея. Конечно... Бюро временно приостановило деятельность, чтобы искать J.

— …

— Мы тоже сделали паузу, а затем недавно возобновили... В любом случае, я провёл немало исследований о Прометее. Именно поэтому я вам это рассказываю.

Поправив солнцезащитные очки, Со Мин Ги продолжил:

— Эти ребята распространяют наркотики и проводят эксперименты, чтобы создать искусственных пробуждённых… но ни одного успешного результата. Насколько известно, все подопытные погибли.

Солнцезащитные очки Со Мин Ги блеснули.

— Все, до настоящего времени.

***

Офис главы гильдии Падо оставался тёмным даже в середине дня. В центре комнаты на длинном диване лежала фигура. Надев чёрную повязку на глаз, человек сложил руки на животе и тихо дышал.

Шаги эхом раздавались всё ближе и ближе. Звук был чётким, уверенным, принадлежавшим одному человеку.

Дверь распахнулась.

— Эй, глава гильдии! Поступило сообщение от руководителя группы Чон Бина!

Ли Са Ён жестом показал, чтобы дверь закрыли, не удостоив ответа. Войдя в тёмный офис и закрыв дверь, Пэ Вон У обеспокоенно посмотрел на голову Ли Са Ёна.

— Что, глаза снова беспокоят? Сильно?

— Нет.

— Ты принимал лекарство? Может, позвать Нам У Джина?

— Сначала докладывай.

— Ладно… Понял.

Пробормотав что-то под нос, Пэ Вон У включил планшет, который держал в руках.

— А… Во-первых, Хон Ё Сон был спасён благодаря тебе. Его держали в подземной комнате для задержанных. И…

Пока он читал сообщение, глаза Пэ Вон У округлились.

— Что? Эта кукла надела кожу подчинённого?

— …Что?

Ли Са Ён, который до этого слушал молча, поднял большой палец, приподнимая одну сторону своей повязки. В темноте, освещённой лишь экраном планшета и лицом Пэ Вон У, его выражение выглядело зловеще. Пэ Вон У запнулся от удивления.

— Н-Нет, так тут написано. Подчинённый, который охранял комнату задержания и атаковал чёрными шипами… После того как его обезвредили, гильдия Совон провела анализ и выяснила, что это был не он.

— …

— Его кожа… это была его кожа.

Наступила тяжёлая тишина. Ли Са Ён коротко вздохнул и поднял повязку на лоб. Затем он протянул руку, и Пэ Вон У машинально передал ему планшет. Быстро пролистав сообщение, Ли Са Ён скривил губы.

— Они явно не теряли времени, пока я отвлёкся…

— Эй… такое вообще возможно? Значит, подчинённые уже мертвы?

— Скорее всего. С них содрали кожу.

Ли Са Ён холодно ответил, садясь. Пэ Вон У выругался сквозь зубы. Последняя часть сообщения Чон Бина содержала адрес. Проведя рукой по лицу, Ли Са Ён вернул планшет Пэ Вон У.

— Пусть Со Мин Ги проверит адрес.

— Понял.

— Если подтвердится, я пойду сам.

— Один?

— Да.

Ли Са Ён встал и снял повязку, убрав её в чёрный мешочек. Внутренняя сторона повязки была обугленной. Пэ Вон У нахмурился и заговорил:

— Эй, позволь мне пойти с тобой. Я знаю твою ситуацию.

— Если мы оба уйдём, это будет плохо… особенно сейчас.

Ли Са Ён обернулся к Пэ Вон У и приложил палец к губам.

— Тихо.

***

Телефон завибрировал. Со Мин Ги извинился и достал его из кармана, нажимая кнопку ответа.

— Да, это Со Мин Ги.

— Эй, это я.

Знакомый голос. Это был Пэ Вон У. Со Мин Ги бросил взгляд на Ча Ый Джэ и, понизив голос до минимума, заговорил тихо:

— Да, что случилось?

— Поручение от главы гильдии. Я вышлю тебе адрес. Проверь его. Узнай, есть ли там здание и что-нибудь под землёй.

— Хорошо, сразу проверю.

Со Мин Ги беззвучно произнёс «Извините» в сторону Ча Ый Джэ. Похоже, дело гильдии. Да, этому разговору всё равно нужно было немного времени, чтобы улечься. Когда Ча Ый Джэ собирался сделать вид, что ничего не слышал, и отойти, голос Пэ Вон У снова раздался, с оттенком усталости.

— Это информация, которую нам передал Чон Бин. Кажется, это адрес, связанный с Прометеем. Переверни всё вверх дном и проверь всё до мелочей.

Со Мин Ги замер с открытым ртом. Сколько бы он ни понижал громкость, казалось, что содержимое разговора уже было услышано. По спине пробежал холодок. Со Мин Ги, словно сломанный робот, медленно поднял голову.

К тому моменту пара ледяных голубых глаз уже пристально смотрела на него. Их владелец медленно улыбнулся, уголки губ приподнялись. J беззвучно произнёс одно слово.

— Прометей?

Со Мин Ги резко зажмурил глаза.

Глава 103

— Заместитель главы гильдии, кажется, всегда испытывает проблемы с последними словами. Постоянно… — пробормотал Со Мин Ги себе под нос, прикрывая микрофон ладонью. Его лицо выглядело так, будто он потерял страну. На другом конце провода Пэ Вон У отозвался:

— Что? Я не расслышал.

— Ничего. Я свяжусь с тобой после расследования. Сообщить прямо главе гильдии?

— Да, и держи меня в курсе. Только Са Ёну не говори.

— Ты же знаешь, что такие самостоятельные действия тоже надо докладывать, да? Заместитель главы гильдии.

— Просто закрой глаза на это один раз, парень. Я делаю это ради него.

— Тогда я на тебя рассчитываю! — Не дожидаясь ответа, Пэ Вон У бросил трубку, словно сбросив с себя ответственность.

Со Мин Ги, оставшийся с «бомбой» на руках, медленно опустил телефон и бросил взгляд в сторону Ча Ый Джэ. Тот, сложив руки на груди, мягко улыбался. От этого выражения Со Мин Ги почувствовал неприятный холодок по спине.

«Я должен обезвредить эту бомбу, пока она не взорвалась!»

Сначала он громко вздохнул, затем поправил солнцезащитные очки, обнажив свои круги под глазами. Если бы его клиент был человеком, наверняка ему стало бы жалко этого парня. Со Мин Ги решил действовать на опережение:

— Нет.

— …

— Как бы вы ни были клиентом, это невозможно.

— …

— Сколько бы вы на меня ни смотрели, правда, правда, это невозможно…

Со Мин Ги резко вытянул руку, словно судья, выносящий приговор. Но его оппонент был не менее решителен. Ча Ый Джэ разжал руки и ударил по ладони Со Мин Ги, сделав нечто вроде «дай пять».

Шлёп!

— Ах…

Разумеется, сила удара оказалась чрезмерной для обычного «дай пять». Рука Со Мин Ги, принявшая неожиданный удар, дрогнула, как лист мимозы. От острой боли в плече он невольно содрогнулся. Ча Ый Джэ с виноватой улыбкой достал из инвентаря зелье и налил его на руку Со Мин Ги.

— Нет, почему вы так категорично отказываете, даже не выслушав, что я хочу?

— Потому что вы хотите пойти со мной на расследование. Думаете, я не догадаюсь? Вы ведёте себя точно так же, как глава гильдии раньше!

Со Мин Ги повысил голос, поправляя съезжавшие очки. Ча Ый Джэ, пойманный с поличным, прочистил горло. Со Мин Ги недовольно пробормотал:

— …Учитывая обстоятельства, похоже, даже клиенту требуется психологическая коррекция. Ясно.

— Нет, кто кого собирается корректировать…

— Не важно, кто вы, даже если вы J, вы не можете участвовать в расследовании.

— Почему?

— Потому что вы мой клиент.

Причина оказалась неожиданной. Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза. Со Мин Ги, недовольно ворча, запихнул планшет и ручку обратно в инвентарь.

— Это дело затрагивает мою охотничью гордость, как 36-го охотника Южной Кореи, специалиста по скрытности и инфильтрации, клиент. Вы хоть раз видели, чтобы гид вёл клиента в опасное место?

— …

— Позволь добавить кое-что раз уж мы заговорили.

Со Мин Ги продолжил твёрдым голосом, вытирая руку, на которую налили зелье.

— Прежде чем куда-то идти, нужно хотя бы поверхностно понимать ситуацию и заранее обеспечить безопасность. Я знаю, что вы очень сильны, но нельзя просто полагаться на тело и нестись напролом.

Ситуационная осведомлённость? Меры безопасности? Ча Ый Джэ, который никогда не придерживался таких вещей, с удивлением смотрел на Со Мин Ги.

В своё время он решал всё разом: осведомлённость, безопасность и проблемы. Зачем усложнять?

Хотя эти слова звучали для него, как нравоучения старика, Ча Ый Джэ проглотил комментарий, понимая, что даже спокойный Со Мин Ги может взорваться, если его задеть.

Со Мин Ги продолжал говорить быстро, словно читал рэп:

— Даже если вы не делали этого раньше, с этого момента обязаны. Почему? Потому что гильдия Падо и я первыми берём на себя осведомлённость и меры безопасности.

— Но…

Ча Ый Джэ осторожно попытался возразить, но Со Мин Ги решительно покачал головой.

— Если хотите спорить об этом, пожалуйста, обратись напрямую к главе гильдии. Глава полностью согласен со мной.

Тот парень? Ча Ый Джэ закатил глаза. Конечно, он не знал всего о Ли Са Ёне. Но из того, что он видел, Ли Са Ён предпочитал сам вмешиваться в дела, а не оставлять их другим.

Пока Ча Ый Джэ колебался, Со Мин Ги заговорил с важным тоном:

— Глава гильдии тоже проходил подобную ментальную корректировку. После того как он завербовал меня, он не давал мне никаких задач, поэтому я строго его дисциплинировал.

Хотя это вряд ли можно было назвать проблемой. Просто Со Мин Ги сам вырыл себе яму. Ча Ый Джэ с жалостью посмотрел на него, наблюдая, как тот углублялся в свою же ловушку. Но, к счастью или к несчастью, Со Мин Ги выглядел вполне довольным своей речью.

— Вы ведь слышали звонок только что? Используйте меня хотя бы наполовину так эффективно, как это делает глава гильдии.

— А, да.

Телефон Со Мин Ги коротко завибрировал в руке. Он взглянул на экран и поклонился Ча Ый Джэ.

— Адрес пришёл. Увидимся в следующий раз.

— А, подождите.

Ча Ый Джэ, который на мгновение погрузился в свои мысли, остановил его. Со Мин Ги, наполовину скрывшийся в тенях под стулом, поднял голову.

— Да, говорите.

— После расследования свяжитесь со мной тоже. Вся информация о Прометее, включая адрес того места.

Со Мин Ги посмотрел на Ча Ый Джэ некоторое время, а затем спросил с вздохом:

— Тайно от главы гильдии?

Ча Ый Джэ улыбнулся.

— Да.

Со Мин Ги едва заметно кивнул, а затем быстро исчез в тенях. Тишина вновь окутала ресторан. Каждый раз, когда Ча Ый Джэ оказывался один в такой тишине, его настроение невольно падало. Он сложил руки вместе и поднёс их к лицу.

— Чёрт…

Хотя он знал, что гоняться за следами того, кто, скорее всего, уже мёртв, бессмысленно, он не мог удержаться.

Потому что этот ребёнок…

Его рука, теревшая лицо, потянулась к пульту и включила телевизор. Нерегулярный шум хоть немного успокаивал.

Ча Ый Джэ вышел из ресторана с мусорными пакетами в обеих руках. Лёгкий запах сигарет в воздухе намекал, что кто-то курил тут некоторое время назад. Он посмотрел на серое небо.

***

Щёлк. Старая пластиковый зажигалка зелёного цвета замерцала. За колеблющимся маленьким пламенем небо было покрыто густыми облаками.

Юноша, смотрящий на пламя, вскоре убрал зажигалку обратно в карман. Его пальцы задели пачку сигарет, но он не стал её доставать. В здании было слишком много людей для этого.

Где есть люди, там шумно. Иногда невыносимо.

— …!

Сверхразвитые после пробуждения чувства были то благословением, то проклятием. Иногда они заставляли его слышать то, что он не хотел слышать. Юноша сделал вид, что не замечает звуки в ушах, и вытянул ногу, чтобы спуститься на несколько ступенек. Он сидел посередине старой наружной лестницы.

Бюро управления пробуждёнными, созданное в спешке для борьбы с наплывом пробуждённых преступников, разместилось в одном из полицейских участков, которые перестали функционировать должным образом после Дня Разлома. Ни денег, ни времени на строительство нового здания не было.

На стенах всё ещё висели плакаты о безопасности на дорогах и запрете курения, словно напоминание о том, что это всё ещё полицейский участок. Кампании, на которые они намекали, закончились три года назад, но плакаты так и остались висеть на своих местах, застыв во времени.

Чьи-то шаги становились всё ближе. Тихий щелчок языком, почти неслышный, сорвался с губ юноши, который крепко зажмурил глаза.

«И здесь всё безнадёжно».

Скоро шаги достигли подножия лестницы. Послышался любопытный шорох, а затем раздался голос, полный приветствия.

— J! Вот ты где!

J медленно открыл глаза и посмотрел вниз. Охотник из Бюро управления пробуждёнными, которого он видел несколько раз, высунул голову вверх и смотрел на него.

Новичок, если память не изменяет, пришёл три месяца назад. Как и ожидалось от новичка, глаза у него горели энтузиазмом. J равнодушно спросил:

— Вызывали?

— Да! Именно так.

J отвёл взгляд от новичка и поднял его к облачному небу. В его центре медленно закручивалась чёрная воронка.

— Скажите им, что я скоро подойду.

— Эм, но, кажется, вам надо прийти прямо сейчас…

— …

J ничего не ответил, лишь молча уставился на охотника. Хотя его лицо скрывала маска, смысл взгляда был очевиден. Охотник, поймав холодный взгляд, начал мямлить.

— Э-это, это срочное дело. Сказали обязательно привести вас…

— Кто сказал?

— Э-это… Охотник Сон сказал…

— …

Тихий вздох сорвался с губ. J медленно поднялся.

Тук, тук — тяжёлые шаги ботинок звучали размеренно, когда он начал спускаться по лестнице. Лицо скрывала маска, руки спрятаны в карманах. J прошёл мимо охотника, даже не взглянув на него.

В этот момент сильный запах крови ударил ему в нос. Охотник инстинктивно нахмурился, а затем, вздрогнув, быстро прикрыл рот рукой.

Сделав вид, что ничего не заметил, J кивнул. Прошло уже три года с тех пор, как его провозгласили героем сразу после пробуждения.

— Спасибо, что сообщили.

Сейчас, оглядываясь назад…

— Возвращайтесь к своей работе.

Он чувствовал себя уставшим. Очень сильно.

Глава 104 - Хорошие дни

— Этот разлом находится в Намьянджу. Хотя его размер не слишком велик, класс высокий, поэтому мы можем направить только ограниченное количество охотников. Именно поэтому мы обращаемся за твоей помощью, J…

Далее последовали те же привычные слова, которые J слышал уже бесчисленное количество раз. Спасательная команда была в режиме ожидания, поэтому, как только J прибудет, они могли бы немедленно начать операции по спасению и ликвидации разлома. Задача J заключалась в том, чтобы сдерживать монстров до завершения работы команды, а затем, по сигналу, устранить хозяина разлома. J механически кивнул. Сон Джо Хон довольно улыбнулся и похлопал J по плечу.

— Мы всегда тебе доверяем, J. И в этот раз рассчитываем на тебя.

А действительно ли они ему доверяют? J понимал, что большая часть работы ложится именно на него. Это невозможно было не заметить. Но он терпел. Потому что так можно было спасти больше людей.

— J!

Когда J покинул конференц-зал и шел по коридору, он услышал знакомый голос и быстро поднял взгляд. В конце коридора стояла женщина средних лет с добрым лицом. Она широко улыбалась, раскинув руки.

Убедившись, что никого вокруг нет, J ускорил шаг. В его голосе послышалась легкая улыбка.

— Тетя.

Пропуск на шее женщины слегка качнулся. Пак Хэ Гён. Когда J подошел ближе, его тело на мгновение напряглось, и он шагнул назад. Он вспомнил хмурый взгляд нового охотника.

«Если пахнет кровью…»

Но Пак Хэ Гён, не задумываясь, шагнула навстречу и обняла J. В её действиях не было и намека на отвращение. Теплые руки мягко похлопали его по спине. Только тогда J позволил себе расслабиться.

— Ай, да я специально позвала, чтобы рядом никого не было. Ты всегда слишком переживаешь.

— Да.

— Ох, как ты вырос. Ты что, снова стал выше?

— Немного.

— Каждый раз, как тебя вижу, удивляюсь, как быстро ты растешь. Ты не слишком много работаешь, а?

— Да, с тех пор как ты переехала в филиал в Инчхоне, мы редко видимся.

Разговор звучал тепло, как у родных людей, давно не видевшихся. Однако они не были настоящими родственниками, хотя и называли друг друга тетей и племянником.

Они были единственными выжившими после разлома, в котором потеряли свои семьи. Но связь между теми, кто прошел через одну трагедию, может быть крепче любых родственных уз.

J посмотрел на лицо Пак Хэ Гён. Её цвет лица стал намного лучше, чем когда она работала в главном офисе. Это было естественно, ведь управлять конкретным регионом гораздо проще, чем разъезжать по всей стране. Это было облегчением. J улыбнулся.

— Что тебя привело в главный офис?

— Сок Джон позвала поговорить.

Короткие объятия закончились. Обеспокоенные карие глаза внимательно осмотрели J с головы до ног.

— Ты нигде не ранен? Хорошо ли спишь? Ешь нормально? Я читала, что ты в последнее время мотаешься по всей стране.

— Всё в порядке.

— Честное слово, они просто не знают меры… Заставляют двадцатилетнего мальчишку так много работать.

Пак Хэ Гён недовольно цокнула языком и тяжело вздохнула.

— Думаю, поговорить с Сок Джон о возвращении в главный офис. Я не могу оставить тебя одного в таком состоянии, это слишком тревожно.

— О, нет, не нужно возвращаться. В Инчхоне тебе гораздо удобнее. Со мной всё действительно в порядке.

— …

Несмотря на искренние слова, беспокойство не покидало лица Пак Хэ Гён. В этот момент часы на запястье J громко завибрировали. Вероятно, это была команда вертолёта, торопившая его. J нажал на наушник и поклонился.

— Прости, хотел бы поговорить дольше, но мне нужно идти.

— …Куда на этот раз?

— В Намьянджу. Это совсем рядом.

Пак Хэ Гён открыла рот, как будто собиралась что-то сказать, но J опередил её. Он схватил её за руку и твёрдо произнес:

— Со мной всё действительно в порядке.

Даже несмотря на его слова, вибрация часов не прекращалась.

***

«Со мной всё в порядке».

— Кииеек!

«Всё в порядке».

Огромная птица замахала крыльями и рухнула. J ловко вытащил копьё. Птица, с огромной раной в сердце, упала на землю.

Он стоял перед плотно закрытыми дверями массивных руин. Вокруг него горой лежали тела монстров. Кровь из их тел стекала в небольшие лужи, которые продолжали разливаться. J отступил назад, чтобы не попасть в поток крови, и посмотрел в сторону леса.

Сквозь деревья доносились слабые крики, стоны и вопли. Ему захотелось закрыть уши.

«…Я должен быть в порядке».

J прижал кулак к сердцу и выровнял дыхание.

В этот момент,

Бум! Что-то взорвалось, и из-за леса взметнулись красные языки пламени. Сигнальная ракета. Это означало, что спасательная команда завершила свою миссию.

Основная роль J в таких заданиях заключалась в том, чтобы ждать, убивая монстров, пока команда спасает людей, а затем сразиться с хозяином разлома.

J легко перепрыгнул через груду тел и встал перед закрытой дверью. Он пнул её со всей силы. Грохот! Каменная дверь разлетелась на куски с громким треском.

Р-р-рр…

Хозяин разлома, затаившийся в тёмном храме, зарычал. Его ярко-красные глаза сверкнули в темноте. Дрожала не только обитель, но и земля под ногами.

J почувствовал, как по телу пробежал холодок, но не отступил. Он только крепче сжал копьё и рванул вперёд. В его теле циркулировала кровь. J обнажил зубы в улыбке.

— …

…После этого его воспоминания стали смутными.

Через мгновение J медленно моргнул. Тёмный храм исчез, его окружала разрушенная улица. Охотники с белыми повязками на рукавах торопливо двигались. Повсюду лежали тела, накрытые белой тканью, и слышались рыдания скорбящих.

— …

J схватился за голову. Виски пульсировали болью. В последнее время провалы в памяти стали случаться чаще. Возможно, это было связано с адреналином, возбуждением или чем-то вроде транса, как в боевых романах.

Когда он приходил в себя, то часто оказывался сидящим у входа в разлом, весь в крови.

«И в этот раз тоже…»

Он медленно сжал и разжал ладонь. Хоть она была залита кровью, но оставалась невредимой. Копьё лежало рядом. Руки и ноги двигались, никаких серьёзных ран не было.

«…И этого достаточно».

Думать глубже было утомительно. Ему просто хотелось остаться одному в тишине. J снова закрыл глаза, но кто-то подошёл к нему.

— О-Отличная работа, J! Сегодня вы были просто потрясающим!

Это был новый охотник, которого он видел на лестнице. Весь в пыли, он выглядел растрёпанным. J не стал отвечать. Охотник замялся.

— Вы не ранены? Нужно зелье? У меня есть немного, из общих запасов, но…

J решил, что если промолчит, охотник не перестанет крутиться рядом. Он медленно открыл рот.

— …Нет, всё нормально.

В этот момент из наушника раздался механический голос:

— В Чхонджу появилось подземелье. Требуется поддержка. Вертолёт готов на базе. J.

Пора было спасать новых людей. Он хотел просто лечь и не двигаться, но тело уже двигалось механически. Поднимаясь на ноги, он услышал встревоженный голос охотника.

— Но J, вы же истекаете кровью…

— Это не моя кровь.

Коротко ответил J и пошёл вперёд, нажимая на наушник.

— Я немедленно возвращаюсь.

Его копьё с глухим стуком ударилось о землю. Капли крови стекали с его острия.

***

После быстрого душа J направился прямо к уличной лестнице. Ему нужно было немного времени в одиночестве, пусть даже совсем немного.

Однако, похоже, там уже кто-то был. Заглянув, он увидел знакомый силуэт. Узнать спину мужчины в чёрном костюме было несложно.

Его золотистые волосы колыхались на лёгком ветру. Небольшой вздох сорвался с губ мужчины, белый дымок растворился в воздухе. J облокотился подбородком на перила лестницы и заговорил.

— Чон Бин.

— Да?

Услышав внезапный оклик, Чон Бин выпрямился и обернулся. Несмотря на обучение в полицейской академии, его движения были чёткими. Узнав J, Чон Бин слегка расслабился. Он достал из кармана портативную пепельницу и с неловкой улыбкой затушил сигарету.

— Это ты, J. Я не почувствовал никого. Извини.

— Что ты здесь делаешь?

— Было немного свободного времени, решил отдохнуть.

— Почему не в комнате отдыха?

— Ну…

Чон Бин огляделся по сторонам и пожал плечами.

— Там… слишком людно.

Его недосказанная мысль была понятна. J, который сам искал менее многолюдное место на уличной лестнице, прекрасно понял.

— Тебе там некомфортно?

Чон Бин не ответил словами, только едва заметно улыбнулся.

С тех пор как прошёл День разлома, прошло три года. Несмотря на продолжающийся хаос из-за появления монстров по всей стране, Южная Корея, казалось, обрела некую стабильность благодаря двум стремительно ставшим известными охотникам S-класса.

J и Чон Бин. Они путешествовали по всей стране, занимаясь подземельями, разломами и преступлениями пробуждённых. Однако внутренние проблемы оставались нерешёнными, несмотря на внешнюю видимость спокойствия.

Даже с созданием Бюро управления пробуждёнными преступления среди пробуждённых были повсеместны. Только Чон Бин мог арестовывать таких преступников. Более того, монстров, подземелий и разломов было больше, чем охотников, что привело к хронической нехватке людей.

Пробуждённые первого поколения в основном погибли или стали недееспособными из-за боёв с монстрами, а новички не обладали достаточным опытом. Бои с монстрами напоминали изнурительные войны. При таком положении дел пробелы были неизбежны.

Но оставлять всё как есть было невозможно. Кто-то должен был заполнять эти пробелы.

«Этими кем-то были мы».

J смотрел на Чон Бина отсутствующим взглядом.

Глава 105

J смотрел пустым взглядом на Чон Бина. Чон Бин, который без особой причины тёр нос, бросил взгляд на J. Кончики его опущенных чёрных волос были слегка влажными. Чон Бин указал жестом на волосы J.

— Похоже, ты только что из душа.

— О, да.

J коснулся кончиков своих волос пальцами. Несмотря на попытки высушить их, в них всё ещё оставалась влага.

— Было много крови. Нельзя было садиться в вертолёт в таком состоянии.

— …Значит, ты сразу отправляешься ещё куда-то. Куда на этот раз?

— Сказали, в Чхонджу обнаружено подземелье.

— Тебе, наверное, тяжело. Тебе бы немного отдохнуть.

В его голосе звучали забота и неодобрение. J коротко усмехнулся на эти знакомые слова. Чон Бин, который тоже мотался по стране не меньше J, был не тем человеком, чтобы говорить о передышках. J ответил легко:

— Людей не хватает, ничего не поделаешь. А ты сегодня никуда не отправляешься?

— О, нет. Пока нет. У меня сегодня допрос.

Чон Бин постучал по наушнику, который носил.

— Но если поступит вызов, придётся идти.

Как только он закончил говорить, часы J зазвонили. Судя по громкому шуму ветра и звуку лопастей, на крыше уже готовился вертолёт. Лицо Чон Бина тут же помрачнело.

— …Кажется, слова становятся реальностью… Прости за это.

— Ничего страшного. Похоже, вертолёт уже здесь, так что я пойду. Береги себя.

J прошёл мимо Чон Бина и направился к лестнице. Глядя ему вслед, Чон Бин внезапно крикнул:

— Подожди, J!

Лицо J в маске показалось из-за перил лестницы выше. Чон Бин порылся в карманах, чтобы что-то достать, но громкий голос раздался откуда-то неподалёку.

— Эй! Немедленно приведите охотника Чон Бина!

— Что ему сказать?

— Скажи, что задержанный охотник устроил беспорядок или что-то в этом роде!

— …

— Чёрт, мы оба заняты.

J махнул рукой беззаботно и скрылся наверху. Оставшись один, Чон Бин крепко сжал то, что держал в руках. С тихим хрустом энергетический батончик сломался пополам. Шум вокруг усиливался.

— Ха… — он тяжело вздохнул и прижал наушник к уху. — Да, я слышал про беспорядки. Скоро буду.

Чон Бин посмотрел наверх, на лестницу, ведущую вверх, а затем медленно пошёл вниз.

***

Скрип… Огромное тело с шипением обрушилось на землю. Глухой удар, и земля содрогнулась. J, безразлично наблюдая за этим, стряхнул кровь с копья и убрал его в инвентарь.

Подземелье в Чхонджу оказалось куда проще, чем ожидалось. Так как оно появилось в удалённом горном районе, спасать мирных жителей не пришлось, ранг подземелья был не очень высоким, а само оно оказалось небольшим.

J безучастно смотрел на огромное тело птицы, босса подземелья, лежавшее на земле, и задумался.

«Охотники здесь могли бы сами с этим справиться».

Ранее, когда J, спустившись с горы, подошёл ко входу в подземелье, у входа уже собралась группа охотников. Перевязанные бинтами, они держали в руках сигареты и, похоже, о чём-то спорили.

Почему они не заходят? J, прячась за деревом, с любопытством наблюдал. Один из охотников повысил голос:

— Чёрт, как это раздражает. Я связался с Бюро управления пробуждёнными! Сам J идёт сюда! Нам не нужно заходить!

— Что? Зачем звать J? Мы можем справиться с этим подземельем своей командой…

— Эй, идиот. Если J взмахнёт своим копьём, всё сразу будет зачищено. Нам что, рисковать жизнями, сражаясь с боссом подземелья? У тебя две жизни?

— …

— У Сын Мина рука ещё не зажила. Чёрт, мы чуть не потеряли её. Я больше не хочу на это смотреть. У каждого своя роль.

Охотник, грубо отчитывавший остальных, выпустил клуб сигаретного дыма. Белый дым закружился и рассеялся в небе.

— Как бы мы ни были хороши, нам не сравниться с героем. Потом ещё спасибо скажете.

Хруст. Под ногой сломалась ветка. Все глаза охотников обратились к источнику звука. J без колебаний вышел из-за дерева. Увидев его в чёрной маске и боевой форме, они побледнели. Воздух стал тяжёлым.

— …

J медленно подошёл и остановился перед входом в подземелье. Кто-то нервно сглотнул. J даже не взглянул на них. Он просто молча вошёл в подземелье.

«Спасать людей — это то, что необходимо делать».

В этом не было сомнений. Но когда другие воспринимали его действия как должное… это было то, что вызывало у него усталость.

Гудение… Воздух слегка задрожал, и за телом босса подземелья появился выход. К счастью, это прервало его неприятные мысли. J безучастно смотрел на мерцающий выход. Однако, однажды начав думать, мысли текли, как вода.

«Ничего в этом мире не является определённым…»

Он закрыл глаза. В памяти всплыли образы охотников, обмотанных бинтами. Охотников, державших оружие с гипсами на руках. Они выглядели довольно уставшими. Но,

«Я не обязан вмешиваться…»

Не успев закончить мысль, он снял маску и громко ударил себя по щекам. Щёки загорелись. Его холодное лицо, всё ещё сохранявшее мальчишеские черты, стало видно. Порывшись в кармане, он достал помятую пачку сигарет.

Зажав сигарету губами, он щёлкнул дешёвой зажигалкой. Зажёг её и сделал глубокую затяжку. Но ненадолго.

Кхе-кхе, J резко закашлялся, его плечи задрожали. На глаза навернулись слёзы. Когда кашель утих, вернулась тишина. Сигареты, которые он курил лишь несколько раз, всё ещё казались ему чуждыми. Как, впрочем, и воздух подземелий, в которые он заходил регулярно.

— Ха…

К этому, по крайней мере, он, похоже, никогда не привыкнет.

***

После подземелья в Чхонджу следующим оказался разлом, появившийся в районе Мангвон-дон. Это был разлом поглощающего типа, который поглотил все окружающие здания. Слушая скучный брифинг, J закрыл глаза. Да, так было лучше. Лучше быть занятым, чем тратить время на бесполезные мысли.

Вскоре они прибыли к месту назначения, и вертолёт начал снижаться. J легко спрыгнул с вертолёта. Глухой удар, и земля под его ногами слегка содрогнулась.

Рядом с разломом была лишь пустота, словно что-то поглотило всё вокруг. Когда он приближался к цели, крики и шум толпы становились всё громче.

— J!

— J здесь!

— Ох, слава богу…

Среди звуков было слышно облегчённое вздохи и благодарность. Глаза J сузились. У входа в разлом было слишком много людей.

«Спасательная команда ещё не вошла?»

К нему подбежал охотник, едва не переходя на бег.

— Могу доложить, J?

— Да, докладывай.

— Спасательная команда вошла в разлом, но внутри всё покрыто ядом… Они сразу же вернулись. Ситуация крайне серьёзная.

— …Яд?

— Да! Мы не смогли далеко продвинуться, все…

J медленно осмотрелся. Белая палатка, установленная неподалёку от разлома, а под ней охотники с почерневшими телами лежали на земле, стонали от боли.

Один из охотников опустил лицо в ведро, изрыгая тёмно-красную кровь. Другой сжимал почерневшую, расплавленную руку, крича от боли. Всё вокруг было в полном хаосе. Охотник, докладывавший, пробормотал:

— Внутри, скорее всего, уже никого не осталось. Яд слишком сильный даже для охотников… Лучше как можно быстрее разобраться с боссом разлома…

— …

— Вот, возьмите запасные противоядия. Они не идеальны, но…

Охотник достал из инвентаря несколько бутылочек с фиолетовой жидкостью и протянул их. Но J покачал головой.

— Возьму половину. Остальное используйте для лечения людей.

***

Чуть позже, внутри разлома. J редко о чём-либо жалел.

«…Надо было взять всё».

Он нахмурился. Воздух был насыщен едким, раздражающим запахом.

Внутри разлома был совершенно другой мир. Разрушенные здания расплавились в чёрном яде, превратившись в неузнаваемые формы. Огромные саламандры и жабы высовывали языки, их глаза выглядывали из чёрного болота. J быстро оценил обстановку.

«Если внутри всё так, скорее всего, выживших здесь нет…»

Нет, их точно не было.

J поправил маску. Его тело могло выдерживать большинство ядов. Но в окружении, полностью пропитанном ядом, как этот разлом, он не был уверен, насколько долго его организм сможет выдерживать. На самом деле, с каждым вдохом тело становилось тяжелее.

Это был токсичный газ, поднимающийся из болота. Оставаться здесь надолго было безумием.

«Разобраться с хозяином разлома как можно быстрее и уйти».

Но, как всегда, его план не сработал гладко.

Прежде чем он прыгнул вперёд, J закрыл глаза и сосредоточился на своих чувствах. Многочисленные присутствия монстров, присутствие огромного хозяина разлома, и затем…

Едва слышный звук сердцебиения.

Глаза J расширились.

Глава 106

Слабый звук биения сердца. J следовал за ним, словно зачарованный. Он шел, не замечая, как ноги время от времени утопают в болоте.

Сколько времени прошло? На горизонте показалось здание, относительно целое, хоть и частично разрушенное. Звук доносился оттуда. J начал разбирать завалы.

«Зачем?»

Разум задал ему вопрос. Какой смысл спасать того, кто все равно скоро умрет? Ты хочешь снова пережить, как кто-то умирает у тебя на руках? Но его руки не останавливались, разгребая обломки. Более того, он ускорился.

Даже если это правда, J не мог проигнорировать этот звук.

— Ох.

Тихий возглас сорвался с его губ. Под слоями обломков оказалось небольшое пространство, где могли бы едва уместиться один-два человека. И там...

Там был мальчик, заключенный в объятия тех, кто, вероятно, был его родителями, все их тела растворились.

Его глаза, затуманенные ядом, смотрели прямо на J. Его губы едва шевелились.

— Пожалуйста, спасите меня.

J стиснул зубы. Он поспешно достал противоядие из инвентаря и протянул его мальчику.

— Все будет хорошо.

Ложь, которую он говорил бесчисленное количество раз,

— Теперь все будет хорошо.

С надеждой, что в этот раз это не окажется ложью.

***

Время пролетело незаметно.

Убийства хозяев подземелий, убийства хозяев разломов, убийства хозяев подземелий, убийства хозяев разломов, убийства хозяев подземелий… В какой-то момент ему поручали только уничтожение монстров вместо спасения людей. Бесконечная рутина. Распорядок J почти не менялся.

Но иногда в его график добавлялось что-то новое.

Топ, топ, топ. Его черные сапоги уверенно шагали по коридору. Взгляды прохожих останавливались на высоком молодом человеке, одетом во все черное. Кто-то осмелился его поприветствовать. Его черная маска повернулась к ним.

Он слегка кивнул и открыл железную дверь в конце коридора. Люди в защитных костюмах, суетливо передвигавшиеся по комнате, указывали на то, что это была лаборатория, устроенная в больнице.

J привычно прошел через лабораторию и открыл другую железную дверь. На этот раз дверь была еще толще. Внутри люди, одетые еще более плотно, наблюдали за фиолетовой жидкостью в колбах. Исследователь, стоявший у двери, низко поклонился.

— Ах, J! Давно не виделись. Спасибо, что нашли время, несмотря на вашу занятость!

Исследователь тепло приветствовал его и протянул металлический ящик. J положил внутрь тяжелую сумку. Из сумки сочилась черная жидкость, наполняя воздух резким запахом. Исследователь с большой осторожностью отправился с ней в хранилище. J спросил:

— Яда не хватает?

— У нас осталось немного с прошлой партии, так что пока достаточно.

— Исследования продвигаются?

— Да, идут довольно успешно. Вы собираетесь навестить ребенка и сегодня?

— Да.

— Ах, J!

Еще один исследователь подошел быстрыми шагами. J остановился и повернул голову. Он узнал ее как пробужденную, занимающуюся изготовлением зелий, которую ему представил директор больницы.

Женщина в очках, белом халате и с каштановыми волосами, собранными в большой зажим, Га Ён выглядела весьма оживленной. Она тихо прошептала, подойдя ближе:

— Состояние ребенка постепенно улучшается. Кажется, разработанное нами противоядие действует. Все благодаря вам, J!

— …

J молча смотрел на нее, заставив ее смущенно кашлянуть.

— Э-э, я слишком увлеклась? Мы сосредоточились на детоксикации, поэтому другие процедуры были отложены… Но теперь его состояние позволяет посещения, хоть и не слишком частые.

Га Ён бросила осторожный взгляд на реакцию J, прежде чем продолжить.

— Как насчет того, чтобы сегодня впервые зайти прямо в комнату ребенка? Вы всегда наблюдали через стекло.

— …Это допустимо?

— Конечно. Все эти исследования стали возможны благодаря вам, J.

Га Ён махнула рукой, будто отметая любые сомнения. Была ли это минутная прихоть, каприз или нечто еще, для J это уже не имело значения.

J последовал за Га Ён. Комната ребенка находилась глубоко в больнице. Пока они шли в тишине, Га Ён заговорила.

— Просто чтобы вы знали… Как вы, возможно, видели через стекло, ребенок в основном находится без сознания. Иногда он просыпается, но ненадолго. Мы регулярно вводим обезболивающие и анестезию.

— Это действительно необходимо?

— Это не по нашему желанию! Нам самим этого не хочется. Но…

Га Ён тяжело вздохнула.

— Без этого ребенок бы потерял сознание от боли. В прошлый раз он упал в обморок, и с тех пор все так и идет. К сожалению, пока яд полностью не выведен из организма… Ах, мы на месте.

Га Ён приложила ключ-карту к устройству и открыла дверь. За ней оказался белый коридор и плотно закрытая белая дверь. Она открыла ее. Внутри находилась просторная белая комната. В центре лежал мальчик, обмотанный белыми бинтами и подключенный к множеству аппаратов.

Га Ён сделала шаг назад.

— Я подожду снаружи. Не торопитесь.

— Хорошо. Я скоро выйду.

— Ох, не спешите! Оставайтесь столько, сколько потребуется.

Стук — дверь закрылась за ним. J медленно оглядел комнату.

Бип, бип, бип… Равномерное пиканье аппаратов, казалось, заменяло звук биения сердца мальчика. Он медленно подошел к кровати.

Нос и рот, едва заметные между бинтами, грудь, медленно поднимающаяся и опускающаяся, редкие мучительные стоны. Его холодные глаза внимательно изучали мальчика.

— Значит, это они называют улучшением…

Ну, кислородную маску уже сняли, так что это действительно можно считать улучшением. J холодно усмехнулся. Но даже так мальчик оставался похожим на труп.

J придвинул круглую складную табуретку и сел на умеренном расстоянии от кровати. Он молча наблюдал за дыханием мальчика, за едва заметными движениями.

— …

Сколько времени прошло? В конце концов, J облокотился на колени и подпер руками подбородок. Главный вопрос, терзавший его с момента, как он впервые взял мальчика за руку. Он прикусил губу.

«Правильно ли было спасать этого мальчика?»

Мальчик просил его спасти, но он не мог знать, что выживание обернется для него ядом, неспособностью двигаться, ощущением, как его тело разлагается.

Правильно ли было заставить его терпеть эту боль? Боль была настолько невыносимой, что он терял сознание. Не был ли весь этот выбор просто моей эгоистичной прихотью?

Мучается ли мальчик из-за моего желания спасти кого-то?

«Было бы лучше просто закончить его страдания…»

В этот момент пальцы мальчика слегка дрогнули. J на мгновение разжал кулак. Он выпрямился и пристально посмотрел на руку мальчика. Посреди равномерного пиканья аппарата пальцы снова зашевелились. Движение было заметнее, чем прежде.

— Ты.

Слова сорвались непроизвольно. Пальцы, словно реагируя на его голос, немного согнулись. J расширил глаза и постучал пальцами по колену. Неужели слух мальчика не пострадал? Он спросил снова:

— Ты очнулся?

Голова, которая до этого смотрела в потолок, медленно повернулась в его сторону. Глаза, скрытые под бинтами, казалось, смотрели на J. Возможно, ему это просто показалось. Потрескавшиеся, бледные губы медленно приоткрылись. Из них вырвался тихий вдох, но…

Он казался ответом.

— Ты проснулся.

J произнес вслух этот ответ. В этот момент его охватило чувство, которого он не испытывал уже давно. Он знал, как это называется.

Радость.

J поспешно взял табурет и придвинулся ближе к кровати. Голова мальчика все еще была повернута к нему. Движения, едва заметные ранее, становились все более выраженными. J спросил:

— Как долго ты уже в сознании?

— …

— Как ты себя чувствуешь? Очень больно? Тебе нормально?

Голос J стал неожиданно громким. Несмотря на отсутствие словесного ответа, пальцы мальчика продолжали слегка двигаться.

Казалось, он не пытался писать что-либо пальцами, а просто доказывал, что он не спит. Тихий стон вырвался из его губ. Лицо J, скрытое под маской, слегка исказилось.

— Тебе нужны обезболивающие? Мне позвать их, чтобы тебе дали?

В этот момент, услышав слово «обезболивающие», мальчик с усилием отвернул голову, причем скорость этого движения была заметно выше, чем раньше. Это, вероятно, было его лучшим усилием. Оно все еще было медленным, но…

— …Ха.

J, пристально наблюдавший за ним, тихо рассмеялся. Голова мальчика медленно повернулась обратно к нему. Уголки губ J поднялись в улыбке, сам он этого не заметил.

Бесконечные терзания, усталость, съедавшая его изнутри, гнетущие чувства из глубин — все это исчезло.

Его игривый взгляд теперь полностью сосредоточился на мальчике. J наклонился ближе к кровати, подперев подбородок рукой и улыбаясь.

— Знаешь, ты забавный.

Похоже, мальчик, которого он спас…

— …

Обладал сильной волей.

Очень сильной, надо сказать.

Глава 107

J внимательно осмотрел мальчика ещё раз. Его лицо было бледным, а потрескавшиеся губы плотно сжаты. Он выглядел крайне недовольным.

Как он мог выражать свои чувства только формой губ? Несмотря на то, что боль явно доводила его до обморока, он всё же сумел твёрдо выразить свои намерения даже в такой ситуации.

«Говорят, люди становятся злыми, когда им больно».

Становился ли этот ребёнок жестоким из-за боли, или это была его изначальная натура? Любопытство J разгорелось. Задумавшись, пока он внимательно рассматривал мальчика, J внезапно спросил:

— Ты меня помнишь?

— …

— Я вернул тебя… оттуда. Это был я.

Хотя рассказ был расплывчатым, мальчик, кажется, понял, так как его крепко сжатые губы немного разжались. Голова слегка повернулась в сторону J, будто он вспоминал то время.

«Лучше бы он этого не помнил».

Если расплавленные фигуры, защищавшие мальчика, действительно были его родителями или членами семьи… тем хуже. J закусил внутреннюю сторону щеки. Человеческая память не подвластна желаниям, и воспоминания, которые хочется забыть, лишь становятся яснее с годами. J, глядя на забинтованное лицо мальчика, сказал:

— Я слышал, ты пока не можешь говорить… А пальцы двигать можешь?

В ответ кончики пальцев мальчика слегка дрогнули. J подпер подбородок рукой и пробормотал:

— Тогда просто двигай пальцами. Я постараюсь понять.

— …

— Я умею говорить сам с собой и читать людей.

— …

— Понял? Сможешь шевелить пальцами?

Кончики пальцев мальчика снова слегка пошевелились. J широко улыбнулся.

— Вот так.

Бип, бип, бип… На фоне тяжёлого, прерывистого дыхания слышалось ещё одно, более тихое. Палата, где обычно звучало только дыхание одного человека, теперь казалась немного оживлённой. Это был редкий момент покоя. Закрыв глаза, J прошептал:

— Я — J.

— …

— Это не моё настоящее имя, но зови меня так. Я охотник, довольно высокого класса, работаю в Бюро управления пробуждёнными… Ну, вроде всё. Ох, чёрт… Мне, похоже, больше нечего рассказать.

Пальцы мальчика снова шевельнулись. J наблюдал за их старательным движением. Хотя он смело заявлял, что поймёт всё, на самом деле…

«Я вообще не понимаю, что он пытается сказать».

Это было совершенно непостижимо. J неловко скривил губы в смущении.

Ну, со временем всё уладится. Чем больше они будут вместе, тем лучше он научится понимать движения мальчика. В конце концов, он был довольно способным учеником. Постукивая пальцем по своей маске, J рассеянно сказал:

— Даже когда ты выздоровеешь, ты не увидишь моего настоящего лица. Я в маске. Так что не переживай из-за своих раненых глаз… Их можно вылечить.

— …

— И голос, который ты сейчас слышишь, — это тоже не мой. Маска изменяет мой голос.

— …

— Хочешь потрогать её? Можешь поднять руку?

J придвинулся ближе к кровати и аккуратно закатал рукав мальчика.

Но забинтованная рука была вся покрыта трубками и иглами, не оставляя места для манёвра. Казалось, если он хоть немного сдвинет их, исследователи или врачи тут же ворвутся в комнату.

J неохотно убрал руки за спину и уставился в пустоту.

— …Похоже, это невозможно.

— …

— Твоя рука не в состоянии двигаться. Прости.

Шевеление пальцев мальчика внезапно прекратилось. Его губы снова сжались. J, тихо кашлянув, слегка отвернулся.

— Когда ты поправишься, я позволю тебе прикоснуться.

— …

Голова мальчика, которая была отвернута, медленно повернулась обратно к J. J поспешно добавил:

— Правда, обещаю. Я позволю тебе прикоснуться.

J торопливо протянул руку и слегка коснулся мизинцем мизинца мальчика. Пожать руку в его состоянии было невозможно. Каким бы осторожным он ни был, мальчик оставался тяжело раненым гражданским, а J — высококлассным пробуждённым.

К счастью, это сработало. Мальчик повернулся к нему. Облегчённо вздохнув, J начал аккуратно перебирать пальцы мальчика, будто обращаясь с хрупким фарфором.

— Царапай мою руку, если будет больно.

— …

— Но не слишком сильно, а то твои пальцы могут сломаться.

Каждое место, которого он касался, заставляло забинтованную руку дёргаться. Это было интересно наблюдать, словно смотреть на растение мимозу. J, играя с бинтами и пальцами, пробормотал:

— Тебе, должно быть, скучно одному.

В этот момент его часы издали долгий сигнал. Это был вызов.

— О.

Сколько времени прошло? J быстро пришёл в себя и отпустил руку мальчика, но слабые пальцы задели тыльную сторону его ладони. Глаза J расширились. Пальцы мальчика тянулись к нему. Удивлённый, J сжал его руку.

— Болит?

— …

Пальцы слегка пошевелились, словно говоря «да». J, выглядя обеспокоенным, сказал:

— …Но я должен уйти из-за этого вызова… Правда, должен. Я позову медсестру для тебя.

— …

Губы мальчика снова обиженно надулись. Не подумав, J выпалил:

— Я вернусь.

— …

Губы оставались надутыми. Простонав, J взглянул на потолок и добавил:

— …Я постараюсь приходить так часто, как смогу. Но не знаю, насколько часто это будет.

— …

Губы надулись ещё сильнее. Чёрт, он не должен был быть таким честным. J никогда не умел врать. Он вздохнул.

— Прости. Просто подожди немного.

— …

— Я вернусь, как только смогу. Ладно?

Наконец, пальцы мальчика слегка ткнули ладонь J и тут же отступили. Но вид у него всё равно был недовольный. J осторожно коснулся забинтованной щеки, а затем убрал руку.

— Увидимся в следующий раз.

J повернулся и направился к двери. Когда он её открыл, сидевшая в кресле Га Ён, скрестив руки и закрыв глаза, тут же их распахнула. Она, похоже, задремала. Протирая рот, она быстро встала.

— Уже уходите! Вы могли бы остаться подольше.

— Нет, меня вызвали в Бюро.

— У вас ведь так много дел! Подземелья, разломы… И вы ещё приносите нам материалы.

— Ну… Это неизбежно.

Закрывая дверь мягким щелчком, J пожал плечами. Они шли молча, возвращаясь по коридору. Когда они подошли к исследовательской комнате, J заговорил:

— Кстати.

— Да! Пожалуйста, говорите.

— Можете сделать для меня карту доступа к больничной палате? Персональную карту.

— А?

Га Ён посмотрела на J с открытым ртом. J, заложив руки за спину, заговорил с улыбкой в голосе:

— Я немало пожертвовал… Это ведь возможно, верно?

***

Время снова стремительно пролетело. На этот раз, по крайней мере, оно ощущалось легче, чем раньше.

Кап, кап, кап… Капли крови падали, словно дождь, когда J размахивал копьём в воздухе. Он стряхнул кровь с копья и направился к выходу из подземелья. Когда его тело начало втягиваться, перед глазами появилась знакомая картина.

Он стоял у ворот полуразрушенного дома. Это был редкий случай, когда дом превращался в подземелье, поэтому J решил войти сам. К счастью, место оказалось относительно спокойным. Один из охотников, ожидавших у входа, протянул ему белое полотенце, смоченное водой. J взял полотенце, вытер руки от крови и нажал на внутренний наушник.

— Это J.

Нежный голос спросил:

— Как прошло в подземелье?

— Всё в порядке. Травяной тип, довольно много полезных вещей. Я убил всех монстров и хозяина подземелья… Думаю, можно отправить группу для исследований и изучения.

— Хорошо. Но…

На мгновение повисла тишина. J с недоумением проверил наушник. Связь не прервалась. Однако Хам Сок Джон была необычно нерешительна. После краткой паузы она спросила:

— С тобой что-то хорошее произошло недавно?

— …Простите?

J остановился и растерянно взглянул на часы. Он подумал, что, возможно, говорит с тётей, а не с директором, но это была именно директор. Зачем директор задаёт такой вопрос? Как только J начал погружаться в свои мысли, Хам Сок Джон быстро добавила:

— Нет, просто ты кажешься более счастливым в последнее время, вот и всё.

— …

— …Это не упрёк. Думаю, я сказала что-то лишнее. Просто забудь.

— О, нет.

J ответил слегка ошеломлённым голосом:

— Эм… Спасибо за беспокойство.

— …Ладно. Сегодня относительно спокойно, так что отдохни.

— Да…

Звонок оборвался. Ничего особенно не изменилось, но этого оказалось достаточно, чтобы Хам Сок Джон решила поинтересоваться? J почесал голову и жестом указал охотнику, стоявшему рядом.

— Спасибо. Вы тоже можете возвращаться.

— Вы не вернётесь с нами в Бюро?

— О, нет. Мне нужно кое-куда сходить.

— Понял. Спасибо за вашу работу.

Охотник поклонился и исчез. J двинулся медленно, но его шаги становились всё быстрее, пока он не начал почти бежать, увидев знакомый переулок.

Зайдя через служебный вход, поднявшись на лифте, пройдя по лестнице, коридору и проведя своей карточкой через сканер, он услышал весёлый механический сигнал. J широко улыбнулся, распахивая белую дверь.

Кровать в центре безупречно чистой больничной палаты всё ещё была окружена аппаратами. Но теперь атмосфера не казалась такой тихой и мрачной, как раньше.

Мальчик, опиравшийся на кровать, медленно повернул голову. Его лицо, всё ещё обмотанное бинтами, выглядело иначе. Раньше были видны только нос и рот, но теперь вся его голова, включая глаза, нос и рот, была открыта. Хотя глаза оставались мутными и затуманенными из-за яда, они были чётко направлены на J.

J широко развёл руки.

— Хён пришёл!

Мутные глаза мальчика сузились, будто он улыбался.

Глава 108

— Хён пришёл!

J распахнул руки, закрыл за собой дверь и быстрым шагом подошёл к кровати. Застоявшийся воздух закружился вокруг него. Принеся с собой ветер с улицы, J слегка наклонился и спросил:

— Чем занимался?

— …

Ответа не последовало. Единственной реакцией были слегка прищуренные, тусклые глаза и едва заметно приподнятые уголки губ под бинтами, которые тут же исчезли. На лице, оставшемся без эмоций, лишь пальцы на одеяле слегка шевельнулись. К этому моменту J уже хорошо понимал скрытый смысл в малейших движениях мальчика.

— Ты ждал меня.

J придвинул маленький стул ближе к кровати и сел. Наклонив лицо, скрытое маской, он придвинулся ближе. Мальчик немного отклонился назад. Слегка насмешливым голосом J спросил:

— Ты скучал по мне, да?

Мальчик медленно моргнул и отвернул голову. Судя по плотно сжатым губам, он снова был чем-то недоволен. J знал: этот мальчик был упрямым и часто менял настроение, как по щелчку пальцев. Но на этот раз у J было предположение.

Скрестив руки, он вздохнул.

— …Мне правда жаль. Я хотел прийти раньше, но было слишком много дел.

С тех пор как мальчик пришёл в сознание, J стал регулярно навещать его в больнице. Получив карту-ключ, он иногда появлялся бесшумно, словно призрак. Несмотря на нерегулярный график, он находил время, чтобы раздобыть антидот, поговорить с мальчиком, даже если тот не отвечал, и просто быть рядом. Так прошло несколько месяцев.

Голова мальчика была повернута к J, но глаза смотрели на пустое пространство рядом с ним.

— …

— В последнее время количество разломов…

J резко прервал фразу, прикрыл маску кулаком и внимательно осмотрел помещение. Чёрная камера видеонаблюдения в углу потолка следила за ними. J подтвердил, что это модель без записи звука, но всё равно не мог говорить, не будучи уверен.

«Это пока не доказано…»

Количество внезапных разломов недавно начало расти. Это было настолько незаметно, что только некоторые охотники на передовой могли это ощутить. Но действовать на основе одних подозрений было опасно. Его слова имели больше веса, чем слова других.

«Нужно обсудить это с Чон Бином».

Мальчик склонил голову, как бы спрашивая, почему J замолчал. Стиснув кулак, J произнёс:

— Я тоже скучал.

Может, потому что он говорил в спешке, его истинные чувства прорвались наружу. Человек, который скрывал своё лицо, голос и сердце, редко был честен с собой. Пальцы мальчика слегка сжали одеяло.

Теперь вместо писка аппаратов в комнате слышались только дыхание и сердцебиение мальчика. Большинство проводов, соединявших его с устройствами, были убраны. По сравнению с тем временем, когда он лежал, словно мёртвый, это был значительный прогресс.

«Теперь он может приподниматься».

Хотя ему всё ещё нужна была помощь, чтобы встать, и он оставался прикованным к кровати, его состояние с каждым днём улучшалось. Настолько, что J начал задумываться о будущем, простирающемся далеко за пределы завтрашнего дня.

— …

После долгого перебирания одеяла пальцы мальчика медленно потянулись вперёд. J, не раздумывая, взял его руку. Его крепкие ладони полностью скрыли маленькую руку. Нежно поглаживая её тыльную сторону, J спросил:

— Как ты себя чувствуешь? Не больно? Я слышал, что они немного изменили смесь лекарств.

Мальчик едва заметно кивнул.

— Это хорошо.

— …

— Видя, как ты сидишь… возможно, однажды ты сможешь ходить.

Однажды он сможет что-то написать, чтобы выразить себя, выйти из этой кровати и покинуть эту комнату самостоятельно.

«А вдруг он сможет заговорить».

Эта мысль неожиданно проскользнула в голове. С тех пор как J стал охотником, он никогда не задумывался о далёком будущем. Каждый день был борьбой за выживание.

Оставлять размышления другим, убеждать себя, что всё в порядке, размахивать копьём, веря, что однажды наступит мир, и что дом этого мира будет построен на его усилиях.

Но этот мальчик заставил J мечтать о другом будущем. Не о великом, где приходит мир, а о более личном. J посмотрел на маленькую руку, двигавшуюся в его ладони, и заговорил.

— Ты когда-нибудь видел море?

Тусклые глаза повернулись к J. Губы мальчика слегка надулись, словно он спрашивал, что за вопрос. Или, может, он думал, что J насмехается над ним. J улыбнулся.

— Я не издеваюсь. Я подумал, что мы могли бы поехать к морю, когда ты поправишься.

— …

— Как-то я ездил в Каннын, чтобы поймать кракена или гигантского кальмара… В общем, его присоска была просто огромной. Но это не важно…

— …

J прочистил горло и похлопал мальчика по руке.

— Там море было красивым. Когда ты поправишься, поедем туда вместе.

— …

— Если тебе нравится эта идея, моргни.

Конечно, люди моргают из физиологических потребностей, но всё же это было предложением. Однако мальчик моргнул без колебаний. В его закрытых и снова открытых тусклых глазах отразился J. Уголки его губ приподнялись.

— Это обещание. Даже если потом ты не захочешь, я понесу тебя туда.

J протянул мизинец. Затем осторожно взял забинтованную руку мальчика и переплёл их пальцы. Мальчик тихо вздохнул. J хмыкнул.

— О, ты теперь даже вздыхать можешь.

Уголки губ мальчика под бинтами приподнялись.

Что было источником разломов, куда вели подземелья, откуда приходили монстры? Какая система выбирала людей и одаряла их силой?

Мир, перевернувшийся со Дня разлома, был полон неизвестного. Дни были такими хаотичными, что трудно было отличить, что правильно, а что нет. Но этот хаотичный мир стал повседневной жизнью J.

Единственной постоянной в этих бесконечных переменах был тот, кто ждал его. Место, куда он должен был вернуться. J закрыл глаза и склонил голову.

Это странно. Будто ты показываешь мне путь. Будто я не ошибся.

Что происходит, когда встречаются одинокие люди? Теперь J знал ответ. Когда одинокие люди встречаются, они становятся друг для друга единственными. Мальчик стал настолько важной частью его жизни, что никакие слова не могли этого выразить.

Сколько времени прошло? Мальчик уснул, слушая бессвязные рассказы J. Его неровное дыхание стало ровным, хватка ослабла. Наблюдая, как его грудь слабо поднимается и опускается, J поднялся. Не отпуская руки мальчика, он наклонился и осторожно коснулся его щеки другой рукой. Проведя пальцем по бинтам, он мягко прошептал.

— Знаешь?

— …

— Ты моя единственная удача.

J убрал руку с его щеки. Вокруг воцарилась тишина. Тихий звук дыхания и сердцебиения. Было бы здорово, если бы так и продолжалось. Как семья.

Однажды он так подумал.

***

Проведя долгое время у постели мальчика, J почувствовал чьё-то присутствие и вышел из палаты. Га Ён, прижимая к груди папку, ждала его, держа другую руку в кармане халата. Склонив голову, она тихо произнесла:

— Здравствуй, J! У меня есть кое-что, что я должна вам сообщить.

— Что такое?

— Это насчёт антидота и состояния мальчика, эм… Объяснить коротко?

Га Ён бросила взгляд на запястье J. Экран его часов мигал. Казалось, Бюро управления пробуждёнными пыталось с ним связаться. Отправитель был…

— Чон Бин.

— Секунду.

— Хорошо.

J чуть повернулся и принялся настраивать часы. Сообщение на маленьком экране было коротким.

Чон Бин: Я бы хотел встретиться с тобой. Дай знать, если будешь свободен вечером.

Что он хотел обсудить? J немного удивился, но это могло быть и к лучшему. Ему нужен был кто-то, с кем можно было бы осторожно поговорить о происходящих изменениях в разломах. Опустив взгляд, он задумался и ответил:

— У меня есть немного времени. Скажите вкратце.

— О, хорошо! Тогда я отчитаюсь. Восстановление идёт гладко. Антидот нужно вводить регулярно, но процесс детоксикации почти завершён. После этого мы планируем приступить к исследованиям по восстановлению повреждённого тела.

— Он сможет ходить когда-нибудь?

— Думаю, да. Если честно, не уверена насчёт глаз и голосовых связок. Эм… Но мы сделаем всё возможное.

J глубоко выдохнул. Га Ён, которая всё это время держала голову опущенной, бросила на него взгляд и спросила:

— Но вы и дальше будете называть его «этим мальчиком»?

— …Что?

J удивлённо распахнул глаза. Держа папку под мышкой, Га Ён неловко продолжила:

— Мы ведь до сих пор не знаем его имени, правда? Он не может писать и не может говорить… И его семью найти тоже не получилось.

— …

J вспомнил развалины, покрытые ядом. Два расплавленных тела, окружавших мальчика. Опознать кого-либо в месте, полностью охваченном ядом, было невозможно. Не хватало ни времени, ни ресурсов, чтобы разбираться с этим. Суровая реальность. Га Ён пробормотала:

— В любом случае, раз вы его привели, J… Может, вы дадите ему имя?

— Имя.

— Да. Имя важно для человека. Думаю, мальчику это тоже понравится.

— …Нет.

J бросил взгляд в сторону больничной палаты и пробормотал:

— Это лишнее. У него уже есть своё имя.

— …

— Однажды он сам назовёт его.

— …А если не сможет?

— Что?

Удивившись внезапному вопросу, J посмотрел на Га Ён. Поймав его взгляд, она выпрямилась и ответила:

— О, я имею в виду… в другом смысле. Его голосовые связки могут не восстановиться. Он может забыть, как писать.

J равнодушно пожал плечами, словно говоря: «Почему вы об этом спрашиваете?»

— Тогда я сам дам ему имя.

Глава 109 - Короткий

Когда ярко-красный закат уступил место синеватому ночному небу, J, сидя небрежно на наружной лестнице штаб-квартиры Бюро управления пробуждёнными, редко обращал внимание на рейтинги, предоставляемые системой. Каждое движение руки обновляло список имён в рейтинге с ошеломляющей скоростью.

«Его голосовые связки могут не восстановиться. Он может забыть, как писать».

«…Это правда».

Мнение Га Ён было справедливым. На самом деле, раны мальчика не были такими, что могли легко зажить. Тот факт, что он всё ещё жив после отравления, был настоящим чудом.

Даже с лечением он, возможно, никогда больше не сможет говорить или видеть. Лучше всего, если мальчик сможет хотя бы назвать своё имя, но...

Большинство желаний J пока не исполнилось.

«Мне хотя бы стоит подумать над вариантом имени».

Телефонные книги и выпускные альбомы были уничтожены во время Дня разлома, и имён, которые J мог вспомнить, оставалось крайне мало. Едва восстановленный интернет был несравнимо медленнее прежнего. Может ли помочь список рейтинга системы?

J, небрежно подперев рукой подбородок, пробежал взглядом по обновлённому списку.

[ТигрПэктусана]

[НепобедимаяСлава]

[Берсерк]

[ГероическийДух]

«Ничего полезного…»

Почему охотники так любят охотничьи прозвища? J, один из первых, кто начал использовать охотничье имя, вздохнул. В этот момент он услышал приближающиеся, чёткие шаги.

— Ты здесь, J.

— Ты пришёл?

Чон Бин, одетый в чёрное боевое снаряжение, похожее на одежду J, судя по всему, только что поймал ещё одного пробуждённого. Он поклонился с извиняющимся видом.

— Я обещал прийти вовремя, но опоздал… Прости.

— Всё нормально. Ты же поймал плохого парня, так? Кто это был на этот раз?

— Ах, я поймал пробуждённого ментального типа, который угрожал гражданским.

J, облокотившись на стену, похлопал по месту рядом с собой. Чон Бин замялся, но сел. Двум взрослым мужчинам сидеть рядом оказалось немного тесновато. J закрыл окно системы и сцепил пальцы.

— Итак, зачем ты хотел меня увидеть? Есть что сказать?

— Да, есть.

Откашлявшись, Чон Бин заговорил.

— Ты, наверное, видел отчёт, но ты знал, что на западном море появился разлом?

— Видел в списке разломов. Я думал, филиал в Инчхоне справится. Разве это не пятый уровень?

— Всё верно. Но...

Чон Бин потер подбородок, прежде чем продолжить.

— Поскольку он появился в море, мы отправили туда опытных охотников, но от них до сих пор нет вестей.

— Когда они туда отправились?

— Прошло уже 18 дней с тех пор, как они вошли.

— …

Движение пальцев J остановилось. Разлом пятого уровня, если отправить достаточно людей, обычно закрывается в течение недели. Даже в случае происшествия редко требуется больше времени. Но теперь прошло 18 дней.

Чон Бин продолжил, потирая подбородок.

— Через 14 дней мы отправили дополнительный отряд… но от них тоже ничего не слышно.

Что-то явно произошло. J наклонился вперёд, прижав сцепленные пальцы к маске. Его голос, искажённый маской, был напряжённым.

— …Что насчёт тёти?

— Охотница Пак Хэ Гён ещё не входила. Она ведь отвечает за филиал в Инчхоне.

— …

— Но если это продолжится, не только охотница Пак Хэ Гён...

Чон Бин замолк. Оба прекрасно понимали, что он собирался сказать, и насколько это было тяжело. Зная, что Чон Бин будет чувствовать вину даже за то, что озвучил это, J перебил его.

— Хватит.

— …Да.

Чон Бин низко опустил голову. Наступила тишина. Наблюдая, как уличные фонари зажигаются один за другим, J поднялся с преувеличенным движением. Он коснулся затылка и повернул голову.

— Спасибо, что рассказал.

— …

— Ну, по крайней мере, теперь я могу подготовиться.

— …Прости.

— Не извиняйся. Лучше, вместо того чтобы копаться, подумай о подходящем имени, если будет время.

— Имени?

— Да, для мальчика.

Голова Чон Бина резко поднялась. Лицо, полное вины, сменилось ошеломлением.

— Ты собираешься завести ребёнка? Но ты же ещё не в том возрасте, верно?

J, не менее удивлённый, уставился на Чон Бина. Хотя это и не было видно из-за маски. Чон Бин поспешно продолжил:

— Я слышал, ты в последнее время куда-то ходишь… Ну, если вы оба счастливы, я не против, но…

— Что за чушь ты несёшь?

— Сказать охотнице Пак Хэ Гён…!

Шлёп! Раздался резкий звук. В тот день J впервые в жизни ударил ранкера S-класса.

Он оказался крепким.

***

Как всегда, хорошие дни коротки. Несчастья длинны.

J шёл с размеренными шагами в кабинет директора. Стук, стук — он дважды постучал, прежде чем открыть дверь в просторную комнату.

За тяжёлым коричневым столом сидела женщина средних лет с короткими, аккуратными волосами, не закрывающими шею, и суровым лицом, напоминающим хищную птицу. Чёрная табличка блестела под светом ламп.

[Директор Бюро управления пробуждёнными Хам Сок Джон.]

Хам Сок Джон жестом пригласила его.

— Заходи. Садись.

Она поправила очки и прижала пальцы к вискам. На её лице была запечатлена неколебимая усталость. J сел на диван и бросил взгляд на документы на столе. Это были профили охотников, связанных с Бюро управления пробуждёнными, или независимых охотников.

J пролистал документы, изучая лица. Его рука вскоре остановилась. Среди знакомых лиц была Пак Хэ Гён.

— …

Пак Хэ Гён, 45 лет, охотница A-класса, филиал в Инчхоне Бюро управления пробуждёнными. Над её уверенной улыбкой краснела печать.

[Статус: неизвестно.]

Край документа сжался. Хам Сок Джон, поднявшись с тяжёлым вздохом, спросила:

— Хочешь чего-нибудь выпить? У нас есть зелёный чай и кофе.

— Значит, тётя всё-таки вошла.

— …

Его тон был саркастичным, но Хам Сок Джон лишь взглянула на J с непроницаемым выражением лица. Он беззвучно произнёс: «Статус: неизвестно». Сколько бы раз он ни повторял это, всё казалось нереальным. Как будто он потерял связь с реальностью, словно блуждал во сне…

J бросил документ. Разбросанные бумаги хаотично рассыпались по столу.

— Ну что ж, разлом находится близко к филиалу Инчхона, так что, конечно, она вошла.

— …Да.

— И штаб отправил дополнительный отряд.

— Отправил.

— Но никто не вернулся.

— …Верно.

— Ты в порядке?

— Вы меня проверяете?

— Да.

Она тяжело вздохнула. Хам Сок Джон, севшая напротив J на диван, сняла очки и закрыла лицо обеими руками. Повисла тяжёлая тишина. Ни Хам Сок Джон, ни J не спешили нарушить её первыми.

Сколько времени прошло? J заметил ещё одно знакомое лицо среди разбросанных документов. Новый охотник, с которым он пару раз сталкивался в разломах. J сжал губы.

[Статус: неизвестно.]

J скрестил ноги и откинулся на спинку дивана.

— Что с вами, директор?

— …

Статус: неизвестно.

— Просто отдайте приказ.

Статус: неизвестно.

— Скажите, что я единственный, кому вы можете доверять, что я последняя надежда.

Статус: неизвестно.

— Прикажите мне войти в разлом.

Статус: неизвестно.

— Прикажите мне умереть там…

Хам Сок Джон резко подняла голову, словно молния ударила. Её глаза широко раскрылись, будто она увидела призрака. Только тогда J заметил, что её глаза опухшие и красные. Ах. J тихо вздохнул.

Он пожалел об этом слишком поздно. Надо было сначала посмотреть ей в лицо. Надо было начать с лёгкого разговора, как всегда. Шея казалась ледяной. С тех пор как он увидел печать «Статус: неизвестно» на фото тёти…

«Где всё пошло…»

J сжал кулак. Он с трудом сглотнул.

«…не так?»

Сказанные слова нельзя было взять обратно.

После того как он выбежал из кабинета директора, он опомнился перед знакомой дверью больничной палаты. Как он сюда попал, он не помнил. J ударился лбом о холодную дверь. Должен ли он рассказать мальчику, что собирается войти в разлом?

J отогнал внезапный вопрос. Нет. Входить в разломы было так же привычно, как есть. Не было необходимости говорить что-то особенное. Это не займёт много времени.

Нужно лишь спасти людей и уничтожить хозяина разлома. Как всегда. Только на этот раз целью спасения были охотники, и это немного отличалось.

И ещё это отличалось, потому что он должен был спасти тётю.

Статус: неизвестно.

— …

J сжал кулак до боли. Его переполняло желание что-нибудь разбить. Внутри всё будто горело.

Статус: неизвестно.

«Если в разломе…»

Статус: неизвестно.

«Если я умру…»

В этот момент он услышал шорох. Он доносился из больничной палаты. J инстинктивно распахнул дверь. Его глаза широко раскрылись.

Мальчик, весь покрытый бинтами, пытался подняться с кровати. Слабыми руками он убирал провода, соединённые с его телом, и, с трудом двигаясь, пытался сесть.

Кхе-кхе… Но это оказалось для него слишком тяжело, и из груди вырвался сильный кашель. Мальчик в панике прикрыл рот, свернулся, его плечи задрожали. В воздухе разнесся запах крови. Между пальцев мальчика, прикрывающих рот, проступила тёмно-красная кровь. J поспешно подбежал и схватил его за плечо.

— Эй, зачем ты пытаешься встать?

— …

— Зачем…!

J собирался крикнуть, но замер. Окровавленная рука отчаянно вцепилась в край его одежды. Вскоре грубые бинты коснулись его шеи, а за ними — тепло…

Тепло человека.

J сжал зубы. Он не знал, как отвергнуть это тепло. Поэтому мог только держать его. Держать бесконечно.

Глава 110

Бип, бип, бип... Сирена звучала громко. J осторожно обнял мальчика, стараясь приложить как можно меньше усилий. Мальчик, устроившийся в его объятиях, время от времени кашлял.

В воздухе витал запах крови. J нежно погладил выступающие позвонки мальчика. Его тело, безвольно прижавшееся к нему, казалось неестественно лёгким, а сердце, хотя и билось слабо, стучало быстро, доказывая, что он всё ещё жив.

«Он жив».

Я спас его. Этого ребёнка.

J снова подтвердил эту ошеломляющую истину. Лишь тогда его напряжённое тело расслабилось. Он выдохнул. Тело мальчика, которое только начало успокаиваться от кашля, дёрнулось. Казалось, мальчик понимал, что сделал что-то не так. Однако J не собирался злиться. Благодаря этому ребёнку он едва успел прийти в себя.

«Зачем умирать? Ты должен жить до конца…»

Только тогда он сможет продолжать жить рядом с этим упрямым, самоуверенным и невероятно энергичным ребёнком. J снова глубоко вздохнул. На этот раз дольше. Окровавленная рука мальчика осторожно разжала его воротник. J прижал щеку к макушке мальчика и пробормотал:

— Болит?

— …

— Должно быть, больно… Почему ты внезапно сделал это?

Как всегда, ответа не последовало. Но со временем J научился понимать его по маленьким реакциям.

Затруднённое дыхание и дрожащий от напряжения мальчик. Тот, кто привык терпеть боль, вместо того чтобы сказать о ней. J похлопал мальчика по спине. Тепло его тела успокаивало.

— Ты можешь делать что угодно… Только не пугай меня так больше. Понял?

— …

— Врачи скоро придут. Просто продержись ещё немного.

— …

Мальчик, молча слушавший, вдруг замотал головой. Затем, словно пытаясь вырваться из объятий, начал отталкивать грудь J. Удивлённый, J схватил его за руку.

— Что случилось? Почему?

— …

— Ты не хочешь видеть врачей?

Ответ был неопределённым. Казалось, ему не было ни хорошо, ни плохо от этой мысли. В такие моменты лучше всего было задать новый вопрос. Немного задумавшись, J потерся щекой о макушку мальчика и с улыбкой спросил:

— Или ты просто хочешь остаться со мной?

Голова под его щекой начала энергично кивать. Реакция была настолько ясной, что J застыл от неожиданности. Он ошеломлённо посмотрел на мальчика, а затем за маской появилась улыбка, которая вскоре превратилась в смех.

— Ха-ха! Вот как.

Мальчик начал извиваться, словно пытаясь сбежать из объятий. J поспешно крепче обнял его и попытался успокоить:

— Постой, постой. Я не смеюсь над тобой. Правда.

— …

— Эхм, эхм. Подожди.

J достал из инвентаря бутылочку с жидкостью мутного небесно-голубого цвета. Жидкость, словно живая, шевелилась внутри бутылки. Это была часть слизи, которую он нашёл, наблюдая, как охотники играют с ней. Он думал, что это будет хорошей игрушкой для ребёнка, но оказалось, что у неё нашлось новое применение.

J оторвал кусочек и бросил его в щель двери. Слизь с шлепком прилипла к двери и начала медленно расширяться, полностью закрывая зазор. Теперь открыть дверь было почти невозможно.

«Раз уж на то пошло…»

Он оторвал ещё один кусочек и бросил его на камеру видеонаблюдения на потолке. Слизь извивалась и обвила камеру полностью. J хлопнул в ладони.

— Отлично… Теперь никто не войдёт. Доволен?

— …

— Честно, ты — сущий непоседа.

Его голос, звучащий как упрёк, был полон безграничной заботы. Мальчик ещё сильнее прижался к нему. Их тела соприкоснулись. Теперь даже мальчик, вероятно, мог почувствовать сердцебиение J. J похлопал его по спине и, не задумываясь, сказал то, что не планировал говорить.

— …Мне нужно уйти ненадолго.

— …

— На этот раз это может занять много времени. Я даже не знаю, сколько...

Рука, едва способная что-то ухватить, отчаянно схватилась за его одежду. J какое-то время смотрел на неё, прежде чем спросить:

— …Ты хочешь, чтобы я не уходил?

Мальчик медленно кивнул. Как бы было хорошо, если бы он мог остаться. Честно говоря, J и сам не хотел отправляться в эту неизвестность. Раньше он бы ушёл, едва получив приказ. Без колебаний, без размышлений, просто выполняя приказы. Не думая о собственной жизни. Но причина, по которой он всё ещё был здесь…

J приподнял маску, скрывавшую его лицо. Его острые черты выдавали, что он уже взрослый, хотя в них всё ещё угадывалась молодость.

— Дай руку.

— …

Он осторожно направил руку мальчика к своему лицу. Пальцы, коснувшиеся его кожи, вздрогнули, словно обожжённые. J мягко усмехнулся.

— Дотронься нормально.

— …

— Мы же договаривались, помнишь? Я обещал, что ты сможешь потрогать. Ну вот, это моё лицо, а не маска…

— …

— Ты ведь был любопытен?

Под его мягким напором пальцы, до этого замершие, начали осторожно скользить по его щеке. J закрыл глаза и спокойно подставил своё лицо. Нерешительность в движениях пальцев исчезла, они продолжали своё исследование. Проведя от щеки к подбородку, пальцы остановились на его нижней губе. Уголки губ J слегка приподнялись. Он специально приоткрыл рот и спросил:

— Почему остановился?

— …

Пальцы мгновенно отпрянули от его губ. Осторожные движения мальчика забавляли J, и ему с трудом удавалось сдерживать свою игривую натуру. Реакции были слишком интересными. J с лёгкой насмешкой произнёс:

— Ты первый, кто так трогает моё лицо.

Пальцы, ранее коснувшиеся его лица, замерли. J прижался щекой к ладони мальчика. Тепло соприкосновения двух тел успокаивало. Это было доказательством жизни. Губы J едва заметно шевельнулись.

— …Я вернусь.

Он знал. Шансы вернуться были крайне малы. Вероятность найти выживших внутри — ещё меньше. Но он должен был идти. Все этого хотели. Все хотели, чтобы J вошёл в таинственный разлом и уничтожил его.

Так всегда поступают герои. Потому что герой должен.

J согласился с их пожеланиями. Он должен был спасти всех, кого мог. Чтобы спасать людей, не нужна причина. Поскольку он сам так считал, никто не мог его остановить.

«…Кроме тебя».

J посмотрел на своего единственного. Лицо мальчика слегка исказилось. Казалось, он вот-вот заплачет. Как эгоистично было просить кого-то ждать, человека, который, возможно, никогда не вернётся.

Но всё же.

Он позволил себе эту небольшую слабость. Осторожно он обнажил свои чувства.

— Ты будешь ждать меня?

Ответа не последовало. Мальчик убрал руку с его щеки. Конечно. Это было понятно. J уже собирался закрыть глаза.

— …

Мальчик протянул свой мизинец.

***

На самом деле, то, что произошло в разломе Западного моря, осталось размытым воспоминанием. Даже когда он пытался вспомнить, перед глазами вставали лишь короткие, обрывочные сцены.

Он помнил, как думал, что зрелище белого пепла, падающего словно снег, было красивым. Но не успел он закончить эту мысль, как увидел кровь, разбрызгавшуюся по этому белому пеплу.

Убийства монстров, нахождение частей тел охотников, которые вошли до него, наблюдение за тем, как товарищей разрывают монстры, крики о помощи, вопли, нечеловеческие звуки, последние слова умирающей тёти...

Разрывание груды тел, чтобы хотя бы достать конечность, вонзание клыка в голову василиска только для того, чтобы встретить мёртвую тишину...

«А затем я очнулся на свалке».

Ча Ый Джэ усмехнулся и швырнул мешки, которые держал, в кучу мусора. Сняв пластиковые перчатки, он провёл рукой по своим спутанным волосам.

«Говорят, если ты под слишком сильным стрессом, части памяти стираются. Думаю, это и случилось со мной. Просто мои догадки. То место было адом».

Да, то место было котлом жизни и смерти.

Оно засасывало бесчисленные жизни, запирая их, оставляя в живых только одного…

Осознав, что это место было котлом жизни и смерти, Ча Ый Джэ перестал пытаться собирать обрывки своих воспоминаний. Он лишь вновь и вновь прокручивал в голове имена и лица тех, кого не смог спасти.

Даже несмотря на то, что тело Ча Ый Джэ было снаружи, J, казалось, всё ещё оставался в этом котле жизни и смерти. Рыться в телах своих товарищей, бродить по пустоте в поисках выживших. Вспоминать тех, кого он не смог спасти.

Держаться за решимость и обещание спасти всех. Один.

«А теперь…»

Он наконец выбрался. Из этого котла.

Ча Ый Джэ шагал уверенно. Тёплый оранжевый свет пробивался из ресторана с супом от похмелья. Перед плотно закрытой железной дверью стояло что-то блестящее. Это был долгожданный гость. Ча Ый Джэ широко улыбнулся.

— Ккокко!

— Кудах?

Керамическая курица повернулась на звук его голоса. Неся на спине коробку размером с человеческую голову, Ккокко подпрыгивала на месте.

— Ку-дах!

В тот же момент телефон в кармане фартука Ча Ый Джэ завибрировал. Это было сообщение. Отправителем оказался...

010-XXXX-XXXXX: Ваш заказ прибыл. Пожалуйста, проверьте прикреплённый файл.

Маленькое чудо Со Мин Ги.

Глава 111

Посреди леса на Одэсане, в Хончхоне, провинция Канвондо, под тенью дерева появилась темно-коричневая деревянная дверь. Она медленно открылась с зловещим скрипом, отражая сомнения того, кто её открывал.

Вскоре из двери вышел молодой человек в черной кепке и куртке. Его лицо было почти полностью скрыто под козырьком кепки, а оставшуюся часть закрывала маска.

Его изношенные кроссовки раздавили заросшую траву. Осмотрев окрестности и убедившись, что никого нет, молодой человек присел на корточки перед дверью. Его голос прозвучал странно искажённо.

— Спасибо, что открыли дверь. Благодаря вам я добрался сюда быстро.

— С-спасибо…

Романтичный открыватель, Чхве Го Ё, ответил едва слышным голосом. Он лежал лицом вниз на полу небольшой комнаты, где находился Ча Ый Джэ, прижавшись щекой к полу. Пространство было настолько тесным для взрослого мужчины, что ему пришлось свернуться, как лягушка, что выглядело крайне жалко.

Ча Ый Джэ посмотрел на него с состраданием.

— Перенести вас в место побольше?

— В место побольше… куда?

После короткого размышления Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— Пол ресторана не подойдет… Может, поставить вместе несколько столов и уложить вас на них?

— Нет…

— …

— Просто перетащите меня на траву, пожалуйста…

— Вы уверены, что это нормально? Мы же посреди гор.

— Я… думаю, что всё будет в порядке? Со Мин Ги-щи заберёт меня… наверное.

Его ответ не внушал доверия. Ча Ый Джэ с сомнением посмотрел на Чхве Го Ё, затем поднял его и уложил в тень под деревом. Чхве Го Ё слабо махнул рукой, будто пытаясь выразить благодарность.

— Берегите себя… Когда будете возвращаться домой…

— Когда я вернусь домой?

— …Ух.

Он не смог закончить фразу и опустил голову, издав жалобный последний вздох. Хотя он выглядел как мёртвый, вскоре послышалось его дыхание.

Ча Ый Джэ сел на корточки неподалёку, наблюдая за бессознательным Романтичным открывателем. Спустя некоторое время из тени Ча Ый Джэ раздался низкий голос.

— О, вы уже здесь. Извиняюсь за задержку. Одну минуту, пожалуйста…

Голос был знакомым. Со Мин Ги выполз из края тени Ча Ый Джэ. Посмотрев на храпящего Романтичного открывателя с удовлетворением, он сказал:

— Вы всё сделали согласно инструкции в приложении. Отлично.

Ча Ый Джэ открыл присланное Со Мин Ги приложение, где были не только адрес и карта филиала Прометея, но и подробное описание пути к этому месту. В инструкции значилось следующее:

[Свяжитесь с Романтичным открывателем и скажите ему прийти быстрее.]

[Скажите ему открыть дверь.]

[Остальное я возьму на себя.]

«Инструкции — это здорово…»

Ча Ый Джэ подумал, что именно поэтому Ли Са Ён доверяет Со Мин Ги всё. Предложенный им план был невероятно быстрым и удобным. Ча Ый Джэ с восхищением посмотрел на Со Мин Ги. Сегодня его солнцезащитные очки казались ещё более внушающими доверие.

Со Мин Ги стряхнул траву с костюма.

— Теперь, прежде чем мы продолжим, давай я быстро объясню кое-что. Обозначу информацию и меры предосторожности.

Щёлкнув пальцами, он заставил что-то чёрное зашевелиться и собраться на земле. Это была тень.

Тень сменила форму, превратившись в прямоугольник, а Со Мин Ги нарисовал на ней линии палочкой. Вскоре тень приняла очертания карты из приложения.

— У Прометея есть филиалы повсюду. Информацию об этом филиале предоставил Чон Бин. После исследования я выяснил, что он довольно большой.

Сидя на корточках, Ча Ый Джэ пробормотал:

— Разве правительство и гильдии не говорили, что они ужесточают меры против Прометея? Как он может быть таким большим?

— Хм, за этим скрывается печальная история. Если кратко, это из-за вас.

Ча Ый Джэ, внезапно обвинённый, с недоумением посмотрел на тень. Сколько усилий он приложил, чтобы тихо жить среди охотников!

— Что я сделал? Я ведь просто спокойно управлял рестораном супов.

Самопровозглашённый работник ресторана супов, который прошёл через такие события, как инцидент с магическими камнями, битву в порту Инчхон с охотниками, посещение Выставки мастеров и устранение хозяина подземелья S+ класса, попытался оправдаться. К счастью, Со Мин Ги пожал плечами.

— Возможно, я слишком кратко объяснил. Вы ни в чём не виноваты. Я вас не обвиняю. Если проще, то события развивались так. А теперь так.

Со Мин Ги нарисовал круг и разделил его на три части. Вскоре круг заполнился тенями.

— В прошлый раз я объяснял, верно? Охота на Прометея была совместным усилием правительства, гильдии Падо и гильдии Совон. Но затем…

Он отщипнул кусок тени и отодвинул его в сторону, оставив две части.

— Как только J появился в рейтингах, Бюро управления пробуждёнными решило, что отслеживание J важнее, и вышло из дела Прометея. Большинство их людей были направлены на поиски J.

Ча Ый Джэ, который был вынужденно воскрешён и втянут в канал ранкеров против своей воли, молчал. Кто бы мог подумать, что его воскрешение и попадание в канал ранкеров окажет такой значительный эффект бабочки? Он знал, что его будут искать, но не ожидал, что настолько активно.

Палочка ткнула оставшиеся две части. Одна из них приняла форму маленького человечка, который копировал движение, будто переносил грузы.

— Если бы всё ограничивалось только правительством, это было бы не так уж серьёзно. Но гильдия Падо тоже сосредоточила свои силы на поиске и срыве операций. Поскольку самыми активными преследователями Прометея была гильдия Падо, возможность была упущена.

В объяснении прозвучало странное слово. Ча Ый Джэ, внимательно слушавший до этого, резко поднял голову.

— Срыве? …Вы имеете в виду, что гильдия Падо тоже искала меня?

— Ой, это должна была быть конфиденциальная информация.

Со Мин Ги, случайно проболтавшись, не выглядел слишком обеспокоенным.

— Но, впрочем… раз дело завершено, думаю, ничего страшного, если я расскажу. Гильдия Падо действительно активно вас искала. Более того, они проводили операции по срыву, чтобы помешать Бюро управления пробуждёнными найти вас.

— …Зачем?

Почему гильдия Падо искала J? И, кажется, они делали это самостоятельно, а не в сотрудничестве с Бюро управления пробуждёнными. Разве гильдия Падо не была основана после того, как J вошёл в разлом?

Будто понимая сомнения Ча Ый Джэ, Со Мин Ги ответил безразлично:

— Ну, как всегда, это приказ главы гильдии. Что ещё? Мы сами точно не знаем причины.

— …

— Когда говорят прыгать, мы прыгаем. В любом случае…

В голове Ча Ый Джэ возникло множество вопросов о Ли Са Ёне. Однако деловой тон Со Мин Ги резко прервал его мысли.

— Чтобы исследовать внутренние помещения, вам понадобится сертифицированная ключ-карта. Большинство зон требуют авторизации для доступа. Охрана достаточно строгая.

Серьёзный тон вернул Ча Ый Джэ к реальности. Ключ-карта. Исследователи наверняка должны иметь свои. Ча Ый Джэ потер подбородок и спросил:

— Уровни доступа отличаются в зависимости от ранга?

— О, отличный вопрос. Да, для доступа к основному ядру филиала требуется ключ-карта старшего исследователя или выше.

— Хорошо…

Ча Ый Джэ пробормотал, разглядывая теневую карту.

— Значит, мы заходим, бьём любого, кто похож на исследователя, и забираем их карты? По одной…

— …

Несмотря на правильный ответ, реакции не последовало. Когда Ча Ый Джэ поднял голову, он увидел, что Со Мин Ги смотрит на него с выражением лица, напоминающим «Крик» Мунка. Шок на его лице был настолько очевидным, что Ча Ый Джэ, что редкость, уловил настроение.

— …Это не так?

— …Совершенно точно нет.

Со Мин Ги мрачно пробормотал, доставая что-то из кармана и передавая это. Это была пластиковая карта с несколькими следами крови. На карте было фото мужчины в очках. Ча Ый Джэ принял её обеими руками с уважением. Очки Со Мин Ги блеснули.

— Доверьтесь мне больше! Думаете, я бы не подготовил такие вещи? Я же Со Мин Ги! Специалист по скрытности и проникновению, 36-й в рейтинге Южной Кореи!

— О, да, да. Огромное спасибо.

Охотник номер один в Южной Корее поклонился 36-му. Всё ещё немного взволнованный, Со Мин Ги глубоко выдохнул и провёл рукой по волосам.

— Ладно, оставим это… Давайте уточним вашу цель. Что конкретно вы хотите найти или подтвердить в этом месте?

— …

— Чёткая цель сэкономит время.

Ча Ый Джэ покрутил в руках ключ-карту и ответил:

— Во-первых, я хочу проверить список испытуемых и узнать, какие эксперименты проводятся здесь.

— В списке испытуемых, скорее всего, не будет человека, которого вы ищете.

— Я знаю. Но если я начну отсюда и продвинусь дальше…

Вокруг поднялся ветер. Острая энергия закружилась, сотрясая пространство. Со Мин Ги невольно отступил назад. Ветки деревьев яростно закачались.

Ча Ый Джэ убрал ключ-карту в карман и продолжил:

— Я могу найти какую-нибудь зацепку.

— …

— Очень маленькую зацепку. Это всё, что мне нужно.

— …Ладно. В таком случае.

Со Мин Ги указал глубже в лес.

— Если будете идти прямо по этой тропе, найдёте вход. Я расчистил несколько деревьев, которые его скрывали… Просто заходите.

Когда Ча Ый Джэ кивнул, Со Мин Ги скривил губы и выглядел слегка смущённым.

— …Внутри может быть немного… беспорядочно.

***

Пик. Когда Ча Ый Джэ приложил ключ-карту к сканеру, закрытая дверь открылась. Чавк, чавк. Его изношенные кроссовки ступали в лужи. Сквозь щели маски просочился неприятный запах, одновременно сладкий и рыбный. Тёмное и просторное помещение было зловеще тихим. Ча Ый Джэ огляделся и глубоко вздохнул.

— Ты сказал, что может быть беспорядок…

Проводя рукой вдоль стены, он нащупал кнопку и нажал её. Просторное помещение внезапно озарилось светом. То, что предстало перед его глазами…

— Это уже больше, чем просто беспорядок.

Лаборатория была покрыта кровью. На полу лежали тела, из каждого отверстия которых текла густая тёмно-красная кровь.

Глава 112

Ча Ый Джэ засунул руки в карманы и огляделся. Это место походило на какую-то исследовательскую лабораторию, а помещение, в которое он вошел, выглядело как вестибюль, соединяющий вход и коридор. И начиная с вестибюля, повсюду были мертвые тела.

Белые лабораторные халаты, которые носили погибшие, настолько пропитались тёмно-красной кровью, что первоначальный цвет ткани едва можно было различить. Ча Ый Джэ поднял взгляд к потолку. Резкий белый свет ламп накаливания мерцал зловеще. Пространство окутывала пугающая тишина, лишённая даже звуков дыхания или сердцебиения. Белые стены и красная кровь.

— Я не хочу умирать!

Отчаянный крик раздался эхом. Острая головная боль пронзила его. Ча Ый Джэ машинально прикусил язык. Когда резкая боль распространилась, он наконец смог вернуть себе самообладание. Времени на раздумья не было.

Ча Ый Джэ посмотрел на труп, привалившийся к стене, головой упершийся в неё. Судя по вертикальным царапинам на стене, этот человек, похоже, корчился от невыносимой боли.

Перевернув тело, он увидел лицо с широко раскрытыми глазами, залитое кровью. Холодные чёрные глаза пробежали по телу. Сначала он подумал, что всех убил Со Мин Ги. Но, подумав ещё раз...

«Никаких внешних повреждений…»

Он никогда не видел, чтобы Со Мин Ги дрался, но справиться с таким количеством людей, не оставив видимых следов, было бы невозможно без какой-то особой способности. Разве тот не утверждал, что он специалист по скрытности и инфильтрации, а не по убийствам?

Не было внешних ран, но при этом наблюдалось аномальное кровотечение. Трупы, умершие в мучениях, истекая кровью, а также необычно тёмно-красный цвет крови…

Эти признаки казались ему знакомыми. Неосознанно Ча Ый Джэ дотронулся до своей шеи.

Да, это было похоже на симптомы, которые возникли у него, когда его отравил Ли Са Ён. Знакомый сладковатый запах тоже витал в воздухе. Это был тот же аромат, который всегда щекотал его ноздри, когда рядом находился Ли Са Ён.

Со Мин Ги, должно быть, знал, что внутри есть кто-то посторонний. Но несмотря на это, он лишь сказал: «Внутри может быть немного… беспорядочно». Это, скорее всего, означало, что он считал этого постороннего не представляющим угрозы для Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ усмехнулся и осмотрел лицо трупа, осторожно коснувшись его шеи. Тело ещё сохраняло тепло, и трупное окоченение не наступило. Было ясно, что человек умер совсем недавно.

«Он всё ещё должен быть внутри».

Если он продолжит идти, то обязательно встретит его. Ча Ый Джэ поставил окровавленные подошвы своих кроссовок на пол и двинулся вперёд.

Прометея преследовали гильдия Падо, гильдия Совон и Бюро управления пробуждёнными. Ли Са Ён, который был подопытным Прометея. Вероятно, именно Ли Са Ён устроил этот хаос и жестоко убил исследователей.

«Это из-за его мести Прометею?»

Идя по длинному коридору, обходя трупы и лужи крови, его мысли сосредоточились на Ли Са Ёне.

Со Мин Ги твёрдо утверждал, что никто не выживал после экспериментов Прометея. Нам У Джин говорил, что Ли Са Ён был бывшим подопытным Прометея. Кто-то из них явно лгал.

«Судя по состоянию этого места, кажется, Нам У Джин был прав…»

Обычная месть не привела бы к такому массовому убийству.

В этот момент из приоткрытой двери вырвался яркий свет. Ча Ый Джэ осторожно заглянул внутрь. Это выглядело как комната мониторинга с множеством крупных экранов. На мониторах отображались похожие на камеры заключения помещения, в которых не было людей.

Это место также находилось в беспорядке: пол и стены были испачканы следами борьбы, но вещи и документы на столах выглядели на удивление аккуратно. Как будто кто-то подготовил их заранее. Ча Ый Джэ поднял синий файл. На нём было написано:

[#707 Экспериментальный отчет]

— …

Он осторожно открыл файл и начал перелистывать его страницу за страницей. В отчёте речь шла о подопытном №707, который был спасён после того, как оказался в разломе. Исследователи вводили в его тело препараты для усиления, переливали кровь пробуждённых, пересаживали плоть монстров и проводили многочисленные эксперименты. И...

[Неудача.]

[Неудача.]

[Неудача.]

[Неудача.]

[Неудача.]

— …

На последней странице говорилось, что было принято решение утилизировать его, так как дальнейшие эксперименты утратили ценность. Последняя фраза записи гласила:

[Пусть наши сердца будут наполнены благодарностью к тем, кто жертвует собой, чтобы предотвратить конец.]

Ча Ый Джэ машинально сжал кулак. Он стиснул зубы. Пластиковая папка хрустнула, словно бумага, в его руках. Похитить выжившего, который с трудом выбрался из разлома, использовать его в качестве подопытного, а затем утилизировать, когда эксперименты провалились. Тревога охватила его. Он взял другой файл и начал быстро его просматривать.

Неудача, неудача, неудача, утилизация, пусть наши сердца будут наполнены благодарностью к тем, кто жертвует собой, чтобы предотвратить конец. Неудача, неудача, неудача… конец. Благодарность. Конец.

Бах!

Стол раскололся надвое от его удара. Его плечи, до этого поднимавшиеся и опускавшиеся в ярости, постепенно успокоились. Ча Ый Джэ остановился, собираясь ударить себя по щеке, но замер от холодного прикосновения маски.

Он задавался этим вопросом с самого начала. Почему Прометей пытался искусственно создать пробуждённых? Неужели из-за обиды, что их не выбрала система?

Если бы их мотив был столь примитивным, они бы не были столь угрожающими. Те, кто движим эгоистичными желаниями, обычно рассыпаются из-за собственной жадности.

Но эти люди были совсем другими. Они верили, что стремятся предотвратить конец. Они были убеждены, что небольшие жертвы неизбежны, как фанатики. Они были ни учёными, ни исследователями. Они были группой безумных фанатиков.

— Искусственно создавать пробуждённых, чтобы предотвратить конец? Как глупо…

Внезапно послышался слабый стон. Ча Ый Джэ резко поднял голову. Человеческий голос раздался за дверью на одной из сторон комнаты мониторинга. Здесь не должно было быть выживших. Ча Ый Джэ поспешно открыл дверь.

— Ааа, у-угх!

Внутри, съёжившись, сидел мужчина в белом лабораторном халате, дрожащий и бьющийся головой о стену. Он прикрывал рот руками.

— Спасите меня, пожалуйста, спасите, спасите…

«Откуда он здесь взялся?»

В голове роились вопросы, но тело Ча Ый Джэ уже двигалось, чтобы помочь выжившему. Он быстро осмотрел мужчину, пытаясь понять, можно ли с ним поговорить…

Однако уже через мгновение он убрал протянутую руку. На шее мужчины висел пропуск, который указывал на то, что он был сотрудником этого исследовательского комплекса.

«Он из Прометея…»

Неудача, неудача, неудача, пусть наши сердца будут наполнены благодарностью к тем, кто жертвует собой, чтобы предотвратить конец.

Ча Ый Джэ, засунув руки в карманы своих джинсов, слегка наклонился вперёд, разглядывая исследователя сверху вниз. Мужчина, заметив, что фигура перед ним не представляет немедленной угрозы, постепенно перестал биться головой о стену. Щурясь, он разглядел чёрную маску, закрывающую лицо незнакомца.

В его глазах появился странный огонёк радости.

— Э-эта маска, ты же J, да? J, это ты, правда? Я слышал, что ты выжил. Как ты здесь оказался… Нет, нет!

Мужчина, ползком на коленях, схватился за ногу Ча Ый Джэ. Его руки заметно дрожали.

— Пожалуйста, пожалуйста, спаси меня. Какой-то безумец разрушил исследовательский центр и убил невинных людей…!

— …

Ча Ый Джэ молчал. Мужчина, кусая губы от волнения, вдруг поднял взгляд. Глаза, в которых только что светилась радость, теперь сияли странным блеском.

— У-у меня было так много вопросов, которые я хотел задать тебе, J. Я… я твой большой поклонник. Я хотел узнать о разломе на Западном море. Нам было даровано откровение, что он касается конца, и все, все…

— Что? О чём ты говоришь…

Глаза Ча Ый Джэ расширились в тот момент, когда мужчина начал задыхаться.

— Ааааа!

Исследователь схватился за горло, закричал, а затем из его рта хлынула тёмно-красная кровь. Дрожащей рукой он попытался дотянуться.

— Пожалуйста, J, спаси, спаси меня…!

— Нет.

Топ, топ. Из темноты раздались шаги. Ленивый голос прошептал:

— Ты перепутал слова.

— Спаси, спа…

— Для начала тебе следовало сказать: «Прости, я был неправ…»

— Про-прости, я… угх…

Исследователь, корчась и царапая пол, постепенно затих. Вместо последних слов он захлебнулся кровью. Его тело обмякло. Из темноты раздался ленивый голос.

— Я убил их всех, но, похоже, кто-то всё-таки остался.

— …

— Прости за это. Ты в порядке?

Из темноты появилась рука, кончики пальцев которой были окрашены в чёрный цвет. Когда она коснулась головы исследователя, послышался жуткий звук, и тело начало растворяться в чёрную жидкость.

— Похоже, Хон Ё Сон встроил в твою маску функцию противогаза. Повезло.

Труп уже превратился в чёрную лужу, которая вскоре исчезла, впитавшись в руку. Завершив своё дело, рука скрылась обратно в темноте.

Ча Ый Джэ коротко ответил:

— Давай начистоту. Ты оставил его в живых специально. Только его.

— …

Из темноты донёсся короткий смешок. Голос, перемешанный с усмешкой, произнёс:

— Ты так быстро разбираешься в таких вещах. Но ни в чём другом.

— …

— Ну да. Я подумал, что тебе будет любопытно, хён.

— …

— Хотя, оглядываясь назад, это была ошибка. Он до самого конца только нёс чепуху.

Из темноты показались чёрные ботинки.

— Итак… раз уж ты проделал весь этот путь.

Длинный чёрный плащ спадал до середины голени. Одна рука была засунута в карман, растрёпанные кудри обрамляли лицо, а глаза сверкали из-под прядей. Длинные ресницы медленно опустились. Полные губы приоткрылись.

— Нашёл то, что искал?

Фиолетовые глаза слегка сузились.

— J.

Как будто улыбаясь.

Глава 113

— Нашёл то, что искал?

— …

— J.

На его изящном лице не было ни следа удивления, словно он заранее знал, что встретит J здесь. В узких фиолетовых глазах мелькнул отблеск озорства. Ли Са Ён пробормотал, надевая чёрные перчатки. Кончики пальцев исчезли в мягком материале.

— Я специально кое-что оставил.

Аккуратно разложенные файлы, мониторная комната с включённым светом, словно специально направлявшим его, голос выжившего, прозвучавший в момент, когда он закончил чтение. Всё это было приготовлено для одного человека.

Для обладателя подарка…

— Ты прочитал это?

Ча Ый Джэ.

Файлы на столе и тела — всё это было выставлено специально. Ча Ый Джэ цинично размышлял: он мог бы закончить всё чисто. Ча Ый Джэ пристально смотрел на место, где ранее лежал человек. На пустом полу остались лишь несколько кровавых пятен. Его голос звучал странно изменённым.

— Да. Прочитал. Записи с этого объекта?

— Ну, только маленькую часть.

— …

— Я их отфильтровал. Оставил немного, чтобы точно дошло до меня.

— Со Мин Ги должен был сказать тебе, что я приду сюда.

Ли Са Ён лишь улыбнулся в ответ. Со Мин Ги и Романтичный открыватель помогали Ча Ый Джэ, но в основе своей они принадлежали Ли Са Ёну. Учитывая пространственную доставку, которую он испытал в порту Инчхон, это не казалось неожиданным. Ча Ый Джэ сам ответил за молчаливого Ли Са Ёна.

— Должно быть так, раз ты не удивился моему внезапному визиту. И заранее подготовил материалы.

— О, я был удивлён. Я не ожидал, что первое действие J после возвращения через восемь лет…

Ли Са Ён огляделся вокруг и пожал плечами.

— Будет рейдом на исследовательский объект Прометей.

— …

— Хотя я тебя об этом не просил…

Ли Са Ён подошёл бесшумно, сделав всего несколько шагов. Его чёрная рука мягко сняла с Ча Ый Джэ чёрную кепку. Ча Ый Джэ не сопротивлялся. Ли Са Ён прошептал, аккуратно поправляя слегка взъерошенные волосы.

— Помню, когда мы заключали контракт, я упоминал лишь то, что преследую группу, приманивающую людей наркотиками.

— …

— А потом ты вдруг заговорил о Прометее…

Ли Са Ён лёгким движением пальцев щёлкнул по краю кепки. Его длинные ресницы медленно моргнули. Уголки губ всё ещё оставались приподнятыми.

— Где ты это услышал… и зачем пришёл сюда?

Хотя тон звучал как вопрос, атмосфера была иной. Тот Ли Са Ён, которого знал Ча Ый Джэ, уже бы выказал своё раздражение, добиваясь удовлетворения от подчинения собеседника. Но сейчас перед ним был другой Ли Са Ён…

— Ты мастерски выдумываешь новые секреты каждый раз.

— …

— Лжец.

В его глазах…

— Устроим Вопрос и Ответ, как в старые времена? Будем задавать друг другу вопросы, отвечать и пытаться угадать, что скрыто.

Взгляд, притворяющийся равнодушным, под которым бурлило что-то неведомое.

Ча Ый Джэ инстинктивно понял, что так просто ему не выбраться. Одна ошибка — и он попадёт в бешеное течение.

Поймать взбесившееся чудовище или справиться с раздражённым Ли Са Ёном было бы проще. По крайней мере, для этого существовали понятные стратегии. Но спокойный Ли Са Ён требовал новых решений. Встретившись с фиолетовым взглядом, он почувствовал, как внутри всё зачесалось.

Ча Ый Джэ сжал кулак, вдавливая ногти в ладонь, спрятанную в кармане. Хорошо, что маска скрывала его выражение.

— У меня нет вопросов.

— Ну, вообще-то, у тебя нет выбора.

Голос прозвучал с оттенком смеха. Ли Са Ён слегка наклонил голову. Его кудрявые волосы мягко качнулись.

— А у меня к тебе много вопросов… о тебе.

— …

— Тогда… можно я начну?

Крупная рука в кожаной перчатке обхватила затылок Ча Ый Джэ. Мягкий голос произнёс.

— Ты знаешь, не так ли? Что я — продукт экспериментов Прометея.

Вопрос прозвучал неожиданно. Ча Ый Джэ инстинктивно напряг пальцы. Ли Са Ён, слегка наклонив голову, пробормотал:

— Кто тебе это сказал, и так очевидно… очень немногие знают об этом. Все они мертвы.

— …

— Те, кто ещё жив, — это Хам Сок Джон, Чон Бин, Нам У Джин и Пэ Вон У. Ты избежал Чон Бина и Хам Сок Джон, так что это не они. Пэ Вон У недостаточно умен, чтобы понять, что ты — J. Остаётся…

Его большой палец мягко провёл за ухом.

— Нам У Джин. Этот ублюдок.

Ли Са Ён был проницательным и обладал великолепными навыками сбора информации. Впрочем, скрывать что-либо уже не имело смысла. Он сам раскрыл те секреты, которые так долго пытался сохранить. Ча Ый Джэ честно признался:

— Да, это правда.

— И ты узнал это, когда забрал бабушку, так ведь? Тогда и услышал о Прометее.

— Верно.

Ли Са Ён стиснул зубы, а затем тяжело вздохнул. Его рука скользнула с затылка Ча Ый Джэ. Исчезло и это тёплое, хоть и ненадолго, ощущение.

— Теперь твоя очередь.

— …

Ча Ый Джэ, помолчав, спросил:

— Я слышал, что эксперименты Прометея не имели успешных случаев. Все умирали.

— Ах-х…

Ли Са Ён протянул слово с ленивой усмешкой, чуть приподняв голову, словно издеваясь.

— Со Мин Ги так сказал? Что ж… он не ошибается. Прометей никогда не добивался успеха в своих экспериментах. Ни разу. Никто не выдерживал. Их тела разрушались или они становились чем-то хуже монстров.

— …

— Тебе интересно вот это, правда? Как я, испытуемый, всё ещё жив…

Ли Са Ён медленно положил руку на центр своей груди.

— Всё просто. Я пробудился.

Он прошептал томным голосом:

— Я пробудился не из-за их экспериментов. Меня выбрала система.

Он вспомнил разговор, который у них был в ресторане похмельного супа после заключения их странного контракта, когда маленькие чёрные существа двигались под пальцами Ли Са Ёна.

— Итак, какие критерии у системы для выбора пробуждённых?

Ленивый голос задал вопрос.

— Система,

над фигурой человека появилось квадратное окно,

— откликается на отчаянное желание.

Это стало общепринятым фактом со Дня Разлома.

— Когда человек испытывает отчаянное желание, система притягивается этой энергией и находит его.

Появившиеся из ниоткуда белые выгоревшие глаза смотрели на Ча Ый Джэ. Внезапно всё вокруг превратилось в лес. Разговор с Нам У Джином в гильдии Совон постепенно всплывал в памяти. Нам У Джин, шедший впереди с развевающимся белым халатом, шептал:

— Пробудился ли он из-за их эксперимента или система ответила на отчаянные молитвы Ли Са Ёна.

Всё снова изменилось. Среди обломков и руин Ча Ый Джэ сжимал в руках тела своих родителей. Запах горелой плоти и крови был невыносим. Холодные тела. Тук-тук, звуки монстров, шарящих поблизости, доносились до ушей.

В тот момент, перед лицом смерти, о чём думал Ча Ый Джэ?

«Я хочу жить».

Он хотел жить.

«Я не хочу умирать».

Он не хотел умирать.

И тогда перед глазами вспыхнул яркий белый свет. Это был момент, когда он встретил систему.

Ча Ый Джэ поднял голову. В тёмной и узкой комнате единственным источником света была наполовину открытая дверь. Ли Са Ён тихо наблюдал за ним. Вдруг в голове возник вопрос. Что было отчаянной мольбой Ли Са Ёна? Что было настолько сильным, что привело к его пробуждению?

Странным образом, Ча Ый Джэ чувствовал, что знает ответ.

Словно кто-то подсказывал ему. Сердце бешено колотилось. Эмоции переполняли — возбуждение, ожидание, а может, тревога и замешательство. Ча Ый Джэ медленно открыл рот.

— Ты…

Казалось, что в горле застрял комок, мешающий говорить. Он не был уверен. Даже если это казалось невозможным, он всё равно лелеял слабую надежду, терзаясь конфликтом чувств.

Мальчик, умиравший от яда. Ли Са Ён, который использовал яд. Мальчик, чьи записи были стёрты Прометеем или кем-то ещё. Ли Са Ён, который сбежал, будучи подопытным Прометея. Мальчик, пытавшийся улыбаться с прищуренными глазами. Ли Са Ён, улыбающийся точно так же.

«Не может быть».

Ча Ый Джэ смотрел на Ли Са Ёна растерянным взглядом. В этот момент Ли Са Ён улыбнулся. Его глаза прищурились, сверкая, как у ребёнка, который с нетерпением ждал, чтобы раскрыть приготовленный подарок.

«Это странно».

Ча Ый Джэ проглотил бесчисленные слова.

«Это слишком удобно…»

С ним, с Ча Ый Джэ, чудеса не происходят. Он знал это. Давным-давно он отказался от надежды на чудо. И всё же, хотя он снова и снова убеждал себя, что это невозможно, он с трудом смог выдавить одно слово. Голос предательски дрогнул.

— Это… ты?

Чёрные ботинки сделали шаг вперёд. Между ними осталось совсем узкое пространство. Ли Са Ён протянул руку. Ча Ый Джэ, будто зачарованный, взял её — так же, как делал это восемь лет назад.

Чёрная рука мягко притянула его ладонь к щеке Ли Са Ёна. Тепло, исходящее от его кожи, было мягким. Оно резко контрастировало с грубой текстурой бинтов.

Ли Са Ён медленно прижал щеку к его ладони. Перчатка покрыла руку, лежащую на щеке. Тихий голос прошептал:

— Да, хён.

Глава 114

— Да, хён.

Голос был мягким, успокаивающим. Даже прижимаясь щекой к руке Ча Ый Джэ, Ли Са Ён не отводил от него взгляда. В тёмных зрачках Ли Са Ёна чётко отражалась чёрная маска J. Молча смотря на Ча Ый Джэ, Ли Са Ён мягко нарушил тишину.

— Это я.

— … Это правда ты?

Ча Ый Джэ заикался. Его первые слова прозвучали жалко. Ли Са Ён моргнул, а затем улыбнулся.

— Да, я неплохо вырос, правда? Удивлён?

В отличие от него самого, Ли Са Ён был игрив. Ча Ый Джэ только открывал и закрывал рот, не издавая ни звука.

«Как?»

«Ты был подопытным?»

«Почему?»

«Почему тебя туда забрали?»

«Ты знал, что я J?»

«Если знал, то с каких пор?»

«Почему ты мне не сказал?»

Несчётное количество вопросов поднималось и исчезало. Хотя он часто проглатывал слова, которые хотел сказать, впервые их оказалось так много, что он не мог вымолвить ни одного. Даже выбрать, что сказать, казалось невозможным.

Ли Са Ён перестал тереться щекой о ладонь Ча Ый Джэ и пробормотал:

— Что, не веришь?

— …

Ли Са Ён скривил губы.

— Я ведь твой единственный успех, да?

Единственный успех.

— Ты…

Стук, сердце забилось. Ча Ый Джэ вздрогнул, словно его ударила молния.

Он думал, что больше никогда не услышит этих слов. И уж точно не мог представить, что услышит их от Ли Са Ёна.

Всё ещё не верилось. Вместо этого накатило беспричинное беспокойство.

А вдруг всё это сон? Вдруг это всего лишь галлюцинация? Вдруг его разум спутался из-за повсеместного запаха крови? Казалось, что земля вот-вот рухнет под ногами, отправив его в глубокую пропасть.

J не верил в чудеса. Он слишком долго провёл в разломе, чтобы верить в них. Видя останки товарищей, разбросанные повсюду, невозможно было верить в чудеса. Зная эту пустоту, он не мог надеяться на них.

Но несмотря ни на что.

В разломе Западного моря J мечтал. Он мог сказать, что J в его снах был счастливее всех. Просыпаясь в мягкой, уютной постели, приветствуя родителей, хлопоча за завтраком, болтая с тётей, шутя с Чон Бином, завершая день рассказами мальчику о том, что произошло. Обычная жизнь, которой он жаждал, но так и не получил.

Когда он открывал глаза, вокруг всё ещё было море крови.

Надежда на чудо таяла с каждым днём. Каждый раз, когда он пронзал монстра. Каждый раз, когда не слышал даже криков о помощи. Каждый раз, когда находил следы того, что когда-то было его товарищами.

И всё же J не терял последнюю надежду. Он утешал себя и немногих оставшихся товарищей, веря, что каким-то образом они смогут выбраться. Он дал обещание. Он не мог стать лжецом для своего единственного успеха. Он держался только с этой мыслью.

То, что окончательно сломало его дух…

Это была находка руки его тёти.

— …

Внезапно он вернулся к реальности. Ча Ый Джэ смотрел пустым взглядом на юношу перед собой. Трудно было поверить, что это чистое лицо принадлежит мальчику, кожа которого была словно сплошные бинты. Рука, прикрывавшая его щёку, дёрнулась, как будто её обожгло.

Когда Ча Ый Джэ поспешно попытался убрать руку, чёрная ладонь, прикрывавшая её, крепко сжалась. Раздался мягкий голос:

— Нет, это не так.

— Что…

— У тебя есть что-то ещё, что ты хочешь сказать, хён?

Ещё одна чёрная рука потянулась к его лицу. Обычно он уклонился бы, едва завидев движение, но Ча Ый Джэ стоял неподвижно, даже не думая о том, чтобы отступить. Вскоре большая рука прикрыла его маску. Затем аккуратно сняла её.

Прохладный воздух коснулся кожи. Глаза Ли Са Ёна слегка расширились, а затем сузились. Рука, которая прикрывала лицо Ча Ый Джэ, опустилась. В тот же момент рука самого Ча Ый Джэ безвольно упала.

Ли Са Ён пробормотал:

— … С таким лицом.

— …

— Нечего сказать.

Звук падения маски на кафельный пол раздался чётко.

Одновременно две чёрные руки протянулись вперёд. Они обхватили лицо Ча Ый Джэ так же, как он сам сделал это раньше. Необычное тепло кожи, нагретой под кожаными перчатками, ощущалось странно. Осторожно, большие пальцы погладили его глаза, словно прикасаясь к чему-то драгоценному.

— Не мог бы ты быть хоть немного счастливее, а?

— …

Тепло на его щеках успокаивало, и Ча Ый Джэ уткнулся лицом в эти большие ладони. Это было инстинктивное действие. Ли Са Ён тихо вздохнул.

— Я не ожидал такой реакции.

— …

— Почему у тебя такое лицо, будто ты сейчас заплачешь…

Только тогда Ча Ый Джэ осознал, что его лицо в полном беспорядке. Даже прикусывание внутренней стороны губы не могло подавить нахлынувшие эмоции.

Чудеса приходят только к тем, кто их не ищет? Отказавшись от всех желаний и сдав всё, что было, он наконец увидел, что осталось у него в руках. В этой пустоте…

Его единственный вернулся к нему.

Словно чудо.

Не в силах сдерживаться, Ча Ый Джэ протянул руки. Он притянул к себе крепкое тело, заключив его в объятия. Тело напряглось от прикосновения. Ча Ый Джэ сделал глубокий вдох и выдохнул. До него донёсся сладкий запах. Его ладонь коснулась затылка, а мягкие волосы запутались между пальцами.

Он слышал биение сердца из груди, прижатой к его, и прерывистое дыхание у своего уха. Их сердца бились сильнее, чем когда-либо. Но больше всего радовало то, что их сердца били в одном ритме.

Ча Ый Джэ прошептал с искажённым лицом:

— Прости.

J всегда думал, что скажет, когда вернётся.

Сначала ответ был прост. «Хён вернулся, ты ждал, я сдержал обещание». Обычные слова. Слова, которые можно произнести легко, без лишнего груза. Но чем дольше он блуждал в разломе, тем глубже эти радостные слова уходили,

«Тётя!»

и, в конце концов, становились невыразимы.

На их месте осталось…

— Прости, что опоздал.

— …

Чувство вины и:

— Прости, что нарушил обещание.

— …

— Прости, что заставил тебя ждать.

Бесконечные извинения.

— Прости…

Слёзы не лились. Они высохли уже давно. Он почувствовал, как напряжение постепенно уходит из тела, которое он обнимал. Сильные руки обвились вокруг его шеи.

Ли Са Ён медленно выдохнул и опустил голову. Его мягкая щека и волосы коснулись шеи Ча Ый Джэ. Хотя его вес придавил, Ча Ый Джэ не пошатнулся. Он стоял твёрдо, принимая весь груз. Это была его заслуженная ноша.

Голос, словно вздох, прозвучал у его уха:

— Всё нормально.

— …

— Потому что я сдержал обещание.

Пальцы, запутавшиеся в мягких волосах Ли Са Ёна, дёрнулись. Он вспомнил сцену в подземелье. Ли Са Ён с бледным лицом, искривлённо улыбающийся. Его непонятные слова.

«А если я скажу, что ждал тебя?»

Эгоистичная просьба, которую он тогда озвучил.

«Ты будешь ждать меня?»

Когда-то, сидя среди тел и крови, чтобы не сойти с ума, он пытался думать о чём-то другом. И мысли естественно возвращались к мальчику. А завершались эти мысли всегда сожалением. J жалел, что дал это обещание. Он желал, чтобы никогда не связывал его даже пальцем.

Каким бесполезным должно было быть это ожидание того, кто никогда не вернётся.

Иронично, но это сожаление спасло J. Сожаление стало единственной якорной точкой, удерживавшей его, блуждающего без цели. Без него он, вероятно, давно стал бы частью моря.

В этот момент губы шевельнулись у его шеи.

— Почему те, кто должен извиняться, не делают этого, а те, кто не должен, извиняются?

Голос, произнесённый словно проклятие, вскоре снова стал мягким. Ли Са Ён потерся лбом о плечо Ча Ый Джэ. Касание волос было щекочущим.

— Ну, ты опоздал… но ты пришёл, верно?

— …

— Ты пришёл за мной.

— …

— Этого достаточно.

Это были неожиданные, добрые слова. Ча Ый Джэ не знал, как справиться с такой радостью. Всё, что он мог сделать, — это сильнее прижать к себе крепкое тело. Отличающийся от воспоминаний, незнакомый, но в то же время знакомый, Ли Са Ён всё равно был его мальчиком.

Ли Са Ён был единственным для Ча Ый Джэ.

Они стояли, молча обнимая друг друга, слушая удары своих сердец, словно это было их естественное состояние.

Ча Ый Джэ похлопал Ли Са Ёна по спине и поднял взгляд к потолку. На смену погружающему чувству вины пришла ярость. Ли Са Ён был подопытным в экспериментах Прометея. Но кто посмел использовать его доверенного ребёнка как объект для опытов?

«Эти ублюдки…»

В этот момент Ли Са Ён, прижавшийся к нему, тихо рассмеялся и пробормотал:

— Лучше не забивать себе этим голову, хён.

— Что? — резко откликнулся Ча Ый Джэ. Ли Са Ён хихикнул.

— Просто будь счастлив. Просто подумай: «Он жив».

Рука, обвивавшая его шею, опустилась, поглаживая спину Ча Ый Джэ. Это незнакомое прикосновение заставило Ча Ый Джэ напрячься. Ли Са Ён, поглаживая его спину и лопатки, прошептал:

— Важно то, что я жив,

— …

— и что ты вернулся. Ты пришёл за мной.

— …

— Разве этого недостаточно? Как думаешь?

Ча Ый Джэ, молчавший всё это время, слегка кивнул в знак согласия. Ли Са Ён, уткнувшийся лицом в его шею, чуть приподнял голову. Сквозь растрёпанные волосы ярко блеснули его фиолетовые глаза. Однако человек, державший его, этого не увидел. Якоря всегда уходят глубоко на дно.

Ли Са Ён пробормотал:

— Да, этого достаточно.

Ли Са Ён осторожно поднял голову и поцеловал Ча Ый Джэ в висок. Прежде чем тот успел это осознать, он отстранился. Взгляд, которым он посмотрел на молодого мужчину, державшего его, был полон мягкой нежности. Но за этой нежностью скрывались вспыхивающие тени других эмоций.

Ли Са Ён беззвучно шевельнул губами:

«Всё остальное можно и не знать».

Глава 115

Ли Са Ён, который до этого перебирал выступающие лопатки и мышцы спины, убрал руку и легонько постучал по рукам, что обнимали его. Ча Ый Джэ медленно отпустил. Ли Са Ён поднял упавшую на землю маску и протянул её.

— Прости, что уронил её, хён.

— Ничего страшного. Сумасшедший её сделал, так что она должна быть достаточно крепкой.

Ча Ый Джэ стряхнул пыль с маски. Лицо, на котором ещё недавно читалась готовность расплакаться, вновь обрело привычное холодное выражение. «Может, стоило посмотреть на это чуть дольше», — подумал Ли Са Ён, игнорируя прилив сожаления, когда красные от слёз глаза скрылись за чёрной маской. Ему хотелось прикоснуться к нему ещё раз, но для этого у него будет достаточно возможностей в будущем. Взглянув на свет, пробивающийся сквозь дверь, Ли Са Ён заговорил.

— Пойдём, хён.

— Ты уверен, что нам не нужно больше ничего исследовать? Место выглядит довольно большим.

Искажённый голос осторожно произнёс каждое слово. Как же он скучал по этому голосу. Ли Са Ён прищурился и улыбнулся, пряча руки за спину.

— Ну… исследование было закончено ещё давно. Со Мин Ги уже забрал данные.

— Остальные данные?

— Их оставили специально. Чтобы ты увидел, хён.

Ли Са Ён протянул руку и коснулся пальцев Ча Ый Джэ, как бы побуждая его идти. Но тот не двигался. Ли Са Ён молча смотрел на чёрную маску. Казалось, он хотел что-то сказать. После долгого молчания Ча Ый Джэ спросил.

— История ещё не окончена.

— …

— Какие эксперименты с тобой проводили? Как тебя забрали туда?

— …

— Как Прометей смог вытащить тебя из больницы…?

Из-под маски раздался скрежет зубов. Даже несмотря на то, что вопрос был ожидаем, никакого удовлетворения от того, что он угадал, не было. Только жалость. Ча Ый Джэ был добрым и правильным. До глупости.

«Он не понимает, что эта доброта разрушает его изнутри…»

Ли Са Ён, молча стоявший, опустил взгляд и моргнул. Его длинные ресницы вздрогнули. Надев перчатки, он провёл пальцами по рукам Ча Ый Джэ. Крепкая рука вздрогнула. Ли Са Ён опустил голову и тихо пробормотал.

— Я не хочу говорить об этом здесь. Это…

— …

— Мы можем поговорить об этом позже? Хён.

Ча Ый Джэ не ответил. Вместо этого он крепко сжал руку Ли Са Ёна. Другой рукой он обхватил его за голову, словно успокаивая, мягко провёл пальцами по его волосам и заговорил добрым тоном своим искажённым голосом.

— Конечно, расскажешь потом. Пойдём.

Ли Са Ён закрыл глаза, чувствуя лёгкое прикосновение, скользящее по его волосам. Он ответил словами, которые не совпадали с его мыслями.

— Хорошо.

Нет.

— Я…

Это история, которую тебе не нужно знать.

***

Через неделю. Ресторан с похмельным супом гудел, как обычно, в часы ужина.

Место было забито до отказа: люди теснились за маленькими столиками, а перед автоматической стойкой самообслуживания с кимчи и гарнирами выстроилась очередь. Волшебные камни, встроенные в стойку, блестели, непрерывно наполняя пустые миски кимчи. Руки поднимались то тут, то там.

— Два похмельных супа сюда!

— Да, одну минуту.

— Простите, можно взять бутылку соджу?

— Только одну. Я видел, как вы уже брали.

— У нашего работника на полставки зрение улучшилось с тех пор, как он стал охотником.

Охотник проворчал что-то себе под нос, направляясь к промышленному холодильнику. Вместо того чтобы пойти напрямик, он сделал круг, обходя столики, что было неэффективно, но вполне объяснимо.

— …

Потому что за соседним столом сидел человек в противогазе, закинув ногу на ногу.

Возможно, Ли Са Ён обрёл совесть. В отличие от прошлого, когда он смело занимал столики в центре, теперь он выбрал место в углу с полным обзором ресторана. Проблема заключалась в том, что он появлялся здесь каждый день, а не раз или два.

Постоянные посетители были на пределе. Разве второй ранкер Южной Кореи не должен быть занят? Почему он торчит в ресторане с похмельным супом, а не в гильдии Падо? Они отчаянно смотрели на работника, молча умоляя его выставить Ли Са Ёна. Ведь работник на полставки обладал наивысшей властью в ресторане.

Но странным образом Ча Ый Джэ, тот самый работник на полставки, который обычно бывал весьма строг, на этот раз молчал, сталкиваясь с нарушением. Вместо того чтобы устроить Ли Са Ёну выговор, он иногда обменивался с ним взглядами и даже приветствовал его. Каждый раз, когда Ли Са Ён ловил этот взгляд, он махал рукой в ответ.

Работник на полставки и Ли Са Ён!

Кто такой Ли Са Ён, если не самый нежеланный гость? И всё же проявлять к нему такую доброжелательность…

— Чёрт, я больше этого не выдержу.

Бах! Палочки для еды точно воткнулись в середину кусочка редьки кимчи. За зелёным столиком сидели трое. Пэ Вон У, который уже съел две миски супа. Руководитель группы Хан, который запихивал рис в рот, пока его очки запотевали. И Пчела, которая терзала бедную редьку кимчи, внезапно глубоко вздохнула и зло уставилась на Пэ Вон У.

— Парень-щит, скажи честно.

— Эй, я же просил так меня не называть. Что?

Пчела наклонилась ближе и зловеще зашипела.

— Что сделал твой глава гильдии?

Пэ Вон У закатил глаза, старательно перемешивая рис с супом. Список возможных деяний Ли Са Ёна был настолько длинным, что даже трудно было угадать. Наконец, он сдался и мрачно ответил.

— Он мог сделать всё что угодно. Так что именно?

— Не делай вид, что не понимаешь. Просто скажи честно. Разве мы не договорились за рестораном?

Руководитель группы Хан тоже поднял запотевшие очки и вмешался.

— Эта ситуация явно нарушает наше соглашение. Глава гильдии Падо устраивает беспорядок в ресторане, а Ча Ый Джэ ничего не говорит. Неужели он что-то предложил взамен?

— Например, ремонт ресторана с похмельным супом.

— О, да ладно вам, это что, теория заговора?

— Что же между ними произошло, раз они…

— Да я понятия не имею…

Пока руководитель группы Хан продолжал спорить, Пчела бросила взгляд на Ли Са Ёна. Тот не только махал рукой, но теперь ещё сложил руки в цветочную позу, следя за каждым движением работника на полставки.

«Что он вообще делает?»

Как только Пчела сделала вид, что её тошнит, их взгляды встретились. Ли Са Ён убрал одну руку из цветочной позы и высоко поднял средний палец. Его умение ругаться с грацией было безупречным.

Не желая уступать, Пчела подняла оба средних пальца в ответ. Но это продолжалось недолго, потому что, как только работник на полставки вышел из кухни, руки в чёрных перчатках мгновенно вернулись к цветочной позе. Пчела прислонилась щекой на ладонь и продолжила наблюдать.

Работник на полставки, держа поднос под мышкой, подошёл к Ли Са Ёну. Они начали тихо разговаривать. Разговор не был ничем особенным: «Хочешь суп?» — «Не нужно», — «Когда заканчивается смена?» Но работник на полставки улыбался мягко, что было крайне редким явлением.

«Не думаю, что когда-либо видела, чтобы он так улыбался...»

Короткий смешок сорвался с губ. Атмосфера вокруг них двоих была совсем иной. Надув губы, Пчела продолжала наблюдать за ними. Что же такого произошло, что они стали так близки?

Но это длилось лишь мгновение. Её острые инстинкты, которые спасали ей жизнь множество раз, вдруг подали сигнал тревоги. Под этой доброй внешностью скрывалось что-то другое. Нельзя доверять только виду.

Пчела моргнула. За этой улыбающейся стороной лица что-то пряталось…

«Напряжение…?»

***

23:53. Несмотря на то что время закрытия давно прошло, а полночь была уже близка, свет в офисе Первой группы полевого реагирования Бюро управления пробуждёнными всё ещё горел. Почти никто не ушёл. С руководителем группы, сидящим за своим столом и держащимся за голову, никто не решался уйти.

Никто даже не думал о том, чтобы пойти домой. Всё Бюро управления пробуждёнными было в состоянии повышенной готовности.

«Охотника из Бюро управления пробуждёнными заменили, оставив только пустую оболочку».

Это была беспрецедентная ситуация со времени основания бюро. Без сомнений, это дело рук Прометея, но никто не знал, когда и как произошла замена. Без улик расследование даже не могло начаться. Хотя Ли Са Ён разобрался с одной из исследовательских баз и отправил кое-какие данные…

Тяжёлый вздох…

Значимой информации в этих данных тоже не оказалось. Перед ними лежали лишь горы записей экспериментов, которые нужно было проанализировать.

Ещё один глубокий вздох. Охотники за своими столами невольно сутулили плечи. Руководитель Первой группы полевого реагирования, Чон Бин, сжав руки в молитвенном жесте, опирался лбом на них.

Рукава его рубашки были закатаны до локтей, а обычная мягкая улыбка на лице сменилась выражением глубокой озабоченности. На его правой руке, с которой недавно сняли гипс, остался длинный шрам.

В этот момент его телефон завибрировал. Не глядя, Чон Бин нащупал телефон и быстро ответил на звонок. Уставший голос вырвался механически:

— Да, это Чон Бин, руководитель Первой группы полевого реагирования Бюро управления пробуждёнными. Чем могу помочь?

— Чон Бин.

Странно искажённый голос. Он звучал чуть иначе, чем тот, который он помнил, но манера обращения была слишком знакома. По спине пробежал холодок.

— Можем поговорить? У меня есть кое-что сказать.

Тон был вежливым, но в нём сквозила странная непринуждённость, почти дерзость. Насколько знал Чон Бин, так говорил только один человек. И как будто подтверждая его мысли, странный голос продолжил.

— О, это я, J. На случай, если ты сомневаешься.

Глава 116

J.

Чон Бин поправил хватку на телефоне и огляделся. Пока никто из членов команды не обращал на него внимания, но они наверняка заметят, если он начнет вести себя странно. Нужно было держаться как можно естественнее.

— Понял. Пожалуйста, подождите минутку.

Чон Бин провел рукой по лицу, затем встал и схватил пиджак, висевший на спинке его стула. Шуршание ткани прозвучало необычно громко.

— …

Несколько членов команды посмотрели на него с недоумением. Чон Бин не ответил словами, лишь поднял указательный палец, указывая на потолок. На их лицах отразилась усталость, кто-то даже, кажется, вздохнул.

С зажатым между плечом и ухом телефоном он быстро написал что-то на клочке бумаги и поднял его.

[Я выйду ненадолго. Сделайте перерыв.]

Прочитав записку, члены команды кивнули. Покидая офис, Чон Бин ускорил шаг, как только открыл дверь аварийной лестницы. Его шаги гулко раздавались, когда он быстро спускался по ступеням.

Он остановился на лестничной площадке, ведущей в подвал — место без камер наблюдения, где никто не мог подслушать его разговор. Чон Бин остановился, чтобы перевести дыхание.

Обычно он бы проигнорировал это. Списал бы на очередного самозванца. Но…

«J вернулся».

Понимал ли этот человек, насколько весомы его слова?

Чон Бин провел большим пальцем по задней части телефона, глубоко вдохнул и заговорил:

— Извините за задержку. Теперь можете говорить.

— Похоже, вы были с другими людьми. Вы еще не закончили работу?

— …

— Уже почти полночь.

Каждый раз, когда он слышал этот искаженный голос, в груди что-то трепетало — чувство, которое он не мог точно определить. Было ли это напряжение или ожидание? Нет, скорее тревога.

Знал ли собеседник о его чувствах или нет, голос продолжил:

— Общаться по телефону не очень безопасно. Я предпочел бы встретиться лично. Вы сейчас свободны?

Этот человек, J, за которым они организовали целую команду для отслеживания, но потерпели неудачу, теперь сам связался, чтобы договориться о встрече — чего Чон Бин никак не ожидал.

«Более того…»

В его голове эхом прозвучали слова Хон Ё Сона.

«J так сказал. Он думает, что перестройка подземелья произошла из-за него, но пока сам не знает почему. Пока он не выяснит причину, он сказал, что будет появляться только в случае крайней необходимости, как в этот раз».

Крайняя необходимость. Размытое утверждение. Чон Бин быстро перебрал в голове последние события. Была ли какая-то угроза, сравнимая с подземельем S+ класса? Хотя Прометей проник в глубины Бюро управления пробужденными, это не было проблемой, требующей вмешательства J. Тогда почему? Ответа у него не было.

— …

— Вы очень заняты? Если да, то ничего не поделаешь.

В искаженном голосе теперь слышались нотки разочарования. Чон Бин поспешно ответил:

— Нет, я свободен. Куда мне идти?

— О, я дам адрес. Но приходите один. И не говорите Директору.

Голос продиктовал адрес, и Чон Бин автоматически записал его, одновременно погружаясь в размышления.

С подставным агентом Прометея, проникшим в ядро Бюро управления пробуждёнными, нельзя было полностью исключить вероятность того, что это ловушка. В конце концов, прошло уже восемь лет с тех пор, как J исчез в разломе, и с тех пор его личность неоднократно пытались подделать. Большинство из таких самозванцев не стоили усилий и исчезали раньше, чем их удавалось поймать, но...

«Тем не менее…»

Даже слабая вероятность означала, что он должен пойти. Это был долг выживших.

Адрес, который сообщил J, оказался детской площадкой. Направляясь туда, Чон Бин попробовал перезвонить на номер, но ответа не последовало. Из любопытства он проверил номер и обнаружил, что это сертифицированный номер общественного телефона.

— …

Он припарковал машину в соседнем переулке и пошёл пешком. Ночь была тихой, не слышно даже звуков насекомых. Его губы пересыхали от напряжения. Наконец, перед ним появилась площадка.

На краю красной горки сидел молодой человек в кепке и простой чёрной маске. Его поза была непринуждённой, руки покоились на коленях.

Он был одет в толстую куртку, застёгнутую до шеи, чёрные спортивные штаны и тапочки с тремя белыми полосками — настолько обычный наряд, что он легко мог бы сойти за рядового прохожего, если бы не маска.

Под мигающим фонарём, вокруг которого суетились насекомые, воздух вокруг молодого человека казался неподвижным. Как будто почувствовав присутствие Чон Бина, он поднял голову.

— О.

Искажённый голос коротко выдохнул это слово. Молодой человек слегка кивнул, как бы приветствуя его.

— Давненько не виделись. Надеюсь, ты хорошо поживаешь.

Чон Бин не ответил. Интонация была знакомой, но ему было сложно доверять.

Это действительно он? Как он узнал номер, чтобы связаться? Если это правда он, почему появился внезапно? Почему всё это время оставался в тени? В голове роились бесчисленные вопросы, но ни один не находил ответа.

К счастью, Чон Бин умел скрывать свои эмоции, а ещё лучше — добывать информацию.

Он сложил руки за спиной и едва заметно улыбнулся.

— Да. Давненько не виделись.

— …

На этот раз молодой человек промолчал. Чон Бин попытался восстановить в памяти детали. Каким было телосложение J? Хотя этот человек был чуть меньше, его общий облик был похож. Однако оценить точнее было сложно: он сидел на пластиковой горке. Молодой человек подпер рукой подбородок и пробормотал.

— Как твоя рука?

— Простите?

— Твоя правая рука. Ты тогда повредил её, защищая остальных от голема.

— …

Глаза Чон Бина расширились, но он быстро вернул своему лицу привычное выражение. Тот факт, что он повредил руку, был широко известен, особенно на Первом Канале и других платформах. Но подробности знали только те, кто был там… Нет. Одного этого недостаточно, чтобы быть уверенным. Возможно, он узнал это из отчётов Хон Ё Сона…

В этот момент молодой человек тяжело вздохнул.

— Боже, как же этот парень умудряется так выворачивать всё наизнанку… Сил нет с ним.

Сквозь стон молодой человек потянулся и встал. Он сунул руки в карманы и встал криво, его взгляд скользнул по фигуре Чон Бина, задержавшись на шрамах на руках, которые виднелись из-под закатанных рукавов. Молодой человек пожал плечами.

— Ты стал гораздо подозрительнее.

— Простите. Учитывая нынешние обстоятельства.

Чон Бин слегка наклонил голову. Молодой человек медленно прохаживался перед горкой, погружённый в размышления, затем скрестил руки на груди.

— Почему бы нам не вспомнить то время, когда мы беседовали на уличной лестнице у штаба?

Уличная лестница. Знакомое место пробудило воспоминания, и Чон Бин выдохнул, словно всё это время затаивал дыхание. Напряжение, сковывавшее его плечи, постепенно исчезло. Он провёл руками по лицу и пробормотал:

— Ах… Значит, это действительно ты.

— Конечно. Я не подделка.

— …

Пытаясь прийти в себя, Чон Бин какое-то время потёр лицо, а затем резко поднял голову.

J, который утверждал, что будет появляться только в самых крайних случаях, вдруг вышел на связь. Значит ли это, что произошло что-то серьёзное? Ведь он явно не мог появиться просто так, чтобы поздороваться.

Чон Бин поспешно спросил:

— Произошло что-то серьёзное?

— Ох… Это. Ничего особенного.

Молодой человек потёр затылок.

***

Мальчик, которого считали мёртвым, оказался жив. Это было похоже на чудо.

Даже Ча Ый Джэ, который не верил в чудеса, поверил в них в тот момент, когда прижал Ли Са Ёна к себе. В тёмном помещении, пропитанном запахом крови, только они двое дышали. Тёплая голова Ли Са Ёна, устроившаяся у него на груди, дарила столько утешения, что Ча Ый Джэ мог бы держать его в своих объятиях целый день.

Он был единственным доказательством того, что жизнь Ча Ый Джэ не была напрасной. Таким драгоценным, что ни одни слова не могли бы описать его ценность…

Однако.

— Я устал.

— Понимаю.

Драгоценность была драгоценна, но…

— Прости, у меня встреча в гильдии. Поговорим позже.

— Хорошо.

Но то, что они не могли нормально поговорить, — это совсем другая проблема!

Прошло восемь лет с их последней встречи. Даже друзьям или семье было бы о чём поговорить после такого долгого времени, а связь между Ча Ый Джэ и Ли Са Ёном была куда глубже.

Ча Ый Джэ считал своим долгом узнать всё, что случилось с Ли Са Ёном за эти восемь лет: как его забрал Прометей, какие эксперименты ему пришлось пережить. Это была его обязанность как защитника!

Но Ли Са Ён избегал серьёзных разговоров, словно скользкий угорь, несмотря на то, что ежедневно появлялся в ресторане с похмельным супом. У него всегда находилось оправдание: встреча гильдии, подземелье, разлом, исправление ошибки члена гильдии или визит в Бюро управления пробуждёнными.

Однажды Ча Ый Джэ попытался удержать его от очередного ухода, но Ли Са Ён сделал вид, что устал, и прильнул к нему. Сначала Ча Ый Джэ подумал, что тот снова попал под влияние цепей Чон Бина, но решил не придавать этому значения.

Однако и терпению бывает предел.

На седьмой день, так и не дождавшись серьёзного разговора, Ча Ый Джэ сидел на корточках у мусорного контейнера, отклеивая этикетки с бутылок, и размышлял.

Если за неделю ничего не изменилось, то вероятность того, что Ли Са Ён вообще когда-либо откроется, была крайне низкой. Он был чересчур чувствительным и упрямым — черты, которые со временем лишь усилились.

Единственной картой, которую Ча Ый Джэ мог разыграть в данный момент, оставался — Маленькое чудо Со Мин Ги. Однако запрос информации о Прометее через Со Мин Ги, скорее всего, будет заблокирован на уровне Ли Са Ёна.

Как человек, который сам когда-то действовал как J, Ча Ый Джэ знал всё о том, как работать с ограниченной информацией. Конечно, он умел с этим справляться. Но жить, довольствуясь лишь обрывками сведений? Нет.

«Мне нужно найти другой источник информации».

Ча Ый Джэ отбросил мешок с переработкой и вернулся в ресторан, где вытащил [Основное руководство для новых охотников] — подарок, который он пролистал всего пару раз с момента получения. Открыв на одной из страниц, он обнаружил визитку, служившую закладкой. На ней было написано:

[Бюро управления пробуждёнными, Полевая группа реагирования №1]

[Руководитель группы Чон Бин]

***

Уличный фонарь мигал, словно собирался погаснуть. Поздно ночью на детской площадке двое молодых людей, явно не вписывавшихся в это место, напряжённо стояли друг напротив друга.

Когда Ча Ый Джэ увидел растерянное и напряжённое выражение лица Чон Бина…

— Дай мне всю информацию, что у тебя есть о Прометее и Ли Са Ёне.

Он прямо потребовал конфиденциальную информацию.

Глава 117

— Дай мне всю информацию, что у тебя есть о Прометее и Ли Са Ёне.

Тишина. В холодном утреннем воздухе слышались только стрекот цикад и слабый шум листвы. Чон Бин неподвижно смотрел на чёрную маску, словно зачарованный.

Ему хотелось сказать так много. Задать так много вопросов. Как J выбрался из разлома в Западном море? Когда он вернулся? Всё ли с ним было в порядке? Если он был жив, почему он не связался раньше?

Чон Бин прокручивал в голове слова, похороненные где-то в восьмилетнем молчании. Перебирал, что сказать, что спросить, а что оставить невысказанным. Он потратил всю дорогу сюда, размышляя о том, какой может быть их разговор, но теперь всё это оказалось бесполезным. Вопрос J выбил из его головы все мысли. Вместо этого возникла странная мысль:

«Как поступить, если предположительно мёртвый бывший коллега (читай: герой) появляется спустя 8 лет и требует секретную информацию?»

В уме Чон Бин уже видел заголовок, который взорвал бы любой анонимный форум. Сценарий, о котором он никогда бы не подумал в своей жизни. Он чувствовал себя искусственным интеллектом, пытающимся ответить на невыполнимый запрос. Машинально он поднял взгляд к тёмному небу. Вина и облегчение, накатившие при виде маски, давно рассеялись, словно пепел на ветру. Их место заняла тревога, заполнившая каждый уголок его сознания.

Чон Бин подумал:

«Разве ты не сказал, что это не имеет большого значения?»

Ничего страшного? Нет, это действительно было большое дело. Это было действительно важно.

Сам факт, что J, которого считали мёртвым, вернулся живым, уже был огромным событием. Он выглядел в порядке, с целыми руками и ногами. Это, конечно, радовало. Но та информация, что содержалась в его коротком вопросе, была подавляющей.

«Информация о Прометее и Ли Са Ёне.»

J был охотником высшего класса, и его способности находить секретные данные поражали. Но откуда он узнал о Прометее? И что связывает его с Ли Са Ёном, чтобы он просил информацию именно о нём?

«Неужели он действительно мог встретиться с Прометеем?»

Нет. Чон Бин тут же отбросил эту мысль. Прометея искали слишком многие фракции. У него просто не было бы времени или причин для встречи с J. Более вероятно, что…

«Более вероятно, что Ли Са Ён замешан в этом…»

Он вспомнил зловещие слова, которые Гю Гю произнёс в тёмной комнате для допросов.

— Ищи Ли Са Ёна.

— Я много копался и составил короткий список кандидатов на роль J… Но вся информация обрывается на Ли Са Ёне и гильдии Падо. Этот парень любит давать ложные наводки, и это ужасно раздражает.

Гю Гю определённо подозревал Ли Са Ёна. Он утверждал, что именно тот обрубил все следы, ведущие к J. И в тот день, когда J снова появился в рейтингах, Чон Бин встретил Ли Са Ёна перед мемориалом разлома Западного моря… Да, это было странно.

Не пытаясь скрыть тягостно зловещую энергию и мрачную ауру, он сказал:

— Всё, что выходит из разлома…

И с явно недвусмысленной улыбкой добавил:

— Моё.

Он улыбался.

— Так что убирайся.

Так жутко. Так ярко.

В тот момент он абсурдно заявлял свои права на J, который выбрался из разлома. Но Ли Са Ён пробудился как охотник задолго после того, как J вошёл в разлом. Не должно быть между ними никакой связи. Однако почему…

— Хм, это действительно так сложно? Тебе правда нужно так долго ломать голову?

Искажённый голос прервал его стремительно ускользающие мысли. Чон Бин быстро поднял голову. J стоял, засунув руки в карманы своей чёрной куртки, слегка наклонившись и наклонив голову вбок. С невинным видом он спросил:

— Разве это не странно? В наши дни не было никаких секретов, верно?

Ну да, потому что у тебя был высший уровень допуска, и ты видел всё, — Чон Бин едва не проговорил это вслух, но сдержался. Это правда: высокий допуск J позволял ему иметь доступ к информации о монстрах, подземельях и разломах. J пробормотал, будто сам себе:

— Может, охотник Сон кое-что от меня и скрывал... но неважно.

Он пожал плечами.

— Было бы неплохо, если бы ты оформил это в отчёте… но если ты боишься утечек, просто расскажи. Я могу запомнить. Ты ведь сейчас очень занят, да? Недавно видел, ты снялся в рекламе про меры безопасности при землетрясениях.

Тон J был лёгким, будто он предлагал услугу. Когда он успел увидеть ту рекламу о безопасности? Чон Бин потер лицо обеими руками, стараясь избавиться от накопившегося напряжения. Обычно он умел скрывать свои эмоции и добывать нужную информацию, но сейчас сохранять хладнокровие было невозможно.

Спустя мгновение Чон Бин поднял голову. Его лицо выглядело усталым, но слова слетали с его губ машинально.

— Советую поискать информацию о Ли Са Ёне в интернете, J. На вики всё прекрасно задокументировано.

J ответил равнодушным тоном:

— Кто спрашивал про его биографию? Я о другом, именно поэтому и позвал тебя сюда. Ты знаешь всё, зачем притворяться?

— Это нарушение закона о защите личной информации.

— Я не прошу его ID и пароль.

— Что запрещено, то запрещено, J.

— Ладно, Ли Са Ён, но Прометей же не подпадает под этот закон?

— Прометей — это строго засекреченные данные. J, мне нужно одобрение директора, чтобы рассказать тебе.

Чон Бин чувствовал пронизывающий взгляд, скрытый за чёрной маской. Но он оставался твёрд. Он не знал, зачем J спрашивает об этом, но оба вопроса касались тем, которые нельзя было обсуждать просто так. И ещё...

«Наверняка была причина, по которой ты не показывался до сих пор.»

Разлом, в который вошли бесчисленные охотники, но никто не вернулся. Единственный, кто вышел живым. Бывший сильнейший и нынешний сильнейший. В момент, когда J официально появится, на него будет обращено всё внимание. И это внимание может быть как доброжелательным, так и зловещим.

Чон Бин не хотел, чтобы он оказался беззащитным перед этим.

— …

Может быть, это была просто самоуверенность, а может, даже эгоизм. Возможно, сейчас он пытался сделать то, что не смог раньше. Но Чон Бин хотел защитить его. Теперь он не был таким беспомощным, как тогда. Это был его способ проявить заботу.

Но.

Долгий вздох вырвался наружу. J теперь стоял, низко опустив голову. Прислонив лоб к ладони, он тихо пробормотал с мрачной интонацией.

— Я не хотел этого делать...

— Что?

— ...Но, похоже, у меня нет выбора.

Это прозвучало как зловещее предупреждение. Вскоре после этого раздался глухой звук — его тапки коснулись зелёного пола. Весь его облик и осанка говорили о том, что он готовится к чему-то необычному. Чон Бин смотрел на J с тревогой. J, стоя с видом хулигана, с одной согнутой ногой, громко крикнул:

— Как ты можешь не сказать герою, который спас страну!

Это была ловушка!

Челюсть Чон Бина отвисла. Слова, которые он услышал, были настолько шокирующими, что он засомневался в своём слухе. Разве это тот же человек, который раньше отмахивался от идеи быть героем? А теперь он с полной серьёзностью использовал этот статус. Хотя прошло достаточно времени, чтобы всё изменилось, Чон Бин никак не ожидал такого поворота. Он запинался:

— Ч-что ты сказал?

— Сколько монстров я поймал, сколько разломов закрыл!

— Постой, J!

— Сколько подземелий я зачистил, говорю!

— Успокойся, пожалуйста!

— Я не прошу ничего невозможного! Я даже не требую подвести итоги восьми лет! Я всего лишь спрашиваю о двух вещах, и даже старый коллега не может мне это рассказать!

— Прости, пожалуйста, успокойся!

К счастью, всплеск эмоций J закончился длинной тирадой о том, как в его время не было ни минуты отдыха — из подземелья в разлом и обратно, а туши монстров заменяли ему подушки…

Выдержав это как мог, Чон Бин, пошатываясь, упал на скамейку. J тоже опустился вниз, склонив голову у выхода с горки. Снова наступила тишина. На этот раз даже цикады перестали стрекотать. Восемь лет — достаточно времени, чтобы превратить молодого человека в ворчливого старика, подумал Чон Бин.

После войны, в которой были лишь поражения.

— ...

— ...

Долгое время никто из них не говорил. Точнее, ни один не решался нарушить молчание. Боковым зрением Чон Бин заметил, как J беспокойно вертится на месте.

Спустя некоторое время Чон Бин, сгорбившись и закрыв лицо руками, слабо произнёс:

— Я расскажу тебе.

— ...

— Но прежде… можно мне кое-что сказать?

— ...Да.

Такой же слабый ответ донёсся в ответ. Чон Бин провёл рукой по губам и тяжело вздохнул.

— J, когда ты начнёшь свои действия официально, все взгляды неизбежно будут прикованы к тебе. Честно говоря, я... надеюсь, что ты не будешь себя раскрывать. Говорю это как Чон Бин, а не как руководитель группы из Бюро управления пробуждёнными.

— ...

— Люди иногда могут быть жестоки. В те времена...

О чём он думал, глядя на измождённую фигуру J, бродившего по коридорам Бюро, весь в крови, которую даже не пытался вытереть? Люди делали вид, что не замечают его усталости, игнорировали его юный облик, который не могла скрыть даже маска. Потому что это помогало им выжить. Чон Бин пробормотал:

— Разве ты недостаточно этого испытал?

— О боже, о чём ты вообще говоришь...

Чон Бин резко поднял взгляд. J сидел, подперев подбородок рукой, и смотрел прямо на него. После долгого молчания J ответил с твёрдой уверенностью:

— Я уже давно закончил переживать по этому поводу. Я принял решение.

Глава 118

Но только на мгновение, J добавил неловко:

— Я сказал это с такой уверенностью… но я был очень сбит с толку.

J постучал кончиками пальцев по щеке своей маски и начал медленно говорить:

— Я единственный выживший из разлома Западного моря.

— …Все остальные погибли?

— Да. На самом деле, я недавно вышел из разлома.

— …

— Когда я вышел, прошло уже несколько лет.

Чон Бин побледнел, внимательно слушая рассказ J. Холод пробежал по его спине. Он поднял голову с побледневшим лицом.

— Подожди, подожди минуту… Ты хочешь сказать, что провёл годы внутри разлома Западного моря?

Прошло восемь лет с тех пор, как J вошёл в разлом Западного моря. Лишь недавно он сумел выбраться. Если они действительно были заперты внутри безвыходного разлома все эти восемь лет, и J оказался единственным, кто выбрался…

«Это слишком жестоко».

Лоб покрылся холодным потом. Чон Бин с трудом пытался сохранять спокойствие, подбирая слова, но не находил подходящих. J же, напротив, ответил равнодушно:

— О, я не могу быть уверен в этом.

Он пробормотал это, слегка наклонив голову.

— Был ли я действительно в разломе восемь лет или течение времени отличается между разломом и реальностью… мои воспоминания нечёткие.

— Что ты имеешь в виду?

— Мои воспоминания неполные. Некоторые части словно стёрты, как будто их вырезали.

— …

Мог ли сильный стресс вызвать проблемы с памятью? Это было вполне возможно. В конце концов, даже у первых пробуждённых были случаи амнезии, и некоторые из них проходили лечение. Но делать поспешные выводы было рано. Подумав, Чон Бин сказал:

— …На данный момент не было зарегистрировано случаев, чтобы время текло по-другому в разломах по сравнению с реальностью.

— Разлом Западного моря мог стать первым случаем. Тот разлом был довольно странным.

— …

— В любом случае.

J потянулся, продолжив почти с тоном сожаления:

— Я вышел из разлома и обнаружил, что прошло восемь лет, меня считали мёртвым, и многое изменилось. Мир, который я знал, был не таким, как сейчас…

— …

— Мир был спокоен без меня. Или, может быть, это произошло потому, что меня не было. Я чувствовал, что всё исчезнет, если я появлюсь.

Слова, сказанные столь небрежно, несли в себе тяжесть, которая перевешивала любые другие. Слова, на которые Чон Бин не осмелился ответить, просто слушая, как J продолжал говорить:

— Для меня здесь не было места.

J, которого Чон Бин наблюдал долгое время, хотел мира больше, чем кто-либо другой. Он верил, что, если он пожертвует собой, в конце концов хаос утихнет, а мир обретёт стабильность.

Но мир, о котором он так мечтал, был достигнут в его отсутствие, и человек, который хотел этого больше всех, скрывался, боясь его разрушить. Это была ирония судьбы. J пожал плечами.

— В то время я боялся встречаться с людьми… Я чувствовал вину за то, что выжил один, не спас никого. Честно говоря, я был не в своем уме. Поэтому, как кто-то однажды сказал, я попытался жить спокойно. Это был вывод, к которому я пришёл после некоторых мучений.

— …

— …Но всё пошло не так, как я планировал.

Он имел в виду тот день, когда обновились рейтинги? Мало кто мог перевернуть всю страну только своим именем. Чон Бин слабо улыбнулся. J продолжил лёгким тоном:

— Но я кое в чём убедился. В том подземелье.

— Подземелье?

— Там, где ты сломал руку.

J указал на правую руку Чон Бина. Тот, сам того не осознавая, коснулся шрама на руке. Эродированное подземелье, которое внезапно повысилось в классе. То самое подземелье, где J появился, разбил голема и исчез, когда Чон Бин потерял сознание. Чон Бин осторожно спросил:

— Я слышал об этом в общих чертах от Хон Ё Сона, но… это было довольно расплывчато. Можешь рассказать, что тогда произошло?

— А? Да ничего особенного.

J, всё так же постукивая по своей маске, заговорил:

— У меня были дела в этом эродированном подземелье, но вдруг его класс повысился. Потом появился хозяин подземелья, и я разобрался с ним. Вот и всё.

J снова уместил слишком много информации в свои небрежные слова. Чон Бин, не в силах переварить перегрузку информации, потёр виски.

— Откуда ты вообще слышал про эродированные подземелья…? Это засекреченная информация. О ней знают только избранные ранкеры. Как ты…?

J отвёл взгляд, пробормотав в ответ:

— …Так вышло.

— Ты точно пытался жить тихо? Такое чувство, что ты знаешь больше, чем мои прямые подчинённые…

— Нет, я правда пытался… честно.

— Ха-а…

Чон Бин тяжело вздохнул, запуская пальцы в волосы.

— …Так что за уверенность ты обрёл?

— …Ничего грандиозного.

J медленно поднялся со спуска, произнося: «Ой». Мерцающий уличный фонарь вдруг вспыхнул ярче. Засунув руки в карманы куртки, он слегка наклонился вперёд. В его позе и изменившемся тоне было что-то игривое.

— Я понял, что мне всё ещё нравится спасать людей.

— …

— Убивать монстров, закрывать разломы, очищать подземелья — всё это хорошо, но больше всего мне нравится спасать людей собственными руками.

Чон Бин слегка приоткрыл рот, но, не зная, что сказать, просто смотрел на фигуру перед собой.

На самом деле, для такого человека, как он, возможно, было невозможно жить тихо. И в прошлом, и сейчас J обладал способностью притягивать к себе внимание. Никто не мог не заметить его. Он был слишком ярким.

— Я терпел неудачу снова и снова, я потерпел неудачу в разломе и, возможно, буду продолжать терпеть… но была хотя бы одна удача.

— …

— Так что я продолжу пытаться. Я сделал перерыв, значит, теперь смогу справляться лучше.

Есть вещи, которые невозможно сделать, полагаясь лишь на чувство долга. В прошлом J, которого знал Чон Бин, всегда был человеком, едва удерживающимся на краю пропасти. Казалось, весь мир толкал его туда. И Чон Бин тоже был одним из тех, кто оказывал это давление. Были дни, когда J едва держался.

Но теперь,

Человек, которого он встретил спустя восемь лет…

— И…

…сиял ярче, чем когда-либо.

— Меня ждёт один человек.

— …

Тот, кто когда-то балансировал на краю обрыва, исчез. Несомненно, за эти восемь лет произошло бесчисленное множество событий — и с J, и с Чон Бином. Время, которое они не смогли разделить, изменило многое. Но кое-что осталось неизменным.

Чон Бин хотел помочь J.

Тогда и сейчас.

— …Похоже, я сказал лишнего.

— Это было не лишнее… Ты беспокоился?

— Да, я волновался. Но… похоже, не стоило.

Наконец, на лице Чон Бина появилась тёплая улыбка. Он закатал рукава рубашки, пряча шрамы. После того как он аккуратно застегнул манжеты, из внутреннего кармана пиджака он достал кожаный блокнот и ручку с эмблемой Бюро управления пробуждёнными.

Щёлкнув ручкой, он посмотрел на J.

— Ты просил информацию о Прометее и Ли Са Ёне. Что именно ты ищешь?

— Всё.

— Прости?

Чон Бин с недоумением посмотрел на J. Тот скрестил руки на груди.

— Я знаю, что Ли Са Ён был подопытным Прометея. Я ищу всё, что может заполнить пробелы между этими точками. Я слышал, что именно ты спас Ли Са Ёна. Можешь рассказать, что тогда произошло?

— Откуда ты вообще это знаешь?

— Скажем так, так сложились обстоятельства.

— Если бы это был кто-то другой, я бы тут же задержал его, чтобы узнать источник информации. Честное слово…

После долгих раздумий Чон Бин, наконец, заговорил, стараясь звучать максимально мягко:

— …Ты действительно знаешь всю ключевую информацию.

— Считаю это комплиментом.

J вздохнул и начал наблюдать за тем, как Чон Бин записывает что-то в блокнот. Но когда тот заполнил примерно половину страницы, J внезапно заговорил:

— Ладно, я не стану просто просить об одолжении. У меня тоже есть кое-какая информация для тебя.

— Правда? Какая именно?

— Ты помнишь, как выглядело эродированное подземелье, где ты сломал руку? Или уникальные черты других эродированных подземелий? Например, монстры, которые появляются только там, небо, затянутое белым пеплом, или разрушенные здания.

— Да.

— Всё это удивительно похоже на то, что я видел внутри разлома Западного моря.

— Что ты сказал?

Слова J прозвучали как серия шокирующих заявлений. Чон Бин широко раскрыл глаза. J спокойно продолжил.

— Именно поэтому я пошёл туда. Я задумался, могут ли эродированные подземелья быть связаны с разломом Западного моря. Я не смог провести тщательное расследование, потому что класс подземелья внезапно изменился, но…

— Подожди минуту! Это правда?

— Это всего лишь гипотеза, но если исследовать как следует, мы всё выясним.

J слегка наклонил голову.

— Если они действительно связаны… возможно, мы даже сможем вернуть тела, погребённые там.

Глава 119

Воздух казался тяжелым. Чон Бин положил блокнот на колени, сцепил руки и крепко закрыл глаза. Тела, похороненные в том месте. Среди них, несомненно, были охотники, которых Чон Бин знал.

А последний выживший, ставший свидетелем их последних мгновений...

— Это чудо, что ты вернулся.

В мире, где бесчисленные охотники сходили с ума, видя, как их товарищи погибают у них на глазах, это было особенно верно. Это была история, в которую никто, не переживший её, не мог вмешаться, утешить или утверждать, что понимает. Поэтому Чон Бин с трудом открыл рот, формально произнеся:

— Да, я понимаю, почему ты появился в эродированном подземелье. Если это причина, то, конечно, мы должны сотрудничать. Тебе ведь тоже нужна информация об этом подземелье, не так ли?

— Ты уверен, что с этим всё в порядке?

— Нет причин отказываться. Как ты сказал, ты герой этой страны.

Кук. J тихо выдохнул и слегка дёрнулся, сделав небольшое движение телом. Реакция оказалась куда сильнее, чем ожидал Чон Бин, из-за чего тот, слегка смутившись, неловко почесал затылок.

Чон Бин коротко откашлялся и слегка нахмурил брови.

— Ах, но предоставление информации об эродированном подземелье может занять время. Это не в моей компетенции.

— Кто за это отвечает?

— Возможно, ты слышал о нём... Глава гильдии Нам У Джин из гильдии Совон этим занимается. Он первым обнаружил это место и с тех пор его наблюдает.

В этот момент плечи J дрогнули. Чон Бин, внимательно следивший за ним с недоумением на лице, прикоснулся к виску кончиком ручки.

— Он быстро решит этот вопрос, если мы попросим. Стоит ли мне не упоминать, что ты это запросил?

— ...Да, пока что.

— Понял. И...

Чон Бин быстро начал систематизировать запросы J. Данные о Прометее, первое появление Ли Са Ёна, одного из подопытных Прометея...

Лучше передать всю возможную информацию сейчас, так как не было никакой гарантии, что им удастся вновь связаться, как сегодня. Вскоре Чон Бин поднял взгляд. J всё так же стоял, выпрямившись. Чон Бин осторожно спросил:

— Как много ты знаешь о Прометее?

J ответил без малейшего промедления:

— Они заманивают пробуждённых с помощью наркотиков и создают искусственных пробуждённых, используя их. Раньше они использовали обычных людей с особенностями, таких как жертвы разломов, в качестве подопытных. Они утверждают, что предотвращают апокалипсис, но это просто кучка некомпетентных, фальшивых фанатиков без единого успешного примера.

— ...

— ...

Между ними на мгновение повисло молчание. Казалось, их взгляды встретились за маской.

— ...

«Возможно, у него глаза щенка, который только что натворил что-то плохое», — вдруг подумал Чон Бин с уверенностью. В любом случае, он молча смотрел на чёрную маску, погружённый в свои мысли.

«Передавать больше нечего».

У J определённо был талант к лаконичному изложению. Он умудрился свести отчёт, состоящий из сотен страниц, к трём предложениям, идеально выделив ключевые моменты. Всё было настолько безупречно, что Чон Бин даже захотел бы поделиться этим с подчинёнными. Не сдержавшись, он воскликнул:

— Ты уже всё знаешь...

— ...

— ...

J, который до этого придерживался права молчания, медленно присел перед Чон Бином на корточки. Прижав кулак к краю маски, он пробормотал:

— Можно мне забрать свои слова обратно?

— Думаю, ты уже зашёл слишком далеко, чтобы сделать это...

— А если ты притворишься, что не слышал? У нас же есть такая связь, верно?

— Прости.

— ...Чёрт.

J тихо выругался и, после долгих раздумий, открыл рот.

— Тогда ты знаешь, что это за апокалипсис, о котором говорят эти фанатики?

— Ах, апокалипсис.

Чон Бин собрал мысли и начал говорить медленно:

— У Прометея есть те, кого они называют провидцами. Они утверждают, что видят в своих снах будущее, где наступает апокалипсис. Хотя все они разные люди, описания их видений удивительно схожи.

— Значит, они действуют, основываясь только на этом? Уверены, что апокалипсис действительно наступит?

— Да.

Чон Бин горько улыбнулся.

— В это трудно поверить, правда. Звучит как секта. Но даже если это ложь, проблема в том, что они сами в это верят, наращивают своё влияние и причиняют вред другим. И...

Перед его мысленным взором возник образ девушки в очках.

Девушка, видящая осколки мира, Юн Га Ыль. Она предсказала апокалипсис и утверждала, что он затронет и этот мир. Чон Бин вздохнул, потерев рот.

— ...Апокалипсис действительно наступит. Я не могу объяснить всё в деталях, но... хм... думаю, это не страшно рассказать. Есть охотник, который умеет читать особую информацию. Он тоже предсказал апокалипсис. И у нас есть достоверные доказательства.

Плечи J снова заметно дёрнулись.

Как и ожидалось, даже такой человек, как он, будет удивлён, услышав, что апокалипсис надвигается. Чон Бин с сочувствием посмотрел на J. Выжить в том адском разломе, только чтобы теперь столкнуться с апокалипсисом... Это было достаточно, чтобы потрясти любого.

— Именно поэтому мы искали тебя, J. Мы пришли к выводу, что ты нужен, чтобы остановить апокалипсис.

А Ча Ый Джэ в этот момент думал:

«Что мне теперь делать?»

Его добрый старый коллега, Чон Бин, смотрел на чёрную маску с обеспокоенным лицом, явно переживая, что Ча Ый Джэ может быть в шоке.

Шок? Да, он был в шоке. Но по другой причине.

«Чёрт...»

Хорошо, что на нём была маска. Его нынешние беспокойные чувства и выражение лица было бы невозможно скрыть, даже с его способностью держать непроницаемое лицо.

Так или иначе, это была большая проблема.

«Я слишком много знал...»

Большая часть информации, которую Чон Бин так старательно предоставлял, вовсе не была новой!

Ча Ый Джэ начал задумываться о своей жизни. Он точно пытался жить тихо. Как именно — неясно, но хотя бы старался. И с треском провалился. Если даже простой работник на полставки ресторана с похмельным супом знал всё: от совершенно секретной информации, строго охраняемой Бюро управления пробуждёнными, до целей культовой организации!

«Нам У Джин, который управляет информацией об эродированном подземелье?»

Он знал его. И не просто как знакомого — он лично встречался с ним, тот лечил его бабушку и даже дал ему чёрный билет.

«Охотник, который читает особую информацию и предсказал апокалипсис?»

И этого человека он знал. Это, вероятно, была Юн Га Ыль. Она первой пришла в ресторан с похмельным супом, предсказала апокалипсис и даже показала ему образ уже разрушенного мира.

На этом этапе он уже начинал бояться самого себя. Незаметно для себя Ча Ый Джэ пробормотал:

— Похоже, мне не суждено жить тихо...

— Что?

— Ничего. Что насчёт Ли Са Ёна?

— Ли Са Ён... Когда он впервые появился...

Чон Бин снова нахмурился, словно пытаясь вспомнить, а затем медленно начал говорить:

— Это было семь лет назад. Бюро управления пробуждёнными получило наводку. О научной лаборатории, похищающей людей для экспериментов...

***

Семь лет назад.

Холодной ночью, когда облака скрывали луну, фигуры, укрывшиеся во тьме, двигались бесшумно. Человек впереди, пригнувшись, подал знак тем, кто следовал за ним. Все замерли.

Человек, давший сигнал, Чон Бин, поправил надетый на него пуленепробиваемый шлем и маску, скрывающую лицо. Горы вокруг были зловеще тихими. Даже привычных криков оленей не было слышно.

Крупный мужчина, пригнувшийся за деревом, прошептал:

— ...Капитан, вы уверены, что это здесь? Никаких признаков, ни движения, ничего.

— Если доклад правдив, то место должно быть здесь.

— Чёрт побери...

— Если это ложный вызов, то это даже к лучшему. Проверь.

Чон Бин коротко ответил, жестом показав мужчине. Тот, Пэ Вон У, достал прибор ночного видения и принялся осматривать местность.

В этот момент в воздухе появился сладкий аромат, щекочущий ноздри. Чон Бин нахмурился. Обернувшись, он заметил, что и другие тоже заметили запах.

— Вы что-нибудь чувствуете?

— Да, внезапно этот...

— Капитан! Капитан!

Пэ Вон У внезапно повысил голос. Чон Бин быстро повернулся к нему.

— Что такое?

— Вам лучше самим взглянуть... Там что-то... или кто-то...

Явно взволнованный, Пэ Вон У поспешно передал прибор ночного видения Чон Бину. Как и он, Чон Бин начал осматривать окрестности через прибор. Затем его глаза расширились.

Среди густого леса стояло ослепительно белое здание. Но почему охотники, обладающие острыми чувствами, не заметили столь неуместную конструкцию?

Словно в ответ на его мысли, подул ветер. Облака разошлись. Полнолуние, до этого скрытое за облаками, медленно вышло, и «оно» засияло в лунном свете. Чон Бин невольно пробормотал:

— ...О Боже.

Здание было покрыто липкой, угольно-чёрной субстанцией. Нет, можно ли это вообще назвать жидкостью? Она пульсировала, словно живая, покрывая каждую нетронутую поверхность здания.

Шшшш... Звук, словно что-то плавилось, заполнил воздух. Всё вокруг них подвергалось разложению.

И среди всего этого было что-то белое.

— Это...

— Человек, верно? — возбуждённо спросил Пэ Вон У.

Чон Бин не ответил, опустив прибор ночного видения. Теперь, когда тьма рассеялась, они могли видеть это невооружённым глазом. В центре здания, полностью покрытого чёрной субстанцией, находилось одно место — нетронутая, белая, округлая область.

Дуновение ветра. Длинные, растрёпанные волосы мальчика, закрывающие шею, шевельнулись на ветру. Сладкий аромат всё ещё витал в воздухе.

И там...

— ...

Мальчик в свободной белой больничной одежде стоял посреди этого ужаса.

Глава 120

Инстинктивно он понял.

— Пробуждённый.

Более того, аура мальчика была далеко не обычной, намекая на что-то необычное. Чон Бин подал сигнал охотникам. Те, кто начал приближаться, тут же отступили в унисон. Чон Бин достал цепь и обмотал её вокруг своей руки. Несмотря на звуки и присутствие людей, мальчик не обернулся.

Холодок пробежал по его спине. Пэ Вон У, забравший обратно прибор ночного видения, попеременно смотрел то через линзы, то невооружённым глазом на мальчика.

Мальчик всё ещё стоял неподвижно, как изолированный остров. Его брюки были настолько короткими, что обнажали лодыжки, а босые ноги стояли прямо на земле. Спокойствие, окружавшее его, совсем не соответствовало ужасной обстановке, где всё вокруг расплавилось.

— …Он выглядит немного опасным, капитан.

При обычных обстоятельствах Пэ Вон У давно бы бросился спасать мальчика, но даже он чувствовал что-то неладное в этом жутком пространстве. Сам воздух казался тяжёлым, будто его пожирала чёрная жидкость. Чон Бин молча кивнул в знак согласия. Пэ Вон У грубо почесал свои короткие волосы.

— Как ни посмотри, этот пацан, похоже, и устроил весь этот бардак.

— …

— Если мы подойдём слишком близко, можем погибнуть… Чёрт, это нормально? Стоит ли к нему приближаться?

— Нет, подожди.

— Почему?

— Сначала нужно убедиться в безопасности.

Исследовательское учреждение, о котором ходили слухи, что оно похищает людей для экспериментов, расплавилось, оставив только одно присутствие. Единственный выживший, одетый во что-то, напоминающее больничную одежду, выглядел странно чистым. Единственное, что приходило на ум, — зловещая возможность. Сделав глубокий вдох, Чон Бин поднял лежащий на земле камень и бросил его в чёрную жидкость.

Сссззз… Камень начал растворяться, как только коснулся жидкости, и вскоре погрузился в слизь с облачком чёрного дыма. Рот Пэ Вон У приоткрылся. Чон Бин прокомментировал:

— Лучше не подходить бездумно. Нужно найти обходной путь.

— Это кислота? Типа соляной или серной? Или яд?

— Я не уверен. Надо будет проанализировать состав, но… что бы это ни было, это явно опасно.

Пэ Вон У нахмурился и посмотрел на мальчика. Он пробормотал, осознав это с запозданием:

— …Он должен быть Пробуждённым.

— Да, судя по тому, что он невредим посреди всего этого.

— Может, он только что пробудился?

— Это то, что нужно будет подтвердить.

Чон Бин выпрямился из своего полусидячего положения. Цепь мягко зазвенела. Пэ Вон У встал неловко, но остановился, когда Чон Бин покачал головой.

— Пожалуйста, отойдите с остальными. Я установлю контакт.

— Но вся территория покрыта ядом. Может, лучше я пойду, учитывая, что я более устойчив?

— Как бы не было выносливо ваше тело, охотник Пэ Вон У… не думаю, что вы выдержите это.

Чон Бин кивнул в сторону чёрной жидкости. Немного поколебавшись, Пэ Вон У неохотно отошёл назад.

Новоиспечённые Пробуждённые часто плохо контролируют свои способности. Более того, их обострённые чувства делают их крайне чувствительными. Подойти слишком близко — значит спровоцировать их. Осмотрев территорию, Чон Бин взобрался на камень, не затронутый чёрной жидкостью.

— Ты меня слышишь?

Мальчик медленно поднял обе руки. Собирается ли он атаковать? Чон Бин крепче сжал цепь, его лицо напряглось.

Но мальчик лишь пошевелил пальцами. Его фиолетовые глаза следили за движением рук, словно наблюдая за своими собственными движениями. Затем он перевёл взгляд на свои ноги. Потрогав подошвами белый пол, мальчик сделал шаг вперёд, после чего сел, вытянув ноги перед собой.

Каждое его движение было осторожным и озадачивающим, словно…

«Как будто он двигается впервые за очень долгое время…»

Чон Бин очнулся от своих мыслей. Волосы мальчика были длинными и неухоженными, как будто их не стригли годами. Одежда выглядела слишком тонкой для улицы и слишком короткой для его роста. Исследовательская лаборатория, похищавшая людей для экспериментов…

«Он наверняка одна из похищенных жертв».

Им нужно было спасти мальчика, чтобы узнать, что произошло. Сделав глубокий вдох, Чон Бин громко сказал:

— Я Чон Бин из Бюро управления пробуждёнными. Я пришёл, чтобы спасти тебя.

Мальчик, до этого не проявлявший ни капли интереса, вдруг повернул голову и уставился на Чон Бина. Его бледное, почти призрачное лицо оставалось безэмоциональным. Только когда Чон Бин собрался сказать что-то ещё, мальчик поднял обе руки и обхватил ими свою шею, словно пытаясь задушить себя. Глаза Чон Бина широко раскрылись от шока, и он инстинктивно потянулся к нему.

— Подожди…!

К счастью, мальчик, похоже, что-то проверял, держа руки на шее. Его пальцы медленно переместились вверх, к подбородку и щекам. Его фиолетовые глаза, казалось, не замечали Чон Бина, пока он изучал своё лицо. Затем он медленно моргнул, открыл рот и показал чёрный, словно смоль, язык.

— …Ах.

— …

— Мм, э.

Его речь была неуклюжей. Как ребёнок, впервые пытающийся говорить, он бормотал звуки, не складывавшиеся в слова. Наконец, первое чёткое слово, которое он произнёс, было:

— J…

Это было имя, которое невозможно забыть, имя, слишком хорошо знакомое.

Рот Чон Бина приоткрылся от удивления. Мальчик, словно борясь с собой, продолжил:

— Сколь… ко.

Но затем его вдруг начал душить сильный кашель. Не успел Чон Бин опомниться, как уже спрыгнул с камня и бросился к нему.

***

Из красного резинового шланга с шипением хлынула вода. Чон Бин сплюнул горькую жидкость, поднявшуюся к горлу. Тёмно-красная кровь смешалась с прозрачной водой и потекла прочь.

Даже после принятия антидота он оставался в таком состоянии. Или, может быть, стоило радоваться, что антидот вообще подействовал, подумал он с горечью, полоская рот водой. Он поднял взгляд. Его лицо было бледным, как простыня.

«Хорошо, что остальные не пытались подойти».

Вытерев мокрые губы тыльной стороной ладони, Чон Бин поднялся.

Как и ожидалось, вещество, покрывавшее исследовательское учреждение, оказалось ядом. Но он не ожидал, что оно будет настолько мощным — достаточно сильным, чтобы повлиять даже на его тело S-класса, которое обычно с лёгкостью справлялось с токсинами. При таком смертоносном яде везде вокруг не оставалось надежды найти какие-либо полезные сведения.

С трудом проглотив металлический привкус крови, Чон Бин подумал:

«Слишком опасно везти его прямо в Бюро управления пробуждёнными…»

Лучшим вариантом было остаться в заброшенном доме у подножия горы, вдали от людей. В День разлома в долине у горы появился разлом, и местные жители быстро собрали вещи и переехали в более безопасные места. Благодаря этому найти пустой дом с работающей водой оказалось несложно.

Тяжёлые шаги раздались позади. Чон Бин обернулся. Несмотря на прохладную погоду, Пэ Вон У был в чёрной футболке с короткими рукавами, закатанными до плеч, и чесал затылок.

— Вы в порядке, капитан? Это был последний антидот…

— Я в порядке. Как насчёт цели?

— Я очистил комнату и сказал ему зайти. Он вошёл сам. Тише, чем я ожидал. Сейчас пойду дрова колоть и разведу огонь.

После того как J пропал в разломе на Западном море, в Бюро управления пробуждёнными начался хаос. Отсутствие J оставило слишком большую пустоту, которую было сложно заполнить. J справлялся с большим количеством подземелий и разломов в одиночку, чем любой другой охотник, так что это неудивительно.

Чтобы заполнить пробел, Бюро запустило масштабную кампанию по набору Пробуждённых. Пэ Вон У был одним из охотников, экстренно набранных через специальный отбор. Чон Бин спросил:

— Охотник Пэ Вон У, вы уверены, что не нужно возвращаться на базу? Я справлюсь один.

— А, всё нормально. Это ерунда.

Все остальные охотники уже вернулись в штаб. Способности мальчика были опасны, а с учётом острой нехватки кадров в Бюро нельзя было позволить себе оставить много людей. Но Пэ Вон У вызвался остаться. Он весело пошутил:

— Одна комната осталась, думаю, капитан и я сможем поделить её. Или могу поставить палатку во дворе.

— Делим. Вы говорили с целью?

— Да, просто спросил, всё ли с ним в порядке, не ранен ли он. Отвечал довольно понятно: да или нет. Но есть кое-что странное — его речь немного неловкая.

Пэ Вон У скрестил руки и нахмурился.

— Выглядит чистым, выше, чем я думал. Но говорит странно. Как будто у него был кляп или что-то такое…

— …

— Эх, нет смысла гадать. Как долго мы здесь пробудем?

Чон Бин поднялся из своего полусидячего положения и выключил кран. Вода, которая тонкой струйкой стекала, прекратилась.

— Пока цель не стабилизируется и не сможет полностью контролировать свои способности.

— …Что?

— Мы останемся здесь до этого момента. Везти цель в штаб, пока он не научится контролировать яд, слишком рискованно. Это может поставить под угрозу не только штаб, но и гражданских.

— Это просто…

— Вы можете вернуться раньше меня.

— Нет, дело не в этом.

Чон Бин посмотрел на плотно закрытую дверь. Казалось, мальчик сидел внутри тихо, почти не издавая звуков. Похищенный, единственный выживший, тот, кто уничтожил исследовательское учреждение… Мальчик с неуклюжей речью произнёс первое слово:

— J…

J.

Почему имя героя, запертого в разломе на Западном море, прозвучало из уст этого мальчика? Какая между ними связь?

Чон Бин быстро подошёл к плотно закрытой двери. Легонько прочистив горло, он услышал шорох внутри. Аккуратно открыв дверь, Чон Бин встретился взглядом с мальчиком, сидящим в углу. Тот поднял голову. Чон Бин вежливо спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

— Забудь об этом.

Глаза Чон Бина расширились от холодного тона мальчика. Его фиолетовые глаза горели яростью.

— Сколько… времени прошло?

— Что…

— Разлом.

Мальчик резко произнёс слова:

— Сколько времени прошло?

Глава 121

Чон Бин внимательно рассматривал лицо мальчика. За суровым выражением скрывалась тень настороженности.

«Похоже, сначала нужно успокоить его настороженность».

Ему предстояло остаться с мальчиком до тех пор, пока его способности не стабилизируются. Чем быстрее удастся завоевать доверие, тем лучше. Чон Бин спокойно вытащил ноутбук из своего инвентаря и заговорил.

— Позволь мне сначала объяснить ситуацию. Я охотник Чон Бин из Бюро управления пробуждёнными. Я узнал о том, что есть место, где людей похищают для экспериментов, и отправился туда. Ты оказался единственным выжившим, поэтому я спас тебя и привёз сюда.

— …

— У меня много, что нужно рассказать, и много вопросов, которые нужно задать, но…

Чон Бин осторожно задал вопрос.

— Для начала, позволь спросить: ты случайно не видел белое квадратное окно?

Мальчик, всё это время молчавший, медленно кивнул. Видеть системное окно означало, что система выбрала его, что он был пробуждённым. Всё оказалось так, как Чон Бин и ожидал.

— Ты пробудился. Ты помнишь, когда впервые увидел его?

— …Недавно.

Ответ был расплывчатым. Чон Бин коснулся клавиш ноутбука и установил зрительный контакт с мальчиком. Настороженность так и не исчезла.

Через приоткрытую дверь доносился резкий, ритмичный звук ударов. Пэ Вон У, взявшийся за дело, энергично раскалывал сухие дрова, которые нашёл где-то поблизости, голыми руками. Пока Чон Бин подбирал слова, мальчик заговорил первым.

— …Ты сказал, что из Бюро?

— Да. Ах, если ты не знаешь о Бюро управления пробуждёнными, я могу объяснить…

— Знаю.

Мальчик уставился на Чон Бина, затем снова задал вопрос.

— А что с разломом?

Похоже, сначала нужно было ответить на вопросы мальчика, прежде чем двигаться дальше. Чон Бин открыл ноутбук и спросил:

— Ты можешь объяснить, о каком разломе идёт речь? Если я узнаю местоположение, будет проще найти.

Напряжение в плечах мальчика немного ослабло. Он, наблюдая за Чон Бином, коротко ответил.

— Я не знаю.

— Прости?

Глаза Чон Бина округлились от удивления. Мальчик добавил безразлично.

— Я не знаю. Местоположение.

— Хм… У тебя есть какая-то другая информация? Например, когда он мог появиться? Даже приблизительная оценка поможет.

— Не знаю.

Тон мальчика был неловким, но его уверенность в ответах ясно передавала, что он действительно не знает. Его фиолетовые глаза устремились к ноутбуку с логотипом Бюро управления пробуждёнными. Он слегка склонил голову набок.

— Это могло быть подземелье…

— …

— В любом случае, они сказали, что это займёт много времени.

— Разлом или подземелье, которое требует много времени…

Это была не самая лучшая информация. Смысл слов «займёт много времени» оставался неясным. Чон Бин потёр подбородок большим пальцем. Мальчик отвернулся.

— Я не знаю… Это всё, что могу сказать.

— Понял. Я разберусь, но…

С увеличением количества информации росло и количество вариантов. Возможно, проще будет просто поискать все разломы и подземелья. Чон Бин начал пролистывать список разломов и подземелий, хранящихся в его ноутбуке, отсортированный по дате. Мальчик, наблюдавший за ним, вдруг пробормотал.

— …Нет, спрашивать вот так…

— Прости?

— Вы точно из Бюро, да?

— Да.

— Вы знаете J?

— Что?

Услышав имя J снова, Чон Бин поднял взгляд.

Мог ли мальчик быть как-то связан с J? Или, возможно, он восхищался им, считая своим примером для подражания? Ведь J был национальным героем. Мальчик, с недоумением на лице, сидел, обхватив колени руками, и, положив подбородок на них, смотрел на Чон Бина.

Его сухие губы слегка шевельнулись.

— Они сказали, что J умер.

Руки Чон Бина, которые быстро набирали текст, внезапно замерли.

Смерть J. Это уже было общеизвестным фактом, но, похоже, не для мальчика.

Понадобилось около трёх месяцев, чтобы подтвердить смерть J. Если удастся заставить мальчика немного поговорить, можно будет определить, когда его похитили и увезли в ту исследовательскую лабораторию. Делая этот вывод, Чон Бин собирался заговорить, но мальчик вдруг моргнул. Стиснув свои бледные губы, он закрыл глаза. Мимолётная эмоция проскользнула по его обычно бесстрастному лицу. Сжав веки, он спросил дрожащим голосом:

— Сколько времени прошло?

В его голосе нельзя было не заметить эмоции.

— …

Это было подавляющее, глубокое отчаяние.

Чон Бин не смог ничего сказать и просто закрыл рот. Что могло заставить такого юного мальчика почувствовать столь сильное отчаяние? Но прежде чем он успел понять, мальчик внезапно поднялся, пошатываясь. Чон Бин поспешно отложил ноутбук в сторону и встал, чтобы последовать за ним. Когда он схватил мальчика за руку, тот выкрикнул:

— Убирайся!

Бах! Резким рывком мальчик вырвался и босиком выбежал за дверь.

Пэ Вон У, складывавший во дворе дрова, в замешательстве вытащил беспроводные наушники из ушей и крикнул:

— Эй! Ты куда без обуви? Я же оставил там тапки!

Естественно, ответа не последовало. Мальчик исчез в густой зелени.

Стоит ли идти за ним? Нет, если бы капитан хотел этого, он бы приказал поймать его. Пэ Вон У недовольно пробормотал себе под нос и вернулся к дровам. Но внезапно…

Грох!

— А?

Раздался громкий звук удара. Пэ Вон У быстро обернулся. И там…

— О боже.

Он ахнул. Чон Бин стоял неподвижно, его лицо врезалось в верхнюю часть дверной рамы. В толстой деревянной поверхности образовалась трещина, будто дерево разломилось.

Виднелась только нижняя часть его обычно спокойного лица, а губы были плотно сжаты — что было для него крайне необычно. Потолок дома был низким, а рост Чон Бина слишком высоким, из-за чего произошла эта неприятность.

Пэ Вон У запинаясь спросил:

— Ч-что… что случилось, капитан?

— …

— Постойте… вы что, допрашивали мальчишку?

— Ничего подобного. Я просто…

Чон Бин вздохнул и снова опустил лоб на дверную раму.

— Нет… нет, видимо, это моя неспособность…

— Что?

Увидеть обычно хладнокровного капитана в таком состоянии было настолько редким случаем, что Пэ Вон У растерялся и не знал, как реагировать. Он стоял неловко, ожидая дальнейших указаний. Сделав глубокий вдох, Чон Бин вдруг поднял взгляд.

— …Охотник Пэ Вон У, у тебя есть братья или сёстры?

— Что? Ну, у меня есть младший брат.

Это был обнадёживающий ответ. Кто-то, у кого есть младшие родственники, вероятно, лучше справится с упрямым ребёнком. Чон Бин указал в сторону леса, куда исчез мальчик.

— Можешь пойти за целью? Не нужно возвращать его силой, просто убедись, что он в безопасности, и оставайся с ним.

— Да, могу, но…

— Тогда… Я оставлю это на вас. У меня есть дело.

Чон Бин мрачно пробормотал, прежде чем снова ушёл в комнату. Дверь мягко захлопнулась. Оставшись с неожиданной ответственностью, Пэ Вон У ничего не оставалось, кроме как направиться в горы.

В туманном свете рассвета Пэ Вон У, держа в руках пару зелёных резиновых тапочек, шагал через высокую траву, осматривая местность.

Горы были отдалёнными, без чётких тропинок или даже человеческих следов. Следовало бы найти хоть какие-то следы. Однако Пэ Вон У не был мастером в выслеживании или подобных деликатных задачах, и он опасался, что долгие поиски могут привести к опасности.

— Никакого выбора…

Иногда приходится делать то, что тебе велят. Он сложил ладони вокруг рта и глубоко вдохнул. Затем громко закричал:

— Эй! Где ты!!

Ты… ты… ты… Крик эхом разнёсся через густо стоящие деревья, вспугнув несколько птиц, которые с шумом взлетели. Ответа не последовало. Пэ Вон У крикнул снова:

— Эй! В горах опасно! Даже если ты пробудился!

Когда эхо стихло, он снова набрал воздуха, чтобы крикнуть, но прежде, чем успел это сделать, за его спиной раздался раздражённый голос:

— Хватит. Ты слишком шумный.

Пэ Вон У быстро повернулся в сторону, откуда пришёл голос. Мальчик сидел на толстой ветке дерева. Как он туда забрался, оставалось загадкой. Пэ Вон У почесал затылок.

— Фух, рад, что ты в порядке.

— …

— Зачем ты выбежал без обуви?

Мальчик отвернулся, явно не желая слушать. Несмотря на это, Пэ Вон У продолжал говорить.

— Мы не плохие люди. Мы охотники из Бюро управления пробуждёнными. Мы здесь, чтобы помочь тебе.

— …

Мальчик, казалось, не проявлял интереса, просто раскачивал ногами, сидя на ветке. Несмотря на блуждание по лесу, его бледные ноги оставались чистыми. Капитан Чон Бин велел ему оставаться рядом с мальчиком, но…

«В любом случае, нам нужно вернуть его на базу».

Он понимал, что это на самом деле означает. Чон Бин хотел, чтобы он уговорил мальчика вернуться.

Как уговорить его вернуться? Пока Пэ Вон У размышлял, он внезапно поднял голову. Он вспомнил первые слова мальчика в руинах: J.

«Хотя J больше нет… никто же не испытывает неприязни к охотникам в наше время».

— Ты ведь только недавно пробудился, верно? Ты, наверное, ещё не до конца освоился со своими силами и не знаешь, как работать с системным окном. Капитан и я можем помочь тебе с этим.

— …

— И ты кажешься довольно сильным. Ты мог бы даже стать охотником, как я или капитан.

— …Охотником?

— Да, охотником.

Мальчик уставился вниз на Пэ Вон У. Отлично, похоже, приманка сработала.

После недолгой паузы мальчик медленно заговорил:

— Если я стану охотником…

— Да?

— Я смогу войти в разломы, так?

— Разломы? О, да, конечно. Ты сможешь сражаться с монстрами, входить в разломы и подземелья тоже.

— Тогда, если я войду в разлом…

Мальчик глубоко вдохнул и слегка склонил голову.

— Я смогу найти тех, кто вошёл туда раньше?

Глава 122

— Кто-то вошёл туда раньше? Ты знаешь кого-то?

— Да.

Мальчик кивнул, прикусив губу, прежде чем медленно заговорить, тщательно выговаривая каждое слово.

— Я должен найти. Даже если это будет только тело.

— О нет… Ты уверен, что это был разлом? Если это был разлом, тел там не будет.

— Это могло быть подземелье.

— Сложная ситуация…

— Сказали, это займёт много времени. Ты знаешь что-то ещё?

Пэ Вон У потер затылок, выглядя слегка растерянным. Но в то же время он увидел возможность. Если задать правильные вопросы, можно было бы узнать что-то о прошлом мальчика. Он спросил мягко:

— Сложно сказать, имея только это… Это был гражданский, попавший в разлом? Или охотник, которого ты знал?

— …

Мальчик молчал. Пэ Вон У слегка усмехнулся.

— Эй, ты думаешь, я спрашиваю ради себя? Я пытаюсь тебе помочь.

— …Это был охотник.

— Охотник? Не может быть случаев, когда охотник не возвращается из разлома… Хотя, подожди.

Когда разлом закрывался, всё внутри выбрасывается к его входу, даже если это мёртвое тело. Охотники часто шутили, что разломы «выплёвывают» всё чужеродное. Это всегда было правилом системы, и никто его не ставил под сомнение.

Но существовало одно исключение.

— Разлом на Западном море.

Разлом на Западном море был совсем другим. Обычно вход в разлом остаётся открытым, пока не убит его хозяин, но вход в разлом на Западном море исчез сразу после того, как J и другие охотники вошли, словно он ждал этого момента.

Когда вход исчез, бурная энергия разлома, которая, казалось, поглотит всё Западное море, внезапно утихла и, в конце концов, полностью исчезла, оставив лишь большую воронку посреди моря. Никто из тех, кого он поглотил, не вернулся.

Когда разлом закрылся, к месту были отправлены корабли и вертолёты для поиска останков, но ничего не нашли. Люди были опустошены. Кто-то сказал:

— Это полностью нарушило законы системы.

Мальчик, подперев рукой подбородок, спросил:

— Разлом на Западном море?

— А? Ах, да. Год назад появился разлом в Западном море. Сейчас его уже нет.

— Кто-нибудь вошёл туда?

— А? Охотники? Я не уверен насчёт всех, но точно знаю об одном. J. Он национальный герой.

— …

Глаза мальчика потемнели, но Пэ Вон У этого не заметил. Он был слишком занят, пытаясь вспомнить.

— Но этот разлом… он просто исчез.

Мальчик спросил с отчаянием:

— Нет никакого способа попасть в закрытый разлом?

— А? Ну…

Разлом на Западном море, разлом, нарушивший правила системы, не показывал никаких признаков выхода после закрытия, и не было видимых изменений, которые обычно происходят при убийстве хозяина разлома. Он просто исчез, словно никогда не существовал.

«Вот почему было столько споров о том, живы они или нет…»

Долго спорили, стоит ли отправлять спасательную команду, живы они ещё или уже мертвы… Споры длились так долго, что прошло два месяца после закрытия разлома, прежде чем было сделано официальное объявление о смерти. Пэ Вон У почесал голову, нахмурившись. В закрытый разлом нельзя попасть. Это и означает «закрытый».

Но если этот разлом действительно нарушал правила системы… возможно, всё было иначе?

Это были лишь догадки, но прежде чем он успел подумать дальше, мальчик снова настойчиво надавил на него.

— Совсем никакого способа?

— Ну… технически, не должно быть.

Иногда маленькая ложь необходима, чтобы человек не потерял надежду.

Пэ Вон У посмотрел на мальчика с жалостью в глазах. Он был намного симпатичнее его собственного младшего брата, хоть и куда более нахальный, но всё же они были примерно одного возраста. Трудно было не смягчиться, думая о брате. Нерешительно он начал говорить, тщательно подбирая слова:

— …С разломом на Западном море было кое-что странное.

— Что ты имеешь в виду?

— Хм, ты знаешь разницу между подземельем и разломом?

— Нет.

— Тогда мне стоит сначала объяснить это. Это базовые знания для охотника, и они тебе потом пригодятся.

Пэ Вон У взял толстую палку и нашёл участок земли, где трава не росла слишком густо. Он махнул мальчику рукой, приглашая подойти ближе. Тот молча спрыгнул с дерева и присоединился к нему. Пэ Вон У вырвал несколько низкорослых сорняков и начертил два круга на земле, обозначив один как «подземелье», а другой как «разлом».

— Подземелья и разломы похожи тем, что появляются внезапно и содержат незнакомые экосистемы, миры и монстров. Но есть ключевое различие. Подземелье можно оставить как есть или уничтожить, а разлом нужно закрыть любой ценой.

— Почему?

— Потому что, если оставить его, он уничтожит всё вокруг. Как бы это проще объяснить… О, придумал.

Пэ Вон У, задумавшись, нарисовал дом с треугольной крышей.

— Подземелье — это как дом. Монстры живут там, никого не трогают, но в конце концов их становится слишком много, верно? Когда дом вот-вот лопнет по швам, монстры не выдерживают и вырываются наружу. Это называется «прорыв подземелья».

— Понятно.

— Охотники — это те, кто регулирует движение до того, как дом лопнет. Что-то вроде уборщиков. Но в некоторых домах есть фонтан, который выплёвывает драгоценные камни. И он периодически пополняется. Мы берём часть этих камней, и продолжаем работать вместе долгое время.

— Это воровство.

— Нет-нет. Это наша награда.

— …

Мальчик посмотрел на него с недоверием, пока Пэ Вон У гордо продолжал. Он нарисовал линии снаружи дома, изображая, как что-то вырывается наружу.

— А в некоторых домах, вместо камней, оказывается гигантский таракан. Тогда этот дом нужно уничтожить. Это вопрос выбора.

— …Я понял.

— Отлично. Но разлом — это не дом, это скорее… дыра.

— Дыра?

Мальчик нахмурил брови. Палка очертила круг в земле, затем Пэ Вон У заштриховал его.

— Ну, это неофициальный вход. Скорее дыра в стене. Некоторые говорят, что она соединяет с другим миром, но это слишком сложно для меня.

Мальчик посмотрел на него с подозрением, но Пэ Вон У сделал вид, что ничего не заметил.

— И если бы это была просто дыра, это не было бы проблемой. Но это скорее дыра от пылесоса, которая засасывает всё вокруг. Некоторые разломы, называемые вратами, выплёвывают монстров, как вода из дамбы. Но сейчас мы говорим про «пылесосные дыры».

— Понял.

— Если оставить их такими, всё вокруг становится пустошью. Поэтому цель — закрыть их как можно быстрее, чтобы минимизировать ущерб. От разлома нечего получить.

— Как их закрывают?

— Убивая хозяина разлома и уничтожая камень разлома. Это заставляет всё внутри быть выброшенным наружу. Даже если это просто тела. Вот почему я и сказал, что никто не мог остаться в разломе.

— …

— Но…

Пэ Вон У начертил в земле большой круг, подписав его как «Западное море», и добавил рядом вопросительный знак.

— Разлом на Западном море был странным. Как только J вошёл внутрь, вход исчез, а вскоре и сам разлом закрылся. Просто исчез, вот так. И люди, которые были внутри, так и не вышли…

— …

— Вот почему говорят, что он нарушил правила системы. Это было что-то совсем другое. Даже его появление было странным. Он рос с невероятной скоростью, поглощая всё на своём пути, не похожий ни на один разлом, который мы видели раньше.

Мальчик смотрел на грубый рисунок в земле, погружённый в раздумья. Его пальцы слегка шевельнулись, словно он что-то обдумывал. Наконец, он медленно заговорил:

— А что, если он не полностью закрылся?

— Что?

— Ты сказал, что этот разлом нарушил правила системы.

Его неуверенное произношение стало чётче. В тусклом рассвете, в свете, пробивающемся сквозь деревья, в прохладном воздухе и на траве, покрытой росой, фиолетовые глаза мальчика сияли странной яркостью. На его лице мелькнула неуловимая эмоция. Он шагнул ближе, стоя теперь прямо над рисунком в земле. Его полные губы шевельнулись.

— А что, если система… просто решила спрятать его?

— …

— Думаешь, она просто оставит его… что-то, что нарушает её собственные правила?

— …

— Нет, не думаю…

Медленная улыбка расползлась по его лицу. Мальчик выхватил палку из руки Пэ Вон У и ткнул ею в нарисованный круг. Звук стрекота сверчков прекратился.

— Она избавилась от него. Потому что он был помехой.

— Ну, может быть… может быть, система действительно уничтожила его?

— Нет…

Мальчик поднял взгляд к небу. Начинался рассвет. Небо, переходящее в насыщенный оранжевый цвет, имело чёрную пустоту в центре. Мальчик пробормотал:

— Если бы система собиралась уничтожить его, она бы сделала это в момент его появления.

— …

— Он всё ещё где-то там. Просто мы не можем его видеть…

Это звучало как безумная история. Но мальчик…

— У меня просто есть чувство, что это правда.

Мальчик снова повернулся к Пэ Вон У, его фиолетовые глаза слегка сузились под длинными ресницами.

— Помоги мне.

С этими словами он внезапно развернулся и зашагал прочь. Пэ Вон У поспешил за ним.

— Ну, я имею в виду, конечно, я помогу. Но в чём именно?

— Во многом.

— Что конкретно ты собираешься делать?

На этот вопрос мальчик остановился.

— Я собираюсь сделать карту для того, кто потерялся.

— Что?

— …Ты медленно соображаешь.

Постояв немного, мальчик снова двинулся вперёд. Его голос, полный решимости, прозвучал в тишине, пока он шёл впереди.

— Я найду и открою разлом на Западном море.

— Что? Но…

Даже если разлом на Западном море не полностью исчез, были ли люди внутри всё ещё живы? Что, если, открыв его, они обнаружат только тела? Или, что ещё хуже, не найдут ничего? Пэ Вон У замялся, не зная, как выразить свои сомнения. Однако:

— Они не мертвы.

Мальчик перебил его. Небо стало глубокого красного цвета. Где-то начал дуть ветер. Длинные волосы мальчика, достаточно длинные, чтобы закрыть шею, развевались на ветру. В воздухе витал сладкий аромат.

— Он не мог умереть.

Мальчик пробормотал это, словно выплёвывая слова.

— Потому что он дал обещание.

Глава 123

Чон Бин, закончив свой длинный рассказ, громко прочистил горло. Его мягкий взгляд на мгновение скользнул к ногам Ча Ый Джэ, прежде чем быстро отвести глаза. Мерцающий уличный фонарь над ними заставил их тени замереть в движении. С обеспокоенным выражением Чон Бин спросил:

— Кстати, J, ты особо ничего не сказал об этом, но… ты правда в порядке?

— А, я в порядке.

— Точно?

— Да, я в курсе, так что не беспокойся.

Ча Ый Джэ, пожав плечами с безразличным видом, вдруг спросил игриво:

— Но, ты случайно не знаешь, что случилось с моими активами? Их конфисковало правительство?

В прошлом, когда он жил как J, большинство финансовых вопросов решала его тётя. Это было необходимо, чтобы скрыть его личность. Ему никогда не приходилось чувствовать нехватку чего-либо, и он не уделял этому много внимания, так как деньги ему особо не были нужны.

Даже сейчас деньги его не слишком волновали. Но ему было любопытно. Прошло восемь лет, в конце концов.

Однако ответ Чон Бина оказался тем, о чём он даже не задумывался.

— А, нет. Директор всё сохранила. Это беспрецедентно, но… да, похоже, директор сумела как-то с этим разобраться.

Чон Бин замялся, прежде чем осторожно добавить ещё кое-что.

— Дом, в котором жила охотница Пак Хэ Гён, тоже был выкуплен директором.

— …

Прошло так много времени с тех пор, как он слышал имя своей тёти из чужих уст. Имя, которое когда-то было таким знакомым и дорогим, теперь казалось странно чужим, и это ощущение было не особенно приятным. Ча Ый Джэ резко сменил тему.

— Давай продолжим говорить о Ли Са Ёне.

— …Да, понял.

После короткой паузы Чон Бин потер кончики пальцев и начал говорить.

— Это сложная для восприятия история — открытие закрытого разлома. Но если учитывать то, что Ли Са Ён сделал потом, он, вероятно, был серьёзен.

— Сделал?

— Эм, как бы это сказать…

Чон Бин, тщательно подбирая слова, глубоко вздохнул, прежде чем продолжить.

— Да, слово «бульдозер» было бы точным описанием.

Бульдозер. Слово, которое совершенно не подходило Ли Са Ёну — человеку, который всегда сохранял расслабленную, ленивую манеру поведения. Ча Ый Джэ слегка наклонил голову.

— Всё было настолько серьёзно?

— Ну, после появления Ли Са Ёна весь ландшафт этого мира изменился. Если ты, J, подавил хаос… то Ли Са Ён продвинул то, что уже было стабилизировано. Система охотников стала более организованной, а власть, сосредоточенная ранее в Бюро управления пробуждёнными, начала переходить к гильдиям, начиная с прихода Ли Са Ёна.

— …

— После завершения обучения контролю способностей в руинах, Ли Са Ён вернулся в штаб-квартиру для оценки ранга. Естественно, его признали бесспорным S-классом.

Он был третьим S-классом, появившимся в хаотичную эпоху после исчезновения J. Хотя факт его пребывания в исследовательском учреждении держался в секрете, было неизбежно, что его яркая внешность и опасные способности привлекут внимание.

И, похоже, это внимание его не тяготило; напротив, он воспринимал его как нечто само собой разумеющееся. Более того, он умело использовал его в своих интересах.

— Он открыл своё имя и лицо.

Ли Са Ён.

Люди были очарованы новым охотником S-класса, который не скрывал ни своего имени, ни лица. Он был так же капризен, как и силён, но никто не осмеливался критиковать его, потому что он настолько эффективно заполнил пустоту, оставленную J.

— Как ты, наверное, знаешь, охотник Сон Джо Хон к тому времени уже покинул Бюро управления пробуждёнными и основал первую официальную гильдию в Корее — гильдию Самра. И он, и недоукомплектованное Бюро предложили Ли Са Ёну присоединиться, но, ну…

Чон Бин неловко рассмеялся.

— Он проигнорировал их всех.

Казалось, слово «полностью» было опущено, но подразумевалось. Чон Бин и Ча Ый Джэ решили это не замечать. Ча Ый Джэ вспомнил дерзкое, но привлекательное лицо Ли Са Ёна. Честно говоря, это был человек, способный на такое. Даже из того, что он слышал о прошлом Ли Са Ёна, тот не отличался особой вежливостью.

«…Нет».

Мальчик, обмотанный бинтами, тихо стоял рядом с Ли Са Ёном, который улыбался, приподняв уголки губ.

Даже когда он едва мог двигаться, Ли Са Ён говорил всё, что хотел, используя лишь жесты пальцами. Он был упрям, но не обязательно груб… он просто старался изо всех сил, по-своему…

«О, нет».

В этот момент Ча Ый Джэ осенило. С самого их первого знакомства до настоящего момента дерзкий, нахальный и изматывающий Ли Са Ён всегда конфликтовал с образом послушного, но целеустремлённого мальчика в его мыслях!

«Чёрт».

Его лицо под маской побледнело. Это было так же шокирующе, как обнаружить ветку дерева там, где были посажены семена фасоли.

Неужели он вырос таким именно потому, что его не было рядом в те годы, когда формировалась его личность? Пока Ча Ый Джэ содрогался от внезапного осознания важности родительского влияния, Чон Бин продолжал с энтузиазмом делиться информацией.

— …Впоследствии Ли Са Ён в одиночку справился с бесчисленными подземельями и разломами, а когда он собрал достаточно средств, то основал гильдию Падо. Он даже переманил охотника Пэ Вон У. Мне тоже тогда предлагали присоединиться, но…

Чон Бин умолк. Ча Ый Джэ, который едва успел прийти в себя, ответил:

— Ты, должно быть, отказался, раз всё ещё работаешь в Бюро.

— Да. Эм, не хочу себя переоценивать, но… я чувствовал, что в Бюро управления пробуждёнными должен быть кто-то сильный, чтобы поддерживать баланс.

Чон Бин потер губы.

— В любом случае… гильдия Падо быстро расширила своё влияние. Хотя охотников у них было немного, они создали обширную исследовательскую команду и активно в неё инвестировали.

— Когда ты говоришь «активно», о каких суммах идёт речь?

— Есть шутка, что они тратили все деньги, заработанные на зачистке подземелий и разломов, на исследования, и в итоге у них ничего не оставалось. И, как ты знаешь, раньше выживание было главным приоритетом, так что серьёзными исследованиями мало кто занимался.

— Это правда.

Это были времена, когда даже выживание было борьбой. Разломы и подземелья появлялись непредсказуемо, выпуская монстров, которых никто раньше не видел. Мир был таким, где все просто пытались выжить.

Чон Бин осторожно продолжил:

— Но после того, как разлом на Западном море был закрыт, всё… странным образом успокоилось. Всё. Частота появления разломов резко сократилась по сравнению с тем, что было раньше. Это, должно быть, тоже облегчило исследования.

— …

— Исследования того времени стали движущей силой, благодаря которой гильдию Падо признали одной из трёх лучших гильдий Кореи. И в награду за это…

Ча Ый Джэ поднял взгляд, чувствуя на себе взгляд Чон Бина. Тот смотрел на него с задумчивым выражением. Его губы слегка шевельнулись.

— Ли Са Ён получил от правительства право собственности на разлом на Западном море.

— …Это вообще возможно?

Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись от удивления. На мягком лице Чон Бина появилось решительное выражение, когда он твёрдо сказал:

— Да, гильдия Падо управляет разломом на Западном море и прилегающей территорией с тех пор. Даже сейчас.

Уличный фонарь мерцал неравномерно. Засунув руки в карманы куртки, Ча Ый Джэ молча размышлял.

Мальчик, Ли Са Ён, был отправлен в исследовательский центр Прометей после смерти J и пробудился там.

Кто, как и зачем? Что произошло с Ли Са Ёном за тот год? Исследовательский центр, где он находился, был уничтожен, а даже Чон Бин, знавший больше всех, не был в курсе событий, произошедших в этот годичный промежуток.

Знал только Ли Са Ён.

«Мне нужно нормально поговорить с ним…»

В конце концов, ключ ко всему лежал в Ли Са Ёне.

Он хотел знать всё. Ему нужно было знать всё. Всё, что случилось, пока его не было. Всё, за что ему предстояло загладить вину. Всё, что Ли Са Ён пережил в одиночку. Он понимал, что не сможет возместить упущенное время или утешить его.

И…

Ча Ый Джэ прикусил губу. Как бы он ни пытался успокоиться, хаос в его груди, кипевший на протяжении всего рассказа, никак не утихал.

Это был гнев, печаль или, возможно…

В его памяти всплыло бледное лицо. Место, где падал белый пепел, земля дрожала, и Ли Са Ён стоял спиной к разрушающимся руинам. Его глаза ярко сияли, когда он произнёс всего одну фразу:

«А если я скажу, что ждал тебя?»

Ли Са Ён, получивший право собственности на разлом на Западном море. Ли Са Ён, который пытался открыть закрывшийся разлом.

Зачем?

«Я собираюсь сделать карту для того, кто потерялся».

Ча Ый Джэ сжал свою дрожащую руку. Он думал, что все о нём забыли. В конце концов, он должен был быть мёртв.

С того момента, как он очнулся на куче мусора и понял, что для этого мира он уже мёртв, до момента, когда спас людей из разлома и решил двигаться вперёд, тревога, похожая на чувство непрошенного гостя, пустила корни в уголке его сердца. Но…

«Я вернусь».

Кроме одного человека.

«Ты будешь ждать меня?»

Который не поверил в его смерть и продолжал ждать.

— …

Если он действительно сдержал то эгоистичное обещание.

В этот момент на зелёном покрытии площадки раздались медленные шаги. Ленивый голос с насмешливыми нотками произнёс:

— Вы двое, похоже, очень близки.

Чон Бин с трудом потёр лоб с обеспокоенным выражением. Шаги остановились прямо за спиной Ча Ый Джэ. Рука, не колеблясь, обвила его плечо, как змея. Мягкие волосы коснулись его уха и щеки. Твёрдый подбородок опустился на другое плечо, и низкий голос пробормотал:

— Вы тут секретное совещание устроили?

Перчатка скользнула по щеке Ча Ый Джэ, оставив лёгкий след, прежде чем рука отступила. Выровнявшись, Ли Са Ён наклонил голову.

— Но… для секретного места это место довольно детское.

Глава 124

На лице Чон Бина внезапно появилась усталость. Казалось, он хотел сказать многое, но попытался ответить максимально сдержанно.

— Секретное совещание? Любой, кто это услышит, может неправильно понять.

— Если это не секретное совещание …

Рука, обхватившая плечо Ча Ый Джэ, слегка сжалась.

— …тогда что могут делать двое в такое позднее время?

— …

— Вы что, обо мне плохо говорили?

Ча Ый Джэ знал из опыта, что, если позволить этому продолжаться, Ли Са Ён обязательно потеряет самообладание. Этого нельзя было допустить — ему ещё нужно было кое-что узнать от Чон Бина! В отчаянии он схватил руку, обвившую его плечо. Пальцы в чёрной перчатке слегка дёрнулись. С трудом Ча Ый Джэ произнёс его имя.

— Ли… Ли Са Ён?

«Чёрт».

Голос прозвучал более напряжённо, чем он ожидал. Было трудно вести себя как обычно, осознавая, что Ли Са Ён — тот самый мальчик, которого он искал, и что тот исполнил его эгоистичное обещание, даже вернувшись с грани смерти. Весь прошлый опыт казался бесполезным перед лицом Ли Са Ёна.

Однако Ли Са Ён, услышав своё имя, ответил так, словно ждал этого, слегка двинувшись. Он приподнял уголки губ, как довольный кот, и наклонил голову.

— Ммм… Что?

Когда Ча Ый Джэ не ответил, Ли Са Ён игриво похлопал его по плечу пальцами в перчатках.

— Если зовёшь меня, нужно что-то сказать, J.

— Я связался с Чон Бином первым, потому что хотел кое-что спросить. Так что хватит нести ерунду… нет.

Когда Ча Ый Джэ попытался говорить жёстко, как обычно, перед его глазами внезапно всплыла картина молодого Ли Са Ёна, лежащего, забинтованного. Он замолчал неловко. Вместо этого он поправил маску, которую слегка сдвинули пальцы Ли Са Ёна.

— Ага…

Протянув последний слог, Ли Са Ён задал вопрос с лукавой интонацией.

— Это что-то, о чём ты не можешь спросить меня?

На это у Ча Ый Джэ было много чего сказать. Кто из них постоянно увиливал от вопросов, как скользкий угорь? Ча Ый Джэ сжал пальцы Ли Са Ёна покрепче.

— Ты, чёрт возьми, никогда не отвечаешь, когда я спрашиваю. Думаешь, я не замечаю, как ты всегда уходишь от темы?

— Потому что это то, что тебе не нужно знать. А ты думаешь, Чон Бин дал бы тебе прямой ответ? Он ещё лучше уворачивается от вопросов, чем я.

— А вот и нет, он дал мне хороший ответ. Мы были близки раньше. У нас была товарищеская связь. Верно?

— Э? О, да, конечно. Мы были товарищами.

Застигнутый врасплох, пока наблюдал за их разговором, Чон Бин поспешно ответил. Голос Ли Са Ёна стал угрожающе тихим.

— Ох… правда?

Чон Бин быстро сменил тему.

— Кстати, Ли Са Ён-щи, вы прибыли гораздо раньше, чем ожидалось. Вы были поблизости?

— …

Ли Са Ён сузил глаза вместо ответа, словно говоря: «Думаешь, я поведусь на такой слабый трюк?» В этот момент Ча Ый Джэ быстро присоединился к Чон Бину, задавая тот же вопрос.

— Мне тоже любопытно.

— …

— Ты не ответишь?

— …Нет.

Наконец коротко ответив, Ли Са Ён махнул рукой за спину. Возле входа на детскую площадку Ча Ый Джэ заметил знакомую деревянную дверь. Ранее он не обратил на неё внимания из-за присутствия Ли Са Ёна.

Владелец двери, Романтичный открыватель, лежал на качелях, словно выжатая губка. Его пальцы изредка дёргались, как будто сигнализируя, что он всё ещё жив. Рядом доносился зловещий скрип.

— …

Источник звука — пружинные качели в форме свиньи. Под мерцанием уличного фонаря качели раскачивались, а на них сидел человек. Линзы солнцезащитных очков зловеще блеснули.

Оседая неуверенно на узкой пружинной качели, Маленькое чудо, Со Мин Ги, склонил голову.

— Приветствую, клиент.

— …

— Хм, кажется, пружина заржавела. Нужно будет снять ржавчину и нанести смазку. Ещё этот фонарь мерцает. Это неподходящая обстановка для детей — будущего нашей страны, чтобы играть здесь.

Со Мин Ги легко спрыгнул с качелей, достал нитриловую перчатку и начал осматривать пружину с фонариком. Ржавая пружина заскрипела и застонала.

Ча Ый Джэ неловко опустил взгляд на свои ноги. Хотя их тени пересекались, они оставались неподвижными. Обычно тени не двигаются сами по себе, но, когда рядом находился Со Мин Ги, тень иногда вела себя иначе, чем её владелец. Чон Бин пробормотал:

— Я знал, что вы были в тени, но не ожидал, что приведете всех.

Оба — и Чон Бин, и Ча Ый Джэ — заметили это, но сделали вид, что не видят. Со Мин Ги ответил искренне:

— Я просто наблюдал. Глава гильдии всех сюда притащил.

— Да, это правда, — небрежно добавил Ли Са Ён.

— J и Чон Бин не только встречались тайком… они говорили обо мне.

«Значит, ты всё знал, просто прикидывался?»

— Мне стало интересно, и я просто не мог не прийти… в такое время.

Ли Са Ён специально выделил «в такое время». Ча Ый Джэ сочувственно взглянул на Романтичного открывателя, который обессиленно лежал на качелях. Детская площадка находилась недалеко от здания гильдии Падо, достаточно близко, чтобы сюда могли дойти как охотники, так и обычные люди. И всё же, чтобы добраться сюда быстро, Ли Са Ён явно кого-то оглушил.

«Разве это не напрасная трата ресурсов…?»

— Ух…

В этот момент Романтичный открыватель издал стон и ещё больше осел. Тёмная деревянная дверь медленно исчезла. Пока ржавая пружина продолжала скрипеть, Ли Са Ён прислонился головой к Ча Ый Джэ, прошептав мягко:

— Итак… ты узнал всё, что хотел?

— …

Ча Ый Джэ не ответил. Ли Са Ён, похоже, и не ожидал ответа, поскольку сразу переключил внимание на Чон Бина.

— А ты.

— Да, Ли Са Ён-щи.

— Разве детали моего пробуждения не засекречены? С каких пор ты так свободно об этом говоришь?

— Они засекречены. Однако я посчитал уместным рассказать это J.

Выпрямившись, Чон Бин встретил взгляд Ли Са Ёна, не дрогнув. Он говорил твёрдо, но спокойно.

— У меня есть полномочия принимать такие решения.

— …

Ли Са Ён склонил голову с сомнением. Чон Бин с мягкой улыбкой продолжал смотреть на него. Наконец, глаза Ли Са Ёна прищурились в хитрой ухмылке.

— Глядя на вашу близость… похоже, моё предположение было верным. Вы действительно близки. Интересно, когда, где и как вы сблизились?

— …

Чёрная рука, лежавшая на плече Ча Ый Джэ, сжалась сильнее. Чон Бин продолжил расслабленным тоном:

— Ну, я уверен, есть вещи между вами, о которых я не знаю, так же как и есть секреты, которые вы скрываете от J.

— Хватит.

Ли Са Ён прорычал тихо. Чон Бин пожал плечами.

— Но я узнал, что слишком много секретов — это нехорошо. Советую быть чуть более открытым.

— Почему бы тебе просто не уйти?

— Я и собирался. Что ж… полагаю, ты получил ответы на свои вопросы.

Бззз… раздалась длинная вибрация. Чон Бин достал телефон, посмотрел на экран и тихо вздохнул.

— …Похоже, из-за вас у меня прибавилось работы, Ли Са Ён.

Ли Са Ён ответил холодно:

— Ты должен быть усерден. Ты же всё-таки государственный служащий.

— Я бы всё равно этим занялся… Мне стоит поблагодарить вас?

Чон Бин коротко потер лицо рукой, затем поднял взгляд, чтобы встретиться с глазами J. Ли Са Ён сделал шаг вперёд, словно защищая J. Чон Бин усмехнулся, но обратился к Ча Ый Джэ мягким тоном:

— J.

— …

— Мне стоит сказать это сейчас.

Прочистив горло, Чон Бин твёрдо произнёс:

— Я правда рад, что ты вернулся.

— …

— Если тебе что-то понадобится, не стесняйся связываться со мной. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь.

В этот момент бывший товарищ стал настоящим. Ча Ый Джэ собирался что-то сказать, но Ли Са Ён перебил его холодным голосом.

— Хватит. Уходи.

— Да-да. Мне нужно заняться задачей, которую поручил Ли Са Ён. Я пошёл.

Чон Бин вежливо поклонился, затем попрощался с Романтичным открывателем, всё ещё неподвижно сидевшим на качелях, и с Со Мин Ги, продолжавшим ремонтировать пружинные качели. Когда он покинул детскую площадку, его фигура казалась куда сильнее, чем уставший образ, сохранившийся в памяти Ча Ый Джэ. Его спина выглядела гораздо более уверенной.

После того как присутствие Чон Бина полностью исчезло, Ли Са Ён заговорил с мрачным выражением лица.

— Хён…

— Хм?

— Кажется, я тебе нравлюсь больше, чем я думал.

— Что?

Ча Ый Джэ уставился на Ли Са Ёна с широко раскрытыми глазами. Ли Са Ён улыбнулся и протянул руку, чтобы поправить чёрную маску.

— Не ожидал, что ты сразу свяжешься с Чон Бином…

Глава 125

— Эй… почему это должно значить, что ты мне нравишься, нет, погоди…

Ча Ый Джэ быстро проглотил ругательство, которое едва не сорвалось с его губ. Он хотел вести себя с Ли Са Ёном как можно добрее, но это было непросто. Ли Са Ён, сделавший шаг вперед, чтобы встретиться с Ча Ый Джэ, моргнул и слегка наклонил голову.

— Почему?

— Убери… свое лицо подальше.

— Я тебе не нравлюсь?

Его длинные ресницы дрогнули. Ча Ый Джэ стиснул зубы. В его голове грубый Ли Са Ён и добрый мальчик с перевязанными ранами жестко сталкивались друг с другом. Он понимал, что это один и тот же человек, что Ли Са Ён пережил многое и долго ждал его возвращения. Он был благодарен и тронут тем, что тот сдержал обещание, несмотря на отсутствие какой-либо уверенности. Но…

«Первое впечатление от Ли Са Ёна… было не из лучших».

Воспоминание, всплывшее в голове, было о Ли Са Ёне в противогазе, избивающем людей в переулке. Не говоря уже об образе, где он показывал средний палец с явным вызовом, упорно следуя за ним.

«Вот почему говорят, что первое впечатление так важно…»

Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна с неоднозначным выражением лица. Конечно, и сам он тогда выглядел не лучшим образом, так что их первые впечатления друг о друге, вероятно, были одинаково ужасны. Встреча двух сумасшедших, пожалуй. Ча Ый Джэ поймал себя на мысли, что начал самокритично задумываться. И тут,

Когда ответа не последовало, губы Ли Са Ёна слегка исказились. Он пробормотал мрачным тоном.

— Молчишь, значит…

— Нет, ты мне нравишься. Конечно, ты мне нравишься.

Ответ прозвучал механически, словно фраза из службы поддержки клиентов. Конечно, Ли Са Ёна такой роботизированный ответ никак не мог удовлетворить. Он уставился на Ча Ый Джэ с вызывающей позой.

Но с точки зрения добросовестного сотрудника вроде Ча Ый Джэ, справляться с логическими скачками Ли Са Ёна было нереально. Ли Са Ён был тем, кто мог одним словом полностью выбить из колеи долгожданную встречу с давним коллегой.

«Черт, да он действительно разносторонне талантлив».

Ладно, успокоимся. Ча Ый Джэ коротко и глубоко вздохнул. Это был тот самый мальчик, которого он искал. Он наверняка многое пережил. Ча Ый Джэ решил проявить немного терпения. Он взял черную руку Ли Са Ёна, которая нервно возилась с маской, и задал вопрос, стараясь сделать его как можно мягче.

— Какая логика привела тебя к такому выводу?

Конечно, несмотря на все усилия, вопрос прозвучал не слишком мягко.

— А? Ах…

Ли Са Ён отвел взгляд, полный недовольства, и пожал плечами.

— Ты ведь не планировал встретиться с Чон Бином таким образом, да? Даже если и планировал, то точно не сейчас, правильно?

Это было правдой. Если бы Ли Са Ён не увиливал от разговоров, словно скользкая рыба, ему бы не пришлось встречаться с Чон Бином в одиночку. Он бы увидел его, когда прошло бы больше времени. Ли Са Ён медленно продолжил.

— Но несмотря на это, ты специально связался с Чон Бином, и не просто так… ты спросил обо мне.

Его фиолетовые глаза пристально смотрели на Ча Ый Джэ. Затем взгляд сузился, а на губах появилась хитрая улыбка.

— Значит, ты был любопытен. Так?

— …

— А это любопытство… пришло из интереса…

Ли Са Ён слегка приподнял подбородок, словно говоря: «Я прав?» Он выглядел как кот, гордо демонстрирующий пойманную добычу. Ча Ый Джэ легко похлопал его по спине, а затем сложил руки за спиной.

— Ну, ладно… допустим, ты прав. И еще…

Ча Ый Джэ мельком взглянул за Ли Са Ёна. Скрип пружины стих. Казалось, что ремонт успешно завершен, а Со Мин Ги теперь беззаботно сидел на качающейся лошадке в форме поросенка, стуча по телефону. Почувствовав на себе взгляд, Со Мин Ги поднял голову, и их глаза встретились.

— О.

Со Мин Ги коротко воскликнул и вытащил из инвентаря наушники, надев их. Он слегка кивнул.

— Представьте, что меня здесь нет, и продолжайте ваш разговор. Я отправляюсь в путешествие в мир рока.

— А, да. Пожалуйста, продолжай.

— Тогда увидимся позже. Если будут какие-то указания, свяжитесь со мной по телефону.

— Хорошо. Ты можешь идти.

— Кстати, на всякий случай, дорогой клиент, Романтичный открыватель полностью вырубился, так что можете не переживать. Увидимся.

Как бы подтверждая свои слова, Со Мин Ги начал ритмично кивать в такт музыке. Вскоре он, казалось, растворился в тенях. Романтичный открыватель остался лежать на качелях, обмякший, как тряпичная кукла. Он выглядел настолько безжизненным, что могло показаться, будто он мертв. Но равномерное движение его спины вверх и вниз говорило о том, что он всё же жив.

«…Да, если он вырубился, думаю, это уже неважно».

Ча Ый Джэ отвернулся, притворяясь, что ничего не видел, и снова посмотрел на Ли Са Ёна. Тот по-прежнему не отводил от него глаз. Когда их взгляды встретились, на утончённом лице Ли Са Ёна появилась улыбка.

Выбирая слова с осторожностью, Ча Ый Джэ глубоко вздохнул.

«Как и ожидалось, у меня не получается ходить вокруг да около».

В конце концов, он решил быть прямолинейным.

— Давай просто поговорим честно. Каждый раз, когда я задаю тебе вопрос, ты увиливаешь, и мы никуда не продвигаемся.

— …

— Не избегай ответа на этот раз.

Ли Са Ён не ответил. Тени на его лице двигались с каждым колебанием уличного фонаря. Оранжевое свечение лампы на мгновение усилилось, углубляя тени. Лицо, наполовину скрытое мраком, выглядело задумчивым и печальным. Ча Ый Джэ медленно продолжил говорить.

— Чон Бин рассказал мне кое-что, Ли Са Ён, начиная с момента твоего пробуждения и до настоящего времени. Но есть вещи, которые знаешь только ты.

Ли Са Ён, несмотря на то, что раньше увиливал от разговоров, спокойно кивнул.

— Ну… это правда.

— Нам нужно многое обсудить. У меня есть, что сказать, и есть, что услышать.

— …

— Расскажи мне всё, что случилось с тобой после того, как я попал в разлом.

Если Ли Са Ён всё это время ждал Ча Ый Джэ…

Он хотел услышать обо всём, что произошло. Он хотел знать всё о тех восьми годах, которых его не было рядом. Он хотел разделить груз и боль, которые Ли Са Ён нёс в одиночку, надеясь, что это станет хоть небольшой искупительной жертвой за то, что он не смог его защитить.

Но Ли Са Ён…

— Почему?

— Что?

Выражение Ли Са Ёна было по-настоящему озадаченным.

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Это был совершенно неожиданный ответ. Ли Са Ён, скрестив руки, внимательно смотрел на Ча Ый Джэ. Его глаза сузились. Затем он слегка вздохнул и постучал пальцами по своей руке.

— Я ожидал этого от тебя, хён, но…

— …

— Но видеть это на деле…

Ли Са Ён пробормотал, задумавшись.

— Это не приносит удовольствия.

Почему?

Его грудь сжалась. Ча Ый Джэ слышал немало оскорблений и в лицо, и за спиной, но эти слова не были грубыми, и всё же его сердце упало, словно камень. Не в силах справиться с этим загадочным чувством, Ча Ый Джэ сжал кулак. Его короткие ногти впились в ладонь.

Ли Са Ён медленно начал говорить.

— Если бы ты сказал мне, что хочешь, чтобы я выслушал твою историю… я бы с радостью выслушал.

— …

— Мне бы это понравилось. Я любопытен, что произошло с тобой в разломе.

— Но тогда почему…

Слова сорвались прежде, чем он успел остановить их. Ли Са Ён приподнял бровь.

— Тогда позволь мне задать тебе вопрос.

— …Какой?

— Почему тебя интересует моё прошлое? Я не пытаюсь быть саркастичным, я действительно хочу знать причину.

Ли Са Ён широко развёл руками.

— Человек, которого ты искал, стоит прямо перед тобой.

— Ну…

Ли Са Ён, который был втянут в исследовательский центр Прометея, пока Ча Ый Джэ находился в разломе у Западного моря. Должно быть, они подвергли Ли Са Ёна всевозможным экспериментам, чтобы превратить его в искусственно пробуждённого. Даже документы из исследовательского центра на Одэсане дали общее представление о том, через что ему пришлось пройти.

Это было непростительно.

Ча Ый Джэ открыл рот, чтобы заговорить.

— Пока я был в разломе Западного моря…

— Нет.

Ли Са Ён резко перебил его.

— Это неправильная предпосылка.

— Что ты вообще несёшь?

Ча Ый Джэ резко огрызнулся. Ли Са Ён провёл рукой по своим волосам, открывая бледный лоб сквозь разделившуюся чёлку. Почти про себя он пробормотал:

— Я знал, что всё придёт к этому…

— Говори ясно. Хватит ходить вокруг да около.

— Моё прошлое — это не то, о чём тебе стоит беспокоиться, хён.

Это было абсурдное заявление. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Затем, выплёвывая слова одно за другим, он спросил:

— Почему это не должно меня волновать? Пока меня не было, ты…

— Это случилось очень давно…

Ли Са Ён сделал шаг вперёд. Его чёрная рука протянулась, словно собираясь закрыть лицо Ча Ый Джэ. Тот не отстранился и не попытался увернуться. Его тело инстинктивно знало, что эта рука не представляла угрозы. Рука осторожно сняла маску. Теперь их взгляды встретились без каких-либо преград. Губы Ли Са Ёна слегка приоткрылись.

— Это не то, за что тебе нужно нести ответственность. Я говорил тебе это и в подземелье.

В дрожащем и рушащемся подземелье… что тогда сказал Ли Са Ён? К счастью, воспоминание всплыло быстро.

«Ты ведёшь себя так, будто обязан за всё нести ответственность и решать все проблемы в одиночку».

Но ведь это другое, не так ли? — пробормотал Ча Ый Джэ себе под нос. Ли Са Ён был его единственным успехом. Тем, кого он спас, тем, кого он оставил в живых. Тем, кого он поклялся защитить любой ценой.

Особенным человеком.

— Ты хочешь, чтобы я не нёс за тебя ответственность? Когда я…

Только теперь он смог понять природу странного чувства, которое его переполняло. Ча Ый Джэ…

— Для тебя…

Он был ранен.

Тогда чёрная рука мягко коснулась его щеки.

— Это действительно приятно, что ты думаешь обо мне и интересуешься мной, но…

— …

— Я не хочу, чтобы это превращалось в ответственность.

Мягкий голос прошептал:

— Отношения, в которых один берёт на себя ответственность за другого, не равны, правда?

— …

— Я хочу равных отношений, J.

Глава 126

— Я хочу равных отношений, J.

Ча Ый Джэ нахмурился.

— Равных отношений?

— Да.

Ли Са Ён легко кивнул. Его большой палец мягко коснулся кожи под глазами Ча Ый Джэ, словно говоря тому не хмуриться, а затем убрал руку. Ча Ый Джэ прикусил внутреннюю сторону щеки.

Даже если он понимал значение слов, что-то в них всё равно не укладывалось в его голове. Равные отношения. Для Ча Ый Джэ этот фраза казалась чуждой. Для него было само собой разумеющимся брать на себя ответственность за Ли Са Ёна. Он спас его, вернул к жизни и вновь не смог спасти…

«Но почему Ли Са Ён…»

Его мысли внезапно прервались. Уловив выражение лица Ча Ый Джэ, Ли Са Ён мягко заговорил, словно пытаясь успокоить его.

— Даже если я объясню это в деталях, вряд ли ты сможешь понять.

Хотя Ли Са Ён заговорил в таком тоне впервые, он показался странно знакомым. Даже находясь в замешательстве, Ча Ый Чжэ быстро понял причину. Этот тон был похож на тот, который он использовал, общаясь с мальчиком в бинтах.

— Ты прожил половину жизни, думая, что это нормально. Конечно, тебе сложно это понять.

— …

— Так что подумай сам. Какие равные отношения я хочу и почему мне это нужно.

— …

— Когда найдёшь ответ, я скажу тебе.

Ли Са Ён подчеркнул последние слова:

— Скажу тебе лично.

Закончив, он протянул свой мизинец. Ча Ый Джэ, глядя на его чёрный палец, застыл. Мальчик, Ли Са Ён, который когда-то с трудом старался переплести свои слабые пальцы с пальцами Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ колебался, но всё же прикоснулся своим мизинцем к мизинцу Ли Са Ёна. Знакомое тепло кожи под перчаткой коснулось его пальца.

Ли Са Ён быстро переплёл их пальцы и раздражённым голосом добавил:

— Пока не найдёшь ответ, даже не думай спрашивать кого-нибудь вроде Чон Бина. Как ты сам сказал, тот, кто лучше всех знает меня — это я.

— …

— Ты должен ответить.

— …Хорошо.

Ча Ый Джэ медленно кивнул. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна, которые до этого пристально его изучали, слегка сузились, намекая на улыбку.

— Ах, кстати…

— …Что?

— Ты вообще знаешь, что такое равные отношения? Наверняка нет. Я понимаю.

— Этот парень…

Ча Ый Джэ машинально выпалил резкие слова и тут же сглотнул. Как только эти грубые слова слетели с его губ, гнетущая тяжесть, которая сдавливала его, исчезла, уступив место сильным эмоциям. Это была не бессознательная реакция, а выработанный рефлекс, который он обрёл после времени, проведённого с Ли Са Ёном после побега из разлома в Западном море!

Насколько пугающими являются человеческие привычки? Даже когда Ча Ый Джэ намеренно старался быть вежливым, его тело действовало по накопленным данным их прошлого общения. Более того, в его голове мальчик в бинтах и ухмыляющийся Ли Са Ён всё ещё наклоняли головы в одинаковом жесте.

Ли Са Ён приподнял уголки губ.

— О… «этот парень»?

— …

— Разве это не странно? Разве я не должен был быть твоим «единственным успехом»?

— …

Места для оправданий не оставалось. Как же трудно быть добрым! Голова Ча Ый Джэ медленно опустилась вниз. Он попытался отвлечься, выискивая муравья, ползущего по земле, широко раскрытыми глазами, но это было напрасно. Лишь несколько одиноких травинок жалобно покачивались среди мягких половиц.

Ли Са Ён, наблюдая за круглой макушкой Ча Ый Джэ, спросил с насмешливой интонацией:

— О… это новое прозвище?

— …Са Ён.

— Да?

— Замолчи.

Ли Са Ён зажал рот рукой, подавляя смех, но вскоре откинулся назад и рассмеялся.

— Ха-ха-ха!

На этот звук, из тени вновь показался Со Мин Ги, удивлённо выглянув и уставившись на них. Его глаза, скрытые за солнцезащитными очками, распахнулись в удивлении. Казалось, громкий смех Ли Са Ёна был редким событием. Но Ча Ый Джэ это не волновало.

«Отвернись».

Ча Ый Джэ слегка наклонил голову в сторону. Со Мин Ги послушно отвернул голову. Тем временем Ли Са Ён всё ещё громко смеялся. Ча Ый Джэ стиснул зубы и прошептал:

— Эй, перестань смеяться.

— Ха-ха… Ты пытаешься приложить усилия прямо сейчас?

Ча Ый Джэ ответил спокойно, но серьёзно:

— Я действительно стараюсь, так что прекрати мешать. Позволь мне попытаться быть добрым.

— Ох…

Ли Са Ён, стараясь прекратить смех, глубоко вздохнул и хихикнул. Его голос, всё ещё с нотками веселья, спросил:

— Запутался?

— …

Ча Ый Джэ промолчал. Ли Са Ён ухмыльнулся, словно знал ответ.

Время, проведённое с мальчиком, которого он спас, было настолько ценным, что он никогда не забудет его. Он долгое время жил лишь этими воспоминаниями. Однако…

— Хён.

Жизнь Ча Ый Джэ разделилась на две части великой стеной, известной как разлом в Западном море. До стены он жил с тётей и мальчиком в бинтах, после — с бабушкой, Пак Ха Ын и Ли Са Ёном.

Ча Ый Джэ разжал ладонь. Шрам, оставшийся тонкой трещиной, мерцал мягким золотым светом. Момент, когда он разрезал свою ладонь кинжалом, всё ещё ярко сохранялся в его памяти.

С момента, как он впервые встретил Ли Са Ёна после побега из разлома, до настоящего момента он провёл с ним немало времени. Настолько, что невозможно описать это время, не упомянув его.

Он хорошо знал, что мальчик в бинтах и Ли Са Ён — один и тот же человек. Но…

Полные губы Ли Са Ёна изогнулись в улыбке. Его ленивый голос прошептал:

— Ты знаешь, что это один и тот же человек, ты благодарен, что он жив, ты сожалеешь о нём, а теперь, когда узнал, тебе трудно обращаться с ним так же, как раньше… Ты хочешь относиться к нему хорошо, но ничего не получается.

Каждое слово резало Ча Ый Джэ словно кинжал.

— Ну… раньше я вёл себя довольно мило.

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна, лишённые света, пристально смотрели на Ча Ый Джэ. Его тон был игривым, но острым:

— Но ты ещё не готов, хён.

— …

— Ты даже не решил, как тебе ко мне относиться… так что что ты собираешься делать?

Ча Ый Джэ коротко вздохнул. Ли Са Ён был прав. С того момента, как он вдруг осознал, что Ли Са Ён — это тот самый мальчик в бинтах, до сегодняшнего дня, он не смотрел на собственные эмоции. Он лишь метался, пытаясь узнать о трудностях и прошлом Ли Са Ёна, игнорируя тонкое чувство диссонанса, которое его грызло.

Ли Са Ён, с маской в руке, скрестил руки на груди.

— Если ты движешься только из чувства вины, то остановись.

— …

— Будет мудрее потратить это время, думая о задаче, которую я тебе дал.

Ча Ый Джэ, который всё это время стоял неподвижно, слушая его слова, выхватил маску из рук Ли Са Ёна и надел её себе на лицо. Едва заметно перекошенное выражение на его лице исчезло за чёрной маской. Его изменившийся голос проворчал:

— Ты так неуважителен к хёну.

Ли Са Ён наклонил голову.

— Так тебе это не нравится?

— …

Ча Ый Джэ не ответил. Вместо этого он внезапно протянул руку и взъерошил волосы Ли Са Ёна. Тот коротко фыркнул раздражённо и уставился на него.

— Что ты делаешь?

— Ты мне не противен.

— …

— Как я могу испытывать к тебе отвращение?

Ли Са Ён слегка приоткрыл рот. Его фиолетовые глаза расширились. Ча Ый Джэ смущённо почесал затылок и резко развернулся.

— Чёрт… Я ухожу.

— …Постой, хён!

В тот момент, когда Ли Са Ён протянул руку, поднялся ветер. Низкий голос смешался с порывами ветра:

— Я подумаю над твоими словами.

Ветер стих. К тому времени Ча Ый Джэ уже исчез. Ли Са Ён, глядя на пустую площадку, сжал кулак. В этот момент за его спиной раздался шорох.

— Глава гильдии.

Со Мин Ги подошёл с наушниками на шее. Ли Са Ён мельком обернулся. Романтичный открыватель всё ещё висел на качелях, как полусухой кальмар.

Со Мин Ги, остановившись в двух шагах от Ли Са Ёна, осторожно спросил:

— Ты уверен, что всё в порядке, позволить ему уйти? Судя по нашему опыту, одними разговорами это его не остановит. Я боюсь, что он может снова отправиться в какую-нибудь лабораторию или что-то вроде того…

— Нет.

Ли Са Ён резко остановился. Уличный фонарь, который до этого мигал, наконец погас. Его губы изогнулись в темноте.

— Он не сможет двигаться. Не скоро…

— Простите? Почему…

— Потому что он дал обещание.

Ли Са Ён медленно пошёл вперёд. Со Мин Ги щёлкнул пальцами, и тень под качелями собралась, приобретая форму маленького человека. Затем она начала волочить за собой без сознания лежащего Романтичного открывателя.

— Он будет слишком занят, думая обо мне.

— Разве у этой задачи вообще есть ответ?

— Кто знает…

Ли Са Ён высунул чёрный язык и слегка прикусил его кончик. Это был игривый жест.

— Думаю, будет справедливо устроить небольшие неприятности.

— Ну да, только сомневаюсь, что наш клиент это оценит.

Со Мин Ги коротко вздохнул. Когда они приблизились к выходу с площадки, Ли Са Ён вдруг заговорил:

— Я жалею об этом.

— …

— Если бы я знал, что он — J, я бы не позволил ему приблизиться.

Его вздох растворился в ветре. Вскоре три фигуры растаяли в тенях и исчезли.

Глава 127 - Наблюдая сквозь щели

Белый пепел кружился в воздухе, словно снег.

— …

Тишина, будто даже воздух застыл. Ее растрепанные каштановые волосы беспорядочно развевались. Девушка в школьной форме, Юн Га Ыль, осматривалась вокруг. Привычный вид руин предстал перед ней.

Юн Га Ыль посмотрела на свои вытянутые руки. Обе светились радужным светом. Ее лицо залила паника, и она торопливо начала осматривать свое тело.

— Что за черт?..

Еще несколько мгновений назад она была в классе, слушая лекцию. Юн Га Ыль лихорадочно оглядывала окружающее пространство. Полная тишина, ни намека на жизнь. Место, куда пришло разрушение. Пейзаж, который она видела бесчисленное количество раз, путешествуя по осколкам миров.

Но что-то было не так. До этого Юн Га Ыль видела эти фрагменты только тогда, когда засыпала в своей постели. Никогда раньше это не происходило, если она просто задремала или чуть-чуть подремала в школе. Так почему же…

«Почему я здесь?»

Побочный эффект ее способности? Новая сила? Или, возможно, она потеряла контроль над способностью? Каждая из этих мыслей представляла худший сценарий. Холодный пот выступил на лбу. Наконец, Юн Га Ыль шлепнула себя по щекам обеими руками. Острая боль помогла ей вернуть фокус.

«…Спокойно. Подумай».

Юн Га Ыль вытащила из-под рубашки спрятанное ожерелье. На нем висел белый осколок и бирка с надписью «ХЁС».

Юн Га Ыль сжала осколок в кулаке. Несколько черных нитей света обвились вокруг белого осколка, словно змеи. Это был фрагмент, который она вынесла из эродированного подземелья.

Фрагмент из тела голема в неожиданно реконструированном эродированном подземелье. Это был первый раз, когда она нашла осколок в реальности, а не во сне. Обычно она сразу же сообщила бы об этом Чон Бину, но тот потерял сознание после тяжелых ранений, полученных, когда он защищал их… Юн Га Ыль неловко прикусила губу.

«Я так и не сказала ничего до сих пор… Простите».

Единственным отличием между тогда и сейчас был этот осколок. Возможно, причина этой ситуации и ключ к выходу из нее лежат в осколке.

«Оставаться здесь дольше может быть опасно».

Место, где она находилась, — это была ее школа. Она не могла позволить друзьям попасть в какую-то странную беду. Юн Га Ыль глубоко вдохнула и крепко сжала осколок в руке. Осколок засиял ослепительным светом, напоминающим перламутр. И в следующий момент…

КИИККК!

Что-то чисто белое взвилось из земли и охватило все ее тело.

— Ааа!

Юн Га Ыль закричала, отшатываясь назад. Белый пепел, словно снег, жадно поглощал звук ее шагов. Белое вещество затягивало ее тело, сжимая все сильнее. Она начала задыхаться. Юн Га Ыль крепко зажмурилась и широко раскрыла рот.

— Помогите…!

И тогда…

Холодная рука схватила Юн Га Ыль за шею. Черт, я умру вот так. Юн Га Ыль стиснула зубы. Но вместо этого дышать стало легче. Медленно открывая затуманенные глаза, она увидела нечто черное, стоящее перед ней, резко выделяющееся на фоне этого мира белых руин.

Юн Га Ыль изо всех сил попыталась пошевелить глазами. То, что держало ее за шею, было зловещей черной рукой. Не только рука, но и запястье, к которому она была прикреплена, — все было черным, как смоль. Белое вещество, поднимавшееся с земли, теперь жалобно скулило, словно его и не было.

«Оно» заговорило.

— Смотри на меня.

— …

— Смотри на меня.

— …

— Юн Га Ыль.

— Юн Га Ыль!!

Грохот! Звук чего-то ломающегося эхом разнесся вокруг. Юн Га Ыль, тяжело дыша, резко села. Она снова была в привычном классе. С ошеломленным выражением лица Юн Га Ыль огляделась. Ее подруга, Да Ён, смотрела на нее с испуганным лицом.

— Что случилось… Ты в порядке?

— А? Что?

— Ты сердишься, что я кричала тебе в ухо?

— Кричала? Ты кричала?

— Что… Ты уронила свою учебную книгу.

Ах. Все еще находясь в оцепенении, Юн Га Ыль подняла с пола упавший [Полный учебник подготовки к CSAT]. Звук падения, скорее всего, исходил от книги и пенала. Да Ён с обеспокоенным лицом спросила:

— Ты в последнее время странно себя ведёшь. Что-то случилось?

— А? Нет… ничего не случилось.

— Это что-то, о чём ты не можешь рассказать своей подруге?

— Нет, правда, всё нормально. Со мной всё в порядке.

— Тогда почему ты… Ты знаешь, твои глаза в последнее время выглядят как-то странно, да?

Да Ён пробормотала с хмурым выражением.

— Иногда ты смотришь на нас, как будто видишь мёртвого человека.

— Что за ерунда…

Юн Га Ыль отмахнулась от её слов и огляделась.

В классе, кроме них двоих, никого не было. Она взглянула на часы. Уже прошло десять минут с начала обеденного перерыва. Обычно они мчались в столовую, как только звенел звонок!

Юн Га Ыль поправила свои растрёпанные волосы и спросила:

— А ты почему ещё здесь? Разве ты не идёшь есть?

Да Ён вздохнула и облокотилась подбородком на руку.

— Ты лежала там, как будто приняла что-то нехорошее, куда бы я пошла? А ещё меню на обед сегодня было не особо. Учителя начали строго следить за доставками… Мин Джи и Су Ён пошли в буфет, но скоро вернутся.

— Почему только они?

— Проиграли в камень-ножницы-бумага.

В этот момент входная дверь класса распахнулась. Две девочки, нагруженные напитками и перекусом, вошли, ворча.

— Все, наверное, подумали одно и то же. В буфете такая толпа, просто жуть.

— Пицца-хлеб уже закончился.

Да Ён посмотрела на них с уважением.

— Вы что, охотницы? Быстро сработали.

— Ага~ Я собираюсь сдать экзамен охотника и вступить в гильдию Падо.

— А я пойду в гильдию HB. О, Юн Га Ыль проснулась?

— Ты в порядке? Ты спала, как мёртвая. Хорошо, что это было во время часа классного руководителя.

Мин Джи, внимательно рассматривая лицо Юн Га Ыль, протянула ей пакет с хлебом. Это был тот самый хлеб с начинкой, который Юн Га Ыль часто ела. Из маленького разрыва на пакете поднимался белый пар. Юн Га Ыль улыбнулась, принимая хлеб. Он был тёплым.

Она даже не была уверена, правильно ли она улыбается. Судя по неизменным выражениям лиц её подруг, она могла только догадываться, что всё выглядит нормально. С усилием заставив свои напряжённые губы двигаться, она сказала:

— Спасибо.

— Скажи это с чувством, а то как-то неубедительно.

— Оставь её, ей плохо.

— Может, тебе сходить в медпункт?

— Какой у нас следующий урок?

— Понятия не имею.

— Ты вообще хоть что-нибудь знаешь?

Дружеская болтовня подруг, смех и лёгкий ветерок, пробирающийся через приоткрытое окно. Юн Га Ыль тихо выдохнула с облегчением. Затем аккуратно разорвала пакет с тёплым хлебом.

И в этот момент…

— …Слушай, Га Ыль.

— Да?

Юн Га Ыль подняла голову. Су Ён смотрела на неё с каким-то странным выражением.

— Что у тебя на руке, под рукавом?

— А?

— Ну, там какой-то странный знак…

— …

Юн Га Ыль поспешно закатала рукав своей школьной рубашки.

Красный след, словно что-то стягивало её запястье, стал виден.

Глухой стук.

Ах!

Холодный пот стекал по её лицу.

«Нет».

Знакомая сцена перед глазами начинала размываться. Классная комната и лица её друзей превращались в пятна зелёного, оранжевого, синего, красного, жёлтого и белого цветов. Лица друзей раскололись, раздваиваясь, затем становясь четырьмя, восемью, шестнадцатью…

Хлеб, который она держала, выскользнул из её рук и упал на пол.

Её друзья, теперь с 108 головами, наклонили головы. 256 ртов одновременно спросили:

— …?

— …

Перекрывающиеся голоса не передавали никакого смысла, превращаясь в бессвязный шум. Холодный пот ручьями стекал по её лицу, а живот скручивало. Её грудь сдавило, и Юн Га Ыль прикрыла рот рукой.

«Кажется, меня сейчас вырвет…»

С громким треском её рука, сжимавшая край парты, вдавила его, оставив след. «Учебное пособие» и пенал с грохотом упали на пол.

Юн Га Ыль пошатнулась, поднимаясь на ноги. Бесчисленные осколки зеркала отражали её искажённый образ. Её друзья были настолько фрагментированы, что она больше не могла их узнать.

Крик, словно вопль, раздался в её ушах. Всё вокруг сияло, как калейдоскоп. Мир закружился перед ней.

Юн Га Ыль вцепилась в голову обеими руками. Ах, казалось, она кричит…

Её следующее воспоминание было...

***

— Она исчезла.

Рука в белой перчатке положила маленькую лупу на поднос. Мальчик, держащий поднос, поспешно удалился. Владелец руки, Нам У Джин, скрестил руки и тяжело вздохнул. Стоящий позади него Чон Бин осторожно спросил:

— Исчезла? Что вы имеете в виду? Она без сознания?

Юн Га Ыль лежала неподвижно на операционном столе в лаборатории Нам У Джина, расположенной в гильдии Совон. Девушка в школьной форме была без сознания, хотя видимых повреждений на её теле не было. Закатанные рукава обнажали красные следы на обеих руках, будто что-то связывало их.

Её грудь слабо поднималась и опускалась, выдавая дыхание. Из-под её рубашки выглядывала цепочка ожерелья. Осколок на ожерелье был обычного белого цвета. После короткой паузы Нам У Джин внезапно спросил:

— В каком состоянии она была, когда вы её нашли? Вела ли она себя странно в последнее время?

Чон Бин тяжело вздохнул, вытащил из внутреннего кармана пиджака блокнот и начал зачитывать.

— Когда я прибыл в школу по вызову её классного руководителя, она уже лежала в медпункте. Я поговорил с её друзьями, и они сказали, что весь день она спала, как мёртвая, а во время обеда вдруг закричала и упала в обморок. В последнее время…

— …

— Говорят, она вела себя немного странно. Иногда выглядела испуганной, когда смотрела на своих друзей. По их словам, это было похоже на то, что…

Чон Бин нахмурился.

— Похоже, будто она внезапно увидела мёртвого человека…

Нам У Джин, пристально смотревший на бледное лицо Юн Га Ыль, задал ещё один вопрос:

— Когда она видит осколки, она обычно… теряет сознание вот так?

— Нет. Я наблюдал за ней раньше, и обычно она просто выглядела глубоко спящей.

— Тогда это почти наверняка…

Нам У Джин резко развернулся, его белый халат взметнулся за ним. Он заскрипел кроксами по полу, направляясь к углу лаборатории. Чон Бин внимательно следил за ним и спросил:

— Её могли атаковать психически?

— Нет. Это нечто совсем иное.

Нам У Джин решительно прервал его и отдёрнул белую ткань, покрывавшую нечто. Под тканью оказалась конструкция, похожая на глобус, но вместо карты мира на ней была мягко светящаяся масса, переливающаяся, словно перламутр.

Нам У Джин протянул руку к этой массе. Его глаза, ослепительно белые, ярко блеснули.

— Я знаю это слишком хорошо, учитывая, что сам оказался в таком положении после наблюдения за разломом мира.

— …

— Моя душа была затянута в другой мир. Хотя у меня нет понятия, что произошло…

Чон Бин слегка приоткрыл рот от удивления.

— В таком случае…

— Учитывая, что Юн Га Ыль видела фрагменты разрушенного мира…

Нам У Джин, пристально вглядываясь в переливающуюся массу света, пробормотал холодным тоном:

— Её должно быть затянуло в этот разрушенный мир.

Глава 128

— Подожди минуту. Мне нужно более подробное объяснение. Что вы имеете в виду, говоря, что душа была забрана?

Чон Бин нервно посмотрел на Юн Га Ыль, лежащую на операционном столе. Нам У Джин, равнодушно поковыряв светящийся шар пальцем, ответил:

— Буквально. Тело здесь — просто пустая оболочка.

— Но…

Чон Бин, замолчав, пристально посмотрел на грудь Юн Га Ыль, которая едва заметно поднималась и опускалась. Затем он подошёл ближе к операционному столу и осторожно проверил запястье, на котором был красный след. Пульс был. Она была жива. По словам Нам У Джина — да, даже без души.

— Если это так… как поддерживается её тело? Я имею в виду, как оно сохраняет жизненные функции? Она дышит самостоятельно, без аппарата искусственной вентиляции лёгких.

— Это выходит за рамки моего понимания. Это первый случай, когда душа полностью поглощена в тот мир. Нам придётся это изучить.

— …

— Не смотрите на меня так. Я всего лишь смог едва уловить небольшой фрагмент…

Нам У Джин постучал пальцем по своему виску. Чон Бин вздохнул.

— Да, это правда.

— Впрочем, у меня есть предположение… оно вон там.

Оглядевшись, Нам У Джин заметил заброшенную в угол белую доску и потащил её к себе. По пути он пинком убрал книги, сваленные на полу. Чон Бин хотел что-то сказать, но передумал.

Белая доска была исписана выцветшими надписями, которые едва можно было разобрать. Нам У Джин быстро стер их тряпкой и открыл маркер. Попытался что-то написать, но маркер не писал. Нахмурившись, он взял другой. Чон Бин, наблюдая за ним, наконец, не выдержал:

— Как давно вы вообще пользовались этой доской?

— Не спрашивайте. Не так давно, как кажется.

— Хозяин.

Мальчик быстро подошёл и протянул коробку с маркерами. Нам У Джин взял её и грубо похлопал мальчика по голове.

— Спасибо.

— Пожалуйста, хозяин.

Мальчик улыбнулся, будто нарисованный, и исчез из виду. Чон Бин покачал головой.

— Вы вообще способны жить без этой марионетки?

— Не спрашивайте. А теперь вернёмся к делу.

С легким щелчком Нам У Джин открыл новый маркер и начал рисовать что-то похожее на человека, добавив маленький кружок над круглой головой. Чон Бин прищурился и спросил:

— Это Юн Га Ыль?

— Угадали.

Чон Бин бросил взгляд на Юн Га Ыль. Несмотря на лёгкий беспорядок, её волосы были собраны в то, что обычно называют «небрежным пучком».

— С самого начала способность Юн Га Ыль была странной среди всех остальных. Она ближе к системе, чем кто-либо другой. В мире, управляемом законами системы… это весьма значительная сила. И она исключительна.

— Это… правда.

— Более того, ей была дана возможность видеть осколки мира, позволенная системой.

Нам У Джин закрутил пальцами длинные белые волосы. На его глазах, выжженных до белизны, появилась слабая улыбка.

— В отличие от меня.

— …

— В любом случае, её душа была утащена в другой мир. Вопрос в том, предвидела ли это система?

Чон Бин не смог сразу ответить. Нам У Джин, словно ожидая этого, постучал маркером по белой доске.

— Скорее всего, нет. Это, вероятно, произошло внезапно.

— Откуда такая уверенность?

— Эй.

— Да, хозяин.

Мальчик появился бесшумно, протягивая Чон Бину небольшой кинжал, размером с ладонь взрослого человека. Удивлённый, Чон Бин спросил:

— Что это?

— Уколите её. Юн Га Ыль.

— Что?

Голос Чон Бина поднялся. Нам У Джин нахмурился и цокнул языком.

— Думаете, я какое-то отребье? Я не говорю, чтобы вы воткнули ей в шею или ещё куда. Просто уколоть кончик пальца. Как при анализе крови перед сдачей.

— …

— Не можете? Мне сделать?

— …Нет, я сам.

Чон Бин медленно подошёл к Юн Га Ыль, глубоко вдохнул. Затем осторожно поднял её руку и уколол кончик её указательного пальца кинжалом.

В этот момент:

— Ах!

Вспышка —

Яркий белый свет прорвался наружу. Чон Бин прикрыл глаза и отступил на шаг. Когда свет угас, он увидел, что палец, хоть и был уколот, остался без раны. Глаза Чон Бина широко раскрылись.

— Это…

— Возможно, именно поэтому её тело продолжает функционировать, даже без души.

— …Вы хотите сказать, что система заботится о теле Га Ыль?

— Но это ненадолго.

Нам У Джин кратко ответил, закрыв колпачок маркера.

— Мир огромен, и в нём много, чем нужно управлять. Даже если она близка к системе, она не может сосредоточиться только на ней. Это временно.

— …Вы говорите, есть ограничение по времени. Мы можем её спасти?

— Не знаю. Она единственная, кто был в том мире. Мы только слышали о нём, но не имеем с ним никакой связи. Если только кто-то ещё не видел этот мир…

— …

— Ну, это всё пока лишь догадки. Тот, кто мог бы объяснить всё в деталях…

Нам У Джин вздохнул.

— Лежит вот так.

В тяжёлой тишине было слышно только мягкое дыхание. Она всё ещё дышала, но даже это могло прекратиться в любой момент. Нам У Джин пробормотал, его белые глаза странно блестели.

— Почему Юн Га Ыль? Почему именно она…

Чон Бин с беспокойством смотрел на Юн Га Ыль. Затем его взгляд упал на ожерелье, висевшее на её шее. Разве сейчас школьникам разрешено носить такие украшения? Чон Бин с любопытством наклонил голову и пригляделся внимательнее. За её шеей он заметил серебряный прямоугольный объект. Протянув руку, он проверил его.

[ХЁС]

Выражение лица Чон Бина стало напряжённым.

— …Извините, но мне придётся одолжить это ожерелье.

Чон Бин осторожно поддержал затылок Юн Га Ыль и снял украшение. Нам У Джин, погружённый в мысли и уставившийся на белую доску, поднял взгляд. Он поправил сползающие очки.

— Что там? Вы что-то нашли?

Чон Бин, вертя ожерелье в руках, коротко ответил:

— Сейчас узнаю. Позаботьтесь о Га Ыль.

— Куда вы идёте?

— …

Чон Бин крепко сжал ожерелье. Его голос, словно сквозь стиснутые зубы, прозвучал глухо:

— Пукхансан.

***

Ча Ый Джэ открыл глаза.

Он обнаружил себя, склонившимся над столом, его верхняя часть тела покоилась на столешнице в тёмном ресторане, где подавали похмельный суп. Медленно он выпрямился.

«Что происходит?»

Он задремал на мгновение? По какой-то причине его тело казалось вялым и тяжёлым. Произошло ли что-то изнурительное? Нет, всё шло как обычно. Ча Ый Джэ моргнул, пытаясь избавиться от сонливости.

— …

Хотя всё вокруг казалось знакомым, атмосфера была какой-то неправильной. Инстинктивное чувство беспокойства подкралось к нему. Он сжал и разжал кулаки без особой причины. Его ладони были чистыми.

Там не было золотых шрамов.

Знака его контракта с Ли Са Ёном.

То, что должно было быть, исчезло.

— …

В момент, когда глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись, кто-то мягко постучал в дверь. Тук-тук-тук. Ча Ый Джэ мгновенно поднялся и оглядел помещение. На столе он заметил помятый половник. Без лишних раздумий он схватил его.

Между тем, стук продолжался настойчиво.

Говорить в такой ситуации могло быть опасно. Ча Ый Джэ, напряжённый, пристально следил за дверью. Через стеклянную панель железной двери он уловил видимость кудрявых каштановых волос.

— …

Среди его знакомых была лишь одна такая причёска.

«Но…»

Ча Ый Джэ прикусил язык.

Боли не было.

Тогда стук прекратился. Вместо этого раздался тихий голос.

— …J.

И волосы, и голос были знакомыми. Но он не мог просто так открыть дверь. Ча Ый Джэ крепче сжал половник.

После долгого молчания тихий голос снова прошептал:

— Простите, что пришла вот так. Но… это правда лучшее, что я могла сделать. Я действительно пыталась.

— …

— Ох, вам не обязательно отвечать. Просто… пожалуйста, послушайте…

Колеблясь, голос продолжил:

— Вы помните? Осколок мира, который я вам показывала, э-э… я имею в виду… мир, где вы… да, тот мир. Фрагмент, который появился из того разрушенного мира…

— …

— Дело в том, что, кажется… я оказалась в этом разрушенном мире. Я не знаю, как это произошло… но это… я пыталась добраться до других, вроде Чон Бин-нима, но это… вы единственный, к кому я смогла дотянуться. Чёрт, почему я всё время…

Голос, становясь всё длиннее, начал дрожать от слёз. В конце раздалось долгое всхлипывание. Затем, после звука, как будто кто-то вытер слёзы рукавом, осторожно прозвучал нерешительный голос:

— Мне правда жаль, но… вы можете мне помочь?

— …

— Здесь слишком… тихо…

Присутствие за дверью исчезло. Лишь тогда Ча Ый Джэ осторожно открыл дверь. На каменной мостовой, где остались мокрые следы, одиноко лежал небольшой белый осколок, запачканный чёрной мазью.

Ча Ый Джэ молча смотрел на фрагмент. Последние слова, произнесённые дрожащим от слёз голосом, всё ещё звучали в его голове:

«Здесь слишком… тихо…»

Тишина, поглотившая разрушенный мир. Он до боли хорошо понимал, о какой тишине она говорила. По правде говоря, единственным, кто мог это по-настоящему осознать, был Ча Ый Джэ.

И поэтому Ча Ый Джэ без колебаний схватил осколок.

В его руках вспыхнул слабый свет.

Глава 129

2 часа дня. Обувь, столь чистая, что на ней не было ни пылинки, ступила на землю. Высокая каменная стена имела проход в середине, над которым висела табличка с надписью:

[Богунмун]

Богунмун когда-то был популярным маршрутом для туристов, поднимавшихся на Пукхансан. Однако вскоре после того, как Хон Ё Сон переехал в деревню Чан на Пукхансане, он перекрыл доступ к этому месту, сославшись на восстановительные работы. Чон Бин достал из внутреннего кармана пиджака жёлтый талисман. Затем, не колеблясь, направился к проходу под каменной стеной.

Вскоре перед ним открылась совершенно иная картина. За несколькими слоями верёвок с оберегами был виден двор с яркой зелёной травой. В одном из углов двора находилась большая печь, а за двором стоял традиционный дом с соломенной крышей. Это было место, где Хон Ё Сон, сосланный на Пукхансан, проживал.

Чон Бин прошёл под верёвками с оберегами и вошёл внутрь. Раздалось чёткое кудахтанье курицы.

— Хон Ё Сон-щи. Вы здесь?

— …А?

Коричневый комок, лежавший на веранде, словно слизь, медленно поднял голову. Хотя прошло не так много времени с момента ссылки, Хон Ё Сон уже выглядел совершенно обессиленным. Он был одет в зелёный спортивный костюм, перекатился на бок и взглянул на Чон Бина. Его затуманенные глаза начали блестеть.

— Может быть? Ссылка уже закончилась?!

— Нет.

Чон Бин твёрдо его прервал, сложив руки за спиной.

— Я пришёл кое-что спросить. У вас найдётся время для разговора?

— Ээ… Я занят.

Хон Ё Сон устроился ещё удобнее, потянувшись. Чон Бин пожал плечами.

— Вы же только что лежали, как слизь.

— Это всё часть мыслительного процесса, госслужащий.

— Ох, боже…

Чон Бин громко вздохнул, чтобы Хон Ё Сон наверняка услышал. Затем он наполовину вынул из воздуха тёплую коробку с курицей.

— Если вы так заняты, значит, у вас, наверное, не будет времени поесть курицу, которую я принёс. Как жаль.

— …

— Видимо, придётся отдать её коллегам из Бюро управления пробуждёнными…

— Нет!

Хон Ё Сон взметнулся, словно молния, надел тапки и быстро пересёк двор к Чон Бину. Он наклонился и зашептал в панике:

— Скорее, спрячь это, пока Ккокко не увидела!

— Теперь ваше расписание немного свободнее?

— Свободное, свободное! Давай сюда!

Хон Ё Сон подтолкнул Чон Бина к дому с соломенной крышей, практически вталкивая его внутрь, как только тот снял обувь. Оказавшись внутри, он захлопнул дверь. Прижавшись ухом к двери, прислушиваясь к звукам снаружи, Хон Ё Сон наконец облегчённо выдохнул.

— Фух, чуть не попался.

— Тогда я задам вам несколько вопросов.

— Сначала курица?

— Я дам её вам, если ответите.

— Уф.

Хон Ё Сон громко застонал, но Чон Бин проигнорировал его. Он достал из кармана пальто ожерелье и протянул его.

— Это ожерелье… похоже, вы его сделали. Верно?

— …А? Что это?

Хон Ё Сон прищурился и пристально посмотрел на ожерелье. Он склонил голову, как будто пытаясь что-то вспомнить. Чон Бин указал пальцем на место, где были выгравированы инициалы.

— ХЁС. Вы ведь это вырезали, не так ли?

— …Ах! Точно! Я вспомнил. Да, это я сделал.

Быстро закивав, Хон Ё Сон потёр подбородок и закатил глаза.

— Знаете, та школьница в пижамных штанах нашла какой-то осколок в големе. Это был кусочек… кусочек… как же его? В общем, она теребила его в кармане, так что перед тем, как госслужащий увёл её в гильдию Совон, я сделал из него ожерелье для неё.

С выражением лица, будто он ждал похвалы за свои заслуги, он посмотрел на Чон Бина блестящими глазами. Чон Бин крепко закрыл глаза, ошеломлённый потоком информации, скрытой в одном предложении.

— Осколок… это, случайно, не Осколок мира?

— Да! Это он. Этот кусочек… о? Теперь он выглядит немного иначе, но, в общем, вот он.

Хон Ё Сон указал на белый осколок, прикреплённый к ожерелью. То, что он считал обычным камнем, оказалось Осколком мира. И это был не просто сон Юн Га Ыль. Чон Бин смотрел на ожерелье, его лицо отражало смесь растерянности. Но вскоре он взял себя в руки. Ситуация была срочной.

— Тогда, случайно, вы не слышали от J чего-нибудь о разломах или эродированных подземельях? Было бы здорово, если бы вы могли с ним связаться, но, вероятно, это невозможно…

— А? О~ конечно могу!

— Что?

— Связаться с J!

— …Как это возможно?

Чон Бин задал этот вопрос без особых надежд, поэтому уверенный ответ его удивил. Что же происходило такого, о чём он не знал? Рот Чон Бина слегка приоткрылся. Хон Ё Сон хитро улыбнулся, его губы начали подёргиваться.

— Потому что мы очень, очень близки. Разве вам не интересно? Разве вам не интересно?

Ему не было интересно. Его совершенно не волновала их дружба.

— …

Но на самом деле ему было немного любопытно. Нет, очень любопытно. Каким образом была связь с Ли Са Ёном, а теперь и с Хон Ё Соном? Почему? Как? Где они встретились? Почему именно эти охотники высшего класса, которых большинство избегало, оказались связанными с J? Чон Бин начал всерьёз беспокоиться о социальной жизни своего бывшего коллеги.

Однако он понимал, что, если спросит об этом, Хон Ё Сон станет ещё более хвастливым и невыносимым. Поэтому, проявив нечеловеческое терпение, он промолчал. Как собака, ищущая внимания, Хон Ё Сон крутился вокруг него, но, увидев, что Чон Бин не проявляет интереса, уныло опустил плечи.

— Что, не нужно? Неинтересно?

— …Просто, пожалуйста, свяжитесь с ним.

— Уф.

С надувшимися, словно у утки, губами Хон Ё Сон слегка приоткрыл дверь. Затем громко крикнул во двор:

— Ккокко!

Курица, сидевшая на насесте, подняла голову. Её круглое белое тело блестело на солнце. Сложив ладони у рта, Хон Ё Сон закричал:

— Иди к J! Как дойдёшь, включи устройство связи!

— Кудах…

— О, я знаю, это сложно. Это место на скале, так что будет ещё труднее. Но, пожалуйста, я тебя прошу. Хорошо?

— Кудах.

Курица спрыгнула с насеста и грустно потопала к выходу. Может ли это сработать? Пока Чон Бин с недоверием смотрел вслед уходящей курице, Хон Ё Сон вдруг что-то вспомнил и поднялся.

— Ах, точно. Я приготовил сикхе. Хотите попробовать?

— Разве сейчас не более важные дела… И вообще, это не время для…

— Да бросьте.

Не дожидаясь ответа, Хон Ё Сон метнулся на кухню и вернулся с прозрачной пластиковой бутылкой. Налив сикхе в бумажный стакан, он протянул его Чон Бину. Тот с недоверием принял стакан и сделал глоток. Его глаза расширились.

Это было вкусно.

— Вкусно, правда? Вкусно? Потрясающе, да? Может, начать продавать сикхе, когда выйду на пенсию?

Не говоря ни слова, Чон Бин продолжал пить, погружённый в свои мысли.

«Пожалуйста, перестань использовать свои способности на такое…»

***

В 3 часа дня Ча Ый Джэ, как обычно, подметал пол. Убрав всю пыль, он выпрямился и глубоко вздохнул.

После того как фрагмент Юн Га Ыль исчез, ранним утром Ча Ый Джэ проснулся в своей маленькой комнате. Всё, что он услышал — дрожащий голос, — казалось, было сном. Он моргнул, глядя на тёмный потолок. И как только собрался встать, осознал, что в его руке что-то есть.

Это был белый осколок с чёрным пятном. Доказательство того, что всё произошедшее не было сном.

— …

Ча Ый Джэ не знал, как, но он хотел спасти Юн Га Ыль. Он знал, что значит быть одному в месте, где нет даже намёка на человеческое присутствие. Но даже если бы он смог попасть в мир, куда исчезла Юн Га Ыль, он не знал, что может сделать с этим осколком. Даже когда он крепко сжимал его или пытался наполнить силой, осколок лишь изредка мерцал.

Затем что-то постучалось в дверь.

Ча Ый Джэ распахнул дверь. Никого. Но, посмотрев вниз, он увидел что-то белое и круглое, глядящее на него снизу вверх. Ча Ый Джэ приветствовал это с тёплой улыбкой:

— Ккокко!

Но вместо милого кудахтанья прозвучало будничное сообщение:

— Цель подтверждена. Подготовка к подключению к мастеру через устройство связи. Пожалуйста, будьте готовы.

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Быстро подхватив курицу, он закрыл дверь. Инстинктивно он достал из инвентаря маску и надел её.

Мгновение спустя из клюва курицы раздался знакомый голос.

— …Ах, вы меня слышите? Это Чон Бин из Бюро управления пробуждёнными.

«Чёрт.»

Ча Ый Джэ выровнял дыхание и ответил изменённым голосом:

— Так внезапно? Что случилось?

— Ах, J. Слава богу.

В голосе слышался облегчённый вздох.

— Я хотел тебя кое о чём спросить. Ты говорил, что причиной перестройки подземелья был ты, верно? Это так?

— …Да, так. Но это всего лишь предположение.

— Тогда… ты случайно не знаешь что-нибудь об осколке, который Га Ыль нашла в подземелье?

— Что?

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Чон Бин заговорил тревожным голосом.

— Га Ыль потеряла сознание. По словам охотника Нам У Джина, похоже, её душу затянуло в другой мир.

Пока Чон Бин объяснял, Ча Ый Джэ молча слушал, вытаскивая из кармана своего фартука осколок. Тот самый, который Юн Га Ыль оставила в его сне. Когда Чон Бин завершил своё длинное объяснение, он тихо пробормотал:

— Извини, что беспокою тебя этим… Но я подумал, может, ты знаешь что-нибудь, что могло бы помочь.

Ча Ый Джэ коротко ответил:

— Знаю.

— Прости?

— Думаю, я теперь знаю, как её вернуть.

Поглаживая осколок в пальцах, Ча Ый Джэ встретился взглядом с курицей.

— Не волнуйся. Я возьму на себя ответственность и верну Га Ыль.

— Постой, J! Что ты имеешь в виду?

Ча Ый Джэ поставил курицу за дверь. Из её клюва всё ещё доносился взволнованный голос Чон Бина. Повернув табличку на «Время подготовки ингредиентов», он тщательно запер дверь и выключил весь свет в ресторане.

Разве он не шёл самым длинным путём, когда можно было найти более простой вариант?

«Это означает, что я могу умереть в любой момент.»

Тогда нечего было медлить. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и взял маленький осколок между большим и указательным пальцами.

И затем.

Щелчок. Осколок рассыпался на кусочки у него в руках. Из него хлынул яркий свет.

…Ча Ый Джэ открыл глаза.

Перед ним был коридор дома. Странно знакомый. На стене висела фотография яркого синего океана.

Тёплый солнечный свет заливал гостиную впереди, большие белые шторы мягко колыхались от лёгкого ветерка, проникающего через приоткрытое окно. Он чувствовал уверенность, что это место безопасно. Странно безопасно. Напряжение моментально растаяло, словно сладкая карамель. Ча Ый Джэ сделал шаг вперёд.

Тёплый от солнца деревянный пол был приятно тёплым под его босыми ногами. Неосознанно он пошевелил пальцами. Чем дальше он шёл, тем ближе становились звуки шороха и грохота.

Ча Ый Джэ дошёл до кухни. Тёмно-коричневый деревянный стол, аппетитный запах жарящихся яиц, лёгкое тепло от тостера, подрумянивающего хлеб, и высокий молодой человек, стоящий спиной к нему. Человек, стоящий перед индукционной плитой, заговорил, даже не обернувшись.

— Снова опаздываешь, да, хён?

Его голос был смешан с лёгким смехом. Этот голос, чёрные кудрявые волосы, почти доходящие до шеи, высокий рост — всё это было странно знакомо. Молодой человек, который выглядел одновременно уместно и неуместно в этом уютном доме, был одет в тонкую белую футболку с закатанными до локтей рукавами.

Его руки, без единого шрама, двигались ловко. Выступающие лопатки на спине, голубой клетчатый фартук, завязанный привычным узлом на талии, — всё это вызвало у Ча Ый Джэ непонятный комок в горле. Его губы сами начали двигаться.

— Я давно встал. Просто из кровати не выходил.

— Вечно ты оправдываешься.

— Парень, наконец, получил передышку, решил поспать подольше, а ты тут же что-то говоришь.

Слова выходили из его рта, словно автоматический ответ. Но для Ча Ый Джэ это не казалось странным. Он просто был погружён в чувство ностальгии, в тепло, которое не чувствовал уже давно.

Не раздумывая, Ча Ый Джэ подошёл к молодому человеку и положил подбородок на его широкое плечо. Он почувствовал аромат мягкого кондиционера для белья.

— Что готовишь? Рулет из омлета?

— Ага.

— Омлет и тосты? Разве не надо пожарить яйца?

— Ты, кто готовить не умеет, слишком много говоришь.

— О, только посмотри на тебя…

Ча Ый Джэ едва заметно поднял глаза, чтобы взглянуть на лицо молодого человека. Полные губы, лёгкая улыбка в уголках рта — всё было знакомо. Его чёрные глаза под длинными ресницами скользнули взглядом по Ча Ый Джэ и мягко сузились в доброй линии.

— Хён.

Его голос звучал с теплотой.

Губы Ча Ый Джэ сами произнесли:

— Да, Са Ён.

Глава 130

Запах поджаривающегося тоста наполнял воздух. Ли Са Ён, тихо посмеиваясь, мягко произнёс:

— Садись, хён. Всё скоро будет готово.

— Может, помочь чем-нибудь?

— Хм...

Вместо ответа Ли Са Ён бросил на него игривый взгляд. Ча Ый Джэ сузил глаза с напускной подозрительностью.

— Эй.

— Тогда можешь накрыть на стол: поставить тарелки и вилки?

— Конечно.

Его тело двигалось, будто по привычке. Скользнув взглядом, он заметил, как Ли Са Ён ловко сворачивает омлет. То, как он вливал яичную смесь, выглядело впечатляюще. Ча Ый Джэ достал две тарелки из шкафа. В этот момент Ли Са Ён отложил лопатку и прикоснулся тыльной стороной руки к своим глазам.

Его рот снова заговорил сам собой.

— ...Глаза опять болят?

Опять? Его глаза уже болели раньше?

— Да...

— Лекарство?

— Пока нет. Собирался принять после еды.

— Хотя бы используй капли. Я разберусь.

— ...Ты уверен? Ты же опять не сожжёшь всё?

— Если не справлюсь, просто подержу.

Какая жалкая отговорка. Где его гордость как работника ресторана с похмельным супом? Ча Ый Джэ почувствовал укол профессиональной гордости и уже хотел возразить с обидой, как...

Ли Са Ён ответил голосом, который больше напоминал стон:

— Ладно...

Внезапно кудрявые волосы Ли Са Ёна скользнули по плечу Ча Ый Джэ. Тепло его крепкого тела заполнило его объятия. Ча Ый Джэ мягко погладил прямые лопатки и спину Ли Са Ёна.

— Скажи, если после капель будет всё так же болеть, хорошо?

— Понял...

Ли Са Ён поставил квадратную сковороду и медленно вышел из кухни. Ча Ый Джэ смотрел ему вслед с чувством жалости.

Ли Са Ён был слабостью Ча Ый Джэ.

О.

Ча Ый Джэ спас Ли Са Ёна, который умирал от отравления, и завершил процесс детоксикации. Он даже изучал побочные продукты монстров из подземелий, чтобы вылечить расплавленную кожу Ли Са Ёна. Чтобы взять ответственность за спасённую жизнь, они стали жить вместе. Всё было почти идеально. За исключением одного.

Чего?

Всего одного: Ча Ый Джэ так и не смог полностью вылечить глаза Ли Са Ёна. Его зрение было плохим, и он периодически испытывал боль. Как сейчас.

Это так? Но это не совсем совпадает с моими воспоминаниями.

Вопросы, которые не укладывались в голове, продолжали отвлекать его мысли. Они раздражающе настойчиво цеплялись.

Как бы то ни было, Ча Ый Джэ работал с Бюро управления пробуждёнными, разыскивая побочные продукты из подземелий или способы лечения, чтобы вылечить глаза Ли Са Ёна.

Бюро управления пробуждёнными?

Хотя сегодня он отдыхал, потому что особых заданий не было, он должен был быть готов выскочить по первому вызову.

Постой, зачем?

Внезапно белые шторы резко взметнулись. Ча Ый Джэ моргнул. В одной руке он держал квадратную сковороду, а в другой — две тарелки. Он осторожно поставил сковороду на выключенную индукционную плиту и положил тарелки на стол. Тарелки были украшены фиолетовыми цветами.

Фиолетовые?

Кстати, почему глаза Ли Са Ёна чёрные? Они были такими ярко-фиолетовыми, что их можно было разглядеть даже сквозь толстые линзы противогаза...

— Ах.

Это ощущение было похоже на ледяной душ, который внезапно привёл его в чувство.

«Чёрт».

Бах! Ча Ый Джэ вцепился в стол обеими руками и опустил голову, широко раскрыв глаза. Когда он пришёл в себя, всё вокруг казалось чужим. По вискам стекали капли холодного пота.

«Где я вообще?»

Почему он воспринимал всё как должное? Холод пробежал по его спине. Ча Ый Джэ пытался вспомнить последнее, что произошло.

Внезапное появление Ккокко, звонок от Чон Бина. Новости о том, что душа Юн Га Ыль была затянута в другой мир, и её жизнь окажется под угрозой, если это затянется. Юн Га Ыль, которая появилась в его сне, оставила осколок и затем исчезла. А потом...

Ча Ый Джэ без колебаний разбил осколок.

«Я сошёл с ума…?»

Оглядываясь назад, это было поспешное действие, словно он был в трансе. Он мог хотя бы закончить дела, прежде чем разбить его! Он даже не знал, сколько это займёт времени, а сделал это прямо посреди ресторана. И вдобавок...

«Я ведь был в маске, да?»

Ча Ый Джэ тупо смотрел на деревянный узор на столе, затем провёл руками по волосам, взъерошивая их от отчаяния. Беззвучный крик вырвался из его губ. Как ему теперь разобраться с этим?

В этот момент в поле зрения появился белый прямоугольник. Белый экран мигал, словно приветствуя его.

Это было системное окно, которого он не видел уже давно.

[Добро пожаловать, J!]

Не рад тебя видеть.

Ча Ый Джэ проигнорировал систему и продолжил размышлять. Это место, вероятно, было разрушенным миром, куда была втянута душа Юн Га Ыль. Конечно, это имело смысл, ведь она сама оставила ему осколок.

Тогда как насчёт временной линии? Ча Ый Джэ быстро подошёл к окну и выглянул наружу. Посреди голубого неба вращалась чёрная дыра. Это был момент после Дня Разлома.

«Но фрагмент, который показала мне Га Ыль… разве это не было время, когда разрушение уже произошло, и они пытались его предотвратить?»

Более того, в том фрагменте Ли Са Ён уже пробудился, так что это место должно было быть связано с прошлым.

Почему же его забросило именно в это время? И как отсюда выбраться?

Белый экран снова влез в поле зрения Ча Ый Джэ.

[Хотите узнать ваше текущее местоположение?]

Предложение было заманчивым. Ча Ый Джэ прищурился и медленно прочитал сообщение.

Текущее местоположение. Это была нужная информация... Да, терять нечего. В конце концов, те, кто знал, что он J, уже знали это. К тому же у него было крайне мало данных об этом месте.

Ча Ый Джэ кивнул.

— Говори.

[Местоположение: Мемориальное подземелье (Создатель: ???)]

Мемориальное подземелье?

Ча Ый Джэ моргнул и быстро огляделся. Это должно было быть подземелье? Но оно совсем не походило на подземелье — никаких признаков монстров.

Что могло значить «Мемориальное»? Это было название подземелья? Но обычно у подземелий были чёткие названия, так что это не походило на правду. И упоминание имени создателя... Ча Ый Джэ скрестил руки. Вероятно, проще будет спросить у системы напрямую.

— Что такое Мемориальное подземелье?

Появилось новое окно.

[Мемориальное подземелье: пространство, воссозданное на основе чьих-то воспоминаний.]

Ча Ый Джэ постучал пальцами по руке. Значит, это подземелье, созданное из воспоминаний. Если это подземелье, значит, должен быть способ его пройти.

«Как, например, убить хозяина подземелья...»

— Какое условие прохождения?

Но ответ системы был бесполезным.

[Оно зависит от подземелья.]

Кто бы сомневался. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Система была такой же неуступчивой, как и всегда, никогда не давая важных деталей. Его голова начала нагреваться от раздражения. Он облокотился на оконную раму и высунул голову наружу, чтобы охладиться.

Казалось, перед домом был парк. Слышался смех людей, прогуливающихся по аллеям. Ча Ый Джэ подпер подбородок рукой, облокотившись на окно.

«Информация, что всплыла у меня в голове, отличается от того, что я знал раньше.»

Ча Ый Джэ и Ли Са Ён жили вместе, лечение Ли Са Ёна прошло успешно, и он ещё не пробудился. Его глаза были чёрными. Все эти детали — должно быть, это воспоминания того, кто создал это подземелье. И...

«Эти воспоминания, вероятно, не охватывают больше нескольких дней.»

Человеческая память неидеальна. Создатель этого пространства тоже не мог помнить всё идеально. Значит, это подземелье не должно было долго продержаться. Ча Ый Джэ загнул пальцы, подсчитывая, и тяжело вздохнул.

«...Похоже, придётся как-то пережить этот день.»

В этот момент экран системы снова замигал.

[Хотите получить награду за первое место?]

[▶ Получить]

Награда за первое место? Ча Ый Джэ попытался вспомнить, о чём идёт речь, и вдруг широко раскрыл глаза. Ах, точно. Это то, что он получил в день обновления рейтингов, после того как совершил кое-что, чего не стоило делать, на похоронах. Конечно, Ча Ый Джэ не имел никакого выбора в этом деле.

Он всё ещё отчётливо помнил волнение от того, что был воскрешён после того, как его почти выбросили, как ненужный мусор. Почему же это окно появилось сейчас? Ча Ый Джэ равнодушно спросил:

— Какая награда?

Некоторое время система не отвечала, демонстрируя лишь пустой экран. Всегда много слов и никаких действий. Ча Ый Джэ фыркнул и отвернулся.

Но затем,

[Мы дадим вам то, что вам сейчас нужно больше всего.]

Чёрный текст появился с осторожностью.

Это звучало, как дешёвая реклама. То, что Ча Ый Джэ нужно больше всего прямо сейчас. Что, они собирались дать ему пропуск для побега или оружие? Всё ещё опираясь на подоконник, Ча Ый Джэ протянул руку к окну системы.

Он не доверял системе. Ни раньше, ни сейчас.

Но внезапная перемена настроения…

— Ладно…

Была ли она из-за того, что это место казалось слишком уютным, или из-за тревоги? Или, может быть...

Ча Ый Джэ нажал кнопку «Получить» кончиком пальца.

— Посмотрим, что у тебя есть.

Возможно, это было интуицией Ча Ый Джэ.

И в этот момент,

Глухой удар.

Он услышал, как что-то тяжёлое упало. Звук доносился из той части дома, куда скрылся Ли Са Ён. Тот самый Ли Са Ён, который жаловался на боль в глазах.

«Он что, потерял сознание из-за боли?»

Ча Ый Джэ быстро пересёк коридор и остановился перед плотно закрытой дверью. Его сердце колотилось. Он прикусил сухие губы.

«...Нет, с ним всё будет в порядке.»

Тот Ли Са Ён из фрагмента, показанного Юн Га Ыль, пробудился безопасно. У него не должно быть серьёзных проблем со здоровьем здесь. Но…

Ча Ый Джэ распахнул дверь.

— Ли Са Ён!

Это была ванная комната с белыми плитками. Ли Са Ён сидел на полу, облокотившись на раковину. Его глаза были плотно закрыты, а нахмуренные брови и холодный пот, стекающий по бледной коже, выдавали его боль. Ча Ый Джэ осторожно коснулся его щеки.

— Эй, ты в порядке? Открой глаза!

Ли Са Ён, который стонал от боли, медленно открыл глаза. Цвет его радужки, проглядывающей сквозь прищуренный взгляд, начал быстро меняться.

Чёрный, фиолетовый, чёрный, фиолетовый, чёрный, фиолетовый, чёрный…

Фиолетовый.

Ча Ый Джэ на мгновение задержал дыхание. Пространство вокруг Ли Са Ёна стало темнеть. Как сломанная графика, что-то начало трескаться и искажаться. А затем голубой клетчатый фартук, который носил Ли Са Ён, начал темнеть. Наконец, на его груди проявилось…

«Эта жаба с логотипа бренда соджу!»

Фартук бренда соджу, который должен был висеть в ресторане с похмельным супом! Ча Ый Джэ ошарашенно приоткрыл рот, отступая на шаг назад. Он инстинктивно понял.

«Я влип.»

Вдруг к его телу вернулись силы. Ли Са Ён медленно моргнул. Его расфокусированные фиолетовые глаза окинули взглядом окружающее пространство, пока, наконец, не остановились на Ча Ый Джэ, который прижался к стене ванной комнаты, словно ящерица.

— …

— …

Между ними повисло тяжёлое молчание. Ча Ый Джэ медленно отлепился от стены, встал перед Ли Са Ёном и прочистил горло. Ему показалось, что он должен что-то сказать.

— …Эм, привет? Са Ён?

На это мягкое приветствие лицо Ли Са Ёна, такое хрупкое и красивое, приняло дьявольское выражение. Он процедил низким, кипящим от ярости голосом:

— …Опять.

— …Что?

— Что ты на этот раз натворил, ублюдок?

Глава 131

Как только он пришёл в себя, Ли Са Ён тихо выругался и тут же схватился за голову, скривившись. Его лицо было бледным, словно он всё ещё испытывал сильную головную боль.

— …Где это я? Почему…

— …Вот это я тоже хотел бы знать, — осторожно произнёс Ча Ый Джэ, запнувшись.

Ли Са Ён взял фартук, который был на нём, двумя пальцами за край и слегка приподнял. На ткани жалко расплющилась небесно-голубая жаба.

— И что это за фартук?

Ча Ый Джэ сам не знал, откуда взялся этот фартук, поэтому не мог ответить. Он только сцепил руки за спиной и неловко отвёл взгляд.

— …Понятия не имею, — пробормотал он.

— …Ха.

Ли Са Ён облакотился руками и лбом на раковину и издал длинный вздох. Ча Ый Джэ осторожно подошёл и присел рядом с ним на корточки. Раздался короткий, резкий голос.

— Уйди.

— Нет.

— …Ты раздражаешь.

Ча Ый Джэ прислонился к белой ванне и бросил взгляд на Ли Са Ёна. К счастью, после этих слов тот больше ничего не сказал. Ча Ый Джэ слушал его постепенно выравнивающееся дыхание и думал про себя.

«Когда душа Га Ыль переместилась, говорили, что она просто рухнула, как будто потеряла сознание».

Разве тела Ли Са Ёна и Ча Ый Джэ в реальном мире не могли также потерять сознание? У него пересохло во рту. Что если прямо перед тем, как их сюда затащили, Ли Са Ён вошёл в подземелье? Это была бы катастрофа.

«Чёртова система, как они могут просто вырывать нас вот так?»

Шевеля пальцами ног, Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— Чем ты занимался?

— …Чем занимался?

Ли Са Ён слегка приподнял голову и взглянул на Ча Ый Джэ. Его губы скривились в усмешке.

— Я был на собрании с членами гильдии…

«Чёрт».

— Мы долго обсуждали эродированное подземелье.

Ча Ый Джэ склонил голову, выглядя мрачно. В каком-то смысле это было даже хуже, чем оказаться в подземелье. Неудивительно, что тот спросил, что, чёрт возьми, происходит, как только увидел его! Он был в большом конференц-зале с членами гильдии, а потом внезапно оказался в тесной ванной комнате лицом к лицу с Ча Ый Джэ. Конечно, реакция была предсказуемой.

Ли Са Ён, откинув голову назад и прикрыв лицо рукой, пробормотал:

— …Ты в порядке?

— А?

— Я спросил, ты в порядке?

— Я? Да. Всё нормально.

Может быть, потому что Ча Ый Джэ из его воспоминаний уже пробудился, его тело казалось таким же, как в реальности. А вот Ли Са Ён… Он всё ещё холодно потел. Ча Ый Джэ убрал волосы с лица Ли Са Ёна.

— А ты как? Болит что-нибудь?

— Голова болит, но… скоро пройдёт.

Ли Са Ён слегка отодвинул пальцы, прищурив свои фиолетовые глаза.

— Что это за место?

— …

— Почему ты здесь, как ты сюда попал, и почему сюда затащило меня?

— …

— Объясняй. Сейчас же.

Сладкая, лениво расслабленная атмосфера, наполнявшая дом, давно исчезла, сменившись гнетущей напряжённостью. Ча Ый Джэ ожидал этого. Он зажмурился. С тех пор как эти глаза стали фиолетовыми, он знал, что так будет. Но эта история была неизбежной.

— …Это долгая история, так что слушай внимательно.

Это место — Мемориальное подземелье, созданное из чьих-то воспоминаний. Мы не знаем, как его пройти. Оно находится где-то в разрушенном мире, и наши души были сюда затащены.

Я поспешил спасти Юн Га Ыль, так что моё тело, скорее всего, сейчас лежит в ресторане с супом от похмелья, одетое в маску J, а твоё тело, наверное, рухнуло посреди конференц-зала.

Пока Ча Ый Джэ кратко излагал суть, выражение Ли Са Ёна оставалось неизменным. Точнее, он сверлил Ча Ый Джэ взглядом, будто хотел его сожрать.

Когда рассказ подошёл к концу, Ча Ый Джэ спросил:

— На этом пока остановимся. Вопросы есть?

— …Ты спрашиваешь, есть ли у меня вопросы?

Ли Са Ён фыркнул и холодно произнёс:

— Слишком много.

Это было плохо. Ча Ый Джэ быстро провёл черту.

— Сразу скажу: я сам многого не знаю. Я только пришёл в себя.

— А… Тогда задам тебе всего один вопрос.

— …

— Ты в своём уме?

«Чёрт».

Но возразить было нечем, так что вместо спора Ча Ый Джэ лишь недовольно надул губы. Может, он действительно поддался этому свету, исходившему от осколка. Ли Са Ён, прислонив висок к раковине, пробормотал:

— Значит, ты лежишь в ресторане с супом от похмелья. В маске. А я тоже рухнул.

— …Да.

— …Ну, хоть что-то. Со Мин Ги разберётся.

— Что? Как?

— Я сказал ему первым проверить тебя, если со мной что-то случится.

— Меня? А как же ты? Он же тебя должен проверить в первую очередь.

— Кто знает.

Ли Са Ён скривил губы в усмешке и медленно выпрямился, опираясь на раковину. Фартук с неуместным логотипом бренда соджу слегка колыхнулся. Почему этот фартук оказался здесь? Ему место на стене ресторана с супом от похмелья. Он посмотрел на Ча Ый Джэ, который всё ещё сидел на корточках у ванны.

— Вставай.

— А?

— Ты вроде еду готовил?

— Ну да, но… разве мы не должны сначала разобраться, как пройти подземелье?

В этот момент в ванной раздался громкий рёв, исходящий от живота Ча Ый Джэ. Он поморщился.

«Чёрт, с каких это пор я стал так регулярно чувствовать голод?»

Ли Са Ён усмехнулся, слегка приподняв подбородок, как бы говоря: «Видишь?»

— Похоже, кто-то очень проголодался.

— …

— Давай поговорим за едой.

Ли Са Ён отошёл в сторону, давая ему пройти. Ча Ый Джэ неловко потер затылок и медленно побрёл в коридор. Только когда он сделал несколько шагов, Ли Са Ён последовал за ним.

Но вскоре шаги, следовавшие за ним, прекратились. Заинтригованный, он обернулся и увидел Ли Са Ёна, застывшего на месте. Тот стоял, словно вкопанный, и смотрел в упор на картину с изображением моря, висевшую в коридоре. Эта сцена была словно живописное полотно.

Не в хорошем смысле, а в плохом. Словно…

Он был человеком, запертым в этом самом месте.

— …Са Ён.

Ча Ый Джэ окликнул его резко. Ли Са Ён медленно перевёл взгляд на Ча Ый Джэ. Его лицо, как всегда, оставалось равнодушным и ленивым. Он пожал плечами.

— Что ты делаешь? Пошли.

— …

— Ты же голоден?

Он кивнул подбородком, подгоняя его. Ча Ый Джэ заставил себя сдвинуть тяжёлые ноги в сторону кухни.

Когда-то аккуратно убранная кухня теперь была в беспорядке. Хлеб выпрыгнул из тостера, наполовину сгоревший, рулет из омлета остался недожаренным и уже остыл, а на столе лежали всего две пустые тарелки. Лопатка, которую Ли Са Ён оставил, теперь…

— …Превратилась в половник?

Она действительно превратилась в половник. Причём не обычный, а с вмятинами. Ли Са Ён, оглядывавший кухню, заложив руки за спину, слегка склонил голову.

— Кажется, это комплект с этим фартуком.

— …

— Хочешь, я сниму его с тебя?

— Нет…

Ча Ый Джэ включил раковину и тщательно вымыл руки. Он мог поджарить новый хлеб, чтобы заменить сгоревший, и продолжить готовить рулет из омлета. Всё, что прерывается, можно завершить.

Ли Са Ён, осматривая дом, включил радио рядом с диваном в гостиной. Раздался шорох, сомнительно, будет ли оно работать нормально, но затем из динамика зазвучала мягкая музыка. Мелодия была незнакомой, но приятной на слух.

Ча Ый Джэ достал из пакета два ломтика хлеба и вставил их в тостер. Становясь к плите спиной, он позвал Ли Са Ёна:

— Са Ён, иди докрути рулет из омлета.

— Я не умею готовить омлет.

Глаза Ча Ый Джэ удивлённо расширились, а затем закатились. Верно, Ли Са Ён в этих воспоминаниях умел готовить омлеты. А Ча Ый Джэ в этих воспоминаниях, напротив, не умел готовить.

Значит, сейчас им просто нужно делать то, что они могут. По-своему. Ча Ый Джэ включил индукционную плиту и взял в руки сковороду. Услышав звук, Ли Са Ён наполовину обернулся.

— Тогда я этим займусь. Когда тост будет готов, вынь его для меня.

— …Тут нет перчаток.

— Что?

— У тебя есть щипцы?

— …

— Я не могу позволить, чтобы на него попал яд.

Ча Ый Джэ застыл, слегка приоткрыв рот. Ли Са Ён всё ещё держал руки за спиной, словно они были оружием. Даже в этих мирных и безопасных воспоминаниях он оставался настороженным.

Внезапно у Ча Ый Джэ подступил ком к горлу. Он с шумом опустил сковороду на столешницу и быстро шагнул к Ли Са Ёну. Глаза Ли Са Ёна расширились, он попытался сделать шаг назад, но Ча Ый Джэ был быстрее. Он схватил его за руку, которую тот держал за спиной. Ли Са Ён поморщился.

— Что ты делаешь?

— Не двигайся.

Руки Ли Са Ёна, не тронутые ядом, были прямыми, большими и, самое главное, чистыми, без единого чёрного пятна. Если бы Ча Ый Джэ оставался рядом с Ли Са Ёном, такими и должны были бы остаться его руки. Такими, какими они и должны были быть.

Прошло восемь лет с момента их обещания. Он знал, что сожалеть теперь бессмысленно. Он не жалел о том, что вошёл в разлом Западного моря, чтобы спасти людей. Однако...

«Я не твоя ответственность».

Когда он думал о Ли Са Ёне, который прошёл через всё это в одиночку, сдержав обещание…

Ча Ый Джэ с силой сжал зубами чистые, безупречные пальцы Ли Са Ёна, будто пытаясь что-то доказать. Ли Са Ён охнул, резко втянув воздух. Он попытался оттолкнуть его, свободная рука зависла у плеча.

— Что ты…!

Но Ча Ый Джэ не обратил внимания и сжал зубы ещё сильнее, ровно настолько, чтобы оставить след, но не причинив серьёзной боли.

Наконец, с лёгким хрустом, во рту появился вкус крови. Облизывая кровь с пальцев Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ поднял на него взгляд, полный ярости.

— Не говори глупостей.

Глава 132

Каждый раз, когда его язык касался укушенного пальца, тот слегка вздрагивал. Ча Ый Джэ ослабил хватку, которой удерживал запястье Ли Са Ёна. Однако рука Ли Са Ёна так и осталась неподвижной.

Он буквально стоял, тупо глядя на Ча Ый Джэ. Но только мгновение — затем Ли Са Ён перевёл взгляд на пол. Ча Ый Джэ вытер рот тыльной стороной руки.

— За то, что ты ждал меня, сдержал обещание, которое было просто словами… Нет, даже больше.

— …

— Я тебе отплачу.

— …

— Даже если ты этого не хочешь.

На первой фаланге левого безымянного пальца, там, где остался след от укуса, собрались капли крови. На первый взгляд это выглядело, как красное кольцо. Ча Ый Джэ твёрдо добавил:

— Если ты ещё раз скажешь, что не моя ответственность или что мне не стоит заботиться, я этого так не оставлю.

— …

— Ли Са Ён, смотри на меня. Ты понял?

Ли Са Ён, который всё это время будто пересчитывал узоры на полу, медленно поднял голову. В тот момент Ча Ый Джэ невольно чуть приоткрыл рот.

— Ты…

Лицо Ли Са Ёна…

— …

…покраснело, словно от смущения!

Их взгляды пересеклись лишь на миг, после чего Ли Са Ён, смущённо отвёл глаза. Вдобавок он прикрыл рот тыльной стороной руки. Это был жест, совершенно несвойственный Ли Са Ёну, но в голову Ча Ый Джэ пришло только одно сравнение. Да, это был жест застенчивой новобрачной.

Ча Ый Джэ застыл на месте.

«…Почему?»

Шок, будто его ударили молотком по голове, пронзил всё его тело. Реакция, которую он ожидал, явно не была такой. Он был готов к очередному бесконечному спору, начинающемуся с чего-то вроде «Да ну?» Именно поэтому он сказал и сделал то, что сделал.

«Серьёзно, почему?»

Его острые инстинкты, которые не раз спасали ему жизнь, всегда давали сбой, когда дело касалось Ли Са Ёна. К этому моменту даже сам Ча Ый Джэ чувствовал себя несправедливо обиженным. Разве это нормально — смущаться после такого укуса? Разве не стоит сердиться?

В этот момент из раны на пальце потекла кровь, ещё краснее, чем его пылающее лицо. Если бы это был дом Ча Ый Джэ в этом разрушенном мире, то аптечка наверняка бы была под рукой. Ча Ый Джэ прикусил внутреннюю сторону щеки и отвёл взгляд.

— …Давай сначала обработаем это.

— …

Ли Са Ён тихо кивнул. Эти пухлые губы, которые обычно всегда были готовы к едким замечаниям, теперь плотно сжались. Двигаясь неуклюже, словно деревянная кукла, Ча Ый Джэ добавил:

— И ещё… сними этот фартук.

Оставив Ли Са Ёна стоять на месте, Ча Ый Джэ практически сбежал в ближайшую комнату, с шумом захлопнув за собой дверь. К счастью, аптечка лежала прямо на верхней полке комода. Конечно — она бы была бесполезна, если бы её пришлось искать в экстренной ситуации.

Внутри аптечки лекарства, знакомого вида фиолетовый антидот и редкие зелья были аккуратно разложены. За исключением бинтов, большинство предметов выглядели новыми.

«…Эта аккуратность совсем не похожа на меня».

Неужели Ли Са Ён из этого мира всё это так организовал? Ча Ый Джэ зажал аптечку подмышкой и медленно оглядел комнату, используя свои неторопливые шаги как предлог.

В центре комнаты стояла кровать, довольно большая для одного человека. Странно, что на каждой стороне кровати была лампа, но ещё страннее то, что на маленьких тумбочках под ними явно лежали вещи двух разных людей.

На тумбочке слева находился передатчик Бюро управления пробуждёнными, а на тумбочке справа — очки.

«Очки».

Ча Ый Джэ осторожно поднял очки и поднёс их к глазам. Зрение моментально расплылось, и его даже слегка затошнило от резкой смены фокуса.

Ли Са Ён из этого мира, зрение которого ухудшилось из-за последствий отравления.

Теперь, когда он задумался, разве Ли Са Ён, которого он знал, тоже не носил очки однажды? Всего раз. Единственный раз, когда он видел его в очках, был сразу после того, как они оказались в ловушке в порту Инчхон.

Странное, тревожное ощущение кольнуло где-то в глубине сознания.

«…Неужели?»

Ча Ый Джэ замер, держа очки в руках.

«Мы… спим на одной кровати?»

Он и Ли Са Ён?

Лицо Ча Ый Джэ побледнело. Он почувствовал, что если будет дальше думать в этом направлении, то случится что-то непоправимое.

«Нет, в тех воспоминаниях, что мне втиснули в голову, не было ничего подобного!»

Но было достаточно доказательств прямо на виду, чтобы задержать его на месте.

«…Нет, этого не может быть. Точно нет».

Закончив своё самовнушение, Ча Ый Джэ с такой силой распахнул дверь, что её едва не сорвало с петель, и вышел в гостиную. Ли Са Ён, который всё ещё стоял там, поднял взгляд. Снятый фартук был перекинут через его руку. К счастью, его лицо вернулось к обычному бледному оттенку.

Проходя мимо него к дивану, Ча Ый Джэ сказал:

— Сядь на диван, я продезинфицирую и перевяжу это.

Ли Са Ён слегка кивнул и сел, протянув руку. Ча Ый Джэ побрызгал антисептик на кусок марли и обработал область вокруг укуса. К счастью, кровотечение было не сильным. Пока Ли Са Ён молча наблюдал за действиями Ча Ый Джэ, он заговорил:

— Ты неплохо с этим справляешься.

Разрезая марлю маленькими ножницами, Ча Ый Джэ ответил ровным тоном:

— Ты думал, я просто залью это всё антисептиком?

— Хм. Я был готов к этому… Мог бы и так сделать.

— Что ты обо мне думаешь? Я сам себе достаточно ран лечил…

— …Ага.

Почувствовав лёгкую нотку недовольства в голосе Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ добавил в свою защиту:

— Ну, тогда у нас не было целителей, так что выбора не было.

— По крайней мере, должны были быть обычные медики.

— После закрытия разлома повсюду раненые и трупы. Те, кто ещё способен двигаться, лечат себя сами.

— …

На лице Ли Са Ёна отразилось явное недовольство, но, к счастью, он ничего не ответил. Закончив перевязку, Ча Ый Джэ убрал руку.

— Всё, готово.

— Ладно.

Ли Са Ён пошевелил пальцем и пожал плечами.

— Редкое ощущение — рана на руке.

— …

— И думать только, это произошло из-за того, что кто-то меня укусил…

Глаза Ча Ый Джэ прищурились. Ли Са Ён прикрыл рот и мягко засмеялся.

— Я подумал, что ты собака.

— Нахал…

Ча Ый Джэ бросил на него сердитый взгляд. Ещё мгновение назад Ли Са Ён казался почти милым в своём смущении, но теперь, вернувшись к своему обычному спокойному состоянию, он словно ждал момента, чтобы задеть нервы Ча Ый Джэ. Ли Са Ён лениво протянул руку и пробормотал:

— Но всё же… Хорошо, что в этом теле нет никакого яда.

— …Никакого?

— Ты сам говорил, да? Моя душа переместилась в этот мир, но моё тело всё ещё лежит без сознания в оригинальном мире.

Ли Са Ён потянул за свободный ворот своей одежды большим и указательным пальцами.

— Когда я только очнулся, чувствовал слабость и тяжесть.

— …

— И, что самое важное, с тобой же всё в порядке, верно? Это тело должно быть до пробуждения.

— Сколько раз тебе повторять, что твой яд на меня не действует…

— Конечно, как скажешь.

Только когда Ча Ый Джэ подумал, что, наконец, прояснил недоразумение! Оказалось, что яд василиска не подействовал — он просто выпил немного крови. Теперь, практически став вампиром, Ча Ый Джэ сжал кулак.

— Когда выберемся отсюда, я укушу тебя снова. Вот тогда и посмотрим.

— О…

Протянув звук, Ли Са Ён ответил с насмешливой интонацией:

— Хорошо. К тому же… это.

Он пошевелил перевязанным пальцем.

— Заставило меня захотеть ещё.

Ли Са Ён поднялся с дивана и лёгкой походкой направился на кухню. Ча Ый Джэ тихо вздохнул, приводя содержимое аптечки в порядок. Раздался звук стучащей посуды, затем всё затихло. Ли Са Ён выглянул из кухни.

— Ах, да.

— Что?

— Раньше ты сказал: «Давай пока оставим это так».

— Ну, давай пока оставим это так, какие вопросы?

Губы Ли Са Ёна изогнулись в улыбке.

— Я вот подумал, не было ли там чего-то ещё. Я понимаю, зачем ты здесь, но почему я здесь оказался… в этом роде.

«Чёрт».

— Может, закончим разговор за едой?

Память Ли Са Ёна была просто потрясающей.

— Давай поторопимся, надо сначала поесть.

Наполовину остывший, а теперь уже холодный ролл-омлет, а также настолько пережаренный хлеб, что было сложно понять, был ли он вообще правильно поджарен, один за другим оказались на столе. Убедившись, что его тело действительно не ядовито, Ли Са Ён начал двигаться ещё быстрее.

Он достал из холодильника абрикосовый джем, клубничный джем и сливочный сыр и разложил всё это на столе. Это был далеко не идеальный ужин, но достаточно, чтобы утолить голод. Тем более что оба не были особенно привередливыми в еде.

Ча Ый Джэ скользнул взглядом по Ли Са Ёну, который слегка нахмурился, жуя омлет. Это был идеальный момент, с полным ртом. Притворяясь, что намазывает сливочный сыр на хлеб, Ча Ый Джэ начал говорить:

— Как я уже говорил, когда я пришёл в себя и пытался разобраться в ситуации… система сказала, что даст мне то, что мне нужно больше всего в этот момент.

Ли Са Ён кивнул. Голос Ча Ый Джэ стал тише.

— …И я согласился получить это.

— О…

Глаза Ли Са Ёна сузились. Его взгляд стал таким острым, будто он готов был кого-то сожрать. Ча Ый Джэ отвёл глаза и слегка надулся. Проглотив омлет, Ли Са Ён отложил вилку и тяжело вздохнул.

— Ты просто поверил на слово? Даже не проверив, какой будет плата?

— Нет, я…

— Ты просто…

Ли Са Ён замолчал, тщательно подбирая слова, прежде чем продолжить:

— Просто постарайся не дать себя обмануть где-нибудь ещё.

— Я никогда в жизни не попадал на обман.

— Конечно, конечно. И что потом?

— Ну…

— А затем?

— Ты… оказался здесь.

— …

— …

В этот раз Ча Ый Джэ отвёл взгляд, стараясь выглядеть непринуждённо.

То, что Ча Ый Джэ больше всего нуждался в Ли Са Ёне, он знал наверняка. Хотя причины оставались для него загадкой. Ча Ый Джэ яростно намазывал сливочный сыр на хлеб. Затем с другой стороны стола раздался низкий голос.

— Значит, то, что тебе нужно больше всего, — это я.

— …

— Ну, это…

— …

— Приятно слышать.

После этого раздался лёгкий шорох.

— Из всего, что я услышал с тех пор, как оказался здесь, это лучшее.

Что-то тёплое внезапно коснулось его ноги. Ча Ый Джэ, притворяясь, что не заметил, застыл на полпути к следующему укусу. Щекочущее ощущение на верхней части его стопы, скорее всего…

«Нога?»

Ча Ый Джэ краем глаза взглянул на Ли Са Ёна, который теперь подпер подбородок руками и смотрел прямо на него. Перевязанный палец легко постукивал по его щеке с игривой интонацией. Когда их взгляды встретились, взгляд Ли Са Ёна слегка сузился в едва заметной улыбке.

Тем временем нога, которая щекотала верхнюю часть стопы Ча Ый Джэ, теперь мягко скользила по косточке на щиколотке. Непривычное ощущение заставило его пальцы ног невольно сжаться. Поспешно проглотив хлеб, Ча Ый Джэ заговорил.

— …Эй.

— Хм?

Ли Са Ён слегка наклонил голову, излучая ангельскую улыбку.

Глава 133

— Ты… твоя нога…

— Что с ней?

Ли Са Ён спросил спокойно, будто наслаждаясь моментом. Его слегка прищуренные фиолетовые глаза были устремлены на Ча Ый Джэ. Тот невольно крепче сжал руку. Нога, которая сначала легко касалась его щиколотки, теперь слегка задевала край штанов. Ча Ый Джэ быстро положил хлеб на стол.

— Эй, подожди минуту.

— Это не «эй».

Нога двигалась, и край штанов безвольно качался, щекоча щиколотку. Ча Ый Джэ, зажмурив глаза, всё же выдал нужный ответ:

— …Ли Са Ён.

— Да, я здесь.

— Почему ты трогаешь меня ногой?

— Ну…

Ли Са Ён мягко улыбнулся.

— Потому что мне хочется.

— Думаешь, можешь делать всё, что захочешь, только потому, что хочешь?

— Но…

Как только Ча Ый Джэ подумал, что нога, задержавшаяся у края штанов, отступит, она вдруг скользнула вверх, мягко заполняя впадину его стопы, словно это было её место.

Ли Са Ён слегка приподнял подбородок.

— Ты ведь примешь это, да?

«Этот парень… почему он такой беспокойный со своей ногой?»

Было ли это странное чувство связано с тем, что он видел в комнате раньше, или с покрасневшим лицом Ли Са Ёна? Он не мог понять. Его пальцы на ноге рефлекторно сжались.

— Что за чушь… Эй, убери ногу.

Как только Ча Ый Джэ попытался спрятать ногу под стул,

— Неужели ты не можешь вынести даже это? После того как укусил мой палец.

Ли Са Ён поднял палец, на котором всё ещё был бинт, и демонстративно показал его. Увидев повязку на левом безымянном пальце, Ча Ый Джэ не смог вымолвить ни слова. Теперь Ли Са Ён при каждом удобном случае напоминал о том пальце. С противоречивым выражением лица Ча Ый Джэ снова взял хлеб. Мягкая кожа снова скользнула по впадине его стопы. Ли Са Ён, опираясь подбородком на руку, лениво пробормотал:

— Кажется, в этой версии мира мы довольно близки.

Близки… Ча Ый Джэ слегка кашлянул, прикрывая рот рукой. Воспоминание о большой кровати, достаточно просторной для двоих, и двух вещах, явно принадлежащих разным людям, всплыло в памяти. Жар, разливающийся по его щекам и ушам, был несомненным. Даже если не настолько, как у Ли Са Ёна, он наверняка тоже сильно покраснел.

«Чёрт, почему моя способность сохранять невозмутимое лицо не активируется в такие моменты?»

Ча Ый Джэ, покашливавший время от времени, вдруг остановился.

«…Теперь, когда я думаю об этом, кажется, она совсем исчезла в какой-то момент…»

Но прежде чем он успел продолжить размышления, Ли Са Ён ухмыльнулся, приподняв уголок рта.

— О чём это ты так задумался? Лицо у тебя горит.

— …Я просто подавился.

— Ах, понятно…

— Серьёзно.

— Конечно, конечно. Но я говорил о нас как о семье…

Ли Са Ён пожал плечами и жестом указал на гостиную.

— Там есть наша фотография.

— Фотография?

— Ты её не видел? Ты, должно быть, совсем был не в себе… Посмотри потом.

Ли Са Ён сказал это, взял вилкой кусочек ролла с яйцом и медленно начал его жевать. Ещё минуту назад он улыбался, но как только еда попала ему в рот, его лицо сморщилось. Это было странно.

— Роллы с яйцом невкусные? Если не нравится, не ешь.

— Нет…

Ли Са Ён слегка нахмурился.

— Просто… это было давно.

— Что было давно?

— Ну…

Ли Са Ён пробормотал, медленно жуя и проглатывая ролл.

— Есть, чувствуя вкус еды.

— …Что?

— Да так, не переживай. Это пустяки.

Ли Са Ён, отмахнувшись, намазал джем на хлеб. Ча Ый Джэ плотно сжал губы.

Неужели он всё это время не чувствовал вкуса еды? Но ведь ему, казалось, понравилась еда в ресторане с похмельным супом.

И тут внезапно всплыло в памяти. День, когда Ли Са Ён впервые пришёл в ресторан. Первый раз, когда он ел похмельный суп. Ча Ый Джэ ясно помнил это, потому что пристально наблюдал с того самого момента, как Ли Са Ён взял первую ложку, просто чтобы увидеть его реакцию.

Когда вдумываешься...

— Бульон горячий.

— Мясо нежное.

Никакой оценки вкуса не прозвучало.

«Этот проклятый яд.»

— Что, жалеешь меня?

Ча Ый Джэ поднял голову. Ли Са Ён специально откусил кусок хлеба с джемом и медленно его пережёвывал. Его кадык слегка дернулся, когда он глотал, а крошки в уголке рта он стёр большим пальцем.

— Если тебе меня жалко...

Мягкая кожа снова скользнула по его ноге. Ли Са Ён мягко улыбнулся.

— Не отталкивай меня.

Ча Ый Джэ молчал. По правде говоря, оба прекрасно всё понимали. Что Ча Ый Джэ не жалеет Ли Са Ёна по-настоящему, и что он не оттолкнёт его ногу. Это было просто...

— ...

Отговоркой. Отговоркой для Ча Ый Джэ.

Иногда есть вещи, которые не стоит произносить вслух, даже если они понятны.

Есть и такие чувства, которым не знаешь, как дать имя.

И именно поэтому Ча Ый Джэ не отвернулся от тепла, прижимающегося к нему. Вместо этого он слегка коснулся щиколотки Ли Са Ёна кончиком своей ноги, делая вид, что это случайность.

***

Ча Ый Джэ взял в руки небольшую рамку, лежащую в ящике гостиной. Это была фотография, на которой Ча Ый Джэ и Ли Са Ён обнимали друг друга за плечи и талию, тепло улыбаясь в камеру. Мир, где разлом в районе Западного моря не произошёл.

Если бы разлом в Западном море не случился, могли бы они жить так? Как семья.

В этот момент телефон в его кармане завибрировал. Ча Ый Джэ поставил рамку обратно и, немного колеблясь, проверил экран телефона. Это было текстовое сообщение.

[Наш Ча Ый Джэ, приятного обеда! Ладишь с Ли Са Ёном? Давай созвонимся вечером~^^]

Сообщение, переполненное безраздельным позитивом и смайликом в конце, было от...

«Тёти.»

Пак Хэ Гён. Ча Ый Джэ нажал на знакомый номер и открыл список сообщений. Там было множество переписок, а в истории вызовов значилось, что они созванивались как минимум каждые два дня.

«Значит, тётя тоже жива в этом мире…»

Ча Ый Джэ провёл пальцем по экрану, будто хотел коснуться слов в сообщении. Солнечный свет, заливающий комнату через большое окно, был ярким и тёплым, почти ослепляющим.

Это место было идеальным и мирным, словно созданным из самых лучших воспоминаний.

Шшш... Звук текущей воды раздался из раковины. Ча Ый Джэ поднял взгляд. Ли Са Ён стоял прямо на кухне, смывая пену с посуды. Почувствовав на себе взгляд, Ли Са Ён повернул голову. Их глаза встретились, и в фиолетовых глазах Ли Са Ёна мелькнуло недоумение.

— …

Ча Ый Джэ выключил экран телефона и сунул его обратно в карман. С текущей задачей было покончено, пора было искать способ выбраться из подземелья.

Вид за окном почти не изменился. Наверняка ответ был где-то снаружи. Этот дом, должно быть, был чем-то вроде безопасной зоны или базового лагеря.

Он направился к входной двери. Дверь была необычной — она открывалась не цифровым замком, а ключом. Он отпер замок и осторожно взялся за ручку.

«Просто проверю, что там за дверью.»

Ча Ый Джэ был готов встретить монстра в тот момент, как откроет дверь. Он крепко сжал дверную ручку и повернул её. Затем...

— Что за...

Его встретила пустота.

Стук, кат... Один ботинок, выбитый его ногой, перекатился через порог и исчез в бескрайней тьме за дверью. Ни звука падения, ни намёка на землю. За дверью была отвесная пропасть, и всё вокруг — кромешная темнота. Это была буквально «пустота». Застыв перед этой бездонной тьмой, Ча Ый Джэ так и остался держаться за дверную ручку. Где-то вдали раздался голос.

— Хён?

«Что это?»

Это не могло быть реальностью. Если снаружи всё выглядело так, то что же отражалось в окне? Где хозяин подземелья? Где границы этого места?

В этот момент раздались торопливые шаги, и влажные руки, как змея, обвили его талию. Стук — сильная грудь прижалась к его спине. Затем большая рука накрыла его, сжимающего дверную ручку.

Бам!

Дверь с грохотом захлопнулась. Ча Ый Джэ услышал слегка тяжёлое дыхание у самого уха. Лишь тогда он пришёл в себя. Ли Са Ён выдохнул и на мгновение опустил голову на плечо Ча Ый Джэ, прежде чем резко её поднять.

— Ты что, с ума сошёл?

— Нет, только что... Ты это видел?

— Я видел. Если снаружи всё выглядит так, первое, что нужно сделать — закрыть дверь. Чего ты стоял, уставившись?

Ли Са Ён резко оборвал. Но Ча Ый Джэ продолжал смотреть на плотно закрытую дверь, будто погружённый в свои мысли.

Этот дом... это подземелье-воспоминание, созданное на основе чьей-то памяти. Границы подземелья...

Ча Ый Джэ пробормотал:

— Этот дом...

— Что?

— Я думаю, границы подземелья — это этот дом.

Только этот дом… Холодок беспокойства прокатился от ступней вверх. Подземелье было этим домом. Большинство подземелий очищаются путём уничтожения их хозяина.

Если это так, хозяин подземелья находится внутри этого дома…

«Нет, нет».

Ему нужно было избавиться от привычки всегда ожидать худшего. Ча Ый Джэ прикусил внутреннюю сторону щеки и крепче сжал дверную ручку. В этот момент что-то зацепилось за его пальцы. Глаза широко раскрылись. Ли Са Ён, всё ещё удерживая его за талию, дёрнул его за плечо, нетерпеливо ворча:

— Что ты там ещё делаешь с этой дверью?

— Подожди секунду.

Ча Ый Джэ ощутил под пальцами что-то вроде царапины под ручкой. Освободившись из рук Ли Са Ёна, он присел перед дверью, чтобы получше рассмотреть это место.

Явно видимая царапина…

[ХЁС]

Это были буквы. Ча Ый Джэ провёл по ним ногтем и тихо пробормотал:

— ХЁС…?

— ХЁС, говоришь?

— Да. Это вырезано вот здесь, под ручкой.

Как только Ли Са Ён услышал эти буквы, он громко цокнул языком.

— Почему к чёрту инициалы этого парня должны быть здесь…

— Что это значит?

— Ты же говорил, что это подземелье, да? Созданное на основе чьей-то памяти.

— Да.

— …Хон Ё Сон тоже умеет создавать подземелья. Поскольку он может манипулировать собственным пространством, это не исключено…

— Хон Ё Сон?

Яркое лицо Хон Ё Сона, улыбающееся с поднятым вверх большим пальцем, всплыло в сознании Ча Ый Джэ. Несмотря на его раздражающее поведение, способности у него были выдающиеся. Ли Са Ён ответил с недовольным выражением, скрестив руки.

— Этот парень страдает сильным нарциссизмом… Он оставляет свою подпись на большинстве вещей, к которым прикасается. На шедеврах вырезает китайские иероглифы, а для забавных вещей использует инициалы.

— Значит, это сделал он…

— Если это не только ручка двери… тогда, вероятно, это подземелье тоже сделал Хон Ё Сон.

Ли Са Ён пробормотал, надавливая пальцами на виски.

— Точнее, Хон Ё Сон из этого мира.

Глава 134

Трудно было в это поверить. Ча Ый Джэ, всё ещё теребя дверную ручку, спросил серьёзно:

— Такое вообще возможно? Чтобы человек создал подземелье?

— Ну… — Ли Са Ён пожал плечами. — Это всего лишь предположение. Я не уверен. Шансы невелики.

— …Полагаю, да.

— Но… из всех, кого я знаю с таким уровнем нарциссизма… — Он бросил взгляд на дверную ручку и продолжил: — Это только Хон Ё Сон.

Ча Ый Джэ тоже знал способности Хон Ё Сона, ведь он сам пользовался созданным им окном. Его навыки действительно были впечатляющими. Но, как ни мастерски работать руками, создать подземелье — это, кажется, уже что-то из сферы системы.

В его голове промелькнул образ Хон Ё Сона, которого шлёпнула Ккокко, а затем тот поднял вверх большой палец. И ещё тот момент, когда он дрожал, словно новорождённый альпака, держа Чон Бина.

«…Он?»

Ча Ый Джэ огляделся.

«Это?»

…Не может быть. Более вероятно, что он сделал лишь дверную ручку. Ча Ый Джэ покачал головой, пытаясь отогнать эту мысль. В этот момент Ли Са Ён пробормотал:

— Если вдруг это и правда сделал Хон Ё Сон…

— …

— Тогда всё не так уж плохо. Не о чем беспокоиться.

— А? Почему?

Разве это не повод для беспокойства? Ча Ый Джэ поднял голову на Ли Са Ёна с недоумением. Ли Са Ён опустил взгляд, задумчиво теребя нижнюю губу.

— Потому что… хоть он немного не в своём уме, но он не плохой человек.

Он серьёзно?

На лице Ча Ый Джэ было написано сомнение. Ли Са Ён тихо рассмеялся.

— Думаю, я знаю Хон Ё Сона лучше, чем ты, хён.

— …Это правда.

— Поверь мне на этот раз. У него нет плохих намерений. А кроме того…

— …

— Всё обернётся лучше, чем ты думаешь.

Ли Са Ён протянул руку Ча Ый Джэ, который всё ещё сидел на корточках.

— Вставай.

— Хорошо.

Ча Ый Джэ без колебаний принял протянутую руку. Ли Са Ён резко поднял его, и тот отряхнул штаны.

Затем, глядя на Ли Са Ёна, который стоял, уперев руки в бока и прищурившись, Ча Ый Джэ понял инстинктивно. Сейчас начнётся допрос.

— Стоило мне отвлечься на секунду, и… зачем ты открыл дверь?

— Ну… мне нужно было понять, как очистить подземелье. Мы не можем здесь застрять навсегда.

— Ты мог бы сделать это со мной.

— Нет, ты ещё не пробудился. Сейчас ты обычный человек, а я смогу сразу среагировать, если что-то случится.

— Ох, опять эти оправдания.

— …

— Ты всегда так делаешь.

Ли Са Ён скривил губы. Его недовольство было очевидным, но Ча Ый Джэ не мог уступить в этом вопросе. Если бы он был в своём изначальном теле, возможно. Но он не мог позволить непробуждённому человеку сталкиваться с опасностями подземелья. Особенно если этим человеком был Ли Са Ён.

— Ладно, допустим. Но зачем ты просто стоял и тупо смотрел в дверь, будто вот-вот упадёшь?

— Это потому, что я растерялся.

— Если это повторится, ты действительно упадёшь.

— В следующий раз этого не случится.

— Почему я должен тебе верить?

Ча Ый Джэ замялся и поднял взгляд. На утончённом лице Ли Са Ёна лежала лёгкая тень. Его губы слегка дрогнули.

— Почему я должен тебе верить, а? Почему?

Он хотел сказать многое, уже собирался заговорить. Но в этот момент, глядя на это лицо, будто кто-то пролил белую краску на его мысли, и все слова исчезли. Он лишь смотрел на Ли Са Ёна.

Тот, раздражённо глядя на Ча Ый Джэ, тяжело вздохнул.

— Теперь я понимаю, почему ты пробудился.

— …

— Это должно быть от разочарования и злости.

— …

— Потому что ты ничего не мог сделать.

Ли Са Ён резко бросил слова и исчез в коридоре. Оставшись один, Ча Ый Джэ посмотрел на свои пустые руки. В этом теле не было ни трещин на ладонях, ни мерцающих золотых цепей.

Звук шагов прекратился, и шум воды затих. Пространство заполнила тишина. Ча Ый Джэ стоял в прихожей, глядя на пустой коридор.

Почему я подумал, что Ли Са Ён справится?

Среди тишины он услышал слабое дыхание. Словно в трансе, Ча Ый Джэ начал двигаться. Он ступил на деревянный пол и пересёк длинный коридор. Мимо его взгляда пронеслась фотография голубого моря.

В конце коридора, у раковины, стоял Ли Са Ён, склонив голову. Не раздумывая, Ча Ый Джэ подошёл и обнял его широкую спину. Тело в его объятиях вздрогнуло, дыхание стало чуть более тяжёлым. Он прижал ухо к спине. Сердце билось быстро. Ча Ый Джэ тихо прошептал:

— Прости.

— …

— Я был неправ.

Ча Ый Джэ был в полном беспорядке. С момента, как он вошёл в разлом на Западном море, до сих пор. Это стало для него чем-то нормальным. Но для кого-то другого это не было нормой. Для того, кто волновался за него.

Ча Ый Джэ крепче обхватил Ли Са Ёна за талию.

Просто потому, что кто-то говорит «всё в порядке», это не значит, что всё действительно в порядке.

— Ты волновался, да?

— …

— Прости.

В груди у него развязался узел, о существовании которого он даже не догадывался. Ли Са Ён положил руку на ладонь Ча Ый Джэ, мягко отстраняя её. Когда Ча Ый Джэ ослабил объятия, Ли Са Ён повернулся.

Ча Ый Джэ не мог видеть его лица. Его тут же притянули в объятия. Крупная ладонь обхватила затылок и талию. Длинные пальцы нежно запутались в его волосах.

Ты слушаешь моё сердцебиение прямо сейчас?

Ча Ый Джэ моргнул и обвил руками шею Ли Са Ёна, прислонившись головой к его крепкому плечу.

Надеюсь, он его не слышит.

Оба их сердца бешено колотились, словно пытались перегнать друг друга.

***

Допустим, это пространство действительно создано Хон Ё Соном. Хм… трудно в это поверить, но даже всемогущий Хон Ё Сон, похоже, не в силах контролировать расписание телепередач.

«Или… он вмешался, и это результат?»

Игнорируя волосы, щекочущие затылок, Ча Ый Джэ решительно нажимал кнопки на пульте.

По телевизору шли только документальные фильмы. Умный учитель-осьминог, повседневная жизнь пингвинов, панда, лениво дремлющая на дереве, семья слонов и тому подобное. Даже развлекательные каналы показывали видео зевающих тигров.

«Я надеялся посмотреть фильм».

Ча Ый Джэ оставил пульт на канале, где пингвины скользили на животах по льду. Рядом раздавалось мягкое, ровное дыхание. Ча Ый Джэ обнял сидящего рядом за плечи. Ли Са Ён, с закрытыми глазами, тихо пробормотал:

Обнять и извиниться? Это приятно. Держать его? Это тоже приятно. Хотя такие ситуации, требующие извинений, почему-то постоянно повторяются. Как бы там ни было,

Ли Са Ён долго не отпускал Ча Ый Джэ. Даже когда тот попытался отстраниться, ослабив объятия вокруг его шеи, Ли Са Ён недовольно зарычал. Но так нельзя было оставаться вечно. Солнце медленно садилось за окном. Кажется, в этом пространстве время течёт иначе.

«Кто знает? Может быть, провести здесь день — и есть условие для завершения».

На мгновение он допустил оптимистичную мысль. Поэтому, похлопав Ли Са Ёна по спине, который цеплялся за него, как коала, он предложил посмотреть фильм на диване после того, как они закончат с посудой. Только тогда Ли Са Ён наконец разжал объятия.

И вот они здесь. Вместо фильма по телевизору показывают документальные фильмы про животных, а Ли Са Ён дремлет рядом.

Хотя Ли Са Ён этого не показывал, он, должно быть, был очень напряжён или устал, потому что, как только он устроился рядом с Ча Ый Джэ, его начало клонить в сон. Видя, как его голова бессильно покачивалась, Ча Ый Джэ позволил ему опереться на себя.

«Может, лучше просто уложить его спать».

Пока он возился с телевизором, сумерки уже сменились полной темнотой. Глядя на тусклый свет за окном, Ча Ый Джэ выключил телевизор и мягко потряс Ли Са Ёна, чтобы разбудить.

— Проснись. Пойдём спать.

— …Мм? Угу.

Ли Са Ён медленно поднял голову. Ча Ый Джэ встал и протянул ему руку.

— Давай, вставай.

— …

Ли Са Ён послушно взял его за руку. Когда Ча Ый Джэ привёл его в спальню, его встретила двуспальная кровать, о существовании которой он успел забыть. Лёгкая головная боль начала подступать, но Ли Са Ён был важнее. Ча Ый Джэ откинул одеяло, и Ли Са Ён молча забрался в постель. После того как он укрыл его одеялом до самого подбородка, Ли Са Ён медленно открыл глаза.

— …А ты, хён?

— Я?

— Ты не собираешься спать?

— …

Когда Ча Ый Джэ замешкался, не отвечая, сонные глаза Ли Са Ёна вдруг стали настороженными.

— Даже не начинай говорить что-то вроде «я посплю на диване»… ложись рядом.

«Чёрт».

— Тут даже две подушки…

Почему он такой проницательный даже в сонном состоянии? Сжав губы, Ча Ый Джэ лёг рядом с ним. Ли Са Ён быстро натянул одеяло на него. Ча Ый Джэ включил ночник на своей стороне кровати и уставился в потолок.

Мягкий оранжевый свет, звук дыхания прямо рядом, уютный матрас и тёплое одеяло.

— …

Разве можно, чтобы всё было настолько идеально?

Это место кажется шкатулкой, наполненной только драгоценными и добрыми вещами. Настолько сладким и совершенным, что не хочется разрушать его.

«Ах».

Ча Ый Джэ слегка приоткрыл рот. Это ли причина, по которой здесь нужен был Ли Са Ён?

Он повернулся к нему, и Ли Са Ён тоже слегка повернул голову в его сторону, словно почувствовав движение.

Сонные фиолетовые глаза смотрели прямо на Ча Ый Джэ. Он приподнялся на локте и посмотрел на Ли Са Ёна.

— …Хён?

Ли Са Ён позвал его слегка хриплым голосом. Вместо ответа Ча Ый Джэ протянул руку и взял ладонь, спрятанную под одеялом. Он отчётливо почувствовал повязку, обхватывающую первый сустав пальца Ли Са Ёна. Жёсткие пальцы переплелись с его, идеально совпадая. Его большой палец мягко погладил тыльную сторону руки Ли Са Ёна.

Он понял это инстинктивно.

Владелец этих воспоминаний — Ча Ый Джэ. Ведь это место — собрание всего, что делает его уязвимым.

Если так, то способ пройти это место должен быть именно таким, каким его представляет Ча Ый Джэ.

Я всегда хотел это сказать.

Для кого-то это могло быть обычной частью повседневной жизни. Но не для двоих, кто оказался здесь сейчас. Поэтому им и пришлось пережить тревогу неизвестности и дольше искать дорогу обратно.

«Но это нормально».

Ча Ый Джэ улыбнулся. Он протянул руку и закрыл глаза Ли Са Ёна. Прямо перед тем, как они исчезли, он увидел, как глаза Ли Са Ёна широко распахнулись. Ча Ый Джэ сел и нежно коснулся губами тыльной стороны его руки, тихо прошептав.

Делая то, что кажется очевидным, но на самом деле не таковым.

— Спокойной ночи.

В тот же момент перед ними появилось яркое белое окно.

[Подземелье очищено!]

Плотное, мягкое одеяло, пушистый матрас, приглушённый свет спальни — всё начало превращаться в белый пепел и рассеиваться. Но тепло от прикосновения кожи и сжатие рук оставались ощутимыми.

Только это было настоящим.

Глава 135

Кровать, на которой они лежали, вместе с каркасом и стенами, образующими дом, исчезла, оставив за собой чисто-белую пустоту.

Посреди кружащегося белого пепла, словно в маленькой буре, Ча Ый Джэ потянул за руку, которую держал, обнимая крупное тело, будто защищая его. Тело послушно подалось вперёд, не сопротивляясь. Но это длилось лишь мгновение — вскоре тепло, находившееся в его объятиях, начало исчезать.

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Он отпустил руки, обхватывающие спину, и открыл ладони, чтобы проверить. Они были пусты — его руки, его объятия.

Стиснув зубы, он закричал:

— Ли Са Ён!

В тот же момент глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись. В пустоте, где до этого не было ничего, кто-то в чёрной одежде стоял на коленях, опираясь верхней частью тела на что-то чёрное. Знакомая и одновременно чужая фигура сзади. Конечно, редко можно увидеть собственную спину, но он сразу понял.

Это был «я».

Ча Ый Джэ замер, уставившись на эту фигуру. Наконец, «он» поднял голову. Медленно вставая, «он» посмотрел вниз на то, на что опирался. Это был чёрный гроб. «Он» произнёс мягко, нежно:

— Всё в порядке.

— Просто поспите ещё немного.

В следующий момент «Ча Ый Джэ» начал двигаться. Он пересёк двор, покрытый сухой, мёртвой травой. В одном углу двора пламя с ревом вырывалось из печи, а резкий запах ударил в нос. «Ча Ый Джэ» резко отодвинул плотно закрытую раздвижную дверь.

В центре мастерской, захламлённой инструментами и материалами, Хон Ё Сон, на котором был увеличительный стеклянный прибор, торчащий наподобие линзы, выпрямился. Его грязные трёхполосные тапочки хлопнули о пол.

— Эй, вытри кровь, прежде чем заходить.

«Ча Ый Джэ» грубо вытер кровь с маски тыльной стороной руки. Его губы дрогнули.

— Это не моя кровь.

— Конечно, не твоя. Всё там ещё так же плохо?

— Да.

— …

— Уже слишком поздно.

— …

— Я пришёл сюда не просто поговорить об этом… Хон Ё Сон, ты говорил, что можешь манипулировать пространством, верно?

Хон Ё Сон моргнул и пожал плечами.

— Хм? Ну, как видишь, ничего грандиозного. Просто достаточно, чтобы обустроить моё маленькое гнёздышко.

— Мне нужно, чтобы ты сделал кое-что.

— Что именно?

— Создай пространство, используя мои воспоминания. Оно может быть совсем маленьким.

— Что? С чего вдруг?

— Ты не можешь?

— Эй, за кого ты меня принимаешь… хотя, может, и не сработает, но думаю, попробовать смогу.

— …

— Но почему вдруг?

Лицо Хон Ё Сона исказилось от беспокойства.

— Не говори мне… Ли Са Ён… хм, ты собираешься пойти за ним?

— …Ты сам заметил, этот мир уже на грани краха. Он уже вышел за пределы возможного.

— …

— Один я не справлюсь. Даже с тобой этого недостаточно.

Хон Ё Сон угрюмо потёр щёку.

— …К счастью, остаётся последний способ.

«Ча Ый Джэ» резко закатал рукав своего боевого костюма. Затем смело показал левое запястье. Гладкие серебристые часы без единой царапины сверкали. Эфирное золотое свечение начало подниматься над стеклом часов, словно дым.

Затем он снял маску. Его лицо было отмечено усталостью, глаза покраснели и опухли. Но в этих глазах всё ещё горел яркий голубой свет.

— Я собираюсь повернуть время назад. К тому моменту, как всё ещё не закончилось.

— Но чтобы это сделать, нужен... стержень, так ведь?

— Я буду стержнем. Я уже проходил через это однажды, поэтому на этот раз не ошибусь. У меня будет время подготовиться.

Хон Ё Сон сглотнул. Его голос стал низким, почти шёпотом.

— Это действительно единственная причина?

— …

— А других причин… нет?

«Ча Ый Джэ» не ответил, сжав губы. К тому времени Ча Ый Джэ уже отделился от «него» и наблюдал за ними, стоя чуть в стороне.

Ча Ый Джэ не сдаётся. Никогда, когда есть что защищать.

И всё же, он сдался.

Ча Ый Джэ подумал о чёрном гробе. Он чувствовал, что знает, кому он принадлежит. Нет, возможно, он понял это в тот момент, когда впервые увидел его. Владелец этого гроба...

Перед глазами возникло лицо с прищуренными глазами и улыбкой. Голос, который мягко звал его.

— Хён.

Ли Са Ён. Его рот пересох. Он пробормотал, будто выплёвывая слова:

— Я больше не проиграю.

— …

— Никогда.

Хон Ё Сон посмотрел на «Ча Ый Джэ» с жалостью, но больше ничего не сказал. Вместо этого он вытащил из угла коробку и начал рыться в ней. Коробка была заполнена магическими камнями различных цветов и размеров. Он поднял фиолетовый камень к свету, льющемуся с потолка, и спросил:

— Хорошо. А зачем тебе оставлять воспоминания? Какой в этом смысл?

— …

Грохот... земля задрожала. Материалы, сложенные на полках, зазвенели и посыпались на пол.

Хон Ё Сон закричал, суетясь, чтобы собрать упавшие предметы. «Ча Ый Джэ» посмотрел в сторону двери. Небо заволокло белым вихрем. Это уже нельзя было назвать небом — что-то другое заняло его место. Белый пепел кружился, словно снег.

Губы Ча Ый Джэ шевельнулись. Голоса «Ча Ый Джэ» и самого Ча Ый Джэ наложились друг на друга.

— Потому что это поможет мне выжить.

Если я соберу всё самое лучшее и доброе, даже если наступит день, когда я больше не смогу вынести жизнь…

По крайней мере, хоть на мгновение, я смогу там вдохнуть.

Внезапно всё вокруг стало чёрно-белым. Потоки воздуха, падающие и покачивающиеся материалы, даже «Ча Ый Джэ» и Хон Ё Сон — всё застыло, как кадр в чёрно-белой фотографии. Никто не дышал, никто не двигался. В конце концов, всё начало рассыпаться, словно пыль.

В этот момент он почувствовал чей-то взгляд. В этом распадающемся, рушащемся чёрно-белом кадре что-то всё ещё двигалось. Золотые Оценивающие глаза ярко сияли. Бесчисленные перекрывающиеся узоры были живыми, дышали.

Оценивающие глаза пристально смотрели на Ча Ый Джэ. Это был сигнал? Замерший Хон Ё Сон заскрипел и дёрнулся. Он медленно поднял руку. Затем, с неестественным, кукольным движением, точно указал на Ча Ый Джэ. Холод пробежал по его спине. Рассеянное сознание прояснилось.

Его губы шевельнулись.

Это твой третий и последний шанс.

Ты больше не выдержишь. Ни он, ни ты.

Не ошибись в этот раз.

Что это значит? Он попытался спросить, но его рот и тело не двигались. Сильный порыв ветра подхватил Ча Ый Джэ, отбрасывая его назад. Губы под золотыми Оценивающими глазами изогнулись в долгую дугу.

Я наблюдаю.

Объясни, что ты имеешь в виду, прямо сейчас! С невероятным усилием Ча Ый Джэ смог поднять руку. Он потянулся к Хон Ё Сону, но тот был уже слишком далеко. Кукольный Хон Ё Сон в чёрно-белой фотографии неловко помахал ему.

Прощай, мой друг.

— Ты мерзавец! — в ярости Ча Ый Джэ заставил свою онемевшую руку показать средний палец. Ха-ха… Громкий смех постепенно затих.

Вспышка!

Ослепительный свет, подобный вспышке камеры, разорвал всё вокруг. Ча Ый Джэ крепко зажмурился.

***

Когда Ча Ый Джэ открыл глаза, он обнаружил себя парящим в огромной белой пустоте. Казалось, будто он превратился в стеклянную бутылку, бесцельно дрейфующую по морю. Однако, несмотря на то что тело находилось в покое, его разум был в смятении. Третий раз, провал, Ли Са Ён… Его сознание, захваченное внезапным потоком информации, протестовало.

Разве Ча Ый Джэ не умер первым в том фрагменте, который показала ему Юн Га Ыль?

Почему он был жив в сцене, которую только что увидел?

Юн Га Ыль в порядке? Это вообще тот же мир, в который была втянута Юн Га Ыль?

Почему я дружу с Хон Ё Соном?

Оставим это. Почему я вернул время назад, и почему у меня нет никаких воспоминаний?

Кто был тем Ли Са Ёном, сидевшим в одиночестве в тёмном пространстве?

Чёрт возьми, где сейчас Ли Са Ён?

Его мысли кружились вихрем, и последнее, что отчётливо всплыло в памяти, был Ли Са Ён, который был у него в объятиях, но внезапно исчез. Ча Ый Джэ нахмурился. Вернулся ли он в исходный мир? В конце концов, он попал сюда из-за награды системы. Было бы лучше, если бы это оказалось правдой...

В этот момент пустое пространство вокруг него начало гудеть.

…

— …А? — Ча Ый Джэ поднял голову. Гул становился всё громче и отчётливее.

…Хён.

Наконец, он узнал голос. Это был Ли Са Ён. Что за чёрт? Где ты? Ча Ый Джэ вытянул шею, словно черепаха. И тогда…

Ча Ый Джэ!

Ли Са Ён громко позвал его по имени. Переполненный эмоциями, Ча Ый Джэ начал подниматься. Он зовёт хёна…?

— Просто безрасудно...!

Ча Ый Джэ открыл глаза. Белая пустота исчезла, её место заняли знакомые руины, где в воздухе плавал белый пепел. Он медленно моргнул. Его сердце вдруг забилось чаще.

Сцена выглядела слишком похожей на интерьер разлома Западного моря. Нет, это, возможно, и был разлом Западного моря. Может быть, его, наконец, затянуло туда...

И тут он почувствовал сильное давление на верхнюю часть тела.

— Чёрт…

В то же время он ощутил мягкое прикосновение волос, скользнувших по нему. Ча Ый Джэ глубоко вдохнул. Его обнимал Ли Са Ён. Тепло их тел и звук двух быстро бьющихся сердец заполнили пространство.

Ли Са Ён, сжимая ткань его рубашки так, будто собирался разорвать её, пробормотал:

— Ты не просыпался…

Ча Ый Джэ мягко похлопал Ли Са Ёна по спине.

Глубокий, гулкий звук эхом разнёсся вокруг них. Всё ещё находясь в объятиях Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ поднял голову.

<Глаза Следопыта!>

Его голубые глаза быстро пробежались по окружающему пространству. Поблизости он увидел знакомое мерцание пламени. Это была Юн Га Ыль. Но вскоре огромная тень накрыла пламя. Ча Ый Джэ поднял взгляд, пытаясь найти источник звука.

За белым горизонтом, в море белого пепла, из глубины выпрыгнул гигантский кит.

Глава 136

«…Кит?»

Ча Ый Джэ, продолжая гладить Ли Са Ёна по спине, мягко надавил на его голову, поощряя облокотиться на него. Воздух наполнился сладким ароматом.

Кит с чисто-белым телом был огромен. Судя по внешнему виду, он не казался монстром, но уверенности в этом не было. Слишком мало информации. Был ли это враждебный объект, обитатель моря разрушенного мира или, возможно…

— Хён.

Ли Са Ён прошептал. Ча Ый Джэ вернулся к реальности. Кит, взмывший так высоко, уже исчез в море. Вокруг было тихо, словно кита никогда и не было. Ча Ый Джэ тихо вздохнул, прежде чем ответить.

— Да, Са Ён.

— …Ты в порядке?

— Я в порядке.

— …Правда?

— Да.

— …

— Я действительно в порядке.

Пальцы Ли Са Ёна разжали одежду Ча Ый Джэ. Тот пару раз похлопал его по спине и мягко отстранил. Лицо Ли Са Ёна было ещё бледнее, чем обычно. Пот прилип к его лбу, спутывая несколько прядей волос. Он пробормотал:

— Ты не просыпался…

— …

— Я долго пытался тебя разбудить, но ты никак не вставал. Хён…

Его бормотание звучало, словно он находился в трансе. Его фиолетовые глаза, лишённые привычного блеска, смотрели в пустоту, а не на Ча Ый Джэ. В его взгляде мелькала тёмная аура. Затем Ли Са Ён резко потер лицо, проклиная сквозь пальцы:

— Чёрт…

— Я же сказал, со мной всё нормально. Успокойся.

— А, чёрт…

Но Ли Са Ён сжал переднюю часть своей одежды, словно испытывал боль. Из его груди вырвался слабый стон. Его дыхание стало учащённым, а одежда смялась от крепкой хватки. Это было не обычное раздражение или досада. Это было нечто иное. Это было…

«Каким же ты героем можешь быть, если даже нас спасти не можешь!»

Кто-то когда-то кричал эти слова разрывающим голосом. Ча Ый Джэ не мог вспомнить, кто это был. Он прикусил язык, ощущая металлический привкус крови. Да, так вели себя охотники, чья ментальная устойчивость достигла предела. J видел множество таких.

…Слишком много.

Ли Са Ён теперь сгорбился, задыхаясь. Его дыхание становилось всё быстрее, не показывая признаков успокоения. Циклы дыхания сокращались, а вены выделялись на тыльной стороне его руки, сжимающей грудь. Это была гипервентиляция.

Ча Ый Джэ пробежался взглядом по окрестностям, используя Глаза Следопыта. Юн Га Ыль всё ещё находилась на том же месте, что он видел раньше, неподалёку. Судя по интенсивности и движению пламени вокруг неё, она, кажется, не пострадала.

Если это так…

Стиснув зубы, Ча Ый Джэ обхватил обеими руками щеки Ли Са Ёна.

— Ли Са Ён, смотри на меня.

— …

— Я здесь, прямо перед тобой.

— …

— Ли Са Ён!

Фиолетовые глаза блуждали в пустоте, не фокусируясь на Ча Ый Джэ, который находился прямо перед ним. Его лицо стало ещё более бледным. По спине Ча Ый Джэ пробежал холодок.

— …

Неужели это из-за того, что он видел «те» воспоминания?

Ча Ый Джэ поднялся, сев на колени Ли Са Ёна, поддерживая его затылок одной рукой и накрыв другую, сжимающую одежду, своей ладонью. Он мягко массировал выступившие вены на руке Ли Са Ёна, пытаясь его успокоить. Голова Ли Са Ёна запрокинулась назад. Его рот приоткрылся, а дыхание стало хаотичным и прерывистым.

«Это из-за воспоминаний внутри Мемориального подземелья, таких сладких, словно принадлежавших «Ча Ый Джэ»?»

Медленно Ча Ый Джэ наклонился ниже.

Нет, это были всего лишь оправдания.

Воздух снова наполнился сладким ароматом.

И, возможно, лишь возможно, Ча Ый Джэ…

Их мягкие губы соприкоснулись.

— …

Ча Ый Джэ слегка наклонил голову, углубляя поцелуй, пока тепло не разлилось между ними. Он выдохнул весь воздух в приоткрытые губы Ли Са Ёна, а затем вдохнул снова, прежде чем поцеловать его ещё раз. Он чувствовал, как сила постепенно покидает сжатые пальцы Ли Са Ёна, державшие его одежду.

Сколько прошло времени? Ча Ый Джэ открыл глаза.

Фиолетовые глаза, теперь сфокусированные, смотрели только на Ча Ый Джэ.

— …

— …

Ча Ый Джэ медленно отстранился от поцелуя, высвободив руку Ли Са Ёна. Но, едва он начал двигаться, как крупная ладонь крепко схватила его за запястье. Их взгляды встретились.

Ча Ый Джэ заговорил:

— …Я же говорил, у меня есть способности.

— …

— Я не лгу, как некоторые.

Тепло руки Ли Са Ёна пробралось между пальцев Ча Ый Джэ. Сильные руки обвили его талию. Фиолетовые глаза сверкнули яростным огнём, словно собираясь поглотить его целиком, а губы, припухшие и покрасневшие, приоткрылись. Надтреснутый голос прошептал почти соблазнительно:

— Ещё нет.

— …

— Ещё немного.

— …

Ли Са Ён.

Единственный успех Ча Ый Джэ.

И…

Ча Ый Джэ снова медленно наклонился. Нечто мягкое проникло между приоткрытыми губами Ли Са Ёна, их языки переплелись, раздаваясь влажными звуками. Каждый раз, когда тёмный язык Ли Са Ёна касался нёба Ча Ый Джэ, его тело содрогалось.

Он обвил руками шею Ли Са Ёна, их груди прижались друг к другу так плотно, что не оставалось ни малейшего пространства. Их сердца бешено колотились. На этот раз, наверняка, Ли Са Ён тоже мог это услышать. Ведь…

[Активирована способность: Яд Василиска (S+).]

[Благодаря эффекту Яда Василиска (S+), вы развили сопротивляемость к токсинам, от которых вы уже избавились.]

[Скорость детоксикации увеличилась.]

[Физический урон не будет нанесён.]

[Идёт процесс детоксикации…]

Разве пробуждённый S-класса не мог этого слышать?

Игнорируя поток системных сообщений, Ча Ый Джэ закрыл глаза. Их губы разошлись с мягким звуком. Тихий смех сорвался с его губ, едва слышный.

— Ты был прав.

— …

— Ты не врал…

Ли Са Ён выдохнул, звук был таким сладким, что казалось, будто он растапливает воздух. Он наклонил голову, касаясь губами шеи Ча Ый Джэ. Тот опустил взгляд на взъерошенные чёрные волосы Ли Са Ёна и мягко прислонил к ним щёку.

Жгучее тепло окутывало их обоих. В тишине руин Ча Ый Джэ закрыл глаза и слушал звук их сердец.

Ли Са Ён на вкус был сладким.

***

Хруст, хруст… Белый пепел, устилавший землю, был мягче снега. За двумя фигурами тянулись длинные следы, словно хвост, оставленный на белом пепле.

Голубые глаза быстро осмотрели окрестности. Место, где пламя бушевало сильнее всего, оказалось разрушенным домом, с уцелевшим каркасом и частями строения. Ча Ый Джэ осторожно заглянул за стену.

— Юн Га Ыль!

В углу комнаты, свободном от пепла, лежал чёрный комок. Это, похоже, была Юн Га Ыль.

Ча Ый Джэ поспешно подбежал к комку. Чем ближе он подходил, тем громче становилось тяжёлое дыхание. При ближайшем рассмотрении чёрный комок оказался старым кожаным плащом, потёртым и утратившим прежний блеск.

Он осторожно поднял плащ. Под ним оказалась Юн Га Ыль с закрытыми глазами, словно она мирно спала. На ней была школьная форма. Ча Ый Джэ приложил руку к её носу, чтобы почувствовать дыхание.

— Ах…

Слава богу. Хотя он и знал, что она жива, ощутить и убедиться в этом лично — совсем другое дело. Ча Ый Джэ осторожно потряс плечо Юн Га Ыль.

— Га Ыль, проснись. Га Ыль!

— Ух…

Юн Га Ыль нахмурилась и простонала. Ли Са Ён, стоявший рядом, скрестив руки, слегка наклонил голову, ухмыляясь.

— Не быстрее ли будет просто дать ей пощёчину, чтобы разбудить?

— Эй, зачем бить ученицу?

— Я дал Пэ Вон У пощёчину, чтобы разбудить его.

— Как будто этим стоит гордиться, идиот.

Пока Ча Ый Джэ препирался с Ли Са Ёном, Юн Га Ыль, пошевелившись, медленно открыла глаза.

— Что…

— О, ты проснулась?

— Ой, ой, ой, J! Это J, вы здесь!

Юн Га Ыль вскрикнула и резко села. Но, видимо, двигалась она слишком быстро, потому что сразу схватилась за голову, простонав от боли.

— Ай, ой…

— Успокойся. Здесь ничего опасного. Я проверил всё по дороге, и здесь действительно только мы.

— Д-да…

Продолжая держаться за голову, Юн Га Ыль взглянула на Ча Ый Джэ и Ли Са Ёна, и её глаза наполнились слезами.

— О, правда, всхлип, мне так жаль. Схлип… Вы пришли сюда из-за меня…

— Нет, не думай так.

— Но… всхлип.

Юн Га Ыль сжала губы, словно утка, пытаясь сдержать слёзы. Она грубо протёрла глаза тыльной стороной руки. Ча Ый Джэ присел перед ней на корточки, наблюдая за ней, и улыбнулся.

— Всё равно, я рад, что ты в безопасности, Га Ыль.

В этот момент.

— …Всхлип.

— …Хм?

— Уаааа! Правда, всхлип, ууух…

Юн Га Ыль внезапно разразилась громким плачем. Почему, почему она вдруг плачет? Ча Ый Джэ обернулся к Ли Са Ёну с растерянным выражением лица. Ли Са Ён ухмыльнулся, скривив губы.

— Хён её расстроил.

— …Я?

— Уаааа!

— Может, тебе стоит её успокоить? Думаю, мы не сможем поговорить, пока она не перестанет плакать.

Ли Са Ён кивнул с улыбкой. Ча Ый Джэ порылся в своём кармане, а затем его взгляд упал на плащ в руке. Он был старым и потёртым, но почему-то казался странно знакомым.

— …

Где он его видел раньше?

Ча Ый Джэ нахмурился, перебирая плащ пальцами, и вдруг перед глазами вспыхнула память.

— Ах!

Ча Ый Джэ резко протянул плащ плачущей Юн Га Ыль.

— Га Ыль! Га Ыль!

— Ты же не собираешься дать ей это, чтобы вытереть слёзы? …Он же грязный.

— Ли Са Ён, просто подожди секунду. Га Ыль!

— Всхлип… Да?

Юн Га Ыль, всё ещё всхлипывая, переводила взгляд с Ча Ый Джэ на плащ. Ча Ый Джэ указал на плащ в своей руке, его глаза горели.

— Это, разве это не то самое из фрагмента? То самое!

Глава 137

— Шмыг, простите. Сейчас… Ч-что такое?

Юн Га Ыль грубо вытерла глаза рукавом, а затем взглянула на плащ. Хотя она всё ещё время от времени вздрагивала, словно сдерживая слёзы, выглядела значительно спокойнее.

Ча Ый Джэ слегка постучал кончиком пальца по поверхности плаща. Их взгляды встретились. Беззвучно шевеля губами, он произнёс:

— Фрагмент, Ли Са Ён.

— …Ах, ах!

Глаза Юн Га Ыль широко распахнулись. Она вскочила на ноги и торопливо спросила:

— Можешь разложить его немного шире?

— Секунду.

Ча Ый Джэ поднялся, разложил плащ на полу, словно стелил одеяло, и присел на корточки перед ним. При ближайшем рассмотрении пальто оказалось ещё более потрёпанным, чем казалось на первый взгляд. Повсюду виднелись царапины и разрывы, а левый рукав был гораздо более изношен, чем правый.

Но одно было точно…

Ча Ый Джэ оглянулся. Ли Са Ён с прищуренными глазами смотрел на пальто.

«Это похоже на плащ, которое Ли Са Ён носил в фрагменте…»

В фрагменте Ли Са Ён был одет в чёрный кожаный плащ длиной до колен. Дизайн был схожим, и даже размер примерно совпадал. Учитывая, что Ча Ый Джэ был выше среднего роста, плащ на нём лишь слегка сидел свободно.

Юн Га Ыль, которая тихо сидела у стены, чтобы не мешать, нахмурилась, выглядела озадаченной.

— Эм, J, кажется, прав… но.

Она с сомнением переводила взгляд с Ча Ый Джэ на Ли Са Ёна, который стоял позади него. Беззвучно шевеля губами, она сказала:

— Он ведь прямо здесь.

Ча Ый Джэ слегка кивнул. Да, тот Ли Са Ён, которого он знал, был приведён сюда системой и находился прямо рядом с ним. Но…

Ча Ый Джэ прикусил внутреннюю сторону щеки. Чёрный плащ, в который была укрыта Юн Га Ыль, было тем самым, что носил Ли Са Ён в фрагменте. И, возможно, изначальным владельцем «Клыка василиска», найденного в разломе на Западном море, был именно тот Ли Са Ён.

Мир, обречённый на разрушение, тих и знаком. Как разлом на Западном море.

Если бы тот «Ли Са Ён» был здесь… если бы разлом на Западном море и этот мир были как-то связаны…

Ча Ый Джэ тихо спросил:

— Ты помнишь, кто дал тебе это?

— А? Я ничего подобного не получала…

Юн Га Ыль ответила, всё ещё выглядя растерянной. Ли Са Ён добавил, стоя рядом с ней:

— Но тебя укрыли этим.

— А? Правда?

— Как коконом.

— Са Ён.

— Что?

Ли Са Ён пожал плечами. Юн Га Ыль, теребя плащ, наклонила голову и пробормотала:

— Я была одна?

— Да. Ты лежала, укрытая плащем, в полном одиночестве.

— …Я этого не получала, но… кажется, я могу догадаться, кто его оставил. Хотя не уверена.

Кто-то. Ча Ый Джэ слегка нахмурился. Когда Юн Га Ыль просила о помощи…

— Га Ыль, ты ведь говорила, что здесь ничего не было, когда ты появилась в моём сне?

— Я не врала! Здесь действительно ничего не было. Честно. Но…

— Тогда объясни нормально.

Холодный голос перебил её. Ли Са Ён сверлил взглядом Юн Га Ыль, скрестив руки на груди.

— Ты, наверное, знаешь больше, чем мы.

Юн Га Ыль, замявшись, склонила голову.

— Вы правы… Извините.

— Эй, она наверняка испугалась. Она ведь была совсем одна в этом месте… Ты мог бы дать ей время успокоиться.

— Ох, точно…

Ли Са Ён усмехнулся.

— Просто вы тут свои секретные беседы ведёте… Меня это немного раздражает. Извините?

Ча Ый Джэ легко ударил Ли Са Ёна по бедру, не слишком сильно, чтобы это причинило боль. Ли Са Ён наклонился и прошептал ему на ухо:

— У тебя ведь много секретов, верно, хён?

— …

— Ну… надеюсь, теперь ты расскажешь мне всё.

Его длинный палец слегка коснулся затылка Ча Ый Джэ, словно нажимая клавишу пианино, затем прошёлся по скрытой части уха, спрятанной под волосами, прежде чем отступить. Щекочущее, тёплое ощущение пробежало по спине Ча Ый Джэ. Он схватился за ухо и стиснул зубы.

«Этот мерзавец, раз уж понял, что его яд на меня не действует, просто трогает меня, как вздумается».

Тихий смех щекотал ухо. Ли Са Ён наклонил голову в сторону Юн Га Ыль.

— Объясни всё подробно. Включая то, о чём ты шепталась.

— …

— Тот, кто привёл меня сюда, особо ничего не объяснил…

Пальцы, которые только что исчезли, снова вернулись, щекоча затылок Ча Ый Джэ. Тот невольно вздрогнул.

Юн Га Ыль смотрела на Ча Ый Джэ тревожным взглядом. «Ты привёл его сюда?» — примерно так это можно было понять. Ча Ый Джэ опустил голову. Он не собирался приводить его сюда, но всё получилось именно так. И…

«Чёрт».

Ча Ый Джэ потер губы тыльной стороной руки и заговорил:

— Верно, было бы полезно, если бы ты рассказала всё подробно. С самого начала, с того момента, как ты оказалась здесь… шаг за шагом.

Будто похвалив за правильный ответ, пальцы на его затылке слегка поцарапали кожу. Ощущение было беспокойным, странным и сбивало с толку, заставляя его запинаться в словах. Но, к счастью, Юн Га Ыль, похоже, что-то вспомнила, потому что её взгляд опустился.

— Когда я очнулась, я была здесь. Я долго шла, но ничего не было. Правда… всё было тихо… всё было разрушено, разбито, я чувствовала, что я единственное живое существо, я даже монстров не видела, и чем больше думала о фрагменте, тем сильнее тревожилась, скучала по маме, по друзьям… Вот так.

Юн Га Ыль шмыгнула носом и заговорила быстрее:

— Я не знала, почему я здесь и как вернуться… Но я не могла жить здесь вечно. Тогда я подумала, что могу связаться с Чон Бин-нимом и J. Поскольку я могу видеть фрагменты через сны, я подумала, что смогу найти дорогу, если постараюсь…

— Значит, поэтому ты попала в мой сон.

— Да. На самом деле я не думала, что это сработает. Я даже не смогла найти путь в сон Чон Бин-нима…

— …

— После того как я нашла сон J… я просто долго шла. Думала, может, что-нибудь найду, если буду идти. Ах, я знаю, что, когда теряешься, надо оставаться на месте…

Она теребила пальцы и пробормотала:

— Но если бы я ничего не делала, мне казалось, я бы просто сошла с ума…

Он понял её.

Ча Ый Джэ знал страх тишины, наступающей, когда вся жизнь исчезает. Наверное, никто не понимал этого лучше него.

Ужас, который приходит, когда слышишь только своё сердцебиение и дыхание. Когда, как бы громко ты ни кричал, никто не отвечает. Когда даже обострённые чувства не могут обнаружить ни следа жизни… всё это давит беспомощностью. Одиночеством.

Изоляцией.

— Я понимаю.

— …

— Ты всё сделала правильно.

И поэтому он мог искренне утешить её. Пальцы на его затылке перебирали волосы и двигались, будто поглаживая.

Ча Ый Джэ не оттолкнул руку. Он просто принял это тепло. Юн Га Ыль, казалось, снова сдерживала слёзы, но на этот раз она не разрыдалась, как раньше. Вместо этого она грубо вытерла глаза и продолжила:

— …После столь долгой ходьбы у меня начали болеть ноги. Поэтому я стала искать место, где можно присесть.

***

Хруст, хруст, хруст… Её шаги, прерывающие тишину, постепенно замедлялись. Её дыхание становилось прерывистым и тяжёлым. Странно, она не чувствовала голода, но ноги болели так, будто вот-вот откажут. Юн Га Ыль с раздражением пнула землю. Пепел разлетелся в воздухе.

— Если бы я знала, что всё будет так, надела бы спортивные штаны, чёрт возьми…

Слова, которые она обычно держала при себе, сорвались с языка. Это чуть-чуть помогло почувствовать себя менее одинокой.

Как же было бы здорово найти хоть что-нибудь. Пусть даже просто труп монстра. Но затем она яростно затрясла головой. Какая ужасная мысль!

В конце концов, она остановилась. Ноги так болели, что она не могла сделать ни шага. Юн Га Ыль начала бормотать всё, что приходило ей в голову.

— …Скучаю по маме.

Мне не стоило так раздражаться, когда она пыталась разбудить меня по утрам. Юн Га Ыль шмыгнула носом. К этому моменту она скучала не только по маме, но даже по своему «Учебному пособию». Никогда бы не подумала, что будет тосковать по этой ужасной штуке.

— Интересно, как там остальные…

Должно быть, им было очень страшно. Интересно, узнали ли они, что я пробуждённая? Ну, ничего не поделаешь. На самом деле, было бы довольно круто, если бы люди узнали, что обычная школьница оказалась пробуждённой. Я хочу сходить с друзьями в караоке. Хочу поесть ттокпокки. А ещё…

Её бессвязные мысли резко оборвались. Юн Га Ыль крепко сжала юбку школьной формы. Её руки покрылись холодным потом. Она больше не слышала шелеста травы, колебания листьев на ветру или шума голосов.

Конец света всегда тих.

Холодный пот стекал по вискам, её лицо побелело. Тело не переставало дрожать.

— Мне так страшно…

Ответа не последовало. От этого становилось ещё страшнее, ещё ужаснее.

И тогда.

Топ, топ… Её острые уши уловили звук чьих-то шагов. Юн Га Ыль резко подняла голову и принялась лихорадочно озираться. Но присутствие вскоре исчезло. Тишина вновь окутала её. Неужели я уже схожу с ума? Слышу то, чего нет? Юн Га Ыль машинально потёрла уши, когда—

Топ, топ, топ…

Шаги приближались. Правда? Юн Га Ыль развернулась на звук.

— …

— …Ах.

Юн Га Ыль ахнула. Среди пустых белых руин стояло нечто крупное и чёрное. Обычно она бы сразу побежала прочь, но после долгих скитаний в тишине она больше не испытывала страха.

Присмотревшись, она поняла, что это что-то похоже на человека. Человек в чёрном плаще, полностью скрывавшем его фигуру. Чёрная ткань слегка развевалась. Юн Га Ыль осторожно спросила:

— …В-вы человек?

— …

Под глубоким капюшоном мелькнула бледная, резкая линия подбородка. Потрескавшиеся, сухие губы зашевелились.

— Следуй за мной.

Голос был хриплым и грубым, словно его давно не использовали.

Глава 138

— Следуй за мной.

С этими краткими словами он развернулся и зашагал прочь.

— Подожди, стой! — окликнула его Юн Га Ыль, поспешно зашагав следом.

Она уже забыла о своих подозрениях, что он может быть плохим человеком, и даже о пульсирующей боли в ногах. Было просто облегчением встретить кого-то в этой пустынной местности. Сквозь серо-черный плащ она заметила его изношенные сапоги, осыпанные пеплом. В пепле оставались следы их шагов.

Однако, чем больше она старалась угнаться за его следами, тем дальше он отдалялся. Тяжело дыша, Юн Га Ыль почувствовала сладковатый привкус во рту. Плащ, который только что развевался прямо перед ней, оказался теперь далеко впереди.

«Он такой быстрый, или это я слишком медленная?»

«Использует какую-то телепортацию? Он действительно слишком быстрый...» — подумала она, выравнивая дыхание и шмыгнув носом. Но вдруг шаги, которые становились все тише, неожиданно прекратились.

— ...

Он стоял впереди, тихо наблюдая за ней. Почувствовав себя неловко, Юн Га Ыль пробормотала:

— Извините... Ноги болят.

— ...

Фигура в черном плаще не ответила, но вместо этого бросила что-то ей. Это был старый кожаный мешочек. Юн Га Ыль едва поймала его, неуклюже открыла и обнаружила внутри множество зелий, которые на первый взгляд выглядели крайне ценными.

«Он хочет, чтобы я выпила это?» — неуверенно подумала она, вытащив красное зелье, и бросила взгляд на него. Он ответил:

— Нам нужно идти дальше.

«Может, у него какое-то состояние, из-за которого он не может много говорить?» — подумала Юн Га Ыль. К счастью, он терпеливо ждал, пока она выпьет зелье и немного передохнёт. Подойдя ближе, она ощутила запах, смешанный с горечью пепла и сладостью. Это была такая сильная сладость, что казалось, будто где-то растворили огромное количество сахара.

«Что это такое?»

Она понюхала воздух, но сладкий аромат исчез так же внезапно, как появился. «Наверное, мне показалось», — подумала Юн Га Ыль, потерев нос. Тем временем фигура в плаще снова пошла дальше. Юн Га Ыль зашагала за ним, лениво покачивая кожаным мешочком. Несмотря на его подозрительность, она всё больше убеждалась, что он не плохой человек, и начала задавать вопросы.

— Куда мы идём?

— ...

— Э-э... Здесь что, совсем нет монстров?

— ...

— И сколько нам ещё идти?

Казалось, настоящее чудо, что он вообще сказал хоть что-то раньше. Она задала несколько вопросов, но в ответ не получила ни звука. Ей казалось, что она разговаривает с глухой стеной. Раздосадованная, Юн Га Ыль пробормотала себе под нос и снова посмотрела на его плащ. После того как они продолжили путь, расстояние между ними больше не увеличивалось.

Окружающий пейзаж начал меняться. Улица, усыпанная обломками разрушенных зданий, сменилась относительно ровной поверхностью. Это раньше была дорога? Вскоре они подошли к полуразрушенному строению, от которого остались лишь каркас и несколько стен. Называть это зданием было бы слишком громко.

Фигура в плаще вошла первой. Юн Га Ыль последовала за ним, оглядываясь по сторонам. Он коротко произнёс:

— Отдыхай.

— Что? Ах, хорошо…

Юн Га Ыль медленно опустилась на пол. Наконец-то она почувствовала, что может перевести дух. Легонько похлопывая свои уставшие ноги, она посмотрела на мужчину. Он прислонился к стене. Внезапно она задала вопрос:

— Эм… Почему вы мне помогаете?

— ...

Конечно, она и не ожидала ответа. Юн Га Ыль снова пробормотала себе под нос, опустив голову. Но вдруг —

— Потому что ты его позвала.

— Что?

Юн Га Ыль резко подняла голову. Его острый, сухой подбородок был направлен прямо на неё. «Потому что ты его позвала». Кого? Был только один человек, которого Юн Га Ыль могла звать.

J.

«Не может быть».

Холод пробежал по её спине. Пот начал скатываться каплями. Юн Га Ыль осторожно сжала кулаки. Ей стоило предупредить его не приходить? Но как, если этот мужчина прямо здесь? А если J не придёт, то в этом мире, где настал апокалипсис, она останется совсем одна…

Из трещин в полу начало пробираться что-то белое, обвивая её ноги. Это выглядело и ощущалось точно так же, как то, что сжало её шею перед тем, как она оказалась здесь. Задыхаясь, Юн Га Ыль задержала дыхание.

Холодный голос прорезал тишину над её головой.

— Остановись.

— …Ах, уф.

— Не думай.

— …Э-э…

— Не думай ни о чём.

«Как я должна это сделать?!»

Юн Га Ыль крепко зажмурилась. Если тебе говорят не думать о слоне, ты, конечно же, сразу думаешь о слоне! Белые щупальца уже начали подниматься по её рукам. Хаа… Она услышала долгий выдох.

— Эй.

Юн Га Ыль осторожно открыла глаза. Она не могла чётко видеть через белые щупальца, которые её обвивали, но почувствовала, что он сидел на корточках прямо перед ней в расслабленной позе. Только она успела сделать резкий вдох, как он протянул руку и грубо сорвал с себя капюшон. Из-под него высыпались чёрные волосы.

— Я…

— ...

— Всё, что я могу, — это наблюдать. Смотреть на неизбежный конец, который придёт. Отсюда.

— ...

— Но причина, по которой я помог тебе…

Сквозь длинные волосы, закрывавшие его лицо, она увидела его глаза. Острые, с едва заметным фиолетовым оттенком.

— …в том, что он бы этого хотел.

Несмотря на то что эти глаза казались пылающими, в них ничего не отражалось.

Глаза Юн Га Ыль расширились. Краткий взгляд на его глаза показался ей странно знакомым. Где она их уже видела? Мрачный блеск в его взгляде тут же исчез. Если бы только она могла разглядеть их чуть дольше, возможно, вспомнила бы.

Вдруг что-то чёрное появилось перед её глазами. Лёгкий отблеск серебра — и тьма окутала её.

«Дайте хотя бы договорить!»

Её сознание медленно угасало, и веки закрылись. Белые щупальца, оплетавшие её тело, начали распутываться. Напряжение в её теле ослабло. Низкий голос прозвучал рядом.

— Скажи ему вот что: всё течёт туда, куда должно… так что ему не о чем беспокоиться.

Юн Га Ыль с трудом удерживала сознание и спросила:

— Почему… вы… сами ему… не скажете?

— …Какой глупый вопрос.

Он усмехнулся.

— Причина в том…

Послышался звук, как он поднялся, и шорох наполнил воздух. Его низкий смех эхом разнёсся вокруг.

— Если бы я встретил его…

***

— …А когда я очнулась, я оказалась здесь. Думаю, этот плащ принадлежит тому мужчине.

— Ты знаешь, что он сказал в конце?

— Нет… Я услышала только до этого момента. Остального не успела. Простите, — ответила Юн Га Ыль, тяжело вздохнув. Её руки нервно теребили край юбки, выдавая беспокойство. Она бросила взгляд на Ча Ый Джэ, потом на Ли Са Ёна, стоявшего позади него, и снова опустила голову.

Ча Ый Джэ тоже был встревожен услышанным. Владелец чёрного кожаного плаща, фиолетовые глаза, сиявшие, как будто они горели белым огнём, и явная грубость в его кратких словах. Ча Ый Джэ прикрыл рот кулаком, нахмурившись.

«…Чёрт, разве это не Ли Са Ён?»

Этот мир был обречённым. И Ча Ый Джэ уже «видел» Ли Са Ёна из этого разрушенного мира. В фрагменте, который показала ему Юн Га Ыль, Ли Са Ён тонул во тьме, оставаясь безучастным даже тогда, когда Пчела и Пэ Вон У пытались его найти.

— …

Фигура в чёрном плаще сказала, что он здесь, чтобы наблюдать за грядущим концом. Ча Ый Джэ машинально дотронулся до плаща, разложенного на полу. Изношенная кожа была мягкой, утратившей былую жёсткость. В воздухе всё ещё витал сладкий запах.

«Третий шанс».

Если мир, в котором они жили, был третьим шансом, это означало, что два апокалипсиса уже произошли, и время дважды было повернуто вспять. Хотя никто из них этого не помнил. Но Ча Ый Джэ видел проблески этих других миров.

Согласно тому, что показал ему Хон Ё Сон в Мемориальном подземелье, Ча Ый Джэ сам повернул время вспять. Ли Са Ён погиб, и, не имея возможности предотвратить грядущий апокалипсис, он решил отмотать время для второго шанса.

В мире, который показала Юн Га Ыль, первым погиб Ча Ый Джэ. Ли Са Ён потерял его и превратился в развалину. Так кто же повернул время вспять в этом мире?

Чтобы повернуть время, нужен был «опорный пункт».

В мире, где Ча Ый Джэ погиб, кто стал этим пунктом?

— …

Ча Ый Джэ внезапно поднял голову. Позади него раздался озадаченный голос:

— Хён?

Ча Ый Джэ сжал кулак.

«Это, должно быть, был Ли Са Ён, чёрт возьми…»

Ча Ый Джэ знал свою силу. Он не до конца понимал, что означает быть «опорным пунктом», но знал, что это нечто, что невозможно совершить без крайней решимости. И, учитывая строгость системы, он точно не мог использовать такую вещь дважды! На ладони, сжатой в кулак, выступил холодный пот.

«Если Ли Са Ён повернул время вспять…»

Почему Ли Са Ён, ставший опорным пунктом, всё ещё блуждает по разрушенному миру, словно призрак?

«Побочный эффект? Его силы недостаточно? Или есть какая-то другая проблема? Или это просто так работает?»

Если бы только можно было взглянуть на те часы и прочитать описание… Тогда все эти догадки можно было бы подтвердить. Ча Ый Джэ вытер ладонь о брюки вместо фартука, а затем застыл, приоткрыв рот.

Фартук и изношенный половник, которые Ли Са Ён принёс с собой, когда его затянуло… Где они должны быть? В том ресторанчике с похмельным супом. Пак Ха Ын и бабушка. То самое место, куда он первым делом отправился после побега из разлома в Западном море.

Ресторан с похмельным супом.

Бабушка не выгнала потрёпанного Ча Ый Джэ, а подала ему тёплую миску супа. Но у Ча Ый Джэ не было ничего, чтобы отплатить за её доброту. Всё, что он имел, — это пустая бутылочка из-под зелья и его собственное тело. В отчаянной попытке хоть чем-то отблагодарить, он начал рыться в своих вещах…

— А.

Он снял серебряные часы, о которых даже не помнил, что носил, и протянул их ей.

Те самые часы, которые Ча Ый Джэ из времени после перезапуска показывал Хон Ё Сону!

Ча Ый Джэ застыл, а затем внезапно закричал и вскочил на ноги.

— Аааааа!

— Хён?

— J?

— Чёрт побери!

Ли Са Ён и Юн Га Ыль смотрели на него с недоумением. Но на их взгляды не было времени обращать внимание. Его сердце бешено колотилось. Ча Ый Джэ был в панике.

— Мы… мы должны идти. Прямо сейчас.

— Куда?

Ключ ко всем этим проблемам лежал в ресторане с похмельным супом.

— В ресторан с похмельным супом!

Всё это время было там!

Глава 139

— Ресторан с похмельным супом? Внезапно?

Ли Са Ён посмотрел на Ча Ый Джэ с недоумением. Юн Га Ыль тоже уставилась на него с озадаченным выражением. Но Ча Ый Джэ был не в состоянии отвечать. Он схватился за голову обеими руками.

«Чёрт, как я мог это забыть?»

Одно было ясно — это были часы, которые он получил с самого момента своего пробуждения. Ведь это подарок от системы, вручённый первому пробуждённому!

Но тогда они не казались чем-то особенным, и он подумал, что система просто раздаёт сувениры.

«Чёрт побери, я думал, это просто для показухи».

Более того, для такого, как Ча Ый Джэ, привыкшего к трудной жизни, аксессуар, который даже не был высокопроизводительным предметом, казался излишеством. Поэтому он сунул его в инвентарь и…

Полностью забыл о его существовании. Жизнь была слишком беспокойной!

Так почему же, выбравшись из разлома в Западном море, Ча Ый Джэ вдруг надел часы, о которых давно забыл?

«Почему ты это сделал?»

Не знаю.

Даже задавая себе этот вопрос, он не мог найти ответ. Решив одну загадку, он тут же натыкался на новую. Это сводило его с ума. Ча Ый Джэ издал тихий стон.

Тем временем единственный, кто знал, почему нужно было идти в ресторан с похмельным супом, был слишком занят, чтобы разобраться. Двое других просто не знали, что делать, и могли лишь наблюдать. Но смотреть, как он изводит себя, они больше не могли.

Ли Са Ён тихо цокнул языком и громко хлопнул в ладони, привлекая внимание.

— Ладно, допустим, нам нужно в ресторан с похмельным супом. В любом случае нам нужно вернуться.

— А?

— Есть способ вернуться в наш мир?

Ча Ый Джэ застыл на месте, всё ещё сжимая голову руками. Взгляд Ли Са Ёна стал острым.

— …А, ты пришёл сюда, не разобравшись с этим? Просто так?

— …

— Разве это не слишком беспечно — не иметь никакого плана? Обеспечение пути к отступлению — это минимум…

— …Прости.

Ча Ый Джэ пробормотал извинение. Ли Са Ён, который только что резко его отчитывал, запнулся. Ча Ый Джэ, чьи волосы теперь были взъерошены из-за того, что он сам их терзал, глубоко опустил голову.

— Это моя вина. Я не думал, что вы окажетесь втянуты.

— …

— Если бы я знал, что так выйдет, я бы никогда не позволил вам попасть в это…

Вид его склонённой головы что-то всколыхнуло в Ли Са Ёне. Это было похоже на глухую боль где-то в районе сердца. Впервые он испытал подобное, когда Ча Ый Джэ появился в том жалком состоянии в порту Инчхон.

Ли Са Ён стиснул зубы и вдруг схватил Ча Ый Джэ за руку. Ча Ый Джэ посмотрел на него широко раскрытыми глазами. В его ярко-голубых глазах полностью отражался Ли Са Ён.

— Не извиняйся, — пробормотал Ли Са Ён сквозь сжатые зубы.

— Что?

— Не извиняйся.

Ча Ый Джэ не сделал ничего плохого Ли Са Ёну. Ничего.

— Но всё же…

Ли Са Ён протянул руку и растрепал его взъерошенные волосы, достаточно грубо, чтобы это выглядело вызывающе. Как и ожидалось, Ча Ый Джэ, как старик, сразу же схватил его за руку.

— Эй, что ты…

— Юн Га Ыль.

— Да?!

Игнорируя попытки Ча Ый Джэ убрать его руку, Ли Са Ён кивнул в сторону Юн Га Ыль.

— Ты что-нибудь знаешь?

— Эм… можно мне немного подумать?

— Ты только и будешь думать?

— Лучше думай быстрее.

Игнорируя пальцы Ча Ый Джэ, пытающиеся оттолкнуть его руку, Ли Са Ён начал приводить в порядок его растрёпанные волосы.

— Кажется, сюда переместились только наши души… Было бы плохо оставаться разлучёнными с телами слишком долго.

— …Ах, верно. Чон Бин тоже так говорил. Нам нужно поторопиться.

— Хм… Ах! Тогда, может быть… J, в том эродированном подземелье…

— А?

Вскоре волосы Ча Ый Джэ снова стали выглядеть аккуратно. Нет, даже немного по-другому. Ли Са Ён прищурился. Цвет его волос стал чуть светлее. Как будто чёрные волосы окропили белой краской.

Или словно цвет выцвел.

— …

— Вы говорил Хон Ё Сон-щи, что реконструкция подземелья была вызвана J.

— Это так.

— Что заставило вас быть в этом уверенным?

— Есть кое-что, но…

Ча Ый Джэ умолк. Прядь бледно-серых волос упала ему на лицо.

— Когда вы и я увидели фрагмент, реконструированное подземелье напоминало мир, переживший разрушение. Точно как это место.

— …

— У меня было чувство, что что-то связано. Если вы что-то знаете, пожалуйста, скажите. Это может быть ключом, J.

Тревожный взгляд скользнул по его щеке. Что заставляло его так нервничать? Было трудно понять. Ли Са Ён хотел выкопать корень тревоги Ча Ый Джэ. Полностью вскрыть, исследовать, уничтожить. Чтобы он больше никогда не чувствовал беспокойства. Чтобы он мог жить хоть немного спокойно, делая лишь то, что хотел.

Ли Са Ён намеренно улыбнулся Ча Ый Джэ, который смотрел на него. Затем мягко подбодрил его:

— Почему бы тебе не рассказать?

— …

Ча Ый Джэ почесал голову и наконец заговорил:

— …С самого момента, как Юн Га Ыль впервые показала мне фрагмент, я подумал, что этот… мир, переживший разрушение, и эродированное подземелье… невероятно похожи на разлом в Западном море. Нет, можно даже сказать, что они идентичны.

— …

— Когда Юн Га Ыль упомянула эродированное подземелье, я не отказался, потому что… просто услышав об этом, я сразу вспомнил разлом в Западном море.

Ча Ый Джэ пробормотал тихим голосом:

— Они так похожи… Это не может быть совпадением. Я подумал, что должна быть причина.

— …

Ча Ый Джэ крепко сжал кулаки, сам того не осознавая. Его руки слегка дрожали.

— То есть ты думаешь, что разлом в Западном море, эродированное подземелье и, более того, этот мир, переживший разрушение, могут быть связаны?

— …Да. Это всего лишь гипотеза.

— Если исходить из этой гипотезы…

Ча Ый Джэ поднял голову. Ли Са Ён огляделся вокруг.

— Тогда причина эрозии может быть здесь.

Седоволосый мужчина кивнул молча. Его лицо, когда-то полное энергии, теперь побледнело. Осознавал ли он это? Что все его эмоции отражались на лице. Ли Са Ён отвернулся, чтобы посмотреть за стену.

В мире, пережившем разрушение, солнце никогда не садится. Есть только бесконечный дневной свет. Если слишком долго находиться в таком месте, видя лишь белое, твои глаза сгорят. Как у Нам У Джина. Если бы разлом в Западном море был таким, то чудо, что глаза Ча Ый Джэ не сгорели. Ли Са Ён скрестил руки на груди и кивнул подбородком в сторону за стену.

— Тогда давайте двигаться, исходя из этой гипотезы.

— …Ты мне веришь?

— А почему нет?

Ли Са Ён наклонил голову, выражая недоумение.

— Мир и так в хаосе со Дня разлома, а моя душа была втянута сюда каким-то Мемориальным подземельем или чем-то подобным.

— Ах да. Мне ещё нужно поговорить с тобой о Мемориальном подземелье…

— Опять что-то новое?

В этот момент из поля зрения Ли Са Ёна поднялась рука. Наконец он посмотрел вниз. Юн Га Ыль с решительным выражением лица подняла голову к ним.

— Простите… Мне действительно очень неловко спрашивать, но…

— Да?

— …Что такое Мемориальное подземелье?

— …

— …

Они втроём обменялись взглядами. Это был момент, когда нужно было разобраться и поделиться информацией. Ча Ый Джэ был очень хорошим человеком, но проблема была в том, что он прыгал из одной мысли в другую, как резиновый мяч. Было трудно понять, справится ли он даже с работой в ресторане. Ли Са Ён раздражённо закатал белые рукава до локтей.

— Все, выходите.

Через мгновение они втроём стояли на ровной равнине, покрытой мягким белым пеплом. Если быть точным, двое стояли, а Ли Са Ён присел на землю, что-то чертя пальцем. Через некоторое время он сдул пепел с чёрных кончиков своих пальцев и встал.

— …Подведём итоги.

Земля, покрытая белым пеплом, была исписана буквами, написанными пальцем Ли Са Ёна.

— Мы этого не знали, но, оказывается, мир переживал конец дважды. Не один раз.

— Да.

— Юн Га Ыль видела пока только один фрагмент. И это…

Мир, где умер Ча Ый Джэ. Ли Са Ён проглотил эти слова. Почему Ли Са Ён из того мира позволил Ча Ый Джэ умереть? Чем он занимался, пока такой сильный человек, как Ча Ый Джэ, погибал? Он не мог этого понять.

И то, что Ли Са Ён не мог заставить себя сказать, Ча Ый Джэ произнёс с пугающей лёгкостью.

— Мир, где первым умер J, правильно?

Это звучало ужасающе. Ли Са Ён скривил губы. Лёгкий толчок в бок отвлёк его на миг, но он проигнорировал это, сложив руки на груди и закрыв глаза.

— Да… верно. Я видела бесчисленное множество фрагментов, но ни разу не видела мира, где Хон Ё Сон-щи и J существуют вместе. Каждый из них был миром, где выживал только Ли Са Ён. Но есть кое-что странное.

— Что странное?

— Почему… давайте назовём это первым миром… Почему о нём никто не знал? В обоих мирах J повернул время назад, используя часы, верно? Так почему есть разница?

— Мне это тоже любопытно, но тот ублюдок Хон Ё Сон просто пробормотал что-то странное и исчез.

— Часы в ресторане с похмельным супом, верно?

— А? Да.

— Значит, нам всё равно придётся двигаться.

Если таинственный человек в плаще действительно Ли Са Ён, который потерял Ча Ый Джэ, сделает ли он что-то, чтобы навредить живому?

В таком случае, это не Ли Са Ён.

Это было ясно.

Должна быть причина, по которой Юн Га Ыль оказалась в этом месте. Ли Са Ён открыл глаза. Это, должно быть, для того, чтобы направлять действия Ча Ый Джэ. Он обязательно начнёт искать Юн Га Ыль, как только придёт в себя. Здесь поблизости что-то есть.

— Следуйте за мной.

— Ты что-то понял?

— Возможно.

Последовал звук двух пар шагов. Благодаря своему острому обонянию, Ча Ый Джэ не понадобилось много времени, чтобы уловить странный запах. Вскоре вместо ровной поверхности земля стала неровной. Перепады высоты оказались слишком резкими. В этот момент раздался крик сзади.

— Ты в порядке?

Ча Ый Джэ успел схватить Юн Га Ыль за руку, когда она чуть не упала. Юн Га Ыль закусила губу и кивнула. Она наклонилась и вытащила то, обо что споткнулась.

Это была кость.

— …

Ли Са Ён откинул ногой слой пепла на земле. Наконец, под пеплом появился череп с треснувшим лбом, словно широко раскрывающий рот.

— Это… Нет, это место… Постойте, подождите минуту.

— J? Что случилось?

Его бормотание дрожало, как будто он не мог взять себя в руки. Раздался глухой звук — кто-то упал на землю. Ли Са Ён быстро обернулся.

Ча Ый Джэ ползал на четвереньках, счищая пепел с земли. Там, где двигалась его рука, открывались бесчисленные кости.

— Ох, ох…

На кости упала капля воды.

Ча Ый Джэ плакал.

Глава 140

— …Хён?

Сознание помутилось. Ли Са Ён застыл на месте, будто его прибили к земле. Дышать было невозможно. Ча Ый Джэ, все еще стоя на коленях, неотрывно смотрел на кости, покрывающие землю.

— Этого не может быть…

Его голос звучал слабым и пустым, почти безучастным. Таким Ли Са Ён его никогда не слышал, до такой степени, что едва мог распознать в этом голосе Ча Ый Джэ.

Через мгновение Ча Ый Джэ пошатнулся, встал и начал идти. Ладони и колени его брюк были покрыты белыми пятнами от пепла. Лицо оставалось безэмоциональным, пустым, за исключением слез, которые не переставали литься.

Он плачет. Ча Ый Джэ плачет.

Дрожащий голос прорвал туман в сознании Ли Са Ёна.

— Подождите, если весь этот пол состоит из костей…

Юн Га Ыль подошла к небольшому холму и стерла скопившийся пепел, обнажив то, что выглядело как ребра. Она тихо вскрикнула. Их взгляды встретились, наполненные тревогой.

— Здесь, вот здесь. Неужели… это все…

— …

Ли Са Ён повернул голову, следя за отдаляющейся фигурой Ча Ый Джэ. Он шатался, направляясь куда-то. В его движениях было что-то странно знакомое.

Местность здесь была неровной, с небольшими холмами, разбросанными повсюду. Если все это действительно кости, как предположила Юн Га Ыль… и если поведение Ча Ый Джэ казалось таким знакомым… мир разрушен, напоминая разлом на Западном море… и единственный выживший из того разлома…

Ча Ый Джэ.

Ли Са Ён резко махнул Юн Га Ыль.

— Иди за ним!

— Что? А, хорошо!

Ли Са Ён бросился вслед за Ча Ый Джэ, который ушел уже далеко вперед. Оставлять его одного было нельзя. Это чувство становилось все сильнее. Странно, но чем ближе он приближался к фигуре Ча Ый Джэ, тем больше нарастала тревога. Ли Са Ён стиснул зубы. Наконец, догнав его, он замер.

Перед ними возвышался самый большой холм, который они видели до сих пор. Вокруг него тесно обвивались гладкие кости.

На вершине холма едва виднелся огромный череп с широко раскрытой пастью.

Ча Ый Джэ смотрел на холм. Его лицо, совершенно бледное, оставалось безжизненным, за исключением нескончаемого потока слез. Он пробормотал:

— Я… слишком поздно…

— Нет, ты не опоздал.

Ли Са Ён инстинктивно отрицал это. Но Ча Ый Джэ его не слушал.

— Нет… еще до этого… здесь уже было так много костей.

Его бормотание продолжалось. Неумолимо.

— Я убил василиска и пытался собрать тела товарищей… но все они смешались с монстрами, и я не смог найти всех. Тела были в клочья.

Ли Са Ён тоже видел это. Земля, усеянная костями, пропитанная кровью, без различия между монстрами и людьми, все перемешалось в жуткий хаос. А посреди разбросанных тел и луж крови кто-то сидел, сжавшись, весь в крови, бормотал себе под нос, глядя на несколько человеческих конечностей перед собой.

Ча Ый Джэ.

…Я?

Ли Са Ён поморщился и схватился за голову. Казалось, череп вот-вот треснет. Белая зола и кроваво-красная земля с костями накладывались друг на друга, мелькая перед глазами.

Он никогда этого не видел.

Но он видел это.

Ли Са Ён согнулся, сжимая голову руками. От головокружения его мутило.

— Ух…

— Ты… ты в порядке?

Между тем Ча Ый Джэ сделал еще шаг. Его белая, покрытая пеплом рука коснулась холма. В месте, где прикоснулась ладонь, пепел стерся, обнажая то, что скрывалось под ним.

Это были кости.

— Все было перемешано… я не мог их отличить.

— J! Постой…

— Я… я пытался что-то сделать, хоть что-нибудь. Но в итоге не смог никого спасти.

Ча Ый Джэ опустился на колени перед холмом. Его дрожащие руки начали счищать пепел с земли. Среди костей нечеловеческих существ были человеческие. Прозрачные слезы падали одна за другой. Из его хрупкой фигуры вырвался слабый, дрожащий голос.

— Я опоздал… и теперь все такие…

Нет.

— Все это…

Нет!

— Это все моя вина…

— Ча Ый Джэ!

Его имя, будто молния, прорвало звон в ушах Ча Ый Джэ. Он вздрогнул, поднял голову и повернулся на голос, окликнувший его. Ли Са Ён, сжимая голову руками, смотрел на него взглядом, полным гнева. Его фиолетовые глаза горели яростью. Среди моря белизны только они…

— Не говори такие глупости.

— Что?

Ли Са Ён резко махнул рукой Юн Га Ыль, которая нервно топталась позади.

— Юн Га Ыль. Осмотри это место, ищи что-нибудь необычное. Мне кажется, это как-то связано с разломом на Западном море.

— А… хорошо! Я позову, если что-то найду.

Юн Га Ыль кивнула, закрыла глаза, а затем снова открыла их. Ее глаза засияли ярким золотым светом. Перед тем как отойти, она бросила последний взгляд на Ча Ый Джэ. В ее взгляде читалась решимость, словно она говорила, что всё будет в порядке.

Звук легких шагов постепенно стих. Ча Ый Джэ молча смотрел на Ли Са Ёна. Тот, не колеблясь, опустился на одно колено перед ним. Его теплые, большие руки обхватили лицо Ча Ый Джэ, покрыв щеки и уши. Крики, что эхом звучали вокруг, начали таять под этой теплотой. Губы Ли Са Ёна зашевелились.

Прекрати думать об этом.

— Но…

Хён, ты сделал всё, что мог.

— Все эти люди стали такими…

Смотри на меня, Ча Ый Джэ.

Их глаза встретились. В фиолетовых глазах Ли Са Ёна Ча Ый Джэ видел самого себя. Большой палец Ли Са Ёна, потемневший от пепла, аккуратно стер слезы с глаз Ча Ый Джэ. Они были влажными. Только тогда Ча Ый Джэ осознал, что плакал. Ли Са Ён наклонился ближе. Его лоб мягко коснулся лба Ча Ый Джэ, теплый и нежный. Губы Ли Са Ёна двигались едва заметно.

Я рядом.

Единственный, кто может отвергнуть Ча Ый Джэ — это тот, кого ты спас. И он сейчас перед тобой.

Са Ён.

Всё в порядке.

Ча Ый Джэ с трудом сглотнул подступивший к горлу всхлип. Их лбы разъединились, и вскоре тепло, словно мягкая волна, наполнило его. Это было то, чего он так долго жаждал. Ча Ый Джэ обнял шею Ли Са Ёна и уткнулся лицом в его плечо. Только тогда из его груди вырвался тихий, подавленный всхлип.

Большая рука мягко погладила его по спине.

***

Ча Ый Джэ шмыгнул носом и моргнул опухшими глазами. Даже простое моргание напоминало, насколько сильно они были распухшими. Вдруг перед его глазами появилась рука, закрывшая их. Ча Ый Джэ пробормотал:

— Я уже в порядке.

— Конечно, в порядке.

— Нет, правда. Я успокоился.

— Тогда представь, что я делаю это, потому что мне так хочется.

— …

Ча Ый Джэ замолчал. Тихий смех щекотал его уши. В этот момент к ним приблизились легкие шаги, сопровождаемые угрюмым голосом.

— Простите. Я обошла всю территорию, но ничего не нашла. Всё здесь — просто…

Её голос оборвался, но всем было понятно, что она хотела сказать. Просто пепел и кости. Юн Га Ыль тихо кашлянула. При ближайшем рассмотрении её шея была влажной от холодного пота, а её лицо выглядело уставшим. Ча Ый Джэ спросил:

— Га Ыль, ты в порядке? Тебе плохо?

— О, нет… просто живот немного скручивает, но это терпимо.

У Юн Га Ыль почти не оставалось времени. Её первой забросило сюда, она дольше всех бродила по этому месту и больше всех оставалась разлучённой с душой и телом.

— …

— Нам нужно возвращаться как можно быстрее.

— Но…

Юн Га Ыль замялась, глядя в землю. Ли Са Ён, сидящий рядом, спросил:

— Хён, ты помнишь, кого убил здесь последним?

— Кого убил последним?

— Несмотря на то, что это место связано с разрушенным миром, оно все равно является разновидностью разлома. В тот момент оно должно было следовать правилам системы. Если так, то у разлома должен быть хозяин. Нам нужно убить хозяина, чтобы получить камень разлома…

И открыть закрытый разлом. Ча Ый Джэ убрал руку, закрывавшую его глаза, и ответил:

— О, это должно быть…

Ча Ый Джэ поднял взгляд на вершину холма. Даже спустя столько времени после смерти, гибкие кости, обвивающие холм, все еще принадлежали ему. Василиск. Ли Са Ён, тоже посмотревший на холм, прищурил глаза. Ча Ый Джэ кратко пояснил:

— Я вонзил меч в его голову.

— Правда? Тогда давай попробуем вонзить его снова.

— Что? Но он уже мертв.

— Ну, нам нужно что-то попробовать. Нам надо вернуться как можно быстрее. Какой меч ты использовал? Любой?

— Нет… он у меня до сих пор.

Ча Ый Джэ достал из самого дальнего угла своего инвентаря Клык Василиска. Черный меч дернулся в его руке, словно только что пойманная рыба.

[«Клык Василиска» хочет поговорить]

[Мысли Клыка: Подумать только, ты меня так забросил! Тебя настигнет проклятие!]

[Мысли Клыка: Ты вообще знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как ты меня доставал?]

[Мысли Клыка: Мало того, что ты меня забыл, так еще и положил рядом с другими оружиями!]

[«Клык Василиска» выглядит немного одиноким]

Оказывается, мечи тоже могут чувствовать одиночество. Но это правда: он действительно давно не доставал его. Наверное, с самого времени выставки мастеров. Даже в битве с големом он использовал копье.

«…Мне стоит чувствовать вину?»

Слегка неловко улыбаясь, Ча Ый Джэ протянул меч в сторону Ли Са Ёна. Клык снова дернулся.

[Мысли Клыка: Как ты смеешь передавать меня другому сразу после того, как наконец-то достал! Тебя настигнет проклятие!]

[Мысли Клыка: …А?]

Неугомонные движения в руке вдруг прекратились.

[Мысли Клыка: Хозяин?]

Глава 141

Хозяин?

Ча Ый Джэ огляделся, и взгляд его упал на человека, который вытащил Клык Василиска. Им оказался Ли Са Ён, стоящий в тех же самых одеждах, что и в Мемориальном подземелье, с ленивой сутулостью.

«Не может быть…»

Клык Василиска извивался, словно живая рыба, подтверждая правильность догадок.

[Мысли Клыка: Наконец-то, я встретил своего хозяина!]

[Мысли Клыка: Этот человек только игнорирует меня и скучный! Я хочу обратно!]

Однако так называемый хозяин, Ли Са Ён, лишь кивнул с безразличным выражением лица.

— Что ты делаешь, хён? Раз уж вытащил, вонзи его в череп.

— А, нет…

— …Чего?

[Мысли Клыка: Хозяин?]

[Клык Василиска выглядит шокированным.]

Даже без слов всё было ясно. Извивания в его руке внезапно прекратились. Вместо того чтобы признать или поприветствовать Клык, так называемый хозяин предлагал братское убийство. Хотя у Ча Ый Джэ не было привязанности к Клыку Василиска, всё же за время побега из разлома на Западном море между ними сформировалось что-то вроде товарищества. Ча Ый Джэ взглянул на Клык, который замолчал, хотя обычно был таким болтливым.

— …Ты в порядке?

— Ты должен спрашивать это у себя…

— Нет, не у тебя. У него.

Клык Василиска остался безмолвен. Несмотря на сомнения, Ча Ый Джэ согласился, что побег из этого места был первоочередной задачей, как и предлагал Ли Са Ён. Он крепче перехватил Клык в руке. Чувство дежавю нахлынуло, но оно не сбивало с толку. Теперь у него были люди, которых он должен был защитить.

Юн Га Ыль оставалось мало времени. Он должен был вернуться. Ча Ый Джэ посмотрел вниз, на кости у своих ног, вероятно, перемешанные с останками его товарищей. Однако…

— …

Сможет ли он вернуться сюда?

Снова сбежать, оставив их позади?

Может быть, это его последний шанс.

— Вы сможете вернуться, J.

Уверенный голос прозвучал рядом. Ча Ый Джэ поднял голову. Юн Га Ыль, закашлявшись, смотрела на него своими сияющими золотыми глазами.

— Наши души запомнили бы дорогу сюда. Мы, возможно, не сможем вернуться сюда много раз, но всё же сможем двигаться. Так же, как я нашла вас, J, после того, как меня затянуло сюда.

— …

— Но вы, наверное, хотите найти их прямо сейчас…

Юн Га Ыль опустила голову и нервно поиграла пальцами.

— Простите, что не могу помочь вам найти их здесь. Хотелось бы, чтобы у нас было больше времени…

Несмотря на уверенность в том, что вернуться возможно, небольшая тревога оставалась. Вина за то, что он не смог их спасти, навсегда останется с Ча Ый Джэ. Но.

— …Нет, благодаря тебе я теперь знаю, что здесь есть товарищи.

— …

— Если бы не ты, я бы продолжал блуждать у разлома Западного моря, ничего не сумев сделать.

Ча Ый Джэ встретился взглядом с Ли Са Ёном, который стоял за Юн Га Ыль. Увидев единственный успех своего пути, Ча Ый Джэ усмехнулся, слегка вызывающе.

— Спасибо.

Юн Га Ыль сжала губы и кивнула, грубо вытирая глаза рукавом. Ча Ый Джэ глубоко вдохнул, а затем прыгнул высоко в воздух.

Поп —

Ча Ый Джэ мягко приземлился на кости. Перед ним предстала гигантская змеинная голова с широко раскрытой пастью. Острые зубы и нижняя челюсть были покрыты белым пеплом. В центре черепа виднелось черное пятно — след от удара Клыка Василиска.

«Это действительно то самое место».

То же, что и разлом Западного моря.

Сердце забилось сильнее. Тревога сдавила грудь, страх перед тем, что снова наступит тишина, был удушающим. Раны, оставленные на душе Ча Ый Джэ, ещё долго не заживут. Но сомнения были лишними. Нужно было сделать всё возможное.

Ча Ый Джэ схватил Клык Василиска обеими руками. Затем он поднял его высоко над головой —

Глухой удар, и он вонзил его в старый шрам.

— …

Вуум… Ча Ый Джэ поднял взгляд. Неподвижный воздух начал вибрировать, течение изменилось. За Клыком Василиска появился белый вихрь.

— Ах, получилось…

Из груди вырвался вздох облегчения. Ча Ый Джэ, обессиленный, облакотился на Клык, выдыхая. Скрип! Тихий звук сопровождался лёгким приземлением. Ли Са Ён стоял рядом с Юн Га Ыль, закутанной в чёрный плащ, зажатой под его рукой. Бледная, Юн Га Ыль прикрыла рот и прошептала:

— Этот… этот яд… Я не должна прикасаться к вам…

— Стой сама.

— Да, да…

Юн Га Ыль, покачиваясь, встала на ноги. Они молча стояли перед вихрем. Но времени колебаться не было. Ча Ый Джэ дал знак остальным двоим глазами. Затем он вытащил Клык Василиска и первым прыгнул в вихрь.

…Ча Ый Джэ открыл глаза.

Его встретил тёмный потолок. Ча Ый Джэ резко сел. После нескольких морганий, чтобы привыкнуть к темноте, он начал различать окружение. Он лежал на кровати в неосвещённой комнате. Острая боль отозвалась на тыльной стороне его руки.

— Что за…

На руке была закреплена капельница. Это, вероятно, Со Мин Ги позаботился об этом? Ча Ый Джэ осторожно снял иглу и огляделся. Рядом стояла ещё одна кровать. Он отодвинул штору, окружавшую её. На кровати лежал Ли Са Ён, к его руке тоже была подключена капельница.

— …Ли Са Ён.

Он осторожно позвал его, и тонкие брови мужчины слегка дрогнули.

— Ух… — тихий стон, и глаза Ли Са Ёна медленно открылись.

— …А… Где это?

— Не знаю. Возможно, больничная палата?

— …Ух.

Ли Са Ён схватился за голову.

— Подожди, у тебя болит голова? Я пойду позову кого-нибудь.

Ча Ый Джэ поспешно открыл дверь. Перед ним открылось странно знакомое пространство. Заброшенное и безжизненное место, настолько пустое, что возникал вопрос, живёт ли здесь вообще кто-нибудь. В гостиной стоял знакомый диван. Это был дом Ли Са Ёна.

И…

Ча Ый Джэ неподвижно смотрел в большое окно.

С неба падал белый пепел.

— …Почему?

В этот момент в тишине гостиной раздался звуковой сигнал. Источником оказался домофон.

— Глава гильдии, это Со Мин Ги. Поскольку это не требует прямого доклада, я оставляю записанное сообщение. Обстановка снаружи не из лучших. Чёрная дыра внезапно стала белой, и из неё продолжает падать обломки. Более того, на улицах бродят бесчисленные заражённые, нападая как на гражданских, так и на пробуждённых, будто ждали этого момента.

Почему?

— В данный момент гильдия Падо перешла в режим чрезвычайного положения и по приказу заместителя главы гильдии Пэ Вон У сосредоточилась на спасении гражданских и борьбе с заражёнными. На этом мой доклад закончен.

— …

После долгой паузы прозвучала последняя фраза.

— Я искренне надеюсь, что вы и глава гильдии вернётесь скорее, J.

Пи-и-и… Домофон отключился. Ча Ый Джэ приложил холодную руку к стеклу и неподвижно смотрел наружу. Картина перед его глазами была из разрушенного мира. Такого не должно было произойти в этом мире. Что пошло не так? Должно быть, что-то это вызвало.

В этот момент он почувствовал вибрацию в пустом воздухе. Ча Ый Джэ, словно ведомый инстинктом, залез в свой инвентарь. Клык Василиска вибрировал.

Когда он достал Клык, его мысли стали явными.

[Мысли Клыка: Это потому, что Хозяина больше нет.]

— Что? Что ты имеешь в виду?

[Мысли Клыка: …Разве ты не понимаешь? Идиот.]

[Мысли Клыка: Хозяин удерживал разрушающийся, уничтоженный мир, не давая ему слиться с твоим миром.]

Хозяин.

Судя по реакции и намёкам Клыка Василиска, его изначальным хозяином, вероятно, был Ли Са Ён. Тот Ли Са Ён, который бродил в одиночестве в разрушенном мире, который они посетили.

[Мысли Клыка: Хозяин был одновременно стражем и оковами своим существованием.]

Удерживать их отдельно, не давая соединиться. Оковы. Белый пепел и обломки из разрушенного мира падали из теперь уже побелевшей белой дыры. Разлом Западного моря, который был связан с разрушенным миром, и стремительно растущая эрозия подземелий. Если эрозия подземелий тоже была вызвана разрушенным миром, вторгавшимся в их реальность…

Мысли Клыка продолжились.

[Мысли Клыка: Но теперь, когда Хозяина больше нет…]

Белая дыра вспыхнула. Вскоре из неё начало медленно выбираться что-то огромное и белое.

[Мысли Клыка: Разрушенный мир приходит.]

Это был гигантский кит, точно такой же, как тот, которого они видели в разрушенном мире.

Глава 142

Бву-у…

Чисто-белый кит поднял голову и издал раскатистый рёв. Казалось, что спокойная атмосфера вокруг задрожала. Наконец, всё тело кита, от головы до хвоста, полностью выбралось из белого разлома. Он медленно плыл в воздухе, словно небо стало морем.

Каждый раз, когда его хвост плавно двигался, обломки, падающие из белого разлома, разбивались на куски и разлетались во все стороны. Глухие удары, треск… Даже через звукоизолированное стекло шум от разрушения был ясно слышен.

Ча Ый Джэ поспешно начал шарить по карманам. К счастью, его телефон всё ещё находился в кармане брюк. Он включил его. Батарея была почти разряжена. В контактах числились только два номера — Ха Ын и Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ ввёл номер Пак Ха Ын и нажал кнопку вызова. Гудки тянулись бесконечно. Неужели связь уже оборвана? Такого не может быть. Едва в руке, державшей телефон, начала выступать холодная испарина, как гудки внезапно прервались.

— …Дядя? Это ты, дядя?

Послышался шепчущий голос. Ча Ый Джэ крепко зажмурился. Хотя его рука не переставала дрожать, голос, к счастью, оставался ровным.

— Да, это я, дядя… С тобой всё в порядке? Где ты сейчас? Где бабушка?

— Бабушка со мной. Мы… эм… кажется, в каком-то укрытии.

— В укрытии? В каком укрытии?

— Не знаю. Какой-то странный мужчина в чёрных очках привёл нас сюда. Он сказал, что он твой друг. Это правда?

При упоминании «чёрных очков» на ум пришёл только один человек. Со Мин Ги, который всегда носил солнцезащитные очки. Ча Ый Джэ отчётливо вспомнил его лицо: безэмоциональное, но с поднятым в знак мира жестом. Ча Ый Джэ спросил:

— Этот человек был в чёрном костюме?

— А? Да. И у него глаза были, как у панды!

…Это точно был Со Мин Ги. Напряжение немного отпустило. Ча Ый Джэ ответил, его голос смешался с вздохом облегчения.

— Да… Он мой друг.

В этот момент раздался шорох. Затем послышался знакомый голос:

— Простите. Алло? Меня зовут Романтичный открыватель. Вы меня слышите? Вы меня помните? Надеюсь, я говорю с тем, с кем нужно?

Конечно, он помнил. Хотя их последняя встреча не была особенно приятной. Романтичный открыватель, который тогда валялся на качелях, словно забытое бельё, похоже, уже восстановился. Тревога Ча Ый Джэ немного улеглась, когда он убедился, что с Пак Ха Ын и бабушкой всё в порядке. Прижав лоб к стеклу, он ответил:

— Да, это я.

Романтичный открыватель тяжело вздохнул.

— Фух… Я так долго ждал вас. Вы наконец-то вернулись! Пак Ха Ын и ваша бабушка сейчас в укрытии гильдии Падо. Со Мин Ги отвёл их туда сразу после того, как всё началось.

— Это место безопасно?

— Члены гильдии Падо его охраняют, так что да, безопасно. Можете не переживать.

— …

— Но, случайно, глава гильдии уже пробудился…?

— Отдайте обратно! Эй, нельзя мне поговорить ещё немного? Верните! — После короткой перепалки, похоже, Пак Ха Ын удалось одержать победу. Её весёлый голос зазвучал в трубке.

— Со мной всё хорошо, дядя! Бабушка спит на кровати.

— …

— Твой друг сказал, что тебе нужно срочно куда-то пойти. Это правда?

— …Да, правда.

— Это надолго?

О-о-о… Хвост кита задел низкое здание. Оно рухнуло, превратившись в груду обломков. Глаза Ча Ый Джэ, светящиеся голубым, следили за китом.

— …Да. Надолго.

— О…

Хотя её голос слегка затих, Пак Ха Ын ответила решительно:

— Это ничего! Можешь не торопиться. Я подожду.

— …Ладно. Никуда не уходи, а если станет скучно, попроси того парня рядом с тобой поиграть с тобой. Скажи бабушке, что у дяди всё в порядке и что ему жаль, что он не может прийти.

— Хорошо, дядя.

Не дождавшись её ответа, Ча Ый Джэ завершил звонок и глубоко вдохнул. Затем он обратился к Клыку Василиска:

— …Есть ли способ остановить это?

[Мысли Клыка: Это ещё не конец. Это проблема, вызванная миром, который должен был исчезнуть, но остался.]

[Мысли Клыка: Нужно просто вытерпеть, пока он не исчезнет…]

[Мысли Клыка: Так сказал Мастер.]

— …

Но Ли Са Ён, который жил, как оковы, не смог вытерпеть и исчез. Или, возможно…

— Передай ему: всё течёт туда, куда должно… так что не стоит слишком беспокоиться.

Возможно, даже это было предусмотрено. Чтобы найти зацепку, нужно было отправиться в ресторан похмельного супа и проверить часы. Молчание Клыка, Ча Ый Джэ, видимо, было неправильно истолковано, потому что Клык Василиска вдруг начал громко болтать.

[Мысли Клыка: Конец приходит к тем, кто зацикливается на нём.]

[Мысли Клыка: Не позволяй страху поглотить тебя, глупый человек.]

[Клык Василиска утешает тебя.]

[Мысли Клыка: Это не утешение! Глупец.]

[Клык Василиска смущён.]

Клык Василиска начал метаться от ярости. Когда он был шумным, это казалось лучше. Иронично, но серьёзный настрой Клыка совсем ему не подходил. Ча Ый Джэ отвёл взгляд от стекла и спросил:

— …Куда исчез твой прежний хозяин, Ли Са Ён?

Метание прекратилось. Клык Василиска, который только что был таким шумным, внезапно замолк. Ответа не последовало. Вместо этого послышались шаги. Ча Ый Джэ медленно обернулся.

Ли Са Ён, с мрачным выражением на бледном лице, шёл к нему, держась за голову. Большая рука потянулась, схватила Ча Ый Джэ за плечо и притянула к себе в объятия. Его окутало тёплое тепло.

Тихий голос пробормотал:

— …Если бы ты вышел на улицу в таком виде…

— …

— Они бы сразу поняли, что ты тот самый парень, который работает там… верно?

— …Похоже, что так.

Он всё ещё был одет в серый худи и джинсы. Любой, кто хоть раз заходил в ресторан похмельного супа, сразу бы узнал, что этот парень и J — одно и то же лицо, по одной только одежде. Ли Са Ён, прижавшись щекой к Ча Ый Джэ, прошептал:

— Я одолжу тебе одежду. Надень её, прежде чем пойдёшь.

— Твоя одежда, скорее всего, мне велика.

— Просто закатай рукава.

Ли Са Ён отпустил его из объятий, взял за руку и повёл за собой. Его уходящая фигура показалась Ча Ый Джэ странно новой.

Ли Са Ён вошёл в гардеробную и начал перебирать аккуратно разложенную одежду. Через минуту он протянул простую чёрную футболку с круглым вырезом. Ча Ый Джэ только взялся за худи, чтобы снять его, как Ли Са Ён вытащил какую-то броню.

— У меня есть и броня, если хочешь?

— Носить что-то непривычное может только мешать.

— Да… Пожалуй, ты прав.

Ча Ый Джэ стянул худи. Хотя его тело, покрытое рельефными мышцами, открылось, в глаза бросались не они, а бесчисленные шрамы, покрывавшие верхнюю часть тела.

При движении шрамы будто оживали. Ча Ый Джэ только успел сложить худи и положить его на комод, как что-то тёплое и мягкое коснулось его затылка. Он замер. Губы прижались к задней части его шеи.

— …Не думаешь, что ты слишком беззащитен?

— Что? Эй, подожди… чёрт.

Ча Ый Джэ невольно задержал дыхание. Губы, щекочущие его шею, медленно двигались вниз по коже. По его спине пробежала дрожь. Это было странное ощущение. Губы остановились на шраме на его выдающейся лопатке. Раздался ленивый смешок.

— Даже после того, как поцеловал кого-то…

— Эй, сейчас не время…

— Конечно… Я это знаю.

Резкая боль пронзила его лопатку. Ли Са Ён впился зубами в его плоть. Ча Ый Джэ прикрыл рот рукой, чтобы подавить звук. По сравнению с тем, через какую боль он прошёл, это ощущалось скорее как щекотка, но было каким-то странно ярким. Ли Са Ён облизал красный след от укуса на лопатке.

— Даже если я скажу тебе не идти, ты всё равно пойдёшь, верно?

— …

— Но всё же…

Лёгкий поцелуй коснулся жгучей боли.

— Если станет слишком тяжело, бежать — это нормально.

— …

— Я всегда буду ждать тебя. Тебя, хён.

Ча Ый Джэ обернулся к Ли Са Ёну. Ли Са Ён мягко улыбался. Единственный успех, которого Ча Ый Джэ наконец-то добился, сиял в этой улыбке.

Ча Ый Джэ протянул руку и схватил мягкие волосы на затылке Ли Са Ёна, притягивая его ближе. Их губы встретились. Никто из них не закрыл глаз, чтобы можно было видеть друг друга в полной мере. Шёпот обещания растворился в их поцелуе.

— Я вернусь.

— …Ладно.

Лёгкий смешок утонул в их соприкосновении.

Одежда Ли Са Ёна всё ещё была немного велика Ча Ый Джэ. Закатав рукава до локтей, он заметил, как Ли Са Ён вдруг протянул к нему палец, подняв мизинец. Ли Са Ён покачивал рукой, словно приглашая.

— …

Ча Ый Джэ усмехнулся и протянул свою руку. Их мизинцы на мгновение переплелись, прежде чем разойтись. Однако в руке Ча Ый Джэ уже было что-то другое — свиток телепортации Хон Ё Сона. Его глаза расширились, когда сцена перед ним начала меняться. Последнее, что он увидел, — это улыбающееся лицо Ли Са Ёна.

Ли Са Ён мягко махнул рукой.

— Возвращайся скорее, хён.

…А затем Ли Са Ён остался один в доме, где исчезло тепло Ча Ый Джэ. Он прошёл по пустому коридору в ванную. Щёлкнув, он включил свет. Его отражение в зеркале казалось сегодня особенно бледным, более чужим, чем обычно. Внезапно свет погас с щелчком.

Когда он снова замерцал —

Отражение Ли Са Ёна в зеркале улыбалось, а его глаза горели ослепительно белым светом.

Смотрев прямо на сжавшегося Ли Са Ёна—

Он ухватился за раковину и опустил голову. Взгляд начал кружиться, вызывая головокружение. Из уголка его рта капнула струйка чёрной крови.

Отражение Ли Са Ёна в зеркале наклонило голову. Он поднял руку и коснулся губ. Его пальцы, кисть и даже запястье, выглядывающее из рукава, — всё было окрашено в чёрный цвет, словно он носил перчатки. Его бледно-фиолетовые глаза слегка прищурились.

Ленивый голос прошептал:

«Я немного подождал… подходящего момента. Провожать кого-то — это важно. Сдерживать обещания тоже…»

— …

«Что ж, теперь…»

— Ах…

На тыльной стороне его руки вздулись вены. Холодный пот скатился по виску. Ли Са Ён ухмыльнулся.

— Это просто какой-то бред…

Глухой удар —

почерневшее тело безвольно рухнуло на пол.

Глава 143

Ча Ый Джэ открыл глаза.

Он стоял посреди знакомого обеденного зала ресторана с похмельным супом. Тепло, которое касалось его руки, исчезло, как мираж. Ча Ый Джэ рассеянно вертел в пальцах теперь уже пустую ладонь. Несмотря на то, что это место казалось ему домом, сердце вдруг наполнилось странной пустотой.

Он хотел остаться чуть дольше. Всего на десять минут, даже пять минут было бы достаточно. Уже давно он не чувствовал такого сожаления.

Как назвать это чувство?

— …

Глухой удар… Земля задрожала. Похоже, где-то поблизости обрушились обломки. Подписанная рамка на стене затряслась и с грохотом упала. Это была подпись Чон Бина. Ча Ый Джэ моргнул. Сейчас не время было жаждать какого-то неизвестного ему чувства. Он смахнул пыль с автографа Чон Бина и аккуратно положил его обратно на стол.

Затем он направился к стойке. Под кассовым аппаратом лежала маска J, а на ней была приклеена маленькая жёлтая записка. Аккуратным, изящным почерком на ней было написано:

[Оставляю её здесь, потому что знаю, что вы обязательно вернётесь в ресторан с похмельным супом. Можете не благодарить меня. — Маленькое чудо Со Мин Ги.]

Этот парень что, видит будущее? В любом случае, Ча Ый Джэ был благодарен. Он надел маску и умело открыл ящик под кассой. Внутри лежали аккуратно сложенный учётный журнал, пыльный резиновый мячик, который, похоже, оставила Пак Ха Ын, несколько цветных карандашей и, затем,

— …

Часы.

Ча Ый Джэ осторожно поднял часы. Звонкий звук… Серебряные часы были в ужасном состоянии, совсем не такими, какими он их запомнил. Стекло было треснувшим и разбитым, корпус изношенным до такой степени, что, казалось, мог вот-вот рассыпаться, а в некоторых местах проступила ржавчина. Стрелки — ни минутная, ни секундная — не двигались.

«Когда я оставлял их в качестве оплаты за обед, они были в полном порядке.»

Кроме того, при ближайшем рассмотрении у часов был уникальный дизайн. Внутри циферблата находились три маленьких круга, два из которых были покрыты чем-то белым, из-за чего их невозможно было разглядеть. Казалось, на них было нанесено что-то вроде масляной краски. Последний круг представлял собой маленькие часы внутри часов, и,

Тик.

Она двигалась. Единственная стрелка, которая двигалась.

«Это твой третий и последний шанс.»

Как и сказал «Хон Ё Сон». Ча Ый Джэ уставился на медленно движущуюся секундную стрелку. Единственные работающие часы показывали десять часов. Вскоре перед ним появилось белое окно.

[◼◼◼ Наручные часы (◼)]

[Модифицированы мастером-затворником, живущим в ◼◼◼, чтобы увеличить количество использований.]

[Но они не смогли избежать потока времени и воздействия серебра.]

[Больше не могут быть использованы.]

[Это твой последний шанс.]

[Создатель: ◼◼◼]

«Почему описание предмета звучит так зловеще?»

К тому же, читая это, он почувствовал странное дежавю. Фраза «мастер-затворник». Он был уверен, что уже видел её раньше…

— Ах!

Ча Ый Джэ отложил часы и достал Клык Василиска. Меч хранил молчание с тех пор, как заявил о своём праве молчать. Когда он схватил меч и начал его яростно трясти, всплыло информационное окно.

[Клык Василиска (S)]

[Меч, выкованный из Клыка Василиска мастером-затворником, живущим в ◼◼◼. Только те, кого сочтут достойными, могут им владеть.]

[Создатель: ◼◼◼]

Мастер-затворник. Клык Василиска, который называл Хон Ё Сона своим отцом, нес на своём клинке гравировку Хон Ё Сона. Однако Хон Ё Сон, которого он знал, говорил, что никогда не создавал Клык Василиска.

«Когда он похитил меня, я думал, что он несёт чушь, но…»

Хон Ё Сон был невиновен. И Клык Василиска, и эти часы, похоже, были делом рук того «Хон Ё Сона», которого он встретил в Мемориальном подземелье. Ча Ый Джэ цокнул языком.

Хон Ё Сон, хотя и был немного простоватым, но хорошим парнем, сильно отличался от хитрого и подозрительного «Хон Ё Сона». По крайней мере, его желания и мысли были такими же прозрачными, как дно чистейшего озера.

«Может, в следующий раз стоит быть с ним полюбезнее…»

Ча Ый Джэ взял часы той рукой, что держала Клык Василиска.

В тот же момент:

[Условие выполнено.]

[Переход в ◼◼◼◼ ◼◼.]

Его зрение померкло. Ча Ый Джэ стиснул зубы.

«Что ещё теперь, чёрт побери?!»

***

— Само по себе этого недостаточно…

Голос мужчины эхом разнёсся в кромешной темноте.

— Хотя тот, кто был стержнем, обладал мощью и оставил остаточную силу… этого недостаточно. Это всё равно что одноразовая батарейка с небольшим зарядом. То, что что-то вообще осталось, само по себе уже чудо, но если пытаться повернуть время вспять с этим, всё развалится ещё до начала.

— …

— Тогда… это бесполезно?

Тьма постепенно отступала, открывая окружающее пространство. Они находились в захламленной мастерской. Первым, кто попал в поле зрения, был Хон Ё Сон. Он внимательно изучал часы в своих руках, используя увеличительное стекло, закрепленное на глазу. После недолгого раздумья он тяжело вздохнул.

— …Это тот предмет J, так? Ты говоришь, что J использовал его, чтобы повернуть время вспять? Раньше?

— Да, насколько я помню.

Четкий голос принадлежал Юн Га Ыль. Юн Га Ыль, которая с момента последней памяти Ча Ый Джэ заметно повзрослела, мягко пробормотала:

— Я была бы благодарна, если бы вы дали нам четкий ответ. Можем ли мы использовать это, чтобы вернуть время назад? Так же, как это сделал J.

— …

— Вы знаете, что произошло. Мы смогли отбить апокалипсис, но потеряли слишком многое. Этот мир уже не восстановится. Он будет медленно двигаться к разрушению.

— Хм…

Хон Ё Сон бросил взгляд в маленькое окно.

— Прошу вас, мастер. Нам нужна надежда…

Юн Га Ыль прошептала с дрожащим голосом. В комнате повисла тяжёлая тишина. Наконец, после ещё одного глубокого вздоха, Хон Ё Сон взъерошил свои растрепанные волосы.

— Возможно, это получится, но придётся принести жертву… Может, даже больше, чем одну…

— Жертву?

— Точнее будет сказать, что недостающая сила предмета будет восполнена человеческой энергией. Честно говоря, я не могу утверждать, что это возможно. Я не знаю, какие побочные эффекты могут возникнуть или сколько времени потребуется, чтобы выдержать это. Это совершенно неизведанная территория… Но вы всё равно готовы попробовать?

— Одно слово.

Низкий хриплый голос перебил тишину. Он принадлежал человеку, прислонившемуся к углу мастерской с скрещенными руками. Его бледная кожа, острые черты лица и длинный чёрный плащ с мечом, закрепленным на поясе, выделяли его. Фиолетовые глаза сверкали из-под растрёпанных волос.

Это был Ли Са Ён.

— Если ты сумеешь вернуть время назад с помощью этого…

— …

— Это гарантирует, что они вернутся к жизни?

Не было нужды уточнять, о ком идёт речь, все знали, даже Ча Ый Джэ, который наблюдал за происходящим со стороны. Юн Га Ыль медленно, но уверенно, кивнула.

— Да. Потому что J смог это сделать… именно поэтому мы сейчас здесь.

— …Понятно.

Ли Са Ён разжал руки.

— Этого мне достаточно.

Его чёрная рука без колебаний схватила часы.

В этот момент.

Окружающий мир мгновенно стал чёрно-белым, а все вокруг замерли. Уже пережив это однажды, Ча Ый Джэ на этот раз не запаниковал. Пока он спокойно ждал, в глазах Хон Ё Сона появился золотой узор. Быстро вращающиеся Оценивающие глаза соединились с Ча Ый Джэ, и среди клубящихся нитей мудрости, скрытых в них, он уловил нечто странное — необъяснимое сострадание. Хон Ё Сон тихо пробормотал:

— Похоже, теперь твоя очередь.

***

Ча Ый Джэ моргнул. Перед ним вновь оказались касса и POS-терминал ресторана с похмельным супом. Похоже, его сознание куда-то унесло, пока он стоял.

— Теперь твоя очередь?

Что за чёрт это должно значить? Впрочем, «Хон Ё Сон» явно умел говорить загадками.

— По крайней мере, кое-что стало ясно…

Он покрутил в руках часы, глубоко задумавшись. Разберёмся. Изначально часы были одноразовым предметом, но благодаря тому, что первый стержень, Ча Ый Джэ, обладал столь мощной энергией, предмет не исчез после первого использования для возвращения времени назад. Поэтому, когда Юн Га Ыль и Ли Са Ён столкнулись со вторым апокалипсисом, они использовали оставленные J часы, чтобы снова повернуть время вспять.

Они применили одноразовый предмет второй раз и в несовершенных условиях, так что побочные эффекты были неизбежны. Ли Са Ён взял всю тяжесть последствий на себя, став «узлом», который сдерживал ситуацию…

— Слишком большая нагрузка для одного человека?

В конце концов, разрушенный мир начал оказывать влияние на текущий, вызывая эрозию. Ча Ый Джэ раздражённо провёл руками по волосам. Ему было тревожно. Никто не понимал одиночества оставленного позади лучше, чем он.

Бродить по пустому миру, терпя одиночество, которое может никогда не закончиться.

— Какое нелепое…

К тому же, оставался вопрос, который не давал ему покоя. Тот Ли Са Ён исчез, а разрушенный мир начал серьёзно влиять на нынешний. Почему он исчез, и куда он делся?

В этот момент сквозь дверь послышались голоса. Ча Ый Джэ инстинктивно пригнулся за стойкой. Уставший голос заговорил:

— Заканчиваем здесь и переходим в другой район. Проверьте, не осталось ли ещё тех, кто не эвакуировался, уберите обломки, а если увидите этих наркоманов, уничтожьте их. Как закончим, свяжитесь с руководителем группы Чон.

— Понял. Но, заместитель главы гильдии, глава всё ещё в таком состоянии?

— Похоже, да. Я оставил ему сообщение, чтобы перезвонил, когда очнётся… Но пока тишина.

— Может, он снова игнорирует, как обычно?

— Ситуация серьёзная. Са Ён не из тех, кто игнорирует такое в критический момент.

Это были двое постоянных посетителей ресторана, Пэ Вон У и Кан Джи Су. Ча Ый Джэ задержал дыхание и внимательно слушал их разговор. Что-то было не так. Разве Ли Са Ён не очнулся раньше? Он выглядел неважно, но неужели снова уснул? Ча Ый Джэ перевёл телефон в беззвучный режим и позвонил Ли Са Ёну.

Ответа не было.

Тем временем разговор изменился. Кан Джи Су недовольно пробормотала:

— Ты видел сообщения от властей? Говорят, наркоманы стали ещё агрессивнее с тех пор, как появилась эта китовая тварь. Обломки падают чаще, и скорость просто зашкаливает. Разве мы не должны сосредоточиться на том, чтобы сначала поймать этого кита?

— Ты думаешь, Чон Бин об этом не думал? Но эту штуку, которая летает туда-сюда, поймать — та ещё головная боль. А если ошибёмся, здания развалятся. Нет пробуждённых высокого класса с летающими способностями. Наверняка у них у самих мозги кипят от этого. Уф.

— А если метнуть в него копьё?

— Метнуть копьё не так просто. Разве что ты кто-то вроде J… Постой-ка.

Голос Пэ Вон У понизился. Его тон стал настороженным, пока он смотрел на ресторан с похмельным супом. Чёрт, неужели они заметили его? Но Ча Ый Джэ быстро передумал.

«Нет… Всё равно нужно поймать этого кита.»

Именно поэтому он ушёл от Ли Са Ёна. Нужно было разобраться с этим как можно скорее и вернуться, чтобы проверить Ли Са Ёна своими глазами. С тех пор как тепло покинуло его руку, он не мог избавиться от ощущения тревоги.

«Надеюсь, это просто лишние волнения…»

Но, учитывая, что плохие предчувствия Ча Ый Джэ почти всегда сбывались, он не мог успокоиться. Он резко встал. С маской на лице беспокоиться было не о чем.

— В худшем случае позову Со Мин Ги.

Мысленно вызывая Со Мин Ги, Ча Ый Джэ широко открыл дверь.

Скрип?

Наркоман, который только что сражался с двумя членами гильдии Падо, повернул голову на 180 градусов, чтобы посмотреть на Ча Ый Джэ, и —

Бам!

Ча Ый Джэ инстинктивно ударил его ногой. Через мгновение он об этом пожалел. Его тело в большинстве случаев действовало быстрее, чем мозг.

«Чёрт.»

Наркоман издал странный звук и, отлетев, с грохотом врезался в стену.

Его трепещущее тело вскоре затихло. Угрожающие шипы втянулись. Пэ Вон У и Кан Джи Су уставились на Ча Ый Джэ с ошеломлёнными выражениями. Губы Пэ Вон У беззвучно повторяли: «J, J, J…», но Ча Ый Джэ решил проигнорировать это.

— Я сам ничего не знаю. Давайте просто покончим с этим.

Ча Ый Джэ указал пальцем в небо. Их взгляды последовали за направлением его пальца.

Муууу… Кит, сидящий на кончике его пальца, издал длинный, гулкий звук. Искажённый голос, лишённый тона или мелодии, произнёс:

— Я попробую поймать эту штуку. Вы поможете?

Пэ Вон У сглотнул.

— Ч-чем помочь?

Ча Ый Джэ, а точнее J, кивнул в сторону высокого здания. Того самого, где он только что был, где находился Ли Са Ён.

— Одолжите мне крышу здания гильдии Падо?

Глава 144

Бззз… Телефон на белом столе завибрировал. Рука с мозолем на первом суставе указательного пальца поставила чашку чая рядом с телефоном. Пар поднимался легкими спиралями.

— Даже чай подаёте, как любезно с вашей стороны.

— Снаружи шумно. Можно ли это игнорировать?

Мужчина в белом халате слегка опустил жалюзи, закрывающие окно, чтобы одним пальцем выглянуть наружу. Белый пепел падал, покрывая землю. Твёрдая, но морщинистая рука крепко сжала чашку.

— Наверное, это вызов на подмогу. Почему-то эта змея остаётся свернутой и отказывается двигаться.

— Всё же вам стоит пойти, если не хотите вызвать подозрений.

— Если вы это понимаете, тогда давайте закончим быстро. Иван.

— Д-да.

Мужчина, которого звали Иваном, обернулся. Несмотря на его сутулую фигуру в белом халате, он был довольно крупным. Под его растрёпанными каштановыми волосами сверкали очки.

— Сон Джо Хон-щи, вы оказали огромную помощь нашему исследованию, и я всегда вам за это благодарен.

— Я тоже получил от вас много помощи.

— Да, так что… в честь сегодняшнего дня я хотел бы поделиться с вами нашей истинной целью.

— Мы, Прометей и Пророки, всегда… ждали наступления апокалипсиса. Мы видели его в наших снах. Картину мира, покрытого белым пеплом.

Иван повернулся к экрану, занимавшему одну из стен. На экране над городом парил кит. Глаза Ивана загорелись экстазом, когда он следил за его движением. Его дрожащий голос пробормотал:

— Наконец-то, наконец-то время апокалипсиса настало.

«Какая чушь».

Словно время действительно пришло. Сон Джо Хон подавил насмешку и, сохраняя доброжелательную улыбку, кивнул, притворяясь, что согласен. Иван продолжил говорить, не делая пауз.

— Последний апокалипсис не удалось предотвратить чистой силой Пробуждённых. Всё из-за того, что нам не хватило мощи.

«Мания величия».

— Проблема была в несправедливом отборе Системы. Нам нужно развить способность освободиться от её влияния…

«Комплекс неполноценности».

Он говорил это в присутствии того, кого выбрала Система. Но Сон Джо Хон, всё так же притворяясь великодушным, соглашался с ним. Бледные глаза Ивана заблестели.

— …Мы собираемся спасти человечество.

«Желание самооправдания».

Вот и герой. Его натянутая улыбка начинала вызывать боль. Сон Джо Хон провел кончиком пальца по краю чашки. Мозолистая рука ученого пододвинула к чашке прозрачный пакетик.

— И мы…

Внутри пакетика был белый порошок.

— …на одной стороне.

Глубокая улыбка появилась в уголках морщинистого рта. Твёрдая рука забрала пакетик. Вскоре порошок полностью растворился в теплом чае, не оставив следов.

— Конечно, профессор.

Его совсем не интересовали бредни этих психопатов. В конце концов, он был одним из первых Пробуждённых, выбранных Системой. Но его определённо интересовали наркотики, которые они предоставляли.

Кит, спокойно парящий в воздухе, издал рёв. Иван резко повернулся к экрану, его лицо исказилось тревогой, и он увеличил изображение с помощью пульта. На белом фоне кита появилась чёрная фигура.

В руке этой фигуры было…

Гигантское копьё.

Чёрная фигура подняла копьё высоко. Сон Джо Хон нахмурился и залпом выпил чай. Вены на его висках и затылке набухли, но вскоре вернулись в норму. Он тихо пробормотал:

— Великий герой… всегда знает, как украсть самый важный момент.

Чайная чашка громко стукнула о стол, когда её небрежно поставили. Вскоре экран стал ярко-голубым. Сон Джо Хон закрыл глаза, недовольство было явно написано на его лице.

Тук…

***

Тук-тук-тук — торопливые шаги раздавались повсюду. В наушнике непрерывно звучали доклады и запросы о поддержке. С момента, когда чёрная дыра превратилась в белую, ситуация никак не могла стабилизироваться. И вот, как только всё стало немного успокаиваться, внезапное появление гигантского кита вернуло всё на исходную точку. Нет, стало ещё хуже. Чон Бин прижал пальцы к вискам и спросил:

— Всё ещё нет ответа от гильдии Самра?

— Нет, ответа пока не поступало.

— Как дела у гильдии Совон?

— Глава гильдии Нам У Джин делает всё возможное, но кажется, они достигли предела по количеству людей, которых могут принять.

— Ты знаешь, сколько зданий разрушила эта штука?

Резкий голос прервал поток докладов. Высокий хвост блондинистых волос качнулся. Это была Пчела. Когда Чон Бин поприветствовал её кивком, она ловко вытерла кровь со своей рапиры. Чон Бин лишь пожал плечами.

— Согласно докладам, около двадцати зданий на данный момент. И число продолжает расти.

— Сделай на одно больше. Оно только что снесло наружный билборд. Там было моё лицо!

— Добавлю это в отчёт о повреждениях.

— …Где Ли Са Ён и что он делает?

— Не знаю. У меня нет никакой информации об этом.

— Невероятно. Если первый не собирается появляться, то хотя бы второй должен стараться больше. Эти ранкеры совсем обленились.

— Тебе тяжело?

Пчела крепко сжала губы. Затем она подняла голову к небу. Чон Бин тоже посмотрел вверх. Улица, на которой они находились, была окутана тенью кита, из-за чего даже днём здесь было темно. Пчела пробормотала:

— …Это странное чувство.

— Что именно?

— С тех пор как эта чёрная дыра превратилась в это… меня не покидают странные мысли. Чёрт возьми, это просто заставляет меня слишком много думать.

Пчела сильно прикусила губу, а затем неожиданно сверкнула взглядом на Чон Бина.

— Не смей умирать.

— Что, простите? Это ещё к чему?

— Просто говорю!

С этими резкими словами Пчела внезапно исчезла из виду. Вскоре она уже мчалась так далеко, что превратилась в жёлтую точку на горизонте. Она правда пришла сюда только для того, чтобы сказать это? Чон Бин почесал щёку, а затем снова поднял взгляд к небу. На кита, заполнившего небосвод.

Если бы только J был здесь.

Чон Бин тряхнул головой, пытаясь избавиться от этой мысли. Он не мог ожидать помощи от того, кто отправился спасать Юн Га Ыль по его просьбе. Это было бы бессовестно, даже абсурдно. Но…

— …

В такие моменты он всё равно не мог не думать о нём. Возможно, в каждом кризисе он будет всегда думать о нём. Чон Бин жил в ту же эпоху, что и он, знал его доброту и силу.

Может, поэтому он так старался вычеркнуть эти мысли. Ему надоело жить за счёт чужих жертв.

И тогда это произошло.

Бвууу—

Колоссальный рёв раздался повсюду. Тень, покрывавшая улицу, задрожала. Воздушные потоки сменили направление. Инстинктивно Чон Бин посмотрел вверх. Кит, который до этого спокойно плыл в небесах, теперь яростно извивался. Казалось, он испытывает боль. Чон Бин невольно пробормотал:

— …Не может быть.

Бум—

Вспышка синего света вырвалась из тела кита. Сразу после этого вокруг него закружился яростный шторм. Чон Бин прикрыл лицо рукой, едва удерживаясь на ногах. Когда буря, смешанная с пеплом, наконец утихла, он осторожно поднял голову.

Столб яркого синего света пронзил тело кита, соединяя небо и землю.

— Ах…

Парящий в воздухе, пронзённый столбом света, кит взорвался, словно фейерверк, разлетевшись на белый пепел. Казалось, будто с неба падают синие частицы света. Зрелище было захватывающе красивым, внушающим трепет, способным очаровать любого. В этом мире был только один человек, который мог совершить подобное. Чон Бин с трудом проглотил переполнявшие его эмоции.

Кто-то прошептал:

— J вернулся…

Его имя разнеслось, словно волна.

***

С тех пор как чёрная дыра превратилась в белую, прошла неделя. Белая дыра не возвращалась в чёрную, и хотя белый пепел всё ещё иногда выпадал в пасмурные дни, его частота заметно снизилась. Тем не менее, люди всегда держали под рукой метлу, чтобы сметать пепел.

Некоторые называли это «Вторым Днём Разлома», но ущерб был недостаточно серьёзным, чтобы сравниться с оригинальным Днём Разлома, поэтому прозвище постепенно ушло в небытие. Ущерб имуществу был значительным, но человеческих жертв было минимум. Более того, внимание людей было сосредоточено совсем на другом.

— В следующей новости: охотник J, первый в рейтинге Южной Кореи, которого считали погибшим, появился вновь спустя восемь лет, чтобы снова исчезнуть…

Национальный герой, которого все считали мёртвым. J, который появлялся в рейтингах, но которого никто никогда не видел, вернулся в критический момент, чтобы вновь спасти страну, а затем исчез. Эта история идеально успокаивала тревоги людей. Каждый день в новостях показывали фотографию J в маске вместе с его охотничьим именем.

Вопросы о том, что такое белая дыра или почему это всё произошло, оставались без ответа. Новости о росте числа людей, обращающихся к психиатрам с жалобами на воспоминания, которые не принадлежали им, также не привлекли особого внимания и вскоре исчезли.

И с того дня двери ресторана с похмельным супом оставались наглухо закрыты.

— Сегодня тоже закрыто, да?

Холодный ветер трепал волосы. Руководитель группы Хан, засунув руки в карманы пальто, пробормотал себе под нос. Рядом с ним Пчела, скрестив руки в кожаной куртке, нахмурила изящные брови. Её рука крепко сжимала предплечье.

— Думаешь, это из-за того, что произошло в прошлый раз?

— Если бы так, его имя было бы в списке погибших. Я пересмотрел весь список, но его там нет.

— …

Руководитель группы Хан вытащил сигарету и положил её в рот, но не зажёг. Пчела тихо шмыгнула носом.

— Как можно просто исчезнуть без следа?

— Вот именно.

— Когда он отвёз бабушку в больницу, он повесил объявление, объясняющее, почему ресторан закрыт. А теперь ничего — только запертая дверь.

— …

Руководитель группы Хан, слушая её жалобы или, возможно, сожаления, достал телефон и проверил его.

— Звонок. Мне нужно идти. Ты остаёшься?

Кожаные ботинки Пчелы слегка задели землю.

— …Я останусь ещё ненадолго.

— Не задерживайся слишком долго.

С сочувственной улыбкой руководитель группы Хан развернулся и ушёл. Пчела посмотрела на красную вывеску «похмельный суп», обводя буквы глазами, прежде чем слегка надувать губы.

***

Единственным источником света в комнате, где плотные шторы блокировали каждый луч, был тусклый янтарный свет прикроватной лампы. На полу виднелась тень мужчины, сидящего неподвижно на стуле у стены. Этим мужчиной был…

Ча Ый Джэ.

Он сидел, скрестив ноги на импровизированном стуле у кровати, всё ещё в одежде, в которой ушёл из дома. Его взгляд не отрывался от человека, лежащего на кровати. Ча Ый Джэ протянул руку и осторожно поправил растрёпанные чёрные волосы. Ли Са Ён лежал на кровати, словно в глубоком сне.

Он не приходил в себя уже неделю.

Когда Ча Ый Джэ нашёл Ли Са Ёна без сознания после убийства кита, он с трудом помнил, в каком состоянии находился или что именно делал. Когда он вновь обрёл сознание, его тело было полностью опутано тенями, а всё, что он видел, — это обмякшее и сломанное тело Со Мин Ги среди руин.

Ча Ый Джэ тихо пробормотал:

— Значит, вот как ты себя чувствовал… когда я не вернулся.

— …

— Ты хотел преподать мне урок эмпатии?

— …

Ответа не последовало. И это было даже лучше, чем слышать, что скажет Ли Са Ён.

— Раз ты ждал меня…

Ча Ый Джэ нежно взял руку Ли Са Ёна, обхватил её обеими своими и прижал ко лбу, словно молился. Его глаза, скрытые за веками, медленно открылись. Его глаза, цвета океана, ярко блеснули.

— Теперь моя очередь ждать тебя.

Так это то, что ты чувствовал?

Кажется, будто сердце разрывается на части, и я хочу уничтожить всё вокруг.

— Спи спокойно.

В его словах звучала глубокая печаль. Проведя рукой по растрёпанным волосам, Ча Ый Джэ наклонился и поцеловал открытую лобную часть того, кто однажды отверг его.

Глава 145 - День перемен

Множество криков сливались в хаос, но расслышать их как следует было невозможно. Его ноги неумолимо били по земле. Дыхание становилось всё более прерывистым. Сердце, работавшее на пределе, билось так, будто готово было вырваться наружу. Даже когда приступ тошноты подступил к горлу, он не мог остановиться.

Бум—!!

Земля задрожала, словно началось землетрясение. Он пошатнулся, потеряв равновесие. Оглушительный взрыв раздался прямо за его спиной. На фоне этого продолжали звучать пронзительные крики. Хотя он знал, что не стоит оглядываться, любопытство оказалось сильнее страха.

И тогда —

— Ааах!

Огромный кулак устремился прямо в его сторону. Мужчина закричал и быстро откатился в сторону. Пыль и пепел облепили его, но это было неважно. Тудум! Кулак, промахнувшись, врезался в центр мостовой.

Скрипя, гигантский голем медленно повернул голову в его сторону. Огромная тень нависла над мужчиной.

Мужчина зажмурил глаза, по щекам текли слёзы.

«Не стоило оборачиваться, не стоило идти этим путём… Нет, мне вообще не следовало выходить из дома сегодня».

Думать дальше он не успел. Свернувшись клубком, он молился лишь о том, чтобы боль была недолгой.

И в этот момент —

Швип! Тудум!

Вместо ожидаемой боли раздался звук чего-то, пробившего преграду. Голова мужчины резко поднялась. Голем застыл посреди удара, а из центра его груди что-то торчало. Конец был тупой, покрытый чёрным пластиком…

«…Зонтик?»

Удивительно, но, казалось, обычный чёрный зонтик, как те, что продаются в магазинах, пробил сердце голема.

Мужчина ошеломлённо смотрел, как зонтик оставил круглое отверстие в големе, а затем исчез. На плече неподвижного голема, который перестал двигаться, находилась фигура, закутанная в чёрное. Даже на первый взгляд было ясно, что это высокий молодой человек.

Фигура в чёрном подняла палку, которую держала, —

Хряк!

И ударила голема по голове.

Медленно тело голема, пошатываясь, рухнуло, поднимая облако пыли. Отсюда и оттуда раздались кашель и хрип. Когда воздух наконец прояснился, мужчина начал оглядываться, но чёрной фигуры уже не было. Казалось, он увидел призрака.

Вскоре послышались шаги. Появились охотники в светоотражающих жилетах. Один из них подошёл к мужчине, который всё ещё сидел на земле.

— Мы из Бюро управления разломами. Вы в порядке?

— …Это был J.

— Простите?

Охотник, озадаченный пробормотанным ответом, переспросил, и мужчина заговорил громче:

— Это был J!

— Он был в маске, так что я не видел его лица, но я уверен, это был J. Он исчез слишком быстро, чтобы я смог разглядеть, но я точно уверен, это был J. Он был весь в чёрном, так что я не мог его чётко рассмотреть, но это точно был J… Почему все показания звучат именно так?

Охотник, читая заявления, пожал плечами и выключил экран планшета. Флуоресцентная повязка с надписью «Безопасность» на его руке слегка сдвинулась от движения.

— Все свидетельские показания одинаковы. Он исчез так быстро, что никто не успел его толком разглядеть. Но, по крайней мере, в одном они последовательницы.

Ещё один охотник, присевший возле голема, подпер подбородок рукой и ответил:

— Судя по чистому разрезу ядра, это, вероятно, действительно был J. Он использовал копьё?

— Согласно показаниям… он пробил его зонтиком.

— Что, это какая-то новая песнь восхваления? Он ещё и телепортировался?

— Это была ситуация жизни и смерти, так что… свидетель мог ошибиться.

Хлоп! Резкий звук аплодисментов привлёк внимание всех присутствующих. Источником оказалась женщина в светоотражающем жилете поверх белой рубашки. Это была Ян Хэ Джин, охотница A-класса из Бюро управления разломами.

— Хватит болтать. Что с очевидцами?

— Да! Из-за риска появления дополнительных монстров их сопроводили в ближайшее укрытие.

— Хорошая работа. Теперь контролируйте территорию и уберите голема. Он устроил немалую суматоху, появившись посреди тротуара.

Цокнув языком, она засунула руки в карманы и взобралась на поверженного голема.

Ветер, смешанный с белым пеплом, подул вокруг. Светоотражающий жилет слегка развевался за её спиной. Упавший голем имел квадратную голову с большим вмятием посередине. Почему-то форма казалась…

— …Что это? — Ян Хэ Джин ощутила странное чувство дежавю. Почему это выглядит так знакомо? Она нахмурилась и пристально уставилась на вмятую голову, даже вставив руку в щель. Один из охотников, контролировавший территорию, наклонился к ней.

— Старшая, голема передают гильдии Совон. Они запросили его для исследований.

— Прекрасно. Новичок, почему мне это кажется знакомым?

— Что кажется знакомым?

— Эта голова.

В последнее время и Бюро управления пробуждёнными, и Бюро управления разломами испытывали нехватку кадров. Поэтому новичок, всё ещё остававшийся самым младшим, привстал на цыпочки, чтобы рассмотреть голову. Ян Хэ Джин серьёзно пробормотала:

— Уверена, что видела это где-то раньше.

— …Серьёзно? Я ничего такого не вижу.

— Правда? Ах, что это такое? — Ян Хэ Джин раздражённо взлохматила волосы. В этот момент на её поясе запищала рация. Охотник, занимавшийся ремонтом повреждений, обратился к ней:

— Старшая! Группа 2 запрашивает поддержку!

— Чёрт…

— Ах, Группа 1 уже на подходе.

— Отлично. Охотник Чон Бин — просто лучший.

Ян Хэ Джин машинально ответила и подняла рацию к уху. Если подумать, окрестности действительно казались знакомыми. Если пройти по той аллее, там раньше был ресторан с похмельным супом, который она очень любила. Однако недавно он неожиданно закрылся…

Эта мысль только добавила ей тоски. Ей не хватало острого бульона, нежного мяса и ароматной периллы. Помимо вкусной еды, там работал такой вежливый и расторопный парень. Его аккуратное лицо всплыло в её памяти. Всего три месяца без посещения, а его черты уже начали слегка стираться.

Постоянные клиенты помогли убедиться, что с хозяйкой заведения и её внучкой всё в порядке. Однако сам парень исчез, словно растворился в воздухе, не оставив ни единого следа.

«Надеюсь, с ним всё хорошо».

Трудно было не переживать, ведь ресторан закрылся сразу после «того дня». Ян Хэ Джин тихо пробормотала:

— Ах, как же я хочу сейчас соджу и похмельный суп…

— Э-э, старшая, у вас рация всё ещё включена.

— Что? Ах, чёрт!

***

Три месяца назад, после Дня разлома, чёрная дыра, поселившаяся в небе, стала белой, и через этот разлом появился огромный кит. СМИ назвали день, когда кит появился в небе, как:

День перемен.

Название звучало весьма грандиозно. Некоторые, с долей юмора, называли его «Днем отбеливания».

К счастью, День перемен не нанёс столько урона, как День разлома.

Частота падения обломков из разлома постепенно уменьшалась, и после того как J разобрался с китом, монстры такого размера больше не появлялись. Конечно, по сравнению с прошлым, незамеченные разломы и монстры стали появляться чаще, но люди уже пережили нечто подобное однажды и быстро приспособились к изменениям.

Так сменились времена года, зима прошла, а за ней наступила весна. Однако люди уже не чувствовали прихода весны, как раньше. И дело было не в жёлтой или мелкодисперсной пыли…

— Теперь нельзя носить чёрную одежду.

Причиной стал белый пепел, падающий с неба, словно снег.

Люди начали называть огромную дыру в небе «Белой дырой».

На экране, установленном на здании, транслировалось новостное видео.

— Глава гильдии HB Мо Тэ О заявил, что приоритетом станет безопасность граждан. Глава гильдии Самра Сон Джо Хон объявил о сотрудничестве с гильдией HB для преодоления кризиса…

— Между тем, глава гильдии Падо Ли Са Ён по-прежнему отсутствует. Гильдия Падо продолжает утверждать, что глава гильдии не может появиться на публике по состоянию здоровья. Однако, с увеличением числа незамеченных разломов, общественность всё больше беспокоится об отсутствии ранкера №2, Ли Са Ёна…

На фоне спокойного голоса ведущего раздался писк и механический звук:

— В районе Синволь-донг 5, Янчхон-гу, обнаружен разлом. Любые свободные команды, пожалуйста, отзовитесь.

— Команда отклика №1 уже в пути.

— Принято.

— Уф.

На крыше, покрытой толстым слоем зелёной водонепроницаемой краски, был полностью раскрыт большой чёрный зонтик. Под его тенью, созданной зонтом, сидела, свернувшись, маленькая фигурка по имени Со Мин Ги и слушала радио. Он восхищённо вздохнул, аккуратно переключая каналы.

— Здесь можно не переживать. Давай проверим что-нибудь другое.

Радио снова пискнуло:

— Ах, как же я хочу сейчас соджу и похмельный суп…

— Э-э, старшая…

Похмельный суп. За тёмными солнцезащитными очками чёрные глаза на мгновение взглянули в сторону края крыши. Высокий мужчина в чёрной куртке наклонился над перилами, слегка опустив голову. Его лицо было полностью скрыто чёрной маской, на которой не было даже отверстий для глаз.

Когда дул ветер, его пепельные волосы слегка трепетали. Их цвет почти сливался с облачным небом. Со Мин Ги неожиданно спросил:

— Вы не собираетесь снова покрасить волосы?

— А зачем? — лениво последовал ответ.

Тема, похоже, не вызывала у него энтузиазма. Со Мин Ги сделал вид, что сосредоточился на радио, намеренно переводя разговор.

— Кстати… всё сложнее сдерживать слухи. В последнее время растёт давление со стороны гильдий Самра и HB. Заместитель главы гильдии делает вид, что не замечает этого, и тянет время, но я думаю, как долго они ещё смогут продержаться…

— Притворяется? Может, он действительно ничего не понимает.

— Ну, это правда.

В крепких пальцах дымилась наполовину выкуренная сигарета. Из-под его ног поднялась тень, принявшая форму круглой чаши. Он стряхнул пепел в эту теневую чашу.

— Похоже, они пытаются окончательно закрепить своё место на вершине гильдий.

— Да уж…

Модифицированный до неузнаваемости голос пробормотал:

— Нужно понимать, куда простирать руки, прежде чем это делать.

В сухом голосе прозвучала легкая нота недовольства. Со Мин Ги не ответил сразу, лишь бросив взгляд на небо. Падающий пепел постепенно утихал.

— Может, закончим на этом и вернёмся?

Пепельная голова медленно кивнула. Со Мин Ги поднялся, держа зонтик в руке.

— Вы действительно должны использовать этот зонтик?

— Не хочу, чтобы пепел оседал на костюме. И потом, разве зонтик сегодня не сыграл важную роль?

— …Это правда.

Тень медленно поглотила его обувь.

— Тогда я провожу вас до двери, сэр. Пожалуйста, передайте мои приветствия.

Мужчина в маске зажал горящий кончик сигареты между большим и указательным пальцами и придавил его с усилием. Похоже, он не ощущал жара — движения были уверенными. После того как угли погасли, на пальцах не осталось ни единого следа.

— Передам.

Осталось только немного пепла.

***

Не успел он осознать, как уже стоял на пороге мрачного, тёмного дома. Сняв пыльные ботинки, он открыл внутреннюю дверь и взглянул на длинный коридор, тянущийся вперёд. Место было тусклым и тихим. Его изменённый голос нарушил тишину, прозвучав спокойно:

— Я дома.

Ответа не последовало. Но он уже привык к этому молчанию в ответ на свои приветствия. И был рад этому.

Его шаги бесшумно повели его к самому дальнему концу дома. Он открыл плотно закрытую дверь. Темнота встретила его. Вместе с ней послышалось мягкое дыхание.

Клик. Он нажал на кнопку, и мягкий янтарный свет ночника замерцал, озаряя комнату. На кровати уже кто-то лежал. Чёрные, кудрявые волосы беспорядочно разметались по подушке.

Сильная рука потянулась к чёрной маске и сняла её. Открылась аккуратная, но острая, как отточенный клинок, черта лица. J — Ча Ый Джэ наклонился, ухватившись за изголовье кровати, и тихо смотрел на человека, лежащего на кровати. Несмотря на все усилия, с его сухих губ сорвался мягкий голос.

— Я вернулся.

Прошло три месяца со Дня перемен, и многое изменилось.

Но Ли Са Ён оставался неизменным, всё так же погружённым в сон.

С того дня и до сих пор.

Глава 146

Два с половиной месяца назад.

Прошло около двух недель и двух дней с тех пор, как Ли Са Ён погрузился в сон. Пэ Вон У, у которого был не только синяк вокруг глаза, но и множество бинтов на теле, собрал несколько человек. Среди них, хотя он этого не помнил, был Ча Ый Джэ — J, тот самый, кто оставил синяк на лице 11-го в рейтинге ранкера и постоянного клиента ресторана с похмельным супом.

— …

— …

— …

Небольшая группа людей собралась по приглашению Пэ Вон У. Несмотря на то что он тщательно отобрал участников, неловкая тишина наполнила зал заседаний гильдии Падо. Присутствующие расселись вокруг большого стола.

J, Пэ Вон У, Чон Бин, Со Мин Ги, Юн Га Ыль и Хон Ё Сон…

Несмотря на свою обычно беззастенчивую натуру, Ча Ый Джэ на этот раз нехарактерно для себя опустил голову. Это было вполне объяснимо, учитывая, что он избил больше половины охотников, находившихся в комнате. Хотя он этого и не помнил. Хорошо, что он носил маску. Его взгляд скользнул к Чон Бину.

На голове Чон Бина были бинты.

Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— Ты в порядке?

— М? А, да, всё нормально. Меня лечил Нам У Джин, — мягко улыбнулся Чон Бин, будто стараясь его успокоить. Однако…

— Почему у парня-щита синяк под глазом? Кто тебя ударил? —

Даже обычно спокойный Чон Бин не смог сохранить невозмутимость, услышав этот наивный, но на грани язвительности, вопрос от Хон Ё Сона. Ча Ый Джэ сделал вид, что не заметил лёгкого вздрагивания плеч Чон Бина. Пэ Вон У, катавший яйцо по своему синяку, проворчал:

— Потише.

— Постой, тебя и правда ударили?

— Нет.

— Ладно, хватит шуток.

Как только дверь комнаты резко распахнулась, прежняя неловкость сменилась напряжённой атмосферой. Острое, удушающее чувство убийственной ауры заполнило помещение. Нам У Джин, ощутивший всю тяжесть этой враждебности, чуть приподнял подбородок, не изменившись в лице.

— Это теперь так охотники приветствуют гостей? Я не против, но вот школьница в углу выглядит так, будто сейчас упадёт в обморок.

Все взгляды обратились к Юн Га Ыль, которая сидела в углу с бледным лицом и мокрым от пота лбом. Пэ Вон У поспешно подавил свою энергию, с растерянным выражением на лице.

— Ох, извините. Это было не специально. Я просто… немного на нервах в последнее время…

— Всё… всё нормально…

— Вот, выпей сока. Может, всем стоит освежиться? Кажется, нам всем нужно что-то сладкое.

Пэ Вон У быстро поднялся и открыл холодильник в углу комнаты. Хон Ё Сон с любопытством заглянул внутрь.

— А зачем здесь холодильник?

— Некоторые люди злятся, когда у них падает уровень сахара в крови.

Перед каждым поставили стакан с виноградным или апельсиновым соком. Сделав глоток апельсинового сока, Нам У Джин коротко сообщил:

— Ли Са Ён уснул.

— Постойте, правда? Вы уверены, что он просто спит?

Нам У Джин скрестил ноги и повернулся в кресле, сухо ответив растерянному Пэ Вон У:

— Нет никаких признаков, указывающих на смерть мозга. Наоборот, его состояние идентично состоянию человека в глубоком сне.

— Но это нормально, спать так долго?

— Чёрные дыры превращались в белые, киты летали в небе. Разве так странно, что кто-то немного подольше поспит? Это вполне возможно.

— Но…

Нам У Джин поднял руку, прервав Пэ Вон У.

— Конечно, это не нормально. Его тело остаётся идеально сохранённым без какой-либо необходимости во внешнем питании. Никакой атрофии мышц. Он просто существует там. Как будто время остановилось.

Время остановилось. Ча Ый Джэ прикусил губу. Пэ Вон У мрачно пробормотал:

— Вот именно…

— Он не просто охотник, он глава гильдии. Мы не сможем долго скрывать его отсутствие. Для начала подумайте, как с этим справляться.

— Секрет…

— Будет сохранён. Я сделаю всё, что в моих силах, но…

Нам У Джин раздражённо цокнул языком.

— В тот момент, когда его отсутствие обнаружат, этот старый хитрый лис не будет сидеть сложа руки. Убедитесь, что у вас есть план.

— Да, спасибо.

— …

Холодные белые глаза Нам У Джина обвели комнату, его взгляд остановился на Ча Ый Джэ. После короткого, загадочного наблюдения он повернулся и вышел из комнаты.

Тишина вновь воцарилась.

— …

Пэ Вон У, массировавший виски, посмотрел на Юн Га Ыль.

— Я слышал от Чон Бина, что наш глава гильдии отправился спасать тебя. Ты хоть знаешь, почему? Нам нужно понять причину, чтобы предпринять что-то.

— Ах, в общем-то, у меня есть одна теория… — Юн Га Ыль нервно сглотнула. — Но это всего лишь гипотеза, так что не воспринимайте её слишком серьёзно.

Её очки блеснули, поймав свет.

— Я встретила Ли Са Ёна из того разрушенного мира. По какой-то причине он спас меня. А вскоре после этого J и Ли Са Ён из этого мира пришли, чтобы спасти меня в том уничтоженном мире.

Пэ Вон У бросил осторожный взгляд на J, Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ слегка кивнул в подтверждение. Юн Га Ыль, прикусив губу, спросила:

— Но могут ли две версии одного и того же человека существовать в одном мире?

— …Что?

— Тот, кого я встретила, бродил по тому миру, ожидая конца. Он выбрал остаться в разрушенном мире по своей воле. Но потом появился Ли Са Ён из этого мира, то есть в одном мире оказалось два Ли Са Ёна.

Два Ли Са Ёна в одном мире. Система всегда соблюдала баланс и порядок. Ча Ый Джэ пробормотал своим изменённым голосом:

— Один должен исчезнуть…

Или они должны слиться.

Когда что-то разделяется на два, оно должно стать единым снова. Вероятно, к такому выводу пришла система. Юн Га Ыль перевела взгляд с Чон Бина на Ча Ый Джэ.

— Это немного не по теме, но разве количество падающих обломков из белых дыр не уменьшилось с тех пор, как Ли Са Ён погрузился в глубокий сон?

— …

Чон Бин с обеспокоенным выражением лица ответил:

— Нам нужно это проверить.

— Ли Са Ён из того мира и Ли Са Ён из этого мира по сути один и тот же человек.

В этот момент Со Мин Ги, который до этого молча слушал в тени, поднял руку.

— Подождите, откуда такая уверенность?

— Что это вдруг?

— Потому что ничего нельзя утверждать наверняка. Я слышал общую историю от Чон Бина, но ведь тот мир уже уничтожен, не так ли? Мы должны учитывать возможность, что его сущность могла измениться, пока он находился там в одиночестве.

— Это…

Юн Га Ыль нервно обвела взглядом комнату, пока её глаза не остановились на Ча Ый Джэ. Уловив её взгляд, Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза, указал на себя и беззвучно спросил:

«Я? Почему?»

Юн Га Ыль смущённо отвела взгляд. Она сжала подол своей юбки поверх спортивных штанов и опустила глаза.

— …Я просто почувствовала, что это один и тот же человек. Нет, я в этом уверена.

— У тебя есть основания так считать?

— Да, есть.

— Можешь рассказать, какие? Ради доверия.

— …

После недолгого колебания Юн Га Ыль опустила голову ещё ниже и пробормотала:

— …Одержимость.

— …Простите, что?

Со Мин Ги, который пытался понять ход мыслей Юн Га Ыль, в шоке прикрыл рот рукой. Ча Ый Джэ тоже остолбенел, уставившись на неё. Почему, чёрт возьми, она сказала это, глядя на него? В этот момент тишину прервал другой голос.

— Тогда их души, наверное, слились.

— Что?

Все обратили внимание на Хон Ё Сона. Он сложил бумажный самолётик из клочка бумаги и небрежно запустил его в воздух.

— Если они по своей сути одинаковы, значит, их корни одни и те же.

— И что ты пытаешься этим сказать? — холодно спросил Пэ Вон У.

Хон Ё Сон раздражённо цокнул языком и вдруг резко поднялся.

— Хорошо, этот гений объяснит вам всё так, чтобы вы поняли. Кто-нибудь, одолжите мне стакан? О, возьму этот. Ты уже допил? Извиняюсь.

Хон Ё Сон схватил стаканы Чон Бина и Пэ Вон У и поставил их рядом на стол. Два охотника, у которых он забрал сок, выглядели озадаченными, но он проигнорировал их реакции. Оба стакана были наполнены виноградным соком, хотя и в разных количествах. Хон Ё Сон указал на левый стакан.

— Что вы видите?

— Стакан.

— Это контейнер. А внутри?

— Виноградный сок.

— А в этом?

— Тоже виноградный сок.

— Хорошо, тогда…

Хон Ё Сон перелил весь сок из правого стакана в левый. Сок заполнил стакан до краёв, едва не переливаясь через край. Он снова указал на стакан.

— Теперь, что происходит, если два виноградных сока сливаются, независимо от их желания? Чем это становится?

— Виноградным соком…

— Именно. Когда соединяешь одинаковый сок, он внезапно не превращается в вино. А теперь представьте, что этот виноградный сок — это душа Ли Са Ёна.

Ча Ый Джэ скрестил руки на груди. Это звучало логично. Чон Бин тоже округлил глаза от удивления.

— Тот Ли Са Ён удерживал целый мир, так? Значит, его душа не обычная. И Ли Са Ён, которого мы знаем, тоже не совсем обычный человек…

Хон Ё Сон легко постучал кончиком бумажного самолётика по поверхности переполненного стакана. Поверхность сока колебалась, угрожая пролиться в любой момент.

— Теперь две такие души были влиты в одно тело, наполнив его, как этот стакан. Поэтому он сейчас в спящем состоянии.

— Ух ты…

Громко хлопнув в ладоши, Пэ Вон У резко поднялся со своего места.

— Хон Ё Сон, ты настоящий гений. Это безумие.

На губах Хон Ё Сона начала появляться самодовольная улыбка. Со Мин Ги, до этого стоявший как тень в углу комнаты, тоже присоединился к аплодисментам.

— Ты смог объяснить это заместителю главы гильдии с первого раза… ты действительно гений.

— Что? Я, величайший гений мира, божественный мастер, благословлённый небесами, Хон Ё Сон?

— Я не совсем так сказал.

Игнорируя развернувшийся перед ним комедийный спектакль, Ча Ый Джэ постучал по подлокотнику своего кресла. На данный момент это была самая разумная и убедительная теория. Но вскоре его подозрения взяли верх, и он мрачно посмотрел на самоуверенного мастера.

«Неужели это тот же Хон Ё Сон, что был в Мемориальном подземелье?»

Это было вполне объяснимо. Тот Хон Ё Сон казался гораздо умнее, чем тот, которого он знал. Почувствовав его замешательство, Чон Бин наклонился ближе, прикрыв рот рукой, и прошептал на ухо:

— Я называю это его «периодическим состоянием гениальности».

— Он всегда такой?

— Очень редко.

Может, это было похоже на сломанные часы, которые показывают правильное время дважды в день. В этот момент Пэ Вон У, который ещё хлопал, озабоченно спросил:

— Значит, нет способа разбудить его, кроме как ждать? Мы никак не можем его разбудить?

— Хм? Если состояние Ли Са Ёна действительно похоже на этот стакан…

Хон Ё Сон постучал по краю стола. Стол заскрипел, и стакан с соком закачался. В конце концов, несколько капель сока пролились через край.

Хон Ё Сон пожал плечами, глядя на лужу сока под стаканом.

— Даже малейшее вмешательство может всё испортить.

Глава 147

Это был беспорядок. Все взгляды были устремлены на виноградный сок, медленно разливающийся по столу. Было очевидно, что никто не хотел насильно будить Ли Са Ёна. Пэ Вон У спросил:

— Тогда есть ли хоть какие-то догадки, когда он проснётся?

— Откуда мне знать! Я же не гадалка, речь идёт о душе Ли Са Ёна. Это зависит только от него.

— Даже несмотря на то, что ты богом данный гений, лучший мастер?

— Ла~ла~ла~, я ничего не слышу.

Хон Ё Сон заткнул уши и скрылся в углу конференц-зала.

— …Итак, лучший выход сейчас — просто оставить всё как есть.

После слов Чон Бина в конференц-зале вновь воцарилась тишина. По словам Хон Ё Сона, всё, что они могли сделать, — это ждать. Ничего не предпринимая, подавленные чувством беспомощности.

Я должен был быть ближе.

Если бы я просто немного задержался с решением вопроса с китом.

Ча Ый Джэ сжал руку, которая лежала на столе. Хотя хватка была слабой, стакан с соком, уже стоявший неустойчиво, накренился. Сок пролился из стакана, распространяясь всё шире и шире. Глядя на фиолетовый след, он закрыл глаза. В темноте, поглотившей его зрение, возникла пара фиолетовых глаз.

Когда это началось? Те отстранённые, наблюдательные глаза теперь излучали тепло.

«Возвращайся скорее, хён».

Знал ли Ли Са Ён о своём будущем, когда так прощался со мной? Наверное, знал. Ведь он же протянул мне свиток телепортации, притворяясь, будто даёт обещание мизинцем.

— …

Жизнь Ча Ый Джэ всегда была серией выборов. До сих пор он всегда выбирал путь, на котором можно было спасти больше всего людей.

— …

Но.

Образ Ли Са Ёна, беспомощно лежащего в ванной, вспыхнул перед его глазами. Ча Ый Джэ стиснул зубы. В этот момент:

Хлоп!

Резкий хлопок раздался в ушах. Ча Ый Джэ, ошеломлённый, поднял голову. Рядом с ним стоял Чон Бин, пристально и спокойно смотревший на него.

«Сколько времени я держал голову опущенной?»

Когда Ча Ый Джэ выпрямил сутулое тело, Чон Бин мягко улыбнулся и похлопал его по спине.

— Сейчас пора подумать о том, что мы можем сделать.

— Мы? — Это звучало странно и непривычно. Ча Ый Джэ огляделся по сторонам на людей, сидящих в конференц-зале. Вспоминая, он осознал, что сейчас он не один. Чон Бин продолжил говорить медленно.

— Нам нужно найти другие способы заполнить пустоту, оставленную Ли Са Ёном. К счастью, он не охотник, за каждым движением которого следят, а здесь…

Его взгляд переместился на J.

— …Благодаря J, который внезапно появился и отлично справился с китом, внимание на какое-то время будет сосредоточено на нём. Внезапное появление охотника номер один — это большое событие. Но всё же…

Чон Бин кивнул в сторону окна. Белый пепел всё ещё мягко оседал с неба.

— В такой ситуации кто-то рано или поздно придёт искать Ли Са Ёна. Несколько пропущенных звонков — это нормально, но длительное молчание вызовет подозрения.

Пэ Вон У, задумчиво опустив голову, пробормотал:

— …Может, сказать, что он временно уехал за границу?

Со Мин Ги воскликнул:

— Ты хочешь сделать из него предателя в такой ситуации? Даже охотник Гю Гю сейчас в Корее!

— Чёрт возьми, почему Гю Гю всё ещё в Корее, если сейчас даже не Чусок? Что нам делать?

— Как бы то ни было, мы не сможем долго скрывать отсутствие Ли Са Ёна. Другие гильдии с радостью воспользуются этим хаосом, чтобы расширить своё влияние. Им захочется занять место национального героя.

— Есть… что-то, что ты мог бы сделать, чтобы помочь нам? Ведь мы столько пережили вместе, помнишь, как рубили дрова и грели руки дыханием в той развалившейся хижине с Ли Са Ёном, да, капитан?

Пэ Вон У изобразил жалобное выражение лица, сложив руки и нахмурив брови, словно молясь. Однако Чон Бин покачал головой.

— Я уже учёл своё участие в том, что сказал.

— О, нет…

— Если.

Голос, изменённый и бесстрастный, привлёк внимание всех. Он принадлежал J, который сидел, скрестив ноги. Проводя пальцем по столу, он слегка наклонил голову.

— Если я начну действовать как следует.

— …

— Смогу ли я прикрыть отсутствие Ли Са Ёна?

Серьёзное выражение лица сменило удивление на лице Чон Бина. Он провёл рукой по подбородку и пробормотал:

— …На какое-то время.

— Не надолго?

— Интерес публики быстро переключается. Но мы могли бы продержаться месяц или два.

— Тогда так и сделаем.

— Что?

— Два месяца.

J поднял два пальца, складывая их в знак V.

— Я буду активно работать на передовой в течение следующих двух месяцев, так что слейте эту историю в СМИ и переключите всё внимание на меня.

— …

— Если Ли Са Ён за это время не проснётся, мы придумаем другой способ. Кто-то против?

Никто не ответил. Это было привычно. Быть на передовой, отсутствие отклика. И…

— Тогда решено.

С этими словами он встал без колебаний и направился прямо к Хон Ё Сону, который в углу складывал журавликов.

— Эй, ты.

Хон Ё Сон моргнул, глядя на него.

— А? Что? Ах, точно. Ты пришёл рассказать, как прошла миссия? Как всё прошло? Я очень старался —

Хватит. Ча Ый Джэ резко прикрыл рот, который выливал слова, словно водопад. Яркие карие глаза Хон Ё Сона широко раскрылись в возмущении.

— Ммф! Ммф!

Изменённый голос коротко скомандовал:

— Включи. То, где твои глаза становятся золотыми.

— Ммф?

— Поторопись. У нас нет времени.

Глаза моргнули в недоумении, а затем в них начали проявляться и вращаться золотые узоры. Это были несомненно Оценивающие глаза, но…

«Это не те, которые я видел в Мемориальном подземелье».

Те Оценивающие глаза, которые он видел тогда, были более сложными, хаотичными и живыми.

«Это совершенно разные сущности?»

Ча Ый Джэ убрал руку от рта Хон Ё Сона. Тот склонил голову набок.

— Почему вдруг Оценивающие глаза? Что-то нужно проанализировать?

«Но… пока ещё всё неясно».

Ча Ый Джэ держался за едва заметную возможность. Если, как и Ли Са Ён, эти двое разделяли одно происхождение души, где-то должна быть связь.

«Ты сказал, что это был последний шанс».

«Хон Ё Сон» помог Ча Ый Джэ из первого мира, когда тот вернулся во времени. И, вероятно, с тех пор он наблюдал за ним. Наблюдал за его борьбой, чтобы предотвратить конец.

«Он, скорее всего, смотрит даже сейчас».

Ча Ый Джэ достал свой телефон с треснувшим экраном и протянул его.

— Введи свой номер.

Глаза Хон Ё Сона заискрились от переполнявшего восторга.

— Ух ты… Ты просишь мой номер?

— Просто введи его.

— Можно я буду писать тебе, когда мне скучно?

— Нельзя.

Как только номер был введён, Ча Ый Джэ выхватил телефон обратно и решительно открыл дверь конференц-зала. Он быстро поклонился всем, кто ошеломлённо смотрел на него.

— Ну, тогда я пойду. Если что-то понадобится, связывайтесь через Со Мин Ги.

Щёлк.

Как только дверь конференц-зала закрылась, воцарилась тишина. Он коротко вздохнул. Напряжение в груди не утихало. Ча Ый Джэ начал идти, время от времени постукивая кулаком по груди в области сердца. И тут это произошло.

— Эй, подождите!

Знакомый, низкий голос остановил его. Это был голос, который он слышал утром, днём и ночью в ресторане с супом от похмелья.

Привычки — это действительно страшная вещь. Не задумываясь, Ча Ый Джэ автоматически обернулся, сунув руку в карман, готовый достать блокнот для заказов и ручку. Конечно, никакой ручки там не оказалось. Всё-таки на нём была боевая форма!

«Чёрт, чёрт возьми».

Ча Ый Джэ стоял неловко, обратившись лицом к Пэ Вон У. К счастью, тот, похоже, был занят своими мыслями и не обратил внимания на странную позу перед ним. Пэ Вон У немного замялся, прежде чем заговорить.

— Эм, кстати.

— Да?

— Это… вы…

Сердце заколотилось от вины. Неужели это связано с рестораном? Неужели он догадался, что Ча Ый Джэ был тем самым работником на полставки? Ча Ый Джэ сжал кулак за спиной, готовый в случае необходимости прибегнуть к «стиранию памяти» (если придётся). Но то, что сказал Пэ Вон У, оказалось совершенно неожиданным.

— Вы знали, что Са Ён всё это время искал J?

— …Что?

Ча Ый Джэ слегка приоткрыл рот. Пэ Вон У почесал затылок.

— Ах… Я не собирался это упоминать. Пожалуйста, не делайте вид, что знаете об этом, даже если Са Ён потом проснётся. Я серьёзно. Обещайте мне.

Пэ Вон У сложил руки в мольбе, умоляюще глядя на него. Ча Ый Джэ, глядя на него, глубоко вздохнул и сделал шаг назад.

— Нет, всё нормально.

— Простите?

— Вам не нужно рассказывать мне.

— Но всё же…

— Я уже знаю.

— …

— Я знаю, что Ли Са Ён ждал меня, что он искал меня.

Каждый раз, когда Ча Ый Джэ произносил имя Ли Са Ёна, его сердце начинало биться беспорядочно. Он ненадолго замолчал, а затем опустил голову.

— Я ценю это, но хочу услышать всё напрямую от Ли Са Ёна, когда он проснётся.

— А, понял…

— Прощайте.

Только когда чёрная фигура исчезла, а звук шагов полностью стих, Пэ Вон У тяжело выдохнул. По его лбу стекал холодный пот. Он выдохнул и слегка оглянулся.

— …Сильно заметно, что я нервничал?

Со Мин Ги, появившийся из тени Пэ Вон У, поправил свои тёмные очки.

— Он не такой уж псих. Наверное.

— Я знаю, чувак. Но что я могу сделать, если моё тело напрягается после того, как меня так сильно отделали?

— …

Со Мин Ги не ответил, лишь пожал плечами. В самом деле, в тот день J…

— Был как призрак.

— Мм?

— Ничего. Охотник Чон Бин тебя зовёт.

— А, понял.

Пэ Вон У тяжело поплёлся обратно в конференц-зал. Со Мин Ги, потирая шею, смотрел на пустой коридор. Холодный пот пропитал его прежде, чем он успел это осознать.

В День перемен J потерял рассудок и устроил погром в доме главы гильдии Ли Са Ёна, но был остановлен Маленьким Чудом Со Мин Ги, Парнем-Щитом и Чон Бином. Хотя слово «остановлен» здесь не совсем точное. Точнее сказать…

Он «позволил» остановить себя. Наверное…

— …

Даже теряя рассудок, он беспокоился о том, чтобы не причинить вреда Ли Са Ёну.

«Похоже, он не очень ясно помнит, что произошло в тот день…»

Со Мин Ги потёр рот и тяжело вздохнул — редкость для него. Быть лично выбранным J означало, что впереди его ждёт изматывающее время.

Конечно, как законченный трудоголик, Со Мин Ги тайно приветствовал появление нового хозяина.

Глава 148

За два с половиной месяца Ча Ый Джэ делал всё возможное. У его ног был Со Мин Ги, за спиной — гильдия Падо, а поддержку обеспечивал первоклассный государственный служащий Чон Бин. Он решительно брался за подземелья, разломы и монстров, не делая различий.

За это время он также стал свидетелем того, как искусно Чон Бин манипулировал общественным мнением, используя свою известную внешность. В самом деле, была причина, по которой он монополизировал все рекламные кампании в сфере общественных услуг. Восемь лет оказалось более чем достаточно, чтобы превратить усердного коллегу в хитрого лиса.

Однако, казалось, что временные решения вроде «Герой, который вернулся спустя 8 лет, чтобы снова спасти страну!» начинали терять эффект. Особенно на фоне статей, где начинали задаваться вопросами о Ли Са Ёне.

«Хотелось бы, чтобы появился гигантский монстр».

Общество, которое когда-то восторженно встречало возвращение J, постепенно стало воспринимать его усилия как должное. Ведь он герой. Если возникала проблема, все считали, что он, разумеется, придёт на помощь. Пэ Вон У, с которым Ча Ый Джэ иногда пересекался, часто бурчал с недовольным выражением лица:

— Это абсолютно не то, что можно воспринимать как само собой разумеющееся. Люди просто слишком беспечны, когда речь идёт о безопасности.

Ча Ый Джэ лишь пожимал плечами. Он слишком часто сталкивался с этим, чтобы удивляться.

Его палец бездумно скользил по экрану телефона, пролистывая заголовки новостей, пока он внезапно не остановился. На экране была фотография мужчины средних лет с тигриным лицом и сединой в волосах. Сон Джо Хон. Заголовок статьи с его фото гласил:

[Почему герой молчит? Загадка разлома в Западном море].

— …

Он швырнул телефон в ящик рядом с диваном.

— Это такая головная боль…

Тук, тук, тук… Звук пальцев, барабанящих по кожаному дивану, прекратился.

В доме Ли Са Ёна царила тишина. Согласно словам Со Мин Ги, Ли Са Ён спал очень чутко, просыпаясь даже от малейшего шума ночью. Поэтому в доме была установлена качественная звукоизоляция.

Правда, Ча Ый Джэ это не особенно радовало. Ему нужен был шум, чтобы спать спокойно. С тех пор как он выбрался из разлома в Западном море.

Ча Ый Джэ закатал свободный рукав своей рубашки. На его левом запястье были остатки сильно повреждённых серебряных часов. Из трёх пар маленьких стрелок двигалась лишь одна, медленно ползущая вперёд.

«Последний шанс».

Когда все стрелки остановятся — значит, он либо добьётся успеха, либо потерпит неудачу.

Ча Ый Джэ снял часы и положил их на подлокотник дивана, затем включил восьмичасовое видео с шумом дождя, использовал подушку как подголовник и закрыл глаза. Возможно, мысль о том, что Ли Са Ён находится за стеной, заставляла его чувствовать себя не таким одиноким.

Сознание постепенно начало погружаться в сон.

Наконец, Ча Ый Джэ открыл глаза. Окружающее было знакомым. Это был коридор бывшего здания Бюро управления пробуждёнными, в котором он бывал чаще, чем дома. Звуки приглушённых голосов были отчётливы.

Его ноги уверенно несли его по коридору. Лица людей, которых он встречал, были размытыми. Если он пытался сосредоточиться на них, они быстро превращались в чёрные пятна. Затем появилась единственная фигура с ясным лицом — женщина, сидящая с элегантно скрещёнными ногами. Это была Пчела. Она подперла подбородок рукой, заметив Ча Ый Джэ.

«Что ты здесь делаешь?»

— Мне не странно здесь находиться. Странно то, что здесь находишься ты.

«Я пришёл к Чон Бину, так что не устраивай мне разборки».

Пчела холодно добавила.

«Я слышала, ты был в горах Канвондо».

— Это было вчера. Ты отстаёшь от новостей.

«Цк».

Она резко отвернула голову, и её длинные, завязанные в хвост светлые волосы качнулись. Ча Ый Джэ упрямо задал вопрос:

— Как ты в последнее время?

«Как обычно. Кстати…»

Пчела кивнула в сторону конца коридора и встала. Это было направление аварийной лестницы. Ча Ый Джэ последовал за ней, делая вид, что не замечает, как достаёт из кармана пачку сигарет. Бах, дверь захлопнулась. Пчела огляделась и, понизив голос, зашептала:

«Итак, я поговорила с Мэтью, как ты просил. Правда, что частота появления разломов в последнее время возросла. Есть несколько разломов, существование которых скрывают, чтобы снизить панику среди населения, и Мэтью тоже считает это странным».

— …

«Частота появления монстров из разломов тоже увеличилась. Я связалась с Гю Гю, и он сказал, что за границей то же самое. Ситуация выглядит зловеще».

— Понял.

Пчела нахмурилась и скрестила руки.

«Если что-то узнаешь, поделись, ладно? Ты ведь делаешь это не только ради себя».

— …Прости. Пока у меня нет ничего определённого.

«Эй, J».

Её светло-карие глаза остро сверкнули.

«Пожалуйста, не… пытайся… справляться в одиночку…»

Голос Пчелы и её лицо начали размываться, пока они смотрели друг на друга. Вскоре вся сцена вокруг него начала искажаться. Ча Ый Джэ пробормотал:

— Ещё один тупик сегодня.

И вскоре после этого Ча Ый Джэ снова открыл глаза. Его встретил привычный тёмный потолок.

Звук дождя продолжался без конца. Ча Ый Джэ потянулся к часам и телефону рядом с кроватью. Прошло всего 30 минут. Он медленно поднялся и начал идти. Он открыл плотно закрытую дверь.

Нащупав в темноте стул рядом с кроватью, он сел и посмотрел на едва различимый профиль рядом с собой. Затем Ча Ый Джэ лёг, опустив голову на кровать.

***

После того как Ли Са Ён засыпал, Ча Ый Джэ иногда видел вещи во снах. В этих снах он становился «Ча Ый Джэ», двигался, путешествовал и разговаривал с людьми — как знакомыми, так и незнакомыми. Он встречался с Ли Са Ёном несколько раз.

«Хён».

Там у Ли Са Ёна были чёрные глаза, он хорошо готовил и был добрым. И только после того, как Ча Ый Джэ съедал приготовленное Ли Са Ёном блюдо, он осознавал.

«Это не сон».

Ведь невозможно почувствовать вкус во сне, верно?

То, что видел Ча Ый Джэ, было ярким воспоминанием, вероятно, первым воспоминанием Ча Ый Джэ, судя по чёрным глазам и планировке дома.

Явление, когда он видел что-то каждый раз, как засыпал, могла объяснить только Юн Га Ыль, специалист в этой области. Поэтому он первым делом обратился к ней за советом. Они встретились на крыше школы, где она училась. Ча Ый Джэ решил взломать замок на двери крыши, чтобы обеспечить тишину для разговора.

Юн Га Ыль, слушая его рассказ, нахмурилась и слегка наклонила голову.

— Вы говорите, что этого никогда не было раньше, но это началось после Дня перемен?

— Да.

— Есть ли что-то, что отличается от прежнего? Если это появилось внезапно, должна быть причина.

Ча Ый Джэ, задумавшись на мгновение, пробормотал:

— Слишком много всего.

— Можете назвать несколько самых важных?

Ча Ый Джэ начал загибать пальцы один за другим.

— Во-первых, я уволился с подработки в ресторане похмельного супа. Вместо этого я начал работать как J.

— Ага.

— Ли Са Ён заснул…

Когда Ча Ый Джэ загнул около пяти пальцев, Юн Га Ыль, которая молча слушала, заговорила:

— Всё, что вы упомянули, в основном изменения в окружающей среде, так? А что насчёт изменений, произошедших с вами лично?

— Со мной?

— Да. Например…

Юн Га Ыль закрутила прядь волос на палец.

— Волосы, ставшие пепельно-серыми… или эти часы на вашем запястье. Кстати, мы ведь так и не исследовали их, потому что сосредоточились на том, что глава гильдии Ли Са Ён потерял сознание, верно?

— Ах.

Ча Ый Джэ поспешно закатал рукав куртки, обнажив старые часы, которые выглядели так, будто могли сломаться в любую секунду. Юн Га Ыль с беспокойством сказала:

— Это может быть причиной. Почему бы вам не попробовать поспать без часов рядом с вами?

Это было весьма разумное предложение. Ча Ый Джэ поручил Со Мин Ги оставить часы в ресторане похмельного супа перед сном. Той ночью вместо доброго Ли Са Ёна ему приснился разлом в Западном море. Стало ясно, что причиной были часы.

Был ещё один эксперт по предметам — Хон Ё Сон, самопровозглашённый и признанный «лучший мастер мира».

Его последнее секретное убежище находилось на окраине Инвансан. С помощью Чон Бина Ча Ый Джэ вошёл в тихий дом, где жил мастер, и тут Хон Ё Сон выбежал на четвереньках, цепляясь за штаны Ча Ый Джэ.

— Я чуть не умер от скуки! Ты мне даже не написал! Я тебя ненавижу!

Чон Бин, стоя с руками за спиной, тепло улыбнулся.

— Вы бы всё равно не увидели, даже если бы он написал.

— Но всё же!

Оказалось, что каждый раз, когда его отправляли в отдалённое место, Ли Са Ён восстанавливал ему доступ к интернету, но на этот раз Ли Са Ён заснул, оставив его полностью оторванным от мира. Пока Хон Ё Сон рассказывал об этом, жаря водоросли огнём, который извергала Ккокко, он внезапно заговорил.

— Ты сказал, эти часы использовались для того, чтобы перевернуть мир, так? Этот… первая версия тебя.

— Да.

— Тогда они наверняка накопили огромное количество энергии. И ты говорил, что стал осью.

— Стал.

— Когда что-то нуждается в оси, это значит, что сам предмет ничего не может. Предмет и ось должны соединиться и стать единым целым, чтобы это заработало.

— Стать единым целым?

— Да.

Ккокко, только что выпустившая маленький уголёк, начала суетиться вокруг Ча Ый Джэ. Пока он резал водоросли ножницами, Хон Ё Сон пробормотал:

— Может быть, эти часы слились с частью «Ча Ый Джэ», который стал осью? Они не поглотили твоё тело, но… возможно, воспоминания или… сильные желания отпечатались в них.

— …

— И теперь встреча с этим же Ча Ый Джэ вызывает какую-то реакцию. Если это не вредит твоему телу, разве не стоит продолжать это испытывать? Возможно, ты найдёшь подсказку.

— …

— …Хотя я не создавал их, так что не могу сказать наверняка!

Вновь в словах Хон Ё Сона мелькнул намёк на мудрость. Это происходило слишком часто, чтобы быть случайным. Ча Ый Джэ, подозрительно глядя на Хон Ё Сона, вдруг хлопнул его по спине.

— Ай!

— Кря!

Хон Ё Сон и Ккокко закричали одновременно…

***

Бип-бип-бип-бип-бип —

Ча Ый Джэ снова проснулся. Его телефон мигал красным и громко звонил. Ча Ый Джэ быстро сел. Это был экстренный вызов от Чон Бина.

— В Мокпхо появилось эродированное подземелье. Оно крупнее, чем раньше.

Эродированное подземелье. Это могло быть связано с разломом в Западном море. Он тут же проснулся окончательно. Без лишних раздумий Ча Ый Джэ вскочил и выбежал из комнаты. Когда за ним захлопнулась дверь, в большом доме вновь воцарилась тишина.

Серебряные часы, оставленные в темноте, блеснули.

Глава 149 - Что отражается в зеркале

Кап-кап-кап... Капли воды падали со сталактитов, собираясь на земле. Лужа постепенно растекалась, сливаясь с красной жидкостью. Прозрачная вода быстро окрашивалась в багровый цвет. Воздух в пещере был сырой и пропитан запахом крови. Кровь стекала с груды тел монстров, сложенных в углу.

Ча Ый Джэ сидел на плоском камне, сгорбившись, с незажжённой сигаретой во рту. Он молча вслушивался в звуки снаружи. Шшшшш...

— Кажется, это происходит циклично, не так ли? — прозвучал голос Со Мин Ги, стоящего, словно тень, в уединённом углу пещеры.

— Да. Похоже, это происходит всплесками, а затем затихает, следуя определённой закономерности.

Снаружи пещеры белый пепел кружил, словно метель, делая невозможным свободное передвижение. Если бы Ча Ый Джэ был один, он бы уже давно прошёл через пепел и завершил расследование. Однако, благодаря оправданию Со Мин Ги, что тот не хочет пачкать свой костюм белым пеплом, они вместе ждали внутри пещеры. Ча Ый Джэ проворчал:

— Какой же опасности может быть этот пепел...

— Возможно, он не опасен для вас, но может представлять угрозу для следующей группы расследования. Нужно проверить все потенциальные риски.

На это трудно было возразить. Ча Ый Джэ сам хорошо понимал важность расследования. Разве он сам не составил что-то вроде энциклопедии монстров? Прищёлкнув языком, он бросил взгляд на тень. Со Мин Ги тем временем что-то засекал на аналоговом секундомере.

Щелчок. Со Мин Ги нажал кнопку и, не оборачиваясь к Ча Ый Джэ, спросил:

— Как там глава гильдии? Чтобы уточнить, этот вопрос не от меня, а от заместителя главы гильдии Пэ Вон У.

— ...

Ча Ый Джэ, подперев подбородок рукой, равнодушно ответил:

— Всё по-прежнему.

— Совсем никаких изменений?

— Никаких. Он просто продолжает спать. Даже цвет лица не меняется.

— Обычно в таких случаях пробуждает поцелуй, наполненный любовью.

Ча Ый Джэ не поверил своим ушам. Он правильно понял? Я случайно не довёл Со Мин Ги до ручки? Тот совсем сошёл с ума? Ча Ый Джэ выпрямился, оторвавшись от своего сгорбленного положения, и посмотрел на Со Мин Ги с выражением шока. Со Мин Ги, оставаясь серьёзным, добавил:

— Для уточнения, это была идея заместителя главы гильдии Пэ Вон У, а не моя. Если хотите что-то сказать, обращайтесь напрямую к нему.

— Чужие слова вы передаёте прекрасно, а мои почему нет?

— Передача ругательств противоречит моим принципам.

— Это не ругательство, так что передай.

— Я слушаю.

— Скажи ему, если у него есть время смотреть диснеевские фильмы, пусть лучше усердно работает.

— Это разумное мнение, и я с ним согласен, так что передам.

Ча Ый Джэ, бросив на Со Мин Ги сердитый взгляд, сжал сигарету зубами.

«Поцелуй, чтобы разбудить?»

Он что, думает, что я этого не пробовал? Он правда так думает?

Воспоминания подняли волну раздражения. До Дня Разлома Ча Ый Джэ был обычным подростком в Южной Корее, росшим на бесчисленных историях и фильмах, где спящих принцесс пробуждает поцелуй, наполненный любовью. Невозможно было не вспомнить это, глядя на спящего Ли Са Ёна.

Но ничего не изменилось после поцелуя!

Теперь, оглядываясь назад, Ча Ый Джэ осознавал, что тогда он был не в своём уме, бессонными ночами. Конечно, сам человек в таком состоянии этого не замечает. Ча Ый Джэ сидел у кровати спящего Ли Са Ёна, наклонялся над ним, словно зачарованный, и... целовал его.

Естественно, Ли Са Ён не проснулся.

«Чёрт.»

В течение следующих двух дней Ча Ый Джэ не заходил в комнату Ли Са Ёна. Сжав сигарету так сильно, что она сломалась пополам, он постучал ногой по полу. Однако Со Мин Ги, похоже, истолковал его смущение иначе.

— Вы нервничаете?

Я нервничаю?

Ча Ый Джэ остановил ногу, которая до этого отбивала ритм, словно метроном.

— …

Наверное.

Поцелуй, который он подарил спящему Ли Са Ёну, и беспокойство, сверлящее грудь, всё это рождалось из тревоги. Как Ли Са Ён смог ждать восемь лет? Даже этот мимолётный промежуток времени, несравнимый с восемью годами, делает Ча Ый Джэ таким нервным.

Ли Са Ён сейчас спит, но он дышит, жив. Он находится там, где Ча Ый Джэ может видеть его. Вот почему Ча Ый Джэ держится. Вижу его — значит, уверен.

Но Ли Са Ён выдерживал всё это время, не зная даже, жив ли Ча Ый Джэ, цепляясь лишь за веру. Веру в возвращение Ча Ый Джэ, в то, что он жив. Веру в то, в чём сам Ча Ый Джэ не был уверен.

— …

Я знаю. Знаю, что безопасность — самое важное. Но тревога, бурлящая в груди, — это то, что я не могу контролировать. Что, если с Ли Са Ёном что-то случится, пока я теряю время? Что, если возникнет новая проблема? Что, если произойдёт то, с чем я не смогу справиться?

Что, если я снова его потеряю?

Хруст. Его пальцы, сжимающие сигарету, резко сжались, ломая её.

Ча Ый Джэ убрал сигарету и надел маску. За чёрной маской все выражения исчезли, а эмоции, которые раньше бурлили, утихли. Лихорадочное сознание стало ясным.

«Но это ничего не изменит».

Сейчас настало время двигаться вперёд. Больше всего, Ча Ый Джэ знал, что теперь он не один. Он поднял голову. Со Мин Ги всё так же смотрел на него с безразличным выражением. Странно, но это оказалось удивительно успокаивающим.

— Вы всё засекли?

— Да. Хотя выборка мала, похоже, что после пяти минут бури наступает двадцатиминутная пауза. Нужно будет проверить, продолжает ли пепел оседать снаружи.

— Это как Помодоро.

— Вы знаете, что это?

— Видел на YouTube. Значит, скоро должно закончиться…

Ча Ый Джэ, уже собираясь встать, вдруг замер. Со Мин Ги, который пытался аккуратно обойти лужу крови, выходя из тени, посмотрел на него с интересом.

— Что-то не так, сэр?

— Нет…

Ча Ый Джэ потер левое запястье. Ему показалось, что что-то не так, но он даже не осознал, что его часы пропали. Всё его внимание было сосредоточено на словах «эродированное подземелье», и он сразу же схватил Со Мин Ги за шиворот и использовал свиток Хон Ё Сона, чтобы отправиться в Мокпхо.

— …

Наверное, я оставил их в доме Ли Са Ёна. Никто другой туда не может войти, так что вряд ли их кто-то заберёт, но…

«Теперь я волнуюсь по любому поводу…»

Ча Ый Джэ постучал носком ботинка по полу и цокнул языком.

— Нужно торопиться. Я разберусь с хозяином подземелья, а вы пока займитесь его исследованием.

— Понял. Укажите цели.

Эродированное подземелье — это подземелье, которое было разрушено и связано с разрушенным миром. Это также значит, что подземелье частично соединено с тем миром, который они однажды посетили. Если это так…

— Во-первых, точка, связанная с разломом в районе Западного моря. А во-вторых…

<Глаза Следопыта!>

— Следы «Ли Са Ёна», который находился в этом разрушенном мире.

Где-то должны остаться следы времени, которое Ли Са Ён провёл, блуждая в том месте. Если пойти по этим следам, возможно, удастся найти ключ к решению проблемы Ли Са Ёна.

«Говорят, оставить всё как есть — это лучший путь…»

Но он не мог просто стоять и ничего не делать. Сам Ча Ый Джэ не мог этого допустить.

Со Мин Ги убрал секундомер и поправил солнцезащитные очки на переносице.

— Понял. Как только что-то найду, вызову вас через тень.

Вихрь пепла постепенно стихал. Ча Ый Джэ крепче сжал массивное копьё и сделал шаг вперёд, готовясь встретить наступающую, угрожающую тишину.

***

…Ли Са Ён открыл глаза.

— …

Перед ним простиралось бескрайнее море. Море не было синим; здесь существовали лишь чёрный и белый. Чёрные волны вздымались, а белая пена разбивалась вдребезги. Ли Са Ён поднял взгляд к небу. Там, где должно было быть отверстие, его не было. Значит, это место — не реальность.

Он начал медленно идти вдоль границы, где волны встречались с песком. На мелком белом песке не оставалось никаких следов. Он шёл бесконечно. С каждым шагом казалось, что его разум смывается прочь. Все мысли рассыпались и заново собирались.

Ли Са Ён рассеянно подумал:

«Мне нужно вернуться».

Зачем?

«Он ждёт».

Кто?

«Хён…»

Кто такой хён?

«…»

Я не знаю.

Плеск…

В этот момент волна коснулась его босых ног. Странно, но она не была холодной. Напротив, она была мягкой, словно прикосновение человеческой кожи. Настолько мягкой, что он пожалел, когда волна откатилась обратно. Ли Са Ён перевёл взгляд к морю, туда, где волна исчезала. В центре чёрного моря была огромная дыра.

— …Ах.

Глаза Ли Са Ёна расширились. Эта дыра выглядела точно так же, как место, где исчез разлом в районе Западного моря. Он не мог этого не узнать. Он наблюдал за ним восемь долгих лет, без конца. Это море, пока он ждал Ча Ый Джэ.

— Ты, наконец, пришёл сюда. С ясным разумом.

И тогда раздался знакомый голос. Конечно, он был знаком.

— Хотя я не знаю почему…

Потому что это был его собственный голос.

Сквозь растрёпанные чёрные волосы ярко светились глаза фиолетового цвета. «Ли Са Ён» стоял напротив него. Оба находились на границе между волнами и песком.

Тихим голосом Ли Са Ён спросил:

— Что это за место?

«Ли Са Ён» чуть наклонил подбородок вверх, повторяя его собственную манеру, из-за чего Ли Са Ён нахмурился.

— Место, где собираются потерянные и забытые вещи.

Глаза фиолетового цвета устремились куда-то вдаль, к дыре. Как и было сказано, чёрная вода моря лилась в дыру, словно водопад.

Спустя мгновение «Ли Са Ён» тихо рассмеялся.

— Мы должны были слиться в единое целое, не зная о существовании друг друга…

«…»

— Это значит, что что-то пошло не так. Если мы стоим друг перед другом вот так.

«…»

— Интересно, где же произошёл сбой…

— Ты не знаешь?

«…»

— О… Я слишком хорошо знаю.

Ли Са Ён протянул слова с искривлённой улыбкой. В глазах фиолетового цвета промелькнуло развлечение.

На ослепительно белом небе появился огромный циферблат часов. Внутри него было ещё три маленьких циферблата. Из четырёх циферблатов двигалась только одна стрелка.

— Единственный, кто рушит мои планы и идёт за мной…

Ли Са Ён усмехнулся.

— В этом мире есть только один такой человек.

«…»

«Ли Са Ён» закрыл глаза с глубоким вздохом.

— Конечно…

Когда секундная стрелка часов задвигалась быстрее, море начало подниматься. Скоро чёрная волна взметнулась высоко. Тёмная тень нависла над ними.

— Однако, наслаждаться этим тебе не удастся.

Фиолетовые глаза исчезли за закрывающимися веками. Чёрная волна обрушилась на них. Ш-ш-ш—

Голос растворился в волне.

— …Потому что я буду его преследовать…

***

В тёмной комнате.

— …

Длинные ресницы, до этого сомкнутые, медленно приподнялись.

Глава 150

Когда его глаза несколько раз моргнули, тонкие веки слегка задрожали. Расфокусированный взгляд пусто уставился в темноту. Первая мысль, что пришла ему в голову, не была чем-то значительным.

«Я снова ослеп…?»

Только это.

К счастью, когда его чувства постепенно начали привыкать к темноте, он начал различать окружающие предметы. Медленно, опираясь на локти, он поднялся с матраса. Ощущение одеяла, покрывающего его тело, было знакомым. Вероятно, это была его спальня дома.

Он протянул руку и включил прикроватную лампу. Комнату заполнил багровый свет, окрасив его бледное лицо в красноватый оттенок.

…

Казалось, ему приснился очень длинный сон.

…

Но был ли это действительно сон?

Что-то поблескивало на мягком одеяле. Без колебаний он схватил это и встал с кровати. С каждым шагом его тело шаталось. Движения казались чужими, словно это был не его собственный организм.

Он открыл дверь. Босые ноги несколько раз коснулись холодного деревянного пола, пока он шел к большому окну.

— …

Его затуманенные глаза обратились к небу за окном. Огромная дыра в небе теперь была белой, а вокруг плавно кружился белый пепел. Это была сцена, которую он видел бесчисленное количество раз за мучительно долгий период.

Пейзаж апокалипсиса.

Медленно он опустил взгляд. Пепел оседал на разрушенных останках зданий. Все было белым. Следов жизни не осталось. Тупая боль пульсировала в его голове. Рука, лежавшая на оконном стекле, была почерневшей до запястья.

Апокалипсис всегда был тихим и…

Глухой удар.

Он тряхнул головой и снова посмотрел на улицу. Высотное здание, закрытое тканью, словно на ремонте, оживленное движение транспорта на дорогах, маленькие фигуры людей, идущих по тротуарам, и слабые звуки автомобильных гудков. Все было на своем месте. Рука на стекле теперь почернела только на кончиках пальцев.

Пока что.

«А…»

Он тихо выдохнул и грубо потер лицо обеими руками. Лоб и затылок уже были мокрыми от холодного пота.

— Черт.

Сквозь почерневшие пальцы его фиолетовые глаза сверкнули с необычайной силой. В этих надменных глазах появилась тень беспокойства.

— Что это за чертовщина теперь…?

***

— Почему…

Щелчок.

— …оно…

Щелчок.

— …не загорается?

Крепкая рука боролась с неоново-зеленой зажигалкой старого образца. Ча Ый Джэ нажимал на нее, прижимая к земле, пытаясь зажечь сигарету. Со Мин Ги бросил на него взгляд.

— Подготовить для вас новую зажигалку?

— Нет, в этом нет необходимости… Но это странно. Тут точно должен быть газ.

Ча Ый Джэ поднял зажигалку к свету, наконец заметив надпись на её поверхности. Под странным белым текстом «Рыбный рынок Норянджин» был указан номер телефона. Вероятно, он просто подобрал какую-то старую зажигалку, оставленную клиентами в ресторане похмельного супа. Он никогда не мог понять вкусы охотников.

Со Мин Ги поднял голову.

— Ах… У меня есть предмет, который может зажечь что угодно. Хотите попробовать?

— Что это?

Тот порылся в своём инвентаре и вытащил нечто, похожее на пистолет. Когда он нажал на курок, вспыхнул яркий синий огонь. Ча Ый Джэ с ошеломлённым выражением смотрел на полыхающий столб пламени.

— …Огнемёт?

Со Мин Ги сказал, с каким-то странным выражением гордости на лице:

— Я стащил это со склада конфискованных предметов, когда мы проводили рейд в Бюро управления пробуждёнными. Оно показалось мне полезным. Говорят, оно сделано с использованием магического камня огненного монстра.

Если подумать, кажется, именно курица Хон Ё Сона всегда дышала синим пламенем. Неужели? Ча Ый Джэ спросил:

— Неужели это Хон Ё Сон…?

— Да, это он, мастер, сделал его.

Он и правда создавал всевозможные странные вещи. Ча Ый Джэ с сомнением протянул руку и поднёс сигарету к пламени. Но тут…

Вууш!

— Сэр?

Синее пламя поглотило и сигарету, и руку Ча Ый Джэ. Со Мин Ги быстро снова нажал на курок, чтобы погасить огонь. Ча Ый Джэ небрежно стряхнул с руки сгоревший пепел — теперь она была слегка обожжённой.

— Пламя слишком сильное. Я не могу это использовать.

— …Понял. Я отправлю зажигалку к вам домой.

— Я же сказал, в этом нет необходимости…

Ча Ый Джэ прикусил губу и надел свою маску.

— Значит, и на этот раз мы зря потратили время.

Они стояли на вершине руин разрушенного здания в одном из эродированных подземелий. Пепел, который до этого осыпался с потолка, прекратился после того, как они убили хозяина подземелья.

— Да. Мы исследовали всё, что могли, но ничего необычного не нашли. Кроме, возможно, вон там.

Он указал глазами вдаль. За чёрным каналом простиралась другая огромная территория.

— Возможно, там может быть что-то. Было бы неплохо это проверить сейчас, но…

Со Мин Ги убрал огнемёт и начал быстро что-то записывать на планшете, а затем пожал плечами.

— У вас же сейчас нет на это времени, правда?

— …

Ча Ый Джэ не ответил. Его молчание было подтверждением. Со Мин Ги замер, перестав писать.

— Можно отправить туда исследовательскую команду гильдии Падо, но это будет сложно. Это, скорее всего, невозможно.

— Какой гильдии принадлежит это подземелье?

— Оно принадлежит гильдии Санён, а та связана с гильдией HB. По сути, оно под контролем гильдии HB.

Со Мин Ги почесал висок концом ручки.

— Вы можете попасть куда угодно, потому что вы охотник номер один и имеете государственную аккредитацию, но…

— …

— Если меня здесь поймают, будут большие проблемы.

Ча Ый Джэ нужно было проверить состояние Ли Са Ёна и быстро забрать часы. Но он не мог оставить Со Мин Ги одного. Ча Ый Джэ с силой пнул бетонный обломок носком ботинка. К счастью, он быстро смирился.

— Выбора нет. Уходим.

— Да, сэр.

Со Мин Ги с лёгким вздохом слился с тенью Ча Ый Джэ.

Плеск…

Когда они вышли из подземелья, солоноватый запах моря щекотнул ему нос. Мягкие волны разбивались о скалы, стирая их и распадаясь на белую пену. Эродированное подземелье в Мокпхо сформировалось под обрывом, встречающимся с морем.

Море.

Они обещали поехать на море вместе, но теперь Ча Ый Джэ был здесь один, как и раньше.

«Когда же мы наконец сможем поехать вместе?»

Без подземелий, монстров или системы, вмешивающейся в их жизни, — только они вдвоём.

«Теперь кажется, что всё напоминает мне о Ли Са Ёне».

Будто весь мир был перестроен вокруг Ли Са Ёна. Горький привкус остался на языке. Как только он ступил на песчаный пляж, острое ощущение опасности заставило его напрячься. Ча Ый Джэ крепче сжал своё копьё, сосредоточившись на источнике чувства. Холодный голос разрезал тишину.

— Наконец-то заметил меня? Не слишком ли беспечен герой номер один?

Её длинные, светлые волосы, высоко собранные, развевались на холодном морском ветру, словно флаг. Ча Ый Джэ прекрасно её знал. Она была постоянной фигурой на экранах телевизоров как до Дня перемен, так и после…

И частым гостем в ресторане похмельного супа.

— Ладно, мы оба заняты, так что давай покороче.

Пчела заправила развевающиеся волосы за ухо и пристально посмотрела на Ча Ый Джэ. К счастью, в её взгляде не было настоящей враждебности.

— …

Ча Ый Джэ опустил копьё, которое держал угрожающе, и ответил:

— У меня есть разрешение на вход в это подземелье. Нет причин, чтобы гильдия HB поднимала из-за этого шум.

— Меня это не волнует. Я здесь по другой причине.

Обычно он бы просто проигнорировал её и ушёл. Чем больше он сталкивался с другими охотниками, тем больше возрастали риски.

Но, возможно, это были воспоминания, показанные часами, или их связь через ресторан похмельного супа, которые заставили его захотеть выслушать её. Он не мог сказать наверняка.

Пчела заговорила:

— Ты слышал о наркотике, который превращает пробуждённых в пустышек?

Он слышал. Именно из-за этого наркотика он снова встретил Ли Са Ёна. Но Ча Ый Джэ не ответил, лишь наблюдал за реакцией Пчелы. Возможно, приняв его молчание за подтверждение, она продолжила медленно:

— Причина, по которой я искала именно тебя, в том, что… думаю, ты можешь помочь.

Она закрутила прядь волос на палец. В её поведении было заметно легкое колебание, но вскоре она заговорила твёрдо:

— Мне нужна помощь, J. Я хочу, чтобы ты передал сообщение.

— Какое сообщение?

— Нам нужно спасти Мэтью.

Он встречал Мэтью ранее, на выставке мастеров. Если он правильно помнил, Мэтью занимал третье место в рейтинге Южной Кореи и был главой гильдии HB. Ча Ый Джэ спросил равнодушно:

— Разве вы не должны искать целителя, чтобы вылечить его?

— Мы уже искали. Сказали, что это невозможно. Даже Нам У Джин не смог. Чёрт…

Пчела начала кусать ноготь на большом пальце, её беспокойство было очевидным.

— Ты знаешь, что гильдия HB заключила партнёрство с гильдией Самра?

— Недавно, да.

— …Думаю, всё началось именно тогда. После этого состояние Мэтью стало постепенно ухудшаться. Тот, кто всегда был спокойным и равнодушным, внезапно стал эмоционально нестабильным, всё время тревожным, неспособным контролировать свои силы…

Её глаза сверкнули мрачно.

— Чёрт, они думали, что я этого не замечу…

— …И?

— О.

Она резко вернулась к реальности и подняла взгляд. Затем опустила глаза и пробормотала:

— Нам У Джин сказал мне. Симптомы Мэтью — это начальная стадия зависимости от того наркотика, который мутирует пробуждённых. Организация, стоящая за распространением этого наркотика, — это Прометей. Но, хотя он хорошо знает сам наркотик, тот, кто действительно понимает эту организацию, — это гильдия Падо… Поэтому он сказал, что нужно обратиться за помощью к гильдии Падо.

— …

Тот факт, что Нам У Джин поделился такой засекреченной информацией с Пчелой, скорее всего, означал, что состояние Мэтью действительно было критическим. Ча Ый Джэ вспомнил, как видел в одном из фрагментов, показанных ему Юн Га Ыль, Пчелу, лежащую на полу и рыдающую.

Но сейчас Пчела, стоящая перед ним, хоть и с красными глазами, не плакала.

— Ты ведь недавно работаешь с гильдией Падо, так? Можешь передать сообщение Ли Са Ёну? Парень-щит не может сделать это сам, так как застрял в подземелье.

— Ли Са Ён тоже…

Его горло на миг сжалось. Ча Ый Джэ прочистил голос и покачал головой.

— Ли Са Ён тоже не сможет помочь. Ты ведь знаешь это, верно? Из-за проблем со здоровьем…

— О чём ты говоришь?

Пчела нахмурилась.

— Все знают, что это была просто отговорка. Уже на канале охотников обсудили, что Ли Са Ёна видели в районе Инчхона всего несколько часов назад…

Глухой удар. Глаза Пчелы широко раскрылись, когда J резко схватил её за плечи и наклонился близко.

Чёрная маска, скрывавшая его выражение, и искажённый голос, лишённый эмоций, прорычали низким, резким тоном:

— Что ты только что сказала?

Глава 151

Пчела, которую схватили за плечо, заговорила с растерянным выражением лица.

— Как я уже сказала, это было около четырёх часов назад. Ли Са Ён был замечен в Инчхоне. Ну, ты знаешь Ли Са Ёна. Он часто ездил в Инчхон и передвигался, как ему вздумается. Я думала, он опять нашёл себе отговорку, чтобы заняться чем-то ещё, но…

Наблюдая за реакцией Ча Ый Джэ, она приподняла брови.

— Неужели у него действительно были проблемы со здоровьем?

— У тебя есть фото?

— Это с канала охотников, так что фото нет…

— Со Мин Ги!

— Я уже слушаю.

Со Мин Ги внезапно высунул голову из тени Ча Ый Джэ, чем ошеломил Пчелу.

— Что за… почему этот человек здесь?

— Сейчас клиент — мой господин. Я проверю канал охотников и слухи, а вы, сэр, пожалуйста, проверьте телефон. Если Пчела права, вы должны были получить какие-то сообщения.

Со Мин Ги, наполовину скрывшись в тени, протянул руку и передал телефон. Это был контактный телефон, который Со Мин Ги достал. Как только он включился, появилось множество уведомлений о пропущенных звонках. Все они были от…

Чон Бина.

— …

Ча Ый Джэ прикусил губу. Казалось, будто земля под ногами закружилась. После короткого колебания он нажал кнопку вызова. Гудки тянулись долго, а мысли Ча Ый Джэ сменяли одна другую.

«Неужели правда, что Ли Са Ён очнулся?»

Внезапно?

Конечно, никто не знал, сколько времени потребуется на его пробуждение. Все говорили, что лучше всего просто ждать. Но чтобы очнуться без каких-либо признаков, а затем отправиться в Инчхон, ни с кем не связавшись?

Ни со мной?

— …

Бип. В этот момент звонок соединился.

— Чон Бин.

— А, J… Ты уже вышел из подземелья? Ты нигде не ранен?

Голос Чон Бина звучал измотанно. Ча Ый Джэ машинально потер подошвой ботинка о камень.

— Я только что узнал. Ли Са Ён…

— А, значит, ты слышал. Тогда перейду сразу к делу.

Чон Бин прочистил горло.

— Ли Са Ён был впервые замечен в городе Инчхон 4 часа 30 минут назад и, кажется, с тех пор находится в движении. Согласно докладу гильдии Падо, его последний раз видели в районе Западного моря. Эм… Точнее, рядом с мемориалом разлома Западного моря.

— …

Ча Ый Джэ слегка сжал телефон в руке.

— Я должен был поехать, но сейчас не могу передвигаться… Извини. Я также не могу мобилизовать никого из Бюро управления пробуждёнными.

Как только Бюро управления пробуждёнными начнёт действовать, все взгляды будут прикованы к Ли Са Ёну. Ча Ый Джэ машинально потёр кончики своих волос и пробормотал:

— Нет, спасибо, что сообщил. Я поеду.

— Хорошо, тогда…

Чон Бин поспешно завершил звонок. Ча Ый Джэ ещё несколько секунд держал телефон в руке, прежде чем резко провёл рукой по волосам.

— Из Мокпхо в Инчхон?

Если бы у него был свиток Хон Ё Сона, он мог бы переместиться мгновенно, но единственный свиток, который у него был, уже был использован для поездки в Мокпхо. Ча Ый Джэ огляделся по сторонам и встретился взглядом с Пчелой. Вероятно, она приехала из Сеула. Осознав это, Ча Ый Джэ быстро спросил:

— Пчела, на чём ты добиралась в Мокпхо?

— Прилетела на вертолёте гильдии… но это всё равно заняло немало времени. Хм, впрочем, это ведь срочно, так?

— …

— Скорость вертолёта тебя вряд ли устроит, да?

Она была права. Если не найти способа передвижения прямо сейчас, только увеличится чувство отчаяния. Вся эта ситуация была из-за того, что Хон Ё Сон был слишком исключительным. Ча Ый Джэ стиснул зубы.

Внезапно что-то коснулось его щиколотки. Это был Со Мин Ги, который наполовину выбрался из тени.

— К счастью, проблема с транспортировкой, кажется, решена, сэр.

— Что?

— Как только сообщение о местонахождении появилось в канале охотников, Романтичный открыватель отправился искать главу гильдии. И, как оказалось, он сейчас неподалёку.

Романтичный открыватель. Его способность заключалась в открытии дверей, ведущих в другие места. Со Мин Ги небрежно поправил свои солнцезащитные очки, которые блеснули в свете.

— Талантливого человека нужно использовать по назначению.

Ча Ый Джэ показал ему большой палец в знак одобрения.

***

— Хорошо, тогда…

Чон Бин завершил звонок и тяжело выдохнул. Его лицо, обычно спокойное и собранное, теперь пылало от жара, покрытое пятнами покраснения. Он снял пиджак и закатал слегка обгоревшие рукава рубашки, обнажив шрамы на правой руке.

Он стоял в чёрной комнате. Точнее, это была обычная комната, но она утратила свой первоначальный цвет из-за огня и сажи. Единственными вещами, сохранившими свой вид, были Чон Бин и ещё один человек.

В дальнем углу комнаты на коленях стоял мужчина, крепко связанный чёрными цепями. Под его опущенной головой виднелись перекошенные очки. Из его губ вырвался тихий стон. Чон Бин откинул со лба растрёпанные волосы.

— Начинаете приходить в себя?

Мужчина медленно поднял голову.

— Мэтью.

На его суровом лице мелькнуло любопытное выражение.

— …Где это?

— Это подвал гильдии Совон. Пчела привела вас сюда. Она сказала, что побоялась утечки информации, если вас передадут в Бюро управления пробуждёнными. Нам У Джин посчитал, что не справится один, поэтому вызвал меня.

Чон Бин усмехнулся с горечью.

— К сожалению, риск утечки информации нельзя отрицать…

— Вот как…

— Вы не приходили в себя, несмотря на все наши усилия, так что пришлось вас сдержать. Простите.

Мэтью, настоящее имя которого было Мо Тэ О, устало моргнул и слегка запрокинул голову. Он медленно кивнул, и его перекошенные очки упали на пол.

— …Спасибо. Кажется, я начинаю приходить в себя.

— Не стоит благодарить. Я заставлю вас отплатить мне за это в десятикратном размере.

Недовольный голос прервал его слова, сопровождаемый звуком распахнувшейся ногой двери. Это был Нам У Джин, одетый в белый лабораторный халат. Его бледные глаза были полны раздражения.

— Если бы этот госслужащий не появился вовремя, вы бы сожгли всё здание. Вместе с ценными книгами. Теперь ещё долго придётся избавляться от запаха гари.

— …

Мо Тэ О молча кивнул. Чон Бин спросил:

— Что произошло? Вы вдруг потеряли контроль над способностью?

До этого момента Чон Бин знал Мо Тэ О как человека, который был одержим контролем над своими способностями больше, чем кто-либо. Даже жарка маршмеллоу и кальмаров была для него частью тренировки. Нам У Джин, скрестив руки и встав рядом с Чон Бином, вмешался:

— Именно это я и хотел спросить. Мэтью, вы что, принимали какие-то препараты?

Глаза Чон Бина расширились.

— Препарат? Вы не про…

— Да. Тот самый, что мы всё это время расследовали. Он подсел на этот наркотик. Я знаю, вы бы не стали принимать его добровольно.

Мо Тэ О, который слабо моргал, спросил:

— Пчела… где она? Она не пострадала?

— Она бросила вас здесь и ушла, сказав, что ей нужно что-то найти. Она не пострадала. Была полностью экипирована в огнеупорное снаряжение.

Нам У Джин, который до этого отвечал спокойно, прищурился и указал пальцем.

— Сначала ответьте на мой вопрос. Такой, как вы — где вы раздобыли этот наркотик? Чтобы потерять контроль до такой степени, вы должны были принять значительную дозу. Вы не заметили ничего странного?

За спиной Нам У Джина появился маленький мальчик, толкавший тележку. На тележке были аккуратно разложены шприцы и медикаменты. Чон Бин с тревогой спросил:

— Вы сможешь провести детоксикацию?

— Не знаю. Надо попробовать. Эй, Мэтью! Не отключайтесь и отвечайте на мой вопрос.

— Это…

Мо Тэ О тяжело выдохнул, горячий воздух вырвался из его лёгких. Но, как только его глаза начали закатываться, он внезапно перевернул их полностью.

Чон Бин закричал:

— Чёрт, отойдите!

Бум—!!

***

Бум—!!

Чёрный ботинок с силой распахнул тёмно-коричневую дверь. Дверь разделяла два разных мира — с одной стороны был открытый океан, с другой — неоновые вывески морских ресторанов. Романтичный открыватель, который держался за дверную ручку, пошатнулся.

— Полегче с дверью… Уф…

Но у Ча Ый Джэ не было времени проверить состояние Романтичного открывателя. Схватив его за плечо, он резко спросил:

— Эй. Где Ли Са Ён? Где он?

— В р-разлом Западного моря… мемориал… уф…

Получив нужный ответ, Ча Ый Джэ отпустил Романтичного открывателя и побежал. Со Мин Ги поднял обессиленного Романтичного открывателя и посмотрел на дверь, ведущую в Мокпхо.

— Вы тоже будете использовать дверь, Пчела?

— …Нет, я справлюсь. Мне нужно возвращаться на вертолёте.

Пчела убрала свои светлые волосы с лица и отвернулась.

— Передайте Ли Са Ёну моё сообщение.

Топ, топ, топ. Морские рестораны, выстроившиеся вдоль дороги к пляжу, начали исчезать с каждым шагом Ча Ый Джэ. Неоновые вывески, затуманившие его взгляд, и любовные песни, пронзавшие его уши, постепенно угасали. Вокруг становилось всё тише, оставался только стук его собственного сердца, отдающийся эхом в ушах. Ча Ый Джэ стиснул зубы, его серые волосы бешено развевались на ветру.

Тук.

Я не могу снова опоздать.

Тук.

Пожалуйста!

Тук!

Наконец, Ча Ый Джэ замедлил шаг, пытаясь отдышаться. Перед ним возвышался каменный монумент — мемориал жертвам разлома Западного моря. Он видел его впервые в жизни.

Имя на вершине монумента было…

J.

— …

Внутри защитного ограждения, окружавшего мемориал, темная фигура сидела, сгорбившись. Подол чёрного плаща беспорядочно лежал на земле. Ча Ый Джэ осторожно окликнул:

— …Ли Са Ён?

Темная фигура медленно подняла голову.

Растрепанные чёрные волосы, фиолетовые глаза, выглядывающие из-под прядей, лицо, лишённое цвета, и губы, искусанные до крови. Это был Ли Са Ён. Ча Ый Джэ, охваченный эмоциями, не смог сдержать свои слова:

— Если ты проснулся, мог бы хотя бы связаться со мной… или хотя бы с другими членами гильдии…

Но он не смог договорить. Слова застряли у него в горле. Ли Са Ён, всё ещё бледный, смотрел на него пустым взглядом. И его лицо выглядело так, как будто…

…как будто он увидел призрака.

— С-Са Ён?

Ча Ый Джэ осторожно позвал его снова. Как будто это было сигналом, Ли Са Ён медленно поднялся на ноги и пошатнулся, направляясь к нему. Ча Ый Джэ быстро перепрыгнул через ограждение и поддержал его за дрожащие плечи. Их взгляды встретились.

Холодный, почерневший палец коснулся щеки Ча Ый Джэ. Ли Са Ён продолжил ощупывать левую сторону его лба, висок, волосы. Его пальцы не переставали дрожать. Ча Ый Джэ осторожно накрыл его руку своей.

— Что с тобой?

В этот момент,

Кап…

Слеза скатилась по его бледной щеке и упала.

Глава 152

Слёзы, которые начали скатываться капля за каплей, вскоре потекли ручьём. Ча Ый Джэ застыл, всё ещё держа руку Ли Са Ёна.

«Он плачет?»

Ли Са Ён?

«Почему?»

Что могло заставить его заплакать, едва увидев меня? В голове закружился рой мыслей.

«Потому что меня не было, когда он проснулся?»

Не может быть, чтобы Ли Са Ён плакал из-за такого. Ча Ый Джэ тут же отбросил эту мысль. Ли Са Ён скорее рассердился бы или разозлился, но плакать? Ни за что. Или, может…

«Ему приснился сон о том, что я умер?»

…

Ча Ый Джэ оторвал взгляд от руки, на которую смотрел, и посмотрел на Ли Са Ёна. Он тихо вздохнул.

Бледное лицо, смотрящее на него, было шокирующе лишено эмоций. Выражение, напоминающее человека, увидевшего призрака, исчезло, будто это было последним проблеском чувства.

Он просто смотрел. На Ча Ый Джэ. Как будто ничего другого не существовало. Эти фиолетовые глаза, некогда наполненные эмоциями, теперь отражали только одного человека, словно зеркало.

Только Ча Ый Джэ.

— …

Ча Ый Джэ открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его.

В Ли Са Ёне, стоявшем перед ним, было что-то «не так». Если бы не непрерывный поток слёз и тепло, исходящее от руки, которую он держал, Ча Ый Джэ мог бы подумать, что перед ним кто-то не живой — будто он каким-то образом…

…отделён от этого мира.

Как только эта мысль промелькнула в голове, его зрение поплыло. Головная боль пронзила череп. Ча Ый Джэ поморщился, схватившись за голову. Рука, которую он держал, выскользнула, словно змея.

Окровавленные губы, покрасневшие от укусов, приоткрылись.

— Ча Ый Джэ.

Тело Ча Ый Джэ напряглось, едва он услышал своё имя. Это была инстинктивная реакция. Почерневшая рука, коснувшаяся его ранее, вновь обвила ладонь Ча Ый Джэ, мягко притянув её ближе. Затем медленно провела по длинному шраму на его ладони. Дрожь пробежала по телу Ча Ый Джэ.

— …Я думал, это было бессмысленно.

— …

— Всё, что я делал…

Тихий вздох вырвался наружу. Длинные, увлажнённые слезами ресницы задрожали. В глазах, похожих на зеркала, появилось слабое отражение нежности.

— Я рад.

— …

— Ты выглядишь… нормально.

Он опустил голову к руке Ча Ый Джэ, едва не касаясь её. Его губы зашевелились, оставляя крохотный зазор.

— …Я защитил это?

— …Что?

— Конечно… Наверное, нет.

Ли Са Ён отпустил руку Ча Ый Джэ и сделал шаг назад. В ладони Ча Ый Джэ остались только часы, о которых он совсем забыл. Секундная стрелка тикала, отсчитывая время. Ли Са Ён, засунув руки в карманы пальто, кивнул в сторону часов.

— Береги их… Они важны.

Ча Ый Джэ крепко сжал часы и поднял голову. Когда подул ветер, чёрные волосы и плащ Ли Са Ёна взметнулись. Странное ощущение поползло от ног Ча Ый Джэ.

«Этот» Ли Са Ён был не тем Ли Са Ёном, которого он знал. И всё же он был именно тем «Ли Са Ёном, которого он знал».

Внезапно его зрение затуманилось.

Всё вокруг окрасилось в красный цвет. Металлический запах крови не исчезал. Тело онемело. Сухое горло болело, но он продолжал шептать. Он знал, что не вынесет тишины.

Некому было нарушить её за него. Физическая боль притупилась, но сцена, пронзившая его сердце, не отпускала…

Шорох.

Что-то чёрное накрыло его голову и верхнюю часть тела. Красная сцена исчезла, и наступила тьма. Ча Ый Джэ медленно перестал шептать. Он почувствовал чьё-то живое присутствие.

— …

— …

— ……

Тёплое прикосновение пробралось сквозь ткань плаща. Кто-то прошептал:

— Возвращайся… спокойно… пожалуйста.

Его затуманенное сознание внезапно прояснилось. Шум волн, разбивающихся о волны и возвращающихся в море, обострил его чувства. Но всё ещё казалось, что тяжёлый камень давит на голову.

Нахмурившись, Ча Ый Джэ спросил:

— Ты… Кто ты? Почему…

— Ах…

Он пробормотал:

— Я больше не могу держаться…

Ли Са Ён, моргнув пару раз, закрыл глаза. В тот момент его крупное тело потеряло равновесие и рухнуло. Ча Ый Джэ быстро протянул руки, чтобы поймать его. Тяжесть тела обрушилась на него, но он устоял. Вскоре из уст Ли Са Ёна, лежащего у него в руках, вырвался слабый стон.

— Чёрт…

В голосе слышалось раздражение. Ча Ый Джэ посмотрел вниз на чёрноволосую голову, лежащую у него на руках. Ли Са Ён, моргнув, как будто пытаясь осознать происходящее, резко распахнул глаза, увидев, что его держит Ча Ый Джэ. Его глаза были опухшими и красными, а длинные ресницы всё ещё влажными от слёз.

— …Хён? Что происходит?

Ли Са Ён, осознав, что это Ча Ый Джэ держит его, выпрямился и огляделся. Увидев мемориал за их спинами, он нахмурился.

— …Инчхон? Почему мы здесь?

— Вот это я и хотел бы знать.

— Что ты…

— Это ты был здесь. Я пришёл за тобой.

Ча Ый Джэ тяжело вздохнул и похлопал Ли Са Ёна по спине, словно успокаивая. Ли Са Ён, который смотрел на него с замешательством, вскоре провёл рукой по лицу. Но тут же замер, заметив слёзы на своей ладони. Его выражение исказилось от досады.

— Ах, чёрт, да что за…

Ли Са Ён потёр глаза пальцами, но слёзы не прекращали течь. Он снова резко провёл руками по лицу.

— Почему это происходит…

Чем сильнее он тер, тем краснее становились его глаза. Ча Ый Джэ взял его руку и мягко вытер влагу своим рукавом. Но слёзы всё равно не останавливались. Чем больше он вытирал, тем сильнее они текли.

— Почему ты всё ещё плачешь? …Тебе больно? Ты плохо себя чувствуешь?

Фиолетовые глаза посмотрели на Ча Ый Джэ из-под рукава. Ча Ый Джэ уловил скрытое за раздражением и дискомфортом облегчение.

Глаза, наполненные теплотой.

Не пустые глаза, которые ранее отражали только Ча Ый Джэ.

— …

Ли Са Ён слегка опустил голову, чтобы Ча Ый Джэ мог легче вытереть его слёзы, затем пробормотал:

— …Это не я плачу.

— Что?

— Это не по моей воле. Я не знаю, почему это происходит… Чёрт…

Его тон был похож на каприз ребёнка, за исключением ругательств, последовавших за этим.

Ли Са Ён схватил руку Ча Ый Джэ, которая вытирала его глаза, и прижал её к своей щеке. Он тихо вздохнул, уткнувшись мокрой от слёз щекой в тёплую ладонь Ча Ый Джэ. Это было почти как у большого зверя, ищущего утешения. Влажные ресницы касались ладони Ча Ый Джэ, щекоча её. Затем последовал тихий шёпот:

— Как же это раздражает…

Постой, он говорит, что раздражён из-за меня? Ча Ый Джэ уже собирался возмутиться, но Ли Са Ён, будто почувствовав его реакцию, резко посмотрел на него.

— Не из-за тебя.

— …

Этот парень — как призрак, подумал Ча Ый Джэ, чувствуя лёгкую неловкость, пока нежно проводил большим пальцем по глазам Ли Са Ёна. Ли Са Ён, кусая губы, заговорил.

— …Обними меня.

— Что?

— Быстрее.

Ли Са Ён поторопил его. Тот, кто обычно был расслаблен и нетороплив в любых ситуациях, сейчас действовал с неожиданной поспешностью, оставляя Ча Ый Джэ в растерянности. Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна, который, словно тревожась, терся щекой и носом о его руку, и спросил с подозрением:

— Ты точно в порядке?

— Хааа…

Ли Са Ён тяжело вздохнул. Затем он схватил руку Ча Ый Джэ и потянул её на себя. Ча Ый Джэ не сопротивлялся. Его зрение перевернулось вверх дном. Серый пирс и море закружились, а затем его взгляд упал на пепельное небо.

Глухой стук — чёрные пальцы Ли Са Ёна легко толкнули его в плечо. Что-то холодное и твёрдое коснулось затылка Ча Ый Джэ. Он поднял глаза и огляделся. Как-то так получилось, что он оказался почти лежащим, с плечом, опирающимся о мемориал.

Ли Са Ён нависал над ним, опираясь на обе руки и ноги. Его ладони упирались в землю у плеч Ча Ый Джэ. Чёрный плащ и волосы заслонили Ча Ый Джэ. Ли Са Ён опустил голову. Знакомый сладковатый аромат щекотнул нос Ча Ый Джэ, и он невольно задержал дыхание.

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна приближались, будто собираясь поглотить его.

— Ради всего святого…

— …

— Когда кто-то говорит что-то… просто слушай с первого раза.

Что-то едва коснулось маски Ча Ый Джэ и тут же отстранилось. Тяжесть вновь навалилась на него, и что-то мягкое и щекотное коснулось его затылка. Это были волосы Ли Са Ёна. Ли Са Ён уткнулся лицом в шею Ча Ый Джэ, обвивая его талию руками, пока лежал на нём.

Ча Ый Джэ, честно говоря, был ошеломлён.

— …А?

— Не вздыхай, просто скажи моё имя.

Ли Са Ён прорычал. Судя по тому, что затылок всё ещё был влажным, слёзы так и не прекратились. Ча Ый Джэ огляделся вокруг. К счастью, поблизости не было камер видеонаблюдения… Хотя, даже если бы они были, Со Мин Ги наверняка бы стёр записи. С этой мыслью он провёл пальцами по мягким волосам Ли Са Ёна и тихо произнёс:

— …Ли Са Ён.

Сбивчивое дыхание немного успокоилось. Возможно, он пытался собраться с мыслями. Ли Са Ён, который обычно мог говорить о чём угодно, всегда замыкался, когда дело касалось его самого. Поэтому понять его было так сложно.

Что произошло, какие сны он видел во время сна, что он увидел, о чём он думал. У Ча Ый Джэ было столько вопросов. Казалось, если бы он просто услышал всё и добрался до сути, это тревожное чувство исчезло бы. Страх потерять его снова.

— Са Ён-а.

Но когда он сталкивался с этими эмоциями в его глазах, чувствовал дыхание на своей ладони и видел каждое его движение, его тревога начинала отступать.

Осознаёт ли сам Ли Са Ён, что важны не только его реакции?

Сколько времени прошло? Ветер, который дул, вдруг стих. Шум волн утих, и дыхание в руках Ча Ый Джэ тоже стало ровным. Это был знакомый звук дыхания, который он слышал каждый раз, когда Ли Са Ён спал. Ча Ый Джэ осторожно отодвинул волосы с его лица рукой, которой гладил его. Слёзы наконец-то прекратились.

Подняв голову, Ча Ый Джэ огляделся и заметил чёрный фургон, припаркованный в конце пирса. Он щёлкнул пальцем в сторону тени, отбрасываемой его рукой. Тень, размером с палец, приподнялась от фургона, с трудом вставая на ноги. Ча Ый Джэ накрутил прядь волос Ли Са Ёна на палец и тихо прошептал:

— Передай своему хозяину.

Тот Ли Са Ён, который блуждал во втором мире, — только Юн Га Ыль видела его лично. Тот Ли Са Ён, чьи глаза ранее отражали только Ча Ый Джэ, будто с него сняли все эмоции, и нынешний Ли Са Ён, который не мог скрыть своих чувств, выплёскивая беспокойство и тревогу. Они были разными.

Нужно было понять, что происходит. Чёрная маска чуть наклонилась.

— Мне нужно встретиться с Га Ыль.

Глава 153 - Тот, кто спрятан в щелях

Светло-зеленый металлический забор вокруг школы слегка покачивался. Кто-то в тёмно-синем капюшоне тряс забор. Сделав глубокий вдох, человек ловко взобрался на ограждение и легко перепрыгнул на другую сторону. Как будто ожидая этого, дверь черного фургона с грохотом отъехала в сторону.

Фигура, высунувшаяся из окна пассажирского сиденья, небрежно показала большой палец вверх.

— Ты настоящий мастер в искусстве лазания по заборам. Похоже, это у тебя не впервые.

— Н-нет, это не так, — пробормотала ученица, прочистив горло, и залезла в фургон, сняв капюшон. Её неприбранные каштановые волосы упали на плечи. Дверь закрылась, и фургон мягко тронулся с места. Юн Га Ыль поправила свои слегка криво сидящие очки.

— Почему вы позвали меня? Случилось что-то?

— Нет, дело не в этом.

Искажённый голос внезапно эхом раздался, заставив Юн Га Ыль вздрогнуть и обернуться. На длинном заднем сиденье было что-то тёмное, похожее скорее на кожу, чем на одеяло.

«Что это?» — подумала Юн Га Ыль, наклонив голову в замешательстве. Из-за спинки вдруг появилась фигура с серыми волосами в чёрной маске.

— Спасибо, что быстро пришла. Но ты же должна быть на вечернем занятии? Тебе можно так уходить?

— Всё нормально. Я сделала так, будто я всё ещё там: набила длинный пуховик, как будто это человек… — Юн Га Ыль продемонстрировала руками, словно лепила снеговика. — Учитель на дежурстве сегодня не строгий, так что всё будет в порядке.

— Хорошо. Это радует.

С улыбкой добавил Со Мин Ги, который ждал в машине:

— Мы будем кружить вокруг школы, так что можешь не беспокоиться.

Внутри машины воцарилась тишина. Юн Га Ыль неловко водила глазами из стороны в сторону и обратилась к Ча Ый Джэ:

— Эм, как вы? Я часто видела вас по телевизору. Вы много где появлялись.

— Приятно слышать. Я много где был.

Юн Га Ыль теребила край спортивных штанов. Возможно, из-за того, что лицо Ча Ый Джэ было скрыто маской, она чувствовала себя особенно осторожной.

«Хотя я же знаю, что он не такой человек…»

С маской на лице Ча Ый Джэ казался совершенно другим. Даже цвет его волос изменился. Раньше они были чёрными, как смоль, но теперь приобрели пепельно-серый оттенок.

И атмосфера вокруг него была совершенно другой. В воздухе чувствовалось напряжение, резкий холод, отталкивающий любое приближение. Трудно было поверить, что это тот же человек, который когда-то в мешковатом худи и фартуке небрежно приветствовал её, подрабатывая.

— Юн Га Ыль, можно спросить?

— Да? О, конечно! Спрашивайте! — Юн Га Ыль распрямила спину.

Ча Ый Джэ спросил:

— Ты говорила, что встретила другого Ли Са Ёна в разрушенном мире. Этот человек привёл тебя в безопасное место, верно?

— Да, верно.

— Ты что-нибудь о нём помнишь?

— Эм, неожиданно...

— Нет, просто сейчас... — Ча Ый Джэ указал на чёрную кожу, наброшенную на сиденье. Приглядевшись, Юн Га Ыль заметила, что кожа слегка поднималась и опускалась. Она наклонилась вперёд и округлила глаза.

Бледное лицо с черными кудрявыми волосами выглядывало из-за кожи. Это был Ли Са Ён. Он лежал, используя колени Ча Ый Джэ как подушку. Конечно, его ноги были неудобно согнуты.

Ча Ый Джэ машинально провёл рукой по маске.

— Ли Са Ён проснулся, но... что-то с ним не так.

— В каком смысле?

— В нём двое. В одном теле.

— Что?!

— Что?!

Второе «Что?!» прозвучало одновременно с резким визгом тормозов. Скрип! Чёрный фургон внезапно остановился, и всех бросило вперёд. Ча Ый Джэ быстро подхватил голову Ли Са Ёна и бросил сердитый взгляд на водительское сиденье.

— Эй, будь осторожнее за рулём.

— Как вы можете так спокойно бросать такие новости? Глава гильдии — это два человека? Даже один пугает... Кхм. Он ведь просто спит, правда?

— Наверное.

— Кхм. Желаю ему сладких снов.

Со Мин Ги прочистил горло. Ча Ый Джэ положил руку на подоконник и продолжил:

— Я поговорил с ним, и ясно, что это две разные сущности. Как сказал Хон Ё Сон, скорее всего, это Ли Са Ён из разрушенного мира. Но ты — единственная, кто действительно встречался с ним, Юн Га Ыль.

— Ах, верно…

— Так что, какой он был? Это не обязательно что-то грандиозное, просто расскажи всё, что помнишь.

— Эм...

Юн Га Ыль замялась, украдкой бросив взгляд на Ча Ый Джэ.

— Он был… э-э, можно я скажу? Он ведь точно спит, да?

— Да-да, всё нормально.

— Ну…

— Ну?

— Он был очень грубым.

В машине повисла тишина. Юн Га Ыль нервно закатила глаза, оценивая реакцию остальных. Со Мин Ги ссутулился над рулём, его плечи периодически подрагивали. Казалось, он смеётся.

Ча Ый Джэ, не то плача, не то смеясь, тихо возился с мягкими кудрями Ли Са Ёна.

«Ли Са Ён грубый, но…»

— И, э-э...

Она подняла взгляд. Помявшись ещё немного, Юн Га Ыль пробормотала:

— Он казался странным… даже когда мы разговаривали и я смотрела на него… я могла сказать, что он грубый.

— …

— Но при этом он как будто… не чувствовался живым.

— …

Ча Ый Джэ на мгновение задержал дыхание.

Ли Са Ён из разрушенного мира, который не казался живым. Без слёз, без тепла — трудно было поверить, что он жив. Что-то важное явно было связано с этим. Возможно, какая-то проблема мешала двум душам слиться воедино?

В этот момент Юн Га Ыль подняла руку.

— Ах, и ещё кое-что. Это не совсем связано с Ли Са Ёном, но я думаю, стоит сказать.

Юн Га Ыль сжала кулак и решительно заговорила:

— На самом деле, с тех пор, как я впервые пробудилась, я слышала голос. Этот голос сказал мне найти J в ресторане с похмельным супом… тогда, когда мы впервые встретились.

Ча Ый Джэ моргнул. Теперь, когда она упомянула об этом, он вспомнил.

«Ты правда собираешься зайти? Серьёзно? Это я правда должна зайти? Это же слишком…»

«Что? Посмотреть за спину? Нет, не шути так. Я такое ненавижу…»

Она металась туда-сюда перед магазином, напоминая гусеницу, увешанную длинным пуховиком и тяжёлым рюкзаком, разговаривая с кем-то, хотя явно была одна.

Тогда только Ли Са Ён и Со Мин Ги знали, что Ча Ый Джэ — это J. И вдруг Юн Га Ыль появилась поздно ночью, заявив, что она знает, кто он.

Юн Га Ыль теребила пальцы.

— Голос был похож на друга, и он дал мне много полезных советов. Он меня утешал.

— Ты знаешь, чей это голос? — вмешался Со Мин Ги с водительского сиденья. Юн Га Ыль медленно покачала головой.

— Я не уверена. Он кажется знакомым, но когда я пытаюсь об этом подумать, у меня начинает болеть голова, так что я перестала.

— …

— Но этот голос всегда говорил одно. Что я должна остановить апокалипсис. И…

Юн Га Ыль встретилась взглядом с Ча Ый Джэ. Её глаза светились золотым оттенком, как и в первый раз, когда они встретились.

— Что я не должна позволить J умереть. Во что бы то ни стало.

— …

Все знали, что случается, когда Ча Ый Джэ умирает.

Во втором мире Ча Ый Джэ погиб, сражаясь с монстрами, которые хлынули внутрь. Мир встретил свой конец, они потерпели неудачу, а Ли Са Ён перезапустил время, став осью…

Они потерпели поражение.

Юн Га Ыль съёжилась.

— Но... после того, как я вернулась из разрушенного мира, я больше не слышала этот голос. Я думала об этом. Мастер же говорил, правда? Что одна и та же душа сольётся воедино...

— Ты хочешь сказать, что владелец этого голоса был другой версией тебя из другого мира? И что она слилась с тобой, как это произошло с главой гильдии? — уточнил Со Мин Ги. Юн Га Ыль медленно кивнула.

— После возвращения из того мира обрывки, которые я вижу во снах, стали намного ярче.

— …Тогда это подтверждает. С Ли Са Ёном что-то явно пошло не так, — пробормотал Ча Ый Джэ, гладя волосы Ли Са Ёна. — У Юн Га Ыль душа слилась без проблем, но почему в одном теле у Ли Са Ёна сосуществуют две души…?

Что-то определённо было не так, но понять, что именно, было невозможно. Быстрее всего было бы спросить самого Ли Са Ёна, но Ли Са Ён из разрушенного мира…

«Не выглядел человеком, который будет сотрудничать».

Воспоминание о тех глазах, отражающих его, как зеркало, вызвало у Ча Ый Джэ головную боль. Он опёрся головой о стекло и тихо простонал. Юн Га Ыль осторожно спросила:

— А как насчёт мастера?

— …Что он может знать?

В искажённом голосе слышалось недоверие. Юн Га Ыль моргнула.

— Эм... разве он не очень умный? Немного импульсивный, но он же первым понял, что с Ли Са Ёном что-то не так.

…Это было верно.

«Ладно, даже если он раздражает, нам нужна вся возможная помощь». Ча Ый Джэ достал телефон и набрал номер Хон Ё Сона, надеясь, что тот будет в одном из своих редких периодов гениальности.

Но.

Хон Ё Сон не ответил.

Вены на руке Ча Ый Джэ вдруг резко проступили.

«Этот парень... жалуется, что я его не зову, потому что ему скучно, а теперь сам не берёт трубку?»

Возмущение было сильным. Ча Ый Джэ решил нарушить своё обещание и отправить сообщение. Казалось неизбежным обратиться за помощью к Чон Бину.

«Я правда не хотел его беспокоить».

Заодно он подумал, что стоит использовать этот случай, чтобы получить талисман-пропуск в деревню Чан, и набрал номер Чон Бина.

Гудки...

Гудки...

Обычный звонок, без всякой мелодии, оборвался прямо перед переходом на автоответчик. Затем раздался сигнал, и кто-то взял трубку.

— Кто это?

Голос был знакомым, хотя звучал куда более грубым, чем он помнил. Прежде чем Ча Ый Джэ успел что-либо сказать, собеседник резко оборвал его:

— Я не знаю, кто вы, но Чон Бина здесь нет, так что перезвоните позже.

— Постойте!

Ча Ый Джэ быстро воскликнул, заставив собеседника замолчать. Через мгновение раздался шорох, как будто кто-то поправлял телефон. Затем, с подозрением, послышался голос:

— …J?

Это был Нам У Джин.

Глава 154

— …J?

Ча Ый Джэ ответил голосом, полным подозрений.

— Охотник Нам У Джин? Почему вы отвечаете на телефон?

Нам У Джин, казалось, тоже был сбит с толку, но Ча Ый Джэ оказался ещё больше удивлён. Его разум, закалённый многочисленными переживаниями, мгновенно настроился на худшие выводы.

Чон Бин, должно быть, находится в такой ситуации, что не может ответить на звонок, а вместо него ответил целитель Нам У Джин. Это явно означало, что что-то пошло не так, и возможно, Чон Бин ранен.

Ранен?

«Но мы же совсем недавно разговаривали в Мокпхо?»

Как только Ча Ый Джэ стиснул зубы от разочарования, он услышал слабый шёпот голосов за телефоном.

— Сказать ему? …Можно? А если нельзя? Что?

Шёпот продолжался, пока чей-то голос не обрезал его.

— Эй, подождите. Кого это вы используете как посредника? Дайте, я сам поговорю.

После короткой паузы раздался спокойный голос.

— J, извини, что не смог сразу ответить на твой звонок.

— Чон Бин, что-то случилось?

— Ах… Ничего серьёзного. Ли Са Ён-щи действительно очнулся? Он в порядке?

Ча Ый Джэ взглянул на Ли Са Ёна, который сидел, свернувшись, с головой на коленях. Краснота на его лице немного спала, но глаза всё ещё оставались опухшими. Закрывая глаза рукой, он ответил:

— Да, похоже, он в порядке… но есть проблема, и мне нужно поехать к Хон Ё Сону.

— Проблема? Что ты имеешь в виду…

Ча Ый Джэ попытался собрать мысли, но его измотанный за последние дни мозг, лишённый нормального сна, мог лишь выдать что-то вроде: «Есть два Ли Са Ёна». Он оказался гораздо более уставшим, чем думал. Напряжение, которое он до этого даже не замечал, внезапно ослабло, как только он увидел Ли Са Ёна.

В конце концов он тяжело вздохнул и ответил:

— …Это слишком сложно объяснить по телефону.

Он рассеянно потянул Ли Са Ёна за щёку, отчего тот слегка нахмурил тонкие брови.

— Я тоже не смогу оставить своё место в ближайшее время. Хм…

Чон Бин, казалось, о чём-то задумался, а затем снова заговорил.

— Ничего не поделаешь. Услышу историю позже. Пока что можно ли передать пропуск Со Мин Ги-щи?

— Это нормально?

Чон Бин тепло ответил:

— Если это J, то всё в порядке. Я сейчас решаю кое-какие дела в гильдии Совон. Этот человек, вероятно, уже отметил координаты для гильдии Совон. Ты помнишь, где находится деревня Чан?

— Да, помню.

— Тогда буду ждать.

Звонок оборвался. Ча Ый Джэ взглянул на водительское сиденье. Водитель тоже говорил с кем-то по телефону, и, судя по громкому голосу, доносящемуся из наушников, это был Пэ Вон У. Он и его команда заменяли Ли Са Ёна, посещая различные подземелья.

«Наверное, только что вышел из подземелья».

Со Мин Ги, заметив взгляд Ча Ый Джэ через зеркало заднего вида, моргнул из-за своих солнцезащитных очков, словно спрашивая, что происходит. Ча Ый Джэ показал телефон.

— Со Мин Ги, сказали забрать пропуск в гильдии Совон.

— Заместитель главы гильдии, подожди минутку…

Со Мин Ги снял один наушник и с недоумением посмотрел на Ча Ый Джэ.

— Простите? Вдруг так неожиданно?

— Он сказал, что вы уже, должно быть, отметили координаты для гильдии Совон. Это так?

— Это этот госслужащий сказал?

— Да.

Со Мин Ги с досадой ударил по рулю.

— Чёрт возьми! Они слишком хорошо меня знают.

«Разве это повод так расстраиваться?»

Специалист по скрытности и проникновению, известный как Маленькое Чудо, Со Мин Ги, что-то раздражённо пробормотал, но плавно припарковал фургон перед стеной, где осень начала оставлять свои следы. Как только он собрался выйти из машины, Юн Га Ыль неожиданно протянула Ча Ый Джэ что-то в руку. Это была жёлтая бумажка с личным номером, написанным на ней. Юн Га Ыль смущённо улыбнулась.

— Эм, если нужно будет связаться, просто напишите сообщение на этот номер.

— О, обязательно. Спасибо.

— Хе-хе… До встречи!

Выйдя из фургона, Юн Га Ыль помахала рукой в окно, а затем, словно летающая белка, взобралась на стену, направляясь обратно в школу. Ча Ый Джэ повертел в руках записку, но отвлёкся на щелчок. Со Мин Ги припарковал машину на пустой стоянке и теперь с мрачным выражением лица отстёгивал ремень безопасности. Он недовольно пробурчал:

— Я пойду заберу пропуск, а вы пока поговорите с заместителем главы гильдии Пэ Вон У. Наверняка он сходит с ума от любопытства, ведь сообщение прервалось.

Ча Ый Джэ, который послушно искал номер Пэ Вон У, спросил:

— Почему бы вам самому не сделать это?

— Потому что у меня нет времени.

Со Мин Ги, уже готовый исчезнуть в тени, высунул лицо и пробормотал:

— Вы, наверное, не знаете, потому что он вежлив с клиентами, но этот госслужащий славится своей придирчивостью среди охотников.

***

Чон Бин почесал зудящее ухо, прежде чем положить телефон. Он был одет в типичную хирургическую форму — светло-голубой халат и белые перчатки.

— Кстати…

Смешанный запах антисептика и жжёного воздуха был неприятным. Чон Бин поправил маску. На операционном столе лежал Мэтью, скованный чёрными цепями и подключённый к множеству аппаратов. В тихой операционной звучали лишь равномерные сигналы приборов.

На импровизированной койке рядом находилась маленькая обугленная фигура, сожжённая до неузнаваемости, с глубокими, провалившимися участками на теле. Однако её зелёные, словно драгоценные камни, глаза остались нетронутыми огнём, сверкая ярко. Чон Бин подошёл к койке и посмотрел в зелёные глаза.

— …Мы выжили благодаря этому малышу. Разве вы не говорили, что Кукловод подарил его вам?

Нам У Джин, проверяющий показания приборов, медленно кивнул.

— Да.

— Это можно починить?

— Не знаю. Нужно будет связаться с ними и выяснить.

В тот момент, когда Мэтью внезапно начал биться в судорогах, марионетка встала перед Чон Бином. Она защитила их от пламени и шипов, обрушившихся дождём, но затем рухнула, словно кукла с обрезанными нитями.

— …

Чон Бин накрыл лицо марионетки белой тканью, а затем подошёл к операционному столу.

Нам У Джин собирал кровь из руки Мэтью. Шприц наполнялся густой тёмно-красной кровью.

Мэтью явно пытался что-то сказать. Но в тот момент он утратил контроль над собой и начал проявлять признаки «мутации». Несмотря на то, что его сковывали чёрные цепи, не позволяющие использовать силы, Мэтью высвободил шипы и пламя.

«Это из-за наркотиков?»

Казалось, будто это было чем-то выходящим за рамки законов системы. Чон Бин медленно сглотнул.

— …Это было проклятие или связывающее заклинание?

— Скоро узнаем. Нам также нужно провести детоксикацию, чтобы избежать повторения приступа. Поскольку мой ассистент оказался в таком состоянии, придётся обратиться за помощью к госслужащему.

Нам У Джин взял скальпель. Лезвие начало окутывать слабое белое свечение. Он холодно пробормотал:

— Надеюсь, жертва моего ассистента не останется без награды…

С мягким звуком скальпель прорезал кожу.

***

— Ккокко! Принеси мне сикхе!

— Ко-ко!

— Ах, и ещё у меня есть немного нурунги из бурого риса! Я принесу это тоже! Подожди минутку.

Ккокко, взмахнув одним крылом, покачала шеей из стороны в сторону и исчезла за дверью. Хон Ё Сон также исчез, словно огонь загорелся под ним. Из котла во дворе поднимался дым. Это была деревня Чан на Инвансане, где проживал Хон Ё Сон.

Со Мин Ги выглядел совершенно вымотанным, словно из него выжали всю душу, даже после короткого времени, потребовавшегося на получение пропуска у Чон Бина. С тёмными кругами под глазами, доходящими до подбородка, он объявил, что останется у подножия горы. Поэтому Ча Ый Джэ поднялся на гору один, неся на себе Ли Са Ёна.

Тёплый ветерок ласково трепал его волосы. Он огляделся. Спокойный домик с соломенной крышей, построенный исключительно для Хон Ё Сона, казался оторванным от мира. Но это не вызывало тревоги. Возможно, из-за громких грохочущих звуков, доносившихся изнутри.

— …

Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Са Ёна, который лежал на постели в главной комнате, а затем сменил позу. После того как Со Мин Ги ушёл за пропуском, Ча Ый Джэ позвонил Пэ Вон У, чтобы сообщить, что Ли Са Ён пришёл в себя.

Но ответ Пэ Вон У оказался неожиданным.

— Он доставил вам неприятности, J? Например… злился на вас? Может быть, даже пытался ударить?

— …Ударить?

Он был раздражён, но кулаки в ход не пускал. Ча Ый Джэ тихо ждал, пока Пэ Вон У продолжит, глядя на мирно спящего Ли Са Ёна. Пэ Вон У немного замялся, прежде чем снова заговорить.

— Ну, понимаете… когда он не может контролировать своё тело, он становится очень… тревожным и раздражённым. Его характер меняется. Так показала психологическая оценка после спасения.

— …

— Я точно не помню, как это называлось… TMA? Что-то вроде этого. ПТСР?

— Травма?

— Да, точно. Глава гильдии предположил, что это могло быть вызвано ограничениями и экспериментами, которым он подвергался. В общем, когда становится совсем плохо, он… Ох, простите.

Ча Ый Джэ подумал о мальчике, окружённом аппаратами, неспособном двигаться. Мальчике, которому было трудно даже пальцем пошевелить по собственной воле.

Ли Са Ён был особенно чувствителен, когда его сковывали чёрные цепи на Выставке мастеров. Он жаловался, что даже его слёзы льются против его воли. Если всё это было связано с травмой —

Если именно поэтому он так цеплялся. Если поэтому он просил, чтобы его имя назвали. Если всё это ради того, чтобы вернуть себе чувство контроля.

Через Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ поднял руку, чтобы дотронуться до рта, но, вспомнив, что на нём маска, замер. Это было странное чувство.

Нет, скорее —

—…

Он был… доволен?

Доволен тем, что именно на него Ли Са Ён полагался?

Осознание пришло внезапно. В тот же миг, как это осознал, Ча Ый Джэ ударился головой о стол. К счастью, это был крепкий стол ручной работы, созданный Хон Ё Соном, поэтому он не треснул. Вдалеке послышался испуганный крик Хон Ё Сона.

— Что это было? Что-то взорвалось? Не ломай дом!

Ча Ый Джэ, всё ещё прижав лицо к столу, ответил сухим, искажённым голосом.

— Ничего.

— А? Ну ладно.

Ча Ый Джэ потер лицо, скрытое маской, о поверхность стола и тяжело вздохнул.

— Ах…

Его уши, выглядывающие из-под выцветших пепельно-серых волос, пылали красным.

— Это всё… просто бред…

Глава 155

Когда стыд и смущение немного улеглись, первым, что пришло на ум, стало чувство вины. К счастью. Ча Ый Джэ рассеянно провёл рукой по волосам.

«Можно ли вообще так думать о человеке, который болен?»

Это была самая отвратительная мысль, какая только могла прийти в голову. Ча Ый Джэ грубо потер маску. Но ощущение того крепкого тела, прижавшегося к нему, всё ещё оставалось на удивление ясным.

Руки, которые обхватили его талию, словно никогда не собирались отпускать. Спина, поднимающаяся и опускающаяся в попытке перевести дыхание. И это дыхание, смешанное с едва слышным всхлипом. Как он мог не приветствовать это? Ча Ый Джэ просто не знал, как отвергать тепло.

Особенно если оно исходило от его единственного успеха.

— А, это просто сводит меня с ума!

Но разве это не мерзко?

Он лохматил волосы с отчаянием, когда вдруг услышал, как что-то зашуршало по деревянному полу. Ча Ый Джэ выглянул из-за двери. Ккокко шла, балансируя на голове деревянным подносом.

На подносе стояли две керамические чашки, наполненные сикхе, традиционным корейским сладким рисовым напитком, и ни капли не пролилось, пока керамическая курица не дошла до порога двери.

«Это сервис с комфортным уровнем обслуживания».

Ккокко переступила порог и остановилась перед Ча Ый Джэ. Затем она подняла свои маленькие глазки-бусинки и уставилась на него. Ча Ый Джэ взял поднос и поставил его на стол, не забыв поблагодарить Ккокко.

— Спасибо.

— Ко-ко.

Гладкая грудь Ккокко гордо вздыбилась. Когда Ча Ый Джэ снова взглянул на поднос, он заметил, что на одной из чашек было написано «Для Хон Ё Сона». Его вдруг посетило желание вторгнуться на территорию Хон Ё Сона из чистого упрямства, но поскольку он был здесь за помощью, то подавил эту мысль.

Ча Ый Джэ взял чашку без надписи, но не смог заставить себя выпить сикхе.

«Этот взгляд… он постоянный…»

Ккокко, завершив подачу напитков, свернулась на своей подушке и уставилась на Ча Ый Джэ своими круглыми чёрными глазами. Словно она чего-то требовала. Но чего ещё ей было нужно? Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ккокко, а затем попытался завести с ней разговор.

— Что?

— Ко-ко.

Ккокко наклонила голову. Ча Ый Джэ мог справляться с большинством задач, но понять, что говорит керамическая курица, ему, к сожалению, не удавалось. С озадаченным видом он поднял чашку и сделал вид, что пьёт.

— Ты хочешь, чтобы я это выпил?

— Ко-ко!

Ккокко энергично замотала головой, а потом опустила её, издав глубокий вздох. Курица, которая вздыхает! И не просто вздыхает, а так, что это раздражает.

«Это создание… оно точно не просто курица?»

В самом деле, в этих глазках-бусинках было что-то подозрительно умное. Ча Ый Джэ уставился в чёрные глаза Ккокко. Курица не отвела взгляд.

Когда неявное состязание в гляделки могло вот-вот начаться, в комнату вошёл Хон Ё Сон, размахивая пластиковой сумкой. Может, это из-за зелёного спортивного костюма, но он выглядел ещё более расслабленным, чем обычно.

— Ты попробовал сикхе?

— Ещё нет.

— Попробуй! Я сам его сделал. Даже госслужащий признал его вкус. Съешь ещё немного нурунджи. А хочешь, я принесу тебе немного дончими?

— Спасибо за заботу, но можем перейти к делу?

— Ты уйдёшь, как только мы закончим?

Брови Хон Ё Сона опустились, принимая печальную дугу.

— Мне скучно…

Ча Ый Джэ исподлобья посмотрел на него из-за маски. С выражением, соперничающим с клювом Ккокко, Хон Ё Сон нехотя выпрямился. Затем, отломив кусочек нурунджи, он спросил:

— Ладно, ладно. Раз уж ты притащил Ли Са Ёна, значит, речь о нём, верно?

— Да. Он очнулся.

Глаза Хон Ё Сона загорелись, пока он жевал свой нурунджи.

— Это хорошо! Он очнулся раньше, чем мы ожидали.

— Но есть одна проблема.

— Какая проблема?

— Ты говорил, что, раз в одном теле две души, нужно оставить их в покое, пока они не стабилизируются. Что мы ничего не можем сделать, кроме как ждать.

— Я это говорил.

Ча Ый Джэ вертел в руках чашку и спросил:

— Тогда я был слишком ошарашен, чтобы спросить, но что ты имел в виду под «стабилизируются»?

Хон Ё Сон задумался, осушил свою чашку сикхе и с глухим звуком поставил её на стол.

— Ну… Представь себе сок. Со временем он испаряется, верно? И если не будет внешнего воздействия, он не будет трястись. Это что-то вроде этого. Я ожидал, что, если мы подождём, пока души полностью сольются, они естественным образом стабилизируются.

— …Значит, он очнулся слишком рано?

— Что?

Хон Ё Сон моргнул, остановившись на полпути, когда собирался положить кусочек нурунджи на голову Ккокко.

— Погоди, судя по тому, как ты говоришь… Неужели…

— Он не слился.

— Что?

— Ли Са Ён. Их двое. Внутри.

— Что, серьёзно?!

Глаза Хон Ё Сона расширились. Ча Ый Джэ потёр лоб и пробормотал:

— Точно. Это тот же человек, которого мы видели в разрушенном мире. Но это не только он… наш Ли Са Ён тоже там…

— Это действительно странно… Две души с собственной идентичностью в одном теле? Это…

Зевок.

Хон Ё Сон, который говорил, словно одержимый, вдруг зевнул и прищурил глаза. Его веки опустились, как будто собирались закрыться с секунды на секунду.

— Так… что я хотел сказать… это… хмм.

Он продолжал зевать и качать головой, как больная курица. Было тревожно видеть, как кто-то, только что тараторивший без остановки, внезапно готов заснуть.

«Что с ним?»

Ча Ый Джэ протянул руку, чтобы удержать покачивающиеся плечи Хон Ё Сона.

— Эй, что с тобой?

— А? Ах… Я не знаю.

Он потер глаза тыльной стороной руки, но его опущенные веки медленно начали закрываться.

— Почему я вдруг так хочу спать...

— Что за чушь? Эй!

— Ммм.

С этими словами Хон Ё Сон рухнул, так и оставшись в руке Ча Ый Джэ. Судя по мягкому храпу, доносившемуся от него, он действительно уснул. Этот парень что, страдает нарколепсией или чем-то похожим? Ча Ый Джэ был в замешательстве. Почувствовав нарастающее беспокойство, он сильнее потряс плечи Хон Ё Сона.

— Эй, ты серьёзно собрался заснуть, не объяснив ничего толком?

Но голос прозвучал не изо рта Хон Ё Сона.

— Я отвечу вместо него.

— Что?

— Не пугайся, друг. Я просто усыпил его ненадолго. Могу вмешиваться только таким образом.

Ча Ый Джэ медленно повернул голову с характерным скрипом. Ккокко сидела на месте, пристально глядя на него. Её блестящий клюв шевелился.

— Ты помнишь, да? В одном мире не может быть двух одинаковых людей. Точно так же этот парень и я не можем существовать одновременно. Это просто небольшой трюк, который не нарушает правил системы. Пока ты воспринимаешь меня как Ккокко, всё работает.

Ккокко говорила!

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Даже после того, как он протёр их, голос по-прежнему шёл от клюва Ккокко. И этот голос был ему знаком. В конце концов, это был тот самый голос, с которым он только что разговаривал — голос Хон Ё Сона! Золотые узоры начали быстро вращаться в маленьких чёрных глазах Ккокко.

Это были Оценивающие глаза. Но они выглядели гораздо сложнее и изощрённее, чем те, которые он знал.

— Ты…

— Подожди.

Ккокко подняла одно из своих белых крыльев.

— Я знаю, что ты хочешь сказать и что собираешься сказать. Но не путай меня с мастером. Слова имеют силу, понимаешь? Думать об этом и произносить вслух — это разные вещи.

— ...

— Система уже наблюдает за Ли Са Ёном. Вероятно, она следит и за этим местом.

Ча Ый Джэ неловко посмотрел на потолок. Ккокко продолжила говорить медленно:

— Как только мы нарушим правила, меня выбросят отсюда, прежде чем я успею ответить на твои вопросы. Так что давай сотрудничать. Конечно, я не могу рассказать тебе многого...

Ча Ый Джэ проглотил слова, которые хотел сказать, и опустил голову, крепко сжав свою маску. Тот, с кем он сейчас говорил, был действительно тем самым «Хон Ё Соном», которого он встретил в конце Мемориального подземелья. И именно этот обладал наибольшей информацией.

Хон Ё… вернее, Ккокко, хлопнула крыльями и недовольно причмокнула.

— Ах, я был твёрдо намерен не вмешиваться на этот раз... но ты просто не мог оставить всё как есть, да? Ты никогда не действуешь предсказуемо, поэтому наблюдать за тобой так весело.

Ккокко наклонила голову и начала болтать.

— Кстати, друг, что ты натворил? Почему Ли Са Ён в таком состоянии? Почему души не слились? Это неожиданная ситуация даже для меня. Объяснишь?

— ...Ты.

— Да, друг?

Ккокко вытянула шею. Ча Ый Джэ мгновение дрожал в молчании, а затем внезапно кинулся на Ккокко, схватил её и начал яростно трясти.

— Верни мне Ккокко, чокнутый ублюдок!

— Ку-ку-кууу!

В тишине гор громкое кукареканье разнеслось эхом.

Спустя двадцать минут Ча Ый Джэ всё ещё сидел в «доме любви» Хон Ё Сона, но напротив него сейчас сидела уже настоящая Ккокко.

Ккокко сложила подушки в стопку, чтобы оказаться на уровне глаз Ча Ый Джэ. Хозяин дома, Хон Ё Сон, свернулся клубком рядом с ней и крепко спал, время от времени причмокивая губами. Ча Ый Джэ снял свою маску и положил её рядом, попивая сикхе и сверля Ккокко взглядом.

Ккокко, которая до этого тщательно чистила себя своим клювом, наконец открыла рот — точнее, клюв.

— Что могло разбудить Ли Са Ёна? Где произошёл сбой?

— Прекрати бросаться вопросами и объясни нормально.

— Я подумал, что, даже если ничего не делали, должен был быть какой-то раздражитель.

— …Какой раздражитель?

— Ну, что-то, что могло заставить Ли Са Ёна широко распахнуть глаза. Например...

Ккокко наклонила голову из стороны в сторону, её глазки-бусинки закрутились.

— Поцелуй, может?

— Кхм.

Ча Ый Джэ закашлялся, быстро прикрывая рот рукой, а затем неловко отвёл взгляд. Его и без того широко распахнутые глаза стали ещё больше. Ккокко наклонила голову с любопытством.

— Что, ты действительно это сделал? Я ведь просто предположил.

— …

— Ух ты…

Ккокко пробормотала, прикрывая клюв крылом. Его круглые глаза сузились в узкие щёлочки.

— Воришка.

Чувствуя себя виноватым, Ча Ый Джэ воскликнул в протесте:

— Замолчи!

— Поэтому он и проснулся. По плану Ли Са Ёна из разрушенного мира, двое должны были слиться, даже не осознавая этого.

— Откуда ты знаешь об этом плане?

— Ну...

Маленькие чёрные глазки вновь засветились сложным узором Оценивающих глаз.

— Потому что я тот, кто модифицировал эти часы. Чтобы их можно было снова использовать.

Глава 156

Ча Ый Джэ вертел на запястье часы. На круглом циферблате было выгравировано три маленьких циферблата. Два из них остановились, а последний бодро тикал в одиночестве. Ча Ый Джэ указал на маленькие часы.

— Ты про эти маленькие?

— О, ты носишь их как надо. Да, верно. Изначально был только один большой циферблат. Я модифицировал их, чтобы было удобнее видеть.

Ккокко гордо подняла голову.

— Моя работа.

— Зачем ты их модифицировал? Сомневаюсь, что это только ради красоты.

— Я сделал это, потому что так было нужно.

— Нужно для чего? Эта модификация была сделана, когда Ли Са Ён из разрушенного мира использовал их, так? Когда я впервые применил их, чтобы вернуться во времени, этих маленьких циферблатов ещё не было.

— Вау, ты это запомнил? Я думал, ты ничего не знаешь.

Ккокко болтала, не останавливаясь. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу. Затем окликнул:

— Эй.

Его голос, низкий и зловещий, достиг Ккокко. Свет в соломенной хижине зловеще замигал, а затем полностью погас. Стол задрожал. Когда он поднял голову, в темноте замерцали голубые огоньки. Ледяная, острая энергия, казалось, замораживала всё вокруг, окутывая дом.

Из лица, скрытого в тени, донёсся спокойный голос:

— Ты, должно быть, решил, что я в порядке, если можешь шутить и уходить от темы.

— …

— Но я нет. Я сейчас просто дико на взводе.

Тяжёлая атмосфера начала искажаться. Треск — чашка треснула. Давление заполнило пространство, заставляя задыхаться. Но голос оставался мягким:

— Я пришёл сюда не шутить.

— …

— Я пришёл выяснить, почему это произошло, и как это исправить. У меня нет времени на пустую болтовню.

— …

— Так что перейдём к делу. Ты говорил, что это наш последний шанс. Нам нужно сотрудничать.

В этот момент он почувствовал движение из внутренней комнаты. Резко повернув голову, он увидел, как за приоткрытой дверью Ли Са Ён ворочался под одеялом.

Ча Ый Джэ коротко выдохнул и закрыл лицо рукой. Щёлк. Мерцающий свет восстановил яркость. Подавляющее давление, давившее на них, исчезло без следа. Выражение ужаса на лице Хон Ё Сона, съёжившегося на голом полу, тоже исчезло, вернув его к нормальному состоянию.

Ча Ый Джэ вздохнул.

— Прости.

Ккокко взмахнула крыльями и покачала головой.

— Нет, ты прав. Но чтобы поговорить об этом, нам нужно переместиться в другое место. Есть вещи, которые я не могу сказать здесь… Это устроит?

— Подойдёт.

— Тогда смотри мне в глаза.

Ча Ый Джэ поднял голову. Оценивающие глаза перед ним закрутились с бешеной скоростью. Он почувствовал, как сознание утягивает куда-то далеко, и позволил себе плыть по этому потоку, закрыв глаза.

Когда он снова открыл их, то оказался посреди мастерской Хон Ё Сона, которую видел в конце Мемориального подземелья. Черно-белое пространство, словно кадр из старой плёнки, обладало особенной, неподвластной времени атмосферой. Казалось, он смотрел в чей-то старый фотоальбом.

Он даже уловил запах пыли.

Ча Ый Джэ осмотрелся. На стуле без спинки в мастерской сидел мужчина в тренировочной одежде. Он улыбался с самоуверенным видом и показывал знак мира. Это был Хон Ё Сон, волосы которого были собраны в короткий хвост.

Из его неподвижных губ раздался голос:

— Я не задержу тебя надолго.

Как и всё остальное на фотографии, он был полностью черно-белым. Единственным цветным элементом оставались золотые узоры, парящие над его глазами, которые также были единственной движущейся частью изображения. Хон Ё Сон, стоявший перед ним, излучал ауру, отличавшуюся от той, что Ча Ый Джэ знал.

«Он выглядит гораздо более опытным и спокойным».

Он был кем-то, кого можно было описать как ветерана.

Голос Хон Ё Сона эхом разносился по мастерской:

— Я не собирался объяснять всё так подробно, да и вообще вмешиваться… но я не ожидал, что с Ли Са Ёном произойдёт такое. Поэтому решил, что лучше, если ты узнаешь всё. Ты единственный, кто может быстро отреагировать на эти переменные, мой друг.

— …

— Всё, что мне было позволено, — это наблюдать, но сейчас чрезвычайная ситуация, поэтому… Я объясню всё с самого начала.

Оценивающие глаза, которые крутились с бешеной скоростью, начали замедляться.

— Начнём с часов. Они используются для возвращения во времени, но точнее было бы сказать, что они стирают предыдущий мир и запускают новый.

— Да.

— Это означает, что изначально часы были одноразовым предметом. Использовать что-то, что стирает предыдущий мир и создаёт новый, несколько раз — абсурд.

— …

— Они должны были использоваться лишь однажды. После этого они должны были полностью исчезнуть. Поэтому, когда мы впервые вернулись во времени, мы не планировали ещё одного шанса. Мы сказали, что следующий раз будет последним.

Ча Ый Джэ коснулся запястья. Холодная металлическая поверхность успокаивала его разгорячённые пальцы.

— Но часы всё ещё здесь, на моём запястье.

— Вот в этом и проблема. Насколько я понял, всё началось с первого использования.

Оценивающие глаза начали плести сложный узор.

— Твоя сила, которая изначально была якорем, оказалась настолько огромной, что оставила след на часах. Вместо того чтобы исчезнуть, они сохранились вместе с силой возврата времени, но в незавершённой, урезанной форме.

— …

— Они стали настолько незавершёнными, что, хотя и могут возвращать время назад, последствия их использования теперь непредсказуемы. Они превратились в рискованный, азартный предмет. Ты всё ещё имел их во втором мире, но после твоей смерти они попали в руки Ли Са Ёна.

— …

— Я модифицировал часы, чтобы уменьшить побочные эффекты, и Ли Са Ён использовал их. Но даже приняв весь груз на себя, он не смог полностью избежать последствий.

Побочные эффекты. Ча Ый Джэ подумал о Ли Са Ёне, который, должно быть, бесконечно блуждал по разрушенному миру. О том моменте, когда они встретились: глаза, словно зеркала, полностью отражавшие Ча Ый Джэ, и слёзы, стекавшие по лицу молча. Он стал чем-то, что больше не было человеком, чем-то, лишённым всех эмоций.

«…Я думал, это было бессмысленно».

«Всё, что я делал…»

Может, это тоже было частью побочных эффектов? Стать стражем разрушенного мира, бесконечно скитаться, ждать конца, который, возможно, никогда не наступит, не зная, потерпел ли он неудачу или достиг успеха.

Это было слишком…

Ча Ый Джэ смотрел на Хон Ё Сона, не в силах произнести ни слова. В голове поднималось и исчезало множество мыслей, но ни одна из них не казалась подходящей. Боясь, что из его уст могут вырваться какие-то незаконченные слова, Ча Ый Джэ прикрыл рот рукой.

Хон Ё Сон пробормотал. Его голос звучал слегка поражённо:

— Ты сам пережил один из этих побочных эффектов.

— …Я? Что именно?

— Разлом Западного моря.

Ему показалось, что его ударили молотком по голове. Рот Ча Ый Джэ слегка приоткрылся. Хон Ё Сон, всё ещё заключённый в черно-белую фотографию, смотрел на него уверенно, с бесстрастным выражением лица.

— Я же говорил, верно? Часы стирают предыдущий мир и создают новый. Но из-за того, что часы не завершены, на этот раз предыдущий мир не был полностью стёрт. Поэтому разрушенный мир продолжает влиять на нынешний.

— Значит… разлом Западного моря тоже?

Голос Ча Ый Джэ слегка дрожал. В животе переворачивалось, перед глазами всё плыло, словно он мог потерять сознание. В голосе Хон Ё Сона прозвучала нотка сожаления.

— Разве это никогда не казалось тебе странным? Разлом Западного моря продолжал расти, поглощая охотников, пока ты не вошёл в него. С тех пор кто-то из охотников заходил туда? Скорее всего, нет. Ты был последним.

И правда. После того как охотники, вошедшие до него, а также те, кто шёл с ним, погибли, а он убил монстров, блуждающих внутри, и вонзил оружие в голову василиска, дополнительных людей туда больше не отправляли.

— …

Потому что разлом закрылся.

Будто… цель с самого начала была именно он.

Тяжёлый голос подтвердил догадку:

— Разрушенный мир нашёл тебя, первоначальный якорь. Жертвы нынешнего якоря оказалось недостаточно, поэтому он обратился к тому, кто должен заплатить оставшуюся цену.

Хон Ё Сон ненадолго замолчал, коротко вздохнув. Оценивающие глаза, которые всё это время вращались, стали угасать.

— Послушай, мой друг, мы заключили договор.

— …

— Ты не помнишь, но…

В его голосе послышалась грусть.

— Ты должен был вернуться во времени и предотвратить апокалипсис…

— …

— А я — наблюдать.

— Зачем мы заключили такой договор?

— …

Хон Ё Сон ответил тяжело:

— Чтобы спасти мир, конечно.

Глава 157

Ча Ый Джэ замер, уставившись на уверенную улыбку Хон Ё Сона, запечатленную на фотографии. В горле застряли слова. Они когда-то дали обещание, но он не мог вспомнить, когда это было.

«Спасти мир».

Ча Ый Джэ сжимал и разжимал кулак. Можно ли было забыть такое важное обещание? И не поступил ли он слишком жестоко с Хон Ё Соном?

И тут Хон Ё Сон вдруг заговорил.

— Эй, эй, не принимай это так близко к сердцу. Это было мое обещание. Ты не хотел его давать, а я просто давил на тебя, пока ты не согласился.

Глаза Ча Ый Джэ расширились.

— Что?

— Ну… не знаю, осознаёшь ли ты это сейчас, но у меня привычка быстро терять интерес. Я не могу долго сосредотачиваться на чем-то одном. Мне становится скучно. Если что-то кажется обязанностью, я не хочу этим заниматься. Я просто хочу веселиться.

Под поверхностью его слов таилась игривая искорка.

— Но спасти мир — это другое.

— …

— Я видел, как ты спасал мир несколько раз, знаешь?

— …

— Это выглядело действительно круто. Поэтому я подумал, что в этот раз присоединюсь, пока ты спасёшь мир.

В голосе Хон Ё Сона зазвучало возбуждение.

— Как думаешь, это помогло? Никто кроме меня не может предоставлять такие топовые догадки и информацию, верно?

Хон Ё Сон на выцветшей чёрно-белой фотографии улыбался. Вероятно, он улыбался всё это время. Ча Ый Джэ с трудом выдавил слова, которые поднимались в горле.

— Спасибо.

— …

— Ты запер себя здесь… только чтобы сдержать это обещание.

Ча Ый Джэ лучше всех знал, каково одиночество, как ценна теплота других людей.

Первый Ча Ый Джэ, должно быть, не был одинок. Даже после потери Ли Са Ёна он, вероятно, решил спасти мир, потому что рядом с ним был Хон Ё Сон. Наверное, именно поэтому, вместо того чтобы сойти с ума, он решил вернуть время вспять и вернуть Ли Са Ёна.

Но сколько людей смотрели на фотографию Хон Ё Сона после того, как он запер себя в ней? Возможно, Ча Ый Джэ был первым. Ведь предыдущий Ча Ый Джэ умер рано. Ча Ый Джэ заговорил.

— Я…

— Ах, забудь. Давай прекратим с тяжёлым тут. Состояние Ли Са Ёна важнее, не так ли?

Атмосфера внезапно сменилась. Хон Ё Сон пробормотал:

— Похоже, Ли Са Ён просыпается. Этот парень с острыми инстинктами.

— Просыпается? Подожди-ка.

— О нет, он, наверное, прямо сейчас бьёт твою голову об стол.

— Что? Эй, ты.

— Пошли!

Не успел он закончить предложение, как почувствовал, что что-то схватило его за голову и резко подняло. Он едва сдержал проклятия, пока его волокли.

С громким вдохом Ча Ый Джэ резко очнулся, словно вынырнув из-под воды, и инстинктивно задержал дыхание.

Прямо на него смотрели фиолетовые глаза.

Ча Ый Джэ быстро поднял верхнюю часть тела. Казалось, он потерял сознание, опустившись на стол. Синее вечернее небо уже сменилось заходящим солнцем.

Прошло довольно много времени. Ча Ый Джэ быстро осмотрелся. Ли Са Ён, который склонил голову и наблюдал за ним, продолжал пристально смотреть, не отводя взгляда. Его острые глаза, казалось, были готовы его съесть. Ча Ый Джэ осторожно произнёс:

— …Са Ён? Ты проснулся?

— …Ха.

Короткий смешок вырвался наружу. Затем лицо Ли Са Ёна расцвело яркой улыбкой, его глаза изогнулись дугой. От сияния этой улыбки Ча Ый Джэ невольно отвёл взгляд. Ли Са Ён мягко спросил, его голос был плавным и нежным:

— Ты, наверное, был очень уставшим?

— Нет… Ну…

— Да, что ж… Понимаю. У тебя были причины быть уставшим…

Ча Ый Джэ, который избегал его взгляда, заметил экран телефона Ли Са Ёна.

[J, переосмысление ранга №1.]

[Решительные шаги J продолжаются… Что у него на уме?]

[Герой J: Как он вернулся из разлома в Западном море.]

Казалось, Ли Са Ён искал информацию о «J» на портале. Экран был полон заголовков о J. Холод пробежал по спине Ча Ый Джэ от шеи до пояса.

«Чёрт».

— Ты столько работал… Правда ведь? — Ли Са Ён, который сначала сидел на корточках, теперь сел нормально и наклонился вперёд, упираясь руками в пол. Ча Ый Джэ отодвинулся назад настолько, насколько Ли Са Ён наклонился вперёд.

— Нет, просто… ты вдруг свалился.

— Я действительно свалился.

— И ситуация с миром, похоже, была довольно серьёзной, да?

— Думаю, что так.

— О тебе бы много говорили, если бы второй номер пропал...

— Понимаю. Значит, ты вмешался?

— Нет, просто… я лучше всех знаю монстров, которые сейчас появляются.

— Ага…

Ли Са Ён тяжело вздохнул и небрежно провёл рукой по своим волосам.

— Значит, ты был таким уставшим, что заснул здесь, положив голову на стол? Даже не лёг нормально?

— Нет, я не спал, потому что был уставшим.

— Такая преданность делу…

Это было несправедливо. Но как он мог объяснить, что только что тайно разговаривал с Хон Ё Соном, который временно управлял телом Ккокко, и с другими из другого мира? Он не мог ошарашить того, кто только что проснулся, такими подробностями.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ккокко. Он жестом попросил помощи, но Ккокко уже отвернулась и сидела, повернув к нему спину. Её маленькая круглая спина напоминала старика, бормочущего: «Не хочу видеть».

«Мелкий…»

Ча Ый Джэ свирепо посмотрел на него. Вся благодарность испарилась. В итоге ему ничего не оставалось, кроме как прибегнуть к своему проверенному способу.

Ча Ый Джэ вытянул руки и обхватил шею Ли Са Ёна, притягивая его ближе. Несмотря на недавнее раздражение, Ли Са Ён не сопротивлялся. Ча Ый Джэ, держа его неловко, пролепетал вопрос:

— С тобой… всё в порядке?

— …

— Ты так сильно плакал раньше, я подумал, что что-то случилось.

— Я говорил, что не плакал.

— Эй, вообще-то я пришёл, чтобы спросить кое-что. Та штука внутри тебя...

— ...Я знаю.

Ли Са Ён ответил сухо, обнимая Ча Ый Джэ за талию. Затем, тяжело вздохнув, он потерся головой о его шею.

— Кстати, Хон Ё Сон лежал в отключке рядом со мной.

Как всегда, слова Ли Са Ёна были не такими милыми, как его действия. Ча Ый Джэ механически погладил его по голове, предавая честь спящего Хон Ё Сона.

— Он вдруг вырубился во время разговора. Наверное, слишком много выпил вчера.

— …Правда? И он что-нибудь сказал?

— Пока нет.

Они продолжали тихо разговаривать, оставаясь в объятиях друг друга. Сколько времени прошло, когда сзади послышалась вибрация? Это был телефон Ли Са Ёна. Он разжал руки, которыми обнимал Ча Ый Джэ за талию, и посмотрел на экран. На его лице появилась хмурая гримаса.

— ...Я сейчас вернусь. Мне нужно ответить.

— Хорошо. Иди.

Ли Са Ён исчез за соломенной крышей дома. Даже когда Ча Ый Джэ напряг слух, никакого звука не доносилось. Он вышел за пределы барьера? Ча Ый Джэ слегка пнул коврик, на котором сидела Ккокко.

— Эй, предатель.

— Предатель? Лучше называй меня настоящим другом, который предоставил вам двоим немного личного времени.

— Замолчи. Расскажи мне больше о Ли Са Ёне.

— Чтобы это сделать, нам придётся вернуться в то пространство. Эта тема слишком деликатна для обсуждения здесь.

Чем больше они говорили, тем хуже становилась ситуация. Если Ли Са Ён вернётся и снова застанет Ча Ый Джэ лежащим на столе, неизвестно, как он отреагирует в этот раз. Ча Ый Джэ быстро соображал и, понизив голос до шёпота, спросил:

— Ладно. Тогда ты знаешь что-нибудь о Прометее? Хоть что-то, выкладывай.

Ккокко, слегка наклонив голову, также прикрыла клюв крылом и ответила:

— Не знаю.

Ча Ый Джэ не ожидал такого ответа. После всего того, как Ккокко он вёл себя, словно мудрец, теперь вдруг прикидывается невеждой? Ча Ый Джэ подозрительно уставился на него.

— Как так не знаешь? Ты же вёл себя так, будто всё знаешь.

— Ну, таких ребят в моём мире почти не было. Имя-то какое громкое? Я только в «Греческой и Римской мифологии для детей» его видел.

Подозрительный взгляд Ча Ый Джэ остался прикован к Ккокко. Почувствовав недоверие, Ккокко ударила крылом по его руке.

— Слушай, говорю же, я узнал о них только после того, как начал наблюдать за тобой в этом мире.

— А что насчёт наркотика, который мутирует пробуждённых?

— Никаких шансов. Этот мир особенно жестокий.

— …

Их взгляды встретились. Организация, которая не существовала в прошлом мире, теперь появилась в этом. Ча Ый Джэ тихо пробормотал:

— Так это может быть ещё одним побочным эффектом?

— Похоже на то, верно?

— Чёрт. Какой ещё побочный эффект? Почему все сходят с ума одновременно?

— Я тоже не знаю. Это тебе придётся выяснить самому. А теперь дай мне ещё нурунджи.

Ча Ый Джэ послушно протянул ещё один кусочек нурунджи.

— Эй. Ещё один вопрос.

Ккокко, которая клевала нурунджи, подняла взгляд, слегка наклонив голову с любопытством.

Сколько бы времени ни прошло, Ча Ый Джэ никак не мог привыкнуть к тому, что из такого милого лица звучит голос Хон Ё Сона. Возможно, сейчас это ощущалось ещё сильнее, так как он только что видел замороженный образ Хон Ё Сона на фотографии. Отломив кусочек своего нурунджи, Ча Ый Джэ спросил, запинаясь:

— Ты… всегда был Ккокко? Это тоже ты кудахтал?

Ккокко уронила кусочек нурунджи, который держал в клюве. Маленькие, похожие на фасоль, глаза округлились от шока.

— Ты серьёзно это спрашиваешь?

— Просто ответь. Мне нужно разобраться с прошлым.

— Друг… Что за человек, по-твоему, я такой?

Ккокко возмущённо наклонила голову. Наблюдая за ним, Ча Ый Джэ почувствовал такое же раздражение. Это блестящее, круглое, очаровательно-необычное существо вело себя слишком странно. Ккокко взмахнула крыльями.

— Это всего лишь временно — я одолжил тело Ккокко. Раз уж её создал Хон Ё Сон, было легко ей завладеть. Но я не привык делать это постоянно.

— Почему ты не вернулся в своё тело? Так ведь было бы проще?

— На это есть сложная причина…

Ккокко чирикнула, покачиваясь из стороны в сторону, и направился к спящему Хон Ё Сону, который лежал с рукой, опущенной на подушку, и причмокивал во сне. Наблюдая за этой сценой, Ча Ый Джэ задумался. Каково это — смотреть на своё собственное тело так близко, с чужой точки зрения?

— Этот парень немного странный, да? Будто у него не хватает винтика.

— Кхм!

Застигнутый врасплох этим неожиданным моментом саморефлексии, Ча Ый Джэ громко закашлялся, прикрывая рот. Ккокко, ничуть не смутившись, продолжила:

— Но тут уж ничего не поделаешь. Душа, которая должна быть целой, была разделена. Так что с неполной душой чего-то обязательно будет не хватать.

— Что? Но Ли Са Ён… подожди.

Ча Ый Джэ резко поднял голову. Ли Са Ёна нигде не было.

Нет, это…

— Что случилось?

Ча Ый Джэ быстро схватил Ккокко за клюв. Ккокко сопротивлялась, яростно хлопая крыльями, но, почувствовав напряжение, затихла и сжала клюв.

Дело было не в том, что Ча Ый Джэ не мог ощутить присутствие Ли Са Ёна, — скорее, это Ли Са Ён намеренно скрывал своё. Глаза Ча Ый Джэ на миг засветились голубым, и в тот момент Ли Са Ён проявился. Стоя в стороне, он сунул руки в карманы плаща и чуть приподнял уголки губ в улыбке.

— Мм… Я думал, это моя вина.

— …

— Подумал, что, может, пока я спал, тебе стало так одиноко, что ты начал разговаривать с курицами…

— …

— Тогда…

Тихими шагами Ли Са Ён приблизился, чуть наклонившись, чтобы встретиться взглядом с Ча Ый Джэ. Его фиолетовые глаза весело блестели.

— Кто этот парень?

Глава 158

Вскоре они сидели друг напротив друга за столом. Единственным отличием от предыдущей обстановки было то, что Ли Са Ён занял место, где раньше сидела Ккокко, а сама Ккокко теперь устроилась рядом с Ча Ый Джэ. Одну руку закинув за спинку стула, Ли Са Ён медленно проводил указательным пальцем по краю своей чашки.

— …Итак, если кратко.

Глоток. Плавное движение пальца остановилось. Вялый голос произнёс:

— Ты заметил, что внутри меня есть кто-то ещё.

— Да.

— И ты пришёл к Хон Ё Сону, чтобы разобраться, что происходит…

Его чёрный палец точно указал на Ккокко.

— А этот куриный ублюдок — Хон…

— Стой, стой.

Ча Ый Джэ быстро наклонился вперёд, чтобы зажать рот Ли Са Ёну, и наполовину поднялся с места. Его фиолетовые глаза прищурились. Он приложил палец к своим губам другой рукой и шёпотом добавил:

— Тсс.

— Нам нельзя говорить это вслух. Ещё многое нужно выяснить.

Они пока не придумали, как решить эту проблему. Нельзя просто отправить чуждого Хон Ё Сона обратно, не разобравшись с причиной.

В этот момент чёрная рука Ли Са Ёна неожиданно крепко сжала запястье Ча Ый Джэ — сила была удивительной даже для него. Их взгляды встретились. Взгляд Ли Са Ёна был полон раздражения. Он резко отвёл руку Ча Ый Джэ от своего рта и отрывисто бросил:

— Не делай так.

— Что? …Закрывать тебе рот?

Ча Ый Джэ вспомнил, как Пэ Вон У говорил, что Ли Са Ён ненавидит, когда им пытаются управлять. Убрав руку от его лица, он заметил, как Ли Са Ён кивнул на другую его руку.

— Этот жест.

Ответ был неожиданным. Ча Ый Джэ моргнул, немного растерянно пошевелив пальцем, который он держал у своих губ.

— Этот? Почему?

— …Просто не делай. Раздражает.

Короткий ответ Ли Са Ёна повис в воздухе, и он закрыл глаза. Он выглядел совершенно измученным. Всегда угрюмый и непростой в общении, сейчас он казался ещё более раздражительным — наверняка из-за того, что только очнулся после трёхмесячной комы. Ча Ый Джэ тихо цокнул языком.

«Да уж, у него есть причины быть нестабильным…»

Теперь это был не просто Ли Са Ён — это было двое людей в одном теле. Справиться с одним Ли Са Ёном уже непросто, а тут двое. Ча Ый Джэ, растерянно потирая шею, почувствовал, как его инстинкты подают тревожные сигналы.

«С самим Ли Са Ёном ещё ладно, но…»

Он вспомнил, как Ли Са Ён проводил пальцами по его ладони, глядя на него так, будто ничего больше не существовало. Эта жуткая, выжженная аура… «Ли Са Ён», который больше не был полностью человеком.

А затем…

Ча Ый Джэ поднял глаза на Ли Са Ёна. Тот, надавливая пальцами на висок, приоткрыл глаза, словно почувствовав его взгляд. Ча Ый Джэ тут же отвёл взгляд, но напряжение за столом ощутимо выросло. Если бы он был обычным человеком, то наверняка бы потерял сознание под таким давлением. Чёрт, теперь он даже просто так не мог смотреть на Ли Са Ёна. Так или иначе, Ли Са Ён оставался проблемой.

Ча Ый Джэ тяжело вздохнул, водя пальцем по краю подушки.

«Это будет изматывающим…»

Оба не собирались облегчать ему жизнь, это было ясно. А оказаться между ними? Он пострадает больше всех. В этот момент Ккокко, которая до сих пор тихо сидела на куче подушек, открыла клюв.

— Можно мне теперь говорить?

— Если это касается состояния Ли Са Ёна.

— Конечно. В общем, по какой-то причине их души до сих пор не слились полностью.

Ли Са Ён, откидывая назад прядь волос, задал вопрос:

— В чём причина?

— …

— …

Неловкое молчание повисло в воздухе. Ли Са Ён приподнял бровь. Ккокко взглянула на Ча Ый Джэ, который быстро и незаметно ткнул её в бок пальцем. Почувствовав резкий укол, Ккокко заговорила механическим голосом.

— Я же сказал: какое-то внешнее вмешательство, несчастный случай, если можно так выразиться… Я не знаю подробностей!

Он знал.

— Эй, если не знаешь, просто пропусти. Нет смысла зацикливаться на неизвестной причине. Это ни к чему не приведёт.

Приведёт.

— …

Ли Са Ён подозрительно взглянул на Ча Ый Джэ, но тот просто улыбнулся. В конце концов, даже Ли Са Ён не станет придираться к человеку, который улыбается, верно?

К счастью, это сработало. После долгого молчания, в течение которого Ли Са Ён пристально смотрел на его лицо, он тяжело вздохнул и отвернулся. Ча Ый Джэ воспользовался моментом и вновь ткнул Ккокко. Керамическая курица заговорила, словно на автомате.

— Правда в том, что сейчас нет чёткого решения. Это не как раньше, когда любое вмешательство могло вызвать взрыв, но ситуация всё ещё нестабильная. И, вероятно, система наблюдает.

— Ты думаешь, я пришёл сюда ради этого? Чтобы услышать, что всё безнадёжно?

— Но это правда. А как ты себя чувствуешь?

Ккокко повернулась к Ли Са Ёну.

— Как твоё тело? Замечаешь что-нибудь странное? Проблемы с памятью?

— …

Ли Са Ён плотно сжал губы. Корка на его губах треснула, и снова выступила кровь. Ча Ый Джэ и Ккокко терпеливо ждали продолжения. Наконец, Ли Са Ён прижал пальцы к вискам и медленно заговорил:

— Мои воспоминания спутаны. Мои… и ещё чьи-то, всё перемешалось.

— …

— Хочешь, чтобы я был честнее?

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна вспыхнули, как огонь, будто собираясь сжечь Ча Ый Джэ. Наклонившись вперёд через стол, он тихо выплюнул слова:

— Раньше я думал, что ты умер.

— …

— У тебя кровь стекала по голове и шее… Ха, чёрт. Я думал, что сошёл с ума.

Ча Ый Джэ вдруг вспомнил тот день у мемориального камня, когда Ли Са Ён касался его головы и висков, его лицо было мертвенно-бледным от страха…

Ли Са Ён тяжело выдохнул и закрыл лицо руками.

— Когда осознаю, что всё это реально, становится… лучше. Но когда только просыпаюсь… вот тогда всё плохо.

Тень пробежала по его бледному лицу. Ли Са Ён прижал руку к груди.

— Я чувствую его внутри себя… другую версию себя. Но это не кажется чуждым… Он словно заявляет, что он — это тоже я. Он похож на меня.

Его кроваво-красные губы скривились в горькой усмешке.

— Отвратительно…

— …

— Ну…

Ли Са Ён медленно встал. Засунув руки в карманы своего чёрного кожаного плаща, он наклонил голову, глядя на Ккокко.

— Теперь ты доволен? Хон Ё Сон.

Воздух, казалось, застыл. Через несколько секунд поднялся сильный ветер. Вуууум. Перед ними возник ярко-белый экран. Глаза Ккокко расширились, и она отчаянно раскрыла клюв.

— Подожди, ты вообще меня слушал? Если скажешь это вслух, меня выбросят…

— Я знаю.

Ли Са Ён скривил губы в жестокой улыбке.

— Я сделал это специально. Чтобы избавиться от тебя.

— Неблагодарный ублюдок!

Хон Ё Сон яростно замахал крыльями, но Ли Са Ён смотрел на него с холодной безжалостностью.

— Мне не нужна твоя помощь. Я знаю лучше всех.

— Что?

Ли Са Ён сжал руку на своём горле, словно душил сам себя.

— Я точно знаю, чего он хочет… лучше всех.

— …

— Так что убирайся.

Хон Ё Сон бросил на Ча Ый Джэ полный ненависти взгляд.

— Друг, что ты сделал, воспитывая этого ребёнка?

Ча Ый Джэ опешил.

— С чего вдруг меня ругают?

— Ли Са Ён, которого я знал, не был таким грубым!

На это у Ча Ый Джэ не нашлось ответа. Он знал, о каком Ли Са Ёне говорил Хон Ё Сон — том, кто надевал фартук и встречал его дома с омлетом. Ча Ый Джэ почувствовал, как голова немного закружилась.

«Неужели жизнь вдали от меня так сильно его изменила?»

В этот момент в воздухе запахло чем-то сладким, и тёплое дыхание коснулось его уха. Ли Са Ён, пододвинувшись ближе, склонился, чтобы прошептать:

— Дело не в этом.

— …

— Я всегда был грубым.

— …

— Я просто притворялся хорошим.

Его низкий голос коснулся уха Ча Ый Джэ, и по спине пробежал холодок. Ча Ый Джэ вздрогнул, но тут Хон Ё Сон закричал:

— Хватит! Ухожу, пока меня не вышвырнули!

Из тела Ккокко вспыхнул яркий белый свет. Когда он угас, Ча Ый Джэ поспешно подхватил Ккокко. Та моргнула своими чёрными глазами. Прежний разум, что жил в её бусинках-глазах, исчез. Перед ним теперь была просто гладкая фарфоровая курица — не Хон Ё Сон, а настоящая Ккокко.

— Ко-ко?

«Чёрт, он бросил меня!»

Ча Ый Джэ задрожал от резкого чувства предательства. Он считал его другом, а тот сбежал, оставив его одного с невыносимым Ли Са Ёном!

Ккокко отчаянно замахала крыльями и вырвалась из его рук. Затем она исчезла в спальне, вероятно, собираясь устроиться рядом с Хон Ё Соном, который нежился под одеялом. В комнате остались только они вдвоём. Ли Са Ён мягко заговорил:

— Хён.

Ча Ый Джэ не ответил, опустив голову. На душе было тяжело. Ли Са Ён, не обращая внимания на молчание, провёл пальцами по обнажённой шее Ча Ый Джэ.

— Твои волосы…

Чёрные пальцы Ли Са Ёна заскользили по серым прядям, вызывая лёгкий зуд. Голова Ча Ый Джэ едва заметно дёрнулась от этого ощущения. Поиграв с короткими волосами пару секунд, Ли Са Ён пробормотал себе под нос:

— Они стали белее.

— …Правда?

— Да…

Слова Ли Са Ёна замерли в воздухе. Ча Ый Джэ поднял голову, чтобы проверить цвет своих волос, и внезапно столкнулся взглядом с его фиолетовыми глазами.

— Тогда… хён.

— …

Ли Са Ён опустился на одно колено перед Ча Ый Джэ. Медленно его рука поднялась, закрывая глаза Ча Ый Джэ. Мир погрузился в темноту. Губы Ча Ый Джэ слегка приоткрылись, будто в ожидании. Он услышал мягкий смешок, словно одобрение. Что-то тёплое и шершавое коснулось его губ — привкус металла смешивался с лёгкой сладостью.

Между соединёнными губами вырвался низкий смешок.

— А, теперь я понял…

— …

Ли Са Ён немного отстранился, слегка прикусив его нижнюю губу.

— Ты поцеловал меня, да? Пока я спал.

Чёрт возьми.

— Я теперь это чувствую.

Прежде чем Ча Ый Джэ успел ответить, что-то мягкое проникло между его губ. Ответ растворился в вихре их сплетённых языков. Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза.

Глава 159

Чем больше его зрение было закрыто, тем острее реагировали остальные чувства. Сильная рука и ладонь обвили его талию, их губы столкнулись, черный язык скользнул по нёбу, исследуя его рот. Сладкий аромат и жара душили, заставляя чувствовать, что он сейчас умрёт.

«...Нет, сейчас не время!»

Резко придя в себя, Ча Ый Джэ сильно оттолкнул плечо Ли Са Ёна. Ли Са Ён послушно отступил, слегка наклонив голову.

— Почему?

Тем временем Ча Ый Джэ прикрыл рот тыльной стороной ладони и поспешно отступил. Он остановился только тогда, когда спиной упёрся в колонну. И впервые начал заикаться.

— Эй, ты, как... Нет, ты был в сознании?

Как этот парень узнал, что я его поцеловал?

Он что, спал телом, но не разумом? Или слышал разговор с Хон Ё Соном? Может, он просто притворялся? Но я ведь не заметил ничего подозрительного. Пропустил это из-за собственной рассеянности? Казалось, в голове бушует буря. И тут плечи Ли Са Ёна затряслись.

— Ха…

«Что за...»

— Хахаха!

Ли Са Ён начал громко смеяться. Улыбка, такая яркая и искренняя, была редкостью. Ча Ый Джэ мог только растерянно смотреть на него. Смеяться в такой момент? Ча Ый Джэ убрал руку от рта и раздражённо окликнул его.

— Ты собираешься ответить? Ты был в сознании?

— Ха… Ох, серьёзно.

Прищурив глаза от удовольствия, Ли Са Ён начал подползать к нему. Ча Ый Джэ напрягся, вжимаясь спиной в колонну. Ли Са Ён, подобравшись на четвереньках, встретил его взгляд.

— Я был в сознании?

— ...

— Да нет же…

Его губы приблизились к уху Ча Ый Джэ. Томный голос мягко зашептал:

— Я просто проверял тебя.

— …Что?

Ча Ый Джэ ошеломлённо уставился на него, едва приоткрыв рот. Ли Са Ён, опустив голову и тихо усмехнувшись, громко чмокнул его в щёку.

— Хорошо, что ты носишь маску… Что бы случилось, если бы её не было?

— Эй, Ли Са Ён…!

— Все твои истинные чувства...

— Эй, тьфу...

— Сразу на лице.

Пока Ли Са Ён продолжал осыпать его лицо поцелуями — щёки, кончик носа, уголки глаз, лоб — он обеими руками обхватил уши и щеки Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ схватил его запястья, стиснув зубы. Непроницаемое лицо, которое раньше его выручало, давно исчезло. Поэтому...

— Ты совершенно не умеешь лгать.

Чмок.

— С таким лицом… я не могу оставить тебя одного.

Ча Ый Джэ коротко выдохнул. В его глазах, отражённых в фиолетовых, полных неведомого блеска глазах Ли Са Ёна, словно скрывалось что-то большее, чем простое отражение. И снова их губы встретились, а черный язык ворвался в его рот. На этот раз Ча Ый Джэ не остановил его.

Он был загипнотизирован?

Голова казалась плавилась от жара, который всё нарастал.

«Ах, серьёзно...»

С его ушами, закрытыми руками Ли Са Ёна, внешний шум был приглушён, но мокрые, липкие звуки отчётливо звучали в ушах, вызывая лёгкое щекотание. Пытаясь прийти в себя, Ча Ый Джэ сумел схватиться за воротник его плаща. Холодная кожа смялась в его ладони.

«Это сводит меня с ума…»

Нащупывая опору, он обхватил руками шею Ли Са Ёна. Кончики пальцев дрожали. Ча Ый Джэ тяжело дышал, медленно открывая глаза. Сквозь полуприкрытые веки он увидел, как Ли Са Ён смотрит на него. То, что он почувствовал в этих тёмных фиолетовых глазах, было...

«...Чёрт.»

Ясное, пронзительное желание.

Холод пробежал вдоль позвоночника и вниз по талии. Это было инстинктивное ощущение, но совсем не похоже на то, что он испытывал раньше. Большая холодная ладонь сжала его затылок, длинные пальцы скользнули по шее. Ча Ый Джэ, оказавшись в объятиях Ли Са Ёна, пытался восстановить дыхание. Губы, покинувшие его, скользнули к подбородку.

— Почему ты такой напряжённый...

Низкий хриплый голос Ли Са Ёна звучал так, будто доносился издалека. Ча Ый Джэ сжал руки за его шеей. Боль от напряжённых пальцев вернула его к реальности, словно он наконец вынырнул из-под воды.

«Постой.»

В его памяти всплыл мальчик, который обхватывал его пальцы своими, закутанными в бинты. Даже когда тот стонал от боли, казалось, что в его мире не существовало ничего, кроме Ча Ый Джэ, за кого он мог держаться, не сводя с него глаз.

«Тот мальчишка...»

Ча Ый Джэ посмотрел на тёмный силуэт, который держал его. Сильные руки и тело крепко сжимали Ча Ый Джэ, хотя он сам по себе был немаленьким. С полуприкрытыми глазами Ли Са Ён сосредоточенно ласкал его шею и волосы. Каждый раз, когда его длинные ресницы вздрагивали, их тени тоже мелькали. Его губы, покрасневшие от слишком сильного трения, и родинка под ними...

Заметив взгляд Ча Ый Джэ, Ли Са Ён поднял голову. В этот момент его фиолетовые глаза сузились, а губы снова потянулись к Ча Ый Джэ. Тот быстро отвернулся, и поцелуй Ли Са Ёна попал на щёку. В ухо раздался тихий смех. Сердце бешено заколотилось. Его тело напряглось.

«Это один и тот же человек?»

Тот мальчишка, который сейчас смотрит на меня таким жаждущим взглядом? Который видит меня в сексуальном свете? Это не может быть правдой.

Внезапное чувство диссонанса потрясло Ча Ый Джэ. Они слишком долго были порознь? Ли Са Ён вырос настолько, что Ча Ый Джэ больше не мог найти следов того мальчишки, в то время как он сам остался на месте. А теперь повзрослевший Ли Са Ён обогнал его и в росте, и в телосложении. И сейчас...

Он желает Ча Ый Джэ.

«Чёрт, это какая-то ошибка.»

Такое могло произойти только если бы мир перевернулся с ног на голову. Единственным желанием Ча Ый Джэ всегда было стать для того мальчика семьёй. Быть друг для друга единственной семьёй, жить вместе, есть вместе, спать под одной крышей. Ещё лучше было бы, если бы мальчишка полагался на него в этом процессе.

«Но в этом…»

Не было даже намёка на место для подобного физического контакта. Его мысли прервались, как только тёплое дыхание коснулось уха. Вскоре резкая боль пронзила мочку. Ли Са Ён укусил его за ухо. В панике Ча Ый Джэ оттолкнул его щёку.

— Ты куда кусаешь?

— О чём ты думаешь без меня?

Ча Ый Джэ мельком взглянул на его лицо. В его глазах всё ещё пылало интенсивное желание. Это было настолько очевидно, что даже такой несообразительный, как он, сразу понял. Он слегка опустил голову, смутившись.

«Как долго он смотрит на меня так?»

Конечно, их губы уже сталкивались раньше. Но! Это были ненормальные ситуации, когда невозможно было мыслить рационально. Один раз, чтобы успокоить Ли Са Ёна от гипервентиляции, а потом...

— Хён.

Низкий голос прервал поток его мыслей. Ча Ый Джэ резко поднял голову. Ли Са Ён слегка склонил голову набок.

— О чём ты думаешь?

— ...

О чём я думаю?

«Что наши отношения полностью сломаны, что бы они ни представляли сейчас.»

В какой-то момент, кажется, мы застегнули не ту пуговицу. Ча Ый Джэ проглотил слова, которые готовы были сорваться с языка. Он не мог сказать такое, находясь в объятиях Ли Са Ёна. Если бы он произнёс эти слова, рука, которая нежно поглаживала его шею, немедленно бы сжала её. Конечно, Ча Ый Джэ тоже не стал бы просто сидеть сложа руки, но…

— Хм?

Ли Са Ён провёл пальцами по его волосам, словно подталкивая его к разговору. Ча Ый Джэ с трудом выдавил что-то из себя.

— …Просто думаю, нормально ли это.

— Что именно?

— Эм, ты… и… я. Это нормально?

— Что конкретно?

— Ну, знаешь… это поведение.

Ча Ый Джэ едва удержался от того, чтобы не поддаться своим патриархальным и консервативным инстинктам, тщательно подбирая слова. Но в ответ он услышал лишь насмешливый фырканье.

— После всего, что было, ты только сейчас это говоришь...

— Что?

— Тебе действительно нужно перестать слишком много думать, хён.

Рука, которая до этого скользила по его шее и волосам, теперь обхватила его щеки. Ли Са Ён слегка сжал их, заставив губы Ча Ый Джэ вытянуться в недовольный «бантик».

— С такой маленькой головой... о чём ты только думаешь столько…

Раздражённый, Ча Ый Джэ оттолкнул его руки.

— Ты что себе позволяешь с хёном?

— Хён? О…

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна засияли. Это сияние ничего хорошего не предвещало. Ча Ый Джэ инстинктивно понял, что что-то пошло не так. К сожалению, он мог только это осознать, но не предотвратить.

На его бледном лице появилась холодная улыбка. Тихо выдохнув, Ли Са Ён прижался лбом к его лбу, а затем высунул свой черный язык и слегка его прикусил.

— Ты целуешь младшего брата?

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Это было самое кощунственное, что он когда-либо слышал. Пока он находился в шоке и не мог ничего сказать, Ли Са Ён продолжал, пропуская пальцы через его волосы.

— Мы даже не кровные родственники и никогда не были связаны законно. Так какой ещё «брат»…?

— Ты, ты… ты...

— Разве я не говорил тебе в лаборатории… твое поведение противоречиво.

— …

— Тебе действительно стоит подумать, кто я и чего ты от меня хочешь. Перестань отрицать это.

— …

— И только не говори что-то клишированное вроде «семья».

Ли Са Ён легко коснулся носа Ча Ый Джэ своим губами и поднялся на ноги. Затем, эффектно распахнув свой плащ, он направился в спальню и пнул Хон Ё Сона, который всё ещё лежал, завернувшись в одеяло, как кокон. Ккокко яростно замахала крыльями, атакуя его лодыжку.

Оставшись один на полу, Ча Ый Джэ опустил голову на колени, которые обхватил руками. Его лицо пылало.

Глава 160

«Чёрт, это сводит меня с ума».

Пальцы дрожали сами по себе. Сердце колотилось, отказываясь успокаиваться. Тук, тук, тук… Совсем другая напряжённость по сравнению с той, что он испытывал перед лицом монстра. Ча Ый Джэ явно был взволнован. Этот ленивый голос продолжал звучать у него в ушах.

«Ты целуешь младшего брата?»

Мог бы? Мог бы сделать это, если бы был на моём месте?

Вдруг в голове всплыл его внутренний традиционалист, наставительно указывающий на него пальцем. Ча Ый Джэ согласился с собой.

Да. Согласно всем ценностям, которые я выстроил, я не могу целовать своего брата. Но Ча Ый Джэ уже разделил бесчисленные…

«Чёрт…»

…акты привязанности с Ли Са Ёном. Даже если это было неизбежно, именно он поцеловал первым. И только что, это тоже он не стал уклоняться от нападающих губ, а принял их. Ему нравилось тепло, касавшееся его тела. Он даже радовался этим губам на своём лице, словно стал зависимым. Ещё немного…

«А-а, соберись!»

Ча Ый Джэ ударился затылком о колонну. Острая боль едва вернула его в реальность.

«Я окончательно сошёл с ума…»

Он потёр затылок и тяжело вздохнул. Ему всё ещё казалось, что большая ладонь лежит на его шее. Низкий смех, хитрый, шепчущий голос. Пальцы невольно сжались. Поднявшийся жар не уходил так легко, как хотелось бы. Да и горящее лицо никак не остывало.

Весна пришла, но вечерний ветер всё ещё был холодным. Прохладный воздух щекотал волосы. Где-то стрекотал сверчок. Ча Ый Джэ поднял голову и уставился на небо. Белая дыра была не видна за барьером.

«Тебе действительно стоит подумать, кто я и чего ты от меня хочешь. Перестань отрицать это».

Кем именно является Ли Са Ён? Представления Ча Ый Джэ о брате или родственнике больше не подходили. Они уже свернули не туда и зашли слишком далеко.

Итак, на каком же пути мы сейчас? Чего хочет Ча Ый Джэ от Ли Са Ёна?

«Я…»

Но всякий раз, когда он пытался подумать об этом чуть глубже, в памяти всплывал тот чёрный язык, который заполнил его рот. Ча Ый Джэ потёр лицо и взъерошил волосы, а затем внезапно поднялся. Лучший способ привести мысли в порядок — это двигаться. Конечно, избежать взгляда Ли Са Ёна не получилось.

Ли Са Ён, который увлечённо дразнил всё сильнее съёжившегося Хон Ё Сона, наклонил голову.

— Куда это ты собрался?

— …

«Просто прогуляться, почему ты спрашиваешь?» Ча Ый Джэ сдержал слова, готовые сорваться с языка. В своём нынешнем состоянии что бы он ни сказал, это только больше втянуло бы его в ловушку Ли Са Ёна. Ли Са Ён, какое-то время внимательно наблюдавший за Ча Ый Джэ, слегка приподнял уголки губ.

— Лицо у тебя совсем красное.

— …

Ча Ый Джэ не ответил, быстро отвернув голову.

— Почему не отвечаешь?

— …

— Ах… Ты что, теперь собираешься со мной не разговаривать? После всего, что сделал?

В его тоне слышалась насмешка, хоть и слегка завуалированная. Ча Ый Джэ проигнорировал вопросы и поднял маску, которую снял раньше. Спрятав лицо за маской, он почувствовал, как его бешено бьющееся сердце немного успокоилось. Только тогда он смог ответить более-менее нормально.

— Заткнись.

На самом деле, даже это нельзя было назвать нормальной реакцией. Но, по какой-то причине, Ли Са Ён, который обычно не оставлял такие моменты без внимания, в этот раз решил не настаивать. Видимо, был в хорошем настроении.

— Конечно. Ладно.

В этот момент Хон Ё Сон, который из кокона превратился в мокрицу, наконец пришёл в себя и пробормотал:

— Ух… Перестань меня бить… Сумасшедший ублюдок…

— О, ты очнулся?

— А? Этот… этот голос щенка…

Из округлого кокона одеяла высунулся коричневая прядь волос. Всё ещё наполовину спящий, Хон Ё Сон моргнул, глядя на Ли Са Ёна и Ча Ый Джэ, а затем вдруг широко раскрыл глаза.

— Чёрт возьми, что это? Ты бодрствуешь? Подожди, почему я в одеяле? Как долго я спал?

Из троих людей и одного существа только Ча Ый Джэ знал причину внезапного сна Хон Ё Сона. Ча Ый Джэ потёр шею и ответил спокойно:

— Ты вырубился после того, как выпил сикхе.

— Я? Правда? Сахарный скачок? У охотников вообще может быть диабет? О, точно, я же хотел рассказать, что заказал Ли Са Ён!

Хон Ё Сон засуетился, пытаясь подняться, в то время как Ккокко хлопала крыльями у его ног. Однако Ли Са Ён прервал его коротким кивком.

— Всё в порядке. Я уже знаю, что нужно сделать.

— Знаешь? Как?

— Ну.

Короткий и ясный ответ. Хон Ё Сон посмотрел на Ли Са Ёна с недоумением, его глаза наполнились слезами.

— Значит… Ты снова оставишь меня одного? Просто использовав вот так? Мне так скучно!

— Ко-кооо…

Ккокко, каким-то образом оказавшаяся на голове у Хон Ё Сона, тоже издала жалобный крик с вибрацией. Двойная доза жалости. Однако Ли Са Ён был не из тех, кто легко поддаётся. Он посмотрел на Хон Ё Сона с кривоватой улыбкой.

— Извини, но я только что очнулся после трёх месяцев, мне нужно оценить обстановку.

— Я всё тебе расскажу!

— Что может знать парень, жарящий корки от риса на горе, о мирской жизни… не так ли?

Это был язвительный укол. Тело Хон Ё Сона задрожало. Ккокко качнулась, словно неваляшка.

— Я-я…

— Но… я знаю, чего ты хочешь.

Ли Са Ён медленно наклонился и прошептал:

— Я отключу для тебя глушитель сигнала.

— Сделайте это, сэр!

— Ко-кооо!

— А-а! Прости, Ккокко!

Хон Ё Сон с грохотом ударился головой о пол. В то же время Ккокко, перекатившись на пол, тут же шлёпнула его своим белым крылом. Жалобный крик Хон Ё Сона эхом разнёсся по комнате.

Ли Са Ён потянул Ча Ый Джэ за руку и тихо сказал:

— Пойдём, пока они заняты дракой.

— Подожди, а разве мы не должны попрощаться? Не невежливо ли вот так уходить?

— Как только мы скажем «прощай», наше пребывание здесь увеличится на пять минут за каждое прощание.

Нет уж. Они переглянулись, твёрдо кивнули и, быстро натянув обувь, выскользнули из любовного гнёздышка Хон Ё Сона.

Щёлк. Как только они вышли за пределы барьера, их встретил запах дождя. Ча Ый Джэ протянул руку. Мелкая морось увлажнила его ладонь. Гора уже окуталась темнотой. Внутри барьера был лишь приглушённый вечер, но за его пределами всё было погружено в кромешную тьму, вероятно, из-за дождя.

«Мы на склоне горы».

Ночью в горах легко заблудиться. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Са Ёна, шедшего рядом.

— Со Мин Ги ждёт у подножия горы. Давай спустимся поскорее.

Ли Са Ён слегка кивнул. Ча Ый Джэ, чьи глаза уже привыкли к темноте, начал идти, вспоминая дорогу, по которой поднимался. Одновременно он прислушивался к шагам позади. Оттуда раздался голос.

— Ты всё это время был с Со Мин Ги? Пока меня не было.

— Да.

— Что ты делал три месяца?

— …Ты же, кажется, все статьи уже прочитал?

— Хотел услышать от тебя.

— Да так, знаешь… обычное. Охотился на монстров. Очищал подземелья.

— И целовал меня между делом?

— Эй.

Ча Ый Джэ резко обернулся, оборвав его. Даже в темноте Ли Са Ён мягко улыбался, прикрывая рот кулаком. Влажный ночной воздух наполнял лёгкие. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна ярко сияли, несмотря на окружающую тьму.

— Ты ждал меня?

— …

Ча Ый Джэ продолжил идти. Возможно, дождь смыл его сомнения, или чувства, которые росли всё это время, сделали ответ проще.

— Да.

— …

Шаги позади него прекратились. Ча Ый Джэ тоже остановился. Он ждал, пока Ли Са Ён подойдёт ближе, но тот стоял на месте, будто врос в землю.

— …

Ча Ый Джэ повернул голову. Ли Са Ён застыл, словно стал частью окружающей тьмы. Он выглядел как человек, не знающий, куда идти, или ребёнок, потерявший дорогу. Его мутные фиолетовые глаза метались, как будто видели что-то незнакомое.

— …Ли Са Ён?

Ча Ый Джэ осторожно позвал его по имени. Глаза, которые до этого смотрели в пустоту, обратились к нему.

Это «Ли Са Ён» вышел на поверхность? Но атмосфера не изменилась. Озадаченный, он сделал шаг вперёд.

— Почему ты вдруг так себя ведёшь?

— …Хён.

— Да.

— Ты подержишь меня за руку?

В этот миг всё вокруг осветилось вспышкой белого света. Гр-р-р… Небо зарычало. Казалось, дождь вот-вот начнёт лить по-настоящему. Нужно было скорее спускаться с горы. Но Ча Ый Джэ не мог отвести глаз от выражения лица Ли Са Ёна, которое мелькнуло в свете. То, что отразилось там, было…

Тревога.

Спросить сейчас, что случилось, вряд ли принесло бы ответы. Да и времени спорить на месте не было. Ча Ый Джэ протянул руку.

— Только пока мы спускаемся с горы.

— …Ладно.

Большая рука осторожно приблизилась и обхватила его. Тёплое прикосновение крепко сжало его ладонь, без всяких сомнений. Тепло медленно распространилось от места, где соприкасалась их кожа. Ча Ый Джэ, держа эту руку, медленно пошёл вперёд.

Ли Са Ён молча смотрел на спину Ча Ый Джэ, шагавшего впереди. Запах мокрой от дождя земли и травы заполнил его нос и лёгкие. Дождь пропитывал его волосы и одежду. Рука, которую он держал, принадлежала Ча Ый Джэ. Но то, что видели фиолетовые глаза Ли Са Ёна, было…

Белой пустошью.

«…»

Над руинами того, что когда-то стояло, чёрная фигура то появлялась, то исчезала. В его голове прокручивались воспоминания, которые не принадлежали ему. Они говорили ему, что Ча Ый Джэ уже мёртв.

Но Ли Са Ён знал, что Ча Ый Джэ жив. Он понимал, что воспоминание о смерти Ча Ый Джэ не было его собственным, а вторжением извне. Ли Са Ён крепче сжал тёплую руку, которую держал. Чем сильнее он её сжимал, тем больше тепла возвращалось к нему. Это было единственным ясным доказательством.

Доказательством того, что Ча Ый Джэ существует.

Глава 161 - Вызов

Два дня спустя, в зале заседаний гильдии Падо.

— Бвахахаха!

На фоне звуков проливного дождя в комнате раздавался резкий, звонкий смех. Атмосфера в зале заседаний была мрачной, словно шторм за окном, но рыжеволосая женщина била по столу, смеясь до упаду.

— Хех, ахахахаха!

Стоя за кафедрой, Пэ Вон У яростно потирал лицо и закричал:

— Кан Джи Су, тебе это действительно сейчас кажется смешным?!

— Почему бы и нет! Это же уморительно. Ох… Как хорошо, что я не пошла в то подземелье. Чуть было не пропустила этот безумный контент… Хухуху, ооо. Это просто сводит с ума.

Кан Джи Су смеялась так сильно, что в конце концов у неё на глазах выступили слёзы. Если честно, Пэ Вон У тоже хотелось заплакать. Но не от смеха, а от настоящего огорчения. Его огромная, словно крышка от кастрюли, рука, сжимающая свернутую газету, дрожала вместе с бумагой. В тёмном углу комнаты совещаний Со Мин Ги, стоящий с мрачным выражением лица, пробормотал ослабевшим голосом:

— Искренне прошу прощения.

— Это не та ситуация, которую можно разрешить простым извинением…

— Я разобрался со всеми записями с камер наблюдения, но фотографии, сделанные на личные телефоны… Честно, я в таком же отчаянии.

Со Мин Ги в отчаянии прикусил носовой платок.

— Почему камеры на телефонах сейчас такие хорошие! Я всё время следил, клянусь, не было никаких признаков присутствия кого-то.

— Хахахахах!

— Прекрати смеяться, чёрт побери!

Пэ Вон У зарычал, как лев, и бросил газету. Но смех не прекращался.

На первой странице, упавшей на пол газеты, красовалась крупная чёрно-белая фотография. На ней был запечатлён мужчина в чёрной маске, держащий что-то столь же большое и чёрное на руках, словно невесту. Качество снимка оставляло желать лучшего — видимо, из-за сильного увеличения, — но чёрные пальцы того, кого несли, были отчётливо видны. К несчастью.

Заголовок гласил:

[Тайные отношения между №1 и №2]

Какое возмутительное название!

— Ли Са Ёёёёёён…

Печальный вопль Пэ Вон У эхом прокатился по комнате.

***

Суть инцидента заключалась примерно в следующем:

Как обычно, закончив утренние и дневные тренировки, Пэ Вон У возвращался в гильдию Падо, когда почувствовал странные шепотки и взгляды. Они не были враждебными; скорее, ближе к любопытным. Что случилось? Утирая пот полотенцем, он направился к зданию, и его охватило нехорошее предчувствие.

«Что бы это ни было, явно проблемы».

Перед входом в здание толпились журналисты. Пэ Вон У тут же застегнул свою ветровку, достал из инвентаря кепку и маску и скрылся в переулке, используя лунную походку.

Эти действия были для него так же естественны, как дыхание. Независимо от того, был рядом Ли Са Ён или нет, он всегда отвечал за практическую часть дел и устранение последствий. Встречи с журналистами и уклонение от них стали для него почти рутиной.

«Что на этот раз? Опять кто-то устроил проблемы?»

Пэ Вон У достал телефон. Увидев гору сообщений и пропущенных звонков, он остолбенел. Что-то явно пошло не так.

Он поспешно зашёл на портал. На главной странице выделялось тёмное, зловещее фото.

«…»

Плащ человека, которого держал J, казалось ему смутно знакомым, но он не хотел признавать это. Не может быть. Пэ Вон У пробежал глазами по статье с заголовком «Эксклюзивный репортаж» и, в конце концов, наткнулся на одну фразу.

[Человек, которого держит J, идентифицирован как пропавший охотник Ли Са Ён…]

Глаза Пэ Вон У расширились, и он увеличил фото до максимума. Черные, словно уголь, пальцы, длиной примерно с фалангу, свисали вниз. Чёрт возьми, теперь это было невозможно отрицать. Все, кто знал Ли Са Ёна, знали и про его чёрные кончики пальцев. К тому же слухи о том, что Ли Са Ён был замечен, уже как лесной пожар распространились на канале охотников!

Чёрт возьми.

Впрочем, до этого момента он ещё мог сохранять некоторый оптимизм. Можно было заявить, что это неправда, а затем, когда Ли Са Ён придёт в сознание, устроить пресс-конференцию, и всё как-то уладится.

Однако, внимательно перечитывая статью, Пэ Вон У начал замечать странности. В тексте был намёк, что между ними была какая-то… глубокая связь.

Пытаясь успокоить взволнованный разум, он проверил свои сообщения. Но…

Чон Бин: Я видел статью. Это было согласовано с гильдией Падо? ^^;

Сообщение от бывшего капитана, наполненное тревогой.

Джи Су: Замглавы гильдии, что это?

Джи Су: (ссылка)

Джи Су: Мы договаривались о таком медиапиаре?

Джи Су: Электрическая стимуляция лол, что за чушь.

Сообщение от члена гильдии, от которого можно было почувствовать себя униженным, если читать его слишком внимательно.

Пчела: Что ты делаешь?

Короткое, но сильное сообщение от партнёрши по похмельному супу.

Со Мин Ги: Прошу прощения. Мы влипли. Похоже, это дело Рыбного рынка.

И сообщение с извинениями от Со Мин Ги, известного как «Маленькое чудо», которое только ухудшало ситуацию, чем больше он его читал.

Рыбный рынок. Прочитав последнее сообщение, Пэ Вон У тихо закричал, набирая номер. Разумеется, «Рыбный рынок» не ответил.

Скумбрия. Лучший информационный дилер Южной Кореи, базирующийся на Рыбном рынке в Норянджине.

Если гильдия Совон служила библиотекой, собирающей все знания, то Скумбрия покупала и продавала информацию на свой вкус. Цена за информацию — это другая информация. Как рыба собирается на рынке, так и информация стекалась к Скумбрии. Благодаря Академии гражданской службы охотников и Скумбрии Норянджин переживал новый рассвет.

Если статья действительно была делом рук Скумбрии, неудивительно, что в гильдии Падо, включая Пэ Вон У, никто ничего не слышал. Всё, должно быть, делалось с крайней секретностью.

Однако гильдия Падо тоже неоднократно сотрудничала со Скумбрией. Информация была жизненно важна для отслеживания маршрутов распространения Прометея и наркотиков. Пэ Вон У почесал голову.

«Он не тот, кто стал бы так вонзать нож в спину партнёру…»

Доверие было ключевым качеством для информационного дилера. Зачем ему было это делать? Пэ Вон У не мог этого понять.

Но размышления в одиночестве не могли принести ответов. Он купил несколько газет в уличной лавке и медленно направился обратно в гильдию через вход только для членов. Как только он вошёл, члены гильдии встретили его с растерянными лицами.

— Пока что, — сделав глубокий вдох, твёрдо произнёс Пэ Вон У. — Отключите все телефонные линии.

Итак, возвращаемся к настоящему моменту.

Звук мягкого прихлёбывания раздавался от Кан Джи Су, которая, наконец, перестала смеяться и без сил рухнула на стул. Романтичный открыватель, Чхве Го Ё, просматривавший статьи на портале со своего ноутбука, подпер подбородок и пробормотал:

— Ну… если в этом замешан Скумбрия, отрицание только усугубит ситуацию. Наверняка у него есть свои цели, раз он это сделал, не так ли?

— Он бы продолжил выкладывать доказательства, пока мы не признали бы всё. Ух.

— Ещё есть слух, что глава гильдии избегает публичных мероприятий из-за этого. Некоторые говорят, что J подверг его жестоким тренировкам или что его закопали где-то, а потом откопали.

— Ли Са Ён — это что, кимчи? Закопали, откопали…

— О, прекрати… не могу больше смеяться. А вот это… здесь есть версия, что глава гильдии был неактивен три месяца, потому что его наказывали. Это же умора. Может, просто оставим эту версию?

Вздох…

Пэ Вон У, свернувшийся, как медведь, пробормотал:

— Почему они устроили это прямо перед Генеральной ассамблеей? И что я вообще там скажу?

— Генеральная ассамблея? — Чхве Го Ё приподнял голову. Кан Джи Су, потягивающая зелёный чай, ответила:

— Со Дня перемен высокопоставленных охотников вызывают Региональные директора каждый месяц. Это...

— Можно ли вообще назвать это встречей? «Вызывание» лучше подходит.

— Забей.

Пэ Вон У пробормотал, свернувшись ещё сильнее.

— Ребята, я просто хочу вернуться в Региональный офис.

— Куда это ты собрался? Сначала уберись здесь, а потом думай о побеге.

— А ты вообще хочешь туда? Зарплата в Региональном офисе копейки.

— Зато там спокойно.

— Все знают, что работа на госслужбе изматывает. О чём ты вообще говоришь? Ты одержим.

— Может, экзорцизм провести?

— Наверное, стоит.

— Я просто хочу работать с капитаном Чон Бином.

— Никак, никак. Чон Бин предателей не берёт обратно. Готовься к пресс-конференции.

Пэ Вон У застонал, как медведь. Кан Джи Су вытянула шею, чтобы посмотреть в угол зала заседаний. Со Мин Ги всё ещё яростно грыз свой носовой платок, выглядя таким же расстроенным, как и раньше.

— Кстати, что сказал глава гильдии? Когда он собирается выйти на работу?

— Глава гильдии всё ещё полностью не восстановился. Он сказал, что отдохнёт ещё немного, прежде чем вернуться.

— А что насчёт J? Мне больше всего интересно, как он отреагировал.

— J…

За тёмными очками его тёмные, безжизненные глаза устремились в пустоту.

***

Палец быстро скользил по экрану, заставляя его прокручиваться с однообразным звуком. Сколько бы раз он ни обновлял страницу, текст на экране оставался неизменным. Тяжёлый вздох вырвался из его груди.

Ранкер №2 Ли Са Ён, который после Дня перемен долго скрывался от посторонних глаз, спустя три месяца появился вновь. И как? На руках у ранкера №1!

Реакция общественности была взрывной. Нет, она была настолько яростной, что казалось, будто весь Корейский полуостров полыхает. В этот момент казалось, что в Южной Корее существуют только два охотника — J и Ли Са Ён.

Если честно, с самого возвращения J оба они, J и Ли Са Ён, оставались горячей темой. Бывший ранкер №1 и текущий ранкер №1. Но потом бывший №1, которого считали погибшим, вернулся и занял верхнюю строчку. Ли Са Ён, державший эту позицию шесть лет, внезапно оказался на втором месте. Это была напряжённая, захватывающая история, от которой люди теряли голову.

Как люди спорят, кто победит в схватке — лев или тигр, так же они обсуждали, кто сильнее — J или Ли Са Ён, кто победит, если они сразятся, какие у них отношения и что может произойти, если они встретятся. Люди бесконечно интересовались этой парой, и их имена неизменно связывали друг с другом в интернете, словно легендарных соперников.

Но на этот раз всё было иначе.

— Так почему его держат, как принцессу? Они встречаются?

«…Ладно, я всё решил».

Ча Ый Джэ бросил телефон на диван и закрыл лицо обеими руками.

«Просто разрушу всё~!»

Глава 162

Две руки, закрыв лицо, начали энергично тереть его. Конечно, это не могло вернуть разбросанные мысли. Ча Ый Джэ, растрёпанный и обессиленный, безучастно уставился в пустоту. Он никогда не думал, что воображение людей может быть настолько диким. Одна единственная фотография раздулась до бесчисленных слухов, распространявшихся, как лесной пожар.

Ча Ый Джэ вспомнил недавно увиденное видео на YouTube, у которого было всего 534 просмотра. Экран был чёрным, с мигающим текстом красного, жёлтого и белого цвета. В нём говорилось, что современные люди, пережившие День разлома и День перемен, стремятся к более интенсивным ощущениям как форме эскапизма — так называемый дефицит дофамина. Ча Ый Джэ слегка посерьёзнел.

«Чёрт… Похоже, у всех нехватка дофамина».

Неужели все гонятся за возбуждением, потому что их жизни стали слишком суровыми? Даже если это так, разве это оправдывает происходящее? Разве у СМИ в наше время совсем нет этики?

«А что делал Со Мин Ги?»

Его раздражение обратилось на Со Мин Ги, его постоянного «решателя проблем». Но, будучи дотошным трудоголиком, Со Мин Ги уже успел подготовить себе путь к отступлению. Ча Ый Джэ взял телефон и перечитал сообщение.

Со Мин Ги: Для справки, я почистил все ближайшие записи с камер видеонаблюдения. Никаких признаков посторонних до того, как вы оба сели в фургон. Похоже, это работа информатора.

Это сообщение пришло ещё до того, как Ча Ый Джэ успел что-либо спросить. Если свести всё к одному предложению, это означало:

Не моя вина.

Ча Ый Джэ ответил текстом с раздражённым выражением лица:

[Да, понял. Пожалуйста, соберите и передайте всю информацию, связанную с информатором. Спасибо.]

Но на самом деле он хотел сказать:

«Найди мне что-нибудь на этого типа, чтобы я мог его раздавить. Спасибо».

Ча Ый Джэ тяжело направился к окнам в пол. Приводя в порядок растрёпанные волосы, он продолжал думать о комментариях под статьёй.

Что J избил его, запер где-то, поставил на место, установил иерархию, сражался три месяца — эти сенсационные утверждения казались относительно мягкими. Настоящая проблема была в другом…

— Фраза «близкие отношения» — это рискованно.

— Так у них была ссора влюблённых, и J победил?

Эти реакции.

В сравнении с большинством они были лишь каплей, да и наверняка написаны в шутку.

Он знал. Всё это бред. Ча Ый Джэ понимал это. Ему просто нужно было проигнорировать всё. Обычно он бы уже давно фыркнул и забыл об этом. Все домыслы людей были абсолютно ошибочны, а реальность куда жестче. Ли Са Ён вообще раскололся на две части после того, как спал три месяца!

Но даже так Ча Ый Джэ не мог избавиться от беспокойства. И на то были веские причины.

«Чёрт…»

Слишком многое совпадало, чтобы просто посмеяться и отмахнуться…

Ча Ый Джэ достал сигарету и сунул её в рот. Это был чей-то чужой дом, и он находился внутри, так что не зажигал её. Он просто крутил её в руках, нервно покусывая от раздражения.

В общем, за свою жизнь он видел бесчисленные статьи о J, но это была первая, которая так глубоко затронула его психику. Ча Ый Джэ нахмурился, глядя на фотографию, сохранённую в галерее. Фон был знакомым. Это было недалеко от мемориала разлома у Западного моря. Фотографию сделали в тот короткий момент, когда он нёс заплаканного, спящего Ли Са Ёна к фургону.

«Это определённо странно».

Даже если Ча Ый Джэ был занят Ли Са Ёном, он не мог не заметить камеру или присутствие человека. Как же тогда была сделана эта фотография? Возможно, это способность информатора. Ча Ый Джэ взглянул на свои руки, которые тогда крепко держали Ли Са Ёна за спину и руки, и вздохнул.

«…Надо было нести его, как мешок?»

Позднее сожаление. Но даже оно быстро исчезло. Он не мог просто перебросить ребёнка через плечо, особенно того, кто так плакал — словно сломанный кран, даже во сне. Мальчик плакал.

Как только Ый Джэ снова вздохнул, он почувствовал присутствие позади.

— Что ты делаешь?

Мягкий голос, слегка хриплый, в сопровождении легкого прикосновения волос к затылку. В воздухе витал запах одуванчиков. Рука, обвившая его талию, показалась совершенно естественной. Ча Ый Джэ быстро выключил экран телефона и ответил.

— Ничего.

— А что ты только что смотрел…

— Ничего важного.

— …

Ча Ый Джэ скользнул взглядом по отражению в окне. Ли Са Ён, похожий на сытого льва, опирался подбородком на его плечо и медленно моргал сонными глазами. Рука с черными кончиками протянулась и аккуратно забрала сигарету изо рта Ча Ый Джэ.

— Сигарета? И даже не зажжена…

Кончик сигареты начал обугливаться и растворяться. Запах одуванчиков стал сильнее. Ли Са Ён лениво прошептал:

— Ты куришь?

Ча Ый Джэ неловко выпрямился.

— Да, вроде того.

— С каких пор?

— Не так давно…

Прежде чем сигарета успела сгореть до фильтра во рту, большой и указательный пальцы скользнули между его губами, нежно коснулись их. Ча Ый Джэ поморщился, услышав низкий смешок. Пальцы на мгновение коснулись его языка, прежде чем вытащить сигарету. Сигарета, освободившись от его губ, быстро растаяла в черной жидкости в руке Ли Са Ёна. Смахнув с руки остатки, Ли Са Ён мягко пробормотал:

— Бросай. Тебе нужно жить долго.

Рука, которая обвивала его талию, соскользнула. Ли Са Ён зевнул широко и направился в ванную. Ча Ый Джэ потер затылок, не зная зачем, и закатил глаза. На экране появилась системная надпись о том, что активировался яд Василиска, но он быстро закрыл уведомление. Он стоял в гостиной дома Ли Са Ёна на верхнем этаже штаб-квартиры гильдии Падо.

Два дня назад, когда они добрались до подножия горы, Ли Са Ён начал покрываться холодным потом, а как только они спустились, он рухнул, словно в обмороке. Естественно, это привело в панику не только Ча Ый Джэ, но и Со Мин Ги, который ждал в машине.

Они спорили, отвести ли Ли Са Ёна к Нам У Джину или вернуться обратно в гору. В конце концов, он уже проспал три месяца.

Но на протяжении всего обсуждения Со Мин Ги продолжал поглядывать на Ча Ый Джэ. До такой степени, что Ча Ый Джэ, не выдержав, сам заговорил.

— Почему вы постоянно так на меня смотрите? Сказать что-то хотите?

— О, я просто думал, не могли бы вы предупредить, если собираетесь взорваться.

— Взорваться?

— Разве вы не помните? Вы же размахивали мной, как тряпичной куклой. В прямом смысле.

— …

Должно быть, это было во время Дня перемен. Ча Ый Джэ этого не помнил, но, похоже, жертва, Со Мин Ги, прекрасно запомнил тот день. Ча Ый Джэ неловко погладил щеку Ли Са Ёна.

— Больше так не буду…

Заявление прозвучало неубедительно. Со Мин Ги тоже ответил с недоверием:

— Ну… допустим.

Звучало так, будто он совершенно не поверил.

Только после того, как Со Мин Ги пару раз скрылся в тени, а Ча Ый Джэ успел ущипнуть Ли Са Ёна за щёки около пяти раз, они наконец завершили своё горячее обсуждение. Решение было принято: вернуться обратно в гору. Как только Ый Джэ неловко готовился нести Ли Са Ёна на спине, сильная рука схватила его за руку.

— …Пошли домой.

— Что?

— Хватит чушь пороть…

Ли Са Ён каким-то образом открыл глаза.

Сверкая взглядом на Ча Ый Джэ, словно собираясь его проглотить, Ли Са Ён процедил слова сквозь зубы:

— Я просто устал… Хватит возни… Просто поехали домой.

Это были последние остатки его сил? Как только он договорил, Ли Са Ён снова потерял сознание, его лицо исказилось в глубокой гримасе. Наверное, это была вся его оставшаяся энергия.

Ча Ый Джэ неловко разгладил нахмуренные брови бессознательного Ли Са Ёна и подал знак Со Мин Ги глазами.

И так, они отвезли Ли Са Ёна домой…

С тех пор Ча Ый Джэ не мог покинуть дом. Уже два дня.

— …

Как это вообще произошло? Ча Ый Джэ пытался восстановить события в памяти. Не то чтобы он не пытался сбежать. Но каждый раз, когда он пробовал улизнуть, Ли Са Ён находил его, как призрак.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на ванную, прежде чем надеть маску. Он как раз собирался на цыпочках подойти к входной двери и схватиться за ручку, когда это произошло.

— Хён.

Голос донёсся из-за двери. Как и всегда.

«Чёрт, у него что, радар какой-то?»

Ча Ый Джэ слегка стянул маску и ответил:

— Ч-чего?

— Раз уж Пэ Вон У собирается зайти, не снимай маску.

— П-почему Пэ Вон У идёт? Зачем?

— Разве не очевидно? Что-то случилось.

Он сушил волосы? Слышался звук полотенца, мягко скользящего по мокрым волосам. В этот момент инстинкты Ча Ый Джэ начали работать против его воли. Что-то, из-за чего Пэ Вон У мог бы прийти лично. Всплывшее в голове — заголовок статьи.

[Тайные отношения между №1 и №2]

Ча Ый Джэ поправил маску. Ладно, пора валить. Спрячусь где-нибудь в подземелье, пока всё не уляжется. С этим решением Ча Ый Джэ резко распахнул дверь. И оказался лицом к лицу с фигурой, заслонившей проход, словно медведь.

— …

«Чёрт».

Это был Пэ Вон У, который заметно похудел с их последней встречи. Он выглядел как зомби, оглядываясь по сторонам, но, увидев J, улыбнулся хищно.

— Эээ…? О, J!

«Чёрт».

— Вы почувствовали, что я пришёл, и сами открыил дверь? Даже звонить не пришлось. Ух ты, с этим я не могу конкурировать. Са Ён внутри, да?

«Нет».

Сзади раздались влажные шаги. Ли Са Ён приближался, завязывая пояс своего халата. Он остановился прямо за Ча Ый Джэ, поднимая бровь.

— Что… Уже здесь? Сколько времени прошло с тех пор, как я позвонил?

— Выбора не было. Дело срочное.

Запах одуванчиков смешался с едва уловимым ароматом парфюма. Ли Са Ён перекинул руку через плечо Ча Ый Джэ, притягивая его ближе. Почему эта рука сегодня казалась кандалами?

Пэ Вон У держал в руках газету. Даже беглого взгляда хватило, чтобы заметить слова «№1» и «№2». Всё с той же дружелюбной улыбкой Пэ Вон У шагнул в прихожую.

— Ах да. J, вы слышали новости от Со Мин Ги, да?

Прежде чем Ча Ый Джэ успел ответить, Ли Са Ён вмешался:

— Какие новости?

— Ох… Да ничего особенного. Просто фото, где J несёт тебя на руках, попало в новости.

— …Что?

Прищурив глаза, Ли Са Ён выхватил у него газету. Ча Ый Джэ украдкой посмотрел на Ли Са Ёна. Его фиолетовые глаза скользили по строкам газеты, а покрасневшие после душа губы изогнулись в аккуратной улыбке. За ними последовали и глаза, сузившиеся в тонкие линии.

— Хм…

— …

Ещё влажные пальцы ног Ли Са Ёна слегка коснулись пятки Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ вздрогнул. Их выступающие косточки лодыжек на мгновение соприкоснулись. Голос, полный веселья, прошептал:

— Я не знал, что ты несёшь меня «так»?

Глава 163

— Даже если я не знаю, кто сделал это фото, я обязательно разберусь с ним.

Ча Ый Джэ заставил себя подавить бурлящее желание разрушить всё вокруг и едва заметно сдвинул ногу в сторону. Он проигнорировал услышанный рядом смешок.

— Са Ён, J так осторожно носит тебя на руках, ты хотя бы спасибо скажи.

«Пожалуйста, просто замолчи».

Ча Ый Джэ стиснул зубы. Добрые намерения, но бесполезная поддержка Пэ Вон У, которая больше походила на урок вежливости, была совершенно бессмысленной. Краем глаза он заметил, как уголок губ слегка приподнялся, и смирился. Бежать было некуда.

Шелест, шелест — звук перелистываемой газеты раздался отчётливо. Казалось, он услышал короткий смешок, а затем почувствовал, как рука обвилась вокруг его плеча, приближая сладковатый аромат. Ли Са Ён прошептал с насмешкой:

— …Спасибо?

«Это что, голос благодарного человека?»

Но Пэ Вон У, изображая заботливого отца Ли Са Ёна, неловко хихикнул.

— Ой, простите за это. Са Ён не очень умеет выражать свои чувства, но он хороший человек.

— А, конечно.

— Не так уж много людей таких хороших, как он…

Неужели пока он был в разломе, определение слова «хороший» изменилось? Ча Ый Джэ лишился дара речи, а Пэ Вон У потёр руку. Ли Са Ён, наклонившись в сторону Ча Ый Джэ, прищурил глаза.

— Тебе больно?

— А? Нет… всё нормально. Но в последнее время почему-то странно побаливает. Я спросил у врача, он сказал, что с костями и мышцами всё в порядке.

Пэ Вон У постучал пальцем по своему предплечью и пожал плечами.

— Может, мне стоит сходить на иглоукалывание в клинику. В любом случае, хорошо, что ты не спал. Есть много чего, что тебе нужно услышать, кроме того, что я только что сказал. Генеральная ассамблея скоро. Было бы проблематично, если бы мне пришлось снова идти вместо тебя.

Ли Са Ён слегка нахмурился.

— Генеральная ассамблея? Что это?

— О! Ты совсем не в курсе. Ну, её создали всего пару месяцев назад. С чего бы начать…

— Сначала.

Ли Са Ён кивнул подбородком в сторону коридора.

— Давай поговорим внутри. Это может занять время.

Через некоторое время они уже сидели в опустевшей гостиной. Ли Са Ён сменил свой халат на удобную повседневную одежду. Ли Са Ён и Ча Ый Джэ устроились на длинном диване, а Пэ Вон У занял одиночное кресло. Пэ Вон У указал на большое окно.

— Ты видел, что снаружи, да? Понимаешь, что происходит?

Ли Са Ён ответил равнодушно:

— Примерно представляю.

— Тогда перейду к сути. После Дня перемен директор Хам Сок Джон собрала охотников. Учитывая, что мы пережили День разлома, социальная атмосфера была… напряжённой, знаешь? Чтобы справляться с этим. Большинство представителей средних и крупных гильдий собрались.

— Хм…

Ли Са Ён скривил губы в улыбке.

— Ну конечно. А он?

Чёрный палец указал на Ча Ый Джэ. Тот откинулся на спинку дивана, скрестив руки на груди. Видя ожидающий взгляд Ли Са Ёна, он ответил медленно.

— Пэ Вон У рассказал мне об этом, но я не пошёл.

— Почему?

— Ну, ничего особенного… Я подумал, что там мне нечего делать.

На самом деле, это было из-за того, что встреча с Хам Сок Джон или Сон Джо Хоном была бы неловкой, но Ча Ый Джэ пробормотал, уходя от подробностей. Если бы он их встретил, неизбежно всплыли бы события прошлого. Они жили прошлым, как и он.

Он ещё не был готов столкнуться с прошлым. Вероятно, не будет до тех пор, пока не найдёт останки. Пока не выполнит свои обязанности, он не сможет быть готов.

— …

В этот момент большая рука внезапно опустилась ему на голову, взъерошивая волосы, будто в попытке похлопать. Ча Ый Джэ рефлекторно отмахнулся.

— Ты что делаешь?

— А, ты в порядке.

Голос прозвучал беспечно. Ли Са Ён, будто вовсе не трогал его волосы, равнодушно что-то пробормотал, прокручивая экран планшета.

— Какой смысл в Генеральной ассамблее без первого и второго ранкера?

Это было наглое заявление. Пэ Вон У только горько усмехнулся.

— До сих пор я ходил вместо тебя. Главы большинства крупных гильдий присутствуют лично.

— Отличная работа. И что дальше?

— В общем, на первой встрече предложили собираться регулярно. Чтобы объединить усилия. Короче говоря, это собрание, где охотники обсуждают разные вопросы. Обычно участвуют те, кто входит в топ-100.

— Удивительно, что их удалось собрать.

Место, где собираются раздражительные охотники. Естественно вспомнилась Выставка мастеров.

«Можно ли их вообще собрать?»

Ча Ый Джэ своими глазами видел катастрофу, которая случилась, когда суперхомяков собрали в одном месте. Не в силах подавить свои сомнения, он выпалил:

— Оно… действительно работает? Это собрание?

— А, вот это удивительно. Они хотя бы притворяются вежливыми. Может, это потому, что Чон Бин и директор крепко держат всё под контролем? На самом деле, всё проходит довольно гладко.

Но почему же Выставка мастеров закончилась так плохо, даже с Чон Бином там? Горечь от того, что его втянули в этот хаос, снова поднялась внутри. Ли Са Ён, который до этого спокойно слушал, скрестил ноги.

— Я сам пойду на следующую Генеральную ассамблею. Интересно, какая там атмосфера.

— О, правда? Тогда я это уточню. Но до этого…

Лицо Пэ Вон У омрачилось. Газета в его руках безжалостно смялась. Лицо Ча Ый Джэ тоже исказилось, но благодаря маске этого не было видно. Пэ Вон У замялся.

— Думаю, сначала надо разобраться с этим.

— Тогда разберёмся.

Нога в тапочке легко постучала о пол.

— Если кто-то сделал фото, и даже J этого не заметил… единственный, кто на это способен, — это Скумбрия.

— В чём его способность?

— О, ты поймёшь, когда сам испытаешь. Это довольно забавно…

Губы Ли Са Ёна изогнулись в усмешке. Перед глазами Ча Ый Джэ мелькнули лица охотников, с которыми он встречался. От времён, когда он был охотником, до работы на полставки в ресторане с похмельным супом и до нынешнего момента, он остро осознавал одно: большинство охотников не в своём уме. Включая Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ с притворной серьёзностью спросил:

— Он сумасшедший?

— Ммм, не совсем сумасшедший… скорее, забавный тип? Это своего рода протест, понимаешь. Делает это, чтобы привлечь моё внимание.

Ли Са Ён аккуратно сложил газету.

— После трёх месяцев молчания, думаю, ему стало любопытно, чем я занимался. Я ведь действительно просил о кое-какой информации.

— Так ты сам собираешься встретиться с ним? Подготовить машину?

— Нет… вместе с J.

— Со мной?

Ча Ый Джэ поднял взгляд. Ли Са Ён, подперев подбородок рукой, улыбнулся ярко.

— Разве тебе не хочется увидеть лицо того, кто опубликовал эту статью?

— …

— Если ты тот J, которого я знаю, наверняка хочется.

«Чёрт возьми».

Ча Ый Джэ начал понимать, почему Со Мин Ги однажды яростно ударил по рулю. Это было похоже на то, как будто читают все его мысли. Но, что странно, он не чувствовал злости. Скорее…

«…Мне это нравится?»

Внезапно осознав это, Ча Ый Джэ бессмысленно уставился в потолок. Нравится? Почему? С тех пор, как Ли Са Ён очнулся, его голова часто не поспевала за сердцем. И это было странно.

Голос с насмешливыми нотками прорезал его замешательство.

— Ладно… и приготовь костюм с противогазом.

***

Возможно, из-за того, что был будний день, но на рыбном рынке оказалось относительно тихо. Рыбный запах моря пробивался даже сквозь противогаз, щекоча нос. К сожалению, с его обострёнными чувствами он ясно ощущал взгляды людей, сосредоточенные на нём. Где? На нём.

Сунув руки в карманы брюк от костюма, он внимательно осматривал плотно расположенные ряды прилавков.

Его дыхание свистело через противогаз, звуча резко и неприятно.

«Похоже, я выгляжу странно…»

Стоя посреди рыбного рынка в костюме и противогазе, он неизбежно привлекал внимание. Ча Ый Джэ скрипнул зубами. Служебное удостоверение, висевшее на шее, блестело под светом.

Ранее, пока он ещё находился в лёгком замешательстве, Ли Са Ён сунул ему костюм, чёрный парик и упомянутый Со Мин Ги противогаз, после чего буквально запихнул его в ванную. Сочетание этих предметов выглядело угрожающе. Любой бы понял, что это снова вызовет кошмарные воспоминания о Выставке мастеров! Ча Ый Джэ закричал в сторону закрытой двери ванной:

— Что это за хрень?!

— Ты ведь не собираешься идти в маске J, правда?

— Куда мы вообще идём?

— Ты слышал про рыбный рынок Норянджин…?

Чёрт побери. Уже одно то, что охотника звали «Скумбрия», вызывало подозрения. Пока он нехотя переодевался в костюм, Ча Ый Джэ слушал историю. Скумбрия был торговцем информацией, обосновавшимся на рыбном рынке какое-то время назад, и его информация считалась довольно точной. Он даже успел оказать существенную помощь в делах, связанных с наркотиками…

— Думаю, он хочет, чтобы ты пришёл, раз уж в это дело втянули и меня.

— Он какой-то извращённый чудак? Почему просто не сказать об этом?

По ту сторону двери раздался смешок. Ча Ый Джэ, глядя на своё отражение в зеркале, раздражённо нахмурился, натягивая парик. Поблекшие волосы теперь скрывались под чёрной шапкой. Хмурое лицо исчезло за противогазом. Он уставился на замаскированную фигуру в зеркале и принял решение.

Он порежет эту скумбрию на кусочки.

Разумеется, похоже, его желание сбудется не скоро. Беспокойство из-за странного наряда быстро улетучилось, ведь дружелюбие продавцов оказалось сильнее, чем что-то вроде противогаза. Несколько из них незаметно подошли к молчаливому, неподвижному, как статуя, Ча Ый Джэ и прошептали:

— Охотник, да? Что вы хотите купить?

— …

— Сегодня завезли свежую камбалу, крупную и шуструю.

— Абалон сейчас дёшевый. Икра тоже хорошая, густая.

— Вам нравятся кальмары?

— …

Но ни одно из их слов не достигло ушей Ча Ый Джэ. Он был слишком занят тем, чтобы кипеть от негодования. Ли Са Ён, который казался готовым остаться рядом, едва приехав, проверил какое-то сообщение, схватил Ча Ый Джэ за плечо и прошептал:

— Подожди здесь.

А потом исчез. После одной-единственной фразы! Что он, пёс, который ждёт хозяина? Разве нельзя было хотя бы объяснить, что происходит?

«Думает, что раз сказал ждать, значит, всё в порядке?»

Противоречивое упрямство Ча Ый Джэ, предназначенное исключительно для Ли Са Ёна, начало нарастать. Может, ему просто уйти куда-нибудь?

В этот момент кто-то прорвался сквозь толпу и нарушил личное пространство Ча Ый Джэ, внезапно появившись прямо перед ним. Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись. Это была женщина средних лет в ярко-синем виниловом фартуке. Она внимательно оглядела его, затем расхохоталась.

— Я думала, какой это новичок стоит, словно статуя, а оказывается, вы из гильдии Падо! Впервые здесь, да?

— О, гильдия Падо, значит?

— А по противогазу не видно? Только они могли так одеться.

— Я так и подумал. Хотя в наше время, с такими чудаками, кто знает.

— Чёрт, я уж надеялась, что это клиент. Придётся отдать его Ми Сук.

Продавцы цокнули языками и разошлись, словно песок, рассыпавшийся на ветру. Шум вскоре стих, и на пути остались только женщина средних лет и Ча Ый Джэ. Женщина хлопнула в перчатках руками.

— Ну что, пойдёмте?

— Эм… куда?

— А куда ещё?

Женщина средних лет ухмыльнулась.

— Вы ведь пришли встретиться со Скумбрией, не так ли?

— …

Теперь, когда он пригляделся, среди её кудрявых волос можно было заметить тёмно-синее внутриушное устройство связи. Она подмигнула ему.

— Я назначенный проводник гильдии Падо, так что следуйте за мной. Если будете дальше стоять здесь, мелкая рыбёшка продолжит донимать вас, а это будет утомительно.

Глава 164

Женщина широко улыбнулась, её губы изогнулись в игривой усмешке.

— Ох, дорогуша, посмотри на меня, совсем забыла представиться. Меня зовут Чан Ми Сук. Можете звать меня «тётей», но я не буду против, если назовёте меня «нуной».

— …

— Хо-хо! Это было слишком смело, да?

Ча Ый Джэ чуть приоткрыл рот, а потом, сам того не замечая, поднял руку, чтобы проверить противогаз. Он был рад, что его лицо было скрыто. Он прикусил губу. Как только он услышал слово «тётя», ему показалось, будто земля ушла из-под ног.

— …

Ча Ый Джэ невольно начал рассматривать лицо Чан Ми Сук. Её вполне обычные руки. Конечно, женщина перед ним совсем не напоминала его тётю. Так и должно быть.

— Ну же, пойдёмте. Он ждёт. Честно говоря, у него вообще нет терпения, совсем ничего…

Бурча себе под нос, Чан Ми Сук развернулась и пошла вперёд. Ча Ый Джэ был готов следовать за ней, словно в трансе, но его ноги вдруг застопорились. Лицо за противогазом исказилось. Остановило его не что иное, как мысль о последствиях, если он ослушается приказов Ли Са Ёна.

Дело было не в том, что он боялся Ли Са Ёна, вовсе нет. Просто…

«Он же опять начнёт пилить меня за то, что действую на своё усмотрение…»

Ох, как же трудно успокоить недовольного Ли Са Ёна!

Одна лишь мысль о том, что придётся долго его умиротворять, была удручающей. Он уже мог услышать в голове язвительный голос Са Ёна…

«О, правда…? И что потом?»

«А… вот как?»

«Молодец… Ты ведь понимаешь, что это не комплимент, да?»

Чёрт. Ча Ый Джэ стиснул зубы.

«Это будто кандалы».

Если кто-то и пытался надеть на него кандалы, то у них это получилось. Обычно импульсивный Ча Ый Джэ теперь на самом деле задумывался. Он шаркнул подошвой ботинка по земле, продолжая размышлять.

Оставаться на месте, а не бродить по незнакомому месту — лучше. Всё, что он знал о рыбном рынке, это то, что где-то здесь был человек по имени Скумбрия. Информации было слишком мало.

На самом деле, ему совсем не хотелось следовать приказам Ли Са Ёна. Тем не менее, одно было ясно. Теперь у него были люди, к которым он мог обратиться за помощью, даже если не стал бы действовать самостоятельно. Люди вроде Ли Са Ёна или Со Мин Ги. Он верил, что даже если ничего не предпримет, они ему помогут.

— …

Чан Ми Сук, шедшая впереди, обернулась с озадаченным видом.

— Что вы там стоите? Пойдёмте.

— Ну…

Ча Ый Джэ прочистил горло, прежде чем заговорить неуверенно.

— Глава гильдии… велел мне ждать здесь.

— Что?

— Извините.

Спереди раздался взрыв смеха. Чан Ми Сук так громко рассмеялась, что её голос эхом разнесся по всему рыбному рынку. После долгого смеха она вытерла слёзы.

— Ой, я давно такого не слышала. Вы, должно быть, новичок?

— …

Это действительно повод для смеха? Пока он пытался осмыслить её реакцию, его телефон завибрировал. Чан Ми Сук кивнула в его сторону.

— Почему бы вам не проверить? Уверена, у вас есть сообщение.

Ча Ый Джэ вытащил телефон из кармана куртки и включил его. Как она и сказала, сообщение действительно было. Точнее, не одно.

Отправителем был...

Са Ён: Это займет немного времени.

Са Ён: Ты можешь пойти за женщиной по имени Чан Ми Сук.

Са Ён: Скоро буду.

Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ замялся на мгновение, прежде чем его пальцы начали набирать ответ.

[Понял.]

Пик. Сообщение отправлено. В тот момент, когда он убрал телефон обратно в карман, Чан Ми Сук заговорила снова:

— Но знаете, мне нравится ваша осторожность. Доверие — это важная добродетель, особенно в такие хаотичные времена.

— …

— Оставаться на месте тоже было правильным решением. До этой точки зона безопасная.

— …Что?

— Скоро поймёшь.

Чан Ми Сук тепло улыбнулась, словно спрашивая, доверяет ли он ей теперь. Она слегка покачала головой и указала на своё устройство связи в ухе.

— Ах, ну что ж, пойдёмте. Он всё не унимается, торопит меня.

Рыбный рынок оказался подземельем.

Не метафорически — буквально подземельем.

За своим противогазом Ча Ый Джэ, чьи ярко-голубые глаза выделялись особенно ярко, внимательно осматривал окрестности. С каждым его шагом окружение менялось.

Магазин, продававший живую рыбу, превращался в лавку, торгующую только что обжаренной темпурой, а затем — в киоск с моллюсками. Он пытался уловить закономерность, но её не было. Всё менялось по прихоти хозяина этого места. С каждым шагом доносился скрип, будто огромные кубики поворачивались и становились на свои места, что вызывало лёгкое головокружение.

Это место было живым лабиринтом.

— Вы не так уж и удивлены, а? Обычно люди в обморок падают, когда видят это впервые.

— А… нет, я удивлён.

Ча Ый Джэ ответил механически, и Чан Ми Сук снова расхохоталась.

— Вы ужасно врёте!

— …

Неужели я действительно так плохо вру? Ча Ый Джэ слегка надулся. Чан Ми Сук указала на боковую улочку, которая в реальном времени менялась.

— Хотите узнать кое-что забавное? Здесь даже есть бюро находок.

— Бюро находок? …Правда?

— Конечно! Новички, которые ничего не знают, лезут сюда в надежде купить или продать информацию, а в итоге теряются. Это случается десятки раз в день.

Чан Ми Сук, прекрасно ориентируясь в запутанных дорожках, двигалась уверенно. Без гида неизбежно бы заблудился. Теперь он понял, почему Ли Са Ён предупредил его оставаться на месте. Если бы он пошёл куда-нибудь сам, мог бы закончить в том самом бюро находок. Ужас, какой кошмар.

«Хорошо, что я послушался приказа».

Ча Ый Джэ внезапно сменил тему:

— Так что должны делать новички?

— Сначала зарегистрироваться! А потом ждать, пока назначат гида.

— …Думаю, не каждому его дают.

Ча Ый Джэ огляделся. Среди постоянно меняющегося фона продавцы спокойно занимались своими делами, но их взгляды оставались цепкими. Настоящие глаза торговцев.

— Вы быстро схватываете. Верно. Это место держится на информации. Гидов получают только те, у кого есть ценная информация. Гильдиям назначают гидов сразу на всю группу. Поэтому вы особенный. Вы должны были найти меня сразу, как только пришли.

— …Мне об этом ничего не говорили.

— Хо-хо-хо, благодаря этому я хоть немного повеселилась.

— …

Ча Ый Джэ неохотно задал вопрос:

— Все продавцы здесь пробуждённые?

— Кто-то да, кто-то нет.

— А как вы обеспечиваете безопасность тех, кто не пробуждён?

— Безопасность?

Чан Ми Сук бросила на него взгляд, а затем снова громко расхохоталась. Теперь её заразительный смех стал настолько привычным, что без него уже было бы странно.

— О, не переживайте! Это место безопаснее большинства.

— …

— Мы пришли.

Она остановилась перед магазином, который ничем не отличался от тех, что он видел ранее. Аквариумы с постоянно циркулирующей водой, рыбы, плавающие внутри, солёные и рыбные запахи моря.

Вывеска, свисающая с потолка, мигала. На белом фоне розовыми буквами было написано «Рыбная лавка Чанми».

— …О, вы пришли, — раздался мрачный голос.

Ча Ый Джэ огляделся в поисках источника звука. Молодой человек с взлохмаченными волосами стоял, сутулясь, и мыл нож. Тёмная аура словно клубилась только вокруг него. Он был одет в пёстрый наряд: ярко-синий виниловый фартук, красные сапоги и розовые резиновые перчатки. Лицо скрывала длинная чёлка.

Чан Ми Сук похлопала Ча Ый Джэ по спине.

— Это мой сын. Поздоровайся.

— Что? Ах, здравствуйте.

Её сын молча кивнул головой. Чан Ми Сук хихикнула.

— Он немного стеснительный… Ну, проходите и садитесь. Сынок! Нарежь нам камбалы.

— Хорошо…

Её сын отложил нож, взял сеть и неловкой походкой подошёл к аквариуму. Ча Ый Джэ покачал головой.

— Не нужно… этой камбалы.

— Это традиция — перекусить, когда приходишь сюда. А теперь внутрь!

Не успел он оглянуться, как оказался аккуратно сидящим на подушке. Руки Чан Ми Сук двигались с невероятной скоростью: она усадила его в комнату, протёрла стол, расставила приборы, поставила бутылку воды, чашки и влажные салфетки. Конечно, Ча Ый Джэ мог бы поспорить с её скоростью, но…

«Она что, пробуждённая?» — его глаза внимательно следили за каждым её движением. Он уже планировал использовать её технику в своей подработке в ресторане похмельного супа. Но вскоре его взгляд застыл.

«…Я, наверное, больше не вернусь в этот ресторан».

Ча Ый Джэ безучастно смотрел на гарниры, которые ставили перед ним. Он скучал по тусклому освещению ресторана похмельного супа и автоматической кормушке для домашних животных — нет, автоматической станции с кимчи и гарнирами — больше, чем когда-либо.

«Надеюсь, у них там всё хорошо…»

Он никогда не думал, что будет скучать по тем постоянным клиентам, которые были для него как враги. Где они теперь ели? Все ли они голодали? Несмотря на то, что его время охотника было куда длиннее, чем его работа в ресторане, он не мог не почувствовать укола ностальгии.

— Камбала сашими готова!

Белая тарелка вдруг появилась в его потерянном взгляде. Она была доверху наполнена упругими, чисто белыми ломтиками сашими. Чёрт, это выглядело чертовски вкусно. Ча Ый Джэ вынырнул из своих мыслей. Чан Ми Сук радостно улыбнулась.

— Закрою дверь, чтобы вы могли снять маску и насладиться.

Как и ожидалось от гида гильдии Падо. Она была внимательной.

Ш-ш-ш. Дверь закрылась. Ча Ый Джэ поднял взгляд. Эта комната была герметичной. Однако напротив него сидел мужчина. Сын Чан Ми Сук.

Тёмно-синие волосы, скрывающие лицо, были глубокого индиго.

— …

Без намёка на удивление Ча Ый Джэ развернул деревянные палочки и сломал их. Звук был чётким и ясным. И тут…

Сви-и-и-ш!

Без тени шока он поймал что-то, летящее ему в лицо, с помощью палочек. Ча Ый Джэ нахмурился и посмотрел на то, что он поймал. Это была плотная визитка.

[Рыбный рынок Норянджин]

[Скумбрия]

Ча Ый Джэ прочитал содержимое карточки и тяжело вздохнул. Он сжал её в кулаке, его ранее ровная осанка естественным образом опала.

— Эй.

— …

— Ты знаешь, кто я, верно?

— …

Голова с волосами цвета индиго слегка кивнула вверх-вниз. Конечно, он знал. Ча Ый Джэ бросил скомканную карточку прямо в его голову.

— Какого чёрта ты кидаешься вещами за столом?!

Глава 165

Глухой удар!

Несмотря на то что это был всего лишь свёрток бумаги, звук оказался таким же тяжёлым, как от удара бейсбольным мячом. Молодой человек, словно поражённый электрическим разрядом, вздрогнул и рухнул на пол, сжимая голову руками. Ча Ый Джэ, указывая на съёжившегося юношу, выкрикнул:

— В последнее время охотники больше про стиль, чем про дело, да?

В следующий момент он вскочил на ноги и ударил кулаком по стене. Ба-бах! На фоне взрывного звука раздался испуганный всхлип. Рядом с местом удара из стены выскользнула ещё одна голова с тёмно-синими волосами. Юноша, появившийся из стены, тут же упал на пол.

Ча Ый Джэ опустил кулак и оглядел обоих парней: одного, лежащего у его ног, и другого, корчащегося на полу и держась за голову.

Цвет их волос, телосложение, даже лица на первый взгляд были поразительно похожи. Настолько, что можно было бы заподозрить, что это один и тот же человек. Ча Ый Джэ прищурился.

— ...Что за чертовщина?

— Аааа…

— Всё ли у вас в порядке? — раздался громкий голос Чан Ми Сук.

Съёжившийся юноша и Ча Ый Джэ одновременно подняли головы. Ча Ый Джэ схватил юношу за шиворот и, жестом указывая на дверь, дал понять, что ответ должен быть убедительным. Тот энергично закивал и крикнул:

— Всё в порядке!

— Точно?

— Да, всё хорошо. Не переживайте.

Шаги Чан Ми Сук постепенно затихли. Ча Ый Джэ отпустил юношу, которого держал за шиворот. Тот потёр шею, где уже намечался синяк, и недовольно пробормотал:

— Вся информация оказалась неправильной. Говорили, что ты добрый и мягкий, а ты, не раздумывая, бьёшь кулаком.

— Кто тебя заставлял прятаться в стене, как крыса?

— Я не ожидал, что ты сразу нападёшь.

— Это был не нападение, а устранение угрозы. Откуда мне было знать, враг ты или нет?

— Логично.

— Мне нужно было исключить потенциальную опасность.

— Ты делаешь всё настолько логично, что даже нечего возразить.

Юноша подошёл к другому молодому человеку, всё ещё свернувшемуся на полу, и присел перед ним на корточки. Теперь, сидя бок о бок, они выглядели ещё более идентичными. Первая мысль, которая пришла в голову Ча Ый Джэ, была:

«Клоны?»

Именно это. Возможно, он видел слишком много странностей за свою жизнь. Ча Ый Джэ задал вопрос:

— Так кто из вас Скумбрия?

— Кто из нас? — переспросил тот, что сидел на корточках, поднимаясь на ноги.

Юноша, который до этого говорил, откинул длинную чёлку, и на свету открылось привлекательное лицо. Его тёмно-синие глаза, подходящие к цвету волос, искрились весельем.

— Мы оба Скумбрия.

Когда ситуация немного утихла, Ча Ый Джэ и двое, называющих себя Скумбриями, сидели друг напротив друга за столом.

Это выглядело странно и тревожно — видеть два идентичных лица рядом. Скумбрия, которого ударили визиткой, всё ещё излучал мрачную атмосферу, сидя, съёжившись, тогда как другой Скумбрия, шея которого ещё болела, небрежно держал в одной руке бутылку соджу, а в другой бутылку сидра, словно взвешивая, что выбрать.

— Что будешь? Соджу? Сидр?

— Сидр.

— Хорошо.

Скумбрия, державший обеими руками бутылку с сидром, налил его в стакан и, улыбаясь, подвинул стакан Ча Ый Джэ.

— Выпей и попробуй сашими. Мой хён отлично разделывает рыбу.

Слово «хён» привлекло внимание Ча Ый Джэ. Он взял палочки для еды и спросил:

— Вы двое — братья?

— Мы однояйцевые близнецы. Разве не похоже? Словно в зеркало смотримся всё время.

— …

Мрачный Скумбрия молча кивнул. Хотя длинные волосы закрывали его лицо, телосложение и видимые черты лица действительно подтверждали их сходство. Болтливый Скумбрия нарисовал в воздухе две человеческие фигуры.

— Ну, чтобы кратко представиться… Мы — Скумбрии. Мы информационные диллеры. Я занимаюсь всеми делами и клиентами. Мой хён застенчивый, поэтому работает за кулисами. Когда люди говорят о Скумбрии, они имеют в виду меня. Большинство даже не догадываются, что нас двое.

— Для такого застенчивого он сидит здесь вполне нормально.

— Ну…

Младший Скумбрия обнял брата за плечи и подтолкнул его ближе к Ча Ый Джэ. Тёмно-синие глаза старшего Скумбрии, крупные и округлые, выглянули из-под растрёпанной чёлки, прежде чем он резко отпрянул, задрожав. Младший Скумбрия усмехнулся.

— Мы фанаты J. Особенно мой хён.

— Чего?

Старший Скумбрия неуклюже достал из кармана очки в роговой оправе и надел их. Младший скривился.

— А ты швырнул визиткой в фаната. Да ещё и стал драться.

— Эй, кто первый бросил?

— Старый хрыч.

На этом моменте Ча Ый Джэ окончательно потерял дар речи. Какое нахальство! Он ведь просто вернул должок дерзкому мальчишке, который кинул что-то ему в лицо во время ужина. Младший Скумбрия махнул рукой, и пробитая в стене дыра исчезла, словно помещение изменилось само по себе.

Похоже, это была его способность пробуждённого. Успокоившись, Ча Ый Джэ задал вопрос:

— Вы оба пробуждённые?

Скумбрии переглянулись. Младший почесал затылок, выглядя озадаченным.

— Ух ты… Ты действительно пришёл сюда, ничего не зная. Это что-то новенькое. Ли Са Ён ничего тебе не сказал?

— Ничего.

— Ни правил, ни условий?

— Вообще ничего.

Скумбрии начали шептаться друг с другом. Судя по реакции Чан Ми Сук и ответу младшего, казалось, что Ча Ый Джэ оказался здесь, не зная чего-то очевидного. Разве Ли Са Ён специально его не предупредил?

«…Жутко представить, что Ли Са Ён мог сделать это специально».

Ча Ый Джэ обеспокоенно огляделся. В фильмах ведь в такой момент обычно говорят, что этого не может быть, он бы так не поступил. Но, зная Ли Са Ёна, это было вполне возможно. Тот всегда был загадочнее, чем сам Ча Ый Джэ. Это раздражало. Он даже мог представить оправдания Ли Са Ёна.

«Ты ведь не будешь всё время со мной, верно?»

«Я всё объясню, когда придёт время.»

«Ты мне не доверяешь…»

Чёрт возьми. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Он слишком хорошо знал Ли Са Ёна!

Пока Ча Ый Джэ кипел от злости на раздражающее поведение Ли Са Ёна, Скумбрии всё ещё обсуждали что-то между собой. Голос младшего поднялся чуть выше.

— Так Ли Са Ён просто бросил J сюда и ушёл? Какая наглость. Они что, действительно в плохих отношениях? Тогда зачем они вместе? Или Ли Са Ён просто хочет, чтобы J устроил здесь хаос на рыбном рынке? Это месть?

Тон его слов показался немного странным. Разве это не было похоже на то, как будто они считали J ходящей бомбой? Одна из бровей Ча Ый Джэ приподнялась. Хотя под противогазом это и не было видно.

— А, нет. Подожди секунду, — пробормотал старший Скумбрия, наконец нарушив молчание. Он пошевелил пальцами и пробурчал:

— Был срочный клиент, который искал его. Так что я их связал.

— О, точно. Номер комнаты?

— Четвёртая.

— Они всё ещё разговаривают?

— Д-да. Всё ещё беседуют.

— Понятно… Тогда самое время привлечь клиентов.

Настроение младшего резко изменилось. Это был взгляд торговца, тот самый, который Ча Ый Джэ уже видел бесчисленное множество раз на пути сюда. Тёмно-синие глаза младшего засверкали энергией, и он хитро прошептал:

— Итак, сэр, — он сложил руки с мягкой улыбкой. — Чем я могу вам помочь?

— Что? С чего вдруг?

Младший Скумбрия вытянул два длинных пальца.

— Существуют два типа людей, которые заходят на рыбный рынок. Те, кто покупает информацию, и те, кто её продаёт.

— …

— Кем из них является, J? В любом случае, думаю, у тебя есть много ценной информации.

— Нет.

— Хм?

— Есть третий вариант.

Ча Ый Джэ щёлкнул палочками. Потолочный светильник разбился. С треском комната погрузилась во тьму. Он воспользовался этим коротким моментом, чтобы снять противогаз и надеть чёрную маску.

Раздалось громкое хрустящее щелканье суставов.

Искажённый голос прозвучал в темноте:

— Тот, кто пришёл избить вас.

Тёмная тень рванулась к Скумбриям.

***

Незадолго до этого, на рыбном рынке.

Края чёрного плаща колыхались в воздухе. Несмотря на царящий вокруг хаос, шаги оставались уверенными.

После некоторого времени ходьбы показалась небольшая будка охраны. Пожилой человек, дремавший внутри, почувствовал чьё-то присутствие и открыл глаза. Рука в чёрной кожаной перчатке извлекла из инвентаря старую деревянную табличку и предъявила её. На табличке был вырезан иероглиф «смерть (死)».

— Я пришёл встретиться с кем-то.

— Хм, иди в четвёртую комнату, — пробормотал старик, засунув табличку в щель внутри будки.

Плотно закрытая дверь медленно сдвинулась в сторону, открывая длинный коридор с мерцающими красными огнями. Ли Са Ён начал неспешно двигаться вперёд. Между длинными стенами был только один проём, завешенный шторой из плотных бусин.

Раздвинув эти плотные нити, он прошёл внутрь, оставляя позади едва слышное звяканье, когда бусины задели его волосы. Маленькая комната, залитая красным светом, содержала квадратный стол с двумя стульями и длинный аквариум, занимавший всю стену. В аквариуме ярко-красные золотые рыбки плавали энергично.

Один из стульев уже был занят. Под платком, повязанным на голове, блестели светлые волосы. Женщина слегка сдвинула солнцезащитные очки, приоткрыв свои глаза.

— Наконец-то ты пришёл?

— …

— Увидеть твоё драгоценное лицо — целое событие.

Это была Пчела.

Ли Са Ён не ответил и спокойно подошёл, сев на стул напротив неё и закинув ногу на ногу. Как по сигналу, из тени появился человек и поставил перед ними чашку. Над чашкой поднимался пар. Когда он рассеялся, Ли Са Ён заговорил первым.

— Ты знала, что я приду.

— Можешь расслабиться; утечки не было. Я просто приходила сюда каждый день. Пока ты не пришёл.

— …Каждый день?

— У меня была веская причина.

Пчела развязала свой платок. Её волосы, прежде собранные, распустились вниз.

— Я попросила Скумбрию связать нас, если ты когда-нибудь появишься.

— Значит, дело срочное.

— Так и есть. И очень серьёзное, — ответила Пчела, слегка постучав пальцами по столу, прежде чем продолжить:

— Мэтью в критическом состоянии.

Глава 166

Ли Са Ён слегка нахмурился.

— …Мэтью? Почему?

— Доктор постоянно его проверяет, но состояние не улучшается. То ли из-за этой проклятой дряни, то ли из-за чего-то ещё, но даже зелья и способности целителя не помогают…

— …

В перчатке пальцы лениво обвели край чашки. Мэтью получил травму? Разве он уже не мёртв? В отчётах вроде бы не было никаких проблем с его безопасностью. Мысли, принадлежащие ему и в то же время чужие, путались в голове, образуя хаос. Он тяжело вздохнул, и из противогаза послышался шипящий звук.

«Если так пойдёт и дальше…»

Похоже, в ближайшее время нормально работать не получится. Ли Са Ён крепко сжал кулак, а затем разжал его.

Замедленная реакция, неприятное ощущение, будто тело ему не принадлежит, не исчезали. Стоило только чуть ослабить контроль, как нежелательное присутствие начинало теснить его, пытаясь захватить тело. Даже после того, как он держался рядом с Ча Ый Джэ дома, едва восстанавливая контроль, всё оставалось по-прежнему.

Пчела, нахмурившись ещё сильнее, подняла взгляд. Её глаза сузились, когда она окинула взглядом противогаз.

— …Ты меня слышишь? Насчёт наркотиков и Мэтью? Я сказала ему передать это тебе.

— Кому?

О чём она вообще? Наркотики? Бывают ли вообще наркотики? Разум Ли Са Ёна был затуманен, будто он пробирался сквозь густой туман. Чувство было неприятным, словно он заблудившийся ребёнок, бесцельно блуждающий по пустоте.

Пчела, положила подбородк на руку, спросила:

— Разве ты не работаешь с J? Ваша гильдия. J сказал, что передаст это тебе.

— …J?

J. Ча Ый Джэ. В его голове всплыла картинка: тот стоит рядом с ним, элегантный в своём костюме. Воспоминание оживило мысли. Хён упоминал что-то подобное?

— …Ах.

Ли Са Ён наконец-то тихо выдохнул, будто осознал что-то. Теперь, когда он вспомнил, кажется, Хён действительно говорил что-то на этот счёт. Когда он схватил Ча Ый Джэ, стоявшего у двери, что-то про Мэтью и про то, что нужно передать информацию.

Разумеется, он пропустил это мимо ушей. Слишком кружилась голова, чтобы думать о чужих проблемах. Честно говоря, он намеренно игнорировал это, раздражённый тем, что хён говорит о ком-то другом в его присутствии.

Ли Са Ён равнодушно ответил:

— Слышал.

— Правда?

— Просто нужно было напомнить.

Да, он слышал. Просто упустил это из виду. Пчела подозрительно взглянула на него. Ли Са Ён пожал плечами и слегка постучал пальцем по виску.

— Последнее время у меня голова не на месте. Прости за это.

— У тебя никогда она там не была.

— Ха-ха…

— Не притворяйся, будто когда-то было иначе. Все знают, что ты сумасшедший.

Пчела резко осадила его, доставая из инвентаря небольшую папку и протягивая её ему. Быстро пролистав её, он заметил несколько знакомых слов: гильдия Самра, наркотики, Мэтью, зависимость… все ключевые слова ему были знакомы. Его губы изогнулись в ухмылке.

— …Интересно вы тут замышляете.

— Передай информацию, связанную с наркотиками. Это всё, что мне нужно.

Ли Са Ён склонил голову набок, внимательно глядя на Пчелу поверх папки.

— А если я это сделаю?

— Ты серьёзно спрашиваешь? Мы прикроем их лавочку. И, возможно, найдём способ помочь Мэтью.

— Нет… это не моё дело.

Глухой стук. Перчатка осторожно положила папку на стол. Ли Са Ён сцепил пальцы, опираясь на них подбородком. Его противогаз чуть наклонился, когда он склонил голову в сторону.

— Я спрашиваю… что я получу взамен?

— …

— Ох. Ты ведь не собиралась получить эту ценную информацию просто так? Неужели ты настолько бессовестна?

Бах!

Пчела со злостью ударила кулаком по столу и встала, сверкая яростью в своих карих глазах.

— Не зли меня. Я и не собиралась брать её бесплатно. Чего ты хочешь?

— Хм, дай подумать…

Ли Са Ён протянул, не скрывая скуки.

— Если честно, мне мало что нужно…

— Что?

— Ты всё равно не сможешь дать мне то, что мне действительно нужно.

— …

— …Иными словами, эта сделка изначально не имела смысла.

Пчела собиралась что-то сказать, но глаза Ли Са Ёна, скрытые за линзами, вдруг сузились.

— Но я всё равно дам тебе информацию. Мэтью нужно спасти… да.

Кулак, направленный к его противогазу, замер в нескольких сантиметрах. Рука Пчелы задрожала, сжимаясь и разжимаясь, прежде чем она процедила сквозь зубы:

— Ты… так бесишь. Это хуже, чем Гю Гю только что. Ты знаешь об этом?

— У меня давно не было шанса пошалить.

Ли Са Ён вытащил из внутреннего кармана плаща ручку. Написав на обложке папки номер телефона, он протянул её Пчеле.

— Через несколько дней на этот номер поступит звонок. Будь там. И убедись, что за тобой никто не следит.

— Поняла.

— Но не сразу. У меня тоже есть дела.

— Поняла, зачем ты здесь. Ты охотишься на Скумбрию, да? Эта статья ведь от Скумбрии, верно?

— …

— Никогда бы не подумала, что великий Ли Са Ён окажется под крылом J.

Пчела усмехнулась, убирая папку обратно в инвентарь.

— Ага… вот что все думают.

Но вопреки её ожиданиям, прищуренные глаза Ли Са Ёна только сильнее засияли, будто в улыбке. Что за чёрт? Я же хотела задеть его самолюбие, а он улыбается? Пчела нахмурилась. Может, он действительно не в своём уме, как говорил раньше? Ли Са Ён тихо хихикнул и ответил:

— Я просто хотел сказать спасибо.

— Что?

Не пояснив ничего, Ли Са Ён лишь отмахнулся, как бы завершив разговор.

— Если ты всё сказала, можешь уходить. Не стоит задерживаться надолго.

— Хм, я и так собиралась уйти.

Повернувшись к двери, Пчела вдруг резко обернулась и резко бросила:

— И в следующий раз отвечай на чёртовы звонки. Понял? Не запирайся где-то так, чтобы мне снова пришлось тебя искать.

— …Что?

Ли Са Ён, лениво водивший пальцем по краю чашки, поднял взгляд.

Пчела когда-нибудь лично приходила искать его? Нет. Но он знал. Знал, что она имела в виду. Воспоминание всплыло в голове, как обломок на поверхности разбитого стекла. Тот момент, когда он заперся в тёмной комнате, еле держась за жизнь. И та, кто открыла дверь и вошла…

Пчела, поправив волосы и завязав шарф, оглянулась на него с любопытством.

— Почему ты так на меня смотришь? Есть что сказать?

Когда она вошла тогда, её волосы были в беспорядке, неровно обрезанные.

— …

Пара длинных прядей выбилась из-под шарфа. Пчела недовольно цокнула языком и принялась собирать их обратно. Ровные и рваные волосы переплетались, создавая странную картину.

Я схожу с ума? Или…

— Ты помнишь, что только что сказала? Ты.

— Что? Конечно, помню. Я не какая-то там золотая рыбка. Я сказала, чтобы ты отвечал на звонки.

— А после этого?

— После? Хм, я сказала, чтобы ты не запирался где-то… эм?

Пчела, уверенно говорившая, вдруг запнулась. Её пальцы, только что завязывавшие узел, замерли. Замешательство отразилось в её светло-карих глазах.

— Правда? Это странно. Я когда-нибудь приходила искать тебя? Не думаю, что так было…

— …

— …Ах, это сводит меня с ума. Что со мной в последнее время?

Пчела потерла виски, её лицо побледнело. Казалось, эти слова вырвались из неё неосознанно. Сцена из фрагментов воспоминаний незваного гостя. Но Пчела знала этот момент. Ли Са Ён поднялся. Край его чёрного плаща взметнулся.

— Похоже, ты не одна такая. В этом случае.

Она инстинктивно сделала шаг назад, настороженно глядя на него. Ли Са Ён заговорил со зловещей интонацией:

— Скажи мне.

— С какой стати?

Ли Са Ён снял перчатки. Его почерневшие пальцы схватили ручку, лежавшую на столе. Сссск — ручка начала таять, превращаясь в чёрную жидкость.

— Иначе я не смогу дать тебе информацию…

— Что? Эй, ты серьёзно собираешься так себя вести?

— Просто скажи. Я поверю любой чепухе, которую ты расскажешь.

Стиснув зубы, Пчела тяжело вздохнула и выпалила:

— Ладно. В последнее время я вижу странные вещи. Слова, которые я никогда не говорила, вдруг вырываются. Будто я теряю рассудок. Теперь доволен?

— Например?

— Чёрт возьми…

Пчела яростно взъерошила волосы и ткнула пальцем прямо в центр противогаза Ли Са Ёна.

— Если кому-нибудь расскажешь, убью. Понял?

— Понял. А теперь поторопись, рассказывай.

Несмотря на обещание, она колебалась, нервно ходя туда-сюда по комнате довольно долго. Ли Са Ён терпеливо ждал. Если бы он знал, что всё затянется, он бы привёл хёна с собой. Чем дольше длилась задержка, тем сильнее росла его тревога. Не только из-за страха потерять контроль, но и из-за того, что он подумал:

«Пожалуйста, только не делай новых глупостей…»

Тревога напоминала беспокойство хозяина собаки с гиперактивным питомцем. Ча Ый Джэ сам считал, что действует вполне рационально, но, по мнению Ли Са Ёна, он был сущим хаосом. Казалось, у него не хватало нескольких винтиков, но, как робот, он идеально выполнял приказы. В каком-то смысле его поведение даже напоминало самоуничтожение.

Пока он ждал, когда Пчела начнёт говорить, Ли Са Ён отправил сообщение.

[Это займет немного времени.]

[Ты можешь пойти за женщиной по имени Чан Ми Сук.]

[Скоро буду.]

Ответ пришёл быстро.

Хён: Понял.

К счастью, похоже, что пока обошлось без происшествий. Когда Ли Са Ён задумчиво постукивал пальцем по экрану телефона, Пчела наконец заговорила.

— …Я вижу лицо живого человека, но вдруг оно оказывается разорванным животным, разлагающимся.

— …

Ли Са Ён не ответил, просто слушая её. Пчела прикусила губу и пробормотала:

— Знаешь, что я недавно видела? Я разговаривала с Чон Бином, а потом вдруг увидела, как его шея наполовину оторвана, держится только на жиле. Я подумала, что меня прокляли или что-то в этом роде.

— Это не было проклятие?

— Нет, не было.

— …Когда это началось?

— …

Её чёрные сапоги ритмично постукивали по полу.

— После Дня перемен.

Напряжение между Пчелой и Ли Са Ёном усилилось. Атмосфера стала хрупкой, словно треснувшее стекло. Только ярко-красные золотые рыбки в аквариуме плавали спокойно.

Ли Са Ён ослабил ремешки противогаза и снял его, положив на стол. Непослушные волосы, фиолетовые глаза и бледные губы один за другим открылись взгляду. Полностью обнажив лицо, Ли Са Ён слегка склонил голову и спросил:

— А как насчёт меня?

— …

— Когда ты смотришь на моё лицо, что ты видишь?

Пчела медленно изучала его, слегка наклонив голову, прежде чем ответить:

— Ты… выглядишь таким же, как раньше.

— …Хм. Вот как?

— Нет, постой. Это не совсем так.

Её светло-карие глаза наполнились любопытством.

— Цвет твоих глаз… он стал немного ярче. Светло-фиолетовый?

— …Ах.

Ли Са Ён тихо выдохнул, скривив губы в улыбке. Но в его глазах застыло недовольство.

— Раздражающе точно.

Глава 167

— Раздражающе точно.

Ли Са Ён медленно встал и подошёл к аквариуму. Наклонившись вперёд, он приблизил лицо к стеклу, где фиолетовые глаза смотрели на него с синей и красной поверхности. Сжав руки за спиной, он почувствовал, как пальцы движутся под напряжением. У него всё ещё был контроль над своим телом.

Ли Са Ён, тот, с кем он столкнулся на пустынном берегу. Эти потускневшие, бледно-фиолетовые глаза тревожили, пропитанные глубоким оттенком утраты. Выпрямившись после продолжительного взгляда на золотых рыбок в аквариуме, Ли Са Ён наконец отвёл взгляд.

— По поводу Мэттью, ты попросила J передать мне, верно?

— А? Да.

— Ты сказала ему лично?

— Ну… да? У меня не было его контактов. Я слышал, что J вошёл в подземелье нашей гильдии.

— …

Ли Са Ён погрузился в свои мысли, опираясь на аквариум. Несколько золотых рыбок подплыли к его руке, их плавники мягко колыхались.

С момента пробуждения всё было хаосом. Когда он открыл глаза, прошло три месяца. Мир изменился до неузнаваемости, а нежеланный, могущественный гость поселился в его теле. Это из-за того, что у них одна душа? Из-за того, что оба они — Ли Са Ён? Стоило ослабить бдительность хоть немного, и контроль тут же выскальзывал из рук.

Единственное, что удерживало его в здравом рассудке, было…

«Ты в порядке?»

Присутствие Ча Ый Джэ рядом.

Он постучал пальцами по стеклу аквариума. Золотые рыбки открывали и закрывали рты.

Его воспоминания перепутались. Чтобы отделить свои воспоминания от воспоминаний «Ли Са Ёна», требовались огромные усилия.

Их мысли были схожи, как доказательство того, что они — один человек. Даже воспоминания иногда совпадали, а люди в них часто были одними и теми же. Чтобы отличить свои воспоминания от чужих, ему приходилось играть в утомительную игру «найди отличия», выискивая разногласия в почти идентичных картинах памяти.

Но среди всего этого хаоса находились воспоминания, которые принадлежали только ему.

В его размытом видении всплывали белые лабораторные халаты, мелькающие туда-сюда, бесконечные инъекции неизвестных веществ в его тело, отвратительная сладость вкуса и запаха, удерживающие его ремни, ощущение того, как кожа и органы медленно растворяются, головная боль, будто череп раскалывается, и металлический привкус крови, остающийся при каждом вдохе.

Ночи, проведённые у огромной впадины в середине океана, где остатки разлома оставили глубокую депрессию. Запах моря, который так въелся в него, что теперь вызывал тошноту. Бесконечные дни ожидания того, кто уже никогда не вернётся, цепляясь за хрупкое обещание, данное лишь переплетёнными пальцами. И…

«Даже близнецы, родившиеся с разницей в одну минуту, могут различить, кто старше, а кто младше!»

Старомодный, ворчливый тон, не соответствующий красивому лицу.

«Прости, что нарушил обещание».

Бледное, охваченное виной лицо, неспособное даже дышать спокойно, не говоря уже о том, чтобы встретиться с ним взглядом.

«…»

Улыбка, которую он показывал даже перед лицом монстров, обнажая зубы.

Игривая ухмылка и поджатые губы, сопровождающие каждую жалобу, глаза, которые бегали по сторонам, когда он придумывал оправдания, не выдерживающие никакой критики.

Закрывающиеся веки во время поцелуев, тёплая, прямая шея, уши, краснеющие от жара. Две руки и объятия, обвивающие его шею.

Все эти воспоминания о Ча Ый Джэ и воспоминания, подаренные Ча Ый Джэ, принадлежали только Ли Са Ёну.

Они были единственным, что позволяло Ли Са Ёну оставаться Ли Са Ёном.

— Почему ты спрашиваешь?

Ли Са Ён повернул голову. Пчела смотрела на него с тревожным выражением.

Стоит ли спросить? Да. По какой-то причине нежеланный гость потерял Ча Ый Джэ. В мире того парня Ча Ый Джэ был мёртв. Боясь утратить контроль, он цеплялся за Ча Ый Джэ и искал среди разрозненных осколков памяти, но не мог найти этого конкретного воспоминания.

Воспоминания о смерти Ча Ый Джэ.

«Если бы я знал, как он умер…»

По крайней мере, он мог бы попытаться это предотвратить. Не было гарантии, что смерть, произошедшая однажды, не случится снова. Хуже того, в этом мире тоже появились зловещие знаки. Пэ Вон У, потерявший руку в прошлом мире, чувствовал боль в своей всё ещё целой руке, а Пчела видела лица умерших из прошлого мира наложенными на других.

Влияние уничтоженного мира, потерявшего своего стража, становилось всё сильнее.

Страх потерять его снова.

Ли Са Ён стиснул зубы и полностью развернулся к Пчеле. Он облокотился об аквариум. Что бы он ни услышал, ему придётся смириться и принять это. Всё это было в прошлом мире. Он не станет таким беспомощным, как нежеланный гость. Ли Са Ён сделал небольшой вдох и склонил голову.

— Когда ты видела J, ты заметила… что-то?

— Что-то вроде Метки Каина?

— Да.

— Теперь, когда ты упомянул…

— …

— О, это странно. Там не было ничего.

— …Что?

Ответ оказался неожиданным. Ли Са Ён нахмурился, пока Пчела задумчиво смотрела в потолок. Посмотрев туда некоторое время, она пробормотала.

— Да, совсем ничего. Если бы я что-то заметила, я бы запомнила. Это ведь J.

— …

— Может, из-за маски? Но это вряд ли… В нашей гильдии были охотники в масках, и я всё равно могла видеть их Метку. Хм… Может, он не мёртв? Я имею в виду, это ведь J.

— Нет.

Твёрдые слова сорвались прежде, чем он успел это осознать. Пчела широко раскрыла глаза и нахмурилась.

— Что? Как ты можешь быть так уверен?

— …

Ли Са Ён не ответил. Точнее, у него не было времени на ответ. В прошлом мире Ча Ый Джэ умер. Но как? Почему он умер?

Никто не преследовал след J так неустанно, как Ли Са Ён. Он знал каждую изнуряющую миссию, которую J выполнял за три года в роли охотника. Он даже мельком видел ужасающие события в разломе Западного моря. Видел груды костей, сложенные до небес. Даже в этом аду Ча Ый Джэ каким-то образом выжил.

И всё же.

«Почему он умер?»

Почему он умер?

Что его убило?

Ли Са Ён снова посмотрел на аквариум. Странным образом, даже в отсутствие Ча Ый Джэ, нежеланный гость молчал. Только в такие моменты наступала тишина. Ли Са Ён скривил губы. Не всплывало ни единого полезного фрагмента памяти. Ни ощущений, ни эмоций, словно дверь была заперта.

«Как удобно…»

Он усмехнулся, глядя на нежеланного гостя. Тот всё равно молчал. Но он понимал его логику. Если бы он был на месте гостя, он тоже бы закрыл свои воспоминания. Чтобы никто другой не смог их увидеть. Чтобы они остались только его.

В этот момент тишину разорвал смешок.

— Ха.

Пчела язвительно бросила:

— Видишь, ты что-то знаешь. Давай, выкладывай. Я сейчас сорвусь.

— Думаешь, я чем-то отличаюсь?

— О, точно. Поздравляю!

Бах! Стол задрожал, когда Пчела с грохотом ударила по нему руками, стиснув зубы.

— С недавних пор я вижу, как Мэтью умирает, истекая кровью.

— …

— Господи… Я думала, схожу с ума. Пошла к врачу, проверилась. Они сказали, что со мной всё в порядке. Никаких проклятий, ничего!

Она грубо провела рукой по волосам. Даже через макияж были видны тёмные круги под глазами.

— А потом я узнаю, что его жизнь в опасности. Потому что он подсел на какую-то дурацкую дрянь. Это вообще нормально? Что за чёрт.

Резкая рука вдруг схватила Ли Са Ёна за воротник. Он равнодушно посмотрел на руку, сжимающую его одежду. Мозолистая рука дрожала так, что не могла удержать себя под контролем.

Через мгновение хватка ослабла, и Пчела пробормотала:

— Так что… что бы это ни было, просто дай мне информацию.

— …

— Пожалуйста.

Вздох… Ли Са Ён медленно выдохнул. Он слишком хорошо понимал, что она сейчас чувствует. И от этого становилось только хуже. Он положил свою перчатку на её дрожащую руку.

— Ладно.

— …

— Я расскажу тебе об этом и о наркотике. Просто подожди.

— …Правда?

Пчела резко подняла голову и посмотрела на него с недоверием. Ли Са Ён убрал её руку и кивнул.

— Я хорошо держу обещания…

Эти слова слегка кольнули.

— У меня есть небольшая травма, связанная с обещаниями.

***

Звуки торопливых шагов смешивались с различными голосами и шумной суетой. Среди оживлённого рыбного рынка молодой человек в чёрном плаще и противогазе двигался вперёд, его плащ развевался за спиной. Любопытные взгляды следовали за ним, но он их игнорировал.

Ли Са Ён достал телефон, чтобы проверить время. Прошло довольно много времени с тех пор, как он в последний раз обменивался сообщениями. Всё ли с ним в порядке? Судя по настроению торговцев, ничего необычного вроде бы не происходило.

Его взгляд вскоре устремился вперёд. Тот кто вёл Ли Са Ёна был не человек, а ярко-красная золотая рыбка, парящая в воздухе. Её плавники лениво покачивались.

«…»

Наклонив голову, Ли Са Ён двинулся за ней. Рыбка вела его не к рыбной лавке «Чанми», а в другое, более уединённое место.

Куда он теперь забрёл? Надеюсь, он не ждёт меня у бюро находок. Представив Ча Ый Джэ, сидящего там с надутыми губами, он почти почувствовал облегчение. Его настроение слегка улучшилось, и на лице появилась слабая улыбка.

Рыбка остановилась перед дверью с бисерной занавеской, напоминающей комнату для посетителей. Рядом с дверью висела небольшая табличка: «Видео-комната». Несмотря на то, что Ли Са Ён не раз бывал на этом рынке, он никогда не замечал этого места.

Что он снова задумал…

Ли Са Ён нахмурился, разглядывая табличку. Изнутри доносился слабый голос. Разобрать слова было сложно, но голоса Скумбрий были знакомы. Сжавшись с ручкой, он толкнул дверь, и первым, что встретило его, стал огромный экран, занимавший всю стену. А вторым…

— А, ты здесь.

Это был голос Ча Ый Джэ, искажённый маской.

Глава 168

Первой задачей Ли Са Ёна было найти Ча Ый Джэ. Его взгляд, который до этого блуждал без цели, наконец, опустился вниз. Тогда он нахмурился.

Ча Ый Джэ полулежал на мягком кресле-мешке и смотрел на Ли Са Ёна. Низкий столик рядом с ним был завален всевозможными закусками. Черная маска на его лице блестела в свете экрана.

«Что за…»

Он был уверен, что Ча Ый Джэ будет держать этих Скумбрий в узде.

Ли Са Ён остановился на месте. Ый Джэ подтянул к себе еще одно кресло-мешок и похлопал по сиденью рядом с ним.

— Садись.

Почему он выглядит таким расслабленным?

— Хён-ниим~!

В этот момент младший Скумбрия, опустив голову, ринулся к ним с пакетом только что приготовленного попкорна, от которого еще поднимался пар. Улыбаясь, он опустился на одно колено, предлагая попкорн, словно букет роз. Выражение лица Ли Са Ёна стало еще более мрачным.

— Хён-ним, я принес попкорн. О, глава гильдии тоже здесь. Приятно познакомиться!

Младший Скумбрия махнул рукой в приветственном жесте, но это не произвело никакого впечатления на Ли Са Ёна. Его разум был поглощен шокирующим обращением.

«Хён-ним?»

Невероятно. Его губы искривились в ухмылке. Судя по поведению младшего Скумбрии, казалось, что Ча Ый Джэ уже успел установить свою власть. Неужели он так хотел, чтобы его называли «хён»? Ли Са Ён скрестил руки на груди. Тем временем Ча Ый Джэ отвел взгляд от Ли Са Ёна и покачал головой.

— Я же сказал, что не буду есть.

— Не переживайте, хён-ним. Я уйду, как только вы начнёте.

— С чего ты взял, что я сниму маску?

— Может, составить контракт? Вы будете главным подписантом.

— Нет, спасибо.

— Эм, мм…

Теперь появилась мрачная Скумбрия, нервно протягивая поднос. На подносе стоял стакан с охлажденным сикхе. О, отлично, я встретил обеих Скумбрий. Ли Са Ён слегка наклонил голову.

Он знал, что они попытаются наладить контакт с Ча Ый Джэ, но не ожидал, что оба появятся одновременно. Это только доказывало, насколько важен Ча Ый Джэ для них…

— Ч-что ты думаешь об этом…

— Почему вдруг сикхе?

— Э-это приготовлено мастером-ремесленником.

— И почему тут его продукция?

— Э-это часть сделки.

— Да уж… Хён, к попкорну нужна газировка.

— А… мне сходить за колой?

Абсурдный разговор все больше превращался в бессмыслицу. Теперь, когда он внимательно присмотрелся, Ча Ый Джэ, одетый в костюм, выглядел как некий упадочный император. Добавь ему красный плед, и он ничем не отличался бы от короля. А эти две Скумбрии, кланяющиеся перед ним, вполне могли быть его евнухами или бюрократами. Ли Са Ён, сложив руки на груди, наблюдал за происходящим, заинтересовавшись, как далеко они готовы зайти.

Он постукивал пальцем по руке. Больше всего…

«Это раздражает…»

Конечно, он хотел, чтобы Ча Ый Джэ был счастлив. Но все же.

Пока Ли Са Ён молча смотрел на него, он позвал Ча Ый Джэ механическим голосом:

— Охотник J.

Ча Ый Джэ, который до этого беседовал со Скумбриями, сразу поднял голову при упоминании своего имени. Он указал на себя, немного неуверенно спрашивая:

— …Я? Ты про меня?

Прислонившись к дверному косяку, Ли Са Ён внимательно смотрел на него, прежде чем улыбнуться. На этот раз он произнес его имя более четко, специально выделяя каждую букву:

— Да, охотник J.

— …А?

Ча Ый Джэ положил пульт, который держал в руках. Напряжение было видно: его плечи и руки напряглись. Младший Скумбрия прошептал что-то на ухо старшему.

— Думаю, нам лучше уйти.

— Нам… нам уйти?

— Уходим отсюда.

— Д-да.

Возможно, благодаря их опыту информаторов, младший Скумбрия подмигнул Ли Са Ёну, прежде чем повести старшего за собой.

Когда в тускло освещенной комнате остались только они вдвоем, Ли Са Ён закрыл за собой дверь. Глухой стук. Щелчок. Он убедился, что дверь заперта. Несмотря на то, что влияние Скумбрий все еще ощущалось, он все же мог немного отвлечься от их пристальных взглядов.

«Если у них есть хоть капля здравого смысла, они не будут подглядывать какое-то время».

Ли Са Ён засунул руки в карманы плаща и медленно подошел. Ча Ый Джэ, полуприсев, поднял на него взгляд.

Он уже мог представить выражение лица за черной маской. Это озадаченное выражение, как будто спрашивающее: «Почему он так себя ведет? Что я сделал не так?» Только тогда Ли Са Ён почувствовал небольшое удовлетворение. К тому же, это нервное выражение на лице Ча Ый Джэ выглядело довольно мило.

«Этот парень… Совсем не умеет ладить с людьми».

Так почему же вокруг него столько странных типов?

Стоит на минуту отвлечься, как он уже завел дружбу с каким-нибудь сумасшедшим. Есть у него вообще чувство осторожности или нет? Он был так настроен держать этих Скумбрий в узде, но теперь уже потерял бдительность и последовал за ними в это уединенное место. Это из-за одиночества и тяги к общению? Даже так, как можно быть настолько беспечным?

Ли Са Ён начал анализировать мысли Ча Ый Джэ, не осознавая, что его самого когда-то тоже считали «сумасшедшим». И даже не замечая, что он доводит своего хёна до грани отчаяния.

Тем временем Ча Ый Джэ был готов сорваться.

«Что с ним, черт возьми?»

Охотник J. Это прозвище он слышал уже множество раз. В какой-то момент люди перестали использовать «Охотник» и просто звали его «J». Но за все время, даже после их воссоединения, Ли Са Ён впервые назвал его так. Черт возьми.

Ча Ый Джэ начал прокручивать свои действия в голове. Неужели я опять что-то сделал не так? Я всего лишь последовал за Чан Ми Сук, как мне сказали. Это из-за того, что рядом были Скумбрии, он назвал меня так? Но разве он должен обращаться ко мне настолько холодно? Необъяснимое чувство обиды быстро сменилось раздражением.

Ли Са Ён, приближаясь к нему, как маньяк из фильма ужасов, просто стоял, молча наблюдая за Ча Ый Джэ. В конце концов, молчание нарушил сам Ча Ый Джэ.

— …Почему ты назвал меня так?

— Хм? Назвал как?

— Ну, охотник J.

— Ах.

Ли Са Ён издал тихий звук, как будто что-то понял, а затем низко хихикнул.

— Ты, кажется, отлично ладишь со Скумбриями. Уже называете друг друга хёном и всё такое…

Неужели это для него главный вопрос? Догнать ход мыслей Ли Са Ёна было невозможно. Ча Ый Джэ схватился за голову от отчаяния.

— Я не просил их так меня называть. Они сами начали.

— Конечно, конечно. Почему ты не в Рыбной лавке Чанми? И где противогаз? — Ли Са Ён прищурился, смотря на Ча Ый Джэ тяжелым взглядом.

— Сначала я был там. Но потом они… узнали, что я — J.

— Разве ты не говорил, что собираешься их проучить?

— Ну, после разговора с ними я понял, что они не такие уж плохие.

Ча Ый Джэ невольно вспомнил, что произошло раньше.

В Рыбной лавке Чанми, после того как он разбил лампу палочками для еды, он воспользовался наступившей темнотой и рванул в сторону Скумбрий. Те заметались, как настоящие рыбы, пытаясь убежать, но Ча Ый Джэ оказался быстрее. Он уже держал одну из них в захвате, когда младший Скумбрия, захрипев, выкрикнул:

— Ты что творишь?!

— Сопляки, кто вам разрешил выкладывать эту нелепую статью?!

— Но… если мы не будем выкладывать такое, J-щи даже не обратит на нас внимания!

Что за фраза, словно из комикса? Ча Ый Джэ был ошеломлен. Он чуть ослабил хватку, заинтересовавшись, что скажет дальше младший Скумбрия. Тот задергался еще сильнее.

— Другие охотники записываются к нам заранее, чтобы встретиться, а вы, хотя и снова активны, J-щи, совсем не заходите к нам!

Ну… Со Мин Ги и так собирает для меня всю информацию, так что у меня не было причин приходить. В его мыслях промелькнуло стоический образ Со Мин Ги, который показывал знак V. Младший Скумбрия закрыл лицо руками, притворяясь, что плачет.

— У нас так много информации для J-щи. Мы берегли ее на случай, если вы вдруг зайдёте! Как вы могли не понять, что мы чувствуем? Ты просто болван.

— Информация? Какая именно информация?

— М-может, вы зайдёте в видео-комнату?

— В видео-комнату?

— Да. Посмотрите сами, а потом решайте. Мы сделаем так, чтобы статью убрали и исправили, назвав фейком. К утру все будет улажено.

— Думаешь, это можно замять?

— Не переживайте. Мы сбросим несколько скандальных историй про других охотников одновременно. Ты ведь слышал о Ли Вон Хо и Кан Ду Чхиле?

Эти имена казались знакомыми. Возможно, он слышал их от какого-то клиента в ресторане с похмельным супом? В любом случае, изощренные методы этих «дилеров» были на уровне, недостижимом для обычных преступников. В итоге Ча Ый Джэ оказался в видео-комнате, ожидая прихода Ли Са Ёна.

— Если вздумаете провернуть что-нибудь странное, я переверну это место вверх дном.

— Даже не осмелимся, сэр!

Зная, что у него есть сила, чтобы это сделать, он решил рискнуть.

— …

Выражение Ли Са Ёна за противогазом оставалось неразборчивым, как будто он не знал, что думать об этой ситуации. Ча Ый Джэ снова похлопал по пустому креслу-мешку рядом с собой. Ли Са Ён тихо сел на край мешка и посмотрел на экран. Проектор засветился справа от него. Ча Ый Джэ поднял пульт и стряхнул с него пыль.

— Смотри, эти ребята показали мне кучу интересных и даже полезных материалов.

— …Что именно они тебе показали?

— Последнее — это обзор изменения баланса сил среди ранкеров и гильдий после разлома в Западном море. А теперь вот это…

Ча Ый Джэ нажал кнопку воспроизведения. Черный экран сменился изображением:

— Вы только что пробудились и сразу заявили права на высший класс. В какую гильдию вы планируете вступить?

Щелк, щелк, щелк. Вспышки камер мигали одна за другой. На сцене в костюме стоял молодой человек, на лице которого еще виднелись черты юности. Его черные волосы были аккуратно зачесаны назад, а длинные ресницы подрагивали при каждом моргании. Несмотря на то что он стоял перед бесчисленными репортерами и камерами, он не выглядел нервным. Наоборот, он казался скучающим, с лицом, на котором отчетливо читалась усталость. Его пухлые губы слегка шевельнулись.

— Я не планирую вступать в какую-либо гильдию.

— Это было первое интервью, которое ты дал после того, как стал охотником.

— …

— Ух ты, ты был таким молодым, таким юным. Сколько тебе тогда было? Восемнадцать?

Глухой удар! Ли Са Ён замахнулся, чтобы без колебаний ударить по проектору, но его руку перехватил крепкий захват.

— Эй, зачем ты пытаешься это сломать?

— …

Ли Са Ён сжал кулак, и суставы громко хрустнули. Напряжение в его запястье и руке, которые он удерживал, становилось все заметнее. Казалось, он был готов ударить Ча Ый Джэ в любой момент.

Ча Ый Джэ, почувствовав усиливающееся давление, чуть приблизился и протянул другую руку. Этот трюк он проделывал уже не раз и теперь вполне уверенно справлялся с застежками противогаза Ли Са Ёна. Проведя пальцами между ремнями, он снял маску, скрывавшую лицо Ли Са Ёна.

Под растрепанными черными волосами его бледное лицо раскраснелось.

Глава 169

Ча Ый Джэ застыл на месте, сжимая противогаз. Он всего лишь хотел немного подразнить его, но такая реакция оказалась неожиданной.

Неужели это действительно повод для такого смущения? Или… постой — действительно ли Ли Са Ён был смущён? По какой-то причине у Ча Ый Джэ защекотало в кончиках пальцев, и прежде чем он осознал это, его рука дрогнула.

— …

Ли Са Ён сделал несколько резких вдохов, а затем рывком вырвал противогаз. Его покрасневшее лицо уже почти скрылось за ним, когда Ча Ый Джэ быстро схватил его за руку. Низкий, напряжённый голос последовал сразу же.

— Убери руку.

— Эй, подожди. Постой секунду.

— Убери свою руку.

— Зачем ты пытаешься его снова надеть?

— Тебе какое дело? Я… хочу надеть его.

Грудь Ли Са Ёна тяжело вздымалась под плащом, а сам он теперь фыркал от раздражения, его лицо становилось ещё краснее за наполовину скрытым противогазом.

На лице Ли Са Ёна больше не было и следа той мальчишеской простоты, что Ча Ый Джэ когда-то видел. Резкие скулы, чётко очерченная линия челюсти и глубокий взгляд принадлежали полностью взрослому мужчине.

Тем временем на экране продолжалось интервью репортёров с молодым Ли Са Ёном.

— Это заявление о создании вашей собственной фракции?

— Да.

— Можете рассказать, почему вы не выбрали гильдию Самра?

— Просто так.

— Есть ли мысли о ваших будущих целях?

— Это действительно необходимо?

Восхищённый ропот раздался среди репортёров, и Ча Ый Джэ почти рефлекторно тихо произнёс:

— О.

Он сильнее сжал противогаз. Ли Са Ён тихо выругался.

— Чёрт…

— …Ха.

— Ты считаешь это смешным, да?

— …Нет?

— Совсем не понимаю.

Ли Са Ён резко пробормотал. На экране молодой Ли Са Ён выдавал одну шокирующую реплику за другой. Трудно было поверить, что в восемнадцать лет кто-то может быть настолько дерзким.

Ча Ый Джэ, находясь в перепалке с Ли Са Ёном, не мог оторваться от экрана. Он не мог ничего с собой поделать: Ли Са Ён умел привлекать к себе внимание, как в хорошем, так и в плохом смысле.

— Ха-а…

С выражением скуки молодой Ли Са Ён облокотился о трибуну и подпер подбородок рукой, специально громко вздыхая так, чтобы все это услышали. Забавно, но всё, что он делал, выглядело так, будто это кадры из фильма.

То ли это были аккуратно зачесанные назад волосы, идеально сидящий костюм, длинные ресницы, сонные фиолетовые глаза или слегка приоткрытые полные губы…

«Что за…»

Почему я так пристально смотрю? Ча Ый Джэ быстро отогнал эти мысли, и тут его осенило.

Ли Са Ён был таким же дерзким с самого первого момента, когда лежал, обмотанный бинтами! Конечно, другие уже должны были заметить это в его характере.

Не в силах сдержать вопрос, который крутился в голове, Ча Ый Джэ наконец спросил:

— Тебе когда-нибудь прилетало за твоё поведение?

Сжатие на противогазе ослабло, и Ча Ый Джэ воспользовался моментом, чтобы вырвать его и бросить в угол. Но вместо того чтобы рассердиться, Ли Са Ён просто смотрел на него с недоверчивым выражением, хотя его лицо всё ещё оставалось покрасневшим.

— …Чёрт, это серьёзно то, что тебя сейчас интересует?

— Ну… обычно же людей критикуют за такое поведение. Тебе сходило с рук?

— Что с тобой не так?

— Разве тебе самому не интересно?

— Перестань с этой своей любознательностью.

— У тебя снова резкий тон.

— Твоё это постоянное цепляние к формальностям…

Ли Са Ён стиснул зубы. Пальцы его рук издали хрустящий звук, а тело настолько напряглось, что казалось, он вот-вот бросится за противогазом. Ча Ый Джэ решил сменить тему.

— Тогда ты не носил противогаз?

— …

— Ну же, хотя бы на это ответь.

— …Не носил.

— Почему?

— …Сказали, что для первого публичного появления лучше не стоит.

В этом был смысл. Первое впечатление действительно важно. Хотя противогаз был впечатляющим, он явно не вызывал симпатии. Если бы Ли Са Ён появился в нём, люди могли бы подумать, что он какой-то безумец — как, собственно, подумал Ча Ый Джэ при их первой встрече в переулке.

— Умный выбор.

— …

Ча Ый Джэ снова посмотрел на экран. Молодой Ли Са Ён, балансирующий на грани между юностью и взрослой жизнью, изо всех сил старался отвечать на вопросы, несмотря на скучающее выражение лица. Конечно, его ответы не отличались искренностью.

Это было бы интересно увидеть лично.

— Жаль, что я пропустил это.

Может быть, это было очевидно, но сожаление, сорвавшееся с губ Ча Ый Джэ, шло из глубин его души — той части, которая хотела увидеть путь Ли Са Ёна, пока он сам блуждал по разлому у Западного моря.

Ему было любопытно. Что произошло с Ли Са Ёном? Через что он прошёл? О чём он думал? Ча Ый Джэ не хотел собирать лишь обрывки информации; он хотел знать всё.

— Я многое упустил…

Он почувствовал странное чувство утраты. Часть его сожалела о том, что он не был рядом во время пути Ли Са Ёна.

Возможно, он просто хотел подольше удержать образ молодого Ли Са Ёна. Его хватка на запястьях Ли Са Ёна ослабла. Ли Са Ён не упустил возможности.

— Эй?

Вдруг сильная рука схватила его за руку, и перед глазами всё завертелось. Инстинктивно Ча Ый Джэ приготовился сгруппироваться, чтобы смягчить падение, но в этом не было необходимости. Чья-то большая ладонь уже поддерживала его за шею.

Эта рука осторожно уложила голову Ча Ый Джэ на кресло-мешок. Не успел он понять, как оказался на этом мягком сиденье, а Ли Са Ён уже оказался сверху, прижимая его к месту. Ча Ый Джэ моргнул. Лицо Ли Са Ёна, скрытое тенью, всё ещё оставалось красным.

— Почему ты…?

Рука Ли Са Ёна потянулась к пульту и выключила проектор. Пик. Свет медленно угас, и румянец на лице Ли Са Ёна растворился во тьме. Комнату окутала полная темнота.

— …

Тихие дыхания становились всё ближе. Звук длинного плаща, шорох ткани о ткань. Рука Ли Са Ёна легла на живот Ча Ый Джэ. Инстинктивно тот задержал дыхание, напрягая мышцы пресса.

Рука, лежащая на животе, двинулась дальше, ловко расстёгивая пуговицы его плотно застёгнутого пиджака. Затем пальцы двинулись вверх, к узлу галстука.

Пальцы проникли в узел. Ча Ый Джэ нервно сжал кресло-мешок над своей головой. Ткань под его хваткой издавала негромкие звуки.

— Са Ён…

— Не двигайся.

Галстук плавно соскользнул. Ча Ый Джэ ощутил лёгкое щекотание ткани, скользящей по его шее. Почему он делает это внезапно? Пока Ча Ый Джэ пытался собраться с мыслями, перчатки уже возились с его воротником. Пуговицы, одна за другой, начали расстёгиваться.

На второй пуговице Ча Ый Джэ наконец пришёл в себя и схватил перчатку Ли Са Ёна.

— Зачем ты расстёгиваешь мою рубашку? Что происходит?

— Я сказал, не двигайся…

Ли Са Ён раздражённо пробормотал. Кто из нас двоих вообще должен быть раздражённым сейчас? Ча Ый Джэ был ошарашен.

И тут резкая боль пронзила его пальцы. Ча Ый Джэ замер. Ли Са Ён кусал его пальцы, яростно вгрызаясь в них.

«Ты пёс, что ли?»

Ча Ый Джэ подавил слова, готовые сорваться с губ. Хотя, если подумать, сам он тоже когда-то кусал пальцы Ли Са Ёна.

А затем что-то тёплое и влажное коснулось его пальцев. Ча Ый Джэ с трудом подавил вскрик. Ли Са Ён облизывал его пальцы. Рефлекторно пальцы Ча Ый Джэ сжались. Он выдавил вопрос.

— Почему, почему ты это делаешь?

«Когда-нибудь я вскрою его череп, чтобы разобраться в его мыслях», — подумал Ча Ый Джэ. Он просто не мог угнаться за ходом мыслей Ли Са Ёна. Каждый раз, когда язык касался его пальцев, щекочущее ощущение заставляло Ча Ый Джэ дёргаться. Ли Са Ён ещё раз укусил его пальцы, а затем отпустил. Ча Ый Джэ поспешно отдёрнул руку.

— Включи обратно проектор.

— …Ты правда невыносимый.

Лицо Ли Са Ёна приблизилось. Ча Ый Джэ приподнялся на локтях, собираясь сесть, но остановился. Без предупреждения губы коснулись верхней части его маски.

Губы медленно спустились вниз к дыхательной части маски и замерли у неё. Ча Ый Джэ задержал дыхание. Он не мог почувствовать поцелуй, но точно знал, что Ли Са Ён прижимает свои губы к нему.

— Ты слишком много говоришь…

— …

Перчатка скользнула между маской и подбородком Ча Ый Джэ. Щелчок. Маска слегка приподнялась. Чёрные пальцы мягко коснулись кожи под ней, проведя по подбородку и губам. Голос Ли Са Ёна, слегка дрожащий, прозвучал тихо.

— Ты помнишь? Тот раз. Когда ты немного приподнял свою маску, чтобы я мог дотронуться до твоего лица.

Ча Ый Джэ невольно сглотнул. Большой палец Ли Са Ёна надавил на его нижнюю губу.

— В ту ночь… Я столько ночей провёл без сна из-за этого.

— …

— Я всё гадал, как выглядит твоё лицо под маской…

Рука, что сейчас нежно касалась его лица, совсем не была похожа на ту, мальчишескую руку из прошлого.

— Я…

Маска, чуть приподнятая до этого, теперь была полностью снята. Глухой стук — она упала на пол.

— Мне нравится то, что мы… особенные.

Эта рука была намного крупнее и увереннее той, что он помнил, и, что самое главное…

— Больше, чем любой другой Ли Са Ён и Ча Ый Джэ.

Она была мягкой.

Если пустота времени привела нас сюда,

Если утраты сделали нас такими, какими мы стали,

Тепло, словно волна, окутало его губы. Ча Ый Джэ закрыл глаза и принял это тепло.

Глава 170

Мягкие губы коснулись его, и толстый язык проник через приоткрытую щель, исследуя внутреннюю часть его рта. Движения были уверенными, будто это происходило уже не в первый раз. Словно намереваясь полностью поглотить его, две большие руки обхватили его лицо, поглаживая щеки и щекоча уши.

Шорох. Его пальцы сильнее сжали мешок для сидения. Его тело инстинктивно извивалось.

Я не могу дышать.

Казалось, его поглощали целиком. Острая дрожь пробежала по позвоночнику. Ча Ый Джэ потянулся, наугад пытаясь ухватить тело, нависшее над ним. Когда он крепко сжал твердые плечи, губы оторвались с влажным звуком. Большой палец мягко надавил на его губы.

— Дыши.

Ах. Маленький звук удивления сорвался с губ. Он, должно быть, задержал дыхание, сам того не замечая. Как только дыхательные пути внезапно освободились, вырвался легкий кашель. Его грудь резко вздымалась и опускалась с каждым небольшим приступом кашля. Губы скользнули по его щеке.

— Я думал, ты уже привык… — мягкий голос произнес. — Когда ты привыкнешь к этому?

Его тело дрожало. Когда кашель утих, рука, которая поглаживала его лицо, скользнула вниз по шее и легла на грудь.

Тук, тук, тук. Его сердце билось быстрее, чем когда-либо, под большой ладонью. Теплая рука слегка прижималась к сердцу. Ча Ый Джэ закрыл глаза рукой, пытаясь выровнять дыхание. Голос с оттенком смеха прошептал ему на ухо:

— Дыши через нос.

— Убери руку…

— У тебя сердце слишком быстро бьется…

В этот момент напряжение охватило всё его тело.

Черт возьми. Ча Ый Джэ тихо выругался про себя. Как живой человек может скрыть звук биения своего сердца? Это невозможно, если только ты не мертв. Низкий смешок донесся до его ушей. Рука, прижавшаяся к его сердцу, казалась тяжелым камнем. Но вместо того чтобы чувствовать удушье, он странным образом ощущал спокойствие.

«Подожди-ка».

Ча Ый Джэ задержал дыхание, его глаза расширились. Едва слышные шаги, которые он уловил где-то вдали, теперь становились все громче. Ча Ый Джэ собирался подняться, крепко сжимая руку, лежащую на его груди, как вдруг —

Тук-тук. Раздался стук в дверь.

— Простите, хён-ним? Можно войти?

Их тяжелое дыхание в темноте внезапно оборвалось. Ча Ый Джэ закатил глаза, ища маску. Почувствовав, что внимание Ча Ый Джэ переключилось, Ли Са Ён со злостью посмотрел на него.

Но Ча Ый Джэ был не в состоянии разглядеть это выражение. Ни за что нельзя позволить фанатам J, Скумбриям, увидеть его в таком состоянии! Он быстро протянул руку и схватил маску, лежавшую на полу.

Как только он собирался надеть её, его подбородок и запястье схватили. Ча Ый Джэ прошептал с отчаянием:

— Что ты делаешь?

— Я должен спросить тебя. Что ты сейчас делаешь?

— Я пытаюсь прикрыть лицо!

— Тьфу. — Ли Са Ён презрительно фыркнул. — Мы даже не начали.

— Что значит «не начали»?! Слезь! Кто-то собирается войти.

— Тогда запри дверь.

— Я видел, как тот парень прошел сквозь стену. Если ты его не впустишь, он пробьется через стену.

— Ах… значит, ты тоже это видел?

Ча Ый Джэ сердито посмотрел на него.

— Ты тоже это видел? Как ты смеешь говорить со мной так нагло — ты с ума сошел?

— Ха… — Ли Са Ён раздраженно отпустил его запястье. В этот момент его мягкие волосы задели шею Ча Ый Джэ. Скрежет зубов раздался, когда Ча Ый Джэ стиснул их от напряжения.

— Почему так много людей мешают…?

Стоило ли ему злиться на это? Ча Ый Джэ был озадачен. Разве это не пространство Скумбрий с самого начала? Да и место не подходящее для подобного…

«Черт, о чем я вообще думаю?»

Ча Ый Джэ безмолвно застонал, схватившись за голову. Какое место вообще подходит для такого? Очевидно, он полностью оказался под каким-то заклинанием в этой темноте. Он поспешно надел маску на лицо. Его бешено колотящееся сердце постепенно успокаивалось.

Когда он нажал пульт, чтобы включить проектор, свет залил комнату. Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна, который все еще сидел на нем.

Ли Са Ён, уткнувшийся лицом в шею Ча Ый Джэ, медленно поднял голову.

Любой бы заметил, что он дуется. Его недовольство было очевидным, а шея покраснела от жара. Когда Ча Ый Джэ протянул руку, делая вид, что поправляет растрепанные волосы Ли Са Ёна, он убрал прядь за ухо. Между черными волосами мелькнул кончик красного уха. Послышался тихий смешок.

— Почему ты смеешься?

— Ну… тебе тоже не помешал бы противогаз.

— …

Тук-тук. Еще один стук в дверь.

— Эй~ Гости? Если вы не ответите, мы просто откроем дверь и войдем. Это срочно.

Ча Ый Джэ повысил голос, чтобы ответить:

— Подождите секунду!

— О, хён-ним! Мы подумали, что вы заснули. Уже хотели вызвать слесаря. Можете, пожалуйста, открыть дверь?

Младший Скумбрия говорил вежливым тоном. Ча Ый Джэ бросил противогаз Ли Са Ёну и встал. Покрасневшее лицо Ли Са Ёна быстро скрыла маска. Ча Ый Джэ неловко потер затылок и уже собирался потянуться к дверной ручке, как Ли Са Ён, возившийся с ремешком маски, окликнул его:

— Подожди, хён…!

Щелк.

— …

— …Что?

Ча Ый Джэ бросил взгляд обратно в комнату, затем повернулся к Скумбриям, стоявшим в уже открытой двери. Старший Скумбрия заикался:

— Эм, эм… — а младший быстро закрыл глаза брата своей рукой.

— Ха…

Ли Са Ён глубоко вздохнул, словно собирался сделать это из глубин своей груди. Он подошел и встал позади Ча Ый Джэ. Палец болезненно ткнулся ему в спину.

— Почему… о.

Только тогда Ча Ый Джэ понял, как он выглядел. Его волосы, взлохмаченные после недавней возни, и рубашка, расстегнутая почти до ключицы благодаря «усилиям» Ли Са Ёна. Рубашка и пиджак выглядели настолько помятыми, что их было сложно узнать, а галстук… куда он его вообще дел? В его голове словно зацвело поле цветов, сопровождаемое загадочным голосом:

Ах~ я пропал~

Ходить то в боевом костюме, когда он был J, то в обычном худи с фартуком, пока работал на полставки… Вот и настигла его карма. Он ведь никогда не думал о внешнем виде! Но его инстинкты самосохранения, которые всегда ярко проявлялись в моменты кризиса, вступили в игру. Ча Ый Джэ облокотился на дверной косяк, приняв непринужденную позу.

— Извините. Немного поспорили.

— Простите?

— Немного подрались.

— П-подрались?

Старший Скумбрия, чьи глаза все еще были закрыты, запнулся. Ча Ый Джэ небрежно ответил:

— Я показал ему видео, где он еще ребенок, и он внезапно набросился на меня, крича, чтобы я не смотрел. Вот и пришлось повозиться.

— …

Взгляд, обжигающий ему затылок, был слишком интенсивным, словно мог прожечь дыру в черепе. Ну, технически, это ведь не было ложью. То, что они делали, тоже можно назвать своего рода возней, разве нет? Слова лились с его губ так плавно, словно язык был смазан маслом.

— Я впервые дрался в костюме, так что не знал, как его привести в порядок потом. Но в комнате ничего не сломано.

— Д-драки з-запрещены.

— Да, прости.

— Н-не нужно извиняться… Можешь… у-убрать руку?

— Ах, точно~ Моя ошибка.

Младший Скумбрия улыбнулся и убрал руку с глаз своего брата. Его взгляд, мелькнувший в сторону Ча Ый Джэ, был на удивление хитрым, но Ча Ый Джэ лишь тихо сдержал раздражение, сжав кулак. Пока он застегивал рубашку, он спросил:

— Так, что за срочная новость?

— Ах, срочная новость! Ну… та-да.

Младший Скумбрия резко вытянул планшет вперед. На экране было изображение. Ча Ый Джэ прищурился. Ли Са Ён, стоявший позади него, наклонил голову, чтобы заглянуть через плечо. На фотографии...

— …Что это?

Стерильно белая операционная комната. На столе лежит мужчина, подключенный к множеству аппаратов. Его тело покрыто ножевыми ранами. Перед столом стоял человек с ножом в одной руке и светящимся белым сиянием в другой. Скальпель вот-вот должен был вонзиться в тело на столе.

Белый халат и длинные белые волосы, собранные в одну косу. Ча Ый Джэ уже видел кого-то с таким внешним видом.

— …Нам У Джин?

— Точно!

— Почему фотография Нам У Джина?

— Присмотрись внимательнее, кого этот доктор препарирует. Ты, может, и не видел его лично, но наверняка узнал лицо из видео, которое я только что показывал.

— …Ах.

— Тьфу.

Ли Са Ён недовольно цокнул языком. Его рука обхватила грудь Ча Ый Джэ, увеличив фотографию. Ча Ый Джэ тоже узнал мужчину с закрытыми глазами.

— Мэтью. Откуда у вас эта фотография?

— Есть один сайт в даркнете. Он для тех, кто поддерживает… Прометея. Без приглашения и рекомендации туда не попасть.

Младший Скумбрия вмешался:

— Глава гильдии Ли Са Ён, который просидел взаперти три месяца, должен начать с основ. Ну… сайт появился после Дня перемен, но сначала про него мало говорили. А потом…

Младший Скумбрия забрал планшет, что-то в нем потыкал и снова протянул его. На черном экране появилась горящая анимация, за которой последовали строки белого текста на разных языках.

[Апокалипсис можно предотвратить только человеческой силой.]

Фраза повторялась на разных языках. Ча Ый Джэ нахмурился. Младший Скумбрия пожал плечами.

— Примерно две недели назад число участников начало резко расти.

Две недели назад. Это совпадало со временем, когда стали обсуждать исчезновение Ли Са Ёна, а действия J стали более предсказуемыми.

— …

— Эта фотография тоже с того сайта. Похоже, даже в гильдии Совон есть сторонники, да?

— Как вы туда попали?

— Если мы не можем попасть в такие места, как мы можем называть себя информаторами? Сейчас, посмотрим…

Младший Скумбрия несколько раз ткнул в экран, и снова появилась анимация пламени. Затем открылся форум, на котором отображались языки со всего мира. Он нажал на корейский флаг, и появился форум на корейском языке.

Через мгновение в центре экрана появилось всплывающее окно с длинными строками красного текста.

[Не бойтесь, если вы стали свидетелями пейзажа уже наступившего апокалипсиса.]

[Это доказательство того, что вы избраны апокалипсисом.]

[Не доверяйте системе, которая сеет хаос и разрушение в мире.]

[Не доверяйте охотникам, сражающимся с использованием силы системы.]

[Доверяйте только себе, кто стал свидетелем апокалипсиса. Только человеческая сила способна преодолеть конец.]

— Что за секта…

Всегда найдутся люди, пророчащие конец света. Сколько таких появилось после Дня разлома? Конечно, никто из них никогда не оказывался прав. Ча Ый Джэ нажал крестик, чтобы закрыть всплывающее окно. Вскоре появилось новое, с еще более ярким красным текстом.

[Не доверяйте герою J.]

[Он сбежал от мира. Предатель.]

Глава 171

Он сбежал от мира. Предатель.

Эти слова казались странной последовательностью. Ча Ый Джэ смотрел на красный текст и долго размышлял. Предатель, беглец. Беглец, предатель… Я когда-нибудь убегал?

«Не думаю, что я когда-либо убегал…»

J не убегает. У него не было ни мысли, ни причины для этого. К тому же, если бы он сбежал, больше людей погибло бы. Как бы странно это ни звучало, J сам по себе был щитом. С тех пор как Ча Ый Джэ пробудился, он никогда не сомневался в своей полезности.

Но почему же они сказали, что он «сбежал»? Чистое любопытство вспыхнуло в его душе. Ча Ый Джэ почесал затылок без всякой причины, а потом потянулся к планшету.

— J.

В этот момент что-то чёрное закрыло его обзор. Ли Са Ён прикрыл отверстия для глаз на маске своей ладонью и потянул круглую голову к себе. Ча Ый Джэ, который сначала попытался сопротивляться, остановился и вместо этого слегка отклонил голову назад. Глухой голос спросил:

— Что ты делаешь?

— А?

— Почему ты всё ещё читаешь эту ерунду?

— А? Ну, наверное, на это есть какая-то причина, верно?

— Причина?

— Люди же не говорят такое просто так…

Ли Са Ён фыркнул. Его пальцы, закрывавшие глазницы маски, слегка постучали по ней. Маска чуть дрогнула.

— Ты добрый или просто глупый…

— Что ты сказал, придурок?

— Ты думаешь, у сумасшедших есть причины? Убери планшет.

— Подожди секунду, я ещё не закончил. Эй, не забирай его.

— Убери.

— Если ты заберёшь его, ты труп.

— Убери.

— Я рангом выше тебя.

— Не ожидал, что J начнёт угрожать, как какой-нибудь охотник с улицы… да ещё рангами.

— Ах, и у нас даже попкорна нет. Такой конфликт без попкорна… О, кстати, ты доел тот попкорн, что я принёс?

Младший Скумбрия пошутил. Когда Ча Ый Джэ собирался схватить Ли Са Ёна за запястье, тот быстро просунул пальцы в щели маски. Холодная кожа коснулась уголка его глаз. Ча Ый Джэ свирепо уставился.

— Что ты делаешь?

— Если я сейчас отпущу, маска упадёт. Это нормально?

— Я сломаю тебе пальцы.

— Давай, попробуй.

— …

Пальцы внутри маски слегка шевельнулись, щекоча ресницы. Это было дразняще раздражающее прикосновение. Ча Ый Джэ нахмурился. Конечно, он знал, что Ли Са Ён делает это именно потому, что был уверен: Ча Ый Джэ не сломает их.

А смог бы он, если бы не знал, что Ли Са Ён — тот самый мальчик?

«…Хотя, даже если бы я не знал, я, наверное, всё равно не стал бы этого делать».

Он словно понял то, что не должен был.

На лбу Ча Ый Джэ вздулась вена. Какой хитрый, изворотливый мерзавец! Ли Са Ён умел действовать на нервы. Ча Ый Джэ медленно ослабил хватку на запястье Ли Са Ёна. Но даже после этого пальцы не шевельнулись.

Когда Ча Ый Джэ, готовый снова схватить Ли Са Ёна за запястье, спросил:

— Эй, ты собираешься вытащить пальцы?

— Если вытащу, ты сразу оторвёшь мою руку.

«Думаешь, я этого не знаю?» — Ли Са Ён прошептал прямо у его уха. Чёрт. Ли Са Ён слишком хорошо знал Ча Ый Джэ. Тем временем младший Скумбрия продолжал подливать масла в огонь, вместо того чтобы его тушить.

— С номером один и номером два, так хорошо ладящими друг с другом, будущее Южной Кореи выглядит блестяще! Правда, хён?

— Эм, да. Точно.

Нет, неправда!

Ча Ый Джэ задумался. Может, ему стоит затащить Ли Са Ёна в видео-комнату, запереть дверь и обезвредить его? Это было бы не так уж сложно. В физическом бою он был уверен в себе. Пусть это и было бы немного грубо, но S-класс способен выдержать лёгкие удары, и если он отрегулирует силу…

Что-то твёрдое стукнуло его по голове. Наверное, дно противогаза Ли Са Ёна.

— Я слышу, как в твоей голове крутятся шестерёнки. Ты думал ударить меня, да?

Ча Ый Джэ, который представлял себе, как швыряет Ли Са Ёна на кресло-мешок, ответил равнодушно:

— Нет, не думал.

— Почему ты так зациклился на этом дерьме? Тебе не нужно это видеть…

— Разве вся информация не на этом сайте?

— Уф, ну хватит уже.

Ли Са Ён тяжело вздохнул. Его пальцы, игравшие с лицом Ча Ый Джэ, наконец-то выскользнули, и рука, надавливавшая на маску, отступила. Ча Ый Джэ медленно моргнул, когда его зрение прояснилось.

Братья Скумбрии, будто и не держали планшет в руках, смотрели на него с невозмутимыми выражениями лиц. Значит, всё-таки убрали его. Прежде чем Ча Ый Джэ успел их отругать, две руки мягко легли на его плечи. Ли Са Ён осторожно повернул его тело в сторону видео-комнаты. Он снова вздохнул и пробормотал:

— Просто зайди и досмотри интервью.

— …Что?

Ча Ый Джэ моргнул. Ли Са Ён, выглядевший так, будто готов был скорее умереть, чем это сказать, произнёс с явной неохотой, делая паузу между каждым словом:

— Иди… посмотри… милую… версию меня.

— Ха!

— По-моему, я никогда не говорил, что ты милый…

— Я разберусь с сайтом.

Ли Са Ён толкнул Ча Ый Джэ широкой ладонью, мягко направляя его к видео-комнате. Прямо перед тем, как дверь закрылась, их взгляды встретились. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна были полны раздражения. Глухой стук, и дверь захлопнулась.

Оставшись в тёмной видео-комнате в одиночестве, Ча Ый Джэ моргнул, почесал затылок, а затем взял пульт и нажал «воспроизведение». На экране появилось юное лицо мальчика — Ли Са Ёна, стоявшего на грани между подростковым возрастом и юношеством. Но, странным образом, он уже не казался таким притягательным, как раньше.

«Почему он это скрывает?»

Есть ли что-то, чего мне не следует знать? Или он боится, что мне будет больно?

— …

Ча Ый Джэ устроился на мягком кресле-мешке, склонив голову набок и глядя на безразличное лицо молодого Ли Са Ёна. Действительно ли тот думал, что Ча Ый Джэ может пострадать от такой беспочвенной клеветы? Но чтобы такие пустяки его ранили, сердце Ча Ый Джэ должно было бы быть слишком мягким. А оно уже…

Щёлк, щёлк. Вспышка. Он сбежал. Предатель. Бросил и сбежал. Предатель.

Он оставил товарищей и сбежал один, этот грязный предатель. Все ждут дня, когда ты заплатишь за свои грехи.

На мгновение экран окрасился в кроваво-красный цвет, но вскоре вернулся к прежнему.

Ча Ый Джэ упёрся подбородком в колени. Молодой Ли Са Ён зевнул тихо и лениво. Напряжение в плечах Ча Ый Джэ ослабло. Что ж, если Ли Са Ён не хочет сейчас рассказывать всё, то что с того?

«Я всё равно выслежу его и вытрясу всё позже».

Перед кулаком никто не устоит, верно? Суставы Ча Ый Джэ тихо хрустнули.

***

Экраны, большие и маленькие, мерцали, излучая голубое свечение. Они окружали всю комнату по кругу.

Ли Са Ён вынул руку из кармана. С каждым его шагом его отражение появлялось под разными углами на многочисленных экранах. В центре большой тёмной комнаты, сидя на столе, младший Скумбрия широко раскинул руки в приветственном жесте.

— Давненько ты сюда не заходил, верно? Человек, я даже не могу описать, как я скучал без посетителей в самых глубоких частях этого места.

Рядом с ним старший Скумбрия внимательно изучал экраны один за другим. Его пальцы двигались в воздухе, словно набирая текст на невидимой клавиатуре. Линзы его очков блестели в ярком голубом свете.

Это было сердце «Рыбного рынка» — офис Скумбрий. Место, куда никто не мог попасть без сопровождения владельца.

Ли Са Ён коротко кивнул.

— Ближе к делу. Я не планирую долго отсутствовать на посту.

Младший Скумбрия усмехнулся.

— С каких это пор вы с J стали так близки? Настолько, чтобы засовывать руку ему под маску?

— Я же сказал, к делу.

— Это и есть дело. То есть, какой это этикет — сделать заказ и исчезнуть на три месяца без единого слова? Ты хотя бы мог намекнуть. У информации есть срок годности, знаешь ли. Всё уже испортилось.

— Даже испорченную информацию нужно доставлять. Это работа информационного дилера.

— Ах, ну хватит, ты ведь уже достаточно раз это делал, чтобы знать лучше.

Младший Скумбрия покачал головой и провёл рукой по волосам. Его тёмно-синие глаза блеснули, когда он сложил большой и указательный пальцы в круг.

— Цена выросла… это я к тому.

— …

Ли Са Ён медленно наклонил голову.

— Что ты хочешь?

Младший Скумбрия ухмыльнулся и потер пальцы, будто считая деньги.

— Думаю, я знаю про твою связь с J, так что спрашивать не буду. Где ты был последние три месяца?

— Ах…

Ли Са Ён издал насмешливый смешок. Всё было очевидно. Многие, вероятно, задавались вопросом о его исчезновении, размещая заказы, чтобы узнать, где он был и чем занимался. Возможно, подозревая, что он что-то замышляет за кулисами.

— Похоже, многие интересовались, куда я пропал.

— Ты же суперзвезда.

— Я спал.

— Прости?

Глаза младшего Скумбрии расширились. Даже старший, сосредоточенно занимавшийся своими делами, поднял голову. Младший приготовился прикрыть уши брата и снова переспросил:

— Ты спал? С кем?

— Что ты себе там напридумывал? Тебе надо промыть мозги.

Ли Са Ён отрезал резко.

— Я спал. Три месяца.

— Спать три месяца подряд? Это нелепо. Хотя… наверное, возможно… но зачем?

— Я не знаю. Я упал и заснул в тот день, который вы называете Днём перемен, а…

Он кивнул подбородком в сторону младшего Скумбрии.

— Проснулся впервые в день, когда сделали ту фотографию. Этого достаточно?

— Трудно поверить, что ты спал всё это время без каких-либо последствий…

— Я сказал, что не знаю.

Он ответил раздражённо. Не было необходимости делиться всеми деталями с информационным дилером. В конце концов, они всё равно не смогли бы дать ему ответы, которые он искал. Единственный, кто мог ответить, был незваным гостем внутри его собственного тела.

Две Скумбрии обменялись взглядами. Когда старший кивнул, младший хлопнул в ладони.

— Ладно. В День перемен по всему миру неожиданно появились мутировавшие существа. Как ты знаешь, эти мутации были вызваны экспериментами и препаратами Прометея, которые трансформировали пробуждённых. Но с какого-то момента, на самых низких уровнях общества — среди гражданских, на которых охотники обычно не обращали внимания, — начали появляться странные теории заговора.

С щелчком пальцев перед ними возникли три изображения. Чёрная дыра, которая превратилась в белую, словно белая дыра; чёрная фигура, пронзающая массивного кита, с пепельными волосами, развевающимися на ветру; и мутировавшее существо, поверженное и лежащее с охотничьим значком на шее, в то время как гражданские рядом шептались друг с другом.

— После Дня перемен начали распространяться слухи, что пробуждённые превращаются в монстров…

Глава 172

Прометей вызывает мутации пробуждённых.

После Дня перемен пробуждённые начинают мутировать.

Хотя итог остаётся неизменным, процесс отличается. В первом случае причина очевидна, тогда как во втором это всего лишь необоснованная молва. Однако иногда корень проблемы кроется именно в слухах.

Ли Са Ён пристально смотрел на чёрную фигуру, сидящую верхом на гигантском ките. Без сомнения, волосы Ча Ый Джэ стали светлее по сравнению с тем, что было три месяца назад. Ли Са Ён щёлкнул пальцами и задал вопрос:

— Что вызывает мутации? Что за этим стоит?

Младший Скумбрия хлопнул пальцами, словно только и ждал этого.

— Именно! После Дня перемен пробуждённые начинают мутировать! Почему? Как?

Затем он пожал плечами и покачал головой.

— Ничего. Самая важная часть отсутствует. Но ведь есть доказательства и результаты, что пробуждённые мутировали, верно? Люди видели это своими глазами, да и фотографии существуют.

— …

— Поэтому люди начали сами заполнять пробелы, придумывая правдоподобные истории. Проклятие системы, грехи пробуждённых, чья-то месть и так далее… репертуар весьма разнообразен.

Эти истории могли показаться смешными тем, кто знал правду. Но это была не та ситуация, которую стоило воспринимать легко. Страх без твёрдой основы способен парализовать человеческий разум. Ли Са Ён слегка наклонил голову. Улыбка исчезла с лица младшего Скумбрии, а бледно-голубой свет отбрасывал тени на его черты.

— Возможно, именно поэтому слухи распространяются так быстро. Охотники, которые чувствительны к таким вещам, наверное, хотя бы раз слышали о мутациях пробуждённых. Некоторые из них в это верят. Верно, хён?

— Д-да.

— Чёрт, один дурак даже пришёл к нам, спрашивая, что делать, если он мутирует, умоляя сказать, как этого избежать.

На мгновение Ли Са Ён задумался, почему Бюро управления пробуждёнными не вмешалось. Но он быстро отбросил эту мысль.

Бюро управления пробуждёнными — консервативное государственное учреждение. Они не стали бы действовать опрометчиво, и даже если бы попытались разобраться со слухами, половинчатое объяснение, скорее всего, вызвало бы только больше путаницы. Они ведь даже каналы распространения наркотиков до конца не проследили.

Младший Скумбрия начал играть с волосами своего брата.

— Мы знаем, что это чушь, но большинство не знает. Слухи умело играют на тревогах людей со времён Дня перемен…

— …

— Пробуждённые могут быть сильными, но их число ничтожно мало по сравнению с гражданскими. Они не могут позволить себе игнорировать общественное мнение. Недавние действия J помогли удерживать ситуацию под контролем некоторое время, но сейчас всё становится хуже.

Ли Са Ён склонил голову. Прометей. Они хотели предотвратить апокалипсис человеческими силами. К сожалению, его воспоминания о том, как его тащили в их лаборатории и проводили эксперименты, были неясны. Осталось лишь смутное ощущение.

«Если твой мозг забыл, значит, это был огромный шок. Не перенапрягай себя».

Чон Бин, когда они жили в горах с Пэ Вон У в отдалённой хижине, говорил ему не заставлять себя вспоминать, если это слишком тяжело. Но Ли Са Ён упорно собирал свои разрозненные воспоминания. То, что он вытащил из этих туманных обрывков, было:

«Надеемся, эксперимент, который мы провели на тебе, будет успешным. Верно? Ты ведь хорошо переносишь боль, правда? Ты до сих пор отлично держался».

«Если он получится, человечество сделает огромный шаг вперёд в борьбе с апокалипсисом. Своими силами!»

Странно знакомый женский голос и кипящая, подавляющая ярость.

Пока Ли Са Ён был погружён в свои мысли, младший Скумбрия продолжал дразнить брата, то снимая, то надевая его очки.

— Какова их цель?

— Ну…

Младший Скумбрия надувал пузырь ртом, который плавно поднялся в воздух. Забрав очки брата, он пробормотал:

— Учитывая наклонности этой группы… вероятно, посеять недоверие к пробуждённым и охотникам.

— …

— Я не мог сказать это раньше, пока ты был передо мной, но очевидно, почему они выбрали J. Когда думаешь об охотниках, думаешь о J. Даже люди, которые не любят охотников, признают заслуги J, не так ли?

— …

Ли Са Ён поднял голову только после того, как услышал имя J. Младший Скумбрия продолжил свой монолог:

— Первый пробуждённый, спас страну, справился с разломом в Западном море, вернулся живым, когда все думали, что он погиб, победил кита, когда казалось, что всё снова обречено, победил монстров, как Хон Гиль Дон. Ты знаешь, сколько историй существует о том, как J спас чьи-то жизни?

— Ага…

— Пока J стоит на ногах, ты не сможешь разжечь недоверие к охотникам.

«Да уж, J успел сделать немало, пока я спал», — Ли Са Ён подавил саркастическое замечание, пытающееся сорваться с языка.

По правде говоря, Ча Ый Джэ был не из тех людей, кто будет сидеть спокойно, просто потому что кто-то велел ему это сделать. Это было у него в природе. Пока он был жив, он должен был что-то делать. Он начинал нервничать, если бездействовал. Он не мог отдыхать, как ни старался. Человек, рождённый для того, чтобы жить громко, — таков был Ча Ый Джэ.

«Был бы он тише, если бы не стал охотником?»

В голове Ли Са Ёна всплыл образ Ча Ый Джэ в школьной форме. С большим рюкзаком за плечами он идёт в школу, учится на уроках, спит, обедает в столовой, болтает с друзьями. Лоб Ли Са Ёна нахмурился. Какую бы сцену он ни представлял, Ча Ый Джэ всегда окружали люди.

— …

«Ладно, забудь». Ли Са Ён запрокинул голову и тихо вздохнул. Противогаз зашипел, выпуская воздух. Младший Скумбрия громко хлопнул в ладоши.

— В общем, если подытожить! Прометей изменил свои методы после Дня перемен. Раньше они распространяли препараты и похищали пробуждённых, чтобы проводить на них эксперименты…

Экраны вокруг Ли Са Ёна вспыхнули потоком текста. Все сообщения несли схожий посыл: «Ты избран», «Не оставляй наше будущее в руках пробуждённых», «Давайте бороться с апокалипсисом своими силами…»

— Теперь они распространяют слухи, чтобы изменить мысли и восприятие гражданских. Пробуждённые опасны! Нам нужно самим бороться с апокалипсисом! Что-то вроде этого. И попутно они подрывают репутацию J.

— Полный бред.

— Согласен. О, у меня есть ещё информация, но что с ней делать?

— Отправь файл Со Мин Ги. Я проверю сам.

— Понял. Спасибо за хорошую сделку!

Ли Са Ён повернулся спиной. Снимая очки, он услышал, как младший Скумбрия спросил:

— Уже уходишь? Почему бы не остаться поболтать?

Его шаги замерли. Чёрный плащ взвился за спиной.

— J нельзя оставлять одного надолго.

Младший Скумбрия машинально коснулся уха. Ему показалось, что он слышал два наложившихся голоса. Пока он обдумывал, чтобы спросить мнение брата, Ли Са Ён уже исчез. Старший Скумбрия снял очки с его лица и склонил голову.

— Э-это было странно…

— Ты тоже слышал?

— Д-да.

— Кажется, за эти три месяца действительно что-то произошло… Что там у него с J? С каких пор они так близки? Ах, это сводит меня с ума от любопытства!

— М-может, вызвать журналиста?

— Нет, подожди.

Младший Скумбрия потер подбородок, его глаза сверкнули.

— Всё равно надо остановить Прометей от распространения этих слухов… Слушай, хён, как тушат пожар?

— Заливают водой…

— Делают больший пожар!

Младший Скумбрия спрыгнул со стола. Старший Скумбрия поспешил схватить его за руку, но опоздал на секунду.

— Мне не кажется, что…

— Нет, это верный способ. Позови журналиста, хён! Если скажешь, что это продолжение прошлой статьи, они на это клюнут. Давай разожжём всё до самого Совета.

— Как, как ты собираешься это провернуть…

Младший Скумбрия хитро улыбнулся, скривив лицо.

— Что, думаешь, мы умрём?

***

Плотно закрытая дверь бесшумно открылась. Высокая фигура появилась в полоске льющегося света. Ли Са Ён вошёл как можно тише, стараясь не издавать ни звука.

На экране всё ещё отображался молодой Ли Са Ён с недовольным выражением лица, хотя было одно отличие — рядом с ним стоял Пэ Вон У.

Ча Ый Джэ сидел на полу, обхватив колени руками, его голова покоилась на руках. Тихое, размеренное дыхание, исходящее от него, указывало на то, что он уснул.

«Если собираешься спать, то хотя бы используй кресло-мешок. Почему ты всегда спишь в таких неудобных позах?»

Ча Ый Джэ всегда поступал одним из двух способов: либо устраивал переполох, если за ним не следили, либо сворачивался в одиночестве вот так, выглядя абсолютно потерянным.

Ли Са Ёну больше нравилось, когда Ча Ый Джэ создавал проблемы. По крайней мере, тогда он выглядел живым. Ли Са Ён снял противогаз, протянул руку и осторожно поднял лицо Ча Ый Джэ с его рук. С мягким щелчком он снял с него маску. Ресницы и область вокруг глаз были влажными. Ли Са Ён раздражённо вздохнул.

«Вот видишь? Тебя нельзя оставлять одного».

Большим пальцем он аккуратно вытер слёзы с глаз Ча Ый Джэ, а затем снова надел маску. При таком шуме Ча Ый Джэ уже должен был бы проснуться, но, странным образом, он так и не пошевелился. Ли Са Ён прислушался к его размеренному дыханию.

— …

«Главное, чтобы ты был жив».

Ли Са Ён снял свой плащ и набросил его на Ча Ый Джэ. Затем, подняв его на руки, он толчком ноги открыл дверь и вышел в коридор. Окружающий пейзаж начал искажаться и бурлить, становясь всё хаотичнее. Среди этой неразберихи взгляды, направленные на Ли Са Ёна, постепенно менялись.

От шока, к недоверию, затем к любопытству и, наконец, к возбуждению от того, что удалось заполучить что-то ценное.

Как только он был готов покинуть рыбный рынок, рядом с ним в воздухе всплыла креветка. Она зависла у него сбоку, её чёрные глаза уставились на него. Ли Са Ён слегка наклонил голову.

— Что, снова фотографируешь?

Усики креветки дёрнулись в бешеном ритме. Ли Са Ён тихо усмехнулся.

— Вперёд.

— …

— На этот раз сделай так, чтобы не придраться.

Пуф!

С громким хлопком, словно из мультфильма, креветка исчезла. Ли Са Ён, полностью сосредоточившись на весе у себя на руках, вышел из рыбного рынка. Вскоре изнутри начали доноситься странные выкрики.

— Мы сорвали куш~!

Глава 173 - Длина волны

После Дня перемен люди жили с неразрешённой тревогой.

Чёрная дыра изменила цвет за одну ночь, белый пепел кружил в воздухе, словно снег, а врата и разломы стали появляться всё чаще, принося с собой монстров. Хотя появился герой J, всё, казалось, намекало на приближение новой катастрофы. Люди до сих пор не могли забыть потерь, нанесённых Днём разлома.

В какой-то момент стало привычным видеть на улицах людей, провозглашающих конец света. Даже если ты не хотел этого, размахивающие флагами с изображением пламени на центральных улицах неизменно привлекали твоё внимание.

— Мы должны остановить конец света силой человечества!

Они кричали о конце света, слушал их кто-то или нет. Было ли в их словах хоть какое-то влияние? Этот ежедневный рефрен об апокалипсисе. Сначала над ними смеялись, но больше уже не могли. Те, кто раньше их игнорировал, теперь изредка бросали на них взгляды. Тревога внутри людей росла, тихо накапливаясь.

— …

Юн Га Ыль не была исключением. Она бросила взгляд на развевающиеся флаги и ускорила шаг. Эти странные проповедники конца света обосновались прямо на коротком пути, так что обойти их было невозможно. Даже когда родители жаловались, это помогало лишь ненадолго.

На самом деле Юн Га Ыль не могла оставаться равнодушной, ведь она видела мир после апокалипсиса собственными глазами.

Знают ли они вообще, что такое конец света? Это та самая группа, о которой говорил Чон Бин-ним?

Её мысли вновь и вновь возвращались к апокалипсису. Будто огромный камень с надписью «апокалипсис» придавливал её. Каждый раз, проходя мимо них, Юн Га Ыль увеличивала громкость в наушниках. Это было лучшее, что она могла сделать.

Но последние несколько дней у неё не было времени обращать на них внимание. Радоваться этому или сожалеть — она не знала.

***

Во время обеда из одного угла класса раздался хор восхищённых возгласов. Каждый новый клик по планшету открывал новую фотографию. На всех снимках был Ли Са Ён. Экран застыл на его профильном фото. Кто-то ахнул.

— Вау… он просто невероятно красив.

— Всегда думала, что он странный, пока не снимал этот свой противогаз.

— Эй, посмотрите его старые интервью. Вот это настоящее сокровище.

— Юн Га Ыль! Ты тоже должна это увидеть. У него что-то есть, честно.

Перед глазами Юн Га Ыль появилась фотография. Тонкая, будто вырезка из газеты, она запечатлела людей, которых она знала слишком хорошо. Ли Са Ён, нежно держащий J, смотрел прямо в камеру. Уголки его губ были приподняты, как будто в улыбке.

С утра она видела это уже раз пятьдесят, без преувеличений. Механически кивнув, Юн Га Ыль взяла фото. Да Ён пробормотала себе под нос, её лицо пылало.

— Они ведь на самом деле встречаются, да?

— Точно. Поза принцессы? Такое невозможно, если они не встречаются.

— Ну или хотя бы флиртуют.

— Но они оба парни?

— Вот в этом-то и вся прелесть.

Юн Га Ыль крепко прикусила губу. Ей не хотелось рушить восторженное обсуждение подруг. И потом, атмосфера на фото действительно была слишком подозрительной!

«Почему вы держите его так нежно…?»

Даже Юн Га Ыль, видевшая их в реальной жизни, не могла отрицать, что они будто живут в своём собственном мире. Она крепко сжала фотографию и подавила слёзы.

«J, глава гильдии. Простите.»

Апокалипсис, занимавший её мысли, давно уже стерся.

***

[«Эксклюзивный репортаж» Первое и второе место пойманы снова… Самый большой скандал со времён Дня разлома!]

Не прошло и нескольких дней с момента скандала с участием двух лучших охотников Южной Кореи, как страна снова пришла в ярость из-за них. На этот раз опубликовали фотографию, на которой Ли Са Ён держит J. Причём снимок был сделан ещё ближе, чем раньше, и его качество было кристально чистым! Люди восхищались его безупречностью.

На HunterNet охотники, спорившие, кто сильнее — J или Ли Са Ён, пришли в неистовство от новой порции слухов. Это было всё равно что вылить бутылку бензина на огонь, пока они ещё не закончили предыдущий спор!

Некоторые утверждали, что раз Ли Са Ён держит J, значит, он сильнее. Другие возражали: разве J не держал Ли Са Ёна на предыдущем фото? Значит, каждый из них по очереди демонстрировал превосходство. На этот раз J просто поддаётся Ли Са Ёну, и они точно не могли устроить бой на рыбном рынке. Может, они просто надели маску и парик на кого-то, чтобы притвориться J…

Люди спорили, имея всего две фотографии, и постепенно разговор сводился к главному вопросу:

«Почему они вообще держат друг друга?»

«Какие у них отношения?»

Чем глубже они погружались в эту загадку, тем безумнее становились теории.

— Может, они встретились взглядом во время боя!

Слегка извращённая, но игривая догадка.

Но, рассматривая фотографии под этим углом, слишком много странных деталей бросалось в глаза.

— А что с этой самодовольной физиономией 240?

⤷ Чёрт, теперь, когда ты это сказал, я не могу этого развидеть.

⤷ Это определённо самодовольное выражение, ㅋㅋㅋㅋㅋ.

⤷ Если бы я мог сфотографироваться, держа J, я бы тоже так улыбался.

⤷ Хотел бы увидеть его вживую хотя бы раз.

⤷ У него лицо наложницы, которая только что родила сына, ㅋㅋ.

Не только самодовольное выражение лица Ли Са Ёна, смотрящего прямо в камеру,

— Но разве 240 не использует яд? У J иммунитет к яду? Даже без противогаза они так близко, а J выглядит совершенно нормально.

⤷ Да, его кожа в порядке, не похоже, чтобы он был отравлен. Что происходит?

⤷ Может, это артефакт из противогаза.

⤷ Интересно, насколько хороша экипировка J.

⤷ Но серьёзно, почему он держит его так крепко? Куртка даже помялась! Нежно??? У меня ощущение, что я схожу с ума.

⤷ Тебе нужно перестать так думать.

⤷ Выключай HunterNet.

Чересчур близкая и крепкая хватка Ли Са Ёна,

— И ещё, разве 240 не слишком красив? Почему его улыбка такая соблазнительная? У меня от этого мурашки.

⤷ Он выглядит как куртизанка, о каком вообще «красивом» идёт речь —— Охотники должны быть более брутальными, как парень-щит.

⤷ Хорошо, но парень-щит — всего лишь 11-е место, а 240 — 2-е, так что смирись~

⤷ Но серьёзно, зачем они дрались, если они из одной команды?

Внешность Ли Са Ёна подверглась новой переоценке.

— Я сам охотник, и это всё просто пиар-ход. 240 не может победить J в силе, поэтому он использует психологические приёмы, и мы все на это повелись.

⤷ Что ты вообще несёшь?

⤷ Ты помнишь то общественное объявление? Он мастер психологических атак.

⤷ О боже.

⤷ Почему это звучит правдоподобно?

⤷ Насколько сильным ты собираешься стать, 240?!

Теория психологической войны вновь обрела популярность.

Кан Джи Су, зависимая от дофамина и пролистывающая HunterNet всякий раз, когда ей скучно, не смогла выдержать такого наплыва информации и с грохотом влетела в кабинет заместителя главы гильдии.

— Заместитель главыыыыыыыы!

Бабах! Дверь тряслась, будто вот-вот упадёт, но её это не заботило. Её рыжие волосы и скомканная газета в руке развевались в такт её движениям. Однако Пэ Вон У молчал. Обычно он бы уже отчитывал её за порчу двери. Озадаченная, Кан Джи Су осмотрелась по кабинету и заметила его на диване.

— О, я думала, тебя здесь нет. Чем ты занят? Видел фотографии?

— Джи Су, не говори со мной…

Пэ Вон У лежал на боку на диване, механически жуя протеиновый батончик с отсутствующим выражением. Он выглядел странно жалким. Его челюсть двигалась словно автоматически, он жевал и глотал батончик, а его глаза были абсолютно безжизненными. Он начал бормотать:

— Я справлялся со всякими делами, пока следил за этим ублюдком Са Ёном…

— Ага.

— Но мы вообще гильдия талантов?

— Ты в своём уме? У нас запланировано несколько экспедиций в подземелья.

— Нет, серьёзно… Почему я должен разбираться с любовным скандалом? Если бы это был спорный вопрос о его характере, я бы сказал: «Наконец-то! Давно пора». Но это? Это неправильно.

Отключённый телефон на столе мягко завибрировал. Пэ Вон У свернулся калачиком, закрывая уши.

— И этот ублюдок Са Ён даже не отвечает на звонки! Почему их вообще сфотографировали на рыбном рынке?

— Кстати.

Кан Джи Су развернула помятую фотографию, склонив голову набок.

— Как думаешь, их сфотографировали специально?

— Что?

— Смотри сам. На заднем плане рыбный рынок, и он смотрит прямо в объектив камеры. Ты действительно думаешь, что глава гильдии не знал, что их фотографирует Скумбрия?

— …

— Разве они не пошли на этот рыбный рынок именно, чтобы с ним разобраться? Зная характер главы гильдии, он бы устроил скандал и заставил того удалить фото. Но он этого не сделал, верно?

Затуманенный взгляд Пэ Вон У словно блуждал в воздухе. Теперь, когда он об этом подумал, Ли Са Ён действительно вёл себя странно, когда они приехали к нему домой. Только что выйдя из душа, он был в одном халате и буквально цеплялся за J. J, обычно такой равнодушный, вдруг оказался необычайно внимательным к Ли Са Ёну.

Часть его мозга, которая бездействовала 364 дня в году, внезапно включилась и заработала на полную мощность. Ему показалось, что он наткнулся на нечто, о чём ему лучше было бы не знать.

Пэ Вон У шатко поднялся на ноги.

— …Джи Су.

— Да?

Его лицо стало серьёзным, в глазах появилась решимость.

— Я ухожу в подземелье. Если кто-то будет меня искать, скажи, что меня нет.

***

— Ахаха, остаться здесь было правильным решением~ Ещё и фотографии такие увидеть могу.

Легко брошенная газета закружилась в воздухе и упала на землю. Серую бумагу пропитало ярко-красное пятно.

Окровавленный палец аккуратно поднял стаканчик с собой. Владелец руки сидел верхом на огромном мёртвом монстре. Ветер развевал его белые, взъерошенные волосы. Гю Гю, сделав длинный глоток кофе, опустил взгляд, улыбаясь.

— Госслужащий уже видел эту статью?

Чуть поодаль, оставаясь вне пятен крови, Чон Бин поднял глаза.

Глава 174

На лице Чон Бина появилась слегка неловкая улыбка, едва заметная за его обычно мягким выражением. Он прикрыл рот рукой, слегка откашлялся и медленно кивнул.

— Да, я видел.

— Что думаешь? Ты ведь знаешь их обоих, не так ли? ~

— Ха-ха, думаю, мне не стоит это комментировать.

Гю Гю прикусил соломинку, стиснув её зубами и лениво пережёвывая.

— Эээ ~ Неужели между ними что-то есть? Все охотники в мире задаются этим вопросом.

Чон Бин не ответил, сохраняя свою неизменную улыбку. Некоторое время Гю Гю наблюдал за ним, затем пожал плечами, будто потерял интерес. Он легко отмахнулся и небрежно бросил пустой стакан позади себя.

— Ах ~ скукотища.

Звяк.

Воздух начал трескаться, будто в нём появилась тонкая трещина. За разломом виднелась пустошь, покрытая белым пеплом. Внезапно оттуда вырвался белый свет, рассыпавшийся мельчайшими частицами. Гю Гю балансировал на одной ноге на теле мёртвого монстра, прежде чем встать прямо.

— Поднимаемся.

Чон Бин внимательно осмотрел окрестности. Когда разлом исчез, груды монстров вокруг них начали растворяться в пепел одна за другой. Даже монстр под ногами Гю Гю превратился в пыль. Он легко спрыгнул на землю, потянув шею и плавно вращая ею из стороны в сторону.

— Рыбный рынок, да? Давненько я там не был…

Гю Гю, который обычно покидал страну сразу после завершения своих дел, на этот раз оставался в Корее дольше обычного. И хотя задача по поиску J завершилась его же появлением, явно что-то изменилось после Дня перемен. Того дня, когда он пробил гигантского кита одним ударом…

Чон Бин, наблюдая за занятыми действиями Гю Гю, наконец заговорил.

— Как ты в последнее время?

— Внезапный интерес к моей жизни? Да как обычно.

— Слышал, ты стал регулярно посещать воскресные службы…

— Ух. Откуда ты это слышал?

— Твоя фотография прямо на главной странице сайта церкви твоего отца. Трудно было не заметить.

Сын пастора, Пан Гю Мин, он же охотник с прозвищем Гю Гю. Его фотография, красовавшаяся на сайте церкви отца, уже успела стать достаточно известной. Чон Бин едва сдерживал смех, когда его команда впервые показала ему этот снимок.

Трудно было не засмеяться, увидев, как человек, выделяющийся на голову выше других, неловко улыбается и показывает большой палец вверх. И всё это в хоровом одеянии.

— Я же просил их не выкладывать это…

На этот раз Гю Гю с лёгким смущением почесал щёку. Чон Бин продолжил своим обычным мягким тоном.

— Ты выглядел таким примерным сыном.

— Ух. Если тебе есть что сказать, выкладывай. У меня ещё дела.

— Ладно. Ты собираешься на ближайшую Генеральную ассамблею?

— Ого… Так ты пришёл сюда только ради этого?

Гю Гю показал язык, делая вид, что его тошнит. Затем он встряхнул свои растрёпанные волосы, недовольно пробурчав.

— Зачем мне туда идти? Это хлопотно, да и директор опять меня распечатает.

— Но это собрание важно. Ты ведь заметил недавнюю напряжённую атмосферу?

— …

Гю Гю продолжал смотреть на Чон Бина, который сохранял свою неизменную улыбку, ожидая, когда тот раскроет свои карты. Чон Бин тронул наушник у своего уха и наконец заговорил.

— Общественное недоверие к охотникам растёт с каждым днём. Именно об этом и будет собрание.

— Значит, все соберутся, чтобы придумать, как вернуть расположение людей? Хмм ~

Гю Гю сложил руки на груди, делая вид, что глубоко задумался, затем ухмыльнулся.

— Не пойду!

— Ты правда не придёшь? Пожалеешь об этом.

— Не пойду ~ Лучше нырну в озеро Байкал.

— Жаль.

Чон Бин тяжело вздохнул, явно преувеличивая, чтобы Гю Гю услышал. Он развернулся и медленно зашагал прочь с подчёркнуто тяжёлыми шагами. Его голос, хотя и был тихим, прозвучал достаточно громко, чтобы его услышали.

— Слышал, J лично собирается присутствовать в этот раз…

— …

— Ну, я не могу тебя заставить. Тогда я пойду, мне ещё нужно забрать Хон Ё Сона.

Он едва успел сделать два шага, как — свист! — тонкая лиана выстрелила из-за спины, обвиваясь вокруг его запястья. Чон Бин спокойно начал распутывать её другой рукой, ниточка за ниточкой.

— Ты же собирался на Байкал?

— Ну, это не значит, что я прям горю желанием туда ехать.

Лиана, легко обвивавшая его запястье, расцвела маленьким белым цветком. Чон Бин оглянулся. Гю Гю, наполовину отвернувшись, делал вид, что смотрит в телефон. Лиана выросла из-под его ног. Подняв взгляд, Гю Гю ухмыльнулся.

— Я просто подумал, что неплохо бы уточнить расписание ~

***

Ча Ый Джэ моргнул, на мгновение ослеплённый ярким белым светом, заполнившим всё вокруг.

Размытые фигуры пробегали мимо него, слишком занятые, чтобы заметить. Ча Ый Джэ снова оказался в коридоре старого Бюро управления пробуждёнными. Он стоял перед дверью, рука уже потянулась к ручке. Подняв глаза, он прочитал табличку рядом с дверью.

Кабинет директора. Это была комната Хам Сок Джон.

«Это воспоминание о встрече с Хам Сок Джон?»

Какую информацию он мог бы извлечь из их разговора? Было бы неплохо найти хоть одну зацепку о надвигающемся апокалипсисе. Рука, уже тянувшаяся к ручке, замерла. Ча Ый Джэ сделал шаг назад от двери.

Прямо рядом с кабинетом директора находилась ещё одна чёрная дверь.

«Раньше здесь была такая дверь?»

Этой двери не было в воспоминаниях «Ча Ый Джэ». Она появилась неожиданно и сразу привлекла его внимание. На двери не было таблички. Из-под неё сочилась чёрная энергия, мягко колыхаясь. Это ощущение было странно знакомым.

«Что это такое?»

Кто-то прошептал: «открой дверь». Как будто под гипнозом, Ча Ый Джэ потянулся и схватился за ручку. Она была настолько холодной, что отозвалась дрожью по всему телу. Медленно он повернул ручку. Скрип — дверь открылась легче, чем он ожидал. Ча Ый Джэ просунул голову внутрь, чтобы заглянуть. Его встретила кромешная тьма.

«Это странно.»

Он уже несколько раз просматривал воспоминания «Ча Ый Джэ» с помощью часов, но такое отклонение случилось впервые. Что-то изменилось? Что могло вызвать этот сдвиг? Единственное, что отличало прошлое от настоящего —

«Ли Са Ён очнулся...»

Грохот. Пространство задрожало. Мощная сила втолкнула его внутрь. Он инстинктивно попытался сопротивляться, но эта сила оказалась слишком сильной. Его безвольно втянуло в центр тьмы.

Бах! Дверь с грохотом захлопнулась за его спиной. Ча Ый Джэ в недоумении уставился в пустоту.

«Чёрт, я так просто поддался?»

Он сжал кулак, а затем разжал его. Что-то было не так.

«…Постой, что?»

Сила, которую он всегда считал своей, исчезла. Он только сейчас осознал, насколько был слаб до пробуждения. Всё вокруг казалось чужим, как будто он был муравьём среди гигантов. Он растерянно смотрел в темноту.

«Ча Ый Джэ» прошептал: «Это не моё, вот почему».

«О чём ты говоришь…?»

И тут это произошло.

В пустоте, где не было ни звука, ни света, раздался голос.

— Ты сказал, что повернул время вспять?

Голос был глубоким и низким, скорее звериным, чем человеческим. Скрип, скрип — звук шагов по деревянному полу. Лязг — звук открывающегося ящика. В воздухе плавно поплыли старые часы.

— Тогда это значит, что я тоже могу его повернуть назад…

«…»

Когда Ча Ый Джэ снова открыл глаза, его окружала кромешная тьма, и странное чувство наблюдения не покидало его.

Не успел он осмыслить обстановку, как резко сел, инстинктивно касаясь лица. Маски не было.

Что это? Где я? Присутствие, жуткое и явное, продолжало следить за каждым его движением, не пытаясь скрыться. Ча Ый Джэ сжал кулак, готовясь ударить в направлении невидимого преследователя, но знакомый голос разрядил напряжение.

— Не нужно так пугаться.

Это был голос Ли Са Ёна. Щелчок — звук нажатой кнопки. Тусклый красноватый свет загорелся, мерцая. Щурясь, Ча Ый Джэ огляделся и понял, что находится в знакомой комнате, которую он посещал последние месяцы — в комнате Ли Са Ёна.

Рядом, в кресле, где Ча Ый Джэ часто сидел, теперь свободно расположился Ли Са Ён, закинув ногу на ногу. Почувствовав его взгляд, Ли Са Ён разомкнул руки.

— Похоже, я тебя разбудил.

— …

— Хороший был сон?

— …Ты.

Ча Ый Джэ смотрел на него, в его затемнённых глазах мелькнуло нечто вроде узнавания. Глаза, отражавшие всё, словно зеркало. Он крепко сжал кулак.

— Ты не он.

— Да… ты прав.

На удивление, Ли Са Ён легко согласился.

— Ты проспал два дня.

— Что?

Два дня? В это трудно было поверить. Инстинктивно он попытался проверить время, но в этой комнате не было ничего, что могло бы ему помочь — всё было убрано. Даже телефона не было.

Точно, часы. Он поднял запястье, но оно тоже было пустым.

— Это ищешь?

— …

Часы теперь были в руках Ли Са Ёна. Его чёрные пальцы лениво перебирали их.

— Довольно потрёпанные.

— …

— Но, как ни странно, они всё ещё работают.

Говорил он правду или лгал? Ча Ый Джэ пытался что-то прочесть на его лице, но выражение было таким же пустым, как и раньше. Эта безэмоциональность тревожила больше всего. Ведь Ли Са Ён, которого он знал, всегда был весьма выразительным.

Ли Са Ён, не отводя взгляда от Ча Ый Джэ, легко постучал пальцем по виску.

— Кажется, тебе снился любопытный сон.

— …

— Какой он был?

Пустота, переплетённая с концом долгого сна. Слабый, но знакомый голос, который он слышал. Этот голос без сомнения принадлежал Ли Са Ёну. На его лице появилась механическая улыбка, лишённая насмешки, радости или каких-либо других эмоций.

Глава 175

Ча Ый Джэ сжал и разжал руку. Сила, которая исчезла, полностью вернулась. Странная дверь, внезапно появившаяся в памяти «Ча Ый Джэ». Голос, который он никогда раньше не слышал, но который казался знакомым. Ча Ый Джэ попытался вспомнить. Голос рычал, как зверь…

— Ча Ый Джэ.

Это было похоже на то, что он слышал в фрагменте, который показала Юн Га Ыль. Ли Са Ён всё ещё сидел неподвижно, улыбаясь. Это была странно точная улыбка. Во всём его облике чувствовалась нечеловечность.

Стоило ли его обезвредить сразу? Ча Ый Джэ хрустнул суставами пальцев. И сразу после этого —

Бах!

Ча Ый Джэ рванул вперёд, пнул стул и схватил Ли Са Ёна за горло, повалив его на пол. Глухой удар: голова Ли Са Ёна ударилась об пол. Тук, тук, тук… Часы упали с его запястья и покатились в сторону.

Несмотря на то что его прижали к полу и душили, Ли Са Ён не сопротивлялся. Его улыбка не исчезла. У Ча Ый Джэ возникло желание закрыть это лицо.

Ли Са Ён разомкнул губы.

— Прекрати… Я сделал это не для того, чтобы драться.

Кожа под его ладонями была холодной, но пульс едва ощущался. Ча Ый Джэ бросил взгляд в сторону. Может, сначала сломать ноги? Даже если он это сделает, Нам У Джин сможет их починить…

Ли Са Ён прошептал:

— Я должен… всё проверить. Это последний шанс.

— …

Ли Са Ён медленно поднял руку и осторожно накрыл ладонь Ча Ый Джэ, которая сжимала его шею. Его прикосновение было холодным. Ча Ый Джэ сжал горло Ли Са Ёна сильнее.

— Чего ты хочешь?

— О, что я хочу…?

Мышцы на его шее едва заметно задрожали. Ли Са Ён рассмеялся. Тихий кашель перемешался с хрупким смехом. Как только он начал смеяться, это продолжалось довольно долго, прежде чем наконец прекратилось. Ли Са Ён лёгкими движениями пальцев коснулся руки Ча Ый Джэ.

— Давай проведём эту ночь вместе.

— …Что?

Ча Ый Джэ усомнился в собственных ушах. Он правильно расслышал? Но Ли Са Ён, всё ещё улыбаясь, смотрел на него снизу вверх. Его длинные ресницы дрогнули. В воздухе повеяло дурманящим ароматом.

— Ты только что сам это проверил.

Ли Са Ён постучал пальцем по своему виску. Жест был резким, небрежным по отношению к собственному телу. Ча Ый Джэ едва не перехватил его руку, но остановился. Ли Са Ён продолжил, не обращая внимания, медленным голосом.

— Твои сны и мои сны теперь связаны. Благодаря часам.

— …

— Тебе не интересно? Узнать то, что знаю только я…

Страж, который долгое время наблюдал за концом. Что представляет собой конец, как он приходит и почему они потерпели неудачу. Никто не знал этого лучше Ли Са Ёна. Это было заманчивое предложение.

Ча Ый Джэ посмотрел в фиолетовые глаза, утопавшие в растрёпанных волосах Ли Са Ёна. Глаза, которые отражали его всего. Без эмоций, без мнений. Просто отражали. Когда Ча Ый Джэ сжал горло сильнее, из губ Ли Са Ёна вырвался тихий стон.

Через мгновение Ча Ый Джэ ослабил хватку, позволив тому вдохнуть. Ли Са Ён закашлялся. Ча Ый Джэ почувствовал, как под его рукой дрожат мышцы, и низким голосом спросил:

— Всё это можно было бы закончить, если бы ты просто рассказал. Зачем нужны эти лишние шаги?

— О, ну это… скучно.

— Что ты… Ты сказал, это последний шанс.

— Да…

— Если ты упустишь этот шанс, мы все умрём. Ты, я, все.

— Я знаю…

— И тебе всё ещё важен… интерес?

— А что… не важно?

Ли Са Ён медленно моргнул. Его фиолетовые глаза поблекли до светлой сирени. Глубоко в их мягких оттенках вспыхнул белый огонёк. Ча Ый Джэ, заворожённый, смотрел на это пламя. Ли Са Ён пробормотал:

— Я долго блуждал в одиночестве.

— …

— А теперь… я наконец чувствую себя живым…

Чёрные руки сжали ладони, которые его душили. Ча Ый Джэ резко очнулся и широко распахнул глаза. Ли Са Ён еле слышно прошептал, сдавленным голосом.

— Души меня сильнее. Это так приятно…

На лице, которое раньше не выражало эмоций, появилась улыбка.

Искажённая улыбка. Он явно наслаждался этим.

По спине Ча Ый Джэ пробежал холодок. Это ощущение заставило его вздрогнуть, и он резко отдёрнул руки, как будто стараясь стряхнуть это чувство. Ли Са Ён цокнул языком с разочарованием. Ча Ый Джэ был потрясён.

«Он действительно сумасшедший?»

Чёрные пальцы постучали по руке Ча Ый Джэ, словно лапки паука. Он содрогнулся. Ли Са Ён разразился смехом.

— Нам обоим это приятно, разве нет? Ты же хотел меня задушить?

— Хватит выставлять меня извращенцем!

— Правда? Как жаль…

Ли Са Ён потер шею, на которой всё ещё был отчётливо виден отпечаток руки Ча Ый Джэ. Тот сглотнул с трудом.

Чёрт. Разве не должно было быть какое-то собрание или что-то в этом роде? Ли Са Ён пожал плечами.

— Ты же копался в воспоминаниях, пытаясь что-то найти…

— …

— Подумай об этом. Мне всё равно… хён.

Как только Ча Ый Джэ услышал это слово —

Шлёп!

Он не смог сдержаться и ударил его.

Филетовые глаза Ли Са Ёна закатились, и его тело обмякло. Ча Ый Джэ, тяжело дыша, разжал кулак, его рука упёрлась в грудь Ли Са Ёна. К счастью, он успел сдержать удар. Пульс был всё таким же нормальным.

Рука Ча Ый Джэ дрожала безостановочно. Он пошевелил пальцами, но ощущение прикосновения Ли Са Ёна всё ещё было живым.

«Чёрт возьми? Он реально извращенец?»

Что? Спать вместе? Душить его? Он серьёзно? Может, он так долго блуждал, что потерял рассудок.

Ча Ый Джэ с трудом подавил крик, подступивший к горлу. Сердце колотилось так, словно он пробежал марафон. Гнев, шок или возбуждение — он не мог понять, что именно сейчас испытывал.

«Ли Са Ён явно не в себе».

Сейчас он скучал по тому Ли Са Ёну, которого знал. Нахальному, но в чём-то даже милому. Ча Ый Джэ наклонился, уткнувшись лбом в грудь Ли Са Ёна. Его голос дрожал.

— Эй, эй, очнись, Ли Са Ён…

— …

— Ну же, не бросай меня вот так…

— …

— Ты уже достаточно поспал!

На крик Ча Ый Джэ тело под ним шевельнулось. Последовал слабый стон. Ча Ый Джэ резко поднял голову. Ли Са Ён, застонув от боли, схватился за голову и моргнул. Его красивое лицо исказила гримаса.

— Чёрт возьми…

Ли Са Ён поднялся на локти, их лица оказались ближе.

— Когда это я… почему мы так… подожди.

Он прищурился, внимательно рассматривая лицо Ча Ый Джэ, слегка склонив голову набок. Его рука резко потянулась, обхватив подбородок и щёку Ча Ый Джэ. Ли Са Ён сдвинул брови.

— Почему твоё лицо такое красное… у тебя температура?

— Моё лицо?

— Подожди минуту…

Ли Са Ён замешкался и снова схватился за голову, прямо за то место, куда его ударил Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ отвёл взгляд, выглядя как щенок, который осознал свою вину. Ли Са Ён моргнул.

— Хён.

— …Да.

— Ты меня ударил?

— …Нет.

— Постой, тогда… почему у меня шея…

Ли Са Ён потер шею и прокашлялся. Это было точно то место, где Ча Ый Джэ его душил. Ча Ый Джэ отвернулся ещё сильнее, теперь почти глядя через плечо. Ли Са Ён склонил голову набок.

— Хён.

— …

— Ты ведь знаешь, да?

Ча Ый Джэ резко обернулся. На удивление, Ли Са Ён выглядел обеспокоенным.

Что он имел в виду под «знаешь»? Что в нём есть другой Ли Са Ён? Или он скрывал что-то ещё? Ча Ый Джэ был так же озадачен, но не мог упустить этот шанс.

Ча Ый Джэ кивнул. Пора было достать старый приём, отточенный на подработке в ресторане с похмельным супом.

— Да.

Притворись, что всё понимаешь, и соглашайся. Обычно люди сразу раскрывались, если их слегка подтолкнуть. Ли Са Ён сузил глаза, но вскоре опустил ресницы, погрузившись в размышления.

— …Где ты это услышал? У тебя ведь даже телефона нет…

Ча Ый Джэ скрестил руки на груди и пристально посмотрел на Ли Са Ёна. Тот, занятый мыслями, тихо вздохнул.

— Ах…

Он раздражённо взъерошил волосы.

— Чёрт возьми. Ты увидел это на канале охотников, да?

Обычно этот парень не выдавал никаких зацепок, но сейчас он просто сам выкладывал всё. Видимо, был дезориентирован. «Хорошо, что я ударил его по голове», — подумал Ча Ый Джэ, фыркнув достаточно громко, чтобы это было слышно.

Он давно не заходил на канал охотников, поэтому начал просматривать накопившиеся сообщения.

И то, что его встретило…

.

.

.

[5] Гю Гю: J, заходи в чат ~

[5] Гю Гю: Если ты не появишься, я решу, что вы с ним реально встречаетесь ~

[8] Я Мастер: Тут даже слов не надо.

[8] Я Мастер: Ты тоже видел фото.

[8] Я Мастер: Он нёс его, как святыню.

[29] Продавец мрамора: Эм, а что тут происходит?

[8] Я Мастер: Опоздавший, как всегда.

[8] Я Мастер: Давай, читай статью быстрее.

[8] Я Мастер: Там сказано, что J и 240 встречаются.

Что?!

[11] Парень-щит: Эх…

[11] Парень-щит: Мы тоже ничего не знаем.

[11] Парень-щит: Линия гильдии отключена.

[11] Парень-щит: Не связывайтесь с нами.

[11] Парень-щит: Я тоже иду в подземелье.

[6] Пчела: Эй, ты не хочешь ответить прямо?

[6] Пчела: Что за дела у этих двоих, серьёзно?

[6] Пчела: Они встречаются?

[6] Пчела: Или что-то замышляют вместе?

[11] Парень-щит: Парень-щит сейчас недоступен.

[6] Пчела: «Недоступен»? Ты издеваешься?

[6] Пчела: Эй, Со Мин Ги, выходи!

[34] Маленькое Чудо Со Мин Ги: Маленькое Чудо Со Мин Ги сейчас недоступен.

[8] Я Мастер: Такое скрытное поведение просто дикое.

[6] Пчела: Хм.

[5] Гю Гю: Хахахахаха.

[6] Пчела: Почему бы вам всем просто не признаться, что вы тоже встречаетесь?

[11] Парень-щит: Пожалуйста, не говорите «встречаются». У меня ПТСР от этого.

[6] Пчела: Угу.

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за воротник, прерывая его неловкие попытки тереть шею. Его глаза ярко засветились голубым светом.

— Что ты сделал?

Глава 176

— Что ты сделал?

— ...Что?

— Я спросил, что ты сделал!

Ча Ый Джэ сжимал воротник Ли Са Ёна, но тот лишь моргал с пустым выражением лица, не оказывая никакого сопротивления. Он всё ещё казался не до конца пришедшим в себя.

Но и Ча Ый Джэ явно был не в своём уме. Его сердце бешено колотилось, а сознание всё ещё лихорадочно пыталось осмыслить слова Ли Са Ёна, которые прозвучали как гром среди ясного неба. И теперь эта абсурдная ситуация! Слухи об их свиданиях, которые казались лишь пустыми домыслами, вдруг разрослись до обсуждения в канале охотников!

«Что за чёрт, эти Скумбрии натворили?»

Они сказали, что один звонок всё уладит, но, похоже, это были пустые обещания. Ча Ый Джэ стиснул зубы.

«Лучше бы эти слухи были о том, что мы враги или соперники».

Пытаясь привести Ли Са Ёна в чувство, Ча Ый Джэ тряхнул его за воротник. Голова Ли Са Ёна бессильно мотнулась. Спустя мгновение тот застонал и схватился за голову.

— Хён...

— Говори внятно.

— Больно...

Ча Ый Джэ ослабил хватку на воротнике Ли Са Ёна. Точнее, силы просто оставили его. Из губ Ли Са Ёна вырвался сдавленный стон.

Неужели он настолько давно не дрался, что потерял контроль над своей силой? Даже если тот — S-класса, ему ведь всё равно должно быть больно, верно? Пока Ча Ый Джэ терялся в мыслях, Ли Са Ён медленно поднялся и тут же уткнулся лицом в его плечо.

Мягкие волосы, коснувшиеся кожи, привели Ча Ый Джэ в чувство. Он поспешно схватил руку, которая обвивала его талию, словно змея.

— Ты снова пытаешься выкрутиться, притворяясь милым, да?

— ...А?

Ли Са Ён, всё ещё прижавшись лицом к плечу Ча Ый Джэ, приподнял голову. Его щека, лежащая на плече, казалась удивительно мягкой, а взгляд — обиженным.

— Мне действительно больно...

— ...

Он притворяется или ему действительно больно? Ча Ый Джэ всё ещё не мог успокоиться. Его взгляд скользнул по бледной, тонкой шее Ли Са Ёна, где остались красные следы от пальцев. Ча Ый Джэ почесал затылок. Делить тело с кем-то оказалось куда неудобнее, чем он думал.

— Тебе больно в шее?

— Да, и в голове.

Из его груди вырвался лёгкий кашель. Ча Ый Джэ, чувствуя неловкость, пробормотал, отводя взгляд:

— ...Я немного тебя придушил.

— О...

Ли Са Ён тихо выдохнул, прищурившись. Его чёрные пальцы скользнули по красным следам на шее. Казалось, он вновь обрёл ясность разума, и в его глазах замерцал интерес. Уголки губ слегка приподнялись.

— Значит, в этом твоя фишка, да?

— Нет, конечно!

Ча Ый Джэ резко выкрикнул, и Ли Са Ён, всё ещё потирая шею, пробормотал:

— Душить людей — это как-то... плохая привычка, не находишь?

— Когда я проснулся, вместо тебя там сидел какой-то другой парень, и что мне было делать?

— О... И ты без слов полез душить? Это же насилие...

— Этот парень говорил странные вещи.

— Какие странные вещи?

— ...

Ча Ый Джэ замкнулся. Он не хотел повторять мерзости, которые услышал. Ли Са Ён зашевелился у него на талии, мягко подталкивая его к разговору. Когда Ча Ый Джэ опустил взгляд, лицо Ли Са Ёна было удивительно спокойным, несмотря на то, что его только что одержали и напали.

— Ну, лучше всё объяснить сейчас, чем позволить всему выйти из-под контроля, — пробормотал Ча Ый Джэ и начал говорить.

— Он предложил нам спать вместе...

— А?

Ли Са Ён нахмурился. Ча Ый Джэ поспешил уточнить:

— Просто спать! Буквально спать! Ничего странного!

— Я и не собирался неправильно понимать, но теперь кажется, что это у тебя были странные мысли, хён.

— Заткнись.

Когда Ча Ый Джэ сжал кулак и пригрозил, Ли Са Ён улыбнулся и сложил пальцы крестом у рта. Приподняв брови, он продолжил:

— Ладно, понял, продолжай. Что было дальше?

— А потом он попросил, чтобы я его душил ещё сильнее… Ну, этот парень явно ненормальный! Кто вообще хочет, чтобы его душили сильнее?

— О... Так ты его снова задушил? Это из-за этого моя шея теперь такая?

— Ты в своём уме? Я сразу же отпустил!

— Хм...

Ли Са Ён тяжело вздохнул, медленно моргая, будто совершенно вымотанный.

— А потом что?

— А потом...

Ча Ый Джэ вспомнил лицо, которое всё ещё улыбалось, пока он его душил.

Согласно Хон Ё Сону, их «основа» была одинаковой. Под «основой души» подразумевалась суть человека. Даже если они вели совершенно разные жизни, их ядро оставалось неизменным.

Но...

— ...

— Хён?

— Но это просто ощущалось...

Тот Ли Са Ён, которого он только что встретил, вызывал у него странное чувство дискомфорта. И дело было не в абсурдном предложении спать вместе или извращённой просьбе о душении. Если бы кто-то спросил, откуда это чувство...

От всего, что составляло Ли Са Ёна.

На самом деле, это странное ощущение появилось с самого первого момента, как он его увидел. Его глаза, похожие на пустые стеклянные бусины, ничего не отражали, кроме Ча Ый Джэ.

Говорят, глаза — это зеркало души. Но в глазах того Ли Са Ёна не было ни души, ни «я». Они лишь отражали то, что было перед ними, как зеркало.

И даже энергия, исходящая от него, казалась странной. Скорее похожей на подземелье, чем на человека...

— ...

— Это просто казалось... неправильным.

Ли Са Ён опустил взгляд, задумчиво облизнув губы. Ча Ый Джэ, заметив, как чёрный язык скользнул по его красным губам, почувствовал, как его лицо снова заливает раздражение.

Он едва не позволил себе снова отвлечься. Этот парень точно знал, как сбивать людей с толку своим видом и прикосновениями, прежде чем плавно перевести разговор в другое русло.

Ча Ый Джэ схватил обеими руками щеки Ли Са Ёна. Тот широко распахнул глаза, посмотрев на него снизу вверх.

— В любом случае, что ты сделал?

— Ты ведь уже знал это, верно?

— Скажи сам. До того, как я ворвусь на рыбный рынок.

— Что... Да ничего особенного.

Ничего особенного? Не может быть, чтобы канал охотников взорвался из-за ерунды. Ча Ый Джэ взглянул на него так, что взгляд можно было бы принять за кинжал, и Ли Са Ён усмехнулся.

— Я просто сделал то же самое, что и ты, хён.

— То же, что и я?

— Когда я увидел, что ты спишь, я поднял тебя и принёс домой.

Ли Са Ён слегка наклонил голову, моргнув. Его длинные ресницы мелькнули, как крылья бабочки.

— Это преступление? Я просто сделал то же самое, что и ты, хён.

Принёс домой? В голове Ча Ый Джэ вспыхнуло ассоциативное изображение, связанное с этими словами. Смутное, низкого разрешения изображение. Фотография, где J несёт Ли Са Ёна. В тот момент J держал его, как принцессу...

«Чёрт.»

Холодок пробежал по спине Ча Ый Джэ. Он вскочил с места и начал лихорадочно рыться в комнате. Ли Са Ён остался сидеть на полу, подпирая подбородок согнутым коленом.

— Что ты ищешь?

— Где мой телефон?

— У меня.

Ли Са Ён вытащил телефон Ча Ый Джэ из кармана и протянул ему. Ча Ый Джэ выхватил его и быстро включил, подключаясь к интернету. Заголовок на главной странице портала выглядел зловеще.

[Какие отношения между Ли Са Ёном и J? Гильдия Падо сохраняет молчание...]

Руки Ча Ый Джэ дрожали, когда он нажимал на статью. Пока индикатор загрузки кружился несколько секунд, его тревога только нарастала.

Топ, топ, топ. Он нервно постукивал ногой по полу. Когда статья наконец загрузилась, Ча Ый Джэ замер, глядя в глаза Ли Са Ёну. Но не тому, что сидел перед ним, а тому, что был на фотографии.

Ли Са Ён на снимке улыбался так, будто знал все тайны мира…

— ...

А мужчина в маске спокойно держал его в своих руках.

Пока Ча Ый Джэ застывал, Ли Са Ён легко поднялся и подошёл к нему сзади. Затем его губы коснулись затылка Ча Ый Джэ, открытого под мягкими серыми волосами. Тело Ча Ый Джэ моментально напряглось.

В этот же момент поверх фотографии на экране всплыло сообщение.

Отправитель: Ха Ын

— Дядя, бабушка спрашивает, правда ли это.

Тело в руках Ча Ый Джэ дрогнуло. Ли Са Ён ещё раз коснулся губами края его волос.

— Говорят, даже воду перед детьми пить надо осторожно.

***

Ча Ый Джэ не разозлился, как ни странно. Точнее, у него просто не хватило сил, чтобы злиться. Он какое-то время стоял, дрожа, с телефоном в руках, а затем резко оттолкнул Ли Са Ёна, который продолжал целовать его в шею. Покачнувшись, он направился к ванной.

Бах!

Дверь захлопнулась.

Щелчок.

Он запер её.

Все его действия выглядели такими естественными, будто их диктовала сама интуиция. Ли Са Ён не стал просить его открыть дверь или стучать. Вместо этого он подтащил стул так, чтобы видеть дверь ванной, сел на него и спокойно стал ждать.

Это было... почти мило. Если он хотел изолироваться, мог бы выбрать спальню. Но спрятаться в маленьком уголке вроде ванной? Это так похоже на Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ не выходил целый час. За это время из ванной слышались лишь редкие тяжёлые вздохи или приглушённые крики.

Ли Са Ён, теперь сидевший на стуле задом наперёд, подперев подбородок на перекладине спинки, лениво водил взглядом по комнате. Как только он оказался вдали от Ча Ый Джэ, нежеланный гость внутри него снова начал шевелиться. Его сознание, сосредоточенное на Ча Ый Джэ, постепенно стало переключаться на захватчика.

«А потом он попросил, чтобы я его душил ещё сильнее… Ну, этот парень явно ненормальный! Кто вообще хочет, чтобы его душили сильнее?»

Ли Са Ён коротко вздохнул.

«Почему, спрашиваешь…»

Он знал, почему тот вел себя так. Уложив щёку на руку, Ли Са Ён расслабил тело.

Мог ли кто-то, кто долгое время скитался в мире на грани разрушения, остаться нормальным?

«Нет, конечно...»

Как большой камень, который веками размывали вода и ветер, тело и разум постепенно истончались. Когда от них ничего не осталось, даже эмоции, которые когда-то поглощали его, тоже исчезли бы.

Грусть, гнев, сожаление — всё бы пропало. На их месте осталась бы только одержимость.

«Я прав?»

Захватчик не ответил. Но Ли Са Ён знал, что он прав. Он чувствовал, как другая версия его самого корчится в неудобстве.

Как бы отреагировал человек, потерявший всё, включая собственное тело, если бы его снова обрёл? Он наверняка был бы взволнован даже самыми знакомыми, но теперь чуждыми ощущениями. Особенно если те, кто вызывал эти ощущения, были связаны с Ча Ый Джэ…

Ли Са Ён прикоснулся к своей всё ещё пульсирующей шее. Ему даже не нужно было проверять, чтобы знать, что там, скорее всего, остался синяк. Закрыв глаза, он прислушался к звуку воды — Ча Ый Джэ, должно быть, включил кран.

Что могло заставить человека почувствовать себя живым больше, чем ощущения, которые дарил Ча Ый Джэ?

«На его месте я бы тоже попросил ещё...»

Ли Са Ён понимал другого Ли Са Ёна. И это тревожило его до глубины души.

Глава 177

Ча Ый Джэ понадобилось ещё полтора часа, чтобы наконец открыть запертую дверь. Всё это время Ли Са Ён терпеливо ждал. Хотя, по правде говоря, дело было даже не в терпении. По сравнению с тем временем, что он уже провёл в ожидании, это была всего лишь мимолётная минута.

Услышав шаги за дверью, Ли Са Ён поднял голову. Ча Ый Джэ, высунув из-за двери только голову, прищурился, глядя на него.

— …Что ты там делаешь?

— Ждал тебя… пока ты не выйдешь.

Ли Са Ён, облокотившись щекой на руку, перекинул её через спинку стула и прищурился, улыбнувшись.

— Ты немного успокоился?

Ча Ый Джэ, всё ещё прячась за дверью, мрачно посмотрел на Ли Са Ёна.

— Это всё дело рук Скумбрии, да?

— Ну, пожалуй, так.

— Я видел фотографии. Это выглядело так, словно ты угрожал им, чтобы снимки получились удачными. Это ведь твоих рук дело?

— Ах, так даже ты думаешь, что фотографии вышли хорошими. Ну, слава богу…

— Ты… Эти ребята так просто не отделаются.

Ча Ый Джэ, выругавшись, решительно зашагал к нему. Его лицо было далеко от спокойного, словно он готовился ворваться на рыбный рынок и устроить там погром. Ли Са Ён специально наклонил голову так, чтобы был лучше виден отпечаток руки на его шее. Грозное выражение Ча Ый Джэ немного смягчилось при виде этого.

— Но благодаря статье все остальные проблемы как-то улеглись.

Ли Са Ён подумал, что было бы неплохо, если бы синяк продержался подольше. А когда он начнёт сходить, можно будет попросить ещё один. Его губы изогнулись в лёгкой улыбке при внезапной мысли. Протянув руку, он ухватился за край одежды Ча Ый Джэ, когда тот подошёл ближе.

— Думаю, мы воспользовались своими именами, чтобы успокоить тревоги.

— …

— Это немного тебя успокаивает?

Но Ча Ый Джэ, не отвечая, молчал. На его лице была странная тень, которая Ли Са Ёну не понравилась.

Ли Са Ён пристально изучал его выражение, пытаясь прочитать мысли. Эту тему лучше оставить, решил он, ловко меняя разговор.

— Ты не голоден? Ты спал довольно долго.

— Ах, немного.

— Пойдём вниз, поедим. Я попрошу принести еду в кабинет главы гильдии.

— Это обязательно? Нельзя поесть здесь?

— О… Ты хочешь поесть здесь? В одной рубашке?

Ли Са Ён лукаво улыбнулся и просунул пальцы под рубашку Ча Ый Джэ. Тот быстро перехватил его запястье и убрал руку.

— Эй, нас же могут увидеть. Чтобы есть, придётся снять маски.

— В кабинет главы гильдии никто просто так не войдёт. К тому же у меня работы накопилось.

— …

— Если ты так беспокоишься… Поставить кого-то охранять дверь?

— Нет, так далеко заходить не нужно…

Выражение Ча Ый Джэ стало немного неуверенным. Осознавал Ли Са Ён это или нет, но вид этой реакции заставил его захотеть подразнить его ещё больше. Он поднялся со стула и кивнул в сторону выхода. Ча Ый Джэ, возившийся с пуговицами своей свободной рубашки, пробормотал:

— Я сначала переоденусь. Где мои вещи?

— В гардеробной. Там же твоя маска.

Ча Ый Джэ направился в гардеробную так, словно был у себя дома. Это было приятно — видеть, как он так естественно передвигается по комнате. Послышался шелест одежды — он раздевался и переодевался. Ли Са Ён скрестил руки, прислушиваясь к звукам. После короткого вздоха Ча Ый Джэ появился, полностью превращённый в J.

Всего лишь надев маску, он полностью изменил атмосферу вокруг себя. Маска, скрывающая не только его выражение, но и всё лицо, источала зловещую угрозу.

Чуть позже они вдвоём вошли в лифт. Хотя прошло всего несколько месяцев с тех пор, как они последний раз поднимались вместе, казалось, что это было давным-давно. Тогда Ча Ый Джэ стоял в углу, настороженно следя за всем вокруг. Теперь он спокойно стоял рядом с Ли Са Ёном.

Ли Са Ён, глядя на светло-серые волосы Ча Ый Джэ, спросил:

— Кстати, твоя бабушка и Ха Ын знают, что ты — J?

— Хм? Нет.

Ча Ый Джэ коротко ответил:

— Я сказал им, что закрыл ресторан с похмельным супом… и что теперь работаю в гильдии Падо. Они знают только, что я охотник.

— Но из сообщения раньше… казалось, что они знают.

— …Вряд ли.

Он слегка склонил голову, словно что-то не сходилось.

Ча Ый Джэ не говорил им, что он J. Ни тогда, когда впервые пришёл поесть супа в их доме, ни позже, когда попросил поработать в их ресторане.

Двери лифта открылись. Как и говорил Ли Са Ён, этаж, где находился кабинет главы гильдии, был тихим.

Ча Ый Джэ шёл по коридору, эхо шагов разносилось вокруг. И вдруг он резко остановился.

— Ах.

Казалось, всплыла давно забытая память. Ли Са Ён, шедший рядом, обернулся в недоумении.

— Что такое?

— Думаю… они могут знать. Да, я думаю, они знают.

Ча Ый Джэ рассеянно потёр маску, на лице под ней выступили капли пота. Его голос, уже искажённый маской, дрожал от беспокойства.

— Теперь, когда я вспоминаю… тогда я пришёл туда в своём наряде J…

— Что ты имеешь в виду?

— Одежда, которую я носил, когда был J!

Ча Ый Джэ тогда инстинктивно пошёл на запах, как только открыл глаза, постучал в дверь ресторана с похмельным супом и вошёл. В тот момент телевизор в магазине показывал документальный фильм в память о восьмой годовщине разлома на Западном море. На экране даже мелькнула фотография J в его боевом обмундировании. Его бабушка как раз резала чеснок, глядя на экран, а Ча Ый Джэ стоял рядом, всё ещё в форме J, потрёпанный и усталый.

«Нет, она могла и не заметить…»

Ча Ый Джэ быстро повернулся к Ли Са Ёну.

— Эй, Ли Са Ён. Ты смотрел документальный фильм про J? Тот, где интервью с охотником Сон Джо Хоном.

— …А?

— Смотрел или нет? Скажи быстро.

— Ха.

Ли Са Ён некоторое время смотрел на него, прежде чем фыркнуть. Короткий смешок перешёл в откровенную насмешку. Прищурившись, он ответил:

— Конечно, смотрел… Это гильдия Падо его сделала.

— …Что?

— От планирования до финансирования и поддержки — всем занималась гильдия Падо… Так что да, я смотрел.

— Чт-что?

— Клянусь… В следующий раз надо ещё и логотип гильдии на экран прилепить.

Ли Са Ён недоверчиво пробормотал это. Так вот оно что? Возможно, шок от прошедших восьми лет стёр из памяти Ча Ый Джэ все мелкие детали. Он быстро схватил Ли Са Ёна за плечи.

— Это всё понятно, но я не смотрел весь фильм. Только интервью и немного до него. Там показывали меня в бою?

— Хм? Конечно, показывали. Твои сражения, интервью перед входом… всё.

— …

— Почему ты спрашиваешь?

Чувство тревоги усиливалось.

Ча Ый Джэ отчаянно пытался вспомнить прошлое. Что тогда сделала его бабушка?

Он закончил есть, но всё ещё колебался, не зная, что делать, потому что у него не было денег, чтобы заплатить. Бабушка его не ругала, а просто протянула тёмно-синюю куртку и чёрную шапку.

«Если будешь бродить в таком виде днём, тебя схватят. Надень».

После этого он неохотно сменил свою изношенную одежду на эту куртку и натянул шапку пониже. Почему она дала ему куртку и шапку? Из-за ран? Нет.

«Она хотела, чтобы меня не поймали…?»

Ча Ый Джэ побледнел.

Теперь, когда он подумал об этом, сразу после выхода из разлома на Западном море он был не в себе. Он не осознавал, что одежда могла сделать его легко узнаваемым, или что лицо нужно было прикрыть. Всё его внимание было сосредоточено на самом базовом — на голоде.

Если бы не доброта бабушки, его могли бы поймать прямо тогда. Его открытое лицо, сам факт возвращения. Даже его решение сбежать.

Ча Ый Джэ закрыл рот рукой. Его голос дрожал, он едва мог говорить.

— Она наверняка знает… Она смотрела тот фильм, ещё и дала мне шапку…

— Ну, в этом есть смысл.

— Что?

— Кажется, ты не понимаешь, сколько кадров с тобой показали.

Ли Са Ён смотрел на Ча Ый Джэ с бесстрастным выражением, затем отвёл взгляд. Его голос, странно холодный, последовал за этим.

— Тогда ты был по всем каналам. Люди целыми днями обсуждали, стоит ли отправлять J или нет… Когда решение приняли, показывали все твои достижения, твоё последнее интервью, твою спину, когда ты входил в разлом… Они выжали из этого всё до капли.

Тон был таким, будто он пересказывал услышанное от кого-то другого. Хотя, действительно, в то время Ли Са Ён был в таком состоянии, что не мог смотреть ничего. Его здоровье было плохим, он едва мог двигаться. Для него это тоже была новость.

Ча Ый Джэ вдруг спросил:

— Кто тебе это рассказал?

— …

Ли Са Ён молча смотрел на Ча Ый Джэ, затем пожал плечами.

— Чон Бин.

— …

— Я какое-то время жил с ним… ну, в общем.

Ли Са Ён скрестил руки и начал слегка постукивать пальцами по предплечью.

— Ты был известнее, чем думал. Не было никого, кто бы тебя не знал.

— …

— Ну, после того как установили мемориал, решив, что ты погиб, люди постепенно забыли.

Это, наверное, было неизбежно. Со временем появлялись новые, более выдающиеся охотники.

Как песок, засыпающий другой песок, люди покрывают старые воспоминания новыми. Они бы недолго помнили охотника, который погиб, застряв в каком-то разломе. В лучшем случае могли бы изредка подумать: «Ах, был кто-то такой». И уж точно никто не поверил бы, что он всё ещё жив.

Даже он сам потерял дорогу и скитался.

— Я не мог просто оставить это так.

Но.

— Кто сказал, что они могли просто забыть?

Ча Ый Джэ в замешательстве уставился на Ли Са Ёна. Тот, смотревший прямо перед собой, повернул голову.

— Всё же…

Их взгляды встретились.

— По крайней мере, деньги на этот документальный фильм были потрачены не зря. Раз уж его показывали даже в такой глуши.

Ли Са Ён улыбнулся, приподняв уголок губ.

— Правда?

Глава 178

Тук.

«Что?»

Тук-тук-тук. Внезапно его сердце забилось громче. Странно. Ничего не изменилось, но что-то явно было не так.

Ча Ый Джэ потер грудь. Тем временем Ли Са Ён уже шагнул вперед. Его ленивый голос, смешанный с легким сладковатым ароматом, витал в воздухе. Под ярким светом коридора перед глазами Ча Ый Джэ виднелся только его черный силуэт.

— Я собирался включить в интервью режиссера, но она все время отказывалась...

— …

— Чон Бин тоже отказался. Наверное, по приказу режиссера. Это меня немного разозлило.

— …

— О, но Сон Джо Хон оказался неожиданно сговорчивым. Наверное, из-за работы над имиджем… Он согласился сразу.

В каждом слове звучала странная игривость. Бледная кожа, мелькавшая через черные волосы, шея с синяками от чьих-то рук, качающийся плащ и резкий профиль носа и губ, когда он слегка поворачивал голову. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна были устремлены исключительно на Ча Ый Джэ. Эмоции в этих глазах…

— Хён?

— …

— Что с тобой?

Ча Ый Джэ смотрел на Ли Са Ёна, будто впервые видел его. Разве у него всегда были такие широкие плечи? Разве он всегда был таким высоким? Теперь он был выше Ча Ый Джэ на полголовы, а ведь сам Ча Ый Джэ был вовсе не низким. Когда Ча Ый Джэ застыл на месте и не двинулся дальше, Ли Са Ён обернулся к нему.

Странным образом в нем не осталось и следа того мальчишки, чью жизнь однажды спас Ча Ый Джэ. Перед ним стоял взрослый мужчина. Не задумываясь, Ча Ый Джэ спросил:

— Почему ты это сделал?

— Сделал что? А, документальный фильм?

— Да.

Ли Са Ён моргнул, словно Ча Ый Джэ сказал что-то странное. Его ответ прозвучал так буднично, словно это было само собой разумеющимся.

— Я же говорил. Сделал, потому что глупые люди начали забывать о тебе.

— Мертвых неизбежно забывают. Со временем всё…

— Кто сказал, что кто-то мертв? Ох, почему ты вдруг так себя ведешь?

— В любом случае, было известно, что я мертв. Даже мемориал установили.

— Ты настолько голоден, что у тебя уже мозги путаются?

Ли Са Ён раздраженно оборвал его. Опустив руки, он указал пальцем на лицо Ча Ый Джэ. За его рукой эти пронзительные фиолетовые глаза смотрели прямо в душу Ча Ый Джэ.

— Первым, кто схватил меня за руку, был ты, Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ вспомнил лицо, которое увидел среди руин. Едва живое, с едва ощутимым пульсом, слабое дыхание, губы, шевелившиеся без звука. Тихая мольба о спасении.

«Пожалуйста, спасите меня».

Ча Ый Джэ протянул руку. И тогда…

— Всё будет хорошо.

Он без колебаний схватил иссохшую, искореженную от яда руку.

Ча Ый Джэ моргнул. Но высохшей руки больше не было. Вместо нее теперь перед ним была большая, сильная рука, направленная прямо на него. Ли Са Ён заговорил, словно выплюнул слова.

— Ты обещал, что вернешься.

— …

— Я просто сдержал свое обещание.

Ча Ый Джэ слегка приоткрыл губы. Он подумал, что это было таким эгоистичным требованием. Тогда у Ча Ый Джэ не было уверенности, что он сам выживет. Он просто протянул руку, чтобы схватиться за единственную возможность, словно тонущий человек хватается за любую соломинку.

Но этот мальчик.

Этот Ли Са Ён.

Даже спустя восемь лет он не отпустил его руку.

Ча Ый Джэ почувствовал, как горло сжалось, не позволяя произнести ни слова. На чем основывалась эта непоколебимая вера? Откуда бралась эта безграничная уверенность? Ли Са Ён вздохнул, убрав руку от лица Ча Ый Джэ. Его черные пальцы запутались в собственных волосах.

— Теперь ты доволен?

— …

— Если понял, пошли. Нужно что-то съесть. Так нельзя…

Ли Са Ён цокнул языком и повернулся, чтобы идти дальше. Но Ча Ый Джэ не мог пошевелиться. Нет, он просто не мог заставить себя двинуться.

— …

Казалось, земля под ногами начинала таять. Кончики пальцев и ног заныли. Его сердце билось всё быстрее, до такой степени, что становилось трудно дышать. Голова опустела.

Ча Ый Джэ едва мог сглотнуть. Дышал, моргал, глотал — каждое естественное движение давалось с трудом. Казалось, все его чувства были обострены и сосредоточены только на одном. На Ли Са Ёне.

Движения Ли Са Ёна, когда тот повернулся обратно, словно замедлились.

Он моргнул. С каждым морганием его длинные ресницы слегка вздрагивали. Полные губы чуть приоткрылись. Грудь едва заметно поднималась и опускалась. Брови немного сдвинулись, а лоб слегка нахмурился. Голова чуть наклонилась вправо, заставляя волосы колыхнуться. Сладковатый запах снова заполнил воздух. Черные пальцы, касавшиеся его щеки, чуть подрагивали.

Ча Ый Джэ закрыл маску обеими руками. Даже если он мог закрыть глаза, запах и звуки всё равно невозможно было заглушить.

— Хён?

Любопытный голос Ли Са Ёна позвал его. Пальцы Ча Ый Джэ задрожали на маске. Чёрт.

«Почему это происходит именно сейчас?»

Ча Ый Джэ с трудом выдохнул. Чувствовал себя так, словно задыхался, хотя вовсе не был под водой.

Если он продолжит стоять лицом к Ли Са Ёну, то скоро свалится. Резкое чувство подсказало, что так дальше нельзя. Не осознавая, он сделал шаг назад, затем быстро огляделся по сторонам. Рядом с лифтом, из которого они вышли, он заметил дверь аварийного выхода. Зелёный аварийный свет мигал.

— Черт…

Ча Ый Джэ резко втянул воздух. И затем:

Тук-тук-тук!

Он бросился к аварийному выходу. Ли Са Ён, который ошеломлённо смотрел ему вслед, стиснул зубы и провёл рукой по волосам.

— Что за… Что ты делаешь?!

Ча Ый Джэ начал спускаться по длинной лестнице. Вскоре он услышал звуки шагов позади. Кто-то преследовал его по пятам. Он краем глаза заметил развевающийся плащ Ли Са Ёна. Ли Са Ён закричал:

— Почему ты так себя ведёшь? Ты что, с ума сошёл?

Если я не сошёл, то точно сойду! Почему!

Ча Ый Джэ стиснул зубы и стал перепрыгивать через несколько ступенек сразу. Глухие удары — ноги пока держались. Но Ли Са Ён тоже не отставал. Чёрт. Он услышал, как позади кто-то выругался, а затем шаги стали более ритмичными. Наверняка он тоже начал прыгать. Тогда Ча Ый Джэ закричал:

— Не следуй за мной!

— Скажи мне, что с тобой! Ты что, от вины сбегаешь?

— Дело не в этом, так что прекрати!

— А как я узнаю, если ты ничего не скажешь?!

— А ты тоже ничего не говоришь!

— Ты серьёзно? Ты сейчас на бегу решил это обсуждать? Что за чёрт?!

Ли Са Ён был вне себя.

— Если уж у тебя есть что сказать, так хотя бы остановись и скажи это нормально! Какой смысл орать это на лестнице?!

В его словах был смысл. Ча Ый Джэ хотел было ответить, но резко опустил взгляд вниз. И замер. У аварийной двери стоял кто-то, разинув рот, и наблюдал за ними.

Судя по униформе и бейджу, это был один из членов гильдии Падо. А, как же я об этом не подумал. После всего этого шума, конечно, кто-то придёт проверить!

Ча Ый Джэ стиснул зубы и побежал ещё быстрее. Тук-тук-тук — позади послышался раздражённый вздох Ли Са Ёна. Его присутствие ощущалось всё опаснее.

— Ты остановишься? Как долго ты собираешься бежать?

Хоть до самого ада!

— Остановись сейчас же! Иначе как мы вообще поговорим, чёрт возьми?!

Но чем больше Ли Са Ён настаивал, тем упрямее становился Ча Ый Джэ. Он не остановился. Чем ниже он спускался, тем больше людей чувствовал вокруг. Всё больше членов гильдии Падо выходило посмотреть, что происходит.

Они ахали в шоке, видя Ча Ый Джэ в его чёрной маске, и кричали от страха, заметив Ли Са Ёна, пылающего гневом, который гнался за ним.

Пятый этаж, четвёртый, третий — они приближались к вестибюлю. Ча Ый Джэ быстро вспомнил план здания гильдии Падо с прошлого визита. Если выйти через главный вход, его заметит слишком много людей. Ему нужно будет где-то спрятаться, выскользнуть через чёрный ход или пробить окно. Отлично. Идеальный план.

Второй этаж,

Первый этаж.

Скрип! Ботинки Ча Ый Джэ заскользили по гладкому полу. Он схватился за ручку двери аварийного выхода. Лязг. Ручка дрожала в его руке — дверь была заперта.

Он поднял взгляд, чтобы оценить ситуацию. Ли Са Ён выглядел совершенно невозмутимым, за исключением растрепанных волос. На его лице застыло самое холодное выражение, которое Ча Ый Джэ когда-либо видел. Его сердце колотилось неравномерно. Он не мог понять, было ли это от того, что он спустился десятки пролетов лестницы, или из-за Ли Са Ёна.

Ча Ый Джэ с яростью схватил ручку. Без раздумий он пнул дверь.

Бум—!!

Яркий свет хлынул внутрь. Ча Ый Джэ быстро осмотрелся. Благодаря стеклу весь просторный вестибюль гильдии Падо был виден как на ладони, включая вид за главным входом.

За входными дверями толпились люди. В одном из углов вестибюля находилось корпоративное кафе, где сидело несколько охотников из гильдии Падо. Ча Ый Джэ узнал несколько лиц. Он даже встретился взглядом с Пэ Вон У, который, ошеломленный, выплюнул свой кофе.

Позади ощущалось зловещее присутствие. Если его поймают, он погибнет. Ча Ый Джэ рванул вперед. Ли Са Ён, который выскочил следом, закричал:

— Подожди, хён…!

Ли Са Ён на мгновение огляделся, проглотив слово «хён», осознав, где они находятся. Вместо этого он позвал имя, которое давно оставил в прошлом, но когда-то повторял бесчисленное количество раз.

— J!

J обернулся, но всего лишь на мгновение. Затем снова пустился бежать, словно от этого зависела его жизнь. Ли Са Ён оглядел происходящее в вестибюле и горько усмехнулся.

— Ах… это уже сводит с ума, честно.

— Ох…

Пэ Вон У только выдохнул, ошеломленный. У него больше не осталось кофе, который можно было бы пролить.

В этот момент из тени Ли Са Ёна внезапно высунулась черноволосая голова. Это был Со Мин Ги в своих неизменных солнцезащитных очках. Он медленно вытянул верхнюю часть тела и поставил на пол бумажный пакет. На пакете красовался логотип корейского ресторана неподалеку. Со Мин Ги моргнул, сбитый с толку, оглядываясь.

— А?

— …

— Глава гильдии? Почему вы в вестибюле? Вы же были в офисе?

— Немедленно.

— Простите?

Ли Са Ён, наблюдая, как фигура Ча Ый Джэ превращается в черную точку вдали, указал на него пальцем.

— Гонись за ним. Сейчас же!

Глава 179

«Анонимный пост Гильдии Падо»

[※ Пожалуйста, соблюдайте правила при публикации!]

[※ Посты, не соответствующие правилам, могут быть удалены без уведомления.]

Заголовок: [Анонимно] Что только что произошло?

240 бежал за кем-то по аварийной лестнице так, будто собирался убить их. Я это правильно видел?

Комментарии (99+):

— Да, ты правильно видел, ㅋㅋ.

⤷ Ого, правда? Я уже думал, что случайно добавил галлюциногены в салат, но хорошо знать, что я не ошибся.

⤷ Какую жизнь ты ведёшь, Аноним?

— Ты видел только 240?

⤷ Да, это был первый раз, когда я слышал, как 240 кричал;;

⤷ Ты упустил самое главное... J должен был быть впереди.

⤷ ????? Почему J вообще был бы в нашей гильдии?

⤷ Кто знает, может, 240 его сюда притащил.

⤷ Похитил?

⤷ Да ладно, не может быть.

Заголовок: [Анонимно] Но у 240 был синяк на шее.

Это был синяк в форме руки. Для S-класса иметь такой след на шее…

Это могло быть…?

Комментарии (99+):

— Похоже на то…

— Больше ничего не скажу, потому что не хочу встречи с 240.

⤷ Серьёзно.

⤷ Как вы это узнаёте, если это анонимная доска? ㅋㅋ

⤷ Не недооценивайте способности Со Мин Ги в сборе информации…

— А, я понял! J и 240 пожертвовали собой ради скучающих и сонных сотрудников…

⤷ J-герой.

⤷ Я таким сонным был после обеда, но это моментально меня взбодрило.

Заголовок: [Анонимно] Но всё-таки номер один есть номер один.

Они такие быстрые и ловкие. Я моргнул — и они уже были внизу.

Комментарии (99+):

— Серьёзно, они оказались там, как только ветер подул.

— Это было похоже на телепортацию.

— Ну хоть здание не разрушили, J — лучший!

⤷ Нет, нужно, чтобы сломали, чтобы мы могли пойти домой.

⤷ Точно.

⤷ Можете вернуться и сломать чуть больше? Но так, чтобы здание не рухнуло полностью?

Заголовок: [Анонимно] Собрал все посты с анонимной доски, чтобы подвести итоги.

Часть из этого выдумана.

Не знаю, что произошло после публикации статьи, но 240 держал J в заложниках.

J, который ценит свободу, придушил 240 и сбежал, как ветер.

240 гнался за ним так, будто собирался убить его (свидетели подтвердили).

Доказательства: 240 кричал на J, говоря что-то вроде «Ты что, с ума сошёл? Немедленно остановись!», какие-то угрожающие фразы.

J выбил дверь и успешно сбежал.

Стекло затемнилось способностью J, заблокировав видимость снаружи. Первый этаж превратился в теплицу.

Парень-щит в отчаянии.

Так звучит логично?

— Почему у меня ощущение, будто мой мозг испортился, просто прочитав это?

⤷ ХАХА ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ.

⤷ Теперь нас атакуют мысленно просто через посты. Жестоко.

— Это вообще реально?

⤷ Кто знает

⤷ Остальное не знаю, но удушение и то, как 240 гнался за J, будто хотел убить, — это реально. Я сам видел.

⤷ Хорошая смесь лжи и фактов.

⤷ Я так испугался, что упал.

— Что делают эти секретные секретари? Расскажите всё.

⤷ Если бы секретари были здесь, они бы не занимались этим бардаком, лол.

⤷ Точно. Держитесь там.

⤷ Наверняка работают сверхурочно сегодня. Удачи.

Заголовок: [Анонимно] Позвольте мне резюмировать всё в одном предложении.

J и 240 душили друг друга и играли в догонялки.

Комментарии (99+):

— Что вообще происходит?

— Этот пост скоро удалят.

«Хааа…»

Крупная рука с сильными костями опустила телефон на стол. Раздался глубокий вздох. Пэ Вон У обхватил голову руками, издав болезненный стон. Ему казалось, что такой безнадёжный вздох он испускал совсем недавно.

Первый этаж здания гильдии Падо, кафе внутри. Ещё мгновение назад там было оживлённо, но теперь царила тишина. Только трое сидели там, оставшиеся в пустом помещении.

Пэ Вон У снова тяжело вздохнул, будто собирался обрушить на землю все свои тревоги.

— Хааа…

— Хватит уже вздыхать, заместитель главы гильдии.

— …Они всё видели, правда?

— Ну, мы пытались это скрыть… но, скорее всего, важное всё же заметили.

Свежий аромат трав наполнял воздух. Окна, через которые раньше был виден внешний мир, теперь были закрыты яркой зеленью и цветами. Листья мягко трепетали. Кан Джи Су медленно размешивала свой клубничный латте соломинкой. Её тёмно-зелёные глаза сверкали, словно драгоценные изумруды. На месте бариста теперь находилось нечто, напоминающее фигуру из лоз.

Пэ Вон У пробормотал:

— Надо было сразу пойти в подземелье… Зачем я вообще решил взять кофе…

— Какой смысл жалеть о том, что уже произошло, заместитель главы? Надо думать, как это исправить.

— Что это вообще такое, Са Ён? Сколько раз ты ещё собираешься становиться первой полосой новостей?

— На этот раз это не моя вина…

Низкий, недовольный голос ответил. Ли Са Ён, сидя, закинул ногу на ногу и, закрыв глаза, массировал виски.

Длинные гудки оборвались, и вскоре раздалось уведомление о том, что соединиться с абонентом не удалось. Его изящные брови слегка нахмурились. Ли Са Ён снова набрал номер, холодно пробормотав:

— Теперь он даже трубку не берёт…

Пэ Вон У осторожно заметил:

— J… и, эм… ну, наверное, у вас была причина, чтобы играть в «поймай меня, если сможешь», верно?

— Я не знаю…

Звук скрежета раздался от его стиснутых зубов. За спиной Ли Са Ёна, одетого в чёрный длинный плащ, мелькнула зловещая аура. Он раздражённо бросил:

— Они оба свихнулись.

— Чёрт. Я просто предложил ему поесть, а он сбежал, будто у него ноги в огне. Как это может быть моей виной?

— …

— Скажи мне, Пэ Вон У. Это моя вина, что я предложил человеку, который спал весь день, поесть?

— Н-нет… Предложить кому-то поесть — это хорошее дело…

— Что бы я ни говорил, он не реагировал. Что, он не хочет есть со мной? Даже разговаривать? Сбегать вот так?

Чем дольше он говорил, тем сильнее накалялся его голос. Это становилось опасным. Если так продолжится, он может взорваться.

Кан Джи Су и Пэ Вон У переглянулись. Ты поговоришь с ним первым? Нет? Заместитель главы гильдии должен начать. После тихого спора Кан Джи Су расширила глаза, как бы бросая вызов. Наконец, Пэ Вон У нарушил молчание.

— Са Ён. Может… ты, эм, ты запер J?

— Что? Ха…

Ли Са Ён фыркнул. На его утончённом лице появилась язвительная улыбка.

— Ты слепой? J похож на того, кого можно запереть?

— Дело не в этом, но… в мире всегда есть вероятность «а что если», верно?

— Нет.

Ли Са Ён ответил твёрдо, и Пэ Вон У с облегчением вздохнул. Он украдкой взглянул на его шею. Тёмный синяк в форме отпечатка руки чётко выделялся. Тело S-класса невероятно крепкое — настолько, что оставить хотя бы царапину может лишь огромная сила. Чтобы оставить такой отчётливый след на столь выносливом теле…

Ах, он не хотел больше ничего знать. Ли Са Ён был тем, кого он воспитывал, о ком заботился и кого поддерживал в трудные времена. Ему совсем не хотелось вникать в его бурные романтические запутанности. Но признаки были слишком очевидны, даже для такого наивного человека, как Пэ Вон У. Всё указывало на один вывод.

Он закрыл лицо руками, чувствуя отчаяние. Вот бы быть чуть более глупым!

В этот момент Кан Джи Су громко поставила свой стакан на стол.

— Сейчас!

Пэ Вон У и Ли Са Ён одновременно подняли глаза. Несмотря на их резкие взгляды, она хлопнула в ладоши, не показывая ни капли страха.

— Со Мин Ги сказал, что он пошёл за J, верно?

Маленькое Чудо Со Мин Ги, появившейся из тени Ли Са Ёна, сразу же вернулся обратно в тени после получения приказов, даже не разобравшись в ситуации. Пэ Вон У кивнул.

— Д-да, правильно.

— Со Мин Ги не сможет победить J, но он хотя бы должен был зафиксировать его местоположение, так? Возможно, включил GPS.

— Логично.

— Если мы будем просто сидеть и болтать, ничего не узнаем.

Она резко подняла указательный палец.

— Заместитель главы гильдии, позвони Чхве Го Ё.

— А? Хорошо.

— А глава гильдии…

Кан Джи Су добавила серьёзным тоном:

— Постарайтесь выглядеть жалким.

***

— Ха…

Ча Ый Джэ облокотился на перила здания, глядя на небо, покрытое кружащимся белым пеплом. Пепел падал, словно снег, равнодушный к его чувствам. Он раздражённо цокнул языком. Его телефон безостановочно вибрировал в руке. Сбежать было хорошей идеей, конечно. Но…

Сбежать оказалось некуда.

«Как может быть так, что совсем некуда пойти…»

Ча Ый Джэ положил подбородк на руку. Ресторан с супом для похмелья был слишком очевидным, Чон Бин, вероятно, был занят, а уютное любовное гнёздышко Хон Ё Сона… Ча Ый Джэ покачал головой, отгоняя эту мысль. Слишком много хлопот. Идти к Хон Ё Сону, чтобы избежать Ли Са Ёна, было бы всё равно что прыгнуть из одного ада в другой.

«Может, купить дом?»

Он вспомнил, что Хан Сок Джон присматривала за его старым жильём. Может, стоит отправиться туда… Ча Ый Джэ тихо вздохнул.

— Господин, пожалуйста, верните мой телефон. Умоляю, для меня это вопрос жизни и смерти.

Со Мин Ги, привязанный к поручням крыши за запястье галстуком, взмолился. Узел был завязан достаточно слабо, чтобы его можно было легко развязать, но настоящими «оковами» был не галстук, а Ча Ый Джэ.

Телефон снова завибрировал. Ча Ый Джэ взглянул на идентификатор звонящего. Глава гильдии. Поскольку он не отвечал, глава, похоже, переключился на Со Мин Ги. Ча Ый Джэ присел перед ним на корточки, показывая экран телефона.

— Ответь и скажи, что потерял меня.

— Ч-что? Но…

Щёлк. Ча Ый Джэ беззвучно хрустнул пальцами. Со Мин Ги быстро кивнул. Глава гильдии был далеко, но кулаки Ча Ый Джэ были прямо здесь. Ча Ый Джэ провёл пальцем по экрану, принимая вызов, и поднёс телефон к уху Со Мин Ги. Тот выровнял дыхание и заговорил.

— Да, глава гильдии.

— …

— Глава гильдии?

На другой стороне долго молчали, прежде чем в трубке раздался тихий вдох.

— J с тобой, не так ли?

— Ч-что? Нет, нет, совсем нет!

Голос Со Мин Ги дрожал, и его попытка соврать треснула с громким треском. Ча Ый Джэ схватил его за воротник и беззвучно прошептал:

«Ты хочешь умереть?»

Со Мин Ги отчаянно замотал головой. Его очки стукнулись о экран телефона. Тем временем Ли Са Ён оставался молчалив. Наконец, его голос, теперь приглушённый, тихо спросил:

— Я сделал что-то не так?

— …

Челюсть Со Мин Ги отвисла. Ча Ый Джэ, держащий телефон, тоже был ошеломлён. Раньше он никогда не слышал такого тона. Ли Са Ён продолжил бормотать:

— Я просто хотел поесть с тобой, а ты вот так сбежал…

…Так вот как?

Если задуматься, Ли Са Ён, должно быть, тоже был удивлён. Они нормально разговаривали, и вдруг он сорвался с места. Но всё же…

Ча Ый Джэ потер затылок. Услышав его голос, он почувствовал, как волосы на его шее встали дыбом. Уши зудели, а пальцы невольно сжались.

«Если его голос заставляет меня так реагировать, то как я вообще смогу встретиться с ним лицом к лицу!»

— …Хён, ты злишься? Ты правда не будешь мне отвечать?

Ча Ый Джэ открыл рот, но тут же замер, задержав дыхание. Он чувствовал, что сейчас его голос прозвучит странно. Тем временем Со Мин Ги, почувствовав настроение Ча Ый Джэ, развязал галстук на запястье. Он медленно отполз в сторону, стараясь быть подальше от телефона.

Как только Ча Ый Джэ собирался что-то сказать, Ли Са Ён заговорил первым.

— Тогда я…

Позади что-то появилось. Это ощущение он испытывал уже несколько раз. Ча Ый Джэ мгновенно обернулся.

В середине крыши появилась огромная дверь. Медленно, скрипя, она начала открываться. За ней простиралась зелёная, похожая на ботанический сад, площадь. В воздухе витал аромат свежей травы.

— А-а-а.

Романтичный открыватель, вцепившись в дверную ручку, издал слабый стон, прежде чем потерять сознание. Длинные ноги грациозно перешагнули через его обмякшее тело и коснулись пола крыши. Чёрный плащ взвился в воздухе. Ча Ый Джэ беззвучно пробормотал:

«Чёрт.»

— У меня всё-таки есть чутьё.

«Чёрт!»

Глава 180

Ли Са Ён, все еще держа телефон у уха, пристально смотрел прямо на Ча Ый Джэ. Затем он специально завершил звонок и слегка наклонил голову. Как только Ча Ый Джэ услышал короткий гудок, он вскочил на ноги и поспешно отступил назад, ударившись поясницей о перила.

«Может, просто прыгнуть?» Он бросил взгляд вниз. С этой высоты, казалось, он отделается легкими ушибами, даже если упадет. Но Ли Са Ён отреагировал мгновенно.

— Куда ты смотришь? Верни взгляд сюда.

— …

— Смотри на меня.

Умный ублюдок. Ча Ый Джэ крепко схватился за перила, полон решимости. Если настанет критический момент, он действительно прыгнет. Ли Са Ён улыбнулся, но в его глазах не было ни тени смеха.

— Ох… ты собираешься упасть?

— …

— Мне тоже упасть с тобой? На этот раз, вместо лестницы, может, побежим по главной улице бок о бок? Это будет еще лучшая тема для слухов, не находишь?

Кто, как ты думаешь, довел меня до такого? Ты даже не представляешь, что я чувствую. Ча Ый Джэ, готовый взорваться и крикнуть: «Отлично, тогда давай оба умрем!», был прерван глухим голосом, раздавшимся из-за спины Ли Са Ёна.

— Глава гильдии, разве ты не знаешь, что значит быть жалким? Нужно вести себя жалко, а не провоцировать.

За черным плащом показалась рыжая голова. Это была Кан Джи Су, которую Ча Ый Джэ мельком видел ранее в комнате отдыха. Рядом с ней стоял Пэ Вон У, почесывая голову с мрачной гримасой. Ли Са Ён пожал плечами.

— Ох… Я никогда не был жалким, так что откуда мне знать. Мой косяк?

Вместо ответа Ча Ый Джэ слегка повернул голову, чтобы видеть только черный плащ Ли Са Ёна. Он услышал приглушенный смешок. В его поле зрения появился Со Мин Ги, ползущий к двери на четвереньках.

— …

— …

Почувствовав на себе взгляды, Со Мин Ги обернулся, серьезно кивнул и поклонился.

— Кажется, это дело, которое вы и глава гильдии должны решить лично, сэр.

Затем он продолжил ползти. Решить? Как? У меня и мысли в кучу не собираются! Но прежде чем Ча Ый Джэ успел что-либо сказать, Со Мин Ги уже добрался до двери.

Он взялся за дверную ручку, подхватил упавшего Романтичного открывателя и произнес:

— Удачи!

— Надеюсь, у вас будет содержательный разговор.

После этого он захлопнул дверь.

БАМ!

Звук захлопнувшейся двери был подобен падению гильотины. Вскоре дверь исчезла, будто ее никогда не существовало, растворившись в пыли. На крыше остались только они вдвоем. Ча Ый Джэ намеренно отвернул голову. Белый пепел мягко опадал, словно снег.

Тихий вздох сорвался с его губ. Ли Са Ён провел рукой по волосам, рассыпая мягкие кудри.

Ча Ый Джэ вдруг заметил, что в левой руке Ли Са Ён держал квадратный пакет с логотипом корейского ресторана, предлагающего блюда по меню. Этот простой предмет вызвал странное, непонятное чувство внутри. Глубокий и спокойный голос Ли Са Ёна задал вопрос:

— Тебе неприятно видеть меня?

Нет.

— Тогда почему ты убегаешь?

…

— Я сделал что-то не так?

Это был тот же вопрос, что и раньше, но атмосфера и тон звучали иначе. Ча Ый Джэ вдруг показалось забавным, как хорошо обвиняющий тон подходил Ли Са Ёну. Эта уверенность, почти вызывающая раздражение, как будто была его естественной чертой. Медленно, Ча Ый Джэ повернул голову. Он слегка приоткрыл рот.

Выражение лица Ли Са Ёна перед ним было…

— Если я сделал что-то не так, ты должен сказать мне, что именно. Обычно ты говоришь нормально, но вдруг замолчал. Что происходит?

…такого выражения он еще никогда не видел.

— Ответь мне, Ча Ый Джэ.

Тонкое лицо Ли Са Ёна постепенно исказилось. Его фиолетовые глаза горели решимостью, но уголки глаз покраснели, как будто он вот-вот заплачет.

У Ча Ый Джэ словно отключился разум. Он сильнее сжал перила. С громким скрипом железо поддалось под давлением. Ли Са Ён снова заговорил, четко и размеренно выговаривая каждое слово:

— Я не могу знать всего. Если ты не скажешь, я не узнаю.

— …

— Догадываться и предполагать — это только часть дела. Как долго ты собираешься заставлять меня ждать?

Дыхание застряло в горле. Пустота в голове заполнилась хаотичными мыслями. Что я должен сказать?

«Спасибо за ожидание»?

Нет, это слишком банально. И уместно ли говорить такое человеку, который вот-вот расплачется? Может, извиниться? Но я уже это сделал. Могу ли я повторить свои слова?

Всякий раз, когда Ча Ый Джэ оказывался перед Ли Са Ёном, он всегда начинал слишком много думать. Но даже тогда его действия опережали слова. Он протянул руку и схватил Ли Са Ёна за руку. Твердость мышц под кожаным плащом почему-то оказалась обнадеживающей.

Выразить свои истинные чувства было сложно. Он никогда не был слишком откровенным, но в какой-то момент это стало особенно трудным. Наступило время, когда слова казались ненужными. С того самого дня, как каждое его слово стало значить больше, чем он хотел, он стал полагаться на действия. Ему приходилось это делать, чтобы спасти больше людей…

— Это не твоя вина, просто я…

Ча Ый Джэ с трудом сглотнул. Горло казалось опухшим, и даже глотать было трудно. Он запнулся, продолжив с усилием:

— Просто… ты…

Тук-тук-тук — сердце колотилось, как безумное. С ним всегда было так, когда он оказывался рядом с Ли Са Ёном. Большая рука накрыла его собственную, даря тепло и утешение. Ча Ый Джэ крепко вцепился в плащ Ли Са Ёна, слегка сминая его.

— То, что ты ждал меня…

Это просто…

Он снова сглотнул.

Что нужно человеку, который потерян? Что нужно тому, кто не может доверять даже самому себе? С момента, как Ча Ый Джэ вошел в разлом Западного моря, он был словно воздушный змей с оборванной нитью, корабль, дрейфующий в бескрайнем море.

Он скитался, казалось, целую вечность.

— …

До того дня, когда внезапно, по неизвестным причинам, его выбросило из разлома Западного моря. После столь долгого времени. Ча Ый Джэ вдруг перестал дышать и моргнул. Перед его глазами замелькали обрывки воспоминаний.

Глухой удар! Острая сталь прорезала череп, сокрушая дыхательное горло с жестокой силой. Ча Ый Джэ согнулся, крепко сжимая рукоять меча, тяжело дыша. Хуф, хуф, хуф…

Его рваное дыхание вскоре выровнялось.

Несмотря на то что последний оставшийся монстр был убит, врата разлома так и не открылись.

Вместо этого…

Наступила тишина.

Не было ни дуновения ветра, ни шелеста травы, ни даже стрекота насекомых. Этот мир погрузился в жуткую тишину. Единственный звук, который он слышал, — это биение своего сердца. Тук, тук, тук. Чем дольше он прислушивался, тем больше росло беспокойство. Какая нелепость — нервничать из-за звука собственного сердцебиения.

Ча Ый Джэ поднял глаза к небу. Белое небо все еще осыпало его пеплом. Несмотря на то что он уничтожил последнего монстра, ничего не изменилось. Нет, кое-что изменилось.

Теперь он был абсолютно один.

Его пересохшие губы слегка приоткрылись.

— Почему…

Он тяжело моргнул, словно борясь с собой.

— Почему оно не открывается?

Ча Ый Джэ разжал руки, выпуская рукоять меча. Его побелевшие от сильного сжатия пальцы медленно возвращали свой естественный цвет. Признак того, что он еще жив. Он огляделся вокруг.

Белое и красное.

То, что остановилось.

То, что мертво.

Я единственный, кто остался жив в этом мире.

Когда он осознал это, его охватило…

— Я хочу вернуться.

Холодный пот стекал по его вискам. Его начало мутить. Ча Ый Джэ поднял голову. Ослепительно белое небо резало глаза. Это было невыносимо, и он прищурился. Вскоре по его сухой щеке скатилась одинокая слеза.

— Я хочу жить…

Это непереносимое одиночество.

Острая боль вернула его в реальность. Он опустил взгляд и увидел черные пальцы, царапающие тыльную сторону его руки. Узкая длинная красная царапина осталась на коже. Ча Ый Джэ поднял глаза. Ли Са Ён смотрел на него, его лицо все еще было искажено, словно он вот-вот заплачет.

Их взгляды встретились. Сердце Ча Ый Джэ, которое колотилось от тревоги, на мгновение замерло, только чтобы начать биться еще сильнее.

Причина, по которой Ча Ый Джэ смог найти путь, оказавшись в этом чужом месте, причина, по которой он не потерялся, несмотря на то что был, как воздушный змей с оборванной нитью, беспомощно болтающийся в воздухе…

Рука, накрывающая его, мягко гладила его пальцы, как будто подбадривая. Были дни, когда даже такое небольшое тепло казалось жизненно необходимым.

После разлома моя жизнь словно строилась вокруг тебя. И именно поэтому…

— Я был счастлив.

— …

— Так что не плачь…

Эти тяжелые слова сделали его легче, словно с него сняли оковы. Ха-а, Ча Ый Джэ тихо выдохнул и опустил лоб на плечо Ли Са Ёна.

Глухой звук — пакет с покупками упал на землю.

Как будто дожидаясь этого момента, большая рука обвила его шею сзади. Пальцы мягко массировали затылок, словно одобряя его. Другая рука скользнула на его талию, будто так и должно было быть. Его плечо дернулось. Ча Ый Джэ ахнул, мурашки пробежали по коже, а жар мгновенно хлынул в голову. Ах, стой.

«Это неправильно».

Такого не должно происходить, но его мысли были слишком спутанными, чтобы думать ясно, возможно, из-за жара. Инстинкты, толкающие его ближе, конфликтовали с разумом, говорящим, что это ошибка. Его рука дрогнула. Все тело будто горело. И в этот момент что-то влажное коснулось его мочки уха.

— Тебе действительно нужен другой совет…

Резкая боль пронзила ухо.

— Эй, что ты делаешь…!

Ча Ый Джэ попытался отдернуть шею, но рука, сжимающая затылок, не давала ему пошевелиться. Ему казалось, что он оказался в огненном плену, имя которому Ли Са Ён. Низкий смешок раздался рядом. Лизнув, язык скользнул по его уху. Ча Ый Джэ едва сдержал крик.

— Ну как?

— Ч-что?

— Мое представление.

— Что?

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись, и он резко отстранился. Удивительно, но это оказалось легко. Только тогда лицо Ли Са Ёна появилось перед ним. Следов слез или исказившегося выражения больше не было. На губах играла хитрая усмешка. Краснота вокруг его глаз тоже исчезла.

Ли Са Ён высунул черный язык.

— Попался.

Черт, твою ж…

Ча Ый Джэ стиснул зубы и резко оттолкнул тело, обвивавшее его.

— Убирайся к черту!

— Почему ты так злишься, хён?

Рука, только что ослабившая хватку на его талии, снова крепко обхватила его. Твердое бедро прижалось между его ног. С удивительной легкостью Ли Са Ён слегка приподнял Ча Ый Джэ, коснувшись губами линии его челюсти, скрытой под маской.

— После такого пылкого признания.

Глава 181

Только силой своих бёдер его тело взлетело в воздух. Ноги, которые ещё недавно крепко стояли на земле, теперь парили. Он привык смотреть на людей сверху вниз, но никогда в таком положении. Удивлённый, Ча Ый Джэ прижал руку к лицу Ли Са Ёна, пытаясь оттолкнуть его.

— Признание? О чём ты говоришь? Эй! Ты с ума сошёл? Спусти меня!

Однако...

Как будто дожидаясь этого, что-то влажное лизнуло промеж его ладони и пальцев. Сквозь щели между разведёнными пальцами он мельком заметил фиолетовые глаза. Тонко изогнутые, словно в насмешке. Его пальцы инстинктивно дёрнулись. Странное щекочущее ощущение запорхало вокруг сердца.

— Не называй меня просто «эй».

— Убери язык!

— Это ты первый положил руку мне на лицо.

— Это ты первый сунул его сюда! Немедленно отпусти меня!

— Если ты не уберёшь руку вот так...

Ли Са Ён слегка наклонил голову и начал легко покусывать кончик большого пальца Ча Ый Джэ. Чёрт. Ча Ый Джэ зажмурился и быстро отдёрнул руку. Раздался тихий смешок. Каждый раз, когда он слышал этот смех, всё его тело пробирала дрожь. К счастью, на нём была маска. Даже представить страшно, как бы сейчас выглядело его лицо без неё.

Ча Ый Джэ резко одёрнул его, без видимой причины.

— Ты устраиваешь весь этот спектакль только ради того, чтобы я что-то сказал...

Но он так и не закончил фразу. Даже если эти заплаканные глаза были игрой, их вид пронзал сердце Ча Ый Джэ, словно стрела.

— Предполагать и догадываться можно лишь до определённого предела. Как долго ты собираешься заставлять меня ждать?

Намеренно или нет, но это правда, что он заставил Ли Са Ёна ждать. Острый тон быстро исчез, уступив место более мягким, приглушённым словам.

— …говорить такое.

— Это единственный способ заставить тебя заговорить.

Ответ Ли Са Ёна прозвучал в обычном тоне. Он сделал несколько шагов вперёд, всё ещё держа Ча Ый Джэ чуть приподнятым. Бёдра Ча Ый Джэ столкнулись с холодными перилами. Чтобы избежать пронизывающего взгляда, он слегка отклонился назад, и под ним открылось пустое пространство. Холодный ветерок коснулся его щеки. Пепельно-серые волосы затрепетали.

— Тебя так сложно заставить отвечать, а ещё сложнее услышать, что ты на самом деле думаешь.

Без рук Ли Са Ёна, удерживающих его, казалось, что он может упасть в любой момент.

— Ты привык терпеть до предела, без всякой причины...

Рука, сжимавшая его талию, щекотала бок.

— Чтобы заставить кого-то такого немногословного заговорить... приходится хотя бы немного поплакать.

— …Мне это не нужно.

Ча Ый Джэ с трудом выдавил из себя эти слова. Ли Са Ён наклонился вперёд. Их тела соприкоснулись. Ли Са Ён прижал щёку к его груди, глядя на него снизу вверх. Ветер трепал его тёмные волосы.

— Ты был счастлив?

— …

Вместо ответа Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза, отчаянно желая, чтобы его сердце перестало биться. Он был уверен, что Ли Са Ён слышит каждый громкий удар.

— Давай, ответь.

— …

— Чтобы я знал… что это ожидание того стоило.

Каждый вдох Ча Ый Джэ заставлял его грудь едва заметно подниматься и опускаться, и Ли Са Ён чувствовал это. Это было так несправедливо. Он собирал неоспоримые доказательства.

Ча Ый Джэ долго колебался, прежде чем наконец открыть рот.

— …Я был счастлив.

Почему эти три слова были такими трудными?

Его голова казалась горячей. Под маской всё будто горело. Звук собственного сердцебиения сводил с ума.

Он не хотел, чтобы его разоблачили, но в то же время хотел. Хотел, чтобы Ли Са Ён не знал, но при этом догадался. Хотел, чтобы тепло ушло, но также, чтобы оно осталось. Парадоксально, но даже сам Ча Ый Джэ не мог до конца понять свои чувства.

Ах, всё это какая-то путаница.

Ча Ый Джэ поднял руки и закрыл глазницы своей маски. Ли Са Ён мягко рассмеялся, всё ещё прижимая щёку к его груди. Он поднял взгляд и легко приложил руку к груди Ча Ый Джэ, в голосе звучал смех.

— Почему ты такой шумный? Даже спящий бы проснулся.

Чёрт, он никогда ничего не упускает. Ча Ый Джэ стиснул зубы и огрызнулся:

— Заткнись…

— Мне притвориться, что я этого не заметил? Но я просто не могу...

— Притворись, что не заметил.

— Ты ведь знаешь, что твоя шея вся покраснела, да?

— Мне всё равно, просто заткнись!

— Как скажешь.

Его ответ был неожиданно сговорчивым. Тепло, согревавшее тело Ча Ый Джэ, тоже начало исчезать. Холодный воздух заполнил пустое пространство. Он думал, что Ли Са Ён пойдёт дальше, но… Что это? Что он задумал? Ча Ый Джэ осторожно опустил руку, закрывавшую глазницы маски. Ли Са Ён улыбался.

— Я ждал восемь лет. Я могу подождать ещё немного.

— …

— Но всё же.

В этот момент пальцы скользнули под маску. С щелчком её сняли. Холодный воздух обдал его пылающее лицо, но только на мгновение…

— Ммф!

Поток слов, которые он хотел выплеснуть, был проглочен. Шершавый язык вторгся в его рот, скользя и касаясь его собственного. Это было похоже на то, как будто его поглощают. Из всех их поцелуев этот был самым грубым. Его губы были раздавлены. Среди сладости он ощутил металлический привкус крови, вероятно, из-за того, что прикусил губу в момент их краткой разлуки.

Даже тихий стон, который он издал между редкими вздохами, утонул в влажных звуках. Ча Ый Джэ попытался оттолкнуть плечи Ли Са Ёна, но постепенно сдался, позволяя рукам бессильно упасть. Как будто в знак похвалы, язык Ли Са Ёна мягко коснулся нежной плоти. Тело Ча Ый Джэ задрожало. Его глаза наполнились жаром. Поцелуй наконец прервался, когда он был на грани удушья.

Его ноги подогнулись, и он коснулся земли. Ча Ый Джэ ухватился за перила и наклонился вперёд, тяжело кашляя. Кхе-кхе. Он резко поднял голову, чтобы метнуть взгляд в сторону Ли Са Ёна.

Но...

— Ты...

— Хм… Это было слишком грубо?

Ли Са Ён вытер губы большим пальцем. Тёмная кровь стекала с его распухших губ. Не моя — я укусил его? Когда? Я даже не соображал достаточно ясно, чтобы это осознать. Чёрный язык скользнул, слизывая кровь.

— Как бы хорошо это ни было.

— Опять ты выдумываешь. «Хорошо», говоришь... Чушь.

— Тогда, тебе это не понравилось?

— ...

— Ты ужасный лжец.

Когда Ча Ый Джэ наконец смог выпрямиться, держась за перила для опоры, Ли Са Ён усмехнулся. Его тело всё ещё было перегрето, но вид крови немного привёл его в чувство. Ча Ый Джэ без надобности прочистил горло.

— У тебя есть зелье? Быстро вылечись.

— Хм? Разве это не будет пустой тратой?

— Что? Зелье? Ты ведь богатый. Ты тратил кучу магических кристаллов на всякие странные машины...

— Дело не в зелье.

Ли Са Ён приподнял бровь. Затем, большим пальцем, которым вытирал губы, он нажал на рану. Из неё потекла ещё больше крови. Ча Ый Джэ ошеломлённо замер. Он что, совсем с ума сошёл? Он ведь ещё не оправился от кошмара, где Ли Са Ён умолял его сжать горло сильнее! Ча Ый Джэ быстро подскочил и схватил его за запястье.

— Ты спятил? Что ты делаешь?!

— Хм? Оно всё равно скоро заживёт. Зачем тратить?

— Чушь! Раны нужно лечить сразу…

С этими словами Ча Ый Джэ начал копаться в своём инвентаре. Но сначала он достал копьё мастера, потом клык василиска, и… ах, вот оно. Он вытащил бутылочку.

Что он смело извлёк:

[Стандартное лечебное зелье (C)]

[Восстанавливает 10% здоровья при использовании.]

Это было…

— …

— …Э?

Что это вообще? Ча Ый Джэ уставился на маленькое зелье, едва превышающее размер пальца, с озадаченным выражением, а потом выдохнул «ах», вспомнив.

Точно, он получил это в подарок, когда работал в ресторане похмельного супа. Тогда, когда все узнали, что он Пробуждённый. Оно было из набора «Подарочный комплект для новопробуждённых ♥» или как-то так. Наверное, от того охотника, который выглядел как русский медведь...

Надеюсь, у него всё хорошо.

— …

Так или иначе, Ча Ый Джэ перевёл взгляд с маленького красного зелья на высокого, как статуя, чёрного Ли Са Ёна. Зелье C-класса против Пробуждённого S-класса. Зелье размером с палец и массивный, словно скала, Ли Са Ён. Наблюдая за его действиями, Ли Са Ён хихикнул.

— Как мило.

Чёрт. Ча Ый Джэ поморщился. Ли Са Ён снова тихо рассмеялся и с усмешкой спросил:

— О. Это действительно настоящее зелье, а не какой-нибудь миниатюрный аксессуар? Ты реально носишь такое с собой?

Надоедливый. Воспоминания о кошмаре в ресторане похмельного супа всплыли в голове. Ли Са Ён, сидящий посреди заведения в противогазе, мешающий работе. Приходящий глубокой ночью только для того, чтобы донимать его. Ли Са Ён. Ли Са Ён. Плечи Ча Ый Джэ дрожали от раздражения.

— …Это был подарок.

— Ах… от кого?

— …От клиента ресторана похмельного супа.

— Это ценный подарок. И что… ты собираешься использовать его на мне?

— …

Не говоря ни слова, Ча Ый Джэ открыл зелье. С громким хлопком крышка слетела, и он вылил красную, прозрачную жидкость себе на ладонь, позволяя ей собраться в чашечке руки. Затем он…

Плюх!

— Ух!

…шлёпнул её прямо на губы Ли Са Ёна и начал грубо растирать. Его грубые пальцы терлись об раненые губы, заставляя Ли Са Ёна морщиться и пытаться отвернуться, но руки Ча Ый Джэ были слишком быстры.

— Стой спокойно. Это часть лечения.

— Кто вообще так использует зелья? Это же полная безответственность!

— В те времена именно так и лечили!

— Ах, правда? Ну давай, продолжай! Как будто это что-то залечит!

Протерев губы Ли Са Ёна рукавом своей куртки, Ча Ый Джэ нахмурился. Укус всё ещё был на месте, не подавая никаких признаков заживления. Ли Са Ён, всё ещё поморщившись, отвернул голову и вздохнул.

— С таким зельем ничего не заживёт.

— А тогда что надо использовать для такой раны?

— Особую смесь…

В этот момент оба резко повернули головы. Вдалеке эхом раздался крик, за которым последовал звон металла.

Ча Ый Джэ быстро протянул руку. Ли Са Ён цокнул языком, но протянул ему маску. Покрасневшее лицо Ча Ый Джэ исчезло за чёрной маской. Он постучал носком обуви об землю и взглянул на Ли Са Ёна.

— Успеешь за мной?

— Проверь. Я пойду за тобой хоть в ад.

Всегда эти замечания. Ча Ый Джэ снова сунул руку в инвентарь и вытащил копьё. Сжав массивное оружие одной рукой, он сделал несколько лёгких прыжков на месте.

Бах!

Затем он оттолкнулся от земли, высоко взлетая. Свист! Разрезая воздух, он устремился вверх.

<Глаза Следопыта!>

В краткий миг, пока он был в воздухе, его глаза за маской засветились ярким, пронзительным синим светом.

Звук доносился с севера. Затаив дыхание, Ча Ый Джэ приземлился на ближайшую крышу и снова прыгнул. Крики становились всё ближе. Наконец, он увидел нечто в своём поле зрения. Сделав глубокий вдох, он развернул верхнюю часть тела в воздухе —

Свист —

Глухой удар! Треск!

Он пронзил цель в шею в момент приземления.

Густое облако пыли поднялось вверх.

Когда он вытащил копьё, изуродованная голова откатилась в сторону, нелепо подпрыгивая из-за шипов, торчащих из лица. Ча Ый Джэ поднял голову на копье, чтобы рассмотреть её, и…

Он узнал это лицо. Его рука задрожала.

— Почему…

Хотя его лицо было изуродовано, а из него повсюду торчали шипы, оно всё равно оставалось узнаваемым. Ведь…

«Слышал, ты пробудился, парень. Вот тебе подарок».

Это было лицо русского медведя, который когда-то смущённо протянул ему то самое зелье.

Когда-то он был обычным клиентом ресторана похмельного супа.

Глава 182

Глаза, словно затянутые мутной пеленой, безжизненно уставились на Ча Ый Джэ. В них не было ни капли жизни — глаза мертвеца. Застенчивое лицо, которое когда-то протягивало зелье, оживленное выражение, когда он заказывал еще одну порцию супа от похмелья, — всё это давно исчезло.

Тем не менее, Ча Ый Джэ не мог оторвать взгляд от этого лица. Он пытался найти следы знакомого человека в этом небольшом предмете.

«Почему?»

Мысли не шли. Казалось, будто на свете остались только он и русский медведь, с шипами, торчащими из лица. Полуприкрытые безжизненные глаза были мутными. Грудь сдавило. Зрение затуманилось.

Почему он здесь? Почему всё зашло так далеко? У него было слишком много вопросов, но не было никого, кто мог бы на них ответить. Потому что это был он, Ча Ый Джэ, кто отсек этому человеку голову.

В этот момент — Кикикикик! — раздался звонкий звук, как будто сталкивались острые предметы. Реакция последовала быстрее, чем он ожидал. Еще до того, как его нога коснулась земли после прыжка, копье пронзило плоть и кости. Туп! Ча Ый Джэ стиснул зубы. Брызнула кровь.

Он отпустил копье и вместо этого сжал кулак. Не успело пронзенное тело упасть на землю, как его крепкий кулак обрушился на летящие шипы.

Тресь! Разлетевшиеся осколки шипов отскочили от его кулака и лица, не оставив ни царапины. В короткий миг, пока он ударял в твердую голову, он мельком взглянул на лицо — и испытал облегчение. Это был незнакомец.

Бум!

Со звуком ломающихся костей тело, пораженное его кулаком, отлетело и врезалось во что-то. Тук-тук-тук, сердце бешено колотилось. Он вытер вспотевшие ладони о штаны и вытащил копье из поверженного тела. Кровь брызнула на его черные ботинки. Ча Ый Джэ вонзил копье в землю.

Густое облако пыли еще не успело осесть.

Ча Ый Джэ поднял голову. В затуманенном небе вращалась мерцающая белая дыра. Всё произошедшее мгновение назад казалось сном. Он бездумно смотрел в небо, невольно усмехнувшись. В голову пришла странная мысль. Может быть, он только что проснулся от короткого сна и вернулся к реальности.

Да, всё было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Его реальность всегда была именно такой.

Он чувствовал пустоту.

И тогда...

Крепкая рука резко схватила Ча Ый Джэ за руку. Инстинктивно он локтем ударил в сторону того, что его держало. Но и локоть был пойман чем-то твердым. Раздался спокойный голос.

— Это я, хён.

— ...Ах.

Ча Ый Джэ моргнул. Как-то так получилось, что Ли Са Ён догнал его и крепко держал за руку. Только тогда Ча Ый Джэ сделал глубокий вдох. Видимо, он даже не заметил, что всё это время задерживал дыхание. В его руке ощущался вес. Он всё еще сжимал в ладони голову русского медведя.

Приступ кашля сбил его с ног. Задыхаясь, он согнулся, а большая рука поддержала его и похлопала по спине. Наконец, кашель прекратился, но тело всё еще дрожало.

Ча Ый Джэ трясся. Жалко, до ужаса жалко.

— …Ух.

Его снова стошнило. Казалось, его вот-вот вырвет. Мир кружился вокруг него. Пальцы разжались, и голова, которую он держал, с глухим стуком упала на землю.

Когда большая рука схватила его за шею и потянула, Ча Ый Джэ беспомощно подчинился. Низкий голос прошептал ему на ухо.

— Почему такие резкие перемены...

— ...

— Можешь сказать? Что происходит?

Рука, сжимавшая его шею, мягко провела по волосам, как бы уговаривая.

— ...Он был клиентом.

Ча Ый Джэ пробормотал. Человек, который крепко держал его в этот момент, был единственным, кому он мог доверить свою тайну. Единственным, кто знал и J, и Ча Ый Джэ.

— Он был клиентом в ресторане с похмельным супом. Я не ошибаюсь... Я уверен в этом. Он даже сделал мне подарок. То зелье, которое я только что использовал на тебе... Оно от него.

— Да.

— Почему? С какого момента? Я закрыл ресторан всего три месяца назад. Почему...

С каждым словом его бешено стучащее сердце начинало успокаиваться. Это было странно. Просто произнести вслух мысли, которые он хранил в себе, оказалось достаточно, чтобы почувствовать облегчение. Ли Са Ён молчал, просто слушал. Его сбивчивое дыхание постепенно нормализовалось. Черная рука продолжала мягко гладить его по спине.

Ли Са Ён спросил:

— Хочешь сбежать?

Ча Ый Джэ тупо уставился в пустоту, обдумывая эти слова. Сбежать? Нет. Он не мог сбежать.

— Можешь, если хочешь.

Он поднял взгляд на твёрдый голос. Ли Са Ён смотрел на него с невыразимым выражением.

— Если ты этого хочешь, хён.

— ...

— Я уйду вместе с тобой.

Тихий гул толпы начал доноситься до его ушей. Только сейчас он осознал, что вокруг есть и другие люди. Ча Ый Джэ мягко оттолкнул Ли Са Ёна и крепко сжал зубы. Сжал так сильно, что звук был слышен.

Острая боль и вкус крови с трудом привели его в чувства. Ли Са Ён нахмурился, наблюдая за ним.

— Сейчас.

— Нет.

Ча Ый Джэ твёрдо перебил его. Ли Са Ён замолчал, хотя на его лице явно читалось недовольство. Однако он ничего не возразил. Ча Ый Джэ проглотил слюну с привкусом крови.

— Это не упрямство или что-то такое. Просто я...

— ...

— Я просто не хочу снова убегать. Не пойми неправильно.

Пыль медленно оседала. Скоро их заметят. На этот раз он был готов. Готов показаться. Ча Ый Джэ улыбнулся, хотя Ли Са Ён не смог бы это увидеть.

— Всё равно спасибо. Я запомню.

Если когда-нибудь потребуется, кто-то уйдёт вместе со мной. Но сейчас...

Пыль полностью рассеялась. На него уставились множество глаз. Взгляды, полные тревоги, страха и тени любопытства. До него донеслись перешёптывания.

— Ого, это J. Откуда он вдруг появился? И с Ли Са Ёном? Что происходит? Похоже, они не так уж и ненавидят друг друга.

Ча Ый Джэ ловко взмахнул копьём, стряхивая кровь, прежде чем убрать его в инвентарь. Каждый его жест находился под пристальным вниманием. К счастью, никакой враждебности он не почувствовал. Скорее...

«Им это нравится?»

Он по привычке сложил руки за спиной. Уже давно он не ощущал такого пристального внимания. Когда он работал с Со Мин Ги, он всегда старался делать всё быстро и исчезать, прежде чем кто-то успеет его заметить, потому что ненавидел быть в центре внимания.

Ли Са Ён, скрестив руки с вызывающим видом, громко зевнул. То тут, то там раздались лёгкие вздохи. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Са Ёна и пробормотал:

— Твой имидж, честно...

— Ты сам видишь. Как долго мы ещё здесь торчать будем?

— Нет... Я хочу осмотреть тела. Чувствую себя странно делать это одному. Кто-то точно должен был уже сообщить.

После Дня разлома и Дня перемен люди стали быстро сообщать о подобных происшествиях. Если что-то шло не так, мгновенно набирали горячую линию Бюро управления разломами или Бюро управления пробуждёнными. Школы и социальная реклама постоянно вбивали это в головы. Это был лучший способ защитить гражданское население.

— Да, кто-то точно...

— Я просто немного поболтаю с Бюро управления разломами или Бюро управления пробуждёнными.

В этот момент раздались торопливые шаги. Как говорится, легки на помине. Они явно только что прибыли. Ча Ый Джэ пожал плечами, как бы говоря: «Ну вот, видишь?» Ли Са Ён хмыкнул.

— Простите. Отойдите, пожалуйста. Подальше…

Звук торопливых шагов постепенно стих. Ли Са Ён скривил губы в усмешке.

— Ты ждал только ради этого?

— …Нет.

Он не ожидал, что этот человек появится.

Мужчина подал несколько жестов охотникам, которые прибыли с ним, а затем направился к двум стоящим фигурам. На его лице появилась мягкая улыбка.

— Ах, J. И… Ли Са Ён-щи. Вы двое с этим справились? Спасибо.

Чон Бин поправил растрёпанные волосы и слегка поклонился. J вежливо ответил ему таким же поклоном. После короткого приветствия Чон Бин достал из нагрудного кармана небольшой прибор и нажал на кнопку.

Р-р-румбл! Земля задрожала, и из неё поднялась стена. Огромный барьер окружил их, отгораживая от толпы.

«Что это за хитроумная технология…?»

Чон Бин улыбнулся, заметив любопытный взгляд Ча Ый Джэ.

— Это новая разработка Хон Ё Сон-щи. Учитывая внимание, которое вы двое привлекаете, я решил, что лучше вас не слишком афишировать.

— Почему… Ах.

Ча Ый Джэ проследил за взглядом Чон Бина и увидел пятна от синяков, похожих на следы пальцев, на шее Ли Са Ёна. Чёрт. Ча Ый Джэ смущённо опустил глаза. Чон Бин оглядел Ли Са Ёна с обеспокоенным выражением.

— Вы получили медицинскую помощь?

— Не твоё дело.

— Не хотите отвечать, понятно. Могу предположить, что вы многое пережили.

С этим Чон Бин весело сменил тему и огляделся. Его взгляд остановился на отрубленной голове у ног Ча Ый Джэ. Узнает ли он её? Чон Бин не был постоянным клиентом, так что, возможно, не узнает. Горло Ча Ый Джэ пересохло.

Лицо Чон Бина посуровело.

— Это… Простите, минутку.

Чон Бин осторожно поднял голову, внимательно её изучая. Ча Ый Джэ сглотнул и спросил:

— …Ты узнаёшь это лицо?

— …Да, узнаю.

Чон Бин тяжело вздохнул, глядя на отрубленную голову с выражением печали.

— Это охотник, который недавно пропал. Об этом лично сообщил глава гильдии. Он был охотником из гильдии Магок…

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Пропал? Чон Бин осторожно провёл рукой по лицу, теперь покрытому шипами. Тусклые, безжизненные глаза были скрыты под веками.

— В последнее время число сообщений о пропавших охотниках растёт. Эти люди даже не входили в подземелья или разломы. Большинство из них — охотники низкого класса, и когда их находят…

— …

— …они выглядят вот так.

Вот так. Ча Ый Джэ посмотрел на другое тело, которое он пронзил копьём. Уродливо изуродованное, с торчащими шипами. Очевидно, это дело рук Прометея. Чон Бин продолжил:

— Нам У Джин-щи подозревает, что кто-то похищает пробуждённых для экспериментов. Зависимость от наркотиков не объясняет это, так как прошло слишком мало времени. Разве что используется какой-то невероятно сильный препарат.

— Но схватить пробуждённого — это непросто.

— Легко, если есть предатель.

Ли Са Ён, до этого молчавший, вмешался. Он смотрел на голову, которую держал Чон Бин, с бесстрастным выражением.

— Пробуждённые низкого класса никогда не смогут победить тех, кто выше их по классу, как бы ни старались. И дело не в том, что Прометей преуспел в боевых искусствах. В лучшем случае они могут создать... что-то вроде этого, просто побочный продукт.

— …

— Так что вероятность того, что в этом замешан охотник, исключить нельзя... Более того, она довольно велика.

— …И этот человек должен быть ранкером.

Тишина повисла в воздухе после мрачного вывода. Ча Ый Джэ закрыл глаза. На мгновение его охватило сожаление. Если бы он не закрыл ресторан с похмельным супом, заметил бы он эти странности раньше? Но сейчас не было времени для сожалений.

Сейчас настало время действовать.

Глава 183 - Множество мыслей

Раздался крик. После того как крик стих, послышался тихий свист. Крик, свист, крик, свист, «помогите!», свист. Свист становился всё ближе и ближе. Мужчина с тревожным взглядом бросил взгляд на дверь и начал лихорадочно рвать бумаги на столе.

Но их было слишком много, чтобы справиться одному. Чёрт! Мужчина сильно прикусил губу. Кровь выступила.

И тогда это случилось.

Тук-тук-тук.

Раздался вежливый стук. Значит, наконец-то пришли. Мужчина сглотнул и достал из кармана пуговицу, крепко сжимая её в руке.

— …Кто там?

— Я? Гость ~

Весёлый, низкий голос ответил. Голос, который он никогда не слышал в этом месте. Мужчина прижался к стене, пальцы замерли над пуговицей. И тут его прервал голос выше.

— О чём ты говоришь? Просто открой.

— Это может быть псих, или монстр. Нужно проверить, на месте ли у него голова.

— Ха…

— Ну, раз он вроде бы способен говорить…

Мужчина стиснул зубы и нажал на пуговицу.

Бип —

Скри-и-ип!

Как только пуговица была нажата, дверь с треском распахнулась, и что-то полетело прямо в него. Глаза мужчины расширились. Когда его оцепеневшее тело наконец смогло пошевелиться, что-то потекло из уха. Он дотронулся до того места, где недавно было его ухо. Ужасная боль пронзила его.

— А, а, а…

АААААА! Мужчина согнулся, издавая звериный вопль.

В дверях стояли две фигуры. Мужчина, лениво прислонившийся к косяку, с руками в карманах белой куртки, и женщина в чёрной кожаной куртке, лицо которой было тщательно скрыто под кепкой и маской. Женщина стянула маску до подбородка. Её алые губы искривились. Она прошептала резким, тихим голосом:

— Не мог бы ты сделать это чище? А вдруг кровь попадёт на данные?

— Ух, снова придирки…

— Когда тебя нанимают, нужно слушать работодателя, ясно?

— Прости ~? Я слушаю только тех, кто уважает мою свободу.

— Ты хоть представляешь, сколько тебе заплатили? Делай свою работу нормально.

— О, точно. Хм, может, мне…?

Мужчина, который стоял, готовясь бросить, наконец поднял обе руки.

— Ой! Я хотел бросить просто для устрашения, но случайно попал ~

— Ха… а если он истечёт кровью?

— Он не умрёт от потери уха ~ Со мной бывало и похуже. Ладно…

Среди воплей послышалось низкое рычание. Мужчина в куртке указал подбородком в угол.

— Хочешь, я разберусь, если для тебя это слишком?

— Нет, просто плесни на него зелье.

— Такая щедрость.

Женщина в чёрном исчезла из поля зрения на мгновение. Вспышки света мелькнули тут и там, за ними последовали брызги. Кровь разлетелась по белой стене длинными полосами. Тем временем мужчина в куртке медленно подошёл, покачиваясь, словно пьяный.

Он вытащил из стены окровавленный топорик и присел перед дрожащим исследователем. Кровь стекала с лезвия.

Мужчина мягким движением открыл зелье, раздавшийся легкий хлопок, и схватил исследователя за волосы.

— Руки прочь ~

— Э-э...

— Если бы это было со мной, я бы послушал, прежде чем потеряю еще одну конечность.

Окровавленные руки поспешно отдёрнулись. Мужчина вылил всё зелье на отрубленное ухо. Отсечённая область начала быстро заживать. Боль утихла, а рычание зверя стихло.

Спустя некоторое время женщина вышла из темноты, её внешний вид почти не изменился, если не считать единственной капли крови на щеке. Она стряхнула кровь с рапиры резким движением и стиснула зубы, её голос звучал холодно:

— Сколько людей ты похитил, чтобы творить такое?

— ...

— Эй, сюда смотри ~

Рука внезапно мелькнула в поле зрения, пальцы громко щёлкнули. Исследователь поднял взгляд в ужасе. Мужчина снял капюшон. Из-под него выбились растрёпанные пряди. Бледно-голубые волосы блеснули в свете. Глаза исследователя расширились от шока.

— П-п-почему, почему вы здесь…

Серые глаза сузились в полумесяцы. Пан Гю Мин — Гю Гю — ухмыльнулся злобно.

— Ну, мне заплатили~? Я сделаю всё, если цена подходящая.

Окровавленные ботинки приблизились. Рукоять рапиры прижалась к спине исследователя.

— У тебя есть время поболтать?

— Да, да. Понял ~

Гю Гю схватил лицо исследователя рукой и, подняв брови, взглянул на женщину.

— Итак, что нужно выяснить?

Женщина грубо сняла кепку, и поток чёрных волос с золотистыми прядями водопадом хлынул вниз. Её яркие карие глаза сверкали остро. Это была Пчела.

— Всё, что связано с препаратом, который они дали Мэтью...

Она на мгновение замялась, качая головой.

— Нет, не обязательно напрямую. Просто вытряси из него всё, что он знает.

— Это довольно широко ~

— Судя по тому, что здесь творится, думаю, эти ребята и создают мутации. Вытащи всё до дна.

— О, это уже интересно.

— П-поще…

Щелчок, на руке, сжимающей лицо исследователя, вздулись вены. Исследователь вскрикнул, но его крик заглушил железный захват Гю Гю. Его серые глаза сверкнули, губы изогнулись в кривой улыбке.

— Ты можешь перестать хныкать? И не слюнявь меня... Я немного брезглив ~

— Ух, ммм!

— Тсс, если продолжишь орать, я не облегчу боль, понятно?

— …

— Вот так, хороший мальчик.

Широко улыбнувшись, Гю Гю ослабил хватку и обернулся.

— Но, босс, ты знаешь, как работают мои способности, да?

— Знаю.

— Ты также понимаешь, что гарантии получить то, что ты хочешь, нет?

— Знаю. Всё равно делай.

Пчела уселась на стол и подняла разорванные документы. Собирая их вместе, она хмыкнула и бросила холодный взгляд на исследователя.

— Если он умрёт, у нас ещё куча других, кого можно допросить.

— Так страшно ~

Гю Гю хитро усмехнулся, глядя в наполненные слезами глаза исследователя.

— Ну, постараюсь изо всех сил.

— …

— Мне уже самому стало интересно…

Гю Гю достал что-то из кармана. Это был десятигранный кубик. Он положил его на ноготь большого пальца и щёлкнул, как монетой. Закрутившийся кубик взлетел в воздух. Сложив руки, он закрыл глаза.

— Отче наш, сущий на небесах, да святится имя Твоё, да придёт Царствие Твоё…

Он быстро прочитал молитву.

— …ибо Твоё есть Царство и сила и слава во веки.

Кубик, всё ещё крутившийся в воздухе, начал замедляться.

— Аминь.

Кубик, зависший в воздухе, с грохотом упал на пол. Тук, тададам… Он покатился и, наконец, остановился, ударившись о ногу исследователя.

6.

Гю Гю вздохнул и почесал свои растрёпанные волосы. Вскоре его рука, теперь острая, как коготь зверя, соскользнула с головы.

— Я хожу в церковь каждую неделю в этом месяце. Вот что значит неудача.

— Есть ещё идеи?

— Да ~… И что нам теперь делать?

— А что ещё?

Пчела скрестила ноги.

— Делай то, что у тебя получается лучше всего. Именно за это мы тебя и наняли.

— О, точно…

Грубая рука зажала рот исследователя, подняв его в воздух. Исследователь, висящий за голову, качался из стороны в сторону. Между слегка приоткрытых губ мужчины блеснули острые клыки. Его серые глаза игриво блеснули, когда он хрустнул мизинцем. Крик исследователя захлебнулся в крепкой хватке.

— Если не хочешь, чтобы стало больнее, начинай говорить, понял? Начну с пальцев…

***

Тайная связь между двумя лидерами.

Скандал, связанный с первым и вторым номером, потрясший всю страну, затих быстрее, чем ожидалось, благодаря вмешательству теневого информационного дилера, известного как Скумбрия.

Скумбрия распространил самые разные слухи, разбавив информацию. Поскольку именно Скумбрия посеял эти семена, ему же и предстояло их убрать. Несмотря на заявления о свободе прессы, Скумбрия оказался бессилен перед устрашающим присутствием J, который ворвался с угрожающей аурой.

— С каких это пор свобода прессы покрывает выдумки, а?

— Это не выдумка, хён-ним! Нет, разве это не факт? А как же те следы на шее главы гильдии?

— Что значит «как же»? Они от этого!

— Ай! Ах!

Слухи о странных отметинах на шее Ли Са Ёна, главы гильдии, и о том, что они с кем-то стали слишком близки и даже чересчур знакомы, распространялись по HunterNet, анонимным сайтам и шепотом на улицах, как городские легенды.

Благодаря тайным взаимодействиям между первым и вторым номером гнетущая атмосфера, которая, казалось, уже начинала утихать, продолжала сохраняться. Бюро управления пробуждёнными было обеспокоено растущим числом исчезновений охотников низкого класса. Несмотря на многочисленные предупреждения не путешествовать в одиночку и сотрудничество с различными гильдиями, количество исчезновений продолжало расти.

Пробуждённые, некогда символы безопасности и успеха, постепенно становились новой угрозой. Теперь их воспринимали как бомбы замедленного действия, которые в любой момент могли превратиться в мутантов. Хотя это пока считалось теорией заговора…

— Мы уже на грани того, чтобы заставить свидетелей замолчать.

— …

Чон Бин коротко вздохнул, постукивая ручкой по столу. Всё больше людей начинали понимать, что эти мутанты изначально были охотниками. Его карие глаза были полны тревоги.

— Это создаёт проблемы…

— Ах, точно!

Кто-то возбуждённо поднял руку.

— Я только что встретил J! Может, попросим его о помощи?

— J?

— Да, J был в Бюро управления пробуждёнными недавно.

— О, в таком случае…

— Нет.

Чёткий ответ оборвал разговор. Редкая улыбка на лице Чон Бина исчезла. Хотя она быстро вернулась, когда члены команды обменялись осторожными взглядами, он сложил руки и заговорил.

— J занят другими делами.

Из белой кофейной чашки поднимался лёгкий пар. Хам Сок Джон любила держать кофемашину в кабинете директора и заваривать кофе сама. Когда Ча Ый Джэ приходил в гости со своей тётей, ему тоже часто предлагали чашку. Хотя он никогда не пил его, в те времена ему это нравилось.

Упрёки тёти: «Зачем ты даёшь кофе ребёнку?» и шутливые замечания Хам Сок Джон: «Он уже взрослый, ничего страшного».

Теперь Ча Ый Джэ даже не мог назвать это «визитом».

Вместо того чтобы сидеть на почётном месте, Ча Ый Джэ сидел напротив Хам Сок Джон, которая смотрела на него. Когда-то чёрные волосы теперь были с прожилками седины, а лицо хранило следы времени и несколько новых шрамов.

Забавно, как в такие моменты он вспоминал о течении времени. Ведь сам Ча Ый Джэ не изменился за восемь лет, и ему приходилось замечать это через других — будь то Чон Бин, Хам Сок Джон, Сон Джо Хон или даже Ли Са Ён.

Стук. Хам Сок Джон поставила чашку. Её острый взгляд смягчился, и на лице появилась едва заметная улыбка.

— Давно не виделись.

Глава 184

Так, Хам Сок Джон поставила чашку на стол.

— Давно не виделись.

— Да.

Снова повисло молчание. Ча Ый Джэ терпеливо ждал. Расстояние между ними, когда-то близкими как семья, теперь казалось непостижимо далеким. Она отвернулась и прикрыла рот кулаком, тихо кашлянув. Она выглядела нездорово. Хам Сок Джон с трудом сдерживала кашель, который рвался наружу.

— Ты в порядке?

— Пока что, да.

— Понятно… это облегчение.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на трость, стоящую у её стула. Это была та самая трость, которую он видел на пресс-конференции.

— Вы стали использовать трость.

— О, ты видел это по телевизору? Значит, ты всё-таки не живешь где-то в глухих горах.

Она коротко рассмеялась. «Ха, даже пошутить толком уже не могу». Ча Ый Джэ ответил неловкой улыбкой. Хам Сок Джон потёрла левое колено.

— Я повредила его несколько лет назад. После этого я отошла от передовой… стала старой реликвией, запертой в подсобке.

Снова наступила пауза. По какой-то причине разговор не складывался. Всегда ли у них было так сложно поддерживать беседу? Он попытался вспомнить, но память оказалась слишком размытой. Ча Ый Джэ моргнул.

«Это кажется странно незнакомым…»

Снова заговорила Хам Сок Джон.

— Когда ты вернулся?

— О, совсем недавно.

— Понятно.

— …

— Я не буду извиняться. Даже если бы могла вернуться назад, я бы поступила так же. Я отправила Хэ Гён и тебя. И я всё равно бы попросила твоей помощи, не стесняясь.

— Я знаю.

— Хорошо.

Разговор всё кружил вокруг да около, так и не доходя до сути. Они несколько раз обменялись бессмысленными любезностями. Это было удручающе. Внезапно Ча Ый Джэ спросил:

— Вам не интересно, почему я не пришёл раньше, почему появился только сейчас?

Хам Сок Джон сделала глоток кофе, прежде чем ответить.

— Должна быть причина.

— Вы искали меня, не так ли?

— Да. Когда я услышала, что ты вернулся живым спустя восемь лет, но даже не показался, я подумала, что, возможно, ты слишком серьёзно ранен, чтобы двигаться. Или потерял память.

Ча Ый Джэ внимательно изучал лицо Хам Сок Джон. Её некогда резкие, как у хищной птицы, черты смягчились с возрастом, но интенсивность никуда не исчезла. В детстве он боялся её. Она поставила чашку и безучастно уставилась на его чёрную маску.

— Это звучит как оправдание?

Хам Сок Джон откинулась на спинку стула, едва заметная улыбка появилась на её суровом лице.

— Потому что это оправдание.

— Да, я так и подумал.

Ча Ый Джэ вздохнул и выпрямился.

Хам Сок Джон, первый директор Бюро управления пробуждёнными. Она руководила им с самого основания, славясь своими острыми наблюдательными способностями и безупречной дедукцией. Это не было даром её пробуждения — это было врождённое. Даже J не мог скрыть свои истинные намерения перед ней.

Хам Сок Джон спокойно складывала пальцы один за другим, говоря:

— Конечно, я хотела найти тебя, чтобы защитить, если ты не смог бы сам себя защитить, и чтобы попросить о помощи, чтобы предотвратить конец. Но это не была главная причина.

Наконец, она подошла к сути. Её взгляд задержался на полусогнутой руке, после чего она слегка наклонила голову.

— А как насчёт Хэ Гён? И других охотников?

— …

Тётя.

Тётя Ча Ый Джэ, охотница Пак Хэ Гён, была близка с Хам Сок Джон, как сестра. Ча Ый Джэ с трудом сглотнул. Когда он наконец заговорил, его голос прозвучал хрипло. Другие могли бы этого не заметить из-за искажений, но Хам Сок Джон наверняка уловила.

— Тётя… и остальные охотники…

Ча Ый Джэ сжал кулаки и крепко зажмурил глаза.

— Я не смог… Я не смог их спасти.

— Не говори, что тебе жаль.

Её слова прозвучали резко. Голова Ча Ый Джэ резко поднялась. Выражение Хам Сок Джон не изменилось, когда она посмотрела на него.

— Даже ты, J, не смог. Никто другой не смог бы. Разве это не так?

— …

— Ты сделал всё, что мог. Я это знаю. Охотники, которые пошли с тобой, наверняка тоже сделали всё, что могли. И всё же всё обернулось именно так.

Что-то в груди неприятно всколыхнулось. Это была не та реакция, к которой он готовился. Не тот ответ, к которому он мысленно возвращался раз за разом. Это было совершенно другое. Ча Ый Джэ опустил голову, не в силах произнести ни слова. Хам Сок Джон тихо вздохнула.

— Как директор, я должна сказать именно это.

— …

— Но всё же…

Она опустила взгляд и пробормотала:

— Я уже знала, что они мертвы. Именно я официально объявила их погибшими, и с тех пор прошло восемь лет. К тому же, если бы Хэ Гён была жива, она бы уже пришла ко мне. Я знала.

— …

— Бывали моменты, когда я задавалась вопросом, что бы произошло, если бы я тогда остановила её…

— …

— Но смутные подозрения и свидетельство выжившего имеют разный вес. Прости, но мне нужно было услышать это от тебя лично.

Медленно Ча Ый Джэ поднял голову. Он не знал почему, но хотел увидеть лицо Хам Сок Джон. Она…

— Теперь я могу отпустить.

…была безэмоциональна.

Пустая.

Как будто она потеряла что-то очень важное. Как пустая комната.

Ча Ый Джэ смотрел на неё, не говоря ни слова. Ему хотелось что-то сказать, хоть что-нибудь, но слова не шли. Он подумал рассеянно:

«Как странно».

Почему я думаю о Ли Са Ёне?

Хам Сок Джон взялась за подлокотник своего стула и встала. Она медленно пошла, прихрамывая, обходя стол к Ча Ый Джэ. Её неровная походка бросалась в глаза. Она наклонилась и мягко обняла его.

— Спасибо. И прости.

— …

— С возвращением.

Это было на неё совсем не похоже. Ча Ый Джэ даже моргнул от удивления.

«Тётя часто делала так».

Что происходит с человеком, когда он теряет опору своей жизни?

«Директор…»

Её рука мягко похлопала его по спине, словно касание тёти. Сначала нерешительно, Ча Ый Джэ медленно обнял её в ответ. Её тело казалось куда меньше, чем он помнил. Закрыв глаза, он подумал:

«Она проведёт остаток своей жизни, думая о тёте…»

Долгое объятие наконец завершилось. Ча Ый Джэ тут же встал, чтобы помочь Хам Сок Джон вернуться на место, пока она, прихрамывая, шла обратно. Она выглядела измождённой, сидя на стуле. Хам Сок Джон коротко вздохнула и спросила:

— Кстати… похоже, ты близок с Са Ёном.

Чёрт. Она видела статью. Ча Ый Джэ поморщился. Видимо, снова придётся отчитать Скумбрий. Затем в голове вспыхнула мысль:

«Са Ён? Это звучит слишком уж знакомо, не так ли?»

Ча Ый Джэ ответил неуверенно, с явным дискомфортом на лице:

— Простите? Ну, не совсем…

— Разве? В статье вы выглядели довольно близкими.

— Нет, я просто подумал… Вы, кажется, ближе к нему, раз называете его Са Ёном.

— Думаешь, он меня любит? Вряд ли.

Хам Сок Джон тихо рассмеялась и подняла свою чашку. Когда-то горячий кофе остыл до едва тёплого состояния. Закрыв глаза, она пробормотала:

— Это было много лет назад. Это произошло после того, как ты вошёл в разлом в Западном море. В какой-то момент Чон Бин и Пэ Вон У пропали на несколько месяцев. Их последний отчёт звучал как-то так: «Я должен позаботиться о ребёнке, так что не смогу вернуться в ближайшее время. Простите». Сначала я подумала, что это полнейший бред.

— …

Мысль промелькнула в голове Ча Ый Джэ.

«Кстати, разве Ли Са Ён не говорил, что раньше жил с Чон Бином?» Он почти забыл, но воспоминание вдруг всплыло. Ча Ый Джэ сосредоточился на её рассказе.

— Прошло несколько месяцев. У нас уже не хватало людей, а без двух сильнейших охотников мы были просто перегружены.

Это имеет смысл. Без Чон Бина и Пэ Вон У, двух самых высокоранговых охотников, да ещё и с его собственным отсутствием, должно было быть хаотично. Хам Сок Джон вздохнула.

— А потом вдруг я получила сообщение. Они собирались привезти ребёнка. Я подумала, что, возможно, нам нужно будет оборудовать игровую комнату или что-то вроде того, но вместо этого они явились с этим высоким, худым юношей. Слишком взрослым, чтобы называть его ребёнком.

Она говорит о Ли Са Ёне?

— Но эти двое обращались с ним, словно он пятнадцатисантиметровый младенец, постоянно его опекая. На первый взгляд он казался нормальным, но его глаза… в них было что-то ненормальное.

Это точно Ли Са Ён!

«Ненормальные глаза?» Да, это может быть только Ли Са Ён. Ча Ый Джэ слушал внимательно, пока Хам Сок Джон тихо смеялась.

— Только посмотри, как твоё лицо светится, как только речь заходит о Ли Са Ёне.

— …

Она даже не могла видеть его лицо под маской, но каким-то образом всё равно знала. Ча Ый Джэ машинально дотронулся до маски. Так. Хам Сок Джон поставила чашку и сцепила пальцы.

— Ну что ж, хватит разговоров. Давай заключим сделку.

— …Какую сделку?

— Это не будет чем-то, что навредит тебе.

Ча Ый Джэ нервно сглотнул. Он не мог предугадать, какие условия она предложит. Хам Сок Джон улыбнулась, но её улыбка всё ещё была пропитана пустотой.

— Встречайся со мной время от времени. Говори. Рассказывай истории.

— Простите?

— Я расскажу тебе истории о Са Ёне, которых ты не знаешь, а ты расскажешь мне истории о Хэ Гён, которых не знаю я.

Ча Ый Джэ моргнул в замешательстве. Хам Сок Джон положила подбородок на руку.

— А когда будешь готов, расскажи мне, что случилось в разломе. Расскажи мне о её последних мгновениях.

— …

Ча Ый Джэ мягко выдохнул. Хам Сок Джон улыбнулась, её выражение оставалось пустым.

— Что скажешь? Не звучит так, будто это может навредить.

Глава 185

— Что скажешь? Не звучит так, будто это может навредить.

Ча Ый Джэ безучастно смотрел на её пустую улыбку. По правде говоря, он мог бы рассказать ей всё прямо сейчас. Хотя его воспоминания были фрагментированными, он ясно помнил последние моменты своей тёти. Это было бы немного болезненно, но они были как семья.

Однако у него было странное предчувствие. Если он сейчас расскажет ей всё о своей тёте, директор Хам Сок Джон...

Ча Ый Джэ слегка приподнял голову, чтобы взглянуть на её сухое лицо. На нём не осталось и следа той живости, которая раньше оживляла её черты. Она выглядела почти как искусно созданная восковая фигура.

«Даже если я расскажу ей когда-нибудь, сейчас не время».

Ча Ый Джэ намеренно съёжился и опустил голову.

— Если можно, то немного позже.

— …

— Простите, но я не всё помню о том, что произошло внутри. Думаю, мне нужно время.

Хам Сок Джон слегка нахмурила брови. На её прежде пустом лице мелькнула тень эмоций. Она обеспокоенно спросила:

— У тебя проблемы с памятью?

— Да… немного. Честно говоря, я даже не знаю, как выбрался из разлома.

— Но физически ты в порядке? Может, тебе стоит провериться?

— Нет, физически я в порядке.

— Ну… это хоть что-то.

Хам Сок Джон ответила более спокойно, чем он ожидал. Она вздохнула, двигая пальцами на руке, поддерживавшей её подбородок.

— Похоже, ничего не поделаешь… Прости, что спрашиваю, но надеюсь, ты вспомнишь хотя бы что-то. По тому, что я слышала, твой опыт внутри разлома в Западном море, кажется, связан с концом.

Конец. Ча Ый Джэ резко поднял голову. Он спросил с тревогой:

— Директор, насколько вы знаете о конце?

— У меня мало информации. Всё, что я слышала, — это расплывчатые прогнозы, что он однажды наступит. Только фрагментарные видения… проблема в том, что никто не знает, когда и как это произойдёт.

— Тогда почему вы в это верите?

— Ну, об этом упомянул охотник S-класса… и из-за Прометея. Как бы абсурдно это ни звучало.

Хам Сок Джон тяжело вздохнула, потирая подбородок. Тревога затуманила её острые черты.

— Ты слышал о Прометее?

— Да. Слышал.

— Конечно, ты работаешь с гильдией Падо. Естественно, ты бы знал.

Чёрт. Ча Ый Джэ закатил глаза за своей маской. Конечно, Хам Сок Джон знала это, но слышать подтверждение из её уст было странно. Это заставляло его ощущать, будто он действительно был частью гильдии Падо. Хам Сок Джон заговорила медленно:

— На самом деле, я знаю об их существовании уже давно. После разлома в Западном море, когда силы охотников ослабли, они начали действовать. Ты, вероятно, не знал.

— У них должна была быть причина, чтобы открыться.

— Да. Гражданские начали пропадать, и общим звеном было то, что все они участвовали в подземельях или разломах и выжили. Мы сразу начали расследование в сотрудничестве с полицией, и сначала думали, что это торговля людьми. Но оказалось, всё было куда хуже.

Когда Ча Ый Джэ посещал гильдию Совон, он вспомнил историю, которую рассказал ему Нам У Джин, пока они шли через лес.

— В то время их исследования ещё не продвинулись далеко, поэтому они использовали людей с некоторыми особенностями в качестве подопытных.

— Особенностями?

— Да. Тех, кто оказался в разломе или получил ранения от нападения монстров. В любом случае, что-то, связанное с разломами. Возможно, они похищали людей для экспериментов в том хаосе.

Ча Ый Джэ вспомнил мальчика, который протянул руку, умоляя о помощи. Кто бы мог знать, что этим мальчиком окажется Ли Са Ён? И кто мог предположить, что за время своего исчезновения Ли Са Ён подвергся бесчисленным пыткам в экспериментах?

«Но этот парень ничего мне не скажет…»

Было бы лучше, если бы он рассказал Ча Ый Джэ всё напрямую. Он слышал о событиях после разлома в Западном море только от других. Тот факт, что ему не сообщили это лично, вызывал глубокое раздражение.

«Я хочу знать всё».

Ча Ый Джэ постукивал ногой по полу. Хам Сок Джон откинулась на спинку кресла и продолжила говорить:

— В то время у них не было такого громкого имени, как сейчас. Это была просто кучка неудачников, которые чувствовали себя неполноценными, потому что система их не выбрала и они не пробудились. Или же это были безумные учёные, одержимые идеей создать пробуждённых самостоятельно. Их было очень мало.

— …

— Если бы мы оставили их в покое, они бы исчезли сами по себе, ничего не добившись.

Ча Ый Джэ вспомнил разговор с Хон Ё Соном, когда тот был в теле Ккокко. В первом и втором мирах, которые видел Хон Ё Сон, на вопрос о Прометее он отреагировал равнодушно.

«Ну, таких ребят в моём мире почти не было. Имя-то какое громкое? Я только в «Греческой и Римской мифологии для детей» его видел».

В первых двух мирах они действительно исчезли бы, как сказала Хам Сок Джон. Имя бы не успело стать известным. Но здесь голос Хам Сок Джон начал звучать раздражённо.

— Но в какой-то момент они изменились. Те, кто должен был исчезнуть, обрели чёткую цель.

— Остановить конец… так?

— Да. Вместо того чтобы полагаться на систему для создания пробуждённых, они решили создавать их сами, чтобы остановить конец. Конец должен быть остановлен человеческими силами… Великолепная цель. Почти как погоня за облаками.

— …

— Говорят, у Прометея есть пророк.

— Пророк?

— Утверждают, что пророк знает, что произойдёт в будущем… Ха, ерунда.

— …

— Ошибочные знания и убеждения — самые страшные вещи. Даже если у них нет возможности что-то сделать, они могут оправдать всё одной лишь верой. Это делает невозможное возможным.

Хам Сок Джон закрыла глаза с раздражением. Ча Ый Джэ задумался. Даже Юн Га Ыль не могла видеть будущее. Она могла видеть лишь фрагменты мира, который уже погиб, заглядывая в прошлое. Если применить случай Юн Га Ыль, то пророк Прометея не видит будущее…

«Разве пророк просто не применяет прошлый опыт к будущему?»

Но этот мир двигался совершенно другим путём, чем два предыдущих. Было множество различий. Разлом в Западном море, восьмилетний разрыв, Прометей, эксперименты над Ли Са Ёном…

«Но всё равно…»

Чтобы понять, когда и как придёт конец, что произошло во втором мире и является ли пророк Прометея обладателем воспоминаний или действительно знает будущее, Ча Ый Джэ нужно было добыть информацию у другого Ли Са Ёна, который жил внутри него.

— …

Нет. Ча Ый Джэ крепко зажмурился. Ему совсем не хотелось связываться с той извращённой версией Ли Са Ёна, которая, казалось, сама напрашивалась на удушение. Это всё ещё был Ли Са Ён, но что-то в нём было не так!

Но делать то, чего не хочется, — часть взросления. Ча Ый Джэ сжал кулаки и пробормотал:

— …Я сделаю всё возможное, чтобы восстановить свои воспоминания.

— Хорошо… но не переусердствуй.

Хам Сок Джон положила руку на подлокотник кресла и поднялась. Ча Ый Джэ неловко последовал её примеру. Она медленно подошла к нему, опираясь на трость, и неловко похлопала его по плечу.

— Я оставила ключи у Чон Бина. От твоего старого дома и дома Хэ Гён. Забери их перед уходом.

— О, хорошо…

Действительно ли директор заботилась о них? Ча Ый Джэ моргнул. Почему она не избавилась от дома того, кто уже покинул этот мир?

— Ты, должно быть, злился на меня. Я знаю.

Может быть, это была её привязанность.

— Я не буду просить прощения.

— …

— Просто… будь осторожен.

Рука, похлопывавшая его по плечу, вдруг сжалась сильнее. Хам Сок Джон наклонилась и прошептала тихим голосом:

— Люди на вершине всегда привлекают внимание.

— …

— Я знаю, что ты не из тех, кто бежит, даже если это глупо. Но не все это понимают.

Красные буквы на сайте Прометея.

— Чем выше ты стоишь, тем заметнее твоё падение. И найдётся немало тех, кто его ждёт.

[Не доверяйте герою J.]

[Он сбежал от мира. Предатель.]

— Всегда помни об этом.

— …Да.

Рука Хам Сок Джон опустилась, оставив за собой тупую боль. Она сама открыла дверь кабинета директора, прощаясь с ним. Прежде чем дверь закрылась, Ча Ый Джэ успел заметить её глаза. Они были пустыми, но в них осталось слабое чувство заботы. И это, по крайней мере, было утешением.

Возможно, потому что это было прямо перед кабинетом директора, в коридоре стояла тишина. Откуда-то снизу доносились звуки активности. Она ведь сказала зайти к Чон Бину? Почёсывая затылок, Ча Ый Джэ начал искать Чон Бина, когда почувствовал сильное присутствие, поднимающееся по лестнице.

«Наверное, ко мне…»

Ча Ый Джэ намеренно подошёл ближе к лестнице. Вскоре за поворотом он увидел чёрные волосы с проблесками седины. Тук — трость ударила о пол. Длинное пальто колыхнулось. Лицо, резкое, словно у старого мудрого тигра, смотрело прямо на J. На морщинистом лице отразилось изумление.

— Ох… Боже мой, это действительно ты?

— Да, наверное.

— О, Господи!

Ча Ый Джэ ответил шутливо. Сон Джо Хон, поднимавшийся по лестнице по две ступеньки за раз, распахнул руки, приближаясь.

— J! Я не знаю, как ты вернулся, но добро пожаловать!

— Охотник Сон Джо Хон. А, или теперь лучше сказать — глава гильдии?

— Ха-ха, называй как угодно.

Грубая рука внезапно протянулась. Сон Джо Хон с широкой улыбкой предложил рукопожатие.

— Рад, что ты вернулся. Я скучал по тебе.

— …

«Чем выше ты стоишь, тем заметнее твоё падение. И найдётся немало тех, кто его ждёт».

Хам Сок Джон не стала бы говорить это просто так.

С улыбкой Ча Ый Джэ пожал протянутую руку и медленно встряхнул её вверх-вниз.

— Спасибо за тёплый приём.

Глава 186

— Ну, неудивительно, что мне захотелось зайти в Бюро именно сегодня. Должно быть, судьба привела меня сюда, чтобы встретить тебя, — сказал Сон Джо Хон с громким смехом, закончив рукопожатие. Ча Ый Джэ тоже улыбнулся, хотя это, скорее всего, было не видно. Сон Джо Хон, глядя в сторону коридора перед кабинетом директора, спросил:

— Ты пришёл к директору Хам, верно? Уже виделся с ней?

— Да, я только что её видел.

— Надо было заглянуть и ко мне. Я так удивился, когда услышал, что ты вернулся!

— Только удивился?

Ча Ый Джэ неосознанно отпустил лёгкую шутку с долей сарказма. Но Сон Джо Хон, не смутившись, пожал плечами и тут же ответил:

— Конечно, я ещё и обрадовался! Ты, наверное, знаешь, что большинство пробуждённых первого поколения уже ушли на покой или скрылись. Осталось мало тех, с кем можно разделить старые воспоминания.

— …

На его суровом, тигроподобном лице появилась улыбка.

— Я правда рад снова видеть старого товарища. Добро пожаловать назад.

Каким человеком был Сон Джо Хон?

Большинство пробуждённых первого поколения, которые обрели свои способности сразу после Дня разлома, обладали природной физической силой. Поэтому многие из них ранее занимались профессиями, связанными с физической выносливостью, — солдаты, полицейские, спортсмены. Ча Ый Джэ, который был обычным студентом, выделялся на этом фоне.

Сон Джо Хон был солдатом, и, говорят, его звание было довольно высоким. Когда создавалось Бюро управления пробуждёнными, он соперничал с Хам Сок Джон, которая раньше была полицейским, за должность директора, но в итоге добровольно отошёл в сторону. Люди говорили, что именно Сон Джо Хон должен был стать директором, но эти слухи быстро сошли на нет. Было очевидно, что Хам Сок Джон была более компетентной.

А для J Сон Джо Хон был…

«Честно говоря, я ничего особенного к нему не испытываю».

Когда S-класс были редкостью, даже A-класс встречались нечасто. Проблем было много, а охотников — мало, поэтому Бюро постоянно не хватало людей. Тогда среди сотрудников сформировалось некое чувство товарищества. Сталкиваясь с опасностью и смертью, волей-неволей начинаешь сближаться. Но Ча Ый Джэ очень редко взаимодействовал с Сон Джо Хоном напрямую. Чаще всего их контакт сводился к передаче приказов.

«…Что это за чувство?»

Что это за странное ощущение неловкости?

Сон Джо Хон потер подбородок и пристально посмотрел на Ча Ый Джэ.

— Из-за маски я бы тебя не узнал, но, насколько могу судить, ты почти не изменился. Ну, разве что цвет волос стал другим.

— Правда?

— Ха-ха, да. А у меня, например, начали седеть волосы. Кстати… Ты слышал о Генеральной ассамблее?

— Генеральной ассамблее?

— Да, это собрание ранкеров, чтобы обсудить различные вопросы. С тех пор как начался День перемен, в мире царит хаос, правда? Кажется, тебе тоже нашлось бы что сказать, если бы ты пришёл…

— J! Вот ты где.

В этот момент за спиной Сон Джо Хона появился Чон Бин с слегка растрёпанными волосами, будто он спешил. Мягко улыбнувшись, Чон Бин вежливо поклонился и Сон Джо Хону, и Ча Ый Джэ.

— О, я не знал, что вы тоже здесь, Сон Джо Хон-щи. Вы беседуете? Надеюсь, я не помешал...

— О, Чон Бин! Надеюсь, в последнее время не слишком загружен?

— Ха-ха, благодаря стараниям главы гильдии, у меня появилось немного времени отдохнуть.

— Ха-ха! Так что привело тебя сюда?

— У меня срочная просьба к J. Но если вы заняты, я могу подождать.

Чон Бин слегка подмигнул Ча Ый Джэ из-за спины Сон Джо Хона. Казалось, будто небеса сбросили спасательный канат в тот момент, когда разговор уже подходил к концу. Не дожидаясь ответа Сон Джо Хона, Ча Ый Джэ быстро заговорил:

— О, мы почти закончили. Просто вспоминали старое, верно?

— О, да, конечно. Кстати, слышал, ты теперь работаешь с гильдией Падо? Наконец решил присоединиться к гильдии?

— Нет, не совсем. Просто сотрудничаю с ними какое-то время.

— Ха-ха. Что ж, надеюсь, ты подумаешь о нашей гильдии Самра вместо такой небольшой группы. У нас всё организованно и структурировано, да и масштабы больше. Ты будешь более чем желанным гостем.

Сон Джо Хон достал визитку и протянул её.

[Глава гильдии Самра, Сон Джо Хон]

— Заходи к нам как-нибудь. Мы будем рады видеть тебя в любое время.

— Спасибо.

— Гильдия Падо, говоришь… Только не сближайся слишком сильно с этим Ли Са Ёном.

При внезапном упоминании Ли Са Ёна Ча Ый Джэ поднял взгляд. Впервые за всё время лицо Сон Джо Хона, всегда выглядевшее дружелюбным, отразило нотку беспокойства. Он потер подбородок и тяжело вздохнул.

— Такой невежливый парень, видимо, потому что слишком молод. Его вообще невозможно прочитать… Не связывайся с ним, чтобы потом не пожалеть. Будь осторожен.

— А, да...

— Ну, тогда я пойду. Вы двое продолжайте разговор. Удачи, Чон Бин.

— Спасибо. До свидания.

Похлопав Чон Бина по плечу, Сон Джо Хон спустился по лестнице. Чон Бин внимательно слушал звук его шагов, пока они совсем не затихли. Только тогда он тихо выдохнул и улыбнулся.

— Он ушёл.

Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— Итак, что за просьбу ты упомянул?

— О, это? Это была просто отговорка.

— Что?

— Директор попросила меня оставить тебя одного.

Чон Бин поправил растрёпанный пиджак и неловко усмехнулся.

— Хотя я не ожидал, что всё обернётся вот так. Надеюсь, я не был слишком груб…

— Нет, вовсе нет… Это было идеально, если честно.

Ча Ый Джэ оглянулся. Наверное, всё это было организовано Хам Сок Джон. Следует ли ему быть за это благодарным? Поразмыслив, он неуверенно почесал шею и сказал:

— Честно говоря, мы уже почти исчерпали темы для разговора. Ты пришёл в самый подходящий момент.

— Рад это слышать.

— О, кстати...

Когда Ча Ый Джэ посмотрел на Чон Бина, тот внимательно слушал. Немного замявшись, он пробормотал:

— Директор сказала, что ты должен отдать мне ключ от дома.

— А, точно. Директор поручила это мне. Вот, возьми.

Чон Бин вытащил из внутреннего кармана пиджака две связки ключей и протянул их. Ча Ый Джэ взял ключи. Это были знакомые вещи, но в руке они ощущались странно. К маленькому ключу от дома его тёти был прикреплён брелок в виде кролика, а к его собственному ключу — пластиковая фигурка героя, старая и выцветшая от времени.

— …Почему директор просто не отдала это мне сама? Почему оставила их у тебя?

— Не знаю… Она особо ничего не сказала, когда передавала их.

Что думала Хам Сок Джон, держа эти ключи у себя? Если бы не этот момент, ключи могли бы так и остаться забытыми в ящике стола.

Пока Ча Ый Джэ вертел в руках брелок, снизу внезапно ощутилось сильное присутствие. Ча Ый Джэ нахмурился. Это была знакомая аура, которую он узнал мгновенно.

Улыбка Чон Бина стала слегка неловкой, словно он тоже это почувствовал. Ча Ый Джэ тихо спросил:

— Он должен был прийти сегодня?

— Эм, нет. Насколько я знаю, не должен был. Кажется, это неожиданный визит…

Присутствие приближалось. И затем, словно дежавю, что-то тёмное появилось за спиной Чон Бина. Раздался шипящий звук выходящего воздуха.

— Кажется, вы тут весело проводите время…

Это был Ли Са Ён в противогазе. Чон Бин быстро отступил в сторону, прижавшись к перилам, чтобы дать ему дорогу, а затем поклонился Ча Ый Джэ.

— Моё дело здесь закончено, J. Я пойду.

— Что?

— Ха-ха… Меня вызвали на встречу. Простите за это. Увидимся позже. Ли Са Ён-щи.

Ли Са Ён коротко кивнул в ответ. Чёрт, как бы к нему ни относиться, у Сон Джо Хона действительно был глаз на людей. По словам Хам Сок Джон, Чон Бин и Пэ Вон У присматривали за Ли Са Ёном какое-то время, но это явно ничего не изменило — он был всё таким же грубым.

Ли Са Ён ухватился за перила и уставился на Ча Ый Джэ.

— Почему ты не сказал, что собираешься сюда?

С того самого дня, когда произошло то дело с русским медведем, Ча Ый Джэ старательно избегал Ли Са Ёна. Сердце начинало биться слишком быстро каждый раз, когда он видел его лицо. Жить под одной крышей с ним?

«Ни за что».

Но у Ча Ый Джэ не было нормального места, где он мог бы остановиться, да и средств найти такое место у него тоже не было. Поэтому он провёл несколько ночей в видео-комнате на рыбном рынке с помощью Скумбрий. И хотя он ожидал, что Ли Са Ён последует за ним туда, почему-то этого не произошло. Вместо этого Ли Са Ён просто отправил сообщение через Скумбрию:

«Одна неделя».

Отсчёт? Или что-то подобное? Это было немного жутковато, но Ча Ый Джэ решил не придавать этому значения. Теперь он смотрел на Ли Са Ёна, всё ещё носящего противогаз, и внезапно вспомнил.

Сегодня исполнилась ровно неделя с тех пор, как он сбежал из дома Ли Са Ёна!

«Чёрт, этот парень действительно держит слово…»

С трудом сглотнув, Ча Ый Джэ сцепил руки за спиной. Ключи в его руке тихо звякнули.

— Не было необходимости говорить тебе, что я встречаюсь с директором.

— Что это у тебя в руке?

— Ключи от дома.

— …От дома?

Голос Ли Са Ёна стал ниже. Шипение противогаза стало чуть громче. Ча Ый Джэ поспешно добавил:

— Не от нового дома — от старого. Директор хранила их у себя.

— Кто сейчас пользуется ключами? Это же давние кодовые замки.

— В своё время был человек со способностью управлять замками. Я оставил их у него.

— Хм… Значит, этот человек всё ещё жив, да? Тот, кто их создал.

— Что?

Ча Ый Джэ не мог поверить своим ушам. Он только что это сказал?

Как будто обрывая любые сомнения, холодный голос, лишённый намёка на шутку, прорезал воздух словно лезвие.

— Если он умрёт, разве его способность не исчезнет?

— …

— Тогда это станет просто обычным замком с ключом… Ты мог бы вызвать слесаря, чтобы его открыть.

— Ты сумасшедший.

Слова вырвались прежде, чем Ча Ый Джэ успел их остановить. Ли Са Ён сузил глаза и шагнул ближе.

— Тогда кто вообще сказал тебе уходить?

Глава 187

Тон слов был каким-то расплывчатым, не так ли? Ча Ый Джэ отступил назад с неловким выражением лица, ответив с ноткой раздражения.

— Уходить…? Что ты имеешь в виду? Это ты говоришь странные вещи. Это твой дом в первую очередь. Я был там лишним.

— Почему… хаа.

Ли Са Ён скрестил руки на груди и наклонил голову, тяжело вздохнув так, чтобы Ча Ый Джэ это точно услышал. Его пальцы нервно постукивали по предплечьям.

— Ты что, спал все эти три месяца на улице? Нет ведь, правда?

— Что?

— Ты жил у меня три месяца. Разве это не считается жить вместе?

— Нет, это было только потому, что у меня не было выбора. Это временное решение, что-то вроде совместного проживания для ухода.

— Мм… вот как?

Его фиолетовые глаза блеснули острым взглядом. В них появилась странная интенсивность. Только сейчас Ча Ый Джэ заметил, насколько ненормальными они выглядели. Ли Са Ён всегда был немного странным, но никогда прежде не казался настолько потерянным. Всего неделя разлуки, а он выглядел, словно изголодавшийся зверь, готовый броситься в любую минуту. От этого у Ча Ый Джэ побежали мурашки.

Ча Ый Джэ моргнул.

«Это… странно…»

Этот человек ждал мертвого восемь лет, без всякой гарантии. Неужели его терпение наконец иссякло?

«Нет…»

Это не мог быть Ли Са Ён. В этом Ча Ый Джэ был уверен. Ли Са Ён всегда будет ждать Ча Ый Джэ. Он верил в это. Значит, Ли Са Ён, стоящий сейчас перед ним, явно был ненормален.

«Это влияние другого Са Ёна?»

Перед глазами всплыл короткий образ плачущего и раздражённого Ли Са Ёна. Неужели он снова потерял контроль над своим телом, как в тот раз? Но его сознание всё ещё напоминало того Ли Са Ёна, которого знал Ча Ый Джэ. Пока он пытался понять причину, Ли Са Ён моргнул и холодно произнёс:

— Что, мне снова нужно уснуть, чтобы ты вернулся?

— Ты совсем рехнулся. Эй!

Ча Ый Джэ инстинктивно выкрикнул и резко развернулся. С такого расстояния директор в своём кабинете наверняка слышала их разговор. Ли Са Ён должен был это понимать. Ча Ый Джэ обернулся, взглянув на него. Ли Са Ён смотрел прямо на него, не обращая внимания на вероятность того, что их могли подслушать.

— Не «эй», а Ли Са Ён.

— Сейчас это неважно… ха, — Ча Ый Джэ взлохматил волосы, а затем схватил Ли Са Ёна за руку. Он понизил голос и прошептал: — Попробуй только ещё раз сказать такую чушь.

— И что, если скажу?

— Я сделаю так, чтобы ты больше не смог говорить.

— Как?

— Как, как… заставлю тебя замолчать. Эй… нет, то есть… пошли, Ли Са Ён.

Когда Ча Ый Джэ потянул его за руку, высокий мужчина подчинился без сопротивления. Его безумный взгляд и мрачная аура несколько утихли. Ли Са Ён спросил:

— Куда мы идём?

— Если будем говорить здесь, директор услышит всё, правда? Пойдём в другое место и закончим этот разговор.

Сжимая руку Ли Са Ёна, он повёл его прочь, но остановился у лестницы. Ли Са Ён словно врос в землю, его фиолетовые глаза уставились на Ча Ый Джэ с укором.

— Сейчас директор важнее?

— Я сказал, что важнее, так что просто пойдём!

— Важнее, чем я?

Ча Ый Джэ попытался ответить, но прикусил язык. Конечно, директор была важна... но он не мог отрицать, что больше беспокоился о Ли Са Ёне. Однако он не хотел озвучивать эту мысль. Он ещё не был готов это признать. Вместо этого раздражённо выпалил:

— Почему ты так себя ведёшь? Раньше ты не был таким.

— Хватит уходить от ответа. Отвечай. Директор важнее, чем я?

«С ума сойти».

С каждым его словом желание заткнуть Ли Са Ёна, или даже просто вырубить его, становилось всё сильнее. Но, что удивительно, стоящий перед ним Ли Са Ён с этим обиженным выражением лица выглядел… странно.

Постой.

Ча Ый Джэ расширил глаза, осматривая Ли Са Ёна с ног до головы. Противогаз, чёрный плащ, скрещённые руки, стоящий, словно статуя… он выглядел мило. Даже в противогазе!

«Я сошёл с ума?»

Ча Ый Джэ был в ужасе. Его сердце и так колотилось каждый раз, когда он видел Ли Са Ёна, а теперь он ещё и находил милым этот грозный противогаз? Это серьёзно. Ему было плохо.

«Чёрт. Кажется, я совсем влип».

Пока Ча Ый Джэ тёр лицо в недоумении, Ли Са Ён, всё ещё ожидая ответа, нахмурился.

— Ты не собираешься отвечать?

— Подожди. Мне нужно подумать.

— Подумать о чём? Разве это что-то, над чем нужно думать?

— Просто подожди.

На этом этапе даже его обиженность казалась милой. Ча Ый Джэ похлопал Ли Са Ёна по руке, будто успокаивая, и попытался сосредоточиться. Сейчас его поведение напоминало Ха Ын, когда она начинала дуться, если что-то шло не по её плану. Это выглядело как проявление тревоги из-за утраты контроля…

Постой, утрата контроля?

Если он потерял контроль, значит, другой Ли Са Ён влиял на его тело. Это также означало, что обычно подавленное сознание сейчас активно, или оба сознания существуют одновременно. А это значит…

«Давай проведём эту ночь вместе».

«Души меня сильнее. Это так приятно…»

Теперь ему не придётся спать рядом с извращенцем, верно? Ведь внутри уже был другой Ли Са Ён.

Будто лампочка загорелась в его голове. Ча Ый Джэ широко улыбнулся, поражённый своей сообразительностью.

Говорят, даже в логове тигра можно выжить, если не терять голову. Это был шанс, который нельзя было упустить. Он ни за что не хотел делить постель с извращенцем, которому нравится, когда его душат. Лучше уж он будет терпеть учащённое сердцебиение, холодный пот и нервную дрожь, лежа рядом с Ли Са Ёном. Выдерживать — в этом Ча Ый Джэ был хорош.

Ему было жаль Ли Са Ёна, но пока тот был вне себя и не до конца под влиянием другого Ли Са Ёна, момент действовать был сейчас.

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за плечи.

— Пошли.

Ли Са Ён подозрительно прищурился.

— Внезапно? Куда?

— Ко мне домой. У тебя есть свиток Хон Ё Сона?

— Твой дом? Мой дом? Внезапно?

— Есть он у тебя или нет? Если есть, достань.

Без предупреждения Ча Ый Джэ сунул руку в карман плаща Ли Са Ёна. Всё, что он нашёл, — это телефон. Ли Са Ён схватил его за запястье и резко произнёс:

— Что ты делаешь? Опять пытаешься сменить тему…

Но Ча Ый Джэ перебил его, быстрее, чем тот успел договорить:

— Я не меняю тему. Я хочу показать тебе свой дом. Тебе не интересно?

— …

Рука, сжимающая его запястье, ослабла. Отлично, он заинтересован. Конечно, ему было интересно. Мне тоже интересно. Ча Ый Джэ воспользовался этим маленьким шансом и надавил дальше.

— Там есть вещи, которые мне нужно забрать. Инструменты для работы. Может, даже найдутся те самые вещи, что ты надевал, когда мы ездили в больницу.

— …

Ли Са Ён тихо вздохнул, намного мягче, чем раньше, когда, казалось, был готов убить кого-то. Почувствовав момент, Ча Ый Джэ решил нанести последний удар.

— Если мы пойдём сейчас, ты будешь первым гостем за восемь лет. Как тебе такое?

Рука, сжимающая его запястье, опустилась. Не говоря ни слова, Ли Са Ён достал из своего инвентаря свиток и протянул его. Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за руку одной рукой, а другой — свиток, и сжал зубами его край.

«Дом».

Затем он разорвал его.

***

Уютный аромат кондиционера для белья защекотал Ча Ый Джэ нос. Он медленно открыл глаза. Они стояли в прихожей, переместившись туда, видимо, мгновенно.

Ча Ый Джэ тихо смотрел на дверь между прихожей и гостиной. Деревянная подвеска в форме минтая, висевшая в углу двери, была подарком от его тёти. Она говорила, что это оберег от несчастий.

«Правда ли она что-то отводила?»

За стеклом двери коридор и гостиная выглядели так же, как он помнил. Казалось, будто он вернулся во времени, словно всё, что случилось, было лишь кошмаром, а он наконец-то снова дома.

— …

Но с Ли Са Ёном рядом это не могло быть прошлым.

Ли Са Ён стоял неподалёку, терпеливо ожидая, как гость, которого только что пригласили войти. Когда Ча Ый Джэ снял обувь, Ли Са Ён, стоявший тихо рядом, сделал то же самое.

Осторожно открыв дверь, Ча Ый Джэ услышал лёгкий скрип. Она открылась на удивление плавно. На деревянном полу, соединяющем гостиную с прихожей, не было ни пылинки. Ча Ый Джэ инстинктивно смягчил шаги, заходя внутрь. За ним, почти бесшумно, следовал Ли Са Ён. Вскоре гостиная предстала перед ними.

— …

Всё было таким же.

Сцена, которую он увидел в последний раз, покидая этот дом, осталась неизменной. Кожаный диван цвета слоновой кости, который выбрала его тётя, белые шторы, деревянный стол, ваза с цветами, оставленная тётей, телевизор, покрытый пылью от отсутствия долгого внимания...

Нет, кое-что всё-таки изменилось. Ча Ый Джэ поднял круглую каменную глыбу, лежащую в центре кофейного столика. Её гладкая поверхность слабо мерцала голубым светом. Позади него Ли Са Ён негромко прокомментировал:

— Это камень сохранения.

— …

— Обычно их используют в подземельях, чтобы сохранять еду или ценные вещи в хорошем состоянии… но использовать такой дома…

— Это не я его здесь оставил.

— …

— Директор, должно быть, оставила.

Ча Ый Джэ с трудом сглотнул. Какие мысли были у неё на уме, когда она оставляла камень сохранения в этом пустом доме? В его доме и даже в доме тёти. Он не мог этого представить. Тупая боль разлилась в груди. Ча Ый Джэ, чувствуя тревогу, потянул Ли Са Ёна за руку.

— Идём.

— …Что?

— Я покажу тебе свою комнату.

— …

Его рука слегка напряглась, будто сопротивляясь, но Ча Ый Джэ всё же открыл плотно закрытую дверь. Внутри находились только кровать и одинокий шкаф. Серое одеяло было аккуратно сложено, даже складки на нём выглядели такими же, как он помнил. Всё это не походило на возвращение после восьми лет. Скорее, казалось, будто он просто ушёл в короткую поездку.

Ча Ый Джэ поднял взгляд на Ли Са Ёна, стоящего рядом. Он испытал искреннее облегчение от того, что Ли Са Ён был здесь. Это помогло быстрее осознать, что прошло действительно восемь долгих лет.

Ли Са Ён внимательно осмотрел комнату, почти пустую, за исключением нескольких предметов первой необходимости. Наконец он повернулся к Ча Ый Джэ, их взгляды встретились. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна слегка блеснули, наполненные лёгкой, едва уловимой игривостью. В воздухе повисло напряжение. Ча Ый Джэ глубоко вдохнул. Ему нужно было напомнить себе, зачем он здесь. Он пришёл сюда с целью. Нужно было проверить это, пока Ли Са Ён оставался под влиянием другого Ли Са Ёна. Пока он не вернулся в нормальное состояние.

Обоим нужно было заснуть. Вместе.

С неожиданной мягкостью Ча Ый Джэ позвал его:

— Са Ён.

— Да, хён?

Ча Ый Джэ медленно снял часы со своего запястья. Фиолетовые глаза Ли Са Ёна пристально следили за каждым движением, словно проглатывая детали. Глубоко вдохнув, Ча Ый Джэ твёрдо произнёс:

— Давай спать.

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна широко раскрылись от удивления, полные недоверия.

Глава 188

Ча Ый Джэ с удивлением смотрел на дрожащий взгляд Ли Са Ёна. Почему он вдруг так себя ведёт? Ли Са Ён даже сделал шаг назад, будто собирался сбежать из комнаты. Этот человек, который обычно не мог вынести, чтобы между ними была хоть небольшая дистанция!

Что с ним теперь? Ча Ый Джэ рассеянно потер подбородок своей маски, но тут же замер.

«Стоп, секунду».

Что я только что сказал? Давай спать?

Странное чувство дежавю охватило его. Казалось, будто они уже спорили о чем-то подобном раньше. Разговор из прошлого постепенно всплыл в его памяти.

«Просто спать! Буквально спать! Ничего странного!»

«Я и не собирался неправильно понимать, но теперь кажется, что это у тебя были странные мысли, хён».

Не может быть.

В итоге лицо Ча Ый Джэ тоже застыло в шоке. Он бессознательно отступил на шаг, указывая на Ли Са Ёна обвиняющим пальцем.

— Эй, эй, о чём ты думаешь? Что за выражение?

— …

Во взгляде, который виднелся сквозь линзы противогаза, читалось недоверие.

Что, он теперь считает меня извращенцем? Его безосновательно принимали за странного типа. Расстроенный, Ча Ый Джэ сложил руки вместе и изобразил мимикой сон: приложил ладони к щеке, будто отдыхая на подушке.

— Нет, я имел в виду сон! Ну, знаешь, голову на подушку, одеяло на нас. Ничего странного! Ты же сам в прошлый раз сказал, что даже не собираешься это неправильно понимать. Так почему ты ведёшь себя так сейчас?

— …Кто вообще что-то сказал?

— У тебя в глазах сейчас нечисто. И почему ты отступаешь?

— Просто хочу отойти. Это ты делаешь всё странным… Да и вообще, ты сам это странно сказал.

— Это ты первым всё неправильно понял!

Ли Са Ён скрестил руки и фыркнул, но расстояние между ними так и не сократилось. Нет. Ча Ый Джэ чувствовал это — чем дольше они говорили, тем больше Ли Са Ён возвращался к своей обычной, непоколебимой сущности. Той версии себя, которую Ча Ый Джэ знал, а это было плохо.

В отчаянии Ча Ый Джэ быстро шагнул вперёд и схватил Ли Са Ёна за плечи. Ли Са Ён прищурился. Голос Ча Ый Джэ дрожал, как крик козлёнка, когда он спросил:

— Ли Са Ён, ты не хочешь спать? Надеюсь, ты чувствуешь усталость.

— …Почему ты вдруг так себя ведёшь?

— Мы должны спать. Пожалуйста, давай просто ляжем спать.

— Почему мы должны спать? Среди дня?

— Если я начну объяснять, это займёт слишком много времени. Просто ложись сначала, а я объясню.

— Даже если долго, давай рассказывай. У нас же времени навалом…

— Нет, времени как раз нет!

— Что ты вообще несёшь?

Ча Ый Джэ стиснул зубы, крепко удерживая Ли Са Ёна, который упрямо сопротивлялся. Сжав его плечи, Ча Ый Джэ закрыл глаза и, опустив голову, закричал:

— Если мы с тобой не уснём, апокалипсис не будет остановлен!

Гул… Гул… Гул…

Может, потому что единственной мебелью в комнате была кровать, но слова Ча Ый Джэ прозвучали эхом, повиснув в воздухе. Чёрт. Хотелось плакать. Ли Са Ён, который смотрел на него с ошеломлением, схватился за фильтр противогаза и тяжело вздохнул.

— Хён, ты... серьёзно...

— ...

— Это просто абсурд...

Снова вздохнув, Ли Са Ён положил руку поверх рук Ча Ый Джэ, всё ещё сжимающих его плечи.

— Ладно... Давай ляжем. Объяснишь, пока будем лежать.

— Правда?

Ча Ый Джэ поднял голову в удивлении. В тот же миг Ли Са Ён просунул пальцы под маску и снял её с мягким щелчком, обнажив покрасневшее лицо. Несколько мгновений Ча Ый Джэ смотрел на яркие глаза Ли Са Ёна, прежде чем тот легонько постучал фильтром по его лбу.

— Ты за это отвечаешь.

Спустя некоторое время.

«Надо было послушать тётю и купить кровать побольше...»

Ча Ый Джэ теперь сожалел о решении, которое принял восемь лет назад.

Комната, в которой раньше стояла только кровать, теперь больше напоминала обжитое место: на полу были разбросаны противогаз, маска, чёрный плащ и куртка.

К тому же, вес, давящий на его спину, был ощутим. Лежать двум взрослым мужчинам бок о бок на супер-одиночной кровати оказалось просто невозможно, поэтому им пришлось лечь на бок, спина к спине. Но даже так было тесно.

Отдав подушку Ли Са Ёну, Ча Ый Джэ положил голову на свою руку, сверля взглядом стену. Нужно было морально подготовиться.

«Это всё равно лучше, чем использовать череп как подушку в разломе...»

Он отчётливо чувствовал дыхание Ли Са Ёна через свою спину. Они были так близко, что даже пошевелить пальцами ног, не создавая неудобства, не получалось. Затем спина Ли Са Ёна завибрировала — он заговорил.

— Значит, если подытожить, ты можешь видеть прошлые миры через часы... и тот другой внутри меня тоже может их видеть. Если мы рядом, то делим то, что видим перед собой. Верно?

— ...Да, верно.

— И причина, по которой ты вдруг захотел, чтобы мы спали вместе... в том, что когда я под его влиянием, если мы спим вместе, я могу видеть мир, даже если он не засыпает. Всё так?

— Всё так.

— Идея неплохая, но...

Ли Са Ён легонько задел ногу Ча Ый Джэ своей.

— Хм. И ты скрывал это от меня до сих пор?

Ча Ый Джэ закусил внутреннюю сторону щеки. Снова! Он сжал зубы и ответил:

— Нет... Я не скрывал. Просто не нашёл подходящего момента сказать. Сам был в полной растерянности...

— О, так времени сбежать хватило, а объяснить — нет?

— Тогда я тоже паниковал.

— Ну да, конечно. Пусть будет так.

Одеяло зашуршало, и недовольный голос продолжил:

— Но нам действительно нужно спать вот так? Это неудобно.

— Именно поэтому я и сказал, что лягу на пол.

Ли Са Ён фыркнул. Ча Ый Джэ тихо пробормотал что-то себе под нос.

В тот момент «Ли Са Ён» сидел в кресле рядом с кроватью. Казалось, что, пока двое находятся рядом с часами, они могут подключаться друг к другу без физического контакта. После короткого объяснения Ча Ый Джэ предложил лечь на пол, осознав, что кровать слишком узкая для двоих. Однако...

— Кто сказал, что ты можешь?

— А?

— Ложись. Если сжаться, поместимся.

Он так и не смог стряхнуть руку Ли Са Ёна, который потянул его на кровать. И теперь вот они лежали здесь. Пока Ли Са Ён снова двигался и шуршал, Ча Ый Джэ пробормотал:

— Если я сейчас лягу на пол...

— Перестань говорить чушь.

— Тогда что? Нам нужно спать.

— Хаа…

Ли Са Ён раздражённо вздохнул и сел. Что? Неужели он сам собирался лечь на пол? Ча Ый Джэ уже хотел повернуться, чтобы проверить.

Но внезапно рука обвилась вокруг его талии, прижимая их тела друг к другу. Тёплое дыхание коснулось затылка и уха. Ча Ый Джэ инстинктивно задержал дыхание. Низкий голос пробормотал:

— Подними голову немного.

— ...

— Быстрее.

Всё ещё напряжённый, Ча Ый Джэ послушно чуть приподнял голову. Крепкая рука скользнула в пространство между его шеей и матрасом. Что это? Ча Ый Джэ замер, как каменное изваяние. Что вообще происходит? Теперь его полностью окружало тепло — от спины до талии и ног. А к спине прижималось явно что-то твёрдое.

Грудь?

Пока Ча Ый Джэ оставался в ступоре, Ли Са Ён хладнокровно укрыл их обоих одеялом. Мягкая ткань обернула их тела, а их ноги переплелись. Большая ступня задела его голень. Ча Ый Джэ сжал кулаки. Ли Са Ён пробормотал:

— Вот теперь стало лучше.

Не для меня!

Ча Ый Джэ едва сдержал крик. Это был первый раз, когда они были так близко друг к другу, и при этом в таком тесном пространстве. Его сердце колотилось. Ли Са Ён, должно быть, тоже это ощущал, подумал он, учитывая, насколько они были близки. Они были практически одним телом.

Тепло разливалось от пальцев ног до кончиков пальцев рук, заполняя всё его тело. Ча Ый Джэ крепко зажмурился. Рука, обвившая его талию и лежащая на животе, казалась слишком тяжёлой.

Сзади раздался низкий голос:

— ...Слишком громко.

— Что?

— Твоё сердцебиение.

Ча Ый Джэ дёрнулся и огрызнулся:

— Заткнись.

— Можешь перестать дёргаться?

— Я не специально. Мы тут застряли вместе...

Стоило Ча Ый Джэ пробурчать это и чуть пошевелиться,

— ...

Что-то прижалось к нему.

— ...

— ...

Тишина повисла в воздухе. Ча Ый Джэ замер на мгновение, а потом резко сел. Ли Са Ён нахмурился.

— Что ещё?..

— Я так не могу.

Он никак не мог уснуть в таком положении! Ча Ый Джэ схватился за голову, растрепав волосы от раздражения. Ли Са Ён со вздохом уткнулся лицом в подушку, а затем снова поднял голову.

— Что значит «не могу»? Ты же сам хотел спать вместе.

— Может, давай ударим друг друга разок? Потеря сознания тоже считается за сон, да?

— ...Ты серьёзно?

Ли Са Ён стиснул зубы и потер лицо рукой. Ча Ый Джэ неловко почесал затылок, чувствуя, как тепло приливает к его коже. Его лицо и шея, несомненно, покраснели до яркого алого.

— Ча Ый Джэ.

Треснувший голос Ли Са Ёна позвал его, заставив Ча Ый Джэ вздрогнуть. У него уже не было сил злиться на такое неформальное обращение. Чёрные кончики пальцев Ли Са Ёна легли ему на бок.

— Тебе не нужно так зацикливаться…

— ...

— Я тоже сдерживаюсь, так что просто ложись.

— ...

— Чёрт… сначала надо спасти этот чёртов мир…

Ли Са Ён раздражённо закончил фразу и силой уложил Ча Ый Джэ обратно. Снова всё его тело окутало тепло.

Чёрт! Ча Ый Джэ крепко зажмурился и попытался игнорировать нахлынувшие ощущения. Его бешено колотящееся сердце, чуть прерывистое дыхание, шуршание одеяла каждый раз, когда кто-то шевелил ногой. А потом в какой-то момент комната наполнилась тишиной. И тогда Ча Ый Джэ кое-что понял.

Громкое сердцебиение, которое он слышал, было не только его.

Как только он осознал это, сон, наконец, пришёл. Ча Ый Джэ не стал сопротивляться и закрыл глаза.

***

Когда он снова открыл глаза, перед ним предстала знакомая, но странная сцена. Обои и всё остальное в комнате были идентичны тому, что он видел перед сном. Однако ощущение неправильности витало в воздухе.

Ча Ый Джэ сел. Ощущения и цвет одеяла были такими же. Разница была в том, что в комнате теперь было куда больше мебели. Письменный стол, книжные полки, ящики и шкаф — всё это делало её гораздо более обжитой по сравнению с оригинальной комнатой. И тогда,

«Я здесь один?»

Присутствие Ли Са Ёна, который ещё недавно плотно прижимался к его спине, исчезло.

«Неужели я попал не туда…?»

Судя по виду, это место не было реальностью. Ча Ый Джэ почесал голову и встал с кровати. Именно тогда он заметил, что на нём была шёлковая пижама — что-то, что он никогда бы не купил себе сам.

Он осторожно ущипнул воротник большим и указательным пальцами. Мягкая, гладкая ткань казалась странно знакомой.

Возможно, стоило выйти наружу. Это место, судя по всему, было его домом. Ча Ый Джэ осторожно открыл закрытую дверь. Скрип — через щель проник свет. И тогда,

— ...

Он увидел Ли Са Ёна, одетого в точно такую же пижаму, как у него.

Глава 189

Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза, столкнувшись с реальностью, которую не хотел признавать. Делить постель в Мемориальном подземелье — это одно, но носить одинаковую пижаму? Абсурд!

К счастью, Ли Са Ён сидел на диване с закрытыми глазами и, похоже, не заметил замешательства Ча Ый Джэ. Судя по тому, как он тер виски, Ли Са Ён, вероятно, задремал. Ча Ый Джэ осторожно двинулся в гостиную на цыпочках.

Обои, планировка дома, знакомая мебель — почти всё казалось узнаваемым, за исключением некоторых мелочей. Это было не совсем то, что он видел в Мемориальном подземелье.

Картинки, увиденные в Мемориальном подземелье, и часы принадлежали первому миру. Значит…

«Это, похоже, не первый мир».

Попал ли он туда, куда нужно? Ча Ый Джэ отодвинул белые шторы, закрывавшие окно гостиной. Его лицо исказилось.

«…»

Его встретила лишь тьма.

Он должен был увидеть улицу за окном, но за большим стеклом не было ничего, кроме абсолютной темноты. Точно как за дверью Мемориального подземелья.

«Они хотят, чтобы я сам убедился…?»

Стекло отражало образ Ча Ый Джэ, словно зеркало. Мужчина в свободной шелковой пижаме с чёрными волосами, смотрящий на него, был самим Ча Ый Джэ. Он машинально провёл рукой по волосам. В этот момент за его спиной в стекле появилось чёрное пятно. Колеблющаяся фигура, похожая на человеческую, с яркими фиолетовыми глазами.

Ча Ый Джэ резко обернулся, но за ним никого не было — лишь мирная гостиная и спящий Ли Са Ён. Он снова посмотрел на стекло. Тень уже приняла облик Ли Са Ёна, чьи фиолетовые глаза прищурились.

Ча Ый Джэ сузил глаза в ответ.

— Ты…

«Ах, я не ожидал, что ты придёшь сюда таким образом… Как креативно».

Голос, наполненный весельем, раздался в воздухе. Ли Са Ён прижал ладонь к губам и хмыкнул. Похоже, Ча Ый Джэ всё-таки попал туда, куда хотел. Смеясь тихо и низко, Ли Са Ён пробормотал:

«Но всё же, я рад, что ты пришёл ко мне… хотя жаль, что мы не спали вместе».

— Спали вместе, как же. Эй, мне некогда возиться с тобой. Я пришёл за информацией.

«Разумеется… Так что ты хочешь узнать?»

— Как наступил апокалипсис, что его вызвало.

«И?»

— Как его остановить.

Ли Са Ён наклонил голову.

«Аха… Но ведь ты уже дважды потерпел неудачу».

— Разве ты не отправил меня назад во времени, чтобы я мог его остановить?

«Я?»

— Да. Ты.

«Нет, это был не я».

Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись. В стекле Ли Са Ён слегка склонил голову, мягко улыбаясь. Прядь волос упала на его глаза. Это был самый выразительный Ли Са Ён из второго мира, которого он когда-либо видел. Его губы беззвучно шевельнулись.

«Ты действительно думаешь, что я отправил тебя назад во времени, чтобы остановить апокалипсис?»

— Разве не так?

«Ох уж эти предположения… Подумай немного лучше».

Ли Са Ён преувеличенно пожал плечами и вздохнул, явно намекая на что-то. Этот мерзавец… Ча Ый Джэ уже готов был огрызнуться, но Ли Са Ён заговорил первым.

«Я отправил тебя назад во времени… потому что ты умер».

— Разве это не одно и то же?

«Конечно, нет. Даже если апокалипсис наступит, и мир закончится, пока ты жив… конец света не имеет никакого значения».

Его лицо омрачилось, на нём мелькнула зловещая улыбка, похожая на тонкую линию разрыва.

«Это вообще не будет иметь значения».

— …

«Так что перестань нести чушь об остановке конца света. Даже не думай об этом».

— Просто наблюдать, как всё рушится? Думаешь, я на это способен?

«Я так и предполагал, что ты это скажешь, но слышать это лично — не слишком приятно».

Дьявольская улыбка исчезла, словно растаял снег, уступив место бесстрастному выражению. Вернувшись к своему обычному равнодушию, Ли Са Ён пожал плечами.

«Раз уж ты здесь, можешь осмотреться. Но ту информацию, которую ты ищешь, ты всё равно не найдёшь».

С этими словами Ли Са Ён растворился в темноте. Ча Ый Джэ ещё долго смотрел на своё отражение в стекле, затем провёл рукой по волосам.

Он определённо оказался в мире, который этот странный тип ему показал. Следующее, что нужно было проверить… Ча Ый Джэ осторожно выглянул из-за шторы. Ли Са Ён всё ещё спал на диване.

«Неужели Ли Са Ён тоже перешёл сюда?»

Он мог бы просто разбудить его и спросить. Ча Ый Джэ осторожно подошёл к Ли Са Ёну и, согнувшись, сложил руки за спиной, внимательно изучая его лицо.

Его пухлые губы были слегка приоткрыты, длинные ресницы изредка вздрагивали, а высокий нос выделялся… Ча Ый Джэ изучал его лицо, собираясь позвать по имени, чтобы разбудить.

— Ммм…

Тонкие веки дёрнулись, и под ними медленно появились фиолетовые глаза. Ли Са Ён, ошеломлённый, уставился на Ча Ый Джэ. Тот махнул рукой перед его лицом, словно без причины.

— Ты проснулся?

— …

— Нам нужно поговорить.

— …

Ли Са Ён медленно моргнул, всё ещё не придя в себя. Казалось, он не до конца осознал, что происходит. Ну и ладно. Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за щёку и потянул.

— Что ты делаешь?

Ли Са Ён нахмурился и оттолкнул его руку. Отлично. Судя по его реакции, это был тот самый Ли Са Ён, которого знал Ча Ый Джэ. Ли Са Ён оглядел комнату, затем снова посмотрел на Ча Ый Джэ.

— …Что это за пижама?

— Не знаю. Я проснулся в ней. Ты тоже в такой.

Ли Са Ён взглянул на свою одежду и тяжело вздохнул.

— Похоже, мы всё-таки добрались… судя по тому, что здесь происходит.

— Похоже на то.

Облокотившись на спинку дивана, Ли Са Ён спросил:

— Ладно. Мы решили первую проблему, так что… что ты собираешься делать дальше?

— Я собираюсь тщательно исследовать его воспоминания. Как произошёл апокалипсис, как его удалось разрешить. Я найду даже самую малейшую зацепку.

— Хорошо, занимайся этим.

Ли Са Ён поднялся, а Ча Ый Джэ рассеянно спросил:

— …Ты не собираешься меня останавливать?

— А зачем мне это делать?

Ли Са Ён моргнул, и Ча Ый Джэ моргнул тоже. Точно. С чего он взял, что Ли Са Ён захочет его остановить? Это из-за предупреждения, которое дал «Ли Са Ён»?

Ли Са Ён лениво потёр затылок и произнёс:

— Мы же пришли сюда именно за этим, не так ли? Даже если пришлось бы тереться друг о друга.

— Тебя всегда тянет говорить странные вещи, да?

— Что? Я же прав. В любом случае…

Его фиолетовые глаза остро оглядели пустоту перед собой.

— Давай покончим с этим быстро, что бы это ни было.

— Почему? Ты заметил что-то странное?

— Ты разве не чувствуешь?

— А?

Ча Ый Джэ посмотрел на него с недоумением. Только сейчас он заметил, что на изящном лице Ли Са Ёна отразился намёк на дискомфорт. Ли Са Ён сжимал и разжимал кулаки, вертел шеей и двигал ногами, словно проверяя подвижность. Раздражённо пробормотал:

— Моё тело чувствуется необычно тяжёлым. Как будто на меня наложили какое-то проклятие или ограничение.

Ча Ый Джэ сжал и разжал свои ладони, проверяя своё собственное состояние. Он не ощущал ничего странного. Его тело было таким же, как в оригинальном мире. Неужели «Ли Са Ён» провернул какую-то хитрость? Ча Ый Джэ с беспокойством взглянул на него.

— Ты всё ещё можешь сражаться?

— Если честно, не уверен.

— Хочешь подождать здесь? Я могу исследовать всё сам.

— Что за глупости…

Ли Са Ён крепко сжал плечо Ча Ый Джэ, его фиолетовые глаза ярко вспыхнули.

— Переодевайся. Давай посмотрим, что такого важного в этих воспоминаниях.

К счастью, в гардеробе висела чёрная одежда, которую Ча Ый Джэ часто носил в прошлом, когда был J. Там даже аккуратно лежала маска. Надев её, он вышел в гостиную. Ли Са Ён, накинув на плечи плащ, посмотрел на него усталым взглядом.

— Точно уверен, что всё в порядке?

— Я не настолько слаб, чтобы не двигаться… Просто чувствую себя немного вялым.

Как он и сказал, его глаза были полуприкрыты. Потерев их, Ли Са Ён направился к входной двери. У порога аккуратно стояли две пары ботинок и пара полосатых тапочек. Засовывая ноги в ботинки, Ли Са Ён заговорил:

— В Мемориальном подземелье мы жили в другом доме, не так ли?

— Да, это правда.

— Почему ты думаешь, что в этом мире мы живём в этом доме? В доме, где ты жил раньше?

Ча Ый Джэ уставился на спину Ли Са Ёна, который возился с ботинками, и высказал первое, что пришло в голову:

— Может быть… тогда мы переехали в более безопасное место?

— …Более безопасное место?

Ли Са Ён, теперь полностью обутый, сделал несколько шагов вперёд и обернулся. Ча Ый Джэ, завязывая шнурки, стоя на одном колене, продолжил:

— В том мире ты не был пробуждённым. Более того, твои глаза пострадали от яда, и ты был обычным человеком. Я предполагаю, что ты мог бы переехать в место с лучшей охраной или поближе к больнице.

— …

— Ну… то есть, я бы так сделал. А тот Ча Ый Джэ — это всё равно я…

Договорив, Ча Ый Джэ почувствовал неловкость. Он прочистил горло и поднялся на ноги. В этот момент грубая рука схватила его за руку, притягивая ближе. Он уже собирался вырваться, но остановился, когда Ли Са Ён приблизил своё лицо почти вплотную к его маске. Их лица становились всё ближе и ближе, пока…

Бип— Бип— Бип—

Громкий сигнал тревоги оглушил комнату. Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись, он быстро огляделся. Тревога? Откуда? В этот момент Ли Са Ён, державший его за руку, издал сдавленный стон и сгорбился. Ча Ый Джэ поспешно подхватил его за плечи. Вокруг Ли Са Ёна мелькали и потрескивали крошечные искры.

— Са Ён! Что происходит? Почему ты такой?

— Не знаю, просто…

Тело Ли Са Ёна дёргалось и сокращалось судорожно, словно его било током.

Подожди… Этот противный сигнал тревоги… где-то я уже его слышал.

В этот момент перед ними внезапно появилось яркое белое окно.

[Внимание! Пожалуйста, действуйте в соответствии со своей ролью.]

[Роль Ли Са Ёна: Любимый младший брат.]

— А?

— Что за чушь…

Ли Са Ён с трудом выдавил ругательство.

Погодите, действовать в соответствии с ролью? А что насчёт меня?

Ча Ый Джэ прокрутил окно вниз, чтобы проверить свою роль. И увидел…

[Роль Ча Ый Джэ: ( )]

Пусто. Ничего. Абсолютно ничего.

Глава 190

Пустота, которую он увидел, тут же наполнила Ча Ый Джэ внезапным приливом тревоги.

Какова цель человека без назначенной роли? Можно ли вообще оставаться в этом месте? Неосознанно Ча Ый Джэ крепче сжал руку Ли Са Ёна, который тихо застонал. Осознав, что натворил, Ча Ый Джэ поспешно ослабил хватку и убрал руки. В тот же миг искры, мерцающие вокруг Ли Са Ёна, исчезли.

— Ох, прости. Ты в порядке?

Ли Са Ён выпрямил сгорбленное тело и отряхнул плечи. С раздражённым тоном он спросил:

— Это точно сон?

— О чём ты?

— У системы есть какое-то принуждающее влияние. Я только что получил наказание за нарушение правила... и ощущения слишком реальны.

Теперь, когда он это сказал, всё действительно выглядело странным. Может ли система вмешиваться в человеческие сны? Конечно, Юн Га Ыль однажды видела во сне обломки разрушенного мира, но она могла только наблюдать — взаимодействовать с тем миром было невозможно. А тут система, которая навязывает силу и физическое воздействие...

— Это действительно больше похоже на подземелье, судя по тому, что только что произошло, — Ча Ый Джэ почесал затылок.

— Я видел воспоминания из прошлого мира, как Га Ыль. Поэтому я естественно предположил, что это просто очередной сон.

— Но ведь никогда не было ситуации, где применялась бы физическая сила, верно?

— Да. Я просто смотрел, будто в кино.

— ...

Ли Са Ён, от которого Ча Ый Джэ ожидал очередной саркастической реплики, на удивление промолчал. Казалось, он погрузился в глубокие размышления. Смотря в пустоту, он вдруг наклонил голову и слегка прижал висок к голове Ча Ый Джэ. К счастью, на этот раз наказания не последовало.

Было ли это чем-то, что младший брат мог позволить себе делать со старшим? Ча Ый Джэ нахмурился. Ли Са Ён тихо пробормотал:

— Если моя роль — быть хорошим младшим братом... то какая у тебя роль?

Ча Ый Джэ спокойно ответил, стараясь сохранить самообладание:

— ...Её нет.

— Что?

— Там ничего не было написано. Кажется, у меня нет роли.

— ...

Ли Са Ён издал тихий звук, похожий на задумчивое мычание. Затем он выпрямился.

— Я тут размышлял о многом.

— Да?

— Тот, кто создал это место... явно не в своём уме...

Самоанализ?

Ча Ый Джэ проглотил слова, которые готовы были сорваться с его языка. К счастью, Ли Са Ён был слишком поглощён своими мыслями, чтобы заметить реакцию Ча Ый Джэ. Он протянул руку и схватился за дверную ручку.

— Нам нужно быть осторожными... — прошептал Ли Са Ён, голос его дрогнул.

— Потому что не удивлюсь, если откуда-то что-то выпрыгнет.

Щелчок. Дверная ручка повернулась.

Дверь открылась.

Биииип— Громкий гудок прорезал воздух. Седан, издавший этот звук, быстро исчез вдоль дороги. Мотоцикл с громким ревом промчался мимо. Сцена за дверью оказалась вовсе не вестибюлем или коридором квартиры, а дорогой!

«Так это действительно создано кем-то, кто потерял рассудок.»

Ли Са Ён, всё ещё держа дверную ручку, с ошеломлённым выражением лица смотрел на дорогу.

По тротуару рядом с дорогой шли люди. Они были в наушниках, уткнувшись в телефоны или болтали с кем-то, идя по своим делам.

Их лица выглядели странно отчётливо. Глаза, носы, рты, движущиеся губы, движения пальцев и тел, даже колыхание волос — всё казалось ярким и живым. Они были совершенно не похожи на людей из смутных воспоминаний Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ рассеянно пробормотал:

— Они слишком чёткие.

— …

— Они похожи на настоящих живых людей.

— В твоём сне было не так?

Ча Ый Джэ слегка кивнул. В воспоминаниях, которые он видел через часы, люди были размытыми. Это были лишь человеческие силуэты, лица которых невозможно было разглядеть. Только такие, как Пчела, Чон Бин или Директор, появлялись с чёткими формами и голосами.

«Тогда я думал, что это потому, что они оставили сильное впечатление у Ча Ый Джэ.»

Но так ли это было на самом деле? Задумавшись, Ча Ый Джэ с запозданием ответил:

— Люди, связанные с теми воспоминаниями, были чёткими... остальные — размытыми.

Может ли человек помнить всё идеально? Ничего нет более неопределённого, чем память. Это то, чем мы можем манипулировать по своему желанию. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Са Ёна.

— У тебя нет исключительной памяти, верно? Типа фотографической?

— Если ты спрашиваешь, могу ли я помнить вещи так отчётливо... нет.

Ли Са Ён скрестил руки, внимательно наблюдая за движениями прохожих. Спустя некоторое время он обронил лёгкий комментарий, словно говоря о погоде:

— Жутко…

Разве всё настолько плохо? Ча Ый Джэ взглянул на Ли Са Ёна. Тот прикрывал рот рукой. Нахмуренные брови и рука, прикрывающая губы, делали его вид действительно встревоженным. Кивнув подбородком в сторону дороги, он произнёс:

— …Нам нужно двигаться. У тебя есть идея, куда идти?

— Гильдия Совон?

Услышав это, Ли Са Ён рефлекторно нахмурился. Между его бровей пролегла глубокая морщина.

— …Гильдия Совон? Нам У Джин? Почему туда?

— Ну, когда я видел фрагменты, это выглядело как своего рода база. Возможно, даже укрытие... ты и я часто бывали там после конца света, так что там может быть что-то полезное.

— …Тогда пойдём.

Ли Са Ён немного отступил в сторону, словно давая знак Ча Ый Джэ идти первым. Ча Ый Джэ шагнул на дорогу.

Асфальт с едва заметными трещинами по краям, маленькие дикие цветы и травы, растущие между плитками, выглядели слишком детализированными, чтобы быть искусственными. Даже несмотря на отсутствие ветра, цветы едва заметно колыхались. Это место подражало реальности до мельчайших деталей. Будто это был другой мир. Будто кто-то пытался кропотливо воссоздать его.

«Теперь я понимаю, почему он сказал, что это жутко...»

Ча Ый Джэ шёл с намеренной уверенностью. Несмотря на чёрную маску на лице, никто из прохожих не удостоил его второго взгляда. В реальном мире он не смог бы так спокойно идти по улице, не оказавшись в центре внимания. Здесь он чувствовал себя полным чужаком.

Пустота.

Чужак.

— …

Но Ча Ый Джэ не чувствовал себя одиноким. Звук шагов позади него подтверждал, что он здесь не один.

После долгого пути, который казался бесконечным, впереди показалось знакомое здание.

Это было здание гильдии Совон. Его вход был широко открыт, без охраны, словно приглашая их войти.

Ча Ый Джэ обернулся. Ли Са Ён, всё ещё с недовольным выражением лица, кивнул, когда их взгляды встретились.

— Похоже, нас ждут.

Когда они вошли внутрь, перед ними раскинулся длинный, прямой коридор. В его конце мелькнула библиотека, полная книг. Чем ближе они подходили, тем отчётливее становился свежий аромат старой бумаги и переплётов, щекочущий нос Ча Ый Джэ. Как только он шагнул внутрь, а чёрные ботинки Ли Са Ёна зазвучали на красном ковре, библиотеку наполнил голос.

— У нас неожиданный гость.

Одновременно перед их глазами появилось белое окно системы.

[Пожалуйста, выберите правильный ответ в течение 5 секунд.]

[Вопрос. Нам У Джин: «У нас неожиданный гость.»]

1. Убирайся.

2. Заткнись.

3. Умри.

4. Спасибо за тёплый приём.

[Выбор неправильного ответа приведёт к наказанию.]

[Наказание: Сокращение времени пребывания.]

Что это за варианты?!

«…Ну, четвёртый вроде самый нейтральный, да? Хотя он всё равно звучит саркастично. Но мы же не пришли сюда драться.»

Ча Ый Джэ, ошеломлённый грубостью и абсурдностью предложенных вариантов, быстро начал размышлять над ответом. Но прежде чем он успел принять решение, Ли Са Ён, не колеблясь, протянул руку и нажал второй вариант своими чёрными пальцами.

— Заткнись.

— Что?

[Вы выбрали правильный ответ. Поздравляем!]

«Заткнись» — правильный ответ?!

Ча Ый Джэ ошеломлённо расширил глаза и повернулся к Ли Са Ёну. Их взгляды встретились. Ли Са Ён пожал плечами, словно говоря: «А что не так?» Ча Ый Джэ не смог удержаться от восхищения.

— Ты... у тебя хороший нюх на такие вещи, да?

Может, дело в их схожести? Но лицо Ли Са Ёна исказилось, словно он только что съел что-то горькое. Сквозь стиснутые зубы он прошептал:

— Неужели это должно было звучать как комплимент?

А ведь это и был комплимент. Ли Са Ён холодно пробормотал:

— Раздражаешь.

Так холодно. В этот момент библиотека наполнилась чистым, звонким смехом.

— Ах да, да. Что привело тебя сюда сегодня? Это же не плановая проверка.

— Мне нужна информация.

— Если нужна информация, иди на рыбный рынок.

— Не такая информация. Академическая. О системе.

— Хмм... Не думал, что тебя заинтересуют такие вещи. С чего вдруг настроение для учёбы?

Белый халат мелькнул между полок. Нам У Джин, держа в одной руке открытую книгу, подошёл и встал рядом с Ча Ый Джэ. Однако он не смотрел на Ча Ый Джэ. Казалось, он даже не замечал его присутствия.

«Не может быть…»

Ча Ый Джэ помахал рукой перед лицом Нам У Джина. Тот спокойно закрыл книгу с тихим щелчком, не сводя глаз с Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ попытался схватить Нам У Джина за плечо.

Или, по крайней мере, так он думал.

Его рука прошла сквозь тело Нам У Джина. Между тем, Нам У Джин с довольной улыбкой, словно сытый кот, убрал книгу под руку. Его глаза, пылающие белизной, изогнулись в усмешке.

— Это правильный настрой. Итак, что именно тебя интересует?

— …

Ча Ый Джэ, убирая руку, невольно бросил взгляд на Ли Са Ёна.

Его лицо застыло, став холодным и непроницаемым.

Глава 191

Ча Ый Джэ взмахнул рукой, которая прошла сквозь лицо и плечо Нам У Джина, затем тихо отступил назад. За ним последовал строгий взгляд. Ча Ый Джэ это не беспокоило, и он огляделся вокруг.

«Сначала… надо понять, что работает, а что нет».

Вспоминая момент, когда он обнял Ли Са Ёна дома, казалось, что прикоснуться к нему он мог. Ча Ый Джэ постучал ногой по полу. Он всё ещё мог стоять на твёрдой земле. Затем он махнул рукой в сторону Ли Са Ёна.

— Эй! Нужно кое-что проверить.

— Что на этот раз…!

— …А? Что-то не так? Ты же собирался что-то спросить?

Когда голос Ли Са Ёна стал громче, Нам У Джин озадаченно склонил голову. Казалось, даже звук не мог до него дойти. Ли Са Ён прикусил губу и посмотрел на Ча Ый Джэ с такой яростью, будто хотел сказать ему не двигаться опрометчиво. Ча Ый Джэ указал на книжный шкаф.

— Нет, я просто хотел проверить, могу ли я касаться вещей.

— …

— Я сделаю это так, чтобы ты видел. Нормально? Сейчас начну, ладно?

С тяжёлым вздохом Ли Са Ён отвёл взгляд, полный негодования. Ча Ый Джэ вытащил книгу с полки, заполненной до самого потолка. К счастью, он мог её держать. Он осмотрел книгу. На обложке и корешке не было ни слова.

Внутри было то же самое — бесконечные ряды пустых страниц.

— …

Он вытащил ещё одну книгу и пролистал её, но она тоже оказалась пустой. Пустая, пустая, пустая… Пока он продолжал переворачивать страницы, у его ног выросла целая гора книг. Казалось, это была просто куча пустых тетрадей, замаскированных под книги.

«Это же не отдел тетрадей в канцелярском магазине».

Ча Ый Джэ почесал затылок. Неужели у Нам У Джина была странная привычка коллекционировать пустые книги? С несколькими такими книгами в руках Ча Ый Джэ подошёл к Ли Са Ёну. Те двое были в разгаре разговора. Нам У Джин спросил:

— …Информации о системе слишком много; даже если сидеть без сна всю ночь, я не смогу всё объяснить. Сужай круг до того, что конкретно тебя интересует.

— Всё, что связано с концом.

— Конец?

Нам У Джин ответил с озадаченным выражением лица.

— Конец… что ты имеешь в виду?

— …

Ли Са Ён прищурил глаза. Ча Ый Джэ внимательно изучал лицо Нам У Джина. Это было не лицо лжеца. Скорее, лицо наивного человека, действительно не знающего о чём-то. Через мгновение Нам У Джин усмехнулся, покрутив пальцем свои белые волосы.

— Ага… Ты, наверное, наслышан про какие-нибудь теории конца света? Всё это выдуманная чушь.

— …

— Не позволяй себе быть сбитым с толку такими странными речами.

— …

— Честно говоря, слишком много людей, которые пытаются использовать чужую тревогу себе на пользу… Вот и конец света, правда.

Нам У Джин цокнул языком и начал что-то бормотать. Казалось, у него было много мыслей на эту тему. Воспользовавшись моментом, Ли Са Ён мельком взглянул на Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ открыл одну из книг и показал ему пустые страницы.

— Все книги на полке такие. Они всегда были такими?

Ли Са Ён слегка покачал головой. С книгами всё должно было быть в порядке. Тогда Ли Са Ён окликнул Нам У Джина.

— Доктор.

— Да?

Ли Са Ён спокойно спросил:

— Ты знаешь J?

— J?

Нам У Джин заморгал своими яркими, похожими на пламя глазами. Ча Ый Джэ невольно задержал дыхание, ожидая ответа. На мгновение белое пламя в глазах Нам У Джина будто вспыхнуло фиолетовым оттенком. Наконец, Нам У Джин ответил:

— Что это?

Ответ прозвучал с недоумением.

***

— Хаа…

Тяжёлый вздох, словно земля под ним могла вот-вот провалиться, вырвался из груди Ча Ый Джэ, сидящего за столиком на террасе бургерной. Он закатил глаза. За стеклянным окном заведения виднелась спина Ли Са Ёна в чёрном плаще. Почему-то было странно забавно наблюдать за тем, как эта большая тёмная фигура делает заказ у стойки.

«В любом случае…»

Ча Ый Джэ положил подбородок на руку, автоматически прокручивая в голове события в гильдии Совон.

«J? Что это?»

Как только Ли Са Ён услышал ответ Нам У Джина, он тут же схватил Ча Ый Джэ за руку, раздражённо бросив:

— Нет смысла слушать дальше…

Они покинули библиотеку и бесцельно бродили по улицам. У них не было цели — они просто шли туда, куда вели ноги. Люди обходили Ли Са Ёна стороной, но Ча Ый Джэ проходил мимо них, словно был невидим.

Наблюдая за происходящим, Ли Са Ён вдруг сказал:

— Я голоден.

Благодаря этому у них появилась новая цель — ближайший ресторан, которым оказалась эта бургерная. Естественно, заказ взял на себя Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ снял маску. В конце концов, его всё равно никто не видел. Надев одежду J, но сняв маску, он чувствовал себя странно — смесь лёгкого беспокойства и некоторого освобождения.

Прохладный ветерок коснулся его лица, но ощущение ветра казалось странно непривычным. Его пепельные волосы растрепались на ветру, и Ча Ый Джэ моргнул, хотя в этом не было необходимости.

— Ты снял маску.

В этот момент Ли Са Ён с грохотом поставил поднос на стол и сел напротив него. Он вставил трубочку в колу и придвинул стакан к Ча Ый Джэ, который по-прежнему опирался подбородком на руку.

— Всё равно только я могу тебя видеть.

— …Правда.

Ли Са Ён бросил себе в рот картошку фри, жуя её, а затем, подражая Ча Ый Джэ, тоже положил подбородок на руку.

— Ты переносишь это лучше, чем я думал.

— А?

— Быть невидимым для всех. И… что никто тебя не помнит.

Вместо ответа Ча Ый Джэ лишь пожал плечами. Ли Са Ён слегка нахмурился.

— Разве тебе не тревожно?

— Ну, знаешь…

Если бы он был один, ему наверняка было бы тревожно. Он, возможно, даже не смог бы сделать ни шага, раздавленный внезапным одиночеством. Но…

Ча Ый Джэ тихо посмотрел на Ли Са Ёна, прежде чем сделать глоток колы перед собой. Затем:

— Хён?

Чёрт!

Он с силой поставил стакан на стол, но достаточно аккуратно, чтобы не повредить поверхность.

Ча Ый Джэ потряс стакан, наблюдая за тем, как чёрная жидкость внутри колышется, а лёд позвякивает. Газировка громко шипела. Она была чёрной, газированной, подавалась с картошкой фри и бургером.

Это же кола, да? Ча Ый Джэ не мог в это поверить и спросил:

— …Это газированная вода?

— А? Это кола.

Ли Са Ён моргнул. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и снова сделал глоток предполагаемой колы. Затем он закрыл глаза рукой, всё ещё держа трубочку. Он не хотел принимать реальность.

— …

Никакой сладости! Всё, что он чувствовал, — это как газированные пузырьки атаковали рот и горло. Это был крах колы. Пока Ча Ый Джэ погружался в отчаяние, Ли Са Ён подлил масла в огонь:

— Это кола.

— Лжец.

— Нет, правда.

Ли Са Ён неожиданно предложил ему картошку фри.

— Попробуй.

— …

Ча Ый Джэ смотрел на картошку с неохотным выражением лица. Почему он предлагает это сейчас? Она выглядела хрустящей и тёплой снаружи, золотисто-жёлтой и аппетитной. Кажется, только что пожаренной. Пока Ча Ый Джэ вступил в немой поединок взглядов с картошкой, Ли Са Ён хитро высунул свой тёмный язык.

— Раз я ничего не чувствую… разве ты не должен проверить, если что-то не так?

Это звучало логично.

Но он не хотел пробовать что-то, что, вероятно, на вкус было таким же, как и кола. Ча Ый Джэ закрыл глаза и открыл рот. Ли Са Ён с тихим смешком положил картошку ему в рот. Ча Ый Джэ разжевал раз, другой, третий… Проглотив, он понуро опустил голову.

— Оно безвкусное…

— Настолько плохо?

— Нет… Я серьёзно, оно вообще безвкусное. Совсем никакого вкуса.

Несмотря на нежелание, Ча Ый Джэ потянулся за ещё одной картошкой. Пока он пережёвывал безвкусный кусочек, он чувствовал только хрустящую корочку и мягкую картошку внутри. Но это всё. Богатого, солёного, жирного вкуса, которого он ожидал, не последовало. С странным выражением Ча Ый Джэ продолжал жевать, бормоча:

— Нет, правда, это странно…

Ли Са Ён рассмеялся. Безвкусная еда была ужасна, особенно если ты знаешь, какой она должна быть на самом деле.

«Если подумать.»

Ли Са Ён говорил, что он тоже ничего не чувствует. Значит… Ча Ый Джэ мельком взглянул на него. Ли Са Ён спокойно сидел, скрестив ноги, и ел картошку. Так он всю жизнь питался безвкусной едой?

«Неудивительно, что он не хотел есть!»

Внезапно Ча Ый Джэ почувствовал волну сочувствия. Тем временем Ли Са Ён вынул деревянную шпажку из центра бургера и заговорил:

— В любом случае… Значит, ты тоже ничего не чувствуешь.

— Ага.

— Ну, тогда всё сходится.

Сделав большой укус бургера, Ли Са Ён медленно жевал, затем вытер рот большим пальцем.

— Это пространство, воссозданное на основе воспоминаний другого Ли Са Ёна.

— …

— Мы знаем, что в гильдии Совон много книг, но я не знаю, что в них содержится… поэтому они все оказались пустыми.

Он ткнул булочку бургера шпажкой.

— И поскольку я не знаю, какой вкус у еды… естественно, она безвкусная.

— А как насчёт того, чтобы не знать о конце?

— Кто знает? Может, он мечтал об идеальном мире — мире без конца.

Порыв ветра всколыхнул волосы Ли Са Ёна, обнажив его бледный лоб. Ча Ый Джэ внезапно спросил:

— Ладно, допустим, это правда. Но тогда почему у меня нет никакой роли?

— …

— Почему меня никто не видит?

— Я же сказал… он мечтал об идеальном мире.

Ча Ый Джэ стиснул зубы, и раздавшийся скрежет был резким и пронзительным. Ли Са Ён, всё ещё опираясь подбородком на руку, тихо пробормотал:

— Он, вероятно, пожелал мира, где никто о тебе не знает.

— …

— Кроме меня.

Глава 192

Мир, где никто, кроме Ли Са Ёна, не знает J. Мир, где сбываются эгоистичные и первобытные желания. Вдруг в голове промелькнул слабый шепот.

Мимолётное воспоминание о первой встрече с Ли Са Ёном, который создал этот мир. Его взгляд, окрашенный кровью, постепенно угасал, и в этой темноте он услышал шёпот.

— Вернись... тихо... прошу...

Вернись...

Это был несомненно голос Ли Са Ёна. Хотя воспоминание было смутным, Ча Ый Джэ поднял голову. Ли Са Ён сидел, скрестив ноги, и смотрел в пустоту. Почему-то его профиль выглядел необычно одиноким.

Ча Ый Джэ, чувствуя беспокойство, щёлкнул пальцем по столу, издав резкий звук. Ли Са Ён повернул голову. Ча Ый Джэ задал вопрос.

— А ты?

— Хм?

— Ты тоже хочешь, чтобы я так жил?

Его фиолетовый взгляд задержался на Ча Ый Джэ, скользя с головы до ног, словно что-то выискивая. На губах Ли Са Ёна появилась слабая улыбка, когда он подпер подбородок руками и улыбнулся.

— Ну… как ты думаешь?

— Эй, не шути. Будь честным.

— Что ж…

Ли Са Ён провёл черными пальцами по краю своей чашки.

— Сколько бы я ни кричал, чтобы ты жил спокойно… Ты просто не из таких. Разве я не понял это на собственном опыте, когда мы встретились снова?

— Что ты сказал?

— Почему? Ты сам попросил честности.

Ча Ый Джэ разжал сжатый кулак. Длинные глаза Ли Са Ёна изогнулись в игривой улыбке, но следующие его слова были совсем не лёгкими.

— В прошлом я хотел надеть на твои запястья и лодыжки кандалы.

Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись. Кандалы? Ли Са Ён громко вздохнул, его длинные ресницы слегка дрогнули.

— Стоило мне отвлечься хоть на секунду, как ты скакал, словно резиновый мячик… Что мне ещё оставалось делать? Если бы я не заковал тебя, ты бы никогда не угомонился.

Его дрожащие ресницы и опущенные глаза создавали впечатление, будто Ча Ый Джэ каким-то образом обидел его. И всё же именно Ли Са Ён сделал пугающее заявление о том, чтобы кого-то заковать! Ли Са Ён постучал чёрными пальцами по своей бледной щеке.

— В любом случае, пережив всё это, я понял… Тебя невозможно полностью удержать. Да и кроме того…

Его рука скользнула по столу, как змея. Когда его пальцы коснулись запястья Ча Ый Джэ, тот инстинктивно вздрогнул. Он задержал дыхание, пока Ли Са Ён улыбался ангельской улыбкой.

— После тех трёх месяцев, что я провёл лёжа, я понял одно.

— …

— Теперь ты сам позволишь себя поймать.

Его пальцы скользнули под ладонь Ча Ый Джэ, обвивая запястье, как змея, сжимающая кольцо. Дыхание Ча Ый Джэ перехватило.

— Делай, что хочешь. Потому что теперь в тебе пустила корни нерешительность.

Ли Са Ён потянул его запястье, заставляя наклониться ближе. Сердце Ча Ый Джэ бешено заколотилось, когда его торс подался вперёд. Как только губы Ли Са Ёна коснулись вен на руке Ча Ый Джэ —

Щёлк! Белые искры взорвались, вырываясь из тела Ли Са Ёна. Ошарашенный, Ча Ый Джэ вскочил на ноги.

— Эй!

— Чёрт…

Ли Са Ён закусил губу, подавляя стон. Он скрутился от боли, а перед ними всплыло белое системное окно.

[Внимание! Пожалуйста, действуйте в соответствии со своей ролью.]

[Роль Ли Са Ёна: Любимый младший брат.]

Ли Са Ён едва успел прочитать текст на экране системы, как его губы искривились в насмешке.

— Вау… даже поцелуй в руку нарушает роль «младшего брата»?

Что ж, это звучит логично.

В конце концов, младшие братья обычно не целуют руку старшим братьям.

Ча Ый Джэ отступил назад, выглядя слегка смущённым. Искры, окружавшие Ли Са Ёна, постепенно утихли, и, когда последние из них исчезли, он упал на стол с долгим вздохом. Его бледные губы пробормотали с раздражением:

— Эта система просто нелепо строга…

Ча Ый Джэ невольно почувствовал облегчение. Он едва не потерял самообладание. Потирая запястье, Ча Ый Джэ спросил:

— Ты в порядке?

— Да… справлюсь.

Ли Са Ён медленно выпрямился, его тонкое лицо исказилось от раздражения. Ча Ый Джэ снова сел, скрестив ноги.

— В любом случае, теперь мы знаем, что это за место. Даже если я мало что могу сделать, ты всё ещё можешь, так что давай продолжим собирать информацию.

— Думаешь, получится что-то найти?

Ли Са Ён указал на чашку с колой. На её поверхности выступили капли конденсата.

— Тот, кто создал это место, явно одержим… Они воссоздали даже мельчайшие детали, чтобы оно напоминало реальность. Они даже стерли твоё существование из этого мира. Это будет непросто.

— Нет. Совершенства не бывает.

Что, если человек останется один в мире, который уже погиб? Что, если он станет единственным живым существом в этом мире? Не сойдёт ли он с ума или не достигнет состояния трансцендентности?

Ча Ый Джэ вспомнил бледное лицо, лишённое эмоций. Лицо, которое выглядело совершенно равнодушным, даже когда лились слёзы. Если бы кто-то, вроде Ли Са Ёна, блуждал так долго в этом разрушенном мире… Не в силах умереть, вынужденный терпеть из-за привязанности к какой-то миссии.

Первое, от чего бы они избавились…

Это от своих чувств, своих эмоций. От всего, что делало их уязвимыми перед человеческим одиночеством. Постепенно они бы стали бесчувственными ко всем ощущениям. Скрестив руки на груди, Ча Ый Джэ пробормотал:

— Должно быть что-то, что они упустили.

Ли Са Ён развёл руками и пожал плечами, как будто говоря: «Что хочешь, то и говори».

— Так… куда мы направимся дальше?

Ча Ый Джэ уже знал ответ. Он поднял два пальца. Через этот жест Ли Са Ён приподнял бровь, ожидая его ответа.

— Во-первых, мы найдём Хон Ё Сона.

Ли Са Ён отвернулся, словно этот вариант не стоил внимания. Но Ча Ый Джэ продолжил, опуская один палец.

— Во-вторых, мы найдём Юн Га Ыль.

— Почему оба варианта такие ужасные?

— Оба были связаны с концом прошлого мира. Это же не то чтобы я предложил идти в ресторан с супом от похмелья.

— Ты что, не помнишь? Как кричал, что нужно найти ресторан с супом от похмелья посреди умирающего мира?

— О. Это было потому, что там была важная улика! Благодаря тем часам мы добрались до этого момента, не так ли?

Ча Ый Джэ возмущённо ответил.

— Конечно, как скажешь.

С глубоким вздохом Ли Са Ён положил телефон на стол и нажал кнопку вызова. Имя, которое появилось на экране…

«Сумасшедший».

Ча Ый Джэ не смог сдержать смех. Он прекрасно знал, кто это.

Пик.

— Алло?

***

— Ух ты! Давно не виделись! Какая удача, что вы звоните, пока я здесь, в мире смертных.

Хон Ё Сон выпятил грудь, как петух. Курица, устроившаяся на его взъерошенных каштановых волосах, последовала его примеру, тоже выпятив грудь.

Они находились в гостиничном люксе, где остановился Хон Ё Сон. Судя по всему, он спустился в мир смертных по просьбе Бюро управления пробуждёнными или что-то в этом роде.

Пока хозяин комнаты суетился, вытаскивая напитки из холодильника, Ча Ый Джэ с подозрением смотрел на курицу. Воспоминания о недавнем кошмаре, связанном с ней, всё ещё были свежи в его памяти. Курица наклонила голову, клюнув Хон Ё Сона в голову. На вид она выглядела как обычная курица, но…

«В прошлый раз она притворялась обычной, а потом внезапно превратилась…»

Хон Ё Сон резко откашлялся, а его глаза блеснули. Его золотистые глаза выглядели ещё безумнее, чем Ча Ый Джэ помнил. С его взъерошенными волосами и этим крутящимся, сумасшедшим взглядом он источал ауру помешательства. Было ли это из-за того, что он — реконструкция на основе воспоминаний «Ли Са Ёна»? Ча Ый Джэ наклонился к Ли Са Ёну и шёпотом спросил:

— Он кажется ещё безумнее, чем раньше, не находишь?

Ли Са Ён едва заметно кивнул в знак согласия. И тут Хон Ё Сон вдруг подпрыгнул на месте.

— Итак, что случилось? Что-то интересное произошло? Мне так скучно в последнее время!

— Хон Ё Сон.

— Да? Только скажи слово!

Ли Са Ён указал на место, где стоял Ча Ый Джэ, прямо рядом с ним.

— Ты видишь?

— А? Видеть что?

Хон Ё Сон наклонил голову, всматриваясь в пространство рядом с Ли Са Ёном. Курица повторила его движение, тоже наклонив голову. Ча Ый Джэ протянул руку, пытаясь схватить голову Хон Ё Сона вместе с курицей, но его рука прошла сквозь птицу, как он и ожидал. Ли Са Ён снова заговорил:

— Включи свои «Оценивающие глаза».

— А?

По-прежнему моргая невинно, Хон Ё Сон на мгновение закрыл глаза. Когда он их открыл, в его зрачках закрутились замысловатые золотистые узоры. Ли Са Ён снова указал на Ча Ый Джэ.

— Теперь видишь?

— Хм…

Золотой свет в его глазах засиял, когда он начал пристально смотреть в то место, где стоял Ча Ый Джэ. Через несколько долгих мгновений Хон Ё Сон пробормотал:

— Эй, случайно…

Его голос вдруг стал глубоким и серьёзным, таким, каким Ча Ый Джэ никогда не слышал раньше. Ча Ый Джэ нервно сглотнул. Неужели оценивающие глаза, которые использовал этот гений, выбранный системой мастер, действительно способны увидеть тех, кто невидим для других? В душе Ча Ый Джэ вспыхнула искра надежды.

Хон Ё Сон широко улыбнулся.

— У тебя тут призрак, что ли? Хочешь, познакомлю с хорошим шаманом? Есть один в горах, супер крутой, он пишет талисманы и привязывает их священными верёвками.

— Ли Са Ён.

— Да, хён?

— Выруби его.

Тук! Рука Ли Са Ёна опустилась на затылок Хон Ё Сона.

— Кукареку!

С последним криком Хон Ё Сон рухнул, пуская слюни. Пока Ли Са Ён аккуратно укладывал его на пол, он поднял курицу и осторожно взял её в руки. Птица удобно устроилась в его больших ладонях, наклоняя голову.

— Ко?

Ли Са Ён мрачно пробормотал:

— Этот парень использует курицу, чтобы следить за нами. Тот другой.

— Да. И он говорил, что эта курица помогала тому, кто создал этот мир.

— Невероятно… какая обуза.

— Ещё бы. Эй, давай, выходи.

— Ко? Ко?

Чёрные блестящие глаза курицы казались невинными. Но этот вид обманывал.

— Давай выходи, мелочь! Нам нужно задать тебе пару вопросов.

Ча Ый Джэ снял наручные часы и поднёс их к голове курицы. И в тот момент —

— КУКАРЕКУ!

Яркий белый свет вырвался из птицы.

Глава 193

— Ух, что это такое?

— Невероятно… просто невероятно.

Бормотание Ли Са Ёна было слышно даже в сужающемся поле зрения. Ча Ый Джэ нахмурился и уставился на Ккокко. Слепящий свет, мерцающий так шумно, вскоре начал угасать. Ккокко всё ещё сворачивалась клубком, используя руку Ли Са Ёна как гнездо, с плотно закрытыми глазами. Ча Ый Джэ скрестил руки на груди.

— Тут вообще хоть что-то произошло?

— …

— Давай просто найдём Юн Га Ыль. Оставим это здесь.

— Ко-ко!

Ккокко подняла оба крыла и громко закричала. В её маленьких глазах мелькнул странный разум. Однако её встретили два холодных, безразличных взгляда. Ккокко осторожно сложила крылья и начала издавать звуки, будто шептала что-то срочное.

— Друг, не зови меня! Я только сказать это пришёл.

— Почему?

— Потому что хозяин этого места — он, конечно. Это же нарушение границ.

— Значит, это не сон, а отдельное пространство?

— Точно. Что-то вроде того Мемориального подземелья, в котором вы были раньше… Ах! Ладно, всё, я понял. Я понял!

Треск! Искры полетели из круглого, гладкого тела Ккокко. Она подпрыгнула на месте, а её клюв двигался всё быстрее.

— Это плохо. Мне нужно уходить. В общем, такой характер!

— Эй, хотя бы подскажи что-нибудь перед уходом!

Ккокко, точнее Хон Ё Сон, покачала гладкой головой, будто не веря своим ушам.

— О чём ты говоришь, друг? Ты сам должен найти слабое место!

— Я?

— Конечно! Ты тут самый важный. А я? Я всего лишь… ну, курица, которую вот-вот вышвырнут. Ах, прости, я ухожу, ухожу! Ну вот, я ухожу!

КО-КО! — С длинным криком раздался очередная вспышка света и порыв ветра. На этот раз свет исчез ещё быстрее, чем раньше. Ча Ый Джэ нахмурился, поправляя свои растрёпанные волосы. Ли Са Ён осторожно положил свернувшуюся Ккокко на мягкую постель и закрыл глаза.

— Значит…

— …

— Это было абсолютно бесполезно, не так ли?

— Не совсем. Я ведь самый важный игрок, в конце концов.

— Ух… да это любой мог бы понять и без неё.

Ли Са Ён раздражённо провёл рукой по волосам, чёрные пряди запутались между его пальцами.

— Это пространство, созданное Ли Са Ёном. Конечно, ты важен.

— Но у меня нет роли.

— Нет.

Ли Са Ён резко перебил его. В этот момент раздался мягкий храп от растянувшегося Хон Ё Сона. Ли Са Ён, который собирался продолжить говорить, коротко вздохнул. Почему-то он вдруг казался необычно напряжённым. Что его так беспокоило?

Ли Са Ён указал на дверь.

— Пойдём. Просто оставим это как есть.

***

Ли Са Ён вышел из люкса и молча пошёл вперёд. Ча Ый Джэ следовал за ним, засунув руки в карманы. Люди на улице инстинктивно избегали Ли Са Ёна, позволяя Ча Ый Джэ идти, не сталкиваясь ни с кем.

Тишина растянулась между ними. Ча Ый Джэ не пытался начать разговор. Похоже, Ли Са Ён был не в настроении.

«Что его беспокоит?»

Ча Ый Джэ прокручивал в голове всё, что произошло с момента их прибытия, но ничего не казалось реальной проблемой. Конечно, настроение Ли Са Ёна могло запутаться, как тонкая цепочка ожерелья, но…

«…»

На этот раз невозможно было понять, что происходит. Почему он вдруг так замолчал? Ча Ый Джэ пристально смотрел на развевающийся чёрный плащ впереди. Затем шаги впереди остановились. Перед ними появилось слишком знакомое присутствие.

— Ли Са Ён-щи? Что вас сюда привело?

Чон Бин подошёл, стряхивая что-то с рук. Но в нём было что-то другое. Его причёска с пробором 2:8 была аккуратно уложена, а лицо неестественно гладким. Чон Бин, которого знал Ча Ый Джэ, всегда был добрым человеком с мягкой, но уверенной манерой общения, неизменно улыбаясь. Ча Ый Джэ пробормотал, сам того не осознавая:

— …Не похож на него.

«…»

— Почему этот Чон Бин выглядит таким… скользким?

— Кто знает…

Ли Са Ён недоверчиво пробормотал. Скользкий на вид Чон Бин продолжал болтать:

— Удобно, что вы здесь. Я как раз хотел с вами связаться…

«…»

«…»

Они переглянулись. Судя по всему, это было «пространство Ли Са Ёна», вероятно, воссозданное из его воспоминаний и ощущений. Даже безвкусная еда была подсказкой. Но человеческая память неидеальна.

Особенно, когда дело доходит до воссоздания людей — личные чувства и предвзятости неизбежно просачиваются. Вот почему Чон Бин оказался таким скользким.

Ча Ый Джэ снова пробормотал:

— …Вы не ладили друг с другом? Похоже, было много неприязни.

«…»

— Его внешний вид… сильно искажён.

— Я не думал о нём так.

— Конечно, не думал…

Механически отвечая, Ли Са Ён пробормотал, наполовину слушая слова Чон Бина:

— В этом мире меня, наверное, не похищали и не ставили на мне эксперименты.

«…»

— Поэтому я, естественно, не проводил время с Чон Бином или Пэ Вон У. Если бы я мог предположить, он, наверное, раздражал меня, вмешиваясь во всё. Он, скорее всего, и здесь занят своей правительственной работой.

— Это звучит как…

— Пошли. Если будем слушать дальше, это станет только раздражать.

— Ли Са Ён-щи?

Игнорируя слова скользкого Чон Бина, Ли Са Ён снова пошёл вперёд. Растерянный Чон Бин остался позади. Когда они шли, перед ними открылась пустая поляна. Безлюдное пространство было полностью лишено людей. Ли Са Ён остановился посередине.

Внезапно у Ча Ый Джэ возник вопрос. После того, как он увидел искажённые версии людей через призму восприятия Ли Са Ёна, он не мог не задуматься: как он сам выглядит в глазах Ли Са Ёна?

Это было пространство, созданное из мыслей Ли Са Ёна. В этом мире люди не знали об апокалипсисе, и они не знали о J. Никто не знал о J. Ча Ый Джэ жил в одном доме с Ли Са Ёном. Это был дом только для них двоих.

Утопия, существующая лишь потому, что Ча Ый Джэ был там — идеальный мир, которого желал «Ли Са Ён».

«…»

Вдруг пришло яркое осознание. Это место было утопией. Это не была реальность. «Ли Са Ён» потерял Ча Ый Джэ и бродил один очень долгое, долгое время. Возможно, сейчас он уже привык к миру без Ча Ый Джэ. Ведь утопия и реальность — разные вещи.

Какова цель того, кто лишён роли?

«…»

Может быть…

Может ли быть так, что настоящий мир «Ли Са Ёна» мог появиться только в отсутствие Ча Ый Джэ?

«…Похоже, это так.»

Ча Ый Джэ потянулся к своему инвентарю. Копьё и Клык Василиска занимали каждый свою ячейку. Копьё было бы неудобно использовать. И не было ли это пространство создано первоначальным владельцем Клыка Василиска?

Схватив рукоять Клыка Василиска и вытянув его, Ча Ый Джэ почувствовал, как он начал извиваться, словно рыба в воде.

Настало время для чего-то жестокого.

Когда он повернул голову, Ли Са Ён смотрел на него с выражением, которое невозможно было прочесть. И в тот краткий миг, когда их взгляды встретились, Ча Ый Джэ инстинктивно понял.

Ли Са Ён знал всё с самого начала. Он знал слабое место «Ли Са Ёна».

Он также знал, что нужно было пожертвовать, чтобы раскрыть эту скрытую слабость, и как это нужно было сделать. Наверняка он понимал, что Ча Ый Джэ в конечном итоге это осознает. Ча Ый Джэ положил Клык Василиска на плечо и посмотрел на Ли Са Ёна.

— Ты знал, не так ли?

— Ах…

На бледном лице Ли Са Ёна появилась холодная улыбка.

— Как я мог не знать?

«…»

— В конце концов, он всё ещё я.

Ли Са Ён плотно сжал губы. По правде говоря, Ча Ый Джэ тоже не хотел этого делать. Но иногда в жизни есть вещи, которые приходится делать, даже если не хочется. Особенно если это можешь сделать только ты.

— Ли Са Ён.

«…»

— Ты мне доверяешь?

Последовала долгая тишина. Ли Са Ён несколько раз открывал и закрывал губы, колеблясь.

Сколько прошло времени? После того, что казалось вечностью, его бледное лицо медленно, очень медленно кивнуло. Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Спасибо.

Не раздумывая, он поднял Клык Василиска высоко. И затем…

Шлёп—

Он вонзил его себе в грудь.

Ярко-красная кровь потекла вниз. Рука, сжимающая рукоять, была пропитана ею.

Это не было больно. Когда его тело потеряло силу и начало заваливаться вперёд, сильная рука подхватила его. Ча Ый Джэ опустил лоб на широкое плечо и перевёл дыхание. Большая рука мягко похлопывала его по спине, успокаивая. Тихий голос пробормотал.

— Видишь…

«…»

— Я же говорил, что это место кажется… неправильным, не так ли?

Верно, именно это ты сказал.

Этот парень… настоящий псих…

Вдруг Ча Ый Джэ стало любопытно. Какое выражение лица сейчас у Ли Са Ёна? Это было чистое, но оттого ещё более жестокое любопытство. С огромным усилием он поднял взгляд и увидел чёткий контур челюсти. Подняв голову ещё немного, он встретился взглядом с Ли Са Ёном, который склонил лицо, чтобы посмотреть ему в глаза.

И—

«…»

Ах.

Ча Ый Джэ слегка приоткрыл рот. Но звука не последовало. Лицо, которое он видел, медленно растворялось в темноте. И даже когда зрение начало затуманиваться, мысли оставались ясными.

Он смутно ощущал, как рука гладит его по затылку. Это было мягко. От этого становилось ещё страшнее. Ча Ый Джэ изо всех сил пытался проглотить поднимающуюся к горлу кровь. Его рот наполнился кровью, но, к счастью или к несчастью, он её не чувствовал.

И всё же, Ча Ый Джэ подумал.

«Ух ты, это действительно…»

Он снова подумал.

«Я действительно влип…»

Да, это действительно плохо.

Нет, ты сказал, что всё будет нормально. Ты кивнул, сказав, что это правильно…

И затем его дыхание остановилось. Белый ветер начал завывать.

Глава 194

Белый ветер пронёсся вокруг.

Мирный город начал разрушаться с краёв. Некогда яркий мир постепенно терял свои краски. Здания обрушивались. Асфальт трескался и раскалывался. Атмосфера сотрясалась от зловещих вибраций. Мир рушился — всё из-за смерти одного человека.

Посреди разрушающегося мира Ли Са Ён осторожно держал в руках безжизненное тело. Обмякшее тело беспомощно колыхалось в такт его движениям. Ему хотелось вытащить меч, пронзивший грудь, но он боялся причинить лишнюю боль. Хотя он знал, что это не реальность.

Ли Са Ён усадил Ча Ый Джэ к себе на колени, поддерживая тело. Голова Ча Ый Джэ, утратившая силу, безжизненно склонилась ему на плечо. Его руки были залиты ярко-красной кровью. Влажное ощущение вызывало отвращение.

— ...

Ли Са Ён прижал щеку к седым волосам Ча Ый Джэ. Белый пепел оседал вокруг. Он пробормотал слова, которые больше никто не мог услышать.

— Знаешь, что раздражает больше всего?

— ...

— Почему ты так поступил? О чём ты думал, когда сделал это?..

Идеальный мир, который другая версия его самого так тщательно создала, рушился, обнажая настоящую реальность. Высотные здания превратились в руины, аккуратные улицы, выложенные асфальтом и плиткой, покрылись грязью, пылью и белым пеплом. Не осталось и следа от целых построек — лишь развалины. Дул холодный ветер, но вскоре стих. Наступила абсолютная тишина.

Как же Ли Са Ён пережил это разрушенное одиночество, оставшись в мире без Ча Ый Джэ? Он, вероятно, обдумывал это снова и снова. Мечтал без конца о счастливом мире, где апокалипсис никогда не наступал, о мире, где Ча Ый Джэ не пришлось умирать, о мире, где ему самому не пришлось спасать мир. Спокойном мире, где никто не знает Ча Ый Джэ. Он думал об этом так долго, что воображаемый мир стал для него ярче, чем реальность.

Он должен был мечтать о возможности.

— Возможность понимать всё…

Но Ли Са Ён знал, что это было проявлением гордыни. Он хорошо знал, что Ча Ый Джэ был человеком, который вырвется из любых оков, наложенных на него. Что, сколько бы ты ни пытался его спрятать, он всё равно будет сиять. Ли Са Ён закрыл глаза и тихо пробормотал:

— Это неприятно.

Но всё же… я хотел бы, чтобы ты остался рядом.

Ли Са Ён прошептал в пустоту:

— Возвращайся скорее, хён.

— …

— Здесь немного…

— …

— Одиноко.

Белый ветер поднялся вновь. Воздух задрожал. Из-под белого пепла начали медленно проступать скрытые очертания.

***

Шорох…

В тишине раздался низкий голос.

J.

Несокрушимый номер один, герой, спасший страну, великая фигура, что спасла бесчисленное множество людей… За чёрной маской следовали самые блестящие титулы, но он всегда морщился, когда их слышал. Он ворчал о том, как люди помешаны на громких званиях, и просил больше так не называть его.

…

Человек, который совершал добрые поступки, не ожидая ничего взамен. Кто-то, кто говорил, что ему нравится спасать людей. После каждой крупной битвы он падал без сил, но если его звали, он без колебаний снова спешил на помощь. Когда он был рядом, казалось, что всё будет в порядке.

Ча Ый Джэ был тем, кто дарил такую надежду.

…

Шорох… раздался звук переворачиваемой страницы.

…

Он собрал яд, чтобы спасти жизнь незнакомому мальчику, приготовил противоядие и остался с ним рядом. Однажды я пробудился — в то время, когда Ча Ый Джэ был далеко.

Не в силах контролировать свои способности, я расплавил свою любимую чашку, множество вещей и даже аппараты, подключённые к моему телу. Чёрный яд заполнил больничную палату. В конце концов, я заперся в ванной.

Ча Ый Джэ примчался, как только узнал об этом. Он сказал, что пришёл сразу после того, как справился с подземельем. Я не открыл дверь. Не хотел, чтобы он видел меня в таком жалком состоянии. Но Ча Ый Джэ без раздумий выбил дверь. Он схватил меня за руку, не колеблясь. Несмотря на то, что его кожа плавилась от прикосновения, он даже не поморщился. Его обжигающая, расплавляющаяся кожа была горячей.

…

С тех пор, как Ча Ый Джэ снова спас меня, я жил с ним.

Мы всегда были вместе.

До того дня, как он умер.

…

Прошло много времени, прежде чем страница снова перевернулась.

…

Ча Ый Джэ был нездоров.

Он говорил, что это началось после его пробуждения. Даже когда его снимали, как он сражается с огромным монстром вскоре после пробуждения, вскоре он всё равно падал без сил. Его тётя приходила ухаживать за ним. Ча Ый Джэ смущённо рассказывал, что до пробуждения был вполне здоров.

Иногда он делился историями о том, как в средней школе, которой больше нет, играл в футбол на каждой перемене. Он утверждал, что был хорошим нападающим, и что все хотели быть в его команде, потому что он всегда выигрывал споры. Он говорил, что самое лучшее было есть мороженое после игры. Слушая его, я пытался представить более молодого Ча Ый Джэ, здорового, бегущего по полю.

…Но я так и не смог это представить.

Ча Ый Джэ, которого я знал, был храбрым, но с хрупким телом.

После использования своих способностей он всегда заболевал. Но мало кто знал об этом. Он говорил, что если люди узнают, что он болен, это только вызовет больше беспокойства, поэтому он запирался в тёмной комнате. Поскольку он всегда был немного загадочной фигурой, никто особо не задумывался, если он пропадал на несколько дней. Все думали, что это часть его эксцентричности как героя. Никто не знал, что он умирал.

…Это было наказание от его способностей? Я не знал. Догадки, предположения, бесконечные дни неопределённости. Нам У Джин и даже целители из-за границы пытались найти ответ, но никто не смог понять.

Нам У Джин неустанно работал над исследованием проблемы, но в конце концов даже он сдался. Он сказал, что за болью Ча Ый Джэ скрывается какая-то неизвестная сила. Это было всё.

Мы не знали причины, а он медленно умирал. Интервалы между приступами становились короче. Если раньше он слабел только после крупных битв, то теперь ослабевал даже после использования половины своих сил. Иногда он начинал кровоточить. Я чувствовал пустоту рядом со мной среди ночи, а когда шёл проверить, находил его у раковины, закашливающегося кровью. Она была тёмно-красной. Даже после того, как он смывал её, этот красный отпечаток оставался в моей памяти.

Самое ужасное было то, что он смирился со своей смертью. В какой-то момент он начал говорить: «Это неизбежно, так что не переживай… Не рань себя из-за этого».

Кто дал ему такое право?

Я собирал каждую крупицу информации, которую мог. Работал вместе с Нам У Джином, собирал людей. До апокалипсиса и даже после его начала.

Он всегда сиял ярко, но это сияние казалось хрупким. Как свеча, сжигающая свою жизнь. Перед тем, как пламя гаснет, оно светит сильнее всего. Он светился именно так.

Я не хотел, чтобы он сиял. Я просто хотел, чтобы он прожил долгую, тихую жизнь с мягким, тёплым светом.

…

Наступил апокалипсис.

Битвы становились всё чаще. Бесконечный поток монстров истощал его жизнь. Его состояние ухудшалось. Хотя я делал всё, чтобы удержать его подальше от поля боя, я не мог заменить его отсутствие. И люди уже привыкли к этому.

J снова нас спасёт.

Если это J, он справится.

J всё решит.

Мир вспыхнул алым светом.

Бред.

Бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред, бред.

…

Тишина. Звук переворачиваемой страницы.

Ча Ый Джэ оправдал их ожидания.

Он умер.

И оставил меня одного.

…

Вы довольны?

Шелест страниц прекратился. Мир замер. Белый ветер начал дуть. Медленно тьма рассеялась, обнажив мир из чисто белых руин. Ча Ый Джэ начал идти. Хруст, хруст… Пепел, собравшийся словно снег, скрипел под ногами.

Из обрушенных зданий поднималась пыль. Что-то словно толкало его вперёд, указывая направление. Он шёл по тропе без цели.

Сколько времени прошло?

— …

Звук чьего-то дыхания раздался в тишине. Глухой, тяжёлый, похожий на звериный. Ча Ый Джэ затаил дыхание и тихо приблизился. Среди белого мира что-то чёрное выделялось на фоне. Потёртый кожаный плащ, утративший блеск, чёрные сапоги, покрытые пылью и пеплом. Растрепанные чёрные волосы. Знакомая фигура.

Этот человек держал кого-то в своих объятиях. Сквозь плащ можно было разглядеть безжизненно свисающую ногу. Неосознанно Ча Ый Джэ опустил взгляд. Сапоги были такими же, как его.

— …

Сделав глубокий вдох, он осмотрел сцену.

И тогда…

Он увидел лицо Ли Са Ёна.

«Оно такое же».

Совершенно такое же.

Лицо, которое он едва разглядел перед тем, как закрыть глаза.

Глава 195

Ча Ый Джэ пристально смотрел на Ли Са Ёна, словно в трансе, а затем перевел взгляд на «Ча Ый Джэ», которого тот держал в своих руках. Это было знакомое лицо, его собственное отражение, но оно казалось нереальным. Будто он наблюдал сцену из фильма.

Его взгляд вскоре снова обратился к Ли Са Ёну. Пустой, расфокусированный взгляд, шарящий в пустоте. Лицо перед ним было странно знакомым, но дело было не только в том, что он только что видел его. Оно было откуда-то из прошлого, из далекого времени… и тогда Ча Ый Джэ тихо выдохнул:

— Ах.

— Наконец-то я могу отпустить.

Да. Это выражение было точно таким же, какое он видел на лице Хам Сок Джон, когда та узнала о смерти его тети. Ча Ый Джэ рассеянно провел рукой по губам. Почему-то во рту появился горький привкус.

— …

Мир, скрытый под утопией. Настоящий мир Ли Са Ёна. В отличие от безупречной, идеальной утопии, это место было пустым, тихим и неизменным. Смутное чувство тревоги закралось в его душу.

Возможно, этот Ли Са Ён навсегда останется в своем мире, обнимая Ча Ый Джэ. Его мир застыл в тот момент, когда умер Ча Ый Джэ.

И тогда он услышал тихий шепот:

— Всё так же жесток…

Тук, тук… Шаги раздались откуда-то. Ча Ый Джэ не повернулся. Шаги остановились в трех шагах за ним. Безэмоциональный голос произнес:

— Разрываешь всё на части, как крот.

— …

— Так ты доволен?

— …

— Ты разрушил целый мир, пожертвовав собой.

Ча Ый Джэ обернулся. Ли Са Ён стоял перед ним с бесстрастным выражением лица. Его фиолетовые глаза, словно водоворот, отражали бесконечную пустоту. Сухие губы чуть приоткрылись.

— Ты ведь уже должен был насытиться этим…

На его утонченном лице мелькнула тень печали.

— Я же говорил… ты не найдешь того, что ищешь.

— …

— Мне больше нечего тебе показать. Это всё, что осталось.

Ли Са Ён медленно прошел мимо Ча Ый Джэ и остановился перед двумя застывшими фигурами. Его лицо, когда он смотрел на свое прошлое «я», оставалось лишенным эмоций. Всё сгорело дотла, оставив лишь пепел. Его манера была суха, как ветер пустыни. Ча Ый Джэ резко спросил:

— Ты… другой?

— Хм?

— Знаешь, когда я пытался… — Ча Ый Джэ изобразил круг рукой. Ли Са Ён мельком посмотрел на него и ответил небрежным «А».

— Я ничего не мог поделать. После стольких лет в разрушенном мире в одиночестве.

— …

— Даже самоповреждения со временем надоедают. Уже не чувствуешь ничего, и мир не меняется. Ты удивишься, как быстро превращаешься в ходячий камень.

— …

— Когда я столкнулся с тобой в таком состоянии… это было ошеломляюще. Я не мог контролировать себя. Ты испугался?

Этот парень явно не в своём уме.

Ча Ый Джэ осторожно сделал шаг назад, но Ли Са Ён продолжал смотреть на своё прошлое «я». Ча Ый Джэ понимал, что не должен позволить себе потеряться здесь. Он заставил себя заговорить.

— Ты говорил, что хотел, чтобы мы спали вместе. Что ты хотел мне тогда показать? Что-то о воспоминаниях?

— Хм? А что же ещё… — Бледные губы Ли Са Ёна слегка изогнулись, но в его глазах не было улыбки. Там по-прежнему царила пустота.

— Там, где ты уничтожил себя.

Образ Хон Ё Сона и скользкого Чон Бина всплыл у Ча Ый Джэ в памяти. Не осознавая этого, он пробормотал:

— …Нет, то место было полностью искажено по твоему вкусу, не так ли?

— Ах, тебе, наверное, так показалось. Но я старался собрать всё воедино… — Ли Са Ён легко постучал пальцами по губам. Его ресницы отбрасывали тени на глаза, словно он погрузился в размышления.

— Ничего нельзя было поделать. Все, кого я знал, умерли…

— …

— Я собрал это из смутных воспоминаний, но, похоже, потерпел неудачу… Прости?

Чёрт!

Ча Ый Джэ сжал зубы. Почему-то этот Ли Са Ён оказался невероятно трудным. Его аура, скорее похожая на систему, чем на человека, бесстрастное лицо и голос… И всё же в нём оставалось что-то человеческое. Именно это было здесь.

Человек, который отбросил все эмоции и блуждал в одиночестве вечность. Радость, гнев, печаль, ярость — всё выброшено. Но была одна вещь, которую он не мог отпустить.

Ча Ый Джэ смотрел в самую сердцевину человеческой души.

Это было тяжело. Всё это.

— …

Ча Ый Джэ сжимал и разжимал кулаки, его напряжённые мышцы двигались со скованностью. Ли Са Ён пробормотал:

— Не будь таким напряжённым.

— …

— Ты правда думаешь, что я убью тебя…

Ча Ый Джэ попытался пошутить, хоть и натянуто.

— Ты, скорее всего, запер бы меня.

— …

Странно, но опровержения не последовало. Даже спустя долгое ожидание. Он действительно собирался это сделать? Глаза Ча Ый Джэ расширились.

— Ты правда это планировал?

Фиолетовые глаза слегка отвели взгляд.

— Не заточение… Я собирался укрыть тебя.

— Укрыть?

— Конец уже близко, даже для того мира.

— …

— Я мог бы взять тебя с собой. В мир, который я создал.

Ча Ый Джэ вспомнил тот жутко совершенный мир. Мир, навязчиво стремящийся копировать реальность, почти до компульсивного уровня. Мир, где оставалось одно пустое место, предназначенное для Ча Ый Джэ. Его утопия была бы завершена в тот момент, как только Ча Ый Джэ оказался бы там.

Ли Са Ён говорил с оттенком мрачности:

— Даже несмотря на то, что ты сам его разрушил.

Ча Ый Джэ сильно прикусил губу. Он хотел сказать так много, но слова никак не давались. Он долго колебался, прежде чем наконец смог задать единственный вопрос:

— Ты действительно думал, что я пойду туда?

— Конечно, нет.

— …

— Разумеется, нет.

— …

— Даже я это понимаю. Но всё равно…

Его взгляд, устремлённый в пол, внезапно поднялся и остановился на Ча Ый Джэ. В пустоте его глаз отражался только Ча Ый Джэ. Только он.

— Мне было гораздо легче думать, что ты можешь прийти. Это помогло мне выжить.

— …

Странным образом Ча Ый Джэ понимал, что он имеет в виду. Были дни, когда одной мысли о том, что он будет делать, если вернётся, хватало, чтобы продолжать жить.

Сначала он думал о том, как вернётся живым вместе с тётей и другими охотниками. После того как он потерял тётю, он представлял, что вернётся с товарищами. А после того, как потерял их тоже…

Он думал о том, чтобы жить с тем мальчиком. Это было всё, что у него осталось.

Думая о том, какой дом купить, как обставить комнаты и как мальчик отреагирует, Ча Ый Джэ находил, что одиночество становится чуть более терпимым. Совсем чуть-чуть.

И именно поэтому Ча Ый Джэ понимал «Ли Са Ёна».

И «Ли Са Ён» не упустил этот момент понимания.

Чёрная рука осторожно схватила Ча Ый Джэ за рукав. Пустой голос произнёс:

— Не уходи. Останься здесь. Мы можем вновь построить этот мир.

— …

— Не выбрасывай свою жизнь впустую.

— …

— Ты уже достаточно пожертвовал…

Его голос становился всё тише и тише, голова опускалась с каждым словом. Это был самый маленький и жалкий Ли Са Ён из всех, которых когда-либо видел Ча Ый Джэ.

Когда-нибудь «Ли Са Ён» говорил такие слова Ча Ый Джэ? Нет. Никогда. Эти слова, скорее всего, были теми, о которых он жалел, что не сказал. И теперь они наконец вырвались наружу. Их тяжесть говорила сама за себя — они были прожиты и пережёваны множество раз.

Однако.

Ча Ый Джэ глубоко вдохнул. Затем он мягко, но решительно взял «Ли Са Ёна» за руку.

— Ли Са Ён.

Пустые глаза безучастно уставились на Ча Ый Джэ.

— Я могу быть не тем самым Ча Ый Джэ, которого ты знал, но скажу вот что.

— …

— Я понимаю, о чём ты говоришь. Я понимаю, о чём ты беспокоишься. Я очень благодарен тебе за это. Но я справлюсь.

— …

— У меня совсем нет уверенности, если честно. Я уже дважды провалился.

— …

— Но теперь я уверен. Благодаря тебе я уверен.

Ча Ый Джэ сильнее сжал руку Ли Са Ёна. Его глаза засияли голубым светом.

— Хон Ё Сон сказал, что это последний шанс. Что всё должно было закончиться в прошлом мире. Но ты удержал этот мир и создал этот шанс.

Ча Ый Джэ проговаривал каждое слово тщательно, словно их взвешивал.

— Это последний шанс, который ты дал мне. Я не собираюсь его упустить. Я остановлю конец.

— …

Пустые фиолетовые глаза дрогнули, в них мелькнул слабый свет. Его бледные губы едва шевельнулись, но звуков не было. Ча Ый Джэ отпустил его руку. Он не осознавал, насколько был напряжён, пока не почувствовал, как тяжело дышит. Он тихо выдохнул, неловко потерев шею.

Раньше он даже не пытался бы завести такой разговор с этим человеком. Он бы счёл это бессмысленным.

Но...

— Мне нравится, что мы... особенные.

— Больше, чем любой другой Ли Са Ён и Ча Ый Джэ.

— Ты обещал мне вернуться.

— Я просто сдержал своё обещание.

— Делай, что хочешь. Потому что теперь в тебе пустила корни нерешительность.

Благодаря этим словам, которые удерживали его на плаву, Ча Ый Джэ нашёл в себе мужество встретиться с этим лицом к лицу. Потому что кто-то поддержал его, когда он стоял на шаткой почве. Потому что кто-то выдержал бесконечное ожидание.

Существует только один способ отблагодарить такого человека.

Ча Ый Джэ протянул руку.

— Помоги мне.

Он должен остановить апокалипсис. Ради дней, которые они проведут вместе.

Глава 196

Наступила долгая тишина.

Ли Са Ён безучастно смотрел на протянутую к нему руку. Рука, покрытая мозолями. Рука, некогда расплавленная ядом, так и не оправившаяся. Сухие губы произнесли:

— Ты справишься?

Ответ прозвучал мгновенно.

— Я справлюсь.

— …

— Я уже дважды потерпел неудачу. Но… я верю, что из провалов можно чему-то научиться.

— …

— Я уверен, ты тоже не хочешь, чтобы твои усилия пропали даром, верно?

— …

— Тогда помоги мне.

Ли Са Ён не ответил. Но можно догадаться, о чём он думает.

Это человек, который цеплялся за мир ради третьего шанса. Он не хотел бы упустить эту возможность, которую с таким трудом получил. Ли Са Ён молчал, склонив голову. Он явно не собирался пожать руку, и Ча Ый Джэ неловко убрал её.

— Ответь мне только на один вопрос.

— Какой?

— В том мире… почему, по-твоему, он страдал?

— …

— Он так и не дал мне ответа. Даже в момент смерти…

Причина, по которой он так мучился во втором мире. Мысли Ча Ый Джэ запутались. Хон Ё Сон однажды упоминал, что в первом мире Ча Ый Джэ был настолько могущественным, что даже после использования часов они не сломались.

Странно, но Ча Ый Джэ казалось, что он знает ответ. Нет, он знал его. Будто кто-то вложил это знание прямо в его разум, из глубин всплывал неизвестный факт. Неосознанно он заговорил.

— Когда я откатил время в первом мире, я стал его осью.

— …

— Человек, который становится осью, ограничен до тех пор, пока предыдущий мир полностью не уничтожится. Его жизнь съедается, пока мир не будет разрушен. Это была плата за использование часов.

— …

— Но благодаря моей силе я продержался дольше… хотя всё равно умер бы, как только мы вернулись. От отката.

…Вот оно?

— Ага…

Ли Са Ён издал низкий протяжный звук и опустил голову. Он скрестил руки на груди и пробормотал:

— Так вот что Хон Ё Сон имел в виду, когда сказал, что это исправлено…

Хм, наверное, так?

Ча Ый Джэ попытался соединить разрозненные фрагменты, внезапно всплывшие на поверхность. Воспоминания, частично его, частично чужие, смешались в одну путаницу. Ли Са Ён казалось, собирался что-то сказать, но Ча Ый Джэ поспешно поднял руку, чтобы остановить его.

— Эй, эй! Подожди, помолчи немного.

Обычно, если кто-то становился осью мира…

— …

Должна быть какая-то подсказка, верно? Ча Ый Джэ быстро начал перебирать свои воспоминания. К сожалению, большая их часть оказалась мелочными, бесполезными обрывками.

Мысли о том, что поужинать, как милы уличные коты, воспоминания о музыке, игравшей в магазине, придирки Чон Бина и упрёки Пчелы…

«Чёрт. Моей памяти хватает только на ерунду. Важное никак не вспоминается».

Расстроенный, Ча Ый Джэ взъерошил волосы. Чьи это вообще воспоминания? Но он быстро взял себя в руки. Возможно, нет смысла пытаться отделить свои воспоминания от чужих.

«Все эти…»

Это были воспоминания Ча Ый Джэ.

Странным образом песня, которую он никогда раньше не слышал, совпадала с его вкусами, как и зевающий кот, сидящий на перилах у дороги. Почему эти воспоминания всплыли только сейчас?

Осколки, дрейфующие на поверхности, размылись, словно разбивающиеся волны. И вскоре исчезли, будто их никогда и не было.

В это время Ли Са Ён, до этого молчавший, вдруг поднял голову и уставился в пустоту. Ча Ый Джэ, всё ещё теребящий волосы, последовал его взгляду. В воздухе появилась тонкая чёрная трещина. Ли Са Ён, с бесстрастным выражением лица, слегка постучал пальцами по щеке.

— Я уж думал, когда ты появишься.

— Что?

В тот же миг небольшая трещина разорвалась, словно пасть змеи. Ча Ый Джэ инстинктивно отступил и принял боевую стойку. Вскоре из разрыва выдвинулся чёрный клинок. Его лезвие странно поблёскивало. Ча Ый Джэ сразу узнал его. Он выпрямился и нахмурился.

— …Клык?

Это был Клык василиска. Тот самый, который он однажды вонзил себе в грудь.

В следующий момент из разрыва вырвалась рука, сжимающая рукоять меча. Красная рука, вздутая венами. Глаза Ча Ый Джэ расширились.

«Это не Ли Са Ён?»

Будто подтверждая его догадку, холодный голос эхом отозвался в воздухе.

— Я никогда не говорил, что буду ждать тебя.

Чёрные боевые ботинки, длинные ноги прорвались сквозь разрыв, за ними взметнулся плащ. Вскоре над трещиной появилось бледное лицо.

Са Ён, прорвавший разрыв, завис в воздухе, а затем легко приземлился на землю. Поднялась белая пыль. Он умело взмахнул мечом, стряхивая кровь и чёрную слизь, прилипшую к лезвию. Острие прямого клинка теперь было направлено прямо к горлу Ли Са Ёна.

— Время вышло.

Что это?

— Что происходит? — Ча Ый Джэ растерянно переводил взгляд с одного Ли Са Ёна на другого. Судя по всему, у них было какое-то соглашение или договор. Но сам Ча Ый Джэ ничего об этом не знал.

Ли Са Ён поднял обе руки и, пожав плечами, посмотрел на Са Ёна.

— Ты нетерпелив.

— Это ты первый нарушил договор… — холодно произнёс Са Ён, от которого исходила убийственная аура. Ли Са Ён треснул костяшками пальцев. Казалось, ещё немного — и дело закончится серьёзной дракой. Чёрт, а времени и так нет. Ча Ый Джэ поспешно встал между ними.

— Объясните мне так, чтобы я понял. Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Он посмотрел на Ли Са Ёна, затем обернулся к Са Ёну и вздрогнул.

Выражение лица Са Ёна ничем не отличалось от того, что он видел в последний раз. Мрачное, с видом человека, который привык терять. Глаза были окутаны тьмой. Его взгляд был прикован к чему-то позади Ча Ый Джэ. Тот обернулся, следуя за взглядом Са Ёна. И увидел…

«…»

Ли Са Ёна, держащего тело Ча Ый Джэ.

Чёрт. Ча Ый Джэ прикусил язык. Теперь, когда он подумал об этом, руки Са Ёна были в крови. Несколько капель запачкали и его лицо.

Ча Ый Джэ вонзил Клык василиска себе в грудь.

А теперь Са Ён держал Клык василиска окровавленными руками.

«…»

— Ах.

Са Ён, заметив взгляд Ча Ый Джэ, коротко вздохнул. Он слегка взмахнул своей окровавленной рукой и криво улыбнулся.

— Кто-то любезно сообщил мне… что чтобы перебраться сюда, нужно использовать этот меч.

«…»

Раздался скрежет зубов.

— Благодаря этому я пережил весьма неприятный опыт… за что спасибо.

— Не стоит благодарности, — равнодушно отозвался Ли Са Ён. Ча Ый Джэ перевёл взгляд на лицо Са Ёна. Его угольно-чёрные, лишённые жизни глаза были устремлены на мёртвого Ча Ый Джэ. Чёрт. Ча Ый Джэ шагнул в сторону, чтобы закрыть обзор, и спросил:

— Ты… в порядке?

— Что ты имеешь в виду?

Тон был коротким, но виноватый человек не мог придираться. Ча Ый Джэ осторожно бросил взгляд на Са Ёна.

— Ну, ты знаешь… вот это.

— Хм… не понимаю, о чём ты говоришь… — На лице Са Ёна появилась яркая улыбка. В ту же секунду в голове Ча Ый Джэ загудели тревожные сигналы.

— Уж точно я чувствую себя лучше, чем человек, который сам себя заколол. Я ведь всего лишь вытащил меч, верно?

— Нет, правда, я в порядке. Вот, смотри. Хочешь проверить?

— Не нужно.

Какой резкий ответ!

Ча Ый Джэ уставился на него с недоверием. Са Ён потянул Ча Ый Джэ, чтобы тот оказался позади него, словно защищая. Ли Са Ён смотрел на них с безразличным выражением лица. Са Ён насмешливо усмехнулся.

— Кстати… ты так долго держался. Но всё равно в итоге провалился, да?

Ли Са Ён ответил холодно:

— Ты знал, что я провалюсь. Как и я.

— Ха-ха… Вот почему я и говорил тебе: даже не пытайся. Всё равно ничего не выйдет.

— Ну… Ча Ый Джэ был другого мнения. Он сказал, что стоит попробовать, даже если это приведёт к провалу.

Между двумя Ли Са Ёнами снова посыпались искры.

Ах, серьёзно. Ча Ый Джэ коротко вздохнул, затем глубоко вдохнул. И…

— ЭЙ! Идиоты, не могли бы вы нормально объяснить, что тут вообще происходит?! — закричал он, вкладывая в голос всё, что мог.

***

Через некоторое время два Ли Са Ёна сидели на небольшом расстоянии друг от друга, каждый устроился на обломках руин.

Ли Са Ён сидел с перекрещенными руками и бесстрастным лицом, а Са Ён подпер подбородок рукой, выглядя хмурым. Между ними Ча Ый Джэ нервно мерил шагами пространство. Он что-то бормотал себе под нос, метался туда-сюда, пока вдруг не выпалил с раздражением:

— Эй… да что с вами, двоими, не так?

После объяснений Ча Ый Джэ наконец смог сложить воедино, как Са Ён вытащил Клык василиска из его тела и прорвал пространство, чтобы ворваться сюда.

Как оказалось, Са Ён уже три месяца ощущал, как Ли Са Ён вмешивается в его тело. Он чувствовал, что его тело больше не принадлежит ему целиком. Как будто часть его была украдена. Ча Ый Джэ снова почувствовал волну раздражения.

«Если так, мог бы мне сказать!»

В любом случае, Са Ён, ненавидевший потерю контроля больше всего на свете, одержимо держался рядом с Ча Ый Джэ. По какой-то причине, когда он находился рядом с Ча Ый Джэ, незваный гость — Ли Са Ён, терял свою силу. Ча Ый Джэ вдруг вспомнил, как странно навязчиво Са Ён себя вёл с тех пор, как Ли Са Ён проснулся.

«…»

Ча Ый Джэ прочистил горло. Ага, лучше об этом не думать.

Едва удерживая этот хрупкий баланс, Ча Ый Джэ сбежал.

На целую неделю!

На той неделе, пока Ча Ый Джэ отсутствовал, Са Ён был вынужден вступить в многочисленные разговоры с незваным Ли Са Ёном. А Ли Са Ён настойчиво шептал: конец нельзя остановить. Это бесформенная катастрофа, которая неизбежно придёт. Мы уже дважды потерпели неудачу. Но есть способ спасти Ча Ый Джэ. Ты ведь тоже хочешь его спасти, верно? Дай мне шанс убедить его.

На этом месте Ча Ый Джэ снова вспыхнул.

— Ты в это поверил?!

Са Ён, всё ещё сидевший, подперев рукой подбородок, скривил губы.

— Думаешь, я поверил? Ерунда.

Глава 197

— Ерунда, да?

Ли Са Ён пару раз моргнул своими бледно-фиолетовыми глазами и равнодушно ответил:

— Я всего лишь высказал разумное мнение… Ты сам его отверг.

— Разумное? Скорее, бред какого-то неудачника.

— Аха, но если оступишься, ты сам станешь таким же неудачником… Какое у тебя, однако, высокое мнение о себе.

— Хм… уже думаешь о том, как сбежать, даже не попробовав, да?

Са Ён прикрыл рот рукой, сквозь которую едва проглядывала лёгкая усмешка.

— О, какая же у тебя, должно быть, сильная неполноценность.

На мгновение его бесстрастное лицо слегка изменилось. Острые слова, словно кинжалы, летели туда-сюда без остановки. Их голоса были настолько похожи, что казалось, будто один человек продолжал разговор с самим собой. Почему у меня возникло чувство, что мой рассудок истощается? Ча Ый Джэ помассировал виски, пытаясь понять, где именно всё пошло не так.

— Треплешься тут…

— Кто бы говорил?

В этот момент два Ли Са Ёна одновременно фыркнули, уставившись друг на друга. Казалось, что между их взглядами пролетели искры. Вены вздулись на почерневших руках, напряжённые мышцы ясно выдавали, что они крепко держат рукоятки своих кинжалов.

Чёрт. Ча Ый Джэ быстро замахал руками, чтобы привлечь их внимание.

— Эй, эй! Разве я не говорил вам не драться?

— …

— Не смотрите друг на друга. Не разговаривайте друг с другом. Смотрите только на меня, поняли? Притворитесь, что здесь больше никого нет.

Как только Ча Ый Джэ закончил говорить, он тут же об этом пожалел. Эти фиолетовые глаза следили за каждым его движением, словно собирались поглотить его целиком. Это была лишь игра его воображения, или их взгляды действительно несли в себе тяжёлую одержимость?

«Это как пытаться приручить диких зверей».

Это безумие! Ча Ый Джэ тяжело вздохнул и продолжил.

— Значит, ты отверг это?

Са Ён коротко ответил:

— Не стоило того, чтобы слушать.

— …

— Нет смысла слушать неудачника. Мир ещё не закончился, у нас всё ещё есть шанс.

Это было вполне разумное замечание. В конце концов, возможность предотвратить конец ещё оставалась. Ча Ый Джэ уже собирался едва заметно кивнуть, как вдруг Ли Са Ён вмешался.

— Это всего лишь высокомерие того, кто не знает, что значит конец.

Грохот! Что-то разлетелось вдребезги. Край обломка, на котором сидел Са Ён, почернел от ожога. С ангельской улыбкой Са Ён стряхнул с рук белые остатки.

— Прости? Я всё слышу какую-то чушь.

— …

— Что-то про конец света, как лай испуганной собаки…

— Хватит!

Ча Ый Джэ наконец решился. Напряжение и дискомфорт не исчезнут, пока этот тройственный конфликт не закончится. Он слегка повысил голос.

— Ладно, допустим, первая попытка провалилась. А что насчёт того раза, когда ты пришёл в Бюро управления пробуждёнными?

— Ах, тогда…

Фиолетовые глаза Са Ёна сузились, а на его лице появилась улыбка.

— Моё терпение иссякло после недели слушания этого бреда.

Его почерневшие пальцы коснулись виска.

— Мне казалось, что я схожу с ума…

Причина всей проблемы, Ча Ый Джэ, отвёл взгляд. Са Ён подпер щёку рукой и тяжело вздохнул.

— Но потом ты сказал мне спать. Сказал это тому, кто уже не в своём уме. Так что…

— Эй!

Ча Ый Джэ поспешно закрыл рот Са Ёна рукой. Затем, почувствовав что-то неладное, так же быстро убрал её. Чёрный язык скользнул по губам, будто разочарованно облизываясь.

— Что? Я всего лишь говорил факты.

Другой «Ли Са Ён», который до этого молча наблюдал, склонил голову набок. Его безжизненные бледно-фиолетовые глаза подчёркнуто заморгали.

— Раз уж ты заговорил об этом, я тоже начинаю слышать чушь. Не мог бы ты заставить эту собаку побыстрее залаять, если уж она собирается?

Са Ён тяжело вздохнул, криво усмехнулся и, наконец, открыл рот:

— Гав.

Он залаял. Са Ён ухмыльнулся при виде шокированного выражения лица Ча Ый Джэ.

— Доволен? А теперь продолжу.

Ча Ый Джэ громко закричал про себя. Что именно это должно было решить? Справляться с одним Ли Са Ёном было достаточно тяжело, а теперь их двое — как будто стало пятеро. Их постоянные умственные дуэли истощали нервы Ча Ый Джэ. Тем не менее, Са Ён продолжил.

— В любом случае, я был не в своём уме… Поэтому вошёл сюда неподготовленным. Изначально у меня было преимущество, но здесь…

Са Ён кивнул в сторону подбородком.

— Собака соседа взяла верх. Даже времени на отказ не было; контракт был подписан.

Бесстрастное лицо Ли Са Ёна едва заметно исказила улыбка.

— Захватить момент… это более точное описание.

Когда Са Ён снова начал раздражаться, Ча Ый Джэ поспешно перебил:

— Какой это был контракт?

— Этот парень встречает тебя и убеждает… Хотя я не ожидал, что всё обернётся вот так.

— Вот так?

— Ты выбираешь…

Ах.

Са Ён оборвал фразу. В итоге он отвернул голову, словно больше не хотел говорить. Сквозь его растрёпанные волосы фиолетовые глаза казались утонувшими во мраке.

Ча Ый Джэ с трудом успокоил свои бурлящие эмоции. Понимание чужого выбора не означало, что исчезают шрамы. Иногда даже если разум принимал, сердце не успевало за ним. Сожаление висело, словно тень.

«Надо было сделать это там, где никто не увидит».

Это было сожаление, из-за которого Са Ён наверняка бы разозлился, узнай он об этом.

Молчание Са Ёна прервал его безмолвный двойник.

— Честно говоря, я тоже не ожидал, что ты выберешь этот способ. Правда.

— …

— Я не думал, что ты придёшь сюда.

— …

— Можно сказать, что ты хорошо знал мою слабость. Или, возможно, это был J…

Его почерневшая рука крепко сжала край разбитого обломка, на котором он сидел. В этот момент стало ясно, как давит его присутствие. Это была сила, сопоставимая с любым монстром, с которым Ча Ый Джэ когда-либо сталкивался. Он инстинктивно понял.

«Он не человек…»

Но это не означало, что он превратился в монстра. Существо перед ним напоминало скорее призрака — сущность, запутавшуюся в иллюзиях и горечи, заключённую в человеческую оболочку. Однако с ним всё ещё можно было общаться. Ча Ый Джэ видел это ясно. В момент, когда был заключён договор, отблеск человечности вернулся в эти бледно-фиолетовые глаза.

— …

Он отвернулся. Са Ён всё ещё смотрел куда-то в сторону. Алый след крови на его бледной щеке оставался ярким. В тумане крови и угасающего зрения он вспомнил последнее выражение лица, которое видел. Опустошённое лицо, словно у человека, потерявшего всё.

Нет, возможно, в тот момент он действительно всё потерял. Ча Ый Джэ…

— …

Ли Са Ён был его первым успехом. Даже после трёх пройденных миров и двух пережитых апокалипсисов это оставалось неизменным. Его успех находился прямо рядом с ним. И Ча Ый Джэ нёс ответственность за то, чтобы довести это до конца.

Он тщательно подбирал слова. Но было слишком много эмоций, чтобы выразить их словами. В любом случае, Ча Ый Джэ не был тем, кто долго думает. Он всегда действовал первым.

Ча Ый Джэ широко раскинул руки и наклонился вперёд —

— …Что?

— и притянул обоих Ли Са Ёнов в объятия одновременно. С глухим стуком плечи Са Ёна и «Ли Са Ёна» столкнулись, а их крупные тела застыли в его объятиях. Их холодные фигуры постепенно согревались от тепла тела Ча Ый Джэ, а в воздухе ощущался сладковатый аромат.

Через мгновение Са Ён первым очнулся от замешательства, нахмурился и отклонил голову назад.

— Эй… что ты делаешь?

— Извиняюсь.

Глаза Са Ёна широко распахнулись от удивления.

— …Что?

— Прости. Наверняка ты был сильно потрясён. Вы оба.

Тела в его объятиях оставались напряжёнными. Ча Ый Джэ показалось, что он услышал слабый вздох, но он не был уверен, от кого именно. Он продолжил решительно:

— Возможно, странно извиняться сейчас, но… я почувствовал, что должен это сделать.

— …

Кто-то осторожно положил подбородок и щёку на плечо и шею Ча Ый Джэ. Чья-то рука обхватила его за талию. Ча Ый Джэ легко выдержал общий вес двоих, опирающихся на него. Слова, которые он собирался произнести дальше, застряли у него в горле.

«Если, возможно, такая ситуация повторится снова…»

Ча Ый Джэ сделает всё, что потребуется. Он не станет колебаться, даже если придётся вонзить клинок в собственное тело. Ведь герой не может позволить себе малейшего промедления.

Однако…

Ча Ый Джэ теперь знал цену того тепла, что прижималось к нему. Перед тем как ударить самого себя, у него появилось бы малейшее колебание.

И…

«Делай, что хочешь. Потому что теперь в тебе пустила корни нерешительность».

Он был уверен, что Са Ён никогда не позволит этой нерешительности исчезнуть.

Глава 198

Как долго они стояли так? Как только тепло, заполняющее обе руки, стало казаться чем-то привычным, словно оно было его собственным, тяжесть внезапно упала на плечо. Ча Ый Джэ повернул голову. Среди сладкого аромата витал слабый запах крови. Это был запах Ли Са Ёна.

— Что? Что случилось?

— …Ах.

— Са Ён?

— Я больше не могу держаться…

С этим последним, почти жалобным выдохом, весь вес Са Ёна обрушился на тело Ча Ый Джэ. Руки, обвивавшие его талию, медленно скользнули вниз.

«Что за…?»

Рядом с ухом раздавалось мягкое, ровное дыхание. С озадаченным выражением лица Ча Ый Джэ поддержал талию Са Ёна своими руками.

— Подожди, он сейчас что, серьёзно спит?

— Хм… Похоже, у него наконец кончились силы.

Ли Са Ён пробормотал, вставая. Ча Ый Джэ поправил своё положение, удерживая обмякшего Са Ёна. Светло-фиолетовые глаза Ли Са Ёна невыразимо смотрели то на Ча Ый Джэ, то на потерявшего сознание Са Ёна. Он слегка наклонил голову.

— Мы с ним мерялись силами.

— Что?

— Тем не менее он продержался довольно долго. Для двадцатичетырёхлетней с половиной души.

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Значит, они не просто словесно спорили, а боролись за территорию? Он не мог скрыть своего удивления, задавая вопрос:

— Вы не можете просто поладить?

— Поладить?

Ли Са Ён прикрыл рот кулаком. Уголки его губ дёрнулись вверх, будто его что-то позабавило.

— Это недостаточно похоже на «поладить»?

— Почему твое представление о том, как «ладить», такое странное? — вспылил Ча Ый Джэ. Са Ён в его руках тихо простонал. Чёрт. Он с беспокойством посмотрел на лицо Са Ёна, и тут в голову пришла мысль. Постойте, разве это не шанс? Никто не знал бы второй мир так, как этот парень. Ча Ый Джэ быстро заговорил.

— Кстати, ты знаешь о Прометее?

Ли Са Ён моргнул своими светло-фиолетовыми глазами.

— Прометей?

— Да. Они стремятся к пробуждению через человеческую силу, а не через отбор системы. Слышал о них?

— Довольно громко звучит…

Ли Са Ён на мгновение задумчиво посмотрел в пространство, а потом покачал головой. Его ответ был прост:

— Нет, никогда не слышал. Это первый раз, когда я слышу это имя… или о существовании такой группы.

— Ты уверен? С тобой не проводили никаких экспериментов? Ты пробудился естественным путём?

— Эксперименты?

Ли Са Ён твёрдо покачал головой.

— Нет, конечно. То, что я получил, — это лечение. Для выведения яда…

— …

— Тогда я и пробудился. И всё.

Ча Ый Джэ спас Ли Са Ёна. В первом мире, во втором мире и в третьем мире. Это был неоспоримый, неизменный факт. Но кое-что пошло немного не так после этого. Особенно сейчас, в этом мире, всё было наиболее отличным. Самое большое отличие, вероятно, было…

«Разлом у Западного моря».

И отсутствие Ча Ый Джэ.

После короткого колебания Ча Ый Джэ спросил:

— Ты знаешь что-нибудь об эродированных подземельях? О том феномене, когда подземелья начинают принимать облик разрушенного мира.

— Я не уверен, что это такое, но могу предположить. Даже если мы пытались их заблокировать, всегда находились пробоины, которые нельзя было запечатать.

— …

— Мой мир и твой имеют одно происхождение. Изначально мой мир должен был разрушиться и слиться с твоим…

Ли Са Ён сделал лёгкое движение пальцем в воздухе, и появилась чёрная масса. Чёрная масса начала белеть по краям. Прежде чем она полностью побелела, Ли Са Ён провёл пальцем через неё. Масса разделилась на две: одну белую и одну чёрную.

— Но этого не случилось. Часы не были целы. Из-за какого-то самозванца-создателя.

На миг перед глазами Ча Ый Джэ мелькнул образ Хон Ё Сона с его каштановыми волосами, собранными в хвост, размахивающего руками. Он тут же исчез, как и крик: «Друг~», сопровождаемый трепетанием крыльев в облике курицы.

«Этот парень хвастался, что восстановление получилось таким хорошим только благодаря ему».

Это, вероятно, была правда. Ча Ый Джэ нутром чувствовал это. Каким бы странным ни казался этот парень, его навыки были безупречны. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Са Ёна. Возможно, это из-за того, что он так долго был один, или из-за недостатка социальных навыков. Так или иначе, его способность понимать людей явно была… искажённой.

Тем временем Ли Са Ён опустил свою тёмную руку.

— Смотри внимательно.

Две разделённые массы парили в воздухе, удерживая небольшую дистанцию. Но вскоре пространство между ними стало сокращаться. Будто они снова собирались слиться в одно целое. Будто возвращались к своему истоку. В конце концов, место их соприкосновения стало серым.

— …

Его чёлка упала на глаза, заслоняя обзор. Цвет его волос…

Серый.

Неосознанно Ча Ый Джэ начал теребить свои волосы. Массы постепенно соединялись, становясь одним целым. Чёрный медленно превращался в белый. Ли Са Ён безэмоционально наблюдал за процессом и заговорил.

— Когда истоки одинаковы, они неизбежно притягиваются друг к другу. Это первичное желание… базовый инстинкт вернуться к изначальной форме.

Его светло-фиолетовый взгляд упал на спящего Са Ёна.

— Так же, как я из моего мира перешёл в твой, используя тело другого себя.

— …

— Это что-то вроде этого. Я пытался максимально перекрыть связи… но потоки всё равно остались связаны. Особенно подземелья или разломы, которые похожи на трещины. Им, вероятно, было легко образоваться.

Ли Са Ён провёл рукой по волосам. Ча Ый Джэ тогда заметил — его тёмная рука становилась слегка прозрачной. Сердце замерло.

«Он исчезает?»

Прежде чем Ча Ый Джэ успел что-то сказать, Ли Са Ён заговорил первым, будто точно знал, что тот собирается спросить. Его голос был равнодушным.

— Я и не планировал оставаться надолго. Хотя другой я отчаянно пытался догнать меня, я просто… немного пожалел.

Пожалел? Пожалел?!

Если бы он пожалел дважды, кто-нибудь мог бы погибнуть. Ча Ый Джэ ясно помнил образ кого-то, слёзно цепляющегося за него, безудержно рыдающего не по своей воле. После короткого замешательства Ча Ый Джэ сделал жест, будто собирался его придушить, и спросил:

— …Это тоже было частью твоего плана?

— О, ты всё ещё об этом думаешь?

Выражение Ли Са Ёна слегка исказилось, будто он смеялся.

— Когда ты пытался задушить меня… я осознал, что нахожусь в живом теле. Я не собирался.

— …

— И мне хотелось немного подшутить над тобой. Это было весело. Смотреть, как ты сходишь с ума, оказалось довольно… освежающим.

— Я тебе что, еда? Освежающим?

— Тот Ча Ый Джэ, которого я помню… ну, чаще всего ты либо валялся в постели, либо прятался под одеялом.

Чёрт. Он умел нажимать на больные точки. Ча Ый Джэ отвёл взгляд, не в силах возразить. Однако это не помешало ему пробормотать с раздражением:

— Зачем ты издеваешься надо мной? Ты не знаешь, как отплатить за добро…?

— Почему? Потому что ты бросил меня и ушёл.

Неожиданно резкий ответ ошеломил Ча Ый Джэ. Он быстро пришёл к выводу. Чем дольше он разговаривает с этим парнем, тем хуже для него. Ему не победить. Не когда тот использует мёртвого человека как щит. Конечно, даже со спящим Са Ёном в руках он не так уж часто выигрывал споры.

Ли Са Ён коснулся своей щеки пальцем и пробормотал:

— Для начала… этого вообще не должно было случиться. У меня не должно было быть самосознания. Всё пошло немного не так.

— Почему?

— По первоначальному плану я должен был слиться с телом другого себя. В нормальных обстоятельствах я бы даже не понял, что мы слились, и мы просто стали бы одним целым. Но… что-то пошло не так, и мы не слились.

В тот день, когда Ча Ый Джэ вонзил копьё в тело кита, Са Ён потерял сознание. Хон Ё Сон… Ча Ый Джэ пробормотал:

— Хон Ё Сон сказал, что это потому, что твоя душа слишком велика. Если бы ты попытался, твоё тело просто не выдержало бы.

— Хм… Этот самозванец хорош в догадках, несмотря на то, что он шарлатан.

Ли Са Ён пожал плечами, отмахнувшись от слов Хон Ё Сона, как будто это было самое естественное на свете.

— Благодаря этому мы теперь стоим друг перед другом.

— …

Когда совпадения случаются снова и снова, их называют судьбой. Возможно, этот момент, когда они стояли друг перед другом, тоже был предначертан. Ча Ый Джэ пристально смотрел в светло-фиолетовые глаза. В них отражался он сам.

Но Ча Ый Джэ, которого любил Ли Са Ён, наверняка был другим. Тем, кто падал всякий раз, когда использовал свои силы, проглатывал кровь в одиночестве, чтобы никого не беспокоить, и всё же, несмотря ни на что, спасал людей…

Ча Ый Джэ, которого любил Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ прижал Са Ёна, который находился в его руках, чуть крепче.

— Ли Са Ён.

— …

Фиолетовые глаза моргнули. Снова зазвучали слова, которые принадлежали ему, но не совсем.

— Прости. Мне кажется, я обременил тебя чем-то слишком тяжёлым.

— …

— Но… всё это не было напрасным.

Глаза чуть расширились. Ча Ый Джэ медленно моргнул, закрывая и открывая глаза. На мгновение показалось, будто голоса наложились друг на друга. На его губах невольно появилась улыбка.

— Потому что вот мы, смотрим друг на друга вот так.

— …

— Спасибо.

Слабый свет мелькнул в пустых фиолетовых глазах. Ли Са Ён медленно опустил голову. Вскоре его чёрные волосы едва заметно кивнули. Фух, Ча Ый Джэ тихо выдохнул. Другая версия его самого исчезла так быстро, словно её никогда и не было.

На её месте Ча Ый Джэ протянул руку и взъерошил волосы, которые теперь оказались на удобной высоте для похлопывания. Широкие плечи слегка сжались.

После недолгого похлопывания Ли Са Ён, с теперь уже растрёпанными волосами, медленно поднял голову. Это выглядело довольно забавно. Поправляя волосы своими чёрными руками, он заговорил:

— Конец… приходит, когда слышит, что его зовут.

— …

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Он что, серьёзно заговорил о конце? Внезапно? Ли Са Ён наклонил голову и спросил:

— Почему ты так реагируешь… Разве тебе не было любопытно? Разве не поэтому ты зашёл так далеко?

— Ну да, но… ты говоришь мне это только сейчас?

— Просто слушай и не перебивай.

Он снял свой чёрный плащ и взмахнул им в воздухе. Вскоре всё вокруг окутали угольно-чёрные стены. В темноте он поднял чёрный указательный палец к губам.

— Чем больше думаешь об этом, чем больше говоришь об этом, чем чаще произносишь это вслух… тем быстрее оно придёт.

Зловещим голосом он пробормотал:

— Будь осторожен. Потому что ты не можешь остановить мысли и слова других людей.

Глава 199

Слова, вспыхнувшие в его голове, были теми, что он видел на сайте Прометея. Человечество должно предотвратить конец. Оно должно собрать силы, чтобы остановить его. Холодок пробежал по его спине. Если то, что сказал Ли Са Ён, правда, разве это не сигнал, что конец уже близко?

— Тогда... ты даже не знаешь, когда он наступит?

— Не знаю. Никто не знает. Но...

Его фиолетовые глаза устремились в тёмную пустоту.

— Наши миры сливаются всё больше... Так что, вероятно, это произойдёт быстрее, чем в том, что я пережил.

— ...

— Мир, который должен был исчезнуть, остаётся и смешивается с вашим. Когда ваш мир принимает форму уничтоженного, всё больше людей начинают вспоминать прошлое. Так работает страх, запечатлённый в душе.

И по мере того, как это происходит, конец наступает быстрее. Ча Ый Джэ сглотнул. Его горло словно сдавило, и глотать было трудно. Ли Са Ён легко постучал по виску своими чёрными пальцами.

— Было бы мудро хорошо подготовиться. Хотя даже подготовка будет сложной...

Это был настоящий тупик. Чтобы предотвратить конец, нужно было объединить силы. Но чем больше они это делали, тем быстрее приближался конец. Ча Ый Джэ вздохнул. Это было ошеломляюще. Проблема, которую невозможно было просто решить. Но даже если это пугало, это нужно было сделать. Разве он не поклялся, что доведёт дело до конца?

Ли Са Ён, который смотрел на Са Ёна, уютно устроившегося в объятиях Ча Ый Джэ, слегка склонил голову.

— Вот что. Когда выберешься отсюда... почему бы не поискать Юн Га Ыль?

Неожиданное имя всплыло в разговоре. Ча Ый Джэ широко распахнул глаза и посмотрел на него.

— Га Ыль... школьница?

— Ах, она всё ещё учится там?

Тихо напевая, Ли Са Ён пробормотал себе под нос:

— Она одна из немногих, кто выжил до самого конца, когда мир был уничтожен. Вместе со мной. Большинство других погибли. Но она каким-то образом выжила. Это достойно похвалы. Выживание — это тоже своего рода талант.

Резкое замечание. Ли Са Ён указал куда-то своими чёрными пальцами. Ча Ый Джэ опустил голову, чтобы посмотреть, куда он показывает. Часы на его запястье. Секундная стрелка на старых, изношенных часах всё ещё неутомимо двигалась, как будто отсчитывая оставшееся время.

— Именно Юн Га Ыль рассказала мне об этих часах.

— Что?

— Однажды она пришла и сказала, что, возможно, с помощью этих часов можно повернуть время вспять. Что среди твоих вещей есть часы, которые могут это сделать.

— ...

Он вспомнил её глаза, сияющие золотым светом за стёклами очков. Могла ли Юн Га Ыль читать следы первого мира даже в уничтоженном? В мирное время она была единственной, кто видел воспоминания о конце?

Ли Са Ён встал под углом.

— Раз она выжила до самого конца... страх, запечатлённый в её душе, должно быть, глубок. Попробуй поговорить с ней. Юн Га Ыль, кажется, очень тебе доверяет.

— ...

— Что ж... Пожалуй, я сказал всё, что хотел.

С легким движением руки чёрный барьер вокруг них исчез. Их окружили белые руины.

Разрушенный мир. Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна с противоречивым выражением. Ли Са Ён не отвёл глаза и встретил его пристальный взгляд. Его пересохшие губы слегка дрогнули.

— Моё мнение не изменилось. Я по-прежнему думаю, что ты не сможешь остановить конец.

— ...

— Это, вероятно, никогда не изменится. Я видел конец, а ты уже однажды умер. Ты не сможешь меня переубедить.

Ча Ый Джэ понимал это тоже. Ли Са Ён, стоящий перед ним, был единственным, кто пережил конец. Сколько бы Ча Ый Джэ ни говорил о том, что можно всё предотвратить, это не находило отклика. В его мире Ча Ый Джэ уже умер, а мир погиб. Ли Са Ён, потерявший всё из-за конца, просто плыл по течению.

— Но всё же...

Его фиолетовые глаза опустились. В них, лишённых прежнего света, отражался он сам. Другая версия его самого, который не был предан, который смог доказать доверие.

— Я верю в тебя...

— ...

— Потому что убедился, что мои действия были не напрасны.

Белый ветер завыл. Фигура Ли Са Ёна начала исчезать вдали. Ветер становился всё сильнее, мешая устоять. Держась за Са Ёна, Ча Ый Джэ выкрикнул в шум ветра.

— Эй, Ли Са Ён! Подожди! Эй!

— ...

Ветер, казалось, чуть утих. Пользуясь моментом, Ча Ый Джэ закричал снова.

— Это ты, мы встретились тогда в разломе на Западном море?

— ...

Чёрная пелена, окружавшая его, отрезала багровое поле зрения, а голос эхом раздавался в неподвижном пространстве. Ча Ый Джэ повысил голос.

— Это был ты тогда? Просто ответь, прежде чем уйти! Эй!

Ответа не последовало. Ветер завыл громче. Он сделал шаг вперёд, но Са Ён зашевелился в его объятиях. Ча Ый Джэ тут же остановился. Его зрение закружилось. Чёрт. Он зажмурился.

...В момент, когда он снова открыл глаза.

Комната, что предстала перед ним, была куда более убогой, чем та, что была во сне. Похоже, он вернулся окончательно. Ча Ый Джэ с облегчением выдохнул, но затем замер.

Первое, что он заметил, — это большое тело, плотно прижавшееся к его. Ча Ый Джэ попытался приподняться, опираясь на кровать, но не смог из-за того, что это тело обвило его талию и ноги, словно змея. Он мог бы использовать силу, чтобы освободиться, но...

Чёрт, какой крепкий захват. С усилием Ча Ый Джэ извернулся, чтобы посмотреть на «змею», обвившую его. Ли Са Ён спал, слегка приоткрыв рот. Было слышно тихое, мягкое дыхание.

— ...

Он так спокоен и красив в этом состоянии. Чувствуя раздражение, Ча Ый Джэ не смог удержаться и ущипнул Ли Са Ёна за щёку безо всякой причины. Изящное лицо чуть поморщилось. Тихо простонав, Ли Са Ён вздрогнул, и его веки медленно приоткрылись. Под ними появились яркие фиолетовые глаза.

— ...

— ...Ты проснулся?

Глаза Ли Са Ёна медленно моргнули, словно в ответ. Да, похоже, мы вернулись окончательно. Ча Ый Джэ почувствовал облегчение, но оно тут же исчезло, как только руки вокруг его талии потянули его ещё ближе. Его глаза расширились. Быть так близко лицом к лицу — это начало его смущать.

— Эй, как насчёт того, чтобы встать? Мне нужно многое тебе рассказать...

Мягкий поцелуй коснулся его подбородка. Глаза Ча Ый Джэ распахнулись. Опять?! Но губы не остановились, скользнув по его подбородку, щеке и переносице. Ча Ый Джэ поднял руку, чтобы оттолкнуть его.

— Сейчас не время для этого.

— Ха, когда для этого вообще время...

Низкий, хриплый голос Ли Са Ёна прозвучал глухо. Его фиолетовые глаза сверкнули остро. Прежде чем Ча Ый Джэ успел среагировать, Ли Са Ён впился в его губы. Чёрный язык силой проник между его шокированно приоткрытыми губами, настойчиво атакуя, будто желая поглотить его целиком. В ушах раздавался влажный звук переплетения языков, словно растворяя его.

Ах, да что за...!

Ча Ый Джэ прижал ладонь к лбу Ли Са Ёна и оттолкнул его. Ли Са Ён посмотрел на него с откровенно раздражённым взглядом, даже не пытаясь скрыть недовольство. Ча Ый Джэ резко сел, отвечая ему таким же сердитым тоном.

— Эй, что за чёрт ты творишь с самого утра?!

— Целую.

— И почему, чёрт возьми, ты это делаешь?!

Глаза Ли Са Ёна блеснули. Это был взгляд человека, который явно ждал момента, чтобы сказать что-то. Стиснув зубы, он тихо проворчал с горечью.

— Ты даже не представляешь, как долго я сдерживался. Всё из-за одного сумасшедшего ублюдка...

«Сумасшедший ублюдок», скорее всего, был самим Ли Са Ёном. Ча Ый Джэ медленно пополз назад, готовясь сбежать с кровати. Но Ли Са Ён был охотником S-класса. Он прищурил глаза.

— Ты куда собрался?

— ...За водой.

— ...

— М-мне пить хочется.

Отговорка, сорвавшаяся с языка, неожиданно сработала. Ли Са Ён тяжело вздохнул, опустил голову и неохотно выбрался из кровати. Уже у двери, схватившись за ручку, он предупредил:

— Даже не вздумай куда-то уйти. Сиди здесь.

Его лицо, теперь гораздо свежее, чем после сна, выглядело так, будто он наконец-то смирился с чем-то внутри себя. Когда он ушёл, Ча Ый Джэ с облегчением выдохнул и начал приводить одеяло в порядок. И тут ему в голову пришла мысль.

«Если подумать...»

Оглядываясь назад, несмотря на своенравный характер, Ли Са Ён был удивительно общителен. Хотя гильдия Падо была небольшой и элитной, её влияние было значительным, так как она собирала только лучших. Отношение Пэ Вон У, который воспринимал Ли Са Ёна как младшего брата, шутки Кан Джи Су, даже его взаимодействие с Пчелой и явно более близкие отношения с Чон Бином по сравнению со вторым миром — всё это бросалось в глаза. Хотя сам Ли Са Ён никогда бы этого не признал, со стороны это было очевидно.

«По словам директора, разве не Чон Бин и Пэ Вон У поддержали его сразу после пробуждения?»

И это ещё не всё. Он, похоже, часто общался с Хон Ё Соном, встречался с Нам У Джином несколько раз, а с Со Мин Ги у него, казалось, было полное взаимопонимание. Что касается Романтичного открывателя... этот случай всё ещё оставался загадкой.

Тем не менее, даже этого было достаточно, чтобы увидеть разницу между Ли Са Ёном из второго мира, который был абсолютно асоциален. Тот Ли Са Ён ни с кем не считался и сосредотачивался только на Ча Ый Джэ.

Откуда взялась эта разница? Пока Ча Ый Джэ обдумывал всё это, его рот чуть приоткрылся. Ему даже не нужно было долго размышлять, чтобы осознать самое главное отличие.

Может ли быть...

«Из-за того, что меня там не было... он на самом деле развил социальные навыки?»

Почему это звучит правдоподобно?

Нет, это точно ответ. Радоваться этому или нет? Мысль о том, что его присутствие способно настолько сильно менять кого-то, оставила у него смешанные чувства. Ча Ый Джэ закрыл лицо руками. Он оставался в таком положении, даже когда услышал, как открылась дверь.

Голос, полный недоверия, спросил:

— Что ты делаешь? ...Голова болит?

— ...Нет.

— Тогда?

— ...Я просто размышлял, как тяжело растить ребёнка.

— Ха.

Ли Са Ён издевательски усмехнулся.

— Похоже, ты наконец-то начинаешь понимать мою боль.

Холодное прикосновение коснулось тыльной стороны руки Ча Ый Джэ, которая всё ещё закрывала его лицо. Медленно он раздвинул пальцы, чтобы взглянуть. Ли Са Ён протягивал бутылку воды объёмом 500 мл.

На его лице была мягкая улыбка.

— Нашёл это в холодильнике, но не уверен, можно ли пить... Камень сохранения, должно быть, не дал ей испортиться.

— ...

— Понюхай сначала. Если покажется, что с ней что-то не так, я схожу и куплю новую.

Почему-то сердце Ча Ый Джэ дрогнуло. Он взял бутылку из руки Ли Са Ёна. Поверхность бутылки была холодной. В прозрачной воде отражалось улыбающееся лицо Ли Са Ёна, и Ча Ый Джэ поспешно закрыл глаза.

Глава 200 - Крушение

Свист раздался в воздухе. Жужжание фильтров, механический звук очистки воды, шум хвостов рыб, громкие крики торговцев… Среди этого хаоса звуки шагов сливались с окружающим фоном.

С каждым шагом темно-синие волосы молодого человека колыхались. На нём был лёгкий наряд — белая рубашка, закатанная до локтей. Хозяева магазинов, занятые суетой вокруг, поднимали руки в приветствии, когда он проходил мимо.

— Эй, куда это ты?

— Клиент ждёт ~

Молодой человек ярко улыбнулся и махнул рукой в ответ, ускоряя шаг. Вскоре знакомые буквы засверкали среди мигающих вывесок, свисающих с потолка: «Рыбная лавка Чанми». Парень подпрыгнул и остановился перед магазином.

— Та-дам! Я здесь.

В этот момент Чан Ми Сук схватила его за ухо и потянула.

— Почему ты так опаздываешь? Эти люди ждут уже целую вечность!

— Ай, больно, больно!

— Хватит ныть! Тебе же не по-настоящему больно.

Она фыркнула и хлопнула его широкой ладонью по спине.

— Быстрее заходи. И не начинай там ссор без причины.

— Ссоры? Да я опоздал, потому что у меня была настоящая работа… Ладно, понял, понял.

Скинув гладкие лоферы, Скумбрия постучал костяшками пальцев в дверь. Изнутри раздался низкий голос:

— Да, входите.

Как будто ожидая этого сигнала, он открыл дверь и приподнял занавес.

В комнате, сидя рядом друг с другом, находились двое мужчин в чёрных костюмах. Один был полностью в чёрном — от головы до ног, включая солнцезащитные очки, — другой же выделялся смелым оранжевым цветом волос и выглядел слегка неряшливо.

Скумбрия быстро окинул их взглядом, а затем вошёл с улыбкой.

— Простите за опоздание! Один клиент никак не отпускал.

— Вы опоздали на тридцать минут.

Мужчина с оранжевыми волосами, Романтичный открыватель, недовольно ответил. Скумбрия спокойно парировал:

— Да, да, моя вина — неправильно рассчитал время. Заглажу вину дополнительным сервисом, не волнуйтесь.

Проведя руками по рубашке, он положил подушку на пол и уселся напротив двух мужчин. Облокотившись на локоть, он улыбнулся, обнажив ровный ряд зубов.

— Постоянные клиенты сегодня, да? Я думал, что глава гильдии сам придёт.

Звук стакана, поставленного на стол, раздался, когда Маленькое Чудо Со Мин Ги чётко ответил:

— Глава гильдии занят.

— А, понятно, понятно.

Скумбрия слегка наклонился вперёд и прошептал:

— Говорят, глава гильдии в последнее время увлекается игрой в «поймай меня, если сможешь» на работе?

Романтичный открыватель, Чхве Го Ё, который как раз пил воду, резко выплюнул её и разразился смехом. Пока он отворачивался и кашлял, Со Мин Ги оставался невозмутимым.

— Вот как? Впервые слышу. Возможно, вы нас с другой гильдией путаете.

— Да ну, бросьте. Многие это видели. К тому же, J какое-то время был у нас. Вы ведь это не станете отрицать?

Со Мин Ги приподнял одну бровь и ответил:

— J был здесь? Это новость для меня.

— Вы скучный. Не надо делать вид, что не знаете. Пока J был здесь, вы несколько раз приходили на рыбный рынок. Просто признайтесь. Ли Са Ён вас отправил, так ведь?

Тёмно-синие глаза Скумбрии блеснули. Солнцезащитные очки Со Мин Ги тоже поймали свет и засверкали. Он слегка приподнял голову, как будто отбрасывая эту мысль.

— Вы, должно быть, приняли меня за кого-то другого.

Скумбрия пожал плечами.

— Делать вид, что ничего не знаешь, между друзьями, да?

— Я искренне не понимаю, о чём вы говорите.

— Отрицать можешь сколько угодно, но твой друг с морковной головой уже всё выдал.

Романтичный открыватель моргнул и указал на себя.

— Я? …Я это сделал?

Он с недоумением огляделся, переводя взгляд между Скумбрией и Со Мин Ги. Тот отвёл глаза. Скумбрия хихикнул с явной хитрецой.

— Даже для аферы нужна хорошая координация. Разве не так?

— Ну, я считаю, всегда есть куда расти. Потенциал у него безграничный. Ладно, хватит болтовни. Пора перейти к делу.

Со Мин Ги поправил свои очки.

— Мы пришли за информацией, которую запросил глава гильдии. Вы подготовили её, надеюсь?

— Конечно.

Скумбрия облизнул губы и потер руки. Затем он поднял пальцы, сложив их в круг.

— Кстати, информация весьма дорогая. Вы ведь знаете, что это предоплата?

Со Мин Ги, сверкая своими очками, провёл пальцами по карте и задал вопрос:

— Принимаете карты?

Скумбрия вздохнул и покачал головой.

— И зачем ты спрашиваешь? За оплату картой взимается дополнительная плата.

— Да я просто пошутил. Мало ли.

— Чувак, ты совсем не смешной.

Со Мин Ги едва заметным жестом дал знак, и Чхве Го Ё недовольно пробормотал, доставая из инвентаря потрёпанную коробку. На одной стороне чёрными буквами большими буквами было написано: «Морская капуста». Скумбрия отпустил шутку.

— Ты подобрал это на улице?

— Чан Ми Сук-щи предоставила.

— …

Когда коробка ударилась о стол, раздался тяжёлый глухой звук. Со Мин Ги с изяществом открыл её. Вместо морской капусты, сушёной водоросли или даже денег, напоминающих водоросли, коробка была полна...

— Думаю, этого будет достаточно.

Магические камни.

Коробка была забита магическими камнями, большими и маленькими, каждое сверкало различными цветами. От небольших камушков до камней размером с кулак — они отличались размером и типом. Скумбрия взял тёмно-синий магический камень и, покрутив его в пальцах, улыбнулся.

— Спасибо. Это поможет покрыть расходы на обслуживание.

— А документы…

— О, вот они.

Скумбрия коснулся пальцем своего виска, и из его головы выпрыгнула карп-кои, размером с его предплечье. Рыба проплыла по воздуху и приземлилась в руках Со Мин Ги, превращаясь в толстую пачку документов.

— Я также вышлю копию через личного посланника, так что не беспокойтесь.

— Благодарю за сотрудничество.

Со Мин Ги слегка наклонил голову, и Романтичный открыватель тут же последовал его примеру. Несколько рыб унесли коробку за стену. Скумбрия поднялся и стряхнул пыль с брюк.

— Разве вы не спешите? В последнее время атмосфера напряжённая из-за предстоящей Генеральной ассамблеи.

— Верно.

— Ну что ж...

Когда Скумбрия направился к двери, он обернулся и подмигнул Со Мин Ги.

— Кстати, вы не могли бы передать сообщение хён-ниму?

— Хён-ниму?

— J.

— Что ему передать?

— Скажите, чтобы был осторожен во всём.

— …

Со Мин Ги смотрел на него с каменным выражением лица. Губы Скумбрии изогнулись в ухмылке, его тёмно-синие глаза заискрились.

— Не знаю, но что-то крупное вот-вот случится… А иногда одной грубой силы недостаточно, верно?

— …

— Нужно использовать мозг.

— …

— Просто передайте. Если он не поймёт, это уже его дело. Это исключительно из доброты.

Скумбрия лениво махнул рукой и исчез. В небольшой комнате повисла тишина. Со Мин Ги подал знак Романтичному открывателю, и они оба поднялись. Как только Романтичный открыватель встал, они растаяли в тенях. Спустя мгновение они появились перед потрёпанным грузовиком.

Со Мин Ги забрался на водительское сиденье. Как только Чхве Го Ё устроился на пассажирском, он наконец заговорил:

— Клиенты, которых упомянул Скумбрия, вероятно, были охотниками Гю Гю и Пчелой.

— А? Серьёзно? Откуда ты знаешь?

Со Мин Ги указал на свой нос.

— Запах.

— Что?

— Вспомни. После того, как он сказал, что предоставит дополнительный сервис, разве он не стряхнул рубашку?

Чхве Го Ё нахмурился, пытаясь вспомнить. Скумбрия, заставивший их ждать тридцать минут, вошёл с озорной улыбкой… и да, он действительно стряхнул рубашку. Но зачем? Это выглядело просто как пафосная выходка. Между тем, Со Мин Ги пристегнул ремень и продолжил:

— В этот момент я уловил слабый запах. Он даже использовал дезодорант, чтобы его скрыть, но под ним я почувствовал фирменный одеколон Гю Гю. И парфюм Пчелы тоже.

— Ты запомнил эти ароматы?

— Они оба пользуются сильными ароматами.

— И он выдал это за «сервис»? Я даже ничего не заметил.

— В этом весь он. Он словно говорит: «Если ты не понимаешь, когда я проявляю щедрость, то катись отсюда».

— Ну и мерзавец.

С громким рёвом двигатель ожил. Чётки, висящие на зеркале заднего вида, затряслись вместе с вибрацией машины. Пока Чхве Го Ё пристёгивал ремень, он недовольно пробормотал:

— Когда ты уже сменишь эти чётки?

— А зачем? Разве они тебя не успокаивают? Они уже практически часть семьи.

— Ого, у тебя довольно широкое понимание семьи.

Со Мин Ги больше не отвечал и начал листать толстую пачку документов. По мере того как он переворачивал страницы, его бесстрастное лицо постепенно начало меняться. Романтичный открыватель, вставлявший беспроводные наушники, заметил это и посмотрел на него с любопытством.

— Что случилось?

— …

— Со Мин Ги?

Со Мин Ги спокойно произнёс:

— Нам нужно немедленно отправиться к главе гильдии.

Глава 201

Перед большой дверью появилась чёрная фигура, похожая на лужу. Вскоре из неё показалась круглая голова, за которой медленно вышло всё тело. Со Мин Ги отряхнул одежду и взялся за дверную ручку.

— Извините, глава гильдии!

Не дожидаясь ответа, Со Мин Ги распахнул дверь. Первое, что бросилось ему в глаза, — широкая спина, твёрдая, как гора, и рыжая голова. Обладатели этой спины и рыжих волос обернулись. Это были Пэ Вон У и Кан Джи Су. Со Мин Ги поспешно склонил голову.

— Ах, вы тоже здесь. Добрый день.

Кан Джи Су махнула рукой.

— Эй. Что такое? Врываешься вот так.

— У меня срочное дело.

— Хаа…

Раздражённый вздох вырвался из уст одного из двоих. Со Мин Ги наклонил голову, пытаясь понять, от кого он исходит. За столом, заваленным документами и электронными устройствами, почти не оставлявшими свободного места, сидел Ли Са Ён в очках. Он слегка нахмурился.

— Что на этот раз?

Со Мин Ги только собрался ответить, как Кан Джи Су, скрестив руки на груди, встала в позу, напоминающую раздражённого Ли Са Ёна.

— Глава гильдии, вместо того чтобы искать повод для ссоры, лучше переверните ещё одну страницу. Исследовательская группа уже достаёт вас с просьбой дать своё мнение. Они сказали, что никуда не уйдут, пока не получат ответ.

— Ещё официальные документы из Бюро управления пробуждёнными и Бюро управления разломами требуют вашего внимания. Их нужно обработать до Генеральной ассамблеи.

— Вы не можете справиться с этим сами?

— Я уже разобралась с мелочами. Остались только те дела, которые требуют твоего личного участия.

— Хаа…

Даже вздохнув, Ли Са Ён послушно перевернул страницу документа, который держал в руках. Со Мин Ги взглянул на толстые бумаги у себя и на гору документов на столе. Казалось, раньше тут не было столько работы.

— Почему он завален работой?

— У него уже накопилось заданий на три месяца, а с тех пор, как он пришёл в себя, он носится по всему свету.

Пэ Вон У цокнул языком. Со Мин Ги любопытно спросил:

— Вы ведь смогли что-то разобрать, не так ли?

— Всё снова накопилось. Ты ведь всегда гонялся за J, да? Казалось, тебе это очень нравилось.

— И что, было нормально, когда J не было? Нет, совсем нет. Это был полный хаос… В общем, он сейчас разбирает то, с чем я не справился.

— Как жаль. Но мне действительно нужно срочно доложить. Вы не могли бы отойти?

— А? Это что-то, что нам нельзя услышать?

— Это решать главе гильдии.

Ли Са Ён кивнул подбородком в сторону двери.

— Выйдите на минутку.

— Есть, есть.

— Ох, ну мне же любопытно.

Несмотря на недовольное ворчание, оба быстро подчинились и покинули комнату. Со Мин Ги осмотрелся в кабинете главы гильдии. Обычных пепельно-серых волос видно не было.

— Где J?

— Встречается с Хам Сок Джон.

— На этот раз вы не пошли за ним, как обычно.

— Я не собака… Я не всегда за ним хожу.

— …

— Так что там с докладом?

— Помните, мы передали информацию о лаборатории Прометея Пчеле? Скумбрия тоже следила за ней, но…

— Да.

— Всё уничтожено. Пчела даже привлекла Гю Гю и тщательно обыскала всё до последнего угла.

— …

— Во время операции удалось спасти несколько охотников, но большинство из них находились на финальной стадии экспериментов и утратили рассудок. Их перевезли в подвал гильдии Совон.

Ли Са Ён поднял бровь. Со Мин Ги протянул ему документы, и Ли Са Ён грубо выхватил их. Его фиолетовые глаза быстро пробежали по словам через очки.

— Какие-нибудь уцелевшие лаборатории или учёные?

— Всё из списка, который мы дали, было полностью уничтожено. Я не ожидал, что они будут действовать так жёстко. Надо было учесть, насколько ослеплена яростью была Пчела.

Нахмурившись, Ли Са Ён потер висок. Из его груди вырвался глубокий вздох.

— Теперь будет ещё сложнее отследить их следы…

***

Задняя дверь класса вдруг распахнулась во время второй перемены — когда все уже начали чувствовать голод. Юн Га Ыль подняла взгляд. Мин Джи, поспешившая к ней, зашептала взволнованно:

— Эй! Тревога! Тревога! Машина с ттокпокки здесь!

Да Ён и Су Ён, лежавшие под одеялами, поднялись, словно зомби.

— Машина? Как фудтрак?

— Именно! Говорят, они продают ттокпокки в бумажных стаканчиках. Народ с ума сходит, говорят, что это невероятно вкусно. Просили всем рассказать.

— Но на воротах школы будет охрана.

— Знаете этот низкий забор? Тот, в который однажды въехал какой-то сумасшедший и оставил вмятину? Они припарковались прямо перед ним. Пошли, а? Ну пошли.

— …

Тот зелёный забор. Ей это только казалось, или он действительно выглядел странно знакомым? Это было то самое место, где раньше появлялся J. Юн Га Ыль сделала вид, что ей всё равно, но слушала внимательно. Из всех мест — именно там? Неужели это совпадение?

— И… говорят, парень там суперсимпатичный.

Юн Га Ыль сузила глаза с подозрением.

— Насколько уж он может быть симпатичным?

— Может, у людей теперь просто низкие стандарты?

— Нет, говорят, он носит маску, но по глазам видно, что он очень красивый. Ну, серьёзно.

— Фу, просто скажите, что у него хорошая личность.

— Да ладно тебе! Мне любопытно! Пошли уже! Га Ыль, ну пожалуйста, это моя мечта.

Мин Джи схватила Юн Га Ыль за руку и потянула. Юн Га Ыль закатила глаза и почесала висок обратной стороной своего механического карандаша.

— Эх, ладно… Пошли.

— Ура!

В конце концов, Юн Га Ыль всё ещё была растущей старшеклассницей.

Когда они добрались до забора, вокруг уже было пусто, как будто толпа смела всё. Земля перед забором, по которой часто ходили, была лишена травы. Как и говорила Мин Джи, за забором стоял грузовик.

В грузовике находился мужчина с чёрными волосами, в белой маске. На нём были чёрная толстовка, чёрная кепка и чёрный фартук — весь его наряд был чёрным. Он выглядел подозрительно, с какой стороны ни посмотри, но… её подруги были слишком увлечены ттокпокки, чтобы это заметить. Между тем Юн Га Ыль застыла, погружённая в воспоминания, уставившись на фартук.

«Этот фартук выглядит знакомо…»

J тоже носил похожий фартук. Это прошлое казалось каким-то странно далёким. Мужчина размешивал ттокпокки на железной плите половником, и из её груди вырвался стон.

— Ох, как же я хочу есть.

— Это выглядит просто восхитительно…

Запах ттокпокки был самым аппетитным, который она когда-либо ощущала. Пряный аромат вызывал обильное слюноотделение, а рисовые лепёшки, покрытые блестящим красным соусом, сверкали на свету. Даже Юн Га Ыль, которая раньше не была голодна, невольно сглотнула. Мужчина вежливо поклонился школьницам, толпившимся за забором.

— Добро пожаловать.

…Что?

Юн Га Ыль резко подняла голову. Этот голос звучал странно знакомо. Она поправила очки, протёрла глаза и прищурилась, чтобы получше разглядеть мужчину. Его жёсткие чёрные волосы, белая маска и глаза, скрытые под кепкой… В этот момент мужчина чуть поднял голову. Их взгляды встретились.

Его холодный, затенённый взгляд. Тёмные глаза на мгновение сверкнули синим. Юн Га Ыль с трудом подавила крик. Этого не может быть.

«Это J!»

Мужчина быстро снова опустил голову. Оказалось, что его чёрные волосы — это парик. Неудивительно, что они выглядели такими сухими! Юн Га Ыль, стоявшая чуть позади своих подруг, поспешно прижалась к забору.

— Я… я перелезу.

— А? Ты уверена?

— Я в спортивных штанах… Всё будет нормально!

— Подсадить? Помочь перелезть?

— Нет, нет. Я теперь занимаюсь спортом.

— Ого… девчонка живёт на полную катушку.

— Эй, все хотят ттокпокки, да? По одной порции?

— Да!

Юн Га Ыль глубоко вздохнула и схватилась за забор. Хотя часть её думала, что стоит вести себя непринуждённо, с трудом перелезая через забор, чтобы друзья ничего не заподозрили, эта мысль быстро улетучилась. Она крепко ухватилась за забор и с лёгкостью перелезла через него. Вот это да, дикость какая. Услышав удивлённые возгласы подруг, она поспешила прижаться к фургону.

Несмотря на то, что фудтрак выглядел собранным наскоро, он был хорошо оснащён. Если не считать самодельной таблички с ценами, наспех нацарапанной на обрывке бумаги с надписью «Ттокпокки в стакане — 1000 вон», и старого, устаревшего радиоприёмника в углу, всё было удивительно аккуратным. Из радио играла песня, которую Юн Га Ыль не узнала. Она понизила голос и прошептала:

— Что вы здесь делаете? Почему вы в таком виде?

— Ну, знаешь, было бы странно, если бы парень просто ошивался перед школой для девочек…

J — Ча Ый Джэ, слегка опустил маску и виновато улыбнулся. Позади послышался слабый писк.

— Я не мог снова появиться в маскировке… На этот раз нужно было сделать всё тихо.

— В прошлый раз вы приехали на фургоне. Честно говоря, это выглядело лучше.

— …На этот раз я не мог рассчитывать на помощь гильдии Падо или других людей. Вот и вышло так.

— То есть теперь вы этим занимаетесь?

Юн Га Ыль сглотнула, глядя на блестящие ттокпокки. Всё серьёзно! Ча Ый Джэ, снова надевший маску, пробормотал, смущённо почесав затылок:

— …Это выглядит глупо? Скумбрия сказал, что это лучший вариант.

Честно говоря, это был гениальный ход, учитывая гастрономические привычки старшеклассниц. Даже Юн Га Ыль, которая обычно отсиживалась в классе, соблазнилась ттокпокки. Она тихо пробормотала:

— …По-моему, это гениально.

— Рад слышать.

— Вы сами сделали эти ттокпокки?

— Да. Тебе подать?

— Да, пожалуйста…

Когда Юн Га Ыль кивнула, Ча Ый Джэ ловко размешал ттокпокки и начал наполнять стакан. Через короткую паузу он заговорил, продолжая свою работу:

— Я хочу тебя кое-что спросить.

— Д-да, конечно.

— Ты говорила, что с момента пробуждения слышала какой-то голос, но после посещения разрушенного мира он исчез… Ты говорила, что это был другой голос Га Ыль.

В том чёрном фургоне, где были J и Ли Са Ён, Юн Га Ыль объясняла свою ситуацию, проверяя состояние Ли Са Ёна.

— Но… после того, как я вернулась из разрушенного мира, я больше не слышала этот голос. Я думал об этом. Мастер-ремесленник же говорил, да? Что одна душа соединяется с другой…

Юн Га Ыль послушно кивнула.

— Да, это так.

— Я могу поговорить с другой Га Ыль? Или ты могла бы попытаться что-нибудь вспомнить?

Юн Га Ыль резко подняла голову. В этот момент ей вручили большой бумажный стакан. Инстинктивно она взяла его. К стакану была приклеена маленькая записка. Почерк на ней был таким же, как на нацарапанной ценнике на стене.

На записке было написано: [Апокалипсис.]

Глаза Юн Га Ыль широко раскрылись. Ча Ый Джэ быстро поднял палец к губам, жестом прося тишины. Юн Га Ыль нервно сглотнула. Он прошептал:

— Если она всё ещё там, спроси её про часы.

— …

— Спроси, как она узнала об их существовании. Ту Га Ыль из того мира.

Глава 202

Юн Га Ыль не понимала, что именно происходит, но знала, что у J должна быть причина появиться настолько скрытно. Хотя, она не была уверена, насколько это вообще можно назвать скрытностью. Сжав губы, она кивнула.

— Я скажу учителю и выйду на следующем уроке. Сейчас перемена…

— Это точно нормально?

— Если я скажу, что это для Бюро управления пробуждёнными, всё будет в порядке. Просто подождите немного.

Глаза J, скрытые в тени, холодно улыбнулись. Ча Ый Джэ, слегка кивнув, поднял голос и спросил:

— Упаковать в пакет? У тебя тут много всего.

— Да!

Подруги за забором закричали в ответ с энтузиазмом. Ловко доставая бумажный пакет, похожий на те, что используют в кафе, он сложил его и аккуратно уложил стаканчики с ттокпокки и деревянные шпажки внутрь. Юн Га Ыль взяла пакет, слегка поклонившись. Да Ён, облокотившись на забор, крикнула:

— Оппа, ты надолго здесь?

— А? Я?

Оппа? Она вообще знает, кто он такой?! Юн Га Ыль с ужасом посмотрела на то, как её подруга так непринуждённо обратилась к нему. Ча Ый Джэ, с удивлённым выражением лица, указал на себя. Да Ён энергично кивнула. Почесав затылок, он ответил:

— Я скоро уеду.

— Нет, тебе нужно остаться! Я всем расскажу. У меня куча друзей.

— Не надо ничего рассказывать. И так уже много людей пришло.

— А мы можем вернуться во время обеда?

— Разве вы не должны есть школьный обед?

— Ттокпокки выглядит лучше, чем школьная еда.

— Ешьте то, что диетолог готовил с трудом. Не ешьте всякую ерунду вроде ттокпокки.

Ча Ый Джэ отмахнулся от них, словно говоря, чтобы они шли по своим делам. Юн Га Ыль кивнула, передала пакет через забор и снова легко его перепрыгнула.

Проверив время, она увидела, что перемена почти закончилась. Юн Га Ыль поторопила друзей обратно в класс. Когда она обернулась в последний раз, Ча Ый Джэ уже вышел из фургона и начал собирать вещи.

В итоге им пришлось есть ттокпокки, взбегая по лестнице на два пролёта за раз, но вкус…

— Эй, что за черт? Это невероятно вкусно.

— …

— Чёрт. Надо было просить на десять тысяч вон. Я буду жалеть об этом всю жизнь.

— Мне надо было пропустить обед и просто съесть это…

— Он же будет на обеде, правда? Ну, пожалуйста.

Почему это так вкусно?

Неужели J действительно какой-то суперчеловек, который преуспевает во всём? Юн Га Ыль, с серьёзным выражением лица, жевала и глотала ттокпокки. Это было лучшее, что она когда-либо пробовала.

***

Юн Га Ыль присела и огляделась по сторонам. К счастью, казалось, что она единственная, кто прогуливал урок и сбежал. Быстро перепрыгнув через забор, она огляделась. Фургон был закрыт, но запах ттокпокки всё ещё витал в воздухе, вызывая аппетит. Зная, какой он был на вкус, ей стало ещё сложнее устоять.

Сжав глаза, Юн Га Ыль постучала в пассажирскую дверь фургона. Из-за окна внезапно показалась чёрная кепка. Ча Ый Джэ опустил маску на подбородок и одними губами произнёс:

— Садись.

Юн Га Ыль открыла дверь и устроилась на пассажирском сидении. Ча Ый Джэ бросил на неё взгляд.

— Что ты им сказала?

— Я сказала, что Бюро управления пробуждёнными срочно вызвало меня, но это засекречено, так что я не могу поделиться подробностями. Они оформили мне ранний уход.

— …Так можно просто взять и уйти? Разве посещаемость не важна? Ты ведь старшеклассница.

Юн Га Ыль решительно покачала головой, на её лице было выражение твёрдой уверенности.

— Но… если J приехал сюда лично, значит, это что-то важное.

— …

Ча Ый Джэ постучал пальцами по рулю, прежде чем серьёзным тоном произнести:

— Если ты упустишь свою мечту из-за посещаемости…

— …

— Я попрошу Ли Са Ёна взять тебя в команду.

— Нет-нет, не нужно. Это совсем ни к чему.

Юн Га Ыль быстро замотала головой. Одна только мысль о холодном голосе и фиолетовых глазах Ли Са Ёна заставляла её мурашками покрыться. Лучше уж она сама вступит в Бюро управления пробуждёнными. Крепко прижимая к себе сумку, Юн Га Ыль украдкой взглянула на Ча Ый Джэ. Вблизи он выглядел уставшим, под глазами были тёмные круги.

Не выдержав неловкого молчания, Юн Га Ыль выпалила:

— Это ттокпокки…

— Да?

— Они было очень вкусным. Все мои друзья тоже так сказали.

— Правда?

Уставшая улыбка появилась на лице Ча Ый Джэ, и он тихо рассмеялся.

— Кажется, это был успех. Я готовил их впервые.

— Некоторые даже сказали, что лучше бы ели их вместо школьного обеда.

— Это не очень хорошо. Им нужно есть нормальную еду.

— Это просто способ сказать, что им очень понравилось.

— Рад это слышать. Может, открыть ресторанчик, если уйду из охотников.

Ча Ый Джэ пошутил, застёгивая ремень безопасности. Движения его были такими естественными, словно он делал это всю жизнь. Если подумать, личность J должна была быть засекречена. Получил ли он водительские права? На своё настоящее имя? Юн Га Ыль тоже пристегнула ремень и спросила:

— Когда вы получили права?

— У меня их нет.

— Что?

Этот уверенный ответ привёл Юн Га Ыль в шок. Он только что признался, что водит без прав? Это вообще нормально? Может, стоит позвонить Чон Бину прямо сейчас? Хотя, даже если случится авария, ни с J, ни с Юн Га Ыль ничего бы не случилось. Тем не менее, она прижалась к двери, словно стараясь создать дистанцию.

— Тогда как вы доехали сюда?

— За меня вёл золотой карась.

Это была шутка? Он выглядел слишком серьёзным. Как только Ча Ый Джэ положил руки на руль, из центра руля вылетело пять красных золотых карасей. Они разлетелись по всей машине, и вскоре фургон начал двигаться сам по себе. У Юн Га Ыль отвисла челюсть.

— К-к-как это вообще работает?

— Я сам толком не знаю… Фургон мне одолжил Скумбрия. Думаю, тут замешан какой-то трюк.

— Ух ты…

Самоуправляемые золотые караси.

Юн Га Ыль с трудом проглотила шутку, что вертелась у неё на языке. За окном мелькали знакомые виды её школы и утреннего пути. Когда школа осталась далеко позади, Юн Га Ыль наконец заговорила.

— Насчёт того, о чём мы говорили… Я думаю, я больше не могу разговаривать с другой версией меня. Кажется, мы полностью слились… С того дня даже я не могу до неё достучаться.

— Понял.

— Но я могу поделиться тем, что видела. Я знаю не всё, но… хм, часы…

Юн Га Ыль закрыла глаза и сосредоточилась. С тех пор как она слилась со своей другой сущностью, ей иногда вспоминались моменты, которые ей не принадлежали.

Она направила свои мысли, словно рисуя ментальную карту: часы, разрушенный мир, конец, J, Ли Са Ён…

Внезапно в её сознании зажёгся яркий свет. Юн Га Ыль открыла глаза. Её руки светились яркими цветами. Она поспешно схватила Ча Ый Джэ за руку. Тот сначала взглянул на неё с недоумением, но вскоре понял и закрыл глаза. Юн Га Ыль сделала то же самое. Их сознания начали погружаться всё глубже, в далёкое место.

— Ты хочешь встретиться с Ли Са Ёном?

Влажный, приглушённый голос раздался в ослепительно белом пространстве. После шороха бумаги резкий голос отозвался:

— Зачем тебе искать этого парня, который никогда не выходит из дома? Просто считай, что он мёртв.

— Пчела.

— Что? Разве я не права?

— Успокойся.

— Отвечай мне, Пэ Вон У! Я не права?

— Поговорим снаружи. Пошли, пошли.

Массивная тень увела резкий голос прочь. Когда Юн Га Ыль моргнула, она оказалась в тёмной комнате, окружённой книжными стеллажами. Мерцающий свет свечей отбрасывал мрачные тени, искажая их в гротескные формы.

— …

— Как бы грубо она ни говорила, Пчела права.

Хриплый, надтреснутый голос раздался в комнате. Человек захлопнул книгу. Непослушные белые волосы, растрёпанные и дикие, свисали на его лицо. Ча Ый Джэ поднял взгляд, и его глаза расширились.

Это был Нам У Джин — но совсем не такой, каким он его помнил. Тело Нам У Джина выглядело иссохшим, почти мумифицированным. Из его горящих, бледных глаз с трудом можно было понять, что перед ними всё ещё тот человек, которого они знали. Его хриплый голос прошептал:

— Когда я составляю планы, я исключаю его. Он больше не ценен как ресурс.

— …

— Возможно, всё было бы иначе, если бы J всё ещё был с нами. Но…

Его костлявые пальцы прижались к виску. После слабого кашля из его рта начала вытекать белая жидкость, сопровождаемая металлическим запахом крови. Хотя она и была белой, сомнений не оставалось — это была кровь. С трудом, но он закончил фразу:

— …У нас больше нет J.

— Вы в порядке? — стоя рядом с Ча Ый Джэ, обеспокоенно спросила Юн Га Ыль. Она теперь выглядела старше, взрослой — такой, какой она появлялась в обрывках видений. Нам У Джин вытер рот и ответил:

— В порядке? Нет, я просто добросовестно умираю, день за днём.

Нам У Джин тяжело откинулся на спинку кресла.

— Но не волнуйтесь. Я продержусь столько, сколько смогу.

— …

— Если я умру, это место тоже рухнет… Так что я выдержу. Хотя, кажется, части его уже начали разрушаться.

Ча Ый Джэ огляделся. Библиотека, полная книг — это должна быть гильдия Совон. Но почему её хозяин был в таком слабом состоянии? И тут Ча Ый Джэ понял правду.

Невозможно исцелять других, не платя за это цену.

Способность Нам У Джина лечить, несомненно, отнимала часть его собственной жизни. Таков был закон системы.

Юн Га Ыль стиснула губы так сильно, что они чуть не начали кровоточить. После долгих колебаний, сжимая и разжимая руки, она наконец заговорила, её голос был неуверенным:

— Если, гипотетически…

— …

— Просто гипотетически…

— …

— Что, если мы уже пережили конец света, а прямо перед тем, как всё закончилось, время было отмотано назад… и так мы оказались здесь? Что бы вы об этом подумали?

Нам У Джин пробормотал, не открывая глаз:

— Если бы это было правдой…

— …

— Тогда мы уже потерпели поражение.

Наступила тяжёлая тишина. Юн Га Ыль, напрягшись, продолжила, её голос звучал напряжённо:

— Но… что если мы могли бы снова вернуть время назад?

Глава 203

Нам У Джин медленно моргнул. Юн Га Ыль крепко сжала кулаки.

— Я… вы, возможно, мне не поверите, но я видела предыдущий мир. Он был немного другим, не таким, как наш… но мы были там, и конец всё равно настал. J отчаянно боролся… и проиграл. А потом они повернули время назад. С помощью часов.

— …

— В самый последний момент часы, которые держал J, не разбились. J был последним, кто держал их… Если мы найдём те часы, возможно, мы тоже сможем повернуть время назад. У нас появится ещё один шанс.

Юн Га Ыль закончила говорить, тяжело дыша. Нам У Джин сделал глубокий вдох. Казалось, даже дышать было для него тяжело, но он заставил себя ответить.

— Если это возможно…

— …

— Это будет чудом.

— …

— А сейчас… нам нужно чудо. Но…

Его горящие белым глаза тихо смотрели на Юн Га Ыль. Её сжатые кулаки дрожали. Нам У Джин слегка наклонил голову. Его скелетные пальцы едва заметно шевельнулись.

— Ты колеблешься.

Юн Га Ыль прикусила губу. Нам У Джин выдохнул тяжело, закрыв глаза.

— Конечно, ты колеблешься. Повернуть время назад — это значит отказаться от этого мира…

— …

— Так вот, моё мнение.

Нам У Джин медленно сложил свои скелетные руки.

— Мы не можем отказаться от этого мира, основываясь только на нашем суждении. Люди всё ещё борются с концом. Мы не можем просто бросить его.

Юн Га Ыль открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла его. Нам У Джин, казалось, едва не задремал.

— Я понимаю, о чём ты думаешь. Ты задаёшься вопросом, какой смысл бороться, если мы всё равно не сможем победить конец… если всё будет уничтожено.

— Да, это так.

— Но.

Нам У Джин положил острый подбородок на руку. Кривая улыбка появилась на его измождённом лице.

— Наш провал станет основой для успеха. Я верю в это.

— …

— Ты ведь смогла найти способ благодаря этому, не так ли? Я не знаю, как, но ты видела, как J использовал часы как последний шанс.

— …

— Давай оставим это тоже в качестве последнего шанса.

Его глаза, горящие белым, обшарили пространство и вдруг застыли на чём-то. Прямо там, где стоял Ча Ый Джэ. Мог ли он его видеть? Нет, это было невозможно.

Затем на безжизненном лице Нам У Джина появилась яркая улыбка. Его иссохшие губы шевельнулись.

— Конец приходит тихо. Без причины и цели. Он просто наступает. Чтобы забрать жизнь у всего. Как будто это естественный порядок. Словно стихийное бедствие.

— …

— Его нельзя избежать. Но мы можем сократить ущерб.

— …

— Чтобы понять как… мы должны продолжать бороться до самого конца.

Его иссохший палец указал на Ча Ый Джэ. Шёпот Нам У Джина прозвучал, как удар молнии.

— Мы это выясним.

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись.

Пи-и-и! Раздался оглушительный сигнал клаксона. Ча Ый Джэ резко вдохнул и вернулся в реальность. Грузовик выехал на дорогу, заполненную машинами. Это была не тёмная библиотека. Ча Ый Джэ быстро повернулся вправо. Юн Га Ыль, которая до этого лежала обмякшая, слабо застонала и открыла глаза.

— Ах… что?

Юн Га Ыль заморгала, оглядываясь, затем встретилась взглядом с Ча Ый Джэ. Её рот приоткрылся. Она неловко почесала голову.

— Мы… мы видели…

— …

— Одно и то же… правда?

— …Наверное.

Ча Ый Джэ неподвижно смотрел на дорогу, заполненную машинами. «Мы это выясним». Последние слова Нам У Джина эхом отдавались по всему его телу. Он чувствовал это инстинктивно.

Эти слова явно были обращены к нему.

«Он говорил со мной…»

Ча Ый Джэ крепче сжал руль.

***

Мальчик в белом халате торопливо шёл по коридору. Каждый раз, проходя мимо кого-то, он кланялся, и ему отвечали тем же. Чем дальше он заходил, тем меньше людей встречалось. Когда поблизости не осталось никого, он открыл дверь в конце коридора и начал спускаться по бесконечной лестнице.

Внизу находилась плотно запертая железная дверь. Мальчик поднёс ключ-карту к считывателю рядом с ней. Глухой звук… Железная дверь медленно открылась.

Это была огромная тюрьма.

Руки, покрытые шипами, тянулись из-за решёток, расположенных по кругу вокруг хирургического стола в центре.

— Эй, дай пять.

Кто-то присел перед решётками и хлопнул ладонью по шипастой руке. Изнутри раздался вой. Под тусклым светом люминесцентных ламп стоял мужчина в белом халате с длинными белыми волосами, а рядом — женщина с кепкой, натянутой низко на лицо. Мальчик достал из кармана папку.

— Мастер, пришло письмо из Бюро управления пробуждёнными.

— Просто оставь его вон там.

Нам У Джин кивнул подбородком. Женщина пожала плечами.

— Я могу подытожить. Они хотят, чтобы ты присутствовал на следующем общем собрании.

— Значит, ты тоже получила?

— Наверное, они разослали всем, кто обычно участвует. И, кстати, перестань играть с этими беднягами и иди сюда, хорошо?

— Я просто развлекался, они выглядели такими скучающими ~

Мужчина, сидевший на корточках у решёток, поднялся. Его светло-голубые волосы мерцали при свете, становясь белыми. Гю Гю — Пан Гю Мин, засунул руки в карманы своей куртки с меховой отделкой и, развязно двигаясь, подошёл ближе.

— Если честно, даже превратившись в такую мерзость, их можно назвать людьми…

Лязг—

Прозвучал резкий металлический звук. Острие светящейся рапиры остановилось прямо у его горла. В глазах Пчелы вспыхнул убийственный блеск. Гю Гю поднял руки в знак капитуляции. Голос Пчелы прозвучал низким, угрожающим рычанием.

— Подбирай слова…

— …Чуть не допустил ошибку. Извини?

Нам У Джин, занятый своим делом, раздражённо бросил:

— Хватит ссориться, идиоты. Я не могу сосредоточиться.

— А, моя вина.

— …

Пчела вздохнула и опустила рапиру. Нам У Джин цокнул языком от раздражения и продолжил свою работу. На хирургическом столе, освещённом тусклым светом, лежал Мэтью. Хотя из его тела торчали шипы, он всё ещё сохранял человеческий облик. Пчела нервно кусала ноготь большого пальца.

— …Как он? Есть какие-то улучшения? Вы думаете, это сработает?

— …

— Я использовал всё, что было в списке, который дал Ли Са Ён. Собрал всё, что смог. Если это не сработает…

— Пчела.

Нам У Джин вздохнул, выпрямляясь.

— Не переживайте слишком сильно. Спешка тут не поможет.

— Но…

Пчела пробормотала слабым голосом, а затем глубоко вздохнула. Она громко хлопнула себя по щекам, чтобы прийти в себя.

— Нет, доктор прав. Нет смысла волноваться. Мэтью не проснётся только из-за того, что я так переживаю.

— …

— Мне лучше пойти. Нужно подготовиться к собранию. Я рассчитываю на вас в уходе за Мэтью.

— Понял. Оставь его на меня.

Пчела развернулась, направляясь к железной двери, но, уже подойдя к ней, обернулась. Гю Гю всё ещё стоял на месте. Пчела нахмурилась.

— Почему ты не идёшь?

— А? Мне тоже нужно?

— Наш контракт ещё не закончился. За мной!

— Ладно, ладно… понял ~

Гю Гю коротко кивнул Нам У Джину и последовал за Пчелой. Железная дверь закрылась с тяжёлым глухим звуком. Через несколько шагов мальчик спросил тихо:

— Есть что-то, чем я могу помочь?

— Пока нет.

— Вы в порядке?

— …В порядке.

Нам У Джин тихо кашлянул, его плечи дрогнули.

— Это странно…

Чистые глаза мальчика засверкали, ожидая, что тот скажет ещё что-то.

Нам У Джин поднял руку к свету, льющемуся с потолка. Она выглядела иссохшей, как у мумии. Кожа плотно прилегала к костям, едва удерживаясь. Он моргнул и снова открыл глаза. Его рука выглядела нормальной. Иллюзия? Галлюцинация? Он сделал жест за спиной, и к нему подошла небольшая фигура.

— Как я выгляжу?

— Рост 178 сантиметров, стройное телосложение, длинные белые волосы, очки, белые глаза, небольшая сутулость…

— Нет, нет, не это.

Нам У Джин сжал и разжал кулак. Его рука снова выглядела как у мумии. Или, может быть, его глаза обманывали его? Он повернулся. Мальчик всё ещё стоял на месте, ожидая команды. Нам У Джин широко развёл руки и спросил:

— Я выгляжу, как мумия?

— Нет, мастер. Ваш вес уменьшился примерно на 300 граммов с прошлого месяца, но видимых изменений во внешности нет.

— …Правда?

— Да. Что-то не так?

— Возможно.

Нам У Джин огляделся и взял скальпель, чтобы направить отражённый свет себе в глаза. На него смотрело лицо — кожа сжалась на костях, глазницы были глубоко запавшими. Только глаза, горящие белым пламенем, оставались неизменными. Нам У Джин вздохнул и пробормотал себе под нос:

— Что бы это ни было, что-то пошло совсем не так.

Глава 204

Бюро управления пробуждёнными сегодня особенно бурлило из-за предстоящей генеральной ассамблеи. И среди хаотичного центра здания быстро передвигалась одна фигура.

Тук, тук, тук… Трость стучала по полу, а шаги звучали эхом в коридоре. Это были Хам Сок Джон и Чон Бин. Люди торопливо склоняли головы, но Хам Сок Джон лишь кивала и быстро проходила мимо. Её шаги были уверенными, и если не приглядываться, то едва можно было заметить, что она слегка прихрамывает. Когда они вошли в более тихий коридор, она обратилась к Чон Бину, который шёл следом на шаг позади.

— Как продвигается подготовка к генеральной ассамблее?

— Мы на финальной стадии. Большинство подтвердили своё участие, а J также сообщил, что придет. Хон Ё Сон выразил интерес к посещению, так что я планирую скоро сопроводить его.

— Хех, кто бы не захотел прийти, если это значит сбежать с горы? Хотя это он сам попросил запереть его там.

— Ха-ха, разве не в природе человека стремиться к свободе?

— Ещё что-нибудь важное?

— Ах, поступил контакт от гильдии Падо.

— О чём?

— Они сообщили, что Пчела… уничтожила всю исследовательскую лабораторию. Да, Ли Са Ён также предупредил, что отслеживать следы станет ещё сложнее.

Чон Бин передал ей папку. Хам Сок Джон слегка нахмурилась, взяв папку, и быстро перелистала страницы.

— Пчела? Был ли когда-нибудь охотник из гильдии HB, который стал мутантом?

— О таких случаях не сообщалось. Гильдия Падо также не предоставила причин. Однако…

— Если задуматься.

— Да?

Хам Сок Джон остановилась.

— Я давно не слышала от Мэтью.

— …

— Этот парень раньше каждую неделю слал приветствия, без исключений.

— …

— Итак, бывают моменты, когда ты тоже выглядишь раскрасневшимся.

Хам Сок Джон с улыбкой подняла уголки рта.

— Долго ещё будем притворяться?

— Я не притворялся. Я собирался доложить, но…

Но директор… Чон Бин проглотил слова, которые чуть не сорвались с его уст.

Хам Сок Джон была человеком, которая удерживалась в должности директора исключительно благодаря своим способностям и хладнокровию. После Дня перемен, когда J обнародовал себя, Хам Сок Джон начала проявлять признаки беспокойства. Она стала заметно чувствительнее, когда речь заходила о J и разломе в Западном море. Были моменты, когда она смотрела в пустоту или не могла сдерживать эмоции, до такой степени, что даже занятый Чон Бин не мог этого не заметить.

Однако с того дня, как J посетил её, она, казалось, вернулась к своему прежнему состоянию. Или, возможно, стала ещё более отстранённой.

Чон Бин склонил голову.

— Прошу прощения. Я хотел учесть чувства директора, и это задержало мой доклад.

— В следующий раз докладывай сразу. Даже если я вне себя, у меня всё ещё хватает ума слушать.

— …Понял.

— Теперь рассказывай, что происходит. Что случилось?

— Да. Мэтью стал зависим от наркотика. К счастью, его тело не мутировало, но он лишился разума. Я использовал свою способность, чтобы изолировать его в подвале гильдии Совон.

— И каково его текущее состояние?

— Без изменений. Доктор Нам У Джин пытается провести детоксикацию, но пока это позволяет лишь поддерживать статус-кво. Пчела, похоже, ищет материалы в исследовательских лабораториях.

— Когда началась зависимость?

— Ну, Пчела подозревает Сон Джо Хона. Она сказала, что состояние Мэтью ухудшилось после сотрудничества с гильдией Самра, но без чётких доказательств это лишь подозрения.

— …Сон Джо Хон, значит.

Хам Сок Джон провела рукой по рукояти своей трости. Чон Бин терпеливо ждал, пока она заговорит. Её взгляд опустился, и она тихо пробормотала:

— Он не из тех, кто способен на такое.

Это было доверие к Сон Джо Хону? Ну, они работали вместе с самого основания Бюро управления пробуждёнными, так что она, вероятно, знала о нём то, чего Чон Бин не знал. Но то, что она сказала дальше:

— У него просто недостаточно смелости для подобного.

Чон Бин невольно сдержал улыбку, которая уже собиралась появиться на его лице. Хам Сок Джон, с серьёзным выражением лица, постукивала пальцами по рукояти своей трости.

— Сон Джо Хон амбициозен, но ему не хватает решительности. Он из тех, кто в первую очередь думает о собственной безопасности. Нет шансов, чтобы он рискнул на что-то настолько опасное, как отравление Мэтью, охотника третьего ранга. Тут должно быть что-то ещё…

— …

— Не мог он действовать один. Кто-то должен был нашептать ему эту идею.

— …Может быть, кто-то из фракции Прометея?

— …Ах, если бы.

Хам Сок Джон холодно улыбнулась.

— Было бы прекрасно, если бы все проблемные оказались в одной куче.

Вернув папку Чон Бину, Хам Сок Джон снова пошла вперёд, как вдруг раздался вибрирующий звук. Она вытащила телефон из кармана и, взглянув на экран, на мгновение выражение её лица изменилось — в нём появилась тень любопытства.

— Почему этот нарушитель спокойствия звонит первым?

— Кто это?

— Кто ещё мог бы вот так внезапно позвонить?

Она показала Чон Бину экран телефона. Увидев имя, он неловко улыбнулся.

[Нарушитель 1]

Хам Сок Джон поднесла телефон к уху и, пропустив любые приветствия, начала с шутки:

— Видимо, завтра солнце взойдёт на западе, раз ты первый решил мне позвонить.

Грубоватый, низкий голос ответил без лишних церемоний. В его тоне звучало недовольство.

— J?

— J…

Хам Сок Джон обернулась к Чон Бину и беззвучно прошептала: «J сказал, что он придёт?» Внимательно прочитав по её губам, Чон Бин покачал головой. Она опустила взгляд и улыбнулась.

— Ах, J. Да, а что с J?

— Он сказал, что собирается встретиться с вами.

Чон Бин закатил глаза, стараясь сдержать смешок. J сегодня совсем не появлялся. С ним точно не могло быть никаких проблем, значит, он просто солгал и улизнул куда-то ещё.

Плечи Чон Бина слегка дрогнули. Его коллега был чересчур смелым, даже слишком. Лгать одновременно и директору, и Ли Са Ёну? А если их поймают, каковы будут последствия?

Губы Хам Сок Джон изогнулись в улыбке.

— Я вот что спрашиваю: почему звонишь мне, а не J?

— Ха… Потому что он не отвечает, поэтому я звоню вам.

— Надо будет сказать J, чтобы он больше никогда не отвечал на твои звонки. Так приятно получать твой звонок вот так.

— Заткнитесь.

Ли Са Ён резко зарычал, но Хам Сок Джон, не обратив внимания, продолжила:

— Не будь таким подозрительным. Нужно уметь отпускать вещи.

— …

— Я, конечно, сообщу тебе, так что просто подожди. Давно не виделись, есть о чём поговорить.

Щелк.

Звонок оборвался внезапно, без прощания. Хам Сок Джон посмотрела на телефон и широко улыбнулась.

— Нужно будет поблагодарить J. Наконец-то есть повод его подразнить. Раньше он был как деревянная палка — совсем не весело.

— Ха-ха…

Чон Бин неловко рассмеялся. Когда они с трудом научили Ли Са Ёна контролировать свои способности и привели его в Бюро управления пробуждёнными, тот был воплощением прямолинейности. Кто бы не обращался к нему, он не отвечал и даже не смотрел в их сторону. Только с такими, как Чон Бин или Пэ Вон У, он изредка обмолвливался парой слов.

То же самое было и с директором, Хам Сок Джон. Когда она говорила с ним, Ли Са Ён лишь кивал, не произнося ни единого слова. Пэ Вон У и Чон Бин часто оказывались в замешательстве, пытаясь за его спиной жестикуляцией заставить его включиться в разговор.

Может, это была настороженность, может, нехватка социализации, а может, как говорили некоторые, обыкновенная гордость…

— Ну, факт, что J сюда не приходил, придётся держать в секрете. Рассчитываю, что ты это уладишь.

— Да.

Хам Сок Джон снова начала медленно идти. Чон Бин подстроился под её слегка замедленный шаг.

— Иначе они могут больше никогда ко мне не прийти.

***

Тем временем в грузовике. Оба всё ещё находились в шоке и не могли прийти в себя. Юн Га Ыль нервно тёрла головой о стекло окна, а Ча Ый Джэ, схватившись за руль, смотрел прямо перед собой, словно погружённый в свои мысли. Несмотря на то, что и водитель, и пассажир были явно не в себе, грузовик продолжал плавно двигаться самостоятельно. Красный хвост золотой рыбки покачивался в воздухе. Ча Ый Джэ, который рассеянно смотрел на хвост, внезапно поймал себя на мысли.

«Подождите».

Он просто хотел выяснить, откуда они узнали про часы, но вместо этого услышал загадочное сообщение. От Нам У Джина. Что же теперь делать? Следует ли ему отправиться к Нам У Джину? Но у Нам У Джина нет способностей, как у Юн Га Ыль, так что знает ли он вообще что-то? Голова казалась затуманенной, будто мысли парили в воздухе. В этот момент телефон в его кармане коротко завибрировал. Ча Ый Джэ достал телефон.

— …

Он с изумлением увидел 12 пропущенных вызовов.

И что ещё хуже, все вызовы были от…

[Са Ён]

«Чёрт возьми, этот парень сошёл с ума?» Ча Ый Джэ потёр руку, покрытую мурашками. Он пробыл в воспоминаниях Юн Га Ыль всего около двадцати минут. И всё же Ли Са Ён не смог выждать эти двадцать минут и позвонил двенадцать раз!

Однако вскоре мурашки сменились другой тревогой. Постойте, а не позвонил ли он уже директору? Если директор скажет что-то вроде: «J? Он ещё не прибыл?», хотя он и не думал, что директор такое сделает. Мозг Ча Ый Джэ начал работать быстро. В этот момент зазвонил его второй телефон. Тот, который для него настроил Со Мин Ги.

[Директор прикрыла тебя. Не знаю, что происходит, но надеюсь, всё уладится.]

Это было сообщение от Чон Бина.

Ча Ый Джэ выдохнул с облегчением и уткнулся лбом в руль.

— …

И тут он подумал.

«Раз уж я выиграл немного времени, мне, наверное, стоит отправиться в гильдию Совон, да?»

Глава 205

Ча Ый Джэ поочередно смотрел на два телефона. Двенадцать пропущенных вызовов от Ли Са Ёна и сообщения от Чон Бина. Он тяжело вздохнул и опустил лоб на руль, размышляя. Больше всего на свете он хотел бы помчаться в гильдию Совон и допросить Нам У Джина, спросить, знает ли тот хоть что-то. Но…

«Делай, что хочешь. Потому что теперь в тебе пустила корни нерешительность».

Голос Ли Са Ёна, звучащий в такие моменты, был единственной цепью, сковывающей Ча Ый Джэ.

«Да, хорошо. Ты победил, Ли Са Ён».

Ча Ый Джэ поднял голову. Юн Га Ыль смотрела на него тревожным взглядом. Сняв кепку, которую сдвинул, когда облокачивался на руль, он заговорил.

— Га Ыль, тебе есть куда пойти?

— Куда пойти? Ну… наверное, домой?

— Твои родители не подумают, что это странно?

— О, они оба на работе, так что…

— Тогда я тебя подброшу.

— Что? Эм… ну, я не уверена, но… разве у вас нет других дел?

— Есть, но…

Ча Ый Джэ пробормотал, проводя большим пальцем по экрану телефона с пропущенными вызовами Ли Са Ёна.

— Кто-то ждёт.

— …

Он протянул ей второй телефон.

— Можешь дать мне свой номер? Я свяжусь с тобой, если появится что-то новое.

— О, хорошо.

Юн Га Ыль быстро набрала свой номер. Ча Ый Джэ сохранил его и коротко вздохнул.

***

Высадив Юн Га Ыль, Ча Ый Джэ припарковал грузовик в переулке на некотором расстоянии от гильдии Падо. Технически, это не он парковал, а золотая рыбка.

Надев маску и переодевшись, он отпустил грузовик, который сам уехал с помощью способности золотой рыбки. Эта способность была действительно удобной. Облизнув губы, Ча Ый Джэ направился к зданию гильдии Падо.

Как только Ча Ый Джэ вошёл в вестибюль, хотя никто не осмелился подойти к нему, он сразу почувствовал это — взгляды всех присутствующих в комнате были прикованы к нему. В них не было злобы или враждебности, только любопытство. Всё-таки он был ранкером номер один и фигурой громкого скандала с главой гильдии.

«Чёрт.»

Ча Ый Джэ достал из внутреннего кармана пиджака ключ-карту и провёл ею по считывателю на входе. Это была временная карта. Казалось, шёпот вокруг него становился громче, но он сделал усилие, чтобы игнорировать его, быстро скрывшись из виду.

Раньше, когда Ли Са Ён спал, Ча Ый Джэ пользовался частной задней дверью гильдии благодаря помощи Пэ Вон У. Для J не было ничего хорошего в том, чтобы задерживаться в одном месте слишком долго. Однако Ли Са Ён запретил использовать заднюю дверь и вместо этого выдал ему ключ-карту.

— С этого момента используй главный вход.

— …

— Хм… почему у тебя такое лицо?

— Меня устраивает и так.

— Разве не лучше ходить уверенно? Ты ведь не крыса…

«Ты, мелкий…»

Если бы не эта последняя фраза, это могло бы остаться довольно тёплым воспоминанием. Но Ли Са Ён всегда умудрялся добавить что-то лишнее, чтобы его раздражать.

Ча Ый Джэ вошёл в лифт, вставил ключ-карту и нажал кнопку верхнего этажа. Вид за окнами лифта стремительно отдалялся. Как только двери открылись, он почувствовал чьё-то присутствие.

— О? Это же J! — Кан Джи Су энергично помахала рукой. Пэ Вон У и Кан Джи Су сидели на корточках перед офисом главы гильдии. Ча Ый Джэ слегка кивнул и, подходя, задал вопрос:

— Что вы тут делаете?

— Глава гильдии выгнал нас.

— …

— Кажется, у них там какое-то совещание. А вы где были, J?

— Эм… ну, в Бюро управления пробуждёнными.

— Уф.

Кан Джи Су сделала вид, будто её сейчас стошнит, а Пэ Вон У посмотрел на него с каким-то странным сочувствием. Неужели Бюро настолько ужасное? Проведя большую часть своей охотничьей жизни, работая с Бюро, Ча Ый Джэ только наклонил голову.

— Почему?

— О, просто каждый раз, когда мы туда попадаем, нас грузят кучей нотаций, а потом ещё и штрафы выписывают. Капитан Чон Бин… короче, он страшный, когда злится.

— Да, директор тоже реально страшная.

— Хм, я тоже так думаю.

Точно. Ча Ый Джэ вспомнил свой разговор с Хам Сок Джон. Та упоминала, что Чон Бин и Пэ Вон У привели Ли Са Ёна. Значит, Пэ Вон У тоже работал с Бюро? Раз Ча Ый Джэ ничего об этом не знал, это, должно быть, было после разлома в Западном море. Он задал вопрос.

— Директор сказала, что вы были частью Бюро управления пробуждёнными, работая с Чон Бином.

— Правда? Ха… ну, официально я там не числился, — Пэ Вон У неловко почесал затылок с кривоватой улыбкой. — Из-за разлома в Западном море… в общем, не хватало людей, поэтому они привлекали охотников. Это было что-то вроде работы наёмника.

— Понятно…

— Тогда я немного поработал с капитаном. Потом мы нашли Ли Са Ёна, и, когда этот мальчишка сказал, что хочет основать гильдию, я пошёл за ним.

— Почему?

Кто-то вроде Пэ Вон У мог бы получить достойное место даже в самом Бюро. С его опытом он мог бы присоединиться к любой уважаемой гильдии. Так почему он пошёл за новичком, только что пробудившимся Ли Са Ёном? Пэ Вон У огляделся вокруг, прежде чем неловко улыбнуться.

— Ну… я беспокоился о его здоровье, да и… у него была большая мечта.

— Мечта?

— Он сказал, что собирается заново открыть закрытые разломы.

— …

— Разве это не необычная идея? Открывать закрытые разломы. Такое может прийти в голову только ребёнку, а не закостенелым умам взрослых.

Заново открыть закрытый разлом. Любой с элементарным здравым смыслом понимал бы, что это значит.

«Открытие разлома в Западном море».

И то, что находилось внутри…

В этот момент дверь бесшумно открылась. Появилась голова с чёрными волосами в солнцезащитных очках. Со Мин Ги. Он посмотрел на двух сидящих перед дверью и на стоящего рядом J, а затем сказал:

— Глава гильдии просит передать заместителю главы, что он слишком много болтает о прошлом, потому что он старый. Хватит уже.

— Эй! Скажи это кому-нибудь другому, и тебя мигом затравят за то, что назвал их старым!

Чёрная голова исчезла за дверью, но снова появилась.

— Он говорит, что ему всё равно.

— Ах, серьёзно.

— А ещё глава гильдии просит, чтобы заместитель главы Пэ Вон У и охотница Кан Джи Су вернулись на свои посты. А J должен зайти внутрь.

— Видите? Он опять хочет заполучить J только для себя!

— Глава гильдии! Ты знаешь, что должен закончить все документы до конца дня, правда?

— Он говорит, чтобы вы уже проваливали.

— Вот ведь… кажется, он просто использует главу гильдии как оправдание, чтобы говорить то, что ему хочется.

— Да, я о том же думала, Джи Су.

— Он говорит, чтобы вы заткнулись.

— Эй, пойдём со мной. Это уже смешно.

— Ненасилие… ай!

Со Мин Ги выволокли, потянув за галстук. Даже в этот момент, когда его тащили, он успел встретиться взглядом с Ча Ый Джэ и подмигнуть сквозь тёмные очки. Зачем он это сделал? От этого жеста Ча Ый Джэ стало не по себе. Слегка кивнув, он осторожно вошёл в приоткрытую дверь.

В просторном кабинете главы гильдии Ли Са Ён сидел за своим столом. На нём была рубашка без галстука, а рукава закатаны до локтей. Он листал какой-то файл, но поднял взгляд, когда Ча Ый Джэ вошёл. Может, дело было в непривычной одежде? Почему-то Ча Ый Джэ почувствовал себя напряжённым. Взгляд Ли Са Ёна медленно скользнул от головы Ча Ый Джэ до его ног, и фиолетовые глаза за очками сузились.

— Похоже, ты весело проводил время? Не отвечая на мои звонки.

Подперев подбородок сцепленными пальцами, он заговорил. Ча Ый Джэ, ощущая странное чувство обороны, ответил более резко, чем обычно:

— Эй, как я мог взять трубку, разговаривая со старшими?

— Я беру трубки.

Потому что ты грубиян. Ча Ый Джэ едва сдержал эти слова. Ли Са Ён поправил съехавшие очки и снова подпер подбородок руками. Длинные пальцы перебирали ручку.

— И что?

— Что «и что»?

— О чём вы говорили?

Почему казалось, что Ли Са Ён уже всё знал? Ча Ый Джэ почесал затылок и ответил:

— Просто о старых временах. А что?

— Мог бы и мне рассказать… Я тут весь день заперт.

Ли Са Ён поманил его рукой. Ча Ый Джэ цокнул языком.

— Что, так рукой махать на старшего?

— Так ты идёшь или нет?

— …

Когда Ча Ый Джэ всё же двинулся к нему, из губ Ли Са Ёна вырвался тихий смешок. Ча Ый Джэ остановился напротив него, стол разделял их. Это только казалось, или взгляд Ли Са Ёна действительно был насмешливее обычного? Ча Ый Джэ нервно сглотнул. Бледная изящная рука протянулась к нему, ладонью вверх. В центре этой красивой, бледной ладони тянулся длинный тонкий шрам.

— …Что?

— Твою руку.

Он хочет его руку? Ча Ый Джэ положил свою ладонь на ладонь Ли Са Ёна. Ли Са Ён снял очки, отложил их в сторону и мягко потянул руку Ча Ый Джэ к себе. Затем он прижал её к своей щеке, закрыв глаза. Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Холодная, мягкая щека заполнила его ладонь, а лёгкое щекотание ресниц, касавшихся его пальцев, вызывало тревожные чувства. Его губы дрогнули, пытаясь что-то сказать.

— Теперь я чувствую себя немного лучше…

Наблюдая, как Ли Са Ён отдыхает, положив лицо на его руку, Ча Ый Джэ ощутил тёплое, мягкое чувство где-то глубоко внутри, как лёгкий весенний ветерок. Он крепко сжал другую руку, спрятанную за спиной. Но.

— …Однако.

Зубы Ли Са Ёна легко коснулись мясистой части его ладони. Ча Ый Джэ нахмурился. Что теперь? Ли Са Ён медленно открыл глаза.

— Ты ел что-то с Хам Сок Джон? Что-то вроде уличной еды?

Ах, черт.

— Пахнет сладким…

Конечно, пахнет, он же сто раз перемешивал ттокпокки этой рукой!

Ча Ый Джэ ответил спокойно, стараясь сохранить непринуждённость:

— Да, поел в одной из уличных закусочных неподалёку.

— Понятно… Значит, хорошо поел. Учитывая, что ты был в маске.

— …

Когда Ча Ый Джэ неловко отвернулся, Ли Са Ён укусил его за запястье. Это не было больно. Ли Са Ён с удовлетворением посмотрел на слабые следы от зубов на запястье Ча Ый Джэ, а затем специально тяжело вздохнул.

— Если честно, ты всё время врёшь… И делаешь это ужасно.

— Что?

— Неважно. Ладно, спущу это с рук. Даже не буду спрашивать, чем ты занимался.

Что происходит? Да ладно. Что он опять задумал? Ча Ый Джэ с подозрением смотрел на Ли Са Ёна. Тот только улыбнулся, мягко поглаживая руку Ча Ый Джэ.

— Но.

Как и ожидалось, что-то здесь не так. Этот парень никогда не спустил бы подобное так легко. Ча Ый Джэ пристально посмотрел на Ли Са Ёна через маску, ожидая, какую нелепую просьбу он выдвинет на этот раз. Ли Са Ён переплёл их пальцы, поднеся руку Ча Ый Джэ к своим губам.

— На генеральную ассамблею войдёшь со мной.

— …

— В одежде, которую я подготовил.

Ча Ый Джэ ощутил, как губы Ли Са Ёна изогнулись в улыбке, касаясь тыльной стороны его руки.

— Не как мой секретарь, а как J.

Глава 206 - Конец

Генеральная ассамблея.

С момента Дня перемен это мероприятие было учреждено Хам Сок Джон для решения быстро меняющихся ситуаций. Место, время и участники каждой встречи варьировались. Большую часть времени оно проводилось Бюро управления пробуждёнными с приглашением охотников, но иногда организаторами выступали отдельные лица или гильдии.

В конференц-зале гильдии Падо в огромном пространстве находились всего три человека: Ча Ый Джэ, Ли Са Ён и Пэ Вон У. Ча Ый Джэ сидел скованно на центральном месте, держа в руках планшет. Пэ Вон У стоял за трибуной, объясняя суть собрания. Ча Ый Джэ был уверен, что уже слышал это раньше, но Пэ Вон У настаивал на том, чтобы пройтись по деталям ещё раз.

Ли Са Ён сидел немного в стороне от Ча Ый Джэ, наполовину слушая, наполовину занимаясь оставшимися делами. По сути, это была лекция для одного человека — исключительно для Ча Ый Джэ.

«Уф, слишком много давления».

Ча Ый Джэ делал вид, что записывает что-то на планшете, притворяясь заинтересованным. Благодаря маске хотя бы никто не видел, насколько он отвлечён. Пэ Вон У указал указкой на экран.

— Я участвовал, пока Са Ён был без сознания, помните? Это было четыре или пять собраний за последние три месяца, — сказал Пэ Вон У, загибая свои массивные пальцы.

— По моему опыту, вместо главы гильдии обычно участвует их непосредственный заместитель. Чаще всего это заместитель главы гильдии. Похоже, что и Директор не ожидает многого.

— Все охотники, которые посещают собрания, ранкеры?

— Да. Приглашают только ранкеров, связанных с повесткой. Влиятельных охотников приглашают неоднократно. Есть несколько постоянных членов из гильдий Совон, Падо, Самра, HB и других.

— Кажется, они в основном зовут представителей крупных гильдий.

— Но всё это удивительно секретно и настойчиво. Сначала отправляют официальные документы с разным содержанием, а затем связываются лично. Многие игнорируют первый контакт, поэтому они упорно продолжают.

— О чём они говорят на этих встречах?

— Ах… Обсуждать всегда есть что. В прошлый раз генеральная ассамблея разгорелась из-за эродированного подземелья. Это была одна из главных тем.

Пэ Вон У нахмурился, почесав затылок.

— Исследователи из Бюро управления разломами запросили разрешение на изучение эродированного подземелья. Причём они даже не собирались делать это бесплатно: предлагали оплатить использование, поэтому мы согласились.

— Понятно.

— Но гильдия Самра наотрез отказалась допустить их к своему подземелью. Я имею в виду, мы ведь не требовали передать его в собственность! Всего лишь провести исследование.

Внезапно в голове Ча Ый Джэ всплыло улыбающееся лицо Сон Джо Хона. Когда-то он считал, что Сон Джо Хон — надёжный человек. Бывший военный, у которого на лице была написана вся тяжесть его опыта. Для школьника он был самым надёжным взрослым. Однако, увидев его снова…

«…»

На экране планшета появилась толстая чёрная линия. Пэ Вон У тяжело вздохнул.

— В общем, это затянуло встречу ещё на час. Мне было так скучно, что я чуть не умер.

— То есть в итоге это просто место, где собираются и болтают.

— Да, именно так. Место, где люди играют в игры власти, чтобы не потерять свои позиции. Ну, J, вам, наверное, об этом беспокоиться не стоит!

Пэ Вон У поднял палец вверх. Это имело смысл. В конце концов, терять ему было нечего. Когда защищать особо нечего, жить становится проще. Ча Ый Джэ положил планшетный стилус с лёгким стуком. Перелистывая файлы, Пэ Вон У пробормотал:

— Следующая Генеральная ассамблея, похоже, будет посвящено борьбе с «Предсказателями конца света». Это те, кто портит репутацию охотников, сеет недоверие и раздор… Кажется, их влияние растёт.

— …

— Наверное, они также обсудят похищения охотников… Похоже, в этот раз соберётся много людей.

— Много охотников похищают?

— Да, немало. В основном это одиночки или охотники из мелких и средних гильдий. Когда они исчезают… ну.

Пэ Вон У оборвал свою мысль, громко прокашлявшись. Ча Ый Джэ крепче сжал планшет.

Русский охотник, медведь.

Появившийся весь в шипах, уродливый и изувеченный, как монстр. Он наверняка стал таким. Ча Ый Джэ мельком посмотрел на Ли Са Ёна. Его чёрные волосы мягко спадали, кожа была бледной. Если бы Ли Са Ён тоже стал таким, не выдержав жестоких экспериментов, если бы его тело и разум были разрушены…

Если бы единственным выходом осталось убить его.

— …

Словно почувствовав взгляд, Ли Са Ён поднял голову. Он моргнул и беззвучно произнёс губами: «Что?» Ча Ый Джэ покачал головой, как бы говоря, что всё в порядке, и снова взял стилус.

Корни обеих групп были одинаковыми — Прометей. Люди, которые выступали за то, чтобы остановить апокалипсис не с помощью силы системы, а человеческими усилиями.

Чтобы предотвратить апокалипсис, сначала нужно, чтобы он наступил.

— …

Что за странное чувство? Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза, когда вдалеке раздался раскат грома.

***

Ш-ш-ш… Ливень обрушился на землю. Капли дождя падали с листьев: кап-кап, стекая вниз. Глубоко в лесу, куда не ступала нога человека, на густой траве вдруг появились двое. Это был мужчина средних лет в костюме, а рядом с ним — молодой человек с зонтом. Молодой человек недовольно пробурчал:

— Эх, чёрт… куда мы попали?

— Согласно GPS… мы на Инвансане, глава гильдии.

Молодой человек убрал устройство и покачал головой.

— Инвансан — это же место, куда ходит куча людей… Как они нашли такой отдалённый уголок? Понимаю, что дождь, но уж больно тихо.

— Наверное, это работа мастера.

— Простите?

— Те, кто бывал на Выставке мастера, говорят, что каждому предоставляли личные комнаты ожидания. Даже в субпространстве. Думаю, это было сделано, чтобы избежать конфликтов.

— …Значит, это место — тоже субпространство мастера?

— Скорее всего. В плане безопасности трудно найти место лучше.

— Как-то жутковато…

— Жутко, говоришь?

Молодой человек сгорбил плечи, но мужчина средних лет только фыркнул и двинулся вперёд. Молодой человек поспешил за ним, стараясь прикрыть его зонтом.

— Вы хоть знаете, куда идти?

— Ты не видишь впереди тот свет? Думаю, это там.

— Ах.

Как он и сказал, в темноте леса вдали показался дом, излучающий слабое зелёное сияние. Охотничий ID, висевший на шее молодого человека, выглянувшего вперёд, мелькнул в свете. На нём было написано:

«Рю Хан Бэк».

— Да, глава гильдии.

Внезапно сильная рука схватила Рю Хан Бэка за воротник, притянув его ближе. От неожиданности его глаза широко распахнулись. Глава гильдии прошептал с явным раздражением, почти выплёвывая слова:

— Я взял тебя с собой, потому что последний исчезнувший был твоим близким другом… но не вздумай выделываться. Понял?

— …

— Ты здесь как свидетель на встрече, где собираются лучшие охотники. Обычно ты бы даже не знал о существовании этого собрания… Ты здесь только как свидетель. Поэтому никаких вмешательств — просто стой смирно.

— …Понял.

— Отлично, правильный ответ…

Рю Хан Бэк медленно кивнул. Глава гильдии отпустил воротник, разгладил помятый пиджак молодого человека и хлопнул его по плечу.

— Давай сделаем все хорошо, ладно?

— Да!

— Тогда пойдём.

Расстояние, которое казалось далёким, оказалось ближе, чем ожидалось. Иллюзия? Рю Хан Бэк закрыл зонт, осматриваясь, и стряхнув с него капли дождя. Глава гильдии открыл дверь старого деревянного дома. Скрип-скрип… Звук старых половиц прозвучал особенно громко, а перед ними открылся…

— …

— Хм, ну это…

Перед ними была огромная комната для собраний с круглым столом. Она была слишком просторной, богато украшенной, чтобы быть частью ветхого деревянного дома. Мерцающие огоньки свечей на стенах создавали дрожащий свет. В этот момент кто-то протянул руку к главе гильдии.

— Вы пришли, глава гильдии Магок.

— О, ах, охотник Чон Бин. Рад вас видеть.

Чон Бин, как всегда безупречно одетый, тепло улыбнулся. После лёгкого рукопожатия он указал на место за круглым столом.

— Ваше место там, глава гильдии. Позвольте, я провожу.

— О, да, благодарю.

Звуки и ощущения от шагов по скрипучему деревянному полу были такими яркими, что место казалось абсолютно реальным. Рю Хан Бэк, слегка приоткрыв рот, осматривался по сторонам. Глава гильдии осторожно спросил:

— Это… пространство, созданное мастером?

— О, да, верно. Кто знает, какой фэнтези фильм мастер посмотрел на этот раз… Хотелось бы, чтобы он делал вещи попроще.

Голос Чон Бина затих. На его лице, обычно добродушном, вдруг появилась тень беспокойства. Глава гильдии нахмурился и снова спросил:

— Простите?

— Ха-ха, ничего. Пожалуйста, присаживайтесь. Встреча скоро начнётся.

После того как он проводил их, Чон Бин отправился поприветствовать других гостей. Глава гильдии сел и огляделся. Рю Хан Бэк остался стоять за его спиной. Как и сказал Чон Бин, большинство мест уже заняли ранкеры.

Хон Ё Сон пускал пузыри в воздухе, Пчела сидела, низко натянув шляпу, Гю Гю развалился в кресле, зевая, а Нам У Джин нахмурил брови, выглядя усталым.

Даже Директор уже была на месте, но любопытно, что места по обе стороны от неё оставались пустыми.

«Они всегда оставляют эти места пустыми?»

Пока Рю Хан Бэк задавался этим вопросом, дверь со скрипом открылась.

Атмосфера мгновенно изменилась.

— …

— Скандальная парочка прибыла.

Все взгляды обратились в одну точку. Глухой звук. Тяжёлые ботинки ударили о пол. Ли Са Ён, как всегда, был в противогазе и длинном плаще. Его одного хватало, чтобы подавить окружающих, но аура, исходившая от фигуры позади него, была почти удушающей.

Игнорируя холодный пот, стекавший по спине, Рю Хан Бэк уставился на дверь. Ли Са Ён, обменявшись несколькими словами с Чон Бином, отступил в сторону.

И затем,

Из темноты появилась черная маска.

Глава 207

Зал погрузился в тишину.

Его пепельно-серые волосы под светом казались белоснежными, а лицо и выражение скрывала таинственная чёрная маска. Он был аккуратно одет в идеально сшитый костюм. Звук его шагов по мраморному полу разносился чётко и отчётливо. Его темп был ни слишком быстрым, ни слишком медленным.

Человек, который невольно привлекал к себе внимание. От него исходил ледяной холод и некая давящая аура, происхождение которой было непонятно.

«…»

Он доказывал это. Что он самый сильный человек здесь.

Просто своим присутствием.

Щёлк. Звук его шагов прекратился. Застыв на месте, J оглядел зал. Рю Хан Бэк внезапно задумался. Что он мог сейчас думать? Считает ли, что не принадлежит к этому месту?

На удивление, его догадка была наполовину верной.

Ча Ый Джэ думал:

«Какого чёрта... Почему конференц-зал выглядит так?»

Не только это напоминало зал заседаний круглого стола из какого-нибудь низкобюджетного фэнтези-фильма, но и вид напряжённых ранкеров, сидящих в кругу, был не менее нелепым. Неважно, что здесь находились Чон Бин и Хам Сок Джон, пока вся эта группа суперхомяков собралась вместе, проблемы были неизбежны.

«Я хочу домой».

Ча Ый Джэ бросил взгляд на идеально сидящий на нём костюм и тяжело вздохнул. Учитывая, через какие мучения он прошёл, чтобы сшить этот костюм, просто уйти домой сейчас было бы невозможно. Почему? Да потому что пришлось иметь дело с каким-то сумасшедшим ради этого!

Ча Ый Джэ украдкой взглянул на Ли Са Ёна. За стёклами противогаза его глаза смеялись.

***

Перед генеральной ассамблеей Ли Са Ён и Со Мин Ги суетливо звонили туда-сюда, задавая вопросы. Только Ча Ый Джэ остался без дела. Он сидел на диване, обняв подушку, и поочерёдно переводил взгляд с одного на другого. Как только Ли Са Ён закончил звонок, Ча Ый Джэ ухватился за момент и спросил, скорее недовольно:

— А нельзя ли мне просто надеть тот костюм, что ты дал мне в прошлый раз?

— Ни в коем случае…

— Верно, клиент… то есть, J. Прошу, будьте разумны. Если вы сделаете хоть одно резкое движение, он порвётся.

— Но ведь он не порвался.

Костюм и обувь, которые Ли Са Ён дал ему, были бережно сложены и хранились в его однокомнатной квартире в ресторане с похмельным супом. На всякий случай он даже отправил их в химчистку! Зачем тратить деньги зря? Просто надеть снова. Этот парень, зарабатывающий такие деньги, похоже, совсем не понимает ценности денег. Пока Ча Ый Джэ продолжал ворчать, Ли Са Ён громко вздохнул, специально, чтобы он услышал, и прищурился.

— Ты, видимо, не понимаешь, насколько у Чон Бина острый взгляд.

— …

— Просто будь тихим и следуй за мной.

— …

— Если, конечно, ты не хочешь, чтобы он понял, что тот секретарь — это ты.

— Хм? …Хмф.

Со Мин Ги мельком взглянул на Ча Ый Джэ из-за своих солнцезащитных очков и молча кивнул, что ещё больше раздосадовало Ча Ый Джэ. Через мгновение Со Мин Ги убрал телефон от уха и сказал:

— У Пак-щи освободилось место. Кто-то отменил бронирование, так что появилось окно.

— На какое время?

— Через час.

— Едем.

Внезапно его тело окутала темнота. Когда он открыл глаза, то оказался внутри фургона. Ли Са Ён сидел рядом, закинув ногу на ногу, будто привык к такому виду транспорта. А нормально ли так перемещаться, словно его похитили? К сожалению, фургону было всё равно на его мнение, и он тронулся.

Примерно через 30 минут фургон остановился в узком переулке. Там была дверь, освещённая мигающим янтарным светом. Задняя дверь? Перед дверью стоял высокий человек — женщина с длинными волосами, собранными в пучок, и шалью, накинутой на плечи. Со Мин Ги первым вышел из водительского кресла, а Ли Са Ён прошептал Ча Ый Джэ:

— Жди здесь.

Когда Ча Ый Джэ кивнул, Ли Са Ён вышел из фургона. Через приоткрытую дверь раздался весёлый высокий голос:

— Ах, охотник Со Мин Ги и охотник Ли Са Ён! Сколько времени прошло! Хм, я так скучала, вы ведь так редко заглядываете.

— Давно не виделись, Пак-щи.

— Охотник Со Мин Ги! Давно не виделись. Я пристально слежу за InHeart. Похоже, ваши круги под глазами стали ещё хуже. Не думала, что они могут стать темнее, чем в прошлый раз.

— Правда?

Ча Ый Джэ осторожно выглянул из-за тонированного стекла. Госпожа Пак смеялась, болтая с Со Мин Ги. Ли Са Ён, который стоял, сунув руки в карманы плаща, чуть наклонил голову.

— Когда всё будет готово?

— Ох, дорогой! Костюм и пара обуви, верно? И снова вы сами выберете ткань и материал?

— Да.

— Раз вы пришли через заднюю дверь в такой спешке, это срочный заказ…

Госпожа Пак закрыла глаза, будто погрузившись в размышления, а затем широко улыбнулась.

— Я закончу к завтрашнему дню. Как вам?

— Подойдёт. И ещё…

Ли Са Ён бросил взгляд через приоткрытую дверь. Судя по движениям внутри, несколько сотрудников находились прямо за входом. Он слегка кивнул подбородком.

— Уберите всех.

— Всех?

— Остаётесь только вы. Остальные — вон.

— Это конфиденциальный заказ?

— Самый секретный из всех, что я доверял вам.

— …

Когда госпожа Пак постучала в дверь, все шумные звуки мгновенно исчезли. Одновременно с этим тень Со Мин Ги накрыла фургон и вход. Внезапно наступившая тьма оставила лишь тусклый свет по обе стороны двери. Ли Са Ён открыл дверь фургона и встретился взглядом с Ча Ый Джэ. Его глаза, видневшиеся через линзы противогаза, сузились, словно пытаясь его успокоить. Он распахнул дверь шире.

— Выходи.

Ча Ый Джэ вышел из фургона. Его пепельно-серые волосы, под светом приобретающие лёгкий янтарный оттенок, колыхались на ветру. Когда госпожа Пак увидела его серые волосы и чёрную маску под ними, её глаза широко распахнулись. Она прикрыла рот, лишившись дара речи.

— Ох ты боже мой, ох ты боже мой…

— Буду благодарен, если вы сможете закончить как можно скорее.

— Вы всегда умудряетесь меня удивить. А теперь ещё привели такую известную личность…

Госпожа Пак распахнула дверь настежь. Несмотря на узкий вход, пространство внутри оказалось огромным и просторным. Возможно, дверь вела на склад. Все полки, уходящие высоко под потолок, были забиты вещами. В воздухе витал плотный запах монстров.

Госпожа Пак быстро прошла внутрь, и её голос звучал глухо, словно она говорила издалека.

— Раз уж у нас такой выдающийся гость, придётся подобрать материалы соответствующего уровня. Так… Что у нас есть?

Они прошли мимо нескольких складских помещений, прежде чем добрались до большой комнаты, заполненной столами, стойками с одеждой, манекенами и примерочными. Со Мин Ги, осматривая один из столов, спросил:

— Материалы из кракена уже пришли?

— Материалы из кракена недавно использовал другой клиент.

— Кто?

— Охотник Пчела что-то делала с ними.

— Так я и думал.

Ча Ый Джэ рассеянно оглядывался вокруг. Разве в обычных магазинах накапливают столько материалов из монстров? Постойте, а они тут вообще действительно делают одежду? Он толкнул Ли Са Ёна, стоявшего рядом, и прошептал:

— Я думал, только Хон Ё Сон может создавать экипировку?

— Хм… Это немного другое.

Ли Са Ён жестом указал на Со Мин Ги, давая понять, что тот объяснит. Со Мин Ги, как обычно, ответил своим механическим тоном:

— Мастер создаёт что-то абсолютно новое с нуля. Эти магазины модифицируют внешний вид уже существующей экипировки или улучшают одежду с помощью материалов из монстров — кожи, перьев, сердец, когтей… Это скорее доработка того, что уже есть.

— Вы абсолютно правы!

Госпожа Пак, появившаяся с полными руками вещей, присоединилась к разговору. Она разложила свои находки на столе и приложила к манекену красную кожаную ткань с огненной чешуёй.

— Вот так~ Мы выбираем материалы и добавляем их в костюм, сшитый на заказ. У каждого материала из монстра свои уникальные свойства. Предметы из подземелий часто бывают… ну, странными, знаете ли?

Действительно. Ча Ый Джэ вспомнил награду из высокоуровневого подземелья, где обитали ядовитые жабы. Экипировка представляла собой плотный плащ с наложением фиолетовых, жёлтых и зелёных узоров, постоянно покрытый слизью. Это был предмет A-класса, и его защита от газа была на высшем уровне, но никто не хотел его носить.

— В наши дни охотники хотят сочетать моду и функциональность. Представьте это как пуленепробиваемый жилет охотника с дизайнерским штрихом.

Действительно. Ча Ый Джэ кивнул, а госпожа Пак, подперла ладонью щеку и тихо пробормотала:

— Создание экипировки — это удел мастера… Мы занимаемся скорее модификацией и улучшением, а не созданием.

Понятно. Пока Ча Ый Джэ кивал с пониманием, госпожа Пак хихикнула:

— Вы намного мягче, чем я ожидала, J-ним.

— …Простите?

Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза, но Ли Са Ён, скрестив руки, быстро вмешался:

— Это всё? Все материалы?

— О! У меня есть ещё. Я просто принесла самые заметные, A-класса и выше. Вот кожа велоцираптора — лёгкая, гибкая, идеально подходит для маневренных движений.

Ли Са Ён, слегка наклонив голову и кивнув, выразил своё мнение. Руки госпожи Пак были быстрыми, но оценки Ли Са Ёна были ещё быстрее. Как судья, он тщательно критиковал каждый материал.

— Материал так себе.

— Какая польза от кожи монстра третьего уровня?

— Дальше.

— Цвет не подходит.

— Это ему не идёт.

— Это лучшее, что у вас есть?

— Хм…

— Оно того не стоит.

С каждой лёгкой критикой даже профессиональная улыбка госпожи Пак постепенно исчезала с её лица.

Глава 208

— Ха-ха, у вас, без сомнения, проницательный взгляд.

— Я с этим родился.

Между госпожой Пак и Ли Са Ёном вспыхнуло напряжение. Улыбка Ча Ый Джэ тоже исчезла — хотя он и так редко улыбался. Он бросил взгляд на Со Мин Ги. Что с ним? Со Мин Ги, словно поняв без слов, одними губами ответил.

«Он всегда такой».

В то же время Ли Са Ён пожал плечами.

— Это затруднительно… Пак-щи.

— Ох, боже… Что вы имеете в виду?

— Так вести бизнес нельзя.

Ли Са Ён тяжело вздохнул и бросил кусок кожи, с которым возился, как будто прикоснулся к чему-то неприятному. Он театрально отряхнул руки. Глаза Ча Ый Джэ расширились. Что это за бандитский тон? Для него, приверженца традиций, сцена выглядела слишком вызывающе. Хотя госпожа Пак казалась старше Ли Са Ёна, он вел себя так дерзко только из-за её ранга?

Заметив напряжение, Со Мин Ги быстро схватил за плечи дёргающегося Ча Ый Джэ и прижал его руку вниз, чтобы тот не начал показывать пальцем. Между тем, Ли Са Ён продолжал говорить без остановки. Скрестив руки, он разочарованно вздохнул.

— Качество материалов… не кажется ли оно вам чересчур посредственным? Я уверен, в хранилище нашей гильдии полно такого.

— …

Его голос звучал ровно из-за противогаза.

— Тогда зачем мне вообще приходить сюда, к Пак-щи… Я искал что-то особенное.

Разве это не просто потому, что здесь было свободное время? Ча Ый Джэ бросил взгляд на Со Мин Ги. Со Мин Ги безмолвно кивнул, хотя Ча Ый Джэ так и не понял, что это означало. Ли Са Ён постучал по фильтру своего противогаза и пробормотал себе под нос.

— Возможно, мне стоит пересмотреть эту сделку.

— …Нет!

Госпожа Пак, которая всё это время держала голову опущенной, резко подняла её. В её глазах вспыхнула решимость. Похоже, её задели за живое.

— Почему вы принимаете такое решение так быстро? Я ещё не показала вам и десятой части того, что у меня есть.

— Правда?

Ли Са Ён усмехнулся.

— Тогда покажите всё… Я заплачу столько, сколько это стоит.

— Уверены в своих словах?

Ли Са Ён ухмыльнулся, слегка подняв подбородок.

— Разве я стал бы говорить то, чего не смогу выполнить?

— …Ха, хорошо. Тогда просто сидите и смотрите!

Госпожа Пак поправила свою шаль и исчезла в узком коридоре. Просторная мастерская опустела, остались только они втроём. Со Мин Ги, который до этого сдерживал Ча Ый Джэ, наконец отпустил его плечи и руки. Ли Са Ён поднял клык размером с его лицо и щёлкнул языком.

— Ц-ц… Что я должен делать с этим?

— Почему? Разве это не круто?

— …Это? Круто? Ты серьёзно?

Ли Са Ён посмотрел на Ча Ый Джэ, будто услышал что-то абсурдное. Ча Ый Джэ моргнул. Разве клык не крутой? Он такой первобытный… Со Мин Ги пробормотал низким серьёзным голосом.

— Это плохо. Эстетическое чувство клиента… оно полностью в стиле старой школы охотников.

Ли Са Ён облокотился о стол, опустив голову. В его голосе звучала явная досада.

— Ха… это худший случай. Как его вкус может быть точно таким же, как у Чон Бина?

— Ты сейчас издеваешься надо мной, да? Кажется, ты намеренно ставишь меня в один ряд с Чон Бином, чтобы оскорбить.

— Прости? Ничуть. Я восхищался классическим вкусом J и нашим государственным служащим чувством эстетики.

— Что за чушь ты несёшь!

Ли Са Ён сделал вид, что не слышит, отвернув голову. Эти люди… Больше я не могу терпеть. Ча Ый Джэ наконец-то начал показывать на них пальцем, чего не делал раньше.

— Эй! В моё время носили всё, что выпадало из подземелья! Даже если это был обтрепанный наряд, похожий на воздушный шарик, если он был эффективным, его надевали! Нечего было разбираться в эстетике! Жизнь на кону! Вы, дети, избалованы!

— Конечно, конечно, понял, дедушка.

— Дедушка? Дееедушка? Да ты всего на четыре года моложе меня, сопляк!

— Конечно, если ты так говоришь…

Со Мин Ги шагнул между ними, пытаясь разрядить обстановку.

— Ладно, ладно, давайте закончим на этом. J, как насчёт того, чтобы показать нам своё превосходное чутьё на материалы и выбрать что-нибудь самому?

Со Мин Ги мягко подтолкнул Ча Ый Джэ в спину. Тот резко ответил:

— Выбрать что?

— Ну, как вы сказали, если внешний вид не важен, лишь бы характеристики были хорошие, то у вас должно быть лучшее чутьё на материалы, чем у нас.

— …

— Почему бы не попробовать? Хранилище Пак-щи, говорят, полно интересных вещей.

Чёрт. Ну, он не мог же устроить сцену в чужой мастерской. Ча Ый Джэ бросил злобный взгляд на Ли Са Ёна, который всё ещё был занят копанием в материалах на столе, и направился к полкам.

Полки, тянущиеся до самого потолка, были забиты коробками, тканями, кожей, костями, зубами, когтями и магическими камнями, всё в хаотичном беспорядке. На первый взгляд это выглядело как свалка хлама. Его охватило странное чувство дежавю. Где он видел такие заваленные полки раньше?

«Постой».

Разве мастерская Хон Ё Сона в первом мире не выглядела точно так же?

Ча Ый Джэ быстро осмотрелся. Неужели госпожа Пак всегда так небрежно относится к своим вещам? Он обернулся к Со Мин Ги, который следовал за ним.

— Пак-щи… она всегда так плохо организует свои вещи?

— Хм? Нет. Её другие хранилища хорошо организованы. Похоже, только эта мастерская такая.

— …

— Думаю, это может быть связано с тем, что здесь ей нужно быстро доставать материалы. Или, может, у неё своя система.

Просто совпадение?

Ча Ый Джэ вытащил наполовину открытую коробку и заглянул внутрь. Внутри валялись мелкие вещицы, покрытые пылью. Он уже собирался потерять интерес и вернуть коробку на место, как что-то блестящее привлекло его внимание.

— …

Ча Ый Джэ быстро отодвинул мусор в сторону. В углу коробки находился…

«Осколок?»

Он поднял его. Похоже, это был сломанный фрагмент чего-то, возможно, бусины. Гладкая поверхность была покрыта мелкими трещинами, а острые края выглядели так, будто могли порезать при неосторожном обращении. Ча Ый Джэ поднял осколок к свету. Белый фрагмент мерцал под лампами на потолке. Хотя он никогда не видел ничего подобного, это не казалось ему чужим. Странное дежавю.

Пока Ча Ый Джэ разглядывал осколок, к нему подошёл Со Мин Ги и спросил:

— Что это?

— Не знаю.

В этот момент звук чего-то тяжёлого, что волокли по полу, приблизился, и стало ясно, что кто-то подходит. Госпожа Пак, толкая тележку, доверху наполненную материалами, остановилась у стола, словно вытирая воображаемую каплю пота. Увидев, что держал Ча Ый Джэ, она удивлённо подняла брови.

— О? Это…

— Вы знаете, что это такое?

— Должно быть, оно здесь уже давно. Я купила эту мастерскую у другого владельца, и это был один из материалов, оставшихся от него.

— От предыдущего владельца?

— Хм… Ох, странно? Я не совсем помню… но он был немного чудаком.

Госпожа Пак попыталась что-то вспомнить, но вскоре покачала головой.

— Как странно… В общем, это было одним из оставленных предметов. Я собиралась выбросить его, так как он выглядел как сломанный осколок, но однажды он просто исчез. Так вот где он оказался.

Ча Ый Джэ снова посмотрел на осколок. Глянцевая белая поверхность, казалось, переливалась волнообразным сиянием, которое то вспыхивало, то исчезало. Каждый раз, когда он замечал этот свет, его сердце начинало бешено биться. Это была тревога? Беспокойство? Нервозность? Он не мог сказать.

Пока госпожа Пак переносила материалы с тележки на стол, она улыбнулась и сказала:

— Похоже, он вас заинтересовал?

— …

Ли Са Ён мельком глянул на Ча Ый Джэ, пожал плечами и продолжил внимательно осматривать новые материалы. Госпожа Пак обратилась к Ча Ый Джэ:

— Ха-ха, можете забрать его, если хотите ~ Я всё равно собиралась его выбросить. Это не так уж много, но считайте это подарком для нового клиента.

— Вы уверены?

— Конечно.

Она подмигнула. Ча Ый Джэ крепко сжал осколок в руке, прежде чем убрать его в инвентарь. Звук, с которым осколок столкнулся с другими предметами, прозвучал чётко.

***

«…А потом всё вышло из-под контроля».

Вспоминая об этом, он почувствовал лёгкую грусть. Среди материалов, которые госпожа Пак принесла во второй раз, оказалось немало вещей, которые привлекли внимание Ли Са Ёна. Ли Са Ён и госпожа Пак долго обсуждали, сравнивая разнообразные материалы с манекеном.

Почему они так много суетятся из-за одного наряда? Разве нельзя просто снять мерки и закончить на этом? Ча Ый Джэ пришлось оставаться рядом с Со Мин Ги до тех пор, пока их обсуждение не закончилось. Если быть точным, у него просто не было шанса вмешаться. Это было отдельное пространство, доступное только тем, кто искренне увлечён модой.

— Ты здесь, J.

Пока Ча Ый Джэ был погружён в свои мрачные мысли, первым его поприветствовал Чон Бин. Очнувшись, Ча Ый Джэ слегка поклонился в ответ.

— Здравствуй.

— Сложно было добраться?

— Нет, я просто использовал свиток. Но конференц-зал…

— Ха-ха, это просто вкус Хон Ё Сон-щи.

Чон Бин неловко улыбнулся и указал на свободные места по обе стороны от Хам Сок Джон.

— Ваши места там.

— Она действительно старается произвести впечатление.

Пробормотал раздражённым тоном Ли Са Ён. Ча Ый Джэ пожал плечами и жестом указал Ли Са Ёну занять своё место.

Глава 209

Когда двое приблизились, Хам Сок Джон мягко улыбнулась.

— Вы здесь. Костюм тебе к лицу.

Ча Ый Джэ никак не отреагировал, лишь молча поклонился. В формальной обстановке лучше говорить как можно меньше — это было правилом выживания, которому научила его Хам Сок Джон. Она постучала по сиденью справа от себя. Ча Ый Джэ, не раздумывая, сел на указанное место. Однако…

Рука внезапно схватила его за предплечье. Перчатка крепко сжала его.

«Что за…?»

Вместо того чтобы сесть, Ли Са Ён наклонил голову с явным вызовом и скрестил руки, открыто выражая недовольство.

— Как щедро… рассаживать всех за столом.

— Я расставляла места тщательно. Знаешь, не стоит сажать рядом тех, у кого натянутые отношения.

Как доказательство её слов, Пчела и Гю Гю сидели как можно дальше от Хам Сок Джон. Когда взгляд Ли Са Ёна пересёкся с Гю Гю, тот схватился за плечи, будто готов был расплакаться. Но, когда Чон Бин наклонился и что-то прошептал ему на ухо, Гю Гю расслабился. Пчела же смотрела на них с презрительной усмешкой.

Хам Сок Джон наблюдала за происходящим с расслабленной улыбкой.

— Ты что, расстроился из-за того, что не можешь сесть рядом с парнем, который избегал тебя последние три месяца? Не нравится?

— С каких это пор мы стали так близки… Да какая разница.

Ли Са Ён кивнул в сторону Ча Ый Джэ.

— Я привёл его сюда… Так что должен сидеть рядом с ним.

С какого это перепугу?

Ча Ый Джэ широко распахнул глаза от удивления на слова Ли Са Ёна. Хам Сок Джон усмехнулась.

— Вот в чём дело?

— Он бы сюда не пришёл, если бы не я.

Какая наглая самоуверенность!

Хам Сок Джон покачала головой в неверии.

— С каких это пор вы двое стали такими близкими… Ладно, делай как хочешь.

Она махнула рукой, словно говоря: «Делай что угодно». Однако Ча Ый Джэ совсем не хотел сидеть рядом с Ли Са Ёном под наблюдением всех присутствующих. Он уже собирался отказаться, но тут его взгляд встретился с убийственным взглядом Ли Са Ёна. Его фиолетовые глаза источали угрозу. Ча Ый Джэ едва удержался, чтобы не выругаться.

«Что за чёрт с ним опять творится?»

И снова. В очередной раз настроение Ли Са Ёна было перекручено, словно пружина. Любопытные взгляды обратились в их сторону. Хон Ё Сон даже откуда-то достал попкорн и начал жевать его. Его чрезмерно чуткий слух уловил каждое шептание; я думал, это просто показуха, а они, оказывается, действительно близки? Он так схватил J. Значит, слухи правдивы…

Если он продолжит слушать, его терпение окончательно иссякнет. Стиснув зубы, Ча Ый Джэ тихо прошипел так, чтобы только Ли Са Ён его услышал.

— Заткнись.

Ли Са Ён отпустил его руку и перетащил стул, который стоял рядом с Хам Сок Джон, к себе, поставив его вплотную. Охотник, который должен был сидеть рядом с Ли Са Ёном, ахнул от шока и тут же отодвинул свой стул подальше. Следующий за ним поступил так же, затем ещё один — звук передвигающихся стульев, скрип и глухие удары раздавались вдоль линии, словно волна.

Одним движением Ли Са Ён заставил половину охотников в комнате сменить места. Он пожал плечами, отчего противогаз на его лице слегка перекосился, словно говоря: «Теперь доволен?»

«Да ничего тут хорошего!»

Ча Ый Джэ сжал дрожащие кулаки. Неспособный закричать, он направил весь свой гнев в напряжение рук. Когда он в последний раз испытывал такую злость на Ли Са Ёна? Вероятно, ещё в те дни, когда они встречались в ресторане похмельного супа, а Ли Са Ён портил его дела.

Но любое дополнительное внимание к нему сейчас стало бы только ещё большей обузой. Если он потеряет самообладание здесь, то уже завтра может появиться статья с заголовком вроде «J вырубает Ли Са Ёна в конференц-зале».

Ча Ый Джэ изо всех сил старался вести себя как обычно и сел на место, которое подготовил для него Ли Са Ён. Рядом с его ухом раздался тихий смешок.

И именно в этот момент…

— О, похоже, все уже собрались. Даже знакомые лица! Я не слишком опоздал?

— Нет, вы как раз вовремя.

— Ха-ха, вы, как всегда, усердно трудитесь. Ого, сегодня зал для совещаний впечатляет!

Сон Джо Хон вошёл в комнату с доброй улыбкой. К счастью, внимание всех переключилось на него.

Теперь, когда на них больше никто не смотрел, Ча Ый Джэ опустил руку под большой стол, вытянул указательный палец и сильно надавил им на бедро, выводя буквы прямо на коже, причиняя себе ощутимую боль.

«Хочешь умереть?»

Ли Са Ён резко повернулся к Ча Ый Джэ. Тот ответил ему яростным взглядом. Он никогда раньше так ненавидел маску, скрывающую его лицо, как сейчас. Глаза Ли Са Ёна сузились под линзами противогаза, словно он находил ситуацию забавной.

Вместо того чтобы что-то писать, пальцы Ли Са Ёна скользнули по бедру Ча Ый Джэ, игриво щекоча, вырисовывая хаотичные зигзаги, будто тестируя ручку или просто каракуля что-то бессмысленное.

— …

Подождите, это ведь…

Когда Ча Ый Джэ напрягся, Хам Сок Джон встала со своего места.

— Теперь, когда Глава гильдии Сон Джо Хон здесь и все собрались… Начнём совещание?

— …

— Не буду тратить ваше время. Обсудим самое важное и закончим быстро.

Сон Джо Хон ответил:

— Вот это мне нравится.

Хам Сок Джон холодно взглянула на Сон Джо Хона. Он поиграл ручкой своей трости и мягко улыбнулся.

— Ладно, давайте закончим с этим.

***

— О ~ эти неисправимые люди ~

Живая, задорная мелодия наполнила воздух. Шрррк, шрррк — точильный камень точил нож. Чан Ми Сук, слушая трот, затачивала лезвие, время от времени вытягивая шею, чтобы заглянуть наружу. Рыбный рынок, как всегда, находился в постоянном движении, но сегодня здесь было мало потерявшихся прохожих и покупателей, ищущих магазины.

— Сегодня как-то необычно тихо. Что происходит?

— Ах… там совещание.

— Совещание?

Она повернулась, чтобы взглянуть внутрь комнаты. В тускло освещённой комнате Скумбрия, одетый в рубашку и брюки, лежал, подложив под голову подушку, и что-то быстро печатал на телефоне. Из горизонтально удерживаемого устройства доносились звуки игры.

— Важные шишки собрались, чтобы шептаться между собой. Большинство наших постоянных клиентов, наверное, там.

— Почему ты не пошёл? Ты же, кажется, довольно высоко в рейтинге?

— Мы из непризнанной фракции, так что нам нельзя. Это место только для тех, кто из ортодоксального клана. Да и нет смысла идти — всё, что обсудят, мы потом и так узнаем.

Зевая, Скумбрия широко открыл рот и потянулся. Чан Ми Сук, наблюдая за ленью, неодобрительно цокнула языком.

— Почему ты здесь один? Где твой брат?

— Я вышел, чтобы милая Ми Сук не скучала. А хён до сих пор заперся у себя в комнате.

— Скажи ему, чтобы вышел на солнце.

— Ну что ты, ты же его знаешь. Для него выйти на улицу — целое событие.

В этот момент телефон Скумбрии громко завибрировал. Он быстро вскочил и поднёс его к уху. Теплым голосом он спросил:

— Привет, хён. Что случилось? Нужна помощь? Или… ты просто скучаешь по мне?

— Нет… что-то странное творится на улице.

— …Странное?

Скумбрия прищурил свои глубокие синие глаза. Надев обувь, он кивнул Чан Ми Сук и быстро пересёк переулок, спрашивая на ходу:

— Что ты имеешь в виду под «странное»?

— Т-там странные люди с плакатами. Они выстроились в линию от станции Норянджин до самого входа сюда.

— …

— Думаю, это Прометей.

Скумбрия остановился на месте. Его голос стал низким.

— Что написано на плакатах?

— Они говорят, что конец света можно остановить человеческими силами. И это не только здесь… они появились в других местах тоже.

— Где именно?

— В главных торговых районах.

— Они специально выбрали время, чтобы совпасть с генеральной ассамблеей?

Скумбрия грубо взъерошил волосы и побежал к выходу. Из телефона доносился дрожащий голос, шепчущий с явным замешательством:

— К-как они собрали столько людей? На сайте ничего не было про встречу.

— Сейчас не в этом дело, хён.

Выйдя за пределы выхода, он увидел…

Сотни людей в белом, выстроившихся в длинную, чёткую линию.

— Они в своём уме?

Скумбрия крепче сжал телефон. Лёгким движением пальцев он вызвал несколько золотых рыбок, которые медленно поплыли к толпе. Однако люди совсем не обратили на них внимания. Они стояли, как роботы, зловеще неподвижные. Несмотря на то что их было сотни, царила странная тишина, заставляющая сомневаться, живы ли они вообще.

Каждый из них держал одинаковый плакат, на котором красными буквами были выведены надписи:

[Спасём себя от апокалипсиса]

[Преодолеем конец света человеческими силами]

[Конец]

Конец?

Как только его взгляд упал на эти слова, перед глазами всё помутнело. Голова закружилась. Воздух вокруг стал ощутимо тяжелее.

— …Чёрт возьми.

Скумбрия выругался сквозь зубы, облокотившись на дверной косяк. Его замутило, словно его вот-вот вырвет. Зрение расплывалось. С трудом он сумел выдавить слова:

— Хён…

— Ч-ч-что случилось?

— Не выходи. Что бы ни случилось.

И затем…

Глухой удар.

Наступила жуткая тишина, такая, что не было слышно даже дыхания.

Глава 210

— Разбудите детей рядом с вами. Мы даже ещё не обедали, а они уже засыпают.

Щёлк — звук нажатия на кнопку ручки. Скрип-скрип — кто-то рисует на бумаге. Шелест — звук одежды, задевающей друг друга. Щёлк — закрылась крышка пудреницы. Хихиканье — тихий смех, поделённый вполголоса.

Даже во время урока в классе звучали всевозможные шумы, заглушая голос учителя.

«Я не могу сосредоточиться…»

Щёлк — грифель в механическом карандаше сломался. Юн Га Ыль тихо вздохнула и снова нажала кнопку карандаша. Пружина щёлкнула. После её пробуждения больше всего раздражало то, что она слышала всё, что не хотела. Подавляя желание закрыть уши, Юн Га Ыль мельком посмотрела в окно. Занавески трепетали от ветра, который проникал через приоткрытое окно.

Ветер внезапно стих, и занавески успокоились.

— …

Тэ Хён, сидевшая у окна, неподвижно смотрела наружу с каким-то странным, хмурым выражением лица. Она прикоснулась к своей шее. На что она смотрит? Что-то там есть? Юн Га Ыль последовала за её взглядом и посмотрела в окно. И тогда…

Она увидела группу людей, одетых в белое.

[Преодолеем конец света человеческими силами]

На мгновение её дыхание сбилось. Красные буквы ударили в глаза, словно молния. Конец. Инстинкт кричал: никто не должен это видеть. Но как? До конца урока ещё далеко.

В этот момент учитель постучал по доске.

— Так-так, хватит смотреть в окно, сосредоточьтесь на уроке. Там что, какой-то айдол появился?

Юн Га Ыль резко подняла голову. Но было уже поздно. Взгляды всех учеников уже были прикованы к окну. В тот же момент Юн Га Ыль с грохотом положила механический карандаш на парту. Это сводит меня с ума! Она вскочила на ноги. Однако…

— …

Она застыла на месте.

На небе светилась белая дыра, излучающая зловещий яркий свет. Смотреть на неё было больно, словно на солнце невооружённым взглядом. Юн Га Ыль прищурилась.

Третий апокалипсис, следовавший за двумя разрушениями. Хотя время было отмотано назад, душа оставалась прежней. А в ней запечатлён страх. Первобытный инстинкт.

Мурашки пробежали по коже. Желудок сжался, холодный пот скатился по виску. Все волосы на теле встали дыбом. Юн Га Ыль медленно осмотрелась. У всех были странные, тревожные выражения.

Кто-то потирал шею, кто-то — руки, другие закрывали глаза руками. Кто-то нервно притопывал ногами… все касались какой-то части своего тела. И никто, казалось, не замечал этого.

Юн Га Ыль потёрла грудь, но внезапно, словно очнувшись, отдёрнула руку. Сейчас не время для этого. Она поспешила к окну и резко дёрнула занавески. Раздался громкий звук, но никто не обратил внимания.

После того как она закрыла все окна, её руки сжали белую ткань. Она пыталась восстановить дыхание. В классе повисла странная, гнетущая тишина. Её зрение начало мутнеть. Я напугана?

Нет, это не я. Точнее, не та часть меня, которая осталась…

«Мне страшно…»

Юн Га Ыль, пережившая апокалипсис, была напугана. Инстинкт подсказывал ей: апокалипсис приближается.

Она поспешно достала телефон. Её зрение продолжало мерцать.

***

Бум —

Клубы белой пыли взметнулись, словно облака, и постепенно осели. Огромный козёл, оплетённый толстыми лианами, рухнул на землю. Кан Джи Су отряхнула руки, вынимая их из земли. Пэ Вон У опустил щит, который держал перед собой. Исследовательская группа, стоявшая в стороне, поспешила к козлу. Вслед за ними в спешке подбежали нанятые собиратели. Пэ Вон У почесал затылок.

— …Может, мне стоило пойти за ними?

— Зачем нам идти за ними, заместитель главы гильдии?

— Всё равно, отправлять Са Ёна одного немного беспокоит. А если он снова кому-нибудь плечо сломает…?

— Это… действительно повод для беспокойства, наверное.

Кан Джи Су почесала голову. На генеральной ассамблее вместо Ли Са Ёна, который находился без сознания, присутствовал Пэ Вон У. У него не возникло никаких проблем, поскольку он ладил с большинством охотников, а вот Ли Са Ён…

Пэ Вон У с тревогой бросил взгляд на Кан Джи Су.

— Он ведь не устроит потасовку, да?

— Это собрание проводит директор. Думаешь, она допустит такое поведение?

— Но всё же…

— Ты слишком переживаешь. Вместо того чтобы волноваться об этом, лучше подумай об обеде.

— Суп от похмелья…

— Фу, ресторан с супом от похмелья закрыт.

— Знаю. Поэтому я и остановился на полуслове.

Пэ Вон У выглядел обеспокоенным, наблюдая, как козла постепенно разделывают. Опытные собиратели аккуратно отделяли шкуру, рога, кости, органы и камни маны от козла. Исследовательская группа из гильдии Падо с нетерпением наблюдала за процессом, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Кан Джи Су зевнула от скуки и пробормотала:

— Давай просто сварим лапшу быстрого приготовления. Мне лень.

— Ладно…

— Постой, ты согласен на лапшу? Это на тебя не похоже. Всё ещё переживаешь из-за главы гильдии?

— Нет… Я просто боюсь, что директор может позвонить, если Са Ён устроит сцену. Мне этого не нужно…

— Мысли позитивно. Даже если бы ты был с ним, это бы не предотвратило инцидентов.

— Заместитель главы гильдии.

В этот момент к ним поспешил руководитель исследовательской группы. С головы до ног облачённый в плотный белый защитный костюм, он почтительно склонил голову, его глаза блестели от возбуждения.

— Мы завершили сбор! Спасибо, что привели нас сюда. Благодаря вам мы сможем собрать значительные сравнительные данные.

— А, ну, хорошая работа. Что-то ещё нужно проверить? В прошлый раз вы даже каменные обломки собирали.

— Ах, этим занимаются члены гильдии собирателей. Ха-ха, наконец-то дела пошли в гору. И всё благодаря вам, заместитель главы гильдии, что вы поддержали главу и добились одобрения найма.

— Да ладно, это глава гильдии подписал всё.

Пэ Вон У отмахнулся. Несмотря на возраст, руководитель группы сиял, как ребёнок.

— Я сразу же доставлю это в лабораторию для исследований. Ещё раз спасибо!

— Ладно, мы тоже отправляемся.

Они покинули подземелье лёгкими шагами и сели в фургон, припаркованный у входа. Пэ Вон У завёл двигатель и тяжело зевнул. Сидя на пассажирском месте, Кан Джи Су пожала плечами.

— Как насчёт пасты?

— Я не ем западную лапшу.

— Ладно. Тогда иди и наедайся банкетной лапшой.

Чёрный фургон плавно покатился по дороге. Кан Джи Су, скрестив ноги на пассажирском сиденье, начала искать рестораны в телефоне. Исключив всё «западное», она обнаружила, что вариантов осталось немного.

Конечно, ресторан с супом от похмелья был проверенным выбором, но она уже не могла на него смотреть из-за частых посещений. Кан Джи Су цокнула языком и подняла глаза. Машина двигалась подозрительно быстро.

— Ты что, заместитель главы гильдии, хочешь получить штраф?

— …

— …Заместитель главы гильдии?

Кан Джи Су взглянула в сторону. Лицо Пэ Вон У было болезненно перекошено. Капли холодного пота блестели на его висках. Его руки, сжимающие руль, заметно дрожали. И тут он рухнул на руль. Громкий сигнал клаксона разнёсся по воздуху.

— Чёрт возьми! Что за чертовщина…! Заместитель главы гильдии! Пэ Вон У! Эй, ты, мерзавец!

Кан Джи Су торопливо сунула руки под тело Пэ Вон У, чтобы ухватиться за руль. Пешеходный переход на перекрёстке был прямо перед ними. По какой-то причине на дороге были какие-то странные белые фигуры, но она не успела разглядеть их. Сейчас это было неважно. Она не могла допустить, чтобы фургон врезался в другие машины или сбил пешеходов!

— Чёрт, у меня даже прав нет!

Кан Джи Су стиснула зубы и изо всех сил дёрнула руль в сторону. Скрежет — её тело отбросило вбок. Внезапно перед ней выросли густые лианы, заслонив обзор. Её крик потонул в оглушительном шуме.

***

Ча Ый Джэ взглянул на наручные часы. К сожалению, время определить не удалось; стрелки просто двигались, не показывая ничего определённого. Под маской он надул щёки. Несмотря на то что это называлось «генеральной ассамблеей», встреча была хаотичной, с криками и постоянным повторением одних и тех же вопросов. Большинство жалоб исходило от представителей малых и средних гильдий, потерявших охотников. Кто-то повысил голос:

— В такой ситуации разве не Бюро должно вмешаться и найти решение? Что, вы собираетесь ждать, пока останутся только ранкеры? Низкоранговые охотники больше не считаются охотниками?

— Пожалуйста, успокойтесь…

— Не надо делать вид, что вы ничего не знаете! Люди уже насмехаются над нами, говорят, что похищенных охотников нам не жалко!

— Это вовсе не так. Я не знаю, откуда вы слышали такие слухи, но…

— Да-да, я понимаю ваше возмущение. Многие охотники из гильдий, связанных с нашей гильдией Самра, тоже были похищены…

Сон Джо Хон прервал речь с специально печальным выражением лица. Он поднялся и подошёл к охотнику, выразившему недовольство, сочувственно похлопав его по плечу.

— И я, и Бюро управления пробуждёнными приложили множество усилий, чтобы их отыскать, но нам не удалось найти никаких следов. Всё из-за нашей некомпетентности.

— …

— Я искренне прошу прощения за нас. Мне действительно очень жаль.

— Ох, нет, я не это имел в виду…

Сон Джо Хон низко поклонился. В то же время Хам Сок Джон заговорила:

— Похоже, гильдия Самра тоже не смогла их найти.

— …

Сон Джо Хон выпрямился и бросил острый взгляд на Хам Сок Джон. Она лишь покачала головой.

— Я имею в виду…

— Бюро управления пробуждёнными действительно идентифицировало группу, ответственную за похищения охотников. Однако мы не можем действовать необдуманно против них. Вы все знаете о наркотике, который сейчас распространяется среди охотников, верно?

— …

— Наверное, вы слышали о нём — о препарате, который, как говорят, дарит охотникам спокойный сон.

Ча Ый Джэ взглянул на Хам Сок Джон, затем перевёл взгляд на Чон Бина, стоявшего позади неё.

— Группа, похищающая охотников, и те, кто производит и распространяет этот наркотик, — это одни и те же люди.

Чон Бин тёр затылок.

— …

Нет, он не просто тёр затылок. Он сжимал шею, словно душил себя. Его лицо было странно бледным. Ча Ый Джэ быстро повернулся к Ли Са Ёну, сидевшему рядом с ним.

— …

Ли Са Ён сидел с опущенной головой, будто вот-вот собирался рухнуть на стол.

Глава 211

— Бюро управления пробуждёнными отслеживает группы, связанные с наркотиками, негативно влияющими на пробуждённых. Недавно они обнаружили, что две группы на самом деле раньше были одной и действуют с одинаковыми целями.

— Так кто эти люди? Чем они занимаются?

Ча Ый Джэ положил руку на бедро Ли Са Ёна под столом. Никакой реакции. Мышцы непроизвольно дёрнулись, и всё. Он что, дремал? Сложно было представить, чтобы кто-то заснул во время такого обсуждения.

«Что за…?»

Ча Ый Джэ перевёл взгляд на Чон Бина. Тот задумчиво теребил шею под воротником рубашки, казалось, даже не осознавая, что делает.

— Их имя…

В этот момент Ча Ый Джэ почувствовал лёгкую вибрацию в кармане. Он ожидал сообщение? Делая вид, что сосредоточен на разговоре, он украдкой проверил телефон. Это было сообщение от Юн Га Ыль.

Школьница Га Ыль: У нас большие проблемы. Конец близок.

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись.

Врууум.

Началось с лёгкой вибрации. Хам Сок Джон на мгновение застыла, а затем слегка поклонилась присутствующим в знак извинения. Наступила напряжённая тишина, но никто её не остановил. Она достала телефон. Ча Ый Джэ пристально наблюдал за ней, замечая отражение экрана в её тёмных глазах. Какое сообщение могла получить директор Бюро в этот момент?

«Конец».

Ча Ый Джэ быстро протянул руку и схватил Хам Сок Джон за запястье.

— Подождите секунду, директор!

Одновременно с этим…

Зазвучала какофония уведомлений.

Вибрации, звонки, мелодии — все смешались в хаотичный шум. Охотники, наблюдавшие за Хам Сок Джон и J, один за другим доставали телефоны. Даже Чон Бин, который рассеянно теребил шею, тут же проверил своё сообщение. Даже J не смог остаться равнодушным к такому наплыву уведомлений.

И затем…

Тишина.

Застывшее молчание. Хам Сок Джон, Сон Джо Хон, который до этого сверлил её взглядом, Гю Гю, зевавший от скуки, и Хон Ё Сон, складывавший из раздаточных материалов фигурки, — никто из них не шевелился.

Вместо этого они начали касаться разных частей своих тел. Кто-то трогал шею, кто-то глаза, уши, руки, рот, сердце или живот. Будто проверяли, не потеряли ли они чего-то важного. И это не было одноразовой проверкой. Они продолжали ощупывать себя снова и снова. Единственным звуком был шорох одежды в зловещей тишине.

«…»

Ча Ый Джэ прочитал слова на экране телефона Хам Сок Джон.

[Отчёт: Неопознанная группа организует молчаливые протесты по всему миру. Подтверждено, что это та самая группа, находящаяся под следствием. Они распространяют страх и призывают граждан участвовать, утверждая, что конец близок…]

Ча Ый Джэ отпустил руку Хам Сок Джон. Никто на него не смотрел. Он почувствовал себя полностью отрезанным от мира. Инстинктивно он отступил на шаг назад, а затем схватился за Ли Са Ёна, будто тот был его единственным спасением.

— Эй, эй, Ли Са Ён.

— …

— Скажи что-нибудь.

Даже когда он тряс Ли Са Ёна за плечо, ответа не последовало. Ча Ый Джэ сглотнул, чувствуя, как его желудок сжимается. В воздухе повисла зловещая напряжённость. В этот момент что-то маленькое и белое всплыло с пола. Это была Ккокко.

Ккокко проигнорировала всё вокруг, направившись прямо к Ча Ый Джэ. Из маленького клюва хлынул поток взволнованных слов:

— Эй, эй! Всё совсем плохо. Что с вашим миром? Почему всё происходит так быстро?

Ча Ый Джэ прижал руку к бледной, гладкой шее Ли Са Ёна, проверяя пульс. К счастью, он был нормальным. Выдохнув с облегчением, он ответил:

— Объясни так, чтобы я понял. Я знаю, что всё идёт наперекосяк.

— Что тут объяснять! Какие-то сумасшедшие вызвали конец. Они практически выстелили для него красную дорожку! Почему в этом мире так много безумцев?

Ча Ый Джэ обошёл стол, проверяя сообщения на телефонах охотников. Все они получили разные сообщения, но в каждом повторялись слово: «Конец». Вернувшись к Ли Са Ёну, он запустил пальцы в свои волосы от раздражения.

— Так что, просто увидев слово «Конец», можно вызвать всё это?

Зловещий голос, предупреждавший о конце, вновь прозвучал у него в голове.

«Чем больше думаешь об этом, чем больше говоришь об этом, чем чаще произносишь это вслух… тем быстрее оно придёт».

«Будь осторожен. Потому что ты не можешь остановить мысли и слова других людей».

Как они старались быть осторожными. Ча Ый Джэ намеренно избегал обсуждать конец ни с Ли Са Ёном, ни с директором. Они уже знали о конце, но он боялся, что большее количество деталей может как-то ускорить его приход. Однако все их усилия оказались напрасны. Инстинктивно он потянулся к своей маске.

— Просто увидеть это слово уже ускоряет конец… в таком случае.

Как с этим бороться? Возможно ли вообще остановить это человеческими силами? Внезапное чувство безнадёжности захлестнуло его. Но Ккокко, нет, голос Хон Ё Сона, прервал его мысли.

— Нет, дело не в этом. В прошлом мире такого не было. Думаю, ваш мир просто уникален.

Ккокко, постукивая крыльями по щеке Хон Ё Сона, тяжело вздохнула. Она поспешила пересечь широкий стол, бормоча себе под нос:

— Души здесь уже помнят два предыдущих конца. Даже если они не осознают это.

— …

— Это люди, которые уже дважды погибли из-за конца. Души помнят, каким ужасным это было. А этот мир сливается со вторым, разрушенным миром.

Ккокко сложила два крыла вместе, изо всех сил пытаясь объяснить:

— Как будто помнить о разрушенном мире было недостаточно, так ещё и страх, который помнят души, теперь усиливается. Поэтому люди понимают, что конец приближается, так быстро.

Ча Ый Джэ огляделся вокруг. Люди всё ещё касались частей своих тел, их лица были искажены странными выражениями. Ккокко уселась на голову Хон Ё Сона и продолжила болтать:

— Подумай. Если бы ты услышал слово «конец», ничего не зная, ты бы просто проигнорировал его, верно? Скорее всего, посмеялся бы и подумал, что это очередная чушь про конец света.

— …Наверное.

— Но после того, как вы вернулись из того мира, люди начали медленно вспоминать разрушенный мир. Замереть от страха вполне естественно.

— Ты хочешь сказать, что все эти люди застыли из-за страха?

— Ты недооцениваешь страх. Каким бы храбрым ни был человек, он не сможет просто игнорировать страх, запечатленный в душе. Инстинктивно он захочет избежать конца.

— …

Ча Ый Джэ криво усмехнулся. Хон Ё Сон был прав. Он тоже боялся тишины. С того самого момента, как почувствовал это странное, незнакомое ощущение ужаса перед тишиной, и до этого момента, находя утешение в присутствии Ли Са Ёна. Он всё ещё был потрясён, всё ещё напуган внезапной наступившей тишиной.

— Тогда что с Ли Са Ёном?

Ча Ый Джэ схватил фильтр противогаза Ли Са Ёна и резко повернул его лицо к Ккокко. Его тело было обмякшим, словно лишённым всякой силы. Ли Са Ён не касался ничего; он выглядел так, будто полностью потерял сознание.

— Он даже не слышал о конце, но внезапно оказался в таком состоянии. Что происходит?

— А? Я не знаю!

— …Ты вообще что-нибудь знаешь?

— Что я знаю, так это то, что нам надо что-то делать. Пора убираться отсюда!

Ккокко резко вскочила, будто готовая в любую секунду броситься к выходу. Ча Ый Джэ быстро отреагировал:

— Подожди! Ты предлагаешь просто оставить их здесь?

Ккокко наклонила свою гладкую, блестящую голову.

— Здесь им, наверное, безопаснее, чем там. В конце концов, я сам создал это место. К тому же, они скоро придут в себя. Страх — это всего лишь временная эмоция.

— …

Но. Ча Ый Джэ крепче сжал руку Ли Са Ёна. Сможет ли он снова оставить его?

— …

К сожалению, времени на раздумья не было.

Ча Ый Джэ расстегнул ремешок часов на своём запястье, закатал рукав плаща Ли Са Ёна и закрепил их на его правом запястье. Щелчок застёжки прозвучал тревожно отчётливо. Ча Ый Джэ прошептал на ухо Ли Са Ёну:

— Я скоро вернусь.

— …

— В этот раз я серьёзно.

Когда Ча Ый Джэ поднялся, Ккокко взлетела на его голову, драматично подняв крылья.

— Ладно, дружище. Пошли!

— Убери свои крылья, мелкая!

***

Дорога была забита машинами, а оживлённый район, обычно заполненный людьми, куда-то спешащими, казался зловеще пустым. Все остановились и смотрели в небо. Повсюду царила тишина, словно не осталось ни одной живой души. Пока Ча Ый Джэ проходил среди них, он оглядывался и тихо бормотал:

— Я думал, это затронуло только охотников.

— Гражданские тоже пережили апокалипсис. Им потребуется больше времени, чтобы прийти в себя. Их психическая стойкость немного слабее.

Ккокко ответила, щебеча на ходу. Усевшись на кончик копья Ча Ый Джэ вместо его головы, Ккокко хлопала крыльями.

— Это они? Эти сумасшедшие?

Как и было сказано, улицу заполнили люди в белом. Но и они неподвижно смотрели в небо, а их протестные плакаты валялись на земле. Ча Ый Джэ подошёл и поднял один из них.

[Преодолеем конец света человеческими силами]

Ккокко презрительно цокнула языком.

— Они тоже не смогли избежать страха. Идиоты… Они хоть понимают, что натворили?

И в этот момент.

Тень упала на плакат. Ча Ый Джэ мгновенно отскочил назад.

И там, где он только что стоял,

БУМ—!

Что-то огромное обрушилось с неба.

Грох! Грох! Грох!

Сквозь облако пыли, поднятое от удара, Ча Ый Джэ заметил гигантскую фигуру, яростно мечущуюся. Раздался хруст, будто что-то разжёвывали. Ча Ый Джэ сжал копьё в руках, затаив дыхание.

А затем,

Сквозь пыль появилась огромная раскрытая пасть. Она была полна острых зубов, и внутри…

Ча Ый Джэ тихо выругался.

— …Чёрт, это просто невероятно.

Он заметил промокшую от крови белую одежду и искорёженные конечности.

Глава 212

Как только пасть закрылась, раздался влажный чавкающий звук, и ярко-красная кровь брызнула у его ног. Хруст, хруст… Гул перемалываемых костей оглушал. Медленно белая пыль начала оседать.

С неба упало что-то похожее на огромную змею или, возможно, морской огурец. Его конечности судорожно подергивались, непропорционально короткие по сравнению с телом, длинным, словно фонарный столб. Оно подняло голову к небу, словно пытаясь проглотить последний кусок, а его голубые глаза быстро обвели пространство вокруг. Однако, даже обладая глазами следопыта, здесь нельзя было обнаружить ничего необычного. Или, скорее…

— Отвратительно отсутствует хоть какое-то присутствие.

Ча Ый Джэ посмотрел вниз на Ккокко, которая сидела, свернувшись на земле.

— Эй, ты знаешь, что это за штука? Никогда такого не видел.

— …

— …Ккокко?

— Кукареку?

Ее маленькие глазки-бусинки моргнули. Гладкая голова наклонилась в сторону. Это была Ккокко! Это могло свести с ума. Ча Ый Джэ присел, схватил Ккокко и начал трясти ее.

— Эй! Где, черт возьми, ты был?! Почему ты вдруг пропал?!

— Кукареку?

— Ха, ты всегда убегаешь, как только дело становится серьезным, несмотря на все твои слова «Я присмотрю за тобой»!

Однако Ккокко просто смотрела на него своими обычными невинными глазами. Хотя Хон Ё Сон мог быть в чем-то виноват, Ккокко была безгрешна. В итоге Ча Ый Джэ посадил ее себе на голову. Затем, сжимая копье, он уставился на монстра.

Рваться на монстра, которого никогда раньше не видел, было чистым безумием. Что, если он отражает атаки или взрывается при смерти? Это была бы огромная проблема. К тому же, это был худший из возможных сценариев. Рядом находилось множество мирных жителей, и эвакуировать их не было никакой возможности.

— …

Минимизация жертв среди мирных жителей была первоочередной задачей.

Ча Ый Джэ поднял с земли кусок бетона размером с кулак и бросил его в сторону, где не было людей. Глухой удар! Обломок ударился о стену, прокатился несколько раз и замер. Спустя мгновение монстр повернул голову в сторону шума. Из его перекошенного рта капала кровь. Голова слегка наклонилась, словно в замешательстве. Его глаза были невидимы.

«Он медленный. У него нет глаз. По крайней мере, он реагирует на звук».

Монстр быстро потерял интерес к бетону. Огромный кадык под его ртом дернулся. В то же время…

— Он растет?

Его тело стало немного больше. Окровавленный язык облизал губы. Если он становится больше каждый раз, когда съедает человека, это будет настоящей головной болью. Кто знает, до каких размеров он может дорасти?

Монстр втянул воздух, медленно ползя вперед. Шшш, шшш… За ним тянулся кровавый след. Его огромная пасть широко раскрылась в сторону мирных жителей Прометея. В этот же момент Ча Ый Джэ рванул с места.

«Он инстинктивно направляется туда, где больше людей».

Как только гигантские зубы собирались схватить людей,

Бум— Грохот!

Нога Ча Ый Джэ с силой ударила в его пасть. Ощущение, как зубы монстра трескались под ударом, было невероятно четким. Осколки зубов разлетелись. Ча Ый Джэ сделал кувырок назад и легко приземлился. Ккокко, взлетевшая в воздух, снова приземлилась ему на голову. Монстр, теперь повалившийся на бок, начал метаться, его короткие конечности беспорядочно дергались.

Ккииииии… Вопль разнесся по улице. Ча Ый Джэ смахнул кровь с брюк. Монстр, прокричав еще какое-то время, снова начал извиваться и ползти, направляясь к людям. Ча Ый Джэ крепче сжал копье.

«Он не атакует того, кто его ударил… его цель — первоначальная добыча».

Было бы лучше, если бы монстр проявил желание убить Ча Ый Джэ. Тогда его можно было бы отвлечь в безлюдное место. Но вместо того, чтобы мстить нападающему, он открывал пасть, чтобы достичь своей цели. Это явно был его инстинкт — есть больше людей.

Внезапно мысль мелькнула у него в голове.

Это не конец.

«Что?»

Скоро появятся ещё.

— …

Ча Ый Джэ не колебался.

Чвак—

Его массивное копьё пробило голову монстра, проткнув её от пасти до самого основания. Ярко-красная кровь брызнула во все стороны. В тот же момент…

— Ха, ха…

Раздался тихий вздох.

— А-а-а! А-А-А-А!

Кто-то закричал и рухнул на землю, отползая назад. Это был человек, стоящий всего в шаге от монстра. Его белый лабораторный халат был насквозь пропитан кровью, так что невозможно было разобрать его первоначальный цвет. Наверное, это был сотрудник Прометея. Один за другим люди начали приходить в себя, их крики эхом разносились из разных направлений. Ча Ый Джэ вытащил копьё. Чвак, кровь хлынула повсюду. И копьё, и рука, державшая его, были залиты багровой жидкостью.

Он ощущал взгляды людей, устремлённые на него. Где-то слышались рыдания. Был ли поблизости кто-то, чтобы помочь эвакуировать людей? Ча Ый Джэ поднял голову. Откуда-то доносился новый вопль. Нельзя было терять время!

Ча Ый Джэ быстро жестом указал людям:

— Вы знаете, где находятся убежища, да? Немедленно идите туда!

— Кукареку-у-у!

Ккокко громко закричала и побежала в сторону убежища. Ошеломлённые люди медленно начали двигаться вслед за ней один за другим. Ча Ый Джэ спрыгнул с тела монстра и схватил за воротник мужчину в халате, окрашенном красным, который полз на четвереньках. Мужчина издал испуганный вздох. Ча Ый Джэ дёрнул его за халат, наклонившись ниже.

— Эй.

Мужчина лихорадочно закивал, его горло судорожно дернулось.

— С-спасите меня! Пожалуйста, спасите! Я не хочу умирать!

— Я не убью тебя. Просто ответь на мои вопросы. Быстро.

— Всё, что угодно! Спросите что угодно, только, пожалуйста, оставьте меня! Я хочу жить! Не забирайте меня! Позвольте мне вернуться к семье, прошу!

Мужчина дрожал, умоляя со сложенными руками. Его лицо, запачканное слезами и кровью, выглядело жалким. Он не осмеливался смотреть на Ча Ый Джэ, его глаза метались к пустому пространству рядом с чёрной маской. Ча Ый Джэ нахмурился.

«Вернуться к семье?»

Это звучало, как будто он был похищен. Ча Ый Джэ немного ослабил хватку.

— Ты изначально был с Прометеем?

— Пр… Нет? Я-я не был, нет! Я не был. Нет, нет.

— Тогда что? Тебя похитили?

— Что? Я, я не… я не помню. Кто я? Кто, кто, кто…

Глаза мужчины помутнели, его губы начали дрожать. Чёрт. Его что, промыли? Ча Ый Джэ крепче схватил его за воротник. Мужчина издал удушливый звук, когда его подтянули ближе. Ча Ый Джэ выкрикнул:

— Семья. Ты сказал, что у тебя есть семья. Подумай о них!

— Се… семья…

Изо рта мужчины потекла струйка слюны. Его глаза уже застекленели. Страх и ужас, которые ещё недавно его охватывали, испарились. Чёрт. Ча Ый Джэ встряхнул мужчину.

— Ответь только на это. Ты знал, что это случится, когда ты сделал это?!

— Эм, эм…

Ча Ый Джэ приблизился, его голос зазвучал злее.

— Чёрт, ты знал, что мир рухнет из-за этого?!

— …Мир? Рухнет? Мир уже рухнул?

На слове «рухнет» глаза мужчины закатились, а затем резко вернулись на место. Теперь в них горел странный свет. Мужчина ухватился за руку Ча Ый Джэ, несмотря на то, что она была вся в крови. Его улыбка растянулась неестественно широко.

— Да, Пророк сказал… когда настанет конец… мы все получим великую благодать… каждый из нас.

— …

— Это здесь, это здесь. Мы преуспели. Мы преуспели…

Тело мужчины дрожало, а из его уст вырывался смех.

— Ха, ха… Ха-ха-ха-ха!

Мужчина откинулся назад, истерически смеясь. Но смех вскоре прекратился. Он опустил голову, затем резко поднял её и уставился на Ча Ый Джэ. Его налитые кровью глаза впились в чёрную маску.

— Ты!

— …

— Беглец, убежавший от конца, враг этого мира!

Хруст, раздался звук ломающихся ногтей. И затем.

Глухой удар.

Рука, цеплявшаяся за Ча Ый Джэ, ослабла и безжизненно упала. Мужчина отчаянно скреб его, но не оставил ни единого следа. Его голова наклонилась под неестественным углом. Ча Ый Джэ разжал пальцы, отпуская воротник. Глухой удар, тело мужчины упало на землю.

— …

В безжизненных глазах ничего не отражалось.

Ча Ый Джэ молча смотрел на мужчину. Он оторвал чистый кусок от окровавленного халата, отряхнул его и аккуратно прикрыл лицо мужчины. Полуоткрытые глаза скрылись под белой тканью.

— …

Ча Ый Джэ выпрямился и посмотрел в небо. Белые существа падали повсюду из Белой Дыры. Глухие удары, громкие звуки обрушивающихся массивных объектов слышались повсюду.

Я должен двигаться.

Но ноги не двигались.

И тогда.

— …

Телефон завибрировал. Ча Ый Джэ с трудом вытащил его и взглянул на сообщение.

[Где ты?]

Это было сообщение от Ли Са Ёна.

Глава 213

Мгновение назад.

Ли Са Ён открыл глаза. Пейзаж, который перед ним предстал, был ему знаком — ахроматичный пляж. Там стоял ещё один «я» с глазами бледно-фиолетового цвета.

Незваный гость с бледно-фиолетовыми глазами кивнул в знак приветствия, вместо того чтобы говорить. Шшш… серое море двигалось медленно, волны разбивались, не успев достичь его ног. Ли Са Ён не скрывал своего раздражения, скрестив руки и наклонив голову.

— Я думал, ты больше не появишься.

Незваный гость медленно покачал головой.

— Я тебя не звал. Тебя сюда затянуло.

Позади незваного гостя волны, казалось, отражали его фигуру. Он становился всё более прозрачным. Неудивительно, что последнее время у Ли Са Ёна были мысли, которые не принадлежали ему. Ли Са Ён и «Ли Са Ён» медленно сливались в одно целое. Это было и желанным, и нежеланным одновременно. Ли Са Ён снова задал вопрос.

— Затянуло сюда?

— Да. И… теперь у тебя есть часы.

Незваный гость указал на Ли Са Ёна подбородком. Ли Са Ён поднял правую руку. В какой-то момент на его запястье появились сломанные часы. Те самые, которые всегда носил его хён. Тот факт, что теперь они были на его руке…

— …Чёрт.

Что бы это ни значило, хороших новостей ждать не стоило. От Ли Са Ёна начала исходить зловещая энергия. Незваный гость лишь пожал плечами. Ли Са Ён попытался снять часы, но они не поддавались. Словно кандалы. Стиснув зубы, он спросил:

— Скажи, как отсюда выбраться.

— Должно пройти время. Пока наше сознание не восстановится.

Ли Са Ён скривил губы.

— …Ха… Значит, мне снова ждать месяцы?

— Не совсем… но.

Внезапно тело стало невероятно тяжёлым. Точно так же, как тогда, когда его сковывали цепи Чон Бина. Агония, делающая даже дыхание мучительным, охватила его. Ли Са Ён тихо застонал и наклонился вперёд. Шлёп, его колени утонули в белом песке. Он опустился на четвереньки, сжав песок в кулаках. Контролировать свою силу становилось всё сложнее. Чёрный яд начал сочиться из разных частей его тела. Липкий чёрный яд капал из уголка его рта.

Незваный гость продолжал смотреть на него с бесстрастным выражением.

— Тебе придётся ждать. Пока твоя душа не сможет преодолеть страх апокалипсиса.

Преодолеть страх? Что-то — яд или слёзы, скатилось по щеке Ли Са Ёна. Несмотря на дрожь от боли, он свирепо смотрел на незваного гостя. Сквозь дрожащие губы прозвучал холодный голос.

— У нас нет… времени на это.

— Ты прав. Апокалипсис близок.

— Придумай… способ.

— Тогда… попробуем вот это.

Шорох… Незваный гость шагнул ближе, оставляя на белом песке едва заметные следы. Оказавшись прямо перед Ли Са Ёном, он присел на корточки, чтобы заглянуть ему в глаза. Прозрачный палец коснулся лба Ли Са Ёна.

— Давай вытащим твоё подсознание.

— Ха…

Как это могло помочь? Белый песок под ним начал превращаться в чёрный яд. Ли Са Ён, лежавший в центре расползающегося яда, поднял голову. Сквозь тяжёлое дыхание и растрёпанные волосы его фиолетовые глаза сверкали убийственной яростью. Незваный гость улыбнулся. Это была та же улыбка, что и у Ли Са Ёна.

— Разве в твоей памяти нет пробела?

— …

— Как ты видел мои воспоминания, так и я видел твои. Там были странные чёрные пятна. Ты специально стёр часть своей памяти?

— …Нет.

— Тогда как насчёт того, чтобы счистить эту краску? Ты мог бы забыть боль и заодно узнать о себе больше.

Чёрт, как это раздражает. Как и ожидалось, каждое предложение этого парня было отражением мыслей самого Ли Са Ёна. Если уж ему всё равно придётся это пережить, лучше извлечь хоть какую-то пользу, даже ценой новых мучений. Ли Са Ён закрыл глаза. Прозрачный палец незваного гостя резко проник в его сознание.

***

Ча Ый Джэ нервно перебирал телефон в руках. Сообщение от Ли Са Ёна с вопросом, где он находится. Кажется, он пришёл в себя. Ча Ый Джэ с облегчением выдохнул. Отправить ответ? Позвонить? Услышать его голос наверняка было бы успокоением. Как только он нажал кнопку вызова и поднёс телефон к уху…

— О, боже! Неужели это вы? J, это действительно вы?

— …

Странно знакомый голос. Ча Ый Джэ резко поднял голову. Сквозь толпу людей, отворачивающихся и бегущих прочь от J, к нему направлялась женщина. Она была единственной, кто смотрел прямо на него.

Белый лабораторный халат, длинные волосы, заколотые крупной заколкой. Круглые очки. Туфли на небольшом каблуке, брюки, рукава халата закатаны до локтей. На шее висел пропуск. Даже посреди хаоса её халат, не запачканный ни пылью, ни каплей крови, развевался в воздухе. Топ-топ, её туфли уверенно ступали по луже крови. Ча Ый Джэ уставился на её лицо. Оно определённо было знакомым.

«Где я её видел?»

Женщина медленно подняла голову. За её круглыми очками большие глаза улыбались. Это была улыбка, одновременно похожая на лисью и змеиную.

Где…

— …Ах.

С уверенным выражением лица женщина засунула руки в карманы своего лабораторного халата. Ошибки быть не могло. Она выглядела старше, чем в его воспоминаниях, но…

— Состояние ребенка постепенно улучшается. Кажется, разработанное нами противоядие действует. Все благодаря вам, J!

— Как насчет того, чтобы сегодня впервые зайти прямо в комнату ребенка? Вы всегда наблюдали через стекло.

— Ох, не спешите! Оставайтесь столько, сколько потребуется.

— Но вы и дальше будете называть его «этим мальчиком»?

Да, это была пробуждённая зельевар. Представленная лично директором больницы. Одна из исследователей, отвечавших за лечение Ли Са Ёна. Когда все держались от него на расстоянии, она первая подошла с тёплым приветствием. Ча Ый Джэ осторожно вытащил из глубин своей памяти имя.

— Га… Ён?

— О, боже мой! Вы помните!

Га Ён, исследовательница, которая заботилась о Ли Са Ёне, пока он был в больнице, всплеснула руками и весело рассмеялась.

— Я думала, вы не вспомните. Для меня это честь.

— Как я мог забыть?

— Правда, с тех пор как вы ушли в разлом у Западного моря и пропали… все так переживали ~ Вы в порядке? Судя по тому, что вы вот так ходите, думаю, всё хорошо?

— …Да.

— Вот и отлично ~ Правда. Я так благодарна.

Га Ён мило улыбнулась. У него было столько вопросов, которые он хотел ей задать. Что случилось с Ли Са Ёном после того, как он вошёл в разлом у Западного моря? Куда делись все исследователи, которые о нём заботились? Почему все записи больницы были стёрты? Где она была всё это время, и почему она здесь сейчас? Может ли она быть…

Брррр, гудки продолжались.

Странное чувство беспокойства сжало губы Ча Ый Джэ. В конце концов он вытер кровь с экрана и сказал:

— …Вам опасно здесь находиться.

— О, да-да. Но не волнуйся обо мне. Мы всех эвакуируем ~

Га Ён продолжала стоять на месте, держа руки в карманах халата. Ча Ый Джэ взглянул на прямоугольную карточку, висящую у неё на шее. Это был её пропуск. Га Ён, гильдия Самра.

— …

Её карие глаза скользнули по Ча Ый Джэ с головы до ног, словно изучая его. Вдалеке слышались слабые стоны. Похоже, монстры, пожиравшие людей, появились где-то в другом месте. Несмотря на то, что звук был достаточно громким, чтобы его слышали гражданские, Га Ён не проявляла ни малейшего страха.

«Разве пробуждённая без боевых навыков может быть настолько спокойной?»

Даже если она доверяла J, было странно, что кто-то мог совершенно не бояться в подобной ситуации. Нарастающее чувство тревоги продолжало усиливаться. Тем не менее Ча Ый Джэ снова заговорил, надеясь, что его ощущения ошибочны.

— …Почему вы здесь? Бюро управления пробуждёнными дало вам приказ?

— Пробуждёнными? О…

Живой голос Га Ён понизился, приобретя оттенок насмешки. Её прищуренные глаза стали ещё более хитрыми. Прикрыв рот рукой, она ответила:

— Как будто бы.

— …

— Кстати, кому вы звоните? Директору?

— …

Гудки всё ещё звучали. Никаких признаков, что кто-то ответит. Он только что отправил сообщение. Ча Ый Джэ ничего не сказал. Га Ён склонила голову набок и подняла уголки губ.

— О, вы звоните главе гильдии Ли Са Ёну? Он сейчас не сможет ответить.

— …

— У вас так много вопросов ко мне, да? J.

Механический голос раздался из телефона: «Абонент, которому вы звоните, недоступен…» Ча Ый Джэ положил трубку и обернулся к Га Ён. Она всё так же стояла в луже крови. Смело. Она сделала преувеличенный вздох.

— Ты притворяешься, что не знаешь, или действительно не понимаешь? Если второе, я немного разочарована. Ты ведь уже понял, да? Или тебе нужно больше времени, чтобы осознать реальность?

Ча Ый Джэ с трудом подавил свои эмоции и ответил:

— Надеюсь, я ошибаюсь.

Вздохнув, Га Ён подперла подбородок рукой.

— Знаешь, я тогда тоже думала… ты такой глупец. А мне нравятся глупцы, правда. Почти жаль, что ты пробуждённый.

— …

— Ну, ничего. У меня остались о тебе тёплые воспоминания, в конце концов…

Вдалеке раздался последний, протяжный крик монстра, и всё стихло. Кииии… Га Ён напевала что-то под нос, присвистывая. Внезапно за её спиной с глухим стуком что-то тяжёлое приземлилось. Следом послышался влажный хлюпающий звук, словно густая жидкость стекала вниз.

— Я многим тебе благодарна. Так что позволь представить это.

Ча Ый Джэ обернулся. Огромная фигура, как минимум на две головы выше его, приближалась тяжёлым шагом. Оно имело конечности, напоминавшие человеческие, хотя руки были непропорционально длинными. Кроме того, оно двигалось, как человек. Мясо, видневшееся под чёрным плащом, выглядело уродливо деформированным и грубо сшитым из кусков разного цвета. На голове…

«Противогаз…»

Оно было в противогазе. Глаза за линзами были невидимы.

С каждым шагом из существа капала густая чёрная жидкость, падая на землю. Асфальт шипел и плавился там, где касались капли. Ча Ый Джэ узнал этот яд. Существо мельком посмотрело на него, но, словно не проявив интереса, направилось к Га Ён. Оно опустилось перед ней на колени с глухим ударом. Га Ён лучезарно улыбнулась.

— Отличная работа. Ты всё хорошо сделал?

— Да… мадам.

Существо медленно кивнуло. В какой-то момент на Га Ён оказались надеты чёрные кожаные перчатки, похожие на те, что часто носил Ли Са Ён. Улыбнувшись, она посмотрела на Ча Ый Джэ.

— Не кажется ли оно тебе знакомым?

Глава 214

…Он моргнул затуманенными глазами и пошевелил пальцами. Вчера его отчитали за то, что он встал с постели. Сказали, что неизвестные провода, подключённые к его телу, поддерживают его жизнь. Что их нельзя вырывать. Люди в белом раздражённо ворчали, снова прикрепляя провода к его телу.

Правда?

Он снова моргнул, сквозь туман в глазах виднелись лишь очертания. Кто-то завязал на его глаза тонкую ткань. Сказали, что глаза не должны подвергаться воздействию света. Не то чтобы это имело значение, ведь он всё равно ничего не видел.

«…»

Мир без J был тусклым, и время тянулось мучительно медленно. Большую часть дней он проводил, лежа в постели. Дни, когда даже дышать было трудно, прошли, и теперь он мог немного ходить, но, похоже, люди считали, что безопаснее будет, если он останется на месте.

Единственным утешением был сон. Возможно, они накачивали его седативными препаратами через провода, подключённые к его телу.

Это была маленькая радость. Хотя бы так время шло быстрее.

Скучно, да, но терпимо. У него была надежда. J обещал, в конце концов. Он обещал вернуться. J всегда появлялся и исчезал неожиданно, так что небольшое опоздание можно было понять. Не в силах двигаться, он терялся в своих мыслях. Чаще всего он думал о J.

В лучшие дни J чуть приподнимал свою маску, позволяя ему прикоснуться к лицу. Лицо J было мягким. В сравнении с жёсткими простынями и грубыми бинтами это было как небо и земля. Иногда, уступая жадности, он пытался протянуть пальцы глубже, под маску. Когда его кончики пальцев касались скрытых уголков глаз J, ресницы щекотали его пальцы. Лёгкое дрожание щёк, словно в улыбке, было приятно.

— Я не могу показать тебе свои глаза. Ни за что, — этот мягкий укоряющий голос тоже нравился ему. Хотя он всё равно не мог видеть.

Иногда J гладил его по голове. Прикасался к его изуродованной коже без тени отвращения. А если дело касалось рук, J сам бинтовал их. Разве это его не отталкивает? Должно быть, у него крепкие нервы.

Руки J всегда пахли мылом. Иногда они были слегка влажными. Разве охотники не те, кто убивает монстров? Этот постоянный приятный запах вызывал любопытство. Может быть, J всегда тщательно мылся перед тем, как прийти в больницу.

В последний раз, когда J держал его, от него пахло горечью. Курил ли он? Чем больше он думал о J, тем больше вопросов накапливалось, словно горы. Так много всего хотелось спросить. Он тренировался говорить под одеялом. Обычно из горла вырывались лишь хриплые, надсадные звуки.

Как тебя зовут? Где ты живёшь? Сколько тебе лет? Что тебе нравится? Что ты ненавидишь? Чем ты занимаешься? Ты куришь? Ты моешь руки перед тем, как прийти в больницу?

Когда ты придёшь снова?

Однажды, не имея возможности задать эти вопросы, он продолжал мысленно повторять их снова и снова. Он не знал, когда всё это началось. Ведь он не мог следить за сменой сезонов или дней. Но теперь люди, которые раньше приходили каждый день, стали приходить реже. Теперь они появлялись дважды в день, чтобы поставить капельницу в качестве замены еды. Подключённых к его телу проводов стало меньше, и даже когда он тайком вставал и бродил по больничной палате, никто, казалось, не замечал.

Когда капельница почти опустела, он сам вынул иглу. Стерев кровь бинтом, он поставил ноги на холодный пол. У него немного закружилась голова, но это было терпимо. Он потер ступнёй холодный пол, просто так, без особой причины. В этот момент он услышал приглушённые голоса снаружи. Осторожно подойдя к двери, он прижал к ней ухо и начал слушать.

— …Мы больше не получаем поставки. Сколько бы ни пытались…

— Но процесс детоксикации почти завершён. Иглы даже перестали плавиться…

Наверное, они говорили о нём. Он продолжил вслушиваться.

— Всё началось потому, что J всё финансировал. Он предоставил все деньги и материалы, благодаря чему это стало возможным.

«…»

— Но теперь, когда J больше нет, поддержка полностью прекратилась. У нас всё ещё полно пациентов. У нас нет ни денег, ни времени, чтобы тратить их на этого ребёнка, доктор.

— Но мы не можем просто бросить ребёнка. Он хорошо идёт на поправку. Нужно лишь подождать, пока J вернётся…

— …Вы разве не слышали слухи?

Уже тихий голос стал ещё тише. Он прижался к двери ещё сильнее, нахмурившись.

— Говорят, вход в разлом полностью исчез, когда J и охотники вошли внутрь. Он не закрылся. Он просто пропал.

«…»

— У меня есть друзья в правительственных организациях, доктор. Они уже начали готовиться.

— Но ребёнок выздоравливает. Мы не можем просто так отказаться. Если понадобится, я даже использую свои собственные деньги…

— Вы знаете, что это ненадолго. Лекарства, сделанные из побочных продуктов монстров, ужасно дорогие.

— Тогда как насчёт этого?

Кто-то вмешался. Это был живой женский голос. Он узнал его — та же женщина, которая напевала странные мелодии, когда ставила ему капельницы.

Женщина, внезапно присоединившаяся к разговору, заговорила:

— Я перехожу в новую команду. Хе-хе, хотела рассказать позже. В любом случае, в том месте, куда я отправляюсь, много денег… Думаю, они смогут позаботиться о таком ребёнке, как он.

— Что? Га Ён-щи, но…

— Я знаю! Но оставлять его здесь — это же не решение, правда? Я тоже привязалась к этому ребёнку. Хочу однажды увидеть, как он ходит здоровым.

«…»

«…»

— Разве вы не чувствуете то же самое?

Наступила тишина. Живой голос продолжил:

— Я сама поговорю с директором. Не волнуйтесь. Там есть люди намного способнее меня. Я даже буду регулярно сообщать, как он поживает.

— …Вы уверены, что это правильно?

— Конечно. Не переживайте.

— Может, стоит рассказать самому ребёнку? Он, кажется, очень привязался к J.

— Это я тоже возьму на себя.

Голоса постепенно затихли. Похоже, странная женщина собиралась войти. Он пошатываясь вернулся к кровати и лёг. Натянув тонкое одеяло до самого подбородка, он услышал, как открылась дверь. Шаги приблизились и остановились прямо у кровати. Весёлый голос произнёс:

— Привет! Ты ведь не спишь, да?

«…»

— Полагаю, ты всё слышал снаружи. Ну, что скажешь?

«…»

— Тебе стоит начать носить тапочки. Твои ноги чуть-чуть испачкались ~

Цокнув, он спрятал ноги под простыней. Га Ён мягко засмеялась и наклонилась ближе.

— Ты скучаешь по J, правда?

«…»

— Но, хм… J не может вернуться.

«…»

«Я знаю. Конечно, знаю. J, который раньше приходил раз в неделю, уже давно не показывался. Но всё же, я должен ждать. J обещал».

— Если ты пойдёшь со мной, возможно, ты сможешь увидеть J.

Лгунья.

— И не только это. Возможно, ты даже сможешь сам спасти J.

…

Его пальцы, сжимавшие простыню, слегка разжались. Га Ён прошептала:

— Ну как? Хочешь пойти со мной?

«…»

— О ~ Ты ведь не можешь говорить, так что я не услышу твоего ответа. Что делал J? Если хочешь пойти, просто кивни.

Его чёрные волосы разметались по подушке. Га Ён улыбнулась.

— Молодец, ты хороший ребёнок.

Её холодная рука коснулась его изуродованной щеки. От неё пахло лекарствами. Это вызывало у него дискомфорт. Но он терпел. Если это означало, что он сможет дождаться J. Если это давало шанс увидеть его снова.

Если это означало, что он сможет пойти и спасти J.

Маленькое желание проросло внутри. Га Ён не была той, кто упускает подобные желания. Он снял ткань, закрывавшую глаза. В его затуманенном взгляде появились красные губы. Губы, которые изогнулись в подобии улыбки.

— Вот так. Хороший мальчик.

***

— Не кажется ли это знакомым?

«…»

Га Ён небрежно похлопала его по голове в перчатках. Затем слегка нахмурилась и отряхнула чёрную жидкость, запачкавшую перчатки. Он не должен показывать эмоций. Не должен…

— Что это?

Голос, стиснутый зубами, вырвался наружу. Га Ён ярко улыбнулась.

— Как думаешь, что это? Разве не кажется немного знакомым?

Кожа, видимая под чёрной тканью, была искажена и обезображена. Точно так же, как кожа мальчика под бинтами. А чёрная жидкость, просачивающаяся из разных частей его тела, плавила асфальт. Явно токсичная. Ча Ый Джэ молчал. Возможно, он не хотел признавать то, что уже подозревал.

«…»

— Это милый друг. Послушный ~ И дерётся отлично.

— Это часть гильдии Самра?

— О, гильдия Самра?

Га Ён подняла бейдж, висевший на её шее, мельком взглянула на него и пожала плечами.

— Глава гильдии был впечатлён моими способности.

— Сон Джо Хон об этом знает?

— Хм, кто знает?

Га Ён посмотрела в небо, словно погружённая в раздумья, а затем мило улыбнулась.

— Скорее всего, нет. Наверное.

«…»

— Если честно… никто из нас не ожидал, что конец придёт так быстро ~ Это и нас застало врасплох.

— Вы не понимали, что делаете, когда всё это устроили?

— Первоначальный план был воспользоваться тем, что охотников не было, и, ну, знаешь, немного изменить восприятие ~

Крики раздавались повсюду. Рука Ча Ый Джэ дрожала. Он понимал. Нужно было быстро убрать её, а затем спасать остальных. Но ноги не двигались. Его взгляд постоянно возвращался к большому, сутулому, человекоподобному существу перед ней. Ча Ый Джэ прикусил губу.

— Вы устроили это ради такой причины? Вы не видите? Сейчас умирают люди!

— Мы не должны были этого делать? Нам просто следовало сидеть сложа руки, ожидая, пока всемогущие охотники спасут нас? Стоять в стороне и терпеть этот бесконечный страх, не зная, когда он закончится?

Глаза Га Ён сверкнули острым блеском.

Глава 215

Она широко раскинула руки, будто желая показать что-то важное.

— Люди у власти уже дважды уничтожали этот мир. Теперь мы пытаемся что-то исправить, а тебе это не нравится? Мы должны просто сидеть сложа руки, ожидая, пока пробуждённые спасут нас? Всегда ставя их на первое место?

В её словах что-то было не так. Разве она не говорила так, словно сама не была одной из пробуждённых? И она знала о двух событиях, разрушивших мир. Ча Ый Джэ нахмурился. Га Ён скрестила руки и покачала головой.

— Ну, по крайней мере, я немного сожалею ~ Не ожидала, что всё случится так быстро… Если бы я знала, то сначала заставила бы их вкусить ужас конца, прежде чем дать им свободу.

Слова резанули слух. Ужас конца. Ча Ый Джэ осознал их значение только после разговора с Ккокко. Но для Га Ён это звучало так, словно это было само собой разумеющимся. Она принимала всё. Га Ён склонила голову, выглядя озадаченной.

— А? J, разве ты тоже не пережил это? Такой спокойный, двигаешься без всякой спешки.

— …

— Ах, точно… Это потому, что ты предатель мира, да? Впечатляет. Всегда на шаг впереди остальных.

Га Ён изогнула губы в зловещей улыбке. Её улыбка была полна тёмной злобы. Люди, поглощаемые гигантскими монстрами, мужчина, окровавленный, рыдающий в отчаянии — всё это заставляло Ча Ый Джэ чувствовать удушье. Были ли они также втянуты против своей воли? Или им просто промыли мозги, чтобы они шагнули навстречу своей гибели? Га Ён не проявляла ни капли вины, стоя над их кровью.

— Какова ваша цель?

— Моя цель?

Га Ён сняла с шеи удостоверение личности и бросила его. Шлёп… Удостоверение упало в чёрную жидкость и растворилось без следа. Вокруг раздавались крики. Ча Ый Джэ сжал копьё сильнее.

— Разве ты не знаешь? Остановить конец света с помощью человеческой силы! Больше никакой надежды на пробуждённых, которые уже дважды потерпели неудачу.

— …

— А чтобы остановить конец света…

Га Ён подняла голову к небу с восторженным выражением лица. Ча Ый Джэ последовал за её взглядом. Из ярко-белой дыры бесконечно хлынули монстры. Га Ён издала резкий смех.

— …Сначала конец должен наступить.

— Судя по вашим словам, вы не пробуждённая, верно?

— Хм? Верно, я не пробуждённая.

— Но директор больницы…

— Ах? Ах, это. Ха-ха.

Га Ён подняла указательный палец и широко улыбнулась.

— Это было в то время, когда в системе регистрации пробуждённых ещё были дыры. Манипулировать ею было совсем несложно. На интервью я даже не встречалась с директором. Он очень занятой человек!

Каждый раз, когда её весёлый голос звучал вновь, гнев Ча Ый Джэ нарастал. Он не мог позволить эмоциям взять верх. Сделав глубокий вдох, он шагнул вперёд, теряя даже остатки вежливости в тоне.

— …Вы с самого начала нацелились на него, не так ли?

— Да что ты ~. Сначала я даже не знала, что он существует. Он был хорошо спрятан. Хотя я и ожидала найти что-то полезное.

— …

— И в конце концов, это было лучшим решением в моей жизни. Правда ведь, мой милый?

Когда Га Ён сладко спросила, человек — её «милый», стоявший на коленях рядом с ней, медленно кивнул. Но можно ли было назвать это человеком? Его изуродованная кожа напоминала того, кем Ли Са Ён был раньше, а неуклюжие движения походили на движения мутировавших существ. Ча Ый Джэ не мог отвести взгляд, инстинктивно понимая, что это создание было сделано на основе данных Ли Са Ёна.

И...

Если бы Ли Са Ёну не повезло, он мог бы стать таким же.

— ...

Ча Ый Джэ стиснул зубы так сильно, что это прозвучало. Га Ён улыбнулась ему.

— Это мой шедевр. Самое сильное и послушное, что я когда-либо создавала. Но...

Она драматично вздохнула, обходя фигуру, стоявшую на коленях.

— Если бы он был у меня, это не было бы таким жалким лоскутным уродством. Это единственное, о чём я жалею ~. Проведи я ещё несколько экспериментов, возможно, я нашла бы способ восстановить эту разорванную кожу.

В этот момент сильная рука внезапно схватила Га Ён за горло. Она хрипнула, её лицо исказилось, когда она подняла ладонь в сторону человека. Существо, которое уже приготовилось прыгнуть на Ча Ый Джэ, снова опустилось на колени. Теперь её ноги болтались над землёй. Га Ён изо всех сил пыталась улыбнуться, несмотря на сжимающуюся хватку.

— Ох… г-гражданские… разве вам… нельзя нападать?

— ...

— Столько глаз… н-на вас.

— Замолчи.

Лицо Ча Ый Джэ приблизилось, его голос был монотонным, лишённым эмоций.

— Я сдерживаюсь, так что просто замолчи.

— ...

— Если бы я следовал своим инстинктам...

Его рука сжалась сильнее, и лицо Га Ён побледнело.

— Я бы убил тебя уже сейчас.

Внезапно Ча Ый Джэ отпустил её, и Га Ён, пошатываясь, схватилась за горло, тяжело дыша. После нескольких мгновений хрипа она подняла голову, глядя на Ча Ый Джэ воспалёнными глазами. Её хриплый голос излучал яд.

— Почему бы тебе просто не убить меня? Ах, стой… Ты же не можешь убивать, да?

— ...

— Лицемер. Ты полагаешься на свою силу и довольствуешься жалкими угрозами!

Игнорируя её, Ча Ый Джэ снова проверил телефон. От Ли Са Ёна всё ещё не было ответа. Он снова потерял сознание? Мысли роились в его голове — слова Га Ён, тревога за Ли Са Ёна, монстры, бесконечно льющиеся с неба, — всё переплеталось. Он прикусил язык, и вкус крови вернул его к реальности.

«Мне нужно доставить эту женщину куда-нибудь. В Бюро управления пробуждёнными, или в гильдию Падо… Может, стоит поговорить с Хон Ё Соном. Нет... даже рынок подойдёт».

От Га Ён можно было узнать многое, не только о Ли Са Ёне, но и о Прометее. Ча Ый Джэ быстро пролистал другой телефон. Тем временем Га Ён, шатаясь, направилась к своему созданию. Она что-то пробормотала себе под нос.

— Он был так полезен мне.

— ...

Пальцы Ча Ый Джэ замерли на экране. Га Ён уставилась в пустоту, словно вспоминая.

— Он не кричал и не сопротивлялся, как остальные. Он так хорошо переносил боль.

— ...

— Знаешь? Он сам пошёл за мной.

Га Ён засмеялась, её плечи затряслись. Ложь. Это невозможно. Ли Са Ён обещал ждать его. Он ждал всё это время. Ча Ый Джэ ничего не сказал, отказываясь признать её слова. Но он не мог заглушить то беспокойство, которое она пробудила в нём.

— Знаешь, J… Ты же был активным тогда, так что помнишь, да? Когда обычные люди попадали в разломы и теряли конечности или оказывались на грани смерти, ты знаешь, что с ними случалось?

Большинство из них не выживали, не получая должного лечения. Даже после того, как было создано Бюро управления пробуждёнными, медицинская система так и не восстановилась полностью. Слишком много жертв, слишком мало медперсонала. Приоритет отдавался лечению пробуждённых, которые могли сражаться с монстрами.

— Так что, как думаешь, что произошло с ним, когда тебя не стало?

— …

Холод пробежал по спине Ча Ый Джэ, словно кто-то вылил ледяную воду на кипящий в груди гнев.

Лечение умирающего мальчика, такого как Ли Са Ён, требовало огромных денег и редких материалов. Когда Ча Ый Джэ был вне дежурства, он бесконечно зачищал подземелья с ядовитыми монстрами, чтобы собрать ингредиенты для антидотов. Он платил огромные суммы больнице, называя это благотворительными пожертвованиями на благо общества.

Такая роскошь была возможна только для кого-то вроде J.

Если J исчезнет…

Хруст… Экран телефона в руке Ча Ый Джэ треснул. Га Ён усмехнулась.

— Если бы я не забрала его, он бы медленно умер. Без какого-либо лечения…

— …

— В течение двух месяцев всё было нормально. Люди ещё верили, что ты вернёшься. Тех ресурсов и денег, что ты оставил, хватило. Но на третий месяц всё закончилось.

— …

— Тогда я осознала, насколько ты важен. Мир начал рушиться только из-за того, что тебя не стало. Нехватка рабочей силы, больше травм, больше раненых пробуждённых, больше ресурсов, потраченных на их лечение, и обычные люди остались позади…

— …

— Разве это не абсурдно? Всё рушится, если исчезает один человек.

Га Ён вздрогнула, смеясь. Она поправила свои криво сидящие очки.

— Даже в больнице они не могли продолжать заботиться о ребёнке бесплатно, как бы сильно ты ни доверял им. У персонала просто не хватало сил. И он ведь был не пробуждённым, всего лишь умирающим мальчишкой. Так что о нём всё меньше заботились, пока не остался только минимум.

— …

— Тогда я взяла его с собой. И спросила его напрямую.

Ча Ый Джэ молча смотрел на Га Ён. Она медленно выговаривала следующие слова:

— Пойдёшь ли ты со мной, чтобы найти J?

Глава 216

— Пойдёшь со мной, чтобы найти J? Что скажешь?

Замолчи.

— О, не смотри на меня так ~ Это был их выбор, знаешь ли.

Замолчи.

— Я лишь немного помогла им. Они бы зачахли там в любом случае. Хотя… я тоже кое-что приобрела в процессе. Назовём это взаимной выгодой?

Замолчи!

— Было бы неплохо, если бы они всё ещё были живы… Я бы позволила им встретиться с J.

…Что?

На мгновение тело утратило всю силу. Га Ён пробормотала что-то с видимым сожалением, а затем посмотрела на J. Она сложила руки и весело улыбнулась.

— О, в лаборатории, где они находились, произошёл несчастный случай… Так что все погибли? Исследователи, подопытные… Хотя кое-какие данные сохранились.

«Она не знает, что Ли Са Ён — это тот самый ребёнок?»

Может ли это быть правдой? Мысли в голове закружились вихрем. Чон Бин и Пэ Вон У, которые получили информацию и отправились в лабораторию, спасли Ли Са Ёна, растопившего лабораторию и сбежавшего… Неужели Га Ён действительно ничего не знает? Или то, что знаю я, отличается от истины?

Ча Ый Джэ спросил равнодушно:

— …Что это был за несчастный случай?

— Хм, я слышала, что это был взрыв ~ Мне повезло, что я была в другом месте. Бюро управления пробуждёнными так строго охраняло это место, что я не смогла подойти ближе…

— …

— Если бы не это, я бы тебе показала. Жаль, правда. Но ~ мой хороший друг здесь создан на основе их данных.

Оно медленно повернуло голову и уставилось на Ча Ый Джэ. Чёрный яд капал под фильтром. Его уродливая, изуродованная кожа, вероятно, была результатом воздействия яда. С Ли Са Ёном было так же.

Кем был этот человек? Чья-то семья? Неужели кто-то отчаянно ищет его? Но в этих мутных глазах не было ни воли, ни сознания. Он помнил лишь, как подчиняться и сражаться…

— Ты не рад? Смотришь на подарок, который они оставили.

— …

Га Ён продолжала провоцировать Ча Ый Джэ, мягко нажимая на его самое уязвимое место, ожидая, что он взорвётся от гнева, надеясь на более бурную реакцию. Если бы он не встретил Ли Са Ёна, он мог бы поддаться её сладким речам. Ли Са Ён был для Ча Ый Джэ ахиллесовой пятой.

Но…

Ча Ый Джэ огляделся. Хорошо, что он заранее узнал, где находятся камеры, когда они были в ресторане с похмельным супом. Теперь камеры были направлены на него со всех сторон.

«Хорошо, что не напал сразу».

Ну, если не считать того, что схватил её за воротник.

«Ещё многому предстоит научиться…»

Не отвечая, Ча Ый Джэ сделал шаг назад. Затем он положил копьё горизонтально на плечи и спросил:

— Как ты назвала этого ребёнка?

— …А? Как я его называла?

Га Ён ухмыльнулась.

— Ты же не ожидаешь услышать милое имя или прозвище?

— …

Га Ён отошла с выражением скуки. Она подняла обе руки, словно говоря, что разочарована, и ответила:

— Я называла его номер четыре. Потому что он был четвёртым экспериментом… Нет, четвёртым человеком, которого я привела.

— …

Номер четыре.

Номер четыре. Ча Ый Джэ размышлял над именем «номер четыре». Он думал о Ли Са Ёне, который, должно быть, откликался на это имя, данное ему без его согласия. В груди поднялась странная боль. Га Ён, оглядываясь, снова заговорила.

— Ты сдерживаешься лучше, чем я ожидала. Я впечатлена.

— Ты хотела, чтобы я убил тебя?

— Я надеялась, что ты нападёшь на меня ~ …немного агрессивнее, чем просто схватить за воротник.

Га Ён улыбнулась, разглаживая измятый воротник.

— Но я уже достигла своей цели ~

— Какая у тебя цель?

— Поговорить с J. Глубоко поговорить.

Когда Ча Ый Джэ напряг мышцы, собираясь схватить Га Ён, существо рядом с ней тоже приготовилось к движению. Количество яда, капающего с него, увеличилось. Оно положило руки на асфальт, и там, где касалось его пальцев, земля плавилась, оставляя отпечатки. Раздался скрипящий звук, словно кто-то скреб по горлу.

— …

Если он бросится вперёд, вся территория будет разрушена. Ядом. Ча Ый Джэ нахмурился и огляделся. Находясь на главной улице, он видел множество гражданских, укрывшихся в ближайших зданиях…

— Хе-хе, было так приятно увидеть тебя после стольких лет. Мы ещё обязательно встретимся ~

Га Ён щёлкнула пальцами. Существо схватило её одной рукой, прыгнуло и исчезло из виду. Всё, что осталось, — это глубоко изрезанный асфальт и чёрная лужа, отмечающая его присутствие.

«…Надо их преследовать».

Они, скорее всего, направятся к своей базе. Ча Ый Джэ коротко вздохнул, готовясь прыгнуть за ними. В этот момент…

— О? Это J!

Перед ним легко приземлилась фигура с рыжими волосами. Это была Кан Джи Су. Её волосы были растрёпаны, а одежда забрызгана кровью, что указывало на недавнюю битву. Она грубо вытерла кровь с лица рукавом. На этот раз он был рад её видеть. Ему нужно было отвлечься от своих мыслей. Придерживая маску в неудобной позе, Ча Ый Джэ спросил:

— Вы только что закончили бой?

— Да, что-то вроде того. Только что уложила заместителя главы гильдии после того, как разобралась с его беспорядком.

— Беспорядком?

— Да, он начал трястись, потом рухнул прямо на руль… Причём за рулём.

Кан Джи Су стукнула кулаками друг о друга. Похоже, произошла авария. В предыдущем мире Пэ Вон У потерял одну руку… Его лицо потемнело за маской. Похоже, Пэ Вон У до сих пор не оправился от шока апокалипсиса.

— С Пэ Вон У всё в порядке? Других травм нет?

— К счастью, нет ~ Я тоже немного отключилась, но очнулась раньше заместителя главы гильдии.

— …Это хорошо.

— Кстати, какие-то странные штуки падали с неба, поэтому я эвакуировала гражданских и заместителя главы, а потом пришла сюда. Вы ведь были на собрании?

— Да, но все остальные… отключились. Я решил сам попытаться разобраться с ситуацией.

— О, это облегчение. Но, скорее всего, разбираться уже не с чем.

— Что?

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Монстры, пожирающие людей, падали с неба, и нечем заниматься? Кан Джи Су начала распутывать свои растрёпанные волосы пальцами, раздражённо морщась.

— Нет, какие-то странные ребята появились и начали разбираться с монстрами.

— …

— Они двигаются, как зомби, но сражаются хорошо. Сказали мне уйти с дороги и позволить им всё уладить. Люди даже аплодируют им, говорят, что они отлично справляются. Нелепо.

Кан Джи Су фыркнула и сунула руки в карманы своего худи. Ча Ый Джэ ощутил, как его накрывает дурное предчувствие.

«Поговорить с J. Глубоко поговорить».

— Кан Джи Су, как выглядели те ребята?

— А? Ну, они были просто в белом. Но на охотников не похожи. Сказали, что они что-то вроде ополчения… Ну как обычные гражданские могут расправляться с монстрами? Даже когда я пыталась помочь, они только и делали, что кричали: «Уходи, уходи».

Кан Джи Су недовольно надула губы. Ча Ый Джэ провёл рукой по волосам, растрёпанным от беспокойства. Его пепельно-серые волосы, которые при определённом свете казались почти белыми, теперь стали сплошным беспорядком.

«Они просто тянули время…»

Как он мог не заметить такую простую уловку? Очевидно, его эмоции сильно помешали ему. Взглянув на сломанный телефон, он повернулся к Кан Джи Су, которая всё ещё тихо ворчала, и сказал:

— Можешь позвонить главе своей гильдии за меня?

***

— Просы~пай~ся.

— …

— Говорю тебе, это очень срочно. Ну давай, вставай. А? Не просыпаешься? Это неизбежно. Если потом будешь жаловаться, ты зануда.

Хлоп! Рука резко ударила по бледной щеке. Однако человек, которого ударили, даже не пошевелился, хотя его щека покраснела. Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп. Несмотря на повторяющиеся удары, результат оставался тем же. Хон Ё Сон, отведя руку, расстроенно почесал голову.

— Уф, это хлопотно. Почему он не просыпается? Ли Са Ён, куда ты делся?

Он сидел на корточках перед Ли Са Ёном, который лежал неподвижно, распластавшись на земле. Только медленный подъём и опускание его груди свидетельствовали о том, что он был жив. Хон Ё Сон, теперь сидя по-турецки, бросил взгляд на Чон Бина, который подошёл с обеспокоенным выражением, держа телефон.

— На этот раз звонит Кан Джи Су. Ответить?

— А что, если я просто буду подражать его голосу?

— Это сработает? Почему бы просто не ответить?

— Ни за что, ни за что! Это же ужасно — отвечать J.

Взгляд Чон Бина стал необычно холодным. Конференц-зал Круглого стола, некогда наполненный людьми, теперь опустел: большинство выбежали, как только пришли в себя и проверили сообщения. Сон Джо Хон выбежал с лицом, будто увидел призрака, а Хам Сок Джон, тяжело прихрамывая, отправилась контролировать ситуацию.

В итоге, здесь остались только…

— Ли~ Са~ Ён!

Мастер, совершенно бесполезный в бою.

— Если так его звать, он не проснется. Должна быть другая причина.

Чон Бин, который также был бессилен против монстров, находился здесь потому, что его основная задача заключалась в охране Хон Ё Сона, в то время как Хам Сок Джон руководила общими действиями. А также…

— …

Ли Са Ён, крепко спящий.

— Но почему вы ещё не ушли, Гю Гю?

— Хм? Ну…

Щёлк, щёлк, щёлк. Быстрая серия щелчков прозвучала, пока Гю Гю ловко собирал кубик Рубика. Затем он улыбнулся и положил его на стол лёгким хлопком.

— Потому что здесь, кажется, будет веселее, чем снаружи ~?

— …

— Занимайтесь своими делами, а я выйду, когда закончу отдыхать ~

Гю Гю начал тихонько напевать какую-то мелодию.

Глава 217

Чон Бин смотрел на Гю Гю с равнодушным взглядом.

— Разве вы не должны быть там, помогать спасать людей, Гю Гю-щи? Директор это проверит.

— Ну, разве я был действительно нужен ~? Я фрилансер, а значит, свободная душа.

— Разве вы раньше не тусовались с Пчелой-щи?

— Ох… ты и об этом знаешь?

Гю Гю лениво склонил голову и улыбнулся, опираясь подбородком на руку.

— Тогда было одно, а сейчас другое. Если хочешь, чтобы я вмешался в эту ситуацию, придётся заплатить.

— …

— У тебя ведь уже есть люди, которые занимаются этим, верно ~? Зачем мне потеть без причины… У меня же нет гильдии, как у остальных. Смотреть, как мастер даёт пощёчину Ли Са Ёну, куда интереснее.

Гю Гю начал разглядывать свои ногти, словно ничего не происходило. Чон Бин решительно подошёл к Гю Гю и встал прямо перед ним. Затем с силой ударил ладонью по столу.

Бам!

Стол задрожал. Чон Бин наклонился, чтобы встретиться взглядом с Гю Гю, и спросил:

— Сколько?

— …

— Сколько стоит, чтобы ты вышел и начал спасать людей?

— …Твоя зарплата государственного служащего вообще потянет?

— Назови цену.

Гю Гю вытянул руки через стол и начал жаловаться:

— Ах ~ Я пришёл сюда, потому что сказали, что смогу встретить J, но даже нормально поговорить не получилось. J просто куда-то исчез. Я в депрессии. А государственный служащий ещё и жульничает.

— Ты всё равно его встретил. Просто назови цену.

— Мою цену?

Гю Гю закатил свои светлые глаза, а затем ухмыльнулся.

— Позволь мне встретиться с J наедине.

— …

— Видишь, я даже проявляю заботу о твоём кошельке с этим условием. Сколько ты зарабатываешь в год?

— Это конфиденциально.

— На каком уровне ты сейчас как госслужащий? В церкви моего отца много высокопоставленных чиновников.

— Это тоже конфиденциально.

— Ах ~ какая скукота.

— Хех.

В этот момент рядом раздался смешок. Гю Гю и Чон Бин одновременно повернули головы к источнику звука. Рядом с Ли Са Ёном, сидя со скрещёнными ногами, Хон Ё Сон тихо хихикал, издавая небольшие звуки «хех». Что это? Пока двое смотрели с недоумением, Хон Ё Сон даже не пытался скрыть свою ухмылку и насмешливо проговорил. Гю Гю поднял бровь.

— Что? Мастер?

— Просто смешно, как ты так зациклен на каком-то простом фан-митинге.

— …

— Я ведь суперблизок с J, знаешь? Если возникают проблемы, они сначала приходят ко мне. Даже навещали меня в глубине гор.

— …

— Я — опора J, можно сказать. Хм? Я как универсальный ключ или как Дораэмон.

— …

Впервые Гю Гю с бесстрастным лицом посмотрел на Чон Бина и покачал головой. Чон Бин тоже кивнул. Это был жест, наполненный глубоким смыслом, и, по сути, выражение полного игнорирования. Хон Ё Сон с поднятым кулаком вскочил и вспыхнул от ярости.

— Ты мне не веришь, да? Эй!

Так он и не заметил.

Веки Ли Са Ёна дрожали.

***

Кан Джи Су опустила телефон и покачала головой.

— Не отвечает.

— …

— Но знаете, это странно, когда наш глава гильдии вообще отвечает вовремя. Он всегда игнорирует мои звонки. И звонки заместителя главы гильдии тоже.

Он всегда отвечал на мои звонки. И если не мог дозвониться до меня даже на мгновение, он звонил, как сумасшедший. Ча Ый Джэ нервно вертел в руках свой треснувший телефон. Кан Джи Су лениво потянулась.

— Он позвонит, когда захочет. Так что не переживайте слишком сильно.

— …

Ча Ый Джэ не ответил.

— Вы волнуетесь? Думаете, он опять мог упасть в обморок?

— …Когда я видел его перед отъездом… эм, он выглядел не очень.

— Но заместитель главы гильдии ведь даже вызвал аварию, так? Он быстро придёт в себя. Я вот тоже потеряла сознание, а очнулась довольно быстро.

Кан Джи Су неловко похлопала Ча Ый Джэ по спине. Неужели его беспокойство было настолько очевидным? Ча Ый Джэ потёр затылок, чувствуя себя неуютно. В этот момент Кан Джи Су снова взглянула на телефон. Она отошла на несколько шагов, делая вид, что отвечает на звонок. К сожалению, или, возможно, к счастью, Ча Ый Джэ слышал каждое слово разговора.

— …Да, да. Что? Так что нам делать? Просто ждать?

— …

— Ох, хватит нести этот бред. Тогда что с ними?

— …

— …Директор сказала совсем к ним не подходить? Почему? Потому что мы выглядим как угроза? Что это вообще значит…

Через некоторое время Кан Джи Су вернулась, тяжело дыша от раздражения. Её лицо стало угрюмым. Не успел Ча Ый Джэ даже спросить, как она указала подбородком вдаль.

— Приказ сверху. Эти люди в белых палатках появились повсюду, и охотникам велели к ним не приближаться.

— Почему?

— Я не знаю точно, но, похоже, это та же группа, что протестовала и сражалась с монстрами ранее… Они лечат раненых, успокаивают людей, занимаются какой-то гуманитарной помощью.

— …

— Но если охотники подходят ближе, начинается огромный скандал. Говорят, что люди пострадали из-за нас, потому что мы слишком поздно прибыли, или что-то вроде того…

Ча Ый Джэ нахмурился. Те же самые люди, которые привели мир к апокалипсису, теперь обвиняли охотников?

«Поговорить с J. Глубоко поговорить».

Вот почему Га Ён удерживала его здесь?

— Люди уже не понимают, где правда, а где ложь. А охотники действительно теряли самообладание и реагировали слишком медленно…

Кан Джи Су раздражённо почесала голову.

— Так или иначе, вот как обстоят дела. Вы тоже будьте осторожны.

— Спасибо, что сказали… А вы что будете делать?

— Хм, я проверю, как дела у людей в убежище, где сейчас заместитель главы гильдии… Потом заберу его и вернусь в гильдию Падо. Надо разгрести этот хаос.

Ча Ый Джэ сделал шаг назад.

— Тогда я пойду.

— А? Вы не пойдёте со мной? Куда вы?

Ча Ый Джэ поправил чёрную маску на лице. Её гладкая поверхность всё ещё казалась непривычной. Он взглянул в направлении, куда ранее указала Джи Су.

— Я собираюсь поближе посмотреть, чем занимаются эти люди.

— Как? Им сказали, чтобы охотники держались подальше.

— У меня есть свои способы. Не волнуйтесь.

Этот молодой человек, Ча Ый Джэ. Бывший работник ресторана похмельного супа на полставки.

У него была некоторая уверенность в своих актёрских навыках.

***

Тук. Потёртые кеды ступили на потрескавшийся тротуар. Выцветшие джинсы, серый худи, слегка влажные чёрные волосы и чёрная бейсболка. Ча Ый Джэ взглянул из-под козырька, оглядываясь, прежде чем ускорить шаг.

После того как он попрощался с Кан Джи Су, он впервые за долгое время зашёл в ресторан похмельного супа. Кроме лёгкого слоя пыли, ничего не изменилось. Старые столы, стулья, фотографии с подписями охотников на стенах, постер Пчелы, и даже светящийся магический камень в центре автоматической машины для гарниров — всё оставалось на своих местах.

Сможет ли он когда-нибудь снова открыть ресторан?

Ча Ый Джэ осматривал помещение с лёгкой тоской. Но времени на воспоминания не было. Он вошёл в небольшую комнату и начал рыться в куче аккуратно сложенных подарков. Наконец, он нашёл то, что искал.

[Смените цвет! Кракено-чёрный]

Это была краска для волос, которую подарила ему Пчела.

Ча Ый Джэ посмотрел на своё отражение в зеркале. Даже если он снимет маску, его пепельные волосы могут привлечь внимание. Он мог бы сказать, что покрасился так, потому что является фанатом J, но…

— Лучше минимизировать риски.

Не было никакого шанса, что группа Прометей приветствовала бы фанатов J. И парик в такой ситуации тоже не достать.

— Придётся покраситься.

Решительно Ча Ый Джэ разорвал упаковку с краской для волос.

И вот он снова вернулся в настоящее.

Улицы были тихими. Вероятно, все уже эвакуировались в убежища или укрылись внутри зданий. Странным было то, что вместо охотников по улицам ходили люди в белой одежде. Они были заняты: кто-то вонзал ножи в уже мёртвых монстров, а кто-то переносил большие ящики.

Они все из Прометея?

В этот момент двое людей в белой одежде подошли к Ча Ый Джэ.

— Что вы здесь делаете?

— Простите?

— Вы похожи на гражданского… Вы не успели эвакуироваться?

Вот мой шанс.

Ча Ый Джэ опустил голову и слегка задрожал.

— Д-да… Я только вышел из ресторана, а на улице такое…

— Ох, понимаю. Хотите пойти с нами? Там, в одной из палаток, можно отдохнуть.

— О, тогда, может быть, я ненадолго побеспокою вас…

— Подождите!

Бииип— Громкий свист разорвал воздух. Мужчины в белом в панике бросились прочь от Ча Ый Джэ. Что? Если бы они остались на месте, он бы легко проник внутрь. Ча Ый Джэ нахмурился и поднял голову. И тогда…

— …О боже, это же ты, наш работник на полставки?

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Работник на полставки. Это прозвище он не слышал уже очень давно. Инстинктивно его тело повернулось в сторону голоса, словно по привычке.

«Чёрт.»

Перед ним стояла женщина, которая смотрела на него с шоком, словно увидела привидение.

На ней был яркий неоново-зелёный жилет, который невозможно было не заметить даже издалека. Эта женщина была постоянной посетительницей ресторана похмельного супа и госслужащей из Бюро управления разломами — охотницей Ян Хэ Джин.

Глава 218

— Чёрт... — Ча Ый Джэ резко натянул кепку пониже. Из всех мест, почему они должны были столкнуться именно здесь? Игнорируя его панику, Ян Хэ Джин решительно подошла и крепко схватила Ча Ый Джэ за руку.

— Ты тот самый работник на полставки, верно? Тот, кто работал в ресторане с похмельным супом в переулке. Я права? Ты ведь работник на полставки, да?

— Эм…

Все его тщательно отточенные актёрские навыки моментально провалились в этой внезапной ситуации. Сотни разных сценариев пронеслись в его голове, как калейдоскоп. Поздороваться с ней тепло? Она наверняка обвинит его в насмешке. Притвориться, что не узнал её? Она обвинит его в игнорировании. Притвориться, что потерял память? Сработает ли это вообще?

— О Боже… так ты действительно тот работник на полставки.

К этому моменту Ян Хэ Джин уже успела окинуть его взглядом с головы до ног, бормоча что-то недоверчиво. К несчастью, он был в униформе ресторана, так что отрицать очевидное было бессмысленно. Ча Ый Джэ поднял руки, пытаясь её успокоить. Но Ян Хэ Джин, вместо того чтобы успокоиться, уставилась на него с гневом.

— Эй, ты вообще понимаешь, где ты пропадал всё это время? Ты хоть представляешь, как мы переживали?

— Ч-что?

— Ты внезапно закрыл ресторан и исчез! Ты знаешь, сколько людей думали, что тебя похитили, и искали тебя?

Но я же повесил объявление на двери…

— Вдобавок, в последнее время участились похищения охотников! И ты исчез именно тогда? Заставил всех волноваться!

Похищен?

— Мы даже подземелья прочёсывали, думая, что тебя могли использовать как рабочую силу!

Рабочую силу?

— Мы даже создали общий чат! Чат «Поиск работника на полставки». Знаешь, там такие звёзды собрались! Охотники, которые обычно даже на сообщения не отвечают, туда вошли.

Чаааат?

— Если бы твоя бабушка не сказала прекратить поиски, мы бы до сих пор искали. Чёрт… нужно снова обновить информацию в чате. Ох…

С тяжёлым вздохом Ян Хэ Джин помассировала себе лоб и торопливо достала телефон. Ча Ый Джэ, чувствуя себя так, словно его накрыл внезапный шторм, хотел только треснуть себя по лбу.

«Чем вообще эти люди занимались?..»

Он всего-то перестал работать на полставки на какое-то время. А пока его постоянные клиенты были заняты его поисками, Ча Ый Джэ привлекал к себе внимание, чтобы скрыть отсутствие Ли Са Ёна…

«…»

И всё же, странное тепло заполнило его сердце. Точно как когда держишь в руках миску с горячим супом. Закончив лихорадочно строчить сообщения, Ян Хэ Джин тяжело вздохнула, убрала телефон и начала вертеть свой сигнальный жезл.

— По крайней мере, выглядишь ты здоровым. Это уже радует. Чем ты занимался всё это время?

— Я… кое-какие дела нужно было уладить.

— Ну, в таком мире, как наш, всегда найдётся работа. Не буду лезть в подробности. Но ты закончил?

— Эм… ещё нет.

— Ха… значит, вот почему ты шляешься в таком опасном месте? Ты в какой-нибудь гильдии состоишь? Информацию собираешь? Кто у вас глава гильдии?

При слове «глава» в голове Ча Ый Джэ мелькнуло лицо Ли Са Ёна с его самодовольной ухмылкой. Ну, формально он ведь работал с гильдией Падо, так что… Он закатил глаза, стараясь не рассмеяться. К несчастью, Ян Хэ Джин, похоже, восприняла это как подтверждение. Её лицо залила краска.

— Это недопустимо! Они отправляют охотника D-класса сюда в одиночку? Как зовут вашего главу гильдии? Если сложно сказать, назови просто инициалы. Это какая-то подпольная гильдия?

Внезапно гильдия Падо превратилась в подпольную гильдию. Видя, как Ян Хэ Джин готовилась вновь обрушить на него поток возмущений, Ча Ый Джэ поспешно перебил её.

— О, да нет, ничего такого. Не переживайте. Кстати, кто были те люди? Те, которых ты прогнала раньше?

— Кто? А, эти ребята в белом?

Ян Хэ Джин подошла ближе и понизила голос, будто рассказывая секрет.

— Они ненормальные. Держись от них подальше.

Это был резкий вывод. Интересно. Ча Ый Джэ наклонился ближе, внимательно слушая. Ян Хэ Джин, явно давно желавшая выговориться, заговорила быстрее.

— Они притворяются благотворительной или спасательной организацией, типа помогают людям и всё такое, но… это секта.

— Секта?

— Да. Ты не заметил, как у них палатки были заранее установлены, как будто они всё предвидели? Очевидно же, что они что-то замышляют. Серьёзно, держись от них подальше. И они крайне враждебно относятся к охотникам.

— Почему они настроены против охотников?

— Без понятия! Когда наши ребята пытались задать им пару вопросов, они резко поменялись в лице и буквально выталкивали нас оттуда. Смотрели на нас, как на мусор.

— Так может, мне пойти и спросить их?

— Что? Ты? Но я же говорю, они не любят охотников. А ты ведь тоже охотник.

— А я похож на охотника?

Мешковатый серый худи, поношенные джинсы, пыльные кроссовки с истёртыми подошвами и чёрная кепка, натянута почти на глаза. Лицо и фигура Ча Ый Джэ выглядели острыми, но одежда была неприметной и простой. Обычно охотники предпочитали яркую и дорогую экипировку. Ян Хэ Джин серьёзно осмотрела его с ног до головы.

— Можно честно?

— Давай.

— Ты выглядишь, как безработный, который пошёл за пивом в круглосуточный магазин.

— …

— Это, между прочим, комплимент.

Ян Хэ Джин похлопала Ча Ый Джэ по плечу и прошептала:

— Работник на полставки, ты хорошо играешь?

— Достаточно, чтобы дебютировать в актёрах.

— Откуда столько уверенности? Ты уже подписал контракт с агентством и готовишься стать звездой? …Тогда можешь подойти к этим ребятам и выяснить, что они задумали, зачем всё это устроили, связано ли это с монстрами, падающими с неба, и какова их цель?

— Конечно.

— У тебя есть телефон?

— Нет, сломался.

— Ах… сейчас трудно достать новый. Подожди секунду.

Ян Хэ Джин порылась в кармане и вытащила что-то похожее на умные часы. Вместо циферблата — квадратный экран. Она несколько раз нажала на него.

— Это часы, которые мы используем. Менее заметные, чем наушник, и выглядят обычно. Функционируют как обычные умные часы. В интернет, правда, не выйдешь, они только для служебного использования. Но с их помощью можно отслеживать местоположение, отправлять сообщения и звонить. Возьми.

— Спасибо.

Ча Ый Джэ надел часы и начал их изучать. Вскоре он заметил очевидную проблему.

— …Экран…

На заставке ярко красовался логотип Бюро управления разломами. Часы, которые будто кричали: «Я с правительством».

Ян Хэ Джин неловко откашлялась.

— Эм, это часы государственного образца. Просто… поменяй экран на стандартный.

— …Понял.

— В общем, будь осторожен. Не увлекайся слишком сильно. Если ничего не узнаешь — не страшно. Если почувствуешь опасность, просто уходи. Безопасность превыше всего, понял?

— Конечно. Не переживайте.

Ча Ый Джэ улыбнулся и тихо спросил:

— Можно попросить вас об одной услуге?

— Хм? Конечно, о чём?

— Накричите на меня.

***

Под большим белым тентом, напоминающим те, что используют на спортивных фестивалях или районных собраниях, толпились люди. Те, кого задело обломками, кто пострадал от монстров или подвернул лодыжку, убегая, лежали на белых простынях, расстеленных на земле, и стонали от боли. Откуда-то раздавались тихие рыдания и приглушённые стоны. Люди в белой одежде двигались среди раненых, стараясь оказать им помощь.

И тут это случилось.

— Убирайся отсюда немедленно! — резкий женский голос раздался неподалёку.

Все взгляды обратились к выходу из палатки. На расстоянии виднелась женщина в светоотражающем жилете, которая сердито указывала на мужчину в сером худи. Она что-то ещё прокричала, а затем резко повернулась и исчезла. Оставшийся в одиночестве мужчина неловко почесал затылок, пнул землю носком обуви и, оглядевшись, двинулся в их сторону.

Мужчина, упаковывавший припасы, цокнул языком.

— Опять эта пробуждённая женщина…

— Это драка между пробуждёнными?

— Нет, этот парень, кажется, обычный гражданский. Я как раз собирался привести его сюда, но эта пробуждённая женщина меня остановила. Чёрт…

— Может, теперь попробуем его сюда позвать?

— Не нужно. Он сам идёт.

Молодой человек в сером худи медленно двигался в сторону палатки, его шаги были тяжёлыми. Люди в белом переглянулись, затем натянули приветливые улыбки. Один из них вышел из палатки, чтобы встретить его.

— Здравствуйте. Чем мы можем помочь?

— Эм… я просто хотел спросить… моя сестра… она случайно не здесь? — пробормотал молодой человек почти неслышно.

Люди в белом снова переглянулись, на этот раз с сочувственными выражениями.

— О нет… Вы потеряли сестру?

— Да… Мы вышли всего на минуту, и тут появились монстры. Все начали убегать, и… мы потеряли друг друга.

— Понимаем… это, должно быть, было тяжело.

Мужчина вздохнул, беря за руку молодого человека. Несмотря на его, казалось бы, крепкий вид, руки молодого человека заметно дрожали. Мужчина заговорил мягким тоном.

— Можете ли вы описать свою сестру? Или, если хотите, можете зайти внутрь и поискать её сами. Тут немного крови, так что, если это слишком тяжело для вас, необязательно заходить.

— Я… правда могу сам посмотреть? Моя сестра — школьница, носит очки…

— Конечно. Проходите.

Мужчина взял молодого человека за руку и повёл его туда, где лежали раненые. Тот шёл за ним близко, оглядываясь с тревогой. Спустя минуту мужчина обернулся и спросил:

— Там была какая-то ссора… Могу я спросить, что случилось?

— О, это… ничего особенного… — молодой человек замялся, опустив голову. — Я просто спросил у той охотницы, не видела ли она мою сестру… Она разозлилась, что я отвлекаю её такими вопросами, пока она занята.

— Понятно.

«Вот какие эти пробуждённые. Вместо того чтобы помогать другим, они думают только о себе и срываются на обычных людях». Мужчина слегка нахмурился, но похлопал молодого человека по плечу.

— Вы многое пережили. Идите, посмотрите.

— Спасибо…

Молодой человек начал быстро проходить между койками, внимательно разглядывая каждую. Его шаги были необычайно быстры. «Он пробуждённый? Но его одежда слишком бедная для этого. А его история кажется правдоподобной. Я ведь сам видел, как на него кричала охотница».

Дойдя до конца ряда, молодой человек вернулся с опущенными плечами.

— …Её здесь нет. Спасибо, что позволили мне поискать…

«Люди, пережившие утрату, часто уязвимы».

Мужчина мягко взял молодого человека за руку.

— Мои коллеги работают в других районах. Хотите, мы проверим у них?

— Правда? Вы это сделаете? — молодой человек резко поднял голову. Под кепкой скрывалось привлекательное лицо. Если всё правильно использовать, он может стать полезным активом. Мужчина широко улыбнулся.

— Конечно. Почему бы тебе не подождать здесь, пока я свяжусь с ними?

— Да, пожалуйста. Огромное спасибо!

— Ха-ха, не за что. Ты голоден? У нас не так много еды, но что-то есть, чтобы утолить голод.

— О, это правда… слишком любезно.

— Ничего такого. Мы ведь все должны помогать друг другу, верно?

— Вы очень добры. Спасибо огромное.

— Ну тогда, я пойду сделаю звонки. А ты пока присядь на скамейку снаружи и подожди.

— Хорошо!

Мужчина скрылся за пределами палатки, где были собраны раненые. Молодой человек поправил свою кепку. Его глаза, скрытые под козырьком, сверкнули ярким, ледяным голубым светом.

Глава 219

Уголки его губ слегка дрогнули. Несмотря на все усилия, он не смог скрыть улыбку, которая постепенно расползалась по лицу.

«Это было... довольно неплохое выступление, не так ли?»

Очевидно, что его актёрские навыки значительно улучшились по сравнению с прошлым. Ча Ый Джэ потер подбородок и выпрямил чуть согнутую спину. Где-то внутри него закипало чувство гордости. С таким темпом, может быть, он действительно сможет дебютировать как актёр, как предложила Ян Хэ Джин.

На самом деле, в мире, в котором они жили, было совсем не редкостью, что охотники также становились знаменитостями. Было довольно много тех, кто совмещал работу охотника с карьерой актёра или модели. Актёры особенно преуспевали в боевых ролях, поскольку могли естественно исполнять трюки, на которые у обычного человека ушли бы годы тренировок. А модели... например...

«Пчела ведь работает и как модель, и как охотник, да?»

Ча Ый Джэ рассеянно перебирал свои чёрные волосы. Ему удавалось так свободно передвигаться благодаря краске для волос, которую дала ему Пчела.

«Может быть, стоит отправить ей подарок, когда работа закончится».

Ча Ый Джэ оглянулся. Некоторые держались за свои раны и всхлипывали, другие пустыми глазами смотрели в потолок. Один мужчина корчился от боли, его удерживали несколько человек. Это была знакомая картина. Гораздо более привычная, чем смеющиеся люди и мирная жизнь.

«…»

В воздухе смешались запахи дезинфицирующего средства, крови и пыли, образуя странный аромат. Ый Джэ закрыл глаза. Шум голосов постепенно стих. Странным образом он почувствовал себя спокойно. Будто после долгого путешествия наконец вернулся туда, где ему место.

Он провёл большим пальцем по уголку рта, а затем отодвинул занавеску. Люди в белых халатах суетились, как муравьи. Хотя на них было белое, охранники у дверей казались огромными. Их взгляды были тусклыми и расфокусированными. Скорее всего...

«Модифицированные охотники… или подопытные?»

Ча Ый Джэ внимательно всмотрелся в их лица. К счастью, ни одно из них не было знакомым. Возможно, случай с русским медведем оказал на него большее влияние, чем он думал. Внезапная вспышка красного мелькнула перед его глазами, и он с трудом сглотнул, подавляя горькую улыбку.

Он чувствовал, как на него украдкой смотрят занятые люди вокруг. Ча Ый Джэ сел на пластиковый стул. Тот заскрипел по асфальту неприятным звуком. Почти сразу к нему подошёл кто-то.

— Меня предупредили. Вы ищете младшую сестру, верно?

Это была женщина с ясными глазами, ей, вероятно, было около тридцати. Вместо ответа Ча Ый Джэ просто кивнул. Женщина вежливо поклонилась и протянула ему блокнот и ручку.

— Меня зовут Ли Ми Джин. Не могли бы вы подробно описать внешность вашей сестры? Ранее предоставленное описание слишком общее, поэтому мы думаем, что оно может не дать значимых результатов.

— Хорошо... я понял.

Ча Ый Джэ сжал ручку и задумался. Расплывчатое описание, которое он дал раньше, касалось Юн Га Ыль. Она была человеком, которого он действительно знал, поэтому мог ответить на неожиданные вопросы, не вызывая подозрений. К тому же...

«Сейчас она должна быть в школе».

По крайней мере, он на это надеялся. Юн Га Ыль могла быть охотницей S-класса, но она не специализировалась на боевых действиях. Ча Ый Джэ начал записывать описание её внешности: Юн Га Ыль, 19 лет, девушка, каштановые волосы, круглое лицо, очки, школьная форма... Тем временем Ли Ми Джин налила тёплой воды в пластиковый стакан и подвинула его к нему. Закончив описание, Ча Ый Джэ передал ей блокнот и осторожно спросил:

— Можно оставить ручку у себя? Просто... руки как-то пустые. Я верну её, когда буду уходить.

— О, конечно. Держите, сколько нужно.

— Сп-спасибо.

Ли Ми Джин мельком взглянула на блокнот и передала его кому-то из проходящих мимо, кивнув. Человек, получивший блокнот, поспешил уйти. После этого она села рядом с Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ поднял стакан. Над водой лениво поднимался пар. Тепло почти не ощущалось в его руках, но...

«Может быть, это проверка».

Он специально обхватил стакан за край и подул на воду.

— Горячо.

— Тёплая вода лучше успокаивает, чем холодная.

— Спасибо.

— Не стоит благодарности. Наверняка это было большим потрясением для вас.

— Да, немного…

Это действительно было шоком. Не каждый день видишь, как люди коллективно сходят с ума. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Ли Ми Джин и задал вопрос:

— А вы, похоже, совсем не удивлены.

— Правда? Может, потому, что я давно готовилась к этому.

Ли Ми Джин прикрыла рот рукой и тихо рассмеялась. Ча Ый Джэ специально широко раскрыл глаза.

— Вы готовились? К чему?

— К этому. Ментально. Может показаться, что я говорю глупости, но...

Ли Ми Джин задумчиво посмотрела куда-то вдаль, её лицо приобрело немного мечтательное выражение.

— Я давно знала, что такой день наступит.

«…»

— У вас когда-нибудь были воспоминания, которые казались странными? Как будто они ваши, но вы не помните, чтобы делали эти вещи?

Ча Ый Джэ замешкался, нервно перебирая руками. Ли Ми Джин, словно пытаясь его успокоить, мягко добавила:

— Не волнуйтесь, я не подумаю, что с вами что-то не так. Со мной было то же самое.

Ча Ый Джэ медленно кивнул. Если он хотел получить больше информации, ему нужно было подыгрывать. Немного запинаясь, он начал говорить:

— Ну, эм... с Дня перемен... это началось. Я никому об этом не рассказывал...

Она тепло улыбнулась.

— Понимаю. Не волнуйтесь. Многие испытывали похожие вещи с Дня перемен.

«…»

— Не могли бы вы рассказать, какие именно воспоминания вы вспоминаете?

Теперь она явно добивалась подробностей. Ча Ый Джэ колебался с ответом. Ли Ми Джин, возможно, заметив его замешательство, мягко подтолкнула его:

— Это воспоминание, о котором трудно говорить?

— Нет, просто… я никогда ни с кем этим не делился, так что это немного странно.

Ча Ый Джэ почесал щёку, неловко улыбаясь.

— Знаете, если рассказывать что-то подобное… люди подумают, что ты сумасшедший.

— Это правда. Многие боятся этого. Но я считаю, что чем сложнее что-то сказать, тем важнее этим поделиться. Людям ведь нужно полагаться друг на друга.

«Ух ты, как гладко говорит». Теперь стало ясно, что Ли Ми Джин не уйдёт, пока не услышит то, что ей нужно. Скорее всего, она подошла именно для этого разговора. Избежать этого было невозможно. Ему придётся что-то выдумать. Но в этот момент…

— Ммф! Ммф! Ммф!

Приглушённый крик раздался где-то поблизости. Он был слабым, но явно женским. Ли Ми Джин, либо не слыша его, либо делая вид, что не слышит, продолжала спокойно улыбаться, глядя на Ча Ый Джэ. Остальные люди вокруг тоже, казалось, игнорировали звук.

«Если я сейчас среагирую…»

Они узнают. Поймут, что он пробуждённый. Ча Ый Джэ сделал вид, что глубоко вдохнул, будто собираясь с мыслями, и сделал глоток воды. Вкус был странно горьким. В тот же момент его зрение слегка пошатнулось, но вскоре вернулось в норму. Это ощущение было ему знакомо. Он чувствовал это раньше, до того как яд василиска вывел из его организма токсины.

«Чёрт… постой».

Вены на виске Ча Ый Джэ напряглись.

«Эти ублюдки подмешали что-то в воду…»

Осторожно, он провёл языком по внутренней стороне рта. Что же они добавили? Это было не яд, по крайней мере. Если бы это был яд, его система уже бы начала нейтрализацию. Успокоительное? Транквилизатор? Наркотик? Возможно, это было что-то особое, предназначенное для пробуждённых. Может, они добавили это на случай, если пробуждённый попробует проникнуть сюда?

Но серьёзно, подмешивать что-то в еду?

Ча Ый Джэ поднял взгляд к потолку, не забывая при этом тяжело вздохнуть, будто пребывая в раздумьях. На самом деле, он действительно был встревожен.

«Это полный бардак…»

— Ммф! Ммф!

Крики женщины стали громче. Теперь уже слышались звуки борьбы — удары и глухие толчки. Несколько человек вокруг нерешительно оглядывались. Было время действовать. Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Ми Джин с выражением обеспокоенности.

— Эм, разве вы не слышите этот звук?

— Что именно? Какой звук?

— Ну, этот «ммф»... как будто кто-то заткнут?

— Хм... я ничего не слышу.

Ли Ми Джин наклонила голову, выглядя озадаченной. Ча Ый Джэ едва слушал её ответ, как резко поднялся с места. Он направился прямо к источнику звука. Ли Ми Джин поспешила за ним.

— Постойте! Что вы…

— Извините, просто... этот голос, он звучал как голос моей сестры. Простите, называйте меня сумасшедшим, но я должен проверить!

Ча Ый Джэ пробормотал какую-то ерунду и резко распахнул ближайшую палатку. И тут..

«…»

«…»

Перед ним была Юн Га Ыль, которую тащил крупный мужчина, закрыв ей рот рукой.

— …Юн Га Ыль?

Ча Ый Джэ встретился взглядом с Юн Га Ыль.

Юн Га Ыль, с перекошенными очками, отчаянно боролась в захвате массивной руки мужчины. В разгаре её отчаянных попыток освободиться она услышала своё имя, широко распахнула глаза и посмотрела на Ча Ый Джэ. Её взгляд наполнился шоком. На лице Ча Ый Джэ, вероятно, отразилось то же выражение. Почему ученица, которая должна быть в школе, оказалась здесь? И почему её тащат против её воли?

Ча Ый Джэ повернулся к Ли Ми Джин, его лицо было охвачено неверием. Ли Ми Джин глубоко вздохнула, закрыв лицо рукой.

— Было бы лучше для нас обоих, если бы ты просто поговорил и ушёл спокойно. Любопытство — это грех, знаешь ли.

— ...Простите?

— Раз уж ты это увидел, выбора нет. Нам придётся забрать тебя с собой.

Ли Ми Джин щёлкнула пальцами, и массивный мужчина неподалёку подошёл с тяжёлыми шагами. Она грациозно взмахнула рукой.

— Не бей его слишком сильно. И не делай из него дурака. Просто приложись так, чтобы он вырубился. Он, похоже, может пригодиться.

Значит, они собирались его вырубить и увезти. Постойте, разве это не складывалось в его пользу?

«Они же просто отвезут меня прямо на свою базу, верно?»

Массивный мужчина приближался, тяжело дыша. Ча Ый Джэ отступил назад, молясь про себя.

«Пожалуйста, ударь меня чем-нибудь крепким».

Он молился снова.

«Пожалуйста, чем-нибудь действительно прочным!»

Если это тонкая железная палка, она просто погнётся!

К счастью, у мужчины в руках была массивная дубинка. То, что нужно. Свист — дубинка рассекла воздух, устремляясь к лицу Ча Ый Джэ. В момент, когда она должна была ударить его, Ча Ый Джэ резко откинулся назад, притворяясь, что получил удар.

Грохот—!! Ча Ый Джэ рухнул на кучу коробок со льдом и картонных ящиков.

«Теперь я освоил и голливудские трюки…»

Гордый своим представлением, Ча Ый Джэ закрыл глаза. Юн Га Ыль издала приглушённый крик. Ли Ми Джин снова щёлкнула пальцами. Чья-то сильная рука схватила Ча Ый Джэ за лодыжку и начала тащить.

— Ты сказал, что Юн Га Ыль твоя сестра? Ну, хотя бы скучать не будете. Эй, посадите их обоих в машину.

Ли Ми Джин тихо хихикнула. Массивный мужчина поднял Ча Ый Джэ за лодыжку. Его кепка беспомощно упала на пол. Раскачав его несколько раз, как маятник, мужчина бросил его куда-то.

Глухие удары—!! Ча Ый Джэ пару раз ударился о стену, прежде чем, наконец, рухнуть на пол. Лязг! Щелчок! Дверь захлопнулась. Тьма поглотила его.

В этот момент Ча Ый Джэ резко распахнул глаза.

Глава 220

«Ладно тогда…»

Воздух был пропитан металлическим запахом ржавчины и масла. Пол, к которому прижималась щека Ча Ый Джэ, был холодным и ритмично вибрировал. Он прислушался. Где-то гудел двигатель, слышался шум выхлопа. Это грузовик-контейнеровоз? Судя по состоянию дороги, грузовик был необходим. Осматриваясь, Ча Ый Джэ уловил голос Ли Ми Джин, отчитывающей кого-то.

— Подожди, я же сказала не бросать их так грубо. А если они поранятся? Убирать контейнер будет проблемно…

— …

— Угх, бесполезно. Разговаривать с вами — всё равно что с глухой стеной…

— Хён-ним.

Прервал её другой голос. Это был тот самый мужчина, который раньше показывал Ча Ый Джэ разные части лагеря.

— Куда нам положить это?

Раздались приглушённые звуки, словно Юн Га Ыль сопротивлялась, за которыми последовало несколько глухих ударов. Ли Ми Джин отозвалась равнодушно:

— Ты закрыл дверь контейнера?

— Её можно снова открыть. На пассажирском сиденье места нет.

— Проверь тело того, кого мы уже бросили. Если он мёртв, освободи место и посади эту впереди. Я не хочу, чтобы кто-то сходил с ума рядом с трупом.

— Похоже, он был пробуждённым. Даже с низким классом он выжил после удара дубинкой.

— Ах, да? Значит, он, наверное, не умер… Как же раздражают такие крепкие типы. Положите его в контейнер, и больше не бросайте!

— Ммм! Ммм!

— Мисс, если вы продолжите упорствовать, нам придётся применить силу…

— Ммм! Ммммм!

— Похоже, вам есть что сказать. Развяжите ей рот на минуту.

— П-почему вы это делаете? Пожалуйста, отпустите меня! Мне нужно домой…

Юн Га Ыль закричала отчаянно, но Ли Ми Джин только издевательски рассмеялась.

— Ты действительно думаешь, что мы не знаем, что ты пробуждённая S-класса?

Юн Га Ыль замолчала. Ча Ый Джэ напрягся, пытаясь расслышать больше. Они знали, кто такая Юн Га Ыль? Как? Даже среди охотников очень немногие знали, что Юн Га Ыль — пробуждённая S-класса. В лучшем случае, могли лишь догадываться, что есть скрытый S-класс, старшеклассница с ментальными способностями.

Тон Ли Ми Джин внезапно изменился, став почти умоляющим.

— Мы знаем всё о твоих способностях. Ты помнишь разрушенный мир, не так ли? Ты снова собираешься убежать? Не попытавшись остановить это? Просто внушая себе, что это неизбежно?

— …

— Мы тоже хотим предотвратить апокалипсис. Мы готовы на всё, чтобы остановить его. А ты?

После паузы Юн Га Ыль спросила:

— …Чего вы хотите от меня?

— Наш лидер хочет встретиться с тобой.

Голос Ли Ми Джин слегка изменился, когда она упомянула «лидера». В нём зазвучала фанатичная нотка, голос человека, искренне верящего — почти безумного.

— Наш лидер уже очень давно помнит об апокалипсисе. Он предвидел, что однажды это произойдёт в нашем мире, и собрал нас вместе.

— …

— Ты пробуждённая, но обладаешь редкой способностью. Мы можем сотрудничать. Поговори с нашим лидером, возможно, вместе мы найдём решение этой проблемы.

— …И это всё?

— Конечно. Мы просто поговорим, а потом вернём тебя туда, откуда забрали.

— Как я могу в это поверить? Вы похитили меня ни с того ни с сего…

— Извини за грубое обращение. Я сказала доставить тебя в целости и сохранности… Похоже, эти идиоты не поняли. Иногда они туго соображают.

— …

— Ты пойдёшь с нами?

— Если я откажусь, вы всё равно потащите меня туда, верно?

— …

— …Ладно, просто скажите им отпустить меня. Я пойду сама.

Послышались шаги. Щёлкнул замок, и дверь открылась. Ча Ый Джэ быстро закрыл глаза. В контейнер вошёл мужчина, прежде чем пустить Юн Га Ыль. Он подошёл к Ча Ый Джэ, присел и проверил пульс на шее. Проворчав, мужчина пробормотал:

— Чёрт, ещё жив. Крепкий какой.

— …

— Ладно, мисс. Заходите.

— …

— Не пытайтесь ничего предпринять. Давайте обойдёмся без глупостей.

Лёгкие шаги приблизились к Ча Ый Джэ. Юн Га Ыль села рядом с ним, свернувшись в маленький комок. Дверь снова захлопнулась, и замок щёлкнул. В этот момент Ча Ый Джэ широко открыл глаза и быстро поднял голову. Юн Га Ыль ахнула, подавляя крик. Тихим голосом Ча Ый Джэ прошептал:

— Почему ты здесь, Га Ыль? Ты же была в школе?

— В-вам нормально? Удар был довольно сильным!

— Я притворялся. Даже не почувствовал. Но почему ты здесь?

— Как я могла остаться в школе… с тем, что происходит? После того как я проснулась, я сообщила директору и направлялась в Бюро управления пробуждёнными. Но потом…

Юн Га Ыль всхлипнула и поправила криво сидящие очки. Машина резко накренилась, начиная движение.

— Какие-то люди в белой одежде схватили меня. Они спросили, Юн Га Ыль ли я. Я отрицала, но…

Она подняла школьный бейдж, висевший на шее, с её именем, Юн Га Ыль, напечатанным крупными буквами. Ча Ый Джэ кивнул, понимая. Юн Га Ыль снова всхлипнула.

— Я не подумала о бейдже… Я была слишком растеряна.

— …

— Вот так я и оказалась здесь. А что насчёт вас, J?

— Я изучал этих людей. Подумал, что смогу спрятаться с таким видом.

— Понятно.

— Я сказал, что ищу свою пропавшую младшую сестру, и использовал часть твоей информации как прикрытие. Подумал, что ты всё ещё будешь в школе, так что это было хорошее оправдание.

— …

— Только вот не ожидал, что найду тебя здесь…

Какой жестокий поворот судьбы. Юн Га Ыль опустила голову в отчаянии.

— Простите, это моя вина…

— Нет, я сам сюда попал по своей воле.

Если бы Ча Ый Джэ захотел, он мог бы сбежать в любой момент. Он мог бы вырвать дверь контейнера и выпрыгнуть. Конечно, он бы немного покатился по дороге, но это не оставило бы даже царапины. Лежа лицом вниз на полу контейнера, Ча Ый Джэ начал думать. Может, это даже к лучшему. Судя по тому, что он услышал, похоже, они собирались встретиться с человеком, ответственным за создание Прометея. Он не мог упустить такую возможность. Ча Ый Джэ пробормотал.

— Га Ыль, извини, что говорю это, но…

— Да?

— Я мог бы забрать тебя с собой и сбежать, но не буду.

Юн Га Ыль поправила очки, потерев глаза рукавом, и кивнула. Ча Ый Джэ краем глаза взглянул на неё.

— Ты заметила, как ускоряется апокалипсис, не так ли?

— Да, эти огромные монстры… Я их помню. Они появляются в начале конца.

Этот мир уже выбрал свой путь к разрушению. От него не было спасения. Апокалипсис будет преследовать их до самого конца. Единственный способ — двигаться вперёд. Ча Ый Джэ снова пробормотал.

— В нашем мире есть огромная переменная, называемая Прометей. Это переменная, которую мы не до конца понимаем. Даже если мы захотим остановить апокалипсис, мы не сможем составить план, не учитывая её.

— Вы правы.

— Если мы не можем её исключить… нам нужно узнать о ней больше.

— …

— Я планирую собрать как можно больше информации с этой возможности. Как думаешь?

— …Вы думаете, мы сможем сбежать?

Юн Га Ыль посмотрела на Ча Ый Джэ с тревогой в глазах. Ча Ый Джэ приподнялся на локтях и с уверенностью улыбнулся ей.

— Я же J, помнишь?

— …

— Доверься мне.

Тревога в глазах Юн Га Ыль постепенно исчезла, и на её лице появилась слабая улыбка. Она кивнула, успокоившись. Ча Ый Джэ заговорил серьёзно, и Юн Га Ыль, похоже, тоже напряглась.

— Нам нужно согласовать нашу историю.

— О-Окей.

— Как насчёт того, чтобы представить себя братом и сёстрой с разными фамилиями? Это довольно распространено после Дня Разлома, когда безкровные родственники образуют семьи.

Выражение лица Юн Га Ыль сменилось на лёгкое раздражение. Ча Ый Джэ внезапно посмотрел на свои часы, его мысли на мгновение улетели в сторону. Он вспомнил, как когда-то мечтал стать частью семьи с Ли Са Ёном. Он знал, что его тётя никогда не вернётся, и, возможно, именно поэтому он так привязался к Ли Са Ёну. Он хотел бы связать их как семью — потому что они были единственными друг у друга.

«Ты целуешь младшего брата?»

В его голове раздался игривый голос. В этот момент Ча Ый Джэ резко стукнул головой о пол. Юн Га Ыль испуганно вскрикнула.

…Он не ожидал, что всё обернётся так.

Ча Ый Джэ прижал лоб к металлическому полу. Его ранее разбросанные мысли теперь сосредоточились на одном имени.

Ли Са Ён.

Он в порядке? Ча Ый Джэ коротко вздохнул.

***

Чон Бин сказал, что растопил всю исследовательскую базу. Он стоял один среди развалин, покрытый ядом.

…Я плохо помню это.

Не стер ли мой мозг эти воспоминания, чтобы защитить тело и разум? Я не могу быть уверен. Последнее воспоминание Ли Са Ёна — удушающее ощущение, горячее и подавляющее, как кипящее лавовое озеро. Даже это он припомнил с трудом.

За время, проведённое с Чон Бином и Пэ Вон У в старом доме, они спрашивали его каждую ночь. Какой была исследовательская база? Ты что-то помнишь? Есть кто-то, кого ты вспоминаешь? Было бы полезно, если бы ты что-то вспомнил. Так мы сможем их найти и наказать… Но каждый раз Ли Са Ён только качал головой. Единственный ответ, который он мог дать:

— Не знаю.

Это странно. Его воспоминания о больнице были такими яркими, но сколько бы он ни старался, ничего о базе не возвращалось. Ли Са Ён помнил, как держал за руку Га Ён, и с трудом они покинули больницу и сели в странную машину. Вот на этом воспоминания обрывались.

— Это, вероятно, защитный механизм.

Проговорила чёрная тень. Ли Са Ён поднял взгляд. Тень, которая внезапно поднялась с земли, молча смотрела на него. Затем она изогнула губы в улыбке.

— Ты сбежал.

В тот момент Ли Са Ён взглянул на тень с яростью.

Глава 221

— Сбежал? Кто сбежал?

— Ты.

— Не говори чепуху.

— Тогда почему не помнишь?

— Не знаю.

— Как удобно, просто сказать «не знаю» и думать, что всё решено.

…

— Постарайся вспомнить как можно сильнее… Это единственный способ спасти жизнь J, которого ты так любишь.

Черная тень приблизилась. Она была намного больше Ли Са Ёна. Перед ней Ли Са Ён становился всё меньше и меньше. Раньше четкое зрение исказилось в размытость. Боль, давно забытая, вернулась. Ли Са Ён сдержал стон, наклоняя голову. Рука, коснувшаяся земли, была изуродована. Из него не вырвалось ни звука. Даже короткие вдохи были мучительными. Тень положила руку на голову Ли Са Ёна, который задыхался от боли.

— Я помогу тебе.

…

Ленивый, насмешливый голос прошептал.

— Воссоздавать воспоминания — это моё хобби.

***

Ча Ый Джэ и Юн Га Ыль пришли к соглашению, хоть и драматичному. Вместо того чтобы менять свою фамилию на Юн, Ча Ый Джэ оставался при своем имени. Кроме этого, больше не было особых вопросов. Легко было объяснить разницу в возрасте, ведь они не были родственниками по крови. Ча Ый Джэ, бормоча и запоминая детали их соглашения, поднял голову.

— Кстати, Юн Га Ыль, у тебя нет телефона?

— Ах, ну… нет… его забрали.

Юн Га Ыль ответила угрюмо.

— Забрали всё, что могло служить для связи.

— Понял…

Ча Ый Джэ взглянул на умный браслет на своём запястье. Он надеялся, что Ян Хэ Джин заметит, что что-то не так, и отследит их. В этот момент мотор автомобиля заглох, и вибрации прекратились. Звук шагов нескольких человек приблизился к контейнеру.

Замок щелкнул, и дверь распахнулась. Внезапно в контейнер ворвался свет. И Ча Ый Джэ, и Юн Га Ыль прищурились, пытаясь защитить глаза. В контейнер вошли вооруженные люди с уверенными шагами. Они нацелили оружие на Ча Ый Джэ.

— П-погодите секунду!

Юн Га Ыль встала перед Ча Ый Джэ, заслоняя его своим телом, и зло уставилась на мужчин.

— Он мой брат. Если вы будете грубы с ним, я не буду сотрудничать.

— Что? Эй, мисс…

Коренастый мужчина презрительно усмехнулся.

— Ты что, здесь главная? Ты вообще понимаешь, где ты находишься?

— Вы привели меня сюда, потому что хотите что-то от меня, да? Разве кто-то важный не говорил, что хочет со мной встретиться?

— …

— Если вы тронете нас, я ничего не скажу. А когда вас спросят почему, я скажу, что из-за вас.

Коренастый мужчина обменялся взглядами с человеком позади себя. Тот опустил оружие.

— …Но мы всё равно будем его сдерживать. Мы — гражданские, а этот парень — пробуждённый. Это для безопасности, тут нет места для обсуждений.

Юн Га Ыль повернулась к Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ, не выражая эмоций, слегка кивнул. Он всегда мог вырваться, если нужно было. Юн Га Ыль тоже кивнула, следуя его примеру.

— …Хорошо.

— Эй, сложи руки.

Мужчина буркнул, подходя, чтобы надеть наручники на Ча Ый Джэ. С металлическим щелчком наручники захлопнулись. Они были толще и тяжелее тех, что используют полиция, напоминая наручники из Бюро управления пробуждёнными.

Если это были те же самые, это даже хорошие новости. Ча Ый Джэ легко мог бы их сломать своей силой. Но мужчина вытащил ещё одну вещь — короткую толстую цепочку. Юн Га Ыль, которая всё это время молча наблюдала, вмешалась.

— Подождите, что это?

— Мера безопасности. Я же говорил, это необходимо.

— Как это мера безопасности? Никакой нужды в этом нет!

— Это не подлежит обсуждению.

— Юн Га Ыль.

— …

— Всё в порядке.

Ча Ый Джэ взглянул на неё глазами, давая понять, что не стоит создавать врагов здесь. Помимо того, что он был пробуждённым, она была обычной школьницей. Она не могла справиться с насилием. И несмотря на то, насколько прочными были наручники, они не могли бы устоять перед хваткой Ча Ый Джэ. Юн Га Ыль прикусила губу и опустила голову.

Мужчина презрительно фыркнул и указал пальцем.

— Смотри вверх.

Ча Ый Джэ поднял голову. Грубая рука зафиксировала на его шее ошейник. В тот момент, когда металл щелкнул, что-то острое вонзилось в его кожу изнутри. Оно не прорезало её, но было очевидно, что оно могло бы.

«Значит, оно должно вонзиться в кожу, если потребуется…»

Дышать стало тяжело; ошейник сдавливал шею, причиняя дискомфорт. Ча Ый Джэ поморщился, проводя пальцами по краю ошейника. Мужчина насмешливо ухмыльнулся.

— Не пытайся ничего делать. Я могу активировать это в любой момент.

— …

— Твоей сестре будет лучше, если ты просто останешься спокойным. Понял?

Ча Ый Джэ не ответил, просто кивнул. Мужчина вытащил чёрную ткань.

— Оба будете в этом. Откажитесь, и я вырву ваши глаза. Вы всё равно сможете болтать, даже если у вас не будет глаз.

— …

— Поняли? Кивните, если да.

Юн Га Ыль нервно взглянула на Ча Ый Джэ. Он снова кивнул. Мужчина грубо перевязал ему глаза чёрной тканью, туго завязав её. Какое преувеличение. Затем он схватил цепь, прикреплённую к ошейнику Ча Ый Джэ, и дернул его на ноги. Вдалеке Юн Га Ыль испустила небольшой вскрик. Она заметила напряжение в руке Ча Ый Джэ? Мужчина поддразнил.

— Какой ты защитник для своей сестры. Не переживай, я просто хочу, чтобы ты мог идти прямо.

— …

— Иди прямо! Не споткнись.

Другой мужчина сильно пнул Ча Ый Джэ в спину. Сохранить равновесие? Упасть? Два выбора мелькнули в его голове, но Ча Ый Джэ быстро принял решение. Было бы лучше упасть здесь.

Тук! Ча Ый Джэ рухнул лицом в песок. Сухой запах песка наполнил его ноздри. Он не терял времени и схватил горсть земли. Грубый песок, мелкие камешки, шершавые на коже.

«…Гора? Открытое поле? Строительная площадка?»

Затем раздался крик позади него.

— Аааах! Что за чёрт!

— Что случилось?

— Моя нога… Думаю, она сломана, ааа! Что он, из камня?

«Вот тебе и на, за то, что пинать людей.»

Так ему и надо. Игнорируя завывания, Ча Ый Джэ закатил глаза под повязкой. К счастью, тусклый свет пробивался через ткань. Они были на улице… деревья? Разве они не прошли так уж далеко?

— Аааааа!

Мужчина, который пнул Ча Ый Джэ, снова завизжал от боли. Другой мужчина щёлкнул языком с раздражением.

— Дурак. Сколько раз я должен тебе повторять, чтобы не нападал на пробуждённого?

— Чёрт! Нам нужно их просто убить! Они монстры, даже не люди!

— Замолчи. Эй! Отведите этого идиота к медикам.

Несколько шагов прошли мимо Ча Ый Джэ. Мужчина схватил цепь, прикреплённую к ошейнику Ча Ый Джэ, и дернул сильно. С ними обращались как с собакой. Ча Ый Джэ, шатаясь, встал на ноги. Что-то холодное и круглое прижалось к его спине.

— Просто иди прямо.

— …

Звук песка и гравия под ногами постепенно стих, уступив место гладкой поверхности бетона. Воздух сменился: запах песка ушёл, его заменил резкий запах дезинфицирующего средства и отбеливателя.

Похоже, это было большое помещение; вдалеке слышались отголоски голосов. Он хотел слышать больше, узнать о текущей ситуации… о движениях Бюро управления… о J… о ранкерах… Но они были слишком далеко. И с пистолетом, прижатым к его спине, он не мог остановиться.

Как долго они шли? Раздался мягкий звон, затем ощущение открывающихся дверей с обеих сторон. Мужчина прижал пистолет к спине Ча Ый Джэ.

— Сделай ещё три шага и остановись.

— …

Значит, это был лифт. Двери закрылись с глухим звуком. Лифт заурчал, спускаясь. Прошло довольно много времени, прежде чем мужчина дернул за цепь на ошейнике Ча Ый Джэ.

— Иди за мной.

«Да, да.»

Ча Ый Джэ поморщился, осматриваясь. Яркие огни позволяли разглядеть что-то сквозь повязку. Белые полы, белые потолки, белые стены и люди в белых халатах, суетящиеся вокруг. А среди всего этого — металлические решётки.

За решётками…

Кланк! Кланк! Кланк!

Кто-то схватил решётки и стал яростно трясти их, завывая как зверь. Человек в белом халате глубоко вздохнул, разочарованно пробормотав.

— Кто забыл успокоительные? Это ты? Вот опять…

— Что с ними делать?

— Что делать? Изолировать и давать дозу, пока не вырубятся…

Раздался звук поворачивающегося дверного замка. Дверь скрипнула, открываясь. Мужчина схватил цепь на ошейнике Ча Ый Джэ и потянул его внутрь. Он пробормотал.

— Не пытайся ничего делать.

Время говорить. Ча Ый Джэ закатил глаза под повязкой, осматривая помещение. Квадратная комната с металлическими решётками спереди. За решётками ничего не было видно. Неужели там установлено зеркало с одной стороны?

— Где моя сестра?

— Она встретится с хён-нимом.

— Она будет освобождена?

— Если всё пойдёт хорошо.

— Сколько я буду в таком состоянии?

— Пока она не завершит разговор.

Мужчина схватил Ча Ый Джэ за волосы и с силой врезал его головой в стену, так что тот ударился. Затем,

Клинк!

Он прикрепил цепь к стене и снял повязку с глаз.

Глава 222

Ослепительный белый свет болезненно проник в его глаза. Ча Ый Джэ поморщился. Комната, в которой его держали, была узкой и белой. Она была такой же маленькой, как подсобка в ресторане с похмельным супом. Мужчина прочно прикрепил цепи к стене, затем схватил Ча Ый Джэ за волосы, дернув его. Ча Ый Джэ попытался не напрягать шею и тихо позволил себя тащить.

«Какие же они мерзавцы…»

Если я выберусь, первым схвачу твою голову. Раздражение отразилось на его лице? Мужчина легко шлёпнул его по щеке тыльной стороной руки.

— Посмотри на это лицо… Веди себя прилично, урод. Понял?

«Пошёл ты».

— Если не хочешь увидеть свою сестру в изуродованном состоянии, лучше веди себя хорошо.

Они держат Юн Га Ыль в качестве заложницы, чтобы контролировать Ча Ый Джэ, а его самого — чтобы контролировать Юн Га Ыль. Эффективный метод шантажа. Вот чему можно поучиться. Ча Ый Джэ послушно кивнул. Мужчина вонзил пистолет ему в бок и затем покинул комнату. Дверь была слева. Он не мог видеть, что происходит снаружи, через металлические решётки перед ним; не знал, что они сделали, чтобы заблокировать вид. Голос мужчины донёсся из-за двери.

— Не трогайте этого парня в комнате, пока не получим другие указания.

— …Разве не…?

— Нет, оставьте его пока. Это приказ от хён-нима.

— Ах, понял…

Хорошо. Не нужно ломать всё, как только они войдут.

Похоже, они собираются оставить его в живых, вероятно, как разменную монету для контроля и манипуляции Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ поиграл с ошейником на шее и сел. К счастью, он был высоким. Если бы он был ниже, цепи не позволили бы ему сесть.

«Кажется, тут довольно просторно.»

Юн Га Ыль, вероятно, направлялась в центр этого места. Там обычно собираются VIP-персоны. О чём они будут говорить, когда встретятся? Об апокалипсисе? Ча Ый Джэ фыркнул. Не может быть, чтобы Прометей знал больше, чем Юн Га Ыль. Они, наверное, забрали её, чтобы вытащить информацию о конце света…

Почему они так одержимы идеей остановить апокалипсис при помощи человеческой силы?

Это слишком организовано, чтобы быть просто ненавистью к пробуждённым.

«Слишком систематично.»

В этот момент он снова услышал движение возле решёток. Ча Ый Джэ опустил голову и закрыл глаза.

— Новый подопытный? Этот вроде целый. Ты уверен, что его подкололи?

Два человека. По шуршанию их одежды, вероятно, это были исследователи извне. Ча Ый Джэ продолжал держать глаза закрытыми, сосредоточившись на их разговоре. Он услышал слабый звук переворачиваемых листов бумаги.

— Посмотрим… Сканировали его лицо?

— Пока нет.

— Это надо было сделать первым.

— Можем сделать это сейчас. Всё равно он не кажется высококлассным.

— Как ты это определил?

— Никогда его раньше не видел. Наверное, какой-то отброс, который еле сводит концы с концами.

— Думаешь, сканер сработает, если он держит глаза закрытыми?

— Не знаю. Попробуем.

Щелчок. Звук срабатывающей камеры.

«Конечно.»

Сквозь решётки он не мог ничего видеть, но снаружи могли разглядеть его. Один из них произнёс насмешливым тоном:

— Понял, понял. Видишь? Просто D-класс.

— Имя Ча Ый Джэ, D-класс… Хм, ничего особенного. Думал, что он может быть кем-то важным, раз его лично привели. Можно использовать его как подопытного?

— Нет. Нам сказано не трогать его.

— Есть ли у него какие-то особые способности? В его данных нет ничего необычного.

— Нет. Но это приказ сверху.

— Жаль. Подопытных всё меньше.

Ча Ый Джэ дернул пальцами. Эти люди могли определить его имя и класс только по лицу. И не только это — он был всего лишь обычным пробуждённым D-класса. Был только один способ, как это могло стать возможным.

«База данных Бюро управления пробуждёнными…»

— Он под действием наркотиков?

— Мы дали ему немного, но, вероятно, малую дозу.

— Разве не лучше было бы полностью обездвижить его? На всякий случай.

— Он не выглядит слишком агрессивным, так что оставим его пока. Не хочется всё испортить и выглядеть как дураки.

— Чёрт, я надеялся, что мы сможем провести с ним эксперименты.

Их голоса затихли, когда они ушли. Ча Ый Джэ медленно открыл глаза. База данных Бюро управления пробуждёнными строго охраняется как государственная тайна. Каждый пробуждённый считается активом страны. Даже такой как Маленькое чудо Со Мин Ги, должен был отделить Чон Бина, прежде чем они могли манипулировать этой базой.

Но эти люди могли получить информацию об охотниках просто по одной фотографии. Даже базовую информацию о Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ откинул голову на твёрдую стену.

«Если подумать…»

Практически невозможно для обычных людей так просто похитить пробуждённого. Особенно если его силы под воздействием наркотиков вышли из-под контроля. Должен был быть сообщник. А этот сообщник…

«Пробуждённый.»

Прохлада пробежала по его спине. Предатель среди пробуждённых, сдающий своих. И учитывая, что они могут свободно получить доступ к базе Бюро…

«…Это кто-то из Бюро управления пробуждёнными?»

Ча Ый Джэ застонал, потирая лицо обеими руками. Он пришёл, чтобы раскрыть базу Прометея и её цели, но, похоже, он наткнулся на нечто ещё более глубокое.

«Нет, может, это даже хорошо.»

Тук, тук, тук… Ча Ый Джэ продолжал стучать затылком о стену. Может, это из-за того, что он слишком много думал, но его голова начала сильно пульсировать.

Он закрыл глаза. Даже с закрытыми глазами свет был таким ярким, что просвечивал через веки. Когда же эти огни выключат? Или они так и оставят их включёнными? Он бессильно уставился на яркий потолок. Свет так болел в глазах. Отсутствие тьмы оказалось проблемой гораздо больше, чем он ожидал. Он не сможет нормально спать.

Человек — и все живые существа, в сущности, нуждаются во сне. Без нормального отдыха мозг постепенно разрушается. Психическая сила разрушается. Мало-помалу. Это было самым мучительным в разломе на Западном море.

В разрушенном мире ночь не наступала.

Застряв в бесконечной белой ночи, постоянно насторожённый перед монстрами, которые могут появиться в любой момент. Используя острые чувства пробуждённого. Да, разлом на Западном море был идеальной средой для того, чтобы сойти с ума. Он даже не помнил, когда в последний раз спал крепким сном. Всё, что они делали — всё, что делал Ча Ый Джэ — это выживание. Упрямо.

С течением времени люди становились всё более раздражёнными. Даже товарищи, которые когда-то смеялись, в конце концов потеряли улыбки. Маленькие ссоры превращались в большие драки, и в конце концов проливалась кровь…

Чёрт. Ча Ый Джэ сильно прикусил язык. Думать о разломе на Западном море, будучи запертым в этой маленькой яркой комнате, было самым ужасным. Подумай о чём-то другом, о чём угодно.

Вдруг в его голове всплыл вопрос.

«Не был ли Ли Са Ён тоже в таком месте?»

Он широко открыл глаза и осмотрелся. Маленькая белая комната, ослепительные белые огни и тишина такая глубокая, что можно было услышать каждое дыхание и сердцебиение. Был ли Ли Са Ён один в таком месте? Дурак Ли Са Ён, который выбрал худший путь. Всё только из-за того, что он ждал Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ сжал и разжал кулаки. Его огрубевшие руки побелели. Шрамы, пересекавшие его ладони, задержались в его зрении, как остаточные изображения.

«…»

Чёрт.

Ча Ый Джэ зарыдал в руки.

Прямо сейчас, в этот самый момент.

Он так сильно скучал по Ли Са Ёну.

***

— Ты не собираешься представиться людям, с которыми будешь жить?

Холодная рука толкнула его в спину. Ли Са Ён пошатнулся, не удержав равновесие, и едва не упал, поддерживая себя на костылях. Он взглянул вбок, но из-за расплывчатого зрения видел только светлые и тёмные пятна. Судя по бледной фигуре, он предположил, что это Га Ён. Она расширила глаза, как будто в замешательстве, затем изогнула губы в ухмылке.

— О, прости, прости. Тебе всё ещё трудно ходить, да? Наверное, я немного не учла это.

«…»

— Так вот, этого мы будем звать номером 4, ладно? Поскольку ты не можешь сказать своё имя. Так устроит?

«…»

— Номер 4 — очень ценная личность, которая смогла выжить даже после того, как её отравил монстр! Давайте все постараемся помочь номеру 4 поправиться, хорошо?

Раздались аплодисменты. Это было громко. Слишком громко. Он хотел закричать, закрыв уши. Уже не хватало тишины больничной палаты. Холодная рука легла ему на плечо. По спине пробежала дрожь. Противно. Он услышал шорох множества ног, быстро передвигающихся. Наверное, паук…

— Сначала я покажу тебе твою комнату. Ты будешь там жить с этого момента.

Га Ён продолжала вести его, не обращая внимания. Долгий, белый коридор тянулся бесконечно. Дыхание Ли Са Ёна становилось всё более тяжёлым. Вскоре ему пришлось остановиться, задыхаясь, опираясь на костыли, чтобы поддержать себя. Га Ён не выразила беспокойства. Она даже не подошла ближе. Просто ждала, стоя далеко от него.

— Поторопись.

Чёрт.

Стиснув зубы, Ли Са Ён заставил себя снова двигаться. Он тяжело дышал, каждый вдох давался всё труднее. Вкус крови наполнил его рот. Его мокрые, взъерошенные пряди волос прилипли ко лбу. Когда он, наконец, добрался до Га Ён, дверь скрипнула. С голосом, полным смеха, Га Ён прошептала:

— Молодец. Здесь ты и будешь жить.

«…»

Комната была вся белая. Даже с таким ужасным зрением, как у Ли Са Ёна, он ясно видел, насколько она была белоснежной. Пол, стены, потолок — всё было бледным и безжизненным. Холодная, паучья рука снова толкнула его. С громким ударом Ли Са Ён упал в комнату вместе с костылями. Он болезненно приподнял голову. Щелчок.

Дверь захлопнулась.

Глава 223

— Хм.

В тот же момент Ли Са Ён резко вдохнул и открыл глаза. Всё перед ним было белое. Он ничего не видел.

«Ах.»

Всё тело охватил холод. Кончики его пальцев дрожали, как в лихорадке. Он поспешно огляделся, но ослепительный белый свет оставался. В панике Ли Са Ён закрыл глаза руками. Вернулась тьма. Но его дыхание, прежде учащённое, не могло успокоиться. И тут рядом раздался голос.

— Ли Са Ён-щи! С вами всё в порядке?

Кто это? Кто это? Кто это? Кто это? Кто это? Кто это?

Ли Са Ён стиснул зубы так сильно, что заскрипели. Другой голос прервал его мысли.

— Может, полить его водой? Пойду на ручей, там гора прямо за дверью!

— Это поможет? Ли Са Ён-щи… с вами всё в порядке? У вас всё нормально?

Не подходите. Не подходите. Не подходите.

— Офицер, я думаю, вам не стоит подходить так близко.

— Что? Но мы не можем просто оставить его, он же в припадке…

— Нет. Если вы подойдёте сейчас, он нападёт. Он сейчас ведёт себя странно…

— Эй, Ккокко… подождите, где Ккокко?

— Ккокко не было здесь с того момента, как мы пришли в себя.

— О? Правда? Значит, Ккокко пошла за J?

J.

J?

Его дрожь постепенно утихла. Ли Са Ён тяжело моргнул. Сквозь пальцы он увидел тёмный потолок. Неуверенно он убрал руки с глаз. Люстра, слишком вычурная и украшенная свечами, деревянный потолок. Переведя дыхание, Ли Са Ён повернул голову. На некотором расстоянии стояли Чон Бин и Хон Ё Сон, они были явно напряжены, а Гю Гю стоял рядом с ними, тряся в руке кости.

Хон Ё Сон, обнявший Чон Бина за талию, спросил:

— Са Ён? Ты в порядке?

— …

— Ли Са Ён-щи, с вами всё хорошо?

— …

— Похоже, он снова в порядке ~

Не ответив, Ли Са Ён продолжил приходить в себя. Сквозь пальцы он осматривал помещение. Это место…

Пространство, созданное Хон Ё Соном. Они были на встрече. Собралось много людей. Я…

«Я пришёл сюда с J.»

И вдруг что-то блеснуло. Ли Са Ён поднял руку. Часы сдвинулись немного вниз по его запястью и остановились. Они были сломаны и изношены. Из множества стрелок двигалась только одна.

Поспешно Ли Са Ён сел. Он требовательно спросил:

— Где J?

— Наверное, спасает мир ~

— Заткнись.

— Можешь, пожалуйста, помолчать, Гю Гю.

— Да-да ~

Чон Бин, теперь сидящий рядом с Ли Са Ёном, встретился с ним взглядом. На его лице было видно беспокойство.

— Когда мы пришли в себя, J уже исчез. Похоже, он ушёл, чтобы разобраться с ситуацией снаружи. Однако есть отчёты, так что не стоит переживать за его безопасность.

— …

Ли Са Ён не ответил и опустил голову. Его накрыло тошнотой, как будто его вот-вот вырвет. Чон Бин посмотрел на Хон Ё Сона и чуть повысил голос.

— Эм, как насчёт немного сменить обстановку? Работник на полставки из ресторана с похмельным супом вернулся. Может, вам это не интересно, но вы раньше часто посещали это место, Ли Са Ён-щи…

Голос Чон Бина затих, когда он заметил, как Ли Са Ён странно исказил выражение лица. Он несколько раз шевельнул губами, как будто собирался что-то сказать, спутал волосы, уставился в пустоту, откинул пряди назад, глубоко вздохнул и наконец открыл рот.

— …Работник на полставки из ресторана с похмельным супом?

Возможно, шок от падения был слишком сильным. Глядя на Ли Са Ёна, возникало чувство жалости. Может, это были бессонные ночи, которые он провёл, ворочаясь в доме с соломенной крышей? Пэ Вон У когда-то говорил, что это похоже на отцовскую заботу. Ли Са Ён, похоже, всё ещё не мог оправиться от потрясения. Чон Бин смотрел на него с сочувствием.

— Ну…

Думал ли он о том, что Ли Са Ён мог не знать? Он был в бессознательном состоянии три месяца. Чон Бин с готовностью объяснил.

— После Дня перемен работник на полставки закрыл ресторан и исчез. Все очень переживали. Но сегодня охотница Ян Хэ Джин сказала, что встретила его.

Чёрт. Кажется, вырвалось небольшое ругательство. Ли Са Ён, вытирая лицо, спросил.

— …Во что он был одет?

— Эм, говорят, что на нём была серая худи. Та же, что и раньше, так что его сразу узнали.

Хруст. Ли Са Ён резко провёл рукой в воздухе. Он пошатнулся, поднимаясь на ноги. Его фиолетовые глаза сверкали холодом. Он тащил ноги, направляясь к двери. Гю Гю, всё ещё подкидывающий кости, спросил.

— Куда ты идёшь ~?

— …

Бах! Ли Са Ён пнул дверь и вырвался из уютного любовного гнёздышка Хон Ё Сона. Теперь, как цикада, вцепившаяся в столб вместо Чон Бина, Хон Ё Сон пробормотал.

— Вау ~ Повезло, что он слишком растерян, чтобы заметить. Наверное, не понял, что я написал J с его телефона, а?

— Неужели понял? ~

— Но зачем ты вообще это сделал?

— Хм?

Хон Ё Сон сполз по столбу.

— Не знаю. Просто так захотелось!

Чон Бин, с холодным взглядом, некоторое время смотрел на Хон Ё Сон, прежде чем отвернуться.

***

Ча Ый Джэ открыл глаза.

— …

Похоже, приказ оставить его в покое был серьёзным, так как никто больше не подходил к нему. Наверное, его спрятали в какой-то задней комнате. От скуки Ча Ый Джэ пошевелил пальцами. Комната не давала никакой полезной информации.

«И так скучно.»

Если бы Ли Са Ён оставался в такой комнате, как он справлялся? Можно столько думать и представлять, но есть предел. Ча Ый Джэ уже не мог сидеть на месте.

«Вот почему его личность сложилась такой…?»

Ча Ый Джэ ухмыльнулся. Исследователи не подходили к нему с тех пор, как в последний раз навещали. Должно быть, они строго следовали приказам «хён-нима». Раздражённо он потер голову о стену.

«Так что, власть «Хён-нима» действительно настолько абсолютна?»

«Хён-ним» — это их лидер? Ча Ый Джэ хотел встретиться с ним, понять, что творится у него в голове, раз он всё это затеял. К тому времени…

«Га Ыль, наверное, уже встретилась с этим хён-нимом»

Он должен был найти способ связаться с Га Ыль.

«Я был слишком самоуверен».

Зевая, Ча Ый Джэ громко протянулся и щёлкнул языком. Ну, как он мог знать, не попробовав пробраться? Может, слишком полагаться на силу — не лучший путь… В этот момент.

Шшш… Он услышал шипящий звук. Ча Ый Джэ поднял голову. Тонкая дымка просачивалась через маленькую щель в потолке. Тук, тук, тук… Далёкие звуки постепенно затихали. Ча Ый Джэ поднял запястья, чтобы посмотреть на время. 5 часов вечера.

«Они выпускают газ по расписанию?»

Чёрт. Ча Ый Джэ нахмурился. В такой маленькой комнате газу не избежать. Он мог задержать дыхание только какое-то время. В конце концов, ему всё равно придётся его вдохнуть. Ча Ый Джэ с раздражением уставился в потолок. Комната медленно наполнялась туманным газом, настолько густым, что он уже не мог разглядеть ничего впереди.

***

«Что-то пришло в голову».

Мужчина в прозрачных очках внезапно заговорил. Другой, который что-то записывал на планшете, наблюдая за капающей жидкостью, ответил равнодушно.

— Мм-хм.

— Та комната, о которой говорил хён-ним, чтобы мы не трогали.

— Да.

— Там тоже выпускают газ? Это система поочередного выпуска, верно?

Рука, которая была в работе, остановилась. Мужчина с планшетом нахмурился.

— Чёрт… Нам разве не сказали, что нельзя выпускать газ в этой комнате?

— Он же говорил не делать ничего рискованного. Сказал оставить его в покое.

— Ах, чёрт… Теперь нам нужно вытащить его.

— Не могу поверить, что мы не подумали об этом.

— Видишь, я говорил, что нужно было установить отдельную вентиляцию, но никто не слушает.

Ворча, двое взяли защитные костюмы с вешалки. Надев полные костюмы, очки и фильтры для противогазов, которые закрывают только рот, они натянули перчатки. Полностью экипировавшись, они направились к последней комнате в конце длинного коридора. Остальные комнаты уже были тихими.

Железная клетка в конце коридора уже была заполнена туманным газом, и сквозь дымку виднелась слабая чёрная фигура. Похоже, кто-то сидел на полу. Что-то в этом было тревожное. Мужчина с планшетом глубоко нахмурился и отступил.

— Эй, иди вытащи его.

— Что? Почему я?

— Уф, я не хочу заходить туда.

— Как я один его вытащу?

— Разберись. У меня сейчас дела, серьёзно.

— Уф, ладно…

Мужчина в очках пробормотал и открыл боковую дверь, исчезнув в газе. Он имеет наглость просить меня заниматься этим с ним, хотя это его вина, что не следил. Некоторые люди вообще не имеют совести. Оставшись один, другой мужчина быстро пролистал данные на планшете. Драгоценное время терялось… И вот,

Тук.

Тяжёлый звук эхом разнёсся по комнате. Мужчина поднял глаза от планшета, пытаясь найти источник. Звук пришёл из клетки.

«…»

Он нахмурился. Что это было? Он дважды постучал кулаком по железным прутьям.

— Эй, всё в порядке там?

Ответа не последовало. Вместо этого раздался металлический звон. Это было похоже на звяканье цепей.

«…»

Может, что-то пошло не так? Нет, наверное, он слишком под кайфом, чтобы адекватно соображать. Плюс, он привязан. Стоило мне зайти с ним? Разве это так серьёзно? В голове мужчины закружился вихрь мыслей. Он беспокойно оглядел коридор и снова постучал по прутьям.

— Эй, мне зайти? Или позвать охрану?

— …Нет.

Низкий, странно спокойный голос ответил. Это был его коллега? Или нет? Мужчина нахмурился и прислушался. Затем послышался звук, будто кто-то откашливался, а затем голос, полные насмешки.

— Цепи просто слишком тугие, вот и всё.

«…»

— Почему ты так переживаешь из-за ерунды? Испугался?

Шутливый тон немного расслабил его. Напряжённые плечи немного ослабли. Сука. Он должен был ответить сразу. Мужчина резко ответил, скрывая смущение.

— Испугался? Да нет… Я думал, ты в обморок упал от газа. Ты точно в порядке? Ничего странного, да?

— Да… но цепи не сойдут. Может, просто оставим всё как есть?

— Что? Ты правда думаешь, что это хорошая идея? А если хён-ним потом узнает…

— Всё в порядке.

Белый дым закружился за железными прутьями. Мужчина инстинктивно отступил. Скрип. Дверь открылась, и фигура в белом защитном костюме вышла из газа, нащупывая фильтр. Он махнул рукой.

— Отойди немного. Тут слишком много газа.

— Э-э, да, ладно.

Перчатки скользнули по его телу. Мужчина вдруг почувствовал странное беспокойство и наклонил голову. Что-то не так. Разве рукава его перчаток не слишком завернуты? Я бы мог поклясться, что он надел их правильно. И эти ботинки… они слишком большие, не так ли?

В этот момент мужчина остановился.

— …Ты занят?

— ….

Мужчина сглотнул. Что-то не так. Это не может быть тот же человек, который был со мной…

— Иди вперёд. Я подтянусь, как только справлюсь с этим.

Но он не хотел больше об этом думать.

Он хотел избежать этого.

Этой ситуации.

Он хотел убежать.

От того… существа.

— О-о-окей, да…

Мужчина неуклюже отступил. Наверное, это пустяки. Не может быть, что я думаю. Шаг за шагом его шаги ускорялись, и вскоре он уже бежал. Его поспешные шаги эхом отдавались по длинному коридору.

«Этот коридор всегда был таким длинным?»

Он почувствовал тревогу. Холодный пот намок на его спине. Что мне делать? Что происходит?

И вот…

Резкая боль пронзила затылок. Он рухнул, не успев даже вскрикнуть. Позади него появилась фигура в белом защитном костюме. Глаза за прозрачными очками были голубыми.

Глава 224

—…

Юн Га Ыль сидела в мрачной комнате. Это было тусклое, тесное помещение, больше похожее на допросную, с единственным металлическим столом и стулом. Мужчина, который привел её сюда, оставил простое указание подождать и исчез. Это напоминало допросную в Бюро управления пробуждёнными. Нет, оно было точь-в-точь таким же.

«Не сделали ли это специально?»

Возможно, так и было. Допросные в Бюро управления пробуждёнными были на первом месте в рейтинге самых ненавидимых мест среди пробуждённых. Может, это было сделано, чтобы подавить их энергию. Юн Га Ыль без цели вытянула ноги. Нужно было бы взять с собой книгу по английскому или что-то подобное.

Сколько времени прошло? Часов не было, но, должно быть, прошло как минимум несколько десятков минут. Количество песен, которые она напевала про себя, перевалило за десять. Она огляделась вокруг. Может, здесь есть что-то вроде двустороннего зеркала, как в Бюро? Наблюдают ли они за ней снаружи? Она знала, что не должна паниковать, но её тело не слушалось.

«Если бы у меня было больше опыта…»

Последний раз, когда она видела J, он был сбит с ног. Он страдает из-за неё? Юн Га Ыль потерла ладони, вспотевшие от нервозности. Эти мысли не прекращались, пока она не переставала копаться в них. Она попыталась переключиться на что-то другое.

«Его называли хён-ним…»

Юн Га Ыль крепко прикусила губу.

«Как они узнали обо мне?»

Её информация была строго секретной даже внутри Бюро управления пробуждёнными. Третьеклассница, несовершеннолетняя и пробуждённая ментального типа S-класса с нулевыми боевыми способностями. Все черты, которые делали её идеальной мишенью для странных людей. Единственное, что знала общественность — это что новый пробуждённый S-класса несовершеннолетняя, и она начнёт свою активность, как только достигнет совершеннолетия.

«Откуда утекла информация…»

Юн Га Ыль подгрызала ноготь на большом пальце. Она была встревожена. Хотя она чувствовала ответственность за остановку апокалипсиса, она была беспомощной. Даже когда её затянуло в разрушенный мир, она полагалась на помощь J. Пока другие сражались за свою жизнь, она, вот, сидела, похищенная, не в силах ничего сделать. Она говорила о том, что остановит апокалипсис, но когда пришел момент, оказалась совершенно бесполезной…

«Я действительно такая беспомощная?»

Может, ей дали способности, которые она не в силах контролировать? Мысли наслаивались одна на другую, давя её. Тело чувствовало себя тяжёлым. Беспомощность и вина давили на неё, как тяжёлый груз. Она не сделала ничего, кроме как убегала, пока другие погибали. Даже потолочные лампы, казалось, осуждали её. Юн Га Ыль закрыло лицо руками.

В этот момент.

— Ах, ты уже ждёшь долго, не так ли?

Голос раздался из углового динамика. Это был спокойный, мягкий мужской голос. Плечи Юн Га Ыль вздрогнули. Она подняла голову и уставилась на динамик. Мужчина продолжил говорить из динамика.

— Прошу прощения, что заставил такого важного гостя так долго ждать… Учитывая обстоятельства, я искренне прошу прощения.

— …

— Я слышал, что наши братья немного грубо обошлись с тобой, когда приводили сюда? Прошу прощения и за это. Я специально велел им обращаться с тобой с заботой…

Голос мужчины звучал с сожалением. Юн Га Ыль продолжала держать себя в напряжении, сверкая взглядом в сторону динамика. Мягкий голос продолжил.

— Ну что ж, раз ты так долго ждала, давай перейдем к делу. Юн Га Ыль, ты ведь можешь читать фрагменты разрушенного мира, верно?

— …

— И ты знала об апокалипсисе раньше всех.

Он знал всё о Юн Га Ыль.

Абсолютно всё.

Юн Га Ыль сглотнула. Говорили, что это группа, которая ненавидит пробуждённых. Она сжала кулаки и уставилась на динамик. Не будут ли они насмехаться над ней? Может, скажут, что её способности потрачены зря… Даже если так, она не могла бы опровергнуть это. Это было правдой.

Но затем.

— Ты действительно замечательная.

Это был ответ, которого она не ожидала. Глаза Юн Га Ыль распахнулись. Хлоп-хлоп-хлоп… Мужчина с другой стороны динамика начал аплодировать. Его аплодисменты были искренними, и в его теплом голосе звучала нотка сочувствия.

— Ты, наверное, пережила так много в одиночку… Видела эти ужасные сцены разрушений каждую ночь, хотя и не хотела.

— …

— Переживать этот страх, в одиночку, будучи молодой школьницей. Это действительно замечательно.

«…Что?»

Услышав его добрые слова и тон, Юн Га Ыль вдруг почувствовала, как на глазах навертываются слёзы. Она быстро опустила голову и прикусила губу. Она быстро моргала, пытаясь отогнать слёзы. Но мужчина не остановился.

— Я знаю, скольким ты пожертвовала, Юн Га Ыль. Среди тех, кто отказывается верить в апокалипсис, среди тех, кто думает, что эта исковерканная мирная жизнь будет продолжаться вечно, ты несла этот ужас, борясь в одиночку.

— …

— Но.

Голос мужчины стал тверже.

— Апокалипсис наступил.

— …

— Это не твоя вина. И…

Его нежный голос шепнул тихо.

— Ты не одна, Га Ыль.

— …

— Я тоже помню разрушенный мир. Не так ясно, как ты, но достаточно.

Голова Юн Га Ыль рванулась вверх. В его добром голосе теперь прозвучала улыбка.

— И вот почему я начал собирать людей. Чтобы предотвратить конец. Мы не можем позволить миру снова разрушиться.

— …

— Га Ыль.

Нежный голос прошептал.

— Нам нужна твоя сила. Больше, чем кому-либо.

Юн Га Ыль крепко сжала кулаки. Её ногти глубоко впились в ладони.

***

— Ах ~

Ча Ый Джэ присел перед мужчиной и аккуратно поправил перчатки. Мужчина лежал на земле, изо его рта шла пена. Судя по тому, как поднималась и опускалась его спина, он был ещё жив.

«Он так торопится».

Из-за него Ча Ый Джэ даже не успел нормально переодеться. Он планировал лишить мужчину всего, включая одежду. Вздохнув, Ча Ый Джэ встал. Через незастёгнутый защитный костюм был видна его серая толстовка. Он легко перебросил упавшего мужчину через плечо и подобрал планшет, лежащий на полу.

«Уверен, что смогу найти применение этому».

Он не мог тратить слишком много времени. Люди начнут подозревать. Ча Ый Джэ направился обратно в комнату, в которой его держали. Комната всё ещё была заполнена густым белым дымом. Посреди всего этого лежали сломанные наручники, оборванный поводок и мужчина, потерявший сознание, с закатившимися глазами.

Ча Ый Джэ сначала положил того, кого он нес, рядом с без сознания лежащим мужчиной. Затем он использовал сломанные цепи, чтобы связать их лодыжки вместе. Если они захотят сбежать, им придётся освоить искусство трёхногой гонки.

«Не знаю, что за газ тут, но…»

Он порвал немного ткани с мужчины, лишившегося защитного костюма, чтобы сделать для него новую маску, и использовал палец бессознательного владельца планшета, чтобы разблокировать устройство. После вежливого поклона со сложенными руками, Ча Ый Джэ вышел из камеры. Он правильно застегнул защитный костюм и огляделся. Можно ли ходить в таком виде?

Хотя это была золотая возможность для побега, его ноги не двигались. Если бы только Ли Са Ён был здесь…

«Разве хён хоть когда-нибудь думает, прежде чем действовать?»

«Когда ты наконец избавишься от этой привычки двигаться, не думая?»

«Твой мозг — просто украшение?»

Он бы выругал его всеми страшными словами. Ча Ый Джэ потер свои руки, как будто ему стало холодно, и цокнул языком. Но кто знает, когда ему ещё выпадет такой шанс?

«Пока что».

Ча Ый Джэ заглянул через решётку. Два исследователя, связанные за лодыжки, неловко опирались друг на друга. Конечно, это было строение, которое легко было увидеть снаружи. Ча Ый Джэ прокрутил планшет. Он был заполнен какими-то данными — неразборчивыми числами и красно-синими графиками, но ни слова на корейском языке.

«Чёрт, как же всё достало».

С нахмуренным лицом Ча Ый Джэ отодвинул планшет немного дальше. И в этот момент из его тени неожиданно выскочила круглая чёрная фигура. Круглая голова осмотрелась, прежде чем её взгляд поднялся вверх. Их глаза встретились.

— Хм?

Через чёрные солнцезащитные очки Ча Ый Джэ заметил, что фигура слегка прищурилась.

— …Хм?

Это был Со Мин Ги — маленький, но надёжный союзник. Несмотря на лёгкую пыль, Со Мин Ги казался в хорошем состоянии, что немного успокоило Ча Ый Джэ. Со Мин Ги наклонил голову, осматривая Ча Ый Джэ с ног до головы. Ча Ый Джэ немного опустил маску.

— Это я, Со Мин Ги.

— О, клиент! Я чуть не напал на вас, подумав, что пришёл не в ту сторону. Что вы здесь делаете? И где мы, чёрт возьми, находимся?

— Ну, я сбежал после того, как меня держали в плену. И, думаю, это штаб «Прометея».

— …

— …

Со Мин Ги рухнул на землю и начал причитать.

— Да ну нахрен, клиент!

— Ах, тише! Нас поймают!

— Как вы вообще здесь оказались? И как вы вообще нашли это место? Я сам не смог найти штаб «Прометея»!

«Разве это не главное?»

Действительно. Со Мин Ги был больше возмущён тем, что Ча Ый Джэ сумел найти штаб «Прометея», чего не смог достичь даже он сам, чем тем, что Ча Ый Джэ был в плену. Со Мин Ги, всё ещё частично скрытый в тени, яростно бил кулаками по земле. Видя это, Ча Ый Джэ не мог не захотеть его поддразнить. Он показал знак мира.

— Меня похитили. Впечатляет, да?

— Чёрт, вы использовали грязный трюк, который я бы никогда не смог провернуть, даже за миллион лет…

— В чём здесь грязь? Я дошёл до этого момента благодаря своим актёрским навыкам.

— Ух…

Со Мин Ги, всё ещё в замешательстве, вдруг поднял голову.

— Ах, кстати, а как насчёт вашего телефона?

— О, он сломался раньше.

— Ага, поэтому вы не отвечали…

Осторожно осмотревшись, Со Мин Ги заговорил серьёзным тоном.

— Я вам это говорю, потому что мы близки.

— Да?

— Глава гильдии реально чертовски зол.

Глава 225

Со Мин Ги наклонил голову и поправился.

— Это не соответствует словарю Национального института корейского языка. Прошу прощения. Скажем лучше: «Он страшно зол».

Ли Са Ён был зол? Ча Ый Джэ закатил глаза.

«Ну да… конечно.»

Это уже стало обыденным, так что он даже не удивлялся. Если бы Чон Бин рассердился или Хон Ё Сон наконец-то пришёл в себя, вот это было бы серьезно. Ча Ый Джэ пожал плечами с безразличием. На самом деле, он даже почувствовал некоторое облегчение.

«Ну, по крайней мере, он достаточно вменяем, чтобы злиться».

Но, честно говоря, кто бы захотел оставить кого-то позади? Я был единственным, кто мог двигаться, так что, конечно, мне пришлось что-то делать. Как только он убедился, что Ли Са Ён в безопасности, его мысли начали блуждать.

«Этот парень всегда раздражён. И всякий раз, когда я что-то говорю, он ведёт себя, как больной, устраивает истерику».

Сожаление, беспокойство и тоска, которые он ощущал, исчезли, уступив место обиде. Ча Ый Джэ присел перед Со Мин Ги.

— Чем он сейчас занимается?

— Вернулся в гильдию. По словам охотника Чон Бина, он был последним, кто пришёл в себя. И, похоже, в момент пробуждения он был не в лучшей форме.

Чёрт. Лицо Ча Ый Джэ исказилось.

Вот так, когда пытаюсь его ненавидеть, снова становится жалко. Ли Са Ён всегда будет таким — обиженным, жалким, недостающим, навсегда оставляя болезненный шип в боку Ча Ый Джэ. Со Мин Ги подтянул свои солнцезащитные очки.

— Не переживайте, он уже в полном порядке. Вероятно, он начнёт действовать, как только получит отчет о ситуации.

Он опять с кем-то поругался? Я думал, что всё уладилось. Ча Ый Джэ застонал, потирая лоб. Теперь, когда он подумал об этом...

«Я исчез внезапно».

Ли Са Ён, который не мог продержаться и недели без того, чтобы не найти его, который выглядел расслабленным только рядом с Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ пристально смотрел на безэмоциональные очки Со Мин Ги и спросил:

— Вас это не беспокоит?

— Беспокоит? Что?

— Я. Я исчез без предупреждения.

— Хм? Почему я должен переживать за вас?

Со Мин Ги, как бы доказывая свою точку зрения, схватил руки Ча Ый Джэ обеими руками, а затем отпустил.

— Вы в полном порядке.

Не стоило спрашивать. Ча Ый Джэ сделался недовольным и спросил:

— Как там ситуация снаружи? Монстры всё ещё появляются?

— Монстры всё ещё появляются тут и там, но по сравнению с тем, как было раньше, сейчас более-менее под контролем. Охотники ходят и расправляются с ними.

— А как насчёт того монстра с большой пастью?

— Да. Он съедает всё, что видит, будь то люди или обломки зданий.

— …

Монстр с огромной пастью, который разрывает людей на части. Видел ли он когда-нибудь что-то подобное? Чем больше он об этом думал, тем сильнее охватывало странное чувство дежавю. Ча Ый Джэ погладил подбородок. Но Со Мин Ги, похоже, понял его молчание иначе.

— Я же вам говорил. Глава гильдии начинает что-то подозревать.

Со Мин Ги вытащил свой телефон из тени и повернул экран к Ча Ый Джэ. То, что он показал, было групповым чатом в мессенджере, в котором было десятки участников. Название чата было...

[Чат для обмена новостями о работнике на полставки в ресторане супа от похмелья]

— Чёрт.

Чат был забит эмодзи поздравлений, плачущими эмодзи и эмодзи шока. Со Мин Ги прокрутил вверх, чтобы показать конкретное сообщение.

[!!Срочные новости!! Работник на полставки из ресторана супа от похмелья замечен в Сеуле. Появился так же, как и три месяца назад. Выглядит очень здоровым.]

— Охотница Ян Хэ Джин разослала новость, как только увидела тебя.

***

Минуту назад, на главной улице.

— Жизнь действительно нелегка, а?

Со Мин Ги, специалист по проникновению и манипуляциям с информацией, сидел на сломанном тротуарном блоке. С серьёзным выражением лица он сделал глоток из соломинки своего стакана. Госслужащие в светоотражающих жилетах посматривали на него с любопытством, проходя мимо.

Пить кофе немного помогло прояснить мысли. Да, побег не решит ничего. Нужно встретиться с этим лицом к лицу, даже если это значит встретить всю ярость своего босса.

— Правда… не легко.

Он и представить себе не мог, что управление отношениями между двумя начальниками станет частью его работы. Со Мин Ги вздохнул и нажал кнопку вызова на своём телефоне. Человек на другом конце линии ответил почти сразу. Холодный голос сказал:

— Говори.

— Да, глава гильдии. По словам охотницы Ян Хэ Джин…

Со Мин Ги проглотил.

— Он… проник в палатку Прометея. Добровольно. Сам. Притворился обычным гражданским.

— …Что?

Голос на другом конце линии стал заметно холоднее. Со Мин Ги быстро переключился на режим ИИ-голоса, ментально дистанцировавшись от ситуации, чтобы передать информацию как можно более ровно.

— Он сказал, что не выглядит как охотник, так что с ним всё будет в порядке. И с тех пор не выходил.

— …И Ян Хэ Джин просто позволила ему это сделать?

— Тогда она подумала, что никто не подумает, что он — охотник, и если всё пойдёт не так, Бюро управления разломами сможет вмешаться.

— Они позволили кому-то, кто не может соврать и дня, проникнуть в палатку?

— …

— Чёрт побери, эти идиоты…

Если бы его второй начальник это слышал, он бы сказал что-то вроде: «Самый невежественный парень оскорбляет всех охотников? Что за шутка». Игнорируя шёпотом сказанную ругань, Со Мин Ги продолжил.

— Я тоже немного проник, но не смог его найти. Похоже, он переместился в другое место.

— Куда?

— Сейчас проверю. Прослежу его тень.

— …

Ли Са Ён замолчал, вероятно, пытаясь сдержать своё раздражение. Со Мин Ги встряхнул свой стакан, лёд звонко позвенел внутри, заявляя о своём присутствии.

Куда мог исчезнуть J, который проник в палатку? Он был обнаружен и куда-то утащен? Или он быстро взял всё, что нужно, и сбежал?

Второе маловероятно. Свидетельств от очевидцев было слишком мало, чтобы это могло быть правдой. Ча Ый Джэ имел привычку недооценивать своё собственное присутствие и влияние, никогда не скрывая себя. Со Мин Ги снял свои солнцезащитные очки и стряхнул с линз пыль.

— Неужели его поймали и похитили?

— …J?

Ранее молчавший Ли Са Ён фыркнул.

— Наверное, он сам позволил этому случиться.

Его голос стал ледяным.

— И вот это ещё больше бесит.

Со Мин Ги быстро согласился.

***

Со Мин Ги вытянул шею и огляделся. Его глаза немного сузились, когда он посмотрел на железные решётки.

— Я думал, что вас могли куда-то утащить или переместить в удалённое место… но я не ожидал, что вы окажешься здесь, на базе.

— Са Ён будет ещё злее, если узнает, да?

— Это вообще вопрос?

Конечно, он будет. Ча Ый Джэ почесал затылок. Со Мин Ги, который задумчиво опирался на подбородок, пробормотал.

— Но мы не можем упустить такую сладкую возможность, правда? Нам стоит привести всё в порядок, пока мы здесь. Разве не для этого вы позволили себе быть пойманным?

— …

Ну, это не совсем было планом Ча Ый Джэ. Он просто хотел спасти Юн Га Ыль и уйти. Но прежде чем Ча Ый Джэ успел возразить, казалось, что Со Мин Ги уже выстроил полноценный план.

Основываясь на их трёх месяцах совместной работы, Ча Ый Джэ знал, что как только Со Мин Ги начинает действовать по плану, его нельзя критиковать или мешать. В момент, когда что-то идёт не так, Со Мин Ги даёт сбой. Ча Ый Джэ посмотрел на свою тень с нескрываемым недовольством.

«Какой кошмар…»

— Не переживайте. Я — специалист по проникновению, со мной ничего не может пойти не так. Проникновение всегда должно быть тихим и незаметным…

Со Мин Ги продолжал болтать, уверенно поднимая большой палец, явно готовый развернуть длинную речь о проникновении. Используя момент, Ча Ый Джэ передал ему планшет.

— Если вы собираетесь скрываться в тенях, можете взглянуть на содержимое этого планшета? Он принадлежал одному из исследователей здесь, но там одни числа и технические термины, так что я не могу понять, что это.

— О, конечно. Это ерунда…

Со Мин Ги быстро пробежался взглядом по планшету.

— …Но это может занять некоторое время.

— Да, да.

— Но не переживайте. Я сделаю всё быстро…

Бормоча себе под нос, он медленно растворился в тенях. Как только оставалась видна только верхушка головы Со Мин Ги, Ча Ый Джэ добавил последнее замечание.

— Кстати, перед тем как уйдём, нужно кого-то спасти.

— Хм?

— Юн Га Ыль, школьница, была захвачена и привезена сюда с нами. Так что, пока вы собираете информацию, вам нужно найти её и забрать с собой.

— Чтооо? Подождите! Вы не говорили об этом!

— Да, я сейчас об этом говорю.

— Подождите, в таком случае, план… Это меняет всё…

— Шшш.

Ча Ый Джэ наступил на тень. Бормотание Со Мин Ги сразу же прекратилось. Кто-то появился в конце коридора. Солдат с оружием и тактическим жилетом. Он тоже заметил Ча Ый Джэ и замер. Мужчина крикнул.

— Эй! Что вы здесь делаете?

Глава 226

Никаких проблем. Его лицо было скрыто, и на таком расстоянии никто бы не смог его узнать. Ча Ый Джэ положил ладонь на железные прутья. Щели между прутьями были надежно запечатаны чем-то похожим на стекло.

— В комнате нового заключённого, который только что поступил, просачивался газ. Я просто проверял, чтобы убедиться. Это опасно, если подойти слишком близко.

— Что? О, точно… Был кто-то такой. Он в порядке?

— Да. Кажется, он потерял сознание, но скоро придёт в себя. Не волнуйтесь.

— Хорошо. Заканчивай быстрее и возвращайся на пост. Он скоро придёт.

Скоро придёт? Кто? В этот момент Ча Ый Джэ почувствовал щекочущее прикосновение к икре. Со Мин Ги высунул руку из тени и начал что-то писать на его ноге.

[Будь смелым.]

Он, наверное, предлагал Ча Ый Джэ спросить напрямую. Так Ча Ый Джэ и сделал.

— Кто придёт?

— Что? А кто ещё?

Мужчина почесал голову и ответил:

— Ты вдохнул газ? Я же говорил тебе раньше, придёт «Старый Тигр».

«Старый Тигр?»

— Он велел нам всё подготовить как обычно. Теперь двигайся.

— Ах, да. Понял.

— Приведи голову в порядок, ладно? Честно, никакой дисциплины…

Шаги мужчины становились всё тише, пока тот продолжал ворчать. Когда звук его шагов совсем стих, Ча Ый Джэ повернулся к тени и спросил:

— …Ты знаешь, кто такой этот «Старый Тигр»?

— Знаю.

Со Мин Ги высунул голову из тени, его выражение было необычно серьёзным.

— Если это тот, о ком я думаю, у нас серьёзные проблемы. Очень серьёзные.

— Кто это?

— Вы тоже его знаете.

Со Мин Ги, впервые поколебавшись, беззвучно произнёс слова. Ча Ый Джэ прочитал их по губам, и его выражение стало ледяным.

***

Телефон зазвонил… мимо пронеслись торопливые шаги, шелестели бумаги… какофония звуков заполнила воздух. В центре зала реагирования на чрезвычайные ситуации Бюро управления пробуждёнными располагался большой экран, окружённый рядами длинных столов.

На экране постоянно сменялись изображения: покрытые кровью треснувшие дороги, разбитые светофоры, изуродованный, словно отгрызенный, край автомобиля. Хам Сок Джон стояла в центре, пристально глядя на экран. Она заговорила:

— Мы нашли всех охотников?

— Да! Поступило сообщение, что охотник Ли Са Ён пришёл в сознание и вернулся в гильдию Падо. Кажется, они готовят план действий.

— Что с гильдией Совон?

— Они сотрудничают с ближайшими больницами, чтобы направлять туда обычных раненых гражданских, а тех, кто пострадал от монстров, лечат в самой гильдии. Но как больницы, так и гильдия Совон выглядят относительно спокойно.

— Из-за палаток?

— Да. Всех легко раненых лечат в палатках.

— …

В этот момент на экране появилось изображение белых палаток. Люди в белой одежде торопливо переносили бинты и дезинфицирующие средства. Губы Хам Сок Джон искривились. Один из охотников поблизости взглянул на неё с явной нервозностью. Она посмотрела на экран острым взглядом и спросила:

— Ты веришь в доброту без скрытых мотивов?

— Простите?

— Эти ублюдки, которые появились, словно ждали этого, кажутся тебе надёжными?

— Это действительно выглядит подозрительно, но…

Для раненых и обычных граждан их помощь, вероятно, казалась более значимой. Ведь они оказывали её открыто и на виду. Хам Сок Джон раздражённо цокнула языком.

— Что с гильдией Самра?

— Их подчинённые гильдии уже действуют, но элитная команда пока не двигалась.

— А Сон Джо Хон?

— Вернувшись в здание гильдии, он больше не выходил. Кажется, он всё ещё внутри.

— …

Хам Сок Джон со всей силы ударила руками по столу.

— Что-то не так…

— Что вы имеете в виду?

— Такой человек, как Сон Джо Хон, который обожает быть в центре внимания и полон амбиций, упустит такой шанс? Идеальная возможность для саморекламы?

Хам Сок Джон стиснула зубы, её глаза опасно блеснули.

— Не может быть.

— …

— Проверьте ещё раз. Убедитесь, что он действительно в гильдии, а не где-то ещё.

— Д-да! Немедленно!

— Что со школьницей? Она ещё не прибыла?

— Нет, пока нет.

— Вы пытались с ней связаться?

— Да, но она не отвечает.

Хам Сок Джон проверила телефон. Юн Га Ыль, которая обещала прийти в Бюро управления пробуждёнными, до сих пор не появилась. Могло ли с ней что-то случиться? Попала ли она в какую-то переделку? Обычно они бы отправили транспорт или охотника-охранника, чтобы её сопроводить, но в сложившейся ситуации это было невозможно.

— На всякий случай отправьте поисковую группу. Проверьте укрытия тоже. А что с J? Есть ли о нём известия?

— Нет! Последний раз его видели с охотницей Кан Джи Су. Больше никаких сведений. Хотите, чтобы мы начали более тщательное расследование J?

— Не нужно.

Глаза Хам Сок Джон последовали за охотниками, сновавшими по экрану.

— Этот парень не может усидеть на месте. Он справится сам.

— Понял…

— Директор!

Кто-то внезапно протянул ей трубку. Хам Сок Джон взяла её с удивлённым выражением и беззвучно спросила: «Кто это?» Охотник выглядел неловко и ответил:

— Э-э… они сказали, что вы сами поймёте, когда ответите.

Звонок «сверху»? Нервное поведение охотника намекало на это. Итак, они наконец-то звонят. Хам Сок Джон прочистила горло и ответила:

— Это Хам Сок Джон, директор Бюро управления пробуждёнными.

Вместо голоса, к которому она готовилась, раздался весёлый и беззаботный голос:

— Здравствуйте, директор. А-а~ должно быть, вы сейчас ужасно заняты, да?

— …

Губы Хам Сок Джон изогнулись в кривой улыбке.

— Ну что ж, что это такое? Маленьким ребятам из Сапа есть что сказать?

***

Поспешные шаги эхом разносились по коридору. Длинный шарф и пальто развевались за его спиной. Седые волосы и глубокие морщины свидетельствовали о прошедших годах, но в его лице всё ещё читался свирепый дух тигра. Его выражение исказилось от гнева, а вены на руке, сжимающей трость, вздулись. Он остановился перед массивной железной дверью с многочисленными замками. Сон Джо Хон ударил кулаком по двери. Металл прогнулся от его силы.

— Откройте дверь! Я пришёл увидеть провидца!

— …

— Вам придётся объяснить, что здесь происходит… Открывайте дверь сейчас же!

Лязг. Железная дверь медленно отворилась. Появилась женщина в белом, глубоко поклонившись.

— Вы прибыли. Прошу прощения, но провидиец в данный момент принимает другого посетителя.

— Этот посетитель важнее, чем ситуация, которую вы устроили? Вы хоть понимаете, сколько проблем вы создали своим поступком?

Глаза Сон Джо Хона пылали яростью. Он с грохотом ударил тростью о пол.

— Вы объясните мне всё. Действовать без моего ведома… О чём вы думали? Для вас доверие ничего не значит? Вы все сошли с ума?

— Прошу вас, успокойтесь. Я понимаю ваш гнев, но хён-ним всё объяснит.

— О, правда? Посмотрим, какие оправдания он найдёт. Ведите меня к нему прямо сейчас!

— Как я уже сказала, у него другой посетитель. А пока, может быть, вы примете обычное для вас лечение?

— …

— Всё уже готово.

Женщина жестом указала глазами. Сон Джо Хон раздражённо фыркнул, но смог подавить свой гнев. Его лицо, пылающее красным, резко повернулось в сторону правого коридора. Знакомая территория.

Этот белый коридор всегда вызывал у него беспокойство. Всё здесь казалось неправильным… Он с силой распахнул закрытую дверь. Внутри, посреди комнаты, одиноко стояла белая кровать. Так вот что они имели в виду под «всё готово»? Гнев, который он едва сдерживал, вновь начал закипать, когда в комнату вошёл молодой человек в белом халате и маске.

— Ах, вы уже пришли.

Молодой человек носил очки в роговой оправе, а его лицо почти полностью скрывали тёмные, низко опущенные чёлка и маска. Он слегка поклонился.

— Я сейчас всё подготовлю. Ложитесь сюда, пожалуйста.

— Ты здесь новенький. Где мой обычный врач?

— Ах, в связи с текущей ситуацией… да, всё очень напряжённо. Я временно его заменяю.

— Никто из вас ничего не может сделать как надо…

Скрипя зубами, Сон Джо Хон снял шарф и пальто. Как бы он это ни ненавидел, ему приходилось проходить «лечение». Учитывая нынешнюю ситуацию, кто знает, когда будет следующая возможность. Он начал расстёгивать рубашку. Щёлк, щёлк, щёлк… Белая рубашка полетела на пол.

Несмотря на возраст, его мускулистое телосложение всё ещё было заметно. Но прежде чем можно было бы это оценить, внимание сразу привлекло кое-что другое.

— …

Тело Сон Джо Хона было покрыто бесчисленными мелкими шрамами и швами. Он взглянул на свою руку и раздражённо цокнул языком. Это тоже его не устраивало.

«Ничто никогда не устраивает.»

Поглотив свою досаду, он лёг на кровать. Прищурив один глаз, он уставился на молодого человека, который всё ещё стоял на месте, словно застыл.

— Чего стоишь? Иди и готовь всё немедленно!

— Ах, да…

Молодой человек сгорбился и быстро покинул комнату. Сон Джо Хон закрыл глаза. В какой момент всё начало идти наперекосяк? Он не имел ни малейшего представления.

Глава 227

Звяк, звяк… Обтянутая в перчатку рука бесцельно скользила по аккуратно разложенным хирургическим инструментам. Вскоре она остановилась на остром скальпеле. Мужчина наклонился вперёд, тихо вздохнув.

«Ах…»

Ча Ый Джэ поднял взгляд. Мужчина, которого он только что увидел, был без сомнения…

«Сон Джо Хон…»

Это был Сон Джо Хон. Первый охотник, которого он встретил после возвращения, перешагнув восемь лет. Фигура из той же эпохи, человек, который дал ему понять, что он вернулся в свой мир. Ча Ый Джэ прекрасно помнил Сон Джо Хона по тому старому коричневому экрану телевизора — человека, когда-то уверенного в себе, острого, как тигр.

— …

Он хотел верить, что это неправда. Сон Джо Хон был человеком с амбициями, но Ча Ый Джэ думал, что они шли одной дорогой. Они вместе пережили немало трудностей. Он считал, что тот не был плохим человеком.

Хруст… Край металлической книжной полки, за которую он держался, согнулся под его рукой. Ча Ый Джэ быстро отдёрнул её.

— …

Восемь лет назад тело Сон Джо Хона не выглядело так. Небольшие шрамы были ожидаемы, но не эти грубые швы, словно его тело заштопали, как старую ткань. Ча Ый Джэ тихо спросил:

— Ты знаешь, когда на теле Сон Джо Хона появились эти шрамы?

— Хм, нет. Признаться, мне неловко это признавать, но я только сейчас узнал, что у него вообще есть такие шрамы.

Со Мин Ги бесшумно вышел из тени, энергично встав и отряхнув свой чёрный костюм. Его лицо выглядело немного подавленным.

— Он всегда был безупречно одет, с головы до пят. Это даже обсуждали в мужских журналах. Он никогда не носил одежды с короткими рукавами, даже в знойную летнюю жару. По словам главы гильдии, это был своего рода жест силы, чтобы показать своё влияние… так думало большинство.

— С каких пор?

— Точно не помню… но, наверное, это было после того, как он стал S-классом.

После того как J оказался заперт в разломе Западного моря, Сон Джо Хон стал пробуждённым S-класса.

— Никогда бы не подумал, что под его костюмом скрывается такое. Теперь я понимаю, почему он почти болезненно избегал появляться с обнажённой кожей.

Со Мин Ги открыл шкаф и вытащил белый халат, набросив его поверх костюма. Быстрым движением он поправил свои солнцезащитные очки, подтолкнув их вверх по переносице.

— В любом случае, дела обстоят плохо. Вы ведь видели, да? Как естественно он лёг туда.

— У него даже есть «свой» врач. А это значит, что он бывал здесь часто.

Он выглядел слишком знакомым с секретной базой Прометея: раздевался и ждал, словно это было обычной процедурой, узнавал чужие лица острым взглядом. Его тело, покрытое этими лоскутными шрамами с головы до ног, и его класс, поднявшийся с A-класса до S-класса, — все улики указывали на одно. По спине Ча Ый Джэ пробежал холодок.

«Неужели над ним проводили эксперименты?»

Скорее всего, по его собственной воле, с его собственного согласия.

Его размышления прервал резкий, нетерпеливый кашель — явный сигнал поторопиться. Со Мин Ги чуть спустил очки на нос, внимательно осматривая бутылочки с лекарствами и инструменты, и шёпотом сказал:

— Если бы здесь был этот госслужащий, он бы тут же арестовал его как преступника. Но у нас нет таких полномочий, так что нам нужно добыть информацию. У Сон Джо Хона, знаешь ли, удивительно хорошая репутация среди народа.

— В каком смысле?

— Он стал первым A-классом, который поднялся до S-класса. Вы, возможно, этого не знаете, но это произвело большой эффект. Для граждан он стал символом надежды, заменив пробел, оставленный J, а для охотников — примером того, что наш класс может расти.

Класс пробуждённого был ярлыком, который следовал за ним всю жизнь. Когда Ча Ый Джэ работал в ресторане похмельного супа, он часто слышал жалобы охотников низкого ранга. Люди помнили только выдающихся охотников, в то время как низкоранговые застревали на грязной, рутинной работе, будучи объектами насмешек за то, что назывались охотниками лишь формально.

Даже если Ча Ый Джэ старался понять их, был мир, который он никогда не смог бы постичь до конца.

— …

Со Мин Ги ловко открывал ящики, продолжая говорить:

— Вот почему гильдия Самра так быстро набрала силу. Она не только стала первой официальной гильдией Кореи, но и её возглавлял человек, который действительно изменил свой класс. Все хотели узнать, как он это сделал, как он преодолел собственные пределы…

— …

— Вы знали, J?

Со Мин Ги прищурился, глядя на лицо J с хитрой улыбкой.

— Среди пропавших охотников… довольно много тех, кто принадлежал к гильдиям под управлением Самра.

— …

— Это списывали на плохое управление дочерними гильдиями, но… глядя на это, я начинаю думать иначе.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на ящик у двери. На лотке из нержавеющей стали лежали шприц и небольшой пузырёк размером с кончик пальца. Он поднял бутылочку к яркому флуоресцентному свету. Прозрачная, бесцветная жидкость переливалась. Что это за препарат? Возможно, что-то для усиления тела пробуждённого?

Раздался повторный кашель. Ча Ый Джэ повернулся к Со Мин Ги. Тот перелистывал стопку бумаг, встречая взгляд Ча Ый Джэ.

— К этому моменту вы, наверное, уже догадались, не так ли? Так что вы будете делать?

— …

— Я последую за вами, что бы вы ни решили.

— Я…

Ча Ый Джэ поставил пузырёк обратно. Его тёмные глаза блеснули холодным светом.

— Я хочу сначала спросить его.

— …

— Что, чёрт возьми, он думал, когда решился на это?

Ча Ый Джэ вытащил маску и надел её. Его лицо, застывшее в холодной решимости, исчезло за чёрной маской. Он резко распахнул дверь. Сон Джо Хон лежал на кровати с закрытыми глазами. Ча Ый Джэ целенаправленно направился к нему. Почувствовав опасную ауру, Сон Джо Хон распахнул глаза. Он попытался приподняться, но Ча Ый Джэ оказался быстрее.

Глухой стук! Крепкая рука обхватила его шею, жилы на руке напряглись. Сон Джо Хон захрипел, его дыхание прервалось. Ча Ый Джэ сжал сильнее, всем весом навалившись на него. Сон Джо Хон отступил назад, не выдержав натиска. Его рука, вздувшаяся от напряжения, попыталась сорвать хватку Ча Ый Джэ, но та оказалась несокрушимой, словно кандалы.

Ча Ый Джэ с силой толкнул его за шею. Бам! Сон Джо Хон врезался в шкаф. Аккуратно расставленные бутылочки разбились, разлетевшись по полу.

— Что… кто ты…!

Его глаза, пылающие яростью, отразили гладкую чёрную маску. Глаза Сона Джо Хона расширились от ужаса.

— Ты… почему ты здесь…!

Ча Ый Джэ схватил его за плечи, сжал их так сильно, что его грубые пальцы вонзились в плоть, заставляя лицо Сона Джо Хона исказиться от боли. Голос, лишённый эмоций, пробился сквозь искажённую маску.

— Это мой вопрос.

— Гррр…!

Чёрная маска смотрела сверху вниз на волосы, тронутые седыми прядями. На краю этого изменённого голоса прорезался оттенок чувства.

— Что, чёрт возьми, вы сделали…?

Разочарование, которое невозможно было скрыть.

***

Неприятно видеть пейзаж разрушенного мира каждый раз, когда закрываешь глаза. Конец, который неизбежно наступит. Разрушение. Ужасающие сцены гибели людей, их растоптанные тела. Хотя она могла показывать эту картину, передать эмоции было невозможно. Юн Га Ыль чувствовала себя беспомощной и каждую ночь впадала в отчаяние. Конечно, Хам Сок Джон и Чон Бин внимательно слушали её слова, но на этом всё и заканчивалось.

Между опытным пробуждённым, прошедшим через бесчисленные битвы, и только что пробудившимся, не имеющим никаких боевых навыков, лежала пропасть, которую невозможно было преодолеть. Они верили её словам и относились к ним серьёзно.

Но они не могли понять её страха.

Слишком слабая, чтобы называться охотником, но слишком особенная, чтобы считаться обычным человеком. Она была хрупким существом, балансирующим между пробуждённым и обычным человеком, зная о надвигающемся конце, но неспособная изменить что-либо своими силами. Поэтому она всегда полагалась на кого-то другого и всегда отчаивалась. Это была Юн Га Ыль.

И поэтому Юн Га Ыль всегда была одинока.

— …

Маленькая комната казалась удушающей. Юн Га Ыль закусила губу. Мужчина за громкоговорителем закончил свои слова, завершив их замечанием, что им нужна её сила, и замолчал. Он ждал её ответа. Но…

Её зрение всё снова и снова затуманивалось. Сдерживая подступающие слёзы, Юн Га Ыль резко протёрла глаза. Она попыталась вспомнить своих друзей. Она вспомнила J.

— Я — J, помнишь?

Лицо, озорно улыбающееся, даже в хаосе.

— Доверься мне.

Мысли о J немного успокоили её взволнованное сердце. Юн Га Ыль сжала кулак и глубоко вдохнула. Да, J всё ещё здесь. Со мной. И если это J, он найдёт способ справиться с этим.

«…Но.»

…Но действительно ли это правильно?

Я просто убегаю, перекладывая всё на J?

В конце концов, разве я не остаюсь неспособной сделать что-либо самостоятельно, перекладывая всё на J и удовлетворяясь этим…?

Это была крошечная трещина. Её доверие к J было крепким, но глубокое недоверие к себе оставалось, позволяя сомнению проникнуть сквозь эту трещину.

И в это сомнение проник мягкий мужской голос.

— Ты действительно удивительна.

— Переживать этот страх, совсем одна, будучи ещё такой молодой школьницей. Это по-настоящему удивительно.

— Это не твоя вина. И…

— Ты не одна, Га Ыль.

Юн Га Ыль пустым взглядом уставилась на потолок. Одинокая мигающая лампочка то загоралась, то гасла. В этот момент голос мужчины снова зазвучал из громкоговорителя.

— Юн Га Ыль.

«…»

— Ты та, кто может всё изменить. Своей собственной силой.

Маленькая лампочка погасла.

Глава 228

— Ситуация?

Ясный, мальчишеский голос ответил:

— 90% пациентов завершили лечение, критически раненых лечат в сотрудничестве с местными больницами. Однако медицинская система на этот раз не рухнула, как раньше. Большинство легко раненых лечатся в палатках.

— Даже у мусора есть применение.

— Это выражение неуместно, хозяин.

— Тогда какое выражение подходит?

— Более подходящее будет: «Даже навозный жук умеет катать свой шарик».

Мужчина мягко усмехнулся:

— Ладно, пусть будет так.

Кррр… резиновая подошва тапочек остановилась перед раздвижной дверью.

Щелк. Нажата кнопка, и из дверного проема вырвался ослепительный свет. Он осветил массивный труп чудовища, лежащего на полу. Белый халат и длинные белые волосы, собранные под ним, колыхнулись. Тонкие пальцы поправили очки. Нам У Джин натянул перчатки и маску, которые протянул ему мальчик, и зашаркал в своих тапочках к лицу чудовища. Чудовище было мертвым, его язык безвольно свисал наружу.

— Вы доставили его в довольно приличном состоянии. Я думал, оно будет изуродовано.

— …

Из затемненного угла операционной Пчела, облокотившаяся на стену, слегка кивнула. Нам У Джин прикоснулся к огромному рту и зубам монстра. Кровь и пыль, прилипшие к ним, еще не успели засохнуть. Кровь из пасти образовала на полу небольшую лужу. Скорее всего, это была не кровь самого монстра.

— Так почему ранкера направили для доставки этого? Я ожидал, что Бюро управления разломами пошлет кого-нибудь.

— …Что мне оставалось делать, когда мне приказали? Приказ есть приказ.

Пчела выглядела на удивление мрачно. Нам У Джин мельком взглянул на нее, прежде чем снова отвести взгляд. Он прекрасно знал, почему директор поручил эту доставку именно ей. Слишком много вещей было связано с Прометеем. С ее вспыльчивым характером и необдуманными поступками трудно было предугадать, что она могла бы натворить.

«Значит, они хотят, чтобы я держал ее под контролем».

Директор умел управлять людьми. Нам У Джин сделал жест мальчику, который тут же подбежал и с легкостью широко раскрыл пасть монстра. Нам У Джин посветил внутрь фонариком. Там были кровь и обломки каких-то фрагментов, слипшихся в один ком.

Чудовищно большой рот в сочетании с аномально маленькими глазами. Вероятно, глаза атрофировались и не функционировали. Нам У Джин поднял острый скальпель.

— Надо поблагодарить этих ребят. Благодаря им у меня есть время разбирать эту штуку по частям.

— …

Пчела холодно посмотрела на Нам У Джина. Тот равнодушно ответил:

— Это была шутка, так что расслабьтесь.

— О, шутка? Я думала, вы просто хотели вывести меня из себя.

— Прошу прощения.

Резкий звук разрезаемой кожи, жира и плоти раздался по комнате.

Пчела раздраженно вздохнула, скрестила руки и закрыла глаза. Внутри нее кипела злость. Ей хотелось схватить тех, кто за этим стоял, и заставить их говорить. Кто они? Существовал ли действительно антидот? В порядке ли Мэтью…?

В этот момент Нам У Джин, который молча работал, заговорил:

— Пчела, хочу вас спросить.

Пчела медленно открыла глаза:

— Что такое?

— Вы поймали это создание сразу после того, как оно упало с неба? Не дав ему нанести урон?

Пчела, накручивая на палец прядь волос, приподняла бровь:

— А? Я схватила его, когда оно уже грызло всё подряд. Вы же видели его пасть, да? Она была вся в крови.

— …Правда? Но если так…

Глухой голос Нам У Джина донёсся из-за массивного тела чудовища:

— Здесь ничего нет.

— Что? Что вы имеете в виду…?

Когда Пчела подошла ближе, мальчик встал перед ней, протянув белую маску и перчатки своими ясными глазами. Пчела усмехнулась, но послушно надела их и встала рядом. Нам У Джин, надев перчатки, открыл огромный живот чудовища.

Внутри ничего не было. Как он и сказал.

Пчела несколько раз моргнула от удивления, прикрывая рот с шокированным выражением.

— …Подождите минутку. Это же физически невозможно. Я видела своими глазами. Оно жевало телефонные столбы, глотало машины. Оно даже людей ело.

— …

Не было ни обломков телефонных столбов, ни следов машин, ни даже кусочков плоти или костей людей, которых оно якобы проглотило. В желудке чудовища была абсолютная пустота. Лицо Нам У Джина отразило редкое для него замешательство. Он смотрел в эту пустоту своими бледными глазами.

— Это чудовище… вы говорите, оно пожирало всё на своём пути?

— …Да. Его зрение плохое, но оно прекрасно чувствует присутствие.

— Когда я впервые услышал об этом, я подумал, что оно остановится, как только насытится. Ему нужно время на переваривание. Чудовища, действующие в рамках системы, не сильно отклонялись от черт обычных живых существ, так что это казалось логичным предположением.

— Было логичным.

— Я подумал, что, выбрав правильный момент, его смогут убить даже охотники низкого ранга.

Действительно. Подземельные чудовища, независимо от их внешнего вида или жестокости, следовали привычным паттернам: есть, спать, двигаться. Но это чудовище было совершенно иным.

Существо, которое нарушало правила и законы.

— Но…

Лицо Пчелы напряглось, почувствовав, к чему идёт разговор. Нам У Джин коснулся пустоты. Он ничего не почувствовал.

— А что, если это существо ощущает голод, сколько бы оно ни ело?

— …

— А что, если оно продолжает пожирать, бесконечно, без остановки…

— …Тогда это настоящая проблема.

Пчела нервно прикусила губу.

— Это конец? Эти странные монстры — часть этого?

— Никак нет.

На бледное лицо Нам У Джина легла тень.

— Скорее всего, всё даже не началось по-настоящему.

***

Шшш…

На фоне звука текущей воды в ведро с влажным шлепком упала чёрная жидкость.

— Тьфу…

Держа ведро, Ли Са Ён закашлялся, моргая мокрыми ресницами. Он грубо вытер губы тыльной стороной ладони, прежде чем пошатываясь подняться на ноги. На него пристально смотрели налитые кровью фиолетовые глаза.

Свет в ванной мерцал. Его шатало. Ли Са Ён попытался выровнять дыхание, но больше не выдержал и швырнул первое, что попалось под руку, в лампу.

Грохот — треск, что-то разбилось с хрустом, после чего послышались небольшие искры, и свет погас. Когда наступила тьма, его разум немного прояснился. С трудом переводя дыхание, Ли Са Ён поднял голову.

Бам, бам, бам! Громкий стук эхом разнёсся по двери.

— Эй! Что ты там делаешь? Всё нормально?

— …

— Мне позвать Нам У Джина? А? Ты хочешь пойти в гильдию Совон?

— Я уже отправила сообщение, заместитель главы гильдии…

— …Заткнитесь.

Ли Са Ён прорычал, резко оборвав их. Его шея и лоб были покрыты холодным липким потом. С тех пор, как он открыл глаза в зале заседаний, он никак не мог прийти в себя. Сердце бешено колотилось, а приступы тошноты накатывали волной.

— Ах…

Как же это раздражает.

Ли Са Ён погрузил лицо в переполненную раковину. Вода переливалась через край, заливая пол и промачивая его ноги. Только тогда мир вокруг стал тише. Наконец-то он смог ясно мыслить.

Ча Ый Джэ.

Со Мин Ги, скорее всего, справляется. Если бы что-то произошло, он бы сразу сообщил…

Пальцы Ли Са Ёна дрожали. Он сильнее прижал лицо к воде. Лучше него никто не понимал, почему его тело было в таком состоянии. Всего лишь воспоминание, мимолётный фрагмент из прошлого, привело его к этому. Смешно. Он словно слышал издёвки, спрашивающие, неужели он не способен выдержать даже это.

— Всё ещё так молод.

«Заткнитесь…»

Стиснув зубы, Ли Са Ён поднял голову. Он грубо вытер мокрое лицо обеими руками и распахнул дверь. Пэ Вон У и Кан Джи Су, прислонившиеся к двери, свалились внутрь. Оба, теперь растянувшиеся на полу, с шоком смотрели на Ли Са Ёна. Пэ Вон У, весь в пластырях, запинаясь, спросил:

— Эй, ты… точно в порядке?

— Сколько раз я должен повторять? Я в порядке…

Ли Са Ён, выглядя уставшим, откинул мокрые волосы назад.

— Лампочка сломалась. Замените её.

— О-о, конечно.

— Со Мин Ги уже связался с нами?

— А? Нет, ничего не было. Куда ты его отправил?

— …

Ли Са Ён прошёл босиком по мокрому полу.

— Я отправил его по делу. Ему нужно кое-кого найти.

— …

— Займитесь запросом на сотрудничество с Бюро управления пробуждёнными сами…

— Куда ты направляешься, глава гильдии?

Кан Джи Су вытянула шею, задавая вопрос. Ли Са Ён лениво протянул:

— Искать сбежавшую собаку.

Глава 229

Ча Ый Джэ ослабил хватку, но мгновенно сжал предплечье вокруг шеи Сон Джо Хона. Вены на висках Сон Джо Хона вздулись, лицо залилось красным. Со Мин Ги, стоявший в двух шагах позади, молча наблюдал за происходящим. Сон Джо Хон с трудом выдавил слова, тяжело хватая ртом воздух.

— Почему... ты здесь?

— Это я должен спрашивать. Вы ведёте себя, как ни в чём не бывало. Что это? Чем вы занимались?

Глаза Ча Ый Джэ пристально оглядывали тело Сон Джо Хона. Вблизи зрелище оказалось ещё более отвратительным, чем он ожидал. Кожа, сшитая как лоскутное одеяло, отличалась текстурой, а в некоторых местах швы разошлись. Ча Ый Джэ с силой прикусил внутреннюю сторону щеки, его глаза вспыхнули яростью.

— ...Вы этого хотели? Вы действительно зашли так далеко?

— Так далеко? Ха, ха-ха.

Губы Сон Джо Хона изогнулись в усмешке. Глаза старого тигра вспыхнули жестокостью.

— Да... Тебе, тому, кто родился с абсолютно всем, этого не понять.

— ...

— Ты знал, не так ли? Но всё равно... Какой ты ограниченный!

Мышцы руки Сон Джо Хона напряглись. С громким рыком он сорвал с шеи Ча Ый Джэ его руку. Его тело, похожее на лоскутное, тяжело дышало. Ча Ый Джэ сделал два шага назад, расставив ноги, и вонзил в него полный ярости взгляд.

Он не хотел верить. Сон Джо Хон мог быть раздражающим человеком, тем, кто всегда ставил свою безопасность превыше всего... но Ча Ый Джэ не хотел думать, что он способен на такое.

Он надеялся, что Сон Джо Хон не предатель.

Сила ушла из сжатых кулаков Ча Ый Джэ. Его время в Бюро управления пробуждёнными было тяжёлым и болезненным, но также неизбежной частью его жизни. Это было первое место, где Ча Ый Джэ, который блуждал с момента своего пробуждения, смог по-настоящему почувствовать себя частью чего-то. Его тётя, директор, Чон Бин и даже Сон Джо Хон, с которым он никогда не был особенно близок.

Но Сон Джо Хон, казалось, воспринял замешательство и молчание Ча Ый Джэ иначе. Его лицо исказилось. Указывая на своё тело, похожее на лоскутное, Сон Джо Хон закричал:

— Ну как, смешно выглядит? Конечно, смешно. Такому, как J, не нужно было делать что-то подобное, чтобы быть сильным!

Он ткнул пальцем в сторону Ча Ый Джэ, словно хотел выколоть ему глаза.

— Ты! Всегда ведёшь себя так, будто выше всех! И эти идиоты, которые думают, что мир рухнет, если ты исчезнешь!

— ...

— Они даже не задумались, сколько времени и усилий понадобилось, чтобы заполнить пустоту, которую ты оставил! Ты хоть раз об этом думал?

Сон Джо Хон усмехнулся, стиснув зубы.

— Эти идиоты, которые бегают за кулисами ради тебя, те, кто пытался сохранить стабильность, — им даже в голову не пришло! Они думали, что стабильность приходит сама по себе!

— ...

— J, J, J... Ха! Тот, кто на самом деле спасал их жизни, — это был кто-то другой, но они всегда зовут J. «Если бы только J был здесь, если бы только J был жив!» Они говорят, что другие должны были умереть вместо тебя! Это бесит.

— ...

— Каждый из них — дурак... ничего, кроме идиотов.

Бормоча, как одержимый, Сон Джо Хон издал глухой смех. Он закрыл глаза ладонью. Пространство наполнила тишина. Только Ча Ый Джэ собирался заговорить, как Со Мин Ги положил руку ему на плечо. Ча Ый Джэ повернул голову. Со Мин Ги молча покачал головой, беззвучно шепнув:

«Не сейчас».

— ...

Если бы он сейчас поговорил с Сон Джо Хоном искренне, смог бы тот отпустить эмоции, накопленные за последние восемь лет? Ча Ый Джэ думал, что, возможно, смог бы. Конечно, это могло быть его очередное проявление высокомерия.

Но сейчас было не время.

Если они заговорят, не понимая, что произошло за эти восемь лет, это только разожжёт новый конфликт. Когда Ча Ый Джэ закрыл рот, Со Мин Ги сделал шаг вперёд.

— У меня есть пара вопросов, глава гильдии Сон Джо Хон. Когда начались ваши дела с Прометеем?

Сон Джо Хон опустил руку, остро взглянув на Со Мин Ги.

— Значит, эти прихвостни из гильдии Падо теперь работают с тобой? Ли Са Ён отправил тебя? Чтобы следить за мной?

— Нет, я здесь, потому что этот человек — теперь мой клиент. Ответите на вопрос?

— Ты и так знаешь, не так ли? Зачем спрашивать?

— Между догадками и вашими показаниями есть разница.

Вскоре после того, как J оказался заперт в разломе на Западном море, Сон Джо Хон стал охотником S-класса и создал гильдию Самра, чтобы заполнить пустоту, оставленную J. Если так...

«Восемь лет назад».

Это было давно, но не настолько, чтобы быть невозможным. Даже тогда уже существовали корни Прометея — группы тех, кто не был избран системой, превращающей людей в пробуждённых. Со Мин Ги достал из внутреннего кармана пиджака небольшой блокнот и ручку. Щелчок колпачка раздался отчётливо.

— Прометей первым подошёл к вам?

— Ты действительно беспомощный глупец. Ты ничего не замечаешь?

— Такое я слышу часто.

— Ха, Прометей. Какое громкое имя...

Сон Джо Хон усмехнулся, потирая затылок, где уже начала проступать синяя отметина.

— Почему, J? Хам Сок Джон велела тебе собрать информацию? Вот зачем ты пришёл сюда, прихватив своего маленького напарника, чтобы поговорить о конце света? Как мило, прямо утёнок.

— ...Нет.

Голос Ча Ый Джэ понизился до угрожающего тона.

— Я оказался здесь случайно. Не ожидал столкнуться с вами.

— ...

— Поэтому я и спрашиваю. Почему вы сделали этот выбор?

— Ха...

Сон Джо Хон сухо рассмеялся. Его смех становился всё громче, пока он не согнулся пополам, заливаясь хохотом.

— Ха-ха-ха!

— ...

— Конечно, ты не поймёшь, пока я сам не скажу. Людям вроде тебя никогда не достичь этого уровня.

Сон Джо Хон, продолжая насмехаться, начал поднимать свою скомканную на полу рубашку. Его голос, ставший глубоким и хриплым, эхом разносился по комнате.

— Как ты и предполагал, прошло уже довольно много времени. Ты, наверное, это знаешь, но когда-то существовала группа, которая похищала жертв подземелий и разломов.

— Я знаю.

— О, значит, знаешь? Похоже, ты был более внимателен, чем я думал. Я думал, ты просто сопляк, который решил, что ему досталось хуже всех.

— Ваша саркастичность мешает записи. Давайте по существу.

— Ха-ха... ладно.

Сон Джо Хон отмахнулся рукой.

— Моя команда и я выследили их. В конце концов, это было преступление против гражданских.

— ...

— В то время они ещё не были такими масштабными, как сейчас — просто кучка сумасшедших. Тех, кого мы поймали, пожирала их собственная зависть к пробуждённым. Но их технологии... были весьма полезны.

— ...

— Ты ведь тоже знаешь, поскольку тебя выбрала система. Система — это абсолютная сила. Как человеческая сила может прикоснуться к чему-то абсолютному? Это глупо...

Сон Джо Хон начал застёгивать рубашку. Его руки и шея — те части тела, которые оставались видимыми даже после того, как он оделся, — выглядели гладкими. Лоскутное тело медленно исчезало под тканью.

— Но... если немного применить эту технологию, усилив силу уже существующего пробуждённого, это оказалось вполне выполнимо. Поэтому я заключил сделку.

Сон Джо Хон, теперь полностью застегнувший рубашку, снова выглядел как безупречный глава гильдии, каким его всегда знали. Никто бы никогда не догадался о жутком теле, скрытом под одеждой. Ча Ый Джэ почувствовал горький вкус во рту.

— Я согласился закрывать глаза на их похищения в обмен на то, что они проведут эксперименты, чтобы усилить мою силу.

— Вы добровольно стали подопытным?

— Ха, конечно, ты этого не поймёшь. Тот, кто родился с силой, никогда не узнает, что значит её жаждать.

Сон Джо Хон холодно взглянул на Ча Ый Джэ, но тут же отвёл взгляд. Он пробормотал, надевая пиджак.

— Ты когда-нибудь чувствовал свою беспомощность? Вряд ли. Ты когда-нибудь жалел, что не был чуть сильнее, думая, что если бы у тебя было больше силы, всё могло бы быть иначе? Тоже вряд ли.

— ...

— Ты и я родились, чтобы никогда не понять друг друга... так что даже не пытайся.

— ...Нет.

Ча Ый Джэ сжал кулаки. Холодный взгляд Сон Джо Хона снова встретился с его закрытым маской лицом.

— Я тоже знаю это чувство. Я тоже...

Ча Ый Джэ думал об этом постоянно, находясь в разломе на Западном море.

Если бы я был хоть немного сильнее, они могли бы выжить.

Если бы я был хоть немного сильнее, мне бы не пришлось оставить их и спасаться в одиночку.

За последние восемь лет накопилось бесчисленное количество сожалений. Именно поэтому Ча Ый Джэ сбежал — отказавшись от имени J и всех связанных с ним обязательств. Сон Джо Хон выбрал другой путь вместо побега. Хотя Ча Ый Джэ и не мог оправдать его выбор, он мог его понять.

— ...

Лицо Сон Джо Хона исказилось сложным выражением. Но это была уже не та явная ярость, что бушевала раньше. Он уже собирался снова заговорить, как вдруг вдалеке послышались шаги. Все трое замерли одновременно. Кто это мог быть? Выражение Сон Джо Хона стало жёстким, и он резко толкнул Ча Ый Джэ.

— Прячься.

— Что? Подождите…

— Уходим.

Со Мин Ги схватил Ча Ый Джэ за руку и быстро втолкнул его в комнату, заставленную склянками. Оба прижались к двери, затаив дыхание. Шаги становились всё ближе, и вскоре дверь комнаты с операционным столом открылась.

— …Странно.

— Мне показалось, я слышал голоса. Даже звук драки.

— Ты, что ли, начинаешь терять слух?

— Ничего подобного. Мои уши всё ещё в порядке…

Шаг за шагом, звуки приближающихся шагов стали громче. Кто-то постучал в дверь, за которой прятались Ча Ый Джэ и Со Мин Ги. Вслед за этим раздался голос, в котором угадывались нотки лёгкой насмешки.

— Ты пришёл так далеко. Я давно мечтал встретиться с тобой.

— …

— J.

Глава 230

Ча Ый Джэ бросил взгляд на Со Мин Ги. Тот слегка покачал головой, сигнализируя не отвечать. Оба сосредоточились на звуках за дверью, затаив дыхание. Однако мужчина снаружи был уверен, что они здесь. Тук-тук, снова раздался звук стука.

— Могли бы вы открыть дверь? Я хотел бы поговорить с тобой лицом к лицу.

В этот момент раздражённый голос вмешался. Это был Сон Джо Хон.

— Значит, теперь ты обращаешься со мной так, будто меня не существует? Выходит, дверь для тебя важнее, чем преданный партнёр вроде меня?

— Нет уж. Вы наш единственный партнёр. Но...

С другой стороны двери послышался шелест.

— Слово «предательство» вводит в заблуждение. Мы не предавали вас.

— А как тогда назвать действия без предупреждения? — тон Сон Джо Хона был острым, но мужчина остался совершенно невозмутим.

— Ах, полагаю, более подходящий термин — «сбой в коммуникации». Искренне извиняюсь за это. Мы компенсируем вам позже. А сейчас можно мы закончим то, что начали?

Щёлк. Звук, с которым кто-то взялся за дверную ручку и повернул её, эхом разнёсся в комнате. Верно, мы забыли запереть дверь. К счастью, Со Мин Ги уже крепко держал ручку на месте. Щёлк. Щёлк. Щёлк-щёлк-щёлк. Сон Джо Хон издал саркастический смешок. Мужчина за дверью яростно тряс ручку, будто собирался её вырвать.

— J, J. Ты ответишь мне? Я знаю, что ты там. J, я мечтал поговорить с тобой... с того самого момента, как ты убил кита.

Его голос стал ещё более взволнованным. Со Мин Ги, всё ещё удерживавший ручку, посмотрел на Ча Ый Джэ с неожиданно растерянным выражением. Беззвучно шевеля губами, он жестом указал на дверь.

«Вы его знаете?»

Ча Ый Джэ быстро покачал головой. Не может быть, чтобы он знал такого странного типа! Одного Ли Са Ёна ему в жизни хватало. С ним его лимит странностей уже был исчерпан.

Мужчина не только продолжал трясти ручку, но и стал стучать в дверь.

— Ты избегаешь меня, потому что тебе неловко? Или, может, ты стесняешься? О! Я понимаю. Тогда как насчёт того, чтобы поговорить вот так? У меня столько вопросов и вещей, которые я хочу обсудить... о конце.

— ...

Скумбрия предупреждал его. Прометей сеял недоверие к J. Ча Ый Джэ сам видел те посты на сайте. Но мужчина за дверью не выглядел так, будто его слова пронизаны злобой, свойственной тому, кто пытается оклеветать J. Он продолжал говорить бессвязно и странно, как будто размышляя вслух.

— Наверное, это кажется подавляющим! Это слишком? Я... я извиняюсь. Но после того, как я поговорил с Юн Га Ыль, я просто не смог сдержать своё волнение.

Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ сжал кулаки на мгновение. Если бы Со Мин Ги не держал дверную ручку и не тряс головой так отчаянно, Ча Ый Джэ, возможно, уже бы открыл дверь. Со Мин Ги снова беззвучно прошептал губами:

«Давайте послушаем его».

Ча Ый Джэ кивнул. Мужчина, чей голос всё ещё был полон восторга, продолжил, но теперь более нерешительно:

— Ах, я... я много говорил с Юн Га Ыль. Она так высоко отзывалась о тебе! Услышав о тебе, я понял — ты действительно герой. Это впечатляет.

— Прекрати уже! Это твоё уважение к партнёру? — резкий голос Сон Джо Хона пронзил пространство, и возбуждённый тон мгновенно сменился на тишину, напряжённую и зловещую. Ча Ый Джэ напряг слух, и вскоре голос мужчины вернулся, теперь уже низкий и спокойный, будто он никогда и не был взволнован.

— Всему своё время.

— ...

— Ваше время настанет позже. Ждите.

— Ты—!

Послышались звуки борьбы, глухие удары и грохот. Чёрт.

«Он пытается кого-то убить?»

Сон Джо Хон всегда отличался вспыльчивостью, а сила пробуждённого S-класса могла быть смертельно опасной. Стоило ему потерять контроль хотя бы на мгновение — и кто-то мог погибнуть. Как бы странен ни был этот человек, Ча Ый Джэ не мог позволить ему умереть. Похоже, Со Мин Ги думал о том же, потому что распахнул дверь.

И их встретила совершенно неожиданная картина.

— ...

— Ух...

Сон Джо Хон стоял на коленях, ползая по полу, его лицо было бледным и посиневшим. Перед ним стоял мужчина с каштановыми волосами, слегка сгорбившись. Мужчина в белом лабораторном халате повернулся, словно почувствовав их присутствие, вытащил руки из карманов, почесал затылок с явной неловкостью и слегка поклонился.

— А-а. Вы вышли? Надо было сделать это раньше. Извините за шум.

— А охотник Сон Джо Хон...?

— Хм? Ах, он в порядке. Я просто временно его обезвредил, вот и всё. У меня была подготовлена мера безопасности.

Мужчина с каштановыми волосами начал заикаться, его волосы растрепались ещё сильнее, а бледное лицо слегка порозовело.

— П-простите за это. Действие препарата закончилось. Он должен был, эм, облегчить общение.

Он пригладил складки на своём халате и брюках, затем протёр ладони о халат и протянул руку к Ча Ый Джэ.

— Я-я слышал от Юн Га Ыль. Она сказала, что J здесь, поэтому я… я очень хотел встретиться с тобой. Меня зовут Иван.

Юн Га Ыль сказала это? Неужели это правда? Юн Га Ыль не из тех, кто легко выдаёт информацию. Либо её заставили, либо они узнали это через камеры наблюдения. Кулаки Ча Ый Джэ сжались, суставы треснули, когда кости сдвинулись. Если они видели его лицо…

«Им придётся умереть...»

Вместо того чтобы пожать протянутую руку, Ча Ый Джэ внимательно осмотрел Ивана. Его телосложение было примерно таким же, как у самого Ча Ый Джэ, или чуть крупнее. Судя по рукам, Иван не был бойцом. На пальцах виднелись мозоли — скорее всего, от постоянного использования ручки. Возможно, он был исследователем из Прометея.

Иван, заметив нерешительность Ча Ый Джэ, натянуто улыбнулся и наклонил голову, будто понимая.

— Ах, ты… переживаешь из-за своего лица? Т-ты не должны об этом беспокоиться. Мне не интересно твое лицо под маской. И поблизости нет камер наблюдения. Я даже могу ослепить любого, кто увидел бы твоё лицо, если это вопрос доверия.

— ...

Под маской лицо Ча Ый Джэ слегка перекосилось. Почему? Разве этого одного факта недостаточно, чтобы его шантажировать? Они могли разрушить жизнь Ча Ый Джэ, обладая лишь этой информацией. Неосознанно он задал вопрос.

— Почему?

— Почему…?

Глаза Ивана расширились. Он поправил съезжающие очки и заикался.

— Почему мне, эм, было бы любопытно?

— ...

— Т-ты и так совершенен.

— ...

— Ах, если ты не понял, позволь пояснить... Это значит, что никому не нужно видеть человеческую сторону героя.

Иван широко улыбнулся, складывая кончики пальцев вместе.

— Кого волнуют переживания героя? Им нужно только, чтобы ловили монстров и спасали их жизни.

— ...

— Разве не так? Конечно, тебе самому должно быть проще именно так.

Ча Ый Джэ внезапно осознал одну вещь. Их не интересовал Ча Ый Джэ, человек под маской J. У них даже не было желания узнать, кто он. С самого начала они не нуждались в нём. Им была нужна лишь оболочка — сильнейший, самый знаменитый герой, J.

— ...

Его сердце сжалось от неприятного чувства. Иван, всё ещё с румянцем на лице, внимательно смотрел на маску Ча Ый Джэ, словно ожидая его реакции. Вместо того чтобы отвечать длинной репликой, Ча Ый Джэ задал простой вопрос. Оправдать такие ожидания было легко. Быть героем — это просто.

— Где Юн Га Ыль?

— А, а. С ней всё в порядке! Ни один волосок на её голове не пострадал.

— Почему я должен тебе верить? Я видел, как вы ставили эксперименты на пробуждённых.

— Ты это видел? Ах… как и ожидалось, ты быстрый.

Иван выглядел странно довольным, резко хлопнув в ладони.

— Но Юн Га Ыль — это другое дело. Она единственная, кто может видеть будущее через прошлое. Мы относимся к ней с величайшей осторожностью.

— Мне нужно её увидеть. Отведи меня к ней.

— Конечно! Но, если ты сначала сделаешь для меня одну вещь…

— …

— Вы не в том положении, чтобы предъявлять требования, верно? J мог бы в одиночку уничтожить эту базу, — быстро перебил Со Мин Ги, эффектно поправляя свои солнцезащитные очки. Его преувеличенная поза и тон больше походили на члена злодейской организации. Это выглядело настолько нелепо, что слегка подняло настроение Ча Ый Джэ. Иван ярко улыбнулся.

— Ах, я знаю. Но… разве не проще услышать всю информацию сразу от меня, чем собирать её по кусочкам?

— Говори. Что тебе нужно?

— Просто… свяжись с директором Бюро управления пробуждёнными для меня.

Неожиданная просьба заставила Со Мин Ги подозрительно прищуриться из-за очков. Иван усмехнулся.

— Я хочу сотрудничать с Бюро управления пробуждёнными.

— …

— Чтобы остановить конец.

Глава 231

Торопливые шаги эхом отдавались в коридоре. Большинство охотников из гильдии Падо отправились разбираться с ситуацией, а оставшиеся были либо низкоранговыми охотниками, либо не пробуждёнными гражданскими, занимавшимися бумажной работой. Кроме Пэ Вон У, который бесцельно бродил по коридорам с планшетом, на экране которого была карта. Внезапно его телефон завибрировал. Сдирая пластырь с лица большим и указательным пальцами, он поднёс телефон к уху.

— Алло, это Пэ Вон У из гильдии Падо… Ах, охотница Ян? Я занят? Нет, я тоже восстанавливаюсь… О, ничего серьёзного, просто небольшая авария.

Голос Ян Хэ Джин стал чуть громче.

— …Авария? Вы точно в порядке?

— О, машина слегка пострадала, но я в норме. Так о чём вы хотели поговорить?

— Мне нужно, чтобы вы кое-что проверили. Я сейчас не могу покинуть пост…

— Конечно, если это в моих силах. Что нужно?

— Я отправлю вам координаты… Можете проверить подробнее?

— Отслеживание местоположения? Это не совсем моя специализация…

Перед глазами уже начали мелькать сложные цифры. Подобное больше подходило для Скумбрии или Маленького чуда Со Мин Ги. Пэ Вон У был хорош в том, чтобы отражать атаки в лоб, но вот с такими тонкостями у него всегда возникали сложности. Однако что поделаешь? Оба были заняты, так что, если понадобится, придётся одолжить медвежью лапу. Он щёлкнул языком.

— Я попробую сделать, что смогу.

— Я только что отправила сообщение. Это связано с нашим работником на полставки, его местоположение где-то рядом с тобой.

— Работник на полставки?

Голос Пэ Вон У резко повысился. В голосе Ян Хэ Джин послышались нотки замешательства.

— Да… Я попросила его зайти в то логово, но он давно не выходит. Когда я проверила его местоположение, оказалось, что он где-то на странной горе.

Ситуация была катастрофической. Пэ Вон У осмотрелся вокруг, прежде чем быстро усесться за свободный стол. Он ввёл координаты, которые отправила Ян Хэ Джин, в спутниковую карту. Но…

— …Что?

Щурясь, Пэ Вон У уставился в монитор. Затем включил планшет, прижатый под мышкой, и положил его рядом с монитором. Маленькая точка на планшете медленно ползла к красной отметке на мониторе. Невольно с его губ сорвалось слово.

— Что за...

— Странно.

— Что? Что-то не так? С нашим работником на полставки случилась беда…?

— Нет, дело в том, что…

Сколько бы он ни смотрел, всё указывало на одно и то же место. Он быстро качал головой вперёд и назад, нахмурившись.

— Хмм?

Ему нужно было привести мысли в порядок. Пэ Вон У постучал пальцами по столу. Ли Са Ён отправился искать J. Было слишком рискованно отправлять его одного, но оба принимающих решения не могли отсутствовать одновременно, поэтому он направил в помощь Кан Джи Су. На планшете были их текущие местоположения. И в их пункте назначения, там же, находился работник на полставки из ресторана похмельного супа…

Внезапно в его голове вспыхнула мысль. Пэ Вон У резко вскочил с места. Не может быть.

— Это…

Его голос, едва различимый шёпот, дрожал, как крик козлёнка.

— П-п-похищение?

— Что? Похищение? О чём вы говорите?

— П-простите! Я перезвоню!

Пэ Вон У поспешно сбросил вызов и тут же начал набирать другой номер.

***

— Стой.

На звук низкого голоса ярко-красный мотоцикл резко остановился. Тяжёлое урчание двигателя постепенно стихло. Мотоциклист в красном шлеме обернулась.

— Что случилось, глава гильдии?

Мотоциклист в чёрном шлеме, с лёгкостью балансируя, не держась за руль, ответил.

— Если пойдём дальше, нас сразу заметят…

— Но дорога же пустая?

— Потому что они перевозят припасы.

— А что, если просто продолжим ехать?

— Лучше избегать лишних столкновений…

Мотоциклист в чёрном шлеме кивнул в сторону горы.

— Пойдём вон туда.

— Ты предлагаешь карабкаться по горам? Уф.

— Это лучше. Легче избежать внимания…

Мотоциклист в чёрных перчатках снял шлем, обнажая взлохмаченные чёрные волосы и бледное лицо. Он легко спрыгнул с мотоцикла и посмотрел на гору. Его тёмно-фиолетовые глаза впитывали вид обнажённого, скелетоподобного хребта. Медленно он закрыл глаза и глубоко вдохнул.

Мотоциклист в красном шлеме, продолжавший ворчать, тоже сняла шлем. Кан Джи Су вытащила телефон из кармана худи и поднесла его к уху.

— Да, заместитель главы гильдии. Что? Ага. Чего? Поняла… Ладно.

Её лицо исказилось странным выражением. Она подошла к Ли Са Ёну, бросая на него искоса взгляды.

— Эм, глава гильдии.

Ли Са Ён едва заметно кивнул, молча подавая знак говорить. Кан Джи Су, всё ещё держа телефон подальше от уха, из-за которого доносился громкий голос, заговорила.

— Заместитель главы говорит что-то про работника на полставки.

Только тогда фиолетовые глаза Ли Са Ёна выглянули из-под тонких век.

— …Что?

— Кажется, работник на полставки находится в том же месте, куда мы направляемся. Они как-то узнали его местоположение, и получилось, что мы случайно идём туда же. Верно?

— …Откуда у них эти данные?

— Говорят, охотница из Бюро управления разломами дала работнику на полставки часы. В них была функция отслеживания, и, поскольку он так и не вернулся, они проверили его местоположение.

— …

— В общем, они в панике и думают, что временного сотрудника могли похитить. Что будем делать?

Ли Са Ён потер пальцами переносицу, словно устав.

— …Скажи ему, что мы спасём его заодно.

— Ты слышал, заместитель главы? Всё, отключаюсь!

Кан Джи Су быстро нажала кнопку завершения вызова и тяжело вздохнула. Она проигнорировала телефон, который снова зазвонил, и подняла взгляд на возвышающуюся гору. Для неё, как для человека, управляющего растениями, заросшая растительностью гора была практически домом. Но…

— …

Она бросила взгляд на Ли Са Ёна, стоявшего рядом. От него исходила пугающая аура, заставлявшая её нервничать. Инстинктивно она нащупала в кармане артефакт противогаза. В то же время она слышала слабые шепоты жизни горы — взбудораженные, тревожные. Они тоже почувствовали.

Хищник с недобрыми намерениями прибыл.

«Прости, безымянная гора…»

Не колеблясь, Ли Са Ён перепрыгнул через ограждение и ступил на землю. Как только его нога коснулась земли, всё вокруг неё завяло и почернело. Кан Джи Су поморщилась, но неохотно последовала за ним. В воздухе витал горький запах. Она прикрыла нос и рот рукавом.

Как высоко они успели подняться? И сколько мелких жизней уже погибло? Горький запах умирающей жизни сменился запахом масла и слабым ароматом дезинфицирующего средства. Постепенно стали ощущаться и более крупные присутствия. Ли Са Ён остановился и бросил взгляд на Кан Джи Су.

— Кан Джи Су.

— Да, глава гильдии.

— У тебя есть противогаз?

— Конечно.

— Надень.

— Эм… а насколько далеко ты собираешься зайти, глава гильдии?

— …

Его бледные губы изогнулись в лёгкой улыбке. Чёрт, подумала она. Пожалуй, мне стоит найти дерево и забраться повыше. Кан Джи Су обречённо вздохнула. С того самого момента, как она оказалась здесь с ним, она знала, что ей придётся столкнуться с таким уровнем опасности. Быстро пристегнув противогаз и плотно его зафиксировав, она поспешно отошла от Ли Са Ёна на безопасное расстояние.

— …Фух.

Оставшись один, Ли Са Ён зашагал легко, будто прогуливаясь. Он прикусил край перчатки и стянул её зубами. Затем, обнажённой рукой, он отодвинул ветку, мешавшую обзору. Шипение… Ветка растаяла, почернев. Перед ним открылся пустырь, на котором стояли грузовик и вооружённые солдаты.

Воздух вдруг стал ледяным. Но только на мгновение.

Щёлк! Щёлк! Щёлк! Звуки взводимых затворов эхом разнеслись, и стволы оружия разом нацелились на него.

— Кто ты?!

Ли Са Ён спокойно оглядел их. Солдаты выглядели незнакомо, он таких раньше не встречал. Но…

— Раздражают…

Запах, исходящий от них, царапал его сознание. Один из солдат выкрикнул:

— Это… разве это не Ли Са Ён?

— Почему Ли Са Ён здесь? Как он узнал?

Шёпот становился всё громче. Солдаты колебались, и это не укрылось от Ли Са Ёна. Ожидание подходящего момента было его специализацией.

Чёрная тень исчезла.

— …?!

И появилась за спиной одного из солдат, выхватывая его оружие. Шипение… Вслед за резким запахом рукоятка винтовки начала плавиться, чернея. То же случилось и с рукой, державшей её. Солдат издал крик. Или попытался издать.

Чёрная рука схватила его за горло. Сонный голос прошептал:

— Не позволено.

— …

— Если будешь шуметь…

Темнота быстро окутала всё. Смоляная волна накрыла всех, не издав ни звука. Оружие, солдаты, крики, смех — всё исчезло.

— …

Вскоре чёрная волна отступила, скрывшись под чёрными ботинками Ли Са Ёна. Солдаты, которые только что целились в него, исчезли без следа. Только Ли Са Ён остался стоять там, где был. Он сложил руки за спиной.

— Что ж…

Хотя он справился тихо, камеры наблюдения наверняка зафиксировали всё. Множество шагов приближалось всё быстрее. Ли Са Ён поднял взгляд на мигающий красный огонёк камеры и ухмыльнулся.

— Сколько ещё мне придётся убить, прежде чем явится ваш начальник?

Глава 232

— Ты хочешь сказать, что собираешься сотрудничать с Бюро управления пробуждёнными?

— ...

— Чтобы предотвратить конец света.

Ча Ый Джэ прищурился, изучая лицо Ивана. Глаза за очками искрились чистой искренностью, словно говорили неоспоримую правду. Но со стороны послышался тихий смешок. Со Мин Ги, с бесстрастным лицом, ответил вместо него:

— Это полная чушь.

— ...

— Эти охотники, что заперты здесь. Ты просишь о сотрудничестве после того, как захватил гражданских и охотников, чтобы использовать их как подопытных? Насколько далеко ты собираешься зайти в своей наглости? Если бы охотник Чон Бин был здесь, он бы разнёс это место к чертям.

— А? Ахаха... Кажется, тут возникло недоразумение.

— То же самое с наркотиками. Ты думаешь, мы не знаем, что ты распространяешь наркотики среди охотников?

— Ах... мне нужно многое объяснить. Во-первых...

Иван мельком взглянул на Сон Джо Хона, лежащего на полу, затем слегка улыбнулся.

— Большинство охотников... пришли сюда добровольно.

— Этот ублюдок опять несёт чушь. Может, разобраться с ним?

— Нет, это правда. Все они добровольно согласились на эксперименты ради повышения своего класса... Да, по крайней мере, те, кто здесь.

— ...

— Гражданские тоже. Каждый из них... пришёл сюда по собственной воле. Они хотели силы...

Тень на мгновение пробежала по глазам Ивана.

— Потому что потеряли слишком многое.

— ...

Тело Сон Джо Хона слегка дрогнуло. Истина была очевидна. Эти люди заключили сделку с Сон Джо Хоном, а он поставлял им охотников. Единственный охотник, поднявшийся с класса A до S, выставлявший себя воплощением человеческого триумфа. Ча Ый Джэ не мог полностью это понять. Поэтому решил не показывать своих мыслей. Иван сложил руки перед грудью, словно молился.

— А что до наркотиков... Вы называете наш новый препарат наркотиком.

— ...

Иван быстро вытащил из кармана халата небольшой флакон, наполовину заполненный белым порошком. Он поднял его к свету, и слабый голубой оттенок заискрился.

— Всё, что принимается в избытке, становится ядом. Это не исключение. Ты знаешь, что делает этот препарат?

— Нет.

— Это супрессант. Он сделан из материалов монстров... При правильной дозировке он притупляет обострённые чувства охотников и помогает им спокойно спать, даже если раньше они не могли.

— ...

— Но при чрезмерном употреблении... к сожалению, появляются побочные эффекты.

Побочные эффекты. Ча Ый Джэ вспомнил людей с шипами, проросшими из их тел, и расплывчатые, покрытые шипами глаза русского медведя. Его кулаки сжались сильнее.

— Ты, J, разве ты... не проводил бессонные ночи?

Он всегда их проводил.

— А что, если можно пережить такие ночи без боли? Спать без сновидений, без забот, как раньше, до того, как ты пробудился?

Это было заманчивое предложение. Словно сон. Люди, выбранные системой для пробуждения, никогда не могли вернуться к прежней жизни. Они были вынуждены мириться с телами, обострённо реагирующими на окружающий мир, и учиться всему заново. Но если бы, хоть на короткое время, они могли вернуться... Если бы они могли спокойно спать, не думая о мёртвых...

«Ах...»

Ча Ый Джэ прикрыл рот рукой за маской.

«Как раздражает...»

Это было невероятно заманчивое предложение. Спокойный сон. То, о чём Ча Ый Джэ когда-то отчаянно мечтал. Иван опустил взгляд с печальной улыбкой, нервно теребя пальцы.

— Я понимаю, что вы не можете нам доверять. Но… разве не глупо отказываться от протянутой руки помощи из-за мелких эмоций? В конце концов, мы ничего не знаем друг о друге.

— ...

— Мы можем работать вместе. Мы должны. В свете надвигающейся катастрофы, такой как апокалипсис.

Со Мин Ги наклонился к уху Ча Ый Джэ, но его голос был достаточно громким, чтобы его услышали все.

— Звучало убедительно? Они сами навлекли это на себя, а теперь, когда не могут справиться, хотят сотрудничать. Как типично.

— ...

Со Мин Ги заговорил холодным тоном:

— Если уж они собирались предлагать сотрудничество, то не должны были оставлять охотника Сон Джо Хона на коленях. Он, в конце концов, один из нас.

— Вот как? Но разве он не предатель?

— Это наше дело. Вы не имеете права судить или наказывать его.

— Возможно, вы так считаете, и я не могу с этим спорить. Но… я уверен, что мы можем быть очень полезны.

— Каким образом?

— Хм... например.

Иван указал пальцем на потолок.

— Информация о том, какая катастрофа будет следующей.

— ...

— Вы видели монстров с огромными ртами, верно? Они появляются в самом начале апокалипсиса. Они испытывают бесконечный голод. Сколько бы они ни поглощали, их голод не утолить... Поэтому они продолжают пожирать всё. Но... что идёт после них? А что после этого?

Ча Ый Джэ обменялся взглядом с Со Мин Ги. Лицо последнего за очками оставалось равнодушным. Ча Ый Джэ чувствовал то же самое. У них была Юн Га Ыль — человек, который долго изучал остатки рухнувшего мира. Информация, собранная по крупицам из воспоминаний, была ничем по сравнению с тем, что знала Юн Га Ыль, лично видевшая конец.

И у Ча Ый Джэ был ещё один источник. Ли Са Ён — из мира, который уже пал.

«Он не хотел вдаваться в подробности…»

Но, возможно, при должном подходе что-то можно было узнать. Ча Ый Джэ сделал вид, что размышляет, потирая подбородок своей маски, и заговорил. Ему нужно было вытянуть больше информации.

— Какова твоя цель?

— Цель… наша цель? Ах…

Иван слабо улыбнулся.

— Остановить апокалипсис с помощью человеческой силы.

— ...

— Разве это уже не проваливалось дважды? Каждый раз, потому что всё оставляли на пробуждённых. Но… что, если добавить к этому человеческую силу?

Странный огонь вспыхнул в глазах Ивана, когда он широко раскинул руки.

В этот момент Ча Ый Джэ внезапно поднял голову. Сладкий запах наполнил воздух. Химикаты? Нет, это было странно знакомо. Где он уже чувствовал это…

«Ах».

Был только один источник такого навязчивого сладкого аромата. Ли Са Ён. Ча Ый Джэ быстро осмотрелся с тревогой. Со Мин Ги и Иван смотрели на него с недоумением.

— Что-то случилось?

— ...

Неужели? Может ли это быть? Но холодок, пробежавший по его шее, нельзя было игнорировать. Только Ча Ый Джэ собирался что-то сказать, как комнату залил красный свет. Сирена завыла, а в воздухе раздался срочный голос.

— Код Красный, Код Красный!

Иван выглядел встревоженным, переводя взгляд с Ча Ый Джэ на Со Мин Ги.

— Вы привели с собой ещё кого-то?

— Нет? Мы здесь одни.

— Тогда что это...

— Сектор E-1 уничтожен! Сектор E-1 пал!

Иван торопливо вытащил что-то вроде рации и стал с ней возиться. Раздался треск статического шума, прежде чем панический голос ответил.

— Ч-что происходит? Почему сектор…

— Л-Ли Са Ён появился! Он растопил всех! Его яд слишком густой! Мы не можем к нему подойти! Оружие на него не действует!

— ...

Чёрт.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на Со Мин Ги, который спокойно поправил свои очки.

— Ну, терпением в такие моменты он точно не отличается.

***

Закрытые веки медленно приоткрылись, и она моргнула несколько раз. На мгновение ей показалось, что где-то далеко раздаётся шум, но он исчез с тихим щелчком, словно закрывающееся окно. Прозвучал мягкий, женский голос.

— О, ты проснулась?

— ...

— Как ты себя чувствуешь? Всё в порядке?

Медленно Юн Га Ыль кивнула. Голова, которая прежде была будто в тумане, ощущалась ясной и свежей. Пульсирующая мигрень, давившая на виски, и тревожное сердцебиение, обычно следующее за сном, исчезли. Конечно же...

«Мне… ничего не снилось».

Сколько времени прошло с тех пор, как она чувствовала себя так ясно? Рассеянно она уставилась в потолок, нежно касаясь тонкого белого одеяла, укрывавшего её. Оно было мягким, и ощущения от него были приятными. Голос женщины продолжил:

— Хе-хе… Приятное ощущение, правда? Это успокаивающее средство. Говорят, оно очень эффективно для пробуждённых. Я сама не пробуждённая, так что не знаю, но говорят, что оно помогает спать очень комфортно.

— Да… действительно помогает.

Юн Га Ыль ответила рассеянно. Казалось, её тело парило на облаке. Настолько хорошо она себя чувствовала. Как же сон без сновидений может быть таким сладким? Звук мягких тапочек приблизился к кровати. Юн Га Ыль подняла взгляд. Женщина носила круглые очки, а её волосы были заколоты большим зажимом. Она тепло улыбнулась и протянула руку. Это была рука с мозолями и небольшими следами ожогов.

— Меня зовут Га Ён.

— О…

Юн Га Ыль быстро протянула руку и пожала её.

— Я… я Юн Га Ыль.

— Га Ыль? Ах, наши имена похожи, правда?

— Да…

Мягкое прикосновение руки Га Ён скользнуло по щеке Юн Га Ыль, заправляя выбившуюся прядь за ухо. Юн Га Ыль вздрогнула и подняла глаза, чтобы увидеть, как Га Ён добродушно улыбается ей.

— Давай ладить, хорошо?

Глава 233

Его ноги дрожали. Рука, державшая пистолет, тряслась. С тех пор как он стал свидетелем того, как чёрная волна растворила человека, не оставив и следа, это ощущение преследовало его постоянно. Он сглотнул, с трудом подавляя страх. Холодный пот стекал из-под чёрной маски, закрывавшей его рот и шею. Несчётное количество стволов было направлено на одного человека.

Ли Са Ён.

На нём не было привычного бронежилета, ни оружия, ни каких-либо украшений. Он просто стоял в длинном чёрном плаще. Никаких признаков страха. Как будто оружие не представляло для него ни малейшей угрозы. Стоя с левой рукой в кармане плаща, он выглядел скорее скучающим. Его бледное, лишённое выражения лицо было ужасающей красотой, но он только что растворил в воздухе четырёх или пяти человек. Даже осколка кости от них не осталось. Жутко.

«…Как и ожидалось, он даже не человек».

Мужчина стиснул зубы. Конечно, эти пробуждённые все одинаковы, отвратительны. Монстры в человеческой шкуре, обращающиеся с человеческими жизнями, словно с мухами…

— …

Ли Са Ён бросил взгляд на свою руку, будто изучал ногти, затем слегка подул на пальцы. В тот же момент стволы поднялись вверх с щелчком. Он слегка прищурил глаза, которые на мгновение расширились, а затем сузились, как у змеи. Его полные губы едва заметно дрогнули.

— Доклад?

— …

— Я спросил вас. Вы доложили об этом своим начальникам?

Никто не ответил. Ли Са Ён громко вздохнул, так чтобы его услышали все.

— Значит… они приказали вам держать рот на замке, да?

— …

— Ну что ж… Тогда у меня не остаётся выбора…

Послышался хруст, когда пальцы его чёрной руки согнулись, будто кости ломались. Ли Са Ён протянул вперёд свою чёрную руку. По спине мужчины пробежал холод. Его дыхание стало прерывистым. Он своими глазами видел, что случится, как только эта рука сдвинется. Его палец дрожал на спусковом крючке. Лицо за чёрной рукой оставалось бесстрастным.

— Значит, я недостаточно вас убил.

Горький запах витал в воздухе. Как только Ли Са Ён собирался сжать кулак, мужчина зажмурился. Чёрт возьми! Перед лицом смерти в нём вспыхнула искра храбрости. Да, монстр перед ним был всего лишь зверем в человеческом обличье. Не раздумывая, мужчина

Бах—

нажал на спусковой крючок.

Разве не говорят, что первый выстрел всегда самый трудный? Как только раздался первый выстрел, грохот выстрелов разнёсся со всех сторон. Чёрт, чёрт, чёрт! Мужчина продолжал нажимать на спусковой крючок, снова и снова. Бах, бах, бах… Всё его тело тряслось. Он не мог понять, было ли это от отдачи или страха. Щелчок, щелчок — вскоре, как он ни нажимал на курок, отдачи больше не было. Вокруг уже наступила тишина. Его тяжёлое дыхание постепенно выравнивалось. Только тогда мужчина осмелился осторожно открыть глаза.

Ли Са Ён всё так же стоял на месте. Над чёрной лужей. Его рука, наполовину сжатая в кулак, застыла в воздухе, а бледное лицо чуть наклонилось. Он щёлкнул чем-то блестящим между большим и указательным пальцем.

Это была сплющенная пуля.

— Это невежество или отчаянная попытка перед смертью…

— …

— Ну… в любом случае, это не имеет значения.

Ли Са Ён слегка приоткрыл губы. Внутри показался проблеск чёрного языка. Как будто он ел конфету, он положил сплющенную пулю на язык. Там, где пуля касалась его языка, она начала таять. Это выглядело так, будто сцена была из другого мира. Все стояли в оцепенении, наблюдая за этим. В конце концов пуля полностью растаяла и исчезла, а Ли Са Ён вытер губы большим пальцем.

— …Цена должна быть уплачена.

Глухой удар. Ужасное давление обрушилось на тело мужчины. Он издал хриплый звук, согнувшись пополам. Его ноги неконтролируемо дрожали. Он даже не мог осмелиться взглянуть вперёд. Пистолет выпал из его рук. Откуда-то послышались слабые крики. Поток чёрной жидкости, словно змея, направился к нему. Если эта жидкость коснётся его, он разделит участь своих товарищей. Он хотел бежать, но ноги не слушались…

В этот момент.

— Эй, что ты тут устроил!

Резкий, искажённый голос пронзил его уши. В тот момент, когда он услышал этот голос, его голова повернулась сама собой. Из здания выбежал чёрноволосый мужчина в белом халате. Его лицо скрывала простая чёрная маска. Хотя его одежда была иной, мужчина узнал его сразу. Это был J.

Мгновенно удушающее давление исчезло. Мужчина жадно вдохнул воздух и упал на землю. Он поднял взгляд на Ли Са Ёна, глядя на него в полном оцепенении. Безэмоциональное лицо монстра медленно начало расплываться в улыбке. На его бледной коже появился намёк на румянец. Ли Са Ён спрятал обе руки за спину. До его ушей донёсся тихий вздох, как будто облегчение.

…Облегчение? У этого монстра?

Но его мысли не продвинулись дальше. Глаза мужчины закатились, и он потерял сознание. Глухой стук, облачко пыли взлетело в воздух. Последнее, что он увидел,

одинокая струйка чёрной жидкости, оставленная как предупреждение.

***

— Что здесь… произошло?

Ча Ый Джэ огляделся с несколько растерянным выражением. Земля была усыпана песком и гравием, а вдали стоял грузовик. Он предположил, что именно сюда его притащили и выбросили. Из разных мест доносились звуки падающих тел — бух, бух. Ли Са Ён стоял посреди упавших солдат. Сложив руки за спиной, он широко улыбался.

— Ты опаздываешь.

— Эй, ты серьёзно сейчас это говоришь?

Ча Ый Джэ с трудом подавил нарастающее раздражение. Все упавшие солдаты были вооружены. Учитывая, сколько выстрелов он услышал по дороге сюда…

«Он ранен?»

Ча Ый Джэ быстро осмотрел Ли Са Ёна с головы до ног. К счастью, никаких видимых ранений не было. Всё тот же раздражающе безупречный, отвратительно красивый облик. Ли Са Ён провёл рукой по волосам, словно специально выставляя себя напоказ.

— Хм, какой пристальный взгляд…

Ча Ый Джэ мельком взглянул на тех, кто стоял рядом с ним. Со Мин Ги выглядел невозмутимо, будто ожидал такого исхода, а Иван всё ещё тяжело дышал, словно выбился из сил. Это было неудивительно, учитывая, что они бежали сюда из самого глубокого отдела лаборатории. Для обычного человека это было вполне естественно.

Ча Ый Джэ решительно направился к Ли Са Ёну.

— Как ты сюда добрался?

— Ты вообще представляешь, насколько точны современные системы отслеживания?

— Ты отследил моё местоположение?

— Хм? Нет. Я же говорил, это просто твоё раздутое эго…

Ли Са Ён кивнул подбородком в сторону Со Мин Ги. Тот театрально поднял прядь волос, открывая небольшой наушник. На устройстве мигал крошечный огонёк.

— В целях безопасности я ношу устройство для отслеживания. Кажется, я забыл об этом упомянуть.

Ты забыл упомянуть о таком важном деле? Ча Ый Джэ сердито уставился на него. Со Мин Ги отвернулся, делая вид, что не заметил взгляда. Ли Са Ён скрестил руки, словно требуя внимания. От него исходил сладковатый запах, почти удушающий.

— Итак… J, что ты здесь делал?

Как он произнёс «J», звучало как-то странно и неприятно. Ча Ый Джэ попытался не обращать внимания, но всё равно продолжал осматривать Ли Са Ёна с головы до ног. Его кожа была чуть бледнее обычного, но ничего серьёзного на первый взгляд не заметно.

— Школьница по имени Га Ыль была похищена, и я пришёл выяснить, где их база.

— Эта девчонка Га Ыль… её похищают чуть ли не каждый день. Так где она?

— Как раз когда я собирался это выяснить, я услышал, как ты здесь всё устроил, идиот!

— Это ещё как моя вина… Разве это не твоя ошибка, что ты без предупреждения сюда явился?

— Так, так, остановитесь, пока это не превратилось в бесконечный спор.

Со Мин Ги встал между Ли Са Ёном и Ча Ый Джэ. Затем бросил взгляд на Ивана, который всё ещё тяжело дышал, согнувшись пополам.

— Глава гильдии, тот человек там, кажется, руководит Прометеем. Он выдвинул нам предложение.

— Предложение?

— Он предложил сотрудничество. Чтобы предотвратить апокалипсис. Он попросил J передать это директору.

— Сотрудничество?

— Да. Хотя, честно говоря, не похоже, что в этом сотрудничестве есть большая ценность. Мы могли бы разобраться с ним прямо здесь, не говоря директору…

— Нет, соглашайся.

— Что?

— А?

— Разве предложение исходило от них?

— …Глава гильдии, вы в своём уме…

— Тихо!

Ча Ый Джэ быстро закрыл рот Со Мин Ги рукой. Тот сопротивлялся, как преданный слуга, пытающийся дать совет своему господину, но силёнок ему явно не хватило, чтобы справиться с крепким захватом Ча Ый Джэ. Чтобы наверняка, Ча Ый Джэ даже зажал ему нос, полагая, что спасает его от чего-то худшего.

На миг в фиолетовых глазах Ли Са Ёна мелькнуло лёгкое раздражение. Он наблюдал за Ча Ый Джэ, чуть прищурившись.

— Вы двое, похоже, очень близки?

— Близки? Я его спасаю.

— Похоже, ты его голыми руками убиваешь. Ладно, неважно.

Ли Са Ён спокойно заговорил, даже не вынув рук из карманов плаща.

— Я не помню многого из того, когда меня использовали в экспериментах, знаешь ли…

— …

— Я когда-нибудь упоминал это? Не могу вспомнить. В любом случае, осталось только чувство ненависти. Хотя я ничего и не помню.

Впервые Ли Са Ён заговорил о своём прошлом, связанном с экспериментами. Ча Ый Джэ молчал, терпеливо ожидая. Он чувствовал, что если скажет что-то не то, Ли Са Ён может больше никогда не поднять эту тему. Ли Са Ён накручивал на палец прядь своих волос чёрными пальцами.

— Я просто решил, что это не стоит помнить, ведь это не самое приятное воспоминание… Чон Бин и Пэ Вон У оба сказали, что не стоит заставлять себя вспоминать такие вещи.

Ча Ый Джэ чувствовал то же самое. Не раздумывая, он ответил резко:

— Какой смысл в этих воспоминаниях? Разве не лучше просто забыть?

— Хм…

Ли Са Ён прикрыл рот рукой и тихо рассмеялся. Его глаза сузились, как у змеи.

— Месть слаще, когда знаешь, зачем это делаешь. Разве нет?

Глава 234

— Месть слаще, когда знаешь, зачем это делаешь. Разве нет?

Его тон был спокойным, словно он говорил о чем-то незначительном. Абсолютно невозмутимый. Маленький вопрос внезапно всплыл внутри Ча Ый Джэ. Он был серьезен? Ча Ый Джэ внимательно вглядывался в лицо Ли Са Ёна. В узких, бледных глазах не было и следа улыбки. Кроме того…

— Мне осталась только горечь. Даже несмотря на то, что я не помню, что произошло.

Даже без воспоминаний эта горечь доказывала, что боль и эмоции глубоко отпечатались в его теле. Это чувство, наполненное яростью.

«Не может быть, чтобы с ним все было в порядке».

Прошлое, которое ты не можешь вспомнить, становится тяжелым грузом в твоей груди. Нет способа избавиться от него. Потому что это уже прошло. Все, что можно сделать, — это нести этот груз с собой, продолжая двигаться вперед. Ли Са Ён точно не мог быть в порядке. Ча Ый Джэ бесчисленное количество раз повторял себе, что с ним все хорошо, но это было ложью.

Глухой удар. Его грудь сжалась, словно её давило. Разговор. Да, им нужно поговорить. Ча Ый Джэ протянул руку и схватил Ли Са Ёна за руку.

— Ты…

Но Ли Са Ён уже достал телефон той же рукой, которой закрывал рот. Вместо того чтобы посмотреть на Ча Ый Джэ, он мягко улыбнулся Ивану, который нервно грыз ногти.

— Я могу позвонить, да? Директору. Телефон J сломан, понимаете…

— …

— Я приму это за согласие.

Своим черным пальцем он уверенно нажал на кнопку вызова.

***

Мгновение назад, в Бюро управления пробуждёнными.

— Да, да… Поняла. Да. Мы добавим это в отчет. Да.

Щелчок. Решительная рука положила трубку. Хам Сок Джон слегка нахмурилась и прикрыла глаза рукой. Охотник рядом с ней, который держал телефон, прикрыл трубку рукой и обеспокоенно спросил:

— Может, сделаете перерыв, директор…?

— …

Хам Сок Джон медленно кивнула и, опираясь на трость, встала со своего места. Сегодня её колени болели сильнее обычного. Она, прихрамывая, направилась по коридору, избегая спешащих людей, и добралась до кабинета директора, места, где почти никто не ходил. Прислонив висок к холодной бетонной стене, она коротко вздохнула.

Как только частота появления загадочных монстров снизилась, и кризис был хоть немного взят под контроль благодаря сотрудничеству Падо и частных гильдий, звонки посыпались со всех сторон. Большинство были от начальства. Как и ожидалось, она справлялась с ними искусно. За исключением одного человека.

В ушах раздался скользкий голос.

— Давайте исключим слово «апокалипсис» из объявления, хорошо? Просто скажите что-то вроде… ворота вышли из-под контроля? Или что это похоже на инцидент с разломом в Западном море. Вы понимаете меня, да?

Чушь.

— …Ха, директор Хам, директор Хам.

Голос, щелкающий языком с неодобрением.

— Чем больше людей узнают об этом, тем быстрее это ускоряется. Так называемый апокалипсис или как там его. Пока что лучше контролировать информацию, не так ли? В любом случае, у директора Хам и так полно забот. Оставьте работу с медиа нам. Каждый должен сосредотачиваться на том, что у него получается лучше всего, вот и всё. Я просто хочу помочь, понимаете».

— Чушь.

— Если преждевременно сеять панику, ущерб будет только больше. Нужно знать, когда уместно скрыть информацию.

— Итак, что вы собираетесь объявить?

— Ха-ха, зачем спрашивать? Просто скажите, что ворота вышли из-под контроля, но, к счастью, нам удалось всё сдержать! И скажите, что J снова всех спас! Успокойте людей. Что ещё может внушить им доверие, как не это имя?

— …

Ах…

Эти глупцы, невежественные идиоты!

Звук её пальцев, впивающихся в стену, эхом отозвался в помещении. Хам Сок Джон попыталась успокоить дыхание, но оно оставалось прерывистым. Слушая, как эти невежды разглагольствуют, словно читают ей лекцию, она едва сдерживала ярость.

Они даже ни разу не были на поле боя, они даже не пробуждённые! Что они вообще знают? Эти люди не смогли бы справиться даже со своими собственными руками, но смеют разевать рты. А J? Они думают, что J — это какая-то универсальная отмычка, которая решает все проблемы? Её глаза постепенно расширились от ярости. И в то же время её мысли становились всё мрачнее.

«Может быть, пора устроить чистку…»

— Директор?

— …

Хам Сок Джон медленно повернула голову. Чон Бин появился так незаметно, что она этого даже не заметила. Он смотрел на неё с лёгким беспокойством, находясь всего в трёх шагах. Хам Сок Джон подняла глаза к потолку, затем глубоко вдохнула и убрала руку от стены. Крошки бетона посыпались на пол. Чон Бин протянул ей носовой платок. Она коротко кивнула и вытерла руки. Затем, элегантно убрав волосы назад, спросила:

— Когда ты пришёл?

— Только что. Хон Ё Сон-щи всё жаловался, что в конференц-зале скучно, так что… я привёл его в офис. По пути, похоже, монстры уже в основном под контролем…

— Да. По какой-то причине их количество резко сократилось. Сейчас стадия зачистки. Удачное совпадение.

— Если вы не против, я мог бы взять командование на себя…

Глядя на грязь, прилипшую к его обычно безупречному чёрному костюму, было ясно, что его путь сюда был нелёгким. Плюс ему пришлось иметь дело с этим раздражающим типом. Хам Сок Джон похлопала Чон Бина по плечу.

— Со мной всё в порядке. Пока.

— …

— Хотя… нет, буду признательна, если ты ненадолго возьмёшь командование. Мне нужно пойти и поспорить с начальством.

— Конечно, в любое время.

Их поведение было слишком неприятным, чтобы просто оставить это без внимания. Конец апокалипсиса ещё далеко. Лучше поставить их на место сейчас, чтобы потом они не мешали.

— Ну что ж…

В этот момент её телефон зазвонил. Наверное, снова звонок от кого-то из начальства. Раздражённая, Хам Сок Джон ответила, даже не взглянув на номер.

— Да… Это директор Хам Сок Джон из Бюро управления пробуждёнными.

— Почему так официально вдруг?

Хам Сок Джон прищурилась. Ленивый голос с неуважительным, расслабленным тоном. Несомненно, это был Ли Са Ён.

— Ты стал ещё грубее после обморока? Что тебе нужно?

— О, ничего серьёзного.

Другой голос, едва различимый, прозвучал на заднем плане. Затем через модуль голосовой связи раздался чёткий голос.

— Директор, это J. Я сейчас в штабе Прометея.

— …Что? Постой, что ты сказал?

Хам Сок Джон поспешно перехватила телефон удобнее. Штаб Прометея. Они столько времени его искали, но всё безуспешно. Чон Бин, услышав это, выглядел ошеломлённым. Модульированный голос продолжил:

— Тут есть парень по имени Иван. Он говорит, что раз наша цель одна — остановить апокалипсис, — может, стоит рассмотреть сотрудничество между Прометеем и Бюро управления пробуждёнными. Он попросил передать это сообщение вам.

— …

— Ну, я просто посыльный. Можете отказаться, если хотите.

В трубке раздался звук трескающихся суставов. Явная угроза: если понадобится, они могут уничтожить базу. Хам Сок Джон быстро начала взвешивать свои варианты.

Теперь, когда апокалипсис стал реальностью, главной задачей Бюро управления пробуждёнными было противодействие ему. Необходимо было спасти как можно больше людей.

Это означало, к сожалению, что больше не оставалось ни времени, ни ресурсов, чтобы сосредоточиться на исчезновении отдельных пробуждённых.

Перед её глазами вспыхнули образы глав гильдий, которых она видела в конференц-зале. И лица пропавших охотников, которых она знала только по документам. Кто знает, сколько из них ещё живы? Возможно, все они уже мертвы.

Первая обязанность пробуждённого — защищать гражданских. Но кто тогда защищает самих пробуждённых? Когда пробуждённые исчезали, большинство предполагало, что они погибли где-то в подземелье. Даже если их похищали или обращали в рабство, люди списывали это на их слабость и даже насмехались над ними. По крайней мере, у тех, кто состоял в гильдиях, были люди, которые их искали…

Возможно, было бы лучше сотрудничать с ними, чтобы узнать о судьбе пропавших охотников. Хам Сок Джон подняла голову. Чон Бин смотрел на неё с обеспокоенным выражением лица.

— J.

— Да, директор.

— Если я соглашусь работать с ними…

Лицо Чон Бина помрачнело. Хам Сок Джон закрыла глаза.

— …Ты будешь разочарован?

— Нет.

— …

— Я вам доверяю, директор.

Хам Сок Джон вздохнула.

— Независимо от того, будем мы сотрудничать или нет, нам нужно сначала встретиться с ними. Раз они готовы выйти на связь, давайте организуем встречу как можно скорее.

— Понял.

Щелк. Звонок закончился без лишних слов. Хам Сок Джон передала телефон Чон Бину.

— Отследи местоположение этого звонка.

— Да.

Чон Бин коротко ответил, но не сдвинулся с места. Он стоял неподвижно, с озабоченным выражением лица. Покрутив телефон в руках, он осторожно спросил:

— …Вы действительно собираетесь объединиться с ними, директор?

— Я пока не знаю. Нужно встретиться с ними и разобраться.

— Главы гильдий, с которыми вы встречались ранее, будут яростно против.

— Это… то, что мне придётся принять.

Хам Сок Джон бросила взгляд на стену, в которую впились её пальцы. Она тихо пробормотала:

— Если ради спасения большего числа жизней мне придётся пожать руку врагу… значит, я это сделаю.

Глава 235

Щелк. Звук завершившегося звонка. Ча Ый Джэ передал телефон Ли Са Ёну. Он испытывал странное облегчение от того, что решение лежало не на нём. Ча Ый Джэ вспомнил лица глав гильдий, которые говорили с такой страстью. Поскольку это были гильдии среднего размера, вероятно, они хорошо знали друг друга. Возможно, некоторые даже жили как семья. Если бы ему пришлось принимать решение, что бы он сделал?

«Я, возможно, уничтожил бы всё, даже не дойдя до этого момента…»

Ли Са Ён выглядел неловко, и Ча Ый Джэ кивнул подбородком в сторону Ивана.

— Ты всё слышал, верно?

Иван уже ярко улыбался, нервно перебирая пальцы.

— Д-да, конечно. Мы составим расписание и свяжемся с вами. Ха-ха… Это огромный шаг. Мы сделали большой шаг в сторону нового мира…!

Его сутулая фигура покачивалась из стороны в сторону. Он почти выглядел безумцем. Иван начал тихо напевать мелодию.

Однако была одна вещь, которая беспокоила Ча Ый Джэ. Место резни, устроенной Ли Са Ёном. Ча Ый Джэ приготовился к полномасштабной войне, когда увидел это место, но, как ни странно, Иван выглядел совершенно равнодушным. Ча Ый Джэ скрестил руки на груди.

— Это.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— Это место.

Только тогда Иван опустил взгляд на землю, на которой они стояли. Ли Са Ён кое-как убрал следы отравления, но следы жестокой битвы всё ещё были видны. Царапины от ногтей, вырытые в отчаянии, пулевые отверстия, отпечатки ног, ведущие к зданиям.

Иван моргнул.

— Что? Что с этим не так?

Лицо Ча Ый Джэ слегка исказилось. Иван задумался, а потом хлопнул в ладоши, будто наконец понял.

— О, ты беспокоишься о мёртвых, да? Ты такой добросердечный. Это действительно трогательно, что ты так заботишься о таких жертвах… Наверное, поэтому тебя называют героем?

— …

— Но всё в полном порядке. Благодаря вашему сотрудничеству мы теперь связаны с Бюро управления.

Иван широко развёл руки, описывая в воздухе круг.

— Если считать это небольшой жертвой ради высшего блага, то всё не так уж и плохо.

Под маской лицо Ча Ый Джэ ещё сильнее исказилось. «Небольшая жертва ради высшего блага». Хотя он сам действовал в соответствии с этим принципом, это была фраза, которая каждый раз вызывала у него раздражение. Жертвы никогда нельзя оправдать — не для тех, кто погиб.

«Этот парень совсем мне не по душе…»

Раздражённый, Ча Ый Джэ резко сказал:

— Приведи Сон Джо Хона.

— Что? Что?

— Мы сами должны держать его под контролем, а не ты. Его нельзя просто оставить лежать без дела. Приведи его сюда целым и невредимым. И не пытайся ничего выкинуть.

— …

— И приведи Юн Га Ыль. Этот разговор должен был давно закончиться.

Иван почесал затылок, избегая взгляда Ча Ый Джэ, а затем наконец кивнул и тихо исчез в здании. Следовало ли им также запросить освобождение захваченных охотников? Большинство из них потеряли рассудок под действием наркотиков, что увеличивало их агрессию. Освобождение их в таком состоянии могло привести к новой катастрофе.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на Со Мин Ги.

— Со Мин Ги, можно ли перевести захваченных охотников в гильдию Совон для лечения?

— Хм…

Со Мин Ги приподнял свои солнцезащитные очки, напевая себе под нос.

— Быть с вами честным?

— Говори.

— Маловероятно, что их удастся вылечить, даже если мы их переведём. Мэтью всё ещё находится в подвале гильдии Совон, но пока никаких значительных новостей. Говорят, анализируют наркотики, но кто знает.

— …

— Но там должно быть безопасно. Больше никаких экспериментов не будет.

— Нет.

Ли Са Ён пробормотал с закрытыми глазами:

— Свяжитесь с директором. Включите условие о передаче захваченных охотников. Они всё равно будут вести переговоры и, вероятно, ожидали, что мы попросим о чём-то подобном.

— Что? Ах, да.

— У них есть, куда возвращаться…

— …

— Их нужно отправить туда, где их ждут.

Его длинные ресницы дрогнули. Их взгляды встретились. Лёгкая улыбка мелькнула в фиолетовых глазах, смотрящих на него. В этот момент тяжёлый груз в его груди, казалось, немного растаял. Ча Ый Джэ прижал кулак к груди. Ему стало не по себе.

Через некоторое время Со Мин Ги, который суетился поблизости, поднял руку.

— Ну, я первым отправлюсь в Бюро управления пробуждёнными. Глава гильдии, как вы сюда добрались?

— Я приехал на мотоцикле Кан Джи Су.

— А Кан Джи Су?

— Она сказала, что ждёт снаружи. Возьми её с собой.

— А вы как вернётесь?

— Что-нибудь придумаю.

— Тогда я вызову для вас фургон. У Кан Джи Су тоже есть дела.

— Делай что хочешь.

— Хорошо, тогда я пошёл.

Со Мин Ги поклонился и растворился в тени. Впервые за долгое время установилась спокойная тишина. Ему хотелось спросить у Ли Са Ёна, всё ли с ним в порядке, но почему-то слова застряли в горле.

В этот момент из здания раздались слабые звуки шагов. Две лёгкие пары шагов. Это была не боевая группа, и присутствие казалось знакомым. Это точно был не Сон Джо Хон. Может, Юн Га Ыль? Как только Ча Ый Джэ собрался проверить, что происходит, рука, которая слегка касалась его, задрожала. Он быстро повернул голову, чтобы проверить состояние Ли Са Ёна. Его рука и плечо были чрезмерно напряжены, шея побледнела, как у призрака, а под растрёпанными волосами собрались капли пота… Что-то было не так. Ча Ый Джэ тихо прошептал:

— Что происходит… Ты в порядке?

— …

А что, если он снова упадёт в обморок? Ответа не последовало. Губы Ли Са Ёна дрожали, чуть приоткрываясь, но тут же снова сжимались. Вместо ответа он протянул руку и крепко схватил Ча Ый Джэ за руку. Так сильно, что это причинило боль. Затем он уткнулся головой в плечо Ча Ый Джэ. Его дыхание было тяжёлым и частым. Пульс странно учащён. Ча Ый Джэ поспешно зашептал.

— Ты ранен? Что с тобой?

Голова, покоящаяся на его плече, покачалась из стороны в сторону. Боли не было, но явно что-то было не так. Ча Ый Джэ осторожно протянул руку и откинул растрёпанные волосы Ли Са Ёна.

— Ли Са Ён. Ты уверен, что всё в порядке? Если тебе плохо, скажи прямо…

— …Просто немного… — пробормотал Ли Са Ён хриплым голосом. — Немного… Скоро всё будет нормально…

Горячее дыхание щекотало его шею. Ча Ый Джэ слышал, как скрипят зубы. Захват на его руке стал настолько сильным, что причинял боль, но Ча Ый Джэ не обращал на это внимания.

«…Подожди, разве я только что назвал его Ли Са Ён?»

Сколько бы он ни отвлекался, он всегда старался называть его просто Са Ён. Но сейчас тот лишь цеплялся за него, ничего не поправляя. Ча Ый Джэ прищурился.

«Это серьёзно…»

Первобытный инстинкт тревоги бил в его сознании — его нельзя было оставлять в таком состоянии. Со Мин Ги не было в самый неподходящий момент. Ему следовало задержать его подольше! Этот парень всегда исчезает, когда больше всего нужен. Ча Ый Джэ начал рыться в своём инвентаре в поисках одного из особых свитков Хон Ё Сона, но знакомый весёлый голос раздался рядом.

— А? Почему вы тут вдвоём? Куда делся Иван? Я думала, разговор уже закончился~

Тело Ли Са Ёна вздрогнуло, словно от удара. Ча Ый Джэ медленно повернул голову. Перед ними стояла Га Ён в своём белом лабораторном халате. Она улыбалась, поправляя очки на переносице. А рядом с ней…

— …Га Ыль?

Юн Га Ыль стояла с поникшими плечами, сцепив руки перед собой. Услышав своё имя, она вздрогнула и отвела взгляд. Бледные губы и капли пота на лбу ясно говорили, что что-то было не так. Её подвергли пыткам в угоду экспериментам? Или, может быть, ввели наркотики? Ча Ый Джэ сверкнул взглядом на Га Ён.

— Что ты снова сделала?

— О чём ты? Я всего лишь ~

Га Ён обняла Юн Га Ыль за плечи, улыбаясь ярче прежнего.

— Просто поболтала, вот и всё. Герои такие подозрительные ~ Разве нет?

— …

Юн Га Ыль прикусила губу. Её тело заметно дрожало. Что-то с ней определённо случилось. Ча Ый Джэ сжал кулаки, а Га Ён преувеличенно подняла руки, словно сдаваясь.

— Ну же, не будь таким! Это правда была просто беседа. И у Га Ыль есть кое-что сказать. Правда?

Юн Га Ыль слегка кивнула. В этот же момент хватка на руке Ча Ый Джэ стала ещё сильнее. Боль была такой, что даже он, обычно скрывавший свои ощущения, поморщился. Юн Га Ыль нервно теребила пальцы и тихо проговорила:

— Я… я помню, как вы говорили, что спасёте меня. Я была так счастлива, когда J пришёл со мной. Это придавало уверенности. Не то чтобы я не доверяю J… Я доверяю ему больше всех. Но…

Её голос стал тише.

— Я просто… хотела узнать больше.

— …

— В общем, что я хочу сказать…

Она медленно подняла голову. Её глаза блеснули золотым оттенком. В них была нерешительность, но за ней скрывалось…

Убеждение.

— …Я останусь здесь. Вы можете просто уйти.

Тяжёлое дыхание, звучавшее в ушах Ча Ый Джэ, внезапно прекратилось.

Глава 236

Юн Га Ыль, словно наконец обретя голос, заговорила медленно и осторожно.

— Я… Я хочу подтвердить свою полезность. Сейчас я ничего не могу и просто обуза…

— …

Полезность. Это было не то слово, которое ожидаешь услышать от школьницы. Ча Ый Джэ внимательнее посмотрел на Юн Га Ыль. С головы до ног она выглядела как самая обычная старшеклассница. Девятнадцать лет, всё ещё несовершеннолетняя. Как странно было слышать слово «полезность» от такой юной девушки.

— Я не хочу постоянно полагаться на чью-то помощь. Я хочу скорее начать справляться сама…

Неужели моя тётя чувствовала то же самое, глядя на меня?

Это оставило Ча Ый Джэ только один выход. Он не был идеальным взрослым, но кое-чему научился на своём пути.

— Это заключение, к которому ты пришла после серьёзных размышлений?

Вместо ответа Юн Га Ыль отвела взгляд к полу. Ча Ый Джэ бросил взгляд на Га Ён краем глаза, и та лишь пожала плечами, как бы говоря, что ничего не знает. Игнорируя боль в своей руке, Ча Ый Джэ мягко, но настойчиво продолжил.

— Я хотел бы, чтобы ты была честной.

— …Я знаю, это внезапно. Но мне страшно. Я боюсь, что на этот раз мы не сможем остановить конец.

— …

— Это только начало. Конец будет приходить снова и снова. Чтобы поглотить этот мир. Но мы не можем снова потерпеть поражение…

Вес Ли Са Ёна, облокотившегося на его плечо, казался тяжёлым. Поглаживая Ли Са Ёна по спине, Ча Ый Джэ внимательно смотрел на Юн Га Ыль.

— Так что… я хочу попробовать сделать всё, что в моих силах… потому что…

Её золотистые глаза бегали по окружающей обстановке. Несмотря на явное беспокойство в них, в глубине затаилась ещё более сильная эмоция.

Первобытный страх.

Прометей. Мутация, которая не появлялась ни в первом, ни во втором мирах. Казалось, Юн Га Ыль возлагала свои надежды на то, чтобы остановить конец, именно на Прометея. Была ли это её личная вера или влияние чужих слов и убеждений, Ча Ый Джэ не мог сказать наверняка.

Он бросил взгляд на Ли Са Ёна. В какой-то момент тот поднял голову и пристально смотрел не на Юн Га Ыль, а на Га Ён.

Смотрите. Его утверждение, что с ним всё в порядке, с самого начала было ложью. Почему же на его плечах было столько людей, за которых он должен был беспокоиться? Ча Ый Джэ тихо вздохнул. Пока что первоочередным оставалась Юн Га Ыль.

— Я уважаю твой выбор, Юн Га Ыль.

— …

— Но…

Сейчас, что бы он ни сказал, это, вероятно, не коснётся её. Она была погружена в бесчисленные мысли и ответственность. Ча Ый Джэ тоже проходил через это. Бывали моменты, когда тяжесть мира давила ему на плечи, и как бы люди вокруг ни пытались что-то сказать, это не доходило. Но даже так, это нужно было сказать.

— Если станет слишком тяжело, ты всегда можешь об этом сказать. Если это будет слишком, ты можешь сбежать.

— …

— Ты не одна… мы можем помогать друг другу.

— …

— Как мы всегда и делали.

Как же это утешало — услышать, что убежать можно.

Если бы Ча Ый Джэ не убежал, он бы умер в бою, или сломался бы, или встретил смерть каким-то иным образом. Он надеялся, что однажды она вспомнит этот момент. Даже если сейчас она не до конца понимает, что он имеет в виду, он хотел, чтобы она знала: сбежать — это нормально.

Юн Га Ыль выглядела озадаченной, но вскоре решительно кивнула. Этого было достаточно. Ча Ый Джэ перевёл взгляд на Га Ён.

— Я надеюсь, ты не станешь прерывать связь. Никакого ложного лечения, экспериментов, наркотиков, сдерживания или промывания мозгов. Ничего из этого.

— Ох, ну ты нас прямо как преступную организацию описываешь ~

— Разве вы не такие?

— Ну, возможно, с высоты вашего положения, пробуждённые, мы так и выглядим!

Га Ён звонко хлопнула в ладоши.

— Не беспокойся. Она наш драгоценный оракул, который поможет остановить апокалипсис… Мы будем о ней очень хорошо заботиться!

— …Нет.

Долгое молчание Ли Са Ёна наконец было прервано. Под его спутанными волосами, промокшими от холодного пота, его фиолетовые глаза сверкали остро. Его тёмные пальцы указали на Га Ён.

— Одними словами это не закончится. Нам нужно хотя бы минимальное подтверждение… J.

— Неужели наша надёжность настолько низка?

— Как будто… её вообще нет.

На лице Га Ён на миг мелькнуло раздражение, а её бледные губы искривились. Ли Са Ён отпустил руку Ча Ый Джэ и, пошатываясь, сделал шаг вперёд. Разнёсся звук его шаркающих шагов. Он остановился перед Га Ён и посмотрел сверху вниз.

Га Ён слегка нахмурилась, затем улыбнулась.

— …Я так хотела встретиться с тобой лично! Ли Са Ён, верно?

— …

— Один из детей, о которых я заботилась, тоже использовал яд…

— …Вот как?

Его голос стал ледяным. Тяжёлая атмосфера окутала пространство, где уже погибли так многие. С того места, где стоял Ча Ый Джэ, он не мог видеть лицо Ли Са Ёна — только его спину. Но он ясно видел, как с лиц Га Ён и Юн Га Ыль стекал цвет.

Наконец, большая тёмная рука Ли Са Ёна коснулась оправы очков Га Ён. Его ленивый голос мягко зашептал:

— Будь осторожна…

— …

— Иначе умрёшь.

Атмосфера мгновенно похолодела. Но Га Ён тихо засмеялась.

— Хе, хе-хе. Это личный опыт?

— Возможно…

Ли Са Ён надел перчатки, затем похлопал Юн Га Ыль по плечу. Он наклонился и что-то ей прошептал. Или, по крайней мере, так казалось. После этого он слегка похлопал её и, выглядя довольным, вернулся обратно. Он кивнул Ча Ый Джэ.

— Мы закончили. Пора идти.

— Куда?

— Домой… Я проделал весь этот путь, чтобы найти тебя.

Ча Ый Джэ неловко указал на здание.

— Сон Джо Хон ещё не вышел.

Ли Са Ён раздражённо нахмурился, услышав это имя.

— Ах, точно… этот старик всё ещё здесь. Почему?

— Всё сложно. Я объясню позже. Смотри, вот он.

Двое солдат появились, тяжело дыша, подбегая к ним. Каждый из них тащил одну из конечностей Сон Джо Хона. Юн Га Ыль тихо вскрикнула. Солдаты небрежно сбросили Сон Джо Хона и отдали честь Га Ён, прежде чем исчезнуть. Ча Ый Джэ быстро подошёл к нему и проверил пульс. К счастью, он просто потерял сознание. Га Ён пробормотала, поглаживая его по щеке.

— Глава гильдии совсем себя запустил…

Теперь, когда он об этом подумал, женщина, которую он встретил по пути, носила бейджик с надписью «Самра» на шее. Работала ли она там? Или это была маскировка? Ча Ый Джэ посмотрел на Га Ён. Она прикрыла рот и улыбнулась.

— О, ты меня услышал?

— Разве ты не говорила это специально, чтобы я услышал?

— Ну ~ наполовину, может быть.

— Ты носила бейдж гильдии Самра.

— У тебя хороший глаз. Да, я там работала. Но если хочешь узнать больше ~ придётся спросить у него лично. Вы же всё равно будете его допрашивать, верно?

— …

Ча Ый Джэ не ответил. Вместо этого он снял свой лабораторный халат и накрыл им избитое тело Сон Джо Хона, прежде чем поднять его. Он был тяжёлым. Ли Са Ён посмотрел на него с недовольным выражением.

— Почему бы нам просто не тащить его? Он бы даже царапины не получил.

— Тащить тяжелее.

— …

Ли Са Ён скрестил руки и отвернулся, но Ча Ый Джэ заметил, как дрожали его пальцы. Ча Ый Джэ повернулся и посмотрел на Юн Га Ыль и Га Ён. Он кивнул Юн Га Ыль.

— Мы уходим.

— Да… берегите себя.

— Если что… свяжись со мной. Я скоро куплю новый телефон.

— Ах, да, да!

Юн Га Ыль радостно закивала. Ча Ый Джэ бросил последний взгляд на Га Ён, полный предупреждения, прежде чем толкнуть ногой икру Ли Са Ёна. Ли Са Ён незамедлительно исчез в лесу. Ча Ый Джэ оглянулся в последний раз.

— …

Затем развернулся и пошёл прочь.

Они не говорили ни слова, пока спускались по крутому склону, выходя из леса. Ча Ый Джэ знал, что если он заговорит сейчас, Ли Са Ён ответит лишь сарказмом или уклончивыми словами. Вместо этого он молча смотрел на чёрную фигуру впереди.

Когда они прошли через густые деревья и вышли на открытую местность, впереди показалась дорога. У её подножия, рядом с горой, стоял фургон с немного помятым бампером. Облокотившись на него, Пэ Вон У потягивал энергетический гель.

Увидев Ли Са Ёна, Пэ Вон У помахал ему здоровой рукой. Но затем заметил Ча Ый Джэ, идущего позади, и широко раскрыл глаза. Вернее, его удивление было направлено на Сон Джо Хона, перекинутого через плечо Ча Ый Джэ. Размахивая руками, будто пытаясь что-то объяснить, Пэ Вон У наконец выдавил:

— Г-глава гильдии Сон Джо Хон тоже похищен?

Ча Ый Джэ устало ответил:

— Пусть будет так…

***

Пэ Вон У оказался довольно ловким водителем, даже с одной рукой. Он то и дело бросал взгляды на Ча Ый Джэ и Ли Са Ёна через зеркало заднего вида. После долгого молчания Ча Ый Джэ, опираясь виском на стекло, наконец заговорил.

— Эй, Ли Са Ён.

— Как холодно… Ты ведь знаешь моё имя, но всё равно зовёшь меня по фамилии.

Ли Са Ён ответил ленивым тоном. Хорошо, похоже, он постепенно приходил в себя. Ча Ый Джэ, глядя на отражение Ли Са Ёна в окне, продолжил:

— Это из-за Га Ён, верно? Поэтому ты так себя ведёшь.

— …

Глаза Пэ Вон У в зеркале заднего вида расширились. Ча Ый Джэ не остановился.

— Не лги и не говори, что не помнишь. Ты узнал её сразу.

Расширенные зрачки, напряжённость в теле, холодный пот, который начал стекать, как только он её увидел. И то, как он рефлекторно прижался к Ча Ый Джэ.

Он боялся — боялся Га Ён.

— Она та, кто забрала тебя и ставила на тебе эксперименты, так?

— …

Отражение Ли Са Ёна в стекле закрывало глаза. Его ответ был неожиданным.

— И что?

— …Что?

— Даже если я скажу «да», что изменится?

Ча Ый Джэ потерял дар речи, его рот то открывался, то закрывался, но ни звука не выходило. Губы Ли Са Ёна искривились в слабой, кривой улыбке.

— Хм… не думал, что придётся всё объяснять вот так…

— …

Чёрная рука внезапно появилась в поле зрения Ча Ый Джэ. Холодная ладонь мягко накрыла его глаза, словно в насмешливо-доброжелательном жесте. Темнота опустилась. Ча Ый Джэ медленно сглотнул. Звук глотка прозвучал особенно чётко. Наконец, мягкий голос прошептал:

— Это моя проблема, так что займись своими делами.

Тон был мягким, но слова — нет.

И тогда…

— Ты, мелкий ублюдок!

Ча Ый Джэ не стал сдерживаться.

Глава 237

Плюх—

Камбала с силой ударила хвостом по поверхности воды, разбрызгивая капли повсюду. Рыбный рынок Норянджин был тише обычного. Настолько тише, что можно было услышать всплеск хвоста одной-единственной камбалы. Большинство охотников, которые обычно приходили сюда за информацией, либо получили ранения, либо были заняты беготней. У них не было другого выбора.

Прошла неделя с тех пор, как монстры посыпались с неба, и мир уже успел вновь обрести равновесие. Люди восстановились быстро, ведь они уже дважды переживали нечто подобное. Правительство сообщило, что это связано с разломом и что охотники справились с проблемой. Но большинство людей не поверило. Сотни гигантских монстров, падающих с небес, — разве это может быть просто проблема разлома?

Появилось множество теорий заговора: неудачный эксперимент, сбой в работе разлома или даже предзнаменование исчезновения Белой Дыры. Однако, по какой-то причине, на этот раз фанатики конца света, обычно подпитывающиеся такими теориями, не появились. Казалось, что все они просто исчезли. Без каких-либо значительных раскрытий, эти теории постепенно угасли. Жизнь вроде бы вернулась в норму. Возможно, потому что люди не знали о приближающемся конце.

И вот теперь.

По пустынному рыбному рынку торопливо шел мужчина. Его кобальтово-синие волосы развевались на ветру, а шаги гулко раздавались в тишине. Люди в пластиковых фартуках приветствовали его, когда он проходил мимо среди беспорядка.

— Эй, ты как?

— Конечно, всё нормально. Я же сказал.

— Парень, который отключился у входа на рынок, говорит, что всё нормально! Тебе нужна миска ёнпотана (суп из осьминога). Приходи вечером в лавку! И брата своего захвати!

Младший Скумбрия тяжело вздохнул, почесал затылок и постарался избежать взгляда собеседника.

— Я же просил, не упоминать это. Тогда было не до того.

В день, когда монстры посыпались с неба, Младшего Скумбрию нашли растянувшимся у входа на рыбный рынок. Его обнаружили буквально за минуту до того, как собирались запереть двери, чтобы защититься от монстров. Это зрелище настолько шокировало Старшего Скумбрию, что тот чуть сам не упал в обморок, когда увидел брата.

— Но, вообще-то, это была не моя вина. Кто знает, может, эти белые монстры использовали какую-то атаку на разум? — пробормотал он, но продавцы на рынке, похоже, были совсем другого мнения. Один из них размахнул рыбной сетью.

— «Неизбежная ситуация», как же! Ты хоть представляешь, как твой брат перепугался? Он орал так, будто небо рушится!

— Ох, да прекратите уже, прекратите. Я же говорю, он просто чрезмерно заботливый…

Шаги Скумбрии остановились у вывески «Рыбная лавка Чанми». Он слегка поклонился. Чан Ми Сук, сидящая на маленьком стуле и обмахивающая себя веером, кивнула в сторону комнаты, примыкающей к лавке.

— Ты пришёл? Он внутри.

— Что он там делает?

— Не знаю. Просто попросил комнату, я и пустила.

— Ух, разбираться с такими гостями — точно не моё дело…

Скумбрия недовольно пробормотал себе под нос и открыл плотно закрытую дверь. Свет хлынул в тёмное помещение. Он наклонился и шепнул:

— Эй, эй?

На жёлтый пол и подушки с яркими узорами легли световые пятна. Скумбрия повысил голос.

— Эй ~ Ты что, спишь? Если бы спал, уже давно бы услышал мой голос.

Ах, да ну тебя. Он распахнул дверь шире. И тогда увидел фигуру, раскинувшуюся на подушках. Высокий молодой человек лежал развалившись, задрав ноги, используя красочные подушки вместо подголовника. Свет отразился от блестящей маски на его лице. Маска медленно повернулась в сторону Скумбрии, и изменённый голос произнёс:

— Что?

Чёрная маска принадлежала J, национальному герою и главному охотнику, которому приписывали заслуги в решении недавнего инцидента. Но сейчас он валялся здесь, словно безработный бездельник. Если бы не его чёрная маска, он бы выглядел как самый обычный лентяй.

Почему он здесь? Скумбрия и сам задавался этим вопросом. В ту ночь, когда монстры посыпались с неба, J появился в Бюро управления пробуждёнными, неся на плече избитого Сон Джо Хона и сопровождаемый мрачно выглядящим Ли Са Ёном. Это всё, что знала общественность. Лишь немногие, включая Скумбрию, знали более личные детали.

Так или иначе, с того дня Бюро управления пробуждёнными перешло в режим повышенной готовности, даже обратившись за помощью к так называемым «ренегатам», вроде Скумбрии.

Младший Скумбрия почесал затылок, прежде чем раздражённо выпалить:

— Что значит «что»? У тебя разве нет дел? В Бюро управления пробуждёнными же полный хаос! Это было просто безумие!

— Нет? У меня куча свободного времени.

— Не может быть! У тебя же ещё дело Сон Джо Хона! Не говоря уже о встрече с… э-э, Прометеем… или этими ребятами. У них так мало людей, что даже нас позвали помочь!

Вместо ответа J изобразил, как чистит ухо.

— Я объявил забастовку. Даже получил на это разрешение от Директора.

— Забастовку? Ты что, с ума сошёл? Ты же знаешь, какой сейчас завал!

— Просто считай меня лишним одеялом.

— Где ты видел одеяло, которое так бросается в глаза? Это вообще-то всё ещё рабочее место. Ты не можешь просто так использовать его как гостевой дом.

— Я заплачу за комнату.

— Сколько?

— Я выгоню всех нарушителей.

— Ух…

— Ну давай… После всего, что я сделал, разве я не могу хотя бы раз объявить забастовку? Это моё право…

J сел и начал бормотать, как человек, слегка перебравший спиртного. Младший Скумбрия быстро оглянулся на Чан Ми Сук, которая категорично покачала головой, показывая, что никакого алкоголя она ему не давала. J потянулся и взял одно кукурузное зерно со стола. Хруст. С лёгким нажимом он раздавил его в лепёшку. Опустив голову, он пробормотал:

— Он сказал, что я ему больше не нужен.

Если бы его брат услышал это, он бы тут же сорвался. Младший Скумбрия быстро осмотрелся, скинул обувь и, словно ошпаренный цыплёнок, влетел в комнату. Захлопнув дверь, он зашептал:

— Кто… кто это сказал? Кто мог сказать такое бессердечное?

— Есть один человек. Наглый ублюдок.

— Какой ещё наглый ублюдок мог такое сказать?!

На этих словах J резко поднял голову. Его блестящая чёрная маска повернулась к Скумбрии. Он поманил его пальцем. Тот сел напротив, слегка подавшись вперёд. J прошептал:

— …Слушай.

— Да, да, но за эту консультацию я беру плату?

— Заткнись. Значит так, был один человек, с которым я был очень близок… ну, не совсем близок? Или… давай скажем, как с семьёй? Ты понимаешь, о чём я?

Определить отношения три раза в одном предложении? Младший Скумбрия наклонил голову, но решил перейти сразу к делу:

— Значит, сейчас вы больше не близки?

J замешкался, затем пробормотал:

— …Может, он всё ещё заботится… или это просто мне так кажется?

Его острый инстинкт подсказывал Скумбрии, что это будет интересная история! Это наверняка драма уровня топовых сериалов. Ведь речь шла о J, всемирно известном герое, и о чем-то настолько личном. Он потер руки и подбодрил его:

— Ну, хорошо, допустим. И?

— Тогда у него были трудные времена.

— Да.

— И это произошло, потому что меня не было рядом, я так думаю?

— Да? Понял.

— Вот я и волнуюсь… Он тогда пережил многое, и я хочу быть рядом, поддержать его, понимаешь? Я даже заметил, что ему было тяжело.

— Понимаю, хён-ним.

— А потом он сказал мне не лезть в его дела, что это его проблема.

— О.

— Ну, мы поссорились. Даже схватили друг друга за воротники.

Скумбрия поднял руку.

— Можно вопрос?

— Что?

— Он… жив?

— Всё с ним в порядке.

— Хорошо, продолжай.

Значит, речь шла не о каком-то случайном охотнике или обычном человеке. Младший Скумбрия кивнул, как бы соглашаясь с логикой, и в уме составил короткий список возможных кандидатов.

— И вот, у него хватило наглости сказать мне… что я ему не нужен.

— О боже.

Скумбрия прикрыл рот рукой, лишившись дара речи. Как вообще кто-то мог сказать, что J не нужен?

— Чёрт, ему не нужен я…

Хруст. J раздавил кукурузные зёрна в порошок у себя в ладони. Затем уронил голову на руку, буквально развалившись на столе. Тем временем в голове Скумбрии мелькнуло лицо. Кто-то, облачённый с головы до ног в чёрное. Тот, кто мог устоять против J и остаться в живых. J пересматривал записи с камер наблюдения в комнате для видео на рыбном рынке десятки раз, и на всех записях фигурировал недавно пробудившийся Ли Са Ён.

«Неужели…»

Хотя он хотел отбросить эту мысль, растущая любопытство не давало покоя. Скумбрия наклонился ближе и шёпотом подлил масла в огонь:

— Можно честно, хён-ним?

— Говори.

— Этот парень… звучит как полный придурок.

— …

Звук дыхания рядом вдруг стих. J медленно поднял голову, его чёрная маска слегка наклонилась.

— Что ты только что сказал?

— …

— Ты только что назвал его придурком, да?

Ну, чудесно. Скумбрия закатил глаза.

«Работать с трудным клиентом — это настоящая пытка…»

Это был тот момент, когда он в полной мере почувствовал боль всех, кто работает в сфере услуг. Вместо ответа Скумбрия ловко вскочил. Бах! Кулак со всего маху ударил по столу, раздавшийся треск заполнил комнату. J заорал:

— Эй, он не такой уж и придурок!

Глава 238

Из-за двери доносился звук суетливых шагов Чан Ми Сук. Скумбрия прижался к двери и закричал:

— Всё нормально, Чан-ним! …Ну, вроде бы?

— У парня просто много шрамов. Вот и всё. Он не такой уж плохой.

Он только что называл его придурком. Скумбрия проглотил свои слова. Первое правило информатора — всегда внимательно слушать других. Когда люди начинают говорить бессвязно, вместе с их словами часто всплывают скрытые крупицы информации. Скумбрия взмахнул пальцами в воздухе, призывая маленького ската, который, извиваясь, направился, чтобы запечатать дверь.

— Да-да, верно. Когда кого-то ранят, он выставляет свои шипы, как ёжик.

— Но он сказал, что я ему не нужен.

J свернулся калачиком, бормоча что-то мрачное странным голосом. J, герой, которого признавали почти все, несмотря на то, что некоторые пытались его оклеветать. Тот, кто был нужен каждому. Возможно, это был первый раз, когда ему сказали, что он бесполезен. Может быть, именно поэтому это так сильно его задело. Скумбрия присел на корточки перед ним.

— Слушай, хён-ним.

— …

— Думаю, этот придурок… нет, этот ёжик, вероятно, сказал что-то лишнее сгоряча.

— …

Человек-мокрица слегка поднял голову. Скумбрия сложил руки вместе, как бы умоляя.

— Он ведь в самом деле не мог иметь в виду то, что сказал, правда? Ты задел больное место, вот он и выставил свою защиту. Люди всегда говорят лишнее, когда они расстроены, разве нет?

— …Ты так думаешь?

— Конечно, конечно. Наверняка он уже жалеет о своих словах.

Человек-мокрица полностью поднял голову. Правда ли? С его искажённого голоса сорвался вопрос.

— Тогда… ты сможешь узнать об этом подробнее?

— Ах~ только скажи, хён-ним.

Скумбрия так яростно закивал, что казалось, его шею вот-вот сломает. А про себя он думал:

«Я возьму с него за стол, за консультацию и за информацию. Разбогатею на этом деле.»

Его мысли работали, как перегруженный калькулятор. Настоящий торговец.

***

Несмотря на то, что глава гильдии был врачом, гильдия Совон всегда пахла старой бумагой и книгами. Члены гильдии суетились с тележками, нагруженными книгами, а книги, громоздящиеся от пола до потолка, поражали своей массой. Но с того инцидента гильдия Совон немного изменилась.

— …

Пчела нахмурилась, держа в руках две чашки кофе. Аромат кофе уже был перебит резким запахом дезинфицирующего средства. Члены гильдии, прежде таскавшие книги, теперь носились с лекарствами и медицинскими картами. Кто-то мог бы сказать, что гильдия вернулась к своему первоначальному состоянию, но всё же…

— Раньше мне нравилось больше…

Пробормотав это и надувшись, Пчела поспешила к сердцу гильдии Совон, где находились Нам У Джин и Мэтью, который всё ещё не открыл глаза.

Она замедлила шаги, спускаясь по длинной лестнице, потому что внизу её ждал мальчик в белом халате. Он поднял на неё свои ясные глаза и поклонился.

— Хозяин спрашивает, будете ли вы чувствовать себя комфортно с посетителем.

— Посетителем?

— Да. Он подумал, что вам это может быть неудобно.

— Ну, если это не Гю Гю, то всё нормально.

— Тогда прошу вас следовать за мной.

Мальчик поспешил вперёд. Контракт с Гю Гю закончился, и он куда-то исчез. Наверное, сейчас где-то бездельничает в другой стране, подумала Пчела, недовольно цокнув языком.

Согласно изначальному плану, она должна была продолжать отслеживать Прометея вместе с Гю Гю. Однако Бюро управления пробуждёнными решило сотрудничать с Прометеем. Естественно, Пчела этого не выдержала. Сотрудничать с теми, кто сделал это с Мэтью? Немыслимо. Она ворвалась в кабинет директора, требуя объяснений.

— Вы совсем рехнулись, да? Рука об руку с этими уродами?

Директор Хам спокойно объяснила. Это не было полноценным сотрудничеством, а лишь временным; оно было направлено на предотвращение апокалипсиса, сбор информации и, возможно, пробуждение Мэтью с помощью их данных.

«Чушь».

В итоге, по её мнению, директор выбрала лёгкий путь.

К этому моменту они уже добрались до самого дальнего уголка гильдии. Мальчик толкнул тяжёлую дверь, и глаза Пчелы широко раскрылись.

— Что это?

— Ах, вы пришли.

Нам У Джин развернулся на своём стуле, чтобы встретиться взглядом с Пчелой. Но её внимание было приковано к маленькой тёмной фигуре, стоящей рядом с ним, словно чёрная статуя. Затем её взгляд скользнул к другой тёмной фигуре.

Другой тёмной фигурой был Ли Са Ён. Он сидел, прислонившись к стене, скрестив руки и закрыв глаза. Пчела указала на него, держа кофе в руке.

— Что он здесь делает?

— Он только что заснул, так что не будите его, — ответил Со Мин Ги, поправляя свои солнцезащитные очки.

— Он сказал, что плохо спал в последнее время и пришёл за рецептом.

— И почему он спит в такой неудобной позе?

— Говорит, это всего лишь короткий сон.

— Что за чёрт. Я купила только два кофе, один для доктора и один для себя.

— Ничего страшного. Я уже выпил что-то из сезонного меню утром. Кстати, вы собираете стикеры? Если нет, можете их передать мне?

— Серьёзно? Мир рушится, а ты всё ещё собираешь стикеры?

— Тем более, нужно успеть, пока можно.

— Просто кошмар…

Цокнув языком, Пчела протянула кофе Нам У Джину и достала телефон. Со Мин Ги тут же вытащил свой, и они начали обмениваться стикерами.

Нам У Джин сделал глоток, поморщился и отодвинул чашку.

— Сироп?

— Ой, это моя ошибка. Это мой кофе, а вот ваш.

— Спасибо.

— Избыток сахара сокращает жизнь.

— Не надо читать лекции, я доктор.

Нам У Джин сделал глоток кофе, густого от сладости, и закрыл глаза. Мгновение тишины затянулось. Пчела постучала носком ботинка по полу и спросила:

— Как Мэтью? Всё так же?

— Всё так же.

— Никаких событий заморозки?

Когда человечество оказалось на грани апокалипсиса, люди застыли на месте, невольно касаясь определённых частей тела, словно травма конца света отпечаталась на их душах. Некоторые предполагали, что те места, к которым люди тянулись, были их ранеными участками. Хотя это было лишь догадкой, явление получило название «Событие заморозки».

Нам У Джин покачал головой.

— Нет. Без сознания и эго он ни о чём не знает и не заботится о грядущем апокалипсисе.

— …

— Но всё же, теперь, когда мы работаем с Прометеем, есть шанс получить противоядие.

— Мне не нравится сотрудничать с ними. Они даже не считают пробуждённых за людей.

— Мне тоже это не по душе, но нужно использовать все имеющиеся карты.

— …

Пчела тяжело вздохнула и сделала глоток своего кофе, горький и терпкий вкус задержался во рту.

В этот момент фигура, прислонившаяся к стене, шевельнулась. Раздался глубокий вдох и выдох. Из-под растрёпанных волос мелькнул яркий фиолетовый свет в глазах. Его взгляд, прежде устремлённый в пол, остановился на Пчеле.

— …Кто ты?

— «Кто ты» — это всё, что ты можешь сказать каждый раз, когда кого-то видишь? Серьёзно…

Ли Са Ён отвернулся, раздражённо нахмурившись. Нам У Джин поставил свою чашку на стол и встал. Шлёпая в своих тапочках, он подошёл к Ли Са Ёну, внимательно вглядываясь ему в лицо.

— Я специально дал тебе лёгкое. Думаешь, этого сна тебе хватит?

— В самый раз.

Ли Са Ён закончил растирать лицо и скрестил ноги.

— Я краем уха слышал ваш разговор. Вы всё ещё не нашли противоядие для Мэтью?

— Ты вообще спал? Или просто притворялся?

— У меня есть кое-что из штаб-квартиры Прометея.

— …

Он жестом указал на Со Мин Ги, который достал из своего инвентаря планшет и передал его. Ли Са Ён поднял планшет и лениво произнёс:

— Это планшет, который был у одного из исследователей в штаб-квартире Прометея. Я проанализировал всё содержимое. Конечно, единственный, кто сможет им воспользоваться, — это вы, Нам У Джин.

— Что? Почему вы говорите об этом только сейчас?!

Хруст. Стакан с ледяным кофе, который держала Пчела, сжался в её руках, пролив кофе и лёд повсюду. Ли Са Ён пожал плечами, потирая глаза.

— Потому что мой сон важнее…

— Ах ты мелкий…!

Пчела шагнула вперёд с сжатыми кулаками, но Нам У Джин её остановил. Сунув руки в карманы, он холодно посмотрел вниз на Ли Са Ёна.

— Ты ведь не собираешься отдавать это бесплатно, верно?

— Хм, как всегда проницателен…

На лице Ли Са Ёна мелькнула едва заметная усмешка, когда он подпер подбородок рукой и хитро улыбнулся.

— Кто-то, кому я интересен, придёт. Скоро, думаю…

— …

— Никто не знает моего состояния лучше, чем ты.

Ли Са Ён поднялся с кресла. Его крупная фигура и тень нависли над Нам У Джином. Он медленно приложил почерневший палец прямо к своим губам, его голос прозвучал холодно:

— Тихо.

— …

— Не болтай, как в прошлый раз.

Глава 239

Прошла неделя и один день с тех пор, как монстры обрушились на мир, словно шторм.

Тёмное, узкое помещение, освещённое лишь одинокой лампочкой под потолком. Это была комната для допросов Бюро управления пробуждёнными. Ча Ый Джэ развалился на скрипучем металлическом стуле, тогда как длинные пальцы, невозмутимо барабаня по клавиатуре, принадлежали Чон Бину, сидевшему за узким металлическим столом. Он задумчиво теребил гладкий подбородок.

— Повторим это ещё раз. После побега с Генеральной Ассамблеи вы вышли наружу, чтобы оценить обстановку, где стали свидетелем похищения Юн Га Ыль-щи. Затем вы начали преследовать грузовик, что привело вас к штаб-квартире Прометея… верно?

— Да.

— Вы проникли в здание, убедились, что похищенные охотники находятся внутри, стали свидетелем проведения экспериментов и обнаружили, что Сон Джо Хон, имеющий связи с Прометеем, также присутствовал… всё так?

— Да.

— И количество охотников?

— Только в клетках было около десяти… вероятно, ещё больше.

— Понял. А оставить Юн Га Ыль-щи на месте… это было в соответствии с её пожеланиями, верно?

— Да.

Чон Бин тяжело выдохнул, уставившись на экран своего ноутбука, а Ча Ый Джэ сложил руки на столе. Большая часть необходимой информации была передана, за исключением деталей, которые лучше оставить в тайне. Наконец, Чон Бин кивнул.

— Хорошо, допрос завершён. Спасибо за сотрудничество.

Ча Ый Джэ с хрипом повернул шею. Комната для допросов Бюро управления пробуждёнными была такой же душной и подавляющей, как всегда — тесной и созданной, чтобы оказывать давление. Разминая шею, Ча Ый Джэ заметил, как Чон Бин смущённо ему улыбнулся.

— Спасибо, J. Твоя помощь была бесценной. Это всего лишь формальная процедура.

— Без проблем. Вы ведь целую неделю меня ждали. Обычно такие дела решают сразу.

После вторжения в штаб-квартиру Прометея — группы, которая едва не устроила конец света, — передачи предложения о союзе директору Бюро и разоблачения многолетнего предательства Сон Джо Хона, J действовал, словно вихрь. Бюро жаждало услышать его рассказ, но...

Чон Бин прервал свои мысли сухой ремаркой.

— Честно говоря, я был немного шокирован, когда ты просто оставил Сон Джо Хона-щи у кабинета директора в тот день, ха-ха.

В тот день J влетел, как молния, бросил ошеломленного Сон Джо Хона перед дверью кабинета директора, постучал и исчез, словно ветер. Ча Ый Джэ отвёл взгляд, прекрасно понимая, что в улыбке Чон Бина скрывался скрытый укол.

— Если бы Ли Са Ён-щи не прибыл сразу после, мы могли бы полностью растеряться.

— Простите за это…

— Не нужно. Уверен, у тебя были на то причины, верно?

Ча Ый Джэ закатил глаза, радуясь, что маска скрывает его лицо. Причины? Будет ли считаться причиной драка в машине?

— Ты всё переживаешь из-за пустяков…

— Перестань копаться, это раздражает.

— Ох, ты понимаешь, что это звучит любопытно, да?

— Я же сказал, хватит.

Язык Ли Са Ёна был острым, словно у змеи. В итоге Ча Ый Джэ схватил его за воротник. Их водитель, Пэ Вон У, умолял их остановиться, но в панике свернул на обочину. Среди всего этого хаоса Сон Джо Хон, которого разбудила суматоха, вцепился в талию Ча Ый Джэ в панике. Это было настоящее безумие.

— Чёрт возьми! Да прекратите уже!

— Ни за что! Ааа! Всё разваливается!

Наконец потеряв терпение, Ча Ый Джэ выбил дверь фургона с петель одним мощным ударом. Другого выхода не было — они не собирались её открывать. Он проигнорировал сигнализацию и вопли Пэ Вон У, испепеляя взглядом всё ещё ошеломлённого Сон Джо Хона.

— Вы идёте с ним или со мной?

— …Куда именно?

— Куда ещё, в Бюро управления пробуждёнными. Вам нужно сдаться.

— …

С выражением лица, словно он только что съел что-то горькое, Сон Джо Хон ответил:

— Лучше с тобой. Это лучше, чем оставаться в этой машине.

Решение было вполне логичным. С Ча Ый Джэ действительно было безопаснее, чем с причитающим Пэ Вон У и с сумасшедшим глазами змеи. Однако место, где остановился Пэ Вон У, всё ещё было далеко от Бюро, а Сон Джо Хон всё ещё был слаб. Вздохнув, Ча Ый Джэ поднял его, словно мешок, и отправился в долгий путь до Бюро. Ли Са Ён молча смотрел на это своим пронзительным взглядом, но ничего не сказал.

Учитывая всё это, да, это можно было назвать неизбежной ситуацией. Возможно.

Ча Ый Джэ кивнул.

— Да, это определённо было неизбежно.

— И всё же ты не можешь объяснить, что именно это было?

— Нет.

— Хм... Согласно словам Сон Джо Хона-щи, Ли Са Ён-щи и J подрались и разбили машину. Затем J обращался с ним, как с грузом, и доставил в Бюро управления пробуждёнными... это верно?

Будто он не знал этого заранее. Ча Ый Джэ ответил с мрачной серьёзностью:

— Да, всё так.

— …А причина, по которой разбили машину?

— …Потому что они не открывали дверь.

Может быть, потому что он упустил детали, выражение Чон Бина стало странно серьёзным. С видом исполненного долга он осторожно протянул руку через стол и мягко взял Ча Ый Джэ за руку.

— J.

— …Да.

— У людей есть такая штука, как «коммуникация». Ты знаешь, что это, правда?

— Но это он первым отказался разговаривать…

— Именно, да. Уверен, Ли Са Ён-щи что-то сделал. Но ты не должен сдаваться. Продолжай общаться. Не бросай диалог. Найди общую почву…

Рука Чон Бина сжалась на руке Ча Ый Джэ, на его виске выступили капли пота, словно он вспоминал что-то неприятное. Закрыв глаза, он пробормотал себе под нос:

— Как бы сложно это ни было, ты найдёшь общий язык. Как-нибудь.

— Хорошо, хорошо, я понял.

— Я верю в тебя, J. Кроме того, разве Ли Са Ён-щи не испытывает к тебе особое расположение?

— …

Ча Ый Джэ сузил глаза, испепеляя Чон Бина взглядом. Расположение? Человек, который якобы испытывает симпатию, не стал бы говорить такие обидные вещи. Он всё ещё злился, и это явно не пройдёт в ближайшее время. Нужно время, чтобы всё уладить. Чон Бин убрал руку. Честно говоря, Ча Ый Джэ понимал, что только Ли Са Ён мог разрешить это недоразумение.

Но всё же…

— Эй.

— Да, продолжай.

— Где сейчас Ли Са Ён?

Он так и не смог его увидеть!

Человек, который обычно появлялся, хотели его видеть или нет, даже после просьб держаться подальше, на этот раз не появился вовсе. Попытки дозвониться до него с телефона Пэ Вон У оказались бесполезны, как и звонки из телефонной будки. Даже бродить неподалёку от территории гильдии Падо, притворяясь, что просто гуляешь, не дало результата. Даже Со Мин Ги, который всегда пропадал, когда был нужен, на этот раз полностью оборвал контакт. Ча Ый Джэ с досадой наступил на собственную тень.

Он даже пробрался в кабинет главы гильдии, просидев там весь день в надежде встретить его, но всё без толку. Единственным, кто заходил и выходил, был Пэ Вон У, который приносил еду и явно беспокоился, что они что-нибудь снова сломают.

Чон Бин покачал головой с видом полного бессилия.

— Не знаю. Он не из тех, кто держит всех в курсе… ты спрашивал у Пэ Вон У-щи?

— Он тоже не знает.

— Ах… тогда, возможно, гильдия Совон?

— Гильдия Совон?

В сознании всплыла картина беловолосого мужчины.

— Да. Доктор Ли Са Ёна — Нам У Джин-щи. Из-за состояния его здоровья он периодически его посещает… возможно, стоит спросить там.

— …

— Или…

Чон Бин наклонился вперёд, и Ча Ый Джэ сделал то же самое, оставив между их лицами лишь небольшое расстояние. Чон Бин прошептал:

— Ты когда-нибудь слышал о… ком-то по прозвищу «Скумбрия»?

— Что? Да, слышал.

— Они довольно хороши в поиске людей. Возможно, стоит к ним обратиться.

Чон Бин выпрямился, словно ничего и не было, а Ча Ый Джэ облизал губы.

«Слышал ли он про Скумбрию?»

Он тяжело вздохнул, уставившись на мерцающий потолочный свет. Не просто «слышал», на самом деле.

— Вперёд, хён-ним~ Что бы ни говорил этот госслужащий, не сдавайся. Продолжай давить, у тебя получится! Очаруй его своим красноречием!

— Ладно, понял…

Даже когда он шёл сюда, его напутствовали братья Скумбрии — с лопатками и фартуками наперевес.

***

— Ты просишь меня найти Ли Са Ёна?

— Да. Мне нужно с ним поговорить, но от него ни следа.

Младший из братьев Скумбрий, бросая кусочки хлеба плавающим вокруг рыбкам, ответил:

— Ну~ это довольно нормально, не так ли?

— Почему?

— Ли Са Ён всегда был трудным для обнаружения. С его способностями он редко появляется в людных местах. Обычно он тихо занимается своими делами на заднем плане.

Серьёзно?

На лице Ча Ый Джэ отразилось любопытство. Для такого человека Ли Са Ён выглядел довольно непринуждённым, сидя в том ресторане с похмельным супом. Перед его глазами вновь возникло знакомое лицо, которое постоянно отвлекало от работы. Старший из братьев Скумбрий, не переставая стучать по клавиатуре, тоже кивнул.

— Среди охотников… он немного… ну… вызывает страх.

— Да, у него характер — просто кошмар… ну, ты понял?

— Так вы можете его найти или нет?

— Конечно, можем. Но пока возьми вот это.

Красная золотая рыбка подплыла к Ча Ый Джэ, приземлилась на его ладонь и, с мягким хлопком, превратилась в жёлтую записку. На записке были написаны извилистые буквы, содержащие чью-то личную информацию, и…

[Текущее местоположение: Гильдия Совон]

Младший из братьев Скумбрий сложил пальцы пистолетиком и подмигнул.

— То, что ты вчера просил? Всё уже здесь.

— …

Ча Ый Джэ сжал записку в руке. В ней была информация, которую он просил собрать у Скумбрий: текущее местоположение исследователей и врачей, работавших в больнице, где находился Ли Са Ён.

Глава 240

Между высокими книжными стеллажами, устремлявшимися к потолку, библиотекари то появлялись, то исчезали. Среди запаха старых книг витал резкий запах дезинфицирующего средства — и слабый привкус крови. Неужели здесь укрывают раненых? Ча Ый Джэ видел картины, накладывающиеся на воспоминания о разрушенном мире: опрокинутые стеллажи, книги, разбросанные повсюду, охотники, устало сидящие на их обломках. Библиотека превратилась в последний оплот.

Щелк. Библиотекарь поставил на стол дымящуюся чашку кофе и аккуратно разложенные на тарелке печенья. Ча Ый Джэ вежливо поклонился, хотя знал, что не сможет съесть их, пока носит маску.

— Спасибо.

— Не за что. Глава гильдии просил вас немного подождать. Это не будет проблемой?

— Нет, всё в порядке. Можно ли почитать книги, пока я жду?

— Конечно. Есть ли какая-то конкретная книга, которую вы хотите? Я мог бы помочь вам найти её...

— О, я ничего конкретного не искал. Просто посмотрю.

— Понял.

Библиотекарь учтиво поклонился и исчез между стеллажами. Ча Ый Джэ встал, так и не притронувшись к кофе, и отправился вдоль рядов, рассматривая книги, плотно заполняющие полки до самого потолка. Неужели Нам У Джин прочитал каждую из них? Не глядя на названия, Ча Ый Джэ вытащил одну книгу с полки и раскрыл её. Она была такой старой, что обложка и страницы оказались шершавыми и ломкими, заполненными незнакомыми ему символами — такими, каких он никогда прежде не видел.

— …

Он сузил глаза, переворачивая страницы. Совершенно непонятно. Перелистывая дальше, он наткнулся на странную иллюстрацию. Рисунок, изображающий узор из сложных линий и точек, показался ему смутно знакомым. Хмурясь, он провёл по нему пальцем.

— Почему это кажется знакомым?

— Вы первый гость, который нашёл эту книгу. Вы можете её распознать? — раздался голос за его спиной.

Ясный голос прозвучал рядом. Ча Ый Джэ опустил взгляд. Перед ним стоял мальчик в белом халате, сложив руки с уважением. Его чистые зелёные глаза, словно стеклянные бусины, отражали лицо Ча Ый Джэ. Марионетка владельца библиотеки, Нам У Джина.

— Эта книга была найдена в подземелье. Никому пока не удалось расшифровать эти символы. Возможно, это язык нашего мира, искажённый магией подземелья, а может, совершенно чужой язык. Для безопасности гильдия Совон хранит её здесь.

— Эта иллюстрация?

— Разве вы уже не догадываетесь?

— …

— Это узор способности Оценивающих глаз охотника Хон Ё Сона. Мы не знаем, почему он появляется в этой книге.

Ах. Наконец осознав, Ча Ый Джэ снова внимательно рассмотрел иллюстрацию. Он не узнал её сразу, так как привык видеть Оценивающие глаза в её постоянном, закрученном движении. Ча Ый Джэ спросил мальчика:

— Но откуда ты это знаешь?

— Я знаю содержание и местоположение каждой книги в этой библиотеке, чтобы сразу же достать их, если мой хозяин попросит, — ответил мальчик так, словно это было само собой разумеющимся.

Ча Ый Джэ пролистал ещё несколько страниц, но, кроме узора Оценивающих глаз, ничего знакомого не нашёл. Он указал на книгу.

— Даже ты не можешь это расшифровать?

— Мои знания основаны на знаниях моего хозяина, охотника Нам У Джина. Если он этого не знает, я тоже.

Значит, он не всеведущий. Ча Ый Джэ вернул книгу на полку. Мальчик внимательно следил за каждым его движением, а затем склонил голову.

— Мой хозяин поручил мне выслушать ваши дела и решить их, если это возможно. Просто чтобы вы знали: он сейчас занят срочными делами и не сможет встретиться с вами сразу.

— Чем именно он так занят?

— Он проводит исследования редкого ресурса. Это, вероятно, займёт у него какое-то время.

Ча Ый Джэ внимательно посмотрел на лицо марионетки, в его ясных глазах застыло терпеливое ожидание. Можно ли ему доверять? Возможно, это даже к лучшему. В отличие от своего хозяина, мальчик, вероятно, не станет слишком любопытствовать. Ча Ый Джэ достал из кармана мятую записку и передал её.

— У меня две причины, по которым я пришёл сюда сегодня. Во-первых, я слышал, что люди, которых я знаю, работают в гильдии Совон. Я хотел бы встретиться с ними.

— Люди, перечисленные здесь? — уточнил мальчик, пробежав взглядом записку.

— Да.

Зелёные глаза быстро пробежались по строчкам. Мальчик кивнул.

— Да, они действительно связаны с гильдией Совон. Я могу вызвать их, если вы хотите. Какое второе дело?

— Где Ли Са Ён?

— …

Мальчик посмотрел на него с выражением, которое невозможно было прочитать. Ча Ый Джэ слегка повернулся боком.

— Нам У Джин был лечащим врачом Ли Са Ёна, верно? Он должен был бывать здесь.

После короткой паузы мальчик ответил:

— Охотник Ли Са Ён был в гильдии Совон вчера. Он пришёл с охотником Со Мин Ги.

— …Серьёзно?

— Да. Он не мог нормально спать неделю, поэтому пришёл за рецептом на снотворное. Он принял лекарство, проспал около двадцати минут, а потом проснулся и передал моему хозяину планшет с ценными данными…

— И что потом?

— Он пригрозил, что вскоре появится много любопытных людей, и велел моему хозяину держать это в секрете. Мой хозяин согласился, потому что данные на планшете были очень важны.

Но почему ты тогда рассказываешь это мне? Несмотря на то, что лицо Ча Ый Джэ было скрыто, его язык тела, видимо, выдавал недоумение, потому что на лице обычно бесстрастной марионетки появилась едва заметная улыбка. Мальчик вежливо поклонился.

— Он угрожал только моему хозяину, а не мне. Более того, мой хозяин дал указание, что если появится любопытный гость, я должен сам решать, что ему рассказать.

— …

— Охотник Ли Са Ён сказал, что направляется в Инчхон. Он планировал уехать на некоторое время и взял двухнедельный запас лекарств. Это всё, что я знаю.

— Инчхон…

Что может быть там? Международный аэропорт Инчхон и разлом на Западном море. Планирует ли он сбежать за границу? Или, возможно, снова направился к разлому на Западном море? Может, в подземелье? Почему он не спал целую неделю? Это были кошмары? Из-за Га Ён? В голове Ча Ый Джэ вихрем закрутились мысли. Он раздражённо потер затылок.

— Ты не знаешь ничего больше?

— Нет, это всё. Вызвать людей, которых вы хотели встретить?

— …

Ча Ый Джэ пристально посмотрел на лицо мальчика. Лёгкая улыбка исчезла без следа, а в чистых глазах невозможно было прочесть ничего. Он молча кивнул, и мальчик ответил:

— Библиотекарь проводит вас в приёмную комнату. Пожалуйста, следуйте за ним.

Мальчик быстро исчез между стеллажами. Вскоре вернулся тот же библиотекарь, который ранее принёс Ча Ый Джэ кофе и печенье, и почтительно поклонился. Ча Ый Джэ последовал за ним. Его привели в небольшую, уютную приёмную комнату. Напротив него стоял двухместный диван, а между ними — низкий стол. На столе была композиция из свежих цветов. Библиотекарь снова принёс кофе и угощения. Как и прежде, Ча Ый Джэ не притронулся к ним, а просто сел, закинув ногу на ногу.

Закрыв глаза, он услышал в памяти голос Скумбрии, перебирающего записку:

«Честно говоря, найти это было совсем несложно. Он даже не пытался это скрыть. Всё указано чётко и открыто. В принципе, это логично — ведь это всё записано как его рабочий опыт».

«Кажется, он в медицинской команде гильдии Совон. Входит в прямую команду главы гильдии».

Вскоре дверь приёмной открылась. Появилось лицо, знакомое, но постаревшее сильнее, чем он помнил. Средних лет мужчина, увидев Ча Ый Джэ, в изумлении выдохнул:

— J… J?

— Давно не виделись. Почти десять лет прошло, да?

Ча Ый Джэ медленно прочитал имя, вышитое на белом халате мужчины:

— Чан… Мин Джун.

— …Да, прошло много времени. Я слышал, что вы вернулись, но…

На лице Чан Мин Джуна читались одновременно тревога и радость. Ча Ый Джэ, делая вид, что ничего не замечает, жестом указал на диван напротив. Чан Мин Джун сел, не скрещивая ног, и нервно тёр руки о колени. Ча Ый Джэ откинулся на спинку дивана и заговорил:

— Вы знаете кого-нибудь по имени Га Ён?

— …

— Я хочу узнать о ней больше.

Лицо Чан Мин Джуна напряглось. Ча Ый Джэ закинул руку на спинку дивана и добавил:

— Вы работаете в гильдии Совон, так что должны знать и о Прометее, верно? Я уже знаю, что она часть этой организации.

— …

— Я не буду спрашивать о её прошлом — оно наверняка выдумано. Но вы работали в одной команде, не так ли? Расскажи мне о Га Ён, какой вы её видели.

Губы Чан Мин Джуна дрогнули, и он стиснул их, молча. Ча Ый Джэ вздохнул, наклонился вперёд и посмотрел ему прямо в глаза. Возможно, это небольшое враньё будет прощено даже Чон Бину... может быть.

— Я здесь как представитель Бюро управления пробуждёнными. Это значит, что я здесь по официальному делу. Так что говорите.

— П-почему вы так интересуетесь ею?

— Почему я интересуюсь?

Ча Ый Джэ ответил безразлично:

— Потому что я хочу узнать источник зла.

— …

— Так что говорите.

Чан Мин Джун нервно сцепил руки, то сжимая, то разжимая пальцы. Наконец, он пробормотал дрожащим голосом:

— Кажется... она говорила, что её младший брат или сестра умер.

Глава 241

— Её брат или сестра?

— Да. Я услышал это мельком, так что не уверен...

Чан Мин Джун почесал голову с заметным раздражением, прежде чем ответить:

— Вы ведь помните, как было тогда. У нас едва ли было нормальное оборудование или персонал... а то, что было, отдавали, в основном, пробуждённым. В общем, её младший брат или сестра пострадал, но не получил должного лечения и в итоге умер. Потому что сказали, что пробуждённых нужно спасать в первую очередь.

— …

Голос, говорящий с нервным смехом, почти срывающимся на рыдания, продолжал звучать в его ушах.

«Знаешь, J… Ты же был активным тогда, так что помнишь, да? Когда обычные люди попадали в разломы и теряли конечности или оказывались на грани смерти, ты знаешь, что с ними случалось?»

Чан Мин Джун тяжело вздохнул и скрестил руки на груди.

— Хотя у меня нет никакой особой способности различать ложь… кажется, это правда. Она говорила об этом спокойно, но её выражение, когда она это произнесла…

Я думал, она просто рассказывает немного о Ли Са Ёне. Никогда не предполагал, что это мог быть её личный опыт. Это звучало как выдуманная история? Нет, скорее, это было слишком обыденным, настолько обычным, что я предугадал конец, едва начав слушать.

Это обычная история. Истории о семьях, родственниках, близких, которые умирали. Но... его кулак сжался. По спине пробежал холодок. Мороз окатил затылок. В душе поднялось зловещее предчувствие. Что, если все эти обычные истории сложатся вместе?

Когда обычные люди собираются, они становятся массой.

А что, если массы собрались вокруг Прометея?

Ча Ый Джэ прижал пальцы к вискам и закусил губу. Внезапно в голове всплыла мысль. Вопрос, который то и дело поднимался, но всегда оставался без ответа. Вопрос, обращённый к самому себе. Было ли правильным решением объединиться с ними?

***

Светлые обои, яркий пол, низкие книжные полки, разбросанные игрушки и карусель, вращающаяся под потолком. В комнате, напоминающей детскую игровую, сидела Юн Га Ыль в одиночестве.

Шелест, шелест. Страницы записной книжки, размером примерно с ладонь взрослого человека, переворачивались быстро. Она была изрядно потрёпана, покрыта следами частого использования. Содержание выглядело хаотично: небрежно написанные слова заполоняли страницы, словно каракули, среди которых встречались бессмысленные фразы. Иногда попадались даже рисунки, хотя они выглядели странно знакомыми — монстры, которых она видела в своих разрозненных снах. Плохо нарисованные, но узнаваемые.

«…»

Казалось, не оставалось сомнений в том, что так называемый Провидец видел мир, который пережил свой конец. Беспорядочные записи совпадали с её собственными знаниями. Юн Га Ыль слегка нахмурилась, вспоминая отрывочные картины прошлых миров, которые открывались ей благодаря её способности.

«Как Провидец видел прошлое…?»

В этот момент раздался стук. Юн Га Ыль закрыла записную книжку и отозвалась:

— Да.

Дверь открылась, и Га Ён вошла с подносом, на её лице играла хитрая улыбка.

— Время есть ~

— Уже…

Юн Га Ыль огляделась. В этом месте не было ни окон, ни часов. Как бы она ни старалась, чувство времени ускользало от неё. Га Ён поставила поднос на низкий столик. На тарелке лежал сэндвич с овощами и стоял одинокий стакан молока. Сложив руки, Га Ён слегка поклонилась.

— Не самое лучшее угощение, правда? Прости ~ Никто здесь особо не заботится о еде. Если что, у меня было то же самое.

— О, нет… всё в порядке. Честно.

— Если проголодаешься, просто скажи, ладно? Я могу что-нибудь заказать, например, курицу или корейскую еду, если захочешь.

Кивнув, Юн Га Ыль взяла сэндвич. Га Ён мельком глянула на записную книжку, лежащую у неё на коленях, и мягко улыбнулась.

— Ты это смотрела? Записи, оставленные Провидцем.

— Ах, да…

— И что думаешь?

Юн Га Ыль медленно прожевала и проглотила кусок сэндвича. На вкус он был сладким, как будто кто-то посыпал сахаром кетчуп. Её глаза за круглыми очками сверкали странной, почти гипнотизирующей интенсивностью, из-за которой на них было трудно смотреть. Они напоминали Юн Га Ыль сумасшедшую женщину, которая в детстве бродила по её району.

Собрав выпавший салатный лист, Юн Га Ыль ответила:

— …Есть вещи, которые похожи на то, что я видела.

Её губы тронула слабая улыбка, а Га Ён, сидящая напротив, ухмыльнулась.

— Правда? Здорово слышать ~ Это заставляет тебя чуть больше верить?

— Не то чтобы я осталась, потому что не верила…

— Лгунья.

— …

— Ты осталась в этом логове, потому что хотела сделать что-то сама. Ты не могла вынести одиночное бессилие. Ты должна была болезненно осознавать свои недостатки.

Юн Га Ыль медленно подняла голову. Во взгляде, встретившем её, не осталось и следа юмора. Сколько дней прошло с тех пор, как она оказалась здесь? Группа, называвшая себя Прометеем, была… странно доброжелательной. Они отвечали на все её вопросы, не запрещали ей ходить куда угодно и даже разрешили войти в зону, где содержались охотники. Га Ён лично отвела её туда, держа за руку.

Юн Га Ыль молча смотрела, как один из охотников, находясь в камере, снова и снова бьётся головой о стену.

«Наверное, это угроза…»

Угроза того, что она окажется там, если не станет сотрудничать.

В остальном эти люди ничем не отличались от обычных мирных жителей, за исключением редких бормотаний молитв и экспериментов, которые они проводили на пойманных охотниках. Юн Га Ыль отложила сэндвич и ответила:

— Если я признаю это, что-то изменится?

— Хмм ~ Это изменит твоё отношение. А когда меняется отношение, можно сделать гораздо больше.

— …

— А ещё мне нравятся люди, которые пытаются что-то сделать. Именно такие люди меняют мир.

— Вот как.

— Прими свою слабость. Кто знает, может, ты сможешь добиться большего.

— …Почему вы мне это говорите?

— Хм?

— Я пробуждённая. Разве вы не испытываете неприязнь к пробуждённым?

— Хм, кто знает. Почему-то мне кажется, что я тебя понимаю… Наверное, просто лезу не в своё дело. Не хочешь слушать — не слушай ~

Сделав жест рукой, Га Ён встала и пнула валявшуюся на полу игрушку. Юн Га Ыль посмотрела на своё отражение в стекле, затем перевела взгляд на удаляющуюся спину Га Ён и задала вопрос:

— А вы?

— Хм?

— Вы столкнулись со своей слабостью?

Она медленно повернула голову. Сквозь странный пыл, мерцавший в её глазах, она посмотрела на Юн Га Ыль. Её губы изогнулись в улыбке.

— О, да.

— …

— Я столкнулась с этим… так отчаянно.

Глухой стук — дверь закрылась. Юн Га Ыль не притронулась к стеклу. Вместо этого, с решительным выражением лица, она вновь открыла записную книжку.

***

— Тогда я пойду… Я не могу отсутствовать слишком долго.

Чан Мин Джун поклонился и поспешно покинул комнату. Оставшись один, Ча Ый Джэ подался вперёд и сложил руки вместе.

Как только Чан Мин Джун начал говорить, он выплеснул всё, что держал в себе. Большая часть рассказа была расширением историй, которые вкратце излагала Га Ён, но Ча Ый Джэ слушал внимательно. Члены команды, которые хотели оказать больше помощи, но им не хватало ни ресурсов, ни средств, Ли Са Ён, оставленный умирать, и Га Ён, поднявшая руку, словно спасительница.

Чан Мин Джун, говоривший, как прорвавшаяся плотина, осторожно спросил:

— Кстати… с ребёнком всё в порядке?

— …

— Знаете, когда я впервые услышал, что Га Ён с Прометеем, я сразу вспомнил о том ребёнке, но никакой информации я так и не нашёл. У меня не было возможности связаться с J… а остальные члены команды сказали, что тоже ничего не знают.

Чан Мин Джун выглядел искренне обеспокоенным в своей нерешительности. Тогда он, вероятно, считал, что отправить ребёнка с Га Ён было наилучшим вариантом. Лучше доверить его коллеге, чем бессильно наблюдать за его гибелью. Вряд ли у него были дурные намерения. Прочистив сжавшееся горло, Ча Ый Джэ ответил.

— Он здоров. Хотя всё ещё немного… хрупкий.

— Правда? О, слава Богу. Спасибо, Господи. Ох…

— …

— Я так переживал… что он мог умереть или… что с ним могло случиться что-то ужасное…

Чан Мин Джун поднял руки к небу, затем сложил их в молитве, что-то бормоча. В его глазах блестели слёзы, а покрасневший нос был доказательством его искренности. Ча Ый Джэ смотрел на его лицо и задумался.

Если бы у него был шанс вернуться назад во времени…

«…»

Выбрал бы он остаться рядом с Ли Са Ёном?

«Нет».

Он бы мучился, сомневался, колебался, но в итоге всё равно отправился бы к разлому на Западном море. Не потому, что был вынужден, а потому, что это был его выбор.

Ли Са Ён, вероятно, тоже это понимал. Он ждал так долго, без какого-либо обещания возвращения. За это время он наверняка обдумал множество способов удержать Ча Ый Джэ рядом. И…

«Он считал, что это невозможно…»

Вот почему он сказал не беспокоиться, что это не его вина? Потому что, как бы он ни старался, Ча Ый Джэ всё равно бы ушёл. Возможно, чтобы спасти хотя бы одного человека, который ещё мог быть жив.

Это было неизбежно, и смысла искать виноватых не было.

Ча Ый Джэ прижал пальцы к пульсирующим вискам. Он мог бы просто тогда сказать это — нет необходимости, не чувствую, это не моё? Серьёзно? Гнев вспыхнул в нём. Ча Ый Джэ резко вскочил на ноги. Он дал ясно понять в тот момент, но Ли Са Ён всё равно не послушал.

«Ну что ж, придётся хорошенько вбить это ему в голову».

Именно в этот момент библиотекарь, входивший в комнату, застыл на месте от неожиданности. Ча Ый Джэ махнул рукой в его сторону.

— Я закончил здесь, так что ухожу. Могли бы вы… передать благодарность ассистенту Нам У Джина? Маленькому.

— А? Ах, да.

— Скажите, что я это ценю.

Инчхон. Ча Ый Джэ достал телефон и набрал номер Скумбрии.

Глава 242

Тишина заполнила кабинет директора. Хам Сок Джон сидела за своим столом с закрытыми глазами. Затем раздался вежливый стук. Не открывая глаз, она ответила:

— Войдите.

Дверь открылась, и вошёл молодой человек с мягкой улыбкой. Это был Чон Бин. Лёгким поклоном поприветствовав её, он остановился напротив Хам Сок Джон.

— У меня есть отчёты и несколько запросов. Какой статус у предложения об алтаре с благовониями?

— Отклонено. Они даже не делают вид, что слушают. Кажется, они не хотят провоцировать беспокойство.

— В этот раз погибли не только пробуждённые, но и множество гражданских. Без тел как им проводить похороны?. Некоторые из тех, кого поглотило это чудовище, даже не оставили останков. Скорее всего, они вообще оказались в другом измерении…

— Разве впервые проводим похороны без тела?

— …

Чон Бин замолчал. Хам Сок Джон резко потерла лицо руками и пробормотала:

— …Прости. Это было бестактно.

— Всё в порядке.

— А что с Сон Джо Хоном? Какова его позиция?

— Он неожиданно сотрудничает. Благодаря ему, мы собрали немало полезной информации о Прометее.

Чон Бин передал ей папку. Хам Сок Джон нахмурилась, быстро пробежавшись по содержимому.

— А исследователь Га Ён?

— После того как она предложила своё тело в качестве подопытного для Прометея, её допустили в гильдию для медицинских проверок. Нужен кто-то, кто сможет быстро отреагировать, если возникнут побочные эффекты. По словам Сон Джо Хон-щи, он не вёл с ней серьёзных разговоров.

— Исключительно профессиональные отношения?

— Да, именно.

— А охотники, которые перебежали к Прометею?

— Он утверждает, что они пришли добровольно… но нам нужно будет спросить напрямую, чтобы выяснить, было ли какое-то принуждение. Однако…

Чон Бин опустил глаза, на его обычно мягком лице появилась странная, бесстрастная маска.

— Вопрос в том, способны ли они вообще говорить. По словам J, все они утратили рассудок…

— …

— Тем не менее, мы получили сообщение от гильдии Совон, что они разрабатывают противоядие. Похоже, Ли Са Ён-щи передал им планшет с подробной информацией о препарате.

— Это обнадёживает. Нужно будет восстановить и Мэтью…

— …

Хам Сок Джон глубоко вздохнула. Теперь оставался самый важный вопрос. Это был только первый шаг к неизбежному концу. Чем больше они говорили об этом, тем быстрее всё начинало разворачиваться. Постукивая пальцами по столу, она задала, казалось бы, праздный вопрос:

— Когда намечено следующее начало?

— Согласно прогнозам Бюро управления разломами…

Звук того, как Чон Бин сглотнул, был неожиданно отчётлив. С тяжёлым тоном он ответил:

— Оно может начаться уже через десять минут.

— …

— Но…

— Но?

Хам Сок Джон подняла взгляд. На лице Чон Бина было необычайно встревоженное выражение.

— Это состояние сохраняется уже несколько дней.

— …

— Как будто кто-то держит поводок слишком крепко.

***

— Ах, славные былые времена ~

— Вернётся ли когда-нибудь тот день?

Ностальгическая мелодия заполнила салон, а слова песни болезненно тянули за душу. Подвеска в виде медузы, свисающая с зеркала заднего вида, раскачивалась взад и вперёд. На шоссе не было машин. Отказались ли люди от путешествий, или те, кому нужно было уехать, уже отправились? Лишь бессмысленные мысли кружили в его голове. Сидя в узком пассажирском кресле старенького минивэна, Ча Ый Джэ ворчал:

— Эта песня такая древняя.

— Что? Это любимый караоке-трек номер 0 Чан Ми Сук-щи.

Раз это была любимая песня Чан Ми Сук, он не мог больше жаловаться. Ча Ый Джэ питал особую слабость к людям возраста своей тёти. Вместо того чтобы ворчать дальше, он опустил стекло и высунул руку наружу. Холодный ветер его не беспокоил; в конце концов, Скумбрия на водительском сиденье тоже полностью открыл своё окно.

Хотя Ча Ый Джэ знал, что Ли Са Ён был в Инчхоне, у него не было водительских прав. Поездка на метро сделала бы его заголовком всех новостей, а одолжить вертолёт у Бюро управления пробуждёнными было бы слишком обременительно для совести. Универсальный ключ, Маленькое чудо Со Мин Ги, оставался у своего владельца. В конце концов, он обратился к Скумбрии.

С усмешкой Скумбрия произнёс достаточно громко, чтобы его услышали:

— Ты же понимаешь, что это повлечёт расходы на поездку, верно? Я высоко ценимый труд, знаешь ли? Представляешь, сколько охотников хотят увидеть моё лицо? Я не создан для того, чтобы таскать людей, как водитель.

— Разве водитель человек не лучше, чем золотая рыбка?

— Ты недооцениваешь наши рыбьи навыки.

— Золотая рыбка не пройдёт полицейский пост.

Это было правдой. Золотые рыбки действительно были отличными водителями, но была одна серьёзная проблема. Если их остановит полиция и попросит предъявить права, у них ничего не будет! Предъявите ваши права. У меня их нет. J водит без прав? Рыбка за рулём. Простите? Всё превратилось бы в комедийный скетч. К счастью, Скумбрия кивнул, соглашаясь. Ча Ый Джэ постучал по изношенной двери машины.

— Где ты продал грузовик, раз притащил эту старую развалюху?

— Ой! Полегче. Эта малышка может развалиться, если просто топнешь ногой. Ей место в музее.

— Тогда зачем ты таскаешься на антиквариате? У тебя нет чего-то посолиднее?

— Извини, я старался! Все машины на выезде, это единственная оставшаяся.

— Чёрт…

Облокотившись на окно, Ча Ый Джэ тяжело вздохнул. Взглянув на выражение его лица, Скумбрия вдруг повысил голос.

— О, да ладно тебе. Ты ведь заплатишь за это, правда? Тут ещё комиссия по карте.

— У меня даже карты нет. Расплачусь магическими камнями. Разберись, как их продать.

— О, Наличные-ним. На самом деле, мы даже предпочитаем магические камни.

Магические камни. Ча Ый Джэ нахмурился, когда неприятные воспоминания начали всплывать на поверхность.

— Почему именно магические камни?

Скумбрия, положив одну руку на окно, а другую на руль, поднял руку и сделал круговое движение пальцем в воздухе. В тот же миг на руль набросилось несколько золотых рыбок. Значит, это был новый вид автопилота. Ча Ый Джэ прищурился.

— Ты же видел, какой хаос творится за рыбным рынком, верно? Это всё не бесплатно работает. Это наша способность, но её поддержка стоит дорого.

— И магические камни — это цена за обслуживание?

— Именно. Чёрт возьми, даже когда мы что-то зарабатываем, всё уходит на покупку магических камней.

Скумбрия поджал губы и недовольно пробормотал.

— Но чем ты вообще занимался всё это время, что даже не получил права?

— Я был в разломе на Западном море. А что?

— …

Атмосфера сразу напряглась. Внезапная серьёзность заставила Скумбрию тихо поднять стекло и крепче взяться за руль обеими руками. Золотые рыбки, недовольные тем, что их вытеснили, закружились вокруг головы Скумбрии в знак протеста. Ча Ый Джэ, подперев подбородок рукой, произнёс:

— Шучу я. Смеяться надо.

— О… ха-ха.

— Смейся громче.

— Ха-ха-ха!

Едва уловимый запах моря начал заполнять воздух. Ча Ый Джэ закрыл глаза, позволяя громкому смеху Скумбрии стать фоном. Он размышлял о том, что скажет первым делом, когда наконец встретится с Ли Са Ёном.

***

В Инчхоне находился исследовательский центр гильдии Падо. Основное направление работы центра было сосредоточено на изучении разломов и врат, но в нём также располагался огромный тренировочный зал для оценки способностей членов гильдии. Более того, здесь находилась и специальная тренировочная комната, предназначенная исключительно для Ли Са Ёна, способного плавить предметы.

Вуум… Зловещий звук проникал через плотно закрытую стальную дверь. Лязг, лязг — металлические удары друг о друга, хруст, хруст — звук ломаемых костей. Пэ Вон У, который слышал эти звуки уже не раз, мгновенно понял, что происходит. Он взволнованно мерил шагами пространство перед дверью.

— Эй, мы точно уверены, что всё в порядке? Я слышу, как ломаются кости. Может, его стоит вытащить оттуда?

— Наверное…

Хон Ё Сон, свернувшийся калачиком в кресле рядом со стальной дверью, поднял голову. Его Оценивающие глаза вращались быстрее, чем когда-либо. Его голова скрипела, поворачиваясь к двери, словно движимая чем-то механическим и полностью лишённая контроля. Он вытер холодный пот рукавом.

— Он не умрёт. Просто это будет адски больно.

— Это должно меня успокоить?

— У нас нет другого выбора. Если он не пройдёт через это, погибнем все.

Красная жидкость стекала по щеке Хон Ё Сона, капая на пол. Он прикрыл глаза рукавом, словно привык к этому. Пэ Вон У поспешно достал платок и прижал его к глазам Хон Ё Сона. Белая ткань быстро пропиталась красным, но Хон Ё Сон, несмотря на кровотечение, говорил спокойно:

— Если станет ясно, что он действительно умирает, я скажу тебе его вытащить. До тех пор не вмешивайся. Он этого тоже хочет.

— …

Пэ Вон У грубо почесал голову. Хон Ё Сон моргнул, прикрывая глаза платком. Даже с закрытыми глазами, даже истекая кровью, его Оценивающие глаза продолжали вращаться, отражая то, что скрывалось за стальной дверью. Что-то, скрюченное во тьме.

Лязг — цепи появились из ниоткуда, плотно обвивая сгорбленную фигуру. Глухие удары, удары… Это было настолько изуродовано, что едва ли могло называться человеческим. На мгновение из тёмной фигуры мелькнул фиолетовый свет, но затем он постепенно угас. Хон Ё Сон потёр болезненные глаза, чувствуя, как боль разрывает их изнутри.

— Ещё немного…

Глава 243

Минивэн, который мчался на скорости, вдруг замедлился почти до черепашьего хода. Прямо перед высоким небоскрёбом Скумбрия припарковал машину плотно к обочине, насвистывая, пока разглядывал здание.

— Ах~ честно говоря, я тут тоже впервые, — Скумбрия потёр ладони и облизал губы.

— Раз уж мы здесь, хотелось бы осмотреться. Чем дольше мы тут пробудем, тем лучше, знаешь?

Ча Ый Джэ подумал, что тот пришёл, чтобы уладить какие-то долги, но, похоже, у него были другие, скрытые мотивы. Ча Ый Джэ бросил на него косой взгляд.

— То есть ты пришёл сюда просто развлечься.

— Эх, если я пойду с тобой, это будет как бесплатный пропуск, верно? Всё-таки ты же J-ним.

Не совсем. Упрямый, как осёл, Скумбрия мог исчезнуть без следа, если решит. Ча Ый Джэ скрестил руки на груди, облокотившись головой на стекло.

— Мы сейчас не в лучших отношениях.

— Так помиритесь. Разве не для этого ты сюда пришёл?

Эта раздражающе жизнерадостная улыбка начинала действовать ему на нервы. Не ответив, Ча Ый Джэ осторожно выбрался из машины. Из-за тесноты его тело полностью затекло. Потянув руки, он громко зевнул. Скумбрия захлопнул дверь минивэна и посмотрел вверх на возвышающееся здание.

— Так вот… не похоже, что они просто так откроют нам двери, верно?

— Даже не надейся.

— И вряд ли он покажет мне своё лицо, верно?

— Вряд ли.

— Обычно, чтобы просто пройти через коридор, нужен пропуск сотрудника или посетителя. А с теми исследованиями, которые они здесь проводят, охрана наверняка очень строгая.

Ча Ый Джэ бросил взгляд на Скумбрию, словно спрашивая, есть ли у того какой-то план. Скумбрия с широкой улыбкой сделал пальцами жест, будто стреляет в воздух.

— Ну что ж, может, всё-таки попробуем войти?

***

«Ах, как же я не хочу работать».

Кубики льда тихо звякнули в стакане с кофе, пока самый младший сотрудник лаборатории гильдии Падо брёл по коридору с подносом, полным стаканов, на лице выражение, больше подходящее горному разбойнику, чем учёному в белом халате. Целый день смотреть на цифры на мониторе — это был какой-то новый вид пытки, а ещё эти бесконечные поручения от старших коллег.

«Да, работа стабильная, но…»

В последнее время даже это уже не казалось гарантией. Младший тяжело вздохнул.

Люди, собравшиеся в этой лаборатории, объединились с одной целью: открыть разлом в Западном море и спасти людей, застрявших внутри. Официально это называлось «исследование разлома», но все они работали ради этой миссии. Как раз в тот момент, когда их исследования должны были принести первые плоды, обновились рейтинги, и внезапно… появился J.

Люди были ошеломлены, а в лаборатории царил полный хаос. J, самый известный охотник, который вошёл в разлом Западного моря и практически стал национальным героем, вернулся сам, судя по всему, выбравшись из разлома самостоятельно.

Да, его возвращение было хорошей новостью, но тогда какой смысл в нашей миссии? Лаборатория обречена? Пока тревога за рабочие места захватывала всех, в лаборатории появился кто-то с зарплатными ведомостями в руках — охотник Ли Са Ён.

Однажды он появился из ниоткуда и сказал:

— Продолжайте делать то, что вы делали.

— Э-э… Да, хорошо…

— Но вам придётся добавить кое-что ещё к вашей работе.

— Кое-что ещё?

— Начните исследовать также эродированные подземелья. И вот это, и то.

Человек в чёрном, нависший, словно сама Смерть, лениво перелистывал толстую стопку папок. Один из старших сотрудников, заглянув в бумаги, застыл с открытым ртом. Младший быстро проверил содержимое. Внутри была собрана информация о всех известных эродированных подземельях: их местоположения, характеристики и множество других данных. С лёгкой улыбкой босс в противогазе произнёс:

— Данные могут быть неточными, так что… вам придётся подтвердить их на месте, верно?

«Босс…» Они проглотили слова, которые так и не решились сказать вслух.

Так или иначе, с того дня сотрудники лаборатории начали отправляться в командировки на исследования подземелий. Они всё ещё работали, но моральный дух был на самом низком уровне. Больше всех это ударило по увлечённому главе лаборатории, профессору Чану. Казалось, он выгорел: либо сидел апатично, либо спал, свернувшись калачиком где-нибудь в углу. Старшему исследователю приходилось его будить.

«А есть ли у этого места вообще будущее?»

После того странного дня, когда монстры посыпались с неба, их снова отправили на выездное исследование подземелий. И кто получил больше всех заданий? Конечно, самый младший. Он шмыгнул носом, вытирая его рукой, и почувствовал, как желание уволиться становилось всё сильнее.

Тут он услышал шум в коридоре. Как раз вовремя. Почему бы не посмотреть, как разворачивается офисная драма? Он так завидовал постам на Blind о разборках между J и боссом. Теперь он с интересом пошёл на звук шагов, волоча ноги. И тогда…

— Вы знаете, кто этот человек?

— Эй, потише...

— Этот человек в пять лет отрубил голову монстру третьего класса одним дубовым листом, а в восемь лет уничтожил восемь монстров первого класса одной сосновой шишкой!

— Заткнись! Извините.

Серебристые волосы качнулись, когда молодой человек с тёмно-синими волосами прикрыл рот своему компаньону и повернул голову. Первое, что заметил младший, — это высокий, стройный силуэт, а затем чёрная маска, скрывавшая всё лицо. Его взгляд на мгновение задержался на младшем, а потом отвернулся. До ушей донёсся искажённый голос.

— Я здесь, чтобы увидеть главу гильдии Ли Са Ёна. Он на месте?

— О-ох, глава гильдии сейчас не здесь…

— Ха, давайте не будем врать, ладно? Я уже знаю.

— Я-я, п-п-простите.

Руки младшего ослабли, и кофе упал на пол, разливаясь повсюду. Мысли о том, как его будут ругать старшие, давно вылетели из головы. Холодный ветерок пробежал по его ногам в тапочках, воздух наполнил запах кофе, но всё это уже не имело значения.

— J!!

Младший сделал шаг вперёд, но…

Шлёп—

Мир перевернулся.

Всё словно замедлилось. Невероятное выражение на лице тёмно-синеволосого юноши, шокированные лица сотрудников, даже J. Он увидел потолок. Вспомнил родителей, которые приходили на каждый его выпускной, от детского сада до университета, и свою собаку Поппи, ждавшую его дома. Это то, что называют «жизнь перед глазами»? Мама, твой младшенький падает. Он закрыл глаза.

И тут.

— …Эй, вы в порядке?

Может ли искажённый голос звучать успокаивающе? Младший с уверенностью мог сказать: да. Мир резко качнулся, и он открыл глаза, обнаружив чёрную маску в нескольких сантиметрах от своего лица.

— Вы в порядке?

— Э-э… ах!

Младший забился, пытаясь встать, но это было бесполезно. Чья-то твёрдая рука ухватила его за плечо и талию, удерживая. Как-то J успел подскочить и поймать его. Младший тут же хлопнул себя по щекам обеими руками и закричал:

— Ааа! Простите! Спасибо! J, J!

— Да, это я… Вы точно в порядке? Вы чуть было не ударились головой.

— Может, с его головой всегда было что-то… не так?

— Я, я, я фанат. Фанат, и… наша команда — фанаты, и профессор — тоже фанат…

— Профессор? — в глазах тёмно-синеволосого юноши блеснул интерес.

Он что-то шепнул J на ухо с озорной ухмылкой. J повернул голову к младшему, который застенчиво сцепил руки, будто подросток. J глубоко вдохнул и склонился чуть ближе.

— Так вы тут работаете?

— Э-э, да, да! Работаю!

— О… понятно. Вы из лаборатории, да?

— Как… как вы узнали? Вы экстрасенс?

— Просто догадка. У вас такой умный вид.

— Правда?

С самого подросткового возраста его называли только «разбойником». Теперь его грубое лицо покраснело. Где-то рядом послышался лёгкий смешок, а затем J мягко спросил:

— Я пришёл увидеть главу гильдии Ли Са Ёна.

— Да, да!

— Думаете, он может быть здесь?

— Я ничего не слышал… но могу проверить!

— Как? Мне интересно.

— Ну, могу спросить у старших… или в подвале есть тренировочный центр! Мы можем проверить журналы доступа! Даже глава гильдии оставляет запись!

— А… вы могли бы помочь с этим? Мне действительно нужно его увидеть сегодня.

— Н-но…

Стоит ли? Остатки здравого смысла тихо подсказывали ему остановиться. Но затем…

— Пожалуйста, я на вас рассчитываю. Хорошо?

Этот мягкий, искажённый голос окончательно уничтожил последние остатки его разума. Младший отчаянно закивал.

— К-конечно! Для J — всё что угодно!

Он вскочил на ноги и поспешно достал телефон. Где-то неподалёку ему показалось, что он услышал тихий вздох.

***

Исследователь, похожий на разбойника, сумел подтвердить, что Ли Са Ён, Пэ Вон У и некий загадочный человек действительно значились в журнале доступа. Он даже провёл их к лифту, ведущему в подвал, и одолжил им свою карту доступа. Вцепившись напоследок, он цеплялся за штанину J, не собираясь отпускать.

— Пожалуйста, посетите нашу лабораторию! Здесь так много людей, которые хотят встретиться с вами, J!

Потребовалось немало усилий, чтобы стряхнуть его — его хватка была такой же липкой, как присоски кракена. Скумбрия, который всё это время хлюпал носом, наконец вытер слёзы.

— Ах… Это было слишком смешно. Честно, я не ожидал, что ты так хорош в игре с «медовой ловушкой»! Это выглядело настолько естественно, что даже меня удивило.

Стиснув зубы, Ча Ый Джэ огрызнулся:

— Заткнись.

— Ну, это ведь сработало, верно? Шуму подняли достаточно, и кто-нибудь обязательно придёт проверить. Среди них могли оказаться твои преданные фанаты.

Болтливый Скумбрия продолжал трепаться. Ча Ый Джэ только вздохнул, откинувшись в угол тесного лифта, который продолжал своё движение вниз. Постепенно шумы стирались, сменяясь тишиной.

Скри-и-и-ип…

Зловещий звук наполнил пространство. Тук-тук — слабая вибрация ощущалась под ногами. Улыбка Скумбрии медленно угасла. Только он собирался что-то сказать, как Ча Ый Джэ прижал ему ладонь ко рту, сосредоточившись на звуке.

Глухие удары. Тук. Тук. Тук.

Звук чего-то, пронизывающего плоть и кости. А между ними—

Тихий стон.

Вены на руке Ча Ый Джэ выступили, как канаты.

Глава 244

— Зачем ты это делаешь?

Даже с закрытым ртом Скумбрия сумел пробормотать это. Ча Ый Джэ приложил палец к губам, сигнализируя ему замолчать. По мере того как они приближались к подземному месту назначения, звуки становились громче. Он что, не слышит? — подумал Ча Ый Джэ.

— Ты разве не слышишь?

— …Что?

— Прислушайся. Ты правда этого не слышишь?

Скумбрия опустил глаза, пытаясь сосредоточиться. Его лицо быстро напряглось. Он посмотрел на Ча Ый Джэ с беспокойным выражением.

— Это…

— …

Дзинь— лифт остановился, и двери медленно открылись. Первое, что они увидели, был Пэ Вон У, стоящий с серьёзным выражением лица и державший щит. Он, видимо, услышал лифт. Тот факт, что он был здесь, полностью вооружённый, означал...

«Ли Са Ён тоже должен быть здесь».

Скумбрия помахал ему рукой в знак приветствия. Жёсткое выражение на лице Пэ Вон У сменилось удивлением, а затем шоком. Дрожащей рукой он указал на Ча Ый Джэ.

— …J?

— …Привет.

— Нет, как вы… Постойте. Вы ведь не ломали сюда вход, да?

— Ну что вы! За кого вы нас принимаете? Мы попали сюда мирным путём — даже жизнь спасли!

— Скумбрия, что ты вообще здесь делаешь? У тебя что, дел нет?

— Я хожу туда, куда хочет мой гость ~ Эй!

Пока Скумбрия быстро отвлекал Пэ Вон У, Ча Ый Джэ проскользнул мимо него. Завернув за угол, он оказался в помещении с высокими белыми стенами. Он подошёл к плотно закрытой стене — вернее, двери. Зловещий звук исходил из-за неё.

Тук, тук, тук…

Есть ли какой-то способ её открыть? Или лучше просто сломать? Только он приложил руку к холодной двери, как Пэ Вон У, к которому Скумбрия уже успел прицепиться, закричал.

— Нет, нет, не открывайте это! Если вы откроете, будут большие проблемы!

Ча Ый Джэ холодным взглядом посмотрел на Скумбрию. Тот распластался на полу, вцепившись в Пэ Вон У, словно в консервную банку, его глаза нервно бегали.

— Прости, я сделал всё, что мог.

Не то чтобы я ожидал большего. Ча Ый Джэ постучал по двери костяшками пальцев.

— Что там внутри?

— …В любом случае, я не могу вам сказать, даже если вы J…

— Что, вашему, быстрее: объяснить или дать мне выломать дверь?

— Просто скажи ему.

Спокойный голос прервал разговор. Только тогда Ча Ый Джэ заметил его присутствие. Хон Ё Сон стоял неподалёку, словно не имел никакого веса — или, скорее, его присутствие было каким-то необычным. Почти эфемерным, не от мира сего. Лёгкий свист доносился, будто что-то вращалось с невероятной скоростью. Хотя его глаза были завязаны тканью, казалось, способность Оценивающих глаз всё равно работала.

— Услышать это имеет смысл… или, может, и нет?

— С такими вещами нельзя быть таким расплывчатым…

— Ли Са Ён там, да?

— …

Пэ Вон У медленно отвёл взгляд в сторону, его молчание выдало ответ. Ча Ый Джэ сжал зубы. Ужасные звуки, будто что-то пронзало плоть, продолжали раздаваться. Бах! Он ударил по двери, слегка помяв её. Дверь, похоже, была довольно прочной.

— Что, чёрт возьми, он там делает?

— Что мы можем сделать, если нет никакого способа? Успокойтесь, пожалуйста…

— Почему не может быть способа?!

Его крик сопровождался лёгким, почти невесомым ответом.

— Его действительно нет.

— …

— Как бы вы ни были искусны, даже вам это не под силу. С этим может справиться только Ли Са Ён.

— Что происходит? Хватит быть расплывчатыми, объясните мне чётко.

— Ли Са Ён, бывший страж разрушенного мира, сейчас сливает свою душу без особого сопротивления. Это значит, что он принимает полномочия и роль стража в полной мере.

Вокруг Хон Ё Сона, сидевшего на стуле ссутулившись, висел сильный запах крови. Его зелёный тренировочный костюм был пропитан тёмно-красной кровью вокруг воротника и груди, а вокруг стула лежали окровавленные полотенца. Однако голос его оставался твёрдым.

— Я просто немного использовал это. Представь, что я запираю дверь, чтобы убийца с ножом не ворвался.

— Ты вообще себя слышишь? Немедленно прекрати это.

Уголки рта Хон Ё Сона плавно изогнулись в слабой усмешке.

— Если я это прекращу, конец наступит без какой-либо подготовки. Это тебя устраивает?

— …

— Посмотри, прошло всего около недели, а я уже купил нам время. Но мы даже не смогли толком поговорить с этими странными людьми.

Неудивительно, что всё было так тихо. Несмотря на введённый запрет на разглашение, в мире, наполненном теориями о конце света, сложно было не думать о катастрофе. С того дня Ча Ый Джэ мучила мысль, что конец света может наступить в любую минуту. Он знал, что чем больше об этом думает, тем ближе это становится, но не мог перестать. Наверное, все чувствовали то же самое.

И причина, по которой этого ещё не случилось,…

— …

… заключалась в том, что кто-то удерживал конец.

Хон Ё Сон прижал полотенце к глазам и пробормотал:

— Если ты понял, оставь это мне и займись чем-то другим. Например, покончить с Прометеем… На самом деле, это было бы идеально. Думаю, уничтожение этих ублюдков — лучший вариант. Представь, они настолько сумасшедшие, что вызвали апокалипсис, — они заслуживают смерти. Чем меньше переменных, тем лучше…

Его тон показался странно умным. Это был тот другой голос. Ча Ый Джэ подошёл ближе и остановился прямо перед ним. «Хон Ё Сон» тяжело вздохнул, показывая макушку своих каштановых волос вместо лица.

— Я так и знал. Эй, друг…

— …

— Я же говорил, это твой последний шанс.

— …

— Ты думаешь, мне это легко? Вмешательство таким образом значит, что я беру на себя огромную ношу. А теперь, благодаря каким-то ненормальным, мы внезапно оказались на пороге апокалипсиса. Если ты сейчас вмешаешься, мы все погибнем, ничего не добившись. Ты правда собираешься выбросить свой последний шанс?

— Значит, ты собираешься пожертвовать Ли Са Ёном, чтобы выиграть время, пока мы не найдём решение?

— А почему бы и нет? Ты ведь сделал то же самое.

— …

— Почему для тебя это допустимо, а для Ли Са Ёна нет?

— Просто…

Почему-то он не мог выдавить из себя слова. Его горло словно сковало.

Было больше десяти причин, почему Ли Са Ён не должен был через это проходить. Проблема в том, что все они были личными. Потому что Ли Са Ён уже слишком много пережил, потому что он не должен был страдать, потому что он был слишком молод для этого, потому что Ча Ый Джэ не хотел, чтобы он мучился, потому что было достаточно того, что всё это выдерживал он сам, Ча Ый Джэ. Слишком мелкие причины, чтобы учитывать их, когда на кону стоит судьба мира.

Пришло время взвесить: мир или Ли Са Ён.

«Хон Ё Сон» покачал головой.

— Боже… Сколько бы миров ты ни прошёл, ты никогда не изменишь своё жертвенное отношение. Ты дважды провалился, пытаясь справиться в одиночку, и теперь хочешь попробовать снова?

— …

Ча Ый Джэ не ответил. Вместо этого он снова ударил по двери. Место, которое он уже помял, стало ещё глубже. «Хон Ё Сон» отбросил окровавленное полотенце. Вращающиеся глаза анализа уставились на Ча Ый Джэ, а по его щеке потекла струйка крови, оставляя алый след.

— Друг. Ты не убедил меня ни в чём. Ты правда собираешься пробиться туда силой?

— …

Ли Са Ён, оставшийся один в разрушенном мире. Ли Са Ён, запертый в узкой клетке в одиночестве. По правде говоря, время, которое Ча Ый Джэ занимал в жизни Ли Са Ёна, было, вероятно, очень малым. Но всё же он преследовал только Ча Ый Джэ. Что же мог Ча Ый Джэ дать ему взамен? Прогнать апокалипсис и подарить ему мирный мир? Нет.

То, чего он действительно хотел…

— Ли Са Ён сам это выбрал?

— Да. Он вызвался добровольно.

— …Я просто.

— …

— Я просто хочу…

Глухой удар. Его кулак, теперь ослабевший, снова ударил по двери. Ча Ый Джэ прижался к ней лбом и закрыл глаза.

— …просто быть рядом с ним.

— …

— Это ведь допустимо, правда?

В этот момент тяжёлая дверь начала двигаться. Медленно, словно позволяя ему войти, она приоткрылась.

— …

Внутри царила полная темнота. Тук, тук — звук чего-то, ударяющегося о землю, эхом разносился вокруг. Без колебаний Ча Ый Джэ шагнул в эту тьму. Что-то влажное пропитало подошвы его обуви. Воздух был пропитан сладковатым запахом крови.

Тук… Дверь за его спиной закрылась, окружив его абсолютной темнотой. Ча Ый Джэ медленно сделал несколько шагов вперёд. Тук, пол под ногами слегка задрожал. Тук, тук, скрежет… звук чего-то, что тащили по земле. В конце концов, Ча Ый Джэ остановился. Что-то в темноте шевельнулось. В тот же момент он услышал скрежет тяжёлых железных столбов, трущихся друг о друга. Цепи звякнули. В глубине тьмы слабым светом засветились фиолетовые глаза.

— …Ты здесь?

Хриплый голос прошептал. Ча Ый Джэ сел рядом с этим движущимся силуэтом. Рукав на стороне, которой он коснулся, начал намокать. Фигура пробормотала:

— …Я ужасно выгляжу.

— Всё в порядке. Я всё равно не вижу.

— …Почему ты пришёл?

Ча Ый Джэ на ощупь провёл по влажному полу, пока не нашёл что-то похожее на руку, и крепко сжал её. Рука дёрнулась, словно отпрянув, но Ча Ый Джэ сжал её ещё сильнее.

— Ничего особенного.

— …

— Просто… мне кажется, я никогда не был рядом с тобой…

— …

— В те моменты, когда тебе было хуже всего.

Казалось, он услышал слабый, низкий смешок. Металлический скрежет раздался снова, когда цепи заскользили по полу. Что-то медленно придвинулось ближе. А затем... тук... мокрая спутанная голова опустилась ему на плечо. Без тени сомнения Ча Ый Джэ обвил руками это спутанное, мокрое нечто, прижимая израненное, дрожащее тело к себе, впитывая всю его боль.

Глава 245

Тёмная комната была наполнена сладковатым, приторным запахом, который, казалось, сжимал лёгкие. Этот запах сводил с ума. Липкая субстанция, растёкшаяся по полу, скорее всего, была кровью Ли Са Ёна. Одежда, предоставленная гильдией Падо, едва защищала от токсинов — хотя бы не растворялась, хоть и была пропитана насквозь. Благодаря этому Ча Ый Джэ мог без колебаний держать дрожащее тело в своих руках.

Звяканье цепей звенело в ушах. Тяжёлое дыхание и болезненные стоны ощущались, словно кто-то дышал ему в затылок. К счастью, Ли Са Ён, похоже, избежал травм головы. Ча Ый Джэ провёл пальцами по липким, спутанным волосам.

— Когда это началось?

— …Несколько дней назад.

— Целый день?

— Только пару часов в день. Пока этого достаточно…

Голос Ли Са Ёна был таким хриплым, что напоминал звериное рычание. Ча Ый Джэ хотел похлопать его по спине, но тут же опустил руку, заметив, что там что-то густо вонзилось. Его спина была утыкана бесчисленными шипами. Это было чудом, что он ещё жив.

— Ты точно в порядке?

— Я в порядке… Похоже, от этого я не умру.

— …

— И тот, кто вломился сюда, и тот, кто снаружи, сказали то же самое… Думаю, так и есть.

— Как долго это должно продолжаться?

— Не знаю… Это просто чтобы выиграть время.

Ли Са Ён, видимо, услышал, как Ча Ый Джэ скрипнул зубами, потому что его тело в руках зашевелилось, сотрясаясь от тихого смеха. Сломанные руки Ли Са Ёна поднялись и обвили плечи Ча Ый Джэ, притягивая его ближе. Он выдерживал этот вес. Мокрые губы Ли Са Ёна коснулись маски Ча Ый Джэ.

— Итак… Как ты сюда попал?

— Ты внезапно исчез после того, как наговорил мне резких слов, так что я поспрашивал и нашёл тебя. А что?

— А, это… Ты всё ещё об этом?

— Всё ещё об этом? Ты сам себя слышишь?

Тело дёрнулось. Наконец, пытаясь перевести дыхание, Ли Са Ён пробормотал едва слышным голосом:

— Не смеши меня… Мне больно, когда я смеюсь.

— Ах, ты считаешь это смешным? Ты, сказавший мне всякую чушь про то, что я тебе не нужен…

— Мм… Это была моя ошибка. Прости…

— …

— Надеюсь, ты сможешь меня простить…

Что было такого в одном слове извинения, что вся накопленная обида мгновенно растаяла? Это было далеко не приятное ощущение — как его могли сломить одним сладким словом? Но всё же…

Сломанные ногти неуклюже провели по его маске.

— Снимешь… маску?

— …

Хотя Ли Са Ён мог легко снять её сам, он всё равно попросил разрешения. Эта зависимость, которая проявлялась каждый раз, когда ему было больно… Ча Ый Джэ прикусил губу, чувствуя, как тепло разливается по щекам и шее. Он знал, что это незрело, но всё же хотел, чтобы Ли Са Ён держался за него чуть дольше, жаждал его ещё сильнее, говорил, что он ему нужен.

Ему хотелось быть нужным чуть больше.

Ча Ый Джэ прошептал низким голосом:

— Снять?

Голова, покоящаяся на его плече, медленно кивнула. Ча Ый Джэ слегка взъерошил волосы Ли Са Ёна.

— Ответь вслух.

— Ты такой упрямый…

— А ты разве не такой?

— …

Мокрые пальцы прошлись по задней части шеи Ча Ый Джэ, и Ли Са Ён хрипло прошептал своим сломанным голосом:

— Сними.

В тот момент странное чувство удовлетворения захлестнуло Ча Ый Джэ. Удовлетворение? Нет… это было что-то более тёмное. Его руки слегка дрожали, когда он снял маску. Не дожидаясь ни секунды, влажные пальцы Ли Са Ёна коснулись его подбородка. Скользкое прикосновение прошло от линии челюсти, через щёку, к губам. Ча Ый Джэ легко коснулся языка кончиком пальца Ли Са Ёна. Во вкусе смешались железо и сладость.

— …

Голова, укрытая в изгибе его шеи, слегка отстранилась, и на мгновение в темноте Ча Ый Джэ почувствовал, как их взгляды встретились. Он протянул руку, обхватил лицо Ли Са Ёна, притянул его ближе и прижался губами к его влажным губам.

Губы Ли Са Ёна с готовностью раскрылись, принимая вторгнувшийся язык. Через вкус крови между ними пронзительно пробежала волна наслаждения. Влажные руки Ли Са Ёна вцепились в плечи Ча Ый Джэ, толкая его вниз, на мокрый пол. Ча Ый Джэ не сопротивлялся, позволяя уложить себя на липкую поверхность.

Толстый язык Ли Са Ёна грубо исследовал его рот. Каждый раз, когда он касался нёба, тело Ча Ый Джэ вздрагивало. Дышать становилось всё труднее. Стоило ему попытаться вдохнуть через нос, как приторный запах снова накрывал его волной. Колено Ли Са Ёна упёрлось между его ног. Ча Ый Джэ притянул шею Ли Са Ёна ближе. Их губы разомкнулись, и Ли Са Ён провёл влажными губами по его щеке.

— Хён… ах, как же хорошо…

Отчаянное, прерывистое дыхание опьяняло. Ча Ый Джэ прикусил ухо Ли Са Ёна, чувствуя, как его щёку увлажняют жадные, липкие прикосновения языка. Казалось, будто он был придавлен зверем.

«Может, это не так уж плохо…»

Эта мысль мелькнула, пока Ча Ый Джэ смотрел в абсолютную темноту, закусывая внутреннюю сторону щеки, и закрыл глаза. Его тело будто стало холоднее.

«Чёрт…»

Знакомый трепет пронёсся по его телу, разливаясь в самом сердце. Колено, вклинившееся между его ног, не давало о себе забыть. Слушая хриплое дыхание у самого уха, Ча Ый Джэ поглаживал затылок Ли Са Ёна, пытаясь его успокоить, но казалось, это только подливало масла в огонь. Ли Са Ён, словно обезумевший зверь, покусывал и облизывал его шею, подбородок, щёки, уши, даже глаза. Каждое прикосновение заставляло тело Ча Ый Джэ разгораться всё сильнее.

Нет, так не пойдёт. Не здесь. Ча Ый Джэ попытался приподняться, но в этот момент рука Ли Са Ёна твёрдо прижала его за плечо. Мимолётная вспышка фиолетового света в глазах Ли Са Ёна была дикой.

Натянутый голос пробормотал:

— Куда ты собрался…?

— Нет, это не… Са Ён, так нельзя.

— …Что нельзя?

Звяканье цепей и металлический грохот становились громче. Сознание Ча Ый Джэ постепенно прояснялось, возвращая его к реальности. Что он себе думал, позволяя втянуть себя в это с человеком, у которого в спине торчали железные шипы? Неужели он так поддался этому запаху? Ча Ый Джэ крепко схватил руку, скользнувшую к его талии.

— Не… здесь.

— …

«Понял ли он?»

Черный язык скользнул вверх по его шее, настойчиво покусывая. Ча Ый Джэ сжал веки.

«Не понял!»

Выбора не оставалось. Это было совершенно неподходящее место для подобного. Хон Ё Сон находился где-то рядом, наблюдая своими Оценивающими глазами. Собрав все силы, Ча Ый Джэ приподнялся. Ли Са Ён зарычал, явно недовольный.

Прежде чем руки Ли Са Ёна снова начали блуждать, Ча Ый Джэ схватил их. Он вспомнил, как Чон Бин однажды сжал его руки и сказал, что, как бы тяжело ни было, всегда важно всё обсудить. Подбирая слова, Ча Ый Джэ проговорил максимально твёрдо:

— Потом.

— …

— Не здесь, не сейчас, но потом. Понял? Не здесь. Ты понимаешь?

— …

— Эй, эй, ответь мне. Ответь.

Он не видел выражения лица Ли Са Ёна, но явственно чувствовал его недовольство. Руки в его хватке продолжали дёргаться, но Ча Ый Джэ не отпускал их. Если отпустит, кто знает, что Ли Са Ён может выкинуть.

Ли Са Ён пробормотал раздражённым тоном:

— Ты же сам меня поцеловал первым.

— …

— И зачем тогда ты лизнул мои пальцы?

Эти прямолинейные слова оставили его без ответа. В любом случае, именно Ча Ый Джэ всё начал! Ча Ый Джэ стиснул руки, которые пытались вырваться из его хватки.

— Это было!

— …

— Это было секундным помутнением.

— …Помутнением?

— Нет, не то.

— А… значит, это была ошибка? Все эти поцелуи и… лизание — просто случайность?

Сломанный голос Ли Са Ёна теперь пропитался сарказмом. Чёрт. Ча Ый Джэ не мог ударить человека, у которого в спине железные шипы. Он зажмурился и закричал:

— Нет, это не так!

— Не так?

— Я этого хотел, но!

— Но?

— Я… просто не хотел идти дальше здесь.

— …

Тук, тук, тук. Это был звук, с которым Ча Ый Джэ сам копал себе могилу. И он выкопал её довольно глубоко.

И всё же он не мог остановиться. Так или иначе, они уже успели обменяться несколькими поцелуями, и ни один из этих моментов не был простой ошибкой. Ли Са Ён был той драгоценной жизнью, которую он спас, тем братом, которого искал все эти годы, своей единственной семьёй. Но даже несмотря на всё это, Ли Са Ён был для него единственным.

Пальцы в его руках шевельнулись, слегка царапая его ладони. Ча Ый Джэ прикусил губу, опустив голову. Ему показалось, что он услышал тихий смешок.

— Ах… Я же говорил, не смеши меня.

— …

Ча Ый Джэ был готов лечь в ту самую могилу, которую только что вырыл для себя. Пока он легонько проводил пальцами по ладони Ли Са Ёна, тот наклонился ближе, внезапно высунув голову вперёд.

— Ну, если мы не закончим всё здесь…

— …

— Тогда когда и где мы закончим?

— Я… Я не знаю.

— Хм…

— Мир на грани краха… Слушай, разве ты не ради этого здесь? Чтобы остановить конец света?

— Ага… То есть ты хочешь сказать, после того, как мы остановим конец света?

— Что?

Как это всё к этому пришло? Глаза Ча Ый Джэ широко раскрылись от удивления, но Ли Са Ён, похоже, уже решил всё за них обоих. Влажные губы на мгновение коснулись его губ, а затем отстранились.

— Я могу подождать так долго.

— П-подождать чего?

— Тогда…

— …

— Вытащи меня отсюда.

Глухой звук. Тело Ли Са Ёна обмякло, как марионетка с перерезанными нитями, рухнув в объятия Ча Ый Джэ. Прижимая его к себе, Ча Ый Джэ уставился в темноту, оставшись лишь с одним сбивчивым замечанием.

— …Что?

Глава 246

Он… просто так потерял сознание?

— Эй, Ли Са Ён.

— …

— Ты спишь? Правда спишь?

Чтобы убедиться, Ча Ый Джэ внимательно прислушался и услышал негромкое, ровное дыхание. Держа Ли Са Ёна на руках, он неподвижно смотрел в темноту. Это было облегчением? Наверное, ведь тот не совершил ничего безрассудного. Хотя тепло, оставшееся после всего, все еще ощущалось.

И в этот момент тело Ли Са Ёна, которое до этого казалось тяжелым, стало чуть легче, а звук цепей исчез. Осторожно, Ча Ый Джэ провел рукой по его спине. Даже через одежду он чувствовал твердые мышцы, теперь без видимых ран.

«Он потерял сознание и… отключился?»

Он проверил его запястья, шею, руки и лодыжки. Кровь была, но никаких других заметных следов. После этого Ча Ый Джэ, опустив подбородок на его вытянутое плечо, тяжело вздохнул. Вот что они имели в виду под «он не умрет» — его тело оставалось в целости.

— Хаа…

В голове все смешалось. Ли Са Ён, который потерял контроль и бросился на него, и тот факт, что все это придется повторять. Как бы то ни было, Ча Ый Джэ не мог оставить Ли Са Ёна в этом месте. Нащупав в темноте свою маску, он надел ее. Поддерживая его за спину и ноги, он подошел к плотно закрытой двери.

Но как открыть эту дверь?

Когда он вошел, она открылась автоматически. Ча Ый Джэ с силой пнул дверь.

— Эй, открой дверь!

За дверью послышались шорохи, а затем с грохотом она медленно начала подниматься. Свет хлынул в темноту, поднявшись до уровня глаз обычного человека.

И то, что предстало перед Ча Ый Джэ, были бледные, перепуганные лица.

— …

— …

Глухой звук. Пэ Вон У, который стоял в ступоре, рухнул на колени, в то время как Скумбрия выпустил воду изо рта, так и не успев проглотить. Наконец, Хон Ё Сон, с покрасневшими глазами, осторожно посмотрел на него и заговорил.

— …Мой друг.

— Что?

— Ты его убил?

— Что значит «убил»? Он просто без сознания. Может, спит или… вырубился.

Ча Ый Джэ сделал шаг вперед, и Скумбрия тут же отпрянул, оттягивая за собой Пэ Вон У. Он поднял руку, как бы пытаясь остановить его.

— Э-э, стойте, хён-ним! Может, давайте, ну… сохранять безопасную дистанцию?

Что с ними не так? Уставший от всего, что произошло с Ли Са Ёном, Ча Ый Джэ раздраженно ответил:

— Безопасная дистанция? Перестань нести чушь.

— Подождите, хён-ним, ты сам-то видел, как сейчас выглядишь? Ну… ты похож на маньяка из ужастика.

— Чего?

— Если бы вместо Ли Са Ёна у тебя в руках была бензопила, картинка была бы идеальной. Эм… есть где-нибудь зеркало?

Скумбрия полез в карманы и инвентарь, после чего с торжественным «Ага!» вытащил маленькое зеркальце и протянул его Ча Ый Джэ.

— Смотри сам. Мы не преувеличиваем.

— …

В зеркале отражалась тёмная фигура с ног до головы, залитая кровью, держащая, на первый взгляд, беспомощную жертву. Маска Ча Ый Джэ была испачкана кровью, а руки и шея покрыты алыми пятнами. Он опустил взгляд на пол. На полу тянулись кровавые следы от его шагов, а под ним уже собиралась маленькая лужица. Ча Ый Джэ перевёл взгляд на человека у себя на руках — лицо Ли Са Ёна оставалось бледным и чистым, за исключением крови вокруг его рта.

«Почему он такой чистый после всего этого хаоса?»

Это казалось несправедливым. Но для остальных он, должно быть, выглядел, как убийца, обдумывающий, что делать с последним свидетелем. Пэ Вон У, очнувшись от ступора, неожиданно вытащил из своей сумки бутылку.

Тут же он открыл бутылку и…

— Простите меня, J…!

Плеск!

Он вылил жидкость прямо на Ча Ый Джэ. Нет, сказать «вылил» — это ничего не сказать. Это было скорее похоже на пощечину. Между ними повисла тишина.

— …

— Ого. Впечатляет.

Скумбрия, прикрыв рот рукой, сделал шаг назад, едва сдерживая смех. Несмотря на то, что его внезапно окатили какой-то странной жидкостью, Ча Ый Джэ не разозлился — Пэ Вон У не стал бы делать что-то без причины. Он провел рукой по влажным волосам и пристально посмотрел на него. Конечно же, Пэ Вон У, отбросив бутылку в сторону, внимательно его изучал.

— Эм… Вы как? Это ничего странного, просто антидот. Кровь Са Ёна ядовитая, так что одежда могла не полностью вас защитить.

А, вот оно что? Он сделал это, потому что беспокоился? Ча Ый Джэ мягко улыбнулся, хотя этого и не было видно.

— Все нормально. Для меня это ерунда.

— Но…

Хон Ё Сон поднял голову. Кровь перестала течь из его глаз, которые теперь остро всматривались в Ча Ый Джэ.

— Почему ты вышел так рано? Обычно он держится дольше.

— Он потерял сознание.

— Внезапно? Это странно… Ты ведь не перегрузил его или что-то в этом роде?

— …

Хон Ё Сон наклонил голову, глядя с искренним беспокойством. Ча Ый Джэ плотно сжал губы, не отвечая. Считать ли «перегрузкой» то, что он позволил облизывать пальцы, снять маску и поцеловать его? Все-таки у него есть чувство гордости. А Ли Са Ён, похоже, действительно был не в себе — набрасывался на него, как дикое животное, кусал, облизывал…

«Ах».

Ча Ый Джэ незаметно поправил воротник Ли Са Ёна, словно поддерживая его, чтобы скрыть любые следы, которые могли остаться. Хон Ё Сон, погружённый в свои мысли, тяжело вздохнул.

— Хм, я рассчитывал, что он продержится ещё час… Это нарушает мои расчёты.

— Это вообще работает?

— О, конечно. Никто не умеет сдерживать так хорошо, как тот Ли Са Ён из прошлого мира. Даже если это наполовину завершено, это эффективно.

— Но разве задача того мира Ли Са Ёна не заключалась в том, чтобы не допустить слияния разрушенного мира с нашим? Это ведь не останавливает апокалипсис, верно?

— Ха… вот почему невежественные люди — безнадёжны.

«Хон Ё Сон» покачал головой, его взгляд, полный зловещего интеллекта, на мгновение задержался. Тем временем Скумбрия, вытирая мокрый подбородок, пробормотал:

— Он всегда был таким? Я помню его более… расслабленным и рассеянным.

Скумбрия умел тонко намекнуть, что человек, о котором он говорил, не был слишком умным. Но, похоже, это не имело значения. Хон Ё Сон, указывая пальцем в воздух, словно разговаривал сам с собой:

— Как бы объяснить так, чтобы ты понял? Хм… давай попробуем так.

Его пальцы, заляпанные кровью, очертили в воздухе круг, и перед ними развернулась миниатюрная галактика. Длинный палец начертил окружность, формируя тёмную, зловещую красную сферу.

— Представь, что это огромная игра. Допустим, апокалипсис — это игрок, а эти миры — уровни игры, которые апокалипсис должен пройти.

— Это довольно кощунственная метафора, — пробормотал Скумбрия.

Игнорируя его слова, Хон Ё Сон продолжил. Тёмный круг двигался, поглощая одну звезду за другой в галактике.

— Как игрок, апокалипсис должен пройти каждый уровень. Это его цель и инстинкт. Но один из уровней так и не был полностью завершён — он остался на грани выполнения.

Быстро движущийся тёмный круг остановился перед одной из звёзд. Маленькая звезда, наполовину поглощённая тьмой, постепенно восстановила свою форму, мерцая неустойчиво, но всё ещё горя.

«Хон Ё Сон» указал своим пальцем на Ча Ый Джэ. Первый мир, где только J повернул время вспять. Этот мир чудом избежал полного разрушения благодаря его жертве.

— Так разве апокалипсис не захочет попробовать снова?

— …

— Конечно, захочет.

Остановившийся тёмный круг снова начал двигаться, полностью поглощая звезду, оставляя после себя лишь обломки. Некоторое время он замер, а затем направился к другой звезде.

Сколько времени прошло? Медленно, но верно, обломки начали восстанавливать свою прежнюю форму, хоть и были изранены и неполны. Тем временем чёрный шар, круживший вокруг, наконец остановился.

— Эй, уровень, который я точно прошёл, снова появился? Правда, выглядит он каким-то неполным. Странно, да?

— …

— Разве ты бы не вернулся, окажись на его месте?

— Вернулся бы. Из любопытства.

— Ну вот. Апокалипсис, конечно, не имеет личности, но если бы мы описывали его человеческими словами, то это примерно так!

С небольшим движением пальцев галактика и тёмный круг исчезли, оставив после себя лишь израненную звезду. Хон Ё Сон обвёл её рукой.

— Работа Ли Са Ёна — удерживать разрушенный мир и не дать ему распасться, накладывая его поверх нашего. Так на поверхности создаётся впечатление разрушенного мира.

— …

— Это вроде как приманка. Понял?

— …Значит, это всё равно не является фундаментальным решением.

— Точно. Это всего лишь отсрочка. Кто знает, когда оно это поймёт?

Тяжёлая тишина повисла между ними. В этот момент пальцы Ли Са Ёна, лежащего в руках Ча Ый Джэ, слегка дрогнули. Ча Ый Джэ тут же посмотрел на его лицо. Длинные ресницы, казалось, затрепетали, а затем медленно появились фиолетовые глаза. Они смотрели на Ча Ый Джэ пустым, рассеянным взглядом, и вдруг…

— …

Ли Са Ён поднял обе руки, обхватил шею Ча Ый Джэ и притянул его ближе. Ча Ый Джэ, ошеломлённый, не успел оказать сопротивления. И тогда…

Чмок.

Поцелуй лег на его маску.

Ча Ый Джэ уставился в пустоту перед собой. Он был уверен, что его лицо сейчас выглядит точно так же, как у остальных.

Глава 247

Он не остановился после первого поцелуя. С каждым новым прикосновением губ, множащимся словно эхо, лица стоявших напротив постепенно искажались в нечто странное. Даже его собственное лицо, скрытое за маской, приобрело двусмысленное выражение — наполовину улыбка, наполовину злость. В конце концов, Ча Ый Джэ прищурил глаза. Они не могли этого видеть из-за маски, но всё же.

— Повернитесь.

— …

Пэ Вон У и Хон Ё Сон молча развернулись к стене. Скумбрия опустил голову, но Ча Ый Джэ чувствовал, как тот косится на него. Он рыкнул:

— Я вижу, как ты двигаешь глазами.

— …

Наконец, Скумбрия тоже повернулся к стене. Чёрт. Ча Ый Джэ поправил хватку на Ли Са Ёне, который уткнулся лицом в его шею.

— Где его можно положить? У вас должно быть место для отдыха.

— Эм, да… на верхнем этаже.

Так что ему придётся тащить его на самый верх? Хотя это и научный центр, людей здесь явно хватало. В голове уже начали всплывать неприятные мысли о папарацци. Скумбрия, будучи профессиональным охотником за сенсациями, судя по всему, думал о том же. Или просто старался казаться невинным, насвистывая себе под нос.

Нет, этот парень, Ли Са Ён, он что, кошка? Почему его тянет в такие высокие места? В этот момент Пэ Вон У робко поднял руку.

— Если вам не трудно, я… я мог бы нести его вместо вас…

— …

Если бы он передал Ли Са Ёна Пэ Вон У прямо здесь, то смог бы исчезнуть без риска снова засветить своё лицо и имя. Однако он также представлял себе последствия, когда Ли Са Ён проснётся — тот наверняка вцепится в него, жалуясь: «Ты оставил меня?» или «Я разочарован».

«…»

Честно говоря, всё это были лишь оправдания. Он просто сам хотел это сделать.

Прикусив язык, Ча Ый Джэ произнёс:

— Проведите нас по самому тихому, незаметному и наименее людному маршруту.

***

Перед зданием, громыхая мотором, подкатил старенький, потрёпанный минивэн, а Пэ Вон У, не спеша, допивал энергетический гель. Из водительского кресла вышел Скумбрия, подняв руку в приветствии. Пэ Вон У лениво облокотился на минивэн и недовольно пробормотал:

— Эй, что за хлам ты водишь? Разве у вас нет денег?

— Хлам? Это наш преданный, проверенный временем партнёр, личный любимчик Чан Ми Сук-ним.

— Под хламом я имел в виду «классика», знаешь ли. У него такой… винтажный стиль и, эээ… прочная конструкция.

Пэ Вон У показал ему два больших пальца вверх. Скумбрия хмыкнул и поднял взгляд к зданию. J, который унёс Ли Са Ёна наверх, уже час как не выходил на связь. Перед глазами то и дело всплывала картина Ли Са Ёна, цепляющегося за J словно ребёнок — не по его части такая навязчивость. Обычно он появлялся, чтобы угрожать, раздавать странные приказы или требовать что-нибудь сложное.

«Чёрт, в моей голове должны быть только хорошие мысли».

Но сейчас она была чем-то загрязнена, испорчена до непоправимости. Этот ментальный шок было не так-то просто отбросить. Скумбрия тяжело вздохнул и протянул руку к Пэ Вон У, который без раздумий сунул ему пустую упаковку от геля. Скумбрия поморщился.

— Мне не мусор нужен, а компенсация. Медицинская компенсация.

— С какой стати тебе медицинская компенсация? Ты же вроде не ранен.

— Да ладно тебе ~ Я страдаю от психологической травмы. После увиденного у меня голова идёт кругом, я даже вести не могу.

— Всё равно заставишь золотую рыбку рулить…

— Ты даже не представляешь, как тяжело справляться с золотой рыбкой.

— Ой, заткнись. Медицинская компенсация, да… А!

Пэ Вон У резко схватил за воротник Хон Ё Сона, который слонялся поблизости, и потянул его вперёд. Тот лишь тихо выдохнул:

— Угх…

Пэ Вон У театрально поклонился.

— Раз уж ты всё равно туда направляешься, не мог бы взять этого парня с собой? Мне пора возвращаться. Я убежал.

— Что? Ты просто вот так спихиваешь на меня беглеца…

— Эй, я спасаю мир, так что кому какое дело? Просто тихонько всунь его обратно.

— Это не компенсация, а дополнительные расходы.

Скумбрия окинул Хон Ё Сона взглядом, пока тот беспомощно болтался в воздухе. Мудрый мастер, который недавно вещал о том, как охватить весь мир, теперь выглядел абсолютно пустым. Скумбрия ткнул его пальцем в щёку, и Хон Ё Сон с запоздалой реакцией пробормотал:

— Э?

Бесполезно. Скумбрия цокнул языком.

— У него мозги всмятку.

— Он иногда такой. Ничего страшного.

Если это не страшно, то что тогда страшно? Скумбрия быстро прикинул ситуацию. Несмотря на лишние хлопоты, убежище известного мастера стоило того, чтобы смириться с раздражением. Вздохнув, он всё же принял заторможенного Хон Ё Сона.

— Только в этот раз, ясно? В следующий раз или наличка, или магический камень.

— Да-да. Конечно-конечно.

Пока Скумбрия запихивал Хон Ё Сона на заднее сиденье минивэна, у входа в здание появилась тёмная фигура. Это был J, одетый в длинный чёрный плащ. Его влажные серебристые волосы поблёскивали в свете. Он неуклюже подошёл и встал рядом с Пэ Вон У.

— Простите, что заставил ждать.

— Да ничего… э?

Пэ Вон У подозрительно принюхался. Скумбрия, который присел рядом с машиной, тоже мельком взглянул на них. Его тёмно-синие глаза внимательно изучили J. Свободный белый свитшот под длинным чёрным плащом, мешковатые штаны, чуть влажные волосы — всё это складывалось в картину, которую он не хотел признавать. И как раз в тот момент, когда Скумбрия пытался выбросить эти мысли из головы, ничего не подозревающий Пэ Вон У выпалил:

— А, точно! Это же гель для душа, который я оставил в ванной для Са Ёна!

— …

Я не хочу это знать! Скумбрия сдержал порыв зажать Пэ Вон У рот от отчаяния.

Ему совсем не нужна была эта информация — что Ли Са Ён целовал J больше пяти раз, что J принимал душ в комнате Ли Са Ёна, одолжил его одежду и ушёл. Ему было плевать на их личную жизнь! Ну, может, немного любопытно, но лучше бы он не знал. Потому что знание чего-то лишнего могло означать, что J его убьёт. Рука Скумбрии слегка задрожала.

Тем временем Пэ Вон У, как всегда, ничего не замечая, радостно улыбался.

— О, так запах всё ещё держится! Приятно, да?

— Хаха, да. Очень.

— И этот образ вам идёт! Такой студенческий стиль — реально впечатляет!

Пэ Вон У снова показал ему два больших пальца вверх. J, изображая пустую улыбку, быстро осмотрелся. Затем его взгляд остановился на Скумбрии, который вцепился в минивэн, выглядя абсолютно подавленным. Без единого слова J передал ему всё своим взглядом:

Нам нужно убираться отсюда. Прямо сейчас.

Испытав те же чувства, Скумбрия мгновенно распахнул дверцу водителя и забрался в машину. В тот же момент команда золотой рыбки с грохотом захлопнула пассажирскую дверь. Скумбрия громко объявил:

— О, точно! Вспомнил, у меня суперважный клиент ~ Нужно срочно ехать ~ Кто не влез — остаётся.

— Ах… да-да, точно. Поехали.

J с хищной грацией запрыгнул на переднее сиденье. Пока они в спешке пристёгивались, Пэ Вон У медленно подошёл к минивэну и, тщательно подбирая слова, осторожно спросил:

— Кстати, как там Са Ён?

— …Я уложил его на кровать. Скоро проснётся.

— Понял. Спасибо. Благодаря вам мы сегодня быстро управились… Хаха. Спокойной ночи!

Скумбрия вдавил педаль газа в пол, и жизнерадостное лицо Пэ Вон У быстро уменьшилось до точки, а затем и вовсе исчезло. Только тогда они оба разом выдохнули.

— Хах…

— Хаа…

Затхлый воздух в минивэне наполнял оставшийся на влажных волосах и шее J аромат геля для душа. Нет, я не хочу знать. Без единого слова Скумбрия полностью опустил водительское окно. Машина содрогалась, словно отражая их встревоженные мысли. Но даже это не остановило его от того, чтобы украдкой посмотреть направо.

И там он встретился взглядом с J, который, расслаблено развалившись на пассажирском сиденье, смотрел прямо на него. Или нет, не казалось — они действительно встретились глазами.

Выбрал ли Ли Са Ён для него новую одежду или же J сам её взял — было неясно, но с воротника торчала нетронутая бирка. J молча опустил своё окно, позволив ветру растрепать волосы. Некоторое время он просто сидел в тишине, затем, облокотившись на подоконник, заговорил.

— Эй.

— Да, хён-ним?

— Сделай вид, что ничего не знаешь.

— …

— Скажешь хоть слово кому-то… Ха, клянусь…

J глухо выругался себе под нос, раздражённо проведя рукой по маске.

— Короче, если это всплывёт… Ха. Отвечаешь жизнью, понял?

— …

— Почему молчишь?

Скумбрия нервно сглотнул и осторожно покосился на J. Годы работы информатором, выработанный рефлекс выуживать интересные подробности — всё взыграло разом. И в конце концов, он не выдержал.

— Ты…?

Раздался скрежет зубов. Мощная рука схватила его за воротник, резко встряхнув.

— Я бы стал?!

— А-Ах, м-мы едем! Мы разобьёмся! Ааа, машина сломается!

— Скажи золотой рыбке, чтобы взяла руль!

Пока в передней части салона разгорался хаос, Хон Ё Сон, зажатый на заднем сиденье, тихо открыл глаза. Его золотые зрачки снова начали медленно вращаться.

Глава 248 - Второй конец

Примерно через три недели после того дня Бюро управления пробуждёнными провело тайную встречу с Прометеем. На встрече присутствовало лишь небольшое количество людей, и хотя точное содержание их обсуждений не было раскрыто, всех похищенных охотников передали гильдии Совон. Причина, по которой использовали слово «передали», была проста.

Глухой стук. Сухой кулак ударил по столу.

— Они невероятно жестоки, бешеные до такой степени, что пытаются укусить всё, что движется. Они даже не понимают, что перед ними. Они практически звери. Все до единого!

Даже несмотря на то, что их освободили из исследовательского центра, их всё равно пришлось изолировать.

Нам У Джин откинулся на спинку стула с недовольным выражением лица. Его волосы были спутаны, белый халат обгорел и смялся, а сам он выглядел так, будто не осталось ни одного места, которого бы не коснулся хаос. Марионетка позади него тут же начала приводить его растрёпанные волосы в порядок, как только он сел. Нам У Джин снял очки и поднял их перед собой, внимательно рассматривая. Чон Бин, сидевший напротив, тяжело вздохнул.

— Лечение невозможно?

— Мы исследовали этот вопрос. И даже продвигались, пока кое-кто не вмешался.

Нам У Джин раздражённо постучал пальцами по столу.

— Честно говоря… мы не боевая гильдия. Вы хоть представляете, как тяжело нам пришлось? И если уж передаёте нам их, могли бы хотя бы предупредить! Кто просто так скидывает на нас дюжину человек? Думают, у нас тут гостиница?

— Прошу прощения за это. Изначально часть из них должна была забрать гильдия Падо, но, ну…

Чон Бин покачал головой, выглядя обеспокоенным.

— Мы так и не смогли с ними связаться. Похоже, они чем-то заняты…

— Тск…

Нам У Джин раздражённо цокнул языком и скрестил руки на груди.

— Не буду слишком много говорить, потому что мы должны тому парню, но теперь у меня работы вдвое больше. Нам нужно больше людей.

— Вы говорите про управляющий персонал?

— Да. Члены нашей гильдии недостаточно сильны, чтобы усмирять обезумевших пробуждённых. Большинство из них склонны к интеллектуальной деятельности.

— Я поговорю с директором об этом. Но вряд ли это возможно.

— Почему?

— В самом Бюро управления ситуация тоже не слишком стабильная.

По лицу Чон Бина, обычно спокойному, пробежала тень.

— В Бюро работают не только пробуждённые. Возможно, среди нас есть кто-то, связанный с Прометеем, и мы уже заметили на это намёки… Мы не можем сузить круг подозреваемых, так что пришли к выводу, что с нашей стороны управлять этим будет слишком сложно.

— Думаете, они что-то замышляют? Ведь именно они передали их Бюро в первую очередь.

— Они могут убить их, прежде чем найдётся лекарство. Им тоже понадобятся свои собственные средства защиты.

Голос Чон Бина понизился. Он тихо вздохнул, прежде чем продолжить:

— Хотя сейчас мы временно сотрудничаем ради разрешения этого кризиса, на самом деле Бюро и Прометей несовместимы по своей сути. Их философии кардинально различаются.

— Это любопытно. Зная характер директора, я бы не удивился, если бы она отправила ударную группу, чтобы стереть их с лица земли.

Чон Бин лишь загадочно улыбнулся. Тем временем мальчик, который приводил в порядок Нам У Джина, закончил расчёсывать его белоснежные волосы и начал завязывать их. Нам У Джин пожал плечами, чуть откинув голову назад, пока мальчик аккуратно стягивал его волосы.

— Что, вас беспокоит, что они гражданские?

— …Масштаб оказался больше, чем ожидалось. Скумбрия-щи занимается расследованием, но даже если люди не знают имя «Прометей», их идеи распространились довольно широко.

— Идеи?

— Они считают, что нельзя полагаться на пробуждённых и что человечество должно справляться с трудностями самостоятельно…

— Хм, звучит возвышенно.

— Более того, после последнего инцидента они открыли небольшие консультационные центры в разных местах, помогая спасённым и леча гражданских. Они до сих пор оказывают поддержку тем, кто пострадал в то время.

— А, значит, у них хорошая репутация в местном сообществе?

— Да. Похоже, общий опыт боли довольно эффективен.

— Хитро. Они действительно попали в самое слабое место. Так вот почему вы ещё не предали огласке инцидент с Сон Джо Хоном?

— Да. В сложившейся ситуации раскрытие того, что глава одной из трёх ведущих гильдий… совершил такое, только ещё больше испортило бы имидж пробуждённых.

— Вы не сможете скрывать это вечно.

— Директор это тоже понимает.

Последовала короткая тишина. Мальчик аккуратно положил на стол чистый белый халат. Нам У Джин встал, сбросил обгоревший халат и надел новый, наконец-то приобретя хоть какой-то опрятный вид. Глубоко вздохнув, он поплёлся куда-то, лениво шаркая в своих тапочках. Наблюдая за тем, как тот уходит, Чон Бин опустил взгляд.

— Скумбрия-щи пришёл к выводу, что если мы бездумно их спровоцируем, то может разлететься история о том, что пробуждённый напал на гражданских… и даже о том, что это был охотник из Бюро управления пробуждёнными.

— Этот парень принял верное решение. Я бы с ним согласился.

Воздух наполнился насыщенным ароматом кофе. Нам У Джин налил себе чашку из кофейника и залпом её осушил. Его бледное лицо с тёмными кругами под глазами выглядело измождённым. Грубо проведя ладонью по лицу, он лениво поднял палец в сторону Чон Бина.

— Возвращайтесь. Я попробую попросить гильдию Падо или Пчелу выделить нам персонал для управления.

— Если вы не против, я буду навещать и помогать.

— Не говорите глупостей. Думаете, я не знаю, насколько вы загружены? Скорее всего, вас снова вызовут для съёмок в социальной рекламе под предлогом «улучшения имиджа». Я уже знаю, как думают эти большие шишки.

Возможно, попав в точку, Чон Бин лишь натянуто улыбнулся, не говоря ни слова. Это была именно та улыбка, которая идеально подходила самому востребованному охотнику в общественных кампаниях. Нам У Джин раздражённо махнул рукой в сторону мальчика.

— Проводи его до выхода.

— Понял.

Когда Чон Бин и мальчик ушли, Нам У Джин прикрыл глаза рукой. Его обожжённые глаза сегодня болели особенно остро, словно кто-то впивался в них зубами.

***

В коридоре инчхонского здания, где находилась исследовательская лаборатория гильдии Падо, располагался большой светодиодный экран. Обычно на нём транслировалась история гильдии Падо или ролики о наборе новых членов. Но сегодня всё было иначе.

[Бюро управления пробуждёнными всегда рядом с вами.]

На экране общественной рекламы появился Чон Бин — образцовый охотник, идеальный зять и госслужащий, с мягкой улыбкой протягивающий руку. Ча Ый Джэ, засунув руки в карманы, молча смотрел на его лицо на экране. Хотя прохожие время от времени бросали на него взгляды, он не обращал на них внимания.

«Похоже, это новая реклама».

Когда он скрывался от Ли Са Ёна на рыбном рынке, то успел пересмотреть все видеозаписи из коллекции Скумбрии, так как всё равно не мог заснуть. Среди них был целый сборник общественных реклам с Чон Бином, который, как объяснял Скумбрия, пользовался немалым спросом.

«Ах, я слышал, что эта реклама особенно популярна среди охотников-госслужащих…»

Говорили, что её просмотр в моменты эмоционального выгорания приносил хоть небольшое утешение. «Если Чон Бин может продолжать, то с чего бы мне жаловаться?» — эта мысль помогала обрести относительное спокойствие. Пусть это и не самый здоровый подход, но, по крайней мере, он приносил хоть какую-то пользу.

«И всё же, начальство заставляет его заниматься этим даже в такое время…»

Наверняка это было не то, чего хотел сам Чон Бин. Ча Ый Джэ раздражённо цокнул языком, когда вдруг услышал ровный ритм шагов позади себя.

— J, вы здесь.

Это был Пэ Вон У. Лёгким поклоном он поприветствовал его, почесав коротко стриженные волосы, и спросил:

— Вы снова собираетесь туда сегодня, да?

Ча Ый Джэ лишь молча кивнул, не удостоив вопрос ответом. Не сказав больше ни слова, Пэ Вон У повёл его вперёд. Они вошли в лифт и начали спускаться в подземный уровень. Казалось, время замедлилось, и тишина тянулась бесконечно, пока Пэ Вон У внезапно не заговорил.

— Я…

— …

— Я правда рад, что вы продолжаете приходить сюда, J.

— Почему вы так думаете?

— Ну, когда кто-то рядом в трудные времена, это… успокаивает, понимаете? Мне даже неловко говорить об этом, но я сам не смог бы долго продержаться под ядом Са Ёна. Да и, честно говоря… вы ему нравитесь больше, чем я.

— …

— В любом случае, мы уже на месте.

Пэ Вон У неловко почесал затылок и первым вышел из лифта. Ча Ый Джэ, игнорируя лёгкое щекотливое ощущение в груди, последовал за ним. Дверь, будто почувствовав его приближение, уже была приоткрыта.

На импровизированной постели напротив двери, раскинувшись, лежал Хон Ё Сон и, заметив его, поднял голову.

— О, уже здесь? Такой старательный.

— Всё равно больше заняться нечем.

— А как же… этот ваш Прометей?

— Мне приказали не вступать с ними в контакт.

Даже несмотря на то, что Бюро управления пробуждёнными использовало его при каждом удобном случае, Ча Ый Джэ не позволили присутствовать на встрече с Прометеем. Инструкции были жёсткими: если J вмешается, все условия аннулируются. Впрочем, он и сам не особо горел желанием туда идти, так что без лишних вопросов согласился. Но после собрания директор дала ему единственное предостережение: не вступать с ними в контакт.

Ча Ый Джэ мельком подумал о том, чтобы расспросить Чон Бина, но просто кивнул. Хон Ё Сон, внезапно занервничав, начал размахивать руками, и его Оценивающие глаза ярко вспыхнули.

— Ах, да почему! Почему бы нам просто не убить их всех?

— Думаешь, стоит так беспечно говорить об убийствах?

— Я ненавижу этих ублюдков!

— Думаешь, кто-то их любит? Я иду.

Не обращая внимания на бурную реакцию Хон Ё Сона, J шагнул в темноту. Его ботинки заскользили по влажному полу, и дверь за его спиной медленно закрылась. Он уверенно шёл вперёд, давно привыкнув к этому пути, пока не остановился, уловив слабое дыхание. Пара фиолетовых глаз пристально смотрела на него.

— Я здесь.

— …Добро пожаловать.

Тихий смешок отозвался эхом, и мокрые руки обвились вокруг его ног. Ча Ый Джэ провёл пальцами по влажным волосам, бережно гладя их.

Ли Са Ён всё больше времени проводил здесь. То, что «Око Апокалипсиса» так долго оставалось вне поля зрения, означало, что оно неотрывно следило за этим миром. Возможно, они проведут в этом месте весь день.

И он хотел остаться. Хоть немного дольше.

Мокрая рука медленно скользнула от его бедра к талии, обвивая его. Ча Ый Джэ присел на колени, крепко прижимая к себе тёплое, цепляющееся за него тело. Он тоже ощущал это инстинктивно.

Времени оставалось совсем мало.

Глава 249

Ча Ый Джэ сжал ладонями лицо Ли Са Ёна, которое напряглось от напряжения, и внимательно его осмотрел. Раздалось довольное урчание.

— Раз уж я не могу постоянно следить за ним, ты тоже заходи и проверяй его состояние!

Это скорее звучало как приказ, чем просьба, исходящая от уважаемого Хон Ё Сона. В таком состоянии Ли Са Ён казался более подверженным своим инстинктам, чем обычно. Он цеплялся крепче, жаждал прикосновений, тянулся к физической близости сильнее, чем в другое время. Стоило Ча Ый Джэ хоть немного отстраниться, как Ли Са Ён тут же выражал недовольство. Впрочем, возможно, прошлый разговор возымел эффект, потому что он не заходил за определённую черту.

Ча Ый Джэ внимательно смотрел на Ли Са Ёна, который терся щекой о его ладонь, и спросил:

— Ты в порядке?

— Я… могу терпеть.

— Как долго тебе нужно оставаться сегодня?

— Не знаю…

Ли Са Ён начал покусывать ладонь Ча Ый Джэ. Тот с мягким стуком опустился на влажный пол. Ли Са Ён тут же прижался к нему, заполнив собой его объятия. Железные цепи и прутья решётки больно врезались в руку Ча Ый Джэ. Но он не мог её убрать.

На сердце стало тяжело. Казалось, он ничего не мог сделать.

Поглаживая Ли Са Ёна по волосам, пока тот зарывался носом в его ключицу, Ча Ый Джэ закрыл глаза.

Какой во мне смысл, если я не могу сражаться?

Эта мысль неожиданно пронеслась в его голове.

***

Звонок от Пак Ха Ын раздался сразу после того, как Ча Ый Джэ закончил мыться в душе гильдии Падо. Он увидел пропущенный вызов и перезвонил, но услышал лишь её угрюмый голос.

— Дядя, ты можешь сегодня забрать меня? Только если не слишком занят…

Как он мог отказать после такого? Ча Ый Джэ тут же связался с Со Мин Ги. Тот, конечно, пожаловался, что его используют как личного водителя, но всё же приехал на старом грузовике к школе Пак Ха Ын.

Когда они прибыли, уроки как раз закончились. Ча Ый Джэ заметил маленькую фигурку, идущую, опустив голову. Он широко раскинул руки.

— Ха Ын-а!

Голова Пак Ха Ын тут же взлетела вверх. На её угрюмом лице расплылась яркая улыбка, и она со всех ног бросилась в объятия Ча Ый Джэ. Конечно, если бы она врезалась в него на полной скорости, то могла бы пораниться, поэтому он поймал её на бегу.

— Знаешь, нам сегодня дали домашку…

— Да?

Закинув на плечо её розовый рюкзак с персонажами, Ча Ый Джэ взял её за руку и направился к круглосуточному магазину, пока она радостно болтала. Они сели друг напротив друга на пластиковые стулья на террасе, и он вставил ей трубочку в йогурт. Пак Ха Ын сделала глоток и тут же ткнула пальцем в его волосы.

— Дядя, ты больше не красишься?

— Краситься?

Ча Ый Джэ приподнял упавшую на глаза чёлку. Даже когда он использовал дорогую краску с чернилами Кракена, чёрный цвет не держался долго. Он быстро тускнел, становясь сероватым, словно он его вовсе не красил. В последний раз окрашивание тоже уже начало сходить. Ча Ый Джэ пожал плечами.

— Да, решил оставить как есть. Как школа? Всё нормально?

— Вроде да… кроме скучных вещей.

— Почему скучно?

— Учитель заставляет нас сразу идти домой, не даёт оставаться в компьютерном классе или библиотеке. А все дети ходят в академии…

Пак Ха Ын болтала ногами. Тяжело ли ей ладить со сверстниками? Ча Ый Джэ попытался вспомнить свои школьные годы, но воспоминания о том возрасте были расплывчатыми. К тому же, она росла в мире, где существовали разломы и пробуждённые, так что её взгляд на вещи мог сильно отличаться.

Ча Ый Джэ открыл пакет со снеками и высыпал их на стол.

— Хочешь тоже ходить в академию, Ха Ын?

— Нет… Просто мне не с кем гулять.

— Потому что все в академиях?

— Ага. А теперь ещё и тебя нет рядом.

Макушка Пак Ха Ын выглядела особенно грустной. Должно быть, ей тяжело без компании сверстников. Даже если в школе у неё всё хорошо, она всё равно чувствует одиночество, когда после занятий никого рядом нет. Ча Ый Джэ смутно вспомнил своё детство.

— …Сейчас ещё есть секции тхэквондо? Как насчёт тхэквондо или хапкидо? Может, тебе будет интересно.

— …Дядя, а у тебя много денег?

Ча Ый Джэ, который не раз слышал от людей просьбы одолжить деньги из-за предположений о его богатстве, впервые столкнулся с таким прямым вопросом. Он ненадолго замолчал, а Пак Ха Ын, испустив взрослый вздох, сделала глоток напитка.

— Дядя, ты же безработный.

— Где ты вообще такие слова услышала…

— Мин Джи живёт с безработным дядей, и её мама всегда злится из-за этого.

— …

Ча Ый Джэ сделал вид, что ничего не услышал.

— Я же говорил, я работаю в гильдии Падо. У меня нормальный заработок.

— …

Это точно был взгляд ребёнка начальной школы? Пак Ха Ын уставилась на него с таким подозрением, словно без доказательств не поверит. Похоже, придётся сделать себе поддельную визитку. Почесав голову, Ча Ый Джэ сказал:

— В следующий раз покажу тебе свою визитку. Тогда поверишь?

— Ладно.

— А насчёт тхэквондо — если хочешь, можем начать уже в этом месяце. Я поговорю с бабушкой. Или хочешь записаться прямо сейчас?

Глаза Пак Ха Ын засверкали от радости. Она выглядела невероятно мило.

— Правда? Можно?

— Конечно. Ты уже выбрала место?

— Есть школа тхэквондо, куда ходит Мин Джи. Она рядом!

Пак Ха Ын радостно вскочила со стула, а Ча Ый Джэ последовал за ней, наблюдая, как она весело подпрыгивала, перекинув через плечо яркий рюкзак. Кажется, она немного подросла с их последней встречи. С тех пор как закрылся ресторан с похмельным супом, он не уделял бабушке и Пак Ха Ын должного внимания.

Надо быть внимательнее.

Следуя за Пак Ха Ын, они вышли на знакомый переулок — тот самый, где находился ресторан с похмельным супом. Шаги Ча Ый Джэ замедлились. Хотя он заходил сюда уже несколько раз после закрытия заведения, идти сюда вместе с Пак Ха Ын ощущалось иначе. Казалось, стоит сделать шаг — и он увидит ресторан, снова открытый для посетителей.

— …

Ча Ый Джэ специально отвёл взгляд от вывески с красными буквами, зная, что это невозможно. Но мысли о ресторане не покидали его голову. Он не думал, что бабушка снова откроет его — не с её больными коленями. Рано или поздно, вероятно, его продадут. Вернуться работать туда он уже не сможет.

— Уже почти пришли!

Маленькая фигурка Пак Ха Ын весело подпрыгнула и остановилась перед зданием, которое находилось чуть дальше по переулку. Ча Ый Джэ поднял голову. На наклейке был изображён милый тигр в белой форме, выполняющий удар ногой, а рядом красовалась слегка потёртая синяя наклейка с надписью:

[Тхэквондо пробужденных]

Теперь это слово «пробужденный» лепят куда угодно. Ча Ый Джэ скептически осмотрел место, а затем поднялся по лестнице. Доджан располагался в углу третьего этажа, его дверь была широко распахнута. Ча Ый Джэ заглянул внутрь. У входа валялись тапочки и детские ботинки, само помещение выглядело достаточно чистым. Изнутри доносились звонкие голоса детей и крики. Вроде бы ничего плохого. Пока Ча Ый Джэ собирался почесать подбородок, он почувствовал чьё-то присутствие.

— Чем могу помочь?

— О, я пришёл записать… Хм?

Глаза Ча Ый Джэ расширились, рот приоткрылся. Мужчина в белой форме перед ним выглядел точь-в-точь как Пэ Вон У, которого он недавно видел в Инчхоне. Ча Ый Джэ, понимая, что это невежливо, всё же не сдержался и указал пальцем на человека в униформе.

— П-Парень-щит!

— …

Выражение лица мужчины заметно помрачнело, но он тут же взял себя в руки и слегка поклонился, будто уже привык к таким реакциям.

— Он мой кузен.

— …Парень-щит? Или ты?

— Парень-щит — мой кузен.

— А-а, понятно… Да…

Они были так похожи, что Ча Ый Джэ легко мог бы поверить, что они братья. Кузен Парня-щита смерил его взглядом, затем улыбнулся Пак Ха Ын, стоящей рядом с сияющими глазами. Даже его улыбка была один в один, как у Пэ Вон У, отчего у Ча Ый Джэ пробежали мурашки.

— Это ученица, которую вы хотите записать?

— Да, всё верно.

— Я подруга Мин Джи! Она же тоже здесь занимается, да?

— Мин Джи… Чан Мин Джи? Да, она должна прийти минут через десять.

— Дядя! Я хочу заниматься здесь!

— Ладно, ладно…

Ча Ый Джэ уже немного выбился из колеи. Значит, этот инструктор был кузеном Парня-щита. Он бездумно кивал, пока тот объяснял учебную программу и расписание, когда вдруг его взгляд зацепился за кое-что в углу кабинета — оформленную в рамку фотографию. На снимке Парень-щит и инструктор стояли плечом к плечу, обняв друг друга.

Они жутко похожи…

Ча Ый Джэ скривился, но в этот момент в коридоре раздались торопливые шаги. Оба — и он, и инструктор — одновременно повернули головы. В кабинет вбежал ученик, выглядевший чуть старше Пак Ха Ын, с лицом, готовым вот-вот расплакаться.

— Инструктор!

— Что случилось? Что такого…

— Они снова пришли! Внизу… даже лестницу пытаются заблокировать!

— …

Лицо инструктора мгновенно посуровело. Он резко встал и слегка поклонился Ча Ый Джэ.

— Прошу прощения, но можем ли мы продолжить разговор позже?

— О, конечно. Мне можно пойти с вами?

— …Лучше не надо…

— Ну, вообще-то я пробуждённый. Пусть и D-класса, но всё же.

Ча Ый Джэ выдал ложь так естественно, словно давно привык к ней. Но лицо инструктора стало ещё мрачнее. Он медленно покачал головой.

— В таком случае я особенно советую вам не идти.

— Почему?

Издалека донеслись звуки — словно толпа выкрикивала что-то хором.

— Пробуждённые, убирайтесь…!

Лицо Ча Ый Джэ тоже напряглось.

Глава 250

«Что за…?»

— Простите. Я спущусь первым.

Инструктор быстро исчез вниз по лестнице. Ча Ый Джэ поднял небольшую рамку и снова посмотрел на фотографию. Они выглядели как настоящие братья. В этот момент Пак Ха Ын, которая бегала по доджану, заглянула внутрь.

— Дядя, что случилось?

— Ах… просто поиграй ещё немного. Дядя должен поговорить с инструктором.

— Хорошо!

Приглушённые голоса становились всё громче. Ча Ый Джэ поставил рамку на место и последовал за инструктором вниз. На полпути он остановился и выглянул через перила. У входа в здание собралась толпа. Люди были самых разных возрастов и полов, но все были одеты в белое, а некоторые держали плакаты.

[Пробуждённым нельзя доверять!]

[Преодолеем этот кризис своей силой!]

— …

Само по себе белое одеяние не было проблемой, но лозунги на плакатах и их крики, требующие ухода пробуждённых, вызывали беспокойство.

«Они из Прометея?»

Ча Ый Джэ нахмурился, изучая толпу. К его удивлению, среди лиц оказались знакомые. Несколько владельцев магазинов и местные жители, которых он часто встречал, когда работал в ресторане с похмельным супом. Обычные люди, не пробуждённые. Выглядевший респектабельным мужчина средних лет заговорил непринуждённо.

— Ну что, инструктор Пэ, вы подумали над моими словами?

— Не уверен, что понимаю, о чём вы.

— Ну же, вы ведь помните, что я говорил в прошлый раз? Я сказал, что было бы хорошо, если бы вы присоединились к нашей группе.

— Насколько я помню, тогда я уже отказался.

— Ну зачем же так сразу отказывать?

— Вы пришли сюда со всеми только потому, что я вас отверг?

— «Пришли со всеми»? Мы просто заглянули. Нам показалось, что было бы хорошо, если бы вы присоединились, вот и всё.

Инструктор покачал головой, его голос звучал твёрдо.

— Дети напуганы. Прошу, не собирайтесь здесь таким образом.

— Напуганы? Мы ведь тоже местные. Мы соседи.

Несколько человек одобрительно зашептались. Инструктор выглядел обеспокоенным, и Ча Ый Джэ тоже находил это странным. Эти люди не казались ему теми, кто поступает столь неразумно. Инструктор глубоко вздохнул, а затем тихо, но твёрдо заговорил.

— Если это продолжится, мне придётся вызвать полицию.

— Полицию? За что?

— За воспрепятствование ведению бизнеса. Вы перекрыли проход, которым пользуются дети.

— Хах… ну ладно, давайте посмотрим, что будет! Кхм…

Мужчина средних лет кашлянул, и вскоре остальные тоже начали откашливаться. Судя по всему, противостояние затянулось бы, если бы никто не вмешался. Пора было действовать. Хоть Ча Ый Джэ давно не брался за подобное, у него всё же был опыт.

Прикрыв нос рукой, он громко прокричал с лестницы:

— Инструктор ~! Мин Джи упала ~!

— …?

Инструктор удивлённо поднял голову и встретился с ним взглядом. С совершенно невозмутимым выражением лица Ча Ый Джэ продолжил, всё так же зажимая нос.

— О нет ~ У неё кровь на колене ~! Мин Джи плачет!

— …Я пойду проверю.

— Кхм…

Мужчина средних лет недовольно посмотрел на инструктора, а затем отвернулся. Люди, преграждавшие вход, начали постепенно расходиться, словно отступающая волна. Их выкрики «Пробуждённые, убирайтесь!» и приглушённый кашель постепенно затихали вдалеке.

Инструктор снова поднялся по лестнице и, оказавшись рядом с Ча Ый Джэ, вежливо поклонился.

— Спасибо. Благодаря вам они ушли быстрее.

— Такие люди часто сюда приходят?

— Хм… да. В последнее время их стало больше.

— Они принадлежат к какой-то подозрительной организации… или что-то в этом роде?

— Насколько мне известно, нет. Большинство из них — местные жители… Хотя тот, кто предлагал мне присоединиться, мне раньше не попадался.

— И что это за группа?

— Они говорят, что это просто социальный клуб, но… Я отказался. Это показалось мне подозрительным, да и… Я не особо люблю общаться с другими.

Инструктор жестом предложил Ча Ый Джэ подняться наверх. Они вместе пошли по лестнице. Ча Ый Джэ задумался. То, что пропагандировали эти люди, напоминало позицию Прометея. Если Прометей, популярность которого возросла в последнее время, уже обосновался здесь, а тот мужчина средних лет разжигал толпу…

— …

— Всё равно я стараюсь делать всё возможное, чтобы защитить детей. В это может быть трудно поверить, но…

Ча Ый Джэ поднял взгляд. Инструктор тёплым взглядом смотрел на вход в доджан, где сгрудились дети. Пак Ха Ын, прижавшаяся лицом к двери, тут же побежала к ним. Ча Ый Джэ присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне.

— Ха Ын, хочешь сюда ходить?

— Да!

— Вот её ответ.

Ча Ый Джэ усмехнулся, глядя на инструктора. Тот несколько секунд ошеломлённо смотрел на него, а затем тоже улыбнулся и кивнул.

— Понял.

— Но.

— Да, говорите.

— Вы правда не брат Парня-щита?

— …

Инструктор отвернулся, сделав вид, что ничего не услышал.

***

— Такое случается.

Щелк, щелк — громкие звуки нажатия клавиш эхом разносились по комнате. Прозрачные экраны, окружающие пространство, непрерывно менялись, показывая разные видео. В полумраке комнаты воздух наполняло лишь голубоватое свечение. Ча Ый Джэ отправился прямо на рыбный рынок сразу после того, как Пак Ха Ын завершила регистрацию. Он хотел выяснить, что именно произошло. Конечно, он не мог раскрывать свою истинную личность, поэтому пришлось слегка приукрасить, будто он просто случайно стал свидетелем.

Младший Скумбрия пожал плечами, разворачивая конфету, пока сидел рядом.

— В последнее время таких парней полно. Как ты умудрился одного засечь?

— Их и правда так много?

— Ага, разве я не говорил, что на рыбном рынке сейчас кипит работа? Все заняты поиском информации об этом. Нам даже пришлось вытаскивать минивэн.

Младший Скумбрия сунул в рот круглую конфету.

— Как ты и подозревал, сообщества Прометея появляются повсюду. Они сразу проникают в места, где царит тревога, предлагают утешение людям, потерявшим семьи или получившим ранения… в каком-то смысле напоминают религиозную благотворительную организацию, понимаешь?

— Это кощунство.

— Именно. Но для людей, которым не на что опереться и кто полон тревоги, это сладкое убежище. Люди жаждут внимания. Никто не может жить в полном одиночестве.

— …

— В общем ~ вот почему Бюро управления пробуждёнными тоже не может действовать поспешно. Тебя ведь тоже попросили не вмешиваться, да?

— Да.

— Всё больше людей узнают о мутациях пробуждённых, пусть даже это происходит из-за наркотиков. Недоверие растёт. Так что сейчас лучше не делать необдуманных шагов.

Скумбрия пожал плечами и растрепал волосы старшего брата. Тот лишь слегка втянул шею.

— П-прекрати меня трогать…

— Ну, скучно же, когда ты только уставился в монитор и меня игнорируешь.

— Кстати, что случилось с охотниками, которых там держали? Ты включил это в условия?

— О, так ты не слышал, хён-ним? Да, их передали в Бюро управления пробуждёнными. Но сразу же перевели в гильдию Совон.

— …

— Сейчас они работают над созданием антидота.

— И как они?

— У некоторых мутации уже начались, так что всё не так просто.

— …

— Ну, так уж и быть, бонусом скажу тебе кое-что…

Скумбрия бросил ему что-то. Ча Ый Джэ ловко поймал — это была банка с красным женьшеневым леденцом, источавшим горьковатый аромат.

— Они будут целиться в тебя. Постоянно.

— В меня? Почему?

— Не пытайся понять мысли безумцев. Просто будь осторожен. Не вмешивайся, если это не обязательно. Хотя ты не из тех, кто останется в стороне.

— …

— Сервис окончен! Ах да, насчёт дополнительной платы за то, что я играл роль водителя… Когда ты собираешься её заплатить?

— В следующий раз принесу. Оплачивать магическими камнями, верно?

— Точно ~

Скумбрия преувеличенно поклонился. В этот момент старший Скумбрия, который всё это время молча печатал на клавиатуре, заговорил.

— …Где-то ходит простуда?

— Простуда? Нет, с чего вдруг?

— …

За чёрной оправой его очков узкие цвета индиго глаза сузились. С лёгким щелчком экран сменил изображение, показывая торговцев на рыбном рынке. В разных уголках рынка они тихо кашляли. Этот кашель звучал слишком знакомо. Младший Скумбрия придвинулся ближе к экрану.

— Все кашляют одновременно? Что, они ходили на какую-то тайную вечеринку после работы?

— Это… маловероятно. Может, просто простуда, но…

Толпа, собравшаяся перед тхэквондо доджаном. Они тоже кашляли, когда уходили. Тогда это не показалось чем-то важным, и он об этом забыл. Ча Ый Джэ тихо произнёс:

— …Те люди, которых я видел раньше… тоже кашляли.

— …

Наступила тишина. Обычно расслабленное и улыбающееся лицо младшего Скумбрии слегка напряглось. Он вытащил телефон и, похоже, связался с кем-то. Старший Скумбрия негромко обратился к нему.

— J…

— Да, говори.

— Я-я думаю, стоит быть осторожнее… Может, я преувеличиваю, но всегда есть «а вдруг».

— …

Ча Ый Джэ молчал. В этот момент зазвонил его рабочий телефон, который ему дал Со Мин Ги. Звонил «Парень-Щит» — Пэ Вон У. Ча Ый Джэ нажал кнопку ответа, и тут же раздался громкий голос.

— J, J! Вы можете приехать прямо сейчас?

— Что? Внезапно? Куда?

— Что-то не так с состоянием Са Ёна! Пожалуйста, быстрее в Инчхон!

Его пальцы ослабили хватку на телефоне. Шум кашля с экрана стал ещё резче.

Глава 251

Ча Ый Джэ напряжённо вслушивался в звуки на другом конце телефона. Ему едва слышно доносились стоны боли. Это был голос Ли Са Ёна? Он стиснул зубы, провёл рукой по растрёпанным волосам и резко взглянул на младшего Скумбрию, после чего кивнул в сторону двери. Тот расширил глаза, указал на себя пальцем, затем пожал плечами, выглядя обречённо.

— Я сейчас же выезжаю. Можете отправить мне сообщение с кратким описанием ситуации?

Пэ Вон У едва смог сказать что-то ещё, лишь несколько раз повторив:

— Да, да, — и завершил звонок.

Ча Ый Джэ нервно постукивал ногой. Разве сегодняшняя операция под прикрытием не должна была уже завершиться? Что могло привести к такому резкому ухудшению? Конец? Он хрустнул костяшками пальцев, затем снова взглянул на Скумбрий.

— Что-нибудь странное происходило в последнее время?

— Странное? В каком смысле?

— В любом.

— Да вроде бы нет. То, что люди из Прометея собирают гражданских, уже известно директору и гильдиям, так что это не новость… Ну, разве что кашель? Но это похоже на преувеличение. Вирус мог просто резко распространиться.

— …

— Скорее всего, это просто обычная простуда.

— …

— Да и вряд ли Прометей использовал бы биотерроризм. Если бы они и решились на такое, то целились бы в пробуждённых, а не в гражданских, верно?

Младший Скумбрия ловко крутил ручку между пальцами. Ча Ый Джэ тоже хотел в это верить. Кашель был слишком распространённым симптомом, и в замкнутых пространствах инфекции легко передавались. Но его пальцы холодели, а тревога только нарастала. Ча Ый Джэ потер затылок. Его движения становились всё резче, пока он не начал царапать кожу ногтями. Младший Скумбрия тут же схватил его за руку.

— Прекрати, хён-ним! Ты поранишь себя.

— …Ах.

Ча Ый Джэ убрал руку с шеи и взглянул на неё. Кончики пальцев покраснели, и только теперь он почувствовал жжение. Он рассеянно моргнул, затем прикусил губу. Хорошо, что маска скрывала его выражение лица. Ему едва удалось кивнуть.

— …Просто отвези меня. Мне нужно как можно быстрее добраться до Инчхона.

На этот раз, когда он приедет, ему придётся поставить Хон Ё Сона с ног на голову, чтобы раздобыть несколько аварийных кнопок для экстренной эвакуации.

Младший Скумбрия шепнул что-то на ухо старшему брату, затем достал из инвентаря ключи от машины и покрутил ими в воздухе.

— Я доставлю тебя в целости. А ты, может, наконец подумаешь о том, чтобы получить водительские права, когда всё это уляжется?

Ча Ый Джэ рассеянно кивнул.

— Подумаю.

***

Чёрная жидкость брызнула на белый пол. Ли Са Ён дёрнулся, опускаясь на четвереньки, и начал выплевывать что-то темное и мутное. Каждый раз, когда его тело сотрясалось в жёстком кашле, на пол падали мелкие капли чёрной крови. Тёмное сгустившееся вещество медленно зашевелилось, словно обладало собственной волей. Ли Са Ён с трудом вдохнул, пытаясь приподняться, упираясь ладонями в пол. Но рука соскользнула в его собственной крови, и он не смог встать, судорожно хватая ртом воздух.

Держа перед собой щит и оставаясь на безопасном расстоянии, Пэ Вон У крикнул через плечо Хон Ё Сону:

— Что, чёрт возьми, тут происходит? Разве операция не должна была уже закончиться?

— Это было неизбежно. Он и так продержался дольше, чем ожидалось.

— Что? О чём ты вообще…

После завершения сегодняшней работы, J лично отнёс в постель Ли Са Ёна, и тот сразу же погрузился в глубокий сон. Пока вдруг не проснулся, шатаясь, спустился в подвал с мертвенно-бледным лицом. Он не успел даже шагнуть в темноту, как его ноги подкосились, и он рухнул на пол, захлёбываясь кровавым кашлем.

Золотистый отблеск Оценивающих глаз завертелся быстрее, когда Хон Ё Сон наклонился перед Ли Са Ёном.

— Ли Са Ён, ты меня слышишь?

Ли Са Ён медленно кивнул. В груди полыхал огонь. Горло жгло так сильно, что он едва мог дышать. Не колеблясь, Хон Ё Сон схватил его за подбородок и приподнял голову. С его губ на пол капала чёрная жидкость. Внимательно изучив его лицо, Хон Ё Сон раздражённо цокнул языком.

— Это ещё даже не началось по-настоящему. Похоже, оно пока только испытывает его.

Если он в таком состоянии ещё до настоящего начала, что же будет, когда всё развернётся в полной мере?

— Чёрт, с таким темпом он долго не продержится. Я схожу в мастерскую и принесу всё, что нам нужно. Не дай ему потерять сознание!

— Нет, ты не можешь просто уйти…!

Пэ Вон У попытался его схватить, но ловкий мастер уже исчез, оставив за собой лишь своё тело, безвольно осевшее на Ли Са Ёна, словно марионетка с обрезанными нитями. Спустя мгновение настоящий Хон Ё Сон протёр глаза и поднял голову.

— Э? Где это я…?

И тут его взгляд встретился с глазами Ли Са Ёна, полными ярости, даже несмотря на то, что тот продолжал захлёбываться чёрной кровью. Хон Ё Сон взвизгнул и тут же спрятался за щитом Пэ Вон У.

— Спаси меня!

— Подождите, а куда делся другой мастер?

— Хм? О ком ты говоришь? Я мастер. Но Ли Са Ён не выглядит хорошо. С ним всё в порядке?

Хон Ё Сон невинно моргнул. Чёрт, это была его бездумная версия. С печальным выражением лица Пэ Вон У мысленно помолился за Ли Са Ёна, который терпел мучения, даже не будучи в силах закричать. Он молился, чтобы J скорее пришёл — или хотя бы вернулся осмысленный мастер. Кто угодно, кто мог бы облегчить страдания Ли Са Ёна.

В этот момент раздался звон лифта. Двери плавно открылись, и в комнату ворвался тёмный силуэт, быстрый, как ветер. Это был J, его пепельно-серые волосы были растрёпаны.

Но, приблизившись, он резко замер при виде Ли Са Ёна, бьющегося в конвульсиях и захлёбывающегося кровью.

Странно, хотя выражение его лица оставалось непроницаемым…

Он выглядел испуганным.

***

Шорох… страница потрёпанной записной книжки переворачивается. Кончик дрожащего пера касается бумаги, и тут же — кашель, кашель — раздаётся новый приступ. После долгого спазма мужчина убирает руку от рта. На его сухой ладони размазаны следы крови. С трясущейся рукой он вновь берёт перо, которое только что отложил.

Юн Га Ыль наблюдала за его спиной. Она обеспокоенно спросила:

— Вы в порядке?

— Я в порядке… такая мелочь — ничего страшного.

— …

Возможно, из-за слабости, буквы, которые он аккуратно выводил в записной книжке, дрожали ужасно. Его почерк и раньше был далёк от идеального, но сейчас он был почти неразборчив. Юн Га Ыль придвинулась ближе, набросила на его худые плечи относительно чистое одеяло и пригладила редеющие белые волосы. Тем временем его дрожащая рука не останавливалась. Даже в мире, стоящем на краю гибели, он продолжал оставлять после себя что-то.

Наблюдая, как бумага заполняется чёрными чернилами, Юн Га Ыль вдруг спросила:

— А что, если никто не вспомнит?

— …

— Что, если даже сам факт, что вы оставили эти записи, будет забыт…

— Ты слишком пессимистична. Это не похоже на тебя…

— Я… простите.

— Не извиняйся.

Звук пера, скользящего по бумаге, был чётким. Мужчина снова закашлялся, алые капли брызнули на стол. Но ни одна из них не попала на записную книжку — он держал её обеими руками, защищая. Тяжело дыша, он моргнул. Его выгоревшие, выцветшие глаза неподвижно уставились на страницы. Странно, но в этот момент он выглядел душераздирающе печальным.

Мужчина закрыл старую коричневую записную книжку и закрепил её толстые страницы резинкой.

Юн Га Ыль, что ты пытаешься мне сказать?

Что мне делать?

Ответа не последовало. Юн Га Ыль прикусила палец, едва сдерживая рвотный позыв, и попыталась запомнить, как выглядела записная книжка. Должна быть причина, по которой она увидела это воспоминание. Без сомнений.

Мужчина, Нам У Джин, медленно повернул голову и спросил:

— Как пациенты?

— … Наконец-то есть эффект. Состояние тех, кто ещё не мутировал, значительно улучшилось, и даже у тех, у кого уже началась мутация… кажется, процесс, к счастью, остановился.

Мутация?

— Но уже слишком поздно.

— …

— Из-за этого мы потеряли слишком многих…

Мужчина устало закрыл глаза. Вскоре послышалось его ровное дыхание — он уснул.

Юн Га Ыль уже знала, как разбудить себя из снов. Она резко прикусила палец.

***

Юн Га Ыль открыла глаза. Оранжевый свет прикроватной лампы мягко освещал потолок. Всё ещё ночь? В комнате без окон было сложно определить, сколько времени прошло. Она глубоко вздохнула и села.

— Хороший сон?

Раздался голос.

Юн Га Ыль вздрогнула, резко втянув воздух. Совсем рядом с кроватью, скрестив ноги, сидела Га Ён. За стёклами её очков блеснуло отражение лампы — плохой знак.

Сколько времени она за мной наблюдала? Я что-то говорила во сне? Юн Га Ыль незаметно отвела взгляд, чувствуя липкий холодный пот на шее. Га Ён с улыбкой протянула ей стакан воды.

— Если просыпаешься так, вся в холодном поту, значит, что-то увидела.

— …Сколько вы здесь сидите?

— Хм, с тех пор, как ты начала ворочаться. Увидела по камерам.

Юн Га Ыль не взяла стакан. Вместо этого она резко ответила:

— Вам что, больше заняться нечем?

— Ох, всех подопытных уже перевели туда ~ Так что мне совсем нечего делать.

Под одеялом пальцы Юн Га Ыль сжались в кулак, скомкав простыню. Га Ён невинно улыбнулась.

— Мы же обещали, помнишь? Рассказывать друг другу всё.

— …

— Мы договорились сотрудничать.

Юн Га Ыль прикусила губу.

Га Ён медленно поднялась с кресла. В тусклом свете её очки снова зловеще сверкнули.

— Так расскажи мне. Что ты увидела?

Глава 252

Люди, сжимая в руках Библии, негромко перешёптывались, выходя из церкви. Гю Гю с улыбкой махал тем, кто его приветствовал, но как только все ушли, он осел, словно растекаясь по стулу. В этот момент к нему подошёл мужчина средних лет в строгом костюме с неодобрительным выражением лица.

— Не можешь сидеть прямо?

— Только что сидел прямо ~

— И что это за цвет волос? Какой пример ты подаёшь другим?

— А что с ним не так? Разве не мило?

— Мило? Ты выглядишь как хулиган. Постригись нормально!

— Ой, да ладно ~ Сейчас, чтобы запомниться, нужно что-то особенное. Разве не красиво?

Гю Гю подпер подбородок обеими руками и ярко улыбнулся. Его отец раздражённо фыркнул, отвернулся и ушёл. Стоявшая рядом мать тихонько засмеялась, прикрывая рот рукой, но тут же закашлялась.

— Да, красиво. Но не крась волосы слишком часто, ладно? Они испортятся.

— Даа, мааам.

Гю Гю протянул ответ специально жалобным тоном. Мать вздохнула, провожая взглядом удаляющуюся в коридоре спину мужа.

— Ты же знаешь, какой он… Постарайся его понять. В мире сейчас такое творится, он просто беспокоится о тебе.

— Да что тут беспокоиться? Я же здесь.

— Всё равно… Сейчас неспокойное время. Я даже хотела сказать тебе, чтобы ты не приходил сегодня.

— Почему?

Гю Гю моргнул, делая вид, будто ничего не понимает. Мать огляделась, понизила голос и крепко сжала его руку.

— Люди косо смотрят на охотников. Ты-то, может, проскочишь, потому что ты сын пастора, но…

Вот в чём дело. Неудивительно, что во время службы он ощущал на себе колкие взгляды. Гю Гю надул щёки с вызовом.

— Что на нас так пялиться-то?

— Ты правда не понимаешь? Говорят, что охотники… превращаются в монстров. Меня это пугает.

Гю Гю закатил глаза. Он сам несколько раз сталкивался с этим, работая с Пчелой. Но это случалось только с теми, кто подсел на определённые препараты, а не с каждым подряд. Его улыбка медленно угасла, но тут же сменилась беззаботным смехом. Он потянулся, демонстративно зевая.

— Что ещё за бред ~? Впервые об этом слышу.

— Ой, только не прикидывайся! Ты же охотник, как ты можешь не знать? Люди говорят, что видели, как охотники превращаются — тело покрывается шипами, черты становятся звериными… Все они когда-то были пробуждёнными.

— Ах, ну да, что-то слышал. Но кто сказал, что это пробуждённые мутируют?

— Люди в церкви! Некоторые сами видели… Все напуганы.

— …

— Так что, пожалуйста, будь осторожен. Если это правда происходит только с пробуждёнными, то и ты можешь…

На лице матери отразилась тревога. Правда, что те, кто злоупотреблял наркотиками Прометея, мутировали. Но утверждение, будто любой пробуждённый может превратиться в монстра, явно было слухом. Скорее всего, его же и распространил сам Прометей. Но если даже верующие из церкви начали в это верить…

«Директор вообще в курсе?»

Гю Гю задумчиво почесал свои растрёпанные волосы. Этот слух распространялся и за границей? Ведь он встречал иностранных охотников, уже сидевших на наркотиках Прометея — жаждущих острых ощущений гедонистов, которым требовалось нечто экстремальное, чтобы вообще что-то почувствовать.

К тому же…

«Они в последнее время совсем не выходят на связь…»

— …

Если копнуть глубже, наверняка вляпаешься в какую-нибудь головную боль. Но и игнорировать такое не получится, слухи звучали слишком серьёзно. Даже если эти ребята раздражали его, он всё равно беспокоился за них. Гю Гю тихо цокнул языком. А его мать в это время мягко похлопала его по руке.

— Я просто рада, что ты пока остаёшься в Корее. Ты всё время за границей, и я ужасно переживаю.

Она что, чувствовала, что он снова уедет? С улыбкой он сжал её руку.

— На самом деле, там даже безопаснее. Представь, я даже завтракаю хлебом. Так что не волнуйся.

— Я просто скучаю…

Она отвернулась, прикрыв лицо, и кашлянула. Гю Гю обеспокоенно спросил:

— У тебя простуда?

— Нет, не в этом дело, просто этот кашель никак не проходит.

— Ты ходила к врачу?

— Ой, я уже купила сироп от кашля. Не волнуйся.

— …

Гю Гю внимательно вгляделся в её лицо. Теперь, когда он задумался, во время службы он слышал немало кашля. Кашляла не только она. Надеюсь, это просто сезонная простуда… Снова широко улыбнувшись, он сжал её руку.

— В следующий раз принесу тебе имбирный чай ~ поможет с кашлем.

— Ох, мой заботливый мальчик…

Она раскрыла объятия, и он прижался к ней, уютно свернувшись. Но когда мать обняла его, с его лица полностью исчезла улыбка.

***

На плечо брызнуло что-то влажное. Влажный, сдавленный кашель срывался с губ Ли Са Ёна. Он судорожно цеплялся за Ча Ый Джэ, его подбородок дрожал на его плече. Тело было ледяным, словно у мертвеца. Ча Ый Джэ стиснул зубы. С того момента, как он увидел Ли Са Ёна, ползущего по полу и выплёвывающего кровь, перед его глазами стояло одно видение — он сам, склонившийся над чёрным гробом.

Ли Са Ён, лежащий внутри.

«Нет».

Ча Ый Джэ крепче сжал Ли Са Ёна. Рядом нервно переминался с ноги на ногу Пэ Вон У.

— Эй, эй, как долго ещё ждать, пока Романтичный открыватель доберётся?

Со Мин Ги, стоявший неподалёку, поправил встроенный наушник и ответил:

— Он только что прибыл в гильдию Совон. Дверь должна вот-вот открыться.

В этот момент в воздухе возникла массивная деревянная дверь. С громким, скрежещущим звуком она медленно распахнулась, будто не использовалась вечность. По ту сторону стоял Романтичный открыватель, сжавшись, держась за дверную ручку и с трудом сдерживая рвоту. Рядом с ним стоял Нам У Джин, в руках у него была смятая бумага и сломанная ручка.

С широко раскрытыми, побелевшими от напряжения глазами Нам У Джин быстро оглядел происходящее. Пэ Вон У быстро выкрикнул:

— Глава гильдии Нам У Джин! Пожалуйста, помогите с Са Ёном!

— Что за выражение лица? И что здесь делает J?

— Долгая история, пожалуйста, быстрее! Он всё ещё кашляет кровью.

— Хаа… Да что с вами всеми… Только суету разводите…

Нам У Джин раздражённо провёл рукой по лицу, отбросил бумагу и ручку в сторону, затем начал копаться в хаосе на столе, прежде чем спросить:

— Как долго дверь сможет оставаться открытой?

— Пока Романтичный открыватель держится!

— Что за расплывчатый ответ? Просто все заходите сюда!

— Вы уверены?

— Что займёт меньше времени: вам перебираться сюда или мне собирать оборудование и тащить его туда? Давайте уже, или вы хотите, чтобы он умер?

Нам У Джин раздражённо повысил голос. Ча Ый Джэ среагировал первым — он вскочил на ноги, крепко держа Ли Са Ёна в объятиях, и перескочил через порог, минуя Романтичного открывателя, с трудом державшегося за дверную ручку. Они вошли в импровизированную операционную Нам У Джина. Теперь он был в противогазе и плотных перчатках, указывая на коридор справа.

— Отнесите его в выделенную для него зону. Там нет риска заражения, так что поторопитесь, пока он не потерял ещё больше крови!

Мальчик-марионетка махнул им следовать за ним. Ча Ый Джэ, крепко прижимая Ли Са Ёна к себе, направился за ним в непроглядно тёмную комнату. Потолок, стены, пол — всё было чёрным, кроме нескольких предметов мебели и хирургического стола, сохранявшего свой естественный цвет. Ча Ый Джэ начал опускать Ли Са Ёна на стол, но…

— …

Крупная рука вцепилась в его плечо. Ли Са Ён судорожно держался за него, его едва заметно светящиеся фиолетовые глаза были затуманены, взгляд расфокусирован. Ча Ый Джэ встретился с ним взглядом.

— Ли Са Ён.

— …

— Всё в порядке.

— …

— Я никуда не уйду. Я здесь, рядом с тобой.

Губы Ли Са Ёна, испачканные почерневшей кровью, беззвучно дрогнули. Захват его руки ослаб, и его мутные фиолетовые глаза на миг закружились, прежде чем веки опустились. Ча Ый Джэ осторожно уложил его на стол и проверил пульс. К счастью, он всё ещё дышал.

Вскоре в комнату вошёл Нам У Джин, теперь полностью облачённый в противогаз и тяжёлый защитный костюм. Он прищурился, мельком взглянув на J.

— Смотрите, целёхонький.

— …

— Ну, если хотя бы одного удастся спасти — это уже что-то.

Нам У Джин, наконец, взял себя в руки. Его тон стал более собранным и деловым, когда он начал осматривать лицо и тело Ли Са Ёна. Он цокнул языком и жестом подозвал Ча Ый Джэ.

— Вы устойчивы к ядам?

— Да.

— Тогда помогите мне снять с него одежду.

— Простите?

— Мне нужно проверить, нет ли других ран. Просто снимите верх.

Чёрт. Ча Ый Джэ осторожно стянул с Ли Са Ёна промокший чёрный плащ, затем начал поднимать его чёрную рубашку, начиная от живота. Но Нам У Джин снова цокнул языком и сунул ему скальпель.

— Вы будете копаться в этом целую вечность. Просто разрежьте.

Чёрт возьми! Ча Ый Джэ взял окровавленную ткань и одним точным движением разрезал её посередине. Материя разошлась, обнажая крепкие мышцы и широкую грудь. Но прежде чем они успели обратить внимание на рельеф тела, их взгляды прикованы были к другому…

— …Похоже, он хорошенько сцепился с тварью, да?

— …

Огромная рана, тянувшаяся от живота до груди, медленно открывалась перед ними.

Глава 253

— Ч-что это…

Ча Ый Джэ осторожно положил руку на рану. Несмотря на её устрашающий вид, крови не было. Было ли это тем же, что и шипы, пронзившее его спину? Нам У Джин, наблюдавший за ним, нахмурился.

— Ну… ситуация срочная, так что попробуем хотя бы экстренное лечение.

Он протянул руку и положил её на рану Ли Са Ёна. Мягкий белый свет заструился из ладони Нам У Джина, плавно направляясь к сердцу Ли Са Ёна. Спустя некоторое время его бледное лицо обрело слабый оттенок цвета, хотя это было едва заметно на фоне его и без того светлой кожи.

— …Фух.

Нам У Джин тихо выдохнул. Капли пота выступили на его лбу и висках, и он прикусил губу, нахмурив брови. Лечение за счёт собственной жизненной силы — каждый раз оно оставляло его похожим на высохшую оболочку. Ча Ый Джэ, сам того не осознавая, схватил Нам У Джина за запястье, и поток света внезапно прекратился. Нам У Джин удивлённо взглянул на него.

— Ч-что… С чего это вдруг?

На мгновение перед глазами Ча Ый Джэ мелькнуло видение — иссохшая, словно мумифицированная, рука Нам У Джина наложилась на его нынешнюю, пока ещё здоровую. Он быстро разжал пальцы и склонил голову.

— Прошу прощения.

— …Всё в порядке.

Нам У Джин потер запястье, на котором теперь остался след от сильного хвата, несмотря на защитный костюм и перчатки. Ча Ый Джэ осторожно сделал шаг назад. Нам У Джин, внимательно изучая рану, пробормотал задумчиво:

— Я уже видел такую рану… Совсем недавно.

— Недавно?

— Да, когда появилось чудовище с огромной пастью. Тогда некоторые люди испытывали симптомы замерзания и жаловались на боль, хотя у них не было видимых повреждений.

— …

— Вы понимаете? Сначала появлялась боль, а потом — сами раны. Их нельзя было потрогать, нельзя было вылечить. А потом они исчезали.

— Значит, это…

— Та же аномалия, я думаю. Просто раны больше… и их гораздо больше.

К этому моменту всё тело Ли Са Ёна было покрыто ранами самых разных размеров. Ча Ый Джэ прикусил губу, пока Нам У Джин с бледными глазами внимательно осматривал Ли Са Ёна.

— Если это то же явление, что и в прошлый раз, то он должен прийти в себя, если подождать. Вероятно, он просто потерял сознание от невыносимой боли. Принеси обезболивающее.

— Да, хозяин.

Мальчик стремительно выбежал из комнаты. Нам У Джин вздохнул и скрестил руки на груди.

— Сейчас лучшее, что мы можем сделать, — это ввести ему обезболивающее и ждать. Даже если я попытаюсь его вылечить, это ничего не изменит. В прошлый раз было так же.

— И вы знаете, почему это происходит?

— А что тут ещё может быть?

Нам У Джин пожал плечами.

— Последствия апокалипсиса, скорее всего. Разница лишь в том, что сейчас это случилось только с Ли Са Ёном, а в прошлый раз пострадала группа случайных людей.

— …

Ча Ый Джэ стиснул зубы, наблюдая, как раны появлялись и исчезали снова и снова. Скорее всего, это были травмы, которые он получил в предыдущем мире.

Апокалипсис наблюдает за этим миром. Ли Са Ён, возможно, играет роль стража, пытаясь этому противостоять, но долго это не продлится. Сам факт того, что он держится так долго, уже чудо.

Мальчик вернулся, держа в руках флакон с лекарством и шприц. Нам У Джин осторожно ввёл иглу в вену Ли Са Ёна. Однако вскоре шприц почернел и растаял. Нам У Джин цокнул языком и взглянул на Ча Ый Джэ.

— Я принесу другой инструмент, а вы пока следите за ним.

С этими словами он вышел из комнаты вместе с мальчиком. Повисла тишина. Ча Ый Джэ поднёс палец к носу Ли Са Ёна, стараясь успокоиться, ощущая его слабое дыхание.

В этот момент послышались шаги, и в комнату, тяжело дыша, вошёл Хон Ё Сон. Он зашагал внутрь без защитного костюма, сосредоточенно осматривая раны Ли Са Ёна с помощью Оценивающих глаз.

— Как я и думал, как я и думал.

Хон Ё Сон, этот гений. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул.

— И где ты был всё это время?

— В моём милом доме. Нужно было уладить кое-какие дела.

Хон Ё Сон держал под мышкой аккуратно сложенную чёрную ткань. Ча Ый Джэ бросил на него взгляд и спросил:

— Ты вообще можешь это исправить?

— Если не смогу, то нам всем конец. Найду способ, так или иначе!

— …

Ча Ый Джэ наблюдал, как Хон Ё Сон торопливо что-то готовил, а затем внезапно заговорил:

— А могу ли я сделать это вместо него?

— Что?

— То, что сейчас делает Са Ён. Разве я не могу? В конце концов, я тоже был столпом, не так ли?

— Ха.

Хон Ё Сон застыл на месте, уставившись на Ча Ый Джэ с выражением полного недоумения, а затем покрутил пальцем у виска.

— Ты окончательно рехнулся, да? Друг, тебе… правда стоит начать лучше заботиться о себе.

— Разве это не разумное предложение?

— Мой друг… ты никогда не задумывался, почему никто тебе этого не предлагал? Разве ты не думаешь, что твоя душа может быть даже больше, чем у Ли Са Ёна?

— …

— Кроме того, ты один противостоишь апокалипсису — нет, забудь. Я не могу тебе этого сказать… пока.

Хон Ё Сон резко зажал рот рукой и покачал головой.

— У меня есть свои причины. И у тебя есть то, что можешь сделать только ты. Так что подожди.

— …

— В любом случае, я разберусь, так что не переживай.

Хон Ё Сон развернул полупрозрачную чёрную ткань и аккуратно накрыл ею тело Ли Са Ёна. Он тщательно проверил, чтобы каждый участок был покрыт, затем выровнял дыхание. Из груди он извлёк длинный чёрный меч. Он был очень похож на Клык Василиска. На рукояти тускло сияли синие письмена.

— В обмен на это… ты не увидишь меня какое-то время.

— Что?

В операционной, где не было ни одного окна, внезапно поднялся ветер. Он поднялся прямо с пола у ног Хон Ё Сона, развевая его длинные каштановые волосы, мягко касавшиеся плеч. В блестящих между прядями глазах отражался неестественный свет.

— Я наблюдал за всем этим очень долго. Скрывался в разрывах этого мира, был твоими глазами.

— …

— И я пришёл к выводу. Ты справишься.

Как только он произнёс слово «Конец», земля содрогнулась от глубокого гула. Тело Ли Са Ёна, скрытое под тканью, задрожало, как будто внутри него бушевала буря. Слово «ты» застряло в голове Ча Ый Джэ. Это было слово, которое, казалось, исключало самого Хон Ё Сона.

Хон Ё Сон подошёл к Ли Са Ёну, подняв меч высоко над головой. Затем, грубым от мозолей указательным пальцем, он прямо указал на Ча Ый Джэ.

— Найди подземелье.

— Подземелье?

— Ты сможешь вернуть разрозненные воспоминания. Те, что оставил твой прежний «я».

— Ты говоришь о Мемориальном подземелье?

Хон Ё Сон лишь улыбнулся, не отвечая. А затем…

Фвух—

Он вонзил меч в собственный живот.

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Несмотря на то, что клинок прошёл точно через центр его живота, ни капли крови не вытекло. Вместо этого движение Оценивающих глаз Хон Ё Сона стало замедляться. Его зелёный спортивный костюм слегка колыхнулся, когда он пошатнулся. Ча Ый Джэ тут же схватил его за плечо, удерживая от падения.

— Эй, ты совсем с ума сошёл?! Что ты творишь?!

— Не волнуйся… Настоящий Хон Ё Сон не пострадает.

— Ты серьёзно?! Это ли то, что нужно говорить в такой момент?! Ты —!

— Я… изначально не должен был здесь оставаться.

Хон Ё Сон судорожно вдохнул. Медленно вытащил меч. Лязг, — оружие безвольно упало на пол. Он перевёл дыхание, а затем неожиданно толкнул Ча Ый Джэ с неожиданной силой. Тот пошатнулся, но быстро восстановил равновесие. «Хон Ё Сон» раскинул руки в стороны.

— Я здесь!

…

— Да, призрак разрушенного мира здесь!

…

— Доказательство твоего провала!

Грохот… Гром прокатился с оглушительной мощью, заставляя пол дрожать. Стены и потолок содрогнулись, словно в них вселилось что-то потустороннее. Бум. Бум. Бум. Что-то огромное приближалось. Леденящий холод пробежал по спине Ча Ый Джэ.

Он знал, что его ждёт.

Он понимал, что «Хон Ё Сон» только что совершил.

Ча Ый Джэ смотрел на него, не в силах даже моргнуть. Вскоре дрожь стихла. В какой-то момент рядом с ним открылся бездонный чёрный разлом. Хон Ё Сон обернулся и посмотрел на Ча Ый Джэ в последний раз. Его друг улыбнулся.

— Береги себя, друг.

Золотое сияние вырвалось из его тела, зависло в воздухе на мгновение, а затем было втянуто в чёрный круг, словно его потянула невидимая сила. В тот же миг разлом исчез бесследно, вместе с огромной тенью, которая, казалось, могла разорвать всё пространство надвое.

Тело Хон Ё Сона резко пошатнулось, а затем рухнуло на пол, словно у куклы оборвались нити. Ча Ый Джэ, тяжело дыша, уставился в пустое пространство, где только что исчез круг.

— …Хон Ё Сон.

Ответа не последовало.

Глава 254

В неподвижной тишине Ча Ый Джэ потер подошвой обуви о пол. Скрип, скрип… Этот звук был единственным, что удерживало его в спокойствии. В это время он положил руку на грудь Ли Са Ёна поверх ткани, проверяя его пульс, а затем передвинул обмякшее тело Хон Ё Сона, прижимая пальцы к его носу. Нам У Джин, который ушёл за инструментами, так и не вернулся. Ни следа кого-либо ещё. Постепенно Ча Ый Джэ начал погружаться в страх, о котором, как ему казалось, он уже забыл.

Примерно через двадцать минут Хон Ё Сон открыл глаза. Скрип, скрип… Резкий звук чего-то скребущего по полу разносился эхом. Он схватился за пульсирующую голову и приподнялся, только чтобы увидеть J, который сидел на стуле и небрежно водил по полу длинным мечом, наблюдая за ним.

Хон Ё Сон моргнул, растерянно, а затем пробормотал:

— …Убийца?

Тут же он зажмурился, готовясь к опровержению. Но вместо того чтобы отрицать, J отбросил меч в сторону, шагнул вперёд и присел перед ним, внимательно изучая его.

— Ты… в порядке?

— А? Да. А что?

— Твоя грудина… Ладно, неважно.

Разумеется, он ведь пронзил себя этим самым мечом. J — Ча Ый Джэ — бросил быстрый взгляд на меч, который только что откинул в сторону, сглотнув невысказанные слова. Быстрый осмотр показал, что на теле Хон Ё Сона не было ни следа, ни даже пятна на белой футболке. Тот моргнул, затем откинулся назад, опираясь на руки, и пожал плечами.

— А, это? Не переживай. Я позволил ему занять моё тело с моего разрешения.

— Ты точно в порядке?

— Всё нормально! Тем более, он знал куда больше, чем я. После того, как я позволил ему использовать моё тело, в моей голове появилось множество новых знаний. Это было не так уж плохо.

— …

— И…

Хон Ё Сон потер рот, в его глазах мелькнули слабые символы.

— Ли Са Ёну больше не придётся этим заниматься. Теперь приманкой стал другой.

— …

— Поскольку он скрывался гораздо дольше, чем Ли Са Ён, он будет более заманчивой мишенью.

— Это… знания, которые он оставил?

— Думаю, да. Кажется, я стал умнее!

Нет, дело было не в этом. Ча Ый Джэ покачал головой; Хон Ё Сон по-прежнему выглядел до наивности беспечным. Потрогав свои щеки, он вдруг добавил:

— И тебе не нужно так беспокоиться. Возможно, это прозвучит странно, но…

Он пожал плечами.

— Я почувствовал… огромное облегчение. Как будто, наконец-то, знаешь?

Было бы логично чувствовать что-то подобное. С самого первого конца света он скрывался в тенях этого мира, наблюдая, как проходит время. Всё ради одного обещания.

«Друг».

Ча Ый Джэ не помнил, чтобы когда-то был ему другом. И всё же Хон Ё Сон всегда называл его так. Мир, который он любил, исчез в потоке времени, но он изо всех сил старался сдержать обещание. Действительно ли это была искренняя убеждённость или просто способ удержать себя от падения — узнать было невозможно.

Возможно, потому что он слишком хорошо понимал эти чувства, Ча Ый Джэ вдруг ощутил странное жжение в носу. Он моргнул, радуясь, что на нём была маска. Хон Ё Сон потянулся и тяжело вздохнул.

— Ах… Как-то одиноко. Пусто, знаешь?

— …

— Эй, утешь меня, Ккокко!

— Ккокко здесь нет.

— Да…

Вместо отсутствующей Ккокко, Хон Ё Сон тихо протянул руки к Ча Ый Джэ. Тот не стал обнимать его полностью, а просто протянул одну руку. Хон Ё Сон обхватил его предплечье, вцепившись в него, как коала.

После короткого молчания Ча Ый Джэ спросил:

— Тот другой «ты» сказал мне идти в подземелье. Как ты думаешь, что это значит?

— А? В смысле? Наверное, он просто имел в виду… иди в подземелье!

— …

Стоило ли его оттолкнуть? Ча Ый Джэ слегка напряг руку, давая понять, что может это сделать. Почувствовав угрозу, Хон Ё Сон поспешно добавил:

— Ну, может, в этом есть какой-то более глубокий смысл…?

Его глаза метнулись в сторону, прежде чем он широко ухмыльнулся.

— Но я понятия не имею! Думаю, узнаем, когда туда попадём!

— Хах…

Ча Ый Джэ глубоко вздохнул. В этот момент тишину нарушил шорох ткани.

Под чёрной тканью Ли Са Ён медленно зашевелился.

Ча Ый Джэ резко оттолкнул Хон Ё Сона в сторону и вскочил на ноги. Тот вскрикнул, закружившись на месте.

Ча Ый Джэ отодвинул немного ткань, закрывавшую лицо Ли Са Ёна. Его бледное, изящное лицо теперь приобрело немного цвета. Его веки дрогнули, а затем медленно открылись.

— …Хён?

— …Да.

Ча Ый Джэ протянул руку и накрыл его глаза ладонью.

— Я здесь.

— …

Его сухие губы едва шевельнулись. Казалось, он пытался сказать «Хорошо». Его учащённое сердцебиение постепенно замедлилось. Ча Ый Джэ закрыл глаза, слегка склонив голову, ощущая, как его холодная кожа согревается от прикосновения.

***

Чон Бин протянул руку в воздух. Белый пепел осел на его раскрытой ладони. В отличие от снега, который со временем тает, пепел остаётся — он лишь продолжает накапливаться. Однажды он покроет весь мир.

Стоявший рядом напарник озабоченно пробормотал:

— Долгое время было спокойно, а теперь пепел снова вернулся…

Это был плохой знак. Чон Бин сглотнул тяжёлые слова, не желая усиливать тревогу, которая, вероятно, уже ощущалась всеми.

— Вам нужен зонт, руководитель группы?

— О, да. Спасибо.

Вместо того чтобы озвучить своё беспокойство, Чон Бин одарил его мягкой улыбкой. Напарник передал ему длинный зонт, и Чон Бин раскрыл его чёрный купол. К этому моменту белый пепел уже бесшумно, но заметно покрывал землю тонким слоем.

Рядом раздался тихий кашель. Чон Бин бросил взгляд на напарника, который дал ему зонт.

— Простудился?

Тот почесал шею и ответил:

— Не думаю, что это простуда… Просто немного першит в горле.

— Береги себя. У Бюро управления пробуждёнными сейчас и так хватает забот.

— Да, конечно.

— И…

Чон Бин слегка приподнял левый рукав, чтобы взглянуть на часы, затем снова посмотрел на напарника, который продолжал тихо покашливать, и тепло улыбнулся.

— Иди домой пораньше и отдохни. С этим заданием я справлюсь сам.

— Но…

— Я же сказал, забота о себе важнее всего.

Чон Бин мягко похлопал нерешительного напарника по плечу, отправляя его обратно к зданию Бюро. Оставшись один, Чон Бин тихо наблюдал за падающим с неба пеплом, а затем сделал шаг вперёд.

***

Гильдия Совон, приёмная.

Когда чашка наполнилась наполовину, в воздухе разлился тонкий аромат. Юноша, наливший чай, плавно отступил назад и покинул комнату. Марионетка должна была закончить оказывать первую помощь Ли Са Ёну. Нам У Джин поднял чашку, на его лице отразилось раздражение.

— Явилась без предупреждения и тратишь моё время. Даже не удосужилась назначить встречу.

— У меня не было выбора — это срочно. Я, кстати, сообщила Бюро управления пробуждёнными.

— Если бы не это, я бы здесь не сидел. Что случилось?

Мозолистая рука учёного сжала ручку чашки, круглые очки блеснули в свете. Сидевшая на диване Га Ён была в коричневом пальто вместо привычного белого лабораторного халата. Она улыбнулась.

— Я слышала, что здесь находится мой старый коллега, и у меня есть предложение для вас, доктор.

Отпив глоток, Га Ён элегантно поставила чашку и мягко улыбнулась.

— Я хочу работать с вами. Чтобы противостоять апокалипсису.

— Ха, а ты знаешь, кто устроил этот апокалипсис? Ты ещё смеешь просить меня о помощи, когда я и так не нахожу времени на сон из-за того бардака, который вы устроили. И почему я должен тебе доверять?

— Конечно, я не пришла с пустыми руками ~ У меня есть антидот… нет, даже лекарство для вас.

— Что?

Брови Нам У Джина нахмурились. Га Ён хихикнула и убрала за ухо выбившуюся прядь волос.

— Я всё знаю о тех подопытных, которые оказались здесь ~ И знаю, что вы неустанно работаете, чтобы их восстановить. Честно говоря, я искренне восхищаюсь этим.

— …

— Но у нас мало времени, не так ли? Вас ждут куда более важные дела. Я предлагаю сэкономить вам время, которое вы могли бы потратить на более продуктивные усилия. Например…

Она подняла палец.

— …Предотвращение апокалипсиса.

Нам У Джин фыркнул, положив подбородок на руку.

— Ты говоришь так, будто знаешь, что будет дальше. Будто можешь что-то с этим сделать.

— О? Я бы не стала поднимать этот вопрос, если бы не знала. Юн Га Ыль-щи теперь с нами. Как и провидец.

— …

Глаза Нам У Джина сузились, его мозолистые пальцы отстукивали ритм по подлокотнику кресла. Га Ён наклонилась вперёд, тихо прошептав:

— Следующий апокалипсис — это чума. Болезнь.

— …

— Вы ведь понимаете, да? Перед болезнью все равны — неважно, молод ты или стар, пробуждённый или обычный человек… Она уравнивает всех.

Глава 255 - Расследование

— Осторожно!

Плоский каблук стремительно ударил в живот.

— Угх! Ак!

За жестоким звуком последовало тело, перекатившееся в угол. И в тот самый момент, когда оно исчезло с места…

Бах!

Толстый белый хвост с грохотом обрушился вниз. Цементная стена, в которую он попал, разлетелась вдребезги, поднялось облако пыли. Сквозь него смутно виднелся неоново-желтый жилет. Ян Хэ Джин, та, что нанесла удар, цокнула языком и повысила голос.

— Эй, ты в порядке?

— Угх… Я… Я в порядке…

Когда пыль немного улеглась, стало видно, как новичок, сжимая живот, кашляет. Она почувствовала легкое чувство вины, но быстро отмахнулась от него. Уж лучше, чтобы его ударила ее нога, чем этот хвост. Ян Хэ Джин протянула руку в воздух и выхватила пару красных боевых топоров. Их вес идеально улегся в ладони.

Монстр перед ней напоминал огромного двуногого крокодила, но все в нем было белым — даже грубые чешуйки. Крокодил раскрыл пасть. Даже внутри он был белым?

Ян Хэ Джин наклонила голову из стороны в сторону, разминая шею. Она впервые сталкивалась с таким монстром, так что требовалось собрать информацию. Крепче сжав топоры, она высоко подпрыгнула в воздух. Первым делом…

«Проверим его силу!»

Она подняла обе руки и со всей силы опустила топоры на шею крокодила. Шмяк! Лезвия легче, чем ожидалось, прорезали чешую и плоть, раздробив кости. Белая жидкость брызнула в стороны. Крокодил взревел, а Ян Хэ Джин лишь крепче сжала рукояти.

«Он не такой крепкий, как кажется…»

На самом деле, даже слишком мягкий? В голове мелькнуло подозрение. Крокодил из последних сил попытался ударить хвостом, но ее топоры еще глубже вошли в шею. Наконец, его голова с глухим стуком упала на землю. Когда массивное тело обмякло, Ян Хэ Джин прижала его к спине, цокнула языком и смахнула с топоров белую жидкость.

— Ах, надо было закончить это почище.

— Э-это… всё?

— Да, покончено. У тебя с собой есть пробирка? Думаю, эту штуку тоже стоит проанализировать.

— Сейчас…

Новичок, шатаясь, поднялся на ноги и подошёл, передавая ей маленькую пробирку и полотенце из своего инвентаря. Ян Хэ Джин вытерла руки полотенцем, надела перчатки и собрала жидкость, сочившуюся из шеи монстра. Прозрачная, молочно-белая жидкость по консистенции напоминала кровь. Она нахмурилась.

— Разве не стало больше таких странных монстров?

— Да! Определённо больше, чем раньше. Они похожи на монстров из эродированных подземелий…

Ян Хэ Джин провела рукой по скелету монстра. Твёрдые кости и мягкая плоть, покрытые белым порошком, с головы до ног, даже на месте отреза. Его особенности действительно напоминали особых монстров, встречающихся только в эродированных подземельях. Если такие бродят по улицам…

Она подошла к отрубленной голове крокодила.

— Были сообщения о монстрах, вырвавшихся из эродированного подземелья?

— Эм… вроде бы нет. Вообще, никаких сообщений!

— Совсем ни одного?

— Да! Всё верно.

— Опять гильдии скрывают информацию?

— Не может быть… После того случая они не посмеют провернуть это снова, верно?

— Тогда почему эти штуки появляются?

— Может, где-то открылся разлом?

— Если бы разлом открылся, мы бы тут не стояли, а нас уже отправили бы туда. Чёрт…

Ян Хэ Джин раздражённо взъерошила волосы, затем махнула рукой новичку.

— Пока что… просто передадим это. Пусть разбираются.

— Понял!

— Как только закончим здесь, обратимся к гильдиям, специализирующимся на эродированных подземельях, за сотрудничеством. Готовься.

— Да, мэм!

Новичок быстро пришёл в движение. Ян Хэ Джин присела перед раскрытой пастью монстра, всё ещё широко разинутой. Она заметила кое-что, чего раньше не видела.

— …

Ян Хэ Джин достала из заднего кармана небольшой фонарик и посветила в пасть существа, пробегая пальцами по внутренней стороне челюстей. Она бросила взгляд на новичка.

— Эй… зубы у крокодилов острые, да?

— А? Да, очень острые! Они треугольные.

— Вот и я так думала…

Но зуб под её пальцами был тупым и прямоугольным, без единого заострённого края. Даже то, что казалось клыками, было закруглённым по сравнению с крокодильими. Эти зубы скорее напоминали…

— …

Ян Хэ Джин осторожно ощупала зубы существа, затем провела языком по своим коренным зубам. Это было похоже не столько на крокодила, сколько…

Разве не напоминало строение человеческих зубов?

***

— Запрос на расследование эродированного подземелья?

Глухой стук. Ча Ый Джэ отложил ручку и поднял взгляд. Пэ Вон У, стоявший перед столом главы гильдии, заложив руки за спину, кивнул.

— Да, это официальное уведомление от Бюро управления разломами. Они говорят, что им нужна более детальная информация о монстрах из эродированного подземелья.

— С чего вдруг?

— Появились слухи, что монстры, похожие на тех, что встречаются только в эродированном подземелье, начали появляться здесь… Похоже, охотница Ян Хэ Джин столкнулась с одним из них. Им нужна более точная информация.

Раздался лёгкий шелест — Ли Са Ён пошевелился. Ча Ый Джэ взял у Пэ Вон У планшет и взглянул на него. К уведомлению было прикреплено фото огромного монстра с отделённой от тела шеей. Полностью белого монстра. Он напоминал тех, что встречались в разломе Западного моря.

Пэ Вон У почесал затылок.

— Пчела сказал, что уведомление отправили не только в нашу гильдию, но и во все гильдии, занимающиеся эродированными подземельями. Отказываться причин нет, так что, возможно, будет лучше согласиться на расследование…

— …

Ча Ый Джэ увеличил изображение. Зубы, видневшиеся в разинутой пасти существа, по форме напоминали увеличенные человеческие. К комментарию прилагалось замечание о том, насколько это отличается от монстров, похожих на аллигаторов.

Ча Ый Джэ тихо вздохнул.

Пэ Вон У, всё ещё держа руки за спиной, прочистил горло.

— Кхм. Но, эм… J?

— Да?

— Почему вы сидите за столом главы гильдии?

Ча Ый Джэ скользнул взглядом к дивану в офисе главы гильдии. Проследив за его взглядом, Пэ Вон У направился туда. На диване, закутавшись в клетчатый флисовый плед, вольготно раскинулся Ли Са Ён. Он лениво моргнул и совершенно без стыда ответил:

— Чего уставился?

— …Что ты тут делаешь?

— Я болею.

— Тогда тебе не в больнице надо быть?

— Не настолько болею, просто нехорошо.

— То есть ты валяешься тут, а J сидит за столом главы гильдии?

Ли Са Ён молча кивнул. Пэ Вон У потер лоб, явно не зная, что сказать. Казалось, он хотел что-то добавить — губы дрогнули, но в итоге он промолчал.

Он явно в шоке. Честно говоря, я тоже.

Ча Ый Джэ почувствовал на себе колючий взгляд из-под маски. Когда он посмотрел в ту сторону, Ли Са Ён смотрел на него с ленивой улыбкой. Чёрт. Ча Ый Джэ тут же отвернулся. Он прекрасно знал, что Ли Са Ён раздражён тем, как тот мгновенно перескочил в кресло, как только раздался стук в дверь, оставив его одного.

«Об этом нельзя проронить ни слова».

О том, что всего минуту назад он подставлял Ли Са Ёну своё колено в качестве подушки.

Притворившись, что ничего не произошло, Ча Ый Джэ пролистал планшет.

— Так что там с расследованием? Монстры?

— Да, верно. Они предлагают два варианта: либо отправиться на место с исследователями из гильдии Совон или Бюро управления разломами и провести вскрытие на месте, либо поймать монстра живым и доставить его…

— …Оба варианта не из лёгких.

— Пчела выбрала второй — поймать живьём.

— Тогда передай, что мы тоже выберем этот вариант.

— А? Эм…

Пэ Вон У бросил взгляд на Ли Са Ёна. Ох, точно, мне не стоило отвечать первым.

Ча Ый Джэ тоже посмотрел на Ли Са Ёна, который всё ещё лежал на диване. Тот приподнялся, укутавшись в плед, и, зевнув, махнул рукой, не утруждая себя даже повернуться.

— Делайте, как сказал J.

— Ты уверен?

— У него опыта вдвое больше, чем у меня. Если не он, то кто?

— П-понял. Тогда… Кого вы собираетесь отправить на расследование? Если нужно захватить монстра живьём, то, может, охотница Кан Джи Су…

— Я пойду сам. Никто больше не нужен.

— Что?

— …Что?

Ли Са Ён резко обернулся, уставившись на Ча Ый Джэ с откровенным недовольством. Чёрт. Он опять собирается устроить сцену?

Прежде чем Ли Са Ён успел возмутиться, Ча Ый Джэ быстро поднял руку.

— Подождите! У меня есть причина.

— О… причина?

Ли Са Ён чуть наклонил голову, давая понять, что ждёт объяснений. Ча Ый Джэ спокойно продолжил.

— Во-первых, мне проще работать в одиночку.

Раздался смешок. Ли Са Ён уже полностью повернулся к нему, опираясь руками на спинку кресла и усмехаясь.

— С каких это пор кто-то делает только то, что легко? Разве не так?

— Эм? Эм, да. Жизнь скучная, если делать только то, что легко.

Игнорируя их реплики, Ча Ый Джэ твёрдо продолжил:

— Я более чем способен захватить его в одиночку.

— По-моему… ты скорее убьёшь его, чем захватишь. Просто потому, что не умеешь сдерживать силу.

— …

Это задело за живое. Признавать было неприятно, но убивать действительно было быстрее и проще. Ча Ый Джэ знал сотню способов эффективно уничтожить этих белых монстров, но вот захватить их живьём… Это уже другая история.

Пока он держал планшет, собираясь возразить, Ли Са Ён лениво потянулся, перекинул руку через его плечо и, плавным движением, выхватил планшет. Затем, небрежно, передал его обратно Пэ Вон У.

— Ответь, что я иду с ним.

— …Что?

Тёмные кончики пальцев скользнули по затылку, прежде чем отступить. Раздался низкий, довольный голос:

— Разве не будет быстрее, если мы пойдём вместе?

«Я… не хочу этого.»

— Тогда решено?

— Мне будет спокойнее, если вы пойдёте вдвоём! Рассчитываю на вас!

Совершенно не понимая ситуацию, Пэ Вон У радостно показал большой палец вверх. Ча Ый Джэ сжал веки, подавляя раздражение. Он ведь хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы разобраться в том, о чём упомянул Хон Ё Сон!

Понимали они его сложные чувства или нет, но по офису главы гильдии разнеслись громкий смех и тихие смешки.

Глава 256

— Я не ожидал, что снова окажусь здесь.

Они вернулись в подземелье под станцией Чонно 3-га — то самое место, где Ча Ый Джэ однажды сражался вместе с Хон Ё Соном, Ккокко и школьницей Юн Га Ыль. Это было подземелье, которое перестроилось, вызвав немало трудностей.

На этот раз с ним был Ли Са Ён.

Ли Са Ён направился к контрольной комнате неспешным шагом. В этот момент охотник, дежуривший внутри, внезапно вскинул голову, словно его только что разбудили. Ча Ый Джэ узнал его — это был тот самый охотник, которого в прошлый раз вырубила Ккокко. На бейджике, висевшем у него на шее, красовался логотип Управления по контролю за разломами и имя Ли Мин Хун.

«Похоже, его не уволили. Ну и хорошо».

Ча Ый Джэ сочувственно кивнул Ли Мин Хуну, но тот, похоже, принял это за угрозу. Он переводил напряжённый взгляд с Ча Ый Джэ на Ли Са Ёна, а затем резко вскочил, вытянувшись в идеально прямую стойку. От внезапного движения его кепка, едва державшаяся на голове, слетела на пол.

— А-а, здравствуйте! Что вас привело сюда?

Ли Са Ён слегка кивнул в знак приветствия.

— Мы идём внутрь. Двое. Цель — исследование эродированного подземелья.

— Т-только вдвоём?

— Да.

— Понял! Удачного вам пути!

Ли Мин Хун, явно напряжённый, поспешно открыл окошко и передал им две карты допуска. Ли Са Ён, не удостоив его даже взгляда, провёл картой по устройству рядом с дверью. Раздался низкий гул, и тяжёлая дверь начала медленно отъезжать в сторону.

Ча Ый Джэ сжал кулак, будто пытаясь подбодрить беднягу Ли Мин Хуна. Однако тот, вместо улыбки, выглядел ещё более испуганным.

Стоя у двери, Ли Са Ён бросил ему укоризненный взгляд.

— Зачем ты его запугиваешь?

— Эй, это не запугивание, а поддержка, поддержка. Просто ты ничего не понимаешь.

— В каком месте это похоже на поддержку? Ты выглядел так, будто грозишь ему, чтобы он молчал.

— …Забудь.

— Ты должен учитывать, что маска скрывает твоё выражение лица, и люди не могут понять твоих намерений.

В конце длинного туннеля вход в подземелье мерцал мягким голубым светом. Остановившись у входа, Ли Са Ён вдруг произнёс:

— Ах.

А затем протянул руку к Ча Ый Джэ. Держаться за руки?

«Как бы он ни ворчал, он всё равно ещё молод…»

Ча Ый Джэ тихо усмехнулся и взял его за руку. Однако Ли Са Ён лишь удивлённо распахнул глаза.

— Эм?

— Что?

— Почему ты держишь меня за руку? Тебе этого хотелось?

— Эй, это ты первым протянул руку.

— Я просил свой меч.

— Меч? Какой ещё меч?

— Тот, что тебе дал Хон Ё Сон. Я не могу захватывать ничего с помощью своих способностей, так что мне хотя бы он нужен.

— …Тогда почему ты сразу не сказал? Кто поймёт, если ты просто протянешь руку?

Ча Ый Джэ попытался отдёрнуть ладонь, но Ли Са Ён оказался быстрее. Сплетая их пальцы, он мягко провёл большим пальцем по коже, заставляя шею Ча Ый Джэ ощутимо нагреться. В его глазах загорелся огонёк.

— Давай держаться за руки. Раз уж всё равно начали.

— …

— Это успокаивает… и меня тоже.

От их прикосновения у Ча Ый Джэ побежали мурашки. Чёрт. Он снова попался в ловушку. Не говоря больше ни слова, он достал меч Хон Ё Сона из инвентаря и передал его. Ли Са Ён принял чёрный длинный меч и пристегнул к поясу так, словно он всегда был там. Ча Ый Джэ взглянул на него и заговорил.

— Подожди, мне нужно сказать кое-что.

— Мм.

— Когда я был здесь в прошлый раз, подземелье перестроилось.

— Ах, точно.

— Это может случиться снова.

Ли Са Ён опустил взгляд, задумавшись.

— Потом, когда группа расследования вернулась, всё вернулось в норму. Очевидно, оно реагирует именно на твоё присутствие.

— …

— Ты был в других эродированных подземельях?

— Да, несколько раз. Но ничего особенного не происходило.

— Значит, это особый случай. Если перестройка повторится, и мы разлучимся…

Ли Са Ён слегка сжал их переплетённые пальцы.

— Хён сможет меня найти, верно?

— …

— Ты ведь сможешь, да?

Странное чувство дежавю охватило его. Был ли у них уже такой разговор? Но прежде чем Ча Ый Джэ успел уловить воспоминание, он, словно загипнотизированный, кивнул.

— Да.

— Отлично, тогда идём.

Они одновременно шагнули в голубое сияние.

Как только легкое головокружение прошло, Ча Ый Джэ осторожно открыл глаза. Тепло руки, которую он держал, не исчезло. Когда он посмотрел в сторону, Ли Са Ён молча наблюдал за ним, едва ощутимо водя пальцами по костяшкам и коже на тыльной стороне его ладони.

— Хорошо, мы всё ещё вместе.

— Перестань трогать…

Район у входа в подземелье был густым лесом с высокой травой и деревьями. Однако вскоре лес заканчивался, и за ним простиралась пустошь, покрытая белым пеплом. Ли Са Ён вытянул руку, указывая на заснеженные останки.

— Это эродированная зона. Она расширяется.

— Похоже, скоро доберётся до входа.

— Вероятно.

— Что случится, если она полностью поглотит это место?

— Никто не знает. Но учитывая, что здесь самый высокий уровень эрозии среди всех известных подземелий…

— …

— Возможно, мы будем первыми, кто это выяснит.

Ча Ый Джэ подошёл к границе между лесом и эродированной зоной. Изломанные фрагменты земли тянулись к горизонту, став абсолютно белыми. Он кивнул вдаль.

— Ты когда-нибудь добирался туда? Это довольно далеко.

— Нет. Группа расследования изучила только уже исследованные районы для безопасности. Они не знали, где это может закончиться, и место раньше перестраивалось… Были проблемы с едой и безопасностью.

Ли Са Ён взглянул на Ча Ый Джэ.

— Ты хочешь пойти?

— Да.

— Ладно.

Ли Са Ён пересёк границу и ступил на покрытую пеплом землю. Почему он так легко на это согласился? Ча Ый Джэ был готов к спору, но вместо этого выдохнул с облегчением и последовал за ним. Он пробормотал себе под нос:

— …Ты даёшь мне это сделать без споров?

— Лучше позволить тебе делать это передо мной, чем за моей спиной. В отличие от того, как в прошлый раз.

— Когда это я?

— О, столько раз, что ты даже не помнишь? Например, здесь. С мастером-ремесленником и той старшеклассницей.

— …

— Бедные Чон Бин и я спокойно проводили расследование, а потом подземелье перестроилось… и внезапно ты оказался там, устраивая бойню среди монстров.

Ча Ый Джэ плотно сжал губы. При таком количестве проступков у него не было шансов выиграть словесную перепалку с Ли Са Ёном. Тот, скрестив руки на груди, не думал останавливаться.

— Я думал, раз сам об этом заговорил, значит, помнишь. Память так себе, да?

— Ты тоже любитель тайком пробираться куда не следует.

— Ах, ну мы просто созданы друг для друга.

Ча Ый Джэ легонько пнул Ли Са Ёна по ноге. Тот только усмехнулся, не выказывая ни капли смущения, а затем поднял их переплетённые пальцы и едва заметно коснулся губами тыльной стороны его ладони.

— Пойдём, пока можем. Я взял с собой всё необходимое.

***

Хруст, хруст…

Две пары следов тянулись по мягкому белому пеплу. Ча Ый Джэ оглянулся через плечо. Зелёный лес у входа давно исчез из виду, и, хотя они шли уже больше двух часов, не встретили ни одного монстра. Идя рядом, Ли Са Ён тихо пробормотал:

— Что-то здесь не так.

— Группа разведки сталкивалась с монстрами?

— Да. Они даже сражались.

Фиолетовые глаза Ли Са Ёна внимательно изучали окружение. Кроме звуков их дыхания, вокруг не было ничего.

— Здесь слишком пусто. Даже неестественно.

Ча Ый Джэ подошёл к валуну, который торчал из земли, и смахнул с него слой белого пепла. Камень был наполовину зарыт и слегка накренён, но по виду походил на обычный дорожный знак. Однако надпись на нём оказалась неразборчивой, написанной незнакомым шрифтом. Ча Ый Джэ вгляделся в символы.

«Этот же шрифт был в той книге из гильдии Совон…»

Книга, найденная в подземелье. Знак из реального мира, найденный здесь, в подземелье. Ча Ый Джэ провёл пальцами по краю таблички.

И в этот момент —

Звон!

— …

Они оба замерли. Ча Ый Джэ поднял палец, подавая сигнал молчать. Ли Са Ён бесшумно положил руку на рукоять меча. В воздухе ощущалось чьё-то присутствие, лёгкое движение. Монстр? Нет, это…

Это было человеческое присутствие.

Ча Ый Джэ прошептал низким голосом:

— В подземелье есть кто-то ещё, кроме нас?

— Нет.

— А как насчёт тех, кто входил в это подземелье и не вернулся?

— Нет.

— Ни одного?

Ли Са Ён кивнул, вместо того чтобы отвечать вслух. Тогда чьё это было присутствие? Ча Ый Джэ быстро схватил меч, висевший у Ли Са Ёна на боку, всё ещё в ножнах. Ли Са Ён посмотрел на него с недоверием, но у Ча Ый Джэ не было выбора. Быстрее будет обезвредить кого-то, используя меч в ножнах, чем кулаки.

— Просто одолжу на минутку.

— Ага, значит, если ты сказал «одолжу» после того, как взял, то это уже нормально?

— У нас нет времени на это. Просто спрячься вон там.

— Ты собираешься сражаться?

— Закончится быстрее, если я этим займусь. Ты сейчас даже яд не можешь использовать.

Ли Са Ён поднял руки и направился прятаться за выступающий валун, присев так, что его едва можно было назвать спрятавшимся.

<Глаза следопыта!>

Ча Ый Джэ быстро оглядел местность. Два мерцающих огонька приближались к ним. Он крепко сжал меч и сделал несколько шагов вперёд. В этот момент тёмная фигура мелькнула у него перед глазами. По спине пробежал холодок, кожа на затылке покалывала от напряжения. Ча Ый Джэ быстро поднял меч.

Звон —!!

По мечу прошёл сильный удар. Сразу после этого что-то острое и серебристое сверкнуло, устремляясь к его шее. Ча Ый Джэ быстро откинул голову назад, уклоняясь.

«Меч?»

Но это было слишком гибким для обычного меча. Ча Ый Джэ размахнулся мечом в ножнах, чтобы блокировать стремительные удары, летящие к нему.

Звон! Звон! Звон!

Противник целился только в жизненно важные точки. Впечатляющее мастерство. Было ясно, что это не монстр. Возможно, с ним можно было бы поговорить? Ча Ый Джэ быстро выкрикнул:

— Подождите! Минуту!

— …

Беспощадные удары, направленные на его уничтожение, замерли. Оружие, угрожающее его жизненно важным точкам, оказалось изящной рапирой. Противник, одетый в чёрный плащ, медленно опустил капюшон, обнажая своё лицо. Карие глаза сузились в мрачной гримасе, и в них отразился сам Ча Ый Джэ. Это было лицо, которое он хорошо знал. Осторожно, он произнёс:

— …Пчела?

Карие глаза медленно расширились.

Глава 257

Пчела быстро оценила Ча Ый Джэ, её взгляд был полон подозрения. Хорошая привычка для охотника — подозрительность, жизненно необходима. Ча Ый Джэ поднял пустые руки, показывая, что она может проверить его сама.

Но вместо того чтобы расслабиться, её настороженность лишь усилилась, словно иглы, пронзающие его.

— Не теряй бдительности. Хочешь умереть?

Она резко выпалила это, и тень, двигавшаяся за её спиной, застыла. Она не убрала рапиру, а лишь немного отступила назад. Ча Ый Джэ вновь поднял руки в знак капитуляции.

— Это я, Пчела.

Но она не купилась на это так легко. Громко фыркнув, она направила рапиру в его сторону.

— Просто надеть маску — не значит стать J. Ты вообще знаешь, сколько сейчас самозванцев?

— …

— Объясни как следует. Если хоть что-то покажется мне подозрительным, я снесу тебе голову.

— Мы встретились за пределами подземелья, помнишь? Ты дала мне информацию о местонахождении Ли Са Ёна.

— …

Её убийственная аура слегка ослабла. Ча Ый Джэ не упустил шанс и кивнул подбородком за спину.

— Са Ён тоже здесь. Можешь проверить сама. Он прячется вон там.

Услышав своё имя, Ли Са Ён выглянул из-за обломка скалы, лениво улыбаясь и махая рукой. Убедившись в его присутствии, Пчела медленно опустила оружие. Слава богу, всё не зашло дальше. Вздохнув, она убрала рапиру в ножны.

— Хах… Видя твою раздражающую физиономию, похоже, это действительно ты…

— Это обо мне?

— Здесь есть кто-то ещё, кто показывает своё лицо? В любом случае, J, прости за внезапную атаку. Иногда встречаются монстры, которые могут вытягивать воспоминания из чужого разума…

Пчела слегка наклонила голову, а Ча Ый Джэ отмахнулся.

— Нет-нет. Я бы поступил так же.

Они неловко рассмеялись. Но вскоре улыбка Пчелы исчезла, и её выражение стало серьёзным, когда она указала на белую землю.

— Давайте к делу. Что вы тут делаете?

— Мы могли бы задать тебе тот же вопрос. Что ты здесь делаешь?

Ли Са Ён медленно подошёл и встал рядом с Ча Ый Джэ. Пчела уставилась на них с недоверием.

— Разве не очевидно? Мы исследуем эродированное подземелье. А потом появились вы.

Наконец, мужчина, несший на спине массивную машину, вышел из тени. Молодой человек сгорбился под тяжестью груза. Пчела постучала ногой по земле и снова резко посмотрела на Ча Ый Джэ.

— Я не думала, что ты настолько сумасшедший, но… Ты ведь не проник в подземелье нашей гильдии без разрешения?

— Как жаль… Кажется, я не оправдал твоих ожиданий. Может, в следующий раз проберусь тайком.

Ли Са Ён усмехнулся и вытащил из кармана своего пальто удостоверение, показав его.

— Пропуск на вход в подземелье Чонно 3-га.

Пчела внимательно прочитала текст и скрестила руки на груди.

— Это подземелье гильдии Падо. Подожди… ты хочешь сказать, что вошёл оттуда? Тогда почему мы встречаемся здесь?

— Вот это и странно. Ты знаешь что-нибудь? Какие-то необычные признаки?

Пчела взглянула на молодого человека за своей спиной. Тот прочистил горло и осторожно заговорил.

— Эм… Изначально это было подземелье замкового типа. Полное монстров-вампиров… Но недавно, после того как часть замка обрушилась, открылся проход в эту белую зону эрозии.

— Раз уж появился новый путь, мы пошли дальше. Раньше здесь всё было перекрыто.

— Это подземелье уже подвергалось эрозии?

— Нет, вовсе нет. Помнишь день, когда появился тот монстр с огромной пастью? Путь открылся вскоре после этого.

— Значит, эрозия…

— Это произошло совсем недавно.

— И теперь это место каким-то образом связано с нашим подземельем изнутри…

Ли Са Ён слегка наклонил голову.

— Есть ещё подробности? Какие-нибудь другие изменения?

Пчела тяжело вздохнула и провела рукой по волосам.

— Если честно, с тех пор, как глава гильдии ушёл, у нас одни проблемы. Руководитель группы Хан и я носимся туда-сюда, пытаясь хоть как-то держать гильдию на плаву.

Ли Са Ён ухмыльнулся, постукивая пальцем по подбородку.

— Ага… значит, вы не следили за подземельем должным образом. Даже не проверяли его регулярно.

— Простите, но мы проводили базовое обслуживание! Это ваша гильдия ведёт себя странно, проверяя каждую травинку!

— Это называется тщательностью.

— Да, конечно.

Ча Ый Джэ потянул Ли Са Ёна за край плаща, давая ему знак прекратить подначивать. К счастью, тот понял намёк и сменил тему.

— Всё ещё так же? Мэтью?

Как только он упомянул Мэтью, атмосфера заметно изменилась. Лица Пчелы и молодого человека потемнели. Стиснув зубы, Пчела ответила напряжённым голосом:

— Всё так же.

Она сжимала зубы так сильно, что слова выходили приглушёнными. Ча Ый Джэ поспешил сменить тему.

— Эм, да… Вы встречали здесь монстров…

— Я хотела разобраться с Сон Джо Хоном за то, что он сделал, но Чон Бин всё время меня останавливал. Ха. Будто я бы и правда его убила?

— Честно говоря, ты могла бы. Я бы тоже тебя остановил.

— Что?

Ли Са Ён ответил без колебаний. Этот парень даже не пытался разрядить обстановку, а наоборот, только подливал масла в огонь! Ча Ый Джэ резко толкнул его в спину, почти ударил. Ли Са Ён дёрнулся и посмотрел на него сверху вниз, словно спрашивая: «Ты что делаешь?». Ча Ый Джэ быстро покачал головой.

Но у Ли Са Ёна не было тормозов. Он ухмыльнулся и продолжил:

— Я сообщил вам местоположение лаборатории Прометея, а вместо того, чтобы собрать информацию, ты устроила там такой хаос, что теперь вообще никого не отследить.

— …

— Если уж охотишься, то хотя бы оставляй несколько нор, чтобы заманивать в них добычу. Когда ты наконец перестанешь лезть напролом без плана?

Пчела слегка опустила голову. Ча Ый Джэ тоже склонил голову, испытывая лёгкое чувство вины. Её подход был до боли похож на его собственный — бросаться в бой, не думая о последствиях. Это сравнение неприятно кольнуло его совесть.

Наконец, Пчела подняла голову, её выражение стало твёрдым.

— Прости. Меня захлестнули эмоции.

— …

— В тот момент мне казалось, что это лучший вариант… хоть это и было не так.

— Достаточно того, что ты это понимаешь. Я тебя понимаю.

Ли Са Ён тихо вздохнул и сделал шаг назад. Затем он приблизился к Ча Ый Джэ, скользнув рукой под край его куртки. Ча Ый Джэ проигнорировал это движение, стараясь сохранять спокойствие, пока спрашивал:

— Вы встретили монстров по пути сюда?

— Ни одного, и это странно. Будто они прячутся, когда мы их ищем.

— У нас то же самое. А в замке были?

— Нет, вообще ни одного. Как будто они все исчезли. Или сбежали куда-то…

— …

Ча Ый Джэ оглядел окрестности с помощью Глаз Следопыта. Но кроме людей, находящихся здесь, он не заметил ни единого признака жизни — даже самых мелких монстров или насекомых, ползающих по земле. Опустошённое место, когда-то два отдельных подземелья, теперь соединённые в одно, но полностью лишённые жизни. Пустая оболочка.

…Оболочка?

В нём пробудилось давнее беспокойство. Эродированное подземелье — это вторжение разрушенного мира. Теперь, когда страж исчез, вторжение лишь ускорится.

Что произойдёт, если этот разрушенный мир полностью сольётся с настоящим?

Ча Ый Джэ поднял голову и посмотрел на затянутое дымкой небо. Белый пепел медленно падал.

***

После работы. Автобусная остановка.

На скамейке сидел пожилой мужчина, низко опустив голову. Каждый раз, когда он сильно кашлял, его тело содрогалось. Люди вокруг, все в масках, держались настороже, украдкой поглядывая в его сторону.

На небольшом электронном табло с расписанием автобусов мигали зелёные буквы:

[Сезонные простуды распространяются, пожалуйста, носите маски…]

Кхек, кхек… Мужчина стал кашлять ещё сильнее, его плечи дрожали. Среди людей, бросающих на него косые взгляды, один человек в костюме решился подойти. Осторожно кладя руку ему на плечо.

— Вы… в порядке?

Средних лет мужчина, всё ещё опустив голову, медленно поднял взгляд. Первое, что заметил человек в костюме, — влажная маска, плотно прилепившаяся к его рту, с которой капает белая жидкость. Его глаза мутные, молочно-белые. Мужчина… нет, это «нечто» открыло рот.

— Ииииииик…

Раздался жуткий визг. Человек в костюме повалился на землю, дрожа. Ах, ах, ах… Его челюсть дёргалась в спазмах, тело цепенело от ужаса. Существо начало извиваться, сбрасывая человеческий облик.

И затем —

«Оно» широко раскрыло пасть.

Глава 258

В этот момент…

— Ох ты.

Взмах!

Чёрная тень взметнулась с земли, поглотив «существо» и утянув его в темноту. Средних лет мужчина — или, скорее, то, чем он был — исчез без следа. Пока окружающие перешёптывались, мужчина, рухнувший на землю, заметил перед собой фисташково-клубничный фраппучино, увенчанный горой взбитых сливок.

— Вы в порядке?

Он с трудом поднял взгляд. Перед ним стоял молодой человек в чёрном костюме и солнцезащитных очках, держащий фраппучино. Он протянул пустую руку, будто предлагая помощь.

— Давайте вас поднимем.

Мужчина с дрожью в пальцах принял протянутую руку, и молодой человек без труда поставил его на ноги. Сделав глоток из своего напитка, он небрежным движением сдвинул очки вверх.

— Надеюсь, без травм?

— Д-да… Спасибо. Но что это сейчас было…

— Всего лишь галлюцинация.

— Простите?

— Где-то рядом открылся разлом. Похоже, оттуда выскочил монстр, вызывающий видения. Честно говоря, я сам чуть было не попался.

— Э-это…

— О, хотите спросить, кто я? Логично. Вот, пожалуйста.

Молодой человек вынул из внутреннего кармана удостоверение и продемонстрировал его. «Гильдия Падо, Маленькое Чудо, Со Мин Ги». Со Мин Ги легонько смахнул пыль с плеч и рук мужчины.

— Монстра уже устранили, так что теперь вы в безопасности.

— Да… Спасибо…

— В ответ мне нужно всего лишь одно — визитка. Ничего особенного, просто для возможных показаний позже. Ах, не беспокойтесь, доставать её не нужно — я уже взял.

Действительно, между указательным и средним пальцем Со Мин Ги красовалась визитная карточка мужчины. Даже не успев удивиться, когда именно он её забрал, мужчина увидел, как Со Мин Ги ловко убрал карточку за удостоверение и кивнул в сторону подъезжающего зелёного автобуса.

— Похоже, это ваш. Номер 1113. Желаю удачной дороги домой. Всем здесь!

Со Мин Ги вежливо поклонился, а затем, словно растворившись в тени, исчез в одно мгновение. Мужчина ошеломлённо уставился на место, где тот только что стоял. Галлюцинация? Не может быть.

Это было реально.

Настоящий человек, превращающийся в монстра…

Скрип — зелёный автобус остановился у бордюра. Двери открылись, и из салона высыпались пассажиры. Стараясь не попасть в толпу, мужчина быстро отступил назад.

И тут он заметил белые капли, разбросанные по земле.

Жидкость поблёскивала неестественным оттенком.

***

Вой монстра эхом разнёсся по конференц-залу. Со Мин Ги поднял пульт и нажал на кнопку паузы. На экране застыло изображение скрючившегося, уродливого существа — чего-то, что не было ни полностью человеком, ни полностью монстром, с широко разинутой пастью.

— …

В зале заседаний гильдии Падо сидели всего два человека. Со Мин Ги лениво водил соломинкой по кругу в своём напитке, бросая взгляд на Чон Бина, сидевшего напротив. Лицо Чон Бина было необычно бледным. Скорее всего, его собственное выглядело так же. Со Мин Ги перестал помешивать напиток и спросил:

— Бюро управления пробуждёнными знало об этом?

— …Нет, не знало.

Чон Бин пробормотал это, сцепив пальцы.

— Нам было известно лишь, что монстр сбежал из эродированного подземелья… Так считало и Бюро управления разломами.

— Ну, никто из нас не ожидал, что человек превратится в монстра.

Чон Бин тяжело вздохнул и потер глаза. Со Мин Ги поправил солнцезащитные очки, сузив чёрные, пустые глаза.

— Это был обычный гражданин. Форма и процесс отличаются от тех, кто превращается из-за наркотиков.

— …

— Хотя среднестатистический человек не заметит разницы.

— Каков статус того… нет, монстра, которого мы поймали?

— Пока он заперт в моей тени, но это ненадолго. Он так сильно бьётся, что у меня уже тошнота подступает.

В подтверждение своих слов Со Мин Ги отвёл голову в сторону и сдавленно закашлялся, прикрывая рот. Чон Бин медленно закрыл глаза, затем снова открыл.

— Гильдия Падо сможет какое-то время держать его под стражей?

— С главой гильдии и заместителем в отъезде я не могу получить одобрение прямо сейчас.

— Я возьму на себя ответственность.

— Раз так, пусть будет так.

Со Мин Ги вытер рот тыльной стороной ладони, понизив голос:

— Придётся это тщательно скрывать.

— …

Чон Бин вместо ответа лишь тяжело вздохнул. Со Мин Ги начал загибать пальцы, считая:

— Во-первых, свяжитесь с Национальной разведкой и Скумбрией. Пусть зачистят все упоминания об этом в интернете, даже на тёмных форумах. Если потребуется, подкорректируйте общественное мнение.

— …Как сильно, по-вашему, это распространилось?

— Ну, мы живём в век информации — всё попадает на камеры.

Со Мин Ги указал на экран указательным пальцем.

— К счастью, это зафиксировало только наблюдение с CCTV. Всё случилось слишком быстро. Просто удалите всё, кроме сохранённого файла. Хотя вы и сам это прекрасно знаете, руководитель группы.

— …

— Самая большая проблема…

— Слухи. Я знаю.

То, что люди могут превращаться в монстров, было несомненным фактом. Доказательство находилось прямо перед ними. Но если объявить об этом, не разобравшись, кто, при каких условиях и почему подвергается трансформации…

«Это приведёт к ещё большему хаосу».

Слухи о пробуждённых, превращающихся в монстров, и так было сложно подавить. Если сейчас всплывёт информация о том, что обычные люди могут мутировать…

Это приведёт не только к ненависти по отношению к пробуждённым, но и к изоляции тех, кто подпадает под критерии трансформации. А кто-то, охваченный страхом, может даже решиться на самоубийство.

Чон Бин достал телефон из кармана пиджака и спросил:

— Вы видели превращение своими глазами, верно? Было что-то необычное?

— Человек выглядел крайне больным. Всё время кашлял.

— Кашлял?

— Да, как будто лёгкие у него разрывались.

— …

Сдерживая очередной приступ тошноты, Со Мин Ги поправил солнцезащитные очки.

— Проблема в том, что это слишком распространённый симптом.

— Понимаю…

Чон Бин потёр шею. Каждый раз, глядя на монстра на экране, он ощущал, как внутри поднимается страх. Наконец, он решился озвучить мысль, которую старался прогнать.

— Если… белый монстр — это результат трансформации человека…

— …

— Тогда все монстры, появившиеся в эродированных подземельях…

— Довольно.

Чон Бин поднял взгляд. Со Мин Ги встряхнул свой наполовину растаявший фраппучино, и на столе перед Чон Бином появились крохотные теневые фигурки, танцующие бёдрами и рисующие сердечки над головами.

— Слишком много размышлений заставляют вас стареть быстрее.

— …

— Живите молодым — чтобы вы продержались подольше, да?

Чон Бин слабо улыбнулся, затем протянул указательный палец к теневым фигуркам. Они подпрыгнули на месте и поспешно разбежались прочь от его пальца.

— Это звучит очень мило с вашей стороны.

***

Грохот! Пчела изящно отбросила в сторону обломки, разлетевшиеся во все стороны. Она уперла руки в бока, наклонилась вперёд и раздражённо простонала:

— Честное слово, как тут всё стало таким пустым? Мне даже в отчёте нечего будет написать! «Исследовала 20 км, ничего не нашла». Всего одна строчка — и всё.

— Может… хах, вернёмся? Хаа… кхе-кхе.

Молодой человек, нагруженный тяжёлыми приборами, задыхаясь, задал вопрос. Будучи охотником D-класса из исследовательской группы гильдии HB, он явно уступал в выносливости охотникам S и A-класса. А ещё на нём висела громоздкая аппаратура. Пчела раздражённо вздохнула, затем резко развернулась к Ча Ый Джэ.

— Тут действительно ни одного не осталось?

— Да. Судя по моим способностям, здесь пусто.

— Ха… Ладно, возвращаемся. Дальше идти смысла нет. Монстров я из воздуха создать не могу.

— С-спасибо… кхм!

— Чего ты так кашляешь? Когда вернёмся, займёшься тренировкой на выносливость. На, попей воды.

Пчела достала бутылку воды из своего инвентаря, открыла её и протянула охотнику. Тот несколько раз кивнул, принимая бутылку дрожащими руками. Неужели эта аппаратура настолько тяжёлая?

Ча Ый Джэ поинтересовался:

— Кстати, а для чего этот прибор?

— О, он для измерения плотности монстров в подземелье. Думали, что сработает и на эродированные подземелья… но толку оказалось мало.

— Кх…кх! Кх-кх…

В этот момент молодой охотник, глотая воду, вдруг закашлялся так, словно поперхнулся. Пчела обеспокоенно похлопала его по плечу.

— Эй, что с тобой? Заглотил слишком быстро?

— Кхрк… к-кх… у-гх…

Но его судорожное дыхание не утихало. Напротив, плечи охотника начинали всё сильнее дрожать.

Ли Са Ён, который всё это время стоял, засунув руки в карманы плаща и глядя в даль, резко повернул голову. Его фиолетовые глаза сфокусировались на молодом охотнике, и его лицо мгновенно помрачнело.

Он схватил Ча Ый Джэ за руку.

— Отойди назад.

— Что? Почему?

— Пчела, ты тоже. Отойди.

— Что?

— Отойди!

В тот же миг, когда Ли Са Ён выкрикнул это…

Кап.

Белая жидкость стекала вниз.

Пчела в оцепенении смотрела на молодого охотника. Из его носа и рта капала бледная, почти белесая субстанция. Он протянул руку к Пчеле.

И тогда…

Ослепительная белая вспышка разорвала воздух.

Глава 259

Он видел это ясно — огромная пара крыльев раскинулась в ослепительном свете. Истощённые конечности. Это был тот же самый монстр, которого он пронзал снова и снова в разломе Западного моря, которого убивал бесчисленное количество раз.

Тук, тук, тук — сердце бешено колотилось. Холодный пот стекал по ладоням и затылку. Казалось, его ноги приросли к земле, не в силах сдвинуться с места. Осознание, которого он не хотел, накрывало его с пугающей скоростью, быстрее, чем кого-либо другого. Он думал, что знает об этом монстре больше всех, но, возможно, на самом деле не знал ничего.

Когда Ча Ый Джэ попытался сделать шаг вперёд, крепкая рука резко отдёрнула его назад. Ли Са Ён с мрачным выражением покачал головой.

За монстром, за его раскинутыми крыльями, развевались пряди чёрных и золотых волос. Пчела смотрела на него, застыв, глядя вверх.

— Ты...

Бледное лицо без единой эмоции уставилось в ответ. Ни следа от робкой, неуверенной улыбки, от знакомого лица, которое она помнила. Медленно, медленно приоткрылся маленький рот.

И затем —

— АААААААХ!

Пронзительный крик разорвал воздух.

Воздух задрожал. Пчела инстинктивно выхватила рапиру и направила её вперёд. Но двигаться было трудно. Ещё совсем недавно этот монстр был её товарищем. Мысль всплыла в её затуманенном сознании.

Может, есть способ вернуть его?

«Разве не существует способа?»

Ветер от его взмахов был таким резким, что казалось, он мог разрезать её кожу. Это истощённое тело, обвисшие конечности, безжизненное лицо — это больше не было человеком. Это было просто монстром.

«…Этого не может быть».

Пчела горько улыбнулась. Всё, что она ощущала, глядя на него, было враждебностью. Она не могла позволить себе колебаться из-за беспочвенной надежды. С дрожащими руками она сжала рукоять рапиры, расставив ноги в стойке, которую отрабатывала тысячи, нет, десятки тысяч раз. En garde.

Монстр распахнул руки. Острые когти устремились к ней.

Скриииижжж!

Пчела… Ю Чхэ Хён никогда не хотела становиться охотником.

Когда другие мечтали о пробуждении, когда они жаждали стать охотниками, она лишь усмехалась. Потому что у неё была своя мечта.

— Поздравляем с попаданием в молодёжную национальную сборную!

Она хотела быть лучшей в фехтовании. Хотела продолжать сражаться. Фехтование было всей её жизнью. В тихой арене она сияла ярче, чем кто-либо. Она была уверена, что сможет достичь вершины.

Но как только она была готова занять первое место в мировом юношеском рейтинге, система выбрала её. Все сожалели о ней.

— Пробуждённые не могут быть спортсменами.

Это был вопрос справедливости. Логически она понимала: разница в силе между обычными спортсменами и пробуждёнными была огромной. Но её сердце не могло так просто смириться. Всё, что она строила, всё, ради чего жила, рассыпалось в прах. Так Ю Чхэ Хён потеряла свою жизнь в первый раз.

Тому, кто протянул ей руку в её скитаниях…

— Я Мо Тэ О.

— Я не собираюсь вступать в какую-либо гильдию.

— Знаю. Я слышал, что ты отвергла все другие предложения.

— Тогда зачем вы здесь?

— Я хотел встретиться с тобой.

— Почему?

— Ты выглядишь человеком, который ненавидит своё пробуждение.

— …

— Я тоже… Поэтому я хотел поговорить с тобой.

Мо Тэ О был странным. Он был известен своим дурным нравом, как пробуждённый с огненной способностью, но в то же время был тихим. Было забавно наблюдать, как этот медвежий на вид человек двигается с такой осторожностью. Хотя Ю Чхэ Хён была не лучше. Они оба ненавидели себя за пробуждение. Они понимали друг друга. Она подумала, что если это будет с ним, то вступить куда-то не будет так уж плохо. Даже начинать с самого низа могло быть интересно.

Так она стала Пчелой.

Пчела медленно вдохнула, её разум постепенно успокаивался. В её спокойных мыслях разошлась лёгкая рябь.

А затем…

Глухой удар.

Прежде чем когти монстра успели разорвать ей голову, её рапира глубоко вонзилась ему в сердце. Белая кровь закапала, капля за каплей. Она выдернула клинок и ударила вновь, быстро и без колебаний пронзая тело снова и снова. Глухие удары, один за другим, — каждый выпад разрывал худое тело монстра. Вопль, полный боли, разнёсся по воздуху.

Вскоре его конечности задрожали, а затем обмякли. Лишь тогда она окончательно выдернула свою рапиру. С её кончика стекали белые капли крови. Пчела, глядя вниз на распростёртого на искорёженной технике монстра, и пробормотала:

— Я… правильно увидела?

— …

— Человек…

Она сглотнула остаток слов и опустилась на колени перед монстром. Осторожно протянула руку и коснулась его бледной, белёсой руки — так бережно, словно прикасалась к чему-то драгоценному. Наконец, она склонила голову.

Ча Ый Джэ молча наблюдал за ней. И вдруг в его голове вспыхнула мысль.

Все ли монстры, которых он убил в разломе Западного моря, были людьми?

Затем большая рука накрыла его маску, и низкий голос прошептал:

— Не думай об этом.

— …

— Я же говорил. Ты слишком много думаешь…

Ча Ый Джэ хотел что-то сказать, но закрыл рот. Порой бегство — единственный выход. Но не сейчас.

— Нет… Всё в порядке.

Он должен знать то, чего не знал раньше. Осторожно он убрал руку Ли Са Ёна со своей маски и подошёл к Пчеле. Она подняла голову, почувствовав его приближение.

Глаза её покраснели, но слёз не было.

Она провела тыльной стороной ладони по глазам и сказала:

— Тело не исчезает.

— …Верно. Обычно оно превращается в пепел и исчезает. Те, с кем я сталкивался, даже не кровоточили.

Вокруг пронзённого в сердце монстра растекалась лужа белой крови. Пчела поднялась и отряхнула колени.

— И те монстры, с которыми я сражалась, были такими же. Возможно, это мутировавшие существа из далёкого прошлого.

— …

— Но этот… Он умер сразу после мутации.

Монстры в разломе Западного моря рассыпались в белый пепел, едва их пронзали. Были ли они людьми из погибшего мира? Выжил ли Ча Ый Джэ, убивая людей из разрушенного мира?

Одиночество.

Посади ядовитых насекомых в закрытую банку. В заточении они нападут друг на друга, пожирая, чтобы выжить. И последний оставшийся в живых…

Ча Ый Джэ.

Пчела убрала рапиру в ножны и закинула безжизненное тело монстра себе на плечо. На её тонком лице мелькнула слабая улыбка.

— По крайней мере, мы смогли захватить монстра, верно? Миссия выполнена.

— …

— Пойдём. Я правда хочу отдохнуть…

Пчела тяжело шагнула вперёд. Ча Ый Джэ молча смотрел ей вслед, а затем внезапно выпалил:

— Плакать — это нормально.

— …

Она замерла, её шаткие шаги оборвались. Не оборачиваясь, она коротко ответила:

— Кто сказал, что я плачу?

— …

Несла ли она груз убитых или собственного выбора, Пчела продолжала двигаться вперёд. Ча Ый Джэ шёл за ней, держа намеренно отстранённую дистанцию. Ли Са Ён шагал рядом.

Но даже так… он слышал её тихие всхлипы.

***

Хруст, хруст.

Пчела замерла, остановившись на покрытой пеплом земле. Она нахмурилась и огляделась.

— Мы уже должны были его увидеть…

— Замок?

— Да. Это странно… Почему его не видно?

Ча Ый Джэ тоже начал озираться. Им говорили, что в эродированном подземелье гильдии HB дорога ведёт прямо к замку. Следовательно, он уже должен был быть в поле зрения. Но вокруг простиралась лишь пустошь, одна и та же бесплодная земля, что и раньше. Ни замка, ни даже единого строения. Ли Са Ён скрестил руки.

— Мы точно не заблудились?

— Ты правда думаешь, что я настолько плохо ориентируюсь? Я запомнила маршрут и всё время сверялась.

— Тогда почему мы его не видим?

— Вот именно это и странно!

Ча Ый Джэ молча активировал Глаза следопыта и внимательно осмотрел окрестности. Кроме них, поблизости не было ни единого живого существа, ни одной заметной структуры — только серый, засыпанный пеплом ландшафт.

— …

Они могли заблудиться? Или, возможно…

Ча Ый Джэ негромко спросил:

— Возможно ли, что эродированное подземелье расширяется в реальном времени? Что эрозия распространяется?

— …

Пчела и Ли Са Ён переглянулись. Первая заговорила Пчела.

— У нас не было таких сообщений. А у вас?

— …У нас тоже ничего подобного не фиксировали, но это стоит учитывать. Сам факт того, что два эродированных подземелья соединились, уже беспрецедентен.

— Верно… Подожди, если подземелье расширяется по мере нашего движения, это объясняет, почему мы не видим замок?

Её резкий голос разнёсся по пустоши. Они переглянулись, осознавая возможный ответ. Пчела выкрикнула:

— Значит, мы теперь заперты в подземелье!

— Хм… Хотя кто знает? Может, если бежать быстрее, чем распространяется эрозия, мы сможем выбраться…

— Ты вообще слышишь, что говоришь?!

Пчела попыталась ударить Ли Са Ёна по голени, но тот ловко увернулся, отступив назад в последний момент. Раздосадованная, она тут же рванулась вперёд снова. Наблюдая, как они гоняются друг за другом, Ча Ый Джэ устало потеребил висок.

С этой командой…

Мне придётся быть начеку.

Мало кто понимал, что каждый из них думал сейчас об одном и том же.

п.п: En garde — в состоянии боевой готовности (в фехтовании).

Глава 260

— Прежде всего!

Пчела подняла указательный палец.

— У нас мало еды и воды, а здесь нет монстров, на которых можно было бы охотиться... Нам нужно как можно быстрее выбраться отсюда. Это наш главный приоритет. Согласны?

— Как?

— Нам предстоит это выяснить.

— Ох… Я-то думал, у тебя есть гениальный план, раз ты так уверенно заговорила. Думаешь, просто болтая, ты заставишь выход появиться?

— Сначала нужно оценить ситуацию, идиот!

Как будто предыдущей перепалки было недостаточно, разговор снова отклонялся в сторону. Ча Ый Джэ встал между ними, пытаясь их успокоить.

— Постойте. Давайте не будем ссориться и сначала последуем предложению Пчелы — разберёмся в ситуации.

— Видите? Хоть кто-то здесь говорит по делу.

Ли Са Ён скрестил руки, бросая ей вызов взглядом. Ча Ый Джэ тихо вздохнул.

— Какие есть способы выбраться из подземелья?

— Либо найти вход, через который мы сюда попали, либо убить босса подземелья. Но сейчас ни один из этих вариантов невозможен.

— Как видите, здесь ничего нет.

— Эрозия действительно распространяется в реальном времени, верно?

— Да. Замок должен был быть в той стороне, но он исчез без следа.

— …

— Скорость, с которой это происходит… странная. Я раньше такого не видел.

— Я тоже.

На мгновение Ли Са Ён и Ча Ый Джэ обменялись взглядами. Было ли это как-то связано с тем, что Ли Са Ён отказался от своей роли стража? «Хон Ё Сон» был всего лишь отвлекающим манёвром и не мог удержать разрушающийся мир. Ли Са Ён, похоже, думал о том же. Он хрустнул костяшками пальцев и заговорил.

— Как насчёт того, чтобы двигаться дальше?

— Наугад?

— Поскольку подземелья связаны, скорее всего, оно соединено и с другими разрушенными подземельями. Возможно, там выход ещё не уничтожен.

— Звучит как бесконечное путешествие…

Пчела стиснула губы от раздражения, но кивнула.

— Ладно. Тогда двинемся в путь. Пока не стало слишком поздно.

Мир после апокалипсиса был безмолвным.

В этом застывшем мире остались только трое, оставляя за собой следы своего существования. Три пары отпечатков растянулись по белому пеплу. Ча Ый Джэ поднял взгляд к затянутому дымкой небу. Это было знакомое зрелище, от которого сердце сжималось.

Монстр, которого он убил, был человеком. И снова он оказался заперт в разрушенном мире.

Он думал, что наконец-то оставил это позади, но теперь… Ча Ый Джэ стиснул зубы. Голова гудела, сердце бешено колотилось. Дышать становилось трудно, а по шее стекал холодный пот. Лучше бы ему пришлось сражаться с монстром, чем бессмысленно блуждать по этой пустоши.

Его начинало мутить.

Шаги замедлились. Он посмотрел на остальных, шедших впереди. Будет ли он только обузой для них? Двигаться без остановки, наверное, лучший вариант для всех.

Он крепко зажмурился.

Стоило ли сказать что-то?

Он не хотел показывать свою слабость…

В этот момент Ча Ый Джэ почувствовал, как чья-то рука мягко сжала его руку. Он открыл глаза и увидел перед собой Ли Са Ёна. На его обычно непроницаемом лице читалась тревога.

— Что случилось?

Пчела, шедшая впереди, тоже остановилась и вернулась к нему. Ча Ый Джэ открыл рот, но слова застряли в горле. Ему негромко, но настойчиво задали вопрос.

— Ты хотел что-то сказать?

— …

Открыться было сложно. Всегда было сложно. Людей никогда не интересовала человеческая сторона героя. Но…

Медленно, Ча Ый Джэ поднял голову. Он был уверен, что Ли Са Ён выслушает. Что ему не всё равно.

— Мне очень жаль, но…

— Да?

— Думаешь, мы могли бы сделать перерыв?

— Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет, не совсем…

Он не был уверен, считать ли удачей или неудачей тот факт, что его лица не было видно. Раз уж он скрывал его, нужно было сказать немного больше. Нельзя ожидать, что они поймут без объяснений. Теребя пальцы за спиной, он заговорил медленно.

— Это просто… слишком.

— …

— Когда я был в разломе Западного моря… я слишком долго видел нечто подобное. Так что…

— Ах.

Пчела прикрыла рот ладонью. Ча Ый Джэ опустил голову, смущённый, не решаясь смотреть на их выражения. Когда он в последний раз искренне признавался в своей слабости? Он даже не мог вспомнить.

Знакомый, беспечный голос отозвался легко.

— Ну, как раз вовремя. Я тоже хотела передохнуть. Ноги устали от этой ходьбы.

— Хочешь, я тебя понесу?

— Нет, спасибо! Лучше найди нам место для отдыха.

— И ты уверена, что можешь вот так мной командовать?

— А почему нет? Ты здесь самый бодрый. Так что марш!

Пчела взмахнула кулаком в воздухе, а Ли Са Ён пожал плечами и двинулся искать место. Затем она подошла к Ча Ый Джэ и достала что-то из инвентаря, протягивая ему. Это была фляга с водой.

— Пей, если хочешь. Ах, подожди, ты же, наверное, не можешь с этой маской? Скажешь, когда закончишь, я отвернусь.

— О, нет. Пока не хочу.

— …

— …

Между ними зависло неловкое молчание. Пчела на мгновение взглянула в небо, затем раздражённо вздохнула и повернулась к Ча Ый Джэ.

— Кстати… спасибо.

— Хм? За что?

— За то, что сказал, что плакать — это нормально.

Она опустила взгляд, её глаза слегка покраснели.

— Если честно, я не хотела плакать. Это делает меня слабой, понимаешь? Это не первый раз, когда я вижу, как умирает товарищ. Я даже сама отпускала тех, для кого не оставалось надежды.

— …

— Но…

Пчела всё ещё несла на спине тощего монстра. Она не выглядела обременённой, будто этот груз был тем, что ей предназначено нести.

— Если не заплачу я, то кто? Я ведь единственная, кто знал их по-настоящему.

— …Это правда.

— …Ладно, хватит об этом. Похоже, Ли Са Ён нашёл место. Пойдём.

Ли Са Ён, присевший на корточки, помахал им рукой. Пчела развернулась и направилась к нему, волоча за собой ноги монстра. Ча Ый Джэ понимал её чувства. Он и сам когда-то перебирал груды окровавленных останков в надежде найти хотя бы крошечный обломок кости.

Когда Ча Ый Джэ подошёл, Ли Са Ён поднялся и указал пальцем на землю.

— Здесь есть след.

— След?

— Кто-то здесь проходил.

— …

Хотя след был слегка присыпан пеплом, отпечатки всё равно были различимы — ровная линия с чёткими промежутками. Похоже на следы колёс. Они были не полностью скрыты, значит, появились недавно. Глаза Пчелы загорелись.

— Может, это ведёт к другому подземелью?

— Возможно.

Ча Ый Джэ посмотрел вверх. Пепел продолжал сыпаться, не прекращаясь. Сделав глубокий вдох, он заговорил:

— Давайте пойдём по следу, пока он не исчез.

— Ты точно в порядке?

— Когда появляется хоть капля надежды, становится легче.

Ча Ый Джэ попытался пошутить, и Пчела тихонько засмеялась, затем улыбнулась шире. Без лишних слов они начали двигаться вдоль следа.

Отпечатки колёс тянулись на большое расстояние. Иногда они прерывались, но спустя несколько шагов снова появлялись, становясь всё чётче. Надежда росла. Возникало ощущение, что впереди может оказаться кто-то живой. Что, возможно, там есть выход.

Сколько времени прошло, пока они шли, было сложно сказать. Но внезапно они ощутили чьё-то присутствие.

Ча Ый Джэ инстинктивно задержал дыхание и присел. Ли Са Ён и Пчела последовали его примеру.

<Глаза Следопыта!>

Ча Ый Джэ быстро осмотрел окрестности. Но… признаков жизни не было.

«Что происходит?»

Его способность давала сбой? Ли Са Ён и Пчела выглядели совершенно нормально. Или же перед ними было что-то, что Глаза следопыта не могли засечь? Ча Ый Джэ моргнул несколько раз. Что бы это ни было, оно приближалось. В конце концов, он отключил свою способность.

И тогда —

— Там кто-то есть?

Раздался голос.

Они переглянулись. Наконец-то, они встретили другого живого человека. Судя по тону, с говорившим можно было общаться. Стоит ли откликнуться? В конце концов, если это окажется врагом, с этим можно будет разобраться позже.

Кто должен говорить?

Первый — мужчина в чёрной маске. Выглядит подозрительно.

Второй — вычурно одетый мужчина. Беда начнётся, как только он откроет рот.

Третий — красивая женщина с монстром на спине.

…

Ча Ый Джэ подал сигнал Пчеле, чтобы та положила монстра. Она аккуратно опустила его на землю и выпрямилась.

— Хаах, похоже, это моя работа…

Она гордо откинула волосы назад и громко ответила:

— Я Пчела из гильдии HB. Кто там?

— …

Раздалось невнятное бормотание, а затем появился молодой человек. Он выглядел растерянным, был одет в изношенный светоотражающий жилет и поцарапанную жёлтую каску.

— Охотница Пчела? Что вы здесь делаете?

В его лице было что-то знакомое. Ча Ый Джэ прищурился, внимательно его разглядывая… и вдруг его глаза расширились.

Это же был тот самый парень из ресторана с похмельным супом — новичок, который всегда сопровождал Ян Хэ Джин из Бюро управления разломами.

— Эта зона закрыта… Вы пришли расследовать?

Больше того…

— О, ах, да. Всё верно, мы здесь для расследования.

Лицо молодого человека выглядело куда старше его лет.

Глава 261

Зеленый новичок, который уже стал слишком уверенным, чтобы по-прежнему называться новичком, нахмурился. Маленькие шрамы на его лице тоже скривились.

— Вы же знаете, что эта зона полностью «отбелена» и опасна. Охотник Чон Бин ясно сказал вам не шляться тут как попало…

— Ой, да брось, у меня не было выбора. Срочное дело. А вы тут что делаете?

— Патрулирую. Осматриваюсь, нет ли поблизости выживших.

— Выживших? Каких ещё выживших?

— Что? Людей, застрявших между зданиями… или тех, кого мы ещё не нашли. Почему вы спрашиваете?

Новичок почесал затылок. Что-то здесь было не так. Искать выживших среди развалин. Закрытая зона. Новичок, который казался куда опытнее, чем Ча Ый Джэ его запомнил. Он моргнул. Тот всё ещё не отображался в поле зрения «Глаз Следопыта», словно существовал здесь и одновременно не существовал.

Неужели?..

Ча Ый Джэ быстро обернулся к Ли Са Ёну, который, уловив его взгляд, кивнул. Новичок почесал щёку и заговорил.

— В любом случае, я должен доложить, что вы здесь были…

— О? Конечно. Кстати… в какую сторону выход?

— Что? Выход? Это не подземелье, здесь нет выхода.

Рука Пчелы, рассеянно перебирающая волосы, замерла. Новичок с беспокойством посмотрел на неё.

— Вы ведёте себя сегодня странно. Может, вас задела какая-то ментальная атака?

— …Нет. Просто устала.

— Понял… Выход там. Я продолжу патрулирование, так что, возможно, вам стоит найти охотника Нам У Джина.

Новичок ушёл, скрывшись в дальнем конце руин. Оставшись одна, Пчела резко развернулась и зашипела, приблизившись.

— Что за чёрт? Меня что, ударило ментальной атакой, и я даже не заметила? О чём вообще шла речь?

— Нет, дело не в этом…

— Мы оказались в странном месте.

— Что?

Ли Са Ён поднялся на ноги и протянул руку Ча Ый Джэ. Тот взялся за неё, позволив помочь себе встать, а Ли Са Ён стряхнул белый пепел, прилипший к подолу его плаща.

— Эрозия — это процесс слияния с разрушенным миром… ты же это знаешь?

— Да, хотя бы это я знаю.

— Тогда почему эрозия происходит только в подземельях?

— А? Ну, разве не потому, что подземелья связаны с…

— Как простодушно.

— Эй, подожди…

Лицо Пчелы побледнело, и она замолчала на полуслове. В голове Ча Ый Джэ тоже мелькнула догадка, словно внезапно вспыхнул свет. Люди, превращающиеся в монстров. Пчела нахмурилась.

— Не говори, что… ты хочешь сказать, что разрушенный мир превратился в подземелье?

Ли Са Ён наклонил голову с кривой усмешкой.

— Именно так.

— Как это вообще возможно?

— А есть ли причина, по которой это не может быть так? Даже силы, которыми мы обладаем, не подчиняются обычной логике.

— Подожди, подожди… значит, цель апокалипсиса…

— Терраформирование.

Губы Ча Ый Джэ беззвучно двигались в мёртвой тишине, будто воздух вокруг застыл. И наконец он произнёс слова, которые не казались его собственными.

— Терраформирование, превращающее мир в подземелье.

— …

— Люди становятся монстрами, цивилизация рушится и превращается в структуру подземелья, а созданные нами вещи становятся предметами подземелья.

— …

— Мы получаем силу через законы системы, но в итоге оказываемся скованными её цепями. Чем сильнее мы становимся, тем более ужасными монстрами превращаемся, и чем больше развивается наш мир, тем мощнее становится подземелье.

— …

— Чем больше мы боремся за выживание, тем счастливее конец. Потому что подземелье становится сильнее.

Голос оборвался. Губы, которые до этого двигались сами по себе, замерли. Ча Ый Джэ медленно моргнул. Пчела и Ли Са Ён смотрели на него так, словно увидели призрака. Он машинально потер маску. Что это сейчас было? По его шее пробежал холод.

Пчела пробормотала себе под нос:

— J, то, что ты сейчас сказал…

— …Ах.

Ча Ый Джэ снова потер край маски.

— Прости. Просто… сделай вид, что не слышала.

— Подожди, это было слишком важно, чтобы просто забыть! Что именно ты знаешь? Постой… Ты хочешь сказать, что все подземелья, которые мы побеждали до сих пор, на самом деле были местами, которые существовали раньше?

— Я правда не знаю. Эти слова просто… сами вырвались.

— Ты сейчас серьёзно…!

— Пчела.

Ли Са Ён удержал её за руку и покачал головой.

…Откуда я это знаю? Он чувствовал странное отчуждение по отношению к самому себе. Я действительно — это я? Ча Ый Джэ помассировал онемевшую руку. Она была холодной.

Пчела выругалась, глядя в небо, затем резко обернулась и посмотрела на Ча Ый Джэ.

— Ладно. Без разницы. Значит, мы сейчас в разрушенном мире?

— Это место тоже можно назвать подземельем.

— Ты хочешь сказать, что эродированные подземелья соединяются друг с другом, образуя одно огромное подземелье?

— Это всего лишь догадка.

— Какой кошмар… А-а-а!

Пчела схватилась за голову и застонала, затем глубоко вдохнула и резко повернулась в сторону, которую указал новичок.

— Ладно, что бы это ни было, нам нужно выбраться. Чон Бин и Нам У Джин, похоже, тоже здесь.

— Скорее всего, это уже не те люди, которых мы знали.

— Да без разницы. В общем, суть я поняла. Давайте двигаться. Сидеть на месте не поможет нам найти выход.

Закинув на спину монстра, который когда-то был её товарищем, Пчела зашагала вперёд. Ча Ый Джэ же вдруг почувствовал, что ноги его словно приросли к земле. И тут холодные пальцы коснулись его затылка. Он вздрогнул и поднял взгляд. Ли Са Ён стоял совсем рядом, пристально глядя на него.

— Хён.

— …

— Пойдём.

Рука, ласково коснувшаяся его затылка, мягко подтолкнула его вперёд. Он и сам не заметил, как сделал шаг. Второй шаг дался легче. Подстраиваясь под шаг Ли Са Ёна, он вдруг спросил:

— …Ты не собираешься спросить?

— О чём?

— О том, что я сказал раньше.

— Ты же сам сказал, что не знаешь, верно? Даже если бы я спросил, смог бы ты ответить?

Ча Ый Джэ ткнул локтем Ли Са Ёна в бок. Тот и глазом не моргнул, спокойно ответив:

— Вместо этого просто держи своё слово.

— Что? Какое ещё слово?

— Не делай вид, что не помнишь.

Лёгкое прикосновение скользнуло по виску — быстрый поцелуй, прежде чем Ли Са Ён бодро зашагал вперёд. Ча Ый Джэ замер, прижимая ладонь к виску. В тот же миг его уши вспыхнули алым.

***

Фух. Чон Бин тихо вздохнул, с силой надавливая пальцами на глаза. Бумаги, исписанные рядами цифр и диаграмм, беспорядочно разлеглись по столу. Шум в ушах не утихал; каждый день в гильдию Совон привозили десятки, даже сотни пострадавших.

Однажды с неба начал падать белый пепел. Люди не придали этому значения. Ещё одно изменение, подумали они. Чем это отличается от снега? Охотники всё равно разберутся. Возможно, это была иллюзия неуязвимости, рожденная долгим миром.

Если бы тогда они отреагировали… всё ли сложилось бы иначе? Но сожалеть уже было поздно.

Всё произошло в одно мгновение. Белый пепел покрыл всё, здания рухнули, и появились белые монстры. Эти существа сносили строения, разрывали землю когтями и пожирали людей. Там, где они проходили, оставались бесплодные земли, непригодные для жизни.

Люди стали называть это явление буйства монстров и опустошённых территорий «Отбеливанием».

Чон Бин сцепил пальцы и закрыл глаза. Охотники отчаянно сражались на всех фронтах, но вместо того, чтобы ослабевать, случаи отбеливания лишь учащались. И уже невозможно было скрыть тот факт, что люди превращаются в монстров.

Чувствовалось, будто со всех сторон его загнали в ловушку.

Тук-тук. Раздался стук в дверь. Чон Бин быстро стёр с лица усталость и натянул улыбку.

— Входите.

— …

Трое вошедших представляли собой странную комбинацию: J в чёрной маске, Ли Са Ён и явно раздражённая Пчела. Видел ли он их когда-нибудь вместе? Чон Бин озадаченно посмотрел на них.

— Что привело вас сюда так внезапно?

— Эм… ну… Мы пришли, потому что…

Пчела замялась, искоса взглянув на Ли Са Ёна. Чон Бин тоже посмотрел на него и сразу заметил нечто странное. Взгляд Ли Са Ёна не выражал неприязни. Разве он не ненавидел даже находиться рядом с ним? В прошлом, всякий раз, когда их пути пересекались, Ли Са Ён не стеснялся выражать своё отвращение, то проклиная его, требуя, чтобы он исчез, то попросту отворачиваясь.

Но сейчас он не уходил. Вместо этого лишь слегка пожал плечами.

— Мы хотим услышать одну историю.

— …Историю?

— …

У Чон Бина неприятно сжалось сердце. Есть старая поговорка: если человек резко меняется, значит, он долго не протянет. Он резко поднялся. Бах! Стол дрогнул, несколько листов бумаги плавно слетели на пол. Ли Са Ён с недоумением посмотрел на него.

— Что с тобой?

— Ты…

Сделав глубокий вдох, Чон Бин спросил:

— Ты убил кого-то?

Глава 262

— Что?

— Пф-ф!

Пчела прижала руку ко рту, отворачиваясь в сторону. Даже у J слегка подрагивали плечи. Он что, ослышался? Но… Чон Бин пробормотал себе под нос, собирая разбросанные по полу бумаги.

— Кто-то переборщил с силой, или, может, вы столкнулись с вариантом и заодно решили разобраться с какой-то неприятностью… Разве не из-за чего-то подобного вы сюда пришли?

— …Нет.

Ли Са Ён стиснул зубы и ответил. Пчела хватала ртом воздух, смеясь так сильно, что на глазах выступили слёзы. В этот момент даже Чон Бин почувствовал себя немного неловко. Если не из-за чего-то серьёзного…

— В противном случае, вы трое не пришли бы ко мне все разом, разве не так ли…?

Неужели не так? Правда? Не так? Он едва сдержал слова, готовые сорваться с языка. Но, зная, что Ли Са Ён, скорее всего, взорвётся, если он спросит, Чон Бин прочистил горло и сцепил руки вместе.

— Прошу прощения за подозрения. Тогда… что привело вас сюда?

— Эм ~ ну, есть небольшая проблемка?

Пчела закатила глаза. Она могла летать туда-сюда, но увидеть здесь и Ли Са Ёна, который обычно избегал Чон Бина, и J, который часто отдыхал из-за здоровья, было довольно странно. Значит, это должно быть что-то важное. Выражение Чон Бина стало немного серьёзнее, и он подался вперёд.

— Я готов. В чём проблема?

— Дело в Са Ёне.

Когда заговорил Ча Ый Джэ, внимание всех сразу переключилось на него. Он крепко держал Ли Са Ёна за руку, не давая тому отступить назад.

— У Са Ёна… с памятью проблемы. Она немного… сбилась.

— Что?

Чон Бин склонил голову в замешательстве. Пчела схватила Ли Са Ёна за другую руку, держа его так, словно они были охранниками, удерживающими заключённого. Вытирая слезу в уголке глаза, она добавила:

— Ну, понимаете, часть его воспоминаний… исчезла? Он стал невероятно добрым.

— Простите?

Глаза Чон Бина широко раскрылись, когда он посмотрел на Ли Са Ёна. Тот глубоко вздохнул, глядя в потолок с мрачным выражением лица.

***

Мгновением ранее, в пустоши, Пчела, шагая впереди, вдруг заговорила:

— Я тут подумала.

— Если это что-то бессмысленное, оставь при себе.

— Заткнись. Раз уж так вышло, давай воспользуемся тактикой амнезии.

— Даже слушать не хочу.

Ли Са Ён фыркнул, скрестив руки. Пчела резко развернулась, выглядя раздражённой.

— Ах, ну почему! Нам нужна информация. Если мы просто попросим их объяснить ситуацию, они подумают, что это странно, разве нет?

— Пчела имеет в виду, что мы могли заменить самих себя в этом мире?

— Именно. Это апокалиптический мир, и если здесь есть люди, которых мы знаем, значит, и мы должны тут существовать. Но ведь не может быть двух одинаковых людей в одном месте, верно?

Это было похоже на то, что говорил «Хон Ё Сон». Он использовал тело Ккокко, чтобы избежать ситуации, при которой существовало бы два Хон Ё Сона одновременно. Пчела подняла палец.

— Этот человек сразу узнал меня как Пчелу. Но ведь странно будет, если я вдруг спрошу: «Какой сейчас год и день?» И кроме того…

Пчела мельком взглянула в воздух. Там появилось белое системное окно. Оно возникло в тот момент, когда вдали на горизонте начали проявляться остатки города.

[Слейтесь с окружающей средой.]

Это было условие для завершения подземелья? Но оно отличалось от того, что они обычно видели. Ни названия подземелья, ни описания — только одно короткое командное предложение. И для троицы, которая выделялась так сильно, это была невероятно сложная задача.

Охотники, сражающиеся на передовой апокалипсиса, спрашивающие:

«Простите, но как далеко зашёл апокалипсис?»

«Кто мёртв, а кто ещё жив?»

«Этот мир обречён?»

Если они начнут расспрашивать людей таким образом…

«Вы что, с ума сошли?»

Их примут за сумасшедших. Похоже, у всех были схожие мысли. Даже Ли Са Ён, который до этого высказывал сомнения, лишь пожал плечами, словно говоря: «Делайте что хотите».

Теперь моя очередь? Ча Ый Джэ, который физически лучше всех подходил для роли «амнезии», сжал кулак и спросил:

— Так кто будет притворяться потерявшим память?

— Что за сжатый кулак? Ты не собираешься кого-то ударить, да?

— А если да? Какая проблема?

— Просто сыграй, ладно? Просто сыграй. Я не могу — я ужасно играю.

— Не потому, что ты «потерял память»?

Пчела шутливо пнула воздух, издав жужжащий звук. За маской губы Ча Ый Джэ слегка дёрнулись. Похоже, выбора не было. Ли Са Ён точно не станет играть, так что, как лучший актёр среди них, ему придётся взять это на себя. Он уже поднял руку.

— Я…

— Нет выбора, я сделаю это.

Ли Са Ён перебил его на полуслове. Ча Ый Джэ посмотрел на него с недоверием. Какое ещё актёрское мастерство? Однако, благодаря маске, его потрясение не отразилось на лице. Зато Ли Са Ён посмотрел на него с каким-то странным выражением. С преувеличенным цоканьем он усмехнулся.

— Что за актёр из человека, который не умеет лгать?

— О чём ты вообще говоришь? Ты не видел моих актёрских талантов? Если бы я не стал охотником, я был бы актёром.

— О да, конечно. Допустим, ты умеешь играть… Но.

Ли Са Ён наклонил голову и скривил губы в насмешливой ухмылке.

— Разве каждый раз, когда ты играл, не случалась новая неприятность?

— …

Вспоминая прошлое, Ча Ый Джэ опустил голову, мрачно задумавшись. Объективно, он играл неплохо, но правда была в том, что в итоге он решал всё кулаками. Ли Са Ён хлопнул себя по щеке с преувеличенным вздохом.

— Извини, но здесь нет Со Мин Ги, чтобы разруливать ситуацию, да и моих ребят тоже…

Чёрт!

— Ну, если Ли Са Ён будет этим заниматься, никаких подозрений не возникнет.

Даже Пчела поддержала Ли Са Ёна. Это было предательство. Ча Ый Джэ резко повернулся к ней, но та, прижав палец к губам, весело сказала:

— Никто не заподозрит ничего странного, если он просто будет молчать!

Жёстко, но честно. Без злого умысла.

***

Ли Са Ён испытывает проблемы с памятью.

Чон Бин тут же потянул троих за собой и направился к Нам У Джину. Глава гильдии Совон укрылся в маленькой, тусклой подземной комнате. Пространство было завалено книгами и бумагами, а мерцающий багровый свет отбрасывал причудливые тени по всей комнате. После короткого шороха появился мужчина в белом лабораторном халате, его заплетённые белые волосы слегка качнулись.

— Что случилось? Я же говорил, не беспокоить меня без веской причины…

Слава богу. Он ещё не выглядит, как мумия. Ча Ый Джэ почувствовал некоторое облегчение. Нам У Джин выглядел слегка осунувшимся, но, по крайней мере, пока ещё был в порядке. Чон Бин жестом указал на Ли Са Ёна, стоящего позади.

— Кажется, у охотника Ли Са Ёна возникли проблемы с памятью.

— Памятью?

Нам У Джин слегка нахмурил брови и наклонил голову, словно ожидая объяснения. Чон Бин уточнил:

— Мы так торопились, что я не успел спросить, но на вас напал монстр?

— Не знаю. Не помню.

Ли Са Ён ответил с угрюмым выражением лица. Амнезия оказалась весьма удобной уловкой. Что бы ни произошло, он мог просто сказать, что не помнит. Ча Ый Джэ украдкой показал Пчеле жест одобрения. Нам У Джин раздражённо почесал голову и посмотрел на Ча Ый Джэ.

— J, а вы? Разве вам не положено отдыхать?

— О, я пришёл, потому что услышал, что у Са Ёна проблемы.

— Как ваше здоровье?

Чон Бин тоже посмотрел на Ча Ый Джэ с беспокойством. Его губы сами собой выдали привычный ответ:

— В данный момент чувствую себя лучше. Спасибо за заботу.

— Вижу. Раз уж вы здесь, проверьтесь на всякий случай. Будет проблемой, если вы снова рухнете. А вы, Пчела?

— Хм? О, я нашла Ли Са Ёна! И я же связалась с J!

— Мне сообщили, что вы вошли в запретную зону. Вы там его нашли?

— Э-э… да, всё верно.

— Что вы там делали?

— Э-э…

Похоже, её утверждение о том, что она плохо играет, оказалось правдой. Несмотря на заранее продуманную историю, Пчела начала запинаться. Она бросила взгляд на Ча Ый Джэ, который быстро вмешался.

— Я попросил её о помощи. Я кое-что ищу, но сам не могу свободно передвигаться.

— Можете сказать, что именно вы ищете?

— Нет, пока нет. Скажу, когда буду уверен.

— …Понял. Значит, возможно, монстр стёр его память…

Чон Бин, нахмурившись, коснулся подбородка и задумался. Нам У Джин скрестил руки и спросил:

— Он полностью потерял память или только частично?

— Похоже, что только частично. Он помнит таких людей, как я, Пчела и Чон Бин… но, кажется, полностью забыл недавние события.

Пока Ча Ый Джэ спокойно объяснял ситуацию, Ли Са Ён продолжал смотреть в потолок с откровенно недовольным выражением лица. Пчела неловко ткнула пальцем в Чон Бина и Нам У Джина.

— Хорошо, что мы всё объясняем, но раз уж мы привели специалиста, разве не лучше доверить это ему?

— Специалиста? Вы сами не собираетесь объяснять?

— Я не уверена, что смогу объяснить как надо!

— Я тоже.

Они действительно так выглядели. Эти люди привыкли решать проблемы не словами, а кулаками.

Нам У Джин тяжело вздохнул и жестом приказал следовать за ним. Отлично, сработало. Чон Бин с лёгкой улыбкой извинился:

— Простите, но у меня ещё дела, так что я пойду.

— Идите. А вы трое — за мной…

Волоча по полу изношенные тапочки, Нам У Джин двинулся по длинному коридору. Его хриплый голос донёсся из темноты впереди:

— Давайте сразу к сути. Этот мир погибает, он на грани полного коллапса.

Ага, так он сразу переходит к делу, да?

Глава 263

Кажется, Пчела думала о том же, потому что её взгляд стал сердитым.

— Вы просто перейдёте сразу к делу?

— Разве вы уже не обсуждали это? Ходить вокруг да около — пустая трата времени. К тому же...

Нам У Джин мельком взглянул на J.

— Вы сказали, что он не забыл о своём присутствии. Значит, уверен, он сумеет с этим что-то сделать.

— ...

— Как вам известно, у нас серьёзная нехватка людей. Отсутствие воспоминаний не означает, что вы можете сидеть сложа руки.

Безответственность. Позади Ча Ый Джэ незаметно сжал кулак. Нам У Джин открыл плотно закрытую дверь и вошёл внутрь.

В тёмной комнате в центре стояла массивная машина, напоминающая телескоп, вокруг которой вращались три синих магических камня. Не выдержав пронзительных взглядов Пчелы и Ча Ый Джэ, Ли Са Ён указал на устройство пальцем.

— Что это?

— Это устройство наблюдения за отбеливанием.

Что это вообще значит? Пчела и Ча Ый Джэ снова ткнули Ли Са Ёна в спину. Ли Са Ён нахмурился и переспросил:

— ...Что это значит?

— Вы ещё и про отбеливание забыли?

— Похоже, что да.

— И вы двое не удосужились ему это объяснить?

— Мы даже не знали, что он не знает, — невозмутимо добавили Пчела и Ча Ый Джэ.

Нам У Джин бросил на них строгий взгляд и вздохнул.

— ...Вы и правда ничего не сделали. Вы помните, что его обнаружили в пустошах, верно? Отбеливание — это явление, при котором, под влиянием конца, земля становится непригодной для жизни. Пустоши — это территория, затронутая отбеливанием. Земля, заражённая белым пеплом, превращается в бесплодное, мёртвое место, где не вырастет ни единой травинки.

— Что вызывает это явление?

— Я уже говорил вам. Этот мир рушится из-за апокалипсиса. Это феномен, вызванный концом.

Нам У Джин говорил спокойно, даже когда упоминал апокалипсис и разрушение. Ли Са Ён слегка сузил глаза.

— Вы просто смирились с этим крахом?

— Конечно, нет. Мы всё ещё боремся с ним.

— ...

— Но с таким темпом... Я не знаю.

Нам У Джин не стал договаривать. Ча Ый Джэ, сцепив руки за спиной, задумался. В их мире первой стадией апокалипсиса было появление монстров. А что здесь?

— Если бы вы могли рассказать нам о стадиях или порядке апокалипсиса, это бы помогло.

— Стадии? Ах…

Похоже, это был хороший вопрос. Нам У Джин кивнул и начал настраивать прибор наблюдения. Вскоре в воздухе появилось изображение монстра с огромной пастью — существа, которое в их мире пожирало людей.

— Всё началось с появления Больших ртов. После того как чёрная дыра превратилась в белую, они внезапно начали появляться повсюду, пожирая людей, здания — всё без разбору.

— ...

— Эти существа плохо видят, но чувствительны к присутствию и запаху. И всё, что они поглощают... исчезает бесследно. Исчезновение — самое точное слово.

Пчела опустила взгляд и тяжело вздохнула.

— Будто их желудки связаны с разломами мира. Сколько бы они ни поглощали, их голод никогда не утоляется. Они продолжают есть и есть, пока не истощатся до смерти.

— ...

— Число Больших ртов естественным образом уменьшилось. Мы научились с ними справляться, и в какой-то момент они просто перестали появляться. Следующей стадией стала… волна монстров.

Ча Ый Джэ и Пчела одновременно подняли головы. Волна монстров — явление, которого в их мире ещё не было.

— Монстры, затронутые отбеливанием, начали вырываться из подземелий и врат. Можно назвать это этапом сокрушительного числа. К счастью, мы сумели с этим справиться, но эти трансформированные монстры после смерти рассыпают белый пепел.

— ...

— В результате чем больше монстров мы убиваем, тем быстрее распространяется отбеливание.

— …Какая следующая стадия?

— Она происходит прямо сейчас.

Белёные глаза Нам У Джина пристально смотрели на троих. Окутанный голубым светом магических камней, он выглядел странно нечеловечно, когда приподнял уголки губ в улыбке.

— Мутация.

— ...

— Люди превращаются в монстров.

Лицо Пчелы помрачнело. Все они, должно быть, вспоминали одно и то же. Она оставила товарища, ставшего монстром, спрятанным за гильдией Совон. Она не знала, сколько тот ещё сможет продержаться.

— Не многие об этом знают, но все здесь присутствующие — знают. Кроме одного человека, который забыл.

— Есть ли способ остановить это? Или вернуть тех, кто уже стал монстром, обратно?

Пчела настаивала на ответе. Нам У Джин лишь пожал плечами, словно её вопрос был нелепым.

— Зачем спрашивать то, что вам уже известно? Нет. Ни способа остановить, ни способа обратить процесс вспять. Однако люди, подвергшиеся воздействию отбеливания на длительное время, мутируют быстрее... Но это всего лишь догадка.

— ...

— Мы работаем с целителями и исследователями, чтобы найти вакцину, но... честно говоря, я не уверен, что это возможно.

В его голосе не было уверенности. Пчела сильно прикусила губу, её сжатые кулаки дрожали. Ча Ый Джэ шагнул вперёд, заслоняя её.

— Спасибо за ваше время, доктор.

— J.

Скрестив руки, Нам У Джин коротко бросил:

— Берегите себя. Понятно? Вам не обязательно делать всё. Спасти мир можно только тогда, когда вы ещё живы.

— ...

— Ваше тело — это бомба замедленного действия, готовая взорваться в любую минуту. Будьте осторожны. Если станет слишком тяжело — бегите. И приходите сразу ко мне. Поняли?

Ча Ый Джэ моргнул. Честно говоря, ему было тяжело. С того момента, как он вошёл в гильдию Совон и стал заменой J в этом мире, всё было именно так. Но он не мог показать этого. Он медленно кивнул, чувствуя резкую боль в груди.

— Да.

— ...Теперь можете идти. Я не стану вас задерживать. В любом случае, вам, скорее всего, придётся держаться рядом с Ли Са Ёном.

Нам У Джин махнул рукой, отпуская их. Дверь с глухим стуком закрылась. Пчела, шедшая, будто на автомате, вдруг резко остановилась. Она обернулась, её лицо было решительным.

— Нам ведь некуда больше идти, верно? Ничего срочного?

— Если что-то придумаем, то да. Но пока — нет.

— Тогда... я хочу пойти в гильдию HB.

— ...

— Вам не обязательно идти со мной. Я просто хочу побыть там одна...

Голос Пчелы стал тише. Она надеялась увидеть Мэтью? В их родном мире он долгое время не просыпался. Ча Ый Джэ хорошо понимал это чувство. Он медленно кивнул.

— Хорошо.

— ...

— Иди. Нам всё равно нужна информация о других людях. Давай встретимся... перед гильдией Совон. Чон Бин тоже там будет.

Пчела взглянула на Ли Са Ёна, словно ища его одобрения. Он не ответил, но слегка кивнул. Затем, неожиданно, Пчела крепко обняла Ча Ый Джэ, едва не задушив его. Ошеломлённый внезапным теплом и болью, он только моргнул. Пчела прошептала едва слышно:

— Спасибо.

Короткое объятие закончилось так же быстро. Отпустив Ча Ый Джэ, Пчела стремительно ушла. Глядя, как её силуэт уменьшается вдалеке, он потёр плечо, которое она сжала, но тут же почувствовал новый вес. Ли Са Ён облокотился на него. Ча Ый Джэ спросил с заминкой:

— ...Что такое?

— Почему ты меня не обнимаешь?

— Это Пчела просто импульсивно меня обняла.

— Да… и я видел, как ты похлопал её по спине.

— ...

Какое острое наблюдение. Лучше пресечь это сразу, пока не зашло слишком далеко. Ча Ый Джэ широко раскинул руки. Ли Са Ён без колебаний заключил его в объятия, притягивая к себе, заполняя всё пространство между ними своей твёрдой фигурой. Ча Ый Джэ похлопал его по широкой спине, чувствуя, как мягкие волосы касаются его щеки, уха и шеи.

— Так сойдёт?

— ...Быстрое.

— А? Что?

— Твоё сердцебиение.

— ...

— И ещё какой-то царапающий звук...

Чьи-то пальцы скользнули между их прижатыми друг к другу грудными клетками, и большая ладонь легла на сердце Ча Ый Джэ. Ли Са Ён с хитрым взглядом своих фиолетовых глаз уставился на его чёрную маску. Чёрт, сначала он подумал, что это ревность, но оказалось, что тот просто проверял его состояние. Ча Ый Джэ попробовал отстраниться, наклоняясь назад, но вдруг понял, что в руках совсем не осталось силы.

«Что?»

Смущённый, Ча Ый Джэ невольно сжал пальцы на груди Ли Са Ёна. Руки, обвивавшие его талию, сжались ещё сильнее. Даже обычные объятия ощущались болезненными. Почему он такой сильный?

Выбора не было.

Ча Ый Джэ плотно зажмурился и пробормотал:

— Т-трепе...

— Что?

— Ты заставляешь моё сердце трепетать, идиот...

— ...

Фиолетовые глаза моргнули медленно, а затем уголки губ чуть приподнялись. Длинные ресницы дрогнули, и мягкие губы коснулись гладкой чёрной маски Ча Ый Джэ.

— О… правда? Я заставляю твоё сердце трепетать?

— Раз уж понял, отпусти! Что, если кто-то увидит?

— Всё нормально. Я почувствую, если кто-то подойдёт.

— Это неважно! Отпусти...

— Тебе больно, да? Прямо сейчас.

— О чём ты го…

Когда Ли Са Ён сжал его талию ещё сильнее, из губ Ча Ый Джэ вырвался слабый вздох. Он стиснул зубы и опустил голову. Острая боль пронзила его тело, заставив его задрожать.

Ли Са Ён тут же разжал руки и осторожно поддержал его, когда тот начал пошатываться. Лёгкий поцелуй коснулся виска, покрытого холодным потом.

— Упрямый.

Ча Ый Джэ с трудом пытался выровнять дыхание, шипя сквозь зубы проклятия. Его зрение снова и снова расплывалось.

— ...Будь ты проклят...

— Прости. Мне пришлось сделать это так, потому что иначе ты бы не признался.

Последним, что он почувствовал, был нежный жест — пальцы, мягко поглаживающие его затылок. Затем мир перед глазами растворился во тьме.

Глава 264

Ча Ый Джэ медленно моргнул. Его встретил странный белый потолок. Где я? Он попытался приподняться, но острая боль в пояснице заставила его замереть. Задыхаясь, он едва не закричал, но сдержался. В этот момент осторожная рука легла ему на грудь.

— Оставайся лежать.

— …Что?

Ча Ый Джэ моргнул. Ли Са Ён, в противогазе, сидел, съежившись, на маленьком стуле. Вздохнув, он начал поглаживать его волосы едва ощутимым, почти невесомым прикосновением, даже сквозь чёрные кожаные перчатки.

— Ты потерял сознание, хён.

— …Я потерял сознание? Как?

— Обняв тебя.

— А?

— Точнее… ты отключился из-за того, что я слишком сильно напряг руку.

Он упал в обморок от одного объятия? Ча Ый Джэ осторожно коснулся своей поясницы. Даже в неподвижном положении тупая боль растекалась по всему телу, а при малейшем прикосновении отдавалась резким спазмом. С трудом приподняв рубашку, он заглянул под неё.

— …Чёрт.

На животе и талии расплывалась большая синяя гематома в форме руки, обнявшей его. Плечи и шея, к которым прижималась Пчела, тоже ныло. Синяки по всему телу? Это вообще нормально? Пока Ча Ый Джэ приходил в себя, Ли Са Ён, подперев подбородок рукой, тихо пробормотал:

— …Я обдумываю это.

— Обдумываешь что?

— Не ожидал, что ты отключишься из-за этого…

Да уж, я тоже этого не ожидал. Ча Ый Джэ посмотрел на капельницу в своей руке. Теперь понятно, почему так болело, когда его обняла Пчела. Обычно, даже если бы Пэ Вон У врезался в него со всей силы, он бы и шагу не отступил.

Ча Ый Джэ огляделся. На прикроватной тумбочке стояла ваза с красной розой и его маска. Из слегка приоткрытого окна в комнату проникал прохладный ветерок, заставляя белые занавески колыхаться. Небольшая комната была аккуратно обставлена — больничная палата с одной кроватью и одним стулом.

— Где мы? Гильдия Совон?

— Именно.

Ли Са Ён слегка улыбнулся.

— Говорят, это особая палата.

— …

— Если точнее, комната, предназначенная только для J.

— …

— Нам У Джин даже знает, как ты выглядишь без маски.

Ш-ш-ш, из противогаза Ли Са Ёна вырвался слабый, едва слышный шипящий звук. Ча Ый Джэ давно не слышал его. Когда в последний раз Ли Са Ён надевал противогаз и перчатки в его присутствии? Казалось, прошла целая вечность. С тех пор как он узнал, что Ча Ый Джэ невосприимчив к яду, он всегда показывал перед ним своё настоящее лицо… по крайней мере, когда они оставались наедине.

Ли Са Ён заговорил тихим голосом:

— С твоим телом и правда что-то не так, да?

— …Похоже на то.

— В чём именно проблема?

— С тех пор как я вошёл в этот город, чувствовал себя странно. Сначала казалось, будто просто стал тяжелее, но со временем появилась боль в районе сердца. Думаю, это началось, когда я занял место J в этом мире.

— И потом?

— Когда Пчела меня обняла, было ощущение, будто меня сбил грузовик.

— …

— Обычно я бы даже боли не почувствовал, не говоря уже о том, чтобы пошатнуться…

Ча Ый Джэ ответил честно. Потерять сознание от одного сильного объятия — это серьёзно. Неужели моё тело ослабло? И скорость реакции, и физическое состояние явно ухудшились. Наблюдая, как Ча Ый Джэ сжимает и разжимает кулак, Ли Са Ён пробормотал:

— J в этом мире… умер от болезни.

— …

— И, похоже, ты унаследовал эту болезнь.

— Ты знаешь, что это за болезнь? Ты же… знаешь, каким был тот другой ты?

— Не знаю. Говорят только, что у него словно высасывали жизненную силу…

Раздался хруст — Ли Са Ён сжал кулак. Его дыхание стало тяжелее. Ча Ый Джэ поманил его ближе. Тот замешкался, но всё же придвинул стул. Ча Ый Джэ протянул руку и взъерошил его волосы. Ли Са Ён застыл, подняв руку, но тут же раздражённо отозвался:

— Что ты…

— В любом случае, это временно, верно? Так ведь?

— …

— Это… подземелье или что там, наверное, просто явление, которое случается только здесь. Не переживай слишком сильно.

— …Не говори так.

— Хм?

— …Ничего.

Ли Са Ён резко встал со стула. Провёл рукой по взъерошенным волосам и посмотрел вниз на Ча Ый Джэ. Странно, но за линзами его взгляда было не разобрать.

— Я пойду поговорю с Нам У Джином. Не вздумай вытворять что-то глупое, пока меня нет.

— Как я могу вытворять что-то глупое, когда мне так больно?

— Потому что это ты, вот почему.

— Не волнуйся. Иди.

— …

Ли Са Ён не сводил с него взгляда до самого последнего момента, прежде чем закрыть дверь. Раздался мягкий стук, и раздвижная дверь больничной палаты закрылась. Ча Ый Джэ попытался сосредоточиться на звуках его удаляющихся шагов, но он уже не мог уловить их так чётко, как раньше.

«Он сказал мне оставаться на месте…»

Но мне хотя бы нужно понять состояние своего тела, верно? Тогда я буду знать, как действовать. Это ведь не считается чем-то «глупым». Ча Ый Джэ быстро оправдал свою мысль.

С приглушённым стоном он медленно приподнялся с кровати. Даже это движение потребовало невероятных усилий — каждое мышечное волокно в его теле протестовало болью. Сдерживая крик, он перевернулся и сел на край кровати.

Как только его босые ноги коснулись пола и он попытался встать, тело пошатнулось.

— Черт…!

Глухой удар. Он тяжело рухнул на пол. Всё тело пронзила боль, а щека прижалась к холодной поверхности. Из проколотой капельницей руки начала сочиться кровь. Это вообще нормально? Я даже встать не могу? Стиснув зубы, он попытался подняться, но внезапно перед глазами вспыхнул белый экран.

[Проверка процесса синхронизации…]

[Синхронизация завершена на 100%.]

[Добро пожаловать! Это Мемориальное Подземелье, созданное ■■. Ваша роль — J.]

[Внимание! Сущность J подвержена ■■■ ■■■. Система накладывает физические ограничения: слабость, болезнь, сокращённую продолжительность жизни…]

[Рассчёт оставшегося времени до смерти…]

Цифры закружились в хаотичном вихре. Ча Ый Джэ внезапно закашлялся, разбрызгивая кровь на пол. Его зрение окрасилось в красный. Он моргнул, ошеломлённый.

Что…

Мысли путались. Новый приступ кашля сотряс его тело. Он прикрыл рот рукой, почувствовав на ладони липкую влажность крови. Наконец, спазмы утихли. Он отнял руку и увидел, что она вся покрыта ярко-красными пятнами.

Цифры замедлились, а затем застыли.

[168:00:00]

Они остановились. На экране системы вспыхнуло предупреждение красными буквами.

[Сущности J осталось 168 часов до смерти.]

168 часов. Одна неделя. Полусидя на полу, Ча Ый Джэ тупо уставился в экран. Затем появились новые красные строки.

[Внимание! Если вы погибнете в Мемориальном Подземелье, синхронизированная душа также исчезнет.]

Внезапно раздались торопливые шаги, и раздвижная дверь с шумом распахнулась. Ча Ый Джэ медленно повернул голову. Как всегда, его действия отставали от мыслей.

Меня не должны видеть в таком состоянии.

— …Хён!

В комнате раздался голос — незнакомый, но полный тревоги. Он хотел сказать, что с ним всё в порядке, но не смог пошевелить губами. Вместо этого…

[167:58:51]

Цифры в его поле зрения безжалостно отсчитывали время.

Крупные руки осторожно поддержали его. Ча Ый Джэ, с окровавленной рукой, сжал их в ответ и с трудом разлепил губы.

— Са Ён…

— Не говори! Это… Нам У Джин!

— Нет… нет. Мне нужно сказать это сейчас…

Железный привкус крови застыл во рту. Собрав последние силы, он с трудом сглотнул, чётко выговаривая каждое слово:

— Мы в полном дерьме.

— Что ты сказал?

— Я сказал… мы дерьме.

Тьма вновь накрыла его. Чёрт… Надо было сначала объяснить, почему мы в дерьме. В следующий раз скажу причину до вывода. Ча Ый Джэ закрыл глаза, ощущая, как чьи-то крепкие руки держат его.

***

Когда Ча Ый Джэ снова открыл глаза, время сократилось с 167 часов до 164. Почему оно так быстро утекает? Нахмурившись, он попытался смахнуть раздражающее системное окно, но его рука не пошевелилась. Точнее, что-то крепко сковывало его запястья.

— …А?

Он приподнял руку. Оба запястья были перевязаны чем-то мягким. Что это? Оглядевшись, он тут же заметил Ли Са Ёна, стоящего в углу комнаты, лицом к стене. Его силуэт казался зловеще напряжённым. Ча Ый Джэ прочистил горло.

— Эй, Ли Са Ён. Что это за дела?

Раздался зловещий голос:

— Ремни.

— И зачем ты меня ими связал?

— Если твои конечности закреплены, ты не упадёшь на пол.

— Нет, я же не совсем упал, я…

— Нам У Джин уже записал это как падение.

— Я просто пытался проверить, насколько плохое у меня состояние, и в итоге свалился…

— Что, в конце концов, и означает падение, разве нет?

— Я просто хотел проверить своё тело!

— И ты не мог подождать, пока я буду рядом?

— Я не хотел тебя беспокоить…

— Хватит.

Ли Са Ён медленно повернулся, его шаги разносились эхом, каждый шаг был выверенным.

— Оставим это так.

По какой-то причине по телу Ча Ый Джэ пробежал холодок. Он… испугался? Он моргнул в замешательстве, когда Ли Са Ён в чёрной перчатке осторожно провёл пальцами по его щеке. На этот раз он отчётливо увидел его глаза сквозь линзы.

Насыщенно-фиолетовый, пронзительный, налитый кровью взгляд.

— Я сдерживаюсь. Очень сильно.

Глава 265

От руки, прикасающейся к его щеке, исходил горький, зловещий запах — аромат, словно воплощение самой смерти. Странно. Разве рука Ли Са Ёна обычно не пахла сладко? Но эта мысль мгновенно испарилась, когда тело Ча Ый Джэ содрогнулось в сильной дрожи. По какой-то причине стало трудно дышать. Тяжесть давления навалилась на него, невыносимо сковывая.

Ча Ый Джэ лихорадочно огляделся, тревога сжала его грудь. Когда дыхание участилось, Ли Са Ён тут же отдернул руку, отступая на два шага.

— …Хён.

Даже его голос не принес облегчения, напротив — тело дернулось в испуге. Оно, уже потрясенное, отказывалось прийти в себя.

«Черт, что со мной?»

Ча Ый Джэ зажмурился, стиснув зубы, и вжал голову в жесткую подушку. Дыхание только ускорилось, переходя в прерывистые вдохи, когда он запрокинул голову, а холодный пот стекал по шее. Тревога. Страх. Странное ощущение — глаза наполнились слезами. Он… боится? Чего?

Ли Са Ёна?

Пальцы болезненно вонзились в ладони. Его конечности дрожали, сжимаясь внутрь. Это было его тело, но оно больше не казалось родным. Всё ощущалось чуждым, даже осознание пристального взгляда, жгущего кожу. Слёзы наполнили его глаза, скатываясь по щекам и вискам.

Он был напуган.

Как зверь, застывший перед лицом хищника. Уязвимый. Впервые в жизни. Ча Ый Джэ с трудом заставил себя заговорить, губы дрожали.

— Са…

Но тут же…

— Не… делай этого.

Дрожащий голос оборвал его. Ча Ый Джэ заставил себя открыть глаза. Сквозь затуманенное зрение он увидел, что Ли Са Ён уже отступил назад, крепко сжимая противогаз. Его руки, казалось, тоже дрожали.

— Не…

Он нажал на что-то похожее на кнопку. Почти сразу по комнате разнеслись поспешные шаги. Дверь сдвинулась в сторону, и прозвучал голос Нам У Джина.

— J, вы в сознании…

— Что-то не так с его состоянием!

— Сначала введём успокоительное…

В этом хаосе звуков его сознание снова потемнело. Чёрт, ещё немного драгоценного времени потеряно…

Ли Са Ён в порядке?

Мысль оборвалась.

***

[162 часа до смерти сущности J]

Как только Ча Ый Джэ с трудом открыл тяжёлые веки, перед глазами замерли светящиеся цифры. Прекрасно, ещё два часа пропали. Он слегка пошевелил руками — запястья всё ещё были связаны, но не так туго, как раньше.

Вздохнув, он огляделся. Вновь в дальнем углу палаты, подальше от кровати, сидела фигура в противогазе. Человек устроился на импровизированном стуле, погружённый в книгу. Какая именно книга, было не разобрать.

— Ли Са Ён.

Он был уверен, что тот его услышал, но ответа не последовало. Ча Ый Джэ прочистил пересохшее горло и заговорил громче.

— Ли Са Ён.

— …Я слышу тебя, даже если не зовёшь так громко.

— Тогда почему не отвечаешь?

— …

Ли Са Ён снова замолчал, и Ча Ый Джэ уставился на него. Чувство давления и страха, захлестнувшее его перед обмороком, полностью исчезло. Может, дело было в расстоянии между ними.

Вот как он хотел играть. Ча Ый Джэ дёрнул связанные запястья, намеренно издав громкий звук.

— Мне неудобно.

— Терпи. Я завязал их настолько слабо, насколько мог.

Раздался шелест переворачиваемой страницы.

— Связывать тебя по гражданским стандартам оказалось не так уж просто…

— Гражданским?

— Мне сказали, что в такие моменты ты становишься таким же слабым, как обычный человек.

— …

— Твоё ослабленное тело не может контролировать себя. Так что лучше тебе пока оставаться связанным.

— Эй, разве мне не стоит пытаться адаптироваться к этому состоянию?

— Ха…

Очередная страница перевернулась, и Ли Са Ён усмехнулся, будто издеваясь.

— Ты действительно хочешь снова кататься по полу, истекая кровью? Похоже, у тебя появилось странное хобби…

— Ты мог бы просто придержать меня.

— …

На мгновение воцарилась тишина. Ли Са Ён громко захлопнул книгу и, вздохнув, провёл рукой по взъерошенным волосам.

— Почему… чтобы ты опять упал в обморок от страха?

— …

— Почему бы тебе тогда сразу не потерять сознание с пеной у рта?

— …Прости.

Ча Ый Джэ извинился, но Ли Са Ён не ответил. Вместо этого он поднялся со стула. Противогаз скрывал его выражение, когда он на мгновение посмотрел на Ча Ый Джэ, а затем отвернулся.

— Думаю, лучше, если о тебе будет заботиться кто-то другой.

— Что?

— Просто оставайся на месте. Скоро кто-нибудь зайдёт.

— Эй, подожди! Мне нужно сказать…!

Но Ли Са Ён даже не дослушал. Он распахнул дверь и стремительно вышел. Бам! Дверь с такой силой захлопнулась, что тут же отскочила обратно и осталась наполовину открытой. Ча Ый Джэ с пустым взглядом уставился в проём. До его смерти оставалось 162 часа, а тот даже не захотел выслушать его?

«…Неужели это действительно его так потрясло?»

Ча Ый Джэ сжал и разжал связанные руки. Когда он встретился взглядом с Ли Са Ёном, его накрыл дикий страх. Так вот оно какое — давление, которое испытывают перед S-классом? Он лишь слышал об этом, но никогда не чувствовал сам.

«…»

Должно быть, это был шок. Ведь речь шла не о ком-то постороннем, а о нём — Ча Ый Джэ. Он действительно испугался Ли Са Ёна. Если Ли Са Ён видел, как он дрожал от страха…

«А…»

Тот, наверное, сейчас прокручивает в голове все свои ошибки, от А до Я. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул. В этот момент раздались шаги. Он повернул голову к двери.

На пороге появилась женщина в белом халате, с каштановыми волосами и эмблемой гильдии Совон на рукаве. Она выглядела до боли знакомой. Не успел он осознать, как сказал с неожиданной теплотой:

— Школьница Га Ыль?

Это была Юн Га Ыль этого мира, точно такая же, какой он мельком видел её в том фрагменте.

— Простите? О.

Её глаза расширились, а затем она прикрыла рот, хихикнув.

— Ох, прости! Так давно не слышала, чтобы ты меня так называл. Прямо ностальгия.

Ах, Юн Га Ыль этого мира уже не школьница. Ча Ый Джэ моргнул. С распущенными волосами и без очков она всё ещё выглядела молодой, но в её облике теперь читалась зрелость. Она казалась гораздо живее и энергичнее, чем утомлённая версия, которую он видел в фрагменте.

Она суетилась по палате, приводя всё в порядок. Теперь, когда Ча Ый Джэ задумался, она даже не выглядела удивлённой, увидев его открытое лицо. Разве он не пытался скрывать его в этом мире?

После того как она закончила уборку, Юн Га Ыль подошла к его кровати с сочувствием в глазах.

— Я слышала, ты упал с кровати… Как твои запястья? И глаза такие опухшие…

— …Не в порядке.

Если кто-то и мог его освободить, то это Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ быстро ответил, добавляя в голос оттенок грусти, используя свои отточенные актёрские навыки.

— Не могла бы ты меня развязать? Это немного неудобно…

Юн Га Ыль тоже выглядела расстроенной, но вместо ответа аккуратно положила тёплое полотенце ему на глаза.

— Прости. Охотник Ли Са Ён заставил меня пообещать, что я не буду тебя развязывать.

— Этот тип… Что он сказал?

— Ну… он сказал, что если я не хочу увидеть всю гильдию Совон мёртвой, то я ни в коем случае не должна тебя отпускать…

Он что, пригрозил ей? Глаза Ча Ый Джэ распахнулись под полотенцем. И на этом угрозы не закончились — Юн Га Ыль тяжело вздохнула.

— Что ещё… Ах, да. Он сказал, что потерял память и не может контролировать свои силы, поэтому его нельзя провоцировать. Он действительно потерял память? Не знаю, связано ли это с этим, но он кажется ещё более свирепым, чем раньше.

— …

— Поэтому руководитель группы Чон Бин даже оставил другие дела, чтобы следить за охотником Ли Са Ёном. Чтобы тот не устроил проблем…

Этот псих… Использует потерю памяти себе на пользу? Да ещё и мешает занятому человеку работать! У него начинала болеть голова.

— Ну… всё же…

Юн Га Ыль приблизилась к кровати и протянула руку, намеренно отводя взгляд. Затем, притворяясь, будто не замечает, ловко развязала верёвку, сковывавшую его запястья. Она столько говорила, а потом просто взяла и освободила его? Почему?

Ча Ый Джэ убрал влажное полотенце с лица, теперь уже свободными руками, и увидел Юн Га Ыль, которая, улыбаясь, приложила палец к губам.

— Пока я здесь, лучше, чтобы тебе было комфортно. Но когда я уйду, мне придётся снова тебя связать… Надеюсь, ты поймёшь.

— Га Ыль…

Возможно, из-за ослабленного тела, размягчился и его характер. В груди что-то кольнуло, и глаза защипало. Школьница Юн Га Ыль так заботливо к нему относилась, в то время как этот мерзавец Ли Са Ён даже не хотел приближаться. Он понимал, но всё равно…

Шмыгнув носом, Ча Ый Джэ потер запястья, на которых остались явные красные следы от верёвок. Насколько же слабым было это тело, если даже такое слабое ограничение оставило следы?

Юн Га Ыль проверила капельницу и спросила:

— Как ты себя чувствуешь? Все волнуются, включая врача и руководителя группы Чон Бина.

— Эм… Я в порядке.

— Ты всегда говоришь, что в порядке, так что сложно понять, правда это или нет. Если что-то болит, сразу скажи. Я слышала, ты сказал врачу, что всё хорошо, а потом сразу же упал в обморок.

— Нет, правда, до этого момента я чувствовал себя нормально.

Во всём этом виноват Ли Са Ён… Его нокаутировали объятия. Талия и живот до сих пор болели. Ча Ый Джэ приподнял свободный край больничной пижамы и взглянул на свой живот. Синяк всё ещё был на месте, темно-синий с фиолетовыми оттенками. Обычно такие удары не оставляли бы следов. Вернее, он бы вообще не получил синяк в нормальном состоянии.

Юн Га Ыль ахнула, прикрывая рот рукой.

— О боже… Что случилось с твоей талией и животом? Т-тебя кто-то ударил?

— А? Нет.

Хотя… В каком-то смысле, да? Его ударило чем-то вроде любви? Юн Га Ыль внимательно осматривала синяк, её выражение становилось всё более обеспокоенным. Она пробормотала, словно рассуждая вслух:

— Это охотник Ли Са Ён?

Верно, но Ча Ый Джэ промолчал, не зная, как оправдаться. Лицо Юн Га Ыль тут же помрачнело, и она сжала кулаки.

— О боже… Он же знает, в каком хрупком состоянии твоё тело, как он мог так поступить…?

— Нет, он не специально…

— Я не могу просто оставить это так!

— Нет, я же говорю, это был несчастный случай!

— Даже так, как он мог…

— Он просто… не умеет контролировать свою силу.

— Я знаю о ваших отношениях, но всё же, как он мог так обращаться с тобой, когда тебе больно?

Голос Юн Га Ыль заметно повысился от возмущения. Ча Ый Джэ моргнул, ошеломлённый.

— …А?

Глава 266

Юн Га Ыль сжала кулаки и вспыхнула от ярости.

— Нет необходимости его защищать! Я сообщу об этом врачу. Ему нужен строгий разговор, чтобы привести голову в порядок.

— Подожди, подожди. Га Ыль, какие у меня с ним отношения? С Ли Са Ёном?

— Что? Почему ты вдруг спрашиваешь?

— Нет, я серьезно. Я действительно не знаю. Какие у нас отношения?

— Ну…

Юн Га Ыль моргнула.

— Вы как настоящая семья, даже если не связаны кровью, верно? Вы очень заботитесь друг о друге. Охотник Ли Са Ён хорошо тебя слушается. Ну, если точнее, слушается только тебя.

— …

— Ты всегда о нем заботился, называя младшим братом и все такое.

Ах, точно. Его первоначальная паника мгновенно улеглась. Он просто слишком остро отреагировал из-за чувства вины. Ча Ый Джэ провел обеими руками по лицу, словно умываясь на сухую. Похоже, в этом мире поцелуи и тому подобное не в счет. Вероятно. Он на это надеялся.

Продолжение разговора могло вызвать подозрения, поэтому Ча Ый Джэ специально сменил тему.

— Как я себя чувствую физически?

— О, мне вызвать врача? Будет точнее услышать это от него.

— Я бы хотел услышать и твое мнение.

Юн Га Ыль пробормотала, слегка надувшись:

— …Ты ведь и так все знаешь, да? Даже от меня скрываешь.

Так вот, каким я был? Но я действительно ничего не знаю, подумал Ча Ый Джэ и ответил, придавая голосу легкую задумчивость:

— Я просто хочу объективную оценку. Как мое состояние выглядит со стороны…

— …

— Можно?

Голос его дрогнул от жажды — отголосок того, что он недавно выплюнул кровь. Черт, как же хотелось пить. Ча Ый Джэ тихо прокашлялся, скользнув взглядом в поисках воды. Юн Га Ыль тут же вскрыла бутылку и протянула ему. Сработала ли его уловка? Странно, но в ее глазах мелькнула легкая влажность.

Шмыгнув носом, она выпрямилась.

— Ну… Я не медик, так что не могу быть уверена. Большую часть того, что я знаю, я слышала тут и там. Имей это в виду.

— Хорошо.

— J… слабеет после использования силы. Он становится почти как обычный человек, и каждый раз… испытывает сильную боль. Очень сильную.

— …

— Мы не знаем почему. Мы все еще расследуем, но…

— Да.

— Врач подозревает, что сила J настолько велика, что у нее есть серьезная отдача. Возможно, это просто побочный эффект обладания такой мощной способностью.

В этом был смысл. Ча Ый Джэ задумался. Если объединить теорию Нам У Джина с тем, что он знал сам…

Ча Ый Джэ в этом мире использовал свое крепкое тело и способности, чтобы выдерживать откат, необходимый для поддержания баланса мира. Но сила не бесконечна, и каждый раз, когда он применял ее в полной мере, запас уменьшался. Пока энергия не восстановится, Ча Ый Джэ будет балансировать на грани смерти.

Неудивительно, что это так сильно болело. Ча Ый Джэ подпёр подбородок рукой и вздохнул, глядя на обеспокоенное лицо Юн Га Ыль.

— Что насчёт остальных?

— Кого ты имеешь в виду?

— Эм, да хоть кого-нибудь. Я ничего не слышал о последних событиях. Просто расскажи хоть что-то — о людях, о мире.

— Хм…

Юн Га Ыль выглядела растерянной, не зная, с чего начать. Ча Ый Джэ криво усмехнулся, и тут в голове всплыло одно хитрое лицо. Точно, если в этом мире был Скумбрия, он мог бы на него положиться. У того наверняка имелась информация обо всём.

— Как там рыбный рынок? Я имею в виду место, где продают информацию.

— Рыбный рынок? О… ты про тот, что раньше был в Норянджине?

— Да.

Юн Га Ыль замялась, нервно перебирая пальцами.

— Эм, этот район уже прошёл процесс отбеливания…

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Отбеливание — явление, превращающее регионы в безжизненные пустоши. Подожди, тогда что стало со Скумбриями и людьми с рыбного рынка в Норянджине…

— А… что насчёт Скумбрии?

— Скумбрия…

Юн Га Ыль нахмурила брови, пытаясь вспомнить, а потом вдруг просияла.

— О, ты про тех близнецов-информаторов? Я слышала, что они куда-то исчезли. Но, похоже, выжил только один из них.

— Подожди, который — старший или младший?

— Эм… прости, я точно не знаю. Это просто слухи. Вообще, с ними была связана прежняя директор, но после её смерти…

— …Что?

Глаза Ча Ый Джэ резко вспыхнули. Юн Га Ыль встревоженно посмотрела на него.

— Ч-тебе что-то не так?

— Директор… Ты имеешь в виду директора Хам?

— Да… Директора Хам.

— …

База близнецов Скумбрии, рыбный рынок, исчез, и один из них остался в одиночестве. Хам Сок Джон погибла. Ситуация оказалась куда хуже, чем он ожидал. Ча Ый Джэ провёл пальцем по губам, пробормотав себе под нос.

— Расскажи мне больше? Особенно о ранкерах. Всё, что знаешь.

После смерти Хам Сок Джон, Чон Бин был рекомендован на пост нового директора. Однако он отказался и остался руководителем группы, оставив должность директора вакантной. Охотник A-класса Сон Джо Хон храбро возглавил свою гильдию в битве с волной монстров и погиб. Отбеливание разрушало не только Корею, но и весь мир. После отъезда за границу Гю Гю пропал без вести, и о его состоянии ничего не известно. Пэ Вон У и Мэтью делают всё возможное на своих местах.

Юн Га Ыль мягко пробормотала:

— Явление отбеливания распространяется по всей Корее, даже штаб-квартира Бюро управления пробуждёнными пострадала… Гильдия Совон стала новой штаб-квартирой.

— Хм.

По сути, мир рушился. Весь. Ча Ый Джэ уставился в белый потолок. Он ожидал чего-то подобного, особенно после того, как увидел обрывки этого мира благодаря способности Юн Га Ыль.

«Дела действительно плохи…»

Терраформирование значительно продвинулось. Большинство ключевых фигур погибло или исчезло, и через 162 часа ему тоже суждено было умереть. Как только он уйдёт, мир погрузится в хаос.

Юн Га Ыль заправила волосы за ухо и добавила:

— А мастер-ремесленник заперся в каком-то глухом горном районе.

— Бюро управления пробуждёнными его не защищает?

— Эм, нет… Я слышала, что он сам попросил, чтобы его не искали.

Даже тот, кто так любил общество, теперь предпочёл изоляцию. Похоже, этот Хон Ё Сон успел встретиться с Хон Ё Соном из первого мира. Как только он поправится, первым делом нужно будет его найти.

Ча Ый Джэ улыбнулся:

— Спасибо.

— Это хоть немного помогло?

— Да. Очень помогло.

— Хехе, ну и хорошо.

Юн Га Ыль весело улыбнулась и принялась поправлять розы в вазе.

Юн Га Ыль этого мира влияла и на ту Юн Га Ыль, которую он знал как школьницу. Она видела прошлое и была той, кто видел его прямо перед смертью. Что, если он скажет ей, что умрёт через неделю?

Ча Ый Джэ открыл рот.

— Школьница Га Ыль… Нет, Юн Га Ыль.

— Да, J?

— Я…

Я умру через неделю. Ровно через 162 часа.

Как только он собрался сказать эти слова…

Голос не выходил. Будто что-то перекрыло горло. Ча Ый Джэ широко распахнул глаза, но сколько бы ни старался, не смог издать ни звука.

Юн Га Ыль с тревогой посмотрела на него.

— Что с тобой?

— …

В поле зрения вспыхнуло ярко-красное предупреждение.

[Первоё предупреждение! Не вмешивайтесь в прошлое. Не раскрывайте события будущего.]

[Примечание: После трёх предупреждений будет применено наказание.]

Чёрт!

Ча Ый Джэ сжал кулак. Предупреждение несколько раз прокрутилось перед его глазами, словно убеждаясь, что он понял, а затем исчезло. Только тогда блок в горле исчез. Он медленно провёл рукой по шее.

— J?

— …

Система запрещала раскрывать будущее… но что, если он просто намекнёт?

Ча Ый Джэ прищурился, протянув руку к розам, которые расставляла Юн Га Ыль. В вазе было семь цветов. Он осторожно коснулся их.

— Кто приносит эти розы?

— Иногда врач или я, но обычно их заменяет охотник Ли Са Ён.

— …

Ча Ый Джэ глубоко вздохнул, проведя пальцами по мягким лепесткам, и надел на лицо самое печальное, скорбное выражение.

— Что если… моя жизнь закончится, когда завянут все эти розы?

На этот раз горло не сжалось. Похоже, риторические вопросы не нарушали запрет. Ча Ый Джэ украдкой взглянул на Юн Га Ыль. Её лицо побледнело.

— Ч-что ты имеешь в виду?

— Ничего… просто подумал.

— Не говори так, пожалуйста! Я буду заменять их свежими, прежде чем они завянут!

Юн Га Ыль вскрикнула, почти плача. Нет, Юн Га Ыль, не так!

Ча Ый Джэ посмотрел на розы и слегка улыбнулся.

— Сколько здесь цветов?

— Семь...

— Что приходит в голову при виде числа 7?

— Эм… радуга из семи цветов?

— Верно. Это один вариант. А ещё?

— Эм… неделя?

Вот оно! Точно!

Ча Ый Джэ просиял и кивнул. Юн Га Ыль, глядя то на него, то на розы, вдруг широко распахнула глаза. Её голос стал серьёзным.

— Ах, понимаю. Ты хочешь, чтобы я воспринимала эти цветы как символ тебя, J.

Это… Ну, почти!

— И,

Юн Га Ыль решительно кивнула.

— Я буду заменять их каждую неделю на свежие, даже если ты не будешь в больнице!

Нет, не так!!

Ча Ый Джэ мысленно застонал, крича в безмолвном отчаянии.

Глава 267

— Не волнуйся. Я сделаю всё, что в моих силах.

Глаза Юн Га Ыль загорелись, и она решительно сжала кулак. Бесполезно. Довести до неё эту мысль было невозможно. Ча Ый Джэ мог только слабо кивнуть, а её плечи немного поникли.

— Так что… пожалуйста, не говори так, будто всё уже кончено.

— …

— Если тебя не будет…

— …Хорошо, я понял.

Если бы он исчез, разрушение этого мира лишь ускорилось бы. Когда он умрёт, за ним последуют Чон Бин и Мэтью. Но он ничего не мог сделать. Его смерть была неизбежна, и он не мог вмешаться в прошлое, которое уже было предопределено.

Наблюдать за тем, как обречённый мир приближается к своему концу…

«…Лучше бы собрать побольше информации».

Он задумался о людях, которых знал. Возможно, его тётя ещё была жива в этом мире? С проблеском надежды он спросил:

— Ты знаешь охотницу по имени Пак Хэ Гён?

— Конечно. Она была правой рукой директора Хам.

Прошедшее время звучало зловеще. Ча Ый Джэ беззвучно пошевелил губами, затем всё же осмелился спросить:

— Она… умерла?

— Да, вместе с директором.

— …

— …J?

— Ничего.

Он поднял взгляд к потолку. В конце его пути ждёт мир, который уже обречён на разрушение. Что он мог сделать? Он повернул голову и увидел, как Юн Га Ыль смотрит на него с тревогой в глазах. Он знал её. Помнил ночи, когда она просыпалась в слезах, но всё равно продолжала двигаться вперёд.

— Юн Га Ыль.

— Да, J?

— Однажды… настанет момент, когда тебе придётся сделать выбор.

Юн Га Ыль нахмурилась, не понимая, но Ча Ый Джэ чувствовал — сейчас тот самый момент. Если он не скажет это сейчас, у него уже не будет шанса. Он протянул руку и крепко взял её ладонь.

— Когда этот момент придёт, не сомневайся. Будь уверена, не колеблись.

— …J?

— Сделай то, что должно быть сделано. Твой выбор не будет ошибочным.

— …

— Поняла?

Юн Га Ыль молчала, обдумывая его слова. Затем медленно кивнула, и Ча Ый Джэ наконец улыбнулся.

Этого достаточно.

В этот момент Юн Га Ыль вздрогнула, поспешно схватила ремень и крепко зажала его в руке. Ли Са Ён возвращался? Она быстро связала запястья Ча Ый Джэ и отступила от кровати. В тот же миг дверь заскрипела, и Юн Га Ыль подняла голос.

— Ох, даже если будешь упрашивать, я всё равно тебя не развяжу!

— …

— …

Юн Га Ыль совершенно не умела притворяться. Она правда думала, что Ли Са Ён на это клюнет? Ча Ый Джэ обречённо взглянул на потолок. Ли Са Ён в противогазе перевёл взгляд с Юн Га Ыль на него, а затем коротко кивнул ей.

— Иди.

— Д-да!

Юн Га Ыль бросила Ча Ый Джэ взгляд с жестом «держись» и поспешно вышла из комнаты. Ли Са Ён, стоя на приличном расстоянии от кровати, молча смотрел на него.

А затем…

Из-за противогаза донёсся тихий смешок.

— В этот раз прощу.

— …

Так раздражающе проницателен.

Ча Ый Джэ закрыл глаза, делая вид, что ничего не слышал. Подожди, пока я восстановлюсь. Но ленивый голос продолжил:

— Дай знать, когда почувствуешь себя лучше.

Ча Ый Джэ приоткрыл один глаз и посмотрел на Ли Са Ёна.

— …Зачем?

— Я кое-что выяснил. Я тоже хочу выбраться отсюда.

— Что именно ты узнал?

— Нашёл нескольких людей, которые могут пригодиться.

Ли Са Ён держал между покрытыми перчатками пальцами сложенный листок. Он легонько щёлкнул им, и бумажка приземлилась прямо на живот Ча Ый Джэ.

Что он задумал?

Ча Ый Джэ открыл оба глаза и сощурился, глядя на него.

— Это что? Ты считаешь это забавным?

— Посмотри, когда будешь в состоянии развязаться.

— Ты…

Он что, правда его дразнит? Это же чистой воды провокация. Ча Ый Джэ сжал кулаки, собираясь с силами, и затем...

— Ах ты, дерзкий щенок!

... поднял руки, сжав кулаки с такой силой, что…

Лязг!

Вместе с защитными поручнями, прикреплёнными по бокам кровати.

— …

— …

Ли Са Ён в полном шоке смотрел на него. Ча Ый Джэ был не менее поражён. Какого чёрта этот ремень вообще не порвался?! С чуть растерянным видом он попытался приделать обратно сломанную перекладину и ослабить ремень. И в этот момент —

Бах!

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге, тяжело дыша, появился Нам У Джин.

— Что вы тут опять устроили?!

Но, увидев картину в палате, он резко замолчал.

Ча Ый Джэ тоже молчал. А Ли Са Ён, постучав пальцами по нижней части противогаза, ухмыльнулся.

— Да ничего особенного…

— …

— Просто J очень, очень хочет выписаться.

— …О, ха-ха.

Ча Ый Джэ неловко усмехнулся и почесал затылок.

***

— Готовь ещё.

— Что это с тобой? Раньше же говорил, что не будешь есть больше, потому что это делает тебя медлительным в бою.

— Заткнись и шевелись быстрее.

Пчела откусила тягучий рисовый пирог, болтая ногами, пока сидела на столе. Без лишних слов Мэтью поднял палец, и на его кончике вспыхнула искра. Масляный кальмар начал сворачиваться, шипя в пламени. Запах был просто восхитительный.

Пчела опустила взгляд и наблюдала, как он тщательно контролирует температуру. Вкус пирога, его идеальная теплая текстура, насыщенный аромат, даже движения Мэтью — каждое мелкое действие казалось таким реальным.

— …

Знакомая, давно потерянная картина. Та, которую она хотела вернуть. Но не в этом фальшивом мире. В настоящем.

Сжав губы, Пчела быстро отвернулась, сдерживая подступающие слёзы. Мэтью заговорил:

— Просто подожди ещё немного.

— Знаю, знаю.

Услышал ли он дрожь в её голосе? Она надеялась, что нет. К счастью, Мэтью казался полностью сосредоточенным на жарке кальмара и никак не отреагировал.

Она посмотрела вверх. Белые плитки, стопки документов, даже крест на стене — всё было точь-в-точь таким же, как в её воспоминаниях об офисе главы гильдии HB.

«Это и правда подземелье?»

Всё было слишком правдоподобным. Может ли это быть на самом деле иной реальностью? Она чуть сильнее вгрызлась в пирог, не сводя глаз с потолка.

Тогда Мэтью заговорил:

— Пчела.

— Что?

— Что-то случилось?

— …

— Ты выглядишь расстроенной.

Она молчала, а потом осторожно заговорила:

— Если, чисто гипотетически…

— Хм.

— Ты сделал выбор. Например… рискнул жизнью.

Мэтью кивнул, подталкивая её продолжить. Пчела покачала скрещённой ногой и задала свой вопрос:

— Ты сделал это, потому что это был лучший вариант?

— Конечно.

Ни секунды колебаний. Она и так знала, что он такой человек, но всё равно… Пчела положила подбородок на руку. В глазах снова защипало, и она с трудом выдавила:

— Это самое худшее.

— …

Она спрыгнула со стола и встала, отвернувшись от него.

— Готовь ещё. Я поделюсь с J.

— …Ладно. Как там J?

— А?

Пчела удивлённо обернулась, когда Мэтью бросил на неё взгляд.

— Я слышал, он недавно снова потерял сознание.

Слово снова застряло у неё в голове. Теперь, когда она подумала об этом, Нам У Джин всё время беспокоился о здоровье J. Неужели он и правда настолько слаб?

«Но…»

Хотя она видела видение, где Чон Бину отрубили голову, смерть самого J ей не показали. Пчела нахмурилась.

Мэтью аккуратно уложил обжаренные кальмаровые щупальца и рисовые пироги в контейнер, продолжая говорить:

— Я хочу, чтобы ты тоже за ним присматривала. Даже если он не в нашей гильдии…

— Эм, они всё ещё не выяснили, почему он падает в обморок?

— Насколько мне известно, нет.

— …

Пчела недовольно поморщилась. Похоже, это стоит изучить повнимательнее.

***

Вздох.

Тонкие струйки сигаретного дыма смешались с бледным пеплом и растворились в воздухе. Море, укрытое пеленой белого пепла, давно утратило свой синий цвет. Бледные, безжизненные волны накатывали на его босые ноги, а затем снова отступали. Можно ли это место всё ещё назвать морем, если в нём больше не осталось ни характерного солёного запаха, ни синевы, ни жизни?

Несмотря на все попытки уйти, в итоге он неизменно возвращался сюда — к морю.

Юноша стоял так долго, не обращая внимания на то, как вода пропитывает его ноги и штанины. Ветер трепал его тёмно-синие, растрёпанные волосы, а очки отражали мутные морские просторы.

Позади него раздался грубоватый голос:

— Что, собрался броситься туда и сдохнуть?

— …

Сутулая старуха покачала головой и махнула рукой в сторону дома.

— К тебе пришли.

— …Ко мне?

Он озадаченно переспросил, но в ответ не получил ничего. Будто сказав всё, что хотела, старуха развернулась и заковыляла прочь. Сделав последнюю, глубокую затяжку, юноша стряхнул пепел в сторону моря. А затем развернулся, оставляя позади бледный океан. Мокрый пепел лип к его влажным ступням.

Деревушка у моря была погружена в тишину. Охотники были заняты устранением отбеливания в крупных городах и не имели возможности уделять внимание таким отдалённым местам. Оставшиеся здесь жители — в основном местные, те, у кого не было средств уехать, или те, кто попросту не осознавал, что конец уже близок.

Босиком он шагал по неровной земле, оставляя за собой длинные, бледные следы. Остановившись перед домом с синей крышей, покрытой слоем пепла, он ощутил присутствие, которого здесь быть не должно. Развернуться и снова уйти к морю? Но те люди уже наверняка его заметили.

«Где же я допустил ошибку…?»

Впрочем, теперь уже не имело значения. Сделанного не исправить. Тяжело вздохнув, он перешагнул порог полуоткрытых ворот. За узким двором на веранде сидели две фигуры. Один из них был в противогазе, другой — в гладкой, чёрной маске. Что делали здесь люди, которые, по идее, должны находиться в Сеуле?

Человек в чёрной маске заговорил. Его голос был искажён.

— Скумбрия.

— …

— Мне нужно кое-что узнать.

Юноша достал новую сигарету из пачки и прикурил, глубоко затягиваясь, пока его щека не впала внутрь. За поцарапанными линзами очков тёмно-синие глаза медленно закрылись. Голос его прозвучал устало.

— Не знаю, как вам удалось меня найти…

Дым растаял в воздухе.

— …но я с этим покончил.

Глава 268

Мгновение назад, в гильдии Совон.

Нам У Джин разразился потоком упрёков. Вам обязательно нужно было опять что-то устроить, да? Вместо того чтобы быть осторожным, раз уж вам нездоровится, вы снова лезете в неприятности. За ремонт кровати платить будете вы. И вы, Ли Са Ён, почему не следите за ним? Потеря памяти — не повод всё пускать на самотёк. Вы должны лучше заботиться о J… Его ворчание было острым, а после лекции он был тут же уволочён на медицинский осмотр.

Нам У Джин оглядел его суровым взглядом.

— По крайней мере, тело у вас уже пришло в норму.

— Да, сэр.

Ча Ый Джэ сложил руки вместе в почтительном жесте, отвечая. Он раньше не замечал, но разгневанный Нам У Джин был по-настоящему страшен — настолько, что даже его, обычно не знающего страха, пробирало до мурашек. Нам У Джин потряс перед ним папкой, его глаза сверкали.

— Не переусердствуйте снова! Вы не знаете, когда случится откат.

— Да, сэр.

— Хоть отвечаете вы прилежно. Теперь убирайтесь! Только попробуйте опять устроить спектакль!

— Да, сэр.

Ча Ый Джэ склонил голову и выскользнул из медпункта. В конце коридора, прислонившись к стене, стоял Ли Са Ён в противогазе, дожидаясь его. Тот усмехнулся и протянул Ча Ый Джэ его маску.

— Хорошенько тебя отчитали, да?

Ча Ый Джэ надел маску и проворчал:

— Как ты думаешь, чья это вина?

— Это потому, что ты вдруг взбесился.

— И кто же первым бросил в меня бумагу без капли уважения? Дай сюда, я посмотрю.

Ли Са Ён послушно передал ему аккуратно сложенный лист бумаги. Ча Ый Джэ развернул его и пробежался взглядом по содержимому. Среди записанных впопыхах заметок были как знакомые вещи, так и совершенно новые.

- Директор Хам Сок Джон погибла во время нашествия монстров

- Охотница Пак Хэ Гён тоже погибла

- Гильдии Падо больше нет

- Рыбный рынок исчез

- Скумбрия пропал (ходят слухи, что направился в Хэнам; Чон Бин может знать больше)

- Хон Ё Сон пропал в Чирисане

- Пэ Вон У связан с Бюро управления пробуждёнными

- Со Мин Ги связан с Бюро управления пробуждёнными

- Чхве Го Ё связан с гильдией HB

.

.

.

Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна. Этот парень умел собирать информацию как никто другой.

— Когда ты успел всё это разузнать?

Ли Са Ён лишь слегка пожал плечами.

— Просто спросил у Чон Бина, и он мне рассказал.

— Ты его не запугивал, надеюсь?

— Кто знает? Если он испугался и сам всё выложил, это считается угрозой…?

Ну, конечно. Чон Бин, должно быть, отдал ему всю информацию, лишь бы избежать больших проблем. Спасибо, Чон Бин. Ча Ый Джэ на мгновение задержал взгляд на имени Пак Хэ Гён, затем продолжил читать заметки.

— …Гильдии Падо нет?

— Похоже, я её здесь так и не основал. Вообще-то, я создал гильдию только…

Ли Са Ён оборвал фразу, и Ча Ый Джэ не стал его подгонять — он уже знал, что тот хотел сказать. Ли Са Ён, вероятно, создал гильдию, чтобы ждать его. Как бы высок ни был его ранг, одному ему было не справиться.

Сменив тему, Ли Са Ён заговорил снова.

— Похоже, мы путешествовали вдвоём.

— …Понятно.

Ча Ый Джэ сложил бумагу обратно. Но, возвращая её, задал вопрос:

— Откуда ты знал, что моё тело восстановилось? И что я свободен?

— Потому что оно было связано не так, как это делаю я.

Замечает такие вещи за считаные секунды, да? Ча Ый Джэ прищурился, но Ли Са Ён лишь равнодушно продолжил:

— И ещё… Ты был крепко связан, но боли не показывал. Значит, ты уже достаточно восстановился…

Ах, точно. Юн Га Ыль, должно быть, связывала его наспех, не контролируя силу, но он не чувствовал особой боли. Ча Ый Джэ коснулся запястья. Красные следы от верёвок полностью исчезли.

Ли Са Ён проверил телефон и сообщил:

— Я попросил Пчелу одолжить нам Чхве Го Ё. Он уже направляется в гильдию Совон. С чего начнём?

— Хочу встретиться со Скумбрией.

Ли Са Ён склонил голову набок, слегка удивившись.

— Думал, ты скажешь «Хон Ё Сон».

Скумбрия, потерявший свою вторую половину… Странное предчувствие подсказывало, что он должен увидеть его. Ча Ый Джэ пожал плечами.

— Не знаю, почему. Просто хочу туда сперва.

— Ладно. К счастью, Чон Бин знает, где он.

В одном углу его зрения замигало красное число — 160. Время неумолимо ускользало.

Ча Ый Джэ поднял взгляд на Ли Са Ёна.

— Но, чтоб ты знал… У меня не так много времени.

— В каком смысле?

— В прямом. Физически.

Ли Са Ён издал низкий гулкий звук, чуть склонив голову набок.

— Ты собираешься объяснить подробнее?

Уже получив одно предупреждение, Ча Ый Джэ раздумывал, стоит ли тратить ещё одно на объяснение Ли Са Ёну или лучше сохранить его. Ли Са Ён был достаточно проницателен, чтобы догадаться обо всём без лишних слов. Чем больше предупреждений он мог избежать, тем лучше.

«Ему можно доверять настолько».

Ча Ый Джэ снял маску и мягко ухватился за руку Ли Са Ёна, глядя ему прямо в глаза, его фиолетовый взгляд был как никогда искренним. Ли Са Ён внимательно изучал его лицо, а затем, склонив голову…

Буп.

Фильтр его противогаза ткнулся в нос Ча Ый Джэ.

Что это? Он пытается начать драку? Ча Ый Джэ потрогал нос, недоумевая.

— Что это было?

— Ну… ты так мило на меня смотрел. Я подумал, что ты сейчас поцелуешь меня или что-то в этом роде.

Это… серьёзно?

— Ох, да ладно. С чего бы мне такое делать?

Ча Ый Джэ ткнул кулаком Ли Са Ёна в бок, но тот ловко увернулся и вместо этого схватил его кулак. Низким голосом он прошептал:

— У тебя какое-то ограничение на разговоры…

— …

Проницательный, как всегда. Вместо ответа Ча Ый Джэ лишь пошевелил зажатым кулаком. Ли Са Ён тяжело вздохнул.

— И правда, этому хаосу нет конца…

Ча Ый Джэ молча кивнул.

Ли Са Ён спокойно спросил:

— Сколько у тебя осталось времени?

«А теперь, если подумать…»

Разве Ли Са Ён не тот, кто не принадлежит этому миру? Раз он пришёл сюда из нашего мира, не должно быть необходимости ходить вокруг да около. В конце концов, мы оба ищем выход. Ча Ый Джэ бросил взгляд на убывающее красное число и открыл рот, чтобы заговорить.

Но тут же…

[Второе предупреждение! Не вмешивайтесь в прошлое. Не раскрывайте события будущего.]

[Примечание: Сущность «Ли Са Ён» также является человеком из прошлого.]

[Внимание: После трёх предупреждений будет применено наказание.]

Красный текст снова появился перед ним, сжимая горло. Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись. Что это значит? Ли Са Ён вошёл в подземелье вместе со мной!

Но он не мог пошевелить ни одним пальцем.

Ли Са Ён смотрел на него с любопытством.

Ча Ый Джэ хотелось немного поплакать.

Проклятая система!

Наконец, когда голос вернулся, Ча Ый Джэ смог заговорить. У него не оставалось выбора, кроме как использовать тот же метод, что и с Юн Га Ыль.

— Са Ён.

— Да, хён?

— В… моей больничной палате… сколько было роз?

— Семь роз.

Ответ последовал мгновенно. Он даже это помнит? Прежде чем Ча Ый Джэ успел восхититься его памятью, Ли Са Ён слегка сузил глаза.

— Подожди…

Вот именно. Это был правильный ответ.

— Это ведь не значит, что у тебя осталось семь часов, да?

Конечно, нет!

Ча Ый Джэ с отчаянием схватился за голову.

***

В итоге Ча Ый Джэ так и не смог сказать, сколько ему осталось жить, и вынужден был отправиться куда-то в Хэнам. Ли Са Ён пробовал разные догадки: семь часов, 70 часов, неделя, семь недель… но Ча Ый Джэ не мог ни подтвердить, ни опровергнуть. Красные предупреждения продолжали вспыхивать перед глазами, поэтому он просто сложил два пальца крест-накрест у рта, показывая, что не может ответить. Ли Са Ён тяжело вздохнул, но больше не настаивал.

Когда Чхве Го Ё наконец прибыл в гильдию Совон, его внешний вид оказался гораздо более опрятным, чем ожидалось. По словам Пчелы, Мэтью не любил, когда его личность становилась очевидной. Так или иначе, Чхве Го Ё вошёл в помещение, театрально выблевал всё содержимое желудка и тут же потерял сознание. Пчела решила отвезти его в Чирисан, к Хон Ё Сону.

Но потом…

«Атмосфера…»

Это был кризис.

— Не знаю, как вам удалось меня найти…

Дым растаял в воздухе.

— …но я с этим покончил.

Молодой человек, ступни которого были мокрыми и покрытыми белым пеплом, произнёс эти слова, закуривая сигарету. Его свободная рубашка в клетку даже не была застёгнута, под ней виднелась белая майка. Широкие, мокрые штаны висели мешком, а его очки были поцарапаны. Его тёмно-синие растрёпанные волосы создавали неряшливый вид. Он совсем не походил на братьев Скумбрий, которых знал Ча Ый Джэ.

«Я не знаю, старший он или младший».

На вид он напоминал старшего, но его поведение больше подходило младшему. Ча Ый Джэ скользнул взглядом по Ли Са Ёну, сидящему рядом. Интересно, что он об этом думает? Однако Ли Са Ён, подперев рукой подбородок, выглядел совершенно безразличным к происходящему. Скумбрия стряхнул пепел с сигареты и произнёс:

— Если вам нечего сказать, просто уходите.

— Подожди, я хочу кое-что спросить.

— Я ничего не знаю и не дам тебе никаких ответов.

Он лениво махнул рукой и направился к выходу. Шлёпанье его мокрых ног по полу эхом разносилось в помещении.

Почему я пришёл к Скумбрии? Хон Ё Сон, наверное, знает больше.

Ча Ый Джэ задумался на мгновение.

— Расскажи мне, как рухнул рыбный рынок.

— …

Он не хотел видеть кого-то, оставшегося в одиночестве.

Шаги Скумбрии остановились.

Отбеливание рыбного рынка, смерть брата Скумбрии — всё это ещё не произошло в его мире. Если он узнает детали, то, возможно, сможет предотвратить это заранее. Ча Ый Джэ поднялся с татами и направился к застывшему молодому человеку.

Однако…

— Вы пришли сюда только для того, чтобы ковыряться в старых ранах… уважаемые гости.

В его выпрямленной осанке сквозила саркастичность. Скумбрия развернулся и посмотрел прямо на Ча Ый Джэ. В его бледно-голубых глазах отразилось лицо Ча Ый Джэ.

— Если я расскажу…

Он снял поцарапанные очки. Затем откинул растрёпанные волосы, закрывавшие глаза. Его губы тронула кривая улыбка.

— …Что, ты собираешься использовать это как урок, чтобы составить план или что-то в этом роде?

Глава 269

Ощущение на его коже было колючим — резкая злоба. Скумбрия шумно вздохнул, так, чтобы все услышали, и убрал очки в нагрудный карман своей безрукавки. Затем достал сигарету и закурил.

— Значит… гильдия Совон пала? Или Чон Бин умер? Не вижу других причин, по которым ты мог бы здесь появиться.

— Жаль разочаровывать, но оба в порядке.

За него ответил Ли Са Ён. Скумбрия мельком взглянул на Ли Са Ёна, затем на Ча Ый Джэ и усмехнулся.

— Тогда, может быть…

— …

— J, должно быть, на грани смерти, раз Ли Са Ён ходит с тобой.

Глаза Ча Ый Джэ расширились. Что? Этот тип тоже знал? Щелкнув пальцами с зажатой в них сигаретой, Скумбрия развернулся.

— В любом случае, мне больше нечего сказать. Раз уж ты проделал путь в такую глушь, возвращайся домой целым и невредимым.

— Твой старший брат.

Покрытая пеплом нога Скумбрии замерла на словах Ли Са Ёна.

— Если бы был способ спасти его… что бы ты сказал?

Ах, так это действительно младший брат. Я запутался из-за очков и прически.

«Значит, очки принадлежат его старшему брату…?»

Скумбрия медленно повернул голову. Сквозь пряди волос, снова упавшие на лицо, кроваво-красные глаза сверкнули в сторону Ли Са Ёна.

— Последние слова.

За его спиной вспыхнула зловещая голубая аура. Стиснув зубы, он процедил:

— Тебе лучше хорошо подумать, прежде чем говорить.

Ли Са Ён разомкнул ноги, встал и медленно подошел, нависая над Скумбрией.

— Даже если не в этом мире… если есть способ в другом.

— …

— Ты бы рассказал нам?

Ветер, смешанный с белым пеплом, мягко пронесся мимо. Скумбрия молча смотрел на Ли Са Ёна.

— Как странно…

Он прищурился.

— Ты не тот Ли Са Ён, которого я знаю. С каких пор ты стал таким мягким?

Это плохо. Ча Ый Джэ быстро встал и встал между ними.

— У этого парня проблемы с памятью.

— Проблемы? Какие ещё проблемы?

— Его состояние немного странное. Разве он сегодня не кажется необычно добрым?

— Да, вроде того.

Скумбрия ухмыльнулся и ненадолго взглянул на небо. Белый пепел понемногу рассеивался в воздухе. Тем временем Ли Са Ён смотрел на Ча Ый Джэ взглядом, полным несказанных слов. Скумбрия жестом пригласил их следовать за ним.

— Ну, давайте послушаем, что у вас есть.

Прибрежная деревня была тихой. Белый пепел местами оседал на дороге, не было видно ни единого дикого цветка. Почти не встречалось людей, а пустые дома преобладали над занятыми. Говорили, что дом Скумбрии тоже был одним из таких.

— А прежний хозяин?

Скумбрия не ответил. Скорее всего, он был мёртв. Или… превратился в монстра.

Пока они шли по дороге, Скумбрия спросил:

— Как у тебя дела? Держишься?

— Не особо.

— Так и думал. Больше нет строгого директора, которая следила бы за порядком, да?

Ему было любопытно. О смерти директора в этом мире, о смерти его тёти. Но часть его также боялась. Мог ли он спросить? А вдруг его снова одёрнут за странные вопросы? Можно ли было уточнять их смерти? И тут Ли Са Ён, шедший позади с руками в карманах плаща, заговорил:

— Как умерла директор?

— …Что это? Сначала проблемы с памятью, а теперь ещё и глупцом прикидываешься?

Скумбрия взглянул на Ча Ый Джэ с недоверием. Тот просто пожал плечами. Лёгким движением он похлопал Ли Са Ёна по спине в знак благодарности. Почесав голову, Скумбрия всё же ответил:

— Погибла, защищая Бюро во время Волны монстров. Можно сказать, оборонительный бой…

— …

— Тогда погибло много охотников из Бюро управления пробуждёнными. Команда гражданских служащих прикрывала другой участок, они чудом выжили.

— Твой старший брат тоже погиб тогда?

— …

Скумбрия не ответил. Вместо этого он пошёл дальше, к белому песчаному берегу в конце тропы. Ча Ый Джэ и Ли Са Ён последовали за ним. Песок, смешанный с пеплом, неприятно хрустел под ногами. У самой кромки волн Скумбрия спросил:

— Чон Бин рассказал вам про это место?

— Да.

— Говорил, что сохранит это в тайне до конца жизни. Ни одному человеку довериться нельзя, да?

Океан, покрытый белым пеплом, не имел ни единого оттенка синевы. Все лодки, пришвартованные у пристани, были укутаны пеплом, привязаны и, казалось, давно не использовались. Рыболовные сети валялись в беспорядке, перепутанные и непригодные для ловли.

Ча Ый Джэ присел и опустил руку в белое море. Вместо воды на коже остался только белый пепел. Холодное море казалось лишённым жизни. Оно просто существовало.

Скумбрия заговорил:

— Будь осторожен. Тебя может затянуть.

— Затянуть? Что ты имеешь в виду?

— Ты никогда раньше не видел отбеленное море, да? Ну, с тем, что J постоянно валится с ног, неудивительно, что тебя не отправляли далеко.

Выпустив клуб дыма, Скумбрия кивнул в сторону белых волн.

— Место, затронутое отбеливанием, превращается в пустошь. Так что, если море становится белым… как думаешь, что происходит?

— …

— Ни рыбы, ни жизни. Оно перестаёт быть морем жизни и превращается в застоявшуюся воду. Ни единой рыбы, только странные монстры, выползающие наружу.

— Как тогда люди выживают? Большинство ведь зарабатывают на жизнь за счёт моря, не так ли?

— Иногда поступают пайки, но нерегулярно. Никто не знает, когда они придут, а когда прекратятся.

— …

— Так что я добываю еду сам. Я ведь единственный пробуждённый здесь.

Скумбрия скрестил руки на груди, его лицо оставалось бесстрастным.

— Родина моей матери где-то здесь, вот я и приехал. Но… не думал, что всё будет настолько плохо.

Он говорит про Чан Ми Сук?

Ветер шевелил пепел, и пепельные волны мягко касались берега. Ча Ый Джэ молча наблюдал за неподвижным морем. Почему-то он чувствовал присутствие… Оно исходило от самого моря? Или… можно ли было вообще назвать это «присутствием»? Это… море?

<Глаза Следопыта!>

Ча Ый Джэ вгляделся в пучину. Как и говорил Скумбрия, никаких следов рыбы. Вместо этого…

В глубокой, затенённой воде что-то белое двигалось.

Оно было…

Огромным…

— …

Ча Ый Джэ слегка приоткрыл губы. Медленно повернув голову, он посмотрел на Скумбрию. Его профиль казался неестественно бледным, почти пепельным. Почувствовав взгляд, тот повернул голову и улыбнулся.

— J. Ты когда-нибудь ел монстра?

— …

— Ха-ха, когда жрать нечего, приходится есть и это.

— …

— Лучше, чем людей, верно? Я имею в виду, морские монстры, наверное, чем-то похожи на рыбу.

Под белым пеплом неторопливо скользила огромная тень. Скумбрия без колебаний двинулся к морю. Его штаны намокли, затем вода дошла до пояса, но он продолжал идти. Ча Ый Джэ было шагнул следом, но Ли Са Ён крепко удержал его.

— Куда ты собрался?

— Разве ты не видишь? Там…

— Я знаю.

— …

— Он тоже знает.

Что-то тонкое и белое обвило тело Скумбрии, пока он стоял в воде. Он мягко провёл рукой по этим вещам, обвивающим его, и тихо заговорил:

— Ты спросил, как он пал.

— …

— Рыбный рынок держался на силе моего хёна. Но затем отбеливание добралось и до Норянджина.

— …

— Как человек может остановить природное бедствие? Рыбный рынок пал, и мой хён, его владелец, пал вместе с ним… превратившись в нечто уже не человеческое. Вот и всё. Ничего больше, ничего меньше.

Скумбрия рассмеялся.

— Теперь это наш дом. Нам больше некуда идти.

Под белым пеплом гигантская тень кружила в воде. Море, до этого неподвижное, теперь волновалось от её движений. Вода полностью промочила одежду Скумбрии, обнажая его кожу. Ча Ый Джэ внезапно заметил — под одеждой у Скумбрии появились чешуйки. Белые чешуйки.

— Ты…

Ча Ый Джэ застыл, не в силах подобрать слова. Он уже был частью моря.

Скумбрия усмехнулся и раскинул руки в стороны.

— Прости, но я ничем не помогу.

— Но ты всё ещё человек. Разве нет лекарства? Ты ведь ещё не полностью обратился.

Да, ведь Нам У Джин в этом мире что-то исследовал, не так ли?

Когда Ча Ый Джэ настойчиво задал этот вопрос, Скумбрия лишь пожал плечами.

— Ну, кто знает. Даже если бы было, думаю, я бы не захотел лечиться.

— …

— Думаю, ты бы понял.

Скумбрия посмотрел прямо на Ли Са Ёна, затем сделал ещё один шаг вперёд, углубляясь в море.

Ча Ый Джэ в отчаянии посмотрел на Ли Са Ёна.

— Эй, ты просто позволишь ему уйти вот так?

— …

— Ты правда позволишь ему просто уйти?

Ли Са Ён не ответил, но и не ослабил хватку на руке Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ стиснул зубы, а затем,

Резким движением стряхнул руку Ли Са Ёна. Схватив его за предплечье, он прошептал:

— Я не могу просто стоять и смотреть.

И, не колеблясь, бросился в море.

Глава 270

Холодная вода плескалась вокруг его ног и обхватывала икры. Ча Ый Джэ продолжал идти вперёд, не моргнув и глазом. Плеск, плеск. Когда вода дошла ему до пояса, как и Скумбрии всего несколько мгновений назад, он вдруг развернулся.

Ли Са Ён стоял на берегу, там, где волны касались песка, и смотрел на него. Он снял противогаз. Его чёрные вьющиеся волосы и длинный плащ развевались на ветру. Он выглядел…

— Я не могу.

— …

— Если я войду туда… ты можешь умереть, Хён.

Он выглядел таким одиноким.

— …

Таким же, как и тогда, когда ждал его у Западного моря?

Ча Ый Джэ почувствовал себя странно, словно видел нечто, чего не должен был видеть. Он сдёрнул маску и с силой бросил её в сторону Ли Са Ёна. Тот поймал её на лету, глаза его расширились от удивления. Ча Ый Джэ указал на него пальцем.

— Я вернусь.

— …

— Жди меня!

С этими словами Ча Ый Джэ пошёл дальше в море. Белый пепел и ледяная вода словно цеплялись за него, тянули назад. Когда вода дошла до шеи, он сделал глубокий вдох и полностью погрузился в тёмные глубины.

А Ли Са Ён, оставшийся на берегу…

— …

Он провёл пальцами по маске, затем осторожно прижал к ней губы.

***

Море, в котором распространился процесс отбеливания, теперь было не чем иным, как застывшей водой.

«Так вот, что он имел в виду».

Воды океана были пусты. Ни водорослей, ни рыб, ни ракушек — ничего, что можно было бы ожидать в море. Даже песка или камней на дне не было. Только пустота. Лишь тьма, лишённая света. Это место тоже было выжженной пустошью. Местом, где ничто не могло существовать.

Как бы вынослив ни был Ча Ый Джэ, он не смог бы долго продержаться под водой. К счастью, неподалёку он заметил слабое мерцание — цвет клетчатой рубашки, которую носил Скумбрия.

Ча Ый Джэ поплыл к нему со всей возможной скоростью. Скумбрия, бледный, словно призрак, безвольно погружался всё глубже.

«Чёрта с два я позволю тебе умереть».

И как только он протянул руку, перед глазами появилось окно системы.

[Внимание! Это действие перезапишет ранее записанные воспоминания. Последствия неизвестны.]

[Продолжить?]

Продолжить?

«Разумеется, я это сделаю!»

Ча Ый Джэ вцепился в клетчатую рубашку изо всех сил. В тот же миг мерцающее окно системы резко изменилось. Вспыхнул ослепительно белый свет.

[Это единственный способ, которым я ■■.]

[Не провались на этот раз.]

Глаза Ча Ый Джэ распахнулись. Свет исчез, словно тающий снег, оставив после себя лишь безвольное тело Скумбрии.

«Этот голос… Разве это не был… Хон Ё Сон?»

Но сейчас было не время для размышлений. Главное — вытащить Скумбрию из воды. Он вообще дышит? Ча Ый Джэ подхватил его левой рукой и с силой оттолкнулся ногами, устремляясь вверх.

И тут —

[Внимание! Применяется наказание за изменение воспоминаний.]

[Внимание! Система накладывает физический штраф: ослабление…]

«Что?»

Их тела словно налились свинцом. Силы стремительно покидали его. Нет, только не сейчас. Что, чёрт возьми, творит система?

«Почему именно сейчас…!»

Чем сильнее он бил ногами, тем глубже его тянуло вниз. Чёрт возьми! Ча Ый Джэ стиснул зубы. Он не собирался тонуть. Но и бросить Скумбрию не мог.

«Как-нибудь…!»

В мыслях всплыл Ли Са Ён, стоящий на берегу, такой печальный и потерянный. Он не мог исчезнуть снова. Он обещал вернуться. Глаза Ча Ый Джэ вспыхнули синим. Он крепче сжал Скумбрию, когда…

Глухой удар.

Его нога во что-то упёрлась.

«…А?»

Ча Ый Джэ посмотрел вниз. В кромешной тьме глубин что-то белое плавало, тихо пузырясь. Что-то держало его и Скумбрию, медленно подталкивая их к поверхности.

Он наклонился, провёл рукой по тому, на чём стоял. Гладкое и холодное. Ча Ый Джэ выдохнул задержанный воздух, его голос растворился в пузырях.

— …Ты его брат?

Поверхность под ним едва заметно дрогнула. Через Глаза следопыта он разглядел в воде нечто огромное, двигающееся под ними. Это не была рыба. Это было чудовище, эволюционировавшее, принявшее её облик. Когда-то оно, возможно, было человеком.

— …

Ча Ый Джэ закрыл глаза. Может ли даже мутировавший монстр что-то чувствовать?

Хотя бы раз ему хотелось в это поверить.

На последнем издыхании их, наконец, выбросило на поверхность ледяного моря с громким всплеском.

— А-а-ах!

Холодная вода снова окатила их с головы до ног. Оба рухнули в мелководье, к счастью, достаточно близко, чтобы достать до дна. Ча Ый Джэ закашлялся, жадно вдыхая воздух, встав на четвереньки. Едва он начал приходить в себя, как чья-то осторожная рука легла ему на плечо.

— Ты в порядке?

Ча Ый Джэ моргнул, пытаясь сфокусироваться на Ли Са Ёне, который смотрел на него с тревогой. Он стоял на одном колене в воде, совершенно не заботясь о промокшем плаще и брюках.

Проведя рукой по мокрому лицу, Ча Ый Джэ перевёл взгляд на Скумбрию. Тот лежал на спине, ошарашенно глядя в небо. Ча Ый Джэ кивнул на него подбородком.

— Он жив?

— Кажется, дышит.

— Всё же выжил… Думал, придётся делать искусственное дыхание, с таким-то видом…

Лицо Ли Са Ёна резко потемнело.

— Даже не думай.

— Я просто сказал, ладно? Я же не могу его бросить.

Когда Ча Ый Джэ попытался подняться, ноги не выдержали, и он пошатнулся, но сильная рука вовремя подхватила его. Ли Са Ён прищурился.

— …Опять?

— …Ага, опять.

Ча Ый Джэ отвёл взгляд, избегая его пристального взгляда. Ли Са Ён чуть ослабил хватку, но продолжал удерживать его.

— Ты вообще в своём уме? Ты понимаешь, что едва не умер? О чём ты думал?!

В голосе Ли Са Ёна нарастало раздражение, но Ча Ый Джэ, дрожащий от холода, едва ли обращал внимание. Что это за чувство? Это было не похоже на то, когда он ощущал подавляющее присутствие Ли Са Ёна — это был…холод.

О, я просто… мёрзну.

Тело обычного человека было таким неудобным. Ча Ый Джэ всхлипнул.

— Са Ён.

— Что?

— Мне холодно.

— Чёрт возьми.

Ли Са Ён выругался себе под нос, стянул с себя плащ и плотно закутал в него Ча Ый Джэ, затем поднял его на руки. Ча Ый Джэ помотал головой, стараясь стряхнуть воду с мокрых волос, и Ли Са Ён поморщился.

— Ты собака, что ли? Сиди спокойно. Полотенца нет…

— Оно само высохнет.

— Не раньше, чем ты простудишься.

— Даже не помню, когда в последний раз болел. Может, сто лет назад.

— Ну, сегодня как раз может настать этот день, так что не дёргайся.

— Са Ён.

— Что?

— Заберёшь Скумбрию тоже?

— Он Пробуждённый. Может полежать. Ты важнее.

Ли Са Ён унёс Ча Ый Джэ с берега, усадив его на невысокую бетонную стену у кромки пляжа. Затем порылся в своём инвентаре, вытащил несколько тканевых предметов и накинул их на Ча Ый Джэ.

Слишком… тяжело. Ча Ый Джэ ссутулился.

— Хватит.

— Ты точно в порядке?

— Да. Ещё немного, и меня задавит.

Он сказал это в шутку, но лицо Ли Са Ёна вдруг стало серьёзным. Тот снял несколько вещей, внимательно вглядываясь в него. Ча Ый Джэ неловко рассмеялся.

— Это была просто шутка.

— …

— …Прости.

— Не шути так.

— Но ведь правда тяжело.

— Конечно, тяжело…

Фыркнув, Ли Са Ён повернулся к морю. Ча Ый Джэ смотрел ему вслед, затем поднял голос.

— Ли Са Ён!

— Что?

Ли Са Ён обернулся. Ча Ый Джэ с усилием поднял правую руку и помахал.

— Я вернулся.

— …

Ли Са Ён провёл рукой по взъерошенным волосам, потом шумно выдохнул, будто специально, чтобы Ча Ый Джэ услышал. И, не сказав ни слова, двинулся к белому морю, чтобы вытащить Скумбрию, которого Ча Ый Джэ поднял со дна.

***

Юн Га Ыль открыла глаза.

Это был незнакомый, но в то же время до боли знакомый потолок. Разрушенная библиотека, повсюду нагроможденная книгами, люди в белых халатах сновали туда-сюда. Библиотека гильдии Совон в мире, который встретил свой конец.

Верно, это был фрагмент. Юн Га Ыль быстро сориентировалась.

В последнее время ей всё чаще приходилось видеть осколки этого погибшего мира. Что-то хотела сказать другая «я»? Было бы неплохо, если бы они могли поговорить напрямую.

Вздохнув, она направилась в приёмную. В комнате, на диване, сидел молодой человек. На столике рядом с ним оставались нетронутыми чай и угощения.

Прочистив горло, Юн Га Ыль села напротив и улыбнулась. Её губы двинулись почти сами по себе.

— Приятно познакомиться. Я Юн Га Ыль, работаю здесь, в гильдии Совон, вместе с доктором Нам У Джином. J рассказывал мне о вас.

— …

Юноша с тёмной шапкой, низко натянутой на лоб, лишь молча кивнул. Из-под шапки виднелись пряди тёмно-синих волос.

Юн Га Ыль задумчиво закатила глаза. Значит, это было в те времена, когда J ещё был жив. Этот человек — охотник? Или просто застенчивый? К счастью, другая часть её подсознания подсказала небольшой намёк.

— Хм, J упоминал, что вы охотник, но не сказал, как вас зовут. Как мне к вам обращаться?

Юн Га Ыль протянула руку. Юноша некоторое время просто смотрел на неё, затем, наконец, пожал её ладонь.

— …Скумбрия.

Его рука была пугающе холодной.

— Просто зовите меня Скумбрией.

…Юн Га Ыль вновь открыла глаза. Перед ней раскинулся белый потолок. Потолок её комнаты в штабе Прометея. Она быстро осмотрелась, садясь на постели. К счастью, Га Ён нигде не было.

Только тогда Юн Га Ыль с облегчением выдохнула и потерла ладони друг о друга. Будто холод этой руки до сих пор ощущался на её коже.

«Скумбрия, да…»

Она закатила глаза, словно задавая вопрос самой себе.

«Зачем ты показываешь мне это, Юн Га Ыль?»

Ответа не последовало.

Глава 271 - Дежавю

Стук — Пэ Вон У отложил палочки. Он согласился прийти в этот ресторан пасты, чтобы угодить вкусу своей подчинённой, но это явно было не в его стиле. Хотя это не помешало ему съесть две порции. Напротив, Кан Джи Су уже давно закончила и теперь играла в игру на телефоне. Она взглянула на него.

— Закончил, заместитель главы гильдии?

— В следующий раз пойдём на суп с сундэ.

— Ой, ну вот… Почему у тебя такой патриотичный вкус?

— Без горячей тарелки супа сложно почувствовать, что действительно работаешь. Ты не представляешь, как мне было грустно, когда закрылся мой любимый ресторан с похмельным супом.

В этот момент его телефон завибрировал. Пэ Вон У быстро вытащил его.

[365 дней #Абсолютной #Силы #Выносливости…]

Спам. Чёрт. Он нахмурился и заблокировал отправителя. Кан Джи Су цокнула языком.

— Всё ещё ждёшь звонка?

— Да. Захватить одного монстра не должно занимать столько времени. И с тем, что сейчас творится…

Прошло уже четыре дня с тех пор, как Ли Са Ён и J отправились ловить монстра в эродированном подземелье возле Чонно 3-га. Конечно, расследование подземелья или зачистка сложных мест могли затянуться. Но в этот раз речь шла всего об одном монстре. Пэ Вон У ожидал, что они вернутся той же ночью.

Кан Джи Су, не отрываясь от телефона, заговорила:

— Эта мутация…

— Тсс.

Пэ Вон У быстро сделал ей знак замолчать. Она прикусила язык и отвела взгляд. Он вздохнул и почесал затылок.

— Будь осторожна. Сейчас нужно быть начеку.

— Поняла. Но, эм… у тебя ещё один звонок.

— Скорее всего, опять какой-нибудь опрос или спам… А?

— Что?

— Это руководитель группы Хан.

Пэ Вон У ответил и прижал телефон к уху. На другом конце провода послышался необычно срочный голос:

— Говорит руководитель группы Хан из гильдии HB. Охотники из гильдии Падо, которые вошли в эродированное подземелье, уже вернулись?

— А? Нет, пока нет. Постой… у вас тоже?

— Ха…

Тяжёлый вздох раздался в трубке.

— То же самое. Я обзвонил всех. Никто из охотников, вошедших в эродированные подземелья, не вернулся.

— …

Пэ Вон У сжало нехорошее предчувствие. Охотники, вошедшие в подземелье, но так и не вернувшиеся. У всех них будут воспоминания, словно шрамы.

Разлом на Западном море. Пэ Вон У быстро спросил:

— Что насчёт капитана… нет, руководителя группы Чон Бина? Он в курсе?

— Руководитель группы Чон Бин тоже нашёл это странным и уже проверил. Пожалуйста, приезжайте в Бюро управления пробуждёнными. Нам нужно обсудить это.

— Я немедленно выезжаю.

Пэ Вон У схватил верхнюю одежду и резко поднялся на ноги. Глаза Кан Джи Су расширились.

— Ч-что… это серьёзно?

— Д-да. Вот моя карта. Расплатись и возвращайся в гильдию. Я еду в Бюро!

Он быстро вышел из ресторана. Оставшись одна, Кан Джи Су подняла карту, которую он бросил на стол, и посмотрела в окно. Белый пепел падал. Тихо, но быстро.

***

144 часа до смерти Ча Ый Джэ.

— Апчхи!

Прошли ровно сутки с тех пор, как Ча Ый Джэ получил смертельный диагноз. Он снова оказался в своей палате. Сморкаясь, он тут же получил в руки тёплую чашку имбирного чая. Её протянула рука в толстых защитных перчатках. Владельцем руки был Ли Са Ён, облачённый в белый защитный костюм. Как оказалось, этот костюм изначально принадлежал Нам У Джину и предназначался для обследования Ли Са Ёна.

«Это… это уже перебор.»

Ча Ый Джэ неловко отвёл взгляд. Поверх тонкой больничной пижамы он был закутан в мягкое микрофибровое одеяло и толстый стёганый плед, а сверху на нём был шарф, который лично обмотала Юн Га Ыль. Тепло под ним подсказывало, что его ещё и положили на электрическую грелку. Разве это не слишком для обычной простуды? Тем временем Юн Га Ыль усердно наполняла увлажнитель водой. Хриплым голосом Ча Ый Джэ попытался возразить:

— Спасибо, но… разве это не перебор?

— Не недооценивай простуду! Никогда не знаешь, какие осложнения могут возникнуть!

— Я же говорю, это просто кашель.

— А ещё у всех, кто превращается в монстра, всё начинается именно с кашля! Нужно быть предельно осторожными!

Вот это уже было страшно. Вспоминая, Ча Ый Джэ понял, что протестующие перед доджаном тхэквондо Пак Ха Ын кашляли. Так же, как и люди на рыбном рынке.

«Если это не обычная сезонная простуда…»

Что, если процесс мутации уже начался в их мире? Но почему тогда не было фазы волны монстров? Пока что монстров явно не хватало, чтобы назвать это полноценной волной. Мысли путались, вероятно, из-за жара. Ли Са Ён прожигал его взглядом, а Юн Га Ыль устало вздохнула.

— К счастью, у тебя нет никаких признаков заражения. Но всё равно нужно провести тщательное обследование, на всякий случай. Даже если ты откажешься — мы всё равно его сделаем! Честно, как можно в таком состоянии бросаться в отбеленное море…

— Эм…

Ча Ый Джэ поспешно кивнул с мрачным выражением. Он уже понял, что прикинуться жалким — лучший способ прекратить бесконечные нотации Юн Га Ыль. Ли Са Ён, как-то умудрившись скрестить ноги даже в громоздком защитном костюме, спросил:

— Когда пройдёт обследование?

— Скоро. Врач уже готовится.

— Чем быстрее, тем лучше.

— Не волнуйся, это не займёт много времени!

Они хорошо дополняют друг друга.

Ча Ый Джэ попытался пошевелиться в знак протеста, но в итоге сдался и не стал покидать тёплую постель. Тело было слишком тяжёлым, а кровать — слишком уютной. Это что, наказание за вмешательство в записи или что-то в этом роде? Восстановление шло мучительно медленно. Когда действие жаропонижающего начало ослабевать, сознание снова затуманилось. Тем не менее, Ча Ый Джэ сумел прокашляться и спросить:

— Что насчёт Скумбрии?

— Скумбрия в карантине. Ему тоже нужно пройти обследование.

Юн Га Ыль ответила, не отвлекаясь от дел.

— На его теле проявились признаки мутации, вызванной отбеливанием, но так как он пока сохраняет сознание, а мутация не слишком сильная… это хоть какое-то облегчение. Если бы было хуже…

— Его бы убили.

Ли Са Ён заявил это прямо. Убили бы. До того, как превращение в монстра завершилось. Чтобы предотвратить дальнейшие разрушения. Юн Га Ыль напряжённо кивнула.

— Это ужасно, но пока что это лучший вариант. Врач работает над поиском лечения или методов профилактики, но… пока ничего конкретного.

— …

— О! Но после детального обследования гильдия Совон предоставит защиту. Врач очень заинтересован в сборе информации. Скумбрия тоже выразили готовность сотрудничать.

— Понял.

Ча Ый Джэ кивнул. В углу его зрения таймер продолжал быстро отсчитывать время. Когда же его тело придёт в норму? Он уткнулся лицом в мягкую подушку и закрыл глаза. В памяти снова и снова всплывал момент, когда он вытащил Скумбрию из моря.

***

Из-за новости о том, что Романтичный открыватель, потерявший сознание при открытии двери, до сих пор не пришёл в себя, им пришлось задержаться в тихой деревне вместе со Скумбрией. Пока Ли Са Ён собирал сухие ветки, чтобы развести небольшой костёр рядом с Ча Ый Джэ, Скумбрия хранил молчание. С момента, как Ча Ый Джэ его спас, он выглядел потерянным. Ни Ча Ый Джэ, ни Ли Са Ён не пытались заставить его говорить. Иногда тишина была необходима.

Только спустя несколько часов Скумбрия наконец заговорил. К тому времени Ча Ый Джэ уже грелся у костра, закутанный в плащ Ли Са Ёна, а сам Ли Са Ён чуть поодаль прислонился к стене. Белое море тихо плескалось, его волны не издавали ни звука. Лишь изредка лёгкое волнение нарушало неподвижность воды.

В этой тишине низкий голос Скумбрии прорезал воздух.

— Почему… ты спас меня?

— …

— Чтобы посмотреть, как я превращаюсь? Или заставить меня мучиться, пока я не умру?

Скумбрия сидел неподвижно, словно ещё одна фигура, высеченная в море. Ча Ый Джэ с трудом поднялся на ноги. Тепло от костра угасло, когда его окутал пронизывающий ветер. Он плотнее закутался в плащ Ли Са Ёна и, преодолевая мягкий, покрытый пеплом песок, направился к Скумбрии.

Море было спокойным, будто ничего и не произошло. Ча Ый Джэ оглядел белую гладь, надеясь увидеть призрачные тени, но не нашёл ничего. Он пошевелил пальцами ног, ощущая прохладу мягкого песка, и заговорил.

— Да, это я вытащил тебя. Но…

— …

— Это твой брат. Он спас нас обоих.

— …

— Если бы не твой брат… мы бы оба погибли.

Это чувство было холодным и гладким. Белая тень удерживала их, подталкивая вверх, чтобы они могли дышать, чтобы могли выжить. Скумбрия, безмолвно уставившийся в бледное море, пробормотал:

— После того, как рухнул рыбный рынок, после того, как все умерли, и после того, как мой хён… мутировал…

— …

— Он не нападал ни на кого. Он ничего не делал. Просто лежал на сухой земле… как будто был готов умереть.

Пепельный ветер тихо пронёсся мимо, не неся в себе и следа солёного запаха моря. Кончики волос Скумбрии всё ещё оставались влажными. На его предплечье, где закатался рукав, виднелись гладкие, переливающиеся чешуйки.

— Я засунул его в ящик с морской водой и погрузил в машину. Такие штуки на рыбном рынке было несложно найти.

Ча Ый Джэ представил, как Скумбрия блуждает по руинам, несёт на себе мутировавшего брата. Это было нетрудно вообразить. Он сам делал нечто подобное — в День Разлома и в Разломе на Западном море. Тогда он отчаянно искал выживших.

Вот почему тот, кто остался один, всегда был так ценен. Скумбрия пробормотал, словно разговаривая сам с собой:

— В тот момент я мог думать только о том, чтобы добраться до моря…

— Вот почему ты оказался здесь.

Ча Ый Джэ смотрел на белый горизонт. Говорили, что прошлое было переписано. Если бы он не спас Скумбрию, тот умер бы здесь.

Ча Ый Джэ изменил записанную историю. Изменит ли это что-то? Он не знал. Но сожаления не было. Достаточно было того, что он смог спасти кого-то. Ча Ый Джэ похлопал Скумбрию по спине.

— Пойдём.

— …Куда?

Скумбрия хрипло усмехнулся.

— Мне некуда возвращаться.

— Почему это?

Ча Ый Джэ отвёл взгляд от моря и обернулся. Ли Са Ён всё так же стоял, прислонившись к стене, скрестив руки. Ча Ый Джэ посмотрел на него мгновение, затем тихо произнёс:

— Ты можешь создать место, куда захочешь вернуться.

— …

— Это не так сложно, как кажется.

Рядом раздался едва слышный шорох. Скумбрия поднялся на ноги. Закатав рукав, он спрятал чешую на предплечье, затем долго смотрел на Ча Ый Джэ.

А потом кивнул.

Глава 272

Они связались с Пчелой, но в ответ получили лишь сообщение, что Романтичный открыватель всё ещё потерян в своих снах. Времени на ожидание больше не было, и они решили отправиться обратно на старой машине Скумбрии. Это была машина Чан Ми Сук, на которой когда-то ездил Ча Ый Джэ. Хотя теперь она была изрядно изношена.

Перед отъездом Скумбрия собрал еду, оставленную перед его домом, и положил её у порога другого дома.

— Это для бабушки, которая живёт одна.

— А что насчёт остальных?

— Они все вернулись в море.

— …

— Бабушка тоже скоро уйдёт. Она в процессе мутации.

Сколько ещё людей, деревень, городов и целых стран исчезнет вот так? Никто не мог сказать. Конец накрыл всё пеплом, тихо закапывая в безмолвии.

Несколько золотых рыбок лениво кружили возле руля. Скумбрия сел за водительское место, а Ли Са Ён, сжавшись, устроился на пассажирском. Ча Ый Джэ занял весь задний ряд. Большинство дорог превратилось в пустоши, и им приходилось пробираться по кривым тропам, которые ещё не были поглощены отбеливанием. Каждая выбоина в дороге заставляла его тошнить. Ча Ый Джэ закрыл глаза, пытаясь подавить дурноту.

Когда он вновь открыл их, его окружали мягкие, тёплые предметы больничной палаты.

«Когда я смогу отсюда выбраться?»

Глядя в белый потолок, Ча Ый Джэ цокнул языком. Время, неумолимо продолжало утекать.

***

Реальность, гильдия Совон.

Когда Нам У Джин нажал на панель рядом с дверью, плотно закрытая железная дверь скользнула в сторону, выпустив наружу волну удушающего жара. В тусклом помещении, склонив голову, сидел мужчина, скованный чёрными цепями. Из разных частей его тела торчали мелкие шипы, а по комнате были разбросаны чёрные следы ожогов. Га Ён улыбнулась.

— Ох… Так это Мэтью-щи?

Нам У Джин холодно отрезал:

— Даже не думай о каких-нибудь выходках.

— Да что вы. Вы же сами всё сделали, не так ли? Я даже пальцем не тронула. И вы лично проверили, что это работает. Такой недоверчивый.

Га Ён специально небрежно произнесла это. Она передала инструкции по созданию антидота от начала до конца, заявив, что он не стал бы доверять тому, что сделала бы она сама. После этого отошла в сторону, оставив Нам У Джина разбираться самому. Он протестировал антидот на подопытном, присланном Бюро управления пробуждёнными… и он сработал.

Га Ён болтала без умолку:

— О! Но антидот, который вы сделали, получился весьма впечатляющим. Если бы у вас было немного больше времени, вы бы точно довели его до совершенства. Должно быть, сказывается ваша прежняя карьера врача...

— Мне не нужна пустая лесть и догадки. Я действительно опоздал.

Нам У Джин прервал её, отмахнувшись от её улыбки, и шагнул в знойную комнату. Связанный цепями, подавляющими силу, сотворёнными Чон Бином, мужчина всё ещё содрогался, его тело было покрыто ранами. Нам У Джин ненадолго закрыл глаза.

— Прости, что опоздал.

Доктор пробормотал это себе под нос, вводя иглу шприца в вену мужчины и медленно нажимая на поршень. Он внимательно наблюдал за выражением Мэтью.

Шли секунды. Связанные руки и запястья слегка задрожали, затем едва заметно пошевелились. Его веки дрогнули, и, наконец, глаза, мутные, но осмысленные, встретились с глазами Нам У Джина.

— …

— Ты очнулся, Мэтью?

— …Доктор?

— Значительное улучшение — ты даже меня узнал. Как самочувствие?

— …Ужасное.

Мэтью несколько раз моргнул, его губы изогнулись в слабой улыбке. Нам У Джин с облегчением выдохнул. Голос Мэтью был хриплым, срывающимся, словно ему было трудно говорить. Он попытался собраться с мыслями, но вскоре просто спросил:

— Как долго… я был без сознания?

— Достаточно долго. Больше трёх месяцев.

— …

— Пчела постоянно приходила, проверяла тебя, беспокоилась до изнеможения. Сплошное беспокойство.

— …Очень на неё похоже. Она… в порядке?

— Последние несколько дней не появлялась… но, думаю, с ней всё хорошо. Сейчас вокруг слишком много хаоса. Давай сперва позовём Чон Бина — нужно снять цепи. Принеси воды! И приготовь капельницу.

— Да, хозяин.

Юный мальчик быстро подбежал с бутылкой воды. Он вставил в неё трубочку и аккуратно поднёс к губам Мэтью. Тот с трудом сделал несколько глотков и тихо выдохнул. Тем временем Нам У Джин достал телефон и набрал номер Чон Бина.

Как только вызов соединился, он заговорил раньше, чем Чон Бин успел его поприветствовать:

— Приходите в гильдию Совон и снимите цепи. Мэтью очнулся. На этот раз по-настоящему.

— Что? Ох, Нам У Джин-щи. Вот как… Подождите немного. Директор, одну минуту…

Голос Чон Бина звучал как-то странно. Что-то было не так? Он ведь тоже был одним из тех, кто ждал пробуждения Мэтью. Нам У Джин неспешно направился в угол комнаты, шаркая тапками. Он чувствовал на себе взгляд Га Ён. Понизив голос, он спросил:

— Почему? В чём теперь проблема?

— …Извините, я на совещании. Вы сказали, что Мэтью очнулся? Это действительно облегчение.

— Какого рода совещание требует присутствия директора и всех остальных?

В трубке раздался тихий вздох.

— Вам известно о феномене превращения людей в монстров. Охотники, отправившиеся в эродированное подземелье, чтобы сравнить их с мутировавшими монстрами, не вернулись. J, Ли Са Ён, Пчела и даже охотники из Бюро управления разломами.

— …

— Это всего лишь простая миссия по захвату монстров живыми. Разве не странно, что она затянулась?

Они явно думали об одном и том же — разлом в Западном море. Пропавшие охотники. Нам У Джин бросил взгляд назад. Мэтью снова закрыл глаза, его лицо выглядело измождённым.

— Но сперва… Я немедленно отправлюсь в гильдию Совон.

Связь оборвалась. Нам У Джин убрал телефон в карман халата и посмотрел на Га Ён. Она всё ещё стояла у двери с загадочной улыбкой. Когда их взгляды встретились, она даже помахала ему рукой.

«Следующий апокалипсис — это чума. Болезнь».

«Вы ведь понимаете, да? Перед болезнью все равны — неважно, молод ты или стар, пробуждённый или обычный человек… Она уравнивает всех».

Уже началось?

Нам У Джин снял очки и потер лицо рукой. Затем повернулся к Га Ён.

— Нам… нужно поговорить по-другому.

— О ~ ха-ха…

Губы Га Ён изогнулись в улыбке.

— Я так и думала, что вы это скажете.

***

141 час до смерти Ча Ый Джэ.

— Это просто простуда.

Нам У Джин равнодушно вынул термометр. Ча Ый Джэ послушно кивнул, но Ли Са Ёну явно было что сказать. Наклонив голову, он спросил:

— А что насчёт вероятности, что это разовьётся в грипп или пневмонию?

— Никаких. Просто хорошо питайтесь и отдыхайте. Вы восстановитесь сами. Если ваши способности вернутся, восстановитесь ещё быстрее. Не устраивайте шум. Просто увеличьте температуру на подогреваемом коврике.

— Но он заходил в отбеленное море. Разве не могут быть другие осложнения?

Мутация. Этот вопрос занимал и самого Ча Ый Джэ. Он тоже вмешался:

— Разве всё ещё неясно, при каких условиях люди мутируют?

— Мы пока не знаем. За границей предполагают, что длительное воздействие отбеленных объектов или местности увеличивает вероятность мутации. Кроме того, у обычных людей статистически выше шанс мутировать, чем у пробуждённых. Это не предположение, а данные.

— Из-за физической стойкости?

— Не знаю. В любом случае, анализ J уже завершён. Никаких серьёзных проблем.

— …

Даже после объяснения Ли Са Ён не выглядел удовлетворённым. Нам У Джин же не придал этому значения, просто махнув в его сторону.

— Чон Бин искал вас. Кажется, хочет поговорить. Идите к нему, он, скорее всего, в кабинете на втором этаже.

— Я? Черт…

— J сейчас не может двигаться, так что вам придётся пойти. Или пусть J сам пойдёт?

Цокнув языком, Ли Са Ён вышел из палаты. Даже когда его шаги стихли, Нам У Джин оставался молчаливым, просто пристально глядя на Ча Ый Джэ. Этот взгляд был немного подавляющим. Хотя он уже привык к взглядам Ли Са Ёна, это было чем-то другим. Пытаясь вести себя естественно, Ча Ый Джэ в конце концов сам нарушил тишину.

— Как там Скумбрия? Похоже, он в процессе мутации.

— Он определённо в состоянии, которого я раньше не видел. Обычно мутация происходит резко, без предупреждения. Но этот парень… всё ещё сохраняет человеческий облик и разум. Кроме нескольких чешуек на руке, с ним всё в порядке.

— …

— Так что я планирую разработать лечение с его помощью. Сам Скумбрия тоже согласился на это.

— Понятно…

Молчание вновь повисло в комнате. Тяжёлый взгляд Нам У Джина неотрывно следил за Ча Ый Джэ. Казалось, он хотел что-то сказать, но колебался. Ча Ый Джэ улыбнулся.

— Если вы хотите что-то сказать, не стесняйтесь.

Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем Нам У Джин наконец вздохнул и заговорил.

— Это… только между нами.

Что же такого он не хотел говорить при Ли Са Ёне? Он явно дождался, пока тот уйдёт. Ча Ый Джэ кивнул, подталкивая его продолжить. Нам У Джин сжал пальцами переносицу, нахмурив брови, а затем медленно открыл глаза.

— Нет смысла ходить вокруг да около, так что скажу прямо. Ваше тело…

Его голос звучал тяжело.

— Я не знаю, что вы с собой сделали, но… вы слабее, чем обычно. Даже слабее, чем были раньше.

Ну, он не ошибался. Простая простуда приковала его к постели, и, в отличие от прежних времен, когда он быстро восстанавливался, теперь улучшений не было даже спустя несколько часов. Ча Ый Джэ кивнул. Нам У Джин, уставившись в пол, мрачно пробормотал:

— Если так будет продолжаться, вы…

— …

— Вы умрёте в ближайшем будущем.

Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись.

Наконец-то кто-то признал его смертельное состояние, и ему даже не пришлось самому об этом говорить!

Глава 273

Наконец-то появился кто-то, кто меня понимает. Если всё пойдёт хорошо, мне не придётся беспокоиться о наказаниях! Жаль только, что он не поговорит с Ли Са Ёном. Его голос дрожал от радости.

— Эм… сколько у меня осталось времени?

Но лицо Нам У Джина лишь стало ещё мрачнее. Он тяжело вздохнул, словно хотел обрушить землю, и мрачно ответил:

— …Будет не удивительно, если вы умрёте в течение нескольких дней. Честно говоря, это чудо, что вы продержались так долго. Вам лучше надеяться, что ваши силы вернутся как можно скорее.

Нам У Джин был Хуа То!

Ча Ый Джэ крепко сжал кулак под толстой простынёй. Нет, проявлять волнение — значит вызывать подозрения. Он прочистил горло и натянул мягкую улыбку. Точно как Чон Бин.

— Впечатляет.

Но Нам У Джин вспыхнул.

— Не делайте вид, что всё в порядке!

Что? Ча Ый Джэ моргнул, растерявшись. Нам У Джин начал нервно расхаживать по комнате, а затем, ткнув в него пальцем, снова закричал.

— Я повторял вам снова и снова. Вся проблема в вашем отношении! Вы ведёте себя так, будто ваша жизнь ничего не значит!

— Что? Нет, я…

— Мысленный настрой на самопожертвование? Выбросьте его! Живите эгоистично! Прекратите слоняться туда-сюда! И какой безумец прыгает в отбеленное море? А если бы вы мутировали?

— …

— Вы хоть понимаете, что значит быть обычным человеком, потеряв свои силы? Это значит, что вы становитесь таким же уязвимым для мутации!

— Да, сэр…

— Хах…

Высказавшись, Нам У Джин провёл рукой по волосам и указал прямо на нахмуренные брови Ча Ый Джэ.

— Как ваш врач, говорю прямо. Пока ваше тело не восстановится, даже не думайте уходить! Сидите, как приклеенный, в этой больничной палате! Если выйдете — я отправлю Чон Бина, чтобы он притащил вас обратно. Ясно?

О нет. Ча Ый Джэ поспешно попытался приподняться.

— Но я…

Однако его слабое тело не собиралось подчиняться. В глазах потемнело.

— Ургх.

Ча Ый Джэ схватился за голову, которая кружилась, и снова упал на мягкую подушку. Нам У Джин фыркнул, словно говоря: «Ну вот, я же говорил!»

— Именно этого я и ожидал! Я не собираюсь смотреть, как вы сокращаете свою жизнь, бегая туда-сюда. Сидите смирно!

С этими словами Нам У Джин с грохотом вышел из палаты. Ча Ый Джэ даже не успел умолять о пощаде, продемонстрировав свои безупречные актёрские навыки. Оставшись один, он крепко сжал подушку, предаваясь отчаянию, но вдруг услышал насмешливый голос.

— Редко приходится соглашаться с Нам У Джином…

Это был Ли Са Ён. На нём, как обычно, были противогаз и плащ вместо белого защитного костюма. Ча Ый Джэ с трудом поднялся, опираясь на дрожащие руки, словно новорождённый оленёнок.

— Сколько ты подслушал?

— М-м… С того момента, когда ты оказался при смерти.

Значит, он слышал всё. Ну, и хорошо. Ча Ый Джэ встретился взглядом с Ли Са Ёном, вкладывая в свой взгляд всю искренность.

— Если ты это слышал, то это даже к лучшему. Нам нужно выбраться отсюда. Нельзя терять время.

— О?

Ли Са Ён поиграл с фильтром своего противогаза, в его тоне слышалось веселье.

— Ты предлагаешь сбежать вместе?

— Конечно, придётся. Нам У Джин точно меня не отпустит.

— Неплохо… Лучшее, что ты сказал за весь день.

Ли Са Ён порылся в воздухе, извлекая оттуда разные предметы и аккуратно складывая их на кровати: кольца, перчатки, куртки — целый набор элитного снаряжения. Глаза Ча Ый Джэ расширились.

— Что это всё?

— Ограбил рынок охотников. Ты же уязвим к токсинам.

Все предметы, которые принёс Ли Са Ён, обладали иммунитетом к ядам. Ча Ый Джэ пристально посмотрел на него.

— …Ты ограбил его физически?

— Легально.

— …Где ты взял деньги?

— У меня есть способы.

Чрезвычайно подозрительно. Но времени на сомнения не было. С Ли Са Ёном на его стороне у них появился шанс сбежать. Ча Ый Джэ сбросил одеяло и стянул больничную рубашку, обнажая покрытое шрамами тело. Ли Са Ён скрестил руки на груди и наклонил голову.

— Не кажется ли тебе, что ты ведёшь себя слишком смело?

— Нет времени. Есть футболка?

— Держи.

Ли Са Ён протянул ему чёрную водолазку. Ча Ый Джэ быстро натянул её и спустил ноги с кровати. Ли Са Ён поддержал его за руку. Голова немного кружилась, но терпимо. Затем он передал ему чёрные штаны и спросил:

— А… мне отвернуться?

— Очевидно.

— Я уже всё видел.

— Ты ничего не видел! Я тебе ничего не показывал!

— Ах… пока что.

— Заткнись, серьёзно.

— И не вздумай меня ударить. Можешь сломать руку.

Чёрт. Ча Ый Джэ с неохотой разжал кулак. Он быстро натянул штаны, а Ли Са Ён, надо отдать ему должное, действительно отвернулся. Правда, время от времени посмеивался себе под нос, что жутко раздражало. Ча Ый Джэ надел кольца, перчатки и куртку — всё, что принёс Ли Са Ён. Эти вещи напоминали его старую боевую экипировку, создавая странное знакомое чувство.

Он аккуратно сложил больничную рубашку и положил её на кровать.

— Всё.

— Отлично. Теперь последнее.

Ли Са Ён снял перчатку с правой руки, обнажая почерневшие кончики пальцев, и протянул её.

— Хочешь попробовать подержать?

— …

Ча Ый Джэ взял его руку, теперь уже в перчатке. Раньше он всегда касался руки Ли Са Ёна голыми ладонями, но теперь толстая кожа глушила ощущения. Ли Са Ён внимательно наблюдал за его лицом и кивнул.

— Ты в порядке. Этого достаточно.

— Точно?

— Если бы была проблема, перчатка бы уже расплавилась.

Ли Са Ён отпустил его руку и, без предупреждения, подхватил Ча Ый Джэ на руки, держа в классической позе «принцессы». Той самой, что преследовала его в кошмарах. Чёрт. Это было унизительно. Ча Ый Джэ зажмурился изо всех сил. Над ним раздался тихий смех.

— Не в первый раз. Привыкай.

— Заткнись.

— М-м… Хочешь обнять меня за шею? Если выйдем через дверь, нас поймают…

А, значит, ты собираешься выпрыгнуть в окно? Ну, так будет быстрее и привлечёт меньше внимания. Ча Ый Джэ быстро кивнул, соглашаясь, и потянулся, чтобы обхватить Ли Са Ёна за шею. Однако вскоре понял один небольшой недостаток перчаток.

«Волосы Ли Са Ёна такие мягкие».

Перчатки мешали ощутить шелковистость его волос. Ча Ый Джэ поймал себя на том, что рассеянно поглаживает затылок Ли Са Ёна. Тот замер, уже протянув руку к окну.

— …Хён.

Из противогаза вырвался короткий шипящий выдох. Что? Ча Ый Джэ поднял взгляд. Ли Са Ён пробормотал:

— Прекрати. Это отвлекает…

Хотя противогаз скрывал его лицо, Ча Ый Джэ прекрасно видел уши, выглядывающие из-под волос. Они были…

Ярко-красные.

«Ох».

О нет. Чёрт. Аааа! Ча Ый Джэ крепко сжал губы и отвернулся. Внезапно всё вокруг зазвучало громче: звук сглотнутой слюны, шорох одежды, щелчок защёлки окна. Он прикусил внутреннюю сторону щеки. Ах, лучше бы он просто испарился.

Ли Са Ён тяжело вздохнул.

— Дальше не открывается.

Окно с нижним креплением открывалось недостаточно широко, чтобы они могли выбраться. К тому же ни один из них не был настолько маленьким, чтобы протиснуться. Ли Са Ён резко вдохнул и неожиданно повернулся к кровати. Он снял плащ и завернул в него Ча Ый Джэ, словно в кокон.

Их взгляды встретились. Это было зловеще. К сожалению, Ча Ый Джэ уже догадывался, что собирается сделать Ли Са Ён. Это было что-то из разряда того, что сам Ча Ый Джэ мог бы сделать в прошлом, поддавшись импульсу. Он бросил взгляд на окно и медленно спросил:

— …Ты же не собираешься…

Ли Са Ён молча кивнул. Почему-то в такие моменты они понимали друг друга идеально. Только в такие моменты.

Ча Ый Джэ свернулся в плаще, как личинка, и приготовился. У него не было сил сопротивляться. Ли Са Ён крепко его обнял и…

БАХ—!!

ГРОХОТ!

С ноги вынес окно вместе с частью стены. Стена разлетелась, словно хрупкое печенье. Ча Ый Джэ наблюдал, как осколки стекла и куски бетона летят во все стороны, а затем зажмурился. Теперь он понял, почему старшие так настаивают на раннем воспитании.

«Надо было его лучше воспитывать…»

Хотя на самом деле он никогда ничему не учил Ли Са Ёна. И всё же сожаление осталось. Холодный ветер завыл в зияющем отверстии в стене. Не колеблясь ни секунды, Ли Са Ён прыгнул вниз. Он приземлился на землю с глухим ударом. Ча Ый Джэ посмотрел вверх на белое небо и тихо позвал:

— …Са Ён.

— Что?

— Ты вообще думал, что это привлечёт ещё больше внимания?

Гул голосов и приближающиеся шаги стали громче. Фильтр противогаза Ли Са Ёна слегка ударился о лоб Ча Ый Джэ.

— Я попробовал по-твоему. Ну и как?

— …

— Тебе нравится?

Нет. Совсем нет. Ча Ый Джэ плотно зажмурился. Рядом раздался приглушённый смех Ли Са Ёна.

— Теперь понимаешь, каково мне?

— …

— Учись сопереживанию, хён. Пока есть возможность.

Нет, спасибо.

Вдалеке раздались яростные крики Нам У Джина. Ли Са Ён бросился бежать, крепко держа Ча Ый Джэ. Пейзаж сливался в размытую картину. Несмотря на то, что он нёс кого-то на руках, его голос оставался ровным.

— Куда хочешь отправиться?

«К чёрту всё».

Ча Ый Джэ крепче обхватил Ли Са Ёна за шею.

— К Хон Ё Сону.

п.п: Хуа То был китайским врачом, жившим в поздний период династии Восточная Хань. Первый человек в Китае, который использовал анестезию во время хирургических операций.

Глава 274

Детройт, США.

Моросящий дождь шёл непрерывно, смешиваясь с белым пеплом и намочив землю. Люди спешили по улицам, прикрываясь зонтами от дождя. Странным образом, среди них было много одетых в белое, и время от времени раздавался кашель.

Среди толпы выделялась высокая фигура в капюшоне, идущая без зонта. Он свернул в переулок. Сквозь слабый туман едва можно было различить светящуюся розовую вывеску: «Рай».

Фигура спустилась вниз по лестнице, ведущей под землю. Чем глубже он опускался, тем громче становилась живая музыка. Легко толкнув дверь, он вошел внутрь. В нос ударил резкий запах алкоголя и сигаретного дыма. В тот же миг на него устремились настороженные взгляды. Он опустил капюшон, открывая светло-голубые волосы, влажные на концах. По залу прокатился тихий вздох.

— О, кого я вижу.

— Q! Это же Q!

— Давно не появлялся!

— Что у тебя с цветом волос?

Гю Гю без стеснения ответил:

— Да-да, рад вас видеть.

Люди с распростертыми объятиями подошли к нему. Он обнимался и стукался кулаками с каждым, словно привык к этому ритуалу. После шквала приветствий все вернулись на свои места, продолжая шумно болтать. Гю Гю устроился на табурете у стойки. Бармен, полировавший стакан, поднял бровь.

— Думал, ты наконец-то сдох.

Гю Гю ответил на беглом английском:

— Ну ~ почти.

— Похоже, тебе понравилось дома?

— Более-менее.

— Что будешь пить?

— Как обычно.

«Рай». Убежище. Этот бар был создан эксцентричным охотником специально для охотников. Сначала здесь ошивался только владелец, но со временем о заведении узнали, и охотники начали стекаться сюда. А где собираются охотники, там появляются и клиенты, желающие их нанять. В итоге место превратилось в центр для наемников и одиночек, не связанных с гильдиями.

Обшарпанный бар ничем не отличался от воспоминаний Гю Гю. Пыльные динамики проигрывали старый джаз. Сигаретный дым густо висел в воздухе, смешиваясь с громким смехом и разговорами. Даже бармен, теперь с парой седых прядей, все так же уверенно встряхивал шейкер. Серые глаза скользнули по залу. Единственная разница была в том, что…

Гю Гю повернул голову, разглядывая стену с выдолбленной нишей. Раньше она была завешана заказами, но теперь, кроме одной-двух трепещущих на сквозняке бумажек, там не осталось почти ничего.

— Людей стало меньше. И заказов тоже.

В этот момент бармен скользнул по стойке стаканом. Внутри переливалась ярко-голубая жидкость. Голубая лагуна. Гю Гю ухмыльнулся.

— Это не то, что я обычно пью ~ Проблемы с памятью?

— Подобрал под цвет твоих волос. Есть возражения?

— Не та забота, которая мне нужна ~

— Я здесь король. Не нравится — проваливай.

— Без претензий ~

Скрывая недовольство, Гю Гю отпил коктейль. Бармен убрал шейкер, спокойно ответив:

— Это правда. Людей стало меньше, и заказов тоже.

— Странно. Может, появился новый конкурент?

— Эй, Q. Ты тупеть начал, пока тебя не было?

К нему, покачиваясь, подошел испанец и небрежно закинул руку ему на плечо. От него разило алкоголем. Механист — охотник, с которым Гю Гю работал несколько раз. Парень был неплохой, но вот произносить «Гю Гю» так и не научился. Поэтому звал его просто «Q». Гю Гю, привычно подыгрывая, усмехнулся.

— Тогда объясни мне, умник. Что случилось?

— Доставка товара прекратилась! Все разбежались и шляются по улицам.

— Ты про тот наркотик для пробуждённых?

Наркотик, распространяемый Прометеем. Гю Гю прищурился. Теперь, когда он задумался, раньше вокруг бара действительно ошивалась куча зависимых. Некоторые даже пытались втюхать это ему, утверждая, что он поможет спокойно спать.

Механист кивнул.

— Ага. Уже давно. С тех пор, как появились эти странные монстры, поставки просто исчезли.

— Ах, ты про этих тварей с огромными пастями. Насколько всё было плохо?

— Даже не начинай! Ты бы не поверил, сколько людей погибло.

— А наркоманы?

— Совсем слетели с катушек! Ломка их жёстко накрыла. Многие просто так нападали на людей... Бармен всех вышвырнул. Вот почему тут теперь так пусто.

Механист показал бармену большой палец. Тот кивнул, сохраняя невозмутимое выражение лица. Гю Гю тихо рассмеялся.

— Спасибо за сводку.

— Приходи чаще, Q. С тобой веселее.

— Подумаю.

Насвистывая что-то себе под нос, Механист, пошатываясь, вернулся на своё место. Бармен, всё так же полируя стакан, вдруг заговорил:

— После того случая появилась одна группировка.

— Группировка?

— Они утверждают, что во всём виноваты пробуждённые и требуют их изгнания из общества. Даже некоторые сенаторы поддерживают их.

— …

— Несколько зависимых, которых я выгнал, были забиты ими до смерти. Они ведь раньше были завсегдатаями здесь.

— Как простые гражданские могли убить наркоманов?

— Они наняли охотников, которые сюда заходят.

—…

Гю Гю осушил стакан одним глотком. Подперев подбородок рукой, он спросил:

— А что с баром? Думаешь, он в порядке ~? Они не оставят тебя в покое.

— Пока всё спокойно. Но как долго — не знаю.

— Будет жаль, если он исчезнет.

— Согласен.

— Слышал ещё какие-нибудь слухи?

В этот момент с лестницы послышались шаги. Не одного человека — сразу нескольких. Бармен замедлил движения, едва касаясь полотенцем стекла. Гю Гю засунул руки в карманы и лениво повернулся ко входу. Внутри пальцев мягко перекатывались кубики. Бармен аккуратно поставил стакан на стойку.

— Говорят, люди превращаются в монстров.

— …

— Монстры всё чаще появляются на улицах, даже вдали от подземелий и разломов.

— Угу.

Не только Гю Гю и бармен, но и все остальные посетители бара уставились на дверь. В воздухе повисло странное напряжение. В этот момент громко завибрировал телефон. Чьи-то острые взгляды метнулись на звук. Гю Гю слегка усмехнулся, подняв раскрытую ладонь, и достал телефон.

[Бедный госслужащий]

— Подождите, мне нужно ответить.

— Сейчас?

— Прости, прости ~ Это звонок, который я никак не могу пропустить.

Посетители снова обратили внимание на вход. Из-за двери доносились приглушённые голоса.

— Здесь есть охотники, да?

— Ага, это же их место.

— Сколько их может быть?

— Они не осмелятся тронуть нас…

Несколько голосов сливались в тихий шёпот, время от времени прерываемый кашлем.

С лёгкой небрежностью Гю Гю нажал кнопку ответа и поднес телефон к уху. Не дожидаясь, пока собеседник заговорит, он заговорил быстро:

— Алло ~ Если что, я сейчас в США. Ваша зарплата госслужащего потянет международные звонки? Может, мне перезвонить?

— Гю Гю-щи, я связался с вами, потому что…

— Ах, секунду.

Серые глаза Гю Гю метнулись к двери. Снаружи раздался резкий, мокрый кашель, затем — давящийся рвотный звук.

— Эй, что с ним? Боже…

— Нет, Джейн проклята! Бежим!

Из-под плотно закрытой двери медленно просочилась бледная, вязкая жидкость. Следом донёсся хруст ломающихся и срастающихся костей.

А затем —

— ААААААААААААА!

Пронзительный, нечеловеческий крик разорвал воздух.

Гю Гю резко вскочил, схватив стул, на котором только что сидел.

— Эй, хозяин, ничего, если я тут малость поломаю мебель ~?

— За каждый кусок с тебя спрошу.

ТУК. ТУК. ТУК.

КА-БУМ!

Как только дверь разлетелась на осколки, Гю Гю со всей силы метнул стул. Среди летящих обломков показалась фигура, испачканная кровью, с бледной, почти белоснежной кожей. Гю Гю поднял свободную руку, и её форма начала меняться, становясь звероподобной, с длинными, острыми когтями.

ШЛЁП!

Его рука с лёгкостью прошла сквозь тело монстра. Повсюду брызнула густая белая жидкость. Гю Гю высунул язык и слизнул каплю, попавшую ему на щёку. Безвкусно. Существо покачнулось назад и с глухим звуком рухнуло на пол, открывая за собой перепуганные лица людей, съёжившихся на лестнице.

Все они были одеты в белое и смотрели на него с широко раскрытыми, наполненными ужасом глазами.

Гю Гю отряхнул липкую субстанцию с руки и поправил телефон. Переключившись на корейский, он небрежно спросил:

— Эй ~ когда-нибудь видели, как человек превращается в монстра?

— …

— Потому что я только что увидел это в реальном времени. Кажется, нам есть о чём поговорить, да?

— Именно поэтому я звоню. Это касается J, Ли Са Ёна и Пчелы. Они пропали в подземелье.

Гю Гю замер, его рука зависла в воздухе — он как раз собирался схватить одного из людей в белом за воротник.

— Пропали?

***

139 часов до смерти Ча Ый Джэ.

— Исчез?

Ли Са Ён недоверчиво приподнял бровь. Пчела кивнула, надув губы. Они стояли посреди густого леса, глядя друг на друга. Неподалёку Романтичный открыватель раскинулся на пикниковом коврике, а Ча Ый Джэ, сидя на корточках в противогазе, молча отдыхал рядом.

Сразу после побега из больницы Ли Са Ён связался с Пчелой. Попросил её открыть дверь. Она открыла. Только вот за ней оказался не привычный город, а середина какого-то случайного леса. Пчела раздражённо поигрывала ногтями, ворча:

— Я вообще без понятия, где Хон Ё Сон. Он полностью отгородился и заявил, что не собирается ни с кем встречаться. Я перепробовала всё, чтобы до него достучаться, но ничего не сработало. Что мне оставалось делать? Мы были в кемпинге здесь, в Чирисане, ели ттокпокки, а тут ты позвонил.

— Тогда тебе стоило сказать об этом.

— Ты проигнорировал вообще все мои звонки!

Ли Са Ён поднял палец, требуя тишины. Пчела, уже начавшая повышать голос, бросила взгляд на Ча Ый Джэ. Тот спокойно спал, укрывшись плащом Ли Са Ёна, его ровное дыхание было отчётливо слышно. Когда он в последний раз видел его таким спокойным? Возможно, никогда. Ча Ый Джэ всегда был в движении, никогда не сидел на месте. Даже если они оказывались рядом, он часто ворочался, не в силах найти удобное положение.

Пчела понизила голос до шёпота:

— Я слышала от Мэтью… J из этого мира в плохом состоянии. Он сейчас болен?

— Да.

— И ты спокойно привёл его сюда?

— Чем быстрее найдём выход, тем лучше.

— Это правда, но…

Пчела прикусила губу, зажав её зубами.

— Что-то тут не сходится… У подземелья ведь должны быть условия выхода, верно? Либо убить хозяина подземелья, либо выполнить какую-то другую задачу. Но здесь нет никакой цели. Нет хозяина подземелья. Что это вообще за место?

Холодный ветер пронёсся сквозь лес. Ли Са Ён мельком взглянул на грудь Ча Ый Джэ, размеренно поднимающуюся и опускающуюся, затем спокойно ответил:

— Вот для этого мы и пришли.

— Чтобы встретиться с Хон Ё Соном?

— Да.

— Он вообще что-нибудь знает?

Ли Са Ён поднял голову. Сквозь густую зелёную листву что-то маленькое и белое мелькнуло в воздухе.

— Скорее всего, он знает куда больше, чем мы.

Глава 275

Шорох, шорох. Трава колыхалась. Вскоре из-за её стеблей показалась небольшая голова…

— Кудах, кудах?

Блестящее оперение и глаза, похожие на чёрные бусины. Это была Ккокко, спутница Хон Ё Сона. Ккокко склонила голову набок, глядя на Ли Са Ёна и Пчелу. Пчела нахмурилась и указала на Ккокко.

— Подожди, это же курица Хон Ё Сона?

— Похоже на то.

— Почему она вдруг здесь появилась?

— Может, пришла поздороваться.

— Она даже кончиком пера не показалась, когда я грозилась сжечь этот лес.

— Может, просто не хотела с тобой разговаривать.

— Ух, в ней нет ничего симпатичного!

Не обращая внимания на жалобы Пчелы, Ккокко, покачивая головой, подошла к расстеленному на земле пледу и начала рассматривать Ча Ый Джэ, укутанного в плащ, со всех сторон. Вскоре она широко расправила крылья.

— Кудах! Кудах-кудах!

— О чём она говорит?

— Откуда мне знать?

— А что ты вообще знаешь?

— Больше, чем ты.

Золотые глаза встретились с фиолетовыми. Между ними проскочила искра. Оба сжали кулаки, но в этот момент Ккокко покачала головой и тяжело вздохнула.

— Кудах…

— Она только что вздохнула?

— Похоже на то.

— Она такая же раздражающая, как её хозяин. Эй!

Но прежде чем Пчела успела сказать что-то ещё, из-под плаща раздался тихий кашель. Все замерли на месте.

Ли Са Ён опустился на колени и внимательно посмотрел на лицо Ча Ый Джэ. Хотя оно было не полностью видно, через линзы противогаза он мог разглядеть, как слегка исказилось пространство вокруг его глаз. Пот заливал виски и затылок, дыхание было тяжёлым. Ли Са Ён осторожно поднял его на руки. Его тело горело.

— …

Ча Ый Джэ уже бывал в таком состоянии. В памяти Ли Са Ёна чётко отпечатались моменты, когда тот кашлял кровью, падал без сил, мучился в лихорадке. Но между воспоминанием и реальностью была пропасть. Держа его в объятиях, Ли Са Ён даже не осмеливался сжать руки крепче, оцепенев от беспомощности. Казалось, одно неосторожное движение — и жизнь Ча Ый Джэ окажется в опасности.

Тем временем Пчела закинула Романтичного открывателя себе на спину и крикнула:

— Вот зачем твой хозяин тебя прислал, да? Здесь больной человек! Покажи нам хотя бы место, где его можно положить. Это же несложно, верно?

— Кудах.

Ккокко вспорхнула крыльями, словно подавая знак следовать за ней, и углубилась в лес. Не раздумывая, Ли Са Ён бросился за белым силуэтом. В такой ситуации Ккокко не стала бы шутить.

Они шли долго, туман постепенно окутывал всё вокруг. Наконец, впереди возникла бесконечно длинная стена, за ней высились стройные сосны, а в воздух поднимались клубы дыма. Ккокко клюнула в ворота, опутанные защитными верёвками и талисманами. С громким скрипом створки начали медленно раскрываться. За воротами оказался широкий двор с утоптанной землёй и спокойный ханок. В одном из углов ярко пылала печь.

— …

Признаков жизни в доме не было. Казалось, здесь давно никто не жил. Однако Ккокко уверенно направилась вперёд, ловко приоткрыла раздвижные двери крыльца клювом. Внутри двух комнат уже было расстелено толстое постельное бельё.

— Кудах.

— По одной комнате на каждого, да? Ладно, я забираю эту.

— Хорошо.

Пчела отнесла Романтичного открывателя в другую комнату. Следуя жестам Ккокко, Ли Са Ён осторожно уложил Ча Ый Джэ на постель. Подложил ему под голову подушку, снял обувь и укрыл одеялом. Затем, заметив, как Пчела суетится в соседней комнате, мельком глянув сквозь приоткрытую дверь, он решительно закрыл её и запер.

С предельной осторожностью, словно касаясь чего-то хрупкого, Ли Са Ён расстегнул ремни противогаза и медленно снял его. Под ним скрывались серые волосы, мокрые от пота, и лицо, покрасневшее от жара, с пылающими лихорадочными пятнами. Слегка приоткрытые губы выпускали слабое, прерывистое дыхание. Ли Са Ён, стараясь быть как можно более нежным, откинул влажные пряди со лба.

— …

Ресницы Ча Ый Джэ дрогнули, и из-под них показались затуманенные глаза. Он сощурился, будто не понимая, что происходит, несколько раз моргнул, затем его губы дрогнули.

— Са Ён…

— Да, это я.

— Где… мы?

— Там, где Хон Ё Сон. Просто отдохни.

Когда Ли Са Ён ладонью в перчатке коснулся щеки Ча Ый Джэ, тот едва заметно пошевелился, а затем прижался лицом к его руке. Даже сквозь перчатку он ощущал жар, пылающий на коже. Ча Ый Джэ медленно закрыл глаза.

— Холодно…

— …

— Са Ён.

— Я здесь.

— Я… немного посплю.

— …Хорошо.

Ли Са Ён нежно провёл большим пальцем по его виску и щеке. Вскоре в комнате раздалось ровное, спокойное дыхание. Вид того, как Ча Ый Джэ нашёл покой и беззащитно уснул, доверившись ему, пробирал до самых глубин. Ли Са Ён тихо прошептал:

— Спокойной ночи.

Если бы в этот момент время остановилось, он бы не возражал.

Внутри него бурлили противоречивые чувства — надежда на скорейшее выздоровление Ча Ый Джэ и эгоистичное желание удержать его здесь, рядом с собой. Его рука то сжималась, то расслаблялась.

Беспомощный Ча Ый Джэ, Ча Ый Джэ, который зависел от него, Ча Ый Джэ, который доверял ему…

Ничто не могло быть приятнее.

Ли Са Ён глубоко вздохнул. Он чувствовал присутствие Пчелы за дверью. Знал, что должен уйти, прежде чем она войдёт, но не мог заставить себя пошевелиться. С тихим выдохом он в последний раз нежно провёл пальцами по щеке Ча Ый Джэ и произнёс:

— Не заходи.

Шаги за дверью замерли. На бумажной перегородке отразилась тень. Пчела стояла, уперев руки в бока.

Резкий голос ответил:

— Я и не собиралась, ясно? Ты снял противогаз J?

— Да.

— Я знаю, что такое личные границы, спасибо. Осмотрюсь пока, а ты просто позаботься о J!

Послышались удаляющиеся шаги Пчелы и Ккокко. Ли Са Ён мягко выдохнул и поднялся. Он подумал о том, чтобы принести холодное полотенце для Ча Ый Джэ, чтобы сбить жар.

***

Ча Ый Джэ открыл глаза. В воздухе витал запах старых книг. Он стоял в библиотеке, окружённый бесчисленными книжными полками. Что это? Разве он не сбежал из больницы и не оказался в каком-то другом месте? Ча Ый Джэ повращал руками, подпрыгнул на месте. Ощущение тяжести и боли в теле исчезло. Он чувствовал себя совершенно нормально. Коснувшись лица, он обнаружил, что носит чёрную маску, фирменный знак J.

«Это сон или после побега меня снова схватил Нам У Джин?»

Он должен был сомневаться во всём. Возможно, он снова потерял память. Ча Ый Джэ сильно ущипнул себя за тыльную сторону ладони. Боли не было. Значит, это сон.

В этот момент за спиной послышался шум. Ча Ый Джэ резко обернулся. Перед ним стояла девушка в круглых очках, школьной форме с юбкой и спортивными штанами под ней. Это была Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ наклонил голову.

— Га Ыль? Школьница Га Ыль?

Юн Га Ыль, которая озадаченно осматривалась по сторонам, тоже склонила голову с растерянным выражением.

— J… J?

— Что ты здесь делаешь?

— Это я должна спросить… Эм… а?

Юн Га Ыль потрогала свои губы, затем посмотрела на свою одежду. Она провела пальцами по юбке формы, а потом резко подняла голову и шагнула ближе к Ча Ый Джэ.

— Подожди, вы тот J, которого я знаю, да? Не какой-то осколок разрушенного мира?

Ча Ый Джэ тоже посмотрел на свои волосы. Пепельно-серые. Он внимательно рассмотрел Юн Га Ыль. Её форма, её юное лицо — без сомнений, это была та самая Юн Га Ыль, которую он знал. В разрушенном мире Юн Га Ыль уже была взрослой. Он провёл пальцами по подбородку маски и пробормотал:

— …Похоже на то. А ты та ученица Га Ыль, которую я знаю?

— Да-да. Наверное.

— Ты уже сдавала вступительные экзамены?

— Нет, ещё нет…

— Тогда ты всё ещё веришь в меня?

— Конечно!

Глаза Юн Га Ыль засияли. Невероятно! Ча Ый Джэ не смог сдержать радости и распахнул руки. Юн Га Ыль быстро бросилась в его объятия, и они крепко обнялись. Пусть они и не чувствовали ни тепла, ни прикосновения, но это не имело значения. Могла ли это быть ещё одна попытка Юн Га Ыль связаться с ним во сне, как тогда, когда она просила о помощи?

«Тогда на этот раз мне нужно передать информацию с моей стороны…»

Ча Ый Джэ разомкнул объятия. С серьёзным выражением он крепко взял Юн Га Ыль за плечи и заговорил:

— Можешь передать сообщение Чон Бину?

— А? О… да, попробую.

— Пчела, Ли Са Ён и я вошли в разлом, который подвергся эрозии, и оказались в новом типе подземелья. В реальном мире, наверное, уже прошло много времени.

— Хорошо, хорошо.

— Мы найдём способ вернуться, так что не волнуйся. И ещё, скажи им, чтобы не отправляли больше людей в разлом, подвергшийся эрозии.

— Это точно безопасно?

— Да. И… я узнал кое-что о конце…

— Да! Я слушаю.

— У конца есть стадии…

Прежде чем Ча Ый Джэ смог продолжить, что-то резко сжало его горло. Его глаза широко раскрылись. Он не мог говорить. В то же мгновение перед глазами вспыхнуло красное свечение.

[Обнаружена ошибка. Обнаружена ошибка. Обнаружена ошибка.]

[Несанкционированная информация.]

[Предупреждение.]

[Предупреждение.]

[Предупреждение.]

[Предупреждение.]

[Предупреждение.]

[Наложено наказание!]

Бесчисленные красные уведомления заполонили его поле зрения. Даже во сне эта информация была заблокирована?

Прежде чем Ча Ый Джэ успел даже мысленно пожаловаться, что-то мощное отбросило его назад.

Глухой удар!

В одно мгновение Юн Га Ыль словно отдалилась на недосягаемое расстояние. Она протянула руку, но была уже слишком далеко, чтобы её можно было разглядеть.

А затем Ча Ый Джэ открыл глаза.

— …

Он открыл глаза.

И закрыл. Открыл. Закрыл. Открыл.

Тьма.

Полная тьма.

Глава 276

Ча Ый Джэ поспешно поднялся. Глухой стук. Что-то влажное упало, но у него не было времени обращать на это внимание. Он вытер лицо и глаза, несколько раз моргнул, но свет так и не появился. Ничего. Только тьма.

«Мои глаза…»

Ча Ый Джэ провел рукой по губам. Неужели это было наказание? Как долго оно продлится? Временное или постоянное? Он начал ощупывать пространство вокруг. Мягкая и тяжелая ткань, теплый пол. Вероятно, одеяло. Он продолжил нащупывать предметы и наткнулся на что-то влажное. Теплое…

«Полотенце?»

Ча Ый Джэ развернул его. Кто-то, должно быть, позаботился о нем. Неудивительно, что на лбу осталась влага. Проведя полотенцем по затылку, он аккуратно сложил его и отложил в сторону. К счастью, хоть он и потерял зрение, его пробужденные способности, похоже, вернулись, поскольку он мог отчетливо ощущать движения снаружи. Тяжесть и боль в теле тоже ослабли.

— …

Ча Ый Джэ тихо вздохнул и широко распахнул глаза.

<Глаза Следопыта!>

В темноте один за другим начали вспыхивать огоньки. Маленькое пламя и два более крупных источника двигались неподалеку. Ближе всего… неподвижное пламя. Ча Ый Джэ облегченно выдохнул. Этого было достаточно — для боя или хотя бы для того, чтобы притвориться, что с ним все в порядке.

Не нужно было говорить и вызывать ненужное беспокойство.

«Я не могу быть обузой».

J без сил был бесполезен. Он уже показал достаточно слабости. Не стоило раскрывать свою беспомощность еще больше. Нужно было доказать свою ценность. В голове прозвучал голос.

— Прояви себя.

— Делай то, что должен.

— Не полагайся на других.

— В конце концов, ты всего лишь…

— …

Ча Ый Джэ резко провел рукой по лицу, затем потянулся к своему инвентарю и вытащил маску. Щелк. Когда он закрыл лицо маской, на него нахлынуло чувство стабильности. Теперь она скрывала и его пустой взгляд. Проведя пальцами по гладкой поверхности, Ча Ый Джэ глубоко вздохнул.

«Ладно… Сойдет».

Фиолетовое пламя приближалось. Ча Ый Джэ сбросил с себя мягкое одеяло и открыл дверь. Деревянный пол, запах земли, потрескивание горящих поленьев и тепло, доносящееся даже до его позиции. Воздух был насыщен ароматом сосны.

«Ли Са Ён говорил, что Хон Ё Сон будет здесь».

Вероятно, это и был дом, в котором он бывал во время выставки мастеров. Скорее всего, он находился в просторном деревянном зале, где тогда растянулся Хон Ё Сон. Ча Ый Джэ легонько коснулся босой ногой деревянного пола.

— Хён?

Раздался голос — Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ повернулся в его сторону. Фиолетовое пламя смотрело на него. Он пожал плечами.

— Ага.

— Как ты себя чувствуешь? У тебя ведь еще жар, да? Разве тебе можно так ходить…

Рука потянулась к нему, но замерла на полпути. Ча Ый Джэ, чувствительный к любому движению, без усилий поймал Ли Са Ёна за руку и похлопал его по запястью.

— Я встал, потому что в порядке. Все хорошо.

— …

Даже не видя, он мог представить выражение Ли Са Ёна. Скорее всего, тот смотрел на него с сомнением или даже с оттенком насмешки. Ча Ый Джэ сжал кулак.

— Ах, да серьезно, сказал же — все нормально. Силы ко мне вернулись. Что бы это ни было — простуда или еще что-то — прошло. Не веришь? Давай подеремся? Или мне первым ударить?

— Ха.

Ли Са Ён усмехнулся — смесь смешка и приглушенного звука дыхания через противогаз. Значит, он в противогазе. Принято. Ли Са Ён убрал руку, которую Ча Ый Джэ успел поймать.

— Судя по тому, как ты болтаешь, ты правда в норме. Хотя недавно еще стонал от боли.

— Это ты положил на меня полотенце?

— А кто еще?

— Наш маленький Са Ён теперь заботится о других. Повзрослел.

— Ха.

Когда Ча Ый Джэ похлопал его по плечу, Ли Са Ён коротко фыркнул, будто не веря своим ушам.

— Кого это ты ребенком называешь…

— Да-да.

Отмахнувшись, Ча Ый Джэ потер босую ногу о деревянный пол и спросил:

— Где мои ботинки?

— Вон там, у камня.

— А.

Ча Ый Джэ издал удивленный звук, словно пародируя Хон Ё Сона, и Ли Са Ён с раздражением цокнул языком.

— Как будто с тобой все в порядке. Ты явно не в себе… Сядь. Если оставить тебя так, ты наверняка запутаешься в ботинках и грохнешься.

Ладно. Пока буду вести себя, как Хон Ё Сон. Ча Ый Джэ послушно сел на деревянный пол, сосредоточившись на каждом движении и звуке Ли Са Ёна. Шорох ткани, глухой звук чего-то, ударившегося о пол. Он наклоняется? Холодная рука обхватила его лодыжку. Кожа и… прикосновение кожи. Значит, Ли Са Ён в перчатках.

Рука осторожно ощупала лодыжку Ча Ый Джэ — косточку, верх стопы, участок чуть выше щиколотки. Прикосновения оказались неожиданно бережными. Голос Ли Са Ёна, слегка приглушенный противогазом, прозвучал спокойно.

— Здесь нет шрамов.

— Ну… Я же не травмировал ноги или лодыжки.

— Неожиданно. Сколько ты носишься туда-сюда, я был уверен, что хоть один шрам да найдется.

Рука, мягко скользившая по его ноге, замерла. Затем слегка приподняла ступню. Кожа коснулась чего-то твердого и холодного. Что это? Не имея возможности видеть, он мог лишь полагаться на воображение.

«А».

Осознание пришло мгновенно. Это же фильтр противогаза.

Подожди. Разве это не похоже на… поцелуй?

Ча Ый Джэ напряг ступню. В ответ последовал низкий смешок.

— Что, не так?

Ча Ый Джэ стиснул зубы и резко огрызнулся.

— Хватит валять дурака и давай быстрее, понял? Разве Пчела не должна быть где-то рядом?

— Все нормально. Пчела все еще ищет Хон Ё Сона.

Ча Ый Джэ задумался, бросив взгляд в сторону неподвижного пламени. Вероятно, это был Романтичный открыватель, а два других, суетливо двигающиеся, — Пчела и маленькое пламя, скорее всего, Ккокко. Следов Хон Ё Сона не было.

— Кстати, Хон Ё Сон ведь не здесь.

— Ты проверил способностью?

— Ага. Если посмотреть сейчас, тут только мы и… похоже, Ккокко.

— Может, он раскрыл пространство и ушел. Черт.

Ли Са Ён раздраженно цокнул языком. В этот момент Ча Ый Джэ почувствовал, как ему поправляют обувь. Послышался звук затягиваемых шнурков. Ли Са Ён завязывал ему ботинки. Натягивая шнурки потуже, он спросил:

— Так нормально?

— Ага.

Ча Ый Джэ кивнул. Ли Са Ён ловко затянул шнурки, затем взял его вторую ногу. Разве это не слишком? Забота ощущалась даже излишней, словно он был ребенком. Когда в последний раз кто-то надевал на него обувь или завязывал шнурки? Он даже не мог вспомнить. Наверное, тогда, когда родители делали это в детстве.

Ча Ый Джэ уставился на фиолетовое пламя. Сейчас он уже не мог четко вспомнить лица своих родителей. Не осталось ни одной фотографии, а времени прошло слишком много. Единственное, что он помнил, — их номера социального страхования. Бессмысленные цифры. Ча Ый Джэ внезапно спросил:

— Ты… помнишь, какими были твои родители?

— …

Ли Са Ён молчал, прежде чем наконец ответить встречным вопросом:

— С чего вдруг такой вопрос?

— Потому что я своих почти не помню. Мне стало интересно, помнишь ли ты.

Ли Са Ён безразлично ответил:

— Я тоже не помню. Это было слишком давно.

— Понятно…

Ча Ый Джэ вспомнил момент, когда впервые увидел Ли Са Ёна. Это воспоминание было отчетливым, как будто случилось только вчера. Среди завалов разрушенного здания две протянутые руки изо всех сил пытались удержать его. Их тела были изуродованы ядом, но даже тогда они заслоняли собой Ли Са Ёна, оберегая его. Это должны были быть его родители.

Ча Ый Джэ тихо пробормотал:

— Они, должно быть, были хорошими людьми.

— Почему ты вдруг об этом заговорил?

— Когда я тебя нашел… они держали тебя. Хотя к тому моменту их уже не было.

— …

— Благодаря им я смог тебя спасти.

Если бы они не прикрыли его собой, Ли Са Ён умер бы задолго до того, как Ча Ый Джэ прибыл. Он не выжил бы. Просто стал бы еще одной потерянной жизнью, одним из множества тех, кого Ча Ый Джэ не сумел спасти.

— …Понятно.

Ча Ый Джэ рассеянно смотрел на фиолетовые огоньки. Их встреча с Ли Са Ёном была случайностью или все же судьбой? Без особой причины он запрокинул голову назад, будто разглядывая небо — небо, которого не мог видеть.

— В общем, вот так.

— Ты сегодня какой-то… сентиментальный.

— Видимо, потому что проснулся с дерьмовым самочувствием.

Ча Ый Джэ рассеянно качнул ногой в надетом ботинке. Ли Са Ён, завязывая шнурки на другом, пробормотал:

— Что? Неудобно? Переделать?

— Нет, просто…

— Просто?

— Это как-то… неловко.

— …

Ли Са Ёну даже не нужно было ничего говорить — Ча Ый Джэ и так мог представить выражение его лица. Тот наверняка смотрел на него с явным: «Что за чушь ты опять несешь?» Но ему действительно было неловко, так что оставалось только смириться. Ча Ый Джэ быстро отвернул голову, притворившись, что не замечает его взгляда. Ли Са Ён крепче сжал его лодыжку.

— …Ты ведь понимаешь, что несешь полную чушь? Ты же сам это знаешь, да? Иначе не вел бы себя так.

Ча Ый Джэ не собирался уступать.

— Нет, просто сидеть вот так… чувствую себя ребенком. Это смущает!

— О? Хочешь, чтобы это было более неловким для тебя? Настолько, что даже лицо показать не сможешь?

— Отвали, придурок!

Ча Ый Джэ рывком выдернул ногу из хватки Ли Са Ёна и вскочил на ноги. Но Ли Са Ён не собирался так просто его отпускать. Его рука метнулась вперед, целясь в запястье Ча Ый Джэ.

Тот резко отклонился назад, уходя от захвата, но тут же другая рука устремилась к нему. Они обменялись несколькими быстрыми движениями, их тела двигались стремительно и слаженно. Уголки губ Ча Ый Джэ начали подниматься.

Хм, это даже веселее, чем я думал.

Полагаться исключительно на ощущения и инстинкты — оказалось не так уж плохо. Но стоило этой мысли промелькнуть в голове, как от направления печи появилось нечто. Это не была Пчела или Ккокко. Это было что-то совсем другое.

«…Хон Ё Сон?»

Как только он повернул голову, сильная рука схватила его за ворот. Черт! Ча Ый Джэ резко развернулся обратно, но, к сожалению, не мог увидеть выражение лица Ли Са Ёна.

Щелк. Раздался глухой звук расстегивающегося фиксатора противогаза. Его обостренные инстинкты самосохранения, отточенные в темноте, тут же закричали об опасности. Ча Ый Джэ в панике ткнул пальцем в сторону печи.

— Эй, вон там! Вон там!

— Знаю.

Глухой звук упавшего противогаза донесся до его ушей. Ча Ый Джэ попытался разжать пальцы, впившиеся в его воротник, но хватка Ли Са Ёна была непреклонной. Если попытаться силой оторвать руку, рубашка просто разорвется. Ча Ый Джэ в спешке добавил:

— Нет, серьезно, мне кажется, что Хон Ё Сон здесь!

— Я же сказал, знаю.

Спокойное дыхание Ли Са Ёна приблизилось. Ча Ый Джэ отклонил голову назад настолько, насколько мог, но это было бесполезно.

Рука потянулась к его маске. Черт. Ча Ый Джэ судорожно зажмурился — хотя это и не имело смысла, ведь он все равно ничего не видел.

Что делать? Ударить его? Нет, это перебор. Он не мог заставить себя ударить Ли Са Ёна. Оставался единственный вариант. Ча Ый Джэ резко опустил голову вниз. Ха? Ли Са Ён издал недоверчивый смешок.

— Что ты делаешь?

Что он делал? Набирал инерцию.

Ча Ый Джэ со всей силы дернул головой назад —

— и затылком врезался в один из массивных деревянных столбов ханока.

ТРЕСК!

Прочный столб разлетелся надвое.

Глава 277

Опилки разлетелись от сломанного дерева. Ли Са Ён быстро подпер наклонившейся деревянный столб руками. Воспользовавшись моментом, Ча Ый Джэ ловко выбрался из-под угрозы. Ли Са Ён, теперь исполнявший роль временного подпорного столба, недоверчиво спросил:

— Что за... Ты с ума сошёл? Ты вообще в своём уме?

Ча Ый Джэ потер затылок. Никакой боли, ни шишки, ни вмятины. Идеально. С полной уверенностью он ответил:

— Нет... Но я ведь не мог тебя ударить, верно? Ломать столб было единственным вариантом. Тут уж без выбора.

— Какая у тебя, к чёрту, структура мозга? Прямо руки чешутся расковырять и посмотреть... Может, он у тебя с дефектами.

— Всё со мной нормально, спасибо большое.

Он точно не хотел, чтобы Пчела или Хон Ё Сон увидели, как он целуется с кем-то. Тем более без маски — его глаза сразу бы выдали его мысли. Ли Са Ён был слишком проницателен, стоило ему лишь взглянуть на его лицо, и он бы понял всё.

Какое сейчас выражение у Ли Са Ёна? Скорее всего, недоверчивое. Слегка нахмуренные брови, прищуренные глаза. Может, даже лицо, на котором читалось «Ну и что теперь?». Вдруг Ча Ый Джэ захотелось коснуться его лица. Тогда он мог бы сам увидеть, какое выражение у Ли Са Ёна.

В этот момент сзади раздались быстрые шаги.

— Что за шум? Вы опять дерётесь?

— Ко-ко!

Маленькое пламя, напоминающее цыплёнка, подскочило и яростно принялось клевать Ли Са Ёна. Среди резких «тук-тук» Пчела приблизилась к Ча Ый Джэ.

— Что случилось? Почему столб в таком состоянии? Ли Са Ён его сломал?

— …Почти.

В конце концов, первопричиной был Ли Са Ён. Когда Ча Ый Джэ кивнул, Пчела сухо рассмеялась.

— Ха.

Цокнув языком, она сказала:

— Типично... J, с твоим телом всё в порядке? Полностью восстановился?

— Ага, теперь всё нормально.

— Хорошо. Но не перенапрягайся… Раньше ты выглядел таким слабым, что было непривычно видеть тебя таким. Оставь сражения мне и Ли Са Ёну.

Сильная рука хлопнула его по плечу. Ча Ый Джэ, который только что головой расколол столб толщиной с человеческую талию, широко улыбнулся.

— Конечно.

— Может, на меня тоже взглянешь? Хватит тут сюсюкаться, проверь, как я.

Резкий голос вклинился в разговор. Пчела громко фыркнула.

— Ревнуешь? Держи дальше. Романтичный открыватель всё ещё внутри. Отпустишь — и он раздавится.

— Он бы не пострадал, даже если бы это случилось.

— Верно.

— А где Хон Ё Сон?

— Хм… Похоже, он направляется сюда. Но куда он вообще сбежал?

Шорох, шорох. Звук волочащихся по земле ботинок становился всё ближе. Вместе с ним раздавался звон пластика и металлических контейнеров. Как только шаги остановились, в воздухе распространился резкий запах горького травяного отвара. После короткой паузы раздался бодрый голос:

— Подождите, подождите. Это что ещё за воришки? Я вас к себе пустил, а вы тут всё ломаете?

— Где ты был?

— О ~ Шершень! Я? Просто замачивал ноги в ручье. Знаешь, регулярное обновление настроения — дело важное.

— Эй, я же говорила, не называй меня Шершнем. И… уф, только посмотри на свою вычурную туристическую экипировку и кемпинговое снаряжение. Ты что, днями жил у ручья? Игнорировал мои звонки?

— Угадала! Это был потрясающий поход! Давай как-нибудь вместе выберемся!

Его жизнерадостность казалась почти нелепой на фоне апокалипсиса. Пчела, стоявшая рядом с Ча Ый Джэ, тяжело выдохнула и сжала его плечо. Сквозь стиснутые зубы она пробормотала:

— Прости, но разговоры с ним повышают мне давление. Я ухожу. J, разбирайся сам, ладно?

— А? С чего вдруг?

— Ты же более хладнокровный, чем я, да?

Совсем нет. Но прежде чем Ча Ый Джэ успел возразить, Пчела развернулась и ушла. Он перевёл взгляд на фигуру, которую предположительно звали Хон Ё Сон, наблюдая за тёплым, коричневатым пламенем, мерцающим в воздухе. Что сказать? «Эй, ты же меня знаешь, да?» Слишком прямолинейно. «Почему ты забился в такую дыру?» Слишком агрессивно. «Ты вообще в курсе, что тут происходит с апокалипсисом?» Тоже не лучший вариант.

Ча Ый Джэ с трудом сглотнул.

«Всё, что я могу — это цепляться к нему».

Быть честным с Хон Ё Соном всегда было сложно. Или, правильнее сказать, он до сих пор не разобрался в своих чувствах. Он даже толком не успел сказать «извини» или «спасибо» своему так называемому «другу».

К счастью, первым заговорил Хон Ё Сон.

— Ты выглядел неважно, но сейчас вроде в порядке. Это радует.

— Благодаря тебе… Подожди, ты наблюдал за мной всё это время?

— Вся эта гора — мой милый домик. Я вижу практически всё. Хотя не ожидал, что ты проломишь столб затылком.

Хон Ё Сон, напевая, неспешно прошёл мимо. Подожди… Он точно знал, как сломался столб? По спине Ча Ый Джэ пробежал холодок. Если бы он вдруг поддался порыву и поцеловал… Ча Ый Джэ прикусил губу.

«Хорошо, что я сломал этот столб».

Глухой стук. Кто-то положил руку на дерево. Скорее всего, Хон Ё Сон. Его голос звучал бодро.

— Эй, Ли Са Ён, ещё чуть-чуть подожди!

— Я и так держу его всё это время.

— Ага. Сейчас всё исправлю.

Раздался звук чего-то мягкого, размазанного по поверхности. В воздухе запахло сырой землёй. Глина? Хон Ё Сон увлекался гончарным делом. Возможно, это его особая смесь? Без возможности видеть Ча Ый Джэ мог полагаться только на ощущения и воображение. Он скрестил руки.

«Это… неприятно».

Он задумался, не испытывал ли Ли Са Ён что-то подобное. Скорее всего. Ли Са Ёну, будучи тогда ещё не пробуждённым, должно было быть ещё хуже.

— Всё, готово. Дай высохнуть, и затвердеет. Теперь можешь отпустить!

— Мы просто оставляем это вот так? Это вообще безопасно?

— Всё нормально! Это моя особая формула.

Шорох одежды приблизился, и к Ча Ый Джэ донёсся приторно сладкий запах. Ледяной, низкий голос прошептал прямо в ухо:

— Потом… поговорим. Только ты и я.

— …

Ча Ый Джэ отвернул голову. Даже не видя, он чувствовал, как тот сверлит его взглядом. Давление было таким, словно его висок вот-вот лопнет. Крупная рука на мгновение коснулась затылка, прежде чем отдёрнуться. Видимо, он проверял, цела ли голова Ча Ый Джэ.

Глухой стук — похоже, Хон Ё Сон сел на деревянный пол, и шуршание пластика подтвердило это.

— Так что привело тебя сюда? Я же говорил, что не встречаюсь с людьми. Я открыл дверь только потому, что это были вы.

— Мне нужно кое-что у тебя спросить.

Вдалеке пламя в форме цыплёнка громко прокукарекало. Застывшее было пространство всколыхнулось лёгким ветерком, принеся с собой терпкий аромат сосен.

— Ты уже успел тут всё перевернуть, да?

Ча Ый Джэ моргнул во тьме. Раздался слышимый вздох Хон Ё Сона, затем тот спросил:

— Ты хочешь знать, как выбраться отсюда, верно?

— …

— Не делай ничего. Просто проведи здесь время, и в конце концов сам выйдешь.

Ча Ый Джэ уставился на единственное красное число, видимое в темноте. Оно медленно, но неумолимо отсчитывало секунды, приближая его к смерти.

Он медленно спросил:

— Ты… тот самый Хон Ё Сон, которого я знаю?

— Нет, я просто Хон Ё Сон.

— …

— Но я знал, что ты придёшь сюда. Ты должен был прийти.

Хон Ё Сон поднялся на ноги. Шаги по земле раздались снова — звук скрипящей обуви, рассыпающийся песок, мягкая земля под подошвами.

— Это место… реконструированное мемориальное подземелье, созданное на основе воспоминаний. И не только одного человека, а всех, кто сопротивлялся до самого конца.

Люди, которых они встречали здесь, казались настоящими, живыми. Улыбка Чон Бина, строгий голос Нам У Джина, случайные лица, мелькающие мимо — всё это было слишком реально, чтобы быть просто отражением прошлого.

Согласно словам Хон Ё Сона, когда-то они все действительно существовали.

— Если ты спрашиваешь, почему мы оставили следы погибшего мира, вместо того чтобы просто стереть их…

Он сделал паузу, прежде чем продолжить:

— Кто-то сказал, что из неудач можно извлечь урок.

— …

Его низкий голос внезапно повеселел. Хлопнув в ладоши, он с лёгкой улыбкой воскликнул:

— Конечно, откуда мне знать! Я же гениальный гончар! Я верю в то, что неудачные работы нужно разбивать и начинать заново!

Ну конечно, именно так ты бы и рассуждал. Ча Ый Джэ немного расслабил напряжённое тело. Ли Са Ён, стоявший рядом, вмешался:

— То есть… ты предлагаешь нам просто тратить тут время впустую? Ничего не делать и смотреть, как этот мир обречён на провал?

— Именно.

— Может, я бы и смог, но вот этот парень точно нет. Он уже успел всё перевернуть.

Ли Са Ён ткнул пальцем в спину Ча Ый Джэ. В ответ тот пнул его по ноге.

Хон Ё Сон весело отозвался:

— Значит, ему остаётся только умереть!

Глаза Ча Ый Джэ расширились.

Что?!

Глава 278

Напряжение рядом с ним было ощутимо. Этот парень снова поднимал щекотливую тему! Ча Ый Джэ поспешно похлопал Ли Са Ёна по широкой спине, но напряжённые мышцы даже не думали расслабляться. Так дело не пойдёт. Ча Ый Джэ встал позади Ли Са Ёна и обеими руками зажал ему уши. В ответ на его ладони легли большие руки.

— Что ты делаешь?

— Просто постой так немного. Эй, Хон Ё Сон, хватит так небрежно говорить о смерти. Хочешь умереть?

— Нет, это нечестно! Я всего лишь констатировал объективный факт!

— Выражайся мягче. Скажи что-то вроде: «Это может сократить твою продолжительность жизни».

— Разве это не одно и то же?

— Са Ён, а ты помолчи.

— Но ведь закрывать уши бесполезно? Он всё равно всё слышит.

— И ты тоже, Хон Ё Сон, заткнись.

После пары попыток оторвать руки Ча Ый Джэ, Ли Са Ён сдался и вместо этого начал тыкать в них пальцами, раздражая его. Хон Ё Сон недовольно пробормотал:

— Невероятно. Дал предупреждение, а в ответ вот это. Вы на полном серьёзе сокращаете себе жизнь.

Ча Ый Джэ самодовольно подумал, что быстрая обратная связь — это похвально.

— О чём ты вообще говоришь? Кто ещё мог бы жить дольше меня?

— Ты совсем неубедителен. Особенно после всего, что ты натворил.

— …

Ли Са Ён попытался повернуть голову, но Ча Ый Джэ крепко её удержал. Ли Са Ён недовольно пробормотал, что он такого опять сделал, но Ча Ый Джэ проигнорировал его, поджав губы.

«…О чём он говорит на этот раз?»

В голову пришло слишком много вариантов. Может, о том случае, когда он харкал кровью и рухнул, синхронизируясь со своим прошлым «я»? Или когда он превратил Ли Са Ёна в человека без памяти? А может, когда вытащил Скумбрию из Хэнама? Или когда привёл его в гильдию Совон? Или, возможно, о том, как болтал с Юн Га Ыль во сне и ослеп в качестве наказания?

«…Я слишком много всего натворил, да?»

В этот момент Ли Са Ён просто обязан был одарить его испепеляющим взглядом. Ча Ый Джэ убрал руки с его головы и сложил ладони в жесте раскаяния. Голос Ли Са Ёна прозвучал с недоверием:

— Что ты теперь делаешь?

— Я понял. У меня слишком много грехов.

— Ох… правда?

Игнорируя острый взгляд, пронзивший его, Ча Ый Джэ вежливо спросил:

— Хон Ё Сон, мой друг. Что же я такого сделал?

— Ты серьёзно спрашиваешь? Ты спас Скумбрию! Он должен был там погибнуть!

А, ну это Ли Са Ён уже знал, так что не страшно. Вернув уверенность, Ча Ый Джэ разжал руки и обвиняюще указал на Хон Ё Сона.

— Так мне, по-твоему, нужно было дать ему утонуть вместо того, чтобы спасти? Он же тонул прямо у меня на глазах!

— Ааа, перестань говорить такие героические вещи! У меня ПТСР!

— ПТСР? Да не только у тебя! У меня тоже!

— Ку-ка-ре-ку!

Где-то вдали раздался крик курицы. Пока спор перерастал в хаос, Ли Са Ён вмешался:

— Позвольте мне спросить. Если мы изменим здесь предопределённое будущее, это повлияет на наш мир?

— Конечно, нет! Это ничего не изменит. Это пространство воссоздано из воспоминаний. Люди здесь не живые — это лишь остатки памяти. Оригинальный мир, на котором основано это место, уже уничтожен.

— …

— Вы, как бы это сказать… Точно, вы как актёры, вошедшие в спектакль с заранее написанным финалом. Поняли?

— Тогда не важно, кого мы спасаем, верно? Всё равно в конце всё будет уничтожено.

— Нет, это важно! У каждого персонажа есть предопределённая судьба. Изменение её нарушает правила системы. Ты же не знаешь, какое наказание можешь получить.

А, значит, та внезапная слабость была наказанием. Если бы не брат Скумбрии, он мог бы утонуть. Ча Ый Джэ почувствовал благодарность. Надо будет купить ему поесть, когда они вернутся.

Фиксированный финал.

Они знали, чем всё закончится. Ча Ый Джэ умирает. Ли Са Ён остаётся один. Мир уничтожается. Но Хон Ё Сон всё так же бодр, будто не боится конца света. Ча Ый Джэ внезапно спросил:

— Почему ты так спокоен?

— А? Потому что я осознаю, что не реален. Я отличаюсь от остальных, понимаешь?

— То есть ты знаешь, что мир скоро исчезнет. Но как ты можешь…

— Ну, вы же пришли сюда.

— …

— Вы пришли искать зацепки о конце света, верно? Значит, на вашей стороне ещё есть надежда.

Почему-то у Ча Ый Джэ в горле встал ком. Это было не грустью — скорее, нехваткой слов. Благодарность и утешение казались недостаточными. Он не мог вымолвить ни слова.

Хон Ё Сон ярко улыбнулся. Его сияющее лицо напоминало…

— Сохранить всех здесь было не зря!

Солнце.

…Ну ладно, может, с небольшим преувеличением.

***

Хон Ё Сон и Ккокко пришли к воротам, чтобы проводить их. Поскольку Романтичный открыватель всё ещё блуждал в сновидении, Пчела несла его на руках.

Спуск сопровождался тишиной. Возможно, благодаря Хон Ё Сону в Чирисане не осталось следов отбеливания. С каждым шагом их встречал свежий запах деревьев, травы и влажной земли.

— …

— Мы все сделали своё дело, оставив это после себя!

Какие эмоции испытывали люди, оставляя эти воспоминания? О чём думал Хон Ё Сон, собирая их, чтобы создать это подземелье? Его улыбка, полная облегчения, казалась тяжёлым грузом.

— …Хён.

— J!

Голос, зовущий его, прорвал поток его мыслей. Ча Ый Джэ поспешно поднял голову. Дрожащий свет впереди замер — остальные остановились. Ча Ый Джэ среагировал с запозданием.

— А? Ох. Зачем ты меня звал?

— …Ты точно в порядке? Дерево прямо перед тобой.

— Извини, задумался о том, что мы только что услышали.

— Ты о словах Хон Ё Сона?

— Ага.

Пчела заметила небрежным тоном:

— Ну, разве вывод не очевиден? Нам нужно собрать как можно больше информации и зацепок о конце света. В этом же и есть смысл этого мира.

— Это правда.

— Хм. Может, начнём с гильдии Совон?

— Нам У Джин, наверное, знает больше всех.

— Нужно подобрать момент, чтобы допросить его. Может, и в их библиотеке найдётся что-то ценное…

Пчела пробормотала, продолжая идти. Ча Ый Джэ протянул руку и коснулся ствола дерева прямо перед собой. Чуть-чуть, и он бы в него врезался. Надо быть осторожнее. Инстинктивно обходя его, он добавил:

— И нам нужно собрать всё как можно быстрее.

— Почему?

Потому что если они замедлятся, он умрёт.

Проглотив эту мысль, Ча Ый Джэ озвучил более убедительную причину:

— Кто знает, как здесь течёт время по сравнению с внешним миром? Нужно торопиться.

— Ах, это правда. Нет смысла собирать информацию, если её будет слишком поздно использовать.

— Тогда сначала разбудим этого парня. До гильдии Совон добираться целую вечность.

Все разом повернулись к Пчеле, которая всё ещё несла спящего Романтичного открывателя. Его пламя мерцало мягкими оттенками. Ли Са Ён с громким щелчком хрустнул костяшками пальцев и подошёл ближе.

— У меня есть идеальное средство… положи его.

— …Ты ведь не собираешься его убивать?

— Конечно нет. Я же его глава гильдии.

Глухой стук прозвучал в тот момент, когда Пчела опустила Романтичного открывателя на землю. Затем послышался звук чего-то тяжёлого, волочащегося по земле. Фиолетовое пламя тянуло за собой мерцающий огонёк.

Пчела подозрительно спросила:

— Куда ты его тащишь?

— Просто поговорить.

Голос Ли Са Ёна становился всё тише. Пчела цокнула языком и пнула землю, разбросав комки грязи. В наступившей тишине раздалось пение птиц и стрекот насекомых. Птицы… Как давно он их не слышал. Пока Ча Ый Джэ прислушивался к звукам природы, Пчела нарушила молчание.

— Раз уж мы дошли до этого момента, расскажу тебе. Ли Са Ёну я уже говорила, но ты, скорее всего, не знаешь.

— Да?

Раздался глухой стук — она пнула камень на дороге.

— Я вижу видения смерти людей. Они начали появляться ещё до того, как мы вошли в это место. Их головы болтаются… или ещё что-то в этом роде.

— …

— Может, это звучит безумно. Но… мне кажется, я вижу, как погибли люди в этом мире.

Ча Ый Джэ ничего не ответил. В тишине слышалось, как кто-то проводит пальцами по волосам, а затем — неровное дыхание. Голос Пчелы опустился до шёпота.

— …Если бы мы знали, как они умерли, думаешь, мы могли бы это предотвратить?

Возможно, это было тщетной надеждой. Но Ча Ый Джэ не мог не кивнуть. Он сам бесчисленное количество раз думал о том же.

— …Может быть.

Вдалеке раздался пронзительный крик. Пчела вздохнула и похлопала Ча Ый Джэ по плечу.

— Спасибо. Почему-то это даже утешает.

Её рука опустилась, и Ча Ый Джэ вдруг спросил:

— Ты… меня тоже видишь?

— …

Пчела повернулась к нему.

Какой образ его самого она видит? Версию с кровью, льющейся из головы? Но её ответ оказался неожиданным.

— Не знаю.

— …Что?

— Я никогда не видела, как ты умираешь. Всегда так было.

— …

— Поэтому мне это всегда казалось странным.

— …

— Ну, может, это значит, что ты не умрёшь? Давай думать позитивно.

Пчела специально говорила лёгким тоном. Однако…

Ча Ый Джэ смотрел на мигающие красные цифры в углу своего зрения. Обратный отсчёт до его смерти был ясен. Он также видел воспоминание о своей собственной гибели — глазами Ли Са Ёна. Звук волочащегося предмета приблизился. Ли Са Ён с глухим стуком что-то пододвинул вперёд.

— Открывай дверь.

— Д-да!

Голос был полон энергии, за ним последовал скрип открывающейся двери.

Среди свежего запаха травы вдруг потянуло затхлым ароматом старых книг и дезинфицирующего средства.

Ча Ый Джэ отогнал мысли и шагнул вперёд — туда, где пахло книгами.

Глава 279 - Пересечение

— Сейчас я введу прототип лечения.

Ш-ш-ш… Пространство за прозрачной стеклянной стеной заполнилось мутным дымом. На затуманенной поверхности отразились две фигуры — Га Ён с хитрой улыбкой и бесстрастный Нам У Джин. И вдруг…

Бах!

Сквозь дым вырвалась уродливо изогнутая лапа чудовища, с силой ударившись о стекло. Покрытая мехом и когтями, она была совершенно белой. Раздалось низкое, зловещее рычание. Га Ён, лениво накручивая прядь волос на палец, и равнодушно пробормотала:

— Очередной провал. Хотя я особо и не надеялась.

— Похоже, никакого заметного эффекта нет.

— Именно. Всё как обычно ~

Монстр, заточённый за стеклом, раскрыл свою огромную пасть. Внутри, среди звериных клыков, отчетливо виднелись человеческие зубы, делая его облик ещё более жутким. Монстры, в которых оставались следы человечности… Сохранилась ли в этих мутировавших существах хоть малейшая часть их прежнего «я»? Нам У Джин задумался на мгновение.

Га Ён беспечно отвернулась.

— Что ж, как насчёт тканевого анализа? Кто знает, вдруг есть клеточные изменения.

— Ты явно испытываешь особую тягу к экспериментам с физическими образцами.

— Хе-хе, но ведь это самый надёжный способ собрать данные?

Га Ён захихикала, прикрыв рот ладонью. За стёклами её очков ярко сверкнули глаза.

— Ох! Вы ведь не всерьёз ещё считаете это человеком, да?

— …

— Удивительно. Такое сострадательное сердце… Неожиданно.

— Вместо насмешек лучше подумай о других решениях. Число мутантов продолжает расти.

— Разве правительство и Бюро управления пробуждёнными не стараются скрыть это?

— У всего есть предел. Не всю информацию можно подавить.

— Как только правда о том, что люди превращаются в монстров, выйдет наружу… О, шуму-то будет! Не могу дождаться ~

Га Ён тихо усмехнулась и кивнула в прощании.

— Я откланяюсь ~ Ах! Пожалуйста, пусть кто-нибудь отрежет этому существу палец и отправит его в мою лабораторию. Вы ведь сделаете это для меня, дорогой партнёр?

— …Конечно.

— Большое спасибо ~

Звук её шагов постепенно затихал. Партнёрство с Прометеем продолжало тянуться, несмотря на все трения. Га Ён со своей командой исследователей обосновалась в одном из отделов гильдии Совон. Доступ к ним был строго ограничен, но её это, похоже, нисколько не беспокоило.

Исследователи Прометея сочетали в себе ненависть к пробуждённым и любовь к человечеству. Их разговоры часто сводились к одному:

— Только мы можем спасти человечество.

— Ещё немного усилий.

На первый взгляд, они казались людьми с благими намерениями, но их праведность была искажённой.

Согласно расследованиям, большинство членов Прометея пережили трагедии: кто-то потерял семьи из-за монстров, кто-то стал жертвой преступлений со стороны пробуждённых, а кто-то лишился всего из-за разломов. Эти трагедии со временем превратились в ненависть к пробуждённым.

«А тот, кто поддерживал этот огонь…»

Должен быть лидером Прометея. Нам У Джин снял очки и потер лицо рукой. Рядом с ним стоял мальчик, который быстро приблизился лёгкими шагами.

— Хозяин, мне приступить к ампутации?

— Да. Отдай ей то, что она хочет. И следи за ней. Никогда не теряй бдительности.

— Конечно, хозяин. Не только я, но и Маленькое Чудо Со Мин Ги помогает в этом. Вдвоём мы справимся.

Нам У Джин лишь молча кивнул в ответ. Мальчик, держа в руках топор, почти равный ему по размеру, направился к массивной железной двери. Монстр, уставившись на вошедшего, широко разинул пасть. Спустя мгновение раздался душераздирающий крик.

Кьяааааа!

Хлюп! Белая кровь брызнула на прозрачное стекло. Члены гильдии вздрогнули от жуткого звука и зажали уши. Нам У Джин наблюдал за происходящим с абсолютной бесстрастностью.

Было ли превращение людей в монстров болезнью, проклятием системы или прихотью апокалиптической силы? Можно ли было это остановить человеческими руками?

«Имеет ли всё это хоть какое-то значение?»

Обратный процесс мутации, её предотвращение — всё это казалось недостижимым будущим.

Мальчик вернулся, залитый белой кровью. В его чистых, словно мрамор, глазах отразился Нам У Джин. Он сложил маленькие руки вместе, протягивая вперёд отрубленный, ещё капающий кровью палец.

— Я вернулся, хозяин.

— …Хорошо.

Нам У Джин протянул руку, чтобы взять его, но внезапно застыл. На мгновение перед глазами мелькнул образ иссохшей, мумифицированной кисти. Он сжал ладонь в воздухе и опустил руку.

— Мальчик.

— Да, хозяин.

— Работай вместе с Со Мин Ги, чтобы установить контакт с Юн Га Ыль.

— Понял, хозяин.

Мальчик исчез, оставляя за собой след белой крови. Нам У Джин надел очки. За пеленой разливающейся белой крови раздавались пронзительные стоны монстра.

Эти крики звучали слишком по-человечески.

***

118 часов до смерти Ча Ый Джэ, гильдия Совон.

Ча Ый Джэ сидел, привалившись к упавшему книжному шкафу. Зрение к нему так и не вернулось. Несмотря на это, он проводил время среди груды книг. Не видя, он водил пальцами по корешкам, пытаясь определить названия и выбирая те, что казались ему стоящими. Это было нелёгким занятием, особенно с книгами, у которых не было ни тиснения, ни особых меток.

Читать их?

«Это же работа Ли Са Ёна».

Ча Ый Джэ открыл книгу и прищурился. Тьма по-прежнему оставалась непроглядной.

Он приложил немало усилий, чтобы скрыть свою слепоту. Когда распределяли обязанности по исследованию, он солгал, будто ненавидит книги и его клонит в сон при одном взгляде на текст. Ли Са Ён и Пчела поверили без малейших сомнений.

Это раздражало.

«За кого они меня принимают, за идиота?»

В конце концов, он же был автором «Энциклопедии монстров». Это был настоящий учебник по выживанию, практически библия для новичков-охотников. Он сам её написал. Они выросли, изучая её!

Ча Ый Джэ нащупал рукой стопку книг рядом с собой. В этот момент он ощутил приближение кого-то. Раздался тихий голос.

— J, ты здесь?

Это была Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ кивнул в сторону голоса. Юн Га Ыль с облегчением выдохнула и прошептала:

— Слава богу… Пожалуйста, никуда не уходи. Ладно?

— Я никуда не денусь.

— Хорошо… Я серьёзно. Прошу тебя.

После настойчивой просьбы Юн Га Ыль отошла. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и откинул голову на книжный шкаф.

Как только Ча Ый Джэ, с помощью Романтичного открывателя, оказался в гильдии Совон, Нам У Джин ворвался, словно разъярённый, и, словно бросаясь на осиное гнездо, со всего размаху ударил Ли Са Ёна стетоскопом по голове. Раздался звонкий, чистый «дзинь»!

Он уже занёс руку для нового удара, но тут его остановил Чон Бин, который следовал за ним.

— Отпустите меня! Почему вы меня держите?!

— Нам У Джин-щи, вы же руку повредите! Пожалуйста, успокойтесь!

— Даже если я её сломаю, я вколочу хоть каплю разума в этого невоспитанного негодяя! Отпустите меня!

— Прошу вас, успокойтесь!

На удивление, Ли Са Ён молчал. Хотя его выражение было таким, будто он готов кого-то убить, сопротивляться он не стал.

После этого Нам У Джин, с выступившими на шее жилами, разразился пламенной тирадой. «Вы вообще в своём уме?! Хотя, конечно, не в своём! Какого чёрта вы творите такие безрассудные вещи, которые могли навредить телу J?! И к тому же, вы пробили стену здания! Вы вообще с ума сошли?!» Его слова были настолько правильными, что никто даже не пытался возразить.

В конце концов, Нам У Джин, держась за шею, покачиваясь, ушёл при поддержке Юн Га Ыль. Чон Бин, всё так же приветливо улыбаясь, посмотрел на Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ, Пчелу и Романтичного открывателя, валяющегося на полу. Давление его улыбки было непереносимым, возможно, из-за приобретённого годами опыта.

Он мягко обратился к Пчеле:

— Пчела-щи, вас ищет Мэтью. Пожалуйста, вернитесь вместе с Романтичным открывателем.

— Ох, что-то срочное? Я немедленно пойду.

Ли Са Ён мельком взглянул на Пчелу.

Ты сбегаешь?

Пчела мельком взглянула в ответ.

Ага.

Подхватив Романтичного открывателя, она тут же исчезла. В итоге перед Чон Бином остались только Ли Са Ён и Ча Ый Джэ. После продолжительной паузы Чон Бин протянул Ли Са Ёну что-то в руки.

Это были молоток и гвозди.

— Вам придётся чинить стену самому, верно?

Цокнув языком, Ли Са Ён неохотно взял молоток. Чон Бин затем повернулся к Ча Ый Джэ с улыбкой.

— А что касается вас, J…

— …

— Лучше вам не покидать это место. Ваше тело сейчас в плохом состоянии.

Ча Ый Джэ молча кивнул. Этот Чон Бин не выглядел тем, кого можно было бы умилостивить жалобами на количество убитых монстров. Он скучал по прежнему, более мягкому и дружелюбному Чон Бину…

Тук, тук, тук…

Его мысли прервал отчётливый звук ударов молотка. Судя по направлению, Ли Са Ён уже вовсю ремонтировал стену в палате.

«Пройдёт ещё немало времени, прежде чем он вернётся».

Ча Ый Джэ прислушался к ритмичному стуку и медленно лёг. Запах старых книг, смешанный с древесным ароматом и холодным полом, навевал странное чувство покоя. Он только закрыл глаза, как…

Тук.

Что-то упало ему на голову. Ча Ый Джэ резко дёрнулся, избегая удара.

«Что за…?»

Нахмурившись, он схватил предмет, который только что атаковал его.

«Книга?»

Это была небольшая книга. Осторожно проведя пальцами по её поверхности, Ча Ый Джэ отметил, что обложка и страницы были старыми.

«Хм?»

Она казалась ему странно знакомой. Ча Ый Джэ медленно пролистал страницы. Размер, текстура бумаги… Всё это было ему известно. Где же он встречал подобную книгу раньше? В голове лихорадочно закрутились мысли.

«Ах!»

Ча Ый Джэ резко сел, его глаза широко распахнулись. В памяти прозвучал бесстрастный голос мальчика:

— Вы первый гость, который нашёл эту книгу. Вы можете её распознать?

— Эта книга была найдена в подземелье. Никому пока не удалось расшифровать эти символы. Возможно, это язык нашего мира, искажённый магией подземелья, а может, совершенно чужой язык. Для безопасности гильдия Совон хранит её здесь.

Это была та самая книга, которую он случайно нашёл, когда искал Ли Са Ёна в гильдии Совон.

«Это что-то важное!»

Ча Ый Джэ лихорадочно закатил глаза, будто пытаясь вернуть утраченное зрение — но, разумеется, ничего не произошло. Он переворачивал книгу в руках, ощупывая её со всех сторон, прежде чем мысленно завопить.

«Это безумие!»

Для Ча Ый Джэ, который привык решать всё грубой силой, это была настоящая катастрофа.

Глава 280

Ча Ый Джэ долго мучился с книгой, но в конце концов сдался. Иногда бывают проблемы, которые не решить даже большой силой.

Если я не могу её прочитать, мне нужен кто-то, кто сможет. Он задумался, слушая ритмичные удары молота.

«Кто-то, кто прочитает её, не задавая вопросов…»

Он сразу же исключил Ли Са Ёна и Пчелу. Если бы он попросил их прочитать книгу, его бы засыпали вопросами. Вместо этого он подумал о людях, которых встретил здесь.

Первым на ум, конечно, пришёл Чон Бин. Но он тут же отбросил эту мысль. Чон Бин был занят, и если бы узнал о его проблемах с глазами, то обязательно сообщил бы Нам У Джину.

Затем он подумал о Нам У Джине, но тут же отмёл эту идею. Как будто это сработает! Один рёв Нам У Джина мог усмирить даже Ча Ый Джэ и Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ закатил глаза.

«Школьница Га Ыль… её можно было бы уговорить, но».

Местная Юн Га Ыль слишком беспокоилась о здоровье J, так что она явно не была бы на стороне Ча Ый Джэ в этом вопросе. Если бы она узнала, то тут же потащила бы его к Нам У Джину.

«Я опять могу оказаться запертым в больничной палате…»

Оказаться там снова наедине с Ли Са Ёном — перспектива, мягко говоря, не радовала. Слишком велик был риск по сравнению с наказанием.

«Хон Ё Сон самый доступный… но он далеко. Я не могу пойти один».

В этом мире не было ни членов гильдии Падо, таких как Со Мин Ги или Романтичный открыватель, ни самой гильдии Падо. Ему действительно некого было попросить о помощи. Пока Ча Ый Джэ размышлял о своём узком круге общения, его мысли прервал саркастичный голос.

— Чего ты тут расселся? Хорошо тебе, наверное ~ А все остальные так заняты, что сдохнуть можно.

Ча Ый Джэ поднял голову. В воздухе витал солёный запах моря. К нему, развязно раскачиваясь, приближался Скумбрия.

— Что это у тебя за книги? Новое хобби — чтение, да?

В своей привычной насмешливой манере Скумбрия начал рыться в книжном шкафу рядом с Ча Ый Джэ. Послышался звук, как он вытаскивает несколько книг. Ча Ый Джэ, подперев подбородок рукой, ответил.

— Раз уж меня держат под домашним арестом, почему бы и нет. А ты чем занят?

— Чем ещё? Кормлю свою душу.

— Больше ничем?

— А чем ещё-то? Посвящаю себя разработке вакцины ~… Нам, подопытным, тоже несладко.

— Разработке вакцины?

Когда Ча Ый Джэ спросил с любопытством, Скумбрия ответил тоном, полным показного сожаления.

— Работают над вакциной против мутации, знаешь ли. Чтобы обратить вспять превращение мутировавших людей… Доктор постоянно над этим трудится. Ты ведь в курсе, да?

— …

Вакцина против мутации, лекарство, способное обратить процесс мутации у людей. Это место находилось в периоде прогрессирующих мутаций. Если бы им удалось завершить разработку вакцины здесь…

«Она могла бы пригодиться и в реальности».

В голове Ча Ый Джэ словно загорелась лампочка. Это, вероятно, было знание, которому стоило научиться на ошибках тех, кто потерпел неудачу. Он крепко схватил Скумбрию за лодыжку. На ощупь та была холодной, словно рыба.

— Как далеко они продвинулись?

— Вакцина? Её не так-то просто разработать. До завершения ещё очень далеко.

Скумбрия ответил равнодушно, без малейшего удивления. Был слышен звук перелистываемых страниц — он явно просматривал книгу. Ча Ый Джэ дёрнул за удерживаемую им лодыжку. Скумбрия пошатнулся.

— Эй? Ты чего? Зачем тянешь меня?

— Подойди на минуту.

— Ты что, бандит какой-то?

— Мне нужна твоя помощь.

— Я же сказал, что больше не информатор.

— Ты обязан мне жизнью.

— Обязан? Ты спас меня насильно. Бессовестный…

— Как бы там ни было, я спас тебе жизнь. Времени мало, поторопись.

Недовольно ворча, Скумбрия присел на корточки перед Ча Ый Джэ. В солёный морской бриз смешивался резкий запах сигарет. Ча Ый Джэ протянул ему книгу, которую держал в руках, и спросил:

— Что в этой книге?

— Ты вообще с чего так внезапно? Где ты вообще откопал такую древность?

Скумбрия взял книгу и начал перелистывать страницы. Шелест. С каждой страницей он переворачивал их всё быстрее. Под конец, похоже, он просто пролистал их одним движением — Ча Ый Джэ даже почувствовал лёгкий ветерок. Затем Скумбрия, всё с тем же безразличием, ответил:

— Здесь ничего нет.

— …Что?

— Она пустая. По размеру похожа на записную книжку… кто-то, должно быть, потерял её. Это чудо, что ты вообще её нашёл.

Ча Ый Джэ забрал книгу обратно. В книге, которую он видел в гильдии Совон, были густо исписанные страницы, полные таинственных символов, пусть и непонятных…

«Я это выдумал?»

Но текстура книги была точно такой же, как в его воспоминаниях. Где же произошёл сбой? Он надеялся, что она окажется полезной. Ча Ый Джэ рассеянно провёл рукой по шероховатой обложке. В груди поднялось небольшое разочарование.

Скумбрия легко поднялся на ноги.

— Ну… если тебе так любопытно, почему бы не спросить у доктора? Он говорил, что прочёл все книги здесь. Кто знает? Может, это его дневник.

— …

— Скумбрия, вас зовёт глава гильдии!

Издалека донёсся голос библиотекаря. Скумбрия отряхнул колени и проворчал:

— Вот ещё, уже пора на проверку…?

Ча Ый Джэ прислонил голову к деревянной книжной полке, закрывая и снова открывая глаза. Разницы не было. Открытые или закрытые, он видел одно и то же. Тьму с красными цифрами.

Цифры уменьшались каждую секунду. Тревога нарастала. В животе всё переворачивалось. Сердце бешено колотилось. По коже выступил холодный пот. Чувство беспомощности и страха медленно поднималось от самых ступней.

«Так внезапно?»

Резкая, захлёстывающая волна тревоги обрушилась на него. Гнетущие эмоции накрыли с головой, погружая в удушающую тяжесть. Ча Ый Джэ сжал грудь. Дышать стало мучительно трудно. В горле першило, и он закашлялся. Просунув руку под маску, чтобы прикрыть рот, он не смог сдержать приступ кашля.

— Эй… Ты в порядке?

Скумбрия спросил встревоженным голосом. Не в силах ответить, Ча Ый Джэ лишь слабо покачал головой.

Кха, кха…

С каждым резким приступом кашля ладонь становилась влажной. Переведя дыхание, Ча Ый Джэ убрал руку из-под маски. Она была мокрой.

— …

Скумбрия резко втянул воздух.

Что за жидкость намочила его ладонь?

Она не пахла кровью, и от этого становилось ещё тревожнее. Ча Ый Джэ поднял голову, пытаясь определить, где находится Скумбрия.

— …Скумбрия.

— …

— Держи этот вопрос в тайне и просто ответь мне на одну вещь.

— …

Жидкость, скапливавшаяся на его ладони, медленно стекала по запястью и просачивалась между пальцев. Её было слишком много, чтобы быть обычным выделением, но это не была кровь.

Ча Ый Джэ протянул руку.

— Какого это цвета?

В ответ раздался звук нервно прикусываемой губы. Ча Ый Джэ прислушался к ритмичным ударам молота. Его тревожное сердце не спешило успокаиваться. В конце концов, он понял.

Это были «его» эмоции.

На отметке 117 часов, 43 минут и 12 секунд до его смерти, это были чувства, которые испытывал «Ча Ый Джэ».

Ча Ый Джэ боялся смерти.

— …Скажи доктору. Возможно, есть способ.

Когда Скумбрия повернулся, чтобы уйти, Ча Ый Джэ резко выставил ногу и зацепил его за лодыжку. Скумбрия, оступившись, резко обернулся.

— Ты что делаешь…

— Всё в порядке.

— Что «в порядке»? Ещё не поздно!

— Это… неотвратимо.

Ча Ый Джэ поднялся на ноги. Колени дрожали. Сердце билось так громко, что он едва слышал собственное дыхание. Но ему нужно было сохранять самообладание.

И в этот момент…

В темноте появилось яркое белое окно.

[Способность: Непроницаемое лицо (B) активирована.]

Он давно не видел этого уведомления.

Его сердце, ещё мгновение назад готовое разорваться, начало замедляться, постепенно находя свой ритм. Дрожь в губах и веках утихла, прерывистое дыхание выровнялось. Страх, затаившийся за маской, исчез, оставляя после себя только спокойное, бесстрастное выражение.

Тишина вернулась.

Нет, всё должно было быть спокойно.

Отстранённым голосом Ча Ый Джэ спросил:

— У тебя есть платок?

— …

Раздался лёгкий шорох, затем что-то было передано ему в руки. Судя по жёсткой ткани, это скорее была рубашка, чем платок. Ча Ый Джэ слегка улыбнулся.

— Не обязательно было снимать рубашку.

— …

Он аккуратно стер жидкость с рук. Она оттиралась легче, чем он ожидал. Затем он протянул рубашку обратно.

— Прости, но можешь сжечь это для меня?

— …Ты правда в порядке?

— Конечно, я в порядке.

— …

— Не волнуйся… я лучше всех знаю своё тело.

Он отвернулся.

Он повернулся спиной. Силуэт непоколебимого героя — или, по крайней мере, так должно было быть. Ему нужно было таким стать. Он бросил взгляд на Скумбрию, который оставался на месте, а затем, поднеся палец к губам поверх маски, прошептал.

— Держи это в секрете.

— …

— …Это цена за твою и жизнь твоего брата.

Фигура J скрылась за книжным шкафом. В воздухе раздался звук, словно кто-то крепко сжал полку.

— Эй, ты…!

— Скумбрия! Глава гильдии зовёт вас.

Безразличный голос прервал его.

— Скумбрия здесь. Забирайте его.

— А, спасибо, что сообщили, J!

J ушёл, оставляя позади их голоса, не обращая внимания на всплывающее перед глазами белое системное окно.

[Проверка текущего уровня синхронизации…]

[100%.]

[Вы получили новую способность! Проверьте её!]

[(НОВОЕ!) Непроницаемое лицо (B)]

[Идеально, когда нужно что-то скрыть.]

[Даже от самого себя.]

Глава 281

Бюро управления пробуждёнными, Комната для допросов.

Тук-тук, кончик ручки постукивал по столу.

— Подытожим. Вы связались с Юн Га Ыль по просьбе Нам У Джина, верно?

— Да. Для такого специалиста по проникновению, как я, это проще простого.

— Так. И Юн Га Ыль предоставила неожиданную информацию.

— Именно.

— Она встретила J во сне. Того самого J, которого мы знаем. Ли Са Ён, Пчела и J оказались заперты в подземелье внутри эродированного подземелья, но им не требуется дополнительная поддержка… Верно?

— Да. Похоже, они собирают информацию о конце света. Клиент… то есть, охотник J, собирался рассказать о стадиях апокалипсиса, но его выбросило, прежде чем он успел договорить.

— …По крайней мере, их выживание подтверждено. Спасибо, что сообщили.

Чон Бин мягко улыбнулся. Со Мин Ги, который внимательно смотрел на него, пожал плечами.

— По словам Юн Га Ыль, клиен… то есть, охотник J выглядел здоровым. Ну, наверное.

Чон Бин тяжело вздохнул. Со Мин Ги поправил солнцезащитные очки. Прошло уже две недели с тех пор, как три ключевые фигуры исчезли без следа в эродированном подземелье.

Нам У Джин сотрудничал с Прометеем над созданием вакцины, но обнадёживающих результатов пока не было. Гю Гю вернулся домой вчера, но, поскольку сегодня воскресенье, отказался от встречи с Чон Бином, сославшись на церковную службу. Тем временем Мэтью поспешно вернулся в гильдию, заменяя и себя, и Пчелу.

И…

— Всё ещё нет прогресса с вакциной?

— Говорят, причина мутации остаётся неясной. Слишком мало информации.

— …

Лицо Чон Бина омрачилось. Количество мутировавших людей продолжало расти. Из-за границы поступали сообщения о стремительном увеличении числа заражённых. Страны были слишком заняты собственными проблемами, чтобы объединиться. Любая утечка или пробел в информации могли произойти в любой момент.

Контролировать поток информации и отвлекать внимание общественности имело свои пределы.

Чон Бин взглянул в окно. Белый пепел падал, как густой снег, заглушая все звуки. И смех, и крики людей.

Он поднялся и взял пиджак. Со Мин Ги приподнял бровь.

— Собираетесь куда-то?

— Да…

Чон Бин поправил одежду и мягко улыбнулся.

— На церковную службу.

***

В какой-то момент, нет…

Скорее, когда Ли Са Ён восстановил около 67% разрушенной стены больничной палаты, Ча Ый Джэ заметно притих. Вместо того чтобы лазить по всяким странным местам, он просто зарывался в горы книг. Тишина — это хорошо? Ни в коем случае. Это никогда не было хорошим знаком. Каждый раз, когда такое случалось, за этим следовали неприятности.

Как только Ли Са Ён почувствовал, что с Ча Ый Джэ что-то не так, он ненавязчиво спросил у нескольких человек, не кажется ли J странным. Но ответ был один и тот же.

— Вроде такой же, как всегда?

Единственной, кто уловил хотя бы тень беспокойства, оказалась Пчела. Склонив голову набок, она пробормотала:

— Теперь, когда ты сказал… да, он действительно стал тише. Совсем недавно он был более… импульсивным, будто действовал инстинктивно, не так ли?

Для человека, который по натуре не мог жить спокойно, внезапное затишье означало, что что-то пошло не так, что бы ни случилось.

Ли Са Ён внимательно наблюдал за Ча Ый Джэ, который, привалившись к книжной полке, перелистывал страницы. Судя по его реакции, он не утратил своих способностей. И всё же в его движениях сквозила знакомая осторожность… Он снова воздвиг стены вокруг себя, как в тот день, когда они впервые встретились в переулке рядом с рестораном с похмельным супом.

Пепельно-серые волосы естественно спадали на чёрную маску. Стали ли они немного светлее? Ли Са Ён протянул руку, и Ча Ый Джэ слегка наклонил голову, уходя от прикосновения.

Движение выглядело естественным, но Ли Са Ён всё понял.

— …

Он уклонился. Намеренно.

Как бы ни становился острым взгляд Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ невозмутимо перевернул ещё одну страницу. Ли Са Ён снова протянул руку. Но этот надоедливый человек ловко избежал прикосновения ещё раз. Вот значит как. Ли Са Ён коротко вздохнул и поднялся, глядя сверху вниз на круглую, пепельную голову.

— Что ты делаешь?

Шуршание страниц. Модулированный голос ответил равнодушно:

— Читаю.

— Почему ты уклоняешься от моей руки?

— Это отвлекает.

— Хм… То есть я тебя отвлекаю? Я бесполезен, так что мне уйти?

— Ты опять всё надумываешь… Са Ён, дай мне почитать. Я сейчас питаю свой разум.

Ча Ый Джэ пробормотал это, затем улёгся прямо на пол, даже скрестив ноги. Чёрная маска скрылась за страницами книги. Ли Са Ёну не нравился этот модулированный голос. Он хотел слышать настоящий голос Ча Ый Джэ — голос, который выдавал все его эмоции.

Текущий Ча Ый Джэ…

— Ты же говорил, что засыпаешь, когда видишь буквы, и вообще не умеешь читать?

— Это книжка с картинками.

— Сколько тебе лет?

— Сто.

Он казался странно далёким. Несмотря на то, что был прямо перед ним. Это чувство тревожило, беспокоило Ли Са Ёна. Он сдерживал желание сорвать с него чёрную маску, скрытую за книгой. Хотелось увидеть его лицо под толстыми слоями.

— …

Шуршание страниц. Ли Са Ён присел перед ним.

— Хён.

— Ага.

Он всегда отвечал. Пора поднять ставки.

— Ча Ый Джэ.

— Не переходи на неформальную речь вот так просто.

До сих пор его реакции были предсказуемыми. Где всё пошло не так? Ли Са Ён перебрал в голове бесчисленные варианты. Но информации было слишком мало. Нужно было вытянуть больше.

— Что случилось?

— Что именно?

— Я сделал что-то не так?

Рука, переворачивающая страницы, замерла. Ага, хорошо. Наконец-то настоящая реакция. Ли Са Ён подавил удовлетворение и сохранил нейтральное выражение лица. Терпение — его главный козырь.

Стоит ли мне выглядеть немного более жалким?

Ли Са Ён слегка наклонил голову и моргнул.

— Почему вдруг…

— …

— Это обидно.

Ослабленная хватка на книге дала ему шанс. Ли Са Ён мгновенно перехватил её и быстро пролистал страницы. То, что читал Ча Ый Джэ, оказалось…

Пустой книгой. Каждая страница. Он просто смотрел в ничто. Долго и безостановочно. Ли Са Ён вернул книгу, говоря ровным тоном:

— Ты сказал, что это книжка с картинками. Здесь ничего нет.

— Тебе так кажется?

— …

— Значит, она пустая.

— …Зачем ты её смотрел?

— Думал, вдруг что-то пойму.

Его выражение оставалось скрытым. Медленно Ли Са Ён протянул руку. На этот раз Ча Ый Джэ не стал уклоняться. Черная перчатка коснулась края маски и скользнула под неё. Лёгкое, едва ощутимое тепло. Осторожно, Ли Са Ён снял маску.

Щелк.

— …

— …

Лицо без удивления, безразличное, без улыбки. Абсолютно пустое выражение, смотрящее прямо на Ли Са Ёна, словно у куклы. Из светящихся голубых глаз невозможно было ничего прочитать.

Ли Са Ён — или скорее, «Ли Са Ён» — узнал это лицо.

Это было лицо героя.

— Хватай.

— Хватай!

Голос раскатился в голове. Не задумываясь ни на секунду, Ли Са Ён схватил запястье Ча Ый Джэ. Тело среагировало быстрее, чем мысли. По позвоночнику пробежал холод, на затылке выступил холодный пот.

С какого момента? Что послужило причиной? Но времени на размышления не было. Ли Са Ён заставил себя заговорить, пересиливая ком в горле. Нужно было что-то сказать. Нужно было его удержать.

— Хён, подожди секунду…

— …

— …Ча Ый Джэ!

— Я сказал не говорить со мной неформально.

Синий взгляд сверкнул.

— И кто тебе позволил называть моё имя?

Ча Ый Джэ проворчал и легко освободил своё запястье из хватки Ли Са Ёна. Ли Са Ён смотрел на него. Существо перед ним без сомнения было Ча Ый Джэ, но не тем, которого он знал…

Ча Ый Джэ поднял маску с пола и снова надел её. Выражение лица вновь исчезло за чёрной поверхностью. Он мягко похлопал Ли Са Ёна по плечу, опускаясь перед ним на колени.

— Я иду на встречу с главой гильдии. У меня назначено.

— Подожди… Я пойду с тобой.

— Это личный разговор. Жди здесь.

— Ча…!

Как только Ли Са Ён повысил голос, Ча Ый Джэ слегка повернулся.

Поднял палец к губам.

— Ш-ш.

— …

— Как бы то ни было, моё имя — секрет. Ты не можешь просто так его называть.

— …

— Это не займет много времени. Я скоро вернусь.

Пепельно-серые волосы скрылись между книжных полок. Ли Са Ён смотрел в пустоту, оставшуюся после него. Как только Ча Ый Джэ ушёл, голову пронзила раскалывающая боль. Схватившись за неё, Ли Са Ён застонал. Голоса вихрем метались в сознании.

«Это секрет».

«Секрет».

Секрет.

Кап.

Капля холодного пота упала на деревянный пол, оставляя круглый след. Ли Са Ён медленно моргнул. Ресницы влажные. Его душа кричала.

«Останови его».

Глава 282

— …Хён!

Ли Са Ён заставил свои неподвижные ноги подняться. Он не мог отпустить его вот так. Он должен был поймать его. Нельзя верить, что тот вернётся. Вихрь мыслей спутался в его голове. Он бросился вслед исчезающей фигуре, переступая через разбросанные на полу книги. Его тело дрогнуло.

Ли Са Ён был уверен. Никто не знал Ча Ый Джэ лучше, чем он.

Глухой удар — его плечо врезалось в книжную полку. Книги посыпались вниз. Ли Са Ён не обратил на это внимания и продолжил идти вперёд. Влажные глаза затуманили его зрение.

Но что насчёт героя?

Многие знали героя. Историй о J было бесчисленное множество. Герой, который спасал людей и приносил стабильность. Герой, который оставил записи о битвах с множеством монстров. Бескорыстный герой, без колебаний прыгнувший в разлом в Западном море. Герой, который вернулся чудом, когда все думали, что он мёртв. Тот, кто первым входил на поле боя и последним его покидал.

Но люди не знали Ча Ый Джэ.

— Хён!

Ли Са Ён не знал героя.

— J!

Для него J был тем, чей голос он слышал, чью руку держал, тем, кто спас его — единственным…

— Остановись!

Для него Ча Ый Джэ был просто глупым, но дорогим человеком.

Это была ошибка Ли Са Ёна.

Ли Са Ён не знал героя. Он не знал его лица, не знал историю, скрытую за чёрной маской.

За маской не было ушей, которые легко краснели, не было глаз, смущённо отводящих взгляд, не было острого взгляда, вспыхивающего при провокации, не было прикушенных до красноты губ, не было нерешительной улыбки, недовольного выражения, быстро вспыхивающих румянцем щёк, не было лица, что тепло улыбалось.

— Подожди, хён!

Было лишь лицо, лишённое каких-либо читаемых эмоций. Знакомое и одновременно чужое, безмолвное лицо героя, механически исполняющего свой долг.

Ли Са Ён бежал, проталкиваясь сквозь прохожих. Он игнорировал все крики. Не важно, как быстро он бежал — те же самые книжные полки продолжали появляться. Он не мог догнать Ча Ый Джэ. Казалось, что он попал в бесконечный лабиринт.

Куда подевался тот дикий, яростный Ча Ый Джэ? Где тот Ча Ый Джэ, который улыбался так тепло Пак Ха Ын? Где тот Ча Ый Джэ, который беззаботно заботился о своих постоянных клиентах? Где тот Ча Ый Джэ, который плакал, стоя перед останками своих товарищей? Где тот Ча Ый Джэ, который краснел и застывал всякий раз, когда они целовались?

Одна за другой исчезали все запутанные мысли. В конце остался лишь бесконечный вопрос. Ли Са Ён был любопытен относительно Ча Ый Джэ. Он был любопытен относительно героя. Ли Са Ён стиснул зубы.

Что ты думаешь?

Что заставляет тебя так нервничать?

Что тебя так пугает?

Что вообще сделало тебя таким?

Ли Са Ён должен был узнать.

Он хотел узнать всё. Он хотел вникнуть в мысли Ча Ый Джэ, копаясь в его самых глубоких корнях, как зверь, зализывающий свои раны.

Он хотел быть единственным, кто знал бы о нём всё.

«…Чёрт!»

Но он не мог узнать. Даже просматривая навязчивые воспоминания, которые слились в одно, он не мог найти ответ. Воспоминания о незваном госте были полны лишь глупого лица, улыбающегося и говорящее, что всё в порядке. Без единого слова о том, как трудно было, глупо.

Наверняка мысли и чувства, скрытые за этим бесстрастным лицом, были глубоко спрятаны внутри. Точно так же, как истории, которые Ли Са Ён хранил в себе.

«Чёрт…!»

Наконец, конец книжной полки стал виден. Ли Са Ён выбрался из лабиринта полок. Перед ним распахнулся просторный зал. Множество людей спешили по своим делам. Но, сколько бы он ни осматривался, Ча Ый Джэ нигде не было. Он схватил случайного прохожего, чтобы спросить, но никто ничего не знал.

Ли Са Ён глубоко вдохнул.

«…Так ты будешь играть так, да?»

Его фиолетовые глаза ярко сверкнули.

«Посмотрим, на что ты способен».

***

86 часов до смерти Ча Ый Джэ.

Тск —

Огромное копьё пронзило грудь монстра. Белые брызги крови покрыли чёрную маску. Это была бесшумная смерть, лишённая криков. Вокруг воцарилась тишина.

Ча Ый Джэ медленно поднял голову, чтобы осмотреть окрестности. Он больше не ощущал присутствия монстров поблизости. Похоже, все были уничтожены. Извлекая копьё, он легко спрыгнул с груды тел, сложенных в гору. Хлюп, сдавленный звук последовал за его движением. Похоже, он наступил в лужу крови.

— …

Прохладный ветер коснулся его волос. Ча Ый Джэ вытер маску рукавом, время от времени откашливаясь. Приступ кашля продолжался некоторое время. Он потёр своё першащее горло. Благодаря обострённым чувствам, он ощущал каждое изменение в своём теле. Его тело медленно, но верно трансформировалось.

«86 часов…»

Чуть больше трёх дней. Ча Ый Джэ пристально смотрел на цифры. Даже его бесстрастное лицо не могло полностью скрыть тревогу, которая ощущалась как грубая кромка. Эта версия его уже знала, что смерть близка. Ча Ый Джэ теперь понимал, почему он не избегал её.

Мутация происходит преимущественно у тех, кто контактирует с отбеливанием, и вероятность её возникновения выше у мирных жителей, чем у пробуждённых.

Иногда же Ча Ый Джэ... теряет свои силы и становится обычным гражданским.

— …

Мутация не упустила этот маленький промежуток. Наверное, она прогрессировала каждый раз, когда он терял свои силы, хотя и слишком кратковременно, чтобы заметить. Ча Ый Джэ сжал и разжал кулак.

«Он, наверное, хотел умереть, прежде чем стать монстром».

Когда внезапный страх и ужас углубились, всплыли скрытые воспоминания одно за другим. Ча Ый Джэ не сопротивлялся приходящим воспоминаниям и действовал в соответствии с ними. В конце концов, сопротивление не изменило бы ничего.

После осознания своей неминуемой смерти, J обратился к Нам У Джину и Чон Бину с просьбой дать ему больше заданий. Они, конечно, возражали, но не могли отменить решение J.

— Нам не хватает людей, я не могу просто лежать без дела до бесконечности.

— Но…

— Всё в порядке. Я лучше всех знаю своё состояние. Справлюсь.

После долгих раздумий, Чон Бин согласился. Это, наверное, было неизбежно. Участие J могло спасти множество жизней. Хотя Нам У Джин ворчал до последнего, он тоже в конце концов согласился.

С момента получения разрешения, J блуждал повсюду — в отбеленной запретной зоне, куда требовалась его сила. Он не спал. Для посторонних это могло показаться безумием, но Ча Ый Джэ знал.

Это была его борьба. Отчаянная борьба за то, чтобы не умереть, но оставить след до самого конца. Чтобы не быть забытым.

Борьба за то, чтобы остаться героем до последнего.

Следуя воспоминаниям J, Ча Ый Джэ не мог избавиться от одной мысли.

«В последний момент… разве не лучше быть с тем, кого любишь?»

Но он быстро отогнал эту мысль. В момент, когда Ча Ый Джэ воткнул меч в своё тело, возникло лицо Ли Са Ёна. Тогда Ли Са Ён был по-настоящему…

Ча Ый Джэ с неохотой потёр затылок.

«Не хотелось бы тоже показывать этого».

Понимание себя было довольно новым опытом. Он стряхнул кровь с копья. До его смерти было ещё время.

К счастью, Ча Ый Джэ знал, что произойдёт в день его смерти. Он видел это в фрагментах, показанных Юн Га Ыль, школьницей. В тот день, когда она вернётся на место, где когда-то жила. J спасёт её и останется один, чтобы сражаться с монстрами. Там он, скорее всего, встретит свою смерть.

«Кроме того…»

Ча Ый Джэ вспомнил, что видел в мире, созданном «Ли Са Ёном». В этом мире J был ранен, но оставался человеком по виду.

«Поскольку он умер как человек…»

Это значило, что он умер до того, как мутация успела превратить его в монстра. Задача выполнена. После того как Ча Ый Джэ мысленно пробежался по этапам, ведущим к его неминуемой смерти, он вытянул обе руки. Хотя оставшиеся эмоции всё ещё ощущались грубыми, это было лучше, чем когда он не мог даже встать нормально.

— Хорошо…

В любом случае, Ча Ый Джэ проверил текст на экране. В то время как оставшееся время неумолимо уменьшалось, уровень синхронизации оставался на 100%. Он вспомнил, что если он умрёт при синхронизации, душа Ча Ый Джэ тоже исчезнет.

«Как это решить?»

Ча Ый Джэ провёл рукой по подбородку. Что могло бы снизить уровень синхронизации? Стоит ли разделить своё сознание? Но как это сделать? Ча Ый Джэ сел в позу лотоса на выступающем фрагменте, размышляя.

Бррр —

Громкий рев двигателя раздался, когда что-то быстро приближалось издалека. Ча Ый Джэ поднял взгляд. Это была закрытая зона; что это может быть? Он не мог разобрать, что это, так как объект всё ещё был вне поля зрения. Щурясь, он сосредоточился на направлении шума. И тогда...

— Чёрт.

Он заметил фиолетовый огонь, мчащийся прямо к нему.

Ча Ый Джэ поспешно схватил своё копьё и встал. Его мысли рвались в разные стороны. Подождите, разве у этого парня нет прав? Разве он не всегда ездил на чужих машинах? На чём он теперь едет?

Но было некогда думать дальше.

«На данный момент…»

Ча Ый Джэ оттолкнулся от земли.

«Мне нужно сбежать!!»

Глава 283

Врум, двигатель взревел, как гром. Ча Ый Джэ прыгнул, приземлившись грациозно, но без особого успеха. Даже не было ни одного высокого здания в поле зрения.

«Как так, что нет ни одного высокого здания?»

Ча Ый Джэ попытался перевести дыхание. Инстинктивно он покинул место, где сидел, и начал бегжать, но…

«Куда мне идти?»

На самом деле, не было хорошего варианта. Лучший выбор — это Хон Ё Сон, но до Чирисана было слишком далеко, и он не знал пути. Войти в подземелье или разлом было бы лишь поводом для преследователя ожидать у входа.

«Не могу подставить Ли Са Ёна...»

В его памяти мелькнуло изображение Ли Са Ёна, стоящего у моря. Он не хотел больше этого видеть. Итак, началась гонка, один на ногах, другой, кажется, на мотоцикле. Несмотря на несправедливые условия, расстояние между ними не сокращалось так легко.

Пока Ча Ый Джэ бежал, как только мог, двигатель ревел позади. Он оглянулся и крикнул, указывая рукой.

— Эй! Ты что, без прав? Ты что, так можешь ездить?

Расслабленный голос прорезал шум мотора.

— И что? Это все равно мир воспоминаний.

Он действительно был без прав! Ча Ый Джэ, который всегда был законопослушным, злобно посмотрел на него.

— Этот парень совсем не боится закона. Ты что, хочешь в тюрьму? Может, мне Чон Бину позвонить, чтобы тебя арестовал?

— Ты думаешь, я не хотел получить права? Все экзаменационные центры закрыты. Даже если бы я захотел, не мог бы.

— Ах.

Он даже не подумал об этом. Ча Ый Джэ медленно опустил руку, которой указывал, а Ли Са Ён громко заворчал, как будто хотел, чтобы его услышали.

— Конечно, не осталось бы. Дороги все разрушены из-за обеления. Подумай немного.

— Замолчи. Кто тебя научил ездить на мотоцикле?

— Пчела.

— Чей это мотоцикл?

— Пчелы.

— Ты что, украл его?

— Я просто одолжил на время.

Похоже, любимый мотоцикл Пчелы, выжил в разрушенном мире. Так что, видимо, он научился ездить на нем, чтобы преследовать его. Ча Ый Джэ крепче сжал копье. Может, если немного испортить дорогу, это замедлит его. Возможно, большая яма бы помогла.

Но мысль о том, что Ли Са Ён может пострадать, сдержала его. Ча Ый Джэ ослабил хватку на копье. Ли Са Ён, все еще преследующий на мотоцикле, заговорил.

— Почему бы тебе не остановиться? Ты уже все вопросы задал.

Ты бы остановился на моем месте? Ча Ый Джэ продолжил бежать, не отвечая. Ли Са Ён, не сдаваясь, продолжал.

— Почему ты убегаешь?

Ты бы не убежал, если бы был на моем месте? Ча Ый Джэ мельком взглянул на красные цифры. J проводил меньше времени с Ли Са Ёном, когда смерть приближалась, отдаляясь с различными отговорками. Причина была ясна.

Остаточные привязанности могли бы сформироваться, и все эмоциональные усилия стали бы напрасными.

Шум позади становился громче. Похоже, Ли Са Ён ускорялся. Ча Ый Джэ подготовился к прыжку, крепко сжимая копье. Внезапно холодное, смертоносное намерение проникло ему в позвоночник, как молния. Воздух вокруг замер на мгновение. Ча Ый Джэ замер на месте, все еще в позе готовности.

«…Убийственное намерение?»

Это было убийственное намерение, которое могло бы повалить даже опытных пробужденных. Ха. Ча Ый Джэ издал пустой смешок, не в силах скрыть удивление, и снова оглянулся.

— Эй, ты что, нацелился на меня с намерением убить?

Ли Са Ён ответил с невозмутимым видом.

— Ох... Похоже, ты почувствовал. Я думал, что ты проигнорируешь слабое количество, так что усилил немного.

— Что за... Ты что, серьезно направляешь намерение убить на старшего? Разве я учил тебя этому?

Ча Ый Джэ уже собирался повернуться, чтобы отчитать его, когда Ли Са Ён воспользовался моментом, ускорился, чтобы остановиться рядом с ним. Скрежет тормозов отозвался эхом, когда Ли Са Ён обнял Ча Ый Джэ за талию и притянул его к себе.

— Извини за то, что я так плохо себя вел.

— Что?

— Кто сказал тебе убегать?

Ли Са Ён крепко притянул Ча Ый Джэ к себе, прижав что-то круглое и холодное к его лопаткам — это был, похоже, шлем. По крайней мере, он догадался надеть шлем.

Позади раздался глубокий вдох.

— Хён...

— ...

Ча Ый Джэ попытался отстранить руки, обвившие его талию, но в конце концов сдался. Казалось, прошла целая вечность с того момента, как он в последний раз чувствовал такую теплоту, хотя прошло не так много времени. Когда он тихо позволил себя обнять, Ли Са Ён выключил мотоцикл, и вибрация под ними прекратилась. Ча Ый Джэ закатил глаза, не зная, что сказать, как будто кто-то вылил белую краску в его мысли.

Наконец, он пробормотал единственное, что пришло в голову.

— …Почему ты пришел?

— …Почему я пришел?

Руки, обвившие его талию, крепче сжались. За этим последовал скрежет зубов. Ах, это не тот вопрос. Ча Ый Джэ прикусил губу. Ли Са Ён еще сильнее сжал его одежду, его пальцы заскрипели от напряжения.

— После всего этого ты спрашиваешь, почему я пришел?

— Нет, подожди, что ты имеешь в виду под «всем этим»?

— Ты игнорировал меня и уходил каждый раз, когда я звал. Так что почему я пришел?

— ...

— Да, наверное, ты хотел увидеть, как я бегаю за тобой, как собака. Так я и последовал. Как тебе? Понравилось?

У него не было слов. Это было правдой, что он намеренно игнорировал Ли Са Ёна.

Конечно, и для Ча Ый Джэ это было нелегко. Ему приходилось подавлять инстинкт вернуться или замедлиться множество раз. Без его способности к непроницаемому лицу он бы давно уже вернулся. Теперь он понял, что сам выкопал себе могилу. Ли Са Ён не собирался отпускать его в ближайшее время.

Ли Са Ён постучал шлемом по его лопатке.

— Как насчет того, чтобы рассказать мне, что на самом деле происходит?

— Нет, правда, я просто выполняю свою роль.

— А… вот как?

Голос Ли Са Ёна стал холодным. Руки, обвившие Ча Ый Джэ, вдруг ослабли. Он почувствовал странную пустоту и развернулся. Хотя он не мог точно разглядеть, он заметил покосившееся фиолетовое пламя. Ли Са Ён стоял, поставив одну ногу на землю, сидя на своем мотоцикле. Его тон стал насмешливым.

— Только не говори мне, что ты думал, я ничего не узнаю?

— ...

— Извини, что разочаровываю, но, вероятно, я знаю больше, чем ты.

— Что ты знаешь?

Ли Са Ён постучал пальцем по чему-то.

— Где ты был до своей смерти в этом мире, что делал, что ел, сколько часов спал — все это у меня в голове.

— …Это немного…

Неужели это почти как преследование? Ча Ый Джэ едва сдержал себя, чтобы не произнести эти слова вслух. Заметив его дискомфорт, Ли Са Ён быстро добавил:

— Кстати, это не моя память. Это из другой версии меня.

— А, точно. Понял.

— В любом случае...

Раздался шелест кожи, как если бы он скрестил руки.

— Хотя я не хотел помнить, это продолжало возвращаться, так что я начал сравнивать. С того момента, как ты игнорировал меня и ушел, и до сих пор… твои действия довольно похожи на те, что были перед твоей смертью. Даже разломы, которые повсюду появляются, такие же.

— ...

— Другими словами… ты скоро умрешь.

Ча Ый Джэ взглянул на красные цифры. Время неумолимо ускользало, как песчинки, просыпающиеся через песочные часы. Его молчание, похоже, подтверждало вывод Ли Са Ёна. Ли Са Ён глубоко вздохнул.

— Понимаю, почему Хон Ё Сон сказал мне просто подождать…

Ча Ый Джэ осознал что-то другое. Он понял, почему «он» так отчаянно избегал Ли Са Ёна. Разговаривать с ним и просто быть рядом было слишком приятно.

«Я боюсь смерти».

Эта мысль невольно всплыла в его сознании.

Его рот стал горьким. Ча Ый Джэ лизнул губы, потрескавшаяся кожа защипала. Он почувствовал вкус крови. Ча Ый Джэ попытался представить лицо Ли Са Ёна в этот момент, но сдался. Может, это к лучшему, что он потерял зрение. Он никогда не хотел увидеть лицо Ли Са Ёна, когда снова столкнется с утратой.

Тогда перчатка Ли Са Ёна осторожно обвила его руку. Легкое тепло достигло его, и большой палец нежно провел по тыльной стороне его ладони.

— Я не знаю, что такое ответственность героя. Я видел Ча Ый Джэ больше, чем героя J.

— ...

— Это всего лишь остаток памяти... спасение тебя ничего не изменит.

— ...

— Все же, если ты собираешься умереть. Если смерть неизбежна…

Хватка на его руке крепко сжалась, до боли. Ли Са Ён потянул руку Ча Ый Джэ к себе. Ча Ый Джэ позволил себе быть притянутым, и тихий голос прошептал:

— Умри передо мной.

Глава 284

— Умри передо мной.

Голос был жутко низким. Глаза Ча Ый Джэ расширились. Это был язык, который он понимал, но он не мог сразу осознать смысл. Ли Са Ён переплёл пальцы с его руками.

— Я буду наблюдать рядом с тобой до того момента, как твоё дыхание прекратится.

— …

— Не думай, что умрёшь в одиночку.

Это была мягкая угроза. Ча Ый Джэ мог только открывать и закрывать рот, не произнося ни слова, пока, наконец, не выдавил одно единственное слово, которое заполнило его разум.

— Почему?

— Почему?

После этого последовал насмешливый смешок.

— Я не хочу быть дураком, который даже не знает, почему ты умер.

— …

— И…

Тупой конец пальца легко скользнул по ладони Ча Ый Джэ. Раздался шелест, а затем металлический стук, когда шлем упал на землю. Сладкий запах усилился.

Мягкие волосы коснулись виска и уха Ча Ый Джэ. Его щека слегка коснулась холодной, гладкой маски. После долгого колебания последовал тихий шёпот.

«Быть одному — значит чувствовать себя одиноким».

Ча Ый Джэ не мог ответить. Тоска, которую он не осознавал, страх перед смертью и ещё один слой одиночества, скрывавшийся в голосе, накрыли его, как волна. Вместо того чтобы ответить словами, одинокий человек поднял руку, чтобы обнять другого одинокого человека. Ли Са Ён свернулся, прижимаясь к Ча Ый Джэ, как ребёнок.

Это было странно. Хотя спина казалась широкой и крепкой, было ощущение, что…

— …

Как будто держал ребёнка. Как мальчика, который цеплялся за Ча Ый Джэ, как за весь свой мир. Игнорируя жжение на кончике носа, Ча Ый Джэ закрыл глаза. Страх смерти, который овладел им, казалось, немного отступил.

В этот момент,

В темноте появилось белое экранное сообщение.

[Внимание! Скорость синхронизации уменьшается.]

[Пересчёт скорости синхронизации…]

Что?

Глаза Ча Ый Джэ резко распахнулись. Уровень синхронизации упал. Это означало, что они шагнули ещё дальше от риска умереть вместе. Хотя он по-прежнему ничего не видел. Ча Ый Джэ осторожно подтолкнул Ли Са Ёна, который уютно устроился у него на руках.

— Эй, Ли Са Ён.

— …Что теперь?

В голосе Ли Са Ёна звучала раздражённость. Судя по напряжению в его теле, он не собирался отпускать Ча Ый Джэ. Держась за Ли Са Ёна, который цеплялся как коала, Ча Ый Джэ задумался.

«Почему уровень синхронизации упал?»

Неужели это из-за Ли Са Ёна? Может, это связано с воспоминаниями о прошлом? Воспоминания о том, как он оставил Ли Са Ёна, будут теми, которых у «J» в этом мире нет. Его разум наконец-то начал функционировать должным образом. Казалось, влияние способности непроницаемого лица слегка ослабло. Ча Ый Джэ шевельнул пальцами.

«Нужно ещё больше понизить уровень синхронизации».

В состоянии, когда «J» был охвачен отчаянием и страхом, ничего толком сделать было невозможно. Ча Ый Джэ начал идти, неся Ли Са Ёна, который всё ещё цеплялся за него. Ли Са Ён, неохотно двигаясь, раздражённо выпалил.

— Не можешь ты просто стоять на месте? Что ты вообще собираешься делать?

— У меня есть план. Са Ён, просто говори о чём угодно.

— О чём угодно? Например, о чём?

— Всё что угодно подойдёт.

— Ты что, считаешь меня каким-то болтливым торговым автоматом…

Ворча, Ли Са Ён уткнулся подбородком в плечо Ча Ый Джэ и спросил.

— Тогда… что ты будешь делать, когда всё закончится?

— Когда что закончится?

— Когда конец закончится.

Ча Ый Джэ сказал ему говорить о чём угодно, но всё же… это было…

— Разве это не слишком дальняя тема?

— Мы прошли весь этот путь, чтобы справиться с этим, так что нужно думать о будущем. Что ты будешь делать?

Он снова спросил, показывая, что не собирается легко менять тему. В конце концов, Ча Ый Джэ пришлось задуматься над ответом. Будущее. Ча Ый Джэ молча прокрутил это слово в голове. Это ощущалось непривычно. Что он будет делать после того, как конец пройдет? Он никогда даже не задумывался об этом.

Нет, он уже думал об этом раньше. Когда был с этим мальчиком. Тогда он представлял будущее, в котором исцелил бы Ли Са Ёна, стал бы семьёй с ним и они жили бы вместе. Но после разлома на Западном море Ча Ый Джэ больше не мог представить себе такое будущее. После того как он потерял свою единственную семью, свою тётю и своих товарищей, даже мысль о том, чтобы жить, казалась роскошью.

Ча Ый Джэ долго размышлял, но так и не смог найти подходящий ответ. Каждый раз, когда он пытался думать, его разум заполняли лишь неминуемая смерть и мерцающие тени, напоминающие дым.

В конце концов, Ча Ый Джэ покачал головой.

— …Не знаю.

— …

— Я никогда не думал об этом.

— Ничего не приходит в голову?

— Нет.

— Ну… я так и думал.

Ли Са Ён вздохнул рядом с его ухом. Неужели он его высмеивает? Как только Ча Ый Джэ собирался ответить, Ли Са Ён тихо прошептал.

— Тогда я решу за тебя.

Пока Ча Ый Джэ был немного отвлечён щекочущим ветерком в ухе, Ли Са Ён начал выкладывать амбициозный план.

— Во-первых, мы возьмём на себя ресторан похмельного супа бабушки.

— Что?

— И откроем его под твоим именем. Например, «Похмельный суп Ый Джэ».

— Вау…

Не успев вставить слово, Ча Ый Джэ невольно вырвалось его честное мнение.

— Это глупо.

— Это твоё имя, а ты называешь его глупым… ладно, тогда «Похмельный суп J».

— Нет. Это привлечёт всяких странных людей.

— Тогда я дам тебе своё имя. «Похмельный суп Са Ён».

— Это правда звучит так, будто никто не придёт.

— Пэ Вон У пришёл бы.

— Это правда.

— Тогда мы используем деньги, которые заработаем на ресторане похмельного супа, чтобы отправить Пак Ха Ын в университет и купить дом.

— …

— О, и мне нравятся дома с большими гостиными.

Слушая будущее, которое рисовал Ли Са Ён, Ча Ый Джэ осторожно спросил.

— Почему это твои предпочтения?

— Очевидно, мы будем жить вместе. Ты ведь не думал жить отдельно, правда?

— …

Что-то мягкое коснулось плеча Ча Ый Джэ. Ли Са Ён прислонился головой к нему. Ча Ый Джэ рассеянно протянул руку и провел пальцами по волосам Ли Са Ёна. Тонкие, мягкие пряди запутались между его пальцами.

Взять на себя ресторан похмельного супа, обслуживать постоянных клиентов, смотреть, как Пак Ха Ын растёт, и жить в одном доме с Ли Са Ёном. Будущее, которое рисовал Ли Са Ён, было ярким и легко представимым. Настолько ярким, что Ча Ый Джэ удивился, почему сам он не подумал об этом.

[Внимание! Скорость синхронизации уменьшается.]

[Внимание! Скорость синхронизации уменьшается.]

[Внимание! Скорость синхронизации уменьшается.]

— …

— Что случилось?

— Ничего.

Ча Ый Джэ положил подбородок на плечо Ли Са Ёна.

— Продолжай говорить.

— Это неожиданно.

Голос, наполненный лёгким смехом, пробормотал. Ча Ый Джэ решил сбежать. Сбежать от страха смерти, от неумолимо уменьшающихся красных цифр. И он слушал будущее, которое рисовал Ли Са Ён.

Это было не таким уж плохим ощущением.

***

Топ-топ… Шаги троих эхом разносились по широкому коридору. Каждый раз, когда фонарь в их руках качался, огромные тени мерцали на кирпичных стенах. Три тени не отошли далеко, прежде чем остановились.

— …

Чон Бин поднял фонарь, который держал. Тёмный, длинный подземный коридор стал белым в самом конце. Красные кирпичи побелели, а бетонный пол покрылся слоем белого пепла. Эрозия. Со Мин Ги, стоящий рядом с ним, подтянул свои солнечные очки.

— Всё прогрессировало с тех пор, как мы связались с руководителем группы.

Подземелье на Чонно 3-га. С того момента как J и Ли Са Ён вошли и связь была утеряна, гильдия Падо регулярно следила за состоянием подземелья. Всего несколько часов назад Со Мин Ги подтвердил, что белый пепел и лианы начали прорастать из портала и сразу же связался с Чон Бином.

— …

По коридору пронеслось рычание. Чон Бин стал искать источник звука. Шуршание раздавалось из контрольного поста, покрытого белым пеплом и лианами. Чон Бин подал сигнал остальным не подходить и двинулся вперёд.

В этот момент,

Бах—!!

Зверь, покрытый белым мехом, ударил лапой по окну. Треск, треск — толстое стекло начало трескаться, пока не лопнуло с резким звуком.

Одновременно рука внезапно появилась над плечом Чон Бина и схватила громадную лапу зверя. Лукавый голос издевательски рассмеялся.

— Ах, ах ~ Ты даже не думаешь уклоняться? Мужчина, который спотыкается в окружении монстров.

Чон Бин покосился. Гю Гю, Пан Гю Мин, озорно ухмылялся ему. Чон Бин стряхнул осколки стекла с пиджака и ответил мягкой улыбкой.

— Ха-ха, кто бы послушал, подумал бы, что я некомпетентный госслужащий, который не может справиться даже с одним монстром.

— О? А ты разве не такой?

— Я могу спокойно выдержать такой удар. Я мог бы и уклониться, знаешь ли. Так что…

Чон Бин грациозно наклонился под рукой, которая держала монстра, и вытащил маленький блокнот и перьевую ручку из кармана костюма.

— Раз уж ты его поймал, держи его крепче. Мне нужно кое-что проверить.

— Хм?

— Со Мин Ги-щи, вы принесли камеру?

— Да. Сделать фото?

— Пожалуйста.

Щелк, щелк — вспышка камеры осветила тёмный коридор. Чон Бин стал внимательно осматривать форму монстра. Всё его тело было покрыто белым мехом, а форма больше напоминала человека, чем животное. Похоже, это был тип Йети. Учитывая порванную одежду и разбитый телефон рядом, это было…

— Похоже, бедный человек не смог убежать и мутировал ~

— …

Тогда, через мех, пробился яркий синий цвет. Чон Бин убрал осколки стекла, застрявшие в раме, и протянул руку к шее Йети, просеивая густой мех. Вскоре появился правительственный пропуск, висящий на синем шнурке. Хотя белые пятна затрудняли его полное чтение, три слова чётко выделялись.

[Бюро управления разломами]

— …

И в этот момент.

Шуршание, шуршание…

Белые лианы, покрывающие красные кирпичи, начали тянуться к ним.

Глава 285

Чон Бин быстро схватил удостоверение и положил его в карман. Со Мин Ги, отпрыгнув назад, чтобы избежать ползучих лиан, заметил:

— Как вы думаете, на что оно реагирует?

— Возможностей много. Свет, звук, движение или человеческая жизненная сила.

Воздух стал мутным. Пока лианы расползались, белый пепел скапливался. Гю Гю схватил руку Йети, выкручивая её с оглушительным хрустом. Не обращая внимания на болезненные вопли чудовища, он пожал плечами.

— Что бы это ни было, оно неприятное ~ Чем больше мы его провоцируем, тем больше расширяется зона заражения.

— …Гю Гю.

Голос Чон Бина был низким, скрываясь под криками существа. Гю Гю усмехнулся.

— Что? Ты всё ещё думаешь, что это человек? У него уже нет сознания.

— Когда-то это был сотрудник правительства. Обращайся с ним осторожно.

— О, какой сентиментальный... Ну что ж, может, мне понести его на спине? Пусть все в Чонно посмотрят?

— …

Чон Бин перевёл взгляд на Со Мин Ги, который отошёл в сторону, наблюдая за их перепалкой. Со Мин Ги, подправив очки, вздохнул.

— Я так и думал, что это так закончится. Но разбираться с этим — меня тошнит.

— Прошу прощения. Пожалуйста, если можно.

Чон Бин слегка поклонился. Со Мин Ги выдохнул и положил руку на землю. Из неё поднялась тень, окутывая Йети. Гю Гю свистнул.

— Каждый раз такая удобная способность ~ Можно мне её позаимствовать?

— Даже не думайте.

Со Мин Ги холодно ответил, сливаясь с тенью Чон Бина. Гю Гю сунул руки в карманы и пробурчал.

— Такой скучный.

Чон Бин дёрнул Гю Гю за капюшон куртки. Лианы уже тянулись над ними.

— Давай сосредоточимся на побеге, а не на том, чтобы завладеть чужими силами.

— Хм? Мы просто сбежим? Оставим всё так?

— Охотник, который контактировал с этим, трансформировался. Нам нужно минимизировать риски.

— Не стоит хотя бы барьер поставить?

— Я уже вызываю помощь. Не уверен, что барьер удержит, но мы точно можем ввести запрет на вход.

Оба быстро выбрались из подземного туннеля. На лестнице, ведущей наверх, Чон Бин оглянулся. Лианы, преследовавшие их, исчезли. Похоже, они реагировали на движение. Говоря в наушник среди шума, Чон Бин сказал:

— Есть вероятность, что другие эродированные подземелья в таком же состоянии. Пожалуйста, выдайте уведомления на проверку.

— Это не самая важная проблема сейчас, руководитель группы!

— …Что?

— Видеоплатформа в прямом эфире сняла трансформацию человека. Это уже стало вирусным видео…

— …

Покрытые пеплом ботинки Чон Бина остановились. Гю Гю уже вытащил свой телефон, свистя, открыл YouTube.

— Ах ~ Нашёл, нашёл.

Он с улыбкой поднёс экран к Чон Бину.

[Шок! Человек превращается в монстра? Обязательно посмотрите!]

В прямом эфире была трансляция уличного выступления, организованного для поиска талантливых певцов. Молодой человек стоял в центре камеры, исполняя душевную балладу. Толпа, собравшаяся в круг, покачивала руками в такт музыке. Когда песня закончилась и раздались аплодисменты, вдалеке раздался крик. Камера поспешно повернулась к источнику звука.

Кто-то сидел на земле. Внезапно из него вырвался поток белой жидкости. Тело забилось в конвульсиях и начало искажаться. Из разорванной одежды появлялись чисто белые перья. Аплодисменты быстро были заглушены криками.

Сидящий человек встал. Огромная птица расправила крылья, и те, кто убегал, были сметены потоком воздуха. Существо осмотрело окружающее пространство и встретилось взглядом с камерой. Тух, тух, тух. По мере того как оно приближалось, монстр широко раскрыл свой снежно-белый клюв. Экран начал сильно дрожать. Затем, с влажным хлюпанием, экран потемнел.

В темном отражении экрана лицо Чон Бина было чётко видно, его выражение было холодным и жестким. Он провёл рукой по лбу, а Гю Гю, улыбаясь, убрал телефон.

— Два миллиона подписчиков? Это довольно много.

— …

— Прямой эфир нельзя остановить ~ Это эпоха прямых трансляций. Контролировать информацию будет непросто, да?

Чон Бин провёл руками по лицу, его голос стал низким.

— …Нам нужно немедленно вернуться.

***

[Шок! Человек превращается в монстра? Обязательно посмотрите!]

Видео вскоре было удалено, и его не освещали в новостях. Однако предотвратить загрузку всех видео на сайты порталов было невозможно. Получив запрос от правительства, Скумбрия, который удалял все видео, в конце концов сдался. Как я могу остановить это?!

— Гарантировать свободу прессы ~

После этих слов Скумбрия исчез. В итоге видео было перезагружено на YouTube, вызвав огромный переполох.

«Люди превращаются в монстров?»

Люди начали спорить, был ли трансформированный пробуждённым или обычным человеком. Когда выяснилось, что мутант был гражданским, переполох только усилился.

— Разве только пробуждённые превращались в монстров?

— Если и гражданские тоже превращаются…

Страх, что они тоже могут стать монстрами, распространился среди людей. В это время благотворительная организация Прометея вышла на первый план. Они собрали встревоженную толпу и произнесли речи.

— Мы можем дать отпор. Чем больше вы боитесь, тем уязвимее становитесь! Мы здесь, чтобы помочь вам…

Влияние Прометея росло с каждым днём. Люди, одетые в белое, искренне молившиеся о спасении, стали появляться повсюду, создавая образ зарождающейся религии.

Правительство начало говорить только после того, как замешательство продолжалось некоторое время.

Передав нагрузку на гильдию Совон.

— Граждане, пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Гильдия Совон разрабатывает вакцину...

Бип. Худощавое тело крепко нажало кнопку питания на пульте, выключая экран. В комнате повисла тишина. Нам У Джин отпил холодного кофе.

— Да, кто-то должен быть привязан к столбу.

— …Прошу прощения.

Чон Бин низко поклонился, выглядя раскаивающимся. Нам У Джин раздражённо махнул рукой.

— Хватит! Ваше извинение ничего не изменит.

— …

— Но вакцины и лекарства не появляются за одну ночь. Мы не знаем, сколько времени это займет.

— Понимаю.

— Это может занять годы.

— …Разве Прометей не проводит исследования?

Нам У Джин ответил коротко.

— Они тоже наткнулись на стену, как и мы.

— …

— К тому же, они не понимают правил системы. Их искусственные пробуждённые? Это просто странные создания, сделанные наспех, без понимания принципов системы. Какую помощь они могут оказать?

— По этому поводу… У нас есть информация от Юн Га Ыль.

Чон Бин вытащил маленькую сложенную записку из кармана костюма и передал её. Нам У Джин поднял бровь, развернув записку, края которой были рваными, как будто её оторвали от тетради. Он медленно прочитал аккуратно написанные слова.

— …Журнал?

— Да. Она сказала, что видела, как вы писали что-то о болезни и её лечении во сне.

— Так…

Нам У Джин сжал кулаки, а затем расслабился, подавляя злость, прежде чем спросить.

— Вы хотите сказать, что я мог оставить что-то в прошлом? В журнале, который, возможно, не существует? И что мне нужно найти его и создать вакцину как можно быстрее? Иначе меня пронзят насквозь?

— Хотя это жесткое выражение… да.

— Ха…

Нам У Джин потрепал виски с раздражением, повысив голос.

— Слышал? Иди проверь библиотеку! Говорят, что это похоже на журнал.

— Да, хозяин.

Мальчик поспешил уйти, не вымолвив ни слова. Нам У Джин закрыл глаза и резко произнёс.

— Если этого нет в моей библиотеке, значит, этого не существует.

— Понял.

Чон Бин неловко улыбнулся и отпил из своего уже тёплого кофе.

Вскоре снова послышались быстрые шаги. Чон Бин и Нам У Джин повернулись к двери. Мальчик вернулся, держа в руках старый журнал.

— Вот он.

— …Он действительно существует?

Чон Бин пробормотал с удивлением. Нам У Джин взял старый журнал, переворачивая его в руках. Это был тот же самый предмет, который когда-то был продан на аукционе как награда за подземелье, и который он купил за круглую сумму. Однако…

Нам У Джин пролистал страницы и издевательски рассмеялся, откидывая журнал в сторону.

— Невозможно прочитать.

— Извините?

— Написано каким-то странным письмом. Либо это искажено магией подземелья, либо оно всегда было таким. Рисунки немного разборчивы, но на этом всё.

— …

Чон Бин осторожно поднял журнал и пролистал его. Как и сказал Нам У Джин, не было ни одного знакомого символа, почти как иероглифы. Когда Нам У Джин уже собирался снова пожаловаться, мальчик заговорил чётким голосом.

— Охотник по имени J недавно приходил и читал эту книгу.

— …Что?

Оба мужчины одновременно подняли глаза. Мальчик моргал своими стеклянными глазами.

— Он тоже не мог прочитать её, но верил, что есть причина, по которой он наткнулся на этот конкретный журнал среди множества в библиотеке.

— …

— …Почему ты упоминаешь это только сейчас?

Мальчик слабо улыбнулся.

— Чтобы помочь вам, хозяин.

Нам У Джин, который уже собирался что-то сказать в ответ, проглотил свои слова и глубоко вздохнул. Чон Бин с мягкой улыбкой попытался успокоить его.

— Я найду кого-то в бюро, кто сможет расшифровать это. Пожалуйста, подождите.

— …Сделайте это.

Нам У Джин одним глотком выпил свой холодный кофе, встал и тащил свои тапочки по полу, указывая на мальчика.

— Пошли. У нас нет времени.

Мальчик последовал за Нам У Джином, поклонившись Чон Бину, который в ответ помахал рукой.

***

48 часов до смерти Ча Ый Джэ.

Осталось всего два дня до смерти Ча Ый Джэ…

— …Са Ён-а.

— Да?

— Ты тяжёлый.

— Не будь ребёнком…

Он был в плену у Ли Са Ёна, который висел на нём, как ленивец. Уже полдня подряд.

Глава 286

Холодный ветер проникал через щели между поспешно прибитыми деревянными досками. В больничной палате, которую Ли Са Ён не только решительно разрушил, но и постарался починить как мог, оба они лежали на узкой больничной койке. Точнее, Ча Ый Джэ был односторонне обнятым Ли Са Ёном. Примерно на полдня!

С каждым вдохом Ча Ый Джэ чувствовал, как под ним поднимается и опускается грудь. Он сжал губы и закрыл глаза. Он пришёл сюда только для того, чтобы немного поспать, но, вместо того чтобы отдохнуть, он даже не мог нормально закрыть глаза.

«Как же это чертовски неудобно…»

Его излишне обострённые чувства остро улавливали каждое движение за спиной. Тёплое тело, шорохи, даже малейшие движения мышц. Ча Ый Джэ думал, чтобы оторвать руки, обвившие его талию и ноги, но сдался. Он мог бы убрать их, но, учитывая, как всё это может закончиться поломкой чего-нибудь, вроде кровати, — это не стоило того.

Похоже, Ли Са Ён подсчитал оставшееся время до его смерти. Чем меньше его оставалось, тем чаще и настойчивее он цеплялся за Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ не мог оттолкнуть его. На самом деле, его тепло было каким-то образом успокаивающим. К тому же, чем дольше они оставались вместе, тем заметнее снижался уровень синхронизации.

Ли Са Ён, который терся губами и носом о затылок Ча Ый Джэ, пробормотал:

— Перестань так двигаться.

— Мне-то это ты говоришь. Эй… тебе правда нравится это делать в таком тесном пространстве?

— Чем теснее, тем лучше… Так спокойнее.

Ли Са Ён игриво обнажил зубы, прижав их к шее Ча Ый Джэ. Этот маленький… Ча Ый Джэ вздрогнул и сжал плечи, затем пнул Ли Са Ёна пяткой по лодыжке. Ой. Маленький вскрик возражения последовал за этим.

С тех пор как Ли Са Ён решительно заявил, что Ча Ый Джэ должен умереть перед ним, он не спускал с него глаз — не только взгляд, но и всё тело следовало за ним повсюду. Даже за столом, даже в такие моменты, когда Ча Ый Джэ пытался немного отдохнуть.

Из-за этого Ча Ый Джэ…

«Этот парень… более липкий, чем присоски у кракена.»

…умирал тут.

При таком раскладе не удивительно, если Ли Са Ён в любой момент заметит проблемы с его зрением. Честно говоря, то, что ему удалось скрывать это так долго, было уже настоящим чудом. Если он сейчас всё признает…

«Слишком поздно.»

Прошло уже несколько дней. Если он признается сейчас, он точно будет разорван на части — Почему ты не сказал раньше? Ты что, с ума сошел? — и его, скорее всего, закроют под предлогом «защиты». Он даже не сможет ходить самостоятельно. Ли Са Ён будет носить его на руках. Это абсолютно неприемлемо.

«Лучше просто продержаться еще два дня».

Через 48 часов, нравится ему это или нет, ситуация решится сама собой.

Ча Ый Джэ постучал по рукам, обвившим его талию.

— Я полностью проснулся, так что двигайся. Мне нужно работать.

— Поспи еще немного… Я уже сказал Чон Бину.

— Сказал что?

— Что ты берешь выходной.

— Что? Кто это сказал?

— Я.

— Ты что, издеваешься!?

Ча Ый Джэ сбросил тонкое одеяло и резко сел. Естественно, Ли Са Ён, который запутался вокруг него, тоже поднялся. Проведя пальцами по своим взъерошенным волосам, Ли Са Ён пробормотал:

— Серьезно, ты не можешь просто спокойно полежать…

— Молодой человек, ты должен понимать, как важно время, черт возьми.

— Ты тоже молодой, знаешь ли.

— Замолчи.

Не зная, что делать, Ча Ый Джэ пошел по главному офису гильдии Совон, а Ли Са Ён следовал прямо за ним. Самая абсурдная часть? Все, кто их видел, даже не обратили внимания. Будто это было обычное дело. Даже Юн Га Ыль, проходившая мимо, прокомментировала с улыбкой:

— Как и ожидалось! Вы двое действительно хорошо ладите!

— Что?

Ча Ый Джэ оглянулся через плечо. Он не мог увидеть выражение Ли Са Ёна, что всегда немного раздражало его. Он заполнил пробелы своей фантазией. Наверное, сейчас выглядит самодовольно, да?

И в этот момент знакомый голос раздался сзади.

— Ли Са Ён-щи, могу я поговорить с вами минуту?

— Что случилось?

— Образовался разлом, а у нас не хватает людей. Вы сможете пойти?

Ча Ый Джэ указал на себя.

— Я могу пойти.

— Нет.

— Нет.

Чон Бин и Ли Са Ён одновременно отклонили его предложение.

Чон Бин прочистил горло.

— Вам нужно немного отдохнуть. Я слышал, что в последнее время вы не в лучшей форме.

— Я в порядке, это не…

— Вы уже несколько дней сами занимались разломами и монстрами. Вы сделали достаточно. Можно немного отдохнуть.

— Да. Я пойду один. Где это место?

— Если подойдете в офис, я дам все детали.

— Хорошо.

Перчатка Ли Са Ёна слегка коснулась руки Ча Ый Джэ. Его голос опустился до тихого шепота.

— Я вернусь.

— Да, береги себя.

Когда шаги Ли Са Ёна и Чон Бина стали удаляться, Ча Ый Джэ почесал голову.

Почему-то он почувствовал странную пустоту.

«Нелепо, что я чувствую себя так, просто потому что нахожусь отдельно от Са Ёна…»

Быть одному было одиноко. Особенно перед лицом смерти.

Не подумав, он начал идти. Без цели, просто следуя за ногами, куда бы они его ни вели.

И вот —

[Выявлена причина ошибки системы синхронизации.]

[Перерасчет скорости синхронизации!]

Яркое белое окно вспыхнуло в темноте, как будто оно ждало этого момента.

Глаза Ча Ый Джэ расширились.

Прежде чем он успел осознать сообщение системы, поток новых окон появился.

[Скорость синхронизации увеличивается.]

[Скорость синхронизации увеличивается.]

[Скорость синхронизации увеличивается.]

.

.

.

[Пересчёт скорости синхронизации…]

Тук. Внезапно он почувствовал резкую нехватку воздуха. Черт. Ча Ый Джэ схватился за горло, сжимавшее его. Как бы сильно он не пытался вдохнуть, дыхание не становилось ровным. Он дернулся в воздухе, отчаянно пытаясь ухватиться за что-то, и, наконец, схватил книжную полку. Но, возможно, он неправильно рассчитал свою силу —

Хруст!

Полка, за которую он схватился, разорвалась, как бумага. Книги с грохотом покатились на пол. Стиснув зубы, Ча Ый Джэ наклонился вперед. Его зрение закружилось. Звук его сердцебиения заглушал всё остальное. Холодный пот собирался на висках и затылке. Рот наполнился желчью.

Упав на пол среди книг, он прижал лицо к земле и поспешно снял маску. Затем начал кашлять.

— Ух…!

Выходила только горечь. Задыхаясь, он тер лбом по полу. Его пальцы скребли по нему. Что бы он ни делал, удушающее ощущение не отпускало. Слёзы навернулись на глаза, нос жжёт. Каждый раз, когда он дергался, его тело сталкивалось с предметами, но он не ощущал боли.

Затем, против тьмы, снова появилось яркое белое окно.

[Перерасчет завершён.]

[Текущая скорость синхронизации…]

Его пальцы, которые оставили длинные следы на полу, потеряли силу. Ча Ый Джэ свернулся в комок. Постепенно в него проникала невыносимая боль — его горящий лоб, его исцарапанные кончики пальцев, его побитое тело от удара о книжную полку, его горло, содранное от желчи. Всё его тело было обессилено. С трудом моргая, он посмотрел на системное окно, которое расплывалось через его мокрые ресницы.

[100%]

Резкий кашель вырвался наружу. Ча Ый Джэ поспешно закрыл рот. Какая-то неизвестная жидкость просочилась через его пальцы. Это не было похоже на кровь.

Пол под его щекой вибрировал. Шаги приближались. Огромное давление накрыло его, как приливная волна. Он собрал последние силы, чтобы убежать, но его ноги не слушались. В конце концов, он смог лишь тащить себя по полу.

Он должен был уйти.

Но куда?

Темнота окружала его со всех сторон. Он полз вперёд наощупь, только чтобы сильно стукнуться лбом о что-то. Острая боль распространилась. Он огляделся, но ничего не было. Паника охватила его грудь. Ча Ый Джэ схватился за лоб, прижимая себя к земле. Чёрт. Его тело дрожало против воли. Отчаянно он бился лбом о пол.

Что-то ужасающее приближалось.

А затем —

— …Хён?

Шаги остановились.

От звука голоса его тело дернулось. Он пытался бороться с подавляющим давлением, которое его сковывало. Дрожь не прекращалась. Медленно он поднял голову в сторону источника голоса. Ничего не было. Он прищурился, всматриваясь в пустоту.

— …

Голос больше не раздался. Ча Ый Джэ медленно моргал, его губы дрожали, и он с трудом произнёс:

— …Ли Са Ён?

— …

Он попытался спросить, действительно ли это был Ли Са Ён, но заткнул рот. Последняя искорка разума предупредила его отвернуться. Не дай ему заметить. Не показывай, как ты слаб. Но как только шаги снова приблизились, последняя искорка разума исчезла, как песочница, смытая прибоем.

— …Са Ён-а.

Его голос дрожал, звуча жалко. Ча Ый Джэ протянул руку в сторону, где, как он думал, может быть Ли Са Ён. Но он не схватил ничего.

И тогда рука протянулась и взяла его.

Сдавливающая тяжесть усилилась. Давящая боль охватила его руку. Его разум помутнел. Не в силах произнести ни слова, Ча Ый Джэ закрыл глаза.

Ли Са Ён отпустил его тело. Фигура в его руках была в полном беспорядке — щеки покрасневшие, лоб бледный, волосы и тело покрыты холодным потом. Но больше всего…

Ли Са Ён медленно развёл пальцы Ча Ый Джэ от своих. На чёрной перчатке…

— …

… была кровь.

И прозрачная белая жидкость.

Глава 287

— Ли Са Ён-щи! Что происходит…? — Чон Бин, который всё это время гнался за ними, ахнул, быстро втянув воздух.

Ли Са Ён осторожно поддерживал руку Ча Ый Джэ. Его ногти были в полном беспорядке. Как сильно он царапал пол? Ногти были сломаны, кожа отслоена, открывая сырую, кровоточащую плоть. Ли Са Ён осмотрел беспорядочную вокруг обстановку — пятна крови и отпечатки рук, размазанные по деревянному полу и разбросанные книги, неопознанная прозрачная жидкость.

Ли Са Ён знал, что это было. Его воспоминания подсказывали ему.

— Я приведу врача! — звук торопливых шагов затих вдали.

Ли Са Ён не прижимал Ча Ый Джэ к себе и не укладывал его на пол. Он знал, что для них будет лучше, если они будут на расстоянии, но не мог заставить себя опустить его. Ли Са Ён вытер мокрую щёку тыльной стороной руки. Даже в бессознательном состоянии дыхание Ча Ый Джэ было нерегулярным. Ли Са Ён приложил ухо к его груди. Сердцебиение было слишком быстрым.

— …Хён.

Ча Ый Джэ, который тянул руку в пустоту. Его руки, его взгляд были направлены на Ли Са Ёна. Или… куда-то ещё. Он что-то видел? Нет. Ли Са Ён видел это ясно. Эти чёрные глаза, тревожно ищущие пустое пространство. Блуждающие, не находящие точку опоры.

«Он не мог видеть.»

Ли Са Ён сжал зубы. Под светом волосы Ча Ый Джэ, поблёскивающие пепельным оттенком, почти казались белыми.

«С какого времени?»

С какого момента его зрение начало подводить? Это было раньше? Ли Са Ён стал перелистывать воспоминания, которые ему не принадлежали, но ничего полезного не нашёл.

«Этого никогда не было.»

Как бы сильно не болел Ча Ый Джэ, он никогда не выглядел таким слабым.

Его голова закружилась. Он был в порядке до этого.

Не так ли?

Ча Ый Джэ судорожно вздрагивал, даже будучи в бессознательном состоянии. Порой он дёргался, как будто на мгновение восстанавливая сознание, боролся, словно пытаясь вырваться от Ли Са Ёна. Но Ли Са Ён крепко держал его, не позволяя уйти.

В конце концов, Ча Ый Джэ свернулся клубком, крепко схватив плащ Ли Са Ёна. Слёзы, собравшиеся на его мокрых ресницах, капали на штаны Ли Са Ёна. Ли Са Ён замешкался, его рука зависла в воздухе, затем отдёрнулась. В таком состоянии даже малейшее прикосновение могло бы толкнуть его на край.

— …Ты со мной?

Ча Ый Джэ вздрогнул. Его дыхание ускорилось. Вырвался сдержанный всхлип. Ли Са Ён подавил желание обнять его. Вместо этого он сжал кулак, упрямо прижав его к полу.

— Постарайся дышать. Ты слишком торопишься.

— …

— Вдох… Выдох…

Тело Ча Ый Джэ двигалось в такт медленному голосу Ли Са Ёна. Ли Са Ён мягко подбадривал его.

— Молодец. Продолжай.

— …

Сколько времени прошло? Дыхание постепенно выровнялось. Плач утих. Хватка на его плаще слегка ослабла. Ли Са Ён наклонил голову, внимательно глядя на пепельную макушку Ча Ый Джэ.

— Не отпускай.

— …

— Куда ты собираешься, когда даже не видишь?

Еле слышный шум движения стих. Он понял, что попался, не так ли? Ли Са Ён вздохнул, откинув голову назад. Если бы Ча Ый Джэ не был в таком состоянии, он бы настоял на своём. Но расспрашивать кого-то, кто дрожит от страха и боли, было не в его силах.

В конце концов, Ли Са Ён смягчил голос.

— Ты действительно хорошо это скрывал, да?

Конечно, он не мог удержаться от того, чтобы поддеть его.

— …Разве так сложно было просто сказать, что не видишь? Не мог бы ты быть чуть более честным?

Ли Са Ён закрыл глаза и снова вздохнул. Каждый раз это вызывало у него отвращение. Почему у Ча Ый Джэ так много секретов? Неужели ему так трудно просто быть честным?

Тогда до него донёсся тихий шёпот.

— …Мне страшно.

Глаза Ли Са Ёна расширились, когда он посмотрел на Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ сказал, что ему страшно.

Из-за чего?

Возможный ответ мелькнул в его голове. Ли Са Ён замешкался надолго, затем осторожно спросил, сжимая кулаки.

— …Из-за меня?

Ча Ый Джэ не ответил. Вместо этого он покачал головой. Ах. Слава богу. Чувство облегчения нахлынуло на Ли Са Ёна, от головы до ног. Он ослабил хватку. Сделав несколько дрожащих вдохов, Ча Ый Джэ, наконец, заговорил снова.

— …Нет.

— Хм?

Хватка на плаще Ли Са Ён снова усилилась. С дрожащим голосом, Ча Ый Джэ выдавил каждое слово.

— Я не хочу умирать.

— …

— Я не хочу умирать…

Сила ушла из его рук. В то же время его голова наклонилась вперёд. Ли Са Ён быстро поддержал его, подхватив затылок тканью своего плаща. Он смотрел на измученное, заплаканное лицо этого юноши. Он всегда вел себя так, как будто не жалеет ни о чём. Как будто ничто не имеет значения. Он без колебаний проткнул себя мечом. Как будто бы он был готов на всё, чтобы спасти мир.

«Но теперь он говорит, что не хочет умирать».

Ча Ый Джэ выглядел младше своих лет. Множество людей ошибочно принимали его за двадцатилетнего, а не за двадцатидевятилетнего. И Ли Са Ён вдруг осознал — это было лицо Ча Ый Джэ, который когда-то пообещал вернуться к нему.

Двадцать лет. Слишком молод, чтобы умирать.

Стук, стук, стук. Спешные шаги приближались.

— Что, чёрт возьми, случилось… — Нам У Джин замер на месте.

Он, должно быть, увидел — пятна крови, разбросанные по полу, прозрачную белую жидкость. Ли Са Ён откусил перчатку, которой держал руку Ча Ый Джэ, и бросил её в Нам У Джина. Он сунул свою обнажённую руку в карман плаща и заговорил.

— Эта жидкость. Разве она не похожа на кровь мутировавших монстров?

— …Кто её пролил?

— Он.

Ли Са Ён указал на Ча Ый Джэ подбородком. Нам У Джин сжал губы, затем закатал рукав Ча Ый Джэ и вставил шприц в его обнажённую кожу. Сначала шприц наполнился красной кровью. Но затем прозрачное белое вещество постепенно смешалось.

Глаза Нам У Джина расширились.

— …Что это…

И тут.

Время остановилось.

— …Что за… Почему ты перестал говорить?

Точнее, все, кроме Ли Са Ёна, замерли на месте. Нам У Джин застыл с шприцом в руке. Чон Бин стоял в оцепенении с обеспокоенным выражением. Ли Са Ён нахмурился, осматривая обстановку. В комнате воцарилась зловещая тишина.

— …Что за чёртовщина происходит?

Он осторожно встряхнул Ча Ый Джэ, который опирался на него. Брови Ча Ый Джэ нахмурились. По крайней мере, он не застыл, как все остальные. Ли Са Ён достал телефон из кармана и задумался, будет ли он работать в такой ситуации? Он прокрутил список контактов, ища номер Пчелы. В этот момент,

Телефон зазвонил.

[Пчела]

— Пчела появляется, как только я её упоминаю.

Ли Са Ён издал пустой смех и нажал кнопку ответа. Резкий голос раздался с другого конца телефона.

— Эй! У вас там всё в порядке? Подожди, а этот звонок вообще подключен?

— Да, подключён. Судя по тому, как срочно ты позвонила, должно происходить что-то странное и у тебя.

— Странное — это ещё мягко сказано! Все замерли! Как будто сам мир сломался. Что, чёрт возьми, ты натворил? Признавайся!

— Если бы я что-то сделал, по крайней мере, я бы не чувствовал себя так несправедливо обиженным.

Ли Са Ён произнёс это с горечью. Он прижал телефон между плечом и ухом, осторожно вытащив шприц из руки Ча Ый Джэ. Маленькая лужица крови образовалась на полу. Перехватив Ча Ый Джэ, который слегка извивался, Ли Са Ён встал на ноги.

— Это случилось ни с того ни с сего. Я тоже не знаю, что стало причиной.

— Тогда хотя бы скажи, что произошло прямо перед этим!

— …

Ли Са Ён посмотрел на Ча Ый Джэ в своих руках. Последнее, что произошло... Нам У Джин взял кровь Ча Ый Джэ и понял что-то важное. И в тот момент мир остановился. Смертельно белая кровь — Ча Ый Джэ мутировал.

«Потому что он узнал о мутации?»

Этот мир был реконструирован из воспоминаний. Значит, если происходило событие, которое расходилось с этими воспоминаниями — если это событие было достаточно значимым, чтобы превысить допустимый предел мира — что бы случилось?

…Ему всё ещё не хватало информации. Ли Са Ён сменил тему.

— Ты уверена, что это не ты натворила?

— Хм, я невиновна. Я просто жарила сушёного кальмара с Мэтью.

— О… так ты весело проводила время?

— Ты бы назвал это сбором разведывательных данных? Я запоминала все разломы и подземелья, которые появлялись до сих пор.

— О, вот как?

— Ладно, где ты сейчас? В гильдии Совон?

— Да, приезжай сюда.

— …Хорошо, скоро буду.

Щелк. Звонок оборвался.

Ли Са Ён окинул взглядом всё ещё застывших людей. Капельки бледной жидкости капали с кончика шприца. Он потерся волосами о волосы Ча Ый Джэ — это был его способ немного успокоиться.

В этот момент в воздухе появился чисто белый системный экран. Алые буквы мигали.

[Ошибка обнаружена.]

[Анализ причины…]

[…Анализ завершён.]

[Ошибка: Произошло событие, отклоняющееся от зафиксированных воспоминаний.]

[Ошибка: Сущности Нам У Джин и Чон Бин не осведомлены о мутации Ча Ый Джэ.]

[…Удаление причины ошибки.]

В воздухе образовался светящийся белый круг. Затем из круга вырвались наружу бледные руки.

Глава 288

Ли Са Ён отступил на три шага назад. Руки, возникающие из пустоты, схватили Нам У Джина и Чон Бина. А затем..

Рвак.

Раздался звук, словно рвалась бумага. Белоснежные руки медленно разрывали двоих на части. Разорванные области сияли золотым светом. Вскоре другие руки потянулись к золотым разломам, заполняя их. Одно исчезнувшее око тут же заменялось другим.

— …

Руки двигались с идеальной слаженностью. Одни отрывали, другие заполняли пробелы, третьи сшивали края, словно иглой с ниткой. Нам У Джин и Чон Бин буквально подвергались перестройке.

Это было леденящее зрелище.

Когда двое были окончательно сформированы в нечто новое, откуда-то донёсся далёкий гул. Запах старых книг и древесины, чуть застоявшийся воздух — всё снова встало на свои места. Мир вновь пришёл в движение.

В тот же миг Нам У Джин и Чон Бин медленно открыли глаза. Они даже не взглянули на Ли Са Ёна или Ча Ый Джэ — просто начали двигаться прочь, в неизвестном направлении.

Только когда их силуэты скрылись из виду, Ли Са Ён смог снова дышать. Он даже не осознавал, что задерживал дыхание. В горле стоял ком. Он провёл рукой по лицу. Просить Нам У Джина о помощи означало бы лишь повторение того же ужаса.

Тогда что он мог сделать? Как заботиться о человеке, который едва мог вынести его присутствие?

Ли Са Ён осторожно прислонил Ча Ый Джэ к книжному шкафу. Снял с себя плащ и накрыл его, затем присел перед ним на корточки. Пепельно-серые волосы Ча Ый Джэ казались особенно яркими.

Ча Ый Джэ этого мира мутировал.

Наконец, он понял. Причину, по которой этот Ча Ый Джэ так нелепо встретил свою смерть. Он сам её выбрал. Потому что не хотел становиться чудовищем. Даже несмотря на страх перед смертью.

Ты должен был что-то сказать.

Ты должен был сказать мне.

Чужие мысли нахлынули в сознание. Но вместо того чтобы возмущаться вторжению, Ли Са Ён молча согласился. Ча Ый Джэ был глупым, безрассудным и…

Его влажные ресницы дрогнули. Затем, медленно, Ча Ый Джэ открыл опухшие, покрасневшие глаза. Его тёмные зрачки всё ещё не фокусировались на Ли Са Ёне, беспорядочно блуждая в пустоте. Он рассеянно коснулся плаща, накрывавшего его, и тихо спросил:

— …Ты здесь?

— Я здесь.

Ли Са Ён ответил сразу же. Услышав это, Ча Ый Джэ едва заметно, еле-еле сместил взгляд в его сторону. Лицо его было измученным. Он провёл тыльной стороной руки по щекам, стирая слёзы, но тут же вздрогнул. Должно быть, кончики пальцев жгло. Нет ничего удивительного — ещё немного, и ногти могли бы вовсе отслоиться. Его руки были в ужасном состоянии.

Ли Са Ён достал новую пару перчаток и красное зелье исцеления.

— Дай мне руку.

Ча Ый Джэ послушно протянул руку. Ли Са Ён положил её на свою ладонь и медленно вылил зелье. Ему было всё равно, если оно пропитает перчатки. Постепенно раны на кончиках пальцев начали затягиваться.

— Другую.

Перчатки насквозь пропитались зельем. Открытые, изорванные кончики пальцев зажили, но сломанные ногти зелье восстановить не могло. На это потребуется время. Ли Са Ён осторожно провёл большим пальцем по руке Ча Ый Джэ, прежде чем отпустить её.

Только когда он закрыл флакон с зельем и собрался подняться, Ча Ый Джэ прошептал:

— Останься со мной.

— …

— Не уходи никуда…

С этими словами Ча Ый Джэ снова закрыл глаза. Вскоре пространство наполнилось тихим, ровным дыханием. Ли Са Ён едва сдержал усмешку. Кто он такой, чтобы говорить это сейчас?

Он устроился поудобнее, подперев одно колено подбородком.

— …Хорошо.

Ли Са Ён закрыл глаза и тихо ответил:

— Я останусь.

***

— Давайте помолимся.

Мягкий голос разнёсся по длинной часовне. В помещении толпились люди, одетые в белое. Все они сложили руки и склонили головы. Юн Га Ыль последовала их примеру, сцепив пальцы и опустив голову. Но веки предательски тяжелели —, видимо, от недосыпа. Она изо всех сил старалась подавить зевок.

«Я так устала, что могу сдохнуть, вы, сектанты…»

С момента прибытия в штаб-квартиру Прометея Юн Га Ыль вынуждали участвовать в так называемой утренней молитве. Каждый день в 5:30 утра её будили и тащили сюда, не оставляя ни малейшей возможности отказаться. Она не понимала, зачем им такая усердность, но ровно в 6 утра начиналось их промывание мозгов под видом молитвы.

— Сила человечества безгранична. Мы можем достичь всего. Братья и сёстры…

Мягкий голос лился из-за белой занавеси. Скорее всего, это был провидец. Время от времени за тканью мелькал чей-то силуэт, судя по форме — взрослый мужчина. Хотя Юн Га Ыль провела здесь уже немало времени, ей так и не удалось увидеть этого так называемого Провидца. Все её просьбы о встрече неизменно отвергались.

Мягкий голос продолжал:

— В последнее время число проклятых растёт. Но они всего лишь неверующие, лишённые истинной веры. Не бойтесь их. Верьте в силу человечества. Мы должны спасти этот мир.

Если бы одной веры хватало, чтобы решить все проблемы, как же было бы прекрасно.

Юн Га Ыль крепче сжала сцепленные руки. Несмотря на то, что её держали здесь, она тайно получала новости из внешнего мира от Со Мин Ги. Га Ён присоединилась к команде по разработке вакцины. Выяснилось, что люди мутируют в чудовищ. Белые монстры, появляющиеся в разрушенных подземельях, когда-то были людьми.

«Тогда те белые големы, которых я видела в разрушенном подземелье…»

Неужели и они когда-то были людьми? Мысль об уничтоженных големах скрутила ей желудок. Она поморщилась. Тем временем мягкий голос продолжал свою бесконечную проповедь.

— Братья и сёстры, всегда сохраняйте веру. Наши соратники усердно работают над устранением проклятия. А пока не забывайте носить свои маски…

«Что это, рекламный совет по борьбе с гриппом?»

— …А теперь давайте каждый сделает своё дело.

Хлоп, хлоп, хлоп… Стоя, все захлопали в ладоши. Юн Га Ыль механически присоединилась. Как можно было получать овации за повторение одной и той же речи каждый день?

Иван взял микрофон.

— В-все, перед тем как уйти, пожалуйста, не забудьте взять маску…

Юн Га Ыль хотела сразу вернуться в свою комнату, не взяв маску, но её унесло в толпе, выстраивающейся в очередь. Она совершенно не хотела с ним сталкиваться. Но улизнуть незаметно было невозможно. В итоге ей пришлось встретиться с Иваном лицом к лицу. Он широко улыбнулся.

— А. А. Т-ты пришла и сегодня. Такая п-прекрасная приверженность.

— Ага…

— Я знаю, ч-что тебе м-может не понадобиться маска, но всё же… Пожалуйста, возьми одну.

— Спасибо…

Юн Га Ыль скомкала белую маску и засунула её в карман, а затем спросила:

— Кстати… Вы знаете, чем занимается Га Ён-щи в последнее время? Она давно не заходила.

— Г-Га Ён очень занята. Она работает над важным исследовательским проектом…

— Понятно…

— Тебя что-то б-беспокоит?

Иван с любопытством склонил голову. Юн Га Ыль незаметно глубоко вздохнула. Изначально она планировала оставаться здесь дольше, чтобы собрать больше информации. Должно быть что-то, что можно узнать только изнутри. Но…

«Я отказываюсь вставать в 5:30 утра каждый день, даже по выходным!»

К тому же, чтобы помочь J, ей нужно было видеть сны чаще и дольше. А постоянное побуждение Прометея создавали для этого худшие условия. Она постукивала шлёпанцем по полу.

— Нет, дело не в этом… Просто у меня было что-то, что я хотела сказать Га Ён-щи.

— М-можешь сказать мне, и я…

— Хм…

Юн Га Ыль заколебалась, посмотрела на него с задумчивым выражением, а затем опустила голову.

— Простите, но это слишком важно, чтобы говорить кому-то постороннему…

— О, эм… Понял.

Иван отвёл взгляд, задумавшись. Тем временем Юн Га Ыль быстро огляделась. И тогда…

— …

Её глаза расширились.

Сквозь толпу мелькнула знакомая школьная форма. Это была форма её старшей школы. Значит, сюда даже старшеклассники приходят? Юн Га Ыль бросила быстрый взгляд на Ивана, который всё ещё пребывал в раздумьях, а затем вдруг воскликнула:

— Извините, одну минуту!

— А? П-подожди…

— Простите! Позвольте пройти!

Юн Га Ыль проталкивалась сквозь толпу. Позади слышались крики и торопливые шаги, но ей было некогда обращать на них внимание. Знакомая форма мелькала среди белых одежд, исчезая и появляясь снова. Она приближалась. Наконец, она протянула руку, почти доставая…

— Подождите…!

Хвать.

Юн Га Ыль схватила ученицу за руку. Та обернулась. И… невероятно, но она сразу же узнала её.

Девушка, широко раскрыв глаза, воскликнула:

— …А? Га Ыль? Это правда ты?!

— …

— Эй! Ты хоть знаешь, как я волновалась?! Ты не приходила в школу! Значит, ты всё это время была здесь?!

Юн Га Ыль прошептала дрожащим голосом:

— …Мин Джи.

Это была её подруга. Мин Джи радостно улыбнулась и крепко схватила её за руку. Юн Га Ыль изо всех сил пыталась что-то сказать, вглядываясь в её лицо. Но что-то было не так. Мин Джи выглядела ужасно бледной.

В этот момент ледяная рука опустилась ей на плечо.

— Разве не радостно снова увидеть подругу? Хорошо, что я привела её сюда ~

Звонкий, почти певучий голос, наполненный весельем. Юн Га Ыль сковало холодом. Она не могла заставить себя обернуться. Пальцы, лежащие на её плече, пахли кровью. Человек позади наклонился ближе, это присутствие давило ей в спину. Резкий запах крови и химикатов заполнил воздух.

— Да, Иван мне сказал. Ты меня искала? Скучала по мне, да? Как раз вовремя ~ Я тоже о тебе думала. Вот даже решила привести твою подругу. Должно быть, судьба.

— …Га Ён-щи.

Юн Га Ыль медленно повернулась.

Га Ён, как всегда, носила круглые очки, а её волосы были аккуратно собраны. Она улыбнулась сладко, почти нежно.

— Видишь ли, мне нужна твоя помощь…

За её спиной ровными рядами стояли солдаты в военной форме. Юн Га Ыль посмотрела на Мин Джи. Подруга всё ещё выглядела сбитой с толку. Га Ён наклонилась к её уху и тихо прошептала:

— Ты же будешь сотрудничать, да?

— …Что вам нужно?

Юн Га Ыль молилась, чтобы её голос не дрожал. Га Ён довольно улыбнулась и прошептала:

— Ты не могла бы поспать для меня?

— …

— До тех пор, пока я не найду нужную мне информацию.

Глава 289 - Предопределенный конец

Ча Ый Джэ открыл глаза. На них было что-то влажное и тяжёлое. Это ощущалось как мокрое полотенце. Разве это не случалось раньше? Под полотенцем Ча Ый Джэ несколько раз моргнул. Боль, пронизывающая всё тело, была одной проблемой, но…

«…Где я? Здесь...».

Он точно упал в библиотеке, но теперь оказался лежащим в том, что походило на кровать. Ча Ый Джэ рассеянно потянулся к мягкому, тяжёлому одеялу, поглощённый мыслями. Это не была палата гильдии Совон. Не было запаха дезинфицирующих средств, ни сквозняков, проникающих через быстро заделанные стены. Одеяло было мягче, и оно… ощущалось знакомо.

Он откинул мокрое полотенце в сторону и моргнул. Вокруг всё ещё была тьма. Единственное, что было видно — красное число, которое резко снизилось до 25 часов.

«Я потерял почти целый день…?»

Не было времени терять. Как только он попытался сесть, к его ушам донёсся холодный голос.

— Ты проснулся?

Ча Ый Джэ вздрогнул, инстинктивно сжав плечи. За этим последовал мягкий вздох — звук, полный явного недовольства. Без раздумий он задержал дыхание и замедлил движение. Через мгновение его разум наконец-то догнал события.

«…Ли Са Ён?»

Послышались шаги. Намеренно громкие. Они подошли к кровати и остановились. Тот странный голос снова прозвучал.

— У тебя болит рука?

— …Рука?

Ча Ый Джэ сжал пальцы. Что-то было туго обвито вокруг них. Тихий голос пробормотал:

— Я нанес лекарство и перевязал. Ногти, которые уже были сломаны, не смогли восстановится с помощью зелья.

— Ах.

Только тогда он почувствовал резкую боль в кончиках пальцев. Видимо, она была омрачена общей агонией в теле. Ча Ый Джэ слегка скользнул пальцами друг по другу, а затем ответил.

— Терпимо.

— Если станет слишком больно, скажи. У меня есть обезболивающие.

— Хорошо.

С трудом выдавив голос, затем он спросил:

— Где… мы?

— Дома.

— Дома?

— В том месте, где мы жили, в этом мире.

Это было то место, которое он видел в воспоминаниях этого сумасшедшего Ли Са Ёна? Ча Ый Джэ слегка наклонил голову. Так как он ничего не видел, у него не было способа это подтвердить.

— Ты голоден?

— Эм, не особо…

— Всё равно поешь. Тебе нужно принять лекарства.

Что-то холодное неожиданно протянулось к нему. Рефлекторно он отдёрнулся назад, но это что-то стояло непоколебимо. Осторожно, Ча Ый Джэ протянул руку, чтобы почувствовать это. Рука в перчатке.

Владелец этой руки прошептал:

— Держись и вставай.

— Нет, я сам справлюсь. Я могу ходить.

— О? Ты бы предпочёл спотыкаться и слепо наткнуться на что-то? Ты даже не знаешь, как устроено это место…

Этот холодный голос издевательски усмехнулся. Великолепно, его раскрыли. Конечно, невозможно было не заметить, что Ча Ый Джэ не видит. Он быстро прикинул следующий шаг. Но разве Ли Са Ён не заметил ещё одну вещь? Что с ним происходит? Что он мутирует? Прежде чем он успел продолжить размышления, этот жуткий голос снова обратился к нему.

— Даже если ты боишься, просто возьми мою руку.

Каждое слово пробудило нервное напряжение. С трудом сглотнув, Ча Ый Джэ неохотно взял предложенную руку и медленно встал. Холодный деревянный пол отозвался дрожью в его ногах. Ли Са Ён слегка потянул его за руку, молча подталкивая идти. Ча Ый Джэ замедлил шаг, оглядываясь вокруг.

«Это похоже на то, как меня носят...»

Было ли это из-за того, что он не мог видеть? Или из-за странного ощущения от перчатки? Тот, кто вёл его, не казался человеком. Скорее, что-то похожее на монстра.

Наконец, Ча Ый Джэ понял, почему мирные жители и охотники низкого класса избегали Ли Са Ёна. Это было не только из-за его яда — его само существование было чуждым. Просто стоя рядом с ним, ощущалась давящая аура.

И Ча Ый Джэ инстинктивно почувствовал страх. Он пытался подавить дрожь, хотя знал, что это бесполезно.

Его учащенное сердцебиение, неровное дыхание, как его глаза блуждали бесцельно, частое глотание, холодный пот, дрожащие руки и тело — Ли Са Ён всё это заметит. Но он ничего не сказал.

И эта тишина пугала Ча Ый Джэ ещё больше.

Но ему нужно было это вытерпеть. Он повторял себе. Са Ён не страшен. Са Ён не… Усилив голос, Ча Ый Джэ спросил:

— А как насчёт работы? Та, ради которой тебя позвал Чон Бин.

— О? Ты всё ещё думаешь об этом в такой ситуации?

Ли Са Ён усмехнулся.

— Я сказал им, что не могу идти. Очевидно.

— …Это нормально?

— Куда, чёрт возьми, я пойду, если тот, кого я оставил одного, валяется на полу?

Его тон был резким. Перчатка коснулась ладони Ча Ый Джэ.

— Я сказал Пчеле идти вместо меня.

— …Она пошла?

— Когда я сказал, что ты упал, она поворчала, но пошла.

Это было ожидаемо — Пчела была ответственная в этом плане. Представив, как она цокает языком, когда уходит от Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ немного успокоился. Шаги впереди остановились. Воздух наполнился горьким запахом. Запахом смерти. Холод пробежал по его затылку.

— Сядь здесь.

Стул заскрипел по полу. Направляющая рука повела его вперед. Ча Ый Джэ немного запутался, но всё-таки сел. Владелец руки остался позади него, держа спинку стула.

— …

Ча Ый Джэ тяжело проглотил. Он чувствовал это — непостижимый взгляд, который скользил по всему его телу. Куда бы этот взгляд ни падал, казалось, что что-то острое вонзается в него, разрывая его защиту. Он чувствовал себя обнажённым, как будто всё в нём было выложено на показ. Его ладони, влажные от холодного пота, нервно терлись о штаны.

Скрип.

Присутствие позади него подвинуло стул и отошло. Ча Ый Джэ задержал дыхание, сдерживая любой звук, пытаясь успокоиться. Он знал, что это Ли Са Ён заботится о нём. Но, может быть, из-за того, что он не мог видеть, или потому что он теперь был просто обычным гражданским, ему казалось, что…

Рядом с ним сидел монстр.

Щелк. Тихий звук миски, поставленной на стол, нарушил тишину. В воздухе повеял ореховый аромат, сопровождаемый уютным теплом.

«…Каша?»

Его пальцы нащупали что-то холодное и длинное — ложку, подставленную ему. Он схватил её.

— …

Он не был голоден. Совсем. С самого момента пробуждения инстинкт выживания взял верх над любыми другими потребностями. Как он мог ощущать голод в такой ситуации?

Но Ча Ый Джэ заставил себя поесть. Он взял миску одной рукой, другой набрал кашу и запихал в рот. Вкуса не было, только тепло. И он с трудом проглотил.

— …

Ча Ый Джэ пробормотал, теребя чашку.

— Ты это купил?

— Я бы купил, если бы хоть одно заведение с кашей ещё было открыто.

— …Ты сам приготовил?

— Я попросил другого человека сделать. Если бы я сам сделал…

Он замолчал. Ча Ый Джэ знал, что следующие слова будут такими, так что не стал настаивать. Вместо этого он набрал большую ложку и запихал её в рот.

Сколько он съел? Ложка скребла по дну миски. Только тогда Ча Ый Джэ наконец поставил её на место. Заставлять себя есть не оставило приятного ощущения, но он собрался и, почти улыбаясь, сказал:

— Спасибо за еду.

— …

Ответа не последовало. Тягучий груз в воздухе оставался прежним, давя на него точно так же. Через некоторое время рука забрала миску и ложку, а затем поставила что-то рядом с его рукой — чашку, наверное. Ча Ый Джэ нащупал её и сделал глоток. Прохладная вода. Фух. Он выдохнул и откинулся на спинку стула. Это ощущалось, как хождение по канату.

Шшш…

Звук текущей воды. Ча Ый Джэ слегка кашлянул в руку. Кашель.

И тут —

Дзинь! Резкий звук разбивающейся посуды раздался в комнате. Испугавшись, Ча Ый Джэ инстинктивно попытался встать, но большая рука прижала его к стулу, не давая встать.

— Ах…!

— Не вставай.

— Эй, подожди, это больно…

— Твоя рука.

— О чём ты вдруг говоришь?!

— Я сказал, дай мне руку!

Его голос прорезал тишину, громкий и повелительный. Сильная хватка схватила руку Ча Ый Джэ, которой он прикрывал рот. И в этот момент Ча Ый Джэ понял —

«Он знает».

Ли Са Ён знал. Он знал, что с Ча Ый Джэ происходят изменения. Холод пробежал по всему его телу. После паузы рука на его плече поднялась. Но прежде чем она успела полностью отступить, Ча Ый Джэ стремительно потянулся и схватил её.

— Подожди —!

— Отпусти.

— Это был просто кашель! Это не то, что ты думаешь...

— Отпусти.

Резкость в его голосе была пронзительной, но в нём звучал тяжёлый, нерешительный вздох. Шшш... Через шум текущей воды Ча Ый Джэ уловил это — едва заметное изменение в его дыхании. Оно было слабым, но он заметил. Он слишком много внимания уделял, чтобы не заметить.

Осторожно, Ча Ый Джэ заговорил.

— Ты…

— …

— Ты плачешь?

Глава 290

— Ты плачешь?

— …

В ответ он лишь резко отдёрнул руку. С глухим звуком она отлетела в воздух, оставляя после себя боль. Ай... Едва слышный стон вырвался наружу, и тяжёлое дыхание, наполненное злостью, вдруг оборвалось. Ча Ый Джэ, потирая ноющую руку, позвал его.

— Ли Са Ён.

— …Не вставай, просто сиди.

— Не командуй, просто ответь.

— Ах, да. Ну, тогда стой дальше… если хочешь вообще не ходить.

Голос его был низким, грубым, словно зверь, рычащий в темноте. Тело инстинктивно напряглось, но Ча Ый Джэ стиснул зубы. Если отступить сейчас, ничего не изменится. Ча Ый Джэ демонстративно сделал шаг к столу. Но...

Под ногой оказался не твёрдый пол, а что-то плотное, крупное, чуть наклонённое…

«…Нога?»

Скорее всего, это была нога Ли Са Ёна. Но осознать это как следует он не успел — тело резко потеряло равновесие и наклонилось вперёд. К счастью, прежде чем он окончательно рухнул, две сильные руки схватили его за плечи. Грубый голос снова сказал:

— Я же говорил тебе сидеть. Сколько раз?

— Объясни. Почему ты так себя ведёшь?

— Если я скажу, что на полу стеклянные осколки, ты сядешь?

Конечно, я сяду. Ча Ый Джэ кивнул. Сверху послышался вздох. Он отпустил его руки. Настало время. Ча Ый Джэ постучал по столу.

— Подойди сюда.

Ответа не последовало. Ни движения, ни шагов — только бесконечный звук льющейся воды.

— Подойди. Я не знаю, где ты.

Всё-таки Ли Са Ён требует много внимания. Ча Ый Джэ широко раскинул руки.

Сколько прошло времени? Довольно долго. Руки начали затекать. Он колебался, но в конце концов тяжёлое тело с силой навалилось, словно обрушиваясь. Однако, в отличие от прежних раз, он не позволил себе полностью утонуть в этом касании. В противном случае кто-то из них наверняка упал бы или получил травму.

Кожа соприкоснулась с кожей, холодное дыхание скользнуло по шее. По телу пробежала дрожь. Неописуемый страх сдавил всё внутри. Страх, что вот-вот его шею порвут. Сердце бешено забилось. Как только Ча Ый Джэ опустил голову…

Холодный голос зашептал у самого уха:

— Сделай глубокий вдох.

— …

— Выдыхай... вот так...

Он кончиками пальцев коснулся его спины, будто следил за движением его дыхания — как вздымалась и опадала грудь. Ча Ый Джэ на секунду показалось, что эти пальцы способны вонзиться ему в спину, пронзить насквозь. Это было бы так просто… Разорвать его тело одной рукой.

Но он не отстранился. Вместо этого сжал дрожащими пальцами край его плаща, не позволяя себе ни на миг разжать хватку. Даже когда к горлу подступила тошнота, он просто терпел. Терпеть у него всегда получалось.

— На что ты рассчитывал, когда звал меня?

— …Не говори.

— Почему... Тебе страшно?

Ча Ый Джэ заставил себя сосредоточиться на дыхании. Пальцы, скользившие по спине, прошлись вдоль лопаток, затем вдоль позвоночника. Каждый раз, когда они касались его кожи, мышцы напрягались. Теперь даже звук воды исчез. Остался только…

— …

Звук, будто он сдерживал слёзы. Ча Ый Джэ разжал пальцы, отпуская ткань плаща. Он медленно вытянул руку вперёд, нащупывая его лицо. Пальцы наткнулись на мягкие, тёплые волосы. Он провёл ладонью дальше — и вдруг почувствовал влагу на кончиках пальцев. Намокшие ресницы защекотали кожу.

— …

Не говоря ни слова, Ча Ый Джэ медленно провёл рукой по его лицу, стирая слёзы. Его кожа горела там, где касалась этих капель. «Неужели эти слёзы ядовиты?». Бессмысленная мысль проскользнула в голове. Он продолжал стирать слёзы, но они не переставали течь. Ый Джэ тихо пробормотал:

— Ты...

— …

— Ты снова из-за этого... другого себя плачешь? Это не по твоей воле?

Если бы было иначе, он бы так не плакал. Ли Са Ён не ответил. Вместо этого он прижался к руке Ча Ый Джэ, проводя щекой по ладони. Ладонь вскоре полностью намокла. Ча Ый Джэ обхватил его лицо обеими руками и медленно притянул ближе. Лёгкий удар — их лбы соприкоснулись. Сердце колотилось быстро. Но это было не от волнения. Это был страх.

Ча Ый Джэ с трудом выдавил слова:

— Не плачь.

— …

— Я не смогу обнять тебя, как в прошлый раз.

Ли Са Ён молча тёрся щекой о его ладонь. От этого становилось ещё тяжелее. Ещё страшнее. Дрожь пробирала до самых костей. Жалость и страх перед чем-то неизвестным боролись внутри, сменяя друг друга. Намокшие слезами руки горели, словно их обдало кипятком. Чёрт. Неужели у этого ублюдка даже слёзы ядовитые? Это худший вариант.

В этот момент раздался его леденящий голос:

— …Вот почему ты тогда умер.

— Что?

— Ты собирался умереть, прежде чем превратиться в какого-то уродливого монстра.

Наверное, так и было. Ча Ый Джэ слегка кивнул.

Крупная рука рука мягко прошлась по его волосам.

— Тогда цвет волос…

— …А?

— Почему он становится всё белее?

— …

— Даже если ты красишь их в чёрный, вскоре цвет снова возвращается…

Ладони, всё ещё сжимающие его лицо, оставались мокрыми. Слёзы не прекращались. Но голос… Был жутко спокойным. Леденящим.

— А что, если мутация продолжалась, пока ты не знал?

— …

— Что, даже если выбраться из этого проклятого места, она не остановится?

Страшно.

Мутация? Нет.

Страшно само существо, что держит его.

— Тогда ты снова выберешь смерть?

Ча Ый Джэ попытался что-то ответить, но с трудом покачал головой. Голос не слушался. Взгляд Ли Са Ёна пронзал его, словно сотни острых игл. Рука, перебирающая его волосы, замерла.

— …Ах, тебе трудно дышать?

Чёрт, меня сейчас стошнит. Ча Ый Джэ даже не смог произнести эти слова, лишь медленно кивнул. В следующий момент холодная кожаная перчатка легла на его щёку. Ча Ый Джэ быстро заморгал, хотя ничего толком и не видел. Этот ублюдок… Что он ещё выкинет? И тут пальцы, скользившие по щеке, вдруг проникли между его губ.

— Ч-что…

— Нужно открыть рот и дышать.

Чёрт, серьёзно? Толстые пальцы грубо прошлись по его рту, исследуя всё подряд. Этот псих ненормальный! Ча Ый Джэ закашлялся, хватая его за запястье. Тот шепнул:

— Только не кусай. А то зубы сломаются…

— Эй!

Но пальцы не остановились. Они беспорядочно двигались внутри, пока, наконец, один из них не прижался к его языку и только после этого отступили. Ха… ха… Ча Ый Джэ задыхался, его дыхание стало ещё более прерывистым. Он толкнул Ли Са Ёна. К счастью, тот не сопротивлялся и легко отстранился.

Ча Ый Джэ яростно вытер рот рукавом, стирая слюну.

— Ты сейчас что…

— Рот чистый.

— Что?

Холодный голос ответил:

— Проверил. Вдруг там уже началась мутация.

— …

— Лучше бы осмотреть всё тело…

— Эй, подожди.

— Ах, точно… Разденься, пожалуйста?

— Подожди!

Его острый взгляд скользил по нему сверху вниз. Ча Ый Джэ отпрянул назад, но наткнулся на спинку стула и ухватился за неё. Он прочистил горло и спросил:

— Проверишь и… что дальше?

— Что дальше…

Ли Са Ён спокойно ответил:

— Запомню всё.

— …

— Даже когда выйдем отсюда, нужно будет проверять. Останутся ли следы мутации на тех же местах, или появятся новые.

Этот псих…

Ча Ый Джэ с трудом сдержал рвущиеся наружу ругательства. Он и без слов мог понять — в глазах Ли Са Ёна сейчас плещется безумие. Пальцы сильнее сжали спинку стула.

Если запустить в него стул, остановится ли он хоть ненадолго?

«…Вряд ли сработает.»

Наоборот, стул просто разлетится в щепки. Да и пространство здесь слишком тесное — двигаться будет ещё сложнее.

«Даже убежать не смогу».

Обычный человек не может сбежать от S-класса. Это попросту невозможно. Но если Ли Са Ён, потерявший контроль, схватит его, кто знает, что произойдёт.

Безэмоциональный голос позвал его:

— Иди сюда, хён.

Чёрт, к чёрту всё! Ча Ый Джэ уже собирался поднять стул, но в этот момент…

Бз-з-з-з-з….

Завибрировал телефон. Ча Ый Джэ широко распахнул глаза и быстро огляделся в поисках источника звука. Судя по тому, что он звучал издалека, телефон, вероятно, находился в той комнате, где он раньше лежал. Ча Ый Джэ повернулся в сторону, где стоял Ли Са Ён, и спросил:

— Чей это телефон?

— Не знаю.

— Может, стоит ответить?

— Ага… И зачем мне это?

— Это может быть Пчела.

— …

— Она тоже вошла сюда с нами. Может, что-то выяснила.

— Чёрт.

Ли Са Ён демонстративно цокнул языком, а затем пробормотал:

— Не вздумай куда-то идти.

— Не собираюсь.

— И даже не двигайся.

— Не двигаюсь.

— Надеюсь, что так. Я не хочу снова видеть кровь.

Свист!

Порыв воздуха пронёсся мимо Ча Ый Джэ. Только когда присутствие Ли Са Ёна исчезло вдали, он смог нормально вдохнуть. Он вцепился в стул и тяжело опустился на пол. Пот лил с него, словно дождь. Позывы к тошноте, мучившие его всё это время, немного ослабли.

«Когда же я, чёрт возьми, восстановлюсь?»

С таким состоянием сможет ли он вообще сражаться с монстрами? Ча Ый Джэ сжал и разжал дрожащие пальцы. В этот момент за спиной раздались шаги.

— Хён.

— Не пойми неправильно. Я не упал, просто устал и сел.

— Дело не в этом.

Что-то неожиданно приблизилось. Ча Ый Джэ на ощупь дотянулся до этого. Телефон. Ли Са Ён недовольно продолжил:

— Это звонок от Юн Га Ыль.

— Юн Га Ыль? Почему она звонит?

Ча Ый Джэ поднёс телефон к уху. Не успел он даже толком сказать «Алло», как из динамика раздался крик, почти визг Юн Га Ыль:

— J? Это правда вы, J?!

Ли Са Ён добавил:

— Если точнее, это Юн Га Ыль из нашего мира.

Глава 291

В гильдии Совон сегодня снова витал запах старых книг и дезинфицирующего средства. Не самый приятный аромат. Ча Ый Джэ двигался вперед, ощущая руку, обхватившую его плечо. Ли Са Ён стоял рядом, словно опасаясь, что тот может упасть.

— …

Разумеется, это тоже не вызывало у него радости. Каждый раз, ощущая его присутствие, Ча Ый Джэ не мог скрыть ни холодного пота, ни напряжения в теле. Однако ни Ча Ый Джэ, ни Ли Са Ён не подавали виду.

Час назад школьница Юн Га Ыль закричала, едва Ча Ый Джэ взял в руки телефон.

— Простите, но пожалуйста, скорее приезжайте в гильдию Совон! Это действительно срочно!

Звонок тут же оборвался. Ли Са Ён явно был недоволен, но не стал препятствовать встрече с Юн Га Ыль. Впрочем, даже если бы попытался, что он мог поделать? В любом случае требовалось собрать информацию.

«Тем более…»

До смерти Ча Ый Джэ оставалось совсем немного времени. Ча Ый Джэ шел, позволив Ли Са Ёну вести себя за собой. Раздался щелчок – дверь открылась. В комнату хлынул теплый воздух, смешанный с мягким ароматом зеленого чая. Это приемная?

— Ах, J! Вы пришли!

Раздался голос Юн Га Ыль. Ча Ый Джэ проверил, на месте ли его маска, прежде чем ответить.

— Да. Ты школьница Га Ыль, верно?

— Да! Вы тот самый J, которого я видела тогда? О, но у вас рука… перевязана. Вы поранились?

Ча Ый Джэ провел рукой по повязке. Под пальцами ощущалась шероховатая ткань.

— Ах, это… Да, немного.

— Боже, это не слишком серьезно? А зелье? Вы использовали зелье?

— Все в порядке. В любом случае скоро заживет. Не хочу тратить зелье в этом мире.

Юн Га Ыль пробормотала что-то невнятное, но в конце концов замолчала. Ча Ый Джэ лишь покачал головой.

Ну не мог же он сказать, что содрал кожу, вытирая слёзы Ли Са Ёна!

Когда он обрабатывал рану антисептиком и аккуратно обматывал её бинтом, Ли Са Ён молчал. Ча Ый Джэ тоже не спрашивал, почему тот предпочёл перевязать его руку сам, вместо того чтобы использовать зелье. Он просто позволил ему делать, что хочет, представляя выражение его лица.

Юн Га Ыль облегчённо вздохнула.

— Всё равно хорошо, что с вами всё в порядке… Я так испугалась, когда открыла глаза и увидела всё это настолько реальным.

— Тебе же просто приснилось?

— Да, но… Обычно я просто наблюдаю, словно смотрю кино. А вот так, чтобы осознавать себя и двигаться самостоятельно, это впервые.

Раздался легкий свист, словно она размахивала руками в воздухе. Ча Ый Джэ взглянул на красные цифры, мерцающие во тьме. 21 час. До его смерти оставался 21 час. Предопределённый конец. Осталось меньше суток.

— …

Он не хотел умирать. Но его смерть была неизбежна. От неё не сбежать. Ча Ый Джэ поднял голову.

— Га Ыль.

— Да, J?

— Ты помнишь нашу первую встречу?

— Первую?.. А, да! Вы про тот раз, когда я пришла в ресторан с похмельным супом?

— Да. Тогда ты кое-что мне показала. Ты помнишь, что именно?

— Что?.. А.

Юн Га Ыль замолчала, её голос помрачнел. Она вспомнила те осколки погибшего мира, которые показала. Как рыскала среди руин, надеясь найти хотя бы следы друзей и соседей. Как столкнулась с монстром. Как J заслонил её собой, приказав бежать. И… Ли Са Ёна, сидящего взаперти в своей комнате, словно опустошённого призрака.

Ча Ый Джэ заставил себя не обращать внимания на давящее присутствие рядом и продолжил:

— Скоро это снова случится.

— Что? Но, подождите, я же…

— Всё в порядке.

Он проигнорировал дрожь в своём теле. Из-за Ли Са Ёна ли это? Или от страха перед смертью? Он не знал. И не хотел знать. Просто продолжил говорить.

— Делай всё так, как помнишь. Хорошо?

— …

— Этот мир всего лишь реконструкция воспоминаний о погибшем мире.Так что просто… повтори всё.

— Но тогда… J, вы…

— Всё в порядке.

Ча Ый Джэ улыбнулся.

— Тогда моя роль в этом мире закончится. Может, я даже первым вернусь обратно.

— …

— Поняла, Га Ыль?

Она молчала долго, прежде чем тихо ответить:

— …Да, поняла.

Какие у неё сейчас чувства? Осознание того, что ей придётся бежать, зная, что тот, кто остался позади, погибнет. Послышался сдавленный всхлип, затем шмыганье носом. Потом звук ладони, грубо стирающей слезы.

В этот момент за спиной послышался шаги.

— …Что за чёрт? Слышу, кто-то в приёмной рыдает. Что ты ей такого наговорил, чтобы довести до слёз? Опять ты, Ли Са Ён?

Грубый голос принадлежал Нам У Джину. Рука, обнимавшая плечо Ча Ый Джэ, вздрогнула.

— Если будешь так подозревать, обижусь… Я даже рта не успел открыть.

— Неужели J мог кого-то довести до слез?

— Почему? Может, именно так и случилось.

— …Что?

— Э-это не так! Вы оба ни в чём не виноваты! — Юн Га Ыль в панике вмешалась.

Нам У Джин недовольно цокнул языком и резко бросил:

— Как бы там ни было, если закончили разговор, быстро освобождайте приёмную. Нам нужно место, чтобы разместить больных.

— Так много пациентов?

— Это зона изоляции для тех, у кого наблюдаются мутации. Если их оставить с обычными ранеными… В случае чего никто даже убежать не успеет, все погибнут.

— …

Рука, сжимавшая его плечо, напряглась. Да что же он, силы свои не рассчитывает? Ча Ый Джэ пихнул Ли Са Ёна локтем в бок. Однако тот даже не отреагировал, зато у самого Ча Ый Джэ от боли чуть глаза были не на мокром месте. Будто локтем по железной плите ударил.

«А, чёрт!»

Резкая боль заставила его сморщиться. Останется ли синяк? Ча Ый Джэ принялся яростно растирать локоть. Где-то рядом послышался смешок. Нам У Джин с недоверием покосился.

— Ты что, комедию разыгрываешь? И что с твоими руками?

— А, это…

— Я перебинтовал, — безразлично отозвался Ли Са Ён, прежде чем Ча Ый Джэ успел что-то придумать. — В этот раз он захотел сражаться кулаками. Как боксёр.

Нам У Джин проворчал:

— Черт… Если ты человек, используй оружие. Или копьё у тебя для барбекю?

— Хаха… Понял, буду иметь в виду.

— В любом случае, если всё обсудили, убирайтесь. Наши люди уже заждались!

Нам У Джин громко прикрикнул. Ли Са Ён легонько похлопал Ча Ый Джэ по плечу, намекая, что пора выходить. Тот как раз собирался повернуться, когда что-то упало прямо перед ними.

— А? Это что, книга?

Похоже, Нам У Джин поднял упавший предмет. Раздался шорох переворачиваемых страниц.

— Хм, все страницы пустые. Что это, блокнот? Чей он?

Ча Ый Джэ огляделся. Он был уверен, что убрал её в инвентарь, убедившись, что там ничего не написано. Значит, книга выпала сама.

Будто так и должно было случиться.

Слова слетели с его губ сами собой:

— Это записная книжка.

— J, она твоя?

— Отдам вам, доктор. Думаю, вам есть что в нем записывать больше, чем мне.

— Дарить подарок, который только что упал на пол? Ну, у тебя и вкус, — в голосе Нам У Джина послышалась усмешка.

Он протянул руку и похлопал Ча Ый Джэ по плечу.

— Ладно, я-то точно буду вести дневник усерднее, чем ты. Пусть будет у меня.

— Глава гильдии! Медикаменты и постельные принадлежности готовы!

— А, хорошо. Заносите, уберите стол и диван…

Нам У Джин переключился на разговор с библиотекарями за дверью. Ча Ый Джэ украдкой бросил взгляд назад. Всхлипы больше не раздавались.

***

— Всё пропало.

Тук. Скомканный лист бумаги покатился по полу и замер.

Комната Нам У Джина в гильдии Совон была настоящим хаосом. Повсюду валялись смятые бумаги, осколки разбитых кружек, на белой доске виднелись неразборчивые каракули, а сам он полулёжа растрёпано сидел в кресле, уставившись в потолок. Очки съехали набок.

— Безнадёжно. Просто безнадёжно.

На небольшом мониторе, стоящем на столе, мутировавший монстр неистово размахивал конечностями. Даже после введения новой вакцины. Можно ли вообще обратить процесс мутации вспять? Возможно ли остановить заражение? Восстановить монстра до человеческой формы… это вообще реально?

— Хаа…

Нам У Джин снял очки и грубо протёр лицо руками. Он чувствовал себя так, будто наткнулся на стену. Что бы он ни делал, выхода не было. Исследовательская группа, Прометей, больше напоминала конкурентов, чем союзников. Хотя, похоже, они тоже зашли в тупик.

— Чёрт!!!

Он резко вскочил и со всей силы пнул стол. Громкий удар. Книги и бумаги, до этого сложенные в стопку, посыпались на пол. В еще большем беспорядке, стоя в самом его центре, он зажал голову руками и тяжело вздохнул.

И в этот момент…

— …

Среди разлетевшихся бумаг он заметил одну старую книгу. Ту самую, которую Бюро управления пробужденными предлагало помочь расшифровать, но ни один символ так и не удалось разобрать.

— Да к чёрту!

Нам У Джин раздражённо схватил книгу и перевернул обложку.

В тот же миг из неё хлынул ослепительно белый свет.

Непонятные, неразборчивые знаки начали меняться прямо на его глазах:

[…J дал мне записную книжку. Подарок, упавший на пол? Вот уж действительно забавно.]

[В любом случае, раз уж получил его, стоит записывать хоть что-то.]

[Может, это хоть чем-то поможет.]

Это были слова, написанные его собственным почерком.

Глава 292

Юн Га Ыль, прислонившись к плотно закрытой двери, тяжело выдохнула. Для человека, который внезапно присоединился к Мемориальному подземелью, она довольно быстро адаптировалась. Хотя это даже нельзя было назвать адаптацией.

«Наверное, благодаря Юн Га Ыль из этого мира…»

Воспоминания о мире, в котором она оказалась, постепенно всплывали в её сознании.

Мир, стоящий на грани разрушения, не давал ни минуты покоя. Территории, превращающиеся в пустоши, расширялись с каждым днём, разломы появлялись бесконечно, а охотники без устали сражались, чтобы закрывать их и уничтожать монстров. Они спали, где придётся, в укромных уголках библиотеки, не зная, когда им снова придётся отправиться в бой.

Количество раненых, обращавшихся в гильдию Совон, неуклонно росло. От лёгких порезов…

До людей, которые начали мутировать.

Глава гильдии Совон, доктор Нам У Джин, выделил отдельное помещение для мутантов. Их симптомы были следующими: частый кашель, выделение белой жидкости во время кашля, искажение или мутация частей тела. Перед полной трансформацией у них возрастала агрессивность, и они теряли разум.

Пациенты, дошедшие до последней стадии, должны были быть убиты охотниками. До того, как окончательно превратятся в монстров. Чтобы остаться людьми хотя бы в последний момент, не причиняя вред мирным жителям. Но большинство старались избегать подобных решений…

Скрип — дверь открылась. Юн Га Ыль протянула полотенце, которое держала в руках.

— В-вот, возьмите полотенце.

— …А, спасибо.

Обычно этим занимались Чон Бин и Ли Са Ён. Чонбин вызвался добровольно из-за чувства ответственности, а Ли Са Ён был выбран за способность избавляться от следов без остатка.

Сегодня, похоже, этим занимался Чон Бин. Он вытирал белую кровь, запятнавшую его одежду, полотенцем, которое передала Юн Га Ыль. Отсутствие улыбки на его лице казалось непривычным. Он всегда выглядел добродушным, но сейчас лишь тяжело вздохнул, прежде чем натянуть на лицо напряжённую улыбку.

— Полотенце я сожгу. Иди работай.

— А, да…

Развернувшись, он зашагал прочь. Тяжёлые шаги его ботинок постепенно затихали. Юн Га Ыль краем глаза заглянула в едва приоткрытую дверь. Полупрозрачная белая жидкость густо растекалась по полу, а в глубине комнаты неподвижно лежала фигура.

— …

Юн Га Ыль резко зажмурилась и отвела взгляд, после чего быстрым шагом удалилась от двери. Она шла долго, пока, наконец, не добралась до разрушенной библиотеки. Сегодня там было еще шумнее, чем обычно.

Охотники меняли бинты на ранах, стремительно проверяли оружие, а затем выбегали наружу. Что-то случилось? Пока Юн Га Ыль растерянно осматривалась, кто-то внезапно схватил её за руку. Это был библиотекарь.

— А, вот ты где! Га Ыль! Твоя… какая у тебя была школа? А дом?

— Что?.. Школа?

— Эй! Не говори! …Просто забудь об этом, Га Ыль.

— А? А, да… Точно, не обращай внимания! Это я просто так ляпнул.

Библиотекарь неловко удалился. Вокруг слышался приглушённый шёпот.

«Врата открылись».

«Отбеливание тоже началось».

«Разве волна монстров уже не закончилась?»

«Вот именно. Что теперь делать?»

«Люди ведь даже эвакуироваться не успели…»

«Надо скорее туда идти…»

«Думаешь, там вообще кто-то выжил?»

Юн Га Ыль крепко прижала руку к груди. Волнения бурлили внутри, поднимая беспокойство. Она знала, что произойдёт дальше. Она уже видела это в осколках сна.

Почему именно сейчас?

В голове мелькнула эта мысль. Но ей нужно было двигаться. У неё была своя роль.

***

Ча Ый Джэ пошевелил руками и ногами. Они двигались быстро и легко. Наконец-то его тело пришло в норму. После неожиданного сообщения о волне монстров он вдруг почувствовал, что силы вернулись. Причина была очевидна. Страх смерти отступил перед чувством долга — спасать людей. Или, возможно, это было послабление со стороны системы, чтобы он мог выполнить свою роль.

«Ну… зрение ко мне так и не вернулось».

В темноте перед ним вспыхнули красные цифры.

[00:01:03]

Оставшееся время до смерти.

Но, в отличие от прошлого раза, его тело больше не сковывала мучительная боль. Возможно, это было благодаря его способности сохранять непроницаемое лицо, но, скорее всего…

Ча Ый Джэ повернул голову в сторону. Рядом раздался шорох. Это был Ли Са Ён. Он осторожно спросил:

— …Ты правда останешься рядом?

— А что, думаешь, я соврал?

Ли Са Ён ответил безразличным тоном. Ча Ый Джэ криво улыбнулся и разжал ладонь. Мягкий пепел скользнул между пальцами. В памяти всплыли обрывки слов, которые он шептал прежде.

Умри передо мной.

Не думай, что умрёшь в одиночку.

Быть одному — значит чувствовать себя одиноким…

Ча Ый Джэ сжал кулак так сильно, что ногти болезненно вонзились в ладонь. Шрамы, оставшиеся после того, как он вытирал слёзы Ли Са Ёна, исчезли в тот момент, когда его сила вернулась.

Са Ён… Я не буду одинок, но…

«А ты?»

Ты, тот, кто останется один?

Ча Ый Джэ знал, каким был Ли Са Ён после его исчезновения. Он помнил, как тот запирался в тёмной комнате. Как упрямо продолжал ждать. Как глупо надеялся.

Ча Ый Джэ осторожно спросил:

— …Ты ведь не должен ничего делать?

— Знаю.

— Просто смотри. Не вмешивайся.

— Говорю же, знаю.

— …

— Я готов.

Какое сейчас выражение лица у Ли Са Ёна?

Неожиданно Ча Ый Джэ захотел это узнать. Он поманил его рукой, и вскоре услышал, как Ли Са Ён без колебаний приблизился. Когда тот оказался совсем рядом, Ча Ый Джэ протянул руку вперёд. Вместо мягкой кожи его пальцы наткнулись на холодную и жёсткую поверхность противогаза.

— …

Он нащупал замок противогаза в растрёпанных волосах Ли Са Ёна и аккуратно расстегнул его. Раздался лёгкий щелчок, и маска с глухим звуком упала. Ча Ый Джэ снова протянул руку и провёл пальцами по его открытому лицу. Острая линия подбородка, пухлые губы, мягкая кожа щёк. Поднявшись чуть выше, он ощутил длинные ресницы, щекотавшие кончики его пальцев. Ли Са Ён специально моргнул, заставляя ресницы взмахнуть ещё сильнее.

Вскоре Ли Са Ён схватил его руку, что осторожно ощупывала его лицо, и прижался щекой к его ладони. Когда он заговорил, лёгкая вибрация его голоса передалась в ладонь Ча Ый Джэ, смешиваясь с тёплым дыханием.

— …Как тебе?

— Что именно?

— Хоть немного понимаешь… какие у меня были чувства?

— …

А.

Он судорожно втянул воздух, словно не веря услышанному. Ли Са Ён тихо усмехнулся, и его смех затрепетал в ладони Ча Ый Джэ. Тогда Ча Ый Джэ слегка приподнял свою маску и сдвинул её в сторону. Прохладный воздух скользнул по его носу и губам.

И вскоре тёплая волна прорезала этот холод. Мягкие губы коснулись его. Он открыл рот, словно только этого и ждал. Тёплый, влажный язык пробрался внутрь, сплетаясь с его собственным. Тело дёрнулось от неожиданного ощущения. Во рту разлился сладкий вкус. Вкус, который он не чувствовал уже очень давно.

Толстый язык долго исследовал его рот, прежде чем, наконец, отступил. Ча Ый Джэ глубоко выдохнул и провёл рукой по влажным губам. Его затылок и уши горели. Он тёр ухо, нахмурившись.

— Ты… не был таким распущенным.

— Люди имеют свойство расти.

Ли Са Ён усмехнулся.

— Ты ведь не собираешься идти с таким покрасневшим лицом?

— Заткнись.

Ча Ый Джэ поправил маску. Вдалеке послышались звуки монстров. Один, два, десять, двадцать, сотня… Их число только росло. Время пришло. Ча Ый Джэ извлёк из инвентаря копьё. Тяжесть оружия разбудила его инстинкты.

Сражайся.

Сражайся!

J медленно закрыл и снова открыл глаза. Затем резко схватил Са Ёна за затылок, притянул его ближе и прижался к его мягкой щеке своей маской, тихо прошептав:

— Я пошёл.

— …

Голова в его ладони медленно кивнула. J негромко рассмеялся.

— В этот раз…

— …

— Я буду ждать.

Рука в перчатке накрыла ладонь J. Тихий шёпот стал ответом:

— …Я скоро приду.

Пронзительный рёв монстров расколол небо. J провёл рукой по волосам Ли Са Ёна, затем, удерживая равновесие, встал на край невысокой стены. Ветер пронёсся сквозь его тело, развеяв волосы и пепел вокруг. Он глубоко вдохнул.

А затем —

Свист!

Он бросился вниз, в самую гущу монстров.

***

Юн Га Ыль бежала.

«Я задержу их здесь, а ты — беги вперёд».

Она сделала так, как он велел.

«Я быстро с этим разберусь. Поверь мне».

Оставив его одного.

«Когда подам сигнал, не оглядывайся и просто беги».

Так же, как сделала её версия в этом мире.

Но Юн Га Ыль не сбежала окончательно. Когда она мчалась в сторону гильдии Совон, ноги вдруг сами собой развернулись, и она снова побежала назад. Место, где прежде бушевала волна монстров, окутала гнетущая тишина. Она пробиралась сквозь груды тел, сложенные в целые горы. А затем, её шаги замерли. Там, перед ней…

— …Охотник Ли Са Ён?

Он был здесь. Ли Са Ён стоял на коленях, опустившись на пол. Край его длинного чёрного плаща пропитался белой кровью. За его спиной виднелись вытянутые ноги кого-то, кого он держал в объятиях. Юн Га Ыль сразу поняла.

«Это J».

Юн Га Ыль попыталась подойти ближе. Однако что-то остановило её шаг. Она прислушалась. Слышались только дыхание и удары сердца — двоих. Хотя здесь должно быть трое.

«А…»

Она поняла. J мёртв. Как и было предначертано.

Но…

— …

Ничего не изменилось. Ни пугающая тишина, ни пропитанная кровью земля, ни приторный запах крови. Юн Га Ыль медленно подняла взгляд. Тело J, Ли Са Ён, крепко обнимающий его, гора мёртвых монстров — всё оставалось на своих местах.

— Почему…

Она посмотрела вверх, на бесконечные кучи мёртвых монстров. Их вершина упиралась в небо. На самом краю этого безжизненного пейзажа белая дыра продолжала безостановочно вращаться.

Ничего не изменилось.

Даже после смерти героя.

Она прошептала:

— Почему… мир не исчезает?

— …

Холодный голос ответил:

— Этот мир реконструирован на основе воспоминаний.

— Тогда…

— Это значит, что даже если J умрёт, мир продолжит существовать.

Даже если герой погиб, мир продолжает существовать. Выжившие продолжают жить.

До самого конца. До тех пор, пока апокалипсис не поглотит их всех.

Юн Га Ыль дрожащим голосом спросила:

— Значит… нам придётся оставаться здесь?

— …

— Пока… все не умрут?

Ли Са Ён молчал.

И этим дал ей ответ.

Глава 293

Эта смерть не была болезненной. Ну, наверное.

Ча Ый Джэ находился в тёмной пустоте. В месте, где не было ничего. Пустом, безграничном пространстве. Он разжал ладони и посмотрел на них. Отлично, если руки видны, значит, зрение вернулось в норму. Он провёл пальцами по шраму, оставшемуся на ладони. По нему пробежала золотая нить.

«Контракт всё ещё действует. Я жив. Ли Са Ён тоже».

— …

Но больше он ничего не мог сделать. Инвентарь не открывался, системное окно вызвать не получалось, а двигаться свободно было невозможно. Единственное, что оставалось — бесцельно дрейфовать в пустоте. В конце концов, избегаемые им мысли стали постепенно заполнять сознание.

«Похоже, благодаря тому, что я всё это время был рядом с Са Ёном, мне удалось избежать окончательной смерти…»

На самом деле, он думал, что, если умрёт, то вернётся в свой мир. Ведь это было Мемориальное подземелье, а значит, память о мёртвых обрывалась именно здесь. Однако вместо возвращения Ча Ый Джэ оказался в каком-то странном пространстве, словно застряв между мирами.

«Ошибка?»

Может, я изначально должен был умереть здесь? В прошлый раз в подобном месте я встретил Хон Ё Сона.

«Но он не придёт…»

Как только он вспомнил о последнем мгновении Хон Ё Сона, внутри что-то болезненно сжалось. Ча Ый Джэ закрыл глаза и сгорбился.

«Интересно, что делает Ли Са Ён?»

Он ведь так и не появился, даже когда Ча Ый Джэ оказался под грудой монстров и перестал дышать. Он, должно быть, видел, как его дыхание окончательно остановилось.

«Как же он жесток…»

……

Ча Ый Джэ хотел увидеть Ли Са Ёна.

Он слишком долго не видел его лица. Просто ощущать его прикосновение было недостаточно. Он хотел увидеть Ли Са Ёна собственными глазами…

В этот момент.

Тик-так. Тик-так. Послышался звук тикающих стрелок часов. Ча Ый Джэ резко поднял голову. В чёрной пустоте появились огромные часы. Они выглядели в точности как разбитые наручные часы. Стрелки начали вращаться с бешеной скоростью. Он мгновенно понял.

«Время…!»

Оно отматывается назад. Золотой свет вытеснил пустоту и Ча Ый Джэ зажмурился.

Он открыл глаза.

В воздухе кружился белый пепел. Ча Ый Джэ медленно моргнул. Перед ним раскинулась ослепительно белая пустошь. Это место показалось знакомым. Он разжал ладони.

Шрама не было.

Он быстро провёл руками по лицу. Гладкая маска закрывала его лицо.

И в этот момент чей-то голос прорезал тишину.

— Никогда раньше не видела такого разлома.

Голос был знакомым. Точнее, голос, который он не мог забыть. Ча Ый Джэ повернулся в ту сторону, откуда он доносился. Охотница с короткими волосами, сжимая лук, провела пальцами по пеплу, оседающему на земле.

— Здесь действительно ничего нет. Даже следов экосистемы.

Охотница с короткими волосами всегда проявляла интерес к экологии разломов. До того, как мир стал таким, каким он есть сейчас, она работала в Лесном управлении. Её всегда занимало, почему разломы и подземелья отличаются друг от друга своей средой.

К ней подошёл охотник с массивным телосложением и спросил:

— Может, всё уже зачистил передовой отряд?

— Ха, да ты совсем не понимаешь, о чём я говорю… В такой среде ничего не может выжить. Здесь нет ни питьевой воды, ни живых существ, которые могли бы стать пищей, ни даже единого стебелька травы.

— Тогда передовой отряд…

— Скорее всего, они мертвы. И нам тоже нельзя здесь задерживаться. В противном случае просто умрём с голоду.

Она сказала это чётко и уверенно. Наступила тишина. Ча Ый Джэ сжал дрожащие руки. Голова не помнила, но тело помнило.

Это было сразу после того, как он вошёл в разлом у Западного моря.

«Нет…»

— Пути назад тоже нет…

«Нет!»

— Нужно продвигаться как можно быстрее, J.

«Нет…»

Но его губы сами произнесли:

— Приму к сведению.

Их официальной целью была поисково-спасательная операция, но на самом деле — сбор останков. J это понимал. Он просто не терял последнюю надежду.

Но даже она была погребена под белым пеплом.

Чьи-то крепкие руки легли на плечо J.

— Зато у нас есть J!

Массивный охотник обладал способностью управлять землёй. Если точнее, он мог раскапывать её. Несмотря на то, что он был B-класса, его способности не имели прямого боевого применения, поэтому он чаще работал в сотрудничестве со строительными компаниями. Как же он себя называл? «Человек-лопата»? Да, кажется, он сам так говорил.

J обернулся. Вход, через который они пришли, исчез без следа.

Назад дороги нет. Спасаться бегством тоже невозможно.

— Тогда… что будем делать?

Все взгляды устремились на него. Настало время дать ответ. Время взять на себя ответственность за чужие жизни. Механически изменённый голос сорвался с губ. Тело помнило. Оно помнило его собственные слова, его действия, его решения.

— Обеспечим безопасность в этом районе и установим базовый лагерь. После этого начнём поиски. Для начала разобьёмся на две группы.

J начал называть имена тех, за кого теперь отвечал. Он выучил их всех ещё до входа в разлом…

Перед глазами вспыхнули обрывки воспоминаний. Воспоминания, беспорядочно смешавшиеся. Воспоминания, оставшиеся лишь осколками.

Воспоминания, которые он сам когда-то запер, начали возвращаться.

Шумный первый ужин.

— Давайте постараемся. Быстрее закончим — быстрее уйдём отсюда.

Стук стаканов с водой, формальные приветствия, неловкие попытки устроиться на ночлег. J не мог уснуть из-за шорохов, переворачивающихся тел и храпа.

На следующий день начались полноценные поиски.

Первый день. Ничего. Всё в порядке. У нас много времени.

Второй день. Ничего. Всё в порядке. У нас много времени.

Третий день. Ничего. Всё в порядке. У нас много времени.

Неделя. Ничего. Всё в порядке. У нас много времени.

Две недели. Ничего. Всё в порядке. Пока ещё.

Двадцатый день. Ничего. Всё в порядке.

Тридцать пятый день. Они нашли останки дополнительного отряда. Выживших нет. Еды почти не осталось. Выхода тоже.

У J не было времени горевать о смерти дорогих ему людей. Он не мог позволить себе скорбь. Он должен был отвечать за людей. А может, он просто не осмелился взглянуть в лицо смерти своей тёти.

Они нашли останки, но хозяина разлома так и не обнаружили. Если так и продолжится, они не только не смогут вынести тела погибших, но и сами останутся здесь навсегда. С каждым днём разговоров становилось всё меньше. Люди начинали раздражаться даже из-за пустяков.

В какой-то момент их цель изменилась. Поиск выживших сменился борьбой за выживание. Они раскапывали белый пепел в поисках еды. В поисках хоть одной травинки, хоть одной капли воды. Запасы, которые они принесли с собой, рано или поздно должны были закончиться.

И тогда, возможно, кто-то задумался.

Слишком много людей. Слишком мало еды.

Однажды кто-то сказал, что нашёл море. Вместе с J туда отправились ещё четверо. Перед ними простирался пляж, укрытый белым пеплом, и море, по чьей поверхности дрейфовали хлопья того же пепла. Они смахнули пепел и зачерпнули воду, пробуя её на вкус. J тоже отвернулся и сделал глоток под маской. Запаха не было, но вкус… был просто отвратительным. Кто-то с силой сглотнул, задыхаясь от рвотного позыва. Охотница с короткими волосами покачала головой.

— Для питья это не подойдёт.

Кто-то пошутил:

— Если мёртвому дать выпить, он, наверное, тут же очнётся.

Ха-ха. Раздался смех, в котором не было ни капли веселья.

Кто-то пробормотал:

— Ну, хоть для стирки сгодится.

J показалось, что в глубине мутного моря что-то плыло. Наверное, просто иллюзия. В этом мёртвом море не могло быть жизни.

Запасы еды подходили к концу. Больше не удавалось поровну распределять пищу между всеми. J урезал свою порцию, но этого всё равно не хватало. Кто-то должен был голодать. Они решили голодать по очереди.

Вскоре раздался крик.

— Вы после этого ещё смеете называться людьми?!

Массивный охотник схватил кого-то за грудки и затряс. В тот день одна из групп ушла вчетвером, но вернулась втроём. Куда делся ещё один человек? У пробуждённых острое обоняние. В воздухе витал запах жареного мяса и запах крови. Отвратительный запах… Кто-то завопил:

— У нас не было выбора! Я не хочу просто сидеть и умирать от голода!

J. Прежде чем появится ещё одна жертва…

Тяжёлый голос позвал его по имени. J кивнул. Глаза, налитые кровью, устремились на него. Губы, блестевшие от жира, выплюнули:

— Ненужный ублюдок! Какой ты герой, если даже накормить нас не можешь?!

В тот день J впервые запятнал своё копьё человеческой кровью.

За ужином царила тишина, был слышен только звук ложек, ковыряющих содержимое жестяных банок. J пересчитал оставшиеся запасы пищи и воды. Они долго не протянут. Он был уверен: это повторится снова. И тогда… что ему делать? Снова запачкать копьё кровью? Отвратительный запах жареного мяса прочно въелся в его ноздри.

Он хотел увидеть свою тётю. Хотел увидеть того мальчика.

Ча Ый Джэ опустил голову.

Он хотел вернуться домой.

***

Появился белый монстр.

Они убили его.

Еды не хватало.

Долгие споры привели к единственному решению: съесть монстра. Это всё же лучше, чем есть друг друга. Измождённая охотница с короткими волосами сказала:

— Все мы хотя бы раз пробовали мясо монстра, не так ли? Может, оно не такое уж и плохое.

— Интересно, можно ли пить его кровь? Она ведь не красная… полупрозрачная…

— Не знаю. Как только попробуем, узнаем.

Кровь не имела вкуса. Но пить её было можно.

Появился белый монстр.

Они убили его.

Еды не хватало.

Решили есть монстра.

Это всё же лучше, чем есть друг друга.

Однажды J отправился к мёртвому морю, чтобы смыть с копья то, чем оно было испачкано. Он смахнул белый пепел, расчистив мутную водную гладь, его образ отразился на поверхности воды.

Пепельные волосы.

Глава 294

Монстры продолжали появляться неизвестно откуда. Они убивали и пожирали их. По правилам следовало бы уничтожить источник появления монстров. Тогда не пришлось бы больше их бояться, вот такое формальное оправдание. Однако, несмотря на это понимание, никто не шевелился. А что, если, уничтожив источник, монстры перестанут появляться?

«Тогда мы умрём от голода».

Или придётся есть людей.

Все, должно быть, думали об одном и том же. Даже J.

Кожа людей становится всё бледнее. Есть уже те, у кого волосы совсем побелели. Инстинктивно ощущалось, что тут что-то зловещее. Что-то идёт не так. Нужно перестать есть.

Однако нельзя было сказать людям, которые едят, чтобы выжить, чтобы они прекратили. «Может, стоит прекратить? Вам не кажется, что с телом что-то не так?» Он осторожно задал эти вопросы, но в ответ обернулись жуткие взгляды. Равнодушный голос спросил:

— Что именно не так?

В этих глазах было нечто ужасное. По его спине пробежал холодный пот. J покачал головой:

— Ничего.

Только тогда взгляды, готовые убить, исчезли.

Он уменьшил свои порции, отдавая часть другим. Людей радовало, что у них становится больше еды. Нашлись и те, кто восхищённо говорил, что он ведёт себя как герой. J улыбался. Разве можно стать героем, просто уступив свою порцию еды? Цена героизма оказалась подозрительно низкой. Хотя, возможно, в этом месте она была как раз высокой.

Времени без еды становилось всё больше. Казалось, что желудок прилип к спине, но нужно было терпеть.

— …

Держаться становилось все труднее.

Голод.

Нестерпимый голод.

В такие моменты J направлялся к морю. Он счищал пепел, плававший на поверхности мертвого моря, и наполнял желудок отвратительно на вкус водой. С тошнотой, но он продолжал глотать. Так можно было выжить.

Люди больше не обследовали окрестности. Они просто лежали в лагере и ждали, когда появятся монстры. J, тупо глядя в ослепительно белое небо, размышлял: чем это отличается от откорма? Чем мы отличаемся от зверей, запертых в клетке?

Его одиночные терзания и вопросы так и остались погребенными в мертвом море. У него не осталось даже сил, чтобы думать.

Раздался звук приближающихся монстров. Люди, лежавшие словно мертвые, один за другим начали вставать и готовиться к охоте. J не двигался, а только прислушивался.

«Двадцать?»

Число монстров, приходящих к базовому лагерю, с каждым днем понемногу увеличивалось. Это походило на волну монстров. Но J отбросил эти мысли — не стоило нагнетать беспокойство.

«Я справлюсь…»

Они постоянно только и делали, что убивали монстров, и потому двадцать существ были уничтожены в мгновение ока. Значит, снова придется идти к морю. Постепенно он даже привык к отвратительному вкусу воды мертвого моря. Огромный прогресс. Человек — существо, умеющее адаптироваться.

Шлёп — звук оружия, пронзающего плоть. Пора идти к морю. Если задержаться, запах жарящегося мяса сделает голод нестерпимым.

J поднялся, сжимая копье. И в этот момент он услышал странный звук.

Хруст… Скрип.

Звук чего-то твердого, скручивающегося и смещающегося. J поднял голову, чтобы посмотреть, откуда он доносится.

Спина и руки мускулистого охотника были неестественно вывернуты.

— …■■■ охотник?

Ответа не последовало. Люди были слишком заняты разделкой монстров. Шлёп, шлёп… Полупрозрачная жидкость разбрызгивалась повсюду.

Тем временем тело охотника медленно раздувалось.

J крепче сжал копье. Это ненормально. Но можно ли атаковать сразу? Он ведь еще человек или уже нет?

С тех пор как J сам убил людей, убивавших своих товарищей, он больше не мог размахивать копьем так же легко, как прежде.

Колебание.

Но J все же взмахнул копьем. Это была его роль — защищать людей.

Брать на себя ответственность.

Он тяжело дышал. С наконечника копья, пронзившего раздувшееся тело, капала алая кровь. Кровь монстров — полупрозрачная и белая. Тогда кого же он пронзил? Человека? Или монстра?

J отвернулся. Люди, занятые разделкой монстров, теперь смотрели на него. Их взгляды были странными. J с трудом выдавил из себя:

— …Не ешьте это.

— …

— Если будете есть… можете стать такими же, как ■■■ охотник. Пожалуйста, не ешьте.

Никто не ответил. Остановленные руки вновь пришли в движение. Шлёп, шлёп, шлёп…

J закрыл глаза и отвернулся, отводя взгляд. А затем двинулся, чтобы унести ту жизнь, которую только что прервал. Тело безвольно волочилось по земле, оставляя длинный кровавый след на белом пепле.

Я хочу жить. Они тоже. Просто выбрали другой способ.

J решил уважать их выбор. …А может, он просто трусливо сдался. J усмехнулся над собой.

Сколько прошло времени, J не знал. Он давно перестал считать дни. Частота появления монстров, как и их количество за раз, заметно возросли. Теперь, даже когда люди наедались досыта, оставались горы трупов. Это был плохой знак. Резкое увеличение числа монстров должно было иметь причину. J подошел к тем, кто затачивал тупое оружие.

— Пойду осмотрюсь.

— Осмотришься?

— Да. Странно, что монстров стало больше. Хочу проверить, не произошло ли чего вокруг.

— …

Люди переглянулись. А затем равнодушно кивнули, позволяя делать что угодно. J ощутил странную отчужденность. Когда мы стали такими далекими друг от друга? Разве мы не были товарищами? Когда это случилось?

Время, когда они все вместе смеялись и болтали за едой, казалось далеким прошлым.

Даже когда он собрал вещи и уже выходил из лагеря, никто не попрощался, даже формально.

Это из-за того, что я убивал людей?

Или потому, что я не ел вместе с ними монстров?

J не знал. Вопросов было много, а ответов на них не было. С тяжелыми шагами он бродил среди белых руин, выслеживая следы монстров.

И, в конце концов, нашел огромное каменное гнездо.

— …

Оно было пустым. Внутри — только белый пепел и человеческие кости. J перебирал их, рассматривая. Среди сломанных и растрескавшихся костей валялись предметы — снаряжение, которое использовали охотники.

Может, оно принадлежало передовому отряду?

J аккуратно провел пальцами по костям, затем медленно опустил их обратно. Следовало бы забрать останки.

«Унести их в одиночку будет слишком тяжело…»

В конце концов, J собрал уцелевшие вещи и фрагменты костей. Нужно было вернуться в базовый лагерь и найти кого-то, кто поможет перенести остальное. Хотя не факт, что такие найдутся.

Именно в тот момент, когда он подошел ближе к лагерю, в нос ударил резкий запах крови.

Следом послышался звук — что-то твердое с треском раскалывалось от удара. По его затылку пробежал холод. J бросил останки и побежал.

Когда он, наконец, добрался до лагеря…

— J! Это J!

— J вернулся…!

— Спаси… Спаси меня! Прошу!

Базовый лагерь уже был раздавлен монстрами, прошедшими по нему.

Гигантская змея проскользнула через лагерь, давя людей. Выживших разрывали монстры.

Кровь летела во все стороны. Лагерь, в котором он провел так много времени, теперь был залит кровью и завален телами. Гигантская змея — Василиск, взмахнул крыльями и исчез в тот момент, когда J бросился вперед. А затем на него обрушилась толпа монстров.

J сжал копье. Его тело начало двигаться само по себе, наиболее эффективным образом.

Убивать.

Убивать.

Убивать.

Убивать.

Убивать снова и снова.

Но.

— …

Даже после того, как он убил всех, это не стало концом.

Наступила полная тишина.

J вдруг задумался. Закончится ли все, если умру и я? Но он не хотел умирать. Он хотел жить. Именно поэтому он убивал. Именно поэтому он до сих пор держался.

Поэтому J начал собирать тела своих товарищей. Закончив, он сел рядом, свернувшись в комок. Он должен был позаботиться о них. Должен был вернуться. Ответственность и обещание — вот что удерживало его в этом мире. J заставил себя найти причину жить. Пусть даже насильно.

Время текло. В какой-то момент голод перестал ощущаться. Но куда тяжелее было вынести тишину. Разрушенный мир, в котором не слышно ни голосов, ни дыхания, ни даже слабого дуновения ветра, был одиночеством. Ча Ый Джэ начал бормотать что-то бессвязное.

Больно. Тяжело. Я устал. Я хочу домой. Когда слова заканчивались, он раз за разом, повторял имена тех, с кем пришел сюда.

Все перед глазами было залито красным, запах крови не исчезал. Тело перестало ощущаться. Пересохшее горло болело, будто вот-вот разорвется, но он не прекращал шептать. Он знал: если пропадет даже этот звук, он не выдержит. Но некому было заполнить тишину. Физическая боль притупилась, но пейзаж, разрывающий сердце, никуда не исчез...

В этот момент он услышал шаги. Хлюп. Хлюп… Кто-то шел, ступая в липкие лужи крови. Это иллюзия. Живых здесь больше нет. Только я.

Больно. Тяжело. Я устал. Я хочу домой. Я хочу вернуться.

— Вот ты где. В таком ужасном месте.

Шелест.

Что-то темное накрыло его плечи. Красное заполнившее весь мир, исчезло. Запах крови сменился сладковатым ароматом. Ча Ый Джэ медленно замолк. Что это? Голова отказывалась работать. На макушку легло тепло.

Тихий голос прошептал:

— Когда вернешься… просто живи спокойно.

Сколько времени прошло с тех пор, как он слышал чей-то голос? Он не знал, но прислушался изо всех сил. Он хотел слышать больше, тишина пугала его.

В этот момент что-то откинуло темную ткань, закрывавшую обзор. Нет. Не хочу видеть. Больше не хочу смотреть на кровь. Ча Ый Джэ опустил голову. Раздался тихий смешок.

— …Вот что говорят.

— …

— Но ведь ты не сможешь так жить. Разве не так?

Над чернотой перед глазами вспыхнул ослепительно белый системный экран.

[Внимание! Вы собираетесь перезаписать ранее сохраненные воспоминания. Последствия неизвестны.]

[Все равно продолжить?]

Низкий голос спокойно ответил:

— Продолжить.

[Подтверждено. Перезапись воспоминаний…]

— Отлично, готово… Подними голову.

Почему-то его слова хотелось исполнить. Ча Ый Джэ медленно, осторожно поднял взгляд. Он был накрыт черным плащом. Рука в черной кожаной перчатке приподняла его. Между складками ткани мелькнул противогаз. Ча Ый Джэ моргнул, ошеломленно глядя сквозь линзы. За линзами противогаза узкие фиолетовые глаза изогнулись в улыбке.

— Ну, это жестоко. Просто накрыть плащом и оставить так.

Шершавый палец мягко провел по его иссохшей щеке. Теплый, доброжелательный голос спросил:

— Долго ждал?

Ча Ый Джэ шевельнул губами, но не смог произнести ни слова. Тогда широкая ладонь мягко обхватила его лицо.

— Я пришел за тобой.

Глава 295

Пришёл за тобой.

Понадобилось немало времени, чтобы понять смысл этих слов. Ча Ый Джэ пробормотал только что услышанную фразу: Пришёл за тобой... За тобой … Человек в плаще терпеливо ждал. Наконец, он осознал, что значит «пришёл за тобой». Ча Ый Джэ спросил:

— Зачем?

— Потому что ты нужен.

Слово «нужен» он понял сразу. Похоже, опять появился монстр. Согласившись, Ча Ый Джэ стал шарить по полу. Копья не было, но он поздно об этом вспомнил. Точно, оно ведь пропало. Разве не было меча? Ведь Клык Василиска был вонзён в голову змеи…

Ничего страшного. И кулаками можно сражаться…

Руку, скользившую по земле, накрыла большая ладонь.

— Что ты делаешь?

— Оружие ищу.

— Зачем?

— Ты же сам сказал, что я нужен?

Ладонь, лежащая на его руке, сжалась. Разве не так? Голова по-прежнему оставалась затуманенной. Но если я нужен, то о чём ещё может идти речь? Ча Ый Джэ взглянул на противогаз.

— …Нет?

— Нет.

— Тогда что?

Ха-а… Из-за плаща донёсся тяжёлый вздох. Ча Ый Джэ закрыл глаза. Он хорошо знал такие вздохи. И мог уже предугадать, что услышит следом: «Разве это герой? Только и делает, что изображает из себя благородного, а остальных выставляет странными. Зря мы поверили. Говорили, первый, а оказалось никакого толку...»

Однако тот, кто вздохнул, больше ничего не сказал и лишь похлопал Ча Ый Джэ по тыльной стороне его ладони.

— Не нужно.

Не нужно.

Сердце Ча Ый Джэ упало. Он и так уже догадывался, но услышать это вслух оказалось совсем другое дело. Ча Ый Джэ едва заметно кивнул.

— ...Наверное, так и есть.

Человек, который даже не смог выполнить свои обязанности, кому он может быть нужен? Ча Ый Джэ смирился. Наверняка всё это лишь сон или иллюзия. Так и должно быть. Только так он сможет выдержать то время, что ему осталось. Нельзя привыкать к чужому голосу и теплу.

Когда иллюзия исчезнет, наступит тишина, и он останется один.

Ча Ый Джэ выдернул руку, царапая окровавленную землю. Но рука, накрывавшая его ладонь, не отступила. Он чувствовал её тепло и тяжесть, словно она намекала: это не иллюзия.

— …

Усталый голос спросил:

— Куда ты собрался?

— Никуда.

— Почему?

— Я должен остаться здесь.

— Зачем?

— Здесь нет выхода.

— Если нет выхода, надо его искать. А не сидеть на месте.

— Мне нужно быть рядом с этими людьми.

Чёрная ткань закрывала обзор, скрывая от глаз тела погибших. Но ему нужно было видеть. Ча Ый Джэ попытался отдёрнуть ткань, но какая-то рука крепко надавила ему на макушку.

— Люди?

— …

— Хм… На людей не похоже.

Неизвестный обладал странным талантом безошибочно называть вещи своими именами. И ведь действительно, все мертвы. Остались лишь кровь и кости, обрывки плоти, отрубленные конечности — теперь уже не понять, кому они принадлежали. Ча Ый Джэ, чувствуя давление на голову, ответил:

— Это были люди.

— Хм… Были, да? Как так вышло?

— Все умерли. Из-за меня.

— Почему?

— Потому что я ушёл.

Раздражённый вздох. Ча Ый Джэ приготовился услышать очередную порцию обвинений, но вместо этого последовал вопрос:

— Ага… Значит, это были люди, которые не могли сражаться? Раненые?

— Нет. Они умели вести бой.

— Тогда… Может, проблема в их недостаточных силах?

Пусть и было давление на голову, Ча Ый Джэ слабо покачал ею. Если бы он вернулся чуть раньше, если бы остался охранять лагерь, если бы вообще никуда не уходил... Он вспоминал, как пронзал монстров копьём, разрубал мечом, разбивал их кулаками. Снова и снова прокручивал это в голове. И каждый раз приходил к одному выводу — к сожалению.

— Это были люди, которых я мог спасти.

— Если рассуждать так, этому не будет конца… Ты собрался спасти всех людей на свете? И каждый раз, когда не сможешь, будешь вот так сидеть рядом с мёртвыми?

— …

— Ты и правда думаешь, что такое возможно?

— Я знаю, что невозможно.

— Тогда почему продолжаешь?

— Потому что это моя вина.

— Ага… Ясно. Чушь какая-то. Давай лучше поговорим о чём-нибудь другом.

Рука, давившая на голову, исчезла. «О чём-нибудь другом». Значит, этот человек всё ещё был готов разговаривать.

Ча Ый Джэ, не поднимая головы, прижался щекой к колену. Забавно... Он думал, что давно привык к одиночеству, но стоило немного поговорить с кем-то, чьё лицо он даже не видел, как настроение будто улучшилось. Странное ощущение…

Раздался новый вопрос:

— Давно ты здесь?

— Не знаю.

— Ты не считал дни?

Ча Ый Джэ загнул пальцы, вспоминая.

— …Я считал до года. А потом…

— Понятно, это тоже неинтересно. Давай поговорим о чём-нибудь другом.

Быстро меняющиеся темы были даже кстати. Можно было думать о чём-то другом и на время забыть о боли. Незнакомец снова спросил:

— Есть что-то, что тебе нравится?

— Что-то, что мне нравится?

— Угу… Например, роллы с яйцом или маленькие детишки. Или похмельный суп.

— …

Странные примеры. Ролл с яйцом и маленькие детишки — ещё ладно, но с чего вдруг похмельный суп? Ча Ый Джэ задумался. Первой в голову пришла тётя. Но… произносить её имя в месте, где она погибла, он не мог. Если продолжит думать об этом, то, скорее всего, заплачет. Поэтому он выдал первое, что пришло в голову:

— Хм… Сигареты?

— …

Последовало молчание. Видимо, ответ оказался неподходящим. Впрочем, неудивительно. Наверняка теперь он выглядит, как заядлый курильщик. Не желая продолжать разговор в этом направлении, Ча Ый Джэ быстро добавил:

— Давно не курил.

— Понятно… Когда последний раз курил?

— Перед тем, как попал сюда.

— А когда начал?

— Сразу после совершеннолетия.

— Сколько тебе сейчас?

— Двадцать.

— Ха, совсем распоясался!

— А тебе сколько?

— Ну… старше тебя, это точно.

— Не так уж сильно, похоже.

— Пусть будет «примерно ровесники». Давай сменим тему.

— Как только стало неудобно, сразу сменил тему.

Ча Ый Джэ усмехнулся. Позади послышалось шуршание, а затем к его спине прижалось что-то широкое. Похоже, тот человек теперь сидел, прислонившись к нему спиной. От неожиданной, чужой теплоты пальцы на мгновение сжались. Из-за спины донёсся тихий голос.

— Тогда… Давай поговорим вот об этом.

— …

— Был ли хоть кто-то, кого ты спас?

Жизнь героя — это череда провалов. Больше убийств, чем спасённых жизней. Кто-то говорил ему: «Благодаря тебе было меньше жертв». «Ты помог спасти людей». Но Ча Ый Джэ, J, хотел спасти кого-то своими собственными руками. Хотел почувствовать не только угасание жизни, но и то, как она продолжается.

Где-то внутри грудной клетки билось маленькое сердце.

Через чужую спину, прижатую к его, он ощущал сердцебиение. Так давно он не слышал чужой пульсирующей жизни. Прислушиваясь к этому редкому, почти забытом ощущению, Ча Ый Джэ ответил:

— Да, был.

— Кто?

Он слегка перенёс вес на чужую спину, позволяя себе опереться.

— …Ребёнок. Из-за яда у него расплавилось всё тело. Он ослеп, повредил голосовые связки и не мог говорить.

— Это тяжёлые ранения.

— Поэтому сначала я сомневался, правильно ли я поступил. Не был ли это просто мой эгоизм.

— …

— Может, лучше было бы избавить его от боли…

Может, он сам хотел умереть. Без обезболивающих мальчик не мог уснуть. Каждый раз, когда меняли бинты, он хрипло вскрикивал и бился в судорогах от боли. Когда обрабатывали гниющую плоть, приходилось зажимать ему рот, потому что он сжимал зубы так, что они могли сломаться.

— Жалеешь?

Спасите меня…

Мальчик не мог говорить, лишь беззвучно шевелил губами. Но, возможно, это вовсе не была просьба о спасении. Возможно, он просто отчаянно пытался дышать, а Ча Ый Джэ принял это за мольбу о помощи.

И всё же.

— …Нет.

Ча Ый Джэ не сожалел. Пусть его называют эгоистом — ему было всё равно. Только это он не мог бросить. Голос его прозвучал твёрдо:

— Этот ребёнок — мой единственный успех.

— …

— Как я могу об этом жалеть?

Позади послышался тихий, приглушённый смех. Спина и плечи, прижатые к нему, слегка подрагивали. Странное ощущение... Как давно он слышал, как кто-то смеётся? Смех постепенно стих. С лёгким весельем в голосе незнакомец спросил:

— Значит… ты будешь продолжать спасать людей?

— Да.

— Даже если всё повторится?

Ча Ый Джэ медленно отдёрнул чёрную ткань, которую сам же натянул перед глазами. Теперь он видел залитый кровью и заваленный костями пейзаж. Всех, кого не смог спасти.

Сколько раз он видел это? Глядя на эту картину, он ответил.

— Думаю, да.

— Почему?

Ча Ый Джэ медленно закрыл глаза, затем снова открыл их.

— Потому что…

— …

— Мне нравится спасать людей.

— …

— Я буду продолжать. Пока у меня есть хотя бы один успех.

Из-за спины донёсся тихий вздох. Но теперь вздохи его больше не пугали. Он знал, что тот, кто был позади, не станет его осуждать.

Тепло, прижатое к его спине, исчезло. Незнакомец поднялся.

— …Вот так-то лучше.

Над головой раздался голос с улыбкой.

— Именно таким ты и должен быть.

Чёрная ткань, закрывавшая обзор, резко исчезла. На мгновение перед глазами вспыхнул ослепительно белый свет, но затем мир снова окрасился в багровые тона. Ча Ый Джэ не отвёл взгляда от багряной лужи крови у своих ног.

Незнакомец теперь стоял позади него.

— Тогда… Увидимся, хён. В следующий раз…

Чёрная ладонь опустилась ему на плечо. Кончик указательного пальца легко коснулся его уха, щекоча кожу, и тут же исчез. В воздухе повис ласковый, почти нежный шёпот:

— В следующий раз ты сам меня найдёшь. Как было раньше.

Ча Ый Джэ резко обернулся. Но там уже никого не было. Как всегда. Он смотрел в пустое пространство, погружённое в тишину. Снова один.

Но не было чувства одиночества.

Глава 296

После того, как он вновь остался в одиночестве, Ча Ыджэ день за днём, час за часом, вновь и вновь возвращался мыслями к человеку, который появился в его жизни так неожиданно. Когда одиночество накатывало на него, словно волны, он вспоминал его голос, ощущение плаща, укрывшего его тело, и их разговор. Только так он мог выдержать. Обещание, данное незнакомцу, стало его оковами. Оковами, не позволяющими ему умереть.

Насколько же велико обещание.

Прошло бесчисленное количество времени. Сколько именно — он не знал. Он просто считал кости, разбросанные вокруг, когда перед ним вдруг вспыхнули ослепительно белые системные окна.

[Проверка выживших…]

[1 человек.]

[Сущность Ча Ый Джэ преодолела одиночество.]

[Поздравляем! Инициируем возвращение сущности Ча Ый Джэ.]

[Ошибка! Содержит несовместимые с эпохой значения информации.]

[При бездействии вероятность критической ошибки… 99%.]

[При бездействии вероятность ускоренного наступления конца света… 99%.]

[Запускаем протокол удаления воспоминаний.]

Прежде чем он успел хоть как-то отреагировать, ослепительный белый свет окутал всё его тело. Он почувствовал, как его куда-то засасывает. Ча Ый Джэ крепко зажмурил глаза.

Следующее мгновение — и он открыл глаза.

Вместо алых и белых руин перед его глазами раскинулось черное ночное небо. Ш-ш-ш… Ливень обрушился на него, ледяные капли безжалостно пробивали сквозь одежду, смывая прилипший пепел и засохшую кровь.

Что происходит? Он несколько раз моргнул, пытаясь прийти в себя. Разорванные, исковерканные чувства постепенно начинали возвращаться.

Издалека доносились голоса людей и громкая музыка. Песня была ему незнакома. Затем в нос ударил тяжелый маслянистый запах, затхлый, как застоявшееся машинное масло, и тошнотворный аромат гниющей еды, от которой мгновенно скрутило желудок. Он никогда раньше не чувствовал такого отвратительного запаха. Под ним что-то влажно шуршало и липло к коже.

— Где я, у… Угх…!

Отвратительная вонь подкатила к горлу волной тошноты. Ча Ый Джэ резко сорвал с лица маску и изверг то, что было в желудке. Буэ… Вместо рвоты изо рта вытекла лишь мутная жидкость, стекая каплями. Горло обожгло. Черт… Кхе-кхе! Он закашлялся, прижимая ладонь к болезненно саднящему горлу. Потом, собрав силы, приподнял голову и взглянул на предмет, который оказался под его рукой.

[Мусорный пакет для сортировки отходов.]

О, мусор.

Похоже, он лежал на груде отходов. Надо было подняться, но тело не слушалось. Ледяные капли дождя продолжали стекать по коже. Ветер холодными пальцами касался щеки. Он давно не чувствовал ничего подобного. Что, черт возьми, происходит? Ча Ый Джэ заставил себя вспоминать.

Освещенные белым пеплом руины. Бесконечно лившиеся из трещин незнакомые монстры. Да, он помнил, как сражался с василиском, как вонзил клинок в голову этой твари. А потом…

«…Что было дальше?»

Он что-то забыл. Но что? Ча Ый Джэ долго пытался вспомнить, но в конце концов сдался. Осталась только глухая, раздражающая пустота внутри.

Едва приподняв веки, он заметил в тёмно-синем небе огромную черную дыру. Когда-то она появилась, словно предвестник конца света, но теперь это зрелище стало настолько привычным, что представить небо без неё казалось невозможным.

Внутри разломов черную дыру не было видно. А это означало только одно — он вернулся в реальность.

Подавив остатки кашля, Ча Ый Джэ прислушался. Мир наполнился звуками. Помимо собственного дыхания, он слышал ритм незнакомой музыки, смех людей, шум колес, проезжающих по мокрому асфальту машин…

Незнакомые, но до боли родные звуки.

Сколько времени он так пролежал, прислушиваясь? Его сознание постепенно прояснялось, мысли становились четче, а вместе с ними накатила голодная агония.

Брррррр. Живот заурчал, болезненно сжавшись. Ча Ый Джэ машинально провел ладонью по впалому животу. Теперь он осознавал — ужасное, всеохватывающее чувство голода давило на тело, как тяжелый груз. Он стиснул зубы. Первый раз в жизни ему казалось, что его сейчас просто вырвет от голода. Неистовый, всеобъемлющий голод. Было так обидно от этого голода, что ему хотелось плакать.

Слабым, едва слышным голосом Ча Ый Джэ пробормотал:

— …Я хочу есть…

Разум отдал четкий приказ: если он хочет выжить, ему нужно срочно что-то съесть. Прямо сейчас!

Ча Ый Джэ упёрся руками на груду мусора под собой и, тяжело дыша, заставил себя подняться. Мучительный голод заглушал даже боль. Пошатываясь, он двинулся вперед, оставляя за собой расплывающийся след — капли алой крови смешивались с белым пеплом и дождевой водой. Но вскоре даже этот след исчез, смытый ливнем.

Дрррр.

Раздался глухой звук открывающейся раздвижной двери.

И вскоре его вновь поглотила тьма.

***

…Ха-а. Ча Ый Джэ резко втянул воздух, словно только что очнувшийся от внезапного кошмара. Что это было? Где он? Глаза метнулись из стороны в сторону, пытаясь разглядеть хоть что-то. Перед ним дрожал мутный, красноватый свет. Он сжал пальцы, под рукой ощущался холодный бетонный пол, поросший мягкими, но жесткими на ощупь белыми лианами. Он лежал, распластавшись на земле. Провёл рукой по лицу – маска была на месте..

— …

Его взгляд скользнул по окружению. Он находился в длинном, арочном коридоре. Под колеблющимся красным светом белый пепел и странные белые лианы густо оплетали стены и пол. Это всё ещё Мемориальное подземелье? Ча Ый Джэ осторожно сел. Этот коридор, покрытый белыми лианами… Он казался странно знакомым.

«Где же я это видел?»

Он нахмурился, пытаясь вспомнить, но не нашел ответа. Слишком много воспоминаний хлынуло ему в голову сразу. Черт. Ча Ый Джэ тяжело выдохнул и привалился спиной к стене. Пора было собрать мысли воедино. Вспомнить то, что он забыл.

Первое, что пришло в голову.

«Монстры, которых я убил… были ли они людьми из погибшего мира?»

А монстры, которых я ел… были ли они людьми? Пальцы невольно дрогнули. Перед глазами всплыло насмешливое выражение лица Скумбрии, который однажды бросил фразу, что мясо монстров вполне съедобно. Он вспомнил, как разделывал их плоть. Что случается с человеком, если он съест мутировавшее существо?

«Начнется мутация… или ускорится?»

Перед глазами встал образ того мускулистого охотника, которого он собственноручно убил. И деревня, где жил Скумбрия. Там почти не ощущалось признаков жизни. Куда подевались ее жители?

«…»

Когда он бросился в море за Скумбрией, под толщей воды он почувствовал множество движений. Не только брата Скумбрии, но и множество других... Голодные люди едят что угодно. А Скумбрия был охотником. Когда они перестали ловить рыбу, они начали есть морских монстров…

«Они мутировали».

Они, должно быть, вернулись в море. Ча Ый Джэ склонил голову, перед глазами упала прядь пепельно-серых волос. Он провел пальцами по их кончикам. Сколько бы он ни красил волосы, они неизменно возвращались к этому цвету. В разломе на Западном море, его товарищи, питавшиеся плотью монстров, постепенно становились белыми — кожа, волосы. Процесс отбеливания. Так мутировал и прошлый Ча Ый Джэ.

«…»

Он запрокинул голову и привалился к стене. Глухой смешок сорвался с губ.

«Одни проблемы кончаются, другие начинаются…»

И в тот момент, когда он закрыл глаза, послышались чьи-то шаги. Легкое насвистывание вплелось в тишину. Ча Ый Джэ мгновенно распахнул глаза и повернул голову в сторону звука. Под мутным красным светом на стене отразилась огромная тень.

— …Хм?

Тень замерла. Ча Ый Джэ сжал и разжал кулак. К счастью, силы никуда не делись. Фигура склонила голову набок.

— А… Хм-м? Ага…

Череда задумчивых восклицаний. Затем голос, который он уже слышал прежде, лениво протянул:

— Вот это улов. Хорошо, что не пошел куда-нибудь еще, а остался здесь ~

Шлёп.

Как только ботинок коснулся белых лиан, которые до этого лишь тихо покачивались,

ШШШРРРРРК!

Лианы разом сорвались с места, метнувшись в сторону незваного гостя. Но тот лишь без колебаний перешагнул через них, топча их так же легко, как сухие ветки. Когда он присел перед Ча Ый Джэ, его светло-голубые, слегка взъерошенные волосы качнулись.

— Хм, почему ты цел? Я думал, что лианы уже давно обвили тебя. Или они тоже могут отличать сильных?..

Он вынул из кармана пачку сигарет, сунул одну в рот, но вдруг, словно вспомнив что-то, протянул пачку Ча Ый Джэ.

— Хочешь покурить?

— …

— А, точно. Из-за маски же не можешь? Что ж, тогда просто почувствуй атмосферу ~ Считай это подарком.

Поддразнивающе помахав пачкой у него перед носом, он тут же столкнулся с тем, что Ча Ый Джэ просто выхватил ее целиком. Кривая ухмылка на его лице медленно опустилась.

— Ох, я не думал, что ты заберешь всю пачку…

Тусклый свет дрожал в полумраке. Белый пепел оседал толстыми слоями, белые лианы оплетали стены. Всё выглядело точно так же, как в пустоши. Ча Ый Джэ оторвал кусок лианы от стены, на которую опирался. Под ней открылась красная кирпичная кладка. Этот вид был ему знаком.

— Это…

— Подземелье в Чонно 3-га. Ну, оно немного отличается от того, каким ты его видел в последний раз ~

Щёлк. Легкий звук зажигалки. Маленькое пламя вспыхнуло, касаясь сигареты. Тяжёлый клуб дыма растёкся в воздухе. Через завесу дыма мужчина протянул руку.

— Рад встрече ~?

Гю Гю, Пан Гю Мин усмехнулся. Ча Ый Джэ не ответил на его ухмылку. Вместо этого внимательно осмотрелся. Рядом не ощущалось других присутствий. Только он и Гю Гю.

…А где Ли Са Ён? Где Пчела? Ча Ый Джэ сразу озвучил вопрос, появившийся в голове:

— Где Ли Са Ён? Где Пчела?

— О? Я ожидал чего угодно, но не этого.

Гю Гю подбросил зажигалку в воздух и ловко поймал её. Его ухмылка перекосилась.

— Этот вопрос должны задавать мы. Ну, по крайней мере, пока.

— …

— Почему J вернулся один…? Где Ли Са Ён, Пчела и… тот третий? Дай мне ответ. Я ведь должен кому-то доложить.

Тук. Сердце болезненно сжалось.

Ча Ый Джэ резко обернулся. В конце коридора, в том месте, где должен был быть вход в подземелье Чонно 3-а, теперь была стена. Не было никакого входа в эродированное подземелье.

— …Что?

Только глухая, чёрная стена.

Глава 297 - Ожидание

Несколько пар торопливых шагов топтали белый пепел и вьющиеся лианы. Лучи фонарей беспорядочно метались по полу и потолку. Лианы яростно метались к ногам, хватаясь за голени, но в тот же миг раздался щелчок пальцев – и они вспыхнули, обращаясь в пепел. Чон Бин кивнул Мэтью, шедшему позади, и повысил голос:

— Это Чон Бин! Вы там?

В ответ из конца коридора раздался крик.

— Да не в этом дело! Говорю же, просто ломать – не вариант! Черт…!

Грохот!

Коридор сотрясся от удара. Чон Бин и Мэтью переглянулись. Голос принадлежал Гю Гю. Он всегда держался беспечно, с неизменной ухмылкой, но теперь в его тоне звучало беспокойство. Что-то явно пошло не так. Чон Бин направил луч фонаря в конец коридора.

И в свете показалось...

— Ты вообще слышишь меня? Это же специально сохранено, так просто не сломаешь… А-а, какого черта, почему только на меня нападают?! Эй, давай по-хорошему, послушай, что тебе говорят! Ух ты, какая же у него сила…!

БАХ!

— А, ну конечно. Так ты хочешь, чтобы это все обрушилось, и мы вместе под завалами остались, да? Так бы сразу и сказал…!

Перед ними открылся вид на Гю Гю, вцепившегося в чьи-то руки. Его меховая куртка и взъерошенные светло-голубые волосы беспорядочно метались из стороны в сторону. Чон Бин нахмурился и с сомнением спросил:

— …Гю Гю-щи?

Гю Гю резко обернулся и закричал:

— Кто-нибудь, остановите этого парня ~! Он вообще не понимает слов!

— Что тут происходит?

— Да говорю же, вход в подземелье закрылся! Ты думаешь, если разнесёшь стену, он вдруг откроется?! Нет, нас всех просто заживо завалит!

Грохот!

Тот, кого удерживал Гю Гю, с силой ударил ногой по загороженной стене, и весь коридор содрогнулся. Белый пепел и пыль осыпались вниз. Чон Бин передал фонарь Мэтью, после чего достал чёрную цепь и намотал её на руку.

— …J, это вы?

— …

— Это я, Чон Бин. Мы пришли, чтобы забрать вас.

Нога, уже нацелившаяся на следующий удар, застыла в воздухе. Юноша в чёрной маске повернул голову. Его пепельные волосы, освещённые фонарём, казались почти белыми. Чон Бин продолжил, стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче и дружелюбнее:

— У меня много вопросов, на которые хочется услышать ответы. Но и мне есть что рассказать.

— …

— J.

— …Я слушаю.

J оттолкнул руки Гю Гю, державшего его. Гю Гю лишь пожал плечами и без лишних слов отступил. Чон Бин вдруг поймал себя на мысли, что круглый луч фонаря напоминает театральный прожектор, выхватывающий фигуру преступника на сцене.

— Раз уж ты так говоришь…

В центре света был только J.

— Похоже, выбрался только я.

Опять.

Люди, застрявшие в этом месте. J, выбравшийся в одиночку. Точно так же, как тогда, как в разломе на Западном море. Чон Бин почувствовал, как пересохло в горле. Тогда, сразу после побега, J исчез. И только спустя долгое время снова появился. Если и сейчас всё повторится… Должен ли он позволить ему уйти?

Но…

— Да. Думаю, мне тоже есть, что послушать.

J не сбежал. Напряжение в плечах Чон Бина чуть ослабло, и он невольно вздохнул с облегчением. Он раздавил подошвой ботинка лианы, снова тянущиеся к ногам, и указал назад.

— Для начала… Здесь слишком опасно. Давайте поговорим снаружи.

J молча кивнул, но не торопился сдвинуться с места. Пальцы осторожно скользили по каменной стене. Его силуэт казался странно одиноким. В этот момент Гю Гю подошёл ближе и, схватившись за руку Чон Бина, застонал: «Ай-ай…» В воздухе витал терпкий запах табака. Он скривил губы в усмешке.

— Черт… Он и правда сильный. Как бык какой-то.

— Но вы хорошо продержались.

— Ха ~! Если бы мы тут ещё немного постояли, он бы реально снёс эту стену к чертям. Никакой камень сохранения не спас бы.

Гю Гю взъерошил свои и без того растрепанные волосы.

— Он не в себе. Совсем сорвало крышу.

Трое молча наблюдали за J, гладящим стену. И в этот момент Чон Бин понял, что что-то здесь не так. Весь коридор был оплетен белыми лианами, которые беспрестанно цеплялись за их ноги, но…

— …

Они не трогали J. Он стоял прямо на белом пепле и среди лиан. Как будто...

Как будто он был их частью.

Тревожное предчувствие сдавило грудь Чон Бина, но он покачал головой, отгоняя ненужные мысли. Не стоит беспокоиться без веских оснований. Страх мешает здраво рассуждать.

Наконец J убрал руку от стены и медленно направился к ним.

Топ… Топ… Позади него тянулась длинная тень, отбрасываемая светом фонаря. Давление вокруг стало почти осязаемым, словно воздух сгустился, заставляя всё вокруг сжиматься. Белые лианы, ещё мгновение назад цеплявшиеся за их ноги, вдруг ослабли и обмякли.

J подбросил в воздух смятую пачку сигарет и ловко поймал её.

— Пойдем.

***

Бюро управления пробужденными. Кабинет директора.

В просторном кабинете находились четверо. Мэтью сидел прямо, сохраняя безупречную осанку. Чон Бин, согнувшись, держал на коленях ноутбук. Гю Гю развалился, закинув ногу на ногу, а J лениво откинулся на спинку дивана.

J, Ча Ый Джэ, рассеянно провел пальцами по остывшей чашке чая, погруженный в размышления. Если суммировать все, что рассказал Чон Бин, ситуация выглядела следующим образом.

Факт, что люди превращаются в монстров, держался в строжайшей тайне, но однажды кто-то запустил трансляцию, на которой в режиме реального времени запечатлелся процесс мутации, и скрывать это дальше стало невозможно. Официально заявили, что врачи и исследователи работают над созданием вакцины, но это мало кого успокоило. С каждым днём появлялось всё больше тех, у кого начинались первые симптомы.

Общество охватила паника. Пока странные мутации происходили только с пробужденными, это еще можно было игнорировать, да и охотники всегда могли взять ситуацию под контроль. Но теперь все изменилось. Теперь монстрами становились обычные люди. Никто не знал, когда, кто и как подвергнется мутации. Любой, кто даже просто кашлял, тут же ловил на себе настороженные взгляды.

Никто никому не верил. Даже Чон Бину, человеку, который всегда служил символом надежды, перестали доверять. Охотники могли убивать монстров, но не могли остановить превращение. Наступило время страха и недоверия.

И именно в этот момент появилось сообщество, умело воспользовавшееся этой ситуацией.

— Прометей?

— Да. Некоторое время назад появилось небольшое сообщество, представившее себя как волонтерская и гуманитарная организация. Но, как бы сказать… в итоге это превратилось в некое подобие культа. Люди собираются, чтобы слушать речи своего провидца.

— И что, после его слов и молитв мутация останавливается?

— Говорят, тем, кто обладает искренней верой, вводят некое «лекарство».

— Лекарство?

Мэтью поправил свои очки в серебряной оправе.

— Ты ведь знаешь одну женщину по имени Га Ён, верно, J?

Даже если Ча Ый Джэ пытался скрыть свою реакцию, его напряжение было слишком очевидным. Мэтью лишь горько усмехнулся.

— У меня с этим человеком тоже давняя неприязнь. Насколько мне известно, она работает вместе с доктором над созданием вакцины и лекарства. Однако о завершении разработки речи пока не шло. Скорее всего, они вводят прототип и просто наблюдают за результатами.

— И есть эффект?

— Иногда да, иногда нет. Когда эффекта нет, они просто говорят, что состояние слишком тяжёлое и требуется повторное лечение.

— …То есть они проводят клинические испытания на гражданских?

— Именно.

— И это вообще допустимо?

— В целом, испытания — это стандартный этап разработки вакцины. Но проблема в том, что они вводят её, выдавая за готовое лекарство. И таким образом собирают данные.

Ча Ый Джэ тихо вздохнул.

— Подводя итог: я вернулся в самый худший момент, да?

— Если это для тебя худший вариант, то да, так и есть.

Но это его не особо удивляло. Вся жизнь Ча Ый Джэ, по сути, состояла из череды катастроф, следующих друг за другом. Он лишь тихо цокнул языком, как будто смирившись.

В это время Чон Бин наконец оторвался от ноутбука, на котором всё это время что-то печатал, и устало потянулся. Ослабив узел галстука, он пробормотал:

— Кстати… Ситуация внутри эродированного подземелья тоже не из лёгких. Это Мемориальное подземелье, да ещё и построенное на воспоминаниях людей из разрушенного мира…

— Да.

— J, вы… Прошу прощения за такую формулировку… Вы вернулись первым, потому что погибли там раньше.

— Возможно. Остальные ведь были еще живы.

То, что мир не исчезает вместе с его смертью, оказалось неожиданно утешительной мыслью. Ча Ый Джэ и подумать не мог, что однажды этот факт станет для него облегчением. Но внутри всё равно было беспокойство. Мысли вновь возвращались к Ли Са Ёну, который остался один в разрушенном мире.

Сможет ли Ли Са Ён снова выдержать? Справится ли он с бесконечным одиночеством?

В этот момент Мэтью осторожно спросил:

— Как Пчела? Она… здорова?

— Да. По крайней мере, в последний раз, когда я её видел.

— Это хорошо…

Мэтью, прикрыв глаза, с облегчением провёл пальцами по переносице. Чон Бин тихо вздохнул.

— Мы не стали разглашать информацию об исчезновении охотников в эродированном подземелье. Как вы понимаете, люди сразу вспомнили бы разлом у Западного моря…

Вот оно снова. Ча Ый Джэ с трудом подавил тошноту, подступившую к горлу. Если бы дело было просто в убийстве монстров, он бы справился. Но стоило вспомнить, что раньше эти монстры были людьми… Даже Ча Ый Джэ не мог этого вынести.

— …J? Вы в порядке?

— …Да, все нормально. Это было разумное решение.

— Основанное на личном опыте.

Тихий женский голос нарушил тишину. Это была Хам Сок Джон. Чон Бин и Мэтью тут же поднялись со своих мест. Ча Ый Джэ тоже неловко встал, хоть и не сразу. Единственным, кто остался сидеть, был Гю Гю, продолжавший лениво перекидывать в руках игральные кости. Хам Сок Джон махнула рукой, показывая, что вставать не обязательно, и заняла главное кресло.

— В такой ситуации люди уже вовсю негодуют, где же первые номера среди охотников и чем они занимаются. Думаю, вам досталось немало оскорблений.

Мэтью мрачно добавил:

— Пчелу даже лишили рекламных контрактов.

Черт. Обстановка явно становилась напряженной. Ча Ый Джэ молча опустил голову. Тем временем Гю Гю с усмешкой подбросил кости в воздух.

— Ли Са Ёна тоже выперли ~. Ту самую странную социальную рекламу, в которой он снимался.

— Ту, что оказывала на зрителей психоэмоциональное давление?

— Ага, ее.

…Ча Ый Джэ, забыв даже о своей мрачной задумчивости, резко поднял голову. Социальная реклама Ли Са Ёна была отменена? Когда он вообще успел заняться продолжением? Нет, подождите…

— …Это действительно хорошая новость.

Ча Ый Джэ пробормотал прежде, чем успел осознать, что сказал. И остальные, кажется, тоже согласились с этим, пусть и без слов.

Глава 298

Едва Хам Сок Джон осознала единственную полезную функцию Мемориального подземелья, как тут же получила ноутбук и начала бегло просматривать записи, составленные Чон Бином. Постукивая пальцами по подлокотнику кресла, она задумчиво произнесла:

— Судя по всему, конец света в том мире и в этом наступает схожим образом. Явление отбеливания напоминает мутацию и эрозии в подземельях нашего мира. Однако меня беспокоит отсутствие Волны монстров. Возможно, порядок событий изменился?

— Исключать такую вероятность нельзя.

— Подготовь данные о местах, где проявляются признаки волны. И отсортируй локации, где подобное уже случалось.

— Понял.

Поверх их серьезного разговора накладывался другой голос. Черно-белая пленочная фотография, запечатлевшая Хон Ё Сона и его мастерскую.

— Я же говорил, верно? Часы стирают предыдущий мир и создают новый. Но из-за того, что часы не завершены, на этот раз предыдущий мир не был полностью стёрт. Поэтому разрушенный мир продолжает влиять на нынешний.

— Разве это никогда не казалось тебе странным? Разлом Западного моря продолжал расти, поглощая охотников, пока ты не вошёл в него. С тех пор кто-то из охотников заходил туда? Скорее всего, нет. Ты был последним.

— Разрушенный мир нашёл тебя, первоначальный якорь. Жертвы нынешнего якоря оказалось недостаточно, поэтому он обратился к тому, кто должен заплатить оставшуюся цену.

Ча Ый Джэ вздрогнул, будто его пронзила молния. Нескончаемый поток монстров. Битва, которая не заканчивалась, сколько бы он ни сражался. Сколько бы он ни убивал, они все равно появлялись вновь, бесконечно, непрерывно...

«Не может быть».

А что, если те монстры были именно теми, кто должен был обрушиться на этот мир через волну?

Тогда становится понятно, почему мутации начались, минуя Волну монстров, и что имел в виду Хон Ё Сон. Ча Ый Джэ заплатил недостающую цену в разломе Западного моря, уничтожив всех выживших и монстров из разрушенного мира.

Стоит ли считать это удачей или катастрофой? Он не знал. Пока его пальцы нервно теребили край рукава, он нерешительно поднял руку, вмешиваясь в разговор Чон Бина и Хам Сок Джон.

— …Эм, извините.

— Да?

— Хочешь что-то сказать?

— …Ну, мне кажется, что Волну монстров можно исключить.

— Почему?

— У тебя есть какая-то информация?

Все взгляды устремились на него. Такое внимание было неприятным. Особенно если он действительно спас мир, даже не осознавая этого. Ча Ый Джэ скривился и нехотя ответил:

— …Похоже, я с этим разобрался.

— …

— …

— …

Гнетущая тишина повисла в комнате. Щелк. Катясь по полу, бесшумно приземлилась кость, которую Гю Гю небрежно бросил в воздух. Затем раздались резкие хлопки, прорезающие напряженное молчание. Хлоп-хлоп-хлоп, хлоп-хлоп-хлоп, хлоп-хлоп-хлоп-хлоп-хлоп-хлоп-хлоп! Закончив идеально выверенные 3-3-7 хлопков, Гю Гю громко воскликнул:

— Великий господин J даже во сне умудряется спасать мир! Вот это да!

Как всегда, у Ча Ый Джэ тело действовало быстрее, чем язык.

И поэтому —

ШМЯК!

— J!!

— Да почему ты меня бьёшь?! Я же искренне восхищался!

— Заткнись!

Слово «заткнись» запоздало по сравнению с ударом ногой, направленным в Гю Гю. Раздался грохот — перевернулся диван, опрокинулся стол. Чай, плескавшийся в чашке, взметнулся в воздух, расплескавшись в хаотичных брызгах. Посреди всего этого хаоса Хам Сок Джон спокойно потягивала кофе и, не поднимая глаз, окликнула Чон Бина:

— Руководитель Чон.

— Насилие недопустимо! Мы можем разрешить это мирно… Да, директор?

— Запиши расходы на счёт J.

— …Понял.

***

Разразившийся хаос утих только после того, как Чон Бин и Мэтью физически разняли и развели по разным углам Гю Гю и Ча Ый Джэ. Даже когда его волокли прочь, Гю Гю не прекращал энергично хлопать.

В разгромленном кабинете директора остались только Хам Сок Джон и Ча Ый Джэ. Она по-прежнему сидела с безупречной осанкой, не спеша допивая кофе. Ча Ый Джэ, осторожно посматривая в её сторону, начал расставлять перевёрнутую мебель. Затем он уселся на прежнее место, но тут же почувствовал, как диван предательски накренился — одна из ножек явно была сломана.

Хам Сок Джон усмехнулась, слегка приподняв уголки губ.

— Ну что, полегчало?

— …Да.

— Тогда ладно. Травм нет?

— Нет.

— Даже после разлома?

— Нет.

— А с головой всё в порядке?

— В полном порядке.

— То есть не в полном.

— В полном.

— Думаешь, если наденешь маску, я этого не увижу? Я знаю, что твой пульс ненормальный. Неужели молодой человек вроде тебя страдает аритмией?

Вот почему высокоранговые охотники так раздражают. От них ничего не спрячешь. Ча Ый Джэ сжал руку на груди, стараясь унять бешеное сердцебиение. Хам Сок Джон тем временем спокойно перевела взгляд на экран ноутбука.

— Загляни в медицинский отдел Бюро. Там тебе выпишут успокоительное для пробужденных. Доктор занят, так что времени на тебя у него не будет.

— Из-за разработки вакцины?

— Да. Говорят, благодаря какой-то записной книжке процесс пошел быстрее.

Записная книжка. Глаза Ча Ый Джэ расширились. Он оставил в Мемориальном подземелье Нам У Джину пустую книгу. А если эта книга связана с той, что здесь? Ладони покрылись холодным потом. Хам Сок Джон, не отрываясь от экрана ноутбука, слегка усмехнулась:

— Похоже, у тебя есть догадки.

— …

— Это хорошо. Пока молодой и здоровый, используй свою энергию с умом.

— …Понял.

— Иди. Скажешь, что я тебя отправила — даже если все заняты, найдут минуту, чтобы взглянуть на тебя. Только постарайся не сталкиваться с Гю Гю и не затевай новую драку.

Ча Ый Джэ молча кивнул и поднялся. Он уже взялся за дверную ручку, когда за спиной раздался её безразличный голос:

— Кстати…

— Да?

— Там… Хэ Гён была жива?

Пальцы, сжимающие ручку, непроизвольно напряглись.

— …Нет.

— Вот как.

Раздался тихий смешок, словно из лёгких вышел сдувшийся воздух. Голос остался таким же равнодушным, будто изначально не питал никаких надежд.

— Воспоминания тоже оказались бесполезны.

— …

— Шучу.

Пальцы Ча Ый Джэ ещё крепче сжали холодную дверную ручку. Затем он тихо пробормотал:

— Вы с тётей… Вы погибли, сражаясь с Волной монстров. Вместе.

— Вот как.

Хам Сок Джон коротко усмехнулась. Презрительно.

— Значит, та Хам Сок Джон была лучше меня.

— …Директор.

— И это шутка.

— Я знаю, что нет.

— Тогда сделай вид, что не понял. Не ставь взрослого в неловкое положение.

Ча Ый Джэ повернул голову. Она смотрела куда-то в пустоту, с бездонным, опустошённым взглядом. Её голос перешёл на шёпот:

— Иногда я думаю… а что, если бы я не думала о стране, не пыталась сделать «правильный выбор», а просто выбрала себя? Если бы я поставила вперёд своё желание, если бы оставила её рядом с собой…

— …

Она слегка вздрогнула и тихо засмеялась.

— Ху-ху… Навязчивая мысль, чтобы убить время. Хотя теперь в этом уже нет никакого смысла.

Дрожь в плечах исчезла. На лице Хам Сок Джон застыло что-то, вобравшее в себя годы, бесконечные ожидания и сожаление. И почему-то Ча Ый Джэ вдруг понял её как никогда раньше.

Тихий голос коснулся тишины:

— Мальчик мой…

— Да, директор.

— Не поступай так же.

— …

— Не отказывайся ни от чего.

— …

— Не разбрасывайся своей жизнью. Не отказывайся от того, чего хочешь. Живи эгоистично. Без сожалений.

Глаза, до этого смотревшие в пустоту, наконец, обратились к Ча Ый Джэ. В этой пустоте теперь отражался он.

Хам Сок Джон мягко улыбнулась.

— Тебе, думаю, позволено быть чуточку жадным.

***

Гильдия Совон.

Вопреки словам Хам Сок Джон, даже несмотря на её поручение, Нам У Джин так и не показался. Судя по всему, он был слишком занят, чтобы даже на секунду оторваться, ни поесть, ни поспать не успевает. Вместо него Ча Ый Джэ просто проводили в его лабораторию. Мальчик, который привёл его, вежливо поклонился.

— Он придёт, если подождёте.

— Сколько?

— Не знаю. Если устали, можете отдохнуть на раскладушке.

Другими словами, ждать, пока он соизволит появиться. Ну, хоть убить время здесь было несложно. На столах громоздились стопки бумаг и книг, вокруг мигали мониторы, в прозрачных ёмкостях хранились странные растворы. Ча Ый Джэ бесцельно слонялся, разглядывая содержимое лаборатории. И вскоре наткнулся на нечто особенное. На столе, в особо бережно отведённом месте, лежала старая записная книжка. На лице Ча Ый Джэ тут же заиграла довольная ухмылка.

«Оставить такую ценную вещь просто так?»

Отлично. Это значило, что ему даже не придётся встречаться с Нам У Джином — достаточно пролистать книгу и уйти. Он тут же раскрыл её на первой странице. Ранее искажённые магией символы теперь были продублированы на корейском:

[…J дал мне записную книжку. Подарок, упавший на пол? Вот уж действительно забавно.]

[В любом случае, раз уж получил его, стоит записывать хоть что-то.]

[Может, это хоть чем-то поможет.]

«Значит, он записал это сразу после того, как я ему её дал?»

Ча Ый Джэ перевернул страницу.

[Слишком много пациентов. Не хватает мест в палатах. Необходимо открыть подземный сектор.]

[Попробую извлечь кровь Скумбрии и создать на её основе новое лекарство.]

[Комбинация…]

Дальше страницы были исписаны бессмысленными для Ча Ый Джэ сочетаниями букв и цифр, в которых невозможно было разобрать смысл. Он без раздумий пролистнул их. Честно говоря, почерк Нам У Джина был ужасен. То ли потому, что он врач, то ли просто привык писать в спешке, но читать это приходилось с предельной концентрацией, разбирая каждую букву по отдельности. Сам же Нам У Джин, конечно, понимал всё без проблем.

«Но я-то не понимаю!»

Читать эту книгу было скорее похоже на расшифровку тайного кода, чем на обычное чтение. Но Ча Ый Джэ старательно вчитывался в каждую запись. И вскоре наткнулся на самое важное.

[J умер.]

[Проводить похороны не стали. Если сообщить о его смерти, люди впадут в отчаяние.]

[Тело будет находиться под опекой Ли Са Ёна. Я дал ему камень сохранения.]

Вот оно. С этого момента начиналось будущее, о котором он ничего не знал. Он перевернул страницу. Среди множества непонятных уравнений и медицинских терминов выделялись строки, написанные особенно тяжёлой, усталой рукой:

[Новое лекарство не даёт эффекта.]

[Катастрофически не хватает людей.]

[Отсутствие J слишком сильно ощущается.]

[Процесс отбеливания ускорился.]

[Среди пробужденных становится всё больше раненых.]

[Нужно разработать новую вакцину.]

Похоже, это была последняя запись. Дальше ничего не было. Никаких новых слов, написанных Нам У Джином. Пока никто ещё не умер, и это хоть какое-то утешение. Но в целом…

«Ничего полезного».

Щёлкнув языком, Ча Ый Джэ быстро пролистал оставшиеся страницы. И вдруг…

— …А?

На самой последней странице, в самом её углу, он заметил кое-что.

Несколько строк, аккуратно выведенных рукой, совсем не похожей на почерк Нам У Джина.

[Ты ведь сам отдал мне эту книгу.]

[Неужели…]

[Ты сейчас читаешь это?]

Глава 299

Кто бы это ни написал, не было необходимости уточнять — почерк сразу выдавал хозяина. Это наверняка Ли Са Ён. Кто ещё мог бы обращаться к Ча Ый Джэ на «ты»? Ча Ый Джэ закатил глаза.

«Теперь, если подумать…»

Разве этот парень в последнее время не называет его «ты» вместо «хён»? Он провёл кончиками пальцев по строчкам в записной книжке. Почерк не мог хранить тепло, но почему-то казалось, будто оно есть. Он неловко пробормотал:

— …Красивый почерк.

Он думал, что почерк у него такой же ужасный, как у Нам У Джина. Может, Чон Бин научил его? Размышляя о пустяках, Ча Ый Джэ принялся рыться в заваленном бумажками столе в поисках ручки. Он уже собирался написать ответ, но вдруг замер.

«…А если я здесь напишу, оно вообще дойдёт?»

Если нет, то он просто будет выглядеть так, будто оставляет записи в исследовательской книге Нам У Джина. Впрочем, Ли Са Ён тоже не мог быть полностью уверен, что Ча Ый Джэ увидит. Раз уж он допустил эту возможность, то и Ча Ый Джэ мог сделать то же самое.

Он уставился на аккуратные строчки Ли Са Ёна. Затем развернул один из смятых листков, разбросанных по столу, и принялся не вовремя упражняться в каллиграфии.

«Вижу».

Поставил свою надпись рядом с аккуратными буквами Ли Са Ёна. Его каракули на фоне идеального почерка выглядели словно семья червей.

— …

Так нельзя!

Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и попробовал снова, на этот раз стараясь писать ровнее. Ви—жу—…

Треск!

Ручка с треском развалилась. Стоило лишь немного сильнее сжать её в пальцах. Причём, как назло, именно на сдвоённой букве, отчего чувство неловкости только усилилось. Ча Ый Джэ с недоумением уставился на сломанную пополам ручку, а затем просто запихнул её в карман. Ну, теперь ему придётся извиняться перед Нам У Джином. Порывшись в беспорядке на столе, он нашёл другую ручку и снова принялся за дело.

Ви—жу—…

Хруст!

Хруст!

Только сломав три ручки подряд, Ча Ый Джэ наконец осознал: вымученный ровный почерк и хлипкие шариковые ручки — вещи несовместимые. В ресторане с похмельным супом, где он работал, он всегда просто небрежно выводил текст маркером, так что даже не замечал этой проблемы.

— …

И тут его осенило: да этот парень и так видел его почерк сотни раз, когда приходил в ресторан с похмельным супом! Не было никакой нужды стараться писать красиво. Он провёл пальцами по сломанной ручке и тяжело вздохнул.

«Но всё же…»

Раз уж писать, то почему бы не сделать это нормально? Ча Ый Джэ почесал голову, взъерошивая волосы. К счастью, в лаборатории Нам У Джина бумаги и ручек было более чем достаточно. Можно было сломать ещё несколько ручек, и никто даже не заметит. Он снова взял смятый лист и начал выводить короткую фразу, раз за разом, пока результат его не удовлетворил.

Вижу.

Вижу.

Вижу…

Когда он, наконец, остановился, лист был исписан одной и той же фразой, заполнившей всё пространство. Со стороны это выглядело бы так, будто какой-то преследователь писал письмо своей жертве.

«…Не перестарался ли я?»

Он почесал висок кончиком ручки, а затем, в пустом уголке бумаги, вывел похожую, но совсем другую фразу.

Скучаю.

Это выглядело слишком… неловко.

— Чёрт. Что я творю?

Ча Ый Джэ раздражённо смял бумагу. От этого по пальцам побежали мурашки. Однако выбросить её он так и не смог. Если кто-то увидит — это будет конец.

«Ещё подумают, что у Нам У Джина появился преследователь».

С досадой он запихнул комок бумаги в свой инвентарь. Из всех глупостей, которые он когда-либо совершал, это, пожалуй, уверенно входило в топ самых идиотских.

В этот момент из записной книжки разлился мягкий свет. Ча Ый Джэ тут же схватил её. Под аккуратным почерком добавилась ещё одна короткая фраза, написанная тем же ровным почерком.

[Всё в порядке.]

Всё в порядке. Ча Ый Джэ повторил это про себя. Всё в порядке. Кто именно? Ли Са Ён? Или Ча Ый Джэ? Бесконечно расплывчатое предложение, лишённое подлежащего, породило в нём целый поток мыслей.

Но он знал правду. Ли Са Ён написал это, чтобы его успокоить. Написал, не зная, дойдут ли его слова. Написал отчаянно.

Но…

Проведя пальцем по этим буквам, Ча Ый Джэ тихо пробормотал:

— Ни черта он не в порядке.

Ча Ый Джэ…

— …Совсем не в порядке.

Ему было одиноко. Потому что Ли Са Ёна не было рядом.

Сжимая ручку, он вглядывался в страницы записной книжки. Ли Са Ён ждал восемь лет, веря в одно лишь обещание, скреплённое прикосновением мизинцев. Ча Ый Джэ хотел спросить.

Как, чёрт возьми, ты ждал?

Ты ведь даже не был уверен, что я вернусь живым.

А я, зная, что ты жив, всё равно схожу с ума.

Хотелось выплеснуть всё — злость, обиду, горечь. Заполнить страницы руганью, обвинениями, отчаянием. Но Ча Ый Джэ подавил в себе эти чувства. Всё, что он хотел сказать, он вложил в одну короткую, тщательно выведенную фразу. Шариковая ручка коснулась бумаги.

Чернила сложились в буквы, а буквы образовали слово.

Скучаю.

То, что он не мог сказать вслух.

Как только написал, Ча Ый Джэ с силой захлопнул записную книжку, а затем обеими руками принялся тереть лицо. Как же всё тело зудело от одной простой фразы.

В этот момент он уловил шаги, приближающиеся к лаборатории. Ча Ый Джэ вскочил со стула.

Прежде чем дверь лаборатории успела полностью открыться, изнутри донёсся охрипший, надломленный голос, выкрикнувший:

— …Так, говоришь, директор прислала? Опять что-то? Снова торопят? Да я уже тысячу раз говорил, что от этого быстрее ничего не выйдет! Что, мне оправдательное письмо написать? Или медицинскую справку выписать? Ну так платите за справку! Стоимость начинается от пятидесяти миллионов!

Едва дверь лаборатории распахнулась, оттуда хлынул яркий свет. Ча Ый Джэ уставился в изумлении: бледное лицо, криво сидящие очки, небрежно собранные в пучок белые волосы, впалые щёки, мятый халат, сутулые плечи и спина, изношенные, болтающиеся тапочки на ногах. В дверном проёме стоял самый настоящий зомби.

Зомби шумно вдохнул, поправил очки, и его выгоревшие, словно выжженные белым пламенем, глаза расширились.

— …Что за… J? Ты когда успел вернуться?

Мальчик, стоявший рядом, вежливо ответил:

— Он вернулся сегодня, хозяин.

— И почему ты сразу не сказал, что это J?

— Я передал информацию. Просто хозяин услышал лишь то, что его прислала директор, и тут же решил, что это очередной человек, пришедший вас торопить.

— Я?

— Хотите, повторю ваши же слова, хозяин?

— Не надо. Дай мне энергетический напиток.

Зомби схватил стакан, который протянул ему мальчик, и залпом выпил содержимое. Затем, вытерев рот тыльной стороной руки, он задал вопрос:

— Давно не виделись. Ты, значит, только что из эродированного подземелья вернулся?

— А? Да, да.

— Что-то видел внутри? Раз уж так долго оттуда не возвращался.

— Э-э… Ну, да…

Зомби шагнул вперёд и крепко схватил Ча Ый Джэ за плечи. В нос ударил резкий запах антисептика и каких-то химикатов. Белые, выгоревшие глаза сверкнули. Это был взгляд окончательно слетевшего с катушек человека. И тут зомби заорал во всю мощь.

— Рассказывай всё! От начала до конца!

— …Что?

— Не время тянуть! Готовьте доску! Включайте диктофон! Ты — записывай всё слово в слово! Приготовьте стол, стулья и воду, живо!

— Да, хозяин.

Мальчик молниеносно засуетился, и в захламлённой лаборатории мгновенно начались приготовления. Ча Ый Джэ даже не успел опомниться, как его уже подталкивали к доске. В руки ему сунули маркер и губку для стирания. Он ещё не успел прийти в себя, как зомби уже уселся в кресло, держа в руках диктофон, с видом прилежного ученика на первой парте.

— Начинаем немедленно. Опиши всё с момента, когда ты впервые попал в эродированное подземелье, и до того, как выбрался. Чем детальнее, тем лучше.

— Что?

— Живо! Времени нет! Немедленно начинай!

За спиной зомби, то есть Нам У Джина, буквально можно было ощутить давление: ещё немного, и он возьмёт скальпель и препарирует его прямо тут.

Открывая маркер, Ча Ый Джэ глубоко пожалел.

«Чёрт… Надо было сразу бежать, а не эти каллиграфические упражнения устраивать».

Но, как всегда, осознание пришло слишком поздно. Стоя перед видеокамерой и горящими глазами безумного исследователя, Ча Ый Джэ беспомощно начал свой рассказ.

Не замечая, как в этот самый момент его записная книжка вспыхнула ярким светом.

***

Кап, кап, кап… Капли раствора медленно стекали в трубку капельницы. Га Ён грубо отдёрнула тонкую занавеску вокруг кровати и устремила взгляд на мужчину, стоявшего рядом.

— Просто спрошу на всякий случай ~ Она ещё не очнулась?

— Д-да… Ни малейших признаков.

Га Ён посмотрела на кровать. Там лежала Юн Га Ыль. Если бы не едва заметное движение груди, можно было бы принять её за покойника.

Ха-а. Га Ён демонстративно громко вздохнула, а затем стиснула зубы и схватила мужчину за волосы, прошипев:

— Ты, идиот… Сколько, чёрт возьми, ты ей вколол?! Неделя уже прошла, и она до сих пор не очнулась! Я сказала просто усыпить, а не отправить в вечный сон, ясно?

— П-простите…

— Ой, да ~? Если извиниться, то проблема сама собой решится? А мне что, теперь легче стало?! Они уже далеко впереди! Мы не можем бесконечно ставить опыты на верующих!

Га Ён с силой оттолкнула мужчину.

С глухим звуком он рухнул на пол, но тут же вскочил на колени и склонил голову. Га Ён наступила ему на ногу, сжимая её так, что мужчина едва сдержал стон.

— Разбуди её. Любым способом. Понял? Можешь хоть другого пробуждённого притащить. Мне нужны хоть какие-то данные.

— П-понял!

— А если не разбудишь…

Голос Га Ён стал ледяным.

— Тогда сам станешь материалом для эксперимента.

Лицо мужчины смертельно побледнело. Он ударился лбом о пол, повторяя сквозь рыдания: «Простите! Простите…!» Но Га Ён даже не взглянула на него и вышла из комнаты. Возле двери её ждал учёный, который, нерешительно, осторожно спросил:

— Га Ён-ним, может, стоит обратиться за помощью к провидцу…?

— Провидец? Хм…

Га Ён презрительно фыркнула, делая вид, что ковыряет в ухе.

— И что мне у него спрашивать? Кроме болтовни он ни на что не годен. Лучше ещё раз проведём эксперимент.

— Но, Га Ён-ним… Если кто-то услышит…

— Они сейчас так увлечены своими молитвами, что ничего не заметят ~ Пошли, у нас работа.

Вдалеке гулким эхом разносились голоса. Это молились те, кого называли верующими.

Га Ён раздражённо цокнула языком и отвернулась от молящихся.

***

— …Ыль.

— …

— Юн Га Ыль!

— Д-да?!

Юн Га Ыль резко подняла голову от неожиданности. Прямо перед ней, слишком близко, склонилась ослепительно красивая девушка. Кья! Она невольно вскрикнула и отклонилась назад. Пчела рассмеялась, опираясь руками на талию.

— О чём ты так задумалась? Мы тут вообще-то разговариваем.

— А, н-нет… Мне показалось, что я что-то слышала.

— Что именно?

— Не знаю… Простите…

— Ну, не за что извиняться. До какого момента ты слушала?

— Э… Простите.

— Ох, посмотрите на неё, совсем выпала из разговора. Лови!

Пчела бросила что-то в её сторону. Юн Га Ыль ловко поймала предмет и взглянула на него. Это был ключ.

— Что это?

— А ты как думаешь? Ключ от дома.

— …Дома?

— Ага. Дома, где живёт J.

— А…

Юн Га Ыль замялась. Глаза Пчелы на мгновение скользнули за её спину. Там, скрестив руки на груди, прислонившись к стене, стоял Ли Са Ён. Лицо у него было такое мрачное, что казалось, он готов убить кого-нибудь прямо сейчас. Пчела, понизив голос, прошептала:

— Мы сделали копии и раздали ключи. Будем следить все вместе.

Глава 300

J умер, но его тело не исчезло. Можно лишь догадываться, что его душа вернулась в тот мир, из которого он пришёл, оставив своё тело здесь. Именно так должно было быть.

Ли Са Ён бережно очистил тело J, привел его в порядок и перенес к себе домой, разместив вокруг камни сохранения. Чтобы тело не разлагалось. Чтобы его время больше не текло. И продолжал жить в этом доме, как обычно. Юн Га Ыль задумчиво вертела в руках холодный ключ.

— Эм, ну… Разве обязательно всем вместе за этим следить? Разве охотник Ли Са Ён сам с этим не справится?

Пчела нахмурилась и прошипела с явной неприязнью:

— Ты что, веришь этому извращенцу?

— И-извращенцу? Как можно так говорить…

— А что это ещё, если не извращение, хранить труп?

Вместо ошеломленной Юн Га Ыль, потерявшей дар речи, раздался ленивый голос:

— Я всё слышу.

— О, правда? Отлично. Я и говорила, чтобы ты слышал.

— Ты ведь тоже не закопала своего товарища из гильдии. Разве это не то же самое?

— …

Их взгляды встретились, словно острые клинки, готовые нанести удар. Напряжение между Ли Са Ёном и Пчелой было почти осязаемым, настолько резким и яростным, что в воздухе чувствовались искры. Юн Га Ыль тихо перевела дух, её лицо стало бледным. Холод пробежал по всему телу, и если бы она не была охотницей S-класса, то, вероятно, уже упала бы без сознания.

Вскоре Пчела первой нарушила тишину, пожав плечами:

— Ладно… Ты прав. Я была неправа.

— Вот и хорошо.

— Но всё равно заботиться будем вместе. Понял? У нас у всех скоро будет полно дел.

— …Как хочешь.

Юн Га Ыль бросила осторожный взгляд на Ли Са Ёна. Тот, прислонившись к стене, с бесстрастным лицом, даже не пытался привести в порядок растрепанные волосы. После смерти J с его лица исчезли все эмоции. К счастью, он не заперся в тёмной комнате, как в её воспоминаниях, но всё равно…

«Он выглядит таким… нестабильным».

Пчела тоже заметила его состояние, из-за чего, вероятно, и пошла на этот радикальный шаг. Под предлогом ухода за телом J она планировала регулярно проверять Ли Са Ёна. Ведь жизнь с мёртвым телом рядом не могла благоприятно сказаться на его психике.

Он напоминал бомбу с часовым механизмом, готовую взорваться в любую минуту. Юн Га Ыль крепче сжала ключ в руке и закрыла глаза. Она молилась, чтобы всё поскорее закончилось. Потому что иначе…

Иначе кто-то не выдержит первым.

***

После возвращения J, директор Хам Сок Джон собрала небольшую группу людей. Это были те, кто имел прямое отношение к эродированным подземельям, и, по сути, это можно было назвать встречей ранкеров. Среди присутствующих: J, Мэтью, Чон Бин, Гю Гю, Парень-щит, директор Хам, Нам У Джин, отправивший вместо себя марионетку, Ян Хэ Джин, представитель Бюро управления разломами, а также Со Мин Ги, добровольно ставший водителем J. Основной целью собрания были проверка текущего положения и обмен информацией.

Ян Хэ Джин, переворачивая страницы в своих руках, заговорила:

— …Эрозия происходит очень быстро. Подземелье Чонно 3-га расположено под землёй, так что снаружи этого не видно, но в тех местах, где входы находятся на поверхности, уже полностью побелели.

— Значит, признаки эрозии проявляются и внешне?

— Да. Поэтому мы полностью огородили территорию вокруг подземелий, объявив её запретной зоной, и возвели защитные барьеры. Но проблема в том, что даже те подземелья, которые изначально не были эродированными, тоже начинают подвергаться процессу эрозии. Если так продолжится, это создаст проблемы с поставками ресурсов.

Человечество довольно быстро адаптировалось к жизни бок о бок с монстрами. На рынке было множество товаров, изготовленных из материалов монстров, а предметы для охотников полностью зависели от ресурсов из подземелий. Оружие, доспехи, а иногда даже низкоуровневые зелья, входящие в подарочные наборы для новичков, продаваемые через мессенджеры, — всё это создавалось из того, что приносили из подземелий.

Хам Сок Джон мельком посмотрела на Гю Гю.

— В других странах ситуация такая же?

— Ага, похоже, это мировое явление. Если всё так пойдёт, у нас будут проблемы не только с оружием, но даже с обычными зельями, — ответил он, подбрасывая и ловя кости для игры.

Воцарилось молчание. Территории, затронутые эрозией и отбеливанием, превращались в белоснежные пустоши. Всё, что оставалось после, превращалось в бесполезный пепел, который, подхваченный ветром, разлетался без следа. Ча Ый Джэ вдруг задумался.

«Так вот почему Нам У Джин так переутомлялся…»

В мире, где ресурсы становились дефицитом, раны, которые в нормальных условиях лечили бы зельями, он, вероятно, исцелял вручную. Ча Ый Джэ вспомнил мир Мемориального подземелья: охотники, покрытые многочисленными мелкими и большими ранами, которые оставались с ними на долгие месяцы.

Хам Сок Джон задала вопрос:

— Как обстоят дела с мутациями?

— Их количество быстро увеличивается. Частота мутаций особенно высока среди жителей, находящихся рядом с эродированными подземельями. Связь между отбеливанием и мутациями доказана. Как и говорил охотник J, феномен эрозии в нашем мире, вероятно, соответствует явлению отбеливания в мире, который уже разрушен. Различаются лишь названия.

Мэтью спросил:

— А что если просто закрыть подземелья? Раз уж из эродированных подземелий нельзя добывать ресурсы, их уничтожение может быть самым быстрым способом минимизировать ущерб.

Чон Бин тяжело вздохнул и покачал головой.

— Мы, конечно, рассматривали и этот вариант. Но даже если захотеть, закрыть их невозможно: входы в эродированные подземелья исчезли. Пока Мемориальное подземелье активно, внутрь никто не может попасть.

— Значит, остаётся только ждать?

— Да. Но проблема в том, что время внутри подземелий течёт иначе, чем снаружи. Сколько придётся ждать — сказать сложно.

Время внутри подземелий и в реальном мире действительно шло с разной скоростью. Когда Ча Ый Джэ провёл в Мемориальном подземелье около недели и выбрался наружу, в реальном мире прошло две недели. Теоретически, если ждать, рано или поздно они вернутся. Но вероятность того, что конец света наступит раньше, исключить нельзя.

«Ли Са Ён пробудет там намного дольше…»

После разрушения мира ему придётся продолжать скитаться по нему. Ча Ый Джэ вспомнил три месяца, когда Ли Са Ён находился в состоянии глубокого сна. Эти месяцы были похожи на ад.

Если всё останется, как есть, конец света наступит раньше, чем Ли Са Ён вернётся. Ча Ый Джэ нервно закусил губу. Разве нельзя было вытащить его немного раньше?

«В следующий раз ты сам меня найдёшь. Как было раньше».

Чей-то голос эхом звучал в его голове, блуждая без направления, словно потерявшийся корабль в открытом море.

В итоге собрание завершилась, так и не найдя подходящего решения. Парень-щит остался в Бюро управления пробуждёнными, сославшись на необходимость разобраться в некоторых вопросах, а Со Мин Ги и Ча Ый Джэ решили вернуться первыми.

Ча Ый Джэ сел на пассажирское сиденье старого грузовика. Украшение на зеркале заднего вида теперь представляло собой серую плюшевую кошку размером с кулак, с солнцезащитными очками на мордочке. Мин Ги, сидя за рулём и настраивая угол зеркала, вдруг спросил:

— Хотите попасть в закрытое подземелье или разлом, клиент?

— Да, но это невозможно. Даже Романтичный открыватель не может открыть дверь в подземелье.

— К сожалению, это так. Но у меня есть предложение.

В зеркале заднего вида на мгновение отразились чёрные глаза под солнцезащитными очками.

— Свяжитесь с исследовательской группой гильдии Падо. Кажется, они сейчас изрядно страдают от апатии из-за постоянных командировок. Говорят, что чувствуют себя, как две разные палочки для еды, которые не подходят друг к другу.

— Исследовательская группа?

— О, разве вы не встречались с ними однажды в Инчхоне? Это та самая команда, которая по приказу главы гильдии изучала, как открывать закрытые разломы. Сейчас они исследуют феномен эрозии.

А-а. Ча Ый Джэ тихо выдохнул. Он вспомнил, как однажды, когда он внезапно направился в Инчхон в поисках Ли Са Ёна, один молодой человек из этой команды дал ему пропуск для доступа. Внешность того парня напоминала грозного бандита, но характер был довольно добродушным. К тому же он говорил, что является фанатом J. Ча Ый Джэ вспомнил о его смущённом лице, покрытом румянцем, и заикающемся голосе.

«Я, я, я фанат. Фанат, и… наша команда — фанаты, и профессор — тоже фанат…»

Ча Ый Джэ задумчиво потёр подбородок. Фанаты J. Если правильно всё обставить, можно попробовать добиться их помощи.

— Есть ли результаты их исследований? Им удалось открыть разлом?

— Эм, открыть не смогли, так что можно сказать, что результатов пока нет. Но их знания о подземельях лучшие в мире. К тому же они сейчас занимаются изучением эродированных подземелий.

С громким звуком старый грузовик тронулся с места, издавая грохот. Ча Ый Джэ с лёгким раздражением спросил:

— А почему ты не сказал об этом на встрече? Это же важная информация.

— Вы понимаете, насколько это засекречено? Правила конфиденциальности знаете?

— Мир на грани разрушения, а ты про конфиденциальность?

— Поэтому я и рассказал это вам, клиент. Если бы об этом узнали в Бюро управления пробуждёнными, только потратили бы время на бюрократию. А здесь нужен кто-то с вашей решимостью и способностью действовать без раздумий.

— То есть Бюро лучше не знать об этом?

— У каждого есть секреты, которые он не рассказывает даже родителям, верно, клиент?

Возможно, из-за времени, проведённого вместе, Со Мин Ги знал Ча Ый Джэ слишком хорошо. Уголки рта скрытого под маской лица Ча Ый Джэ слегка приподнялись. Под солнцезащитными очками Мин Ги тоже улыбнулся.

Ча Ый Джэ кивнул.

— Поехали прямо сейчас.

В тот же момент Со Мин Ги резко вывернул руль.

***

Гордость гильдии Падо, исследовательская лаборатория подземелий, славилась своей строгой системой безопасности. Чтобы попасть внутрь, нужно было несколько раз приложить пропуск к считывателям и долго идти по извилистым, словно спираль улитки, коридорам. Лаборатория располагалась глубоко под землёй, без единого окна, но, возможно, для поддержания психического здоровья сотрудников потолок был украшен панелями с изображением искусственного неба, а стены коридоров — экранами с пейзажами природы. «Да из-за всего этого люди и впадают в депрессию», — подумал Ча Ый Джэ, устало шагая по бесконечно длинному коридору.

Когда, наконец, Со Мин Ги приложил пропуск к последнему считывателю…

— Добро пожаловать!!

Бум! Взорвались хлопушки. Ча Ый Джэ рефлекторно отступил назад, моргая в изумлении.

По обеим сторонам от двери, на красной ковровой дорожке, выстроились в ряд сотрудники лаборатории, склонившись в глубоких поклонах под углом в девяносто градусов. Это зрелище напоминало встречу босса какой-то банды. Особенно если учесть, что среди сотрудников был тот самый парень с внешностью грозного бандита. Ча Ый Джэ обратился к Мин Ги, словно используя чревовещание:

— Что, чёрт возьми, ты им сказал?

— Что сюда прибудет господин J.

— И всё? Ты уверен, что только это?

— Абсолютно. В этот раз честно.

Красная ковровая дорожка, уходящая в даль, казалась бесконечной. Сотрудники, завершив поклоны, смотрели на Ча Ый Джэ с восторженными, сияющими глазами, словно призывая его сделать первый шаг и пройтись по ковру. У Ча Ый Джэ задрожали сжатые кулаки.

«Н-ненавижу это!»

Такое внимание было для него настоящим кошмаром.

Глава 301

Однако Ча Ый Джэ усвоил одну вещь благодаря своему опыту работы на подработке: важно удовлетворять потребности клиента, особенно когда ты приходишь с просьбой. Сжав глаза, он сделал шаг на красную дорожку. Вау! Раздались возгласы восторга и аплодисменты. Шедший на шаг позади Со Мин Ги тихо прошептал:

— Чувствую себя, будто стал актером.

«Тебе весело?»

Ча Ый Джэ не ответил на это несерьёзное замечание. Однако Со Мин Ги, не сдаваясь, продолжил:

— Вы что-нибудь знаете о профессоре Чане?

— Нет.

— Тогда позвольте кое-что рассказать. Профессор, в целом, очень доброжелательный человек, но из-за экспериментов, которые он проводит на себе, появились некоторые… побочные эффекты.

— Некоторые?

— Ну, его внешность… немного отличается от обычной. Вы сами увидите.

На конце красной дорожки стояла фигура, ростом примерно до пояса Ча Ый Джэ. Что это? Он наклонил голову, пытаясь разглядеть стоявшего. Круглый нос, круглые глаза, густая белая борода, доходящая до ключиц…

— Ох, добро пожаловать!

«Санта?»

— …

Ча Ый Джэ вопросительно посмотрел на Со Мин Ги. Неужели это и есть профессор? Со Мин Ги твёрдо кивнул и поклонился круглому старику:

— Профессор Чан, как ваши дела?

— Хо-хо, у меня всё хорошо. Работы, правда, много.

— По поводу нагрузки жалобы направляйте главе гильдии. Но сначала разрешите представить. Это — господин J.

Ча Ый Джэ слегка поклонился. На круглом лице профессора Чана появился румянец, а его круглые глаза засияли, как у персонажа из мультфильма. Профессор залился хохотом и протянул руку.

— J! Как же я хотел с вами встретиться. Вы даже не представляете, как мне было жаль, когда услышал, что вы уже посещали это место, но мы не пересеклись.

— А, да. Тогда у меня было слишком много дел, чтобы зайти.

— Ну, теперь вы здесь, и это главное. Ладно, давайте присядем и выпьем чаю. Хотя, может, из-за маски вы не сможете?

— Я просто буду наслаждаться ароматом.

— Конечно, конечно!

Профессор Чан дважды хлопнул в ладоши, и исследователи тут же зашевелились, заняв свои места. Ча Ый Джэ, провожая взглядом удаляющуюся спину профессора, тихо прошептал Со Мин Ги:

— Он такой… милый, правда?

— Конечно. Стоит только надеть красную шапку и костюм — и он станет милым Сантой. В рождественский сезон очень выручает.

— А можно спросить, что это за побочный эффект от эксперимента?

— С этим связана печальная история.

Со Мин Ги, подведя палец к солнцезащитным очкам, сделал вид, будто смахивает слезу.

— Однажды был обнаружен монстр, напоминающий овцу, с бесконечно быстро растущей шерстью. Её назвали Долли. Профессор пытался создать на основе её продуктов средство против облысения.

— А-а.

— Вот только вместо этого он сам стал обладателем пушистых волос и бороды, как у овцы, а ещё маленького, круглого, почти игрушечного тела. Хотя раньше он был мускулистым и с гладкой лысой головой.

— А-а…

…Наверное, это не так уж плохо?

Ча Ый Джэ почесал затылок, наблюдая, как профессор, энергично размахивая руками, даёт указания исследователям, бегая туда-сюда по лаборатории. Ну, по крайней мере, он действительно обзавёлся пушистыми волосами и бородой — цель ведь достигнута. За профессором семенили две маленькие, пушистые овечки.

— А те овечки, которые следуют за ним?

— Это детёныши Долли. Они считают профессора кем-то вроде дяди и везде за ним ходят. Так как они не представляют опасности, их решили оставить.

Когда приготовления к встрече были завершены, профессор Чан поманил гостей жестом. Ча Ый Джэ сел на вращающееся кресло, видимо принадлежащее одному из исследователей. Тут же одна из маленьких овечек прыгнула ему на колени. Она была мягкой и пушистой. Настолько, что хотелось уткнуться в неё лицом!

Со Мин Ги взглянул на него так, словно хотел сказать: «Перейдём к делу». Ча Ый Джэ, продолжая гладить мягкую шерсть овечки, произнёс:

— Дело в том, что я хочу открыть закрытое подземелье. Слышал, вы много работали в этом направлении.

— О? Подземелье?

— Да. Вы, наверное, слышали, что все входы в эродированные подземелья исчезли?

— Да-да, конечно, знаю. Мне сообщили, что глава гильдии так и не вернулся, а также передали информацию о эрозии… то есть о процессе отбеливания.

Профессор Чан поправил свои круглые очки.

— А причина? Вы хотите открыть его ради ресурсов?

— Нет.

Ча Ый Джэ, нежно почесав овечку за ушком, добавил:

— Я хочу вытащить оттуда запертого человека.

— …

Глаза профессора Чана округлились, но вскоре он мягко улыбнулся.

— Понятно… Не волнуйтесь. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь.

Так просто? Ча Ый Джэ моргнул, ошарашенный лёгкостью ответа. Тем временем профессор, потирая свои маленькие круглые руки, начал быстро и взволнованно говорить:

— Как раз подходящий момент. Знаете, я столько лет проводил исследования, а когда наконец-то почувствовал, что можно переходить к клиническим испытаниям, вы, господин J, вернулись живым и невредимым, так что использовать их не пришлось. О, я вас не виню, конечно. Если бы мы чуть раньше всё закончили, этого бы не случилось. Ха-ха-ха.

— Ха… ха-ха.

— В любом случае, я помогу вам с максимальной самоотдачей!

— Большое спасибо. Очень на вас надеюсь.

— Кстати, хотите, я объясню, как это работает? Интересно ведь, правда? Правда?

Его круглые глаза заблестели, как у ребёнка, предвкушающего возможность поделиться чем-то важным. Ча Ый Джэ уже собирался ответить, но почувствовал, как что-то дёрнуло его за край штанов. Он опустил взгляд. Маленькая тень в форме куклы изо всех сил тянула за край его брюк, яростно качая головой. Ча Ый Джэ обернулся и посмотрел на Со Мин Ги. Тот прищурился за солнцезащитными очками, выражая столь очевидное предупреждение, что даже человек без малейшего чутья не мог бы не понять:

«Не вздумай соглашаться на объяснения».

Лучше действительно послушаться Со Мин Ги. Ча Ый Джэ вежливо покачал головой.

— О, нет, всё в порядке, спасибо.

— Ах, вот как…

На круглом, миловидном лице профессора Чана заметно отразилось разочарование. Ча Ый Джэ с трудом подавил чувство вины, которое укололо его совесть. Со Мин Ги, как ни в чём не бывало, ловко сменил тему разговора:

— Почему бы вам не рассказать J о главе гильдии? Они ведь так близки. В конце концов, вся эта история с подземельем ради его спасения.

— О, так слухи о том, что вы в главном офисе играли в догонялки, правда?

Рука Ча Ый Джэ, ласкавшая мягкую шерсть овечки, внезапно застыла. Казалось, он уже успел забыть тот кошмар, но воспоминания вновь начали всплывать в сознании. На мгновение вокруг Ча Ый Джэ ощутимо повеяло зловещей аурой. Однако профессор Чан, поглаживая свою бороду, только весело рассмеялся.

— Неудивительно, глава гильдии говорил то же самое.

— Простите, что?

— Ах, да-да. Пройдёмте за мной на минуту.

Профессор Чан, семеня короткими шагами, направился куда-то вперёд. Со Мин Ги кивком показал, что ему стоит последовать за профессором. Ча Ый Джэ, прижав к груди маленькую овечку, пошёл следом. Они миновали зал, где работали исследователи, и углубились в коридоры лаборатории. Вскоре перед ними появилась массивная металлическая дверь. Профессор достал старый ключ и с лёгким скрипом открыл замок.

В воздухе витал запах старой бумаги и пыли. Комната больше напоминала склад. Вдоль стен громоздились стопки книг, сшитых вручную из бумаги, а пластиковые ящики были беспорядочно набиты видеокассетами, CD-дисками и простыми накопителями.

Профессор указал на всё это:

— Это всё материалы, которые глава гильдии собирал до и после создания исследовательской группы.

— Собирал? Что именно?

— Всё, что касается разломов: частота их появления, структура, процессы при их закрытии. Особенно много информации по разлому на Западном море. Всё, что только мог найти.

— Сам? Всё это?

— Да. Привёз с собой, когда впервые встретился со мной.

Ча Ый Джэ поднял верхний файл из одной из стопок. Это был альбом со склеенными вырезками из газет.

「Разлом в Западном море: исчез навсегда?」

В вырезке из газеты, рядом с заголовком, была фотография моря с провалом в центре — именно там, где раньше находился вход в разлом. Ча Ый Джэ продолжал просматривать материалы. Все они были связаны с разломом в Западном море.

「Гибель героя: кто понесёт ответственность?」

На одной из страниц была фотография Хам Сок Джон, склоняющей голову в извинении, и множество снимков J. Среди строк попадались знакомые аккуратные рукописные заметки. Это точно было написано Ли Са Ёном.

Профессор Чан пробормотал:

— Открыть закрытый разлом… Это ведь просто абсурд. Кто вообще мог придумать такое? Закрытый разлом считается исчезнувшим навсегда.

— …

— Но… глава гильдии, который пришёл ко мне, был абсолютно уверен. Уверен, что это возможно. Что J не мог погибнуть.

Профессор Чан изначально преподавал физику в университете. После Дня Разлома и создания Бюро управления пробуждёнными он присоединился к их исследовательской команде, чтобы изучать законы новой физики, перевернувшей мир.

Он быстро освоил новые знания и стал ведущим специалистом по разломам и подземельям. Однако даже он не мог разобраться в разломе Западного моря, который появился внезапно и исчез столь же неожиданно. Это было первое серьёзное поражение в его новой карьере.

Однажды руководитель команды Чон Бин привёл к нему странного молодого человека, похожего на «чёрный стержень».

Этот охотник, стремительно занявший первое место в рейтингах, на деле оказался обладателем довольно молодого лица. Хоть он и был ростом около 180 сантиметров, профессор Чан отметил, что даже так он немного уступал ему в росте. Похоже, не все охотники выглядели как идеальные атлеты. Профессор заговорил своим глубоким голосом:

— Ты хотел что-то у меня спросить?

— Ага.

— Ли Са Ён, уважай старших и говори вежливо...

— Ты изучал разлом Западного моря? Это так?

Этот «чёрный стержень» оказался таким же грубым, как и выглядел. Однако профессор Чан решил не указывать на манеры и ответил прямо:

— Да. Изучал.

— Что-нибудь выяснил?

— Нет.

— Результаты?

— Никаких.

— Тогда начни исследование заново. Я всё оплачу.

«Чёрный стержень» с грохотом поставил тяжёлую коробку на стол. Профессор нахмурился и заглянул внутрь. Там лежали кассеты, диски и вырезки из газет.

— Фанат разлома на Западном море? Отличная коллекция. И что я должен с этим сделать?

— Найти способ открыть закрытый разлом.

Профессор Чан медленно поднял голову. Это звучало как полнейший абсурд. Но он, уже переживший поражение, начал слушать этого странного парня. Ли Са Ён произнёс твёрдым, уверенным голосом:

— Мы должны вытащить человека, который остался заперт в разломе.

Глава 302

Профессор Чан, поглаживая бороду, громко рассмеялся.

— Ха, и подумать только, что я услышу такие слова. Установили мемориал, а про разлом в Западном море напрочь забыли. Все только и делают, что обсуждают, сможет ли новый лидер занять место J... В общем, каждый занят своими делами.

— …

— Разлом в Западном море — место, которое выходило за пределы моего понимания. И вот... мне захотелось снова взяться за исследования. Тут же сказал директору Хам, что последую за тем парнем, чтобы открыть разлом, и собрал вещи.

Ча Ый Джэ листал вырезки из газет одной рукой. Всё это собрал Ли Са Ён. Просто за то, что он спас его жизнь и пообещал вернуться. Чтобы найти человека, который, возможно, потерялся и не смог вернуться обратно. Человека, который, возможно, уже умер.

«Решил вернуть того, чьего лица и имени даже не знает...»

Ча Ый Джэ провёл пальцем по фотографии в пожелтевшей газетной вырезке. На ней был человек в чёрной маске и белом шарфе. Молодой мужчина, снятый издалека, отчего качество снимка было довольно низким. Стремление Ли Са Ёна иногда казалось непостижимым.

Однако сейчас Ча Ый Джэ стоял здесь. Он тихо усмехнулся.

«Что ж… Похоже, подобные люди притягиваются друг к другу».

Если это судьба, то пусть будет так. Ча Ый Джэ с трудом сдержал непривычное тепло, переполнявшее его сердце.

— Профессор, вы можете рассказать ещё что-нибудь?

— О-хо-хо? И о чём же?

— О Ли Са Ёне. Что угодно.

В этот момент в разговор неожиданно вмешался Со Мин Ги, стоявший за дверью.

— Директор Хам часто ворчит на главу гильдии. У них отношения любви-ненависти.

— Почему?

Со Мин Ги поправил солнцезащитные очки.

— Вы сами подумайте, кому понравится, что у него забирают важных сотрудников? А глава гильдии, говорят, даже пытался переманить к себе руководителя Чон Бина.

— Хо-хо-хо… Если знать характер директора Хам, то она ещё сдержалась, раз всё закончилось только ворчанием. Если бы Чон Бин действительно ушёл, она бы точно начала мстить.

— …Кому?

— Конечно, главе гильдии. Даже я бы, наверное, пару раз врезал!

Профессор Чан без колебаний бросил жёсткие слова, громко смеясь. Ча Ый Джэ мельком взглянул на лицо Со Мин Ги. В мире без гильдии Падо он был сотрудником Бюро управления пробуждёнными.

Ме-е. Овечка, которую Ча Ый Джэ держал на руках, тихо замекала. Он опустил её на пол и, глядя на её пушистую спину, задумался.

«Может, стоит пересмотреть старые записи с Ли Са Ёном?»

Видео-комната Скумбрии была такой уютной и спокойной.

Но внезапно Ча Ый Джэ резко поднял голову. Точно, Скумбрия! Нужно было узнать, как дела у братьев Скумбрий. Хотя нет никаких гарантий, что в зоне Мемориального подземелья отбеливание происходит, рисковать нельзя.

«На всякий случай лучше проверить».

Тем временем профессор Чан, осматривая комнату, недовольно цокнул языком.

— Работал я с ними обоими — с директором Хам и главой гильдии. Оба одинаковые. Смотреть на их споры — всё равно что наблюдать за ненавистью к себе подобным. Одинаковые люди постоянно ссорятся. Диретор Хам ещё и издевается над молодыми.

— С этим сложно не согласиться.

Цель была достигнута, пора было отправляться на рыбный рынок. Однако Ча Ый Джэ не удержался и вступил в неожиданно начавшуюся дискуссию.

— …Но, знаете.

— Да-да, говорите.

— Разве характер у директора не получше?

— О-хо-хо?

Это требовало объективной оценки. Как бы ни был ему дорог Ли Са Ён.

***

Бледный свет замигал, освещая просторную лабораторию, наполненную напряжённой тишиной. По ту сторону прозрачной стены что-то, связанное по рукам и ногам, яростно вырывалось. Это был мальчик, чьи волосы и кожа местами побелели. Его правая нога уже превратилась в нечто, напоминающее конечность хищного зверя.

Дверь в лабораторию внезапно распахнулась. Вошла Га Ён, обутая в тапочки и держащая дымящуюся кружку. Она уверенно зашагала внутрь и весело поздоровалась:

— Привет ~ Простите за опоздание ~ Похоже, всё уже готово? Можно начинать?

— Да, да! Осталось только ввести препарат.

— Вот как? Хм, хм. Ну, раз день сменился, стоит поприветствовать его заново.

Га Ён подошла к микрофону на столе перед прозрачной стеной, настроила его высоту и нажала красную кнопку.

— Раз-раз… Ты слышишь меня? Наверняка слышишь. Ну как, выспался, наш друг?

«Спасите, отпустите…». Донёсся отчаянный голос из динамиков. Га Ён беззаботно улыбнулась.

— Ой, да ведь знаешь, что мы тебя не отпустим ~ Но в этот раз у нас новый препарат. Если сработает, отпустим. Даже с мамой встретиться сможешь. Хорошо? Может быть больно, но постарайся потерпеть, ладно?

В ответ раздались всхлипы. Га Ён снова нажала на кнопку, и плач внезапно оборвался. Сделав глоток кофе, она кивнула. В её голосе больше не было ни намёка на прежнюю жизнерадостность — он звучал холодно и отстранённо.

— Начинайте.

— Да, приступаем.

За прозрачной стеной начал подниматься густой белый дым. Вскоре раздались пронзительные крики. «Больно, больно, больно…» Лица некоторых сотрудников лаборатории побледнели. Но Га Ён, не выражая никаких эмоций, спокойно пила кофе.

Спустя некоторое время крики стихли, а дым осел. Га Ён коснулась плеча сидящего за монитором исследователя.

— Увеличь изображение.

На большом экране появилось увеличенное изображение мальчика. Га Ён сама отрегулировала ракурс, внимательно осматривая его тело. И тут кто-то громко воскликнул.

— Эфф... эффект есть! Посмотрите на его нижнюю часть тела!

Конечность, исказившаяся и превратившаяся в звериную лапу, начала восстанавливать свой человеческий облик. Огромная звериная ступня вновь стала ногой обычного человека. Га Ён на мгновение округлила глаза, а затем тихонько рассмеялась. Лёгкой походкой она направилась к углу лаборатории, где на стуле, крепко привязанным, с опущенной головой сидел мужчина.

— Это оказалось правдой? Спасибо за помощь, Мин Джун. Всё-таки старая дружба хороша, правда?

— …

— У тебя замечательные способности ~ Устроился в гильдию Совон, да ещё и в команду, подчиняющуюся напрямую главе гильдии... И вот теперь ты предоставил такую важную информацию.

Белый халат поверх формы, которую обычно носили библиотекари гильдии Совон, был изрядно помят и порван. Мин Джун с трудом открыл глаза и тихо прошептал:

— Раз… раз вы проверили эффект… теперь отпустите… меня…

— Ах, ну зачем так спешить? Пару тестов ещё можно провести, не поздно ведь.

— Не важно, что будет со мной! Но мою семью... мою семью отпустите! Пожалуйста!

Мин Джун дёрнулся, и стул под ним заскрипел. Га Ён, с безразличным выражением лица, взяла у другого исследователя планшет.

— Потерпите немного ~ Кто говорил, что мы кого-то убьём? Ваша жена и сын вполне здоровы, так что не надо кричать. Они мирно сидят и поют гимны.

— Отпустите… Пожалуйста…

— Эх, ладно. Тогда ответь мне на один вопрос, хорошо?

Га Ён наклонилась и посмотрела Мин Джуну прямо в глаза. Его воспалённые, покрасневшие глаза задрожали. Она усмехнулась.

— Этот великий доктор, Нам У Джин. Где ты раздобыл информацию? Не мог же он так быстро продвинуться без какой-либо помощи.

— …

— Ведь он, в отличие от нас, даже не использует мутантов для своих экспериментов. Количество тестов у него куда меньше. Так как он нас обошёл?

Мин Джун крепко сжал губы, отказываясь говорить. Га Ён громко вздохнула и вытащила телефон из кармана халата. Она набрала номер и приложила телефон к уху. Через динамик донеслись помехи и звуки музыки.

— Да, это я. Нет-нет ~, ничего особенного, просто хотела узнать, есть ли среди участников собрания Ли Джи Хён. Можешь проверить?

— П-подождите! Подождите!

— Сегодня она опять пришла с сыном? Проверьте, есть ли мальчик. Да, пятилетний. А, он там? Ну тогда…

— …Записная книжка!

Мин Джун резко зажмурился и выкрикнул. Уголки губ Га Ён поползли вверх.

— Вот как ~ Ладно, пока ничего не трогайте. Мин Джун, так что там про записную книжку?

— Да, да… Это записная книжка. Она из подземелья, но раньше её содержимое было невозможно расшифровать. А теперь… теперь понемногу стало можно разобрать…

— И там есть подсказки для разработки вакцины?

— Да… Да, там описано несколько способов. Мы пробуем следовать им…

— Ах, понятно…

Га Ён улыбнулась, убрала телефон от уха и положила руку на плечо Мин Джуна.

— В таком случае… нам придётся часто видеться. Правда? Каждый раз, как появится что-то новое, ты будешь приходить и рассказывать нам ~

Мин Джун плотно зажмурил глаза. Лёгкий смех Га Ён эхом разнёсся по комнате.

***

Старый грузовик со скрипом остановился на стоянке рыбного рынка. Ча Ый Джэ, с тревогой на лице, осмотрел забитую машинами парковку. На открытых участках крыши толстым слоем лежал белый пепел.

«Я потерял слишком много времени».

Дискуссия о схожести и сравнении характеров Хам Сок Джон и Ли Са Ёна не закончилась быстро. Участников собралось слишком много, чтобы это могло быть иначе. Особенно активно участвовал профессор Чан, который, очевидно, был знаком с обоими в качестве начальников, из-за чего вёл себя крайне эмоционально. В итоге к какому-то конкретному выводу прийти так и не удалось.

«Теперь понятно, почему Со Мин Ги просил не слушать профессора Чана».

В этот момент дверь грузовика резко открылась, и наружу выглянула голова с ярко-синими волосами. Уверенный в себе молодой человек расплылся в широкой улыбке.

— Давненько не виделись, я даже встретить вас вышел, хён-ним. Слышал, что вы вернулись, но то, что вы сюда сами заглянули… для меня великая честь, ой!

Ча Ый Джэ резко схватил младшего брата Скумбрию за обе щёки одной рукой. Его лицо тут же приобрело выражение рыбы, а сам он, словно игрушку, стал поворачивать его голову то туда, то сюда, внимательно осматривая его. Цвет кожи — в порядке. Цвет волос — без изменений. Чешуи — нет. Скумбрия замахал руками, пытаясь остановить его.

— Эй, хён-ним! Эй, что ты делаешь?!

К счастью, следов мутации не обнаружилось. Лицо Скумбрии осталось таким же наглым, как и прежде. Ча Ый Джэ с облегчением вздохнул и убрал руки. Младший брат, потирая покрасневшие щеки, бросил на него недоумённый взгляд.

— Ох, я уже думал, что у меня лицо расплющится. Почему ты вдруг так со мной?

— Нужно было кое-что проверить.

— Что именно? Что моё красивое лицо не изменилось?

— Пусть будет так. А твой брат? У него всё в порядке?

— Брат? Он здоров. Наверняка прямо сейчас за нами наблюдает.

— А вокруг всё спокойно? Никаких проблем нет?

— Проблемы? Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось?

— Например, поблизости есть эродированное подземелье? Или расширение зоны эрозии?

— Очень конкретный вопрос… Да, одно подземелье есть. Оно принадлежит гильдии Самра, но их управление оставляет желать лучшего. Старик Сон Джо Хон попал в тюрьму, так что неудивительно. Мы обратились в Бюро управления разломами, и попросили разобраться. Они пока не приехали.

Эродированное подземелье рядом. Зоны эрозии продолжают расширяться. Если подземелье оставить без контроля, монстры размножатся, и случится прорыв подземелья — момент, когда монстры вырываются наружу. Ча Ый Джэ быстро спросил:

— Где оно? Насколько близко?

— Минут восемь пешком. Но почему ты так волнуешься, хён-ним?

— Покажи направление.

— Вот как. Ты только и делаешь, что расспрашиваешь, а сам ничего не объясняешь. Ты случайно не из Национальной разведывательной службы?

— Это срочно, давай быстрее!

Когда Ча Ый Джэ резко повысил голос, лицо Скумбрии слегка напряглось. Тогда вмешался Со Мин Ги, сидевший за рулём.

— Он всегда знает, что делает. Просто следуй за ним.

— Ты будущее увидел или что? Ладно. Если пройти прямо через переулок у магазина, там и будет.

Не дожидаясь дальнейших объяснений, Ча Ый Джэ выскочил из машины и побежал. Со Мин Ги последовал за ним, как тень.

Оставшись один, Скумбрия с недоумением посмотрел им вслед, затем выругался под нос и, повернувшись к пустому воздуху, крикнул:

— Если что, я за ними. Ты тоже будь осторожен!

Ветер усилился, и белый пепел поднялся в воздух, кружась, словно снежная буря.

Глава 303 - Граница

Чем ближе подходили к зоне эрозии, тем больше становилось кружащегося пепла. Улицы и дороги, тротуары и деревья, когда-то оживлённые людьми, теперь были покрыты белым слоем пепла. Разлетающийся пепел напоминал падающий снег. На первый взгляд это могло даже показаться красивым.

Ча Ый Джэ остановился. Высокая стена, выше телеграфного столба, преграждала путь. Наверняка он был возведен охотником с помощью его способности. Судя по всему, местные жители уже были эвакуированы, потому что вокруг не ощущалось ни единого признака жизни. Ча Ый Джэ повернулся к Скумбрии, шедшей следом, и спросил:

— Жители?

— Их эвакуировали на рыбный рынок несколько дней назад. Было нехорошие предчувствие. Планировали вернуть их после того, как Бюро управления пробужденными завершит работу…

— Молодцы.

Скумбрия, нахмурившись, задал вопрос:

— Всё настолько плохо?

— Да.

За стеной ощущалась зловещая, бурлящая энергия, словно вулкан, готовый в любой момент взорваться.

«Не удивлюсь, если это произойдёт в любой момент…»

Перед глазами на мгновение всплыла картина мёртвого моря, ослепительно белого и пугающего. Ча Ый Джэ тряхнул головой, отгоняя это видение. Он и так знал, что ждёт впереди, благодаря тому кошмару, который ему довелось пережить в Мемориальном подземелье. Он не мог позволить себе просто наблюдать.

«Нужно разобраться с этим прямо сейчас».

Ча Ый Джэ обернулся.

— Со Мин Ги, свяжись с каждым управлением и попроси ограничить доступ к этому району. Зону отвести широкую, вплоть до самого рыбного рынка.

— Понял.

— Скумбрия, а ты…

Скумбрия моргнул, ожидая продолжения. Ча Ый Джэ долго подбирал слова, но так и не нашёл подходящих. В итоге он просто дважды хлопнул его по плечу.

— Иди к своему брату. Помоги защитить жителей.

— Что это значит? Ты меня выгоняешь?

— Быстро соображаешь.

— Хён-ним, ты, похоже, считаешь меня какой-то мелкой рыбёшкой… Но у меня тоже есть кое-какие боевые способности.

Скумбрия сжал кулак, и вокруг него тут же появились несколько золотых рыбок. Ча Ый Джэ, вместо того чтобы критиковать этих симпатичных, но бесполезных на вид рыбок, указал на себя большим пальцем и спросил:

— Ты сражаешься лучше, чем я?

Скумбрия плотно сжал губы, не ответив. Ча Ый Джэ равнодушно махнул рукой.

— Если нет, то только мешаешь. Иди.

Со Мин Ги, прижимая телефон к уху, с укором заметил:

— Если вы ставите такие жёсткие условия, то никто им не сможет соответствовать. Вы бессердечны, уважаемый клиент.

— Поэтому я и говорю, что буду один. Сражаться в одиночку проще.

— Вы хоть представляете, сколько монстров может вылезти?

— Даже если их будет много…

После Мемориального подземелья к нему начали возвращаться забытые воспоминания.

Ему было не привыкать к численному превосходству врагов. Хотя раньше это вовсе не было его сильной стороной, но бесчисленные битвы с монстрами из разлома Западного моря изменили ситуацию. Чтобы выжить, нужно было научиться всему.

«Вряд ли здесь их будет больше, чем в разломе Западного моря».

Опыт, закалённый в бою, так просто не исчезнет. Ча Ый Джэ вынул массивное копьё. Почувствовав его вес в руке, он ощутил, как внутренняя тревога уступает место спокойствию. Глубокий вдох, затем выдох.

Когда он коснулся рукой стены,

Бум!

Стена задрожала.

— …

Зловещая энергия за стеной пришла в движение. Это была реакция на него? Или просто время подошло? Сказать наверняка было сложно.

Бум!

Бум!

Бум!

Каждый удар заставлял падать пыль с вершины стены, а землю вокруг сотрясало, словно во время землетрясения. Ча Ый Джэ, поднял взгляд на стену, словно оценивая её, и пробормотал:

— Подожди. Я открою тебя…

Он раскрутил копьё и провёл его остриём по стене, прочертив диагональную линию. След за движением копья озарился белым светом. Всё выглядело чётко и без лишних движений. И в тот момент…

Стена раскололась.

Кррааааах!

Прочная стена разломилась, следуя за светом, оставленным копьём, и начала рушиться. Бум! Бум! Куски стены падали на землю, поднимая облака пыли. Но Ча Ый Джэ даже не обратил на это внимания. Смешанный с пеплом туман застилал всё вокруг, как вдруг…

Шшиииииииииииииииииии!

Из пыльного облака показалась огромная лапа зверя. Ча Ый Джэ легко уклонился от удара. Лапа оставила огромные следы когтей на асфальте дороги. Крррр… Глухой рык, словно исходящий из глубины глотки, пробрал землю. Пепел взметнулся в воздух, заволакивая всё, словно снежная буря.

Бум… Земля задрожала. Огромная тень нависла над Ча Ый Джэ. Он поднял голову. Взгляд его встретился с гигантским белоснежным львом. Его снежная грива развевалась на ветру.

Прорыв подземелья — явление, которое происходит, если действующие подземелье остаётся слишком долго без контроля. Когда количество монстров внутри подземелья достигает критической точки, подземелье не выдерживает и выбрасывает их наружу. Вместе с ними появляется и главный хозяин подземелья — тот, кто доминирует в его пространстве.

Ча Ый Джэ, глядя на льва, равного по размеру четырёхэтажному зданию, пробормотал:

— Значит, ты хозяин этого подземелья.

Мог ли этот монстр быть результатом чьей-то мутации? Возможно, он когда-то был человеком? И если был, то не тот ли это человек, которого я знал? Если человеком, то кем? Тех, кто мог бы ответить на эти вопросы, уже не осталось.

Вокруг гигантского льва начали собираться монстры, вырвавшиеся из подземелья. Ча Ый Джэ и лев сохраняли осторожность, не делая резких движений. Оба изучали друг друга, пытаясь определить, сколько сил понадобится, чтобы убить противника. Ча Ый Джэ скользнул взглядом по всё увеличивающейся толпе монстров, размышляя:

«Неужели они все когда-то были людьми?»

Виу-виу! Тишину улиц нарушил вой сирены. Звук доносился из телефонов жителей и громкоговорителей, установленных вдоль дорог. Предупреждение о появлении разлома и прорыве подземелья.

[Произошёл прорыв подземелья. Жителям рекомендуется незамедлительно эвакуироваться в назначенные убежища. Повторяем: произошёл прорыв подземелья. Жителям рекомендуется незамедлительно эвакуироваться. Охотники обеспечат вашу безопасность…]

Ча Ый Джэ поднял своё огромное копьё и нацелил его на голову льва. Это был явный знак вызова к бою. Однако лев не рычал и не атаковал в ответ. Он лишь внимательно смотрел на Ча Ый Джэ, а затем…

Бум…

Спокойно прошёл мимо.

— …Что? — ошарашенно пробормотал Ча Ый Джэ, провожая взглядом гигантского льва, шагавшего мимо него.

Не только лев, но и толпа монстров, следовавших за ним, не обратили на Ча Ый Джэ никакого внимания. Даже небольшой монстр, подошедший ближе всех, дружелюбно потерся о его ногу. Ча Ый Джэ в изумлении смотрел на это шествие.

Радоваться, что не пришлось сражаться? Чувствовать облегчение? Или думать, что можно подружиться с монстрами?

Нет. Ни то, ни другое, ни третье.

По его спине пробежал холод. Тело покрыла испарина. Инстинкты вопили об опасности.

«Это конец».

Монстры из эродированного подземелья не нападали на него. Они не воспринимали его как врага. Отбеливание, начавшаяся мутация… Всё это означало лишь одно.

«…Они приняли меня за своего?»

Но почему? Ведь раньше монстры всегда атаковали его, и он яростно сражался с тварями из эродированных подземелий. Когда всё изменилось? Ча Ый Джэ начал анализировать. Когда монстры перестали проявлять враждебность? Ответ был очевиден.

Сразу после выхода из Мемориального подземелья.

Звук секундной стрелки часов, эхом отдавался у него в голове. Он опустил взгляд на белого пушистого монстра, лежавшего у его ног. Вскоре к нему подошёл монстр, похожий на мать, схватил детёныша зубами и, несильно стукнувшись головой о его бедро, присоединился к процессии. Ча Ый Джэ подумал то, чего раньше бы даже представить не смог.

«Они были семьёй, даже когда были людьми?»

До этого момента Ча Ый Джэ не осознавал, что он мутирует. Разве что смена цвета волос привлекала внимание. Но в Мемориальном подземелье он вспомнил давно забытые истины и осознал, что означает его цвет волос и откуда берутся монстры.

Монстры напоминали ему людей.

— …

И у него появилась тревога, что он станет таким же, как они.

— …

В глубине души он не мог избавиться от мысли, что они находятся в одинаковом положении.

Как велика сила мысли. Он смотрел на белоснежный строй монстров, поправляя копьё, скользившее в руке от холодного пота.

Ча Ый Джэ начинал понимать их мысли и мотивы. Они стремились туда, где больше всего жизни. Они жаждали отомстить за убитых сородичей. Им нужно было питаться. А ещё они стремились восполнить свои ряды за счёт погибших.

Они шли в сторону рыбного рынка.

Нет!

Ча Ый Джэ со всей силы ударил себя по бедру, чтобы прийти в себя. Острая боль вернула его в реальность. Однако впереди уже поднимались тёмные силуэты. Со Мин Ги, похоже, встал на их пути. Ча Ый Джэ рванул вперёд, расталкивая толпу монстров, которые не оказывали ему сопротивления.

— Со Мин Ги! Скумбрия!

Он кричал, но в ответ была только тишина. Монстры лишь недовольно рычали, когда он прорывался через их строй, но не атаковали. Это пугало больше всего.

Наконец, он достиг передовой процессии.

Огромная лапа льва, казалось, двигалась в замедленной съёмке. Перед ним стоял мужчина в чёрном костюме.

— …Со Мин Ги!!

Вихрь белого пепла смешался с брызгами алой крови.

Глава 304

Тело мужчины в черном костюме тяжело рухнуло на землю. По белому пеплу начала растекаться алая кровь. Этот вид был знаком. Слишком часто приходилось видеть подобное в разломе Западного моря. Скумбрия бросился вперёд и подхватил Со Мин Ги. Ча Ый Джэ в оцепенении наблюдал за ними. В этот момент над двумя фигурами нависла чёрная тень.

Передняя лапа льва снова рассекла воздух. Тело среагировало быстрее разума. И…

Шмяк!

— Кх… — с губ сорвался сдавленный звук. Чудовищная боль пронзила голову. Но, собравшись из последних сил, Ча Ый Джэ, опираясь на копьё, сумел устоять на ногах. Мир перед глазами плыл и раскачивался. В ушах пронзительно звенело, заглушая окружающие звуки, заполняя мир лишь этим жутким звоном и стуком собственного сердца. В нос ударил металлический запах крови — должно быть, губы были разбиты.

— Хён!

Ча Ый Джэ прижал ладонь к виску, который ныл от боли. Рука оказалась влажной. Убрав её, он увидел, что она залита ярко-красной кровью. И в этот момент всё его существо охватило…

«Всё ещё красная».

…облегчение.

Ча Ый Джэ усмехнулся. Каждое движение отзывалось в теле головокружением, но он не мог перестать смеяться. Сквозь мучительный звон в ушах прорвался встревоженный голос Скумбрии.

— Хён! Ты в порядке?!

Медленно повернув голову, Ча Ый Джэ увидел размытые очертания Скумбрии и Со Мин Ги — их словно стало двое или трое. Но широко раскрытые глаза Скумбрии он разглядел отчётливо. Он дрожащей рукой указал на него.

— Хён… Твоя… маска…

— …

Ча Ый Джэ провёл окровавленной рукой по лицу. В левой части маски, в области глаза, была трещина. Неудивительно, что зрение размыто. Хон Ё Сон так гордился своим мастерством… А в итоге маска развалилась от одного удара. Он поднял голову.

Лев замер, так и не опустив лапу, с недоумением глядя на него. Капли крови стекали с белоснежных когтей и падали на землю. В его чисто-белых глазах читался вопрос:

Зачем ты это сделал?

Вместо ответа Ча Ый Джэ, шатаясь, сделал несколько шагов и опустился на колени рядом с Со Мин Ги. Лев, который секунду назад был готов атаковать, медленно опустил лапу. И просто наблюдал. Ча Ый Джэ осторожно заговорил:

— …Со Мин Ги.

Из-за разбитой маски голосовой модулятор перестал работать. Раздался настоящий голос Ча Ый Джэ.

Со Мин Ги, задыхаясь, сжал грудь. Из-под его пальцев хлынула алая кровь. Три глубоких раны от когтей зияли на теле, а рана на груди оказалась настолько глубокой, что сквозь неё было видно кость. Он не продержится долго. Чёрные глаза за треснувшими солнцезащитными очками то закатывались, то снова возвращались в фокус. Перенося мучительную боль и звон в ушах, Ча Ый Джэ прошептал:

— Не теряйте сознание.

— К-клиент…

Со Мин Ги судорожно хватал ртом воздух. Под ним разрасталась тёмно-красная лужа.

— Вы… в порядке?

— Я в порядке.

— Простите… Я… должен был… остановить…

— Это не твоя вина.

Нет, это его вина. Это он послал монстров туда, где был Со Мин Ги. Сам прогнал его, заявив, что тот мешает, а в итоге не смог защитить. Тихо, едва слышно, Ча Ый Джэ пробормотал:

— Это моя вина.

В этот момент Скумбрия вытащил несколько зелий из инвентаря и с тревогой сказал:

— У меня есть зелья, но их недостаточно. Нам нужно срочно к доктору…

— Да, немедленно отнеси его.

— А ты, хён?! Ты ведь тоже ранен! Почему… почему вообще прикрыл его собой?! Чёрт, хорошо хоть голову не пробило, но если это сотрясение…

— Тело среагировало первым… Я тоже пойду следом. Просто отправляйтесь быстрее.

— Ты точно справишься один, хён?

— Просто поторопись и спаси его.

Опираясь на копьё, Ча Ый Джэ с трудом поднялся. Едва слышимый шёпот сорвался с его губ:

— В этот раз я сделаю всё правильно. Прости.

Скумбрия прикусил губу, не зная, что сказать, а затем поднял Со Мин Ги на спину и бросился бежать. За его спиной тянулся кровавый след.

Лев, видя, как добыча ускользает, зарычал и протяжно взревел.

Но двинуться с места не решился. Остриё копья было направлено прямо ему в шею.

— …

Ча Ый Джэ сжал веки, затем снова открыл глаза. Из-за головокружения острие копья перед ним раздваивалось, а затем утраивалось. Но даже несмотря на это, рука, сжимающая копьё, не дрогнула.

Не сомневайся.

Ча Ый Джэ прикусил язык, впиваясь зубами в плоть. Острая боль вернула ясность.

[Титул «Завоеватель одиночества» активирован.]

Грохот…

Воздух задрожал. Позади льва, вдоль всей цепи монстров, прокатилась волна беспокойства. Сквозь тягостный звон в ушах до него донеслись их тревожные стоны. Но это длилось недолго, ведь начиная с конца строя…

Грохот.

Грохот.

Грохот.

Они начали опускаться на колени.

Ча Ый Джэ поднял голову. Последним, кто остался стоять, был сам хозяин подземелья — лев.

Грохот.

Он опустился на все четыре лапы, склонив голову.

— …

Все ждали приказа повелителя. Умереть или жить — решение оставалось за ним. Ча Ый Джэ крепче сжал копьё.

[Способность «Усиленная сила (S+)» активирована.]

[Уникальная способность «Руки мастера (S+)» активирована.]

[Уникальная способность «Всеведущий (S+)» активирована.]

Перед глазами вспыхнуло множество системных окон. Кончики пальцев покалывало. Он медленно выдохнул. На этот раз не было прежнего ощущения освобождения. Напротив, копьё казалось тяжелее, чем обычно.

Ничего страшного. Так даже привычнее. Он поднял руку с копьём. Затем плавно отвёл его назад. Затаил дыхание. Холодные голубые глаза охватили пейзаж перед собой. В этот раз перед ним не те, кого он должен защищать, а лишь те, кого следовало убить.

Ча Ый Джэ закрыл глаза. Но его копьё всё равно не промахнётся.

<Пронзатель сердца!>

БАААХ—!!

Ослепительная белая вспышка разорвала пространство.

…Спустя мгновение Ча Ый Джэ медленно открыл глаза.

— …

Тишина.

Ни одного маленького монстра, что скакали от радости. Ни их матерей, что заботились о них. Все существа, которых он встречал на своём пути, теперь лежали в луже крови.

Он выдернул копьё. Горячая белая кровь брызнула фонтаном, заливая его волосы и плечи. Сердце бешено колотилось.

Грохот… Огромный лев рухнул на землю. Когда Ча Ый Джэ приблизился, белоснежный зверь, цепляясь за последние вздохи, поднял на него взгляд. В его чистых глазах застыл вопрос.

Зачем ты нападаешь?

Зачем убиваешь?

Непонимание.

Ча Ый Джэ не дал ответа. Лишь поднял копьё над головой. Невинные белые глаза медленно сомкнулись.

ШУХ.

Белая кровь вновь хлынула. Повернувшись к телам поверженных монстров, Ча Ый Джэ направился прочь. Разлом был ликвидирован. Теперь рыбному рынку больше ничего не угрожало.

«Этого достаточно».

Он пошёл по следу красных капель крови. Но…

Бах.

Ноги отказались держать. Ча Ый Джэ рухнул на землю.

Он медленно моргнул, его голубые светящиеся глаза постепенно угасали. В теле не осталось ни капли сил, всё тело охватила мучительная слабость.

«Я…так устал».

Перед глазами кружились хлопья белого пепла. Его сердце, только что бешено колотившееся, постепенно замедлилось. В полусонном сознании мелькнула мысль.

Придёт ли Ли Са Ён?

Он всегда приходил в такие моменты.

Ему вдруг захотелось снова почувствовать, как чёрная ткань, заслоняет взгляд. Услышать этот спокойный, нежный голос. Почувствовать через одежду лёгкое тепло его рук. Ча Ый Джэ тихо усмехнулся.

…Конечно, он не придёт.

Как и всегда, он стёр из памяти эту маленькую, глупую надежду. Каждый раз, когда одиночество накатывало тёмной волной, Ли Са Ён неизменно был рядом. Не давал ему почувствовать пустоту.

Но сейчас здесь нет Ли Са Ёна.

Теперь ему придётся справляться в одиночку. Как раньше.

«Ничего страшного».

Тяжёлые веки дрогнули и начали медленно закрываться.

«Просто нужно привыкнуть…»

Тьма накрыла его.

***

Резкий запах жжёного. Размытые силуэты.

Люди в чёрных костюмах собрались в разрушенном зале. Среди всхлипываний и сдавленных рыданий слышался лёгкий шелест. Каждый держал в руках что-то похожее на цветок из бумаги. Белые лепестки были исписаны чёрными буквами. Разорвали книгу, чтобы сделать из неё цветы?

Один за другим они подходили и оставляли их на столе. Когда очередь дошла до него, он тоже положил цветок и поднял голову. Его взгляд встретился с улыбчивыми глазами на фотографии.

На фотографии было лицо Чон Бина. Два чёрных траурных полотна пересекали рамку. Серый дым медленно поднимался от благовоний. Люди шептались.

Как же он погиб?

Говорят, его укусил мутировавший напарник… Он пытался сдержать его, чтобы никто больше не пострадал…

Даже доктор не смог его спасти?

Кроме того, есть риск мутации…

Сейчас же разрабатывают лекарство. Может, стоило попробовать…

Оно не сработало.

…

Что теперь делать? Без руководителя Чона…

Кто возьмёт командование…?

Тёмное отчаяние заполнило комнату. Казалось, конец был совсем близко.

Всё кончено.

Раздался шорох – кто-то писал на бумаге.

[Чон Бин мёртв.]

***

Запах благовоний исчез.

Ча Ый Джэ открыл глаза.

Перед ним оказался ослепительно белый потолок. Этот потолок казался ему знакомым. Резкий запах антисептика, белые занавески вокруг… Совершенно типичная больничная палата.

«Слишком похоже на Мемориальное подземелье…»

Кто-то перенёс его в больницу? Он осторожно приподнялся, и тут же почувствовал что-то неладное.

«…Где маска?»

Рука Ча Ый Джэ мгновенно потянулась к лицу. Ни следа от разбитой маски – лишь гладкая кожа. Оглядевшись, он не обнаружил её и рядом. По спине пробежал холодок. В этот момент за занавеской раздался голос:

— Хозяин, пациент очнулся.

Эта механическая речь. Это, должно быть, мальчик-ассистент доктора. Шорк-шорк… Послышались шаркающие шаги, медленно приближающиеся к нему. Ча Ый Джэ в панике натянул на себя тонкое одеяло.

Занавеска резко отдёрнулась.

— О, ты и правда очнулся. И голова, похоже, цела.

За белой тканью скрестил руки силуэт. В голосе сквозила усмешка, в которой явно слышалась издёвка.

— Ну что, как тебе мой подарочный билет на выставку мастеров?

…Чёрт!

Осознав бессмысленность своих попыток спрятаться, Ча Ый Джэ резко скинул одеяло.

Нам У Джин ухмыльнулся, склонив голову набок.

Глава 305

Он потер подбородок, оглядывая Ча Ый Джэ с ног до головы.

— Хорошо же ты спрятался. Даже директор Хам, наверное, и подумать не могла, что охотник, которого считали мёртвым и который был первым в рейтинге, живёт в захудалом ресторанчике и заботится о бабушке.

Ча Ый Джэ сдержанно ответил:

— …Оставь это в тайне. Я не хочу раскрывать свою личность.

Нам У Джин усмехнулся.

— Хм, да мне и некому рассказывать. Кстати… Вот я и думал, зачем Ли Са Ён притащил сюда обычного человека.

Он с любопытством прищурился, внимательно изучая Ча Ый Джэ.

— Он знал, кто ты? Поэтому и держал рядом?

— Нет… Когда я сюда пришёл, он не знал.

Тот Ли Са Ён был особенно наглым. Только и думал, как бы шантажировать людей и использовать их в своих целях. Сейчас, вспоминая это, кажется смешным. Потому что нынешний Ли Са Ён не только не использовал его, но и был готов сделать для него что угодно.

Чёрт. Ча Ый Джэ прикусил внутреннюю сторону щеки. Тем временем Нам У Джин удивлённо нахмурился.

— Не зная, кто ты, он всё равно притащил тебя сюда и даже попросил меня помочь? С его-то характером?

— …Мы заключили сделку.

— Ха, даже не знал, что этот парень вообще умеет заключать сделки. Вот это новость.

Пробормотав что-то себе под нос, Нам У Джин развернулся. Ча Ый Джэ разжал ладонь. На длинном шраме тускло мерцала золотистая цепь, почти прозрачная. Эта сделка была скорее похожа на шантаж. К тому же, он едва не умер из-за яда во время её заключения…

Но теперь, оглядываясь назад, он думал, что всё сделал правильно.

«Кто бы мог подумать, что именно так я смогу убедиться, что он жив…»

Ли Са Ён был жив. Пока знак договора не исчез, он мог быть в этом уверен. Это хоть немного его успокаивало. Ча Ый Джэ пригладил волосы, взъерошенные статическим электричеством, и спросил:

— А как Мин Ги? Он в порядке?

— Это первое, что ты спрашиваешь? Ну… Он жив. Пока ещё не очнулся, но ему потребуется время на восстановление. Правда, шрамы останутся.

Слава богу. Ча Ый Джэ облегчённо вздохнул. Какие угодно шрамы, лишь бы живым остался. Главное — не умереть. Проведя рукой по лбу, он убедился, что собственная рана полностью затянулась. Нам У Джин цокнул языком.

— Ты головой удар отразил? Интересно, откуда в тебе такая уверенность.

— …

— Эй, не делай такое лицо, будто самое главное — остаться в живых! И не смей выглядеть так, будто тебе не страшно получить ещё один удар! Обычного охотника давно бы размазало! Вот поэтому с вами, выносливыми, одни проблемы! Жизнь надо ценить!

Нам У Джин размахивал руками, громко возмущаясь. Ча Ый Джэ, который уже начал надувать губы, тут же спрятал их обратно и сел ровно. Он даже не осознавал, что делает это. Похоже, воспоминания о том, как его тогда сильно отчитали в Мемориальном подземелье, до сих пор сидели в теле.

Нам У Джин поправил очки и с силой потер переносицу. Лицо его выглядело чуть здоровее, но руки были такими худыми, что кости проступали под кожей — как и в тех осколках мира, что видел Ча Ый Джэ.

— Чёрт возьми, и ты, и он… У меня и без вас дел по горло! Будьте хоть немного осторожнее!

— …Да.

— Да толку-то от твоего «да»! А потом снова полезешь башкой удары ловить.

Нам У Джин закатал рукава белого халата и подошёл ближе, положив ладонь на лоб Ча Ый Джэ. Мягкое сияние окутало его кожу.

— Болит? Голова кружится, тошнит? Двоится в глазах?

— Перед тем как отключился, было… Хм, но сейчас вроде всё в порядке.

— О, значит, в таком состоянии ещё и сражался? Не ценишь свою жизнь, да?

— …

Ча Ый Джэ скучал по тем временам, когда они обращались друг к другу на «вы», когда между ними сохранялась определённая дистанция и вежливость. Но после той лекции от J о Мемориальном подземелье, Нам У Джин вдруг стал обращаться к нему неформально. Возмущаться по этому поводу Ча Ый Джэ не стал — его собственная совесть подсказывала, что он сам не раз злоупотреблял возрастом и вёл себя как заносчивый старик.

Так что оставалось лишь молча терпеть нравоучения от сурового учителя.

Через некоторое время Нам У Джин убрал руку, а стоявший позади него мальчик начал что-то записывать в карту. Ча Ый Джэ потёр лоб.

— Кто меня сюда привёл?

— Скумбрия. Ты валялся на земле. Он так громко орал, что тебя по голове ударили, и вообще, вдруг что-то с мозгом. Шуму было, что я думал — с ума сойду.

Ха-ха. Ча Ый Джэ натянуто усмехнулся. Надо будет потом поблагодарить. Если бы не он, то, наверное, очнулся бы прямо на земле.

— А с рыбным рынком всё в порядке?

— Никаких новостей. Значит, всё нормально. В такие времена отсутствие новостей — уже хорошая новость.

Только тогда напряжение, сковывавшее тело, наконец ослабло. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и провёл рукой по лицу. Хорошо. Он сумел предотвратить отбеливание на рыбном рынке и мутацию брата Скумбрии. Хотя Мин Ги и пострадал…

— Где моя маска?

— Мы сняли её во время лечения. Она на столе, можешь забрать. Ты вообще в курсе, что под маской у тебя всё было в крови? Да и саму маску изнутри залило. Прямо сцена из хоррора.

Так вот почему всё казалось таким липким и влажным… Ча Ый Джэ едва удержался, чтобы не сказать это вслух. Если бы он сейчас признался, что чувствовал влажность, Нам У Джин наверняка бы разразился ещё более долгой тирадой. Вместо этого он просто вежливо склонил голову.

— Спасибо за лечение.

— Если благодарен, так береги себя.

— Да.

— Да-да, только вот от одних слов толку нет…

Нам У Джин уже было завёл очередную нравоучительную лекцию, но стоявший рядом мальчик, воспользовавшись моментом, ловко вмешался.

— Хозяин, пора проводить испытание новой сыворотки.

— Уже? Время так быстро летит… Ладно. Эй, ходячая катастрофа, забери свою маску. Она в той самой комнате на столе, где ты её в прошлый раз оставил. Если вдруг почувствуешь себя плохо — сразу приходи.

Нам У Джин махнул рукой и ушёл. Мальчик передал Ча Ый Джэ ключ-карту и одноразовую маску.

— Вот ваш временный пропуск и маска. Дверь, скорее всего, заперта, но этим можно её открыть.

— А, спасибо.

— Думаю, вам удастся избежать встречи с посторонними. Тогда…

— Подожди, а где Мин Ги?

— В экстренной восстановительной палате. Это зона, доступная только медицинскому персоналу, так что посетителям вход запрещён. Мы сообщим вам, когда он поправится настолько, чтобы принимать посетителей.

Слегка поклонившись, мальчик направился вслед за хозяином. Ча Ый Джэ потянулся, размял затёкшую шею и медленно покрутил головой. Если это та самая комната… значит, там должна быть записная книжка.

«Раз уж я здесь, стоит её проверить».

Вдруг там появилось что-то новое? Он ускорил шаг, почти переходя на бег.

***

Издалека доносились всхлипы.

Пчела, одетая в чёрное, неподвижно смотрела в окно. Снаружи собралась толпа, а в самом центре пылал высокий костёр. Юн Га Ыль всхлипывала, раз за разом вытирая глаза рукавом, и от этого кожа вокруг них покраснела и раздражённо припухла.

Ли Са Ён, крутя в пальцах ручку, пробормотал:

— …Лучше не слишком погружаться в остаточные воспоминания.

— Я знаю.

— Но не выглядишь так, будто знаешь.

— …

Пчела не ответила, плотно сжав губы. Ли Са Ён не стал давить. Ссориться было бессмысленно. Ни для неё, ни для него. Но и утешать он не умел. Шмыгающая носом Юн Га Ыль тихо спросила:

— А в настоящем мире… там с ним всё в порядке? Он здоров…?

— …

Никто не ответил.

Чон Бин умер.

После его смерти гильдия Совон резко потеряла свою былую силу. Люди начали чаще произносить слово «конец». Всё больше было тех, кто просто сломался и потерял себя. Влияние его смерти оказалось даже сильнее, чем после гибели героя J. В каком-то смысле это было закономерно. J из-за болезни уже утратил своё прежнее влияние, а Чон Бин оставался фактическим лидером выживших. Когда группа теряет своего вожака, она неизбежно рушится.

Пчела смотрела в окно на высокую, неподвижную фигуру. Мэтью безучастно наблюдал за бушующим огнём. Он должен был стать следующим лидером.

Но и его время не продлится долго.

Пчела тихо проговорила:

— Мэтью тоже должен умереть, верно?

— Да.

— И ничего с этим не поделать?

— Это всего лишь попытка самоуспокоения. Даже если попробовать что-то изменить, ничего не выйдет.

— …Значит, нам остаётся просто смотреть, пока этот мир не исчезнет? Как идиотам?

— Да.

Она устало прислонилась виском к стеклу.

— …Будто мы в тюрьме.

Этот мир неумолимо приближался к предопределённому концу. Они ждали лишь того дня, когда он наступит. Даже если это означало гибель целого мира.

Оставив двоих позади, Ли Са Ён в одиночестве покинул комнату. Его шаги направились в тесное помещение Нам У Джина. На столе, под светом оставленной включённой лампы, была раскрыта записная книжка.

[Чон Бин мёртв.]

Вот уж действительно, человек с потрясающим чувством долга. Ли Са Ён взял записную книжку и начал перелистывать страницы. Пройдя множество пустых листов, он дошёл до последней страницы. Его лицо, до того безразличное, вдруг застыло. Полные губы чуть приоткрылись. Фиолетовые глаза уставились на незнакомую фразу.

[Скучаю.]

Это был не почерк Нам У Джина. И не его собственный. Написанные карандашом буквы выглядели так, будто их старались вывести аккуратно. Хотя, ближе к концу, почерк всё же скатился в привычную размашистую небрежность. Ли Са Ён провёл чёрным большим пальцем по этим словам. Из его губ вырвался тихий смешок.

— Дурак…

Словами он никогда бы не сказал. Но на бумаге — легко передаёт свои чувства. Ли Са Ён мягко коснулся губами написанных букв. Только через долгое время он отстранился и, взяв лежавшую рядом ручку, принялся писать.

[Чон Бин умер, пытаясь остановить мутировавшего напарника — ему перегрызли горло. Проверьте, есть ли признаки мутации среди людей, находившихся рядом с ним.]

Ли Са Ён постучал ручкой по подбородку, затем добавил несколько строк.

[Береги себя.]

[Не перенапрягайся.]

И, без тени колебаний, ручка вывела последнюю фразу.

[Я тоже скучаю.]

Глава 306

… Ли Са Ён открыл плотно закрытую дверь спальни. В комнате, куда не проникал ни единый луч света, царила тишина, словно время застыло. На безупречно разглаженной постели лежал кто-то, сложив руки на груди.

Ча Ый Джэ.

От него не ощущалось ни малейшего признака жизни, но внешне он всё ещё походил на живого человека. Ну, если не считать забинтованной головы и мертвенно-бледного лица. Рядом с его головой мерцал камень сохранения. Ли Са Ён усмехнулся.

— …Как ты тут?

Ответа не последовало. Ни малейшего движения пальцев или груди. Он уже привык к этим односторонним разговорам. Некоторое время Ли Са Ён просто смотрел на закрытые глаза Ча Ый Джэ, а затем тихо выдохнул.

Он хотел увидеть его живым. Хотел, чтобы перед ним был человек, а не эта безжизненная кукла. Ли Са Ён протянул руку к Ча Ый Джэ, но так и не коснулся его. Стоило прикоснуться, и реальность снова напомнила бы о себе.

У мёртвых нет тепла.

«…Этого я второй раз не выдержу».

Он сел рядом с кроватью, прислонившись головой к её краю. Лечь рядом он так и не решился. Такое расстояние было правильным. Достаточно близко, чтобы быть рядом, но достаточно далеко, чтобы игнорировать его смерть.

Ли Са Ён закрыл глаза.

В тишине комнаты слышалось лишь дыхание одного человека.

***

Как и говорил Нам У Джин, разбитая маска аккуратно лежала рядом с записной книжкой. Ча Ый Джэ провёл пальцами по повреждённому участку. Верхняя левая часть была отколотой, по остальной поверхности расходились мелкие трещины и царапины. Стоило лишь слегка нажать, и она разлетелась бы вдребезги. Использовать её в таком состоянии было невозможно.

«Снова придётся идти к Хон Ё Сону…»

Он тяжело вздохнул. Дел накопилось и так слишком много, а ни одно из них не решалось с лёгкостью.

«Мне ещё часто предстоит действовать как J».

Без маски его свобода передвижения резко сузилась. В следующий раз придётся уклоняться лучше, чтобы удары не приходились в голову. Надо как-то защитить её. С этим решением Ча Ый Джэ раскрыл записную книжку. Он видел её совсем недавно, но за это время там появилось множество новых записей.

«Время здесь действительно течёт иначе».

Быстро пробежав глазами по записям, он заметил, что большинство новых данных представляли собой неизвестные ему формулы и отчёты об экспериментах. Неудача, неудача, неудача, небольшой успех, снова неудача…

И последняя строка в этом списке гласила…

[Чон Бин мёртв.]

— …

Где-то в памяти всплыл фрагмент осколка, который показала школьница Юн Га Ыль. Темная комната, где Ли Са Ён заперся, не выходя наружу, Пчела, кричащая на него, история о смерти Чон Бина и Мэтью.

Уже пришло это время. Во рту стало горько. Ли Са Ён тоже, как в тех воспоминаниях, не выходит из своей комнаты? Он надеялся, что нет. Ча Ый Джэ тихо выдохнул и открыл самую последнюю страницу. И тут же широко раскрыл глаза.

[Чон Бин умер, пытаясь остановить мутировавшего напарника — ему перегрызли горло. Проверьте, есть ли признаки мутации среди людей, находившихся рядом с ним.]

[Береги себя.]

[Не перенапрягайся.]

[Я тоже скучаю.]

Он перечитал аккуратные строки несколько раз, прежде чем смог осознать.

Контраст между первым и последними предложениями не был слишком резким?

«Словно призрак».

Как можно после сообщения о нападении монстра вот так сразу написать подобное? Будь то Скумбрия, Нам У Джин или кто-то ещё — до возвращения Ли Са Ёна следовало убедиться, что они держат рот на замке.

Почесав щёку в замешательстве, Ча Ый Джэ снова посмотрел на последнюю фразу. Я тоже скучаю. Это был явный ответ. Ответ на его собственное, тщательно обдуманное послание. Его слова дошли. В груди стало тепло и щекотно. Он нервно шевельнул пальцами.

«Но главное…»

Если верить этой информации, смерть Чон Бина можно предотвратить. Как удалось остановить отбеливание на рыбном рынке. Именно поэтому Ли Са Ён передал эти сведения.

«…Я смогу это сделать.»

Нет, ему придётся.

Ча Ый Джэ огляделся в поисках ручки и заметил подставку, полную тщательно заточенных новых карандашей.

— …

…Кто-то специально их подготовил? Потому что я сломал слишком много? Нам У Джин вряд ли стал бы этим заниматься, значит, наверное, это сделал тот мальчик, который исполняет обязанности его ассистента.

«…Чувствую себя виноватым».

Ча Ый Джэ осторожно взял один карандаш. Если он сломает его просто так, даже стараясь аккуратно писать, угрызения совести не дадут покоя. В итоге он просто быстро нацарапал ответ.

[Проверю.]

[Ты тоже береги себя.]

После короткого раздумья он добавил ещё одну фразу.

[Не сиди всё время в комнате, выходи прогуляться.]

… Не слишком ли это похоже на ворчание? Ча Ый Джэ постучал карандашом по виску, но затем просто отложил его. Ластика у него всё равно не было, так что стирать не имело смысла. Да и такая забота в пределах допустимого. Он ведь старше.

Вновь пробежав взглядом по строкам Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ закрыл книжку, оставил её на столе и вышел из комнаты.

«Сначала загляну к Хон Ё Сону, пусть починит маску. Затем посоветую Скумбрии временно перенести рынок. Потом встречусь с исследовательской группой гильдии Падо, обсудим, как открыть подземелье. И ещё проверить команду Чон Бина…»

Шагая по коридору, он загибал пальцы, перечисляя предстоящие дела. В этот момент он услышал быстрые, неуверенные шаги.

Ча Ый Джэ мгновенно прижался к стене, скрываясь за углом.

— Ха… ха…

В коридоре появился Мин Джун — один из медиков, лечивших Ли Са Ёна. Сейчас он числился в команде Нам У Джина, работая в отделе исследований. Разве он не должен был заниматься испытаниями нового лекарства? Что он тут делает? Прищурившись, Ча Ый Джэ осторожно выглянул из-за угла. Лицо Мин Джуна было мертвенно бледным, лоб покрывался холодным потом, а руки заметно дрожали.

«…Что-то тут не так».

Он болен? Может, что-то случилось? Остановить его и расспросить было бы логично, но без маски это слишком рискованно. В этот момент раздался звук вибрации. Мин Джун дрожащими пальцами вытащил телефон и ответил, убегая в противоположную сторону.

— … Вы хоть понимаете, что творите?! Какого чёрта вы мне звоните сейчас?! Я же на эксперименте! Я уже пару раз выкручивался, но… Если нас разоблачат, будет плохо, вы ведь тоже знаете!

Его голос становился всё тише. Даже напрягая слух, Ча Ый Джэ не мог расслышать, что говорит его собеседник. Возможно, тот вообще не отвечал. Вскоре и шаги Мин Джуна полностью затихли.

С сомнением Ча Ый Джэ посмотрел в сторону, куда он скрылся. Чувство тревоги в груди только усиливалось. Тут что-то определённо было не так…

…Но гнаться за ним сейчас было бы глупо. Восстановление маски — приоритет. Игнорируя беспокойство, он развернулся и пошёл в другую сторону.

***

Пи-ик, пи-ик, пи-ик! Раздался пронзительный писк. Ошарашенно, Ча Ый Джэ уставился на просторный газон. Ккокко медленно вышагивала по траве, а за ней семенили шесть крохотных, на первый взгляд, птенцов. В отличие от своего «родителя», эти существа были не керамическими, а самыми настоящими, пушистыми и мягкими.

«…Это ведь не детёныши монстров, да?»

Хотя, надо признать, для обычных птенцов они выглядели… слишком крупными.

Они были покрыты пушистым, мягким жёлтым пухом и пищали, как настоящие птенцы. Вот только размером они были больше, чем сама Ккокко. Они точно не обычные цыплята. Ча Ый Джэ мысленно начал перебирать известных ему монстров…

Из глиняной печи во дворе исходил сильный жар. Хон Ё Сон, размахивая огромным веером, раздражённо ворчал:

— Как ты вообще умудрился сломать маску, которую я с таким трудом делал?! Что ты там творил, дрался врукопашную с монстром?! Она же должна была выдерживать любые удары!

В принципе, лапу тоже можно считать кулаком… Ча Ый Джэ решил сменить тему:

— Долгая история. А эти птенцы… то есть птицы, что это?

— А? Ах, да, я сделал Ккокко новых друзей.

— Судя по всему, она у них скорее главарь.

— Точнее, я создал ей подчинённых. Слушай, я тут познакомился с одним отшельником с горы Чирисан и получил у него шесть яиц. Они были размером со страусиные! Огромные!

— Угу.

— Ну, я подумал их сварить… И вдруг Ккокко влепила мне пощечину!

— Ого.

— А потом, даже не взглянув на меня, утащила все яйца! И вот… Та-дам! Теперь у нас есть эти милые птенчики.

— …Ты уверен, что они не монстры?

— Эй, глупости не говори. Посмотри на них: жёлтые, пушистые, пищат, у них есть крылья, две лапки, и они следуют за Ккокко, как за вожаком!

Возразить можно было бы на многое, но Ча Ый Джэ решил оставить это без комментариев.

«Мы можем спорить об этом несколько дней…»

Пусть это будут просто гигантские цыплята. Даже если это монстры, Ккокко, похоже, держит их в узде, так что проблем быть не должно.

Ча Ый Джэ достал и проверил телефон. От Скумбрии пришло сообщение:

Как только подтвердим место, сразу сообщу, хён-ним~^^ Огромное спасибо за помощь! Если снова ударишься головой, обязательно сходи к врачу~^^ И скажи, что за лечение заплатит Скумбрия^^

Рыбный рынок Норянджин временно решили перенести в другое место. Хотя удалось предотвратить прорыв подземелья, сам вход в него не исчез, а значит, устранить источник проблемы было невозможно. Никто не знал, когда вновь возникнет угроза отбеливания. После долгих размышлений братья Скумбрии наконец приняли решение.

«Ничего не поделаешь. Ах, придётся заново устанавливать всё с нуля… Это займёт кучу времени. Хён-ним, у нас достаточно накопленных магических камней?»

«Э-э… Да… Должно хватить на новое место».

«Отлично. В этот раз поищем что-нибудь подальше от подземелья. Где бы это могло быть…»

«И-и… надо ещё найти жильё для торговцев…»

«В связи с этим! На время мы приостанавливаем работу информаторов. Даже если ты попросишь, хён-ним, увы, помочь не сможем~ Надеюсь на понимание!»

Это даже к лучшему. Конечно, немного жаль, что братья Скумбрии не смогут помочь, но так будет безопаснее. Ча Ый Джэ растянулся на веранде. В этот момент зазвонил телефон. Незнакомый номер.

«Мало кто знает этот номер…»

Кто бы это мог быть? Он нахмурился, подозрительно глядя на экран, но всё же нажал кнопку вызова, решив хотя бы узнать, кто на том конце. С другой стороны линии раздался ленивый, насмешливый голос:

— А, алло ~ Это телефон J?

— …

— У меня есть небольшой разговор ~ Вам удобно сейчас говорить?

Ча Ый Джэ слегка нахмурился. Голос был знакомым.

— Ах да, забыл представиться ~ Меня зовут Гю Гю.

В его голове всплыло изображение улыбки, растянутой в ухмылке. Гю Гю рассмеялся.

— В общем… Ничего особенного, просто хотел предложить J одну работёнку.

Глава 307

В туннеле, ведущем в подземелье под районом Чонно 3-га, суетились люди в белых защитных костюмах. Ча Ый Джэ, сжимая в руке складной нож, освобождал людей, запутавшихся в плюще и не способных двинуться. Странным образом, только его самого эти лианы, тянувшиеся, словно щупальца осьминога, не трогали.

«Ну, причина очевидна…»

Эти глупые лианы принимали его за одного из своих. Ча Ый Джэ усмехнулся, поднимая упавшего исследователя, который рухнул на землю и беспомощно барахтался. К нему подскочил человек в слишком маленьком защитном костюме.

— J, подготовка завершена. Давайте начнем.

Ча Ый Джэ кивнул и направился к тупиковой стене. Убрав белые плети плюща, он приложил ладонь к поверхности. Позади него раздался напряженный голос:

— …Запускаем. Раз, два, три!

Уууууу! Из огромного механизма вырвался ослепительный белый свет. Туннель содрогнулся. По его спине прокатилась волна мощной энергии. Ча Ый Джэ собрал эту силу, направляя её в свою руку, прижатую к стене. Камень задрожал под его пальцами, а энергия, проходя через его тело, стала собираться в округлую форму.

Еще чуть-чуть. Еще немного. Стиснув зубы, он сосредоточился. Энергия, стекавшаяся к его ладони, почти обрела форму, но в последний момент распалась, не найдя точки концентрации. На мгновение весь туннель осветился слепящим светом, а затем погрузился в темноту. Сзади раздался тяжкий вздох разочарования. Ча Ый Джэ, цокнув языком, убрал руку. Исследователь пробормотал подавленным голосом:

— Четвертая попытка… неудача.

— Опять нехватка энергии?

— Да. Использование тела J в качестве проводника оказалось эффективным… Энергия действительно собралась в одной точке. Это поможет уменьшить её рассеивание, но…

— В итоге, нужно просто увеличить её объем, да…

— Источник энергии…

— …Модификация…

Исследователи вновь принялись обсуждать что-то сложное, и Ча Ый Джэ даже не попытался вслушиваться. Он просто присел перед стеной, потому что стоило ему проявить хоть малейший интерес, как вся команда тут же бросилась бы объяснять ему теорию.

«Вот уж нет, ни за что».

Он и так не раз попадал в бесконечную петлю научных лекций и вовсе не горел желанием вновь в неё угодить. От одной этой мысли его передёрнуло.

Исследовательская команда гильдии Падо уже долгое время пыталась открыть закрытый вход в подземелье, основываясь на разработанных теориях. Они, конечно, не раз пытались объяснить суть, но после определённого момента начали мелькать непонятные термины в речи, и Ча Ый Джэ просто перестал слушать. Если говорить проще, суть их гипотезы была следующей:

Вход в подземелье — это вихрь энергии. У каждого подземелья есть только один вход. Что, если в месте, где он находился, создать искусственный проход с помощью энергии? Возможно, система воспримет его как новый вход?

Год назад им удалось проверить эту теорию на небольшом подземелье — они успешно воссоздали вход. Однако в случае с разломом Западного моря это было невозможно. Когда Ча Ый Джэ спросил, почему, ему ответили лишь тяжёлым вздохом:

«Он слишком огромный».

«Мы пробовали… Но нам катастрофически не хватило энергии. Даже когда собрались глава гильдии, его заместитель и несколько охотников A-класса, ничего не вышло. Энергии попросту не хватало».

Так они и занялись поисками мощного источника энергии. Однако, не найдя подходящего решения, исследование по созданию входа отошло на второй план, уступив место изучению эродированных подземелий.

Тут к нему осторожно подошёл младший исследователь, похожий на бандита, и поинтересовался:

— J, с вашим телом всё в порядке? Во время передачи энергии не было боли или…

— Всё в порядке. Никаких неприятных ощущений.

— Ах, слава богу! Мы впервые направляли такую мощную энергию на одного человека, так что переживали.

Бандит засмеялся и почесал затылок. Ча Ый Джэ, подперев подбородок рукой, задумался.

— А что обычно используют в качестве источника энергии?

— А, мы применяем магические камни! Для создания входа нам нужно использовать предмет, который подчиняется законам системы.

— Какие магические камни вы используете сейчас?

— Мы покупаем камни B и A класса на аукционах или на торговых площадках.

— Чем выше класс, тем больше энергии?

— Да, всё верно. Но по-настоящему хорошие магические камни не появляются на аукционах, к которым у нас есть доступ. Они выставляются только на торгах для ранкеров… Такими камнями всегда занимался глава гильдии. Но сейчас его нет.

— А заместитель главы? Он ведь тоже ранкер.

Младший исследователь шмыгнул носом и нехотя ответил:

— Заместитель главы… очень честный человек.

— А, ну… понятно…

Значит, Ли Са Ён — коррупционер до мозга костей, или что? Бандит вздохнул и пробормотал:

— На «Томатном рынке» был магический камень, который я очень хотел достать…

Кх-ха! Ча Ый Джэ едва не подавился воздухом. Совсем позабытая история, которая, казалось бы, уже давно канула в небытие, вновь всплыла в памяти. Один из его величайших провалов… Он тут же попытался сменить тему.

— Э-э… понятно. Кстати…

— J, вы тоже знаете о «Томатном рынке» и той истории с магическим камнем?

Конечно, знаю, идиот. Потому что именно я его туда и выставил. Ча Ый Джэ молча вонзил складной нож в пол. Лианы, которые медленно ползли в сторону младшего исследователя, тут же обмякли. Он понизил голос и ответил:

— Нет. Я ничего не знаю.

— О! Правда? Но это забавная история, может, рассказать?

Не надо.

К счастью, в этот момент его телефон завибрировал. Ча Ый Джэ тут же поднял его, сделав вид, что проверяет вызов.

— Извините, мне нужно ответить.

— Ах, конечно! Я вас не задерживаю!

Бандит начал срывать с себя прилипшие, словно щупальца, лианы и, пошатываясь, исчез. Ча Ый Джэ с облегчением выдохнул и нажал кнопку вызова. С другого конца линии раздался знакомый, наглый голос:

— Это я, Гю Гю. Хмм~ В прошлый раз ты просто сбросил звонок. Надеялся, что ты все же подумаешь над моим предложением.

Ча Ый Джэ поднялся, отряхивая штаны, и спокойно ответил:

— Встретимся. Сейчас момент как раз удачный.

***

Местом встречи, которое выбрал Гю Гю, оказалось охотничье кафе с приватными комнатами. Пространство, созданное специально для охотников, которые не могли позволить себе спокойно выпить кофе без посторонних глаз. Судя по тому, что охранник даже не удивился, увидев удостоверение J, персонал здесь был хорошо обучен.

Охранник провёл его через длинный коридор и остановился у самой дальней комнаты. Передав ключ, он исчез. Ча Ый Джэ открыл дверь и вошёл внутрь. У окна стоял молодой человек с волосами светло-голубого цвета. Он повернул голову, и на его лице появилась ухмылка, открывшая зубы. Впечатление было далеко не самым приятным. Он протянул руку для рукопожатия.

— Ого, спасибо, что пришли ~ Честно говоря, даже когда звонил, не был до конца уверен, что ты согласишься.

Ча Ый Джэ лишь слегка пожал его руку, после чего скрестил руки на груди.

— Перейдём сразу к делу. У меня мало времени.

— Правда, сразу к делу?

Когда Ча Ый Джэ кивнул, Гю Гю откашлялся и понизил голос. Его лицо приобрело серьёзное выражение, он сложил руки, словно священник, и произнёс:

— Давайте помолимся.

Какого хрена. Он что, меня вербовать собрался?

Ча Ый Джэ машинально сделал шаг назад. Гю Гю тут же расхохотался и отмахнулся.

— Вот видишь, нужна предыстория ~

— …

— Хм ~ В общем, молиться-то мы и правда будем. Ты умеешь скрыто проникать? Ну и актёрские навыки у тебя как?

Проникновение? Это моя специализация. Да и с актёрской игрой проблем нет. Ча Ый Джэ без раздумий кивнул. Гю Гю с подозрением оглядел его чёрную маску.

— …Чёрт, погоди. Мне точно можно на тебя рассчитывать?

— Если не доверяешь, зачем звал?

— Просто ты слишком легко согласился, вот и кажется подозрительным ~

Ча Ый Джэ нахмурился.

— Вообще, почему именно мне позвонил? На такое задание можно было взять кого угодно.

Гю Гю, не меняя улыбки, без раздумий ответил:

— У меня нет друзей.

— …А напарники?

— И напарников нет.

— …

Ча Ый Джэ молча опустил голову, почти сочувствуя. Гю Гю, не обращая на это внимания, продолжил:

— Кроме того, J, тебе это место тоже может быть интересно ~ Думаю, у нас совпадают интересы. Что скажешь?

— Куда именно нужно проникнуть?

Гю Гю ухмыльнулся так, что у Ча Ый Джэ напряглись все нервы. Он замер в ожидании, пока тот наконец не произнёс:

— Секта.

Секта?

Лицо Ча Ый Джэ помрачнело. Гю Гю, весело улыбаясь, подкинул в воздух игральную кость и ловко поймал её.

— Говорят, в церквях теперь пустовато. Все ринулись в секту, которая якобы исцеляет от мутации.

— …

— Я такое терпеть не могу ~ Всё-таки сын пастора. Так что думаю, самое время устроить там переворот.

Он протянул кулак. Ча Ый Джэ, не понимая, зачем, протянул руку. В его ладонь легла записка. Гю Гю хитро улыбнулся.

— Если заинтересовало, приходи по этому адресу.

***

— Провидец говорит.

Мужчина средних лет, стоявший на возвышении, раскинул руки. В ответ собравшиеся склонили головы, сложив ладони в молитве. Все были одеты в белые одежды. За спиной проповедника висела белая ткань, сквозь которую угадывался тёмный силуэт. Оттуда раздался мягкий, успокаивающий голос.

— Добро пожаловать, пришедшие за спасением. Вы услышали наш призыв издалека… Вероятно, каждый из вас держится за последнюю надежду, желая спасти больного родственника, друга, любимого…

По залу прокатились приглушённые всхлипы. Голос продолжил:

— Я вас понимаю. И искренне уважаю вашу борьбу…

В коридоре за сценой двое здоровяков несли копья, шагая по длинному проходу. Их лица, как и всё тело, были полностью скрыты под белыми тканями. Внезапно один из них, тот, что справа, без единого звука рухнул на пол.

Глухой удар.

Второй мужчина растерянно замер, пробормотав что-то неразборчивое. Он испуганно осмотрелся по сторонам, но не успел и глазом моргнуть.

Хвать!

Чья-то сильная рука резко сжала его голову. Он пытался вырваться, дёргал шею, но движения оказались бесполезными. В ухо ворвалась искажённая, нечеловеческая голосовая модуляция:

— Не двигайся.

Это были последние слова, которые он услышал.

Хруст.

Голова его неестественно повернулась, и тело обмякло. С глухим ударом он рухнул на землю.

Чёрная тень резко сдёрнула с него белую ткань. Искривлённое тело, изуродованное лицо, из кожи торчали острые шипы — перед ним лежали подопытные создания Прометея.

Ча Ый Джэ быстро затащил тела за колонну и спрятал их. Затем он накинул на себя белую ткань. Материал странным образом адаптировался под его тело, плотно облегая фигуру. Поле зрения осталось ограниченным, но с этим можно было смириться.

«Лучше так, чем совсем вслепую».

Ча Ый Джэ прижался к колонне, сосредоточившись на ощущениях. Вскоре его глаза широко распахнулись.

«…Ли Са Ён?»

Где-то неподалёку ощущалась энергия, удивительно похожая на энергию Ли Са Ёна.

Глава 308

Ли Са Ён не мог здесь быть.

Тук, тук, тук, тук.

Я это знаю.

Тук, тук, тук, тук.

Но я не мог остановить ноги, которые несли меня вперед. Ча Ый Джэ, словно загипнотизированный, следовал за энергией Ли Са Ёна. Она исходила откуда-то из глубины. Он пересек несколько длинных коридоров, спустился по лестницам несколько раз. Возможно, из-за собрания ему никто не попадался навстречу.

Наконец, перед ним появился коридор, до отказа забитый железными клетками, напоминающий тот, что он видел в логове Прометея.

— …

Медленно двигаясь вперед, Ча Ый Джэ огляделся. В этой тюрьме вместо подопытных содержались мутировавшие люди. Одни уже полностью превратились в монстров, у других лишь отдельные части тела изменились. Большинство из них, казалось, были не в себе — они тупо смотрели в потолок.

«Похоже, их накачали наркотиками…»

Ему стало нехорошо. Закрыв глаза, Ча Ый Джэ снова сосредоточился на ощущениях. Источник находился за массивной запертой дверью. Если он выбьет её, поднимется слишком много шума. Он уже начал ощупывать дверь в поисках механизма замка, когда...

— …Кто вы?

Раздался настороженный тихий голос. Ча Ый Джэ повернул голову. За прутьями решетки стоял мальчик, тело которого местами побелело. Его правая нога изменилась и теперь напоминала лапу хищного зверя — мутация уже зашла достаточно далеко. Мальчик вцепился в решетку и внимательно наблюдал за ним.

«…Стоит ли отвечать?»

Подопытные в белых тканях не разговаривали. Ча Ый Джэ не стал отвечать и продолжил искать механизм. Мальчик с сомнением произнес:

— Вы ведь не охранник. Они сюда не заходят.

— …

— И не такие маленькие, как вы.

— …

— Если не ответите, я позову кого-нибудь.

Он выглядел на пару лет старше Ха Ын. Дети нынче такие сообразительные. Ча Ый Джэ тихо вздохнул и присел перед клеткой.

— Разве не видно, что я не с теми, кто вас здесь запер? Просто закрой на это глаза, ладно?

— Кто вы?

— Охотник.

— Вы охотник?!

Голос мальчика резко повысился. Ча Ый Джэ быстро просунул руку между прутьями и зажал ему рот. Узкая решетка прогнулась под его пальцами.

— Тише, я здесь тайком. Лучше помоги мне.

Мальчик кивнул. Ча Ый Джэ убрал руку, которой закрывал ему рот, и вернул погнутую решетку в прежнее состояние. Мальчик прижался к прутьям.

— О-охотник, значит, вы пришли… снаружи? Правда?

— Да. А ты как здесь оказался?

— Мама привела меня на лечение… Они сказали, что могут вылечить болезнь, от которой кожа белеет. Что сначала лечат тех, кто искренне молится, поэтому мы с мамой молились…

Худенькие плечи мальчика задрожали. В его черных глазах застыл страх. Вдруг он вцепился в решетку и начал её трясти.

— П-пожалуйста, спасите меня! Вытащите отсюда! М-мне страшно! Больно!

Ча Ый Джэ слегка приоткрыл рот. Внезапно перед его глазами замаячил образ маленького Ли Са Ёна, всего обмотанного бинтами. Мальчик, слившийся с этим образом, дрожащими руками утирал слезы.

— Мама… Я хочу к маме… Здесь слишком больно, мне страшно, они делают только больно… Хочу к маме…

Ли Са Ён, который даже не мог сказать, что ему больно. Маленький мальчик, который мог выражать это лишь слабым движением пальцев.

[Когда ты придёшь в следующий раз?]

Он протянул руку и погладил мальчика по голове. Тот, всхлипывая, уронил ещё несколько слезинок. Ча Ый Джэ смотрел на него, на этого мальчика, на маленького Ли Са Ёна. Ли Са Ён тоже плакал в одиночестве? Он плакал от боли, от страха?

Плакал? Потому что скучал по мне?

Ча Ый Джэ кивнул.

— …Хорошо, понял.

— …П-правда?

— Да. Но сначала… Я должен проверить, что за этой дверью. Ты знаешь, что там?

Мальчик потер заплаканные глаза рукой и ответил:

— Не знаю… Но те, кто туда заходят, надевают… какие-то странные костюмы. Похожие на скафандры.

— Скафандры?

Может, это что-то вроде защитного костюма? Мальчик, всё ещё дрожащим голосом, продолжил:

— Д-да… А потом дверь резко захлопывается… и… слышны крики.

— Ты видел, как её открывают?

— На… на стене что-то нажимают… И… потом что-то тянут. Я видел такое… Справа на стене.

— Понял, спасибо.

Ча Ый Джэ тихо сжал его пальцы, всё ещё цепляющиеся за решётку, и прошептал:

— Я скоро вернусь. Жди здесь.

Мальчик быстро кивнул. Ча Ый Джэ начал ощупывать стену рядом с дверью. Вскоре он нащупал небольшую неровность, едва заметный зазор. Надавив на него, он почувствовал, как стена плавно опустилась вниз, обнажая красный рычаг. Без колебаний он потянул его вниз.

Глухой скрежет.

Тяжёлая железная дверь медленно поднялась. В тот же миг в лицо ударил сладковатый, приторно-резкий запах, вызывающий головокружение.

— …

Это был запах Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ, не теряя времени, шагнул за дверь. После длинного коридора его встретила ещё одна дверь, на этот раз приоткрытая.

За ней оказался тёмный, похожий на лабораторию зал. Первым в глаза бросился огромный стеклянный резервуар. Внутри кипела густая жидкость фиолетового цвета. Ча Ый Джэ застыл, глядя на неё. Он понял всё мгновенно. Резервуар был наполнен ядом. Источник этого сладковатого аромата находился именно там.

«Похоже на антидот, который дал мне Ли Са Ён…»

На передней стенке резервуара была приклеена бумага с крупным, красным знаком черепа.

[ОСТОРОЖНО! ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ]

- Не приближаться без защитного снаряжения.

- При контакте обязательно иметь при себе антидот.

- Работать строго в паре.

- Во время работы один человек заходит внутрь, второй — остаётся у двери с рацией.

- Если работник теряет сознание, немедленно опустить защитную стену и эвакуироваться.

Если полезете бездумно — сдохнете, так что будьте осторожны ~ Даже Хуа То не спасёт :)

Последнюю фразу, похоже, кто-то приписал от руки, потому что на бумаге остались размазанные следы шариковой ручки.

В этот момент…

Бах!

Что-то внутри стеклянного резервуара с глухим ударом врезалось в стенку. Ча Ый Джэ сделал шаг вперёд. Сквозь густую, тёмную, вязкую жидкость смутно проступил искажённый силуэт. Казалось, на мгновение их взгляды встретились. Помутневшие, словно расплывшиеся в яде глаза блуждали в поисках живого присутствия. Оно было погружено в токсичную жидкость с головой, судорожно извиваясь внутри. Бум, бум, бум…

«Это…»

Не тот ли это подопытный, которого водила с собой Га Ён? На мгновение Ча Ый Джэ замешкался. Стоит ли его вытаскивать? Но если начнётся бой, это привлечёт ненужное внимание. Однако оставить его страдать тоже не вариант.

«Чёрт… Должен же тут быть какой-то механизм!»

Резервуар был заполнен ядом, так что просто разбить его было бы слишком рискованно. Должна же быть кнопка для безопасного слива. Он быстро огляделся и заметил появившийся в воздухе экран рядом с резервуаром. К счастью, он не был заблокирован. Ча Ый Джэ быстро прокрутил информацию в поисках чего-нибудь полезного.

[…Модифицировано с учётом данных Подопытного №4…]

[При введении сильного яда тело не выдерживает и разрушается. Усилители позволяют перестроить физическую форму, параллельно модифицируется регенерация… Изменение структуры тела…]

[…С каждым этапом экспериментируемый становится всё сильнее…]

[…Примечание: Пробуждённый Ли Са Ён также регулярно принимает яд. Неизвестно, делает он это для подзарядки или усиления.]

[Закуплены те же яды, что приобретал Ли Са Ён.]

[Планируется повышение уровня токсичности и дальнейшая модификация по тому же принципу, что использовался на Подопытном №4.]

[Ответственный исследователь: Га Ён]

Сквозь бурлящую жидкость внезапно мелькнул сжатый кулак, прежде чем снова исчезнуть. Резервуар начал всё сильнее дрожать. Громкое урчание, хриплое дыхание, болезненные судорожные звуки разносились по комнате. Существо внутри отчаянно боролось. Борьба за жизнь. Борьба за выживание. По телу пробежал холод.

Подопытный №4.

«…Неужели… это Ли Са Ён?»

Га Ён говорила, что её подопытный был создан на основе данных «того ребёнка». Тогда выходит, то, что он видит сейчас…

Эта задыхающаяся в ядовитой жидкости фигура… не имеющая даже возможности дышать…

Он ожидал этого. Ожидал, что за время его отсутствия над Ли Са Ёном ставили жуткие эксперименты. Настолько чудовищные, что от одного голоса Га Ён его тело сжималось в судорожном напряжении. Но между догадками и реальностью была пропасть.

Движения внутри резервуара начали замедляться. Бурлящая токсичная жидкость постепенно успокаивалась. Хрипы стихли. Звуки отчаянной борьбы за жизнь исчезли. Наступила тишина.

Ча Ый Джэ коснулся поверхности стеклянного резервуара. Стекло было ледяным. Не ощущалось ни малейшего признака жизни. Скрежет. Он стиснул зубы. Нахлынувшая ярость была настолько сильной, что, наоборот, его разум прояснился.

Они держали его в яде, который разъедает кожу и сжигает внутренности?

Заставляли тело восстанавливаться снова и снова?

Принуждали пить яд?

Ребёнка, который когда-то ослеп и потерял голос из-за яда?

Мир окрасился в красный. Ча Ый Джэ прижался лбом к стеклу и глубоко вдохнул. Он закинул руки за спину, опасаясь, что если не сдержится, с силой сожмёт кулаки и разобьёт резервуар. Короткие ногти вонзились в ладони, но он не чувствовал боли. Такая боль ничто по сравнению с той болью, что испытал Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ тихо выдохнул. Грудь судорожно вздымалась, сердце билось так часто, что казалось, вот-вот разорвётся. Глаза увлажнились. Он сжимал стекло, пытаясь восстановить дыхание, но…

Хнык…Невольно вырвался сдавленный всхлип.

Глава 309

— Укх… Хы… ы…

Рыдания не утихали. Ча Ый Джэ прижался лбом к стеклянному резервуару и долго, тяжело всхлипывал. Он не мог даже закричать, не мог выплеснуть свои чувства, разбив что-то. Только стиснул зубы, сдерживая голос. Дышать было трудно. Во рту ощущался металлический привкус крови.

В голове хаотично кружились мысли.

Потому что меня не было.

Потому что я опоздал.

Из-за слов «подожди меня».

Ли Са Ён не должен был терпеть такую боль. Этот ребенок… Этот ребенок просто…

«Должен был быть счастлив».

Без этого ужаса, без этой темноты. Просто счастлив. Должен был забыть об обещании, должен был отбросить эту пустую надежду и просто…

В этот момент изнутри резервуара донеслось движение. Он резко поднял голову. Похоже, то существо лишь ненадолго потеряло сознание, а теперь вновь судорожно металось. Ча Ый Джэ осмотрел панель управления рядом с экраном и заметил наиболее изношенную, часто использовавшуюся красную кнопку.

«…Если её так часто нажимали, значит, на то была причина».

Ча Ый Джэ нажал кнопку. Ууууу… Из труб под резервуаром послышалась вибрация, и фиолетовый яд медленно начал вытягиваться. Получилось. Ча Ый Джэ слабо выдохнул с облегчением. Сквозь плотный слой налипшей на стенки резервуара фиолетовой жидкости проступал силуэт. Существо слабо скребло по стеклу, словно отчаянно пытаясь что-то передать тому, кто был по ту сторону.

— …

Ча Ый Джэ не отвёл взгляда, впитывая каждую деталь. Изувеченное тело, ни единого целого участка кожи. Странно искажённая плоть, словно расплавленная. Жалкое, судорожное движение.

Вскоре резервуар вновь начал заполняться жидкостью. На этот раз она была прозрачной, с небесно-голубым оттенком. Заполнив капсулу наполовину, поток остановился. Судя по всему, это была лечебная регенерирующая жидкость. Погружённые в неё изуродованные участки кожи начали медленно восстанавливаться.

Существо кашляло, содрогаясь всем телом. Изо рта вырывались сгустки тёмно-багровой крови, смешанной с остатками фиолетового яда… Оно закашлялось ещё несколько раз и, обессиленное, обмякло. К счастью, дышало.

Это повторяется. Бесконечно, раз за разом.

Пока они не получат нужный им результат.

В желудке всё перевернулось. На мгновение перед глазами вновь возник образ Ли Са Ёна. Измождённого мальчика, задыхающегося в стеклянном резервуаре. Его испуганного взгляда, устремлённого на поднимающуюся с самого дна жидкость. Судорожных попыток удержаться, бороться за жизнь…

— Угх…

Ча Ый Джэ подавил подкатившую тошноту. Откинув белую ткань, он слегка приподнял маску, затем грубо вытер влажное лицо. Плечи невольно содрогались. Он не мог перестать плакать.

Преодолеть конец света человеческими силами?

А что насчёт тех, кто был принесён в жертву ради этого?

Что насчёт тех, кто страдает…

Это всего лишь эгоистичная жадность. Никто не должен проходить через такое. Подобное не должно повториться. Ча Ый Джэ безмолвно смотрел на того, кто был заперт в резервуаре. Оно тоже когда-то было человеком.

Можно ли его выпустить?

Мысли бежали впереди него. Ча Ый Джэ постучал по стеклу. Существо, погружённое в лечебную жидкость, обмякшее от усталости, повернуло голову на звук. Видимо, зрение ещё не восстановилось — его взгляд был рассеянным. Ча Ый Джэ тихо спросил:

— Ты понимаешь, что я говорю?

— …

Оно не отвечало, словно обдумывая что-то, а затем медленно кивнуло. Ча Ый Джэ посмотрел на его изуродованную, покрытую рубцами кожу. Под бинтами мальчика скрывалось то же самое. Каждый раз, когда он менял повязки, тот судорожно подгибал пальцы — то ли от боли, то ли из желания спрятать раны…

— Ты хочешь выбраться отсюда?

— …

— Хочешь сбежать?

Ответа не последовало. Ча Ый Джэ повторил:

— Я могу тебя выпустить. Отведу к доктору, он сможет тебя вылечить.

Существо отвернулось. Почему? Почему оно остаётся здесь, несмотря на всю эту боль? Ча Ый Джэ резко спросил:

— …Почему ты остаёшься? Боишься мести?

— …

Существо снова медленно повернуло голову. Изуродованные губы дрогнули, и из них вырвался охрипший, едва различимый голос:

— …Должен… стать сильнее…

— …

— Должен… защитить.

— …

— За ребёнка… не волнуйся. Можешь идти.

— Но…

— Время… вышло. Камеры… нет…

Будто сказав всё, что хотел, оно закрыло глаза. Даже если его насильно вытащить, оно не станет сопротивляться, но и не двинется с места. Ча Ый Джэ сделал шаг назад. Как бы там ни было, времени больше не оставалось. Подойдя к двери, он в последний раз оглянулся, вглядываясь в темноту лаборатории.

А если бы кто-то другой спросил запертого Ли Са Ёна?

Сбежал бы он или остался?

— …

Как только Ча Ый Джэ выбрался через металлическую дверь, он увидел, как мальчик, всё ещё цеплявшийся за решётку, радостно улыбнулся. Он попытался подавить подступающую тошноту. Прочные, плотно сплетённые прутья клетки согнулись без особых усилий. Ча Ый Джэ кивнул.

— …Выходи, пошли.

— Вау, вы правда сильный…

Мальчик огляделся и осторожно выбрался из клетки. Ча Ый Джэ вернул решётку в прежнее положение, затем набросил на него белую ткань, которой сам был укрыт. Тот замахал руками.

— Ч-что это?!

— Тебя не должны заметить, просто накройся.

Подхватив мальчика на плечо, Ча Ый Джэ бросился вперёд. В коридоре усиливался шум голосов. Похоже, служба вот-вот должна была закончиться. Время, назначенное для встречи с Гю Гю, уже наступило. Ча Ый Джэ распахнул заднюю дверь, о которой его предупредили заранее, и выбежал наружу. Перепрыгнув через каменную стену, он увидел припаркованный чёрный фургон, ждавший его впереди. Стекло на переднем пассажирском сиденье плавно опустилось.

За рулём, лениво облокотившись на руль, сидел Гю Гю. Он приподнял брови.

— О, и что это у нас тут ~? Неужели… сюрприз для меня?

— Человек.

— Ого, мне впервые дарят человека, даже как-то волнительно.

— Внизу у них тюрьма. Они держат там заражённых, мутировавших людей. Те, кто приходят сюда молиться, исчезают. Их забирают на «лечение», а потом используют в экспериментах.

— Это я и так знаю… Ох, неужели ты вытащил одного из них ~?

— Ага.

Гю Гю коротко рассмеялся и захлопал в ладоши.

— Вау ~ Ты, конечно, отбитый. Ты вообще думал, что будешь делать, если тебя поймают?

— Прекрати язвить и открой дверь.

— Подожди, J. Мы зачем сюда пришли? Чтобы изучить внутреннюю планировку и оценить обстановку, так?

— Знаю.

— Правда? И что же ты знаешь, если вот так просто взял и притащил сюда подопытного? Даже у этих идиотов хватит ума понять, что кто-то проник внутрь ~.

— Хочешь, чтобы я вернул его обратно?

— Не знал, что ты так искусно умеешь делать из человека мусор. Эй, парень, как тебя зовут?

Мальчик, болтавшийся на плече Ча Ый Джэ, тихо ответил:

— …К-кан Сон Юль.

— Так, и как же ты там оказался ~?

— М-мама сказала, что есть место, где лечат мутации, и предложила пойти вместе…

— Угу, и дальше?

— Мы молились, потому что… если молиться, то они исцеляют… Но потом сказали, что я… избранный… и увели в какое-то странное место… Уу…

Тело мальчика задрожало, прижавшись к плечу Ча Ый Джэ. Сон Юль всхлипнул. Гю Гю, постукивая пальцем по рулю, открыл заднюю дверь фургона.

— Избранный, значит ~? Лечение ты тоже прошёл? Всё помнишь?

Сон Юль всхлипывая кивнул. Ча Ый Джэ усадил его на заднее сиденье и стянул белую ткань. Под ней открылось побледневшее, изменённое тело. Гю Гю внимательно осмотрел мальчика, после чего ухмыльнулся.

— Ну, госслужащему можно его передать ~ Память, похоже, не стёрта. Хм, вот только что делать с последствиями?

Ча Ый Джэ сел на пассажирское сиденье и пристегнул ремень.

— Об этом не беспокойся.

— Если у тебя есть план, может, поделишься?

— Нет.

— Тогда?

Ча Ый Джэ с грохотом захлопнул дверцу. В отражении стекла мелькнула чёрная маска без эмоций.

— Нет смысла что-то объяснять… если просто уничтожить всё.

От него повеяло холодной, убийственной аурой. Гю Гю, всё ещё опираясь на руль, криво усмехнулся.

— О ~ хочешь прямо сейчас всё разнести? Ты серьёзно?

Ча Ый Джэ тут же подавил всплеск ярости. Откинувшись на сиденье, он склонил голову к окну и закрыл глаза.

— …Шутка.

— У тебя и шутки какие-то жуткие.

— …Всё будет в порядке. Наверное.

Он вспомнил слова того, кто был заперт в стеклянном резервуаре. Они не прозвучали как ложь.

Ча Ый Джэ решил ему поверить.

***

В отличие от прежней тьмы, лаборатория теперь была ярко освещена. Га Ён, облачённая в защитный костюм, стояла перед стеклянным резервуаром, быстро вводя что-то на экран. В этот момент в лабораторию ворвались торопливые шаги.

— Га Ён-ним! Один из подопытных исчез!

— Ха? Что? Да как вообще можно было так напортачить…

Га Ён раздражённо подняла голову, но вскоре нахмурилась, словно что-то её озадачило.

— …А? А что, собственно, пропало?

— Последний поступивший, номер 47. Ребёнок. Судя по следам на решётке, он выбрался сам…

— А-а… Как же его звали… Подожди, кажется, вспомню…

Га Ён поморщилась, а затем резко распахнула глаза.

— Точно! Это же тот, на котором мы проводили эксперимент! У него, кажется, ноги восстановились… Что, он правда настолько силён? Камеры проверили?

— Это… Когда проводятся эксперименты наверху, камеры отключены…

— Ах да… Чёрт, вот я и говорила, что надо увеличить энергоснабжение… Опять придётся подать запрос.

Сложив руки на груди, Га Ён задумалась, затем посмотрела на фигуру, застывшую по ту сторону экрана, и спросила:

— Эй, ты ничего не видел? Никого не почувствовал?

Существо, до этого стоявшее неподвижно, заговорило:

— …Съел…

— Что? Съел?

— …Сбежал…

— А-а, вот оно что. А я уже подумала…

Га Ён хмыкнула и махнула рукой замешкавшемуся исследователю.

— Ну, ты слышал. Свободен.

— Но… Мать этого ребёнка подала запрос на встречу. Что нам делать?

— Придумай что-нибудь ~ Достаточно, чтобы провидец сказал пару слов — и всё уладится.

— …

— Ты тоже хорошо справился ~ Если ещё кто-нибудь вздумает сбежать, просто растворяй их или глотай…

Существо неподвижно смотрело на макушку Га Ён, склонившуюся над экраном. Его искалеченные пальцы слегка дёрнулись, но дальше этого движения не последовало.

Глава 310 - Сон бабочки

Прошло три дня с тех пор, как ребёнка удалось спасти. За это время Гю Гю несколько раз в одиночку посещал часовню Прометея, но, к счастью, никто, похоже, не заметил пропажи ребёнка. Усиления охраны тоже не наблюдалось. Возможно, тот подопытный сумел придумать убедительное объяснение. Или же исчезновение такого ребёнка попросту не имело значения. Точного ответа не было.

Спасённого ребёнка оставили на попечение Нам У Джину. Чон Бин, Гю Гю, Нам У Джин и J собрались в маленькой комнате наблюдения. Нам У Джин, наблюдая за спящим ребёнком сквозь одностороннее зеркало, заговорил:

— Те, у кого мутация происходит мгновенно, — это обычные люди. А те, у кого она протекает частично… в большинстве случаев находятся под влиянием системы.

— Но ведь этот ребёнок не является пробуждённым, верно?

— Если смотреть в мировом масштабе, разве пробуждение не начинается примерно со старших классов школы?

— Верно.

— Ну, если слишком мал, то может попросту не выдержать пробуждения и умереть. Похоже, система учитывает такие моменты. Назовём его условным кандидатом в пробуждённые, отмеченным системой.

В конце концов, даже Ча Ый Джэ пробудился в старших классах школы. Он кивнул, соглашаясь. Чон Бин, постукивая пальцами по руке, спросил:

— В общем… Господин J, вы проникли внутрь и спасли ребёнка. А каковы результаты вашего проникновения, господин Гю Гю?

— А? Я?

Гю Гю, наматывая прядь своих волос на палец, ответил:

— Это просто секта ~ Молятся, слушают слова провидца, рыдают, умоляют: «Спасите моего ребёнка, моего друга, мою половинку»…

— …

— Хотя вряд ли кто-то ожидал, что их превратят в подопытных и станут ставить на них эксперименты ~

Гю Гю усмехнулся. Чон Бин редко выражал недовольство, но теперь посмотрел на него с явным неодобрением, после чего провёл рукой по волосам и тяжело вздохнул.

— Прежде всего, понял вас. Господин Гю Гю, сможете ли вы и дальше проникать туда с определённой периодичностью?

— А? Хочешь нанять меня? Учти, мои услуги дорогие.

Гю Гю сложил большой и указательный пальцы в круг. Чон Бин ответил на это мягкой улыбкой.

— В любом случае, вы же всё равно будете продолжать ходить туда? Ведь вы такой преданный сын. Я заплачу за информацию.

— Ах, точно. Все информаторы, похоже, уже слетели с катушек. Так что ты решил использовать меня ~?

— Ха-ха. Что вы. Просто прошу, потому что вы обладаете нужными навыками.

— Врёшь. За дерзость придётся добавить надбавку.

Под дружелюбными улыбками проскользнула искра напряжения. Тем временем Нам У Джин, получавший какой-то доклад от внезапно появившегося мальчика, взорвался:

— Если собираетесь драться, то идите и деритесь снаружи! Вон отсюда!

— Какой строгий.

Гю Гю проворчал, лениво махнул рукой и, развернувшись, вышел за дверь. Ча Ый Джэ, тяжело вздохнув, схватил Чон Бина, который поправлял одежду:

— Эм, Чон Бин.

— Да, J? Говорите.

Чон Бин ответил мягкой улыбкой. Ча Ый Джэ колебался, подбирая слова, но в итоге решил спросить прямо:

— Среди членов команды… есть кто-то, кто проявляет признаки мутации?

— …Что? Признаки мутации?

Глаза Чон Бина расширились от удивления. Ча Ый Джэ поспешно заговорил быстрее:

— Вдруг у кого-то резко побелели волосы или кожа, появилась чешуя, шерсть или перья…

— Хм, насколько мне известно, нет… Ты что-то знаешь?

— …Лучше будь осторожен.

Слова «Ты умрёшь от руки такого человека» так и не сорвались с губ. Хотелось остаться рядом с Чон Бином, но сейчас важнее всего было открыть закрытый вход в подземелье. Ча Ый Джэ скосил взгляд на широко открытую дверь и добавил:

— Не оставайся один. Обязательно будь с кем-то, кроме членов команды.

— …

— Обязательно.

Звук столкнувшихся костей игральных кубиков прозвучал в ответ.

***

Подземелье на станции Чонно 3-га. Учёные собрались в одном месте и… танцевали.

— Боже! Только посмотрите на это сияние!

— Это так прекрасно… Ах, неужели я действительно вижу настоящий магический камень с «Томатного рынка»!

— С этим энергии будет хоть отбавляй!

Хотя, если точнее, это были не танцы, а жесты, переполненные восторгом. Они, словно стая обезьян, впервые увидевшая огонь, размахивали руками и толпились в круг, а в самом центре стояла курица, крепко зажав в клюве магический камень, гордо раскинув крылья.

Ча Ый Джэ сидел немного в стороне, подперев подбородок рукой, и молча наблюдал за этим зрелищем.

После того как ребёнок был спасён и передан Нам У Джину, он связался с Хон Ё Соном, чтобы проверить магический камень, который он ему отдал.

«А? Использовал ли я его? Конечно, нет! Это же редчайшая вещь. Я уже придумал как минимум сотню вариантов применения. Можно сказать, я в процессе обдумывания, чтобы создать нечто идеальное. А что?»

«…Можешь вернуть его?»

«Что? Ты что, решил забрать обратно?»

«Пожалуйста.»

«…Что?»

«Всего один раз. Я прошу тебя. Пожалуйста.»

«…Погоди, погоди. С тобой всё в порядке?»

Ча Ый Джэ не смог ответить. Он долго подбирал слова, но сказать было нечего. Всё было совсем не в порядке. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним возникал тот образ — тело, бьющееся в стеклянном резервуаре.

Ему хотелось увидеть Ли Са Ёна. Прямо сейчас.

Похоже, Хон Ё Сон понял, что что-то не так, и, даже не спрашивая причин, сразу согласился вернуть магический камень.

«Мы же друзья!»

И теперь, Ккокко появилась, держа камень в клюве.

Завершив своё торжественное представление, Ккокко передала магический камень исследователю, а затем, семеня лапками, подбежала к Ча Ый Джэ и уселась у него на коленях. Он провёл пальцами по её гладкой голове.

— Передай спасибо своему хозяину.

— Ко-ко.

Ккокко кивнула. Спустя мгновение раздался крик:

— Господин J! Приготовьтесь!

Ча Ый Джэ осторожно опустил Ккокко на пол и шагнул к тупиковой стене. Глубокий вдох. Он приложил ладонь к поверхности. От неё исходил холод, пробирающий кожу. Уууууу… Коридор начал дрожать. Гул был сильнее, чем в прошлый раз.

БАААХ!

Пространство вспыхнуло белым светом. В спину ударила мощная волна энергии. Ча Ый Джэ собрал всю её в одной точке, направляя через ладонь прямо в закрытый вход. Внутри всё переворачивалось. Он стиснул зубы. Под пальцами ощущалось, как что-то скручивается, собираясь в шар.

«Ещё немного…!»

Ча Ый Джэ сосредоточил всю силу в своей ладони. Он сжимал и раздувал сконцентрированную энергию, увеличивая её, делая сильнее.

И наконец…

БАХ!

Энергия резко расширилась.

Позади раздались радостные возгласы. Но почему-то они звучали словно издалека. Может, потому что я отдал все силы? Всё тело было обессилено. Ча Ый Джэ медленно открыл глаза. Прямо перед ним колыхался синий вход — тот самый, в который он уже заходил прежде.

«…Я сделал это».

Сердце бешено стучало. Губы невольно изогнулись в улыбке.

«Теперь я смогу тебя увидеть».

Но в тот момент, когда он попытался развернуться, ноги резко подкосились.

«Чёрт…»

Тело резко наклонилось вперёд, прямо ко входу. J! Крики людей становились всё более отдалёнными. Впрочем, какая разница? Всё равно он собирался туда идти. Без всякого сопротивления Ча Ый Джэ позволил поглотить себя.

В затуманенном сознании он повторял:

«Жди меня, Ли Са Ён…»

В тот момент, когда Ча Ый Джэ почти закрыл глаза, перед ним вспыхнуло ослепительно белое окно. На нём мелькали какие-то строки, плотно усыпавшие экран, но затуманенным сознанием он не мог разобрать их смысл.

Что-то про… предупреждение? Субъект Ча Ый Джэ? Изменение? Ча Ый Джэ машинально взмахнул рукой. Тело и разум начали погружаться в кромешную тьму.

«Когда проснусь, система покажет мне это снова…»

Странное, но непоколебимое доверие к системе.

***

Тук.

Тук.

Что-то легонько постукивало Ча Ый Джэ в бок. Мм… Что ещё… Ча Ый Джэ пошевелился, пытаясь избавиться от ощущения. Тук. Снова удар. Кажется… это был носок чьего-то ботинка.

Какого чёрта кто-то пинает его в бок? Ча Ый Джэ с нахмуренным лицом приподнял голову. Перед ним возвышалась огромная тёмная фигура. В воздухе витал сладковатый запах.

Ча Ый Джэ распахнул глаза.

— …Ли Са Ён!

Ли Са Ён повернул голову. Бледное лицо, ещё более заострённые черты, чем в последний раз, тёмные, глубокие, отливающие фиолетовым глаза. Ча Ый Джэ не смог скрыть радости. Дрожа, он приподнялся и широко раскинул руки.

— Са Ён-а!

Но…

— …Ха-а.

В ответ раздался раздражённый, почти усталый вздох. Ли Са Ён безэмоционально смотрел на него.

А затем…

— …

Ли Са Ён прошёл мимо Ча Ый Джэ. Ш-шух. Прохладный ветер коснулся лица. Ча Ый Джэ застыл, ошеломлённо провожая взглядом его удаляющуюся спину.

Что это сейчас было? Он меня проигнорировал? Меня?

Ну, ладно… Он не ожидал трогательной сцены воссоединения до слёз… Хотя, если честно, он на это немного надеялся. Ча Ый Джэ надул губы. Что, выходит, он был единственным, кто скучал?

«…Может, он злится?»

Злится из-за того, как всё закончилось в последний раз? Было бы логично. Настроение Ли Са Ёна всегда могло закрутиться в тугой узел, словно скрученный крендель. Чёрт. Только пришёл, а уже приходится его успокаивать.

— Эй, Ли Са Ён…

Ча Ый Джэ поднялся. Он шагнул вперёд, чтобы схватить его за руку, но в тот же миг…

— …Чт.

Хрясь!

Большая рука без колебаний сомкнулась на горле Ча Ый Джэ. Ли Са Ён поднял его одной рукой. Ча Ый Джэ широко раскрыл глаза. Его ноги оторвались от земли. Рефлекторно он схватился за запястье, сжимавшее его горло.

Холодный голос прошептал:

— Не знаю, откуда ты тут взялся…

Холодные пальцы безжалостно сдавили его шею. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Кислород стремительно покидал его лёгкие. Глубоко посаженные, тёмно-фиолетовые глаза сверкнули. И в этих глазах отражалось лишь одно…

— На противника хотя бы смотреть надо, прежде чем нападать… а?

Жажда убийства.

Глава 311

Этот ублюдок... Ча Ый Джэ пытался скинуть руку Ли Са Ёна, сжимавшую его горло, но почему-то в его движениях не было силы.

Ли Са Ён внимательно изучал лицо Ча Ый Джэ, а затем протянул другую руку. Большая ладонь с щелчком сорвала маску.

Тук… Только что отремонтированная маска безжизненно упала на пол. Ча Ый Джэ сверкнул глазами и уставился на Ли Са Ёна. Ну, теперь, когда он увидел его лицо, можно было надеяться, что этот наглый тип перестанет так себя вести.

«Ты труп».

Какие там уговоры, сначала нужно его перевоспитать.

Однако.

Ли Са Ён, даже увидев лицо Ча Ый Джэ, не изменился ни в выражении, ни в поведении. Наоборот, его пальцы, обхватившие шею, сжались ещё сильнее, заставляя Ча Ый Джэ корчиться от боли. Если бы он был обычным человеком, его шея давно бы сломалась. Ча Ый Джэ издал приглушённый звук, стиснув зубы.

«Этот ублюдок…!»

С трудом открыв глаза, он посмотрел на мужчину перед собой. Ли Са Ён безжалостно душил его, в то время как мрачные, отливающие фиолетовым глаза внимательно изучали его лицо. Вскоре он отвёл взгляд и тихо вздохнул.

— Не знаю, чего ожидал…

Голос был печальным и наполненным горечью. Ча Ый Джэ перестал сопротивляться. По его спине пробежал холодок. Сейчас Ли Са Ён вёл себя так, словно…

«Он меня не узнаёт…?»

Такого развития событий он не предвидел. Неужели вход привёл его в другой мир? Он хотел что-то сказать, но из-за сдавленного горла лишь срывался на хрип. Воздуха становилось всё меньше.

Раздался ленивый голос:

— Раздражает… Не иллюзия, а живой человек… это даже хуже.

— Кх… Хрг…

— Нет… Такой, как ты, не должен носить эту маску.

Сжавшая горло рука напряглась ещё сильнее. В мрачных фиолетовых глазах засверкало зловещее сияние.

— Хочется убить тебя…

«Он действительно собирается меня задушить!»

Сколько же сил он потратил, чтобы вернуться сюда… Умереть вот так, в его руках, было недопустимо. Ча Ый Джэ старался оторвать его пальцы, стиснув зубы, и, балансируя в воздухе, попытался придать движениям больше силы. В этот момент…

— Ли Са Ён! Что ты творишь?!

Пронзительный голос разрезал воздух. Давление на горло слегка ослабло. Ча Ый Джэ не упустил свой шанс и резким ударом сбил руку Ли Са Ёна. Не успев сгруппироваться для падения, он тяжело рухнул на колени.

Склонившись вперёд, Ча Ый Джэ зажал пульсирующую от боли шею и закашлялся. Судорожно вдохнув воздух, тут же зашелся в рвотных позывах. Его пальцы впивались в землю, дыхание было сбивчивым. Глаза защипало от подступивших слёз. Кхе-кхе… Сплошной хрип и кашель. А над ним всё ещё звучал резкий голос.

— Ты… Подожди, ты же только что чуть не задушил человека? Ты совсем рехнулся?!

— …

— Опять потерял контроль. Ты вообще глаза открыть можешь? Эй!

— …Отвали.

— Вот же… Эй, стой! Не уходи один! Жди там!

Чёрный подол плаща взметнулся, удаляясь. Вместе с ними исчез и сладковатый запах. Ча Ый Джэ с трудом восстановил дыхание, продолжая судорожно кашлять. На место, где только что стоял Ли Са Ён, кто-то подошёл. Чьи-то мягкие, но твёрдые руки легли ему на плечи.

— Эй, с вами всё в порядке?

Знакомый голос. Ча Ый Джэ с трудом поднял голову. Пчела смотрела на него с тревогой в глазах. Он в растерянности уставился на неё, а затем кивнул.

— Да, всё в порядке… Кхе, кхе…

Однако он так и не смог закончить фразу — из горла снова вырвался кашель. Пчела, постукивая его по спине, раздражённо цокнула языком.

— Прости, он в последнее время… хм, не в себе. Дай-ка посмотрю твою шею. …Ой! Синяк будет жуткий.

— …

— Я бы тебя подлечила, но запасных зелий сейчас нет… Может, доктор посмотрит? Хотя он сейчас занят…

Ча Ый Джэ провёл рукой по горлу, где всё ещё ныло от удушения. И вдруг его осенило. Пчела не знала лица J за маской, но вот работника на полставки ресторана с похмельным супом она точно видела. Он провёл пальцами по лицу. Никакой маски.

«Почему она не узнала меня?»

— Га Ыль! Иди сюда на минутку!

— Да? Да, иду!

Ча Ый Джэ поднял голову. К нему спешила школьница Юн Га Ыль, распустив волосы и поправляя очки. Раз она выглядит взрослой, значит, место верное. На поясе у неё висела небольшая сумка. Пчела указала на Ча Ый Джэ.

— Этот парень… Ли Са Ён его чуть не задушил. У тебя есть зелье?

— А? Ой, сейчас…

Юн Га Ыль в панике начала рыться в сумке. Через мгновение она виновато нахмурилась и достала бинты.

— Простите… Все зелья израсходованы… Только бинты остались.

— Тогда хотя бы перевяжи. Вид у него… ну, как у человека, которого только что душили.

— Да… Сейчас, минутку!

Юн Га Ыль подошла с бинтами в руках, а Ча Ый Джэ лишь растерянно наблюдал за ней. Она знает, как выглядит Ча Ый Джэ. Знает, что он — J. Но сейчас она вела себя так, словно перед ней был совершенно незнакомый человек.

«Что за…?»

Осторожные пальцы коснулись его шеи. Шершавый бинт обвил кожу. Ча Ый Джэ схватил её за руку, когда она начала закреплять повязку.

— Э-э, школьница Га Ыль…

— …Да? Эм, вообще-то я уже не школьница…

Юн Га Ыль замялась, её глаза забегали, а на лице появилось выражение смущения.

— А что случилось? Вам плохо…?

— Нет, не плохо… Но… ты меня совсем не узнаёшь?

— …Что? Нет, кажется, нет.

Она выглядела растерянной. Не похоже, чтобы врала. Даже Юн Га Ыль его не узнала? Ча Ый Джэ открыл рот, но не смог выдавить ни слова, а в этот момент Пчела раздражённо махнула рукой прямо перед его лицом.

— Эй, не приставай к ребёнку.

— Да не пристаю я…!

Он был в таком отчаянии, что готов был взорваться. Когда он, не зная, что сказать, только махал руками, Юн Га Ыль смущённо улыбнулась.

— Вы, наверное, охотник, да? Может, мы встречались в гильдии Совон… Простите, кажется, я вас забыла.

— Ну, охотник, конечно. Раз уж даже после того, как Ли Са Ён его душил, он не сдох. Но как ты вообще здесь оказался? Это же зона с отбеливанием, проход сюда закрыт.

— …

Его охватило чувство тревоги. Что, чёрт возьми, здесь происходит? Стиснув зубы, он уставился в пустоту, призывая систему.

В тот же миг перед глазами всплыло ослепительно белое окно.

[Сущность "Ча Ый Джэ" завершила прохождение данного подземелья.]

[Также, поскольку сущность погибла в данном подземелье, во избежание путаницы применяется эффект искажения восприятия.]

«С чьего это позволения?!»

[С вашего собственного согласия.]

А. Ча Ый Джэ закатил глаза. Неужели те системные окна, что беспрерывно вспыхивали перед входом, были именно об этом? Тогда он просто отмахнулся от них, не читая. Он уставился на сообщение с яростью.

Разве не должны были спросить хотя бы дважды?!

[В качестве бонуса за прохождение подземелья сохранены снаряжение и инвентарь, которые были у вас на момент входа.]

«Мне это не нужно!»

Ча Ый Джэ огляделся и заметил небольшую лужицу. Он тут же на четвереньках подполз к ней и заглянул в отражение. Лицо было его. Он наклонил голову в разные стороны, размышляя. Система говорила об искажении восприятия. Значит, для других его внешность выглядит совершенно иначе?

«Раз уж даже Ли Са Ён меня не узнал…»

Искажение, похоже, было крайне сильным. Ча Ый Джэ потрогал своё лицо и тяжело вздохнул. За спиной раздался приглушённый шёпот.

— Такой шок, что он совсем слетел с катушек… Га Ыль, будь осторожна, мало ли.

— Да, онни.

Я всё слышу.

С трудом встав на ноги, Ча Ый Джэ осмотрелся. Ладно, может, его лицо и искажено, но он же может просто сказать, кто он. Если предъявить доказательства, ему поверят. И раз уж его внешность изменилась, то можно не бояться, что Пчела узнает его лицо.

С этими мыслями он перевёл взгляд на Ли Са Ёна, который стоял чуть в стороне, скрестив руки. Затем, серьёзным голосом объявил:

— Я J.

— …

— …

— …

Наступила пугающая тишина. Ни удивления, ни насмешек — просто два растерянных взгляда, уставившихся на него. Ли Са Ён даже не посмотрел в его сторону. Что за?.. Ча Ый Джэ повторил:

— Говорю, я J. Я вернулся обратно.

Пчела нахмурилась, склонив голову набок, затем наклонилась к Юн Га Ыль и прошептала:

— Эм… Это на каком языке? Русский? Что-то вроде «шуттгарт… бишунбашун…» Так ведь?

— Не знаю… Впервые слышу.

— Совсем ничего не понимаю. Он ведёт себя настолько подозрительно, что от этого даже не кажется подозрительным, понимаешь?

— Верно… Может, это какой-то намёк на прохождение подземелья?

— Эй! Ты же только что говорил по-корейски! Говори нормально!

Ча Ый Джэ вдруг осознал. Неужели искажение восприятия касается не только его лица…

— Ли Са Ён! Ты хоть что-нибудь понял?

— …Неинтересно.

Даже речь искажается?! Не в силах поверить в эту реальность, он пытался снова и снова донести свою мысль. В итоге пришёл к выводу: стоит ему заговорить о чём-то, связанном с подземельем, его слова превращаются в странный, бессмысленный набор звуков.

«Я J. Я пришёл за вами. Пойдёмте вместе. Давайте выберемся. Чёртова система свела меня с ума и сделала таким».

Сколько бы он ни пытался передать правду, его слушали только с жалостью. Пчела снова шепнула Юн Га Ыль:

— Похоже, у него что-то с головой, языки смешались.

Нет же! Ничего, абсолютно ничего не давалось ему легко. Что теперь? Опустив плечи, Ча Ый Джэ поднял с земли маску. Как только её гладкая, чёрная поверхность блеснула в его руках, выражение лица Пчелы напряглось. Она шагнула к нему. Пару секунд колебалась, бросая взгляды на Ли Са Ёна, затем негромко спросила:

— Эта маска… твоя?

— Да.

— Ах… Вот почему он вдруг так взбесился.

Пчела раздражённо взлохматила волосы. Затем неожиданно перекинула руку ему на плечо и притянула к себе. Её голос стал ещё тише:

— Послушай. Не надевай эту маску при нём. Не знаю, фанат он J или одержим им, но лучше не рисковать. Понял? И одежду… цц, тебе надо переодеться.

— Но…

— Просто сделай, как я сказала. Если не хочешь снова, чтобы он тебя душил.

— …

Ча Ый Джэ провёл рукой по горлу, где ещё оставалась боль. Ли Са Ён и правда чуть его не убил. Пчела проворчала себе под нос:

— Как только он видит что-то, связанное с J…

В этот момент рядом возник холодный, давящий взгляд. Грубая, сильная рука обхватила Ча Ый Джэ за шею, словно снова собираясь его задушить, и резко притянула к себе.

— Скучно, да? Развлекаешься, болтая с первым встречным?

— Подожди, зачем ты опять его уводишь?

— Он не кажется тебе подозрительным? В пустоши, без мутации, без единой царапины, просто лежал без сознания…

Рука на его шее сжалась сильнее, вновь перекрывая доступ воздуха. Чёрт. Стоило хоть что-то сделать не так, и его могли просто убить. Скривившись, Ча Ый Джэ поднял голову. И столкнулся взглядом с ним.

Фиолетовые глаза, острые и холодные, как лезвие. Ни следа той привычной, теплой мягкости, что всегда была в них, когда он смотрел на него. Губы Ли Са Ёна беззвучно шевельнулись.

— Просто убью тебя здесь.

Глава 312

— Подожди, убивать-то зачем?

— Эй, Юн Га Ыль.

— Д-да?

— В твоей памяти был такой человек?

Юн Га Ыль… Мы же так давно знакомы. Ча Ый Джэ изо всех сил пытался выразить мольбу во взгляде. Однако Юн Га Ыль, немного помедлив, покачала головой.

— Нет… Вижу впервые.

Грёбанная система.

— То же самое. Это Мемориальный подземелье… Существо, которого нет ни в чьей памяти, выскочило как посторонний элемент, и ты предлагаешь оставить его в живых?

— …

— К тому же, даже когда я его душу, он не умирает сразу…

Рука, сжимавшая шею, с силой напряглась.

— Чем меньше переменных, тем лучше.

— В этом ты, конечно, прав, но…

Ча Ый Джэ нахмурился. Черт, почему у него еще и руки такие здоровые? По сути, Ли Са Ён был прав. На месте Ча Ый Джэ он бы тоже принял решение устранить переменную. Но…

«Ты должен меня узнать».

Возникло необъяснимое чувство обиды. Не сдерживаясь, Ча Ый Джэ резко ударил кулаком по руке, сжимающей его шею. Позади послышался раздраженный вздох. Низкий голос зашептал прямо в ухо, заставив его покрыться мурашками.

— Не двигайся… Я сдерживаюсь.

Что?

Ответ и так был очевиден. Ведь хватка на его шее лишь усилилась. А, ясно. Значит, он сдерживается, чтобы не убить меня. Наш Ли Са Ён не сразу убивает людей. Какая же честь.

Ребёнок с ужасным характером.

Терпеть дальше было невозможно. Чуть стоило им разлучиться, и вот до чего дошло…

Бах!

— …Ух!

Рука, душившая его, ослабла. Человек, плотно прижимавшийся к нему со спины, согнулся пополам. Ча Ый Джэ, быстро убрав локоть от его солнечного сплетения, молниеносно выскользнул из хватки Ли Са Ёна. Он всегда был быстрее, чем казалось.

Ча Ый Джэ яростно ткнул пальцем в лицо Ли Са Ёна и заорал:

— Ты что, первым делом людям горло душишь и убивать собираешься?! Это вообще нормально?! Ты в своем уме?!

— …

— По крайней мере, сначала выслушай, а потом уже атакуй, невоспитанный ты человек!

— …

— Я тебя так учил, а?!

Ча Ый Джэ выплеснул гнев, как очередь из пулемета. Этого парня стоило оставить ненадолго без присмотра, как он тут же расслабился. Так нельзя! Да ты хоть понимаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы сюда добраться? Представляешь, как я переживал?! Ли Са Ён, держась за солнечное сплетение, просто смотрел на него с пустым выражением лица.

Тем временем Пчела с серьезным видом пробормотала:

— Опять на каком-то другом языке… Он точно иностранец?

Как бы то ни было, тирада Ча Ый Джэ, совмещавшая крик, нотации и жалобы, наконец закончилась. Он выплеснул всё, что накопилось, и ощутил приятное облегчение. Удовлетворенно вытерев пот со лба, он услышал бормотание Ли Са Ёна:

— Черт… Что ты вообще несешь…

— Простите, но что вы сказали после «невоспитанный»?

К несчастью, похоже, его крик так и не дошел до адресата. Точнее, Ли Са Ён понял только фразу «Ты невоспитанный!». Полный провал.

«Если речь заходит обо мне как о Ча Ый Джэ, информация искажается?»

Это усложняло задачу. Впрочем, выход из Мемориального подземелья был довольно прост: просто ждать, пока твоя роль не будет завершена.

«Но тогда… Ли Са Ён останется здесь слишком долго».

Именно поэтому Ча Ый Джэ пришел забрать его. Чтобы тот не оставался один слишком долго. Потому что одиночество — это слишком тяжело.

Открыть вход в подземелье и вывести троих, запертых в нем. Вот какой был его план. Ча Ый Джэ скользнул взглядом по окружающим. Пчела держала Юн Га Ыль за спиной и наставила на него рапиру. А Ли Са Ён…

— …

…в упор смотрел на него. Все так же сжимая солнечное сплетение. Ча Ый Джэ неловко отвел взгляд.

«С самого начала всё пошло не так».

Даже если он скажет «следуй за мной», тот явно не послушается. И тут в голову пришла гениальная мысль.

«Оглушить и унести».

План был прост: заманить к выходу из подземелья и вырубить. Одного закинуть на спину, а остальных двух подхватить под руки — как-нибудь справится. Когда очнутся, уже будут в реальном мире, где можно нормально поговорить. Ча Ый Джэ довольно улыбнулся. Сначала сделай, потом объясняй! Наконец его жизненная философия пригодилась.

Поэтому Ча Ый Джэ побежал.

— Эй! Подожди! Куда это ты собрался?!

— Ч-что делать? Бежать за ним? А если это ловушка…?

— Не упустите его.

— Га Ыль, если не можешь бежать, запрыгивай ко мне на спину!

— Что? А… да!

Отлично. По крайней мере, все трое последовали за ним. Ча Ый Джэ быстро огляделся. К счастью, вход, через который он пришел, находился совсем рядом. Чёрные ботинки взметнули облако белой пыли, когда он резко остановился. Вход в подземелье светился мягким голубоватым светом, вращаясь в воздухе.

Остальные вскоре догнали его. Пчела осторожно опустила Юн Га Ыль на землю, удивленно округлив глаза.

— …Что за… Выход?

Повезло. Раз они его видят, значит, оглушать пока никого не придется. Ча Ый Джэ указал на вход и чётко произнес:

— Выходим.

— …

— Надеюсь, это хотя бы не прозвучало странно? Выходим. Get out. Хорошо?

— Слышу… Подожди, так это и было тем самым странным энергетическим сигналом? Это правда выход из подземелья?

Ли Са Ён, внимательно изучая выход, ответил:

— Цвет точно такой же, как у входа в подземелье на Чонно 3-га. И энергия тоже.

— Боже…

На лице Пчелы медленно появилась улыбка. Она взволнованно схватила Ча Ый Джэ за плечи и обрушила на него поток вопросов:

— Ты открыл закрытое подземелье?! Как ты это сделал?! Кто ты вообще такой?! Ты специально сюда пришёл? За нами? Подожди, точно, это ведь правда выход?!

Ча Ый Джэ лишь кивал на каждый вопрос. С каждым его кивком улыбка Пчелы становилась всё ярче, пока не засияла так, будто её можно было увидеть в рекламе зубной пасты. Она, широко улыбаясь, обняла Юн Га Ыль.

— Черт! Га Ыль, мы можем выбраться отсюда!

— О-онни…!

— Ах, это проклятое дерьмовое место! Надо быстрее сваливать. Не хочу своими глазами видеть, как сдохнет Мэтью.

Пчела без колебаний шагнула в портал и исчезла без следа. Как и ожидалось, она действовала решительно. Однако Юн Га Ыль остановилась у самого входа, не решаясь войти.

И в этот момент…

Воздух дрогнул, словно что-то начинало втягиваться внутрь. Ча Ый Джэ резко повернулся к выходу. Водоворот мерцающего света начал сжиматься, его края медленно уменьшались. Из-за границы выхода донесся встревоженный голос:

— …Слы… держать… дверь… возвращай…!

— …!

— J! …Если вас… не будет… дверь… не смогу откр…

Черт возьми! Ча Ый Джэ стиснул зубы. Время работы выхода подходило к концу. Больше нельзя медлить.

— Га Ыль, прости!

— Ч-что? А-а-а!

Ча Ый Джэ толкнул Юн Га Ыль в спину. Та, вскрикнув, исчезла. Теперь остались только двое. Может, теперь Ли Са Ён наконец понял, кто перед ним?

— Ли Са Ён! Тебе тоже…

Ча Ый Джэ попытался повернуться, но не успел — его резко обхватили сзади. Чья-то массивная, крепкая фигура прижалась к нему, сжимая в объятиях. Мощные руки обвили плечи и шею, а широкая ладонь ласково скользнула по перевязанному горлу. Там, где касались его пальцы, разливалась тупая, ноющая боль. Мягкие пряди волос коснулись его уха, и низкий голос зашептал:

— Хён.

— …

— Останься здесь со мной?

— …

— Только мы вдвоем… Пока мир не рухнет.

— …Что, снова не узнаешь меня и начнешь душить?

— Хм… Не хотелось бы, но если хён этого хочет…

— У меня нет таких странных желаний.

— Шучу. Всё это шутка.

Ли Са Ён тихо рассмеялся, и Ча Ый Джэ ощутил лёгкую дрожь, передающуюся через соприкосновение. Он посмотрел на стремительно уменьшающийся выход и спокойно спросил:

— Только сейчас меня узнал?

— Ага… Прости за это. Я подумал, что снова вижу галлюцинацию.

— …

— Просто я привык видеть тебя мёртвым… Даже представить не мог, что ты настоящий.

После таких слов сказать было нечего. Губы едва коснулись его уха, затем влажный язык медленно провёл по его краю. Чёрт. По спине побежали мурашки. Ча Ый Джэ невольно передёрнул плечами, втягивая шею. В ответ послышался низкий смех. Затем тёплые губы легли на висок, на щёку, и исчезли. Казалось, пустота внутри него заполнялась. Ча Ый Джэ сжал руки, обнимающие его шею.

— …Сейчас моё лицо тебе не кажется искажённым?

— Нет, всё ещё… будто размытое, как в тумане.

— И всё равно тебе хочется вот так?

— А я когда-нибудь любил тебя за лицо?

Крупная ладонь мягко взяла его за подбородок, поворачивая к себе. Ча Ый Джэ не стал сопротивляться. Их взгляды встретились. В знакомых фиолетовых глазах снова появилась привычная нежность. Шершавые губы мягко коснулись его губ. Как обычно, Ча Ый Джэ приоткрыл рот, но язык не последовал за этим движением. Вместо этого посыпались лёгкие, частые поцелуи — короткие, словно клювом птицы. Сквозь прикосновения до него донеслись слова:

— Хорошо, что ты мой, хён.

— …

Мысли словно таяли. Он хотел сказать многое. Рассказать о том, что увидел в лаборатории Прометея. Спросить о прошлом, где его не было. Как это было для него? Потому что даже увидеть обрывки того, чего он не пережил, оказалось невыносимо. А каково это было ему?

Вход уже уменьшился до размеров его груди. Больше нельзя медлить. Ча Ый Джэ натянул чёрную маску и схватил Ли Са Ёна за руку.

— Пойдём.

— …

— Пора возвращаться.

Ли Са Ён улыбнулся.

Об этом можно поговорить позже. Времени впереди ещё много. Ча Ый Джэ протянул руку к выходу. Его тело стало втягиваться внутрь. И вдруг…

Щёлк.

— Я не могу уйти.

Что?

Тепло, которое он ощущал в руке, исчезло. Ча Ый Джэ в панике обернулся. Но позади не было ничего. Мир словно перевернулся, его тело охватило странное чувство дезориентации. Громкий шум резанул по ушам.

— J вернулся!

— Подтверждаю, возвращение J завершено!

— Всего три человека, возвращение завершено.

Ча Ый Джэ открыл глаза. Он разжал пальцы.

В его руке осталась лишь одинокая чёрная перчатка.

Глава 313

…А что было потом… Хм. Я толком не помню.

В сознание Ча Ый Джэ пришёл уже после того, как чёрные цепи крепко стянули всё его тело. Стоя на коленях на раскалённой земле, он медленно моргнул. Глаза, нос, рот, горло — всё жгло так сильно, что становилось трудно дышать. Воздух был слишком горячим и сухим. Дыхание перехватило. Он огляделся. Ярко-красное пламя кольцом окружало всё вокруг.

«Жарко…»

Крупные капли пота стекали по подбородку и срывались вниз. Серый пепел и искры разлетались в воздухе. Тик, тик… алые искры опустились прямо перед коленями и тут же погасли. Ча Ый Джэ поднял голову. За колышущимся маревом стояли три человека. Пчела, Мэтью и Чон Бин. Острие остроконечной рапиры было направлено точно на него. Приглушённые голоса, переговаривающиеся между собой, смутно долетали до слуха.

— …Всё в порядке. Он надёжно связан…

— Если снова взбесится…

— Пока он скован цепями, это невозможно.

К Ча Ый Джэ подошёл Чон Бин. Часть огненного кольца вокруг них рассыпалась, угаснув. Он был на себя непохож: тело покрыто ранами, волосы были растрёпаны, словно тот даже не пытался их привести в порядок, даже правая щека опухла и покраснела. Чон Бин опустился на одно колено и встретился с ним взглядом.

— J, вы меня узнаёте?

Ча Ый Джэ медленно кивнул. Даже это движение далось ему с трудом. Чон Бин достал из-под пиджака носовой платок и вытер пот на его затылке.

— Раз вы пришли в себя, объясню ситуацию. Это подземелье на станции Чонно 3-га. После выхода из подземелья вы начали буйствовать. Пчела попыталась вас остановить, но поняла, что в одиночку ей не справиться. Тогда она вызвала меня и Мэтью, после чего мы вместе вас обезвредили.

— …Буйствовать?

— Да, буйствовать.

Пчела внезапно взорвалась:

— Какое ещё буйствовать, ебаный бред! Полная херня!

— Пчела, осторожней со словами.

— Осторожней? Серьёзно? Эй, J! Спасибо, что вытащил нас, конечно, но то, что ты устроил, как только вернулся, полный дурдом, как бешеная псина. Там вообще-то были и исследователи, и Га Ыль!

— …

— И ради чего ты устроил весь этот пиздец…

Хлоп. Чья-то большая рука резко зажала Пчеле рот. Мэтью, прижав ей губы, аккуратно отступил назад вместе с ней. Во рту пересохло. С каждым вдохом казалось, что горло горит. Здесь было слишком жарко… и сухо. Когда дыхание стало прерывистым, Чон Бин осторожно взял Ча Ый Джэ за подбородок и зафиксировал его голову. Спустя мгновение он тихо вздохнул.

— …Ах, слишком горячо, да? Об этом я не подумал. Был сосредоточен только на том, чтобы удержать вас… Прошу прощения.

— Здесь действительно так жарко?

— Сейчас J в состоянии до пробуждения. Для обычного человека этот огонь невыносим. Простите, J. Придётся доставить вас в Бюро управления пробужденными.

Чон Бин поднял Ый Джэ, словно тот ничего не весил. Это ощущение, когда тебя поднимают, как вещь, когда тело не слушается вовсе — было неприятным. Почти унизительным. С трудом удерживая сознание, в затуманенном взгляде он всё же нашёл силы задать вопрос:

— …Ли Са Ён?

Ответа не последовало. Молчание и было ответом. Ча Ый Джэ крепко стиснул зубы.

***

Ча Ый Джэ смотрел на подвешенную к потолку лампу в форме соломенной шляпы. Единственный источник света в тёмной и тесной комнате. Комната для допросов Бюро управления пробужденными.

Как только они прибыли в Бюро, Чон Бин сразу же запер его здесь и исчез, оставив лишь короткое «подожди». К счастью, цепи сняли, но за дверью явно ощущалось несколько чётких, выверенных шагов — похоже, приставили наблюдателей.

«Совсем как с особо опасным преступником».

Ничего не оставалось, кроме как спокойно ждать. Он и не хотел доставлять хлопот бедным госслужащим. Пока ждал Чон Бина, дверь несколько раз открывалась — кто-то из сотрудников заходил, передавал объяснительную с ручкой и тут же уходил. Один документ уже был заполнен кем-то другим, второй оставался чистым.

— Простите, а руководитель Чон когда вернётся?

— Он пошёл докладывать директору… Точно сказать не могу.

Ча Ый Джэ молча кивнул и взял ручку. Заполненная объяснительная… Похоже, её писал самый младший в исследовательской группе, Сан Джок. Он быстро пробежался глазами по тексту. Всё, что касалось того, как открыли вход в Мемориальное подземелье, было расписано подробно и досконально. Но это его сейчас не интересовало. Важнее было то, что произошло после выхода.

Через какое-то время Ча Ый Джэ наконец нашёл то, что искал.

[…На момент выхода охотницы Пчелы портал оставался стабильным, однако сразу после того, как вышла другая девушка, отказавшаяся назвать своё имя, портал начал колебаться. Зафиксировано явление сжатия. Сразу после того, как охотник J выбрался, портал исчез. Охотник Ли Са Ён не был обнаружен. Всего вернулись трое. Подтверждено, что магический камень, использованный в качестве источника энергии, уничтожен. Похоже, вся энергия была израсходована.]

[…После того как охотник J убедился в исчезновении портала, он начал бить по стене. Охотница Пчела пыталась его остановить, однако в процессе началась драка, переросшая в схватку, после чего был применён холодный оружейный инструмент…]

[…Руководитель Чон и охотник Мэтью прибыли на место и втроём смогли обезвредить J. Но вряд ли он сделал это намеренно. Профессор говорил, что после перехода через портал возможна кратковременная дезориентация и спутанность сознания. Можем предоставить результаты исследований. Просим учесть это при рассмотрении ситуации…]

Дальше шёл длинный текст, оправдывающий J. J не собирался действительно всё разрушить, он просто не смог справиться с резкой сменой обстановки и отреагировал слишком бурно…

Стоит ли за это благодарить или извиняться — Ча Ый Джэ сам не знал. Он рассеянно провёл пальцами по кожаной перчатке. Одна чёрная кожаная перчатка. Доказательство того, что он встретил Ли Са Ёна… и не смог его вернуть.

Он провалил задание привести Ли Са Ёна обратно.

Ча Ый Джэ тяжело вздохнул. Но последнее, что сказал Ли Са Ён, он помнил отчётливо.

«Я не могу уйти».

Почему он так сказал? Была ли причина, что-то его удерживало?

В этот момент дверь открылась. Вошла Пчела. На ней была чёрная майка без рукавов и кожаные брюки. Голые руки и лицо были заклеены пластырями и обмотаны бинтами. Там, где бинты не прикрывали, виднелись синяки. Наверняка все эти раны она получила, когда пыталась его остановить. Ча Ый Джэ, как полагается виноватому, молча склонил голову. Пчела, хмуро глядя на него холодным взглядом, скрестила руки на груди.

— В себя пришёл? Голова остыла?

Ча Ый Джэ молча кивнул. Пчела со стуком захлопнула за собой дверь, тяжело села на стул напротив и закинула ногу на ногу.

— Исследователи мне кое-что объяснили. Тот странный… мутный тип — это ведь был ты, да? Которого Ли Са Ён за горло держал и который на странном русском что-то говорил.

Другого такого кандидата попросту не было. Ча Ый Джэ кивнул.

— …Наверное, да.

— Ну, в любом случае, спасибо, что вытащил. А то я уже начала думать, сколько же нам ещё там торчать.

— …

— Но одно дело — вытащил, а другое — что потом устроил. Почему ты так взбесился? Ты правда собирался разрушить подземелье?

— …Очень извиняюсь, но я ничего не помню.

— Серьёзно? Даже как набросился на меня, будто убить хотел?

— Да.

— А как схватил мою рапиру и чуть не переломал пополам? А потом как врезал Чон Бину по щеке, когда он тебя остановить пытался? А как Мэтью в живот ногой зарядил?

Холодный пот потёк по спине. Он… он правда это сделал? Вот почему у Чон Бина так опухла щека… За это извиняться сто раз подряд будет мало. Ча Ый Джэ втянул голову в плечи, словно черепаха.

— …Я правда ничего не помню. Простите.

— Вот чёрт, что вообще происходит… Я уж думала, ты совсем с ума сошёл.

— …Извините.

— Ладно, считай, мы в расчёте. Ты нас вытащил — и на том спасибо.

Пчела, подперев рукой подбородок и чуть склонив голову набок, вдруг спросила:

— Его… Ли Са Ёна, я так понимаю, ты не вывел?

— …

— Эта перчатка его, верно? Ты только её принёс?

— …Я пытался его вывести. Но в последний момент… он сказал, что не может уйти.

— Что? Ли Са Ён с ума сошёл, что ли? Как это не может уйти?!

Пчела резко нахмурилась. Вот и правда, с чего бы… Ча Ый Джэ теребил кожаную перчатку, стараясь хоть немного унять тяжесть внутри. Правда, получалось плохо. Пчела задумчиво накручивала на палец прядь волос.

— Его ведь тоже нужно вытащить. Закрытый вход снова открыть не получится?

— Надо спросить у исследовательской группы. Там написано, что магический камень, который был источником энергии, разрушился.

— Тц… ничего у нас лёгким путём не выходит.

На лице Пчелы легла лёгкая тень.

— Если он долго там пробудет… с ума сойдёт.

— Что ты имеешь в виду?

— А, ну это…

Пчела только открыла рот, как вдруг…

Вииииииин ―

Прозвучал тревожный, почти угрожающий звук сирены. Пчела резко вскочила со своего места и распахнула дверь. Коридор мигал тревожным красным светом. Она поймала за руку первого попавшегося охотника, который замешкался у дверей.

— Что это? Что происходит? Какие-то проблемы?

— Э-э, мы сами точно не…!

— Ох, да что за… Дай рацию!

Пчела вырвала у охотника рацию и приложила её к уху. В треске помех прорвался взволнованный голос:

― …Обнаружен мутант! Всем, кто может сражаться, немедленно подняться на четырнадцатый этаж…

Ча Ый Джэ резко поднял голову. Мутант в Бюро управления пробужденными. Чон Бин, которого когда-то убил член его же команды, вцепившись зубами в шею.

Чон Бин может быть в опасности.

Глава 314

Сквозь треск помех раздался крик, и лицо Пчелы изменилось. Ча Ый Джэ резко вскочил с места. Грохот! Стул, на котором он сидел, опрокинулся, но никто не обратил на это внимания. Он подошёл к двери и схватил Пчелу за руку.

— Ты сейчас туда пойдёшь, да? Возьми меня с собой!

— Что…?

Пчела удивлённо распахнула глаза. Но лишь на мгновение. Быстро кивнув, она решительно обвила рукой шею Ча Ый Джэ и притянула его к себе.

— Все слышали, да? Этого я забираю с собой.

— Э? Но он ведь ещё под арестом…!

— Да кому это важно, если там люди умирают? Этот человек в порядке. Я беру ответственность на себя! Пошли! Ты что, не слышал? Уйди с дороги! Хочешь, чтобы я тебе рацией врезала?

— Е-если ударите госслужащего, это будет воспрепятствование исполнению служебных обязанностей!

— Поэтому дистанцию и держу! Если руководитель что-то спросит, скажи, что я угрожала!

Пчела, размахивая рацией, угрожала охотникам, преграждающим путь, и прокладывала себе дорогу. Ча Ый Джэ, не понимая, то ли его тащат под руку, то ли держат в захвате, спокойно позволил себя увлечь. Хотя арестован был он, ощущение было такое, будто он стал заложником в каком-то захвате.

— Э-э-э!

— О-осторожно!

Ча Ый Джэ, позволяя себя утащить, задумался. Эта женщина…

«Она что, профессионально шантажом занимается?»

Пчела с невероятной ловкостью прорывалась сквозь охотников по коридору и направилась к аварийной лестнице. Манера угрожать, выбор кратчайшего пути к выходу — всё это говорило о том, что для неё подобное не в новинку. Ча Ый Джэ тихо восхитился.

«Надо будет потом расспросить».

Расспросить и взять на заметку. Грохот! За их спинами захлопнулась дверь аварийного выхода. Она, прислонилась спиной к дрожащей двери и убрала руку с шеи Ча Ый Джэ. Недоверчивый взгляд пробежал по нему сверху вниз.

— Конечно, странно спрашивать после того, как притащила тебя сюда… Но ты точно в своём уме?

— В своём.

Ча Ый Джэ помассировал затёкшую шею.

— И знаю, что Чон Бин погиб в Мемориальном подземелье. Ты ведь из-за этого спешишь, да?

Пчела удивлённо приоткрыла рот.

— Откуда ты это знаешь? Тебя тогда вообще не было.

— Из книги, в которой делал записи Нам У Джин внутри Мемориального подземелья… А, объяснять сейчас долго. Давай сначала поднимемся!

Чон Бин, скорее всего, потратил много сил, чтобы остановить Ча Ый Джэ. Сколько там монстров и насколько они сильны — он не знал, но оставить его одного с этим было невозможно. Ча Ый Джэ с тревогой пробормотал:

— Я попросил Гю Гю помочь, но…

— Попросил Гю Гю?

Пчела быстро взбегая по лестнице, перепрыгивая через две ступени за раз, серьёзно спросила:

— А ты перевёл ему деньги?

— Деньги? Нет, просто… договорились на словах.

— А, устная договорённость?

Пчела ничего не сказала и резко ускорилась. Теперь она преодолевала сразу по три ступени. Ча Ый Джэ, тоже ускорился и спросил:

— Это проблема?

— Да вот думаю… Проблем слишком много, вот в чём проблема.

Пчела раздражённо ответила:

— Этот ублюдок совсем другой до и после оплаты. Он вообще-то маньяк по части денег!

…Да? Странно, на того, кто помешан на деньгах, не похож. Но Пчела передёрнулась с таким видом, что расспрашивать дальше показалось неуместным. Ча Ый Джэ посмотрел на аварийную лампу, мигающую зелёным светом, и на цифры, показывающие этаж. 14-й этаж. Из-за аварийной двери донёсся рык монстра. Ча Ый Джэ и Пчела обменялись взглядами. А затем…

Одновременно выбили дверь ногами.

БАА-А-АХ—!!

Аварийная дверь, прогнувшись в форме отпечатков обуви, с грохотом вылетела. На мгновение всё вокруг замедлилось. Мятая металлическая створка, летящая по коридору и белый монстр, которому дверь врезалась прямо в голову. Его тело, пошатнувшись, отлетело в стену. Грохот! В месте удара образовалась глубокая вмятина.

— Хм ~… Что это у нас за порча имущества? Довольно смело.

Раздался ленивый голос. Его хозяин, Гю Гю, стоял прямо посреди коридора, засунув обе руки в карманы куртки. Он повернул голову к ним и слегка пожал плечами.

— Объявление войны Бюро управления пробужденными? Ну, или что-то в этом роде ~?

— Что за… Где Чон Бин? Почему ты тут один? — нахмурилась Пчела.

— Где-где… Отдыхает у меня за спиной.

Гю Гю развернулся и показал, что у него за спиной. Чон Бин стоял за каким-то прозрачным барьером, постукивая по нему ладонью и что-то молча говоря. Вид у него был такой, будто он показывал пантомиму. Пчела раздражённо поморщилась.

— Эй, ты его запер! Опять чью-то способность украл, что ли?!

— Украл? Есть же прекрасное слово — аренда ~

Ухмыльнулся Гю Гю, подбрасывая и ловя игральную кость в воздухе.

— Ну ~ как можно гнать в бой человека, которого только что так отделали? Щёки у него прямо распухли, как будто зуб мудрости удалили.

— …

Ча Ый Джэ, хоть и не специально, но и был тем самым человеком, удалившим Чон Бину зуб мудрости, поэтому молча отвёл взгляд. Гю Гю почесал щёку и поманил их рукой.

— Ладно, подходите сюда. Для начала с этим парнем разберёмся.

Пчела и Ча Ый Джэ осторожно двинулись к нему за спину. Пчела, вытянув шею вперёд, спросила:

— Это он, тот самый мутант?

— Ага. Говорят, был напарником руководителя Чона. А потом внезапно мутировал, без всяких предупреждений, я аж подпрыгнул от неожиданности ~.

И в этот момент…

Ш-ш-ш… Обломки разрушенной стены осыпались на пол, поднимая клубы пыли. Монстр, застрявший в стене, дёрнулся и медленно поднялся. Массивные лапы, руки с острыми, как лезвия, когтями, мощное туловище, и…

Оскаленный рот, набитый острыми зубами, а голова была покрыта белоснежной шерстью. Из-под меха туда-сюда метались абсолютно белые глаза. Но вскоре эти глаза уставились прямо на Ча Ый Джэ.

Их взгляды встретились.

Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно!

— …Кх!

Острое ощущение пронзило всё тело. Боль. Это чувство и это слово заполнили всё его сознание. В глазах потемнело, голову пронзила такая боль, будто её раскалывали изнутри. Ча Ый Джэ схватился за голову. Сквозь стиснутые зубы вырвался слабый стон. Его пошатнувшееся тело кто-то крепко подхватил.

— Ты в порядке? Что с тобой? Где болит?

— А ~ точно, ты же говорила, что с этим неадекватным J еле-еле справились втроём один на один?

— Заткнись!

— Да я спрашиваю, потому что волнуюсь ~… J вообще в своём уме? Вид у него так себе.

— Я проверила, что он в порядке, только после этого и привела!

— Надеюсь, это правда. Я сегодня драться не собирался. Кости на сегодня уже бросал…

Их голоса доносились приглушённо, будто сквозь толщу воды. Ча Ый Джэ изо всех сил прикусил язык, но напрасно. Он почти не слышал, что говорят люди. Зато голос монстра становился всё отчётливее.

Больно. Больно. Больно. Больно.

Где… руководитель? Где руководитель команды?

Больно. Больно. Больно. Больно.

Нужно доложить.

Больно…

На самом деле голос монстра был похож на человеческий. Даже став чудовищем, он всё ещё искал своего руководителя, Чон Бина. Монстр, пошатываясь, поднялся на ноги и начал оглядываться по сторонам. И тогда он заметил Чон Бина, стоящего за спиной Гю Гю.

Нашёл. Нашёл.

Нашёл руководителя команды.

Нужно доложить. Нужно доложить.

— Угх…!

Скрежещущий звук раздался, когда монстр повёл по полу руками, превратившимися в лезвия, и двинулся вперёд. Ча Ый Джэ, всё ещё держась за голову, закричал:

— Гю Гю! Не дай монстру добраться до Чон Бина!

— А ~ ну это раз плюнуть.

Гю Гю сделал движение двумя пальцами — указательным и средним, взмахнув ими снизу вверх. В ту же секунду перед монстром поднялась прозрачная стена, преградив путь. Грохот! Монстр ударился головой о барьер. И затем…

Грохот! Грохот! Грохот!

Он снова и снова начал биться лбом об стену. Каждый раз, когда его череп врезался в барьер, сотрясался весь коридор. Люминесцентные лампы на потолке начали зловеще мигать. Пчела, поддерживая Ча Ый Джэ, спросила:

— Насколько крепкая эта стена? Точно можно вот так его оставлять?

— Хм ~… если честно…

ХРУСТ!

Прозрачная стена затрещала, по ней пошли трещины. Гю Гю широко улыбнулся.

— Я и сам не знаю ~!

БУМ! Стена рассыпалась вдребезги. Пчела закричала, вложив в голос всю свою душу:

— Придурок!

Гю Гю сделал шаг назад и снова щёлкнул пальцами. Почти одновременно с его движением поднялась новая стена. Но монстр, уже однажды пробивший барьер, теперь не колебался ни секунды. БУМ! БУМ! БУМ! Он стал вбиваться головой ещё яростнее, чем раньше. Гю Гю раздражённо проворчал:

— Ну а что мне делать ~? Я вообще в первый раз это использую. Такое раньше не выпадало, так что даже не было возможности потренироваться!

Ча Ый Джэ, держась за голову, которая готова была треснуть от боли, с трудом спросил:

— Что это вообще за способность такая?.. Ты что, издеваешься?

— Издеваюсь? В такой ситуации, когда от этого жизнь зависит?

Пчела тяжело вздохнула.

— Гю Гю, этот парень… способен воровать способности других людей. И не одну, а сразу несколько.

— Ну скажи же, арендует ~!

— Неважно!

Ча Ый Джэ с сомнением поморщился. На первый взгляд…

— …Разве это не отличная способность? Прям невероятная.

— Верно. Проблема в том…

Из кармана куртки Гю Гю выкатилась какая-то вещица. Пчела, вздохнув, подняла её с пола. Это был маленький фарфоровый кубик.

— Он может использовать только одну способность за раз. Ту, которая выпадет при броске кости.

— …

— Нет никакой гарантии, что выпадет нужная сила. Полный рандом.

«Что это за дурацкая мошенническая способность такая?..»

Ча Ый Джэ на секунду даже забыл про боль, уставившись то на кубик, то на спину Гю Гю. В этот момент вторая стена с грохотом разлетелась вдребезги. Все трое снова отступили на пару шагов назад. Гю Гю, быстро воздвигнув третью стену, лениво усмехнулся:

— Ну ~ я просто забыл помолиться сегодня, вот мне и выпала способность, которую впервые вижу.

— И ты собираешься вот так и дальше пятиться назад? В конце концов нас тут между стенами и зажмёт!

— А? Да нет, конечно. Убьём его ~

Гю Гю обернулся и подмигнул:

— Только убивать будете вы двое!

Глава 315

— Тогда сразу так и скажи, зачем тянуть?

— Ну, у меня тоже есть совесть. Ты в таком измотанном состоянии, а просить тебя подраться… как-то не очень~

— Хватит нести чушь, отойди!

Пчела замерла, когда собиралась убрать руку, которой поддерживала Ча Ый Джэ. Она с тревогой спросила:

— J, ты в порядке?

— В порядке.

Враньё. Больно. Мысли монстра безостановочно лезли в голову, сводя с ума. Больно. Ча Ый Джэ раздражённо тряхнул головой и закричал:

— …Замолчи!

Вздрогнув, Ча Ый Джэ резко поднял голову. Больно. Двое смотрели на него с растерянными лицами. Больно. Чёрт возьми. Ча Ый Джэ прикусил губу и опустил голову.

— …Извините.

Гю Гю почесал подбородок.

— Ладно, ты совсем не в порядке, да?

— Видишь? Теперь ты за него отвечаешь.

— Можно запереть его в барьере? ~

— Разберёшься сам! Барьер вот-вот сломается. Раз, два…

Звя-я-як!!

Прозрачная стена разлетелась на куски. В этот же миг, как Гю Гю схватил Ча Ый Джэ и отпрянул назад,

Бам!

Звук столкнувшегося металла резко ударил по ушам. Пчела сдерживала острое лезвие тонкой рапирой. Звяк! Клинки скрежетали, словно пытаясь пересилить друг друга, и, высекая искры, резко разошлись в стороны. Тонкий меч, танцуя в стремительном вихре, отражал град обрушивающихся ударов. Пчела выкрикнула:

— Быстро! Уводи их подальше!

— Шершень, ты одна справишься?

Пчела, не переставая двигаться и уворачиваясь от ударов, каким-то образом умудрилась обернуться. На лице её вспыхнула откровенная насмешка.

— Ха… За кого ты меня принимаешь?

Гю Гю тоже улыбнулся в ответ.

— Тоже верно.

— И ещё…

Монстр громко взревел, и люминесцентные лампы снова замигали и затрепетали. В мерцающем свете прямая спина Пчелы слегка дрожала. Бах! Вспыхнувший на мгновение свет ярко озарил пространство, и кончик её рапиры холодно блеснул в темноте. Сквозь напряжённую тишину прорезался скрип стиснутых зубов.

— С этим ублюдком… у меня есть старые счёты!

Бах, бах, бах! Прозвучали удары металла. Гю Гю, поддерживая Ча Ый Джэ, бросился в сторону, где находился Чон Бин. Легким движением пальцев он рассеял прозрачную стену. Чон Бин с растерянным лицом спросил:

— J, как вы сюда поднялись? Вы же были в комнате для допросов?

Держась за голову, готовую вот-вот расколоться, Ча Ый Джэ с трудом ответил:

— Сказали, что появился мутант, вот я и пришёл. Сейчас главное выбраться отсюда! Этот монстр нацелился на тебя, Чон Бин!

— Но…!

Чон Бин замялся. Его взгляд дрогнул, устремившись к монстру, стоявшему напротив Пчелы. Гю Гю пожал плечами.

— Понимаю, он был твоим напарником, но в таком состоянии его только убить осталось ~ Других вариантов нет? Он ведь теперь не твой напарник.

— …

— Если оставить его так, кто знает, сколько ещё человек погибнет, господин госслужащий.

Гю Гю схватил Чон Бина за руку. В тот самый миг раздался мягкий, но резкий звук, как что-то острое пронзило плоть. Ча Ый Джэ резко обернулся. Рёв монстра стал ещё громче.

Больно! Больно! Больно! Больно! Больно! Больно!

Рука Пчелы, описав изящную дугу, выдернула рапиру из тела монстра. Это было чистое, лишённое суеты движение. Белая кровь разлетелась по траектории клинка и с шумом забрызгала стену. Она не остановилась. Пчела снова приняла стойку, чтобы окончательно перерезать дыхание.

И в этот момент.

Бух! Грубая рука толкнула Ча Ый Джэ и Гю Гю. Чон Бин оттолкнул их обоих и бросился вперёд.

— Подождите, Пчела!

Мгновение длиной в вечность. Всё замерло. Чон Бин бежал вперёд, Гю Гю, которого оттолкнули, тянул руку, но так и не сумел никого схватить, только сжал пустоту. Чон Бин отчаянно выкрикнул:

— Пожалуйста, не забирайте у него жизнь…!

Пчела, занося рапиру к горлу монстра, замерла. На долю секунды остриё колебалось.

В тот же миг монстр моргнул своими абсолютно белыми глазами.

Руководитель.

Руководитель идёт.

Руководитель, я здесь.

Мне нужно кое-что сказать!

Пожалуйста, подойдите!

Монстр резко выбросил вперёд обе руки, превратившиеся в острые, словно лезвия, клинки. Он поднялся и бросился в атаку. Широко раскрыл рот, наполненный острыми, как ножи, зубами. Тревожное предчувствие заставило ноги двинуться вперёд. Ча Ый Джэ резко оттолкнулся от пола и сорвался с места. Мраморная плитка под его ногами треснула, оставив вмятину в форме ступни. Он пронёсся мимо Гю Гю и резко схватил Чон Бина за шиворот. Тот в замешательстве оглянулся, но вместо ответа Ча Ый Джэ лишь…

Хочу съесть!

Хочу съесть руководителя!

Дёрнул с силой его за шиворот назад.

Огромная пасть с хрустом сомкнулась прямо перед носом Чон Бина. И этого оказалось мало — пасть ещё дважды распахнулась и снова захлопнулась, будто пытаясь зацепить. Ча Ый Джэ изо всей силы пнул монстра ногой прямо в нижнюю челюсть. Хруст! Послышался треск ломаемых костей. Монстр схватился за рот и взвыл от боли.

Больно! Больно! Больно! Больно! Больно!

Ча Ый Джэ со стиснутыми зубами резко дёрнул Чон Бина к себе.

— Гю Гю!

— Понял! Только глянь… голову-то чуть не отгрызли. Разве не жалко было бы такую красивую голову отдать на съедение?

Гю Гю ухватил Чон Бина и оттащил его назад. Ча Ый Джэ, игнорируя разрывающую голову боль, снова занял боевую стойку. Белые глазные яблоки монстра, беспорядочно катавшиеся по орбитам, остановились, уставившись прямо на него. Они плакали. Белая жидкость с глухим стуком капала на пол.

Почему? Почему? Почему? Почему?

Почему ты мешаешь?

Тем более, ты же…

Монстр пристально посмотрел на Ча Ый Джэ и наклонил голову набок. Точно так же, как наблюдают за каким-то интересным животным. Только что он пытался откусить человеку голову, но теперь от былой агрессии не осталось ни следа — напротив, поведение стало удивительно спокойным. За спиной раздался тихий голос Гю Гю:

— …Он вдруг изменился.

Тревога накрыла с головой. Нельзя, чтобы заметили. Что? Моё состояние. Ча Ый Джэ сжал кулак. Ладонь была мокрой от холодного пота. В тот миг, когда он поднял кулак…

Ба-ах.

Горячая белая кровь хлынула ему на лицо.

Ча Ый Джэ поднял голову. Остриё рапиры насквозь пронзило шею монстра. Стоило Пчеле выдернуть клинок, как громадное тело, до этого стоявшее прямо, обмякло и рухнуло на пол. Из приоткрытого рта донёсся шипящий звук, будто выходил последний воздух. Пчела щёлкнула рапирой, стряхивая белую кровь. Её лицо по-прежнему оставалось холодным и невозмутимым.

— Уязвимое место.

— …

— Простите, руководитель Чон. Не смогла выполнить вашу просьбу.

Чон Бин, удерживаемый Гю Гю, тяжело дышал, стараясь восстановить дыхание. Лицо его было смертельно бледным, а на одной щеке пылало багровое пятно от удара. Пчела, легко перепрыгнув через дёргающееся тело монстра, подошла ближе. Она достала из инвентаря полотенце и протянула его.

— Ай-ай, посмотри на себя, весь в крови. Вот, возьми хотя бы это.

— А, спасибо.

— Как самочувствие? Судя по тому, как двигался, вроде бы в порядке?

— Да, сейчас уже немного лучше.

— Ну и прекрасно. Кстати, раньше ты был хорош.

Пчела подняла большой палец в его сторону, а затем прошла мимо, направляясь назад. Остановившись, она, уперев руки в бёдра, прожгла взглядом Чон Бина.

— Понимаете ведь? Вас едва не сожрали только что. Не знаю, почему вы повели себя так несвойственно для руководителя, но, может, стоит принимать решения хладнокровнее?

— …Извините. На этот раз моя ошибка.

Чон Бин глубоко склонил голову. Пчела, скрестив руки на груди, ответила холодно и отстранённо:

— Ладно. Я поняла, о чём вы думали.

— В любом случае никто не погиб, так что ничего страшного ~

Добавил Гю Гю и похлопал Чон Бина по плечу. Но тут же отдёрнул руку, когда Пчела шлёпнула его по тыльной стороне ладони. Что и говорить. Пчела ведь тоже собственными руками лишила жизни своего мутировавшего напарника. Ча Ый Джэ встряхнул полотенцем, вытирая белую кровь с волос, и тяжело выдохнул. Чон Бин провёл ладонью по лицу и поднял голову. Хоть на лице ещё не было обычного спокойствия, он выглядел заметно уравновешеннее.

— …Теперь надо заняться разбором ситуации. Спасибо вам за помощь.

— Тот, кто мутировал… у него были какие-то признаки до этого?

— Нет, совсем никаких. Ни посветлевшей кожи или волос, ни изменений в теле. Всё произошло совершенно неожиданно…

Пчела подошла ближе к телу монстра. Она понизила голос и прошептала Ча Ый Джэ на ухо:

— Этот урод… точно такой же, как тот, что я уже видела.

— …

— В прошлом мире он убил руководителя Чон Бина.

— …Можно считать, что мы предотвратили смерть?

— Хм, надеюсь на это.

Ча Ый Джэ присел перед монстром. Тот всё ещё тяжело хрипел, с каждым разом дыша всё реже. Похоже, смерть была совсем близко. Ча Ый Джэ откинул с его головы свалявшуюся шерсть. Помутневшие белые глаза слабо повернулись к нему.

Почему?

Почему ты мешаешь?

Ча Ый Джэ не ответил. Он убрал руку от монстра и поднялся. Тело в последний раз слабо вздрогнуло, пошевелив конечностями.

Руководитель…

— …

И всё это время за происходящим внимательно следили серые глаза. Гю Гю негромко хмыкнул, похлопал Чон Бина по плечу и улыбнулся.

— Ты же говорил, что если у человека начинается мутация, часть тела белеет.

— …Да, верно. Но почему ты спрашиваешь?

— Да так… Ничего особенного.

Серые глаза сузились.

— Просто мне показалось… не стал ли J ещё белее, чем раньше?

Глава 316

Уборка закончилась быстро. Кровь, разлившаяся по полу, исчезла после нескольких проходов мокрой тряпкой, а разрушенные и поцарапанные стены прикрыли белой тканью. Охотников S-класса столпившихся в одной кучке, волоком утащили в медпункт, и только Чон Бин получил лечение. На затылке, куда схватил его Ча Ый Джэ, возник синяк. Ча Ый Джэ с недовольным видом пробормотал:

— …Извини. Похоже, синяк долго не пройдёт.

— Ха-ха, ничего. Лучше уж синяк, чем получить по лицу или быть укушенным.

Чон Бин попытался сказать это с лёгкой интонацией, но никто не засмеялся. Совсем не смешно. Даже если это было не специально, Ча Ый Джэ, ударивший Чон Бина по лицу, опустил голову. Пчела, распылявшая обезболивающее на запястье, осторожно поинтересовалась:

— Ты ведь не пытался пошутить, да?

— А? Почему вы так спрашиваете?

— Да нет, если бы это была шутка, я бы посмеялась вместе…

— А… нет. Не стоит так переживать. Со мной всё в порядке.

Повисло тяжёлое молчание. Даже S-классы, которые обычно ни на кого не обращали внимания и вели себя, как им вздумается, в этот момент невольно следили за настроением Чон Бина. Всё-таки он только что потерял напарника у всех на глазах. Причём тот превратился в монстра. Чон Бин потрогал затылок и слабо улыбнулся.

— Правда, всё в порядке.

Тёплый взгляд Чон Бина обратился к Ча Ый Джэ. Тот, чувствуя себя виноватым, неловко отвернулся, избегая встречаться глазами.

— Спасибо, что пришли. Эм, насколько я понял из доклада… Пчела сказала, что берёт ответственность на себя.

— А? Ах да, так и было. Просто, если уж идти, то надёжнее прийти не одной.

Пчела, отводя взгляд, провела рукой по волосам, заправляя прядь за ухо.

— …Разве это какая-то проблема?

— Ха-ха… Нет, в любом случае, по делу J я собирался просто составить объяснительную и отпустить. Я сам всё оформлю как следует, так что не переживайте. Можете все трое возвращаться.

Чон Бин поднялся, подхватив помятый пиджак. Пчела округлила глаза в удивлении.

— Что это? Даже не отдохнёшь и сразу за работу?

— Нет времени на отдых. Дел по расчистке ещё полно. Ну что ж… пойду первым.

Он коротко поклонился и вышел из медпункта. Гю Гю, склонив голову набок и подперев подбородок рукой, пробормотал:

— Притворяется сильным ~ Ничего ведь не в порядке.

Пчела потянулась и лениво ответила:

— Я его понимаю. Пока работаешь, меньше остаётся времени на мысли.

— Ты ведь знаешь, что это своего рода самоуничтожение ~?

— Заткнись, ты как бесполезный шарлатан.

Пчела с грохотом хлопнула дверью и ушла.

И вот в помещении остались только двое. Ча Ый Джэ и Гю Гю. В воздухе витал резкий запах обезболивающего. Гю Гю, ничуть не стесняясь, пристально уставился на маску. Ча Ый Джэ изо всех сил старался не реагировать на взгляд, жгущий щёку.

«С этим человеком как-то… неловко…»

Ему доводилось ловить на себе взгляды самого разного рода, но такого, как у Гю Гю, открытого, исследующего, пристального — ещё не было. Надо скорее уйти. Ча Ый Джэ поднялся со стула и направился к двери. За спиной раздался хитрый голос:

— Насчёт волос~ …

— …

— Кажется, пора бы уже покраситься. Хотя, может, и нет?

Не отвечая и не сбавляя шага, Ча Ый Джэ вышел из медпункта. Его быстрые шаги остановились у стеклянного окна. Рыхлые, серые волосы на первый взгляд могли показаться седыми. Он закатал рукав. К счастью, ни чешуи, ни шерсти, ни участков, превратившихся в кожу монстра, видно не было.

Пока что.

«…Неужели он что-то заподозрил?»

А может, просто прикидывался. Ча Ый Джэ, волоча ноги, направился к аварийной лестнице. На душе было тягостно. Хотелось подняться повыше. Топ, топ, топ. Он поднимался по ступеням.

Нужно скрыть, что он проходит через мутацию. Но почему? Ведь если рассказать, можно будет получить лечение.

— …

Страшно. Страшно видеть в чьих-то глазах страх.

Новость о том, что J мутировал, повергнет всех в отчаяние.

Я не хочу меняться.

Бесцельно шедшие вверх ноги остановились. Дверь на крышу была приоткрыта. Возможно, кто-то использовал вертолёт. Ча Ый Джэ осторожно потянулся к ручке и распахнул дверь. Серое, затянутое облаками небо. Белый пепел кружился в воздухе вокруг ослепительно побелевшего здания. И… запах едкого табачного дыма.

— …

У перил стоял Чон Бин, небрежно перекинув пиджак через руку. Ча Ый Джэ медленно подошёл к нему. Между испачканными пылью пальцами догорала сигарета. Чон Бин выдохнул облако дыма, прежде чем заговорить.

— Эм, кто-то меня искал?

— Нет.

— Что-то случилось?

— Тоже нет.

— Тогда… зачем ты пришёл?

— Душно стало.

— …Вот как.

Чон Бин, зажав сигарету губами, принялся шарить по карману и, достав пачку, протянул её. Ча Ый Джэ не стал отказываться и взял одну. Чон Бин, слегка нечетко произнося слова из-за сигареты, спросил:

— Огонь нужен?

— Нет, я решил бросить. Просто одолжил.

— Ха-ха, хорошее дело — бросить.

Чон Бин негромко рассмеялся. Ча Ый Джэ встал, прислонившись спиной к перилам. Ногой растёр белый пепел, скопившийся на крыше, но особого толку не было. Чон Бин, глядя вниз, на город за перилами, пробормотал:

— Помнишь? Мы раньше… эм, уже встречались вот так. Давненько, правда.

— На аварийной лестнице?

— Да. На аварийной лестнице. Помнишь, значит.

— Конечно, помню.

Ча Ый Джэ крутил сигарету между пальцами, как ручку.

— И тогда, и сейчас мы оказались в похожем месте. Ты всё ещё не заходишь в комнату отдыха?

— Если руководитель заглядывает в комнату отдыха, это чрезвычайная ситуация. Как люди смогут там спокойно отдыхать?

Ча Ый Джэ усмехнулся, и Чон Бин тоже слегка улыбнулся. Но вскоре выражение исчезло с его лица. Ни следа от мягкой, привычной улыбки. Безэмоциональное лицо. Ча Ый Джэ не удивился. Постоянно сохранять одно выражение — это утомительно. Поэтому он прятал своё лицо за маской, за способностью «Непроницаемое лицо».

— Тот, кого мы потеряли… Он был моим напарником долгое время. Эм, он пришёл после инцидента на Западном море, так что ты, J, его, наверное, не знал.

Сигаретный дым расплывался в воздухе. Ча Ый Джэ молча ждал продолжения.

— Зарплата маленькая, переработки каждый день… И всё же он оставался. Хотя сейчас уже не скажешь, что быть госслужащим, это значит сидеть на тёплом месте.

— …

— Он был надёжным и добросовестным. Я очень его ценил.

Подул ветер. Каштановые волосы Чон Бина растрепались, и опущенный взгляд скрылся в их тени. Тихий, грустный голос пробормотал:

— Был бы хоть какой-то намёк…

Не нужно было смотреть на Чон Бина, чтобы понять, о чём он думает. Он, наверняка, прокручивал в голове сотни вариантов. А если бы так? А если бы иначе? Перебирал то, что никогда уже не произойдёт. Сожалел. Ча Ый Джэ знал это чувство, Ли Са Ён его научил. Сожалеть о случившемся бесполезно. Это ничего не меняет.

— Не стоит всё так усложнять.

— …

— Лучше в это время подумать, что делать дальше.

— Это из личного опыта?

— Да.

Взгляд Ча Ый Джэ остановился на тёмно-синем синяке на шее Чон Бина. Если бы он и Пчела не пришли, если бы не оставили рядом Гю Гю, Чон Бин бы погиб. Во время попытки подавить, во время эвакуации других, или, может быть, пытаясь поговорить с монстром. Как бы там ни было, он бы умер, пытаясь защитить других.

«Быть слишком хорошим человеком — тоже проблема».

Ча Ый Джэ развернулся, облокотился на перила и лёгким движением похлопал Чон Бина по плечу. Тот удивлённо распахнул глаза, а затем, с выдохом, в котором будто выпустили воздух, усмехнулся:

— Это ты меня утешаешь?

— Да.

— …Спасибо.

Чон Бин закрыл глаза и опустил голову. Раздалось тихое, сдержанное дыхание. Ча Ый Джэ сделал вид, что не слышит, и отвернулся в другую сторону. Утешать кого-то, до сих пор казалось чем-то чуждым.

«Лучше бы вообще не было причин для утешения».

Если привыкнуть утешать, значит, кто-то обязательно должен страдать. А этого совсем не хотелось.

Сколько прошло времени, неизвестно. Прерывистое дыхание Чон Бина понемногу выровнялось. Он глубоко вдохнул, извлёк из инвентаря портативную пепельницу и затушил сигарету. Поправляя растрёпанные волосы, он заговорил:

— J.

— Да?

— Ты когда-нибудь задумывался… что будешь делать дальше?

— …

— Думаю, мы с тобой были в схожем состоянии. Особенно сразу после выхода из Мемориального подземелья…

…Откуда он знает? Попав точно в цель, Ча Ый Джэ с недовольством посмотрел на Чон Бина. А тот прикрыл рот кулаком и тихонько усмехнулся:

— Было бы странно не догадаться, глядя на твое поведение. Ты собираешься снова туда вернуться?

— …Да.

Чон Бин, почесав подбородок, мягко улыбнулся:

— Тогда, думаю, это тебе пригодится.

Он протянул лист, покрытый плотной ламинацией. Внешний вид и текстура показались до боли знакомыми. Прямо как билет на выставку мастеров…

…Что? Билет?

Ча Ый Джэ резко поднял голову.

— В данный момент Юн Га Ыль находится в пространстве, созданном Хон Ё Соном. Это чтобы не дать Прометею до неё добраться.

Чон Бин подмигнул.

— Юн Га Ыль хочет встретиться с тобой, J.

Глава 317

Ча Ый Джэ живо принял билет. Если он встретится со школьницей Юн Га Ыль, то сможет получить много информации. На самом деле, ему и правда хотелось многое спросить. Как она показала обрывки сна, как оказалась в Мемориальном подземелье без прохождения через вход, может, и он тоже сможет вновь туда попасть?

«Тогда и искать магические камни не придётся».

Возможно, волнение отразилось в его поведении, Чон Бин тихо рассмеялся.

— С тех пор как познакомился с J… Впервые вижу тебя таким воодушевлённым. Рад, что не зря отдал.

— …

Ча Ый Джэ тут же остановил пальцы, которыми только что быстро двигал, и замер всем телом. Чон Бин, будто сдерживая смех, прикрыл рот рукой и отвернулся, затем прокашлялся и продолжил:

— Но ты знаешь, что это за билет?

— Да, знаю.

— Знаешь? Хм… Но разве J приходил на выставку мастеров? Где ты его видел?

Ах!

Рука, теребившая билет, вновь застыла. Точно, тогда Ча Ый Джэ посетил выставку под видом секретаря главы гильдии Падо. Но у него было полно оправданий. Теребя билет, Ча Ый Джэ ответил:

— …Хон Ё Сон хвастался. Говорил, что сам такое создал.

Большинство проблем легко решаются, если просто вставить имя Хон Ё Сона или Скумбрии. Кажется, навыки вранья растут с каждым днём. Ча Ый Джэ изо всех сил игнорировал тихо поднимающееся чувство вины. Чон Бин слегка кивнул, улыбаясь.

— А-а, вот как. А про его назначение ты тоже слышал?

— Ключ, открывающий доступ в пространство, которое создал Хон Ё Сон… Так он сказал.

— Верно. Хочешь попробовать прямо сейчас?

Ча Ый Джэ кивнул, поднял билет и закрыл глаза.

Спустя мгновение, когда он вновь их открыл…

Он оказался в классе.

«…А не в комнате ожидания?»

Перед ним раскинулась сцена, совершенно не похожая на мрачную комнату ожидания. Приоткрытое окно и шевелящиеся на ветру шторы, ряды аккуратно расставленных парт и стульев, зелёная доска. На каждой парте — учебники, материалы для подготовки к выпускным экзаменам, каракули, наполовину съеденные пачки с закусками, всё было воссоздано с пугающей точностью. Будто кто-то взял и целиком перенёс школьный класс.

Ча Ый Джэ моргнул. Он был немного ошарашен.

«…Сколько же времени прошло.»

Последний раз он видел класс… наверное, лет десять назад? Оглядевшись по сторонам, Ча Ый Джэ почувствовал странную смесь незнакомого и тёплого. То ли потому, что прошло так много времени, то ли потому, что он действительно скучал по этому виду. Сердце неожиданно затрепетало. Он подошёл к доске и взял белый мел. Провёл на доске прямую линию. Ощущение, с которым мел мягко скользил по поверхности, показалось удивительно непривычным.

— …

Он некоторое время молча смотрел на проведённую белую черту. В этот момент у двери послышался чей-то шаг.

— А, J! Вы пришли?

У двери стояла Юн Га Ыль в повседневной одежде. По сравнению с последней встречей она выглядела гораздо лучше. Она с тревогой подошла поближе и оглядела Ча Ый Джэ с головы до ног.

— Эм… вы в порядке? Сразу после выхода вы выглядели неважно…

— Всё в порядке. Тогда просто…

Чёрт, так много людей, перед кем надо извиниться. Ча Ый Джэ провёл рукой по маске и вежливо склонил голову.

— Ты, наверное, испугалась. Прости. Тогда я… был не в себе. Сейчас всё хорошо.

Юн Га Ыль замахала руками и покачала головой.

— А, нет! Всё в порядке. Я понимаю. Ведь… вы не смогли вывести Ли Са Ёна, да?

— …Да, верно.

— Эм… просто я хотела узнать, что там произошло. Он совсем не смог выйти? Или…

— Он оттолкнул мою руку, сказав, что сам не может уйти. В итоге я вышел только с одной его перчаткой.

— Хм…

Юн Га Ыль подошла к Ча Ый Джэ, взяла мел. Склонив голову набок, словно размышляя о чём-то, она заговорила:

— Я… эм… тут подумала. Кажется, есть причина, по которой Ли Са Ён не смог выйти.

Она нарисовала мелом круг.

— Мемориальное подземелье ведь создаётся на основе воспоминаний людей из разрушенного мира. Думаю, наибольшая часть воспоминаний там… принадлежит Ли Са Ёну. Верно?

Она быстро закрасила почти весь круг мелом. Ча Ый Джэ кивнул в знак согласия.

— Наверное. Са Ён дольше всех жил в разрушенном мире.

— В таком случае, возможно, без воспоминаний Ли Са Ёна само подземелье не может существовать. Что-то вроде батарейки? Или ключевого компонента? Важной части, без которой оно не работает.

— Тогда…

Ча Ый Джэ крепко сжал губы.

— …Это значит, что само подземелье удерживает Са Ёна. Чтобы поддерживать своё существование.

— Пока это только догадка, но, возможно, да… А может, Ли Са Ён сам решил остаться, осознанно…

Хруст. Мел в руке разломился. Ча Ый Джэ стряхнул белую пыль с пальцев и пробормотал:

— Записная книжка Нам У Джина связана с Мемориальным подземельем. Тогда, может… это тоже из-за того, что Са Ён остался там?

— Хм, я, конечно, не эксперт по Мемориальному подземелью, но… разве не так? Ведь я тоже смогла увидеть осколки прошлого мира… благодаря другой себе.

То есть Ли Са Ён сознательно взял на себя роль моста между Мемориальным подземельем и этим миром. С каких это пор он стал таким самоотверженным? Ча Ый Джэ стиснул зубы. Юн Га Ыль осторожно на него взглянула.

— …J, вы в порядке?

— …Да, всё в порядке.

Он не мог позволить себе снова потерять контроль перед Юн Га Ыль. Она ведь даже себя не смогла бы защитить. Ча Ый Джэ глубоко вдохнул, стараясь успокоить разум. Ха Ын, бабушка, разные люди, завсегдатаи этого злополучного ресторана с похмельным супом, Ли Са Ён…

«Нет, погоди, с каких это пор он вдруг стал таким самоотверженным? Это же просто бред».

Все усилия взять себя в руки оказались бесполезны. Стоило мыслям вновь вернуться к Ли Са Ёну, раздражение выстреливало, как шипы у иглобрюха. Ча Ый Джэ заходил туда-сюда по возвышению у доски, пока вдруг резко не поднял голову. Нет, способ всё ещё есть.

— Га Ыль, ты ведь попала в Мемориальное подземелье, не проходя через вход?

— А? Да, так и было.

— Тогда можно ли отправить моё сознание в Мемориальное подземелье?

— …Наверное? Эм, подождите секунду…

Юн Га Ыль замялась и отвела глаза в сторону, словно о чём-то соображая.

— …Кажется, попробовать можно. Эм, вы же сказали, что у вас осталась перчатка Ли Са Ёна?

— А, да.

Ча Ый Джэ достал из кармана мятую чёрную перчатку. Юн Га Ыль с облегчением выдохнула.

— Крепко держите её в руке. И сначала нужно лечь на пол.

Ча Ый Джэ быстро кивнул, отодвинул все парты и стулья к стене. Посреди класса открылся круглый участок пола.

Ча Ый Джэ лёг прямо на пол, вытянувшись. Обе руки сложил на груди, крепко сжимая перчатку. Юн Га Ыль села рядом, скрестив ноги, и положила ладони ему на солнечное сплетение. Её руки засияли. Как калейдоскоп, десятки и сотни цветов и узоров пробежали по её коже. Закрыв глаза, она заговорила:

— Мемориальное подземелье — это тоже своего рода воспоминание, обрывок прошлого… Так что, если у нас есть точка соприкосновения, мы сможем установить связь. Хорошо, что вы хотя бы перчатку принесли.

Она на мгновение замолчала, чтобы перевести дух.

— …Вы помните, когда я впервые показала вам осколки? В самом конце вас затянуло в какую-то тёмную комнату.

— Помню.

Та самая комната, где Ли Са Ён всё время от всех скрывался. Юн Га Ыль тихонько застонала.

— Тогда хозяин того воспоминания сильно осознал ваше присутствие, потому и среагировал. Теперь мы используем этот принцип… Только в этот раз мы сами его найдём.

Он ничего не понял, но всё равно кивнул. Пусть профессионал сам разбирается. Яркий свет, как в калейдоскопе, скользнул по рукам Юн Га Ыль и распространился по верхней части тела Ча Ый Джэ. Он смотрел в ослепительное сияние, и сознание постепенно начинало меркнуть.

— А! И ещё… сейчас переходит только часть вашего сознания, так что…

Юн Га Ыль пробормотала где-то издалека:

— Нормально общаться… не получится… долго… быть там… тоже не…

Что?

Ча Ый Джэ попытался открыть глаза, но веки не слушались. Сознание медленно, но неотвратимо погружалось в темноту. И на самой границе этого погружения он с трудом успел подумать:

«Сначала надо предупреждать о таких вещах, Га Ыль…»

***

…Ча Ый Джэ открыл глаза.

Он оказался в уютной комнате, залитой мягким багровым светом. Стоя в одном из углов помещения. На широкой кровати кто-то лежал, укрытый с головой, одеяло выпирало, выдавая присутствие. Ча Ый Джэ осторожно сделал несколько шагов. Несмотря на попытку двигаться бесшумно, стояла какая-то неестественная тишина. Он посмотрел на свои руки и тело. Полупрозрачные.

«Похоже на тот случай, когда я видел осколки воспоминаний?»

Как в кино, можно смотреть, но нельзя повлиять. Ча Ый Джэ цокнул языком. В таком случае он даже не сможет отчитать Ли Са Ёна. Да и звука не будет, так что… Он подошёл к кровати. Человек под одеялом был полностью накрыт с головой.

«Так и не разглядеть, кто это».

Он попробовал потянуть одеяло, но его рука с лёгкостью прошла сквозь ткань.

«Ничего не даётся просто, как всегда».

И вдруг.

Скри-и-ип…

Открылась дверь. В щель пробился холодный белый свет, но тут же исчез. Кто-то заслонил его своим силуэтом. Ча Ый Джэ уставился в сторону двери. Шаги остановились.

— Ждал? Хён.

Раздался вялый голос.

Глава 318

— Ждал? Хён.

Вялый и спокойный голос. Это был Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ застыл, стоя у кровати. Чёрная тень, стоявшая спиной к свету, шурша, сняла плащ. Сняв его, он повесил плащ на вешалку, затем закатал рукава рубашки. Это движение показалось ему до боли знакомым.

— Сегодня… особых дел не было, вот я и пришёл пораньше.

Ча Ый Джэ внимательно следил за руками. Перчатки...

Надета только на одной руке.

Хорошо, значит, он пришёл туда, куда нужно. Ча Ый Джэ тихо выдохнул с облегчением. Тем временем Ли Са Ён подошёл к кровати и посмотрел на вздыбленное одеяло. Яркий красный свет спальни отбрасывал зловещие тени на его роскошное лицо. Вдруг Ча Ый Джэ подумал. Подождите.

«Я ведь думал, что Са Ён лежит в кровати».

Если Ли Са Ён здесь…

«…тогда кто под одеялом?»

Ответ вскоре прояснился. Рука в перчатке аккуратно откинула одеяло. Ча Ый Джэ тихо вдохнул.

Это был Ча Ый Джэ.

— …Это что ещё такое?

Ча Ый Джэ не выдержал и выпалил вопрос. «Ча Ый Джэ», лежал на кровати, сложив руки на груди. Точно как труп в гробу. От левой стороны лба до левого глаза голова была плотно замотана белыми бинтами, а белоснежные волосы естественно раскинулись по подушке.

Это был он сам. Пустая оболочка, оставшаяся после того, как Ча Ый Джэ сбежал из Мемориального подземелья, утратив сознание.

Смотреть на себя со стороны оказалось гораздо…

«Какое же это странное чувство.»

Ча Ый Джэ провёл рукой по подбородку. Может, дело в том, что он спит? Чем дольше он смотрел, тем сильнее становилось это чувство. Вероятно, вполне объяснимая отстранённость. В обычной жизни человек ведь не может увидеть себя спящим.

Но…

«…Ведь по сути на кровати лежит труп».

Эта оболочка — труп.

— Хм, ты хорошо тут провёл время?

На удивление ласковый голос заставил Ча Ый Джэ резко поднять голову. Сквозь мерцающий свет он заметил едва заметную улыбку на губах. Ли Са Ён смотрел на оболочку и улыбался. По затылку пробежал холодок.

«Этот парень что, с ума сошёл?»

Он что, с трупом разговаривает? Улыбается, глядя на труп? Ча Ый Джэ обошёл кровать и подошёл к Ли Са Ёну. Тот стоял небрежно, засунув руку без перчатки в карман брюк. И спокойно, размеренно заговорил. С трупом — нет, с оболочкой.

— Сегодня ничего особенного не произошло. …И дальше тоже ничего не случится.

— …

— Это же хорошо. Остаётся только ждать.

— …

— Всё в порядке. Я хорошо умею ждать.

— Какое, к чёрту, «хорошо»!

Не сдержавшись, Ча Ый Джэ ударил Са Ёна по спине. Но полупрозрачная рука прошла сквозь него и вышла прямо через грудь. Чёрт, совсем ничего не выходит так, как хочется!

Живой Ча Ый Джэ хоть и злился, но Ли Са Ён был сосредоточен только на оболочке, лежащей на кровати.

— Так… посмотрим...

Рука в чёрной кожаной перчатке нежно провела по разбросанным по подушке белым волосам и по щеке. Осторожное прикосновение, как будто он прикасался к чему-то очень дорогому. Ли Са Ён тихо вздохнул и выпрямился.

— Тц, уже пора менять, что ли…

Ли Са Ён открыл тумбочку у кровати. Раздался глухой звон от столкновения чего-то тяжёлого. Ча Ый Джэ тоже наклонился и заглянул внутрь. Тумбочка была доверху набита камнями сохранения. Пока Ли Са Ён один за другим перебирал их, Ча Ый Джэ, глядя ему в спину, пробормотал:

— …Сумасшедший.

Сложно было назвать это намерением что-то сохранить. Для намерения… это немного…

«…разве это не пугающе?»

Но вскоре Ча Ый Джэ всё же присел на корточки рядом с Ли Са Ёном, который на коленях перебирал содержимое ящика. Ли Са Ён с серьёзным лицом выбирал расколовшиеся камни. Ча Ый Джэ подпёр щеку рукой.

В первом мире Ча Ый Джэ попросил Хон Ё Сона создать несколько Мемориальных подземелий. Чтобы запечатлеть в них дорогие сердцу воспоминания.

Чтобы выстоять.

Это был способ Ли Са Ёна. Способ выдержать бесконечное время. Нет, правильнее было бы сказать: его отчаянная борьба.

Ча Ый Джэ смотрел на Ли Са Ёна. В груди заныло. Кончик носа неприятно щипало. Он пробормотал с досадой:

— Эй, ты… что, держишься вот за такое?

Во рту стало горько. Всё это было далеко от нормы. Все слова Ли Са Ёна о том, что с ним всё в порядке, оказались ложью. Ча Ый Джэ больше не сомневался. Если Ча Ый Джэ не будет рядом, Ли Са Ён сломается. Будь то от рук других или по собственной вине.

— Уверен, что умеешь ждать… что за чушь…

И то, что уже разрушено, не получится восстановить полностью. Даже если склеить все трещины, следы всё равно останутся. Так же, как у Ча Ый Джэ.

Ли Са Ён, долго перебиравший камни сохранения, тихо вздохнул. Затем поднёс лоб к камню, который оказался целым, и закрыл глаза. Казалось, он либо молился, либо просто измотался и на мгновение уснул. Из его пухлых губ вырвался дрожащий выдох.

— …Я справлюсь.

Ча Ый Джэ впитывал каждую деталь происходящего.

Перед глазами всплыл образ того, кто изо всех сил бился внутри резервуара, наполненной какой-то непонятной жидкостью. Всё поплыло. Он сорвал с лица чёрную маску и резко вытер глаза рукавом.

И вдруг… с самых кончиков пальцев он ощутил, как что-то тянет его вниз. Ча Ый Джэ в панике вскочил и посмотрел на ноги. И без того полупрозрачные ступни и лодыжки стали совсем невидимыми.

— …J! Дальше удерживать… невозможно… Простите…

Издалека доносился голос Юн Га Ыль, обрывками, будто сквозь воду. Уже? Растерянный взгляд снова остановился на Ли Са Ёне, всё так же сидящем с закрытыми глазами. Ча Ый Джэ глубоко вдохнул, раскрыл руки… и обнял его за широкие плечи и спину сзади. Точнее, подошёл так, чтобы оказаться на расстоянии, достаточном для объятий, но не касаясь, чтобы не пройти сквозь. Держать это странное положение без прикосновения оказалось физически трудно. Из-за этого тело неприятно заныло от напряжения.

«Ни хрена ведь не даётся всё просто так, чёрт возьми».

Он бросил взгляд вниз. Незаметно для себя он уже стал прозрачным до пояса. Откашлявшись, он чуть придвинулся к уху Ли Са Ёна и тихо прошептал:

— На этот раз правда подожди чуть-чуть, ладно?

— …

— Если ещё раз оттолкнёшь мою руку… в следующий раз ты умрёшь, а я останусь, понял?

Ли Са Ён резко поднял голову. Растерянный взгляд фиолетовых глаз точно упал на лицо Ча Ый Джэ. Не упуская момента, он высоко вскинул кулак. А затем стремительно нанёс удар. Свист! Кулак рассёк воздух. Ли Са Ён инстинктивно зажмурился.

Но вдруг…

Чмок.

— …А?

Ли Са Ён распахнул глаза. Отлично. Ча Ый Джэ с довольной ухмылкой опустил кулак, сжавший воздух. Кулак, между прочим, уже тоже становился прозрачным. Всё-таки Ли Са Ён с таким ошарашенным выражением лица был самым милым.

Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Дурак что ли? Ждать нужно не оболочку, а меня.

— …

— Я вернусь.

Как только он произнёс последние слова, перед глазами вспыхнула буря цветов. Услышал ли он? Кто знает. Узоры калейдоскопа без конца менялись, сменяя друг друга. Ча Ый Джэ позволил цветам накрыть себя с головой и закрыл глаза.

— …J! Очнитесь!

…Голос школьницы Юн Га Ыль прозвучал чётко и ясно. Он медленно открыл глаза. Над ним — белый потолок. Поднявшись, Ча Ый Джэ огляделся. Бледная Юн Га Ыль в панике его осматривала, а затем с облегчением выдохнула:

— Слава богу… Простите, я хотела продержать дольше… просто… это был мой предел…

Правая рука Юн Га Ыль заметно дрожала так, что становилось больно смотреть. Встретившись с ним взглядом, она тут же спрятала руку за спину. Лоб и затылок были покрыты холодным потом. Похоже, она потратила гораздо больше сил, чем ожидалось. Ча Ый Джэ встревоженно спросил:

— С тобой всё в порядке? Может, к доктору сходить?

— А, нет! Всё хорошо. Просто я делала это в первый раз, и… израсходовала больше сил, чем ожидала… Да. Стоит немного отдохнуть, и всё пройдёт. Честное слово.

Юн Га Ыль замахала руками. Стерев пот с лба рукавом, она тут же спросила:

— Эм, вы… увидели Ли Са Ёна, всё хорошо?

— А… да. Всё как надо.

— Точно? Вы же не попали в какое-то странное место?

— Нет, это точно был тот Ли Са Ён, которого мы знаем. Всё получилось благодаря тебе, Га Ыль. Спасибо.

— Хе-хе… Вот и хорошо.

Юн Га Ыль застенчиво улыбнулась, потом снова спросила:

— Эм… а Ли Са Ён… он… был в порядке?

Вопрос прозвучал расплывчато, но Ча Ый Джэ сразу понял, о чём она. Юн Га Ыль и Пчела наверняка не раз видели Ли Са Ёна в состоянии, далёком от здравого. Ча Ый Джэ почесал затылок.

— …Он всё это время был таким?

Юн Га Ыль неловко отвела взгляд.

— Эм, да… Пока Пчела-онни была рядом, она… как-то сдерживала его. Но сейчас мы обе вышли оттуда… так что мы всё время волновались.

— …Наверное, с ним всё будет в порядке.

Ча Ый Джэ, сидя, подпёр подбородок рукой и вспоминал круглые, распахнутые фиолетовые глаза. Зубы со скрежетом сомкнулись.

— Хотя, оставлять его надолго одного всё равно нельзя.

— Согласна. Эм… может, попробуете вернуться ещё раз? Ну… когда я чуть восстановлюсь.

— Это ведь сильно выматывает. Не перенапрягайся. Есть и другие способы.

— Нет, правда. С таким я ещё справлюсь…

Ча Ый Джэ решительно покачал головой, но вдруг его взгляд будто притянуло к окну. За колышущейся занавеской, у окна, свернувшись, сидело что-то белое и круглое. Гладкое, блестящее тельце и чёрные, как фасолины, глазки…

— Ко-ко!

Это была Ккокко.

Ккокко семенящей походкой подошла и клювом легонько ткнула Ча Ый Джэ в руку. На шее у неё, как шарфик, болталась бумажка. Ча Ый Джэ снял её и развернул. На клочке, кое-как нацарапанными буквами, было написано:

[Нам У Джин хочет тебя увидеть! Говорят, там полный дурдом, но я толком не в курсе, так что слушал в полуха и ничего не запомнил! Он выглядел встревоженным, так что иди скорее!

— С уважением, от великого Хон Ё Сона, исполняющего роль связного.]

[P.S.! И ко мне тоже загляни с курочкой! Мне скучно.]

Глава 319

Гильдия Совон была куда более оживлённой, чем в прошлый визит. В плохом смысле.

— Перевозка пациента! Расступитесь!

Ча Ый Джэ быстро отступил в сторону. С грохотом мимо пронеслась больничная каталка с пациентом. Он успел заметить, что лицо у того было совершенно белое. Симптомы мутации? Ча Ый Джэ проводил взглядом удаляющихся людей и вновь двинулся вперёд.

Пройдя мимо плотно заставленных книжных полок, он направился к центру зала. Там он увидел мальчика в белом халате, который торопливо раздавал указания. Увидев Ча Ый Джэ, мальчик разогнал всех окружающих и поспешно подошёл.

— Вы пришли? Хозяин вас ждёт. Сюда.

Ча Ый Джэ проследовал за мальчиком через библиотеку. Тот поднялся по лестнице на верхний этаж. В отличие от шумного нижнего уровня, здесь было тихо. Судя по ряду дверей с табличками, это, вероятно, был этаж с палатами. Мальчик прошёл мимо нескольких дверей и остановился перед одной из них.

[МалЧуд******]

«…Есть ли смысл это закрывать?»

Ча Ый Джэ с недовольным выражением уставился на табличку с именем. Разве не очевидно, кто это, даже по первым слогам и длине имени?

— Подождите здесь, хозяин скоро подойдёт.

Мальчик бесшумно открыл дверь палаты.

— Гость пришёл, пациент.

— О-о.

Палата была одноместной. Мужчина с чёрными волосами сидел, прислонившись к изголовью кровати, и лениво махал рукой.

— Давненько не виделись. Как вы поживали всё это время?

Маленькое чудо Со Мин Ги сидел вполне бодро, жуя банан. Даже в больничной пижаме он не снял солнцезащитные очки, что выглядело довольно забавно. Всё же, видеть его в хорошем состоянии немного успокаивало. Хотя цвет лица у него всё ещё был бледный. Ча Ый Джэ подошёл ближе и спросил:

— Уже всё в порядке?

— Да, раны уже зажили. Ещё пару дней и меня выпишут. Говорят, останется шрам, но… под одеждой видно не будет.

Со Мин Ги потянул за ворот пижамы, показав грудь, туго перевязанную бинтами. Ча Ый Джэ облегчённо выдохнул.

— Если бы знал, что это будет визит в больницу, хоть подарок бы принёс.

— О, всё в порядке. Члены гильдии Падо уже принесли и фруктов, и напитков. Если хотите пить — в холодильнике есть напитки, берите.

— Всё нормально.

Со Мин Ги, убирая кожуру от съеденного банана, небрежно поинтересовался:

— Кстати, клиент, слышал, вы успели за это время многое сделать.

— Не сказал бы, что так уж много…

— Не пытайтесь меня провести. До меня дошли слухи, что вас чуть ли не в кандалах вели в комнату допросов. И что вы ликвидировал мутанта, появившегося в Бюро. А ещё, что от Гю Гю особой пользы не было.

Чёрт. Почему человек, лежащий в палате, так быстро всё узнаёт? Со Мин Ги знал буквально каждое движение Ча Ый Джэ. Тот нахмурился и подозрительно спросил:

— Ты за мной следил?

— Что вы. Конечно, мой друг из теней действительно следил за вами.

Из тени Ча Ый Джэ вынырнул человечек размером с палец. Он сделал вид, что снимает шляпу, затем ловко скользнул под кровать, выполняя настоящую лунную походку. Чёрт, когда он успел его прицепить?

— А ничего, что ты приставил слежку без моего согласия?

— Приказ главы гильдии, ничего не поделаешь. Строго велено ни в коем случае не оставлять вас одного.

— …

Вот идиот. Ча Ый Джэ сжал кулак. Кончики ногтей болезненно впились в ладонь. Со Мин Ги положил кожуру банана на тарелку и начал чистить маленькую мандаринку. Он сложил из кожуры фигурку птички и лениво спросил:

— Пока я валялся в палате, много чего подслушал. Хотите узнать?

Глаза за тёмными очками блеснули. Если сказать «не нужно», он тут же сникнет и грохнется в обморок. Ча Ый Джэ нехотя кивнул. Ладно, если это часть выздоровления…

— Ага.

— Тогда начнём. Количество мутантов продолжает расти. Если построить график, то линия будет устремляться вверх. В связи с этим гильдия Совон сейчас просто завалена делами. Точную причину мутаций выяснить не удалось, но все считают, что это из-за пепла, что сходит с неба. Или из-за монстров, что появляются вновь и вновь.

Вполне возможно. Белая дыра в небе — это ведь дыра, соединённая с разрушенным миром. Ча Ый Джэ кивнул и спросил:

— А как обстоят дела с явлением отбеливания?

— По словам заместителя главы гильдии, в районе эродированного подземелья отбелились несколько секторов. Эрозия постепенно расширяется, поэтому весь близлежащий район был объявлен запретной зоной.

— …

— Рыбному рынку просто повезло. Если бы не вы, он бы давно стал отбеленным.

— Скумбрия нашёл новое место?

— Точно не знаю. Раз до сих пор не выходил на связь, возможно, всё ещё ищет. Найти безопасное и просторное место, свободное от отбеливания — та ещё задача.

Затем Со Мин Ги ещё долго рассказывал обстановку. Явление отбеливания стало общемировым. В одной из стран половина территории превратилась в пустошь из-за отбеливания. Нам У Джин продолжал исследования вакцины, опираясь на записи в своей книге, но полностью действенную вакцину пока разработать не удалось.

— А вот Прометей за это время вырвался вперёд. Они заявляют, что их вакцина уже на финальной стадии, активно продвигают это. Сейчас и по ТВ реклама идёт, и на Youtube. Есть даже отдельный канал. Благодаря этому число посетителей и молящихся в Прометее сильно выросло.

Со Мин Ги протянул телефон. На экране — видео с Youtube, на белом фоне пестрели ярко-красные заголовки.

[Узнай симптомы мутации! Самостоятельная диагностика мутации!]

[Кто-то рядом мутирует? Вы обязаны посмотреть это видео!]

[Мутация прошла? Интервью с теми, кто выжил!]

— …У этих видео минимум по миллиону просмотров?

— Наверняка накрутили. Хотя, может, и правда столько народу смотрит.

— А власти не блокируют канал? Это ведь распространение ложной информации.

— Сейчас за деньги всё сделают. К тому же, такими вещами обычно Скумбрия занимался, а он сейчас лавочку прикрыл.

Дррр.

Дверь отворилась, и в палату ворвался раздражённый голос.

— Симптомы мутации тоже изменились. Раньше был инкубационный период, похожий на простуду, теперь же всё иначе — либо мутация происходит сразу, без всякого периода, либо сначала белеют отдельные части тела. Это значит, что прогрессирует всё гораздо быстрее, чем раньше.

Это был Нам У Джин, в мятом белом халате. Он шаркал тапочками и зевал на ходу, засунув руки в карманы халата.

— Спасибо, что пришёл, хотя, наверное, занят. Просто возникла одна проблема.

— Мне сказали что-то про записную книжку. Что-то не так?

— Ха, даже не знаю, как сказать… Ладно, не важно.

Он почесал свою серую голову с неловким выражением лица, потом вытащил из внутреннего кармана халата книгу и протянул её.

— Лучше увидеть самому. Я не знаю, что ты сделал, но было бы хорошо, если бы ты всё вернул как было.

— …Что?

Я что-то сделал? — Ча Ый Джэ с удивлением раскрыл книгу. До момента смерти Чон Бина всё совпадало с тем, что он знал. Поэтому дальше он начал читать медленно, вчитываясь.

Несколько страниц были исписаны непонятными формулами и терминами, в которых Ча Ый Джэ ничего не понимал. Он бегло пролистал эти фрагменты.

[С Пчелой что-то не так. В последнее время она внезапно стала раздражительной. Раньше проблема была в апатии…]

[Юн Га Ыль тоже резко стала спокойной. Что-то произошло?]

[Похоже, нужно проверить психическое состояние охотников.]

[Нужно выяснить, проявляются ли изменения личности и характера как предвестники мутации….]

Это касается периода сразу после того, как Пчела и школьница Юн Га Ыль выбрались? Ча Ый Джэ внимательно пролистывал книгу. Далее следовали записи о ходе экспериментов и заметки.

Резкий, наспех выведенный почерк постепенно начал слабеть и становился всё более блеклым и безжизненным.

— …

На мгновение перед глазами Ча Ый Джэ мелькнул образ Нам У Джина — исхудавшего до костей. Неужели то самое время уже близко? Он прикусил внутреннюю сторону губы и перевернул страницу.

И в этот момент.

[Это ты, да?]

Огромные, чёрные буквы будто врезались прямо в зрачки. Почерк, размашисто раскинувшийся сразу на двух страницах, подавлял все чувства. Ча Ый Джэ с хрустом поднял голову и посмотрел на Нам У Джина. Тот, как будто предугадывая реакцию, стиснул брови и приложил пальцы к переносице.

— …

— Ну… теперь ты понимаешь, почему я тебя позвал?

Ли Са Ён, этот…

— И именно на самой важной странице он вот ТАКОЕ написал. Из-за этого ублюдка я не могу прочитать информацию об эксперименте, которая там записана… А последний, кто туда заходил, был ты, J. Вот почему я тебя и вызвал.

— …

— Что вообще происходит? Что это за чёрт? Са Ён, он что, совсем поехал? Ты его там ударил, что ли? Или в его мире я его чем-то достал? Это он так мстит?

— Глава гильдии изначально был не совсем в своём уме.

— Это я и сам знаю! Но тут же совсем другое!

Сумасшедший!

Глава 320

Перед Нам У Джином, который скрестил руки, будто говоря: «Ну, давай объясни, что здесь происходит», Ча Ый Джэ начал бормотать, объясняя ситуацию. Сразу после того, как Пчела и Юн Га Ыль вышли, Ли Са Ён оттолкнул его руку, сказав, что сам не может уйти. Это возмутило его, и он, воспользовавшись силой школьницы Юн Га Ыль, ненадолго заглянул к Ли Са Ёну. Сначала тот его не видел, но в самый последний момент всё же мельком взглянул на него. По словам Юн Га Ыль, Ли Са Ён, похоже, не может выбраться, потому что тесно связан с тем подземельем…

— То есть.

На этот раз заговорил Со Мин Ги, сделавший бабочку из кожуры мандарина.

— Глава гильдии находится там, и только поэтому можно получить доступ к информации из этой записной книжки, так ведь? Без этого никто не может сказать, сколько времени уйдёт на разработку вакцины. Вот почему его нельзя просто так забрать… Верно?

— Всё правильно.

— А тот факт, что вы ненадолго его навестили… хм, глава гильдии это воспринял как… возбудился? Сошёл с ума? В общем, отметил это как-то вот так.

— Он просто сошёл с ума!

— Да, в любом случае… хм… тогда…

Со Мин Ги почесал подбородок, пробормотав:

— Может, просто подождать? Пусть он и наш глава гильдии, но в нынешней ситуации важнее всего разработка вакцины.

Он скользнул взглядом в сторону, оценивая реакцию Ча Ый Джэ.

— Эм, может, сказать помягче? Во имя всего мира — давайте продолжим держать главу гильдии взаперти.

— Уже сказал и чего теперь выглядываешь! И ведь даже не попытался смягчить!

Нам У Джин с чётким щелчком стукнул Со Мин Ги по голове диаграммой. Тот, как ни в чём не бывало, продолжал чистить мандарин. Ча Ый Джэ пожал плечами.

— Нет, всё верно.

Он знал, что когда-нибудь наступит такой момент. Момент, когда придётся поставить мир и Ли Са Ёна на чаши весов. Если бы это случилось раньше, Ча Ый Джэ бы без колебаний выбрал спасение мира. И даже если бы сам оказался заперт, не стал бы чувствовать обиды — просто бы всё выдержал. Ведь лучше уж быть запертым самому, чем позволить это кому-то другому.

Но сейчас.

Ли Са Ён, отчаянно перебирающий камни сохранения. Ли Са Ён, борющийся внутри стеклянного резервуара. Ли Са Ён, который ждал, не зная, исполнится ли обещание, — в течение бесконечного времени. Который разрушается, если его не становится рядом…

— …

Ча Ый Джэ не мог его оставить. Он не мог отпустить единственного, кто его ждал, мальчика, который остался верен, ломая себя, чтобы продержаться. Отпустить его собственными руками, было слишком…

— …Это верно, но…

Тихо пробормотал Ча Ый Джэ.

— Я хочу попробовать найти другой способ.

— Ну, я так и думал. Да и мне будет сложно, если некому будет платить мне зарплату. Вот, это тебе подарок.

Со Мин Ги безразлично протянул кожуру мандарина. В форме дракона. …Дракон? Он сделал дракона из кожуры мандарина? Пока Ча Ый Джэ с недоумением на это смотрел, Со Мин Ги уже потянулся за следующим мандарином.

— Мне ещё надо оформить компенсацию за травмы, так что главу гильдии обязательно надо вернуть.

— А моё мнение никого не интересует, да?

Нам У Джин наклонил голову. Ах, точно. Ча Ый Джэ бросил на него осторожный взгляд. Ведь настоящий владелец книги — он. К тому же, он учёный, который разрабатывает вакцину на передовой ради других. Нам У Джин, скрестив руки, тяжело выдохнул.

— Ну, возражать я не стану. Мне не по душе, когда жертву считают чем-то само собой разумеющимся.

— …

— С книгой, конечно, будет удобнее. Благодаря записям из разрушенного мира можно сократить число неудач. Но в конце концов завершить всё должен я.

Нам У Джин лёгонько стукнул Ча Ый Джэ по голове диаграммой. Совсем не больно.

— Действуй, как считаешь нужным. Только вот…

В тот момент, как Ча Ый Джэ поднял голову, перед ним оказалось лицо Нам У Джина, перекошенное, будто у настоящего призрака. Куда подевалась его прежняя взрослость — неизвестно. Он начал тыкать пальцем в лицо Ча Ый Джэ и закричал:

— Передай этому ублюдку Ли Са Ёну слово в слово! Если он ещё хоть раз выкинет такую хрень, я вымажу всё его глянцевое лицо чернилами кракена! Как можно устраивать такую чернильную атаку на нормальную страницу?! Пустых страниц же полно, так нет же, надо было испортить именно эту!

— …

— Почему молчишь, а?!

— Д-да, понял…

— Хм!

Нам У Джин резко развернулся. Ча Ый Джэ в спешке схватил его за рукав.

— П-подождите!

— Что ещё.

— Если… если вы не против, может… оставите книгу мне… пожалуйста…

Нам У Джин швырнул книгу и, волоча тапочками, направился к двери.

— Как только посмотришь, передай её моему ассистенту.

— Спасибо вам.

Дрррк, стук. Раздвижная дверь палаты закрылась. Ча Ый Джэ с книгой в руках тяжело выдохнул. Со Мин Ги, жуя мандарин, похлопал его по плечу.

— В последнее время он особенно раздражительный. Потерпите, клиент.

— …

— Если он сорвётся на доктора, страдать придётся мне. Меня ведь он с душой лечит.

Сладкий и чуть кисловатый аромат мандарина витал в воздухе, пока Ча Ый Джэ снова открыл книгу. Следующая за страницей с «чернильной атакой» была пуста. Видимо, дальше он ничего не писал. Ча Ый Джэ перелистнул к самой последней. На краю листа мелким почерком было что-то написано.

[Я буду ждать]

— …

Придурок, глупый дурак. Ча Ый Джэ слабо вздохнул и провёл пальцем по уголку страницы.

В этот момент Со Мин Ги, вытирая руки влажной салфеткой, сказал:

— Ну что ж… может, займёмся разработкой плана по спасению главы гильдии?

Это была фраза, возвещающая возвращение самого расчётливого мужчины, дьявола планирования — Со Мин Ги, известного как Маленькое чудо.

***

Тёмная мониторная комната, заполненная экранами. Га Ён стояла в ней одна, пристально вглядываясь в нечто на экране.

Щёлк, щёлк, щёлк…

Проигрывание, пауза, снова проигрывание, снова пауза. Она снова включила видео на экране. Запись с камеры наблюдения, снятая в палате, где была Юн Га Ыль. Юн Га Ыль спокойно лежала на кровати, и в одно мгновение исчезла.

Га Ён, поймав это мимолётное мгновение и поставив на паузу, склонилась и сдавленно застонала. Юн Га Ыль действительно исчезла в одно мгновение. Без каких-либо устройств, без единого следа.

БАМ!

Га Ён с яростью ударила по панели кулаком, стиснув зубы.

— У пробуждённого с теневой способностью из гильдии Падо, говорят, ещё восстановительный период… У Скумбрии тоже сейчас перерыв. Кто тогда, чёрт возьми, её забрал?

— …

— Если она так исчезла, то должна где-то снова появиться… Эй, ты, нашли какие-нибудь следы?

Солдат, лицо которого полностью было закрыто чёрной маской, покачал головой.

— Совсем никаких сведений.

— А дом? Школа? Друзья? Родственники?

— Всё проверили, но ничего. Она и правда исчезла.

— Правда? Ты не врёшь? Человек не может вот так просто исчезнуть без единого сле..

— Сестра Га Ён!

Дверь в мониторную резко распахнулась. Это был священник в белом халате. Он стремительно подбежал и зашептал:

— Пророк желает с вами встретиться…

— Чёрт, у этого ублюдка ни капли чутья, что ли?!

Га Ён резко взорвалась, оттолкнув священника. Тот с глухим шлепком сел на пол и, ошарашенно глядя вверх, посмотрел на Га Ён.

— С-сестра?..

— Проваливай!

— …Прошу вас, поспешите.

Солдат поднял священника за руку и вывел его за пределы мониторной. Га Ён снова обернулась к экрану.

— Куда ты ушла, ну куда же…!

С беспокойством на лице она принялась грызть большой палец. Снаружи опасно. Особенно — для школьницы, которая бродит в одиночку. А если её ранит монстр? А если она не сможет получить лечение? Если снова придётся смотреть, как на глазах угасает чья-то жизнь?..

Хруст, хруст…

Сперва она кусала ноготь, затем кожу, пока не заструилась ярко-красная кровь. Лишь тогда Га Ён отняла палец от рта. В тот же миг с её губ сорвался тихий вскрик.

— Ах…

Пустым взглядом она уставилась в экран. Момент, когда девочка исчезла — без следа.

— …Аа, ааа… Точно… Она же пробуждённая? Да… ведь так…

В её остекленевших глазах снова вспыхнул разум.

— …Значит, она не умрёт только потому, что не получит лечения.

Глаза, налитые холодным блеском, сузились. С алых губ сорвалась тонкая улыбка. И вскоре Га Ён, схватившись за живот, начала смеяться.

— Ха… хаха, ахахахах!

— …Га Ён-ним?

— Ах… ну и дела. Совсем с ума схожу в последнее время…

Га Ён захихикала, пошатываясь, и пошла вперёд. Затем крепко схватила солдата за плечо.

— Свяжешься с моим другом, ладно? Что-то он давно не выходил на связь… Надо бы по графику подбрасывать ему информацию, не так ли?

— Верно.

— Свяжись с ним и передай. Пусть принесёт всё — чем занят Нам У Джин, как продвигаются его последние исследования, новые формулы вакцины… всё до мелочей. Если не хочет видеть, как его ребёнок превращается в монстра.

— Принято.

— А, и ещё…

Глаза за очками зловеще сверкнули. Уголки губ Га Ён поползли вверх.

— Бюро управления пробуждёнными, другие гильдии… всё равно где. Узнай у наших людей, которых мы туда внедрили, не заходила ли туда старшеклассница. Или, может, кто-то её не видел ли.

— Есть.

— Отлично, отлично… Хорошо работаешь.

Напевая себе что-то под нос, Га Ён вышла из мониторной. Оставшийся в одиночестве солдат осторожно закрыл за ней дверь. Затем подошёл к мониторам.

— …

Какое-то время он молча смотрел в экраны, а потом снял чёрную маску. Светло-голубые, растрёпанные волосы торчали во все стороны от статического электричества. Серые глаза с интересом пробежались по множеству мониторов. Его взгляд начал быстро перескакивать с одного экрана на другой.

— А-а ~ Интересную историю я услышал…

Уголки губ молодого человека, Гю Гю, поползли вверх.

Глава 321

Бам!

Дверь в кабинет главы гильдии с грохотом распахнулась. Ча Ый Джэ, шатаясь, вошёл и рухнул прямо на диван. Уткнувшись лицом в кожаное сиденье и вытянувшись во весь рост, он был похож на деревянную куклу. Вслед за ним вошёл Со Мин Ги, поправляя солнцезащитные очки и тут же начав ворчать:

— С того момента, как вы легли, прошло уже 34 секунды, уважаемый клиент. А дел у нас ещё куча.

— Что на этот раз…

Со Мин Ги быстро пролистал экран планшета, который держал в руках. Его безучастный голос начал механически зачитывать список задач:

— Начну с самого срочного. Исследовательская группа просит приехать в Инчхон. Видимо, у них есть какие-то подвижки. Ах да, из-за недавнего разлома к нам обратились из Бюро управления разломами с просьбой о встрече. И ещё, есть запросы на переговоры от гильдий-подрядчиков.

— …

— Ах, и ещё… После инцидента с «поймай меня, если сможешь» нужно разобраться с растениями, которые вырастила охотница Кан Джи Су. Всё, что было на виду, мы вырвали, но ростки снова и снова появляются то тут, то там. Сотрудники кафе возмущаются и не без оснований. Ладно бы пол и колонны, но ростки пробиваются даже из обжаренных кофейных зёрен. Сама охотница Кан Джи Су тоже говорит, что понятия не имеет, в чём дело. Я уже связался с гильдией, специализирующейся на ремонте зданий…

— Всё, хватит!

Ча Ый Джэ резко его перебил. Со Мин Ги с недоумением спросил:

— Простите? Но ведь список ещё длинный.

— Пэ Вон У. Передай всё господину Пэ Вон У.

— Увы, заместитель главы гильдии и так уже занимается большей частью бумажной работы. Если свалить на него ещё и это, у него случится перегрузка мозга, и он упадёт в обморок.

— Почему он такой слабак, если он охотник A-класса?!

— Ну, вы же знаете, у пробуждённых телосложение крепкое, а вот психика не очень. Как сейчас говорят… это типичная особенность пробуждённых.

Линзы чёрных очков Со Мин Ги сверкнули в свете люминесцентной лампы.

— Пока мы тут болтали, прошла 1 минута и 35 секунд. За это время вы могли бы созвониться с Бюро управления разломами, проверить и отклонить пять пакетов документов. Немедленно вставайте!

Ча Ый Джэ стиснул кулак. Чёрт побери.

«Хочу увидеть Ли Са Ёна!»

***

Во время посещения в больнице Маленькое чудо Со Мин Ги внимательно выслушал всё, что Ча Ый Джэ пытался предпринять, чтобы вытащить Ли Са Ёна. А потом начал шаг за шагом составлять план, чтобы самому получить компенсацию за травму.

— Юн Га Ыль нуждается в восстановлении, рыбный рынок закрыт… В конце концов, чтобы физически вытащить главу гильдии, понадобится магический камень. Я объявлю розыск магического камня на рынке охотников. Хотя сомневаюсь, что в природе существует камень, такой же большой и чистый, как был у вас.

— А деньги?

— Сначала воспользуемся фондом гильдии Падо.

— Пополам. Тогда можно будет взять, не глядя на цену, верно?

— Вот это да, герой J, у вас и размах… прямо-таки чрезмерный.

Они тут же крепко пожали друг другу руки. Сделка состоялась.

В тот же день Маленькое чудо Со Мин Ги оформил выписку. Услышав об этом, Пэ Вон У, Кан Джи Су и Романтичный открыватель примчались на фургоне к гильдии Совон, чтобы его встретить. Даже повесили на заднее стекло машины плакат, наспех написанный маркером на картонной коробке.

Вернись! Твоё место всё ещё ждёт тебя!

Без тебя гильдия погибнет (серьёзно)

На поздравление с выпиской это было не похоже, скорее на отчаянные судороги чёрной корпорации. Но в глазах трудоголика, настоящего фанатика работы, всё выглядело иначе. Стоило Со Мин Ги прочитать надписи на плакате, как он зажал рот рукой. Казалось, под тёмными очками у него даже выступили слёзы.

— Они так нуждаются во мне…!

— Не скажу, что это трогательные слова.

— Там же сказано, что без меня гильдия погибнет. Где ещё я услышу такую похвалу?

Это был приятный момент. До тех пор, пока Со Мин Ги и Ча Ый Джэ не сели в машину и не закрыли за собой дверь.

Бах! Как только дверь фургона захлопнулась и они пристегнулись ремнями, сидевшие спереди Пэ Вон У и Кан Джи Су одновременно обернулись. Это выглядело как сцена из страшного фильма ужасов. Атмосфера в салоне резко изменилась. Особенно жутко выглядел Пэ Вон У. Его впалые щёки придавали ему вид зомби.

— Со Мин Ги. И вы, господин J.

— Да?

— Пожалуйста, начните работать!

Со всех сторон к ним потянулись шесть рук. Слишком отчаянные, чтобы от них можно было увернуться.

По словам Пэ Вон У и Романтичного открывателя, всё было так:

Гильдия Падо могла функционировать как малочисленная, но элитная группа исключительно благодаря Ли Са Ёну. Он в одиночку тянул на себе большую часть работы, и только поэтому всё держалось. Да, после встречи с J объём задач немного уменьшился, но всё равно он добросовестно выполнял свои обязанности.

А потом Ли Са Ён уснул на три месяца. Ничего, ведь были Со Мин Ги и J.

После пробуждения он перестал работать и всё чаще отвлекался на посторонние вещи, но тоже было ничего, ведь был Со Мин Ги.

Но затем Ли Са Ён и J застряли подземелье. И вот тут начались настоящие проблемы. Никто не мог заняться делами в офисе, потому что все были заняты на полевых заданиях.

И тут Со Мин Ги получил серьёзную травму и лёг в больницу. А J ушёл по своим делам и вообще не появлялся в гильдии Падо. Это стало последней каплей. Все неотложные дела, которые копились и копились, в один момент разом взорвались.

Романтичный открыватель вцепился в руку Со Мин Ги, всхлипывая:

— Я думал, умру… Работы было слишком много… Сколько ни делал — конца не видно…

— Значит, вы наконец осознали, насколько я ценен?

— Очень. Очень-очень.

Со Мин Ги с довольным видом погладил Романтичного открывателя по голове. А Ча Ый Джэ, уворачиваясь от настойчивых рук Пэ Вон У, выкрикнувшего ему что-то прямо в лицо, спросил:

— Ладно, Со Мин Ги вам действительно нужен… Но зачем я вам? Я же офисной работой не занимаюсь.

— Разумеется, мы в курсе. Но… мы сейчас в таком положении, что и за помощь кошачьей лапки будем благодарны. Не могли бы вы нам немного помочь? Работа на выезде, в основном.

— Эй, но для начала надо вытащить Са Ёна…

— А, ну, конечно! Это само собой! Мы тоже будем всеми силами в этом участвовать. Всё-таки он наш глава гильдии.

В тот момент, когда Ча Ый Джэ с шумом прижался спиной к сиденью, до этого молчавшая Кан Джи Су неожиданно произнесла:

— Падо может не дожить до возвращения главы гильдии.

— …

— П-правда! Когда он вернётся, мы должны показать ему, что Падо всё ещё в строю!

Эти слова невозможно было проигнорировать. Ведь гильдия Падо была создана, чтобы ждать Ча Ый Джэ. Нельзя же позволить ей развалиться.

Со Мин Ги, с довольным видом наслаждаясь тем, как к нему тянутся руки, добавил:

— В любом случае, прямо сейчас мы не сможем вытащить главу гильдии. Нужно время, чтобы найти магический камень и дождаться, пока Юн Га Ыль восстановится. Почему бы вам хотя бы ненадолго не присоединиться к нам?

Реально… может, и так. Однако последний проблеск здравого смысла ещё держал Ча Ый Джэ. Какая работа, лучше бы в это время сварил для Юн Га Ыль кашу из морских ушек.

И в этот момент Со Мин Ги протянул руку.

— Зато стоимость магического камня мы считать не будем. Гильдия Падо полностью берёт её на себя.

Ча Ый Джэ будто загипнотизированный протянул руку и пожал её. Деньги экономить — всегда хорошее дело.

***

А затем, обратно в настоящее. Ча Ый Джэ жалел.

«Надо было соглашаться на пополам…»

В гильдии Падо было много работы. Чертовски много. Не зря же её называли одной из трёх величайших гильдий Кореи. Поток звонков со всех сторон, запросов, зачисток подземелий… А сколько ещё людей нужно было встретить, с кем-то связаться…

«Он… всё это время так работал?»

И при этом приходил в ресторан с похмельным супом, чтобы поскандалить? Каждый день приходил встречаться со мной?

«Сумасшедший.»

— Эм… J, вы точно в порядке? Вы выглядите очень уставшим.

Юн Га Ыль осторожно подползла на коленях и спросила. Ча Ый Джэ лежал на расстеленном в центре класса пледе. Его голос звучал еле слышно.

— Всё нормально. Просто немного задумался.

— Точно нормально? Мы не можем вызвать доктора сюда…

— Да. А ты, Га Ыль, как себя чувствуешь?

— Конечно хорошо! Я теперь медитирую! Думаю, в этот раз смогу держать связь дольше, чем в прошлый. …Наверное!

Юн Га Ыль бодро ответила и положила руку Ча Ый Джэ на солнечное сплетение. Тот крепко сжал чёрную перчатку.

Они разместили объявление о розыске магического камня не только на рынке охотников, но и на теневых каналах, но это не дало результатов. Говорили, что в последнее время поток ресурсов из подземелий резко сократился, поскольку даже обычные подземелья начали подвергаться эрозии. Начиная с трав, используемых для зелий, до магических камней, являющихся ядрами монстров. Отбеленные монстры больше не содержали магических камней.

В итоге, зацепиться хотя бы за что-то можно было только через Юн Га Ыль.

«Прости, Га Ыль…»

Но мне нужно зацепиться хоть за что-то, иначе я пропаду. Ради себя. Ради работы или ради Ли Са Ёна — неважно.

Рука Га Ыль засияла тысячами цветов. Ча Ый Джэ закрыл глаза. Под веками вспыхнуло мерцание. Сознание всё глубже и глубже погружалось.

***

Ча Ый Джэ открыл глаза.

Он оказался в захламлённой комнате, до потолка заваленной книгами, бумагами и всяким барахлом. И что это за место?.. Он почесал голову и огляделся. И тогда увидел — за столом кто-то сидел. Пышные кудри, широкая спина. Знакомая спина. Ли Са Ён.

«Попал, куда надо».

Ча Ый Джэ медленно подошёл к нему и осторожно вытянул шею, чтобы посмотреть, чем он занят. Ли Са Ён держал в руке толстый чёрный маркер. На столе перед ним лежала…

Открытая книга. Кончик маркера всё ближе подбирался к странице.

По спине пробежал холод. Перед глазами мелькнуло перекошенное, будто у демона, лицо Нам У Джина.

А дальше тело сработало быстрее, чем разум. Ча Ый Джэ со всей силы отшвырнул руку Ли Са Ёна.

— Эй, ты с ума сошёл?!

Шлёп!

Тук… тук…

— …

— …

Пальцы, которыми он ударил по запястью, ныли. Ча Ый Джэ перевёл взгляд со своей руки на маркер, который покатился по полу. Он не прошёл насквозь… он действительно ударил?

Он медленно повернул голову. Яркие, сверкающие фиолетовые глаза смотрели на него с яростью. И в следующую секунду резкая хватка стиснула его руку. Стоило его телу наклониться вперёд, как вторая рука метнулась под маску. Торопливые пальцы шарили по его лицу.

И вдруг…

Крепкий большой палец вонзился Ча Ый Джэ в рот.

Глава 322

Большой палец, проникший в рот, ощупывал нежную плоть, язык и нёбо. Он что, с ума сошёл? Ча Ый Джэ не выдержал и укусил палец. Хруст. Пугающее ощущение, как будто прокусил мягкую плоть, пробрало до дрожи, а вместе с тем во рту разлился сладковатый вкус. Только тогда палец выскользнул.

По краю круглого следа от зубов на пальце потекла тёмная кровь. Ах чёрт. Ча Ый Джэ с недовольным видом обхватил большой палец и спросил:

— …Больно?

Он не собирался кусать до крови. Ча Ый Джэ провёл языком по рту, пытаясь избавиться от сладости. Тем временем Ли Са Ён, пристально глядя на его руку, прикрывающую след от укуса, пробормотал:

— Это по-настоящему… Больно.

— Ты с чего вдруг несёшь всякую чушь?

— Плохая галлюцинация или сон. А может, и то, и другое…

Ли Са Ён не ответил и просто начал что-то себе бормотать. Это внезапно стало пугающим. Хотелось разглядеть его лицо, но густые длинные вьющиеся волосы скрывали его черты.

Ча Ый Джэ протянул руку и убрал пряди, закрывавшие лицо. Волосы оказались более жёсткими, чем он помнил, и запутались между пальцами. Фиолетовые глаза следили за движением его руки.

— Ли Са Ён, ты в порядке?

— …

— Ты меня узнаёшь?

Неужели он меня не узнаёт из-за маски? Или, может, снова попытается задушить, как в прошлый раз? Ча Ый Джэ начал мять лицо Ли Са Ёна, словно тесто, вертя его голову туда-сюда, чтобы получше разглядеть. Со зрением вроде всё в порядке, лицо почти не изменилось, разве что чуть похудел, шрамов никаких. Ли Са Ён спокойно позволил трогать своё лицо, не сопротивляясь грубым прикосновениям.

На этот раз его можно и видеть, и трогать.

«Не может же быть, что у Га Ыль способности так быстро развились».

Тогда, выходит, Ли Са Ён что-то сделал? С подозрением в голосе Ча Ый Джэ спросил:

— Ты ведь видишь меня.

— Угу.

— Угу, вот ещё! И опять этот тон. Что ты сделал? В прошлый раз я тебя трогал и просто проходил насквозь. Ты меня даже не видел.

— Кто знает.

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за щёки обеими руками, зафиксировав его голову. Ли Са Ён, с закрытыми глазами, опираясь щекой на ладонь, приоткрыл один глаз.

— В этот раз всё по-настоящему…

— Что?

— Нет… пока не знаю.

Ли Са Ён накрыл ладонью руку, сжимающую его щёку. Большой палец, на котором до сих пор был отчётливый след укуса, скользнул по тыльной стороне кисти Ча Ый Джэ. Он лениво прошептал:

— Можешь ударить меня один раз? Или укусить, тоже подойдёт. Хм, душить, наверное, проще всего…

По телу пробежали мурашки. В памяти всплыла липкая тень кошмара. Ча Ый Джэ поспешно убрал руки с его щёк. Мокрую, липкую ладонь Ли Са Ёна он тоже резко оттолкнул.

— Совсем с ума сошёл, да?!

— Почему?

— Ты… ты… Ты точно Ли Са Ён, которого я знаю? Не тот псих, случаем?

Ли Са Ён тихо усмехнулся. Он наклонил голову набок, небрежно подперев подбородок, и переспросил:

— А ты сам точно Ча Ый Джэ?

— У меня нет времени играть в угадайку.

— Я тоже не уверен, вот и спрашиваю.

— Не уверен?

— Уверенности в том, что ты действительно Ча Ый Джэ.

— …

— Я слишком много всего видел, поэтому не могу отличить. Но если судить по укусу, ты вроде бы настоящий.

Ли Са Ён слегка склонил голову. Они точно говорили на одном языке, но будто не понимали друг друга. Разговор постоянно сбивался с курса. Ча Ый Джэ попытался изо всех сил проследить за ходом его мыслей. То есть… он хочет сказать, что видел что-то вроде иллюзий в виде меня? И видел это так много раз, что теперь не может отличить реальность от вымысла?

«Чёрт, да его, похоже, уже в больницу вести надо».

Физические раны можно залечить, а вот с душевными ранами всё гораздо сложнее. Ча Ый Джэ резко схватил Ли Са Ёна за плечи. Тот лишь закатил глаза, мельком глянув на руку. Ча Ый Джэ стиснул губы и выговорил, выдавливая каждое слово:

— …Так вот.

— …

— Когда я сказал — пойдём со мной, надо было просто пойти, идиот!

Бум!

Прозвучал чистый, звонкий удар. Лоб Ли Са Ёна столкнулся с твёрдой маской.

***

Похоже, Ли Са Ён пришёл в себя только после удара в лоб. Впрочем, ничего удивительного. Выдержать удар в лоб от S-класса и остаться в порядке под силу только другому S-классу. Но теперь уже Ча Ый Джэ начинал сомневаться. Он снова прижал ладони к мягким щекам Ли Са Ёна и переспросил:

— Ты правда в порядке?

— Сколько раз ты собираешься спрашивать? Говорю же, в порядке.

Ли Са Ён, как зверёк, трётся лбом о его руку. Тёплая кожа и волосы заполнили всю ладонь. Ча Ый Джэ тяжело вздохнул, поглаживая покрасневший лоб.

— Нет, ну серьёзно. Видеть иллюзии в виде меня — это ненормально. Ты уже не различаешь, где реальность, а где нет.

— …А по чьей вине, ты думаешь?

Раньше расслабленный взгляд вдруг стал острым. Фиолетовые глаза сделали круг и снова уставились прямо на Ча Ый Джэ. По затылку пробежал холодок. Он вспомнил этот взгляд. Безумный взгляд, которого не видел уже давно.

— И ты после этого просто так ушёл?

— …Я-то что?

— Весело было, да? Явился вдруг, всё внутри перевернул и исчез.

— Эй, ты… как придурок… Нет, в общем, неважно. Кто вообще первый заговорил?! После такого, по-твоему, я не должен был разозлиться?

— Аха… Так ты ещё и всё это видел? Почему бы тогда сразу не сказать, что видел, как я ползал, как пёс?

— Я не хотел смотреть… Подожди, ты что, и правда ползал? Зачем?

Ли Са Ён демонстративно тяжело вздохнул.

— Всё ясно. Не знал, что у благородного героя есть тяга к вуайеризму… Хотя, кто ещё, кроме меня, мог бы подстроиться под такой вкус... Теперь, когда знаю, учту это на будущее.

— Что ты там учтёшь! Я ж не об этом!

— А, так ты не намекал, что хочешь, чтобы я подстроился? А я уж было…

С этими колкими словами, вылетавшими так же легко, как дыхание, трудно было собраться с мыслями. Нет, конечно, Ча Ый Джэ не рассчитывал на трогательное воссоединение, но и перепалки вроде этой тоже не ожидал. Паршивец! Ча Ый Джэ сжал обе щеки Ли Са Ёна, придавая его лицу форму рыбьей мордочки.

— Вместо того чтобы порадоваться, что хён вернулся, ты только и делаешь, что язвишь!

— А кто это у нас первым прицепился к человеку, который и так старался держать себя в руках? Кто это появился как иллюзия, а потом взял и исчез? Не зная даже, что у другого на душе!

— Да слушай, я вот сейчас вообще не понимаю, с чего ты разошёлся! Что я такого сделал?!

— Ага, даже не понимаешь, что натворил. Прям такой замечательный, правда.

Такого Ли Са Ёна он давно не видел. У которого всё внутри перекручено, как крендель. И что теперь случилось? Он вроде бы ничего особенного не сказал. Поцелуй в лоб под видом удара кулаком, просьба ждать не оболочку, а настоящего, обещание вернуться.

«…Я же вроде ничего плохого не сделал?»

Сколько ни вспоминал, ничего внятного не находилось. Ли Са Ён снова язвительно процедил:

— Даже не нужно читать твои мысли. Уверен, ты сейчас думаешь: «А в чём я вообще был неправ?»

— …

Наблюдательный. И ведь его лица даже не видно из-за маски.

Но не было времени тратить силы на поиски верных слов. В этом месте он не мог оставаться долго. Что бы ни происходило, ясно одно — если он снова исчезнет, как в тот раз, Ли Са Ён сойдёт с ума. Настолько, что уже не будет пути назад.

Ча Ый Джэ отпустил сдавленные щёки и широко раскинул руки.

— Ладно, ладно. Прости меня.

— За что, интересно, ты извиняешься?

— Я же сказал, прости.

— Ага…

Ли Са Ён усмехнулся. В таком положении выбора не оставалось. Пока этот упрямый крендель не начал ворчать ещё больше, нужно было переходить к решительным действиям.

С распахнутыми руками Ча Ый Джэ бросился вперёд и резко обнял его. Тело, оказавшееся в его объятиях, напряглось, а в нос ударил сладковатый запах. Ча Ый Джэ стал гладить Ли Са Ёна по затылку и прошептал, словно внушая:

— Прости. Но у нас нет времени ссориться, ты же понимаешь?

— …

— Прости. Ты слышал? Я сказал, что виноват.

— …Ты это называешь извинением?

Ли Са Ён недоверчиво переспросил, будто не мог поверить в происходящее. Ча Ый Джэ, прильнув маской к уху, зажатому между раскрасневшейся щекой и растрёпанными волосами, поцеловал его. Шея в объятиях дёрнулась. Ли Са Ён тихо проворчал:

— Что ты творишь, а, серьёзно.

— Говорю же, хён виноват.

— Ты знаешь, что свести всё к одному «прости» — это худшее, что можно сделать?

— Знаю, знаю.

— Что ты там знаешь… Ты же ничего не понимаешь.

Голос, до краёв наполненный ядом, понемногу начал смягчаться. Ча Ый Джэ, всё так же прижавшись к нему, тёрся щекой маски о волосы и ответил:

— Чего это я ничего не знаю? Кто вообще может знать тебя лучше, чем я?

— Ты ведь не знаешь.

— Эй, да ты сам ничего не рассказываешь. Скажи мне, и я всё выучу, всё запомню.

— …Ты дурак, что ли?

Ли Са Ён буркнул это сердито, но звучало это уже почти как лёгкое ворчание. А с таким тоном Ча Ый Джэ точно знал, как быть. Момент был подходящий, и он не упустил его. Понизив голос, он едва слышно прошептал:

— Хочешь потрогать лицо?

Тело в объятиях замерло. Ча Ый Джэ сказал, ещё тише:

— Хочешь, я сниму маску?

Глава 323

Тело Ли Са Ёна, прижавшегося к груди, сжалось ещё сильнее. Сквозь чёрные волосы виднелось покрасневшее ухо. Кожа, соприкасавшаяся с его телом, пылала жаром. Ча Ый Джэ с трудом сдержал смех, готовый вот-вот вырваться.

Крепкие руки обвили талию и спину Ча Ый Джэ, притягивая его на колени. Ча Ый Джэ оказался почти сидящим на Ли Са Ёне, что устроился на стуле. Ли Са Ён недовольно проворчал:

— Похоже, ты считаешь снятие маски каким-то ультимативным приёмом...

— Так ведь оно и есть.

— В такие моменты... не хён должен снимать.

Каждое слово Ли Са Ёна отзывалось вибрацией в его шее и на ключицах. Дышать становилось трудно. Руки, обвившие талию, легонько постучали по боку. Словно подгоняя.

— Я должен снимать её.

— …

— Хотя бы это разреши мне… если тебе действительно жаль.

Почему-то казалось, что он сам вырыл себе яму. Прежде чем Ча Ый Джэ успел ответить, осторожные пальцы дотронулись до подбородка маски. Щелк. Нижняя часть маски приподнялась. Подбородок и губы оказались открыты. Губы Ли Са Ёна коснулись подбородка.

— Наклони голову… чуть-чуть.

Ча Ый Джэ замешкался, но всё же слегка склонил голову. Раздался негромкий смешок. Губы защекотали подбородок и шею. Бах. Маска упала на пол. Ча Ый Джэ медленно открыл глаза. Узкие, чуть изогнутые глаза смотрели на него с одобрением.

— …

Рука, что только что касалась лица, схватила его за шею и потянула. Ча Ый Джэ не сопротивлялся и опустил голову ещё ниже. На его приоткрытые губы легли мягкие губы Ли Са Ёна. Лёгкие поцелуи, словно капли дождя, посыпались по лицу. Играючи. Ча Ый Джэ невольно засмеялся. Ли Са Ён, водя губами по щеке, прошептал:

— Сколько ещё ты можешь быть здесь?

— Я и сам не знаю. Пока школьница Га Ыль держит связь… Эй, не трогай талию. Щекотно.

— Ты ещё придёшь?

— Пока не выйду с тобой, буду приходить… Подожди, стой. Зачем было всё это затевать, если тогда можно было просто уйти вместе?!

Как только он выкрикнул это, губы снова прижались, будто велели замолчать. Ча Ый Джэ откинул голову, собираясь повторить, но в этот момент большая ладонь прижала его шею, и в приоткрытые губы тут же скользнул толстый язык. Эй. Короткий возглас утонул в поцелуе. Язык, словно змея, защекотал нёбо, и силы покинули тело. Щекочущее чувство разлилось от рта по всему телу.

…Чёрт, как же хорошо.

Языки переплелись, и во рту зазвучал влажный, липкий звук. Ча Ый Джэ тихо задыхался, опускаясь вперёд. Крепкое тело и руки подхватили его ослабший торс. Когда он схватился за плечи, чьи-то пальцы сзади мягко провели вверх по прямой линии позвоночника. Стоило ему вздрогнуть, не в силах сдержаться, как Ли Са Ён провёл языком, будто уговаривая. Изо рта Ый Джэ вырвался приглушённый стон.

— Ха…

Между их губами проскользнул лёгкий смешок. Язык, бушевавший в его рту, наконец вышел. Пока Ча Ый Джэ пытался отдышаться, Ли Са Ён коснулся губами линии его подбородка и пробормотал:

— Ты стал таким чувствительным, хён… Пока мы не виделись.

— Заткнись…

«Конечно», — голос, наполненный смехом, защекотал ухо. Губы, которые только что нежно прикусили край подбородка, снова накрыли его губы. Через чуть приоткрытые рты проходил горячий, перемешанный дыханием воздух.

— Тебе приятно?

— …

— Должно быть приятно…

— Почему…

Почему он так навязчиво спрашивает? Стоило Ча Ый Джэ отвернуть голову, как губы, ставшие чуть настойчивее, тут же потянулись за ним, осыпая лицо поцелуями. Завершив это, Ли Са Ён лёгонько прикусил кончик его носа.

— Чтобы тебе снова захотелось прийти ко мне.

— …

— И… каждый раз, когда будешь чувствовать это…

Огромная ладонь нырнула под одежду и скользнула по голой коже. Что за…? Ча Ый Джэ вздрогнул, резко выпрямившись. Ладонь тут же успокаивающе провела по спине и бокам.

— Ты ведь будешь думать обо мне.

Ча Ый Джэ медленно моргнул. Мутный взгляд постепенно прояснился, и в поле зрения попало лицо Ли Са Ёна.

— …

Кожа с румянцем, покрасневшие уголки глаз, приоткрытые глаза, припухшие губы касавшиеся подбородка и шеи. Слегка влажные ресницы. Почувствовав взгляд, Ли Са Ён медленно поднял глаза. Как только их взгляды встретились, сердце сжалось. Это было нечто иное, чем просто приятное ощущение. Если попытаться описать…

Это напоминало чувство после убийства монстра.

Удовлетворение. И…

Возбуждение.

«…Чёрт.»

Ли Са Ён молча моргнул. Ча Ый Джэ резко зажмурился.

«Теперь я и сам ничего не понимаю».

Он обхватил ладонями обе щёки Ли Са Ёна. Затем наклонился и поцеловал его. Меж пухлых губ, раскрывшихся от удивления, он осторожно просунул язык. Так же, как делал Ли Са Ён, он сплёлся с его языком, провёл по нёбу, и почувствовал, как тело под ним вздрогнуло. Всё это передалось ему напрямую. Ча Ый Джэ чуть приоткрыл глаза. Ли Са Ён, с закрытыми глазами, был полностью погружён в поцелуй. Длинные ресницы дрожали.

«Это… довольно…»

Весело.

Когда он медленно отстранился, закрытые веки так же медленно приподнялись. Ча Ый Джэ вытер влажные губы тыльной стороной ладони и заговорил:

— Ли Са Ён.

— …

— Даже без всего этого…

Он надолго замолчал, будто колебался, потом медленно договорил:

— В последнее время я только о тебе и думаю.

— …

— Так что хватит дурачиться. И убери руки с талии. Кто тебе позволял?

Ча Ый Джэ решительно схватил руку, что пробралась под одежду, и вытащил её. Ли Са Ён усмехнулся.

— А ведь тебе было приятно.

— Заткнись.

— У тебя даже ноги подкосились, да?

— Прекрати уже!

Выкрикнув это, Ча Ый Джэ нахмурился, а Ли Са Ён разразился смехом.

— Ахах…

Затянувшийся смех понемногу стих. На покрасневшем лице расплылась светлая, безмятежная улыбка.

— Вот как?

— …

— А я и не знал, что уже успел добиться своего…

Ли Са Ён резко притянул его к себе и уткнулся лицом в грудь Ча Ый Джэ. А потом начал тереться щекой, как назойливый ребёнок. Вот же надоедливый. Ча Ый Джэ слабо вздохнул и начал перебирать его взъерошенные волосы. Но чем дольше он это делал, тем сильнее всплывало чувство возмущения. В какой-то момент рука остановилась и тогда Ли Са Ён поднял голову.

— А ещё ты должен думать, как выбраться отсюда, а не вызывать меня сюда по своей прихоти.

— Ты же и сам всё знал, прежде чем прийти. Что я пока не могу выбраться.

— …

Ча Ый Джэ сжал губы. Ли Са Ён продолжил, как ни в чём не бывало:

— Я должен оставаться здесь, чтобы продолжать поддерживать связь через книгу. Чем дольше сохраняется связь, тем быстрее идёт разработка лекарства. А чем быстрее оно будет готово, тем меньше людей погибнет от мутаций.

Ли Са Ён пожал плечами.

— Разве не очевидно, что моё присутствие здесь даёт куда больше пользы?

— Но…

— Это не жалкий акт самопожертвования. Совсем нет.

Чёрные пальцы коснулись волос Ча Ый Джэ. Может, потому что пальцы были такими тёмными, его волосы казались особенно светлыми. Ли Са Ён усмехнулся, приподняв лишь уголок губ.

— Я просто хочу предотвратить наихудший сценарий.

— Ты…

Ча Ый Джэ лишь беззвучно раскрыл рот, но слова так и не вырвались. Сердце глухо упало. Он догадался? Он что-то знает? Но как? Даже я понял это только недавно. Ли Са Ён, перебирая пепельные волосы, вдруг спросил:

— Ты знал? Твои волосы… они ведь всё белее становятся.

— …

— Даже если их покрасить, краска быстро смывается. Всё равно продолжают белеть. Сначала я подумал, что это потому что ты S-класс. У таких часто краска не держится.

— …

— Но пожив здесь, наблюдая за теми, кто подвергся мутации… я понял, что дело не в этом.

Фиолетовые глаза пробежались по лицу Ча Ый Джэ. В голосе Ли Са Ёна прозвучала тревога.

— С тех пор как мы не виделись, они стали ещё светлее…

Ча Ый Джэ промолчал. Это было правдой. Отбеливание, мутация — медленно, но неотвратимо разъедали его тело. Ли Са Ён, переплетая пальцы с его волосами, прошептал:

— Я не буду спрашивать, что случилось в разломе на Западном море. И я не хочу знать.

— …

— Но только на это ответь.

Их взгляды встретились. Фиолетовые глаза смотрели прямо вглубь, будто хотели пронзить насквозь.

— Сколько осталось?

Ча Ый Джэ продолжал молчать. Ли Са Ён мягко, но настойчиво подталкивал:

— Если не знаешь, переформулирую. Как ты сам думаешь, сколько примерно осталось?

— …Не знаю.

Ча Ый Джэ с трудом выговорил это. С какого-то момента он перестал смотреть в зеркало. Не хотел видеть, как его волосы становятся всё светлее. И даже не собирался что-то с этим делать. Только отчаянно отворачивался. Убегал. От тела, что медленно мутировало. От будущего, что приближалось.

Тихим голосом он ответил:

— …Я правда не знаю, сколько осталось.

— …Вот как?

— Но времени ещё… достаточно. Пока не критично.

Ли Са Ён чуть склонил голову набок. Ча Ый Джэ отвёл взгляд. Он знал. Прекрасно знал, что времени у него почти не осталось. Но не хотел навязывать это чувство тревоги Ли Са Ёну. И потом…

Он лёгким движением ткнул пальцем Ли Са Ёну в лоб.

— Перестань зацикливаться на этом и лучше думай, как выбраться.

Он не хотел, чтобы Ли Са Ён оставался здесь один из-за таких причин. Как только Ли Са Ён открыл рот, будто собирался что-то сказать, Ча Ый Джэ наклонился и жадно прижался к его губам. Ли Са Ён отвернул голову, но Ча Ый Джэ не отступал и настойчиво продолжал целовать. Ли Са Ён раздражённо выпалил:

— Хён…!

В тот момент он почувствовал, как ноги отрываются от земли. Похоже, время вышло. Ча Ый Джэ прикрыл ладонью рот Ли Са Ёна.

— Я ищу магический камень. Чтобы вернуться сюда. В следующий раз не вздумай упираться и говорить, что не выйдешь.

— …

— Я вернусь.

Он коснулся губами его лба. Перед глазами всё поплыло. Ча Ый Джэ распахнул глаза, чтобы в последний раз запомнить лицо Ли Са Ёна.

И тогда…

Увидел взгляд, свирепо устремленный на него.

— …

И осознал, что-то пошло совершенно не так.

Глава 324

С кончиков пальцев ног силуэт постепенно размывался, пока совсем не исчез, а тепло, которое мгновение назад наполняло объятия, растаяло, словно снег. Чёрная рука сжала пустоту. Ли Са Ён провёл рукой по лбу, куда в последний раз коснулись губы, и откинул голову назад. Вырвался лёгкий вздох.

— Ха-а…

Он провёл рукой по лицу.

Знает ли Ча Ый Джэ?

Что с этой самой секунды и до их следующей встречи он будет снова и снова прокручивать это ощущение. Что не сможет думать ни о чём другом, кроме этого чувства и воспоминания о том моменте.

«Он не знает, вот и ведёт себя так».

Сжатый кулак задрожал от напряжения. Ли Са Ён стиснул зубы. С того самого мгновения, как он почувствовал живого Ча Ый Джэ, жажда усилилась. Если бы он вообще никогда не знал о его существовании, возможно, было бы легче. Но как только он узнал, что Ча Ый Джэ его ждёт, поговорил с ним, прикоснулся, как каждый последующий миг превратился в испытание.

— …

В голове пульсировал только один образ. Улыбающееся лицо, покрасневшая шея и кончики ушей, шея, что сжимается при каждом поцелуе, горячее тело, вздрагивающие под ладонью руки, прерывистое дыхание и биение сердца, меняющиеся каждую секунду.

Доказательство, что он живой.

Нервозность нарастала.

Раздражение вспыхнуло.

Ли Са Ён нервно взъерошил волосы. Горло пересохло. С каждым днём жажда становилась всё сильнее. Пустая оболочка, с которой он встречался всякий раз, когда возвращался домой, не могла насытить эту жажду. Только живой Ча Ый Джэ мог утолить её, эту жажду и это желание. Горло содрогнулось. Во рту стало сухо.

«…Блять».

Он считал себя терпеливым. Ли Са Ён резко поднялся, поправляя плащ. В ту же секунду распахнулась плотно закрытая дверь кладовки.

— А, и сегодня у нас был гость.

Высохший, как мумия, мужчина по имени Нам У Джин пошатываясь вошёл внутрь. Сбоку Скумбрия его подхватил за руку, будто приобняв, и спросил с упрёком:

— Ты чаще заходишь в эту кладовку, чем доктор. Что, там что-то интересное нашлось?

— С чего бы.

— Тогда освободи место, доктору надо сесть.

Ли Са Ён молча отступил в сторону, держа руки в карманах плаща. Его фиолетовый взгляд скользнул по Скумбрии. Сине-зелёные волосы того заметно выцвели, а на затылке, прикрытом воротником, местами проглядывали белые чешуйки. То, что он не снимал разбитые очки, было для него принципиальным.

Скумбрия осторожно усадил Нам У Джина на стул. Тот опустился, тяжело дыша, и протянул иссохшую, почти кожей обтянутую руку к блокноту.

— Что ты там делал?.. А, опять что-то черкал?..

— Нет. Читать пытался. Хотел посмотреть, как далеко продвинулись.

— Ха-ха… Точнее, насколько провалились, верно?

Нам У Джин дрожащей рукой поправил очки. С какого-то момента от него стало пахнуть смертью. Запах, который Ли Са Ён чувствовал бесчисленное количество раз. В тесных лабораториях, от проходящих мимо людей, от тел, сложенных в кучи, от тех, кого сжигали, потому что хоронить было негде.

«Скоро конец».

Ли Са Ён безмолвно смотрел на Нам У Джина. Он не чувствовал ни сожаления, ни грусти, ни облегчения. Всё равно, даже если тот умрёт, Ли Са Ён останется здесь. Потому что должен…

Нам У Джин, с трудом сжав дрожащей рукой ручку, спросил:

— Ну, что… нашёл что-нибудь стоящее? Информацию… которая удовлетворила бы?

— Нет.

Ли Са Ён резко ответил и направился к двери. Нам У Джин усмехнулся, словно и ожидал такого ответа.

Скрежет пера по бумаге остался позади, когда он покинул комнату. Ли Са Ён шагал по длинному коридору в одиночестве. Людей, приходящих в гильдию Совон, стало значительно меньше. Больше не слышно стонов, болезненных вздохов, шороха тел в беспокойном сне, ни криков отчаяния.

Скорость отбеливания ускорялась.

Вместе с этим становилось всё больше мутировавших людей.

И всё больше тех, кто погибал из-за мутации.

Нам У Джин умирает.

Вакцина всё ещё не создана.

Что случится раньше — смерть Нам У Джина или появление вакцины?

— …

Ли Са Ён стоял у входа, изношенного от бесконечного потока людей. С неба сыпался белоснежный пепел, словно снег. Улицы, некогда шумные и оживлённые, были разрушены до неузнаваемости, и из трещин в обрушенных зданиях слышался лишь быстрый топот маленьких монстров.

Не слышно звуков живых.

Конец света приходит в тишине.

Он вынул из кармана сложенный пополам жёлтый талисман и разорвал его. Перед глазами закружился портал. За ним мерцала размытая зелёная лужайка. Ли Са Ён сделал шаг вперёд, и мягкая трава хрустнула под ногой, воздух переменился. Под ясным голубым небом трава колыхалась на ветру.

— О, пришёл?

Раздался голос спины, обмахивающей веером над котлом. Когда он подошёл ближе, навстречу хлынул жар. Хон Ё Сон засучил рукава и штанины своего зелёного спортивного костюма до локтей и колен и собрал волосы в пучок. Надев рабочие перчатки, он бросал сухие дрова в котёл и сказал:

— Подожди немного~ разведу огонь и угощу тебя сикхе.

— Не надо.

— Эй, ну будь хоть немного дружелюбнее. Мы всё-таки, знаешь ли, товарищи по судьбе.

На лбу Хон Ё Сона выступили капельки пота. Над светло-карими глазами вспыхнули сложные золотые узоры. Закружившись, они устремились в сторону Ли Са Ёна.

— Ну как, метод, что я показал… сработал?

— …

— О-о, по твоему виду похоже, что да. Ну как, впечатлён? Признай, круто же?

— Как ты это сделал?

— М? Да всё просто: друг в любом случае пришёл бы к тебе, а это ведь пространство, которое я сам создал… Я всего лишь слегка подсоединил поток. К тому же, у вас ведь был предмет, что вас связывает?

Хон Ё Сон хмыкнул, встал с места и, тыльной стороной ладони вытерев сажу с щеки, махнул рукой.

— Ну что ж, пойдем наверх.

— Я не собираюсь задерживаться. Только по делу…

— Всё равно ведь времени у нас навалом. И у тебя, и у меня.

— …

Хон Ё Сон, насвистывая себе под нос, зашагал к дому с черепичной крышей. Ли Са Ён проводил его взглядом, затем медленно двинулся следом. Мягкая трава под ногами и тёплый ветер, ласкающий щёки и волосы, ощущались непривычно.

Сообщение от Хон Ё Сона пришло сразу после того, как Ча Ый Джэ явился, словно гром с небес, и исчез.

«Кто-то приходил, не так ли?»

Возможно, потому что, хоть и была лишь оболочка, Хон Ё Сон и был тем, кто создал Мемориальное подземелье. Он тут же уловил неладное. А Ли Са Ён в тот момент был не в состоянии что-либо скрывать, потому выложил всё, как есть. Кажется, Ча Ый Джэ приходил. Появился перед глазами, а потом исчез.

«Судя по характеру друга, он точно вернётся… Отлично! Я тебе немного помогу».

«Поможешь с чем?»

«Можно сказать, это особый сервис для гостя, оставшегося в одиночестве. Можешь положиться на меня!»

Может, тогда следовало оттолкнуть Хон Ё Сона, с его широкой улыбкой и поднятым большим пальцем? Ли Са Ён смотрел на дымящийся керамический стакан и думал об этом.

Встретить Ча Ый Джэ было хорошо. Но чем больше он говорил с ним, чем чаще касался его, тем сильнее становилась жажда. Хотелось бросить всё и немедленно найти его. Быть рядом. Обнять. Поглотить без остатка, с головы до пят, не оставив ни следа…

— …Ли Са Ён!

Бах!

Ли Са Ён с трудом пришёл в себя от громкого удара по столу. Хон Ё Сон потягивал ячменный чай и неодобрительно щёлкнул языком.

— Совсем из себя вышел. Прям уж так хорошо было?

Пальцы Ли Са Ёна сжались вокруг чашки. По керамике пошла тонкая трещина. Он скрежетнул зубами и процедил:

— …Кто, по-твоему, во всём этом виноват?

— В любом случае, это точно не моя вина!

Хон Ё Сон без тени стыда надул губы.

— Что, когда увидел его вживую и решимость пошатнулась?

— …

— Но что поделаешь. Остаться здесь было твоим выбором.

Ли Са Ён опустил чашку. Мутный пар рассеялся в воздухе, унесённый ветром. Его пересохшие губы едва заметно шевельнулись.

— Этапы мутации у людей постепенно подходят к концу. Земли, где может распространяться отбеливание, больше не осталось, и людей, способных мутировать, больше нет.

Хон Ё Сон молча кивнул.

— Да, верно.

— Тогда… что дальше?

— …

— Когда терраформирование через отбеливание завершится, и на Земле не останется ни одного живого человека… это и будет настоящий конец? Все фазы конца света завершаются на этом этапе?

Золотые глаза, наполненные эмоциями, изучающе скользнули по Ли Са Ёну с головы до ног. Тот ответил сдавленно, будто пережёвывая слова:

— Как бы я ни пытался вспомнить… момент гибели мира не всплывает в памяти. Наверное, потому что я повернул время вспять прямо перед концом. Словно убежал.

— Угу, точно.

— Тогда что такое настоящий конец… что такое гибель?

— …

— Что собой представляет последняя стадия конца света?

— Кто знает.

Хон Ё Сон, уставившись в искусственно созданное синее небо, пробормотал:

— Возможно…

***

— …J! Очнитесь!

По подбородку скатилась капля холодного пота. Юн Га Ыль сжала одну дрожащую руку другой и крепко стиснула челюсть. Ослепительный свет калейдоскопа постепенно погас. Класс задрожал. С потолка посыпался пепел. Юн Га Ыль выкрикнула почти с криком:

— J!

Он оторвал взгляд от неба и ответил:

— …Возможно, всё уже началось.

Глава 325 - Глаз

Что-то сильно тряхнуло всё тело. Ча Ый Джэ поморщился. Подступающая тошнота выворачивала желудок, словно при укачивании. Он сглотнул. Чёрт, ещё бы чуть-чуть поспать...

— J!

В тот же миг в уши вонзился голос, резкий, как удар грома. Ча Ый Джэ резко распахнул глаза. Первое, что он увидел — потолок, покрытый трещинами. Трещины? Раз с потолка сыпался пепел, значит, это не галлюцинация. Юн Га Ыль, бледная и запыхавшаяся, вцепилась в его плечо.

— Школьница Га Ыль?.. Ты в порядке?

— Слава богу… Вы слишком долго не просыпались, я уж испугалась… Нет, не время для этого! Нам срочно нужно выбираться!

— Что?

— Пространство внезапно рушится. Осторожно, голова!

Грохот! С громким звуком с потолка посыпались обломки. Ча Ый Джэ резко приподнялся и закрылся рукой от обломков. Сквозь пролом в потолке было видно…

Чёрную пустоту.

Та же самая пустота, с которой он столкнулся, когда открыл врата в Мемориальное подземелье.

Класс дрожал, зловеще раскачиваясь. Если рухнет пол, и там тоже окажется пустота?

«Тогда будут большие проблемы».

Оказаться в неизвестной пустоте, — такой участи он точно не хотел. Юн Га Ыль вытерла холодный пот и пробормотала:

— Э-этого не может быть… Хон Ё Сон создал это место, оно не должно так разрушаться…

Хон Ё Сон. Как бы странно он себя ни вёл, в одном сомнений нет — его сила безупречна. Юн Га Ыль дрожащим голосом спросила:

— Неужели снаружи что-то случилось…? Или с Хон Ё Соном…?

В голове пронеслось множество тревожных вариантов. Ча Ый Джэ схватился за пульсирующий висок и поднялся с места. Затем резко прижал Юн Га Ыль к себе.

— Сперва выберемся отсюда!

— А, да! Но я и сама могу…

Он даже не стал дослушивать. Крепко сжав в руке билет, заранее спрятанный в инвентарь, он активировал его. В тот же миг перед глазами всё перевернулось.

Ча Ый Джэ огляделся. Кабинет главы гильдии Падо. Место, которое он считал самым безопасным. Отсюда он направился к укрытию Юн Га Ыль…

— Эм, вы уже можете меня опустить…

— Ах, прости. Всё было слишком внезапно.

— Господин J! Вы вернулись?!

В этот момент дверь резко распахнулась. Парень-щит, Пэ Вон У, с надеждой в глазах оглядел комнату. Обнаружив внутри только Ча Ый Джэ и Юн Га Ыль, он отвёл взгляд. Судя по его опущенным плечам, на душе у него было тяжело.

— Простите. Мы встретились, но мне не удалось его привести…

— Всё в порядке. Это ведь не то, что могло закончиться так быстро. Но сейчас проблема куда серьёзнее!

— Проблема?

— Да, да. Расскажу по пути в конференц-зал. Лучше один раз увидеть. И вы тоже, школьница, пойдёмте с нами!

Пэ Вон У помахал рукой, торопя их. Ча Ый Джэ, переглянувшись с растерянной Юн Га Ыль, бросился за ним следом. Пэ Вон У, перепрыгивая через две-три ступени на аварийной лестнице, заговорил:

— Сейчас не только Бюро управления… вообще весь мир в режиме тревоги.

— Волна монстров? Или мутации?

— Нет, не то и не другое… Вот, пришли!

Пэ Вон У распахнул дверь конференц-зала. Внутри уже собралось несколько охотников. Он знаком показал им посторониться и подвёл Ча Ый Джэ к окну. Одна из стен зала была полностью застеклённой, так что за происходящим снаружи можно было наблюдать без помех.

И тут Ча Ый Джэ ощутил сильнейшее чувство диссонанса.

— …

— …Вы заметили, что изменилось?

— Вон там.

Он поднял указательный палец и направил его в небо. С того самого Дня разлома в небе постоянно висело…

— Белая дыра исчезла?

***

— Угх…

На землю с глухим шлепком капала густая тёмно-красная кровь. Рядом с Хон Ё Соном, который, согнувшись, без конца выплёвывал кровь, Ккокко не находила себе места и металась кругами. Шесть её подчинённых, нет — друзей, тоже крутились рядом в панике.

— Ко? Ко…

— Угх… угх…

Хон Ё Сон ещё долго харкал кровью, а потом, стараясь не упасть прямо в кровавую лужу, со стоном завалился на землю. В нос ударил резкий запах железа. Он грубо вытер рот и нос тыльной стороной руки. На коже остались густые алые разводы. Его золотые Оценивающие глаза бешено вращались, уставившись в синее небо.

Движение облаков, до того плавное и спокойное, вдруг застыло. В тот же миг небо начало трескаться, сопровождаясь звуком рвущегося стекла. Хон Ё Сон приобнял прижавшуюся к его боку Ккокко и ласково похлопал её по голове чистым рукавом.

— Да, да. Ты спрашиваешь, в порядке ли я? Ни капельки не в порядке. Мне жутко больно, Ккокко. Такое чувство, будто мне разорвали желудок.

— Ко-ко…

— Ну-ка посмотрим…

Он закрыл глаза и прислушался. Со всех сторон доносился треск, звон, скрежет разрушающихся конструкций. Пространство, которое он выстраивал по крупицам с тех пор, как получил способности, рассыпалось на глазах.

— Похоже, время, что я выигрывал, подошло к концу~… Но я ведь неплохо продержался, правда?

— Ко-ко-ко…

Жёлтые цыплята дрожали, прижав крылышки. Некоторые даже оцепенели, не в силах пошевелиться. Хруст. Осколок лазурного неба обрушился вниз, и в образовавшемся провале показалась черная пустота. Чем шире становился разлом, тем сильнее их трясло.

Хон Ё Сон всхлипнул. Каждый вдох приносил новую порцию крови, которую приходилось с трудом сглатывать. Он недовольно надул губы и проворчал:

— Ну вот, я ведь сам ничего не делал. Обидно же, а~ это.

— Ко-ко…

Дрожащие птенцы сдавленно всхлипнули и, издав последний предсмертный звук, один за другим без сил повалились. Хон Ё Сон с трудом протянул руку и коснулся их мягкого пуха. Тело ещё хранило тепло, но следов жизни уже не осталось.

— Эй… Знал бы, просто зажарил бы их. Зачем вообще привязывался…

— Ко-ко-ко-ко!

— Прости. Надо было сразу отдать J… У него бы, наверное, лучше получилось. Правда ведь.

Кх-кх. Кашель вырвался из его горла. Ккокко, будто что-то поняв, прижалась к его боку и тёрлась головой. Небо рушилось. Он смотрел, как падают его осколки. Обострённые чувства, страх, врезавшийся в кости, плоть и душу, подсказывали:

Беги.

Беги!

Беги .Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги. Беги.

Но он не мог пошевелить и пальцем. Хон Ё Сон, хоть и привык к ожогам и жару, перед болью оставался бессилен. Скрученный желудок причинял невыносимые муки. Кхрх. Он резко дёрнул головой и выплюнул сгусток крови. Всё перед глазами дрожало и расплывалось.

«Знал бы, хоть немного бы потренировался…»

Надо было слушать того госслужащего и директора Хам. Хоть бы выносливость нарастил. Но теперь остаётся только жалеть. Зрение плывёт. Это пол дрожит? Нет. Вскоре Хон Ё Сон осознал, это всё его тело трясётся. По спине и затылку ручьями стекал холодный пот. Он осторожно провёл рукавом по голове Ккокко.

— Ккокко-я…

— Ко-ко…

Ккокко жалобно пискнула и потерлась о него. Хон Ё Сон дрожащим голосом прошептал:

— Беги.

Грохот.

Голубое небо исчезло без следа. Осталась только пустота, темнее ночи. Ни одной звезды, лишь кромешная тьма.

И в ней появился ослепительно белый круг.

Над пустотой белый круг то исчезал, то появлялся вновь. Точно как человек моргает.

Морг. Морг. Будто наводя фокус, белый круг то гас, то вспыхивал, пока наконец не «зафиксировал взгляд» на Хон Ё Соне, лежащем у края кровавой лужи.

Хон Ё Сон с усилием шевельнул онемевшей щекой и выдавил что-то, отдалённо похожее на улыбку.

— Привет.

Огромный белый зрачок смотрел прямо на него. Внутри этого глаза что-то беспрестанно бурлило и вращалось. И вдруг Хон Ё Сон понял. Как гром среди ясного неба, осознание пронзило всё его тело.

С трудом, преодолевая онемение, он шевельнул губами. Его Оценивающие глаза закрутились в бешеном темпе.

— …Ты…

Когда страж разрушенного мира исчез, чёрная дыра в небе вдруг стала ослепительно белой. Те, кто знал правду, поняли: это дыра, соединяющая разрушенный мир с этим. Остальные лишь гадали, что произошло. Люди нарекли внезапно изменившуюся дыру в небе новым именем:

Белая дыра.

Но… что, если это не был проход между мирами?

Что, если это вовсе не проход…

— …наблюдал за нами?

…а глаз?

Белый круг тонко изогнулся. Как будто улыбнулся.

Словно подтверждая: «Ты всё понял правильно».

Всё тело затряслось. То ли от возбуждения, то ли от ужаса. От внезапного озарения в голове вспыхнул огонь. Хон Ё Сон сжал зубы. И дрожащей рукой оттолкнул Ккокко.

— Беги, Ккокко!

— Ко-ко?

— Быстро! Убирайся отсюда! Куда угодно. Просто беги!

Это был отчаянный крик. Отчаянный порыв. Ккокко, отброшенная толчком, побежала по инерции. Взмахивая гладкими крылышками, оставляя на земле крошечные птичьи следы. Она бежала, пока перед глазами не возникли ворота. Уже наполовину обрушенные.

На пороге Ккокко остановилась и обернулась. И в тот момент…

БУУУУМ!

Пол провалился. Земля ушла из-под ног. Пошатнувшись, Ккокко удержала равновесие и метнулась в проём. И последнее, что отразилось в её маленьких чёрных глазах…

Гигантская белая рука, придавившая землю...

И море крови, хлынувшее наружу.

Глава 326

— Срочные новости. После Дня разлома белые дыры, наблюдаемые по всему миру, одновременно исчезли…

Из телефона Кан Джи Су доносился голос ведущего. Охотники не могли отвести взгляд от неба. Дыры появились в момент появления пробуждённых и стали символом изменившегося мира.

Неужели произошло чудо?

Нет.

— Не может быть, чтобы они просто так исчезли...

На бормотание Ча Ый Джэ несколько охотников согласно кивнули. Пэ Вон У потёр подбородок.

— Что-то снова происходит. Но ведь не было ни слова о том, что кто-то что-то сделал...

— Может, это опять Прометей натворил?

— Это ведь белая дыра, даже охотники не решались к ней приблизиться. Как они могли её уничтожить?

— Это же они вызвали массовое отключение сознания и приблизили конец света. Чего им ещё не под силу?

— Это-то да, но…

Что-то внутри неприятно дрогнуло. Подавляя нарастающее беспокойство, Ча Ый Джэ сказал:

— Для начала давайте выйдем наружу. Не было связи с другими гильдиями или Бюро управления?

— Да, похоже, Бюро тоже сейчас пытается разобраться в ситуации. В чате ранкеров была просьба оставаться на своих местах. Неофициальная, правда.

— Ну, мы же не будем просто стоять и глазеть на небо, верно? Как сказал J, давайте хотя бы выйдем к зданию. Заодно проверим, что с людьми на улице.

Когда Кан Джи Су махнула рукой, охотники один за другим пошли следом. Ча Ый Джэ остался у окна до последнего, глядя в пепельное небо.

«Почему так тревожно?..»

Он сжал кулак и прижал его к груди, чтобы унять бешено колотящееся сердце.

Перед зданием гильдии Падо уже собралась огромная толпа. Спустились охотники, и даже гражданские выстроились в длинную очередь. Пэ Вон У, размахивая рукой размером с крышку от казана, регулировал движение.

— Убежище гильдии Падо — сюда. Ребята! Сопроводите их! В случае чего мы вас защитим, не волнуйтесь. Что? Да, пока мы сами разбираемся, что происходит… Ох, я прекрасно понимаю, как вы взволнованы…

— J.

Кан Джи Су, ждавшая у входа, тихо окликнула Ча Ый Джэ и потянула его за руку.

— Если вы появитесь перед этими людьми, всё только усложнится, понимаете? Ну, вы же как-никак знаменитость. Может, наденете противогаз?

— Но одежда ведь тоже...

— У нас, конечно же, есть запасной плащ или мантия. Со Мин Ги!

— Предусмотрительно всё подготовил, уважаемый клиент.

Со Мин Ги, высунув только голову из тени Ча Ый Джэ, уперся в землю и полностью выбрался наружу. Он с почтением протянул аккуратно сложенный чёрный плащ, а поверх него противогаз.

— Прошу, наденьте.

— И зачем ты вообще это приготовил?

— Быть готовым ко всему — мой главный принцип. В вашем противогазе, кстати, встроена функция изменения голоса.

С одной стороны нелепо, с другой действительно полезно. Ча Ый Джэ накинул чёрный плащ на голову, скрыв лицо. Затем снял маску и надел противогаз. Прозвучал лёгкий шипящий звук дыхания. Со Мин Ги, уже целиком выбравшийся из тени, с довольным видом закрепил плащ.

— Это не какая-то особенная вещь, но она помогает уменьшить присутствие носителя, так что вполне сгодится.

«Ну, у меня и так уже есть способность скрытия присутствия…»

Однако он решил промолчать. Лицо Со Мин Ги было таким довольным, что перебивать не хотелось. Ча Ый Джэ слегка поклонился.

— Спасибо.

— Не стоит.

Со Мин Ги достал ещё один плащ и противогаз и протянул их Юн Га Ыль.

— Мисс Га Ыль, вам тоже стоит надеть.

— Я? Мне тоже?

— Вы же сбежали от Прометея. Нельзя, чтобы вас кто-то узнал.

— А, да… Спасибо.

Юн Га Ыль тоже поспешно накинула плащ и надела противогаз. Кан Джи Су, внимательно следившая за улицей сквозь стекло, указала наружу большим пальцем.

— Закончили маскировку? Тогда выходим. На улице много людей, так что будьте осторожны. Вижу, и в белых одеждах тоже кто-то есть. Похоже, сектанты Прометея тоже пришли.

Юн Га Ыль нервно сглотнула. Кан Джи Су, открывая дверь, с шутливой ноткой добавила:

— Неужели ты нам не доверяешь~? Тут ранкеров сколько, неужели одну не сможем защитить?

— В-верю!

— Вот и хорошо~ Пошли!

Когда дверь распахнулась, в лицо хлынул тёплый, затхлый воздух. Гул голосов стал ещё громче. Люди говорили возбуждённо, кто-то высказывал тревогу, кто-то молился шёпотом, кто-то говорил дрожащим от страха голосом. Все двигались в указанном гильдией направлении. Ещё до того как Ча Ый Джэ успел спросить, что происходит, Кан Джи Су, поправляя растрёпанные волосы, объяснила:

— Гильдиям, которые строят здания определённого масштаба, обязательно предписано обустраивать в них убежище. Монстры ведь не разбирают, что перед ними — школа, больница или администрация. Самое безопасное место убежище при гильдии, где есть охотники.

— А, логично.

— Ну… Понятно, что из-за ограниченного числа мест всех принять не можем. Сначала берем пожилых, детей и жителей окрестностей. По удостоверениям личности. Эй, сколько уже заполнилось?

— Примерно одна пятая! Пока ещё есть свободные места!

— Видимо, потому что не объявляли о чрезвычайной ситуации? Меньше народа, чем ожидала. Проверяйте регулярно и сообщайте заместителю главы гильдии.

— Есть! Понял!

В этот момент из толпы вдруг раздался слабый крик. Охотники тут же схватились за оружие и повернулись в сторону источника звука. Признаков монстра не было. Тогда что?..

Через расступившихся людей, по образовавшемуся проходу, стремительно неслось что-то белое и гладкое. Первым это заметил Ча Ый Джэ.

— Ккокко?

— Кооо-кооо, ко-ко!

Взмахнув крыльями, Ккокко бросилась к Ча Ый Джэ, и тот успел перехватить её в воздухе, чтобы не дать ей со всей силы впечататься ему в грудь. Пойманная на лету Ккокко забилась в его руках, беспорядочно дрыгая крыльями и лапами.

— Ко-кооо-ко! Ко! Кооооо-кооооо!

— С чего вдруг... Что с тобой такое?! Эй! Ккокко! Успокойся!

— Кооооооо-кооооооо!

В чёрных, как фасоль, глазах стояли слёзы.

«Она... она плачет?»

Ккокко зарыдала, и слёзы крупными каплями начали стекать вниз. Кооооо-кооооо... Ча Ый Джэ, который внезапно оказался с рыдающей курицей в руках, поспешно огляделся. Все вокруг выглядели ошеломлёнными. В этот момент он почувствовал вибрацию в кармане. Телефон. Не глядя на экран, Ча Ый Джэ, прижимая плачущую Ккокко одной рукой, нажал кнопку ответа.

— Алло.

— J, это Чон Бин. Звоню, потому что вы не смотрели чат ранкеров. Простите, где вы сейчас находитесь?

— В гильдии Падо. Со мной и школьница Га Ыль. Что-то случилось?

— Юн Га Ыль тоже с вами?.. Тогда…

На другом конце провода Чон Бин ненадолго замолчал.

— Хон Ё Сон… с ним нет связи.

— Что?

Ча Ый Джэ опустил взгляд на Ккокко. Она всё так же, задрав голову, рыдала, промочив рукав насквозь.

— Я хотел поговорить с ним по поводу происходящего… но он не ответил. Охотники, дежурившие рядом с его домом, попытались войти, но… амулет никак не среагировал.

— Он что, в одностороннем порядке сменил доступ?

— Нет. По условиям контракта он не имеет права делать такое. Простите, не случилось ли чего с пространством, где жила Юн Га Ыль?

В памяти всплыла разрушающаяся комната. Потолок обрушивался, один участок за другим, и за ним раскрывалась пустота.

Если всё это обрушилось потому, что с Хон Ё Соном, создателем пространства, что-то случилось...

— Класс разрушился. Поэтому я и вывел школьницу Га Ыль... Ккокко тоже только что прибежала сюда.

— …Худшее предположение оказалось верным.

— …

— Похоже, с Хон Ё Соном действительно что-то случилось.

Голос Чон Бина стал глухим и тяжёлым. Ча Ый Джэ, словно просто прижимая Ккокко к себе, внимательно её осмотрел. Ни царапинки, ни трещины, но на трёхраздельной лапке снизу…

Была кровь.

— Ккокко, это у тебя…

В этот момент.

Бум…

Леденящее чувство окутало всё тело.

Страх, который помнила сама душа.

Один за другим люди начали поднимать головы к небу. И те, кто стоял в очереди, чтобы попасть в убежище. И охотники, направлявшие их. И Пэ Вон У, с неловкостью смотревший в планшет. Все.

А затем,

— …

Ча Ый Джэ тоже поднял голову.

На сером небе появился чёрный круг. Точнее, вернулся. Так было бы правильнее сказать. Потому что он всегда был там.

Ча Ый Джэ не мог отвести взгляда от «этого». Порыв ветра, пропитанный пеплом, взъерошил ему волосы. Серебристо-пепельные пряди развевались в воздухе. Пальцы дрожали. Сердце билось слишком быстро.

Ча Ый Джэ понял, что это было.

Они думали, что смогли отвести взгляд ока апокалипсиса в сторону? Нет. Это было всего лишь проявление человеческой самонадеянности.

«Оно» появилось в этом мире в тот момент, когда в нём возникли монстры и система…

Чёрный круг начал медленно окрашиваться в белый снизу вверх.

Словно глаз, что открывается.

И вскоре круг полностью окрасился в ослепительно белый цвет. Вихрящийся белый глаз слегка двигался — вверх, вниз, в стороны.

Он открыл глаз. И наблюдал за всем.

С того самого момента, как исчез разрушенный мир, который удерживал Ли Са Ён.

— …

Ча Ый Джэ сглотнул. Инстинкт кричал.

Вот оно.

Вот моя добыча.

Та самая добыча, охота на которую провалилась дважды!

Убей её!

Они встретились глазами. Это было не просто чувство. Он знал точно.

Белый круг… нет, глаз… изогнулся, как тонкий серп.

Будто бы дразня.

Глава 327

Гильдия Совон, лаборатория Нам У Джина.

Кх-кх, кх-кх, худые плечи вздрагивали. Нам У Джин, задыхаясь, опустил руку, которой прикрывал рот. Она была насквозь пропитана ярко-красной кровью. Стоявший рядом мальчик протянул влажное полотенце.

— Вот полотенце, хозяин. Принести воду для полоскания рта?

— А… да. Принеси.

— Слушаюсь, хозяин. Можно доложить новости по поводу Белой дыры и охотника Хон Ё Сона?

— …Говори.

— Белая дыра исчезла с неба. Также охотник Хон Ё Сон вне зоны связи, и созданное им пространство разрушено. По оценке Бюро управления, он числится как пропавший без вести, и они ищут его следы.

— Подожди, что ты сказал?

Он выронил окровавленное полотенце. Сквозь кровь уже проступали очертания костей. Мальчик молча наблюдал за этим, затем ответил:

— Замок, сдерживавший конец, сорвался, хозяин. Также значительно увеличилось количество сообщений о мутантах со всех регионов.

— …Чёрт возьми!

Нам У Джин выругался и резко обернулся. Однако исхудавшее тело не удержало равновесие и сильно качнулось. Он опустился на колени, вцепившись в край ящика. Мальчик подхватил его под руку, поддерживая.

— Осторожнее, хозяин. Тело слишком ослабло.

— Заткнись! Сейчас не моё тело важно! Немедленно вакцину…

— Нет, хозяин.

В изумрудно-зелёных глазах, сверкавших как стеклянные шарики, отразился истощённый облик Нам У Джина. И тут маленькая рука чётко ударила его по основанию шеи.

— Кх…!

Истощённое тело потеряло равновесие и рухнуло вперёд. Прежде чем его лицо ударилось о пол, мальчик подхватил хозяина. Наполовину закрытые, мертвенно-бледные глаза с трудом уставились на него, пытаясь прожечь взглядом.

— Ты… сейчас… что…

— Простите. Моей подготовки не хватило, чтобы сразу лишить вас сознания.

— Что ты творишь… Это… нарушение приказа…!

Истощённая до кожи рука с трудом вцепилась в ворот мальчика. Но даже стиснутый за горло, тот спокойно ответил:

— Нет, это не нарушение приказа, хозяин.

— Что за…!

— Как вам тоже хорошо известно, хозяин, ваше текущее состояние представляет серьёзную угрозу. Я пришёл к выводу, что необходим процесс восстановления сил и здоровья.

— Замолчи!

— Приказ, который вы мне дали, — всегда быть на стороне хозяина и посвящать себя только ему. И кроме того…

Холодная, маленькая рука сжала иссохшую ладонь. Бесстрастные глаза моргнули.

— Приказ, данный моим Создателем, — защищать хозяина. Любой ценой, любыми средствами.

— …

— Всё, что вредит хозяину, должно быть устранено. Даже если это…

Выжженные до белизны зрачки медленно скрылись за опущенными веками. Мальчик прислушался к постепенно выравнивающемуся дыханию и завершил фразу:

— …даже если это сам хозяин.

— …

Он осторожно снял с хозяина съехавшие очки и тихо прошептал:

— Приятных снов, хозяин.

***

Было тихо.

Никто не осмеливался заговорить.

Всего лишь «взгляд». Но даже он давил настолько, что становилось трудно дышать. Несколько человек, смотревших в небо, с глухим звуком повалились на землю. Кто-то не выдержал и начал блевать, кто-то закрыл глаза и закричал, кто-то бился в конвульсиях с пеной у рта.

Душа, пережившая два конца света. Ужас, врезавшийся в саму душу.

Даже охотники не могли пошевелиться. Они словно застыли, прикованные к месту.

Однако…

Один человек сделал шаг вперёд.

Чёрный плащ развевался за спиной.

Ча Ый Джэ опустился на одно колено перед человеком, изо рта которого шла пена, и прочистил дыхательные пути. Закончив простейшую экстренную помощь, он зажал телефон между плечом и ухом и заговорил:

— …Чон Бин.

Ча Ый Джэ вновь поднял взгляд к небу.

Оно всё ещё смотрело.

Ча Ый Джэ.

— Белая дыра. Это — глаз.

— …

— До сих пор у него не было ни цели, ни личности… Он просто смотрел. Как камера наблюдения.

— Значит… теперь у него появилась цель?

— …Похоже на то.

Ча Ый Джэ поднялся на ноги. Разрозненные кусочки головоломки в голове начали складываться один за другим.

«Вот почему в подземельях не было ни чёрных ни белых дыр».

Ведь за уже разрушенными мирами больше нет нужды наблюдать.

— Я на минуту отключусь, Чон Бин.

Сердце колотилось с бешеной скоростью. Это страх? Нет. Что-то иное бурлило внутри. С того момента, как он встретился взглядом с глазом, обладающим сознанием, душа взывала и вырывалась наружу.

Страх?

Нет.

Что-то гораздо яростнее. Ча Ый Джэ положил руку себе на грудь. В этот момент что-то лёгонько ткнуло его в лодыжку. Это была Ккокко, которую он оставил на полу, когда оказывал первую помощь.

— Ккокко? Хочешь, чтобы тебя снова взяли на руки?

— Ко-ко!

Ккокко решительно замотала головой и бросилась внутрь здания гильдии Падо. Затем коротко кивнула в сторону Ча Ый Джэ, словно призывая следовать за собой.

— …

Возможно, она знает что-то о Хон Ё Соне? Окинув взглядом застывших людей, всё ещё прикованных к небу, Ча Ый Джэ бросился следом.

Ккокко, совсем не уставая, легко взбежала по пожарной лестнице до этажа, где находился конференц-зал. Там она забежала в приоткрытую дверь и запрыгнула на стол, перед которым был опущен экран проектора.

— Почему именно сюда?

— Ко-ко.

Ккокко раскрыла клюв. Из раскрытого клюва хлынул ослепительно белый свет. Свет, подобно лучу проектора, отразился на экране и начал воспроизводить видео. Ча Ый Джэ, ошеломлённый, уставился на изображение.

Мастерская, заваленная инструментами и материалами. Хон Ё Сон, подбирающий разбросанные на полу детали. И…

Ча Ый Джэ, стоящий у двери и смотрящий наружу.

Знакомая сцена. Где-то он уже это видел.

С неба сыплется белый пепел. Над всем этим — закрученное белое спиралевидное нечто, поглотившее почти всё небо.

Ча Ый Джэ сразу вспомнил. Мемориальное подземелье, в котором он оказался, отправившись спасать Юн Га Ыль. Видение, что он увидел в самом конце. Память о первом мире, и последних его мгновениях перед концом.

Разве на этом всё не закончилось? Но прежде чем он успел глубже задуматься, «Ча Ый Джэ» начал двигаться. С опухшими от слёз глазами, он наклонился и помог собрать упавшие вещи. Хон Ё Сон, обхватив обеими руками целую охапку всякой всячины, спросил:

— Сколько воспоминаний ты собираешься оставить?

Гораздо яснее, чем тогда, в подземелье, прозвучал знакомый голос. «Ча Ый Джэ» пожал плечами:

— Настолько много, насколько возможно.

— Насколько сильно ты собираешься меня выжать?!

— Всё хорошо. Я тебе обеспечу время, чтобы ты успел всё создать.

— Обеспечишь, говоришь? А как? Ты же сам сказал, что собираешься откатить время.

Хон Ё Сон засыпал его вопросами. Ча Ый Джэ в ответ с грохотом вывалил собранный хлам на стол.

— С тобой что? Тупеешь с каждым днём? Сначала надо попробовать всё, что возможно, а уж потом откатывать. Это же очевидно.

— Вау, ну ты и даёшь. Сам же говорил, что уже на пределе! Что времени совсем не осталось!

— А я собираюсь дотянуть до предела этого предела. Нужно же как можно больше выяснить.

Ча Ый Джэ достал из инвентаря помятую сигарету, сунул в рот и несколько раз щёлкнул плохо работающей зажигалкой, прежде чем удалось прикурить. Он уселся на край стола и выпустил длинную струю дыма.

— Если совсем никак, тогда и воспользуюсь часами.

— Эй, а если так и не успеешь воспользоваться и просто сдохнешь? Лучше бы сразу…

— Кто знает. А вдруг моим копьём получится хоть царапину оставить.

Хон Ё Сон с тревогой зашагал по мастерской неровным шагом. Он терзал зубами большой палец, затем осторожно спросил:

— Ты… ты ведь не сдался, да? Это же не то, что ты идёшь на самоубийство, правда? Так нельзя, слышишь? Нельзя вот так просто разбрасываться своей жизнью.

— Самоубийство? …По-твоему, я на это способен?

Сквозь пелену дыма сверкнул холодный синий свет. Ха-ха-ха… «Ча Ый Джэ» затрясся от сдерживаемого смеха. Повернув голову кругом, он слегка склонил её набок и пробормотал:

— Ты до сих пор меня совсем не понимаешь…

Он протянул руку за порог открытой двери. Сухой пепел пронёсся сквозь пальцы, испачканные засохшей кровью.

— Я считаю, что даже жалкое существование — всё равно лучше, чем смерть.

— …

— Пока ты жив, шанс однажды всё изменить обязательно появится.

— Не похоже, чтобы это говорил тот, кто идёт на смерть.

— Ну, бывают моменты, когда бежать нельзя.

На его лице появилась лёгкая, тихая улыбка.

— Сейчас как раз такой момент.

— …

— А ещё…

Хруст. Раздался звук щелчка пальцев.

— Надо убить эту тварь. Какое, к чёрту, самоубийство.

— …Что?

— Он тронул его. Ли Са Ёна.

Голос звучал спокойно. Но синие глаза зловеще сверкнули.

— Я иду взыскать этот долг.

Хон Ё Сон скривился, будто усмехаясь в недоумении. Он пробормотал, заглянув в корзину с магическими камнями:

— Не слишком ли эгоистичная причина для жертвы героя?

— А разве жертва обязана иметь только одну причину? Да и о мелкой личной мести одного человека никто даже не узнает.

— Тебе, похоже, не суждено жить спокойно.

Ча Ый Джэ расплылся в улыбке и приложил палец к губам.

— Это секрет.

И его улыбающееся лицо рассыпалось, как дым в тумане.

— Потому что мы друзья.

Глава 328

Улыбающееся лицо исчезло, и точка зрения изменилась. Вместо лица Ча Ый Джэ появился потолок с редкими стропилами. Издалека раздался знакомый недовольный голос:

— Я что, универсальный инструмент, который делает всё, что ни попросишь? Как я должен создать подземелье, сохраняющее воспоминания…? Спас тебя, а теперь еще и требования предъявляешь.

Это был голос Хон Ё Сона.

— Хотя, конечно, я могу это сделать!

Звяк, звяк. Что-то начало трясти окружающее пространство. Точка зрения тоже начала шататься и переворачиваться. Всё вокруг было окружено магическими камнями разных размеров и цветов. Хон Ё Сон, напевая себе под нос, бормотал.

— Заодно, может, и себе устройство для записи сделаю…

«Неужели… это точка зрения магического камня?»

В ответ на сомнение Ча Ый Джэ маленькая рука, покрытая следами ожогов, схватила владельца зрения и принялась крутить его.

— Ах, нашел!

Лицо Хон Ё Сона в увеличительном стекле то приближалось, то удалялось. Золотистые зрачки, казалось, расплывались в беспорядке. Он наклонил голову в недоумении.

— Ого? Вот это да. У этого камешка, оказывается, до сих пор есть сознание. Ты же меня видишь, да? Ха-ха!

Хон Ё Сон весело засмеялся.

— Чуть не загубил такую штуку. Так, давай посмотрим… Магический камень монстра, крадущего воспоминания.

Он аккуратно положил камень на ровную поверхность. Яркий свет заполнил всё вокруг, как будто зрение пациента, лежащего на операционном столе.

— Если подумать с другой стороны… значит, где-то есть место, где хранятся украденные воспоминания? Должна быть и функция возврата, верно?

Сквозь яркий свет неожиданно показалось лицо Хон Ё Сона. Его золотистые глаза блеснули.

— Вот оно… точно, я же гений! Если немного повернуть, можно использовать его как хранилище!

После этого точка зрения начала резко меняться. Всё темнело, затем становилось ярко-красным, как будто попав в огонь. Каждый раз, когда экран менялся, голос Хон Ё Сона вкрадчиво звучал.

— Если расплавить и сделать из этого инструмент, а если он сломается, и осколки исчезнут… тогда воспоминания из этой части уже не восстановить. Так что, возможно, лучше использовать сам камень как ядро и сделать его носителем записи...

— Насчёт тела, в которое вставим ядро… Думаю, оно должно хоть немного обладать самосознанием. Хотя бы на уровне инстинкта самосохранения, чтобы защищать ядро… Хм, и инстинкт выживания. Добавить бы ещё атакующую функцию?

— Если тело будет большим, расход энергии станет слишком высоким, так что сделаем его маленьким. Нужно, чтобы было эффективно. А если уж на то пошло, пусть ещё и летать умеет… Ах, вот бы сейчас курочки!

— Даже если тело изменится, пока ядро остаётся тем же, нужно, чтобы сохранялись сознание и воспоминания…

Голос Хон Ё Сона постепенно стих, а экран перед глазами стал абсолютно чёрным. Сколько времени прошло, прежде чем снова раздался его лёгкий голос:

— …Кажется, в этот раз получилось. Ну что ж… откроешь глаза?

Чернота перед глазами начала понемногу рассеиваться. Миг, миг. Каждый раз, когда глаза моргали, лицо улыбающегося Хон Ё Сона то появлялось, то исчезало.

— Получилось! Сработало! Это победа гения!

Он суетливо осмотрелся, схватил маленькое зеркальце и поднёс его. В зеркале отразилась белоснежная фарфоровая курочка. Её глазки, как чёрные фасолинки, моргали. За зеркалом Хон Ё Сон довольно ухмыльнулся.

— Ккокко! Твоё имя — Ккокко-я.

Ккокко склонила голову набок. Хон Ё Сон указал на себя пальцем.

— Я — Хон Ё Сон. Твой хозяин.

— Ко-ко?

— Эй, ты ответила? Молодчинка. Посмотрим… голосовой аппарат тоже работает как надо.

Он осторожно поднял Ккокко обеими руками. С высоты головы Ккокко посмотрела на Хон Ё Сона и место, где тот стоял. Хон Ё Сон, с растрёпанными каштановыми волосами, собранными в хвост, сильно исхудал. Мастерская была в полном беспорядке. За окном бушевала метель из белого пепла.

— Слава богу… Успел вовремя.

Он крепко прижал Ккокко к груди.

— Ккокко.

— Ко-ко.

— Я собираюсь сбежать. Пока друг выигрывает время.

— Ко-ко?

— А ты пойдёшь к моему другу. Поняла? Он притворяется, что нет, но на самом деле ужасно одинокий. Будь рядом с ним.

— Ко-ко-ко.

— Первое задание. Наблюдай за всем. …И всё запомни.

Хон Ё Сон осторожно поставил Ккокко на стол, затем наклонился, чтобы оказаться на одном уровне с ней.

— А когда придёт время… верни хозяину.

Хон Ё Сон пристально смотрел прямо в экран. Вероятно, он смотрел в глаза Коко, но ощущение было иное.

Казалось, что он встретился взглядом с Ча Ый Джэ по ту сторону экрана.

Его безжизненные, высохшие губы шевельнулись.

Запомни.

Голос разнёсся, словно волна. По телу пробежал озноб. Пальцы сжались. В теле, в самой душе начали пробуждаться запечатлённые воспоминания. Ча Ый Джэ резко вдохнул. Зрение помутнело...

***

Тьфу. Выплюнутая сквозь зубы кровь расплескалась по белой земле. Тыльной стороной руки он грубо вытер рот. На изрезанной шрамами коже остался длинный кровавый след.

Ча Ый Джэ, стоя на коленях, поднял голову.

С каждым вдохом поднималась кровь.

Конец близок.

Он прошёл через бесчисленные сражения и знал это наверняка. С этим телом он больше не может сражаться. Он выжал из себя всё до последнего. Потеряв левую руку, он понемногу кренился вправо. Капли крови падали на ослепительно белую землю. Зрение заволокло мутной дрожью.

Он ощупал левый бок. Даже после того как вылил зелье, восстановление шло медленно. Бок, из которого вместе с рукой вырвало и часть тела, заживлялся едва заметно.

«Хорошо хоть внутренности не вывалились».

На волоске. Если бы он замешкался хоть на секунду, не смог бы даже стоять. Не говоря о том, чтобы повернуть время назад. Он бы просто умер. И именно это пугало его больше всего. Умереть, так и не успев воспользоваться часами. Такой бессмысленной смертью.

Это была… самонадеянность? Один человек решил пойти против самого конца света.

В этот момент что-то прислонилось к его бедру. Это была фарфоровая курица, вся в трещинах. Кажется, её звали Ккокко? Хон Ё Сон перед уходом буквально насильно впихнул её ему.

«Если уж давать что-то, то полезное… зачем вообще сунул эту курицу, придурок».

Сказать, что такая мысль не приходила ему в голову, было бы ложью.

И всё же, как ни странно, эта маленькая фарфоровая курица приносила утешение.

Ощущение, что он не один. Психологическая опора, напоминание о чём-то, что нужно защитить.

«Даже вот такое недоразумение, уже жизнь…»

Ча Ый Джэ горько усмехнулся. Кх-кх, смех перемешался с кашлем. Он проглотил подступившую кровь. Ладонью он мягко прижал голову фарфоровой курицы.

— Эй, курица. Следи внимательно.

Стиснув зубы, он поднялся, используя обломок копья как опору. «Оно» наблюдало за каждым его движением с нескрываемым интересом. Он перевёл дыхание и правой рукой направил сломанное древко копья вперёд.

Прямо в сторону пары гигантских глаз.

Белый пепел кружился в вихре, фокусируясь в центре. Он чувствовал взгляд. «Оно» пристально смотрело на Ча Ый Джэ. Но тот не отвёл глаз. Он зашёл слишком далеко, чтобы дрожать перед лицом смерти и апокалипсиса. Он сжал дрожащую руку.

— …Ты хоть раз терпел поражение?

Ответа не последовало. «Оно», само воплощение апокалипсиса, лишь наблюдало. Оно смотрело на человека, что остался один на краю гибели, когда все остальные были мертвы.

— А я, между прочим, терпел поражение много раз… Наверное, столько же, сколько ты уничтожил миров.

Тук. Он сделал один шаг вперёд. След отпечатался на мёртвой земле, где смешались пепел и кровь.

— Даже если в этот раз я проиграю… ничего особо не изменится. Мир всё равно погибнет.

С каждым шагом оставался новый след. Кровавые отпечатки не исчезали, даже когда белый пепел затягивал их.

— Поэтому…

Чёрные волосы развевались на ветру. Уголки губ, перепачканные кровью, изогнулись в улыбке.

Герой улыбнулся. Голубоватый свет вспыхнул в его глазах.

— Я… сбегу.

[Способность: Усиленная сила (S+) активирована.]

[Уникальная способность: Рука мастера (S+) активирована.]

[Уникальная способность: Тот, кто пронзает всё (S+) активирована.]

Измождённое тело наполнилось силой. Он знал. Это последний всплеск, отчаянный рывок. В конечном счёте, и это закончится поражением. Ведь он не защитил мир, а сбежал.

Но человек учится на поражениях.

Ча Ый Джэ учился на бесчисленных поражениях.

Он знал, что в следующий раз сможет сделать лучше.

Он с силой оттянул руку с древком копья назад. Всё его тело напряглось, как тетива лука, готовясь к последнему броску.

— Я сбегу как жалкий трус, ублюдок!

<Пронзатель Сердца!>

КВААААААНГ―!!

Запущенное древко копья вонзилось точно в центр левого из двух водоворотов. На мгновение вращение прекратилось. А затем…

Кугугунг…!!

Всё вокруг задрожало. Белый пепел теперь кружился с яростью лезвий. Осколки, разбросанные вокруг, начали подниматься в воздух.

Но Ча Ый Дже не остановился. Он поднял правую руку высоко вверх.

— Запомни…

Из его запястья вырвался ослепительный белый свет. Прямо перед тем как он полностью поглотил его, глаза вновь вспыхнули ослепительно голубым светом.

— Это твоё первое поражение!

И наконец,

свет поглотил всё.

Глава 329

«Запомни».

Он глубоко вдохнул. Опустошённый, разрушенный мир исчез, и снова вернулся вид конференц-зала. Ккокко молча закрыла клюв и уставилась на него. Ча Ый Джэ с трудом успокаивал бешено стучащее сердце.

«Только что это было…»

Воспоминание о первом мире, о том моменте, когда Ча Ый Джэ впервые повернул время вспять. Миг отчаянной борьбы с Апокалипсисом, попытка хоть немного оставить след на нём. Правая рука дрожала. Мышцы по всему телу были напряжены, будто он только что с силой сжал и метнул древко копья.

Настолько живое воспоминание. Настолько, что тело запомнило. Ча Ый Джэ сжал и разжал руку.

— Раз ты это показала… значит, Хон Ё Сон…

Ккокко уныло опустила голову. Это был ответ. Он не стал спрашивать дальше и просто погладил Ккокко по голове. Ккокко прижалась гладкой макушкой к его ладони. Ча Ый Джэ намеренно заговорил лёгким тоном:

— Вот бы это увидел Ли Са Ён. Правда ведь?

— Ко-ко?

— Тогда бы этот засранец и не думал свалить. Видишь? Стоит Ли Са Ёну исчезнуть, сразу с катушек слетает.

— Ко-ко.

Ккокко согласно кивнула. Ча Ый Джэ прижал фарфоровую курицу к груди и подошёл к панорамному окну конференц-зала. Внизу творился ад. Люди, стремившиеся попасть в убежище, разрушенные дороги, застрявшие машины, бегущие толпы… и…

Глаз Апокалипсиса, наблюдающий с небес.

— …

Казалось, направление вихря слегка изменилось, и в следующий миг всё его тело пронзил чей-то непостижимый взгляд. Тяжёлый, проникающий до костей, и пугающе пустой. «Оно» ясно осознавало существование Ча Ый Джэ и пристально за ним следило.

Если бы он просто погиб в битве с Апокалипсисом, его бы даже не заметили. Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Похоже, моя последняя отчаянная попытка сработала, Ккокко.

— Ко-ко-ко?

Он не знал, что стало с древком копья. Время было отмотано раньше, чем он успел это увидеть. Но теперь, под этим леденящим взглядом, ощущение стало реальным.

Ча Ый Джэ оставил след на Апокалипсисе!

Сердце забилось быстрее. Не от страха, а от чистого, захватывающего возбуждения.

Пусть даже это была лишь царапина, не имело значения. Главное, что он оставил след. А если удалось оставить рану, значит, можно нанести и более глубокую…

Может, даже уничтожить.

В отражении стекла мелькнули пепельные волосы. Под светом люминесцентных ламп макушка казалась почти белоснежной. Времени не осталось, ни у Ча Ый Джэ, ни у мира.

Что наступит раньше — мутация или гибель?

Ни на сомнения, ни на расчёты времени больше нет.

Раздалась вибрация телефона. Ча Ый Джэ достал его и нажал кнопку вызова.

— Да, директор. …Я как раз хотел с вами поговорить.

Ча Ый Джэ отвернулся от окна.

— Я выдвигаюсь в Бюро управления.

***

Цок-цок. Обутые в аккуратные туфли ноги пересекали длинный коридор. Проходящие мимо библиотекари сдержанно замирали и жались к стенам. Женщина с длинными волосами, собранными в высокий пучок, в белом халате, Га Ён, распахнула дверь кабинета главы гильдии с сияющей улыбкой.

— Глава гильдии Совон~ Вы здесь~?

— Хозяина нет на месте.

Взгляд Га Ён опустился вниз, перекатываясь. Перед ней в дверях стоял мальчик в белом халате, словно намеренно преграждая путь. Его глаза, зелёные и блестящие, как стеклянные бусины, отразили её целиком. Неприятно. Нет, это было нечто иное.

«Это же и правда стеклянные бусины».

Марионетка, прислуживающая главе гильдии Совон. Её давно интересовало это существо. Ведь её собственные «дети» выглядели как лоскутные куклы, кое-как сшитые из обрывков. Га Ён протянула руку и потянула мальчика за щёку. Неожиданно та мягко тянулась. Она, с лицом, полным любопытства, начала крутить его голову в разные стороны.

— Ой, а я думала, будет как глина.

— …

— Поверх оболочки использовали настоящую человеческую кожу? Или это кожа… шёлк? Особая ткань?

— …

— Слушай, когда твой хозяин с тобой разговаривал, ты отвечал вполне нормально. А мне почему не отвечаешь?

— На первый вопрос я уже дал ответ. Последующие вопросы не касаются хозяина, поэтому я не считаю нужным на них отвечать.

— Ага, значит, о себе ты не рассказываешь. Чтобы сохранять секретность, да?

— …

Га Ён с видимым разочарованием отпустила щёку, которую только что тянула.

— Ну да ладно. Сейчас не до того. Где глава гильдии?

— Он отдыхает.

— В такой-то критический момент?

— Хозяину необходимо восстановление сил.

— Он хотя бы в курсе, что там снаружи происходит?

— Белая дыра исчезла, а затем снова появилась.

— А то, что явление отбеливания ускоряется? Что эродированные подземелья взрываются, и из них лезут монстры? Что если тебя атакуют такие монстры, то ты мутируешь?

— Вся информация ему передаётся.

— Безответственный какой.

— …

— Ну, в любом случае, я пришла, чтобы кое-что обсудить.

С мягкой улыбкой Га Ён протянула руку.

— Не поделишься вакциной, над которой работали?

Мальчик ответил без всяких эмоций.

— Отказываюсь.

— О, а почему?

— Во-первых, разработка вакцины не завершена. Мы не можем делиться неполноценным препаратом. Его побочные эффекты неизвестны. Во-вторых, подтверждено, что темпы разработки гильдии Совон выше, чем у Прометея. Использовать незавершённую вакцину как справочный материал…

— А~ всё, хватит, поучения неинтересны.

Га Ён скучающе перебила его и небрежно махнула пальцем за спину. Из тени выступили изуродованные люди, у которых из тела торчали острые шипы. Она отступила на шаг назад, скрестила руки на груди.

— Извини, но это не просьба. Это приказ, ради спасения большего числа людей.

— Приказ неуместен в рамках партнёрских отношений.

— Да? Ну, тогда назовём это захватом. Мне не впервой быть злодейкой.

Она крутанула указательным пальцем, и поникшие фигуры резко подняли головы. Щёлк. Га Ён щелкнула пальцами. Граааах! Уродливые люди с воплями бросились на мальчика.

Га Ён тихо вздохнула.

— Серьёзно… пока мы тут перетягиваем канат, мутантов становится всё больше… Пробуждённые ведь с меньшей вероятностью мутируют, да? Если бы ты поделился, можно было бы спасти больше жизней.

— Это демагогия.

— Ладно~ Если мои дети будут немного грубоваты, то уж потерпи, ладно~? Всё равно, если что сломают, потом можно починить~

— …

— Ребята, только сильно не крушите, ладно? Мне ведь тоже надо будет вскрыть и посмотреть~

Шлёп, хрясь. Послышались звуки ударов по плоти и хруста костей. Ага, значит, вместо ваты внутри набили что-то похожее на мясо? Насвистывая весёлую мелодию, Га Ён, заложив руки за спину, пошла вперёд.

— М-м~ А лаборатория у нас в какой стороне была…?

Цок-цок. Каблуки звонко отбивали ритм по длинному коридору. Чем глубже она заходила, тем тише становилось вокруг. И прекрасно. Слишком уж долго она жила в окружении лживых псалмов и фальшивой музыки.

«Всё-таки человеку положено жить в тишине…»

Она спустилась по лестнице и свернула в другой коридор. Кажется, где-то здесь находилась лаборатория, в которую доставили ногу мутировавшего. Похоже, все учёные ушли в поле из-за чрезвычайной ситуации? Тишина казалась странной.

«Ну и прекрасно».

Не придётся никого заставлять молчать.

Цок-цок.

Скрип…

Сквозь собственные шаги она уловила странный звук. Га Ён резко обернулась. Никого.

— …

Звук двери? Нет… скорее, будто кто-то царапал стену острым предметом.

«…Показалось?»

Га Ён поморщилась и вновь зашагала вперёд. Сейчас было не до того, чтобы отвлекаться на подобные шумы. Стоило замешкаться и всё, момент упущен. Тем более, мутантов становилось всё больше.

Цок-цок…

…После Дня Разлома, даже спустя годы, найти нормальное место для похорон было почти невозможно. Погибших было слишком много, а полноценных ритуальных залов — единицы. Поэтому погибших, умерших в одном и том же подземелье, в том же разломе, хоронили вместе, на общих церемониях.

Га Ён рассеянно смотрела на фотографию своего младшего брата, затерянную среди десятков других портретов. Церемония была масштабной, но убогой. Этот ребёнок не должен был умереть. Его можно было спасти. Если бы не опоздали. Если бы лечение пришло вовремя.

Если бы тот пробуждённый не отобрал его очередь!

Если бы его не отодвинули в списке на потом!

Га Ён стиснула зубы. Её пальцы впились в плетённый коврик, расстеленный на полу. В глазах плясали искры.

Жалкие похороны. Безутешная скорбь по единственному члену семьи постепенно превратилась в ярость. В беспощадную, пожирающую ненависть. Всё вокруг вызывало отвращение. Люди, превозносящие охотников, СМИ, выставляющие их как универсальное решение всех бед, сами охотники, разгуливающие с самодовольными улыбками на лицах! Всё это было омерзительно!

Тогда к ней подошёл человек.

Это было, когда Га Ён стояла у реки, в которую развеяла прах своего младшего брата. К ней приблизился мужчина в белом пальто и встал рядом. Га Ён не обернулась.

— Вы потеряли кого-то?

— …

— Я тоже.

— …

Историй о потере дорогих людей много.

Но…

— Вы ненавидите охотников?

Такой вопрос задают нечасто.

Га Ён подняла голову. Мужчина с мягкой улыбкой смотрел на неё.

…Когда-то она и правда питала такую надежду.

Цок-цок.

Человеческими силами остановить конец и спасти человечество.

Скри-и-иип…

Га Ён вновь остановилась. Нет, ей не послышалось. За ней точно кто-то шёл. Её собственные неудачные творения? Нет. Они такие звуки не издают…

Она обернулась. Как и ожидалось, ничего не видно…

Нет.

Длинный коридор. Позади неё тянулись кровавые следы.

Шлёп.

Что-то упало с потолка. Га Ён медленно подняла голову.

— …

— …Я всех порубил.

Мальчик, висевший на потолке, опираясь на четыре конечности, упал вниз и встал на ноги. Он был в белом халате, с ног до головы залит кровью, в руках держал топор, почти равный длине его руки. Лицо, перепачканное густой алой кровью, оставалось бесстрастным.

— Всё в порядке, ведь можно будет сделать новых.

Глава 330

Скре-е-ежет. Остриё топора царапав по полу, издавало до мурашек противный звук. Га Ён скривила губы.

— Ха, мерзость... Прямо как паук какой!

Она порылась у пояса и швырнула на пол стеклянный флакон. Звяк! Фиолетовая жидкость выплеснулась, и из бурлящей, кипящей массы что-то поднялось. Искажённая, бугристая фигура монстра.

Чииик… Мраморный пол и стены начали плавиться. Га Ён надела противогаз и закричала:

— Задержи его! Убей, если надо!

Га Ён рванула вперёд. Осталось совсем немного! Она поспешно схватила ручку и повернула. Дверь даже не была заперта. С грохотом она распахнула дверь лаборатории.

Внутри никого не было. Ни захваченных мутантов, ни исследователей. Вероятно, все выбежали, чтобы справиться с ситуацией снаружи. Га Ён быстро осмотрелась.

«Здесь тоже распыляли химикаты в газообразной форме…»

Значит, должны были подключить вещество к трубам. Га Ён открыла дверь с табличкой «Машинное отделение». Внутри среди переплетения труб, соединённых с оборудованием, на специальной подставке была закреплена ампула, наполненная сияющей белой жидкостью.

Вот оно!

Га Ён широко улыбнулась и протянула руку.

Спасение человечества? Мне плевать на это.

— Вы ненавидите охотников?

Га Ён кивнула. Улыбка мужчины стала глубже.

— Тогда мы сможем действовать вместе.

— А вы кто такой?

— Я человек, который ненавидит пробуждённых.

Большая рука протянулась для рукопожатия. Га Ён подняла голову. Мужчина…

Он был высоким. Очень, очень высоким.

Из-за встречного света лица его она не видела…

Мне нужно только добиться своей цели!

Она схватила ампулу.

В этот момент.

Хвать.

Большая рука накрыла её руку, крепко сжав. Га Ён широко распахнула глаза и перевела взгляд с руки на плечо, с плеча на лицо. В отражении чёрных солнцезащитных очков застыло её изумлённое выражение. От ног начала медленно подниматься тень. Чёрная тень обвивала её конечности. Даже руку, державшую ампулу. Сколько бы сил она ни прикладывала, пошевелиться не удавалось.

— Кх…!

Равнодушный голос произнёс:

— Неужели вы и вправду подумали, что такое важное место оставят без присмотра? Минимальные меры предосторожности всё же были приняты.

Мужчина в чёрных солнцезащитных очках, Маленькое чудо Со Мин Ги, ловко вынул ампулу из её руки.

— Например… связаться со специалистом по скрытности и внедрению и попросить присмотреть.

Га Ён извивалась, стиснув зубы и злобно уставившись на него.

— Ах ты, ублюдок…!

Со Мин Ги, убирая ампулу во внутренний карман пиджака, поднял обе руки, словно сдаваясь.

— Неужели, пробираясь сюда, вы не подумали, что всё слишком легко? Я бы хоть немного заподозрил неладное. Видимо, вы слишком торопились. Впрочем, ассистент доктора действительно пугает. Лично я сталкивался с ним. Когда он с топором бежит за тобой, сердце аж в пятки уходит. Видели шоу с пауками? Знаете, что он ещё и по стенам бегает?

Мужчина в солнцезащитных очках, Со Мин Ги, щёлкнул пальцами. Тень стала поглощать тело Га Ён, начиная с кончиков её ног.

— Ну что ж… Пойдёмте, госпожа-нарушительница.

Га Ён изо всех сил попыталась вырваться.

— Отпусти…! Куда это ты собрался меня тащить?!

— Куда? В комнату времени и разума, конечно.

Глаза за чёрными линзами подмигнули.

— К слову… я ведь не полицейский. Так что не обязан зачитывать вам ваши права. А значит…

Глаза Га Ён, широко распахнутые от ужаса, были поглощены тенью. Маленькое чудо Со Мин Ги лениво помахал ей рукой и добавил:

— Это значит, даже не мечтайте о праве на адвоката.

***

Бюро управления пробуждёнными, кабинет директора.

В кабинете собрались Мэтью, Пчела, Пэ Вон У, Юн Га Ыль, Чон Бин, Гю Гю и директор Хам. Судя по всему, вызвали только S-классов и доступных топ-ранкеров, с кем удалось срочно связаться. Юн Га Ыль была всё в том же плаще, что на неё накинула Кан Джи Су. Ча Ый Джэ с Ккокко на руках занял одно из свободных мест. Хам Сок Джон обратилась к Чон Бину:

— Где доктор?

— Не отвечает.

— И ассистент?

— Да. Возможно, они ещё устраняют последствия…

— Тогда начнём без них.

Хам Сок Джон кивнула в сторону Ча Ый Джэ. Все взгляды устремились на него. Он негромко выдохнул, а затем медленно начал рассказывать.

Когда-то, во время самого первого конца света, что обрушился на этот мир, J в одиночку вступил в бой с Апокалипсисом. Он не смог победить… и, повернув время вспять, сбежал.

Белая дыра — это «глаз» апокалипсиса. Чёрная дыра — это глаз, который закрыт.

С того самого Дня перемен «оно» открыло глаз и наблюдало за этим миром. Хон Ё Сон из первого мира пожертвовал собой, чтобы отвлечь его взгляд и выиграть время, но, похоже, и это подошло к концу.

Теперь «глаз» обрёл собственное сознание и начал действовать. Наступает последняя стадия.

С каждым словом выражения лиц присутствующих стремительно менялись. Пчела не выдержала и воскликнула:

— Подождите, откуда вы вообще всё это знаете? Вы знаете больше нас!

— …Так получилось, что я кое-что вспомнил.

— Что?! Как это? Что за воспоминания?

— Подождите. Об этом позже.

Хам Сок Джон подняла руку, останавливая её. Взгляд, острый как у хищной птицы, скользнул по Ча Ый Джэ.

— Источник информации мы обсудим позже. Но сперва задам только один вопрос.

— Да.

— Ты уверен?

— Да, уверен.

Хам Сок Джон, казалось, умела читать лица, словно заглядывая под маску. Настолько проницателен был её взгляд. Вскоре она кивнула и повернулась к другим охотникам.

— Он говорит, что уверен. Всем готовиться к противостоянию с апокалипсисом.

— Э-э, простите, но…

Пэ Вон У поднял руку. Избегая пристальных взглядов, он откашлялся и осторожно заговорил:

— А… вообще, мы сможем победить?

— К тому же, оно ведь в небе висит.

Гю Гю пожал плечами и добавил:

— Как мы, по-твоему, с небесным чудищем драться будем~? Даже всесильный мастер-решала умер…

— Его смерть ещё не подтверждена. Он числится пропавшим без вести.

Чон Бин мягко перебил, всё с той же спокойной улыбкой. В воздухе взгляды двоих резко столкнулись. Гю Гю вздохнул и, признавая поражение, вновь скрестил руки на груди.

— Ладно, ла-адно, пропал без вести. Но если бы мастер был жив, я бы хоть попросил его построить лестницу к этому глазу или что там у них. А сейчас? Даже на это не рассчитывай. Ну, не на вертолёте же туда лететь~

Тон был язвительным, но суть он подметил верную. Ча Ый Джэ пытался вспомнить.

«…Вот именно. А как же я тогда с Апокалипсисам сражался?»

Ча Ый Джэ точно помнил, что в одиночку противостоял двум глазам. С земли. Это точно. Значит, при каких-то условиях «глаз» может спускаться на землю? Или причина была в чём-то другом…

Ча Ый Джэ ткнул пальцем Ккокко, которая тихо дремала у него на руках. Ккокко лениво приоткрыла глаз и посмотрела на него снизу вверх. Её взгляд был полон возмущения, словно спрашивал, зачем её разбудили. Никаких признаков того, что она, как раньше, собирается что-то показать, не было. Ча Ый Джэ цокнул языком.

«Совсем не помогает».

Хам Сок Джон подала знак Чон Бину.

— Сходи в гильдию Совон и выясни ситуацию. Заодно проверь, как продвигается разработка вакцины.

— Принято.

— Остальные гильдии, пожалуйста, сосредоточьтесь на поимке мутантов и эвакуации граждан. Официальное распоряжение мы разошлём сразу. А ты, Гю Гю, не вздумай сбежать в одиночку.

— Но я ж не в гильдии ~

— Ты ранкер Южной Кореи, разве не должен внести свой вклад? Или что, мне позвать тебя на воскресную службу?

— Эй, ну вот только не надо так низко ~

Гю Гю с шумом выскочил из кабинета. Остальные охотники один за другим поднимались и прощались. Мэтью, встав вместе с Пчелой, вдруг перевёл взгляд на Юн Га Ыль, скрытую под плотно натянутым капюшоном.

— Кстати…, я этого охотника вижу впервые. А ведь здесь, насколько я понял, собрались только ранкеры? Госпожа директор?

— Ах, это…

— Э-э, это… наш новичок в гильдии! То есть… новенький!

Воскликнул Пэ Вон У, обняв Юн Га Ыль за плечи. Чон Бин тоже мягко улыбнулся и поддержал:

— Верно. Кажется, Кан Джи Су не смогла прийти и прислала его вместо себя. Так ведь, Пэ Вон У?

— Да-да, всё правильно, капит… то есть, руководитель Чон! Новичкам ведь нужен опыт! Правда ведь, новенький?

Юн Га Ыль, скрывшая лицо под капюшоном, поспешно кивнула.

— Вот как. Нынче хорошего охотника найти непросто, так что поздравляю.

Мэтью слегка поклонился и вышел из кабинета. Следом за ним шла Пчела, но на прощание она подозрительно уставилась на Пэ Вон У. Высунув голову за дверь, она оглядела коридор, затем тихо прошептала ему:

— Эй, эй, что ты задумал? Это ведь Га Ыль. С чего это она у вас новичок? Вы с ней это согласовали? Это же не похищение?

— Шшш! Шшшш! — Пэ Вон У поднёс палец к губам, зашипев, как змея.

Слегка вздохнув, Чон Бин провёл рукой по волосам и ответил вместо него.

— Юн Га Ыль должна находиться в пространстве Хон Ё Сона ради своей безопасности… Но оно разрушено. Так что мы решили, что временно ей лучше остаться в гильдии Падо.

— Что? Вы что, нам не доверяете? Я тоже могу хорошо о ней позаботиться!

— Это решение было принято с учётом мнения самой Юн Га Ыль. Надеюсь, вы поймёте, Пчела.

Пчела уставилась на Пэ Вон У и Юн Га Ыль с подозрением. Та приподняла капюшон и застенчиво улыбнулась.

— Эхехе… Всё так, как сказал руководитель Чон. Спасибо, что волнуетесь.

— …Раз уж ты так говоришь, ничего не поделаешь.

Пчела в последний раз сжала кулак, показывая его Пэ Вон У, и вышла из кабинета. После прошедшего шторма в кабинете вновь установилось относительное спокойствие. Ча Ый Джэ медленно поднялся с места.

В этот момент Чон Бин, получив что-то через наушник, остановил его.

— Господин J.

— Да?

— Не хотите ли проехать в гильдию Совон вместе?

— В гильдию Совон? Зачем?

— Господин Со Мин Ги сообщил, что поймал нарушителя.

— …

— Госпожу Га Ён.

Глава 331

Как только Ча Ый Джэ и Чон Бин вошли в гильдию Совон, навстречу им в спешке выбежал один из сотрудников гильдии, облачённый в одежду библиотекаря. Он всю дорогу, пока вёл их вперёд, непрестанно вытирал пот со лба носовым платком и говорил:

— Прошу прощения, что встречать пришлось мне. Просто сейчас такая ситуация…

— Наверное, вы заняты. Понимаем.

Чон Бин мягко ответил, стараясь его успокоить. Ча Ый Джэ же осматривался по сторонам. Мальчика с зелёными глазами, который обычно суетливо двигался, нигде не было видно. Он обратился к сотруднику, который торопливо пересекал коридор, словно реагируя на тревогу:

— А где тот мальчишка? С зелёными глазами… Вроде ассистент главы гильдии.

— А, марионетка? Он был повреждён, когда пытался остановить нарушителя, и сейчас на срочном ремонте. Да.

— Повреждён?

— Да, да. Его облили ядом, и часть тела расплавилась.

Яд.

Перед глазами промелькнула страшная сцена. Экспериментальный объект, дёргающийся в стеклянном резервуаре, наполненной ядом. А потом Ли Са Ён…

— J.

Тихий шёпот вывел Ча Ый Джэ из оцепенения. Чон Бин нарочно тепло улыбнулся ему.

— Вы слишком напряжены. Расслабьтесь немного.

Только тогда Ча Ый Джэ разжал стиснутый кулак. На ладони остались глубокие следы от ногтей. Чон Бин одобрительно кивнул и умело продолжил:

— Его можно будет починить?

— В этот раз повреждения слишком серьёзные, так что мы связались с итальянской стороной. А, вот сюда.

Сотрудник гильдии коротко поклонился и поспешно исчез. Он привёл их в операционную, где витал голубоватый свет. Мужчина, стоявший у операционного стола, Со Мин Ги, приподнял солнцезащитные очки и поздоровался:

— О, здравствуйте. Вы довольно быстро прибыли.

— К счастью, все были в Бюро управления пробужденными. Где Га Ён?

— Уж очень сильно сопротивлялась. Пришлось воспользоваться помощью врачей и временно усыпить её.

Со Мин Ги слегка отодвинулся, и стало видно лицо спящей Га Ён с закрытыми глазами. Она была крепко привязана к операционному столу толстыми верёвками. Со Мин Ги пожал плечами:

— Для допроса придётся немного подождать.

— Если так своевольно действовать, могут возникнуть вопросы с правами человека…

— Мы что, должны говорить о правах человека с тем, кто ставил эксперименты на людях?

— Всё же существуют определённые процедуры…

Двое начали спорить о правах человека. Тем временем Ча Ый Джэ подошёл ближе к операционному столу. Спящая Га Ён, кроме крови, размазанной по щеке, выглядела невредимой.

Убить её?

Пальцы, которые лишь недавно расслабились, снова напряглись. Хруст. Он хладнокровно сжал кулак. Однако, сделав глубокий вдох, Ча Ый Джэ сдержался и отпустил руку. Затем, обращаясь к Чон Бину, который всё ещё препирался, задал вопрос:

— Этого человека можно держать под стражей? Надёжно, чтобы не смогла покончить с собой.

— Хм… Учитывая высокую степень опасности и то, что она поймана с поличным… Нет причин отказать. Вы этого хотите?

— Да.

Ча Ый Джэ поправил на её лице съехавшие очки и тихо пробормотал:

— Хочу, чтобы Са Ён встретился с ней.

Ли Са Ён боялся Га Ён. Пусть он и не осознавал этого сам, но страх, оставшийся в теле, не так-то просто стереть. Ча Ый Джэ хотел, чтобы Ли Са Ён был счастлив. Чтобы освободился от прошлого. А для этого…

— Она должна жить. В полном здравии.

И тогда он будет рядом. Как был рядом Ли Са Ён.

Напряжённая рука сжала край операционного стола рядом с головой Га Ён, оставив на нём вмятину.

***

Внутри гильдии HB имелся крематорий. Не настоящий, а просто комната с огнеупорной обработкой пола и стен, оснащённая вентиляционной системой. Это было возможно только потому, что глава гильдии обладал способностью к управлению огнём. Кто-то в шутку говорил: разве это не часть привилегий гильдии?

«Какие уж тут привилегии».

Треск-треск, в воздухе разлетались искры. На этот раз огонь напоминал маленький костёр для кемпинга. Пчела швырнула пластиковое удостоверение сотрудника в пламя. Ярко-красное пламя с жадностью поглотило логотип гильдии HB и улыбающееся лицо. Пчела, глядя на догорающую карточку, прошептала:

— Прости. Я не смогла принести тело.

Она, сидя на корточках, перебирала вещи в синей коробке. Ручка и блокнот, упаковка снэков, грязная тряпка, которой вытирали оружие… Всё, что осталось на столе погибшего товарища, она собрала, но ценного там было немного. Удостоверение сотрудника должно было послужить символом праха, а остальные вещи отправятся родственникам.

На самом деле, этим следовало заняться сразу по возвращении, но всё навалилось одновременно, и только сейчас появилось время. К тому же, из-за дел на выезде никто из других членов гильдии не смог присутствовать.

К ней подошёл руководитель группы Хан и взял коробку.

— Пойду упаковывать. Компенсация за смерть будет по внутренним правилам гильдии…

— Руководитель группы Хан.

Пчела, подперев подбородок коленом, сказала:

— У меня же есть доход от рекламы, гонорар за контракт. Добавьте мою долю к компенсации. После вычета доли компании и налогов.

— Пчела…

Руководитель группы Хан слегка нахмурился. Но Мэтью покачал головой, словно говоря: не продолжай. Руководитель группы Хан вздохнул и кивнул.

— …Хорошо. Сделаем так.

Когда он вышел, они остались вдвоём. Пчела молча смотрела на пламя. Всё это напоминало похороны Чон Бина, которые она пережила в подземелье. И пламя, которое зажёг Мэтью, и то бессильное чувство.

Тело члена гильдии, которого Пчела заколола собственноручно, исчезло прямо в том мире. Склад, где она с трудом спрятала его, чтобы скрыть от чужих глаз, оказался пустым. Убрала ли его система, или оно обратилось в пепел и исчезло? Этого она не знала.

Пчела решительно поднялась с места. Откинув волосы за ухо, она с усилием продолжила:

— Надо было всё-таки не убивать, а притащить его… Как-нибудь. Заткнуть рот, связать руки-ноги… Тогда бы хоть лечение получил. Разве нет? Говорят, разработка вакцины идёт хорошо.

— Пчела.

Тихий голос окликнул её. Большая ладонь мягко коснулась плеча.

— Тебе не нужно притворяться, будто всё в порядке.

Рука, поправлявшая волосы, застыла.

— То, что он мутировал, не твоя вина. И ты была не одна. Это была непредсказуемая ситуация. В тех условиях ты приняла наилучшее решение.

Мэтью, Мо Тэ О, был человеком с глубокими мыслями и немногословным. Он был добрым, но в то же время строгим, и никогда не говорил того, что не считал нужным. Именно таким Пчела знала Мэтью.

И вот сейчас он её утешал. С самого их первого знакомства он был таким. Его голос был удивительным. Он внушал уверенность, будто всё действительно будет хорошо.

Странное чувство. Словно острые иглы покалывают кончики пальцев.

Пчела невольно спросила:

— …Правда?

— Конечно. Я верю в тебя.

Пчела посмотрела на мужчину рядом. Огромный, как медведь, рост и телосложение. Мэтью стоял прямо, как старое дерево. Человек, который может сломаться под ветром, но не согнётся. Пламя отражалось в его прозрачных очках.

— Мы ведь смотрим в одну сторону.

Она последовала за его взглядом. Пламя. От удостоверения не осталось и следа. Воздух наполнился едким запахом. Что остаётся там, где прошёл огонь?

Останется пепел.

Рука, похлопывающая её по плечу, была тёплой. Внезапно Пчела осознала: с тех пор, как он очнулся после зависимости от наркотика Прометея, они толком не разговаривали.

«…А?»

Пчела медленно наклонила голову. Её взгляд слегка сместился. В этом новом ракурсе она увидела то, что раньше ускользало. Новая мысль закралась в её сознание.

В прошлом мире Мэтью умер. Следом за Чон Бином. Это, должно быть, правда. Ли Са Ён не стал бы лгать о таком. Она не хотела видеть смерть Мэтью. Поэтому, как только появился J, она сбежала.

А здесь… смерть Чон Бина удалось предотвратить.

Значит, следующий…

Мэтью, разве нет?

— …

Почему нет никаких признаков?

Ещё не время? Или из-за того, что он пережил зависимость от наркотика Прометея? Мысли множились, зацепившись одна за другую.

И вдруг она заговорила.

— У меня есть один вопрос.

— Угу.

— Почему ты стал зависимым? От того наркотика.

Взгляд, до этого устремлённый в огонь, повернулся к Пчеле. Она, будто заворожённая, пробормотала:

— Я ещё могу понять, когда уличные охотники с низким классом попадаются. У них слабая сопротивляемость к наркотикам. Но ты же S-класса, и у тебя были какие-то меры против отравления. Из-за Ли Са Ёна.

— …

— Если у них такой сильный наркотик, то почему другие ранкеры не подсели? Даже старик Сон, хоть и превратился в лохмотья, но у него же шипы из тела не лезли?

— …

— Когда, как, почему ты стал зависимым? Что произошло?

Рука, что хлопала по плечу, остановилась. Горячая ладонь сжала плечо и потянула. Огромное тело позади прижалось к Пчеле, обняв её. Она вцепилась в толстую руку, лежащую поперёк её ключицы. На всякий случай, чтобы сломать, если придётся. Тяжёлое давление навалилось на неё.

— Пчела… Нет, Ю Чхэ Хён.

Треск-треск. Искры разлетались. Пламя угасало по сравнению с прежним. Огонь без дров неизбежно затухает.

— Помнишь, что я сказал, когда мы впервые встретились?

Пчела медленно кивнула. Низкий голос отозвался эхом.

— Прошло немало времени. Мир успел измениться. И люди тоже.

— …

— Похоже, ты изменилась за это время.

— …

— …Хорошо. Хоть кто-то изменился.

Рука, сжимавшая её шею, внезапно разжалась. Пчела поспешно обернулась. Мэтью уже повернулся спиной и шёл к двери. Она попыталась броситься за ним, но пламя взметнулось, отгородив их друг от друга. Пчела крикнула в сторону тени, исчезающей за огнём:

— Эй, Мэтью!

Ответа не последовало. Пчела со всей силы выкрикнула, сжав зубы:

— Эй! Ублюдок! Перестань нести чушь и вернись!

— …

— Мо Тэ О!

Огненная стена исчезла только спустя какое-то время. Пчела выбежала из комнаты, но Мэтью уже пропал без следа.

— Чёрт…!

Пчела, кусая губы, бросилась бежать.

А в опустевшей комнате лёгкий ветерок развеял оставшийся после огня пепел.

Глава 332 - Обратный отсчет

Конец, сосредоточившийся на цели, не двинулся сразу. Видимо, уничтожение целого мира требует подготовки.

К тому же «оно» иногда моргало. Когда глаз закрывался, превращаясь в чёрную дыру, процесс отбеливания останавливался, и мутации тоже прекращались. Уставшие охотники пользовались этим, чтобы отдохнуть и разработать план на следующую белую дыру…

Перед гильдией Падо.

— В очередь вставайте как положено~!

— Все смогут войти, так что не лезьте без очереди! Если полезете без очереди, не примем! Мы за всеми следим!

Охотники кричали, сложив ладони рупором. Ча Ый Джэ натянул кепку пониже, поднял чёрную маску и мельком взглянул в сторону. Ха Ын держала его за руку и раскачивала её взад-вперёд. Похоже, ей было скучно. В наушниках звучали взволнованные голоса.

― …До того, как оно превратится в белую дыру, нужно завершить эвакуацию жителей.

― До предполагаемого окончания чёрной дыры осталось 53 минуты.

― Эвакуация жителей возле подземелья в районе Гуро завершена…

После того как белая дыра полностью открыла глаз, школы возле эродированного подземелья были закрыты на карантин. В почтовые ящики разослали официальные письма с указанием расположения убежищ. К счастью, Ха Ын и бабушка были распределены в убежище гильдии Падо, и бабушку, у которой были проблемы с передвижением, увёз странный дядя в солнцезащитных очках. Похоже, это постарался Со Мин Ги.

«Надо будет поблагодарить, когда встречу».

Ча Ый Джэ мельком взглянул в небо. Вихрь над головой всё ещё оставался чёрным. В этот момент Ха Ын дёрнула его за руку.

— Дядя.

— А?

— У меня ножки болят.

Она легонько похлопала себя по ногам. Она стояла уже больше 30 минут, так что неудивительно, что они болели. Ча Ый Джэ повернулся к ней спиной и присел на корточки. Ха Ын тут же обхватила его шею руками и забралась на спину. Её озорной смех зазвенел у него в ушах.

— Хи-хи. Дядя — лучший.

— Ты не притворяешься?

— Нет! Мне правда больно!

— Ладно, ладно.

— Дядя, мне скучно. Когда мы зайдём?

— Ну…

Ча Ый Джэ вытянул шею, чтобы посмотреть на очередь впереди. Похоже, они проверяют документы и удостоверения личности по одному. Неудивительно, что это занимает столько времени. Он пожал плечами.

— Придётся ещё немного подождать.

— У-у-у!

— Не издавай странные звуки, раз уж сидишь у меня на спине, поспи немного.

— Тут слишком шумно, я не могу уснуть…

Ха Ын начала болтать ногами, будто пиналась в воздухе. Ча Ый Джэ встал боком, чтобы та не задела других людей.

— Пак Ха Ын, не пинайся. Ты можешь задеть других людей. Разве тренер так вас учил?

— Не-е-ет…

Ха Ын надула губы и уткнулась лицом ему в плечо. Ча Ый Джэ тихо вздохнул. Ха Ын была не единственным ребёнком, который капризничал. Повсюду родители успокаивали своих детей. Если один ребёнок начинал плакать, другой тоже начинал рыдать. Детский плач вытаскивал на поверхность зарытые воспоминания.

Родители.

Воспоминания о родителях остались лишь обрывками.

«Беги!»

Руки, толкающие в спину.

«Ый Джэ, беги!»

Голос, похожий на крик.

«Быстрее! Быстрее!»

Подгоняющие подхлестывания по ногам.

— …Быстрее, дядя!

— А? Что?

Слабенькая рука дёрнула его за волосы. Ча Ый Джэ мгновенно пришёл в себя. Ха Ын, потянувшая его за волосы, показывала вперёд.

— Место освободилось!

— А, да. Понял.

Он вежливо поклонился стоящему сзади человеку и продвинулся вперёд на освободившееся место. Ха Ын, теребившая его волосы под козырьком, приложила щёку к уху и прошептала:

— Дядя.

— Ага.

— У тебя волосы совсем белые.

— …

— Опять краситься надо. Правда ведь?

— …Вот именно.

— Это я тебе подсказала?

— Да, Ха Ын, как всегда, лучшая.

Похоже, слово «лучшая» подняло ей настроение, и Ха Ын тут же начала напевать детскую песенку, покачивая бёдрами. Ча Ый Джэ молился, чтобы она не заметила холодный пот, выступивший у него на лбу.

Ча Ый Джэ раз в день встаёт перед зеркалом. Он проверяет цвет волос, осматривает себя с ног до головы, затем открывает рот, чтобы убедиться, что ничего внутри не побелело.

Что будет, если я начну мутировать?

Стану ли я таким, как монстры, которых я убивал?

Вопросы без ответов всегда заканчивались одним и тем же.

Если я стану монстром, сможет ли кто-нибудь меня убить?

«А если никто не сможет меня убить…»

В этот момент жуткое ощущение сдавило голову. Пока все вокруг смотрели в землю или в свои телефоны, только Ча Ый Джэ поднял взгляд.

Чёрная дыра над головой постепенно светлела. Тьма рассеивалась, и медленно начинал литься ослепительно белый свет. Ча Ый Джэ опустил Ха Ын, которую нёс на спине, на землю, а затем снова взял её на руки. Ха Ын моргнула.

— Дядя?

В наушнике послышался шум.

― Обнаружена чрезвычайная ситуация! Повторяю, чрезвычайная ситуация! Белая дыра открывается быстрее, чем ожидалось!

― Охотники, участвующие в эвакуации, должны немедленно перейти к нейтрализации монстров…

― Безопасность граждан — приоритет номер один!

Ча Ый Джэ вытянул шею, чтобы посмотреть на очередь впереди. До входа в убежище всё ещё было далеко. Охотники, помогавшие с пропуском, тоже, похоже, что-то заметили и переговаривались с серьёзными лицами.

— Что случилось, дядя?

— Погоди, Ха Ын.

В местах, где лился ослепительно белый свет, начали ощущаться признаки присутствия монстров. Ча Ый Джэ обнял Ха Ын за затылок и огляделся. Если сейчас начать действовать необдуманно, начнётся хаос.

«Сражаться, держа её на руках, слишком опасно».

Но и оставить Ха Ын Хи одну он не мог. Монстры начали постепенно двигаться. Они, подчиняясь инстинкту, шли туда, где больше всего жизни.

Прямо сюда.

Ча Ый Джэ выскочил из очереди и побежал. Он внимательно всматривался в лица людей в очереди. Нет ли знакомых? Нет ли кого-то, кому можно доверить Ха Ын?

Его потёртые кроссовки остановились перед крупным мужчиной.

— Тренер!

Мужчина, удивительно похожий на Пэ Вон У, был тренером по тхэквондо Ха Ын. Он смотрел в телефон, но тут же удивлённо распахнул глаза.

— Ха Ын? И…

— Я дядя Ха Ын! Вы идёте в убежище гильдии Падо, верно?

— Простите? А, да, всё верно…

— Простите, но не могли бы вы взять Ха Ын с собой?

— Я? А вы… вы не пойдёте с нами?

— Дядя!

— Я…

Времени нет. Ча Ый Джэ погладил Ха Ын по спине, успокаивая.

— Мне срочно нужно кое-что сделать. Ха Ын, внутри будет и бабушка. Иди с тренером. Хорошо?

— Не хочу! Я с дядей пойду!

— Прости, Ха Ын. Дядя должен идти.

— Не-е-ет! Ты всегда так! Ты нас с бабушкой всё время оставляешь!

Ха Ын начала дёргать руками и ногами. Ча Ый Джэ осторожно отцепил её, боясь, что она повредит свои маленькие кулачки. В этот момент большая рука внезапно протянулась и подхватила Ха Ын.

— Вы ведь правда должны идти, да?

Те же самые глаза, как у Пэ Вон У, пристально смотрели на него. Ча Ый Джэ с застывшим лицом кивнул. Тренер тоже кивнул в ответ.

— Идите. Я успокою Ха Ын.

— Нет! Не-е-ет! Не уходи!

— Прости, Ха Ын!

Ча Ый Джэ развернулся и побежал. Маленькая ручка так и не сумела ухватиться за край его одежды. Тренер, укачивая в слезах ревущую девочку, тихо пробормотал:

— Такой же взгляд, как у этого проклятого парня…

***

Топ-топ-топ. Пэ Вон У, перепрыгивая через две-три ступени, спускался по лестнице и задал вопрос.

— В убежище всё ещё не всех впустили, да?

— Даже не говорите, замглавы! Людей слишком много, говорят, всё медленно! Некоторые ещё с поддельными документами приходят, плюс отсеивают тех, кто верит в этот культ Прометея, вот и уходит куча времени.

— И это в тот момент, когда время чёрной дыры закончилось?

— Вот поэтому мы и несёмся вниз!

— Ай, с ума сойти! Дел невпроворот, я сейчас взорвусь!

Пэ Вон У и Кан Джи Су распахнули стеклянную дверь гильдии и выскочили наружу. Перед входом в убежище тянулась длиннющая очередь. Пэ Вон У раздражённо почесал голову и махнул рукой Кан Джи Су.

— Передай тем, кто занимается пропуском в убежище! Пусть шевелятся быстрее! И если появятся монстры, сразу разбирайтесь. Понятно?

— Поняла!

— Ай, Са Ён… когда ты уже придёшь…

Пэ Вон У потянул затёкшую шею. Документы, обязанности главы гильдии, куча разных дел — всё это он тащил на себе один, и даже крепкий Пэ Вон У начинал чувствовать усталость. Но сейчас не время было жаловаться. Надо было выиграть время, пока все мирные жители не окажутся в безопасности внутри убежища.

— Хоть бы с неба помощник свалился, ну…

Белая дыра засветилась. В воздухе закружился белый пепел. Из разных уголков раздались чудовищные вопли монстров. Люди начали с тревогой переговариваться. Пэ Вон У вытащил огромный щит.

Сможет ли он защитить всех этих людей?

Его кадык дёрнулся. Пэ Вон У сглотнул пересохшим горлом.

Даже если не сможет, он должен.

Это долг охотника.

В этот момент...

— АААААА!

Крик донёсся из середины очереди. Пэ Вон У бросился к источнику звука. Конечности одного мужчины странно изгибались. Признаки мутации. Без колебаний Пэ Вон У придавил его щитом.

Хлюп.

Брызнула мутная бледная кровь. Он не успел даже спросить, всё ли в порядке у кричавших, как с другой стороны раздался новый вопль.

«Чёрт!»

Пэ Вон У уже собирался повернуть голову, когда...

чёрная тень появилась над его огромным щитом.

— Я пойду.

Искажённый голос.

Это он. J!

Старые кроссовки оттолкнулись от щита, и силуэт взмыл в воздух. Пэ Вон У проследил за взлетевшей фигурой. В руке — огромное копьё. Серая толстовка с капюшоном, джинсы, потертые кроссовки.

Да это же… форма официанта из ресторана с похмельным супом, не иначе!

Но голос ведь был… как у самого J?

— …А?

Несовместимые образы путались в голове. Пэ Вон У издал ещё один глупый звук.

— …Аа… аа?

Глава 333

Пхуук!

Брошенное со всей силы копьё за раз пронзило нескольких монстров. Ча Ый Джэ ловко отбросил ногой монстра, напавшего сзади. Тот взвизгнул странным голосом и, перевернувшись, впечатался в стену. Без остановки он размахивал кулаками. Хруст. Отчётливое ощущение дробящихся костей и разрываемой плоти. Ча Ый Джэ откинул голову назад, чтобы увернуться от брызнувшей белой крови. По подбородку скатилась капля холодного пота.

«Им нет конца…»

Стоило убить одного — сбегались десять, убьешь десять — появлялись сотни. Ча Ый Джэ краем глаза взглянул вверх, на Белую дыру. Он ощущал на себе отчётливый взгляд. Оно следило за ним. А монстры стекались к нему.

«Как и думал…»

Цель — я.

Как только он это понял, начал понемногу отдаляться от убежища. Но уводить за собой монстров было непросто. Люди, люди, люди. Куда бы он ни пошёл — везде были люди. Ча Ый Джэ прыгнул вверх, выдергивая копье из груды тел.

— Ух…

Внезапно всё поплыло перед глазами. Обрушивающиеся монстры. Бесконечный бой. Окружающий мир стал ослепительно белым. Ча Ый Джэ схватился за маску. Его подташнивало. Он перехватил скользнувшее в мокрой от пота ладони копьё и с трудом подавил подступающую к горлу тошноту.

«Почему именно сейчас…»

Сколько бы он ни твердил себе, что всё в порядке, именно в такие моменты всплывало это воспоминание, никуда от него не деться.

Ха Ын, с ней всё в порядке?..

Не она ли сейчас плачет, разыскивая меня?

Убежище… оно действительно безопасно?

Мне стоило быть рядом…

В этот момент пронзительный крик разорвал тишину.

— Сп-спасите!

— Уходите! Прочь отсюда!

Среди белых монстров показались тёмные волосы. Женщина, прижав к себе ребёнка, съёжилась, а мужчина стоял перед ними, будто защищая. Он храбро размахивал зонтом, но это было бесполезно. Даже издалека было видно, как сильно дрожат его руки и ноги, сжавшие длинный зонт.

«Чёрт!»

Ча Ый Джэ хотел было сразу броситься вперёд, но остановился. Он не мог подбежать и спасти их сам. Монстры бы ринулись за ним, и тогда он бы только подтолкнул тех людей в самое пекло. А если бросить копьё, чтобы расправиться с монстрами? Но оно одно…

Женщина судорожно прижала ребёнка к себе и зарыдала.

— Спасите, пожалуйста…!

«Спасите…»

Голос умирающего Ли Са Ёна пронзил его мозг. Чёрт побери. Ча Ый Джэ изо всех сил прикусил язык. Резкая боль привела его в чувство.

«Кого я вообще обманываю?!»

Он бросился сквозь толпу монстров. Если те сбегутся, он их убьёт. До тех пор, пока та семья не окажется в безопасности. Он изо всех сил ударил ногой монстра, что раскрыл пасть в сторону мужчины.

Квааанг!

Серый пыльный туман разлетелся в стороны. Одновременно с этим Ча Ый Джэ закрутил над головой громадное копьё. Вихрь закружился вокруг него, исходя от вращающегося копья. Монстры, стремительно сбегавшиеся со всех сторон, потеряли равновесие и зашатались. Ча Ый Джэ с силой вонзил копьё в землю.

Кугугугугум!

Дорога раскололась с копьём в центре. Между Ча Ый Джэ и толпой монстров, надвигающейся подобно белоснежной волне, образовалась огромная пропасть.

«Этого хватит, чтобы выиграть немного времени».

За ремонт дороги пусть выставят счёт. Ча Ый Джэ направился к двоим. Мужчина судорожно зажмурился и яростно размахивал длинным зонтом. Казалось, он вот-вот поранит сам себя. Ча Ый Джэ схватил зонт и остановил его.

— Я охотник. Успокойтесь.

— О-о-охотник…?

Мужчина осторожно открыл глаза и его лицо сразу исказилось от потрясения.

— По-подождите… Вы с-случайно не… н-н-н-не…

— Да, это я. Здесь опасно. Вам нужно срочно в ближайшее убежище…

Женщина, всё ещё прижимавшая к себе ребёнка, осторожно вмешалась.

— Н-назначенное убежище переполнено, мы направлялись в другое… но я подвернула ногу…

— Уже переполнено?

— Д-да…

Она ещё крепче прижала к себе ребёнка и опустила голову. Это было не похоже на защиту — скорее, отчаянная попытка что-то спрятать. Что-то было не так.

«…Ребёнок слишком тихий».

В такой ситуации он должен был бы плакать, не так ли? Но от ребёнка не доносилось даже малейшего звука, лишь странно спокойное дыхание. Ча Ый Джэ сделал шаг к женщине с ребёнком. Но мужчина преградил ему путь. Его тело дрожало.

— П-п-простите. Простите нас.

— …

— Изв… извините…

— Всё в порядке.

Ча Ый Джэ положил руку мужчине на плечо.

— Я не причиню вреда. И ничего другого тоже делать не собираюсь. Просто хочу посмотреть.

Мужчину легко оттолкнуло назад, словно он был из бумаги. Ча Ый Джэ опустился на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с сидящей женщиной. Та ещё сильнее сжалась. Ребёнок в её объятиях был закутан с ног до головы: водолазка, полностью скрывающая шею, перчатки, длинные брюки, шапка с ушками, маска, закрывающая половину лица.

— Значит, назначенное убежище вас не приняло.

— …

— Вас выгнали?

Мужчина тяжело выдохнул. Сколько бы они ни старались спрятать ребёнка под слоями одежды и за материнским телом, чешуйки, выступившие на лице, невозможно было полностью скрыть. Женщина всхлипнула.

— Ч-человек в белом… с-сказал, что мутантов принимать нельзя… потому что это может подвергнуть опасности остальных… Сказал, если только ребёнка оставим, нас впустят…

— …

— Но… но мы не могли оставить его одного. Поэтому…

— Вы ушли все вместе.

Женщина кивнула. Ребёнок в её руках с пустым взглядом смотрел в никуда. На его шее были видны длинные жабры.

— …

Мутация зашла довольно далеко. Ни одно убежище не согласится их принять.

«Разве что гильдия Совон…»

Ча Ый Джэ поднял голову и огляделся. Он заметил погнутый дорожный указатель, но ещё читаемый. До гильдии Совон было довольно далеко.

«Смогу ли я довести их до гильдии Совон?..»

Не то чтобы это было невозможно, но путь будет тяжёлым. За Ча Ый Джэ по-прежнему будут гнаться монстры. Возможно, он только подвергнет эту семью ещё большей опасности…

Времени не осталось. Монстры уже карабкались вверх, заполняя собой образовавшуюся пропасть.

И в этот момент…

Треск…

Из трещины хлынул жар. Монстры, плотно заполнившие пропасть, сгорели, не успев даже закричать. Даже белый пепел был поглощён пламенем.

Из пламени, над расщелиной, возникла гигантская тень.

— …Вот уж не ожидал.

— А? Что? J? Почему ты здесь?

— Пчела?

В серебристом костюме стоял Мэтью, а рядом Пчела с рапирой в руке. Она легко перепрыгнула через пылающую пропасть и подошла к Ча Ый Джэ.

— Что такое? Заметила, что в этом районе слишком много монстров, вот и пришла. А это кто такие?

Ча Ый Джэ кратко объяснил. Пчела внимательно выслушала рассказ и мельком взглянула на ребёнка. На её лице отразилось сложное чувство. Впрочем, это было естественно, ведь она тоже потеряла товарища из-за мутации.

— Значит, хочешь отвести их в гильдию Совон?

— Так будет лучше. Ни одно убежище их не примет.

— Ну да…

— Тогда вы двое отправляйтесь в Совон.

Вмешался Мэтью, до этого молчавший. Он стоял по ту сторону пропасти, перед стеной пламени.

Отражённое в прозрачных линзах очков пламя скрывало его выражение. Мэтью снял пиджак и набросил его на левую руку, а правый рукав закатал до локтя. Глаза Ча Ый Джэ округлились.

Рука была покрыта шрамами, более тёмными, чем кожа. Морщинистая, бугристая, обожжённая плоть будто жила своей жизнью, настолько отчётливы были следы ожогов.

Словно пламя, отражающееся в стёклах его очков…

Мэтью заговорил сухим, деловым тоном:

— Я займусь этим местом.

— Нет, я не могу позволить…

— Вы точно уверены? У вас нестабильное дыхание.

— …

— Температура тела и пульс тоже высокие. Вы не в норме, так ведь?

Эти охотники, черт бы их побрал, все как один слишком проницательны. Когда Ча Ый Джэ промолчал, Мэтью поправил очки. Он выглядел как обычный офисный сотрудник, вышедший в поле. Если бы не крики монстров со всех сторон и не бушующее повсюду пламя, это ощущение усилилось бы ещё больше.

— Вы наша главная сила. Не растрачивайтесь здесь попусту.

— Нет, но эти монстры…

— Всё будет в порядке и без вашей помощи. Моя способность рассчитана на бой с большим количеством противников.

— Но…

— Я ясно дал понять, что отказываюсь от помощи.

Огненная стена разрослась до такой степени, что готова была поглотить даже самого Мэтью. Она поднималась, будто гигантская волна. Потрескивая, искры разлетались во все стороны. Мэтью тихо, но отчётливо произнёс:

— Нет никаких гарантий, что моя сила не навредит вам. Лучше держитесь на расстоянии.

— …

— Признаюсь, мне до сих пор не удаётся полностью её контролировать.

Мэтью повернулся спиной. Из его большой ладони взвилось пламя. Вопреки его холодному лицу и сдержанным манерам, от него ощущался жар. Пчела мягко похлопала Ча Ый Джэ по плечу.

— Ладно, J может остаться, я провожу эту пару. Благодарности не надо.

— А… спасибо…

— Сказала же, не надо! Вот уж, довелось такой ценный кадр использовать как телохранителя.

Пчела надулась и проворчала это. Она села перед женщиной, повернувшись к ней спиной.

— Залезай. А ребёнка пусть муж несёт на руках.

— Ч-что? Но…

— Ты же говорила, что подвернула ногу? Думаешь, идти через скопище монстров лучше, чем сесть ко мне на спину?

— …

Женщина с тревогой посмотрела на Ча Ый Джэ. Тот слегка кивнул, давая понять, что всё в порядке. Женщина забралась на спину Пчелы, мужчина взял ребёнка на руки. Прежде чем тронуться в путь, Пчела бросила взгляд через огненную стену.

— Ты точно останешься здесь?

— Да, скорее всего.

Когда Ча Ый Джэ кивнул, Пчела потерлась подошвой ботинка о землю и нехотя заговорила:

— Тогда… можно попросить тебя об одном? Присмотри, пожалуйста, за Мэтью.

Она закатила глаза с немного неловким выражением лица.

— Он… правда ненавидит свою способность.

— …

— Постарайся, чтобы он не взорвался.

Просьба прозвучала зловеще.

Глава 334

После того как Пчела с семьёй ушла, здесь остались только Мэтью, Ча Ый Джэ и монстры, сгорающие в огне. Ча Ый Джэ тихо прикусил внутреннюю сторону щеки. Сейчас было бы разумнее уйти. Но ноги не слушались. То ли из-за просьбы Пчелы, то ли из-за какого-то неуловимого предчувствия — он не знал.

Мэтью стоял, повернувшись спиной, и сжигал монстров. С каждым движением руки пламя двигалось свободно, словно волны. Движения были изящны, как у дирижера оркестра, но в то же время остры, как лезвие меча.

Вспыхнувшее пламя поглощало крики монстров. Оно разливалось, будто собиралось поглотить весь мир, но при этом было удивительно тихо. Слышно было лишь потрескивание чего-то горящего.

И поэтому было не по себе.

Мэтью заговорил:

— Вы не уходите.

— …Да.

— Должно быть, есть место, где ваша помощь нужна. Как той семье, с которой вы только что встретились.

— …

— Если бы не вы, они бы, вероятно, скитались по улицам и погибли. Или…

Холодный голос выдвинул ещё одно предположение:

— Возможно, именно потому что вы их нашли, они оказались в опасности. Эти монстры изо всех сил пытаются добраться до вас.

Он был прав. Монстры, даже с горящими конечностями, даже несмотря на глубокую пропасть, разделявшую их, ползли в сторону Ча Ый Джэ.

Разве та семья оказалась в опасности из-за меня?

«…Может быть и так».

Жаркий вихрь пронёсся мимо. На лбу выступил пот. Мэтью медленно повернулся наполовину и пристально посмотрел на Ча Ый Джэ.

— Ваше дыхание изменилось. Я угадал?

Бессмысленно было пытаться что-то скрыть от того, кто полностью считывает состояние другого. Всё равно всё раскроется. Ча Ый Джэ коротко ответил:

— Не стану отрицать.

— Спасибо. За честный ответ.

Один из монстров, охваченный пламенем, бросился на Ча Ый Джэ. Но…

Щёлк.

Одновременно с щелчком пальцев он вспыхнул и сгорел, не успев даже задеть когтем. Ча Ый Джэ смотрел, как пламя рассыпается в воздухе.

— Хотя, на самом деле, это не имеет значения. Для меня это тоже хорошая возможность. Я хотел хотя бы раз поговорить с вами. Даже в такой ситуации.

— …

— Если вам некомфортно, можете уйти в другое место.

— Пока что всё в порядке.

К тому же, ведь Пчела его просила. Попросила присмотреть за ним. Мэтью тихо усмехнулся.

— Вы, похоже, очень ответственны. Это обернётся для вас ядом. А может, уже обернулось.

Его манера говорить вызывала странное беспокойство. Он хладнокровно указывал на то, что тот старался игнорировать. Предлагал то, о чём тот и не подумал. Подкидывал пищу для размышлений. Заставлял оглянуться на самого себя.

— Чрезмерное чувство ответственности часто пожирает человека.

— Верно.

Ча Ый Джэ спокойно согласился. За стеной пылающего огня Мэтью сжал кулак. Ползущие монстры взорвались с глухим «Бах», один за другим.

— У меня есть вопрос. Можно?

— Да.

— Если из-за вас погибнет кто-то дорогой…

— …

— Сможете ли вы простить себя?

Как только прозвучал вопрос, перед глазами всплыл чёрный гроб. Ча Ый Джэ, обняв крышку, лежал на нём, а внутри покоился Ли Са Ён. Ча Ый Джэ ронял слёзы, уже высохшие до того, как смогли упасть. Он сожалел.

Если бы я был хоть немного сильнее, я бы не позволил ему уйти так бессмысленно.

За гробом Ли Са Ёна кружился белоснежный пепел. Тетя шла сквозь этот пепел. Ча Ый Джэ поспешно последовал за ее силуэтом. Пепел закружился, как снежная буря, и видимость затуманилась. Внезапно Ча Ый Джэ оказался в белой пустоши. Пол, пропитанный белой кровью, был липким. Товарищи разрывали монстров на части и пожирали их плоть.

Если бы я тогда остановил тётю. Если бы зашёл первым, прежде чем она вошла.

Если бы зашёл один. Если бы смог остановить товарищей. Если бы был хоть немного сильнее…

Бесчисленные сожаления накладывались одно на другое. Ча Ый Джэ оглянулся на сожаления, на которых он стоял.

Простил ли себя Ча Ый Джэ?

— Нет.

Множество неудач и сожалений сформировали Ча Ый Джэ. Он жил, стоя на них, будто всё в порядке.

— Не могу.

Мэтью тем временем полностью повернулся к Ча Ый Джэ. На его руке отчётливо проступали ярко-красные, словно живые следы ожогов… словно… только что появившиеся.

— И всё же…

И всё же Ча Ый Джэ мог продолжать жить. Мог делать вид, что с ним всё в порядке.

Мир, полный кружащегося белого пепла в разломе, исчез. Ча Ый Джэ оказался в ресторане похмельного супа. На зелёном столе бурлил, испуская пар, наваристый похмельный суп. Бабушка, глядя на старенький телевизор с ламповым экраном, чистила чеснок. За соседним столом Ха Ын морщилась, рисуя каракули в учебнике.

Раздвижная дверь ресторана похмельного супа открылась. Один за другим заходили знакомые люди, и пустые столы начали заполняться. Пэ Вон У и Кан Джи Су, Ян Хэ Джин и новенький охотник, тот, кто всегда прятал соджу, Русский медведь, Пчела с руководителем Ханом, Чон Бин и Со Мин Ги, и многие другие, кто когда-либо приходил в этот ресторан с похмельным супом…

Незаметно для себя Ча Ый Джэ понял, что кто-то уже сидит напротив него. Фиолетовые глаза, лениво скользившие по окружению, остановились на нём. Пухлые губы растянулись в улыбке, а лишённые блеска фиолетовые зрачки тепло прищурились.

Ча Ый Джэ моргнул. Пейзаж ресторана похмельного супа исчез в одно мгновение. Перед ним снова пылало всё вокруг, и только Мэтью ждал ответа.

— Но… я могу жить.

— Даже если не сможете простить себя?

— Да.

В мире много хороших людей. Ча Ый Джэ повезло встретить таких. Рядом с ними и он мог становиться хорошим человеком. Мог проявлять доброту, заменять потери новыми встречами, возводить успехи на основе неудач.

Мэтью приподнял очки, надавив на них средним и указательным пальцами.

— Понимаю. Спасибо за ответ.

— А вы, Мэтью, думаете иначе?

— …

Мэтью снова поправил очки.

— В Библии говорится, что нужно прощать грехи. Я тоже вырос, получая такие наставления и даруя прощение.

— …

— Но…

На мгновение пламя резко взвилось. Ярко-красное пламя жадно закружилось вокруг Мэтью.

— Сколько бы ни прощал… сколько бы ни пытался простить…

— …

— Я так и не понял, как простить самого себя.

Острое пламя стремительно поднялось вверх. Оно явно отличалось от того, что колыхалось до этого. Это было не пламя, созданное для подавления и устранения врага. Это было пламя, не имеющее цели. Оно просто пожирало всё без остатка.

Опасно. Ча Ый Джэ схватился за копьё, вонзённое в землю.

Мэтью то появлялся, то исчезал сквозь колышущееся пламя. Из-за жары всё вокруг казалось искажённым. Если оставить это как есть — случится беда. В отчаянии Ча Ый Джэ выдал первую попавшуюся мысль:

— Ожог на руке… Это не побочный эффект препарата, да? Наркотика Прометея.

— Верно. Побочные эффекты доктор вылечил подчистую.

— Тогда…

По ту сторону пламени Мэтью провёл рукой по следу ожога.

— Этот шрам я оставил намеренно. Чтобы всегда помнить.

— Помнить что…

— Что человек слишком легко сгорает в огне.

Мэтью улыбнулся сквозь пламя. Его улыбка, искажённая маревом от жара, выглядела зловеще.

— Я убил свою сестру.

— …

— В момент пробуждения я был у неё дома. У сестры был день рождения. Там были и она, и её муж, и ребёнок.

— …

— Вы ведь тоже знаете. Сразу после пробуждения способности особенно нестабильны. А если это такие способности, как у меня… о контроле не может быть и речи.

Ча Ый Джэ прикусил губу. Во втором мире Ли Са Ён после пробуждения заперся в ванной больничной палаты. Его способности были слишком опасны. С Мэтью, вероятно, произошло то же самое.

Несчастье было в том, что рядом с ним не оказалось никого, кто мог бы помочь ему контролировать силу.

Ча Ый Джэ без труда мог представить себе ту сцену: несмотря на все попытки сдержать, пламя вырывается вновь и вновь, Мэтью заперт в ванной с замкнутой дверью, а за ней сестра и родные, стучащие и спрашивающие, что происходит.

А его огонь оказался слишком сильным, чтобы его можно было погасить тонкой струёй воды.

— …

— Жить, не простив себя, говорите…

Пробормотал Мэтью. Пламя, охватившее его, всё разрасталось. Теперь его фигура уже едва различалась. Монстры, стоило им коснуться огня, моментально воспламенялись. Капля холодного пота скатилась по виску. Пламя шептало:

— Было бы хорошо… если бы я встретил вас немного раньше.

Вжух!

Пламя взметнулось до небес.

— Мэтью!

В тот же миг Ча Ый Джэ взмахнул копьём, разрубая огненную стену. И наконец, рука с копьём опустилась вниз.

За стеной…никого не было.

Ничего.

Глава 335

«Оно» в небе проявляло активность ровно 31 минуту 44 секунды. Хотя нет, «активность» вряд ли подходящее слово. По словам J, «оно» всего лишь открыло глаза и наблюдало. Однако ущерб, нанесённый за столь короткое время, был неисчислим.

Как только «оно» открыло глаза, изо всех сторон начали появляться белоснежные монстры, люди начали мутировать, а эродированные подземелья резко активизировались, из-за чего скорость отбеливания вокруг подземелий стремительно возросла.

Хам Сок Джон, опираясь подбородком на руку, смотрела на график, отображённый на экране. График, показывающий число жертв и мутировавших, в реальном времени взлетал вверх. Было трудно поверить, что это данные всего за 30 минут.

Если «оно» открыло глаза однажды, то откроет их и в следующий раз. Сколько времени осталось? Как долго оно будет держать глаза открытыми в следующий раз? А если оно, открыв глаза, вообще не закроет их?

Мир встретит конец в одно мгновение.

Стоявший рядом Чон Бин склонился к её уху и что-то прошептал. Хам Сок Джон нахмурилась и повернулась к нему.

— Что? Мэтью пропал?

— Да, и…

Чон Бин с неловким выражением продолжил:

— Сторона Прометея официально прислала письмо. С этого момента они прекращают сотрудничество с некомпетентным государством и Бюро управления пробуждёнными.

— Прямо так и сказали — «некомпетентными»?

— Да. Есть ещё неофициальные требования. Они хотят, чтобы исследователя Га Ён, которую бюро держит под стражей, была немедленно возвращена.

Цокнув языком, Хам Сок Джон вновь подперла подбородок. Постукивая указательным пальцем по столу, она спросила:

— А J? Где он сейчас?

***

— Сюда.

Пчела схватила Ча Ый Джэ за запястье и стремительно повела его по длинному коридору. Ча Ый Джэ, следуя за ней, всё время оборачивался назад.

— Пчела! J! Подождите!

К ним, тяжело дыша, бежал руководитель группы Хан. Простому человеку невозможно угнаться за охотниками, но руководитель Хан упрямо продолжал погоню. Однако Пчела не обращала на него ни малейшего внимания.

— А точно можно игнорировать слова руководителя?

— Можно. Всё равно соврёт. Ты сам видел только что? Сколько ни спрашивай, он будет ходить вокруг да около, так и не дав прямого ответа!

Вскоре впереди появилась дверь с табличкой «Кабинет главы гильдии». Не колеблясь ни секунды, Пчела с размаху врезала по двери. Та, слетев с петель, с грохотом рухнула внутрь. Пчела перешагнула через дверное полотно, оставив на нём чёткий отпечаток подошвы. Ча Ый Джэ невольно поёжился. Сам он тоже не раз вышибал двери, но наблюдать, как это делает другой, оказалось неожиданно неловко.

«Тем более, это же гильдия HB».

Сразу после того, как Мэтью пропал, Ча Ый Джэ связался с Пчелой и рассказал ей всю правду о Мэтью: о том, как тот, сразу после пробуждения, не справился со способностью и в итоге сжёг свою сестру и её семью.

Однако Пчела, выслушав его, с явным замешательством ответила:

«Это не может быть правдой. Совсем не сходится с тем, что знаю я».

«А что знаешь ты?»

«Семья Мэтью погибла из-за утечки газа. Он тогда пытался их спасти и в тот момент пробудился. И это он сам мне рассказал!»

Кто же тогда говорил правду? Сразу после возвращения Белой дыры в состояние Чёрной, Пчела схватила Ча Ый Джэ и направилась в гильдию HB.

— Нужно всё проверить.

Хотя в глубине души Ча Ый Джэ уже догадывался. Истинной, скорее всего, была именно та история, что рассказал он.

Руководитель Хан, едва добравшись до кабинета, вцепился в дверной косяк и закричал:

— Чхэ Хён … сперва… ха-а… успокойтесь… сейчас… ха-а… слишком много дел…

— Что именно? Разгребать последствия исчезновения Мэтью? Распространите в СМИ, что он из-за травмы на какое-то время не появится. У вас же есть связи со времён работы журналистом!

Пчела резко огрызнулась. Ча Ый Джэ кивнул руководителю Хану, который пытался отдышаться, и последовал за ней в кабинет главы гильдии. Просторный письменный стол и кресло стояли спиной к панорамному окну. Вдоль стены были аккуратно выстроенные шкафы. Всё сильно отличалось от кабинета Ли Са Ёна. Это место было скорее… офисом, чем кабинетом главы гильдии.

Здесь всё было убрано до навязчивой стерильности. Ни одного разбросанного листка, ни единой ручки.

— Чёртов ублюдок!

Пчела пнула кресло. С громким грохотом стул отлетел в сторону. Руководитель Хан был в ужасе.

— Постойте! Вы что, собираетесь… это же порча имущества…

— Помолчите! В такой ситуации вам есть дело до порчи имущества?!

Пчела с силой распахивала ящик за ящиком под письменным столом. Ча Ый Джэ не стал подключаться к поискам, а просто остался рядом. Она наверняка знала больше, чем он, мельком взглянувший на всё это.

В какой-то момент раздался резкий щелчок. Один из ящиков не поддавался. Самый нижний, последний, был заперт. Пчела, не обращая внимания, с силой дёрнула его, выломав замок.

— И зачем было запирать? Всё равно так легко открывается.

«Это только тебе так легко…»

Ворча, Пчела опустила вырванный ящик на пол. Ча Ый Джэ наклонился и заглянул внутрь. Там одиноко лежала лишь небольшая рамка, размером с ладонь. Единственное, что бросалось в глаза, — рамка была перевёрнута, так что фотографии не было видно. Пчела перевернула рамку.

— Это…

В рамке была вставлена фотография с обожжёнными краями. На ней стояли молодая пара и ребёнок на руках. Все трое счастливо улыбались. Из-за копоти можно было разглядеть лишь контуры улыбок, но всё равно угадывались черты. Где-то возле нижней части снимка, рядом с их силуэтами, были нацарапаны ручкой слова:

[Не прощай.]

— …

На лице застенчиво улыбающегося мальчика угадывались черты Мэтью. Чувство было странным. Ча Ый Джэ мог понять. Недостаточно было спрятать фотографию в запертом ящике, её ещё и перевернули, чтобы не видеть. Сам Ча Ый Джэ тоже не осмеливался смотреть на фото с тётей.

Пчела, держа рамку, подошла к руководителю Хану. Поднеся рамку прямо к его лицу, она сказала:

— Что это такое?

— …

— Это же почерк Мэтью.

Во время заключения контракта Пчела, Ю Чхэ Хён, долго колебалась перед тем, как подписать бумаги. Потому что до самого конца не могла расстаться с крохотной надеждой. Всю жизнь она шла только к фехтованию. Хотела победить на соревновании, попасть в национальную сборную, поехать на Олимпиаду, завоевать золотую медаль и оказаться на вершине.

Ю Чхэ Хён прикусила губу. Можно ли вот так просто всё бросить и стать охотником? Больше всего её волновало…

«Можно ли доверять этому человеку перед собой?»

Похоже, Мэтью уловил её колебания. Он внезапно заговорил:

«Вы мне не доверяете?»

Попал прямо в точку. Ю Чхэ Хён надула губы и отвернулась. Мэтью моргнул.

«Тогда я открою вам один свой секрет. Мою самую большую слабость. Можете использовать это против меня, можете слить прессе, мне всё равно».

Пчела тихо спросила:

— Руководитель Хан, вы тоже знали?

— Да.

— …

— Пробуждённый, сжёгший троих членов своей семьи… В мирное время это был бы сенсационный материал. Но тогда… миру нужен был новый герой. Так решили «наверху».

Голос руководителя Хана был спокоен.

— Прошлое, где герой убил троих родных, не очень-то вяжется с образом, верно? Поэтому правду слегка прикрыли. Смерть в результате утечки газа.

До того, как стать руководителем отдела кадров в гильдии HB, Хан был известным политическим журналистом с широкими связями и большим влиянием. Достаточно влиятельным, чтобы быть на короткой ноге с крупными фигурами. Пчела многим обязана его связям. Многочисленные рекламные кампании, создание имиджа, благоприятные статьи.

— А… вот почему такой крутой журналист Хан бросил журналистику и пришёл в гильдию HB. А я, выходит, не знала?

— Это был секрет, известный только мне и главе гильдии.

Ча Ый Джэ смотрел на руководителя Хана. Тот всегда улыбался по-доброму, когда приходил в ресторан с похмельным супом. А сейчас… на его лице не было видно ни одной эмоции. Всё, что до этого момента считалось правдой, разлетелось в дребезги.

Ча Ый Джэ спросил:

— Мэтью… он это принял?

— Пришлось принять… Когда он пришёл в себя, место происшествия уже было подчищено, а общественное мнение сформировано. Официальная версия: глава гильдии пробудился, пытаясь спасти свою семью из огня.

— …

— Такова была «правда».

Пчела тихо фыркнула, выдав короткий смешок. Её светло-карие глаза холодно сверкнули.

— Легко вам это даётся… Ни капли угрызений совести?

Руководитель Хан поправил очки. В этот момент он был удивительно похож на Мэтью.

— Вот почему я до сих пор здесь. Чтобы нести ответственность.

— Какая ещё, к чёрту, ответственность.

Пчела скривила губы.

— Называйте вещи своими именами. Вы оставались рядом, чтобы следить за ним. Ведь если Мо Тэ О вдруг проговорится, всем пришёл бы конец! И тем, кто фальсифицировал, и тем, кто писал ложные статьи, и тем, кто это всё сверху прикрывал!

Ответа не последовало. В такой ситуации молчание равносильно согласию. Пчела закрыла лицо руками.

— Отвратительно. Всё это… просто отвратительно.

Ча Ый Джэ закрыл глаза. Мэтью, который так и не смог себя простить… Хотя правда была в том, что у него просто отняли возможность. Возможность покаяться и быть прощённым.

— …

В этот момент в кармане завибрировал телефон. Сообщение было от Чон Бина.

Директор хочет вас видеть.

Глава 336

Директор Бюро управления пробужденными, Хам Сок Джон сидела в центре комнаты с мониторами, заполненными экранами. Со Мин Ги, стоявший рядом, создал из тени стул и предложил его Ча Ый Джэ. Если бы кто-то посторонний увидел это, мог бы решить, что он охотник из Бюро. Ча Ый Джэ тихо прошептал:

— Почему Со Мин Ги здесь?

Ответ прозвучал тут же.

— Руководитель Чон сейчас командует на месте. Так что я оставила этого парня в роли секретаря. Всё равно от него в бою толку ноль.

— Ну что за обидные слова. Я и сражаться умею, госпожа директор.

— А если во время боя у тебя рана раскроется, кто тебя лечить будет?

— Доктор, разумеется, лично займётся этим.

— Ага, особенно если он сам в отключке валяется.

— В отключке?

В этот момент перед глазами промелькнул образ измождённого, словно мумия, Нам У Джина. Пытаясь отогнать мрачные мысли, Ча Ый Джэ покачал головой, а Со Мин Ги, поправляя солнцезащитные очки, ответил.

— Серьёзных проблем со здоровьем у него нет. Просто, говорят, он потерял сознание во время лечения охотников. Видимо, всех раненых перевели в гильдию Совон. Что ж, при дефиците зелий это неудивительно.

— В такой ситуации отсутствие целителя — серьёзный удар. Передай, чтобы доктор по возможности сократил случаи личного лечения.

— Понял.

Со Мин Ги тут же достал планшет и записал. Будто давно работал с ней бок о бок. Несмотря на ворчание, они слаженно взаимодействовали. Ча Ый Джэ перевёл взгляд на экраны. В основном это были кадры с уличных камер видеонаблюдения. Охотники расчищали разрушенные дороги, перевозили раненых, эвакуировали мирных жителей... Среди них мелькали знакомые лица. Постоянные клиенты ресторана с похмельным супом.

Все двигались без остановки.

Директор заговорила:

— Про Мэтью я уже слышала. Пока ты сюда шёл, руководитель Хан сам всё доложил.

Хам Сок Джон усмехнулась.

— То ли раскаяние, то ли попытка прикрыться.

— …

— Но вызвала я тебя не из-за этого, так что можешь расслабиться. Ты здесь как совершенно независимая сторона.

Пчела куда-то исчезла, пока Ча Ый Джэ отвечал на сообщение. Пошла искать Мэтью? Или справиться с чувствами? Неизвестно.

По правде говоря, Ча Ый Джэ начал задумываться с того самого момента, как Мэтью исчез у него на глазах. Если бы тот не оказался заперт в разломе Западного моря, смог бы он простить себя?

Смог бы искупить свою вину?

Холодный голос Хам Сок Джон оборвал его мысли.

— Если у тебя появились ненужные сантименты, отбрось их. Времени на них нет, да и смысла тоже.

— Да.

Хам Сок Джон на мгновение замолчала, будто подбирая слова, затем прочистила горло и заговорила.

— Сейчас, когда связь с Хон Ё Соном прервалась, мне показалось, что лучше всех о конце знаете ты и Юн Га Ыль. Потому я вас и позвала. Нужно готовиться к следующему разу.

Следующий раз.

Ча Ый Джэ посмотрел на белый пепел, устилавший дорогу за экраном. Чёрная дыра превращается в Белую. Одно лишь наблюдение за ней причинило катастрофический ущерб. Стоило ей однажды пробудиться раньше времени и нет гарантии, что в следующий раз всё не повторится. Это всё равно что жить с невидимой бомбой замедленного действия над головой.

Бомба рано или поздно взорвётся.

— Тридцать минут. Долго это или мало, судить трудно. Но ясно одно, что всего за тридцать минут был нанесён огромный ущерб. Мы почти полностью потеряли связь с другими странами. Возникает вполне логичный вопрос.

Хам Сок Джон постучала пальцами по рукояти трости.

— Если однажды это уже случилось, значит, может повториться. И если в следующий раз это продлится час, два, ещё дольше? Мы даже не успеем ничего предпринять и просто погибнем.

— …

— Поэтому я и подумала: чего бы это ни стоило, такого исхода нужно избежать.

Если так…

— Большинство проблем решаются, если устранить их причину. Это самый простой и одновременно самый сложный способ.

— В этом как раз и заключается специализация J.

Вставил Со Мин Ги. Особой пользы от этих слов не было.

На экране перед ними отобразилась Чёрная дыра в небе.

— Ну что ж.

Хам Сок Джон, словно дожидаясь этого момента, тростью указала на экран.

— Мы можем это уничтожить?

Обезвредить бомбу до того, как она взорвётся.

Хам Сок Джон пристально посмотрела на Ча Ый Джэ острым, проницательным взглядом.

— Скажи как можно объективнее. Если это невозможно, придётся искать другой путь.

В памяти всплыли смутные образы. Первый мир. Первая неудача. Мир, в котором он потерял всех. Тогда J в одиночку встретил конец. И сбежал. Отмотал время назад. Даже с такой силой он не смог остановить конец один.

Но всё же…

Правая рука сжалась. Его тело, его душа помнили. Момент, когда он вонзил копьё в заклятого врага. Острые ощущения, когда два глаза стали одним. Восторг от предсмертного воя этой твари.

Оно до сих пор показывает только один глаз. А это значит, что глаз, раненный Ча Ый Джэ, так и не восстановился.

Его удар оказался действенным. И остаётся таким до сих пор.

Но как?

Как ему удалось встретиться с концом один на один?

Сколько бы он ни ворошил смутные воспоминания, как бы ни старался, ответа не находилось. В такие моменты лучше побыстрее отпустить и искать другой путь. Найти того, кто может знать, как встретиться с апокалипсисом.

Ча Ый Джэ медленно заговорил:

— Думаю, это возможно. Но мои воспоминания не совсем точны.

— Хм?

— Мне нужно встретиться с одним человеком. Хон Ё Сон всё ещё числится пропавшим?

Хам Сок Джон кивнула.

— Да. Поиски продолжаются, но само пространство исчезло, так что результатов почти нет.

— А как насчёт Ккокко? Может, она знает?

— Конечно, мы пытались. Но стоило ей увидеть хоть что-то похожее на керамику, сразу начинала выть, так что пришлось изолировать. Даже своё отражение в зеркале или воде, сразу рыдания. И голос-то у неё какой…

Со Мин Ги покачал головой. Выражение лица Хам Сок Джон было не менее уставшим. Она негромко вздохнула и откинулась на спинку кресла.

— Думала, в жизни уже всё повидала, но никогда бы не подумала, что доживу до того, чтобы увидеть керамическую курицу, страдающую от депрессии.

— Из-за неё мы тоже впадаем в уныние. Грустно и тошно, стоит только услышать этот куриный крик и мурашки по коже.

Атмосфера стала подавленной. Похоже, Ккокко их здорово измотала. Ча Ый Джэ быстро вычеркнул Хон Ё Сона из списка. Без него оставался только один человек.

— Я хотел бы встретиться со школьницей Га Ыль.

***

Я хотел бы встретиться со школьницей Га Ыль. Стоило произнести всего одну фразу, как Со Мин Ги щёлкнул пальцами, будто ждал этого. В ту же секунду тень под ногами взметнулась и поглотила Ча Ый Джэ. Чувство, будто его куда-то засосало длилось недолго, и он оказался в совершенно чёрном пространстве. Он потряс головой, чтобы избавиться от головокружения. В этот момент в поле зрения Ча Ый Джэ попали розовые пижамные штаны.

— О? J?

Перед ним стояла Юн Га Ыль в домашней одежде. Удивлённо распахнув глаза, она тут же подскочила к нему.

— Что вы здесь делаете? Вас, что, Со Мин Ги запер?

— Что?

— Или нет? Мне сказали, что это место используют как временную тюрьму.

— Что это за место?

Ча Ый Джэ с любопытством огляделся. Юн Га Ыль посмеялась.

— Мы внутри тени Со Мин Ги. Он теперь отвечает за мою безопасность. Обычно я живу в безопасном доме, но когда он выходит наружу, я вхожу сюда, и мы передвигаемся вместе. Он говорит, вдруг, пока он отвернётся, меня похитят или что-то случится.

— …В таком месте?

Даже в этой кромешной темноте повсюду вырастали какие-то чёрные предметы. По форме напоминали столы и стулья. Юн Га Ыль немного смущённо ответила:

— На удивление, здесь вполне можно жить. И это ненадолго. Если оставаться слишком долго, Со Мин Ги не выдерживает и выплёвывает меня обратно. Говорит, если что-то долго держать в тени, у него вздувается живот.

В этот момент у ног мелькнуло что-то белое. В полностью чёрном пространстве белый объект выделялся особенно ярко. Круглое, гладкое тело — это была Ккокко. Она кружила возле ног Ча Ый Джэ и тоскливо выла.

— Коооо-коооо…

— Ккокко, нельзя!

Юн Га Ыль тут же подхватила её и прижала к груди. Ккокко уткнулась ей в шею и снова горестно всхлипнула.

— Ко… Коо…

— С тех пор, как она вернулась одна, всё время такая. Похоже на депрессию.

Керамическая курица в депрессии?

Сказать хотелось многое, но Ча Ый Джэ сдержался. Юн Га Ыль склонила голову.

— Но вы по какому делу? Вы ведь ко мне пришли, правда?

— А, да. Хотел попросить тебя об одном.

Ча Ый Джэ посмотрел ей прямо в глаза.

— Покажи мне осколки. Как можно дольше.

Глава 337

Ча Ый Джэ лежал, вытянувшись на теневом полу. Юн Га Ыль сидела рядом, скрестив ноги, и положила руку ему на грудь. Вскоре её рука начала окрашиваться множеством цветов. Даже с закрытыми глазами пространство за веками мгновенно вспыхнуло всевозможными красками. В тот момент, когда сознание стало ускользать всё дальше…

Кто-то тяжёлый навалился на его солнечное сплетение.

— Угх?!

— Ой-ой! Ккокко, нельзя!

Ча Ый Джэ с нечеловеческим усилием приоткрыл затуманенные глаза. Округлая Ккокко удобно устроилась прямо у него на груди и свернулась калачиком. Убирайся… ты… проклятая… Не успел он даже договорить это…

Щёлк.

Перед глазами всё потемнело.

…

Сколько времени прошло? Вдруг перед глазами вспыхнул свет. Перед ним раскинулось ослепительно белое море. В волнах плавал белый пепел. У самой кромки воды стоял человек в чёрном плаще. Он выглядел как капля чёрных чернил, упавшая в стерильный белый пейзаж. Высокий рост, чёрный плащ. Даже не видя лица, он не мог ошибиться.

Это был Ли Са Ён.

Ча Ый Джэ не смог сдержать радости и хотел окликнуть его во весь голос.

Но.

— Кх…!

Давление в груди усилилось, и вместо крика вырвался лишь хриплый, сдавленный звук. Эта Ккокко! Ча Ый Джэ судорожно замахал руками, пытаясь сдёрнуть с себя тяжесть с живота. Безрезультатно. Зрение снова затуманивалось. Кокко по-прежнему давила на грудь.

«Чёрт…!»

Сознание снова уплывало. Как вода, размывающая каплю чёрных чернил, образ Ли Са Ёна постепенно расплывался. Ча Ый Джэ изо всех сил пытался сохранить в памяти его силуэт. Чёрная точка ещё долго оставалась у него перед глазами.

***

— …М?

Ли Са Ён вдруг поднял голову. Откуда-то подул ветер и растрепал волосы. Казалось, он услышал чей-то голос. Человека, который не мог быть здесь.

— …

Наверное, опять галлюцинация. Он быстро сделал вывод. Глубокие размышления лишь усилят тоску.

Он небрежно провёл рукой по растрёпанным волосам. Море, покрытое белым пеплом, стало вялым и не могло даже намочить ботинки, что были у самых волн.

Пепел приглушал море, поглощая даже шум волн. Как ни прислушивайся, не слышно ни звука волн, ни шороха воды, скользящей по песку, ни шелеста уносимого песка. Ничего не слышно.

Он ненавидел море.

С самого детства.

Ли Са Ён засунул руки в карманы плаща и закрыл глаза.

…Уши заложило.

Постукивая по заложенным ушам маленькой ладошкой, он повернул голову. За иллюминатором простирались горы и море. Мать, сидящая рядом, прошептала: «Вот-вот прилетим. Что делать, если Са Ён будет скучать? Нам придётся остаться в Корее на какое-то время». Только мысли, что тогда пришли ему в голову, он до сих пор помнил отчётливо.

Скучать? С чего бы.

Родители были бизнесменами. Чем именно они занимались, он не знал. Теперь, оглядываясь назад, можно сказать, что жили они довольно обеспеченно.

Если бы он захотел, то, наверное, мог бы что-то разузнать, но не стал этого делать. Наследство его мало интересовало, да и люди, оставившие его, уже умерли. Если бы не встреча с J, возможно, он бы задумался о следах, оставленных семьёй. Но после встречи с ним прошлое потеряло всякий смысл. В тот момент, когда он взял J за руку, мир был переписан заново.

Так или иначе, родители постоянно ездили за границу в командировки и всегда брали с собой маленького сына. Они считали, что с детства нужно многое повидать.

Срок поездок всегда был разным. Неделя, три недели, месяц, а то и дольше. Ли Са Ёну это не нравилось. Ему хотелось оставаться на одном месте. Поэтому он ненавидел море. Море почти всегда означало, что они снова уезжают.

И потому, когда узнал, что в ближайшее время они никуда не вылетают, испытал радость.

Отец, лицо которого в памяти было размытым, убирал чемодан в шкаф на балконе и сказал:

«…Какое-то время в Корее будет безопаснее, чем за границей. В любой стране в первую очередь защищают своих граждан. Посольства тоже не помогут. Монстры ведь не разбирают, где посольство, а где нет».

«Правда, в Корее же есть пробуждённые S-класса».

«Вот именно, здесь куда безопаснее».

«Хотя бы ради Са Ёна…»

Они и представить не могли, что их драгоценный дом, да и они сами окажутся втянуты в разлом.

Дом, погружённый в ядовитое болото, моментально начал растворяться. Вокруг раздавались крики и вопли людей. Родители, обняв Ли Са Ёна, забрались на мраморный обеденный стол. Но даже толстые ножки стола не выдерживали яда и медленно растворялись. То же происходило с мрамором. Кожа, соприкасавшаяся с ядом, жгуче болела. Когда давление объятий с обеих сторон начало ослабевать, одна мысль опередила боль.

Больше он их не увидит. Никогда.

Встреча с J была чудом.

На самом деле Ли Са Ён знал о J ещё раньше. Стоило включить телевизор и там снова говорили о J. Репортёры без умолку обсуждали монстров, которых он поймал, подземелья и разломы, которые он закрыл. J на экране был не столько человеком, сколько «богом», созданным из людских желаний. Всемогущим богом, свободным от любых оков.

И этот бог протянул к нему руку и вытащил из ада. Тёплая, человеческая рука.

…J оказался на удивление болтливым человеком. Даже перед мумией, которая не могла ни говорить, ни проявлять эмоции, он спокойно вёл разговор сам с собой. Сейчас Ли Са Ён думал: может, ему было одиноко. Тогда ему было около двадцати. Возраст, когда хочется общаться, быть с другими. Но он был героем и не мог снять свою маску. Возможно, именно поэтому он и болтал без остановки хотя бы перед мумией, которая ничего не видела. Как будто разговаривал с куклой.

Но даже если это было так. Не имело значения. Ли Са Ёну нравился его голос. Среди этой мучительной боли единственным удовольствием было слушать его голос, представлять его выражения лица, наблюдать за его движениями сквозь затуманенное зрение.

Однажды J спросил:

«Ты когда-нибудь видел море?»

Глупый вопрос. За кого он его принимает, за деревенщину? Ли Са Ён, не видя ничего, прищурил глаза и зашевелил губами. Видимо, J почувствовал недовольство и поспешно добавил:

«Я не издеваюсь. Я подумал, что мы могли бы поехать к морю, когда ты поправишься»

После этого он снова начал говорить без умолку. Как он ездил в Каннын ловить кракена или кальмара, какие огромные были присоски… Словно ребёнок, болтал о чём-то своём, а потом неожиданно тепло прошептал:

«Там море было красивым. Когда ты поправишься, поедем туда вместе».

«…»

«Если тебе нравится эта идея, моргни».

Как хорошо, что слух не пострадал. Ли Са Ён тут же моргнул. Раздался звонкий смех.

«Это обещание. Даже если потом ты не захочешь, я понесу тебя туда».

Он переплёл с ним мизинцы. Прижал большие пальцы. Это тепло было бесценно.

…С того дня Ли Са Ён засыпал с мечтой о поездке к морю. Пусть кто-то и считал его ребёнком, который ни разу не видел море, но Ли Са Ён иногда вспоминал тот момент и улыбался. Интересно, знает ли Ча Ый Джэ? Что Ли Са Ён был за границей гораздо чаще него, и видел море гораздо больше раз.

Наверное, нет. Потому что Ли Са Ён этого не говорил.

И не скажет.

Потому что с Ча Ый Джэ он отправится к морю впервые.

И этого было достаточно.

Только тогда море ему нравилось…

Шурх-шурх. Послышались шаги по песку. Ли Са Ён открыл глаза. К нему медленно приближался Хон Ё Сон в зелёном спортивном костюме.

— Медитируешь?

— …

— Хотя нет, для медитации у тебя слишком расслабленное лицо. Видимо, представлял себе что-то приятное?

Ли Са Ён тихо выдохнул и посмотрел на небо. Тёплое чувство, что переполняло его, в одно мгновение испарилось. Он уже не помнил, когда в последний раз видел голубое небо. Мир на пороге гибели утратил все цвета. Хон Ё Сон пожал плечами.

— Ну как? Стоило ждать?

— Быстрее, чем в воспоминаниях. Может, из-за Скумбрии…

Скумбрия, которого Ча Ый Джэ лично вытащил из моря. У него уже появились чешуйки на щеках, а между пальцами выросли перепонки. На шее тоже стали проступать тонкие жаберные трещины. И всё же он оставался человеком, вероятно, потому что взял на себя все клинические испытания. Скумбрия не только охотно сотрудничал, но и занял пустующее место марионетки. Он даже носил на спине Нам У Джина, который не мог долго ходить.

В любом случае, это было к лучшему. Чем активнее сотрудничал Скумбрия, тем быстрее шла разработка вакцин и лекарств.

— …

Ли Са Ён перебирал спутанные воспоминания в голове. Пока он оставался здесь, чужие воспоминания понемногу становились его собственными. Хон Ё Сон развернулся и пошёл назад по своим следам. Ли Са Ён тоже покинул берег, следуя за ним и тихо пробормотал:

— Скоро и здесь всё закончится.

Глава 338

— Скоро и здесь всё закончится.

— Ну, да, осталось немного. Разве не чувствуешь облегчения?

Хон Ё Сон потянулся, вытянув обе руки. Вместо ответа Ли Са Ён достал из кармана плаща помятую пачку сигарет. Всего две сигареты. Пачка была одной из вещей, оставшихся от Ча Ый Джэ. Интересно, зачем человеку с больным телом вообще хотелось курить. Цокнув языком, Ли Са Ён зажал в зубах мятую сигарету и спросил, глядя на уходящую вперёд спину:

— Всё готово?

— Конечно. За кого ты меня держишь!

Хон Ё Сон поманил его рукой, будто приглашая идти следом. Его бодрая походка направилась к безлюдной дороге. Пройдя по тропинке между зарослями, они оказались перед старым, разваливающимся складом. От морского ветра здание изрядно обветшало и, казалось, было заброшено уже давно.

— Посмотрим… ведёт ли оно себя спокойно.

Скрип. Дверь с глухим звуком распахнулась. Внутри, в отличие от облезлого фасада, от потолка до пола тянулась массивная железная решётка. Ли Са Ён медленно зашёл в темноту. Лязг. Лязг. Цепи громко дрожали. Раздалось хриплое, скребущее по горлу рычание. Ли Са Ён слегка кивнул.

— Включи свет. Всё равно ему плевать, горит он или нет.

— Верно подмечено! Сейчас.

Вскоре вспыхнул яркий свет. За решёткой огромный монстр шумно втянул воздух носом. Ли Са Ён молча наблюдал за ним. Четвероногий монстр без глаз. Огромная пасть была крепко смотана чёрными железными цепями. Монстр дёргал головой, пару раз ударялся о решётку, но цепи и не думали ослабевать. Из плотно сомкнутой пасти между зубами текла белёсая слюна.

Хон Ё Сон с притворной серьёзностью заговорил:

— На обычные намордники он не реагирует. Повезло, что госслужащий оставил после себя цепи.

— Сможешь снять их?

— Хм~ Не рекомендую. Если освободить, он перегрызёт и решётку. Ты же понимаешь? Неважно, человек это или здание, он всё сожрёт

— Какая разница.

Ли Са Ён провёл пальцами по губам. На его вялом лице появилась холодная улыбка.

— Всё равно ведь придётся быть съеденным.

***

Последним, что Ча Ый Джэ увидел, была спина Ли Са Ёна, а затем его отбросило в непонятную пустоту. Это было похоже на то, что он видел, когда открыл врата мемориального подземелья. Пустота была чёрной, безмолвной, и в ней не было ничего.

Однако странным образом это не вызывало тревоги. Напротив — было спокойно. Будто он оказался там, где и должен был быть. Ча Ый Джэ свернулся калачиком. Веки постепенно опустились, сознание затуманилось.

«Просто остаться так…»

Нет, что за чушь? Он резко замотал головой. Ча Ый Джэ поспешно замотал головой. Он не мог умереть, затерявшись в какой-то непонятной пустоте. Школьница Га Ыль точно его вытащит. Наверное. Но…

«Я не могу просто сидеть и ждать».

Он развернулся, сел скрестив ноги в пустоте и потер подбородок. В таком месте оставалось только одно — упорядочить мысли.

Попытка найти подсказку в воспоминаниях Ли Са Ёна провалилась. Что-то неизвестное вышвырнуло его обратно. Тогда что насчёт его собственной памяти? Ча Ый Джэ ведь противостоял концу света. Может, в забытом подсознании есть зацепка…

В тот же миг он почувствовал лёгкое колебание, будто тело окутала мягкая волна. Ча Ый Джэ открыл глаза. Справа слышались приглушённые голоса. Не раздумывая, он двинулся на звук. Не шагая, а скорее плывя в пустоте.

Когда он достиг источника звука, пустота, в которой до того царил мрак, начала воссоздаваться. Появились жёлтые стены, возникли разбросанные повсюду вещи, и запах жжёной глины смешался с ароматом вяленого мяса.

…«Ча Ый Джэ» жевал сухое вяленое мясо. Это было мясо монстра, высушенное до хруста, — настолько жёсткое, что болела челюсть. Мастерская Хон Ё Сона выглядела ещё хуже, чем в его памяти, а сам Хон Ё Сон отрастил волосы и стал похож на отшельника. Он бормотал себе под нос, расхаживая по мастерской.

— Месть — это хорошо. Нанести ответный удар — отлично. Всё правильно. Я полностью поддерживаю тебя, друг. Но…

— …

— Как вообще добраться до Белой дыры? Лестницу ведь не поставишь. Самолёты или вертолёты тут же собьют. Космический корабль?

— К слову, дронов сбили столько, что даже считать бесполезно.

— Поэтому дроны я даже не рассматривал как вариант!

Хон Ё Сон огрызнулся. «Ча Ый Джэ» поднял обе руки, словно говоря «успокойся». Решение повернуть время вспять после столкновения с источником конца было принято. Но…

Проблема в том, что не было никакого способа добраться до Белой дыры в небе. Как атаковать врага, до которого не достать? Хон Ё Сон раздражённо вскрикнул, растрепал себе волосы, а затем принялся что-то бормотать себе под нос уже спокойнее:

— Нет, спокойно, Хон Ё Сон, ты справишься. Ты гениальнейший ум этого мира… Начнём с начала. Порядок наступления конца света… Первыми появились монстры с огромной пастью…

— Верно.

«Ча Ый Джэ» кивнул. Хон Ё Сон смахнул со стола всё, что на нём лежало. Грохот! В воздух поднялось облако белой пыли. Но ему было всё равно, он начал вырезать что-то на деревянном столе разделочным ножом.

— Жалко стол.

— Заткнись, друг.

Резьба получалась грубой.

[Этапы конца света

1. Появление монстров с огромной пастью → исчезают сами собой]

— Появились внезапно и так же внезапно исчезли… Интересно, в чём была цель? Не могли же они быть просто «дегустационной ложкой».

«Ча Ый Джэ» тоже встал со стула и подошёл к Хон Ё Сону. Загрубевшая от мозолей рука крутнула нож. Хон Ё Сон напряжённо размышлял вслух:

— Глотают всё подряд, даже не понимая, что именно едят. Это их инстинкт. Но зачем вообще существуют такие монстры? Разве это не слишком тупо?

— Зачем существуют? Наверное, созданы, чтобы всё уничтожить.

— Нет, ну можно было бы сделать монстров и поумнее. Как те, что появляются сейчас. Тогда бы и тянуть не пришлось — раз, и конец света! Всё!

— Те, что сейчас, — это же люди, ставшие монстрами. У них, наверно, предел есть. Видимо, тупые просто выгоднее по соотношению цены и качества.

Сказав первое, что пришло в голову, он тут же получил взгляд, полный разочарования.

— Господи, друг, ты худший собеседник в мире.

— От тебя я этого меньше всего хотел услышать.

После короткой перепалки на кулаках Хон Ё Сон, запыхавшись, снова упёрся в стол.

— Не у всего в мире есть причина, но у правил системы всё иначе. У всего там есть причина. Эти твари первыми появились при наступлении конца света — значит, причина точно есть…

Причина. «Ча Ый Джэ» скрестил руки и задумчиво закатил глаза. В голове что-то всплыло. Точно.

— Доктор тогда одного из них вскрывал. Сказал, живот у него был пустой.

— …Пустой?

— Ага. Распорол, а внутри ни органов, ни переваренных людей, ни обломков зданий. Просто чёрная пустота. Как будто совсем другое пространство… А что?

— …И ты только сейчас об этом говоришь?!

Хон Ё Сон схватил «Ча Ый Джэ» за плечи и яростно затряс. Тот с ошарашенным видом переспросил:

— Чего? Это что, важная информация?

— Конечно, идиот! Пустота! Ты же сказал — пустота!

В глазах Хон Ё Сона вспыхнул золотой узор. Он закружился и быстро завертелся. Отпустив плечи, Хон Ё Сон стал с бешеным ритмом метаться по мастерской.

— Точно… вот оно! Пасть этой твари — это своего рода портал! Всё, что попадает внутрь, переносится в другое измерение через рот и желудок!

— …А?

— Им и не нужны глаза. Ведь они глотают абсолютно всё, без разбора. Так они могут определить, из чего состоит этот мир… Верно! Эти твари были разведывательным отрядом, передовой группой наблюдателей!

Хон Ё Сон вскинул руки к потолку. Он сиял, как футболист, забивший гол. «Ча Ый Джэ», закинув в рот ещё один кусок вяленого мяса, спросил:

— Рад, что у тебя озарение, но можешь объяснить по-человечески? А то радуешься в одиночку.

— Хорошо, объясню так, чтобы даже ученик начальных классов понял. Это и есть признак хорошего учителя.

Хон Ё Сон хмыкнул, провёл рукой по волосам и вновь вырезал что-то ножом на столе. Монстр без глаз с огромной пастью. Так называемый «Большой Рот».

— Если эта тварь тебя проглотит, возможно, ты попадёшь прямо к источнику конца света!

— …

— Ну как? Давай прямо сейчас дадим себя сожрать!

— …

Последовала долгая тишина. Хон Ё Сон с недоумением спросил:

— Почему ты так реагируешь? Это же потрясающее открытие! Если бы в мире монстров была Нобелевская премия, мне бы её точно дали.

Вместо ответа «Ча Ый Джэ» схватил Хон Ё Сона за воротник.

— Ты и правда решил отплатить мне злом за добро, да?!

Аааргх… Крики Хон Ё Сона и вопли «Ча Ый Джэ» постепенно затихли.

В тот же момент Ча Ый Джэ открыл глаза.

Глава 339

Первое, что он увидел — прозрачные, словно стеклянные, зелёные глаза.

— Очнулся.

Сразу же в поле зрения влезли несколько лиц. Со Мин Ги, мальчишка, Чон Бин, Пэ Вон У, Кан Джи Су, Пчела, Юн Га Ыль, даже Ккокко. Все с серьёзными выражениями, и даже у Юн Га Ыль лицо было таким покрасневшим, что казалось, она только что рыдала.

— Это вообще что за…

Ча Ый Джэ оборвал фразу и потрогал лицо. К счастью, маска всё ещё была на нём. Медленно приподнявшись, он начал прокручивать в голове события. Он ведь точно вошёл в тень Со Мин Ги, чтобы увидеть осколок. Но это место…

«Больничная палата?»

Это была палата гильдии Совон. Он совершенно не мог понять, что произошло. Заметив его растерянность, Юн Га Ыль громко высморкалась в салфетку и гнусаво пробормотала:

— Простите, связь прервалась… Сколько ни пытались вас разбудить, вы всё не просыпались…

Если упорядочить всхлипывающий голос, то выходило примерно следующее. То ли из-за того, что Ккокко запрыгнула, то ли по какой-то другой причине, но на этот раз связь с сознанием J оборвалась полностью. Обычно после разрыва связи он должен был проснуться сразу же, но в этот раз никаких признаков этого не было. Связь не восстанавливалась, он не просыпался. Юн Га Ыль сильно перепугалась. Поэтому в панике начала стучать по тени в поисках помощи…

Со Мин Ги с бледным лицом тёр живот.

— Всё ещё… внутри… уф…

— Пр-простите. Просто было слишком срочно…

— Всё… нормально. Только… пожалуйста… в следующий раз… по телефону…

Со Мин Ги зажал рот и выбежал из палаты. Чон Бин натянуто улыбнулся. Говорят, Со Мин Ги на глазах у него и директора едва не вывернуло наизнанку. В общем, как только Юн Га Ыль выбралась из тени, она тут же закричала Чон Бину и директору:

«Господин J не просыпается!»

Естественно, это стало чрезвычайной ситуацией. Вместо всё ещё страдающего Со Мин Ги, Чон Бин взвалил J на спину и понёс, а Юн Га Ыль, уже не думая о том, что её способности раскроются, побежала следом. Тем временем экстренное оповещение разошлось по сети, и, вместо отсутствующего Ли Са Ёна, в гильдию Совон прибыли Пэ Вон У и Кан Джи Су в качестве сопровождающих.

«А Пчела тогда что?»

Когда взгляд Ча Ый Джэ остановился на ней, Пчела, перекинув волосы за ухо, надменно ответила:

— Пришла по делу к доктору. Но он оказался без сознания, да ещё и ты, говорят, свалился — вот и заглянула.

Чон Бин осторожно спросил:

— Вы в порядке? Если силы на исходе, скажите об этом прямо.

— Всё правда в порядке. Не стоило так раздувать…

— Раздувать?!

Пэ Вон У громко возмутился, за что тут же получил несколько укоризненных взглядов. Он прочистил горло и уже более серьёзным тоном продолжил:

— J, вы ведь ни раньше, ни сейчас толком не отдыхали, правда? Все время бегаете, то одно делаете, то другое. Все за вас волнуются.

Те, кто стояли вокруг, закивали. Пэ Вон У неловко почесал затылок.

— Может, от нас и не будет особой пользы… Но мы всё равно хотим помочь. Слишком много дел, чтобы справляться в одиночку.

Ча Ый Джэ оглядел всех по очереди. Во всех взглядах было тепло. Эти взгляды казались и знакомыми, и чужими одновременно. Хотелось что-то сказать. Но голос не шёл. Ча Ый Джэ несколько раз шевельнул губами, но в итоге так ничего и не сказал, закрыв рот.

В этот момент тёплая рука легла ему на плечо. Чон Бин с мягкой улыбкой смотрел на него.

— Довольно надёжно, правда?

— …

— Раньше всё ложилось только на плечи J… Но теперь есть те, кто готов разделить этот груз.

— …

— Вам больше не нужно всё решать в одиночку, J. Мы поможем.

Через приоткрытое окно просочился ветер.

Незаметно окружающий пейзаж сменился на аварийную лестницу Бюро управления пробужденными. Чон Бин сидел в нескольких ступенях поодаль. J вертел в руке сигарету, когда сверху послышался шум и смех. J поднял голову. Это были охотники, с которыми он не раз пересекался по работе. Увидев его, они помахали рукой. J неловко помахал в ответ.

Если подумать, даже тогда у него были люди, которых можно было назвать товарищами…

Ча Ый Джэ провёл рукой по тонкому белому одеялу и спросил:

— Монстр с большой пастью… у нас есть экземпляр?

Пчела, накручивая прядь волос на палец, кивнула.

— Это я для доктора поймала и притащила.

— Тело сохранилось?

— Слышала, его вроде как собирались оставить для исследований… Хотя у этого мальчишки лучше спроси.

Получив взгляд, мальчик чётко ответил:

— Да. В целях сохранения данных тело было забальзамировано и находится на хранении.

— Можно ли его… посмотреть…

Когда Ча Ый Джэ попытался встать с кровати, множество рук разом навалились на него, прижимая обратно к постели. Он удивлённо распахнул глаза. Что за?.. Пэ Вон У тяжело вздохнул.

— Айгу, ну совсем ничему не учитесь…

Чон Бин, удерживая его за плечо, мягко улыбнулся.

— Господин J, вы помните, что я вам только что сказал?

— Нет, мне нужно самому посмотреть…

— Господин J?

— Нет, ну правда, это же действительно…

— Нельзя.

Давление от его улыбающегося лица было невыносимым. Черт возьми, он благодарен за заботу, но такой гиперопеки еще не видел. Ча Ый Джэ крепко зажмурился и закричал:

— Мне нужно попасть внутрь этой твари!

Повисла жуткая тишина.

Руки, державшие его тело, одна за другой начали отпускать. Пчела, отряхивая руки, которыми держала Ча Ый Джэ, пробормотала:

— Думаю, его стоит изолировать. Похоже, он ещё не в себе.

— Ммм, рассмотрим такой вариант.

— Постарайтесь как следует. У меня дела.

— …Вы идете к тому человеку?

— Я получила разрешение, так что не пытайтесь меня остановить.

Она легкомысленно помахала рукой и решительно вышла из палаты. Кан Джи Су тихо пробормотала:

— Похоже, она и правда сильно вымоталась…

В её взгляде чувствовалась жалость. Вот же… с ума сойти. В отчаянии Ча Ый Джэ уставился на последнюю надежду, на последнее спасение — на школьницу Юн Га Ыль.

— Га Ыль, я это видел.

— Ч-что именно?

— Как попасть в Белую дыру. Пока наша связь была прервана. Я это увидел!

— В-внутрь монстра…?

Видимо, представив эту сцену, Юн Га Ыль побледнела и отступила на шаг назад. Ча Ый Джэ издал беззвучный крик. Он чувствовал себя человеком с двумя глазами, попавшим в деревню одноглазых.

Ча Ый Джэ впервые в жизни скучал по Хон Ё Сону. Будь он рядом, даже на такую безумную чушь он бы кивнул с полной серьёзностью. Если бы понадобилось сбежать, тот бы вытащил всевозможные инструменты. Пока Ча Ый Джэ чувствовал, как его укладывают и накрывают одеялом, в голове снова и снова всплывало одно имя.

«Хон Ё Сон».

Сейчас он был нужен. Срочно.

***

Пчела, скрестив руки на груди, вошла в тёмную комнату. По ту сторону решётки, заполнявшей всё помещение, кто-то был привязан к стулу. Почувствовав присутствие, человек на стуле медленно поднял голову. Растрепанные каштановые волосы скрывали половину лица.

— А… я уже начала думать, когда ты появишься.

Губы скривились в ухмылке. Криво посаженные круглые очки зловеще блеснули. Это была Га Ён. После попытки проникновения в гильдию Совон её схватили и заперли в том же помещении, где раньше содержался Мэтью.

Га Ён вздрогнула от смеха.

— Рекламу твою посмотрела, Пчела.

БАМ!

Пчела с размаху пнула стул, стоявший по другую сторону решётки. Она подошла вплотную к прутьям, схватилась за них и прошипела:

— Эй. Бред не неси, а отвечай на вопросы.

— Какая ты жестокая…

— С какого времени?

— Что?

— С какого времени ты начала обрабатывать Мэтью?

— Хе-хе…

Га Ён снова затряслась от смеха.

— Обрабатывала? Как-то странно звучит… Он с самого начала был с нами.

— Не неси чушь! С какой стати Мэтью стал бы связываться с такими сектантами, как вы?!

— Ну-ну… боюсь, я знаю о Мо Тэ О больше, чем ты. Может, он и был хорошим напарником… но был ли он хорошим человеком?

На её язвительные слова на руке Пчелы вздулись вены. Прутья, которые она сжимала, с хрустом погнулись. Га Ён громко рассмеялась.

— Ахаха! Что, правда думала, будто Мо Тэ О — святой? Ответственный глава гильдии? Суровый, но с теплым сердцем, что-то в этом духе? Ха-ха… Ох, ну и слепая же ты.

Смех тянулся долго. Лишь спустя время он затих, и Га Ён, будто вымотанная, тихо вздохнула и склонила голову. Пчела засунула руки в карманы, наклонилась чуть вперёд, чтобы оказаться на одном уровне с её глазами.

— Мэтью ненавидит пробуждённых.

— …

— Потому и стал работать с вами? Хотел уничтожить апокалипсис человеческими силами? Уничтожить пробуждённых?

Га Ён хмыкнула и насмешливо изогнула губы в ухмылке.

— Победить конец света человеческими силами? Этому человеку на это плевать.

— …

— Ему всё равно, умрёт он или нет. Наркотики? Он сам их принимал, знаешь ли.

— …

— Ты когда-нибудь видела, чтобы огонь горел только в одном месте? Он всегда расползается…

Га Ён резко подняла голову. Её карие глаза зловеще блестели.

— Этот человек, Мо Тэ О, больше всех желает гибели мира!

Глава 340

Мо Тэ О смотрел сквозь стекло на собравшихся в круг людей. Все они были одеты в белое и, стоя на коленях, бормотали невнятные слова. Новая молитва? Позади него подошёл Иван.

— В-все уже собираются. Осталось недолго, да?

— Да.

— А, э-э, но… разработка вакцины… без Га Ён она, ну, остановилась на том же этапе.

— Это же приманка. Есть ли смысл продолжать разработку? Думаю, людей уже привлекли достаточно.

— Д-да… Тогда хорошо.

Холодный взгляд скользнул по людям. Все они отчаянно молились. За мутировавших близких, за конец конца света. Когда-то и он молился так же отчаянно. Но молитвы не имели ни малейшего смысла.

Иван встал рядом с Мо Тэ О.

— Теперь правда… х-хе-хе… наступит конец…

— …

— Всё закончится… Этот проклятый мир…!

Иван с тревогой теребил пальцы. Его сверкающий взгляд был пропитан безумием. Мо Тэ О смотрел на своё отражение в стекле. Неужели его лицо тоже стало таким? Он не знал. Где он свернул не туда? Этого он тоже не знал.

Возможности остановиться было много.

Если бы он тогда заплатил положенную цену за свои грехи, не дошёл бы до этого?

Вопрос, на который невозможно дать ответ, быстро ушёл на дно. Мо Тэ О закрыл глаза и отвернулся от своего отражения в стекле. Монотонный шёпот молитвы навечно вцепился в его уши, словно проклятие.

***

Всегда оставался вопрос. Может ли один из сильнейших быть насильно подсажен на наркотики? Обычно зависимость развивалась у охотников до B-класса. Даже Сон Джо Хон сам себе вводил препараты. Но дальше думать не хотелось. Потому что она надеялась, чтобы с Мэтью всё было в порядке? Нет.

Потому что не хотела столкнуться с возможностью, которая может оказаться правдой.

Га Ён вздохнула, уставившись в потолок.

— Хаа… Остановить конец света человеческими силами… Слова-то красивые. Но как нам остановить конец света, если даже прославленные герои не смогли?

— …

— Но знаешь, людям нравятся такие истории. Все они насмотрелись манхв и фильмов~

Выдержать больше не было сил. Пчела схватилась за решётку и резко раздвинула прутья в стороны. Скрежет, и решётка смялась, как грязь. Она быстро вошла внутрь и схватила Га Ён за воротник.

— Эй, хватит нести чушь… Тогда зачем были эти эксперименты?

Губы Га Ён поднялись в усмешке. Пчела закричала громче.

— Если ты знала, что апокалипсис не остановить, зачем проводили эксперименты?!

От её резкого голоса задрожали стены. Га Ён склонила голову. Это уже не было лицом человека. От человеческого в нём не осталось и следа.

— Отомстить.

— Что?

— Я хочу, чтобы все пробужденные сдохли.

Рука, сжимавшая её за ворот, немного ослабла. Га Ён медленно заговорила.

— Вам может быть обидно… Вы же спасли столько жизней, а я говорю такие вещи. Но я потеряла свою единственную семью.

Пчела отпустила ворот. Га Ён, вся растрёпанная, засмеялась.

— Да… Из-за вас. Из-за этих ваших хвалёных пробужденных! Потому мы и собрались. Люди, у которых есть злоба на пробужденных, объединились, и всё это выросло до таких масштабов.

— …И это всё?

Холодный голос перебил её. Обрушилось сильное давление. Светлые карие глаза зловеще сверкнули. Пчела вцепилась в спинку стула, на котором сидела Га Ён.

— Ради этой жалкой причины ты похищаешь людей, ставишь эксперименты, промываешь мозги и запугиваешь тех, кто в отчаянии?

— …

— Да, ты можешь ненавидеть пробужденных. Но тогда разбирайся только с пробужденными… Зачем трогать обычных людей?

— Аа…

Га Ён устало выдохнула, будто от скуки.

— Изначально целью было полностью заменить вас. Моими пробужденными. Но не получилось~ Даже самый перспективный из них провалился, ага.

— Что…?

— Поэтому я изменила направление. Надо сделать пробужденных бесполезными. Лишить доверия. И потом…

Склонённая голова поднялась, и Га Ён уставилась прямо перед собой. В её глазах безумно блеснул свет.

— Если пробужденных нельзя уничтожить и нельзя заменить… тогда давайте погибнем вместе с апокалипсисом!

— …

— Ахахахаха! И в этот раз вы опоздали! Всё кончено! И ты, и я!

Грохот, цепи, сковывающие её тело, бешено задребезжали. Резкий смех рвал уши.

— Пусть этот мир сгинет!

Пчела стиснула зубы так, что заскрежетало. На стуле уже не сидел человек. Это был монстр, полный злобы. Монстр широко разинул пасть и захохотал. Пчела сжала кулак.

Свист. Воздух разрезало движение кулака. Но удара не последовало.

— Что за…!

Кто-то схватил Пчелу за плечо и резко оттащил назад. Она, пылая злобой, обернулась. Ничего не отражающая чёрная маска. J. Пчела усмехнулась.

— Ха… Человек, который лежал в палате, зачем сюда спустился?

— Мне кое-кто сообщил.

J кивнул подбородком в сторону угла, где неожиданно показалась чёрная голова. Лицо с солнцезащитными очками небрежно поклонилось. Чёртов Со Мин Ги, я думала, он где-то блюёт. В этот момент сзади подошёл Чон Бин.

— Вы даже признание за наших агентов получили. Спасибо, Пчела.

Чон Бин легко коснулся её застывшего в воздухе кулака и мягко улыбнулся. Негласное предупреждение. Он готов закрыть глаза на покушение, если все будут держать язык за зубами. Пчела поколебалась, но опустила руку. В ответ вернулась одобрительная улыбка. Чон Бин заложил руки за спину и встал перед Га Ён.

— Вы долго молчали, что доставило нам немало проблем… Наконец-то можем поговорить по делу. Верно?

С лица Га Ён исчезла улыбка. Абсолютно безэмоциональное выражение. Чон Бин с мягким лицом обернулся к Пчеле и J.

— Дальше я займусь этим. Пчела, не проводите ли вы J обратно в палату?

— …Хорошо.

Она кивнула, и рука, сжимавшая её корпус, отпустила. Пчела, вращая затёкшим плечом, вышла из камеры. J последовал за ней с небольшим опозданием.

Пока они шли по длинному коридору, никто не произнёс ни слова. Лишь шаги позади напоминали о присутствии J. Уже подойдя к лестнице, Пчела заговорила первой.

— С какого момента ты слушал?

— …С того, как Мэтью ненавидит пробужденных.

— Ха, значит, всё с самого начала. И всё равно молчал?

— …

— А, понятно.

Чёрная маска молча кивнула. Пчела поморщилась. Сегодня эта маска раздражала особенно сильно. Она повернулась и подошла ближе к J.

Она понимала. Это просто способ сорваться.

Но ей было интересно, какое выражение скрывается за маской. Она протянула руку к маске, и J отступил на шаг назад. Пчела скрестила руки.

— Эй, J. Какое у меня сейчас лицо?

— …

— Просто ужасное, да?

Маска немного помедлила, а потом снова кивнула. Слишком уж честный. Пчела резко провела рукой по глазам. Размытое от слёз зрение немного прояснилось. Она откинула волосы за ухо и резко бросила:

— Уверена, у тебя не лучше.

Когда он её сдерживал, она слышала дыхание рядом. J был так же взволнован, как и она. От ярости.

— Нечестно, если только я показываю такое лицо. Покажи и ты.

Она знала, что он не снимет маску. Не станет идти на поводу у такой детской выходки. Всё это — просто каприз. И всё же.

Рука, долго колебавшаяся, потянулась к маске.

А затем…

Щелк.

Он снял маску.

— …

— …

Лицо юноши открылось. Пчела распахнула глаза. Это лицо было до боли знакомо. Холодные, благородные черты. Парень из ресторана с похмельным супом. Но от его прежнего равнодушного выражения не осталось и следа.

— Ты…

Перед ней стоял не герой J и не работник ресторана, а человек, измождённый до предела. Покрасневшие уголки глаз, искусанные до крови пересохшие губы. Лицо, побледневшее до пепельного. Он что-то сдерживал. Возможно, то же самое, что и Пчела.

Она осторожно потянула за руку, в которой он держал маску.

— …Хорошо сдержался. И ты, и я.

На лице юноши появилась слабая улыбка. Пчела едва сдержала подкатившие слёзы. Парень пошевелил губами, но не смог вымолвить ни слова и опустил голову. Пчела мягко похлопала его по руке. Это было утешение, доступное лишь тем, кто знает, что такое потеря.

Сколько времени прошло — неизвестно. Когда слёзы, стоявшие в глазах Пчелы, окончательно высохли…

Биииииип.

Резкий сигнал тревоги огласил всё здание. За ним тут же последовал бесстрастный голос мальчишки.

— Всем охотникам в здании гильдии немедленно собраться в главном зале…

Их взгляды встретились. Измождённое лицо юноши вновь скрылось под чёрной маской. Оба тут же бросились вверх по лестнице.

Глава 341

Пчела осторожно приоткрыла дверь и оглядела обстановку в зале. Ча Ый Джэ тоже незаметно вытянул голову и осмотрелся. Большинство, похоже, пришли на лечение и были вызваны сюда, поэтому были обмотаны бинтами по всему телу. Стоявший перед ними мальчик безэмоциональным голосом сказал:

— Лежащие на лечении пациенты одновременно впали в припадок. Прошу помочь с их подавлением.

— Подавлением? А не лечением?

— Это мутировавшие пациенты. Также прошу учесть, что речь идет о подавлении, а не об устранении. Я решил, что одному мне потребуется слишком много времени, поэтому попросил помощи.

Охотники загудели. Если это мутировавшие, то с ними трудно справиться… У меня ведь рука ранена… Все явно колебались. И было понятно почему. Сила мутировавших была не меньше, чем у монстров, и малейшая ошибка могла привести к новым ранам или даже смерти. Один из охотников поднял руку.

— А ломать конечности можно?

— По возможности воздержитесь.

— Тск, сложно-то как. Это обязательно?

— Нет, это не принуждение. Это просьба.

— Тогда я пас. У меня до сих пор бок болит от раны.

— И я тоже. Можно вернуться в палату?

— Да, конечно.

— Пришёл лечиться, а снова калекой становиться не хочется.

Охотники один за другим разошлись. Мальчик посмотрел на опустевший зал, затем развернулся и исчез в коридоре. Пчела цокнула языком.

— У нынешних охотников совсем нет духа.

— Видимо, не хотят умирать.

— Всё равно, если так оставить, ситуация может только ухудшиться.

— Нельзя заставлять людей жертвовать собой.

— …

Острый взгляд устремился на Ча Ый Джэ. Он поправил маску и спросил:

— Что?

— Просто… когда это говоришь именно ты…

— То что?

— Хочется тебя ударить.

— Что? С чего вдруг?

— Не знаю, просто хочу ударить. Хоть разок, давай.

— Да почему ты вдруг…!

Ча Ый Джэ схватил руку Пчелы, которая с поднятым кулаком бросилась на него, и начал с ней бороться. Она, похоже, и правда собиралась его ударить, яростно размахивая руками. С такой скоростью кулаков справляться было нелегко даже ему. И как раз в тот момент, когда Ча Ый Джэ собирался предложить перемирие, в ухо ударил насмешливый голос.

— Что это такое~? С каких пор вы так хорошо ладите?

— Угх.

Пчела вздрогнула, скривив лицо. Внизу лестницы показались светло-голубые волосы. Гю Гю, с ухмылкой на лице, помахал рукой.

— Привет~ Давно не виделись~

— Свали!

— Эй, ну что за грубость. Мы ведь не так уж плохо ладим~ И потом.

Он, перепрыгивая через две ступеньки, поднялся и встал прямо за ними.

— Хотел бы свалить, но… вы же перегородили дверь~?

— …

В светло-карих глазах Пчелы мелькнула ярость. Ча Ый Джэ, уловив момент, отпустил её руку. Пчела, скрипя зубами, с грохотом распахнула дверь.

— Проваливай, сейчас же.

— Ой-ой, страшно-то как. Не интересно, зачем я тут?

— Мне плевать, так что заткнись и вали!

— Но я ведь хочу рассказать. А, господин J, давно не виделись~ Как поживали, а?

Гю Гю схватил руку Ча Ый Джэ и начал её яростно трясти. Чёрт, как реагировать? Сказать, как Пчела, чтобы валил? Но Гю Гю был на редкость проницателен. Не успел Ча Ый Джэ что-либо сказать, как тот, прислонившись к двери и заняв удобную позицию, начал тараторить:

— Да ничего особенного, просто у мамы сааамые лёгкие признаки мутации появились. Она в гильдии Совон.

— …Симптомы мутации?

— Ага~ Вот, навестить пришёл.

— …Тогда какого чёрта ты выполз снизу?

— А~ Ходил к доктору, но меня выгнали. Говорят, доктор тоже слёг, да?

Пчела на мгновение замялась, а затем спросила:

— Ты, слышал, что марионетка говорила?

— Уши у меня хорошие, вот и услышал. Я как раз шёл помочь, и тут на пути — бац, вы вдвоём дверь загородили!

— …

— Эй~ Я ж не обвиняю, просто ситуацию пояснил, так что не делай такое лицо. Ну, я пошёл?

— …Стой.

Гю Гю уже открывал дверь, но замер. Пчела с мрачным лицом процедила:

— Идём вместе. Всё равно я тоже собиралась помочь.

— О? Правда~?

— Заткнись и пошли уже!

— Ай-ай, больно же, не пинай по заднице!

Ча Ый Джэ последовал за ними. Пчела, шедшая рядом, скрестив руки на груди, понизила голос и спросила:

— Что ты делаешь? Тебе нужно вернуться в палату.

— Думаю, если немного подвигаться, станет легче на душе.

— …

Пчела закусила губу и резко отвернулась. Похоже, она чувствовала то же самое.

— Делай что хочешь.

— Спасибо, Пчела.

— Не говори такие вещи, они тебе не идут.

Шедший впереди Гю Гю протянул насмешливым голосом:

— Вы двое так близки… А со мной дружить не хотите?

— Кто тут с кем дружит?!

Он получил ещё три пинка по заднице, прежде чем наконец заткнулся. Гю Гю уверенно повёл их по пути к палате, где находились мутировавшие. Чем ближе становился запах крепкого антисептика и лекарств, тем громче раздавался шум. Слышались звуки разрушений и вопли. Вскоре они оказались перед массивной железной дверью.

Гю Гю достал из кармана куртки карту-ключ и приложил её к устройству. Писк. Лампочка над дверью загорелась зелёным. Он осторожно толкнул железную дверь и прошептал:

— Отсюда действуем каждый сам за себя. Для меня мама — превыше всего.

Гю Гю подмигнул и тут же исчез. Пчела коротко выдохнула и привела дыхание в порядок. Достав рапиру, она взглянула на Ча Ый Джэ.

— Ни в коем случае не рискуй и помогай в меру. Понял? В меру!

— Понял. Мне самому обратно в палату ложиться не хочется.

— Хм, мы наконец-то начинаем понимать друг друга.

Пчела с лёгкой усмешкой на лице скрылась следом за Гю Гю. Ча Ый Джэ придержал закрывающуюся железную дверь и заглянул внутрь. Внутри уже царил хаос. Вдоль коридора с множеством дверей толпились мутировавшие. Крики изувеченных людей, чьи тела были поражены мутацией, гулом отдавались в голове.

Резкая головная боль ударила в виски.

[Не хочу! Не хочу! Не хочу!]

[Не хочу мутировать!]

[Больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно!]

— …

Скрытый смысл в этих воплях отпечатался в сознании. Ча Ый Джэ опустил голову, держась за дверь. Желудок сжался, перед глазами всё поплыло. Нет, надо держаться. Подавляя подступающую тошноту, он шагнул внутрь, и в тот же момент что-то бросилось на него.

Хвать! Ча Ый Джэ крепко схватил нападавшего. Это был мальчик, чья голова и кожа стали белоснежными, а горло сдавленно хрипело. Его рот и руки уже превратились в нечто монстроподобное. Острые зубы клацали, а когти, острые, как лезвия, разорвали рукав. Но кожу они не поцарапали. Мальчик отчаянно вырывался.

— Кьяяя…!

— Ослабьте хватку. Боюсь, что так вы ему шею свернёте.

Бесстрастный голос произнёс. Марионетка, даже среди хаоса, спокойно подошёл и склонил голову.

— Слышал о ситуации. Спасибо, что пришли помочь.

— Нет, э-э… что с этим человеком делать?

— На груди больничной одежде указан номер палаты. Нужно вернуть его туда. Дверь можно запереть снаружи.

Как он и сказал, на одежде был номер 108. Ча Ый Джэ, удерживая вырывающегося мальчика, начал проверять номера на дверях. 108, 108…

«Нашёл».

Дверь была распахнута настежь. Внутри всё выглядело как обычная палата. Куда более человеческая, чем комнаты, где держали подопытных Прометея. Ча Ый Джэ втолкнул мальчишку, пытавшегося вцепиться зубами в его руку, и с грохотом закрыл дверь, заперев её.

«Замки работают нормально, так почему же все выбрались и подняли шум?»

Ответ пришёл вместе с яростным голосом Пчелы, доносившимся с той стороны.

— Ты что, совсем свихнулся, хозяина своего в точности скопировал?! Думаешь, быстрее будет, если выпустить всех сразу и потом разом успокоить?! Чушь собачья! Да это всё равно что с двадцатого этажа сигануть, потому что лень спуститься по лестнице!

— Я посчитал, что так лучше, чем когда мутировавшие выламывают двери и приходится чинить замки.

Ага.

Смутившись, Ча Ый Джэ закатал порванный рукав до локтя.

«…Ну, в каком-то смысле это ведь тоже рациональное решение?»

Мысль, за которую Пчела наверняка бы врезала ногой, пронеслась в голове, пока он одного за другим хватал обезумевших людей.

…С этого момента за его движениями словно пристально наблюдали.

Гю Гю, теребя нижнюю губу, следил за мелькающей туда-сюда спиной. Его волосы отливали таким же белым блеском, как и у обезумевших мутировавших. Даже ярче, чем в последний раз, когда он их видел….

С тех пор как у его матери появились первые признаки мутации, он собирал данные о множестве подобных случаев. В основном мутация поражала мирных жителей, и лишь редко — пробуждённых. Защищает ли их система или есть иная причина, пока неизвестно.

Кровь мутировавших белая, их тела постепенно белеют, и вскоре они превращаются в монстров. Скорость мутации у всех разная, но если речь о семье пробуждённого, то процесс идёт медленнее.

«Если это пробуждённый, то, наверное, ещё медленнее…»

Мысль, полная догадок, закрутилась в голове. Гю Гю сжал в кармане кубик. К нему подошёл Чон Бин.

— Гю Гю, как дела? Ваша мать…

— Ага~ С мамой всё в порядке. А ситуация, ну… сам видишь. Герой летает туда-сюда.

— Ему ведь ещё отдыхать нужно…

Чон Бин тяжело вздохнул. В кармане глухо перекатился кубик. Гю Гю, глядя на развевавшиеся пепельные волосы, заговорил.

— Ты с J близок?

— Что? Почему вы вдруг это спрашиваете?

— Просто интересно, настолько ли вы близки, чтобы делиться сокровенным.

— …

— Это лишь моё предположение, но кажется, что герой что-то скрывает.

Когда он пригладил свои растрёпанные волосы, лицо Чон Бина слегка напряглось.

— …Вы подозреваете мутацию?

— У пробуждённых мутация ведь идёт медленнее, чем у простых людей. Волосы у него постепенно светлеют, а под одеждой могут быть и другие следы мутации….

— …

— К тому же, он выжил в разломе Западного моря. Неизвестно, что там произошло, но не лучше ли проверить все возможные варианты~?

Гю Гю прислонился спиной к двери палаты. Из-за двери доносились тихие всхлипы матери.

— А я вот думаю….

Грохот. J прижал к полу обезумевшего здоровяка. Тот дёрнулся, затрясся и опустил голову. Рука, удерживавшая здоровяка, мелко дрожала. Но лишь на миг. Уже через секунду J будто ничего и не было, поднял того с пола.

Неужели он думает, что этого никто не заметит? Всё же прекрасно видно.

Гю Гю горько усмехнулся.

— Я даже не хочу представлять, что произойдёт, если J станет монстром~…

Он негромко шепнул, похлопав застывшего Чон Бина по плечу:

— …Проверь его.

Глава 342

Благодаря усилиям J беспорядок вскоре был улажен. Заперев дверь последней палаты, мальчик склонил голову в знак благодарности охотникам.

— Спасибо за помощь, всё закончилось быстро благодаря вам.

— Что стало причиной массового припадка?

— Это можно будет выяснить, только когда хозяин очнётся.

— Всё-таки, надо бы тебе набраться выносливости.

— Точно. Такой хилый, и что с тобой делать~

Воспользовавшись тем, что Пчела и Гю Гю неожиданно нашли общий язык, Чон Бин подошёл к J. Тот, скрестив руки на груди, осматривал палаты. Чон Бин слегка откашлялся и мягко улыбнулся.

— Думал, вы вернулись в палату, а тут снова встречаемся.

— А, ха-ха….

— Вы так ловко двигались… Видимо, и правда с телом всё в порядке.

— Я же говорил. Просто на мгновение отключился, но с телом всё в норме. Крепкое здоровье — мой главный плюс.

J смущённо почесал затылок. Под светом лампы его волосы светились белым. Всё более белеющие волосы. Прибор для определения мутировавших пока не был разработан. Учёные и так заняты созданием вакцины, да и в большинстве случаев их можно различить невооружённым глазом.

«Достаточно ли судить только по цвету волос?»

Будто заметив наблюдательный взгляд, J опустил руку и незаметно заложил её за спину.

— …

— …

Чон Бин не прекращал разглядывать, а J вертел головой, пытаясь уклониться. Воспользовавшись моментом, Гю Гю обнял Чон Бина за плечи. С заинтересованным видом он поддразнил:

— Что за напряжение? Дайте и мне поучаствовать~

Чон Бин слегка оттолкнул Гю Гю плечом и улыбнулся.

— Ассистент, господин Гю Гю предлагает помочь с уборкой. Забирайте его и нагружайте работой по полной.

— А? Я такого не говорил.

— Правда? Благодарю за помощь.

— Я же сказал, ничего такого не говорил! Эй, ты слышишь?

Мальчик схватил Гю Гю за руку и потащил за собой. Тот, с ошарашенным видом, покорно поплёлся следом. Пчела усмехнулась.

— Так тебе и надо!

Чон Бин снова устремил взгляд на J. Может, это была провокация Гю Гю. Может, он просто хотел вызвать ненужные подозрения. Но…

«Переменные нужно исключать по максимуму».

Первое правило пробуждённого — защита гражданских. Чон Бин протянул руку J.

— Не хотите поговорить наедине?

— …

J, будто ища помощи, огляделся и наткнулся взглядом на Пчелу. Та, заметно растерявшись, переводила взгляд с Чон Бина на J, потом вдруг отвела глаза и затараторила:

— Ой, что это я! Совсем забыла, у меня срочная встреча! Побегу, пожалуй?

— Пчела!

— Да, я тоже была рада! Ещё увидимся!

Пчела исчезла, словно ветер. Остались только двое. Чон Бин с улыбкой оказывал давление, и в конце концов J, опустив плечи, пошёл следом за ним.

Они искали место, где не было бы лишних ушей, и добрались до самой крыши. Чон Бин потянул за неплотно закрытую дверь. На крыше гильдии Совон находилась вертолётная площадка. Пройдя мимо огромной буквы H, Чон Бин направился к перилам. J волоча ноги последовал за ним.

Прошло восемь лет. Чон Бин пристально всмотрелся в юношу, который плюхнулся на зелёное покрытие. Словно время обошло его стороной. Кроме цвета волос и одежды, J почти не изменился с тех пор.

— Не возражаешь, если я закурю?

— Да, как тебе удобно.

— Спасибо.

Чон Бин достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет. Когда он закурил, J фыркнул:

— Всё ещё не бросил.

— Ха-ха, тяжело отказаться. Хочешь одну?

— …Нет, кто-то устроил мне целую истерику, чтобы я бросил.

J цокнул языком и отвернулся. Кто же это мог быть? Кто осмелился закатить истерику и заставить J бросить курить? Чон Бин прикурил и глубоко затянулся. Долго гадать не пришлось. Кто ещё, если не Ли Са Ён. Вдруг его пробрало холодом.

В подземелье Чонно самым страшным существом был J, потерявший рассудок и вышедший из-под контроля.

Кончики пальцев, державших сигарету, слегка дрожали. В голове зазвучал голос Гю Гю, лишённый привычной насмешки:

«Я даже не хочу представлять, что произойдёт, если J станет монстром~…»

Чон Бин чувствовал то же самое. Если даже превращение гражданского так опасно, то что будет, если монстром станет охотник, да ещё и сильнейший из пробуждённых?

— … J.

— Да.

Слова никак не хотели срываться с губ. Можно ли это спросить? Даже если спрошу, ответит ли он честно? Если он мне не доверяет, разве есть смысл задавать этот вопрос?

В итоге Чон Бин вместо прямого вопроса выдал совсем не то:

— Ты подавал налоговую декларацию?

— …Что?

— …Нет, забудь. Оговорился.

— …А, кстати, люди, что умерли и потом воскресли, тоже налоги платят?

К счастью, J воспринял это как шутку. Чон Бин провёл рукой по губам и тихо усмехнулся.

— Возможно. Но точно лучше проконсультироваться с налоговым специалистом.

J, подпирая рукой подбородок, недовольно проворчал:

— Ну, в наше время никаких налогов для пробуждённых не было.

— Ха-ха, с тех пор появилось много новых правил. И законов тоже. Слишком много охотников уклонялись от налогов.

— То, что всё стабильно, ещё не значит, что это хорошо.

— Хм, тогда это было дикое время. Конечно, у дикости были свои плюсы. А теперь даже на магические камни налог есть, знаешь?

— …И налог на магические камни тоже?

— Когда продаёшь через рынок, это и комиссия, и налог одновременно.

— А, если на «Томатном рынке»…

— А, там продажа считается уклонением от налогов.

— …

Пока они перекидывались этими вроде бы шутливыми репликами, напряжение немного спало. Чон Бин крепко сжал руку в кармане. Он допрашивал бесчисленное количество охотников и всегда умел добыть нужную информацию. Но впервые почувствовал, что его ораторских навыков недостаточно.

J вытянул руки и потянулся.

— Хотел что-то спросить?

— …

— Просто спрашивай прямо. Не ходи вокруг да около.

— …Тогда, J.

Чон Бин задержал дыхание и спросил:

— Ты сейчас в состоянии мутации?

J поднял голову. Ответ, неожиданно, прозвучал легко:

— Да.

Бум. Будто что-то тяжёлое рухнуло. Словно что-то обрушилось. Чон Бин, стараясь, чтобы голос не дрожал, спросил снова:

— …С какого времени?

— Точно не уверен, но, наверное… с того момента, как оказался внутри разлома в Западном море. Осознал я это не так давно.

— …

— Если съесть белого монстра, становишься мутировавшим. Так что даже если будет голод и нехватка пищи, только не ешь монстров.

— …Внутри разлома ты что-то ел?

— …

Ответа не последовало, и чёрная маска не выдала никаких эмоций. Чон Бин, не сдержавшись, торопливо добавил:

— Я не хочу обвинять тебя или товарищей-охотников, просто нужно уточнить факты… Если не хочешь отвечать — не надо.

— Ничего страшного. Это в прошлом.

J потеребил свои волосы. Поседевшие, выцветшие волосы напоминали цвет пепла, падающего с неба.

— К счастью, процесс идёт медленно. Если уж на то пошло, то я, наверное, первый мутировавший в этом мире. Кроме слегка изменившегося цвета волос — никаких других признаков мутации….

— Это… к счастью.

— То, чего ты опасаешься, не произойдёт.

Голос звучал с уверенностью. Откуда такая уверенность? Почувствовав сомнение, J поднял указательный палец и направил его куда-то. Его палец указывал в небо.

— Потому что я собираюсь встретить Конец.

Он сказал это так легко, будто собрался на прогулку. Чон Бин едва не выронил сигарету, зажатую между пальцами. Прокашлявшись, он поспешно переспросил:

— Подожди, ты серьёзно?

— Разумеется. Мы же не можем просто сидеть и ждать, пока это придёт. Если можно нанести первый удар, его и нужно нанести.

— Но…

— Даже за то короткое время, что оно открыло глаза, ущерб был огромным. Ты знаешь это лучше меня.

— …

— Лучше попробовать хоть что-то, чем сидеть сложа руки и ничего не делать.

— Даже если это путь к смерти?

— Да.

Ответ прозвучал твёрдо. Чон Бин потерял дар речи. Как можно так сразу ответить? Ведь речь идёт о жизни. Тем более он уже однажды вошёл в подземелье, где ждала смерть….

Чон Бин с трудом справился с дрожащим дыханием.

— Ты уже принял решение?

— Да.

— …Я ведь всего несколько десятков минут назад сказал не взваливать всё на себя….

— Да ладно, разве я собираюсь делать это в одиночку?

— Что?

Чон Бин распахнул глаза. J уже сидел, облокотившись руками о землю. Порыв ветра, смешанного с пеплом, растрепал его серые волосы, разметав их, словно они были пеплом.

— Пока я буду сражаться, вы должны защищать людей.

— …

— Каждый делает то, что умеет лучше всего.

J поднял голову. Лица из-за маски было не видно, но Чон Бин словно угадывал выражение.

— Разделение труда.

Он улыбался.

Глава 343

Что можно сказать человеку, который улыбается, идя навстречу, возможно, собственной смерти. Восемь лет назад Чон Бин не смог ничего сделать для юноши, отправлявшегося в разлом на Западном море. Он не только не удержал его словами «не ходи», но даже не смог честно сказать хоть что-то, и не донёс об этом наверх. Если бы он хотя бы сказал, что нельзя его отправлять, стало бы на душе хоть немного легче?

Прошедшие восемь лет были бесконечной чередой сожалений.

Юноша был молод. Настолько, что это было заметно каждому. Люди делали вид, что не замечают, использовали его доброту и наивность, и в конце концов подтолкнули. К смерти.

Однако сейчас J вернулся и стоит перед Чон Бином. В более внушительном виде, чем прежде. И снова собирается уйти.

Чон Бин без улыбки на лице спросил:

— Это выбор, сделанный под чьим-то принуждением?

— Нет.

— Промывка мозгов или давление?

— Нет.

— Это чувство ответственности?

— …Немного, да.

— Значит, ты идёшь на смерть только из-за простой ответственности?

— Ну, не только ответственность, но….

J поднял голову и посмотрел на небо. Чёрная дыра, кружившаяся в тёмном вихре, медленно начинала светлеть. Затылок пронзил холод. Громкий звук сирен раздавался повсюду.

Апокалипсис снова начинал действовать.

Телефон в кармане не переставал вибрировать. Чон Бин поспешно достал его. J махнул рукой.

— Всё в порядке, отвечай.

Стиснув губы, Чон Бин нажал кнопку вызова. Из телефона раздался торопливый голос, выплёвывающий информацию:

— Прометей снова активизировался, группы собрались и молятся Концу света….

— Белая дыра откроет глаза раньше, чем ожидалось!

Тем временем J неторопливо поднялся с места и, легко подпрыгнув, встал на перила. Его движения были такими непринуждёнными, словно он один ускользал от течения времени.

— У меня есть счёты с этим ублюдком.

— …

— Он отнял у меня нечто очень дорогое.

Чон Бин, наполовину пропуская мимо ушей доклад подчинённого, смотрел на фигуру, стоящую на перилах. Пепельные волосы и чёрная куртка развевались на ветру. Это была невообразимо крепкая фигура по сравнению с той, что была восемь лет назад.

Что с тобой произошло за всё это время.

Он проглотил слова, подступившие к горлу. Прошлые ошибки не исправить. Но…

— Если собираешься идти….

Ошибки можно не повторить.

Он глубоко вдохнул и мягко улыбнулся.

— На этот раз обязательно вернись.

Он будет уважать решимость юноши. Даже если это дорога к смерти.

— Я буду ждать. Пока сам буду делать то, что должен.

Он выполнит порученное ему дело.

J, стоя на перилах, повернул голову. Чон Бин поднял вверх кулак.

— Потому что это разделение труда. Не так ли?

J долго смотрел на выставленный кулак. Пока длилось молчание, Чон Бин не опускал руку. Он просто ждал. Ждал, что тот ответит по своей воле.

Наконец J полностью развернулся и, присев на корточки, устроился на перилах.

Тук. Кулак столкнулся с кулаком. Из-за чёрной маски раздался тихий смех.

— Так и сделаю.

— Спасибо.

— Это мне следовало бы сказать.

J пригладил волосы, растрёпанные ветром.

— Раньше ведь, ты специально находил меня, сидевшего в углу, и начинал разговаривать. Даже напиток в автомате каждый раз брал для меня. Ну… перед тобой я, правда, так и не пил. Но всё это была забота обо мне, правда?

— …

— К тому же… Ли Са Ёна ты тоже сделал человеком.

— …Что?

— Нет, правда. Его социальные навыки ведь целиком твоя заслуга и Пэ Вону.

— …Я?

— В любом случае…

Щёлк. Рука приподняла нижнюю часть маски. Под ней на миг мелькнули уголки губ, изогнувшиеся в улыбке.

— Говорю же, спасибо.

Короткая улыбка исчезла за маской. J поднялся, снова удерживая равновесие на перилах. Он слегка склонил голову, а затем…

спрыгнул вниз.

Чон Бин моргнул, глядя на пустые перила.

Где-то он уже видел эту нижнюю часть лица?

***

Ча Ый Джэ, дрожа плечами, яростно чесал руки. Чёрт возьми, выложив всё, что нужно и не нужно, он чувствовал зуд по всему телу.

«Надо было поблагодарить, конечно».

Но не слишком ли много он наговорил, поддавшись моменту? Ча Ый Джэ почесал затылок. И тут.

Курурунг….

С зловещим треском Чёрная дыра засияла белым светом. Похоже, оно вот-вот откроет глаза. Судя по тому, что говорили о Прометее, эти ублюдки снова устроили какой-то ритуал. Уже повсюду чувствовалось присутствие монстров.

«Вечно одни проблемы, никакой пользы».

Ча Ый Джэ, перепрыгивая с одного фонаря на другой, передвигался вперёд. На этот раз сколько оно будет открыто? Каков будет масштаб ущерба? Всё оставалось неизвестным.

«Сначала разобраться с этим или…»

Сразу же уничтожить источник? Это было похоже и на гонку со временем, и на изнуряющую войну. Ча Ый Джэ должен был выбрать. В этот момент снизу раздался звонкий голос, остановивший его шаг.

— J!

Это была Пчела. Ча Ый Джэ спрыгнул с фонаря и встал лицом к ней. Пчела уже успела разобраться с несколькими монстрами и держала наготове рапиру.

— Почему Конец света уже пришёл? Разве не было ещё времени?

— Похоже, Прометей снова устроил какой-то ритуал. Конец света ускоряется, если его упоминать….

— …Вот же сукины дети.

— Так что я думаю, идти туда или сначала разобраться с Концом света…

Не дослушав, Пчела хлопнула J по спине. Удар был таким сильным, что отозвался ноющей болью.

— Угх!

— Ты ещё думаешь, что ли? Немедленно выдвигаться надо!

— Э-э, куда…

— Куда ещё! Ты ведь можешь разобраться с Концом света? Тогда туда и нужно! А этого идиота Мо Тэ О я сама прикончу, я его лучше знаю.

— …

— Каждый должен делать то, что умеет лучше всего, разве нет?

Ему вернулись слова, что он сам недавно сказал Чон Бину. Вот каково это было? На губах мелькнула лёгкая улыбка. Ча Ый Джэ кивнул. Пчела фыркнула.

— Ну так, как ты собираешься добраться до Конца света?

— Через пасть Большого Рта.

— …Это была не шутка?

— Я же серьёзно. Я ведь даже в разрушенном мире бывал, и всё ещё не веришь?

— Верить можно, когда это похоже на правду, а тут…

За спиной у ошеломлённой Пчелы сверкнул свет. Огромный щит Пэ Вон У удерживал раскрытую пасть Большого Рта.

— Отличное время.

— Эй, ты серьёзно туда собрался?

— Конечно. Пэ Вон У, заставьте этого гада открыть пасть!

— Да, что? А, понял!

Пэ Вон У инстинктивно подчинился приказу. Он собрал все силы и, напрягаясь, широко раскрыл пасть Большого Рта, зафиксировав её. Кан Джи Су, следовавшая за ним, с ошарашенным видом вытянула руки, создавая лианы, которые опутали извивающееся тело. Ча Ый Джэ вежливо поклонился.

— Благодарю.

— Что это ещё? Осмотр зубов проводить будете? Или доктор велел удержать?

— Ни то и ни другое.

— Тогда что?

— Собираюсь внутрь.

— Ч… что?

Он пару раз скользнул подошвой по земле. Ботинки, которые в самом начале блестели новизной, теперь были все в пепле и царапинах. Но они оставались крепкими и сидели идеально.

Точно так же, как Ча Ый Джэ сам.

Ча Ый Джэ слегка присел. Оценил расстояние до монстра, высоту. И затем,

Свист —

оттолкнувшись от земли, рванул вперёд. И высоко прыгнул. В одно мгновение промелькнули круглые от удивления глаза Кан Джи Су и растянутое лицо Пэ Вон У с разинутым ртом. Внезапно вырвался смех. Всё, что до этого сковывало его, в одно мгновение оборвалось.

Освобождение.

Ча Ый Джэ громко крикнул:

— Я скоро вернусь!

Он рухнул в раскрытую пасть, в бесконечную пустоту.

Когда пепельные волосы полностью скрылись внутри, Пэ Вон У отпустил руки, державшие челюсть.

— …Э?

На его лице отразился образ, как на картине «Крик». У Кан Джи Су лицо было не лучше. Освободившийся Большой Рот облизнулся, причмокивая. Он наклонял голову, словно пытаясь понять, что именно попало ему в пасть.

Пэ Вон У механически, прерывистыми движениями указал на Большого Рта.

— Эй, эй, он, он, только что, только что…

— …Самоубийство?

— Не говори такие жуткие вещи, чёрт!!

— Ай!

Пэ Вон У дал Кан Джи Су подзатыльник и снова силой раскрыл пасть Большого Рта. Уворачиваясь от высунутого языка, он наклонился и отчаянно крикнул в пустоту:

— J! J! J! Ответьте!

— Безнадёжно… Вы же видели только что? Он прыгнул как профессиональный дайвер. Даже зубов не задел, идеально вошёл.

— Заткнись! Что, J у нас мяч для гольфа, а? А? Чтобы сразу в лунку? Э? J!

— Ну, вообще он и правда был похож на мячик…

Пчела, прикрыв рот рукой, пробормотала. Пэ Вон У отступил на пару шагов и рухнул на землю.

— J-е-е-е-е-й!

Его отчаянный вопль разнёсся по улице. Кан Джи Су решила иначе. От крика J не вернётся.

Она крепче стянула лианами извивающееся тело Большого Рта, достала телефон и уверенно набрала номер.

— Да~ здравствуйте. Я охотник Садовник из гильдии Падо. Хотела бы запросить помощь у Бюро управления разломами. У вас остались ловушки для монстров? Нет-нет, не для убийства, а живыми поймать. Да нет, ничего особенного, просто кто-то сиганул в пасть Большого Рта…. Что? Кто мог так сдуреть?

Кан Джи Су быстро прикрыла динамик. В это же время Пэ Вон У, лежа на земле, взвыл.

— J-е-е-е-е-й!

— …Эм, если я назову имя, это как бы повредит имиджу, знаете? Не хочу, чтобы на меня подали в суд… Так что лучше не говорить… Эй, ну вы же понимаете, это не выйдет. Но дело срочное. Только на этот раз. Да, да. Да-а, отправлю координаты, пожалуйста, приезжайте как можно скорее~ Спасибо~ Да~

Тук. Отключив телефон, Кан Джи Су посмотрела на бледное небо. Из груди вырвался вздох.

«Господин J, то есть J».

Она прикрыла глаза ладонью от света.

«Вы мне теперь должны…»

— J-е-е-е-е-й!

Вой Пэ Вон У не стихал. Кан Джи Су спокойно вставила беспроводные наушники и включила музыку на полную громкость. Только тогда вой стал чуть тише. Она прислонилась спиной к боку Большого Рта, который дёргался, связанный лианами и цокнула языком.

«Жизнь нелегка».

Глава 344

Ча Ый Джэ открыл глаза.

Ослепительно-белый свет болезненно кольнул их.

Прищурившись, он прикрыл глаза ладонью. Но это не заставило свет исчезнуть.

— …Кхм.

Ча Ый Джэ начал задавать самому себе вопросы, сгибая по одному пальцу, заслонявшему небо.

Где это?

Пока не знаю.

Последнее воспоминание?

Пэ Вон У всё шире раскрывающий рот. Виднелся дрожащий кадык.

Состояние тела?

Спина и руки затекли, но в пределах нормы.

Состояние разума?

Пожалуй, ясное.

Моя цель?

Разобраться с концом света, прежде чем мир погибнет.

Он сжал все пять пальцев в кулак. К этому времени глаза уже привыкли к свету, и перед ним предстала окружающая картина. Мир, покрытый белым пеплом до самого горизонта. В точности как разлом на Западном море.

Ча Ый Джэ приподнялся. Хрусть. Что-то хрустнуло и в воздух взвилось облако серой пыли. Он лежал на маленьком холме.

Вдруг по затылку пробежал холодок.

«…Неужели это гора из трупов?»

Он поспешно ощупал землю руками и почувствовал твердый, шершавый бетон. Похоже, это был холм из обломков зданий. Ча Ый Джэ грубо потер маску. Белый пейзаж вызывал нарастающее чувство тревоги.

Он точно пришёл туда, куда нужно?

Если я ошибся…

Не успел он прийти к выводу, как над ним нависла черная тень. Ча Ый Джэ поднял голову. И тут же откатился в сторону, чтобы избежать тени.

КВАААНГ—!!

С вершины холма поднялось облако пыли. Ча Ый Джэ скрипнул зубами.

— Что за черт?!

Он резко вскочил, чтобы рассмотреть, что едва не раздавило его. Это был красный спортивный автомобиль. Точнее, его часть. От машины остались лишь багажник и заднее сиденье. Передняя часть была грубо вырвана, а на красном корпусе ясно виднелись следы когтей и зубов. Вслед за этим на заднее сиденье спорткара с грохотом упало что-то квадратное.

[…махерская]

На этот раз это был фрагмент вывески, у которой грубо оторвали начало. Судя по маленькой нарисованной ножнице рядом с буквами, это была вывеска парикмахерской.

— Здесь… падает то, что сожрали они?

Ча Ый Джэ покинул холм, с которого без остановки что-то падало, и стал осматривать неровную землю. Смахнув покрывавший её пепел, он увидел очертания какой-то улицы. Обломки зданий, изодранные зубами, фонари, автомобили, вывески. А среди них — разбросанные белые кости. Они были в одежде, но ни одного целого фрагмента не осталось. Руки, ноги, верх или низ туловища — всё было отрезано.

Он остановился перед скелетом, вытянувшим руку вперёд, и почтительно склонил голову. Затем открыл лежавший прямо перед ним кошелёк.

— Простите… я только проверю.

Внутри оказалось несколько чеков. Чеки датированы всего несколькими днями ранее. Ча Ый Джэ осторожно осмотрел скелет.

— …Человек, съеденный тогда, уже успел стать скелетом?

Разве это физически возможно? Ни следа разложения, и всего за несколько дней лишь белые кости. Ча Ый Джэ вернул кошелёк на место и поднялся. Всё происходящее выходило за пределы его ожиданий.

«Я думал, что, попав сюда, сразу начну бой и всё закончится.»

В этот момент.

Тук, шшшшш….

Послышался смутный звук чего-то, волочащегося по земле. Ча Ый Джэ тут же пригнулся и посмотрел в ту сторону. На краю горизонта показалась колышущаяся тень. Она медленно приближалась.

«…Человек? Монстр?»

<Глаза следопыта!>

Глаза за маской засветились синим. Он закрыл и открыл глаза. Вместо дрожащей тени появилось мерцающее золотое пламя. Ча Ый Джэ слегка приоткрыл рот.

— …

Тук, шшшшш, тук, шшшшш….

Пламя приближалось всё ближе. Вскоре послышалось напевание мелодии.

— Посмотрим, что тут…

Ча Ый Джэ моргнул. Первое, что бросилось в глаза — костыль, сделанный из трубы. Потом — ярко-зелёный цвет, совсем не подходивший к миру, полному лишь белого и чёрного. Длинные каштановые волосы рассыпались по изношенному зеленому спортивному костюму.

— Интересно, что сегодня упало… О? Это что, машина?

Конец костыля начал рыться в холме. Ча Ый Джэ лишь беззвучно шевелил губами, а затем вдруг окликнул его по имени:

— …Хон Ё Сон?

— А? О-о?

Хозяин костыля резко поднял голову. Сквозь спутанные каштановые волосы виднелись бинты, плотно обмотавшие левый глаз и щёку. Он почесал голову.

— Кто это назвал имя этого тела?… Неужели уже и галлюцинации?

Ча Ый Джэ поднялся и громче крикнул:

— Хон Ё Сон!

Единственный круглый карий глаз блуждал в воздухе и наконец остановился на Ча Ый Джэ. На лице мужчины в спортивном костюме, Хон Ё Сона, расцвела яркая улыбка. Он отбросил костыль и широко развел руки.

— О, Боже. Мой друг!

А затем:

— Увидев тебя, я окончательно уверен! Это же рай, правда? У тебя ведь бесплатный пропуск в рай!

Пошатнувшись, он потерял равновесие и едва не свалился набок.

— Эй, ты…!

Ча Ый Джэ с криком рванулся вперёд.

— Какой к чёрту рай, идиот!

***

Сквозь длинные ресницы показались фиолетовые глаза. Ли Са Ён медленно моргнул. В последнее время он стал дольше засыпать. То ли от скуки, то ли потому, что вокруг слишком тихо. А может, из-за того, что его жизнь почти исчерпана. Ли Са Ён провёл чёрными пальцами по серебряным часам. Его рука уже до запястья почернела.

Тук-тук, после тихого стука кто-то осторожно открыл дверь. Это была Юн Га Ыль. Она закрыла дверь так, чтобы не издать ни звука, и подошла к Ли Са Ёну.

— Ли Са Ён.

— …

— Эм, я хотела рассказать вам о ситуации. Вы просили не докладывать обо всём подряд… но думаю, это вы должны знать.

Низкий голос ответил:

— Меня интересует только одно.

Минутная стрелка старых часов тикнула, сдвинувшись на одно деление.

— Когда будет готова вакцина?

— Скоро… очень скоро. Доктор тоже делает всё возможное.

— …

— Когда она будет готова, после этого…

Юн Га Ыль замялась, глядя в пол, а затем медленно, но решительно подняла голову. Её глаза ослепительно засияли золотом.

— Мы повернем время вспять. Пока не стало слишком поздно.

— Да.

— Как сказал мастер, эти часы уже были использованы однажды… Даже если вы, Ли Са Ён, станете осью, силы может не хватить. И неизвестно, какие будут побочные эффекты.

Ли Са Ён медленно кивнул. Юн Га Ыль перед ним была образом, воссозданным из воспоминаний. Актриса, играющая роль в спектакле с уже известным финалом. Но, выпрямив спину и чётко выговаривая каждое слово, она…

— Поэтому я попросила уцелевших охотников помочь привести часы в действие.

…словно была живой.

— Всё равно, как только часы заработают, этот мир исчезнет. Нужно собрать даже малую силу, чтобы хоть немного повысить шансы на успех. Все согласились.

Договорив, Юн Га Ыль тяжело перевела дыхание. Ли Са Ён закрыл глаза. Даже сквозь веки пробивался золотой свет. Он знал, что произойдёт дальше. Поэтому не сказал больше ни слова.

…Мы потерпим неудачу.

Ли Са Ён, сжимая часы в руке, встал в центре. Вокруг него собрались охотники, люди, которым не повезло выжить. Из его почерневшей руки хлынул ослепительно белый свет. За его спиной поднялись огромные часы. Стрелки показывали 11:56.

Наш мир погиб.

Но если дан единственный шанс.

Тик-так, тик-так….

Стрелки начали медленно вращаться назад. На измождённых лицах одна за другой начала распускаться надежда. Скорость обратного хода всё возрастала, и стрелки неслись к двенадцати.

Прошло долгое время.

Ли Са Ён открыл глаза.

Воцарилась тишина. Люди, окружавшие его, лежали на земле. За спиной слышалось слабое дыхание, готовое вот-вот угаснуть. Ли Са Ён обернулся. Юн Га Ыль, державшая его за плечо, из последних сил стояла на ногах. Её мутные глаза смотрели куда-то в пустоту. Осипший голос спросил:

— …Получилось…?

— …

— Почему… я всё ещё в сознании…

Ли Са Ён поднял голову. Часы, возникшие в воздухе, остановились.

11:59.

Секундная стрелка едва заметно дрожала. В то же время колени Юн Га Ыль подкосились. Прежде чем окончательно рухнуть, она упёрлась на землю дрожащими руками. Ли Са Ён не поддержал её и не поднял. Её жизнь уже была на исходе.

Значит, такая ложь не будет грехом.

— …Да.

Секундная стрелка не останавливалась. Рано или поздно она достигнет двенадцати. На лице Юн Га Ыль появилась слабая улыбка.

— …Хорошо…

Тело, которое она удерживала из последних сил, рухнуло. С улыбкой она закрыла глаза. И вскоре даже тихие вздохи затихли.

Ли Са Ён остался один.

Глава 345

Ли Са Ён опустился на одно колено и аккуратно уложил Юн Га Ыль. Затем, оглядевшись по сторонам, он начал идти, обходя лежащих на земле людей. Полы чёрного плаща колыхались. На каждом шагу оставались следы. Мир, в который пришёл конец, был безмолвен. Когда шаги остановились, колыхавшийся край плаща тоже замер.

— …

Неужели Ча Ый Джэ тоже оставался в таком месте? В безмолвном пространстве, где не слышно ни человеческого голоса, ни шума ветра, ни стрекота кузнечиков, ни пения птиц. В месте, где единственным звуком было его собственное дыхание.

Ему, должно быть, это было тяжело. Ведь он любит людей.

Мир, укрытый белым пеплом, был похож на бескрайнее снежное поле. Ли Са Ён шёл, куда вели ноги. Здесь его дела были окончены. У него было куда вернуться, были те, кто ждал, был тот, кто должен был прийти за ним. Но он не торопился.

Ли Са Ён, засунув руки в карманы плаща, смотрел на ослепительно белый горизонт.

Он хотел понять Ча Ый Джэ чуть больше.

Я хочу узнать о тебе больше.

Не только то, что ты сам позволил узнать.

До самых глубин, до тайн, что ты прятал и никогда не открывал.

От макушки до кончиков пальцев ног, глаза, нос, рот, веки, до каждой пряди волос — хочу знать всё.

Расскажи мне о самой слабой части тебя.

Но любимый человек никогда не желал раскрывать свою слабость. Это была упрямая привычка. Только после долгих уговоров он показывал лишь крохотную частичку. И потому Ли Са Ён не упускал этой возможности.

— Сколько же с тобой хлопот…

Под растрёпанными волосами блеснули фиолетовые глаза.

То, что он великодушно позволял узнать, было недостаточно. Ли Са Ён больше не был ребёнком, довольствующимся тем, чтобы коснуться щеки под маской. С долгим ожиданием вместе росли и жадность, и желание.

Обсыпанные пеплом ботинки снова пришли в движение. Ли Са Ён пошёл по дороге, где нельзя было найти ни единого следа. Он вновь переживал то чувство, которое можно испытать только в мире без следа жизни.

Он размышлял о одиночестве, которое чувствовал Ча Ый Джэ.

Думал о Ча Ый Джэ.

Только о Ча Ый Джэ.

Ли Са Ён тихо вздохнул.

Это была мучительная одержимость.

***

— Немного правее!

— …

— Слишком далеко! Ещё чуть-чуть влево!

— …

— Если там копать, всё обрушится! Эй, ты что, не можешь работать аккуратно, друг?

— Заткнись!

Ча Ый Джэ со злостью швырнул лопату, что держал в руках.

— Я спас тебя, когда ты чуть не свалился, а ты вместо благодарности только командуешь да ворчишь! Я сам разберусь, так что молчи!

— Эй.

— Ещё одно слово, и я засуну тебе кляп. Серьёзно, замолчи.

Хон Ё Сон тут же закрыл рот рукой. Ча Ый Джэ глубоко вздохнул и снова поднял лопату. Они копали рядом с холмом, где упал Ча Ый Джэ. По словам Хон Ё Сона, всякий раз, когда Конец двигался, сюда падало что-то разное. Трупы, обломки зданий.

— Живые сюда никогда не падали?

— Да ну, с чего бы. Они падают оттуда, с неба, даже если их проглотит живьём, всё равно разобьются насмерть.

— …

— Мы выжили, потому что пробужденные! Мы крепкие!

…Так или иначе, он тоже пришёл посмотреть, не попадётся ли что-то полезное, и наткнулся на Ча Ый Джэ. Тот, разгребая обломки, спросил:

— Ты же считаешься пропавшим без вести. Почему здесь?

— А, чуть не погиб из-за Конца, но в последний момент перед тем, как меня раздавило, я как-то вывернулся, и меня проглотило целиком. Очнулся, и уже здесь. Эй, вот это! Оторви сиденье от машины. Осторожно, чтобы кожа не порвалась.

— Это ещё зачем?

— Дивана нет. Эти твари Большие рты диваны не жрут.

— …

— Сидеть на мягком — это же человеческий инстинкт.

Хон Ё Сон выпятил грудь, словно петух, гордый собой. Ча Ый Джэ, отсоединив целиком заднее сиденье спорткара, скользнул взглядом вниз, на склон, где стоял Хон Ё Сон. И будничным тоном спросил:

— А что с глазом? Ты поранился?

— А? А, ерунда. Я посмотрел на ту тварь без Оценивающих глаз, и он «Бах!», лопнул.

Хон Ё Сон, трогая повязку, недовольно пробормотал:

— Похоже, эту тварь невозможно определить Оценивающими глазами.

— …Совсем не видишь?

— Ага. Ничего страшного! Другой глаз в порядке.

Неясно, нарочно ли он говорил так легко или правда считал, что всё нормально. Вместо слов поддержки Ча Ый Джэ скользнул взглядом на костыли.

— А с ногой что?

— Сломана! Но уже почти срослась. Скоро и без этой штуки ходить смогу.

— …

— Ну, главное, что живой. Поможешь донести чехлы на сиденья?

— Ладно.

Хон Ё Сон, опираясь на костыль, поскакал на одной ноге. Ча Ый Джэ взвалил на плечо два снятых сиденья и пошёл следом. Руины, покрытые белым пеплом, напоминали разлом на Западном море. А может…

«Может, это разлом на Западном море напоминает это место».

— Та-дам, вот он, мой милый дом.

Он указал концом костыля на нечто вроде палатки. Сложенное кое-как из стен здания, брезента и сломанных деревьев. Ча Ый Джэ, разглядывая палатку, которая казалась одновременно хлипкой и прочной, спросил:

— Сам построил?

— Конечно. Не мог же я всё время на голой земле спать.

— Еда?

— Здесь не хочется есть. И пить тоже. Странно, да?

— …

В этом пространстве не ощущалось ни голода, ни жажды. Вдруг всё вокруг окрасилось в красноватый оттенок. Ча Ый Джэ поставил сиденья и спокойно ответил:

— Сколько ты тут уже пробыл?

— Хм, не считал. Тут ведь ночи нет, дни считать неудобно.

— Монстров или других угроз не было?

— Абсолютно спокойно. Даже скучно!

Ча Ый Джэ прикусил щёку изнутри. Всё было совсем не так, как он ожидал.

— …Я думал, это источник Конца, поэтому сюда пришёл.

— О! Наполовину прав. Настоящий источник глубже.

Он, усевшись на белый пластиковый стул, нарисовал в воздухе круг.

— Это место… пространство, где оно пожирает мир, который хочет уничтожить, и наблюдает за ним. Ну, вроде террариума.

Хон Ё Сон небрежно собрал волосы, отросшие до плеч в небрежный хвост жёлтой резинкой.

— И ты вовремя пришёл! Обычно оно следит.

— Следит?

— Ага, с неба.

Ча Ый Джэ поднял взгляд. В мутно-белом небе не было ни чёрной дыры, ни следа белой — всё было чисто.

— Когда оно смотрит на другой мир, то с этого отворачивается. Видимо, глаз у него только один.

— Верно.

— Верно?

— Один глаз я уничтожил. Я, прошлый я.

Ча Ый Джэ закатил глаза и добавил:

— …Наверное.

— О.

Хон Ё Сон тихо восхитился и хлопнул в ладоши.

— Ты крутой.

— Заткнись.

— Так ты сюда пришёл, чтобы и второй глаз уничтожить?

— Ага.

Ча Ый Джэ прислонился к стволу сломанного дерева.

— Один только факт, что эта тварь откроет глаза, уже принесёт огромный урон. Если будем тянуть время, то всё закончится так же, как с первым миром. Даже ничего не успев сделать, мы погибнем.

— Значит, собираешься действовать быстро?

— Именно. Пока всё не зашло слишком далеко.

— Угу-угу.

Хон Ё Сон, скрестив руки, кивал головой, потом вдруг резко поднял её.

— А где Ли Са Ён? Почему один пришёл?

— Он всё ещё в Мемориальном подземелье. Я пошёл за ним, но он сказал, что останется там, пока не разработают вакцину.

— Чего-о?

Единственный глаз широко распахнулся. Ча Ый Джэ смущённо почесал голову.

— Я тоже хотел подождать, пока он выйдет, но Прометей снова разбудил Конец, и времени ждать не осталось.

— Это плохо…

Хон Ё Сон, нахмурившись, потёр подбородок. Этот парень, пока его не видели, похоже, перенял манеру умного Хон Ё Сона. Его бормотание было в точности как у того. Постукивая пальцем по подлокотнику пластикового стула, Хон Ё Сон спросил:

— Как думаешь, почему дважды провалилось?

— …Недостаток подготовки? Или Конец слишком внезапно пришёл?

— Нет! Это из-за тебя.

— Из-за меня?

От неожиданного обвинения Ча Ый Джэ выдохнул с недоумением. Хон Ё Сон укоризненно помахал пальцем.

— Ты слишком ответственный. Почему ты занимаешься работой охотника?

— Ну, я пробуждённый, это моя обязанность…

— Почему ты так стараешься?

— Потому что я могу.

— Вот именно. Поэтому все на тебя полагаются. Ты всё за них делаешь. Зачем тебе выполнять групповое задание одному? Ты что, в университете не делал групповые проекты?

— А ты думаешь, я делал?

— Даже там, если всё так на себя берёшь, только ругаться будут. Попробуй довериться другим. Поручи часть работы.

— Я и так доверил и оставил. Чон Бин, Пчела и…

— А Ли Са Ён?

— …

— Вот видишь, вот видишь. Только Ли Са Ёну ты не доверяешь.

— Не то чтобы не доверяю, я…

Слова застряли в горле. Не доверять Ли Са Ёну? Он доверяет. Даже если бы он не доверял всему миру, Ли Са Ёну он мог доверять. Тому, кто выдержал бесконечное ожидание…

— …Я хочу, чтобы Ли Са Ён выжил.

— …

— Хочу, чтобы он любым способом остался жив. Я… я…

Ча Ый Джэ с трудом сглотнул. И вдруг прямо перед ним появился чёрный гроб. В приоткрытой крышке виднелись чёрные кудри и бледная кожа. Ча Ый Джэ смотрел на бескровные губы и пробормотал:

— Ли Са Ён не должен умереть.

п.п: «Это была мучительная одержимость». В оригинале дословно: «Это была мучительная лихорадка». В корейском языке слово «лихорадка» употребляется не только в медицинском, но и в переносном смысле для обозначения сильной страсти или одержимости, когда человек ощущает «жар» и потерю контроля, словно при болезни.

Глава 346 - Пересечение

Черные ботинки раздавили белый пепел. Ли Са Ён стоял на берегу, где не чувствовалось даже запаха крови. Он протянул руку к дверной ручке хижины и замер. Дверь была слегка приоткрыта.

Ведь он точно крепко запер её.

Ли Са Ён осторожно открыл дверь. Раздался скрип, и перед глазами предстала обстановка хижины. Большой рот был прикован цепями и безжизненно свисал. Ли Са Ён протянул руку к шее монстра. В тот миг, как он коснулся, монстр рассыпался в белый пепел и осел на полу.

— …

Ли Са Ён нахмурился. Он не слышал, чтобы при повороте времени монстр мог исчезнуть. Прокручивая в голове воспоминания, он не находил ничего подобного.

Тогда это чьих-то рук дело?

Но чьих?

Ведь в этом мире все люди мертвы.

Шорох. У дверей послышалось движение. Ли Са Ён обернулся, и Хон Ё Сон помахал рукой в знак приветствия.

— Привет.

— …Как раз вовремя пришёл.

Треск. Пальцы Ли Са Ёна напряглись. Он криво усмехнулся.

— Будто знал, что так будет.

— Ну, ведь в этом мире такого не происходило. Что ты окажешься во рту Большого рта.

— Это твоих рук дело?

— Я не прикасался. Он исчез сам по себе.

Он подошёл небрежной походкой и встал рядом с Ли Са Ёном. Затем уставился на белый пепел.

— Смирись. Даже если силой попытаешься войти, там ничего не будет.

— А вдруг что-то есть?

— Я же сказал, этот мир создан на основе воспоминаний. Мы не знаем, что у Большого рта внутри. Значит, оно не могло быть воссоздано.

Ли Са Ён наклонился и коснулся белого пепла кончиками пальцев. На черных пальцах остались белые следы. Ли Са Ён вспомнил Скумбрию, упавшего среди рухнувших тел. Он потер большой и указательный пальцы, стряхивая пепел, и сказал.

— Ча Ый Джэ… Хён ведь мог изменить то, что не происходило. Как тогда, когда спас Скумбрию.

— Верно.

— Почему хён может, а я нет?

— А что тут непонятного, ведь ты этого хотел.

Хон Ё Сон легко ответил. И в какой-то миг лицо мастера стало размытым, словно расфокусированная камера. Чем пристальнее пытался всмотреться, тем сильнее менялись черты. То резкие, то размытые, то мягкие, то чёткие. Будто пытаешься насильно вспомнить лицо, которое не мог удержать в памяти.

— Ты ведь хочешь исполнить всё, что пожелает Ча Ый Джэ.

Низкий голос отозвался эхом.

— Это отражение твоего желания. Этот мир создан на основе твоих воспоминаний.

— Тогда, почему…

Ли Са Ён оборвал фразу. Если это мир, отражающий его желания, то почему Ча Ый Джэ умер? Он ведь никогда не желал его смерти. Хон Ё Сон, будто поняв, что хотел сказать Ли Са Ён, пожал плечами.

— Ча Ый Джэ хотел жить, но чуть сильнее хотел умереть. Он выбрал смерть, вместо того чтобы стать жутким монстром. Это и было его желание, его воля.

— …

— …Благодаря этому я тоже нашёл ответ. Наконец-то.

Размытое лицо перемешалось, а потом постепенно обрело знакомые черты. Чёрные взъерошенные волосы, выцветшие до белизны светло-фиолетовые глаза, мрачное выражение. «Ли Са Ён» откинул волосы назад. Ли Са Ён нахмурился.

— Ты… разве не был внутри меня?

— Потому и вышел отсюда. Ведь это место сочетает твои желания и мои воспоминания.

— …С какого момента ты был им?

— Не беспокойся, тот Хон Ё Сон, с которым ты встречался в прошлый раз, был настоящим.

Ли Са Ён полностью развернулся и взглянул на незваного гостя. Было странное ощущение, словно смотришь в зеркало. Незваный гость криво усмехнулся.

— Нет причин настораживаться. Моё желание уже исполнилось.

— …В том, чтобы узнать, почему Ча Ый Джэ умер?

— Верно.

«Ли Са Ён» поманил рукой, словно призывая следовать за ним. Он вышел из хижины и зашагал вдоль берега. Ли Са Ён молча пошёл следом. Песчаный пляж, смешанный с белым пеплом, местами был мягким, а местами шероховатым.

Идущий впереди мужчина негромко пробормотал:

— Он выбрал смерть. Потому что боялся стать монстром.

— …

— …Глупо ведь. Какая разница, станет он монстром или нет.

Слушая шепот, в котором сквозили одиночество и облегчение, Ли Са Ён откинул волосы, закрывающие глаза.

Даже если бы Ча Ый Джэ стал монстром, Ли Са Ён не убил бы его. Вместо этого он ушёл бы вместе с ним очень далеко. Куда угодно, лишь бы туда, где нет людей. Хён ведь боялся, что нападёт на человека. Можно было бы купить остров….

Вдвоём,

он был уверен, что сможет нести ответственность всю жизнь. Если это будет хён, если это будет Ча Ый Джэ.

Но Ча Ый Джэ выбрал смерть. Боясь её, он всё же решил, что его смерть лучше. Такое решение было достойно человека с сильным чувством ответственности. Наверное, он даже не мог представить будущего, где они были бы вместе. Ли Са Ён пробормотал:

— Потому что он глупый.

— Верно.

«Ли Са Ён» кивнул в знак согласия. Наверное, он представлял то же самое. Странное ощущение — будто их мысли слились воедино. Разрозненные взгляды наложились друг на друга.

«Ли Са Ён» остановился посреди белого пляжа и развернулся. Ли Са Ён тоже замер, в трёх шагах от него. Их взгляды встретились в пустоте.

Долгих слов не требовалось.

Оба были Ли Са Ёном.

«Ли Са Ён» заговорил первым:

— Ты ведь знаешь.

— Конечно.

Ли Са Ён приподнял уголки губ и усмехнулся.

— Я не проиграю дважды.

В мире, где даже течение воздуха застыло, поднялся сильный ветер. Стоявший напротив «Ли Са Ён» исчез, словно растворился в ветре. Ли Са Ён закрыл глаза. Наконец-то настало время твёрдо сказать тому глупому человеку.

Кем бы ты ни был, чем бы ни стал.

Я всю жизнь буду рядом с тобой.

***

…Так должно было быть.

— Да, руководитель Чон, охотника Ли Са Ёна нашли, да-да, и с гильдией Падо связались…

— Если это Чон Бин, дай сюда телефон. Я сам скажу.

— А, нельзя! Вам нужно сохранять спокойствие…

— Моё состояние я знаю лучше всех. Заткнись и дай телефон.

— Про… простите!

Охотник из Бюро управления пробужденными, держа телефон, сломя голову убежал. Ли Са Ён цокнул языком.

Он сидел, укутавшись в одеяло, у открытых дверей скорой помощи.

Когда ветер улёгся и он открыл глаза, оказался перед входом в подземелье Чонно. Повезло, что не упал в какое-нибудь странное место. В тот миг, как он подумал об этом, белые лозы, окружившие его, зашевелились, пытаясь оплести всё тело. Ну а тогда?

«Конечно, растворить».

В тот миг, когда он своим ядом растворил все лозы вокруг, пронзительно завыла сирена. Оказалось, что за ним следили. Говорили, что это настоял J, потому что никто не знал, когда Ли Са Ён вернётся.

— …

Скорая примчалась тут же, а охотники Бюро управления пробужденными, что дежурили, обрушили поток вопросов. Нет ли проблем со здоровьем, нужно проверить когнитивные способности… Сколько бы он ни твердил, что всё в порядке, слушать его не собирались. Уже начинало раздражать, и он всерьёз подумывал расплавить к чёрту и скорую, и всё вокруг, как вдруг:

— Са Ён-а!! Ай-ай-ай!!

Пэ Вон У подбежал к нему. Он оглядел Ли Са Ёна со всех сторон и, почти повалившись на землю, зарыдал.

— Ай-ай, наконец-то вернулся! Ты нигде не ранен? Руки-ноги все на месте?

— Поднимать такой шум…

Ли Са Ён тихо цокнул языком и скрестил ноги. Слишком давно он не попадал в такой переполох, и никак не мог привыкнуть. Следом подошла Кан Джи Су и пожала плечами.

— Что поделать, замглавы гильдии сильно переживал. Сейчас он в состоянии психического истощения.

— И чего у него психика такая слабая.

— Было для этого достаточно причин. Замглавы, нужно доложить.

— …Может, ты вместо меня скажешь?

Пэ Вон У с глазами, полными слёз, посмотрел на Кан Джи Су. Она поморщилась, будто её передёрнуло, и отвернулась. Но вскоре, почесав затылок, сказала.

— Это… насчёт J.

— Ага. Где он сейчас?

Удивительно, что тот, кто так беспокоился, что даже приставил к нему наблюдателей, сам не появился. Ну, наверное, где-то разбирается с монстрами. Ли Са Ён, прислушиваясь к окружающему шуму, подпер подбородок. Похоже, он вернулся в самый разгар хаоса.

Кан Джи Су поводила подошвой по земле, потом зажмурилась и выкрикнула:

— J прыгнул прямо в пасть монстра.

— …

Тишина.

Кан Джи Су скосила глаза и взглянула на главу гильдии, которого так давно не видела. Неужели волосы у него отросли? Вьющиеся пряди закрывали глаза, а рука прикрывала рот, так что выражения лица было не разглядеть.

Но вскоре за спиной Ли Са Ёна начала подниматься тёмная, зловещая аура.

Низкий голос пробормотал:

— …Повтори ещё раз.

— Это… ну, эм.

— Повтори. Наверное, я ослышался.

— …

Сквозь чёрные волосы сверкнули фиолетовые глаза. Она украдкой открыла инвентарь. Чтобы проверить, на месте ли противогаз.

Глава 347

Похоже, глава гильдии не собирался отступать, пока не услышит внятный ответ. Чёрт возьми, даже вернувшись, всё именно так! Вся радость от встречи тут же испарилась. Кан Джи Су крепко зажмурив глаза сказала:

— J зашёл прямо в пасть Большого рта, так стремительно, что мы и помешать не успели. Мы сразу связались с Бюро управления пробужденными и попросили их захватить его живым, но других мер предпринять не смогли. Как раз в этот момент Прометей устроил жуткий переполох, и мы, разбираясь с этим, получили сообщение и примчались сюда.

Ли Са Ён кивнул, словно подталкивая продолжать. Кан Джи Су указала на белую воронку, закручивавшуюся в небе.

— Ситуация, как видите, полный беспорядок. Гильдия Падо ликвидирует разломы, открывшиеся в разных местах. А Романтичный открыватель сотрудничает с Бюро, эвакуируя мирных жителей, и ещё Со Мин Ги попался в руки Чон Бина.

— Сколько прошло с тех пор, как J туда вошёл?

— Дайте подумать… около двадцати минут.

Всего двадцать минут. Совсем немного. Если бы он был чуть быстрее, то смог бы его остановить. Ли Са Ён, прокручивая в голове информацию, которую перечислила Кан Джи Су, спросил:

— Что этот Прометей?

— Говорят, что они опять затеяли какой-то ритуал, призывающий конец света. Что-то вроде того, что сейчас не время открывать глаза, но они их открыли? Из-за этого повсюду открываются врата, появляются разломы, люди начинают мутировать — полный хаос.

— ….

— Так что нам тоже нужно возвращаться. И ещё, Мэтью там главный…

— Эй! Не болтай непроверенное.

— Ай!

Кан Джи Су, схватилась за затылок, по которому ударили и заскулила:

— Ну и за что?! Если Пчела-онни сказала, значит правда.

— А Пчела где?

— Сказала, идёт убивать Мэтью.

Ли Са Ён чуть нахмурился. В прошлом мире Прометея не существовало. А Мэтью погиб, спасая людей. В чём особенность этого мира?

J отсутствовал восемь лет. Пустые восемь лет.

— …

Неужели отсутствие одного человека могло настолько изменить весь мир? И всё же Ли Са Ён легко это принял. Его собственная жизнь тоже изменилась благодаря Ча Ый Джэ. Он положил на весы два варианта: отправиться за Ча Ый Джэ или последовать за Пчелой в логово Прометея. На самом деле взвешивать тут было нечего. Весы всегда склонялись в сторону Ча Ый Джэ. Всегда.

Теперь оставалось лишь следовать за ходом мысли.

Мысли и решение Ча Ый Джэ? И так ясно, что он сделал. Наверняка, ещё до того, как тварь над головой успеет уничтожить мир, он ринулся внутрь с мыслью уничтожить её основное тело. Как можно быть таким простым, грубым и при этом последовательным?

Именно это в нём и нравилось, и раздражало.

— Ха…

Ли Са Ён тихо выдохнул и опустил голову. Он ощутил голод. Хотелось хоть что-то положить в рот. Это было чувство, которое он давно не испытывал. Ли Са Ён протянул руку к Пэ Вон У.

— А? Что? Зачем?

— Голоден. Есть что-нибудь поесть?

Тон был таким, будто это само собой разумеющееся.

— Ох… сейчас только энергетический батончик есть…

Глаза Пэ Вон У быстро заскользили по вывескам ближайших зданий. Он указал на вывеску сети бургерных и спросил:

— Мо… может, купить бургер?

В тот же миг с грохотом вывеска сорвалась и рухнула на землю. За разбитым стеклом дрожал плакат с бургером. Да уж, вряд ли там продолжали работу. Ли Са Ён едва пошевелил пальцем.

— Не нужно. Давай сюда, хоть это.

Пэ Вон У поспешно вынул батончик из кармана и протянул ему. Ли Са Ён разорвал обёртку и откусил кусок. Вкуса всё равно не ощущалось. Машинально пережёвывая сухую ореховую массу, он подумал: ел ли тот хоть что-то перед тем, как броситься внутрь? Или прыгнул безо всякой подготовки?

«Да вряд ли он ел».

Ли Са Ён цокнул языком и аккуратно запаковал оставшиеся две трети батончика обратно в обёртку. Если тот ничего не ел, надо будет хотя бы этим его покормить. Пэ Вон У осторожно спросил:

— Не… невкусно?

— Что за глупости, замглавы? Конечно невкусно, если я вкус не чувствую.

— Да не об этом я, дурак!

Хватит ли этого? Вроде он не из тех, кто много ест. Хотя, кто знает. Ли Са Ён посмотрел на маленький батончик, затем повернулся к Кан Джи Су.

— Ты. У тебя есть что-нибудь поесть?

— …У меня?

Подозрительно отводящий взгляд выдал её. Если подумать, Кан Джи Су никогда не голодала. Каждый раз, когда Ли Са Ён оставался без обеда, она тут же возмущалась, как можно так жить.

«Что-то у неё точно есть».

Ли Са Ён кивнул в сторону Пэ Вон У, давая понять, чтобы тот принёс еду. Пэ Вон У смущённо почесал подбородок.

— Са Ён… отбирать у ребёнка — это уж слишком бессовестно, нет? Нам тоже надо как-то жить.

— Верно, замглавы. Я же голодная студентка!

Но действие всегда быстрее слов. Ли Са Ён достал из внутреннего кармана пиджака кошелёк и положил на ладонь две купюры по 50 тысяч вон.

— Сто тысяч.

— Ага! Вот сэндвич с куриной грудкой и чипотле, плюс ионный напиток. Купила прямо перед тем, как всё началось, так что всё свежее и холодное…

Кан Джи Су почтительно вручила чёрный пакет и тут же сгребла деньги. Пэ Вон У с изумлением посмотрел на её рыжую голову сверху вниз.

— Ты же говорила, что целый час стояла в очереди? Что будешь экономить и растягивать?

— Ха, нашла хозяина получше.

Кан Джи Су ухмыльнулась, обмахиваясь купюрами. Ли Са Ён поднялся с сиденья скорой. Теперь, когда было что отдать безрассудно бросившемуся в пасть человеку, пора было самому идти за ним.

В этот момент к нему подошёл охотник из Бюро управления пробужденными, до этого разговаривавший по телефону неподалёку. Он взглянул на Ли Са Ёна и сказал:

— Эм… руководитель Чон просил…

— …

— Простите за внезапность, но он просит вашего содействия.

Ли Са Ён чуть наклонил голову.

— Меня?

— Да, всё верно.

— Неужели ситуация настолько плохая? Что мне придётся вмешаться.

Способность Ли Са Ёна — яд. Для спасения людей она не подходит. Разве что для убийства. Поэтому он использует её в основном только в подземельях. Охотник с решительным видом кивнул.

— Да, эвакуация гражданских почти завершена. Есть район, где врата открываются особенно интенсивно. Руководитель просил вас заняться этим.

— Хм…

Ли Са Ён провёл пальцем по губам и приподнял уголки рта в улыбке.

— Если в процессе расплавятся асфальт и здания?

— Это допустимо.

Увидев эту улыбку, Пэ Вон У на шаг отступил.

— А если возникнут… непредвиденные обстоятельства?

Кан Джи Су, запихивая купюры в карман, тоже на шаг отступила.

— И это тоже допустимо.

— Тогда… вся ответственность?

— Руководитель Чон берёт её на себя.

Улыбка стала ещё шире. Приятнее слов и не придумаешь. Ли Са Ён кивнул.

— Местоположение.

— А, да! Я уже отправил на ваше устройство!

— Хм, близко… Отлично.

Неудивительно, что тут так шумно. Это были охотники, пытавшиеся закрыть врата. Ли Са Ён лениво произнёс:

— Убери всех охотников, которые там сражаются. Они только мешают.

Сняв перчатку с одной руки, он обнажил чёрную ладонь. Затем указал чёрными пальцами на Пэ Вон У.

— Пэ Вон У, позвони Чон Бину и запиши всё, что сейчас сказали. Чтобы потом не отвертелись.

— Э? А… да, понял.

— И ещё, Кан Джи Су. У тебя ведь мотоцикл есть?

— Да, есть. Но дороги сейчас в ужасном состоянии. Ничего?

— Если я позвоню, пригони его сюда. Далеко ехать не придётся.

— А куда вы собираетесь?

— А куда, по-твоему.

Он бросил синее одеяло обратно в скорую и поднялся. На запястье болтался чёрный пакет.

— Надо забрать одного глупца.

Место, о котором говорил Чон Бин, оказалось в самом центре парка. Там возникло скопление врат. Из сияюще-белых врат беспрестанно вырывались монстры. Вся поверхность парка была устлана пеплом от их тел.

«Похоже, у них серьёзная нехватка людей».

Как только Ли Са Ён закроет врата, это место превратится в пустошь, покрытую ядом. Ни одно дерево, ни одна травинка не выживут в этом пространстве смерти. Похоже, Чон Бин выбрал жизни людей, а не парк.

Впрочем, это было естественно. Нельзя получить всё.

— Долго возиться не придётся…

Белоснежные монстры бросились на него. Ли Са Ён не стал уворачиваться. Он лишь опустил одно колено на землю и левой рукой коснулся почвы. Из точки соприкосновения расползлась чёрная жидкость.

Чёрная жидкость, растекающаяся, как вода, растворяла всё, к чему прикасалась. Траву, кирпичное покрытие и скамейки, ограды и фонари, стройные деревья. И монстры, налетавшие со всех сторон, не стали исключением. Стоило им наступить в чёрную жидкость, как они с воплями рушились, их ноги и лапы таяли, и они барахтались в ядовитой луже.

Ли Са Ён медленно поднялся. Парк утратил свой прежний облик. Остались лишь чёрные ядовитые лужи. Шаг за шагом, ступая по ним, он двинулся к скоплению врат и протянул чёрную руку к сиявшим белым порталам.

— Ну… пора заканчивать.

Между чёрных пальцев блеснули яркие фиолетовые глаза.

— Меня ждут.

В тот миг, когда чёрная рука коснулась белого света,

Бааах!

Чёрная жидкость накрыла врата. Те утратили форму и растаяли. С шлепком чёрная масса упала на землю. Ли Са Ён тщательно осмотрел пустоту, где больше ничего не осталось, и заглянул в чёрный пакет. К счастью, сэндвич и ионный напиток были целы.

Он достал телефон.

— Это я. Закончил. Подъезжай ко входу в парк.

Чавк, чавк…Идя по лужам, Ли Са Ён выбрался наружу, затем бросил взгляд назад.

— Ах да, передай, чтобы запретили доступ внутрь.

Глава 348

— Это Бюро управления пробужденными! Всем поднять руки!

— Сначала всех вырубите!

— Подождите! Мы обычные люди! Разве можно так!

— Это чрезвычайная ситуация, просим сотрудничества!

— Чёрт, да почему здесь так много людей?

Пчела оглядела помещение. В маленьком офисе теснились люди в белых одеждах. И здесь Мэтью не было. Лишь шумная толпа. Знают ли они, что сами способствуют концу света?

«Конечно, нет».

А даже если знают, то подумают, что это испытание ради преодоления конца. Им и в голову не придёт, что верхушка действительно стремится к уничтожению мира. Пчела подошла к охотнику, вводившему успокоительное.

— Я пойду первой, здесь нет места покрупнее? Что-нибудь масштабное.

— Покрупнее? Хм…

Охотник с озадаченным лицом достал планшет и проверил карту. Пчела прикусила губы. Её терзало беспокойство. Изменится ли что-то от встречи с Мэтью? Нет. Она и не надеялась на такие оптимистичные мысли.

Ей просто хотелось встретиться и поговорить с ним. Как он заговорил с ней, когда она заблудилась.

— Есть одно самое большое место, но туда сам руководитель Чон собирается пойти…

— Аа, поняла. Я с ним сама поговорю. Скажи только, где это.

— Ах, хорошо.

Пчела вырвалась из душного офиса и, оттолкнувшись с верхней ступени лестницы, легко прыгнула вниз. Когда она уже собиралась покинуть здание, раздался наглый голос.

— Привет~ Занятой вид, а?

На клумбе у здания сидел Гю Гю. Пчела, проигнорировав, прошла мимо, но Гю Гю вскочил и пошёл следом.

— Похоже, у тебя есть место, куда надо попасть?

— Не мешай и проваливай. Если делать нечего, то поднимись и помоги людей вырубить.

— Жаль~ Я ведь хотел показать дорогу.

Пчела усмехнулась.

— А ты вообще знаешь, куда я иду?

— Ну конечно. В место, где главарь.

Её шаги замедлились, и Гю Гю, прикрывая рот, усмехнулся.

— И я знаю, где это. Я уже пробирался туда.

Он протянул руку. Пчела медленно обернулась. Она окинула Гю Гю взглядом с ног до головы и прошептала:

— Если врёшь, убью. Я сейчас не в настроении для шуток.

— Правду говорю~ Не веришь? Спроси у героя. Мы вместе туда проникали.

— Взгляни вокруг. Вместо того чтобы помогать людям, зачем ты пытаешься идти со мной?

— Хм, разве не то же самое?

Пчела молниеносно пронзила летящего монстра. Гю Гю легко увернулся от летящих обломков и ответил.

— Не будь такой подозрительной~ Я просто иду туда, где нужна помощь.

— Ха, с каких это пор ты стал жить ради помощи другим.

— Можешь сомневаться сколько хочешь, но если будешь так долго стоять посреди улицы, люди тебя схватят. Не лучше ли побыстрее решить?

И без того взгляды людей жгли кожу. Спасать людей — тоже важный долг. Но…

Гю Гю нетерпеливо пошевелил пальцами, подталкивая её к решению.

— Нанимаешь?

Пчела с хлопком отшвырнула его руку.

— Веди самым быстрым путём.

***

— Ли Са Ён, он ведь не собирается продолжать помогать?

— Да. Похоже, у него есть свои дела.

— Тск… Вернулся и сразу занят.

— Ах, в парке, который очистил Ли Са Ён, образовалось ядовитое болото. Подойти ближе, чем на сто метров, практически невозможно. Чтобы очистить, потребуется немало времени.

— Не нужно лишний раз подчёркивать, насколько он опасен. Я ведь не собираюсь приказывать его схватить.

— Да… Простите.

Чон Бин натянуто улыбнулся. Хам Сок Джон тихо цокнула языком и подпёрла подбородок рукой. Людей катастрофически не хватало. Монстров убивали, но они всё так же появлялись, а число людей, подвергшихся мутации, лишь росло. Оборонительная война имела очевидные пределы, но кроме как держаться, иного выхода не было.

— А J?

— Говорят, он вошёл прямо в пасть Большого Рта.

— Это было уже после встречи с тобой?

— Да. Похоже, он нашёл какой-то способ.

— Значит, нам придётся держаться до тех пор.

Она крепко сжала рукоять трости. Тихо выдохнув, директор выпрямилась и кивнула в сторону двери.

— Пойдём в тюрьму.

— …Это не опасно?

— Всё будет в порядке.

Но с лица Чон Бина не сходило беспокойство. Хам Сок Джон прикрыла рот и низко усмехнулась.

— Говорю же, всё будет в порядке. Я знаю его куда дольше, чем ты.

В Бюро управления пробужденными царила тишина. Все охотники, что могли двигаться, вышли на задания, а те, кто сидел за стойкой, ушли эвакуировать людей, так что по пути вниз они никого не встретили.

Воздух в тюрьме, устроенной в подвале Бюро, был холодным. Тук, тук. Звук трости, стучащей по каменному полу, эхом разнёсся по тюрьме. Она остановилась перед решёткой в самом глубоком месте.

— Сон Джо Хон.

Старик, закованный в цепи на руках и ногах, медленно поднял голову. Исчезла давняя ухмылка и непринуждённый вид, что всегда были на его лице. Волосы, прежде с проседью, теперь стали совершенно седыми. То ли побочный эффект модификаций, то ли последствие того, что лекарства не вводили вовремя. Он выглядел куда более ослабленным, чем раньше.

Хам Сок Джон никогда не питала к нему симпатии. Человек, который с самой первой встречи пытался задавить её положением. Воспоминания о противостоянии за пост директора, тот, кто незаметно оставлял J в стороне. Узколобый мелкий человек, где бы ни оказался, делил всех на лагеря и строил собственную фракцию. Ослеплённый жаждой силы…

…И всё же они были знакомы слишком долго.

— Помнишь? За выпивкой ты говорил. Умрёшь, убивая монстров до конца. Умрёшь посреди дороги. Что это твоё желание как охотника.

— …

— Разве такой, как ты, кто ценит только свою жизнь, сможет так поступить?

— Ха-ха-ха…

Сон Джо Хон тряхнул плечами, засмеявшись. Хриплый, низко надломленный голос ответил.

— Не ожидал, что ты до сих пор помнишь слова десятилетней давности. Ты тоже постарела.

— Верно. С возрастом только и делаешь, что перебираешь старые воспоминания. Как и ты сейчас.

— …

Смех его постепенно стих. Сон Джо Хон с пустым взглядом уставился в пространство.

— Что стало с гильдией Самра?

— После того как ты стал общественным врагом, они неплохо сплотились. И хорошо. Потерять гильдию такого масштаба было бы огромным ударом.

— Понятно…

— Я пришла сюда, потому что хочу сделать тебе предложение.

Хам Сок Джон схватила решётку одной рукой. И, прижав лицо к щели, заговорила зловещим голосом, что разнёсся по тёмному пространству.

— Я освобожу тебя. Сражайся.

— …

— Сражайся с монстрами, пока не сдохнешь, как сам хотел. А если выживешь, позволю просить прощения.

— Ха-ха-ха…

Сон Джо Хон грубо рассмеялся. Тихий смех постепенно нарастал и гулко разнёсся по тюрьме.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

— …

— Ха-ха-ха… Глупая ты женщина. Не думаешь, что я сбегу?

— Даже если жалко сбежишь, мне всё равно. Я даю тебе шанс. По старой дружбе.

Глаза Хам Сок Джон сверкнули. Она усмехнулась, приподняв уголки губ.

— У тебя три варианта. Первый — умереть здесь, взаперти, в этой холодной и тёмной тюрьме.

— …

— Второй — урвать момент и сбежать, превратиться в жалкого старика, умирающего в одиночестве, в месте, где тебя никто не знает.

— …

— И, наконец, третий.

Их взгляды встретились в пустоте. Хам Сок Джон потянула решётку в сторону. Глухой звук. Металл смялся, оставив зазор. Она бросила в щель ключ.

— Сражайся с монстрами до последнего вздоха. Тогда ты станешь героем.

— …

— Десять минут. Больше не дам. Ситуация слишком срочная.

Не колеблясь, она повернулась и вышла из тюрьмы. Когда звук её трости уже удалялся, всё ещё стоявший у решётки Чон Бин заговорил.

— Сон Джо Хон.

— …

— Ваше снаряжение, оружие и телефон находятся в хранилище улик на втором этаже, в шкафу на букву «С». Сейчас там нет смотрителя, достать их будет легко.

— …

— Препараты, изъятые у исследовательницы Га Ён, тоже там. Пользоваться ими или нет — ваш выбор.

Он коротко поклонился и отошёл от решётки. В камере воцарилась тишина.

Спустя некоторое время…

Щёлк.

Звук поднятого ключа нарушил тишину.

***

«Ли Са Ён не должен умереть».

Услышав это, Хон Ё Сон загадочно усмехнулся. Но вместо того чтобы показать путь к Истоку, он лишь велел подождать и, размахивая руками, ушёл куда-то прочь. Где бы Ча Ый Джэ ни искал, нигде не было видно и следа.

Оставшись один, Ча Ый Джэ мог лишь сидеть на пластиковом стуле возле палатки и затачивать клинок. Но и этому был предел.

— …Чёрт.

Он тихо выругался. Чем дольше тянулось время, тем хуже становилась реальность. Он не мог позволить себе бессмысленно его терять. Хоть для того, чтобы оправдать доверие тех, кто отправил его сюда…

— …А, будь что будет!

Ча Ый Джэ резко вскочил со стула. Лучше уж искать Хон Ё Сона или путь к Истоку, чем вот так впустую терять время.

«Он говорил, что материалы падают сверху».

Чтобы найти и Хон Ё Сона, и хоть какие-то зацепки, он решил идти туда, куда упал сам. Вскоре показался приподнятый холм.

Ча Ый Джэ остановился у подножия и поднял голову. Холм стал выше, чем раньше. Значит, всё продолжает поглощаться.

«А вдруг сюда упадёт человек».

Тогда он и спасёт кого-то, и сможет понять, что творится в реальности. Двойная выгода. Ча Ый Джэ облизнул губы и посмотрел в небо. В этот момент в белоснежном небе появилось чёрное пятно.

Что это? Машина?

Он прищурился. Но не успел подумать, как поспешно рванул наверх.

Потому что развевавшиеся полы одежды были пугающе знакомы.

— Э-эй…!

Добравшись до вершины, Ча Ый Джэ изо всех сил вытянул руки. И через несколько секунд тяжёлый груз с глухим звуком рухнул прямо в его объятия. В тот же миг раздался низкий стон. Причём сразу два.

Ча Ый Джэ осторожно открыл зажмуренные глаза. То тяжёлое, что ударило его по рукам, оказалось…

— …Ли Са Ён?

Ли Са Ён, крепко прижавший к себе чёрный пластиковый пакет.

Глава 349

Бум!

Центр холма, сложенной из кучи хлама, провалился. Чёрт. Ча Ый Джэ тихо проворчал и открыл глаза. И тут же его взгляд встретился с широко раскрытыми фиолетовыми глазами, смотрящими прямо на него.

— …

— …

Расстояние было настолько близким, что нос и маска почти соприкасались, а дыхание смешивалось. Долгое время не ощущаемый густой сладкий аромат окутал все его чувства. Это Ли Са Ён. Ча Ый Джэ был уверен.

Однако ситуация была не из тех, чтобы радоваться встрече. Ли Са Ён, чьё тело было слишком крепким, чтобы разбиться, врезался в холм и пробил его насквозь, оставив дыру по размеру собственного тела. И Ча Ый Джэ, пытавшийся его поймать, вместе с ним оказался погребённым в этой дыре.

К тому же, поскольку Ли Са Ён упал прямо на Ча Ый Джэ, он практически лежал на нём. Двигаться было невозможно. А Ли Са Ён тем временем смотрел на маску Ча Ый Джэ так, будто хотел прожечь в ней дыру. Чёрный пластиковый пакет в его руке зашуршал. Это был не взгляд хищника из семейства кошачьих, а нечто иное.

Это был тот самый взгляд, когда он сердится. И это тоже было очень давно. Но Ча Ый Джэ знал, как действовать.

«Не знаю, из-за чего у него плохое настроение, но пока что лучше держаться подальше».

Ча Ый Джэ отвёл глаза от тягостных фиолетовых глаз.

— Э, ну… Это ты, Са Ён. Давно не виделись. Рад, правда? Я тоже рад.

— …

— Но давай мы сначала выберемся отсюда? Это место, эм, куда падает то, что едят Большие рты. Поэтому тут куча всякого хлама…

Чёрная рука схватила нижний край маски у подбородка. Щёлк. Маска была снята. Почерневшие пальцы ухватили за челюсть и силой повернули голову. Взгляды встретились. В фиолетовых глазах отразилось растерянное лицо Ча Ый Джэ.

— …

— …Са Ён-а? Что с тобой?

— Что со мной?

В голосе Ли Са Ёна не чувствовалось никаких эмоций. И именно это было страшно. Вскоре на его красивом лице расцвела сияющая улыбка. В голове ярко вспыхнула красная лампа тревоги, заливая всё звоном. Ча Ый Джэ с трудом сглотнул.

«Мне конец».

— Ааа… вот как. Похоже, ты хорошо знаешь это место, хён?

— …

— Кажется, ты тут уже давно обжился, да?

— Ну, не то чтобы… Я просто пришёл сюда раньше тебя, и мне тут кое-кто всё объяснил.

— Ааа… Пришёл раньше и уже нашёл себе компанию? Впечатляющая активность, хён. Правда.

Лицо Ли Са Ёна приблизилось ещё ближе. Когда Ча Ый Джэ попытался снова отвести взгляд, рука, державшая его за подбородок, резко повернула его голову обратно. Блеснувшие фиолетовые глаза сузились.

— Я тут кое-что услышал, хён.

— …И-и, что же наш Са Ён такое услышал?

— Ах… ничего особенного, говорят, ты прыгнул в пасть Большого рта вообще без объяснений ситуации? Пэ Вон У, говорят, рыдал.

Да, было такое. Он прыгнул прямо в пасть Большого рта, которую Пэ Вон У заботливо для него зафиксировал. До сих пор перед глазами стоит раскрытый рот Пэ Вон У и его дрожащее от крика горло. Ли Са Ён загнул второй палец.

— Мм… И ещё, говорят, ты чуть ли не попрощался с Чон Бином. Просил позаботиться о Прометее, о людях, продержаться, пока я не приду? И даже показал, что под маской, да?

— Нет…, лица я не показывал, только нижнюю часть.

— Ааа… делал то же, что и со мной? Ты мне тоже показал только нижнюю часть.

Ча Ый Джэ скрипнул зубами. Чёрт, он всё разболтал? Разве это не было нашей маленькой тайной, Чон Бин? Ли Са Ён уже был вне себя. Он приблизил своё лицо так, что их носы почти коснулись, и прошептал.

— Что, хён… надоело быть охотником? Решил бросить всё и стать национальным чемпионом по прыжкам в воду? Или собираешься жить здесь всю жизнь?

— Нет, не то, чтобы… Понимаешь, дело в том…

— Хочешь, угадаю, о чём ты думал?

Горячее дыхание обожгло кожу. Ча Ый Джэ слегка втянул шею. Ли Са Ён, с ангельской улыбкой на лице, продолжил.

— Всё равно конец света наступит, и всё рухнет. Я один пойду и уничтожу Конец. Как я узнал, где искать источник конца света? Не знаю, но раз узнал, то доверьте всё мне.

— …

— Я разберусь, и прыгну в пасть, да? Даже не думая о своей жизни.

— …

— Ну, давай, скажи, если есть, что возразить.

Этот парень что, мысли читает? Ли Са Ён слово в слово озвучил мысли Ча Ый Джэ. Из-за руки, державшей его за подбородок, повернуть голову было невозможно, и в итоге Ча Ый Джэ просто закрыл глаза. Это было признанием поражения. Ли Са Ён коротко хмыкнул.

— Твои мысли слишком предсказуемы, хён. Такие простые. Всегда такими были.

— Не настолько уж я прост, чёрт… Я тоже обдумал разные варианты и пришёл к выводу.

— А, конечно. Ладно, пусть будет так.

Ли Са Ён пожал плечами. На расстоянии, где их губы почти соприкасались, их взгляды встретились. Ли Са Ён прошептал.

— Почему ты не дождался меня?

Бах. Сердце провалилось вниз. Именно на это указывал Хон Ё Сон. Ча Ый Джэ едва шевельнул губами, но так и не произнёс ни слова. Вместо этого он опустил взгляд. Ли Са Ён снова спросил.

— Почему?

Похоже, он собирался допрашивать, пока не услышит ответ. В тесном пространстве, в ситуации, где он был почти придавлен Ли Са Ёном, стало неловко. Если бы они были снаружи, он мог бы хотя бы попытаться сбежать. Но здесь, где их лица почти соприкасались, солгать было невозможно. Он бы сразу заметил.

В конце концов Ча Ый Джэ запинаясь заговорил.

— Во-первых, из-за Конца ситуация была срочной… и я не знал, когда ты выйдешь из того подземелья…

Ха. Ли Са Ён фыркнул. Стиснув зубы, он переспросил.

— И что, мне снова узнавать о тебе от других? Искать тебя, когда тебя нет? Снова терпеть бесконечное ожидание?

Эти слова били точно в больное место Ча Ый Джэ. Воспоминания о подопытном, бьющимся в стеклянной колбе, полной яда, мелькали перед глазами. То, что произошло, потому что его не было рядом. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Внутри что-то болезненно подступило к горлу.

— Нет но, в прошлый раз, когда я пришёл за тобой, ты ведь не вышел!

В конце концов, он не сдержал вырвавшуюся ярость и закричал. Глаза Ли Са Ёна округлились, а затем сузились. Ча Ый Джэ кое-как порылся в кармане, достал одну чёрную перчатку и сунул её ему.

— Ты ведь просто бросил эту перчатку и сказал, что не выйдешь! Что, мне надо было вернуться и вытащить тебя силой? Ты бы всё равно не пошёл!

Ли Са Ён не отступил и ответил.

— Конечно, ведь так разработка вакцины пошла бы быстрее!

— Мне плевать на это! Я просто хотел, чтобы ты…

Ча Ый Джэ с трудом сдержал рвавшиеся наружу слова. В тесном пространстве слышалось только их тяжёлое дыхание. Ча Ый Джэ грубо потёр лицо руками, словно умывался насухо. У него уже не осталось сил скрывать свои чувства. Из его уст вырвался слабый голос:

— Просто… я хотел, чтобы ты вышел со мной. Чтобы ты не оставался один в таком одиноком месте.

— …

— Я даже использовал тот камень с Томатного рынка, чтобы попасть туда, за тобой.

— А, вот оно что. Я ещё удивился, почему проход открылся.

Пробормотал Ли Са Ён. Он внимательно разглядел лицо Ча Ый Джэ и тихо сказал:

— Мне не было одиноко.

— …Не ври.

— Это правда. Мне не было одиноко. Просто…

Ли Са Ён опустил голову и прижался лбом к его лбу. Длинные кудрявые волосы упали, щекоча щёки и лоб. От соприкосновения лбов передалось тепло.

— Просто… немного было тяжело ждать.

— …

— Поэтому… я думал, как же тебе, хён, было тяжело в разломе Западного моря. Ведь тебе пришлось выживать там восемь лет.

Ли Са Ён убрал руку, на которую опирался, и буквально рухнул в объятия Ча Ый Джэ. Тот крепко обнял его за спину, как будто не желая больше отпускать. Поле зрения, закрытое Ли Са Ёном, прояснилось. Из отверстия наверху лился яркий белый свет.

Тихий шёпот Ли Са Ёна проник в уши:

— Ты ведь так сильно боишься одиночества, хён…

Ча Ый Джэ рассеянно смотрел на круглое небо. По какой-то странной причине ему захотелось плакать. Глупо, но он чувствовал облегчение. Хотя Ли Са Ёну тоже пришлось нелегко.

— …Если понял.

Голос дрожал, слова выходили с трудом. Ча Ый Джэ несколько раз кашлянул, прочищая горло, и пробормотал:

— Если понял… не отталкивай больше мою руку. И не смей оставлять мне одну перчатку.

— …Хорошо.

— Просто будь рядом со мной, спокойно.

— Это я должен тебе сказать. Хватит прыгать в одиночку, хён. Жизнь у тебя одна.

— …Ладно.

Ча Ый Джэ крепко обнял Ли Са Ёна, рухнувшего на него. Они уже теряли друг друга. И знали, что ждёт в конце. Конец света.

Даже если кто-то из них выживет, жизнь без единственного близкого человека не имела смысла.

«Я хочу, чтобы Ли Са Ён выжил до самого конца».

Если этого не случится, просто…

Ча Ый Джэ тихо пробормотал.

— Давай… просто будем всегда рядом. Пусть мир рухнет, пусть наступит Конец, что бы ни случилось.

— …

— Думаю… так будет лучше.

Может, умереть вместе тоже было бы неплохо. Эта мысль внезапно пришла Ча Ый Джэ в голову.

Глава 350

— …Опять странные мысли лезут в голову.

Ли Са Ён так сильно укусил за мочку уха, что стало больно. Ча Ый Джэ вздрогнул и застыл. Этот парень, он что, правда научился читать мысли? Ча Ый Джэ хотел потереть укушенное ухо, но Ли Са Ён прижимал его, и пошевелиться было неудобно. Тем временем Ли Са Ён начал покусывать и лизать мочку, словно это была собачья жевательная игрушка. Влажный звук прямо у уха заставил его плечи вздрогнуть. Ча Ый Джэ хлопнул его по спине.

— …Ты что, собака? Хватит уже.

— Собака — это ты, хён.

— Что ты сказал, а?

— В общем… похоже, я слишком долго оставлял хёна одного. Раз всякие странные мысли полезли.

Губы Ли Са Ёна скользнули от уха к щеке. Мягкие волосы то и дело щекотали шею и лицо. Не слишком ли они отросли? Ча Ый Джэ поднял руку, обнимавшую спину, и коснулся затылка. Ли Са Ён, который тёрся губами о щеку, поднял голову.

— Ещё.

— А?

— Гладь ещё.

Ча Ый Джэ цокнул языком, но сделал, как велели. В тесном пространстве драться было бессмысленно, да и радость от встречи, смешанная с нежностью, перевешивала. Волосы были мягкими, их приятно было трогать. Поглаживая шелковистые пряди, затылок и шею, Ча Ый Джэ услышал, как Ли Са Ён лениво вздохнул. Дыхание Ли Са Ёна стало ближе.

«…Не слишком ли близко?»

От прижатой груди доносился стук сердца. Тук, тук, тук, тук. Быстрее, чем у него самого. Ча Ый Джэ повернулся. Хозяин руки слегка поднял голову.

— Спина не болит? Голова, ноги?

— Спина?

— Ты же был подушкой. Эта дыра, в конце концов, твоя работа, хён.

Ли Са Ён посмотрел вверх. Из овальной дыры лился свет. Ча Ый Джэ пошевелил спиной и ответил:

— Особо не болит. Только лежать неудобно из-за неровностей…

Их взгляды неожиданно встретились. Ли Са Ён смотрел прямо на него. Когда Ча Ый Джэ осознал чрезмерную близость, в него ворвался каждый его вздох, каждое движение, соприкосновение их бёдер и живота, моргание, даже шорох ткани.

Ча Ый Джэ первым отвёл глаза. Может, из-за того что так близко они не были давно, накатила неловкость, с которой невозможно было совладать. Он нарочно прочистил горло.

— Кхм, ну… может, сначала выберемся? Здесь же слишком… тесно и неудобно.

Бедро скользнуло между его ног. Ча Ый Джэ на мгновение задержал дыхание и дёрнул ногой. Над головой раздался тихий смешок.

— Хм, а мне нравится… Может, только хёну неудобно?

— Эй.

— Хён, потерпи. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как мы были так близки.

Тень легла на лицо. Губы Ли Са Ёна коснулись его шеи. На коже щекотало дыхание.

— Не хочу вставать…

— …

Ча Ый Джэ не оттолкнул его. Потому что понимал, что тот чувствует. Он обнял его за шею и притянул к себе. Ли Са Ён не сопротивлялся и рухнул грудью на него. Тяжесть тела приятно давила сверху. Ча Ый Джэ безразлично пробормотал:

— …Ещё немного так полежим и выйдем.

— …Вот уж удивительно. Хён сразу послушался.

— …

— Ну, ладно. Я тоже должен послушаться.

Мягкие губы коснулись подбородка, затем слегка прикусили, показав зубы. Губы скользнули вверх по линии челюсти. Ча Ый Джэ, ощутив щекочущее чувство, помотал головой.

— Эй, хватит.

— Не нравится?

— …Щекотно.

— Тогда потерпи.

Ха, Ча Ый Джэ хрипло усмехнулся. В это время губы, скользя по линии челюсти, коснулись виска. Он уткнулся носом в волосы и прошептал.

— Давно не чувствовал запаха хёна…

— …Какой ещё запах от меня?

— Запах похмельного супа.

— Опять за своё. Я уже давно не готовлю.

— Конечно, это шутка.

— Так какой запах, говори.

Неужели какой-то странный запах пота? Хотя, наверное, прошло уже немало времени с тех пор, как он здесь. Ча Ый Джэ вертел головой, стараясь уловить свой запах, но из-за сладкого аромата, исходящего от Ли Са Ёна, другие запахи различить было невозможно. А тот продолжал тереться лицом о его волосы.

Не выдержав, Ча Ый Джэ снова спросил:

— Так какой на самом деле запах?

— Не скажу.

— Если не скажешь, то и не нюхай!

— Не хочу.

В районе живота, где их тела соприкасались, ощущалась какая-то тяжесть. Что это? Когда Ча Ый Джэ поднял голову, чтобы проверить, Ли Са Ён широко раскрыл рот и укусил за щёку. Ча Ый Джэ вытаращил глаза и попытался резко отпрянуть, но в тесном пространстве убежать было невозможно. Ли Са Ён демонстративно облизал губы чёрным языком. Ча Ый Джэ, держась за щеку, запинаясь, проговорил:

— Что, ты, что… ты что, что-то не то съел?

Чёрная рука отодвинула спадающие вьющиеся волосы. Ли Са Ён лениво ответил:

— Всё со мной нормально. Голова ясная. Кроме того, что я злюсь, потому что хён меня оставил одного.

— Теперь вот так злишься?

— Хм, я ещё даже не начинал.

Он хмыкнул, явно желая, чтобы тот услышал. Потом снова опустил голову и стал губами касаться лица Ча Ый Джэ. Было липко, словно он метил свою территорию. Веки, переносица, кончик носа, лоб, щёки, подбородок. Исследуя всё лицо, он так и не касался губ. Ча Ый Джэ закрыл глаза и терпел, пока Ли Са Ён помечал свою территорию, сжимая кулаки.

— Эй, ты…

В этот момент мягкие губы накрыли губы, приоткрытые для слов. Толстый язык будто ждал и ворвался внутрь. Ча Ый Джэ издал приглушённый звук, но и он растворился во рту. Поцелуй Ли Са Ёна был настойчивым. Он сплетал языки, тёрся о нежную плоть во рту, дразнил чувствительное нёбо. Ча Ый Джэ, дрожа, схватился за плечи Ли Са Ёна. Только когда дыхание совсем сбилось, губы разомкнулись. Тонкая нить слюны вытянулась и оборвалась.

Ли Са Ён, потирая большим пальцем покрасневшие распухшие губы, улыбнулся с удовлетворением.

— Навыки поцелуя остались прежними.

— Ты…

Но Ча Ый Джэ снова не успел договорить. Оказалось, что короткая пауза была лишь для того, чтобы дать ему отдышаться, потому что язык снова настойчиво проник внутрь. Колено и бедро Ли Са Ёна, устроившиеся между ног Ча Ый Джэ, задвигались. От одновременной стимуляции сверху и снизу Ча Ый Джэ зажмурился. Руки, пытавшиеся оттолкнуть, теперь цеплялись за Ли Са Ёна.

Внезапно перед глазами вспыхнули белые искры. Ча Ый Джэ коротко застонал и запрокинул голову. От нехватки воздуха всё закружилось. Тяжело дыша, он почувствовал, как рука Ли Са Ёна крепко обхватила его талию. Ли Са Ён поцеловал его в щеку и прошептал:

— …М-м, теперь мы на равных.

— …

Ча Ый Джэ не ответил. То, что мешает внизу в штанах — это просто воображение. Это должно быть воображением. Должно…

Колено коснулось между ног. Ча Ый Джэ вздрогнул и выкрикнул:

— Эй!

— Не «эй», а Ли Са Ён.

— Ли Са Ён!

— Не Ли Са Ён, а Са Ён-а.

— …

— Что, за время разлуки даже это забыл?

Ча Ый Джэ изо всех сил пытался вырваться из объятий, обвивающих его, словно змея. Если бы место было просторнее, он давно бы выскользнул, но в тесном пространстве, где едва помещался один человек, это было невозможно. Разрушить стены, чтобы расширить пространство, означало риск обрушения и полного завала. В итоге Ча Ый Джэ прекратил сопротивляться и гневно сверкнул глазами.

— Не трогай.

— А почему нет?

— Ты в таком месте…!

Ча Ый Джэ проглотил остаток фразы. Ли Са Ён, будто ему было всё равно, начал покусывать нижнюю губу Ча Ый Джэ. В фиолетовых глазах загорелся жар. Он прищурился и улыбнулся.

— Какая разница, где.

— …Огромная разница, так что убери колено.

— Даже если я просто хочу, чтобы нам было комфортно?

— Замолчи!

Ча Ый Джэ взорвался, повысив голос. Ли Са Ён цокнул языком и помахал чёрной рукой в воздухе.

— Хён, ты это один не делаешь?

Поняв, что он имеет в виду, лицо Ча Ый Джэ покраснело. Он стиснул зубы.

— Стану я это делать!

— Хм… разве это не инстинкт?

Ли Са Ён склонил голову. Нет, так нельзя. Даже если придётся быть заваленным, нужно выбираться. Оставаться наедине с Ли Са Ёном в тесном месте — это опасно. Ча Ый Джэ зашевелился, шумно ерзая. Ли Са Ён, наблюдая, как хён под ним тщетно дёргается, склонился к уху и прошептал.

— Хён.

— Что.

— А я делал.

Движения Ча Ый Джэ замерли. Томный голос проник в самую глубину уха.

— Тебе не интересно?

— …

— О чём я думал, как это делал…

— …

— Рассказать?

Рука, всё ещё обнимающая за талию, скользнула вверх, туда, где проходил позвоночник. Ча Ый Джэ резко выдохнул и сжался. У самого уха раздался тихий смешок.

— Вот тут-то у тебя слабое место.

Рука, неспешно ощупывающая тело, не собиралась останавливаться. Ча Ый Джэ зажмурился, чувствуя, как его постепенно охватывает жар. Так нельзя. Если так пойдёт дальше, он поддастся. Нельзя. Нужно выбраться. В тот самый момент, когда Ча Ый Джэ хотел без раздумий ударить кулаком по стене.

— А? В холме дыра появилась?

Сверху раздался весёлый голос. Голос спасителя.

И Ча Ый Джэ ясно услышал:

— …Блять.

То, как Ли Са Ён выругался у самого уха.

Глава 351

Как раз в тот момент, когда Ли Са Ён потерпел поражение, в исходном мире происходило следующее…

— Полиция! Всем на землю! Не сопротивляться! Прекратить молитвы!

Люди в полицейской форме толпой ввалились внутрь. Они прижимали к полу молящихся в белых одеждах последователей Прометея и надевали на них наручники. Лязг, лязг. Отовсюду раздавались звуки борьбы и крики. Воспользовавшись этой суматохой, Пчела и Гю Гю незаметно направились к заднему выходу. Пчела осторожно закрыла дверь, бросив на Гю Гю подозрительный взгляд.

— Ты… откуда знал, что полиция собирается нагрянуть?

— Ха~? Это же очевидно. Если пробужденные будут подавлять гражданских, пресса потом разорвет нас в клочья. Так что директор и Чон Бин наверняка проведут совместную операцию с полицией. Он ведь сам бывший полицейский.

Гю Гю, откинув взъерошенные волосы, усмехнулся. Они стояли в длинном коридоре. Гю Гю закинул в рот леденец.

— Ладно… может, тут разойдёмся~? Ты ведь идёшь к Мэтью? Наверное, он на самом верхнем этаже. Советую закончить всё до прихода господина Чон Бина.

— А ты куда собрался?

— Ну~ хочу посмотреть, нет ли чего интересного.

Он пожал плечами. На его лице играла улыбка, но без малейшего намека на шутку.

— Среди моих товарищей-наемников есть парни, подсевшие на наркотики~ Наверняка тут где-то есть лекарство. Раз старик Сон Джо Хон принимал наркотик и при этом был в порядке.

Гю Гю потер подбородок и пробормотал:

— В прошлый раз J вывел отсюда одного мальчишку. Значит, где-то здесь точно есть исследовательская лаборатория…

— А не проще подождать, пока доктор закончит исследования и выпустит лекарство?

— Девочка моя, мысли у плохих парней куда страшнее, чем ты думаешь~

Гю Гю покачал головой. Подбросив в воздух кости и поймав их обратно, он продолжил:

— А если они затаят злобу и сожгут все исследовательские записи? Если уничтожат все лекарства? У нас нет времени ждать, пока его снова разработают. Мы можем не дожить до этого.

— …

— Вот поэтому я и должен вмешаться~ чтобы плохие парни не могли уничтожить улики.

— А что насчет того парня, Со Мин Ги или как его там, не хочешь попросить его?

— Он полностью под контролем директора. Его какое-то время будут использовать в Бюро управления пробужденными. Жалко его, конечно.

Гю Гю направился к правой двери. И пальцем указал Пчеле на лестницу.

— Давай, поднимайся, только не попадись. За услуги проводника переведи деньги на мой счет~

Он помахал рукой и скрылся в темноте. Пчела немного постояла, глядя на его удаляющуюся спину, затем начала подниматься по лестнице. У неё было много слов, которые хотелось сказать Мэтью, и много вопросов, которые хотелось ему задать. Хотелось и придраться, и разозлиться, и поблагодарить. Всевозможные мысли перемешались в голове.

До самого верхнего этажа её никто не остановил. Она уверенными шагами направилась к огромной, плотно закрытой двери. Не было времени на колебания. Пчела распахнула дверь. Тяжелая дверь открылась плавно, словно ждала этого.

— …

У панорамного окна стоял мужчина в серебристом костюме. Когда-то его спину она считала надёжной, и с которой она думала, что жизнь охотника будет неплохой. Пчела тихим, сдавленным голосом открыла рот.

— Мо Тэ О.

— Пришла.

Мо Тэ О, Мэтью, повернулся и встретился с ней взглядом. Пчела без колебаний навела на него рапиру.

— С каких пор?

— …

— С каких пор ты занимался этим дерьмом?

— …

— Отвечай, Мо Тэ О!

Ее гневный крик эхом разнесся по комнате. Мэтью бесстрастно смотрел на нее сверху вниз. Холодный голос спросил:

— Какой в этом смысл?

— Что?

— Как мы с тобой были единомышленниками, так и я с Прометеем разделял его идеи. Только и всего, Пчела.

Он медленно шагнул вперед. Тук-тук, звук его тяжёлых шагов громко раздавался в комнате.

— Ты думаешь, я предал тебя?

Его лицо было таким же, как всегда. То самое равнодушное, но слегка смущённое выражение, которое появлялось, когда она бездумно врывалась в кабинет главы гильдии.

— Двое, ненавидящих пробужденных, создали гильдию и работали вместе. Я помог тебе полюбить себя как пробужденную. Я никогда тебя не предавал.

— Но…!

— Ты изменила своё мнение. Ты полюбила охотницу Пчелу. Я не смог измениться. Я всё ещё испытываю отвращение к себе. Вот и вся разница.

Он медленно двинулся вперед. Его шаги были удивительно тихими для такой крупной фигуры.

— В этом мире пробужденные должны исчезнуть. С появлением пробужденных мировой порядок рухнул. Те, у кого нет способностей, оказались вытеснены, а те, у кого они есть, не получают должного признания.

— …Так было и до появления пробужденных.

— Да. Но тогда это была невидимая иерархия. Теперь же всем в открытую присваивают класс буквами. Непробужденные вытесняются и отчуждаются еще сильнее.

— …

— Знаешь, сколько сейчас услуг «только для пробужденных», «с приоритетом для пробужденных»? А разница в объеме информации, доступной пробужденным и непробужденным? Непробужденные лишены даже информационной справедливости.

— Всё это — ложные доводы.

Мэтью остановился и равнодушно ответил.

— Да, все, что я сказал, — лишь сладкие слова, которыми Прометей заманивает людей. И, знаешь, таких, кто ведется на эти простые речи, довольно много.

Мэтью медленно подошел к Пчеле. Его тень накрыла ее. Глаза за стеклами очков были пустыми.

— Прометей ненавидит пробужденных. Они хотят уничтожить всех пробужденных. После множества исследований они пришли к выводу, что это невозможно. Если только мир не погибнет. Тогда пусть мир погибнет.

— …

— Вот в чём мы сошлись во взглядах. У меня был дневник, который вела моя старшая сестра. Её сын помнил мир, который погиб. Не знаю, были ли у него особые способности, или ему не повезло и он запомнил. Каждую ночь он возбуждённо рассказывал о пейзажах того мира.

Глаза Мэтью погрузились во тьму.

— Сестра считала это психическим расстройством и записывала в дневник все, что говорил сын, чтобы показать врачу. А в день, когда я пробудился, она вызвала меня для разговора.

Пчела прикусила губу. В день пробуждения он не смог контролировать свои способности и сжег квартиру сестры. Единственным, кто выжил, был виновник пожара — Мо Тэ О. Этот факт был тихо похоронен.

— У меня остался только дневник. А Прометей отчаянно хотел заполучить его. Записи, в которых содержалась информация о Конце. Я пошёл на сделку. Эти записи были использованы, чтобы создать ложного провидца.

— Почему…

На прикушенной губе выступила кровь. Пчела с разорванными губами прошептала:

— Почему ты говоришь это мне?

— Потому что ты единственная, кому я могу это сказать.

На его лице промелькнула слабая улыбка. Мэтью схватил рукой острие рапиры и подтянул его к своей шее. Из проколотой шеи тонкой струйкой потекла кровь.

Мо Тэ О тихо прошептал:

— Убей меня, Ю Чхэ Хён.

Плечи Пчелы вздрогнули, когда прозвучало её настоящее имя. Пустые глаза смотрели на нее.

— Мои намерения, цели, вся информация. Передай это Чон Бину. Я рассказал тебе для этого.

Рука, державшая рапиру, сильно дрожала. С дрожащим голосом она спросила:

— Почему… в тот день ты заговорил со мной?

— …

— Почему не дал мне сломаться и заговорил? Почему предложил быть охотниками вместе?

Пчела закричала, словно в отчаянии:

— Почему!

Мо Тэ О закрыл глаза. Его низкий голос ответил:

— Простая прихоть. Это не имело большого значения.

— …

— Просто бессмысленный поступок. И всё.

Пчела выдернула рапиру из его руки, сжимавшей клинок. Перед глазами всё расплывалось. Она перевела учащённое дыхание и крепче сжала рукоять. В фехтовании важны хладнокровие и скорость реакции. Она не забывала этого. Никогда не забывала.

Тонкий клинок остро рассёк воздух.

Тук, тук, тук. Раздались торопливые шаги. Чон Бин вбежал в распахнутую дверь. Первым в глаза бросилась фигура, сидящая на полу спиной к нему. Рассыпанные светлые волосы, кожаная куртка — это была Пчела. Вокруг нее растекалась лужа красной крови. Чон Бин дал знак подчиненным остановиться и подошел к ней.

— Пчела….

— …

Перед ней распростёртым лежал Мэтью, раскинув руки. Очки съехали набок, а на правой стороне груди зияла глубокая рана. Лужа крови принадлежала ему.

Пчела, пошатываясь, поднялась с места. Она хриплым голосом пробормотала:

— Я ударила, избежав жизненно важных органов. И залила рану зельем.

Сильная хватка сжала плечо Чон Бина. Глаза Пчелы яростно сверкнули.

— Этому ублюдку, ни в коем случае не дайте умереть. Пусть живёт. До конца, упорно, жалко выживает.

— …

— Пообещай.

Когда Чон Бин промолчал, Пчела оттолкнула его плечо и крикнула:

— Пообещай!

— …Хорошо, Пчела.

Она резко отпустила его плечо. И, шатаясь, прошла мимо охотников. Один из бойцов посмотрел на Чон Бина вопросительно, но тот покачал головой. Не следовать за ней.

Чон Бин опустился на одно колено и поправил Мэтью очки.

— …Вот как. Господин Мэтью.

Грудь слабо приподнялась. Чон Бин с печальной улыбкой сказал:

— Я дал обещание… Так что я последую указаниям Пчелы.

Черные цепи сковали запястья Мэтью. Он не сопротивлялся. Лишь закрыл глаза и принял все как есть.

Глава 352 - Обратный отсчет

— Эй, там, в яме! Кто там? Что это? Контейнер, что ли, свалился?

Раздался крик Хон Ё Сона. Он повредил ногу и не мог забраться на холм. Благодаря этому никто не видел, как они вдвоём оказались переплетены в тесном пространстве. По крайней мере, минимальные права человека были соблюдены. Ча Ый Джэ громко ответил ему.

— Это я.

— А? Это ты выкопал яму? Что ты там делаешь? Хотел немного побыть в одиночестве?

— Нет… Ли Са Ён тоже здесь.

— Серьёзно? Вытащить вас?

— Нет, мы сами сможем выбраться.

— Точно справитесь?

— Ага. Можешь пойти и подготовить там место для Ли Са Ёна?

— Понял!

Шаги Хон Ё Сона затихли. Ча Ый Джэ почувствовал лёгкое облегчение и ещё более лёгкое сожаление… Сожаление? Какого чёрта сожаление! Он замотал головой. Затем хлопнул по плечу Ли Са Ёна, который смотрел на отверстие над головой взглядом, готовым убить.

— Не думай ни о чём странном, давай выбираться. Пока он не вернулся.

— …

Ли Са Ён медленно опустил голову. Его стиснутые зубы и выражение лица были как у ребёнка, у которого отняли любимую игрушку прямо перед носом. Ча Ый Джэ хмыкнул, пытаясь сдержать смех, и прикрыл рот рукой. Его фиолетовые глаза сузились.

— Весело?

— …Нет. Пфф!

— Ага…, понятно. Наверное, умираешь от смеха. Смейся пока можешь.

Ли Са Ён язвительно фыркнул и положил руку на живот Ча Ый Джэ. Его глаза опасно сверкнули.

— Позже я всё тебе компенсирую.

— Да, да.

Когда Ча Ый Джэ небрежно отмахнулся, глаза Ли Са Ёна сузились еще сильнее. Он выдохнул, провел рукой по волосам и пробормотал низким голосом:

— Ха… И что я пытаюсь сделать с таким человеком…

Ли Са Ён зашуршал и снял плащ. Затем широко распахнул его и накрыл Ча Ый Джэ. Обзор скрылся в темноте. Ча Ый Джэ резко распахнул глаза. Ощущение, как плащ закрывает обзор, было странно знакомым. Что это за дежавю?

— …

Ча Ый Джэ крепко вцепился в плащ. Сердце колотилось быстро. Из-за ткани донесся ленивый голос, отдающий приказ:

— Закройся так, чтобы ничего не торчало.

— Что ты собрался делать?

— Растопить.

— …А нельзя просто прыгнуть наверх?

— …

Хотя из-за плаща лица не было видно, Ча Ый Джэ ясно чувствовал, как Ли Са Ён смотрит на него с жалостью. Его голос, полный недоумения, спросил:

— Это довольно высоко, и ты собираешься просто вылезти?

— А почему нет? Разве это не посильная высота?

— …

Похоже, он не нашёл смысла продолжать, и раздражённо ответил:

— Ну, конечно. Почему бы тебе не организовать альпинистский кружок с Пэ Вон У или Чон Бином?

— Может, я тебя понесу?

— Помолчи.

Не успел Ча Ый Джэ возразить, как крепкие руки подхватили его за талию и бедра, поднимая вверх. Ча Ый Джэ напрягся. Быть не тем, кто несет, а тем, кого несут, оказалось невероятно неловко. Его тело застыло, словно деревянное. Сверху донесся тихий смех.

— Будто тебя впервые на руки взяли.

— Заткнись. Давай просто выпрыгнем…

— Не хочу.

Ли Са Ён, держа Ча Ый Джэ одной рукой, другой коснулся стены, состоящей из скопления хлама. Место, которого коснулась чёрная рука, начало чернеть и плавиться. Шшииик… Чёрная жидкость потекла густой массой. Вскоре чёрное пятно распространилось по всей стене. Стена, окрашенная в чёрный цвет, мгновенно расплавилась, как только Ли Са Ён щёлкнул пальцами.

— Готово.

Высокий холм исчез, оставив лишь круглую ядовитую лужу. Единственным нетронутым местом был участок, на котором стоял Ли Са Ён. Он небрежно шагнул в ядовитую лужу. Чавк, черная жидкость брызнула вокруг.

— Можешь снять плащ. Только вниз не спускайся.

Ча Ый Джэ сбросил плащ, что накрывал его. В воздухе густо повис едкий запах. Он провёл рукой по кожаному плащу и поднял голову. Хотя он знал, что это невозможно, и всё же…

— Са Ён-а, ты… когда-нибудь накрывал меня плащом?

— Плащом? Где?

Ли Са Ён склонил голову. Ча Ый Джэ, теребя плащ, пытался вспомнить смутное воспоминание. Что-то черное, закрывшее красное поле зрения. Ленивый шепот, рука в кожаной перчатке, фиолетовые глаза за линзами противогаза. Тот, кто тогда накрыл его плащом и мягко говорил с ним, точно был…

— …ты.

Ли Са Ён, тоже копавшийся в воспоминаниях, вдруг выдохнул короткое «а». Он наклонил голову.

— Мемориальное подземелье, море? Когда хён бездумно туда бросился, я накинул на тебя плащ.

— Нет, не тогда.

Ча Ый Джэ замялся, но всё же произнёс.

— В разломе на Западном море.

— Хм…

Ли Са Ён задумчиво закатил глаза, потом пожал плечами. Он пересек ядовитую лужу и, только добравшись до белой земли, опустил Ча Ый Джэ. Затем с шутливой интонацией сказал:

— Но ведь тогда в разломе на Западном море меня не было. Похоже, ты так по мне скучал, что начал видеть галлюцинации?

Да, такого быть не могло. Ли Са Ён тогда находился в лаборатории. Но что это тогда за воспоминание? Ча Ый Джэ провёл ладонью по лицу. В голове всё перепуталось, воспоминания смешались в хаос. В этот момент его взгляд упал на подошвы ботинок Ли Са Ёна. К ним прилипла чёрная жидкость. Повернув голову, он посмотрел на чёрную лужу.

Мальчик, который расплавил всю лабораторию и стоял один над ядовитой лужей.

Неужели то место выглядело так?

Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна, стоявшего на белой земле. Тот, с равнодушным лицом, откинул волосы и смотрел вдаль. Вскоре, словно почувствовав взгляд, он повернулся.

— Что такое?

— Ничего.

— О чём это ты опять думаешь… Выражение лица подозрительное.

Ли Са Ён слегка наклонил голову и упрямо ловил его взгляд. Ча Ый Джэ, отталкивая ладонью его лицо, ответил:

— Нет, ничего особенного. Просто подумал о том, как ты сбежал из лаборатории.

— …

— Наверное, тогда было похоже на эту картину.

Ли Са Ён бесстрастно огляделся вокруг. Он постучал черными пальцами по губам и пробормотал:

— Тогда всё было масштабнее. Лаборатория была огромной. Я только пробудился и не умел контролировать силу.

— …

— Ну, это всё в прошлом. Не смотри на меня так.

Он пошёл вперёд. Но Ча Ый Джэ помнил. Как Ли Са Ён вздрогнул, увидев Га Ён. Его тело реагировало слишком живо для «прошлого». Ча Ый Джэ, стоя на месте, снова окликнул его:

— Ли Са Ён.

— Что опять? Хон Ё Сон уже, наверное, шею вытянул, в ожидании нас.

— Ты тоже был в стеклянном резервуаре?

Плечи Са Ёна дёрнулись от слов «стеклянный резервуар». Но это было мгновение. Он спокойно обернулся, с лёгкой улыбкой на губах.

— …О чём ты говоришь, не понимаю. Что это вообще такое?

— Я всё видел. В лаборатории Га Ён.

— …

— Ты тоже там был, да?

— Что изменится, если скажу, что был? Это всё в прошлом.

Ли Са Ён ответил холодным голосом и раздражённо откинул волосы назад. Ча Ый Джэ коротко произнёс:

— Изменится.

— Что именно?

— Убью ли я ту женщину своими руками или нет.

Наступила тишина. Лицо человека, говорящего об убийстве, было лишено эмоций. От него исходила убийственная аура, способная подавить любого. Ли Са Ён увидел в этом лице глубокую усталость. Перед ним был не глупый и прямолинейный Ча Ый Джэ. Это было остро заточенное оружие, J из прошлого, которого Ли Са Ён не знал.

Он произнёс ровным, лишённым интонации голосом:

— Так что говори прямо. Ты тоже подвергался таким экспериментам? Бесчеловечным опытам над людьми?

— Хён.

— Не уворачивайся от ответа.

— Хён!

— …Значит, не отрицаешь. Значит, подвергался. Так я и думал.

Ча Ый Джэ тихо пробормотал. Перед глазами всплыл образ отчаянно сопротивляющегося подопытного. Кулаки сжались. Неужели Ли Са Ён, у которого не осталось ни одного целого места, тоже прошел через такие эксперименты? С телом, неспособным даже кричать из-за поврежденных голосовых связок? Ли Са Ён схватил Ча Ый Джэ за руку.

— Не нужно. Она не стоит того, чтобы ты пачкал руки.

— ….

— Если надо разобраться, я сделаю это сам. Своими руками, я сам отомщу. Так что…

Ли Са Ён осторожно провел рукой по щеке Ча Ый Джэ и коснулся темных кругов под глазами.

— Расслабься.

— …

От тёплого, успокаивающего прикосновения Ча Ый Джэ глубоко вздохнул. Пылающее от гнева зрение немного прояснилось. Да, надо успокоиться. Он грубо провел ладонью по лицу. Странно. Разве раньше ему было так сложно контролировать эмоции? Ча Ый Джэ опустил руку и замер.

Часть ладони побелела. Это не пепел. Это…

— Хён?

Ли Са Ён окликнул его. Ча Ый Джэ посмотрел ему прямо в глаза. Отражение его лица в зрачках было прежним. Ча Ый Джэ небрежно сжал кулак и ответил:

— …Да, похоже, я слишком разнервничался. Прости.

— Ничего. Тебе не за что извиняться.

— Палатка Хон Ё Сона вон там. Он натаскал всякого и соорудил её.

Ча Ый Джэ протянул Ли Са Ёну здоровую руку. Тот быстро её схватил. От соприкосновения рук разлилось мягкое тепло. Но шея Ча Ый Джэ оставалась холодной. Холодный пот стекал по ней.

— …

Тревога внезапно поднялась. Ча Ый Джэ яростно прикусил губу.

Времени не было.

Глава 353

Ча Ый Джэ, держась за руку Ли Са Ёна, шёл и пересказывал то, что услышал от Хон Ё Сона. Это место было чем-то вроде аванпоста, где скапливались обломки, проглоченные Большим ртом, а настоящий Источник Конца находился в другом месте. Хон Ё Сон пропал без вести в реальности, но был обнаружен здесь. Казалось, он повредил ногу и глаз, но подробностей Ча Ый Джэ не услышал.

Ли Са Ён, внимательно слушавший, пожал плечами.

— Ну… это не особо удивляет. Этот парень живучий.

Ча Ый Джэ тоже кивнул. Всё верно, как он сказал. Живучий парень, Хон Ё Сон. У края поля зрения показалась его палатка. Ча Ый Джэ снова надел чёрную маску. Хон Ё Сон, заметив их, уже махал рукой, радостно приветствуя.

— Почему так поздно пришли~! Я уж думал, вы не выберетесь.

— Разговаривали о всяком.

Ли Са Ён, скрестив руки, осмотрел палатку со всех сторон. Его глаза сузились.

— Если слегка ударить, развалится.

— Чтобы жить одному, хватает. Ты тоже пришёл разобраться с Источником Конца?

— Нет.

Ли Са Ён большим пальцем указал на стоящего рядом Ча Ый Джэ.

— Услышал, что этот человек вошёл в пасть Большого рта, вот и пошёл за ним.

Ча Ый Джэ незаметно отвел взгляд. Ли Са Ён, прищурившись, усмехнулся. Он постучал пальцами по скрещенным рукам и лениво пробормотал:

— Интересно, каково было моё настроение? Только выбрался из Мемориального подземелья, и тут эта новость. Ты хоть подумал об этом?..

— А, я же извинился!

— Не извинялся.

— Прости!

— Хм… ни капли искренности. Первый раз получаю такое извинение.

— Вы всё так же близки~

Хон Ё Сон беззаботно сказал это и начал рыться в палатке.

— Что ж, давайте перейдем к главному. Скоро эта тварь, Конец, обратит сюда свой взор. Лучше войти до этого.

— Как ты это узнал?

— Видишь, как на небе постепенно появляется белый круг?

Хон Ё Сон указал на небо. Ли Са Ён и Ча Ый Джэ посмотрели вверх, туда, куда он указал. На белоснежном небе что-то клубилось, словно вихрь бури. Хон Ё Сон, старательно перебирая хлам, проговорил:

— Оттуда появится глаз. Пока оно наблюдает за этим местом, мы не сможем двигаться.

— Тогда…

— Надо войти в Источник до того, как это случится… Поможешь вытащить это? Просто достань и выкинь подальше.

Хон Ё Сон указал на брезентовый ящик с огромной надписью «РоX доставка». Что бы там ни было внутри, весило оно немало. Ча Ый Джэ, как велели, поднял ящик и швырнул его вдаль. С глухим ударом он упал, и на том месте взметнулась белая пыль.

Под ящиком была чёрная дыра. Полная тьма, пустота, в которой ничего не разглядеть, даже заглянув внутрь. Ее покрывали плотно сплетенные золотые вращающиеся узоры. Эти золотые узоры были знакомы. Это были Оценивающие глаза Хон Ё Сона. Хозяин глаза, потирая забинтованный глаз, усмехнулся:

— Пришлось пожертвовать глазом, чтобы запечатать это.

— Значит, это… дыра, соединенная с Источником?

— Правильно! Но если оставить как есть, то достаточно было бы едва пальцем задеть, и всё затянуло бы внутрь, так что пришлось запечатать. Вроде маленькой чёрной дыры. Ну, отойдите назад.

Когда двое отступили, Хон Ё Сон положил руку на сияющий золотом барьер и закрыл глаз. Вскоре из барьера вырвался ослепительно яркий свет. Когда он открыл глаз, то смог в реальном времени увидеть, как палатку засасывает в дыру. Следом туда ушёл пластиковый стул, на котором сидел Ча Ый Джэ, и циновка, лежавшая на земле.

Хон Ё Сон пожал плечами.

— Видели? Прямо пылесос.

— Это и правда дыра, ведущая к Источнику?

— Хм, если честно, не знаю! Но пока я тут был, кроме этой дыры никаких других не видел. Значит, скорее всего, это она.

Фиолетовый взгляд обжёг щёку. Ча Ый Джэ снова украдкой отвёл глаза. Ли Са Ён наклонил голову набок и изогнул губы в ухмылке.

— Ага… наш отважный герой J сейчас прыгнет в черную дыру, которая, возможно, ведет к Источнику, а может, и неизвестно куда. Так ведь?

— …Я не знал, что она такая.

— Собираешься туда войти?

— Ну, время поджимает… Придётся войти. Было бы неплохо иметь уверенность, но если ждать, пока она появится, можно упустить шанс, и всё закончится.

Ча Ый Джэ вытянул шею и стал разглядывать дыру. Дыра, проглотившая половину скромного имущества, была безмолвной. Черная дыра на фоне белоснежного мира выделялась так ярко, словно кто-то нарисовал её краской.

— …

Пока Ча Ый Джэ, потирая подбородок, погрузился в размышления, раздался звук:

Бам!

Хон Ё Сон пнул его ногой в поясницу.

— Кх!

Не ожидавший этого Ча Ый Джэ согнулся. Пытаясь удержать равновесие, он получил ещё один удар ногой в спину от Хон Ё Сона и рухнул вперед. Это был решающий удар. Ча Ый Джэ, широко раскрыв глаза, обернулся. Хон Ё Сон широко улыбался.

— Погоди, что за…!

— Не раздумывай и скорее иди~

— Эй, ты, ублюдок!

Ублюдок… блюдок… док… Голос его разнёсся эхом. Провалившийся в дыру Ча Ый Джэ исчез бесследно. Ли Са Ён, упав на колени перед чёрной дырой, отчаянно крикнул:

— Хён! Чёрт… Ча Ый Джэ!

Он резко повернул голову и впился взглядом в Хон Ё Сона. За его спиной поднималась убийственная аура.

— Ты… Хон Ё Сон, что ты творишь?

— Нет времени объяснять. Иди за ним, быстрее!

Хон Ё Сон указал в небо. Сгустившиеся белые облака уже окрасились в чёрный.

Глаз вернулся.

Черный круг снизу медленно окрашивался в белый. Конец открывал глаз. Свет, низвергавшийся оттуда, становился всё ярче.

— Чёрт!

Хон Ё Сон толкнул замешкавшегося Ли Са Ёна в спину. В тот миг, когда его рука коснулась дыры, та мгновенно поглотила его. Хон Ё Сон вытер пот со лба и выпрямил согнутую спину. В небе закружился яркий свет. Как только этот свет коснулся его, он застыл в той же позе, будто заперт в фотографии. Или словно время остановилось.

Воцарилась гробовая тишина.

Мир Конца безмолвен.

Всегда.

***

Ха, ха, прерывистое дыхание вырывалось наружу. Ноги отталкивались от земли, он бежал. Бежал? Зачем? Ча Ый Джэ вдруг пришёл в себя. Жёсткие штаны мешали бежать. Рубашка школьной формы была расстёгнута. Он был в школьной форме. За спиной, при каждом шаге, болтался рюкзак. Дороги и здания рушились повсюду. Крики людей и рёв монстров разрывали уши.

— Мама! Папа!

Он закричал, но ответа не последовало. Ча Ый Джэ бежал. Всё дальше, дальше. Огромный монстр, разрушая здания, шагал вперёд…

В одно мгновение, когда он моргнул, перед глазами сменилась картина. Он лежал где-то. По всему телу обрушилась ужасная боль. Будто кожа плавилась в реальном времени. Он моргнул, но мутное зрение так и не прояснилось. В размытом поле зрения виднелся лишь тусклый свет потолка. С каждым вдохом казалось, что дыхательные пути горят огнём. В тот момент к его руке коснулось тёплое прикосновение. Он с трудом повернул голову в ту сторону, откуда исходило тепло.

В мутном поле зрения мелькнула черная тень. Лица не разглядеть, фигура от головы до пят была абсолютно черной. Черная тень держала его руку, обмотанную бинтами. «Больно». Губы не шевелились. Черная фигура прошептала. Голос звучал странно, словно измененный. Нельзя было понять, принадлежит ли он мужчине или женщине, молодому или старому.

— Знаешь что?

И всё же в этом голосе слышалась лишь доброта.

— Ты мой единственный успех.

Снова сменилась картина. Пустое пространство, где вихрем кружился белый пепел. Там кто-то был. Черные одежды развевались. Человек, сидевший на одном колене, медленно поднялся.

Ча Ый Джэ, сжимая копье, встал.

Ли Са Ён, пошатываясь, поднялся.

Ча Ый Джэ резко вскинул часы, которые держал в руке.

Ли Са Ён крепко сжал часы, которые держал в руке.

Глаза, полные решимости,

Глаза, пустые, не имеющие ничего, что можно потерять,

Уставились на существо перед ними.

Уставились на существо перед ними.

Перед ними кружился Источник конца света.

Ча Ый Джэ поднял уголки губ в улыбке.

Ли Са Ён поднял уголки губ в улыбке.

Сердце билось перед могущественным врагом.

Сердце билось от мысли, что наконец-то можно отомстить.

Ча Ый Джэ открыл рот.

Ли Са Ён открыл рот.

— ———

***

Что-то, словно песок, обрушилось на лицо. Ча Ый Джэ распахнул глаза. Быстро поднявшись, он стряхнул с себя что-то, похожее на пыль или песок. Ча Ый Джэ огляделся.

Это была бесконечная пустыня. Пустыня, заваленная белым пеплом.

Глава 354

Спина, в которую дважды пнули, ныла. Хон Ё Сон, я тебе обязательно отомщу. Ча Ый Джэ, скрипя зубами, медленно поднялся на ноги. Песок, по которому ступали его ноги, был мягким. Нет, это не песок.

Он наклонился и поднял то, что лежало на земле. Белоснежный порошок мягко просачивался сквозь пальцы и рассыпался. Слишком мягкий для песка, но не пачкающий, как пепел.

Тогда что это?

Ча Ый Джэ поднял голову и посмотрел в небо. С туманного неба падали крупные хлопья снега. Ча Ый Джэ протянул руку вперед. В тот момент, когда одна снежинка опустилась на его загрубевшую ладонь,

«…Люблю тебя, дорогой».

В голове мелькнуло и исчезло незнакомое мужское лицо и голос. Мужчина, пронзенный чем-то вроде трубы в живот, истекал кровью. Ча Ый Джэ поспешно сжал ладонь. Что это было? Он снова протянул руку. На нее опустилась другая снежинка.

«…Я не хочу умирать…»

На этот раз послышался шепот какой-то женщины. Она пряталась, скорчившись под зданием. Кровь, льющаяся из ее бока, собиралась лужей на полу. Тоже незнакомое лицо. Глядя на снег, падающий с неба, Ча Ый Джэ внезапно понял.

Это не снег…

«Последние воспоминания умерших, что-то такое?»

Воспоминания, раздробленные, как снег, коснувшись земли, сливались с порошком пустыни. Леденящее предчувствие пробежало по спине.

Неужели эта бескрайняя пустыня создана из воспоминаний людей?

Пустыня простиралась настолько далеко, что не было видно конца. Даже далёкий белоснежный горизонт был размытым. Сколько же воспоминаний людей покоится здесь? Осмелиться представить было невозможно.

Это не воспоминания только мира Ча Ый Джэ. Это была пустыня, созданная из накопленных воспоминаний множества других миров, погибших в апокалипсисе.

Сколько миров погибло?

Ча Ый Джэ заставил свои окоченевшие ноги двигаться и пошел, ступая по воспоминаниям людей. Он громко крикнул:

— Ли Са Ён!

Не могло быть, чтобы Ча Ый Джэ прибыл один. Если Хон Ё Сон здесь, значит, наверняка и Ли Са Ён отправился. Его нужно найти. Ча Ый Джэ снова крикнул.

— Ли Са Ён! Где ты!

Ответа не последовало. Ча Ый Джэ поднял голову. Воспоминания людей не переставали падать. Если взглянуть мельком, казалось, будто идёт густой снег, но, зная правду, становилось жутко.

Сколько же людей умирает. Там, где его нет.

Ча Ый Джэ стиснул зубы. Он понимал. Нужно найти Источник Конца. Чтобы остановить этот надоедливый снег. Чтобы люди больше не умирали.

Однако.

Он раскрыл ладонь. На оставшемся длинном шраме золотая цепь блеснула. Ча Ый Джэ сжал кулак.

— …Са Ён-а!

Он не мог оставить Ли Са Ёна.

Вместо того чтобы ждать ответа, который не приходил, Ча Ый Джэ оттолкнулся от земли. Его пепельные волосы развевались. Тело пошатнулось, едва не упав.

«В следующий раз ты сам меня найдёшь. Как было раньше».

Кто это сказал, Ча Ый Джэ не знал. Ли Са Ён не был в разломе Западного моря. Тогда он находился в лаборатории. Однако…

Ча Ый Джэ стиснул зубы. Снова удержал равновесие шаткого тела. И побежал. Под его ногами белый порошок, воспоминания неизвестных людей, взвивался в воздух и рассеивался.

***

Свет, лившийся с неба, постепенно угасал. Белоснежно закручивавшийся вихрь Белой дыры всё больше окрашивался в чёрное и, наконец, стал совершенно чёрным. Конец закрыл глаза.

— Глаз… закрылся!

Ура! В оперативном штабе раздались ликующие возгласы. Хам Сок Джон выдохнула с облегчением. Но расслабляться было нельзя. Пока это не исчезнет с неба полностью. Она строгим голосом отдала приказ:

— Не теряйте бдительности! Собирайте данные о пострадавших и начинайте спасательные работы! Мы не знаем, когда оно снова откроет глаз!

Охотники начали суетиться. К Хам Сок Джон незаметно подошел Со Мин Ги. Он тихо прошептал:

— Охотник Сон Джо Хон открыл дверь тюрьмы и вышел.

— Хм, решился только после того, как всё закончилось? Жаль, не осталось места для подвигов.

Хам Сок Джон коротко усмехнулась.

— Снова схватить и притащить?

— Пусть идёт. Тащить его обратно — пустая трата сил.

Со Мин Ги пожал плечами и снова растворился в тени. Она суровым взглядом уставилась на экран.

— Как обстоят дела у гильдии Совон?

— Уже переполнены! Больше раненых принять невозможно, поэтому в первую очередь берут мутировавших пациентов. Гражданских и обычных пострадавших направляют в частные больницы.

— Проследите, чтобы в больницах не отключалось электричество, и выделите людей, которые будут сопровождать раненых. И ещё…

В этот момент рядом с её ухом всплыла красная золотая рыбка. Рыбка лениво махала хвостом, кружась прямо перед лицом Хам Сок Джон.

[Это мы сделаем, госпожа директор~]

Голос был игривым. Хам Сок Джон, хмыкнув от абсурдности, рассмеялась и спросила:

— Наконец-то новое место нашли?

[Да что вы. Переезд оказался непростым делом.]

— …Новое место? Об этом позже расскажем. Сейчас это не главное.

В тёмной комнате мерцал синий свет. Он исходил от огромного экрана, занимавшего всю стену. На столе перед экраном сидел, закинув ногу на ногу, юноша в туфлях. Он держал телефон у уха и с ленивой улыбкой болтал.

— Не стоит тратить ценные кадры на сопровождение раненых~ Достаточно прикрепить к каждому по одной золотой рыбке. Верно, хён?

— Э, а-а… да….

Когда юноша, сидевший на стуле, что-то ввёл, экран расширился, и появилась большая карта. Младший Скумбрия, спрыгнул со стола и обнял брата за плечи.

— Отлично, скажи, куда отправлять рыбок.

— А, понял.

Младший Скумбрия, поправил съехавшие очки брата и вежливо поприветствовал кого-то по телефону.

— Если поделитесь данными Бюро управления пробужденными, процесс пойдёт быстрее~ Отправьте данные на тот же номер, с которым мы обычно связывались. А, цена? Цену потом согласуем~ Да-да~ Ай, благодарю~

Пум!

Плывшая перед глазами золотая рыбка рассеялась дымкой. В ситуации, когда каждый человек был на счету, это была подходящая помощь. Она изменила приказ.

— За сопровождение раненых будут отвечать братья Скумбрии! А назначенные охотники займутся транспортировкой тех, кто не может передвигаться самостоятельно. Что с командой руководителя Чон?

— Гражданских подавила полиция, а охотника Мэтью уже нейтрализовала Пчела. Его доставляют в Бюро управления пробужденными.

— Поняла. Тогда…

— …А!

Лицо охотника, наблюдавшего за экраном, побледнело. Хам Сок Джон, опираясь на трость, подошла к нему.

— Что случилось?

— Глаз…

Он дрожащим пальцем указал на экран. На изображении с камеры, нацеленной на небесный вихрь, было видно, как край Чёрной дыры снова начал белеть.

— Чёрт возьми, сколько прошло с тех пор, как она закрылась!

Хам Сок Джон повысила голос.

— Немедленно всех оповестите! Не расслабляться! Нужно готовиться снова!

Ладони покрылись холодным потом. Она закрыла глаза. Нельзя возлагать всё на одного человека. Но…

— J…!

В этот момент она невольно искала одного человека. Хам Сок Джон, не открывая глаз, отчаянно молилась. Пусть он справится и вернётся невредимым.

***

Ли Са Ён.

Сквозь шум аэропорта чей-то зов скользнул мимо уха. Маленький Ли Са Ён, державший в объятиях игрушку, вдруг остановился и обернулся. Разве кто-то не звал его по имени? Он огляделся, но вокруг были только люди, спешащие по своим делам. Его мать, державшая его за руку, тоже остановилась.

— Са Ён-а, что такое?

— …Нет, ничего.

Наверное, ослышался. Ли Са Ён моргнул чёрными глазами. Мать, потянув его за руку, мягко сказала:

— Тогда пойдём скорее. Для нашего Са Ёна я купила место у окна. Будем смотреть в окно по дороге. Ладно?

— …Да.

Ли Са Ён кивнул. В тот миг, когда он оказался в конце длинной очереди, перед глазами всё перемешалось.

Когда он открыл глаза, он сжимал в руках огромное копье. Копье пронзило нечто уродливо извращенное, непонятно, человек или монстр. С кончика копья капала красная кровь. Его руки дрожали. «Он» боялся. Был напуган этой ситуацией перед ним.

Перед ним люди разделывали монстра и смотрели на него. Лица были пустыми, опустошёнными. Он, силой выдавливая застрявший в горле голос, с трудом произнёс:

— …Не ешьте.

— …

— Если съедите… можете стать как охотник ■■■. Не ешьте.

Ответа не последовало. Люди механически продолжили разделывать монстра. Он закрыл глаза. Беспомощность давила на всё тело.

Ли Са Ён.

Снова раздался зов по имени. В этот миг Ли Са Ён пришёл в себя. Он находился внутри чужой памяти. Юноша в чёрной маске выдернул копьё из трупа. Брызги крови покрыли его тело. Пошатываясь, он поволок убитый им труп.

И вдруг Ли Са Ёна охватило желание обнять эти опущенные плечи.

Его прозрачное тело стало чуть более отчётливым.

Глава 355

В следующий миг Ли Са Ён стоял посреди белоснежной пустыни, куда падал густой снег. Люди, умело разделывавшие монстра, исчезли. Исчез и J, тащивший за собой тело, пошатываясь.

Ли Са Ён огляделся. Ни следов, ни признаков присутствия. Ча Ый Джэ явно должен был прибыть первым, но, судя по отсутствию каких-либо следов…

«…Попал в другое место?»

Ли Са Ён цокнул языком. Он прижал пальцы к пульсирующему виску. Жуткое зрелище продолжало мелькать перед глазами. Только что увиденные воспоминания принадлежали несомненно Ча Ый Джэ. Вероятно, это были воспоминания из разлома на Западном море.

— …

Но почему он видел не свои, а чужие воспоминания? К счастью, он догадывался, в чём дело. Ли Са Ён снял чёрные перчатки. По длинному шраму на ладони пробежала золотая цепь.

Знак договора, который невозможно разрушить. Кровь, просочившаяся сквозь ладони друг друга, и ветви лавра, опутавшие сердца. Ощущение, когда всё тело похолодело при виде Ча Ый Джэ, который во время заключения договора извергал кровь, до сих было ярким.

Тогда Ли Са Ён не знал, что Ча Ый Джэ — это J. Он думал, что это просто человек, которого удобно использовать. Конечно, на деле он ни капли не использовал его, а только без конца позволял собой помыкать.

Ли Са Ён впервые за долгое время достал из инвентаря противогаз. Надел его, как в старые времена, и натянул чёрные кожаные перчатки. Как в тот день, когда они впервые встретились.

— … Вот чёрт. Что же это я делаю.

Ли Са Ён усмехнулся. Не снимая противогаза, он начал медленно шагать по пустыне. Казалось, что из-за Ча Ый Джэ он занимается какими-то глупостями, но всё же не стал его снимать. Медленно шагая, он приводил мысли в порядок.

В теле Ча Ый Джэ текла кровь Ли Са Ёна, а в теле Ли Са Ёна — кровь Ча Ый Джэ. Их сердца переплетены лозами, выросшими из одного корня. Возможно, воспоминания неизбежно смешивались. Ведь лозы, растущие по одной стене, однажды всё равно соприкасаются.

Он не торопился. Они встретятся. Пока они связаны. Но его тело не подчинялось спокойным выводам разума.

В конце концов Ли Са Ён побежал. Взметая мягкий песок пустыни.

Края чёрного плаща развевались, оставляя за собой тёмный след. Сколько же он бежал? Пейзаж менялся, но перед глазами всё та же бескрайняя пустыня. Мимо него проносились бесчисленные воспоминания. Ли Са Ён впитывал осколки всех этих воспоминаний, запечатлевая их в своей памяти.

«…Всё хорошо, тётя».

Где-то Ча Ый Джэ улыбался, когда безымянная женщина гладила его по голове.

«Нет! Не так! Я же сказал, перестань держаться за этот образ творца! Эй, эй, слышишь! Руки не уберёшь?»

Где-то Ча Ый Джэ спорил, указывая пальцем на Хон Ё Сона.

«…»

Где-то Ча Ый Джэ один сидел на лестнице и курил.

«…Простите».

Где-то Ча Ый Джэ кланялся перед семьями погибших.

«Отойдите».

Где-то Ча Ый Джэ пронзал монстра.

«Спокойной ночи».

Где-то Ча Ый Джэ заключал Ли Са Ёна в объятия и засыпал.

«Всё хорошо. Поспи немного».

Где-то Ча Ый Джэ стоял в траурной одежде перед чёрным гробом.

Ли Са Ён остановился перед этим осколком воспоминания. Одинокий силуэт, чёрные волосы. Ли Са Ён почувствовал. Это Ча Ый Джэ из первого мира. Значит, в том гробу…

«Наверное, я».

Ли Са Ён снова заставил себя двинуться с места. Мимо него снова пронеслись многочисленные Ча Ый Джэ. Однако в большинстве воспоминаний из-за маски нельзя было разглядеть его лицо. Это ему не нравилось. Ему хотелось увидеть его лицо за маской. Ли Са Ён вглядывался в воспоминания Ча Ый Джэ и спрашивал.

Каким выражением ты тогда смотрел?

Что чувствовал?

О чём думал?

Ему было любопытно всё, что касалось Ча Ый Джэ. Он хотел знать его целиком. Хотел быть рядом во все моменты. И в радости, и в печали.

Сколько же он бежал? Сколько воспоминаний Ча Ый Джэ промелькнуло мимо?

Наконец перед Ли Са Ёном открылся другой пейзаж. В пустыне, где были только чёрное и белое, где существовал лишь Ча Ый Джэ, вспыхнул красный свет. Ли Са Ён снова остановился.

Повсюду лужи крови, повсюду груды тел в руинах. Посреди всего этого скорчилась фигура. Согнутые колени, пустые чёрные глаза, волосы, выцветшие до пепельного.

Это был Ча Ый Джэ.

В тот момент в голове всплыла размытая картина. Воспоминание стража погибшего мира, другого «Ли Са Ёна».

Скитаясь по разрушенному миру, он нашёл Ча Ый Джэ, оставшегося одного в щели, связанной с разломом на Западном море. «Ли Са Ён» накинул на него плащ и прошептал.

«Когда вернешься… просто живи спокойно».

Это было эгоистичное проклятье и оковы. Не выделяйся, живи спокойно. Скрывай себя. Живи эгоистично.

Выживи.

Ли Са Ён без колебаний шагнул в кровавую лужу. Чавк. Брызги крови разлетелись. Он пересёк кровь, направляясь к нему. Чем ближе он подходил, тем громче становился шёпот. Хриплый, надломленный голос механически бормотал.

— Больно.

— Тяжело.

— Я устал.

— Я хочу домой.

Бормотание не прекращалось. Он одержимо издавал звуки. Иногда кашлял, захлёбывался в приступе, но шёпот не смолкал. Ли Са Ён остановился перед сжавшимся Ча Ый Джэ. Внезапно он вспомнил вопрос, который Ча Ый Джэ недавно задал с некоторой нерешительностью.

«Са Ён-а, ты… когда-нибудь накрывал меня плащом?»

«Нет, не тогда».

Тогда это казалось бессмысленным. Ли Са Ён больше доверял логике, чем интуиции, разуму, чем инстинкту. Но сейчас его чутьё подсказывало.

Сейчас. Именно здесь.

«В разломе на Западном море».

Именно этот момент он имел в виду.

Ли Са Ён без колебаний снял с себя плащ. И в тот же миг Ча Ый Джэ выдавил слова.

— Я хочу вернуться….

Шелест.

Сжавшееся тело Ча Ый Джэ скрылось под чёрным плащом. Под ним тело дёрнулось, затрепетало, и шёпот постепенно стих. Ли Са Ён гладил его голову поверх плаща. В прикосновении было полно нежности. Под ладонью ощущалась тонкая дрожь. Ли Са Ён повторил слова, сказанные другим «им».

— Когда вернешься… просто живи спокойно.

Из его губ сорвалась лёгкая усмешка. Бессмыслица. Ча Ый Джэ по своей природе не мог жить спокойно. Где бы он ни оказался, он всегда был самым заметным. Тем, кто привлекал все взгляды, тем, кому все верили. Ли Са Ён знал его. Знал его волю, его твёрдый характер. Знал, что он действует прежде, чем думает, что сначала делает, а потом оглядывается. Всё.

Ли Са Ён наклонился и слегка приподнял плащ, накрывавший Ча Ый Джэ. Тот уткнулся лицом в колени. Согнувшееся тело мелко дрожало. Это вызывало жалость и нежность. Ли Са Ёну до смерти хотелось обнять его, но он подавил это желание. Вместо этого он мягко прошептал:

— …Вот что говорят.

В низком голосе слышалась усмешка.

— Но ведь ты не сможешь так жить. Разве не так?

И в тот миг, когда его рука потянулась к Ча Ый Джэ, ослепительно белый системный экран преградило ладонь.

[Внимание! Вы собираетесь перезаписать ранее сохраненные воспоминания. Последствия неизвестны.]

[Все равно продолжить?]

Ли Са Ён без колебаний ответил.

— Продолжить.

[Подтверждено. Перезапись воспоминаний…]

— Отлично, готово… Подними голову.

Только после нескольких попыток уговорить Ча Ый Джэ едва поднял голову. Под растрёпанными пепельными волосами открылось бледное, окаменевшее лицо. На щеках и подбородке засохшие пятна крови остались как есть, а чёрные глаза были пустыми. Когда Ли Са Ён увидел это безжизненное лицо, сердце с грохотом упало. Он выглядел более истощённым и жалким, чем можно было представить.

Ли Са Ён прикусил губу, но намеренно заговорил более игривым тоном.

— Ну, это жестоко. Просто накрыть плащом и оставить так.

Он осторожно провёл большим пальцем по щеке, стирая засохшую кровь. Ча Ый Джэ почти не отреагировал на его прикосновение. Ли Са Ён продолжал вытирать его щёку и подумал, что наверное, это худшее воспоминание Ча Ый Джэ.

Когда-то в прошлом Ли Са Ён думал, глядя на Ча Ый Джэ, который спал лёгким сном, держа его за руку в больничной палате.

«Когда тебе тяжело и больно, я хочу быть рядом с тобой».

Но он не хотел, чтобы его желание исполнилось именно так. Он горько усмехнулся, но затем изменил выражение лица на мягкую улыбку.

— Долго ждал?

Губы Ча Ый Джэ дрогнули. Ответа не было слышно. Он, наверное, сорвал голос, всё это время бормоча себе под нос. Но это было не важно. Ли Са Ён ладонью обхватил его щёку.

Когда-то он хотел сказать эти слова, войдя в разлом на Западном море, лицом к лицу. Впервые за восемь лет он произнёс фразу, которую так долго держал в себе.

Ли Са Ён ласково прошептал:

— Я пришёл за тобой.

Глава 356

Ча Ый Джэ, долго бежавший без остановки, на миг сбавил скорость, переводя дыхание. Белоснежная пустыня простиралась вдаль, и крупные хлопья снега всё так же не переставали падать. Бесконечная пустыня. Сможет ли он найти Ли Са Ёна? Ча Ый Джэ, нервно закусив губы, снова ускорил шаг. Под его ногами проносились бесчисленные воспоминания людей.

Но вдруг в голову пришла мысль.

Если здесь хранятся воспоминания людей, погибших от Конца, разве здесь не должны быть и воспоминаний тёти?

Шаги Ча Ый Джэ постепенно замедлились.

И воспоминания охотников, погибших в разломе на Западном море, тоже должны быть здесь.

Ча Ый Джэ в итоге остановился.

И воспоминания тёти тоже…

Он понимал разумом, что в таком огромном месте найти именно их воспоминания невозможно. Но тело не слушалось. Ча Ый Джэ опустился на колени и начал разгребать белый порошок. Неизвестные воспоминания, словно мелкие осколки, проносились мимо него. Руки не останавливались. Ча Ый Джэ продолжал, продолжал копать.

Пальцы ныли, руки болели. Он не знал, сколько времени прошло. Сколько бы ни разгребал, конца белым крупинкам не было видно, даже ямы не образовывалось. Остался только Ча Ый Джэ, засыпанный белыми осколками.

— …Ха!

Ча Ый Джэ поднял голову и горько рассмеялся. Чего он ждал?

Просто… я….

Хотел ещё раз увидеть лицо тёти.

Хотел увидеть лица тех, кто вместе со мной вошёл в разлом на Западном море.

С неба сыпались белоснежный свет и крупные хлопья снега. И вдруг мелькнула мысль. Может не так уж и плохо быть похороненным здесь. Это была мимолётная мысль.

В тот же миг колени, упиравшиеся в землю, словно начали уходить вниз. Ча Ый Джэ медленно опустил взгляд. Это не было иллюзией. Белый порошок действительно поглощал его. Как живое болото.

— Чёрт возьми…!

Ча Ый Джэ быстро вскочил, отступил назад и грубо отряхнул колени. Что происходит? Не успев осмыслить ситуацию, он почувствовал, как земля уходит у него из-под ног.

— Блять!

Ча Ый Джэ снова сорвался с места. Каждым шагом казалось, что земля под ногами уходит вниз. По спине пробежал холодок дурного предчувствия. Неужели из-за той мимолётной мысли теперь эта проклятая земля пытается меня поглотить?

— Совсем с ума сошёл, правда…!

Ча Ый Джэ стиснул зубы и побежал. Его пепельные волосы растрепались и развевались в беспорядке. Да, прости, мне жаль, что я подумал о таком. Прости, что позволил себе глупые мысли, когда должен искать Ли Са Ёна!

— Ли Са Ё-ё-ё-ён!

Ча Ый Джэ кричал имя Ли Са Ёна, пока горло не начало разрываться. Внезапно мимо промелькнуло лицо ребёнка, сидящего в кресле самолёта и обнимающего плюшевого медведя. Чёрные кудрявые волосы, чёрные глаза, симпатичное личико, но с выражением, полным недовольства всем миром. И… маленькая родинка под губой.

— …А?

Ча Ый Джэ резко остановился. Это был незнакомый образ, но он сразу понял. Это Ли Са Ён. Возраст… наверное, годы детского сада. Хотел рассмотреть подольше, но земля снова попыталась ухватить его ноги. Чёрт! Ча Ый Джэ снова побежал вперёд. Начиная с Ли Са Ёна в детском саду, образы Ли Са Ёна один за другим возникали перед глазами.

Будто он какой-то молодой господин, маленький Ли Са Ён был одет в шорты на подтяжках и белую рубашку. И на каждом пролетающем мимо кадре у него было одно и то же недовольное выражение лица. Ча Ый Джэ невольно фыркнул и рассмеялся.

— Значит, характер у тебя с детства такой.

Ча Ый Джэ не смог сдержать тихого смеха. В пролетающих воспоминаниях Ли Са Ён становился старше, но выражение лица не менялось. Ли Са Ён, качающийся в одиночестве на качелях. Ли Са Ён, катающийся один на велосипеде. Ли Са Ён в самолёте. Ли Са Ён, неохотно показывающий «V». Ли Са Ён, бьющий сумкой ребёнка крупнее себя. Ли Са Ён, поваливший такого же большого ребёнка и избивающий его до тех пор, пока его не оттащили. Подождите… что?

— …

Даже когда его волокли, схватив за руки, маленький Ли Са Ён продолжал отчаянно пинаться.

«Ну хоть попробовал бы изменить характер…». Ча Ый Джэ отвёл взгляд в сторону.

После этого промелькнуло ещё множество образов Ли Са Ёна. Фон каждый раз менялся. Америка, Вьетнам, Италия, Таиланд, Тайвань, Франция, снова Тайвань, Китай, Япония и Корея. Сколько же стран он успел объездить? Ли Са Ён, стоящий перед аэропортом Инчхона, выглядел как ученик средней школы и был одет в толстовку и хлопковые брюки. Обычная одежда смотрелась на нём непривычно.

— …

Может, когда вернёмся, стоит попробовать одеть Ли Са Ёна в такую одежду?

Стоило подумать об этом, и сила, тянувшая его за ноги, словно чуть ослабла. Ча Ый Джэ сделал шаг. В следующий миг в поле зрения появилось…

Ли Са Ён, смотрящий снизу вверх сквозь щель среди обломков затуманенным от яда взглядом. Он был в объятиях родителей. Его губы шевельнулись.

Спасите меня.

В ответ ему вперёд протянулась чья-то крепкая рука. Это была рука Ча Ый Джэ. Из-за света его лица не было видно.

— …

Все воспоминания, появившиеся после этого, были полностью затуманенными. Может, потому что глаза Ли Са Ёна тогда уже были повреждены. В затуманенном взгляде Ча Ый Джэ увидел повсюду выскакивающие чёрные тени. Наверное, это и был он сам в то время. В глазах Ли Са Ёна он выглядел именно так. Мрачным, вечно бродящим силуэтом.

В какой-то момент Ли Са Ён уже стоял. Прямо перед ним был Ча Ый Джэ. Чёрная маска слегка приподнята, открывая подбородок и губы. Он прижимался щекой к маленькой забинтованной руке. Его губы, едва видные, сильно дрожали. Даже в мутном поле зрения это было заметно.

«Ты будешь ждать меня?»

Дрожащий голос спросил. Ли Са Ён убрал руку, лежавшую на его щеке. Было видно, как Ча Ый Джэ попытался перехватить опускающуюся ладонь, но сжал кулак.

Ли Са Ён, с трудом шевеля ослабевшей рукой, поднял мизинец и протянул его Ча Ый Джэ.

Губы под маской раскрылись, но так и не вымолвили ни слова и снова сомкнулись. В воспоминании Ча Ый Джэ схватил руку Ли Са Ёна и опустил голову. Из-под приподнятой маски капали слёзы. Дрожащей рукой он переплёл свой мизинец с мизинцем Ли Са Ёна. Срывающийся голос прошептал:

«…Это обещание».

— …

Ча Ый Джэ, глядя на самого себя, отвернулся. Смотреть на себя со стороны казалось ему жутко неловким. Неужели он тогда так отчаянно плакал? Он смущённо почесал затылок и прошёл мимо этого неловкого воспоминания. Далее следовали повторяющиеся сцены. Лёг на кровать, встал, принял лекарство, лёг, встал, принял лекарство.

Вскоре послышался сладкий, как змеиный, женский голос.

«Если ты пойдёшь со мной, возможно, ты сможешь увидеть J».

Это был голос Га Ён. Её голос, словно змея, словно яд, проникал в уши.

«И не только это. Возможно, ты даже сможешь сам спасти J».

Рука, сжимавшая простыню, чуть ослабла. Нельзя. Ча Ый Джэ покачал головой. Га Ён зашептала:

«Ну как? Хочешь пойти со мной?»

Ли Са Ён открыл рот, но наружу вырвался лишь слабый, беззвучный выдох. Га Ён тихо вздохнула и пробормотала:

«О~ Ты ведь не можешь говорить, так что я не услышу твоего ответа. Что делал J? Если хочешь пойти, просто кивни».

Ли Са Ён без колебаний кивнул. В ответ раздался лёгкий смешок.

«Тогда слушай меня внимательно. Понял?»

……

Ча Ый Джэ, стиснув зубы, пошёл дальше. Несколько мутных воспоминаний пронеслись мимо, и вновь голос Га Ён схватил его за лодыжку.

«Так вот, этого мы будем звать номером 4, ладно? Поскольку ты не можешь сказать своё имя. Так устроит?»

Га Ён хлопнула в ладоши.

«Номер 4. Очень ценная личность, которая смогла выжить даже после того, как её отравил монстр! Давайте все постараемся помочь номеру 4 поправиться, хорошо?»

Раздались громкие аплодисменты. Слишком громко. Хотелось заткнуть уши. Холодная рука коснулась плеча Ли Са Ёна. По затылку пробежали мурашки. Неприятно. Тададак. Слышалось суетливое шарканье множества ног насекомого. Кажется, это был паук…

«Сначала я покажу тебе твою комнату. Ты будешь там жить с этого момента».

Сильная рука потянула Ли Са Ёна за предплечье. Он, опираясь на костыли, шатаясь, последовал за ней. Длинный белый коридор тянулся бесконечно. Дыхание становилось всё тяжелее. Не пройдя и нескольких шагов, Ли Са Ён остановился, тяжело дыша. Опираясь на костыли, он пытался отдышаться. Раздражённый голос Га Ён эхом разнёсся:

«Поторопись».

Ли Са Ён стиснул зубы и снова начал двигать костыли. Кх, кх, вырывалось тяжёлое дыхание. Во рту чувствовался вкус крови. Лохматая чёлка намокла от пота. Наконец добравшись до неё, он услышал скрип открывающейся двери. Га Ён прошептала с улыбкой в голосе:

«Молодец. Здесь ты и будешь жить».

«…»

Комната была вся белой. Даже с ужасным зрением Ли Са Ёна это нельзя было не заметить. Пол, стены, потолок. Холодная, словно паучья, рука толкнула его в спину. Бух! Ли Са Ён вместе с костылями упал в комнату. Он с трудом приподнял голову. Щёлк.

Дверь захлопнулась.

— …

Ча Ый Джэ больше не бежал. Он шёл. Отсюда начинались воспоминания, которые он так хотел узнать, но о которых Ли Са Ён никогда не говорил вслух. Воспоминания о времени, когда он был один.

Следующая сцена была полностью чёрной. Похоже, на глазах была повязка. В темноте раздался голос.

«Знаешь, говорят, что яд лечат ядом».

Послышался плеск жидкости в резервуаре. На неподвижной руке, словно связанной, почувствовалась резкая боль. Из иглы шприца вливалась какая-то вязкая жидкость. А затем от этого места по руке разлилась жгучая боль. Кх, Ли Са Ён открыл рот. Крик не вырвался. Лишь сиплый звук, похожий на выдох, вытекал изо рта. Наконец игла вышла. Ли Са Ён отчаянно дёрнулся, но не смог освободиться.

«Поэтому я приготовила разные виды яда. Давай проверим, как долго ты сможешь выдержать?»

Голос с улыбкой шептал. Ча Ый Джэ смотрел на воспоминание с налитыми кровью глазами.

Глава 357

Снова земля начала поглощать ноги. Ча Ый Джэ с усилием заставил себя двигаться, минуя это воспоминание. Остановиться здесь он не мог. Он хотел узнать всё о Ли Са Ёне.

Воспоминания, что следовали одно за другим, были почти одинаковыми. Белая комната, чёрное поле зрения, белая комната, чёрное поле зрения. Воспоминания Ли Са Ёна тех времён были в основном чёрно-белыми, различались лишь звуки.

Слышались чьи-то шаги. Иногда это был звук каблуков, иногда — резиновой подошвы. За голосом, зачитывающим содержание эксперимента, следовали звуки сопротивления, захлёбывающиеся хриплые крики, свист уходящего воздуха, прерывистое тяжёлое дыхание. Ча Ый Джэ стиснул зубы. Но остановиться он не мог. Нужно было идти дальше. Чтобы не увязнуть в болоте.

Когда он продолжал проходить мимо этих чёрно-белых осколков воспоминаний, в поле зрения наконец появился пейзаж с цветами. Ча Ый Джэ остановился перед этим воспоминанием.

Ли Са Ён стоял поздней ночью в самой середине леса. Он стоял на белом полу, а здание, кроме этого пола, постепенно разъедалось ядом и растворялось. Спустя немного времени, наконец открылся внешний мир. Он медленно повернул голову и осмотрелся вокруг. Фиолетовое ночное небо, деревья и трава, колышущиеся от ветра, шорох птиц, сидящих на ветках, движения белок, скачущих по ветвям. Всё ощущалось.

Спутанные волосы, длинные до плеч, развевались и заслоняли обзор.

— Ты меня слышишь?

Совсем рядом послышался голос Чон Бина, но Ли Са Ён его проигнорировал. Ча Ый Джэ прищурился.

«С тех самых пор уже игнорировал».

Ли Са Ён медленно поднял обе руки и пошевелил пальцами. Он провёл ногой по белому полу. Вместо боли ощущалось только приятное чувство прохлады. Ли Са Ён вытянул ноги и сел прямо на пол. Боли не было. Напротив, всё тело казалось невесомым, словно летало. Из-за короткой одежды при каждом движении рук и ног полностью обнажались запястья и щиколотки. Ли Са Ён безмолвно рассматривал свою кожу. Чистая, без единого шрама.

В этот момент снова послышался голос.

— Я Чон Бин из Бюро управления пробуждёнными. Я пришёл, чтобы спасти тебя.

Бюро управления пробужденными. В голове Ли Са Ёна промелькнул смутный голос.

«Я — J».

«Это не моё настоящее имя, но зови меня так. Я охотник, довольно высокого класса, работаю в Бюро управления пробуждёнными… Ну, вроде всё. Ох, чёрт… Мне, похоже, больше нечего рассказать».

Место, к которому принадлежал J. Ли Са Ён повернул голову и посмотрел на Чон Бина. Тот, сжимая в руке чёрную цепь, с напряжённым видом наблюдал за ним. Ли Са Ён приоткрыл рот. Но голоса не было. Он обхватил шею обеими руками, проверяя состояние.

Затем он поочерёдно провёл рукой по шее, подбородку, щекам. Они были гладкими, без бинтов и шрамов. Ли Са Ён попробовал издать звук.

— …А.

— …

— М, э.

Речь была неуверенной. Ли Са Ён раздражённо сжал кулаки. Чёрт, язык одеревенел. Долгое время он пытался пошевелить затёкшим языком и выговорить слова. Наконец, первое, что ему удалось произнести:

— J…

Охотничье имя Ча Ый Джэ и то имя, что он сам когда-то сообщил ему.

— …

Ча Ый Джэ ошеломлённо смотрел на Ли Са Ёна в белой одежде. Особая сила исцеления пробуждённого полностью излечила его раны, и он собственными силами выбрался из ада. И, едва сбежав из ада, он сразу начал искать J.

Нос странно защипало. Ча Ый Джэ стиснул зубы и сделал шаг. Он снова побежал. Мимо пронеслось бесчисленное множество Ли Са Ёнов.

«Не надо стричь волосы. Чёрт, если пострижёшь криво, убью».

Один Ли Са Ён, привязанный к стулу, испепеляюще смотрел на Пэ Вон У с ножницами в руках.

«Не нужно, вали отсюда».

Другой показывал средний палец директору Хам Сок Джон.

«Какое ещё интервью. …Чёрт, отпусти! Говорю, отпусти!»

Ещё один, схваченный Пэ Вон У и Чон Бином, был одет в костюм.

«Дам столько денег, сколько попросите, только занимайтесь исследованиями».

Другой Ли Са Ён грубо отчитывал исследовательскую команду гильдии Падо.

— …

А кто-то из Ли Са Ёнов стоял перед мемориалом разлома на Западном море.

Он ускорил бег. На миг появилась рябь, и вскоре начали мелькать немного другие Ли Са Ёны. Ли Са Ён, обнимающий и плачущий над Ча Ый Джэ, Ли Са Ён, заперший себя в тёмной комнате… Это были воспоминания Ли Са Ёна из разрушенного мира.

В тот момент он ощутил, будто что-то мягко упало. Странным образом ноги стали лёгкими. Ча Ый Джэ оглянулся.

На пройденном им пути стоял «Ча Ый Джэ» с чёрными волосами. Он равнодушно смотрел на воспоминание с плачущим Ли Са Ёном. С руками в карманах, в небрежной позе.

Ча Ый Джэ с пепельными волосами, увидев ещё одного себя, остановился. Их взгляды встретились. «Ча Ый Джэ» с чёрными волосами ухмыльнулся другому себе.

— Спасибо, что привёл меня сюда.

— Ты…

В этот миг в голове пронеслись воспоминания. Когда его затянуло в мир разрушенного «Ли Са Ёна» и они говорили. Слова, что сами собой срывались с губ, и воспоминания, что не принадлежали ему.

Что приготовить на ужин. Какой милый уличный котёнок. Какая приятная музыка зазвучала в круглосуточном магазине. Занудные речи Чон Бина. Выговор от Пчелы.

И те, что вырвались сами собой…

«Ли Са Ён».

«Прости. Мне кажется, я обременил тебя чем-то слишком тяжёлым».

«Но… всё это не было напрасным».

«Потому что вот мы, смотрим друг на друга вот так».

«Спасибо».

Все эти слова…

— Это был ты.

«Ча Ый Джэ» с чёрными волосами скрестил руки и пожал плечами.

— Ага. Тогда мне правда хотелось сказать хоть что-то.

— С какого момента ты был во мне?

— С момента, когда я повернул время с помощью часов, и возник этот мир.

— …

— Не пойми неправильно. Я пробуждался только тогда, когда болтал с тем бедолагой. А сюда ты добрался только благодаря своим усилиям.

«Ча Ый Джэ» с чёрными волосами помахал рукой. Как будто прощаясь.

— Иди быстрее. Не заблудись, не отвлекайся, думай только об одном. О том, кто ждёт тебя.

— …

— А я пойду утешать одного ребёнка.

Когда он махнул рукой, словно торопя уйти, сзади налетел ветер и толкнул его в спину. Сзади раздался смех «Ча Ый Джэ» и затих.

— Прощай, Ча Ый Джэ!

Ча Ый Джэ, будто заворожённый, начал бежать. Его пепельные волосы развевались. Спустя время он обернулся, но того уже не было. Сердце странно билось. Пустота, словно часть его исчезла, и удовлетворение, будто последний кусочек пазла встал на место, переплелись.

Он снова повернул голову, и перед глазами всё перевернулось.

Перед ним раскинулась…

— …А.

Знакомый переулок.

***

Чёрный плащ развевался. Рядом с бегущим Ли Са Ёном хлынули десятки Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ, лежащий в больничной палате, Ча Ый Джэ, кашляющий кровью, Ча Ый Джэ с бледным лицом. Все они были Ча Ый Джэ из прошлого мира. Ли Са Ён хотел пройти мимо, но медленно остановился. Что-то удерживало его ноги.

— …

Ли Са Ён тяжело выдохнул и раздражённо пробормотал:

— Извращенец, что ли. Не знал, что у тебя есть хобби насильно пересматривать тяжёлые воспоминания…

Он с усилием оторвал неподвижные ноги и сделал два шага назад. На месте, где он стоял, появился незваный гость с сияющими светло-фиолетовыми глазами. Незваный гость пристально смотрел на Ча Ый Джэ, кашляющего кровью. Ли Са Ён скрестил руки.

— Ты не уйдёшь? У меня времени нет.

— …Иди.

Незваный гость уставился на Ли Са Ёна зеркальными светло-фиолетовыми глазами.

— Это место, где собираются воспоминания тех, кто погиб от Конца. Я тоже изначально должен был оказаться здесь.

— То есть это место, где тебе суждено умереть?

— Да.

— Ха.

Ли Са Ён усмехнулся.

— Тогда бы сразу здесь и остался, зачем до сих пор прилипал к моему телу…

— Потому что ты, чья душа имеет тот же источник, был жив. Вот и притянуло, как магнитом.

Незваный гость ответил пустым голосом. Ли Са Ён цокнул языком. Сделав несколько шагов вперёд, он спросил, не оборачиваясь:

— …Ты правда не пойдёшь?

— Да. Моё место здесь.

— …Ладно, делай как знаешь.

— И ещё одно.

Ли Са Ён повернул голову и посмотрел на другого себя. В зеркальных светло-фиолетовых глазах отражался Ли Са Ён.

— Не заблудись. Помни, кто тебя ждёт, и иди вперёд. Как сейчас.

— …

— Иди. Пока не стало слишком поздно.

Ли Са Ён не ответил. Он бросился бежать вперёд.

Оставшийся в одиночестве «Ли Са Ён» безмолвно смотрел на тускнеющее воспоминание. Старался во что бы то ни стало сохранить дорогой образ в глазах, в памяти.

И тогда.

— Когда меня не стало, ты всё сидел взаперти в комнате.

Знакомый голос раздался за спиной. «Ли Са Ён» застыл.

Не ослышался ли он? Но голос был слишком живым для того, чтобы оказаться лишь иллюзией. Светло-фиолетовые глаза дрогнули.

— …Хён?

Губы дрожали, выдавливая голос. Он не осмеливался обернуться. Вдруг это тоже галлюцинация? Вдруг стоит лишь повернуть голову, и исчезнет даже этот голос?

Но живой голос не умолкал.

— Да, это я.

Тёплая ладонь осторожно коснулась его чёрной руки. Ли Са Ён задержал дыхание. Сердце билось так, будто готово было разорваться. Шуршание шагов по земле, и кто-то остановился прямо перед ним. В опущенном взгляде показались чёрные ботинки. Ли Са Ён не мог поднять голову. Вдруг и это окажется иллюзией?

Тёплые руки обняли его за шею и спину.

— Ты хорошо справился.

В широко распахнутых светло-фиолетовых глазах задрожали слёзы и упали капля за каплей. Ли Са Ён лишь тогда поднял голову. Чёрные волосы, озорная улыбка. Перед ним стоял тот, по кому он так тосковал. С дрожью в руках Ли Са Ён обнял Ча Ый Джэ в ответ, изо всех сил прижимая его к себе.

Он скучал. Снова и снова скучал.

Я так хотел тебя увидеть.

Я даже обижался на тебя.

Несказанные слова вырвались вместе со слезами. Ча Ый Джэ закрыл глаза и похлопал его по спине.

— Са Ён-а, то, что ты сделал, не было напрасным. Хоть и заняло много времени, но в итоге мы встретились.

— Хнык…

— Всё хорошо. Теперь мы всегда будем вместе.

Ли Са Ён рухнул, опираясь на его нежный голос и тёплое тело. Это были те объятия, которых он жаждал, о которых так тосковал.

Это был миг, когда долгому ожиданию пришёл конец.

Глава 358

Ча Ый Джэ нерешительно шагнул в переулок. Не мягкое прикосновение песка пустыни, а твёрдое и шероховатое ощущение асфальта под ногами. Воздух тоже был другим. Прохладный, но с примесью влажной сырости ветер пронёсся мимо. Ча Ый Джэ снял маску и глубоко вдохнул.

Это было место, которое он никогда не сможет забыть. Ча Ый Джэ медленно пошёл вперёд. Уединённый переулок недалеко от ресторана с похмельным супом, куда он забрёл, когда искал Ха Ын и заметил огромное пламя фиолетового цвета, за которым последовал. Да.

Именно здесь он впервые встретил Ли Са Ёна.

Тогда Ли Са Ён, надев противогаз, пинал человека ногами. Ну, точнее, это был наркоман.

«Я подумал, что он сумасшедший, правда».

Ча Ый Джэ усмехнулся. В тот момент он решил, что ни за что не стоит связываться с ним.

— …

Улыбка исчезла с его лица. Ча Ый Джэ сунул руки в карманы и уставился на свою тень, вытянувшуюся на земле. Если бы в тот день он узнал, что Ли Са Ён — тот мальчик, что-нибудь изменилось бы? Пока он прокручивал в голове вопрос без ответа, зазвучал голос.

Голос, что шептал, снимая маску.

«Мне нравится то, что мы… особенные. Больше, чем любой другой Ли Са Ён и Ча Ый Джэ».

Крупная рука, что касалась щёк и губ.

Если пустота сделала нас теми, кто мы есть теперь.

Если утрата создала нас.

Ча Ый Джэ поднял голову. Нерешительность и сожаление о прошлом исчезли. Да, если бы хотя бы чего-то из пережитого не случилось, он бы не дошёл до этого момента.

Две неудачи, последний шанс. Наконец они достигли самого края Конца. Испытав бесчисленные провалы и отчаяние, теряя и вновь находя друг друга.

Это произошло в тот миг, когда Ча Ый Джэ сделал шаг вперёд. Из-за переулка донеслись глухие удары и приглушённые стоны. Неужели Ли Са Ён? Ча Ый Джэ выглянул за угол. Огромная фигура в чёрной одежде пинала мужчину, скорчившегося на земле.

«Да, даже при повторном просмотре это жестокое зрелище».

Ча Ый Джэ прищурился. В этот момент Ли Са Ён резко повернул голову. В противогазе, в чёрном тактическом костюме, с до блеска начищенными ботинками, заляпанными кровью. Точно как в момент первой встречи. Странно, но ему вдруг стало этого не хватать. Времени, когда он работал на полставки в ресторане с похмельным супом.

Ли Са Ён, долгое время хранивший молчание, указал на Ча Ый Джэ рукой в кожаной перчатке.

— Ты.

— …

Палец указывал прямо на Ча Ый Джэ, высунувшего голову из-за угла переулка. Ча Ый Джэ беззвучно спросил «Я?», указывая на себя указательным пальцем. Противогаз кивнул. Ча Ый Джэ ошеломлённо произнёс:

— …Ты… меня видишь?

Глаза за линзами противогаза прищурились. Послышался шипящий звук выходящего из противогаза воздуха, и ленивый голос ответил:

— Что… Думаю, это такая концепция призрака? Раз спрашиваешь, видно ли тебя. Слишком хорошо видно.

Это ведь отличается от воспоминаний? Разве Ли Са Ён говорил так?

Обменяться парой фраз с Ли Са Ёном и попытаться сбежать, а потом, из-за удара половником, его личность раскрылась. Кажется, порядок был именно таким. Но что здесь происходит, он не понимал. Ча Ый Джэ почесал затылок и вышел из переулка.

Ли Са Ён оглядел Ча Ый Джэ с ног до головы, а потом долго и пристально смотрел ему в лицо. Он медленно наклонил голову набок.

— Странно.

Линзы противогаза отразили Ча Ый Джэ, словно зеркало. Запутавшиеся в беспорядке пепельные волосы, перепачканные белым пеплом брюки и ботинки. Ли Са Ён тихим, низким голосом спросил:

— Мы раньше не встречались?

По воспоминаниям, он должен был ответить: «Нет». Однако.

Вместо того чтобы отступить, Ча Ый Джэ сделал шаг вперёд. Ли Са Ён, державший руки в карманах брюк, заинтересованно снова склонил голову набок. Ча Ый Джэ поднял взгляд на него.

— Эй, Ли Са Ён.

Из противогаза послышался шипящий звук выходящего воздуха. За линзами в фиолетовых глазах мелькнуло недоумение.

И вдруг Ча Ый Джэ подумал. Может быть, всё это и было судьбой. Ночь, когда он с половником выбежал искать Ха Ын, фиолетовое пламя, за которым он, словно загипнотизированный, погнался, и Ли Са Ён, оказавшийся там.

А если не судьба…

«В следующий раз ты сам меня найдёшь. Как было раньше».

Ча Ый Джэ резко протянул руку и схватил Ли Са Ёна. Под ладонью отчётливо ощущалось, как напряглись мышцы. Он сжал его руку и силой вытащил её из кармана. Рука в кожаной перчатке дёрнулась.

— Что за…!

Ли Са Ён поспешно попытался выдернуть руку, но Ча Ый Джэ не только не отпустил, а ещё крепче сжал её. Пойманная рука снова вздрогнула. Ча Ый Джэ провёл пальцами по кожаной перчатке и усмехнулся.

— Ха, если сейчас подумать… в итоге я всё-таки хорошо слушался.

— …

— И обещание жить спокойной жизнью, и обещание, что я сам найду тебя первым, всё это.

Он отпустил руку и протянул ладонь к противогазу, что закрывал лицо. Щёлк. Крепления ослабли, и когда он снял его, из-под растрёпанных чёрных волос на него уставились растерянные фиолетовые глаза. Снятый противогаз он просто уронил. Теперь между нами такое больше не нужно.

Ча Ый Джэ осторожно обхватил лицо Ли Са Ёна обеими руками. Затем чуть приподнялся на носки и коснулся его пухлых губ. Это был легкий поцелуй, без языка, без обмена слюной, словно символ обещания.

Он улыбнулся, глядя на ошеломлённое лицо Ли Са Ёна.

— Видишь, в этот раз я сдержал обещание.

— …

— Я сам первым тебя нашёл.

В тот миг облик Ли Са Ёна начал медленно меняться. Чуть более длинные чёрные волосы, ярко сверкающие фиолетовые глаза, родинка под полными губами, развевающийся чёрный плащ и ботинки, испачканные белым пеплом. Это был Ли Са Ён, которого Ча Ый Джэ знал и по которому скучал.

— …Ха-а.

Ли Са Ён накрыл своими руками ладони, что держали его щёки, и опустил голову. На лице с закрытыми глазами расцвела светлая, как цветок, улыбка. Он поцеловал ладонь Ча Ый Джэ и прошептал:

— Действительно… Хён наконец-то сдержал обещание.

— Ну что, теперь появилось хоть немного доверия?

— Угу… самую малость. Где-то… 0,1%.

— Почему так мало?

— Потому что доверие всегда дорогое. Продолжай сдерживать обещания. Пока не станет 100%.

Ли Са Ён, прижимаясь щекой к ладони, улыбался. Сердце с грохотом упало вниз. Их взгляды встретились. Ча Ый Джэ сглотнул, кадык дёрнулся. Ли Са Ён тихо рассмеялся и обнял его за талию.

— Тогда… надо дать награду за то, что сдержал обещание.

Мягкие губы коснулись щеки. Ча Ый Джэ не выдержал щекотки и тихо рассмеялся. Губы скользнули по щеке, по веку, виску, переносице и наконец достигли губ. На расстоянии, где дыхание смешивалось, их взгляды снова встретились. Фиолетовые глаза были…

— …

Тёплыми и полными нежности. Ча Ый Джэ медленно поднял руки и обнял его за шею.

Са Ён-а. Что ты видишь в моих глазах?

Мои глаза тоже сияют, как твои?

Фиолетовые глаза закрылись, губы соприкоснулись. Слова, что так и не были произнесены, растаяли между губами. Ча Ый Джэ не сопротивлялся и приоткрыл рот. Толстый язык, словно дожидавшийся этого, проник внутрь. Слюна жадно смешивалась, языки переплетались. Чёрный язык скользнул по зубам, щекотал нёбо, и с губ сорвался тихий стон.

— М-м…

Руки Ли Са Ёна крепко поддерживали его талию. Ощущение, будто вернулся домой. Спокойствие, которого он так давно не чувствовал, окутало всё тело.

Наконец-то, спустя такой долгий путь, он пришёл сюда.

К единственному своему успеху.

Чмок. Долгий поцелуй закончился, влажные губы разомкнулись. Ли Са Ён, прижав свой лоб к его лбу, закрыл глаза. В лениво приглушённом голосе прозвучал шёпот:

— … Я скучал по тебе.

— …Я тоже.

Тепло, соприкасавшееся с кожей, было сладким. Прохладный ветер тронул волосы. Ча Ый Джэ погладил пряди Ли Са Ёна, что тёрлись о его шею.

— Знаешь, Са Ён-а.

— Да, хён.

— Ты ведь тогда говорил. Что тебе нравится то, что мы… особенные. Больше, чем любой другой Ли Са Ён и Ча Ый Джэ

— …А-а, да, говорил.

— Теперь, кажется, я начинаю понимать, что это значит.

Ча Ый Джэ сильнее обнял Ли Са Ёна, плотно прижавшегося к груди. Две неудачи, два расставания, восемь лет пустоты. Только пройдя через все эти потери и поражения, они наконец встретились — Ли Са Ён и Ча Ый Джэ.

Он начал рассказывать то, чего никогда не говорил никому. Историю, покрытую неудачами. Историю проигравшего.

— Раньше я… думал, что я на самом деле бесполезный человек. Хотел спасать людей, но каждый раз терпел неудачу, только продолжал убивать монстров, и в итоге делал лишь то, что приказывали.

— Угу.

— Тебя я хоть и спас, но до конца заботиться не смог и ушёл в разлом на Западном море. Там тоже никого не смог спасти. А когда спустя восемь лет выбрался из разлома… знаешь, что я почувствовал первым? Потерю? Грусть? Нет. Это был голод. Я был ужасно голоден.

Ча Ый Джэ тихо усмехнулся.

— Поэтому я почти ползком добрёл до ресторанчика с горящим светом и просто ввалился туда. А там…

Он вспомнил обстановку в ресторане. Белый наваристый суп, что протянула бабушка, бабушка, очищающая чеснок, ЭЛТ телевизор на полке, выцветший плакат соджу и старый настенный вентилятор, календарь. И,

документальный фильм, что шёл по телевизору.

— Я смотрел документальный фильм. Тот, что спонсировала гильдия Падо.

— …

— Если сейчас подумать…

Может, это был сигнал, который отправил Ли Са Ён. Я не забыл тебя. Я всё ещё жду тебя. Чтобы сдержать обещание.

Ча Ый Джэ уткнулся лицом в грудь Ли Са Ёна. Дрожащий голос сорвался с губ.

— …Спасибо. За то, что сдержал обещание. И… за то, что ждал меня.

Глава 359

Ли Са Ён положил подбородок на плечо Ча Ый Джэ. Мягкие волосы щекотали щеку. Хаа…. Он тихо выдохнул и прошептал.

— …Раньше я представлял день, когда ты скажешь мне такие слова.

— Ага.

— Что ты вернёшься и скажешь… молодец, хорошо постарался, спасибо, что ждал меня…. Ну, такие слова, знаешь.

Сквозь одежду доносился стук сердца Ли Са Ёна. Оно билось быстрее, чем обычно. Низкий смешок коснулся уха. Соприкасающееся тело мелко дрогнуло в такт смеху.

— Это даже лучше… чем я представлял. Когда слышишь это вживую.

— …Тогда хорошо.

Ча Ый Джэ нарочно сказал грубо, похлопывая Ли Са Ёна по спине. Ли Са Ён потерся лбом о его шею. Будто прижимался большой зверь.

В этот момент темное ночное небо начало постепенно рассеиваться. Пейзаж переулка, словно смытый белой краской, медленно исчезал. Ча Ый Джэ поднял голову. Переулок, где они воссоединились, исчез, и на его месте снова появилась белая пустыня. Ощутив, как ноги начинают утопать, он схватил Ли Са Ёна за запястье и побежал.

— Чего вдруг…

— Просто беги! Остановишься — утонешь!

— Утонешь? А я не тонул.

Ча Ый Джэ на мгновение замер и оглянулся на Ли Са Ёна, которого тащил за руку. Ли Са Ён, слегка нахмурившись, стоял прямо даже на песке пустыни, и только ноги Ча Ый Джэ беспомощно увязали в белом песке.

Убедившись, что ноги Ча Ый Джэ всё глубже погружаются в песок, Ли Са Ён схватил его за руку и побежал. Он прикусил губы и спросил.

— Ха… ни минуты покоя. С каких это пор так? Опять какую-то глупость сделал?

— Ничего я не делал, придурок! Я просто бежал, чтобы найти тебя….

Ча Ый Джэ, бегущий за руку с Ли Са Ёном, обернулся. Белая пустыня тянулась бесконечно, даже горизонт был расплывчатым. Он думал о тёте. Думал о товарищах, потерянных в разломе на Западном море. Может быть, их воспоминания где-то здесь.

В тот миг низкий голос пронзил ухо.

— Не оглядывайся.

Ча Ый Джэ вздрогнул, плечи дёрнулись.

— Если застрянешь в прошлом, дальше не сможешь идти. Ты будешь прикован к тому месту.

— …

— Соберись. Какая польза сожалеть, если ты не можешь вернуться в тот момент и не можешь изменить то, что уже произошло.

Решительный голос ударил в уши. Ча Ый Джэ всматривался в воспоминания людей, рассыпавшиеся под его ногами. Они бежали, опираясь на горы накопившихся воспоминаний.

— Не оглядывайся. И не сожалей. Беги дальше. Не останавливайся.

Тёплая, большая ладонь крепко сжала руку, полную мозолей.

— Если это трудно, просто сосредоточься на моей руке.

Ча Ый Джэ поднял голову. Взор заполнила спина бегущего впереди Ли Са Ёна. Развевающиеся чёрные вьющиеся волосы, колыхающиеся полы чёрного плаща, чёрные пальцы, крепко сжавшие его руку.

Ли Са Ён не тоскует по прошлому. Не сожалеет. Просто оставляет прошлое в прошлом и движется вперёд.

— …У тебя нет ничего, о чём ты сожалеешь?

На вопрос, вырвавшийся с оттенком самоиронии, Ли Са Ён чуть обернулся. В его фиолетовых глазах чётко отразился образ Ча Ый Джэ. Он тихо усмехнулся, приподняв уголки губ.

— Как можно прожить жизнь и не сожалеть? Это робот тогда.

— Но как ты…

Как ты можешь так бежать, не колеблясь. Ча Ый Джэ проглотил слова, готовые сорваться. С каждым шагом по земле из-под ног взлетали белые крупицы, из которых вспыхивали незнакомые воспоминания. Мимо двух бегущих проносились бесчисленные сцены. Ушедшие моменты. Прошлое людей, воспоминания, сожаления.

Каждый пейзаж был разным. Виднелись и совершенно иные миры, незнакомые Ча Ый Джэ. Люди, бросающиеся на монстров, люди, прикрывающие кого-то от монстров, и те, кто встретил жалкую смерть. Бесчисленные миры, через которые прошёл Конец. Бесчисленные воспоминания о гибели.

Ли Са Ён снова повернул голову прямо. В сжатую руку он вложил ещё больше силы.

— Для меня важнее всего этот момент.

— …

— Сейчас, когда ты рядом со мной.

В тот миг окружавший их пейзаж переменился.

***

— Разделите районы, где требуется поддержка, и сразу докладывайте! Свяжитесь и с Бюро управления пробужденными!

— Да, понял!

— Что с новыми разломами?

— Около пяти! Скорость их появления снизилась по сравнению с предыдущим отчётом.

— Продолжайте следить, а как дела с эвакуацией гражданских?

— В процессе! Большинство гражданских уже в убежищах. Тех, кто не успел, ведут братья Скумбрии.

— Если от братьев Скумбрии поступит запрос на поддержку, сразу отправляйте людей.

— Да, понял!

— И ещё… чёрт, сколько ж этих монстров.

Хрясь. Лезвие ручного топора рассекло голову монстра надвое. Между половинами головы показалось раздражённо скривившееся лицо охотницы госслужащей из Бюро управления разломами Ян Хэ Джин. Она продолжала отдавать приказы в рацию.

— Да, это охотница Ян Хэ Джин из Бюро управления разломами. Да, директор? А, да. Минутку….

Постоянный клиент ресторана с похмельным супом, охотница Ян Хэ Джин, и новичок охотник.

Ноги стали чуть легче.

***

Обрушившиеся здания и разбитые автомобили, растрескавшийся асфальт дороги. Знакомый пейзаж. Над всем этим развевались золотые волосы. Ча Ый Джэ инстинктивно проследил за их следом. Это была Пчела. Она в одиночку сдерживала одно из прорывов подземелья.

Пчела крепче сжала рапиру и крикнула:

— Не тормозите, эвакуируйте быстрее!

— Может, нужна помощь…

— Катись! Не нужна мне помощь. Вместо того чтобы помогать мне, заткни другие дыры!

Охотники в костюмах поддерживали гражданских, помогая им эвакуироваться. Пчела без колебаний бросилась в гущу наступающих монстров. Её фигура удалялась.

Пчела.

Давление, прижимавшее тело к земле, немного ослабло.

***

Дальше открылся вестибюль гильдии Совон. Обычно это место было бы заполнено книгами, шкафами и библиотекарями, но сейчас оно было переполнено стонущими от боли пациентами, потерявшими сознание. Пока библиотекари суетились, обрабатывая мелкие раны, в глаза бросился мужчина в белом халате с белыми волосами, завязанными в низкий хвост.

Нам У Джин стоял перед раненым, у которого был пробит живот и который с трудом дышал. Из его рук вспыхнул ослепительно-белый свет. За очками глаза были прищурены, на лбу выступил холодный пот. Свет угас лишь спустя долгое время. Круглая дыра на животе затянулась, оставив лишь небольшой шрам.

— …Следующий.

Нам У Джин, пошатнувшись, направился к следующему тяжелораненому. Его подхватил стоявшая рядом марионетка. Мальчик поддержал Нам У Джина за руку и талию.

— Хозяин, вам нужно немного отдохнуть. Слишком большая потеря сил.

— …Нет на это времени. Следующий!

— Понял.

Он, опираясь на помощь мальчика, направился к другой койке. Его фигура постепенно отдалилась.

Нам У Джин.

Порошок, обвивавший ноги, бессильно рассыпался.

***

Среди пролетающих пейзажей по дороге, покрытой белым пеплом, медленно плыла красная золотая рыбка. Ах, это… Ча Ый Джэ невольно уставился на красный цвет в белоснежном мире. Золотая рыбка пересекла дорогу и вскоре свернула в узкий переулок. Маленькая рыбка остановилась перед коробкой, под которой дрожали человеческие силуэты.

— …Да, здесь два выживших. Переулок справа от дороги 12-4. Один, похоже, ранен.

В тёмной комнате, где единственным светом было голубое сияние экрана, младший Скумбрия открыл глаза. Старший Скумбрия быстро застучал по клавиатуре. В правом нижнем углу появилось маленькое окошко.

— Д-до ближайшей больницы… маршрут по кратчайшему пути. Довольно бл-близко… помощь Бюро не по-потребуется.

— Отлично~ спасибо, хён.

Младший Скумбрия пошевелил пальцами. Красная золотая рыбка повела людей из-под коробки в сторону больницы. Её силуэт постепенно отдалялся.

Братья Скумбрии.

Ноги стали чуть легче.

***

— Эй~ куда это собрался убегать?

Бам! Чёрный ботинок без колебаний врезался в лицо мужчины.

— А-а-а!

Схватившись за лицо, закричал Иван, член Прометея. Он, хрипя от страха, тяжело дышал. К нему приближался окровавленный ботинок. Его владелец наклонился. Под растрёпанными светло-голубыми волосами уголок губ приподнялся в усмешке.

— Мы ведь даже толком не поиграли~ А ты уже не можешь, ноешь, что умираешь от боли — так не пойдёт.

— З-з-зачем… вы это… делаете.

— Зачем, ещё спрашиваешь, сука.

Треск! Кулак врезался Ивану в голову. Гю Гю хитро ухмыльнулся.

— Из-за тебя мои друзья так крепко вляпались в дерьмо… вот и делаю это. Раздражает ведь~

Гю Гю схватил Ивана за волосы, насвистывая, и потащил его во тьму.

— Давай немного поиграем? Не бойся, я же не убью тебя…

Шррр, шррр, звук одежды, волочащейся по полу, был последним, и двое исчезли в темноте.

Гю Гю.

Песок, пытавшийся схватить ноги, утратил силу и развеялся.

Глава 360

Сквозь проносящийся пейзаж мелькнули каштановые волосы. Юн Га Ыль бежала изо всех сил. Из зажатой в её руке рации доносился голос Бюро управления пробужденными.

― …Поступило сообщение о появлении разлома на спортивном поле женской школы Сэбом. Сообщила заместитель директора школы Сэбом. Приоритетное распределение поддержки…

― …Сейчас нет доступных сил, которые могут сразу выдвинуться….

Юн Га Ыль, миновав школьные ворота, ворвалась на территорию школы. Студенты и их семьи использовали школьный спортзал как убежище. Школы имели более высокий приоритет в спасательных операциях, чем другие убежища, и потому были предпочтительнее. Она, спотыкаясь, бежала к спортзалу. Схватив рацию, она закричала:

— Да Ён! Мин Джи!

Она остановилась, увидев трещину, разверзшуюся над спортивным полем. Из разлома пытался протиснуться огромный белоснежный монстр. Монстр издал пронзительный, пробирающий до костей вопль, схватился рукой за пустоту и просунул голову сквозь щель. Его руки и ноги мелко дрожали.

Из окон спортзала прорезался крик, похожий на вопль.

— Га Ыль! Почему ты там, заходи скорее!

Это был голос учителя. Юн Га Ыль сжала кулак. Она вытащила телескопическую дубинку, которую выдавали в Бюро управления пробужденными как стандартное снаряжение. Щёлк. Она взмахнула ею, раскрыв, и перевела дыхание.

— Всё нормально…

Юн Га Ыль прижала дрожащей рукой область у сердца и прошептала.

— Нужно только продержаться, пока не придёт помощь…. Я смогу…. Я прошла базовую подготовку, и я же S-класс…. Всё будет нормально, я смогу.

Кииииик!

Вопль монстра потряс окрестности. Юн Га Ыль задрала голову. За очками её глаза сверкнули золотом. Она рванула вперёд, прямо к монстру, который протискивался сквозь трещину.

Юн Га Ыль.

Песок, обвивавший ноги, рассеялся.

***

— Чёрт, что за здоровенная тварь…!

Поверженные охотники, кашляя кровью, пытались подняться. Перед ними стоял монстр с телом, похожим на кенгуру, и головой крокодила, держащий в лапах вырванный фонарный столб. Монстр, широко раскрыв пасть, бросился на охотников.

В этот момент.

КУААНГ―!!

Кто-то выскочил вперёд и врезал монстру прямо в морду. Глаза охотников широко распахнулись. Когда монстр рухнул на землю и поднявшаяся пыль осела, его силуэт постепенно проявился.

Мускулистое тело, сплошь покрытое безобразными шрамами, будто сшитое лоскутами. Чёрные волосы с вкраплениями седины. Он резко обернулся. Это был пропавший глава гильдии Самра, Сон Джо Хон.

— Г-глава гильдии С-Сон?

— …Убирайтесь.

Он поправил кастет на кулаке. Его глаза сверкнули яростным светом.

— Этого возьму я.

— С-спасибо вам, господин глава!

Охотники в спешке, поддерживая друг друга, отступили. Сон Джо Хон ринулся прямо на монстра, который шатаясь поднялся, и нанёс удар кулаком.

БАХ―!!

Сон Джо Хон оскалился в улыбке.

Сон Джо Хон.

Ноги легко оторвались от земли.

***

Чон Бин грубо стёр пот, стекавший по подбородку. Перед ним возвышался голем, больше пятиэтажного здания. С его руки капала кровь. Чон Бин разорвал рукав пиджака и, сжав зубами, туго перевязал истекающую кровью руку. Несколько месяцев назад остался шрам — память о сражении с големом. Он обвил руку чёрной цепью.

— Руководитель, нужно запросить помощь…!

— Нет, и так нехватка людей. Здесь я задержу его, а вы все отступите и двигайтесь к другому месту. К той школе, о которой говорили по рации….

— Как вы собираетесь в одиночку справиться с такой громадиной!

— Не справиться, а сдерживать. Нужно действовать эффективно. Это не просьба, а приказ. Немедленно отступайте.

— Руководитель!

Чон Бин больше не ответил. Он был силён в ближнем бою, но против столь огромного и мощного монстра был уязвим. Если нельзя выбрать лучшее или второе по значимости, остаётся лишь наихудший из вариантов. Он шагнул в тень голема. Монстр, застывший в движении, медленно повернул голову.

Чон Бин медленно выдохнул и достал несколько питонов, которыми обычно фиксируют тросы на скалах.

— Нужно тянуть время… пока не придёт помощь.

Он метнул один питон, вонзив его в руку голема. Вдруг Чон Бин повернул голову. Его отчаянный взгляд устремился на Ча Ый Джэ. На миг показалось, что их глаза встретились.

— …Прошу тебя, J.

Чон Бин.

Песок, сковывавший лодыжки, рассыпался.

***

— Хаа!

Дзинь! Щит Пэ Вон У отразил огромный меч. В тот миг, когда он опустил щит, по обе стороны от его головы взметнулись стебли растений, пронзив обе лапы монстра, державшего меч.

Киииек!

Монстр выронил меч и завыл. Пэ Вон У не упустил момента, прыгнул и вогнал нижний край щита в шею монстра.

Грохот. Монстр пошатнулся и рухнул. Площадь перед убежищем гильдии Падо была заполнена стеблями растений и деревьями. Пэ Вон У вытер стекающий пот.

— Чёрт, именно перед убежищем гильдии открылся разлом, и такой хаос.

— Что делать? Нам разделиться? Замглавы.

Кан Джи Су, собирая красные волосы в хвост, спросила. Пэ Вон У покачал головой.

— Нет. Если разделимся, а выскочит какой-нибудь сильный монстр, будет только хуже. Защита убежища — приоритет.

— Ай, чёрт, а так хотелось бы помочь где-то ещё.

— Ничего не поделаешь. До начала следующей волны проверь внутри убежища. Когда волна начнётся, я крикну.

— Поняла, замглавы.

Кан Джи Су осторожно открыла боковую дверь и заглянула внутрь. Люди внутри прятались семьями, по нескольку человек в каждой палатке, тесно прижавшись друг к другу. Откуда-то донёсся детский всхлип. Внучка хозяйки ресторана с похмельным супом плакала в объятиях бабушки.

— …Чёрт.

Кан Джи Су с горечью захлопнула дверь и вернувшись к Пэ Вон У, присела рядом. Он с недоумением спросил:

— Почему так быстро вернулась?

— Не могу смотреть, как ребёнок плачет.

— …Понимаю.

Пэ Вон У цокнул языком.

— Тяжело смотреть…

В этот момент разлом сверкнул. Оба сразу вскочили и приготовились.

Пэ Вон У, Кан Джи Су, и…

Бабушка с Ха Ын.

Ноги стали совершенно лёгкими.

***

— …

Ча Ый Джэ больше не оглядывался на прошлое, к которому нельзя вернуться. Он не останавливался, скованный необратимыми сожалениями.

У него было место, куда вернуться.

Были люди, которые его ждали.

Ча Ый Джэ ускорил бег и встал вровень с Ли Са Ёном. Ли Са Ён бросил на него взгляд и усмехнулся.

— Кажется, ты кое-что понял… наконец-то.

— …Благодаря тебе.

— Тогда прибавь скорость. Там, снаружи, тоже не бесконечно смогут держаться.

— Я знаю!

Держась за руки, они ускорились, подстраивая шаги друг под друга. Если кто-то спотыкался, другой поддерживал его за руку, если кто-то задыхался, они чуть сбавляли темп.

Мимо них, бегущих к Источнику Конца, пролетало множество воспоминаний. Незнакомые лица, неизвестные существа, и они тоже, как Ча Ый Джэ и Ли Са Ён, неслись к Источнику Конца. С оружием в руках, с отчаянными лицами.

И вот, вместо белой пустыни, где ноги увязали на каждом шагу, показалась пусть и неровная, но утоптанная дорога. Словно тропинка в горах, неровная, но протоптанная множеством ног.

Ча Ый Джэ почувствовал это инстинктивно. Несомненно, дорога, что пронеслась перед глазами, была сделана теми людьми. Следы тех, кто тоже сопротивлялся Концу. Они потерпели поражение, но оставили после себя след. Эта дорога была тому доказательством.

Неужели и мы, как они, лишь протопчем путь и исчезнем? Или же…

Оба остановились и пошли по дороге шагом. Вскоре перед ними вырос тупик.

— …

Перед ними высилась белая стена, настолько высокая, что конца не было видно. Ча Ый Джэ ударил кулаком, но на ней не осталось ни царапины. Затем он достал копьё и ударил стену им. Результат тот же.

Ли Са Ён положил ладонь на стену и сосредоточился. Появился сладковатый запах, и из его руки потек яд. Но он смог лишь слегка разъесть поверхность, разрушить стену было невозможно. Ча Ый Джэ яростно пнул её ногой.

— Чёрт, добежали до сюда и что теперь…!

Он грубо откинул назад пепельно-серые волосы. Как пробиться сквозь эту бесконечную стену? Неужели и те, кто шёл здесь до них, тоже остановились именно здесь, не сумев пойти дальше?

— …Для начала давай немного отойдём и посмотрим внимательнее.

Ли Са Ён схватил Ча Ый Джэ за запястье и кивнул, предлагая отступить. Ча Ый Джэ кивнул в ответ и сделал шаг назад вместе с ним.

В этот момент.

Фшш…

Две чёрные тени промелькнули мимо них. Чёрные волосы, знакомая куртка и чёрный плащ.

— …Вы!

Это были Ча Ый Джэ и Ли Са Ён из разрушенного мира, отделившиеся от них. Их взгляды встретились. Ча Ый Джэ из разрушенного мира сверкнул чёрными глазами и ухмыльнулся.

Они вонзили руки в стену и с силой потянули. Жжжж! Стена разорвалась, открыв небольшую щель.

Вот шанс!

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за запястье и рванулся к щели. Проём становился всё уже. Он засунул ногу в узкий просвет. Тянувшийся за ним Ли Са Ён широко распахнул глаза.

— Ты с ума сошёл?!

— Опять что!!

— Если ногу отрежет, что будешь делать?! У тебя в руках копьё для чего, украшение? Вот им и проткни!

— А! Точно.

— Почему у тебя всегда сначала тело двигается, а потом голова думает?!

— Заткнись! Ты тоже давай руку сюда!

Ли Са Ён цокнул языком и втиснул ладонь в проём, где застряла нога Ча Ый Джэ. Он уперся, раздвигая щель вправо, будто сдвигая раздвижную дверь, а Ча Ый Джэ тянул влево. Два Ча Ый Джэ и два Ли Са Ёна — все они изо всех сил растягивали трещину.

Ж-ж-жжж, раздался звук, будто что-то разрывалось. Щель снова начала медленно расширяться. Ча Ый Джэ, стиснув зубы, прокричал сквозь них:

— Ещё немного!

— Блять, что за дерьмовая работёнка…!

Ли Са Ён выругался сквозь зубы. Вскоре щель распахнулась. Ровно настолько, чтобы могли пройти двое. В тот момент, когда Ча Ый Джэ тяжело переводил дыхание, их с Ли Са Ёном резко подтолкнула мощная сила в спину. Ча Ый Джэ широко распахнул глаза и обернулся.

Перед ними стояли «Ча Ый Джэ» и «Ли Са Ён».

«Ча Ый Джэ» помахал рукой. «Ли Са Ён», скрестив руки на груди, слегка кивнул подбородком. Будто говоря — идите.

— Вот же ублюдки…!

Ли Са Ён, рухнув вперёд вместе с ним, выругался. Ча Ый Джэ сначала усмехнулся, а затем разразился громким смехом.

— Ха-ха-ха-ха!

И в тот же миг,

Грох.

Позади них щель захлопнулась.

Глава 361

Ча Ый Джэ поднял с пола Ли Са Ёна, который, похоже, был отброшен сильнее его. Ли Са Ён стиснул зубы.

— Этот… проклятый ублюдок.

— Эй, хватит. Зато благодаря ему мы вошли.

— Ха-а….

Ли Са Ён раздражённо провёл рукой по растрёпанным волосам. Ча Ый Джэ, обняв его за талию, поддерживал и осматривался по сторонам.

Перед ними раскинулось пространство, полностью залитое белым цветом. Ни потолка, ни стен. Единственный цвет — белый. Ча Ый Джэ ткнул кончиком копья в пол. На белой поверхности не осталось даже царапины.

— Странно. Когда я в прошлый раз уничтожил один глаз… место было не таким.

— Ну… остаётся только идти вперёд. Не сворачивать в стороны, только прямо.

Ча Ый Джэ кивнул и сделал шаг. Каждый шаг вызывал странное ощущение. Поверхность не была ни твёрдой, ни мягкой, и при этом не двигалась. Казалось, будто он идёт по воздуху.

Сколько бы они ни шли, пейзаж вокруг не менялся. Возможно, они всё это время топтались на месте. Тогда Ча Ый Джэ, будто что-то решив, твёрдо произнёс:

— Са Ён-а.

— Нет.

Что? Ча Ый Джэ с недоумением посмотрел на него, но Ли Са Ён, будто ничего необычного не сказал, даже не взглянул в его сторону.

— Эй, с чего ты решил отвечать «нет», не зная, что я скажу?

— Не «эй», а «Са Ён». И если собираешься нести какую-то чушь, лучше просто молчи.

— Послушай. Мы ведь не можем идти здесь, пока не исчерпаем силы.

— И что?

— Раз это место связано с Концом, наверняка его окружили прочной стеной.

— Угу.

— Давай всё разнесём.

Только тогда взгляд фиолетовых глаз обратился к нему. Ли Са Ён прищурился и наклонил голову. Ча Ый Джэ кивнул, указывая на окружающее пространство.

— А вдруг это просто иллюзия? И, возможно, мы сможем привлечь внимание Конца сюда. Тогда у тех, кто сражается снаружи, появится хоть немного времени перевести дух.

— Ага… Довольно обоснованное предположение. А уверенность в том, что сможем победить Конец, есть?

— В этом я не уверен.

— …Готов морально?

— Не готов.

— ….

— Я ни разу в жизни не был полностью готов, Са Ён-а. Я трус, и если ждать, пока я соберусь, будет слишком поздно.

Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Поэтому я решил сначала действовать, а потом думать.

Ха, из уст Ли Са Ёна вырвался сухой смешок. Он покачал головой. Человек, словно мяч, который невозможно удержать на месте. Никогда не может жить спокойно. Человек, чьё тело движется быстрее, чем мысли.

— Хён, ты правда…

— Что, недоволен?

— Нет.

На его губах появилась мягкая улыбка. Ли Са Ён чуть наклонился, чтобы встретиться взглядом. В уголках его узких глаз искрилась улыбка.

— Наверное, поэтому ты мне нравишься, хён.

— Что…!

— Значит, разносим всё, да? Иди сюда.

Ли Са Ён притянул Ча Ый Джэ к себе и заключил в объятия. Затем протянул руку к пустоте. Из пяти чёрных пальцев закапала густая чёрная жидкость, кап-кап, падая на пол.

Капли мгновенно растеклись, заполняя всё пространство, кроме крошечного участка, где стояли они двое. Ли Са Ён нахмурился и двинул пальцами. Длинные пальцы касались воздуха, словно играя на пианино, и жидкость стала распространяться всё быстрее.

Вскоре всё, что они могли видеть, заполнилось ядом Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ, всё ещё обхваченный его рукой за талию, опустил копьё в чёрный пол.

— А?

В отличие от прошлого раза, когда не оставалось и царапины, теперь оно провалилось внутрь. Ли Са Ён, наблюдая, как Ча Ый Джэ вонзает копьё всё глубже, пробормотал:

— Похоже, пола больше нет.

— Что, прыгаем?

— …Ты и правда…

Ли Са Ён покачал головой и потянул руку, обвивавшую его талию. Затем прижал голову Ча Ый Джэ к своей груди.

— Сделай глубокий вдох и ни в коем случае не поднимай голову. Пока я не скажу.

Когда он кивнул, Ли Са Ён обнял его за голову и талию, и прыгнул в море яда.

Плюх.

С открытыми или закрытыми глазами — не было видно ничего. Казалось, они тонули в чёрной бездне, как затонувший корабль. Лишь ощущение тепла рядом доказывало, что всё это реальность. Они продолжали погружаться. Пока не стало нечем дышать.

Сколько же они погружались? Кх, грудь, на которую он опирался, вздрогнула, и вверх поднялись пузырьки. Похоже, воздуха не хватало. Не раздумывая, Ча Ый Джэ протянул руку, обхватил ладонями щёки Ли Са Ёна и поцеловал его. Через приоткрытые губы перетекло дыхание.

В тот миг всё вокруг озарилось ослепительным светом.

Бух!

Долгое падение закончилось. Ча Ый Джэ отстранился и похлопал по щеке лежащего под ним Ли Са Ёна.

— Эй, Ли Са Ён, Са Ён-а! Очнись, ты в порядке?

Кхе-кхе... Тело под ним дёрнулось, и из горла вырвался кашель. Ли Са Ён раздражённо провёл рукой по лицу.

— Ха… Всё нормально, хватит уже меня трясти.

— Слава богу. Я думал, ты потерял сознание.

— Потерял, как же…

Ча Ый Джэ поднялся и помог Ли Са Ёну, который всё ещё слегка кашлял, встать на ноги. В конце этого бесконечного моря они оказались в новом месте. Это было замкнутое пространство без дверей и выхода. На полу и стенах не осталось ни единого целого участка — всё было покрыто множеством царапин, следов ударов и тёмно-красных пятен.

— …Кто-то здесь сражался?

— Хён, вон там.

Ли Са Ён указал на центр комнаты. Там в воздухе парил шар. Он мягко светился, но, как и стены с полом, был изрезан и изранен. Бесчисленные царапины и вмятины. Источник казался настолько хрупким, что мог рассыпаться от одного прикосновения.

— ...

Пустыня, где скапливались воспоминания погибших. Неровная дорога, утоптанная множеством ног. Разлом, который можно открыть лишь с помощью тех, кто уже ушёл. И…

Источник Конца, ослабевший до предела, вот-вот готовый разрушиться.

Следы отчаянных попыток и поражений множества людей.

Даже если всё закончится неудачей,

если не сдаваться до самого конца,

всё это не будет напрасным.

— Са Ён-а.

— Да, хён.

Они приблизились к Источнику Конца. Ядро, размером с человеческое лицо. И это — сам Источник Конца? Ча Ый Джэ усмехнулся. Ли Са Ён, глядя на предмет, излучавший мягкое белое сияние, тихо произнёс:

— Наверное, изначально он был куда больше. Настолько, что человеку и в голову не пришло бы к нему прикоснуться. Как солнце в небе.

— …

— Но кто-то всё время пытался уничтожить Конец.

— Такие, как мы.

— Угу… Возможно, правильнее называть их безумцами. Ведь такое не сделаешь, будучи в здравом уме.

Их взгляды встретились. Они обменялись улыбками и протянули руки к Источнику.

В тот момент.

[Приветствуем Ча Ый Джэ, первого пробуждённого планеты Земля.]

Перед ними всплыло ослепительно белое системное окно.

— …Системное окно открылось прямо здесь?

Их руки замерли в воздухе, не дойдя до Источника. Спустя короткую паузу белое окно появилось снова.

[Поздравляем! Вы преодолели бесчисленные испытания и наконец достигли Источника Конца.]

[Уничтожить Источник Конца?]

[Да] [Нет]

Ча Ый Джэ мельком взглянул на стоявшего рядом Ли Са Ёна. Он лишь кивнул, словно полностью доверяя решение ему. Ча Ый Джэ выровнял дыхание и нажал «Да».

На этот раз вместо чёрных букв на белом фоне появились строки, написанные красным. Предупреждение о том, что произойдёт дальше.

[Внимание!]

[При уничтожении Источника Конца система также будет уничтожена.]

[Предупреждение! Под системой подразумевается не только пробуждённые, но и разломы, подземелья, врата, монстры и всё, что возникло вместе с системой.]

[Вы действительно хотите уничтожить всё это?]

[Да] [Нет]

— …Постой, уничтожение системы?

Рука Ча Ый Джэ застыла. Мир, каким он был сейчас, существовал под законами системы. Пробуждённые, избранные ею, охотники, разломы, подземелья, врата, монстры, их материалы, магические камни, гильдии, окна статуса — всё это стало частью повседневности.

Если система исчезнет в таком мире?..

Ли Са Ён чуть наклонил голову и пробормотал:

— Ну… первыми, наверное, исчезнут наши способности. Мир тоже изменится. Может, мы вернёмся к жизни, что была до открытия разломов. Ни Бюро управления пробужденными, ни Бюро управления разломами, ни гильдий больше не будет.

Он усмехнулся, искривив губы.

— Ха… безработных будет хоть отбавляй.

— …

— Даже забавно. И Чон Бин, и я станем безработными вместе. Придётся тебе меня содержать.

Он тихо, с удовольствием, рассмеялся.

Исчезновение системы означало новую перестройку мира. Отказаться от привычных благ и вернуться к прежней жизни. Смогут ли охотники, привыкшие к привилегиям, снова стать обычными людьми? Смогут ли жить без сил? Что будет с предприятиями и рабочими, с машинами и заводами, работавшими на магических камнях, со всем оборудованием? И, в конце концов —

само существование планеты Земля зависело от этого выбора.

Стоявший рядом Ли Са Ён тихо спросил:

— Сомневаешься?

— Не то чтобы сомневаюсь… Просто думаю, что будет, если мы лишимся способностей.

Ча Ый Джэ вдруг с беспокойством посмотрел на него.

— Если твоя сила исчезнет… ты ведь снова можешь заболеть, да?

— Думаю, нет. Раны на моём теле были из-за яда монстра. Если и пробуждение, и монстры исчезнут вместе, яд больше не сможет разъедать моё тело.

— …

— Так что поступай, как решишь сам. Что выберешь?

Чтобы существовала Система, должен быть Конец. И чтобы существовал Конец, нужна Система. Эти две непостижимые силы, вероятно, сосуществовали с самого начала.

Кто-то должен был разорвать этот круг.

— …Дойдя до этого места, отступать уже некуда.

Ча Ый Джэ снова нажал «Да». В тот миг окно системы окрасилось в ярко-алый. Буквы на нём потемнели, а затем на глазах начали трескаться. Комната залилась красным светом.

Крррррррр… жуткий, режущий слух шум наполнил всё пространство, будто рвал барабанные перепонки.

[■■ Исто■ Кон■а и ■■■ унич■тоже■■ны■]

[Эт■ выбо■ нево■можно отм■нить.]

[Нет] [Нет]

Глава 362

Всё вокруг замигало красным. Даже системное окно вспыхивало, словно предупреждая об опасности.

[■■ Исто■ Кон■а и ■■■ унич■тоже■■ны■]

[Эт■ выбо■ нево■можно отм■нить.]

[Нет] [Нет]

Ча Ый Джэ осторожно отдёрнул руку.

— Что это такое? Оба варианта «Нет».

— У системы, что, есть собственное сознание?

Цокнув языком, Ли Са Ён попытался взмахом руки закрыть окно. Но оно не исчезло.

Вместо этого…

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

[Нет]

Надпись [Нет] начала безумно множиться.

— Эй, эй! Не трогай ничего!

Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за талию и резко отступил назад. Красные окна с надписью [Нет] продолжали появляться одно за другим, с гулкими звуками «ДИН, ДИН, ДИН», заполняя пространство, будто воздвигая между ними и Источником защитную стену.

Ча Ый Джэ вспомнил тот момент, когда впервые пробудился.

Закон системы. Система открывает перед человеком окно и даёт выбор.

Да или Нет.

Выбор всегда оставался за человеком. Нужно нажать выбор какой-либо частью тела. Рукой, ногой или даже языком.

Иными словами, стоит лишь какой-то части тела коснуться этого красного выбора…

— …Ни за что не прикасайся к ним.

— А-а… стоит телу коснуться [Нет], и оно активируется. Понял.

Ли Са Ён сразу всё понял и кивнул. Под равномерные сигналы «ДИН, ДИН, ДИН» окна продолжали множиться без остановки.

— Что будем делать? Их становится всё больше.

— Ты мне доверяешь?

— …

Ли Са Ён прищурился и посмотрел на Ча Ый Джэ сверху вниз. Тот раздражённо провёл рукой по волосам.

— Ладно, делай как хочешь. Делай, как тело подскажет.

Ча Ый Джэ не ответил — он действовал. Разбежался и скользнул по полу. Взглядом указал на стену, которую формировала система. Похоже, на создание новых окон [Нет] уходило время. Стена между ними и Источником ещё не успела завершиться. Особенно нижняя часть оставалась совершенно пустой.

— …

Как только Ли Са Ён кивнул, оба сорвались с места, будто пули. В один миг легли на пол и скользнули вперёд.

Тудум-тудум!

Из-за царапин на полу тела трясло вверх и вниз. Стиснув зубы, Ча Ый Джэ прорвался сквозь барьер системы. Ни секунды на раздумья, ни необходимости колебаться больше не было.

Они вскочили почти одновременно. И, не теряя ни мгновения, направили кулаки в сторону Источника Конца, излучающего мягкий свет.

Ббах!!

Кррррах! По поверхности побежали трещины. Ча Ый Джэ стиснул зубы и вложил ещё больше силы в удар.

Кррррах! Источник задрожал, а затем рассыпался вдребезги. Бах! Их кулаки столкнулись в воздухе. Торопливо отдёрнув руки, они сжали костяшки, глядя, как осколки падают на пол и превращаются в пыль.

— Ай!

— А, чёрт… ну и сила у тебя, чуть кости не переломал.

Недолгое ворчание, и вот уже пространство, залитое красным светом [Нет], исчезло. Одновременно воздух задрожал. С места, где был источник, вырвался поток ослепительно белого света.

Куааанг!

Мощная волна, как при взрыве, отбросила их назад. Ча Ый Джэ в спешке схватился за плащ Ли Са Ёна. Тот обхватил его за талию.

— Чёрт…!

— Осторожно!

Белый свет залил всё вокруг. Ча Ый Джэ крепко прижал Ли Са Ёна к себе. Когда дрожь пространства прекратилась, пол под ногами исчез. Их тела начали падать вниз.

— Уа-а-ах…!

Ча Ый Джэ посмотрел вниз. Под ними простиралась бесконечная пустота.

«А».

В тот миг дыхание перехватило. Ча Ый Джэ вошёл сюда без мысли о возвращении. Если удастся остановить Конец, если можно ухватиться за последний шанс — всё остальное не важно. Даже если финалом станет смерть.

Он уничтожил Конец. Система тоже исчезла. Преодолев все неудачи тех, кто пал до него, он наконец добился успеха.

Он падал в пустоту.

Вместе с Ли Са Ёном.

Ли Са Ён не должен был оказаться здесь. Он не мог позволить, чтобы тот тоже упал в эту бездну. Но способа не находилось.

Значит, это конец.

Ча Ый Джэ безмолвно смотрел в кромешную тьму пустоты. В этот момент большая рука обхватила его затылок. У самого уха прозвучал низкий голос.

— Помнишь? Что мы делали в пустыне. Когда ты немного изменил своё мышление.

Пустыня. Белая пустыня всплыла в памяти. Он кивнул. Между волосами мягко прошлись пальцы.

— Тогда… представь место, куда хочешь вернуться.

— …Место, куда вернуться?

— Угу. Куда ты вернёшься. И…

— …

— Куда мы вернёмся.

Место, куда вернуться. Если бы спросили сразу после возвращения из разлома на Западном море, Ча Ый Джэ не смог бы ответить. Но теперь он знал. Люди, сражавшиеся снаружи изо всех сил. Те, кого он встретил, преодолев восемь лет разлуки. Все эти сумасшедшие, но дорогие люди, бабушка, Ха Ын, и…

Ча Ый Джэ крепче обнял тепло, заключённое в его руках.

Даже бесконечное падение было не страшно, если рядом он.

***

Шшш.

Плеск, плеск.

Скрип.

Непонятные звуки терзали слух. Ча Ый Джэ поморщился и медленно открыл глаза. Прямо перед ним, неуклюже перебирая лапами, расхаживала чайка.

…Чайка?

Он вдруг заметил, что штаны и обувь промокли. С усилием опустив взгляд, увидел, как белые волны разбиваются о его ноги.

— …Море?

Ча Ый Джэ с трудом поднялся и сел. Перед ним простиралось синее море.

— Проснулся?

Послышались шаги, шлёпающие по воде. Это был Ли Са Ён. Похоже, он уже успел осмотреться вокруг. Ча Ый Джэ, скрывая облегчение, нарочно сказал с насмешкой:

— Раз ты тут, значит, это не рай.

— Похоже, с головой у тебя всё в порядке, если уже несёшь чушь.

— …Где мы?

— Море. Точнее, Западное море.

— …

— Оно далеко от того разлома, куда ты вошёл… Место глухое, но спокойное.

Напряжение в теле разом спало. Ча Ый Джэ, опираясь на ладони, запрокинул голову.

— …Ха, всё-таки выжили.

— Живучие мы с тобой, похоже.

— Вот уж правда. А ведь в итоге мы всё-таки попали к морю. Вдвоём.

— …Не так, как хотелось, правда.

— Какая разница. Главное — обещание сдержали. Может, добавишь мне ещё 0.1%?

— Хм… подумаю.

Перед его рассеянным взглядом, устремлённым к морю, появилась протянутая рука.

— Вставай. А то штаны все промокнут.

Под голубым небом разбивались белые волны. На мягком песке стоял Ли Са Ён, протягивая руку.

Ча Ый Джэ неподвижно смотрел на неё. Потом поднял взгляд. Из-за солнечного света его лицо было скрыто в тени. Вдруг в груди кольнуло любопытство.

Неужели прежний Ли Са Ён смотрел на меня так же?

На лице Ча Ый Джэ появилась игривая улыбка. Он хлопком вложил ладонь в протянутую руку и поднялся. Сжал её так же прочно, как жмут руку другу, как держат семью. Они пошли вдоль белого пляжа, оставляя на песке две параллельные цепочки следов.

Покачивая их сцепленные руки, Ча Ый Джэ заговорил:

— Са Ён-а.

— Угу.

— Как насчёт поискать дом? Раз уж на то пошло. С видом на море.

— …

— Было бы здорово, если бы море видно прямо из окна.

Шаги Ли Са Ёна остановились. Остановился и Ча Ый Джэ. Ли Са Ён подозрительно посмотрел на него прищурившись.

— Это что, приглашение жить вместе?

— …Слово «приглашение» слишком громко сказано, разве нет?

— Думаешь, с кем-то жить легко?

— Нет. Просто я и так собирался, когда вернусь, жить с тобой.

— …

— Просто немного задержался.

Ли Са Ён не ответил. Лишь крепче сжал его руку. А потом, с привычной сухостью в голосе, сказал:

— …Если строить прямо у моря, всё быстро сгниёт от соли. Придётся постоянно чинить, да и туман с моря будет.

— Серьёзно? Не знал.

Уголки губ Ли Са Ёна дрогнули в улыбке.

— Глупый.

— Эй, кто это хёна глупым назвал, а? Сам глупый.

— Ну, об этом поговорим потом…

Фиолетовые глаза внимательно посмотрели на лицо Ча Ый Джэ.

— Лицо… не стоит прикрывать? Маски ведь нет. Может, купить тебе хотя бы шарф?

— А? А, это.

Ча Ый Джэ провёл ладонью по щеке. Солёный морской ветер коснулся кожи. Ветер без маски ощущался свежо. В синих глазах отражалось море.

— Думаю, теперь всё в порядке. Зачем прятать лицо? Всё равно система исчезла, значит, и способности пропали. Теперь я просто обычный человек.

— …

— Вообще-то я начал скрывать лицо из-за тёти. Она говорила, что так будет лучше.

Пепельные волосы колыхались на ветру. Ча Ый Джэ, пригладив растрёпанные пряди, посмотрел на синее море.

— Наверное, она сказала так, потому что я был слишком мал.

— …

— Боялась, что я не смогу защитить себя, если окажусь втянут. Что если лицо станет известно, мне больше некуда будет бежать. Она, наверное, просто хотела оставить мне последнюю возможность на побег.

— …А теперь?

— Хм, убегал я вдоволь…

На лице Ча Ый Джэ появилась лёгкая улыбка.

— Теперь, думаю, можно жить как есть.

— …

— Даже забавно — не прятаться, не жить спокойно. А если…

Их взгляды встретились. Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Если вдруг что-то случится, ты же разберёшься.

На лице Ли Са Ёна тоже появилась улыбка.

— Ага… значит, собираешься меня использовать?

— Не использовать, а попросить помощи.

— Наглости тебе не занимать.

— Сколько я уже для тебя сделал, между прочим!

— Вот именно. Ты ведь жизнь мне спас.

Губы мягко коснулись его щеки. Ли Са Ён чуть наклонился, опираясь на него.

— Так что буду жить, отплачивая за это.

— И как отплачивать собираешься? Есть план?

— Хм… не знаю. Моя жизнь дорогого стоит. Чтобы расплатиться полностью…

Фиолетовые глаза блеснули. Низкий голос прошептал у самого уха:

— Всю жизнь.

Полные губы снова скользнули по его щеке.

— …И даже после.

Их лбы соприкоснулись. Тёплые, ласковые глаза Ли Са Ёна долго смотрели на Ча Ый Джэ. Тот не отвёл взгляда. Их губы встретились. Лёгкое касание, словно ставят печать, словно обмениваются теплом.

Ли Са Ён отстранился и слегка потянул его за руку.

— Пойдём.

Ча Ый Джэ посмотрел на его спину, уходящую вперёд. Безупречно чистое голубое небо, прозрачное море, разбивающиеся белые волны — впервые за долгое время.

Место, куда Ча Ый Джэ должен был вернуться.

Это было…

Он шагнул вслед за Ли Са Ёном. Чёрные пальцы обвили его руку.

— Ага, пойдём.

Рядом с Ли Са Ёном.

Глава 363 - Эпилог

1 год спустя, праздник Чусок.

Аэропорт Инчхона, встретивший Чусок, был переполнен людьми, спешащими за границу. Дррр, дррр, звучали колеса чемоданов. Кожаная куртка и наполовину собранные светло-голубые волосы. Благодаря высокому росту, парень, который был на голову выше других, неторопливым шагом вышел из зоны прибытия.

В этот момент раздался крик. Вспыхнули вспышки камер. Фанаты с голубыми светящимися палочками в руках вопили.

— Я тебя люблю, Гю Гю!

— Он чертовски красив, Гю Гю!

— О~ спасибо~ какие у вас милые слова~

— Приезжайте в Корею почаще, оппа!

— Что будете есть на этот раз? Сонпхён?

— Ага~ я приехал делать сонпхён~

Гю Гю послал воздушный поцелуй и зажал телефон между ухом и плечом. Крики стали ещё громче. Его растрёпанные светло-голубые волосы развевались.

— А, да, прилетел. Скоро буду. А~ такси? Не, не надо. Один человек любезно согласился встретить меня.

Он бросил взгляд через солнцезащитные очки на мужчину, стоящего со сложенными за спиной руками. Мягкие каштановые волосы, аккуратный костюм. Прошёл год, а он ни капли не изменился. Гю Гю подошёл к мужчине, который, несмотря на его приближение, даже не обернулся.

— Знаешь~, если уж встречаешь, мог бы поприветствовать как фанаты?

— А, вы пришли, Гю Гю. Давно не виделись.

Лишь тогда Чон Бин, будто только что заметив его, повернулся и легко поклонился. С мягкой улыбкой он указал взглядом на фанатов.

— Что ж, похоже, кроме меня вас приветствуют и другие. Думаю, без моего приветствия вполне можно обойтись.

— Вот так вот~ бессердечно. А ведь мы вместе собирались лепить сонпхён.

Чон Бин, не отвечая, только кивнул в сторону прохода, открытого охотниками из Бюро управления пробужденными.

— Пойдёмте.

— Впервые со мной такое, чтобы меня схватили сразу по прибытии.

— Ох, прошу избегать выражений, которые могут вызвать недопонимание. Это встреча, не задержание.

Снаружи у выхода стоял небольшой компактный автомобиль, помятый со всех сторон. Гю Гю рассмеялся.

— В наше время такие машины ещё существуют?

Но что-то было не так. Кроме этой машины на дороге не было ни одной другой. По спине пробежал холодок. Неужели... Гю Гю с кривым выражением лица указал на машину.

— …Не говори, что это и есть служебная машина?

— Именно так. Прошу садиться.

С мягкой улыбкой Чон Бин открыл перед ним дверь пассажирского сиденья. Стоявший рядом охотник из Бюро подхватил чемодан и закинул его на заднее сиденье. Гю Гю шумно выдохнул и, сжавшись, втиснулся на пассажирское место. Пристёгивая ремень безопасности, он спросил.

— Неужели Бюро обнищало? Или, может, обанкротилось?

— Ха-ха, до нищеты, конечно, не дошло. Просто масштаб сократился, бюджет урезали, вот и приходится экономить.

— Экономить можно, но всему же есть предел. Будто рухлядь с помойки притащили~

Ворча, Гю Гю включил радио. Модель была настолько старая, что он и сам сомневался, заработает ли приёмник, но, к счастью, тот включился. В эфире шла дискуссионная передача.

— …Мы продолжаем спецвыпуск о пробуждённых. После исчезновения Системы в нашем обществе произошли большие перемены. Новых пробуждённых больше не появляется, а те, кто уже пробудился, постепенно теряют свои способности.

— Вау… Ты слушаешь действительно скучный канал. Жестокий ты человек.

— Зато полезно. Можно быстро получать нужную информацию.

— Согласно данным исследовательской группы гильдии Падо, чем позже человек пробудился, тем быстрее теряет свои способности. Если сравнить пробуждённого год назад и пять лет назад, то первый утратит силы раньше.

— Значит, тело со временем привыкает к использованию силы?

— Именно так. И чем выше класс и сильнее способности, тем медленнее они исчезают.

— То есть, если верить этим данным, J будет тем, кто дольше всех в этом мире сохранит свои способности…

— Это вообще достоверно?

— Да. Это вывод, сделанный гильдией Падо в результате исследований людей, потерявших способности. Считается достаточно обоснованным.

— Хм-м-м~…

Гю Гю, прислонившись лбом к стеклу, усмехнулся.

— Ты ведь тоже ослаб, да?

Чон Бин ответил с тем же мягким выражением лица.

— Да. С каждым днём ощущаю, как становлюсь слабее. И физически, и как пробуждённый.

Ответ как по шаблону. Скукота. Гю Гю, взглянув на профиль Чон Бина, сосредоточенного на дороге, закрыл глаза.

Год назад.

В тот день, когда исчезла Белая дыра, которая с Дня Разлома непрерывно занимала небо.

В момент исчезновения Белой дыры исчезли и монстры, нападавшие на людей. Не только монстры, но и множество подземелий, разломов и врат. Всё. Охотники, сражавшиеся с монстрами, отчаянно вызывали статусное окно и Систему, но ответа не было.

Механизмы и инструменты, работавшие на магических камнях, остановились, а снаряжение, сделанное из побочных продуктов монстров, превратилось в пустые бесполезные оболочки. Здания, перешедшие на энергосистему с магическими камнями, впервые за долгое время были вынуждены запустить аварийные генераторы. Все были в растерянности.

На следующий день после исчезновения Белой дыры Хам Сок Джон, директор Бюро управления пробужденными, созвала срочную пресс-конференцию. Это обращение предназначалось не только для Южной Кореи, но и для всего мира. Рядом с ней, нахмурившись, сидел Ли Са Ён.

Хам Сок Джон взяла в руки микрофон.

«Граждане, вы все видели, как исчезла Белая дыра в небе. Благодаря выдающимся подвигам охотников исчез Конец, грозивший уничтожить мир. Вместе с тем исчезла и Система, помогавшая человечеству противостоять монстрам. Отныне нам больше не нужно жить в страхе перед разломами, подземельями и монстрами».

Журналисты зашумели, но Хам Сок Джон продолжила.

«Поскольку Система исчезла, способности пробуждённых также постепенно угаснут. Со временем профессия охотника исчезнет. Ведь больше нет монстров, которых нужно уничтожать, и новых пробужденных тоже не появится».

«Мы вернёмся к жизни, какой она была до Дня Разлома…»

Гю Гю, не открывая глаз, спросил.

— Директор Хам… вернее, уже бывшая. Она ведь ушла с поста директора. Как она поживает?

Сразу после интервью Хам Сок Джон подала в отставку с должности директора Бюро управления пробужденными. Её преемником единогласно стал Чон Бин. Хотя сам он этого и не хотел. В трясущейся машине на его шее покачивалось удостоверение госслужащего.

Директор Бюро управления пробужденными

Чон Бин

Чон Бин с неловкой улыбкой пожал плечами.

— Не знаю, после того как она ушла с поста директора, связи с ней нет. Думаю, J должен знать.

— Ха. Не удивлюсь, если она в монастырь ушла.

Гю Гю усмехнулся. Из радио по-прежнему доносился скучный голос.

— …В последнее время обсуждается новая социальная проблема. Речь о преступлениях пробужденных. Пробужденные, потерявшие источник дохода, становятся бандитами, гангстерами, мафиози…

— Всё ещё таких много?

— Ещё бы. И становится всё больше. Это теперь наша основная работа. Оставшиеся гильдии тоже помогают с поимкой.

Чон Бин мягко прибавил скорость и спросил.

— А за границей как?

— Даже не спрашивай~ Уличных отморозков там просто тьма. Каждый встречный теперь бандит или мафиози. В Корее, пожалуй, ещё лучше всех.

— Думаю, так будет ещё лет десять. Судя по исследованиям гильдии Падо.

Охотники в одночасье потеряли источник дохода. Они больше не могли получать вознаграждение за уничтожение монстров, собирать ресурсы в подземельях, продавать побочные продукты или магические камни. Те, у кого была прежняя профессия, вернулись к ней, а те, у кого не было…

Бип. На груди Чон Бина запищала рация.

— Поступило сообщение о нападении пробуждённого на перекрёстке Кванмок. Пробуждённый D-класса, пробудившийся три года назад, ограбил гражданского и скрылся….

Они начали жить, применяя силу, превосходящую человеческую. Гю Гю, не открывая глаз, усмехнулся.

— Уж если исчезать, так бы сразу. А то тянется, только головная боль одна.

— Если рассуждать строго, способность ведь тоже часть физических возможностей. Память тела не стирается так быстро.

— Я не для того говорил, чтобы слушать скучную лекцию.

— Тогда для чего?

— Не знаю, может, чтобы вас подбодрить?

— Ха-ха, вижу, за время разлуки у тебя чувство юмора появилось.

— Охотник Пчела из гильдии HB говорит, что займётся задержанием. Можете считать дело закрытым.

— Пчела по-прежнему не сидит без дела~ Так и не вернулась в фехтование?

— До исчезновения способностей ещё несколько лет, так что пока не может.

— Что ж, это тоже по-своему грустно. Минутку… надо сообщение написать.

— Что собираетесь отправить?

— Что-что~ Напомнить, чтобы не опоздали на приготовление сонпхёна.

Гю Гю достал телефон и задвигал пальцами по экрану.

Вжууу! Чёрный мотоцикл рассекал дорогу. Пчела, ловко маневрируя и преследуя вора, почувствовала вибрацию и вытащила телефон. Если бы Чон Бин это увидел, наверняка сразу выписал бы штраф, но ей было всё равно. На экране появилось новое сообщение.

Неужели ты приедешь позже меня? ^^~

Отправитель… Гю Гю.

— Ах ты, ублюдок…

Пчела скрипнула зубами и ещё сильнее выжала газ. Из-под шлема раздался её крик.

— Эй! Ворюга поганый! Стой сейчас же! Пока я тебе башку мотоциклом не раскроила!

Прямоугольный шоппер, болтавшийся на её запястье, бешено раскачивался. За ней тянулся запах бензина, перемешанный с ароматом хвои.

Рация Чон Бина снова подала сигнал.

— Охотница Пчела превышает скорость. Остановить и выписать штраф?

Пффф-ха-ха-ха! Ха-ха-ха!

Гю Гю, держась за живот, катался от смеха. Чон Бин тихо вздохнул и, сохраняя спокойствие на лице, ответил в рацию.

— Выпишите после того, как поймает вора.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

— Хватит смеяться. Посмотрите, пожалуйста, сообщение, которое пришло на мой телефон.

— А, понял. Сейчас~

Гю Гю, вытирая выступившие от смеха слёзы, привычно разблокировал телефон Чон Бина.

— А~ пароль всё тот же.

Он, закинув ногу на ногу, прочитал сообщение и ухмыльнулся.

— Это Парень-щит. Пишет, что Пчела поехала за сосновыми иглами, но до сих пор не вернулась. Пфф! Спрашивает, где вы оба?

— …

— Ха-ха-ха! Что ответим~?

— Напишите, что прибудем примерно через сорок минут. И, пожалуйста, в моём стиле, а не в вашем, Гю Гю.

— Окей~

Гю Гю быстро набрал сообщение. За окном мелькали дорожные знаки. Дребезжащий компактный автомобиль направлялся в Сеул.

Глава 364

Тяжёлая сумка с клубничным узором покачивалась в руке.

С момента Дня разлома прошло двенадцать лет, и теперь, когда Белая дыра и Система исчезли, эпоха Великих охотников, пришедшая на смену Пятой промышленной эре, бесславно подошла к концу.

Эпоха, когда на вопрос о мечте 80% детей кричали «охотник», когда в моде были ASMR-видео со слизью из подземелий, а бездельничающие охотники распаковывали посылки с мечами A-класса в прямом эфире…

…то теперь всё это прошло, и охотники превратились из кумиров в головную боль общества.

— Охотник, говорите? Какие охотники. Хорошо бы им с голоду не подохнуть.

— Эти охотники-бандиты, их же слишком много. Страшно жить.

— Да уж, в некоторые переулки вообще не зайти. Они вечно торчат в тёмных уголках, чтобы вымогать деньги.

Так и было. Даже великие герои прежней эпохи, державшие мир в страхе, в мирное время превращались в безработных, чешущих бок. Бывшие охотники, утратившие источник дохода, метались в поисках способа выжить, и немалое число из них, не сумев приспособиться к новому миру, вставали на преступный путь.

Плакаты и горячая линия Бюро управления пробужденными, раньше призывавшие новых пробужденных, теперь использовались для сообщений о преступлениях, а старый номер для жалоб 555 был упразднён. Полки бестселлеров в книжных магазинах тоже изменились.

1 место — «Падение охотников: не виноваты ли обычные люди?»

2 место — «Финансовая грамотность за одну книгу»

3 место — «Эпоха охотников ~Закат эпохи~»

[Сообщения о преступлениях пробужденных — 777!]

[Бюро управления пробужденными защитит вас.]

На новом плакате Чон Бин стоял, скрестив руки, с уверенным лицом, глядя прямо перед собой. Молодой человек, остановившись перед плакатом Чон Бина, двинулся дальше. В этот момент зазвонил телефон. Молодой человек с пепельно-серыми волосами поднёс телефон к уху.

— Алло.

— Где ты сейчас?

Резкий голос прозвучал из динамика. Ча Ый Джэ, в белой толстовке, джинсах и кроссовках, сдержал вырвавшийся смешок.

— Покупаю растительное масло. Сейчас перед книжным. Скоро буду, что такое?

— Быстрее приходи. Хочу придушить этих идиотов.

На фоне раздражённого голоса вперемешку слышались оживлённые крики.

Нет, тесто так не месят! Уберите руки, идиоты! Не говорите, что никогда не лепили сонпхён. От этих придурков никакого толку… Пфф, Ча Ый Джэ, зажав рот рукой, сдержал смех.

— Я же говорил, пойдём вместе.

— Ах, не знаю. Иди быстрее.

— Ладно.

Стараясь удержать уголки губ, упрямо тянущиеся вверх, Ча Ый Джэ зашагал вперёд. Его походка была лёгкой.

Вернувшись из Источника Конца, Ча Ый Джэ не стал открыто заявлять, что он J. В мире, где пробужденные и всё связанное с ними исчезало, какой смысл в этом был? Это лишь добавило бы хаоса.

Вместо этого он вернулся в ресторан с похмельным супом. В место, где ему было спокойнее всего. В свой первый дом, где он обосновался после восьмилетнего отсутствия. Он решил не скрывать свою личность от тех, с кем часто пересекался в ресторане или действуя как J.

Спустя месяц после исчезновения Системы Ча Ый Джэ снова открыл ресторан.

Первыми гостями после открытия стали Пэ Вон У, Кан Джи Су и Ли Са Ён. Что ж, это было ожидаемо, ведь Ча Ый Джэ сам связался с Ли Са Ёном. Пэ Вон У с восторженным лицом крепко пожал Ча Ый Джэ руку.

«Ай-ай, работник! Мир был в полном хаосе, но я так рад, что вы живы, правда!»

«Ха-ха, и вы живы, Пэ Вон У, рад видеть».

«Ещё бы, я же крепкий, без этого я был бы уже трупом!»

Он ударил себя кулаком в грудь и рассмеялся во весь голос. Стоявший за его плечом Ли Са Ён с живым интересом наблюдал за их встречей. В этот момент дверь ресторана с шумом распахнулась. Конечно же, это была Пчела, тоже пришедшая по приглашению Ча Ый Джэ.

Увидев, как Пэ Вон У и Ча Ый Джэ жмут друг другу руки, она приподняла бровь.

«Что, и этот бестолковый уже знает?»

«А? Что знает?»

«О том, что работник это J».

«…»

«…»

Того выражения лица, что тогда принял Пэ Вон У, Ча Ый Джэ не забудет никогда.

Раскачивая сумку, Ча Ый Джэ набрал другой номер. После нескольких длинных гудков на том конце наконец ответили.

— …Ый Джэ? По какому поводу звонишь?

Это была Хам Сок Джон. Ча Ый Джэ нарочно бодрым голосом поздоровался.

— Хотел узнать, как вы, и с праздником поздравить.

Хам Сок Джон не ответила. После того как она посадила Сон Джо Хона и Мэтью в тюрьму, взяла на себя всю ответственность за Конец, ушла с поста директора. Теперь она жила одна в доме, который оставила тётя Ча Ый Джэ, Пак Хэ Гён. Тихо, словно ожидая дня своей смерти.

Ча Ый Джэ понимал её чувства. Но всё равно не хотел оставлять её одну.

— Сегодня мы с ребятами в ресторане собираемся лепить сонпхён и жарить чон. Я немного принесу вам.

— …Не утруждай себя. Наслаждайтесь праздником без меня.

— Как можно так говорить.

Он глубоко вдохнул и поднял голову. Безоблачное осеннее небо отражалось в его синих глазах.

— Просто… поедим праздничную еду и поговорим о тёте.

— …

— Мне просто хочется так сделать.

С другой стороны послышался тихий вздох.

— Хорошо. Только позвони, прежде чем придёшь.

— Да, понял.

Ча Ый Джэ закончил разговор и перевёл дыхание. А потом легко побежал вперёд. Его пепельные волосы свободно развевались на ветру.

***

Дзинь, Ча Ый Джэ открыл раздвижную дверь ресторана с похмельным супом.

— Я вернулся.

— О, работник пришёл?

— Работник~ Этот вообще ничего толком не делает.

— Работник!

Со всех сторон послышались приветствия. В этот момент тень, стоявшая у двери, выхватила из рук Ча Ый Джэ сумку с клубничным узором. Это был Ли Са Ён с недовольным лицом. Ча Ый Джэ усмехнулся.

— Что такое. Проверить хочешь, что я купил?

— Просто смотрю. Быстро мой руки и надевай фартук. Без тебя тут всё вверх дном.

Ли Са Ён коротко ответил и начал поочерёдно выкладывать из сумки покупки: большую бутылку масла, рисовую муку, кунжут, мёд…

Пока он это делал, Ча Ый Джэ, проходя на кухню, окинул взглядом помещение. В ресторане уже было полно народу, и вместо острого запаха похмельного супа в воздухе стоял густой аромат поджаривающегося масла. Если прежде этот ресторан был тайным местом для охотников, где готовили лучший суп в городе, то теперь он стал…

Чем-то вроде гостиной. Гостиной охотников.

На предложение Ча Ый Джэ провести праздник вместе постоянные клиенты-охотники собрались без колебаний. Даже Гю Гю, находившийся за границей и следивший за ситуацией, сразу вернулся в страну и спешил сюда.

— Эй, мукой надо обсыпать нормально, нет?

Охотница из Бюро управления разломами… нет, теперь уже сотрудница Бюро управления пробужденными, ведь ведомства объединили, госслужащая Ян Хэ Джин, в цветочном фартуке небрежно сидела и сверлила взглядом младшего Скумбрию.

— Почему так небрежно? Ты же с рыбного рынка, а?

— Да ну… я думал, что будем лепить сонпхён, а меня зачем-то посадили перед сковородкой.

Скумбрия ворчал, но, одетый в рубашку и брюки, аккуратно обваливал минтай в муке и яйце. Золотая рыбка, плававшая рядом с ним, при виде того, как её сородича покрывают мукой, ошарашенно исчезла.

После исчезновения подземелий братья Скумбрии вернулись на рыбный рынок Норянджин и объявили о завершении карьеры информаторов. Причиной была способность старшего брата. Для создания и поддержания его зоны требовалось огромное количество магических камней, а теперь, когда добыть их стало невозможно, он был почти обычным человеком. В итоге братья решили продолжить дело матери, Чан Миран, в её рыбной лавке «Чанми».

С ловкостью нарезав кабачок тонкими кружочками, Со Мин Ги поднял ладонью солнцезащитные очки.

— Это из-за убеждения хозяина ресторана, что на празднике обязательно должно пахнуть жареным.

Со Мин Ги перешёл из гильдии Падо в Бюро управления пробужденными. Гильдия Падо фактически распалась, кроме исследовательской группы. Говорили, что теперь Чон Бин гоняет его без устали.

— Настоящий старикан, вот честное слово.

Чхве Го Ё, по прозвищу Романтичный открыватель, скатывал фарш в круглые котлетки и спросил.

— Младший Скумбрия, а где твой хён?

— Эх, народу слишком много, он вон там, в комнатке, прилёг.

Чхве Го Ё числился в гильдии Падо, но как охотник не работал. Вместо этого при поддержке бывшей школьницы Юн Га Ыль начал готовиться к вступительным экзаменам. Раньше он думал прожить всю жизнь, играя и бездельничая как пробуждённый, но теперь решил искать путь сам.

Ча Ый Джэ надел фартук с рекламой соджу и крепко завязал его сзади. Как только он вышел из кухни, Ли Са Ён сразу же пошёл следом. Ча Ый Джэ бросил на него взгляд через плечо.

— А ты чего ничего не делаешь?

Вместо ответа Ли Са Ён поднял обе руки и пошевелил чёрными пальцами, словно намекая: «А что, если я подсыплю яд в еду?». Раньше за такое бы сразу схлопотал подзатыльник, но теперь даже это казалось милым.

«Это проблема».

Вздохнув, Ча Ый Джэ, с Ли Са Ёном, висящим у него за спиной, осмотрел собравшихся. Младший Скумбрия и охотница Ян Хэ Джин обмакивали ингредиенты в муку и яйцо и жарили чон, Со Мин Ги ловко обеими руками шинковал кабачки и разные овощи, Чхве Го Ё скатывал круглые котлетки, а Пэ Вон У и Кан Джи Су нанизывали ингредиенты для шашлычков на зубочистки.

Особенно трогательно выглядел Пэ Вон У, который своими огромными, как крышка кастрюли, руками старательно нанизывал кусочки на зубочистки. Он всё ещё числился в гильдии Падо, но теперь работал инструктором в зале тхэквондо своего брата. А ведь уверял, что брат ему не родственник. Когда Ча Ый Джэ впервые это услышал, его буквально передёрнуло от чувства предательства.

— Помощник, хватит ломать зубочистки!

— Это ж не специально, парень.

Кан Джи Су вернулась в университет. Её способности и специальность были связаны с растениеводством, так что привыкнуть к новой жизни и начать всё заново ей было несложно.

В этот момент от двери донёсся шум.

— Мы пришли, J! А, нет… Ча Ый Джэ? Эм, ну…

— Называй как удобно, студентка Га Ыль.

— А, да!

Юн Га Ыль почесала затылок и улыбнулась. В сражении с монстром, где она осталась одна, её спасло чудо. Монстр исчез прямо в тот миг, когда всё казалось безнадёжным. К счастью, раны оказались неопасными, и теперь она стала героиней школы. Более того, поступила в университет и только начала студенческую жизнь. Она немного отступила от двери.

— Ах да, Хон Ё Сон тоже пришёл! Мы встретились по дороге.

— Привееет~

Хон Ё Сон просунул голову и замахал рукой. На левом глазу у него был белый бинт, но лицо светилось улыбкой. В белом флисе, перепачканном землёй, и зелёном спортивном костюме он небрежно вошёл в ресторан.

— О, как вкусно пахнет.

И тут же ухватил кусочек жареного минтая, приготовленного младшим Скумбрией, и сунул его в рот. Младший Скумбрия с натянутой улыбкой поднял палочки.

— Ну… вы же только один возьмёте, да?

— Вкусно! Можно ещё?

— Ага, разбежался!

Началась перепалка. Ха-а, так и знал. Ча Ый Джэ покачал головой.

Глава 365 - Конец

Хон Ё Сон, остававшийся в мире, созданном Концом, каким-то образом сумел вернуться в изначальный мир. Его спросили, как это произошло, но он сам ничего не помнил.

«Может, это помог Хон Ё Сон из первого мира».

Оставалось только предполагать.

После исчезновения Системы, Ккокко, движимая магическим камнем, больше не могла двигаться. Теперь Ккокко представляла собой всего лишь гладкую круглую фарфоровую курицу. То же самое случилось и с бесчисленным количеством снаряжения, созданного Хон Ё Соном. Он обосновался под горой Пукхансан и жил там в одиночестве. Хотя теперь мог бы вдоволь наслаждаться мирской жизнью, он всё же выбрал горы. На вопрос о причине ответил лишь коротко.

«Просто… так удобнее».

Время от времени он присылал Ча Ый Джэ посуду или чашки. Всегда по две штуки. Мастерство ремесленника никуда не делось. Вещи выходили красивыми и прочными. В последнее время он, с помощью Юн Га Ыль, понемногу начал продавать свои изделия в интернете, и, говорят, всё раскупается за минуту.

В этот момент за окном раздался громкий рев двигателя, словно гром. Ча Ый Джэ, с видом просветлённого, посмотрел на дверь. Сняв шлем и тяжело дыша, Пчела протянула ему пакет.

— Вот, сосновые иголки!

— А, да. Спасибо.

Ча Ый Джэ осторожно принял пакет. Он показался подозрительно лёгким. С нехорошим предчувствием он открыл его…

— …А?

Кроме нескольких иголок, застрявших в сложенном дне пакета, внутри ничего не было. Ча Ый Джэ попеременно посмотрел на пустой пакет и на Пчелу.

— …Эм?

— Что? Ты же просил сосновые иголки.

Пчела надменно откинула за ухо свои каштановые волосы. Теперь вместо золота её волосы были светло-каштановыми. Пришлось перекраситься, так как краски, способной окрасить волосы пробужденной A-класса, не нашлось. Она по-прежнему работала моделью и занималась фехтованием. Чтобы однажды, когда способности окончательно исчезнут и она станет обычным человеком, вернуться в спорт в качестве фехтовальщицы.

Ча Ый Джэ покопался в пакете и вынул несколько иголок.

— Это всё?

— Что? Я же доверху пакет набила!

— Может, всё по дороге разлетелось из-за мотоцикла?

Пэ Вон У усмехнулся, держа в руках зубочистку. Пчела уже хотела резко ответить, но запнулась и остановилась. Она глянула на мотоцикл, потом на пакет в руках Ча Ый Джэ, и, надувшись, отвернулась.

— Ну, извини, что так вышло.

Ча Ый Джэ усмехнулся и поставил пакет у двери.

— Всё в порядке. Сосновые иголки не обязательны. Проходи. Давай вместе лепить сонпхён.

— А, мы как раз вовремя приехали.

Старая компактная машина, тарахтя, остановилась за мотоциклом Пчелы. Из помятого салона выбрались Чон Бин и Гю Гю. Гю Гю, засунув одну руку в карман брюк, другой помахал.

— А~ J. Давненько не виделись~

— Давненько. Как мама, получше?

— Угу~ благодаря тебе. Почти не осталось последствий мутации.

После исчезновения Конца те, чьи тела частично изменились под его влиянием, постепенно возвращались к прежнему виду. Процесс шёл медленно, как и исчезновение способностей пробуждённых, но с лекарством, созданным Нам У Джином, восстановление происходило гораздо быстрее.

Мутация Ча Ый Джэ тоже понемногу исчезала. Настанет день, когда его пепельно-серые волосы снова станут чёрными. А может, так и останутся навсегда. Впрочем, ему было всё равно.

В этот момент что-то ткнуло Гю Гю в спину. Э? Он удивлённо обернулся. Перед ним стоял мальчик ростом ему по пояс, с зелёными глазами, светящимися из-под длинных ресниц. Это была марионетка, ассистент Нам У Джина. Когда Гю Гю отступил, мальчик протянул вперёд увесистый свёрток, завёрнутый в жёлтый платок.

— Здравствуйте, J. Меня прислал хозяин. Он не смог приехать лично, так как занят изготовлением лекарства от мутаций. Это подарок на Чусок.

— Эй, как же крут богатый доктор.

— Выглядит дорого.

Окружившие их охотники начали хлопать в ладоши в такт.

— Открывай!

Хлоп.

— Открывай!

Хлоп.

Даже Ли Са Ён, обвивший шею Ча Ый Джэ, как змея, и висевший у него на спине, кивнул, чтобы он открывал.

Чёрт. Под взглядами всех, Ча Ый Джэ осторожно развязал ткань. Внутри было…

— …А?

— Набор из пятидесяти томов детской энциклопедии для Ха Ын и слуховой аппарат для бабушки. Согласно результатам недавнего обследования, слух у неё снизился по сравнению с прошлым годом, поэтому мы подготовили это. Настроен под её показатели, можно надевать сразу.

Чёрт, Нам У Джин лучший.

Как же он крут. Такой внимательный.

Из всех этих вечно дерущихся суперхомяков он точно лучший.

Ча Ый Джэ, ошеломлённый, попеременно смотрел то на подарки, то на мальчика, а потом вскочил и крепко его обнял. Мальчик, глядя поверх плеча Ча Ый Джэ на сверкающие глаза Ли Са Ёна, без выражения произнёс.

— Что означает такая реакция?

— Что я благодарен. Передай господину Нам У Джину эти объятие как есть. А, и скажи, что когда сонпхён и чон будут готовы, я доставлю их в гильдию Совон. Спасибо.

— Понял.

Мальчик вежливо поклонился и вышел из ресторана. Ча Ый Джэ, с Ли Са Ёном на спине, направился на кухню замешивать тесто для сонпхёна. Пэ Вон У бросил взгляд на марионетку.

— Он ведь тоже движется благодаря магическому камню, да?

Сидевшая рядом Юн Га Ыль, жарившая тток, ответила:

— Доктор рассказывал, что он работает с помощью способности итальянского пробуждённого. Кажется, его называли кукловодом?

— Тогда если способность пробуждённого исчезнет…

— Хмм, наверное, тоже остановится… хотя, думаю, это ещё не скоро.

— …Грустно всё это.

— И Хон Ё Сон тоже…

Юн Га Ыль обеспокоенно взглянула на Хон Ё Сона, сидевшего, прислонившись к стене.

— С тех пор как Ккокко перестала двигаться, он выглядит немного подавленным.

— Разлука всегда приходит беззвучно.

Чон Бин мягко улыбнулся. Он уже снял пиджак, закатал рукава белой рубашки и ловко переворачивал чон палочками.

— Редко когда к расставанию можно полностью подготовиться. Всегда остаётся сожаление. Но нельзя позволять сожалениям поглотить себя.

Он переложил румяные чон на промасленную бумагу.

— Пусть мы и можем ненадолго остановиться, но должны двигаться дальше. Ведь и грусть, и сожаление, и неудачи — всё становится основой будущего.

— Вот это да, человек из социальной рекламы. Красиво сказал~

— Ха-ха, не подначивайте, Гю Гю.

В тёплой, оживлённой атмосфере Ча Ый Джэ вышел с тестом для сонпхён и корзиной с кунжутной начинкой.

— Ну что, давайте лепить сонпхён все вместе.

— Ура~

Он разделил тесто и начинку по группам, а сам, как само собой разумеющееся, сел рядом с Ли Са Ёном. Тот, с ленивой улыбкой, смотрел прямо на него. Ча Ый Джэ, ловко лепя сонпхён, сказал.

— Ты тоже лепи. Твои я отдельно приготовлю.

— Хён сам их попробует?

— Конечно. Кто, если не я.

— Ну… ладно тогда.

Ли Са Ён послушно кивнул.

— Впервые делаю такое.

Он, как учил Ча Ый Джэ, отщипнул немного теста, расплющил его, затем пальцем сделал углубление посередине. После положил туда немного кунжутной начинки и тщательно слепил края. Сонпхён получился слегка неровным, но в целом вполне симпатичным.

— Хорошо получилось.

— …Хм.

Несмотря на похвалу, Ли Са Ён явно был не доволен. Он с ещё большей сосредоточенностью начал лепить новый сонпхён.

Ча Ый Джэ внимательно наблюдал за его лицом. Всегда ворчит, но если что-то поручишь, то делает с полной отдачей. Ему хотелось подарить Ли Са Ёну многое. Всё то, что тот раньше не знал: тёплый праздник среди людей, возможность самому готовить еду.

Пока он лепил сонпхён, у ног вдруг что-то шевельнулось. Что за…? Ча Ый Джэ моргнул и опустил взгляд. Ли Са Ён тихонько касался его щиколотки ногой.

— Эй.

— Не стоит уделять всё внимание сонпхёнам.

— А чему тогда? Что мне ещё делать?

— Естественно, мне.

Его изящное лицо расплылось в улыбке.

— Ты должен смотреть, как я леплю сонпхён.

— Ха-а…

Кажется, Ли Са Ён вёл себя всё более ребячески. Капризничал, вёл себя своевольно, но оставался милым. Ча Ый Джэ, подперев щёку, кивнул. Ли Са Ён наконец с довольным видом принялся лепить сонпхён. Движения его рук были уже довольно уверенными, словно он лепил не в первый раз. Некоторое время он усердно придавал тесту форму, а затем, улыбаясь, как сытый кот, протянул его.

— На, держи.

— …Что это?

— Моё сердце.

Ли Са Ён, будто завершив всё, что хотел, поднялся со стула.

— От постоянного запаха масла меня тошнит. Позвони, когда все эти люди разойдутся.

Он без колебаний покинул ресторан. Ча Ый Джэ остался стоять, глядя на то, что тот оставил ему. Сонпхён, вылепленный Ли Са Ёном собственными руками, был в форме сердца. Идеальным, без единой вмятины.

— …

Ча Ый Джэ принялся яростно тереть уши, которые почему-то запылали. Чёрт, чёрт. Из-за такой ерунды. Он долго держал этот сонпхён на ладони. Настолько аккуратно, что даже не сжимал пальцы, боясь повредить. Просто бережно держал, пока остальные доделывали свои сонпхёны.

Из-за того что все делали вместе, время пролетело незаметно, и вечер уже окрасился в закат. За окном сгущались сумерки. Ждать, пока сонпхёны приготовятся на пару, было уже поздно. В конце концов, Ча Ый Джэ отпустил всех домой.

— Завтра приходите забрать. Тем, кто не сможет, я сам привезу.

Люди с лёгким вздохом сожаления начали покидать ресторан. Один за другим. Прощались, махали рукой, договаривались встретиться снова. Ча Ый Джэ провожал их, пока ресторан полностью не опустел.

— …

Он не чувствовал грусти. Во-первых, была уверенность, что они встретятся снова, а во-вторых…

— Эй, заходи. Все уже ушли.

— …

И каждый раз, когда наступал такой момент, рядом обязательно оказывался Ли Са Ён, будто всегда ждавший его. Он подошёл, широко зевнул и, как ни в чём не бывало, опустил голову на плечо Ча Ый Джэ. Движение было слишком естественным.

— Чёрт, как же долго… В следующий раз не зови столько народу.

— Почему? Всё же было весело, разве нет?

— …

— …Нет?

— …Ну, скажем так. Не то чтобы не понравилось.

Из-под мягких губ прозвучал хмурый голос. Ча Ый Джэ рассмеялся и крепко обнял Ли Са Ёна, прижавшегося к нему. Тёплое тело приятно грело. Температура Ли Са Ёна, раньше всегда была холодная или чуть тёплая, и теперь с каждым днём приближалась к нормальной. Наверное, и это признак того, что способности уходят.

Когда-нибудь наступит день, когда они оба утратят всё.

— Са Ён-а.

— М-м…

Почему-то Ча Ый Джэ не боялся этого дня. Может, именно такой жизни он и хотел. Спокойной, шумной лишь от близких людей.

— Пойдём домой.

А рядом человек, ставший его единственным успехом.

Ча Ый Джэ взял Ли Са Ёна за руку и выключил свет в ресторане с похмельным супом. Затем вышел наружу, закрыл раздвижную дверь и повернул замок. Повернув табличку на двери на «закрыто», он завершил сегодняшний день.

Ли Са Ён, словно само собой, переплёл пальцы с его рукой. И они вместе пошли вперёд, по ночной улице, где мерцал свет фонарей.

Охотник хотел спокойной жизни.

И после долгих скитаний он, наконец, исполнил это желание.

<Конец.>

Экстра 1

Экстра 1.

— Фух…

С тихим механическим звуком открылась автоматическая дверь. Молодой человек в чёрной кепке, надвинутой на глаза, вышел на улицу, волоча ноги. В руке он держал жёлтый конверт для документов. Проходя мимо вывески налоговой службы, он достал телефон. Когда он зажал цифру ноль, на экране вызова появилось имя.

[Дурак]

Едва раздалось несколько гудков, как абонент принял вызов. Раздражённый голос резко отозвался.

— Почему так долго не звонишь. Чуть шею не свернул в ожидании.

— Только ответил, а ты уже придираешься. Эй, ты знаешь, сколько народу в налоговой? И процедуры там чертовски сложные.

Ча Ый Джэ ответил таким же тоном. По ту сторону телефона Ли Са Ён цокнул языком.

— Поэтому я и говорил взять с собой Со Мин Ги. Не надо было в одиночку мучиться.

— Да ладно. Со Мин Ги и так сейчас занят. Сам жаловался, что даже в ресторан сходить времени нет.

— Всё равно, если позвать, он бы пришёл. Ладно, закончил?

— Ага. Правда, закончил.

Ча Ый Джэ крепко сжал жёлтый конверт в руке. На его лице появилась довольная улыбка. С другой стороны донёсся мягкий голос.

— Поздравляю, хён.

Мир, в котором исчезла система, а вместе с ней разломы и монстры. Бывший герой, а ныне подрабатывающий в ресторане похмельного супа Ча Ый Джэ…

— Теперь, выходит, надо называть тебя хозяином. Господин Ча.

— Да ну, не называй так. Неловко же.

…стал владельцем ресторана похмельного супа.

Он попытался сдержать расползающуюся улыбку и зашагал вперёд лёгкой, пружинистой походкой.

***

Прошёл год с тех пор, как исчезла система.

Этот год стал чередой хаоса. Белые разломы и система исчезли внезапно, и мир, привыкший жить бок о бок с подземельями, на время оказался парализован.

«Магические камни! Экологично и удобно!» — всё это осталось в прошлом.

Общество, почти полностью зависящее от магических камней и побочных продуктов подземелий, перевернулось с ног на голову. Повсюду начались перебои с электричеством и энергией, а пробуждённые с электрическими способностями превратились в ходячие электростанции, которых таскали куда только можно.

Множество компаний обанкротилось. Заводы, перерабатывающие побочные продукты, фирмы, производившие из них товары — все, кто был связан с подземельями и монстрами, в одночасье оказались на улице. Бюро управления пробужденными тоже постигла реорганизация и его объединили с управлением разломов.

Разумеется, Ча Ый Джэ и Ли Са Ён, герои, положившие конец апокалипсису, тоже не знали покоя. Мечта Ча Ый Джэ — найти дом с видом на море, так и осталась мечтой.

Когда тут думать о доме? Тут бы с пробуждёнными управиться.

Работу потеряли и обычные люди, и пробуждённые, но у последних была сила. И в мире, где и без того стало тяжело выживать, они начали использовать её для преступлений. Общественное мнение и отношение к пробуждённым рухнули в одночасье.

Чон Бин, пытавшийся хоть как-то сдержать ситуацию, в конце концов пришёл к Ча Ый Джэ с коробкой витаминных напитков и попросил о помощи.

«Пожалуйста… помогите хоть немного».

С лицом, потемневшим от усталости, словно у Со Мин Ги с его вечными тёмными кругами под глазами.

Ча Ый Джэ без колебаний согласился. Так J снова начал колесить по стране, усмиряя пробуждённых, вставших на путь преступлений. К счастью, работа быстро закончилась и ему поручали лишь самые тяжёлые случаи.

Вскоре Ча Ый Джэ завершил жизнь охотника и вернулся к работе в ресторане похмельного супа. Но недавно бабушка решила закрыть ресторан. Здоровье и колени уже не позволяли работать дальше.

Нет, только не это, моё убежище.

Ча Ый Джэ решительно заявил.

— Бабушка, я возьму всё на себя.

Так бывший герой Ча Ый Джэ шагнул на путь индивидуального предпринимателя. Конечно, для человека, который привык решать всё силой и не имел ни малейшего понятия об административных процедурах, это было непростым испытанием.

А что же Ли Са Ён? Он тоже не бездельничал.

Разломы и подземелья исчезли. И что теперь делать охотникам?

Ничего.

Так бывшие охотники гильдий дружно стали безработными.

Если сотрудники Бюро управления пробужденными были госслужащими и сохраняли рабочие места, то частные охотники в одно мгновение остались ни с чем. Гильдии превратились всего лишь в сборища крепких безработных.

Пэ Вон У, доедая суп, пробормотал с мрачным лицом.

— Са Ён-а, и что нам теперь есть и на что жить?

Как бы ни был богат Ли Са Ён, бесконечно раздавать деньги без источника дохода он не мог. Пришло время каждому искать свой путь. А у Ли Са Ёна была обязанность красиво попрощаться с членами своей гильдии. Как-никак гильдия — это предприятие, а он был его главой.

— Блять…

Так он и оказался придавлен бесконечными административными делами, готовясь красиво распрощаться с сильными, но теперь безработными людьми. По-хорошему, он должен был выплатить им выходное пособие. Дни напролёт он не выходил из кабинета главы гильдии, ел и спал там же.

Но и этим всё не ограничивалось. Нужно было взять на себя ответственность и за исследовательскую группу в Инчхоне. Те в одночасье лишились объекта исследований и метались в растерянности. Чтобы открыть разлом, нужен был разлом, а разломов больше не существовало. Сотрудники исследовательской группы писали ему письма каждый день.

Глава гильдии, мы все станем безработными?

Нам снова возвращаться в тесную холодную лабораторию?

Нам уже собирать вещи?

Все письма были пропитаны унынием. Самый младший из исследовательской группы даже по ошибке отправил Ли Са Ёну письмо, адресованное профессору.

Профессор, тема моей диссертации исчезла…

Этот гад нарочно мне это прислал? С подозрением подумал Ли Са Ён. А потом скопировал и вставил один и тот же ответ всем сразу. Если коротко, он звучал так.

[Я, чёрт возьми, занят, так что подождите немного.]

К счастью, исследовательскую группу удалось пристроить к Бюро управления пробуждёнными. Они занялись изучением сроков исчезновения способностей. Так что безработными всё-таки не стали.

В любом случае, Ли Са Ён почти год пахал как проклятый и в итоге сумел красиво попрощаться с членами гильдии. Он выдал им щедрые компенсации, и каждый отправился своей дорогой. Пэ Вон У устроился инструктором в зал тхэквондо к старшему брату, Со Мин Ги переманили в Бюро управления пробуждёнными, Кан Джи Су вернулась в университет, Чхве Го Ё готовился к вступительным экзаменам. Остальные тоже разошлись кто куда.

И было ли в такой суматохе время для любви? Да откуда ему взяться. Они жили так, что даже лиц друг друга почти не видели, и только теперь кое-как вернулись к нормальному ритму жизни. Уже хорошо было просто увидеться и узнать, как дела.

К счастью, Ча Ый Джэ был неприхотлив. Иногда, встретившись с Ли Са Ёном, он обнимал его, целовал, проводил с ним время, и этого хватало, чтобы держаться.

Но у Ли Са Ёна всё было иначе. По словам господина Пэ, чем дольше он находился вдали от Ча Ый Джэ, тем сильнее сходил с ума и тем больше превращался в человека с разрушенным характером. И правда, стоило им долго не видеться, как при встрече его поцелуи и прикосновения становились особенно настойчивыми.

В итоге сегодня, в этот памятный день, когда Ча Ы Джэ стал владельцем ресторана похмельного супа. Ли Са Ён, вернувшийся после выполнения поручения Бюро управления пробужденными, наконец взорвался.

— Я, к чёрту, хочу всё бросить и переспать с хёном.

Закрыв дверь ресторана похмельного супа, они шли рядом по дороге домой, и тогда он вдруг бросил это. Услышав впервые, Ча Ый Джэ усомнился, правильно ли расслышал. Поэтому переспросил.

— Что?

Ли Са Ён повторил ещё более чётким голосом.

— Блять, я сказал, что хочу всё бросить и переспать с хёном.

Чёрт, он расслышал правильно. Ча Ый Джэ, не давая Ли Са Ёну взорваться ещё сильнее, закрыл ему рот ладонью и почти потащил домой. А потом они сели друг напротив друга в гостиной и всерьёз поговорили.

Если коротко пересказать доводы Ли Са Ёна, выходило вот что.

[Мы же пообещали быть вместе всю жизнь и даже после неё. Но мы оба слишком заняты. Прошёл уже год с тех пор, как мы разобрались с концом света, а дальше поцелуев так и не продвинулись. Это вообще нормально? Я хочу с хёном (цензура по уровню контента) (цензура по уровню контента) (цензура по уровню контента) (цензура по уровню контента) (цензура по уровню контента), но, чёрт, мы так заняты, что даже нет времени подобрать кольца и съездить посмотреть землю под дом. Это вообще (цензура мата). (Дальше следует длинная череда ругательств.)]

Если послушать, звучало вполне разумно. Да и сам Ча Ый Джэ хотел проводить с Ли Са Ёном больше времени. И… продвинуться дальше тоже хотелось. Ча Ый Джэ серьёзно кивнул.

— Ну… ладно. Тогда сегодня давай… немного попробуем? У тебя же пока нет работы.

Сам он этого не осознавал, но и его тело уже было напряжено. Лицо Ли Са Ёна, ещё мгновение назад смятое, словно перекрученный узел, расцвело, как цветок. Он тут же прижался к Ча Ый Джэ, уткнувшись лбом, а тот похлопал его по спине, испытывая странное удовлетворение.

Впрочем, оно длилось недолго. Закончив мыться первым, он погрузился в раздумья.

«Хм… неловко выходит».

Он смело это сказал, но опыта-то у него не было. Он перебирал в памяти одно за другим воспоминания из прошлого мира, но ни разу! Не было опыта не то что с мужчиной, даже с женщиной. И даже первый поцелуй в этом мире был с Ли Са Ёном.

Базовые знания у него имелись, но всё-таки отношения между мужчинами — это ведь немного иначе, верно?

«Я же хён, значит, должен чему-то научить? Просто лежать и принимать… как-то странно. Но и делать вид, что мне всё нравится, тоже…»

Старший должен что-то делать. Он должен вести Ли Са Ёна за собой. В итоге столкновение ментальной решимости и полного отсутствия опыта превратило Ча Ый Джэ в деревянную куклу, у которой тело и разум жили отдельно.

«Пропало всё…»

Экстра 2

Экстра 2

Говорят, если сходятся сердца, сходятся и тела. Или наоборот? Впрочем, сейчас это было не так уж важно. Потому что Ча Ый Джэ отчаянно цеплялся за любые мысли, лишь бы отвлечься.

«С ума сойти…»

Он лежал в спальне Ли Са Ёна, на широкой кровати размера кинг-сайз, застыв, как деревянная кукла. С руками, аккуратно сложенными на груди. Вид такой, будто на него наложили проклятие неподвижности. Ли Са Ён, подошедший с бутылкой вина и двумя бокалами, прищурился.

— Ты что делаешь?

— Подожди… просто думаю о чём-то важном. А ты зачем вино принёс?

— Просто… настроение хорошее.

Лицо Ли Са Ёна, довольное, как у сытого кота, вызывало у Ча Ый Джэ приступ угрызений совести.

— Вставай.

Он поставил вино и протянул руку. Не хотелось вставать. Но и оставлять протянутую руку без ответа тоже было неловко. В итоге Ча Ый Джэ взялся за неё и сел. Ли Са Ён налил вино в бокал и протянул ему.

— Пей.

Нет, не хочется.

Но рука предала хозяина и приняла бокал. Вообще-то Ча Ый Джэ больше любил корейскую еду, а не вино, и предпочитал соджу. Но это всё отговорки. Он ел и пил всё, что давал Ли Са Ён. Просто эта атмосфера была слишком неловкой.

Ли Са Ён прищурился, разглядывая его.

— Хм… что-то ты сегодня странный. Особенно сегодня.

— С чего вдруг.

— Почему ты такой скованный? Мы же не в первый раз вместе спим.

Разумеется, не в первый. Они жили вместе в доме Ли Са Ёна и, когда оба были дома, всегда спали в одной кровати. На самом деле у Ча Ый Джэ была и комната при ресторане похмельного супа, и прежний дом, так что он пытался отказаться от этого, но Ли Са Ён решительно пресёк разговор.

«Если хочешь, чтобы хён собственными руками поймал меня и посадил в тюрьму, попробуй».

Это было заявление, что если они не будут жить вместе, он совершит преступление и заставит его прийти за собой. От угрозы, которую он слышал впервые в жизни, Ча Ый Джэ сдался, подняв обе руки. Ладно, будем спать вместе, чёрт с тобой.

Так и началась их совместная жизнь. Бывший глава гильдии Падо, ныне фрилансер-охотник Ли Са Ён, в дни без заданий от Бюро управления пробужденными приходил в ресторан похмельного супа как клиент. А бывший герой номер один, Ча Ый Джэ, эволюционировал во владельца ресторана похмельного супа и полноценного индивидуального предпринимателя.

Утром они вместе шли на работу, вместе возвращались домой, засыпали в одной кровати. Такая наполненная любовью жизнь, о которой мечтает любая пара.

И всё же сегодня что-то явно шло не так…

Бокалы звякнули, соприкоснувшись. Ли Са Ён выглядел явно воодушевлённым. Он поставил бокал на тумбочку и начал целовать лицо Ча Ый Джэ повсюду. Сладковатый запах, смешанный с ароматом вина, стал более густым, чем обычно. Чёрт… Ча Ый Джэ вздрогнул плечами, и Ли Са Ён тихо рассмеялся.

— Мы что, не целовались? Почему такой зажатый?

— Эй, это вообще-то не одно и то же.

— А что не так?

Чёрная рука скользнула по боку. Ча Ый Джэ вздрогнул.

— Нет, просто… когда вот так атмосферу создаёшь, как-то… странно.

— Нервничаешь?

— Ну… немного неловко.

Пухлые губы мягко приблизились. Мм… языки соприкоснулись, и запах вина стал ещё насыщеннее. Ча Ый Джэ слегка откинул голову. Все чувства отзывались на каждое движение Ли Са Ёна. Пока он терялся, крупная ладонь проникла под футболку и скользнула вверх по талии и груди. Это было естественное прикосновение.

Однако от этого прикосновения он резко пришёл в себя. Ча Ый Джэ поспешно отстранился.

— Эй, подожди!

Но холодные пальцы не остановились и коснулись сосков. Это не было резким удовольствием, скорее странное, щекочущее ощущение. Ча Ый Джэ втянул шею.

— Угх…

Ли Са Ён привычно двигал рукой, касаясь и лаская тело. Чёрт, почему он такой умелый. Там, где касались его пальцы, поднимался жар. Дыхание стало сбиваться, и в этот момент рука выскользнула из-под одежды. Ли Са Ён опустился на колени между ног Ча Ый Джэ, лежащего на кровати.

— Можно снять штаны?

Не спрашивай разрешения. Ча Ый Джэ прикрыл глаза рукой и лишь слегка кивнул. Вместе со смешком ладонь легла ему на талию. Серые спортивные штаны без труда стянули вниз, обнажив бельё и голые ноги.

Ли Са Ён не остановился на поцелуе. Чёрный язык скользнул вперёд, облизывая пальцы один за другим. От влажного прикосновения между пальцами Ча Ый Джэ выдохнул, изогнувшись.

Ли Са Ён сошёл с ума. Определённо сошёл с ума.

Влажное, щекочущее ощущение парализовало голову. Каждый раз, когда он чувствовал прикосновение языка, нога дёргалась сама собой. Пальцы непроизвольно сжимались.

Щекотно, но почему-то приятно. Чёрт, голова совсем не соображает. Дыхание сбилось, к нему постепенно примешивался жар.

Рука, поглаживавшая углубление на ступне, потянула за щиколотку. В тот же миг обе ноги оказались перекинуты на что-то твёрдое. Тело само приподнялось в воздухе, и это место заняли крепкие колени и бёдра. В икрах отозвалась ноющая боль. Ча Ый Джэ вздрогнул и опустил руки.

Ли Са Ён, прикусив его голень, смотрел на него снизу вверх. Фиолетовые глаза потемнели.

— Хён.

В тот же миг Ча Ый Джэ осознал, в каком он виде. Футболка задралась до груди, ноги были разведены и лежали у него на плечах. Лицо вспыхнуло жаром. Поза была такой, что скрыть было нечего. Ни покрасневшее лицо, ни то, что вздулось под бельём, ни подрагивающие ноги. Ничего.

В голове стало пусто. Когда от чрезмерного стыда разум отключился, первым пришёл в движение самый примитивный инстинкт — инстинкт выживания.

Нога Ча Ый Джэ гибко выскользнула из хватки Ли Са Ёна. А затем, набрав ускорение в воздухе…

Бах!

Что-то с силой ударило. Раздался довольно жёсткий звук удара. Нет, подождите. Ча Ый Джэ, вытянув ногу, резко пришёл в себя.

Он ведь сейчас кого-то ударил?

С дрожащим взглядом он посмотрел туда, куда пришёлся удар. Пятка точно попала Ли Са Ёну в бок.

— …

— …

Повисла адская тишина. Чёрт… я что, совсем с ума сошёл? Ча Ый Джэ вскочил и поспешно схватил Ли Са Ёна за плечи.

— Са-Са Ён-а, ты в порядке? Чёрт, прости, правда, я слишком перенервничал. Чёрт, да что со мной… Ты в порядке? Больно? Сними одежду, дай посмотрю.

— …Хён.

— А, а. Са Ён-а, говори.

— Я…

— А-а…

— …Мне больно.

Ча Ый Джэ, уже почти задравший на нём верх, резко поднял голову. На бледной коже проступил холодный пот. Ли Са Ён, сжавшись, держался за то место, куда пришёлся удар пяткой. Ча Ый Джэ вскочил.

— Са Ён-а!

Блять.

Ча Ый Джэ обхватил его за плечи и, шаря в своих штанах, вытащил телефон. После нескольких гудков на той стороне ответили.

— Да, Маленькое чудо Мин Ги…

— 119!

— Что?

— Пожалуйста, вызовите 119! Быстро!

В этот момент чёрная рука резко схватила Ча Ый Джэ за запястье. Ли Са Ён посмотрел на него тяжёлым взглядом.

— Чёрт… нельзя 119. Хочешь, чтобы вышла статья?

— Что? А тогда что делать?!

— Нам У Джин…

Ча Ый Джэ в отчаянии выкрикнул.

— Гильдия Совон! Отведите нас к господину Нам У Джину!

— А? Клиент, я вообще-то сейчас на задании, ловлю преступника…

— Да я сам его поймаю, быстрее!

— Что?

Ча Ый Джэ зажмурился и закричал.

— Этот парень сейчас умрёт!

***

— Ага, умирает, значит.

Нам У Джин, глядя сверху вниз на двоих, лежащих на кроватях, спросил.

— И кто именно?

На двух кроватях лежали Романтичный открыватель и Ли Са Ён. Романтичный открыватель, которого втащили внутрь почти силой, периодически давился рвотными позывами и обливался холодным потом, а Ли Са Ён смотрел в потолок пустым взглядом, будто не веря, что находится здесь.

С первого взгляда было ясно, что состояние Романтичного открывателя куда хуже. Один из членов гильдии Совон вошёл и, подкатив кровать, увёз его прочь. Протяжный стон, похожий на стон зомби, постепенно стих. Ча Ый Джэ и Со Мин Ги сложили руки и почтительно ждали вердикта Нам У Джина.

Когда тот сел на стул, мальчик включил монитор. На экране чётко высветился рентген рёбер Ли Са Ёна. И позвоночник у него, надо сказать, был на удивление ровный. Ча Ый Джэ как раз разглядывал его позвоночник, когда Нам У Джин, подперев подбородок рукой, увеличил изображение.

Затем он навёл курсор на одно место.

— Вот здесь, видишь?

На мутно-белом фоне рёбер проступала тонкая серая линия. Нам У Джин курсором нарисовал жёлтый кружок вокруг серой линии.

— Перелом.

Пе…релом?

Холодная капля пота скатилась по виску. Со Мин Ги резко вскочил.

— Как такое могло случиться?! Это серьёзно? Нужна операция? Чёрт, если глава гильдии умрёт, кто нам зарплату платить будет?!

— Ты же теперь из Бюро управления пробуждёнными.

— А, точно. Значит, уже не нужно?

Со Мин Ги тут же прекратил паниковать и послушно сел на место. Нам У Джин, будто у него разболелась голова, сильно надавил на висок.

— Перелом — это не обязательно когда кость ломается полностью. Даже трещина уже перелом.

Курсор снова обвёл тонкую линию.

— То есть вот здесь. В ребре трещина. Очень тонкая. Поэтому перелом

Экстра 3

Экстра 3.

Тишина.

В тихом кабинете слышалось только щёлканье мышки. Нам У Джин повернулся к лежащему на кровати Ли Са Ёну.

— Судя по синяку, похоже на ушиб. Так обо что тебя вообще ударило? У тебя же способности никуда не делись.

Ли Са Ён плотно сжал губы и хранил молчание. Не скажешь же, что пытаясь заняться сексом с Ча Ый Джэ получил удар пяткой в бок и заработал трещину в ребре. Это был вопрос чести и репутации бывших первого и второго в рейтинге.

Нам У Джин, почесав голову, посмотрел на результаты обследования, которые передал ему мальчик.

— Прочность тела… всё ещё на высоком уровне. Обычно от такого даже царапины не бывает. Ну… молотком, что ли, получил? Или куском бетона? Арматурой?

Пяткой.

Взгляд Ли Са Ёна скользнул к Ча Ый Джэ. Тот виновато опустил голову. Виноватому сказать было нечего. Увидев, что пациент продолжает молчать, Нам У Джин тяжело вздохнул и застучал по клавиатуре.

— Ладно, со временем само срастётся. Назначу обезболивающее и противовоспалительное. Три дня холодные компрессы, потом тёплые. Через неделю придёшь снова. Скорее всего, к тому времени уже срастётся.

— …Да. Спасибо.

Ча Ый Джэ, волоча ноги, подошёл и помог Ли Са Ёну подняться. Нам У Джин, покачав головой, тоже встал.

— Я-то думал, правда кто-то при смерти, а тут…

— А… счёт за лечение...

— Какие деньги. Идите уже. Я занят.

— Тогда как-нибудь заходите в ресторан похмельного супа. Угощу бесплатно.

— Ага, как-нибудь.

Нам У Джин кивнул, словно говоря «разбирайтесь сами». Мальчик проводил троих до выхода в гильдии Совон.

Со Мин Ги поправил солнцезащитные очки.

— В любом случае, хорошо, что травма несерьёзная. Экстренный выезд Романтичного открывателя будет внесён в счёт в конце месяца. Тогда я возвращаюсь на место.

А, точно. Он же говорил, что ловил преступника. Ча Ый Джэ спросил.

— Помочь?

— Я как раз спросил у господина Чон Бина, но он сказал, чтобы я не тянул руки к господину J и сам разобрался с мелочью. Только отчитали меня.

Ли Са Ён с невозмутимым лицом вмешался.

— И правильно сказал.

— Верно. Всё-таки вы теперь владелец ресторана. Если не будет чего-то действительно крупного, не буду просить. Глава гильдии, берегите себя. Тогда я пошёл.

Со Мин Ги плавно растворился в тени. Они остались вдвоём. Ча Ый Джэ крепко зажмурился.

— …Прости, Са Ён-а.

Ха-а… Ли Са Ён тяжело выдохнул и, прислонившись лбом к его голове, пробормотал.

— Поехали уже домой….

***

На следующее утро после инцидента с переломом ребра на двери ресторана похмельного супа висел лист формата A4.

Временно не работаем.

Срок: не определён.

Причина: уход за больным.

Постоянные посетители, решив, что у бабушки снова разболелись колени, оставляли на листе короткие пожелания скорейшего выздоровления.

Выздоравливайте скорее!

Желаем скорейшего восстановления

Не болейте

Они и не подозревали, что на самом деле желают скорейшего заживления рёбер Ли Са Ёна.

Трудно сказать, благодаря ли тёплой поддержке постоянных клиентов-охотников, тому ли, что Ча Ый Джэ собственноручно варил костный бульон и ухаживал за ним, или же просто из-за выдающейся способности Ли Са Ёна к восстановлению, но треснувшее ребро срослось всего за три дня. Всё-таки Нам У Джин был выдающимся доктором.

В день, когда он вернулся домой с заключением о полном выздоровлении, они сели друг напротив друга, опустившись на колени. По гостиной пронёсся порыв ветра. Ча Ый Джэ с серьёзным лицом заговорил.

— Са Ён-а.

— Да, хён.

— Я ещё раз извинюсь. Прости. Я правда не собирался на тебя нападать.

— Это уже 48 извинение. Сказать за тебя то, что будет дальше? Ты слишком перенервничал и смутился, поэтому тело среагировало первым, и инстинктивно освободилось от фиксации лодыжек и попыталось обезвредить противника. К счастью, хён наложил минимальные ограничения, так что до удушения моей шеи ногами дело не дошло.

— …А, я уже столько раз извинился?

Ча Ый Джэ неловко отвёл взгляд. Он получил большой шок от такой незначительной, но серьёзной травмы, как трещина в ребре, и при каждом удобном случае повторял извинения.

— Ну… это ведь не такая уж большая рана. Я сам виноват, что не увернулся.

Ли Са Ён пожал плечами. Он и правда раскаивался. Он понимал, что с хёном что-то не так, но не думал, что тот был настолько напряжён. И то, что при потере самообладания тело реагирует раньше разума, он тоже упустил из виду.

Ча Ый Джэ вздохнул и провёл рукой по лицу.

— В общем… ради наших нормальных… ну, этих… отношений, думаю, нам нужно немного… поговорить.

— Угу… Можешь говорить честно. Если не хочешь, тоже ничего.

— Что?

Что он вообще несёт? Ча Ый Джэ резко поднял голову, а Ли Са Ён ответил как ни в чём не бывало.

— Ну, секс ведь не обязателен для пары. И потом… мы же оба мужчины.

Ча Ый Джэ застыл с растерянным выражением лица. Он точно слышал корейскую речь, но ощущение было такое, будто они говорят на разных языках. Ли Са Ён пожал плечами.

— Я подумал, что ты можешь не испытывать ко мне сексуального влечения…

— Да не в этом дело, придурок!

Ча Ый Джэ вспыхнул и выкрикнул это, покраснев до ушей. Если бы не чувствовал сексуального влечения, разве стал бы целоваться или что-то такое. Фиолетовые глаза широко распахнулись, а затем медленно сузились.

— Ага.

— …

— Вот как?

Голос Ли Са Ёна стал мягким. Лицо, красивое, словно роза, внезапно приблизилось вплотную к лицу Ча Ый Джэ.

— Значит, ты возбуждаешься... от меня.

А, чёрт. Снова попался. Ча Ый Джэ швырнул в него подушку, валявшуюся на диване.

— Заткнись!

Ли Са Ён поймал кожаную подушку и, прижав к груди, улыбнулся. Ча Ый Джэ кашлянул и продолжил.

— …В общем, я подумал.

— Угу, звучит как что-то странное, но… давай, говори.

В поле зрения Ли Са Ёна внезапно появились аккуратно сложенные руки.

— Хочешь связать меня и попробовать?

Ну вот. Он же говорил, что мысль странная. Ли Са Ён скривил губы.

— Ага… такие предпочтения? А я и не знал, что хёну такое нравится….

— Нет, я же могу снова замахнуться кулаком или ногой.

— Даже если связать, хён почти всё сможет разорвать. Единственное, чем тебя можно связать, — это цепи Чон Бина. Что, пойти одолжить?

— Нет, это уже слишком.

Ча Ый Джэ и правда было очень жаль, что он причинил Ли Са Ёну боль. Они вдвоём ломали голову, как наладить отношения. Точнее говоря, Ча Ый Джэ в одностороннем порядке предлагал решения, а Ли Са Ён логично их опровергал.

Это обсуждение продолжалось даже когда они встали, потому что колени болели, и когда заказали еду, и даже во время еды. Доев свою порцию кукбапа, Ча Ый Джэ с серьёзным видом сказал.

— Ладно, вот это правда должно сработать. Пока я сплю, ты будешь меня трогать.

Опять ерунда.

Ли Са Ёну стало любопытно, что вообще творится у этого человека в голове. Он это осознанно говорит? Или если не осознаёт, то это уже тоже своего рода талант. Он с глухим звуком положил ложку.

— Хён.

— Что, и это тоже не подходит?

— Ты извращенец?

— А, почему!

Ли Са Ён закрыл глаза, погрузившись в размышления.

Честно.

Если говорить совсем честно…

— ...

…это было чертовски возбуждающе.

Всё, что Ча Ый Джэ предлагал в качестве «решения».

Связать руки, завязать глаза, везде трогать спящего хёна, наблюдая за реакцией? И всё это без каких-либо правил, без ограничений, как захочется?

«Блять».

Во рту пересохло, и он сделал глоток холодной воды. Пока он слушал этот бред, замаскированный под решение проблемы, в штанах уже заметно набухло. Но он изо всех сил сохранял самообладание. Если один из них терял рассудок, другой обязан был его сохранить. Тем более если этот другой — человек, который сначала действует телом.

Ли Са Ён с закрытыми глазами спросил.

— Хён, ты правда подумал, прежде чем сказать?

— Са Ён-а, я правда серьёзно.

— Насколько серьёзно?

— Настолько же, как когда я пытался сбежать, встретив тебя в переулке и ударив половником.

Если он так серьёзно обдумывал всё это и пришёл к такому выводу, то рассматривать его всерьёз не было смысла. Ли Са Ён протянул руку и крепко сжал ладонь Ча Ый Джэ.

— Хён.

— А, а… Са Ён-а.

— Давай просто…

И, глубоко вздохнув, сказал.

— Будем двигаться постепенно. Ровно настолько, чтобы хён не оттолкнул меня.

— …Может, так и сделать?

Так, после бесконечной череды нелепостей, они договорились продвигаться вперед понемногу, день за днем.

***

Самое срочное — избавиться от неловкости.

Ча Ый Джэ спокойно воспринимал, когда Ли Са Ён, словно заигрывая, клал подбородок ему на плечо, тёрся головой или обнимал за талию. Но стоило атмосфере хоть немного накалиться, он застывал, как деревянная кукла.

«Дело не в том, что ему неприятны прикосновения».

Когда они спали в одной кровати, и Ли Са Ён прижимался к нему, Ча Ый Джэ без колебаний позволял устроиться в своих объятиях. Иногда он и сам притягивал его к себе или целовал в лоб или в щёку.

В конце концов, всё упиралось в настроение и атмосферу… Ли Са Ён, прислонившись к дивану, наблюдал за тем, как Ча Ый Джэ щёлкает орехи.

«Поцелуи ему тоже нравятся…»

Он подошёл ближе и наклонился к нему.

— Обними меня, хён.

— А?

Ча Ый Джэ посмотрел на Ли Са Ёна, потом стряхнул крошки с рук и широко раскинул объятия.

— Что, сегодня тяжёлый день был?

— Угу…

Стоило прижаться к его груди, как рука тут же мягко скользнула по спине. Вот так, если попросить первым, он принимает без сопротивления. Ли Са Ён потёрся щекой о его щёку.

— Поцелуй меня тоже.

— Ого, совсем распоясался.

Проворчав это, Ча Ый Джэ всё же обхватил ладонью его щёку. Губы осторожно соприкоснулись. Мягкая кожа коснулась кожи, дыхание смешалось. Без языков, без слюны. И почему-то даже этого оказалось достаточно, чтобы по телу пробежало щекочущее чувство.

«Когда инициатива у него, он меньше напрягается?..»

Значит, вот так. Просить самому. Понемногу.

Губы разомкнулись. Ли Са Ён поднял голову, встречаясь с ним взглядом. Почему-то лицо Ча Ый Джэ казалось чуть более красным, чем обычно.

Экстра 4 (18+)

Экстра 4 (18+).

После этого Ли Са Ён сменил подход. Вместо того чтобы заявлять «давай сегодня займёмся сексом» и перегружать мозг чрезмерно ответственному Ча Ый Джэ, он стал чаще и понемногу просить о мелочах, которые его хён вполне мог выполнить.

— Обними меня.

— Поцелуй меня.

— Давай возьмёмся за руки.

— Хочу, чтобы ты меня обнял.

— Можно я тебя обниму?

— Давай спать, обнявшись.

Стал часто просить о мелочах, которые его хён естественно выполнит.

— Ты в последнее время ведёшь себя как ребёнок.

Ча Ый Джэ ворчал, но всё равно исправно выполнял его просьбы. И в какой-то момент начал делать это даже без просьб. Первым брал за руку, притягивал к себе. Когда их взгляды встречались, он целовал его. Это было похоже на прежние прикосновения, как до истории с ребром, но почему-то…

«…Опасно близко».

Даже от привычных касаний по телу разливалось тепло. Во взглядах смешивались сожаление и жар. Колеблющиеся пальцы скользили по вороту одежды, касались кончиков пальцев.

Между ними была проведена черта. Они знали, что находится по ту сторону. Они могли переступить её в любой момент. И всё же не переходили. Каждый раз, когда их кожа соприкасалась, казалось, будто они ставят носок ноги на самую кромку линии и балансируют на грани.

Когда же они её переступят? Ли Са Ён тихо усмехнулся, глядя на покрасневшие кончики ушей Ча Ый Джэ. Он был готов ждать, пока тот сам сделает шаг. Терпение всегда было его сильной стороной.

В переулке за рестораном похмельного супа, куда опустилась темнота, Ча Ый Джэ, складывая коробки у места для раздельного мусора, тихо выдохнул. Наблюдавший за ним Ли Са Ён медленно подошёл.

— Пойдём уже, хён.

— Ага. Пойдём домой.

— Перед этим… можно один поцелуй?

— Здесь?

— Тут же никого нет. Ну?

— Ты правда…

Рядом с покатившейся бутылкой соджу с наполовину сорванной этикеткой, скрипнув, остановились кроссовки. Тук. Спина коснулась стены. Губы приблизились, словно ждали этого момента, и в приоткрытый рот без колебаний скользнул язык.

— Ух… мм…

Каждый раз, когда язык влажно двигался, между губ вырывался тихий стон. Ча Ый Джэ вцепился в плечо Ли Са Ёна. Поцелуй был таким же, как всегда, но что-то было не так. Странно. Почему? Почему сегодня особенно…

Пальцы на ногах непроизвольно сжимались, а внутри разливалось щекочущее ощущение. Каждый раз, когда плотный чёрный язык привычно скользил по зубам и тёрся о нёбо, веки мелко подрагивали.

Ча Ый Джэ крепко зажмурился. Пальцы, сжимающие плечо, всё сильнее напрягались. Чёрный язык ещё немного хозяйничал во рту, а затем, когда лицо Ча Ый Джэ залилось краской, отстранился. Он, тяжело дыша, прислонился спиной к стене. Даже холодный воздух не помог прийти в себя. Поцелуи с Ли Са Ёном и раньше были приятными, но этот… был каким-то особенно…

— Всё в порядке?

Крепкая рука обхватила талию, поддерживая Ча Ый Джэ. Похоже, даже со стороны он выглядел странно.

— А, да… всё нормально….

Фиолетовые глаза внимательно, будто изучая, осмотрели лицо Ча Ый Джэ.

— Хм… правда?

Чёрная рука скользнула по щеке. Кожаная перчатка у него всегда была холодной. Когда она коснулась разгорячённой кожи, стало приятно. Ча Ый Джэ сам того не осознавая прижался щекой к ладони и закрыл глаза. Большой палец, гладивший уголок глаза, вдруг замер.

Что такое, почему остановился? Было же так приятно…

— …Хён.

Низкий голос привёл в чувство. Ча Ый Джэ медленно открыл глаза. Под тусклым светом фонаря фиолетовые глаза ярко блестели.

— Ча Ый Джэ.

В тот же миг сознание прояснилось. Ча Ый Джэ резко выпрямил тело, которое до этого обмякло, опираясь на руку. Ли Са Ён без тени улыбки молча смотрел на него. Кончики пальцев дрожали. Ча Ый Джэ грубо провёл ладонью по лицу.

— Ух… со мной сейчас явно что-то не так. Ты меня по имени зовёшь, а у меня даже мысли возразить не возникает. Что это вообще такое?

Он бормотал бессвязно. Сердце начало биться быстрее. Когда Ча Ый Джэ отвёл взгляд, будто пытаясь скрыться, Ли Са Ён наклонился и коснулся губами открывшейся между воротом одежды шеи. Тело дёрнулось. Он прикусил чистую кожу, слегка, но ощутимо.

— …Угх!

По оставленному красному следу прошёлся чёрный язык. От влажного прикосновения по телу пробежала дрожь. Сердце билось слишком быстро. Настолько, что даже Ли Са Ён это заметил.

«Чёрт возьми…»

Ча Ый Джэ крепко зажмурился. Острые зубы несколько раз сжали и облизали шею. Словно помечая территорию.

— Хён.

Полные губы скользнули от шеи к подбородку и выше, к уху. По всему телу прошла волна мурашек. Горячее дыхание коснулось уха.

— …У тебя встал.

Между ног вдавилось твёрдое бедро. Он был прав. Член Ча Ый Джэ наполовину встал, выпирая под тканью брюк. Чёрт возьми.

Так просто поддаться его темпу нельзя.

— А вот ты…

Ча Ый Джэ протянул руку и схватил Ли Са Ёна за область паха…

— …

…и сжал то, что было уже гораздо более вздувшимся и теснилось в заточении, чем его собственное.

«Блять».

Джекпот. И пути к отступлению нет. И сбежать не получится. Потому что на 99% это была вина Ча Ый Джэ. Ха-а, горячее дыхание хлынуло к ушам. Ли Са Ён стиснул зубами мочку уха.

— …Пойдём. Домой.

А, чёрт.

Только сейчас Ча Ый Джэ понял.

«Да я и сам был неудовлетворен…»

***

Бах. С глухим стуком захлопнулась дверь, в прихожей вспыхнул свет, и они одновременно прижались друг к другу губами. Слишком грубо, так, что во рту мелькнул вкус крови. Губы разошлись, языки сплелись. Смешались дыхание и слюна. Один лишь поцелуй и воздух вокруг стал вязким и горячим.

— Ха… м-м…

Ли Са Ён, не отрываясь от губ, обнял Ча Ый Джэ за талию и повёл вперёд. Тот, отступал назад, пока не споткнулся о порог прихожей и не плюхнулся на пол. Только тогда губы разомкнулись. В голове плыло. Ча Ый Джэ тяжело дышал.

— Подожди… подожди, дай перевести дыхание…

Но Ли Са Ён и не думал слушать. Он сбросил чёрную куртку и навалился сверху, снова накрывая губы поцелуем. Тяжёлый вес придавил тело. Ча Ый Джэ, лёжа в прихожей, обвил руками его шею.

«Чёртов ублюдок».

В глазах потемнело…

Этот поцелуй был слишком грубым, чтобы назвать его поцелуем. В нём было желание поглотить целиком. Ча Ый Джэ наклонил голову, принимая язык глубже. Ощущение было такое, будто его пожирают.

М-м… ха-а… Между сомкнутыми губами прорывались тихие стоны. Рука в кожаной перчатке скользнула под одежду. Ладонь прошлась по животу, боку, талии. Когда холодный палец коснулся соска, поясница дёрнулась и изогнулась. Он хотел сказать «подожди», но чёрный язык не отпускал губы.

Пальцы в перчатке потерли и царапнули сосок, который тут же напрягся. Это было не острое удовольствие, скорее щекочущее, странное. Чёрт… странно…

Когда Ча Ый Джэ дёрнулся, рука с талии спустилась к застёжке джинсов. И замерла. Рука, дразнившая сосок, тоже остановилась. Поцелуй, будто готовый его сожрать, прервался. Ча Ый Джэ тяжело выдохнул и открыл глаза.

На всегда бледном лице Ли Са Ёна проступил румянец. Он ждал разрешения. Всего одного шага. Позволения пойти дальше.

Ча Ый Джэ не ответил. Вместо этого опустил руку к его животу и нащупал застёжку на брюках. Он всегда действовал быстрее, чем говорил. И сейчас тоже.

— …Ха.

Сквозь тяжёлое дыхание послышался тихий смешок Ли Са Ёна. И губы снова накрыли его.

Щёлк. Застёжка расстегнулась, молния скользнула вниз. Уже промокшее нижнее бельё полностью обнажилось под мигающим датчиком движения в прихожей. Ча Ый Джэ тоже наощупь расстегнул застёжку на брюках Ли Са Ёна. Ли Са Ён тихо застонал и прижался лбом к его плечу. Ча Ый Джэ обнял его за затылок и прошептал.

— Ли Са Ён. Сядь… сядь так….

Крепкие руки подхватили его за талию и усадили себе на бёдра. Будь он в здравом уме, он бы возмутился «Что это вообще за наглость, сажать хёна себе на колени», но Ча Ый Джэ послушно опустился, опираясь коленями о пол и садясь на твёрдые бёдра.

Рука в кожаной перчатке скользнула под бельё Ча Ый Джэ. Когда тёплая, чуть нагретая кожа сомкнулась вокруг члена, по затылку пробежал холодок. Проклятье… Ча Ый Джэ тихо выругался и откинул голову. Его член, впервые ощущая чужое прикосновение, дёрнулся и начал выделять предэякулят. Ли Са Ён, сжимая член, прошептал.

— Мой тоже… достань, пожалуйста… хён.

От этого умоляющего голоса у Ча Ый Джэ будто расплавился мозг. Дрожащей рукой он потянулся и спустил бельё Ли Са Ёна. И тогда наружу с тяжёлым движением вырвалось нечто большое и тяжёлое, ощутимо ударившееся о ладонь.

Нет, подожди.

А?

В голове, которая только что растаяла от возбуждения и жара, возник вопросительный знак. Это… член?

Это было нечто, что скорее подходило под слово «орудие». Он был полностью напряжён, с проступившими венами, влажный от предэякулята. Разве если лицо красивое, всё остальное не должно быть таким же? Почему у него такой огромный и пугающий… Ча Ый Джэ и сам не был обделён, но по сравнению с этим…

«Это уже перебор».

Мысль, легко возникшая в возбуждении, чтобы справиться ртом, мелькнула и тут же исчезла.

«О чём я вообще думал…»

Даже сильнейшему охотнику перед таким противником было не по себе. Этот живой, пульсирующий орган выглядел так, будто обладал собственной волей и ему было холодно.

— …Эм, подожди.

Ча Ый Джэ молча подтянул куртку и прикрыл ею огромный член.

— …А?

Ли Са Ён недоумённо наклонил голову.

— Ты что делаешь?

Экстра 5 18+

Экстра 5 (18+).

— Подожди немного.

Ча Ый Джэ, глядя на неожиданно поднявшуюся куртку, прервал его слова. Ли Са Ён, проведя рукой по слегка влажным волосам, прищурился.

— Хён, ты же понимаешь, что сейчас ведёшь себя странно.

Твой… вот что странное. Сейчас это главная проблема.

Ча Ый Джэ был предельно серьёзен. Даже прикрытое курткой, оно упрямо стояло, заявляя о своём существовании. Упрямое, как и его хозяин. Ли Са Ён, не обращая внимания на то, что происходит у него внизу, коснулся губами шеи Ча Ый Джэ. Тот запрокинул голову, подставляясь, и задал самый важный вопрос.

— Са Ён-а… у тебя… в сперме яд есть?

Вопрос, который наверняка хоть раз приходил в голову многим, но который никто не осмеливался задать вслух. Вдруг за такое сразу арестуют за сексуальные домогательства.

Вместо ответа Ли Са Ён взял его руку и положил себе на член, прошептав.

— …Почему бы тебе не проверить самому?

Его голос был хриплым от жара и возбуждения, сладко соблазнительным. Их взгляды встретились. Фиолетовые глаза сузились, сверкнув.

Ага. Я так и знал.

Отступать теперь было бы глупо. Да и к чёрту всё. Будь что будет. Ча Ый Джэ крепко зажмурился и откинул куртку. Словно дожидаясь этого, сильные руки притянули его к себе.

Тело напряглось.

— …Ха, ах!

— Угх…

Тук-тук, соприкасаясь, два члена подпрыгивали в ладони. На его ладони было много мелких мозолей, и стоило лишь провести по стволу, как поднималось незнакомое, резкое удовольствие. Ли Са Ён, накрыв рукой оба члена, словно сжимая их вместе, выдохнул сбившееся дыхание и прислонился головой к его плечу. Когда он так прислонялся, Ча Ый Джэ всегда гладил его по голове.

Сейчас даже это прикосновение отдавалось наслаждением.

— Угх, хён….

Он потёрся головой о шею. Ха… дыхание Ча Ый Джэ тоже стало неровным. Предэякулят, вытекший из двух членов, липко намочил ладонь. Вместе с движением раздался влажный звук трения. Внизу живота тянуло. Казалось, он вот-вот кончит.

Когда Ли Са Ён большим пальцем с силой потёр щель головки, Ча Ый Джэ, задыхаясь, откинул голову.

— Са Ён-а, а… ах….

Покрасневшие уголки глаз выглядели непристойно. Ли Са Ён потёрся губами о его шею.

— Хён мой тоже… как я трогаю, так и ты трогай. Мм…?

В такие моменты Ча Ый Джэ всегда слушался. Большой палец с мозолью сильно провёл по головке. От царапающего касания по отверстию уретры перед глазами вспыхнуло белым. Ах, блять… Ли Са Ён выдохнул стон вперемешку с ругательством и лизнул шею. Хлюпающий звук становился всё громче. Он крепко обнял Ча Ый Джэ за талию и ускорил движение руки, сжимающей член. Ли Са Ён, крепко удерживая оба члена в ладони, нарастил темп.

— А, сейчас, ах… а!

— Кх…!

Тело Ча Ый Джэ в его объятиях резко дёрнулось, и густая сперма брызнула на их руки и животы. Ли Са Ён тоже кончил следом. Фух… переводя дыхание, он поднял голову. Словно дожидаясь этого, Ча Ый Джэ потянулся и поцеловал его. Тот, кто ещё недавно при каждом поцелуе напрягался, теперь довольно умело двигал языком.

«Каждый раз краснеет, когда целуемся».

Благодаря этому Ли Са Ён вдруг понял кое-что ещё. Этот человек быстро учится всему, что связано с телом. И ещё, что он слаб к удовольствию. Боль переносит стойко, а вот порог наслаждения у него очень низкий.

Когда влажные губы оторвались, Ли Са Ён, будто дождавшись момента, начал покрывать поцелуями всё лицо Ча Ый Джэ.

Ча Ый Джэ, принимая сыплющиеся поцелуи, тяжело дышал и тихо смеялся.

— Эй, эй. Ха… щекотно.

— Мм...

Ли Са Ён высунул язык и лизнул подбородок Ча Ый Джэ. Раскрасневшееся лицо, живот и край одежды, испачканные брызгами спермы, растрёпанные, влажные от пота пепельные волосы. Глаза с голубоватым оттенком были расфокусированы, затуманенные остаточным наслаждением. Это был вид, который мог видеть только Ли Са Ён. От одной этой мысли его переполняло удовольствие, которое невозможно было выразить словами.

Ли Са Ён поцеловал раскрасневшуюся щёку и прошептал.

— Ты говорил, тебе интересно, есть ли в сперме яд.

— А? А, ну да.

Ли Са Ён соблазнительно улыбнулся.

— Хочешь попробовать?

Брови Ча Ый Джэ слегка сошлись. Вид у него был такой, будто он спрашивал: «Это?» Но он не оттолкнул и похоже, колебался. Ли Са Ён чистыми пальцами собрал сперму с его живота и протянул.

— Если не хочешь, не надо.

— А ты не можешь просто рассказать, не заставляя меня есть?

— Я и сам не знаю. Я ведь не проверял, есть ли яд в сперме.

— …

Лоб нахмурился ещё сильнее. Это выражение было милым. Ли Са Ён высунул тёмный язык и слизнул сперму с пальцев. Глаза Ча Ый Джэ широко распахнулись.

— Эй, ты что…!

— М-м… не знаю.

— Наверное, потому что смешалось с твоим, хён.

Ли Са Ён пожал плечами и снял испачканную спермой перчатку. Его член уже наполовину снова поднялся. Ча Ый Джэ, заметив вновь угрожающе поднявшийся член между его ног, прищурился.

— …Что ты такого сделал, что он опять встал?

— Я же рядом с тобой, хён.

— У тебя слишком простые условия для эрекции. И при том такой размер.

— Только на хёна, так что нормально.

Он прошептал мягким голосом.

— Давай ещё раз… хён.

— …

Ча Ый Джэ тихо вздохнул и обнял Ли Са Ёна за шею. Низкий смешок защекотал ухо.

После этого, пройдя несколько процедур и проверок, выяснилось, что у Ли Са Ёна яд есть и в сперме.

Правда, яд в сперме был слабее, чем в крови, поэтому, если разбавить его водой или смыть, вреда почти не было. Зато если сперма долго оставалось на поверхности или внутри чего-то, тонкие предметы начинали разъедаться. Ча Ый Джэ собственными глазами видел, как расплавился использованный Ли Са Ёном презерватив.

Поэтому, чистя зубы, Ча Ый Джэ подумал.

«С этим ублюдком справлюсь только я».

Неизвестно, счастье это или несчастье.

***

После того как они впервые без происшествий провели ночь, лицо Ли Са Ёна заметно посвежело. Вечно наклонённая набок голова выпрямилась, перекошенные уголки губ сменились довольной улыбкой. Он ходил по ресторану похмельного супа с таким видом, будто на лбу у него было написано: «У меня всё прекрасно».

Настолько это бросалось в глаза, что Пчела пробормотала: «Чёрт, чего он сегодня такой противный на вид?». И даже Пэ Вон У, обычно напрочь лишённый наблюдательности, спросил, не случилось ли у Ли Са Ёна чего-нибудь хорошего.

Замечали это окружающие или нет, Ли Са Ён, подперев подбородок, с удовольствием наблюдал за тем, как Ча Ый Джэ хлопочет в ресторане. Стоило подумать о том, как они после работы снова будут прижиматься друг к другу, и уголки губ сами собой поднимались. Чёрные пальцы ритмично постукивали по столу. Даже если не доходить до проникновения, уже одно то, что он мог вот так делить удовольствие с ним, было достаточно.

Однако Ча Ый Джэ всегда оказывался на шаг впереди мыслей Ли Са Ёна. Если говорить мягко, он был деятельным, а если честно — чересчур деятельным. С того момента, как они начали ласкать друг друга, он принялся собирать информацию о сексе между мужчинами. Всё ради того, чтобы не повторился инцидент с ребром.

Интернет, в котором море информации, предлагал всё подряд. В отношениях между мужчинами используется задний проход. Если заранее как следует не подготовиться, есть риск травм… Ча Ый Джэ читал всё это и мрачнел всё сильнее. Разрывы мышц, кровотечения и прочее. Что за опасное занятие вообще?

Когда он перелопатил кучу информации, алгоритмы начали подсовывать ему нежелательные рекомендации с разнообразными приспособлениями. Ча Ый Джэ отвернулся от ярких товаров для взрослых. Нет уж, это слишком.

В итоге, не сомкнув глаз всю ночь, он прижал к себе телефон и принял решение.

Ладно, пусть я буду снизу.

В конце концов, у них обоих нет опыта. Логичнее, чтобы тот, кто покрепче, оказался снизу. Варя похмельный суп с тёмными кругами под глазами, Ча Ый Джэ размышлял.

«Ли Са Ён... настолько слаб, что от удара пяткой в кости появляется трещина».

Что-то было серьёзно неправильно, но после инцидента с переломом ребра для него Ли Са Ён стал существом, похожим на листок бумаги.

В тот вечер, выйдя из ванной чистым и сухим, Ча Ый Джэ озвучил своё грандиозное решение.

— Са Ён-а, может, попробуем продвинуться немного дальше?

Стоя перед зеркалом и застёгивая тёмно-синюю пижаму, Ли Са Ён подумал, что этот хён опять где-то нахватался странностей. С чего вдруг? Почему сейчас? Что он там опять вычитал? У Чон Бина цепи одолжил? Пока он перебирал в голове подходящий ответ, Ча Ый Джэ продолжил.

— Я буду снизу. Ты войдёшь в меня.

Выражение лица Ча Ый Джэ при этом было до смешного решительным.

Экстра 6 18+

Экстра 6 (18+).

Чёрные пальцы, застёгивавшие пуговицы пижамы, дёрнулись, и сознание на мгновение стало совершенно пустым. Что этот хён только что сказал?

Не зная о замешательстве Ли Са Ёна, Ча Ый Джэ начал излагать свои доводы.

— Послушай, Са Ён-а. Вообще-то я кое-что изучил. Оказывается, при проникающем сексе между мужчинами требуется подготовка, и можно травмироваться. Поэтому… раз у тебя даже от удара пяткой ребро трескается, может, лучше, если снизу буду я…

Пусть система и исчезла, Ли Са Ён всё равно оставался бывшим S-классом. Его способности никуда не делись, и от обычного удара на теле даже царапины не оставалось. То, что у меня треснуло ребро, — это потому, что ты слишком сильный, ясно? Но он вместо возражений лишь сделал вид, что внимательно слушает, и кивнул, будто соглашаясь.

Вообще-то Ли Са Ён даже не рассматривал вариант, при котором именно он окажется снизу. Его вполне устраивало и без проникновения, но если уж переходить на этот этап…

Ли Са Ён уже придумал сотню причин, почему именно Ча Ый Джэ должен быть снизу, и столько же способов его убедить. Причина? Всё просто. Потому что он хотел войти в хёна. Хотел увидеть, как тот плачет от удовольствия.

И тут хён сам говорит, что ляжет и позволит ему войти. В голове у Ли Са Ёна будто фейерверки взорвались. Настоящий праздник. Он тут же перемолол в пыль весь свой «план убеждения» и энергично закивал. Возможность сама пришла и не воспользоваться ею было бы глупо.

— Хорошо.

— Ты… знаешь, как это делать?

— Угу. Я изучал.

Он тут же достал из тумбочки у кровати гель. Двигался так естественно, будто только этого и ждал. Этот ублюдок… с каких пор он вообще был готов? Ча Ый Джэ смотрел с подозрением, но Ли Са Ён лишь лучезарно улыбнулся ангельской улыбкой.

— Я ведь тоже не хочу, чтобы тебе было больно… Начнём с пальцев, медленно. Хорошо?

Он чмокнул в щёку, будто заигрывая, и Ча Ый Джэ неловко кивнул.

— Ну… ладно.

— Ложись на кровать. Поудобнее.

Но двигался он слишком медленно. Ли Са Ён, скрестив руки, посмотрел на замявшегося Ча Ый Джэ.

— Ага… неловко, если я буду смотреть?

В прошлый раз, когда он принял слишком откровенную позу, всё и закончилось тем самым. Похоже, попал в точку. Его плечи дёрнулись. Ли Са Ён тихо усмехнулся.

— Тогда ложись лицом вниз. Можешь закрыть лицо подушкой. Как тебе удобнее.

— …Ага, ладно.

Ча Ый Джэ послушно лёг на живот, обняв подушку.

Честно говоря, он совсем не хотел наблюдать в реальном времени, как Ли Са Ён будет засовывать пальцы ему в зад. Сзади послышалось шуршание. Чёрт, когда не видишь, что происходит, начинаешь слишком остро реагировать на каждый звук. Ча Ый Джэ крепко сжал подушку.

…Может, это было ошибкой?

Может, он поторопился?

В этот момент за пояс свободных спортивных штанов ухватились. Ча Ый Джэ судорожно втянул воздух. Большая ладонь успокаивающе погладила его по пояснице. Сзади раздался мягкий, смеющийся голос.

— Расслабься. Я же не в первый раз трогаю твою талию.

— Эй, это совсем не то же самое!

— Почти то же самое… Только на этот раз не бей.

— Не буду бить.

—Угу, верю.

К затылку мягко прикоснулись губы.

Рука скользнула между тканью и кожей, а затем вместе стянула штаны и бельё. Ягодицы и бёдра обнажились полностью. Чёрт. Ча Ый Джэ уткнулся лицом в подушку, сыпля про себя проклятиями. Непонятное чувство, то ли тревога, то ли напряжение, пересушило рот.

Тёплая ладонь скользнула по ягодицам и бёдрам. От каждого прикосновения тело вздрагивало. Он понимал, что реагирует слишком остро, но сохранить самообладание было невозможно.

«Лечь вот так перед другим мужчиной с обнажёнными ягодицами… это вообще нормально?»

Да ещё и когда это Ли Са Ён…

В тот момент гель, согретый до температуры тела, смочил сжавшееся отверстие. И один скользкий мокрый палец проник внутрь. Ча Ый Джэ тихо застонал.

— Угх…

— Больно?

— Нет, не больно…

Он крепко зажмурился от ощущения инородного тела. Боли не было, но само ощущение того, что сзади что-то проникает внутрь, казалось странным. Ча Ый Джэ, уткнувшись лицом в подушку, подумал.

Мы правда это делаем?

Может, мы изучили неправильную информацию? В последнее время в интернете столько искажённой информации…

Но, несмотря ни на что, Ли Са Ён, засунув указательный палец, ощупывал стенки, словно исследуя. Внутренние стенки плотно сжимались даже вокруг одного пальца. Другой рукой он поглаживал талию и тихо прошептал.

— Если больно, скажи, хён. Если странно, тоже говори.

Ча Ый Джэ вместо ответа лишь кивнул, уткнувшись лицом в подушку. Шея под пепельными волосами покраснела. Скорее от стыда и смущения, чем от удовольствия. Наверняка в душе он осыпал его ругательствами. Хотелось увидеть, но если сейчас попросить показать лицо, полетит пинок.

«Милый…»

Что ж, даже это было по-своему очаровательно. А если уж так хочется увидеть лицо…

«Просто сделаю так, чтобы не было сил закрывать лицо».

Он провёл чёрным языком по губам и задвигал пальцами. Каждый раз, когда он касался внутренней стенки и проводил по ней, тело Ча Ый Джэ слегка вздрагивало.

Ли Са Ён наклонился и коснулся губами покрасневшей шеи.

— Вставлю ещё один.

И, не дожидаясь ответа, протолкнул второй палец. Отверстие чуть расширилось. Ах… Слабый стон сорвался с губ Ча Ый Джэ, и он сильнее сжал подушку. Ли Са Ён, заметив побелевшие пальцы, тихо спросил.

— Больно?

— Нет… не то чтобы…

— Тогда странно?

Пепельная голова едва заметно кивнула. Обычно в такой момент он бы ворчал или велел заткнуться, но сейчас послушно отвечал — это было даже мило. Похоже, он действительно настроился всерьёз. Или просто настолько напряжён, что не может нормально соображать.

Ли Са Ён проигнорировал нарастающее тепло внизу живота и продолжил двигать пальцами глубже. Разводя их, словно ножницы, он медленно прорабатывал внутри, и каждый раз раздавался влажный, тянущийся звук.

А Ча Ый Джэ всё так же лежал, уткнувшись лицом в подушку, и думал.

«И зачем вообще люди это делают?..»

Судя по отзывам в интернете, тот, в кого входят, должен испытывать сильное удовольствие через какую-то там простату. Но никакого удовольствия не было. Только странное чувство чужеродности и дискомфорт. И тогда в голову закралась мысль.

«Может, удовольствие получает только тот, кто входит?..»

Неужели всё это обман, придуманный лишь затем, чтобы увеличить количество тех, в кого входят? Он начал сомневаться в информации из интернета. Отношения между мужчинами казались на редкость эгоистичными. Удовольствие только для одного. Он развивал мысль в странном направлении. Знаний явно не хватало.

«Хорошо, что я согласился быть снизу…»

Заставлять Ли Са Ёна терпеть такие ощущения ради собственного удовольствия было бы неловко…

— Хм… должно быть где-то здесь.

В этот момент Ли Са Ён, пробормотав, глубже ввёл пальцы и согнул их. Кончики пальцев резко царапнули что-то внутри.

В тот же миг поясница Ча Ый Джэ дёрнулась вверх.

— А!

Из приоткрытого рта вырвался пронзительный звук. Он не успел его сдержать. Внизу живота кольнуло, а сзади всё резко сжалось. Безвольно обмякший член дёрнулся и приподнялся наполовину.

«Что это?..»

Ча Ый Джэ распахнул глаза, ошеломлённо уставившись в пустоту. Что это только что было? Словно ударило молнией.

В тот же миг губы Ли Са Ёна коснулись его затылка. Низкий смешок эхом прокатился по телу.

— …Нашёл.

— Что?

— Глубоко спрятано. Хорошо, что у меня пальцы длинные… Хотя нет, это даже к лучшему….

Он ещё не успел осмыслить сказанное, как движения пальцев стали резче. Два плотных пальца настойчиво начали нажимать в одну точку.

— А, п-подож… ах, а!..

— Кроме меня... никто не сможет трогать...

Стон сорвался, оборвавшись на полпути. Перед глазами вспыхнул свет. Внизу живота всё задрожало. Нет, нельзя… Он судорожно поджал пальцы ног. По телу прокатилась странная, неведомая дрожь. Мысли рассыпались. Ча Ый Джэ вцепился в подушку, тяжело дыша.

— Погоди, это… странно, ах, мм…!

— У мужчин, хён… есть такое место. Простата.

— Са Ён-а, а, это… ах…!

— Если её стимулировать, то можно… совсем потерять контроль.

— А! Ах… аа!

Как он и сказал, член уже напрягся, из него тянулась прозрачная жидкость. Сознание расплывалось, становилось вязким. Нельзя, сейчас кончу… но так приятно. Сзади всё судорожно сжималось, стискивая пальцы. Он тёрся лбом о подушку, упираясь ступнями в простыню, и тогда чьи-то руки крепко обхватили его талию.

— Уже близко?

Тихий голос прошептал у самого уха. Ча Ый Джэ кивнул. Блять, сейчас… Он сам не понял, произнёс ли это вслух или только подумал. В ответ раздался тихий смешок, и влажный язык скользнул по краю уха. Одновременно прохладная ладонь сжала вставший член. Тело Ча Ый Джэ дёрнулось.

Экстра 7 18+

Экстра 7 (18+).

Холодная рука схватила возбуждённый член. Тело Ча Ый Джэ дёрнулось.

— А, подож… Са Ён-а, а, ах!

Он потёрся лбом о подушку и поджал пальцы ног. Сзади послышался низкий голос, смешанный со смехом и возбуждением.

— Аха… хён, ты такой чувствительный…

Пробежала дрожь. Даже голос Ли Са Ёна воспринимался как удовольствие. Может, тело сломалось. Движения пальца, вращающегося внутри, и руки, сжимающей член, остановились. Тело вздрагивало, словно ожидая грядущего удовольствия. Пальцы, терзавшие его сзади, и рука, сжимающая член, остановились. Тело дёрнулось, будто предвкушая то, что последует. Напряжение и…

…ожидание.

В тот миг, когда он тихо втянул воздух, большой палец, словно нарочно, грубо провёл по головке. Тело Ча Ый Джэ резко выгнулось.

— А, аа! Ах!

— Ха-ха… мило. Ждал, да?

Сзади пальцы снова пришли в движение. Каждый толчок, каждое касание заставляли липкую влагу брызгать в стороны.

— Аа! Это… странно… а! Блять, ах!

Ругательства и стоны вырывались вперемешку. Перед глазами вспыхивали искры. Мысли о том, чтобы сдержаться или не показывать такого позора, таяли под напором наслаждения. А… мм… аа! Ча Ый Джэ уткнулся лицом в подушку, тяжело дыша.

— Са Ён-а, а… я…!

Стоило ему произнести имя, как движения стали ещё быстрее. С каждым движением пальцев влажная смазка разбрызгивалась, раздавался непристойный звук. Одновременное ощущение спереди и сзади сводило с ума. Глаза защипало от слёз.

— Я… сейчас… кончу… ах…!

— М-м… давай.

Ласковый голос прошептал это почти нежно. В тот же миг большой палец грубо прошёлся по головке, а простата была сильно прижата. Тело Ча Ый Джэ резко дёрнулось.

— А, а! А-а-а!

Вместе с протяжным стоном из члена вырвалась мутная струя. Она не остановилась сразу и толчками вырывалась снова и снова, заливая чёрную ладонь. Тело задрожало в судорогах. Из приоткрытого рта капала слюна.

— А… а…

— Фух…

Ли Са Ён тихо выдохнул, глядя на свою руку, мокрую от спермы Ча Ый Джэ. Чёрные пальцы тоже были залиты мутной влагой. Он лизнул большой палец, покрытый спермой. Вкуса он не почувствовал, но одного осознания, что это принадлежит Ча Ый Джэ, было достаточно.

Он наклонился и поцеловал пепельные волосы.

— Хён.

Ответа не последовало. Ча Ый Джэ всё ещё не мог прийти в себя после оргазма. Внутри всё сжималось так, будто хотело раздавить пальцы. Ли Са Ён смотрел на содрогающееся тело. Под задравшейся белой футболкой виднелись напряжённые лопатки, спина, поясница, ягодицы — всё тело было залито румянцем и мелко дрожало.

«…Возбуждает».

Он наклонился и поцеловал вдоль позвоночника. От каждого касания влажное тело вздрагивало.

— …Тебе было хорошо, хён?

Он ласково сжал дрожащие бёдра. Бёдра Ча Ый Джэ были упругими и гибкими. Делая вид, будто вытирает гель, он провёл по промежности и внутренней стороне бедра, и тут же раздался сдавленный звук, а поясница снова дёрнулась.

— Так много вышло.

— …Тихо.

Ответ прозвучал лишь спустя время. Ли Са Ён тихо фыркнул от смеха и мягко провёл ладонью по его спине.

Дрожь постепенно утихала, но Ча Ый Джэ так и не поднимал головы. Он лежал, распластавшись на кровати, уткнувшись лицом в подушку, которую сам же и разорвал. Вокруг валялись клочки наполнителя. Сквозь пепельные волосы виднелись покрасневшие уши и затылок.

— Наверное, стоит купить запасные подушки. А то каждый раз вот так… рвёшь их.

— …Заткнись.

— Угу, понял.

Он осторожно вынул пальцы сзади. Только тогда тело Ча Ый Джэ полностью обмякло. Ли Са Ён вытер руки полотенцем и спокойно сказал.

— Обычно, чтобы начать чувствовать сзади, нужно время. А ты сразу отреагировал.

— …

— С телом у тебя всё отлично.

В ответ прилетел слабый пинок. Ли Са Ён легко увернулся и, перехватив ногу, поцеловал ступню. Тогда Ча Ый Джэ резко приподнялся.

— Эй, ты что делаешь!

Ресницы и уголки глаз были влажными. То ли от слишком сильных ощущений, то ли от чего-то ещё. Лицо пылало — смущённое и до неприличия притягательное. Хотелось тут же снова довести его до предела.

Разумеется, если бы он сказал это вслух, началась бы драка, поэтому Ли Са Ён сдержался. Вместо этого он придвинулся ближе, обнял его за талию и подался вперёд, подставляя лицо, которое так нравилось Ча Ый Джэ.

— Хён ведь не смотрел на моё лицо.

— …

— Я подумал, вдруг тебе не понравилось… Не понравилось? Я сделал больно…?

Нарочно пробормотав это унылым голосом, он заметил, как Ча Ый Джэ беззвучно выругался одними губами. Затем тот потёр затылок и отвернулся в другую сторону. Он всегда так делал, когда ему было неловко или стыдно. Ли Са Ён молча смотрел на его покрасневшее лицо.

Ча Ый Джэ проворчал.

— Ну… не то чтобы не понравилось. И не больно было…

— Правда?

— Чёрт… неловко же….

Ча Ый Джэ грубо взъерошил себе волосы.

— …Ты же видел, что я кончил.

— Угу… Причём гораздо больше, чем обычно.

— Пожалуйста, Са Ён-а. Не надо всё вот так вслух проговаривать…

Ча Ый Джэ застонал и закрыл лицо руками.

— Ты что, хочешь посмотреть, как мне стыдно до смерти? А? Специально?

Но Ли Са Ёну было всё равно. Настроение у него было на редкость хорошее. Сколько бы раз они ни были близки, настолько сильно он ещё ни разу не возбуждался.

Он отбросил мысли о собственной, болезненно напряжённой эрекции. Всё его внимание было приковано к хёну, который дрожал в его руках, достигнув пика. Хотелось смотреть ещё. Хотелось знать больше. Каким он бывает в такие моменты, какой у него голос, какое выражение лица. Всё, до мелочей.

Ли Са Ён обхватил запястье Ча Ый Джэ и тихо прошептал.

— В следующий раз… можно ещё?

— …

— Мне хочется снова почувствовать это. Вместе с хёном.

От ласкового, почти капризного шёпота напряжение в теле немного спало. Ли Са Ён не упустил момент и слегка потянул за запястье. Сквозь пальцы показалось ярко покрасневшее лицо. Спустя секунду пепельная голова едва заметно кивнула. Ли Са Ён тихо усмехнулся и коснулся губами показавшихся между пальцами губ. Это был мягкий, спокойный поцелуй, полный дыхания.

Чмок, и губы разомкнулись. Ча Ый Джэ выдохнул.

— …Хочу пить. Воды.

— Угу. Сейчас.

— И… неприятно. Хочу помыться.

Ли Са Ён послушно кивнул. Ча Ый Джэ на мгновение приоткрыл губы и добавил.

— …Давай вместе пойдём.

Голос был тихим, но Ли Са Ён расслышал каждое слово. Он задержал дыхание, потом медленно сглотнул. Звук сглатывания отчётливо разнёсся в тишине спальни.

Вместо ответа он обнял Ча Ый Джэ за талию и поднялся, прижимая к себе.

Прижатый к нему Ча Ый Джэ прикрывал глаза ладонью, будто не хотел смотреть.

***

Прошло несколько дней.

Щёлк, щёлк. Зажигалка вспыхнула лишь с третьей попытки. Ча Ый Джэ прикурил, глубоко затянулся и медленно выдохнул. Мутный дым расползся по воздуху, вяло рассеиваясь.

— Ха…

Он присел на корточки в переулке и снова поднёс к губам сигарету не просто так. Ему нужно было время, чтобы всё обдумать. Ча Ый Джэ рассеянно уставился в чистое небо, где не было ни чёрных, ни белых дыр.

«Вот оно как…»

В интернете, оказывается, всё ещё полно правды…

Стимуляция простаты или чего там, действительно была приятной. Не просто приятной, а чертовски приятной. Настолько, что становилось даже немного страшно. Разве так можно? Может, это уже опасно? То ли у Ли Са Ёна руки умелые, то ли тело Ча Ый Джэ слишком чувствительное. А может, и то и другое.

Даже когда пошли мыться, он не ограничился просто душем. Бессовестный Ли Са Ён под предлогом «помогу помыться» запустил пальцы сзади, и Ча Ый Джэ, цепляясь за него, царапая область возле лопаток, кончил. Следы от ногтей остались, но тому, похоже, даже понравилось.

«Чёрт, Са Ён-а. Ты не имеешь права называть меня извращенцем…»

После этого было ещё два раза. Один раз они просто трогали друг друга, а в другой, он, опираясь на раковину, зажал этого монстра между бёдер.

«Сожми… бёдра…»

Ощущение того, как это двигается между ног, оказалось неожиданно…

«…Но почему это вообще было так хорошо?»

Он возбудился.

Грубое дыхание за спиной, низкий голос, зовущий его по имени. Руки, крепко сжимающие талию, и член, втискивающийся между внутренними сторонами бёдер. Ча Ый Джэ рассеянно уставился в угол стены.

Неужели он настолько любит этого ублюдка, что с Ли Са Ёном ему подходит вообще всё? Хотя, если судить по тому, как иногда хочется врезать ему, до такой степени он ещё не дошёл.

«Ну…»

Ча Ый Джэ стряхнул пепел в пустую жестяную пепельницу и подпер подбородок рукой.

«Пару раз ещё можно… наверное? Ему хорошо, мне тоже ведь неплохо…»

Его внутренний барьер давно был разбит.

Экстра 8 18+

Экстра 8 (18+).

Есть такая поговорка — начало уже половина дела. Ли Са Ён думал, что в случае с Ча Ый Джэ она работает особенно точно.

«Может, потому что консервативный».

Прошёл месяц с того дня, когда впервые трогали члены друг друга. Хотя началось с несчастного случая с трещиной в ребре, со временем Ча Ый Джэ становился всё более сговорчивым. Когда Ли Са Ён, незаметно обнимая за талию, спрашивал «сегодня можно?», тот хоть и ловко выкручивал руку и убегал, но не пинал. Частота побегов тоже уменьшилась.

Иногда он сам забирался сверху и целовал его. Это был огромный прогресс.

Но Ли Са Ён не спешил с проникновением. Конечно, если бы он вошёл, было бы приятно. Но, как бы крепок ни был человек, боль он всё равно чувствует.

Ли Са Ён хотел, чтобы в первый раз Ча Ый Джэ испытал только удовольствие. Он знал, что тот умеет терпеть боль. Поэтому и хотел подарить ему исключительно наслаждение.

Ли Са Ён продолжал работать пальцами сзади. Пока хён не привыкнет. Из-за того, что он слишком заботился о хёне, пришёл к немного искажённому выводу.

Разумеется, для самого Ча Ый Джэ это было почти невыносимо. И приятно, и раздражающе одновременно.

«Чёртов псих…»

Ли Са Ён был безжалостным. По-настоящему. Если он уже вводил пальцы, то не останавливался, пока Ча Ый Джэ не начинал пинаться, требуя прекратить. И кроме пальца ничего не вставлял.

Ча Ый Джэ всегда быстро привыкал ко всему, что касалось тела. К пальцам он давно приспособился. Он уже был готов и к тому, чтобы принять то пугающее, постоянно дающее о себе знать нечто, принадлежавшее Ли Са Ёну.

Нет, от пальцев тоже хорошо. Но месяц такого издевательства начал выводить из себя.

«Я же сказал, что готов. Почему ты не входишь?»

В конце концов Ча Ый Джэ взорвался и схватил Ли Са Ёна за ворот.

— Блять, Са Ён-а! Хватит совать пальцы, вставь уже свой член!

И всё же Ли Са Ён остался непреклонен.

— Нельзя. Ты всё ещё так сжимаешься. Там узко.

— Да хоть попробуй сначала!

— Нельзя.

Каждый раз он уже был полностью возбуждён и всё равно не входил. От этого у Ча Ый Джэ впервые за долгое время возникло желание решить всё силой. Такое же чувство он испытывал лишь тогда, когда они ещё не знали, кто они друг для друга. Он шумно выдохнул и сжал кулак.

— Са Ён-а…

Фиолетовые глаза моргнули, будто подталкивая продолжать. Ча Ый Джэ твёрдо сказал.

— На некоторое время запрет на прикосновения.

Фиолетовые глаза сузились. Ча Ый Джэ специально смотрел прямо в эти глаза и чётко, по слогам, сказал.

— Ни поцелуев, ни держания за руки, ни объятий. Никаких прикосновений. Нам нужно держать дистанцию.

— …Держать дистанцию?

Бровь Ли Са Ёна дрогнула. Словно ему было и смешно, и неловко одновременно. Он пошевелил чёрными пальцами, машинально потерев край своих брюк.

— Да. Мы в последнее время слишком близко.

— Ха… Запрет на прикосновения? Вот так внезапно?

Ли Са Ён фыркнул. Но, увидев, что выражение лица Ча Ый Джэ не меняется, раздражённо провёл рукой по волосам.

— Ладно, допустим. И когда ты его снимешь?

Ча Ый Джэ почесал щёку.

— Я ещё не решил.

— А?

— Как захочу. Будешь хорошо себя вести, раньше разрешу.

Ча Ый Джэ широким шагом направился к выходу. Яд лечат ядом. Посмотрим, как он выдержит, если долго не трогать и всё равно не позволить войти.

И тут Ли Са Ён, шедший следом, упёрся ладонью в дверной косяк.

— Куда ты идёшь.

— Варить похмельный суп. А что?

Ли Са Ён впился в него взглядом и спросил.

— …Ты вернёшься после работы?

— А что?

— Вернёшься или нет. Ответь сначала.

— …

Хм. Чтобы сильнее раздразнить, может, стоит помаячить у него перед глазами? Ли Са Ён не выдержав даже короткой паузы, нахмурился.

— Ты что, не собираешься спать в одной кровати?

— Что?

Ча Ый Джэ попытался уловить ход его мыслей. Как они вообще перескочили от «никаких прикосновений» к «не спать вместе»? Он что, решил, что речь о дистанции в буквальном смысле — не возвращаться домой и не спать рядом?

«А, чёрт…»

Он изо всех сил сдержал уголки губ, пытавшиеся поползти вверх. Ах, ну и милый же он. Злость уже начинала отступать. Ча Ый Джэ прикрыл рот рукой и негромко кашлянул.

— Нет, я что, сбегаю? Я буду возвращаться домой. И спать будем в одной кровати.

— …

— Только прикосновения запрещены. Понял?

Ли Са Ён всё ещё выглядел недовольным, но медленно кивнул. Ча Ый Джэ едва удержался, чтобы не растрепать ему волосы. Сдержавшись, он торопливо развернулся и будто сбежал прочь.

Почёсывая зудящие ладони, которым так и не дали прикоснуться, Ча Ый Джэ подумал.

«Са Ён-а, это всё ради нас».

Он выбрал шаг назад ради шага вперёд.

***

Запрет на прикосновения в целом соблюдался. Ли Са Ён выглядел недовольным, но старался не прикасаться. Ча Ый Джэ тоже каждый раз, когда Ли Са Ён тянулся к нему, выскальзывал, словно угорь.

Самым опасным моментом было засыпание в одной кровати. Привычка обнимать во сне въелась так глубоко, что рука сама тянулась притянуть к себе. Особенно у самого Ча Ый Джэ, который и ввёл этот запрет.

Каждый раз он просыпался, обнимая Ли Са Ёна, и, опомнившись, поспешно отдёргивал руку. Ли Са Ён усмехался, будто говоря «это ты же запретил», но когда рука исчезала, не мог скрыть разочарования.

Так прошло две недели.

Вроде бы недолго, а вроде и немало. За это время лицо Ли Са Ёна заметно осунулось. Ровная осанка сменилась перекошенной, словно он вот-вот ввяжется в ссору, а ясная улыбка превратилась в холодную усмешку. То, как он сидел, закинув ногу на ногу посреди зала ресторана похмельного супа, будто без слов говорило: «Я сегодня не в духе, держитесь подальше».

Настолько это бросалось в глаза, что даже Пчела пробормотала: «Чёрт, что-то мне сегодня особенно хочется с Ли Са Ёном поругаться…»

«А-а… хочется снять запрет…»

Разумеется, Ча Ый Джэ страдал от этого не меньше. Ему хотелось гладить мягкие вьющиеся волосы Ли Са Ёна, касаться его щёк, держать за руку, крепко обнимать. Он мучительно размышлял: может, уже можно снять запрет?

Но что, если тот всё равно не сдастся?

«Тогда придётся правда попросить у Чон Бина цепь… что уж делать…»

Ча Ый Джэ принял решение.

«Подожду ещё ровно три дня — и всё».

Если тянуть дальше, это превратится в пытку, от которой никому не станет лучше. И главное…

«…Я же с ума сойду».

Стоило лишь слегка коснуться Ли Са Ёна, как в месте прикосновения тут же вспыхивал жар. Будто он намеренно переступал черту, которую сам же когда-то провёл.

Этот проклятый Ли Са Ён полностью приручил его тело.

Единственное отличие от прежнего было в том, что теперь у этой границы появился срок. Ча Ый Джэ облизнул пересохшие губы.

Три дня. Всего три.

***

На следующий день после того, как он принял это решение.

Ча Ый Джэ, как обычно, встал рано и собрался на работу. Ли Са Ён, с ещё не до конца высохшими после душа волосами, вышел его проводить. Он скрестил руки и прислонился к стене. Похоже, собирался ещё немного поспать, прежде чем идти в ресторан похмельного супа.

— Во сколько вернёшься?

— Ну… ближе к обеду, наверное…

Ли Са Ён ответил сонным голосом. Ча Ый Джэ кивнул и начал надевать кроссовки. Ли Са Ён лениво зевнул, не сводя с него глаз.

И тут…

Кап. Кап-кап.

Послышался звук падающих капель.

Обострённое чувство обоняния сразу уловило запах мокрой земли и дождя. Ча Ый Джэ замер, засовывая пятку в кроссовок. Ли Са Ён обернулся. За его спиной в окне были видны тонкие дорожки дождя.

Он сонно пробормотал.

— Дождь идёт.

— Правда? А вроде не обещали… У тебя зонт есть?

— Нет.

— Что? Почему?

Тук. Большая ладонь легла на дверной косяк. Ча Ый Джэ поднял взгляд. Теперь Ли Са Ён стоял чуть выше. Их взгляды встретились. Глаза слегка прищурились.

— …Я их все потерял.

— …

— Так что одолжить не могу.

Ложь.

Он жил здесь уже достаточно долго, чтобы не знать, где лежат зонты. Они были в встроенном шкафу слева от входа. Чёрный, синий и ещё несколько одноразовых. Когда его взгляд скользнул туда, раздалось…

— J.

Имя, которое он давно не слышал.

Сердце дрогнуло.

Услышав «J», Ча Ый Джэ отреагировал почти рефлекторно. Он повернул голову. Лицо Ли Са Ёна оказалось совсем близко. Длинные ресницы дрогнули. Между приоткрытых губ мелькнул чёрный язык. Низкий голос прошептал.

— И что же делать… J.

Эктра 9 18+

Экстра 9 (18+).

— И что же делать… J.

Тон был откровенно затруднённым. Ча Ый Джэ чуть приоткрыл губы. Ничего страшного. Дождь не такой уж сильный, можно и промокнуть. Он уже собирался это сказать.

— …

Но слова так и не вышли.

Он и сам понимал.

— Нельзя же под дождь… простудишься…

Человек перед ним прекрасно знал, какого ответа он ждёт.

— Я волнуюсь.

На миг всё вокруг стихло. Ли Са Ён ждал.

«Ах…»

И провоцировал.

«Вот же гад…»

Чтобы Ча Ый Джэ сам протянул руку. Как в тот самый первый раз.

— Безумец.

— Мне это часто говорят.

Ли Са Ён широко улыбнулся. Этот ублюдок умел выводить из себя.

Горло Ча Ый Джэ дёрнулось.

Всегда, Ча Ый Джэ действовал быстрее, чем успевал подумать.

Бах. Тело Ли Са Ёна ударилось о стену.

Особенно когда он терял контроль…

Крепкая хватка сжала ворот.

Ещё сильнее.

Сухие губы столкнулись.

Язык скользнул внутрь, низкий смешок растворился между губ. Крепкие руки обвили талию, будто больше никогда не отпустят. Ча Ый Джэ, злясь, прикусил пухлые губы. Ли Са Ён криво усмехнулся.

— Ха… Всё? Запрет на прикосновения снят?

— Да, идиот.

— Хорошо, что старательно вышел проводить с утра…

Ча Ый Джэ толкнул его. Ли Са Ён послушно отступил и опустился на пол у входа. Ча Ый Джэ, не разуваясь, сел сверху и снова прижался губами. Слюна смешалась, раздался влажный звук. Вкус одной зубной пасты.

Ча Ый Джэ опустил руку, нащупывая пуговицы тёмно-синей шёлковой пижамы. Ни времени, ни терпения их расстёгивать не было. Ткань треснула, когда он дёрнул ворот.

Ли Са Ён отстранился и усмехнулся.

— Похоже, ты торопишься. Не слишком ли грубо…?

— Куплю новую.

— Угу… раз уж покупать, давай одинаковые возьмём.

— Ладно, открой рот.

Ли Са Ён закрыл глаза и послушно приоткрыл губы. Ча Ый Джэ обхватил его лицо ладонями и снова поцеловал. Язык Ли Са Ёна двигался гибко, как у змеи. Там, где он касался, разливалось щекочущее, приятное ощущение.

«А, блять…»

В следующий раз о запрете на прикосновения он даже думать не станет.

Губы разомкнулись. Ча Ый Джэ уселся на бёдра Ли Са Ёна и стянул с себя футболку. Обнажилось крепкое тело с чётко очерченным прессом. Он не останавливаясь расстегнул застёжку джинсов. Клац. Молния поехала вниз, открывая вздувшееся бельё. Ча Ый Джэ чуть приподнялся и стянул и штаны, и бельё разом. Наполовину вставший член мягко ткнулся в низ живота Ли Са Ёна.

Он был полностью обнажён. В какой-то момент с лица Ли Са Ёна исчезла улыбка. На её месте появилась напряжённость и…

— …J.

Липкое желание.

Под бёдрами член, соприкасающийся через ткань, уже был возбуждён до предела. Ча Ый Джэ не колебался и стянул с Ли Са Ёна пижамные штаны и бельё. Тяжёлый, с набухшими венами член приподнялся. Ли Са Ён обхватил бёдра Ча Ый Джэ и прошептал.

— Гель в спальне, в ящике.

— Угу, знаю.

— Если входить, нужно подготовить…

— Са Ён-а… месяц прошёл. Сколько можно только пальцами?

Ча Ый Джэ сжал свой член, с которого капала прозрачная жидкость, и начал водить по нему. Тук-тук-тук. Он выдохнул хрипло, запрокинув голову. Ладонь быстро стала влажной. Внизу живота всё дёрнулось. Жар обжёг шею, по коже стекал пот.

Фиолетовый взгляд прожигал его насквозь.

«…Я что, правда извращенец».

Он чувствовал, как на него смотрят. Осознание этого только сильнее возбуждало. Ча Ый Джэ нарочно задвигал рукой быстрее.

— А… ха… Са Ён-а, ах…!

В тот же миг чёрная ладонь накрыла его руку. Тихий, надломленный голос прошептал.

— …Зови меня. Ещё.

Пальцы переплелись, сцепляясь крепко-крепко. Движения стали резкими, грубыми, лишёнными всякой сдержанности. Ча Ый Джэ судорожно выдохнул и зажмурился.

— Са Ён-а… ах… хорошо…!

Низ живота напрягся. Когда чёрный большой палец прошёлся по головке, Ча Ый Джэ резко дёрнулся.

— А, угх… ах, аа!

Сперма хлынула, заливая сцепленные пальцы. Тело дёрнулось, дыхание сбилось. Ли Са Ён разомкнул пальцы и провёл мокрой ладонью между ягодиц.

— Я помогу.

— Эй… сегодня… правда… только пальцами не заканчивай, понял?

Он угрожающе посмотрел на него, но пальцы уже проникли внутрь. Ыгх! Короткий стон сорвался сам собой. Склоняясь ближе, Ли Са Ён прошептал прямо у уха.

— …И не собирался.

Следом вошёл второй палец. А, быстро. Движения стали торопливыми, нацеленными не на ласку, а на расширение. Голос Ли Са Ёна дрогнул, словно он сам едва сдерживался.

— Я сейчас… тоже… тороплюсь.

Ча Ый Джэ резко вскинул голову. Он не успел как следует разглядеть лицо Ли Са Ёна, как тот накрыл его губы своими. Одновременно ещё один палец вошёл внутрь. Ча Ый Джэ едва заметно нахмурился. Рука Ли Са Ёна была куда больше, чем у обычных людей, и принять сразу три пальца оказалось тяжело.

И всё же, после долгого перерыва, даже это напряжение постепенно стало ощущаться как удовольствие.

— А… ы…

Ли Са Ён задвигал пальцами. Он проталкивался глубже, чем прежде, словно прокладывая путь. Настолько глубоко, что ощущалась костяшка, когда пальцы доходили до предела. Каждый раз, когда они касались внутренней стенки, тело Ча Ый Джэ мелко дрожало.

Ли Са Ён намеренно развёл пальцы внутри. Ча Ый Джэ запрокинул голову и застонал.

— Ух…

— Больно?

— Нет… нормально… Ах, продолжай…

При каждом движении раздавался влажный звук. Ча Ый Джэ, стараясь выровнять дыхание, привыкал к ощущению инородного присутствия. Сквозь давление постепенно проступало тупое, тянущее удовольствие.

«Чёрт…»

Ему было мало. Хотелось, чтобы касались сильнее. Глубже.

Чем-то большим...

Между его ног огромный член продолжал демонстрировать своё присутствие. От этого становилось только нетерпимее. Ча Ый Джэ схватил Ли Са Ёна за запястье.

— Хватит… вынимай.

— Я ещё не до конца…

— Ты же сам говорил, что спешишь. Я тоже.

Ча Ый Джэ ткнул пальцем в его член. Ли Са Ён тихо застонал, поморщившись. Он сжал запястье сильнее, вытаскивая пальцы. Затем перехватил основание члена. Тот дёрнулся, готовый взорваться. Лицо Ли Са Ёна исказилось.

— А, хён, подожди…

— Тише. Я тоже…

Ча Ый Джэ выровнял дыхание, поставил колени по обе стороны от бёдер Ли Са Ёна и выпрямился. Стоило ему чуть опуститься, как между ягодицами упёрся твёрдый, горячий член.

«Войдёт?..»

Тело отреагировало быстрее мысли. Ча Ый Джэ направил головку ко входу и медленно опустился.

В тот миг, когда она начала входить внутрь…

— А…!

Стоны вырвались у них обоих одновременно. В одном было наслаждение, в другом — боль. Скользкая от предсеменной жидкости головка с усилием протолкнулась внутрь.

Ча Ый Джэ стиснул зубы. Слишком… слишком большое. Даже для него. Ли Са Ён тихо выругался.

— Расслабься… хён… слишком узко….

Лицо его покраснело, исказившись от напряжения. Ча Ый Джэ хотел бы тоже расслабиться, но вместо слов вырвался только сдавленный стон. Пот скатился по подбородку.

Руки Ли Са Ёна метались, не зная, за что ухватиться, пока не вцепились в талию Ча Ый Джэ. Тот, держась за его запястья, медленно принимал его глубже. Проход растягивался, болезненно, плотно.

— Ха… ты почему такой… большой…

Он выдохнул это, дрожа, едва справляясь с дыханием.

Зрение застлала влага — то ли пот, то ли слёзы. Из приоткрытых губ вырывалось горячее дыхание. Боль была знакомой. После стольких ран к ней привыкаешь, хочешь ты того или нет.

Но эта боль была иной.

…Нет, не так.

Что-то изменилось. Внутри, медленно, тело начинало привыкать к форме и жару, принимая его. Рука, державшая его за талию, поднялась и коснулась лица, стерев влагу с ресниц. Мир прояснился. Ча Ый Джэ опустил взгляд.

Полуопавший после разрядки член снова приподнялся. Из щели на головке стекала прозрачная влага, оставляя на животе Ли Са Ёна маленькое мокрое пятно.

Лицо мгновенно обдало жаром. Только теперь он понял, что тело уже приняло происходящее, воспринимая боль как удовольствие.

Чёрные пальцы, вытершие слёзы, скользнули к его губам. Потускневшие от возбуждения фиолетовые глаза смотрели прямо на него. Пухлые, влажные губы приоткрылись.

— J…

Этот голос стал сигналом. Ча Ый Джэ, будто зачарованный, без колебаний опустился ниже, принимая в себя оставшуюся часть.

Экстра 10 18+

Экстра 10 (18+).

Бух, и головка одним рывком вонзилась глубоко внутрь. В тот же миг дыхание перехватило. Мир будто остановился. Перед глазами побелело. А… мозг будто расплавился, перед взором рассыпались белые искры.

Сознание вернулось, когда пальцы проникли в рот. Большой палец, раздвигая губы, заставил снова вдохнуть.

Секундой позже накатила оглушающая волна наслаждения. Тело затряслось, низ живота судорожно сжался.

— А… ха… а…?

Живот Ли Са Ёна был испачкан жидкой спермой. Его член находился внутри. Значит, эта сперма…

Мысль оборвалась, когда палец прижался к языку. Взгляды встретились. В глазах напротив плескалось голодное, жадное пламя.

И в тот же миг…

…снизу снова вонзился член. Бёдра Ча Ый Джэ дёрнулись вверх.

— А…!

— Блять…!

Ли Са Ён жадно прикусил ему ухо, ускоряя движения. С каждым толчком раздавался влажный, липкий звук.

— Хён, ты… сразу… кончил? Серьёзно…

— Я… а… не могу… а…!

— Знаю… чёрт… с самого начала… по простате… понял…

— А… ах…!

— Чертовски возбуждаешь… хён, правда…

Бах, бах. Каждый толчок врезался в стенку, и из члена снова и снова вытекала прозрачная жидкость. Ча Ый Джэ больше не мог удерживать корпус. Его повело, и он рухнул сверху на Са Ёна. Тот тут же обхватил его за талию.

— Знаешь… хён…

Когда положение изменилось, угол проникновения тоже. Это было то самое место, которое он уже столько раз чувствовал пальцами. Тело напряглось, предугадывая очередную волну.

— Когда терпишь так долго…

Ча Ый Джэ резко вскинул голову. Он тёрся лбом о плечо Ли Са Ёна, тяжело дыша. Ли Са Ён прикусил ему край уха.

— Правда хорошо… хён, ты знаешь, как там горячо? А?

Толчки стали резче. Головка снова и снова врезалась в простату. Член тёрся между животами. Несмотря на то что он уже кончил, тот снова поднимался. Голова кружилась, всё внутри плавилось.

— А, ах… Са Ён-а, а, ну, подожди…!

— М-м… хён… тут хорошо? Каждый раз, когда вхожу… так сжимает.

— Хватит, я, я снова… ах, аа!

Слова, больше похожие на мольбу, вырывались вместе со стонами. Ли Са Ён уткнулся губами в шею Ча Ый Джэ.

Бах! Член снова сильно ударил в простату. А! Тело Ча Ый Джэ выгнулось дугой. Из него хлынула прозрачная жидкость, заливая живот и грудь. Одновременно внутри него пульсировал член, выбрасывая горячую сперму. А, аа… даже это ощущалось как наслаждение. Ча Ый Джэ вцепился в плечи Ли Са Ёна, дрожа всем телом.

— А… ха… ыыы…

— Хён, с таким лицом… ахаха, какой же ты развратный. Милый….

Чёрный язык прошёлся по его щеке. Только теперь Ча Ый Джэ понял, что щёки и ресницы у него мокрые. Это были не слёзы боли или грусти — это были слёзы от переполненного наслаждения.

Ли Са Ён коснулся губами его щеки и прошептал.

— Давай ещё немного… ладно?

Член, находящийся внутри, снова начал твердеть. Да что с ним не так. Ругательство, готовое сорваться с губ, утонуло в новом поцелуе.

Зрение расплывалось. Ча Ый Джэ, пребывая в полубессознательном состоянии, покачивался в такт движениям Ли Са Ёна и в то же время принимал решение. Больше никогда не верить ни единому его «немного». Этот ублюдок вообще не знает меры.

Хлюп, и из него снова вырвалась жидкая сперма. Но бёдра, вбивающиеся сзади, не остановились. Ча Ый Джэ вцепился в руку Ли Са Ёна.

— А, ха, я… я уже, а, аа!

— Угу… ещё чуть-чуть.

— Я же сказал, я кончил, чёрт, ах, нет, не надо…!

Снова брызнула мутная влага, падая на кафельный пол.

Однажды сорвавшись, Ли Са Ён уже не останавливался. Близость, начавшаяся в прихожей, не снимая обуви, продолжалась, перемещаясь с места на место.

В прихожей два раза. Потом, когда заныла спина, перебрались на диван. Потом к кухонному столу, где Ча Ый Джэ, запыхавшись, упёрся руками, чтобы глотнуть воды. А теперь…

— А, Са Ён-а, хватит, давай… отдохнём, ах!

Теперь — в ванной, у раковины. Прямо сейчас.

Бах, бах. С каждым толчком сперма Ли Са Ёна вытекала, стекая по бёдрам. Звук липкой плоти стал громче, чем шлепки тел друг о друга.

Ча Ый Джэ вцепился в край раковины, согнувшись. Если бы он навалился сильнее, она бы точно треснула.

Ли Са Ён, вбиваясь в него, прижал его к себе, поднимая корпус. Другая рука обхватила подбородок и щёку.

— Покажи лицо, хён.

— А, ха… зачем…!

— Сейчас у тебя лицо… очень развратное….

В запотевшем зеркале едва отражались их силуэты. Под растрёпанными пепельными волосами было покрасневшее лицо, влажные глаза, расплавленные наслаждением. Чёрт. Ча Ый Джэ зажмурился. Тёплые губы коснулись его щеки.

— Видишь? Покраснел….

— Затк…нись….

— М-м… тяжело?

Голос Ча Ый Джэ дрожал, сорванный бесконечными стонами. Он вцепился в запястье Ли Са Ёна. На сильной руке отчётливо проступали следы его пальцев.

— Я… ха… больше, чем ты… кончил, ах…!

Бах! Член снова врезался глубоко внутрь. А… правда… слов не находилось. Тело честно отвечало на удовольствие. Ча Ый Джэ выгнулся, мелко задрожав.

— А… мм… хватит…!

— Угу… да. Тогда ещё немного и отдохнём.

Чёрный язык скользнул по щеке. Он же говорил это и на кухне, ублюдок. Ча Ый Джэ хотел огрызнуться, но в тот же миг чёрные пальцы нащупали область ниже пупка. Это было не для опоры. У прикосновения была иная цель. Незнакомое ощущение заставило кожу остро отозваться. При каждом движении напрягались крепкие мышцы живота.

— Хм…

Ли Са Ён медленно двигал пальцами, глядя на их отражение в зеркале.

Чёрные пальцы скользнули ниже пупка.

— Вот сюда… интересно, войдёт ли…

— П-подожди…

— Мм… кажется, войдёт….

Ладонь прижалась к животу сильнее. А… Ча Ый Джэ широко распахнул глаза.

— А…!

Грудь вздыбилась. Нет, это странно. Слишком странно. Наполненный живот сдавили, и вместе с привычным удовольствием накрыла иная, тревожная чувствительность — ближе к позыву. В голове тревожно замигал сигнал.

Ча Ый Джэ поспешно вцепился в руку Ли Са Ёна.

— Не, не дави, странно, ах…!

Тот снова двинулся. Теперь не резкими толчками, а медленно, глубоко вдавливаясь и прижимая изнутри. К этому добавилось давление руки на живот.

— Ах… аа! А! Х-а, не, а-а!

Ча Ый Джэ вцепился в руку Ли Са Ёна, задыхаясь. Что-то поднималось, накатывало слишком сильно. Нет, это ненормально. Член, глубоко внутри, скользнул назад, и тут же снова резко ударил.

Бах.

Из раскрытого рта не вырвалось даже крика — лишь выдох. Вместо этого из члена хлынула прозрачная жидкость. Тело дёрнулось, будто от судороги.

— А… ах… ы-ы…

Мозг будто расплавился от переизбытка ощущений. Ли Са Ён крепко прижал дрожащего Ча Ый Джэ к себе.

— Красивый, J.

Мысль тонула, сознание медленно уплывало.

Нет… ты труп…

***

Когда он открыл глаза, за окном уже стемнело. Пока он спал, его, видимо, вымыли. Тело, ещё недавно липкое от спермы и прочих жидкостей, теперь было сухим. На нём была привычная домашняя футболка и спортивные штаны.

Ча Ый Джэ сел, опустив ноги на пол. Осторожно пошевелился. Кроме ломоты в мышцах и лёгкой усталости, ничего серьёзного не чувствовалось.

«Да здравствует бывший S-класс…»

После всего этого он всё ещё мог встать. Ча Ый Джэ мысленно поблагодарил своё крепкое тело и восстановление.

В этот момент дверь открылась. Ли Са Ён вошёл с чёрным пакетом в руке.

— А, хён.

Первым делом Ча Ый Джэ посмотрел ему в глаза. К счастью, прежний безумный блеск исчез. Ли Са Ён окинул его взглядом с головы до ног.

— Тело в порядке? Я подумал, что ты какое-то время не сможешь встать, вот и купил кашу и лекарства.

Ли Са Ён показательно потряс пакетом. Ча Ый Джэ мягко улыбнулся.

— Спасибо, Са Ён-а.

Он присел на край кровати и жестом подозвал его.

— Мне нужно кое-что сказать.

Ли Са Ён подошёл неуверенно и сел рядом, начав разминать ему плечи. То ли понимал, что виноват, то ли просто делал это по привычке — непонятно. Но было приятно.

Ча Ый Джэ сложил руки и долго подбирал слова.

— С тех пор как я пробудился… я впервые вот так отключился просто от физической усталости.

— Угу.

— Тебе нечего сказать?

Ли Са Ён покрутил глазами и ответил.

— …Ну, прости, что не сдержался и так тебя загонял.

Мм. Ча Ый Джэ кивнул. Начало было неплохим.

— И?

— Было слишком хорошо.

Мм. Мм? Ча Ый Джэ чуть наклонил голову. Ну… ладно. Хорошо — это, конечно, хорошо. Ему и самому было хорошо. Просто слишком уж…

— …И?

— Ты был чертовски горячий.

Мм? Ча Ый Джэ прищурился. Начинало казаться, что это он зря продолжает слушать.

— …И?

— Я правда не сдержался. В следующий раз буду себя контролировать. Буду смотреть на твоё состояние.

Ли Са Ён потерся щекой о его ладонь. Ну… в общем, сойдёт. Ча Ый Джэ притянул его к себе и повалился на кровать.

Кровать была выбрана Ли Са Ёном лично. Прочная, с крепким каркасом и хорошим матрасом, выдерживающим любые нагрузки. Ли Са Ён обнял Ча Ый Джэ за талию и уткнулся лицом в его шею. Мягкие волосы щекотали кожу.

Ча Ый Джэ привычно похлопал его по спине. С какого момента ему стало так привычно засыпать, обнимая его? Теперь без этого большого тела в объятиях было даже пусто.

Даже он, кто обычно плохо спал, рядом с Ли Са Ёном засыпал мгновенно.

…Но сказать всё-таки нужно.

— Са Ён-а.

Ча Ый Джэ тихо прошептал, поглаживая его по спине.

— Давай теперь только три раза в неделю.

И тут же прижал его рукой, когда тот попытался вскочить.

— Это что значит? Отпусти меня сейчас же.

— Ну-ну, три раза в неделю.

— Ча Ый Джэ!

— Эй, ты чего имя хёна так просто произносишь.

Ча Ый Джэ, ловко удерживая возмущающегося Ли Са Ёна, подумал.

Во всём нужна мера. Во всём.

— Хён!

…Мм. Может, трёх раз всё-таки мало? Может, лучше четыре?

Ча Ый Джэ всегда был мягок к Ли Са Ёну. Как и всегда.

Каждый по-своему

Экстра 11.

С исчезновением системы вместе с концом света мир, в котором исчезло всё, появившееся после Дня разлома, постепенно начал меняться. Люди понемногу привыкали к новой реальности. Возможно, это действительно можно было назвать возвращением к тому, что существовало до Дня разлома. Но даже если так, более чем десятилетний путь и новая жизнь, выстроенная за это время, никуда не исчезли.

Кто-то потерял близких, кто-то лишился работы, а у кого-то жизнь изменилась полностью. Система, появившись и исчезнув, всё равно оставила следы, которые невозможно было стереть.

В тот день, когда люди старались приспособиться к изменившейся жизни, те, кто уничтожил систему…

— Зачем вообще мыть посуду руками. Я же говорил, поставлю посудомоечную машину. Промышленную.

— Места нет.

Они препирались в ресторане похмельного супа.

Старые настенные часы показывали десять вечера. Причиной спора был Ли Са Ён, который в розовых резиновых перчатках усердно оттирал керамическую тарелку. Ча Ый Джэ, вытирая стол, ответил:

— Да и руками быстрее выходит. У тебя просто еще недостаточно навыков.

— Ха, какие ещё навыки нужны, чтобы мыть тарелку…

— Тяжело, так передай мне. Я уж подумал, с чего вдруг ты решил помочь.

— Мне не тяжело.

— Тогда молчи и хорошенько три. И ты разве не видишь, как тут тесно?

— Надо было сделать ремонт, когда принимал заведение. Я же говорил, что заплачу.

— Какой ещё ремонт. Эта атмосфера и есть самое лучшее.

Ли Са Ён покачал головой, словно смирившись. Ча Ый Джэ, расправляя тряпку, мельком посмотрел в сторону кухни. Крупный парень, согнувшись у раковины, мыл посуду. Вид у него был немного жалкий. Подойдя ближе, Ча Ый Джэ сказал:

— Са Ён-а, выйди и подмети пол. Я домою посуду.

— Я и сам могу.

— Знаю. Но давай быстрее закончим и пойдём домой.

Он похлопал его по спине. Ли Са Ён с недовольным выражением лица начал снимать резиновые перчатки. Ча Ый Джэ потянулся, чтобы их взять, но вдруг замер. В кармане фартука завибрировал телефон.

«Кто может звонить в такое время?»

Он взглянул на экран и тихо удивлённо выдохнул.

[Директор Хам Сок Джон]

Хам Сок Джон. Она оставила пост директора и жила уединённо. С Ча Ый Джэ они время от времени поддерживали связь, но всё же…

«Что-то случилось? Опять какие-то странные типы устроили беспорядки?»

Зачем ей звонить так поздно. Ча Ый Джэ, напряжённо сглотнув, принял вызов.

— Да, алло…

— Ый Джэ.

— Да, слушаю.

— Ты не думал завести щенка?

— Что? Щенка?

Ча Ый Джэ переспросил с растерянным видом и поудобнее перехватил телефон. С другой стороны трубки Хам Сок Джон спокойным голосом продолжила:

— Я подобрала бродячую собаку и отвезла её в клинику. Оказалось, она беременна. Родила шестерых щенков.

Прислушавшись, он уловил за её голосом тихое попискивание. Шесть новорождённых щенков и одна взрослая собака. Всего семеро. Щенки требовали немало заботы. Ча Ый Джэ почесал щёку.

— Их так много… Вы справитесь одна?

— Вот поэтому я и позвонила. Когда подрастут, будет тяжело справляться.

Хам Сок Джон тихо вздохнула.

— Мать я ещё смогу оставить у себя, но всех щенков взять не получится. Колени уже не те.

Даже когда она покидала пост директора, ей приходилось опираться на трость. Ходить она могла, но бегать или быстро двигаться уже нет. Разве Нам У Джин не смог бы её вылечить? Он как-то осторожно спрашивал об этом у Чон Бина, но в ответ получил лишь, что тот не знает.

Если вспомнить ту неловкую улыбку, с которой тот отвечал, у него явно были свои причины…

«Она говорила, что пострадала после разлома на Западном море…»

Пока он погружался в размышления, из динамика донёсся тихий писк щенков. Затем она снова заговорила.

— Не мог бы ты спросить, есть ли кто-нибудь, кто захочет взять щенка? Кажется, ещё месяц нужно будет подождать, прежде чем можно будет отдавать. Говорят, если слишком рано разлучить с матерью, это плохо.

— Хорошо, я поспрашиваю.

— Спасибо.

Её голос стал тише, словно она собиралась заканчивать разговор. Ча Ый Джэ поспешно остановил её.

— А… можно я загляну к вам?

Она не ответила сразу. Ча Ый Джэ торопливо добавил:

— Ничего особенного, просто… посмотреть на щенков и, может, помочь с уборкой.

— Хе-хе. Хорошо. Ты ведь знаешь адрес?

— Да. Тогда я заеду ненадолго в выходные.

Он слегка наклонил голову, хотя она этого не видела, и завершил звонок. Тяжело выдохнув, он убрал телефон в карман. В этот момент Ли Са Ён, подметавший пол, выпрямился.

— Директор Хам Сок Джон?

— Угу.

— Щенки?

— Угу. Ты всё слышал. Пойдём вместе завтра?

Ли Са Ён слегка пошевелил пальцами с почерневшими кончиками.

— Пока яд не исчезнет, нельзя. Щенки могут погибнуть.

Ах да. Ча Ый Джэ с досадой прикусил губу. Ли Са Ён, прокрутив метлу в руках, спросил:

— А у тебя раньше была собака?

— Нет.

— Хм… неожиданно.

— Почему? Думал, была?

— Почему-то да.

— Родители не разрешали. Говорили, что шерсть будет повсюду. Зато я часто ходил в гости к друзьям, у которых были собаки.

Он вдруг почувствовал на себе внимательный взгляд. Ча Ый Джэ, надевая резиновые перчатки, остановился и спросил:

— Что такое?

— Ничего… Просто впервые слышу, как ты рассказываешь о времени до пробуждения.

— Правда?

Ча Ый Джэ потер шею. И правда, повода рассказывать не было. Ли Са Ён продолжал подметать пол и сказал:

— Расскажи ещё. Мне интересно.

— Что именно?

— Ну… каким ты был раньше. Чем занимался до пробуждения.

Слова «до пробуждения» прозвучали особенно отчётливо. Ча Ый Джэ попытался вытащить из глубины памяти давно утонувшие воспоминания. Прошло уже больше десяти лет с того дня, как появился разлом, и он намеренно хоронил прошлое. Тоска была ядом, а мысли о том, к чему нельзя вернуться, казались бесполезными.

Но всё же…

— Что именно тебе интересно?

— Да что угодно. Каким ты был, чем любил заниматься.

То, что сейчас они могли вот так спокойно разговаривать в ресторане похмельного супа, стало возможным лишь благодаря прошлому. Пусть и болезненному, но ставшему основой нынешней жизни.

Поэтому Ча Ый Джэ впервые за долгое время позволил себе вспомнить детство, в котором не было ни разломов, ни монстров, ни системы. Время, когда рядом были семья и друзья.

— Я был обычным ребёнком. Любил бегать. Родители даже хотели отдать меня на футбол, потому что я постоянно носился.

— В детский футбольный клуб? Ты и туда ходил?

— Ага. Было весело. Но только до начальной школы.

— Почему?

— Потом сказали, что надо больше учиться. Да и я сам не собирался становиться спортсменом.

Ли Са Ён прищурился, явно заинтересованный.

— А в средней школе?

— Постоянно играл с друзьями в футбол, по дороге домой покупали мороженое, спорили, бегали. На переменах бегали в магазин. Учёба была не так важна, как друзья. Разве не так?

— А ты не опаздывал?

— Нет. Я вообще всегда получал грамоту за отличную посещаемость. Ни разу даже раньше не уходил.

Ча Ый Джэ демонстративно поднял два пальца, изображая знак «V». Ли Са Ён тихо усмехнулся.

— Вот как. С самого детства был прилежным…

— А ты?

Он мельком видел обрывки воспоминаний юного Ли Са Ёна, когда блуждал по пустыне, но всё же хотел услышать это от него самого. Ли Са Ён ответил коротко:

— Просто всё время ездил за родителями за границу. Поэтому и воспоминаний толком нет. Нигде подолгу не задерживались. Где год, где полгода, где снова год.

— Эй, так нечестно. Я тут всё выложил.

— Но это правда.

— Тогда хотя бы поровну. Рассказывай ещё.

— Ну ты так говоришь, будто я тебе это задолжал… А, вспомнил кое-что.

Ли Са Ён легко постучал пальцами по губам и приподнял уголки рта в улыбке.

— В детстве я был детской моделью. Снимался для обложек журналов, рекламировал детскую одежду. Я сам не помню, но так говорили родители.

— …Правда?

— Наверное. Но, говорят, долго я не продержался. Всё время хмурился. А детям-моделям нужно улыбаться. Вот меня и убрали.

Чёрт, как же интересно. Ча Ый Джэ крепче сжал тарелку и спросил:

— А если поискать в интернете, можно найти? Помнишь, что за журнал был? Это в Корее было?

— Не знаю. Я даже не помнил, что был моделью. Наверное, в Корее.

Ли Са Ён равнодушно ответил и, взяв совок, вышел из ресторана похмельного супа. Ча Ый Джэ схватился за голову. Чёрт побери, пустыня. Почему ты показала только то, как Ли Са Ён избивает кого-то, а не такие моменты.

…Стоп.

Он достал телефон. К счастью, у него был знакомый, который мог помочь. Настоящий мастер сбора информации, Скумбрия. Ча Ый Джэ снял резиновые перчатки и быстро задвигал пальцами.

: Можешь найти фото Са Ёна как детской модели? Заплачу сколько скажешь.

Экстра 12

Не прошло и много времени, как от младшего Скумбрии пришёл ответ.

: Ого

: Вы говорите, Ли Са Ён был детской моделью?

: Серьезно?

: В каком возрасте?

…В каком же? Ча Ый Джэ наклонил голову, задумавшись, и ответил.

: Он был моделью для детской одежды? Говорит, сам не помнит

: И вроде бы ещё был моделью для обложек журналов

Из-за двери донёсся шорох пакета. Похоже, выносил мусор и прибирался. Младший Скумбрия тут же прислал ответ.

: Вау… Ли Са Ён жил очень усердно

: Окей, принято

: Но материалы до Дня Разлома может быть трудно найти, так что прошу понять~♡

Как и ожидалось, с ним легко договориться. Он уже собирался убрать телефон, как пришло уведомление. Это были фотографии щенков, присланные Хам Сок Джон.

«С ума сойти!»

Ча Ый Джэ пролистал фотографии мягких и пухлых комочков. Цвета были разные. Черные, коричневые, с черными пятнами на белом, с белыми пятнами на коричневом, белые, кремовые. Всего шесть щенков.

Была и фотография матери, растянувшейся, пока щенки сосали молоко. Шерсть у неё была смесь коричневой, черной и белой шерсти. Видимо, они в равной степени унаследовали мамины цвета.

Поверх снимков пришло сообщение.

: Кремовый — самый младший, плохо сосёт молоко, поэтому кормлю отдельно.

Понял, присылайте фото почаще… Ча Ый Джэ как раз отправлял ответ, когда Ли Са Ён снова отодвинул раздвижную дверь и вошёл.

Ча Ый Джэ тут же сунул ему под нос телефон.

— Эй, смотри. Щенки. Милые, правда?

Ли Са Ён мельком глянул и кивнул.

— Ну да… милые.

— Чего это ты так вяло реагируешь? Не милые?

Реакция была не той, на которую он рассчитывал. Он думал, что будет хотя бы что-то вроде «точно, милые». А тот вообще едва взглянул. Выражение лица Ли Са Ёна, смотревшего на Ча Ый Джэ, стало загадочным.

Он пристально посмотрел на него и, приподняв уголки губ, улыбнулся.

— Хочешь знать?

— А? Ага. Ты что, не любишь щенков?

Пухлые губы приблизились к уху. Что он опять собирается сказать? Ча Ый Джэ сглотнул. Низкий голос прошептал:

— Потому что хён милее. Чем щенки.

Тёплое дыхание коснулось уха, и по коже тут же пробежали мурашки.

— Ты с ума сошёл! Что за мерзости ты сейчас несёшь!

Ча Ый Джэ с размаху хлопнул по широкой спине резиновой перчаткой. Хлюп! Вместе с сочным звуком во все стороны брызнули капли воды.

— А-ха-ха-ха-ха!

Ли Са Ён рассмеялся вслух. Казалось, ему действительно было очень смешно, он смеялся, прищурив глаза. Ча Ый Джэ указал в сторону зала.

— Давай лучше столы убери!

— Ха-ха… ой, насмешил… Ладно.

Ли Са Ён, периодически взрываясь смехом, направился в зал. Ча Ый Джэ влажной тыльной стороной руки потер пылающие щеки.

После звонка Хам Сок Джон Ча Ый Джэ стал регулярно навещать её дом. По советам из интернета он закупил пелёнки для щенков и корм.

В какой-то момент к ним начала присоединяться и Ха Ын.

Ча Ый Джэ, держа за руку подпрыгивающую на ходу Ха Ын, тихо вздохнул.

Увидев фотографии щенков, она тут же улеглась на пол и начала требовать, чтобы её тоже взяли с собой. Обычно спокойная, сейчас она упрямилась так, что Ча Ый Джэ ничего не мог с этим поделать.

«Говорят, нельзя потакать капризам…»

Но разве это не мило? В конце концов Ча Ый Джэ позвонил Хам Сок Джон и попросил разрешения прийти.

— Племянница?

— А, нет, не кровная племянница, это… отношения как у меня с тетей. Внучка бабушки из ресторана похмельного супа, живет с бабушкой.

Бабушка и Ха Ын по-прежнему жили вдвоём. Ча Ый Джэ при любой возможности заходил к ним, покупал продукты, помогал по дому, иногда даже готовил. Ему хотелось, чтобы они вчетвером жили вместе с Ли Са Ёном, но тот отказался.

«Нельзя. Из-за яда. Лучше вообще не контактировать».

Это была правда. Противогаз и перчатки, специально изготовленные из побочных продуктов монстров, оказались бесполезны. Ли Са Ён сам избегал контактов с обычными людьми. Не хотел создавать лишних проблем.

«Если бы не я, что бы ты тогда делал, серьезно…»

Человек не может жить один. Нужно жить, строя отношения с кем-то. Если бы не Ча Ый Джэ, Ли Са Ёну пришлось бы жить в одиночестве, пока его способность не исчезнет. Ча Ый Джэ повертел в руках телефон.

«Может, лет через пять мы сможем жить вчетвером…»

На том конце провода Хам Сок Джон некоторое время молчала. Пока Ча Ый Джэ водил носком кроссовка по полу, она наконец заговорила.

— Ты… похож на свою тетю.

— …

— Ладно, приводи.

В день, когда он впервые пришёл с Ха Ын, Хам Сок Джон встретила их с лёгкой улыбкой. Раньше она просто угощала чаем, но с того дня стала добавлять и простые угощения для Ха Ын.

— Щеночки, щеночки!

— Так радуешься? Нравится?

— Да!

Ха Ын подпрыгнула и заскочила в лифт. Хам Сок Джон, временно жившая у тёти, купила квартиру напротив и поселилась там. Место было знакомым и Ча Ый Джэ. Он бывал здесь несколько раз после того, как тётю перевели в инчхонское отделение.

Каждый раз, выходя из лифта, Ча Ый Джэ ощущал странное чувство. Словно вернулся в прошлое. Он невольно задумывался, сменился ли код от двери тётиной квартиры. Иногда возникало желание попробовать открыть дверь, но он тут же отбрасывал эту мысль. Хам Сок Джон бы сразу услышала, да и это было бы невежливо.

Ха Ын встала на цыпочки и нажала на звонок.

— Тётя!

С лаем открылась дверь.

— Пришли? Осторожнее заходите. Ча Ый Джэ, возьми Ха Ын на руки.

Хам Сок Джон была в простой футболке и брюках. Ча Ый Джэ, как обычно, хотел перешагнуть через ограждение, но замер с поднятой ногой. Подросшие щенки уже подбежали, виляя хвостами, и облепили ограду. Кто-то жалобно поскуливал, кто-то звонко тявкал. Ча Ый Джэ поднял Ха Ын на руки, усадил её на диван и подхватил одного из щенков, столпившихся у его ног.

— Уа… Потяжелели. Почему они так быстро растут?

— Вот и я о том же. Наверное, потому что и молоко матери пьют, и прикорм вместе едят. Фух… совсем выматывает.

— Дядя, мне щеночка!

— Эй, подожди.

Ча Ый Джэ передал Ха Ын коричневого щенка, которого держал на руках. Та, сияя глазами, крепко прижала его к себе.

— Подожди немного. Я принесу попить. Ха Ын, апельсиновый сок?

— Да!

Хам Сок Джон негромко усмехнулась и ушла на кухню. Ча Ый Джэ, лавируя между щенками, цеплявшимися за его ноги, сел рядом с Ха Ын. Мать, словно дожидаясь, подошла ближе, виляя хвостом, и подалась к его коленям. Стоило погладить её по голове, как она высунула язык и радостно задышала.

«Ах, какая милая».

Ча Ый Джэ улыбнулся и принялся чесать ей голову и шею. В ответ хвост замахал ещё быстрее. Маленькие щенки тоже потянулись к нему, словно прося, чтобы их тоже погладили. Хам Сок Джон, выходившая из кухни с подносом, тихо усмехнулась.

— Вот теперь ты выглядишь на свой возраст.

— В хорошем смысле. Я и не знала, что ты любишь собак.

— Наверное, вы и не могли знать. Когда я был охотником, с собаками почти не сталкивался. А, дайте мне, пожалуйста.

Ча Ый Джэ попытался подняться, чтобы взять поднос, но Хам Сок Джон покачала головой.

— Не нужно. Сегодня пейте прямо так. Щенки могут пролить. Теперь они дотягиваются и до стола.

— А, хорошо. Понял. Ха Ын, держи.

Ха Ын то пила сок, то бросала его и снова играла со щенками. Ча Ый Джэ взял в руку и ее стакан тоже. Хам Сок Джон села рядом с Ча Ый Джэ.

— Думаю, пора начинать раздавать щенков. Вторую прививку мы уже сделали.

— Всех шестерых будете отдавать?

— Вон того, самого маленького, видишь? Думаю, его оставлю себе вместе с матерью.

Это был тот самый кремовый щенок. Ча Ый Джэ кивнул, фотографируя Ха Ын, играющую с ним.

— Хорошо. Я поищу надёжных людей.

— Буду благодарна.

Хам Сок Джон погладила подошедшую к ней собаку и спросила:

— Говорят, ты полностью взял на себя ресторан похмельного супа. Как там дела?

— Ну… да. В целом всё неплохо.

— Работа нравится?

— Да. Нравится. Наверное, потому что работаю с людьми, которых знаю. Ха-ха…

Ча Ый Джэ немного помедлил и спросил:

— А вы как, тётя Сок Джон, в последнее время?

После того как она перестала быть директором, подходящее обращение подобрать было трудно. В итоге он назвал её тётей. Когда она впервые услышала это обращение, то широко раскрыла глаза, а затем мягко улыбнулась. Это было безмолвное разрешение.

— Не знаю… С собаками столько хлопот, что и не замечаю, как проходят дни. Просто живу потихоньку.

Ча Ый Джэ посмотрел на отражение троих в погасшем экране телевизора напротив. Будет ли у них ещё возможность побыть вдвоём? Когда исчезнет эта ниточка в виде щенков, будет ли у него повод приходить сюда?

«Наверное, иногда буду просто интересоваться, как дела».

Возможно, сейчас был его последний шанс. Ча Ый Джэ сжал кулак и заговорил:

— Я… хотел бы сходить домой. …К тёте Хэ Гён.

— …

Рука Хам Сок Джон, гладившая собаку, резко замерла.

Экстра 13

Ча Ый Джэ упрямо продолжил говорить.

— В том доме тоже управляет тётя Сок Джон, верно?

— Да, верно.

— Если вам удобно…

— Удобно, конечно, но давай в другой день. Не сегодня.

— А? Почему…?

Её взгляд скользнул к Ха Ын, которая валялась на диване, играя с щенками. А… Ча Ый Джэ поставил стакан с соком на бедро и пригладил растрёпанные волосы Ха Ын. От прикосновения та рассмеялась.

— Щекотно!

Хам Сок Джон тихо рассмеялась вслед за ней.

— Ха-ха, сегодня ты вряд ли сможешь сосредоточиться.

— …Это правда.

Ча Ый Джэ неловко улыбнулся. Хам Сок Джон тепло посмотрела на Ха Ын.

— Приходи, когда щенков всех пристроим. Когда появится свободное время.

— А, хорошо. Ха Ын, будешь ещё сок?

— Нет!

— Тогда я отнесу стаканы. И ваш тоже, тётя.

— Хорошо, будь добр.

Ча Ый Джэ взял три стакана и направился на кухню. Кухня, как и ожидалось, была аккуратно прибрана. Всё на своих местах, будто отражая характер хозяйки. Он включил воду и начал мыть стаканы. Из гостиной доносились радостный голос Ха Ын, возня щенков и спокойный голос Хам Сок Джон.

— Тётя, раз уж пришёл, помогу по дому немного.

— Не нужно. Тут и так особо делать нечего.

— Ну хоть приберусь немного. Ничего страшного. Присмотрите за Ха Ын, пожалуйста.

Ча Ый Джэ взял сухое полотенце и начал вытирать столешницу у раковины. Увлёкшись уборкой, он вдруг оглядел кухню. Посуда, ложки и палочки — всё было рассчитано только на одного человека. Стаканы тоже сначала были бумажными, но тётя купила новые, узнав, что придёт Ха Ын. Когда они перестанут навещать её, всё снова сведётся к одному.

«Справится ли она одна?..»

Он знал, что она сильная. Но жить в одиночестве… разве это не слишком тяжело? Самым невыносимым в разломе на Западном море было именно одиночество.

Одиночество разрушает людей. Даже самых сильных.

Ча Ый Джэ кое-как вытер мокрые руки о штаны и направился в гостиную. Хам Сок Джон уже держала уснувшую Ха Ын на руках и молча смотрела на неё.

— Уснула?

— Да. Дети засыпают очень быстро.

Мягкая улыбка казалась непривычной. Ча Ый Джэ сел среди щенков, которые тут же облепили его, и провёл рукой по мягкой шерсти. Помедлив, он открыл рот.

— Тётя, а у вас есть причина жить здесь одной?

— М?

— Кроме меня ни с кем вообще не общаетесь. Даже звонки от Чон Бина не принимаете.

— …

— Наверное, у вас есть свои причины, но…

— Ый Джэ.

Ча Ый Джэ резко поднял голову. Хам Сок Джон спокойно смотрела на него.

— Ты правда не понимаешь?

— А? Эм… нет….

— Вот как. Понятно.

Она перевела взгляд к окну в гостиной. Следующие слова прозвучали неожиданно.

— А если спросить у Са Ёна?

— У Са Ёна?

Причём тут Ли Са Ён? Ча Ый Джэ удивлённо переспросил, и Хам Сок Джон тихо рассмеялась.

— Ему это не понравится, если я так скажу, но мы с ним довольно похожи.

— …

— Поэтому он меня и избегает. Что-то вроде отвращения к себе подобным, наверное.

Ли Са Ён и Хам Сок Джон похожи? В голове всплыло лицо Ли Са Ёна. Парень с красивым лицом, который только и делает, что выпаливает гадости. Делает своё дело как следует, но разве его можно сравнить с директором…? Растерянность, должно быть, отразилась на лице, потому что Хам Сок Джон, прикрыв рот, улыбнулась, словно ей было забавно.

— Так сильно задумался?

— Нет, просто думаю, похожи ли...

— Такое бывает. В любом случае, если не поймёшь — спроси у него. Хе-хе… думаю, он сразу угадает. Я ручаюсь.

В этот момент у Ча Ый Джэ зазвонил телефон. Про тигра заговоришь, и он тут как тут. Это было сообщение от Ли Са Ёна.

: Когда придёшь

— А, уже время… Я, пожалуй, пойду.

— Хорошо. Иди осторожно. Когда определишься с датой, сообщи.

Ча Ый Джэ взял Ха Ын на руки и направился к выходу. Хам Сок Джон помахала ему рукой. Он слегка поклонился и вышел из дома.

***

Если спросить, нашёл ли он ответ.

«Совсем нет».

А если спросить, спросил ли он Ли Са Ёна.

«Не спрашивал».

Спросить у Ли Са Ёна он оставил на самый крайний случай. Всё-таки дело касалось двух тёть, и он хотел найти ответ сам. Но сколько ни думал, подходящей причины так и не находил.

«Да почему же… Может, боится, что если поддерживать связь, эти охотники начнут донимать? Или просто хочет спокойной жизни?»

Он аккуратно раскладывал противоскользящие коврики, пледы и пелёнки на полу в комнате ресторана похмельного супа, тщательно подготавливая всё. Ли Са Ён, прислонившись к дверному косяку, наблюдал за этим и принёс ограждение.

— Вот, держи.

— Спасибо.

Чтобы моча не попадала на стены, он дополнительно прикрыл их пледом и поставил ограждение. Перед входом в комнату тоже аккуратно установил его. Временное жильё вроде бы получилось неплохим. Когда Ча Ый Джэ выпрямился, Ли Са Ён уже держал телефон.

— Позвонить?

— Ага, давай.

Через некоторое время посреди ресторана похмельного супа появилась коричневая дверь. Со Мин Ги в солнцезащитных очках вошёл, неся две большие переноски, накрытые одеялами.

— Добрый день, клиент, и бывший хозяин. Вот, привёз заказанных щенков.

— Здраст… буэ… буэ.

— Са Ён-а, передай, пожалуйста, конверт Романтичному открывателю.

— Ха…

Ли Са Ён, вздохнув, всё же зашагал вперёд с чёрным пакетом в руке.

— Теперь я и обслуживаю бывших сотрудников… да? Просто высший уровень.

И собственноручно повесил чёрный пакет на ухо Романтичного открывателя. От этого заботливого жеста того тут же скрутило ещё сильнее.

Ча Ый Джэ, пропуская мимо ушей болтовню Со Мин Ги о своих услугах, посмотрел за дверь. Там раскинулся простор, похожий на парк, и стояла Хам Сок Джон в солнцезащитных очках. Она улыбнулась и помахала рукой. Затем медленно исчезла из поля зрения.

Со Мин Ги без малейшего колебания поставил переноски в комнате. Пять щенков, распределённые по двум переноскам, прижались друг к другу, свернувшись клубочками. Когда пледы убрали и дверцы открыли, они зашевелились. Некоторые, будто узнав запах Ча Ый Джэ, тут же жалобно заскулили и потянулись к нему.

— Ого, узнают клиента? Умные малыши.

— Ага.

Ча Ый Джэ, улыбаясь, погладил пухлых щенков. Буэ. Звуки рвотных позывов Романтичного открывателя разносились, словно фоновая музыка.

После обеда рядом с коллекцией автографов охотников на стене ресторана похмельного супа появились фотографии милых щенков.

И подпись.

Ищем людей, готовых стать семьёй для щенков на всю жизнь.

А ниже приписка.

«Незнакомым отдавать страшно, да и проверить нужно многое… зато постоянным клиентам можно доверять».

Сообразительные охотники сразу заметили новые фото.

— О? Щенков раздаёте?

— Да, знакомая спасла бездомную собаку, а она оказалась беременной. Щенки росли с матерью, уже отлучены от молока. Вторую прививку сделали.

— А-а, вот почему я слышал, как они скулили. Они здесь?

— Да, в той комнате.

— Можно посмотреть?

— Да, только осторожно, перед дверью стоит ограждение, не опрокиньте.

В повседневную жизнь постоянных клиентов, которые в ресторане похмельного супа только и делали, что ели похмельный суп, снова ели и снова ели, добавилось одно занятие. Есть похмельный суп, снова есть, снова есть, а потом смотреть на щенков перед уходом.

— Ого, посмотри на этого. Увесистый, прямо генерал.

Пэ Вон У поднял чёрного пухлого щенка и восхитился. Он показал щенка Ли Са Ёну, сидевшему в зале.

— Эй, Са Ён-а, смотри, какой толстячок!

Ли Са Ён, подперев подбородок, равнодушно отозвался.

— Ну а как иначе… он же у остальных всю еду отбирает.

— Что?!

Ли Са Ён ради безопасности не подходил к щенкам ближе чем на три метра. Зато установил в комнате камеру и при любой возможности наблюдал. Времени у него было предостаточно, поэтому он изучал, как правильно ухаживать за щенками, смотрел обучающие видео. Лента рекомендаций в итоге целиком заполнилась роликами про собак.

Ча Ый Джэ, заметив, как Ли Са Ён следит за щенками через планшет, восхищённо сказал.

— Ты прямо ответственно подошёл.

Ли Са Ён, листая экран чёрными пальцами, ответил.

— Это хён слишком безответственный. Просто потому что Хам Сок Джон попросила, ты сразу и притащил их.

— Но она же редко о таком просит.

— А если их не заберут? Ты что, собираешься всех оставить?

Думаешь, я об этом не подумал? Ча Ый Джэ даже на всякий случай подумывал подыскать дом с большим двором. Но прежде чем он успел это сказать, Ли Са Ён прищурился и уставился на него.

— Даже не думай говорить, что хотел купить дом с двором. Запрещено.

Чёрт, да он мысли читает. Ча Ый Джэ надул губы и принялся гладить щенков.

— …Нет, просто среди посетителей были те, кто хотел взять щенка. Их даже больше, чем самих щенков. Вот и привёз.

— А-а… понятно. Ну да…

Ли Са Ён, фотографируя Ча Ый Джэ, окружённого щенками, продолжил.

— Говорят, надо чаще знакомить их с людьми, давать лакомства, приучать к прикосновениям. Чтобы привыкали, что контакт с человеком — это хорошо. Тогда вырастут общительными.

— Им и социализация нужна?

— Похоже на то. Нужно, чтобы они запомнили, что от контакта с людьми происходит что-то хорошее...

Ча Ый Джэ вдруг поднял взгляд на Ли Са Ёна. Тот, скользя пальцем по экрану, пролистывал что-то.

«Если сравнить его с Са Ёном из второго мира…»

Тот Ли Са Ён всё время лип к Ча Ый Джэ и почти ни с кем больше не общался. Даже Чон Бина воспринимал как помеху.

По сравнению с ним этот парень и роль главы гильдии выполнял, и с другими охотниками поддерживал более-менее нормальные отношения. Ах! Вот в чём важность социализации. Ча Ый Джэ почувствовал странное удовлетворение и потёр кончик носа.

В этот момент Ли Са Ён, словно что-то уловив, наклонил голову набок.

— О чём думаешь?

— А? А… ни о чём особо.

— Я же говорил. Ты правда совсем не умеешь врать.

— Да нет же.

Ли Са Ён широкими шагами подошёл и, через ограждение, схватил Ча Ый Джэ за руку. Прищуренные глаза внимательно скользнули по нему.

— О чём ты думал. Скажи честно.

— Ни о чём… ай, щекотно!

Чёрная рука принялась без разбора щекотать Ча Ый Джэ за бок и талию. Тот, смеясь, затряс головой.

— Аха-ха-ха, сдаюсь, сдаюсь!

Но рука не остановилась. Ли Са Ён щекотал его до тех пор, пока тот, обессилев от смеха, не обмяк. Лишь тогда он убрал руку и прижался губами к щеке Ча Ый Джэ, словно ставя печать.

— Наказание.

— За что… какое ещё наказание…

— За то, что обращал внимание только на щенков и думал о другом.

Я думал о тебе, дурак.

Не успел Ча Ый Джэ возразить, как пухлые губы накрыли его. Ладно, будь что будет. Ча Ый Джэ закрыл глаза.

Экстра 14

Ха Ын, услышав, что щенки прибыли в ресторан похмельного супа, сразу после школы помчалась туда. И, оказавшись в комнате, начала валяться и играть со щенками. И Ча Ый Джэ, и постоянные посетители наблюдали за этой сценой с довольными улыбками. Ха Ын с сияющими глазами спросила.

— Они такие милые! Дядя, ты всех будешь выращивать?

— Нет, я найду им хороших хозяев и отправлю к ним. Сейчас они на временной передержке.

— А мы не можем взять одного?

— А?

— Я хочу щенка. Вот этот! Он мне больше всех нравится!

Ха Ын резко подхватила щенка с коричневой шерстью и белыми пятнами. Того самого, с которым она обнималась и играла ещё в доме Хам Сок Джон. То ли от природы у него был спокойный характер, то ли просто лень, но он только облизывался и зевал, не обращая внимания на то, что его подняли.

Ча Ый Джэ прищурился. Ему хотелось выполнить любое желание Ха Ын, но…

«Всё-таки к жизни нужно подходить осторожно… Это же надолго, жить вместе».

Нельзя брать только потому, что мило. Ча Ый Джэ нарочно заговорил строгим голосом.

— Ха Ын, просто потому что он милый, брать нельзя. С момента усыновления вы становитесь семьёй на всю жизнь. Это значит — много забот и ответственности.

— Я знаю!

Ха Ын надула губы и резко ответила. Ча Ый Джэ присел на корточки и выровнял взгляд с Ха Ын, которая сидела в комнате, обнимая щенка.

— Каждый день нужно хотя бы раз выводить его гулять, а если заболеет — везти в клинику.

— Знаю!

— И убирать за ним всё, что он наделает.

— Эм… да, знаю.

— Шерсть будет сыпаться ужасно много. Убираться придётся часто.

— Мм… угу… это тоже знаю!

Ча Ый Джэ посмотрел в её ясные глаза и подпер подбородок рукой. Затем нарочно выдвинул самое жёсткое условие.

— Дядя, возможно, не сможет тебе во всём помогать. И всё равно?

— Смогу! Только с клиникой пусть дядя помогает!

Ха Ын быстро закивала. Интересно, как бы поступили родители в такой ситуации. Ча Ый Джэ смутно вспомнил прошлое. Если родители говорили «нельзя», значит — нельзя. Он ни разу не смог настоять на своём. Но…

«Хочу, чтобы Ха Ын попробовала всё, что ей хочется».

Как Пак Хэ Гён стала тётей Ча Ый Джэ, так и Ча Ый Джэ стал дядей для Ха Ын. Он знал, что семья без кровного родства может быть не менее крепкой, чем родная.

Он протянул руку и погладил круглую голову.

— Хорошо. Дядя поможет. Но, Ха Ын, давай с дядей заключим одно обещание.

— Какое?

— Старательно изучить всё про щенков. Что они любят, что не любят, что им нельзя есть, как их дрессировать. Если ты его возьмёшь, у тебя появится младший. Раз это младший, то нужно хорошо о нём знать.

— Младший?

Чёрные круглые глаза вспыхнули. Ча Ый Джэ широко улыбнулся.

— Да, младший.

— Младший…

Ха Ын пристально посмотрела на щенка у себя на руках, крепко прижала его к себе и потерлась щекой.

— Да, хочу!

— Тогда обещание.

Ча Ый Джэ поднял мизинец. Ха Ын с ясной улыбкой протянула руку.

— Обещаю!

Маленький палец переплёлся с длинным. Вдруг Ча Ый Джэ почувствовал взгляд за спиной и обернулся. Ли Са Ён, подперев подбородок, наблюдал за ними.

«Дождёшься?»

Ли Са Ён, который тогда первым протянул мизинец на эту эгоистичную просьбу. Вспомнив это, Ча Ый Джэ хмыкнул и прочистил горло. Он украдкой посмотрел в сторону. Фиолетовые глаза мягко изогнулись.

Будто он и так знает, о чём тот думает.

***

Тем же вечером Ча Ый Джэ заехал к бабушке и перенёс туда домик для щенка и всевозможные принадлежности. Ха Ын дала щенку имя Мини. Сказала, что звучит приятно.

Ча Ый Джэ сел напротив Ха Ын, которая гладила Мини, и спросил.

— Если что-то случится?

— Вот это, сильно нажать на вызов!

Ха Ын высоко подняла маленький пульт с красной кнопкой. На случай, если что-то произойдёт, пока его не будет, Ча Ый Джэ подарил Ха Ын и бабушке несколько аварийных вызовов. Он настроил их так, чтобы при нажатии сигнал шёл Ча Ый Джэ и Ли Са Ёну, Пэ Вон У, Со Мин Ги, а также нескольким надёжным постоянным посетителям.

— Хорошо. Если что-то случится, звони или нажимай вызов. Но просто так нажимать нельзя! Сигнал уйдёт не только дяде, но и другим людям.

— Угу!

Ча Ый Джэ погладил Ха Ын по голове и встал. Затем на уровне её глаз прикрепил заламинированный лист с инструкциями по уходу за щенком. Документ собственноручно написал Ли Са Ён.

Он тихо выдохнул.

…Осталось четверо!

К счастью, прежде чем Ча Ый Джэ окончательно выбился из сил, ухаживая за щенками, постоянные посетители, проявлявшие интерес, начали один за другим присылать запросы. Первым, кто поинтересовался усыновлением, оказался Пэ Вон У.

— Как раз думал, что было бы здорово бегать вместе с собакой!

— Если для пробежек… разве не лучше бордер-колли или вроде того?

Чтобы выдержать физическую форму пробуждённого, активность должна быть как минимум на уровне бордер-колли. Но Пэ Вон У рассмеялся.

— Зачем искать где-то далеко, если тут такие милые ребята? Подстроимся по выносливости и будем бегать вместе. Кто тут самый активный?

Ли Са Ён кивком указал на чёрного щенка, который вцепился зубами в штанину Пэ Вон У.

— Тот, что сейчас жрёт твои штаны.

— О-о!

Глаза Пэ Вон У загорелись, и он подхватил чёрного щенка на руки.

— А, так это тот самый, что у всех еду отбирает? Солидный парень, нравится!

Тот самый первенец был крупнее остальных и ел за двоих. Даже когда другие щенки спали, он носился сломя голову и будил их. Пэ Вон У, держа чёрного щенка на одной руке, поднял большой палец.

— Этот мне по душе. Я его возьму!

Ча Ый Джэ тоже показал большой палец. Пэ Вон У был надёжным человеком.

Впереди оставалось три щенка!

Вторым, кто поинтересовался усыновлением, оказался совсем неожиданный человек.

— Щенки? Какие милые~ Ты их раздаёшь?

— Да. Не хочешь взять одного?

Гю Гю, который давно не заглядывал в ресторан похмельного супа, наблюдал за щенками, катающимися друг с другом.

— К сожалению, я редко бываю в стране. За границей тоже нигде надолго не задерживаюсь, всё время мотаюсь.

— Тогда ничего не поделаешь. Как сейчас обстановка за границей?

— Плоховато~ Преступные группировки совсем распоясались. Зато работы у меня хватает. Хм…

Гю Гю подхватил одного из копошащихся щенков за загривок. Это был коричневый щенок.

— О~ какой страшненький.

Он прижал коричневого щенка к груди и начал мягко почесывать его голову пальцами.

— В общем, родители всё твердят, чтобы я почаще возвращался… но это ведь не по моему желанию решается~

— С мамой всё в порядке?

Его мать пострадала от отбеливания, часть тела подверглась мутации. Гю Гю, поглаживая ёрзающего щенка, ответил.

— Угу~ благодаря доктору. Теперь и говорит хорошо, и ходит. Только тонкую работу, вроде ножа или ножниц, пока не может. И волосы… как побелели один раз, так и не вернулись.

Гю Гю искоса взглянул на Ча Ый Джэ и криво усмехнулся. У тебя ведь так же, да? Словно спрашивал он.

Ча Ый Джэ лишь пожал плечами. Когда-нибудь, когда влияние системы полностью исчезнет, и даже первый пробуждённый, Ча Ый Джэ, вернётся к обычной жизни. Может, тогда волосы и станут чёрными.

«Лет через десять, наверное».

Гю Гю посмотрел на коричневого щенка, шевелящегося у него на руках, и приподнял уголок губ.

— Хм… щенок, хочешь вместо меня быть хорошим сыном?

— Что?

— М-м~ ладно. Этот страшненький — мой. Я спрошу у отца, так что никому его не отдавай~

Гю Гю исчез, как ветер, и однажды так же внезапно вернулся.

— Разрешение получил~ этого страшненького я забираю.

И ушёл, унеся с собой коричневого щенка. Почему он всё время называет его страшненьким — непонятно, но ладно.

Впереди оставалось два щенка!

Третьей, кто поинтересовался усыновлением, была Юн Га Ыль.

— Э-хе-хе… если честно, это не я, а мои родители очень хотят собаку.

Она смущённо улыбнулась и почесала щёку.

— Наш собака два года назад ушла на облачка. Родителям всё это время было пусто, а я готовилась к экзамену, поэтому мы не могли взять новую. Ну, теперь-то я студентка!

Юн Га Ыль взяла на руки щенка с белой шерстью и чёрными пятнами.

— Он похож на ту собаку, что у нас была… Я хочу взять этого.

— Хорошо. Тебе можно доверять.

— Спасибо!

Юн Га Ыль широко улыбнулась, поклонилась и вдруг замерла. В ограждении остался ещё один белый щенок, который скулил. Белоснежная шерсть, круглые, как бобы, чёрные глаза.

Немного поколебавшись, она спросила.

— Возможно, это лишнее вмешательство, но… этот белый щенок… ему уже нашли дом?

— Нет, пока нет. А что? Хочешь взять обоих?

— А, нет! Не в этом дело. Просто если ещё не решили… может, стоит связаться с Хон Е Соном?

— С Хон Е Соном?

Ча Ый Джэ моргнул, и Юн Га Ыль неловко кивнула.

— Да, ну… не кажется ли вам, что глаза у него похожи на Ккокко? Думаю, ему может понравиться.

Ча Ый Джэ посмотрел на белого щенка, цеплявшегося за ограду и скулившего. Если присмотреться, и правда было что-то похожее. Белое круглое тельце, круглые чёрные глаза.

Он сам не заметил, как достал телефон.

— …Хорошо, я попробую связаться.

И отправил сообщение Хон Е Сону.

: Зайди в ресторан похмельного супа

: Есть разговор

Экстра 15

Хон Е Сон ответил только ближе к закрытию ресторана.

: Окей~

: Завтра зайду!

Отлично. Ча Ый Джэ ответил смайликом в виде нарисованного кружочка. И украдкой посмотрел на Ли Са Ёна, который собирался домой. Оставлять щенка, который проводил всех своих братьев и остался один, казалось немного неправильным.

— Са Ён-а, можно я переночую здесь сегодня?

— М-м?

Ли Са Ён согласился на удивление легко.

— Что ж… ладно.

— …Почему ты так легко разрешил?

— А?

Ли Са Ён наклонил голову набок, словно спрашивая, что за глупости он опять говорит. Ча Ый Джэ почесал щёку и ответил.

— Да просто… я думал, ты опять ляжешь и скажешь, что нельзя.

— Это другое. Тогда ты упорно твердил, что хочешь жить в этой комнате, а сегодня речь всего лишь об одной ночи. И к тому же…

Фиолетовые глаза мельком скользнули в сторону камеры для питомца.

А.

Вот же гад. Ча Ый Джэ прикрыл лоб ладонью. А он ещё удивлялся, чего тот так легко согласился. Са Ён-а, значит, ты всё заранее продумал… Ли Са Ён, зажав планшет под мышкой, поцеловал Ча Ый Джэ в щёку.

— Увидимся утром, хён.

Нет, это я тебя утром увижу. А ты, кажется, всю ночь на меня смотреть будешь? С неловким выражением лица Ча Ый Джэ спросил.

— Можно я накроюсь одеялом?

— Только попробуй.

— Но вообще… вот так всё время смотреть… это не… странно?

— Мм… по-моему, человеку, который просил себя связать, не о чем говорить.

— Это было вынужденно!

Ли Са Ён ответил без особого интереса.

— Думаешь, я всю ночь смотреть буду? Проверю только, что ты нормально спишь. Ты же редко хорошо спишь, хён.

— …Правда?

— Я ведь не раз и не два видел, как ты спишь…

— …

— И вообще, вместо экрана с плохим качеством, вживую смотреть гораздо приятнее.

Улыбка с приподнятыми уголками губ была одновременно и досадной, и почему-то притягательной. Отвести взгляд не получалось. Ча Ый Джэ тихо вздохнул. И поцеловал его аккуратно изогнутые губы. Это был мягкий, нежный поцелуй губы в губы. Их взгляды встретились. Ча Ый Джэ, обхватив обе щёки Ли Са Ёна, прошептал.

— …Спокойной ночи. Приятных снов.

— …

Ли Са Ён перехватил руки, обнимающие его щёки, прижался щекой к ладони и закрыл глаза. Тихий, почти шепчущий голос ответил.

— Спокойной ночи. И тебе приятных снов…

***

На следующий день Хон Е Сон объявился только около одиннадцати утра. Он всё так же был в зелёном спортивном костюме и с белой повязкой на левом глазу. Прижимая к груди пакет с печёным бататом, он, шаркая тапками, вошёл в ресторан похмельного супа. В воздухе густо разливался сладковато-ореховый запах печёного батата.

— Привет~ Я батат принёс. Зачем звал?

Он широко зевнул, разинув рот, но, заметив тех, кто сидел в ресторане, замер. Тут были и Ча Ый Джэ, и Ли Са Ён, и Пчела, и Юн Га Ыль, и Пэ Вон У. Оказавшись под прицелом взглядов пробуждённых, Хон Е Сон покрутил глазами и спросил.

— Ого… только не говорите, что опять конец света объявился?

— Это он сейчас пошутил, что ли?

Пчела с недоумением подперла подбородок. Ча Ый Джэ широкими шагами подошёл к Хон Ё Сону и схватил его за плечи.

— Эй, Хон Е Сон.

— А? Что?

— Хочешь завести щенка?

— Щенка? Какого ещё щенка? С чего вдруг?

— Ай, долго, долго. Ты думаешь, если так занудно рассказывать, я что-нибудь услышу?

Пчела вскочила и направилась к Хон Е Сону. И, подталкивая его в спину, двинула вперёд.

— Сначала сам посмотри!

Она резко толкнула его обеими руками. Хон Е Сон, бормоча «о-о», замахал руками и кое-как удержал равновесие перед ограждением. В этот момент его взгляд встретился с чёрными, как фасолины, глазами. Белый пухлый щенок, повиснув на ограде, вовсю вилял хвостом.

— А…

Хон Е Сон, словно зачарованный, уставился на щенка. За его спиной Пчела показала большой палец.

— Ну вот, видишь? Быстро же.

По части решительности она и правда была под стать Ча Ый Джэ. Ча Ый Джэ подошёл к Хон Е Сону и открыл ограждение.

— Заходи.

— Э-э…

Хон Ё Сон снял тапки и вошёл в тесную комнату. Белый щенок, тяжело дыша, яростно царапал зелёные штаны. Он осторожно сел. Щенок покружил вокруг Хон Е Сона, а потом, уловив запах батата, ткнулся носом в пакет.

— Мне кажется, он нюхает не Хон Е Сона, а батат.

— Тихо!

Пчела и Пэ Вон У, выглядывая из-за двери, перебрасывались репликами. Ча Ый Джэ тоже высунул голову и наблюдал за Хон Е Соном и щенком. Щенок скрёб бумажный пакет передними лапами и жалобно поскуливал.

— Что, хочешь?

Хон Е Сон почесал голову и вытащил из пакета наполовину съеденный батат. Он отщипнул крошечный кусочек от хорошо пропечённой жёлтой мякоти и протянул. Щенок тут же схватил его. Поскуливая и требуя ещё, он принялся царапать колени.

— …

Словно под гипнозом, Хон Е Сон отломил ещё немного. Пчела прошептала.

— Очарован, очарован.

— М-м, милый ведь.

— Но собаки же от батата толстеют, разве нет?

— От такого количества ничего не будет.

— Ли Са Ён, с каких пор ты стал экспертом по собакам?

— Уже несколько дней как.

Хон Е Сон усадил щенка себе на колени. Мягкая и тёплая шерсть, упругое, пухлое тельце, частое дыхание и белый хвост, раскачивающийся из стороны в сторону, словно с моторчиком.

С Ккокко всё было иначе. Ккокко не была такой тёплой, не была такой мягкой, не была такой упругой.

Но белое тельце и чёрные, круглые, словно зёрнышки чёрной фасоли, глаза были точно такими же.

В тот миг, когда Ча Ый Джэ и Ли Са Ён направились к Источнику конца света, Хон Е Сон, отправляя их к истоку, приготовился к концу. Он не сможет выбраться. В такое место никто не придёт его спасать.

Он был готов, но страх не исчез. Я не хочу умирать. Я не хочу умирать в таком месте. Он хотел сделать ещё так много. Он хотел жить. И в этот момент Глаз конца света исчез. Одновременно ослепительно белое пространство разорвалось чёрной трещиной. Из чёрного разлома выскочило круглое белое тело.

[Очнись!]

Из клюва Ккокко раздался его собственный голос. Хон Е Сон широко распахнул глаза. Ккокко и ещё один Хон Е Сон повели его, обездвиженного, сквозь рушащиеся разломы измерений.

Чёрная пустота и разрушенный мир, рассыпавшиеся осколками в пространстве. Хон Е Сон, вцепившись в Ккокко, смотрел на пейзажи, скользящие мимо сквозь ускользающее сознание.

«Хон Е Сон» сказал.

[Надо возвращаться.]

Куда?

[Домой!]

Домой?

[Да. Ты много страдал всё это время, другой я!]

Пустая душа словно наполнилась до краёв. В поле зрения хлынул ослепительный свет.

Когда он открыл глаза, это была палата для пациентов гильдии Совон. На тумбочке у кровати стоял горшок с несколькими цветами и в одиночестве лежала керамическая Ккокко.

Сразу после исчезновения системы Ккокко перестала работать. Раз уж источником энергии был магический камень, иначе и быть не могло. Может, не стоило использовать магический камень как источник. Он сожалел, но сожаление всегда приходит на шаг позже. Хон Е Сон прижал к себе неподвижную Ккокко и разрыдался.

Ему пришлось пережить пустоту, которой он никогда прежде не знал. Ккокко была тем, что он создал после пробуждения впервые, частью его самого.

Хон Е Сон осторожно погладил щенка, ворочавшегося у него на коленях.

Наверное, пустоту, оставленную Ккокко, уже никогда не удастся заполнить.

И всё же…

— …Кажется, всё-таки было бы неплохо, если бы рядом был друг.

Потому что одному одиноко.

Хон Е Сон тихо спросил у белого щенка, который тянул зубами его одежду.

— Ты пойдёшь со мной?

Спустя некоторое время Хон Е Сон вышел из комнаты, держа белого щенка на руках. Услышав движение, компания Ча Ый Джэ с грохотом вернулась за стол и разом обернулась к нему.

Хон Е Сон вскинул белого щенка вверх. Это была героическая поза, как в начале «Короля льва», когда поднимают львенка.

— Я его заберу.

Отлично. Они переглянулись и закивали. Юн Га Ыль широко улыбнулась и спросила.

— А как вы его назовёте?

— Раз он младший Ккокко, пусть будет Чокко.

— Ого, имя прямо…

Хлоп. Пчела ладонью зажала Пэ Вон У рот. М-м, ммм! Пэ Вон У возмущённо задёргался, но никто не обратил на него внимания. Юн Га Ыль хлопнула в ладоши.

— Хорошо звучит! Младший Ккокко — Чокко.

— Правда?

Хон Е Сон взял Чокко за лапу и слегка потряс.

Гав! Чокко ответил звонким лаем.

***

Спустя некоторое время от Хон Е Сона пришло фото. На нём Чокко, воодушевлённо носящийся по газону во дворе. Прилагалось и длинное сообщение.

: Это правда удивительно. Он отказывается есть курицу. Если дать, начинает рычать. Кажется, знает, что это его старший. Гениальный пёс, что ли? Может, сообщить на телевидение?

Соцсети Хон Е Сона, которые какое-то время не обновлялись, снова ожили. Первым фото стало изображение Чокко, вплотную прижавшегося к гладкой Ккокко. Фото профиля тоже сменилось. Теперь там Ккокко, сидящая с достоинством, и имя тоже изменилось с Хон Е Сона на другое.

KKOKKO.

Мастер керамики

Хон Е Сон начал делать самые разные вещи для питомцев.

Экстра 16

Каждый день бездельничавший Хон Е Сон потихоньку снова сел перед горном. Началом стали миски для корма и воды для питомцев. Количество, форма, цвет, узор — всё на усмотрение мастера. Так было и при создании оружия и снаряжения, но тут имелся пункт ещё более жестокий.

Когда Бюро управления пробужденными, державшее сроки под контролем, отпустило руки, Хон Е Сон сорвался. Побездельничает и сделает одну, побездельничает и сделает одну. В итоге нередко в день продажи торжественно появлялась всего одна-единственная штука.

@YEEEsung_cute

Е Сон-а, я тебя люблю, но то, как ты продаёшь миски, это бесит, пожалуйста, делай побольше

@sibal_sung

Е Сон-а, я дочка владельца куриного ресторана, буду кормить тебя курицей всю жизнь, давай обменяем на одну миску □

Разумеется, купить миску было всё равно что достать звезду с неба. Миски мастера! Да ещё и дизайн, однажды вышедший, больше не повторяется!

Пусть система и исчезла, способности Хон Е Сона и его известность никуда не делись. Владельцы питомцев, коллекционеры и фанаты — все сходили с ума, желая заполучить сделанные вручную миски для питомцев от Хон Е Сона. Момент, когда мастер вновь поднял бурю.

Вышли даже новости.

— Охотник Хон Е Сон, мастер, находившийся в затворничестве, недавно возобновил свою деятельность. В отличие от прежних времён, когда он продавал оружие и снаряжение, сейчас он в основном продаёт посуду для домашних питомцев, что вызывает большой интерес…

Ча Ый Джэ, подперев подбородок, смотрел телевизор и усмехнулся.

«Так или иначе, этот парень привлекает внимание людей...»

Разумеется, Ча Ый Джэ и постоянные посетители ресторана похмельного супа не были затронуты этим ураганом. С самого начала и чашки, и миски для закусок в ресторане были сделаны Хон Е Соном. Ча Ый Джэ уставился на блестящую чашку.

К тому же,

— Мини! Есть пора!

Не только Ха Ын, но и братья Чокко, и мама-собака получили в подарок тот самый редкий набор мисок Хон Е Сона. Гю Гю нарочно выложил в соцсети фото миски, сделанной для него Хон Е Соном.

(Фото)

GYU Подарок от друга^^ буду хорошо пользоваться~

@Yeahsung

#ОграниченноеИзданиеХонЕСона #МискаДляСобаки #ККОККО #ХонЕСон #ГюГю #Друг

Словно назло, облепив всё хештегами.

«А этот человек отлично умеет действовать людям на нервы».

Ча Ый Джэ цокнул языком, прислушался и мельком посмотрел на комнату. Ни поскуливания, ни шорохов, ни тяжёлого дыхания, и от этого стало как-то пусто. Он ведь и ухаживал-то всего ничего, а уже успел привязаться? Ча Ый Джэ потёр затылок. В этот момент зазвонил телефон. Он, даже не глянув на экран, торопливо принял вызов.

— Да, Ча Ый Джэ.

— Это я, Хам Сок Джон. Слышала, щенков уже всех пристроили? Молодец, хорошо поработал.

— А, нет, что вы. Какая там работа. И всех забрали хорошие люди.

— Хм, да, все выглядят надёжными. А особенно Е Сон… хе-хе, выглядел довольным?

— Ну, хорошо же.

Ча Ый Джэ неловко ответил, и после короткой паузы Хам Сок Джон спокойно сказала.

— Тогда загляни, когда будет время. На этот раз без Ха Ын.

***

Он пришёл.

На следующий же день.

«…Не слишком ли я поспешил?»

Не слишком ли явно показал, что ему любопытен дом тёти? Ча Ый Джэ стоял перед дверью дома Хам Сок Джон, не решаясь нажать на звонок. Разумеется, она заметила его присутствие и открыла дверь ещё до того, как он успел позвонить.

— Пришёл и даже в звонок не звонишь. Что ты там у двери делаешь?

— А, э, ну… здравствуйте…

Ча Ый Джэ смущённо склонил голову и протянул букет.

— Э, это… подарок…

— Цветы? Ахаха, я же говорила, не нужно каждый раз такое покупать.

Хам Сок Джон приняла букет и негромко рассмеялась. Прижав цветы к боку и опираясь на трость, она вышла за дверь.

— Ну, тем лучше. Раз уж вышли, пойдём сразу.

Дверь напротив её дома, дом тёти, к которому он так сильно стремился и по которому так тосковал. Ча Ый Джэ повернул голову, глядя на дверь, и сглотнул.

— Пароль знаешь? Я его не меняла.

Хам Сок Джон не стала набирать код сама, а отошла в сторону, словно предлагая сделать это ему.

— …Да.

Ча Ый Джэ протянул руку и набрал код замка.

«Пароль от дома? Конечно, твой день рождения~ Именно вспомнился день, когда я варила тебе суп из морских водорослей, малыш».

Казалось, в памяти смутно зазвучал голос тёти.

«Я и сама давно не варила суп из морских водорослей кому-то другому. Даже хорошо получилось».

Колеблющиеся пальцы нажали кнопки. 1024*.

Пи-пи-пик. Замок открылся. Он не смог сразу открыть дверь. Стоит ли открывать. Не станет ли это напрасным возвращением к старым ранам.

Но иногда есть вещи, с которыми нужно встретиться лицом к лицу, не убегая.

Он потянул дверь. Тяжёлая дверь со скрипом открылась, и перед глазами предстала картина, до боли совпадающая с воспоминаниями. Ковёр на деревянном полу, низкий столик перед диваном, диван с чуть продавленной одной подушкой. Ча Ый Джэ замер на пороге, не решаясь войти. В этот момент тёплая ладонь мягко подтолкнула его в спину.

— Заходи.

— …А, да.

Он неловко переступил порог. Влажный запах пыли смешался с характерным ароматом духов тёти. Запах был до боли знакомым. Словно он вернулся в прошлое. Но хозяйки дома теперь нет, и даже этот аромат со временем исчезнет.

Сложные чувства спутались в тугой клубок. Тоска, печаль, пустота, одиночество. Ча Ый Джэ так и не решился пройти дальше и, не находя слов, одиноко застыл на месте.

За спиной раздался мягкий голос.

— Я старалась сохранить как можно лучше. Но теперь, когда камня сохранения больше нет… идеальная сохранности вряд ли получится.

— …

— Осталось только ждать, когда всё исчезнет.

Ча Ый Джэ обернулся и посмотрел на Хам Сок Джон. Она не смотрела на него. С пустым выражением лица она глядела поверх его плеча, на интерьер дома.

— Тётя.

— …

— Вы скучаете?

Лишь тогда её пустой взгляд обратился к Ча Ый Джэ. После паузы она ответила улыбкой. Ча Ый Джэ протянул руку и взял её морщинистую ладонь. Между соприкоснувшейся кожей передавалось тепло живого человека.

Она фыркнула и тихо рассмеялась, будто с выходящим воздухом.

— Неожиданно. Я думала, ты будешь меня ненавидеть.

— …

— А ты продолжаешь приходить и даже не отталкиваешь меня.

Когда-то, возможно, так и было. Но с течением времени чувство обиды выветрилось. А на его месте… появилось нечто вроде товарищества.

Странное облегчение от того, что скорбь по тёте и память о ней — не только его ноша.

Ча Ый Джэ крепко сжал руку Хам Сок Джон.

— Давайте иногда… говорить о тёте вместе.

— …

— Если не говорить… ведь забудем.

— …Да, давай так.

Теперь, когда камень сохранения исчез, следы тёти в доме будут постепенно стираться. Её дыхание, её присутствие. Пусть сейчас не до улыбок, но, возможно, когда-нибудь они смогут вспоминать тётю с улыбкой.

Ча Ый Джэ вышел из прихожей и закрыл дверь. Бах. И вид дома тёти исчез за дверью. Он посмотрел на плотно закрытую дверь и спросил.

— Этот дом так и будет стоять пустым?

— Я так думаю. Пока у меня хватает сил.

— …

— А если вдруг я умру… тебе не нужно его наследовать. Хэ Гён тоже бы этого не хотела.

— Что? Э, но…

— То, что нужно отпустить, следует отпустить. И…

Хам Сок Джон прикрыла рот кулаком и рассмеялась.

— Хе-хе, я ведь жадная. Как бы сильно Хэ Гён ни любила тебя… последний момент я уступать не хочу.

— Последнее я хочу оставить себе.

Ах.

Озарение ударило как молния. Ча Ый Джэ ошарашенно посмотрел на её профиль. Почувствовав взгляд, она повернула голову. И, приподняв уголки губ, улыбнулась. Улыбка была поразительно похожа на улыбку Ли Са Ёна.

— Теперь хоть немного понял?

***

Всё равно не понял!

Ча Ый Джэ стоял у входа в квартиру, вцепившись в волосы. Нет, вроде понял, но всё равно не понял! Не успел он привести в порядок спутанные мысли, как зазвонил телефон. На этот раз пришло сообщение.

Проклятье, опять что такое! Ча Ый Джэ резко проверил телефон и…

: (Фото)

…увидев несколько снимков в плохом качестве, замер на месте. Отправитель — Младший Скумбрия.

Неужели? Ча Ый Джэ широко распахнул глаза и увеличил изображение. Вьющиеся волосы, пухлые щёки, недовольно надутые губы и родинка под ними, длинные ресницы даже в детстве и большие чёрные глаза. Маленький Ли Са Ён был одет в полосатую толстовку с воротником рубашки, шорты и длинные носки до щиколоток.

— Вау….

Были и другие фото — в вельветовом пиджаке, и в худи со свободными брюками, где он одиноко сидел на стуле. Разумеется, выражение лица на всех снимках было одинаково хмурым. Ча Ый Джэ невольно тихо усмехнулся. Он ведь говорил, что его убрали из-за того, что он не улыбался. Выходит, правда.

Пока Ча Ый Джэ не мог оторвать взгляд от фотографий, поверх них всплыло сообщение.

: Я закончил с делами

Это было сообщение от Ли Са Ёна, который навещал инчхонское отделение гильдии Падо. Ча Ый Джэ сдерживал норовившие подняться уголки губ и побежал к кафе, где они договорились встретиться.

Ли Са Ён стоял перед кафе с двумя стаканами кофе. Он протянул Ча Ый Джэ один тёплый стакан. Они пошли рядом.

— Придётся немного подождать, пока приедет машина.

— Ага. Кстати… когда всех щенков разобрали, стало как-то пусто.

— Угу… я так и думал.

— …Ты всё ещё не думаешь завести собаку?

— Ну, одну можно было бы. Когда моя способность исчезнет.

До исчезновения способности Ли Са Ёна оставалось около пяти лет. Время и длинное, и короткое одновременно, но Ча Ый Джэ не жаловался. Потому что был уверен, что до того момента они будут вместе. Ча Ый Джэ поднял мизинец.

— Правда? Обещаешь.

Ли Са Ён какое-то время смотрел на вытянутый палец, а потом переплёл с ним свой мизинец. Два пальца сцепились без зазора.

— Да, обещаю.

Ча Ый Джэ естественным образом схватил протянутую руку Ли Са Ёна и крепко сжал её. И они зашагали по длинной улице, размахивая руками.

Сколько времени нужно, чтобы пережить утрату.

Неизвестно.

Но, возможно, пустоту, оставленную дорогим существом, можно заполнить общением. Ведь человек не живёт в одиночку.

Даже не забывая печаль, можно жить радостно.

Каждый своим способом.

…И в это время, пока он не замечал, пришло ещё несколько сообщений.

: Ах да, Ли Са Ёну тоже отправил фотографии из прошлого~^^

: Отказаться было невозможно, он столько денег предложил…

: Прошу понять и простить~

Экстра 17

Ча Ый Джэ подумал.

«Если встречаешься… что обычно делают?»

Поскольку отношения с Ли Са Ёном были его первыми отношениями, у него тоже было одно маленькое желание. Попробовать делать то, что обычно делают обычные влюблённые. Конечно, Ли Са Ён и так достаточно о нём заботился, но раз уж так, то лучше, когда это взаимно.

Да. Ча Ый Джэ был человеком с определенной долей романтики.

Но сердце и поступки не всегда идут вместе. Тело и душа Ча Ый Джэ бежали параллельными линиями. Ну а откуда ему знать, если он никогда не встречался?! Иронично, что это были первые отношения, поэтому у него было много романтических мечтаний, но раз это были первые отношения, он был неопытен.

Вот бы свидания были таким же простым и привычным делом, как закрывать разлом, избивать монстров и плохих пробуждённых и варить похмельный суп.

Как и следовало ожидать, принцип, согласно которому ценятся новички с опытом, действует и на рынке романтических отношений.

— Ха-а…

Ча Ый Джэ, вытирая стол, тяжело вздохнул. Самая большая проблема… даже если он хотел бы сходить на свидание, он не знал, чем сейчас занимаются молодые люди. Всё-таки Ча Ый Джэ работал охотником ещё со старшей школы.

К тому же все вокруг тоже были охотниками, причём людьми, для которых жизнь охотника стала привычнее, чем обычная жизнь. Ему было как-то не по себе доверять кому-то свои переживания об отношениях.

В итоге он выбрал способ обратиться к силе интернета — родного дома души и хранилища знаний. Он ввёл в поиске «маршрут для свидания», и ему на глаза попалось несколько ответов.

В. Посоветуйте маршрут для свидания. На следующей неделе свидание с девушкой, что лучше сделать?

О. Поешьте, сходите в кафе и посмотрите фильм. Выставка или музей тоже подойдут.

В. Я потому и спрашиваю, что маршрут всё время один и тот же…

О. Да свидания все такие, ну что поделать.

Содержание было довольно тоскливым, однако в глазах Ча Ый Джэ, который ни разу в жизни не наслаждался свиданиями, оно выглядело очень необычно. Он быстро скопировал ответы и продолжил просматривать экран. Помимо сохранённых ответов, там было множество других вариантов: посмотреть фильм дома через стриминговые сервисы, сходить куда-нибудь в особенное место и так далее.

Формы свиданий, оказывается, очень разнообразны… Ча Ый Джэ впитывал всё это, словно губка. В процессе сбора информации ему на глаза попался один связанный пост.

[Заголовок] Стоит ли продолжать встречаться с парнем-охотником?

Похоже, этот пост был опубликован ещё до исчезновения Системы. Почему-то одновременно ощущая в нём и сторону виновного, и сторону пострадавшего, Ча Ый Джэ словно зачарованный открыл запись.

Автор: Аноним

Мой парень охотник B-класса и состоит в гильдии, название которой многие знают.

Честно говоря, он красивый и хорошо зарабатывает.

Если смотреть только на это, может показаться, что ответ очевиден, но есть одна проблема.

В реальности я почти не вижу его лица ㅡㅡ

В интернет-новостях или по телевизору вижу его чаще.

Даже во время свидания он пропадает, потому что ему нужно идти к разлому.

А в особо тяжёлых случаях… ха… вечером создаём атмосферу, собираемся поцеловаться... и тут приходит вызов.

Он говорит, что ему правда очень жаль, и уходит…

Разумеется, под постом было множество ответов. И тот, что набрал больше всего рекомендаций, был таким…

— Если честно, парень-охотник? Издалека это выглядит как комедия, а вблизи — как трагедия… жизнь всё время на волоске, времени побыть вместе нет, а если во время секса приходит вызов, приходится натягивать штаны и сразу же бежать.

└[Автор] Вот именно, об этом я и говорю.

Это было слово в слово верно. Если бы Ча Ый Джэ продолжал работать охотником, он стал бы тем самым худшим парнем, о котором говорилось в посте. Он бы и во время поцелуя с Ли Са Ёном, получив вызов, сразу же выдвинулся на задание… Честно говоря, отрицать это было невозможно.

Почувствовав необъяснимое чувство вины, Ча Ый Джэ тихо оглядел ресторан похмельного супа. Да, как же хорошо, что теперь он не охотник, а владелец ресторана похмельного супа. А Ли Са Ён стал обеспеченным безработным, так что это было вдвойне к счастью.

Ча Ый Джэ решил похоронить этот пост в своём сердце и больше к нему не возвращаться. В конце концов, теперь это уже не его дело.

Вместо этого он начал шаг за шагом выстраивать план, опираясь на все знания, которые успел впитать. Цель — настоящее, полноценное свидание с Ли Са Ёном. Тот казался человеком с чёткими предпочтениями, но при этом довольно принимающим, так что больших поводов для тревоги не было. На большинство его предложений он отвечал «хорошо», а если обнять и успокоить его перекрученные, словно крендель, мысли, то обычно они таяли, как сахарная вата.

«Но разве поесть, выпить кофе — это не слишком обычно? Мы же и так делаем это каждый день».

Если и была проблема, то заключалась она в том, что у Ча Ый Джэ были довольно высокие стандарты, а Ли Са Ён был слишком известен.

«Места вроде парка аттракционов… из-за людей там, наверное, и пары шагов спокойно не пройти».

Даже после исчезновения Системы бывший второй номер рейтинга, глава гильдии Падо Ли Са Ён, оставался знаменитостью среди знаменитостей. Более того, после того как он снял противогаз, фанатов у него стало ещё больше. Стоило бы им пойти в парк аттракционов, как люди наверняка окружили бы их и потянулись следом, будто на съёмках передачи.

«Места с большим скоплением людей точно не подойдут. Тогда…».

Отсеяв всё одно за другим, он в итоге почти ничего подходящего не оставил, да и время открытия было уже близко. Ничего не поделаешь... Ча Ый Джэ свернул интернет-поиск и занялся работой.

Но тут он услышал интересный разговор.

— То есть у каждых отношений свои законы. А у любви так вообще есть формула!

Неизвестно, было ли это из-за того, что он только что искал информацию о свиданиях, или потому что болтовня звучала особенно громко. Так или иначе, до кухни доносился голос посетителя, называвшего себя экспертом по отношениям. Хотя посетителями ресторана похмельного супа сплошь были охотники — худшие партнёры для отношений.

Ну что ж, придётся слушать хотя бы это. Варя похмельный суп, Ча Ый Джэ прислушался к словам охотника.

— В отношениях главное — тянуть и толкать, тянуть и толкать!

Тянуть и толкать? Это что, про муку и стеклянную лапшу? Ча Ый Джэ сосредоточился ещё сильнее.

— Нельзя только тянуть. Тогда не будут ценить. Нужно иногда и отталкивать…

…Физически?

Ча Ый Джэ на мгновение представил, как отталкивает Ли Са Ёна. Даже не углубляясь в воображение, он сразу вспомнил Ли Са Ёна с треснувшим ребром после удара пяткой. Толкать такого хрупкого ребенка — так нельзя.

«Как и ожидалось, все эти охотники не в своём уме».

Ча Ый Джэ перестал подслушивать разговор самопровозглашённого эксперта по отношениям и вместо этого начал думать, у кого бы из знакомых можно было спросить совета.

Первым на ум пришёл Маленькое чудо Со Мин Ги. Не потому, что он казался экспертом по любви, а потому что был решателем проблем.

Ча Ый Джэ на мгновение представил, как Со Мин Ги рекомендует маршрут для свидания. Почему-то казалось, что в качестве места он посоветует Старбакс. А ещё, если не собрать стикеры, он наверняка закажет сезонный напиток и попросит отправить его ему…

«Отклонено».

Следующими на ум пришли братья Скумбрии. Они тоже вряд ли были экспертами по отношениям, но… раз уж они торгуют информацией, может, знают что-нибудь полезное?

Ча Ый Джэ прокрутил в голове симуляцию, в которой просит их составить маршрут для свидания. Первым всплыло ухмыляющееся лицо младшего Скумбрии. Даже не зная, с кем именно тот собирается идти...

«Ага, я и так знаю, с кем ты пойдёшь~»

...будто бы говорил его хитрый, растянутый в улыбке взгляд.

Одного воображения оказалось достаточно, чтобы почувствовать, как его достоинство оказывается растоптанным.

«Тоже отклонено».

Ча Ый Джэ решил сменить направление мыслей. Может, попробовать что-нибудь в духе нынешней молодёжи? Всё-таки ни он сам, ни Ли Са Ён так и не смогли пожить обычной жизнью.

Знакомых молодых людей он знал троих: Юн Га Ыль, Кан Джи Су и Романтичного открывателя. Все они либо наслаждались студенческой жизнью, либо были примерно лет двадцати. Но ещё до того, как мысль успела оформиться, его внутренний зануда перегородил ей путь.

«…Разве нормально спрашивать маршрут для свидания у детей?»

От этого почему-то стало неловко. Хотя на самом деле все трое не просто не сочли бы это странным, а, наоборот, загорелись бы от интереса. Но это было одно, а стыд Ча Ый Джэ — совсем другое.

Он перебирал вариант за вариантом, раз за разом пробуя лишь вкус поражения, когда в поле его зрения попало нечто золотистое.

Это был плакат Пчелы, висевший во всю стену ресторана похмельного супа.

«Точно, Пчела!»

Стоило ему увидеть её лицо, как в голове Ча Ый Джэ словно вспыхнуло откровение: «Подходящий человек — Пчела». Она взрослая, с хорошим вкусом, наверняка с опытом отношений и, скорее всего, ходила на свидания.

По крайней мере, из всех, кто приходил ему в голову до сих пор, именно она казалась самой разумной кандидатурой, способной предложить адекватный вариант. Ча Ый Джэ достал телефон.

***

В то же время, в комнате для свиданий Бюро управления пробужденными.

Пчела сидела на стуле и нервно трясла ногой. В этот момент дверь по ту сторону комнаты открылась. Она резко вскочила. Когда она увидела вошедшего, по её лицу поочерёдно пробежали разочарование и гнев.

— Что? Чон Бин?

— Ха-ха… простите. Я пришёл вместо него.

Чон Бин неловко прочистил горло. Пчела вцепилась в решётку и резко выпалила.

— Что, этот ублюдок опять отказался от свидания?

— Да, именно так.

— Уже полтора года? И в этот раз тоже не захотел показываться?

— Да, Пчела.

— Скажи ему, чтобы прекращал!

Бах! Пчела пнула стул, и в воздухе на мгновение повисло напряжение. Однако спокойная улыбка Чон Бина, стоявшего напротив неё по другую сторону решётки, ничуть не изменилась.

— Такова его воля. Мы ничего не можем с этим сделать. Прошу прощения.

— Да почему вы так носитесь с его волей?!

Пчела раздражённо ткнула пальцем. Чон Бин с неловким видом ответил.

— Таков закон. Я пытаюсь уговорить Мэтью, но… хм… он настроен очень решительно.

Мэтью находился под стражей в подземной тюрьме Бюро управления пробужденными и ожидал суда. Он признал все обвинения и заявил, что его преступления были совершены по собственной инициативе и не имеют отношения к гильдии HB.

Пчела продолжала навещать его. Ей было слишком много чего сказать. Однако Мэтью каждый раз отказывался от свидания. Говорил что-то вроде того, чтобы она забыла такого преступника, как он, и жила дальше.

Чушь!

Она уже собиралась бросить ещё пару резких слов в ни в чём не повинного Чон Бина, когда зазвонил телефон.

Опять кто-то. Пчела с мрачным лицом достала телефон... и замерла.

[Ресторан похмельного супа]

Звонил владелец ресторана похмельного супа, Ча Ый Джэ. На лице, ещё секунду назад переполненном гневом, промелькнуло лёгкое недоумение. Звонок? Вдруг? Что-то случилось? Она хмыкнула, прочистила горло коротким покашливанием и нажала кнопку ответа.

— Алло. Что случилось?

— А, Пчела. Это Ча Ый Джэ. Дело, собственно, вот в чём…

После короткой паузы Ча Ый Джэ по ту сторону трубки выдавил из себя одну фразу.

— Я хотел бы попросить совета. Эм… по поводу свидания.

Свидание.

Одно-единственное слово резко врезалось в уши. Пчела мгновенно дёрнула головой в сторону. По ту сторону решётки Чон Бин, похоже, тоже уловил слово «свидание» и его глаза широко распахнулись. Она прикрыла динамик телефона ладонью и быстро выпалила.

— Подожди, подожди, подожди. Через минуту я перезвоню. Секундочку!

Тук. Вызов был сброшен. Повисла адская тишина. В тот момент, когда Чон Бин уже открыл рот, собираясь что-то сказать, Пчела ткнула в него пальцем.

— Ахахаха! Любопытно, да? Умираешь от любопытства?

Её глаза сверкнули.

— Если интересно, убеди этого ублюдка Мэтью!

Экстра 18

Чон Бин с растерянным лицом вскочил со своего места.

— Подождите, Пчела!

— Угу~ не слышу~ мне нужно позвонить, понимаешь? Ча Ый Джэ выбрал меня в качестве советчика!

Пчела ткнула в себя пальцем и громко воскликнула.

— Не Чон Бина, не Пэ Вон У, а именно меня, Пчелу!

— …

— Ну всё, тогда я побежала. Попробуй там немного припугнуть Мэтью!

Она торопливо выскочила из комнаты для свиданий и одним махом добежала до парковки. Заводя мотоцикл, она позвонила.

— Алло…

— Это Пчела. Прости, что так внезапно сбросила, тут просто ещё люди были.

— А, вот как. Ничего страшного. Я тоже неожиданно позвонил…

— В любом случае, ты хочешь получить совет насчёт свидания, да?

— Да. Просто спросить об этом можно разве что у тебя, Пчела.

— Очень верный выбор. Подожди, давай поговорим при встрече. Я сейчас поеду в ресторан похмельного супа!

Она небрежно сунула телефон в карман брюк и тронулась с места.

***

Конечно, Ча Ый Джэ растерялся. Он не собирался устраивать консультацию в таком полноценном формате. Но остановить её, равную ему по напору и решительности, он был не в состоянии. Пчела, не обращая внимания на табличку с надписью «Время подготовки ингредиентов», распахнула дверь и решительно вошла.

— Начнём!

Ча Ый Джэ редко позволял себе быть подавленным чужим напором, но послушно кивнул. Он принёс стакан воды Пчеле, занявшей центральный стол, и сел напротив. Пчела, сияя глазами, спросила.

— Ах~ свидание, значит. Ты всё время варишь похмельный суп, а когда же успел завести девушку? Что за человек? Красивая? Добрая? Ой, может, такие вопросы невежливо задавать.

Добрый... не знаю. А красивый?

«Красивый, конечно…»

Это было не преувеличение и не розовые очки, а объективный факт, с которым даже Пчела была вынуждена бы согласиться. Согласно вики Ли Са Ён, в прошлом он с подавляющим отрывом занял первое место в голосовании за самого красивого охотника. Для справки, второе место тогда досталось Пчеле.

После недолгих раздумий Ча Ый Джэ кивнул, и Пчела, с трудом сдерживая растягивающиеся в улыбке губы, скрестила руки на груди.

— Ну и ну, настоящий безнадёжно влюблённый. Так что, что тебя интересует?

Ча Ый Джэ долго колебался и лишь потом с трудом выдавил один вопрос.

— …Что обычно делают на свиданиях?

— А? Да просто вместе гуляют. Вместе ездить на машине, кататься — это тоже свидание. Да и что такого в свидании? Если вы вместе, значит, это уже свидание.

Если так рассуждать, получается, что они и так постоянно ходят на свидания… Вид у Ча Ый Джэ стал неуверенным, и Пчела, поглаживая подбородок, закатила глаза.

— М-м~ хочешь чего-то особенного? Какое-нибудь особенное свидание? Подходящее для памятного дня?

До памятной даты не доходило, но всё же. Ча Ый Джэ почесал голову.

— Нет, ну… такое, какое у всех. Обычное свидание тоже подойдёт. Просто… я не особо ходил на свидания, которые прямо можно назвать свиданиями…

— Чего? А вы сколько уже встречаетесь?

— …Довольно давно, наверное.

— И при этом почти не ходили на свидания?

Ча Ый Джэ молча кивнул. Пчела с серьёзным лицом пробормотала.

— …Ну да. Вы же были до безобразия заняты. Да ещё и ты на двух работах вкалывал.

Она, не размыкая рук, постучала пальцами по собственному предплечью. Бормотание просочилось между губ.

— Хм… Значит, так? Тогда мне снова придётся составить идеальный план…

— Что? Мне бы просто места, куда можно сходить…

— Нет. Такие расплывчатые ответы только заденут мою гордость. Я составлю идеальный маршрут. Такое свидание, чтобы оно стало по-настоящему особенным!

Нет, в этом нет необходимости.

— Правда, обычного маршрута будет достаточно…

— Нет!

Ча Ый Джэ снова и снова умолял, что ему нужен просто обычный, самый заурядный маршрут для свидания, но, похоже, до Пчелы это не доходило. Она уже достала телефон и что-то быстро набирала, постукивая по экрану.

Вдруг Пчела спросила.

— А какие у твоего партнёра предпочтения?

Предпочтения? Ча Ый Джэ моргнул, и Пчела добавила.

— Ну, например, не любит много ходить пешком или не любит людные места. Любит сидеть дома или выходить куда-то. Если любит, то что именно. Такое вот.

— М-м….

Ча Ый Джэ задумался о Ли Са Ёне. Что же ему нравилось?

К счастью, ответ нашёлся довольно легко.

— Сам по себе выходить из дома он не против, но людные места не любит. Он предпочитает держаться на расстоянии от людей. На животных ему нравится смотреть, но тоже на расстоянии. Он не трогает их руками…

— Хм, правда?

— Да. Такое чувство, что ему нравится наблюдать.

— …Ой, тогда всё ясно.

— Да?

Пчела внезапно сунула ему под нос экран телефона. На синем фоне медленно проплывали чёрные силуэты рыб.

— Аквариум!

Аквариум. Ча Ый Джэ с ошеломлённым видом спросил.

— Но в аквариуме же тоже много людей, разве нет?

— Да ладно, если пойти в понедельник, там почти никого. Людно бывает по выходным и вечером. В понедельник с утра и до дня спокойно всё посмотрите, а я подберу вкусный ресторан и кафе с хорошей атмосферой. Вот так и сделаем.

— А? Да, да, спасибо…

— И ещё! Только не говори своему партнёру, что это я выбрала.

— Что? А почему…

— Ну, если скажешь, что кто-то другой выбирал, он может начать ревновать. Если вдруг спросит, скажи, что владелец ресторана нашёл. Понял?

Ревновать… будет? Ча Ый Джэ прокрутил в голове небольшую симуляцию.

«Са Ён-а, давай сходим в аквариум».

«Опять где-то что-то подсмотрел?»

«Пчела посоветовала».

«…Вот как? Пчела? Посоветовала?»

В тот момент, когда воображаемый Ли Са Ён наклонил голову набок, Ча Ый Джэ прервал симуляцию. Даже без дальнейших размышлений всё было ясно. Ему пришлось бы как минимум тридцать минут успокаивать Ли Са Ёна с перекрученным, как крендель, настроением. Ча Ый Джэ энергично кивнул.

— Понял.

Пчела тут же отправила ему ссылку на покупку билетов в аквариум и сразу же закончила с бронированием ресторана. Ча Ый Джэ был слегка ошарашен. За всю жизнь он мог пересчитать по пальцам людей, чья решительность превосходила бы его собственную.

Он раз за разом кланялся, а Пчела протянула руку, предлагая пожать её.

— Потом расскажешь, как всё прошло.

Ча Ый Джэ протянул руку и крепко пожал ей руку.

***

В тот вечер Ча Ый Джэ внезапно сказал Ли Са Ёну, который лежал, положив голову ему на бедро.

— Эй, Са Ён-а. Пойдём в аквариум.

— …Вдруг?

Ли Са Ён перевёл взгляд и посмотрел на Ча Ый Джэ снизу вверх. В последнее время это было его самым частым словом.

«Вдруг?»

Когда повседневная жизнь вошла в стабильную колею, Ча Ый Джэ пустился во все тяжкие. То ли это была компенсация за время, когда он не мог делать всё, что хотел, то ли ответная реакция на напряжённый график.

Причину понять было сложно, но с точки зрения Ли Са Ёна наблюдать за тем, как Ча Ый Джэ активно снуёт туда-сюда, было довольно занятно, поэтому он просто смотрел со стороны.

И вот слово, которое произнёс Ча Ый Джэ. Аквариум. Ча Ый Джэ протянул телефон и показал фотографии аквариума.

— Вот, аквариум. Пойдём посмотрим на рыб.

Ли Са Ён, глядя на рыб, которые на фоне голубой воды выглядели чёрными тенями, ответил.

— Может, лучше позвать младшего Скумбрию и попросить его устроить рыбное шоу?

— Эй, это вообще одно и то же?

— Со Скумбрией ведь живее выходит, не так ли? А их сом ещё и сердечки рисует. Такой сервис для фанатов.

— …Это я бы посмотрел.

— Вот видишь?

— Тогда посмотрим и это, и в аквариум сходим.

— Ну… ладно. Тогда билеты надо купить, да?

Ча Ый Джэ демонстративно расправил грудь.

— Эй, я уже все билеты купил.

— А? И что бы ты делал, если бы я сказал, что не пойду?

— Тогда приставал бы, пока не согласишься.

Ах, может, стоило немного покапризничать. Ли Са Ён приподнял уголок губ.

Зная он или нет, что творится у Ли Са Ёна на душе, Ча Ый Джэ с воодушевлением начал тараторить.

— Я всё распланировал, Са Ён-а. В понедельник утром идём в аквариум, спокойно посмотрим, а, и ресторан я тоже забронировал. Тихое место.

Разумеется, по меркам Ли Са Ёна это был довольно сырой план, весь в дырах и недочётах. Но Ли Са Ён кивал и внимательно выслушал всё, что говорил Ча Ый Джэ. Разве плохо, когда у человека есть то, что он хочет сделать. Для Ли Са Ёна видеть, как Ча Ый Джэ живёт, занимаясь тем, что ему нравится, а не надрывается, закрывая разломы, только радовало.

Ли Са Ён потёрся затылком о бедро Ча Ый Джэ и ответил.

— Хорошо. Давай действовать по плану хёна.

***

Так наступило утро понедельника, день свидания в аквариуме.

У Ли Са Ёна по-прежнему не было водительских прав, у Ча Ый Джэ тоже не находилось времени, чтобы их получить, поэтому перед ними встали три варианта: общественный транспорт, такси или Романтичный открыватель.

Ли Са Ён без колебаний выбрал Романтичного открывателя. Теперь он уже не состоял в гильдии, поэтому расплатиться зарплатой не получалось. За каждое использование приходилось платить отдельно.

— Сколько берёшь за одно открытие двери?

— Если близко — 100. Если далеко, то доплачиваете по расстоянию.

А, вот почему прибегает по щелчку пальцев. Ча Ый Джэ, держась за дверную ручку, с жалостью смотрел на Романтичного открывателя, который дёргался, как новорождённый оленёнок.

Спустя мгновение дверь и Романтичный открыватель исчезли, и двое оказались перед высоким зданием, где располагался аквариум. Ча Ый Джэ, натягивая маску на лицо, сказал.

— Мы специально пришли в то время, когда людей мало, но всё равно давай будем осторожны. Чтобы не бросаться в глаза.

— Ну… ладно.

Ли Са Ён, в солнцезащитных очках и чёрной маске, кивнул. Они с решительным видом вошли в вестибюль здания.

В то же время в соцсетях появился один пост.

240ХожуСОткрытымЛицом@240godface

Эй, ребят, говорят, в аквариуме замечен 240, это вообще реально?

Факт, который Ча Ый Джэ упустил из виду. А именно…

240ХожуСОткрытымЛицом@240godface

Са Ён, ты же не думаешь, что если надел очки и маску, то спрятал лицо? Ты же ходячий торговый автомат…

@40purpleguy

Существует Ли Са Ён, который думает, что если засунул голову под одеяло, то его не видно, как кота

Дело было в том, что Ли Са Ён — человек, который бросается в глаза самим фактом своего существования.

Экстра 19

Как и сказала Пчела, в понедельник утром в аквариуме было немноголюдно. Ну да, что семейные посетители, что пары в основном приходят по выходным. Однако даже при такой редкости полностью избежать чужих взглядов не получалось. Он отчетливо ощущал украдкие наблюдающие взгляды.

«Ну, тут уж ничего не поделаешь…»

Ча Ый Джэ мельком посмотрел на стоящего рядом Ли Са Ёна. Голова, возвышающаяся над остальными почти на голову, лицо, которое невозможно скрыть, даже несмотря на солнцезащитные очки и маску. Он был человеком, который выделялся не только лицом, но и телосложением, и ростом. Как можно не заметить гуляющий телефонный столб.

Он и не питал наивных иллюзий, будто одна маска способна скрыть такую ауру. Ну, знаменитость, значит, придётся смириться… Ча Ый Джэ освободил разум.

Не подозревая при этом, что их свидание уже транслируется в соцсетях в режиме реального времени.

Они двинулись дальше, следуя указателям маршрута осмотра. В зоне пресноводных рыб они рассматривали самых разных диковинных рыб, которых можно увидеть разве что в Амазонке, а если пройти дальше, показалось семейство выдр. Коричневые выдры, покачивая упитанными хвостами, плавали в воде.

Разглядывая их, Ча Ый Джэ спросил.

— Ты знаешь разницу между выдрой и каланом?

— И в чём она?

— Если кажется, что у тебя отберут моллюска, это калан, а если ты сам его отберёшь, то выдра.

— Хм… Ну да, не похоже, что он живёт, всё время отдавая.

Skate @S2_skate

Даже такой знаменитый охотник, как Ли Са Ён, живёт в мире, где учат различать выдр и каланов… мне тоже надо стараться жить усерднее.

Пройдя зону выдр, они вышли к зоне пингвинов. Когда они несколько раз подряд нажали кнопку у устройства, воспроизводящего крики пингвинов, одна сообразительная птица подплыла ближе и наклонила голову. Пингвин Адели, хлопая крыльями, пристально уставился на Ли Са Ёна. Ли Са Ён не отвёл взгляда и начал настоящую дуэль глазами. Ча Ый Джэ тут же встал рядом и запечатлел редкое зрелище на фото.

ПингвиньиЗаметки@penguin_study

Пошёл посмотреть на пингвинов, а вживую увидел битву взглядов Ли Са Ён vs пингвин Адели. Надо в дневник записать.

ПингвиньиЗаметки@penguin_study

Они так и продолжали пялиться друг на друга, пока кто-то не утащил Ли Са Ёна за руку, и исход остался неизвестен. Интересно, кто бы победил, если бы продолжили.

После зоны пингвинов перед ними открылся морской зал. За прозрачным стеклом проплывали самые разные рыбы и черепахи. Акула то ли была сыта, то ли спала, распластавшись на дне.

Ча Ый Джэ следил взглядом за рыбами, плавающими стаями. Ли Са Ён наклонил голову.

— Тебе такое нравится?

— Да. Красиво же.

— Правда…

— Не так уж часто выпадает шанс увидеть таких рыб.

Колышущийся синий свет аквариума пролился на лица обоих. Ча Ый Джэ вдруг повернулся и посмотрел на Ли Са Ёна.

— Сделаем фото?

— Фото?

— Да, на фоне аквариума.

— Давай.

Пока Ча Ый Джэ запускал приложение камеры на телефоне, Ли Са Ён снял солнцезащитные очки и опустил маску до подбородка. Он проигнорировал тихие возгласы вокруг. Взяв телефон и подняв его повыше, Ли Са Ён подбирал ракурс, а затем приподнял уголки губ.

Щёлк.

Ча Ый Джэ, неловко сложивший два пальца буквой V, и Ли Са Ён, улыбающийся с приподнятыми уголками губ. Первая фотография вышла до смешного неуклюжей, но неожиданно пришлась по душе. Ли Са Ён, глядя на снимок, удовлетворённо улыбнулся.

Ли Са Ён сделал селфи…? И не один, а с тем, с кем пришёл вместе?

Сегодня мои представления о мире рухнули

Конечной точкой маршрута по указателям оказался сувенирный магазин. Продуманный коммерческий ход — расположить его так, чтобы туда обязательно заходили сразу перед выходом после восторженного осмотра аквариума.

Разглядывая витрину, уставленную всевозможными мягкими игрушками, Ча Ый Джэ взял в руки одного пингвина. Мягкого и пушистого, размером почти с верхнюю часть тела человека.

— Надо купить одну для Ха Ын.

— Хм, насчёт морских животных я не очень знаю. Но этот пингвин разве не милый? Пингвинов же все любят.

— У неё вкус не самый обычный. Может, вот это ей понравится больше.

Ли Са Ён показал игрушку акулу с торчащими зубами.

— …Правда?

— Давай обе возьмём. Я куплю. И хёну тоже одну возьмём.

— Мне? Игрушку?

— Ага.

— Да мне и положить её некуда… Объёмная, только место займёт.

— Только в такие моменты ты начинаешь мыслить практично…

Ли Са Ён тихо цокнул языком, осмотрелся и направился куда-то в сторону.

— Тогда вот такое.

Он указал на небесно-голубой брелок в виде дельфина, размером с мизинец. А, вот такое, пожалуй, подойдёт. Ча Ый Джэ взял с витрины рядом с голубым светло-фиолетовый брелок с дельфином и протянул его Ли Са Ёну.

— Тогда давай и это вместе возьмём.

— Ага… Парные брелоки?

Парные. От этого слова рука Ча Ый Джэ на мгновение замерла. В это время Ли Са Ён, приподняв уголки губ, улыбнулся и взял брелок.

— Ну, хорошо. Раз уж купили, давай повесим туда, где будет хорошо видно.

— Д-да... Хорошо.

Он почему-то смутился. Пока он неловко тёр затылок, Ли Са Ён расплатился и вернулся. Покинув сувенирный магазин, они зашли в лифт, чтобы отправиться в ресторан.

Ли Са Ён, поднеся светло-фиолетовый брелок с дельфином к свету, сказал.

— Кстати, по-моему, меня кто-то сфотографировал. Слышал звук затвора?

— Ага.

— Может, разберёмся с людьми? Чтобы фото не выкладывали.

— Да нормально, наверное. Ты же всё равно в маске.

— Но ведь могут догадаться, что хён — это J. С такими пепельно-серыми волосами, да ещё и мы вот так рядом ходим.

— Ну, это да, но…

Ча Ый Джэ пожал плечами.

— Лицо же не полностью видно. Ничего страшного.

— Хм…

— Эй, всё нормально, нормально. Пойдём лучше поедим.

— Хорошо. Тогда поедем… на такси.

— Ладно.

Пока они направлялись в ресторан, интернет успел встать на уши.

240ЭтоКотёнок@240blackcat

Оказывается, существует фото 240, который обнимает гигантскую плюшевую игрушку императорского пингвина размером с человеческое тело???

(Фото)

Снимок был размытым, будто сделан издалека, но даже по высокому росту и одному лишь профилю было ясно, что это Ли Са Ён. На фото Ли Са Ён в чёрной маске прижимал к боку огромного, пушистого пингвина. Кадр мгновенно разлетелся, набрав несколько тысяч ретвитов.

Мамбо@snake240mamba

Да блять, Са Ён, мы тут до усрачки спорили, ты кот или змея, а ты ещё и пингвина добавил? Ну, по крайней мере, выглядит так, будто ты живёшь в своё удовольствие, и это приятно видеть

ОхотничьиНовости@hunter_papa

Сообщается, что рядом с главой гильдии Падо, Ли Са Ёном, находился некий неизвестный мужчина. Они всё время держались вместе, даже сделали совместное селфи, демонстрируя близкие отношения.

JВернись@240xJ

Блять, J спас мир и снова пропал, я и так умираю от грусти, а ты, 240, даже не думаешь искать J и вместо этого ходишь на свидание с каким-то посторонним парнем? Ты после этого вообще можешь сказать, что искренен по отношению к J?

└ Ого, ещё остался сумасшедший, который продвигает пейринг Ли Са Ёна с J

└ Удаляй пост, блять~

@40purpleguy

А разве у Ли Са Ёна способность яда не осталась прежней? Как они вообще могут так вплотную ходить? Тот человек тоже охотник? Или обычный?

ЯПослеЛазернойКоррекции@mang_bung

Не знаю как вам, но, по-моему, они просто хорошо смотрятся вместе?

(Полузаморозка)Змей@snake_black240

Подождите, я давно не заходил и запутался. То есть Ли Са Ён это императорский пингвинёнок, который пошёл на свидание и делал селфи с обычным парнем?

└ Точно

После этого фотографии Ли Са Ёна продолжали всплывать по всему интернету. Ли Са Ён, выходящий из ресторана с игрушкой пингвина под мышкой. Ли Са Ён, склонившийся головой к какому-то парню и разглядывающий телефон. Ли Са Ён за стеклом кафе, безжалостно расправляющий вилкой шоколадный торт. Ли Са Ён, точно смотрящий в объектив камеры, и так далее.

Когда такие повседневные снимки Ли Са Ёна, которые обычно исчезли бы из интернета за считаные минуты, начали поступать непрерывным потоком, реакция фанатов была, без преувеличения, взрывной.

«Чёрт, наш Са Ён выглядит чертовски счастливым…»

И вскоре эти фотографии начали распространяться дальше, за пределы фанатских лент в соцсетях, в ещё более широкий мир. А именно...

«Ого?»

К тем самым людям, у которых в охотничьем мире было полно связей: Пэ Вон У и братьям Скумбрии.

Пэ Вон У, слушая бодрые выкрики детей, почесал голову. На размытом фото человек был явно хозяином ресторана похмельного супа, то есть J. Они что, вместе гуляли? Выглядят близкими. Не заподозрив ничего странного, он выложил фотографию в групповой чат постоянных посетителей ресторана похмельного супа.

: Эй, Са Ён с хозяином ресторана гулять пошёл ㅋㅋ

В это время Пчела как раз готовилась к рекламной съёмке. Она сидела перед зеркалом, пока ей делали макияж, и бездумно нажала на всплывшее уведомление с сообщением...

...и столкнулась взглядом с фотографией Ли Са Ёна с игрушечным пингвином и стоящего рядом Ча Ый Джэ.

Вывеска на фоне определённо была рестораном, который она забронировала...

В тот же миг знакомый голос пронёсся у неё в голове.

«Сам по себе выходить из дома он не против, но людные места не любит. Он предпочитает держаться на расстоянии от людей. На животных ему нравится смотреть, но тоже на расстоянии. Он не трогает их руками…»

«Да. Такое чувство, что ему нравится наблюдать».

Просьба о совете по свиданию. Партнёр, который не против выйти, но не любит толпы. Партнёр, которому нравится наблюдать за животными.

Красивый? Партнёр?

И Ли Са Ён с Ча Ый Джэ, замеченные перед рестораном, который она забронировала, с игрушкой пингвина в руках.

Все улики указывали лишь на один вывод.

«Не может быть?»

Однако Пчела отрицала.

«Не может быть… Этого не может быть…. Совпадение? Может, фото сделано в другой день. Да, или вообще это снимок, сгенерированный ИИ…»

Листая фотографии, отказываясь принимать реальность, она вдруг резко замерла. На снимке, сделанном издалека на фоне аквариума, в кадр попала знакомая черепаха. Эта черепаха была долгожителем аквариума, который порекомендовала Пчела, сорокалетней морской черепахой Ёнпхаль.

«Не может… быть?»

Её руки задрожали. Его что, шантажируют, и поэтому он встречается? Ли Са Ён был вполне способен на такое. Он ведь изначально был слегка безумен. Но вместе с тем где-то внутри поднималась мысль, что J вряд ли не смог бы справиться с Ли Са Ёном.

Отрицать дальше было невозможно.

Значит, он правда встречается по любви? Настолько, что даже просит совета по маршруту свидания?

Истина, которую нельзя было знать, нет… которую не хотелось знать, разворачивалась у неё в голове.

Визажист, аккуратно снимающий ресницы по одной, заметил неладное и спросил.

— Что такое, Пчела? В чём дело?

Хрясь.

Она ответила, аккуратно переломив телефон надвое. А затем вскочила с места и закричала.

— Ли Са Ён, ублюдок, я тебя убью!!

Экстра 20

— Пчела, Пчела? Что случилось, боже! Телефон же сломался!

Визажист от неожиданности отступила назад. Пчела, тяжело дыша, попыталась перевести дыхание. Успокоиться. Успокоиться. Успокоиться? В такой ситуации вообще можно успокоиться?

Ли Са Ён и Ча Ый Джэ. Ли Са Ён и J. Если выбирать одного из двоих, то даже после смерти и возвращения к жизни это был бы J. Вероятно, большинство тех, кто знает их обоих, выбрали бы второго. А если это люди из охотничьей индустрии, то тем более.

«Да J же слишком жалко, ну вот правда!»

Прилежный владелец ресторана похмельного супа и бывший герой. Невоспитанный бывший проблемный подросток, ныне безработный Ли Са Ён. Из достоинств только деньги и лицо. Сравнивать тут было нечего. С точки зрения Пчелы Ли Са Ён был безумцем и бессовестным воришкой.

Вообще-то в чужие любовные истории не вмешиваются, но это было совершенно невозможно терпеть. Как можно спокойно смотреть на то, как добрый и старательный J целиком попадает в лапы Ли Са Ёна!

«Я тебе этого не спущу!»

Но злость злостью, а съёмка съёмкой.

— Пчела, нужно быстрее заканчивать макияж!

— …Да.

Она не смогла противиться рукам визажиста и снова тяжело опустилась в кресло. В зеркале её лицо выглядело так, будто она была готова в любой момент свернуть кому-нибудь шею.

На следующий день после рекламной съёмки Пчела, словно оса, помчалась в ресторан похмельного супа ровно к открытию и,...

Сегодня выходной

...обнаружила на плотно закрытой двери небрежно прикреплённый листок бумаги. Криво нацарапанные буквы поверх пёстрых рекламных флаеров, нахальный тон без указания даже причины отдыха. С любой стороны это был не почерк Ча Ый Джэ. Это…

— Ли Са Ён…

Плечи Пчелы мелко задрожали. Она схватилась за голову и снова вскрикнула.

— Сумасшедший!!

Она начала устраивать Ли Са Ёну телефонную атаку с только что купленного телефона. Разумеется, он не отвечал. Раззадоренная Пчела решила звонить до тех пор, пока он не возьмёт трубку.

: Спасибо, Пчела. Благодаря вам свидание прошло замечательно.

: В следующий раз обязательно отплачу!

Не зная ни о благодарственных сообщениях от Ча Ый Джэ,

: Пчела, очень прошу, перезвоните ㅠㅠ

: Мэтью я как-то уговорил.

: И ещё, вам что-нибудь известно о фотографиях, выложенных вчера? Ли Са Ён не берёт трубку ^^;

ни того, что она полностью игнорировала отчаянные попытки связаться с ней со стороны Чон Бина.

***

Тем временем свидание Ли Са Ёна и Ча Ый Джэ бурно обсуждалось и в другом месте.

А именно на анонимном форуме охотников, HunterNet.

Даже сейчас, когда Система исчезла и профессия охотника стала номинальной, сообщество охотников упрямо продолжало существовать. Конечно, это было скорее поддержание жизни, когда за день появлялось лишь несколько редких постов.

Тихое сообщество всколыхнул один-единственный пост.

Заголовок: [Анонимно] 240 сейчас.jpeg

(фото)

(фото)

С утра сходил на свидание в аквариум

Фотографии, прикреплённые к посту, были теми самыми снимками свидания Ли Са Ёна, которые в соцсестях уже перевалили за несколько тысяч ретвитов и теперь шли на десятки тысяч. Разумеется, охотники, прекрасно знавшие дурную славу Ли Са Ёна, были ошеломлены.

― Пожалуйста, добавляйте в заголовок пометку 240

― Это не фотошоп, правда?

Потрясение, удивление, зависть. И кто-то, внимательно разглядывавший фотографии, узнал человека рядом с Ли Са Ёном. Владельца известного ресторана похмельного супа, Ча Ый Джэ.

Заголовок: [Анонимно] А рядом с 240 не владелец ресторана похмельного супа?

По цвету волос и телосложению вроде он

Они настолько близки, что вместе ходят в аквариум?

Комментарии (99+)

― Раз близки, значит и пошли, 240 в последнее время постоянно торчит в ресторане похмельного супа

└ Но у 240 же до сих пор яд, нет? Как владелец рядом с ним вообще в порядке? Говорили же, что он D-класса

└ Наверное, предмет использовал

└ Эффекты предметов же все исчезли, ты что

└ Может, способность сопротивление яду?

└ Как D-класс может блокировать яд S-класса  ㅋㅋ

Заголовок: [Анонимно] Всё-таки 240 суперзвезда

Всего несколькими фотографиями воскресил мертвое сообщество

Впервые за долгое время после исчезновения Системы HunterNet взорвался. И всё благодаря Ли Са Ёну. Оживлённое сообщество охотников наполнилось постами. В основном обсуждали фотографии, а между делом спрашивали друг у друга, как идут дела, или жаловались, что сейчас тяжело выживать.

И среди этого появился один особенно острый пост.

Заголовок: [Анонимно] Пишу, готовясь к тому, что меня назовут психом

А вам не кажется, что владелец ресторана похмельного супа похож на J?

Не лицо, а телосложение и цвет волос

Если сравнить с фото, где раньше были вместе J и 240,

очень похоже

А вдруг это J?

Или только мне так кажется?

Комментарии (99+)

― Если волосы пепельные, так сразу J? Тогда и крыса J ㅋㅋ

└ Даже не из-за цвета волос, телосложение реально очень похоже, сравните фото

― Очнись уже, с чего бы J варил похмельный суп

└ Я же потому и написал «вдруг»;; слишком уж похоже

― Но если без шуток, и правда похож… для D-класса он разве не слишком силён?

Разумеется, были и опровержения.

Заголовок: [Анонимно] Да вы вообще думаете головой

Если бы владелец ресторана похмельного супа был J?

Получается, 240 и J вдвоём сходили на свидание в аквариум, да…

Это вообще возможно? Я скорее поверю в Прометея

Это просто не имеет смысла

Комментарии (99+)

― В мире, где люди из рук огонь извергают, что тут может быть невозможного?

└ И правда ㅋㅋ

―А я буду считать, что владелец — J~ Так даже интереснее~

А тем временем на рыбном рынке Норянджин, в рыбной лавке Чанмин.

Ли Са Ён мельком посмотрел на имя звонящего, вспыхнувшее на громко вибрирующем телефоне — [Шершень]. Усмехнувшись, он перевёл телефон в беззвучный режим и убрал его в карман. Мурена подплыла по воздуху и нарисовала сердечко возле головы Ли Са Ёна. Застучали клавиши.

— Хм, в соцсетях почти все обсуждают Ли Са Ёна, но на HunterNet, как и ожидалось, есть люди с острым чутьём.

— Много?

— Не так уж, но если так пойдёт дальше, их станет больше.

Скумбрия криво приподнял уголок губ и снова посмотрел на фотографии свидания.

— Ого, вы ещё и селфи вместе сделали? Похоже, свидание было весьма занятным. Вот уж…

Младший Скумбрия стёр улыбку и, с серьёзным выражением лица, пролистал посты до конца. Ли Са Ён ответил лишь пожатием плеч. Младший Скумбрия убрал руки с клавиатуры и подпер подбородок обеими руками.

— Итак, что за задание на этот раз?

— Убрать.

Ли Са Ён кивком указал на ноутбук.

— Делай что угодно. Главное — чтобы общественное мнение о том, что Ча Ый Джэ и J один и тот же человек, исчезло. Если полностью убрать нельзя, пусть это считают шуткой, выдумкой или пустым разговором.

Младший Скумбрия прищурился. Он несколько раз легко постучал пальцами по щеке, словно что-то просчитывая.

— Хм… Полностью стереть, думаю, не выйдет. Магических камней нет, так что способность хёна использовать не получится… Но второй вариант реализуем. Правда, придётся немного задействовать Бюро управления пробужденными. Там будет доплата, вас это устроит?

— Неважно.

Фиолетовые глаза зловеще сверкнули.

— Просто скрой слух, что Ча Ый Джэ это J. Любым способом.

— Ну… хорошо. Заказ принимаю.

Младший Скумбрия пожал плечами и поднялся. Он протянул руку для рукопожатия и, широко улыбаясь, сказал.

— Когда ни монстров, ни разломов уже нет, нужен ли герой? Владелец ресторана похмельного супа сейчас нужнее.

Ли Са Ён усмехнулся, пожал протянутую руку и слегка потряс её.

— Верно сказано…

— А, кстати. Хён нарезал морского окуня и лосося. Заберите с собой.

— В-всё уже… нарезано…

Из-за двери появился юноша в розовом пластиковом фартуке и с ножом для сашими в руке. Растрёпанные тёмно-синие волосы, под ними чёрная роговая оправа очков. Это был старший Скумбрия. Осознав, что держит нож, он вздрогнул и поспешно опустил его. Затем, суетясь, протянул большой тяжёлый чёрный пакет.

— В-вот… за-заберите… съе-съешьте вместе с… хённимом.

— Благодарю.

Ли Са Ён взял пакет и слегка кивнул. Младший Скумбрия обнял старшего за плечи и, помахав рукой, проводил его взглядом.

— Всего доброго~ Как закончим, я свяжусь~

Выйдя с рыбного рынка, Ли Са Ён без колебаний заблокировал номер Пчелы, которая не переставала ему звонить. Затем он набрал номер Ча Ый Джэ. Когда связь установилась, Ли Са Ён заговорил мягким голосом.

— Мм, хён.

— Да, Са Ён-а. Где ты?

— Сейчас домой поеду. …Завтрак? Нет, я купил сашими. Давай это поедим. Да, да.

Он завершил звонок и, напевая себе под нос, зашагал по улице.

***

Тем временем Пчела, убедившись, что теперь не проходят даже гудки, поняла, что её номер заблокировали.

— Этот сумасшедший…

Она уже собиралась снова разломать телефон пополам, но, заметив несколько входящих уведомлений, замерла. К счастью, сообщения Чон Бина находились выше сообщений Ча Ый Джэ.

Из трёх сообщений в глаза бросилась одна строка.

: Мэтью я как-то уговорил.

Пчела резко подняла голову. И, оттолкнувшись от земли, побежала.

Экстра 21

Благодаря заботе Чон Бина свидание проходило не в комнате для посещений, разделённой стеной, а в комнате для допросов Бюро управления пробуждёнными, где можно было сидеть напротив друг друга. Разумеется, при условии, что Чон Бин будет наблюдать за всем через камеры из комнаты наблюдения, но выбирать не приходилось. Пчела сидела на стуле в комнате для допросов и с тревогой ждала, когда откроется дверь.

Вскоре дверь со скрипом, вызывающим мурашки, распахнулась. Первым вошёл Чон Бин. Он с мягкой улыбкой склонил голову.

— Заставил вас ждать. Прошу прощения.

— Ничего. Я недолго ждала.

Пчела ответила сдержанно. Чон Бин отступил в сторону от двери. Следом вошёл мужчина, похожий на медведя, в серой тюремной форме. Мужчина больше самой двери. Это был Мэтью, с руками, связанными чёрной цепью Чон Бина. Он казался немного исхудавшим по сравнению с тем, каким она видела его в последний раз.

Проводив Мэтью к стулу, Чон Бин направился к двери. Затем, с всё тем же мягким выражением лица, он заложил руки за спину.

— Тогда беседуйте спокойно. Ах да, сейчас из-за цепей Мэтью вернулся к телу обычного человека, так что… прошу соблюдать контроль силы, Пчела.

— Понятно.

Со скрипом дверь закрылась. Воцарилась тишина. Пчела, закинув ногу на ногу и скрестив руки, внимательно осмотрела лицо Мэтью. Взъерошенные волосы, очки в серебряной оправе, плотно сжатые губы. Пчела усмехнулась.

— Через полтора года наконец показался. Надо же, какое дорогое у тебя лицо.

Несмотря на резкий тон, выражение лица Мэтью не изменилось. Уже казалось, что она вот-вот сорвётся. Чёрт, нельзя. Такой шанс достался. Она нервно провела рукой по столу.

— Почему вдруг передумал? Делал вид, будто не собираешься видеть меня всю жизнь. Чон Бин на колени вставал, умолял?

— Нет.

Ответ прозвучал тихо. Его взгляд был прикован к столу между ними.

— Мне показалось, что дальше избегать нельзя.

— Что?

— Чон Бин сказал, что Ю Чхэ Хён не сдастся и будет продолжать приходить. Пока не встретится со мной.

При звуке настоящего имени, сорвавшегося с его губ, лицо Пчелы окаменело. Мэтью заговорил медленно.

— Услышав это, я передумал. Поздно, но решил, что лучше всё же встретиться лицом к лицу. Тебе ведь тоже нужно разобраться в своих чувствах.

Пчела вспыхнула и уже хотела вскочить, но остановилась. Она на мгновение перевела дыхание и грубо провела рукой по волосам. Нужно было успокоиться. Чтобы сказать всё, что хотела…

Мэтью медленно поднял голову.

— Зачем ты хотела меня увидеть? Пчела.

— …

Пчела не смогла сразу ответить и сжала губы. Зачем она хотела встретиться с Мэтью. Её взгляд скользнул с его лица к шее. На кадыке остался небольшой шрам. След от рапиры. Скорее всего, и на правой стороне груди есть глубокий рубец. Рана, которую она нанесла собственными руками.

В голове спутались бесчисленные воспоминания и слова.

Мок Тэ О, охотничье имя Мэтью. Мужчина с глубокими мыслями и немногословный. Мужчина, обращающийся с опасным огнём и при этом всегда осторожный. Мягкий, но в то же время строгий, никогда не говорящий того, чего нет в сердце, мужчина, похожий на старое дерево. Мужчина, который может сломаться под ветром, но не станет колебаться.

Пчела лишь теперь это поняла. Его сущность была не деревом. Это был пепел, оставшийся на месте сгоревшего дерева.

«Прошло немало времени. Мир снова изменился, достаточно, чтобы изменились люди».

«За это время ты, похоже, изменилась».

«…К счастью. Хотя бы один из нас».

Ю Чхэ Хён по-прежнему не могла до конца полюбить другую себя, по имени Пчела. Охотничье имя Пчела, яркий образ и сияющие софиты, богатство и слава, кумир девочек. Всё это она получила после пробуждения, но Ю Чхэ Хён всё так же тосковала по фехтовальному залу. Тишина, приходящая вместе с надетой маской, пейзаж, видимый в ограниченном поле зрения. То, что когда-то было всей её жизнью. То, от чего пришлось отказаться в одно мгновение.

И всё же она смогла это вынести, потому что…

«Меня зовут Мок Тэ О».

«У меня нет желания куда-то вступать».

«Я знаю. Вы ведь отклонили предложения всех остальных гильдий».

«Тогда зачем вы пришли?»

«Я хотел встретиться. С вами».

«Почему?»

«Потому что вы похожи на человека, которому не по душе становиться пробуждённым».

«…»

«Мне тоже. Поэтому… хотел поговорить».

В мире, где пробуждение считали благословением, это был первый встреченный ею соратник.

Если бы тогда она не встретила Мое Тэ О, если бы он первым не заговорил с ней, если бы она не взяла его за руку, что бы с ней стало. Сколько ни пытайся представить, такое будущее не складывалось в чёткую картину. Он заговорил с ней, и жизнь изменилась. Ю Чхэ Хён смогла стать Пчелой.

«Почему… в тот день ты заговорил со мной?»

«Почему ты не дал мне сломаться и заговорил? Почему предложил вместе стать охотниками?»

«Почему!»

Вопросы, выплеснутые с яростью и разочарованием. Ответ был безразличным.

«Это был простой каприз. Ничего значимого».

«Поступок без всякого смысла. И всё».

Ложь.

Пока Пчела молчала, Мэтью тихо сказал.

— Сейчас идёт суд. Связываться со мной нехорошо. Это плохо скажется и на твоём образе.

— Не делай вид, будто заботишься. Члены гильдии к твоему делу не причастны. Благодаря тому идиоту, который заявил, что это было одиночное преступление, не связанное с гильдией. И потом, это тайное свидание.

— …Вот как.

Мэтью слегка кивнул и снова замолчал. Это отрешённое, словно достигшее просветления, отношение раздражало. Пчела намеренно бросила фразу. Ей хотелось увидеть, как изменится его лицо.

— Кстати, про одного руководителя группы.

Руководитель группы Хан. Руководитель отдела кадров гильдии HB и человек, скрывший инцидент, произошедший при пробуждении Мэтью. Человек, лишивший Мэтью возможности понести наказание. При упоминании его имени широкие плечи едва заметно дёрнулись. Пчела, накручивая прядь волос на палец, продолжила.

— Гильдия HB всё равно будет распущена, но… его выгнали. И я уже подготовила разоблачение.

— …Разоблачение?

Только теперь Мэтью поднял голову и посмотрел на Пчелу. Пчела усмехнулась.

— Сокрытие информации, получение взяток и прочее. Пока он был журналистом политического отдела, успел получить немало. И нажил кучу врагов. Я кое-что раскопала. Скоро это всплывёт.

Во многом помог Со Мин Ги. На лице Мэтью, до этого бесстрастном, появилась пусть и слабая, но перемена. Пчела внимательно смотрела на него.

— Мок Тэ О.

— …

— Ты до сих пор считаешь себя преступником?

Мэтью не ответил. Молчание было согласием. Пчела тихо вздохнула и провела рукой по волосам.

— Ха… просто нелепо. Почему те, кому действительно стоит раскаяться, этого не делают…

— Грехи, которые я совершил, никуда не исчезнут.

— Сговор с Прометеем, допустим. Но с твоей нуной это же была ошибка!

— Я убил нуну, зятя и племянника.

— Да потому что сразу после пробуждения ты не смог контролировать способности, произошёл несчастный случай…!

Пчела, захлёбываясь, выпалила и осеклась. Сжатая ею рука Мэтью дрожала. Он всё ещё заперт в сгоревшем доме. С самого момента пробуждения и до сих пор. Она проглотила ругательство. Чёрт.

Чёрт!

Она резко вскочила и с силой пнула стул, на котором сидела. Бах! Металлический стул, смявшись как бумага, отлетел и ударился о стену. Из потолочного динамика раздался голос Чон Бина.

— Пчела, порча имущества запрещена.

— А, я возмещу!

Пчела резко схватила Мэтью за ворот.

— Если согрешил, не думай расплачиваться смертью! Ты правда считаешь, что твоя жизнь столько стоит?

Светло-карие глаза отчётливо смотрели на Мок Тэ О.

— Нет. Твоя жизнь не стоит этого. Смерть ничем не отличается от бегства!

Глаза за серебряной оправой очков чуть расширились. Ю Чхэ Хён закричала на Мок Тэ О.

— Не думай умирать. Живи цепляясь, жалко, унизительно. Если не можешь простить себя, живи, стиснув зубы, пока не сможешь простить! Живи, расплачиваясь за свои грехи!

Резкий голос наполнил комнату для допросов. Закреплённые на потолке лампы задрожали. При каждом колебании света лицо Мок Тэ О то погружалось в тень, то вновь озарялось.

Мо Тэ О ошеломлённо смотрел на Ю Чхэ Хён снизу вверх. Светло-карие глаза, влажные, но всё так же ясно отражающие стоящую перед ним фигуру. Отражённый в её зрачках он выглядел до невозможности жалким.

— …Ю Чхэ Хён.

Возможно, не готов был именно Мок Тэ О. У него не хватало смелости встретиться с её прямым взглядом, он не был готов услышать её слова. Поэтому и продолжал бежать. Трусливо.

Мок Тэ О медленно поднял связанные руки. Они были больше её лица. Чёрные цепи, ударяясь друг о друга, звякнули. Он осторожно провёл указательным пальцем по влажному уголку глаза. На пальце осталась влага.

Тук. Лоб коснулся сложенных рук.

— Дурак…

Прошептал влажный голос. Мок Тэ О медленно закрыл глаза.

Экстра 22

Тук-тук-тук, Ча Ый Джэ ловкими движениями чистил чеснок. Даже после свидания в аквариуме его жизнь оставалась прежней. Открыть ресторан, сварить похмельный суп, уйти с работы вместе с Ли Са Ёном. Изменилось разве что светло-фиолетовый брелок с дельфином на телефоне и огромная плюшевая игрушка в виде детёныша императорского пингвина, занявшая место на диване в доме Ли Са Ёна. Как Ли Са Ён и предполагал, Ха Ын выбрала игрушку-акулу.

Ча Ый Джэ бросил чеснок в корзину и слегка нахмурился.

«Фотографировали так много, что я морально подготовился».

То ли люди ничего не замечали, то ли все взгляды были прикованы к Ли Са Ёну. Причина была непонятна, но тех, кто подозревал в Ча Ый Джэ J, не было видно. Зато…

Дзинь, прозвенело уведомление. Отлично, снова прилетело. Ча Ый Джэ собрался с духом и открыл оповещение. Уведомление об обновлении в соцсети. Одна фотография детёныша императорского пингвина на диване. Автор публикации…

Sayoung

Это был Ли Са Ён.

Парень, который за всю жизнь и внимания не обращал на соцсети, после свидания в аквариуме вдруг завёл аккаунт. Потом начал время от времени выкладывать фотографии. Фанаты отчаянно ждали селфи Ли Са Ёна, но появлявшиеся снимки были совсем обыденными.

240ЕстРис@240menu_alrim

(Фото)

Сегодняшнее утреннее меню Ли Са Ёна

Белый рис, соевый суп, кимчи, яичный рулет, приправленные водоросли, сосиски, жареные анчоусы

240ЭтоКотёнок@240blackcat

Ок, тогда сегодня на ужин буду есть сет 240

@40purpleguy

Вау, яичный рулет реально скручен просто художественно красиво

Это была фотография завтрака, приготовленного Ча Ый Джэ.

@40purpleguy

Ребят, вы видели новую фотку от Са Ёна? Что это за чёрный уголёк вообще?

ЯПослеЛазернойКоррекции@mang_bung

Вау, так это, оказывается, яичный рулет.

Са Ён-а, я тебя люблю, но даже если выложить фото угля и называть это яичным рулетом нельзя

Нуна сделала лазерную коррекцию и зрение улучшилось, теперь оба глаза 1.0, меня больше не обманешь

Фотография неудавшегося блюда.

240ЭтоКотёнок@240blackcat

Давайте узнаем о диване 240

(фото ценника с надписью «30 миллионов вон»)

Давайте лучше не будем узнавать

И сегодняшняя фотография дивана с детёнышем императорского пингвина. То, что выкладывал Ли Са Ён, было снимками из повседневной жизни. А люди с острым глазом находили на этих, казалось бы, бессюжетных фотографиях следы чьего-то присутствия.

(Полузаморозка)Змей@snake_black240

(фото)

Но на краешке фотки с завтраком Са Ён… тут ведь ещё одна ложка, да??

ЯПослеЛазернойКоррекции@mang_bung

(фото)

Ребят, а чья рука держит ручку сковороды на фото с угольным яичным рулетом? Рука белая, это не рука Са Ёна

Ненавязчивые сигналы для тех, кто способен заметить. Каждый раз, когда появлялась новая фотография, фанаты сходили с ума, выискивая скрытые детали. Некоторые даже подозревали, что Ли Са Ён съел что-то не то или что у него помутился рассудок. Он ведь никогда раньше таким не занимался.

И вопреки ожиданиям Ча Ый Джэ, людей, догадавшихся, что спутник из аквариума и J один и тот же человек, оказалось немало. Их можно было разделить на две группы. Одни всерьёз это утверждали, но из-за вмешательства братьев Скумбрии их считали несущими чепуху, либо…

J❤ @240xJ_secret

Говорят, человек, с которым он был, это J… это правда? Ааа, у меня голова болит, но если по телосложению смотреть, правда очень похоже… ㅠㅠ

J❤ @240xJ_secret

Если так, могли бы и сказать… прости, Са Ён, что ругала тебя, я буду молчать ㅠㅠ Наверное, у J есть причина не раскрывать личность… хорошо, что вы выглядите счастливыми

J❤ @240xJ_secret

Нет, ну это уже сводит с ума ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ моя пара стала официальной? 240J реально существует? ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ

JВернись@240xJ

Да хоть что вы говорите, мне вообще не задевает~ 240J существует, так что ㅋㅋ

└ Он правда с ума сошёл?

└ Удали пост, чёрт возьми~~

Зная всё это, они либо делали вид, что ничего не знают, либо притворялись незнающими ради J.

В любом случае, по целому ряду причин Ча Ый Джэ удавалось сохранять свою обычную спокойную жизнь.

…До тех пор, пока днём не послышался звук мотоцикла.

***

Вррум-м-м. Оглушительный рёв мотоцикла разорвал шумную атмосферу ресторана похмельного супа. На мгновение в заведении воцарилась тишина. Однако никто не удивился. Все знали, что это звук двигателя любимого мотоцикла Пчелы. Люди решили, что приехала Пчела, и снова начали шуметь. Ча Ый Джэ также не выглядывал из кухни.

— Добрый день.

Пчела вошла, прижав шлем к боку, и поприветствовала посетителей. Лицо у неё почему-то было особенно довольным. Пэ Вон У спросил.

— Что такое, случилось что-то хорошее?

— А? Ну… да.

Она приподняла уголки губ и широко усмехнулась.

— Немного.

В тот момент, когда она собиралась сесть, в поле зрения попались чёрные вьющиеся волосы. Одновременно она с силой толкнула дверь.

Бах!

Раздвижная дверь от силы удара закачалась туда-сюда. Удивительно, что она не сломалась. Лишь тогда Ча Ый Джэ высунулся из кухни. Пчела в чёрной кожаной куртке стояла у входа. Вокруг неё поднималась зловещая аура.

— Эй, Ли Са Ён.

Пчела, словно вызывая на драку, поманила Ли Са Ёна пальцем.

— Выходи.

Постоянные посетители наконец осознали серьёзность ситуации. Особенно те, кто сидел у входа, они схватили столы и вместе с ними отступили подальше.

Ли Са Ён, сидевший за столиком ближе всех к кухне, скрестил руки.

— Думаешь, если так открыть, дверь сломается?

— Да, дверь я ломать не буду. Я тебя сломаю. Выходи, ублюдок!

— Хм…?

Ли Са Ён приподнял одну бровь.

— Странно… не припомню, чтобы делал что-то, что могло бы разозлить шершня.

— Ошибаешься. Подумай как следует.

— Мм…

Ли Са Ён сложил руки, словно размышляя, а затем пожал плечами с видом полного непонимания.

— Как ни думаю, ничего не приходит в голову.

Пчела рявкнула. Ли Са Ён по-прежнему выглядел расслабленным и только пожал плечами.

— Аквариум? А… да, ходил. И что?

Взгляды постоянных посетителей, с живым интересом наблюдавших за происходящим, устремились к кухне. Благодаря общительности Пэ Вон У они знали, что Ли Са Ён и Ча Ый Джэ ходили в аквариум вдвоём. Ли Са Ён тоже это знал, поэтому без колебаний кивнул.

— С хёном.

Разумеется, с точки зрения Пчелы это было равносильно контрольному выстрелу. Она быстрыми шагами подошла и встала прямо перед Ли Са Ёном. Ситуация была на грани взрыва. Наблюдавший из кухни Ча Ый Джэ поспешно вытер мокрые руки и вышел.

— Пчела, что случилось?

Пчела проглотила множество слов, которые рвались наружу. Говорил, что это маршрут для свидания, а пошёл на свидание с Ли Са Ёном? Это правда? Вы встречаетесь? Она так и не смогла произнести этот ужасающий факт вслух, лишь вцепилась в шлем и издала сдавленный крик.

— У-у-у…!

— …

Глаза Ли Са Ёна, наблюдавшего за этим, на мгновение сверкнули. Полные губы приподнялись, описав мягкую дугу. Внезапное предложение сходить в аквариум, ресторан, который Ча Ый Джэ вряд ли мог бы выбрать сам из-за атмосферы и цены, к тому же он больше соответствовал вкусу Пчелы. И наконец, маршрут свидания, слишком тщательно продуманный для плана Ча Ый Джэ.

В голове Ли Са Ён зажглась лампочка.

— …Ага.

Он прикрыл рот рукой, улыбаясь. Затем, кхм, прочистил горло и нарочно привлёк внимание. Когда взгляды окружающих сосредоточились на нём, Ли Са Ён внезапно схватил ещё влажную руку Ча Ый Джэ.

Мягким, предельно ласковым голосом Ли Са Ён сказал.

— Так маршрут свидания ты для нас составила, Пчела? Вот почему. Благодаря тебе всё вышло очень романтично.

Маршрут для свидания.

Маршрут для свидания.

Маршрут для свидания…

Слова Ли Са Ён эхом разнеслись по заведению. И Пэ Вон У, державший в руках глиняную миску, и Ян Хэ Джин, смотревшая в ноутбук, и Пчела, мучительно сжимавшая шлем, и Ча Ый Джэ, чью руку держали.

Все застыли.

В итоге Пчела закричала.

— А-а-а-а-а! Ли Са Ён, умри!

После этого разразилась драка, но Ча Ый Джэ вычеркнул её из памяти. Это было вредно для психического здоровья. В конце концов, вооружившись метлой, Ча Ый Джэ выгнал Пчелу и всех ошеломлённых посетителей, узнавших, что J и Ли Са Ён встречаются. Отогнав охотников, шумевших за дверью, он повесил табличку Закрыто и только тогда, держась за стол, опустил голову.

«Они все точно сошли с ума».

В этот момент единственный, кого не выгнали, Ли Са Ён медленно подошёл.

— …Так значит, маршрут для свидания Пчела составила. Верно?

В голове всплыл голос Пчелы.

«Ну, если скажешь, что кто-то другой выбирал, он может начать ревновать. Если вдруг спросит, скажи, что владелец ресторана сам нашёл. Понял?»

Судя по результатам симуляции, которую он тогда прокручивал, Ли Са Ён должен был исказиться от недовольства и наклонить голову. Как теперь выкручиваться из этой ситуации. Ча Ый Джэ тщательно подбирал слова.

— …Нет, ну, просто, я ведь раньше не ходил на свидания. Поэтому спросил совета у человека, который в этом разбирается. Совета, просто совета. Только совет! Ресторан… да, Пчела его порекомендовала, но…

Билеты в аквариум и бронирование ресторана целиком были заслугой Пчелы, но Ча Ый Джэ намеренно немного исказил правду. Прости, Пчела. Ли Са Ён некоторое время молча смотрел на Ча Ый Джэ, затем чуть приподнял уголки губ.

— Хм….

Сейчас снова устроит сцену? Ча Ый Джэ напрягся. Но Ли Са Ён не стал язвить, он улыбался.

— Значит, ты раньше не ходил на свидания.

— А?

— Тогда получается, со мной это было в первый раз.

— А? А, ну да?

— Хм….

Ли Са Ён тихо фыркнул, прищурил глаза и мягко улыбнулся.

— Хорошо.

— …А?

— В следующий раз тоже пойдём. На свидание.

После этого он, насвистывая, вышел из ресторана. Ча Ый Джэ с опустошённым выражением лица посмотрел ему вслед и пробормотал.

— …Что это было, с чего он такой?

Экстра 23

Сквозь шторы лился тусклый предрассветный свет. Он проснулся до того, как сработал будильник. Нащупал у изголовья телефон и проверил время. 5:28 утра. Чон Бин, широко зевая, встал с кровати. Положил в тостер два ломтика хлеба, залил дрип-пакет горячей водой и направился в ванную. Закончив с душем и выйдя, встряхивая мокрые волосы, он увидел, что простой завтрак уже готов.

Он откусил кусок хлеба, на который ничего не намазывал, и проверил телефон. За ночь накопилось множество сообщений. В основном это были уведомления о появлении в каком-то районе преступника-пробуждённого или отчёты о его поимке. Иногда попадались сообщения о том, что какой-то охотник устроил инцидент. Чон Бин отправил ответ с указанием наложить штраф по делу о порче имущества Пэ Вон У и отложил телефон.

— Фух….

Чон Бин допил оставшийся кофе одним глотком, затем поставил чашку и тарелку в раковину, наполнив их водой. После этого он направился в гардеробную и начал одеваться.

Утро директора Бюро управления пробуждёнными, Чон Бина, проходило без особых изменений. За исключением дней, когда поступали особые сообщения.

Он как раз застёгивал пуговицы на рубашке. Телефон завибрировал, и на экране появилось уведомление о сообщении. Отправитель — Со Мин Ги.

: Запрос со стороны полиции. Похоже, заключенный с номером 2078 хочет встретиться с директором.

…Да, именно такие сообщения.

Заключённый с номером 2078. Га Ён, бывшая исследовательница, принадлежавшая к Прометею. Будучи гражданским лицом, она была заключена в обычный следственный изолятор и ожидала суда, а не содержалась в Бюро управления пробуждёнными. Если смотреть на тяжесть преступлений, ей грозило пожизненное заключение или смертная казнь, но кто знает.

«По какому поводу она запросила встречу».

Чон Бин взял галстук и посмотрел на своё отражение в зеркале. Он приподнял уголки губ и улыбнулся. На лице появилась привычная мягкая улыбка.

Чон Бин стёр улыбку и отправил ответ.

: Сегодня у меня свободное время с 15:00. Назначьте на это время.

Похоже, день будет напряжённым.

***

Чон Бин сел в машину, направлявшуюся в следственный изолятор.

После исчезновения Системы основные задачи Бюро управления пробуждёнными немного изменились. Акцент сместился с «управления» пробуждёнными на их «задержание», а также на поочерёдную проверку всех пробуждённых, внесённых в список, с целью подтвердить сохранность их способностей.

Когда-нибудь, если Чон Бин утратит способности, Бюро управления пробуждёнными тоже будет распущено. К тому времени останутся лишь немногие пробуждённые первого поколения. Пробуждённые первого поколения, за исключением J, в большинстве своём уже не могут действовать на передовой.

«Возраст уже не тот, да и травмы…»

Большинство пробуждённых первого поколения либо погибли, либо ушли в отставку из-за ранений. Хам Сок Джон ушла в отставку, а Сон Джо Хон находится под стражей в Бюро управления пробуждёнными и ожидает суда. Возможно, учтут то, что в последний момент он сражался, спасая людей, но сам Сон Джо Хон к сроку своего наказания не был привязан. После исчезновения Системы он сам вернулся в Бюро управления пробуждёнными.

«Всё равно долго не проживу».

Тело, изуродованное Прометеем, словно лоскутное одеяло. Он поддерживал жизнь, получая наркотики и лечение Прометея. Нам У Джин предлагал создать антидот, но Сон Джо Хон отказался.

«Своё тело я знаю лучше всех. Жизнь закончится раньше, чем разработают антидот».

Казалось, Сон Джо Хон отказался от всех желаний. Возможно, он отказался от всего. Он вызвал адвоката и составил завещание. В нём говорилось, что в случае его смерти всё имущество должно быть передано в фонд и выплачено людям, ставшим жертвами Прометея.

Услышав эту историю, J, Ча Ый Джэ, пожал плечами.

«Ну… это, наверное, его способ искупить вину».

«Вы не испытываете обиды на Сон Джо Хона?»

«Не особо».

Ча Ый Джэ ответил, вытирая стол тряпкой.

«Я знал, что он меня сдерживал. Но, в общем… это уже в прошлом».

«…»

«Ошибаются все. То, что он сделал со мной, я готов счесть ошибкой и оставить. Конечно, за остальные грехи ему всё равно придётся расплатиться».

J по-прежнему оставался великодушным.

Чон Бин сидел на заднем сиденье автомобиля, закинув ногу на ногу, и раскрыл папку с материалами на людей, связанных с Прометеем.

На первом листе был Иван. Заикавшийся руководитель Прометея. Ответственный за распространение наркотиков, вызывающих мутацию пробуждённых. Официально он числился пропавшим без вести, но Чон Бин знал его неофициальное местонахождение.

Бах, бах, бах! Вытянутая тень на стене чем-то снова и снова обрушивалась вниз. По старой бетонной стене россыпью разлетались капли крови. Аа! Пощадите, пощадите… умоляющий голос тонул в ругани, смехе и глухих ударах.

Между криками и глухими звуками ударов примешались лёгкие шаги. Начищенные до блеска ботинки спускались по лестнице. Бармен, протиравший стакан за стойкой, мельком взглянул на владельца ботинков.

— Пришёл, Гю?

Это был Гю Гю в куртке с мехом. Он ответил на беглом английском и уселся на край барной стойки.

— Да. Мне как обычно. Ну что, все хорошо развлекаются?

— Ну, разве что слишком уж горячие головы, вот в чём проблема.

Доставая виски, бармен кивком указал в сторону источника шума. В углу бара несколько крупных мужчин окружили что-то. Между ними мелькало красное пятно. Хм. Гю Гю приподнял уголок губ и ответил.

— Лечат, не прекращая?

— А как же. Разве можно дать ему умереть спокойно. Скольких товарищей он лишил жизни.

В этот момент мужчина, отбросивший окровавленную бейсбольную биту, заметил Гю Гю. Он широко улыбнулся, подошёл и закинул руку ему на плечо.

— Эй, пришёл!

— Ага, заглянул проверить состояние. Ну как?

— Не знаю. Сколько ни бьём, злость не проходит.

Мужчина, тяжело дыша, вытер окровавленные руки о штаны. Гю Гю, покачивая стакан с виски, усмехнулся.

— Ну, что бы вы ни делали, делайте так, чтобы он оставался жив. Поняли? Даже случайно убивать нельзя. Друзья.

Глаза Гю Гю холодно блеснули.

— Я ведь обещал сохранить ему жизнь…

Бах, бах. Между глухими ударами на пол тихо выкатилась разбитая пара очков.

Чон Бин крепко сжал переносицу. В день, когда был атакован штаб Прометея, Гю Гю вытащил Ивана и вывез его за границу. По его словам, Иван был нужен в одном важном месте… Гю Гю сложил ладони вместе и усердно умолял.

«Я ни за что его не убью. Жизнь сохраню. Совсем чуть-чуть, ладно? У моих друзей ножи уже наточены. Им же нужно хоть немного выпустить пар».

«…»

«Правда. Господин госслужащий? Обещаю, обещаю».

После долгих обсуждений Чон Бин решил закрыть глаза на самостоятельные действия Гю Гю. При условии, что вся информация, полученная через Ивана, будет передана в полном объёме.

Чон Бин перелистнул страницу. На фото появилась женщина в круглых очках, смотрящая прямо в объектив с улыбкой. Га Ён. Ключевая исследовательница экспериментов Прометея над людьми. Та самая, что подала запрос на встречу. Под её профилем тянулся длинный список экспериментальных образцов, над которыми она проводила исследования и опыты.

После того как Га Ён была задержана, а Мэтью взят живым, всех, кто находился в лаборатории штаба Прометея, спасли и разделили, поместив под изоляцию в гильдии Совон и в Бюро управления пробуждёнными.

Особенно выделялся экспериментальный образец, которого Га Ён называла «малышом», созданный на основе экспериментальных данных Ли Са Ёна. Его изолировали в специальном учреждении. Примечательно, что при появлении сотрудников Бюро управления пробуждёнными объект не оказал сопротивления. Напротив, он расплавил все запорные механизмы закрытых дверей и открыл их.

Нам У Джин, изучавший образец, пришёл к выводу, что состав яда схож с ядом Ли Са Ёна. К счастью, уже существовал антидот, созданный на основе яда Ли Са Ёна, поэтому процесс нейтрализации был запущен. Возможно, однажды он сможет вернуться к своему изначальному облику. Каким бы он ни был изначально.

Тем временем автомобиль прибыл на парковку следственного изолятора. Чон Бин, следуя указаниям ожидавших его полицейских, направился в комнату для свиданий. Он сел и стал ждать, и вскоре за стеклом открылась железная дверь.

Га Ён появилась с растрёпанными каштановыми волосами и опухшими губами. Она села на стул и усмехнулась.

— Ох… вы так быстро приехали. Я готовилась ждать несколько дней.

— Вы относитесь к объекту особого контроля. По какому поводу вы запросили встречу?

— Ах… ничего особенного.

Из-за спутанных волос глаза Га Ён сверкнули.

— Вы ведь на связи с J?

— …

— Позовите J. Мне есть что ему сказать.

— Отказываю.

— Ха, почему?

— Я тоже не поддерживаю связь с J. И не знаю, где он находится.

— Аха-ха-ха-ха!

Га Ён разразилась пронзительным смехом. Бах! Скованными наручниками руками она ударила по столу. Затем подалась ближе к стеклу, выпучив глаза.

— Не несите чепуху… разве вам не хочется многое от меня услышать?

— …

— Просто приведите J. Я во всём сознаюсь….

Ха-ха-ха-ха!

Жуткий смех Га Ён заполнил комнату для свиданий. Чон Бин, нахмурившись, молча смотрел на неё. Признание и защита J. Директор Бюро и соратник J.

Он оказался перед развилкой.

Экстра 24

— Встретимся, значит.

Ча Ый Джэ охотно согласился. Настолько, что Чон Бин, который после долгих раздумий осторожно завёл этот разговор, растерялся. Чон Бин переспросил.

— Вы правда не против? Я вас не принуждаю. Даже если вы не будете встречаться, доказательств уже достаточно, на суд это не повлияет.

— Нет, дело не в этом…

Ча Ый Джэ, почесав затылок, неловко улыбнулся.

— Мне просто самому хотелось кое-что сказать этому человеку.

— …

— Если бы встречи не было, я бы просто оставил это в прошлом, но тут подвернулся как раз подходящий случай.

— …Вы точно уверены?

— Говорю же, всё нормально. Только об одном попрошу.

Чон Бин кивнул, и Ча Ый Джэ наклонился, чтобы смотреть ему прямо в глаза. Он прошептал низким голосом.

— Пожалуйста, держите в тайне от Ли Са Ёна то, что я встречаюсь с Га Ён. И то, что Га Ён сама хотела со мной встретиться тоже. Об этом должны знать только я и вы, Чон Бин. Со Мин Ги тоже не должен знать.

Голубые глаза холодно блеснули.

— Ли Са Ёну я скажу, что в тот день поеду к тёте Сок Джон. С тётей Сок Джон я сам свяжусь, так что прошу проследить, чтобы ничего не просочилось.

— …Хорошо.

Чон Бин не стал спрашивать о причинах и просто кивнул. У J, Ча Ый Джэ, наверняка была веская причина заходить так далеко. Только тогда напряжённое выражение его лица немного смягчилось. Он тепло улыбнулся.

— Тогда увидимся на выходных.

Выход на работу в выходные был решён.

***

Чон Бин при согласии Ча Ый Джэ и с помощью Хон Ё Сона арендовал место, где эти двое могли встретиться. И в следственном изоляторе, и внутри Бюро управления пробужденными слишком много посторонних глаз, так что куда лучше было под предлогом допроса перевезти Га Ён.

Пукхансан, дом Хон Ё Сона. Сидевшая на сосне сорока захлопала хвостовыми перьями.

— Я, конечно, одолжу по дружбе, но это разговор, который и мне слышать нельзя?

— Да. Господин J сказал, что это секрет.

— Ну, тогда ничего не поделаешь. Я схожу прогуляюсь с Чокко, а вы тут пообщайтесь в своё удовольствие. Пойдём, Чокко!

— Гав!

Хон Ё Сон исчез в горах вместе с белым щенком. Чон Бин тихо вздохнул и посмотрел на освобождённый им ханок. Его беспокоило, что между ними нет ни решётки, ни стеклянной перегородки, которые могли бы их разделить…

— Всё в порядке.

Раз сам участник так сказал, возразить было нечего. Чон Бин взглянул в комнату, расположенную поодаль. Стол и два стула. На одном из стульев уже сидела Га Ён, с повязкой на глазах и в наручниках. Её наручники были прикреплены к колонне комнаты, чтобы она не могла выйти одна.

Когда придёт J и сядет напротив… со стороны это, возможно, будет выглядеть как тёплая встреча за совместным обедом.

В этот момент сзади послышались шаги. Это был Ча Ый Джэ. Сняв старые кроссовки, он поднялся на деревянный пол и поприветствовал.

— Здравствуйте.

— А, господин J. А маска…

— Маска, которую сделал Хон Ё Сон, тоже перестала работать. В любом случае сегодня мы увидимся в последний раз.

Ча Ый Джэ наполовину скрывал лицо чёрной маской и чёрными очками в роговой оправе. Эффекта искажения голоса у маски больше не было, не опасно ли это. Чон Бин с тревогой посмотрел на него, а затем проводил в комнату.

— А, наконец-то пришли.

Га Ён сказала это радостным голосом. Ча Ый Джэ сел на стул напротив неё. Чон Бин осторожно снял с Га Ён повязку. Она заморгала, привыкая к свету, и её взгляд устремился к Ча Ый Джэ.

— А, вы больше не носите маску? Как интересно…

— Так получилось.

— Глаза голубые.

— Да.

— И волосы пепельные.

— Верно.

— А глаза раньше тоже были голубыми?

— Нет, это побочный эффект способности. Пока убирал Систему, слишком много использовал силу, вот цвет и изменился.

— Хм, вот оно как.

Она украдкой взглянула на Чон Бина, стоявшего у неё за спиной.

— Мы будем продолжать разговор при нём?

— Чон Бин.

Ча Ый Джэ кивнул, давая понять, что всё в порядке. Колебавшийся Чон Бин тихо вздохнул.

— Хорошо. На всякий случай я установлю камеру и уйду. Звук записываться не будет, это лишь для контроля возможных внезапных действий Га Ён, прошу понять.

— Ахаха, вы боитесь, что я что-то сделаю с J? И даже если сделаю, он что, станет это терпеть?

Чон Бин не ответил и установил стационарную камеру посреди стола. Камера была направлена только на Га Ён. Делая вид, что настраивает угол, он прошептал у уха Ча Ый Джэ.

— Есть риск суицида.

Это был шёпот, лёгкий, как ветер. Чон Бин вежливо поклонился и вышел из комнаты, закрыв дверь. Остались только они вдвоём. Ча Ый Джэ скрестил руки.

— Зачем вы сказали, что хотите встретиться?

— Сразу к делу? Может, сначала поговорим о том, как живём?

— Мне нечего с вами обсуждать. Если вы не перейдёте к сути, я уйду.

— Ах~ какой холодный…

Га Ён тихо хихикнула, наклонив голову.

— Да ничего особенного. Просто… я хотела вас увидеть. У нас ведь были хорошие времена.

— …

— Тогда давайте немного поговорим из чувства долга. Говорят, Система исчезла?

— Да.

— И разломы с монстрами тоже?

— Да.

— А предметы, добытые в разломах?

— Все стали бесполезны. Источники энергии тоже сменились с магических камней на электричество и ископаемое топливо.

— Тогда… пробужденные?

— Их способности постепенно исчезают. Примерно через десять лет все вернутся к жизни обычных граждан.

— А-а, значит…

Га Ён, опустив голову, спросила.

— Этот мир… вернётся ко временам до Дня разлома?

— Не будет полностью тем же самым, но да.

Чем больше ответов она слышала, тем сильнее искажалось её лицо. Словно она одновременно улыбалась, плакала, злилась и грустила. Это было смешение самых разных эмоций. Ча Ый Джэ тихо спросил.

— Сожалеете?

— Сожалею? Ха-ха… Ахахаха!

Га Ён затряслась от смеха. Звук был леденящим. Бум! Бледная ладонь ударила по столу. Она пошатнулась, поднялась и почти вплотную приблизила лицо к Ча Ый Джэ. Между ними оставался лишь крошечный зазор. Холодное дыхание хлынуло ему в лицо.

— Конечно… Такой мир должен был погибнуть ещё до того, как исчезла Система.

Глаза, налитые кровью, уставились на Ча Ый Джэ. Она неестественно наклонила шею.

— Это вы, да? Тот, кто уничтожил Систему. Зачем вы это сделали?

— …

— Нет, не так… Если уж уничтожать, надо было сделать это раньше. Почему только сейчас? Почему после того, как всё уже произошло?

Когда Ча Ый Джэ посмотрел на неё без выражения, Га Ён будто потеряла интерес, хмыкнула и села обратно на стул. Она пустым взглядом уставилась в пространство.

— А~... Всё отвратительно, смотреть тошно. Все...

— Га Ён.

— …

— Я ответил на ваши вопросы, теперь ваша очередь. Так будет справедливо, не так ли?

Только тогда Га Ён скользнула взглядом к Ча Ый Джэ. Глаза были совершенно пустыми.

— Ха… И что же такого важного вы хотите спросить?

— Это не вопрос.

Ча Ый Джэ сцепил пальцы рук.

— Речь о том ребёнке, которого вы увели.

— …О том ребёнке?

— О том, кого вы называли номером четыре.

— Хм? А, да… такой ведь был.

Га Ён безразлично отвела взгляд и равнодушно ответила. Ча Ый Джэ коротко сказал.

— Он жив.

Плечи Га Ён напряглись. Взгляд, устремлённый в пустоту, медленно повернулся к Ча Ый Джэ.

— …Что вы сказали?

— Он живёт очень хорошо. Ничего не болит. Сейчас он живёт вместе со мной.

Бах! Рука в наручниках снова ударила по столу. Она опрокинула стул и вскочила, исказив лицо.

— Чёрт, что ты сейчас несёшь… А~ понятно, аа, понятно.

Га Ён издала короткий, пустой смешок и раздражённо провела рукой по волосам.

— Что, Чон Бин подговорил тебя меня задеть, чтобы вытянуть информацию? Ха-ха-ха! Чтобы меня зацепить, ты уже любую чепуху несёшь?

Она выпалила всё это потоком, широко распахнув глаза. Ча Ый Джэ, не меняя позы и выражения лица, продолжил.

— Лаборатория, где держали номер четыре, не взорвалась. Она расплавилась из-за яда.

— В тот день на месте были Чон Бин и Пэ Вон У. И среди яда они нашли одного-единственного мальчика, полностью невредимого, и спасли его.

Га Ён замерла.

— Бюро управления пробужденными инсценировало место происшествия, чтобы защитить нового пробужденного. Они стерли следы яда и оставили следы взрыва.

— Ложь.

— Можете спросить у Чон Бина. Это правда.

— Не лги.

— Разве вы не догадываетесь, кто это был?

Га Ён закричала и ударила по столу. Ча Ый Джэ поднялся со стула.

— Тот детёныш, которого вы создали на основе данных того ребёнка… он тоже проходит лечение. Вы знали? Двери в лаборатории штаба открыл именно он. Говорят, благодаря этому спасение прошло легко. Добрый, правда?

— Замолчи, замолчи, замолчи!

Она попыталась закрыть уши. Ча Ый Джэ слегка поклонился Га Ён и направился к двери. Она резко подняла голову и уставилась на него налитыми кровью глазами.

— Эй, ты куда.

— Кто тебе позволил.

— Право завершить беседу у меня.

— Эй, эй. J, куда ты идёшь! Куда ты идёшь! Кто тебе позволил просто уйти!

Ча Ый Джэ не ответил и открыл дверь. Га Ён бросилась за ним, но наручники, соединённые с колонной, остановили её. За его спиной прилип крик, полный злобы.

— Стой там, ублюдок!

Он оставил этот голос позади, прошёл по коридору и остановился перед просторной лужайкой. Он закрыл глаза, ощущая лёгкий ветер.

Ли Са Ён может этого не знать.

На этом злая связь окончательно оборвалась.

Экстра 25. Конец

Га Ён долго кричала и сыпала ругательствами, и лишь после укола успокоительного с трудом пришла в себя. Чон Бин с неловким выражением лица поднял на руки Га Ён, заснувшую словно потеряв сознание.

— Не думал, что всё так обернётся. Что же вы ей сказали…

Ча Ый Джэ, сидя на краю веранды, лишь пожал плечами.

— Да так, ничего особенного. Рассказал кое-что. То, что Га Ён наверняка было интересно узнать.

— …Ха-а, вот как…

— Не надо было говорить?

— Не то чтобы не надо было... Хм, это скорее моя ошибка, что я не предупредил заранее. Вы тут ни при чём, J.

Чон Бин тихо вздохнул.

— В любом случае… спасибо, что выполнили просьбу. Я, пожалуй, пойду. Если надолго пропаду, могут выйти на след.

— Счастливого пути.

Ча Ый Джэ слегка наклонил голову, провожая его. В тот момент, когда Чон Бин выходил за ворота, как раз вернулся Хон Е Сон. Его волосы и одежда были густо облеплены листьями и травой. Он весело помахал Чон Бину рукой.

— Что, уже уходишь? Счастливо! В следующий раз снова приходи!

— Ха-ха, да. Обязательно.

Пока они обменивались приветствиями, Чокко со всех ног подбежал к Ча Ый Джэ и начал кружить вокруг его ног. Хон Е Сон, засунув руки в карманы тренировочных штанов, вразвалку подошёл ближе.

— Эй, друг. Что это у тебя за выражение лица?

— А что с моим выражением?

— Прямо сияешь от облегчения.

— За маской всё равно не видно.

— Да ладно, ты что, не знаешь, что настоящее выражение в глазах? По одному взгляду всё ясно.

Только тогда Ча Ый Джэ опустил маску и провёл рукой по щеке. Так уж заметно. Он упёрся ладонями в пол веранды, откинул голову и тяжело вздохнул. Белые кучевые облака медленно плыли по голубому небу. Картина была мирной. Ча Ый Джэ рассеянно пробормотал.

— Как-то всё сложно. И легче стало, и пусто на душе.

— Хм.

Хон Е Сон осторожно поднял Чокко, клюющего носом у его ног, и перенёс в комнату, уложив на мягкую подушку. Затем он вернулся и плюхнулся рядом с Ча Ый Джэ.

— Эй, ты ведь встречался с ней втайне от Ли Са Ёна?

— Ага.

— Ты уверен, что всё будет нормально? Он потом опять не устроит скандал?

— Не знаю. Если уж так рассуждать, он и от меня много чего скрывает.

— Э? И ты не злишься? Тебе не любопытно? Он же вообще о себе не рассказывает.

Вопросы Хон Е Сона были острыми. С тех пор как они снова встретились, Ли Са Ён скрывал всё. Боль, через которую прошёл, время, которое вытерпел, чтобы сдержать обещание, все усилия, на которые пошёл, чтобы вытащить Ча Ый Джэ….

Сначала это злило. Он так старался, пережил столько тяжёлых дней, так почему ничего не говорит. Разве не обидно? Ча Ый Джэ хотел знать всю боль Ли Са Ёна. Ему было интересно каждое мгновение жизни Ли Са Ёна за то время, пока его самого не было рядом. Хотелось принять и обнять всё это целиком.

— Раньше, наверное, я бы злился. Но сейчас…

Однако, проводя время рядом с Ли Са Ёном, он постепенно изменил своё отношение.

Ча Ый Джэ усмехнулся и закинул ногу на ногу. Прохладный ветер растрепал пепельные волосы.

— В последнее время я просто принимаю это как есть. У него, должно быть, свои причины. Ну, если расскажет, буду благодарен.

Ли Са Ён, за которым он наблюдал совсем рядом, был человеком, который много думает. Даже решая простую задачу, он продумывает несколько вариантов и включает в расчёт будущее. Полная противоположность Ча Ый Джэ, у которого тело двигалось быстрее мыслей и который всегда оглядывался на прошлое.

Ча Ый Джэ сожалел о прошлом, в котором они не были вместе, а Ли Са Ён рисовал будущее, в котором они будут вдвоём. Благодаря этому Ча Ый Джэ тоже понемногу отпускал прошлое и мог с ним попрощаться.

Ведь времени, которое им предстоит провести вместе, будет больше, чем того, что они упустили.

Хон Е Сон, молча слушавший всё это, вытянул губы, как утка.

— Что это с тобой? Уже такие взрослые мысли.

— Эй, мне двадцать девять. Взрослым я стал давно.

— Нет. Ещё год назад ты вёл себя не по возрасту. Твой ментальный возраст был похож на мой.

Ча Ый Джэ посмотрел на Хон Е Сона с неловким выражением лица. Услышать такое именно от него было неприятно.

«…Хотя в чём-то он прав?»

Он сразу после двадцати лет вошёл в разлом на Западном море. За восемь лет, проведённых в разломе, Ча Ый Джэ не вырос и словно застыл в состоянии двадцатилетнего. Возможно, слова Хон Е Сона были верны.

Его время снова пошло лишь после того, как он вышел из разлома и встретил другого человека — хозяйку ресторана похмельного супа.

«Чёрт, по-прежнему проницателен в странных вещах».

Ча Ый Джэ цокнул языком. В этот момент Хон Е Сон пошарил по карманам и внезапно протянул пачку сигарет.

— Ну что, одну выкуришь?

— Ты вообще курил?

— А? Нет. Я только недавно начал.

— У кого научился?

— У дедушек из клуба альпинистов, с которыми познакомился на прогулке.

Хон Е Сон сунул сигарету в рот и поджёг зажигалкой.

— Курить в горах незаконно. Сказали, что если поймают, будет штраф. Вот и отдали мне пачку и зажигалку, велели попробовать и ушли. Выбрасывать было жалко, попробовал и вот.

— Гордишься ещё.

— Так что, не будешь?

— Не буду. Я решил бросить.

— Хм.

Хон Е Сон с унылым видом убрал пачку обратно в карман. Серый дым от сигареты, которую он выдохнул, клубами рассеялся в воздухе.

Через некоторое время Хон Е Сон снова заговорил.

— Та женщина, что была раньше. Это та самая из Прометея, которая проводила эксперименты над людьми? Та, что похитила студентку Га Ыль?

— Да.

— О чём вы говорили? Крики даже за пределами барьера было слышно.

— Да так, о разном.

— Это связано с Ли Са Ёном?

— ….

Хон Е Сон, поймав его взгляд, стряхнул пепел и прищурился.

— Ну а как иначе. Если не это, то не было бы смысла скрывать всё от Ли Са Ёна и тащиться сюда.

В странных вещах он всегда оказывался проницательным. Ча Ый Джэ цокнул языком. Впрочем, Хон Е Сон не станет разносить слухи направо и налево. Да и между ними была своя связь.

«…Всё-таки мы друзья».

Ча Ый Джэ поправил растрёпанные ветром волосы и заговорил.

— Раньше я спас Ли Са Ёна и заботился о нём. А потом вошёл в разлом на Западном море.

— Ага.

— А за это время та женщина забрала Са Ёна и использовала его как подопытного.

— Что-о?

Хон Е Сон, выдыхая сигаретный дым, поперхнулся и закашлялся, резко заходясь кашлем. Ча Ый Джэ пожал плечами и невнятно завершил фразу.

— Вот, ну… об этом и поговорили.

— Подожди, но тогда разве не Ли Са Ён должен был с ней встретиться, а не ты?

— Нет.

Ча Ый Джэ ответил твёрдо.

— Са Ёну не нужно с ней встречаться.

— А? Почему? Пострадавший ведь Ли Са Ён.

— Я не хочу заставлять его встречаться с ней и вытаскивать наружу плохие воспоминания.

Ча Ый Джэ, царапая ногтем пол веранды, пробормотал.

— Са Ён ведь не станет убегать.

Хон Ё Сон резко выдохнул дым.

— А если вдруг Ли Са Ён позже скажет, что хочет встретиться?

— Тогда и встретится. Значит, он будет готов и сам захочет. У меня нет права это запрещать. Да и желания такого нет.

Многозначительный взгляд коснулся его профиля. Ча Ый Джэ нарочно проигнорировал его и спросил.

— А что?

— Ты в курсе, что вы, начав жить вместе, всё больше становитесь похожи друг на друга?

— Это ты сейчас оскорбляешь?

— Да вы просто идеально подходите друг другу.

— …Буду считать это комплиментом.

Ча Ый Джэ поднялся с веранды и потянулся. Пора было возвращаться. Он кивнул Хон Е Сону на прощание.

— Я пойду. Потом ещё увидимся. Заходи в ресторан похмельного супа.

— Ага! С Чокко приду.

Хон Е Сон с широкой улыбкой махнул рукой. Ча Ый Джэ, волоча кроссовки, вышел за ворота. Окружающий пейзаж в одно мгновение сменился. Он стоял на малолюдной тропинке, соединённой с туристическим маршрутом. Ча Ый Джэ неуверенно зашагал в сторону тропы.

Он прошёл мимо людей, поднимающихся к вершине, и направился вниз, к подножию горы. Голоса людей, переговаривающихся между собой, щебет птиц, запах горы, смешанный с ароматом травы и земли.

Идя и оглядываясь по сторонам, он сам не заметил, как оказался у начала тропы. И тут Ча Ый Джэ остановился.

У входа на тропу, сидя со скрещёнными ногами на плоском камне, был знакомый человек.

Мужчина медленно поднял голову. Их взгляды встретились. Фиолетовые глаза, словно ожидая этого момента, мягко изогнулись.

— Хён.

Ну что ж, в итоге разговор всё-таки где-то просочился. Ча Ый Джэ решил принять неизбежную реальность. Он неспешно подошёл к Ли Са Ёну и сел рядом с ним на плоский камень.

Ли Са Ён будто ждал этого и уткнулся носом в его шею. Затем слегка нахмурился и поднял голову.

— Пахнет сигаретами. Ты же говорил, что бросаешь.

— Ты что, собака? Почему так хорошо чуешь запахи?

— Так ты курил?

— Не я. Это Хон Ё Сон курил.

— Хм-м.

— Правда. Спроси у Хон Е Сона.

— Ладно, поверю.

Ли Са Ён легко поднялся и протянул руку. Он не спросил, зачем Ча Ый Джэ пришёл на Пукхансан и почему встречался с Хон Е Соном. Возможно, он и так знал всё.

Вместо того чтобы говорить правду, Ча Ый Джэ задал вопрос.

— Ты ел?

— Пока нет. Я голоден.

Ча Ый Джэ взял его за руку, пальцы которой были чёрными, и поднялся.

— Тут есть место, где вкусно готовят кхальгуксу. Пойдём поедим кхальгуксу.

— Хорошо.

Даже если есть тайны, это не страшно. Ведь они знают, что всё это ради друг друга.

Двое, держась за руки, пошли вперёд.

<Экстры. Конец>

День рождения Ый-Дже

Экстра. День рождения Ча Ый Джэ 24.10.2025

20XX.10.23

За день до дня рождения Ча Ый Джэ всё ещё варил похмельный суп.

В прошлый раз день рождения вышел шумным, хоть и не специально, но в этот раз он собирался провести его по-настоящему спокойно. Ча Ый Джэ твёрдо решил. Конечно, получать поздравления от многих людей… было приятно.

Однако ему не хотелось, чтобы каждый день рождения превращался в подобное представление.

«Просто спокойно…»

С Ха Ын и бабушкой, с Ли Са Ёном задуть свечи, съесть торт — и всё. Разве этого недостаточно? Ведь важно само действие, а не масштаб. Ча Ый Джэ кивнул сам себе и щедро посыпал похмельный суп кунжутом. Он поставил на поднос две глиняные миски и уже вышел из кухни, когда перед глазами вдруг возникли два плотных бумажных билета.

— Пойдём в кино.

Это были бумажные билеты в кинотеатр, которые теперь почти не встретишь.

Ча Ый Джэ растерянно посмотрел на протянутые билеты и на Ли Са Ёна. С чего вдруг кино? Шумный ресторан с похмельным супом в одно мгновение притих. Все замерли, наблюдая за ними. Кто-то сглотнул. Ча Ый Джэ прищурился.

— С чего вдруг?

— Просто так. Не хочешь?

— Нет, не то чтобы не хочу.

Когда он вообще в последний раз ходил в кино? Так давно, что и вспомнить не мог. Напрягая память, он смутно припомнил, как до пробуждения, ранним субботним утром, он ходил на утренний сеанс с семьёй. Лет десять назад, не меньше. Ча Ый Джэ пробормотал сам себе:

— И правда, сто лет не был.

— Так пойдёшь или нет?

— А что за фильм?

— Не знаю. Просто выбрал, что сейчас на первом месте в прокате.

Да уж, выбрал наугад. Ча Ый Джэ с сомнением переспросил:

— Когда?

— Завтра в одиннадцать утра.

— Завтра? Но ведь завтра мне надо открывать ресторан…

В тот момент на лице Ли Са Ёна расцвела яркая улыбка. Ча Ый Джэ невольно отступил на шаг. Нехорошее предчувствие.

— Дам тебе два варианта.

Ли Са Ён опустил руку с билетами и поднял указательный палец другой руки.

— Первый: завтра закрываешь ресторан на день и идёшь со мной вдвоём в кино.

Следом поднялся и средний палец. Ли Са Ён, держа два пальца, улыбнулся узко прищурив глаза.

— Второй: зовём всех этих охотников и устраиваем вечеринку в твоём ресторане.

По спине пробежал холод. Что?

— Если попросить Скумбрию, он всё отлично организует. И чтение писем, и оставление записок… Хён, ты когда-нибудь писал записки с пожеланиями? Раз уж делать, то давай ещё и костёр прямо в ресторане разведём?

Чёрт, только не это.

Перед глазами всплыло улыбающееся лицо младшего Скумбрии, показывающего «V». Этот парень непременно составил бы программу праздника, как на свадьбе: чтение писем, вручение подарков и всё в таком духе. А может, ещё и песню споёт. Он ведь действительно способен.

Ты с ума сошёл? Слишком неловко! Такого позора он не переживёт. Ча Ый Джэ вытаращил глаза, а Ли Са Ён демонстративно помахал билетами, словно говоря: «Не хочешь — выбирай».

«…Чёрт возьми!»

Ча Ый Джэ крепко зажмурился. С самого начала выбор был только один.

***

20XX.10.24

На следующий день.

Шум людских голосов, яркие кадры, льющиеся с экрана, и аромат свежего попкорна.

— …

В итоге он всё-таки пришёл. В кинотеатр.

Рядом с Ча Ый Джэ, закутавшимся в чёрную кепку, маску и чёрную ветровку, стоял Ли Са Ён — тоже в кепке, солнцезащитных очках и чёрной маске. Но даже скрыв лицо, он не мог спрятать высокий рост и внушительную фигуру. Более того, они оба упустили из виду одно обстоятельство:

— …Это не Ли Са Ён?…

— …Похоже, хотя лицо не видно…

— Вау, какой высокий… А кто рядом с ним?

— Парень-щит?

— Слишком худой для Парня-щита, не?

Было то, что людям Ли Са Ён куда привычнее именно с закрытым лицом!

«Ну конечно, он ведь всегда ходил в противогазе!»

Ча Ый Джэ с трудом сдержал желание закинуть Ли Са Ёна на плечо и выпрыгнуть с ним в окно. Аромат свежего, сладковато-жареного попкорна щекотал нос. Ча Ый Джэ непроизвольно повернул голову в сторону буфета. Внутри машины свежие зёрна весело лопались, превращаясь в пушистые хлопья.

— …

После пробуждения, после возвращения из разлома на Западном море, у него ни разу не было возможности заглянуть в кинотеатр. Не было ни времени, ни желания. Но вот он здесь…

Ли Са Ён спокойно посмотрел на Ча Ый Джэ, потом кивнул в сторону буфета.

— Хочешь что-нибудь? Попкорн.

— А, да, хочу.

— Какой вкус?

— Карамельный.

— Большой?

— Если ты тоже будешь.

— Хорошо.

Ли Са Ён спокойно направился к буфету. Люди расступались перед ним, словно воды перед Моисеем. Он дошёл до стойки, не встретив ни малейшего препятствия. Слышно было, как продавец-кассир тяжело вздохнул, и скорее от ужаса, чем от восхищения. Надо было самому идти. Ча Ый Джэ даже пожалел бедного работника.

Ли Са Ён кивком указал на попкорн.

— Один парный набор. Напитки — обе колы без сахара.

— Попкорн к-какого вку… вкуса…?

— Карамельный.

Он протянул карту. Кассир дрожащими руками взял её. Через мгновение Ли Са Ён вернулся, держа парный набор. Только вот ведёрко попкорна оказалось не из бумаги, а пластиковым, с крышкой в виде чёрного кота. Ча Ый Джэ, разглядывая крышку, спросил:

— Почему ведёрко такое странное?

— Не знаю. Наверное, коллаборация с каким-то аниме. Вот твоя кола.

— Подожди. О, тут ремешок есть.

Ча Ый Джэ снял ремешок, прикреплённый к ведёрку, и надел его Ли Са Ёну на шею. Тот послушно наклонил голову, с серьёзным лицом. В обеих руках он держал колу, а на шее у него теперь висело ведёрко с попкорном с изображением чёрного кота. Ча Ый Джэ тихо рассмеялся. Казалось, что это ему совсем не подходит, но в то же время странным образом подходило.

Ли Са Ён приподнял бровь.

— Тебе такое нравится?

— Ага. Тебе идёт. Неси так.

— Хорошо. Тогда. Зал №3.

— Эм… ага, кажется, туда.

Все взгляды обратились на них, точнее на Ли Са Ёна, с ведёрком кота на шее и двумя колами в руках. Пусть охотники уже и не были прежними кумирами, но бывший первый и второй номер рейтинга, автор тех самых социальных роликов с противогазом, и всё остальное… Короче говоря, Ли Са Ён, обвешанный всеми этими титулами, неизбежно привлекал внимание.

Сам он, впрочем, выглядел совершенно безмятежным. Когда Ли Са Ён и Ча Ый Джэ подошли ближе, сотрудник, проверяющий билеты, вспотел от напряжения. Ли Са Ён наклонился к Ча Ый Джэ и прошептал:

— Достань мой билет.

— Где он?

— В кармане куртки.

— В кожаной куртке нет карманов.

— Вот, во внутреннем кармане, с левой стороны.

Ли Са Ён поднял руку, показывая внутреннюю часть кожаной куртки. Ча Ый Джэ без колебаний сунул туда руку, нащупывая билет, и при этом ворчал:

— Можно же было в карман брюк положить. Зачем в такие места прятать…

— Так доставать удобнее. Почему ты так долго ищешь?

— Подожди… нашёл. Вот.

— Да, да, зал №3! Проходите скорее!

Сотрудник даже не проверил билеты как следует и поспешно отступил в сторону. Похоже, не выдержал давления от присутствия Ли Са Ёна. Ча Ый Джэ потянул его за собой в зал №3. Однако, хотя время сеанса уже почти подошло, дорога к залу, да и сам зал были подозрительно пусты. Точнее, кроме них двоих там никого не было.

Отыскивая указанное на билетах место, Ча Ый Джэ спросил:

— Почему тут так пусто? Фильм не популярен?

— Нет, наоборот. Это же лидер кассовых сборов.

— Тогда почему…

Он остановился перед лучшими местами в зале. В груди кольнуло дурное предчувствие. Этот парень имеет привычку тратить деньги направо и налево. Как тогда, когда заранее оплатил еду в ресторане с похмельным супом. Ча Ый Джэ с натянутой улыбкой повернул голову и посмотрел на Ли Са Ёна.

— Эй, только не говори, что…

— Садись уже. Скоро начнётся.

Ча Ый Джэ опустился в кресло с идеальным обзором на экран. Мягкая, хоть и немного старая подушка приятно поддерживала спину и бёдра, но чувство тревоги перевешивало ожидание. Ли Са Ён поставил колу в подстаканник с его стороны и сел рядом. Затем снял очки, кепку и спустил маску на подбородок.

— Держи, ешь попкорн.

Он снял с шеи ведёрко и поставил его между ними, на подлокотник, открыв крышку с чёрным котом. Ча Ый Джэ машинально взял горсть попкорна, потом повернулся к нему и спросил с надеждой:

— …Нет же, да?

— А?

— Ты ведь не арендовал весь зал?

— А… что ты, конечно нет.

Ли Са Ён тихо рассмеялся, спокойно скрестив ноги.

— Я просто выкупил все билеты на этот сеанс.

Что?

— Сейчас доход не тот, чтобы арендовать весь кинотеатр. В следующий раз попробую. Или, может… выкупить кинотеатр?

«Доход не тот», и при этом выкупил все места? «Выкупить кинотеатр»? Ча Ый Джэ обернулся. Это был немаленький зал, мест на триста. Ли Са Ён потянул за застывшую руку Ча Ый Джэ и отобрал у него попкорн, который он держал, чтобы съесть.

Ча Ый Джэ ошарашенно пробормотал:

— Ты выкупил все места? Один?

Ли Са Ён кивнул, будто в этом не было ничего особенного.

— Когда вокруг люди, неудобно. Не так ли?

Он даже слизал с его пальцев крошки попкорна, после чего поднял взгляд. Фиолетовые глаза сверкнули игриво. Ча Ый Джэ задрожал, будто его ударило током, и ткнул в него пальцем. Вместо восхищения заговорил его внутренний моралист.

— Ты, ты хоть знаешь, как трудно деньги зарабатываются?! Ты теперь безработный!

И ведь правда. После того как даже Пэ Вон У, державшийся до конца, устроился подрабатывать тренером по тхэквондо, Ли Са Ён стал проводить в ресторане с похмельным супом каждый день. Ча Ый Джэ решил, что, раз уж тот без дела, пусть болтается рядом. Не выгонять же. Просто продолжал работать, таская его за собой. Ну, безработный так безработный. Так он и думал.

— Деньги нельзя так транжирить! Надо копить! Вклады делать, понимаешь?!

…Он ведь собирался буквально содержать этого парня.

Но сколько бы нравоучений он ни читал, Ли Са Ён, спокойно закидывая в рот попкорн, ответил лениво:

— Ты пропустил одно слово. Я не просто безработный, я богатый безработный.

— Насколько «богатый», интересно?!

— Богаче чем мой хён.

Ча Ый Джэ замер. В голове мгновенно заработал калькулятор. Богаче меня? Как это? Конечно, я не то чтобы коплю, но ведь благодаря Чон Бину получил приличные компенсации и надбавки за риск…

Уголки губ Ли Са Ёна чуть приподнялись.

— Хён, я же глава одной из трёх крупнейших гильдий Кореи.

Он сказал это с такой спокойной уверенностью, словно констатировал очевидный факт. Ча Ый Джэ уже открыл рот, чтобы что-то возразить, когда на экране начался социальный ролик о правилах поведения в кино. До боли знакомый голос пронзил барабанные перепонки.

[Здравствуйте. С вами охотник Чон Бин из Бюро управления пробужденными.]

Почему ты опять тут?

Ча Ый Джэ медленно повернул застывшую голову к экрану. На экране был Чон Бин. Немного моложе, чем сейчас, с мягким выражением лица. Он приветливо улыбнулся.

[Прежде чем смотреть фильм, давайте вспомним о правилах поведения в кинотеатре.]

Охотник Чон Бин, ставший лицом социальной рекламы, активно трудился даже в таких мелочах.

«Вот уж действительно человек, который живёт без передышки…»

Пока Ча Ый Джэ думал об этом, Чон Бин на экране с мягкой улыбкой выключил телефон.

[Первое! Чтобы не мешать другим зрителям, пожалуйста, выключите свои телефоны.]

Ли Са Ён демонстративно выключил свой.

— Телефон, хён. Директор же велел.

Неосознанно Ча Ый Джэ тоже последовал указанию и спросил:

— Почему Чон Бин тут вообще появляется? Обычно в каждом кинотеатре показывают разные ролики.

— Не знаю. Я ведь после пробуждения впервые пришёл в кино. Наверное, решили, что незачем тратить деньги на съёмку, и договорились пользоваться одним роликом.

— Ну ладно раньше, а сейчас-то он уже повысился в должности. Ему вообще можно вот так светиться?

— Думаю, он и сам забыл, что снимался. Сколько же он их наснимал.

— Вот уж действительно…

Пока они переговаривались, Чон Бин на экране подробно объяснял правила поведения. Вскоре он поклонился в сторону зрителей и помахал рукой. Движения были отточенные, как у сотрудника парка аттракционов, провожающего гостей.

[Тогда приятного вам просмотра! С вами был государственный служащий, Чон Бин.]

Экран потемнел, и свет в зале погас. Ча Ый Джэ бездумно смотрел на логотипы, один за другим всплывающие на экране. Через некоторое время начался фильм.

Это была типичная романтическая комедия. История о том, как охотник-мужчина и девушка из отдела приёма жалоб запутались в череде недоразумений. Герой считал героиню занудой, а героиня его невыносимым типом. Их перепалки до смешного напоминали первую встречу Ча Ый Джэ и Ли Са Ёна в переулке.

Неужели у Ли Са Ёна такие вкусы? Хотя, надо признать, фильм забавный. Действие уже подходило к кульминации. Ча Ый Джэ, лениво жуя попкорн, повернул голову. Ли Са Ён, подперев подбородок рукой, сосредоточенно смотрел на экран. Длинные ресницы, чуть приоткрытые губы, фиолетовые глаза, отражающие свет экрана. Возможно, потому что впервые видел его так близко, но ощущение было странным.

— …

В этот момент Ли Са Ён повернул голову. Их взгляды встретились. Ча Ый Джэ вздрогнул. Ли Са Ён удивлённо распахнул глаза, а затем прищурился и негромко сказал:

— …Фильм неинтересный? Это же важный момент.

Ча Ый Джэ быстро замотал головой. Ли Са Ён постучал пальцем по своей щеке.

— Или тебе интереснее смотреть на моё лицо…

Ча Ый Джэ уже собирался возразить, как вдруг.

[Чёрт, да, я люблю тебя!]

Из динамиков раздался голос главного героя. Ча Ый Джэ вздрогнул и посмотрел на экран. Два главных героя стояли, глядя друг на друга с близкого расстояния. Мужчина держал женщину за плечи. Зазвучала романтичная музыка.

Подождите, подождите. Атмосфера какая-то странная.

В этот момент прохладные пальцы слегка коснулись руки Ча Ый Джэ, лежавшей на подлокотнике. Он снова вздрогнул, но не повернул голову. Ему казалось, что если он обернётся, то пути назад уже не будет. Из динамиков лилась романтичная мелодия, и герои, признавшись друг другу в чувствах, начали целоваться. Между мелодией прослушивались влажные звуки поцелуя.

«Не целуйтесь, придурки!»

Левая щека запылала.

Пальцы, которые дотрагивались до тыльной стороны его руки, начали медленно скользить между суставами пальцев.

Так и будешь смотреть в экран?

Будто спрашивая об этом, движения стали настойчивее, ощутимее, с очевидным намерением. Чёрт, чёрт. Ча Ый Джэ сжал руку, но змееподобные пальцы тут же скользнули в промежуток и переплелись с его.

— …Хён.

Низкий шёпот прозвучал рядом. Подлокотник между ними тихо поднялся вверх. Ча Ый Джэ не выдержал и повернул голову влево. В тот же миг мягкие губы накрыли его.

— Ммф…!

Влажный язык проник сквозь приоткрытые губы. Ча Ый Джэ зажмурился и стиснул правой рукой другой подлокотник. Язык прошёлся по зубам и нежно коснулся нёба. От щекочущего ощущения из груди вырвалось приглушённое «м-м». Каждый раз, когда языки переплетались, слышались влажные звуки. Разница между тем, что звучало из динамиков, и тем, что звучало у самого уха, стиралась. Ча Ый Джэ судорожно взмахнул свободной рукой и схватил Ли Са Ёна за плечо.

Чёрный язык мучил Ча Ый Джэ, пока у того не перехватило дыхание. Когда рука, сжимавшая плечо, напряглась, Ли Са Ён наконец отстранился. Его губы были распухшими и красными. Ха, ха… Ча Ый Джэ тяжело задышал и опустился на спинку кресла.

На экране поцелуй героев уже давно закончился. Он стиснул зубы.

— Ты… ради этого… все билеты выкупил?

— А? А-а… ну, не то чтобы ради этого.

Ли Са Ён тихо усмехнулся и посмотрел на него, всё ещё переводящего дыхание. Теперь им обоим было не до фильма.

— Сегодня же твой день рождения, хён. Просто хотел подарить тебе обычный, запоминающийся день.

— Это, по-твоему, обычный день? Ты вообще знаешь, что значит «обычный»?

Купить все места в зале, чтобы посмотреть фильм, и поцеловаться ровно в тот момент, когда это делают главные герои. В каком месте это «обычно»? Но Ли Са Ён лишь довольно улыбнулся.

— Для нас это и есть обычное.

Его полные губы вновь мягко коснулись губ Ча Ый Джэ. Лёгкое, словно печать, движение.

— С днём рождения, хён.

Ча Ый Джэ безвольно обмяк в кресле, принимая короткие поцелуи, как осьминог, выброшенный на берег. И вдруг подумал:

Может, стоило согласиться на вечеринку с младшим Скумбрией и записками с пожеланиями.

Но мысль тут же растаяла.

Он мельком посмотрел на Ли Са Ёна, тёршегося губами о его щёку. Молодой парень улыбался, словно ему было весело, прищурив глаза. Ча Ый Джэ тихо вздохнул. С этой улыбкой он ничего не мог поделать.

Он обхватил ладонями его лицо и легко поцеловал в губы.

Как и сказал Ли Са Ён, этот день рождения он не забудет никогда.

***

Здравствуйте, это Бэк. Вот и снова настал день рождения Ый Джэ.

Завтра, слышала, откроется цветочный магазин, посвящённый празднованию его дня рождения.

К сожалению, я узнала о «Цветочном магазине» слишком поздно… Из-за расписания не смогу заглянуть (ㅜㅜ)

Но сердцем я с вами. Огромное спасибо всем, кто занялся подготовкой.

Действие поздравительной истории происходит спустя некоторое время после эпилога основного сюжета.

После Дня Разлома ни Са Ён, ни Ый Джэ так и не бывали в кино. Так что кино-свидание было делом времени.

Разумеется, у Са Ёна, богатого безработного, всё получилось с размахом (^^)

Кстати, выкупить все места в зале помог Маленькое Чудо Со Мин Ги.

(Со Мин Ги: Да-да, это снова я, уважаемый клиент.)

После сеанса Са Ён и Ый Джэ вместе пообедали, заглянули в кафе, прогулялись по улице и поужинали. День получился идеальным.

Если в прошлом году Ый Джэ отмечал с друзьями, то в этом только с Са Ёном.

Спасибо всем, кто поздравил Ый Джэ с днём рождения. Благодаря вам и в этом году он проведёт по-настоящему счастливый день.

Как и в прошлом году, с наступлением дня рождения Ый Джэ стало ощутимо холоднее. Берегите себя и проведите тёплый, радостный день.

С благодарностью,

Бэк.

Страница книги Охотник хочет затаиться в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Пролог

Глава 2

Глава 3

Глава 4 - День Разлома

Глава 5

Глава 6 - Сумасшедший

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17 - Эффект бабочки

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27 - Чего не следует делать на похоронах

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33 - Как назло всё произошло одновременно

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46 - Осколки мира

Глава 47

Глава 48

Глава 49 - Неожиданная доброта

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56 - Если тело крепкое, разум не страдает

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62 - Где сажают бобы, там бобы и растут

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79

Глава 80

Глава 81 - Жизнь, как бумеранг

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Глава 86

Глава 87

Глава 88

Глава 89 - Возвращение

Глава 90

Глава 91

Глава 92

Глава 93

Глава 94

Глава 95

Глава 96 - Раздражитель

Глава 97

Глава 98

Глава 99

Глава 100

Глава 101 - Разрушенное место

Глава 102

Глава 103

Глава 104 - Хорошие дни

Глава 105

Глава 106

Глава 107

Глава 108

Глава 109 - Короткий

Глава 110

Глава 111

Глава 112

Глава 113

Глава 114

Глава 115

Глава 116

Глава 117

Глава 118

Глава 119

Глава 120

Глава 121

Глава 122

Глава 123

Глава 124

Глава 125

Глава 126

Глава 127 - Наблюдая сквозь щели

Глава 128

Глава 129

Глава 130

Глава 131

Глава 132

Глава 133

Глава 134

Глава 135

Глава 136

Глава 137

Глава 138

Глава 139

Глава 140

Глава 141

Глава 142

Глава 143

Глава 144

Глава 145 - День перемен

Глава 146

Глава 147

Глава 148

Глава 149 - Что отражается в зеркале

Глава 150

Глава 151

Глава 152

Глава 153 - Тот, кто спрятан в щелях

Глава 154

Глава 155

Глава 156

Глава 157

Глава 158

Глава 159

Глава 160

Глава 161 - Вызов

Глава 162

Глава 163

Глава 164

Глава 165

Глава 166

Глава 167

Глава 168

Глава 169

Глава 170

Глава 171

Глава 172

Глава 173 - Длина волны

Глава 174

Глава 175

Глава 176

Глава 177

Глава 178

Глава 179

Глава 180

Глава 181

Глава 182

Глава 183 - Множество мыслей

Глава 184

Глава 185

Глава 186

Глава 187

Глава 188

Глава 189

Глава 190

Глава 191

Глава 192

Глава 193

Глава 194

Глава 195

Глава 196

Глава 197

Глава 198

Глава 199

Глава 200 - Крушение

Глава 201

Глава 202

Глава 203

Глава 204

Глава 205

Глава 206 - Конец

Глава 207

Глава 208

Глава 209

Глава 210

Глава 211

Глава 212

Глава 213

Глава 214

Глава 215

Глава 216

Глава 217

Глава 218

Глава 219

Глава 220

Глава 221

Глава 222

Глава 223

Глава 224

Глава 225

Глава 226

Глава 227

Глава 228

Глава 229

Глава 230

Глава 231

Глава 232

Глава 233

Глава 234

Глава 235

Глава 236

Глава 237

Глава 238

Глава 239

Глава 240

Глава 241

Глава 242

Глава 243

Глава 244

Глава 245

Глава 246

Глава 247

Глава 248 - Второй конец

Глава 249

Глава 250

Глава 251

Глава 252

Глава 253

Глава 254

Глава 255 - Расследование

Глава 256

Глава 257

Глава 258

Глава 259

Глава 260

Глава 261

Глава 262

Глава 263

Глава 264

Глава 265

Глава 266

Глава 267

Глава 268

Глава 269

Глава 270

Глава 271 - Дежавю

Глава 272

Глава 273

Глава 274

Глава 275

Глава 276

Глава 277

Глава 278

Глава 279 - Пересечение

Глава 280

Глава 281

Глава 282

Глава 283

Глава 284

Глава 285

Глава 286

Глава 287

Глава 288

Глава 289 - Предопределенный конец

Глава 290

Глава 291

Глава 292

Глава 293

Глава 294

Глава 295

Глава 296

Глава 297 - Ожидание

Глава 298

Глава 299

Глава 300

Глава 301

Глава 302

Глава 303 - Граница

Глава 304

Глава 305

Глава 306

Глава 307

Глава 308

Глава 309

Глава 310 - Сон бабочки

Глава 311

Глава 312

Глава 313

Глава 314

Глава 315

Глава 316

Глава 317

Глава 318

Глава 319

Глава 320

Глава 321

Глава 322

Глава 323

Глава 324

Глава 325 - Глаз

Глава 326

Глава 327

Глава 328

Глава 329

Глава 330

Глава 331

Глава 332 - Обратный отсчет

Глава 333

Глава 334

Глава 335

Глава 336

Глава 337

Глава 338

Глава 339

Глава 340

Глава 341

Глава 342

Глава 343

Глава 344

Глава 345

Глава 346 - Пересечение

Глава 347

Глава 348

Глава 349

Глава 350

Глава 351

Глава 352 - Обратный отсчет

Глава 353

Глава 354

Глава 355

Глава 356

Глава 357

Глава 358

Глава 359

Глава 360

Глава 361

Глава 362

Глава 363 - Эпилог

Глава 364

Глава 365 - Конец

Экстра 1

Экстра 2

Экстра 3

Экстра 4 (18+)

Экстра 5 18+

Экстра 6 18+

Экстра 7 18+

Экстра 8 18+

Эктра 9 18+

Экстра 10 18+

Каждый по-своему

Экстра 12

Экстра 13

Экстра 14

Экстра 15

Экстра 16

Экстра 17

Экстра 18

Экстра 19

Экстра 20

Экстра 21

Экстра 22

Экстра 23

Экстра 24

Экстра 25. Конец

День рождения Ый-Дже

О книге