Глава 1

Безумно прекрасная. Эгоистично захватившая первое место в красоте и актёрском мастерстве. Обладательница множества наград и ролей, оценённых в пять звёзд.

Сеолина, героиня всех этих характеристик, тяжело дыша, смотрела вниз, в пропасть обрыва.

– Мы можем пропустить эту сцену! – в голос скулила помощница, смотря то на свою актрису, то на край обрыва.

Сеолина с улыбкой покачала головой. Она ощущала, что сгорает от напряжения, однако не желала показывать этого:

– Я должна много работать, чтобы выиграть приз и в этом году.

Призы за актёрское мастерство мирового уровня не давались за просто так.

– Ох… Но, Нуна, они говорят, что здесь было много несчастных случаев, и ни одного пропавшего человека так и не было найдено.

– Откуда ты взяла эти странные слухи?

– Да ладно тебе. Это правда! Директор же застрял в подобном странном месте безо всяких причин!

– Напротив, если съёмки закончатся хорошо – это будет грандиозный успех.

– Но у нас не должно произойти ничего непредвиденного!

– Да, да. Но разве ты не слишком много куришь?

Помощница, казалось, вот-вот расплачется. Трудно было понять, кто кого утешает.

– Начинаем съёмки!

– Да! – Сеолина, глубоко вздохнув, расслабилась и изменила выражение лица.

Она уже делала несколько пробных дублей со страховкой, но сейчас нужно было снимать без неё. А это было страшно. Девушка была напряжена.

– Мотор!

А когда актриса напряжена, всегда происходят несчастные случаи.

– Мисс Сеолина!

– Стойте!

Это произошло в мгновение ока.

В одно мгновение на девушку налетел порыв ветра. Из-за сильного ветра, та минимальная страховка, что была на Сеолине не смогла её спасти. Тело актрисы, потеряв равновесие, взлетело в воздух.

У Сеолины не было времени кричать, потому что её тело резко отправилось в полёт вниз с обрыва. Девушка почти мгновенно потеряла сознание, что было довольно хорошо для неё…

***

– Ха… – тело Сеолины болело и скручивало холодом.

«Естественно, нырнуть в море с обрыва, довольно болезненно и холодно,» – девушка медленно и бездумно открыла глаза. Она ощущала прикосновение твёрдого камня к её спине. «Я не умерла?..»

Моргнув, Сеолина сосредоточила расплывающийся взгляд прямо перед собой. Спустя несколько секунд, она разглядела деревья со снежными шапками на них.

«… Гора? Лес?..» – девушка была в замешательстве. «Здесь не должно быть никакого леса, когда я падала с обрыва, никаких деревьев внизу не было. К тому же, даже несмотря на то, что ветер был ледяным и пронизывающим, на дворе стояло лето…

Неужели я так сильно пострадала, что даже не могу понять, что меня окружает?»

Однако это место не было ни капли знакомо Сеолине. Она заставила себя приподняться и оказалось, что состояние девушки было лучше, чем она думала.

«О, уже лучше…» – Сеолина легко смогла сесть. Когда девушка села и огляделась, то увидела, что окружающая её обстановка ещё более непонятна, чем раньше. Сеолина видела лишь деревья, листья, камни и горы. Больше ничего. Сама же девушка лежала на куче заснеженных листьев.

– … Что? Где я? Почему? Тут скрытые камеры?

«Нет, если бы здесь были скрытые камеры, то я бы знала об этом.

Сейчас, когда я очень опытная актриса, то могу точно определять искусственную атмосферу съёмочной площадки.»

Однако сейчас происходило что-то странное. К тому же, скрытые камеры не могли быть размещены здесь, потому что были запрещены в отношении такой великой актрисы, как Сеолина.

– Тогда… мне это снится?

«… Но, всё слишком реалистично, чтобы это было сном…»

Холодный вечер, который бил по коже девушки, холод снега, пронизывающий её ступни и какой-то монстр, который бежал к ней.

«… Монстр?

Он ведь идёт сюда не для того, чтобы поприветствовать меня, не так ли?»

Однако монстр есть монстр. Он был высотой с пятиэтажный дом, с кожей, похожей на крокодилью.

– Гррррр! – острые когти на лапах, поднятых монстром, полетели в сторону Селены. Естественно он атаковал без какого-либо предупреждения.

Бам!..

– Ч-что это такое? – Сеолина инстинктивно дёрнулась всем телом.

Работа актрисы – это, в конце концов, борьба между умом и инстинктами. Было множество видов боевых искусств и видов спорта, которые Селене пришлось освоить для идеального физического состояния.

Бум! – за секунду до того, как острые когти монстра упали на тело девушки, та успела откатиться в сторону. Однако монстр не собирался останавливаться на этом.

– Ха… ха… – несмотря на то, что Сеолина была подготовлена к неким физическим нагрузкам, отсутствие ощущения реальности сильно отвлекало её. Второй удар был неизбежен, поэтому девушка крепко зажмурилась.

Внезапно, вновь налетел порыв ветра. Вместо раздирающей боли, Сеолина услышала звук рвущейся кожи.

– ?! – девушка изумлённо распахнула глаза и увидела ночное небо с тремя сверкающими лунами. Тёмно-синее небо разделялось на острые серебристые полосы.

– Гаррррр! – раздался громкий угрожающий вопль чудовища.

Это было так громко и страшно, что плечи Сеолины сами собой съёжились. Она не могла встать, так как растянула ногу, когда несколько минут назад скатилась вниз по холму. Сеолина подняла голову и посмотрела на монстра. Он бился изо всех сил, а повсюду виднелись следы густой зелёной крови.

Лишь спустя несколько секунд девушка заметила, что перед ней стоит мужчина в развевающемся на ветру плаще.

Мужчина атаковал монстра не только своим собственным мечом. Ещё несколько мечей, рассекающих воздух, отражали свет и сверкали серебром луны.

Каждый раз, когда мечи сверкали, монстр получал значительный урон. В конце концов, спустя несколько минут, монстр рухнул. Мужчина молча взмахнул мечом, стряхивая с него зелёную кровь, а затем обернулся.

Таинственный мужчина, что нарезал монстра на фрикадельки.

«Он не может быть актёром. Это не походит на актёрскую игру… Это настоящий монстр и этот мужчина, похоже, крайне могущественнен…»

Мужчина, победивший монстра, постепенно приближался к Сеолине. Она не могла ничего сказать, так как была невероятно сильно напугана тем, что происходило всего несколько секунд назад.

Сеолина изо всех сил пыталась принять сидячее положение или даже встать, однако её ноги слишком сильно дрожали от шока. Мужчина, медленно приблизившийся к ней, заговорил:

– *******?

Девушка не поняла ни слова из того, что сказал мужчина.

– Простите? – Сеолину охватило дурное предчувствие.

«В мире множество разных историй и многие из них касаются перемещения между мирами…» – по спине девушки пробежался табун мурашек.

Место и погода, которые были совсем другими, монстр, который был ещё более невообразимым, и мужчина, что был сейчас перед глазами Сеолины.

«… Нет, не может этого быть! Пространственный сдвиг?

Но в мире нет никого, кто был бы похож на этого мужчину… Белая, словно луна, кожа, серебристо-серые волосы и глаза… Таинственный цвет, который нельзя получить даже с помощью краски и линз.

Да и одежда этого мужчины не похожа ни на корейскую, ни на иностранную, скорее, она похожа на средневековую.»

– *******…

«Что ещё более важно, благодаря своей карьере я побывала во всех уголках мира, но язык, на котором говорит этот мужчина, не принадлежит ни одной стране, которую я знаю…» – это подтвердило сомнения Сеолины.

«Это другой мир,» – по рукам и шее девушки пробежал табун мурашек.

«Значит перемещение между мирами реально?! Я думала, что такое возможно лишь в романах и фильмах!

Но в романах, при перемещении, языковой барьер автоматически исчезает…

Поскольку всё совсем не так, значит это не выдумка и я действительно переместилась в мир, полностью отделённый от моего…»

– О боже, это безумие… – Сеолина обхватила руками голову, в которой роем метались обеспокоенные мысли.

«Что же мне теперь делать? Сейчас, когда я переместилась в другой мир, должна ли я отказаться от всех своих целей?..»

Мужчина, спокойно наблюдающий за Сеолиной, неожиданно протянул ей руку.

«… Он хочет взять меня за руку?

Да, он спас мне жизнь, однако я не знаю какие у него намерения… Хотя, мне лучше просто тихо слушаться его, потому что я не знаю, сколько ещё монстров скрывается в этих сумерках.»

Сеолина всё ещё не решалась протянуть мужчине руку, однако тот не стал дожидаться её действий. Мужчина достал из кармана металлический браслет и надел его на запястье Сеолины. Тонкий металлический браслет плотно обхватил женское запястье.

– Какого чёрта?! – возмутилась Сеолина, смотря на своё запястье. – А?!...

Девушка недоумённо моргнула:

– Ч-что это такое?!

Каждое слово, которое произносила Сеолина, срывалось с её губ на незнакомом языке. Когда девушка машинально посмотрела на мужчину, он слегка склонил голову на бок:

– Работает.

– Ах! – Сеолина поняла то, что сказал этот мужчина и, указав на него, вновь повторила «Ах!», словно немая.

– Разве браслет не работает? – слегка покачав головой, спросил мужчина.

– Ха-ха-ха… работает… работает…

«Эй-эй! Сеолина, очнись! Приходи же в себя!»

– Я убедился, что он работает исправно, так что тебе не нужно повторять одно и то же дважды.

Сеолина пришла в себя, лишь, когда услышала холодный мужской голос.

«Сначала я переместилась во времени, а теперь появился предмет, который помогает мне понимать их…»

– Где мы находимся? Кто я? – спросила девушка с невозмутимым видом.

Мужчина пристально посмотрел на Сеолину и вместо ответа спросил:

– Ты знаешь, где находишься?

– … нет. Не знаю.

– Думаю, ты сама можешь ответить на свой второй вопрос.

– … Да.

Мужчина молча наблюдал за девушкой. Его высокомерное выражение лица не допускало ни малейшей улыбки:

– Судя по всему, ты – человек из другого мира.

– Полагаю, что да.

«Этот мужчина не очень удивлён подобному перемещению. Да и тот факт, что он спокойно надел мне на запястье переводчик, свидетельствует о том, что он знаком с подобным.»

– Много ли людей пересекают границы между мирами?

– Достаточно.

– О… а для меня это первый раз.

Сеолина всё ещё не могла поверить, что говорит о перемещении между мирами, как о «хорошем ежегодном урожае клубники» с мужчиной из какого-то другого мира.

– Каждые несколько лет мы находим тело или скелет, однако это первый раз, когда перемещённый жив.

– Ха-ха-ха…

«Это очень жуткое объяснение,» – Сеолина нервно рассмеялась.

Мужчина, что убил монстра, начал убирать устроенный беспорядок, проверяя целостность шкуры монстра с самым безразличным видом, словно он моментально забыл о присутствии Селены.

«Если здесь ещё монстры, подобные этому, то я должна оставаться рядом с этим мужчиной, до тех пор, пока не буду уверена в своей полной безопасности,» – приняв решение, девушка приблизилась к мужчине с нежной улыбкой «актрисы», которой не мог отказать ни один мужчина, даже если хотел:

– Так Вы… сражаетесь здесь с монстрами?

Мужчина негромко рассмеялся, однако это ещё сильнее понизило температуру окружающей среды.

«Он выглядит ещё страшнее, когда смеётся…»

Мужчина, с саркастичной усмешкой, решил представиться:

– Я хозяин Севера, глава семьи Ренберд, Герцог Королевства Арклайн – Кальцион Ренберд.

Глава 2

– … Вау.

«Он и правда Северный Герцог…

Мне говорили, что у меня острая интуиция, но я не думала, что попаду настолько точно,» – Сеолина вновь посмотрела на лицо Северного Герцога Кальциона, восхищаясь собственной интуицией.

«Так я попала в Королевство холодного Герцога. Даже его имя, Кальцион, само по себе несёт убийственные намерения…»

– Ах… да. Приятно познакомиться. Я Сео… Нет, Селена.

Вместо своего настоящего имени, девушка решила использовать его иностранный вариант, подумав, что её настоящее имя будет слишком выделяться и его будет трудно произносить людям этого мира.

– Селена.

К счастью, Кальцион без труда произнёс это имя. К тому же, он никак не отреагировал, когда услышал имя девушки, поэтому она не могла понять, странное ли это имя для этого мира или же нет.

– Да. Приятно познакомиться.

«Должна ли я быть вежлива с ним, раз он Герцог? Вот только я не знаю на что похож этикет этого мира, и самое главное, я не его подданная,» – Селена улыбнулась и протянула руку, словно имело дело с кем-то, кого впервые встретила.

– А это ещё зачем? – Кальцион искоса посмотрел на протянутую руку Селены.

– Это форма приветствия.

«Я должна это объяснять?» – девушка в смятении покачала головой. «А, неважно…»

Когда Селена уже собиралась убрать руку, Кальцион сжал её ладонь. Ладонь мужчины была достаточно большой и грубой, заставив сердце девушки биться сильнее.

– Теперь мы должны встряхнуть наши…

«Подождите…»

Однако красивые губы Кальциона уже прикоснулись к ладони Селены.

– … – девушка была так удивлена, что ничего не могла сказать. Её губы сжались в тонкую линию.

Это не должно было удивлять Селену, так как подобные жесты были довольно распространены в мире, в котором она жила. Для актрисы это тем более не было редкостью, так как ей приходилось приветствовать иностранцев на церемониях награждений или подобных мероприятиях.

Однако Селену удивило то, что такой человек как Северный Герцог, который, казалось, был хорош лишь в махании мечом, так естественно делал подобное.

Приветствие было коротким и лаконичным, мужчина словно говорил «Это просто формальность, которую ты попросила». Кальцион поднял голову и с любопытством улыбнулся:

– Ты похожа на простолюдинку, но твои слова и манеры наполнены благородным духом.

Одежда, в которой сейчас была Селена, была той же, в которой она была на съёмочной площадке. Актриса играла роль трагической героини, обречённой на нищету.

А сейчас девушка выглядела ещё более убого, после того, как, спасаясь от монстра, она прокатилась по грязной земле.

– Там, где я жила, не было различий между дворянами и простолюдинами. Мы все равны.

– … Я понял, – Кальцион казался разочарованным и знал, что сказать.

– А Вы, случайно, не хотите, чтобы я была аристократкой?

– Тогда, ты была бы мне полезной.

«Полезной?» – каким-то образом, Селену охватило зловещее предчувствие. Она собралась выяснить причину, по которой спасли её.

– Разве я бесполезна лишь потому, что я не аристократка?

– Это зависит от тебя, однако, по-моему, так ты будешь менее полезна.

– А что будет, если я окажусь бесполезной?

Этот вопрос заставил Кальциона улыбнуться ещё шире, а от этой улыбки по коже девушки пробежал табун мурашек. Внезапно Селена ощутила инстинктивный страх перед его улыбкой. У неё не было ни малейшего шанса оценить её по достоинству. У неё не было ни малейшего шанса быть оценённой по достоинству.

– Если ты хочешь спуститься с горы живой, тебе придётся быть полезной. Если не можешь, то останешься одна.

Это была высокая гора, где жили монстры. Селена понимала, что это опасное место, где она не будет знать, когда, где и как она умрёт, если Кальциона не будет рядом. У девушки не было другого выбора.

– Ах, да, я действительно могу быть полезна! Я была очень востребована в том мире, откуда пришла. Я уверена, что и здесь смогу сохранить своё достоинство! – Селена мгновенно бросилась нахваливать себя. Это было похоже на тот момент, когда актриса должна была сделать всё возможное, обращаясь к публике.

– Хм…

Однако, похоже, это не убедило Кальциона. Обаяние Селены могло оказаться бесполезным в этом мире. Если Северный Герцог оставит девушку в таком состоянии, она не сможет выжить в этом чудовищном месте.

«Вот именно. В любом случае, у него не будет проблем с тем, чтобы выбросить ещё одного случайного перемещенца…

Более того, его холодные слова и действия по отношению ко мне подтверждают, что ему всё равно, умру я или нет.»

Когда Северный Герцог собирался отвернуться, Селена взмолилась:

– Я сделаю всё, что Вы захотите! Просто дайте мне несколько дней!

– Естественно, ты должна дать мне что-нибудь, если хочешь жить на моей земле.

Услышав это, Селена побледнела.

«Неужели он хочет, чтобы я полностью отдала себя ему?»

– Тогда, я найду другого человека и…

– Прекрати нести чушь. Я спрашиваю, сможешь ли ты предоставить свои знания и навыки твоего мира для развития Ренбердов.

«…… А?»

Это оказалось удивительно обобщённое предложение. К счастью, Северный Герцог был достаточно компетентным, а не кем-то вроде кровавого убийцы.

Селена быстро соображала.

«Думаю, новейшие технологии будут востребованнее, чем искусство и оружие.»

– У меня есть устройство беспроводной связи, которое называется мобильный телефон.

Поскольку девушка была на съёмках, у неё не было ничего, кроме мобильного телефона, который лежал в её кармане.

– Ты можешь воспроизвести эту технологию?

– … нет.

Селена ничего не смыслила в инженерном деле и не принадлежала к крупной корпорации.

– Тогда я ухожу, – небрежно сказал Кальцион.

«О, нет. Я облажалась!

В романах герои могут обмануть своих союзников с помощью мобильного телефона, но мой оппонент Северный Герцог.

Но я не могу сдаться сейчас, когда оказалась в неизвестном мире!» – Селена решила сменить тему и сделала другое предложение:

– Ещё я… могу внести свой вклад в развитие вашей культуры и искусства.

«К культуре относятся в основном лучше, чем к чему-либо ещё. Вот только сработает ли это в фантастическом мире, где можно мечом победить монстра?» – девушка была озадачена.

– Культура и искусство? В чём ты хороша? – неожиданно положительно отреагировал Кальцион.

– Я хорошо владею своим телом.

«Чтобы стать лучшей актрисой мирового класса, важно правильно сочетать физическую силу, мускулатуру и талант. Нет такого умения, которое я бы не умела,» – однако Селена не могла сказать это, потому что не знала, что ждало её в этом странном мире.

– Мне не нужны умения твоего тела.

«Я тоже не думаю, что это хорошая идея,» – в конце концов, девушка решилась раскрыть свою основную работу:

– Я отличная актриса.

– Актёрское мастерство? Хм…

По какой-то причине, Северный Герцог заинтересовался этим. Впервые, вместо холодной улыбки, Селена заметила его заинтересованный взгляд.

«… А? И всё?

Никогда бы не подумала, что Герцог заинтересуется актёрским мастерством. Это хорошо для меня. Это отличная возможность увеличить мои шансы на выживание.»

– Да. Я была известной актрисой в том мире, где жила раньше. Я была великолепной актрисой, одной из лучших, сочетая в себе и красоту, и актёрское мастерство.

– Хм, начинай.

– Поэтому, какова бы ни была роль… Простите? Что?

Кальцион щёлкнул пальцами:

– Покажи мне своё мастерство.

– Ах, да… з-здесь?

– А почему нет? Ты не можешь?

«Почему это прозвучало как “Или ты хочешь умереть?”?»

– Я могу.

У Селены не было другого выбора, кроме как сделать то, что сказал Герцог. Кальцион сложил руки на груди и смотрел на девушку своим мрачным и серьёзным взглядом.

«Что, чёрт побери, происходит?..

Рядом со мной лежит труп монстра, а его липкая зелёная кровь покрыла почти весь снег…

Нет. Нет ничего, что я не смогла бы сыграть. Не зря я до этого снималась в сопливой романтической сцене.»

– Что я должна сыграть?

– Сде… Хм, роль женщины?

– Злой женщины? – Селена ждала дальнейших объяснений, однако Герцог молчал. Лишь его глаза угрожали ей, заставляя девушку делать выбор между «играть» или «умереть здесь».

– … Играй так, как считаешь нужным.

Селена старалась дышать спокойно, без паники.

«В развлекательных программах для проверки актёров всегда даётся ситуационный отрывок. Даже для мировых актёров не делают исключений,» – девушка глубоко вздохнула и начала.

– Эй, – отчаянное выражение лица Селены, которое было у неё секунду назад, мгновенно исчезло.

– … Что? – удивлённо округлив глаза и приоткрыв рот, Кальцион резко повернул голову.

Было такое ощущение, что мужчину впервые в жизни ударили по лицу.

У Северного Герцога, который одним ударом разрубал монстра, было такое забавное выражение лица, которое создавало впечатление, что ему в шею вонзили меч. Сердце Селены сжалось до размеров маленького грецкого ореха.

К счастью, сердце девушки не было видно, а её лицо было очаровательным, как и полагалось актрисе. Если бы с лица Селены сняли кожу, то её череп был бы размером с мандарин.

«Во всяком случае, его реакция свидетельствует о том, что я на половину уже преуспела.»

– Кто ты такой, чтобы приказывать мне? Ты оставишь меня в живых? И всё? Неужели это такая игра? Даже если ты Северный Герцог, я не буду слушать ни единого твоего слова.

Что-то кольнуло в животе девушки.

«Примет ли Герцог это с улыбкой?..»

– Эм… Это всё, что я могу сделать.

К счастью, мужчина не выглядел разочарованным. Сейчас, когда сердце Селены вернулось к своим первоначальным размерам, её губы перестали так плотно сжиматься:

– Однако не судите так строго. Обещаю, в следующий раз у меня получится лучше. Вы также можете спросить мнение других дворян, если всё ещё…

– Ладно, ты проходишь, – Кальцион неторопливо направился к монстру.

Зверь находился недалеко от того места, где они стояли. Когда мужчина взмахнул мечом в том месте, где был труп монстра, тот постепенно начал превращаться в куски мяса.

«Ах…» – внезапно Селена ощутила головокружение при виде крови, капающей на снег из тела монстра.

В независимости от того, сколько монстров и сколько крови актриса видела во время съёмок, всё это было совершенно не похоже на реальность. Монстр сам по себе был невероятно страшным, однако, у девушки создалось впечатление, что Северный Герцог просто играет с ним.

Разум Селены больше не мог принимать ни одного момента этого ужаса и её сознание постепенно угасло.

Глава 3

– Если ты сейчас же не придёшь в себя, я уйду.

Даже когда разум Селены сходил с ума, она знала, что делать, чтобы выжить. Инстинкт выживания девушки был крайне острым. Селена открыла глаза и резко села.

Кальцион, который закончил «шинковать» монстра, сейчас вытирал кровь с меча, который использовал для этого. Селена заметила, что количество адских тварей, которые были убиты ранее, увеличилось.

– Вы закончили свою работу?

– Думаю, этого будет достаточно. Я больше не чувствую никаких колебаний вокруг нас.

– …А-а… Спасибо Вам за Вашу тяжёлую работу.

Кальцион был ошеломлён этими неожиданными словами, которые он никогда ранее не слышал:

– Не ожидал услышать, что моя работа тяжёлая.

– …

Хоть девушку беспокоило, что результаты подобной работы были довольно жестокими и ужасающими, Селена отстранила себя даже от визуализации деталей. Девушке было бы ещё труднее контролировать себя, если бы она ещё начала думать об этом.

– Итак, мы уходим? – увидев, что Кальцион поднял голову, Селена тоже устремила свой взгляд в небо. Было так облачно, что даже Луна различалась с трудом.

«Если подумать, воздух здесь довольно влажный.»

– Похоже, скоро начнётся дождь, поэтому лучше найти пещеру, чем спускаться с горы. Так мы сможем больше обсудить, – едва Кальцион закончил свою речь, как, тут же, куда-то направился.

Селене осталось лишь поспешить за ним.

Герцог шёл быстро. Он был не из тех, кто будет любезно ждать, пока кто-то последует за ним. Даже если он нашёл что-то «полезное» в девушке, он не стал беспокоиться о ней.

– Эй, подождите! Подождите меня!

«Он слишком быстрый, а на этой горе нет нормальной дороги!»

Кальцион, казалось, шёл неспешно, однако его ноги были такими длинными, что Селене приходилось бежать, чтобы не отстать от него.

Мужчина был намного выше и имел более длинные ноги, чем любой нормальный человек.

Даже олени были бы очень расстроены, если бы их поставили рядом с жирафами. Сейчас девушка ощутила печаль от того, что она обладала невысоким ростом. И, естественно, девушка не была за это благодарна Кальциону.

Селена начала подниматься по крутому склону горы. Она всегда гордилась своей жизнью, однако её физическая сила не очень помогла ей в нужный момент. К тому же, гора была слишком груба с девушкой.

Гора была такой крутой, что Селене казалось, будто она взбирается на скалу. Девушке пришлось карабкаться по высокой скале, используя обе руки и ноги. Более того, в некоторых местах ей даже приходилось прыгать на дерево, потому что другого выхода просто не было.

Кальцион шёл ровным шагом, словно это было для него естественным.

«Я же не ошибусь, если назову его чудовищем?!» – подумала Селена, следуя за ним.

Действительно, выносливость этого чудовищного мужчины была бесконечной. Девушка чувствовала себя крайне измотанной.

«Я не хочу умереть такой смертью.»

Не важно, сколько Селена вкладывала сил в свои ноги, она не могла развить достаточную скорость, чтобы догнать Кальциона. Ведь у человеческой энергии был предел.

«Он ведь не делает это специально, правда?»

Наконец, Герцог зашёл в пещеру, расположенную между скалами.

А вот для девушки, попасть в пещеру оказалось не совсем обычным делом. Если она поскользнётся, то упадёт в глубину расщелины. То место было покрыто туманом, поэтому Селена даже не могла разглядеть её дно.

Девушка сглотнула вязкую слюну и прыгнула в пещеру:

– Аааа!

«Сколько раз я оказывалась между жизнью и смертью за этот короткий промежуток времени?!»

Войдя в пещеру, Селена увидела, что Герцог полирует лезвие своего меча, прислонившись спиной к стене пещеры. В центре пещеры стоял костёр из горящих дров.

– Ты довольно хороша. Не думал, что ты сможешь догнать меня.

– …Вы даже не подождали меня!

– Почему я должен ждать тебя?

«Аа, грёбаные слова превосходства!!!» – в девушке поднялся гнев.» На меня напал монстр и я чуть не погибла в горной расщелине. Я уже дважды чуть не умерла!»

Когда Селена услышала равнодушные слова Кальциона, которые жгли, словно иглы, резкие слова мгновенно сорвались с её губ:

– Аа! Вы, неразумный Северный Герцог…

Это оказалось самое «ругательное» слово, которое девушка смогла сказать мужчине.

Едва Селена вошла в пещеру, как снаружи начался сильный ливень.

«Пройдёт какое-то время, прежде чем он закончится и небо прояснится,» – девушка покачала головой и села напротив Герцога, прислоняясь к стене пещеры.

– Давай продолжим наш разговор, – равнодушным голосом сказал Кальцион, продолжая полировать лезвие своего меча.

– О чём же? О моей роли?

Мужчина даже не посмотрел на девушку, он предпочёл сразу прейти к сути:

– Ничего особенного. Или ты просто будешь изображать мою любовницу на светских сборищах или умрёшь.

«…Так вот, какой у него на самом деле мотив…»

– …

– … – Селена молчала. Она даже не знала с чего начать разговор.

«Ничего особенного? Притвориться его любовницей? Его подружкой? Однако самая большая проблема – это угроза моего убийства.»

– …Извините?

В конце концов, у девушки не нашлось никаких идей.

– Я не думаю, что с твоей актёрской игрой что-то может пойти не так. Ты должна будешь притвориться моей любовницей…

– Эм, подождите, я думаю, в нём что-то сломалось! – Селена поспешно прервала Кальциона и довольно сильно ударила по браслету.

Если бы он мог говорить, то определённо закричал бы: «Эй, ты бьёшь меня, только потому, что не можешь ударить Герцога!»

– Или я просто убью тебя.

– Подождите. Я думаю, что он точно сломался…

– Твоя реакция показывает, что ты всё правильно расслышала.

Однако Селена отчаянно продолжила делать вид, что не понимает ни единого слова из того, что говорит Герцог.

– Судя по тому, что я услышала, Вы только что приказали мне умереть.

– Я не говорил тебе умирать. Я лишь сказал, что тебя убьют, если ты не будешь делать то, что я говорю.

– А если я умру?

– Мне будет очень жаль.

«Значит, в действительности, для него не имеет значения, жива я или нет.»

– Ого. Я. Действительно. Ценю. Это, – девушка выпалила эти слова довольно грубо, хотя никогда не говорила подобным тоном.

«Как она смеет вести себя так высокомерно в присутствии Герцога?» – нахмурился Кальцион.

Селена молчала, делая вид, что не замечает взгляд Герцога.

– Я уже сражаюсь за то, чтобы выжить здесь.

– Я не говорил тебе умирать. Всё, что я хочу – это найти преступника.

– Преступника? – девушка склонила голову набок.

От вопроса Селены, взгляд Кальциона стал тяжелее и острее:

– Моя будущая невеста мертва.

– Ох…

Селена поняла, почему Кальцион заставлял её рискнуть жизнью. Ведь это была довольно веская причина для Северного Герцога.

– А… не нужно называть её имени. Вы, должно быть, убиты горем.

– Я не убит горем, я крайне зол.

– Естественно. Вы в ярости, потому что была убита та, что должна была стать Вашей невестой. Вот почему Вы хотите найти преступника…

Кальцион нахмурился и, повернув голову, посмотрел на девушку:

– Думаю, ты неправильно меня поняла.

– Что? Разве Вы злились не из-за того, что потеряли свою любимую невесту?

– Мы не были влюблены друг в друга. Я просто выбрал её.

– …Что?! О, так это был политический брак?

– Было не так уж много взаимной выручки, чтобы это можно было считать политическим браком.

– Тогда это было похоже на сватовство?

– Это было больше похоже на отбор, чем на сватовство.

«…Здесь обычно так создают семьи? Боже, да это же ещё не менее гуманно, чем политические браки.»

– Значит, Вы просто выбрали себе в жёны кого-то сразу после того, как увидели её?

– Квалификацию супруги можно отлично понять по документам и тщательному расследованию.

Рот Селены широко открылся от шока.

«Я поняла… Здесь, в этом мире, люди женятся по-другому. Женаты они или помолвлены, в этом нет никаких эмоций. Но, всё равно, отношение Герцога, к этому крайне впечатляющее…»

– …Вау. Вы настоящий Северный Герцог.

– Не думаю, что настоящий «Северный Герцог» – это комплимент. Что она имела в виду? – удивлённо пробормотал мужчина себе под нос.

Однако девушка услышала это и тут же ответила ему:

– Это значит, что Вы красивы, – гордо, не колеблясь и даже не моргнув глазом, ответила Селена.

«Главное – быть уверенной в своей лжи.»

– Ты ответила так резко, что я сомневаюсь в этом.

– Неправда. Я думала об этом, поэтому эти слова просто сорвались с моих губ.

Подобная ложь не могла заставить другого человека ощущать себя плохо, хотя казалось вполне очевидным, что это была именно ложь. Доказательством этого была короткая ухмылка Кальциона.

– И?

– Что? Этого недостаточно?

– Разве, если бы все мужчины были красивы, они стали бы Северными Герцогами?

«…Должно быть, он очень любопытен, но не зря я лучшая актриса.»

– О, не просто красивый. У них должна быть сила побеждать монстров одним ударом и невероятно сильная харизма. А ещё у них должны быть таинственные серебристые волосы, глубоко посаженные глаза и белая, словно нефрит, кожа. Вы так не думаете?

– Ты одна такая или все люди в твоём мире живут с такой тарабарщиной в голове? – мужчина снова улыбнулся, однако его улыбка была ярче, чем раньше.

Селена улыбнулась про себя, однако всё, что она видела, было правдой.

– Я просто констатировала факт.

– Я никогда не видел кого-то, кто вёл бы себя настолько нагло передо мной.

– …

– Что такое? Как бы ты чувствовала себя на моём месте Герцога?

– Ну… я никогда не вела себя так раньше… – девушка попыталась сказать ещё что-то, однако не смогла и, поникнув, отпустила голову.

– Хм? Продолжай.

– …Нет, ничего.

– Разве это смешно?

– …Немного, – ответила Селена, смотря на огонь.

Кальцион пожал плечами, возвращаясь к своему занятию:

– Раньше Север не представлял особого интереса, потому что находится далеко от столицы.

– Раньше?

– Некоторое время назад, в этом районе был найден рудник с золотом.

Селена не смогла сдержать искры, вспыхнувшие в её глазах.

– Да, кандидатки на брак отреагировали точно так же. Подумай только, как сильно их семьи хотят заполучить его.

– Понимаю…

«Молодой, красивый Северный Герцог и золотой рудник. Должно быть, они попытались сделать всё, что было в их силах.»

– Поэтому я выбрал одну из самых влиятельных и более управляемых семей. Барона Янг.

– И?

Глаза Герцога угрожающе сверкнули:

– Он мёртв.

– Когда?

– В ночь перед помолвкой, в моём особняке. Как ты думаешь, как я воспринял это?

«Я был ошеломлён тем фактом, что его убили в моём доме,» – Кальцион сжал губы в тонкую линию. «Я убью того, что сделала это, как только найду.»

Глаза мужчины горели тёмным огнём. Это был взгляд человека, который без раздумий убьёт врага, вставшего на его пути.

Селена мгновенно поняла, почему никто не осмеливается с ним связываться. Герцог ухмылялся, обнажа жемчужно-белые зубы, а девушка ощутила, как по её спине пробежал табун мурашек.

– Я воспринял это как вызов мне, Герцогу Ренберд. Это словно угроза убить любого, кто, по их мнению, не достоин.

– А…

– Поскольку они покусились на моего человека и угрожают остальным, я считаю, что они готовы принять ответ за свои действия.

Селена молчала, ощущая, как леденящий холод окутывает её с ног до головы.

Глава 4

– Это выглядело как самоубийство, однако, в данных обстоятельствах, не могло быть самоубийством, – продолжил Кальцион.

– Почему… Вы так уверены?

– Рана была слишком ровная.

– Как Вы можете быть уверены в чём-то подобном?

– Сколько людей могут так ровно порезать себя? Барон был человеком, который никогда в жизни не держал в руке что-то острое, за исключением столового ножа.

– То есть, Вы хотите сказать, что кто-то убил его и обставил всё так, будто он покончил с собой?

Это была странная ситуация. Все улики указывали на самоубийство, однако Кальцион был уверен, что это убийство.

– Да.

– Вы расследовали это дело в одиночку?

– Да.

– А Вы не пробовали расспрашивать окружающих?

– Расследование уже закончено. Баронесса не захотела, чтобы я продолжал это дело, поэтому я ничего не мог сделать.

«Будь то самоубийство или убийство, брак будущей Герцогини уже не был возможным… Некоторую правду сложнее принять,» – Селена понимала, в каком состоянии находилась Баронесса.

– В таком случае, тот, кто обычно настаивает на самоубийстве и есть преступник.

– И всё же соломинок слишком много.

«Что и следовало ожидать, у него много врагов, так как он Герцог Севера.»

– Тогда почему бы Вам не найти все эти соломинки, вытащив их наружу?

– Проблема в том, что большинство из них уходят в светское общество, а я не очень хорош в подобном общении.

Селена не ожидала подобного ответа от мужчины.

– Поэтому Вам понадобился кто-то, кто сможет проникнуть в светское общество и выяснить, кто виновник?

– Уверен, что ты будешь притворяться лучше, чем я.

«Тот, кто стоит за этим делом не сможет остаться незамеченным, как бы сильно он этого не хотел, вот только…»

– Проблема в том, что я никогда не подпускаю к себе неизвестных мне людей.

«Перед моим человеком никто точно не раскроет своё настоящее лицо.»

– Поэтому я не мог взять любую на эту роль, ведь если кто-то проведёт предварительное расследование, то он обо всём узнает. Особенно о навыках актёрского мастерства.

– Значит, я идеально подхожу для этой работы. Я упала с неба, поэтому никакой предыстории у меня нет. К тому же, у меня великолепные навыки актёрской игры.

Кальцион удовлетворённо кивнул:

– И ты экзотически красива. Это будет прекрасным предлогом для внезапной страсти.

– …Ха? Что?

– Ты экзотически красива. Разве нет?

Казалось, слова мужчины ставили розовую точку в чёрном мире. Эти слова были полностью противоположны тем резким словам, которые Герцог говорил до сих пор. На мгновение, в мыслях Селены наступила звенящая тишина:

– Не думала, что Вы это скажете.

– Снова потому, что я Северный Герцог? Неужели у Северного Герцога нет глаз? – нахмурившись, спросил Кальцион.

– В моём мире, слова «Северный Герцог» означают человека, который крайне эгоистичен.

– Хм.

«Мне следовало промолчать,» – Кальцион отвёл взгляд, словно не понимал, однако, в глубине души, он отчётливо чувствовал, что это правда. «Я знаю об этом… Не зря я считаюсь одним из самых эгоистичных Герцогов в Империи.»

– В любом случае, ты достаточно квалифицирована. Поэтому я надеюсь, что ты не умрёшь здесь и поможешь мне.

Мужчина отчётливо угрожал Селене, однако девушка не могла просто так отказать ему, когда ситуация обстояла так.

– Да, Сэр.

«Однако остаётся ещё один важный момент, который необходимо решить.»

– Какова будет моя награда, если я смогу выполнить это задание?

Не важно, насколько ты напугана, не важно, насколько в плохом положении ты находишься – не работай бесплатно. Это был один из девизов жизни Селены.

– Твоя жизнь, – спокойно ответил Герцог.

– …

«Это была шутка Северного Герцога или он сейчас серьёзно?» – лицо девушки побледнело.

– Простите, но разве моя жизнь уже не принадлежит мне?

– Если я не доставлю тебя в замок в целости и сохранности, то разве есть смысл в твоём обладании своей жизнью?

– …

Для Селены было крайне прискорбно, что эту «сделку» нельзя было разорвать.

– Нет… Я просто имела в виду, что у меня должна быть мотивация. Я должна получить что-то, чтобы работать намного лучше.

Это имело смысл даже для Кальциона.

«Было слишком, требовать преданности без награды до тех пор, пока мы не найдём преступника.»

– Ты должна будешь притворяться моей любовницей, пока я буду работать. Так что, я обеспечу тебя не только едой, кровом и одеждой, но и дополнительными средствами на поддержание твоего облика. Я также обеспечу тебя достаточным количеством денег, чтобы ты смогла хорошо жить после выполнения задания.

– Могу я узнать конкретную сумму?

Кальцион усмехнулся, услышав столь дерзкий вопрос, который никогда ранее не слышал.

– Можешь, но странно, что ты спрашиваешь это так прямо.

– Простите, что доставляю Вам неудобства, однако Вы должны полностью прояснить моменты сделки, – когда дело дошло до оплаты, Селена отказывалась идти на компромисс. Девушка стиснула зубы и отчаянно ждала ответа мужчины.

Герцог вскинул брови, заметив нервозность девушки.

«А эта актриса бесстрашна. Несмотря на то, что она крайне напряжена, она не желает отступать. Кто же знал, что сделка, в подобном неожиданном месте, окажется такой занимательной?»

– Пожизненные расходы на дом, как минимум, с тремя комнатами и двумя горничными, что в два раза превышает среднюю стоимость жизни.

Это была общеустановленная награда для осведомителя, который взялся за опасную работу. Герцог прекрасно понимал, что это задание может быть не раз оказаться опасной для девушки.

– А также надежда, что ты сможешь вернуться в свой мир.

– …А? – последнее вознаграждение, озвученное Герцогом стало неожиданностью для Селены. Она даже не думала, что это возможно. – Я-я… правда смогу вернуться домой?

– Я не уверен, – сказал Кальцион и пустился в объяснения.

Территория Ренберд расположена на Севере материка, а дальше начинается территория, населённая чудовищными зверями.

Между землёй Монстров и землёй Ренберд возвышается горный хребет. Заснеженный горный хребет, который не могут пересечь люди. Даже монстрам трудно перебраться через него.

Однако зимой, когда земля становилась скудной на пропитание, иногда с гор спускаются монстры.

Поэтому зимой, Герцог и рыцари, время от времени, патрулируют хребет, чтобы разобраться с «монстрами», которым удалось перебраться через горы.

Это сложная задача. Лишь некоторые особо талантливые люди могут справится с убийством монстра. Вот почему сам Герцог пришёл и осматривал лес, неся в руках меч.

Так, в этот раз мужчина и встретил кого-то живого, пришедшего из другого измерения. Как Кальцион уже упоминал ранее, обычно они находили людей уже мёртвыми. Однако, на всякий случай, он всё равно носил с собой артефакт-переводчик.

– Никогда не думал, что смогу им воспользоваться.

Артефакты-переводчики, как у Селены, были наследием Великой Колдуньи.

Около двухсот лет назад, Великая Колдунья, которая пересекла измерение, принесла в Ренберд огромное процветание.

Однако она была Великой Колдуньей даже там, где она жила до этого, поэтому она смогла найти способ вернуться в свой мир, через территорию монстров за горным хребтом.

Точки входа и выхода оказались разными. Однако, когда пришло время возвращения, Колдунья и Герцог Ренберд полюбили друг друга. Поэтому, она осталась жить с Герцогом и не вернулась в свой собственный мир.

– Естественно, путь назад есть. Однако проблема в том, что выход находится на территории чудовищ. Даже я не могу пройти туда. Колдунья была единственной, кто когда-либо могла пересечь миры более одного раза.

«Другими словами, он не уверен, что я смогу вернуться, если не обладаю магией?»

– Если ты благополучно завершишь своё задание, я рискну и сопровожу тебя на территорию чудовищ. Однако я не уверен, что ты сможешь вернуться домой, поэтому это всего лишь надежда. Но это отличная мотивация для тебя, не так ли?

Селена не могла ничего ответить, потому что её сердце бешено колотилось.

Как и большинство перемещенцов девушка, похоже, до сих пор хорошо адаптировалась к происходящему. Однако Селена и представить себе не могла, что ей предложат конкретный способ возвращения в свой мир.

«Здесь у меня нет ни работы, ни прошлого, ни воспоминаний, ни друзей, ни семьи… Ничего. Это по-настоящему чужая земля.

Как знаменитость, которая никого не знает в этом мире, естественно, если могу, я хочу вернуться домой! А для этого, я пойду даже на некоторый риск.»

– Я сделаю всё, что в моих силах!

– Отлично.

– Да! Тогда начнём обсуждение деталей?

– …Что? – Кальцион, который был изумлён быстрым темпом девушки, резко поднял голову.

Он был способным человеком, однако именно он, в основном, был тем, кто отдавал кому-то приказы. Мужчина даже не особо глубоко вникал, как его подчинённые выполняют его приказы.

Однако это было задание лишь для них двоих. Это была та редкая ситуация, когда всерьёз он делал всё сам.

– Моя работа начнётся в тот момент, когда я войду в замок вместе с Вами, так? Тогда мне придётся заранее решить вопрос с моей личностью, своим поведением и всем остальным. Я должна проработать весь образ.

От актёрской игры в простом театре, до суперпопулярных фильмов, Селена всегда хотела быть идеальной. Войти в образ – можно лишь, когда ты знаешь его до самых мелочей.

– Во-первых, какую роль я должна играть? – когда дело дошло до обсуждения деталей «работы», Селена забыла, что тряслась от жестокости мужчины и дала волю своим амбициям.

Кальцион, смотрящий в чёрные, блестящие, глаза девушки, был слегка ошеломлён. Он никогда ранее не видел таких глаз.

– ……Ты станешь злодейкой.

– Отлично, злодейка. Только, какая? Существует множество вариантов.

– Есть ещё какие-то образы злодейки? Неужели недостаточно того, который ты показывала недавно?

– Это был лишь временный образ. «Злая женщина» – тоже личность, поэтому нам нужно решить, почему и какой я должна быть.

– Не уверен, что могу помочь тебе в этом.

– К примеру, есть простые злодейки – которые обижают других, как им заблагорассудится, есть злодейки – переполненные амбициями, которые не смотрят на средства для достижения своих целей, а также есть злодеи – которые могут оклеветать любого в этом мире.

Конкретные примеры Селены шокировали Кальциона, который имел смутное представление о «злой женщине», как о «злодейке».

– …Понял.

– Да, поэтому, если я должна вести себя как злодейка, то я должна знать, почему я стала злой, насколько злой я должна быть и всё остальное.

– …Хм, – Герцог кивнул.

Однако мужчина был далёк от творчества. У него не было достаточно информации, чтобы создать прочный и порочный характер для девушки.

«Я думала, что у него есть какой-то образец для подражания, поэтому он и сказал мне быть «злодейкой». Однако, похоже это не так,» – Селена недоумевала, почему она не получает ответа на свой вопрос.

– Тогда почему Вы первым делом подумали об образе злодейки?

– Я получил сведения о том, что моя покойная невеста, дочь Барона Янг, была «злодейкой», хорошо известной в светском обществе.

«Как и ожидалось,» – однако был ещё один важный момент, о котором девушка серьёзно спросила:

– Что она сделала, чтобы получить титул Злодейки?

– Неизвестно, моим людям не удалось провести расследование должным образом. Светское общество – это не то место, которое может изучить посторонний человек.

«Если бы у меня была эта информация, мне бы не пришлось привлекать эту девушку.»

– Раз мы не знаем, какой она была в светском обществе… Какой она была с Вами?

– Она была нежной. Согласно расспросам персонала, она никогда не сердилась, когда кто-то шумел и никогда не опускалась до оскорблений. Она всегда лишь улыбалась.

– Однако, по слухам, в светском обществе она была злодейкой?

– Да.

«Значит она была невинной снаружи, однако внутри таила зло. Поэтому никто не может знать, какие поступки она совершала в прошлом.»

– Тогда я должна стать такой же известной Злодейкой светского общества.

«Так, мы сможем узнать, что именно случилось с этой женщиной.»

– Да, это возможно для тебя?

Селена вскинула брови, словно это был самый нелепый вопрос:

– Самая лёгкая вещь в мире – обвинять других. Можно отругать кого-то за его красоту, за его доброту или за то, что одолжили кому-то денег.

«Если ты хочешь обвинить кого-то – ты можешь придумать абсолютно любой предлог. Если я решу стать злодейкой, мне вовсе не обязательно портить свою внешность, одного моего дыхания будет достаточно, чтобы стать истинной Злодейкой.»

– Я стану величайшей Злодейкой в истории Вашего мира, – в глазах Селены сверкнули звёзды, на губах поселилась широкая улыбка и она перевела взгляд на Герцога. – Однако для этого, Герцог должен кое-что сделать.

Глава 5

– Что ещё я должен сделать?

– Злодейка, которая однажды появляется в качестве любовницы Герцога, должна иметь хорошее прошлое, которое должно быть убедительным.

– Согласен.

«Я не могу привести её как подчинённую или друга. Мне придётся общаться с Селеной как с любовницей, чтобы ввести её в светское общество.»

– …Это становится всё более хлопотным, – вздохнул Кальцион.

– Проще всего сказать, что Вы недавно спасли девушку в беде и не смогли отпустить её из-за её необычной красоты. Звучит убедительно, не так ли? – заявила Селена, указывая на своё лицо.

– Мне нравится этот вариант, – ответил Герцог, даже не смотря на лицо девушки.

– Ах…

«Совершенно очевидно, что он ответил, даже не подумав толком. Вот только всё будет не так просто,» – Селена коснулась пальцами подбородка и посмотрела на суровое лицо Герцога.

– Тогда, во что бы Вы влюбились с первого взгляда?

– ……

Молчание затягивалось до тех пор, пока Кальцион не заговорил:

– В глаза?

– … – на этот раз, настала очередь молчания Селены.

«Я должна и это объяснять,» – разочарование наполнило сердце девушки. «Несмотря ни на что, Кальцион должен безупречно отыграть свою роль.»

– Они прекраснее всего на свете… Очаровательны… Чем больше Вы смотрите в них, тем труднее Вам оторвать свой взгляд… не так ли?

– Всего на свете? – Кальцион нахмурился.

Селена тоже нахмурилась и снова задумалась:

– Нет никакого способа изобразить Вашу влюблённость, Герцог?

– …

Молчание мужчины подтвердило это. В этот раз, Селена специально опустила фразу «Северный Герцог», потому что подумала, что если бы она упомянула об этом ещё раз, то была бы зарублена мечом Герцога.

– Хорошо… Что больше всего нравится Герцогу?

– Ну… этот парень, – Кальцион поднял меч, который держал в руке. – Он сделан путём обтягивания рогов монстра тончайшим железом в течении тридцати дней.

Мужчина легко ощущал энергию, которая пульсировала в мече. Однако то, как он смотрел на меч, скорее отражало его желание тут же взмахнуть мечом и увидеть кровь, брызжущую из тела монстра.

«Агх…»

– Тогда… Что бы Вы почувствовали, если бы меч сломался или потерялся?

«Если он не может быть влюблённым, то, по крайней мере, будет смотреть на меня с болью и страхом потери в глазах.»

После некоторого раздумья, Кальцион пожал плечами:

– Я бы ощутил необходимость сделать новый.

– …… – Селена резко захотелось бросить всю эту затею, однако ей удалось мёртвой хваткой вцепиться в своё терпение, которое исчезло в одно мгновение. – Вы хотите, чтобы я вела себя как Ваша любовница, не так ли? Тогда почему Вы сами не хотите попробовать вести себя соответствующе?

– Хорошо, – вспомнив о своих изначальных намерениях, Кальцион довольно серьёзно посмотрел на девушку. Это был несколько своеобразный взгляд.

– … – Селена на мгновение встретилась глазами с мужчиной, однако тут же отвела взгляд. Она не могла смотреть на Герцога, потому что была напугана. – …Это не то, о чём я просила.

– Я изо всех сил старался смотреть на тебя как можно пристальнее.

– Дело не в пристальности взгляда.

– Тогда это будет очень трудно.

С этого момента, Кальцион сделал ещё около десяти попыток правильно посмотреть на девушку, однако неоднократно терпел неудачу. Селена даже заметила несколько попыток мужчины заставить себя рассмеяться, однако у Кальциона получалось лишь два вида смеха.

Издевательский смех, говорящий «ты?», и хладнокровный злобный смех, говорящий: «Я очень рад, что скоро убью тебя». К тому же, мужчине было неуютно улыбаться, потому что это было выражение, к которому он не привык. Селена прекрасно понимала всё это.

Девушка молча повернула голову и посмотрела на горящий костёр.

«Похоже, самое лучше, что он может, это злодейский смех…»

В конце концов, Селена решила сдаться:

– …Давайте изменим нашу стратегию.

– Как? – было отчётливо видно, что Кальцион тоже устал.

«Я устал. Я никогда в жизни не сталкивался с чем-то подобным.

Я никогда не чувствовала подобной усталости, даже когда выходил на охоту один, три часа размахивал мечом и даже после того, как меня окружили пятнадцать монстров. Похоже, делать влюблённое выражение лица более утомительно, чем сражаться с монстрами.»

– Внезапная тренировка была ужасна, поэтому давайте начнём с предыстории.

– Хм.

– Женщина отправилась в лес, чтобы соблазнить Герцога и он, не долго думая, принял её внимание, потому что она прилипла к нему, словно пиявка. Вот как обстояло дело.

– Боюсь, я потеряю доверие, если приму подобное безумство.

– Естественно, я думала над этим. Однако мне кажется, что эта история будет более надёжна, чем та, в которой Герцог влюбляется в женщину, просто увидев её красоту.

– … – редкий случай, когда кто-то мог несколько раз лишить Кальциона дара речи.

– Думайте об этом, как о предыстории для Ваших действий, Герцог.

– …Я начинаю думать, что мне придётся очень много работать.

– Так Вы собираетесь сдаться?

Мужчина невольно поперхнулся.

«Собираюсь сдаться? Если бы я только мог.

Эта девушка не так уж и важна для меня. Я могу легко найти других людей, чтобы шпионить за преступником. Однако впутать Селену в это дело лучшее и единственное решение, которое я смогу найти, чтобы устранить подозрение.

И слова «сдаться», в моём словаре нет,» – дух Кальциона пылал огнём.

– …Кто сказал, что я собрался сдаться? – зарычал Кальцион.

Селена широко улыбнулась, однако случилось бы катастрофа, если бы она не успела вовремя придать своему лицу спокойное выражение:

– Я Вас соблазню, – торжественно провозгласила девушка.

– …Что? – спросил Герцог, шокированный этими словами.

Нахмурившись, Селена сжала свои пальцы:

– Нет, я не собираюсь соблазнять Вас по-настоящему. Мне просто нужна соответствующая атмосфера для актёрской игры. Главное – не потерять её.

– И?

– Если Вы не сдаётесь, тогда мы можем начать создавать нужную атмосферу. Если Вы думаете, что это не имеет смысла, то поверьте, настанет момент, когда Вам не нужно будет что-то говорить или делать, а нужно будет просто наблюдать за происходящим.

– Итак, что мне делать?

– Просто доверяйте мне, что бы я не сделала. Я позабочусь обо всём.

– И всё?

– Вы также должны будете соглашаться со мной во всём, что я скажу. Особенно перед другими людьми. Даже если я попрошу что-то безумное.

– …Насколько безумное ты собираешься просить?

– Любовь – это безумие. Если мужчина совершает безумные поступки, то он, вероятно, влюблён по-настоящему.

«Опять сложности…» – Кальцион потёр виски.

– О, когда мы впервые встретились, я сказала Вам что-то, что Вам не понравилось, однако у Герцога было достаточно милосердия и Вы взяли меня к себе в замок.

– Что ещё?

– Ну… – Селена задумалась.

В это время, Кальцион, впервые в жизни, ощутил страх. Это был страх перед неизвестностью, с которым мужчина не мог так просто справиться.

– Что насчёт «Эта женщина – моя»?

– Как рабыня?

– Ах, нет, только не это.

Селена вновь начала мучиться размышлениями:

– А что насчёт «Я не хочу оставлять тебя в чужих руках»?

– Чужие руки… Ха, ты можешь просто ударить их по рукам.

– Хорошо, я придумаю другую линию поведения.

Селена решила сделать Герцога немного плохим:

– А что насчёт «Никому не позволено прикасаться к этой женщине»?

– С чего бы кому-то делать это?

– Потому что… а, забудьте. Я подумаю о чём-нибудь другом.

– Придумай что-нибудь, от чего у меня не будут бежать мурашки по коже, – яростно высказался Кальцион.

Селена думала снова и снова.

После нескольких проб и ошибок, наконец, получился очень мягкий образ. Он был таким же мягким, как ложка соли, растворённая в стакане с водой. Ну, по крайней мере, по меркам Селены, эту фразу можно было произносить и простыми словами.

Однако Кальциону было всё равно нелегко произнести это вслух.

– Давайте забудем о происходящем. Говорите спокойно, как обычно. Также, как если бы меч висел у Вас на поясе.

– Моя… д-дорогая, – наконец-то произнёс мужчина.

– О, понятно… – Селена чуть не начала проклинать Герцога. Она была максимально терпелива, насколько это вообще было возможно. Девушка опасалась, что если мужчина взорвётся, то мгновенно отнимет у неё жизнь.

Сильные стороны Селены не ограничивались её актёрскими способностями. У неё был талант находить актёрские способности у других людей противоположного пола, которых не было до этого. Не известно, сколько мужчин-актёров, потерявших актёрское мастерство, были награждены его возвращением благодаря девушке.

Игра, которая требовалась от Кальциона, не была не сложной. Естественно, Селена решила научить Герцога хотя бы основам, благодаря которым их задание не смогло бы провалиться.

– Почему Вы не стараетесь?!

– Актриса – ты, а я – Герцог, не так ли?

«Его враждебности нет предела. Неужели такова природа каждого Северного Герцога?» – прошло ещё несколько минут и девушка ощутила, как её голова пустеет. О»н словно ребёнок.»

– Ха… Давайте сделаем всё снова шаг за шагом.

В этой ситуации, многое зависело от терпения, а Селена обладала нечеловеческим терпением. Хоть Кальцион был в плохом настроении, он ни слова не сказал о том, что сдаётся. За это, девушка была ему благодарна.

К тому времени, когда Селена наконец-то закончила свой сжатый мастер-класс по актёрскому мастерству, и они спустились с горы, вновь наступил закат.

*****

– Ваше Превосходительство! – группа рыцарей, ожидавших перед огромной стеной, увидели приближающегося Кальциона и вытянулись по стойке смирно.

Герцог возвращался назад лёгким шагом, мало чем отличавшимся от того, каким он ушёл в одиночный патруль. Рыцари стояли на страже стены, не пропуская никого в столицу, чтобы не возникло никаких неприятных инцидентов.

– С возвращением! Вы ранены? …Это кто? – направляющийся к Герцогу рыцарь, застыл и широко раскрытыми глазами посмотрел на миниатюрную женщину в руках Кальциона.

– Ранений нет. Я нашёл её в лесу, когда на неё нападал монстр, и спас. Прошло достаточно много времени с тех пор, как она пропала.

– В лесу? Как, чёрт возьми, она там оказалась…

Стены, построенные для предотвращения нападений монстров с горного хребта, достаточно высоки, чтобы люди могли перепрыгнуть через них. Рыцари тщательно проверяли, не проникает ли мана из какой-либо дыры, однако ничего такого не было. Да и никто не мог пересечь стену и скрыться от глаз охраны.

– Она сказала, что тайно последовала за нами, когда мы выходили в прошлый раз.

Это было возможно сделать лишь во время охоты, когда рыцари покидали стены замка.

– Да? А она достаточно смелая…

Всем было известно, что в лесу монстров растёт очень много редких растений.

– Даже если она родилась не в Ренберде, это не значит, что она не боялась. Так как здесь не место для неё, я решил на какое-то время взять её под защиту своего замка. Запомните.

Это было не то же самое, что защита объятий Герцога, однако девушку и не посадили в тюрьму, это был приказ, достойный Северного Герцога. Рыцарь без промедления последовал приказу своего Герцога:

– Хорошо. Я доставлю её в гостевой дом. Вы, должно быть, устали, давайте я…

– Нет, Дион.

Седовласый рыцарь, по имени Дион, уставился на Кальциона, который отказался отдавать Селену, широко раскрытыми глазами:

– Ваше Превосходительство?

– Моя….

– Простите?

Руки Кальциона, держащие Селену, сжались сильнее, и она тут же ощутила, как по её рукам, прикрытым его плащом, пробежала дрожь.

«Пришло время показать результаты нашей спецподготовки.»

Глава 6

Кальцион напрягся, смотря прямо на Диона. Дион ощутил, что не может встретиться с серьёзным взглядом Герцога.

– Я сделаю это.

– …Простите?.. Ах… Да… Простите? – снова спросил Дион, потому что это были подозрительные слова.

Дион, который обычно следовал за Герцогом, словно бесшумная тень, был крайне изумлён.

Однако Кальцион не стал повторять свои слова. Потому что не мог.

Его рука, спрятанная под плащом и обнимающая Селену, уже опасно напряглась. Плащ, главным образом, предназначался для того, чтобы защитить мужчину от опасностей, однако, похоже, сейчас, он использовал его, чтобы крепко держать Селену, не позволяя ей уйти.

– …?! – Дион поспешно последовал за Герцогом, который уже прошёл мимо него. В голове рыцаря крутились многочисленные гипотезы.

«Герцог отправился на охоту и впервые вернулся с незнакомкой. Ему всегда было неуютно находиться лицом к лицу с женщиной…

Но неужели он и дальше будет сопровождать эту Леди? К тому же, я никогда не видел подобного собественничества у Герцога!»

Эта новость мгновенно распространилась и среди остальных рыцарей.

– Ваше Превосходительство?

– И что теперь?

– Он ведь не изменится, правда?

Кальцион старался не обращать внимания на эти перешёптывания, однако его внутреннее волнение было заметно. Он забрался на лошадь, всё так же не отпуская Селену.

– Давайте возвращаться в замок.

Рыцари, ожидающие возвращения Герцога, уже выстроились в ряд у ворот, ведущих в город. Когда лошадь Кальциона с шумом понеслась вперёд, они так же вскочили на своих лошадей и последовали за Герцогом.

Лицо Селены, закутанное в мужской плащ, горело от неловкости. Она огляделась вокруг, сосредотачиваясь на главном. Особенно на глазах Диона.

«Либо он одержим этой Леди, либо я одержим иллюзией, созданной ею!» – задумался Дион.

Через некоторое время, у Селены появилась возможность шепнуть Кальциону:

– …Вы молодец.

– … – Герцог продолжил молча скакать на своём коне.

Независимо от того, сколько его хвалили, Кальцион не мог расслабиться. Когда ранее мужчина заставил себя сказать те слова, ему показалось, что его сердце горит огнём. Это было неловко и неуютно. Это было ещё сложнее, потому что Кальцион не был хорош в этом.

Однако есть ещё много вещей, которые должен был сделать Герцог, поэтому даже похвала Селены не показалась ему большим утешением.

«Хоть это был ужасный поступок, он сработал. Несмотря на свои актёрские способности, Герцог преуспел в шокировании людей.

Это довольно неплохое начало. Ещё немного усилий с его стороны и всё пойдёт как по маслу,» – Селена была довольна случившимся.

Отряд направился к подземной дороге, соединённой со стеной.

– Замок находится под землёй?

– Это прямой путь к замку.

Дорога была довольно длинной. Вскоре, дорога начала подниматься, а яркий свет ударил по глазам девушки. Конец тоннеля соединялся со входом в замок, расположенный на вершине холма.

Эпизод 2. «Вступление.»

– Вау!..

«Наконец-то, моё терпение вознаграждено!» – Селена была крайне изумлена, увидев, как построен замок. Перед воротами замка была просторная площадь и девушка могла видеть весь город, расположенный вокруг холма.

– Столица Ренберд, Силэнза.

Силэнза оказалась огромным городом, превзошедшим все ожидания Селены.

«Я думала, что, исполняя свою роль, мне придётся вести простую жизнь, пока остальные будут скакать на лошадях и сражаться на мечах. Однако, этот город такой же большой, как и самый знаменитый город моего мира.»

Девушка продолжала выражать своё восхищение. Силэнза располагалась внутри продолжительной внешней стены между горами и городом. Городские улицы тянулись бесконечными линиями и были украшены разноцветными зданиями.

Селену удивила не только Силэнза, но и масштабы жизни Герцога, которые были такие же огромные, как и размер города.

Ворота были высотой с внешнюю стену. Десять человек вцепились в трос, чтобы открыть железную дверь, которая открывалась с медленным тяжёлым звуком.

За дверью показались служащие. Кажется, внутри замка работали лишь слуги и рыцари. Все они поспешно выстроились в две шеренги по обе стороны от входа и в унисон поприветствовали Герцога.

Это было великолепное зрелище. Подобное чувство строгости не могло исходить от сцен, которые ставились на съёмочной площадке.

Селена, невольно вздрогнув, схватила Герцога за руку. Кальцион крепко держал девушку за плечи, наверное, приказывая ей не двигаться.

– Добро пожаловать, Ваше Превосходительство, – пожилая женщина вышла вперёд и поприветствовала прибывшего Герцога.

Кальцион, спрыгнув с лошади с Селеной на руках, легко ответил на это приветствие:

– Миссис Дженнет.

– Всё в порядке? Я слышала, что в этот раз, Ваше Превосходительство отправился на охоту один.

– Всё было как обычно.

Кальцион с трудом проходил между слуг, которые в унисон склоняли головы. Дион, несколько рыцарей и Миссис Дженнет следовали за ним.

– Я прикажу приготовить ванну и принести еду в Вашу спальню, Ваше Превосходительство. Вам нужно что-нибудь ещё.

– Другие вещи.

– Поняла, буду ждать дальнейших указаний, Ваше Превосходительство.

– Тогда ты можешь идти.

– Да, Ваше Превосходительство, – Мисс Дженнет вежливо поклонилась и ушла.

В словах Кальциона не было никакого намёка на «пожалуйста». В этом замке всё должно было быть сделано так, как хотел он. Он, Герцог, был единственным законом этого места.

«Он и правда крайне могуществен,» – Селена посмотрела на Кальциона, а он продолжал идти с отстранённым выражением лица.

Войдя в замок, девушка увидела массивный пол, покрытый мраморными плитками. Коридоры соединялись друг с другом вокруг площади и, наконец, в главное здание замка можно было подняться из центрального коридора.

Там было несколько комнат. Кальцион вошёл в первую комнату, чтобы через неё попасть во вторую. Когда мужчина вошёл в ту комнату, Селена увидела длинный коридор из окон и разноцветных дверей.

Среди них, особо выделялась самая большая и яркая дверь. Возле этой двери стояли две служанки и два слуги, каждый из которых казался стражником двери. При виде Герцога, они мгновенно выпрямились.

– Ваше Превосходительство, Миссис Дженнет уже связалась с нами. Мы сообщим Вам сразу, как только всё будет готово, – поспешно произнесли слуги, однако Кальцион ни на секунду не замедлился.

Слуги открыли Герцогу дверь, и он проложил свой путь. Это было быстрее и точнее, чем любая автоматическая дверь. Как только Кальцион вошёл в комнату, слуги, оставшиеся по ту сторону двери, поклонились ему.

Бам, – дверь закрылась с тяжёлым звуком.

– Уф… – вздохнула Селена. – Я ничего не делала, но нервничаю. Вы гораздо более влиятельный человек, чем я думала.

– И это уже становится проблемой, – Кальцион поставил Селену на пол.

Какой бы лёгкой не была девушка, она была уже взрослой. Пока Селена обнимала мужчину с самых гор, она не испытывала никаких трудностей, однако сейчас, когда её ноги коснулись пола, девушка покачнулась.

Кальцион, снимающий свой плащ, даже не взглянул на неё. Селена покачала головой:

– Как мы будем вести себя как любовники, если Вы так шарахаетесь от меня?

При упоминании о задуманной игре, выражение Кальциона помрачнело.

– Ты хочешь, чтобы я играл, даже когда никого нет рядом?

– Вам нужно вжиться в роль, чтобы улучшить свою актёрскую игру.

«Ему не нужно было бы делать этого, если бы у него была хорошая игра. Я понимаю, что это пустая трата времени, поэтому мне нельзя злословить…»

– Теперь, когда ты пришла в замок, избегай любых проблем и делай всё, что хочешь.

Селена села на стул и медленно скрестила ноги:

– Мне нужна от Вас такая сила, которая сделает всё более очевидным.

– Штраф.

– Сила должна исходить не от слова, а от Ваших глаз и Вашего отношения ко мне. Это трудно сделать, однако легко замечается другими людьми, – губы Селены изогнулись в очаровательной улыбке. – Поэтому, пожалуйста, постарайтесь быть немного более естественным, хорошо, Ваше Превосходительство?

Кальцион ничего не ответил.

Однако девушка была уверена, что он сделает так, как она сказала.

«За этот короткий промежуток времени, гордость и стремление Кальциона уже схвачены мной. Он не сможет так просто сдаться,» – Селена мысленно улыбнулась, подбирая учебную программу по актёрскому мастерству для Герцога.

Один из слуг коротко постучал в дверь:

– Ваше Превосходительство, ванна готова. Нам подождать Вас?

В этот момент, Селена и Кальцион обменялись взглядами.

– Минуту, – мужчина поспешно накинул на Селену плащ.

Форма и ткань одежды, которая была на Селене, были незнакомы этому миру. Ткань была слишком аккуратной, чтобы настаивать на этой версии, ведь она была сделана таким образом, чтобы её можно было легко носить. Не было никакого смысла в том, чтобы обычные люди этого мира могли позволить себе одежду из такой прекрасной ткани.

Девушка даже оставила свой мобильный телефон в пещере, поэтому она не могла не укутаться в плащ и ждать, когда наступит время действовать.

«Сейчас, когда я думаю об этом, мне удалось благополучно войти в замок, и всё, что осталось сделать сейчас – это отточить и закрепить своё мастерство.

Однако мне и в голову не приходило принять ванну,» – Селена посмотрела на Кальциона и покачала головой.

– Раздевайся сейчас и иди в ванную…

– Но я не могу показаться перед ними совсем голой.

– …О, – Кальцион прижал пальцы к вискам.

«Я никогда не задумывался о подобных мелких деталях. Я не знаю, как и о чём нужно позаботиться. Деталей, о которых нужно позаботиться намного больше, чем я думал.

Однако есть и хорошая новость – я подобрал ту, что великолепно разбирается в этом.»

– Тогда иди в своей одежде с… – поспешил высказать своё мнение мужчина.

– Нет-нет. Это не подходит ещё сильнее, чем… А! – внезапно у Селены промелькнула интересная мысль.

«Удачный случай. Я могла бы хорошенько использовать его в данной ситуации.»

– У меня есть идея получше.

– Делай, что хочешь.

– Тогда не слишком удивляйтесь, – прищурившись, сказала Селена. – Позвольте мне показать Вам, что называется правильной игрой.

– …?

Атмосфера в комнате, где ещё совсем недавно царило ощущение кризиса, мгновенно изменилась. Герцог сосредоточился на Селене, которая медленно поднялась со своего места, делая глубокий вдох.

– Ваше Превосходительство? – вновь позвал голос. Голос слуги был хриплым и негромким, что говорило о том, что дверь довольно толстая и почти звуконепроницаемая.

Селена прочистила горло и, выпрямив спину, закричала:

– Нет!

Голос за дверью резко оборвался. В это же время, Кальцион, казалось, был ошарашен:

– …А?

Глава 7

Селена начала свою актёрскую карьеру, как актриса театра. Она даже была способна в одиночку поддерживать интерес целой аудитории.

В театральных пьесах, несмотря на то, что свет проектора часто удалялся, пьеса всё равно продолжала идти, поскольку могла держаться лишь на энтузиазме одного актёра.

Для Селены, ведущей актрисы, которая доминировала в мире развлечений, контроль над сценой был ничем.

Из-за толстой двери слышались голоса.

– Я не хочу, чтобы ко мне прикасался кто-то ещё! Пожалуйста, скажите им, чтобы они ушли!

– Это их работа… – Кальцион понял, что всё это всего лишь игра, поэтому и ответил крайне небрежно.

– Нет! Герцог, скажите им, чтобы не ждали! Я не хочу, чтобы кто-то прикасался к моему телу!

– … – Герцог был ужасно молчалив.

Селена знала, что ему будет неловко, однако она не могла просто так отступить.

– Герцог, пожалуйста, скажите всем, чтобы они ушли!

– …

– Пожалуйста!

– …Мне не нужна ванна. Уходите, – сказал Кальцион так, словно у его горла был приставлен меч.

– Простите? Ах, поняли… Ваше Превосходительство, – слуга за дверью был растерян, но добросовестно выполнил приказ Кальциона. Селена слышала, как он уходит от двери.

Как только звук шагов затих, Селена, которая прислушивалась ко всему, что происходит за дверью, протянула руку:

– Хорошо, а теперь попросите их принести мне какую-нибудь одежду. О, и нам нужно порвать эту.

– Порвать эту? Разве мы не можем просто спрятать её?

Селена покачала головой:

– Мы не можем оставить после себя ни единой улики. Лучше просто разорвём её на куски, чтобы по ней нельзя было ничего понять.

– Было бы странно просто начать срывать с тебя одежду.

– Герцог принимал ванну с женщиной, которая пытается соблазнить его, поэтому нет ничего странного, что с меня начали срывать одежду, – усмехнулась Селена.

– Ха?.. О? А, – выражение лица Кальциона трижды изменилось.

Ха?.. = «О чём ты говоришь?»

...О? = «А, ты имеешь в виду это!..»

А, = «Я понял.»

Эти изменения были почти на 180 градусов.

«Хитрость, придуманная Селеной, довольно хороша.

Можно было бы усомниться в том, что я был мгновенно очарован ею, однако это идеально подходит к ситуации. Можно заменить моё ужасное актёрское мастерство простой сорванной одеждой.

Даже если это слишком импульсивно, нет лучшей идеи, чем эта. Это может показаться подозрительным, потому что не похоже на моё обычное поведение, однако, напротив, это лучше, чем то, что я мог бы придумать. Актёрская игра – это не только слова, да?»

– Хорошо, тогда иди и приведи себя в порядок. Мне снова придётся обнимать тебя?

– Нет, это не нужно.

Мужчина открыл небольшую дверь в ванную, примыкавшую к комнате. Войдя в эту комнату, глаза Селены широко распахнулись.

В ванной была ещё одна дверь, которой пользовались слуги.

«Так вот как им удалось спокойно подготовить ванну. Это тоже неожиданная роскошь.»

В центре ванной комнаты стояла довольно большая ванна, выложенная старинными узорами. Ванна, наполненная горячей водой, была достаточно большой, чтобы вместить сразу пять человек.

Рядом с ванной лежали принадлежности для купания: мыло, губки и всё остальное, которыми, по-видимому, пользовался Кальцион. В другом углу стояла роскошная гидромассажная кровать.

«У меня нет её даже в частном доме! Что и следовало ожидать от Герцога!

Ах, сейчас не время удивляться,» – Селена поспешно пришла в себя. Она также заметила, что на одной стене ванной комнаты уже был приготовлен банный халат.

– Минуту, – Селена, отослала Кальциона за дверь, разделась и, надев халат, вновь открыла дверь. – Теперь, Вы можете порвать её.

Кальцион оглянулся и, обернувшись, увидел Селену в халате.

«Я тоже должен быть осторожен.»

Девушка знала, что мужчина не смотрел на неё, однако всё равно чувствовала себя неуверенно. Она обхватила себя руками, пытаясь ещё сильнее прикрыть свои чувствительные места.

Даже войдя в ванную комнату, Кальцион старался смотреть куда угодно, но не на тело Селены, которая обеими руками вцепилась в халат.

Треск! – рвалась одежда. Она не была сделана из материала, который можно было разорвать голыми руками, однако в руках Кальциона она была похожа на лист бумаги.

– Вы хорошо рвёте вещи.

– Хм.

– Снаружи никого нет, поэтому нам будет легче. Я возьму пару кусочков и замочу их в воде, а когда слуги позже придут, чтобы всё прибрать, они представят себе всё, что нужно, не так ли?

– Они представят себе всё очень подробно, – руки Кальциона, державшие порванную одежду, вновь остановились.

– Что такое? Этого недостаточно?

– Дело не в этом, – глаза мужчины стали такими яростными, словно он смотрел на монстра в горах. Кальцион медленно перевёл взгляд на дверь, ведущую в эту комнату.

Селена нервно посмотрела туда же, куда и Герцог:

– В чём дело?

– Кто-то подслушивает.

Селена ничего не слышала, однако у неё не было другого выбора, кроме как поверить Кальциону:

– Шпион? За дверью?

– Да.

«Поскольку Кальцион здесь, мне нечего бояться.»

– Это происходит каждый день?

– В последнее время, это случается особенно часто.

– Что же нам теперь делать?

– Дай мне подумать.

Однако, казалось, что мужчину это не слишком беспокоило.

– А что Вы обычно делаете?

– Я убиваю их.

– Ах… Убьёте или оставите его?

– Нет. Я думаю о том, чтобы убить его.

Мужчина не лгал, учитывая, что его тон не сильно отличался от обычного.

– …Минутку, – Селена уже привыкла к этому, однако ей не хотелось стать свидетельницей новых смертей. – Не лучше ли нам пока пользоваться его услугой?

Взгляд Кальциона обратился к девушке.

– Это принесёт нам пользу. Разве с этим наша игра не станет правдоподобнее?

– Хм.

– Это более эффективно, чем сотня отыгранных сцен.

Кальцион согласился с мнением Селены.

– Разве не требуется больше актёрского мастерства, чтобы сделать ситуацию правдоподобнее? – мужчина аккуратно признал, что его актёрские способности чудовищны.

– Вы действительно собираетесь чего-то добиться? – Селена нахмурилась, толкая Кальциона в грудь. – Герцог, я не думала, что Вы такой. Да Вы просто дурак.

– …Что?.. – мужчина ощутил, как его спина ударилась о стену. Это был первый раз, когда он получил такую ужасную оценку. – Ты первая женщина, у которой хватило смелости назвать меня так.

Кальцион был удивлён, а Селена была спокойна. Она проделывала это ни раз и ни два:

– Да, конечно. Не поддавайтесь на это.

Профессионально ответила девушка. Пока за дверью был шпион, она должна была закончить настройку ситуации, прежде чем вернуться в главную комнату.

– Я должна быть единственной, кто будет действовать. Герцог стоит рядом со мной… Нет, Вы просто срываете одежду.

Потрясающая вещь – связать «неправду» и «бесполезность» Герцога, которые никогда не были сплетены вместе в его жизни. Не было более шокирующего момента, чем этот.

– О, будет хорошо, если Вы будете иногда смеяться надо мной, называя моё имя. Однако, если Вам неловко делать это, то молчите.

Кальцион был сбит с толку.

Хладнокровный Северный Герцог.

Холодный, словно ледяная стена.

Холодный, словно ледник.

Многочисленные «холодные» титулы, адресованные ему, мгновенно превратились в «идиота»:

– Ха-ха… ха... – мужчина слабо рассмеялся.

Пока он собирал разбросанные осколки своей воли, Селена глубоко вздохнула:

– Ааа-ах!

Начало было достаточно напряжённым, чтобы привлечь всеобщее внимание. Девушка ощутила вспыхнувшее за дверью удивление. Даже Кальцион, который был с ней, был крайне удивлён.

– Да что с тобой такое?!

«Спектакль уже идёт. Я не могу сказать ему, что это будет сцена, в которой я буду кричать так, словно мне приятно…»

– Ох, Герцог, не трогайте меня там! Ах! Мм…

– Я… – к счастью, Кальцион хоть и не обладал актёрскими способностями, но обладал довольно хорошей сообразительностью. Поэтому он закрыл рот и не стал возражать. – Ха-ха… ха.

Вместо возражений, атмосфера вновь наполнилась смущением и нелепостью.

Селена смогла продвинуться в своей актёрской карьере, потому что у неё была способность превращать игру в реальность.

– Не делайте этого, ах! – девушка вошла в ванную, которая издала звук плещущейся воды, словно в ней было два человека.

– Ох, н-нет!.. – вступление Селены было ошеломляющим, но она продолжала выкрикивать эти слова сладким голосом.

В этот же момент, девушка указала на разорванные куски одежды. Кальцион, не задумываясь, поспешно разорвал оставшиеся куски ещё раз.

– Ах, Вы не должны рвать моё платье! Ха-ха, Вы же купите мне новое красивое платье потом?

– … – Кальцион, который не был достаточно уверен в себе, чтобы вступать в это представление, просто ещё несколько раз разорвал ткань на куски.

Снаружи они звучали как ворчливая очаровательная женщина и жестокий Герцог, молча жаждущий её тела.

– Ах? А? Красивее, чем у кого бы то ни было! Вы купите его для меня?

Бум.

Этого оказалось достаточно. Селена знаком показала мужчине остановиться. Как и было велено, Кальцион кинул обрывки одежды в ванную, а затем вернулся в свою комнату.

Итак, это был сольный номер Селены. То, что могло произойти между мужчиной и женщиной, в реальности разыгрывалось лишь голосом и плеском воды. Без каких-либо конкретных описаний.

В исполнении Селены, Кальцион стал хладнокровным зверем, который двигался так сильно, как ему хотелось, но не настолько резко, насколько резким было её дыхание.

Ожидая в комнате, Кальцион закрыл лицо руками. Оно пылало.

*****

После того, как Селена закончила, настало время Кальциона принимать ванну.

Его пылающее лицо всё ещё горело. Это было связано с тем, что сейчас он мылся в тёплой воде, которая была использована для этого акта игры.

Мужчина знал, что шпион сбежал ещё в середине постановки. Однако он не знал, была ли причина в том, что ему это надоело, или же он услышал всё, что хотел.

Кальцион хотел остановить Селену, однако не смог, потому что девушка была опьянена этой игрой, словно начала сходить с ума. В результате, её задумка удалась.

– Поторопитесь и позовите горничную, пока я не простудилась, – Селена тоже была вполне удовлетворена результатами.

Горничные прибежали, как только Кальцион потянул за шнурок.

– А! – особа, открывшая дверь, была поражена увиденным.

Глава 8

– Ваше Превосходительство, Вы звали меня? – спросил слуга.

Кальцион не выглядел удивлённым. Он изо всех сил старался сохранить бесстрастное выражение лица.

«Это первый раз…»

«Его Превосходительство когда-нибудь привозил с собой женщину?»

«Нет, это впервые.»

«Его Превосходительство когда-нибудь оставался с женщиной в одной комнате?»

«Нет, это тоже впервые.»

«Разве Его Превосходительство когда-нибудь делал с женщиной странные вещи?»

«И это впервые.»

Всё это было впервые в жизни Северного Герцога. Хоть всё это и было лишь игрой, глубоко внутри, Кальцион был очень смущён. Ему требовалось много усилий, чтобы вести себя так, словно ничего не происходит.

Селена спряталась, когда пришёл слуга.

«У Герцога трудное положение… А я профессионал,» – девушка постаралась говорить, как можно более официально:

– Я бы хотела, чтобы Вы помогли мне.

Кальцион направился в свою комнату, а Селена – в ванную.

Даже если казалось, что они видели всё, что можно увидеть друг в друге, было невежливым переодеваться в одной комнате.

Когда Селена вошла в ванную, три горничные одновременно бросились к ней:

– Позвольте мне высушить Ваши волосы.

– Позвольте мне привести в порядок Ваши ногти.

– Позвольте мне насести немного духов на Ваше тело.

Селена ощутила себя так, словно очутилась в спа-салоне.

«Да, я имею полное право наслаждаться этим,» – девушка была довольна, до самых глубоких уголков души.

Им потребовалось некоторое время, чтобы высушить волосы Селены, нанести на неё духи и привести её ногти в порядок.

«Обычно, это не занимает так много времени, но, в этот раз, мне пришлось кататься по грязной земле на горе, чтобы спастись от монстрообразного зверя…»

Когда грязь исчезла с ногтей девушки, блеск её изначальной красоты вновь ожил.

– Ох, Боже!.. – глаза горничных засияли от гордости.

Им показалось, что они собственными руками открыли красоту, что была скрыта.

«Естественно, Герцог не стал бы приводить кого-то простого!

Наш Герцог, который всю свою жизнь провёл вдали от женщин. Однако если дело обстоит именно так, то всё понятно!»

Тот факт, что девушка, подобная сверкающему бриллианту, смогла изменить мнение Северного Герцога, очень легко был принят горничными. Тем более, что у их Герцога не было никаких физических отклонений.

Авторитет Хозяина часто считался предметом гордости его слуг. Селена легко вошла в их взгляды лишь потому, что её облик не задевал их гордость.

«Теперь, когда меня признали, я должна буду сделать всё возможное, чтобы сохранить авторитет Герцога.»

– Вы уже приготовили для меня какое-нибудь платье?

Горничные начали перешёптываться между собой, словно они ещё не приготовили платье для девушки.

В этот момент, дверь ванной открылась. Внутрь вошли две служанки с платьем и украшениями к нему. Казалось, что и горничные, и Селена были ослеплены только что принесёнными вещами.

– Ч-что это?..

– Ах… ум… Миссис Дженнет сама подготовила его.

«Миссис Дженнет – та самая пожилая дама, которую я мельком видела у входа? Судя по разговору, она отвечает за все домашние дела замка. Ведь, как только Кальцион спустился с лошади, она была единственной, кто осмелился подойти к нему,» – Селена с трудом верила, что кто-то вроде неё мог подготовить для неё платье.

«Это сделано по приказу Кальциона?

Платье выглядит слишком красивым, чтобы Миссис Дженнет выбрала его просто так.»

– Вау, неужели я надену что-то подобное? Я польщена, – пока Селена бормотала, заглядывая служанкам через плечо, те быстро расправили платье.

– Это платье хранилось как сокровище, поэтому не было никого, кто осмелился бы надеть его…

– О, сокровище?

– Да, Мисс. Его Превосходительство отдал нам крайне сложный приказ. А это платье сделано из тончайшей ткани, привезённой с Юга. Здесь более 20 слоев ткани. Более того, над этим платьем целый год работали многие известнейшие дизайнеры столицы.

Одна из взволнованных горничных добавила:

– Это вшитое золотое колье – настоящее. К тому же, все сверкающие камни на этом платье – настоящие драгоценности.

«Так это не просто платье, а культурное сокровище…»

– Вау… – Селена была восхищена этим платьем.

Девушка была больше других в этой комнате уверена в том, что достойна надеть это платье. Селена не раз носила дизайнерские платья и костюмы самых разнообразных видов, как-то раз, она даже носила костюм, являющийся национальным сокровищем, чтобы продвинуть одну страну.

«Это платье настолько порочно, что считается настоящим сокровищем… Оно намного прекраснее, чем все те многочисленные платья, которые я носила до сих пор, и я никогда не видела платья полностью сшитого человеческими руками…» – Селена долго смотрела на платье, а затем сказала:

– Что ж, тогда я примерю его, – девушка поднялась со своего места и направилась к платью, которое держали две горничные.

В этот же момент, другая горничная принялась снимать с Селены мерки, на тот случай, если вдруг понадобится перешить платье. Однако платье идеально сидело на девушке, словно было создано именно для неё.

– Этот браслет…

В комплекте с платьем шли роскошные украшения, вот только браслет-переводчик Селены, который всё ещё был на её запястье, пусть и был достаточно дорогим, всё равно не подходил к этому платью.

Селена поспешно выпрямилась, накрывая браслет ладонью.

«У меня будут большие неприятности, если я сниму его. Пока я живу в этом мире, этот браслет для меня словно дыхательная система…»

– Я не могу снять его. Герцог подарил его мне.

– Я поняла, никто не прикоснётся к нему.

Обычные люди не имели ни малейшего представления об этом браслете, поскольку он передавался из поколения в поколение только Герцогам.

«Этот браслет не просто роскошное украшение для простолюдина. Он – то, что они не должны видеть до конца своей жизни, поэтому, им лучше держаться как можно дальше от него.»

Горничные помогли Селене надеть кружевные перчатки, другие браслеты, колье и, наконец, серьги, одну за другой вставляя их в её мочки ушей.

Лишь, когда головной убор занял положенное ему место на голове девушки, образ Леди оказался завершён. Горничные отступили на шаг назад и посмотрели на Селену так, словно увидели только что завершённое произведение искусства.

– Боже мой… – обычный ответ, который всегда Селена получала от своих визажистов, когда они заканчивали свою работу над ней.

– Готово?

– Ах, да… з-зеркало…

В ванной не было зеркала. Горничные были крайне взволнованы, потому что это был первый раз, когда они переодевали Леди в ванной комнате.

– Разве зеркало не находится в комнате Герцога?

– Ах, да, оно там есть… но…

– Тогда, я пойду туда.

Горничным было запрещено входить в комнату Герцога.

Однако женщина, которую привёл Герцог, очевидно, вполне могла позволить себе это. К тому же, ей не нужно было соблюдать приличия.

Более того, ролью Селены была злодейка, потакающая любому своему желанию. Девушка имела полное право вести себя так.

Бух… – Селена без стука распахнула дверь и вошла в комнату Герцога. Кальцион уже приоделся в чистую одежду и сидел на диване, просматривая документы.

Однако он был не один. Рыцарь, которого звали Дион, стоял рядом с Герцогом. Сейчас, он был одет в благородный мундир и, в отличии от того момента, когда он был одет в доспехи, теперь он выглядел аристократично.

Однако Кальцион всё равно выглядел намного лучше Диона. Сейчас, когда мужчина переоделся он выглядел так, как и подобает киногерою.

«Ах, он и правда прекрасен,» – Селена улыбнулась с лёгким оттенком восхищения. Слегка приподняв подол своего платья, девушка склонилась в лёгком реверансе, словно настоящая Принцесса:

– Как Вам?

Кальциону следовало широко улыбнуться и сказать: «Ты самая прекрасная женщина на свете».

…Однако, его глаза были холодными, словно лёд.

«Ха! Однако это не значит, что я начну смущаться,» – Селена чувствовала, как за её спиной волнуются горничные.

– Миссис… Миссис Джаннет… – пискнули горничные, находящиеся в предобморочном состоянии. Они были не виноваты в том, что Миссис Дженнет выбрала именно это платье, они лишь принесли его сюда.

– Не нужно было его брать… сейчас же… – прежде чем Кальцион успел закончить фразу, Селена подбежала к нему и обняла его за шею.

Тело, зажатое в руках девушки внезапно напряглось. Это оказался лучший способ, который Селена смогла придумать, чтобы заткнуть мужчине рот.

«Честно говоря, я устала и просто хочу поесть и отдохнуть. Я понимаю, что Миссис Дженнет просто пытается продемонстрировать свою власть, да и видно, что Кальцион недоволен этим платьем… Вот только сейчас я не хочу, чтобы он наказывал кого-то из своих слуг.»

– Неужели мне нельзя было надевать его? – Селена наклонила голову и, продолжая обнимать мужчину за шею, посмотрела на него.

Кальцион же не знал куда смотреть, когда лицо девушки оказалось гораздо ближе, чем было нужно.

– М? Разве я не красавица? Разве оно не идёт мне?

Когда Селена впилась ногтями в плечо Кальциона, тому пришлось поспешно кивнуть.

– Тогда можно мне поужинать и немного отдохнуть? Герцог? Я и правда красивая, да? Пожалуйста, скажите что-нибудь, – Селена представила себе Диона и горничных, замерших с широко открытыми ртами.

Хоть девушка и спросила Кальциона нежно, мужчина не смог ответить ей с такой же лёгкостью.

«Да, поначалу это будет очень трудно. Однако, сейчас, Кальцион должен сказать «да».»

Вот только напряжённость Герцога граничила с твёрдостью камня.

Встретившись взглядом с мужчиной, Селена усмехнулась и теснее прижалась к нему.

– Так что? Как я выгляжу? Я красивая? Или нет?

– …

«Пожалуйста, просто скажите, что я красивая!»

Вот только, похоже, Герцог не был обучен приёмам обращения с женщиной, которая находилась в его объятьях. А поскольку Кальцион продолжал молчать, Селена решила перейти ещё на более высокий уровень игры:

– Если Вы не скажете, что я красивая, я очень-очень сильно расстроюсь.

– … Красивая.

«Ну, по крайней мере, ему хотя бы удалось выдавить из себя одно слово. Уже неплохо.»

– Ваше Превосходительство.

Только Селена подумала, что им с Герцогом можно успокоиться, как позади них раздался знакомый голос и девушке пришлось оглянуться. Среди горничных стояла Миссис Дженнет:

– Я выбрала его, потому что подумала, что это единственное необычное платье среди всех в замке.

Селена повернулась, не разжимая рук.

«В присутствии этой Миссис Дженнет мне нет нужды притворяться нежной. Этот мужчина принадлежит мне. И все, включая её, должны понять это.»

– Это крайне глупый поступок, – сказал Кальцион.

– Это моя вина. Я сама не знаю о чём думала. Пожалуйста, простите меня.

– В замке найдётся другое платье?

– Прошу прощения, Ваше Превосходительство. Боюсь, никакого другого платья не найдётся, кроме формы горничных. Однако, боюсь, что форма горничных не подойдёт той, которую Вы привели с собой.

Селена не пропустила ни единого слова из речи Миссис Дженнет. Это была косвенная оценка женщины, которую привёз Герцог. Вежливое, но, в то же время, грубое замечание.

Селена невольно задержала дыхание.

«Как же отреагирует Кальцион?» – девушка с нетерпением ждала следующих слов мужчины.

Кальцион, который долго смотрел на Миссис Дженнет, вскоре заговорил тяжёлым тоном.

Глава 9

– Вы слишком беспокоитесь, Миссис Дженнет. Я уважаю Вашу тяжёлую работу по решению ежедневных проблем замка, о которых я даже не знаю.

«А?..»

Удивительно, но Кальцион говорил совершенно спокойно.

– Я просто преданно исполняю свой долг, Ваше Превосходительство, – склонила голову Миссис Дженнет, без лишних расшаркиваний.

Растущее напряжение Герцога мгновенно исчезло.

– Уже поздно. Принесите обед сюда, в мои покои, чтобы я мог отправиться отдыхать раньше.

– Да, Ваше Превосходительство, – Миссис Дженнет и её горничные поклонились и скрылись за дверью ванной. Дверь закрылась с глухим стуком, а в комнате вновь воцарилась тишина.

Однако Дион всё ещё стоял рядом с диваном. Ощутив на себе его пристальный взгляд, Селена сразу же посмотрела на него в ответ, однако тот ответил ей тем же.

– Думаю, сейчас всё было хорошо, – внезапно сказал Кальцион, смотря на Селену.

Девушка вдруг поняла, что лицо мужчины было совсем близко к её лицу.

– Всё может стать более хлопотно.

– Меня это не волнует.

– Нет никакой гарантии, что они уйдут, когда закончат копать ещё глубже.

Вместо того, чтобы отпустить Диона, Кальцион представил его Селене:

– Это Дион, глава рыцарей. Он мой ближайший союзник, он также помогает мне в этой операции.

– А, – девушка сразу же поняла, почему он сказал о «хлопотах».

А вот рыцарь был шокирован, когда услышал слово «операция», обращённое к Селене.

Поскольку актёрское мастерство Селены было выдающимся, она выглядела крайне искренней в глазах других. Это правда, что стратегия притвориться любовницей Кальциона или кого-то ещё известного мира, сама по себе давала возможность, за которую простолюдинам было трудно не ухватиться. Если бы не слова Кальциона, Дион заподозрил бы, что женщина действительно ищет место рядом с их Герцогом.

Селене было всё равно сомневается ли Дион в ней или нет. Девушка была в безопасности, так как подписала контракт с самим Кальционом, однако прекрасно поняла, что ей не нужно играть перед Дионом. Селена тут же перестала обвивать шею Герцога руками.

– Почему Вы не сказали мне об этом раньше? – её глаза, в которых, казалось, плескался мёд, замёрзли. Та влюблённая женщина, которой она только что казалась, мгновенно исчезла где-то глубоко внутри неё. Вместо того милого выражения, лицо Селены отразило обычное равнодушие и лёгкую беспечность.

·       Глаза, в которых плещется мёд – корейская поговорка о человеке, глаза которого наполнены любовью/привязанностью.

– Меня зовут Селена. Я с нетерпением жду возможности поработать с Вами, – щебечущим голосом, Селена коротко поприветствовала Диона.

– …

Селена видела, что Дион удивлён, однако она даже не пыталась скрыть усмешку:

– Какое облегчение, что это ничто иное, как игра, не так ли?

Чем больше девушка смотрела на Диона, тем сильнее напрягалось его лицо.

«Я тоже должен буду участвовать в этой игре?»

Селена не хотела проявлять неуважение к своим союзникам, однако была вынуждена нахмуриться, когда Дион продолжал молчать, словно его охватил неведомый страх.

– Могу я узнать, почему Вы ведёте себя так, когда Вам нужно просто спокойно поздороваться?

– Я просто был изумлён, что обычная простолюдинка получила возможность работать с Герцогом, – Дион был единственным, кто знал, что Селена просто играет, однако всё равно подозревал, что игра этой женщины была слишком реалистичной.

Однако Селена была всего лишь девушкой из другого мира, которая хотела, как можно скорее, вернуться в свой мир. Она могла легко прояснить всю ситуацию, однако о подобных подробностях лучше было не сообщать посторонним. В конце концов, все они просто люди. Никто не может сказать, когда и как союзник обернётся простив своих же.

«Путешественника по мирам могут спокойно назвать Святым или обернуть Ведьмой и сжечь на костре. Прежде всего, нужно будет убедить Диона скрывать мою личность.»

– Там множество людей, которые также не понимают этого. Однако я прямо перед Вами.

– Я до сих пор не могу в это поверить.

– Вам вовсе не обязательно верить в это.

– Я имею в виду, что Вы – простолюдинка, разве Вас не волнуют богатство, власть и почёт? Ведь даже платье, которое сейчас на Вас, не принадлежит Вам.

Селена равнодушно посмотрела на Диона:

– Я не хочу сейчас спорить об этом.

– Разве Вы не знаете, что будет с Вами, если Вас поймают на лжи?

– Нет, однако Герцог не станет возражать, если к тому моменту это платье станет моей собственностью.

– С чего же? – неискренне спросил Дион.

Селена ощутила, что Кальцион, стоящий за её спиной, сжимает её руку. Казалось, мужчина думал, что следует сказать.

Не было ни малейшего шанса, что возникнет ещё одно недопонимание, однако Селена не могла даже допустить мысли о подобном.

– Он из того типа мужчин, который я ненавижу больше всего.

– … – плечи Диона дрогнули. Мужчина не мог себе представить, что подобная фраза может так легко слететь с губ женщины.

– Внешние факторы, такие как деньги и лицо важны, однако, я ищу в мужчине мягкость характера, а также красоту речей. Вот только Ваш Герцог – полная противоположность данному типажу, не так ли?

Когда Селена небрежно объяснила свою позицию, Дион заволновался. Нервничал он или нет, однако девушка была больше сосредоточена на том, чтобы выплеснуть своё недовольство:

– И если Вас беспокоит то, что я могу охотиться за богатствами Его Превосходительства, так мы уже обговорили с ним моё вознаграждение. Герцог сказал, что удвоит сумму, которую я попрошу… В. НЕЗАВИСИМОСТИ. ОТ. ТОГО. ЧЕМ. ВСЁ. ЗАКОНЧИТСЯ, – чеканя слова, сказала Селена, чем придавала дополнительный вес каждому своему слову.

– Я никогда не влюблюсь в Герцога, – закончила девушка, решительно качая указательным пальцем.

Это было признание, в котором Селена была уверена сильнее, чем в устройстве мира.

Когда девушка закончила высказывать своё мнение, в комнате Герцога воцарилась тяжёлая тишина. Среди присутствующих, Селена была единственной, кто легко улыбался, чтобы сбросить тяжесть, которая сковывала её сердце.

– Что ж, если ближайший союзник Герцога в чём-то подозревает меня, то как я смогу завершить представление?

Никто из мужчин не смог ничего возразить на это.

– Что ж, тогда я с нетерпением жду новой встречи с Вами. Надеюсь, в следующий раз Вы не будете так удивлены.

– …Вы хотите что-нибудь высказать мне перед началом операции?

– Если Вы всё спланируете сами, то будете ли Вы достаточно уверены, что сможете действовать как нужно?

– … – впервые в жизни, Дион Сибелин не мог ответить, потому что не был уверен в себе.

Кальцион, молча наблюдавший за ними, бросил сочувственный взгляд на своего рыцаря. Он уже пережил «первое впечатление» после встречи с Селеной.

К счастью, их прервали прежде, чем двое мужчин смогли ощутить себя ещё более несчастными. Слуга, с разрешения Герцога вошедший в комнату, склонился в вежливом поклоне:

– Ужин, Ваше Превосходительство.

– Ах, наконец-то! – лишь в этот момент Селена поняла, что очень сильно проголодалась, хоть и забыла про это.

«Естественно, мне потребовалось много времени, чтобы смыть с себя всю грязь, которая попала на меня на горе, да и облачение в это прекрасное платье заняло прилично времени.

Я думала, что придётся дольше ждать отдыха, поэтому надела это платье и даже нечаянно повздорила с Дионом о нём. И вот, наконец, наступило время отдыха.

Несмотря на то, что это платье очень красиво, я разочарована тем, что оно такое длинное и крайне неудобное для еды и отдыха…

Какая-то часть меня даже хочет просто выбросить его,» – Селена бездумно смотрела на тарелку перед собой.

– Тогда, мы продолжим наш разговор позже, Ваше Превосходительство.

Дион ушёл, а слуги, закончившие сервировку стола, замерли рядом с ним. Однако Кальцион жестом приказал им уйти.

«Как и ожидалось, ему есть что сказать,» – Селена не стала сдерживаться и, с аппетитом, приступила к мясу.

– Продолжайте.

– Во-первых, шпион может быть где угодно. Поэтому, в дальнейшем, будь осторожна с тем, что ты говоришь о себе.

– Хм, да. Это не будет проблемой, – девушка обвела взглядом комнату, представляя себе скрытые камеры, которые могли бы поймать любую её ошибку и выставить её на всеобщее обозрение.

«Ну, в любом случае, в этом мире нет ни камер, ни диктофонов, которые могли бы записать мои слова,» – в этом Селена была уверена на 100%.

– Я всегда готова к шпионажу, потому что я привыкла жить светской жизнью.

– Тогда, ты, должно быть, и правда была великой актрисой. Хорошо, а во-вторых, не играй, когда мы наедине.

«Мои неожиданные действия, должно быть, очень смутили его. Вот только я не могу согласиться с этим.»

– К сожалению, это невозможно.

Так или иначе, мужчина ощущал некоторую боль, когда она не соглашалась, однако Кальцион должен был сосредоточиться на более важных задачах, что были у него в руках.

«Чтобы сделать всё задуманное, я должен заставить их выйти из тени.

Она должна принять лишь две меры предосторожности, но она колеблется даже в них?»

– Я не остановлюсь, пока Герцог не проявит свою любовь ко мне. Вы тоже должны хорошо играть!

– Может мне просто уйти?.. – спросил Кальцион, стискивая зубы.

Однако было уже слишком поздно отступать назад.

– Как только я появилась, шпионы тут же узнали об этом. И разве это был не первый раз, когда Вы напрямую столкнулись с Миссис Дженнет, с которой, как Вы говорили, Вы обычно не сталкиваетесь?

– …

– Тот факт, что люди вокруг начали вести себя по-другому, едва я пришла сюда, означает, что моё присутствие оказывает влияние.

«Так как Кальцион больше не один, естественные вещи, которые раньше были тверды, словно земля, начали колебаться. Это коснулось и поместья Ренберд.

Тогда, что насчёт светского общества, где его влияние относительно слабое, в отличии от этого места? Моё присутствие откроет Герцогу то, что он никогда не увидел бы сам.»

– Вы собираетесь всё прекратить? – Спросила Селена.

У Кальциона была своя гордость.

Неспособность действовать – это тоже вопрос самоуважения, однако гордость мужчины пострадала, ведь он не поймал и не наказал человека, осмелившегося бросить вызов Герцогу Ренберду.

Кальцион молчал, продолжая свой ужин.

– Ну, прежде чем мы выйдем в светское общество, расскажите мне о человеке, которого Вы подозреваете и к которому Вы хотите, чтобы я присмотрелась. Было бы лучше, если бы я знала его.

«Если я появлюсь в роли «любовницы Кальциона Ренберда», то смогу приблизиться к этому человеку, однако всегда лучше иметь дополнительную информацию о враге.»

– …Хорошо, – Кальцион погрузился в свои мысли. – Хм…

– …?

У мужчины возникло ощущение дежавю. Это было похоже на тот момент, когда Селена спросила его о самой ценной вещи в этом мире. Одним словом, Герцогу нечего было сказать.

– Это не так уж и трудно. Есть ли кто-то, с кем Вы необычайно близки?

– …

– Кто-то, о ком у Вас сильное впечатление?

– …

Селена всё прекрасно поняла.

«И кого я обманываю? Он не простой аристократ, а Герцог Севера. У него нет времени на праздные разговоры с людьми. Думаю, я должна дать ему более прямой намёк.»

– Кто-то, кто раздражал Вас?

– …А, – казалось, что Кальцион что-то вспомнил. – Если так.

– Да, и кто же это? – Селена мгновенно придвинула свой стул поближе к мужчине и навострила ушки.

Глава 10

Замок Силэнза на территории Ренберд. Это место, окружённое торжественной и величественной атмосферой, поскольку в нём проживает Правитель Севера.

– Боже Милостивый! – однако неожиданно раздался пронзительный женский голос, который абсолютно не гармонировал с атмосферой замка.

«…Ч-что это было?» – Селена, занятая едой, была удивлена раздавшимся из холла пронзительным голосом. Это определённо был не самый очаровательный голос.

«Я знаю, что будет дальше,» – девушка инстинктивно всё поняла. Она также была первой, кто готов был назвать его раздражающим, ибо он звучал слишком растянуто.

Кальцион, стоявший рядом с Селеной, тоже нахмурился.

– Ах, уйдите с дороги. Я сказала, что не нуждаюсь ни в каком сопровождении! – миниатюрная женщина протиснулась сквозь толпу слуг и побежала вперёд. На ней было ужасное ярко-розовое блестящее платье с кучей оборок. – Ваше Превосходительство! Ваше Превосходительство! Фионэль пришла, как только смогла! Она так беспокоилась о Вас, что проделала весь этот путь до Ренберда!

Взглянув на незваную гостью, Кальцион попытался отвернуться.

«Я понимаю, что ты хочешь избежать общения с ней, однако ты не должен делать это,» – Селена обвила руками руку Герцога и крепко сжала её. Всё должно было быть в порядке, ведь она была его «любовницей», однако на лице Кальциона было очень недовольное выражение.

В это время, женщина по имени Фионэль, поспешно приближалась к Кальциону. Однако стоило её взгляду упасть на руку Герцога, на которой висела другая женщина, она тут же остановилась. Посмотрев на Кальциона, Фионэль тут же перевела взгляд на Селену, которая стояла рядом с ним.

«Кто это, чёрт подери?!» – об этом кричали глаза Фионэль.

Стоило женщине посмотреть на Кальциона, как её глаза начинали сиять, словно во сне, однако, когда она переводила взгляд на Селену, её глаза превращались в острые ножи.

«Какая очевидная враждебность.

Вот и наш первый подозреваемый,» – Селена представила, как ставит на лоб Фионэль огромную печать.

«Прошёл месяц с тех пор, как умер Барон. Прошло уже больше десяти дней с тех пор, как его похоронили, утешили Баронессу и отпустили незаконченное дело.

Чтобы в карете добраться до Ренберда из столицы, требуется целая неделя. Значит, Фионэль собрала вещи и сразу же выехала из столицы.

Она сказала, что приехала сюда, потому что волновалась, однако сейчас она ТАК смотрит на меня. Она точно сумасшедшая.

Любой может сказать, что она ожидала увидеть замок пустым, однако сейчас, когда рядом с Герцогом стоит «диковинная пиявка», это, определённо, не очень хорошо для неё.

Как она может так отчётливо демонстрировать свои эмоции?

Барон, который собирался выдать свою дочь замуж за Кальциона, убит. Однако, до сих пор, точно не доказано, убили его или он покончил с собой.

Значит опасность всё ещё существует.

Что, если кто-то вознамерится убивать всех, кто решит выйти замуж за Кальциона?»

Однако сейчас, Фионэль несла свою жизнь, словно воздушный шарик. «Этот мужчина принадлежит мне, и мне просто не терпится поговорить с ним!» – казалось, всё её тело кричало об этом.

«Есть лишь две причины, по которым Барон смог поступить подобным образом, несмотря на то, что за ним велось наблюдение.

Он дурак, который даже не мог подумать, что это сможет стать его концом.

…Или, его с самого начала намеревались убить,» – Селена сделала особое ударение на последнем слове.

Казалось, глаза Фионэль были вооружены шипами. Она пристально посмотрела на Селену, а затем перевела взгляд на Кальциона и нежно улыбнулась.

– Что-то я не припоминаю, чтобы я приглашал Вас в гости.

Однако Фионэль, казалось, была совсем не обескуражена холодными словами Кальциона. Наоборот, она улыбалась так нежно, словно распустившийся цветок.

– Фионэль здесь, чтобы утешить Вас, Ваше Превосходительство. Она знала, что у Вас не будет достаточно времени, чтобы пригласить кого-нибудь. Это зов сердца, Фионэль не уверена, что Вы поймёте.

– Я слишком занят, чтобы заметить подобное.

Точнее, Кальцион занят ужином, ведь их прервали во время еды. Поэтому Герцог тут же направился обратно в свою комнату, где им подали ужин. Селена тут же последовала за ним.

– Ох, Вы такой злой! Ууу! – тут же раздалось хныканье Фионэль. Хоть она почти бежала, чтобы не отстать от Кальциона, ей всё равно не удавалось это. – Вы так быстро идёте… Ха… Ха… Фионэль трудно угнаться за Вами.

«Фионэль безумна. Она даже не дрогнула от того, что Кальцион проигнорировал её,» – Селена упорно прикусывала язык, борясь с собой.

– Ваше Превосходительство, если Вы не заняты, может быть, мы выпьем чаю…

– Извините, однако, как видите, я очень занят, – Кальцион ускорил шаг. Казалось, что он пытается сбежать от Фионэль.

«Я не смогу угнаться за ним. Как я могу идти рядом с ним, когда он идёт так быстро?» – крепче сжав руку мужчины, Селена взглянула на Фионэль. «Это будет лёгкое и детское сражение. Я гораздо ближе к Кальциону, чем Фионэль.»

Фионэль не отреагировала на холодные слова Кальциона, однако полыхнула огнём от пристального взгляда Селены.

– Кто она такая?! – дрожа, закричала Фионэль пронзительным голосом. Казалось, словно она сдерживает то, что хотела спросить.

– Я подобрал её по дороге.

– …

«Великолепный ответ. Естественно, это ирония судьбы. Было бы проще, если бы он просто сказал ей, что я – женщина, которой он увлечён.

Ты ведь ничего другого не ждала, не так ли?» – прежде чем уткнуться лицом в руку Герцога, Селена вздохнула про себя и улыбнулась так, словно смущалась.

Однако, к удивлению девушки, неискренний ответ Герцога стал для Фионэль таким топливом, что она вспыхнула изнутри:

– С-серьёзно?! Фионэль проделала такой долгий путь из столицы! Она ехала по длинной и неровной дороге, думая лишь о Вас!

«А Фионэль довольно разговорчива. Она прекрасно смотрелась бы рядом с Кальционом, который всё время молчит.

Аристократический мир, который обычно изображают в романах и фильмах, выглядит элегантной площадкой для битвы между главными героями и злодеями, где они могут быстро бросать «мяч» друг в друга, и где безудержно могут следовать друг за другом.

Обычно, у главных героев всегда есть дополнительная защита…»

– И она прибыла из страны, которая ещё дальше от этой.

«Иронично, но защита Кальциона намного сильнее… Я и правда пересекла целое измерение, чтобы попасть сюда.»

– Э-это не значит, что Фионэль не чувствует усталости.

– … – в этот раз Кальцион промолчал.

«Даже если бы он быстро перебросил мяч, который кинули ему, ему всё равно было бы нелегко попасть в нужное место.»

– Фионэль ехала в карете в течение долгого времени. У неё болит спина, она чувствует, что больше не может стоять… – хнычущий голос Фионэль тут же сменился на очаровательный.

Привлекательность, создаваемая её так называемым невинным выражением лица, была сильной.

«Использовать свои женские чары, как свою силу, всегда самая лучшая стратегия. Похоже, она многое знает о себе, даже несмотря на то, что большую часть времени её игнорируют. Она хорошо притворяется невинной и глупой.»

– Фионэль хочет, чтобы Вы, Ваше Превосходительство, сопровождали её…

«Притвориться, что у тебя нет мозгов, и ты крайне наивна – классика женской игры, но, что удивительно, это всегда срабатывает очень хорошо.»

– Она была рядом с Вами всё это время. Может Вы оставите её и поддержите Фионэль? – женщина широко распахнула глаза, словно кролик, и несколько раз хлопнула ресницами.

«Да, честно говоря, даже мне она кажется симпатичной.»

– Нет, спасибо, – к счастью, Кальцион не был очарован Фионэль.

– Угх… почему нет?

«Он продолжает отказывать ей? Теперь Фионэль будет ещё интереснее.»

Кальцион замолчал, не думая, что Фионэль станет спрашивать его о причинах. Потому что он сам не мог найти никаких оправданий.

– Ваше Превосходительство? Тогда, может быть, Фионэль может опереться о Вашу руку?

Однако Селена не собиралась отпускать Кальциона. Она вскинула голову и посмотрела на Фионэль, притворяясь испуганной. Одновременно с этим, взгляд Селены столкнулся с яростным взглядом Фионэль.

«Ты! Немедленно отпусти его!» – кричали её глаза.

Селена, которая снаружи выглядела хорошенькой, однако внутри была крайне суровой, усмехнулась.

«Неужели ты думаешь, что лишь у тебя есть женское обаяние?

Человек злится всякий раз, когда он проигрывает в своей же собственной стратегии.»

– Нет… – Селена спрятала лицо, уткнувшись в руку Герцога.

«Я – лучшая актриса. Даже когда я была юна, я могла легко справиться с трудными ситуациями сама.»

– …! – глаза Фионэль вспыхнули, когда она увидела то же мастерство, что и у неё.

«Что такое, ты удивлена? Ты думала, что только ты можешь быть милой?» – Селена перешла на другой уровень, «замурлыкав», словно кошка, она потёрлась щекой о руку Кальциона.

– Мы с Селеной проголодались. Нам тоже нужно отдохнуть. Это был довольно трудный для неё день.

– …! – дрожащими пальцами, Фионэль вцепилась в своё платье.

Селена посмотрела на её лицо, а затем вновь отвернулась, словно Фионэль была невидимкой.

«Она слишком не уверенна в себе. Она даже не знает, выиграет ли она.»

Однако здесь были не только две девушки. Селена ощутила лёгкое давление на плече.

«…Ах» – Селена была так сосредоточена на психологической битве с Фионэль, что почти забыла о присутствии Кальциона.

Герцог наблюдал за всем этим «действом» со странном выражением лица.

«Должно быть, ему очень тяжело.

Просто потерпите немного, Кальцион. Сначала нам нужно будет выиграть эту “битву”,» – Селена решительно вскинула голову. «Я говорила, что не хочу спорить с кем-то сумасшедшим, однако сейчас лучше победить, даже если соперница ведёт себя так безумно.»

– Ох, пойдёмте, Герцог. Селена устала, пойдёмте же, – Селена вновь уткнулась лицом в руку Кальциона, и мужчина рефлекторно обхватил её за плечи, так крепко, что девушка подумала о том, что сейчас её раздавят.

«Ещё несколько слов и его разум будет разорван на куски,» – Селена отчётливо чувствовала угрозу в прикосновениях Герцога. «И всё же, я не могу отступить. Поэтому нам остаётся ждать ответ Фионэль.»

– Мой Лорд, – Фионэль изменила свой способ обращения к Кальциону.

«Похоже, она считает себя лучше меня, той, к кому Кальцион относится спокойно.»

– Что? – Кальцион, уставший от всего этого, оглянулся на Фионэль.

– Фионэль… – женщина вела себя так, словно её ноги дрожали от слабости. Черты лица Фионэль мгновенно изменились. Её глаза округлились, пухлые щёчки побелели, ярко подчёркивая вишнёвые губы. Она выглядела настолько невинно, насколько это было возможно.

– Хм, ты…

Было ясно, что простой вид её страданий может сработать, однако проблема крылась в другом.

Глава 11

Кальцион, оказавшийся в ловушке между женщинами, совершенно не знал, что ему делать:

– … – Герцог отвёл взгляд от этих двух женщин.

«Что они хотят, чтобы я сделал?» – на его лице мелькнуло яркое безразличие, из-за чего Фионэль засияла от наглости:

– О, Фионэль настолько устала, что, кажется, может потерять сознание в любой момент…

– Тогда Вам следует отдохнуть и позаботиться о своём здоровье, – «воительница» с другой стороны также была не из тех, кто проигрывает битвы.

– А что, если Фионэль не сможет встать сама?

– Тогда Вы сможете поужинать позже. Я прикажу кому-нибудь доставить еду к вам в комнату.

Вот только Кальцион не желал, чтобы эта «битва» затягивалась:

– Устраивайтесь со всеми удобствами, пока меня нет. Мы увидимся с Вами вечером. Отведите её в гостевые покои.

Вот и всё. Больше ни одна контратака не могла произойти.

Оставив одностороннее заявление, Герцог быстрым шагом направился в свои покои, чтобы Фионэль не смогла успеть за ним. Он даже специально приказал слугам проводить её, чтобы женщина больше не смогла преследовать его.

– Но… Милорд! – вот только вновь раздался несчастный голос. Он прозвучал так, словно Герцог бросил ребёнка одного и ушёл.

Однако Селена видела, что взгляд Фионэль яростно смотрит в спину Кальциона.

– Ха…

– Ха…

Едва Фионэль скрылась из виду, как Селена и Кальцион одновременно вздохнули.

– …А она упряма.

«Даже в индустрии кино не у всех есть такая хватка.»

– В светском обществе ведь не все женщины такие, как она, правда?

– Не уверен в этом.

На самом деле, Кальцион не знал этого, потому что не связывался с ними.

– Не ожидала встретить такого сильного игрока в самом начале нашего спектакля.

Герцог вздохнул, он также не ожидал внезапного вторжения Фионэль.

– Но характер всех здешних женщин ведь не такой, как у неё, правда?

– С моей точки зрения, Фионэль, дочь Графа, самая надоедливая из них.

«Она также была одной из главных претенденток на роль моей невесты.

Уверен, что люди, имеющие склонность постоянно вмешиваться в чужие дела, наиболее утомительные.»

– Так, значит, она самая раздражающая в светском обществе?

– Не уверен в этом.

– А с точки зрения рейтинга?..

«Хотя, если бы Кальцион знал об этом, он бы сам занимался расследованием.

Если это не Фионэль, то в светском кругу столицы, должно быть, много самых разных типов людей,» – одна лишь мысль об этом заставляла Селену ощутить усталость.

– Если так будет продолжаться и дальше, нам вновь придётся обсуждать мою награду.

– Конечно, сколько хочешь.

Первоначальная сумма не слишком беспокоила Кальциона. Селена же беспокоилась о том, что может вернуться в свой мир не целой и невредимой.

– В любом случае, почему Вы сказали ей, чтобы она пришла к Вам вечером, когда она так устала? – после этой «битвы» у Селены пропал аппетит, поэтому она откусила лишь маленький кусочек от фрукта, наугад взятый из вазочки.

– Вежливо проводить первый ужин с гостем, приехавшим погостить в поместье. Это основа этикета, которую должен знать даже пятилетний ребёнок.

«Какое удивительно открытие.»

– Вы удивительно хорошо справляетесь с тем, что Вам нужно делать.

– Что такого удивительного в том, чтобы сохранять вежливость?

– Ну, не знаю. Здесь Вы – Закон. Я думала, Вы будете игнорировать всё, что Вас беспокоит.

«Судя по его характеру, я думала, что Кальцион будет игнорировать все права, применяемые к простолюдинам. Например, что он бы легко перерезал горло человеку, который неофициально разговаривал с ним.»

– Было бы ещё более неприятно жить, нарушая каждое мелкое правило.

– И правда.

Это была убедительная причина. Пусть Кальцион и был Герцогом, он был на периферии. Его территория принадлежала Королевству Зиман. Здесь было минимальное количество правил, которым было необходимо следовать.

«Однако, думаю, с этого момента у меня будет много неприятностей.

В столице, вероятно, будет удушающе, потому что там есть правила, от которых даже Герцоги периферии не освобождены.

Возможно, я не чувствовал их давления потому, что жил в умеренном пренебрежении к ним, однако Селена совершенно в другом положении. Она должна укрепить свой статус, предпринимая шаги, несмотря на все признаки того, что она слабее всех,» – думал Кальцион.

«Ха… Похоже, пора повторить то, что я делала, начиная с того времени, когда я была новичком.

Когда я только-только начинала, у меня была лишь надежда на улучшение своих навыков, однако сейчас моя цель поймать преступника. Я должна продолжать борьбу, не давая никому ничего понять,» – через некоторое время Селена потеряла аппетит и к фруктам. Отставив вазочку в сторону, она вытерла рот.

– Невкусно? – спросил Кальцион, отправляя в рот толстый кусок мяса.

– У меня пропал аппетит.

Красиво нарезанное мясо от главного повара было наколото на вилку, что вновь приблизилась ко рту Кальциона. Наружная часть мяса была слегка темноватой, однако внутри оказалась очень сочной.

– Ну, ты можешь съесть лишь один кусочек, – Герцог указал на мясо, лежащее перед ним, однако Селена не могла дотянуться до него.

– Нет, Ваше выглядит более аппетитно.

– Они одинаковые, – ошеломлённо произнёс Кальцион.

– Вы сказали, что одного кусочка будет достаточно. Пожалуйста, один кусочек.

Увидев, что Селена пододвинула свой стул ближе к нему и просит его об это, мужчина ошеломлённо вскинул брови:

– Хорошо.

Селена протянула Кальциону свою тарелку:

– Отрежьте его для меня. Использование вилки для этого займёт много времени.

Герцог разрезал мясо на небольшие кусочки, думая, что так будет удобнее для Селены.

– Вот.

– Вы хотите, чтобы я ела его собственными руками? Покормите меня.

– …Серьёзно.

«Теперь это повсюду,» – терпение Кальциона было на исходе.

– Ах, просто возьмите вилку, – Селена, что мило улыбалась, открыла рот, словно птенец.

Пока женщина улыбалась и вела себя мило, Герцог ощущал, как в груди нарастает напряжение. Однако внутри замка было множество глаз слуг, которые беспрестанно наблюдали за ними, и Кальцион бессознательно убеждал себя в этом.

«Это нужно нам обоим.

Это нетрудно.

Да, это нетрудно. Просто я этого не делал,» – Кальцион подцепил вилкой кусочек мяса и поднёс его ко рту Селены.

– Мм! – женщина обхватила мясо.

Кончик вилки исчез за розовыми губами Селены и Кальцион внезапно ощутил, как тепло разливается по мочкам его ушей.

– О, оно восхитительно! – воскликнула Селена без малейшего колебания, её лицо отражало сытость, словно женщина наелась лишь одним кусочком.

Смотря на Селену, которая была занята выбором десерта, словно к ней вернулся аппетит, Кальцион положил приборы, которые держал в руках, на стол. У него не хватало мужества есть той же самой вилкой.

*****

Едва они закончили трапезу, как Кальцион убежал в Овальный кабинет. Селена хотела последовать за ним, но, заметив, что мужчина очень хочет побыть один, вернулась в свои покои.

Девушка легла на кровать, так как у неё больше не было сил сидеть. Селене было трудно даже есть после жестокой утренней битвы.

– Ха…

«Я думала, что у меня будет период для подготовки, прежде чем мы отправимся в столицу. Думала, что будет время, чтобы я привыкла к этому миру и поняла его суть, однако эти мысли были ошибкой. Люди оказались одинаковыми во всех мирах.

Кальцион понимает в произошедшем не больше, чем я сама. Он ничего не понимает в случившемся, так же как ничего не понимает в женщинах.

То ли не понимает, то ли не хочет понимать.

Отныне мне придётся создавать видимость любви, а не отсиживаться в стороне. Пусть это и самый быстрый способ победить всех, я не могу поступить так с Кальционом, который держит мою жизнь на мушке.

Теперь о деле.

Я привыкну ко всему, если буду постоянно повторять основы. Если я привыкну к этому миру, то, естественно, смогу снизить его сопротивление,» – спрыгнув с кровати, Селена направилась в кабинет Кальциона.

*****

– Ах…

– Вы…

Дворе рыцарей, охранявших Овальный кабинет, заволновались, заметив Селену.

– Пожалуйста, скажите Герцогу, что я здесь, – вежливо попросила девушка.

«Если бы я была злодейкой, то начала бы кричать и устроила шум.

“Как Вы смеете мешать мне получать благосклонность Его Превосходительства?!”

Однако злодейка, которой хочет видеть меня Кальцион, не из тех, кто всюду поднимает шум.»

– Его Превосходительство велел нам никого не впускать…

Пусть в сознании рыцарей женщина, пришедшая снаружи – это порочная женщина. Они, казалось, опасались отказывать Селене.

– О, правда? Что ж, хорошо, – Селена широко улыбнулась и, кивнув, отвернулась.

«Мне не трудно усердно выполнять этот крайне стандартный образ. Овальный кабинет находится на первом этаже, а значит в кабинете должно быть окно, выходящее на сад.»

Кальцион расхаживал по кабинету, погружённый в свои мысли. В этот момент Селена постучалась в окно.

Тук-тук.

Бездумно переведя взгляд в сторону звука, мужчина удивлённо посмотрел на окно:

– …Что ты здесь делаешь?

– Я подумала, что Вы приказали никого не впускать через дверь, поэтому я могу зайти к Вам через окно.

– Ха… – вместо ответа Герцог пальцем потёр область между бровями. – Хорошо, заходи.

Это было облегчение, которого мужчина не стал отрицать. Поставив свою гладкую ножку на оконную раму, Селена шагнула на неё.

– …? – когда она собралась спрыгнуть в комнату, её взгляд встретился с пустым выражением лица Герцога.

Руки мужчины были широко раскрыты, словно он собирался поймать её.

– Эм… Хорошо, – немного растерянно сказала Селена. – Просто протяните руку.

Для Кальциона, который встречал лишь несколько тихих женщин, всё это было слишком большим потрясением. Селена с застенчивым выражением лица взяла Герцога за руку и спрыгнула на пол. Кальцион не мог оторвать взгляда от девушки на протяжении всего этого действия.

«Это было несколько неловко, но я чувствую себя нормально,» – когда Селена улыбнулась, взгляд Кальциона застыл, словно мир вокруг него разрушался,… а его сердце пронзило.

– В любом случае, что тебе здесь нужно?

– А, ничего особенного. Мне было скучно в комнате.

– …

– Не беспокойтесь, я не стану Вам мешать. Я буду просто дышать.

– Хорошо, просто дыши.

– Можно мне ещё моргать?

Вместо ответа Кальцион стиснул зубы.

«Шутки на меня не действуют, женщина.»

Селена пожала плечами и присел на диван.

Коротко вздохнув, Кальцион вернулся к своему столу, а спустя несколько секунд раздалось шуршание бумаги, за которым последовал скрип пера.

«Ха… Меня клонит в сон.»

Прошлой ночью Селена спала урывками, умение заснуть в любом месте было обязательным навыком любого успешного актёра. Он или она должны были отдыхать всякий раз, когда у них было время между съёмками.

Послеобеденное солнце было тёплым, а диван удобным. Шелест бумаги, царапанье кончика пера по бумаге и медленное дыхание Герцога успокаивающе действовали на нервы Селены.

– Хм?.. – неразборчиво пробормотала девушка во сне, ощущая, как тень беззвучно заслоняет ей солнечный свет.

Селене показалось, что солнце село, однако тень быстро исчезла. Девушка не знала, что это было, однако у неё не было сил проверить это. После этого она глубоко заснула.

Глава 12

Открыв глаза, Селена не увидела ничего, кроме темноты:

– Как долго я спала?..

Девушка села и обнаружила, что кабинет был пуст. Свечи и камин всё ещё горели, поэтому в комнате не было холодно, да и полной темноты тоже не было.

«Похоже, Кальцион вернулся в свои покои,» – Селена потянулась, поднимаясь с дивана. Из-за долгого сна, она чувствовала голод.

– Я голодная, – пробормотала девушка, и, в этот момент, в дверь постучала горничная:

– Мисс, Вы уже проснулись? Принести Вам поесть?

– Ужин уже закончился?

– Да, Мисс, очень давно, – сказала горничная, слегка рассмеявшись.

– Ха… Тогда, думаю я единственная, кто не смог насладиться этими восхитительными блюдами. Ты должна была разбудить меня.

«Кальцион назначил ужин с Фионэль на этот вечер, другая возможность спровоцировать эту девушку у меня вряд ли появится. Это намного дороже, чем упущенные вкусности.»

– Нет, ужин перенесён на завтра, потому что Его Превосходительство плохо себя чувствует.

«А? Но, он выглядел достаточно хорошо. Никогда бы не подумала, что Великий Кальцион может заболеть.»

– Поняла, тогда, я поем в своей комнате.

Было бы немного проблематично, если бы девушка осталась в кабинете, где не было его хозяина.

Когда Селена вошла в свои покои, ужин уже был накрыт. Пропаренная еда была идеальной температуры.

Удивительно, однако все блюда были вкусными, даже несмотря на то, что девушка ела их поздно. Селена была не очень привередлива в еде, так как ей приходилось путешествовать по разным странам из-за своей работы актрисой. Однако всё равно были некоторые иностранные блюда, которые не нравились ей.

«Здесь и правда стоит жить,» – Селена быстро опустошила свою тарелку.

Несмотря на то, что еда была для такой особы, как она, главному повару было важно сделать еду вкусной. Девушка съела больше обычного и, казалось, вот-вот лопнет.

– О, я наелась, – Селена развязала ленту платья и погладила себя по животу.

Платье стало немного тесноватым и, не в силах сидеть, девушка попыталась лечь на кровать, однако вновь быстро села, ощущая себя неудобно, она посмотрела на свой, слегка увеличившийся, живот.

Селене ничего не осталось, кроме как позвать горничную.

– Мисс, Вам нужно что-то ещё?

– Платье… не могла бы ты помочь мне с ним?

– А… эм… да! – горничная, держащая в руках пустую тарелку, немного заволновалась.

Поставив тарелку на стол, горничная, словно ветер, подбежала к Селене и начала развязывать её платье. С каждой расслабленной лентой, девушка чувствовала себя всё лучше и лучше.

– У-ух. Теперь, я могу дышать.

– Хотите, перед сном я приготовлю Вам ванну?

– Нет, боюсь, я лопну, если пойду туда. Пойду ко дну, словно корабль.

– Конечно, Мисс, – сказала горничная, собираясь уйти. – Мисс, Вы можете звать меня в любое время.

Селена бродила по комнате, пытаясь успокоить желудок, однако быстро передумала.

«Так не пойдёт! Я должна побегать!»

Девушка также была известна тем, что тщательно ухаживала за собой. Это было важно для актрисы, однако, в какой-то момент, просто вошло в привычку.

Выйдя из своих покоев, Селена заметила слугу:

– Извините, не могли бы Вы сказать, где я могу найти тренировочное поле?

– Там, Мисс. За садом, возле стены… – неуверенно выпалил слуга.

«Как я смогу найти место с подобными объяснениями?»

Однако девушке не хотелось тратить время на выяснение новых подробностей, поэтому легко кивнув, она просто покинула здание.

Пока Селена ехала к Замку Ренберд, она успела заметить широкую щель между зданиями и стенами, отделяющих горы.

«Он сказал, возле стены.

Если я пойду прогулочным шагом вдоль стены, то смогу быстро дойти до нужного места. Поскольку это тренировочное поле, то, по дороге туда, я услышу, как там тренируются,» – Селена бездумно шагнула в коридор, ведущий в сад.

– Ух, – едва девушка сделала это, как резкий ветер пронёсся между колонами коридора. Ночь была довольно холодной.

Селена оглянулась в поисках того, что можно было бы накинуть, однако остановилась.

Чтобы добраться до своих покоев, девушке пришлось бы вновь столкнуться с тем слугой, а раздражение она ненавидела сильнее, чем город. Селена всё равно собиралась заняться спортом, поэтому решила, что лёгкая простуда не вызовет у неё тошноты и, ускорив шаг, продолжила оглядываться.

Даже несмотря на то, что девушка прошла через коридор, она особо не приблизилась к своей цели. Стены находились не так близко, как казалось издалека.

Выйдя в большой сад, Селена обнаружила тропинки, которые даже не были прямыми. Они переплетались и сбивали с толку.

– …Я обречена, – остановилась Селена, в тот момент, когда призналась себе, что заблудилась.

«Я сделаю лишь хуже, если буду идти дальше. Однако, если я останусь на месте, то дорога не начнёт отвозить меня в нужное место. Я должна как-то вернуться к себе. Вот только, сквозь высокие кусты я даже не могу как следует разглядеть здание, из которого пришла.

Мне подождать прохожего или позвать на помощь?» – пока Селена размышляла, откуда-то донёсся шорох.

«А? Там кто-то есть?» – желая, чтобы это был слуга или рыцарь, девушка медленно приблизилась к источнику звука. «Подождите, а что, если это убийца?»

– …… – Увидев за кустами невысокую женщину, одетую в простую, но чистую и изящную одежду, Селена ухмыльнулась, приподнимая уголки губ.

«Фионэль.»

В первом сражении Селена вышла победительницей.

Это было важно для неё – получить возможность оказаться на шаг впереди Фионэль с самого начала. Часть боевого духа девушки была мощной.

«Фионэль сообразительна.

Я думала, что она убежит после первого унижения, однако, оказывается, Фионэль из тех, кто бьёт в ответ, а не сбегает.

Она даже говорила на неофициальном языке, в момент нашей первой встречи.»

Хоть речь Селены была короткой, она тихо рассмеялась, слегка надувая губы, перед откровенным сражением:

– Здравствуйте, Мисс.

Глаза Фионэль расширились, она не ожидала подобной вежливости.

– Что Вы здесь делаете?

– Куда ты… идёшь? – Фионэль начала заикаться, однако не убегала.

– Это не Ваше дело.

– А-а, ты собираешься найти Герцога?

«Она думает, что единственное место, куда я могу пойти посреди ночи – это место, где есть Кальцион?»

Итак, было подтверждено, что Фионэль бродила именно по этой причине, в отличие от Селены, которая намеревалась просто потренироваться. К тому же, женщина, казалось, была переполнена решимостью найти Кальциона.

– У меня нет причин говорить Вам, куда я собираюсь, но, могу я спросить, почему ВЫ посетили Герцога?

– Ты такая бесстрашная.

– О, прямо сейчас я должна испугаться?

«Идеальный способ начать словесное сражение.»

– Мализм заставляет меня чувствовать себя лучше.

Фионэль стиснула зубы, бросая на Селену предостерегающий взгляд.

«Этот взгляд даже чуть-чуть не пугает.»

Фионэль была ниже Селены и обладала более тонким телосложением, из-за которого складывалось впечатление, что она сломается прежде, чем её снесёт ветром. Можно сказать, что она была почти прозрачной.

– Это не страшно, – это было настолько тривиально, что Селена на мгновение забыла, что Фионэль одна из подозреваемых в убийстве будущей невесты Кальциона, Ирэл, и эти сова легко слетели с её губ.

Фионэль обладала прозрачной личностью. Для Герцога было хорошо, что женщина скрывала свой гнев перед ним, а не открывала его, как перед Селеной.

– Эй!

– Что?! – вскрикнула в ответ Селена.

«Она могла бы, по крайней мере, притвориться более утончённой…»

– А… ты аристократка?!

– Нет, я простолюдинка.

– Что? Тогда как ты смеешь так со мной разговаривать?

– А почему Вы кричите на меня? Разве Вы не знаете, что мы обе гостьи Герцога?

«Даже если это похоже на собачью свору, главное, победить.

Единственное, что важно – это победа. Моя мать однажды сказала мне, что меня не ударят, даже если я заслужу это.»

Казалось, что Фионэль вот-вот вцепится в волосы Селены, однако она остановилась. Она чувствовала, что всё равно проиграет.

«Если бы она была обычной простолюдинкой, то Фионэль, скорее всего, застала бы её врасплох, однако, судя по её облику, она не так проста. Фионэль не сможет победить, используя просто слова,» – Фионэль, охваченная яростью, тяжело дышала:

– Так ты богата?

– …Что?

– Или, что ещё может быть? Разве ты здесь не для того, чтобы поддержать Герцога свои богатством?

– О чём Вы говорите?

Фионэль с хриплым вздохом сжала свои пухлые губы:

– Не будь такой скрытной.

– Я его…

– Знаешь, делая это, ты можешь умереть, – сказала Фионэль холодным голосом, который был более пронизывающим, чем дующий ветер.

Глава 13

– Может, ты и не знаешь, однако кое-кто уже мёртв. И ты также невежественна, как и тот человек, – тихо добавила Фионэль. Это была отчётливая угроза, которая в корне отличалась от собачьего лая, что был до сих пор.

Селена проглотила сухой комок в горле. Она должна была что-то сказать, однако не могла.

«Это не просто взбудораженный крик кого-то, кто кричит: «Я убью тебя!», однако эти слова словно «предсказание», что я могу умереть.

И это может произойти сейчас.

Посреди этого сада.

Естественно, я могу победить голыми руками, однако, что, если Фионэль прячет нож? Не важно, насколько слаба эта женщина, всё может измениться, если она покажет своё истинное лицо.

Либо же где-то прячется убийца, с которым она связана,» – неожиданно, Селена вспомнила шпиона, который наблюдал за ними в ванной. Это было не то место, где мог оказаться кто угодно.

«…Не так ли?

Я знала, что рискую жизнью, однако не знала, что мне придётся расстаться со своей шеей так скоро. Никогда не думала, что мне нужно будет держаться подальше от Фионэль лишь потому, что я, предположительно, стала самым близким человеком для Кальциона.

А всё потому, что я такая глупая…

Однако нужно испортить этот момент её торжества.

Если я убегу, Фионэль не погонится за мной,» – едва приняв решение, Селена развернулась и тут же услышала приближающиеся шаги.

Это был человек.

– Кья-я-я! – вскрикнула Селена, повернувшись на звук.

Там оказался не один человек, а Кальцион со своими рыцарями.

«Слава Богу!»

Это была возможность в момент кризиса.

– Герцог! У-у-у! – Селена, в мгновение ока, бросилась в объятья Кальциона, а мужчина не обнял её в ответ, но и не оттолкнул.

– Что происходит?

– Мен-меня! Меня чуть не убили!

– …...? – Кальцион вопросительно изогнул бровь.

– М-Мисс Фионэль сказала, что убьёт меня, если я буду рядом с Вами!

– Что?! – вскрикнула Фионэль пронзительным голосом. – Ч-что я сделала?! Ваше Превосходительство, она лжёт!..

Фионэль также была сообразительной, за одно мгновение, по её щекам потекли слёзы. Трудно было сказать, кому угрожали, а кому нет.

«Ах, ты!»

Обе женщины одновременно заговорили:

– Я просто хочу быть с Герцогом, но… неужели… я… я должна… умереть ради этого?

– Фионэль волновалась… поэтому хотела дать ей знать… вдруг случится что-то плохое…

Началась война характеров. Тем временем, Кальцион лишь холодно наблюдал за происходящим.

Между рыданиями, Селена дёрнула мужчину и губами произнесла: «Нам нужно поговорить».

Не ответив ей, Кальцион развернулся и направился в свою комнату.

Глаза слуг расширились, когда женщина, которую они тайно игнорировали, быстро схватила Герцога за руку.

– Быстро закройте дверь, – Селена прищурилась и сердито посмотрела на слуг.

Слуги, опустив глаза в пол, поспешно закрыли дверь. Едва дверь захлопнулась, как девушка моментально отпрыгнула от Кальциона:

– Мне угрожали смертью.

При этих словах, глаза мужчины расширились:

– Как это было?

– Она сказала, что один человек, поддерживающий тебя, уже мёртв, и что я так же невежественна, как он.

– Хм, – негромко протянул Кальцион. – Значит, ты подумала, что она сразу же убьёт тебя?

– А разве нет? Я думала, что твоё внимание ко мне было достаточной причиной для того, чтобы она убила меня прямо на месте.

– Неужели разница в положении между вами настолько велика?

– Естественно. Я последовала за Вами с самых гор. Как Вы можете думать, что моё положение будет таким же, как у дочери Графа?

– А, точно, – запоздало сообразил Кальцион. – Однако у Вас обеих одинаковое телосложение.

«Когда он начал думать о женщинах так?..»

– Я выше её.

– Поскольку вы обе ниже меня, для меня, вы похожи.

– Я могла бы сломать этой собаке шею голыми руками.

– Неужели?

«Естественно, это преувеличение,» – Селена покачала головой. «Лучше не говорить об этом.»

– Я о том, что, если бы Фионэль была виновницей всего, то ей было бы трудно убить меня собственными руками. Однако, что, если она приказала кому-то сделать это?

– Несомненно, у неё был хороший шанс.

– Но, это действительно было страшно. Я была до смерти напугана.

– Я понял, – Кальцион слегка кивнул.

«Ха… И каких утешений я жду от него?» – поднявшись, Селена горько улыбнулась:

– Да, я сделала всё, что было необходимо, – неожиданно замерев, девушка покачала головой и вновь села. – Однако, подождите, не будет ли странно, если я сейчас вернусь в свои покои?

– ……А, – вновь запоздало сообразил мужчина.

«Она пришла в мою спальню, жалуясь, что боится, как бы Фионэль не убила её. Однако если она вдруг будет спать в своих покоях, не вызовет ли это лишних подозрений?»

– …

– …

Их взгляды неловко встретились.

– Ух, тогда я лягу спать на массажной софе в ванной комнате.

Кальцион колебался.

«Как я могу позволить женщине спать в таком холодном месте?..»

– Нет.

– Тогда я лягу на диване.

– …Просто спи в кровати.

– В одной… кровати? – удивлённо переспросила Селена.

– Не кажется ли тебе странным, если утром придут слуги и обнаружат, что мы спим в разных местах?

– Это да, но… с Вами всё будет в порядке?

– Ты думаешь обо мне? – ошарашенный Кальцион фальшиво усмехнулся.

– Я беспокоюсь, что Вы не сможете заснуть, если кто-то будет рядом. Я знаю, что из-за меня Вы устали и, боюсь, что теперь не сможете хорошо отдохнуть.

– …

«Ещё удивительнее то, что её беспокоит лишь это.

Это спальня Герцога и здесь лишь одна кровать, а я, всё же, мужчина,» – Кальциона шокировало то, что Селена не боится того, что рядом с ней находится мужчина.

– Если я захраплю, просто разбудите меня. Кажется, завтра нет никаких срочных дел, поэтому, Вы можете спать спокойно.

– Да, не следует беспокоиться об этом.

– Тогда… – последовало неловкое молчание, разум Селены был смущён. – Б-будем готовиться ко сну?

– А, точно, – Кальцион положил ножны меча на стол и позвал служанок. – Приготовьте её ко сну.

Взгляды служанок обратились к Селене, ведь именно на неё указал Кальцион.

– Д-да, Ваше Превосходительство.

Герцог совсем не разбирался в приготовлениях Леди ко сну. Единственной женщиной, которая была рядом с ним с самого его рождения, была его мать, Герцогиня Ренберд.

Однако у Кальциона не было возможности видеть, как его мать готовится ко сну. Поэтому он никак не мог знать, сколько времени это может занять или сколько потребуется усилий.

И даже сама Селена ничего не знала об этом.

– О, Боже! Мисс, у Вас такая гладкая кожа! Держу пари, она растает от его прикосновений.

«Что?»

– Да! Я почувствовала это, когда одевала Вас раньше. Вам, должно быть, будет очень жарко, Мисс!

«О чём вы?» – душа Селены оказалась на грани того, чтобы вырваться из тела, когда она услышала, как служанки говорят о том, что может случиться в постели.

– Ох, конечно. В объятьях Его Превосходительства Вы будете спать спокойно!

– Да, поэтому просто нанеси немного крема на мои руки и всё, – Селена протянула руки к служанке, которая тщательно намазала её кожу кремом и духами. А остальные служанки захихикали.

Селена мгновенно отказалась от мысли разрешить это недоразумение.

«Физические отношения, без любви, между аристократом и простолюдинкой, не имеют никакого смысла. Однако, крайне редко влюбляются именно в чужую душу. Поэтому, мне абсолютно всё равно на этот шум, я прекрасно понимаю, что не подниму свой статус за одну ночь.

Меня нельзя принять за любовный интерес Герцога, однако, похоже, можно принять за его игрушку на одну ночь.

В любом случае, это похоже на игру в перетягивание каната. Если бы я спала отдельно, то опасность того, что Фионэль свернёт мою шею, весьма высока. Однако, если я «пересплю» с Кальционом, то стану его «официальной» игрушкой на ночь.

Первым делом, я должна спасти свою жизнь.»

Служанкам потребовалось вдвое больше времени, чтобы подготовить Селену к сегодняшнему вечеру, в сравнение с её первым днём здесь. Волосы девушки были красиво причёсаны, на всё тело были нанесены духи, а ногти на руках и ногах были тщательно подстрижены.

Это было всё, на что согласилась Селена. Однако она не поверила своим глазам, когда служанки принесли последнюю деталь.

Глава 14

– Только не это!

– О, Мисс, что такое? Мне удалось получить его из частного дома, пока Вы принимали ванну. Уверена, что Его Превосходительство будет счастлив!

«Что это за одежда такая?!»

Если то, что можно было носить на теле, называлось одеждой, то накладные ресницы, для повышения привлекательности, назывались украшениями. Если добавить немного преувеличения, то наряд, который принесли служанки, был лёгким, словно реснички, и его нельзя было назвать одеждой.

Как бы Селена не старалась создать себе настрой на ночь, надевать ЭТО было бы нарушением даже самых низших моральных норм.

– Я хочу спокойно выспаться, поэтому не имеет значения, счастлив ли Герцог. Просто дайте мне нормальную ночную рубашку.

– Мисс, чего Вы так стыдитесь? Оно прекрасно, пожалуйста, наденьте его!

– Нет, никогда! Если моя матушка узнает, она вырвет мне все волосы!

– О, тогда всё, что Вам нужно сделать, это не дать Вашей матушке узнать об этом. ~

Служанки поняли, что Селена застенчива, однако продолжили настаивать, чтобы девушка надела его. Лицо Селены пылало.

«Никогда в жизни я не надевала подобной ночнушки…»

– Почему Вы все так взбудоражены?! Вы что, никогда раньше не сталкивались с подобной ситуацией?

«Раз Кальцион – Герцог, то наверняка были и другие женщины, с которыми он проводил ночи.»

– Разве, такого не было?

– Нет, Мисс, не было… но, почему Вы спрашиваете?

Селена была шокирована:

– Почему нет?

– Ну, я… я не уверена. Я слышала, что Герцогская семья Ренберд всегда была далека от подобных вещей на протяжении многих поколений. И Его Превосходительство тоже.

– До этого момента, Мисс, – сказала другая служанка.

Остальные девушки захихикали и, толкая друг друга локтями, поглядывали на Селену.

– Значит, мы должны сделать всё возможное, чтобы помочь Вам!

– В этом нет необходимости! – выпалила Селена.

– Но, Мисс… – служанки надулись, но, под строгим взглядом Селены, замолчали.

Наконец-то девушка была освобождена от их писка.

Во всяком случае, делать неправильные и, порой, нелепые предположения о других людях – было в самой природе человека. А ведь Селене хотелось просто поскорее лечь и отдохнуть.

– Не думайте о подобных странных вещах и купите мне приличное платье… а не это.

– Вы так осторожны, даже если это лишь на одну ночь…

Вокруг кровати горели красные свечи, а повсюду были расставлены красивые украшения и лепестки цветов. Кальцион сидел на диване в тонкой ночной рубашке и с чашкой в руке.

– …Серьёзно?

– Я просто хочу, как можно скорее, покончить с этим.

– Ну, я тоже… подождите, Вы ведь имеете в виду «сон», да?

Мужчина был слишком ленив, чтобы дважды повторять одно и тоже, поэтому ничего не ответил.

– Хорошо, тогда я просто… – поскольку Селена чувствовала себя усталой, у неё не было другого выбора, кроме как тащить своё уставшее тело в кровать Герцога. Однако, когда она села на кровать, то начала нервничать.

– …

Селена надеялась, что Кальцион не заметит этого, и, нетерпеливо закинув на кровать ноги, закуталась в одеяло.

Лепестки, разбросанные по кровати, были сметены прочь, а девушка лежала в прямой позе и смотрела в потолок, прежде чем закрыть глаза, словно она лежала в гробу.

Как бы Селена ни устала, а заснуть ей не удавалось. Она услышала, как Кальцион поставил чашку на стол и подошёл к кровати. Внезапно, девушка услышала биение собственного сердца.

Кальцион приподнял одну сторону одеяла и лёг на кровать. Селена задержала дыхание и поджала пальцы ног.

– Ха… – как только Кальцион вздохнул, девушка выпустила воздух изо рта.

К счастью, кровать была настолько широкой, что на ней могли с удобством разместиться два человека и при этом не касаться друг друга.

Однако, даже несмотря на то, что всё было так, Селена не могла успокоиться.

– Ах! – девушка вскочила, когда поняла, что забыла.

– Что? – поспешно спросил Кальцион, совершенно не сонным голосом.

– С какой стороны Вы спите? Слева или справа? – серьёзно спросила Селена.

– …С любой стороны, я думаю?

Немного помявшись, Селена сказала:

– Просто, я всегда сплю, повернувшись налево.

А сейчас, девушка сидела на правой стороне кровати.

– Тогда, разве ты не спишь там, где должна?

– …Да, – послушно солгала Селена. Тишина вновь начала давить ей на грудь.

«Как мне дышать? Вдыхать через нос и выдыхать через рот? А куда мне деть руки? Положить их на себя или рядом с телом?

…Нужно хоть немного поспать.

Если я быстро засну, то смогу забыть об этой ситуации,» – однако всё оказалось не так просто. В конце концов, не выдержав, девушка вновь открыла рот:

– Ах, кстати.

– Что ещё?

– У меня есть привычка во сне перекатываться налево… Если я бессознательно прикоснусь к Герцогу, просто оттолкните меня.

– …Всё в порядке.

В этот раз, молчание длилось довольно долго, однако, вскоре, Селена вновь выпалила:

– Эм… могу я воспользоваться другой подушкой?

В изголовье кровати лежит несколько подушек.

«Ничего страшного, если я возьму ещё одну, не так ли?»

– Делай, что хочешь, – мужчина закрыл глаза.

– Спасибо. У меня есть привычка обнимать подушку, когда я сплю, – Селена взяла ещё одну подушку и закрыла глаза, обнимая её.

Теперь, девушка больше не могла говорить, она не хотела ставить себя в ещё более неловкое положение. Однако Селена задыхалась от звука дыхания мужчины, наполнявшего комнату. Ей казалось, что она упала в озеро.

В этот раз, вздохнул и заговорил Кальцион:

– Ты очень крепко спала в моём кабинете.

Селена, в восторге, повернулась к мужчине:

– Ах, я обычно засыпаю, когда мне этого хочется.

– Понял, тогда, спи спокойно.

– Я пытаюсь… но, не могу.

Спальня Селены была довольно удобной, однако спальня Кальциона находилась совершенно на другом уровне. Здесь было так уютно, что девушка задумалась, есть ли что-то подобное в её мире. Однако она не могла уснуть даже под этими чудесными одеялами.

– Наверное, я не могу заснуть, когда слишком нервничаю.

– Почему ты нервничаешь, когда спишь рядом с самым сильным Герцогом мира?

– Ух ты, да Вы сам себя хвалите.

– Потому что это правда.

– Пф-ф! Ха-ха-ха! – Селена расхохоталась. – Думаю, сейчас я нервничаю даже больше, чем в первый день на съёмочной площадке.

– Почему?

– Ну… потому что я впервые сплю в одной постели с мужчиной?

– Впервые?

Возможно, это не было её настоящим намерением, однако Селена заговорила дразнящим голосом:

– Несчастная я.

– Что?!... Нет, я не это имел в виду, – Кальцион взволнованно сел. – Прошу прошения за грубое замечание. Это было не намеренно.

Селена тоже была удивлена его реакцией:

– Нет, я пошутила... однако то, что я впервые сплю в одной постели с мужчиной – правда.

– Я был груб, в независимости от того, правда это или нет.

– Все здесь думают так же, однако мы единственные, кто знает правду. Поэтому, будьте спокойней.

Вежливость Герцога была обременительной, поэтому, даже если Селена попыталась замять это недоразумение, выражение лица мужчины было серьёзным. Его собственное замечание, казалось, настолько шокировало его.

– Меня не волнуют подобные предположения, однако, если ты когда-нибудь встретишь мою маму, тебе, возможно, придётся защищаться. Она очень строгая.

– Я поняла.

Лишь после того, как решение было принято, Кальцион успокоился и лёг обратно.

– Кстати, разве я похожа на женщину, которая спит с каждым встречным?

– Нет, дело не в этом. Если бы мне пришлось оправдываться, то, разве, это не было бы твоей хорошей актёрской игрой?

– Хм?

– Я знаю, что это твоя игра, однако, на мгновение, мне показалось, что меня соблазняют.

Селена всегда играла свою роль, за исключением тех случаев, когда оставалась с ним наедине.

– Ха, – усмехнувшись, девушка перекатилась на правый бок. Похвала Кальциона привела её в восторг.

– Я и впредь буду стараться изо всех сил, поэтому, пожалуйста, доверьтесь мне, пока я не поймаю преступника.

– Ты также должна быть осторожна, на каждом шагу, который ты совершаешь, – Кальцион улыбнулся Селене, прежде чем вновь поднять глаза к потоку.

Воздух стал намного легче, чем раньше. Девушка наконец-то начала ощущать себя комфортно, как раз перед тем, как она провалилась в сон…

– А…

– Перестань болтать, – проворчал мужчина.

– Спокойно ночи.

В комнате воцарилась глубокая тишина, пока Кальцион размышлял, стоит проигнорировать это или ответить:

– …Да.

Однако, со стороны девушки раздалось глубокое дыхание. Она уже спала.

*****

Яркий свет каким-то образом достиг закрытых век Селены.

Она так крепко спала на мягких простынях. Пытаясь пошевелиться, она ощутила, как незнакомое ощущение коснулось её кожи:

– Хм?.. – в этот раз, её сердце дрогнуло.

«Это не подушка или что-то в таком роде, кажется, это чья-то кожа…

…Что?» – разрозненные воспоминания о прошлой ночи мгновенно нахлынули на Селену.

Она вспомнила, как легла в тёплую постель, вместе с Кальционом.

«Тогда, что касается моего тела?!»

– Ха-а-а!.... – глаза девушки распахнулись. Она посмотрела и увидела то, чего никогда не должна была видеть.

Глава 15

Глава 15.

Острый подбородок Кальциона привлёк внимание Селены. Кожа на нём была гладкой, даже если девушка смотрела на него с такого близкого расстояния.

В очередной раз, мужчина пробился в её голову, став причиной, почему Селена проснулась.

«Это неизвестный мир. Дворец Северного Герцога. И это его кровать. А это тело Герцога Ренберда, Кальциона, которое я обнимаю вместо подушки…» – Селена тут же пришла в себя.

Прохладный утренний ветерок дул из широко распахнутого окна, однако девушка была в холодном поту.

– Мм… – Селена попыталась освободиться из рук Кальциона, однако они словно были замком.

Вот только у неё ничего не получилось. Одна твёрдая ладонь обнимала плечи девушки, а вторая покоилась на её талии.

«…Почему твои руки там?»

Однако Селена сама нашла ответ. Её голова лежала не на подушках, а на сильной руке мужчины.

«Так кто же в этом виноват?» – не в силах освободиться от хватки Кальциона, девушка продолжала смотреть то вверх, то вниз.

Мужчина лежал, выпрямившись во сне, а руки и ноги Селены цеплялись за его тело, словно она была маленьким осьминогом. Подушка, которую девушка взяла прошлой ночью, «плакала» одна в далёком углу кровати. Во всяком случае, Селена была на сто процентов уверена, что была виновата сама.

– Хм-м-м…

«Пожалуйста, не просыпайся,» – Селена убрала руку с груди Кальциона, притворяясь спящей. Её нога, крепко обхватившая бедро мужчины, тоже опустилась.

«Отлично.

Половина плана удалась, теперь, мне осталось только перекатиться на другой бок и притвориться, что я…»

– …

– … – Селена встретилась взглядом с Кальционом, который смотрел на неё сверху вниз.

В одно мгновение, жар охватил всё лицо девушки. Её план провалился. Когда Кальцион посмотрел на красное лицо Селены, он тихо отпустил её плечи.

Девушка быстро перекатилась в противоположную сторону, но, что толку?

– …Я же говорила Вам, что у меня есть привычка перекатываться влево… – Селена запнулась.

– Я буду иметь это в виду для следующего дня.

Вот только Кальцион мало сделал для восстановления чести девушки. Вместо помощи, он откинул одеяло и вызвал слуг.

Слуги и горничные ворвались внутрь, словно ждали под дверью.

«Новый день. Начало новой битвы.

Начнём же.»

День начинался медленно.

Ещё пять лет назад, когда Герцогиня, мать Кальциона, была жива, горничные особняка были искусны в обслуживании Леди. Утренние процедуры оказались вдвое длительнее, чем вчерашние.

– Неужели так уж необходимо принаряжаться для этого дня?

– Это необходимо для статуса, Мисс, – усмехнулась горничная, украшая волосы Селены настоящими и свежими цветами из сада. – Это платье для завтрака, потом я снова переодену Вас для обеда с гостями. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы Вы выглядели красивее всех на сегодняшнем вечере, а если он продлится до рассвета, то я буду периодически поправлять Вашу внешность, Мисс.

– …

«Неужели я думала, что жизнь здесь будет очень лёгкой? Моё будущее здесь, наоборот, туманно.»

– Не могу поверить, что получила приказ на прислуживание Вам на весь день! Мисс, разве это не волнующе?

– …

Горничная, которая была профессионалом, однако никогда не имела возможности прислуживать Леди, казалась крайне довольной.

«Думаю, это необходимо для встречи.

Это ничем не отличается от моей карьеры актрисы. Нет, всё ещё хуже. Там я могла хотя бы делать перерывы между съёмками, а здесь реальность другая. Я не могу отлынивать от исполнения своей роли,» – Селена сглотнула слюну, думая обо всех сладких фруктах и закусках в своём завтраке, пока горничная продолжала собирать её.

Между тем, Кальцион закончил утреннюю тренировку и принял ванну, прежде чем направиться на завтрак.

И Фионэль тоже.

– Мисс Фионэль пригласила тебя позавтракать с ней, – сказал Кальцион, когда Селена уже собралась идти в столовую.

– О, завтрак будет вместо вчерашнего ужина?

– Нет, ужин будет ужином. Даже если мы позавтракаем вместе, мой долг – пригласить её на ужин.

«Фи на все эти формальности.»

– Хорошо, я пойду с Вами, – Селена обняла Кальциона за руку.

Она приняла решение. Им всё равно придётся встретиться на ужине, однако, чем больше Фионэль будет видеть Селену с Кальционом, тем сильнее будет её намерение убить девушку. Однако самой Селене не нужно бояться смерти, потому что она будет с Кальционом.

Кальцион легко кивнул. Когда они подошли к столовой, к ним подошёл слуга и поклонился:

– Нам сообщили, что скоро прибудет Мисс Розалин.

– …Розалин?

– Кто это?

«Сразу после прибытия Фионэль?»

– Дочь Маркиза Тойлан.

– Дочь…

«Фионэль – дочь Графа, а Розалин – дочь Маркиза. Значит, это будет большой и роскошный ужин.»

– В таком случае, Герцогу придётся сопровождать всех Королевских дочерей.

– Не говори таких ужасных вещей.

– Не волнуйтесь, я тоже чувствую боль.

«Если постоянно будет появляться кто-то подобный Фионэль, то мне будет всё труднее поддерживать стабильное психическое состояние. Особа 2-го уровня уже почти прибыла, а я-то только подумала, что почти победила Фионэль, у которой 1-ый уровень.»

– К прибытию Розалин приготовьте для неё комнату, – Кальцион был Герцогом и ему приходилось делать то, что ему не нравилось.

Едва Фионэль услышала, что приедет Розалин, как она сняла платье и приказала горничным помочь ей собраться.

Кальцион и Селена услышали, что Фионэль занята тем, что роется в шкафу и шкатулках с драгоценностями.

«Мне тоже нужно готовиться так же?» – подумала Селена, смотря на платье, которое было на ней. Однако, даже если бы она захотела, то не смогла бы найти более яркого наряда.

«Ну, мы ведь не встречались раньше.»

Селена продолжала спокойно есть. Горничная, наблюдавшая за действиями девушки и когда та откусывала кусочек, каждый раз подбегала к ней, чтобы поправить ей помаду. В какой-то момент, Селена так расстроилась, что закуска даже перестала помещаться в её рот должным образом и, в итоге, она просто съела несколько кусочков и сдалась.

К счастью, вскоре появилась Розалин. В отличие от Фионэль, которая была близка к тому, чтобы быть проигнорированной по своему прибытию, Розалин должна была быть встречена самим Кальционом у ворот.

– Розалин для Герцога особенная?

– Нет, он просто по-особенному относится к Фионэль.

– Ах…

«Не то, чтобы я не понимаю этого. Нужно быть достаточно вежливой и разумной, чтобы крепко держать мужчину. Те, кто всегда продвигается вперёд к позициям своего противника, единственные, кто одинаково вежлив и беспощаден.»

Как и следовало ожидать, Фионэль гордо вышла за ворота и встала рядом с Кальционом:

– Как только Фионэль услышала, что Мисс Розалин приезжает, Фионэль сразу пришла поприветствовать её.

– Да.

– Мы будем ужинать все вместе?

– Хм.

– Я так счастлива, что наконец смогу поужинать вместе с Вами, Ваше Превосходительство!

– …

Голоса, который угрожал Селене прошлой ночью, уже не было.

Длинные и вьющиеся волосы Фионэль украшали яркие цветы и драгоценные камни. Это был лёгкий, немного детский образ, однако он лишь умножал её привлекательность.

«Хм, она использовала яркие драгоценности для украшения волос, не став наносить блеск на своё лицо.»

К счастью, карета Розалин прибыла раньше, чем Фионэль успела издать ещё хоть какой-либо звук.

«Один, два, три…»

Всего прибыло тринадцать экипажей.

Среди них, самая большая и яркая карета остановилась перед Кальционом. Слуги из карет, что были до и после этой, мгновенно спрыгнули вниз и поклонились Герцогу Ренберд:

– Ваше Превосходительство, мы просим Вашего разрешения выйти нашей Леди.

– Да, – казалось, что для Кальциона это было впервые.

Слуги сказали, что им нужно кое-что подготовить, чтобы их Леди вышла из кареты, пошли за чем-то в своих каретах.

Спеша, они вернулись назад.

Вскоре, дверца кареты открылась и появилась Розалин.

Медленно спускаясь по ступенькам кареты, девушка источала аромат цветов.

Несмотря на то, что путь в карете был долгим, Розалин не выказывала никаких признаков усталости. Она сошла вниз с мягкой улыбкой, нежным и довольно скромным, но решительным взглядом. Розалин была полной противоположностью Фионэль:

– Ваше Превосходительство, – даже её голос звучал мягко. – Спасибо, что приняли такого нежданного гостя, как я.

Когда Розалин встала перед Кальционом, её мягкая улыбка стала ещё шире. Запах её духов был настолько глубоким, что Селене даже показалось, будто она нюхает настоящие цветы. Казалось, что весна пришла раньше, однако, почему-то, девушке показалось, что воздух стал холоднее.

Фионэль и Селена также стояли рядом с Кальционом. Трудно было не заметить, как взгляд Фионэль, полный ненависти, впился в Розалин.

Однако Розалин не отрывала взгляда от Герцога:

– Я прибыла в поместье Герцога, однако не могла заранее попросить разрешения на это. Пожалуйста, простите меня за такую спешку, – она с улыбкой поклонилась, тайком бросив взгляд на Фионэль.

В этот же момент, Фионэль тоже поклонилась, боясь, что Кальцион может заметить её грубость.

Селена сглотнула.

«Это действительно страшно.»

– Фионэль отправилась в путь, как только услышала, что Его Превосходительство покинул Столицу, – однако Фионэль совсем не боялась.

Только сейчас, Розалин перевела взгляд на Фионэль:

– Мисс Фионэль, – то, как она смотрела на неё, мало чем отличалось от того, как Розалин смотрела на Кальциона. Казалось, что она вновь встретила старого друга. – Все очень удивились, когда Вы так внезапно уехали. Особенно, когда Мисс Хелен сообщила, что Вы не присоединитесь к нашему чаепитию. Конечно, я тоже заволновалась.

Каждое слово Розалин пронзало, словно раскалённое лезвие. Фионэль, хоть и обманчиво ласково, в очередной раз обвинили в том, что она, без единого слова оправдания, не появилась на чаепитии.

– Однако я не думаю, что Вы достаточно близки с Герцогом Ренберд, чтобы ехать к нему всю эту дорогу, словно Вам нужно проведать его, – Фионэль тоже была грозной. Она не могла остаться спокойной, когда её постоянно обвиняли, однако, казалось, что сейчас, она почему-то сдерживается.

– Хоть дата была выбрана случайно, я пришла как представитель, чтобы передать голоса тех, кто беспокоится о Герцоге Ренберд. Естественно, я также беспокоилась о безопасности Мисс Фионэль.

Фионэль фыркнула, наклонив голову.

– Тогда, Ваше Превосходительство, не могли бы мы войти внутрь и продолжить разговор? – до самого конца разговора, Розалин даже не взглянула в сторону Селены.

Если женщина, о которой Розалин никогда не слышала, стояла рядом с Герцогом в причудливом наряде, было очевидно, в каком статусе она находилась здесь. Предположив это, Розали проигнорировала Селену, словно она не хотела утруждать себя такими людьми, как она.

Выражение лица Фионэль всегда было прозрачным и легко читаемым, однако у Розалин было сложнее. Ведь она занимала более высокое положение, чем Фионэль.

Однако, для Селены, это было не так уж и важно. Она заговорила тогда, когда Кальцион шагнул, чтобы пропустить Розалин.

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 16

Глава 16.

– А теперь, мы пойдём завтракать? – Селена подняла взгляд, крепко сжимая руку Кальциона.

Селена была высокой. Выше Фионэль и других актрис, с которыми она работала. Однако телосложение Кальциона было намного крупнее, чем у неё, не говоря уже о его росте.

– Да, – коротко ответил он. Его тон не был ласковым, но он и не обвинял Селену за её грубое поведение.

Лишь после этого, Розалин перевела взгляд на Селену:

– Ох, кто это?

Вот только, её вопрос был адресован Герцогу.

– Я спас её на горе.

– На горе?

Единственным горным хребтом, ближайшим к поместью Ренберд, были горы Сиганд, где собирались монстры. Запретная зона для людей, доступ к которой имел лишь Герцог Ренберд и его рыцари.

Розалин ненадолго задумалась, а затем спросила:

– Она – человек?

Услышав этот вопрос, Кальцион повернулся к Селене:

– Разве, она не похожа на человека?

– Я – человек, и у меня есть имя. Меня зовут Селена, – Селена мгновенно взяла инициативу на себя, чтобы больше не было вопросов Кальциону.

Естественно, Розалин пришлось перевести взгляд на Селену, стараясь сохранить свой безупречный светский облик. Вот только, Селена заметила перемену в глазах девушки.

– Эм… Мисс Селена. Простите, однако я никогда не слышала этого имени. Не могли бы Вы сказать, к какой семье Вы принадлежите?..

Селена сделала вид, что не ведёт себя грубо, но её слова стали короче и резче:

– Семья – намного важнее, чем сама личность человека?

– Хм, – реакция Розалин оказалась слабой, она пыталась сохранить улыбку. – Как такое возможно? Его Превосходительство даже не поднимет упавший на землю дамский шарфик.

Вот только вопрос, который она задала, был адресован Кальциону.

– Я подумал, что, в отличие от дамского шарфика, она будет полезна, – Кальцион не привык придумывать бесполезные оправдания.

Глаза Розалин расширились, а Селена подняла взгляд на Кальциона:

– Простите?

А он аристократично направился обратно в особняк, сделав вид, что ничего не услышал.

– Она полезна так же, как Ваша собака, Ваше Превосходительство? Вы отказывались от предложений руки и сердца, которые поступали несколько лет назад, верно? Тогда Вы сказали, что женились бы сто раз, если бы Ваша невеста была так же полезна, как Ваша собака.

– Я действительно так думал и думаю до сих пор.

Розалин продолжала разговор, изо всех сил стараясь не отстать от Герцога:

– Боже мой, так Вы подобрали собаку с гор, вместо того, чтобы принять одно из предложений?

– Это ещё предстоит выяснить.

– Вам придётся обучать её. Это ведь не обычный дом, она живёт под крышей Герцогского особняка.

Кальцион скосил взгляд на Селену, слегка приподняв уголки губ:

– Её нужно обучать?

– Разве необученная собака когда-нибудь пригодится?

– Я слышала, что морда тоже очень важна, – перебила их Селена.

– Это очень смешно, – очевидно, рычание Розалин означало, что она раздражена, однако девушка быстро скрыла это улыбкой.

– Мы как раз собирались позавтракать. У Вас есть какие-нибудь мысли о том, чтобы присоединиться к Вам?

– Обязательно ли присоединяться к Вам и за завтраком, и за ужином?

– Одного приёма пищи будет достаточно.

– Тогда, я бы выбрала ужин, Ваше Превосходительство, – Розалин сладко улыбнулась.

– Хорошо, я постараюсь сделать Ваш визит как можно более удобным.

– Из-за Судьбы, мы все собрались здесь. И если Его Превосходительство позволит, то я бы хотела позавтракать с двумя Леди.

– Разве это не отличается от того, что Вы только что сказали?

– Если Его Превосходительство не присоединится к нам, то это будет не так.

Казалось, все, кроме неё самой, были потрясены отношением Розалин к Герцогу.

Услышав её ответ, Кальцион застыл, словно огромная колонна.

Кальцион, обещавший устроить пребывание Розалин в своём особняке максимально удобным, был вынужден ответить на её смелое предложение и заставил себя расстаться с Селеной:

– …Если мои гостьи согласны, то Вы можете делать, что хотите.

Едва мужчина ответил, как Розалин перевела торжествующий взгляд на Селену и Фионэль.

Выражение лица Фионэль тут же стало кислым. Было очевидно, что она была против подобного поворота событий.

Однако Розалин, казалось, это не тронуло, а всё потому, что её целью была не Фионэль, а Селена. У Селены же не было причин отказывать:

– Герцог, со мной всё будет в порядке. Так, я смогу немного узнать об этом мире.

«Это будет всё равно, как если бы я посетила приём аристократов.»

– Тогда, Фионэль позавтракает с Его Превосходительством, – Фионэль не собиралась упускать подобную возможность.

– Конечно, Мисс Фионэль может сделать это, – с улыбкой сказала Розалин, с искусственной улыбкой.

– Тогда, я пропущу эту трапезу, мне нужно руководить тренировкой, – а вот Кальцион был в отчаянии.

– Ваше Превосходительство?!

– Что ж, тогда, желаю приятного аппетита. Увидимся вечером, – отдав приказ Мисс Дженнет, Кальцион исчез, словно ветер, оставив девушек одних.

– Мне всё равно это не нужно! – Фионэль кинула яростный взгляд на Розалин, а затем ушла.

Цветы падали с её волос, когда девушка сердито шла по коридору.

«Теперь, когда мы остались одни, как же поведёт себя Розалин? Думаю, я услышу совсем другой голос.»

……Однако.

БАМ!

– ?! – Селена ударилась спиной о колонну в коридоре, когда Розалин толкнула её.

«Откуда у неё такая сила?» – спина Селены звенела от боли.

– Что…

Прежде чем Селена успела закончить фразу, кулак Розалин ударился о стену, рядом с её головой.

– …Что Вы делаете, Мисс? – уважительное обращение слетело с губ Селены само собой.

«Если бы это была моя голова, а не стена, то, в моём черепе уже была бы дыра…»

Розалин приблизила своё лицо к Селене. Она была потрясающе красива, если не брать в расчёт её глаза и выражение лица, которые казались порочными.

Смотря на Селену сердитым взглядом, который наводил Селену на мысль, что, именно красота и репутация дочери Маркиза мешают ей убить её прямо в этот момент:

– Сколько это стоит?

– …? – В голове Селены царил хаос.

– Ты ведь не боишься лишиться жизни за то, что покушаешься на Герцога и его богатства? – повторила Розалин.

Её тон настолько отличался от прошлого, что Селена задалась вопросом, есть ли на её теле какая-то кнопка, которая меняет её поведение.

Мягкость голоса Розалин, которая не исчезла, даже когда она упрекала Кальциона, исчезла в никуда.

– Я не нацелилась ни на Герцога, ни на его богатства, – с улыбкой ответила Селена, даже не изменив своего тона. Это создало бы больше непонимания, если бы она испугалась таких резких слов и фраз.

Розалин угрожающе приподняла бровь, потому что Селена держалась спокойней, чем она ожидала:

– Нет, нет, ты, должно быть, охотишься за его богатством. Но, позволь мне сообщить тебе одну вещь. Даже самая большая сумма в твоём мире – будет каплей в нашем. Поэтому, скажи мне, сколько ты хочешь?

Розалин не верила Селене.

С тех пор, как была открыта шахта, бесчисленное множество молодых Леди начали метить на место Герцогини Ренберд. Богатства Герцогства Ренберд было достаточно, чтобы прожить всю жизнь, словно в Небесах. Нет ни единой возможности, чтобы подонок, который жил, выкапывая корни деревьев, не нацелился на него.

В глазах Розалин, ответ Селены был ничем иным, как пощёчиной.

– Деньги, которые ты получишь от меня, будут намного больше, чем та сумма, которую ты можешь представить себе. Итак, сколько ты хочешь?

Селена надменно вздёрнула подбородок.

«Хоть я и не знаю, какой в этом мире курс денег, но, мне и не нужно это.»

– Как давно Вы заключаете подобные сделки?

– …Что? – Розалин споткнулась, испугавшись совершенно неожиданного ответа. Было очевидно, что она ждала, что Селена либо потеряет сознание от страха, либо с радостью примет её предложение.

Селена изо всех сил старалась держаться на ногах, чтобы не покачнуться от голода. Какой бы страшной ни была Розалин, девушка просто должна была закрыть глаза и уши и сказать то, что нужно.

«Вот только, похоже, у Розалин никогда не было возможности заключить подобную сделку,» – то, что Розалин была растерянна тем, что кто-то, без статуса, ответил ей резко, лишь ещё раз подкрепило подозрение Селены.

– Иметь преимущество – вот ключ к заключению подобных сделок. Итак, насколько большую сумму я могу назвать? Смогу ли я купить сотню таких же платьев, какое сейчас на мне?

Лицо Розалин вновь дрогнуло.

«Похоже, Розалин тоже знает об этом платье. Пусть я ещё не знаю курса местных денег, но я всё равно могу сказать, что подобная одежда редка. Сколько бы Розалин ни кричала по этому поводу, она не сможет купить подобное прекрасное платье…»

– Естественно.

– ?!

«……Она серьёзно?» – Селена ощутила, как что-то кольнуло её в животе. «Такую одежду не могут носить и лелеять даже самые знатные дамы страны. Подобное никогда не будет создано лишь с небольшим количеством денег.

Она может пообещать дать в сто раз больше, чем стоимость этого платья?

Если бы у меня не было возможности вернуться в свой мир, я бы сразу же приняла её предложение. К сожалению, предложение Кальциона лучше, потому что он пообещал мне благополучное возвращение в мой мир. Однако, сейчас, я не могу быть честна.»

– Я дам тебе столько денег и драгоценностей, сколько ты захочешь. Постарайся исчезнуть, как только получишь их. Ты поняла?

– Я даже не приняла их.

– Если хочешь больше, скажи. Я могу предоставить тебе всё, что ты хочешь, – выражение лица Розалин стало спокойней, словно она уже была уверенна, что Селена не сможет отказать ей.

– Всё, что угодно?

– Да, всё, что захочешь.

На лице Селены появилась улыбка:

– Тогда, мне нужно сердце Герцога.

– …… – В одно мгновение, окружающая температура упала примерно на 10 градусов. Холодный взгляд Розалин заморозил Селену до костей. Розалин ответила тихим, морозившим даже окружающий воздух, голосом. – Ты ведь не изображаешь дуру, не так ли?

– Я не шучу. Я возьму их все, а также сердце Герцога.

– …Ха-ха, когда ещё я могла услышать нечто подобное? – хихикнула Розалин, а затем, снова стала серьёзной. – Ты хочешь умереть от собственной жадности?

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 17

Глава 17.

Озноб скользнул вниз по позвоночнику Селены. Спокойствие исчезло с её лица.

«Это второй раз, когда мне угрожают смертью, а интуиция мне подсказывает, что ни одно из этих слов не было произнесено лишь для простого запугивания…»

– Претендовать на место, рядом с Герцогом Ренберд – настоящий риск. Ты всё ещё хочешь вступить в битву, даже несмотря на то, что у тебя даже нет силы защитить своё собственное тело?

Взяв себя в руки, Селена ответила:

– Ни личность, ни богатство не важны в таких схватках. Не волнуйтесь, мой мозг никогда не перестаёт работать.

Это была одна из реплик, которую Селена взяла из одной из своих драм, вот только, это была не та реплика, которая бы идеально подошла к подобной ситуации. Читая сценарий, девушка ругалась, говоря: «Неужели это вообще возможно?»

То же самое было и с Розалин, чьё лицо перекосило:

– Похоже, ты просто жаждешь богатства Герцога, но всё равно идёшь к его сердцу? Тебе не нужно стремиться к этому. Я предложу тебе любую сумму, какую ты захочешь. Так что, забирай их и возвращайся домой.

«Но они ведь не будут моим достижением, не так ли?»

Розалин смотрела на Селену своими холодными глазами, а Селена тяжело вздохнула:

– Разве Вы не повторяете снова те же самые слова?

– Разве не к этому ты стремилась? – усмехнулась Розалин.

– Естественно, нет.

– ……

– Я хочу стать Герцогиней.

– Знаешь, у тебя может быть даже больше власти, если ты примешь моё предложение.

«Угх, да что с ней такое, чёрт побери?» – у Селены закружилась голова.

«Если Фионэль действительно просто хочет быть с Кальционом, то Розалин другая.

Я не могу понять, каковы её намерения, даже несмотря на то, что я была рядом с ним.

Богатства территорий Герцогства Ренберд или статус Герцогини? Ведь, похоже, она не нацелена на самого Кальциона.

Так почему же ты так пытаешься отослать меня?»

– Я тебя предупредила. Не стоит умирать из-за этого, – бросив слова, которые могли быть как проклятием, так и предупреждением, Розалин ушла.

Вот только её мотивы до сих пор были непонятны…

*****

Вскоре, наступило время ужина.

До этого момента, Селена ела в одиночестве, но на длинном обеденном столе стояло множество разнообразных блюд.

«…Слишком рано,» – Селена собралась с мыслями, смотря на бесконечные тарелки перед собой.

Так уж получилось, что, в этом мире, это был первый раз, когда она обедала с кем-то, помимо Кальциона. Поэтому, естественно, у неё не было возможности проверить свои манеры за обеденным столом.

– Леди должна менять платье четыре раза в день, – сказала Селене горничная.

«Существует много мелких и сложных правил, и, естественно, столовый этикет не может оказаться неожиданно простым.»

– …

На столе были десятки блюд, и каждое блюдо имело свои правила и приборы.

Когда Селена кушала одна, то набирала себе много еды, которая казалась ей вкусной. Но, сейчас, она даже не могла понять, какую посуду ей следует использовать для определённого блюда.

«Хуже всего – когда тебя унижают на глазах у всех.»

Кальцион продолжал молча пережёвывать свою еду, в то время как Фионэль и Розалин съели лишь пару зёрнышек риса и щебетали, словно птицы. Среди них никто не мог спасти Селену, которая надула губы.

«Я никогда в жизни не сталкивалась с чем-то более неуважительным чем это.

Это несправедливо, но, что я могу сделать? Как я могу сделать что-то, если не знаю этого?

Но будет слишком очевидным, если я буду оправдываться тем, что сижу на диете…» – Селена совершенно растерялась.

«Угх, не знаю.»

Девушка отважилась и выбрала первое попавшее блюдо, которое показалось ей вкусным, но не стала копировать остальных.

«Ещё более неловкое – это неуклюжее подражание,» – Селена обмакнула фрукт, который помнила со своей последней трапезы и положила его в рот.

– Хм, завтрак или ужин, здесь всё вкусно, – беззвучно прошептала она себе под нос.

– О, а это несложно, – снова прошептала Селена.

В результате, не было никакой необходимости поднимать шум. Всё, что Селене нужно было делать – это наслаждаться блюдами, как она делала это раньше.

В это время, две девушки, сидевшие за столом напротив Селены и одетые в роскошные платья, с видимым дружелюбием перевели взгляды на Селену.

– …Ах, у Фионэль пропал аппетит! – взвизгнула Фионэль. Она положила вилку, которая была на полпути к её рту, и хмуро посмотрела на Селену. – Фионэль плохо себя чувствует, потому что скучает по ужинам с Муму.

– Ах, Муму – это собака Мисс Фионэль?

– Она кошка.

– Ах, понятно, но что мы можем сделать? Здесь Север. Разве это не прекрасная возможность ощутить Мать-Природу и её диких зверей?

Розалин и Фионэль решили объединиться. «Враг моего врага – мой союзник», – вот, что они использовали в данный момент.

– Конечно, это уникальная возможность увидеть поведение гиен, – согласилась Фионэль.

Селена подумала о том, чтобы разбудить хаос, как зверя, но решила не делать этого, ведь они были за обеденным столом.

Растягивая слова, Розалин нарушила молчание, созданное Селеной:

– Но, не лучше ли научить зверя столовому этикету? Ведь мы не можем точно сказать, когда он решит откусить нам руку, не так ли?

– Если бы она была зверем, то откусила бы Мисс Розалин голову раньше, чем руку. Она выглядит легче и вкуснее, не так ли?

– Как и следовало ожидать, их взгляды похожи.

– Ах, так вот почему Герцог подобрал её. Пожалуйста, продолжайте, Мисс Розалин.

– Ха-ха-ха.

«Хо-хо-хо, как смешно.»

Селена и Розалин улыбнулись друг другу.

Гр-р-р-р…

Гр-р-ра-ав…

Если бы они были зверями, то уже давно загрызли бы друг друга.

Фионэль, яростная, но не очень воинственная, тихо «свернулась калачиком» и закатила глаза. Здесь было не место для травоядных вроде неё.

Хоть для травоядного животного она была довольно сильной, способной даже заколоть дикого зверя своими рогами, ей не стоило вмешиваться в свору диких животных.

– Я знаю, что у Его Превосходительства дикий вкус, но мне трудно сравниться с ним. Мне нелегко отказаться от своего статуса.

– Тойлан принадлежит к благородному классу.

Слова Кальциона сотрясли спокойною атмосферу.

– Я не хочу унижать Вас, Ваше Превосходительство, но, разве Вы не можете стать Тойланом?

– Раньше, когда Ренберд осмеливался стать Тойланом, это вызывало массу проблем.

Смутившись, Розалин улыбнулась:

– Жадность моего отца – была актом неуважения к Вам.

–Ну, теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что я больше похож на зверя. По этой причине, мне удобнее всего спать на земле, – сказал Кальцион, смотря на Розалин спокойным и непоколебимым взглядом, а затем снова вернулся к еде.

– Как Вы можете так говорить, Ваше Превосходительство?

– Разве я сказал что-то не так? Вам неудобно быть в моём классе, – Кальцион тоже не отставал ни на дюйм.

Он даже произносил вещи, о которых никто не знал, и нападал первым. Розалин не могла вымолвить ни слова.

«Похоже, это её слабость,» – Селена перевела задумчивый взгляд с одного на другого. «У него отличная боевая стратегия, так зачем ему я?»

Тот факт, что Кальцион не смог найти преступника, был вызван тем, что его ударили мечом в спину. Естественно, он должен был обратиться за помощью к Селене.

«Если бы я могла пнуть его ногой под столом, то, возможно, смогла бы остановить эту «битву».

Но, я ничего не могу сделать…»

Нацепив на лицо улыбку, Селена сделала вид, что не понимает, о чём речь:

– О! Думаю, мы с Герцогом находимся в одном классе. Он всегда чувствует себя комфортно рядом со мной.

– …

– …

Естественно, никто не засмеялся.

За исключением Кальциона, который усмехнулся шутке Селены. Это помогло охладить атмосферу. Благодаря этому, холодные взгляды обеих Леди вновь переместились на Селену.

– Как видите, мой класс отличается. И я не пытаюсь сопоставить его с Тойланом. Так, что Вы думаете?

Розалин вздохнула. Её напор ослаб, поскольку она решила, что больше ничего не сможет сделать, чтобы победить:

– Как я могу обсуждать Ваш класс, Ваше Превосходительство? Я здесь не для того, чтобы спорить с Вами.

– Значит, у Вас всё-таки нет здесь никаких дел, не так ли?

– Конечно, основная причина, по которой я хотела увидеть Вас, заключается в том, что я хотела найти больше причин, чтобы навестить Вас лично, – Розалин подмигнула ожидавшей её горничной.

В столовой находилось несколько личных слуг Фионэль и Розалин, а также слуги Герцога, которые подавали еду. Горничные девушки быстро поправляли платье и макияж своих хозяек всякий раз, когда те хоть немного отходили от идеального состояния.

Горничная, которой подмигнула Розалин, вышла из столовой и вернулась обратно уже со шкатулкой в руках.

– Это письма от людей из столицы, которым до сих пор не хватает присутствия Вашего Превосходительства. Я не могла повернуться к ним спиной.

Тяжёлый звук пронёсся по столовой, когда ножки шкатулки коснулись обеденного стола.

Селена не могла не заметить недовольство на лице Кальциона.

«Естественно, белый флаг поражения Розалин оказался маскировкой…»

*****

После ужина, пришло время отправляться в постель.

Но перед этим необходимо было снять платье, смыть макияж, распустить волосы, принять ванну, вымыть и высушить волосы, нанести лосьон и духи на тело, а также несколько косметических средств на лицо…

– ……Почему эта одежда снова здесь?! – вскрикнула девушка, когда служанка преподнесла ей ту же невесомую одежду.

От слуг под началом Кальциона было очень трудно отбиваться. В течение дня, Селене пришлось противостоять Фионэль и Розалин, а теперь ещё и этим слугам.

– О, какая пустая трата времени, Мисс. У Вас великолепное тело, – при этих словах служанки, её щёки покрылись густым румянцем.

«Почему эти люди так воодушевлены? Я что, тряпка? Нормально ведь, когда Хозяин выгоняет слуг, если они так сильно раздражают его?»

– Неужели вы думаете, что вот так я смогу соблазнить его?

– Почему? – спросили служанки, с любопытством смотря на Селену.

– Почему… разве это не очевидно? Я стремлюсь занять место рядом с Герцогом.

Переглянувшись, служанки разразились смехом.

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 18

«…П-почему они смеются?

Это вообще не должно быть смешным. Нет ничего плохого в том, чтобы быть партнёром Герцога…»

– Это полностью Ваш выбор, Мисс. Мы не имеем права голоса в этом вопросе.

– Э-это правда, но… если вы будете просто помогать…

– Если Вам удастся подобраться поближе к Его Превосходительству, мы сделаем всё возможное, чтобы помочь Вам.

«Ах, понятно… Но почему вы стараетесь изо всех сил?

Кальцион просто приказал служанкам, прислуживать мне, Розалин и Фионэль, сомневаюсь, что он знает о их рвении…»

Одна из служанок подошла к озадаченной Селене и игриво прошептала ей:

– Наш Герцог, Его Превосходительство, не очень хорошо ладит с женщинами, и если мы ему не поможем, то он может потерять свой титул. Тогда мы все останемся без работы.

У Селены не было причин не понять это стремление, но, почему-то, ей не хватало достоверности этих слов.

– Но, разве Герцог не популярен? Должно быть, он получает множество предложений руки и сердца со всех уголков Империи.

– Но, нет никакой гарантии, что они смогут унаследовать фамилию Ренберд.

– А?

– Если Вы продолжите думать о богатстве и сокровищах Герцогства Ренберд, то, скорее всего, Вы зря потратите своё счастье. Вы ведь можете даже родить ребёнка от другого мужчины, не так ли?

– Ах…

Эта было слишком светское мышление.

– Вы говорите о том, что Герцог…

– В столице, дворяне часто подменяют своих детей. Разве здесь не может быть так же?

«В этом мире творится что-то безумное…» – несмотря на то, что законы этого мира были ниже стандартов мира Селены, она беспокоилась, есть ли в этом мире кто-нибудь, что ещё не сошёл с ума. Её уверенность в том, что она сможет выжить в этом мире, которая в мыслях была куда выше, резко упала.

– … – Селена чувствовала, что ей нужно успокоиться.

«Герцогство Ренберд находится в самом расцвете. Они предпочитают рисковать и поддерживать нынешнюю стабильность в своих территориях, а не расширять свою власть.

Поскольку у семьи Ренберд есть деньги, честь и всё остальное, никто не может просто так войти в их семью. Вот почему они так сильно давят на меня…» – Селена, с мрачным выражением лица, смотрела на предложенную одежду. «Они могут заподозрить меня, если я откажусь.

Какой смысл действовать, если ты даже полностью не уверена в себе? В каждом миллиметре своего тела… Что изменится, если я надену подобную одежду? Из-за своих ролей в фильмах, мне ведь часто приходилось носить откровенную одежду перед членами съёмочной группы.

Это была моя работа, и я могла выполнять её спокойно.»

Селене потребовалось больше суток, чтобы согласиться лечь в подобном одеянии в одну кровать с Кальционом.

«Не могу поверить, что мне придётся оставаться в таком опасном положении, пока действует мой контракт с Кальционом. Я должна заработать мешок золота, к моменту, когда вернусь в свой мир.»

*****

Кальцион уже приготовился ко сну и сидел на диване перед камином, разбирая письма в шкатулке.

– Это то, что принесла Розалин?

Ш-ш-ш… – когда Селена подошла к дивану, послышался звук её одежды, скользящей по полу.

Когда Кальцион машинально поднял голову, его лицо тут же окаменело при виде фигуры девушки. Селена максимально сильно напрягла лицевые мышцы, чтобы не покраснеть перед ним.

– … – Вот только, Кальциона, казалось, не волновало выражение её лица. Горящий и напряжённый взгляд следил за каждым шагом девушки.

Из-за специфики её одежды, часть сияющей кожи Селены открывалась, когда ткань колыхалась, даже если ноги девушки делали короткий шаг.

Хоть Кальцион никогда не мечтал о чём-то подобном, он не мог не смотреть на Селену. Ему было очень нелегко.

– Моя одежда немного откровенна, – сказала Селена, садясь на диван рядом с мужчиной и переводя взгляд со шкатулки с письмами на Кальциона.

Взгляд Селены мгновенно привлекли слегка покрасневшие мочки ушей мужчины.

«Долгое сидение у камина не заставило бы их покраснеть…» – Селена была смущена и изумлена тем, что Кальцион действительно отреагировал на это.

– Эм… они попросили меня надеть это ещё вчера, и если бы я отказалась и сегодня это вызвало бы подозрения. Они знают, что я здесь, чтобы соблазнить Герцога, но у меня нет желания использовать эти предметы соблазнения… – извинения Селены растянулись, когда она пыталась скрыть своё смущение. – Не испытывайте слишком сильное давление. Я надела это лишь для того, чтобы избежать их подозрений.

– Гм, хм… да, – Кальцион прокашлялся и снова перевёл взгляд на письма.

– Вы собираетесь проверить все до единого? – быстро сменила тему Селена.

– Это необходимо, если я хочу прожить свою жизнь без каких-либо неудобств.

– Удивительно, что даже Вам нужно облегчать свою жизнь.

Оторвав взгляд от письма, Кальцион посмотрел на Селену. Его румянец исчез довольно быстро, и его холодный, наполненный достоинством взгляд, был направлен на неё.

– …Расслабьтесь, я просто сказала. Я чуть не получила несварение желудка, наблюдая, как вы двое боретесь за свои нервы.

Когда Селена захныкала слабым голосом, выражение глаз Кальциона немного смягчилось:

– Тебе плохо?

– Так и было бы, если это продолжилось ещё минуту. Поэтому, с сегодняшнего дня и впредь, не делайте самостоятельных шагов вперёд.

– Я попрошу слуг принести тебе лекарство.

– Нет, всё в порядке. Будет лучше, если я хорошенько высплюсь. Кстати, что с Вами сегодня не так? Вы избегали Фионэль, но были очень активны в противостоянии Розалин.

Кальцион ответил, вновь переводя взгляд на письма:

– С Розалин легко иметь дело. Она не из тех, кто станет официально на что-то жаловаться.

Кивнув, Селена достала из ящика письмо

[«Из Ланжеона. Дорогому Герцогу Ренберд.»] – буквы не только автоматически превращались в слова, но и доходили до сознания девушки.

Наклонившись вперёд, Селена взяла одно письмо из кучи, валяющейся на полу.

«Их так много, потребуется много времени, чтобы прочитать их все.»

Все конверты были запечатаны разными печатями известных семей и давили тяжёлым грузом на одного человека.

Оправдание Розалин было правдой. Однако, Кальцион заставил северный ветер дуть в нужном направлении, когда столкнулся с реальным противником.

– Кстати, а что значит иметь возможность официально занимать должность?

– Моя мать, Герцогиня Легиона, была жадной женщиной. Причина, по которой она вышла замуж за моего отца, заключалась в том, что она родилась третьей дочерью в дворянской семье низшего ранга и пыталась изменить своё положение с помощью денег.

Селена спросила его о Розалин, однако Кальцион внезапно начал рассказывать о своём прошлом. Она навострила уши, когда он продолжил говорить.

«Должно быть, какая-то часть его истории как-то совпадёт с историей Розалин.»

– Генетически или нет, но Ренберд застряли в пустыне на несколько поколений. Вот только, моя мать хотела попасть в высшее общество.

– Хм, понятно.

– И она считала, что лучший способ связаться с высшими аристократами – это брак.

– Даже сельская аристократия считала, что поместье Ренберд, полное золота и богатств, заслуживает того, чтобы достаться семье Тойлан. В то время, Тойлан была самой знаменитой семьёй, а Розалин славилась тем, что была одной из самых красивых Леди Империи.

– Однако, каким бы Великим ни был Герцог Ренберд, из этого ничего не вышло и, в результате, пришёл отказ, основанный на фразе «Недостоин». Это было пять лет назад, когда моя мать ещё была жива.

– Значит, Вы вспомнили об этом и теперь мстите за неё…

– Я не забываю своих обид.

– Да, но, разве это не просто агрессия от обиды?

– Что? – грубо спросил Кальцион. – С чего бы мне поступать так, если у меня нет никаких отношений с ними?

– Нет, Вы сами сказали, что она была самой красивой Леди из самой влиятельной семьи… – пожала плечами Селена.

– Это была оценка моей матери.

– А как думали Вы?

– Загадочная, но надоедливая женщина.

– Ах, да, я поняла, – Селена подтвердила свои предположения, возникшие в предыдущий эпизод, который произошёл с ней и Розалин.

– Хм, а что думаешь ты? Сегодня, ты ведь в первые познакомилась с ней.

– Рано утром, она затащила меня в угол и угрожала.

– Уже?

– Это оказалось быстрее, чем подача ужина, не так ли?

Кальцион кивнул в знак согласия:

– Какой была её угроза?

– Она спрашивала, какую цену я хочу за своё исчезновение.

Кальцион рассмеялся.

«Даже для меня, это нелепая угроза. Деньги – ничто, в сравнение с тем, что я обещал Селене. Деньги не могут создать портал между двумя мирами, находящийся на территории Монстров.»

– Сколько она собиралась дать тебе.

– Она сказала, что даст столько, что я смогу купить себе сотню таких же платьев, что сегодня было на мне.

Брови Кальциона слегка взлетели вверх.

– Я не знаю его рыночной цены, но я бы не упустила это предложение, если бы у меня не было надежды вернуться домой, – Селена сказала это в шутку, но её смех быстро утих, потому что лицо Кальциона стало ещё более серьёзным. – …Почему Вы такой серьёзный?

– Эта сумма равна бюджету Герцогства Ренберд за двадцать лет.

– …

«Наверное, мне следовало просто принять это предложение.»

– Кстати, она здесь, чтобы стать Герцогиней Ренберд?

– Это очень подозрительно. Нет никакой другой причины для её путешествия в такую даль, если она не нацелилась на меня. Финансы Маркиза Тойлан всегда были самыми большими. Верхушка высшего общества хочет занять место Герцогини Ренберд любой ценой.

«Но, почему?» – Селена перевела измученный взгляд на Кальциона.

– Может быть, ей нравится внешность Герцога?

– Невозможно.

– Или Ваше телосложение?

– Это также невозможно.

– Ого, у Вас так много самоуверенности, – хихикнула Селена.

– Как ты смеешь так жестоко обращаться с Герцогом Ренберд? – слова Кальциона звучали вовсе не как угроза. Он произнёс это довольно лёгким тоном и продолжил разбирать письма.

«Я думала, что дворецкий или специальная служанка будут ответственны за их сортировку, но Кальцион делает всё сам…»

Кальциону всегда приходилось быть осторожным при получении писем, которые могли содержать угрозы.

Даже простое слово или действие могло сделать Герцога Ренберд мишенью для его врагов. Большинство из них могло быть проигнорировано благодаря власти Герцога, однако для него было лучше быть осторожным на каждом своём шагу.

Рука Кальциона, небрежно проверявшая письма и бросающая их на пол, остановилась на золотом запечатанном конверте:

– А вот это очень важное.

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 19

– От кого это?

– От Кронпринца.

– А почему оно так важно?

– Его нельзя игнорировать.

Естественно, Принц был более высокого статуса, чем Герцог.

Вот только взгляд Кальциона, устремлённый на письмо, показался Селене не слишком убедительным.

– Принц Рассен – честолюбивый человек, стремящийся взобраться на трон. Герцогство Ренберд – самое раздражающее и желанное место в его глазах.

– Тогда он, должно быть, тот, кто хочет получить власть над Герцогом.

– Совершенно верно.

– А Вы не можете просто проигнорировать это и остаться здесь?

– В этом Королевстве существует множество правил. Одно из них заключается в том, что ты не можешь игнорировать приглашение от семьи, статус которой более высок, чем твой. Если же ты отказываешься, тогда у тебя должна быть крайне веская причина, чтобы объяснить своё отсутствие.

«Похоже на ту ситуацию, когда ты отправляешь заявление на свой отпуск своему боссу… Нет? Ну, тут чуть более ужасно, чем там.»

– Так, это приглашение?

– Да. Чтобы отпраздновать 30-летие основания Королевства Арклайн, Кронпринц устраивает весной грандиозный приём. Приглашены все семьи – основатели.

«Хм, похоже, это будет масштабный приём. Вряд ли у него найдётся оправдание для отказа.»

– Вы ведь поедете туда, верно?

– Ну, я могу воспользоваться этим как предлогом, чтобы посетить столицу.

«Хороший шанс позволить мне присоединиться к высшему обществу и найти преступника.

Но, как Кальцион будет играть свою роль, когда он, кажется, взволнован, просто посмотрев на меня, которая одета в лёгкую одежду? Чтобы пустить пыль в глаза людям из столицы и заставить их поверить, что мы любовники, ему придётся сделать гораздо больше.

Хм, давайте посмотрим. Как далеко сможет зайти Кальцион?» – Селене не нужно было проверять это прямо сейчас, но ей было очень любопытно.

Девушка, на цыпочках, медленно приблизилась к Кальциону.

Кальцион без труда заметил передвижения Селены, хотя его взгляд был устремлён на письмо. Независимо от того, насколько тихо двигалась девушка, существовала такая вещь, как чутьё.

–! – всего за одно мгновение, Кальцион ощутил, как его сердце начинает биться, словно у спортсмена. Он никогда не удивлялся так, даже сталкиваясь с десятью монстрами в горах.

Селена, севшая на колени мужчины, на этом не остановилась. Она обняла Кальциона за шею и прижалась ближе, встречаясь взглядом с его голубыми глазами:

– Герцог, пожалуйста, возьмите меня с собой. Я хочу увидеть столицу. Я хочу посетить столицу этой огромной Империи. ~

– Почему ты вдруг…

– А? О чём Вы? Ох, Герцог, пожалуйста, возьмите меня с собой! Я тоже хочу посетить его!

– …Прекрати.

– Хм, я не прекращу, пока Герцог не разрешит мне. Итак, могу ли я присоединиться к Вам? ~

– …Конечно, ты должна ехать. А теперь, прекрати, – Кальцион ощутил, как по его спине пробежали мурашки, от чувств, что были ему совсем незнакомы.

«Сколько бы он ни жил на периферии Королевства, Герцог всё равно остаётся Герцогом. К тому же, Кальцион – прекрасный экземпляр мужчины,» – подумала Селена.

Большинство людей боялись Герцога Ренберд из-за его холодности, и он сам никогда не испытывал какого-либо смущения, когда сталкивался с другими женщинами, которые пытались обнять или даже поцеловать его. Скорее, Кальцион испытывал к ним ненависть.

Но сейчас мужчина был скорее смущён, чем раздражён… Кальцион чувствовал, что сходит с ума из-за фруктового запаха кожи Селены. Он с трудом держался, хоть и знал, что она притворяется.

«Нежели в мире бывают такие милые мужчины?» – Селена впервые в жизни поняла, почему люди влюбляются в кого-либо.

– Ну~у. Не так, Герцог, скажите: «Я хочу поехать с Селеной». Пожалуйста, скажите мне это. Иначе, я не остановлюсь.

– …В этой комнате никого нет. Так почему ты… – сердце Кальциона бешено колотилось, но он не мог оттолкнуть Селену. Он не мог убежать. Он чувствовал, что не хочет делать это.

«Когда Небо и Земля сливаются, происходит то же самое?» – Кальцион отчаянно пытался остановить эти безумные мысли, но у него ничего не получалось.

Селена приблизила свои губы к уху мужчины и шептала, крепко обнимая его за шею. Каждый раз, когда девушка произносила слово, её дыхание щекотало ухо Кальциона, словно семечко одуванчика, уносимое ветром:

– Ну, Герцог, так не получится играть… Вы ведь не думаете, что вести вперёд должна я, а не Вы, Герцог?

Кальцион тяжело вздохнул и откинул голову на спинку дивана. Но даже когда он закрыл глаза, сияющая кожа Селены и алые губы, которые недавно задевали его ухо, всплыли в его сознании.

– Так, что же? М? М?

– …Да, я понял, – отрывисто сказал Кальцион.

Лишь после этого, Селена отскочила от него:

– Ну, тогда, я… эм… я хочу спать, поэтому пойду в кровать первой! Удачи Вам с остальными письмами!

Она поспешно запрыгнула на кровать, зарываясь в мягкое одеяло. Возможно, из-за того, что Кальциона не было рядом, девушка заснула почти сразу, а не как в прошлый раз.

После этого, Кальцион несколько мгновений слышал мягкое сопение Селены.

«Похоже, пришло время разрабатывать план.»

– …Ха…

Вот только время его размышлений длилось не долго.

Вскоре, Кальцион лёг на диван и прикрыл глаза рукой. Мужчине казалось, что у него горят глаза.

«Наверное, это из-за пылающего в камине огня.»

Треск огня…

Всё тело Кальциона пылало.

*****

Когда Селена открыла глаза, комната была пуста. Не ощущая тепла рядом с собой, она подумала, что Кальцион, должно быть, проснулся раньше.

Селена вспомнила, что произошло накануне, когда она спала с ним. Но той ночью она спала так крепко, что ей казалось, будто она парит в небесах.

«Слишком хорошо, чтобы нервничать…»

Селена считала, что она спала, пуская слюни, каталась по простыням и цеплялась за Кальциона лишь из-за мягкого матраса этой кровати.

Кровать казалась ей такой удобной, что девушка не просыпалась посреди ночи, а спала до позднего утра, уничтожая все следы своей усталости.

Селена перевела взгляд на настенные часы.

«Кальцион всегда просыпается на рассвете?

В отличие от меня, он не ленивец.

Хм, может мне ещё вздремнуть? Мне ведь всё равно нечего делать, кроме как готовиться к встрече с Фионэль и пронзительным взглядом Розалин. Лучше уж подремать, чем идти на встречу с этими надоедливыми женщинами.

Точно, так и сделаю!»

Самым счастливым в мире безделья был сон и, укрывшись мягким одеялом, она снова уснула.

Девушка погрузилась в такой крепкий сон, что не услышала шагов Кальциона.

*****

Вернувшись с более тяжёлой тренировки, чем обычно, Кальцион был ошеломлён, обнаружив Селену, растянувшуюся посередине кровати.

Мужчина почти не спал, потому что всю ночь был занят распутыванием клубка эмоций. Жар не покидал его, и, в конце концов, на рассвете Кальцион сбежал на тренировочную площадку, где выплеснул всю свою энергию. Благодаря этой неожиданной и изматывающей тренировке, подготовка рыцарей Герцогства несколько выросла.

Кальцион думал, что ему удалось остыть, однако всё оказалось напрасным. Жар мгновенно вернулся в его тело.

«…Эта женщина.»

До сих пор, для Кальциона, женщина – была просто ещё одним видом существ, что было противоположно мужчине. Он никогда не думал, что сможет так сильно заинтересоваться в женщине.

Вот только, Кальцион ощущал внезапную пустоту внутри, когда называл Селену «женщиной». Он ощущал это каждый раз, когда смотрел на неё.

Кальцион никогда не думал, что будет потрясён и смущён тем фактом, что Селена всего лишь женщина.

Сердце мужчины ускорило свой бег. Кальцион ощутил, что начинает задыхаться и, поспешно отвернувшись, открыл дверь. Слуги, ожидавшие за дверью, синхронно поклонились ему.

– Разбудите её. Я приму ванну в другой комнате.

– Мы сделаем так, как Вы и сказали, Ваше Превосходительство.

Слуги и служанки разделились на несколько маленьких групп. Группа служанок вошли в комнату, чтобы разбудить Селену, группа слуг встала перед дверями комнату, а оставшиеся слуги последовали за Кальционом, чтобы помочь ему.

Когда мужчина вышел из комнаты, его сердцебиение вернулось к прежнему ритму.

*****

В этот раз, Селене было легче открыть веки, потому что она засыпала во второй раз.

– Мм~м, – она села и потянулась. – …?

В комнате было тихо, словно на кладбище. Селена повернула голову и увидела, что служанки глупо таращатся на неё.

– Что с вами?

– Н-ничего! – неловко воскликнули они, прежде чем поспешно приступить к своим обязанностям.

Селена пожала плечами и широко зевнула. Поскольку её никто не замечал, она вела себя более непринуждённо.

– Ваша ванна готова, Мисс.

Две служанки приготовили для Селены фрукты, сок и печенье, а остальные подготовили ванну. Это было второе утро Селены здесь, поэтому, она уже несколько привыкла.

Засунув ноги в тапочки, девушка направилась в ванную. Там, Селена погрузилась в освежающую воду и ненадолго задремала, расслабившись, когда чьи-то руки начали мыть её тёмные волосы.

Когда Селена снова проснулась, водные процедуры уже закончились. Служанки вымыли ей волосы, руки и даже лицо. Всё, что осталось сделать девушке – это подняться и пересесть на массажную кровать, чтобы служанки нанесли лосьон и духи на её тело, а затем помогли ей одеться.

– Сегодня опять то же самое? – сказала Селена, имея в виду ценное платье, которое носила последние два дня.

«Фионэль и Розалин меняют платья почти каждый час. Каким бы дорогим ни было это платье, я не могу постоянно носить его, словно это моя униформа.»

– Эм… Его Превосходительство ещё не приказал нам найти другое платье…

– Хм… – Селена, одетая в тонкое платье, сидела, скрестив ноги, на массажной кровати и смотрела на платье.

Служанки переглянулись между собой. Выбор платья всегда был неприятностью для девушек. Однако, в случае с Селеной, для него даже не было места и ей оставалось лишь спокойно ждать этого момента.

После долгого разглядывания платья, Селена спрыгнула с массажной кровати в накинутом сверху халате:

– Я не надену его.

– Простите?! – в шоке спросили служанки.

– Я не хочу носить одно и то же платье. Верните его Герцогу и попросите его купить мне новые.

Служанки что-то пробормотали, когда Селена снова села на кровать. Между ними разгорелся спор о том, кто сообщит об этом Герцогу.

Селена же, измученным взглядом, осматривала себя в зеркале.

«Розалин засмеёт меня, если снова увидит в том же самом платье.»

После этого, прибежала служанка, которая сообщила обо всём Кальциону:

– Эм, Леди. Его Высочество отдал приказ.

– Что он сказал?

– Леди, он вызвал портного, чтобы тот приготовил для Вас платья.

– Когда?

– Его Высочество прислал весточку, поэтому он ждёт, что Вы будете готовы к полудню.

Селена собралась с мыслями.

«Не ожидала, что он начнёт действовать так быстро. Может быть, мне стоит немного отдохнуть?..»

В это же время, к Селене направился незваный гость.

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 20

Глава 20.

Нежданной гостьей оказалась горничная в униформе Тойлан.

– Мисс Розалин приглашает Леди Селену на послеобеденный чай.

Селене тут же вспомнился жёсткий характер Розалин и, собрав свою наглость, решила притвориться больной:

– Сообщи ей, что я не смогу присутствовать.

– Простите? Но…

«Я знала, что Розалин планирует увеличить нападения на меня. К счастью, сегодня у меня есть веская причина отказать ей.»

Селена молча указала на свою одежду. Даже ленивый маленький ребёнок должен был быть красиво одет в такое время.

– Мисс, я могу подождать Вас.

– Нет, не можешь. У меня нет платья, которое я могу надеть.

– Простите? – глаза горничной расширились, словно она впервые слышала подобные слова.

– Ага. Так что, пожалуйста, скажи ей, что я не смогу выпить с ней чаю.

– Н-но… Согласно правилам, нельзя отказываться от приглашений тех, кто принадлежит к семьям, имеющим более высокий титул, чем Ваш…

Это Селена слышала вчера от Кальциона, поэтому просто пожала плечами. Дисциплина и правила всегда были не особо важны для неё.

Встревоженный взгляд горничной скользнули по Селене, которая гордо игнорировала её:

– Эм, тогда, я сообщу Мисс… – с бледным лицом, горничная Тойлан ушла.

– Платье не такое уж и удобное. Может быть, мне стоит просто надеть свою одежду? – Селена «взволнованно» улыбнулась служанкам Ренберд, которые смотрели на неё.

– Простите?.. Ах, да! Но, это неподходящее для Мисс платье. Может быть, нам стоит поискать что-нибудь другое?

– Не нужно, это раздражает, – Селена добродушно улыбнулась и отклонила предложения служанок. Её сегодняшняя стратегия была в том, чтобы одеться плохо.

Когда Селена набивала пустой желудок различными закусками, вернулась горничная Розалин:

– Эм, это…

– М-Мисс настоятельно призывает Вас принять приглашение, она также упомянула, что не проявит к Вам неуважения, даже если Вы придёте в лохмотьях…

– Тц, – Селена открыто цокнула языком.

«Не проявит ко мне неуважения? Очевидно, что Розалин не терпится оскорбить меня. Её служанка даже не может чётко произносить свои реплики.»

– О, правда?

– Ах, нет, это… – но горничная лишь вздрагивала, не в силах смотреть в глаза Селены.

Селена поднялась и снова щёлкнула языком:

– Ладно, я пойду. Так тебе больше не придётся заикаться.

– Простите? Ах, да…

Селена прошла мимо горничной Розалин, которая тут же поспешила за ней.

Сейчас, на Селене было то же тонкое платье, что и вчера. Удивлённые служанки Ренберд, тут же закричали:

– Подождите, Мисс! Вы собираетесь идти в этой одежде?

– Ну, у меня больше ничего нет.

– Но, это же!..

– А что ещё мне делать? Розалин ведь хочет, чтобы я прямо сейчас отправилась к ней, – выплюнула Селена и выскочила за дверь.

Слуги, стоявшие у дверей, поспешно расступились перед ней. Они слегка покраснели при виде платья Селены, которое заставило покраснеть даже Кальциона.

«Как Розалин отреагирует на этот наряд?» – Селена храбро направлялась к полю битвы.

*****

– Пришла М-Мисс Селена…

Селена ухмыльнулась, когда Розалин вздрогнула от слов горничной. Она была явно смущена, возможно, потому, что не ожидала увидеть Селену в подобном наряде.

– Хорошо, я здесь. Но, только потому, что горничная сказала, что я не должна отказываться от приглашения высшей семьи.

– Как Вы можете так одеваться?.. Есть определённый предел степени неуважения к другим.

– У меня не осталось ни одного платья.

– Конечно, я говорила, что Ваша одежда меня не побеспокоит, но…

«Хм, смотрю, ты убрала своё слово про “лохмотья”,» – Селена закатила глаза, внутренне холодно улыбаясь.

– Ну, Герцог разорвал последнее вчера вечером.

– … –  Розалин не могла произнести ни слова.

Её растерянный взгляд невольно скользил по телу Селены, в то время как сама Селена тихо стояла, ожидая, когда Розалин вновь заговорит.

Каждый раз, когда ветерок касался Селены, тонкая ткань, ниспадающая по её телу, открывала её светлую, гладкую кожу и очерчивала фигуру. И каждый раз, когда это происходило, слуги сворачивали головы, чтобы посмотреть на Селену.

Телосложение Селены было восхитительным, с идеальными изгибами в нужных местах.

Каким бы распутными ни были особы в столице, они никогда не показывали другим подобных вопиющих видов.

Чем больше Розалин смотрела на Селену, тем сильнее краснело её лицо. Однако, она всё же смогла сказать нечто более решительное, чем смогли бы сказать другие:

– Честно говоря, Вы намереваетесь просто спровоцировать меня подобной ложью. Вы думаете, что я буду ревновать, если Вы будете вести себя вульгарно, не так ли?

– Я не думала, что не нужно появляться здесь в роскошном платье, поэтому, просто, придерживаюсь основ.

– Это были мои слова, о том, что я не обращу внимание на Ваше поведение. Я не знала, что Вы не сможете соблюсти даже эту простую вежливость. Это всё моя вина.

«Похоже, притворно извиняться и брать вину на себя – является высшим актом игры в этом мире, в то время как подобные люди в моём мире довольно большая редкость.

Вот только, мне не трудно приспособиться к этому уровню.»

– Если Вы хотите быть более внимательной, не думаете ли Вы, что сначала Вам следует подумать о ситуации другого человека?

– Это было недоразумение, и у меня не было возможности узнать всё о Мисс Селене, не так ли? Поэтому, давайте сначала вспомним, как одевалась Мисс Селена, – Розалин мило улыбнулась, словно бы говоря, что она невиновна.

«А это плохо.

Я действительно хотела, чтобы Розалин приревновала, но не думала, что она будет сопротивляться. Надеюсь, это вызовет у неё ужасную головную боль.

Как она может быть такой надоедливой?»

– Я знаю, что в будущем Вы, вероятно, будете часто со мной видеться, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

– Видеть Вас… часто? – глаза Розалин вспыхнули так, словно ей только что выстрелили в грудь. – Но, как это возможно? Завтра я уеду, поэтому мне будет трудно видеться с Вами часто.

– Ну, я еду в столицу, вместе с Герцогом. Поэтому подумала, что буду часто видеться с Вами, но, неужели Вы собираетесь отдаться от светского общества?

«Как же хорошо, что, пока, это наша последняя встреча.»

Глаза Розалин расширились от слов Селены:

– …В столицу? С Его Превосходительством?

– Да! Герцог разрешил мне!

– Невероятно. Его Превосходительство отказался от чувства собственного достоинства и позволил Вам сопровождать его?

– Ну, он ведь не мог отказать женщине, которая сидела у него на коленях, не так ли? – усмехнулась Селена.

– …! – В глазах Розалин вспыхнул огонь, а её грудь под цветным кружевом начала резко вздыматься и опускаться, когда она начала тяжело дышать. Не в силах больше говорить, она в ужасе смотрела на Селену.

Селена же спокойно ждала. Противостояние длилось уже довольно долго и слуги вокруг них были ошеломлены атмосферой этой «беседы».

Место, где Розалин устраивала своё маленькое чаепитие, находилось возле сада. В отличие от ночи, сейчас, здесь было довольно тепло. Ветерок, гуляющий над столиком, был не таким уж холодным.

Вот только для Селены, которая была одета лишь в тонкое платье, было довольно холодно. Она вздрагивала каждый раз, когда ветерок касался её рук или ног. К тому времени, как челюсть девушки начала дрожать от холода, к месту чаепития приблизился звук уверенных шагов.

Это был Кальцион.

«Очень вовремя,» – усмехнулась про себя Селена.

За Герцогом следовало значительное число стражников и слуг.

Как только Розалин заметила Кальциона, она тут же встала со своего места и одарила Селену улыбкой, которая ощутила себя обожжённой лёгким ледяным ветром.

«Что бы там ни говорили, ситуация довольно ужасная. Совершенно понятно, что я преследую Селену.

Сработало это или нет, но моё достоинство и очищение репутации гораздо важнее,» – Розалин быстро собралась с мыслями. Её намерением было скинуть всё на Селену, которая специально облачила такое тонкое платье, чтобы оскорбить её на чаепитии…

Вот только Селена оказалась быстрее.

– Угх! – спустя мгновение, по её щекам потекли слёзы.

– ! – Розалин стиснула зубы.

Едва слеза скатилась по щеке Селены, как слёзы полились, словно капли дождя. К тому времени как Кальцион дошёл до места чаепития, девушка уже была в слезах.

– …Герцог! – с дрожанием в голосе, Селена подбежала к нему и обняла. Она была в таком отчаянии, словно только что встретила своего возлюбленного, которого потеряла тысячу лет назад.

– Чёртова дрянь! – пробормотала проклятье Розалин. У неё даже не осталось слов, чтобы оправдать себя.

Не задавая вопросов, Кальцион обнял Селену и накрыл её своим плащом. Плача, девушка дрожала, словно птенец. В этот момент, чувство того, что Розалин отвратительна, овладело разумом мужчины:

– Здесь не Ваше доминирующее светское общество, Мисс Розалин.

– …Я знаю, – стиснув зубы, с трудом ответила Розалин.

Кальцион бросил на Розалин презирающий взгляд и не стал долго молчать:

– Как Вы смеете неприкрыто издеваться над женщиной, которую я привёз в свой замок?

– Ваше Превосходительство! Мисс Розалин пригласила её на чаепитие!

«Хоть я пришёл сюда сразу же после того, как услышал новость об этом, но я никогда не думал, что может возникнуть подобная ситуация.

В этот раз, Селена успела передать мне сообщение, и поэтому я смог вовремя вмешаться. Но, что было бы, если бы я не знал про это?» – сердце Кальциона кипело от мыслей о событиях, которые могли произойти вне поля его зрения.

«Как она посмела?!»

Вспышку гнева Герцога ощутили все. Казалось, мужчина готов был мгновенно вытащить свой меч и смертоносно взмахнуть им, если бы у него была возможность двигаться.

В одно мгновение, атмосфера изменилась. Герцог Севера, Мастер Ренберд, рыцарь с самыми выдающимися навыками. Обладая силой подавлять других одним лишь своим присутствием, мужчина разозлился ещё больше.

Все взгляды были устремлены на него. Словно люди могли ощутить его гнев. Селене срочно нужно было нейтрализовать ледяную ауру Кальциона.

«Угх, всё становится хуже, чем я рассчитывала. Что же мне делать?»

Решение она смогла найти довольно быстро. Война взглядов с женщиной становилась всё более серьёзной, пока Селена не притиснулась к груди Кальциона теснее, крепко обхватив руками его талию.

– !

Благодаря тонкому платью, Селена ощутила, как затвердело тело мужчины.

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 21

Глава 21.

«Замечательно!» – мысленно похвалила себя Селена и сильнее обняла Кальциона.

Даже несмотря на то, что талия Кальциона казалась тоньше, чем его мужественная грудь или плечи, когда девушка обняла его за неё, та оказалась довольно большой.

За свою актёрскую карьеру Селена встречала множество актёров-мужчин с привлекательным телосложением, но это был первый раз, когда она касалась такого большого и крепкого тела.

«Вау,» – девушка выдохнула и ещё теснее прижалась к Герцогу.

– Мне холодно… Герцог, мне так холодно…

Каждый раз, когда Селена двигалась, тело Кальциона становилось жёстче. Став почти как каменная колонна.

– …Что? Я не могу остаться здесь. Я больше не хочу находиться здесь.

Наконец, Кальцион пошевелился, услышав последние мольбы Селены. Он закрепил плащ вокруг её шеи и поднял девушку на руки.

Герцог направился назад тем же путём, каким пришёл, а Селена не забыла бросить на Розалин последний взгляд и подразнить её, ту, что неподвижно стояла на своём места.

«Бе-бе-бе.»

Даже такое ребячество иногда очень злило противника.

*****

– Отлично сработано! Отлично! – Селена была щедра на похвалы.

Она была сильно обеспокоена тем, как выразить свой замысел, когда внезапно обняла Кальциона и начала агрессивно жаловаться на Розалин.

Позволив ей сесть на диван, Кальцион посмотрел на улыбающееся лицо Селены:

– Ты очень довольна, что я действовал в соответствии с твоими желаниями, не так ли?

Лицо Селены было гораздо ярче, чем обычно.

– Да, что-то в этом роде. Но, честно говоря, Розалин пыталась начать новую ссору. Приятно, когда оборачиваешь против другого его же замысел, правда же?

– …Ах, вот оно как? – лицо Кальциона выглядело несколько мрачным, потому что было лишено того слабого света, которое оно обычно излучало.

– Что? Вы ожидали другого ответа?

– Нет.

– Хм?.. – Селена посмотрела на Кальциона, который неловко кашлянул, прочистил голову и отвёл взгляд:

– Прежде всего, нам нужно позаботиться о твоей одежде.

– Да, я слышала, что Вы вызвали портного.

Кальцион позвал слугу:

– Где портной?

– Он войдёт, как только Вы будете готовы, Ваше Превосходительство.

– Мы уже готовы. Немедленно приведите его сюда.

– ……Как Вам будет угодно, Ваше Превосходительство.

Голос Герцога звучал угрожающе. Объяснение того, что произойдёт, если слуги не поторопятся, не прозвучало, но именно это оказалось эффективнее, чем любая другая угроза.

Как и было приказано, вскоре, портной неуклюже ввалился внутрь комнаты:

– Ха… это… ха... Портной Девин… хуф… Ваше Превосходительство… хуф… Приветствует… хуф… Ваше Превосходительство, – портной, только что вбежавший в комнату на своих тощих ногах, не успел отдышаться.

Позади него громоздились декоративные ткани и инструменты.

– Начинай прямо сейчас, – Кальцион даже не потрудился поздороваться с портным официально.

Обычно, люди говорили такие слова, как: «Я слышал о Ваших великих талантах…», но Герцог даже не подумал сделать портному комплимент.

Портной, по команде Кальциона, быстро поднялся, испугавшись его нетерпеливого характера.

Он вытер пот с лица, своим носовым платком, а затем побрызгался духами и осторожно зашагал к дивану, на котором сидела Селена. После этого он достал свои инструменты:

– Что ж, давайте начнём прямо сейчас, – портной подошёл к Кальциону и встал перед ним.

– …? Что?

– М-мне нужно, чтобы Вы сняли мундир, так я смогу снять необходимые мерки, Ваше Превосходительство.

Ледяной взгляд Кальциона опустился на портного и словно пронзил его душу:

– Разве я не говорил, что заказываю платья?

– Именно так Вы и говорили, Ваше Превосходительство, – кивнув, ответил слуга. – …Ах, он подумал, что заказывают платье для Его Превосходительства?

– Кто просил тебя звать сумасшедшего портного? – голос Кальциона звучал очень похоже на тот, которым он говорил в тот момент, когда собирался вытащить свой меч.

– Мы смотрели лишь на мастерство портного, которым часто пользовались Ваши предки, а не на состояние его ума. Приношу свои извинения, Ваше Превосходительство!

– Н-нет! Ваше Превосходительство, я не сумасшедший! Я даже не думал об этом!

Слуга и портной одновременно упали к ногам Герцога и заскулили.

– Я думал, это случайный заказ на мужскую одежду! – последовали отчаянные оправдания портного. – Пожалуйста, поверьте в мою способность делать красивую одежду всем! Пожалуйста, не пренебрегайте моими работами!

Только, Кальцион не очень то уважал таких людей. Он махнул рукой, словно отгонял муху и в комнату мгновенно ворвались слуги, пытаясь схватить портного.

– Герцог, сумасшедшие часто очень творческие. Разве, мы не можем хотя бы взглянуть на его проекты? – вмешалась Селена.

Слуги пытались утащить сопротивляющегося портного, чтобы выполнить приказ Герцога.

– Мне сейчас нечего надеть. Сколько дней мне ещё ждать, чтобы новый портной проделал весь этот путь? – девушка мельком посмотрела на плащ, в который была завёрнута.

– …Хорошо. Приготовь для неё платье из самого лучшего материала, – прорычал Кальцион.

«В конце концов, она именно этого хотела.»

Слуги поспешно отпустили руки портного, чтобы тот смог спокойно подготовить свои инструменты. Селена гадала, что же он принёс с собой, но, в мгновение ока, занавеска и зеркало были установлены в одной части ока. Всего за несколько мгновений, часть комнаты превратилась в гардеробную.

– Обычно мы готовим комнату, чтобы отразить Ваш вкус, но, поскольку это Ваш первый раз, поэтому, пожалуйста, поймите, что это временно.

«Похоже, даже гардеробная служит основанием для того, чтобы судить о способностях портного. Это новое представление о роскоши, с которым я никогда не сталкивалась в своём мире.»

– Вот, Леди Селена, – портной был почтителен, хоть ему и не представляли Селену. Его уровень сообразительности был довольно велик.

Селена поднялась на тёмную платформу:

– Вы всегда снимаете мерки, когда шьёте одежду?

– Да, это так. Человеческое тело всегда немножко, но отличается, поэтому, для меня это необходимое действие, чтобы создать одежду, которая подойдёт лучше всего, – портной умело снимал мерки.

– Нет никакого платья, которое Вы могли бы сшить заранее и продать, правильно? Я думаю, будет удобнее, если Вы просто сделаете платье стандартных пропорций.

Портной рассеяно посмотрел на Селену:

– Мм… Леди, невозможно установить стандарт формы тела.

– Угу.

«Опять неизвестный для меня факт. В этом мире у каждого свой размер.»

– Однако, я уверен, что у Леди Селены самая красивая фигура среди всех клиенток, которых я одевал, – широко улыбнувшись, портной не забыл вставить небольшой комплемент.

«По крайней мере, это лучше, чем если бы он сказал обратное,» – Селена хихикнула без всякого притворства.

Портной бездумно уставился на лицо девушки, забыв, что ему нужно передвинуть рулетку.

– Ты закончил? – вот только ледяной голос Кальциона, стоявшего на страже, хлестнул портного по спине.

– Н-нет, Ваше Превосходительство! Просто немного…

– Твои руки сейчас ничем не заняты, не так ли?

– Нет! – восторг, отразившийся на лице портного, мгновенно испарился, унесённые ледяным ветром Северного Герцога.

Кальцион сидел на диване и наблюдал за действиями портного с самого его прихода.

– Разве Вам не нужно идти к себе в кабинет?

– Да.

«Тогда, пожалуйста, иди.»

– Я сама могу выбрать платье. Будет гораздо лучше, если Вы не будете сидеть здесь…

– А что такого?

«Просто уходи, я сама справлюсь.»

Мужчина вёл себя словно горная пиявка, которая прилипла к Селене и теперь не хочет уходить. Если бы Кальциона не было рядом, девушка точно бы рассмеялась.

После того, как все измерения были сделаны, они перешли к выбору дизайна платья и его ткани. Одна рука Кальциона лежала на спинке позади Селены, в то время как другая держала документы.

– Эта причудливая оборка на плече может сделать Вас ещё красивее.

– Она немного беспорядочна, но… сейчас это модно в столице?

– Столице?.. О, это всё меняет. Похоже, Вы собрались ехать в столицу.

– Ну, возможно и это… Но всё зависит от решения Герцога, не так ли?

Естественно, так оно и было, но Селена всё равно положила голову на плечо Кальциона.

Шу-ух…

Документы выпали из рук мужчины. Слуга, стоящий рядом с ним, быстро поднял их и протянул Герцогу. Кальцион отстранённо взял бумаги. Его взгляд был прикован лишь к ним.

«Эй, знаешь, такими темпами, твой взгляд прожжёт в бумагах дыру.»

– Гораздо удобнее участвовать в грандиозном банкете без партнёрши.

– Даже если Вы так говорите… – проворчала Селена, утыкаясь носом в твёрдое плечо мужчины.

Кальцион напрягся, словно его ударили ножом и девушке пришлось подавлять смех.

– Это новейшие дизайны столицы. Пожалуйста, посмотрите, – портной быстро принёс ещё один каталог и положил его рядом с предыдущим.

– Сделайте всё возможное, чтобы не опозорить Герцога Ренберд.

– Этого не случится! Я позабочусь о том, чтобы сшить самое великолепное платье, которое поможет красоте Леди Селены затмить всю столицу!

– Герцог сказал, что я выгляжу самой красивой, когда на мне нет одежды, – шутливо сказала Селена.

– Простите?.. Ах, да, конечно! Оу, простите, это сорвалось с языка. Я сошью лучшее платье для Леди Селены! – портной, без сомнений, владел искусством угодить каждому.

Это заставило Селену рассмеяться и ощутить себя легко:

– Почему такой талантливый и интересный человек находится на крайнем Севере, а не в столице?

– Где бы я ни работал, количество платьев, которое я могу сшить, всегда одно и то же, поэтому, разве не здорово оказаться в месте, где я могу легко заработать много денег? – с улыбкой ответил портной.

Но Селена не упустила скрытого за этой улыбкой секрета.

– Вы хотите, чтобы этот узор был сделан из пяти видов ткани?

– Зачем? Ткань другая, но дизайн оставите тот же.

– А… просто, так, когда-то, делала Герцогиня.

– Она могла носить его ежедневно?

– Нет, в зависимости от того, как она себя чувствовала. Она выбирала свои любимые и отбрасывала всё остальное.

– …

– Хорошо… Тогда, может быть, мы просто сделаем по одному виду для каждого дизайна?

Часть Селены желала потратить деньги Кальциона вслепую, но она не могла ответить на подобный вопрос, оказавшись в этой ситуации.

Селена никогда не экономила на одежде и украшениях, но и не тратила очень много. Пустая трата ресурсов и рабочей силы не была для неё роскошью.

Девушка собралась сказать, чтобы он сделал два слоя ткани, но тут вмешался Кальцион:

– Что ты сказал? Теперь ты игнорируешь Герцога?

– Боже, Ваше Превосходительство, это не так!

– Пусть будет семь.

____________________________________

Перевод с анг.: Delightful_Witch

Редактура: Black_Pearl

Глава 22

Глава 22.

– Д-да. Как насчёт десяти типов, включающих красный, жёлтый, зелёный, синий, белый, золотой и чёрный?

– Отлично.

«Что? Это плохо!» – шокированная Селена поторопилась вмешаться:

– Подождите минутку. Разве мы должны выбрать необычный дизайн?

– Конечно. Вы были бы разочарованы, если бы кто-то другой носил платье такого же дизайна, как у Вас.

«Но, это значит, что мы не сможем продать их снова!

Это, конечно, не приведёт Кальциона к каким-то финансовым проблемам. Но, всё же, эти платья будут шить не на машинках, а полностью вручную…» – Селена покачала головой, не отрывая взгляда от каталога с набросками:

– Нет, мне это не нравится.

– Что…

– Думаю, есть определённый цвет, который подойдёт к этому дизайну. Это платье должно расцвести по-своему.

Глаза портного заблестели, словно говоря: «Вы оценили мой дизайн!».

– Давайте сделаем по одной на каждое платье.

Брови Кальциона недовольно дёрнулись:

– Основы внутри аристократии включают в себя определённые показатели роскоши.

– Мы покажем, что роскошью можно наслаждаться по-другому.

Слова Селены привлекли ожидаемое внимание Герцога и портного. Девушка не знала, почему Кальцион собирается ограбить собственные карманы.

У Селены не было огромного плана. Сначала она собиралась попросить украшения или аксессуары, но поняла, что это совсем не то, что они ждут от неё.

«В таком случае мне придётся заказать чего-нибудь побольше,» – девушка была заинтересована творчеством портного. «Точно!

Ценность обычно вытекает из ограниченности.»

– Создайте уникальную ткань.

– О какой ткани Вы говорите?

– Разбейте драгоценности на мелкие кусочки, поместите их между нитями и создайте так ткань. Нить должна быть серебряной или золотой, чтобы на самом платье получился узор. Никакой другой вышивки не нужно… Справитесь?

Даже сама Селена не представляла, как это будет выглядеть. Она просто знала, что это будет выглядеть очень дорого.

Портной, терпеливо выслушавший девушку, долго молчал и…

– …Разве это не будет восхитительно?

– Ха, как и ожидалось… Что?

– Восхитительно! Как Вам это пришло в голову, Леди Селена? Вы гений! У Вас, должно быть, талант создавать прекрасное!

– Простите, что?

Портной взволнованно затараторил:

– Однако, нам придётся приложить много усилий, чтобы создать её, но в результате затраты на рабочую силу…

– Семья Ренберд возьмёт на себя все расходы.

Селена посмотрела на Кальциона, который вмешался в их разговор.

«Это будет нормально?»

– До грандиозного приёма осталось около 20 дней, включая время пути. Я приготовлю сотню.

«Сто комплектов за 20 дней?! Разве это не значит, что ему придётся работать сверхурочно?»

– Этого будет достаточно, – портной уверенно улыбнулся.

«Он сумасшедший,» – Селена покачала головой. «Кажется, этот мир сошёл с ума с той самой минуты, как я ступила в него.»

*****

– Пока шьют платья, тебе следует подготовиться, – сказал Кальцион, едва портной, получив заказ, вышел из комнаты.

Слуги тут же прибрались в комнате и поспешили прочь, оставляя этих двоих наедине.

– Подготовиться к чему?

– Леди Селена, – мужчина перевёл взгляд на Селену, впервые обратившись к ней этим титулом.

Большую часть времени он просто обращался к ней на «ты».

«Ты, что, успел удариться головой? Почему ты вдруг сказал «леди», прежде чем назвать моё имя?» – Селена подозрительно вглядывалась в глаза мужчины, пытаясь понять, не управляет ли им какая-то магия, но всё, что смотрело на неё в ответ, было холодным взглядом его голубых глаз.

– Вы назвали так меня, правильно?

– Если ты хочешь, чтобы я обращался к тебе подобным образом, тебе нужно иметь базовую утончённость.

– Разве я не должна быть с характером бескультурной женщины?

«Ведь именно об этом мы с ним и договаривались.»

– Нет. По крайней мере, не настолько некультурной, чтобы опорочить репутацию Герцога.

– Это так неожиданно…

– 20 дней. Подготовь свои социальные навыки, этикет и базовую культуру как можно лучше за это время.

– Почему Вы вдруг изменили своё мнение? Разве это единственное, что может испортить репутацию Герцога?

Кальцион щёлкнул языком:

– Естественно, репутация Ренберда не настолько легка, чтобы ты могла её разрушить, но…

– Но?

– Это раздражает мои глаза.

«Какая простая причина,» – усмехнулась Селена:

– Вы хотите сказать, что это лишь из-за Вашего настроения?

– Я не возражаю, что ты ведёшь себя грубо со мной. Но я не хочу, чтобы люди игнорировали тебя из-за твоей необразованности.

– Ох… – на мгновение Селена была ошеломлена.

«Может быть, это и звучит мило... но мужчина, который сказал это, действует совсем по-другому…

И это всё?»

– Но, разве не будет ещё скандальнее, если простолюдинка будет разбираться в этом?

Кальцион упрямо покачал головой:

– Принц, вероятно, подготовит нескольких женщин, которых отправит ко мне. Сможешь ли ты присоединиться к каким-либо секретным разговорам без определённых приготовлений?

– Мгм…

«В этом есть смысл. Это необходимо, если мы хотим создать волнение среди общества. Нам нужно спрятаться от врагов, чтобы застать их врасплох.»

– Герцог уже научился вести тайные светские беседы?

– Зачем мне это?

До сих пор Кальциону не приходилось учиться чему-то подобному. Человеку, который мало заботился о соблюдении мелких правил светского общества, это было не нужно, ведь он мог даже грубо нарушать их.

Но Селена была разочарована. Она ощущала себя так, словно ей нет смысла изучать это в одиночку.

– А что, если Вы не поймёте меня, когда я пошлю Вам сигнал в зале приёма?

– Тогда…

– Давайте изучать это вместе, – усмехнулась Селена.

Наверное, Кальцион уже начал поддаваться чарам девушки, ведь на его лице появилась слабая улыбка:

– Нет ничего, что я не смог бы. Я ни в чём и никогда не сталкивался с трудностями.

– Хм, но излишняя самоуверенность часто приводит к гибели человека, не правда ли, Герцог?

Мужчина лишь усмехнулся, ничего не отвечая на это.

– Если подумать, «Герцог»…

– Да, что?

– Это очень странное обращение. Нужно исправить его.

«Но разве не многие люди называют тебя так?»

– Но что странного в том, что я называю Вас «Герцогом»?

– Это просто отсылка на титул при разговоре с Королём.

– А… поняла, – Селена кивнула, узнав новый факт.

«Я не могу называть его так, если хочу создать образ величественной личности.»

– Если всё так, тогда и правда нужно изменить обращение… Но как же мне Вас называть?

– Решать тебе… – небрежно бросил Герцог.

Селена и Кальцион не были родственниками друг другу, и она также не являлась его подчинённой.

«У нас всего лишь договорные отношения, так?»

– Точно не «Ваше Превосходительство». Так Вас называют почти все.

– Верно.

«Кальцион заставил меня согласиться на роль его любовницы. Даже если он не объявляет об этом, я должна показать своё особое место в холодном сердце Герцога.»

– А что насчёт прозвища?

– Например?

– Хм… например, символ моей семьи. Чёрный леопард. Поскольку на моём фамильном гербе изображён чёрный леопард, ты можешь называть меня так, – Кальцион указал на одну из стен.

– … – Селена посмотрела, куда указывал палец мужчины, и обнаружила голову зверя на ледяном Северном гербе. Голову леопарда пронзал меч. – …Не подходит.

«Хотя, это близко к его личности…»

– Что-нибудь ещё? Как насчёт добавить немного мёда? Или сахара? Солнышко моё?

Но все эти прозвища не подходили к Кальциону. Одно это заставляло воображение девушки ощущать, что она совершает грех против всего мира.

Было очевидно, что Кальцион чувствовал то же самое, поскольку выражение его лица становилось лишь мрачнее, когда Селена произносила новое сладкое прозвище.

– Ну что ещё?

– Ты осмеливаешься дать подобное прозвище Герцогу Ренберд?

– …Да, я сделаю это. И большое Вам спасибо за Ваш совет, который на самом деле оказался совсем не полезным.

– Ты шутишь.

– Если я решила играть, то подумала бы ещё сто раз, – Селена положила голову на подлокотник дивана. – Кто был самым ласковым и близким человеком в Вашей жизни?

В итоге девушка решила «пытать» Кальциона. Селена хотела получить хоть какую-нибудь идею, узнав про его прошлое.

– Ласковым? Ну… – вот только Кальцион оставался Кальционом.

Селена вздохнула и уточнила:

– Кто был к Вам ближе всего?

– Хм… – лишь после этого мужчина начал думать. – Хм…

– …

– Хм…

– …

«Почему он думает так долго? Разве обычно это не мама, папа или бабушка?»

– Напоминает мне слугу, который заступался за меня, пока мне не исполнилось десять.

«Он и правда необыкновенный человек…»

– Как он Вас называл?

– Ваше Высочество.

– …Ах, это тот рыцарь с седыми волосами?

– Дион? Нет. Это был слуга, которому было всего 11 лет, его съели ещё во время первой охоты.

– …

«По крайней мере, притворись грустным. Вот тут и нужно изображать грусть, глупыш.»

– Хорошо, как Вас называли родители?

– Кальцион.

– И всё?

– А как ещё?

– Ну, «мой малыш», «мой любимый сын» и многое другое, – сказала Селена, не обращая внимание на сильно исказившееся лицо Кальциона.

– …

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 23

Глава 23.

– Всё когда-нибудь случается в первый раз.

– …Так как же ты собираешься называть меня?

– Кэл?

– … – страдальческое выражение отразилось на лице Кальциона.

– Это 3 буквы из твоего имени.

– …

Но Селена не собиралась сдаваться сразу:

– А что насчёт Цион?

– Это имя Принца соседнего Королевства.

«Тогда это не подходит. Не Кэл, не Цион, тогда…»

– Он?

– Что это.

– …Не важно. Хм, что же придумать?

«Похоже, это тоже отклонено. Эх, к сожалению, придумать прозвище такому холодному мужчине, как он, крайне нелегко,» – Селена скорее бормотала себе под нос, чем разговаривала с Герцогом:

– Если это прозвище, то в нём должно быть что-то обожающее…

Кальцион улыбнулся, спокойно слушая, как девушка бормочет несколько возможных прозвищ для него. На лице мужчины мелькнула искорка жизни, однако Селена не останавливалась:

– Кальцион. Мистер Кэл, Цион, Ци…

– Почему бы тебе не уйти?

Селена резко подняла голову, словно забыла о присутствии мужчины. Когда Кальцион встретился с её удивлёнными серыми глазами, он ощутил, как его душа высасывается из самого его существования.

– У Вас какая-нибудь идея?

– … – губы Кальциона приоткрылись, но он не мог произнести ни слова, потому что он хотел коснуться её.

Улыбка Селены стала ещё шире, когда она увидела, как безмолвно шевелятся губы мужчины:

– Да? Что? Вы что-то придумали? Ну же, скажите что-нибудь.

– …

Селене было очень забавно играть с реакцией Кальциона:

– Дорогой Цион… Вам понравится, если я буду называть Вас так?

– …

– Разве Вы не остановите меня?

Кальцион быстро отвернулся, не в силах смотреть в лицо Селене, которая ярко улыбалась рядом с ним.

Одна рука ледяного Северного Герцога покоилась на спинке дивана позади девушки, в то время как длинные пальцы другой руки, закрыли его лицо. Мочки ушей мужчины слегка покраснели. Даже если Кальцион делал всё возможное, чтобы скрыть их, Селена не упустила этого.

«Если не сейчас, то, когда ещё я смогу подшутить над Северным Герцогом? Нельзя упускать эту возможность.~» – Селена становилась всё более и более возбуждённой, сокращая разрыв между ними.

– Так? Вам нравится? Почему Вы мне не отвечаете? Или это слишком мрачно? Я должна продолжать тыкать Вас?

– …Делай, что хочешь, – Кальцион встал, не в силах выносить колкости девушки. – Я найду кого-нибудь, кто поможет заняться гуманитарными науками уже во второй половине дня.

После этого мужчина поспешил к себе в кабинет.

Селена, пристально наблюдавшая за ним, гордилась собой:

– Хорошо, я буду усердно работать, дорогой Цион!~

Естественно, девушка не ждала ответа. Однако Кальцион, уходя, не стал опровергать этого.

«Он просто милашка.

Как и все капризные мужчины во всём мире.»

****

– С этого дня я буду рассказывать Вам об основных знаниях, манерах и правилах в светском обществе.

Удивительно, но наставницей Селены оказалась Миссис Джанет.

«Почему из всех людей это должна быть именно она?»

С самого начала Миссис Джанет была не очень дружелюбна с Селеной. Даже сейчас она вела себя крайне настороженно по отношению к девушке.

Хоть Миссис Джанет не высказывала своего неодобрения к ней напрямую, она не переставала намеренно пренебрегать Селеной. А также иногда бросала на девушку презрительный взгляд.

– Ваш Герцог тоже собирается выучить светский язык.

– Это будет после базового образования Мисс Селены.

Ты ведь не знаешь основ, не так ли? – вот что говорил суровый взгляд Миссис Джанет. Если бы Селена не застряла в этом месте, то не стала бы переживать подобное.

– Я не ожидала, что Миссис Джанет может стать моей учительницей, – сказала Селена всезнающим тоном.

– Его Превосходительство отдал приказ.

Вопрос Селены должен был означать: Заслуживаешь ли ты быть моим учителем?, и задеть гордость Миссис Джанет, однако это не смогло ни на волос навредить ей.

Миссис Джанет даже не отреагировала на это. Наблюдая за её прямой осанкой и твёрдым взглядом, Селена выпрямила спину.

«Она действительно светская львица?»

– Я думала, что у Вас здесь совсем другая работа. Очень трудно поверить, что Вы проводили в светском обществе какое-то время.

– Я родилась второй дочерью в семье Барона Эрин и некоторое время жила в столичном обществе. С тех пор я посещала различные приёмы с Её Высочеством, покойной Герцогиней, поэтому, полагаю, моих знаний о светском этикете будет достаточно.

«Хоть она дочь Барона, именно я войду в столицу.»

После своего представления, взгляд Миссис Джанет резко стал надменным:

– Поэтому, пожалуйста, постарайтесь не дискредитировать Герцога Ренберда.

Это было скорее дружеским предупреждением. Другими словами, даже если Селена будет учиться всю неделю, это не станет чем-то таким, к чему ей придётся привыкать всю жизнь. Вместо этого она должна будет указывать на тему разговора соответствующим образом и убираться с дороги.

– А что, если я приложу недостаточно усилий и дискредитирую Герцога Ренберда?

Когда Миссис Джанет продолжала глупо таращиться на неё, Селена не отводила взгляда. Ей действительно было любопытно.

– Я сделаю всё возможное, чтобы научить Вас и не позволить случиться этому.

– А что, если это не сработает?

Миссис Джанет глубоко вздохнула, словно пыталась успокоиться:

– Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы подготовить Вас, – она не стала вдаваться в подробности.

«Это может означать более строгое обучение или изменение способа преподавания.

Или…

Это может означать, что она может решиться избавиться от меня, как от маленькой крысы, загрязняющей их замок.

Ух ты, очень мило и волнующе!»

Селена кивнула, горько улыбнувшись:

– Хорошо. Тогда я буду под Вашим присмотром.

Девушка даже не сомневалась, как Миссис Джанет сможет справиться с ней. Но как Селена и обещала Кальциону, она будет стараться изо всех сил.

*****

– Я слышала, что у Мисс сегодня было занятие с Миссис Джанет?

Селена перевела взгляд с пара, поднимающегося из ванны, на приблизившуюся служанку.

В замке Ренберд работало около 300 слуг и служанок, но эта служанка была единственной, с кем девушка была знакома.

Сначала служанки думали, что будут по очереди прислуживать Селене, но та отклонила этот вариант. Эта служанка была так пылкой, когда заставляла Селену носить тысячу предметов одежды, что стало для девушки сладким воспоминанием.

– О, неужели слухи распространяются так далеко?

– Все интересуются Мисс Селеной, – мягко улыбнувшись, служанка подошла, чтобы надушить волосы Селены.

Служанка работала так усердно, что, казалось, она делает всё возможное, чтобы украсить её, что Селена нахмурилась.

«Почему?

Почему служанка так заботлива и аккуратна со мной?

Я не Герцогиня, которая скоро получит власть, и у меня нет денег, которые я могла бы предложить. Подозрительно проявлять чрезмерную заботу о женщине, которой нечего дать взамен. К тому же, даже Миссис Джанет вела себя сегодня странно,» – Селена посмотрела на служанку.

У этой служанки были туго стянутые каштановые волосы и опрятное личико.

«В любом случае, это возможно.

Возможно, что через меня она ищет путь наверх, выбирая тактику приближения к Кальциону. А возможно, что она по чьему-то приказу следит за мной.

Если хочешь копать дальше, будь осторожна, милочка,» – Селена ухмыльнулась, словно кошка.

– О, неужели? И что говорят люди?

– О чём Вы? Вы такая хорошенькая, Мисс. Вот почему Его Превосходительство влюбился в Вас. Так все говорят.

– Вау! Ха-ха-ха-ха.

– Хи-хи-хи-хи.

Селена мелодично рассмеялась при слове «хорошенькая», и служанка присоединилась к ней.

– О, но Миссис Джанет, кажется, не доверяет мне.

– Боже, почему Вы так решили, Мисс?

– Она сказала: Я не позволю Вам сделать что-то такое, что опозорит Герцога Ренберда…

– Ах! Как она могла сказать такое Мисс Селене?! – ахнула служанка. – Она всегда так говорит. Если Вы что-то и делаете, то только для Чести Герцога Ренберда. Не дискредитируйте Герцога, его всегда следует почитать.

– Для Миссис Джанет честь Герцога действительно важна.

– Это так. Не понимаю, как она могла оставаться рядом с покойной Герцогиней.

Селена навострила уши:

– Почему? Что с Герцогиней?

– Она была из благородной семьи, но… в глазах Миссис Джанет Герцогиня, кажется, имела множество недостатков. Она всюду следовала за Герцогиней и всегда ворчала за её спиной. Иногда она даже била её.

– Ик! Это вообще законно?

– Покойная Герцогиня была удивительной личностью. Но Миссис Джанет не выносила, если она не шла своей дорогой.

«Она вела себя подло даже по отношению к такой великой фигуре, как Великая Герцогиня… Что будет, если я сама когда-нибудь попаду под её удар?

А если меня поймают… Нет, я ещё ничего не знаю.

Служанка рассказала об этой истории, но я не могу понять, намеренно ли она рассказала мне об этом или же ей просто нравится болтать…»

– Похоже никто здесь не свободен от придирок Миссис Джанет.

– Думаете, что есть ещё кто-то кроме Его Превосходительства?

– Ого, так значит это Миссис Джанет виновата в том, что Герцог до сих пор не женат.

В ответ служанка лишь усмехнулась.

Не было ни одного человека, который не был бы в списке наблюдения Селены. Хоть почти все были добры к ней, никто, казалось, не мог ничего сказать о смерти Ирэль – будущей невесты Кальциона. Внезапно атмосфера остыла, словно кто-то обрушил в ванную ледяную воду.

– Хм, я бы хотела сегодня надушиться чуть более цветочными духами, – сказала Селена, которую немного беспокоила эта жуткая тишина.

Служанка, которая должна была подготовить духи, посмотрела на флакон, прежде чем спросить:

– Но это всё, что я подготовила. Принести ещё один?

– Да, пожалуйста.

Служанка ушла.

– Сегодня я очень устала, поэтому принеси мне удобную пижаму. Не такую, как эту, другую.

– Ах, сейчас поищу, – другая служанка тоже вышла за дверь, оставляя Селену и служанку, которая была необычайно приветлива с ней, наедине.

– Значит, мы остались лишь вдвоём, да? – спросила Селена, улыбаясь своему отражению в зеркале. – Да, кстати, как тебя зовут? Лучше знать имя кого-то примерно моего возраста, чтобы я могла позвать тебя в следующий раз, если мне что-то понадобится.

– Ах, да. Меня зовут Джуна.

– Что ж, Джуна, давай в будущем подружимся.

– Да, говорите мне, если Вам что-нибудь понадобится или Вы ощутите себя неуютно. Вы также можете позвать меня, когда Вам нужно будет поговорить с кем-то.

Селена улыбнулась и кивнула Джуне.

«Пора выяснить, насколько мы сможем сблизиться,» – Селена притворилась, что оглядывается, а затем, понизив голос, осторожно заговорила:

– Кстати, а ты…

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 24

Глава 24.

Джуна окинула комнату взглядом, а затем приблизила своё лицо к лицу Селены.

– Две другие Леди сказали, что я умру точно так же, как другие, если продолжу валять дурака… Кто-то и правда умер?

– …Ах, – Джуна снова обвела комнату взглядом.

– Мы все когда-нибудь умрём, но когда я продолжаю слушать их, то мне не кажется, что это просто сплетни… а ещё, кажется, все начинают избегать меня, когда я пытаюсь расспросить их.

Естественно, Селена знала об обстоятельствах случившегося лучше, чем кто-либо другой. Однако ей было лучше, если она вела себя так, словно ничего не замечает.

«Простолюдинка, блуждающая по лесу, не может знать о скандале, разыгравшемся глубоко в аристократическом обществе, к тому же, если это дело, о котором все не желают говорить.

Джуна должна быть совершенно уверена, что я ничего не знаю. К тому же, ей нужно будет много думать о том, какие подобрать слова, если она будет пытаться объяснить что-то человеку, который даже не знает, что происходит…»

– Вы не должны больше говорить об этом ни с кем, особенно с Миссис Джанет. И Его Превосходительством тоже.

– Да, да, обещаю тебе. А теперь, расскажи же мне, в чём тут дело?

– Это было около месяца… около месяца назад? Мисс, едва не ставшая невестой Его Превосходительства, покончила с собой в столичном особняке.

– Ах… – Селена сделала вид, что шокирована. – У Герцога была невеста?!

– Нет, это не так. Она была на пути к тому, чтобы стать его невестой, но это было не из-за любви или чего-то такого, это был простой политический брак.

– Ты сама видела её?

– Конечно. Я была той, кто прислуживал ей в столице.

– Ух ты. Я поняла. А какой она была? Хорошенькой?

Джуна с кислым выражением лица покачала головой:

– Было бы слишком… назвать её хорошенькой. Она была простой и обычной. А ещё немного мрачной? Ни слова, ни выражения, всегда лишь молчала.

– Ох… Значит Герцогу нравятся мрачные женщины? Не слишком ли я яркая?

– Нет! Черты лица Мисс Селены превосходят всякие фантазии, да и кого волнует его вкус, когда Вы такая хорошенькая? – Джуна была сообразительная, но она не отрицала, что Кальциону нравятся прямолинейные и спокойные женщины.

«Какое облегчение.

Они встречались лишь по договорённости и не подходили друг другу…» – Селена смахнула это чувство из своей груди.

Но, к её удивлению, описанный образ Ирэль отличался от того, что говорил Кальцион.

«Позитивная и спокойная женщина.

Мрачная и тёмная женщина.

Обе фразы описывают одну и ту же особу. Похожие, но разные по эмоциональной окраске, если быть точнее.»

– Не думаю, что Джуна очень любила её.

– Не знаю…

– И почему же?

Взгляд Джуны снова метнулся к двери. Убедившись, что никто не собирается сейчас входить, она прошептала:

– Вообще-то это секрет, но… У неё хватило наглости изменить ему в столице.

«Это словно заговор.»

*****

– Ваша Светлость, – Миссис Джанет наконец пришла к Кальциону.

«Учитывая ситуацию, она должна была явиться сразу после первого урока, чтобы решить, нужны ли нам ещё учителя или нет,» – отложив документы, Кальцион посмотрел в окно.

Небо потемнело прежде, чем мужчина успел это осознать. Обычно Кальцион ел в своей комнате, поэтому не имел ни малейшего представления о том, когда село солнце.

«И, кажется, перед отъездом Фионэль я отправил ей сообщение, а не пригласил на совместный ужин.»

– Как прошло? – небрежно спросил Кальцион, увидев суровое лицо Миссис Джанет.

Её лицо всегда было напряжённо. Поскольку они знали друг друга уже давно, независимо от того, насколько равнодушным оно было, Кальцион мог определить эмоции Миссис Джанет.

Обычно выражение её лица было твёрдым, словно земля. Если она сердилась, то её лицо становилось твёрдым, словно камень. А сейчас оно было подобно скале.

– …Всё настолько плохо? – спросил Кальцион.

«Будет позором, если бы надо мной начали смеяться в обществе. Миссис Джанет не из тех, кто из вежливости станет скрывать правду, поэтому она может резко высказать всё.»

Когда Миссис Джанет шагнула вперёд, крепко сжимая кулаки, Кальцион сжал пальцами перо, которое держал.

«Насколько же она ужасна?..»

– Она великолепна.

– …Что?

Неожиданные слова слетели с губ Миссис Джанет. Однако Кальцион никак не мог решить, считать это комплиментом или нет.

– Она талантлива?

«Похоже, она блестяще справилась с культурным этикетом,» – своим взглядом Кальцион приказал объяснить.

– Да, я совершенно уверена, что она нигде не училась хорошим манерам и не имела никаких основ поведения Леди или элементарных основ этикета. Однако, едва я начала учить её, она тут же впитала это в свою душу.

Кальцион раньше не видел, чтобы Миссис Джанет описывала кого-то подобным образом.

Светский этикет был сложным и тонким делом. Независимо от того, в какой благородной семье вы родились, маленькие ошибки неизбежно и часто будут случаться в вашей жизни.

Но Селена не совершила ни одной ошибки, даже самой малейшей. Она запомнила всё.

Несмотря на то, что это было непривычно для них, в теле девушки была какая-то общая изящность и элегантность, которая придавала ей королевскую ауру.

Слова и действия Селены были невероятными.

– Однако… Я начинаю подозревать её.

«Возможно, она намеренно пришла откуда-то.»

– Нет, не нужно. Я уверен в ней, – твёрдо сказал Кальцион. Он был серьёзен, словно был более склонен сомневаться в личности своих собственных слуг, чем в Селене.

Миссис Джанет снова всплеснула руками.

«Едва урок закончился, как Селена вернулась к своему обычному поведению, словно одела только что снятую маску… Можно впасть в отчаяние, узнавая какое у неё настоящее лицо.»

– Совершенно ясно, что она притворяется одной из них.

– Я понял, – в отличие от Миссис Джанет, Кальцион был спокоен.

Селена была из другого мира, поэтому у него не было нужды, как у Миссис Джанет, сомневаться в её «другой личности».

«Её удивительная способность учиться может быть естественной, учитывая какие актёрские способности она демонстрировала до сих пор. Она так хороша в актёрском мастерстве, что мне уже кажется, будто она соблазняет меня каждую минуту.

Она говорила, что у неё всё получится. И её слова оказались правдой.»

– Что ж, тогда ты сможешь завершить её обучение до того, как мы уедем в столицу?

– Думаю, это вполне возможно.

«Это был всего лишь один урок, и всё же она получила настолько высокую оценку?» – теперь Кальциона охватило предвкушение того, насколько же совершенной будет Селена в реальной игре.

– С завтрашнего дня я буду присутствовать на уроках.

– Ваше Превосходительство?

– Я не освоил никаких социальных навыков. Возможно, я научусь одному или двум, если представится такая возможность.

Когда Кальцион был молод, он учился этому в целом через своё образование преемника титула. Однако, оно не было идеальным для использования в реальном обществе, которое он избегал до сих пор.

До этого момента Кальцион сам не входил в круг общества. Он ездил в столицу лишь тогда, когда это было необходимо, и возвращался на свои территории, едва заканчивал работу.

– Хорошо. Я буду ждать Вас завтра.

Как раз в тот момент, когда Миссис Джанет собралась уходить, в дверях появилась Селена, готовая ко сну.

– Ах… – девушка остановилась, едва заметно вздрогнув. Она чуть не столкнулась с Миссис Джанет, которую никак не ожидала увидеть здесь в подобное время.

Селена думала, что в комнате будет лишь Кальцион, поэтому вошла в своей обычной манере, но заметив, что это не так, быстро сменила выражение лица, гордо вскинула голову:

– Уже поздно.

– Располагайтесь с комфортом, – Миссис Джанет обернулась, словно не заметила Селену.

Лишь услышав, как закрылась дверь, Селена выдохнула, хотя сама и не поняла, почему задержала дыхание:

– Фух, задыхаюсь.

– Мне открыть окно? – спросил Кальцион, наклоняя голову.

– …Нет, я говорю не о воздухе.

– Твоя ночная рубашка перетянула твою талию?

– …и не физически.

– Значит, психологически?

«Очевидно, он не ощущает напряжения в воздухе, возникшего из-за Миссис Джанет…» – глубоко вздохнув, Селена расправила плечи:

– Мой Цион… Вы никогда не ощущали напряжения в воздухе, не так ли?

– Никогда.

«…Это был глупый вопрос. В самом деле, кто осмелится поднимать подобные вопросы в присутствии Северного Герцога?

Неудивительно, что он ничего не замечает. На самом деле ему и не нужно понимать это. Атмосфера всегда сосредоточена вокруг него, и он не должен действовать так, как я.»

– А что случилось с Миссис Джанет?

К счастью, Кальцион не стал хвататься за её последнюю фразу. Селена была довольна:

– О, я даже не знаю.

Девушке казалось, что всё её тело сводит судорогой, так как она держала спину выпрямленной, а мышцы лица были напряжены весь день. Селена упала на кровать спиной вперёд.

Плечи Кальциона напряглись, но девушка, которая лежала на кровати, уже не замечала этого.

– Она учит меня, как дышать… И мне кажется, что я схожу с ума.

– Миссис Джанет сделала тебе комплимент, – сделав глубокий вдох, мужчина медленно опустился в кресло. Его напряжённые плечи наконец расслабились.

– В присутствии Герцога?! Даже когда я так закатываю глаза, а она смотрит на меня, будто я кусок дерьма?

– Кусок дерьма?

«Естественно, это слово ему незнакомо.»

– Я немного переборщила с этим, но… – поправила себя Селена. – Но она очень строгая. А для Герцога она ведь не такая, правда?

– Не знаю. Миссис Джанет никогда не обучала меня сама.

– Другие служанки не могут брать у неё уроки свободных искусств, а Герцогиня?

Лишь после этого вопроса выражение глаз Кальциона изменилось.

«Миссис Джанет строгая и в то же время надёжная. Она прожила свою жизнь, служа семье Ренберд. Того, что она отвечает за общее управление замком, достаточно, чтобы вызвать жалобы в разных областях.

Но даже Герцогиня?

Это не то, что можно отрицать. Никто и никогда не смеет говорить о подобных вещах. Никто не посмеет опозорить мою мать и обвинить служанку в её поведении…»

Селена добавила то, что узнала о Миссис Джанет от Джуны.

Миссис Джанет была близка к тому, чтобы давать советы относительно поведения Герцогини и действий Герцога Ренберда. И как Герцог, Кальцион не мог винить её. Более того, в настоящее время место Герцогини Ренберд было пустым.

– Никто не может сомневаться в преданности Миссис Джанет Герцогству, – попытался уйти от вопроса Кальцион.

– Так я и думала, – однако у Селены были и другие мотивы этого интереса.

«Кальцион занял ту позицию, когда должен выслушивать,» – Селена немного поколебалась, прежде чем начинать. «Кальцион доверяет Миссис Джанет, но мои слова должны растрясти его настолько, что она немедленно покинет замок…»

– О чём ты думаешь? – требовательно спросил мужчина.

Селена глубоко вздохнула, прежде чем заговорить.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 25

Глава 25.

– Вы действительно уверены, что Ирэль не покончила с собой?

Кальцион опустил взгляд:

– Что заставило тебя усомниться в моих словах? – но не рассердился. Мужчина понимал, что сначала должен выслушать доводы Селены.

С другой стороны, Селене тоже было нелегко сказать это, потому что эти слова сами по себе переворачивали причину того, почему она устно подписала контракт с Герцогом. Однако разыскивая преступника, которого, возможно, вообще не существует, они могли поймать невинного человека. Или до бесконечности продолжать бессмысленное расследование.

«А если мы не сможем найти так называемого «преступника», я в итоге столкнусь с большим ущербом, не говоря уже о Кальционе. Я не смогу вернуться в свой родной мир.

Для меня всё это словно театральная постановка. Каким бы идеальным ни был сюжет, я не хочу провести здесь всю свою жизнь.»

– Я подумала, что враг не всегда приходит извне.

– Дочь Барона, возможно, решила покончить с собой из-за чрезмерного давления на неё. Ты говоришь об этом?

– Да.

Кальцион быстро понял о чём идёт речь:

– Говори конкретнее.

Селена ощутила облегчение, но ей сказали слово, которое могло рассеять любые сомнения в семье.

«Кальцион более рассудительный и хладнокровный, чем я ожидала. Миссис Джанет почти как часть его семьи, если основываться на том факте, что она посвятила всю свою преданность семье Ренберд. Я не хотела показаться бесцеремонной, учитывая то, что Миссис Джанет всегда лояльна.

Но для Кальциона это не стало поводом для сомнений,» – Селена ощутила облегчение и одновременно с этим страх. «Я близка к тому, чтобы найти недостатки в решениях Кальциона, но как?

Если они решат что-то убрать, то, скорее всего, отрубят это мечом,» – девушка дрогнула, не зная, с чего начать:

– «Способом смерти» было самоубийство. Если кто-то был вынужден покончить с собой – это самоубийство. Как это может быть убийством? – прежде чем сделать вывод, Селена спросила о важной предпосылке.

Кальцион медленно выдохнул, постукивая пальцами по колену.

Тук, тук – паузы между стуком стали длиннее. Было очевидно, что Герцог был встревожен.

Ему было нелегко ответить.

Если Герцог признает, что это самоубийство, то он должен будет также рассматривать ситуацию, в которой преступника не будет и напротив, если он будет считать, что кто-то убил его невесту, он должен будет отомстить тому, кто даже не стал марать свои собственные руки кровью.

Для обычных людей было проблемой доверять чему-то, основываясь на своих собственных убеждениях, но Кальцион был другим.

Он являлся Герцогом и правителем Севера. Лишь его воля была волей Севера. Другими словами, месть могла, как закончиться личной дуэлью, так и обернуться войной.

– …это следует считать убийством, – Северный Герцог был гордым.

– Как бы то ни было, я составила список потенциальных подозреваемых из тех, кто из-за её положения «Герцогини» издевался над ней.

– И первой является Миссис Джанет?

– Да, вторые – это фрейлины из столицы.

– Что ты услышала? – спросил Кальцион, вздёрнув подбородок.

– Миссис Джанет говорила, что готова на всё ради чести Герцогства Ренберд, а служанки очень болтливы.

– Нельзя опираться на их слова.

– С точки зрения Герцога – да.

Кальцион ничего не ответил. Ему было трудно выбрать нужный путь, поэтому он промолчал.

Селена села, пошатнувшись от внезапного движения. С Северным Герцогом, который жил без всякой причины сочувствовать другим, требовалось вести разговор находясь на уровне его глаз.

– П-посмотрите на это внимательнее.

– Хорошо.

– Разве Герцог когда-нибудь рисковал своим положением, полагаясь на чужие оценки?

– Нет, никогда.

– Вы ощущаете себя неуютно, когда находитесь рядом с людьми, которые Вам не нравятся?

– Подобного никогда не было.

– Кто-нибудь хотел высказать протест против грубости Герцога?

– Желающие умереть?

Селена покачала головой:

– В этом-то и разница. у Герцога много денег, а у такого человека, как я, ничего нет, а если у кого-то ничего нет, то у него не остаётся другого выбора, кроме как быть предельно осторожным.

Открыв рот, Кальцион изумлённо посмотрел на девушку, прежде чем закрыть его. На мгновение воцарилась тишина.

– Почему ты думаешь, что у тебя ничего нет?

– У меня есть тётя.

– … – никаких контраргументов не последовало.

– Ах, я говорю о том, что у меня есть личность и есть семья, которая заботится обо мне, что для меня уже много.

– … – мужчина продолжал молчать.

– Однако это то же самое, что жить с человеком, которому нравится моя красота.

– Как в байке о красивой женщине, которая никому не нужна.

– На первый взгляд я всегда спокойна и меня ничего не задевает, но… внутри боюсь умереть из-за того, что живу в образе свиньи со слишком толстой кожей.

«На самом деле, какими бы хорошими ни были мои актёрские способности и внешность, всё это не имеет прямой связи с деньгами. Даже мысль об этом ужасна. Даже если у тебя крысиный хвост, то даже его страшно потерять.

Это касается и чести Барона.»

– А что насчёт Ирэль?

– Она была достаточно бедна, чтобы умереть с голоду…

– А что, если она обладала честью семьи Барона?

Кальцион нахмурился.

«Честь.»

Это был тонкое литературное чутьё. Контракт Герцога с Селеной также был заключён из-за чести и гордости Кальциона Ренберда, и девушка сочувствовала себе в этом.

– Герцога определённо не заботило то, что делала Ирэль, но разве Вы не рисковали?

– …

– Правда ли то, что в случае кризиса, например, громкого скандала, она могла быть убрана? – задавая этот вопрос, Селена даже, не осознавая этого, ощущала себя взволнованной.

Поскольку её работой было – раскрывать эмоции перед людьми, естественно, со временем девушка отбросила чувства. Если Селена бросит один неверный взгляд на любого своего поклонника, тот будет преследовать её повсюду. А это пустая трата времени и сил.

Но как бы осторожна не должна была быть девушка, ей не нужно было всё время быть одной. Селену могли начать не уважать не только из-за выражения глаз, но и посчитать высокомерной из-за тёмных очков или начать сплетничать о том, что она здоровается с кем-то или не здоровается.

Не важно, что делала девушка, люди находили причину для нового безумия.

Однако Селена могла отлично держаться благодаря своим Старшим и Наставникам, которые направляли её.

«А что, если здесь такого нет?

Были ли у Ирэль такие люди?»

– Есть ли какие-то слова, которые могут довести Вас до смерти?

– Я не понимаю о чём ты.

– В любом случае, разве не важно, что у неё могло быть ощущение кризиса, из-за которого она могла быть отстранена?

– Каким бы громким не был скандал, я бы не стал прописывать новые условия.

– Так думает сам Герцог.

– Нет, сделка с Бароном была самой простой. Я давал им деньги, а они помогали мне занять пустующее место Герцогини.

– Это и правда несложно. Но что, если скандал был бы связан с её репутацией?

– Например? – резко спросил Кальцион.

– Например, если бы пошёл слух о том, что в столице не найдётся ни одного мужчины, который бы не прикасался к ней.

… Ах! – Селена прикусила язык, удивлённая тем, как рассеянно произнесла эти слова. Она пыталась правильно подобрать слова, основываясь на том, что услышала от Джуны, но ей это не удалось.

Девушка мгновенно задумалась о том, как потушить невидимый огонь, который был внутри мужчины, когда Кальцион спросил:

– Так что?

– …Простите?

– В чём проблема? – саркастично спросил мужчина. – Что в этом плохого?

– Эм, а? Что?

Ледяная улыбка Кальциона стала шире:

– Разве это не нормально? Все так живут, будь хоть с одним или с двумя, но для Герцогини Ренберд это совсем не важно.

Селена затаила дыхание, ощущая явную вспышку мужчины, но всё ещё не понимая, сердится он или нет.

– Возможно для Герцога это так, но некоторые люди могут думать, что лучше умереть, если от тебя избавились и выбросили твою семью.

Кальцион тяжело дышал, в то время как Селена несколько раз выдыхала, пытаясь успокоить свой пылающий разум.

– …Даже если бы эти слухи оказались правдой, меня это нисколько бы не взволновало.

– …да.

Взгляд мужчины метнулся к Селене. Он был таким острым, что девушке стало страшно:

– Я понял. Что бы там тебе не наговорили, тебе нет смысла бояться. Только если ты не решишь сбежать. Тогда мне не придётся первым разрывать наш контракт.

Ошеломлённая его серьёзным взглядом, Селена смогла лишь кивнуть.

– И не устаивай скандалы ни с кем, пока действует контракт, – сказал Кальцион и не стал объяснять причину этих слов.

*****

– Увидимся в столице, Ваше Превосходительство.

– Скоро увидимся, Ваше Превосходительство!

На следующее утро Розалин и Фионэль объявили о своём внезапном отбытии.

– Ваше Превосходительство учился вместе со мной, я никогда не забуду эти ощущения!

– Я видела Вас, когда шла.

Так оно и было. Именно Селена пригласила их на прогулку.

Селена услышала от Джуны, что Розалин и Фионэль готовятся к отъезду. Джуна уже начала вести себя как верная служанка.

[– Они узнали, что Леди Селена собралась в столицу вместе с Его Превосходительством, и поэтому начали спешить. «Заказать побольше модной одежды и украшений и распространить слухи», – вот что сказала Джуна.]

«Другими словами, они собрались подготовиться и нанести ей удар. Злодеи и должны быть упорными.»

– Увидимся в столице, – Селена даже не успела поздороваться с ними, но притворилась счастливой. Она понимала, что чем больше будет наступать, тем сильнее будет раздражаться.

– Тогда, Ваше Превосходительство, мы покидаем Вас.

– Скоро увидимся, Мисс Розалин. ~

Розалин не захотела поворачивать голову, как Фионэль, и не стала говорить о встрече даже из вежливости:

– Если это случится, – улыбнулась она, садясь в экипаж.

Солнце дарило тепло, но не могло уничтожить возникший холод.

«Если это случится…

Она говорит, что я умру от рук людей, которых сама же и послала, ещё до того, как отправлюсь в столицу? Или что-то должно будет случиться по пути в столицу?

Скорее всего, она имела в виду что-то другое, а не «Герцог бросит тебя». Это больше в духе Фионэль.»

– С сегодняшнего дня мы должны будем чаще появляться вместе, – Селена скользнула в объятия Кальциона.

Мужчина стоял неподвижно, пока экипажи не скрылись из виду, прежде чем посмотреть на девушку. Та крепко сжимала его руку.

– Думаю, с этого момента можно считать, что мы ступили на поле битвы с летающими мечами.

В ответ Герцог сжал кулаки.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 26

Глава 26.

С этого дня Кальцион посещал уроки Миссис Джанет.

– Вашему Превосходительству не так уж и много нужно понять, однако, если Вы знакомы с некоторыми вещами, мы сможем сосредоточиться на том, что не изучено.

– Вау, её отношение так изменилось, – Селена высказала то, что должно было быть лишь её мыслями.

Миссис Джанет тут же перевела взгляд на Селену:

– Даже жалоба в глазах третьего лица всегда должна рассматриваться как часть вежливого разговора. Кажется, я уже упоминала об этом.

– Это не то место. Обычно я отлично выступаю на сцене и на телевидении.

– Даже когда нет глаз, готовых судить наши поступки, мы всегда должны обращать внимание на наше поведение и стараться сделать хорошее привычным…

Кальцион был шокирован.

Он точно никогда не видел Миссис Джанет в таком состоянии. Глава горничных замолчала лишь после того, как заметила изумлённый взгляд Герцога.

– …Боюсь, что существует разница между этикетом, который должны знать Ваше Превосходительство и Леди.

– Почему?

– Потому что так устроено…

Селена склонила голову набок. Она ещё не видела, чтобы Миссис Джанет была так смущена.

«Так устроено?

Но сама Миссис Джанет признаётся, что не знает причины, почему люди вынуждены так жить,» – Селена ухмыльнулась.

– Вы ведь знаете, что ради положения Герцогини у меня нет мотивации делать что-либо, не так ли?

– Что? – Миссис Джанет вздрогнула. Возможно, она была убеждена, что Селена нацелилась на место рядом с Герцогом.

– Меня не интересует это. Я не хочу провести здесь всю свою жизнь. Я вполне в состоянии позаботиться о себе после возвращения.

Селена не лгала. Она изменила условия их с Кальционом контракта.

– Я говорю о том, что Вы не должны учить меня так, словно готовите будущую Герцогиню. Ну, как Вы обучали других.

Дочь Барона, Ирэль, вот кто был в мыслях Селены, когда она произносила свои последние слова.

«Люди неизбежно совершают ошибки и неважно, насколько хорошо их воспитывали в дворянской семье. Они могут что-то забыть или нечаянно выработать не ту привычку. Если бы все указывали на них, разве смогли бы они спокойно прятаться?»

Лишь сейчас Кальцион начал нервничать, наконец осознав перемену в атмосфере комнаты. Чрезмерная лояльность иногда может стать камнем преткновения.

– Давайте продолжим урок и сделаем так, чтобы это не подорвало репутацию Герцога Ренберд.

– …Да, мы сделаем так, как Вы сказали, – Миссис Джанет поклонилась Герцогу.

Она была достаточно покорной, чтобы заставить Селену задуматься, была ли она такой же и раньше. На губах девушки появилась горькая улыбка.

*******

Лекция началась мгновенно. Селена прекрасно справлялась, как ранее и сообщила Миссис Джанет.

А Кальциону наоборот это давалось не так легко.

– Ваше Превосходительство, этот сигнал означает «Давайте встретимся на террасе».

– А.

– Но Ваше Превосходительство не может ответить на это «Направляюсь прямиком к Вам».

– … – Кальцион знал основы светского этикета, поэтому, естественно, он ожидал, что всё остальное окажется лёгким.

Уровень общения, который понимал и знал Кальцион, был основан лишь на приветствии. Все остальные тайны языка, точнее жесты, включавшие выражения глаз, губ, расположение пальцев, движение или пожатие плеч и всего остального, были для него непроходимой чащей.

– Вы знаете всё это?

– Леди, да. Что касается мужчин, то из них очень мало, кто знаком с этим, поэтому они чаще разговаривают лично.

Герцог вздохнул, смотря в потолок. По этой причине он и не мог понимать и знать всё, что происходило в светском обществе.

– А это значит, что они могут говорить друг с другом стоя прямо передо мной.

Миссис Джанет ничего не ответила, но услышанного уже хватало.

Селена лукаво улыбнулась, слегка приподняла бровь и ткнула мужчину в щёку безымянным пальцем своей правой руки.

«Это означает “Глупый Герцог”,» – Кальцион нахмурился, наблюдая за действиями девушки.

– Это я понял.

– Боже, и что же это значит? – Селена широко улыбнулась, наклоняя голову так, словно она была на приёме. Девушка провела ладонью по тыльной стороне правой руки Кальциона и схватила его мизинец.

“Так Вы и это понимаете? Тогда давайте покинем комнату.”

Селена запомнила все жесты, которые показывали.

“Здесь много комнат. Давайте устроимся в уютной комнате.”

Кальцион молча отказался.

– Даже если Вы ведёте себя так резко, разве Вы не ощущаете себя хорошо от того, что Вас соблазняют? – пробормотала себе под нос Селена, её губы изогнулись в коварной улыбке. Ей очень хотелось увидеть, как лицо Кальциона застывает или краснеет от смущения.

“Оставите меня в одиночестве?”

“К чему ты клонишь?”

“Я чувствую себя одиноко.”

“И что?”

“Разве чувство одиночества не усилится, если я сегодня снова останусь одна?”

Миссис Джанет не показывала Селене этого, но жесты легко понимались.

“Я выделю тебе немного времени.”

“Останься со мной.”

Миссис Джанет поморщилась, но Селену это не остановило.

Нет, она не могла остановиться, потому что разговор уже шёл. Что бы там ни говорили, это был тайный разговор между двумя. Так устроено светское общество. Селена была достаточно уверена в себе, чтобы вести тайную светскую беседу.

“В полдень, с мечом на…”

“В постели.”

– … – рука Кальциона замерла.

– Мисс Селена, – не в силах больше наблюдать за их жестами, Миссис Джанет вмешалась в разговор.

– Мы пытаемся практиковаться, – небрежно извинилась Селена. – Что если другая женщина попытается соблазнить Герцога подобным образом? Мы должны продумать это.

– Это будет не так…

– Вы думаете «не так»?

Речь Кальциона оборвалась. Никто не был уверен в этом. Из Герцогства Ренберд в столицу прибудут лишь они двое, и поэтому вставал вопрос о том, сколько человек подойдёт к каждому из них.

– Было бы неплохо, если бы Вы отказались, но Вы ведь можете подумать, что это Ваша вина, потому что мы в одной команде, не так ли?

– Было бы лучше, если бы я просто не учил это и продолжал игнорировать всё, как делал до сих пор.

– Если это так, то как, по-вашему, Вы получите сигнал, который я подам?

“Та женщина в красном, она пристально смотрит на меня,” – как бы в доказательство этого Селена послала случайное сообщение.

Кальцион покачал головой. Он уже потерял мотивацию.

– А ты не можешь просто войти в круг общения одна?

– По крайней мере, Герцог должен сопровождать меня, чтобы представить.

– Я гость, согласно приглашению. Вот почему ты должна оставаться на приёмах в одиночестве, чтобы никто не обращал на тебя внимания.

«Как нелепо… Должно быть, он и правда против всех этих бесед в светском кругу…»

Кальцион снова остановился, когда понял, что Селена права.

– Не будьте таким бестактным, просто старайтесь сделать всё, что в Ваших силах.

– Только если ты не будешь дурачиться.

С лица Селены исчезли все эмоции.

«Почему я рискую здесь жизнью?»

Но девушка не могла опустить это из-за присутствия Миссис Джанет. Кальцион же был спокоен, хоть и чувствовал, как атмосфера вокруг него накаляется.

“Не смотри на других женщин после того, как узнал меня,” – чтобы разрядить обстановку, Селена послала сигнал.

«Естественно, это входит в сферу обучения Миссис Джанет. Будет не хорошо, если её блестящая ученица не сможет применить её уроки должным образом.»

“Я не понимаю.”

“Ты лжёшь.”

Селена с нетерпением ждала этого. Она задумалась, как доказать это деревянному Кальциону.

Поднявшись со своего места, мужчина протянул руку Селене:

– Урока о разговорах, кажется, уже достаточно, поэтому давайте остановимся на этом и перейдём к уроку танцев.

– …Так неожиданно?

Не убирая руки, Кальцион посмотрел на Селену:

– Я продемонстрирую это своим телом.

Ах! – глаза Селены и Миссис Джанет одновременно широко распахнулись.

– Бо-о-о-о-оже, В-В-Вы, должно быть, сошли с ума!

Иногда первый танец людей, которые никогда не танцевали, бывает ещё страшнее, чем всё остальное.

– Если Вы когда-нибудь получите приглашение, Вы должны будете принять его. За исключением тех случаев, когда у Вас слишком сильно болят ноги или Вы больше не будете танцевать, – вступилась Миссис Джанет, стараясь сохранить своё имя и думая о том, чему бы научить её.

– Я ведь могу отказаться под тем предлогом, что у меня болят ноги, не так ли?

– Если Вы отказываетесь, то делайте это вежливо, чтобы Вас проводил в гостиную тот человек, который Вас пригласил.

– …Это означает, что нет никакого способа избежать общения.

– Для того, чтобы мужчина стал партнёром, он должен заранее обменяться с Леди сигналами и посмотреть ей в глаза, по крайней мере, три раза, пока идёт одна песня. Невежливо просить о танце без этого, поэтому Вы можете проигнорировать этого мужчину.

Хоть Селена не обменивалась сигналами с Кальционом, она всё время смотрела на него.

“Тогда давайте сделаем это,” – девушка застенчиво положила свою ладонь поверх ладони мужчины и тут же его большая, твёрдая и мозолистая рука обхватила её ладонь.

Селена поднялась со своего места, улыбаясь уголками губ:

– О, Цион, ты напрягся от одного прикосновения моих пальцев и теперь тебе нужно привыкнуть к этому, не так ли?

Кальцион был спокоен, но как только Селена сказала это, его рука дрогнула.

– Если ты хочешь танцевать, ты не должна стоять.

Селена не была уверена, можно ли считать это оправданием, но, держа её за руку, Кальцион повёл её в центр зала.

С самого начала занятия проходили в зале, чтобы максимально отразить атмосферу банкета. Они сидели на стульях, а перед ними в углу небольшого зала стоял стол. Пространства в центре зала было достаточно, чтобы спокойно танцевать.

– Ты училась танцевать?

– Ещё нет.

– Когда мы приходим в центр зала, первым делом мы приветствуем друг друга, – Кальцион начал учить Селену здороваться.

Партнёры по танцу должны были мягко поклониться друг другу. Мужчина поприветствовал Селену, прежде чем снова взять её за руку.

– Теперь другая рука.

Селена сделала так, как сказал Кальцион. Поймав её пальцы, мужчина прижался губами к тыльной стороне ладони девушки.

Это тронуло Селену. Её плечи вздрогнули, когда мягкие губы встретились со своей целью. Девушка притворилось, что её не взволновало это, но не смогла полностью скрыть это от Кальциона, обладавшего острым чутьём рыцаря.

Кальцион быстро поднял голову и его глаза увидели красные щёки Селены. Селена всегда дразнила его, поэтому это был первый раз, когда этот мужчина дразнил её в ответ.

Девушка сглотнула вязкую слюну, отчаянно пытаясь не дать огню ещё сильнее охватить её щёки. Кальцион милостиво отпустил её, больше не дразня.

– Теперь основные шаги. Тебе не нужно запоминать схему. Если партнёр толкает тебя вот так, то ты делаешь шаг в этом направлении, а если он тянет тебя вот так, то всё наоборот.

Когда начался урок, огонь на щеках Селены быстро утих. Кальцион сосредоточился лишь на обучении её шагам.

– Ты поняла?

– Думаю, я пойму больше, как только мы приступим к практике.

– Очень хорошо, давай попробуем, – Кальцион изменил свою позу, прежде чем начать танцевать. Он положил ладонь на спину девушки, в то время как его другая рука сжимала её ладонь.

А потом его взгляд встретился с её взглядом. Именно в этот момент они смогли перевести дух.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 27

Глава 27.

Селена в шутку приблизила своё лицо почти под нос Кальциону, но впервые по-настоящему встретилась с ним взглядом. Под мощным взглядом, который, казалось, пронзал человека насквозь, этого мужчины, девушка ощутила, как напряглось её тело.

«Синевато-серый…»

Смотря в глаза Герцогу, Селена подумала, что цвет его глаз очень интересен. Зрачок был тёмным, ближе к бирюзовому, а средняя часть радужки была украшена бледно-синим цветом, смешанным с серым ободком у самого края радужки.

В какой-то момент девушка поймала себя на том, что, смотря в эти глаза, ощущает, что её словно засасывает в пропасть. Моргнув и слегка встряхнувшись, словно пытаясь освободиться от острых кинжалов, Селена пришла в себя:

– Значит, Вы учились танцевать, правильно?

– Это необходимо на различных мероприятиях, даже когда я не позволяю себе попусту разговаривать, – отвечая, Кальцион не сводил взгляда с девушки. Почему-то его голос был низким и грубоватым.

Селена опять забыла, как дышать.

«Почему мне кажется, что меня душат?» – у неё пересохли губы.

Ощущая себя на грани срыва, Селена быстро перевела взгляд на пол. Ей показалось, что её ладони вспотели. Пошевелив пальцами, девушка поправила ладонь, которая, казалось, вот-вот выскользнет из мужской руки.

Кальцион сделал первый шаг. В отсутствии музыки их тела начали двигаться под его руководством.

Селена считала шаги мужчины и постепенно её тело постепенно расслаблялось. Ей было не трудно следить за движениями Кальциона. Всё происходило легко, как она и предсказывала.

Движения Герцога казались слишком аккуратными для такого равнодушного человека, как он. Руки Кальциона, которые вели Селену и обнимали её за талию, были более осторожны и крепки, чем она ожидала.

Герцог смущался и искренне извинялся каждый раз, когда вёл себя с девушкой грубо. Несмотря на то, что Кальцион не очень любил общаться с женщинами, в своих действиях он был очень осторожен.

«…Он очень сложный.

Хотя у меня совершенно противоположные представления о мужчинах.

Нет, в этом нет необходимости. У меня нет причин понимать его. Всё в этом мире должно стать для меня, той, что в любое время суждено вернуться в свой мир, бессмысленным. Мне не нужно позволять себе проявлять интерес к чему-либо.»

Мужчина был для Селены лишь Северным Герцогом, но впервые перед ней предстал просто «мужчина» по имени Кальцион. Глаза девушки горели от изумления. Её взгляд блуждал по шее и груди мужчины.

Однако, когда взгляд Селены упал ещё чуть ниже, она ощутила, как в теле вспыхивает возбуждение. Естественно, её взгляд тут же поднялся обратно к лицу Герцога.

Слегка прищуренные глаза девушки встретились с равнодушным взглядом Кальциона. В этот момент его глаза, глаза мужчины, который всё это время добросовестно вёл «урок танцев», затуманились.

Кальцион остановился. Его голова была пуста, и он даже не мог вспомнить, что было дальше. И всё же, мужчина не опустил взгляда. Пока они смотрели друг на друга, прошло одно долгое мгновение.

И Кальцион и Селена выдохнули через губы, когда воздух между ними стал наэлектризовываться. Девушка первой рискнула нарушить молчание:

– Закончили?

– …А, – лишь в этот момент Кальцион понял, что остановился. Выражение его лица было пустым, а глаза широко раскрыты, словно он только что проснулся ото сна.

– Было весело танцевать без музыки. Думаю, Герцогу тоже должно было понравиться.

– Весело?.. Тебе было весело?

– Да! А остальным разве нет? Я говорю о том, как танцы могут быть скучными?

Кальцион ощутил душевное волнение. Селена улыбнулась, когда сказала, что ей было весело, и ресницы слегка скрыли её глаза. Два голоса одновременно эхом раздались у них в голове.

– Ты не выглядела хорошо. Скорее, танцуя, была похожа на деревянную куклу.

– Что ж, Герцог показал себя с неожиданно хорошей стороны. Поэтому я и сказала, что было весело.

Селена не знала, кто их них сказал правду, но именно последнее заставило её сердце вздрогнуть.

– Что за…

– Что? – всё ещё сияющая Селена снова улыбнулась и склонила голову набок.

Пальцы Кальциона, поддерживающие её за спину, напряглись, а его кадык подпрыгнул, когда он громко сглотнул:

– Почему у тебя всё получается?

– Простите?

В голове Кальциона были слова, которые он хотел сказать, но не мог.

Мужчина был беспомощен. Это был предел холодного Герцога. Он не мог сказать ничего дурного, потому что никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным.

– Как может мастерство новичка быть таким хорошим? Тебе ранее приходилось бывать на балу?

– Ох… Т-так я хорошо танцую? – Селена рассмеялась над холодным тоном Кальциона. – Кто делает комплименты таким серьёзным тоном? Я уже испугалась.

Девушка отдёрнула руку, начавшую потеть, едва мысль о том, что танец закончился, пришла ей в голову. Рука мужчины упала и пальцы сжались в кулак.

– Я же говорила. Я хороша во всём, что можно делать своим телом.

– Тебе нужно учиться танцевать.

– Принцип танцев заключается в том, что, зная основные шаги, можно быстро научиться.

«На сцене театра я не только играла, но ещё танцевала и пела. Я даже знаю несколько движений из балета, свинга, сальсы, танго и других случайных движений.

Танец этого мира лишь немного отличается от основных шагов у нас, но принцип очень похож,» – поэтому это было особенно легко для Селены, которая изучала все виды танцев.

– Тоже самое у тебя и с этикетом?

– Этикет немного сложнее, чем танцы… Но аристократы же делают это.

Даже Миссис Джанет, стоявшая поодаль от них, удивилась.

«Некоторых людей критикуют за то, что их знания поверхностны, даже если их учили с рождения и до зрелости. Невероятно, что кто-то смог научиться так быстро танцевать, сразу после копирования шагов.

Она талантлива не только в вопросах светского этикета, но и в том, что касается всего остального.»

******

Обучение Селены закончилось раньше, чем ожидалось, благодаря тому, что она применяла свои таланты ко всему, чему училась.

Ворчание Миссис Джанет также день ото дня уменьшалось. Темп обучения ускорился, с тех пор, как Кальцион присоединился к их урокам. В большинстве случаев Селена оказывалась более изощрённой и умелой, чем Герцог.

Девушка быстро и безупречно готовилась к встрече с окружающим миром. Всё, что им оставалось – это подготовить всё необходимое для путешествия.

Чтобы добраться с территории Герцогства Ренберда в столицу в экипаже требовалось от 7 до 10 дней. Однако Кальцион предсказывал, что путь может занять чуть больше 10 дней, если они поедут по более безопасному маршруту.

Они не знали, сколько времени проведут в пути, поэтому им пришлось собирать столько вещей, словно они собрались переезжать.

– Мы подготовим весь Ваш багаж, поэтому, Мисс, не беспокойтесь, – добрым тоном сказала Селене Джуна.

Несколько других служанок усердно собирали багажные сундуки, разложенные по всей комнате.

– Нет, поскольку это мой багаж, я сама должна собирать его.

Селена всегда серьёзно относилась к сбору вещей. Из-за работы актрисой ей всегда приходилось переезжать на новые места. Как бы близко не находилось новое место работы, девушка всегда собирала багаж сама.

Её менеджер обычно заботился о большом багаже, связанным с работой Селены, но личный багаж девушка всегда собирала сама. А всё потому, что Селена знала, что, если попадёт в беду, всё нужное будет у неё под рукой.

В этот раз Селена не собирала вещи сама, но сидела на стуле и наблюдала, как служанки складывали вещи.

– Мисс, мне положить это?

Одна за другой служанки начали спрашивать Селену о вещах.

Золотые и серебряные аксессуары, обувь и гора одежды. Большинство из этих вещей девушка видела впервые.

– Пожалуйста, упакуйте всю одежду, обувь и украшения.

«Как я и думала, мне придётся брать всё. Когда мы доберёмся до столицы, нам придётся надолго остаться там, прежде чем мы сможем вернуться в Герцогство Ренберд. И этим днём сможет стать лишь день, когда мы найдём преступника, а значит он же станет и временем, когда я смогу вернуться в свой мир.»

– Домашняя одежда, нижнее бельё, ночные рубашки и тапочки, которые можно носить в комнате, должны храниться в одном сундуке.

– Да, – служанка принялась умело упаковывать вещи.

– О, за исключением этой.

Ночнушку, из-за которой и Селена, и Кальцион пришли в замешательство, чуть не смешалась со всей остальной одеждой.

– Эх…

Селена с восхитительной выдержкой проигнорировала лёгкое ворчание Джуны.

Когда сборы вещей были закончены, Селена покинула комнату.

Когда она вышла в коридор, Джуна, естественно, последовала за ней. С какого-то момента служанка всегда была рядом с Селеной, словно так и должно было быть.

– Мисс Селена, разве Вы не волнуетесь?

Собранность Селены казалась ей странной.

– Даже не знаю, сейчас я многое узнала от Миссис Джанет.

– О… Но это всё-таки столица. Разве одна мысль о ней не заставляет Вас ощущать бабочек в животе?

– Я в восторге.

«В напряжении и нервозности от предстоящей работы.

Если то, что происходило в Герцогстве Ренберд, можно считать трейлером, то в столице меня ждёт полноценный фильм. Герцогство Ренберд просто место для прочтения сценария. Столица же место, из которого будет вестись прямая трансляция на всю нацию.

Здесь я слышала угрозы от Фионэль и Розалин, а также терпела непрямые нападения Миссис Джанет. Теперь я не имею права ослабить бдительность.

В Герцогстве Ренберд я столкнулась с четырьмя нападениями. Но в столице меня ждут не только словесные нападки.

К тому же, в столице живут и Фионэль, и Розалин. Они не успокоятся, поскольку я продолжаю находиться здесь, в ладонях Кальциона. В будущем мне придётся столкнуться с ещё большим количеством угроз.

Ух,» – Селена была так взволнована, что её сердце билось очень быстро.

– Ха-а-а… Я так волнуюсь.

– Не беспокойтесь, Мисс. Вы очень красивы. Никто не рискнёт побеспокоить Вас, потому что будут сразу ослеплены Вашей красотой.

– Неужели?..

– Сейчас я сниму с Вас напряжение! Вы сможете почувствовать себя лучше, если съедите кусок пирога.

Вот так Джуна заботилась о Селене, словно была её менеджером. Всего через несколько дней после встречи с ней, служанка слишком сильно полюбила её.

«Давай посмотрим, как далеко смогут протянуться твои руки.»

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 28 - Эпизод 4. «Репетиции.»

Глава 28.

Джуна была одной из служанок, что будет сопровождать Селену в столицу.

«Хм,» – девушка тайком нахмурила брови.

«Джуна также может быть косвенной подозреваемой. Сама бы она не убила Ирэль, но весьма вероятно, что она, сама того не осознавая, поспособствовала её смерти.

Особенно это заметно в её реакции на упоминание Ирэль.

И то, что она была «одной из горничных», точно означает, что она была близка с Ирэль.

Даже если она была дочерью аристократа, Ирэль нуждалась в финансовой поддержке. Иначе она не оказалась бы в замке Кальциона, правителя Севера.

Более того, это был не брак по любви, а обычный политический брак. Если её жених – Кальцион – даже не смотрел на неё, а Миссис Джанет приказывала ей вести себя как Герцогиня, что, если нашлась горничная, достаточно дружелюбная, чтобы выслушивать все её жалобы?

Она бы могла говорить с ней о самых разных вещах и начать полагаться на неё.»

Последние несколько дней Селена тоже была занята. Независимо от того, насколько гениальной она была, ей нужно было узнать кучу новых вещей.

«Теперь, когда я всё закончила, пришло время спросить…»

– Джуна, ты уже закончила все свои дела? – спросила Селена.

«В этот раз количество сотрудников, сопровождающих нас в поездке, должно было быть заранее определено.

Что будет, если Джуна последует с нами и в этот раз? Естественно, это усилит подозрения в пользу Миссис Джанет.»

– Ах… Нет, я ничего не делала.

– Но я думала, что ты поедешь со мной.

– Миссис Джанет отвечает за отбор слуг…

– Ты уже бывала там раньше.

– Ах… Это потому, что Мисс Ирэль специально попросила взять меня с собой.

«Окей,» – Селена получила подтверждение одного – Джуна не была служанкой Миссис Джанет. «Возможно, мне придётся взять Джуну, чтобы получить первый ключ.»

– Ох. Тогда я могу попросить тебя поехать со мной?

Серебристые глаза Джуны заблестели. Селена ждала.

– Тогда у Мисс Селены будет компаньонка, с которой можно будет поговорить!

– Да, именно так! Едем со мной!

– Да! Я так взволнована!

– Я тоже! – Селена ярко улыбнулась.

«Сопровождай меня и делай то, что делала раньше.

Если Джуна поедет со мной, я смогу проследить за ней и понять, кто её Хозяин. И, возможно, таким образом мне удастся поймать преступника.»

Эпизод 4. «Репетиции.»

Дата отъезда была не за горами. Селена только и делала, что готовилась к поездке.

Всё остальное было предоставлено Миссис Джанет. Она не получала с этого выгоды, не была Герцогиней, она была простой женщиной, которая не заботилась о том, что нужно было именно Селене.

«Это же…» – когда дверца открылась, Селена заглянула в ожидающий её экипаж.

Внутри были роскошные пушистые сидения и большие окна. Это было совсем не то, что она ожидала.

– Мисс, пожалуйста, садитесь, – лакей, державший дверь, вежливо подтолкнул девушку.

– А что насчёт остальных?

– Его Превосходительство велел приготовить это для Вас. Слуги и служанки едут в отдельных каретах.

«Мне даже не нужно спрашивать, кто приказал это.»

– Я не поеду в ней, – Селена сама закрыла дверь и развернулась на каблуках, собираясь найти экипаж Кальциона.

Его карету было нетрудно найти, ведь она была самой большой из всех.

– Эм, Мисс!.. – рыцарь, стоящий рядом с экипажем Кальциона, мгновенно выпрямился, узнав Селену.

Это был Дион.

– Мы скоро выезжаем. Почему Вы не в своей…

Селена была раздражена. Не обращая внимания на Диона, она распахнула дверь экипажа.

Кальцион, сидевший внутри, поднял удивлённый взгляд. Дверь не открывали без его разрешения, но там стояла она. На мгновение девушке стало не по себе, но она взяла себя в руки.

– Что… – лишь взглянув в лицо Селены, Кальциона ощутил, как в нём закипает гнев. Обычно, было крайне невежливо не спрашивать разрешения войти, но он понимал, что Селена вне досягаемости этого.

Вместо того чтобы объясниться, девушка поднялась в экипаж и, закрыв за собой дверь, села рядом с ним.

– Что-то случилось с твоим экипажем?

– Ты просто сказал приготовить его Миссис Джанет, не так ли?

– Раньше она отвечала за всю подготовку. Есть какие-то проблемы с её назначением?

– Не будет ли проблемой, если я поеду в другом экипаже?

– А почему они должны быть?

Селена хотела закончить этот бесконечный поток вопросов. Её терпение не могло долго держаться.

– Если я поеду в экипаже одна, то буду единственной, кто будет знать, что произойдёт в этом экипаже.

– Ты сможешь присоединиться ко мне, как только мы пересечём границу западных территорий.

– И?

– Мы находимся на территории Герцогства Ренберд, поэтому я выбрал маршрут, который займёт дополнительных три дня, чтобы добраться до территорий Анджина.

Если путь продлится ещё три дня, охрана будет очень тщательной, но этот факт совсем не убедил Селену.

– Вы не находите, что это большой риск?

Кальцион скрестил руки на груди:

– По крайней мере, они не смогут сделать ничего страшного там, куда дотягиваются мои глаза.

Казалось, мужчина был оскорблён тем, что на его собственной территории могли произойти преступления.

– Такой условный человек, как Вы, может и не увидеть этого. Как может помочь тот, кто этого не видит?

– Хм, – Кальцион не согласился, но и не стал отрицать этого.

– Вот поэтому я и поеду в этом экипаже.

– Хорошо.

«Это оказалось проще, чем я думала. Распределение мест в каретах даже не входит в ту категорию, которая его волнует.»

Как только экипаж тронулся, Кальцион достал документы. Он легко читал их в дребезжащем экипаже, а вот Селене нечем было занять и не с кем поговорить, поэтому она просто смотрела в окно.

Она наслаждалась видом снаружи. Центральный город поместья Ренберд, Силэнза, был больше, чем виделось с высоты. Им потребовалось несколько часов, чтобы по центральной дороге покинуть город.

Девушка потеряла счёт времени, наблюдая за походящими мимо зданиями и людьми. Селена ощущала себя странно, когда большинство людей кланялись или махали ей, но всё равно отвечала им улыбкой.

«Та, кто станет Герцогиней, будет жить вот так.

Жизнь сидящего на вершине несравнима с троном в простой пьесе.

Но я не завидую ей.

Я провела с Герцогом совсем немного времени, но ничего важного в этом не нашла. Лишь поняла, почему предыдущая Герцогиня была без ума от шопинга и вечеринок.

Ей трудно было найти хобби, способное снять стресс, особенно в отсутствие друзей.

Шопинг хорошо помогает при стрессе,» – пока Селена размышляла о некоторых вещах, экипаж выехал за город.

Следующими пейзажами были луга и равнины.

Девушка с изумлением смотрела, как мимо проплывают безмятежные луга. Горы Мацу, бесконечно тянущиеся в одну сторону, были одним из самых интересных ландшафтов. Словно в конце равнины была воздвигнута стена.

Но лишь на время.

Когда горы совсем не исчезали, Селена, явно скучая, опустилась на подушку.

Всё это время Кальцион не сводил глаз с документов, которые держал в руках. Даже когда экипаж трясло, и дорога за городом становилась всё хуже.

– Что Вы смотрите?

– Доклад, – ответил Кальцион, не поднимая взгляда.

– Отчёт.

– О чём?

Едва мужчина поднял на Селену взгляд, как она отчётливо прочитала в нём: «Если я расскажу тебе, ты поймёшь?»

– Статистика и анализ агрегации городского населения и политики локального распределения людей.

– … – Селена не поняла, что это было, но она смогла понять, что Кальцион был сосредоточен на глубокой работе по управлению территорией Герцогства Ренберд.

У девушки не было никакого желания мешать его важной работе лишь потому, что ей было скучно. Селена притихла, не издавая ни звука, и снова посмотрела в окно.

Прошло много времени, но с одной стороны всё ещё была равнина, а с другой горы Мацу. От скуки совесть Селены испарилась.

– Что это? – спросила она, когда Кальцион вытащил ещё одну пачку документов.

– Отчёт о методе минимизации теплопотерь в трубах горячего родникового водоснабжения.

– Ох, хорошо…

И снова тишину нарушал лишь дребезжание экипажа. Селена знала, что увидит равнину и горы, если ещё раз посмотрит в окно. Девушка не могла дождаться, когда Кальцион снова возьмёт новые документы.

К её удивлению, мужчина поднял голову:

– Тебе это интересно?

Селене было скучно, поэтому она с энтузиазмом кивнула:

– Да, очень!

«Интересно было ли мне когда-либо так  изучать это? Определённо нет, но сейчас это не имеет значения. Мне очень любопытно. Меня интересует метод горячего родникового водоснабжения.»

Кальцион склонил голову набок, смотря на Селену, которая с огнём в глазах ждала объяснений. Насколько он знал, она никогда ранее не была такой радостной.

– ...Вы выглядите так, словно Вас наказывают.

Селена была лучшей актрисой, с самой чарующей красотой. Ей всегда было интересно узнать, как действовать при взаимодействиях с разными типами личности. Однако для других она действительно была странной.

– Ренберд… – медленно начал Кальцион, смотря на горы Сэйндарт, которые ранее были также известны как горы Мацу.

Объяснение мира прежде всего было необходимо для того, чтобы ответить на этот вопрос. Кальцион решил дать девушке общее объяснение устройства этого мира до того, как они окажутся в столице.

– Герцогство Ренберд – это территории, которые включают в себя северные земли континента, простирающиеся как на востоке, так и на западе. Вот почему они находятся на границе с разными странами.

– О, похоже на крышку, – быстр поняв объяснения мужчины, Селена нашла пример.

– Совершенно верно. Анна Рэдбирд – это место, где пересекаются горы Сэйндарт, а за ними находится земля, куда людям не разрешается ходить.

– Разве они не могут пересечь горный хребет или море?

Кальцион слабо улыбнулся вопросу девушки. Не усмешка, не циничная ухмылка, а именно улыбка, говорящая о том, что она ему действительно симпатична.

– Хм?! – от тёплого взгляда мужчины, который смотрел ей прямо в глаза, Селена покраснела.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 29

Глава 29.

– Потому что в море нет маны.

– …Понятно.

– Большинство не могут спуститься, потому что горные хребты заблокированы, однако с наступлением зимы у людей, переезжающих на юг, проявляются симптомы болезней, – довольно продолжал Кальцион, словно только что открыл для себя удовольствие от обучения других.

Селена была умна, но не талантлива в учёбе. Поэтому в школьные годы она редко удостаивалась похвалы учителей, но здесь она была серьёзно сосредоточена, словно её неосознанно засосало внутрь.

– Это лучшая часть Северного континента.

«Вот какое население. Оно такое же большое, как и любой другой столичный город.»

– Обычно на Севере трудно жить.

– Да, в Ренберде есть и другие земли. Лишь в Силэнзе стоит жить из-за горячих источников, которые текут с гор Сэйндарт.

– О, так вот почему было тепло, несмотря на то, что сейчас зима.

Селена следовала за ним более великолепно, чем думала. Кальцион довольно кивнул, ощущая гордость:

– Под землёй Силэнзе проходят трубы с горячей водой. Горячая вода поступает в каждый дом.

«Проще говоря, гейзер для всего города. Всякий раз, когда я открывала кран, из него лилась горячая вода.

Разве ради этого не стоит жить?!

К тому же, это не простая горячая вода, а горячая родниковая вода. Ресурс, предназначенный для продаж.»

Но подозревая о снобистских идеях Селены, Кальцион продолжал:

– Пока всё идёт хорошо, но по мере роста населения требования Силэнзы также возрастают. Нам нужно найти способ, чтобы сохранять горячую родниковую воду тёплой.

– Понятно… Вы словно поддерживаете страну.

– Мы недалеко от страны. Это земли без вмешательства столицы.

– Разве Вы не платите налоги?

– Герцогство Ренберд не облагается пошлинами, поскольку внесло свой вклад в основание Империи.

«Не только земля находится отдельно, но и система полностью независима.»

– Вам не кажется, что лучше быть независимыми? Тогда не нужно будет постоянно ездить в столицу и обратно.

«Здравый замысел.»

– И правда, – однако Кальцион ответил неловко.

– Я уверена, что все Герцоги думали об этом, но почему это не помогло? О, неужели это так трудно?

– Нет, это не так уж трудно. В военном или экономическом отношении они уже разделены и не опасны.

– Но почему Вы не потрудились решить сначала её?

– Потому что это ещё сильнее раздражает.

– Ох…

«Понятно… Я ничего не могу сказать по этому поводу.»

– Всего лишь раз в год, но у меня есть много других дел, чем становиться независимым.

– Вам не кажется, что лучше хотя бы раз попытаться?

– Я слышал, что мои предшественники были в разы более обеспокоены, чем я.

«Похоже, ген, ответственный за плохие межличностные отношения, передаются каждому поколению семьи Северных Герцогов.»

– И до тех пор, пока не был выбран Наследный Принц, это было практически неважно.

– Принц? Разве Наследный Принц не сильнее Герцога?

Сам того не осознавая, Кальцион едва не рассмеялся. Всякий раз, когда он был с этой женщиной, он ощущал, что его разум приходит в смятение.

– Есть много причин. Прежде всего, проблема с состоянием.

– Деньги? Разве у Вас нет денег для Наследного Принца?

– Чем больше богатства, тем лучше. Власть приходит от богатства.

«Суть в том, что Наследный Принц – жадный человек, который желает всё.»

– Я думаю, жадности Принца нет конца.

– Принц Ларсен находится в очень нестабильном положении. Он пытается компенсировать это.

«Значит, он тоже разыгрывает политический конфликт,» – Селене в голову пришёл расклад королевского надгробия. «Хоть он Наследный Принц, его положение нестабильно, поэтому он желает увеличить свою власть, захватив аристократию. Аристократ, обладающий такой мощной силой, как Кальцион, скорее потерпит поражение, чем будет пытаться оказаться у него под ногами.»

– Это, должно быть, раздражает.

«Принц один из тех, кто, скрипя зубами, нападает, пока их противник не выдохнется. Он не отступит, пока Кальцион не уйдёт от политической борьбы или не упадёт на дно.

А?..» – Селена резко посмотрела на мужчину, когда эта мысль пришла ей в голову. «Если Кальцион не упадёт на дно, то он умрёт.

У Герцога нет ни братьев, ни сестёр. Если он умрёт, эта огромная территория и богатство будут возвращены королевской семье.

…Значит, речь идёт о богатствах.

Убить его будущую невесту, чтобы у Герцога не появился наследник?.. Чтобы Кальцион встретил свою смерть,» – холодные мурашки пробежались по спине девушки.

– …Может ли Наследный Принц быть одним из подозреваемых?

Казалось, Кальцион одновременно с ней ощутил холодящую дрожь. Даже его глаза сверкнули холодным светом:

– Независимо от того, виновен он напрямую или нет, я думаю, что он связан с этим делом.

«Это не то, что могут знать женщины. Это политические прения, с которыми сталкивается непосредственно Кальцион. Я была крайне самоуверенна…»

– Пожалуйста, защитите мою жизнь, – Селена тяжело вздохнула.

«Думаю, скоро мне снова придётся начинать переговоры.»

******

В отличие от сложных размышлений Селены, экипаж двигался плавно.

И около обеда их процессия въехала в большой замок.

– Где мы?

– Это место принадлежит Дунфэлу.

– О, мы будем обедать?

– Совершенно верно.

Селена ощутила себя немного лучше и ещё немного успокоилась, когда услышала о еде.

Склон холма оказался больше, чем думала девушка. В сравнение с Силэнзой это был небольшой, но хорошо оборудованный город с правильными стенами.

Экипаж с грохотом въехал в большой особняк.

– Ах!

Когда они подъехали к воротам, Селена увидела несколько рыцарей, выстроившихся перед ними. Они были сложены так же, как рыцари Герцога, однако носили более простую форму.

– Боже, что же мне делать? Я думала, мы здесь лишь для того, чтобы перекусить, – сказала девушка, поглаживая себя по лицу, словно ребёнок. – Ах, что же мне делать? Там точно есть кто-то важный, не так ли?

– Да, есть.

– Агх! Что мне делать? Я не одевалась должным образом, потому что не знала, что мы будем где-нибудь останавливаться! Мои волосы в полном беспорядке! – запричитала Селена, испугавшись, что ветер растрепал её волосы. – Подождите, если я смогу сделать это здесь…

– Здесь? Как, так?

– Нет, не так.

Тем временем карета приближалась к парадному входу. Встревоженные, и Селена, и Кальцион начали терять самообладание.

– Если я могу причесать тебя…

– Ох, просто подойди сюда и сделай это!

– Подожди, – Кальцион встал, словно собрался подойти к ней. В тот же миг экипаж остановился.

– Нгх… – Герцог потерял равновесие.

– Кья-я-я! – шокированная, Селена вскрикнула, ощутив, что при внезапной остановке её покачнуло.

Кальцион, не в силах удержать равновесие, пошатнулся.

– Что случилось?! – Дион поспешно распахнул дверь экипажа, спеша им на помощь.

Стон Кальциона и крик Селены можно было понять и совершенно по-другому.

И рыцарь не ошибся, когда открыл дверь. Просто время было совсем неподходящее.

– Ах…

– Я-я ничего… Ах… – при виде сцены, происходящей внутри экипажа, мозг Диона словно взорвался. Та же участь постигла и представителя, ожидавшего у входа в особняк.

Тела Селены и Кальциона были переплетены друг с другом. Волосы девушки были растрёпаны, во рту пересохло, спина ныла, а руки касались груди мужчины, и они оба наполовину скрывали друг друга.

Последней деталью было их сбившееся дыхание.

– …

– …

Никто не мог произнести ни слова.

Первой пришла в себя Селена:

– Кья-я-я-я! – крича, она села и спряталась за Кальциона.

Герцог неловко обнял девушку, закрывая её от взглядов людей.

– …Приведите для помощи горничную.

– Ах! Да! Будет исполнено! – дверь с глухим стуком захлопнулась.

– …

– …

В карете воцарилась тишина. Ни Селена, ни Кальцион не могли пошевелить даже прядью волос.

– Я…

– Ох, эм, да… – шокированный, Кальцион мгновенно отступил в сторону. Он сел на сидение напротив девушки, но неловкость, висящая в воздухе, никуда не исчезла.

Селена не могла даже говорить, потому что ей казалось, что её душат.

Раньше подобного не случалось. Романтическая сцена «Встречи с любимым спустя годы», снятая в программе, в которой она снималась, в следующую секунду вспыхнула в голове девушки. Впрочем, это был всего лишь несчастный случай, но её лицо горело.

«…Просто удивлена, да, я просто удивлена…» – Селена попыталась успокоиться.

– Мисс Селена, Джуна здесь, – в этот же момент Джуна постучала в дверь экипажа.

– Пожалуйста, входи!

Горничная принесла с собой шкатулку для макияжа и модное платье.

«Я не могу выйти из экипажа, но и не могу смотреть на неё. Если я уйду, остальные подумают, что я пренебрёг Селеной. Чтобы остальные восприняли её как драгоценного для меня человека, Селена должна идти вместе со мной,» – согласившись с этими мыслями, Кальцион остался в карете.

Однако его сердце никак не хотело успокаивать свой бешеный стук. Местом, куда Герцог смотрел, было углом экипажа.

«Никогда в жизни я не совершал подобной глупости,» – Кальциону стало стыдно. Мысль о том, чтобы выйти из экипажа, снова пришла в его голову.

– Всё готово.

Тем временем мрачный взгляд Селены исчез. Джуна, которая помогала ей, закончила приводить её в порядок.

Джуна вышла из экипажа, официально открыв дверь. В этот раз встречающий вежливо и элегантно поклонился с серьёзным выражением лица:

– Я искренне приветствую Его Превосходительство Герцога. Пожалуйста, входите.

Селена надулась, когда он даже не взглянул на неё. Тот факт, что её лицо уже было показано, заставило её сделать следующий шаг вперёд:

– Ох, мой дорогой Герцог.

Кальцион выпрямился, услышав нежный голос девушки, зовущий его.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 30

Глава 30.

Люди вокруг них напряжённо замерли, ожидая, что скажет Герцог Ренберд. Кальцион ощутил себя неловко, словно его рот был полон сахара, который он никогда не ест.

«Как на свете может быть такая красивая женщина?!» – кричало внутри него. «Как её голос может быть настолько прекрасен?!»

Однако потрясённое выражение быстро исчезло с лица Кальциона.

Герцог Ренберд, безразличный к внешнему виду женщины, оцепенел. Селена была смертельно прекрасна для обычных мужчин, которые интересовались женщинами, или для тех, кто любил красивые вещи. Кальцион не мог сказать, как они смотрят на неё.

«Хм, как знакомо,» – Селена изящно потянулась, обвивая руку Кальциона своей. Некоторые женщины замерзали на полпути, однако для неё это было также естественно, как и дуновение ветерка.

Она улыбнулась, когда твёрдая, но тёплая ладонь мужчины накрыла её ладонь.

– Герцог, мои ноги ослабели, поэтому возьмите меня с собой.

Едва Кальциону удалось скрыть смущение, как следующий удар Селены быстро заморозил воздух вокруг него.

Они вдвоём ехали в одном экипаже. Едва только дверь открылась, пара выглядела так, словно их застали на месте преступления. Что эти двое делали, что у неё ослабли ноги? Воображение людей было в определённом направлении.

Однако…

– Боже, что с Вашими лицами? Мои ноги онемели, потому что я слишком долго сидела на дребезжащем сидении, – в отличие от людей, которые сдались во власть своего воображения, Селена не забывала улыбаться. Она словно смеялась над ними.

Однако с другой стороны, это был единственный способ выжить. Люди вежливо поклонились, понимая все намерения Селены, но ничего не произошло.

– Т-так что? Леди, это была трудная дорога. Позвольте помочь…

– Нет, Герцог, мне это не нравится, – сладко пожаловалась Селена, когда встречающий жестом позвал служанку.

Кальцион молча продолжал держать девушку, словно с момента её рождения ему было поручено заботиться о ней.

«Чем дольше длится ситуация, тем более неловкой она ведёт себя,» – теперь Кальцион хорошо знал это.

Селена довольно улыбнулась и обвила руками его шею:

– Я хочу лечь в удобную постель. Я так устала сидеть, – её голос был нежен, словно крылья бабочки.

Это было не воображение Кальциона, но слово «лечь» прозвучало в его ушах особенно громко и сильно. Его колени и руки, поддерживающие спину девушки, напряглись.

Селена едва сдержала смех. Внешне она была легка и свободна, словно утренний ветерок, однако маленький шутник внутри неё грозил вот-вот вырваться наружу.

Стук… стук… – реакция Кальциона была такой же, как у людей, челюсти которых упали на землю.

Мужчина впал в глубокое замешательство.

«Какое у меня должно быть выражение лица? Куда мне смотреть?»

– Давайте поторопимся и войдём, а? Я ещё хочу кушать, – среди всех Селена была единственной, кто продолжал непоколебимо гнуть свою линию.

– П-пожалуйста, проходите сюда! – встречающий пошёл вперёд.

Он знал, как велик Герцог Ренберд, но впервые видел эту неизвестную женщину, держащуюся за него.

– Ах, могу я спросить, кто эта Леди?.. – поэтому не мог не удивиться.

Элегантная роль Селены впервые столкнулась с кризисом. Она отчётливо была «ничем», несмотря на то, что в нынешних обстоятельствах находилась на вершине пищевой цепочки.

У неё не было официального титула, и она не была официально объявлена любовницей Герцога Ренберд. Она не была ни драгоценной дочерью аристократа, ни другом семьи.

Лишь одно могло помочь. С актёрской игрой Кальциона Селена могла бы, по крайней мере, стать его любовницей. Но и тут возникла проблема.

«Должна ли я надавить сильнее?» – Селена мучилась из-за политики, которой придерживалась.

«До сих пор я никогда не отступала. Однако актёрское мастерство Кальциона всегда снижается с каждым моим новым шагом. До сих пор я привязана к нему.

Но теперь всё должно быть по-другому. Особенно в светском кругу.

Я ещё много раз буду встречаться с ним, но мне не хватит времени, чтобы остаться рядом. Я буду просто пиявкой.»

– Она…

Селена мгновенно выстрелила в Кальциона взглядом, когда он заговорил. Она надеялась, что он не ответит, поскольку она была девушкой, которую он спас с гор.

Если бы взгляд девушки был подобен кинжалу, скорее всего Кальцион уже был бы разрублен на куски. Мужчине пришлось собирать в себе силы, чтобы не подвергнуться этому.

«Можно произнести слова, которые не такие уж неловкие. Не ложь, а лишь правду…»

– …Она та, с кем я живу.

«Уф…» – затёкшие от напряжения плечи Селены расслабились. «Отлично сработано…»

– А-ах… я понял.

Селена с усилием приподняла уголки губ в улыбке, пытаясь соответствовать ситуации, однако его слова смутили её. Даже если слова Кальциона имели смысл, это звучало ещё более странно.

У девушки не осталось другого выбора, кроме как вмешаться и громко стукнуть Кальциона по плечу:

– Ох, правда, с этим северянином очень трудно жить.

– ?!

Глаза людей Данфэла расширились, словно собирались выскочить из глазниц. Однако не у встречающего, а у рыцарей, слуг и горничных, которые следовали за ними.

– Ха… – кто-то удивлённо вздохнул. Среди удивлённых был и Кальцион.

– Я всегда просил тебя представляться вежливо. Что это?

– …О, хи-хи. Этот северный мужчина немного груб.

Несмотря на своё изумление, Данфэл попытался смягчить общее настроение, с улыбкой ответив на слова Селены:

– Понимаю. Думаю, было бы неплохо, если бы мы смогли найти для Вас тихое место, Леди? Это позволило бы Вам мгновенно заснуть.

– Ха-ха-ха, о, да… Благодарю за Вашу заботу, – однако тонкий намёк выскочил совершенно без всякой подготовки. – Кстати, о любви. Есть ли у северных мужчин фобия любви?

– А-ха-ха-ха, совсем чуть-чуть… Нет, – на спине Данфэла выступил пот.

«Если я встану на сторону девушки, то Герцог Ренберд проклянёт меня, но если я не встану на её сторону, то оскорблю уже её…»

Селена и Кальцион одновременно посмотрели на Данфэла.

– Одно действие важнее сотни слов, – сказал Данфэл, осторожно взглянув на них.

Кальцион молчал.

Красноречиво.

А Селена…

– Хм, – усмехнулась. – Посмотрим, насколько это правдиво.

Несмотря на её ворчание, Кальцион продолжал молчать.

******

– Еда уже готова. Стол для Вас накрыт.

Слуги подготовили столы в разных комнатах, поэтому здесь был лишь один стул.

– Здесь лишь один стул. Раз Вы сказали, что желаете отдохнуть, я прикажу принести длинный диван. Так Вы сможете спокойно трапезничать и лежать.

Естественно, Селена и Кальцион собирались ужинать за одним столом.

– Нет, благодарю, – однако девушка отклонила предложение.

– Простите? Но…

Селена улыбнулась нерешительно замершему Данфэлу. Никто не понял, была ли это угроза или что-то другое.

– … – тонкий пальчик девушки принялся вырисовывать линии на ладони Кальциона.

Смущённый этим неожиданным действием, он напрягся.

– Любопытно, как хорошо мой дорогой Цион умеет выражаться. Сегодня и пальцем не пошевелю.

Суровый взгляд Кальциона искал ответ, однако, естественно, Селена была невозмутима.

– Я буду сидеть у него на коленях, а он будет кормить меня.

Данфэлу тоже стало интересно, как далеко сможет зайти Герцог Ренберд.

«Наблюдение – не преступление, и всё же, я должен спросить Герцога…

Что же мне делать?»

Его слуги стояли в дверях, держа на весу диван.

– … – Кальцион тяжело вздохнул.

[– Вы должны делать всё, что я скажу. Особенно в присутствии других людей. Неважно насколько безумными Вам покажутся мои слова, – почтительный голос девушки раздался в его голове.]

«Это место ни духовное и ни социальное общество. Мы всё ещё находимся на моей территории. Пусть это и можно использовать в качестве причины, но я не должен опровергать её место,» – держа Селену на руках, Кальцион сел.

Вскоре на столе была расставлена приготовленная еда.

– Ах, нет, нет, поменьше, – продолжала отдавать распоряжения Селена, прежде чем Кальцион начал кормить её.

Его пальцы крепче сжали нож.

Нож, сделанный из мягкого железа, словно закричал: «Почему я должен выдерживать подобное?!» Однако это был всего лишь крик сердца Кальциона.

– Мм~м, как вкусно! С рук Циона ещё вкуснее! – Селена притворялась. У неё были на то свои причины.

Контакта с Кальционом было недостаточно, чтобы защитить её. Селену беспокоило то, что она никогда не сможет сбежать, если вдруг передумает. Поэтому, пока она была в этом мире, девушка должна была, по крайней мере, заключить их договор так, чтобы его нельзя было легко разорвать.

«Нельзя изгнать великую и опасную любовницу. По крайней мере, если эта женщина принадлежит Герцогу Ренберд.

По характеру Кальциона я уже могу сказать, что он не из тех, кто избавится от меня, если я стану раздражать его. Однако, возможно, для меня ещё найдётся место, куда я смогу уйти, прежде чем исчезну.»

Именно поэтому Селене приходилось глубже погружаться в жизнь и общество этого мира, а для этого необходимо было создавать незабываемый образ в глазах всех, кого она встречала.

И поэтому…

– А-а-а, – девушка открыла рот с яростной решимостью убить Кальциона, если он не накормит её.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 31

Глава 31.

Однажды Кальцион и правда угрожал Селене, но он был не из тех людей, что делали это постоянно. Более того, он сам предпочитал не использовать подобные средства. Угрозы были для него далёкими словами.

Людям было неуютно, даже если он не угрожал им. Кальцион не хватался за чьи-то слабости. Вот почему у него были плохие отношения с Принцем Ларсеном.

Принц Ларсен был из тех, кто был готов пойти на всё, чтобы избавиться от своего противника.

“Я Король, а ты всего лишь Герцог”. Он даже ранил гордость Кальциона, пытаясь в неубедительной манере контролировать своё положение.

Было очевидно, что, когда Кронпринц сделал это, Кальцион ощутил себя достаточно разочарованным, чтобы решиться стать независимым, однако из-за слов Селены он не ощутил себя плохо. Возможно, причиной этому было то, что рука, которую он сейчас держал, принадлежала кому-то простому.

«Она хороша во всём, что нужно делать своим телом,» – благосклонность Герцога к ней немного возросла.

Способности к военным искусствам были одним из основных факторов, определяющих благосклонность Кальциона, поскольку он был человеком, который всю свою жизнь проводил с мечом в руке и взаимодействовал со своими рыцарями.

С чувством удовлетворения Кальцион подчинился приказу Селены.

Окружающие их наоборот начали испытывать трудности с дыханием. Глубоко вздохнув, Герцог Ренберд согласился, а остальные потеряли возможность вдохнуть из-за удивления его поступком.

Никто и представить себе не мог, что Кальцион Ренберд подчинится чьему-то приказу.

Понаблюдав за девушкой в течение долгого времени, Кальцион пришёл к выводу, что Селена не будет в безопасности, если её одну поставить перед определёнными людьми.

Данфэл был весьма способным и честолюбивым человеком. Он ставил своё место как можно выше, чтобы оттуда можно было рассмотреть новые детали.

Данфэл был сыном павшего аристократа, переехавшего из другого региона, однако ему удалось стать рыцарем среди рыцарей Герцогства Ренберд. Сколько времени прошло с тех пор, как он вышел на пенсию и получил эту землю в управление?

«Герцог Ренберд не человек лести. Поэтому, если Кальцион сам выбрал женщину, то что бы там не говорили, она принадлежит лишь ему,» – приведя мысли в порядок, Данфэл задумался:

– Если подумать, я, кажется, ещё не слышал имени этой Леди…

– А, да. Это Селена.

Управляющий ловко избегал копошения в семье. Селена сидела на коленях Герцога, которые казались ничем иным, как троном.

Сегодня его целью не было ни увеличение бюджета, ни просьба столичного аристократа построить мост.

Более подходящим для случайной темы разговора была любовная интрижка, общая тема и кульминация жизни, от которой не могли убежать ни мужчины, ни женщины, ни простолюдины, ни аристократы, ни члены королевской семьи.

Поскольку Данфэл принял такого важного гостя, можно было устроить сцены для глупых комментариев.

– Ах, у Вас прекрасное имя.

– Боже, как мило с Вашей стороны так сказать, – Селена хитро прищурилась.

Очевидно, что Данфэл был хитрым человеком. Он говорил так, чтобы Кальцион знал, что он будет рад «любому, кого приведёт Герцог». Возможно, он также захочет провести время с такой прекрасной Леди, как она.

Когда Селена даже не поморщилась, Данфэл подстегнул своих слуг.

«По сути, чем больше совпадений в шутке, тем эффективнее она, и чем мощнее слова, тем надёжнее они бьют.»

– Где Вы встретили такую прекрасную Леди, которая кажется существом не нашего мира?

Селена хотела поспешно ответить, однако Кальцион успел вмешаться…

– Скажем, это была Судьба?

– Гора.

Селена была ошеломлена. Она чуть не заставила Кальциона снова совершить ту же ошибку.

– А-ха-ха… Как и ожидалось, всё оказалось именно так. Его Превосходительство –тот человек, которого Вы обычно встречаете не на приёмах, а в горах… Как это произошло?

– Случайно.

– В разгар охоты.

Селена стиснула зубы, когда Кальцион вновь заговорил.

«Почему он так серьёзно отвечает на все эти вопросы?»

– Я попала в опасную ситуацию, однако он спас меня, – поспешно заговорила девушка, спокойно улыбаясь Данфэлу.

В это же время Кальцион неловко приподнял уголки губ.

– Подождите, Вы встретили её во время охоты? Это ведь могло обернуться катастрофой. Это было в горах Сэйндарт, верно? Как Вы туда попали?

– Это произошло просто…

– Ежемесячный осмотр территории.

«Ты что, не видишь, что происходит?!» – не в силах выносить это, Селена в итоге стукнула Кальциона по руке.

– Ох, правда, всё ведь было не так! Почему Вы продолжаете дразнить меня?

– … – тело Кальциона онемело от резкого удара, но он промолчал.

Данфэл то и дело переводил взгляд с Селены на Герцога. В его глазах они идеально подходили друг другу, однако всё, что слетало с их губ, было крайне необычным.

«Так у них всё хорошо или нет?..» – но Данфэл смело игнорировал свою настойчивость. Ему важнее было не быть точным, а продолжать лёгкую и приятную беседу с Герцогом:

– …Ох, ха-ха-ха. Его Превосходительство хорошо шутит, поэтому я уверен, что Ваша встреча – драгоценное воспоминание для Вас двоих, но спрашивать об этом бессмысленно. Да, кстати, еда пришлась Вам по вкусу? – эти слова смогли ослабить напряжение ситуации.

– Да, было очень вкусно.

– Я рад, что Миледи понравилось. Я так же очень рад возможности служить Вам. Пожалуйста, заезжайте к нам и на обратном пути.

«На обратном пути…

В тот день, когда я буду возвращаться по этому пути, я выполню условия своего контракта с Кальционом и буду готова вернуться в свой мир.

Смогу ли я вернуться живой?

Лес, в который я отправлюсь, чтобы вернуться в свой мир, такое мёртвое место, что может стать моей собственной могилой…» – Селена вдруг ощутила себя подавлено. «Но сейчас я собираюсь ненадолго уехать в столицу. Когда я вернусь, я надеюсь улыбаться так же лучезарно, как если бы я собиралась стать Герцогиней.»

– Да, так и сделаем.

– Тогда с нетерпением ждите этого. Я не могу дать Вам точную дату, потому что могут возникнуть некоторые проблемы с безопасностью и сроками пути, – закончил Кальцион.

– … – Селена слабым взглядом посмотрела на него.

Очевидно, радость, которую испытывала девушка, почти угрожала вылиться слезами.

«Этот мужчина и правда сводит людей с ума во многих отношениях.»

******

Селена посмотрела, как закрывается дверь кареты, а затем сказала:

– У Селены есть желание.

– Так внезапно?

– Она желает, чтобы выступления её Циона всегда были такими великолепными, что вызывали бы мурашки!

– Что за чушь? – Кальцион ощутил себя по-настоящему обиженным.

Селена же, напротив, стала ещё более оживлённой:

– Прошу прощения, Герцог. Если Вы думаете, что это не те слова, которые Вы ожидаете от меня, то забудьте о возможности разговаривать. Позвольте мне самой делать всё. Кстати, почему Вы всегда вмешиваетесь и говорите правду, вместо того, чтобы увильнуть?

– Я лишь отвечал ему.

– Это так. Однако Вы отвечали правдиво.

– Хорошо, в чём тогда проблема?

– Герцог постоянно забывает, как должен действовать.

– …Ха, – лишь сейчас Кальцион понял, какую проблему он создал. Вот только в этот раз мужчина не стал сразу соглашаться. – Но я обнял тебя и даже накормил едой. Разве этого недостаточно?

Селена одновременно потеряла дар речи и возможность дышать:

– …Правильно, всё правильно. Да, да, я глупая. Я забыла об этом.

– О чём ты говоришь?

– Герцог делал всё, что мог.

– …

Этот последний удар разорвал флаг гордости Кальциона.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 32

Глава 32.

– Я ещё не делал всё, что могу. Я просто не понял, что тогда наступил момент, когда нужно сделать всё.

– Угх… Значит, Вы приберегли это на лучший момент. Когда Вы собираетесь воспользоваться своими способностями?

– Я воспользуюсь ими, когда придёт время.

«Ох, это же полная чушь. Лишь новички с непомерной гордостью произносят эти слова, обещая, что на большой сцене они выступят отлично,» – Селена открыто рассмеялась, не скрывая своего отношения:

– А когда придёт время? Вы говорите словно ребёнок, который даже не может открыть крышку от напитка, но говорил, что сможет с лёгкостью открыть её, чтобы ему дали выпить.

Комментарий Селены был очень тяжёлым и болезненным.

Дело было не в том, что не было ни одного человека, который говорил бы с Кальционом прямо, однако его никогда не били фактами вот так. До сих пор он был главным. По большей части он старался сделать всё возможное в своей работе, прежде чем услышал подобный комментарий.

Сейчас у мужчины даже появилась некоторая уверенность в том, что он хорошо справлялся. Поначалу ему было настолько трудно сказать даже слово, что он тренировался до тех пор, пока его язык не начинал болеть. Теперь он реагировал на каждый приказ, который отдавала Селена, почти мгновенно. Кальцион считал, что он определённо прогрессирует в своих умениях.

«Войти в роль – вот, чего она желала. Сейчас я так увлечён своей ролью, что иногда фигура Селены кажется мне очень яркой. А это результат моих огромных усилий,» – подумал Кальцион.

– Продолжать пытаться – это хорошо, но я думаю, что важнее ценить достигнутое.

– Я человек, ориентированный на результат. Если Вы потерпите неудачу в практике, всё будет кончено. Я просто пытаюсь стать для Вас приоритетом, ведь если это удастся, я не буду изгнана из Герцогства Ренберд?

– Если я хорошо потренируюсь, то смогу…

– Тогда сделаем это сейчас, – сухо сказала Селена.

– Сейчас? Здесь? Наедине?

Это был не банкетный зал и не людное место, а узкий экипаж.

Смотря на растерянного Кальциона, Селена упрямо скрестила руки на груди:

– Так же, как и я. Тогда в пещере. Внезапно.

«Наедине лишь с Кальционом. И я прекрасно справилась.»

Кальцион почему-то ощутил, что воздух стал душным.

Его губы не двигались, не имея сил заговорить.

«Если кто-то колеблется в такой момент, разве не похоже ли это на ситуацию, когда человек приговорён к смертной казни за нарушение важных военных законов?»

– Это очень важно. Я помогу Вам начать.

«Я хочу столкнуть его с обрыва, но если я сделаю это, то также потерплю поражение и буду близка к своему концу. Поэтому пока я должна притвориться добросердечной и не портить Кальциону настроение.»

– Мы идём на приём. Какая атмосфера на этом приёме?

Кальцион задумался.

«Приём. Я никогда не задумывался об этом. Если говорить об атмосфере, то я могу отнестись к этому достаточно серьёзно…»

– Вам не нужно думать так много. Вы просто должны сказать мне кратко своё первое впечатление. На каком приёме Вы были в последний раз?

– На дне рождения Королевы… – заикнувшись, Кальцион попытался вспомнить.

«Перед смертью Ирэль почти каждый день в столице проводились приёмы. Столица известна своими приёмами, но в то время они были более частыми.

Если бы кто-то захотел, он мог бы сказать, что столица – город, где можно посещать приёмы каждый день в году. Они проводятся чуть ли не в каждой семье.

Когда я оставался в столице с Ирэль, мы были на трёх разных приёмах. Мне даже потребовалось время, чтобы решить, какой приём я хочу посетить, а какой мне не подходит, и какой, по моему мнению, будет самым приятным…

Я интересуюсь лишь политикой, поэтому единственными приёмами, на которых я присутствовал, не были пустышками, как приглашение от Принца Ларсена. Это можно было сказать о дне рождения Королевы.»

– Приём был во дворце в день рождения Королевы?

– Да, во дворце было несколько приёмов. Королевские дни рождения всегда проходят в самом прекрасном Дворце Роз.

– Раз сам Герцог говорит об этом, значит он необычен?

– В значительной степени.

«В мире довольно много людей, которые не знают, что значит «описание». Кто-то даже не задумывается о существовании прилагательных и наречий…

…И Кальцион один из них.»

Добродушно улыбаясь, Селена приготовила список вопросов, которые хотела задать:

– Насколько он был большим?

– Ну, кажется, там было около 500 людей и было достаточно свободно, хотя, думаю, правильнее будет сказать около 1 000, если добавить в этот список тех людей, что гуляли по саду.

– Вау, это было очень масштабно. Значит все люди на том приёме знали друг друга?

– Даже если они не были лично с кем-то знакомы, они могли легко понять личность встретившегося им человека.

– А что насчёт Герцога?

Кальцион фыркнул на эту нелепость:

– Почему я должен утруждать себя запоминанием их имён?

Селена ощутила, что служить холодному Северному Герцогу крайне трудно.

– Но остальные, наверное, узнали Вас, не так ли?

– Полагаю, так оно и было.

– Тогда начинали ли они с Вами какие-нибудь разговоры?

– Обычно – да.

– Что они говорили?

Кальцион прищурился, словно вспоминая:

– Передавали краткие приветствия, представлялись…

«Ирэль присоединилась к последнему приёму, на котором я присутствовал,» – Кальцион не собирался думать об этом, но, когда эти воспоминания мелькнули перед его глазами, ему показалось, что в них было что-то общее. «А, женщина, о которой ходили слухи?..

Тогда они подошли ко мне, но их взгляды были прикованы к Ирэль. Словно они всё знали…»

– А потом? – с тревогой спросила Селена.

– Я представил её как «дочь Барона Джион».

– Затем?

– Я думаю.

– Да?

– …Похоже, они пришли не для того, чтобы поприветствовать меня.

Лишь сейчас Кальцион понял, насколько бесчувственным он был.

«Это основы этикета – представлять своего спутника другим. Если только он не ребёнок, который потом должен сам расширять свой круг общения.

Женщины, которые до сих пор сопровождали меня, все были из известных семей. Поскольку они были центром многих приёмов, незнакомцев не было, и у них был более широкий круг, чем у меня. Любой из присутствующих занимал более высокое положение, чем я.

[– Боже, Ваш сегодняшний партнёр – Герцог Ренберд?

– Да, я слышала, что он в столице, поэтому пригласила его.

– Понимаю, рада видеть Вас. Ваше Превосходительство, меня зовут Сара, из Графа Розиум.

– Ваша Светлость, почему бы Вам не станцевать с Сарой следующий танец?]

Так было всегда. Если кто-то подходил поприветствовать меня, то, после того, как они узнавали личность моей партнёрши, они говорили: «Ах, Ваш партнёр на сегодня кто-то из такой семьи. Надеюсь, этот вечер будет весёлым».

Поскольку я привык к подобному, представление Ирэль было необычным проявлением доброты с моей стороны…»

Увидев задумчивость Кальциона, Селена поняла, что зашла слишком далеко, поэтому больше не пыталась нажимать на определённые кнопки:

– Хорошо, я поняла атмосферу, – приподняв уголки губ, девушка заставила себя улыбнуться.

«Половина ожиданий сбылась. Не все будут хорошо относиться ко мне, если обо мне будут ходить слухи, что я злодейка. Хоть Розалин и Фионэль находятся далеко впереди, и имеют более высокое положение, меня беспокоят слова Миссис Джанет…

Должна быть причина, по которой она продолжала придираться к предыдущей Герцогине.

Общество полно людей, которые ведут себя как дети. Проворные и нежные для тех, кого нужно склонить к себе, но жестокие для тех, кто им не нравится…» – но Селену не пугал подобный расклад.

Девушка устала, но не боялась. У неё был опыт в подобном.

Когда она была маленькой, ей было больно, и она много плакала.

[– Почему мне не рады везде, куда бы я ни пошла? Мне действительно нужно исчезнуть?]

Однако, в конце концов, Селена смогла выдержать это и приветствовать всех яркой улыбкой, куда бы она ни пошла.

«Отвратительно, мне придётся вновь влезать в подобное.

Но я не буду беспомощной. И для того, чтобы быть как можно более успешной, мне крайне важно, чтобы Кальцион делал всё возможное.»

До столицы оставалось десять дней. С каждым мгновением приближения к столице девушка становилась всё более решительной.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 33

Глава 33.

– А теперь представьте, что если кто-нибудь спросит обо мне, что Вы скажете?

– Естественно, я… – Кальцион думал, если он будет практиковаться, то как-нибудь сможет ответить, но когда он разомкнул губы, слова не смогли сорваться с них.

Он ощутил себя неловко из-за своего молчания. Его собственное хвастовство о том, что он вовремя сможет сделать всё возможное, омрачилось.

– … Её зовут Селена, – запнувшись, сказал Кальцион.

– Понимаю. Я никогда не видел её ранее. Предполагаю, что она недавно вошла в общество? – Селена не оценила действия Герцога, но притворилась дворянином.

Кальцион был удивлён тем, насколько её манера говорить была естественной и близкой к реальности.

«Может ли она представить себе всё лишь с помощью короткого объяснения?» – его признание мастерства Селены возросло ещё сильнее.

– Да.

– Получается, Его Превосходительство привёл её, чтобы она дебютировала в светском обществе. Должно быть, она великая личность.

Взгляд Кальцион дрогнул. Он не мог представить человека, который смог бы так реалистично изображать другого. Но он также не мог сказать, что её слова не соответствовали реальности.

Когда Селена не получила ответа, она вновь ударила:

– Какая же часть её так прекрасна?.. Мне любопытно.

– Почему я должен говорить тебе это? – Кальцион ощутил себя загнанным в угол.

– Прошу прощения, если я был невежлив, Ваше Превосходительство. Однако, я надеюсь, Вы понимаете, что Вы должны выбрать с кем можем общаться, если у нас нет того же, что есть у Вас.

– Ты смеешь сейчас учить меня этому? – даже не посмотрев на то, что это была простая игра, Кальцион окинул девушку высокомерным взглядом.

– Невероятно! – резко ответила Селена. – Вы что, сейчас бросаете мне вызов? Если да, то я прощаюсь с Вами навсегда. Вне зависимости от того, насколько сильно Вы не желаете общаться, внешне Вы должны выглядеть приветливым.

С тяжёлым вздохом, мужчина опустил голову. Он тоже ощущал, что ему чего-то не хватает, однако твёрдость девушки расстраивала его.

«Селена права. Мой ответ – это полный провал,» – Кальцион ожидал чего-то подобного, однако был потрясён, увидев, что всё настолько плохо.

– Теперь Вы понимаете, что должны продолжать тренировки, верно?

– … Да…

Селена была не из тех, кто продолжал беспокоить человека, который уже сдался. Увидев, что Северный Герцог немного опустил голову, девушка начала свою лекцию бодрым голосом, не выказывая давления:

– Поскольку у меня нет никаких козырей в рукаве, мне не нужно иметь заготовленной атаки, чтобы отбиваться, однако будет лучше, если Вы ударите первым.

– В чём разница?

«Слова действительно не сильно отличаются друг от друга,» – Селена усмехнулась.

– Разница в том, что Герцог – человек, который отчаянно хочет кого-то представить.

Кальцион кивнул, выражая своё удивление.

«Определённо есть разница между самостоятельным представлением и представлением кого-то после вопроса…»

– Понял. Но тогда всё пойдёт по тому же пути, разве нет?

– Если Герцог представит меня первым, они, естественно, будут вынуждены проявить вежливость и поприветствовать нас согласно этикету, хотят они того или нет.

– И?

– На самом деле, легче всего сделать так, ведь если Герцог легко введёт меня в определённый круг, я смогу найти способ влиться в светское общество. Вот и всё.

– Так… отбросив в сторону сложность ситуации, я просто должен представить себя как свою любовницу, верно?

– Да, если сможете.

Селена была не из тех людей, которые возлагали большие надежды на то, что не могло сработать. Фантазии лишь усиливали разочарование.

– Думаю, будет легче сделать это, а не разыгрывать диалог.

– Трудно действовать, не говоря слова или не используя мимику.

– Никогда нельзя знать это наверняка. Давайте попробуем.

«У разных людей – разные таланты. Кальцион не лучший собеседник, но, может, он сможет компенсировать это своими жестами?» – на мгновение задумавшись, Селена кивнула:

– Основа привязанности – это наблюдение. Прежде всего, как насчёт того, чтобы понаблюдать за моим лицом?

– Хорошо, – не моргая, мужчина послушно принялся изучать черты лица Селены.

Он скользнул взглядом по её вискам и глазам, спустился на переносицу и осмотрел всё остальное, что как-то выделялось. Девушка молча смотрела на него в ответ.

Селена знала, что означает этот взгляд Кальциона. Его острый взгляд говорил, что он охотится. Девушка ждала, что Герцог что-нибудь скажет, но он продолжал молчать.

– Ха-ха, ха… – не в силах больше сдерживаться, Селена захихикала и ощутила, что этот метод тоже зашёл в тупик. – Итак, что Вы чувствуете, когда видите моё лицо?

– Чувствую? А что я должен чувствовать?

– Просто скажите мне, о чём Вы думаете.

Это было незнакомо Кальциону, но он неловко попытался думать вслух, как и просила девушка:

– У тебя круглый лоб.

– Угу-м, – Селена кивнула, жестом говоря ему продолжать.

– Хм… у тебя аккуратные брови.

– Угу.

– Большие глаза.

– Хорошо.

– Возможно, это из-за больших глаз… ты обладаешь могущественным сиянием.

– Могущественным?

Не осознавая этого, Кальцион жадно смотрел в глаза Селены, словно сверлил её душу:

– Ну… Я думал, что у обычно у детей глаза больше, чем у взрослых… Твои зрачки расширены? Если подумать, я давно не видел этого. Может быть, поэтому это и выглядит мощнее. Точно, а ещё чёрный цвет поглощает любой свет, как и глаза.

– Ох, – Селена была в восторге от объяснения, которое неожиданно выдал Кальцион. – Хорошо. Есть ли ещё что-нибудь, что выделяется на том же уровне, что и глаза?

– Хм… Могу я посмотреть поближе?

– Да, конечно, сколько угодно, – Селена приблизила своё лицо к лицу Кальциона так близко, что они оба могли ощутить дыхание друг друга на своей коже.

Девушка внезапно заметила, что с более близкого расстояния его глаза казались таинственными. Глаза Кальциона, были словно облако в туманном лесу, отражая его дух.

«Совсем как Кальцион.»

– У тебя такие яркие глаза, что мне кажется, будто я смотрю в зеркало, – Кальцион рассмеялся, словно ребёнок, который только что открыл для себя новую игру.

Селена рассмеялась, не тронутая его комментарием. Их горячее дыхание коснулось губ другого.

– Ха-ха-ха… Ах…

Льющийся смех постепенно затих.

Стук, стук, стук, – прерывистое покачивание кареты постоянно нарушало возникшую тишину.

«Поцелуй?..» – инстинктивно поняв это, Селена напряглась. «Я слишком сблизилась с ним, потому что появилась сильная мотивация. Очень легко просто смеяться и разговаривать в подобной близости, но я чувствую, что могу привыкнуть к этому…»

Атмосфера звенела от напряжения. Даже если между Селеной и Кальционом не было чувств, они могла спать всю ночь рядом и такого напряжения не было.

«Вызовет ли это неловкость? Должны ли мы сблизиться друг с другом? Должна ли я сказать о чём думаю?! Взять его за руку или поцеловать?»

Всё становилось более неловким. Ни один из них не собирался делать этого, однако если атмосфера накалиться ещё хоть немного, их тела могут двинуться вперёд, даже не осознавая этого.

«Если мы начнём двигаться, то сможем последовать зову своего сердца. Что, если произойдёт подобное? Это всё равно, что вместе скатиться по грязи…»

Селена так нервничала, что испортила себе настроение. Однако, прежде чем, девушка успела заговорить, Кальцион остановил её:

– Ошеломительно…

– … Ч-что Вы сказали?

Взгляд Кальциона был переполнен восхищением:

– Даже при таком зрительном контакте твой взгляд непреклонен.

– … Что?

– Это просто прекрасно. Это одна из самых важных тактик в бою.

– …

Между тем, девушка, казалось, была не в состоянии прочесть удивление и нелепость, которые отразились в глазах мужчины. Вместо этого, она поддалась своему настроению:

– И это единственное, что Вы находите в самых красивых глазах в мире? Серьёзно? – Селену внезапно охватил гнев.

«Глупо было нервничать. Это даже за гранью тупости!»

– Неправильно!

– …Неправильно?

– Неправильно! Неправильно, неправильно, неправильно, неправильно, неправильно.

Миллион раз неправильно. Кальцион был ошеломлён её реакцией:

– Почему?

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 34

Глава 34.

– Возможно, хороший способ похвалить мужчину, однако это не самый лучший комплимент для красивой леди.

– …Ха…

У Кальциона никогда не было отношений, и он никогда не видел женщину так близко. Научить кого-то, кто даже не знает, что подобные чувства существуют в мире, это очень долгий путь. Более того, дорога в столицу становилась всё короче.

– Нужно сосредоточиться на красоте, а не на способностях.

– Красота. Они симпатичные.

– Расскажите мне об этом подробнее.

– Хм… – Кальцион откинулся на спинку сидения и принялся изучать её черты, словно он наслаждался картиной.

Казалось, всё стало сложнее, потому что в стандарт просмотра включилась «красота».

– Теперь Вам не так хорошо видны мои глаза.

– Ха, ничего. Твой прямой нос красив.

– Угху.

– Твои красные губы выглядят красиво, потому что они пухлые.

– Отлично.

– Удивительно, что линия твоего подбородка настолько плавная. Ах, я имею в виду, вот почему ты так хорошо выглядишь.

Внезапно всё начало распутываться. Кальцион легко разглядывал черты лица девушки.

«Похоже, глаза Северного Герцога наконец-то начали открываться,» – Селена кивнула, словно она была родителем, чей ребёнок, наконец, оправдал её ожидания.

– Хорошо, хорошо.

– Я нахожу тебя чарующей, потому что у тебя тонкая и длинная шея, и на твоей коже нет никаких пятен.

– Отлично, думаю, Вы определённо признали, что я красивая. Что Вы обычно делаете, когда видите что-то красивое?

– …? Когда вижу?..

«Опять трудности,» – однако Селена всё же не была разочарована.

– Например, как Вы смотрите на красивые цветы в саду?

– Как смотрю?

– Такие красивые, что… – девушка больше ни о чём не могла думать. Селена ощущала напряжение.

Это было похоже на то время, когда она снималась в развлекательной программе крупным планом в течение трёх дней, и настолько устала, что не могла шутить.

«Действительно ли в этом мире есть что-то, что называют красивым? Разве красота не иллюзия? Пытаюсь ли я убедить Кальциона в иллюзии?» – Селена расправила плечи:

– Ах, давайте переходить к делу чуть медленнее. Я ничего не могу придумать, потому что у меня мало сахара.

– Тебе нужно перекусить?

– Мне нужно немного остыть.

«Мысленно воскреснуть, чтобы избежать проклятия красоты.»

Кальцион очень осторожно открыл окно экипажа, впуская внутрь холодный воздух и пыль с поля. И за это девушка могла бы «отблагодарить» его многими способами.

*****

На закате экипаж прибыл в очень маленькую деревню.

Данфэл, где они обедали, был достаточно большим городом. Селена поняла это, только когда увидела новый город.

Он был таким маленьким, что по обеим сторонам дороги стояли несколько домов. Экипаж остановился на обочине дороги.

– Мы остановимся здесь на ночь и уедем завтра утром.

– Здесь?

Выглянув в окно, девушка увидела горы Сэйндарт, сияющие в свете ранней луны.

– Это лучшее место, чтобы остановиться в пути.

Когда Кальцион постучал в дверь, рыцари, стоящие снаружи, открыли дверь.

Перед каретой ждал старик. На первый взгляд он казался обычным человеком, далёким от смотрителя.

«Деревня кажется слишком маленькой, чтобы нанять смотрителя, поэтому старик, по-видимому, является представителем деревни…»

Позади старика стояла небольшая толпа, вероятно собравшаяся со всей этой деревеньки.

– Добро пожаловать, Ваше Превосходительство, Герцог Ренберд.

– Должно быть, моя просьба всё подготовить попала в трудные времена.

– Нет ничего, что радовало бы меня, кроме чести служить Его Превосходительству, – этот старик был первым, кто произнёс эту положенную по этикету фразу. – Пойдёмте, я покажу Вам дорогу.

В этом приветствии не было ничего лишнего.

Благодаря ненужной доброте Кальциона, открывшего окно, Селена была покрыта лёгкой грязью, однако такой была не одна она.

Приветствие закончилось безмолвно, в отличие от управляющего в городе Данфэл. Кальцион даже не спросил имени старика. Это была простая деревня, мимо которой он проезжал. Селена с лёгкостью последовала за Герцогом.

Девушка увидела недалеко от них дом с табличкой «Гостевой». Карета стояла во дворе самого большого и высокого дома среди имеющихся в деревни.

– Здесь ведь есть место, где мы могли бы помыться, не так ли?

«Судя по внешнему виду жителей деревни, у них не было подходящего времени, чтобы привести себя в порядок…»

– Мы подготовим ванну для Вас двоих. Я провожу Вас.

«Похоже, что никто не сможет вымыться,» – тяжело вздохнув, Селена вошла в здание.

«Ну, здесь мы всего лишь на одну ночь, в резиденции Герцога таких неудобств не должно быть…»

Служанка и слуги последовали за ними, неся багаж.

– Ванна приготовлена вон там, – служанка повела Кальциона и Селену.

«У них есть две ванные комнаты?»

Селена не была уверена в этом и в итоге их привели не к бане, а к большой ванной комнате.

«Только не говорите мне… Они действительно думают, что раз мы уже спали вместе, мы и ванну можем принимать вместе?!» – девушка вздрогнула, когда с беспокойством вошла в ванную.

Она была права лишь наполовину.

В пустой комнате, разделённой ширмой посередине, стояли две ванны. Это избавляло их от необходимости разделять одну ванну, однако всё же особо не отличалось от совместного принятия ванны.

Ширма, из-за зажжённого света, просачивающегося с обеих сторон, прекрасно отражала тени.

– В одной… комнате? – покраснев, Селена увидела, что Джуна бросила на неё быстрый взгляд.

– Да… Я думаю, что тот старик подготовил это, когда ему сказали, что Герцог приедет не один. Кажется, Вам это не нравится…

Обычно служанки сказали бы, что это хорошо, однако, на случай, если среди них был шпион, Селена должна была хорошо сыграть свою роль. Точно так же, как она делала это с тонким платьем.

«Как бы сильно я не хотела сбежать, сейчас я нахожусь на работе. Это просто игра,» – Селена открыла глаза, которые на несколько мгновений закрыла в надежде успокоиться:

– Ох, прекрасно… Я нервничаю.

– Ох, сейчас Вы нервничаете?

– Но… мы впервые будем принимать ванну вместе.

– Что значит «вместе»? Если быть точным, Вы будете делать это отдельно, но в одном месте, – лицо Джуны уже пылало.

Селена внутренне ощущала себя более смущённой, чем показывала внешне.

Отведя взгляд в сторону, Селена напряглась. Кальцион уже отошёл в левую часть комнаты и теперь был на середине снимания одежды, не обращая внимания на чьи-то взгляды. Словно он привык к этому.

«…Хм, для него нормально, что его сейчас видят?» – девушка ощутила внезапный прилив сил.

Когда они ранее встретились взглядами в экипаже, Кальцион оценил её как воина. Это помогло девушке вернуть себе часть гордости.

Сама комната была достаточно убогой, но благодаря усилиям быстрых рук служанок, за короткий промежуток времени ванная комната стала выглядеть достойно.

Дверь была занавешена высокими занавесками, а на полу были расстелены те же ковры, что и в замке. Кто-то даже разложил кружево на столе и зажёг причудливо расставленные свечи.

Старую деревянную ванну накрыли белой тканью и лишь затем налили в неё воду. В воде тихо шумела бомбочка для ванны и плавали какие-то лепестки. В этот момент Селене показалось, что служанки намеренно создали подобную атмосферу.

Служанки знали, что атмосфера необходима для создания настроя. И всё подготовили.

«Этого достаточно.

Атмосфера создана, поэтому всё, что мне осталось сделать, это дождаться момента для начала игры…» – Селена медленно пошла в правую часть комнаты, где сняла одежду и передала её в руки служанок.

С каждым куском ткани, который она снимала с себя и передавала служанке, дрожь пробегала по её телу.

Девушке потребовалось некоторое время, чтобы избавиться от тяжёлого платья, за это время Кальцион уже разделся и лежал в ванне.

– Позвольте мне начать массаж Ваших плеч, – голос служанки был хорошо слышен из-за ширмы.

– Стоп, – естественно, голос Селены был слышен также отчётливо.

Служанки, находившиеся рядом с Кальционом подумали, что это слово предназначалось для служанок Селены, но начали немного колебаться, когда по ту сторону ширмы не было никакого движения.

– …Ах. В-Вы сказали это нам?

– Да. Я знаю, что это Ваш долг, однако я не желаю, чтобы другие женщины прикасались к моему Герцогу. Все, пожалуйста, уйдите.

– Хах? Но… но это наша работа…

– Герцог?

Смутившись, служанки оглянулись на Кальциона. Сам Кальцион также был смущён.

Однако существовал принцип, который гласил, что он должен слушаться Селену. Одним движением подбородка, мужчина отослал служанок, но служанки Селены всё ещё оставались при ней.

– Итак, что теперь? – спросил Кальцион, продолжая оставаться по ту сторону ширмы.

– Я буду прислуживать тебе.

– Ты?

– Да.

Селена ополоснулась, прежде чем вновь надеть тонкую одежду, которую носила под платьем. Ткань мгновенно облепила фигуру девушки, но в отличие от прошлой полупрозрачной ночной рубашки была приличной.

Хоть это платье не открывало всех линий женского тела, влажная ткань прекрасно обрисовывала её изгибы, а свет свечей добавлял таинственности, мешая разглядеть их лучше.

Селена позвала своих служанок. Служанки молча поднялись со своих мест и поклонились.

Стоящая последней Джуна одарила Селену понимающей улыбкой. Притворяясь наивной, Селена ответила ей улыбкой, а затем также отослала прочь.

Теперь в комнате осталось лишь два человека, Кальцион и Селена.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 35

Глава 35.

Однако служанки, покинувшие комнату, продолжали ждать возле дверей.

Зрители могли слышать лишь звуки, доносящиеся из комнаты. Вот только причина, по которой Селена делала это, заключалась не в том, чтобы показать всем их отношения, а в том, чтобы поиздеваться над Кальционом.

– Может быть, мы начнём? – объявила девушка о начале представления.

– Сейчас?.. – однако Кальцион не был готов к подобным действиям.

Не сумев подготовить свой разум, мужчина застыл в напряжённой позе. Удивлённо вскинув брови, Селена мысленно свистнула, увидев обнажённое тело мужчины, что не было скрыто водой.

Верхняя часть тела Кальциона была совершенным кристаллом, в котором не было ни одного недостатка. Мышц в теле Герцога было не слишком много, но и не слишком мало. Его мышцы были настолько совершенны, что изображение тела Кальциона можно было печатать и клеить в каждую спортивную секцию.

Естественно, Селене стало интересно, всё ли так же прекрасно ниже, однако из-за лепестков, плавающих на поверхности воды, рассмотреть мужчину ниже не представляло возможности. Вот только, если бы этих лепестков не было, то ситуация стала бы настолько неловкой, что актриса не смогла бы с ней справиться.

Увидев плавающие в воде лепестки, Селена спланировала свою «операцию» и с нежной улыбкой направилась к Кальциону:

– Не думаю, что я узнала бы об этом, если бы меня здесь не было. Как Вы могли отдать своё тело в руки другой женщины, когда здесь есть я?

– …Тебе лучше не делать ничего странного, – под взглядом девушки Герцог заволновался.

«Селена ведь не из тех, кто действует без крайней необходимости…

Есть что-то подозрительное?» – Кальцион огляделся, однако, как и ожидалось, ничего не привлекло его внимания.

– Что заставило Вас думать, что я сделаю это? – улыбаясь одними глазами, девушка медленно приближалась к нему.

Кальцион, случайно взглянувший на Селену, поспешно перевёл взгляд в другую сторону, едва заметил, что на ней лишь тонкое платье.

Когда девушка подошла к нему сзади с банным полотенцем, которое подготовили слуги, широкие плечи Герцога напряглись.

Селена провела кончиками пальцев по плечу мужчины до самой шеи, ощущая подушечками пальцев горячую твёрдую кожу:

– Вы раздевались, словно меня здесь не было, да?

Теперь Кальциона осенило.

За мужчиной всегда наблюдали слуги, когда он принимал ванну в замке. Поэтому в нём не проснулось чувство осторожности, даже когда Селена оказалась с ним в одной комнате. Кальцион подумал, что раз пространство здесь разделено, ему нет смысла думать о воспитанности в присутствии Леди.

Однако он понимал, что сейчас Селена говорит совсем не о воспитанности по отношению к Леди.

Кальциону показалось, что его чувства усилились в десять раз. Ощущение капель воды, стекавших по его телу, и прикосновение пальцев девушки к его плечам были сильнее, чем обычно. Это даже вызвало невыносимое волнение внизу его живота.

– Неужели мой Герцог даже не видит во мне женщину?..

С губ девушки словно капал мёд, вместо простого голоса. Сладкого и соблазнительного голоса Селены, касающегося ушей Кальциона, было достаточно, чтобы перестать дышать.

Естественно, подражая служанкам, девушка полила водой верхнюю часть тела Герцога и принялась вытирать её полотенцем. Хоть это мало чем отличалось от действий служанок, напряжение, которое ощущал мужчина, становилось всё сильнее. Селена тоже не могла расслабиться.

Одна половина её желала, чтобы Кальцион признал в ней женщину, а другая не позволяла ей колебаться.

«Что подумают люди, если, вернувшись, мы вновь решим принять ванну вместе?.. Вместо того, чтобы поддаваться искушению, я должна найти некоторые его слабости.»

Однако Селена не могла сосредоточиться на поисках слабостей Кальциона. Путь она не знала, что ей делать, однако была уверена, что должна заставить мужчину полностью растаять и остаться в нужной ей комнате.

И через некоторое время девушка нашла этот способ.

****

– Агх!..

Служанки и охранники, стоявшие по ту сторону двери, переглянулись.

– Этот звук, только что…

– Может показалось?

Пусть звук был коротким, но он определённо доносился из ванной.

Все были шокированы, потому что звук был достаточно необычным, чтобы доноситься из ванной.

– Ох, мм… м…

Серия звуков вновь донеслась до служанок.

«Этот низкий голос не мог принадлежать Леди Селене. Это точно голос Герцога. Но чтобы он издавал подобные звуки?..

Что же они там творят?!» – никто из слуг не осмеливался представить себе эту сцену.

Кальцион был мало эмоциональным мужчиной. Почти всегда он был спокоен и выражение его лица не менялось. Обычно он молчал, даже если в этом не было нужды, и даже когда его тренировки были крайне изнурительными, он никогда не стонал.

«Что же там происходит?!»

Поскольку Герцог всегда тренировался с мечами, большинство служанок знали, как нужно проводить массаж. Иногда, после тяжёлых тренировок, они проводили сеансы массажа для рыцарей Ренберда.

Каждый раз, когда это случалось, рыцари не выдерживали и издавали всевозможные болезненные стоны из-за узлов в мышцах.

Однако у Кальциона подобное было крайне редко, да и звук его дыхания во время массажа никогда не менялся.

«Тогда в чём же причина этого звука?»

– Как насчёт этого места? Хм? Здесь? Ещё?

Сосредоточившись на звуках, доносившихся из комнаты, служанки прижались ушами к двери и были шокированы голосом Селены, который сопровождался смешком.

«Герцог сейчас не один,» – внезапно они поняли, что Кальцион проводит время в ванной наедине с женщиной, которую привёз из гор. «Они отослали всех!»

«Что они могут делать, чтобы издавать такие звуки, когда их никто не видит?..» – воображение полностью захватило сознание служанок. Как и всегда, оно вышло за пределы реальности.

Когда Селена позвала служанок, чтобы привести себя в порядок после принятия ванны, в комнате было так тихо, словно ничего не происходило. Девушка сидела в своей ванной и прикасалась пальцами к мокрой ткани платья.

Воздух в ванной комнате был довольно горячим.

«Что же они делали, что здесь стало так влажно?!» – ощутив, что дело не только в горячей воде, служанки вопросительно переглянулись.

– Ах, Вы можете просто отдать мне полотенце и сухую одежду, – Селена застенчиво улыбнулась и протянула руку приближающейся к ней служанке.

– Но…

– Я могу сделать это сама.

– Ваша одежда мокрая, поэтому достаточно неудобная, возможно, Вы всё же позволите?..

Улыбнувшись, Селена подбородком указала на другую сторону ширмы:

– Меня смущает, что сейчас меня видят другие.

Дождавшись ухода служанки, девушка схватила полотенце, быстро вытерлась и переоделась в сухую одежду.

Никто не мог сказать, какие следы остались на теле Селены, ведь, переодеваясь, она прикрывала своё тело. Вот только одна из служанок заметила несколько тёмных синяков на руке девушки.

Закончив переодеваться, Селена и Кальцион вышли из ванной. Герцог обнял актрису за плечи, когда она, застенчиво улыбаясь, обнимала его за талию.

– Как оно?

– Я очень удивлён. Не ожидал, что ты умеешь такое.

– Я могла бы сделать немного больше.

– С тобой точно всё в порядке?

– Вы можете отнести меня в мою комнату? Из-за Вас, Герцог, я устала. Моему телу не хватает сил.

– Без проблем, – одним быстрым движением Кальцион поднял Селену на руки.

– Кья! – девушка радостно обвила руками его шею.

Охрана, забыв поклониться, поспешно опустили взгляды лишь после того, как встретились с взглядом Селены.

– В какой стороне комната?

– …Ох, эм, комната Его Превосходительства здесь, а комната Леди Селены – вот там.

Комнаты находились в разных концах коридора. Можно было даже не спрашивать, чья это работа.

«Вероятно, у неё просто не было времени сделать то же самое с ванной. Более того, нетрудно разделить комнаты, когда нас нет.

Вот только, мы не можем пойти спать в свои комнаты в ситуации, когда нас уже поймали за попыткой сделать «что-то большее» в ванной комнате.»

– О, давайте просто пойдём в комнату Герцога.

– Но… Миссис Джанет сказала, что одна комната будет слишком душной для двоих…

Миссис Джанет, казалось, заранее проговорила это со служанками. Она не только выбрала своих людей, но и контролировала все приготовления.

Но Селена больше не собиралась поддаваться её влиянию. С улыбкой на лице девушка прижалась лицом к шее Кальциона:

– Ничего страшного, если комната маленькая. Мы можем спать вместе. Пойдёмте, Герцог.

Кальцион, которого чрезвычайно беспокоила война власти между двумя людьми, которые даже не стояли друг перед другом, решил вмешаться, прежде чем обмен словами затянется.

«Миссис Джанет хорошо управляется с маленькими детьми, однако я уже не маленький. Если бы я сразу вмешался, ситуация закончилась бы ещё до того, как она началась.»

Стражникам пришлось последовать за ними и расположиться перед дверью, в то время как служанок отпустили. Служанки, которые смотрели в пол, подняли головы и заговорили, едва фигуры Кальциона и Селены исчезли.

– Ого. Она так прямо говорит за спиной Миссис Джанет?

– Вам не показалось, что Его Превосходительство рассердился?

– Это необычно. Его Превосходительство отодвинул слова Миссис Джанет в сторону ради девушки. Это крайне необычно.

– Хэй, но они же везде вместе, не так ли? До сих пор все женщины, которые были привязаны к Его Светлости, были одержимы им, потому что он им нравился, но на этот раз всё по-другому.

«Всё точно по-другому. Время, которое Герцог дарит Леди Селене, другое, как и то, что он принимает её высокомерное поведение…»

– В-вы видели? Вы это видели? Вы это видели? Спину Его Превосходительства!

– Спину? Почему? Что было на его спине? Леди Селена переодевалась в углу, поэтому я не могла ничего на ней разглядеть.

– На спине Его Превосходительства были красные линии, словно его поцарапала кошка!..

– Ах! П-правда?!

– Разве его стоны не были довольно громкими?..

– Разве нет?..

Прошло мгновение, и от одной мысли сознание всех вспыхнули. Естественно, то, что наполнило их умы, было тайными фантазиями, которые большинство из них не смогут высказать вслух.

Излишне говорить, что воображение служанок и реальность были очень разными. Едва дверь в комнату закрылась, как Селена сильнее стиснула шею Кальциона, отказываясь спускаться на пол:

– О, да. Это было здорово. Я рада, что мы смогли это провернуть!

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 36

Глава 36.

– … – озадаченный взгляд Селены остановился на лице Кальциона, который крепко держал её, чтобы она не упала.

– …Я отлично справился?

– Конечно! Вы проделали огромную работу. Хорошо, это помогает Вам действовать. Всё, что Вам нужно делать, не является ложью, не так ли?

– Да.

Ничего из того, что сказал Кальцион, не было ложью.

Это была правда, Селена действительно удивила его тем, что у неё были самые искусные пальцы, которые массажем смогли вырвать из него те звуки, которые никто раньше не слышал. Хотя сама девушка и представить себе не могла, что у неё есть такие способности.

Селена вспотела, пока массировала плечи и спину Герцога. К тому же, её очень беспокоило то, нормальным ли будет продолжать игру в этой комнате.

Оказалось не трудным попросить Кальциона обнять её по дороге в комнату. Руки Селены болели, но ей хватило сил, чтобы пошевелить ими и обнять мужчину за шею.

– Мы будем продолжать двигаться по этому пути, – на лице девушки отразилась заинтересованность.

Селена была взволнована из-за плана, который крутился в её голове. Кальцион же всё ещё не мог точно понять, что она задумала.

– Отлично, послушайте. Представьте, что я собираюсь сделать вам здесь ещё один жёсткий массаж. Что было бы, если бы завтра утром Вы проснулись и спросили не болит ли у меня из-за Вас горло?

– Ты бы смутилась и сказала, что просила меня не переусердствовать.

– Вот оно! – воскликнула Селена, сжимая кулаки. – Давайте подготовим всё, прежде чем ляжем спать. Вы будете вести себя так, словно никогда в жизни не испытывали ничего подобного. И что будет, если я скажу: «Прошлой ночью было жарко, не так ли?»?

– Я скажу: «Это благодаря тебе».

– Именно! Это должно было быть немного дольше!

– Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз пробовал подобное положение.

– Кья-я-я!

«Словно мы маньяки! Какой контекст!

До привязанности ещё далеко, однако, по крайней мере, мы сможем манипулировать другими, заставив подумать, что у нас была дикая ночь. Если это будет продолжаться какое-то время, разве сложно будет подумать, что мы влюблены друг в друга?»

Кальцион посмотрел на Селену горящими глазами, а затем направился к кровати. Путь это и было всего на секунду, девушка не поняла значение этого взгляда.

– Я сплю слева.

– Да.

У Селены не было болезни, из-за которой она могла спать лишь на левом боку, это скорее была простая привычка.

Однако проблема заключалась в том, что эта кровать была очень маленькой в сравнение с той, на которой она спала в Герцогстве Ренберд. Возможно, это была самая большая спальня и кровать в этом деревенском городке, но она не шла ни в какое сравнение с той, что была в замке Герцога.

Здешняя кровать была простой двуспальной кроватью, на которой могли спать два среднестатистических человека, вот только Кальцион не обладал телосложением обычного мужчины.

Его голова была больше, а руки и ноги длиннее, чем у обычного мужчины. К тому же, его плечи также были крайне широкими. Поэтому, какой бы худой ни была Селена, ей требовалось особое положение, чтобы лежать удобно.

– Вы можете немного отодвинуться?

– Тогда моя рука упадёт.

– Хм… Почему бы Вам не повернуться на бок и не лечь ко мне спиной?

– …так намного лучше.

Кальцион сделал, как она и просила. Плечи мужчины были настолько большими, что Селена чувствовала себя так, словно она прислонилась к горному хребту, а одеяло было похоже на палатку, которую натянули над ней.

«Этот мужчина… Рядом с ним все беды расцветают по-новому,» – потянув на себя одеяло и обернув его вокруг своего тела, Селена, наконец, закрыла глаза.

Несмотря на то, что её ночная рубашка была неудобной и тонкой, девушка заснула быстро. Вероятно, это было из-за усталости от путешествия и успокаивающего действия тёплой воды в ванне.

*****

Селена толком не выспалась, когда открыла глаза из-за утренних лучей солнца, проникающих через окно.

– …

Ничего не разбудило её раньше. Девушка не была ни удивлена, ни смущена обнаружив, что снова проснулась в объятиях Кальциона.

Такое же выражение лица, казалось, застыло и на лице мужчины. Склонив голову набок, Кальцион смотрел на Селену, обнимая её за талию.

Селена подняла на него сонный взгляд и обнаружила, что её голова покоится на плече Герцога, а рука обнимает его за плечо.

– Я… я разбудила Вас? – её голос был тихим и хриплым.

«Наверное, это из-за того, что вчера я вдохнула много пыли,» – подумала девушка.

– Нет, – то же самое было и с Кальционом.

Селена, которой совсем не хотелось вставать, прижалась поближе к мужчине. Ей не хотелось и пальцем шевелить.

Старое здание так продувалось сквозняками, что утренний ветерок дул в комнате даже несмотря на закрытые окна. А объятия Кальциона были тёплыми и очень уютными.

– Здесь холодно…

Селене казалось, что она лежит, обнимая большую собаку. Кальцион тоже устал, поэтому всё также лежал и не отталкивал девушку.

Той было забавно видеть, как грудь мужчины вздымалась всякий раз, когда он вздыхал. Так Селена постоянно касалась носом его груди. Хихикнув, она ткнулась в грудь Кальциона носом.

– Не двигайся.

– Почему?

– Это похоже на движущееся существо, которое хочется убить.

– …

«Простые грубые слова от Кальциона, который пытается описать порывистый ветер, дующий утром…

А ведь это просто чтобы согреть холодный воздух.»

Ещё какое-то время девушка лежала близко к груди Герцога.

Через несколько мгновений он поднялся с кровати. Селена, которая наблюдала, как Кальцион пытается согреться, хрустнула шеей и тоже поднялась.

– Я присоединюсь к Вам.

Лёгкая утренняя растяжка. У Кальциона не было причин останавливать Селену, да и к тому же она не просила его учить её.

Девушка начала тянуться. В отличие от Герцога, упражнения которого были направлены на тренировку мышц, упражнения Селены были направлены на растяжку.

И эти упражнения были незнакомы Кальциону. Его взгляд, полный интереса, переместился на девушку, чтобы понаблюдать за её упражнениями.

– Ты просто тянешься, положив ноги туда?

– Хотите попробовать?

– Выглядит интересно.

– Это довольно хорошо освежает. Так легко расслабить мышцы.

Селена любезно помогла Кальциону занять нужное положение. Вне зависимости от того, насколько хорошими были физические способности Герцога, тяжёлый вздох сорвался с его губ, когда он не смог угнаться за Селеной в плане гибкости.

– А это немного сложно.

– Ох, не переусердствуйте. Гибкость не так важна. Дышите, главное правильно дышать.

– Хм…

Гордо кивая, словно инструктор, Селена наблюдала, как расслабляется Кальцион, хотя его положение не было идеальным.

– Вы в порядке, не так ли? Тогда я буду заниматься рядом с Вами.

– Да.

Тренироваться с другим человеком куда приятнее. В итоге лёгкая утренняя зарядка превратилась в интенсивную.

– …Похоже, нам снова придётся принимать ванну, да? – ощутив, как потная одежда прилипла к телу, Селена открыла окно.

Кальцион напрягал своё тело совершенно иначе, чем обычно, поэтому также вспотел. Даже короткие взмахи рубашкой не помогли ему.

– Ты не против, если я сниму рубашку?

– Снимай.

– Почему ты сейчас так спокойна?

Вчера Селена стеснялась, когда Кальцион раздевался, а сейчас просто пожала плечами на его вопрос:

– Потому что сейчас мы тренируемся?

Для мужчины было трудно понять различие времени и места обеих ситуаций. Поэтому, получив разрешение от девушки, он тут же снял рубашку и вновь вернулся к упражнениям.

Когда эти двое проснулись, было ещё очень рано, поэтому лишь в конце «тренировки» они услышали за дверью шаги прислуги.

– Входите.

– Доброе утро…

Кальцион, весь в поту, и Селена, облачённая в пропотевшую ночную рубашку, стояли перед открытым окном, пытаясь успокоить своё тяжёлое дыхание. Румянец вспыхнул на их лицах одновременно.

Ошеломлённые взгляды слуг скользнули по ним, а лишь затем уткнулись в пол.

– Нам нужно ополоснуться, поэтому приготовьте ванну. О, прохладной воды будет достаточно.

– Мы сделаем, как Вы приказываете.

Выйдя из комнаты с опущенными головами, горничные тут же обменялись друг с другом напряжёнными взглядами.

Снежный ком, падающий с дерева, вскоре превратился в лавину, ведь весть об этом узнали ещё десять человек. Более того, эта новость прошла от женщин к мужчинам. Начало было слабым, но конец должен был стать грандиозным.

*****

Расписание на этот день было таким же, как и на прошлый. Как и вчера, на обед они остановились в деревне, а затем добрались до небольшого городка, где должны были переночевать.

Новый городок был больше, чем вчерашний, но всё равно меньше Данфэла. Их приветствовал глава администрации, но отдельной официальной резиденции не было.

Когда они вошли в здание после приветствий, как делали и вчера, Миссис Джанет преградила им путь:

– Ваше Превосходительство, Вы не будете возражать, если я на минутку заберу Леди Селену для разговора.

Это прозвучало совсем не как вопрос. Словно Миссис Джанет была полна решимости забрать Селену. Селена ничего не сказала ей, но обратилась к Кальциону:

– Посмотрите на её вежливость… – повернув голову, сдавленно рассмеялась девушка.

Не обращая внимания на бормотание Селены, Миссис Джанет продолжала ждать ответа.

– …Только на минуту.

– Это не займёт много времени.

Кальцион был всё так же уязвим для резких слов как Селены, так и Миссис Джанет.

Он отошёл в другой конец коридора, оставив Селену рядом с Миссис Джанет. Лишь после этого главная горничная подняла голову и посмотрела на Селену яростным взглядом:

– Пожалуйста, с сегодняшнего дня оставайтесь в отведённых Вам комнатах.

Селена знала, что Миссис Джанет скажет это, но не ожидала такой прямолинейности.

«Даже если я не хочу затевать ссору, мне придётся поспорить в этом вопросе,» – Селена усмехнулась.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 37

Глава 37.

– Разве не от меня зависит, с кем я буду делить комнату, а с кем нет? Не думаю, что обязанности учителя этикета позволяют вмешиваться в это.

– Я имею право вмешиваться в дела, которые могут подорвать честь и статус Герцога, – голос Миссис Джанет был твёрд. Словно это не в первый раз, когда ей бросали вызов.

«Если она долгое время работает управляющей хозяйством, то, должно быть, было много горничных, которые не слушали её и пытались возвыситься над ней. Особенно те, кто прислуживает Кальциону. Определённо, они мечтали стать «Герцогиней, едущей в цветочной карете».

Однако в этом мире нет никакого способа, чтобы люди, отличающиеся по статусу, влюбились друг друга. История, в которой жизнь женщины из низшего класса меняется лишь из-за любви мужчины, бред.

Однако, если женщина действительно жаждет лишь повышения уровня жизни – то, получение «мужской любви» вполне реально.

Поэтому, работа горничной один из немногих путей этого мира, с помощью которого женщина может повысить свой статус, несмотря на конкуренцию.

Это не похоже на публичную вербовку, скорее это профессия, куда можно попасть лишь тогда, когда есть вакансия.

С другой стороны, необходимо справляться с множеством специфических действий. Их способности достаточно базовые. Если женщине нужны связи для рекомендации – она должна иметь хорошую репутацию среди простолюдинов.

Но что, если все эти женщины соберутся вместе и будут усердно работать, чтобы конкурируя друг с другом, выделиться?

Кто-то будет работать ради хорошей зарплаты, а кому-то, кто пришёл на работу с другой целью, каждый день будет казаться катастрофой. Они будут устраивать ссоры между собой, каждую ночь мечтать стать Герцогиней, а затем окажутся высокомерными и ленивыми.

Слуги Герцогства Ренберд хорошо обучены, словно машины, но с самого начала подобный результат невозможен. Должно быть, это результат контроля Миссис Джанет.

Она вполне могла выбирать тех, кто казался полезным, обучать их, пока работа не будет исполняться идеально, а если кто-то пытался сделать что-то не так, она с лёгкостью могла выгнать их.

Если подобное повторялось десятки или сотни раз, то естественно, что человек будет выдрессирован.

Вот только я не в том положение, чтобы склонять перед ней голову.»

– Я думала, что Миссис Джанет всего лишь «старшая горничная», но она, похоже, оказалась «Мастером разума» Герцогства.

– Я слуга Герцога Ренберд, и я думаю лишь о его чести.

– Сейчас Вы не думаете, а действуете лишь по своей воле, не так ли? – Селена думала, что сможет поколебать решительность противника.

Однако в спокойном тоне Миссис Джанет по-прежнему не было никаких изменений, а сама Селена ощущала, ка внутри неё бурлит жар.

Девушка так часто ссорилась с Миссис Джанет, что было бы справедливо, если бы в этот раз, выиграла одна.

«Не важно, если отношения станут непоправимыми, я всё давно должна продолжать оставаться для неё объектом ненависти.

Но проще ударить соперника, когда он раздут из-за стыда и гнева,» – Селена отметила, что Миссис Джанет сейчас была очень зла, хоть и не показывала этого.

С самого начала путешествия и до вчерашнего вечера всё шло вразрез с планами Миссис Джанет.

Старшая горничная пыталась усадить Селену в отдельную карету, но дикое поведение девушки сломало эту часть. Для Селены также был приготовлен отдельный обеденный стол, но она уселась на колени Кальциону. Плохое расположение ванной комнаты были исключительным промахом, но Миссис Джанет приготовила для них отдельные комнаты, но это снова не удалось.

Старшая горничная попала в ситуацию, когда из-за постоянных неудач всё ухудшалось. Всё шло не только не так, как она планировала, а вообще повернулось в другую сторону.

Однако Миссис Джанет не показывала дрожи ярости и раздражения:

– Как я уже говорила ранее, если понадобиться, я смогу сделать всё, что будет в моих силах.

– И что же Вы собираетесь делать?

– Это зависит от поведения Мисс Селены.

«Ну точно никчёмная мелкая крыса. Да, я сделала это специально, но она не имеет права так со мной обращаться.»

– И как же?

– Я всё ещё являюсь учителем, который заботиться об этикете Мисс Селены.

– Это не значит, что Вам можно повсюду следовать за мной и вмешиваться во всё, что я делаю.

– Если Вы не применяете то, чему научились, мне придётся учить Вас, пока Вы не станете это делать.

Внезапно шаги слуг в коридоре стали быстрее. Смущённые, пристальные взгляды ожидающих служанок медленно оторвались от спин двух женщин.

Они никуда не ушли, но остались на таком расстоянии, чтобы голоса этих двоих были слышны в коридоре.

Им было бы страшно остаться наедине со старшей горничной, однако Селена казалась непобедимой в их глазах.

– Ха-ха-ха-ха! – рассмеялась девушка, слегка преувеличено и чуть наклонилась вперёд. – Как далеко Вы собираетесь учить меня?

– Я должна помогать до тех пор, пока слова и действия Мисс Селены не перестанут подрывать репутацию Герцога Ренберд.

– Нет, нет. Я говорю не о времени, я спрашиваю о степени.

– Как я уже говорила, пока Ваши слова и действия…

– Как далеко Вы собираетесь учить меня моему поведению? – прервав его, спросила Селена. – Что насчёт таких вещей, как сон, принятие ванной или в каком положении мы должны быть в постели?

От вопроса девушки на лбу Миссис Джанет появились морщинки недовольства. На самом деле старшей горничной хотелось схватить мерзавку за волосы, но её огромное терпение помогло унять недовольство так, что у Миссис Джанет свело живот:

– Я прошу Вас лишь, по крайней мере, быть осторожной, чтобы не быть публично раскритикованной.

– О, да? Это предупреждение? Если я не буду слушаться, Вы начнёте действовать. Это угроза, правильно?

– Простите, если это прозвучало так, однако то, что Вы делаете, неприемлемо.

– Я знаю, – широко улыбнувшись, сказала Селена. – Вы хотите сказать, чтобы я не цеплялась за Герцога на публике. Ходила порознь, спала отдельно и ела самостоятельно, однако разве сама Миссис Джанет не мечтала об этом?

Терпение старшей горничной наконец-то достигло предела. Её сжатые кулаки задрожали:

– … не могу поверить, что Вы не заботитесь о чести Его Превосходительства.

Когда Миссис Джанет бросила на неё ледяной взгляд, Селена усмехнулась, словно её не задело:

– Мисс Селена находит забавным, когда я говорю серьёзно?

– Потому что это так. Что я сделала, чтобы лишить Герцога репутации? Герцог не ребёнок. Если Вы думаете, что я здесь, чтобы причинить Герцогу вред, он бы сам столкнулся со мной лицом к лицу. Почему в это должна вмешиваться старшая горничная?

– Моя роль состоит в том, чтобы решать мелкие вопросы, на которые у Его Превосходительства нет времени.

– Я ничего не говорила об этом, но Вы в другом положении. Люди, о которых Миссис Джанет должна заботиться – это горничные, нанятые для Герцога. А не я.

– Прошу прощения? – Миссис Джанет вздрогнула.

Селена улыбнулась ей.

«Возможно, она и чувствовала себя победительницей с самого начала, но красота мягкого разрыва противника на части – совершенно другое.»

– Верно. Я всего лишь та, кого привёл Герцог. Если мне нужно озвучить это, то я гостья Герцога. Герцог общается со мной, потому что я его гостья.

– …

– Разве нет? Я не думаю, что кто-то может придраться к чести Герцога потому, что он находиться рядом с гостьей, лишь потому, что это беспокоит взгляд горничной.

Что ещё хуже, слова Селены были подкреплены всем. Ей предлагали пользоваться товарами Герцога, однако она не была наёмной работницей. В глазах других людей она была «любовницей» Герцога, но в её оправдании она была «гостьей».

Селена никогда не стучала в ворота замка и не пробиралась тайком внутрь. Она действительно была гостьей, которую сам Герцог внёс на руках.

Ещё труднее в ней было распознать простолюдинку, которой некуда было идти, она была прекрасна и даже вела себя очаровательно, прижимаясь к Герцогу, однако это не означало, что она не была его гостьей. Она была именно ей.

– Я… я хотела дать совет гостью Его Превосходительства, – в итоге, Миссис Джанет исправила своё поведение, однако её уже трясло. Если бы она ощутила, что потеряла нить логики, то была бы побеждена.

– Ух ты, старшая горничная Герцога, похоже, обладает большим чувством чести. Итак, Вы вели себя также, когда в Ренберд прибывали другие аристократы?

Однако логика старшей горничной уже начинала рушиться.

– Честно говоря, Фионэль тоже не была очень вежливой Леди. Чёрт, что Вы говорили, чтобы запугать её?

Губы Миссис Джанет плотно сжались.

Селена не сказала ничего плохого. За исключением статуса, Селена и Фионэль мало чем отличались друг от друга.

Женщины рядом с Герцогом – желали заполучить место рядом с ним. Поэтому они делали себя подходящими для положения Герцогини или сбегали, если это становилось невозможным.

«Это – способ защитить Герцогство Ренберд,» – думала Миссис Джанет.

Герцогиня в семье занимает важное положение.

Каким бы могущественным ни был Кальцион, он не мог избежать того, чтобы стать темой светских сплетен. Это могло бы сойти за лёгкий скандал, однако разговоры о вещах между мужчиной и женщиной могли разрастаться бесконечно, если распространялись устами бессовестных людей.

Возможно, из-за того, что Кальцион не интересовался женщинами, он не имел представления о том, насколько отношения между мужчиной и женщиной являются горячей темой для других. Поэтому в обязанности Миссис Джанет входило следить за этим моментом.

Но убеждения старшей горничной были разрушены словами Селены.

Губы Миссис Джанет плотно сжимались, и она ничего не могла сказать из-за своей неуверенности.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 38

Глава 38.

– Я просто хочу наслаждаться общением с Герцогом, однако Вы так оскорбительно относитесь к происходящему, что сами делаете всё ещё хуже.

– …

Дело было не только в Миссис Джанет. На самом деле, никто в замке не приветствовал Селену с распростёртыми объятьями. Хоть это и не выраженные явно, внутренние чувства Селены отразились в её глазах.

«Мне следовало тренировать её более тщательно, чтобы её губы не несли подобный бред,» – спокойно подумала Миссис Джанет.

В конец концов Селена всё же победила.

После подтверждения поражённым молчанием от старшей горничной на лице девушки появилась победоносная улыбка:

– Итак, если у Вас возникнут какие-либо проблемы, пожалуйста, поговорите с Герцогом. Что ж, а сейчас я продолжу свой путь.

Миссис Джанет продолжала молчать. Селена решила, что старшая горничная не сможет сама в ближайшем будущем прикоснуться к ней.

«Я уничтожу тебя, если ты прикоснёшься ко мне.

Никто не знает, как это будет, однако, скорее всего, это будет сильнее, чем любая словесная перепалка.»

Дав выход своему гневу и Селена поощрила дальнейшие «дружеские» отношения с Миссис Джанет. Результат должен был быть удовлетворительным.

Легко ступая, девушка отошла от старшей горничной.

Наблюдая издалека, Джуна тут же бросилась вслед за Селеной:

– Вы в порядке? Я так испугалась, когда увидела Вас с ней, но Вы смеялись, Мисс Селена. О чём Вы говорили?

– Мм-м, как ты думаешь, что могла сказать Миссис Джанет?

– Эм, что? Этикет, манеры, поведение и тому подобное? Немыслимо. Она говорила об этом лишь потому, что прошлой ночью Вы спали в одной комнате с Его Превосходительством? – смущённо спросила Джуна.

Селена улыбнулась:

– Я хочу жить спокойной жизнью. Мы договорились поладить, поэтому я уверена, что ты позаботишься обо мне.

– Я надеюсь, что всё будет хорошо. Ах, купальня в этой стороне.

Купальня уже была пуста. Лишь горничные, которые всё организованы, были заняты приборкой.

– Ванна лишь одна?

– Да. В любом случае, эта купальня слишком мала, чтобы вместить больше одного человека.

– О… Значит Герцог уже принял ванну?

– Да. Его Превосходительство умылся и уже ушёл в свою комнату.

«Очевидно, это произошло пока я разговаривала с Миссис Джанет.

Для неё было бы катастрофой, если бы я и Кальцион снова приняли ванную вместе. Миссис Джанет удалось спровоцировать конфликт и решить этот момент.»

– Я сейчас принесу горячую воду. Одну минуту, пожалуйста.

Вскоре горничная вернулась с ведром, полным горячей воды, и наполнила ванну на глазах у Селены. В одно мгновение купальню затянуло горячим паром.

Из-за разницы по времени с Кальционом сегодня в воде не было цветочных лепестков, как вчера.

Деревянная ванна была покрыта белой пеной воды, а на окнах были повешены занавески. Вместо ароматических свечей на столе горела лишь одна яркая масляная лампа. Эта лампа была под стеклянным куполом, поэтому пламя не колыхалось от малейшего ветерка.

Тёплый воздух, словно туман, помогал свету от лампы распространяться повсюду.

– Мы вернёмся после того, как всё подготовим.

У Селены было отдельные средства для купания. Оказалось, что горничные не подготовили их заранее, потому что первым ванной решил воспользоваться Кальцион. Нужно было подготовить многое, поэтому горничные одновременно покинули купальню.

– Я не могу оставаться так. Я залезу в ванную.

– Да! Позвольте мне! – Джуна быстро подошла к Селене со спины и помогла снять платье.

Кончики пальцев Джуны умело развязали узлы и Селена села в ванную, облачённая лишь в тонкую нижнюю одежду.

– Ох, у меня нет ленты, чтобы уложить Ваши волосы наверх. Мне тоже пора бежать. Я забыла взять её, пока мы разговаривали, и не дума, что кто-то другой принесёт её. Вам что-нибудь ещё нужно?

– Я хочу пить. Пожалуйста, принеси мне что-нибудь выпить.

– Да, я сейчас вернусь!

Когда Джуна выбежала, в купальни воцарилась тишина.

– Это довольно приятно.

Возможно, из-за того, что окна были закрыты, пар никуда не уходил. В купальне продолжал стоять туман, словно вокруг плыли тонкие белые облака.

Лишь звук капающей откуда-то воды заполнял тишину. Селена также слышала, как вдалеке болтали слуги. Когда она слегка пошевелилась, раздался звук плещущейся воды.

– Хм… – откинувшись назад, девушка положила голову на край ванны и посмотрела в потолок.

Она ощущала себя сонной. Если не считать всего остального, Селене было приятно отмокать в ванне каждый вечер. Так она могла расслабиться даже не потеряв свои деньги.

Изначально девушка могла бы сделать многое с деньгами, но время было ограниченно. Нет времени спать, когда ты вышел на охоту. За исключением недостатков работы, связанных с рисками для жизни, Селена чувствовала, что этот мир не так уж и плох.

«Значит, когда я закончу эту работу, я смогу жить так вечно.»

Эта работа не была чем-то, чему девушка собиралась посвятить всю свою жизнь, скорее, это была краткосрочная работа, которая закончится, как только они найдут преступника. В мире Селены были люди, которые ловили преступников, рискуя своей жизнью, чтобы проникнуть в их общество и провести расследование.

Селена задумалась, не произойдёт ли в скором времени что-то опасное.

«Например, в социальных кругах появиться серийный убийца с кинжалом. Угрозы об убийстве от Фионэль и Розалин могут быть самыми большими проклятиями со стороны дам.»

Разум девушки последовал за ней и вскоре после того, как её тело погрузилось в тёплую воду, она закрыла глаза.

– Хм?

Именно в этот момент Селена ощутила, как внезапно погас свет. Даже если её глаза были закрыты, она могла ощутить свет сквозь веки. Откуда-то подул прохладный ветерок, быстро затемнив всё вокруг.

– Джуна?.. – Селена поняла, что нежится в воде лишь несколько секунд.

«Джуна не могла вернуться за такое короткое время.

Было ли открыто какое-нибудь окно, из-за которого мог погаснуть свет?

… Однако масляная лампа, которую я видела раньше, не погасла бы просто так, даже если случилась бы гроза. Она не могла погаснуть сама, только если кто-то не погасил её специально…»

Девушка была погружена в тёплую воду, но холодные мурашки всё равно пробежали по её телу. Ей больше не было хорошо.

Крепко держась за край, Селена приготовилась подняться.

«Если что-то случилось, кого я должна звать?

Джуну? Миссис Джанет? Кальциона?

Но кажется, никто не побежит, чтобы спасти меня…»

Но прежде чем Селена смогла придумать, что делать дальше, тень, которая была на краю её зрения, сдвинулась.

Девушка подумала, что одна из горничных вернулась после того, как всё взяла, однако никто из них не мог идти так быстро в подобной темноте.

«Это убийца!

Пусть я действительно думала, то есть шанс умереть, но я никогда на самом деле не считала, что кто-то станет меня убивать.

Означали ли те угрозы, что они собирались послать убийцу?!»

Прошло совсем немного времени с тех пор, как Селена пришла в этот мир, но уже перешла дорогу многим людям, с которыми и не думала когда-либо встретиться. Движения таинственного человека были так быстры, что его даже нельзя было разглядеть.

«Он мастер в своём деле!» – Селена поспешно повернулась в ванне, чтобы избежать летевшей к ней руки.

– Кья-я-я-я-я!

Это была лучшая сила для самообороны, который, скорее всего, был сильнее девушки. Селене удалось избежать атаки, поэтому у неё появился шанс закричать во всё горло.

Убийца обратил внимание на эту неудачу и нацелился на волосы Селены. Для неё было крайне тяжело избежать всех атак в такой темноте.

«Если он схватит меня за голову, мне конец. Мне нужно выжить, чтобы поймать преступника и жить счастливо.»

Девушка начала отчаянно выбираться из ванны, но руки неизвестного оказались быстрее. Одна из них схватила её за волосы.

– Агх!

Убийца попытался затащить девушку в ванную. Селена напряглась всем телом и ударила кулаком по руке таинственного мужчины.

Однако на него это никак не повлияло и девушке до сих пор грозила опасность утонуть. Селена закричала:

– Помогите! Кто-нибудь помогите! А-а-а-а-а! – пытаясь оттолкнуть убийцу, она схватила деревянное ведро, стоявшее рядом и не раздумывая ударила им незнакомца по голове.

С относительно громким рёвом рука убийцы ослабла, а Селена услышала торопливые шаги за дверью.

– Селена! – это был Кальцион.

Бросив Селену, убийцы выбежал из комнаты через верхнее окно. Почти в то же время дверь открылась и в комнату ворвался Кальцион с рыцарями.

– Там! – указав на окно, Селена застонала.

– Дион, схвати его!

По команде Кальциона раздались шаги.

Селена тяжело дышала, осматриваясь по сторонам. Двери и окна были открыты, медленно унося пар, который был в комнате.

«Учитывая, что туман всё ещё тут, времени с момента его нападения на меня, прошло совсем немного,» – руки и ноги девушки дрожали. Селена всё ещё ничего не слышала, потому что в её ушах звенело.

Она наклонилась и, сев, прислонилась к ванне. Селена видела, как Кальцион приближается к ней. Его лицо было пустым:

– Когда он появился?

Его холодный голос проникал в тело девушки, словно холодный воздух. Благодаря этому тяжёлое дыхание Селены начало успокаиваться, а смущение вернуло краску к её щекам:

– Это произошло… как только все служанки ушли.

Однако Селена ещё не полностью успокоилась. У неё перехватывало дыхание, даже когда она произносила одно-единственное слово. Опустив голову, девушка глубоко вздохнула.

Оглушительный гул в её ушах утих, а дрожащий взгляд, наконец сфокусировался. Хриплое дыхание, срывающееся с её губ, тоже успокоилось:

– Ха… – лишь сделав последний глубокий вдох, Селена подняла голову и встретилась взглядом с Кальционом.

Мужчина смотрел на неё сверху-вниз. Его серо-голубые глаза были ледяными, но Селена увидела, как в них трепетал гнев и поняла, что сделала всё правильно.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 39

Глава 39.

«… это будет нелегко.

Это уже второе покушение. Если бы покушение удалось во время нашего путешествия, ему бы это удалось, однако всё произошло внутри здания.

К тому же, оно сделано так умно, что нельзя потом сказать было ли это самоубийством или убийством, что может усилить гнев Кальциона, ведь в этот раз они делали это крайне нагло.

Может, он злиться, потому что задета его гордость, а не потому что я пострадала?

Я никогда не ждала этого, но будет более проблематично, если Кальцион искренне беспокоиться обо мне.»

Однако несмотря на такие мысли, из-за того, что она оказалась на грани смерти, Селене стало горько из-за того, что у неё не было человека, который искренне беспокоился о ней и утешал бы её.

Девушка протянула дрожащую руку Герцогу:

– Пожалуйста, помогите мне. Мои ноги, они…

«Я не жду тёплого отношения и нежных слов, но, по крайней мере, могу утешить себя, его прикосновениями. Кальцион никогда не отказывается от руки, просящей о помощи.»

Как и ожидалось, Кальцион наклонился, не говоря ни слова, но вместо того, чтобы помочь девушке подняться, он поднял её на руки.

Это мгновенно успокоило Селену.

«Как бы здорово было если бы это сделал человек, который искренне бы любил меня…

С этого момента нужно сосредоточиться на физических действиях.

Кальциону лучше избавиться от своих рамок.»

– Кья-я-я! Что случилось?! – горничные вернулись и, замерев перед дверью, закричали от шока, когда увидели вооружённых рыцарей.

Через мгновение появилась Миссис Джанет. Её дыхание было немного хриплым, а волосы растрепались. Казалось, что она очень спешила.

– Ваше Превосходительство, что здесь случилось?

– Попытка убийства.

Челюсть старшей горничной напряглась от короткого ответа Кальциона. Она не суетилась, как другие служанки, но выглядела удивлённой:

– Вы ранены?

– Он охотился за Селеной, а не за мной.

– …… ах, – неопределённо ответила Миссис Джанет и кивнула. Из вежливости она больше не стала задавать вопросов.

Селена нахмурилась.

«Как ты можешь игнорировать человека, который чуть не умер?

То же самое и с Кальционом. Люди в этом мире слишком равнодушные, чтобы даже из вежливости сказать, что они имели в виду…»

– Тщательно расследуйте и убедитесь, был ли задействовал ещё какой-то персонал.

– Я всё сделаю.

Раздражённая бесконечными командами Кальциона, Селена похлопала его по груди:

– Ох, пойдём. Я хочу поскорее оказаться в комнате и отдохнуть.

Кальцион послушно повернулся, услышав нервный шёпот девушки. Когда тело Герцога двигалось, было видно, как мокрая одежда Селены прилипала к его коже.

– Ох, боже! – служанки поспешно накрыли девушку полотенцем.

Кальцион на мгновение повернул голову и приказал слугам и рыцарям отвернуться.

– Исследуйте путь его вторжения. А я собираюсь отдохнуть.

– Будьте спокойны, Ваше Превосходительство.

Кальцион теснее прижал к себе Селену, прежде чем направиться в комнату.

За его спиной послышались крики Миссис Джанет, которая начала отчитывать слуг. Если в системе безопасности был пробел и в дом проник нападавший, то это определённо была её ошибка.

«Это потому, что она впервые совершила такую ошибку или она злится, потому что я, которую она хотела убить, осталась жива?» – губы Селены искривились, когда холодная мысль проникла к ней в голову.

«Сейчас всё закончилось простым нападением, однако это был очень опасный момент, который мог привести к моей смерти, если бы Кальцион не пришёл спасти меня.»

Время шло, и по телу девушки пробегали холодные мурашки, когда она смотрела на ситуацию с более отстранённой точки зрения.

«Я не играю в сражение на развлекательном шоу. Я только что чуть не умерла,» – страх, который Селена не осознавала, охватил её.

– Для безопасности будет лучше спать вместе в моей комнате или ты хочешь спать отдельно? – внезапно спросил Кальцион, который, естественно, направлялся в свою комнату.

Это означало, что он тоже беспокоится.

– Нет, нет, ни в коем случае! – Селена яростно замотала головой. С её мокрых волос на лицо Герцога упало несколько капель воды.

С чёткими мыслями, но незнакомыми поступками Кальцион тихо открыл дверь.

Комната была простой, почти такой же, как вчера. Мужчина опустил Селену на диван, и она наклонилась, пытаясь сесть.

Руки девушки, сжимавшие подол её платья, дрожали от волнения. Сейчас, когда она оказалась в комнате, где можно было нормально дышать, Селена ощутила страх. Всё её тело начало неудержимо дрожать.

Девушка не хотела цепляться за этого бессердечного Северного Герцога, но в данный момент он был самым надёжным человеком. Хоть Кальцион не мог сказать утешающих слов, у него хватило ума сесть рядом с ней:

– Тебе холодно?

– Мне холодно и… страшно.

– Возможно, потому что ты всё ещё мокрая. Сначала нужно переодеться.

Кальцион позвал служанок, чтобы те принесли Селене сменную одежду.

– Эм, где Вы собираетесь переодеваться… – смущённо спросила горничная, которая принесла одежду, увидев маленькую комнату, в которой не было угла, чтобы переодеться.

Покачав головой, Селена забрала у неё одежду:

– Я сделаю это сама.

Сейчас, девушка не хотела, чтобы к ней приближалась даже простая горничная. Служанка вышла из комнаты, предварительно передав Селене дополнительное полотенце.

– Не могли бы Вы на секунду отвернуться?

– Я выйду.

– Нет! – Селена быстро поймала Кальциона.

– Эта комната безопасна. К дверям, окну и чердаку приставлена охрана.

– Нет, я боюсь оставаться одна.

Кальцион коротко вздохнул, прежде чем сесть обратно на диван, повернувшись к Селене спиной.

«Страх – это не то, чувство, которое могла исчезнуть с помощью убеждений. Несмотря на то, что я ас в сражениях, я слышал много историй, когда человек не мог пошевелить пальцем от страха. В какой-то степени я могу понять её страх.»

Однако, когда Селена начала двигаться, мужчина вздохнул с облегчением. Несмотря на то, что Кальцион не видел её, он ощущал даже малейшее движение её тела прямо за своей спиной.

Герцог слышал, как Селена стягивает мокрую одежду, развязывает узел ленты, и даже слышал звук с которым ткань, прикасалась к её телу.

Кальцион сглотнул, смачивая внезапно пересохшее горло из-за неподготовленности к таким слухам. Его рука на подлокотнике дивана сжалась, отчего стали видны вены.

Охрана не позволила открыть окно, чтобы защититься от жары… поэтому капля пота стекла вниз по шее Герцога.

Однако после звуков раздевания Селены, некоторое время не слышался звуки того, что девушка начала одеваться.

– Селена?

– Ах… подождите минутку.

– Что-то случилось?

– Нет, я… кажется, мне больно.

«Больно?» – Кальцион недовольно нахмурился. Он был очень внимателен к травмам. «Было много случаев, когда незначительные травмы имели значительные последствия. Моим собственным подчинённым приходилось отдыха, просто порезав руку о лист бумаги.»

– Могу я повернуться?

– Ах, нет. Подождите минуту, – Селена поспешно завязала ленты.

Она могла быстро одеться, потому что это было её ночное платье. Закончив, девушка села, чтобы Кальцион мог осмотреть её.

– Показывай.

– Здесь и… – Селена закатала рукав, чтобы показать царапину на предплечье.

Мужчина также заметил синяк на её запястье. С серьёзным выражением лица, Кальцион осторожно взял девушку за руку и осмотрел:

– Похоже, ты также ударилась локтём.

– Ах.

«Я была так занята сопротивлением, что не соображала и, видим, размахивая руками, наткнулась на что-то,» – послушав Кальциона, Селена обнаружила, синяк на локте уже был чёрным.

– Угх…

«Это первый раз, когда у меня такой серьёзный синяк,» – девушка поморщилась. «Ненавижу себя.»

– Только рука болит? Иногда при сопротивлении страдают и ноги.

– О, правда? – Селена задрала подол юбки до бёдер. Она сделала это просто машинально.

– … гм, – застигнутый врасплох, Кальцион тихо кашлянул и посмотрел на ногу девушки.

Женщины в этом мире носили длинные платья, которые спускались до пят, чтобы не обнажать ноги. Обнажить ноги было не чем иным, как стать полностью обнажённой, однако Кальцион, понимая истинные мотивы Селены, отчаянно пытался напомнить себе о них.

Вот только на обнажённой коже ног девушки, были признаки травм.

– Нужно применить какое-нибудь лекарство, – сказал Кальцион, посмотрев на длинную припухлость, словно оставленную острым предметом.

Синяк достигал колена Селены, а ещё у неё был сломан ноготь на пальце ноги.

Основываясь на следах, которые остались, мужчина примерно понимал, как прошло нападение.

Вызвав служанку, Кальцион приказал ей принести лекарства и бинты.

– Вы не вызовите врача?

– Единственный врач – это мужчина.

Селена была сбита с толку таким ответом, потому что не понимала, какое отношение пол имеет к медицинским навыкам, но промолчала.

«Поскольку он так решил, будет лучше просто спокойно отнестись к этому.»

Кальцион осторожно положил лекарство на каждую рану Селены и перевязал их.

«Это был неплохой выбор – доверить это ему. Он довольно искусен.»

Селена не могла поверить, что большие руки Герцога могли обращаться с ней так деликатно. Кальцион вёл себя так, словно она была из стекла, которое могла разбиться при прикосновении.

Не было тёплых слов утешения, однако лёд, проникший в душу Селены, треснул, когда его дружеское тепло прикоснулось к ней.

– Следующее… – глаза Кальциона, которые внимательно осмотрели раны после того, как был завязан последний узелок, посмотрели на сломанный ноготь. – Придётся его подпилить.

– О, тогда…

Прежде чем Селена успела сказать, что позаботиться об этом сама, Кальцион схватил её за лодыжку и положил ногу себе на бедро.

Селена промолчала, позволяя Герцогу продолжить.

Может, после ванны она и не пахла, однако девушке было стыдно, что кто-то собирался заниматься её ногами.

Кальцион достал инструмент и начал осторожно подпиливать кончик ногтя на её ноге.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 40

Глава 40.

– Не двигайся.

– Щекотно…

Сдавленный стон Селены потряс кончики пальцев Кальциона, которые стали крайне осторожными. Но вскоре они вернулись к свой первоначальной скорости.

Герцог осторожно закончил с ногтями девушки, словно они были драгоценным камнем, и выпрямился.

– Спасибо… – Селена слегка улыбнулась, смотря на свои ногти, которые снова были чистыми и гладкими.

– Это моя ответственность, ведь ты получила травму на работе. Тебе не за что благодарить меня.

Селена хихикнула от резкого ответа Кальциона, который поднял ей настроение и, выпрямившись, посмотрела на себя.

Сейчас, когда все её раны были обработаны, тело девушки выглядело странновато. Некоторые места были забинтованы, и запах лекарств сменил привычный аромат духов.

Подумав, что она сейчас выглядит нелепо, Селена издала сдавленный смешок:

– Это заставляет меня думать, что я серьёзно ранена.

– Ты могла быть серьёзно ранена.

– Я знаю. Я была очень близка к тому, чтобы умереть, ха. Ха-ха-ха-ха, – Селена неуверенно рассмеялась. Она почти не могла в это поверить.

– Да, это так.

Согласие Кальциона вызвало у девушки рой мурашек по спине.

Селена не стала отрицать, что действительно могла там расстаться с жизнью.

Она вновь ощутила, как по её телу пробежал холодок. Дрожь вернулась.

Кальцион неподвижно сидел рядом с девушкой, хотя лечение было закончено. Когда Селена поняла, что это из-за неё, она наклонилась вбок, ощущая слабость. Она прижалась к мужчине, чтобы обнять его за талию.

– ...! – от действий Селены Кальцион вздрогнул и напрягся.

Герцог был уверен, что даже слышал звук своего сердца, падающего на пол. Однако он не смог найти ничего напоминающего сердце, когда его взгляд с дивана переместился на пол.

Плечи Селены некоторое время дрожали, когда она уткнулась лицом ему в грудь.

Кальцион на мгновение задумался, будет ли его жест правильным или нет.

Вскоре одна из рук мужчины обвилась вокруг плеч девушки, пытаясь унять её страх.

Кальцион мог заставить её страх рассеяться, «приказав» это. Если бы это не сработало, он мог бы «убрать его» с глаз долой.

Герцог понимал её страхи, однако у него не было причин что-либо делать с этим. Это зависело от одного, хотела ли девушка преодолеть.

Но Селена не была способна на это.

Она ничего не значила в жизни Кальциона, но он думал о том, что произойдёт, если он сделает то, что обычно называли «утешением».

«Возможно, это в какой-то степени помогло бы…»

Единственное утешение, которое когда-либо использовал Кальцион, было для рыцарей, которые бросали ему вызов в бою и ломались множество раз, но это не было позором.

«Должен ли я сказать, что «не стыдно быть почти убитой и бояться случившегося»? Нет, Селене, кажется, не стыдно,» – когда Кальцион посмотрел на худые плечи и спину Селены, его беспокойство возросло.

«Она вытерла воду с тела и надела сухую одежду. В комнате немного прохладно, но у камина тепло… Но успокоит ли это её напряжение?» – Кальцион поколебался, но всё же погладил девушку по спине и плечам. «Если я буду дарить ей такое тепло, возможно, в какой-то момент всё прекратится.»

Тело Селены дрожало, как у хрупкого мокрого щенка. Это инстинктивно заставило мужчину ощутить жалость.

Её дрожь постепенно утихала, возможно, из-за человеческого тепла Кальциона.

Дрожь, вызванная страхом, исчезала после хорошего ночного сна, поэтому Герцог не беспокоился о том, чтобы оставить девушку одну. Что ещё более важно, Кальцион ощущал облегчение от того, что её плечи расслаблялись.

Чувствуя нервозность, Селена сначала поколебалась, но всё же отстранилась от мужчины. Её щёки и лоб вспотели, так как она крепко прижималась лицом к его груди:

– …теперь я чувствую себя лучше. Спасибо Вам.

– …я рад, – Кальциону захотелось снять свою рубашку, так как на груди она стала слегка влажной.

– Вы хотите сказать, что я могу вот так умереть?

– Я не предвидел эту ситуацию. Нет, на самом деле, я никогда не думал, что они решат напасть подобным образом.

– Так почему же Вы совсем не были удивлены?

«Кальцион прибежал быстро, но он не был удивлён. Точно так же, как никто не был бы удивлён, если бы человек бросился искать зонт из-за внезапного ливня…»

– Потому что само покушение на убийство стало рутиной.

– Рутиной? – Селена не могла поверить этим небрежным словам.

Это прозвучало так, словно Герцог сказал: «Покушение на убийство – это всё равно, что выпивать чашку чая каждое утро». Поскольку Кальцион был раздражён, когда девушка спросила это, он на мгновение задумался и поправил себя:

– Не всё время, но иногда.

– Вы хотите сказать, что это случалось не один раз? Если это так, то, должно быть, это случалось до такой степени часто, что Вы больше не удивляетесь, верно?

– Верно. Как справляться, если тебя охватывает паника? Однако, чего я не ожидал, так это того, что он придёт сразу за тобой, а не за мной.

Кальцион был изумлён этой частью.

Было облегчением, что его комната находилась рядом с ванной комнатой, ведь если бы он находился дальше, то нашёл бы лишь тело Селены.

Рыцарь, который стоял на страже, также прибежал, заметив беспорядок в бане. Даже к тому времени, когда этот рыцарь начал действовать, была большая вероятность, что он не смог бы войти вовремя и спасти Селену.

Сейчас в Кальционе закралось недовольство, о котором он на время забыл.

«Как они посмели. Снова.

Всё почти повторилось вновь,» – в глазах мужчины вспыхнул огонь.

– Итак, Герцог, сколько раз Вы проходили через это?

Это был второй раз, когда человек рядом с Герцогом стал мишенью, однако было бесчисленное множество случаев, когда мишенью становился сам Кальцион. Смотря на потолок, мужчина рылся в своих воспоминаниях:

– Хм… сколько раз? Сейчас считать их бессмысленно.

– Оу, интересно, как Вы так жили, – вздохнула Селена, притворно шмыгнув носом.

– Нет, сегодня был несчастный случай. Это произошло на северных территориях, и я не ожидал, что ты станешь прямой мишенью, поэтому охрана была небрежной. С этого момента с тобой всё будет в порядке. Тебе не о чём беспокоиться.

– Вы имеете в виду, что есть кто-то, кто действительно попытается убить Вас, независимо от того, есть у Вас охрана или нет? Как Вы можете не волноваться, когда знаете это?

– Можно примерно определить намерения подозреваемого, просто смотря на ситуацию. Если ты знаешь это, то можешь тщательно подготовиться. Тогда, разве это не является плюсом?

– …можно сделать выводы? – подозрительно спросила Селена, и Кальцион уверенно кивнул.

Обычно убийства, направленные против Герцога, были либо тщательно продуманными, либо радикальными, поскольку убийца понимал, что потерпит неудачу.

Вот только они терпели неудачу, будучи даже не в состоянии увидеть тень Кальциона. Если бы кто-то хотел совершить убийство, ему пришлось бы проникнуть в личное пространство цели как можно тише, однако Герцог не проводил много времени в одиночестве и не поддерживал дружеских отношений, чтобы проводить время с кем-то наедине.

Хоть убийство по своей природе было нелёгким делом, в случае с Кальционом трудности были во много раз больше, чем с другими.

Радикальный подход был больше похож на террор, чем на убийство. Поскольку в любом случае при подходе один на один убийцы не выигрывали, им было всё равно, стрелять издалека или устанавливать взрывчатку в карете.

Однако при этом методе было легко поймать нужную нить. На самом деле, на Кальциона дважды так нападали. В обоих случаях Герцогу удалось найти преступника, что привело к разрушению обеих семей. С тех пор никто не использовал подобный подход, независимо от того, проваливали они задание или нет.

Попытка покушения на его территории сама по себе мало чем отличалась от того, чтобы просто послать убийцу на смерть. Поэтому Кальцион никогда не обращал особого внимания на эти нападения, за исключением тех случаев, когда он был в столице.

Именно по этой причине Герцог решил отправиться в столицу маршрутом, который проходил по его территориям.

«Вот только, покушение произошло в пределах границ. И не со мной, а с Селеной.

Подумать только, они решили убить Селену, не используя никакого оружия или яда, просто утопление. Это невообразимо даже для меня. Никто в мире не пытался утопить меня голыми руками.»

Селена притворялась, что успокоилась, когда все рыцари были мобилизованы для охраны, а все жители деревни были лишены покоя.

– Можно судить об этом по тому, как действовал убийца, по времени его появления и всего остального. Я уверен, что это поможет нам поймать и с точностью допросить его. Есть какие-то детали, о которых ты можешь сообщить?

Селена вскинула брови и сосредоточилась. Вспомнить было нетрудно, ведь покушение было не так давно.

– В то время как все служанки ушли за предметами для моей ванны, свет внезапно погас, а из темноты выскочил человек. Я думала, что всё закончится, если мне удастся вылезти из ванны, и когда мне удалось сделать это…

«Он схватил меня за волосы.»

Селена кратко изложила Кальциону всё остальное.

– Это был отличный ход.

Селена в замешательстве повернула голову, услышав комплимент из уст Кальциона.

«Но я ведь не била нападавшего, не так ли?»

– Отказ от использования оружия мог бы выдать это за несчастный случай или самоубийство. Утопление было единственным выходом из сложившейся ситуации и то, что ты выбралась из ванны, было правильным решением.

Лишь после последовавшего объяснения девушка смогла кивнуть головой.

– Даже если бы ты умерла, можно было бы быть уверенным, что это не самоубийство.

– А-ха-ха…

«Убийство, оформленное как самоубийство,» – Селена вспомнила Ирэль, бывшую невесту Кальциона. «Кальцион твёрдо уверен, что её смерть была убийством, но расследование прекратили после того, как объявили всё самоубийством…»

– Возможно, убийцу нанял тот же человек, что и заказал Ирэль?

Глаза Кальциона вспыхнули. Казалось, он подумал о том же:

– Это вполне возможно.

– Если мы поймаем убийцу, это даст нам ключ к поиску подозреваемого, – глаза Селены сияли так же, как и у Герцога.

– Ты случайно не слышала его голос?

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 41

– Он ничего не говорил.

«Вполне естественно. Ни один убийца не станет раскрывать свои цели.»

– Герцог, но разве Вы не видели его?

– Он уже успел сбежать в окно.

Как и ожидалось, было трудно найти зацепки без поимки убийцы. Селена рассказала Кальциону всё, что смогла вспомнить, думая, что какой бы тривиальной не была информация, она может стать ключом к разгадке.

– На его руках была очень плотная ткань.

– Должно быть, он был в перчатках. Большинство людей на Севере надевают их во время работы. Таким образом труднее определить по пальцам.

«Это тоже не стало ключом к разгадке,» – обескураженная, Селена опустила плечи.

– У меня был хороший спор с Миссис Джанет, прежде чем я пошла принимать ванну. Не возможно нанять убийцу и послать его за мной за такой короткий промежуток времени, не так ли?

– Не думаю, что Миссис Джанет совершила бы подобную необдуманную вещь, если бы действительно намеревалась убить тебя.

– Тогда, возможно, это Розалин или Фионэль?

– Возможно. Или это может быть кто-то другой, о ком мы никогда не подумаем.

– Сейчас они, скорее всего, уже успели посетить 10 приёмов и распространить слухи о нас по столице, создавая большой хаос.

Никто в столице по-настоящему не знал о Селене.

Кальцион согласился с этим предложением. То же самое относилось и к Ирэль. Ещё до того, как её должным образом представили высшему обществу, все знали, что будущая невеста Герцога Ренберд прибывает в столицу. Была даже кучка людей, которые подгадывали, на какие приёмы она собирается пойти.

Но эти люди могли быть уверены лишь наполовину о передвижениях Ирэль. И не могли говорить о ней открыто, чтобы не попасть в скандал с Кальционом.

Однако, учитывая уже установленный Ирэль рекорд, интерес к Селене не должен был упасть. Другими словами, кто-то мог начать действовать, даже не узнавая больше информации.

– Было бы здорово, если бы убийцу удалось поймать.

– Тогда всё было бы просто.

Тяжёлые шаги, приближающиеся к комнате, остановились возле двери. В отличие от толстой двери спальни Герцога в замке Ренберд, через эту дверь подобные звуки были слышны.

– Это Дион.

– Входи.

Дион молча склонился в поклоне и сразу же перешёл к отчёту.

– Мы упустили его.

– Ему удалось сбежать? – брови Кальциона недовольно нахмурились.

– Он покончил с собой.

Селена перевела взгляд с одного мужчины на другого и замерла.

– Должно быть, он был очень хорошо обучен.

– Все убежища, которые мы проверили, были для него временными. Едва он понял, что ему не удастся сбежать, как сразу же покончил с собой.

Губы Кальциона сжались при этих словах Диона:

– Как он проник к нам в середине пути?

– Всё было не так. Думаю, он следил за нами от Данфела.

– Удалось найти что-нибудь на его теле?

– Там не было ничего конкретного.

– Хм.

– Должен ли я послать людей в Данфел для продолжения расследования?

– Нет, нет необходимости так распределять силы. Избавьтесь от тела и, связавшись с Силэнза, пошли следователя в Данфел.

– Есть, – Дион отступил.

Однако напряжение, повисшее в воздухе после этого разговора, не ослабло. Селена повернулась к Кальциону, ощущая беспокойство.

– В итоге, мы ничего не смогли получить. Вернёмся к началу.

– Нет нужды возвращаться к началу. Не так много семей могут послать такого подготовленного убийцу.

– Если их не много, то сколько?

– Около тридцати?

– …

«Даже если расследовать по одной семье в день, то уйдёт около месяца, и он говорит, что это не так уж много?»

– Хорошо, тогда сколько семей проживает в столице?

– Около 300?

– …

«Этот мир больше, чем я думала. Пришло время привыкать к этому масштабу. До того, как мне придётся ежедневно противостоять убийцам.»

Несмотря на то, что сегодня ночью произошёл подобный инцидент, никто не собирался переносить завтрашнее отправление.

– Нам нужно немного поспать.

– Верно.

– Пока мы будем спать, на нас ведь никто не нападёт, не так ли?

– Не думаю.

Не имея никакой информации о нападавшем, Селена знала лишь о том, что было около 30 семей, которые могли послать убийц за её жизнью. Тёмная неприятная аура заполнила её сердце.

Съёжившись от этих мыслей, девушка пошла к кровати. Естественно, Селена пошла к левой части, но внезапно повернула к правой:

– Сегодня я буду спать на правом краю.

– Почему?

– Мне всё ещё страшно… Поэтому, мы будем спать вместе.

Кальцион встал и тоже подошёл к кровати. Слабая и обеспокоенная Селена расслабилась, когда он сел на кровать.

– …нельзя? – девушка ощущала себя такой усталой, что её голос звучал невероятно трогательно.

Её опущенный взгляд выглядел так, словно она вот-вот расплачется, хоть она и пыталась отрицать это, в то время как алые губы сжимались, показывая, что Селене страшно.

«Однажды я нашёл зверя, размером с ладонь, на одном из исследований горного хребта. Несмотря на его небольшой размер, зверь, скорее всего, был взрослым, так как не пересекал границы своего ареала.

Обычно магические звери были деформированы больше, чем обычные звери, и имели чудовищные формы. Однако некоторые из них, несмотря на деформацию, были красивы.

Найденный зверь был невероятно милым. Даже я, у которого обычно не было приливов сострадания, посочувствовал маленькому зверьку и сказал, что тот очарователен.

Вот только в отличие от своего внешнего вида, зверёныш оказался настолько свиреп, что мне пришлось убить его. Но я продолжал сожалеть, что не смог приручить его после поимки. Я не думал, что в мире когда-нибудь снова появится такое милое создание.

Но оно здесь. Прямо передо мной,» – ошеломлённый милым выражением лица Селены, мужчина кивнул, не осознавая этого:

– Всё, чтобы тебе было удобно.

Улыбка появилась на лице Селены после услышанного разрешения, и она быстро устроилась под одеялом.

Кальцион лёг на левую сторону кровати и протянул к Селене руку.

Девушка тут же повернулась к нему, словно ждала этого, и положила голову на плечо Герцога. Естественно, рука Кальциона легла на её талию. Мужчина закрыл глаза, стараясь не обращать внимание на их положение и то, что руки Селены были под одеялом.

Вот только тщетные попытки Кальциона срывались каждый раз, когда Селена придвигалась к нему ближе. Через некоторое время, когда её бешено стучащее сердце успокоилось, девушка прошептала:

– Что, если кто-нибудь прокрадётся, пока мы спим, и попытается задушить меня подушкой?

Голос девушки был таким же тихим, как ветер, свистящий за окном.

– Никто не сможет войти внутрь. Охрана была увеличена.

– У ванной тоже стояли охранники, но он всё равно смог проникнуть внутрь.

Сейчас, когда Селена столкнулась с убийцей один раз, она не могла быть уверенной, что это никогда не повторится.

– …я рядом с тобой, прямо здесь.

Девушка глубоко вздохнула и потянулась:

– Просто разбудите меня, если я сделаю что-то странное во сне, хорошо?

– Хорошо.

Возможно, ответ Кальциона принёс Селене облегчение, но она всё ещё немного сомневалась. Селена, которая жалела, что не может заснуть в таком состоянии, вскоре снова открыла глаза, надеясь, что всё тихо.

– Если подумать, нам теперь надо обязательно мыться вместе?!

– ?! – в этот раз Кальцион широко распахнул глаза. – Нет, не обязательно… С этого момента я усилю твой эскорт, поэтому всё будет в порядке. Я прикажу им, поэтому ты будешь в безопасности куда бы ни отправилась.

Чуть споткнувшись, Герцог смог придумать план.

– …хорошо, – Селене стало не по себе, но она всё равно согласилась. – Неужели я должна буду всё время быть на стороже в столице?

– В столице лучше, потому что там много глаз, которые следят за тобой и много людей, с которыми можно пересечься. Наибольший риск возникает, когда мы выезжаем куда-то.

– Вы хотите сказать, что всё будет в порядке, как только мы доберёмся до столицы, так? – Селена, которая, казалось, была немного успокоена, села. – Подождите, нет, всё было хорошо, когда мы начали путь. Вы выбрали путь в пределах территории Ренберд для безопасного путешествия, но всё оказалось не так, правильно?

Не в силах отрицать, Кальцион промолчал. Доверие, которое уже стало прорастать в земле, сейчас собиралось вручную, словно рассыпанные семена кунжута. Селене нужна была уверенность, чтобы снизить своё беспокойство.

– Моя жизнь всегда умножала то, что у меня было. Я ожидала, что пройду через много странных событий, которые переживает человек в первый раз, но я не думала, что этот список будет обновлён, чтобы соответствовать стандартам этого мира.

Многое происходило с Селеной, когда она была актрисой. Даже если у неё были телохранители, не все вещи можно было предотвратить.

Преследователи проникали, узнав пароли от дверей, звонили поздно ночью, подкидывали вещи в почтовый ящик, появлялись везде, куда бы ни пошла девушка, и пытались обнять её, когда Селена старалась сохранять невинное и официальное приветствие.

Хоть сталкеры и были опасны, они не пытались убить Селену. Угроза убийства была хуже, чем сталкеры, что каждое утро подбрасывали к её дверям мёртвых птиц.

– Дело в том, что ты сейчас чувствуешь себя испуганной и встревоженной, так?

– Да, – тихо ответила Селена. Однако ощутила облегчение лишь тогда, когда вновь легла рядом с Кальционом.

Хоть девушка молчала, Герцог ощущал, что у неё возникли проблемы с быстрым засыпанием. Он даже не мог отправить её на тренировку, чтобы избавиться от страха, как делал это со своими солдатами.

«…неужели никакого выхода нет? Почему я ничего не могу придумать?

Но Селена ведь говорила, что обладает выдающейся гибкостью. Она говорила, что может сделать со своим телом всё, что угодно. Она говорила, что немного изучала боевые искусства, так почему я сразу не подумал об этом?»

– Если ты не можешь заснуть…

– Да?! – тут же ответила Селена с выражением восторга на лице, которое говорило, в каком отчаянии она находится. И всё же черты её лица казались сухими и безжизненными.

Хоть Кальцион и задавался вопросом, следует ли ему говорить такое Леди, он собрал всё своё мужество, чтобы предложить это.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 42

Глава 42.

– Почему бы тебе не попробовать начать тренировки?

– Какие тренировки?

– Поскольку ты очень спортивна и у тебя отличные физические данные, думаю, ты сможешь научиться…

– Так обучение чему Вы предлагаете?

– Искусство владения мечом?

– Я бы с удовольствием научилась этом, – ответ Селены прозвучал до смешного легко, без каких-либо задних мыслей.

– Тебе нравится эта идея?

– Да. Я была бы признательна, если бы Вы обучили меня этому. Таким образом, у меня был бы другой способ для собственной защиты.

Дело было не в том, что было крайне мало женщин, которые обучались навыкам владения меча. Да, это было редкостью, однако юридических ограничений не существовало, поэтому учиться фехтованию разрешалось любому желающему.

Но Селена сама была готова сражаться с мечом. Женщины редко заходили так далеко. Большинство просто предпочитали статические упражнения, которые можно было выполнять в платье.

Хотя, как считал наблюдательный Кальцион, для женщин было естественно ненавидеть мечи. Поэтому ему и показалось довольно странным видеть, как Селена хочет размяться утром, чтобы держать тело в тонусе, и радуется тому, что будет обучаться фехтованию.

Кальцион не думал, что это неправильно. Скорее, ему казалось, что он встретил редкую женщину, которой не существовало в этом мире.

«Что ж, это правда, она – человек из другого мира.»

– Возможно, мы начнём прямо сейчас? Я всё равно не смогу уснуть, – Селена вскочила со своего места.

Когда ученик проявил желание заниматься, Кальцион не смог вымолвить ни слова. Он просто подумал об этом и бросил девушке идею, но всё внезапно обернулось чем-то большим, потому что Селена с нетерпением ждала тренировки в эту лунную ночь.

– Обучение должно проходить здесь? Или снаружи? Вы ведь знаете, что там я сбежала от убийцы, – Селена была взбудоражена. Она была готова, в любом случае, пройти обучение владению мечом.

– Охрана, должно быть, сейчас напряжена и крайне чувствительна, поэтому будет лучше выучить простые стойки в комнате. Мы будем учить их, пока не доберёмся до столичного особняка. Если ты всё ещё готова продолжать, то давай начнём прямо сейчас.

– Хорошо. С чего мне следует начать?

«После того как утром она растянулась, разминка ей не нужна,» – Кальцион на мгновение задумался, а затем вытащил меч, который положил у кровати.

«В данный момент нужна тренировка, которая вытянет все её силы и поможет заснуть, поэтому настоящая подготовка к фехтованию не является необходимой. Получается, нет необходимости организовывать обучение навыкам в определённом порядке.»

– Держи, – повертев меч в руке, Кальцион протянул его рукоятью к Селене.

Её тренировка заключалась в лёгкой задаче, удерживать меч, не позволяя ему упасть на пол.

– Он тяжелее, чем кажется, не так ли? – глаза девушки расширились, когда она попыталась оторвать меч от пола.

Селена думала, что меч будет немного тяжелее, чем опора, которую она держала раньше, однако меч оказался куда тяжелее. Кальцион держал его так, словно он был как веточка, поэтому девушка и думала, что он лёгкий. Но тяжесть, которую Селена ощутила на себе, была не тяжестью меча. Больше походило на огромный валун.

– Этот меч немного отличается от обычного. При его изготовлении использовался специальный метал с более высокой плотностью, чтобы сражаться с монстрами.

– Ух…

– Он в три раза тяжелее обычного меча.

Селена с восхищением посмотрела на меч.

«И правда, он такой же мощный, как и его вес.»

– Вау… Он и правда тяжёлый.

Это было довольно трудно для девушки, которая занималась в зале не самой тяжёлой атлетикой. Хмыкнув, Селена подняла его.

Девушка попыталась поднять и опустить меч, чтобы было удобнее держать его, однако из-за его веса ей было слишком трудно провести прямую линию.

– ……

Когда Кальцион собрался попросить Селену выслушать его, его губы так и остались приоткрытыми. Это был не тот меч, который могла поднять обычная женщина. Однако Селена размахивала им.

Кальцион был поражён, увидев, что девушка держит его голыми руками, словно воин, использующий ману.

Это была единственная область, которой Кальцион посвятил своё сердце – раскрытие таланта владения меча. Его глаза жадно сверкнули:

– Ты можешь удержать его горизонтально?

– Вот так? – Селена выполнила это без труда.

Взгляд Кальциона стал глубже:

– Прекрасно.

– О, ч-что?

«Так бывают дни, когда с его губ слетает похвала?» – Селена была изумлена, но стояла гордо с широкой улыбкой на лице.

– Я… У меня, должно быть, есть какой-то талант, да? Я не пробовала заниматься этим, потому что использовать оружие опасно. Я должна была попробовать это раньше.

– Жаль, что ты не попробовала обучиться этому раньше. Ты можешь поднять его над головой и опустить вниз?

– Ммм, ха! … вот так?

Кальцион чуть не захлопал в ладоши.

Два заинтересованных человека продолжали тренироваться, не подозревая о том, как течёт время. Они делали это, пока выносливость Селены не истощилась до предела.

– … ха… ха! Подождите, пауза!

– Ещё раз.

– Я действительно плоха в этом, ха-а-а-а, я хочу остановиться.

– Нет, ты не можешь сделать это. Последний раз.

– Угх!

Физическая активность на пределе возможности имела нечто общее – она заставляла сильно потеть и издавать болезненные стоны. И иногда подобные элементы были склонны вводить в заблуждение тех, кто слышал лишь звуки.

В эту ночь недоразумение стало ещё глубже.

Вражеская территория.

Селена, которая физически провела жаркую ночь с Кальционом, лежала в карете полумёртвая.

Как бы усердно девушка ни тренировалась, вечером она приходила в порядок, потому что весь день спала в карете. И такие личные тренировки повторялись в течение нескольких бессонных ночей.

За это время карета проехала длинный путь и наконец достигла конца территорий Ренберд. Селена, которая весь день спала в карете, за исключением приёмов пищи, всё утро держала глаза открытыми, после того, как ей сказали, что они покидают территорию Ренберд.

– Как только мы покинем территорию Ренберд, мы ведь не увидим стрел, летящих со всех сторон или группы нападающих людей, верно?

– Подобное может быть, однако…

– Это возможно?!

Этих слов было достаточно, чтобы разжечь в Селене тревогу, но Кальцион не мог лгать. Он точно сказал, что могло произойти.

– Они могут притвориться бандитами или сказать, что случайно подстрелили нас во время охоты. Вся столица принадлежит королю, поэтому любой аристократ волен охотиться, где пожелает.

– Разве это не опасно?

– Не очень.

Эти слова не совпадали с тем, что Кальцион говорил ранее.

– Рыцарей Ренберд ни в коем случае нельзя победить.

– Ха-ха-ха… Интересно, почему убийца забыл о них в прошлый раз?

– …

Пропуск убийцы в дом в тот день стал величайшей неудачей рыцарей Ренберд. Поскольку гордость Кальциона была задета, он промолчал и посмотрел в окно.

«Вот почему люди не должны быть слишком самоуверенными. Если бы он мог прочитать мои встревоженные мысли, прежде чем выказывать уверенность в том, что это не опасно, Кальцион наверняка смог бы одержать победу,» – ворча себе под нос, Селена тоже смотрела в окно.

Экипаж, направлявшийся на запад, сегодня утром впервые повернул на юг.

Центральный город Ренберд, Силэнза, располагался в восточной части, а столица Королевства Арклайн, Мин, находилась в западно-центральной части. Поскольку они двигались с востока на запад по территории Ренберд, которая охватывала все земли севера, единственным оставшимся путём было спуститься с севера на юг.

Всё время путешествия с востока на запад горы Сиганд и пустыня по левую сторону оставались неизменными, но, по мере того, как широта менялась с северной на южную, ландшафт время от времени преображался.

Это был первый раз, когда Селена в этом мире увидела зелёную траву, колышущуюся на ветру, вместо сильных колючих деревьев. С приближением полудня впервые начали появляться цветы, а затем, за цветущими полями, появилась каменная граница.

– Это граница.

Граница была возведена вокруг того места, где цвели цветы. Это был стандарт, по которому земля Ренберд на севере казалась пешкой.

Столица должна была быть крайне процветающей и красочной. Каждый мог видеть разноцветные лепестки и вдыхать благовония, поэтому было невозможно сказать, какой из них ядовитый.

«Пришло время войти в гробницу и танцевать среди раскрашенных тел,» – Селена глубоко вздохнула. Она ощущала взгляд Кальциона на себе.

Карета остановилась на границе. Столица и Ренберд не воевали, однако по соображениям безопасности некоторые солдаты стояли на страже периметра.

– Ваше Превосходительство, – один из рыцарей подошёл к карете.

Кальцион кивнул:

– Подождите здесь до дальнейших корректировок плана.

– Как прикажете.

Рыцари, окружившие карету, разделились. Некоторые направились к солдатам, стоявшим на страже, в то время как другие заняли свои позиции вокруг кареты.

Когда разделение закончилось, экипаж вновь тронулся в тот же миг. В отношении экипажа Герцога Ренберд не было никаких проверок или досмотров, даже если солдаты стояли не просто для красоты.

– Почему те рыцари остались? – спросила Селена, оглядываясь на рыцарей вдалеке.

С того момента, как карета пересекла границу, она начала двигаться быстрее. Из-за этого рыцари и каменная граница быстро стали слишком маленькими, чтобы их можно было разглядеть.

– Количество рыцарей, которые могут войти в столицу, ограничено. Вот почему я говорил, что самым опасным будет час с момента пересечения границы до въезда в жилой район столицы.

– Ах… – слово «опасным» вызвало у Селена ответное напряжение, и она сглотнула.

– Мы въедем в жилой район примерно в полдень. Оттуда физические атаки невозможны, поэтому мы сможем расслабиться.

«Тогда не будет ли это самым напряжённым часом, пока мы не доберёмся до туда?» – нервничая, Селена крепко сжала руки на коленях.

Каждый раз, когда мчащийся экипаж грохотал, сердце девушки подпрыгивало от страха.

«Если одно из колёс ослабнет или застрянет в грязи…»

Сейчас, когда Селена впервые столкнулась с ситуацией, когда её жизнь находилась в опасности, она стала крайне чувствительной. Девушка упала со скалы из-за своей съёмки и в итоге попала в другой мир. То, что осталось от неё, было дрожащей трусихой, боящейся умереть.

– Д-дайте мне свою руку… – напряжение продолжало нарастать в Селене, заставляя кончики её пальцев похолодеть.

Озноб, который начался с кончиков её пальцев, распространился по всему телу, заставляя колени девушки дрожать. Она обратилась к Герцогу за помощью, потому что думала, что её беспокойство уменьшится, если она прильнёт к телу Кальциона.

Кальцион без труда протянул ей руку. Селена крепко схватила ладонь мужчины обеими руками, в то время как он в ответ сжал её ладони.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 43 - Эпизод 5. «Столица.»

Эпизод 5. «Столица.»

Глава 43.

Сжимая большую тёплую ладонь Кальциона, Селена постепенно перестала дрожать.

У Кальциона были длинные пальцы, а цвет кожи был очень светлым, поэтому его руки казались довольно нежными и ухоженными, однако стоило присмотреться внимательнее, и можно было увидеть, через какие тяжёлые времена он прошёл.

Тяжёлые суставы, выпирающие вены и мозоли, что покрывали его ладони.

Ладони Селены начали покрываться мозолями из-за того, что она размахивала мечом уже несколько дней и ночей. Вот только, в сравнении с мозолями Кальциона, они были простым росточком рядом со старым деревом.

«Интересно, как долго он держал меч, что его ладонь стала казаться твёрдой, словно ствол дерева? Свидетельство его мастерства на ладонях заслуживает доверия больше, чем его собственная уверенность,» – Селена нежно провела кончиками пальцев по мозолям на ладони мужчины. Она продолжала так достаточно долго.

Кальцион, который молчал, дёрнул пальцами, когда ему стало щекотно.

– Ах, щекотно?

Не отвечая, Кальцион сжал свои пальцы между пальцами Селены.

– Ах…

Эта хватка была крепкой. Девушка смущённо посмотрела на свою руку. Она понимала, что он сделал это лишь для того, чтобы временно помешать ей щекотать ему ладонь.

«Но как долго он собирается оставлять наши руки так?..»

Шли минуты, а Кальцион не разжимал пальцы. Ощущения становились всё более и более яркими.

«Его рука стала потеть…»

Острый взгляд Кальциона был направлен в окно.

Экипаж, мчавшийся на полной скорости, тяжело грохотал по мостовой, но просачивающееся сквозь этот шум напряжение было спокойным, словно вакуум.

Селена смущённо закрыла глаза.

«Кальцион всё ещё похож на старое дерево, но если бы он двигался, то не стала бы ситуация ещё более неловкой?..

Моя мать пришла бы в ярость из-за того, что я так безрассудно держу мужчину за руку, но теперь слишком поздно отпускать её…

Поддерживающее лёгкое прикосновение естественно.»

Однако даже с этой мыслью напряжение из-за того, что Герцог держал её руку, так легко не рассеивалось.

*****

«Сколько прошло времени?»

Вдали показалась каменная граница города.

Скромные частные дома начали появляться в поле зрения, когда грохочущая карета въехала в город. Теперь они ехали по довольно ровной дороге.

Вскоре появились и аккуратные дома, выстраиваясь по обе стороны. Селена увидела чистые улицы с каменной мостовой и даже редкими деревьями.

– С этого момента тебе не нужно беспокоиться о внезапном нападении.

Они въехали в Мин.

В соответствии со своей репутацией столицы Империи, Мин был великолепным и огромным городом.

В отличие от домов Силэнзы, у которых были толстые стены и высокие крыши, дома в Мин имели более широкие крыши и красивые стены. Вокруг каждого дома были посажены цветы и деревья, а вдоль дороги протекал небольшой ручей.

Но самыми заметными были стражи, расставленные по всей дороге. Они ездили верхом на лошадях в броской форме.

– Так много стражи.

– Мин – богатое место, куда стекают люди со всей страны, поэтому люди, как правило, тратят деньги на общественную безопасность.

– Вот почему Вы сказали, что здесь безопасно.

«С таким количеством глаз стражи, разбросанных тут и там, даже опытный убийца не сможет пройти.

Даже без убийц меня ждёт гораздо более тёмная борьба, чем простое утопление в ванне.

Красота города не делает красивыми его жителей.

В этом прекрасном городе был убит человек.»

Но тепло заката растопило холодный северный воздух, прилипший к телу Селены. Её нервы, которые были заморожены из-за напряжения, успокаивались из-за тепла, окутывающего её тело, и девушка начала ощущать переутомление из-за интенсивных тренировок, которые она проводила ночами.

Теперь, когда Селена оказалась далеко от любой смертельной опасности, она ощутила расслабленность и сонность.

– Мм… – девушка заснула, не заметив, как закрыла глаза.

Кальцион оглянулся, ощутив удар по плечу, и обнаружил, что Селена спит. Их пальцы всё ещё были переплетены.

«Должно быть, она устала.»

Каждый раз, когда колесо кареты ударялось о камень мостовой, девушка просто качала головой, но не открывала глаз. Кальцион вновь повернулся к окну и оставался неподвижным, пока они не подъехали к особняку.

Когда карета въехала в ворота особняка, плечи Герцога затекли. Солнце уже садилось, и небо темнело. Мин был огромным городом, из-за чего им потребовалось полдня, чтобы добраться с одного конца в другой.

Экипаж миновал ворота и остановился у входа в особняк. Слуги особняка, которые заранее ждали его прибытия, склонили головы, едва дверь кареты открылась.

– Добро пожаловать…

– Стоп.

Приветствие прекратилось по приказу Кальциона.

Герцог вышел из кареты, неся на руках Селену, которая всё ещё была в полусне. Слуга быстро подбежал к ним, но Кальцион покачал головой и вошёл в особняк.

– Комната для гостьи уже подготовлена.

– В этом нет необходимости.

Дворецкий предупредительно сообщил о гостевой комнате, но Кальцион направился прямо в свою комнату. С поспешным поклоном дворецкий был вынужден последовать за ним.

– Боюсь, её одежда неудобна. Приведи горничных, чтобы они переодели её в ночную одежду, а я прогуляюсь по особняку, – сказал дворецкому Кальцион, укладывая Селену на свою кровать.

– Да, Ваше Превосходительство.

– Постарайтесь не разбудить её.

– Мы приложим все возможные силы.

Кальцион вышел из комнаты, не смотря на кланяющегося ему вслед дворецкого, а затем проверил лица каждого рыцаря перед дверью.

– Ваше Превосходительство! – стоящие на страже рыцари тут же поприветствовали его.

Как раз перед тем, как Кальцион покинул Силэнзу, он заранее отправил этих людей в Мин, чтобы они проверили особняк, отдохнули и дождались его.

– Я уверен, что вы слышали новости. О нападении, совершённом тайно.

– Да, едва мы услышали новости, мы провели тщательный обыск внутри и снаружи особняка, и разослали всех людей, которые были наняты с неясными поручителями. Система охраны особняка также была реорганизована и приведена в боевую готовность.

– Хм, – кивнув, Кальцион отступил назад.

Естественно, трое охранников последовали за ним.

Распределение и перемещение охраны были подготовлены на все случаи. Даже если три человека покинут это место вместе с Кальционом, оставшаяся линия рыцарей была бы восстановлена соответствующим образом.

С такой тщательной сетью охраны Кальцион мог с уверенностью говорить, что в столице они в безопасности. Даже если бы королевские войска были мобилизованы для вторжения в это место, существовал способ сбежать из особняка и вернуться на Север.

Однако с внешностью Селены всё могло стать несколько сложнее. Именно по этой причине Кальцион сейчас самостоятельно обходил особняк, чтобы тщательно проверить его.

Острые глаза Герцога осмотрели каждый угол комнаты и каждый угол коридора. К тому времени, когда осмотр одного коридора был завершён, вернулся Дион, закончивший размещение рыцарей, с которыми он приехал.

– Мы получили сообщения об изменении охраны и движения.

– И всё же проверь это ещё раз.

– Есть.

На самом деле Кальциону не нужна была система безопасности. Ему не требовалась никакая охрана, потому что он был самым сильным.

Однажды, когда невероятно обученный убийца пересёк парадное крыло особняка Ренберд, первым, кто заметил это, был Кальцион. Пока рыцарь, заметивший это на шаг позже, прибыл в комнату Герцога, чтобы доложить, тот уже разобрался с проблемой и вытирал кровь со своего меча.

– Будьте спокойны. Комнату Мисс Селены проверили ещё раз с особой тщательностью, – сказал Дион, вернувшись к Кальциону после осмотра каждого угла особняка.

Он знал, что Селена притворялась любовницей Герцога с целью найти преступника. Поэтому ему, естественно, пришло в голову, что им обоим будет неудобно постоянно пользоваться одной и той же комнатой из-за безопасности.

Причина, по которой Дион сказал это, заключалась в том, что Селена была в комнате Герцога, где заснула, едва коснулась головой подушки. Это была доброта Диона, чтобы эти двое более не чувствовали себя неловко.

Однако Кальцион покачал головой:

– Подождём ещё несколько дней.

Не имея никаких причин протестовать против мнения Кальцион, Дион склонил голову и отступил назад.

Селена крепко спала, когда Кальцион вернулся в комнату после ванны и приготовлений ко сну.

Горничные переодели и даже привели девушку в порядок, но она всё ещё спала. Селена не могла заснуть, когда ей было страшно, но едва она засыпала, то просыпалась лишь спустя долгое время.

«Сейчас я вспомнил, на днях она довольно крепко уснула в моём кабинете, проспав до самого заката.»

Двигалась девушка во сне или это было из-за горничных, но Селена спала посередине кровати, а её руки и ноги были раскинуты в стороны.

«Хм.

Слева или справа?»

Помучавшись некоторое время, Кальцион лёг слева от неё. Поскольку они спали в одной постели из-за соображений безопасности, у девушки был лишь один способ ощутить себя в этой самой безопасности. Лишь в объятиях Кальциона.

*****

Когда Селена проснулась и медленно открыла глаза, она обнаружила, что лежит в очень удобной позе.

Её руки и ноги были раскинуты в разные стороны, а вокруг лежали подушки. В этом не было ничего необычного. Селене просто повезло, что она спала одна, и поэтому она могла уютно развалиться на кровати.

– Ха-а-а-а-а, – потянувшись, девушка широко зевнула. – Как долго я спала?..

Почесав затылок, Селена выскользнула из кровати и отдёрнула плотную штору, закрывавшую окно. Небо было тусклым, потому что солнце ещё не взошло.

Отдохнув достаточно, тело девушки вновь ощущало себя здоровым, и Селена чувствовала, что её энергия восстановилась. Когда она пошла в ванную, примыкавшую к комнате, громкое урчание её живота возвестило о сильном голоде. Селена не могла ждать, когда горничная принесёт завтрак, потому что, если бы она подождала ещё немного, её живот превратился бы в горн.

«Где верёвочка… колокольчик? Неужели здесь нет его? Может, мне просто позвать их?»

Селена не знала, как позвать горничных, потому что это был первый раз, когда она проснулась одна, но тут дверь со скрипом открылась.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 44

Глава 44.

Это оказался Кальцион.

– Что… Стучите в дверь, прежде чем войти!

– Мне нужно постучать, чтобы войти в свою комнату?

– Хм? Разве это не моя комната?

– Это моя комната, – словно желая доказать, что это его комната, Кальцион небрежно подошёл к шкафу, достал полотенце и, вытерев лицо и шею, направился в ванную.

– Разве в столице мы не в безопасности? Почему бы Вам не дать мне мою собственную комнату?

Когда они ехали в столицу, Селена и Кальцион поговорили о том, чтобы жить в отдельных комнатах. Миссис Джанет, которая ранее была отстранена, вновь вернулась на место, вмешиваясь, чтобы узнать, что ждать от них по прибытию в столицу.

– Нельзя распространять слухи о том, что неженатые мужчина и женщина проводят ночи в одной комнате.

– Тогда, что будет, когда ты выйдешь в свет?

– Всё будет хорошо.

«Какие у меня шансы?» – Селена мысленно выругалась и покачала головой. «Если безопасность обеспечена, для нас не будет проблемой спать по отдельности.

К тому же, моей задачей является притворяться, что я соблазняю Кальциона. Пусть мы не спим ночью, но нам всегда придётся быть начеку на случай, если кто-нибудь ворвётся внутрь.»

– Я не мог проверить состояние безопасности, поскольку мы только прибыли. Вот почему я поместил тебя в самую безопасную комнату здесь.

– Ой!

– Как только мы убедимся, что в системе безопасности нет никаких недостатков, ты сможешь пользоваться отдельной комнатой.

– Хорошо, – Селену это не убедило. Сейчас ей привычно было спать в одной комнате с Кальционом.

Это было неудобно в глазах других людей, но девушка не чувствовала себя крайне неловко, когда оставалась с Кальционом наедине. У Селены не было проблем, даже когда она тренировалась с ним по ночам в своей одежде для сна.

– Кстати, Вы тренировались с раннего утра? О боже, какой Вы прилежный. Давайте позавтракаем вместе после того, как вы умоетесь.

Воротник рубашки Кальциона был слегка влажным. На улице не было дождя, но когда он приблизился к Селене, она ощутила едва заметный запах пота.

«Он – мужчина, который не потерял ни капли пота, убивая монстрообразных зверей, но, похоже, потеет, отправившись в более тёплые края.»

Кальцион нахмурился, услышав вопрос Селены.

– Хм? Что такое?

Независимо от того, как сильно Селена думала об этом, она не находила свои слова странными.

– Утро ещё не наступило.

– Ох, правда? – Селена выглянула в окно.

«Небо всё ещё тёмное… немного темнее, чем то, которое я видела недавно…» – это поразило её.

– Невозможно. Неужели я проспала всего час?

– Ты проспала полные сутки.

– Что?

– Мы прибыли вчера вечером, а сейчас уже вечер следующего дня.

– ……

«Неудивительно, что я чувствую себя такой отдохнувшей. Вся моя усталость исчезла.»

– Я уже потренировался и поужинал. Я скажу слугам, чтобы они подали ужин в комнату. Ты, должно быть, проголодалась.

– Ах, нет.

Селена не собиралась есть в комнате. Более того, ей не нравилось, когда в комнате пахло едой.

– Разве Вы не говорили, что предоставите мне собственный эскорт? Это будет с сегодняшнего дня?

– Они будут по очереди ждать за дверью. Группами по три человека.

– Тогда я пойду поем в столовой.

– Делай как тебе заблагорассудится.

Ничего не могло пойти не так, когда у девушки был эскорт внутри тщательно охраняемого особняка, поэтому Кальцион легко позволил это.

Селена уже собралась выйти из комнаты, когда заметила на себе ночное платье:

– Кто меня переодел?

– Горничные.

Она намеревалась немного подразнить Герцога этим вопросом, но тот даже не понял этого.

– Я могу вот так пройтись по коридору?

– Разве кто-то может что-то сказать тебе?

– Хорошо, тогда я вернусь, – Селена слегка приоткрыла дверь.

Рыцари, ожидавшие за дверью, помогли открыть ей тяжёлую дверь, словно ждали этого.

– Я собираюсь поужинать.

– Позвольте нам сопроводить Вас в столовую.

И правда, три женщины из числа охраны, которые ждали за дверью, как и сказал Кальцион, вышли вперёд. Одна из них шагала впереди Селены, показывая дорогу.

«Их руки и ноги двигаются синхронно. Удивительно.»

– Это, должно быть, Ваш первый или второй день, ха.

– Это мой первый рабочий день.

– …правда? Вы раньше не служили у Герцога? Или Вас наняли позже?

– Для меня является честью служить Его Превосходительству с подросткового возраста. Просто я не была личным эскортом.

– Ах… Вы элитный рыцарь…

Хоть Селена путешествовала с рыцарями, она не могла запомнить каждого из них в лицо. Она даже не знала, что это был один из рыцарей, с которыми она передвигалась, но просто догадывалась об этом.

Селена неловко промолчала. Она думала, что ей нужно расспросить эскорт, но спросила совсем не то.

«Если бы во время пребывания Ирэль здесь был эскорт, ничего страшного бы не случилось.»

– Сюда.

Селена вошла в комнату.

«Они сказали, что это их первый день, но ведут себя так, словно делают это уже сотый раз. Даже если они элита, они не могут быть так хороши во всём с самого начала.»

– Это первый день, но Вы все действительно хороши в этом.

– Мы просто действуем так, как нас учили.

«В конце концов, это результат тренировок. Мне интересно, как долго они тренировались, чтобы научиться так двигаться. Это значит, что я не единственная, кто тренировался ночами напролёт.»

В отличие от великолепной и холодной атмосферы замка Ренберд, столовая в столичном особняке была яркой и прекрасной, с маленькими цветочными букетами, расставленными по комнате.

Шеф-повар болтала с двумя служанками, возможно, закончив свою работу. Когда она увидела входившую Селену, она сложила руки вместе.

«На самом деле, я не хотела злоупотреблять своей властью, но, судя по их поведению, чувствую, что я должна сделать это.

Давайте начнём с этого,» – усмехнувшись, Селена сама выдвинула стул и села.

Служанки, стоявшие у стены, не двигались.

«Служанки замка Ренберд сделали бы то, что им было сказано. Их руки работали добросовестно, но здесь немного по-другому,» – Селена провела языком по внутренней части щеки.

«Это либо потому, что мы в столице, либо из-за того, что Кальциона нет рядом.

Мой план поладить с прислугой, чтобы добыть информацию, должен быть полностью пересмотрен. Они явно не из тех, кто будет подчиняться приказам, если я буду вести себя хорошо.»

После недолгих раздумий у Селены остался лишь один вариант.

«Нужно провоцировать его как можно больше и понаблюдать, как далеко они зайдут. Это показано на обращении с предыдущим управляющим Кальциона, которого в этом особняке я не приветствовала.

Не знаю, будет ли это напрямую связанно с убийством Ирэль, но, по крайней мере, это поможет мне лучше понять ситуацию того времени.»

– Я бы хотела немного поужинать. Принесите это.

Служанки, не ответив, ушли на кухню. Селена ждала, скрестив руки на груди и покачивая ногой.

– Вот, – вскоре пришла одна горничная и с тяжёлым стуком поставила на стол тарелку.

– … – Селена посмотрела на еду, всё ещё сидя со скрещёнными руками.

«Ужасно.

Хотя до сих пор не было и намёка, который сказал бы, что это будет восхитительным,» – Селена тяжело вздохнула. «Хуже всего портить еду.»

В ней начал закипать гнев.

«Это похоже на пасту из красного перца чили. Как я и ожидала, не думаю, что за шесть месяцев многое изменилось.

Кальцион бесчувственный, но важный человек. Поэтому они притворяются и ведут себя хорошо только перед ним, в то время как за его спиной они такие деспотичные.

Гнилое отношение. В таких вещах нужно разбираться с самого начала. В противном случае, очевидно, что мне придётся всё скрывать.

Нужно подготовиться к большой битве посреди ночи,» – усмехнувшись, Селена указала пальцем на тарелку:

– Я собираюсь поужинать с Герцогом, а ты хочешь, чтобы я взяла это?

Служанка, которая принесла еду, отчётливо вздрогнула.

«У тебя должно быть достаточно смелости, если ты испортила еду,» – Селена встала с тарелкой в руке, демонстрируя свой извращённый разум.

– Оу, ну, похоже, ты принесла что-то несъедобное. Ты проделала хорошую работу, сделав это. Я пойду.

– Ах, н-нет, нет. Подождите!

– Зачем?

Еда даже не была настолько горячей, что Селена могла спокойно держать тарелку голыми руками. По этой причине ещё одна тонкая простыня, прикрывавшая её гнев, спала.

– …эм, я не знала, что Вы собираетесь ужинать вместе с Герцогом, поэтому потороплюсь и приготовлю ещё, поскольку здесь не подают лишь одно блюдо! Нет, мы просто принесём ужин в комнату!

Видя, что от удивления служанка так сильно паникует, Селена поняла, что это есть нельзя было.

– Нет, поскольку я проделала весь этот путь сюда, я возьму её с собой.

– Ах, п-подождите. Э-э-это, о-отдайте её мне. Это лишь для одного человека, – волнение служанки усилилось.

Видя, что она ведёт себя так, словно у неё будут большие проблемы, если еда коснётся рта Герцога, Селена поняла, что дело не только в несъедобности.

Селена протянула руку, чтобы служанка не дотронулась до тарелки.

«Это будет доказательством.»

– Нет. Я всё равно мало ем. Я просто поделюсь этим с Герцогом. Оставь.

– Эм, эм, х-хорошо… – лицо служанки бледнело с каждой секундой. Однако у неё не было причин вырывать тарелку из рук Селены.

К тому же, было слишком много свидетелей, ведь у Селены был эскорт.

– Тогда, подождите минутку, – служанка взволнованными шагами поспешила на кухню.

Изнутри донёсся громкий шум. Прислушиваясь к их торопливому стуку, Селена снова села на место.

Вскоре после этого служанка выбежала с подносом:

– В-вот! Это теплее и вкуснее, потому что только что приготовленное. Вы определённо должны съесть это первым!

Селена издала кривое восклицание, увидев на подносе трёхъярусные тарелки, которые появились быстрее, чем, когда она готовила одну порцию собачьей каши.

– Ах… такая большая разница между порциями для одного и двоих.

На подносе стояли всевозможные фрукты, сыр и хлеб. Всё было красиво нарезано, и красиво разложено на каждой тарелке, словно в форме цветов.

Нижний ярус был заполнен горячим супом, сыром, шоколадом и мармеладом. Этого было достаточно, чтобы накормить 12 человек, а не 2.

«Итак, служанка думает, что мы не сможем съесть еду в моих руках, если начнём пробовать все эти прелести,» – Селена отчётливо видела её расчёт.

– Поторопитесь и возьмите это.

По настоянию служанки Селена широко улыбнулась и поставила тарелку на стол.

«Я не могу просто дать вам всё, что вы хотите. ~»

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 45

Глава 45.

– Герцогу потребуется время, чтобы вымыться. Поэтому я заберу это, после того, как съем что-нибудь здесь.

– Ах… хорошо, – горничная была застигнута врасплох внезапным желанием Селены сесть и поесть, вместо того, чтобы приказать сразу же отнести поднос в комнату.

– О, но немного скучно – есть в полном одиночестве. Иди, садись сюда и поешь со мной.

– …что? Я?

– Ну, да. Кто ещё это может быть? Я даже не благородная леди. Давай посидим вместе. Разве уже не поздно? Ты, должно быть, проголодалась.

– Нет… я в порядке… – горничной было довольно трудно отказать Селене.

– Я сказала тебе сесть. Иначе мне будет скучно, – Селена говорила спокойно, но её тон был резким.

Горничная, которая уже проиграла, смирилась с поражением:

– Хорошо, тогда… – поколебавшись, она потянулась к тарелкам Селены.

– Хм? Что ты делаешь? Ты не можешь это съесть. Это для Герцога. Или горничные здесь едят еду Герцога?

Хоть слова были похожи на вопрос, они были упрёком.

Как они смеют прикасаться к еде Герцога!

Горничная подняла на Селену взгляд, смотря со слезами негодования, однако холодный взгляд Селены заставил её тело напрячься. Губы Селены были красиво изогнуты, но это были лепестки цветка, которые скрывали яд.

– Но ты всё равно можешь съесть то, что приготовила, верно? Это не для Герцога. Поскольку выбрасывать то, что было приготовлено – пустая трата ресурсов, ты должна просто съесть это.

Ощущение холода, словно она проглотила льдину размером с кулак, пробежало по горлу горничной. Лишь в этот момент она поняла намерение Селены пригласить её поесть вместе.

«Это месть за то, что я испортила еду.

Они говорили, что Селена – женщина, которая всегда цепляется за Герцога, поэтому я подумала, что она окажется жадной дурочкой, ничего не знающей о мире. Опыт насмешек над благородными дамами, которые бывали в этом особняке, заставил меня думать, что ещё одна глупая простолюдинка попала в наши руки.

Какая огромная ошибка,» – тело горничной было таким же напряжённым, как если бы её шея находилась в когтях зверя. Она даже не могла придумать, как выйти из положения.

– Ах, давайте поедим вместе. Вы все, должно быть, усердно трудились, чтобы приготовить это, поэтому присоединяйся к нам, – Селена указала на другую горничную, которая тоже была замешана в этом.

Это казалось лёгким дружеским предложением, но в её глазах было такое давление, что нельзя было не подчиниться.

Если бы горничные отказались, это не закончилось бы простой местью. В словах Селены содержалась угроза.

Некоторое время горничные украдкой бросали друг на друга мучительные взгляды.

Если бы Селене стало плохо после того, как она съела это, горничные могли бы извиниться, сказав, что это была простая ошибка. Или Селена могла бы просто плакать в полном одиночестве, если бы Герцог проигнорировал её.

Однако Селене, которая с самого начала разозлилась и была готова усилить этот огонь, ничего не оставалось, кроме как действовать.

«Если всё станет ещё масштабнее, они будут единственными, кто проиграет.»

– Протопись и садись. Скоро остынет, – голос Селены ударил обеих, как хлыст.

Горничная вздрогнула, а затем села за стол.

– Устраивайся поудобнее, – когда горничная села, Селена просияла улыбкой, словно она никогда не обращалась к ним ледяным тоном.

Когда Селена сначала предложила еду горничным, а затем раздавила зубами виноградинку, она казалась хозяйкой ужина.

Горничные взяли красивые ложки и обмакнули их в блюдо.

Нам действительно нужно есть это? – горничные были на грани слёз, когда спрашивали это друг у друга глазами.

Селена больше не ела, так как её глаза следили лишь за движениями их ложек.

– Почему вы такие медлительные? Я не думаю, что вы приготовили что-то, что нельзя съесть, – холодный тон Селены вызывал дрожь, пробежавшую по рукам горничных.

Их пальцы задрожали. В конце концов они сдались, ведь всё, что им нужно было сделать, это как можно скорее выбраться из этой ситуации.

– …ум, – горничные запихивали еду себе в рот.

Едва только она попала туда, как отвратительное ощущение рвоты ударило им в горло. Чувство тошноты усилилось, когда они прожевали и проглотили это.

Их гордость была задета, когда они, едва сдерживаясь, жевали еду.

Работа горничной в таком особняке была очень желанной работой, которая довольно хорошо оплачивалась среди простолюдинов. Проще говоря, наняться горничной было нелегко, потому что нужно было хорошо выглядеть, обладать определёнными манерами и иметь рекомендации.

Горничные высоко задирали нос, находясь среди простолюдинов. В дополнение к высоким зарплатам, у них было преимущество жить непосредственно в роскошном поместье.

Ренберд не был престижной семьёй в столичном обществе, однако сам Кальцион был очень горячей темой. Кроме того, после открытия шахты оценка этой семьи среди горничных возросла.

Горничные в доме Ренберд считали себя необыкновенными. Особенно и явно отличаясь от великолепно цветущей женщины, которая взялась из ниоткуда.

– Боже, я так рада, что вы хорошо едите. Вы, должно быть, были очень голодны. Кушайте хорошо.

Однако реальность оказалась такова, что горничные были вынуждены глотать отходы по приказу этой ничтожной женщины.

– Угх…

Произошло ли это потому, что им было ужасно принимать реальность? В итоге, еда, с трудом заброшенная в пищевод, вела себя точно так же, как и когда человек пытался есть сверх своей меры, оглашая комнату громким урчанием желудка.

Не выдержав этого, одна горничная прикрыла рот рукой и вскочила. Другая отложила ложку, а её лицо стало бледно-серым.

Селена устремила на них свой ледяной взгляд, ни капли не удивившись. Пристыженные внезапной ситуацией, охрана по одному подходила к ним.

– Так, это ядовито? Или это настолько странное блюдо, что вас тошнит? В любом случае, это та же самая еда, которую я чуть не съела.

– П-простите нас… да, это наша вина.

Если бы горничные притворились, что ничего не знают после того, как съели это, они были бы неправы. Поэтому у них остался лишь единственный выход – молить о прощении.

– Вы хоть знаете, что с ней было не так? В любом случае, что мне делать? Это непростительно – портить еду, – Селена мало что знала, но понимала, что нужно тщательно следить за тем, что они едят. – Приведите человека, ответственного за это.

Помимо двух горничных, слуга, охранявший коридор, также сорвался с места, услышав ледяной приказ Селены.

Узнав об этом вопросе, в столовую влетел запыхавшийся дворецкий.

– Что я могу для Вас сделать?

– Ты здесь главный?

– Да, я здешний дворецкий. Я отвечаю за всю работу в этом особняке. Вы можете рассказать мне о любых проблемах, которые возникли у Вас, – кратко представляясь, дворецкий быстро окинул взглядом обстановку внутри столовой.

Перед каждой служанкой стояла тарелка со странной на вид едой и две ложки, а одна из них с бледным лицом даже прикрывала рукой губы. Ситуация была понятна не полностью, но было ясно, что возникла какая-то проблема, связанная с едой.

Однако дворецкий пренебрёг этим.

– Что случилось?

«Он ясно увидел проблему, но всё равно спросил,» – Селена ощутила, как всё внутри неё вновь задрожало от поведения дворецкого:

– Разве ты не можешь ответить на свой вопрос, посмотрев по сторонам?

– Прошу прощения, но трудно делать поспешные выводы, просто увидев всё. Я был бы признателен, если бы вы смогли объяснить всё.

А Селена спокойно и объяснила, указывая пальцем на еду:

– Они подали это, когда я пришла сюда и попросила ужин. Я ничего не смогла съесть, но так как они приготовили это для меня, я попросила их попробовать самим. И всё же, как так получилось, что они закончили есть, лишь попробовав пару ложек?

– Увы, должно быть, возникли проблемы с продуктами. Хотите, в этот раз я прикажу приготовить то же самое блюдо из самых свежих ингредиентов?

Селена вскинула брови, услышав ответ дворецкого. Он казался вежливым, но лишь царапал места, далёкие от произошедшего. Селена говорила, что проблема не только в самой еде, но и горничных, что приготовили её.

«Ты же понимаешь, что они сделали это специально,» – не позволяя себе злиться, Селена снова начала объяснять ситуацию шаг за шагом:

– Нет, я не думаю, что дело в продуктах, поскольку поднос со свежими, полными изысками, блюд появился сразу после приготовления вот этого. Разве не очевидно, что нужно задержать тех, кто сделал что-то сомнительное?

– Кхм, горничные обычно не отвечают за приготовление еды. Они хороши лишь в той работе, которая им поручена. Я думаю, что неправильно винить их, потому что они всего лишь пытались подготовить Вам ужин с особой тщательностью, – однако мнение дворецкого осталось неизменным.

Селена посмотрела на его лицо.

«На вид приятный мужчина средних лет. С того времени, как Кальцион, хозяин особняка, отсутствовал, он отвечал здесь за всё.

Я могу примерно представить, что он за человек.»

– Ах… Поскольку дворецкий долгое время жил в этом особняке, он понимает ситуацию лучше, чем я.

– Я уверен в этом. Должно быть, это была простая ошибка, так почему бы Вам не успокоиться, Леди? – дворецкий открыто прикрывал горничных. Своим мягким тоном он хотел убедить Селену.

– Люди в замке Ренберд делают всё, потому что это их работа. Причина всего то, что этот особняк меньше замка? Вы все словно одна семья.

– Простите? О чём Вы говорите? – саркастическое замечание Селены ожесточило дворецкого.

– Даже если я посторонний человек, меня привёл сюда Хозяин дома. Разве это не семейное дело – прикрывать горничных, о которых идёт речь, перед гостем?

– Я прошу прощения, если это так выглядит. Это потому, что я не могу поверить, что они могли совершить такую ошибку, ведь они так умелы.

– Хорошо. Если ты всё ещё не можешь в это поверить, даже увидев всё собственными глазами, что ещё я могу сделать? – холодный ответ Селены заставил дворецкого осознать, что она не собирается пускать всё на самотёк.

Улыбка исчезла с его лица ещё до того, как появиться там:

– Нет. Я обязательно приму правильные меры, чтобы этого не повторилось.

– Какого рода меры?

– Поскольку это внутреннее дело… Я не думаю, что обязан сообщать об этом Леди, – дворецкий был встревожен. Хоть он говорил тихо, в его словах слышалось предупреждение.

Официальная улыбка, которая была на лице Селены, тоже исчезла. Её глаза сверкнули, когда она встретилась с глазами дворецкого.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 46

Глава 46.

«Я чуть не заболела, съев эту чудовищную еду, которую подали горничные. Даже если я не съела её, подобное обращение с моей едой уже считается оскорблением. Я имею полное право потребовать отчёта о последующих действиях.

Однако дворецкий не собирается говорить мне ничего об этом. Он считает меня слишком чувствительной и говорит, что ни один из этих фактов не имеет значения, а всё это простая ошибка, допущенная горничными,» – Селена, которая внутренне мучительно раздумывала перевернуть стол или нет, отступила:

– Очень хорошо. Поскольку уже поздно, я вернусь обратно, – хладнокровно сказала она, стряхивая пылинки с платья и заканчивая беседу в соответствии со своей индивидуальностью.

Это было бы так, если бы Селена с самого начала извинилась и отступила, однако учитывая тот факт, что дворецкий без раздумий встал на сторону горничных, показывал, что дело не закончено.

«Моя тревога по поводу того, что меня убьют снаружи, велика, но жуть внутри особняка с напряжением и замиранием сердца не менее тревожно.»

Когда Селена поднялась со своего места, на лицах горничных и дворецкого промелькнуло облегчение.

– Вы, должно быть, стали чувствительной из-за усталости от Вашего путешествия. Я буду продолжать пытаться нанять больше слуг для Вашего удобства, поэтому сегодня ночью Вы можете спать спокойно, – зачирикал дворецкий очаровательным голосом.

«Это не поможет,» – многообещающая улыбка появилась на лице Селены, когда она посмотрела на дворецкого. «Это тебе следует сегодня хорошенько выспаться.

С завтрашнего дня ты не сможешь так улыбаться.»

*****

Когда Селена вернулась в комнату Кальциона, то обнаружила, что он закончил принимать ванну и вытирает волосы полотенцем.

– Вы мылись сами?

– Да.

«Я думала, что горничные всегда прислуживают ему, когда он принимает ванну.»

– Почему? Мы не в пути и меня здесь не было.

– Разве ты не говорила, что не хочешь, чтобы ко мне прикасалась другая женщина?

– Что?

Это был очень неожиданный вопрос.

«Это было просто для того, чтобы изобразить ревность. В моё отсутствие нет ничего такого в том, что ему прислуживают горничные.»

– Ты сказала, что тебе не нравится это, поэтому я придерживаюсь этой линии поведения. Это не сработает, если мы вернёмся к обычному поведению, едва прибыв в особняк.

«Невероятно, что Кальцион подумал так далеко. Он решил, что я хочу затянуть это подольше. Он всегда был таким стихийным и вдумчивым?»

– Это правда… но в Ренберде Вы, по-видимому, были встревожены всеми этими действиями. Вы даже угрожали отказаться от всей затеи, поэтому мне немного страшно, когда Вы так внезапно проявляете инициативу.

Кальцион бросил мокрое полотенце на спинку стула:

– Операция зашла слишком далеко, чтобы её можно было свернуть. Теперь, когда мы на вражеской территории, мне нужно действовать от всего сердца.

– Ох… Значит, раньше Вы и правда думали о том, чтобы закончить всё.

Вместо ответа Кальцион усмехнулся.

Это была угроза, что жизнь Селены в его руках. Она была великой актрисой, но была зависима от него физически и морально.

– Не знала, что Вы можете быть хороши в том, что не умеете делать.

– Я же сказал тебе. Если это необходимо, я смогу сделать это.

– Тогда сделайте нежное лицо прямо сейчас.

– Я не буду этого делать.

«Это у него плохо получается.»

Кальцион посмеивался, поскольку Селена продолжала настаивать на такой нелепой вещи.

«Нужно просто сказать, что он плохо играет.»

Однако готовность Кальциона активно действовать удвоила и действия Селены. Это было несколько труднее, чем если бы он оставался пассивен до самого конца.

– В любом случае, влияние врага может быть больше, чем Вы думаете.

– В столовой что-то случилось?

– Да, – Селена восхитилась его проницательностью.

«Должно быть, Кальцион стал более бдительным.»

– Здешние горничные открыто враждебны ко мне. Нет, не только горничные, но, похоже, и все, кто работает в этом особняке, тоже.

Селена кратко проинформировала Кальциона о случившемся. Пока Герцог слушал эту историю, его лицо стало заметно серьёзнее.

– …это случалось раньше?

Селена имела в виду то время, когда Ирэль жила в особняке.

– Скорее всего, так и есть. Но я не думаю, что такое когда-либо случалось в Герцогстве.

– Для сравнения, здешние слуги, скорее, больше замешаны в той ситуации, чем те, что в Ренберде. Прежде чем что-то сказать, мне придётся стать более чувствительной и подготовиться к тому, чтобы реагировать на вещи в соответствии с тем, как это необходимо.

– Люди, которые ведут себя как щенки перед своим хозяином, заставляют этого хозяина превращаться в собаку.

«Вечная истина применима и здесь.

Хозяин, который даже представить себе не мог, что его верный подчинённый будет строг с другими, просто свернёт это дело. По мере того как доверие между ними возрастает, подчинённые ведут себя лояльно перед ним, но за его спиной становятся всё более и более могущественными.»

– У Ирэль не было мыслей сообщить об этом Вам, Герцог, и она не верила, что её слова затронут Вас. И слуги, должно быть, знали об этом.

Кальцион тихо застонал.

«Места, где люди общаются, включают в себя не только балы и чаепития, но и мой собственный дом.

Какой бы тщательной ни была охрана, эту пронзающую сердце правду невозможно предотвратить. Я не могу сказать, имеют ли они отношение к тому, кто убил Ирэль, но все они, скорее всего, с самого начала издевались над моей гостьей. Тихо и хитро, из мест, о которых я очень мало знал,» – не в силах молчать, Кальцион вскочил со своего места.

– Что Вы собираетесь сделать?

– Я убью их всех.

Глаза Селены расширились от неожиданной и радикальной реакции Кальциона:

– …Вы ведь не серьёзно?

– Я серьёзен.

– Невозможно, Вы несерьёзно относитесь к тому, что только что произошло.

– Я действительно серьёзен.

Подумав, Селена покачала головой:

– Нет, думаю, это странный способ действовать. Если это действительно произошло случайно… Вам следует подождать, – она снова и снова проверяла свою гипотезу.

«Нет, по всем очевидным рассуждениям, это не могло быть случайным, но решение Кальциона не слишком рационально.»

– Разве у Вас не было чувств к Ирэль?

– Большую часть времени я даже не видел её лица.

– Есть поговорка, что человек влюбляется с первого взгляда.

– Ты думаешь, в ней есть смысл?

Селена гордо кивнула:

– Конечно, посмотрите на моё лицо. Мне сказали, что моё лицо останется таким до конца моей жизни.

– Хмпф, – вместо ответа Кальцион фыркнул. Однако не стал отрицать, что это не так.

– В любом случае, у Вас нет причин так злиться. Не после того, как узнали о ситуации с Ирэль.

– Я зол, что одно и то же случилось дважды. Не только с Ирэль, но и с тобой, а я даже не заметил.

– Хм… что ж, в этом есть смысл.

«Кто позволил бы вещам происходить вне их контроля? Человек определённо разозлился бы, если в этом оказались замешаны люди, которые были рядом с ним.

Для меня удивительно лишь то, что Кальцион, который кажется безразличным ко всему, так разозлился.»

– Мне жаль, что я вызвала Ваш гнев, но сама по себе Ваша реакция хороша.

– Ты говоришь о моём намерении убить их? – с подозрением спросил Кальцион.

– Да. Это очень хорошо, потому что Ваш гнев исходил из глубины Вашего сердца. Вы словно говорили: «Как вы смеете обижать мою женщину? Я убью вас всех!».

– …правда?

– Вот так это выглядело, – невинно ответила Селена, хитро ухмыляясь. – В любом случае, я похвалила Вас за отличную реакцию, поэтому, пожалуйста, успокойтесь и сядьте. Боже, это ведь не та ситуация, в которой Вы могли так разозлиться.

Кальцион глубоко вздохнул и рухнул обратно на диван:

– Я не уверен, что подобные вещи не опасны. Они совершают такие шаги за моей спиной… – он стиснул зубы, думая об этом. – Причастны ли они к смерти Ирэль?

– Этого я не знаю. Мы пока точно не знаем, кто заказал её убийство.

– Что, если раскопать информацию тех времён?

– Разве Вы уже не делали это?

– Я действительно проводил кое-какое расследование.

«Сразу после смерти Ирэль все слуги особняка также подверглись допросу.

Однако никто не был признан непосредственно причастным к этому делу. Естественно, поэтому слуги были исключены из списка подозреваемых и больше не интересовали меня…»

– Не обязательно быть ведомым кем-то, чтобы действовать со злым умыслом. У них могли либо быть какие-то личные обиды, либо они не знали, что из-за окружающей обстановки делают что-то плохое.

– В последнем допросе ничего не выяснилось, поэтому мы не сможем найти ничего нового, если проведём повторное расследование.

– За исключением того, что я пережила.

«Селена начала раскрывать гораздо более глубокую информацию, чем требовала её первоначальная задача – выуживание информации из светского общества. Это те части, которые я должен знать.»

– Ты отлично справляешься.

«Это ещё раз подтверждает, что Миссис Джанет, которая молча присутствовала на своей работе в особняке, стоит за этим диктаторством, к тому же есть силы, которые тайно следят за ней, что позволяет ей отправлять сообщения с ответами. В доме даже существует невидимая иерархия и борьба, которая обеспечивает их идеальную безопасность.

Такие детали выходят за рамки моего воображения. Это также доказывает, что в этих делах мои глаза такие же слепые, как и во всех остальных, которые не касаются поля битвы, где нужно сражаться на мечах.»

– Я хочу уволить каждого из них прямо сейчас. Ты знаешь, как это сделать?

– Не думаю, что стоит увольнять их всех.

– В таком случае, всё останется по-прежнему. Не лучше ли удалить их всех?

– Это так, но причина проблемы – атмосфера. Если Вы наймёте новых слуг, и они услышат обо мне, они определённо снова поставят себя выше меня.

– Хм, – Кальцион выглядел довольно несчастным.

Самый простой способ избавиться от ядовитых грибов, которые росли в ненужных местах – это обновить почву в саду.

Но Селена не была согласна с этим.

– Только дворецкий, который защищал горничных после того, как они сегодня создали проблему, должен быть уволен.

– Разве ты не говорила, что причиной была атмосфера? Разве нет риска повторения, пока кто-то из них остаётся?

– Даже если придут новые люди, они будут вести себя также по отношению ко мне, которая не является ни аристократкой, ни Герцогиней. Будет лучше предупредить, что их поймают, если они попытаются сделать что-то не так.

Кальцион решил безоговорочно последовать мнению Селены.

«В любом случае, я незнаком с подобным. Будет правильнее следовать мнению той, кто испытал это лично.»

– Тогда позволь мне сейчас позвать дворецкого.

– Нет, не сегодня. Завтра.

Кальцион в замешательстве склонил голову набок. Селена улыбнулась:

– Поскольку это всё равно случится, не лучше ли будет создать драматический эффект, добавив нужную сцену?

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 47

Глава 47.

Уже на следующее утро всем слугам было приказано собраться в просторном дворе перед парадным крыльцом особняка. Все были удивлены этим неожиданным приказом Герцога, отданным перед восходом солнца.

За всю свою карьеру в особняке Ренберд, слуги впервые столкнулись с такой ситуацией. Герцог всегда был известен своим равнодушием к работникам особняка и не особо присматривался к их работе. Это был самый безразличный человек столицы.

Поэтому приказ созвать всех слуг был крайне удивительным для такого равнодушного Герцога.

Каждый, без сомнений, мог бы сказать, что это из-за случившегося в столовой прошлой ночью.

Спор, который произошёл между дворецким, что правил как Король особняка, и любовницей Герцога, внезапно появившейся из ниоткуда. Кто победит? Были даже такие люди, которые делали ставки.

Двери особняка распахнулись лишь когда солнце полностью взошло, и слуги успели постоять в прохладе утреннего ветерка.

Как и ожидалось, Кальцион появился в сопровождении женщины по имени Селена.

– Рады видеть Вас, Ваше Превосходительство! – в унисон, словно солдаты в армии, поприветствовали его слуги.

Приветствие было идеальным, так как слуги проводили время, отрабатывая приветствие по утрам и вечерам.

Однако выражение лица Кальциона не смягчилось даже после такого образцового приветствия.

– Дворецкий.

– Да, Ваша Светлость.

– Я слышал, что прошлой ночью произошло кое-что неприятное.

– Я покорно считаю себя виноватым за том, с чем не смог должным образом справиться, ведь это дошло до Вас, – с невозмутимым лицом дворецкий произнёс серию небрежных извинений, не споткнувшись ни на одном слове.

Селена прижалась к спине Кальциона, словно хотела спрятаться за ним, а затем выглянула из его плеча и тихо пробормотала:

– Ты ни с чем не справился… – пробормотала она себе под нос, но в напряжённой тишине это прозвучало так же чётко, как и громкая жалоба.

Когда дворецкий быстро повернул лицо в сторону Селены, та быстро спряталась за плечом Кальциона.

– Могу узнать, как ты решил это?

– Вчера я позаботился о том, чтобы отругать двух горничных, о которых идёт речь, и вновь отправить их на обучение. Кроме того, в течение месяца слуги, ответственные за склад и кухню, будут заниматься уборкой гостиных, – слова дворецкого были твёрдыми и громкими, словно это не было такой уж большой ошибкой.

«Убирать гостиную. Удивительно.

Гостиные этого особняка редко используются, не говоря уже о том, чтобы принимать редких посетителей. Эта работа, должно быть, одна из самых лёгких занятий.»

Как Селена и думала, дворецкий явно охранял горничных и постоянно скрывал правду.

Вот только трагедия дворецкого заключалась в том, что Селена ожидала и это.

Прошлой ночью Селена и Кальцион подробно обсудили возможное поведение дворецкого и придумали определённые контрмеры.

– Итак, ты отругал и освободил горничных, ответственных за попытку накормить гостью, которую я привёл, мусором?

– Это не так, Ваша Светлость. Это не такое уж и лёгкое наказание…

– Не так легко, учитывая твою плохую оценку ситуации?

Рот дворецкого закрылся от этого вопроса. Он был человеком, который умел читать тон начальства так же хорошо, как и болтал.

«До появления Герцога я был уверен, что смогу выкрутиться из этой ситуации с помощью пары слов. Однако, судя по нынешней ситуации, я в опасности, если произнесу хоть одно неверное слово,» – дворецкий быстро опустил взгляд в землю и низко поклонился.

«В такие моменты, как этот, лучше всего склонять голову.»

– Это не так, Ваша Светлость. Это совсем не тот случай.

– Тогда как ты предлагаешь нам справиться с этим?

– Я уволю их прямо сейчас.

«Выражение лица Кальциона лучше не стало.

Этого недостаточно?» – из-за такой реакции дворецкий начал потеть от нервозности. «Если бы я знал, что эта Селена окажется такой женщиной, которая сможет полностью окрутить Герцога, я был бы более осторожным и заботливым, несмотря на её низкий статус. Не ожидал, что она сможет так хорошо уговорить Герцога.»

– Я вычту сумму компенсации из их выходного пособия и зарплаты за допущенную ими ошибку.

– Этого достаточно? – вместо того, чтобы утвердить решение, Кальцион оглянулся на Селену, спрашивая её.

Сердце дворецкого ушло в пятки.

Он начал молиться, чтобы эта женщина не оказалась слишком строга к нему в качестве расплаты и с радостью приняла названную цену.

– Да, однако… – вот только Селена не был довольна. Она была не так наивна, как хотелось бы дворецкому. – Дворецкий также сделал мне больно. Как я уже говорила, вчера он обвинил меня в том, что я ошиблась…

– Что мне сделать?

– Пожалуйста, уволь и дворецкого.

Лицо дворецкого посуровело. Всё стало гораздо серьёзнее, чем он думал. Дворецкий думал, что сможет уволить двух горничных, но не ожидал, что в этом окажется замешана его собственная шея.

– Н-нет, пожалуйста, не нужно! Я прошу прощения за недостаток красноречия и за то, что причинил Вам боль! Однако я никогда не говорил, что Вы ошиблись! – громко закричал дворецкий, плашмя падая на землю.

«Было бы хорошо, если бы я мог таким образом сохранить своё положение.»

Место дворецкого в особняке Ренберд было лучшей работой, которую он когда-либо имел.

Сам хозяин особняка пребывал в этом месте лишь в течение короткого периода времени. Поэтому авторитет дворецкого считался самым сильным. Герцог, обычно не выходивший из поместья, полностью доверил управление особняком дворецкому. Также Герцог не заботился о расходах на содержание особняка. Всё же, подобные суммы были для него незначительными.

Дворецкий, обладающий деньгами для управления особняком и властью над слугами, считал себя Королём, хоть всё это и принадлежало Герцогу.

Не имея возможности отказаться от его приглашений, горничные задирали юбки. Половина работающих в этом особняке прошли через постель дворецкого. Для него подобного рая не было нигде в мире.

«Однако всё это будет разрушено этой женщиной?!»

В том, что его гордость была раздавлена всего за мгновение, дворецкий не видел ничего особенного. Поскольку Герцог должен был пробыть здесь совсем немного, а затем снова вернуться на Север, рухнувшая гордость дворецкого могла легко вернуться.

– Из-за того, что я провёл в этом доме так много времени, я думаю обо всех них как о своих братьях и сестрах! Поэтому я бездумно пытался защитить их! Пожалуйста, поймите моё волнующееся сердце!

– Дом, в котором ты живёшь вместе с братьями и сёстрами? В какой семье же ты вырос?

– …что?.. П-простите?! – дворецкий был шокирован, когда его фразу верно подловили.

Селена всё ещё пряталась за Кальционом, словно ничего не сказала. Притворяясь невинной, она выбирала лишь лучшие слова, чтобы бросить их в дворецкого.

– Я видела это прошлой ночью. Две горничные последовали за дворецким в его комнату.

– Невозможно! Это просто смешно!

«Вчера я спал в полном одиночестве,» – лицо дворецкого побледнело, когда его обвинили в том, чего не было.

«Эта клевета, естественно, придумана самой Селеной. Выдумывание вещей, которые даже не происходили, означает, что она не знает всего!» – дворецкий тут же вскочил.

– Спросите у слуг! Спросите этих двух горничных! Должны быть люди, которые видели, как они входили и спали в моей комнате прошлой ночью!

– Это было в середине ночи. Возможно, они не видели этого, потому что спали… – снова пробормотала себе под нос Селена, однако, естественно, её голос был услышан всеми.

– Нет, В-Вы! Вы даже не видели меня! Не подставляйте меня!

Когда дворецкий повысил голос на Селену, вмешался Кальцион:

– Первое, что я сказал тебе, при принятии на работу, это избегать суеты в моём особняке, – даже если он не кричал, голос Кальциона был так понижен, словно к горлу дворецкого приставили лезвие.

Вместо того, чтобы продолжать выражать своё горячее негодование, дворецкий поспешно опустил голову и начал бормотать себе под нос:

– К-конечно… Я изо всех сил постараюсь держаться как можно тише…

– После того, как всё дошло до этого? Я даже узнал о скромной личной жизни дворецкого, о которой я совсем не хотел знать.

– Я-я прошу прощения, однако всё, что она сказала, ложь…

– И ещё одно оправдание? Селена не сказала бы мне этого, если бы ты с самого начала поступил правильно, тогда и я не стал бы тратить собственное время, узнавая о личной жизни дворецкого этим утром.

«Теперь никакие слова не смогут изменить мнение Герцога…» – ощущая беспомощность, дворецкий уже не мог так быстро говорить.

– Ты уволен.

Это был конец, установленный с самого начала. Что бы кто ни говорил, он не мог измениться.

Руки дворецкого задрожали, а его ногти заскребли по гладкому камню.

«Я не ушёл в отставку по собственному желанию, а с позором уволен. При таком раскладе у меня будут проблемы, куда бы я ни пошёл в поисках работы…»

– Также будет проведено отдельное расследование внутри особняка, чтобы разобраться в этом вопросе. Если тебя поймают на произнесении хоть одной лжи, твоё наказание будет удвоено. Я предлагаю тебе чаще говорить с полной честностью, – закончив своё предупреждение, Кальцион так резко крутанулся на каблуках, что от его развевающегося плаща создался холодный порыв ветра. Уходя, он обнял Селену за плечи.

Дворецкий был опустошён услышанными от Герцога угрозами, при которых попытка унизить Селену могла удвоить или даже утроить его наказание.

Как раз перед тем, как закрылась входная дверь, Селена повернула голову и посмотрела прямо на дворецкого. Её губы растянулись в холодной усмешке.

– Каково это – быть изгнанным за то, чего ты не делал? – одними губами спросила девушка, а затем отвернулась и исчезла внутри особняка.

– ! – дворецкий вздрогнул.

Лишь сейчас он понял, почему она солгала.

«Это лишь возмездие за то, что я защищал горничных, которые приготовили ей дрянную еду, и сказал, что это лишь её фантазия…

Она чётка доказала, что не только я могу лгать.

Изменилось бы что-нибудь, если бы я извинился и согласился с её мнением? Я был невежественным. Однако понятно, что Селена с самого начала была убеждена, что она сможет сделать это.»

Дворецкий осознал, какие возможности он упустил. Теперь для него пути назад не было. Дворецкий остался неподвижным в своём обессилившем теле, словно мусор на тротуаре.

– Возвращайтесь к своим обязанностям, – приказала от имени Герцога Миссис Джанет, прибывшая из замка Ренберд.

Горничные послушно выполнили приказ, который изначально должен был отдать дворецкий.

Слуги молча проходили мимо дворецкого. Они даже украдкой не взглянули на него. Этот человек теперь был полностью разрушен на куски.

Дворецкий вздрогнул, осознавая приближение конца своей жизни. Жестокость по отношению к нему была так же велика, как и его прежняя тирания.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 48

Глава 48.

Войдя в парадные двери особняка, Селена ухмыльнулась, вцепившись в руку Кальциона:

– Герцог! Что Вы сегодня делаете? – её весёлый голос дополнил атмосферу торжества.

– Мне нужно закончить утреннюю тренировку и выслушать отчёты о финансах и управлении дома. Вероятно, потребуется пара дней, чтобы разобраться со всем, – честно ответил мужчина о своём расписании.

– Неужели у Вас для меня совсем нет свободного времени?

– Хм, – Кальцион мгновенно всё понял. Это было одно из обговорённых событий. – Что ты обычно делаешь, когда свободна?

– А… – протянула Селена, размышляя об этом.

«Сейчас, когда я думаю об этом, я тоже не знаю, что делать в выходные. Я всегда была поглощена тренировками и графиком съёмок, поскольку начала работать в очень юном возрасте. В результате игра была куда важнее отдыха.

Праздники были днями, когда можно было валяться в постели и не делать ничего, кроме как дышать. Отпуск был связан с тем, чтобы чуть ослабить правление работы над физическими упражнениями и контролем за питанием.

Естественно, у меня были хобби, которые я завела для того, чтобы оставаться на связи с внешним миром. Готовила, занималась спортом, наблюдала и оценивала, как работают другие актёры.

Но всё это было как часть работы. Поскольку я пыталась найти что-то съестное, которое входило бы в мою диету, приготовление пищи вошло в привычку. С другой стороны, я наблюдала, как работают другие актёры, в качестве исследований, чтобы выработать нужные для выживания в среде актёров навыки.

Люди, как правило, были счастливы и взволнованы временем каникул, но я не знаю, действительно ли это так весело. Скорее, кажется, что в такие дни я работала ещё сильнее.

Возможно, именно по этой причине я смогла стать главной звездой.

Но теперь мне больше не нужно соблюдать какое-либо расписание, и никто не заставляет меня тщательно следить за собой. Я могу повеселиться!

Отлично, и что же нам тогда сделать?»

– Чем занимаются дворяне?

– Ну… – Кальцион также не был заинтересован в отдыхе.

Если у него и было хобби, то это тренировки, тренировки и ещё раз тренировки.

Честно говоря, тренировка, которую они с Селеной проводили каждую ночь, была для него самым приятным временем. Однако мужчина понимал, что сейчас не время вспоминать о тренировках, поэтому начал сыпать сухими намёками:

– Карты или… игры в мяч. Кажется, они проводят время на ложках или чём-то подобном.

– Наверное, это очень правильный отдых…

Однако ни у одного из них это не вызвало искушения. Люди, которые участвуют в этом ради удовольствия и те, кто играет искренне и страстно, собравшись вместе, вряд ли бы хорошо провели время.

– Вы не хотите отдохнуть прямо сейчас, потому что Вам нужно закончить работу, верно?

– Я могу?

– Вы собираетесь провести тренировку?

Кальцион пропустил свою утреннюю тренировку из-за того, что ему пришлось присутствовать при утреннем собрании слуг. Но если он пропустит хоть одну тренировку, то мозоли на его ладонях непременно размягчились бы.

– Я должен.

– Тогда, могу ли я осмотреться?

– Выбор за тобой. До тех пор, пока тебе это не наскучит.

– Отлично! Тогда я переоденусь в тренировочную одежду, а затем отправлюсь осматривать достопримечательности.

– Делай, как тебе заблагорассудится.

То же самое относилось и к Кальциону, которому требовалось переодеться. Достоинство подчёркивалось дорогой одеждой.

Одежда, в которой сейчас был Герцог, не подходила для тренировок и, прежде всего, она казалась неудобной.

– Давайте переоденемся, позавтракаем и вместе отправимся на тренировочную площадку!

– Хорошо, – холодно кивнул Кальцион.

– Ах, гардеробная мисс Селены в этой стороне! – едва Селена отошла от двери, как Джуна тут же сделала шаг вперёд, направляя её.

Кальцион направился к противоположной стороне коридора, к своей комнате. Тем временем Селена, Джуна и две горничных, естественно, поспешили в другую комнату.

Две горничные, скорее всего, были горничными особняка, учитывая их незнакомые Селене лица. По прибытию сюда большинству горничных, сопровождавших её в путешествии, было велено вернуться в Ренберд. Поэтому Джуна была единственной горничной, лично знакомой Селене.

– Боже! Вы могли позвать меня, если были голодны!

– Я сказала тебе отдохнуть на случай, если ты устала. Более того, я проснулась и обнаружила, что нахожусь в комнате Герцога, поэтому и не захотела тебя звать.

– С этого момента не стесняйтесь звать меня в любое время. Я буду держаться рядом с Вами и прослежу, чтобы подобное больше не повторилось! – начала безостановочно болтать Джуна, идя рядом с Селеной.

Перед Кальционом она тщательно подбирала слова, которые слетали с её губ. Но всякий раз, когда она оставалась наедине с Селеной, она начинала свободно болтать.

«Возможно, пришло время отказать ей в месте рядом со мной. Сейчас, когда мы прибыли в особняк, где есть новые горничные, ей нужно убедиться, что она не потеряет своего положения.

Поскольку горничные этого особняка создали неприятную ситуацию, это оказалось отличной возможностью обезопасить её место.»

– Знаю. Пожалуйста, с этого момента хорошо заботься обо мне, – сказала Селена, притворяясь, что не понимает мотивов Джуны.

«Держись за меня вот так и выполняй свои задания за моей спиной. Это то, чего ты желаешь.»

Селена или Джуна, ещё предстояло выяснить, кто из них более скрытная личность. Но, по крайней мере, внешне они обе казались очень простыми.

– У Вас ещё не было гардеробной, но я приготовила гардеробную в большой комнате здесь, поскольку подумала, что очень скоро она понадобится.

– Ах, точно…

Придя в гардеробную, Джуна умело подбирала для Селены одежду, двигаясь между рядами вешалок.

– Я рада, что узнала об этом, помогая им вчера организовывать вещи. Во всяком случае, вот тренировочная одежда. Хм… эта тонкая одежда для верховой езды? Как Вы думаете, комплект штанов для этого будет лучше?

– Брюки будут хорошим вариантом.

– Ох… но эта пара брюк вышла из моды. У мисс Селены такие яркие и нежные черты лица. Вы будете лучше смотреться в одежде с более крупными узорами.

Селена посмотрела на Джуну, которой было трудно дотронуться до одежды, и заставила себя улыбнуться.

Неясно, была ли убеждена Селена в том, что Джуна – та самая.

«Была ли Ирэль в таком отчаянии, что горничная так легко стала управлять ей? Или она была настолько наивна, что даже не заметила этого? Или это были совсем иные отношения, чем сейчас?

Всё это лишь предположения, если только Ирэль не восстанет из могилы и не расскажет мне правду.»

– Нет, это не имеет значения. Герцог сказал, что будет кое-чему обучать меня, поэтому важно лишь удобство.

– Боже мой! Это искусство владения мечом? Нет, Вы потеряете популярность, если будете известна как девушка, которая делает подобное.

– Напротив, я думаю, что Герцогу это понравится, – Селена, в отличие от Ирэль, не обратила внимания на предупреждение Джуны.

Джуна пожалела, что переодела её в такую одежду. Горничная не считала это правильным. Однако, она бормотала все эти слова себе под нос.

Одной из вещей, которые Селена действительно не любила, были претензии людей.

– Ох, разве я не могу одеться сама? Ты ведёшь себя как мать, – проворчала Селена, а Джуна захихикала:

– Боже, о чём Вы говорите? Я просто сказала это, чтобы помочь мисс Селене. Столичное общество – это очень страшное место.

– Хм…

«Я знаю, что это так, но Джуна пытается напугать меня больше, чем необходимо. Учитывая её волнение, Джуна несомненно стремится к чему-то.

Однако сейчас я полностью в руках Джуны. Мне нужно подумать, прежде чем совершать шаги.»

– Люди в столице, безусловно, немного не в порядке, – зашептала Селена на ухо Джуне, чтобы две другие горничные не могли услышать это. – Все горничные в этом доме вызывают у меня неприятные чувства.

– Вот на что похожа столица. Не только горничные, но и аристократы очень ужасны. Я бы посоветовала Вам, по крайней мере, держаться поближе ко мне, когда будете внутри особняка. Я сама позабочусь обо всём, что должно произойти, – Джуна обращалась с Селеной как с новорождённым цыплёнком.

Такой хрупкой и драгоценной, но неспособной что-либо сделать самостоятельно без её помощи.

Сразу после того, как она закончила закреплять украшения на волосах Селены, Джуна защебетала. Горничная коснулась волос Селены, словно хотела ощутить работу своих рук.

– Завтрак уже готов, – вовремя объявила горничная, открыв дверь.

По дороге в столовую Селена осмотрела обе стороны коридора. Все двери были заперты.

– Все эти комнаты заняты?

– Не уверена. Обычно они остаются запертыми, но открываются, когда приезжают гости.

– О… Тогда здесь, должно быть, много свободных комнат.

– Да. Сейчас здесь 46 свободных комнат.

«Особняк размером с гостиницу. Никто, каким бы богатым он ни был, не живёт в доме с 46-ю комнатами,» – Селена вздрогнула, подумав о богатстве Кальциона.

Она вошла в столовую и обнаружила, что Герцог уже сидит за столом и пьёт сок. Он также переоделся в тренировочный костюм, но не носил аксессуары, как Селена.

– Вот и я.

– Садись, – Кальцион указал на место Селены.

Их места были разделены расстоянием всего длинного стола. Меч, брошенный в девушку, даже не долетел бы до неё.

Подобные столы предназначались для пар, которые были женаты, но не хотели смотреть друг другу в глаза. Селена же не собиралась терпеть такую дистанцию.

– Моё место здесь, – стоя, девушка указала рукой на ближайший к Кальциону стул.

Взгляды всех слуг одновременно обратились к Герцогу.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 49

Кальцион без колебаний кивнул.

Слуги принесли стул, как пожелала Селена. Теперь определённо была одна вещь, о которой им нужно было знать.

Селена спокойно села на своё место:

– С этого момента я буду сидеть здесь.

– В соответствии с этикетом, место напротив наиболее высокое.

– Я предпочитаю оставаться рядом с сердцем Герцога.

– …

Селена взяла приборы, закрыв глаза на озадаченное лицо Кальциона, который чуть не выплюнул сок изо рта.

«Я планировал рано или поздно сказать это сам, но она снова удивила меня.»

Селена сверкнула яркой улыбкой:

– О, и ещё. По дороге сюда я заметила много комнат. Могу я воспользоваться одной из них?

– Для чего?

– Что Вы имеете в виду, спрашивая «для чего»… Для меня, конечно.

– Ты хочешь использовать её как… отдельную комнату? – удивительно, но в голосе Кальциона слышалась лёгкая дрожь.

Селена задалась вопросом, почему так получилось, ведь большую часть времени он всегда говорил: «Делай, как тебе заблагорассудится».

– Эм… Мне нельзя? Я слышала, что здесь много комнат. Есть нечто, называемое уединением.

– Отказано.

И вновь миллиарды знаков вопроса появились над головой Селены, когда мужчина так быстро прервал её:

– Почему?

– Это опасно.

– Но Вы сказали, что в столице мы в безопасности.

– Учитывая то, что произошло, я не могу ослаблять бдительность лишь потому, что сказал, что тут безопасно.

«Что с ним не так?» – Селена посмотрела на слуг, хоть и предполагала, что не получит от них ответа.

Лица слуг оставались бесстрастными даже после того, как они услышали слова Герцога.

– Со мной будет эскорт.

– То, что ты предлагаешь, менее безопасно, чем спать со мной в одной постели.

– Ты можешь поставить охранника рядом с моей кроватью.

– Никто не может сказать, прячется ли кто-то на потолке. И есть много способов совершить убийство.

«Это странно,» – Селена не могла поверить в это. Голос Кальциона звучал слишком серьёзно, чтобы это было притворство.

«…что с тобой не так?»

Однако за ними наблюдало множество глаз. Поэтому девушка решила расспросить Кальциона, когда они останутся одни, поэтому поспешила закончить трапезу.

*****

Тренировочная площадка, которую Селена посетила после завтрака, оказалась больше, чем она думала.

– Количество завербованных человек… кажется, их более чем достаточно, – прошептала Селена, частично подсчитав количество солдат, выстроившихся на тренировочной площадке.

После этого она пришла к выводу, что их было около пятидесяти, поскольку в путешествии из Ренберда их сопровождало более 30 рыцарей, а число рыцарей в столичном особняке, казалось, приближалось к 20.

– Никто не сможет пройти даже через дворцовые ворота с таким количеством стражи… Это точно простой особняк?

– Мы – элитный отряд Ренберд! Мы можем пройти куда угодно, куда Вы пожелаете! – услышав шёпот девушки, громко и в унисон произнесли пятьдесят солдат.

Шокированная, Селена схватила Кальциона за руку. Это не было наигранным, сейчас она действительно была удивлена.

«Они прекрасно обучены отвечать на слова Кальциона,» – в этот момент Селена была немного напугана.

– Тихо.

– Так точно! Сэр!

Даже их ответ был рёвом.

Кальцион поднял руку, но опустил её обратно, когда Селена, которая всё ещё держала его за руку, разразилась хихиканьем.

Вскоре вперёд вышел Дион и скомандовал начало тренировки. Кальцион молча наблюдал и лишь иногда ронял слова, если было на что указать.

Наблюдать за подобным в реальной жизни оказалось интересно. Однако всё было не так, как представляла Селена. Когда она сидела на стуле на специальном возвышении, наблюдая, как тренируются мужчины и, поедала фрукты, отвлекаясь на напитки, ей казалось, что она наблюдает за спортивной игрой.

– Я думала, что немного потренируюсь на улице, но теперь просто сижу здесь.

– Опасно туда выходить.

– Я и не планировала… Разве Вы не собираетесь тренироваться, Герцог?

– Я сделаю это позже.

– О, я понимаю… Они что, каждый день так тренируются вместе?

– Элита – да.

«Так вот какая она – тренировка. Всё совсем не так, как я себе представляла. Я то думала о Кальционе, размахивающим мечом в воздухе в одиночестве и при свете луны, но это оказалось лишь моим воображением.»

Смотря на тренировку рыцарей, Селена могла примерно представить, как будет проходить настоящая битва и какова будет атмосфера на поле боя.

«Это опаснее, чем на любом киноэкране, и происходит так быстро, что мои глаза не поспевают за происходящим. Я бы действительно умерла за долю секунды.

Несмотря на то, что я многому научилась, мне трудно использовать свои знания в реальной жизни.»

Какой бы спортивной ни была Селена, она не была достаточно гениальной, чтобы овладеть этими навыками, взращиваемыми всю жизнь, за одно мгновение. Девушка провела несколько ночей, тренируясь с Кальционом в одной комнате и думала: «Возможно, я была рождена, чтобы стать фехтовальщиком в этом мире?»

«Я сомневалась, но да, это не для меня.

Лучше позволить ему защищать меня.

Я зашла так далеко, в поисках улики или ниточки, что нападение неизбежно.»

После утренней тренировки рыцари разошлись по своим позициям. Тренировочная площадка теперь была совершенно пуста. Лишь после этого Кальцион и Дион медленными шагами направились на неё.

– Ты будешь сегодня тренироваться со мной? – внезапно спросил Кальцион, оборачиваясь.

В его тоне, казалось, слышался едва уловимый призыв. Селена растерялась, размышляя о том, стоит делать ей это или нет.

Когда девушка подумала об этом как о возможности хорошо потренироваться, чтобы сохранить своё здоровье… Селена мгновенно вскочила со своего места.

Одной из причин, по которой Селена смогла стать топ-звездой, было её желание побеждать своих соперников. Даже если это была область, которая не вызывала у неё никакого интереса, девушка не сдавалась, пока не добивалась победы.

Естественно, Селена не думала, что сможет победить Кальциона.

Однако она жадно хотела увидеть, как он будет действовать. Недавно приобретённая Кальционом способность реагировать на красоты Селены и действовать, а также импровизированное остроумие были единственными вещами, которыми она до сих пор по-настоящему наслаждалась и хвалила.

– Буду!

– Эта леди? – Дион, который встал в стойку, чтобы противостоять Кальциону, бросил на Селену мрачный взгляд.

Выглядя гордой, девушка поспешно сбежала по ступенькам платформы, направляясь к мужчинам:

– Да, я.

– С такими руками?

– А что не так с моими руками?

– Меч тяжёлый. Кажется, вы уроните его…

В этом мире Селена никогда не носила одежду, открывающую её руки. Поэтому для других людей было нормально думать, что под рукавами скрывается пара тонких рук.

Вместо каких-либо слов объяснений, Селена ухмыльнулась, а следующую секунду уже одной рукой вытаскивала меч из ножен Кальциона.

– Хм? Ах! – увидев больше, чем нужно, Дион отпрянул.

Чтобы согреть мышцы, Селена описала лезвием полный круг. Хоть она практиковалась больше десяти дней, тренировки, которые она проделала для этого, безусловно, были успешными. Теперь девушка могла без труда обращаться с мечом Кальциона.

Дион был капитаном элитного отряда Герцога, поэтому он знал, что это за меч и насколько он тяжёлый. Этот меч, похожий на самого Кальциона, использовался против зла.

«Разве возможно, чтобы она не только подняла подобный меч, но и размахивала им? С такой улыбкой на лице?»

– Ваше Превосходительство. Будьте осторожны.

– Всё в порядке. Голыми руками она…

– Возможно, что она ведьма в человеческом обличии, – с обнажённым мечом Дион встал перед Кальционом.

Селена громко рассмеялась. Кальцион последовал за ним, гадая, не слишком ли Дион ошарашен.

– Я разберусь с ней.

– Она лишь изучила основы. Не думаю, что она может сража… – Кальцион остановился на полуслове, ощутив напряжение в спине Диона. Повернувшись лицом к Селене, он ощутил нечто подобное, его улыбка исчезла. – …ты серьёзно?

Искренность Диона была очевидна.

– Успокойся. Этому её научил я.

– Нет. Разве обучение могло помочь в подобном? – однако Дион не подчинился. – Она, должно быть, очень искусна.

Селена пожала плечами.

«Не могу сказать, что это так, но думаю, что сейчас я лучше, чем человек, который знает лишь как тренироваться.»

– Итак, с чего мы сегодня начнём?

– Так как мы пока выучили лишь основы, может, устроим лёгкую дуэль, чтобы посмотреть на результат тренировок?

– Хм, лёгкую дуэль?

То, чему Кальцион учил Селену каждую ночь, было основными физическими приёмами. Как держать меч, как использовать свои плечи, чтобы размахивать мечом, как менять направление меча и т.д.

Он не учил Селену сражаться. А теперь она стояла лицом к лицу с противником.

– Облегчим задачу. А, и сведём к одному противнику, – Кальцион принёс два деревянных меча из ближайшего сарая в углу тренировочной площадки.

Глаза Диона были на грани того, чтобы выскочить, когда Селена протянула другую руку, которой не держала меч.

– Среди рыцарей есть женщины. Так почему Вы так удивлены?

– Нет, о-они могли держать меч ещё до того, как научились ходить… А Вы выглядите так, словно это для Вас невозможно.

– Я буду выглядеть усталой, когда устану, – Селена вернула тяжёлый меч Кальциону и взмахнула деревянным.

Он оказался таким лёгким, что ей показалось, что в её руке ничего нет.

Кальцион также взял деревянный меч.

– Будьте нежным, – улыбнулась девушка, смотря на острие меча.

В этот момент Кальцион ослабил бдительность.

Шу-у-ух.

Кончик меча Селены коснулся лба Кальциона.

– Хм?..

– Ха!

– …!

Все трое были изумлены.

Селена была удивлена, что нечаянно коснулась Кальциона. Дион был потрясён тем, что Герцога ударили. А Кальцион был удивлён тем, что позволил застать себя врасплох.

Звенящая тишина пронеслась по огромному тренировочному полю.

– Боже милостивый, неужели моя рука дёрнулась?.. – психологическая нагрузка на Селену достигла своего пика, когда она избила кого-то, к кому не должна была даже прикасаться. Поэтому Селена придумала предлог, чтобы скрыть ошибку Кальциона.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 50

Глава 50.

В отличие от Селены и Диона, которые стояли неподвижно, Кальцион потёр лоб и улыбнулся:

– Я потерял бдительность, – небрежно сказал он.

Глаза Диона стали ещё шире.

«Мне говорили, что у них договорные отношения между друг другом, но теперь это, похоже, стало чем-то большим.»

– Ах, теперь Вы теряете бдительность, Герцог? Даже тренировка должна казаться реальной, разве Вы не знаете? – Селена посмеялась над этим, как над шуткой.

– Верно. Ты это усвоила.

– Я поняла. Вам нужно взять себя в руки, Герцог. Что, если убийца, похожий на меня, нападёт на Вас?

– Хм… Это кажется очень маловероятным предположением, – тон Кальциона был серьёзным, но на лице Селены оставалась широкая улыбка. – Давай начнём ещё раз.

В этот раз Кальцион двигался быстро. Он был почти в десять раз медленнее своей настоящей скорости, но всё равно был быстр.

– Ха!

Селена уклонилась от его атаки, пригнув шею к плечу. В то же время она направила свой деревянный меч прямо в голову Кальциона.

Тук! – раздался стук дерева, ударившегося друг о друга.

Была совершена серия нападений, которые нужно было предотвратить с помощью своего меча.

Тук! Тук! Тук! Тук! – Селена едва успевала блокировать их.

Заблокировать все атаки она могла лишь инстинктивно, поскольку ничему не училась. Девушка было достаточно умна, чтобы заблокировать все атаки, однако атаки Кальциона невольно становились всё более и более ожесточёнными.

С другой стороны, Селена, полный новичок, была в таком состоянии, когда ей было трудно справиться с этим лишь с помощью своей физической силы и двигательных навыков.

– Кья! – в конце концов, подвернув ногу, Селена успела нанести удар, прежде чем потерять равновесие.

Кальцион, который собирался совершить свою следующую атаку, мгновенно протянул руку и схватил девушку за талию, препятствуя её падению.

Покрытые каплями пота, они тяжело дышали. Кальциону казалось, что он держит в руках новорождённого. Крайне незнакомое тепло разлилось по его сердцу.

Селена держалась за руку Герцога, используя её как центр тяжести. Подняв лицо, которым она уткнулась в грудь Кальциона, девушка посмотрела на него. Обе её щеки были красными, а глаза блестели, казалось, заполняя всё лицо:

– Это было слишком быстро! Несправедливо!

– Но ты была хороша.

– Но всё равно это было слишком трудно.

– Это необходимо, если ты хочешь быстро совершенствоваться, – Кальцион вошёл в режим инструктора рыцарей.

– Эй! – Селена толкнула его в грудь, отстраняясь от мужчины и возвращая себе прежнее положение.

Следуя словам Герцога, она ещё несколько раз в качестве эксперимента взмахнула мечом в его сторону, размышляя, как блокировать грубые удары и как атаковать.

С каждой атакой девушка чувствовала, как её навыки улучшаются.

За час руки и ноги Селены стали тяжёлыми, как после силовой тренировки в спортзале, но ей было весело. Она чувствовала, что начинает входить во вкус.

В этот раз Селена атаковала первой. Кальцион усмехнулся её лёгкому удару, но тут же стёр насмешливое выражение с лица и слегка склонил голову, чтобы избежать атаки.

Следующая атака Селены была точной копией того, что делал Кальцион. Он не смог удержаться, и не останавливаясь сделал точный взмах меча.

Тук! – меч вылетел из рук девушки.

– Ах!

Уставшая рука Селены ослабила хватку на рукоятке меча, из-за чего он упал на землю. Её тело, которое снова потеряло равновесие, дрогнуло от удара.

В этот раз Кальцион снова протянул руку, обхватывая девушку за талию.

«Самая распространённая ошибка, совершаемая человеком, привыкшим к мечу,» – Селена ждала этого.

Кальцион не знал всего её желания победить. Девушка быстро сосредоточилась в его руках и наклонилась, обхватывая ногой за ногу.

– ?!

«Она хочет подставить мне подножку и перекинуть через себя: Однако так она может получить травмы, злоупотребив своими силами, удерживая меня,» – Кальцион покорно двинулся в направлении её силы.

Иногда были люди, которые хотели расширить свою власть за пределы своих возможностей. А это часто приводило к травмам.

– Кья!

Утянув Селену с собой, Кальцион повернулся и приземлился на спину. Удар о землю заставил девушку вскрикнуть. С земли поднялась пыль, когда они упали.

Вцепившись в Кальциона, Селена не могла поднять лица, стыдясь своего неудачного приёма.

– Ты закончила?

– …простите… – тихо пробормотала девушка, уткнувшись лицом в грудь Кальциона.

«Чрезмерная жадность была явной ошибкой.»

Как Селена и предсказывала, её волосы пришли в беспорядок, однако ветерок, развевающий её свободные пряди, делал картину естественной.

– Будь осторожнее.

– Да…

– Похоже, ты выучила несколько приёмов, просто разогреваясь. Ты, должно быть, изучала какие-то приёмы, верно?

– Я старалась! – угрюмое «я» девушки мгновенно исчезло, когда она поднялась, чтобы ответить Кальциону.

Разум Диона затуманился, когда он наблюдал, как эти двое разговаривают, всё ещё лёжа на земле.

«Как это может быть договорными отношениями?..»

Затем, на расстоянии, Дион увидел слугу, приближающегося к тренировочной площадке. В нём тут же всколыхнулось замешательство, когда он подумал о том, правильно ли слуге видеть такое или же нет.

Дион встал у входа, прикрывая своим телом этих двоих. Слуга, испуганный его огромной фигурой, тут же склонил голову:

– Я… я должен увидеть Его Превосходительство…

– Его Превосходительство занят тем, что развлекается здесь.

– Прошу прощения?

Слова слетели с губ Диона без его ведома. Мужчина поправил выражение своего лица:

– Нет, он уже давно занят тренировкой. Я дам ему знать, когда она закончится. Что ты хочешь сказать ему?

– Ах, да… – слуга в замешательстве склонил голову набок и сказал… – Прибыл посыльный из дворца. Он желает видеть Его Превосходительство…

– Проводи его сюда.

– П-понял!

Когда слуга отступал, вновь раздался звонкий смех Селены.

Дион встретился взглядом со слугой. Он вновь подтолкнул его кивком головы и, прежде чем уйти, тот посмотрел на небо.

Спустя пару минут Дион увидел слугу, сопровождавшего посыльного. Как раз в это время подошёл Кальцион и встал за его спиной.

– Кто это?

– Какой-то посыльный из дворца.

Лицо Кальциона, казалось, приобрело царственное выражение без всякой подготовки. Прибежавший гонец заметил Герцога и издалека склонился в поклоне:

– Рад видеть Вас, Ваше Превосходительство, герцог Ренберд.

– Да.

– Королева прислала письмо.

Громко вздохнув, Кальцион принял пергамент.

Письмо с королевской печатью было украшено золотым рисунком и очень реалистичными цветами.

Слова же, написанные причудливым почерком, были простыми.

<Мне сказали, что Вы вернулись в столицу. Мы с Принцессой очень беспокоились. Я подумываю о том, чтобы завтра посетить Ваш особняк, дабы избавиться от этого беспокойства.>

Селена заглянула в письмо через плечо Кальциона и оглянулась на его лицо. Она не думала, что кто-то действительно приедет сюда, но лицо Кальциона быстро потемнело.

– Дайте ей знать, что я отказываюсь. Я болен.

– Простите?! – вздрогнул посланник.

«Зверь Севера, герцог Ренберд, болен? Человек, который не может получить даже царапины? Это невозможно. Он придумал оправдание?»

Однако Кальцион не был настолько любезным, чтобы добавлять объяснения. Он обнял Селену за талию и прошёл мимо посланника. Тот перевёл изумлённый взгляд на Диона:

– Ч-что же мне делать…

– Её Величество сказала, что убьёт тебя, если он откажется? – Дион спокойно уловил контекст этих слов.

Многие дворяне сердились на гонцов, когда в ответ приходил отказ.

– Её Величество, нет, что Вы. Она просто может подумать, что я потерял её письмо по дороге и солгал ей.

– Она может… подумать так.

«Это обычный предлог для дворян, чтобы отказаться от визита, но Герцогу несколько проблематично воспользоваться им.

Раньше он был постоянно занят, но в этот раз представился больным. Это доказательство того, что он действительно не хочет встречи.»

– Вы увидели Его Превосходительство, покрытого грязью. Вы можете считать, что он получил травму во время тренировки.

– Возможно ли это?

– Конечно. Ведь не грех рассказывать о том, что ты видел, не так ли?

– Ах!.. Да, спасибо Вам! – лицо посыльного просветлело.

Всё ещё смотря в спину удаляющейся фигуры посыльного, Дион почесал затылок.

Даже в его глазах Кальцион, казалось, так или иначе изменился.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 51

Глава 51.

– Что за человек Королева?

– Очень. Раздражающая, – кратко ответил Кальцион, не замедляя шаг, словно сбегая куда-то.

По этой причине Селене приходилось прикладывать больше сил к своим уставшим ногами, чтобы не отставать от Герцога.

– Это та, с кем мы будем часто видеться?

– Возможно.

Селена огляделась, чтобы проверить, есть ли кто поблизости, и тихо спросила:

– Подозреваемая?

Кальцион коротко кивнул.

– Похоже, нам придётся быть осторожными, даже если мы не будем часто её видеть.

– Мы будем видеться с ней время от времени. Я отказал ей сегодня, но скоро она вернётся с оправданием.

– Должно быть, она хорошая актриса.

– Не похоже на это, но она излишне торопится, чтобы наверстать упущенное.

Каждое слово, которым Кальцион описывал Королеву, имело оттенок неприязни. Не меньшей, чем его неприязнь к Фионэль или Розалин.

– А в сравнении с Розалин?

– И та, и другая ужасна.

– А с Фионэль?

– Фионэль лучше неё.

– Фу, почему?

– Она простая.

«Это правда. Я сразу же убедилась в этом. Кстати говоря, эти двое, должно быть, слышали новости, поэтому скоро нанесут визит.

Однако нам нужно быть осторожными с Королевой. Если она так же сильна, как Розалин, я должна быть готова столкнуться с ней.»

– Насколько она ужасна?

– Я никогда не думал об этом. Она просто ужасна.

После ответа Кальциона Селена хлопнула его по спине. Звук разнёсся по пустому коридору. Входя в парадные двери особняка, она ощутила, как дежурные горничные удивлённо оглядываются на неё.

– Вам придётся иметь с ней дело, Герцог. Поэтому давай подумаем об этом. Давай заранее порепетируем.

– А, я понял, – Кальцион остановился и оглянулся на Селену. Внезапно его лицо просветлело. – В этот раз мне не придётся иметь с ней дело в одиночку, потому что у меня есть ты.

– …? Верно, но…

– Я доверяю тебе.

– Не могу поверить, что Вы… – широко распахнув глаза, Селена посмотрела на Кальциона.

– Нам нужно приблизиться ближе, чтобы собрать информацию, и нам нужно разобраться с ней, чтобы подобраться ближе.

Таким образом, Селена могла бы выполнить условия первоначального контракта.

– Мы должны быть готовы. Королева Мария на первый взгляд может показаться наивной, но понять её становится всё сложнее.

– Угх…

«Честно говоря, я чувствую, что у меня есть приблизительное представление.

Фионэль и Розалин, с которыми я встречалась ранее, были одинаковы в словах и действиях. Фионэль была откровенно агрессивна как в словах, так и в действиях, в то время как Розалин была якобы нежна в своих речах, но не скрывала своих поступков.

Королева Мария, по предположению Кальциона, на поверхности говорит лишь хорошие и красивые слова, но внутри у неё скрывается тревожная личность.

Я не хочу думать об этом в самом плохом смысле, но она может быть той, кто манипулирует людьми или поощряет плохие результаты. Люди вокруг неё говорят, что она хороший человек, но ей может всегда казаться, что её бьют.

Человек, который, кажется, уступает во всём, но поступает по-своему, смотря на результаты.

Ха…

От одной мысли об этом я ощущаю усталость. Таким людям не следует давать шанса с самого начала.»

– Что бы ни случилось, пожалуйста, не позволяй Королеве Марии победить тебя, – сказал Кальцион, заметив решительное выражение лица девушки.

– Что ещё тяготит Вас, Герцог?

– Она продолжает пытаться устроить супружеские отношения между Принцессой и мной.

– Даже несмотря на то, что у Вас была невеста?

– Она вела себя так во время моего предыдущего визита. Они продолжали навещать меня с тех пор, как я привёз Ирэль сюда.

Таким образом, Королева Мария быстро стала главной подозреваемой.

– Но разве Герцогство не в плохих отношениях с королевской семьёй?

– Я в плохих отношениях с Кронпринцем. Если быть более точным, я не обращаю никакого внимания на Его Высочество, когда он продолжает волноваться о том, что не может меня понять.

Теперь Селена была растеряна ещё больше.

– Я не понимаю, почему Принцесса пытается выйти замуж за кого-то, кого Кронпринц так ненавидит.

– Разве я не говорил, что положение Принцессы шаткое? Королева также встревожена. Она вторая жена и у неё лишь одна дочь. Их жизни закончатся в тот день, когда Кронпринц взойдёт на престол.

Всё их беспокойство о Кальционе было притворством. Кальцион продолжил говорить тем же сухим голосом, как и их расчётливое отношение:

– Центральная аристократия, похоже, выбрала меня в качестве мишени, потому она неуравновешенна и боится, что с ней не будут обращаться должным образом.

– Угх…

«Теперь всё обрело смысл,» – Селена кивнула и вспомнила о Принцессе.

«Дочь Графа, дочь Маркиза, а теперь и Принцесса охотится за Кальционом.

Он крайне популярен.

Его отношения к женщинам настолько просты, что я не могу представить его с ними, но на самом деле этого популярного мужчину всегда окружают женщины.

Личность Кальциона является недостатком, но он заслужил популярность из-за других своих достоинств. Он богат. Он красив. У него отличная фигура. Он правит большой территорией. Я могу представить себе невидимых врагов, появляющихся отовсюду.»

– Слухи определённо достигли многих ушей, поэтому они не смогут убить меня прямо сейчас. Это значит, что с завтрашнего дня мы начинаем, верно?

– Думаю, да.

«После приезда в столицу времени на отдых нет и не будет.»

– Кстати, не проще ли было просто выбирать по одной за раз?

– Тебе не нужно сталкиваться с отвращением окружающих, чтобы уменьшить свой дискомфорт.

– Это…

«Объективно, точно так же, как совершенен Кальцион, за исключением его личности, так же совершенны и все женщины вокруг него, за исключением их одержимости. Думаю, для него может быть счастливым концом встреча с людьми с плохим характером, но добрыми сердцами.»

– Вы, случайно, не ненавидите всех женщин, не так ли?

– Нет такой женщины, которую я хотел бы видеть рядом со мной.

– Ой. Есть ли девушка, которая Вам нравится? Нет, была ли она в Вашей жизни?

– … – Кальцион продолжал молчать.

Это напомнило Селене их первый разговор о любви. О том, что он любит меч, а не женщину.

– Нет. Мне не следовало спрашивать об этом.

– Это не очень хороший вопрос. Если мне нужно подумать о девушке, которая могла бы мне понравиться…

«У него может быть идеальный типаж, даже если ему пока никто не нравится,» – Селена навострила уши.

«Если я смогу соответствовать его типу, действовать как пара будет проще.»

– …симпатичная девушка?

– …

– Что? Что не так с твоим лицом?

Выражение лица Селены отражало её разочарование:

– Хорошо, я буду стараться изо всех сил быть красивой в соответствии с Вашим вкусом. Чтобы Вам было проще действовать.

На саркастичный ответ Селены Кальцион спросил искренним тоном:

– Разве ты недостаточно симпатичная?

– Ах, благодарю, – Селена прекрасно понимала, что Кальцион считает её симпатичной. Поэтому, несмотря на то, что это было громкое замечание, она совсем не была взволнована. – Тогда эта девушка сделает всё возможное, чтобы пройтись по магазинам и стать ещё красивее.

– Если тебе что-то нужно, может мне позвать сюда торговца?

– Это прекрасно, но чтобы понять моду, мне нужно пройтись лично.

«Независимо от того, насколько тщательно мой гардероб был подготовлен в Ренберде, он может быть бесполезным, если не соответствует аристократическому обществу. Для того, чтобы вмешиваться в жизнь любого общества, первой задачей является определение и согласование невидимых правил.»

Изначально Селена думала отдохнуть ещё несколько дней, а затем отправиться в путь, но теперь, когда она узнала о мотивах Королевы Марии, ей требовалось поторопиться.

*****

– Первое, что мы должны сделать, это посмотреть платья в «Диаттэ», после этого мы съедим немного сладостей и выпьем чая, а затем посмотрим платья от «Симеон», который находится рядом. Наконец мы отправимся посмотреть украшения Лаланты! Это будет идеальный день!

– Одно за другим.

Джуна взволнованно щебетала, словно это она, а не Селена покупала вещи.

Она не переставала говорить. Казалось, словно кто-то наполнил её рот огромной энергией. Думая, что это продлится до поздней ночи, Селена сменила тему:

– Ты была, когда мисс Ирэль выходила из дома?

– Ха, даже не поднимайте эту тему. Сначала она сказала, что ей это не нужно. Она отказалась от этого, но позже очень пристрастилась к шоппингу… Она знала, что для неё хорошо, и искала лишь известные и хорошие магазины. Благодаря ей я стала очень строгой.

– Понимаю. Ты так хорошо всё знаешь, что я подумала, что ты родом из Мина.

– Ох, я из Мина. Но я не осмеливалась пойти в магазины, куда ходили благородные леди. Это всё из-за мисс Ирэль.

– Ты из Мин, но как ты оказалась в Ренберде? – небрежно спросила Селена, но увидела, как глаза Джуны метнулись к потолку, хотя это был несложный вопрос.

– Ах, когда я искала работу, один знакомый порекомендовал мне должность в Ренберде.

– Вау, это впечатляет. Вы смогли проделать весь этот путь, чтобы начать работать. Даже если у тебя не было никаких связей.

– Вы правы… В то время всё, о чём я думала, было тем, что я должна делать всё, что в моих силах. Так я познакомилась с мисс Селеной, не так ли? Ха-ха-ха.

Даже в её смехе звучали подозрительные нотки. Сейчас Селена чувствовала, что всё в Джуне подозрительно.

«От Мина до Ренберд очень долгий путь. Это не сельская местность, но очень далеко от столицы. Более того, она даже приехала в Ренберд в поисках работы? Это странно.

Возможно, кто-то намеренно привёл её туда.

Это самая правдоподобная причина.»

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 52

Глава 52.

«В большинстве случаев хорошо иметь под рукой полезную горничную. Кроме того, преднамеренная отправка кого-либо из столицы в Ренберд может показаться такой же скрытой и примитивной, как это.

А пока мне предстоит заглянуть в магазины, рекомендованные Джуной,» – Селена решила найти Кальциона, прежде чем покинуть особняк.

Обычно Герцог проводил время в своём кабинете или на тренировочной площадке, но сегодня он оставался в своей комнате, поскольку в качестве предлога для отказа от приглашения Королевы использовал свою болезнь. Поэтому только там Кальцион мог легко просматривать документы.

– Дайте мне немного денег.

Селена нуждалась в этом для покупок. Это было оправдано, потому что такова была цена, необходимая для того, чтобы хорошо устроиться в столичном обществе.

Кальцион посмотрел на девушку, стоящую с гордо протянутой рукой.

Вместо того, чтобы что-то спросить, мужчина достал из ящика стола пачку денег и вложил её в ладонь Селены.

Это была валюта этого мира, которую она никогда раньше не видела. Селена посмотрела на деньги, словно держала в руках что-то невероятно удивительное.

– Ох… Я не предполагала, что здесь также используют бумажную валюту.

– Это семейный чек. Тебе понадобится карета, чтобы перевозить деньги, чтобы заплатить наличными за платья и украшения.

– Я поняла. Деньги в этом мире – это такие простые вещи, как золото и серебро, верно?

– Да. Но постарайся не использовать все чеки, если сможешь.

«О, неужели?» – глаза Селены расширились от недоверия.

– Просто упомяни имя Ренберд.

«Ах, вот оно что. Поскольку Кальцион так говорит, значит в этом мире нет никого, кто не знает о герцоге Ренберд. Особенно если магазин имеет дело с аристократами.»

– Если они подумают, что я лгу, выдавая себя за твою девушку, я заплачу этим.

– Этого не произойдёт. Если у них нет желания умереть, тебе не нужно притворяться аристократкой, чтобы купить вещи.

– Тогда зачем Вы дали мне это? – Селена взмахнула чеками, как веером.

«Каждый чек будет стоит гораздо дороже монеты, это не пенни и не два.»

– Ты сама попросила это.

– Тогда Вы дадите мне всё, о чём я попрошу?

– Я могу дать тебе столько, сколько ты попросишь.

«Кальцион даже бы не вспомнил, что дал мне столько денег, если бы я каким-то образом потеряла их,» – подумала Селена.

– Хорошо-хорошо, я воспользуюсь этим, чтобы купить пару закусок.

– Надеюсь, тебе это понравится.

Кальцион не беспокоился о том, что Селена потратит все деньги на закуски. Это было очевидно по его равнодушному тону.

Вместо того, чтобы и дальше дразнить его, Селена вышла из комнаты. Джуна, которая ждала снаружи, растерялась, когда увидела огромную сумму денег в руках Селены:

– В-вау… Я бы никогда не увидела такую сумму денег, даже если бы объединила всю свою зарплату до конца жизни.

– Для меня это тоже впервые.

– Но почему Его Превосходительство дал Вам эти деньги? Вы ведь могли просто упомянуть его имя, не так ли?

– Чтобы я купила немного закусок.

– Простите?..

Селена пошла прочь первой, оставляя ошарашенную Джуну позади.

«Шоппинг не моё хобби, но иногда для разнообразия он полезен.

В этом мире всегда будет существовать определённая напряжённость.

Всегда найдётся определённая причина, по которой я буду ощущать беспокойство, находясь в этом мире. Будь то магические звери или убийцы, моя жизнь всегда будет в опасности. Я и мечтать не могла о том, что смогу неспешно прогуливаться по рынку и знакомиться с другими людьми.

То же самое было и в моём родном мире. Обычно я избегала людных мест из-за своей работы актрисой.»

По этой причине, хоть целью Селены было пройтись по магазинам, она была достаточно взволнована возможностью отправиться в место, где есть люди.

Особняк был расположен в центре города и находился достаточно близко, чтобы в нескольких минутах ходьбы были магазины. Если быть точным, то ворота находились дальше от парадного входа в особняк, чем магазины от его ворот.

По соображениям безопасности Селене пришлось сесть в экипаж и отказаться от возможности полюбоваться городскими пейзажами.

– Мисс Селена! Мы почти на месте! – прощебетала Джуна, когда экипаж остановился перед магазином.

Как и говорила Джуна, его название было «Диаттэ». Прежде чем рыцарь успел добраться до дверей кареты, Джуна распахнула её и выскочила к входу.

Магазин обладал даже роскошным входом с привратниками, похожими на те, которые пропускали лишь аристократов. Они были одеты в аккуратные белые костюмы.

Селена элегантно последовала за Джуной. Она ожидала, что привратники откроют дверь с дружелюбной улыбкой на лицах.

– Извините, однако, похоже, у нас внутри недостаточно места. Вы не можете сейчас войти.

Приём, который она получила, был не тёплым, скорее, полностью равнодушным. Привратник был вежлив, но суров.

«Ещё утро. Независимо от того, насколько известный магазин, он не может быть настолько переполнен, что нет возможности войти в него в такой ранний час.»

– Хм, – мурлыкнула Селена и уставилась на привратников.

Лица привратников перед Селеной, которые не разговаривали и не отступали, становились всё более и более жёсткими. Одно это подтверждало её предположение.

«Они не могут никого впускать.

Если бы я повернулась к ним спиной, то была бы дурой, поверившей их словам, а если бы я накричала на них, то никогда не смогла бы посмотреть правде в глаза.

Что это за магазин, который так гордо ведёт свой бизнес?»

Это казалось удивительным, но любопытство Селены также было задето.

«Если я не ошибаюсь, я, должно быть, позаимствовала самую большую карету Кальциона. Не знаю, модное оно или нет, но на мне сейчас красивое платье, которое достаточно роскошно. У меня даже есть эскорт и горничные. Нет никаких недостатков, из-за которых они могли бы отказать мне по очевидным причинам, за исключением моего статуса.»

Позади Селены остановилась ещё одна карета, из которой вышли две красиво одетых дамы. Они дружелюбно разговаривали, но остановились, когда заметили Селену, стоящую перед привратниками.

– Хм, возможно, она здесь новенькая.

Селена отступила в сторону и сердито поджала губы.

Она ничего не могла с собой поделать, потому что её сердце было задето, а настроение стало не самым лучшим.

– Добро пожаловать.

Естественно, привратники широко распахнули двери перед двумя дамами, которые всё ещё смотрели на Селену.

Вскоре после этого привратники закрыли двери и вновь повернулись к Селене, а затем замерли. По её взгляду они могли сказать, что девушку будет нелегко оттолкнуть.

– Вы сказали, что у Вас недостаточно места для одного человека, но Ваши действия говорят об обратном.

«Время пришло. У этих мужчин нет повода отказать, потому что они впустили других людей прямо передо мной. Однако, какими бы образованными они ни были, они скажут формальное оправдание.»

– Они должны были посетить нас сегодня, поэтому для них были зарезервированы отдельные места.

– Места в магазине одежды, – усмехнулась Селена.

– Нам жаль, но да.

– Вам нужно обеспечить больше продаж, помимо предоставления мест другим. Если я права, вы можете рекомендовать свои товары лишь нескольким существующим клиентам и соответствующим внутренним стандартам, верно?

– Э-это…

«Они даже не могут сказать нет,» – Селена рассмеялась.

«Такие места и правда существуют. Место, где не каждый может купить представленные товары. Единственными людьми, имевшими право покупать их роскошные товары, являются дворяне высокого статуса.

Должна ли я позвать Кальциона?»

Это был самый быстрый и простой способ, однако она не могла этого сделать, поскольку это раскрыло бы всё прикрытие Селены. Из-за этого девушка решила действовать самостоятельно.

– Позовите хозяина.

«Это самое мощное оружие, пока нет Кальциона.»

– Прошу прощения?

– Как у охранников, у Вас нет возможности оценивать платёжеспособность Вашего гостя, поэтому просто позовите хозяина.

«Она не уйдёт, пока мы не позовём нашего босса!» – привратники быстро оценили ситуацию.

– П-пожалуйста, подождите минуту! – один из них ворвался внутрь.

Несколько мгновений спустя, как привратник и сказал, из магазина вышла женщина средних лет в ярком платье. Её шаги были мягкими, но в глазах были холод и строгость.

– Я слышала, что Вы искали меня.

– Кто Вы? – резко спросила Селена.

– Прошу простить меня за позднее представление. Я хозяйка Диаттэ, – спокойно сказала женщина, не поддаваясь резкому тону Селены. Казалось, словно она была знакома с подобными ситуациями.

Было известно, что сельские аристократы из далёких регионов часто звали её, когда им отказывали у входа. Эти аристократы не знали об условиях, и поэтому с позором возвращались.

Позже, если гостей встречали величественно, когда они приходили, узнав все условия, их гнев сменялся гордостью.

Это не было политикой магазина с самого начала. Атмосфера установилась таким образом, поскольку хозяйка хотела понравиться тем, кто желал «фирменного товара».

– Вы вызвали меня, потому что Вас не пустили… Я права?

– Да. По-видимому, это никак не похоже на магазин.

У Селены была несколько иная реакция, в сравнении с другими, которые звали хозяйку Диаттэ по той же причине. Она не повысила голос, не рассердилась, не смутилась и не задрожала. Она просто спокойно говорила факты.

Однако это существенно не изменило ответ хозяйки. Как и обычно, она чуть склонила голову:

– Я прошу прощения, но наш магазин также является салоном, поэтому мы думаем о том, чтобы держать свободными места для тех, кого мы знаем. Пожалуйста, поймите это.

– Я понимаю. Это очень плохо. Я планирую присоединиться к банкету в качестве партнёрши Герцога Ренберд. Чтобы не уронить достоинство Герцога, я пришла в самый известный магазин, чтобы ознакомиться с последними тенденциями моды… – Селена повернулась, словно собиралась вернуться к своему экипажу.

– …ах, так Вы гостья Герцога Ренберд из слухов? – спросила женщина.

Учитывая, как быстро в светском обществе распространялась информация, новость о Герцоге Ренберд также достигла ушей хозяйки Диаттэ.

«Прошло всего два месяца после смерти его невесты. Герцог, как известно, никого не выбирал в партнёрши, однако привёз молодую леди из Герцогства Ренберд. Она даже не простолюдинка. Она просто человек, про которого ничего не известно.

Более того, на Герцога не похоже беспокоиться об одинокой женщине. Следовательно, это должен быть случай, когда она получает огромное количество любви от него.

В таком случае, её, скорее всего, осыпали деньгами…

Деньги или слава.»

Однако на кону стояло слишком много денег, чтобы выбрать славу.

После завершения расчётов хозяйка немедленно приняла меры. Селена вскинула брови, когда женщина склонила голову и отступила в сторону, чтобы впустить её:

– Я не была осведомлена о Вашей личности. Обычно мы не пускаем гостей внутрь, если там не осталось свободных мест, однако мы действительно хотим помочь Вам в этом вопросе.

«Она впустила меня из-за денег. Слишком расчётливая улыбка мелькнула не её лице.»

– Я рада, что у Вас самая надёжная политика, как у самого известного магазина.

«Деньги лучше всего, верно?» – Селена ответила ей вежливой улыбкой.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 53

Глава 53.

– Однако… у нас нет свободных мест, чтобы Вы смогли с комфортом разместиться, Вас это устроит?

– Это прекрасно. Я здесь не для того, чтобы сидеть и болтать, я здесь для того, чтобы посмотреть на вашу одежду.

– Хорошо, будьте так любезны последовать за мной.

Едва Селена вошла внутрь, как атмосфера в бутике изменилась, словно на него обрушился тайфун.

Две юные леди, сидевшие на своих местах, также взглянули на Селену. Они были изумлены, поскольку это не было обычным явлением. Должно быть, сами они с трудом справились с фейс-контролем.

Бутик выглядел пустым, но внутри было довольно много людей. Здесь были столы и диваны, где гостьи могли поболтать в расслабляющей атмосфере, и у каждой гостьи в руках была чашка чая.

«Это скорее секретная кофейня, чем бутик одежды.»

– Кто это?

– Я никогда её раньше не видела… Это та самая, которую привёл Герцог Ренберд?..

– Боже, она та самая девушка, о которой ходят слухи? Если подумать, она выглядит так, как слухи описывали её.

Селена прекрасно слышала, как они шепчутся.

– Я не могу поверить, что она пришла сюда, едва приехав в столицу. Она что, уже начинает делать своё состояние?

– Если бы она не была такой амбициозной, то не заняла бы это место.

– Но как она попала внутрь? В самом деле, что такое деньги Герцога?

Внимание к появлению новой гостьи продолжало бурлить, словно кипяток на плите.

Селена вошла внутрь, сопровождаемая хозяйкой магазина. Проходя мимо того места, где те сидели, она встретилась взглядом с болтающими. Однако, сосредоточив всё внимание лишь на себе, Селена почти сразу отвернулась.

Это был далеко не дружелюбный взгляд.

«Должно быть, так действует круг общения.

Моя репетиция светского общества официально началась после того, как я вышла, чтобы выбрать одежду, соответствующую моде.

Должно быть, это те же самые люди, с которыми я в итоге встречусь. Было бы удобно притвориться, что я их не слышу, но это лишь вопрос времени, когда обо мне пойдут слухи, что я идиотка, если я сделаю так.

Я не могу бороться с заданными вопросами, но, по крайней мере, должна показать, что меня нельзя так легко игнорировать.»

Хозяйка бутика подвела Селену к стулу, а не к столу.

– Как работает Ваш бутик?

– Поскольку мы в основном производим одежду на заказ, мы, как правило, делаем их на основе выбора из дизайнерского каталога, а не на месте.

– Вот как? Тогда могу я сначала взглянуть на дизайнерский каталог?

– Конечно, – хозяйка бутика ушла внутрь, а затем вернулась с буклетом достаточно большого размера.

Селена смотрела на рисунки, переворачивая одну страницу за другой. Наряды мало чем отличались от того, что предлагал Девин, портной Ренберд. Однако её внимание привлекли несколько иные детали.

Детали Девина с лентами были заменены здесь ремешками и вместо однотонных тканей они в основном использовали ткани, которые, казалось, имели тонкие цвета, размазанные в определённых местах, похожих на акварель.

«На первый взгляд, можно подумать, что в этом нет ничего особенного, но эти мелкие детали очень важно заметить. Всё потому, что толщина ленты отличает деревенские и утончённые вещи.»

– Это?

– Изящно и утончённо, – с гордой улыбкой кивнула женщина.

– Да. Ткань сделана тоньше и нежнее, в сравнении с Севером.

– Я понимаю. Мне придётся переделать все платья, которые я привезла. Думаю, это займёт довольно много времени… У Вас случайно нет каких-нибудь прототипов?

– Не так много, но несколько есть, – хозяйка бутика позвала сотрудников, ожидавших в углу.

Одновременно исчезнув внутри, горничные вернулись, держа в руках платья.

«Определённо, на эти платья можно было смотреть как на готовый продукт.»

– Они выставлены на продажу?

– Если хотите, мы продадим его, но цена немного увеличится, потому что нам придётся ещё раз изменить размер выбранной модели.

«Ты любовница Герцога, но достаточно ли у тебя денег?» – тон хозяйки подразумевал именно это.

Селена усмехнулась.

«Пришло время начинать захватывающее шоу.»

– Я куплю всё.

Воцарилась тишина, в которой все одновременно задержали дыхание. Делая вид, что они разговаривают между собой, глаза двух дам застыли на Селене.

– …прошу прощения? – даже самообладание хозяйки бутика было поколеблено.

«Ни одна дочь благородной семьи никогда не была способна купить все наши вещи. Это слишком дорого.»

– Ах, я ещё не сказала Вам цену, не так ли?

– В этом нет необходимости. Вы можете отправить счёт в особняк Герцога Ренберд.

– Но…

– О, и можно сделать десять разных цветов каждого рисунка? Таким образом, я смогу увидеть, какой вариант лучше.

«Когда Кальцион дал мне чеки, он вёл себя так, словно деньги – это какая-то ерунда, поэтому пришло время и мне примерить на себя его уверенность.»

Глаза женщины изменились, когда она поняла, что Селена полна решимости безумно тратить деньги.

Хозяйка бутика обладала гибким мышлением, поэтому могла изменять свой кругозор, прогибая под практичность.

– Почему бы Вам не примерить их?

– А это нужно? Вы сможете подогнать платье, пока я буду примерять его?

– Конечно.

Селена выбрала платье, которое больше всего подходило ей, и ушла в примерочную вместе с горничной бутика.

Раздевалка представляла собой пространство с воздушными занавесками, окружавшие стоявшие повсюду зеркала, словно это был гардероб какой-то Принцессы. На полу лежал пушистый ковёр, а в середине комнаты стояло удобное кресло.

«Персонал вежлив. Они знают свою работу лучше, чем горничные особняка. Власть денег здесь сильнее.

Хотя так проще.

Доброту, которую можно купить за деньги, легко приобрести.»

Платье из столицы состояло лишь из одного слоя. Это было очень похоже на платье, которое Селена надевала на церемонии награждения и другие мероприятия. У него было больше обнажённых мест, чем у платья из Ренберд, и меньшая зона корсета. Этот наряд подчёркивал фигуру Селены более явно, чем её пышное платье.

– Вы такая красивая… – пробормотала одна из горничных с зачарованным видом.

Селена усмехнулась и вышла из примерочной. Взгляды людей, сидевших снаружи, устремились на неё, словно они были железным порошком, прилипшим к магниту.

– Пре… – кто-то закрыл рот горничной, когда заметил, что она собирается что-то пробормотать.

Кто-то был готов посмеяться над платьем или притвориться, что оно не подходит Селене, но у них ничего не вышло. Это ещё не всё. Все взгляды, устремлённые на неё, были полны изумления.

«Хорошо, я на полпути.

Я уверена, что смогу соответствовать их требованиям, чтобы быть в центре светского круга общения. Хоть злодейка, хоть ангел, я должна привлекать внимание и удерживать его, чтобы стать влиятельной. Информацию не выдадут в нежелательные руки.

Имея поддержку герцога Ренберд, я должна стать кем-то необычным. Светские дамы ни за что не смогут закрыть на меня глаза, если я буду такой. Следовательно, должно быть что-то, что я смогу использовать, кроме Кальциона, чтобы продемонстрировать свою силу.»

Селена улыбнулась с удвоенной уверенностью, становясь ещё очаровательнее. Улыбка, которую она практиковала тысячи раз, чтобы выглядеть красивой.

– Здорово. Я могу забрать его прямо сейчас, верно?

Глаза хозяйки бутика расширились, но она быстро пришла в себя:

– Да, мы постараемся подогнать его как можно скорее.

Селена осмотрела себя в зеркале, пока персонал собирался, принимая к сведению необходимые инструкции о том, где подогнать платье.

«Я задавалась вопросом, изменилась ли моя фигура из-за того, что я ем без диеты, но тренировки с Кальционом, похоже, сыграли свою роль в моей фигуре.

Я выгляжу куда лучше, чем раньше.

Я должна присоединяться к тренировкам Кальциона, когда у меня будет время,» – решила про себя Селена.

– Теперь, если Вы снимите его, мы подгоним его как можно скорее.

Когда Селена переоделась в свой первоначальный наряд, персонал бутика подвёл её к стулу. Прошлые места были заняты новыми посетителями.

– Не хотите ли выпить, пока ждёте?

Перед стулом стояла небольшая стойка, но это не было столиком. Селена ощущала себя так, словно её загнали в угол, потому что ей так и не достался столик.

– Нет, я осмотрю другие магазины и заберу его на обратном пути…

Когда Селена встала, к ней подошёл мужчина.

– П-простите меня.

– Да?

Он оказался гостем, который был аккуратно одет.

– Я знаю, что невежливо разговаривать с Вами так внезапно, но… Ох, меня зовут Смит. Я второй сын барона Чэйда.

– Да, – Селена ждала его следующих слов, моргая, словно кукла.

Настала её очередь представиться из вежливости, но девушка уже ощущала, что должна быть осторожной.

– Я пришёл сюда, чтобы купить подарок для своей двоюродной сестры и случайно увидел Вас, Мисс.

– Вот как, – вновь кратко ответила Селена с дружелюбной улыбкой.

Это был скрытый знак, чтобы собеседник поскорее убрался с глаз долой, однако, к сожалению, мужчина по имени Смит, похоже, не понял этого.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 54

Глава 54.

– Леди казалась встревоженной, потому что не было свободных столиков, поэтому я взял на себя смелость спросить у Вас. Если Вы не возражаете, не хотите ли присоединиться к нам за нашим столом? – Смит указал на свой столик в углу.

Две женщины, появившиеся в поле зрения, улыбнулись, словно подумали, что он смотрит на них.

Этот стол немного отличался от того, что был в центре. Он говорил о некоторых взлётах и падениях среди общества.

«Если я сейчас сяду туда, то стану предметом неприятных слухов и скандалов до конца своей жизни.

Даже если пребывание на этом стуле могло вызвать пару проблем, будет куда большей головной болью связываться с незначительными людьми. Более того, возможность так представиться наверняка появится вновь. До тех пор, пока я с Кальционом.»

– Благодарю Вас за предложение, однако моё платье подгонят под размер не сразу. Поэтому я хочу посетить другие места.

– О-ох… вот как?

– Да, увидимся в следующий раз, сэр Смит.

– Да, к-конечно…

Селена без колебаний поднялась со своего места:

– Будет ли платье закончено к обеду?

– Да, этого времени должно быть достаточно.

Однако Смит всё ещё не сдался окончательно:

– Эм! Простите, если бы я мог узнать Ваше имя!..

«Ты даже не знаешь, кто я такая?

Тогда это действительно попытка светского влияния. Если бы он пытался построить мост к Кальциону через меня, я могла бы подумать об этом. Однако его целью являюсь я, и всё потому, что он заинтересован моей внешностью.

Если я свяжусь с кем-то подобным, то в конечном итоге попаду в ещё один скандал.

Слухи могут легко превратить «улыбку друг другу» в «провели ночь после одного-единственного приветствия». Я лучше, чем кто-либо другой, знаю, насколько пугающими могут быть недоразумения и домыслы людей.

Ну, в любом случае, у меня есть оправдание.

Я увидела приближающегося ко мне мужчину, и, поскольку не сбежала, то он последовал за мной.

Однако многое можно было бы смягчить, просто находясь рядом с Кальционом. До тех пор, пока между нами не будет флирта.

Хоть Кальцион плохо умеет завязывать разговор, есть много способов уйти от всего этого.»

– Простите, я боюсь, что у меня будут неприятности, если кто-нибудь упомянёт моё имя здесь в моё отсутствие. Я с нетерпением жду новой встречи с Вами.

«Мне придётся научить Кальциона вести себя как одержимый женщиной мужчина.»

– Ох, эм, эм, да… Простите меня, – перед мощным железным барьером Селены Смит отступил, словно его оттолкнул великан.

«В этом мире нет такого вида спорта, как футбол. Это большое облегчение. Всё потому, что тогда были бы некоторые люди, которые не отступили бы, если бы у них был вратарь, способный отбить такой уровень отказа.»

Селена слегка, но вежливо поклонилась и попрощалась, прежде чем осторожно выйти за дверь. Джуна поспешила догнать её.

– Все знают, что Вы прекрасна… Как только Вы появитесь в светском обществе и станете популярной, все выстроятся в очередь, чтобы иметь возможность потанцевать с мисс Селеной на банкетах, – едва выйдя, взволнованно заговорила Джуна.

«Сейчас не время сходить с ума из-за этого.

На самом деле, роль горничной заключается в том, чтобы повышать уверенность леди, которой она служит, если та чувствует себя оскорблённой или стыдится того, что другие люди думают о ней.»

– Дай угадаю, этого не было, когда здесь была леди Ирэль.

«Для неё странно быть взволнованной этой ситуации. В отличие от меня, Ирэль приехала в столицу для проведения церемонии помолвки. В таком случае, нет сомнений, что она, должно быть, получила больше внимания, чем я.»

– Были люди, которые разговаривали с ней, однако, как это вообще можно сравнивать? У неё не получалось, как у Вас, очаровывать людей своей внешностью.

Селена прищурилась:

– Герцог сказал, что леди Ирэль была робкой женщиной.

– Я знаю. Она казалась приличной кошкой, молча проходящей мимо мужчин с привлекательным телом, чтобы привлечь их внимание.

«Раньше она говорила, что Ирэль была мрачной, а теперь, что она робкая женщина, которая виляла хвостом перед мужчинами. У неё слишком много качеств для одинокой женщина.»

– Джуна, у меня есть вопрос.

– Да!

– На что было похожа ситуация, когда ты прислуживала леди Ирэль?

– Ах… – Джуна что-то пробормотала в ответ.

– Или только ко мне они отнеслись по-особенному? – прищурившись, спросила Селена. – Мне думается, что они обслуживали её по-другому, потому что, в отличие от меня, она, по слухам, была будущей невестой Герцога.

– Если я правильно помню… Леди Ирэль поначалу была точно так же отвергнута. После того, как она заказала сразу пять платьев, её больше не останавливали на пороге. С тех пор я не обращала на это внимание, потому это вылетело у меня из головы. Простите меня, – дрожащим голосом призналась Джуна.

«В конце концов, она знала. И дело не в том, что она забыла. Потому что она никак не могла забыть подобную вещь.»

Джуна выглядела смущённой, однако в глазах Селена она выглядела нервничавшей.

«Она прекрасно это скрывает. Если бы я была Ирэль, она смогла бы одурачить меня.»

– Нет, я рада, что всё прошло хорошо.

Когда Селена сверкнула улыбкой, Джуна сразу же успокоилась.

– Куда мы пойдём дальше? Вы желаете пойти к Симеону?

«Ещё один из магазинов, которые Джуна упоминала ранее.»

– Нет, я немного устала, – неожиданно сказала Селена. – Я бы хотела сделать перерыв.

– Ах, не хотите ли поесть пирожные в Крэндж?

– Это возможно?

– Да, мы всё равно направляемся в ту сторону!

Джуна сообщила адрес кучеру и на протяжении всей поездки рассказывала о том, какие пирожные и чай являются самыми популярными в кондитерской.

«Я не думала, что ты покупала их на собственные деньги.»

Изображённая Джуной Ирэль, которая даже кормила свою служанку десертами, было странно резкими.

Как и Диаттэ, Крэндж своим внешним видом отличался от других магазинчиков вокруг него.

В сравнении с другими магазинами поблизости, здесь была вереница экипажей, длинные подъездные дорожки, аккуратно одетые привратники и, прежде всего, толстые узорчатые двери.

«Похоже, что для того, чтобы попасть туда, нужно обладать определённой репутацией.»

– Мы почти на месте. Может, нам выйти? – в этот раз, вместо того, чтобы сразу выпрыгнуть из кареты, Джуна поинтересовалась мнением Селены.

– Джуна, не могла бы ты пойти вперёд и узнать, есть ли свободный столик?

– О-одна?

– Да, это слишком далеко и трудно пытаться попасть внутрь, как в прошлый раз.

– Ах… однако я не думаю, что они поверят, что я пришла из поместья Герцога, если я пойду туда одна, – Джуна попыталась потащить Селену с собой.

Честно говоря, она этого не ожидала.

– Они говорят, что выдача себя за дворянина карается смертью. Поэтому Герцог сказал мне, что мне не нужно платить за всё, что я пожелаю, и вместо этого упомянуть его имя. Не беспокойся об этом и иди.

«В конце концов, Кальцион позволил мне потратить любое количество денег.»

– Я подожду тебя, пока буду рассматривать цветы в том магазине, – Селена указала на двери цветочного магазина рядом с Крэндж, двери которого открылись в этот момент.

– Да…

Твёрдая позиция Селены заставила Джуну медленно направиться ко входу в Крэндж. Селена разговаривала с привратником и время от времени оглядывалась, чтобы убедиться, что Джуна подошла к кондитерской и говорит с их привратниками.

– Вы открыты?

– Да, добро пожаловать.

– Я бы хотела присесть за столик и выпить чашечку чая, пока буду смотреть на цветы.

– Пожалуйста, располагайтесь поудобнее. Я принесу меню.

Цветочный магазин не был переполнен покупателями, и поэтому в нём царила спокойная атмосфера. Никто не поднял шума и не стал пресмыкаться при появлении Селены. Она легко вошла внутрь.

Вопреки фасаду цветочного магазина, у него внутри было больше разновидностей цветов, доступных для выбора. В нём также было много уникальных предметов интерьера, поэтому осматриваться внутри было интересно.

Селена, которая села на стул и принялась оглядывать террасу, выбрала цветок.

– Этот цветок… так красив. Я куплю один.

Она была рада, что получила деньги от Кальциона. Покупка цветов от имени Герцога Ренберд могла вызвать очередную проблему.

Когда Селена получила красиво завёрнутый цветок и сделала глоток чая, то издалека увидела возвращающуюся Джуну.

«Она явно потерпела неудачу.

Если бы её поход увенчался успехом, она бы прыгала от радости,» – однако, даже думая так, Селена поприветствовала горничную с улыбкой на лице:

– Как всё прошло?

– Ах, это… Все столики забронированы.

– Они, должно быть, очень популярны. Итак, будут ли остальные магазины такими же?

– Нет, в других местах всё будет хорошо!

Селена, однако, была очень довольна местом, которое она уже заняла в цветочном магазине.

– Однако, на всякий случай… Джуна, не могла бы ты посетить магазины, о которых ты говорила и проверить, есть ли в них свободные места?

– Простите? Вы говорите, мне одной?

– Можешь воспользоваться экипажем. Я подожду здесь.

Джуна выглядела растерянной, но в итоге ушла по поручению. Несмотря ни на что, положение Леди и горничной никогда не могли быть одинаковы. Селена спросила Джуну, однако в конечном счёте это был приказ.

Селена продолжала пить чай, проводя время за тем, что вдыхала аромат цветов.

«Был ли у меня подобный расслабляющий момент в этом мире? Даже возвращаясь в особняк, меня всегда сопровождают трое охранников.»

Благородная леди, пьющая чай в одиночестве за столиком на обочине дороги, привлекла внимание людей. Причиной была её красота, которая сияла ярче, чем цветы, наполнявшие магазин.

Получать подобные взгляды было естественной частью рутины Селены. Однако её поведение не сильно изменилось в сравнении с обычным.

С момента, как Селена заняла столик в цветочном магазине, прошло довольно долго и настало время обеда.

«Здесь едят на террасах, верно? Интересно, все ли здешние рестораны одинаковые? Может, мне найти один из них?»

Разум Селены был заполнен такими мыслями, когда она увидела возвращающуюся карету.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 55 - Эпизод 6. «Битва.»

Глава 55.

– Мисс Селена! Я нашла магазин со свободным местом! – воскликнула Джуна, выпрыгивая из кареты.

– В самом деле? Где?

– Это место называется Румера. Я слышала, что прошло совсем немного времени с тех пор, как он открылся. Я не была там, поэтому не могла порекомендовать его ранее, однако, как только я увидела его по дороге, я спросила о свободных местах, и они сказали, что есть свободные!

– О, так все места, в магазинчиках, которые я просила тебя проверить, оказались заняты?

– Боюсь, что так… – Джуна насторожилась.

«На это стоит посмотреть.

Джуне потребовалось достаточно времени, чтобы обойти все магазины, и в итоге мне некуда пойти. Не только в одном, а во всех местах оказалось так.

Интересно, проходила ли через это Ирэль?

Естественно, Ирэль тогда была новичком в столице, поэтому психологически она не пострадала, однако, что, если её не принимали везде, куда бы они ни пошла, без её ведома? Если это было так, то как люди воспринимали её и как относились к ней?» – чем больше Селена думала об этом, тем больше ей становилось не по себе.

«До сих пор я слышала, что Ирэль была самым слабым козлом отпущения, женщиной, у которой даже не было злого характера.

В таком случае, какого чёрта они убили подобную девушку?

Подводя итог подсказкам, которые мы с Кальционом нашли до этого момента…

Есть вероятность, что это из-за ревности Фионэль.

Вероятность, что Розалин хотела во что бы то ни стало устранить любые препятствия, стоящие на её пути.

Вероятность, что Ирэль стала препятствием для Королевы, от которого нужно было избавиться.

Вероятность, что это было случайное преступление, вызванное внутренним конфликтом с слугами в особняке.

И есть вероятность, что это был кто-то из светского общества, кто испытывал к ней слишком сильную ненависть.

Чем больше информации я узнаю, тем больше думаю об Ирэль как о листке, который можно было легко сдуть. Почему они убили пугливую женщину, когда можно просто оттолкнуть её?

Я не судмедэксперт, поэтому не могу точно узнать, как закончилась жизнь Ирэль. Я даже не могу намекнуть на это.

Однако, учитывая, как развивается ситуация, я не могу об этом не спросить,» – сегодня вечером Селена решила пойти в комнату, где раньше жила Ирэль.

И, когда она поняла это, настроение Селены больше не подходило для покупок и ей захотелось вернуться в особняк, но в то же время ей хотелось посмотреть, как далеко зайдёт Джуна в её умасливании.

– Похоже, сегодня много людей вышли за покупками, да. Может и мы пойдём?

Когда Селена встала, на неё нацелилась большая птица.

– Хм? Что… эта птица…

Птица была слишком большой, чтобы быть простой птицей. Неожиданно охранник бросился к птице.

«Только не говорите мне, что птица подослана убийцами?!»

Охранник шагнул вперёд и вытянул руки перед Селеной, которая рефлекторно напряглась.

Птица, которая летела так, словно хотела схватить свою добычу, расправила крылья и замедлила полёт, приближаясь к людям, а затем мягко приземлилась на руку охранника.

Птица выглядела тяжёлой и массивной, когда расправляла крылья. Она была размером с орла, однако перья у неё были голубыми. Кроме того, на её голове виднелся символ в форме короны.

Охранник Селены открыл маленькую коробочку, привязанную к лапе птицы, вытащил листок бумаг и тут же передал его Селене.

– Думаю, Вам следует вернуться в особняк.

Селена прочитала записку. На ней было лишь короткое предложение. Однако из-за него у Селены не осталось другого выбора, кроме как сразу же вернуться.

<Королева в гостях.>

Эпизод 6. «Битва.»

«Её визит случился слишком рано!»

Торопясь вернуться в особняк, Селена столкнулась с Кальционом, который стоял на крыльце с недовольным выражением лица.

– Как может больной человек ходить с такой лёгкостью?

– Мы оба знаем, что это оправдание.

– Сколько бы Вы ни оправдывались, разве не было бы менее неловко, если бы Вы притворились больным?

– Ещё более неловко было бы смотреть ей в лицо после того, как я отказал ей, когда она настаивала на визите.

Селена впилась взглядом в Кальциона, который не дал ей войти в спальню.

Всё потому, что притворяться больным было более неловко, чем ощущать себя больным на самом деле.

Внутренняя и внешняя личность Кальциона имели огромную разницу. Хотя не было необходимости скрывать свои сокровенные мысли, изначально он был человеком, который ненавидел в себе двойственность.

«Вот почему ты не можешь жить в столичном обществе.

Я понимаю, что тебе не нравится, но из-за сложившейся ситуации это необходимо.»

– Снимайте свою одежду, – Селена столкнула Кальциона в комнату, и сама начала расстёгивать его пиджак.

Кальциона охватила паника:

– Что… что ты делаешь?

– Вы что, собираетесь лечь в кровать прямо в одежде?

– Я… сам сниму её.

Лишь после этого Селена обнаружила, что стоит, вцепившись в ткань одежды мужчины средь бела дня.

– Я не имела в виду ничего другого!

– Было бы ужасно, если бы у этого было другое значение.

Кальцион сам снял пиджак и лёг в постель.

Селена посмотрела, как он ровно лёг на спину и покачала головой:

– Нет, откинься на подушки. Я тоже лягу.

Как девушка и велела, Кальцион сменил позу на полулежащее положение, откинувшись на подушки:

– Этого достаточно?

– Хм… – Селена изучила общий вид Кальциона на кровати, словно она была режиссёром, наблюдающим за сценой. Однако она всё равно не оправдала её ожиданий. – Дело не в положении, а в том, насколько здоровым ты выглядишь.

«Поза выглядит естественно, однако просто лежать в одежде недостаточно, чтобы выглядеть больным,» – Селена попыталась изменить облик Кальциона, взъерошив ему волосы и расстегнув ещё одну пуговицу на рубашке.

Однако это ни капли не испортило красоту мужчины.

«Бесполезно, чтобы я ни делала.»

Кальцион усмехнулся, смотря на девушку, которой захотелось сдаться.

«Цель этого представления – лишь прикрыть моё оправдание, однако и Королева, и я сам прекрасно знаем друг друга.»

Однако без необходимости подавлять энтузиазм Селены Кальцион ощущал расслабленность.

– Тазик с водой, полотенце, бокал рисового вина, яблоко… нож для фруктов и тарелка, – позвав горничную, Селена попросила принести перечисленное.

Кальциону было трудно понять, взволнована девушка или нервничает.

– Тебе не нужно так решительно разыгрывать сцену. Болезнь – это просто предлог, которым все пользуются.

«Не имеет значения, оскорбит это Королеву или нет, поскольку для неё вполне естественно уйти после того, как она услышит подобное оправдание.»

– Ну… она всё же одна из подозреваемых, за которыми мы охотимся. Мы познакомились с Фионэль и Розалин без предварительного уведомления, однако она – Королева. Я не думаю, что мы должны ослаблять бдительность.

– Верно. Внешне она выглядит добродушно, однако всё ещё удерживает положение Королевы во дворце, где постепенно теряет власть.

– Здесь со всеми трудно иметь дело, – вздохнув, Селена расправила плечи. Однако она, казалось, не испытывала недостатка в уверенности. – Сегодня я не буду выступать просто так. Я должна позаботиться о большей части того, что произойдёт. Вы не забыли, что я являюсь мишенью при входе в Ваш мир, не так ли?

– …конечно, – в сознании Кальциона проявилось воспоминание о том, как он говорил ненужные вещи в Данфэле. Поэтому тот, кому нечего было сказать о своей части выступления, замолчал.

– В таком случае мы не можем продолжать сидеть спокойно и глупо смотреть друг на друга, пока они не придут, поэтому давай начнём разыгрывать это.

– Разыгрывать это?

– Боже, мой Герцог, посмотрите на свой холодный пот. Вы такой слабый. Что мне делать? – Селена ловко промокнула влажным полотенцем лоб и нос Кальциона, пока говорила.

– Что? Ха-ха-ха-ха! – Кальцион расхохотался над словами, которых никогда раньше не слышал. – Я никогда не получал медицинской помощи, даже когда был ребёнком.

– Вы никогда не болели?

– Я и раньше болел, однако никогда не проводил время, лёжа в постели. За исключением тех случаев, когда я не мог встать.

То исключение, когда Кальцион «не мог встать», было связано со сломанной ногой.

– Это слишком для ребёнка.

– Такова судьба наследника Герцога.

Кальцион не придавал большого значения такому трагическому прошлому. Он принял это, потому что понимал, что такова его судьба.

– Не из-за того, как прекрасно Вас воспитали, а из-за того, что Вас воспитывали строго…

– Есть много таких же семей.

– Значит у Герцога никогда не было запоминающегося детства?

– Оно мне было не нужно. Я не рос красиво, однако это не значило, что со мной не обращались бережно.

– Ох…

«Очевидно, что Герцог, который заботится лишь о своей чести, не заботился бы ни о чём другом, кроме этого.»

– Однако, что насчёт игр? Я уверена, что было время, когда Вам не хотелось учиться.

– Ну, в моём случае, я учился, потому что должен был.

– В таком юном возрасте?

– Именно по этой причине. Я был слишком молод, чтобы знать о других вариантах, которые я мог бы выбрать.

Кальцион уже был взрослым, однако на секунду образ ребёнка, казалось, заслонил его лицо.

– Это позор, что их ребёнок был таким послушным, – Селена погладила Герцога по волосам, словно он был ребёнком.

Кальцион на мгновение вздрогнул, однако не оттолкнул руку девушки и не увернулся от неё.

– Что?

– Каким было сердце моего дорогого Сиона, когда он был юн?

Кальцион вежливо улыбнулся:

– Учитывая, что ты смогла переместиться в другой мир, не будет преувеличением сказать, что ты можешь выйти за пределы времени.

Почему-то Кальциону показалось, что тёплое прикосновение Селены возвращает его в детство.

Девушка не переставала улыбаться и продолжала гладить его по волосам. Благодаря её прикосновению тело Кальциона расслабилось.

– Разве тебе не хочется спать?

Точно так же, как зевота была заразной, одиночество, казалось, также было заразительным. Селена потянулась, пытаясь не заснуть.

«Я всегда шла по трудному пути с тех пор, как пришла в этот мир. Так было всегда. Вот почему нет ничего странного в том, что моё хрупкое тело накопило усталость.»

– Если ты устала, ты можешь немного поспать.

– Надеюсь на это, – Селена продолжала пытаться не заснуть, однако её веки уже начали тяжелеть.

Девушка проснулась ранним утром, подняла шум и даже столкнулась с войной характеров в бутике одежды.

«Это определённо истощило мою выносливость.»

– Королева не откроет дверь собственными руками.

После этих обнадёживающих слов, Селена решила немного расслабиться.

– Тогда я немного подремлю.

«Так будет лучше.»

Селена забралась на кровать и легла рядом с Кальционом. Даже лёжа на кровати она думала о том, что будет ждать, а не спать.

– Только на пять минуточек… – не закончив говорить, голова Селены упала на плечо Кальциона.

Хоть каждый раз мужчина видел, как это происходит, он всегда поражался тому, как быстро Селена засыпает.

Кальцион тоже медленно закрыл глаза. Тяжесть на плече дарила ему ощущение лёгкости.

Однако едва он закрыл глаза, как услышал стук в дверь.

– Её Величество прибыла!

Возможно потому, что Селена не услышала стук, она всё ещё продолжала спать.

Кальцион должен был разбудить её, однако не мог заставить себя сделать это.

«Королева всё равно будет ждать в гостиной, так что это не запятнает нашу честь, даже если она подождёт пять минут.»

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 56

Глава 56.

Через час и двадцать пять минут Королеве разрешили войти в комнату Кальциона.

Это произошло потому что Селена, которая привыкла часто дремать, открыла глаза лишь после того, как прошло столько времени.

– Я, должно быть, сошла с ума! – закричала девушка, едва проснувшись и осознав это.

– Поскольку Королева ворвалась в особняк больного, она должна, по крайней мере, соблюдать добродетель терпения и ждать, пока больной не откроет глаза.

– Почему Вы такой бесстыдный, когда Вы даже не больны?

– Это притворство.

– Вау, – ошеломлённая, Селена поспешно вскочила. Она попыталась привести в порядок свой внешний вид, смотря в зеркало, но ничего не менялось. – Ах, что мне делать? Я спала так крепко, что моё лицо выглядит опухшим. Что мне делать с моими волосами? Мои волосы! К тому же, и платье помялось!

– Ты выглядишь так же, как обычно. Тебе не нужно беспокоиться.

– Боже, разве это красиво? Забудьте об этом, я спросила не того человека.

Селена не шутила. Однако сейчас она не могла позволить себе быть режиссёром их спектакля, ведь и без того заставила Королеву ждать достаточно долго.

У девушки не было выбора, кроме как воспользоваться водой, чтобы избавиться от растрепавшихся прядей и грубо поправить волосы, после этого Селена села на стул рядом с кроватью:

– Я готова.

– Впустите её.

По приказу Кальциона слуга склонил голову и вышел из комнаты. Вскоре после этого дверь открылась и в комнату вошли две женщины.

– ?! – Селена была изумлена.

«Королева и Принцесса?!»

Другим гостем, посетившим их, была юная девушка.

«Поскольку Кальцион сказал, что я похожа по возрасту на Наследного Принца, у меня сложилось впечатление, что Королеве столько же лет, сколько моей матери, и что Принцесса немного моложе меня.

Однако Королева выглядит на несколько лет моложе, чем я ожидала, а нерешительной девушке, стоящей позади неё, кажется, гораздо меньше двадцати пяти…»

Принцесса словно только что вступила в половую зрелость, её щёки и лоб были покрыты следами прыщей. Любой мог увидеть, что она только что вступила в подростковый возраст.

«Она – Принцесса, которая хочет выйти замуж за Кальциона? Тут ведь нет другой Принцессы, не так ли?

Она ни в коем случае не может сравниться с Кальционом. Если бы она была чуть-чуть моложе, то выглядела бы как его дочь…

…невозможно, невозможно, невозможно,» – Селена не находила слов от того, что казалось обычным явлением в этом мире.

Королева Мария с ярко-красными губами приблизилась к ним с улыбкой, хлопая длинными ресницами:

– Герцог, я приехала так быстро, как только могла, узнав, что Вы плохо себя чувствуете… Однако Вы, кажется, не такой уж больной?

Селена вновь была застигнута врасплох, во многих возможных смыслах.

«Разве она не должна была спросить, что с ним случилось? Неужели она только что открыто сказала то, что искренне думает?»

Юная внешность и живой тон Королевы убедил Селену в том, что она действительно молода по возрасту.

«Я знаю, что она является второй женой Императора… но она так молода!»

Селене было трудно принять разницу в возрасте Королевы и Короля, однако ещё труднее ей было смириться с тем фактом, что у Королевы была дочь, которая сейчас была подростком.

«Королева, кажется, на год или два старше меня, но, если у неё есть дочь-подросток, не кажется ли, что она родила её в подростковом возрасте?..

Что, чёрт побери, творит Король?!»

Разум Селены внезапно перегрузился от хаотичных моральных представлений этого мира и решил объявить забастовку, однако это продлилось недолго.

– Ах, Герцог избегал нас, потому что ощущает себя неловко с девушкой, с которой приехал? – ведь Королева с её яркой критикой не теряла времени даром.

Селена непонимающе оглянулась на Королеву. Когда их взгляды встретились, Мария лучезарно улыбнулась, прекрасно скрывая свои чувства.

«Нет, она не скрывает их. Похоже, у неё вообще нет ко мне никаких чувств.»

– Ваше Величество, Ваше Высочество, простите меня за то, что я не поприветствовал Вас должным образом.

Несмотря на неискреннее приветствие Кальциона, которое выглядело так, словно он читал строчку из книги, Королева не выказала никаких признаков разочарования.

– Я прощаю Вас. Это была моя ошибка – ворваться сюда без приглашения, хотя Вы больны. Я никогда не думала, что Вы откажетесь от моего приглашения под предлогом болезни, и это показывает, что я примчалась сюда лишь потому что беспокоилась о Вашем самочувствии. Хотя я рада, что с ним нет никаких проблем, – с невероятной честностью ответила Мария.

Селена не могла понять, был её ответ искренним или нет.

«Похоже, мне потребуется время, чтобы найти улики, поскольку разгадать Королеву не так легко.

Она кажется простой, но на самом деле её трудно понять.»

– Ваше Величество, меня зовут Селена, – поприветствовала она Королеву.

Королева посмотрела прямо в лицо Селены и улыбнулась:

– Герцог, кажется, не из тех, кто всегда привозит с собой в столицу леди из Ренберд. Удивительно. Я никогда в жизни не видела такой хорошенькой красавицы, как Вы.

– Благодарю, – поскольку Селена ещё не решила, как будет с ней обращаться, она ответила Королеве как можно короче.

Опустив веки, Мария усмехнулась:

– Не будьте такой настороженной. Такая красивая женщина, как Вы, имеет право проводить время с Герцогом до того, как его брак будет заключён. Я не планирую обрывать Вашу жизнь, поэтому не волнуйтесь.

– …прошу прощения?..

Каждое слово, слетавшее с губ Королевы, заставляло голову Селены пульсировать от боли.

Что ещё более важно, Мария намекала, что у неё есть полномочия убить Селену. Было не очень вежливо упоминать о её контроле над жизнью постороннего человека, едва они встретились.

«Она имеет какое-то отношение к смерти Ирэль?» – Селене удалось прийти в себя.

– Брак? Какой брак? – она не смогла скрыть своего любопытства.

– Разве Герцог не женится когда-нибудь? Больше всего я хочу, чтобы он женился на моей Джерриэль.

При словах матери принцесса Джерриэль покраснела и опустила голову.

«В её возрасте обычное дело стесняться кого-то, кто тебе нравится. Насколько же неловко ей слышать об их собственном браке в присутствии такого количества людей?»

Была ли смущена Принцесса или нет, однако Королева была уверена в этом, как в свершившемся факте.

– Я собираюсь остаться рядом с Герцогом навсегда.

– Да, это возможно из-за твоей жгучей любви. Герцог чувствует то же самое? – вопрос Королевы внезапно обратился к Кальциону.

– Я хочу подождать и посмотреть. Я не собираюсь позволять Селене уходить и выходить замуж за кого-то другого.

Это был не тот ответ, который заслуживал полных ста баллов, однако он, по крайней мере, стоил половины этого числа.

– Никто не может знать, что чувствует другой.

– Я уверен в том, что чувствую.

Королева весело рассмеялась над твёрдым ответом Кальциона:

– Не всё в мире соответствует желаниям сердца. Ты сказала, что тебя зовут Селена? Не верь в то, чего желает твоё сердце.

– Я не сделаю этого. Я изо всех сил буду стараться держаться.

Это было неподходящее замечание в присутствии Королевы, но Мария не проявила никакого интереса. На её лице продолжало оставаться довольно спокойное выражение:

– Любовь и брак – два разных аспекта жизни. Брак – это вопрос, решаемый взрослыми людьми.

– В таком случае Принцесса кажется слишком юной.

– Тебя можно считать взрослой, даже если ты юна. Я сама была на таком месте.

– А что насчёт Принцессы?

– Принцессе тоже это нравится. Джерриэль, ты хочешь выйти замуж за Герцога, не так ли?

Лицо принцессы Джерриэль, на которую в одно мгновение посмотрели трое взрослых, покраснело.

«Если бы я была на её месте, я бы стала отрицать это, даже если бы Кальцион мне нравился,» – Селена мысленно посмеялась над безрассудством Королевы.

Однако, даже в разгар наряжённой атмосферы принцесса Джерриэль кивнула головой в знак согласия:

– …да.

– …что? – Селена была озадачена ответом Принцессы.

«Я ожидала, что Принцесса возненавидит мысль о политическом браке. Это тоже предубеждение?»

– Принцесса, подумайте хорошо. Я не знаю, сколько лет Принцессе, однако Герцог почти вдвое старше Вас. Вас это совсем не беспокоит?

– Вовсе нет… меня это вполне устраивает, – Джерриэль казалась робкой, но смогла чётко выразить своё мнение.

По этой причине Селена вновь была ошеломлена.

– Он действительно нравится Вам? Если да, то что Вам в нём нравится? – Селена была так ошеломлена, что забыла о Королеве и Кальционе, которые присутствовали в комнате. – Этот страшный старый мужчина, который вдвое старше Принцессы, говорит прямо и нельзя знать, что он сделает, когда выйдет из себя? Что ещё хуже, он даже не знает истинного значения любви. В таком случае, даже если Принцесса выйдет за него замуж, держу пари, он оставит Вас в покое до тех пор, пока Вы не умрёте от старости.

Услышав слова Селены, не Кальцион, а Принцесса пришла в ярость:

– Но… он красивый!

– …

– И Герцог не стар, это я юна. Герцог ещё даже не был женат.

«Принцесса, без сомнений, увлечена Кальционом.»

Селена лучше, чем кто-либо другой, знала, как сильно подросток ощущает свои чувства в период расцвета своей жизни. В конце концов, она, как знаменитость, испытала безумие фанатов-подростков на собственном опыте чётче, чем кто-либо другой.

Селене было бы легче справиться с ними, если бы это была пожилая Королева и трогательная Принцесса, однако здесь была Королева, выжившая в саду, полном ядовитых цветов, и её бесстрашная дочь-подросток, что было для девушки слишком ошеломляющим.

– Нравится ли Принцесса Герцогу?

– Угх… Скоро я ему понравлюсь.

«По её голосу я могу сказать, что у неё нет уверенности, а судя по выражению её лица, Кальцион уже много раз отвергал её.»

– Герцогу нравлюсь я, поэтому это произойдёт не скоро.

– Когда я повзрослею, я буду красивее тебя. Даже сейчас я уже богаче тебя! И мой статус тоже выше!

«Она ведёт себя как ребёнок. Печально, что большинство людей в этом мире ведут себя так же по-детски, как и она. Хорошо, что, по крайней мере, Кальцион – это исключение.»

– Я не думаю, что это причина, по которой я нравлюсь Герцогу.

– …что? Тогда почему ты ему нравишься? Что ещё у тебя есть, кроме твоей красоты?!

– Он подумал: «Это она!», в тот момент, когда увидел меня.

– Потому что ты красивая.

– Нет… кроме этого, он чувствовал что-то ещё. Вы бы тоже это почувствовали, если бы этот человек подходил Вам. Словно судьба. Да, что-то в этом роде.

– …это правда, Герцог? – Принцесса повернула голову, смотря на Кальциона с потрясённым выражением лица.

Когда он встретился с ней взглядом, лицо Кальциона посуровело, и он кивнул.

– Нет, Вы должны сказать это. Когда Вы увидели её, Вы подумали: «Это она!»?

Селена сжала кулак так, чтобы Кальцион заметил его.

«Скажи это!

Ты собираешься повторить ту же ошибку, что и в Данфэле?»

Не в силах оторвать взгляда от Селены, которая пристально смотрела на него, Кальцион разомкнул губы.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 57

Глава 57.

– …да.

– Ложь! – побледнев, закричала Принцесса и выбежала из комнаты.

После этого Селена, которая увидела, как Кальцион открыл рот, словно собирался сказать что-то ещё, поспешно приложила указательный палец к губам:

– Остановись!

Мужчина спокойно повиновался.

«Несмотря на то, что просматриваются улучшения, его актёрские способности всё ещё ненадёжны, по этой причине Кальциону пока лучше следовать моим инструкциям.»

– Наша Принцесса немного застенчива, но она честна. Держу пари, Герцог поймёт, какой милой она может быть, когда начнёт жить с ней. Она может идеально подойти кому угодно, – несмотря на то, что Принцесса вылетела из комнаты, Королева не перестала говорить о своей дочери. Без малейшего намёка на колебания.

– Тогда, я думаю, Вашему Величеству нужно найти кого-то получше Герцога.

– Как Вы думаете, если бы Принц Ларсен взошёл на трон, мы двое смогли бы чувствовать себя в безопасности в этом замке? – Королева, казалось, не собиралась скрывать причины своих действий.

– Если Её Величество и Её Высочество решат бежать на Север, Герцогство защитит своих гостей. Если это время когда-нибудь наступит, я уверен, что мы сделаем всё возможное для этого, – отказывая ей, сказал Кальцион.

– Почему Герцог всё время нам отказывает? Ему нечего терять. Хоть я и не являюсь истинной королевской особой, но Принцесса стала ей, едва родилась.

– Я поймал взгляд Вашего Величества лишь тогда, когда Вы стали искать неженатого мужчину достаточно далеко, чтобы оказаться вне досягаемости глаз Его Величества и обладать умеренной властью.

– Я этого не отрицаю, – мягко признала это Королева.

– И теперь весь мир, кажется, нацелился на меня из-за найденной шахты. То же самое относится и к Вашему Величеству. Если это так, то не лучше ли будет найти кого-нибудь другого на тех же условиях?

– Я действительно думала об этом, но что я должна делать, если Принцесса тоскует по Вам?

– Остановите её.

– Неужели Герцог не может удержаться от отказа? Я должна сказать, что Вам пора позволить Вашей настоящей невесте сидеть рядом с Вами.

Селена решила вмешаться.

«Чем дольше длится разговор, тем больше Королева будет побеждать Кальциона своими словами.»

Селена хотела что-то сказать, однако Кальцион взял инициативу в свои руки:

– Я не хочу вступать в политический брак.

– …?

И у Селены, и у Королевы Марии были одинаковые выражения лиц. Однако, в отличие от Селены, которая мучительно размышляла над тем, что Кальцион имел в виду, Королева немедленно ответила:

– Неужели Герцог хочет жить безрассудно? Он поздно достиг половой зрелости?

– Напротив, Вашему Величеству следует считать, что я проявляю осторожность.

Глаза Королевы расширились от ответа Кальциона:

– Я нахожу невозможным поверить, что Герцог может говорить, как влюблённый мужчина. Это то, ради чего нужно прожить достаточно долго, чтобы увидеть.

В этот раз и Селена была удивлена.

Я не хочу жениться на Принцессе.

Я пока не хочу жениться, поскольку это брак по расчёту.

Я силён, даже если не женюсь.

Это были причины, которые Селена смогла вывести из слов Кальциона.

«Где тут любовь?

О чём Вы говорите?!

Северный Герцог и любовь?» – её губы задрожали, пока она старалась сдержать смех.

Однако Королева была достаточно проницательна, чтобы уловить улыбку Селены.

– Не будь такой счастливой. Как любовь может находиться в центре всего этого?

– Прошу прощения? Это то, что сказал Герцог, смотря на меня… Разве это не так, Герцог?

Кальцион и любовь было таким плохим сочетанием, что Селена на мгновение забыла, что должна выступать в роли его любовницы.

– Разве Вы обычно не говорите так?

Селена старалась быть последовательной в своём исполнении игры пары, сыплющей семена кунжута.

·       В Корее, когда видят милую, счастливую и влюблённую пару, говорят: “Сыплющие семена кунжута.”

– Как Вашему Величеству уже известно… его действия и слова не всегда совпадают.

Королева радостно улыбнулась словам Селены:

– Она довольно смелая и симпатичная. Герцог, эта дама – Ваша партнёрша на банкете, не так ли?

– Верно.

– Ты не можешь быть такой в светском кругу. Если ты будешь делать это, тебя по-настоящему зарежут, – с улыбкой сказала Королева, но улыбка Селены исчезла при её словах:

– Вы собираетесь убить меня?

– Я склонна не заходить так далеко.

У Селены пересохло в горле:

– Тогда, кто бы это сделал? – Селена встретилась взглядом с Королевой.

Мария улыбалась, но её глаза были пугающе страшными:

– Я не знаю. Возможно, больше, чем один или два человека?

– …

Королева встала, всё ещё улыбаясь застывшей Селене:

– Кажется, я слишком долго беспокоила больного человека. Я вернусь, когда я услышу, что Вам лучше.

– Пожалуйста, будьте осторожны.

Королева исчезла так же быстро, как и ворвалась ранее. Селена была слишком озадачена, чтобы понять, был ли этот безумный разговор реальным или нет.

– …у Вас, кажется, есть что-то на уме, верно?

– Да.

– Королева, похоже, не виновата. Если это её истинное «я», не кажется ли Вам, что она больше из тех, кто готов двигаться дальше? В противном случае, думаю, что я бы увидела её насквозь, если бы она была замешана.

– Верно.

«Это правдоподобно. Королева убедила Ирэль, которая ранее была тихой леди, не сидеть рядом с Кальционом, а теперь хочет убрать меня с дороги.»

– …а?

«Почему она не сделала это косвенно?

Разве она не могла сказать это прямо?

Но подтвердить это невозможно. Если бы Ирэль и Королева поговорили, это было бы на приёме, и, естественно, Кальцион не узнал бы об этом.

В заключение, их помолвка была помолвкой по расчёту, без капли любви. Даже если смотреть на это со всех сторон, скромные условия жизни Ирэль были высмеяны и подвергнуты издевательствам… Поэтому причина её смерти заключается в том, что она была леди, которая сидела рядом с Кальционом, Герцогом Ренберд.

Допустим, они действительно поговорили. Если это так, то слышала ли она тогда что-нибудь от Королевы?

Плакали ли Ирэль, потому что её гордость была задета или она просто притворялась? Поскольку я не знаю Ирэль лично, я не могу понять, что из этих двух вариантов правда.

Единственное, что мне ясно, так это то, что внимание Королевы, скорее всего, было значительным бременем для Ирэль.

Могли ли она продолжать жить нормальной жизнью, услышав объявление войны от Королевы? Была ли она всё ещё настроена выйти замуж за Герцога, несмотря на присутствие Королевы? Если причиной смерти Ирэль действительно является самоубийство, то Королева тоже была бы преступницей.»

– Вы уверены, что Ирэль была убита?

– Я был уверен в этом с самого начала. Сама рана была слишком ровной, чтобы быть нанесённой ею самой.

«И всё же это странно.»

– Я ещё не вошла в светский круг, но уже начинаю чувствовать то, что могла бы чувствовать она. Я не думаю, что это не то дело, когда она действовала кому-то на нервы, и они убили её, чтобы стереть с картины.

– Ты хочешь сказать, что велика вероятность того, что она покончила с собой?

– Это то, что продолжает меня беспокоить.

Вместо того, чтобы слепо отрицать слова Селены, Кальцион поднялся:

– Тогда позволь мне показать тебе комнату Ирэль. Возможно, ты поймёшь кое-что ещё, когда увидишь её своими глазами.

– Сейчас?

– Сейчас, – Кальцион протянул руку.

Селена глубоко вздохнула, прежде чем вложить свою руку в его ладонь.

*****

Комната Ирэль находилась в противоположной стороне коридора второго этажа. Возле входа в широкий холл лестница раздваивалась в обе стороны.

Комната слева принадлежала Кальциону, в то время как комната, расположенная справа, принадлежала Ирэль. Даже для пары структура особняка свидетельствовал о том, что один ценит частную жизнь другого.

Кроме того, у этого особняка была одна особенность. Здесь был пост, соединяющий сад с концов второго этажа. Не с концом коридора Кальциона, а с другим.

– Кто построил этот мост?

Селене было просто любопытно, но её вопрос заставил Кальциона горько улыбнуться:

– Моя мать. Предыдущая Герцогиня, должно быть, заказала его строительство, поскольку она говорила, что в столице слишком душно.

– Её Светлость могла просто выйти прогуляться. Она была слишком ленива, чтобы спуститься по лестнице?

– Ну… возможно, были времена, когда для этого было слишком поздно. Если нет, то, возможно, Герцогиня просто не хотела выделяться.

– …ах, – Селена сразу же всё поняла.

«Если бы она открыто спустилась по лестнице, её местоположение было бы известно. Этот мост является проходом, которым она могла воспользоваться, чтобы выходить из особняка незамеченной людьми.

Поздно ночью Герцогине приходилось избегать людских глаз, чтобы покинуть особняк. Причина могла быть только одна. Увидеть кого-то, с кем ей не следовало встречаться.

Даже если никто не пытался поговорить об этом, они, вероятно, знали причину. Даже Кальцион, как известно, равнодушен к чужим делам.

Но как предыдущий Герцог мог позволить Герцогине построить мост, чтобы завести роман с другим мужчиной?»

– Как Герцогине удалось получить разрешение?

– Поскольку у моей матери уже был я, она уже выполнила свой долг Герцогини, в то время как мой отец был обязан сделать её место Герцогини как можно более удобным.

Услышав сухие объяснения, Селена посмотрела на Кальциона, но на его лице не было никакого выражения:

– Казалось ли это нормальным с точки зрения её сына?

– Независимо от того, было ли это хорошо или нет, это не было проблемой.

– Но они всё ещё были женаты.

– Так живут большинство благородных пар.

То, что Селена собиралась сказать, вернулось обратно.

Ей казалось странным, что Кальцион сказал, что это не проблема, не потому, что так жили его родители, а потому что так жили большинство благородных пар. Несмотря на то, что ей было любопытно услышать его ответ, сейчас Селена не могла настаивать на продолжении их разговора о проблеме его родителей, когда всё стало настолько неловко.

Кальцион направился к двери в конце коридора. Там было две комнаты. Мужчина подошёл к двери, которая была немного больше и ярче, чем другая.

– Для чего нужна комната по соседству?

В комнате в конце коридора было исключительно узкое пространство между комнатами, в сравнении с другими коридорами, которые видела Селена.

– Это была комната фрейлины… но теперь её использует Миссис Джанет.

– Даже в тот период времени, когда Ирэль была здесь?

– Да.

– До ‘того’ дня?

Кальцион, который понял, что она имел в виду, посмотрел на Селену, прежде чем открыть дверь в большую и красочную комнату.

– В то время, когда Ирэль была убита, Миссис Джанет сказала, что она крепко спала и ничего не слышала.

Бам.

Дверь за ними закрылась.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 58

Глава 58.

Стоя возле дверей, Селена внимательно оглядела комнату.

По размеру она была чем-то похожа на комнату Кальциона, но узоры на обоях и цвет мебели были совершенно другими. Всё было немного ярче и красочнее.

– Была ли и эта комната сделана в соответствии с предпочтением Вашей матери?

– Возможно. Я слышал, что Ирэль добавила несколько предметов, но большая часть мебели принадлежала матери.

– Кажется, я вижу, каким человеком она была раньше. Великолепная, жадная и ищущая внимания.

– Действительно, так оно и было, – усмехнувшись, согласился Кальцион.

Эта комната, в которую он почти не имел доступа даже в юности, оставалась незанятой после занятости Ирэль. Настолько, что в первый раз за последние годы Кальцион снова посетил эту комнату утром, когда услышал о несчастном случае, однако даже тогда у него не было времени посмотреть, как выглядит всё внутри.

– Ирэль лежала в середине кровати, – Кальцион начал восстанавливать в памяти события того дня. – На ней было платье, которая она должна была надеть на церемонию помолвки на следующий день и ровные тонкие порезы, идущие от запястий до локтя. Я не мог как следует рассмотреть комнату, потому что всё вокруг уже было пропитано кровью…

«Предполагалось, что этой комнатой будет пользоваться кто-то другой? Пятна крови бесследно удалены, а простыни заменены.»

– Окна были закрыты, а дверь заперта изнутри. Если открыть её не из комнаты, единственный способ войти сюда – это пройти через комнату миссис Джанет… – Кальцион указал на дверь на одной из стен комнаты.

В комнате фрейлины обязательно должна была быть дверь в комнату её хозяйки, необходимая для любых ночных нужд.

– Даже дверь миссис Джанет была заперта в тот день, поэтому злоумышленник не мог войти через соседнюю дверь.

– Тогда, есть ли у Вас кто-то, кого можно подозревать, раз это была не Миссис Джанет?

«Кальцион с самого начала не хочет включать Миссис Джанет в список подозреваемых. Даже несмотря на то, что она ближе всех к тому, чтобы быть убийцей.»

– Есть ли причина, по которой Миссис Джанет могла убить её?

– Возможно, статус и репутация Ирэль не соответствовали дому Ренберд, поэтому она скорее... – голос Селены затих, когда она поняла.

«Если бы убийство назначенной невесты Ренберд произошло для того, чтобы защитить честь семьи Ренберд, это также навлекло бы на семью позор. В этом нет никакого смысла.»

– И, к тому же, Миссис Джанет не настолько глупа, чтобы думать, что её не заподозрят. Даже если я и подозреваю, что это было убийство, как бы я на него не смотрел, Ирэль, казалось, была одна в полностью замкнутом пространстве.

«По словам Кальциона, Ирэль получила эти раны не случайно. Скорее всего, она спокойно наблюдала, как совершается это.»

– Но разве это также не странно? Если бы кто-то действительно убивал её, она не смогла бы оставаться спокойной, видя, как кто-то ранит её запястья.

– И правда, это странно.

«Это кажется всё более сложным. Причина смерти Ирэль до сих пор остаётся неясной. Такое ощущение, что мы оказались в ловушке посреди лабиринта, далеко от истины.»

– Однако раны, которые были на ней, не были чем-то таким, что могла нанести себе женщина, которая никогда не держала в руках оружие.

– Если только она не отвела глаза, когда её запястья охватила боль, и не обладала смехотворно сильной волей. Разве это не то, что ты можешь сделать, если у тебя достаточно решимости?

И Селена, и Кальцион уставились на свои предплечья. Вот только ни один из них не мог представить себя делающим это.

Естественно, Селене было не трудно представить себе самоубийство. Были времена, когда она пыталась сделать это в прошлом, но каждый раз Селена отступала при мысли, что её сердце не выдержит этой боли.

«Если её не убили, то что так беспокоило Ирэль, что она не смогла занять мысль Герцогини и жить богатой жизни?»

– Что, если она так устала, что стала достаточно решительной, чтобы причинить себе вред?

Кальцион посмотрел на Селену.

– Возможно, Ирэль и правда причинила себе боль, но что, если кто-то подтолкнул её к этом?

– …

– Тогда они были бы виновными?

– Конечно, – без колебаний ответил Кальцион.

– Даже если это не просто один человек, а больше, если это все люди, которых она встречала? Включая тех, кто не протянул ей руку помощи и остался в качестве наблюдателей?

– Даже они.

– Даже те, кто не знал о ней тогда?

– …

Их взгляды резко встретились, что заставило Кальциона увидеть в Селене Ирэль.

Единственная причина, по которой он был в ярости, заключалась в том, что его невеста была убита в его собственном особняке перед церемонией их помолвки.

Кальцион ничего не знал о ней, о том, кто был настоящей жертвой, а также о том, в какой ситуации Ирэль находилась или каково было её эмоциональное состояние.

– …я был таким же грешником, – тщетно пробормотал Кальцион. – Она должна была стать моей женой, а не кем-то другим. Верно, я ничего не знал. Я был небрежен.

Кальцион охотно признавал свои ошибки.

Если бы Ирэль не умерла, он не посчитал бы свои собственные ошибки преступлением. То же самое было бы с его родителями и многими другими аристократами, которые топтали слабых и оставались наблюдателями. Кальцион следует только тому, во что верит общество.

Но если такая вера привела человека по имени Ирэль к самопожертвованию, то его чрезмерное безразличие также было грехом. Кальцион определённо ощутил себя ответственным, когда взгляд Селены, устремлённый на него, в конце концов пронзил его сердце.

– Как ты пришла к этому?

На его вопрос Селена медленно моргнула несколько раз, словно только что пришла в себя. Одно мгновение её глаза, которые всего секунду назад казались мёртвыми, вновь стали живыми и обрели твёрдость, как и обычно.

– Что? Ох, ха-ха, я и не подозревала, что так погружусь в том, что могла чувствовать Ирэль, – взволнованная, с улыбкой пробормотала Селена.

Казалось, что она бессознательно сочувствовала Ирэль и это было непросто, когда она думала о себе как об Ирэль и о том, что она могла бы чувствовать.

Кальцион высказал мысль, пришедшую ему в голову:

– Ты когда-нибудь испытывала нечто подобное?

– …насколько я знаю, нет, – неопределённо ответила Селена.

– Я не заставляю тебя отвечать. Это была просто мысль.

– Если это так, Вы дадите мне утешительный подарок, если я отвечу?

– Всё необходимое.

– У меня уже есть всё, что мне нужно… – Селена, которая с улыбкой отказалась, вновь, словно в трансе, взглянула на кровать. – Разве это не случается с человеком хотя бы раз? Примером может служить момент, когда я пришла к тому, что начала думать: “Я не думаю, что мир видит во мне что-то особенное, скорее, он, кажется, ненавидит меня. Если это так, то не лучше ли было бы, если бы я исчезла, ведь мне всё равно не для чего жить?”. Многие люди могут думать подобным образом.

– Кто заставил тебя так думать и зайти так далеко, чтобы подумать о том, чтобы причинить себе вред?

– Эм… Трудно сказать, кто несёт за это ответственность. То же самое и с Ирэль. Незнакомец, который даже не знает моего имени, прошёл бы мимо, ругаясь на языке, о котором я даже никогда не слышала, и обо мне поползли бы слухи с кем-то, кого я даже никогда не встречала. Разве подобная ситуация не повлияет напрямую на психическое здоровье человека и, возможно, даже снизит его волю к жизни?

Когда ей напомнили о прежних временах, Селена вспомнила, что это была жизнь, полная взлётов и падений, что заставило её рассеянно улыбнуться.

– Всё это в прошлом. После стольких испытаний я наконец смогла стать великой актрисой, любимой всем миром, – легко пробормотала Селена.

Однако лицо Кальциона омрачилось ещё сильнее, когда он услышал её ответ:

– Тебе не придётся сталкиваться ни с какими страданиями в этом мире.

– Тогда что я, по-Вашему, должна буду делать?

– Ты можешь рассказать мне. Я не вижу причин для того, чтобы ты что-то скрывала.

– Если я не скажу тебе, Вы накажете меня?

– Накажу?

– …тогда, Вы сделаете что-нибудь похуже этого?

Кальцион не мог ответить на это.

– …? – улыбка, которая была у Селены не так давно, исчезла с её лица. – Подождите, почему Вы ничего не говорите? Означает ли это то, что есть что-то худшее, что Вы можете придумать, чтобы сделать со мной? Вы собираетесь убить меня?

– Я не знаю.

Было бы более подозрительно, если бы Кальцион сменил тему без всякой причины. Это бы означало, что если бы Селена допустила ошибку, он убил бы её.

– Тогда почему Вы не отвечаете? Это странно. Подозрительно.

– Убийство людей – это не то, чем можно хвастаться.

Рот Селены широко открылся:

– …ты серьёзно?

– В этом нет причин для гордости. Даже при конфликтах между территориями, которые приводят к сражениям. Мы ничего не можем поделать с теми, кого каждый раз приносят в жертву из-за конфликта.

– Ах… в этом нет ничего противозаконного.

– К счастью, я могу угрожать тем, кто меня раздражает.

Судя по тому, как на его губах появилась редкая довольная улыбка, Кальцион, казалось, вспомнил лица тех, кому он угрожал.

Селена, которая посочувствовала его жертвам, которых она даже не знала, внезапно поняла, что она была одной из тех людей.

*****

На следующий день с Селеной связался бутик “Диаттэ”.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 59

Глава 59.

<Мы приносим глубочайшие извинения за то, что сообщаем это. Из-за ошибки в подгонке выбранных Вами платьев мы не можем осуществить доставку. Пожалуйста, подумайте о том, чтобы ещё раз посетить нас.>

Селена наклонила голову, читая записку из бутика Диаттэ. Это была не самая приятная новость, которую хотелось получить во время завтрака.

– Хотите посмотреть? – Селена передала записку Кальциону, который завтракал рядом с ней. По тону девушки было неясно, стала ли она чувствительной или просто была в плохом настроении.

Кальцион отложил столовые приборы и взял записку. Вскоре после этого его брови нахмурились:

– Это грубо.

Реакция Герцога была краткой. Словно там больше не на что было смотреть, Кальцион выбросил записку на стол, предварительно с силой скомкав её.

– Разве это не грубо?

– Они попросили меня навестить их. Так, словно бы им слишком сложно лично прибыть в особняк.

Чем дольше Селена смотрела на него, тем сильнее хмурился Кальцион. Он начинал раздражаться.

– Они могли прийти сюда за деньгами, но внезапно передумали.

– Я дал слишком мало денег?

– Я так не думаю…

«Не ожидала, что смогу купить лишь одно платье за счёт имени Ренберд.»

– Боюсь, кто-то стоит за этим.

«Они могут быть небрежны до тех пор, пока покупатель не посетит магазин лично.»

Кальцион посмотрел на Селену, собираясь заговорить, но она опередила его:

– Если слух о моём визите распространится завтра и я стану темой для сплетен, разве я не должна воспользоваться этой возможностью?

«Уверена, меня ждёт отвратительная битва,» – у Селены пропал аппетит. «Я должна воспользоваться шансом наткнуться на каждое место и запутать ситуацию, чтобы установить связи.»

Едва закончив трапезу, Селена вскочила со своего места:

– Пойду собираться.

Когда она вышла из столовой, Джуна, которая ждала возле дверей, быстро догнала её:

– Куда мы пойдём сегодня?

«Джуна не знает о записке Диаттэ. Так, я смогу легко взять инициативу в свои руки.»

– Я должна вернуться в Диаттэ. Произошла ошибка в подгонке моих платьев.

– Ох!.. Ах… как Вы думаете, в этот раз мы сможем занять столик?

– Ну, мне повезёт, если этот столик не будет брошен в меня.

– Что?

Селена оглянулась на Джуну и просто улыбнулась:

– Сегодня я хочу выглядеть прекрасно. Я собираюсь поспешить, чтобы вернуть деньги, поэтому прошу тебя подготовить меня соответствующим образом.

– Ах!.. – горничная сразу поняла, к чему клонила Селена.

«Сильнее любой другой! Умнее всех!

Никаких трудностей.»

*****

Едва Селена вышла из кареты, привратники Диаттэ занервничали. На девушке было смелое платье и агрессивный макияж.

«Судя по количеству гостей, уже присутствующих внутри, они предсказали бурный день.»

Поскольку этот бутик является порогом для социальных сообществ, в нём множество больших и малых конфликтов, которые происходили на протяжении многих лет.

Даже если аристократки изящно размахивали своими веерами, они могли стать опасно жестокими, когда их оскорбляли. Бывали времена, когда им приходилось наносить мазь из каштанов вокруг глаз, чтобы вернуть себе красоту, искажённую стычками.

Именно такое ощущение было у Селены от этой атмосферы. Однако сегодня здесь присутствовала внушительная фигура.

«Но это ещё не конец.»

– Что ты здесь делаешь?

И Селена, и привратники одновременно повернулись к говорившей.

Привратники, ослеплённые появлением Селены, пропустили человека, который появился после неё. Их лица омрачились разочарованием, когда они узнали личность прибывшего.

– А что насчёт тебя? – немедленно ответила Селена. Она говорила небрежно, поскольку между ними никогда не было никаких формальностей.

Несмотря на то, что она первой набросилась на Селену, Фионэль нахмурилась, подходя ближе:

– Вау, у тебя такое мужество. Как ты проделала весь этот путь сюда?

– Это место, которое мне запрещено посещать? Ох, да. Похоже, это место не для людей. Судя по тому, что ты тоже здесь.

Фионэль покачала головой на слова Селены, которая легко отбила её удар. Она выглядела уставшей от этого:

– Ты – сумасшедшая.

– Что?

– Думаю, ты не понимаешь, что тратишь жизнь впустую. Ты ничего не боишься?

Взгляд Селены изменился.

«Слова Фионэль звучат не так угрожающе. Не так, как она говорила ранее.

Она что-то знает,» – сопоставление с разговором, который был у неё с вчера с Кальционом, развеяло сомнения Селены.

«Головоломка включает в себя Фионэль.»

– Я хочу поговорить с тобой.

– Мы и так делаем это!

– Нет, давай поговорить о кое-чём серьёзном и где-нибудь наедине.

– Что? Зачем?

«Я ни за что не могу рассказать об этом здесь. Кстати говоря, я не хочу больше тратить время на бесполезную тарабарщину,» – Селена схватила Фионэль за запястье и потащила за собой.

– А?! Что ты делаешь? Ты сошла с ума?

– Ах, Миледи! – горничная Фионэль попыталась вмешаться, однако Селена оттолкнула её:

– Мы просто собираемся спокойно поговорить, так что, пожалуйста, подожди здесь.

– Н-но!.. – горничная и привратники взволнованно остались на месте, когда Фионэль оттащили в другую сторону от здания.

Добравшись туда, Селена толкнула Фионэль к стене.

– Кья-я-я! – та вскрикнула, словно раненый цыплёнок, когда ударилась спиной о стену.

Однако в глазах Селены не было ни искорки сочувствия. Фионэль, которая как обычно собиралась притвориться раненой, быстро пришла в себя, увидев её лицо:

– Ты!..

– Ты знаешь о смерти Ирэль?

– … я… я догадываюсь, – едва Селена упомянула Ирэль, как Фионэль перестала сопротивляться.

– Вот как.

– …. – Фионэль молчала.

Селена медленно подошла к ней и положила ладонь на стену рядом с головой Фионэль. Её высокая фигура и сверкающие глаза были достаточно угрожающими.

Фионэль знала, что Селена ничего не могла сделать, когда её горничная и привратники были свидетелями, но это напрягло её.

Селена опустила голову на уровень Фионэль и тихо заговорила:

– Я узнала больше, чем раньше. Об Ирэль.

– И?

Селена не ослабила своего доминирования, но это не означало, что Фионэль полностью покорилась.

– Теперь, твои слова прозвучали так, словно ты угрожаешь мне, как будто я могу умереть, как и Ирэль.

– … – дыхание Фионэль стало частым.

– Они говорят, что Ирэль покончила с собой без причины. Но, я думаю, почему же она так поступила?

– …о-откуда мне это знать? Это умерло вместе с ней, – Фионэль не подчинилась, хоть и была в какой-то степени напугана.

Селене хотелось крепче прижать её, но она сомневалась, что из этого рта вырвется хоть одно подходящее слово.

Селена сделала шаг назад. Когда она убрала руку со стены, Фионэль тут же сбежала через найденную ею брешь.

«Я всё равно войду в светское общество. Здесь нет ничего срочного. Фионэль знает цену, поэтому мне остаётся лишь найти способ заставить её рассказать мне эту историю в будущем.»

– Послушай, – Фионэль, которая бежала к дверям бутика, остановилась и оглянулась.

Селена неподвижно стояла на своём месте. Фионэль надула губы и заговорила о неожиданном:

– Фионэль искренне относится к Его Превосходительству.

– И что?

– Ты не такая.

– И?

«Предполагалось, что я с самого начала должна была ‘соблазнить’ Кальциона и сыграть его ‘любовницу’, но моя влюблённость не входила в рассматриваемые рамки. Скорее, это Кальциону нужно сыграть влюблённость в меня.»

– Серьёзно, такая ты или нет, тот факт, что Герцог мой, остаётся неизменным.

«Что такого важного в этом? Кальциона всегда видят лишь со мной.»

– Ты – сука! – в конце концов, Фионэль взорвалась.

Вот только подобные ругательства не раздражали Селену.

– В моих глазах ты – сука, которой наплевать на Его Превосходительство, у которого уже есть я!

– Если посмотреть на это, разве глупо разрывать любовника партнёра на части из-за ревности, вместо того, кто соблазнил другого? Первые не должны быть слабыми, если только в их натуре не заложено соблазнение всех подряд.

Фионэль, ещё больше разъярившись, потому что не могла поспорить, огрызнулась, топая ногой:

– Я не плохая, я хорошая! Ты увидишь это!

После этого девушка сбежала в бутик. Селена же лишь пожала плечами:

– …и как понимать?

«Фионэль исчезла через несколько секунд после того, как ей угрожали. Её добродушие сомнительно, но я знаю, что есть кто-то хуже неё, кто спокойно разгуливает по светскому обществу.

…постойте,» – когда Селена сделала шаг назад к бутику, внезапная мысль пришла ей в голову.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 60

Глава 60.

«Она сказала, что искренна с Герцогом и у неё есть веская причина…» – отчего-то сказанное столь грубо натолкнуло Селену на множество мыслей.

«Она хочет сказать, что проблемой может быть неискренность?

Я в замешательстве,» – Селена задалась вопросом, было ли это из-за её моральных недостатков, однако…

«Фионэль?

Это не вписывается в общую картину,» – Селена покачала головой и отложила эти мысли на другой раз.

«Если это касается меня…

Каковы критерии для упоминания о том, что она не хочет причинять вреда?

Что, если она знает, что это сделали другие?

Возможно, она не может сказать это уверенно,» – Селена издалека посмотрела на дверь бутика.

«Хоть это всего лишь вход в бутик одежды, это также вход в небольшое общество. Побудить меня вернуться туда означает, что в его стенах что-то планируется.

Это похоже на бремя – безрассудно входить в бутик, ничего не зная.

Однако это не означает, что я могу избежать этого. Если бы это было моё личное дело, я смогла бы сделать это, но я проникаю в светское общество за информацией.

Ругань и проклятия, которые я получу здесь… будут от тех, кто меня даже не знает,» – Селена глубоко вздохнула, повторяя это про себя.

«Даже если бы это была критика моей работы, я бы не стала цепляться за неё всю жизнь.»

Дзынь-дзинь.

Как только Селена вошла, голоса заколебались, словно вода в бутылке. Селена спокойно огляделась и обнаружила хозяйку, стоящую у входа.

– Ах, Вы здесь! – та тут же бросилась к Селене. – Вы, должно быть, были очень удивлены внезапным посланием, но мы обнаружили это поздно… Пожалуйста, простите меня. Благодарю, что снова посетили нас.

«Что-то в её постоянных поклонах не так. Ей не следовало звать меня, если она собирается так извиняться.»

– Ох, боже, что это такое? Она набросилась на кого-то ниже себя, как только вошла в бутик? – раздался голос от одного из столиков.

Он прозвучал как шёпот, но все в бутике услышали его.

Когда взгляд Селены метнулся к источнику шёпота, он резко оборвался. Она даже не смогла найти говорившего.

– Я глубоко извиняюсь. К сожалению, у нас много посетителей… Но я благодарна Вам за то, что Вы поняли и позаботились о том, чтобы навестить нас.

Селена улыбнулась:

– Мне понравилось ходить по магазинам, когда я приезжала сюда в последний раз, поэтому я хотела снова посетить вас. Из всех вещей Герцог всегда на моей стороне. Видите ли, когда он услышал об этом, он очень разозлился и сказал, что с Вашей стороны было крайне невежливо просить меня прийти лично.

Селена не истерила. Они предоставили повод, а она великодушно приняла его.

– Держу пари, она жаловалась занятому Его Превосходительству, потому что не могла справиться с такими тривиальными вещами самостоятельно.

Стрела всё ещё была нацелена на Селену.

Селена усмехнулась.

«Неужели здесь может быть так скучно?» – она внимательно оглядела один стол за другим. Некоторые опускали глаза, а некоторые вопросительно смотрели на неё в ответ.

Один из этих взглядов был ей знаком.

«Она?»

Это была Розалин.

Она изящно потягивала чай, безразличным взглядом смотря на картину, висевшую на стене.

Когда взгляд Селены достиг Розалин, та повернулась, чтобы встретиться с ней взглядом, но даже из вежливости не улыбнулась:

– Посмотрите на свою улыбку, она такая вульгарная.

– Вот как выглядит твоя столичная форма. Похожа на тело, которое должно стать игрушкой для мужчины, чтобы родить ребёнка, не так ли?

– Ты выглядишь так, даже если стоишь неподвижно. Итак, сколько поз ты пробуешь за ночь?

Ругательства посыпались, словно дождь. Слова Селены были такими же вульгарными, как и у Розалин.

Сотрудники бутика, включая хозяйку, хранили гробовое молчание, никто не пытался вмешаться в ситуацию.

Селена проигнорировала Розалин и повернулась к хозяйке бутика:

– Похоже, что ваших клиентов стало больше с прошлого раза. Это происходит всегда?

– Кажется, сегодня их немного больше, чем обычно.

– Возможно, именно по этой причине здесь шумнее, чем в прошлый раз. Я слышу самые разные звуки.

«Даже если цель кричит во всю глотку, её голос будет заглушён при нападении большой группы. Люди, которые ненавидят одного и того же человека, не станут слушать никаких оправданий. Даже слова, произнесённые в защиту, станут спорными.»

– В зависимости от того, как ты принимаешь советы для себя, твой характер может измениться. Разве идиоты не пользуются масками лиц, думая, что они выглядят лучше всех?

– Хах, упакуйте. Мило.

«Поэтому лучше отшучиваться, чем внимательно выслушивать эти обвинения.»

Женщина, которая только что говорила, упокоилась, когда Селена пробормотала свой комментарий.

«В тот момент, когда они поймут, что их атаки не причиняют вреда, их оружие исчезнет. С другой стороны, несмотря на внутреннюю боль, скромная жертва станет сильнее.»

Селена спокойно подошла к Розалин, которая лишь молча смотрела на неё.

Группы людей за столиками одна за другой прекращали сплетничать, когда Селена подходила ближе.

– Разве это не было так давно?

Розалин изящно улыбнулась, словно вокруг неё расцветали цветы:

– Мы достаточно близки, чтобы здороваться?

Однако реакция, которую показала Селена, была не очень благоухающей.

– Мы всё ещё рядом, – слова Селены были изящны, но в них скрывались шипы. – Я предполагала, что ты почувствуешь нежность от моего приветствия.

– Ненавижу каламбуры. Я не настолько свободна.

– Ты хочешь сказать, что недостаточно свободна, чтобы разговаривать с такой простолюдинкой, как я, не так ли?

Взгляд Розалин дрогнул от смущения.

Однако с ней было не так-то просто сладить. Боевой дух Розалин, доминировавший в её круге общения, не исчез лишь потому, что она однажды проиграла.

– Если ты уже в курсе, не лучше ли тебе быть осторожной со своими словами?

«Грубо, но сказано довольно изящно.

Если бы это была Ирэль, она могла возжелать смерти из-за этого.

Трудно поверить, что Ирэль могла справиться с подобными людьми.

Я тоже не была такой сильной с самого начала. Когда я была юна, меня много раз подставляли, и после того, как я начала идти по пути актёрства, я постоянно оказывалась втянута в сражения и фракции, изо всех сил пытаясь выжить. Было ещё множество вещей, которые заставляли меня плакать, когда я думала о них.

Но что насчёт Ирэль, которая жила простой и спокойной жизнью, а потом оказалась внезапно в травмирующей обстановке?

У меня есть цель. Чтобы найти преступника, ответственного за смерть Ирэль, у меня нет причин поддаваться их холодности, поскольку это лишь процесс выяснения того, как к Ирэль относились в светском обществе.

Но что, если Ирэль хотела быть заметной и зарекомендовала себя как Герцогиня? Должно быть, она была очень растеряна. Нет, скорее всего, она была напугана.

Поступая так, не поддалась ли она внезапному инстинкту сразиться с сотней сук? Ссоры также являются сражениями. Борьба заключается в умениях и выносливости. Не похоже, чтобы Ирэль родилась с ними, и у неё нигде не было возможности отточить свои навыки.

Разразилась бы она слезами? Возможно, ей оставалось лишь поберечь свою гордость. Однако нетрудно представить, как всё её тело дрожит от стыда, а разум становится пустым.

Они хотели насытиться избиением такого человека?» – Селена холодно улыбнулась, в дополнение к ледяному взгляду, что был у неё:

– Если вы не знаете, какими должны быть манеры, вы не поймёте, даже если я дам вам подсказку, – вмешалась девушка, сидевшая рядом с Розалин.

За ней последовали и другие люди.

– Она действительно выглядит поверхностной. Есть ли смысл какого-то воздействия?

– Некоторые люди рождаются с этим, но они приобретают выражения лиц. Можно увидеть, чего они добиваются.

Проклятия носились в воздухе, как насекомые.

«Возможно, из-за того, что в этом мире существует система статуса, каждый высказывает своё мнение против одного человека с низким статусом. Обычно, когда один что-то говорит, остальные молчат ради сочувствия, но здесь они рвутся вместе с равными ударами,» – Селена стиснула челюсти.

«Злобные ублюдки.»

Ей хотелось перевернуть их столы. Эти люди критиковали других самым подлым из возможных способов. Они понимали, что так будет больнее всего и нарочно делали это.

«Происхождение человека. Это нельзя изменить, даже если постараться.

Это проклятия, адресованные мне самой. Я могу просто отказаться от своего статуса, но моё поведение – лишь моё, независимо от того, являюсь ли я Селеной или Сеолин.»

– Ха… – пальцы Селены были так крепко сжаты в кулаки, что суставы начинали неметь. Её ногти вонзались в ладони, и она едва сдерживала желание проявить свои физические навыки.

– Очевидно, что Его Превосходительство не в курсе мирских дел. Его вообще не интересуют женщины.

– Должно быть, ей было легко окрутить его. Ей повезло найти такое Герцогство, чтобы жить в мире, в то время как Его Превосходительство был слишком занят, чтобы быть осторожным.

Точно так же, как поднималось русло реки, чтобы затопить мост после сильного ливня, речь людей взлетела до небес.

«В последний раз, когда я приходила сюда, я была весёлой, но сегодня это не сработает. Кроме того, здесь слишком много ртов, с которыми нужно иметь дело. У меня нет времени разбираться с каждым из них.

Иногда приходится справляться с проблемами физически. Спор необязательно должен заканчиваться настоящим насилием. В конце концов, сильным окажется тот, кто сумеет подчинить себе других любыми способами,» – Селена схватила подол своего платья.

«Пришло время принять решение и убить их один за другим.»

– Что здесь происходит?

Позади неё засвистел ледяной ветер.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 61

Глава 61.

В бутике внезапно воцарилась тишина.

Селена медленно повернула голову. Она не слышала, как открылась дверь, но Кальцион стоял посреди дверного проёма, смотря на присутствующих.

С угрожающим выражением в глазах.

Его пристальный взгляд, словно лезвие, врезался в замёрзшие духи присутствующих. Их лица побледнели, и они опустили головы, как будто приговорённые к смертной казни.

– Кажется, я услышал то, чего не должен был слышать, – шаги Кальциона отдались эхом, когда он шагнул вперёд.

Люди шарахнулись бы назад, если бы не сидели на стульях.

– Мне стало скучно, поэтому я решил проследить за ней, и вот что я увидел.

– …Ваше Превосходительство, – дрожа, хозяйка бутика упала на пол.

Кальциону даже не было бы стыдно наступить на подобного червяка, как она.

– Леди Селена – гостья Герцогства Ренберд. Я сам пригласил её. Если вы знаете её, разве не знаете и этого?

Никто не ответил. Поэтому Кальцион повернулся к Розалин:

– Я думал, ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой. Нет?

– Ваше Превосходительство никогда не представляли её как гостью. Поэтому у меня не было другого выбора, кроме как воспринимать её как женщину Его Превосходительства. Всё, что я знаю, это то, что она простолюдинка, поэтому разве наш поступок не был очевиден? – решительно защищалась Розалин. – Начал ли Ваше Превосходительство любить кого-то намного ниже его по статусу или же подцепил проститутку, чтобы согреть свою постель?

Она нарочно употребляла эти слова. Когда Розалин закончила, кто-то саркастично рассмеялся даже в этой ледяной атмосфере.

– Её отец, должно быть, очень великодушен, раз его дочь проститутка, – ухмыльнулась Розалин. – Потому что мой не такой.

Однако Кальцион не собирался слушать её. Как и в случае в Ренберде, он не проиграл провокации Розалин. Он сталкивался с её отцом, Маркизом Тойланом, с выпадами, которые раскрывали частную жизнь отца Розалин.

Все знали о беспорядочной личной жизни маркиза Тойлана, но это было табу, которое нельзя было выражать словами.

Улыбка медленно сползла с лица Розалин, когда Кальцион заговорил:

– Даже если бы я воспитал проститутку, она моя и принадлежит Ренберду. Зачем кусать её, как тебе хочется? Она принадлежит мне.

И Кальцион был прав. Независимо от такого, насколько низкого ранга был человек, как только он принадлежал определённой семье, другие не имели права относиться к нему небрежно.

Людям больше нечего было ожидать, так как Селена просто искала способ войти в светское общество.

Другая причина заключалась в том, что у неё были манеры, равные манерам благородной молодой леди. Судя по всему, Селена казалась молодой леди, пытающейся дебютировать в светском обществе, поэтому они думали, что она действует нарочно, пытаясь сделать себе имя.

Если бы Селене не разрешили войти в светское общество из-за её происхождения из Герцогства, она вообще не должна была бы ничего предпринимать.

Однако сейчас было слишком поздно возвращаться.

– И отвечая на твой вопрос, я привёл Селену не с намерением согреть мою постель. Я отношусь к ней серьёзно. Поэтому тебе лучше относиться к ней так же важно, как и к любой другой, – закончив свою речь, Кальцион обнял Селену за плечо и отвернулся.

Растерянная от его внезапного появления, Селена шла рядом. За дверью бутика их ждал экипаж Кальциона.

– Подожди, как…

– Залезай первой.

Кальцион отпустил Селену, прежде чем сесть напротив неё. Поскольку он не сказал, куда направляться, экипаж оставался на месте.

Герцог посмотрел на Селену с недовольным выражением во взгляде. Хоть этих назойливых людей перед ним больше не было, глаза Кальциона всё ещё были прищурены.

«Я благодарна ему за то, что он пришёл мне на помощь, но я не понимаю, что сделала не так. У него нет причин так смотреть на меня.»

– Почему Вы злитесь?

– Я злюсь? – вместо ответа это прозвучало как вопрос, да и тон Кальциона был не самым приятным. – Нет, я больше не злюсь.

– Выглядит так, словно это неправда.

– Всё так, как я говорю.

– Хм.

Это звучало как каламбур, но было правдой. Несмотря на то, что голос Кальциона звучал сердито, эта злость была направлена не на Селену.

– Почему мне кажется, что Вы злитесь на меня?

– Я не злюсь на тебя.

– Тогда почему Вы злитесь?

Кальцион тяжело вздохнул, словно разъярённый бык:

– Я видел, как они обращались с тобой. Как я могу не злиться?

И это было правдой.

– Записка, которую ты получила утром, была дерзкой. И ты с самого начала выглядела нервной.

«Я думала, что справлюсь с этим, но, возможно, в какой-то момент занервничала. Удивлена, что Кальцион заметил это. Неужели я начала быть самой собой лишь потому, что начала жить в мире без камер?»

– Ты пришла сюда, зная, что это произойдёт?

– Просто примерно представляла.

– Я уверен, что говорил это и вчера. Больше не терпи их жестокое обращение.

– Я и не собиралась. Я как раз собиралась померяться ролями, когда вошёл Герцог.

– Ты не устала от всего этого ужасного шума? Ты пришла сюда, зная, что тебе придётся это услышать.

– Это… Так я могла войти в светское общество. В результате конфликта.

– Ты не обязана этого делать.

Селена была застигнута врасплох:

– Что Вы имеете в виду?.. Причина, по которой я здесь – найти убийцу Ирэль. Если я не смогу этого добиться, то, по крайней мере, Герцог должен знать, что произошло, чтобы он мог разобраться в этом деле.

– Но с тобой не нужно обращаться так же, как с Ирэль. Кроме того, ты и Ирэль – две разные личности. Поэтому найди другой способ слиться с толпой.

«Хоть наличие единственной связи с Кальционом без сильной поддержи является тем же путём, но я и Ирэль существенно разные. Нет никакой гарантии, что информация может быть собрана лишь по маршруту, по которому следовала Ирэль…»

– Другой…

– Я не хочу, чтобы кто-то, кто принадлежит мне, страдал от унижения в местах, где меня нет. Сбор информации с помощью светских мероприятий – это следующий шаг.

– Но Ирэль была…

– Разве это не было ясно из предыдущего покушения на убийство? Им всё равно, что ты за человек. Они будут действовать лишь на основании того факта, что ты моя женщина.

В начале Кальцион хотел, чтобы Селена сыграла роль ‘злодейки’, поэтому она перепробовала всё, чтобы выставить себя злодейкой в светском обществе.

Однако, когда она собиралась вмешаться, общество определило существование Селены как определение зла. В их глазах её усилия казались ‘упрямыми усилиями, чтобы изменить это убеждение’.

Даже если Селена с самого начала проявляла пессимистические мысли, но при этом совершала благие намерения, изменить свою оценку в глазах других было трудно. Скорее, даже её привлекательная внешность вводила в заблуждение.

– Будь самой собой, – попросил Селену Кальцион. – Это моя вторая попытка поймать преступника. Я не хочу, чтобы ещё один человек стал жертвой под именем Ренберд.

Селена чувствовала себя так, словно ей сдавили горло.

[– Все замолкают, когда ты улыбаешься. Будь проклят твой характер.

– Твоя роль – улыбаться. Быть цветком. Не кусай окружающих тебя людей. Ты когда-нибудь видела, как цветы кусают людей?]

Горькие воспоминания из прошлого нахлынули на неё.

«Кальцион попросил меня быть самой собой. Никто никогда не говорил мне этого.

Разве не нечестно говорить, что самая отчаянная тема для сплетен касается жизни людей?» – сдерживая слезы, Селена проглотила комок в горле и опустила голову.

Лишь тогда она поняла, что борется изо всех сил.

«Можно привыкнуть к тому, что тебя бьют, но это не значит, что это совсем перестанет причинять тебе вред. Боль не исчезает, а накапливается где-то. Можно не почувствовать сразу, но в конечном итоге это повлияет на твой разум и поведение.

Говорят, что боль заставляет человека становиться резким и холодным. Отсутствие боли означает, что жертва не будет рефлекторно атаковать.

В конце концов, это боль, которую я бы забыла, если бы выиграла в споре. Даже если бы это означало перевернуть всё с ног на голову.

Хоть Кальцион с самого начала сказал, что мне не нужно идти туда, где я рискую получить травму.

Причина, по которой он сказал так, могла заключаться в том, чтобы избежать ещё одной проблемы, возникающей с именем Ренберд…

…но, похоже, он говорил это ради меня.»

Однако разум Селены продолжал пытаться интерпретировать это так, как она хотела.

«Он нанял меня. Он лишь говорит мне, чтобы я не облажалась…»

Селена попыталась найти утешение, но её разум был переполнен множеством мыслей.

Как бы она ни притворялась, что это ложь, Селена больше не могла сдерживать слёзы.

Не в силах поднять голову из-за страха, что её увидят другие, Селена не моргала, боясь, что слёзы упадут на её колени.

Однако в этот момент Кальцион протянул руки и заключил её в объятия.

– !!! – удивлённая, Селена попыталась вывернуться.

Но мужчина не ослаблял хватку.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 62

Глава 62.

– …ч-что Вы делаете? – смущённо спросила Селена, но её голос выдавал её слёзы.

– Ты успокоишься, если я сделаю так.

– Я кажусь Вам обеспокоенной?

– Ты кажешься очень нервной.

«Даже если я считала, что хорошо скрываю свои слёзы, Кальцион смог понять это лишь по языку моего тела. Меня поймали.»

– Разве для других я выгляжу так же?

– Насколько я знаю, нет.

– Как тогда Вы узнали об этом?

– Неровное дыхание, напряжённая трапециевидная мышца и дрожь в теле.

Селена ожидала грубого ответа, однако, к своему удивлению, она получила ответ, основанный на научных фактах. Благодаря этому её слёзы высохли.

И всё же, Селене не хотелось расставаться с его тёплыми и крепкими объятиями. Вздохнув, она обняла Кальциона в ответ.

– Сейчас, когда я привыкла к этому, я думала, что это больше не будет задевать меня. Но, похоже, я ошиблась.

– Как ты можешь привыкнуть к тому, что тебя оскорбляют?

– Количество оскорблений пропорционально популярности. Лучше получать оскорбления, чем вызывать безразличие…

– Я полагаю, что жизнь актрисы не так проста.

– Быть Герцогом тоже нелегко. Вы должны рисковать своей жизнью. Вы отвечаете, глядя в лица других людей…

«В мире нет ничего лёгкого.»

Кальцион прочистил горло, когда бурчание Селены передало ему чувство ответственности. Благодаря этому девушка рассмеялась. Поняв, что она больше не нуждается в утешении, Кальцион разжал руки.

Хоть рассеивающееся тепло вызывало лёгкое чувство разочарования, Селена выпрямилась и ярко улыбнулась, смотря на Кальциона. В её глазах больше не было слёз.

– Но сегодня мы действительно добились успеха.

– Успеха?

– Мне пришлось нелегко, но благодаря Герцогу мне не было необходимости действовать решительно.

– Мне не нужно было вмешиваться?

Селена думала, что Кальцион будет рад услышать это, но его реакция оказалась скучной.

– Нет. Это одно действие против сотни слов. Когда я была в таком кризисе, Вы бросились меня спасать, не так ли? Теперь все, кто был в бутике, знают, что Герцог Ренберд серьёзно относится к леди Селене. У них нет другого выбора, кроме как поверить в это.

– Всего из-за одного действия?

– Несомненно. Видит ли Герцог во мне свою любовницу или нет, он стал тем, кто прибежал, чтобы спасти меня, когда что-то случилось, не так ли? Всё в порядке, пока они думают, что я дорога Герцогу, – Селена гордо кивнула, думая, что теперь она может прекратить тренировки актёрской игры Кальциона.

«Это правда, что каждый мужчина, даже если он не любит показываться, бросается спасать свою избранницу во время кризиса. Зрители бы описали это как проявление чувств. Так я прочно закреплюсь в качестве женщины Кальциона.»

– О, и Вы удивительно хорошо справились с репликами. Они не звучали фальшиво.

– Какие реплики?

– Почему Вы… Вы ведь говорили так серьёзно.

Селена думала, что Кальцион притворяется, поэтому улыбнулась и поддразнила его, но выражение лица Герцога говорило об обратном.

– Я не притворялся. Я говорил правду.

– Что? – глаза Селены расширились от недоверия.

«Кальцион был серьёзен? Он не из тех, кто шутит, но я думала, что это результат того, как я научила его действовать. Но он был серьёзен?

Это значит… всё, что он сказал тогда, было правдой?» – Селена проглотила сухой комок в горле, искренне нервничая по-другому поводу:

– Ох, я… я понятия не имела, что Герцог так думает… но мы из разных миров… и я, возможно, когда-нибудь уйду…

– И что?

– Эм, я имею в виду, я принимаю искренность Герцога, но…… Не берите в голову. Если Герцог настроен серьёзно, то в будущем не возникнет проблем с другими действиями. Я не думаю, что в данный момент необходимо разбираться с этим.

– Почему не будет никаких проблем с другими действиями? – из-за сильного любопытства спросил Кальцион.

– …подождите. Я думаю, что мы ушли от темы?..

– Полагаю, это так. Так в чём же тогда проблема?

– Когда кто-то говорит, что серьёзно относится к отношениям, разве он чаще всего не думает о том, чтобы жениться?

Селене было неловко говорить об этом, ведь для нормального общения было лучше не вращаться вокруг этой темы.

Как и ожидалось, Кальцион был застигнут врасплох, словно услышал что-то, что не должен был слышать:

– Это всегда так?

– А Вы так не думаете?

– Я не знаю.

Кальцион толком не был знаком с женщинами и не был заинтересован в том, чтобы говорить о женщинах с кем-либо другим. Потому что он сомневался, что это то, что стоит знать. Поэтому, естественно, косвенный опыт Кальциона в общении с женщинами был слишком незначительным, чтобы его можно было учитывать.

– Это то, что обычно происходит в моём мире. Я не знаю, как это работает здесь. Однако, судя по реакции, которую мы получили от других, я думаю, что у меня правильное понимание.

– Ха… – Кальцион повернул голову. Его виски раскалывались от осознания того, что он недавно сделал. – Значит… Если я подумаю о том, чтобы жениться на тебе, мне придётся объявить об этом перед всеми?

– Точно! – Селена зааплодировала, радуясь, что Кальцион наконец понял её точку зрения на это.

Вот только Кальцион не ощущал радости от похвалы:

– …эм… лично мне.

– Да. Лично Герцогу, – поддразнила его Селена. Однако Кальцион выглядел не таким радостным, поэтому она сменила тон на мягкий. – Да, это моя точка зрения. Это будет заключительным актом, которым мы закончим постепенное развитие Ваших актёрских навыков. Но почему Вы кажетесь таким встревоженным?

– …

– Ох, что-то случилось? Это из-за того, что Вы сейчас ощущаете смущение?

– …

Селена улыбнулась, коснувшись его руки. Твёрдое и сильное предплечье Кальциона не двинулось, вместо этого мочки его ушей стали ярко-красными.

«Упс.»

У Кальциона не было возможности привыкнуть к таким жестам. Он краснел, как только его дразнили.

Внезапно Селене стало неловко, поэтому она решила сменить тему:

– Но если Вы в целом имели в виду не это, то о чём Вы говорили так серьёзно?

Кальцион вздохнул с облегчением, прежде чем выпрямиться и посмотреть на Селену.

«Что с ним не так?

Что он собирается сказать?» – Селена скопировала его позу и прямо посмотрела на Кальциона.

– Я не думаю о тебе, как об одноразовой женщине.

– Эм… спасибо?

– Мы прошли через некоторые ситуации, чтобы я мог назвать тебя одной из своих людей.

«Он прав.

Я делила с ним постель каждую ночь, вместе ела каждый раз, встретилась с убийцей и даже тренировались вместе по утрам. Такие ситуации редки. Даже товарищи на полях сражений не проводят друг с другом каждую минуту.»

– Я думал об этом, как материально, так и морально, что если ты захочешь остаться здесь, независимо от успеха или неудачи нашей сделки, то я помогу тебе. Естественно, это включает в себя твою безопасность на протяжении всей работы.

– Да… я была бы признательна.

– И, есть ли у тебя какие-нибудь мысли о том, чтобы начать изучать искусство владения мечом?

– …что?

«Почему он вдруг заговорил о мечах?»

Тёплая атмосфера быстро остыла, несмотря на печку внутри кареты.

– Это твой талант, который важен. Тебе ещё не поздно научиться ему. Я могу учить тебя.

– Нет, – решительно отказалась Селена.

«Такие люди, как Кальцион, всегда развлекаются, занимаясь физическими упражнениями.

Я хороша в спорте, и он мне нравится, но, если бы мне пришлось заниматься этим для выживания, мне пришлось бы стать сильнее. В конце концов, я не смогла бы поддерживать своё телосложение и здоровье без физических упражнений.

Раньше кендо было для меня хорошими упражнениями, но я никогда не хотела всерьёз изучать искусство владения мечом.»

Получив её решительный отказ, Кальцион не стал просить дважды и с сожалением отказался от своего предложения:

– У тебя здесь есть ещё какие-нибудь дела?

– Хм…

«Поскольку здесь мне больше нечего смотреть, будет правильным решением вернуться в особняк. Но я не в настроении. Я чувствую, что не смогу расслабиться, даже если вернусь туда.

Джуна, которая прислуживает мне, не оставит меня в покое, и я не знаю, когда миссис Джанет выйдет из тени, чтобы снова начать отчитывать меня, хоть в последние дни она и вела себя тихо.

Кроме того, за мной всегда следуют взгляды, полные любопытства и ревности. В самом начале моего приезда дворецкого сместили, и с тех пор со мной не случалось никаких несчастных случаев, однако это не означает, что я чувствую себя комфортно в особняке Кальциона.»

– Я хочу подышать свежим воздухом, прежде чем вернуться. Если Герцог занят, я вернусь в своей карете.

– Я буду с тобой. Мне не нужно присутствовать ни на чём важном.

Селена спокойно кивнула.

«У меня нет причин отказывать в его доброте. Было бы неплохо, если бы люди видели, как мы гуляем вместе.»

– С чего нам начать? Вы уже несколько раз были в столице.

– Я всегда остаюсь в особняке или посещаю собрания в королевском дворце, когда приезжаю сюда, поэтому можно сказать, что это и мой первый день в городе.

– Ну конечно. Хм, тогда давайте начнём с самого известного места в округе. И поскольку Герцог присоединился ко мне, нет места, куда они могли бы помешать мне войти.

Селена ненадолго впала в депрессию из-за того, что произошло в бутике, но быстро пришла в себя.

«Лучше забыть такую болезненную сцену, занявшись приятными делами.

Не так давно я поняла, что Кальцион оказывает значительное влияние на моё окружение. Было бы прекрасно, если бы он стоял у меня за спиной во время посещения роскошных магазинов. Магазинов, в которые меня не впустили.»

– Ты знаешь какое-то место?

– Да, и я надеюсь, там тоже есть столик. Я переверну его.

– …? – Кальцион не понял Селену, но мягко кивнул, соглашаясь сопровождать её, если ей нужно.

«Пришло время моей мести.

Кто-то может спросить: «Какой смысл во власти, если человек не может отомстить, используя свою силу?», вот только нет необходимости в оправдании того, как кто-то выигрывает или проигрывает. Если прежний поступок был несправедлив по отношению к кому-то, это означает, что я могу вновь появиться с Герцогом, поддерживающим меня.

Так будет лучше, если нас будут преследовать без всякой причины.

Если одна сторона решила действовать грязно, какой смысл другой стороне сохранять невинность? Это совсем не значит, что нужно тихо сдаться.

Я должна сделать всё, независимо от того, какие средства придётся использовать.»

– Сначала давайте зайдём в Крэндж.

Карена тронулась с места, едва Селена объявила о пункте назначения.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 63

Глава 63.

В этот раз карете потребовалось меньше времени, чтобы добраться до магазина, чем в прошлый раз, когда Селена была одна.

Возможно, это было из-за того, что они добрались до места назначения на несколько часов позже обычного и огромное пространство возле магазина Крэндж было заставлено экипажами с яркими гербами на каждой двери.

Экипаж семьи Ренберд не имел себе равных. Хоть Кальцион не любил огромную роскошь, его экипаж был намного лучше чем у других.

Селена вышла из кареты и подошла к магазину, чтобы услышать приветствие привратников, а Кальцион встал рядом с ней, скрестив руки на груди.

– Ах, добро пожаловать! Мы приносим извинения за причинённые неудобства, но войти будет трудно, потому что сейчас у нас больше нет мест!

– Нет мест? – Кальцион, казалось, никогда в жизни не слышал слов «нет мест» направленных ему.

Любопытствуя, что он будет делать дальше, Селена молча наблюдала.

– Вы только что отклонили нашу заявку?

– Э-это не то, что мы имели в виду! Однако у нас нет мест…!

– Я не понимая. Нам негде присесть, ты это хотел сказать?

«Привратники Крэндж не узнали экипаж семьи Ренберд.

Хоть Ирэль жила лишь в столичном особняке Кальциона, она была членом Герцогства Ренберд. Кальцион спокойно согласился бы, если бы она попросила его личный экипаж, но, похоже, у неё не хватало смелости поднять этот вопрос.

Естественно, сам Кальцион никогда не бывает в подобных местах, а привратники, вероятно, менялись несколько раз, после того, как сюда входила предыдущая Герцогиня.

Привратники обычно запоминают основные фамильные гербы, но Ренберд – семья, с не очень влиятельной покупательной способностью в сравнении с их репутацией.»

– Кому принадлежит этот магазин?

– Да, мадам Эннил!

– Я хочу видеть её.

– Да, пожалуйста, подождите!

Селена задавалась вопросом, как Кальцион решит эту ситуацию, когда он позвал хозяйку. Услышав слова привратника, та выбежала из магазина.

– Моё имя Эннил. Я хозяйка «Крэндж».

Кальцион поприветствовал её кивком:

– Герцог Ренберд. Я стою здесь уже давно, поскольку внутри нет мест.

– Ах! Ренберд… Боже! – только после этого глаза Эннил расширились, и она перевела взгляд с Кальциона на Селену.

«Женщина, находящаяся на попечении Ренберд, которая недавно посещала нас. Её длинные чёрные волосы и правда потрясающей красоты. А теперь с ней даже сам герцог Ренберд,» – Эннил вспомнила как накануне она встала на сторону аристократов в своём магазине из-за того, что они оскорбляли Селену.

Именно такого ответа ждали её постоянные клиенты, которые, как правило, помогали поддерживать продажи и репутацию магазина Эннил.

«…но почему Герцог появился с ней?

Я никак этого не ожидала,» – было заметно, как холодный пот покрывал женщину.

«Несмотря ни на что, мужчины никогда не появлялись со своими любовницами во время шоппинга тех. По крайней мере, точно в случае с герцогом Ренберд. Легендарный дракон приземлился на моём переднем дворе вместе с голубем…

Согласно слухам, которые я слышала, Селена – не простая женщина, чтобы Герцог сопровождал её.»

– Простите меня за то, что мы не узнали Вашу Светлость! Для меня большая честь видеть Вас здесь! Прежде всего, пожалуйста, проходите внутрь!

– Но они сказали, что у вас не осталось свободных мест.

– Да. Их нет, но, пожалуйста, позвольте мне создать их!

«Я должна сделать это, даже если это невозможно.»

На отчаянные мольбы Эннил Кальцион повёл себя так, словно ему было всё равно и он хотел уйти.

В следующее мгновение женщина сама бросилась открывать дверь.

Это привлекло внимание гостей, болтающих внутри, просто потому, что они могли поприветствовать всех, кого знали и проигнорировать тех, кого не знали.

Люди, подтвердившие личности прибывших гостей, начали перешёптываться.

А те, кто не знал Кальциона, обратили внимание на его внешность.

– …Герцог Ренберд?

– Он пришёл в такое место, как это?

– Из-за… той женщина, что рядом с ним?

Разнёсся шёпот, но никто не осмеливался говорить так громко, как когда Селена приходила одна.

«Если жизнь даёт тебе плод силы, ты должен не просто смотреть на него, ты должен откусить от него. Даже если я не срывала этот плод, мир кормит меня своими собственными руками.»

– Мы приготовили место, пожалуйста, сюда… – Эннил поспешила провести их внутрь.

Место, куда она вела их, было изолированной комнатой.

Селена покачала головой:

– В комнате душно. Мне нравится открытое пространство.

– Ох! Это так? Мы подготовили столик внутри, чтобы Вы могли насладиться временем с комфортом, но… Мы немедленно перенесём его на эту сторону!

Селена старалась не смеяться, пока слуги пытались передвинуть диван, стол, украшения и растения в соответствии с её удобством.

Люди спокойно наблюдали за особым отношением, а ведь некоторым из них негде было присесть.

Даже те, кто раз или два здоровался с Кальционом на приёмах, не могли подойти к нему, словно их путь преграждала невидимая стена.

Приветственный чай и маленькие пирожные были поданы, как только Селена села. Она сделала глоток и поставила чашку на стол:

– Я слышала, что Вы готовите вкусные пирожные. Я правда хотела приехать сюда.

– Понимаю.

– Я не очень люблю сладости, но… это место знаменито, – сгорая от любопытства, Селена украдкой взглянула на Эннил.

Которая, казалось, погрузилась в свои мысли.

– …ох, да! Не могли бы Вы уделить мне немного времени? Мы представим Вам лучшее, что мы сделали сегодня.

– Конечно.

– Почему бы Вам не попробовать это, пока Вы ждёте? Они были сделаны с учётом количества сладости.

«Можно почувствовать себя сытым, просто смотря на эту милую глазурь на пирожных.»

Кальцион схватили Селену за запястье, когда она хотела отломить кусочек вилкой и положить его в рот.

– Что-то не так?

– Сначала дай попробовать мне.

– Что?

«У нас схожие вкусы. Он также предпочитает мясо рыбе и не является любителем сладкого.»

– Оно может быть отравлено.

Шу-у-у-у.

Благодаря Кальциону, который не понизил голоса, атмосфера мгновенно похолодела.

Аристократы, собравшиеся в этом магазине, казались светлыми и тёплыми. От них не исходила видимая опасность.

Однако Кальцион говорил так, словно он был в разгаре битвы.

И вдобавок ко всему – яд. И Ирэль, и теперь Селена – были в опасности, но даже это не означало, что он должен был говорить об этом так прямо.

– Вам обязательно делать это? Я ведь не просила Вас.

– Ты не знаешь, какими могут быть люди.

– Если он отравлен, разве должен Герцог его есть?

– Я смогу примерно сказать об этом, по его вкусу. Я могу противостоять некоторым ядам, поэтому со мной всё будет в порядке.

– Хорошо… попробуйте, – Селена скормила Кальциону кусочек, который отрезала для себя.

Спустя несколько секунд он нахмурился.

– …сладко?

– Очень.

– Ох, тогда мне не стоит это есть.

Помимо проверки на яд, Селена, которая обнаружила, что может использовать Кальциона для определения количества сладости, отломила кусочек от другого пирожного и положила его в рот мужчины.

Лицо Кальциона стало ужасным, когда он начал медленно жевать.

– Думаю, это самое напряжённое выражение лица, которое я когда-либо видела, – усмехнулась Селена.

Кальцион, который уже был расстроен из-за сладкого привкуса во рту, закаменел с ещё более жёстким выражением лица, когда она подразнила его. Однако, Селена продолжала отламывать новые кусочки пирожных.

– Тоже сладко?

– Да.

– Хорошо, это последний.

В конце концов, ни одно из пирожных, принесённых Эннил не попало в рот Селены. Они лишь оставили на языке Кальциона ошеломляющую сладость.

– Здесь нечего есть.

Как только Селена положила вилку, к ним подбежала Эннил и склонила голову:

– Прошу прощения, что заставила Вас ждать. Этот торт был испечён только что, поэтому он не особо сладкий. Не хотели бы Вы попробовать его?

– Да, пожалуйста.

У Селены не было причин отказываться от такого свежего и яркого торта.

Эннил отрезала кусок торта и, получив разрешение, подала его.

Как и раньше, Селена скормила первый кусочек Кальциону. Он ожидал, что снова будет сладко, но спустя некоторое время его лицо разгладилось:

– Хорошо.

– Хм? Да? – Селена отломила кусочек и положила в рот. Как и Кальцион, она была изумлена. – О, это правда. Не так сладко.

Селена, которая съела ещё несколько кусочков восхитительного торта, остановилась и посмотрела на Кальциона, когда ощутила на себе его пристальный взгляд.

– Что-то случилось?..

– …ничего, – мужчина поспешно повернул голову в другую сторону.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 64

Глава 64.

«Что с ним вдруг случилось?»

Селена поняла это лишь тогда, когда посмотрела вниз на вилку.

Она ела торт той же вилкой, с которой кормила Кальциона.

«Что… из-за этого?..» – усмехнулась про себя Селена, отламывая большой кусок торта.

*****

Всё время, пока она кушала в Крэндж, Селена думала, что на неё могут напасть в любую минуту. Излишне было говорить, что всё прошло очень и очень спокойно, и она смогла полностью наполнить желудок.

– Раз уж я наелась, давайте потом посмотрим какие-нибудь платья и украшения.

– Название магазина?

Сначала Селена планировала посетить Симеон и Лаланту, чтобы перевернуть всё с ног на голову. Однако смотреть на эти ведущие магазины оказалось не так уж приятно.

«Они сразу преклоняются перед именем Ренберд.

Сейчас уже можно с уверенностью сказать, что больше ни один магазин не откажется от меня. Причина – слухи распространяются по улицам, пока мы говорим тут. Но теперь я хочу сделать несколько «настоящих покупок».

Думаю, теперь я смогу войти в Люмьеру, не упоминая Кальциона.»

– Я не знаю, знаменит ли он, но было много мест, которые я не смогла посетить в прошлый раз из-за нехватки времени.

– Тогда делай всё, что тебе заблагорассудится, – Кальциону было всё равно, куда Селена хотела пойти.

Он мог не убивать время в кафе, пока она ела торт в своё удовольствие, но не стал поднимать шума.

«Удивительно, но он, кажется, очень хорошо относится к этому, как мужчина.

Хоть он строг и отчуждён в отношении женщин, у него, похоже, нет плохих мыслей о них.

Я была бы польщена, если бы не женщина, которая не могла вымолвить ни слова, когда её оскорбляли.»

К тому времени, когда Селена отбросила эти мысли в сторону, карета подъехала к Люмьеру.

Точно так же охранники стояли у входа в Люмьеру. Они вежливо поздоровались, когда Селена и Кальцион приблизились к ним.

Отличие от других магазинов заключалось в том, что помимо охранников у входа стоял и сотрудник.

Он поприветствовал гостей с широкой улыбкой:

– Добро пожаловать. У Вас, случайно, нет назначенного сотрудника?

– Нет.

– Тогда ничего, если я буду отвечать за работу Вашего гида?

– Конечно, – кивнула Селена.

«Похоже, этот магазин предоставляет личного слугу для сопровождения гостей во время посещения. Это не похоже на то, когда людей загоняют в хаотические джунгли социального круга, позволяя им выживать самостоятельно.»

– Тогда позвольте мне показать Вам нашу коллекцию.

Этот магазин немного отличался от Диаттэ по внешнему виду и структуре.

В нём так же был салом. Однако, в отличие от Диаттэ, здесь было выставлено больше одежды.

Структура магазина не представляла собой просторный большой зал, но для передвижения по залу были построены тропинки. Селене казалось, что она находится в художественном выставочном зале, а не в магазине одежды.

Тут и там были расставлены манекены, одетые в разные наряды. Стулья были расставлены во многих местах, чтобы гости могли сесть и непринуждённо поговорить.

Здесь было создано относительно больше приватных мест.

«Это салон, где люди могут разговаривать, рассматривая одежду.

Он не опускается до поединка умов из-за распределения мест,» – плечи Селены наконец расслабились.

– Похоже, здесь мне будет комфортно, если мне когда-нибудь снова придётся ходить по магазинам в одиночку. Люди не набросятся на меня все сразу.

– Тебе нужно будет снова ходить по магазинам?

Кальцион плохо разбирался в знакомствах с людьми.

То, как он обращался с людьми, было чётким свидетельством того, насколько изолированным был Кальцион в своей жизни.

Селена рассмеялась, гадая, как трудно будет заставить его понять другую жизнь:

– Платья здесь немного более особые.

У Диаттэ были лишь платья по стандартной моде, в то время как у Люмьер содержались дизайнерские варианты.

– Могу я примерить их?

– Да, конечно.

– Как Вы думаете, какое из них я должна примерить, Герцог? – спросила Кальциона Селена.

– Почему ты спрашиваешь меня?

– Потому что ты тот, кто будет видеть его, Герцог. И, кроме того, я мало что смогу увидеть, поскольку буду в платье.

– Я понял.

Это была убедительная причина. Кальцион медленно расхаживал по магазину одежды с серьёзным выражением лица, тщательно проверяя каждую деталь платья.

– Я не имела в виду то, что Вы должны выбирать так тщательно.

Спустя некоторое время Кальцион, наконец, остановился.

– Что насчёт этого?

– Вы серьёзно? – Селена была изумлена.

– Почему, я же не заставляю тебя надевать это?

– Мне просто любопытно, почему Вы выбрали это.

Кальцион выбрал самое экзотическое платье из всех. Он не мог выбрать его, учитывая, насколько «велики» были его художественные познания.

– На нём больше блёсток и украшений.

– Точно. Я так и знала.

«Чего я ожидала?

Кальцион плохо различает отличия платьев.»

‘Трудно выбрать, потому что у тебя белая кожа, и ты хорошо выглядишь в любом цвете. Ты бы выглядела ослепительно в белом, в чёрном люди видели бы лишь твоё лицо, в фиолетовом ты бы выглядела нереально, а в красном ты бы горела, поэтому я не могу понять, что рекомендовать! ’

«Я и не ожидала, что он произнесёт такие слова. Но я думала, что он хотя бы скажет, что выбрал его, потому что думал, что оно мне подойдёт,» – с горечью кивнув, Селена повернулась к служащему:

– Хорошо, давайте примерим это.

«Я проверю результат его выбора.»

Слуга, к которому обратилась Селена, направился на другую сторону магазина:

– Пожалуйста, следуйте за мной в раздевалку.

Когда Селена последовала за ним, слуга улыбнулся и указал на Кальциона:

– Вы тоже можете пойти, сэр.

Они последовали за слугой, который провёл их в отдельную просторную комнату. С великолепными обоями и антикварной мебелью, комната была вполне обставлена так, чтобы идеально служить раздевалкой.

В середине комнаты были занавески. За занавесками было место для переодевания, а диван, поставленный снаружи, был предназначен для ожидания зрителей.

«Эта комната для примерки свадебных платьев.»

Селене было любопытно, как Кальцион отреагирует на смену платья.

Она ушла за занавески, чтобы переодеться в платье, которое Кальцион выбрал, с помощью слуги. В большинстве случаев для примерки платьев требовалось, чтобы персонал подтягивал или сшивал детали, чтобы подогнать их под чей-то размер тела.

Благодаря этому терпеливое ожидание было громоздким.

Едва одевшись, Селена молча ждала. Она стоял неподвижно, из-за чего её выносливость иссякла.

«Похоже на подготовку к церемонии награждения.»

– Боже!.. – воскликнула Селена, посмотрев на себя в зеркало.

Точно так же, как горничные, готовившие её каждое утро, служащие искренне восхитились Селеной в новом платье.

– Я не знал, что есть кто-то, кто может надеть это платье!

– Дизайнер сказала, что это платье страсти, не учитывая его популярность и продажи!

– До сих пор никто не пробовал примерить его. Я не думаю, что оно когда-нибудь настолько подойдёт кому-то!

Яркие цвета драгоценных камней на платье мягко отражали свет, заставляя лицо Селены казаться ярче.

«У него есть скрытый талант?!...» – Селена сомневалась, но результат оказался неожиданно хорошим.

Сделав ей причёску и добавив соответствующие аксессуары, персонал поставил Селену перед занавесом.

– Мы откроем занавес.

Занавески раздвинулись и Селена посмотрела на Кальциона, сидящего посередине дивана.

Он как раз поднимал свою чашку с чаем, когда это случилось.

В комнате воцарилась тишина. Словно время остановилось.

– …Герцогу не нравится? – Селена настаивала, чтобы он что-нибудь сказал ради их игры.

Рука Кальциона дрогнула. Он не сдвинулся с места, хотя горячий чай пролился на его рукава.

– С-сэр, Ваша рука!..

– Разве чай не горячий, Герцог?

Испуганные, один из персоналов и Селена почти одновременно задали вопросы.

– …ха? Ох, – только после этого Кальцион посмотрел на свою руку.

______________________________

Перевод с англ.: Delightful_Witch

Редактура: Jane

Глава 65

Глава 65.

К счастью, чай оказался достаточно остывшим, чтобы не обжечь его кожу. Кальцион вытер пятно полотенцем, переданным служащим бутика и вновь повернулся к Селене.

Поймав его взгляд, девушка обрела уверенность.

«Кальцион не знает, как реагировать.

Пока он не облажался, всё в порядке. Стоит ли попробовать?»

Прошло меньше часа с того момента, как Селена сказала, что Кальциону больше не нужно действовать, однако человеческая жадность никогда не будет удовлетворена.

Точно так же, как Кальцион хотел, чтобы Селена научилась фехтованию, даже несмотря на то, что их ограниченные отношения когда-то закончатся, если она вернётся в свой мир, были моменты, когда девушка тосковала по актёрской игре.

– Что Вы думаете об этом, Герцог? Как Вам?

– Хм… – задумчиво протянул Кальцион. Чем больше он медлил, тем выше становились ожидания Селены. – Хорошенькая.

Однако его ответ не оправдал её ожиданий. Даже если Кальциону было трудно сказать больше, Селена не желала сдаваться:

– Какая часть выглядит более красиво?

– Все.

– Хорошо, но всё же?~

Когда Селена повторила свой вопрос, Кальцион понял знак. В этот раз он напряг своё зрение, изучая девушку.

Излишне говорить, что Кальциону всегда было неловко смотреть на её шею, ещё хуже – смотреть на линию её груди, также неловко было смотреть на изгиб её талии и бёдер.

Поэтому он просто не мог оторвать взгляда от её лица.

– Я виду… лишь твоё лицо.

Кальцион полагал, что это был не сильно правильный ответ.

И, как он и предполагал, глаза Селены расширились и она расхохоталась:

– Что, Герцог? Вы должны сказать, хорошо ли на мне смотрится это платье.

– Ха-ха-ха, – сотрудники бутика, стоявшие рядом с ней, тоже посмеивались.

Вопреки тому, что слухи описывают его как жестокого человека, у Герцога Ренберд сердце скорее невинно, – вот как их глаза интерпретировали эту сцену.

Успокоившись, Кальцион быстро пробежался взглядом вверх и вниз по телу Селены.

Он решил получить общее представление. Ему не нужно было считать или восхищаться количеством драгоценных камней.

– Ты похожа на цветок.

– Вы ведь не ругаетесь, не так ли, Герцог?

– Значит ли, что цветок для тебя ругательство? – удивлённый, мгновенно спросил Кальцион.

Селена тоже была изумлена.

«Как я могла забыть, что он склонен воспринимать всё всерьёз, когда я пытаюсь пошутить над ним?»

– Нет, но только когда есть объяснение. Существует множество видов цветков.

– Ты… – Кальцион попытался вспомнить.

«Селена отличается от цветов, которые можно было увидеть в поле. Она не походит на известные полевые цветы.

Если быть точным, Селена выглядит словно цветок, выращенный с большой любовью и преданностью в оранжерее.»

– Ты отличаешься от полевых цветов. Словно кто-то посвятил своё сердце выращиванию такого прекрасного цвета. Словно те необычно прекрасные цветы, которые мы видим в оранжереях. Ты напоминаешь мне эти цветы, – Кальцион снова отвёл взгляд, блуждая им где-то на потолке над головой Селены.

– Здесь стало жарче? – лицо Селены было ярко-красным.

Кальцион понятия не имел, что это было из-за него. Его взгляд невольно упал на люстру наверху, чтобы проверить, не перегрелась ли она.

– Я куплю его, – без дальнейших раздумий, Селена приняла решение.

– Фух, – после того, как за ней закрылся занавес, она наконец смогла вздохнуть. Селена попыталась остудить пылающее лицо, закрывая его ладонями.

Она не ожидала, что Кальцион скажет подобные ласковые слова. Что заставляло её сердце забиться куда быстрее, так это то, что мужчина говорил так, словно действительно так думал.

«Ох, клянусь, я не в первый раз слышу комплименты.»

Селена не могла сосчитать, сколько глупых комплиментов услышала за свою жизнь. К примеру: ‘Красота, которая обладает силой уничтожить мир’ или ‘красота, от которой у всех живых существ перехватывает дыхание’.

– Онни, не плавай! Ведь рыбы не смогут дышать и морская экосистема погибнет!

– Ты ангел, запечатанный на Земле, чтобы вселенная могла дышать…

Все эти комплименты звучали одинаково, поэтому Селена просто смеялась и пропускала их мимо ушей. Однако то, что её сравнили с цветом, смутило её с головы до ног.

«Я так изумлена. Должна ли я сказать, что это просто волнение из-за гордости в достижениях моего ученика? Это не может быть потому, что я чувствую что-то особенно к нему. Кальцион просто серьёзен, потому что сказал, что у слишком хорошие навыки владения мечом, чтобы тратить их впустую,» – успокаивая своё сердце, объясняла самой себе Селена.

«Он просто выразил видение моей красоты. Не нужно удивлять, не нужно волноваться. Давай гордиться тем, что он смог сказать такое.»

Селена ощущала, что придумывает всё новые оправдание.

Переодевшись в свою одежду, она вышла и увидела незнакомца, постоянно кланяющегося Кальциону.

– Что случилось? Кто это?

– Что-то крайне удивительное! Ох, я Рэнди, главный дизайнер Люмера! – Рэнди не мог скрыть своего волнения. – Было не так много людей, которые подходят моему дизайну, который трудно вообразить, но мне пришлось поспешить сюда, когда я услышал, что появился кто-то, достойный наконец-то надеть его!..

– Ах… вот как.

«Но почему он кланяется Кальциону?»

– Его Превосходительство сказал, что ему понравилось платье, которое Вы примерили ранее, и что он покупает все мои модели!

– Ох…

«С точки зрения дизайнера, это потрясающе,» – Селене было грустно, что все модели этого дизайнера были куплены, потому что было не так уж много людей, который могли бы надеть их и сейчас мир потерял шанс увидеть этих людей.

Однако она не была удивлена. Кальцион делал это не в первый раз, поэтому Селена неохотно кивнула головой:

– В этот раз Герцог тоже заказал 10 цветов?

– Я подумал, что тебе это не понравится, потому что это будет пустой тратой времени, поэтому заказал лишь один.

– Хорошее решение.

От их разговора у Рэнди отвисла челюсть.

«Я знаю, что некоторые люди заказывают много одежды, но десять на один дизайн?!

Ходили слухи, что предыдущая Герцогиня Ренберд заказывала семь цветов наряда, надевала лишь один, а остальные сжигала.

Я никогда не видел предыдущую Герцогиню, однако, похоже, это семейная традиция, передаваемая из поколения в поколение.»

– Тогда в следующий раз я создам ещё лучший дизайн!

– Думаю, у Вас есть все шансы.

– Ах, если Вам нужен кто-то, чтобы помочь Вам подобрать наряд, наш персонал всегда готов помочь!

«А здесь хорошее обслуживание.»

– Тогда, не могли бы Вы помочь мне подготовиться к приёму во дворце?

– Ох! Боже! Вы наденете наше платье на приём во дворце? Тогда, конечно, я помогу Вам!

«Судя по всему, его платья никогда не демонстрировались на таких важных вечерах,» – Селена улыбнулась и шагнула к двери, обнимая Кальциона за руку.

«Он ведь не сможет изменить свои слова позже, не так ли?

После императорского приёма популярность бутика должна сильно вырасти.»

Выйдя из бутика, Селена села в карету и размяла плечи.

– Куда дальше?

– Дальше… куда-нибудь за украшениями.

Селена была на пределе своих сил.

Исходя из опыта посещения Люмеры, она подумала, что есть гораздо лучшие места для покупок, даже если они будут не теми, что порекомендовала Джуна.

Ювелирный магазин, порекомендованный Джуной, назывался «Ларанта», однако Селене не хотелось вновь вступать в конфликты после такого приятного похода в бутик.

– Только не сегодня. Думаю, нам следует вернуться и отдохнуть остаток дня, – спокойно кивнул Кальцион.

Солнце уже садилось. Было заметно, как работники магазинов зажигали уличные фонари.

Одна сторона неба наливалась краснотой, в то время как другая становилась тёмно-синей. Город под небом, один за другим, освещался тусклым жёлтым светом уличных фонарей.

Но ни один из этих огней не был достаточно велик, чтобы отпугнуть надвигающуюся ночь.

Тем не менее, оживлённые улицы оправдывали своё название. Это доказывалось, когда карета неоднократно останавливалась перед толпами людей.

– Похоже, бульвар не очистится в ближайшее время. Думаю, будет быстрее, если мы развернёмся, – сообщил кучер через специальное окошко кареты.

– Хорошо.

Хотя они никуда не спешили.

– Это определённо отличается от Герцогства Ренберд.

– И правда.

– Если подумать, я ещё не гуляла по ночным улицам Силэнзы.

Селена всегда торчала в замке, потому что у неё не было причин выходить наружу. Вдобавок ко всему, это было время, когда лучше других знала, что чужой меч мог рассечь ей шею. Явно не то время, которое можно потратить на неспешную прогулку.

– Ты сможешь увидеть всё, когда вернёшься в Силэнзу. Там по-другому.

– Как? – Селена вспомнила, что видела улицы Силэнзы опрятными при дневном свете.

Но ей было любопытно, какими они ночью. Девушка задавалась вопросом, сияют ли они так же, как улицы столицы.

– Хм… – протянул Кальцион. – Хм… Я не знаю, как описать это. Если ты увидишь их лично, то заметишь эту разницу.

– О, интересно, когда мы сможем вернуться, – Селен радостно улыбнулась.

День, когда Селена вернётся в Силэнзу, наступит после того, как они благополучно найдут преступника, она закончит свою работу и найдёт способ вернуться в свой родной мир. Девушка не знала, когда он наступит.

– Ты можешь сделать перерыв и съесть Силэнзу на некоторое время.

– Это займёт много времени. К тому же, как я могу потратить все дополнительные средства, которые Вы выдали на покупки?

В этот раз Кальцион улыбнулся Селене:

– Ты можешь тратить их так, как захочешь.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 66

Глава 66.

– Вау, Вы говорите так невероятно уверенно после того, как была обнаружена шахта, не так ли?

– Допустим, её достаточно, чтобы покрыть твои покупки до конца жизни.

– Если Вы так говорите, позволит ли Герцог мне тратить его деньги даже после того, как наша сделка закончится?

– Делай всё, что хочешь.

Селена прищурилась, когда Кальцион слишком легко ответил на её шутку.

Она знала, что мужчины скупы, когда их каждый раз просят открыть свой кошелёк. Хоть Кальцион не был таким, Селене хотелось щёлкнуть его по носу, когда он вёл себя так уверенно.

– Окей, так Вы собираетесь платить за всё, что я покупаю?

– Конечно, – Кальцион всё ещё был расслаблен.

Селена надулась, словно ей больше нечего было сказать. Она выглянула в окно кареты, чтобы осмотреться.

– О, вон там!

Относительно небольшой магазинчик стоял на тихой стороне дороги. Кучер остановил карету, когда Селена закричала.

– Это магазин, верно?

Селена была сбита с толку, когда не увидела ни одного знака. Она вышла из кареты и полюбовалась фасадом магазина.

Бутики, которые она посещала ранее, были роскошны и великолепны на вид, но этот магазин выделялся для неё сильнее них.

Хоть магазинчик был небольшим, всё здание было построено из блестящего белого камня с резьбой в виде цветов.

Наиболее заметной особенностью был огромный драгоценный камень, встроенный выше двери. Драгоценный камень, естественно, был подделкой, но он невероятно ярко сверкал в свете уличного фонаря.

Селене было трудно отвести от него взгляд. Словно само здание было драгоценным камнем.

В этом магазинчике даже не было привратников. Дион толкнул дверь, открывая яркий свет, льющийся изнутри.

– Прошу, добро пожаловать.

Холл, размером примерно с гостиную, был украшен драгоценными камнями, как и фасад здания.

– Это место выглядело так красиво, что я ничего не могла с собой поделать.

– Боже, неужели это так? Позвольте мне показать Вам Ваш столик. Прошло совсем немного времени с тех пор, как мы открылись, поэтому мы принимаем гостей без каких-либо предварительных бронирований.

– Я поняла… Ах, они действительно прекрасны.

В витрине было не так уж много товаров, однако каждый из них, казалось, сиял, словно произведение искусства.

Хоть Селена пришла с намерением подразнить Кальциона, она захотела примерить их все.

– Отсюда и до сюда, хочу всё! – защебетала она, указывая рукой на ювелирные наборы от начала и до конца витрины, а после оглянулась на Кальциона с сияющими глазами.

Как и персонал, он стоял с ошеломлённым выражением лица.

«С ним всё в будет в порядке?!» – персонал ювелирного магазина, казалось, был обеспокоен финансовыми расходами этого мужчины.

Кальцион же кивнул без малейших колебаний:

– Вышлите счёт на имя Ренберд, – он вёл себя так, словно подобная роскошь ничего для него не значила.

– У Вас есть ещё какие-нибудь драгоценные камни?

– Ох, мы также принимаем заказы на ювелирные изделия, изготавливаемые на заказ. Вы хотите посмотреть их?

– Да! Всё, что у Вас есть!

– Тогда, пожалуйста, следуйте за мной.

Служащий магазина провёл Селену в другую комнату.

Комната была такой же яркой, как и фасад, а также холл магазина. В центре комнаты стоял чёрный круглый стол с пятью стульями, расставленными вокруг него.

Селена села на один из них. Она подняла голову и увидела огромную люстру, свисающую с высокого потолка. Сверкающая люстра выглядела словно башня, висящая вверх ногами, и была достаточно массивной, чтобы выдержать средний рост человека.

Селена была в восторге. Просто сидя в этой комнате, она ощущала себя благословлённой.

– Это место так прекрасно.

На комплимент Селены сотрудник ювелирного магазина гордо улыбнулся:

– Хобби нашего хозяина – коллекционирование ювелирных изделий, поэтому он построил этот дом для хранения своих личных коллекций и открыл магазин.

– Ох, боже…

– Какой цвет или тип украшений Вы предпочитаете, мэм?

– Ах, я купила это платье ранее в Люмьер, думаю, то, что могло бы хорошо смотреться с ним.

– Я понял. Когда они Вам понадобятся?

– В течение недели? Я подумала, что, возможно, могла бы надеть их на приём в императорском дворце.

– Тогда нам лучше поторопиться и подобрать украшения.

Манекены – с разными цветами кожи – также присутствовали в комнате для примерки украшений. Служащие повесили платье на манекен с тем же цветом кожи, который был у Селены, а затем отрегулировали освещение люстры.

– Если мы установим освещение, Вы сможете увидеть, как будут выглядеть украшения в настоящем банкетном зале. И если это такое платье, как это… – служащий зашёл в соседнюю комнату и достал новые драгоценности.

Они были в различных цветах и формах.

Глаза Селены засверкали, и она сосредоточилась на выборе.

После некоторого напряжённого сосредоточения выбор понравившегося комплекта Селены был завершён.

– Хорошо, тогда мы сообщим Вам, когда завершим работу. Во время окончательной доработки Вы должны будете присутствовать здесь…

– Как скажете, – Селена улыбалась от уха до уха, выходя из ювелирного магазина.

Она вспомнила о своём случайном ходе ограбления кошелька Кальциона лишь тогда, когда села в карету и посмотрела на него:

– Ох, точно. Почему я потратила время на выбор? Я должна была просто сказать, что хочу купить всё!

– Тебе нравится носить украшения?

– То, что я только что сделала, было насмешкой над Герцогом. Однако это мило. Я радуюсь, когда вижу что-то красивое и блестящее.

Селена не знала, но её лицо тоже сияло.

Ощутив на себе пристальный взгляд Кальциона, она закрыла щёки ладонями, удивляясь, почему так разволновалась.

– Замок Ренберд и здешний особняк… они все величественные и великолепные, но выглядят слишком вычурно. Я предпочитаю подобный дизайн.

«Вкусы у людей разные. Для неё нет ничего странного в таком суждении,» – Кальцион кивнул:

– Должен ли я купить его для тебя?

– …что?.. Магазин?

– Разве ты не хочешь его?

– …Вы серьёзно?

– Как ты думаешь, почему я спрашиваю тебя?

Селена рассмеялась над его великодушием:

– Вы подарите его мне? Он станет навсегда моим, если я не вернусь в свой мир, верно?

– Правильно, – без колебаний ответил Кальцион.

Платья и украшения считались роскошью, но покупка зданий, подобных тому, которое они только что посетили, была на другом уровне. Селена была не в состоянии осознать масштабы богатства Кальциона.

– Насколько Вы богаты, чтобы говорить, что купите мне здание? Это не просто какое-то здание, в него вставлены драгоценные камни.

– Достаточно богат, чтобы в несколько раз превысить цену за все драгоценности, находящиеся на складе того магазина.

«Достаточно, чтобы вытолкнуть глаза людей из орбит…»

– Но даже если я получу его, как я скажу, что он мой? Моей личности не существует в этом мире.

– Существует.

– …существует? – Селена не знала этого.

– Как только ты вошла в замок, я попросил одного из моих людей поработать над твоим статусом. Всё же, некоторые люди попытаются раскопать твоё прошлое.

– Боже… значит, я могу просто сказать, что меня зовут Селена?

– Верно. Если ты скажешь, что переехала в Ренберд, это объяснит твоё расплывчатое прошлое.

Когда она осознала следующий момент, они уже были у парадных ворот особняка.

Кальцион зашёл в свою комнату, достал из ящика стола документ и передал его Селене.

Это был документ, удостоверяющий её личность.

Здесь не было карточек регистрации по месту жительства, но была какая-то административная справка.

– Она не принадлежит частному лицу, но выдаётся и регистрируется соответствующим правовым учреждение, когда кто-то рождается или мигрирует.

В документе были указаны рот, телосложение, внешность, цвет волос и глаз Селены. Записи о её рождении не было, но было написано, что она мигрировала год назад.

– Значит, если я принесу это, мне будет разрешено купить здание и быть защищённой Герцогством Ренберд как его новым гражданином?

– До тех пор, пока ты остаёшься здесь.

– Я и правда стала здесь реальным человеком.

Документы были необходимы, если ей когда-нибудь придётся предъявлять свою личность, однако сердце Селены почему-то дрогнуло.

Её существование, казалось, стало постоянным – как тёмный цвет чернил на этой бумаге – в мире, который, как Селена думала, она однажды покинет.

«Это ясное доказательство моего существования, хоть мне здесь не место.»

– Я стала Селеной, которая живёт в Герцогстве Ренберд.

– Да. Теперь ты принадлежишь мне.

Это означало, что Селена находится под властью Кальциона, но эти слова могли означать и что-то ещё.

Селена пробежалась пальцами по буквам.

«Эта запись никогда не исчезнет, пока её не сожгут дотла.»

– Что произойдёт, если я вернусь в мир, в котором жила раньше?

– Тогда ты будешь помечена как без вести пропавшая.

– Почему? Вы не можете просто избавиться от этого документа, как сделали это, когда создавали его?

Мгновение спустя Кальцион ответил:

– Потому что это не изменит того факта, что ты жила в этом мире.

Впервые Селена ощутила, что разговаривает с настоящим Кальционом, а не со своим партнёром по игре.

И по какой-то причине это заставило её сердце затрепетать.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 67 - Эпизод 7. «Очаровательный Кронпринц.»

Глава 67.

Наконец, этот день настал. Императорский банкет должен был начаться на закате, однако приготовления начались ранним утром.

Целый день горничные натирали кожу Селены до такой степени, что ей казалось, будто остались лишь кости.

Благодаря работникам Люмьера и ювелирного магазина, которые приехали ранним утром и страстно помогали собирать её, Селена достигла пика своей сияющей красоты.

Она оценила, что это обращение можно сравнить с тем, как она готовилась предстать перед камерой в начале своей карьеры.

– Просто стоять на месте будет достаточно, чтобы начать склоку, верно?

– Ты прекрасна. Зачем тебе затевать склоку?

– Я не уверена, но, когда ты красивый, ты раздражаешь ещё сильнее.

Кальцион, казалось, многого не понимал.

Наконец, когда они встали бок о бок перед большим зеркалом, чтобы проверить, достаточно ли правдоподобно они выглядели как пара с обложки книги сказок.

– Герцог не забыл правило, которому должен следовать сегодня, верно?

– Конечно, нет. Думаю, у меня всё хорошо получится, – ответил Кальцион, не отводя взгляда от Селены.

Правилом было не терять Селену из виду ни на секунду.

Первая причина заключалась в том, что эскорт не мог сопровождать её во дворце.

Селена никоим образом не могла испытать облегчения от того, что она должна свободно разгуливать в одном месте с возможным психопатом, который послал за ней убийцу на территорию Герцога. Скорее, это было крайне опасно, потому что во дворце было бесчисленное множество посетителей и мест вне поля зрения.

Селена была в большой опасности, потому что это был её первый визит во дворец. Ей было легче заблудиться в сложной структуре дворца и застрять в безлюдном месте.

Вторая причина заключалась в том, что с Селеной нужно было обращаться как с кем-то крайне близким для Кальциона. Её позиция была бы определена лишь в том случае, если бы Кальцион продемонстрировал неспособность отвести от неё взгляд, даже когда Кальцион не смог бы отпускать глупые комментарии.

Цель этого состояла в том, чтобы получить приглашение на частную вечеринку, которая должна была состояться позже.

Большинство аристократических семей были приглашены на празднование 300-летия основания Империи. Поэтому вполне возможно, что мало кто из них уйдёт без всяких сплетен. Была это ругань или приглашение, которое можно было получить, Селена должна была вступить в игру.

– Простолюдинам так же трудно стать аристократами, как и достичь звёзд, но даже если они рождаются аристократами, им приходится стоять в очереди. Одно и то же для всех – жить, где угодно. Независимо от статуса, конкуренции и ранга.

Кальцион согласился, посмеиваясь над ворчанием Селены.

Карета мягко загрохотала, везя их к Императорскому дворцу.

На этот раз это было направление, противоположное направлению рынка, поэтому Селена могла наблюдать за незнакомым пейзажем за окном.

– Здесь много экипажей. Я полагаю, все уже на пути во дворце.

– Верно. Очень важно добраться вовремя.

– До того, как всё начнётся?

– До того, как войдёт королевская семья. После этого не разрешается входить, кроме тех людей, кто выше королевской семьи.

– А что, если уже слишком поздно?

– Согласно принципу, ты будешь отмечен как отсутствующий и тебе придётся написать объяснительную, что это не государственная измена, но на самом деле, опоздавшие проходят через задние двери. Естественно, о них не объявляют, когда они так проходят внутрь.

– Так это нормально, что опаздывают другие, но не Герцог. У Вас будут неприятности.

«Принц ищет способ сразиться с ним. В целом, подобных ошибок, которые могут быть квалифицированы как государственная измена, следует избегать, насколько это вообще возможно.»

Селена выглянула в окно. По мере того, как они приближались к дворцу, количество экипажей на дороге увеличивалось.

– Неужели все аристократы собираются в одно и то же время?

– Некоторые прибывают в город утром. Если им приходится ехать издалека, они приезжают на день раньше и занимают комнату во дворце.

– Почему мы прибыли почти к началу?

– Какой смысл приезжать раньше? Это раздражает.

Кальциона не волновало ни опоздание, ни возможность не принять участие в банкете. Если бы он мог принять участь из-за опоздания, он был бы рад вернуться домой.

Селена вновь выглянула в окно и обнаружила карету, выглядевшую так же величественно, как у Кальциона.

«Он сказал, что аристократы прибывают на день раньше или утром, если они живут далеко. Те, кто прибывают вовремя, по крайней мере, уверены, что доберутся вовремя, правильно?»

– Чья это карета? – спросила Селена, указывая на ближайшую карету.

Это была карета красного цвета с яркими золотыми узорами, а также золотой фамильной эмблемой на дверце.

– Маркиза Рэнефти, – ответил Кальцион, как только увидел её.

«Значит, эта семья имеет большое влияние, раз он так быстро узнал её.»

– А эта? – Селена указала на тёмно-розовый экипаж.

– …Тойлана.

«Семья Розалин,» – Селена скорчила гримасу точно так же, как Кальцион.

Она с отвращением быстро отвернулась к другому окну. В этот раз её взгляд остановился на тёмно-синем экипаже.

– А это?

– Герцог Зионд.

Селена подтвердила теорию, которая сформировалась у неё в голове:

– Итак, рядом с нами едут лишь экипажи известных семей.

Кальцион выглянул в окно и внимательно осмотрелся:

– …похоже на то.

– Возможно, это просто моё предположение, но разве представление каждой семьи не имеет значение? Чем позже мы прибудем, тем выше наше положение, я полагаю?

– Это то, о чём я никогда не думал.

– Если ты живёшь далеко отсюда, тебе придётся приехать раньше, чем тем, кто живёт рядом. Тогда, разве ценность аристократа, который живёт в особняке рядом с дворцом, не возрастает?

– …думаю, да.

«Даже если они обладают многими землями, аристократов, у которых есть особняк в столице, ограниченное число. Купить землю недалеко от цента города сложно и дорого.

Поэтому опоздание связано с хвастовством своим домом и богатством.»

– Даже если мы не опоздаем, поползут слухи о моём финансовом положении.

– И всё же я хочу похвастаться этим. Это принесёт облечение.

– Это раздражает.

– Для меня это то же самое, – с усмешкой согласилась Селена. – Но я ещё не очень популярна, поэтому я не должна торопить, даже если это смехотворно, верно?

«Те, кто находится на вершине социального круга, имеют право смотреть на кого-то сверху вниз, даже не участвуя в соревнованиях.»

Сообразительный кучер вёл экипаж с такой скоростью, чтобы он мог прибыть в конце, не получив иного приказа. К этому моменту Селена подумала, что они доберутся благополучно.

Она посмотрела в окно.

Однако несчастные случаи происходят в самых неожиданных местах.

– Ах!

Экипаж, который двигался плавно, внезапно сильно тряхнуло.

Селену чуть не выбросило в окно, но благодаря сильным рукам Кальциона она оказалась в ловушке его объятий в центре кареты.

Экипаж тряхнуло ещё несколько раз, прежде чем он остановился.

– Что произошло?

Дион, который сопровождал экипаж на своей лошади, поговорил с кучером и вернулся с докладом:

– Похоже, у нас проблема с колесом.

– Колесо?

Кучер поспешно опустился, чтобы осмотреть колёса. Тем временем мимо них проехало около 45 карет.

– Я… я нашёл это внутри одного из колёс. Я никогда не видел его раньше… – заикался кучер, боясь, что его могут наказать.

Это было похоже на проволоку с зубцами. Колесо сломалось в результате того, что она запуталась в нём.

– Разве экипаж не проходил заключительный осмотр перед отправлением?

– Так и было! Однако оно запуталось в месте, которое мы не осматриваем перед самой поездкой… – бормотал кучер.

«Предмет, что не мог быть замечен до тех пор, пока не залезешь под карету. В месте, которое не нуждается в регулярном осмотре.

Возможно, кто-то тайно прикрепил её к карете, когда кучер припарковался, чтобы прогуляться по городу.

А после нескольких дней колесо больше не выдержало нагрузки.»

– …новая попытка?

«Если мы не сможем прибыть к началу банкета, не только Кальцион совершит предательство, но и мой дебют в светском обществе будет испорчен с самого начала.

Понятно, что кто-то сделал это намеренно.»

– Это мило, в сравнении с попыткой убийства.

«Хороший способ остановить дебют леди в обществе.»

– Время… слишком мало, чтобы привезти новый экипаж из особняка.

Кальцион нахмурился. Его раздражал тот факт, что ему приходилось обращать внимание на подобные мелочи.

«Совершить нападение было бы гораздо более быстрым способом закончить с нами. Но это… это действует мне на нервы. Если это повторится, в чём разница между смертью и оскорблениями со стороны людей?»

Оставив Кальциона, который в отчаянии запустил пальцы в волосы, Селена принялась расхаживать вокруг кареты.

«Сейчас ждать карету опасно. Однако, если я пропущу сегодняшний банкет, я не знаю, когда следующая возможность постучит в мои двери.»

Вдалеке виднелся вход во дворец. Не было никакого смысла арендовать другой экипаж.

«Будет ли от этого лучше?»

Несколько секунд спустя глаза Селены кое-что обнаружили.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 68

Глава 68.

Её внимание привлекли лошади, запряжённые в карету.

Блестящая чёрная шкура, прямые ноги и длинные гривы. Они выглядели слишком красиво, чтобы тратить свою внешность на то, чтобы тащить карету.

– Нам обязательно ехать в экипаже?

– О чём ты?

Селена указала рукой на лошадей:

– Разве мы не можем добраться туда на этих лошадях?

Лишь тогда Кальцион, разгадавший её намерения, улыбнулся:

– Это не будет беспрецедентным поступком. Большинство аристократов ездят верхом, чтобы показать свою мужественность.

– Мы уже решили, что не будем заботиться о подобных манерах или процедурах. Так давайте прокатимся на лошади.

– Ты будешь в порядке в этом платье?

– Лошадь будет скакать, а не я.

– Подготовьте лошадь.

Благодаря жизнерадостному ответу Селены Кальцион с радостью отдал этот приказ.

Дион помог кучеру ослабить поводья, которыми кони были запряжены к экипажу.

Естественно, Селена спросила Диона, когда тот передал поводья коня Кальциону:

– А что насчёт моего?

– Что? Вы не едете с Его Превосходительством?

– Тогда почему Вы привели двух лошадей?

– Мне тоже нужно во дворец. Я охрана!

– Ох, просто приведи ещё одну. У нас нет времени.

В конечном итоге Дион смирился с поражением и сделал так, как настаивала Селена.

– Ты умеешь ездить верхом? – Кальцион с любопытством посмотрел на девушку.

Как только Дион передал Селене поводья, она взобралась на лошадь.

Её действия были немного неустойчивыми, потому что седла не было, однако они также не выглядели так, словно девушка никогда не ездила верхом без седла. Её многому научили за время карьеры актрисы.

Кальцион также взобрался на коня, восхищаясь плавными движениями, которые только что проделала Селена:

– Ты знаешь, как делать всё.

– Я хороша во всём, что можно сделать своим телом, – улыбнулась Селена.

Благодаря разрезу на её бёдрах она могла ехать верхом в этом платье.

– Вероятно, это будет первый раз, когда леди появится в таком виде со времён Графа Ориена 10 лет назад.

– Вы сказали, что мужчины иногда ездят так верхом… Ох, Граф был женщиной?

Кальцион в очередной раз восхитился Селеной, которая ощущала себя достаточно комфортно, чтобы разговаривать на бегущей лошади.

– Да. Она отличалась от других леди с тех пор, как была маленькой. Говорят, что она была самым достойным ребёнком предыдущего графа Ориена. Она даже ходила на поле боя и владела мечом.

– Вау… Она сама пошла сражаться? Удивительное благородство.

– Я слышал, что даже если она немного постарела, ещё не родился человек, который может победить её дух.

– Думаю, что это первый раз, когда я узнаю о ком-то настолько крутом в этом мире. Будет ли она присутствовать сегодня?

– Я надеюсь на это. Однако она не любит толпы. Она всегда тихо стоит в углу и одной из первых покидает банкеты.

Скорее всего, это не имело никакого отношения к поимке преступника, но у Селены появилось личное любопытство к этой женщине.

«Такими темпами в ближайшее время я начну сожалеть.»

Селена беспокоилась о далёком будущем, а именно о том, чтобы оставить этот мир, где она узнавала интересные вещи одну за другой, позади.

– Сможем ли мы прибыть вовремя?

– С такой скоростью, да.

Времени оставалось мало, поэтому за ними не ехало никаких других экипажей. Прошли минуты и они, наконец, прибыли во дворец.

Королевские стражники были поражены, увидев мужчину и женщину на лошадях, а не в повозке, но когда они узнали Кальциона, то стали выглядеть менее удивлёнными.

– Вот, приглашение.

– Да! Подтверждаю! Это ваш эскорт?

– Да.

– Эскорт может сопроводить Вас дальше!

– Знаю. Дион, тебе следует послать за другим экипажем и дождаться нас.

– Да, милорд.

Селену, как спутницу Кальциона, пропустили без какого-либо специального досмотра.

Положив приглашение обратно в карман пиджака, Кальцион натянул поводья коня, чтобы снова набрать ту же скорость.

– Почему мы всё ещё ускоряемся, когда вошли внутрь дворцовых ворот?

– Чтобы добраться до входа в сам дворец, нужно проделать долгий путь.

– Ох, – Селена не стала терять ни минуты на раздумья.

Она быстро последовала за Кальционом. Вдалеке девушка могли видеть кареты, выстроившиеся одна за другой.

Они поспели как раз вовремя, дверь последнего экипажа со скрипом открылась.

– Я не могу сказать, кто это, но я уверена, что они очень рады думать, что прибыли последними, мне их даже жаль.

«Я могла упустить эту нелепую возможность похвастаться деньгами.»

Лошадь Селены рванула в нужное время, когда экипаж тронулся с места.

Стражник подумал, что это был последний гость, когда после этой кареты не было видно никакой другой, но когда он собрался закрыть двери, в воздухе раздался зловещий стук подков, словно предвещающий войну.

– Подождите, подождите! Не закрывайте дверь! – настойчивый крик стражника огласил зал для банкетов.

Это сразу же отвлекло внимание людей от человека, который только что вошёл в зал.

Селена натянула поводья, останавливая лошадь.

– Иго-го-го, – удивлённая лошадь заржала, поднимая передние ноги.

Услышав этот звук, все повернули головы в сторону входа.

Селена сверкнула им улыбкой, всё ещё сидя на лошади.

Её драгоценности сверкали под разноцветными огнями у входа в зал. Тихо сверкая под дождём света, девушка на мгновение создала иллюзию того, что перенесла всех в страну тайн.

Кальцион был единственным, кого не затронуло это среди её зрителей. Он слез с коня, подошёл к Селене и протянул руку.

Словно из элементарной вежливости, чтобы партнёр проводил её внутрь, Селена вложила свою руку в его ладонь.

Когда глаза Кальциона встретились с сияющими глазами Селены, он ощутил, как она быстро сжала его руку, словно говоря ему сделать это самостоятельно.

Когда девушка немного наклонилась, Кальцион обхватил её за талию и осторожно спустил с лошади. Селена была невероятно лёгкой для его рук.

На самом деле, не многие мужчины когда-либо пробовали повторить эту сказочную сцену. Мужественная внешность Кальциона, с такой грацией обнимающая женщину одной рукой, привлекла ещё больше внимания.

Селена довольно улыбнулась, словно она ступила на красную дорожку церемонии награждения с поддерживающей её рукой Кальциона.

Эта сцена казалась такой естественной.

«Если бы он был заинтересован во мне, мне бы вообще не нужно было становиться актрисой.»

Эту пару не упустил из виду ни один присутствующий в зале.

– Я с Герцогом Ренберд.

– Да, добро пожаловать, – стражник склонил голову, не обратив внимания на слова Селены. – Его Превосходительство здесь, на банкете!

Люди вновь были потрясены громким голосом стражника королевской гвардии. Излишне было говорить, что было довольно много людей, которые не были знакомы с Кальционом, поскольку он почти не посещал подобные мероприятия.

– Это Герцог Ренберд?

– Вау, он выше, чем я думала.

– Он поднял её одной рукой! Как волшебно!

Некоторые начали сплетничать, основываясь на том, что говорили слухи о Кальционе.

Многие из них также заинтересовались Селеной.

– Кто она такая? Что случилось с его невестой? Они помолвлены?

– О чём Вы, она мертва.

– Тогда кто эта девушка?

– Я не уверен, но она действительно красива…

Когда они вошли в зал, взгляд Селены скользнул по сторонам в поисках человека, который хотел войти последним.

«Поскольку прошло совсем немного времени с тех пор, как въехала карета, они должны быть прямо у входа…»

– Леди Фионэль? – Селена даже не удивилась.

«Да, только Фионэль может так сражаться за что-то.»

Глаза Фионэль расширились, когда она оглянулась на Селену и Кальциона:

– Боже! – Фионэль, которая быстро пришла в себя, бросила своего партнёра и подбежала к Кальциону. Она скорчила гримасу Селене, но быстро оживилась, посмотрев на Кальциона. – Что-то случилось с Вашим экипажем? Я не знала, что Его Превосходительство приедет верхом на подобной лошади.

В отличие от того, кто послал убийцу, преступник в деле о поломке кареты нашёлся слишком легко.

– Как ты узнала, что с нашим экипажем что-то не так… – тихо усмехнулась Селена.

Фионэль пристально посмотрела на Селену, а затем сделала шаг ближе к Кальциона и, понизив голос, сказала:

– Так приятно видеть Его Превосходительство на этом банкете. Давайте станцуем под песню на Ваш выбор…

– Герцог пришёл сегодня со мной. Леди Фионэль, пожалуйста, не заставляй своего партнёра ждать, – прощебетала Селена, намеренно обнимая руку Кальциона обеими руками.

Чтобы победить Фионэль, Селене нужно было стать как можно более инфантильной.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 69

Глава 69.

– Фионэль так рада видеть Его Превосходительство!

– Я рада, что ты довольна. А теперь, пожалуйста, позволь Селене и Его превосходительству попробовать кое-какие вкусные угощения вон там, – прежде чем Кальцион успел опомниться, Селена вышла вперёд и заявила это, мешая попыткам Фионэль вмешиваться дальше.

Другие гости наблюдали, как Герцог Ренберд послушно следует за Селеной туда, куда она ведёт его.

– Боже, кажется, он полностью пленён.

– Я думала, что у Герцога более сильный характер, но похоже это не так.

– Боже, Вы не слышали? Несколько дней назад, в Диаттэ…

Множество шёпотков доносились со всех углов большого зала, обсуждая случившееся некоторое время назад, когда Селена дважды посещала бутики. Взгляды следили за её фигурой, даже когда она переместилась из центра зала в его край. Селена же наслаждалась всеобщим вниманием и была готова встретить любой предстоящий вызов.

Однако, благодаря тому, что люди некоторое время держались на расстоянии от них, девушка успела разглядеть интерьер знаменитого Розового дворца.

Действительно, наряду с его названием самого большого и великолепного дворца, он, казалось, расцветал с помощью роз. Колоны были украшены вырезанными лозами роз, а полы были выложены плиткой в форме огромной цветущей розы. Изоморфный потолок, выполненный из стекла с очертаниями роз, отбрасывал сверкающие оттенки. Даже воздух здесь был пропитан тонким ароматом роз, благодаря курильницам, расставленным в каждом углу.

«Грустно, если мне придётся сражаться в таком прекрасном месте.»

– Приветствую, давно не виделись, – поприветствовала Селену решительная женщина, в одно мгновение подавив её порыв чувствительности.

Излишне говорить, что это была Розалин.

Она изящно улыбнулась Кальциону и Селене, несмотря на неизменившееся выражение лица первого.

– Я давно не видела Вас, хотя я рада, что у Вашего Превосходительства, похоже, всё хорошо. И Ваша компания здесь.

– Почему Вы говорите так, словно даже не знаете моего имени? – сверкнув улыбкой, Селена ответила Розалин тем же.

Ни одна из женщин не хотела отступать от своих позиций. Эти двое загорелись бы, если бы их обмен пристальными взглядами продолжался ещё хоть немного.

К счастью, кто-то вмешался в него.

– Приветствую, прошло много времени с тех пор как я видел Ваше Превосходительство. Розалин, и тебя тоже.

Селена приготовилась к предстоящим сражениям, которые должны были вскоре последовать, а сейчас настала очередь Розалин отвечать.

– Ах, это Лирэль. Мы познакомились на вечеринке в прошлом году, хотя я не уверена, что Вы помните об этом.

Она была первым незнакомым лицом, появившимся сегодня.

Селена сжала руку Кальциона, которую держала, показывая, что сейчас он должен произнести свои «реплики», которые он репетировал с тех пор, как сел в карету.

– Леди Лирэль. Рад знакомству.

Лирэль вздрогнула, словно в экстазе от глубокого голоса Кальциона, позвавшего её по имени, и обмахнула шею веером, чтобы сбить жар.

«Фу,» – глаза Селены сузились от недовольства этой «возбуждённой» реакцией.

Лирэль отреагировала так, словно Кальцион не мог понять причину её волнения, однако она забыла, что его сопровождала Селена под титулом его «возлюбленной».

Кальцион, который учился у Селены, сразу же понял смысл действий Лирэль. Вот только до сих пор он неизменно игнорировал это. Кальцион не хотел прилагать достаточно усилий, чтобы справиться с каждой такой.

– Это Селена. Хоть спутница появилась у меня неожиданно, я надеюсь, что Вы будете направлять её, поскольку я планирую остаться с ней навсегда, – Кальцион рассказал о ней, как и практиковался. Ни ошибки, ни слова лжи. Его голос звучал очень естественно, словно он не нуждался в уроках актёрской игры.

Естественно, вскоре это сменится на «романтические отношения», благодаря определённым членам общества, которые любят искажать новости или слухи.

– Меня зовут Селена, – приняв представление Кальциона, Селена слегка поклонилась. Грубый жест Лирэль не стёр улыбку с её лица.

Лирэль застенчиво улыбнулась, лёгкий триумф на её лице отчётливо говорил: «Конечно, я бы ни за что не узнала тебя».

Селена никогда не забывала отвечать, поэтому, жестикулируя, погладила предплечье Кальциона пальцами, а затем прикоснулась к нему губами.

Она говорила: «Он мой».

Лирэль, которая до сих пор игнорировала Селену, прочистила горло и тихо опустила взгляд. Её насмешка была омрачена смущением.

– Боже, посмотрите кто это. Разве это не Герцог Ренберд? – последовал другой голос.

– Это Селена. Она будет продолжать появляться на мероприятиях в качестве моей спутницы, поэтому я надеюсь, что Вы позаботитесь о ней.

– Боже, спутница Вашего Превосходительства, Вы, должно быть, счастливы.

– Счастлива только я? Не Его Превосходительство?

– Должно быть, многие мечтают сопровождать Его Превосходительство. С другой стороны… кто из нас хотел бы сопровождать леди Селену? Есть ли кто-то?

– Важно то, что Его Превосходительство попросил меня сделать это. На грани того, как просят милостыню.

– Я бы предпочла, чтобы Вы не верили, что эти чувства будут длиться вечно. Потому что все мужчины одинаковы.

К счастью, они были сосредоточены только на том факте, что Кальциона сопровождала Селена. Благодаря этому никому не пришло в голову гадать, была ли она его настоящей любовницей, о чём беспокоилась сама Селена.

На протяжении всех приветствий Кальцион не сводил взгляда с Селены, пока она разбиралась с кинжалами, что летели в её сторону.

«Я устала.»

Было не трудно справиться с каждой из них, но людей было слишком много. Селена ощущала себя так, словно имела дело с одним врагом за другим, находясь на краю обрыва. Она даже хотела выстроить их в очередь и раздать номерные значки.

Девушка даже не могла расслабиться, потому что ей нужно было выяснить, кто был настолько переполнен ненавистью к ней, чтобы послать к ней убийцу. Селена в буквальном смысле сражалась за то, чтобы выведать все секреты.

К тому времени, когда у неё начали гореть щёки, слуги у входа заняли идеально дисциплинированные позы. Гости замолчали и обратили своё внимание на дверь. Длинный ковёр со сверкающим узором из тёмно-синего шёлка был расстелен от двери до платформы в конце зала.

– О, королевская семья прибыла?

– Верно.

– Они и правда выглядят как главные герои.

Слуга, стоявший перед дверью и выкрикивающий имена гостей всякий раз, когда они входили, прочистил горло:

– Её Величество и Её Высочество Принцесса прибыли!

Закрытые двери со скрипом открылись, когда музыканты заиграли элегантную мелодию.

Принцесса Джерриэль появилась в дверях, держа Королеву Марию за руку, и ступала по ковру шаг за шагом, словно входила в свой свадебный зал.

Все присутствующие на банкете в унисон склонили головы.

Принцесса Джерриэль была в платье, украшенном белыми слоями ткани и бесчисленными кружевами. Она напоминала сияющую звезду, ступающую по ковру, похожему на ночное небо.

«Очевидно, она слишком много готовилась к этому дню.

Если бы я могла позволить себе деньги, впустую потраченные на подобную подготовку, я бы построила дом и сбежала,» – мысленно пробормотала Селена, наблюдая, как Принцесса приближается к подиуму.

Слуги накрыли двери, как только Королева и Принцесса вошли. Убедившись, что в зал больше никто не входит, Селена зашептала Кальциону:

– Больше никто не придёт?

– Король не может позволить себе посещать подобные места.

– Почему? Потому что он занят?

– С прошлого года он страдает слабоумием.

– Упс.

«Я этого не знала.

Так вот почему Королева так спешит найти жениха для дочери.

Король не мёртв, но, если его воспоминания будут затронуты, ситуация неизбежно усложнится. С такой скоростью, в один прекрасный день трон может быть передан не тому человеку.»

– Тогда кто следит за государственными делами?

– Принц Ларсен и Королева делят этот пост поровну. Кронпринц занимается внешними делами, в то время как Королева следит за внутренними делами дворца.

– Разве это не означает, кто Кронпринц захватил их все?

– Моя личность привлекает много врагов.

– …

Селена выглядела озадаченной его ответом, поэтому Кальцион спросил:

– Что?

– …невозможно. У Герцога очень хорошая личность.

Услышав её ответ, нахмурился Кальцион. К счастью, он понимал, что не был хорошим человеком.

– Принц не просто вспыльчивый, он ещё и жестокий. Ему всё равно, что я делаю.

– О… – лишь после этого Селена кивнула.

«Если он очень раздражителен, то его поведение и образ мыслей являются проблемами.»

– Он из тех, кто наслаждается чаем, смотря на отрубленную шею человека?

– …насколько я знаю… – Кальцион растерянно оглянулся на Селену.

– Есть ли ещё такие люди, как он?

– …нет, возможно, но я лишь слышал об этом…

– Отлично, до сих пор подобных тиранов не было.

– Даже подчинение одного человека не является почётным делом.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 70

Глава 70.

«Хоть у Кронпринца не было тесной связи с Ирэль, он является серьёзным подозреваемым в том, чтобы целиться в Кальциона. Из-за цели поимки преступника мне, возможно, когда-нибудь придётся встретиться с ним взглядами.

К счастью, он не из тех, кто может выпотрошить чьи-то внутренности.»

– Тогда разве Кронпринц не появится сегодня?

– Он будет последним, кто придёт. Эти трое никогда не появляются бок о бок, держась за руки.

– Я поняла, что Королева боится Принца, но в чём причина?

– Он терпеть не может, когда кто-то навязывается. Поскольку Принцесса находится во второй линии наследования, ему не нравится, когда она попадается ему на глаза из-за её репутации.

– Думаю, что она преуспела в вопросах, касающихся её славы. Кроме того, она, похоже, сегодня тщательно принарядилась.

– Это естественно, поскольку Королева всё ещё держит в своих руках большую часть внутреннего бюджета дворца. А также перекачивает различные активы.

– Вот как.

«Покупка чего-то за счёт внутреннего бюджета от имени власти означает, что это стало её собственностью. Королева также тщательно готовится на случай, если ей придётся столкнуться с проблемами в отдалённом будущем.»

Пока Селена болтала с Кальционом, Королева и Принцесса поднялись на подиум.

Посередине был установлен трон, а кресла Королевы и Кронпринца стояли по обе стороны от него. Рядом с креслом Королевы находилось и кресло Принцессы.

Пришло время начинать банкет, однако лишь половина мест на подиуме было занята. Однако мероприятие также могло начаться сразу же, как только королевская семья входила в зал.

Излишне было говорить, что музыка изменилась, когда первая развлекательная труппа вышла в середину зала, чтобы начать праздник. Даже со всеми выступлениями, всё выглядело мягко и скучно. Однако это нельзя было просто опустить, потому что это была значительная часть мероприятия.

Селена стояла у стены и безучастно наблюдала за происходящим. У аристократов, стоявших поодаль, на лицах было такое же выражение.

– Как долго длится это представление?

– Не могу сказать.

– Я умираю от скуки.

– Это скоро закончится.

– Вы и правда говорили, что бальные танцы начинаются после того, как это закончится.

«А принятие или отказ партнёра по танцу и все эти тривиальные разговоры связаны и привязаны друг к другу.»

Хоть Селена планировала не терять Кальциона, она крепко обняла его за руку, пробормотав с притворной заботой:

– Мы должны быть осторожны, чтобы не потерять друг друга.

Согласно словам Кальциона, после выступления музыка сменилась на мелодии для танцев, однако ни одна душа не ступила на танцпол.

«Что это за настроение?»

Все смотрели на подиум, словно чего-то ждали.

Королева Мария грациозно поднялась со своего места и жестом пригласила принцессу встать рядом с ней.

– Я сегодня неважно себя чувствую, поэтому вместо меня Принцесса откроет этот банкет первым танцем. К сожалению, не все мужчины королевской семьи присутствуют в данный момент, поэтому вместо них…

Когда Королева начала объявлять это, Кальцион и Селена обменялись взглядами. Они начали пробираться сквозь толпу ещё до того, как та закончила свои слова.

У них были бы неприятности, если бы они ослабили бдительность.

Первый танец исполнялся членами королевской семьи, которые устраивали вечеринку. Если бы присутствовал Кронпринц, то он бы танцевал с Королевой или Принцессой, чтобы открыть вечер, однако в его отсутствие это должен был сделать кто-то ниже по статусу, чем он.

Почему Королева, которая грациозно прошла по залу, вдруг отдала свой первый танец Принцессе, сказав, что плохо себя чувствует? Это было сделано для того, чтобы заставить Кальциона принять участие.

Кальцион мог бы легко отказаться танцевать, будучи наедине, однако ему было бы затруднительно сделать это в зале, заполненном людьми. Поскольку он был привязан к правилу, что слишком сильно страдала репутация во время подобного отказа.

Испугавшись, эти двое ещё некоторое время быстро шли по коридору, даже после того, как покинули главный зал банкета.

– Ха-а-а, ха-а-а… Принцесса не последует за Вами сюда, верно? – задыхаясь, спросила Селена, пряча Кальциона за колонной в коридоре.

Свет у входа в зал вечеринок стал таким же маленьким, как ноготь, однако она не могла ослабить бдительность. Селена не могла пренебречь настойчивостью, которая всё ещё воспитывалась в подростках.

«Судя по музыке, они, похоже, подобрали какого-то другого человека для танца, когда нигде не смогли найти Кальциона,» – облегчённо вдохнув, Селена наконец повернула голову к мужчине, вокруг которого всё крутилось.

– В прошлом меня никогда не приглашали танцевать с Принцессой… – Кальцион замолчал, когда их глаза оказались слишком близко.

Лишь тогда Селена поняла, что схватила его за воротник и прижала к колоне.

Всё то время, пока Селена осматривала место входа в зал банкета, она с каждой минутой придвигалась к Кальциону всё ближе и ближе. И теперь она давила на его тело своим собственным.

С другой стороны, Кальцион держал Селену в раскрытых объятьях, когда она повернула голову, чтобы посмотреть на него.

Точно так же, как магниты сближались и слипались после того, как их отделяли друг от друга, казалось, что они были связаны какой-то силой и их невозможно было разделить на части.

С прерывистым дыханием от ощущения стеснения в груди Кальцион и Селена уставились друг на друга. Их взгляды метались между глазами, носом и губами друг друга.

В лунном свете это казалось ещё более таинственным.

Их глаза казались глубже, чем обычно. Словно их засосёт внутрь, если ты будешь смотреть слишком долго.

Кулак Селены, положенный на грудь Кальциона, с каждой секундой сжимался всё сильнее. Руки Кальциона, которые были разведены в сторону, незаметно для него обхватили спину и талию Селены.

Как раз в этот момент с вечеринки стали доноситься звуки аплодисментов. Это заставило их ослабить хватку и разойтись.

– Ох, эм, танец, я думаю, закончился.

– Верно.

– Итак, эм, мы сейчас можем вернуться? – без всякой причины Селена начала заикаться. Она не могла найти в себе смелость взглянуть ему в лицо, поэтому она не знала, куда смотрит Кальцион. Селена смотрела куда угодно, только не на него. – Э-это, должно быть, пристроенный сад. О, это сад-лабиринт? Здесь, кажется, хорошо, поэтому давайте прогуляемся, прежде чем войдём.

– Это опасно.

– Ах, точно… тогда давайте зайдём внутрь.

«По крайней мере, я смогу видеть, куда иду.»

Как только они вернулись на вечеринку, люди со всех сторон начали бросаться им навстречу.

– Где Вы были? Я хотел поприветствовать Вас, однако нигде не мог найти.

Остаточное изображение серо-голубых глаз Кальциона, пристально смотрящих на неё, всё ещё сотрясало разум Селены, однако она быстро взяла себя в руки и сверкнула улыбкой.

Как только Селена подумала о паузе, чтобы потанцевать, к ним подошёл худой мужчина.

Мужчина был не так уж стар, но выглядел несколько запуганным и потрёпанным. Казалось, что на его лице была тень, в отличие от оживлённых гостей, стоявших рядом с ними.

Пока Селена решала, какую маску надеть, мужчина склонился перед Кальционом. Узнав этого человека, Кальцион впервые за этот день посуровел.

– Прошло много времени, Ваше Превосходительство. Как у Вас дела?

– Я должен спросить о Вас.

– Я здоров, благодаря Вашему соглашению, – мужчина, который снова склонил голову, едва смог произнести следующие слова. – …хоть было нелегко смириться с уходом моей дочери…

Селена поняла, кто это такой.

«Барон Джион.

Отец леди Ирэль.»

В первых главах была серьёзная путаница, кто именно пострадал, однако сейчас всё стало ясно, поэтому, прошу прощения за то, как долго она продлилась. Я исправлю всё в начальных главах.

– Мне нужно ещё кое-что сказать… однако могу я попросить Вас уделить мне минутку? – после этого барон посмотрел на Селену.

После подобного великолепного появления у него не было возможности не узнать её в компании Кальциона.

И ему никак не могло быть комфортно видеть, как вскоре после случившегося на месте его дочери появилась другая женщина.

– Прошу прощения, я пойду к столу. Я начинаю ощущать голод.

После некоторых раздумий Кальцион кивнул:

– Не выходи за пределы зала. Не имеет значения, сколько охраны выставлено, во дворце больше скрытых помещений, чем на улице.

– Я не буду.

Селена избегала садиться куда-то из-за своего беспокойства.

Стоя в относительно пустынном месте, она взяла стакан с прозрачной розовой жидкостью и наблюдала, как Кальцион серьёзно обсуждает какую-то тему с Бароном. Казалось, им нужно было многое уладить, даже когда брак без любви не был заключён.

«Сразу после случившегося он и правда закончил дела перед тем, как покинуть столицу, но не всё можно уладить всего за несколько месяцев. Возможно, эту часть нужно обсудить с глазу на глаз.

Для барона Джиона было трудно попросить о встречи с Кальционом.»

Селена сделала глоток своего напитка.

– Хм?

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 71

Глава 71.

Вкус алкоголя оказался лучше, чем она ожидала.

У Селены было мало шансов выпить, после того как она пришла в этот мир. Употребление алкоголя было не очень распространённым удовольствием в этом мире, и Кальцион редко пил. Он прикасался к бокалу спиртного лишь в конце банкетов.

Ликёр, который коснулся рта Селены, сейчас глубоко согревал её внутренности и был таким же восхитительным, как небесная роса.

– Кажется, он не очень крепкий…

У напитка почти не было резкого запаха, характерного лишь для крепкого алкоголя. Скорее, Селена ощутила лишь аромат цветов во рту и пикантный вкус на кончике языка.

Однако запах был не очень сильным.

– Ха, это хорошая идея.

«Этот напиток действительно достоин того, чтобы его подавали на императорском банкете. Не похоже, чтобы Король позволил подать какой-то дешёвый напиток под его гостеприимство.»

Селена восхищённо вертела напиток в своём бокале, когда к ней подошёл мужчина:

– Похоже, Вам нравится этот напиток.

– Так и есть, – ответила Селена, а её взгляд был сосредоточен на танцующих людях. Она продолжала вращать бокал, не оглядываясь на мужчину.

Прежде всего, Селена должна была быть осторожна со своими словами. Поскольку не было конца подобным людям, было лучшим ответом просто построить стену.

С того момента, как она покинула Кальциона, мужчины, окружавшие Селену, не проявляли интереса к ней. А подобные люди были настойчивы, даже когда их игнорировали.

– Алкоголь, подаваемый на каждом королевском банкете, обычно великолепен. Говорят, что ликёр обладает более сильным ароматом из-за смеси особых сортов фруктов, привезённых с региона Вайтен.

Хвастовство непрошенными знаниями был основным трюком.

– Я знаю.

– Аромат этого алкоголя… Думаю, он соответствует красоте леди. Когда я мельком увидел Вас издалека, я не мог сказать, был ли я восхищён алкоголем или Вашей красотой.

Но и подобные поэтические выражения, как эти, не были ни трогательными, ни интересными.

– Тогда, если Вы пьяны, Вам нужно отдохнуть.

– Да, я полагаю, что мне следует отдохнуть, однако могу ли я осмелиться попросить о чести отдохнуть с таким цветком, как Вы, Миледи?

– Боюсь, что нет. До свидания.

К этому времени Селена достаточно обучилась у Миссис Джанет, чтобы вежливо отказаться, но она выбросила их все из головы.

Селена относилась к этому с осторожностью, так как это могло помешать её общественной жизни, если бы она уловила неправильный тон в присутствии дам.

Но это было бесполезно перед мужчинами. Селена никогда не ожидала от них никакой полезной информации об Ирэль.

«По крайней мере, я могу получить и собрать интересующую информацию от других. Однако не будет никакой информации, которую можно ждать от людей, настолько других, чтобы хотя бы рядом встать с Кальционом.»

– Я, я никогда не получал такого отказа…! – мужчина был ошеломлён резким отказом Селены.

Он заскулил, когда Селена прищёлкнула языком и продолжила успокаивать своё горло алкоголем, который она потратила впустую на бесполезного мужчину.

– Пчёл всегда привлекают красивые цветы.

– Как и мух. Не красотой, а через аромат. Как бы то ни было, нектар трудно получить.

– Ах, да…

1-я атака.

– Колючий цветок гораздо привлекательнее. Леди, похоже, знает своё обаяние лучше, чем кто-либо другой.

– И правда, я очаровательна, даже если у меня есть шипы.

– Боже, тогда мне пришлось бы самом избавляться от шипов, чтобы получить такой цветок.

– Похоже, такие шипы были прикреплены из-за подобного человека, как Вы.

2-я атака.

Для Селены иметь дело с мужчинами было гораздо проще и понятнее, чем с женщинами. Люди вокруг него тихо смеялись.

– Боже, я удивляюсь, как Вы смогли так ловко отказаться. Это было так весело наблюдать, что я не осознавал этого, пока не услышал свой смех, – улыбнулась одна из женщин и подошла к Селене.

«У этой леди чистая признательность в глубине души или она просто ещё одна из этих вызывающих женщин?» – включив свой калькулятор, Селена посмотрела на нового оппонента со своим собственным смешком.

Умеренная одежда, скромный внешний вид.

Просто взглянув на её платье, Селена могла догадаться, что стоила семья этой женщины.

«Если бы мне пришлось делить её на основе рангов, разве она не была бы на уровне Фионэль? Она не принадлежит к такой престижной семье, как Розалин, однако, похоже, у её семьи есть своя собственная репутация.»

Селене она не казалась плохой, поскольку не показывала свою враждебность.

– Простите мои манеры, я Виорела из семьи Ройл.

– Моё имя Селена. Я здесь по поручению Герцога Ренберд.

– Конечно, я знаю. Вы действительно так великолепно появились, что вас узнали.

– В середине пути произошёл несчастный случай, поэтому нам пришлось ехать этим способом.

– Ох, вот как. Однако это оставило довольно замечательное впечатление, поэтому не волнуйтесь. Мы должны избавиться от этих плохих воспоминаний с помощью алкоголя, не так ли? – спокойно улыбаясь, Виорела подняла свой бокал за Селену.

Не было никаких признаков того, что она нервничала или ощущала атаку. Вот почему Селене пришлось ждать и смотреть, была ли Виорела другом или врагом.

Селена ответила, подняв свой бокал и произнеся тост со звоном бокалов.

После тоста люди собрались за столом со всех сторон.

– В этот раз белая лошадь в моей семье родила жеребёнка! Это так восхитительно.

– Поздравляю!

Как и на любой другой встрече, беседу заполняли незначительные истории. Снова был поднят тост за жеребёнка.

– Давненько у нас не было такой большой вечеринки, не так ли? Благодаря этому я рада познакомиться с людьми, которых никогда раньше не встречала.

– Приятно познакомиться с Вами! Может, произнесём ещё один тост?

И стаканы вновь столкнулись.

Селена оглядела людей, прикоснувшись губами к стеклу.

Люди, собравшиеся вокруг Виорелы, очень хотели выпить.

«Ах, вечеринка с алкоголем.

Пить так много вредно для здоровья, но, как известно, есть люди, которые гордятся этим. Люди, которые гордятся тем, что у них достаточно выносливая печень.»

Ощущая, как настойчивые взгляды следят за наклоном её бокала, Селена ухмыльнулась про себя и выпила сразу всё. Широко раскрытые глаза, уставившиеся на неё, снова заставили её рассмеяться.

«Я просто выпью это за вас.»

Способность Селены пить была безграничной.

В предыдущем мире она славилась своей способностью пить. Селена не была из тех, кто любит или жаждет выпить, но когда она пила, то могла делать это бесконечно.

– Вы хорошо пьёте. Это крепкий напиток, поэтому Вам лучше быть осторожной.

– Спасибо Вам за Вашу заботу. Это просто так вкусно.

– Однако пить всё это сразу – это свидетельство того, что Вы хорошо пьёте. В таком случае, не произнести ли нам ещё один тост?

Селена высоко подняла свой вновь заполненный бокал.

Она уже собиралась проглотить, когда Виорела радостно крикнула:

– Было приятно познакомиться со всеми Вами, давайте выпьем все сразу!

Должно быть, это была не очень приятная просьба, однако все женщины засмеялись и последовали за ней, поскольку это были слова Виорелы.

Её стакан с крепким алкоголем был быстро опустошён. Один из слуг, стоявших рядом с ней с бутылкой алкоголя, спустя пару секунд вновь наполнил её пустой стакан.

Пока бокалы вновь заполняли, кто-то выкрикнул новый тост.

– Вы знали? Показывая кому-то донышко своего бокала означает, что Вы показываете им всю глубину своего сердца.

«Спасибо алкоголю. Человек и правда больше раскрывает своё сердце в пьяном состоянии, но это ещё предстоит увидеть.»

– Вот как? Вы видите моё сердце? – проглотив свой напиток, Селена оглянулась на Виорелу. На её лице не было никаких изменений, хоть в ней и было довольно много алкоголя.

Она выглядела так, словно только что пришла на вечеринку.

– Я не могу не ответить на это, – и с этими словами Виорела взяла ещё один наполненный бокал.

Пока она пила, люди вокруг неё последовали её примеру.

Это не заняло много времени, прежде чем они начали падать одна за другой, лишь для того, чтобы их унесли или увели в гостиную.

Все быстро напились из-за того, что пили слишком быстро.

– Подождите, угх…!

– Я должна поторопиться-я-я-я!

– Мне всегда нравится быть одной, но когда мы пьяны, мы просыпаемся в хороший день, не так ли? Кстати, почему люди режут сыр ножом? Если Вы подумаете об этом, Вы можете разрезать его вилкой или ложкой. Зачем резать его ножом? Я действительно хочу поговорить об этом, но мне нравится быть одной. Сыр идеально подходит для выпивки в одиночестве. Как Вы думаете, почему мы должны резать сыр ножом? Я действительно держу себя в руках прямо сейчас. Вот почему я люблю одиночество. Будет чище, если ты напьёшься в одиночестве. Но Вы же знаете, что такое сыр.

Несмотря на то, что это была официальная вечеринка, никто из пьяных женщин не контролировал свои слова.

Селена наклонила свой стакан, сохраняя ту же скорость, когда смотрела на людей, которые демонстрировали свои различные реакции на выпивку.

Виорела уже куда-то убежала, и её нигде не было видно. Всё, что осталось, – это побеждённые конкурентки, которых за руки тащили слуги.

– Я думала, нам весело, но, возможно, Вы плохо себя чувствуете, а? – непринуждённые слова Селены подтвердили её победу.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 72

Глава 72.

«Как это вообще возможно?!» – противницы, которые наблюдали за Селеной в надежде, что она совершит ошибку под воздействием алкоголя, были ошеломлены.

Люди, известные своей толерантностью к алкоголю, один за другим уходили, признав поражение от рук Селены.

Хоть каждая из них была высшей аристократкой, некоторых можно было разделить на группы. Розалин и Фионэль принадлежали к одной, в то время как Виорела принадлежала к другой, как Селена ожидала изначально.

Точно так же, вмешательство в бутике, где ей пришлось пережить некоторое унижение в начале внедрения в стадо. В противном случае Селене пришлось бы искать какого-то посредника, чтобы её приняли в одну из групп.

В случае с Селеной это было ни здесь, ни там.

Хоть у неё была более сильная поддержка со стороны Герцога Ренберд, Селена не была официально объявлена его возлюбленной или невестой. Она была красива, но в то же время безмятежна, когда ехала верхом на лошади. Селена была простолюдинкой и имела бедное финансовое положение, однако всё же не проявляла никакого интереса к потери своей сильной гордости. А теперь она даже смогла победить других аристократок своей способностью пить.

Всё это было словно организовано для неё и это вызвало ажиотаж в естественном потоке социальной экосистемы.

Просто из-за появления чужеродного вида, который нарушал их экосистему.

Ничего, если мы пригласим её в нашу группу?! – все стояли молча, покачивая головами и производя расчёты.

«Кто-то должен был пригласить меня в свою группу,» – Селена собиралась получить от кого-то приглашение не еженедельное собрание. Она была в этом уверена.

На данный момент Селена ничего не знала о других собраниях аристократок. Однако, поскольку партия даже не начиналась всерьёз, всё ещё было много возможностей подать апелляцию.

«Интересно, как долго мне придётся оставаться здесь,» – Селена подняла глаза, чтобы украдкой посмотреть на Кальциона.

«Ха-а, боже.»

Барон Джион склонил голову, его плечи дрожали.

«Ещё не время уходить.»

Поскольку Селена так много выпила, ей нужно было извиниться и сходить в дамскую комнату.

Ей не хотелось беспокоить Кальциона, чтобы сходить в туалет, однако ходить здесь в одиночестве также было опасно. Однако, к сожалению, Кальцион не подавал никаких признаков прекращения разговора, а у её мочевого пузыря не было милосердия, чтобы сдерживаться.

«Туалет находится не так далеко от зала вечеринки, и люди продолжают входить и выходить из зала.»

В конце концов, Селена решила оставить вечеринку. Она хотела спросить у служанки, как пройти в дамскую комнату, но не смогла найти поблизости ни одной. Вот что происходит, когда ты спешишь.

Селена больше не могла ждать. Как только она пришла в сознание, подобное стало становиться всё более неотложным.

«Тогда сначала поищем его! Если я буду бродить вокруг, то смогу найти, а если нет, то здесь есть сад-лабиринт.»

Внезапно из ниоткуда перед Селеной, которая собралась выйти из зала вечеринки, появилась Фионэль.

– Что случилось? Ты проиграла? Ты собираешься плакать? – она постоянно дразнила Селену своим милым тоном, так как никто не наблюдал за ними.

Как бы то ни было, в голове Селене вспыхнула красная аварийная лампочка.

Она прошла мимо Фионэль и вышла в коридор, а Фионэль последовала туда за ней.

– Ты хочешь уйти? Ещё не слишком поздно, поэтому просто спокойно иди домой… Эй!

«Если подумать, Фионэль должна быть знакома с планировкой дворца. Она также не испытывает жажды моей крови. Нет никого лучше неё, кто мог бы направить меня в туалет.

К тому же ей легко манипулировать.»

Селена повернулась, чтобы схватить свою добычу – Фионэль:

– Слава богу мы встретились. Давай поговорим спокойно. Следуй со мной в дамскую комнату. не буду бить тебя, если ты будешь сохранять спокойствие.

– Ты, о-отпусти меня! Я не пойду с тобой!

– Хорошо, продолжай. Давай поболтаем по дороге.

Глупая Фионэль, как всегда, легко попалась на уловку Селены.

– Ты думаешь, я не смогу пойти, если ты мне не скажешь куда? Отпусти! Отпусти! Я могу идти сама! – Фионэль, стряхнув руки Селены, вырвалась вперёд и побежала в сторону дамской комнаты.

Селена удовлетворённо улыбнулась, следуя за Фионэль. Каким бы срочным это ни было, она никогда не смогла бы попросить Фионэль отвести её в туалет.

Путь в дамскую комнату оказался длиннее и сложнее, чем Селена думала. Если бы Фионэль не шла впереди, она сдалась бы на середине пути и вместо этого пошла в сад.

Они прошли по коридору, вошли в другую часть здания, прошли там по извилистому коридору и оказались перед ванной комнатой в помещении, похожем на гостиную.

Фионэль не знала, шла ли Селена в безлюдное место, чтобы затеять ссору, однако благодаря ей Селена смогла уйти так далеко, чтобы никто не увидел их.

– Итак, почему бы тебе не рассказать мне это сейчас? Я говорила раньше, но не думаю, что ты действительно заботишься о своей жизни!..

– Подожди, – Селена поспешила в туалет, оставив Фионэль одну.

– Ч-что? Что это было? – потеряв дар речи, Фионэль тупо уставилась на закрывшуюся дверь ванной комнаты. Тот факт, что её использовали в качестве проводника в туалет, с опозданием вспыхнул в ней. – Ты, ты использовала меня! Что?!

– Ох, отлично, – закончив тем временем свои дела, Селена бросила на Фионэль посвежевший взгляд.

Ранее она планировала использовать Фионэль в качестве гида, потому что торопилась, но сейчас Селене нужно было кое-что обсудить с ней.

– Я должна поблагодарить тебя за твой совет, сказанный в прошлый раз. Ты не самая плохая девушка, учитывая, что вот так привела меня в туалет.

– Ты такая раздражающая. Как Его Превосходительству удалось встретить такого человека, как ты?

– Люди всегда случайно подбирают выдающиеся камни, разбросанные по земле.

– Это не было комплиментом. Единственная вещь, которая выделяется в обществе, даже если у неё ничего нет – это яд.

– Почему яд?

Фионэль замолчала, словно ей задали решающий вопрос.

Ухмылка Селены исчезла. Судя по поведению Фионэль, она убедилась, что та что-то знает.

– Как много ты знаешь, чтобы так говорить?

– … – Фионэль, которая с трудом подбиралась ответ, стала тихой, словно камень.

– Ты, Розалин и даже Королева сказали то же самое.

– …

– Что я могу умереть.

– …

– Это так странно. Что каждый из вас сказал, что я погибну, если останусь связанной с Герцогом.

Фионэль по-прежнему держала рот на замке. Однако вместо того, чтобы выглядеть упрямой, она выглядела так, словно была близка к тому, чтобы у неё сдали нервы.

С небольшой надеждой получить что угодно, Селена подошла ближе к Фионэль. Встретившись с ней взглядом, она тихо прошептала:

– Тебе не кажется, что вы говорите это, потому что знаете причину смерти Ирэль? …меня, конечно, часто посещает эта мысль.

– Откуда я могу это знать? Это было самоубийство. Разве ты не слышала? – наконец заговорила Фионэль.

– Я слышала. Однако разве человек просто умирает из-за ничего? У неё должна была быть причина.

– Она умерла в одиночестве. Как, по-твоему, я могу знать причину?

– Вот как? Тогда почему ты сказала, что я умру?

Фионэль снова лишилась дара речи. Селена могла прочесть страх и гнев в её глазах.

«Почему Фионэль боится и злится на меня, при этом угрожая? Я не понимаю.»

Фионэль не могла избежать горящего взгляда Селены.

– Я действительно предупреждала тебя. Не будь безрассудной, – сказала Фионэль, подчёркивая каждый слог.

– Тогда, кажется, ты так же спрашивала, есть ли у меня богатое и сильное прошлое. Что ж, сейчас, когда у меня есть деньги и поддержка Герцога, ты не думаешь, что я буду в безопасности?

– Как ты думаешь, как долго это продлится? Я видела тебя сегодня, ты осталась одна.

– Только так я могу влиться сюда.

– Эй, – Фионэль, которая до этого отодвигалась в угол, внезапно понизила голос и подошла на шаг ближе. – Это не моё дело, жива ты или умрёшь. Однако я не хочу вредить чести Его Превосходительства из-за подобного человека, как ты, и даже если ты умрёшь, я не хочу и не буду думать о тебе.

– Герцог сам позаботится об этом.

– Вот почему я ненавижу тебя ещё больше. Почему ты не можешь, по крайней мере, испытывать искренние чувства к Его Превосходительству? Я беспокоюсь, что он падёт, заботясь о твоей жадности, потому что заботится о тебе.

Селена знала, что Фионэль серьёзно относится к Кальциону. Кальцион также знал об этом, поэтому не мог плохо обращаться с Фионэль.

Однако то, что она только что сказала, было вызвано не её ревностью к тому, что её отвергли из-за кого-то другого. Селена быстро прочитала это между строк:

– Ирэль, до чего она была так жадна?

«Поскольку брак был политическим, для Ирэль было естественно жаждать деньги Кальциона. Она, должно быть, тратила большие суммы, пока не получила места в многочисленных салонах и бутиках, которые изначально отвергли меня. Однако, учитывая финансовое положение Кальциона, нет пути, который мог бы привести её к смерти даже при такой большой жадности.»

– Почему я должна говорить тебе это? Ох, я и правда хочу, чтобы ты умерла прямо сейчас, но это было бы трудно, поскольку ты связана с Его Превосходительством. Думаю, я та, кто может умереть, – вздохнув, Фионэль оттолкнула Селену в плечо.

Тело Селены, которое было расслаблено, отшатнулось назад. В этот момент Фионэль стрелой метнулась прочь и толкнула дверь гостиной.

Незадолго до того, как она оставила Селену в комнате, Фионэль бросила несколько слов, словно была немного обеспокоена:

– Будь осторожна с мужчинами.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 73

Глава 73.

– Что?

Вместо ответа Фионэль закрыла за собой дверь.

«Мужчин?»

Это было неожиданно.

«Мужчин, мужчин…» – Селена бродила по гостиной, пытаясь собраться с мыслями.

«Осторожна с мужчинами? Кажется, что-то не сходится.

Как могла Ирэль, которая, как известно, была робкой, связаться с мужчинами?»

– Она стала нетерпеливой, потому что не могла соблазнять мужчин, – вспомнила Селена сплетни Джуны.

Селене было плохо каждый раз, когда она слышала об этом, поэтому она думала, что Джуна затаила обиду на Ирэль.

«Однако разве Джуна ругалась лишь не потому, что думала, что Ирэль наносит ущерб репутации Герцога?»

– Я бы пошла на всё, чтобы защитить честь семьи Ренберд, – суровое лицо Миссис Джанет также пришло на ум Селене.

«Предполагалось, что Ирэль будет помолвлена с Кальционом, но в процессе этого она также познакомилась со вкусом столичного общества. Возможно, у неё завязались какие-то отношения с другим мужчиной?

Это был политический брак без каких-либо эмоций. Наличие любовника до брака можно назвать недостатком, однако это не причина для разрыва помолвки.

А потом, помимо того, что у неё появился любовник, случилось что-то похуже, и Миссис Джанет убила её, потому что не могла это видеть?

Всё известное о состоянии комнаты указывает на Миссис Джанет. Однако Кальцион полон решимости не верить в подобное.

Это было убийство или же самоубийство?

В любом случае, правда в том, что она умерла в своей комнате.

Учитывая предложение, что Миссис Джанет была свидетельницей этой сцены, её можно свести к одному из двух вариантов.»

– Либо она соучастник, либо сторонний наблюдатель.

«Если это было убийство, то она либо притворилась, что не видела убийцу, либо могла помогать. Если бы Ирэль утроила скандал с мужчиной, она, возможно, искренне возжелала убрать её.

То же самое можно сказать и о самоубийстве. Она могла быть зрителем, махнувшим рукой на Ирэль, когда та погибала.»

– Мужчины, ха. Сначала я должна поговорить о возможных кандидатах…

«Поскольку я присутствую на вечеринке, мне нужно немного сблизиться с мужчинами, которые знали Ирэль лучше, чем кто-либо другой. Я могу встретиться с Миссис Джанет в любое время, когда захочу, но будет трудно увидеть других людей из светского общества.»

– Нужно вернуться на вечеринку.

Думая, что нашла ключ к разгадке, Селена открыла дверь гостиной, чтобы последовать за звуками музыки, чтобы вернуться в зал банкета.

– …а?

Однако в коридоре не было ничего, что она могла бы услышать или увидеть. Ни музыки, ни света из зала банкета.

Просто потрескивание ламп, освещавших коридор.

– …мы находимся так далеко?

В отличие от прихода сюда, сейчас казалось, что коридору не было конца.

Пустынный коридор оставался тихим, словно древняя бомба.

Селена шагнула в коридор, протягивая руку, чтобы схватить одну из многочисленных ламп. Огонёк опасно затрепетал, когда она подняла лампу.

«Если огонь погаснет, я застряну здесь навсегда.

Разве это не идеальное место для убийства? В таком тёмном коридоре и без единого свидетеля?»

– Пошла ты, Фионэль. Ты знала, что я не смогу найти дорогу назад, поэтому оставила меня одну, верно? – Селена намеренно говорила вслух, её шаги также были громкими.

Но даже в этом случае она трусила. Если бы кто-то выпустил в неё стрелу сзади, игра была бы закончена.

Селена шла в два раза медленнее, на ощупь пробираясь в темноте. Она боялась споткнуться из-за страха перед подстрекающей вокруг опасностью.

Селена дошла до конца коридора лишь для того, чтобы столкнуться с его разветвлением.

– Ох, в какую сторону, в какую сторону мне?

Девушка также старалась внимательно прислушиваться на случай, если издалека услышит музыку. Однако звукоизоляция была идеальной.

«Это потому, что это дворец?»

Селена остановилась, услышав шаги в конце коридора.

«Это слуга? Или, возможно, ещё один гость, направлявшийся в туалет?

Или наёмный убийца.»

В это время человек, появившийся в конце коридора, заговорил первым:

– Кто там?

Его голос был тяжёлым. Если голос Кальциона можно было сравнить с ледяной пещерой, то голос этого человека был прохладной пещерой, которая являлась спасением от жаркого солнечного света.

Просто услышав его голос, Селена ощутила освежающий ветерок, дующий из конца коридора.

«Похоже, он хороший человек!» – с этой мыслью она подошла к мужчине.

– Ах, я…!

Обнаружив великолепную красоту Селены, мужчина прошёл оставшуюся до неё часть расстояния:

– Вы одна из гостей?

– Ах, да!

– Что Вы здесь делаете? Это не то место, которое должны посещать гости, – мужчина казался встревоженным.

– Эм… – Селена приоткрыла рот от удивления при появлении мужчины, чьё сияние не померкло даже в трепещущем свете.

В сравнении с Кальционом у него было изящное, но крепкое телосложение, гладкая линия подбородка, глубокие глаза и мягкий контур губ. Он был блондином – его волосы были жёлтыми, словно спелое зерно, трепещущее под осенним солнцем, а глаза были тёмно-синими, но сверкающими, словно солнце, парящее в небе.

«Если судить по внешности, то Кальцион проигрывает. Он достаточно совершенен, чтобы его оценили, но как этот мужчина может быть таким красивым? У него восхитительное лицо, которое может вызвать тысячу эмоций.

Неужели я перешла на другой уровень, чтобы встретиться с ним? Его очаровательного лица достаточно, чтобы все в него влюблялись. И неважно, чем он зарабатывает на жизнь.»

– Леди, с Вами всё в порядке?

Пока Селена тупо пялилась на него, мужчина наклонился ближе к её лицу, с глазами, полными беспокойства.

– Да! Я в порядке! Я была напугана и бродила по коридору, потому что заблудилась, но, к счастью, появились Вы… – ответила мужчине Селена, когда пришла в себя.

Она жила, думая, что видела всех привлекательных людей в мире, однако это было нечто большее, примерно на космическом уровне.

– Ах, я понял. Банкет проходит далеко отсюда, в противоположном направлении.

«Неудивительно, что я не нашла конца коридора.»

– Как Вы проделали весь этот путь сюда?

– Я торопилась, ища дамскую комнату. Однако, когда я собралась вернуться, человек, который пришёл со мной, исчез.

– Я понял. Вы впервые во дворце?

– Да, это мой первый выход….

– Хм, люди часто бродят вокруг в свой первый визит. Рядом с залом есть дамская комната, не в этой стороне. Было бы лучше, если бы Вас направили туда.

«Как и ожидалось, в этом следует винить Фионэль.»

Однако Селена не очень сердилась. Она смогла выдохнуть, а также встретила такого красивого мужчину, как он.

– Позвольте мне показать Вам дорогу в зал.

– Ох… Похоже, Вы не идёте на банкет. Возможно, Вы работаете во дворце?

Мужчина моргнул, прежде чем улыбнуться и кивнуть в ответ на её слова:

– Да, верно. Я работал, потому что работы поднакопилось.

– Вы не собирались на банкет после работы? Я слышала, что большинство аристократов были приглашены на этот банкет…

– Я тоже обдумывал эту мысль. Похоже, я нашёл Вас, миледи, когда вышел из комнаты, чтобы собраться с мыслями.

Селена вышла из коридора, болтая с этим мужчиной. Вдалеке она смогла увидеть сияющие огни зала и услышать слабые звуки музыки.

Оглядевшись, Селена увидела, что это был конец коридора, который вызывал у неё беспокойство.

– Я полагаю, отсюда Вы можете пойти одна, верно?

– Да, отсюда я знаю дорогу. Разве Вы не направляетесь на банкет?

– Сначала мне нужно подготовиться. У нас ещё есть время до главного события банкета основания.

– Значит, танец не был им?

– Конечно. Впереди ещё долгий путь, поэтому я надеюсь, что Вы останетесь до конца и прежде всего получите удовольствие, – любезно объяснил мужчина, словно был хозяином банкета.

Селена была рада, что впервые за долгое время встретила человека, который знал, как вежливо разговаривать.

– Я так и сделаю, спасибо. Я смогла найти дорогу обратно в целости и сохранности без каких-либо проблем и за это я Вам благодарна.

– Для меня также большая честь – помочь подобной леди, – вооружённый безупречными манерами, мужчина запечатлел лёгкий поцелуй на руке Селены, прежде чем развернуться.

Селена некоторое время смотрела ему в спину, прежде чем вздрогнуть и обернуться.

«У него правильная личность, как и его лицо.

Если подумать, люди здесь представляются друг другу, начиная со своих имён, но мужчина не назвал своего и не спросил моё.

Ну, думаю, он просто забыл,» – пожав плечами, Селена забыла о встреченном мужчине, приближаясь к залу банкета.

– Селена! – голос Кальциона напугал её, едва девушка вошла в зал.

– Ох, Герцог.

– Где ты была? Разве я не предупреждал тебя о дворце?!

Глаза Селены расширились от этого зрелища.

Кальцион выглядел так, словно волновался о ней по-настоящему. Это не было притворством.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 74

Глава 74.

– Ох… Мне жаль… По дороге я встретила Фионэль, и мы пошли вместе. Я немного опоздала, потому что заблудилась, когда возвращалась.

– Я видел, как ты утащила Фионэль.

– Тогда о чём Вы беспокоились?

– Фионэль вернулась одна. Даже спустя долгое время ты так и не появлялась.

Несмотря на то, что Селена успокаивала Кальциона улыбкой, его допрос не прекращался. Было ли это из-за их нахождения во дворце, где влияние Кальциона нельзя было считать абсолютным? Он был более чувствителен, чем обычно.

Несмотря на то, что она бродила по коридору, Селена недолго отсутствовала на вечеринке. Время, которое она провела за выпивкой, было намного больше.

Все, кто обращал внимание на Селену, знали это.

Благодаря этому Кальциона восприняли как мужчину, который ни на мгновение не мог вынести разлуки с Селеной. Так что Фионэль сыграла хорошую роль в их плане, намеренно отведя Селену в дальнюю уборную и оставив её блуждать.

Селена просияла, улыбаясь самой милой из возможных улыбок:

– О боже, Вы волновались? Как получилось, что Вы не позволили мне провести часть времени в дамской комнате, Герцог? Кроме этого, Герцог не смог бы сопровождать меня туда.

– Это… Я пошёл бы туда с тобой.

– Звучит не так уверенно, – хихикнула Селена, игриво похлопывая Кальциона по груди.

«Он нанял меня лишь для того, чтобы получить информацию по своему делу, однако из-за своих действий, без определённых скрытых фактов, он выглядит как нетерпеливый человек, не способный ни на мгновение остаться вдали от своей возлюбленной,» – Селена продолжала хихикать над тем фактом, что Кальцион даже не осознавал этого.

– Если ты так волнуешься, почему Вы не позволили мне остаться рядом с Вами? Это вина Герцога в том, что мы разлучились.

– Ха… Я был с бароном Джион. Ситуация требовала этого. Но этого больше не повторится. И никогда не действуй самостоятельно.

– Да, да.

Была ли Селена его любовницей или возлюбленной, однако Герцог Ренберд, как выяснилось, цеплялся за неё. Тот факт, что она смогла настолько укротить его, привёл к тому, что Селена получила прозвище искусительницы века.

«Интересно, привлекла бы я больше мужчин, если бы меня назвали роковой женщиной?»

И Селене вновь вспомнились слова, которые ей бросила Фионэль:

– Будь осторожна с мужчинами.

«Сейчас, когда я вспомнила об этом, должна ли я быть осторожной и с мужчиной, которого я встретила в коридоре?

Этот мужчина, словно прекрасный принц на белом коне, пришёл мне на помощь в пугающей ситуации. Он выглядел таким красивым, что я потеряла рассудок.»

– О, в коридоре… – Селена подумала, что должна сообщить Кальциону, прежде чем что-то случилось.

Однако её оборвал слуга, взорвавший атмосферу в зале:

– Его Высочество Кронпринц прибыл!

Для начала банкета требовалось присутствие лишь Кронпринца, поскольку Король был прикован к постели из-за слабоумия.

Губы Селены сомкнулись после того, как она случайно посмотрела на вошедшего Кронпринца.

– В коридоре? – спросил Кальцион, который всё ещё внимательно слушал Селену.

– Этот мужчина.

– …Кронпринц?

– Мы встретились, – Селена не могла оторвать взгляда от Кронпринца, который сиял ещё ярче, чем в коридоре. – …он Кронпринц? Нет, я уверена, что это был он.

– О чём ты говоришь?

– Я встретила его в коридоре, и он помог мне, когда я заблудилась.

– Принц сделал это? – Кальцион, который наконец понял её, нахмурившись повернулся к Кронпринцу. – Это не может быть правдой.

– Он был очень добр и вежлив.

– Принц? – Кальцион, который постоянно переводил взгляд с Селены на Кронпринца, вновь воспротивился. – Это невозможно.

– Ну, тогда на самом деле произошло нечто невозможное.

– Невозможно. Человек, который убил простого слугу лишь потому, что тот не мог убраться с его дороги, поскольку убирал мусор, а позже обвинил его в покушении на убийство?

Селена покачала головой так же, как Кальцион, в ответ на его невероятную реакцию:

– Я сейчас так же очень взволнована. Он выглядит таким красивым, когда говорит. Если бы я знала, кто он, я бы попыталась раскопать хоть что-то.

– Красивый?

– …а? Да.

Теперь лицо Кальциона выражало максимальный дискомфорт:

– Это называется красивым?

– Не имеет значения, доставляет ли Кронпринц неприятности, он красив.

– Не слишком ли порывисто и легко ты говоришь, что он красив? Я думал, ты считаешь, что я красивый.

– Да… это правда… но разве это то, что требует тщательного рассмотрения?

Кальцион не настаивал на этом. Однако было очевидно, что слова «Кронпринц красив» заставляли его чувствовать себя очень неуютно.

– Герцог более красив.

– …

Селена поддразнила его, потому что Кальцион начал серьёзно раздражаться, и это сработало. Глубина его морщин на лбу исчезла.

– В любом случае, это не проблема, что Кронпринц красив. Проблема в том, что ты столкнулась с ним без всякого предупреждения. Ты могла умереть.

На самом деле, Принц не выглядел таким жестоким, каким его описывал Кальцион. Скорее, первое впечатление Селены о нём было – очаровательный Принц на белом коне. И он действительно был принцем.

«Должно быть что-то.»

Описание Ирэль, данное Кальционом, полностью отличалось от описания Джуны. Однако с информацией, которую Селена получила, она начала понимать, почему в этой истории произошёл поворотный момент.

«Я уверена, что Кронпринц сыграл здесь свою роль.

Однако выпытывать у него информацию будет бесполезно, поскольку я могу подвергнуть свою жизнь опасности, если я плохо подойду к нему. Разве я смогу вернуться в свой мир, если потеряю свою голову в этом мире?»

– Какая теперь разница, когда мы встретились?

– По крайней мере, потеря твоей жизни принесла бы меньше пользы.

«Я должна была заподозрить его, потому что он так свободно разгуливал по малолюдной части дворца. Но кто знал, что я так легко столкнусь с наиболее вероятным подозреваемым?

Он также сказал, что работает во дворце. Естественно, это правда, поскольку он является Кронпринцем. Подготовка к этому событию означала, что он направлялся, чтобы одеться достойно титула Принца.»

Золото на плечах Кронпринца и великолепные аксессуары на его груди сверкали в свете ламп. На его поясе висел меч, украшенный драгоценными камнями. Он был единственным, кто носил меч на этом банкете.

«Должно быть, это одна из привилегий Кронпринца.»

Люди склонили головы ещё ниже, чем при появлении Королевы и Принцессы. Гармоничная зрелая атмосфера быстро исчезла, словно из зала внезапно пропала вода.

Среди людей Кронпринц медленными шагами направлялся к подиуму, словно рыба, которую невозможно убить удушьем.

– Вы, должно быть, были очень заняты. Добро пожаловать, – с улыбкой поприветствовала его Королева.

– На моих плечах всё больше и больше обязанностей. Я уже привык к этому, – ответил Кронпринц с такой же улыбкой, как у неё.

Королева и Кронпринц выглядели почти ровесниками. Если бы незнакомец увидел их вместе, но никогда не подумал бы, что они связаны как мачеха и пасынок. Скорее, для них имело бы больше смысла считаться парой.

Взгляд Кронпринца, бросаемый на его мачеху, которая была примерно его возраста, был холодным. Несмотря на то, что Мария не представляла для него никакой угрозы, у него была полная решимость убрать её.

Холодный взгляд, который заметила Селена, мгновенно исчез, и Кронпринц занял своё место.

Подошёл слуга и наполнил его бокал.

После этого Кронпринц поднял бокал, начиная речь:

– Сегодня день празднования 300-летия основания Королевства Арклайн. Со времени основания Королевство Арклайн добилось заметного прогресса. Не говоря уже о том, что было время, когда имя Арклайн пошатнулось, – его тон был спокойным, словно Кронпринц разговаривал лишь с человеком рядом с ним. Однако не было ни одного человека, который не прислушался бы к каждому его слову. Вот насколько внушителен был Кронпринц. – Но мы не позволим этому повториться. Арклайн возродится как величайшая и самая могущественная нация в истории, и в процессе все те, кто встанут на пути этого, будут наказаны.

Его речь уже была похожа на речь Короля.

Аристократы низко поклонились этому заявлению, заверяя, что не будет никакой терпимости к тем, кто бросает вызов трону.

Кронпринц оглянулся на знать с довольным выражением лица и коротко крикнул:

– Да здравствует Арклайн!

Все аристократы тут же выпрямились и высоко вскинули руку в ответ на его слова:

– Да здравствует Арклайн!

– Да здравствует Арклайн!

Музыка вернулась с сигналом мужского голоса, и застывшая атмосфера вновь обрела свою жизненную силу.

Как и сказал принц, банкет начался всерьёз, с захватывающими и грандиозными представлениями, несравнимыми с началом. Фейерверк также начал грохотать за пределами зала.

Всякий раз, когда в небе вспыхивал взрыв фейерверка, радостные крики раздавались даже за пределами королевского дворца.

– Думаю, это праздник и для людей снаружи.

– Конечно. День основания – самое большое событие во всём королевстве.

Настроение в зале накалилось ещё сильнее с приходом Кронпринца. Смешиваясь со звуком смеха, взбудораженности и танцевальных шагов.

Люди, которые поначалу цеплялись за Селену, также продолжили празднование своим путём. Многие с любопытством подходили к ним.

– Кстати, почему Вы двое не танцуете?

– Ваше Превосходительство никогда раньше не танцевал.

– Дело не в том, что Его Превосходительство не танцевал, а в том, что он не умеет.

Те, кто разразились смехом, были противниками Селены.

– Герцог не танцует, но это не значит, что он не умеет.

Это сражение нельзя было игнорировать. Селена могла проигнорировать это только в том случае, если её позиция была намного выше, чем у её противника.

В противном случае, она должна была бороться с этим изо всех своих сил и устранять причину, по которой её противники затеяли с ней сражение.

– Полагаю, я зря брала уроки, раз я не смогу потанцевать хотя бы раз, а? – Селена встряхнула руку Кальциона, словно закатывая истерику.

Как раз в этот момент мелодия закончилась и люди стали расходиться с танцевальной зоны.

– Ты сможешь, – сказал Кальцион, протягивая ей руку.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 75.

Селена широко улыбнулась, когда Кальцион протянул руку и вложила свою ладонь в его:

– Наконец, Его Превосходительство решил потанцевать со мной. Я так долго ждала этого момента. Простите, мне придётся отлучиться на минутку, – намеренно сказала она, чтобы гости, которые смеялись, что они не умеют танцевать, правильно поняли её.

– Кхм, кхм, да. Желаем отлично провести время.

Оставив своих противников, которые не могли продолжить свои издевательства, позади, Селена направилась в танцевальную зону вместе с Кальционом.

Кальцион, который ни разу не танцевал на светских мероприятиях, и Селена, новая горячая тема, которая просто случайно появилась сегодня, успешно привлекли к себе внимание людей. Любопытные взгляды следили за ними, пока они шли к танцевальной зоне.

– Вы ведь не нервничаете, верно? – игриво улыбнулась Селена, когда большая ладонь Кальциона обняла её за талию.

Кальцион улыбнулся, словно услышал что-то очень нежное. Тут же заиграла танцевальная мелодия.

Даже во время уроков Миссис Джанет, считалось, что Селена в совершенстве владеет бальными танцами. Её танцевальные движения были плавными и лёгкими. Поэтому, на самом деле, девушка не нервничала, хоть это и был её первый танец перед зрителями.

Хоть основным элементом банкета являлся танец, существовала большая разница между умениями и чувствами двух партнёров. Независимо от того, насколько хорошо ты учился, всегда есть различие между теми, кто хорош и теми, кто плох в этом. Некоторые рисовали красивый танец одними и теми же движениями, в то время как другие не могли делать это.

Стиль танца Селены был похож на покачивание и полёт на лёгком ветру.

Она естественно привлекала к себе внимание и ей не нужно было делать яркие жесты или смелые движения, чтобы выделиться. В элегантных движениях Селены было гораздо больше, чем можно было показать одними смелыми движениями.

– Этот танец кажется забавным, – улыбнулась Селена, поворачиваясь, чтобы соответствовать движению Кальциона.

Стиль танца Кальциона был крайне прямым, но разнообразным и способным полностью использовать доступное пространство. Селена слышала, что тело нужно приучать к танцам, однако Герцог танцевал так, словно в его руках была не девушка, а меч.

Селена могла лучше всех прочувствовать его танец. Он казался решительным, однако в нём не было недостатка в деликатности. Несмотря на то, что это было невидимо для зрителей, девушка очень хорошо ощущала это через прикосновение их тел.

– Я рад, что ты находишь это приятным.

– Это правда будет единственное счастливое воспоминание, которого останется у меня об этом банкете.

– Это будет честью для меня, – улыбка коснулась и губ Кальциона.

Ему было всё равно, как изумятся люди, издалека увидевшие его улыбку.

После того, как мелодия закончилась, они остановились и поклонились друг другу.

Несколько зрителей невольно начали хлопать в ладоши, но опомнились и прикрыли свою неловкость сухим кашлем.

Селена уже собиралась вернуться в исходное положение, однако ей пришлось замереть, когда раздался знакомый голос:

– Я увидел отличный танец. Он был таким, что я даже не мог оторвать от Вас взгляда.

– Ваше Высочество Кронпринц.

«Занятой человек, окружённый женщинами, намеренно проделал весь путь к нам? Трудно поверить, что мы просто привлекли его внимание.»

Селена и Кальцион вежливо склонили головы, приветствуя Кронпринца.

– Я Селена. Прошу прощения за мою дерзость в коридоре… это мой первый раз во дворце, поэтому я не смогла узнать Ваше Высочество…

– Так Вы горная птица Ренберда, – пристальный взгляд Кронпринца пронзил её лицо.

– Прошу прощения? Горная птица…?

– Так говорят слухи. Горная птица, однажды прилетевшая из ниоткуда, была так очаровательна и прекрасна, что Герцог не мог позволить ей улететь.

О Селене ходили слухи, вот только это был первый раз, когда она услышала их лично. И Селена никак не ожидала, что услышит их из уст Кронпринца.

– Я никогда не слышала об этом раньше, простите меня, я не могла поприветствовать Ваше Высочество раньше.

– Здесь не за что извиняться. Я был невежлив в коридоре, поскольку то, как Вы бродили вокруг, выглядело мило. Мы оба не узнали друг друга, поэтому будьте спокойны.

– Благодарю.

Принц отреагировал с гораздо более здравым смыслом, чем ожидалось. Согласно объяснению Кальциона, он должен был угрожать Селене – вне зависимости от того, проигнорировал он ранее её личность по какой-то причине или же нет.

Однако вместо того, чтобы напасть на Селену, Кронпринц сверкнул сияющей улыбкой, прежде чем повернуться к Кальциону:

– Вы сделали довольно важный шаг, Герцог. В этот раз, похоже, замок Ренберд не атаковали сумасшедшие монстры и из-за лавины не рухнула стена.

– …

Селена торжественно склонила голову.

«Отличные оправдания, но они довольно нереалистичные. Можно сказать, что это неискренние оправдания, которые даже не пытались сделать правдоподобными.

До сих пор у Кронпринца не было шанса убрать Кальциона, даже если он отказывался от приглашений под подобными предлогами.»

– Нет. Даже если бы замок Ренберд рухнул, Вы бы примчались сюда, чтобы похвастаться своей прекрасной спутницей, – легко пошутил Кронпринц, однако это была ловушка.

Если бы Кальцион ответил «да», то это означало бы, что он с готовностью признаёт свой позор, если «нет», то это означало бы, что он отрицает оценку Кронпринца.

Нервничая, Селена ждала ответа Кальциона. Поскольку это не было секретным разговором, у неё были возможности вмешаться.

Кальцион лишь склонил голову, но не стал отрицать этого.

– Герцог по-прежнему молчит. Я подумал, что Вам будет приятно перекинуться парой слов, поскольку мы встретились лицом к лицу много лет спустя.

– Боюсь, я не очень хорош в разговорах.

«Метод Кальциона довольно действителен. Глупое молчание иногда может быть ближе к послушанию, чем гладкие оправдания.»

Тяжесть в воздухе рассеялась.

– Да, этот не значит, что я Вас не знаю. Не окажете ли Вы мне честь станцевать под следующую мелодию с леди Селеной в качеств покаяния?

– Как я смею препятствовать воле Вашего Высочества?

– Поскольку я получил разрешение от вашего спутника, леди Селена, Вы позволите?

– Это будет для меня честью, – Селена с готовностью взяла Принца за руку.

Его просьба о танце была полезна для неё во многих отношениях.

Это запечатлело бы образ Селены как «женщины, что танцевала с Кронпринцем» в умах людей, которые не знали её должным образом. Невозможно, чтобы Кронпринц танцевал с кем попало. Таким образом, это она входила в «малое число избранных».

Когда Кронпринц выступил вперёд, другие танцующие быстро расчистили для него площадку.

Он легко обнял Селену за талию, словно всё это было естественным.

– Я надеюсь, Герцог не воспользуется против меня мечом?

– Его Высочество намеревается сделать это ради меня? – глаза Селены расширились, когда она сделала вид, словно ничего не понимает.

– Естественно, я не могу этого сделать. Если я столкнусь мечами с Герцогом, то не буду использовать Вас в качестве оправдания.

– Слава богу. Я хочу жить мирной и приятной жизнью.

– Боже, тогда Вы выбрали не того партнёра.

– Герцогство Ренберд тихое.

– Однако не окружение Герцога, нет. Разве эта леди уже не привлекла столько внимания лишь потому что она просто спутница Герцога Ренберд? – Кронпринц приятно улыбнулся, развернул Селену, вновь обхватывая за талию.

Даже во время разговора он продолжал танцевать, не совершая никаких ошибок.

Кронпринц был элегантен. Между его и её движениями не было никакой неловкости и тело Селены никогда не выходило за рамки танца.

Объективно говоря, Кронпринц танцевал в сто раз лучше Кальциона. Селене действительно понравилось танцевать с Герцогом, однако их танец был бесстрастным. Для Кальциона она была просто инструментом, который можно было двигать в такт.

В то время как Принц чувствовал музыку.

«Он не только красив, но и двигается плавно.»

– Разве Герцог Севера не спокойней, чем прекрасный Принц?

– Ха-ха-ха! Прекрасный принц, – возможно, потому, что это показалось ему искренне смешным, Кронпринц громко рассмеялся. Его глаза горели, когда он смотрел на Селену сверху вниз.

Он был похож на ребёнка, который нашёл интересную игрушку для игры.

«Мне так не повезло.

Мне нечего терять, если буду болтать с Кронпринцем, но для него будет нехорошо проявлять слишком большой интерес.»

– Это то, что сказали Ваши глаза в коридоре, но они изменились после того, как Вы узнали мою личность. Могу я спросить, который из вариантов настоящий?

– Принц всегда выглядит настолько красивым, насколько могут передать мои глаза.

– Неплохо слышать это. Горная птица Герцога кричит прекраснее, чем я мог ожидать.

– Если это комплимент, спасибо.

– Жаль, что она в руках Герцога.

Улыбка, которую Селена держала изо всех сил, дрогнула.

«Что он сейчас делает?

Он только встретил меня, а уже разыгрывает подобные трюки в месте, где за этим наблюдает Кальцион.»

Хоть Селена не упала в обморок, Кронпринц, должно быть, заметил, как слегка изменилось выражение её лица.

– Нет, ещё нет? – спросил он, сжав её руку. – Поскольку Вы двое не помолвлены, у меня может быть шанс.

Теперь головокружение Селены было вызвано не тем, что она танцевала круг за кругом.

«Что за безумие…?» – слова, которые она не могла произнести вслух, застряли в горле Селены.

– Я не уверена, что понимаю Вас.

– Всё, что Вам нужно сделать, это сказать, что я Вам нравлюсь.

«Безумие…»

Селене было нетрудно общаться с Кронпринцем с улыбкой:

– Это не так просто сказать… Ваше Высочество и я сегодня впервые встретились...

– Ах, верно. Я слишком спешу. Однако, если Вы потратите слишком много времени, Вы, возможно, вообще не сможете держаться рядом с Герцогом, разорванная на части. Пожалуйста, признайте свои срочные чувства.

«Вау, он и правда безумен…»

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 76

Глава 76.

Руки Кронпринца раскачивали Селену, словно сломанную куклу, заставляя продолжать танцевать.

Мелодия казалась «слишком короткой», когда она танцевала с Кальционом, в то время как эта была исключительно длинной.

«Он был добр, когда я впервые встретила его в коридоре, и он не был таким навязчивым. Возможно, это потому, что он узнал, что я являюсь женщиной Кальциона?

Какая у него причина приближаться ко мне теперь, когда он обнаружил, что я принадлежу Кальциону?» – Селена была крайне обеспокоена.

«Он что-то подозревает?

Моё появление в этой сцене совершенно неестественно.

Кальцион, обычно не интересовавшийся женщинами, внезапно привёл меня в качестве своей гостьи, сказав, что нашёл меня в горах, принимая мою сторону во всём, что бы я ни делала, и он даже привёз меня в столицу, чтобы я сопровождала его в качестве спутницы. Менее чем через два дня после смерти его предполагаемой невесты.

Моя красота – единственное объяснение его внезапных действий.»

– Она обладает такой красотой, что даже Герцог Ренберд сошёл с ума! – «именно так мы должны были убедить каждого.

Однако, если присмотреться повнимательнее, то можно заметить, что в этом оправдании есть лазейка. Возможно, в глазах Кронпринца, который целится на голову Кальциона, это выглядит странно.

Если Кронпринц непосредственно связан с делом Ирэль, моё внезапное появление может казаться достаточно подозрительным.»

– Интересно, где родилась такая совершенно прекрасная женщина? Это поражает. Почему я не видел Вас раньше?

– Ваше Высочество слышал обо мне, но неужели Вы ничего не знаете обо мне?

– Я слышал лишь Ваше имя.

Кронпринц выглядел так, словно говорил правду. Селена была довольно растеряна тем, как далеко она должна была верить и как сильно ей стоило сомневаться.

«Он выглядел слишком невинно, чтобы быть одним из наиболее вероятных подозреваемых.»

– Я не аристократка. Я простолюдинка, поэтому я впервые на подобном мероприятии.

– В самом деле? Хоть у Вас такие прекрасные манеры, речь и навыки танца?

– Хотела бы я знать, как ответить на Ваш щедрый комплимент, – Селена решила подыграть ему. Словно простолюдинка, впервые встретившая Принца, смущённая, но взволнованная. – Вначале мой учитель ругал меня и учил не порочить имя Герцога любой ценой. Возможно, это помогло. Позже она ничего не могла сказать, потому что я стала слишком хороша.

– Это не должно было занять так много времени, но всё же кажется удивительным. Думаю, Вы гений, а это значит, что я встретил талант из Арклайна, – усмехнулся Кронпринц.

Казалось, ему было наплевать на средства и методы для поддержания власти.

«Даже Кальцион, который был жителем тихого севера, никогда не терял бдительности на случай неожиданной угрозы.

Я слышала, что Кронпринц распоряжается жизнями людей, когда ему этого хочется.

Смотря на него сейчас, кажется, что он никогда не совершал подобных поступков.

Точно так же, как когда я впервые встретила его, он выглядит добрым и дружелюбным.

Поскольку это довольно подозрительно, должна ли я подойти к нему с добротой…?

Однако, есть ли необходимость быть доброй, настолько сильно убивая свою роль?»

После того как мелодия закончилась, Кронпринц вернулся к своему прежнему поведению и не забыл свои манеры, сопровождая Селену к Кальциону.

– Вам повезло, что рядом с Вами такая красивая и талантливая женщина, Герцог.

– …? – Кальцион посмотрел на Селену с растерянным выражением лица.

– Боже, так Вы держите Селену рядом с собой, не зная её истинной ценности?

– Я, должно быть, показал Вашему Высочеству истинную ценность, о которой и не подозревала.

– Что ж, увидимся у Герцога, – Кронпринц поцеловал Селене руку, не дав точного ответа, словно поддразнивая её. – Мне понравился сегодняшний танец и всё благодаря Вам. Надеюсь, у нас будет ещё один шанс станцевать.

– Как пожелаете, Ваше Высочество.

– Ничто больше не сделало бы меня настолько счастливым, – поклонившись, Кронпринц спокойно перешёл на другую сторону зала.

Однако последствия, которые он оставил своими действиями, вызвали сильную рябь, слово в спокойное озеро бросили камень.

Несмотря на то, что Селена танцевала лишь под одну песню, она ощущала себя измученной и хотела прилечь.

– Я думаю, этого будет достаточно для моего дебюта. Надеюсь, что один из этих любопытных людей проявит мужество.

«Если я получу приглашение на вечеринку подходящей семьи, сегодняшняя цель будет успешно достигнута,» – Селена ощутила, как взгляда взгляды людей изменились, поскольку танец с Кронпринцем был необычным событием.

Отношение к ней значительно изменилось, превращая её из «неожиданная возлюбленная Герцога Ренберд» в «возможно, она его настоящая возлюбленная?».

Между тем, количество враждебных взглядом увеличилось. Особенно от тех, кто был на стороне Розалин. Да и взгляд самой Розалин выглядел угрожающим.

«Я ведь танцевала и с Герцогом, что с ней не так?»

Пока Селена размышляла о том, стоит ли ей начать второй акт игры, в их направлении, словно разъярённая корова, бежала молодая леди.

В голове Селены тут же вспыхнули красные сигналы тревоги.

– И-идём. Давайте уйдём.

– Что?

– Гр-р-р-р!

Им удавалось избегать встречи с этой девушкой раньше, однако упорство подростков всегда оставалось неизменным.

Принцесса Джерриэль шла прямо на Кальциона. Несмотря на то, что у неё было пышное развевающееся платье, Селена могла видеть вспышки молнии за её спиной.

«Теперь нам слишком поздно уходить,» – Селена поспешно закрыла собой Кальциона.

– Нет. Мы уже уходим.

– Кто это сказал? Я хочу потанцевать с Герцогом.

– Он мой, он сделает всё, что я захочу.

– Он не принадлежит Селене, поскольку ты всё ещё не замужем за ним. И мы можем обменяться партнёрами. Селена только что танцевала с Его Высочеством.

– Лишь потому, что Герцог разрешил это. Я этого не сделаю.

– Почему ты не позволяешь этого?! – Принцесса всё ещё была настойчивой. Если бы Селены здесь не было, Джерриэль оттащила бы его на танцевальную площадку.

– Мой Герцог очень устал.

– О чём ты говоришь? Как Герцог Ренберд может устать?

Селена была частично согласна с этой реакцией, однако притворилась невинной. Она должна была действовать более эффективно, когда имела дело с Принцессой, чем когда имела дело с Кронпринцем.

– Герцог, Вы живёте в Ренберд, поэтому ненавидите слишком долго общаться с людьми. Должно быть, устало не Ваше тело, а Вы сам, верно? – с уверенностью спросила Селена, потому что это было правдой.

Кальцион решительно кивнул в соответствии с её ожиданием.

– Ох… – Принцесса отшатнулась от шока, словно не ожидала такого ответа.

Селена не упустила возможности и уткнулась в грудь Кальциона с одной стороны, обхватывая её за талию в качестве поддержки. Тело Кальциона было настолько большим, что Селене казалось, словно она обнимает его.

– Герцог и я должны сейчас уйти. Спокойной ночи, Принцесса.

Принцесса больше не могла упрямиться. Однако с крайне печальными глазами она схватила край пиджака Кальциона:

– Герцог, пожалуйста, потанцуйте со мной на следующем банкете.

«Невинную одержимость подростка трудно холодно отвергнуть.

Но если Кальцион сдастся здесь, он даст ей повод быть одержимым им,» – Селена нервно ждала ответа Кальциона.

Однако, несмотря на её опасения, Кальцион был последовательным человеком:

– Мы решим это в зависимости от ситуации на следующем банкете.

Это было намного хуже, чем «да» или «нет».

*****

Пока дверь экипажа не закрылась, Кальцион не ослаблял хватку на талии Селены. Они также сели с одной стороны.

Селена вздохнула и расслабилась лишь тогда, когда карета тронулась с места.

– Думаю, теперь всё будет хорошо. Вы можете отпустить меня, Герцог.

Кальцион убрал руку лишь тогда, когда Селена сказала это и похлопала его по руке.

Поскольку им нужно было как можно быстрее уйти в своё личное пространство, не выглядя усталыми, они продолжали игру.

Хоть сейчас объятия Кальциона или переплетение их пальцев стало так же естественно, как и дыхание, было утомительно долгое время находиться на виду у других людей.

Кальцион откинулся на спинку сидения и поднял голову, расслабляя своё тело. Короткий вздох сорвался с его губ в процессе этого:

– Мне придётся повторить это ещё несколько раз в будущем.

– Не знаю, я надеюсь, что мы поймаем их как можно скорее… О, но я всё равного одержала небольшую победу, – сказала ему Селена, прижимая пальцы к усталым глазам. – Самое удивительное я услышала из уст Фионэль.

– Когда она это сказала?

– Когда я пошла в уборную. Герцог в это время разговаривал с бароном Джион.

– А, это было тогда.

Селена внезапно повернула лицо к Кальциону, тот был рядом с ней.

– Что? – Кальцион, который был беззащитен, удивлённо качнул подбородком.

– Я знаю, что Фионэль нравится Герцог.

– …ты говоришь об этом так открыто.

– Вы знали, что она искренна в своих чувствах?

– … – Кальцион не ответил сразу.

– Вы не знали?

– Скорее… Я никогда не задумывался об этом всерьёз.

– Почему же?

Зная Кальциона, Селена начинала понемногу понимать почему. Он бы равнодушен к своему оппоненту, которому он нравился. Ей стало немного жаль Фионэль.

– Ты видела мою реакцию на неё, когда впервые встретила её… не так ли?

– Ах… А как насчёт Принцессы?

– Этого ребёнка? – казалось, он был сыт по горло этими вопросами.

Лишь сейчас Селена осознала одну из деталей вкуса Кальциона.

«Он никогда не признает милых и ребячливых женщин своим типом.

Стратегия Фионэль провальная. Но это не то, что я когда-то соберусь рассказать ей,» – прищёлкнув языком, Селена снова выпрямилась.

Карета медленно выезжала из дворца.

– Кстати, какое тебе дело до того, что я нравлюсь Фионэль?

– Для подтверждения, что она не желает причинить никакого вреда Герцогу. В противном случае, если бы мне пришлось затевать с ней драку на улице, я бы так и сделала.

– Что ещё она сказала?

– Она предупредила меня. Сказала мне быть осторожной с мужчинами.

– Мужчинами? – Кальцион также растерянно склонил голову при этих словах.

Селена поняла это довольно давно, однако всё ещё проверяла. Кальцион, который не знал, что на уме у женщин и как протекает разговор, был ещё сильнее сбит с толку.

– Думаю, она знает, что произошедшее с Ирэль связано с проблемой с мужчинами.

– …! – лишь после этого глаза Кальциона изменились.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 77

Глава 77.

– Проблемы с мужчинами?

– У тебя нет никаких зацепок?

– Я не… я ничего не узнала, – Селена ударила себя по лбу сжатым кулаком.

«Верно, я только скрестила руки на груди перед мужчинами на банкете и даже не знала, с кем разговариваю. Я бы не привлекла их, если бы они знали обо мне.»

– Однако, к счастью, Миссис Джанет и девушка, отвечающая за меня, Джуна, оставили мне подсказки. Миссис Джанет сказала, что ‘Она полна решимости сделать всё ради чести Ренберда’, а Джуна узнала о сплетнях, в которых говорилось, что у Ирэль было слишком много мужчин. Вы когда-нибудь слышали об этом, Герцог?

– Я никогда не слышал ничего подобного, – Кальцион покачал головой.

– Все эти слова, кажется, исходят от людей, которые никогда по-настоящему не любили Ирэль, поэтому я доверяю лишь половине из них. А о тех, кто это сделал… О, а о чём Вы говорили с бароном Джион?

«По крайней мере, он не сказал бы про Ирэль ничего плохого, потому что она была его семьёй.»

– Мы говорили о деньгах.

– …что? – переспросила Селена, не веря своим ушам. – Нет, что он сказал, когда подошёл к Вам с такой решимостью? Он сказал это, но ничего не сказал о несправедливых обвинениях его дочери?

– А, он сделал это.

– Ох, что он сказал?

– Поскольку семья Джион – низшая аристократическая семья, распространились тревожные слухи о том, как Ирэль сблизилась с определёнными людьми, чтобы скрасить своё одиночество. Он сказал, что его дочь никогда не смогла бы делать подобные неприятные вещи.

– Ах… Да, это то, что сказал бы отец. Но он начал говорить о деньгах после того, как сказал это?

– Поскольку смерть Ирэль не запятнала репутацию Ренберд, он попросил меня передать мебель, которую Ирэль купила для себя.

– Ах… – Селена потеряла дар речи. Она глубоко вздохнула, приводя в порядок свои мысли, чтобы избавиться от ругательств, которые так и норовили сорваться с её губ. – Они уже забрали всю одежду и украшения, которые она купила ранее, верно?

– Так и есть.

– И всё же теперь они просят всю мебель, я удивляюсь, как трудно забирать подобное обратно.

«Было бы неудобно позволять кому-либо пользоваться мебелью и вещами, которые оставлены без присмотра и слишком новые, чтобы их можно было выбросить. Отказаться от них не такая уж проблема, но мне противно желание Барона до конца отобрать то, что было у его дочери.»

– Так, Вы разрешили ему сделать это?

– Да. У меня нет причин отказываться.

Селена щёлкнула языком.

«Кальцион равнодушен к подобному, потому что это не беспокоит его, однако он выглядит слишком мягким в глазах тех, кто хочет стрясти каждую копейку.»

– Когда он приедет?

– Он сказал, что приедет завтра.

– Хм, тогда завтра мне не стоит выходить.

«Я думала, что семья барона понесла тяжёлую утрату, поэтому сегодня не стала настаивать на своём присутствии, но не больше. Если он собирался вести разговор о деле своей дочери, то должен был вести себя куда благороднее.»

– Люди и правда думают совсем не так, как кажется со стороны.

Когда Селена, сказав это, покачала головой, Кальцион внезапно ответил ней:

– Да. Поэтому тебе следует быть более осторожной с Кронпринцем.

– …? Какое это имеет отношение к нему?

– Всё потому, что ты слишком предвзята и дружелюбна в отношении Принца, – недовольно сказал Кальцион.

Селена изумлённо рассмеялась:

– Что? Ха-ха-ха! Что это было, Герцог? Я? Неужели Вы думаете, что я влюбилась в Принца с первого взгляда? Разве я не говорила, что Герцог красивее?

– Ты и правда не прислушалась к моему предупреждению, не так ли?

– Почему бы и нет? Это лишь поможет, если я стану ближе к Кронпринцу, а он окажется в чём-то замешан.

– Так вот какая твоя стратегия, – лишь после этого лицо Кальциона смягчилось.

Селена рассмеялась ещё более удивлённым смехом:

– Подождите, ха-ха. Что это за реакция? Словно Вы ревнуете. Мы сейчас лишь вдвоём, поэтому Вам не нужно так сильно стараться, Герцог. Ха-ха, ведёте себя так, словно это реально? Ха, это было хорошо.

Несмотря на её хихиканье, Кальцион молча отвернулся в сторону окна.

– Вау… Вы и правда в плохих отношениях с Кронпринцем. Не расстраивайтесь, Герцог, – замурлыкала Селена, положив голову ему на плечо. Ответа не последовало, но когда её голова коснулась плеча Кальциона, он напрягся. – Ну, посреди всего этого я обнаружила, что он тот, кто будет снова раздражать Вас.

– Что ещё?

– Кронпринц подталкивал меня к себе, когда мы танцевали. Это то, как он должен вести себя?

Кальцион в замешательстве покачал головой:

– Я не знаю, но, кажется, я вообще не могу представить его таким. Он что, сумасшедший?

– Думаю, он псих.

– Однако, разве он не такой?

– Если он без ума от женщин, Вы могли и не заметить этого, не так ли, Герцог?

– Хм. Это вполне возможно.

Селена шутила, но Кальцион был серьёзен. Теперь было слишком поздно показывать, что это была шутка.

– Я должна выяснить, в том числе, и это. Делает ли он это со всеми женщинами или только с женщинами Герцога, – Селена быстро превратила шутку во что-то серьёзное.

Это сотворило чудо! При её словах гнев Кальциона медленно угасал.

– Если это последнее, то может быть связано с Ирэль.

– Полагаю, так.

В карете воцарилась тишина. Однако суматоха при въезде в город была ещё сильнее.

Экипаж постепенно замедлил ход, столкнувшись с толпами движущихся людей.

– Ваша Светлость, тут очень много людей, думаю, мы должны вернуться, – через окно сообщил Дион.

Карета уже почти стояла. Она была слишком высокой, чтобы прохожие могли заглянуть внутрь. Если бы скорость не имела значения, они могли бы объехать улицы или вернуться, чтобы добраться до дороги, которая не была перекрыта.

– Как далеко отсюда до особняка?

– Не так далеко. Эта дорога ведёт прямо к особняку, если мы выберемся из этой зоны.

Кальцион взял свой меч, который был прислонён к стене экипажа и повесил на пояс.

– Тебе не нужно делать ничего опасного.

«Мне не нужно напоминать, что самый опасный человек в этом районе – Кальцион.»

Протянув Селене руку, Кальцион встал, сразу же открывая дверь экипажа. Она тут же поспешно схватила его за руку.

– Мы собираемся выйти вот так? – Селена посмотрела в окно на внешний вид людей и сверху-вниз на одежду Кальциона и свою.

Её наряд был слишком роскошным, чтобы слиться с толпой. Не говоря уже о мече Кальциона. А ведь они собрались посмотреть фестиваль.

– Это слишком заметно.

Селена попросила накидку Кальциона и завязала её на шее.

Накидка, сшитая по росту Герцога, доходила ей до лодыжек, скрывая почти полностью.

– Думаю, этого достаточно, но не лучше ли Вам снять пиджак?

Кальцион спокойно последовал совету Селены. Под пиджаком на нём была чёрная рубашка. Поскольку рубашка также имела изящную вышивку, её можно было признать не совсем обычной одеждой, но она была проще, чем пиджак со всевозможными деталями ручной работы и украшениями.

Селена усмехнулась, смотря на Кальциона и его внешность:

– Но всё равно выделяетесь.

Она удивлялась, как у него может быть такой вид. Даже его лицо выглядело нереально.

– Что ещё мне сделать?

– Этого достаточно… но если мы увидим по дороге лавку с масками, стоит купить по одной.

Когда Селена вышла из экипажа, жар фестиваля окутал её кожу.

Каким бы роскошным ни был дворец, его великолепная атмосфера была удушающей, однако фестиваль на улицах был наполнен волнением.

Крепко схватив Кальциона за руку, Селена потянула к толпе.

– Нет, лучше так, – мужчина ослабил давление на руку, которую она держала и вместо этого обнял Селену за плечо. Теперь прохожие натыкались на его руку, а не на её плечо. – Таким образом, у тебя будет низкий риск упасть в толпе.

Это выглядело так, словно она сроднилась с боком Кальциона, как и тогда, когда они ранее покидали дворец.

Вначале Селене было неловко обнимать его обеими руками, но позже она улыбнулась про себя и крепко ухватилась обеими руками за край его одежды.

На улицах было многолюдно и жарко, но в объятиях Кальциона было уютно и комфортно, словно они были в другом мире.

– Фестивали здесь не так уж отличаются, – медленно пробормотала Селена, оглядывая улицу.

Люди, одетые в красочные одежды, уличные киоски, выстроившиеся вдоль дороги, люди, выполняющие трюки, играющие на музыкальных инструментах и танцующие посреди дороги. Даже некоторые прохожие танцевали на улице под песни уличных музыкантов.

Кальцион сухо кивнул, оглядывая улицу. Для него этот захватывающий и волнующий пейзаж казался таким же, как и раньше.

– Смотрите, здесь тоже продают подобные вещи.

Девушка, продававшая венки, подняла голову, приветствуя своих гостей:

– Добро пожаловать! Я сделала их все сама!

Селена скинула капюшон на спину и надела на голову венок из свежих цветов. Однако зеркала, чтобы проверить её внешний вид, не было.

Но реакция девушки заменила зеркало:

– Ох… вау… ух… Ах!

Селена разразилась смехом, наблюдая, как глаза и рот девушки одновременно округляются:

– Красиво?

– Да! Да! Вау! Вы выглядите как Богиня!

Селена оглянулась на неё и снова разразилась весёлым смехом от восхищения этой суетливой девушки:

– Боже, ты так хороша в этом деле. Мне придётся купить один…

Однако взгляд Кальциона мало чем отличался от взгляда девушки.

Его глаза и рот не округлились, но взгляд был пустым.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 78

Глава 78.

– Что случилось, Гер… Нет, – Селена почти привычно назвала Кальциона Герцогом.

«Пришло время поднять вопрос о прозвище, которое долгое время бездействовало.»

– Разве ты ещё не привык к моей красоте, Циони? Что тебя удивляет?

– Ха, ах… Он действительно тебе идёт, – Кальцион заикался так, словно его душили.

– Я ни в чём не выгляжу хорошо, не так ли?

– Это неправда.

– …я пошутила.

– Есть ли что-то, что тебе не подходит?

– …нет, но…

– С чего бы тебе так шутить?

– Прекрати это… – Селена просто хотела избавиться от мучительной необходимости объяснять шутку. – Давай отдадим деньги и уйдём.

Селена дёрнула Кальциона за руку. Он грубо бросил монету в руку девушки, не спрашивая цены, и последовал за Селеной.

Когда она обернулась, то увидела довольно много людей с венками на головах.

Некоторые носили пёстрые маски, а вместо венков вставляли за уши большие живые цветы. Венок не был так уж популярен у людей на фестивале.

– Если бы я знала, что так будет, я должна была купить один и для Циони.

– Что? – выражение лица Кальциона мгновенно стало серьёзным.

Однако Селену это не могло напугать. Потому что Кальцион, который задел её шею при их встречи, уже давно не был объектом её страха.

Селена опрометчиво потащила его к ближайшему киоску, где продавались венки.

– Нет, это… – Кальцион попытался яростно отказаться, но девушке удалось положить венок ему на голову.

– Ох, это красиво, – когда Селена закончила, мужчина выглядел так же красиво, как персонаж, сошедший со страниц мифов.

Довольная своим выбором, она достала деньги из кармана Кальциона и передала их торговцу.

– Вы двое, вы оба такие красивые!

Как всегда, слово «красота» было адресовано Селене, но теперь оно принадлежало и Кальциону.

Кальцион теребил венок на голове с крайне неловким видом.

Даже если он был красив, на его лице всегда было холодное выражение. И из-за этого Кальцион был «страшным», а не «красивым». Однако, когда Селена положила венок из цветов на его голову, показалось, словно жизнь вернулась в его лицо. Во время прогулки она продолжала идти на шаг вперёд, чтобы восхититься лицом Кальциона.

– Вау, ты такой красивый с цветами на голове. Если ты будешь всё время носить цветы, все в мире влюбятся в тебя.

– Не смейся надо мной, – но даже резкие слова Кальциона звучали жалобно.

– Боже, это даже мило, – никогда не уклоняясь от своего поведения, Селена игриво похлопала его по плечу.

Она была так взволнована ярким образом Кальциона с цветочным венком, что почти забыла, что ей нужно вернуться в особняк. Осмотрев киоски на каждом углу, посмотрев представления и долго бродя вокруг, они проделали весь путь до особняка.

– Ох, очень жаль. Может нам пройтись ещё раз?

– Как пожелаешь.

– Я просто шучу.

«Кальцион никогда не особо не отказывается, поэтому я не могу бросить даже случайную шутку. Ведь её будет достаточно для действий.»

Неожиданно Селена обнаружила человека, исчезающего в тёмном переулке, когда они подходили к особняку.

– Хм?

«Это точно не тот, кого я не знаю.»

– Кто-то только что прошёл туда. Думаю, это была Джуна.

– Джуна? …а, она.

– Она также отвечала за Ирэль и довольно часто сплетничает о ней.

Селена и Кальцион одновременно посмотрели друг на друга. Дион, который сопровождал их на шаг позади, также привлёк их внимание:

– Чтобы насладиться фестивалем, многие вышли бы на бульвар, не так ли?

«С её стороны было подозрительно тайно входить в тёмный переулок в одиночку.»

– Должен ли я выследить её?

Переулок располагался между двумя главными зданиями. Главная дорога перед и за аллеей были забиты гуляющими людьми.

– Вы бы запомнили всё, что она скажет в разговоре, если бы проследили за ней?

– Нет. Это возможно только в том случае, если мы наймём кого-то, кто специализируется на слежке.

– Тогда давай просто проследим за ней и всё выясним.

«Всё равно прохожих очень много. Это также может быть случай, что она, опьянённая атмосферой фестиваля, пошла не в ту сторону.»

Кальцион и Селена, купившие две маски в соседнем киоске, проверили друг друга. Благодаря маскам, закрывавших их волосы и верхнюю часть лица, их лица были неузнаваемы. Многие люди вокруг ходили в подобных масках, поэтому они не были особенно заметны.

– Что нам теперь делать?

– Мы должны быть влюблёнными, которые хотят скрыться от людских глаз, чтобы побыть друг с другом.

– Как?

Вместо ответа Селена обняла Кальциона за талию.

– Страстно?

Не было времени проводить оперативное совещание, чтобы объяснять действия одно за другим, поэтому Селена подтолкнула Кальциона к переулку.

– Ха…! – он рефлекторно попытался удержать равновесие. Однако это было уже после того, как его втолкнули в переулок.

Джуна и правда тайно встречалась с другим человеком в переулке. Этим человеком также была женщина того же возраста, что и Джуна.

– Ох, дорогой! – Селена обняла Кальциона за шею одной рукой, а другой потёрлась о его щёку, прежде чем пристально посмотреть на него.

– П-подожди.

Страстным любовникам не нужно было ждать ни минуты.

– Почему я тебе не нравлюсь? Тебе не нравится, что я делаю это с тобой?

– … – Кальцион, которого прижали к стене переулка, не мог ничего сказать или сделать, из-за того, что его разум и тело одновременно заморозились.

Однако, Селена с самого начала не ожидала, что он будет вести себя как страстный любовник.

– Люди.

Женщины в переулке посмотрели на Кальциона и Селену, которые нетерпеливо ворвались в переулок.

– Лучше пойти куда-нибудь, где не так людно.

– Они всё равно заняты, они даже не услышат нас. Просто говори.

– Но…

– У меня нет времени, мне чудом удалось выбраться из особняка. Герцог скоро вернётся, поэтому поторопись. Мне нужно вернуться, – к счастью, Джуна подстегнула свою собеседницу, не проявляя осторожность.

Тем временем Селена уткнулась лицом в шею Кальциона и её руки нашли путь к его волосам. Не в силах этого вынести, мужчина закрыл лицо ладонью, а из его горла вырвался низкий надтреснутый стон. Его реакция была неплохой, потому что он казался застенчивым человеком, который не мог одолеть свою активную возлюбленную.

Прошло много времени с тех пор, как Селена так дразнила Кальциона. С тех пор, как они приехали в столицу, он хорошо адаптировался к актёрской игре, поэтому девушка избавила его от поддразниваний.

– Ммм, дорогой…

Кальцион, которому было трудно принять тот факт, что Селена играет, казалось, мог умереть из-за того, что её мягкое тело прижималось к нему. Стиснув зубы, он уставился в небо.

– Ладно. Далее – чаепитие семьи Хайс. Леди пойдёт туда. Поскольку она впервые получает подобное.

– Хорошо.

«Хайс,» – Селена запомнила фамилию.

Она думала, что на этом важный разговор закончится, но он продолжался.

– А что насчёт тебя?

– Она сумасшедшая су*а, – это был голос Джуны. А той, кого она прокляла, была Селена.

Руки Селены, которые играли с телом Кальциона, остановились.

– Как и Ирэль, она не может оставаться спокойной, она хочет исследовать всё. Я не знаю, где Герцог подобрал её, но она делает всё, что хочет. Ох, серьёзно, мне придётся вернуться обратно из-за этой су*и.

– Тебе, должно быть, приходится нелегко. Какая-нибудь слабость?

– Похоже, она много покупает, но ничего не берёт. Думаю, она приехала из борделя, где раньше соблазняла мужчин.

Слушать, как люди делают подобные оскорбления в твой адрес за твоей спиной, было хуже всего. Сейчас Селена была почти на грани слёз из-за подобной критики.

Кальцион быстро обхватил дрожащие пальцы Селены своими ладонями и крепко обнял её. Было слишком милым, чтобы быть объятиями любовников, но идеально, чтобы успокоить дрожь девушки, прежде чем она потеряет себя.

– Шшш… успокойся.

Так совпало, что Кальциону также было уместно успокаивать свою раздражённую любовницу.

Собеседница Джуны обернулась, бросая беглый взгляд на тех, кто «веселился».

– Герцог Ренберд попал в её ловушку.

– Верно. Миссис Джанет, похоже, так и не смогла победить её. Ты слышала, что случилось с дворецким на днях, верно? Это часть её уловок.

– Вау… Станет ли Герцог снова слушать её?

– Слушать? Думаю, они также шалят по ночам. Герцог сходит с ума по ней.

Кальцион кашлянул, чтобы скрыть свой случайный смешок.

«Схожу с ума. Это не так уж плохо. Как ещё они могут называть меня, учитывая, что сейчас я достаточно сумасшедший, чтобы творить подобное в нелепой маскировке в тёмном переулке?»

– Тогда она может быть более неразборчивой в связях, чем Ирэль. Ты говорила, что с ней всё в порядке.

– Ирэль привыкла бросаться за мужчинами, словно призрак. Но она была так привязана к Герцогу, что не могла видеть поблизости другого мужчину.

– Однажды это было. Если ты помнишь Ирэль, поначалу она дрожала, прикасаясь к мужчине.

– И правда.

Селена, которая сейчас была близка к желанию свернуть Джуне шею при своём сверхчеловеческим терпении, замерла.

«Мужчина.

Они говорят так, словно у Ирэль была связь с мужчиной.»

Глаза Селены и Кальциона встретились в темноте. Его глаза пронзительно сверкнули, словно ему пришла в голову та же мысль, что и ей.

На этом короткая беседа быстро закончилась.

– Когда у нас следующая встреча?

– В день чаепития. Приходи в магазин косметики, когда начнётся чаепитие.

– Ладно. Я пойду, – Джуна обернулась первой.

На другом конце переулка также был выход, но она решила пройти именно этой стороной.

Селена поспешно схватила Кальциона за шею и спрятала своё лицо в его руках.

К счастью, Джуна их не поймала. Не обращая особого внимания на подозрительных мужчину и женщину, она поспешила из переулка к особняку.

Спустя некоторое время собеседница Джуны также покинула переулок.

Кальцион послал сигнал в сторону крыши. Вскоре лёгкие шаги Диона приблизились к ним.

– Мы наконец-то поймали хвост.

– Поскольку мы разместили слежку, осталось лишь вопрос времени, когда мы найдём тело.

Они всерьёз принялись за поиски преступника. Теперь, когда Селена узнала о тайных встречах Джуны, она могла подозревать её с чуть большей уверенностью.

– Теперь через Джуну мы можем прослеживать, о чём думает преступник. Если мы примем участие в озвученном событии, разве мы не сможем найти способ выйти на них?

– Думаю, да. Вместо того, что ловить их сразу, нам лучше сделать это спустя какое-то время.

«В любом случае, Джуна – это хвост. Если мы поймаем хвост до того, как найдём тело, хвост можно будет просто отрезать. В этом случае тело, которому принадлежит этот хвост, будет навсегда потеряно.»

– Да. Мы должны продолжить и посмотреть, насколько сильно влияет этот хвост, – губы Селены растянулись в вымученной улыбки, а её глаза были полны ненависти.

Какое-то время ей нужно было вот так улыбаться перед Джуной.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 79 - Эпизод 8. «Наступая на хвост.»

Глава 79.

Каждый из слуг особняка, приветствовавших Кальциона и Селену, которые вернулись домой пешком, не мог скрыть своего удивления.

«Его Высочество?!»

Расстояние между Кальционом и развлекательными мероприятиями было пропорционально расстоянию между столицей и Силэнзой. Слуги не могли поверить, что он вернулся после того, как насладился праздником на улице, потому что императорского банкета было недостаточно. Это было похоже на то, что звёзды в небе внезапно стали кататься по бульварам.

– Благодаря Вам, Герцог, сегодня было весело, – Селена легко поцеловала Кальциона в щёку, прежде чем отправилась умываться. Как в старые добрые времена.

Было весело гулять по улицам, где проходил фестиваль, и поймать Джуну за хвост в последнюю минуту также оказалось большим урожаем. Даже если Селена не могла танцевать, она была так счастлива, что могла бы и умереть.

Кальцион, поражённый этим жестом, оглянулся на Селену, словно она была кошкой с хвостом:

– Ты… не возненавидела это, не так ли…?

Мужчина был так удивлён, что даже глаза Селены широко распахнулись.

К счастью, их взгляд друг на друга был коротким, но румянец до ушей мужчины был виден лишь Селене.

– Пффф, – Селена прикрыла губы, растягивающиеся в улыбке. Однако она тут же начала от радости издеваться. – Я умоюсь. Увидимся позже, Герцог!

В этот раз это были не её губы, а руки, погладившие шею Кальциона, прежде чем она отвернулась.

Герцог застыл словно камень, как и раньше, и остался в коридоре наедине со своими мыслями.

Селена же, напевая, добрыми шагами шла в ванную комнату.

– Боже, как Вы двое можете быть такими милыми, даже после того, как каждый день спите в одной постели?

– Это довольно легко. Разве это не мило – видеть, как кто-то, кто ни на мгновение не даёт тебе упасть с кровати, застывает на глазах у людей?

Это не было игрой. Это действительно было правдой.

Сейчас это стало повседневной жизнью Селены – каждое утро вставать с постели в беспорядке. Она никогда не удивлялась, если только их лица не оказывались слишком близко друг к другу.

Однако было ещё одно место, где их тела могли соприкоснуться ближе, чем в каком-либо другом месте, исключая кровать. Тренировочный полигон.

Фехтование Кальциона было близко к смешанным боевым искусствам, поэтому они сталкивались не только мечами, и Селена должны была использовать своё тело во время тренировок.

У Селены также был опыт обучения тому и другому для участия в экшен-сценах, поэтому она занималась достаточно активно. Селена и Кальцион увлекались сражением до такой степени, что катались по земле. Однако Кальцион, у которого в такие моменты даже дыхание не сбивалось, наедине был совсем другим.

«Пока всё в порядке, но в будущем нам придётся быть более естественными в прикосновениях.

Мы не можем вечно быть влюблёнными.»

Ванная уже была приготовлена. Благодаря этому Селена смогла раздеться и тут же погрузиться в воду, чтобы согреться.

Джуна смыла её макияж и вымыла волосы.

– Как прошёл сегодняшний банкет? – не забыла она мимолётно спросить.

Селена была рада, что закрыла глаза, потому что ей мыли голову. Ведь если бы они были открыты, она бы послала Джуне презрительный взгляд.

– Вау, было так хорошо. Я никогда не представляла себе такого роскошного и замечательного банкетного зала.

– Вам было весело?

– Весело… Да, мне также было весело…

Селена притворилась, что задумалась. Глаза Джуны засияли, и она подошла ближе:

– Да, да. Что-то случилось?

– Я встретила Его Высочество Кронпринца!

– Ах! Вау! Вы, должно быть, рады! Он красивый, правда?

– Откуда ты знаешь, что он красивый?

Джуна выглядела так, словно описывала сон, её щёки раскраснелись, будто Принц был прямо перед ней:

– Я видела его издалека. И мне говорили, что Ирэль жаждала его.

– Ирэль… она встречалась с Кронпринцем?

– Да, конечно. Сначала она беспокоилась, что он немного пугающий, но позже она не могла уснуть, потому что влюбилась в его внешность. Даже когда она собиралась обручиться.

«Сплетни об Ирэль продолжаются. Однако, это первый раз, когда я слышу, что Ирэль и Кронпринц связаны.

Если Ирэль специально связалась с таким человеком, как сам «Принц», это означает, что в этом определённо нужно разобраться.»

– Я должна быть осторожна, чтобы не повторить это.

Селена намеренно сказала это, но Джуна хоть и была умна, не подозревала, что та копает у неё за спиной:

– Боже, но Вы не должны лишать Его Высочества доброты.

Джуна продолжала болтать без умолку. Вот только Селена могла чётко видеть, куда она вела.

В каждом случае горничная пыталась добиться согласия Селены, ругаясь на Ирэль, но втайне меняя свои слова, потому что человек не мог быть полностью безупречным.

«Она усердно работает,» – Селена холодно улыбнулась, когда Джуна повернулась, чтобы взять нужное ароматическое масло.

*****

– Ммм… – Селена изо всех сил старалась открыть свои сонные глаза. Её глаза, которые вот-вот должны были снова закрыться, распахнулись.

Сегодня, по какой-то причине, она обратила внимание на аккуратный профиль Кальциона рядом с ней.

Селена спала мало и легко просыпалась, но Кальцион был на другом уровне. Когда она открывала глаза, то редко видела его лежащим рядом.

В большинстве случаев Герцог просыпался первым и шёл на тренировочную площадку или сидел на диване, попивая чай и просматривая документы.

– Что с Вами сегодня?

– Ты встала раньше, чем обычно, – ответ Кальциона последовал сразу же после её вопроса. А его голос не звучал хрипло.

– Ох, я… – Селена не спала, но ей было слишком лень вставать.

Она снова закрыла глаза и попыталась вздремнуть, но вновь открыла глаза, заметив тень, нависшую над её головой.

– Ах!

Как только Селена открыла глаза, то увидела приближающееся к ней лицо Кальциона, и её сон улетучился.

– Может мы потренируемся через некоторое время? – спросил мужчина, пытаясь подняться.

– Нет, – Селена потянула его за руку.

Кальцион, которого осторожно тянули, снова наполовину лёг.

Селена схватила его за плечи и прижалась губами к щеке. Ей хотелось запечатлеть лёгкий поцелуй, чтобы мужчина привык к этим лёгким прикосновениям.

Когда его щека стала ближе, воздух потяжелел. Он стал удушливым и жёстким. Сердце Кальциона подползло к краю мозга и запрыгало между ушами.

В тот момент, когда Селена прикоснулась к его щеке, как обычно слушая стук его сердца, тело Кальциона словно наэлектризовалось.

Губы Селены коснулись мужской щеки с лёгким фривольным звуком. Звук был очень подходящим для освежающего начала утра, но в нём также содержался намёк на то, что он может стать тяжёлым и прерывистым, если станет слишком поздно.

– …доброе утро, – как только она сказала это, Селена быстро отступила назад.

Когда она приблизилась к Кальциону, ей показалось, что она движется к звезде, но когда Селена отступала, это произошло так же быстро, как падение с этой звезды. Девушка не хотела делать этого, но её тело двигалось само по себе.

Кальцион посмотрел на Селену, которая вернулась в прежнюю позу и медленно встал:

– Доброе утро.

Слушая, как он собирается, Селена снова притворилась сонной и уткнулась лицом в подушку.

Когда её уши прижались к подушке, она ощутила, как гулко в её голове стучит сердце. Сердце Селены медленно спустилось до шеи, прошло через ключицу и вернулось в грудную клетку лишь после того, как Кальцион встал с кровати позади неё.

– Угх… – Селена завернулась в одеяло.

Это началось с лёгкого поддразнивания, но по мере того, как это повторялось, отношение по какой-то причине менялось.

Сначала, когда Селена заявила, что пожелала бы спокойной ночи поцелуем, Кальцион выглядел так, словно хотел сказать: ‘Я проткну твою голову мечом и усыплю тебя навсегда’.

– Тебе обязательно делать это? – это было первым, что он сказал.

– Реакция Герцога, который становится оцепеневшим даже после того, как каждую ночь спит со своей любовницей, вызывает подозрение.

Кальцион сам полностью осознавал это, поэтому слова звучали убедительно.

Что бы это ни было, трудно лишь в начале, в конце будет легко.

Кальцион, который раньше нервничал, открывая глаза, словно искал меч, причиняющий ему боль, смог расслабить своё напряжённое тело, когда подобные прикосновения повторялись. Даже когда входили горничные, они больше не были удивлены взаимодействием любовников, и те могли спокойно показывать им свои лица.

Но возникала следующая проблема.

Кальцион слишком быстро учился.

Сейчас он чувствовал, что наслаждается мягкими прикосновениями губ Селены. Всякий раз, когда она открывала глаза и губы, Кальцион встречался с ней взглядом, в тот момент её глаза были невероятно глубокими.

Селене это также нравилось, и она говорила: ‘Ох, наконец-то, мой Герцог’, однако теперь она забыла о поддразниваниях.

Сменив поведение на парочку, напрашивающуюся на поцелуи.

Естественно, Селена стала целовать Кальциона, чтобы практиковать контроль своего «возлюбленного» над его застенчивостью.

В результате всё получалось довольно хорошо, и Селена получила ещё одну карточку, которую можно было разыгрывать на глазах у людей.

Вот только это было нехорошо для её сердца.

Кальцион и без того был красив. Всякий раз, когда Селена думала о том, как его лицо медленно поворачивается к ней, внизу живота поднималось непонятное чувство.

В результате их утренние и вечерние поцелуи становились всё более и более обременительными. Они становились всё более смущёнными.

Кальцион смотрел на Селену, которая не показала и кончика своих волос даже после того, как он переоделся.

Обычно он не реагировал на подобное какими-то жестами или придирками, чтобы Селена ни делала, но сегодня был довольно напряжённый день.

– Ты помнишь, что сегодня должны приехать люди?

– Ох! – Селена, которая пряталась, тут же вскочила.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 80

Глава 80.

Сегодня был день, когда барон Джион решил нанести визит.

Кальцион уже несколько раз разговаривал с ним, но не обнаружил никаких особых моментов, связанных со случившимся. Поэтому был сделан вывод, что Селена должна приблизиться к Барону, чтобы создать для него неудобство.

– Сегодня я надену что-нибудь нежное. То же самое касается и макияжа.

– Вы собираетесь куда-то? – испуганно спросила Джуна.

«Барон Джион – отец Ирэль, а я – новая женщина Кальциона. Это неприятная встреча. Мне не стоит торчать в комнате и просто ждать, как обычно.»

– Да. Я не сделаю ничего плохого.

«Я должна знать, являются ли целью барона Джион лишь деньги. В остальном, он единственный человек, имевший представление об Ирэль.»

Для простого визита в коридорах было больше людей, чем обычно.

– Вот, почистите тут ещё немного!

– На входе грязь. Тщательно уберите её.

– Переместите светло-зелёный горшок с листьями, символ барона Джион, вперёд.

Даже если это был простой визит, для того, чтобы забрать мебель, слуги были чрезмерно загружены работой.

От имени дворецкого, которого ещё предстояло нанять, Миссис Джанет обходила особняк и раздавала указания. Когда она указала на занавески в коридоре, то обнаружила Селену, стоящую в одиночестве.

Селена думала, что та что-то скажет, но Миссис Джанет просто поприветствовала её лёгким кивком головы и отвернулась.

«Значит, теперь ты решила отстать от меня?» – Селена, которая была убеждена, что Миссис Джанет точно что-то знает, была разочарована.

«Если бы она продолжила затевать ссоры, то могла бы случайно проболтаться.»

В этот момент Селена услышала, как карета барона Джион въехала в главные ворота.

Даже после прохождения через ворота оставалось время, которое требовалось, чтобы добраться до дверей особняка.

Слуги, которые работали на своих местах, быстро собрали инструменты для уборки и встали в шеренгу у дверей. В конце стояла Миссис Джанет.

Селена проскользнула обратно в комнату.

«Ещё не пришло время показать себя.»

Визит барона Джион был не по приглашению Кальциона, скорее оно было данью его просьбе. Поэтому, хоть его вежливо приветствовали, хозяин дома не был обязан лично встречать его. Так Кальцион заперся в кабинете.

Селена, вошедшая в комнату, затаила дыхание и навострила уши в сторону коридора.

Миссис Джанет сказала что-то официальное, а барон Джион кратко ответил, после этого он поднялся прямо по лестнице и направился в комнату, где раньше жила Ирэль. За ним последовало несколько тяжёлых шагов, возможно, его слуг.

Сразу после этого послышался шум передвигаемой мебели. Звук тяжёлого дерева, волочащегося по полу, продолжался какое-то время.

Селена досчитала до определённого числа и открыла дверь.

Слуги несли мебель, такую как шкаф и стол, вниз по лестнице.

Миссис Джанет какое-то время отсутствовала, поэтому барон остался наедине со своими слугами.

– Эй, будьте осторожны на поворотах! Если стена поцарапает их, то стоимость упадёт вдвое.

Прислонившись к двери, Селена ждала, когда барон обратит на неё внимание.

– Будьте осторожны, когда проходите мимо двери…! Агх, – наконец взгляд барона Джион остановился на ней.

Селена уступила дорогу слугам, проходящим мимо с мебелью, и слегка поклонилась барону:

– Я услышала громкий шум, поэтому вышла посмотреть. Рада снова увидеть Вас.

– У меня не было намерения нарушать Вашу спокойную повседневную жизнь. Мебель Ирэль скоро перенесут. Я прошу Вашего понимания до того момента.

– Вы можете не торопиться. Я просто вышла посмотреть, что случилось.

– Спасибо за Ваше внимание.

Барон не выказал никаких эмоций, даже когда увидел Селену.

«Возможно, ему нужно было скрываться от множества глаз на банкете, но ему не нужно намеренно делать это, когда мы одни.»

– Я надеюсь, что моё присутствие не заставит Вас чувствовать себя некомфортно.

Когда Селена сказала это, барон Джион кивнул, приподняв одну бровь:

– Здесь нет ничего такого, из-за чего можно было бы испытывать дискомфорт.

– Даже несмотря на то, что я займу место Вашей дочери?

И брови Барона снова сдвинулись, вот только он по-прежнему не проявлял никакого видимого волнения.

– Я сомневаюсь, что что-то изменилось бы, если бы я сожалел о месте моей умершей дочери.

В этот раз Селена наклонила голову:

– Это не то, что я имела в виду.

– Тогда что Вы имели в виду?

– Эмоции. Они не управляются тем, что Вы считаете головой.

Барон Джион на мгновение замер от шока, но в этот раз сердце Селены было спокойно.

Несмотря на то, что Кальцион заранее объяснил ей, что это из-за денег, Селена подумала, что барон, возможно, потерял свои чувства, потому что потерял собственного ребёнка. Даже если Барон не плакал, Селена думала, что он всё равно был бы взволнован, увидев кого-то на месте своей дочери.

Однако барон вёл себя лишь как человек, который пришёл, чтобы найти то, что ему доверили, и не проявлял никаких чувств к Ирэль.

– Что Вы хотите от меня услышать? – с цинизмом спросил Барон подходя ещё на шаг ближе. – Эй, леди.

Селена думала о нём только как о тощем, потрёпанном старике, однако в его глазах была и жестокость. Это было то, что видели все на банкете.

– Просто живите своей жизнью. Когда мы все хотим одного и того же, кто-то падает и умирает, а кто-то, к счастью, ловит это.

– …

– Вам не нужно моё разрешение, чтобы занять эту позицию. Или ты хочешь, чтобы я обнял девушку и заплакал, потому что она думает о моей дочери? Будете ли Вы чувствовать себя комфортно? Если я поступлю так с Вами, Вы позаботитесь о моих расходах, как это сделала бы моя дочь?

«Снова. Деньги, деньги.

Хоть я слышала, что семья барона достаточно бедна, сейчас они свободны от забот о том, чтобы зарабатывать деньги на жизнь, благодаря поддержке Кальциона. Однако барон говорит лишь о деньгах.»

– Я думала, Вам будет грустно из-за Вашей дочери.

– Мне грустно! Знаете ли Вы, сколько денег попало бы в мои руки, если бы она не умерла напрасно! Я собирался стать родственником Герцога! Всё пропало! Разве я не кажусь Вам грустным?! – закричал барон Джион. В нём не было ни капли скорби именно о смерти Ирэль.

– …мне не следовало поднимать этот вопрос.

«Я даже не знаю, была ли Ирэль хорошей или плохой. Я никогда не видела её лица. Однако барон человек, вовлечённый в её прошлую жизнь.

Было ли это самоубийство или убийство, смерть Ирэль была печальной, но никто не кажется печальным. Даже её родной отец. Этот факт ужасен,» – Селена преодолела тошнотворное чувство и отвернулась.

– Могу я дать Вам совет, леди?

Селена промолчала, когда барон спросил это.

– Я живу, следуя случившемуся. Вам будет больно, если Вы не осознаете этого.

«Это из-за Ирэль или это что-то такое, что он говорит сам о себе?» – однако, не вдаваясь в подробности, Селена склонила голову:

– Благодаря Вас за совет, – после этого она, наконец, скрылась с места происшествия.

Как только Селена поспешила в комнату, её охватило раздражение.

– …этот мужик.

Было неудобно, но отвратительное чувство тошноты не покидало её тело.

После того как Селена вернулась в комнату, потирая живот, вернулся Кальцион.

– Ты ощущаешь себя некомфортно? – внезапно спросил он.

– Это… – Селена села рядом с ним с глубоким вздохом.

Отложив документы, которые он держал в руках, Кальцион снова посмотрел на неё. Селена выдавила только пару слов, решив для начала успокоиться:

– Это так странно. Как может отец ничего не чувствовать, когда выносит мебель из комнаты, где умерла его дочь?

– Хм… – Кальцион провёл пальцем по линии подбородка.

Селена подняла голову, когда он не ответил:

– …разве это не странно?

– Возможно, но не в аристократическом обществе.

– Этот мир странный, – Селена была вдвойне шокирована тем, что даже Кальцион не проклинал барона Джион вместе с ней. – Но его ребёнок умер. Он воспитывал её два десятилетия. Как он может быть таким спокойным? Неужели все такие?

– Естественно, есть люди, которые очень любят своих детей и заботятся о них. Однако в большинстве семей детей обычно считают инструментами.

Когда Кальцион сказал это, его слова напомнили ей о том, что он говорил, когда играл роль больного. Детство, в котором он никогда не показывал боли, потому что был преемником Герцога.

«Возможно, он понял это, потому что сам вырос таким же образом.»

– Брак – это также контракт. Родители рассматривают его как инструмент для своих семей. Есть ли в этом мире что-то, называемое привязанностью?

– Где-то, должно быть, есть.

«По крайне мере, не рядом с Кальционом. В его сердце, как и ожидалось, этого нет.»

– Её смерть была несправедливой, но никто не печалится.

– Смерть приходит к каждому.

– Вас не печалит смерть Ирэль?

– У нас не было таких отношений, чтобы грустить.

Сердце Селены снова сжалось от его спокойного признания.

– Ты выглядишь так, словно все в твоём мире скорбели бы о твоей смерти.

– В сравнении с тем, что здесь, это так и есть. Если бы я умерла, бесчисленные поклонники по всему миру были бы очень опечалены. Они бы много плакали.

Эта мысль напомнила Селене о том, что она считала само собой разумеющимся.

«Нет никаких сомнений, что людям в моём мире было бы очень грустно. Но что с того? Что потом? Как долго они будут помнить меня?

С появлением на сцене новых персонажей мысли о пропавших становятся размытыми. Словно этого не происходило. Десятилетия спустя они просто скажут: ‘О, был такой человек’, просматривая старый фотоальбом.

Там у меня тоже нет никого близкого, как и здесь. Ни семьи, ни друзей.»

– Селена?

– Если подумать об этом… Не думаю, что там всё будет сильно по-другому.

– Что?

– Потому что моя смерть не может стать всем в чьей-то жизни, – Селена посмотрела на Кальцион с горькой улыбкой.

Так совпало, что он был первым человеком, который так глубоко узнал о её жизни. Селене вдруг стало любопытно.

– Если я умру, Герцог будет опечален?

Пальцы Кальцион, аккуратно лежавшие на коленях, внезапно дёрнулись.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 81

Глава 81.

Вопрос Селены был всего лишь предположением. Он не был будущим, которое развернётся прямо перед ними, и не был предсказанием.

Кальцион родился не в эмоциональной семье.

Он знал, что как только его охватит тревога, он ничего не сможет сделать. Многое из того, чего Кальцион достиг к сегодняшнему дню, стало возможным, потому что он забыл о тревоге.

Поскольку Кальцион не беспокоился о смерти или ранениях, он мог ходить по горам, рубя зверей, и поскольку он преодолел беспокойство о падении своей семьи, он зарекомендовал себя как уверенный Герцог уже в юном возрасте.

Этот раз также не стал исключением.

Если бы возникла какая-то непредвиденная ситуация, жизнь Селены могла быть принесена в жертву. Поскольку девушка ни в чём не была замешана и не влияла на Кальциона, было совершенно нормально поставить её жизнь под опасность.

То, о чём говорила Селена, было простой смертью, которую «когда-нибудь» должен был встретить любой человек. Несмотря на то, что это отличалось от конкретной смерти Ирэль, в голове Кальциона вспыхнуло «жертвоприношение Селены».

Длинные чёрные волосы, бледное лицо и тело, покрытое кровью, на белой кровати. Красные губы, которые всегда жизнерадостно улыбались, посинели, а глаза потеряли свой блеск.

Когда Кальцион представил себе это, его рука невольно дёрнулась.

Ему показалось, что кусок льда проталкивается к его сердцу сквозь открытое горло. Даже после того, как его сердце замерло, мужчина не мог избавиться от ползучего по всему телу страха.

Похолодевшие пальцы Кальциона онемели. Он сжал кулак и попытался стряхнуть холодную дрожь, которая распространялась по его телу.

– Что-то не так? – с тревогой спросила Селена, смотря в лицо Кальциона.

– …ничего, – он покачал головой.

Лицо Селены, как и всегда, было оживлённым и ярким.

Колеблющееся сердце Кальциона постепенно успокоилось, когда он смотрел на тихие чёрные озёра в глазах девушки.

«Это такая абсурдная фантазия. Селена не из тех, кто совершает подобное. Она даже не позволила бы другим причинить себе подобную боль. Это невозможно,» – щупальца беспокойства, впивавшиеся в разум Кальциона, рушились одно за другим.

– Вам не нужно показывать так очевидно, что Вы ни о чём не станете думать, Герцог. Потому что я знаю это, – хмыкнула Селена, смущённая его действиями. – Это моя вина, что я ожидала чего-то от человека, который просто смотрел на девушку, что попала на его территорию, прежде чем сказать, что собирается казнить её.

– Нет, тогда…

– Тогда что? Вы были крайне удивлены, но внешне были спокойны?

Когда Селена саркастично поддразнивая задала этот вопрос, Кальцион моргнул, вспоминая.

«Что я тогда чувствовал?»

Мужчина вспомнил, как тогда был зол на зверей за то, что они снова вторглись на его территорию, и ощущал себя неловко, когда увидел Селену.

«Это было похоже на то, когда я видел раненного в бою солдата, но сейчас, оглядываясь назад, ощущения были немного другие. Однако мне ещё предстоит понять в чём эта разница.»

Селена с сияющими глазами ждала, словно ей требовалось услышать его ответ.

«Как я должен объяснить это?» – разум Кальциона был полон тревог.

– Ваше Превосходительство, пришли письма.

Как раз в этот момент в дверь постучал слуга. Он прижимал к себе охапку писем.

Прошло несколько дней после банкета, наступило время рассылать приглашения на следующую светскую вечеринку. Как и ожидалось, количество писем, принесённых слугой, было огромным.

– Это было отдельно адресовано леди Селене, – слуга отдельно положил перед Селеной небольшую пачку писем.

Хоть она была спутницей Кальциона и гостьей семьи Ренберд, Селена не была членом Ренберд. Вот почему некоторые письма были отправлены ей отдельно, чтобы пригласить её одну.

Селена перестала допрашивать Кальциона и начала рыться в своих письмах.

– Я думала, что ничего не получу, но удивительно, почему их так много?

Перед Селеной лежало значительное количество писем.

– Даже если это так много, это всего лишь капля в сравнении с тем, что пришло на имя Ренберд.

Перед Кальционом лежала стопка писем, похожая на ту коробку, которую ранее Розалин привозила в Силэнзу.

– Это величайшие и самые важные приглашения, которые я когда-либо получала с Вашей помощью.

В сравнении с тем, что получил Кальцион, письма Селены были просто пылинкой, однако это был самый существенный плод. Селена случайно толкнула письма, лежащие перед мужчиной:

– Разве Вы не собираетесь посмотреть, кто их прислал, Герцог?

– Они отправлены сразу после банкета, поэтому, вероятно, не из самых важных мест.

– Но что, если одно из низ отправил Кронпринц или Королева?

– В этот раз мне тоже придётся заболеть.

– …

Бесчувственность Кальциона была самым оптимальным щитом для выживания в этом суровом мире. Селена в очередной раз восхитилась:

– В письмах Герцогу сказано прийти одному или взять меня с собой?

– Наверное, половина на половину.

– А как было, когда Вы были с Ирэль?

– Думаю, там тоже было половина на половину.

– Тогда почему бы нам не пойти в те места, где Вы тогда были, Герцог?

– Я никуда не ходил.

– … – Селена затихла. – Тогда давайте разберёмся с тем, что придёт мне в голову в первую очередь, но если я не найду ничего, то перейдём к приглашениям для Герцога.

– Звучит неплохо. Откуда пришли приглашения?

– Дайте посмотреть. Маркиз Ройл? Кто это?

Как только Селена открыла письмо и увидела первую строчку, с её губ сорвался лёгкий вдох:

– Виорела принадлежит этой семье.

– Если это Виорела из рода маркиза Ройл… – Кальцион потёр висок, погружаясь в размышления.

Он запомнил большинство фамилий, но запомнить их лица было для него трудно. Это было естественно, поскольку Кальцион никогда с интересом не смотрел на лица аристократов во время их коротких разговоров.

– «Пей, пей».

– …ох, – Кальцион вспомнил об этом лишь после того, как услышал намёк Селены.

«Леди, которая известна тем, что пьёт на каждой вечеринке. Кажется, я слышал поговорку о том, что «алкоголь заканчивается, если приходит лишь один человек из семьи маркиза Ройл».»

– Тогда, естественно, это приглашение на вечеринку с выпивкой.

– Ох… удивительно, но это чаепитие?

– Правда?

– Да, я собираюсь приготовить полезный чай (особенно для взрослых, которые пьют его на ночь). Ох, это алкоголь, – Селена рассмеялась, увидев дату и время приглашения.

Это было поздно на закате. В это время чаепитие не могло проводиться.

Там также была небольшая приписка под строкой «Время».

<Пожалуйста, приходите. Я действительно хочу снова встретиться с леди Селеной.>

– Почему она так безрассудна? – улыбнулась Селена, складывая письмо. Однако ей приятно было видеть, что кто-то искренен и чист по отношению к ней не из-за какой-то другой темы или её происхождения.

– Ты собираешься пойти?

– Решу в ближайшее время. Сначала проверю остальные.

Другое письмо неожиданно пришло от графа Орлеан.

<Было впечатляюще видеть, как Вы появляетесь верхом на лошади и, согласно слухам, я слышал, что Вы учитесь искусству владения мечом у Герцога, поэтому, если у меня есть возможность, я бы хотел выпить чашку чая после тренировки с Вами.>

– Разве чаепитие не делается просто, ха-ха-ха, просто для того, чтобы пить чай?

– Я слышал, что именно для этого обычно и встречаются.

Когда была жива предыдущая Герцогиня, Герцог Ренберд также устраивал чаепития. То, что Кальцион видел тогда, было последним воспоминанием о чаепитиях.

Это была скучная и статичная встреча, где всё сводилось к тому, чтобы сидеть в солнечному саду, болтать и пить чай со сладостями. В качестве незначительной вариации некоторые играли на музыкальных инструментах или читали книги, а иногда сидели и вышивали. Однако Кальцион никогда не видел и не слышал о чаепитии, на котором тренировались.

– Похоже, это не мейнстрим.

Мейнстрим – преобладающее направление в какой-либо области в определённый отрезок времени. Часто употребляется для обозначения каких-либо популярных, массовых тенденций в искусстве.

Селена без колебаний классифицировала приглашение Виорелы и Орлеана как «не мейнстрим».

«Есть ли что-то, что можно извлечь из этих встреч, не связанных с мейнстримом?

Лично я заинтересована. Если бы мне пришлось выбирать в соответствии со своими предпочтениями, я бы пожелала присутствовать на этих двух встречах.

Однако сейчас нам нужно первым делом думать о связи с Ирэль.

Неужели Ирэль приглашали на подобные встречи? Скорее всего, нет. Они послали приглашение, потому что их заинтересовала я, а не «женщина герцога Ренберд». Или же следует учитывать, что прямой связи с Ирэль здесь мало,» – Селена перешла к оставшимся письмами.

«Должен быть кто-то, кто заинтересовался и намеренно пригласил любовницу Герцога.»

Странный голос донёсся из-за спины, когда Селена попыталась определить подобного отправителя письма:

– Ваше Превосходительство.

Вошедший человек не был слугой. Он оказался одним из рыцарей.

– Позвольте мне доложить о результатах слежки.

Кальцион приказал одному из своих людей проследить за женщиной, которая разговаривала с Джуной в день фестиваля. Они ожидали, что отчёты поступят сразу же, но прошло уже несколько дней.

– Это заняло много времени, – Кальцион был первым, кто указал на это.

– С тех пор она некоторое время бродила вокруг. Возможно, для того, чтобы избежать хвоста, но она оставалась в отдалённом районе, прежде чем вернуться к себе.

– Ты закончил слежку?

– Да, я также позаботился о том, чтобы проследить, что она вернулась в особняк.

– Чей он?

– Он принадлежит графу Хайс.

Кальцион нахмурился. Как и с маркизом Ройл, он слышал это имя, но плохо помнил лицо.

– Это семья Лирэль. Рыжей, которая первой затеяла спор на банкете, – вмешалась Селена.

Одно из оставшихся приглашений было в её руке.

На конверте с приглашением было чётко написано имя «Лирэль Хайс».

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 82

Глава 82.

– Какое из них мне следует принять? – Селена выглядела обеспокоенной, а её взгляд скользил по приглашениям, разложенным на столе. В дополнение к трём приглашениям, полученным Селеной, там были все приглашения, отправленные Кальциону.

– О чём Вы так беспокоитесь? – Джуна, расчёсывающая её волосы, посмотрела через плечо Селены на письма.

– Кажется, довольно много приглашений, которые совпадают датой и временем. Все приглашения адресованы мне от тех, кто выше меня, поэтому я должна пойти на все, но я также должна выбрать из приглашений Герцога

– Почему Вы так паникуете в самом начале, леди Селена? – улыбнулась Джуна. – Сначала Вы должны пойти туда, куда пригласили Вас, а потом подумать об этом.

Селена, которая сделал вид, что смотрит на приглашения, тоже улыбнулась:

– Хм… так ли? Но я не думаю, что люди, устраивающие встречи, поменяют все даты.

– Они не приглашают всех на личную встречу, поэтому назначают дату, предварительно узнав расписание людей, с которыми знакомы. Поэтому некоторые даты могут совпадать. Ах, Вы должны обдумать это очень тщательно.

Селена посмотрела на приглашения.

– Среди тех, что я получила, есть те, которые совпадают по дате. По три штуке в день.

Так совпало, что дата приглашения Лирэль и графа Орлеан одинаковы. Селена уже решила пойти на вечеринку к Лирэль, но притворилась взволнованной, словно не могла решить.

– Ах, правда? Их время совпадает? – Джуна с энтузиазмом бросилась на помощь Селене.

– Одно назначено на вечер, и кажется прекрасным вариантом, но два других назначены на обед. Что мне делать…? В этом случае я должна выбрать приглашение от более влиятельной семьи. Так я не нарушу правила, не так ли?

– Я думаю, да… возможно?

– Ах, что мне делать? Герцог сказал мне просто выбросить все остальные и пойти к тем, кто мне близок.

– …почему Вы выбрали эти?

– Ты думаешь, можно судить о чьём-то сердце по печати на письме, золотая она или нет?

– Хм… – Джуна не могла ругаться на Кальциона, своего хозяина, но она также не могла сказать безоговорочное «да».

– Да, для меня это не имеет смысла. Должна ли я попросить Миссис Джанет принять решение?

– Она поможет Вам?

– Но мне больше не у кого спросить. Джуна знает о каких-то семьях с того момента, как ты служила Ирэль?

– Я кое о чём слышала! Ах, а что именно Вы хотите знать?

– Прежде всего, эти две семьи… – Селена протянула два приглашения Джуне, которая тут же посмотрела на них.

– Хм, обе известные семьи… Ах, но если бы должна была пойти я, я бы выбрала леди Хайс.

«Естественно, как и ожидалось,» – Селена быстро стёрла усмешку и вернулась к своему обеспокоенному выражению лица:

– Почему туда? Она не казалась хорошим человеком на банкете…

– Ох, правда? Но леди Ирэль говорила, что она действительно хорошая. Она также говорила, что вечеринка была настолько большой, что было легко познакомиться с новыми людьми и сблизиться с ними.

– Ха-а…

– Если Вы сначала сблизитесь с людьми, разве Вам не будет легче решать, куда идти дальше?

– О, возможно, – Селена подумала о том, чтобы повернуть вспять, но разговор стал ещё более раздражающим, если бы Джуна заметила это и начала сомневаться.

«Никогда не поздно отомстить за злословие за моей спиной и манипулирование мной, особенно когда Джуна больше не будет нужна.»

– Благодаря твоему совету я смогу легко принять решение.

– Рада помочь. Вы всегда можете обсудить эти вещи со мной! Поскольку у меня есть кое-какой опыт.

– Да, я так и буду делать, – улыбнулась Селена, собирая все приглашения и оставляя лишь приглашение от Лирэль. – Тогда я спрошу Миссис Джанет, как ответить на эти.

– Разве Вы не позовёте её к себе в комнату?

– Нет, это немного плохо – просить чужую горничную зайти в твою комнату, – ответила Селена, покачав головой.

«Кроме того, вокруг моей комнаты всегда есть уши, но никто не подслушивает в комнате Миссис Джанет. Её комната, должно быть, всегда закрыта.»

Без предупреждения Селена ворвалась в комнату главной горничной.

– Зачем Вы проделали весь этот путь до моей комнаты? – Миссис Джанет грациозно сидела за чайным столиком и вышивала на куске ткани.

С первого взгляда Селена поняла, что это принадлежит Кальциону. Его великолепные костюмы были сшиты именно так. Преданность Миссис Джанет, вышивающей непосредственно собственными руками, не оставляя этого другим горничным, была огромной.

– Как гость семьи Ренберд, я хочу получить надлежащий совет, чтобы не опозорить семью Ренберд.

Руки Миссис Джанет замерли при ответе Селены. Её глаза были прикованы к работе, пока девушка стояла в дверях, но это побудило Миссис Джанет поднять голову.

Хоть её взгляд не выглядел приветливо, улыбка Селены была уверенной:

– Я думаю, Вы не откажитесь.

– …присаживайтесь.

Селена подошла к столу и села, как её учила Миссис Джанет. Оценивающий взгляд главной горничной не дрогнул до окончания заключительного движения, когда девушка расправила юбку, выпрямила спину и аккуратно сложила руки на коленях:

– Меня пригласили на чаепитие. Если подумать, я тщательно готовилась к большим вечеринкам, но не знаю, как проходят чаепития, не говоря уже о том, чтобы быть осторожной в подготовке к ним.

– Разве леди Селена не та, кого пригласили на чаепитие?

Поэтому у меня нет причин помогать тебе, – вот что имела в виду Миссис Джанет.

– Герцог тоже получил приглашение. Разве мы не должны пойти туда вместе с ним? – Селена же ответила отказом, говоря, что Миссис Джанет не сможет победить её.

Обескураженная утверждением Селены о том, что она ошибается, Миссис Джанет заговорила:

– …чаепития различаются по атмосфере и способу их проведения в зависимости от индивидуальных предпочтений. Но Вам необязательно во всём совпадать с ними… Если Вас будет сопровождать Его Превосходительство.

Это означало, что в мире не может быть ничего страшного, если Селена пойдёт с Кальционом.

– Что, если я пойду одна?

– Вы должны будете поддерживать правильную атмосферу.

– Как?

– Я не знаю, в зависимости от настроения?

Миссис Джанет не ошибалась, потому что атмосфера на каждом чаепитие была разная, но Селена не могла избавиться от ощущения, что её наказывают.

– Трудно идти нога в ногу с настроением. Всё чаепитие может не передавать нужного, ведь это зависит от людей, собравшихся в одном месте.

– Это правда.

– Если я попытаюсь соответствовать атмосфере, людям там это может показаться странным. Вот что может случиться.

Например, чаепитие Виорелы с выпивкой, но Селена специально не упоминала об этом. Сегодняшний визит к Миссис Джанет был намерение подтвердить это. Если бы Миссис Джанет услышала, что Селена сделала на последнем банкете, она бы рухнула на пол. Сражение словами со знатью, утаскивание Фионэль и выигрыш в игре с выпивкой.

То, что Миссис Джанет подчёркивала в своём обучение этикету, было «не сражаться!». Она ясно показывала, что невежество с элегантной добротой – лучший выбор, потому что ты никогда не сможешь сохранять своё достоинство, если ссоришься.

Если бы Миссис Джанет услышала, что Селена сделала на банкете, она бы подняла этот вопрос.

– Поскольку Вы уже проходили это на банкете, Вам нечему учиться для чаепития.

В конце концов, Миссис Джанет не устроила выговор за проблемное поведение Селены на банкете. Она была не из тех людей, которые могли вынести подобное, если знали. Это был самый большой банкет, на котором Селена присутствовала с Кальционом, поэтому если бы ошибка Селены привлекла внимание всех, Миссис Джанет никогда не смогла бы этого вынести.

Молчание означало, что она не знала о делах Селены и что у неё не было никакой связи с дворянами банкета.

«По крайней мере, Миссис Джанет не является чьей-то пешкой.

Тогда больше нет причин копаться в ней. Она – единственная, у кого самый большой ключ к разгадке той ночи, но в данный момент спрашивать об этом не стоит,» – Селена без сожалений поднялась со своего места:

– Хорошо, я закончила со своим делом, поэтому мне пора.

– А, я должна кое-что сказать Вам.

– Что такое?

– Чаепития, как правило, имеют сильную социализацию, поэтому они часто скрывают пароли и сигналы в приглашении.

– Как это работает?

– Если использовался красный конверт, значит дресс-код красный. Если письмо украшено цветочным рисунком, скорее всего, цветы будут использоваться в качестве украшений.

– Я поняла…

Это был действительно хороший совет. До такой степени, что заставил Селену задуматься.

– Вы никогда раньше не участвовали в чаепитиях и не знаете, что произойдёт. Если Вы отправите ответ с просьбой к хозяину чаепития, есть большая вероятность, что они сообщат Вам об этом заранее, но даже если нет, Его Превосходительство не может быть унижен.

«Как и ожидалось, это не для меня, а для Кальциона. Однако я благодарна за то, что узнала это.»

– Конечно. Я буду иметь это в виду.

Миссис Джанет продолжила вышивать там, где остановилась ранее, не смотря на Селену. Её пальцы осторожно прикасались к тому месту, где она шила, словно прикасались к ткани для её ребёнка.

Впервые Селена увидела нежную улыбку Миссис Джанет.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 83

Глава 83.

– Как и ожидалось, – Кальцион просто кивнул, ничуть не удивившись. Порядок приглашений, разложенных на столе, был точно таким, как они и ожидали. – Стало ясно, что у Джуны есть информатор в доме графа Хайс.

– Это очень вероятно.

Тем временем Кальцион также завершил расследование в отношении графа Хайс.

Дом графа Хайс, как и Ренберд, обладал уникальными шахтами. Лишь после расследования выяснилось, что многие драгоценности, выставленные на продажу, принадлежали семье Хайс. Если бы драгоценности, принадлежащие Ренберд, начали выпуск на рынок, граф Хайс неизбежно пострадал бы. Будь то поиск нового пути или прекращение работы Ренберд, у него не было другого выбора, кроме как искать выход.

Ещё одна вещь, которую следует добавить сюда, заключается в том, что семья Розалин была в авангарде экспортной торговой сети. Означало ли это стремление к экспорту за рубеж или прекращение деятельности Ренберд, для Лирэль было естественно оставаться с Розалин, поскольку её семья владела распределяющей сетью.

– Наверное, это Розалин?

– Возможно.

Было ясно, что в настоящее время Лирэль была погремушкой Розалин. В противном случае у Лирэль не было причин приглашать Селену, с которой она ранее поссорилась.

– Тогда мне придётся написать их семье, что я приду. Мне нужно писать самой, верно?

– Так и есть. Садись сюда и пиши, – Кальцион отдал ей своё кресло и ручку.

Селена обмакнула перо в чернила и начала писать ответ:

– …ох. А у Вас есть бумага, на которой я могу попрактиковаться?

– Попрактиковаться?

– Ну, это первый раз, когда я пишу так, поэтому я немного нервничаю.

– …а.

Часто бывали случаи, когда Селена читала письма, но ей не нужно было писать их. Она никогда не помогала в бумажной работе и ей не приходилось писать Кальциону записки.

– …оно сработает и для письма, верно?

– Если не сработает, я продиктую Вам текст. Вам не о чём беспокоиться, не так ли?

– Нет.

– Просто потренируюсь в ваших буквах. Бумагу всё равно можно выбросить, – схватив ручку, Селена погладила браслет, который всегда носила.

Сейчас он словно был частью её самой. Человек, который сделал это, был магом из другого мира. И браслет действительно помогал ей понимать язык этого мира.

Селена записала слово, которое пришло ей на ум в качестве теста.

Кальцион.

Её рука двигалась плавно. Незнакомые буквы писались почерком, похожим на почерк Селены.

– Работает.

После того, как рука Селены остановилась, Кальцион взял бумагу и посмотрел на написанное.

Это был первый след, который Селена оставила в этом мире. И так случилось, что это было имя Кальциона.

Нормально ли для кого-то, кто когда-нибудь вернётся в свой родной мир, оставлять такой глубокий след? Почерк Селены, казалось, был исключительно глубоко выгравирован на бумаге.

– Я проверила, пишется хорошо, поэтому я напишу ответ. Ох, дайте мне эту бумагу. Я сотру там остатки чернил.

– Вытри это какой-нибудь другой бумагой.

– Почему? Это же…

– Ты смеешь выбрасывать моё имя как мусор?

– Нет, это… Тогда Вы хотите сохранить это как семейную реликвию?

Не отвечая на возмутительный вопрос Селены, Кальцион переложил бумагу в другую руку. Казалось, у него не было никакого намерения возвращать её.

– Хорошо, хорошо. Делайте всё, что хотите.

Это был просто листок бумаги с именем на ней. Селена не стала настаивать на чём-то незначительным. Вместо этого она впала в задумчивость, когда положила перед собой новый листок бумаги.

– Хм… Что написать? Во-первых, спасибо Вам за приглашение.

У Селены возникли трудности с первым предложением, но ответ был готов в мгновение ока, когда она продолжила. Кальцион также проверял, не нужно ли ей что-нибудь добавить в текст.

Любуясь буквами, Селена почтила вслух то, что закончила писать.

– Человек, который сделал этот браслет, действительно потрясающий. Такое чувство, что он знает, что я хочу написать.

– Вполне возможно, что она действительно была такой гениальной.

– Обязательно ли это переводится именно на язык этой страны? Если он работает и с другими языковыми системами, я хочу забрать его с собой.

– …ты хочешь забрать свои слова? – Кальцион на мгновение забыл, как дышать.

– Нет, я не говорю, что заберу его. Почему Вы так ошеломлены? Я не сделаю этого! Вы сказали мне, что это очень важное сокровище. После того, как я вернусь, оно может понадобиться кому-то из другого измерения, как я могу забрать его? – усмехнулась Селена, теребя свой браслет.

– После возвращения…

– Вот почему я не возьму его! – Селена говорила только о браслете.

Однако мысли Кальциона были заняты другой темой.

«Селена вернётся…» – он ощутил удушение, совсем как тогда, когда думал о её смерти.

Отправить Селену обратно домой было условием, которое Кальцион сам гарантировал. Однако у него никогда не было времени серьёзно подумать об этом.

Возвращение Селены в её родной мир – как и её смерть – было концепцией даже без отдалённого будущего, которое могло когда-нибудь произойти.

Ослеплённый своим непосредственным гневом и решимостью поймать виновника, Кальцион подписал контракт с Селеной, не дав много времени на раздумья. Если Селена поймает преступника и их контракт расторгнется, ей придётся пойти и посмотреть на исследования мага.

Возвращение Селены означало «конец операции». Точно так же, как и войска возвращались в свои дома после битвы.

Но сейчас Кальцион ощущал, что её возвращение было «расставанием».

Тупой удар коснулся его головы.

Даже после известия о смерти бывшей герцогской четы первой мыслью Кальциона была «смена места жительства» и «возможность восстания». Расставание никогда не было для него печалью или несчастьем.

Когда Кальцион подумал о своём расставании с Селеной, его охватило жгучее чувство неприятия. По какой-то причине отсутствие Селены, казалось, сильно влияло на него и у мужчины появилось предчувствие, что это чувство потери будет преследовать его ещё долго.

Кальцион сам не мог понять, почему он так себя чувствует.

– Сейчас, когда мы поймали их за хвост, разве мы не сможем выяснить, кто стоит за этим, если продолжим в том же духе?

– Верно, – Кальцион не мог дать более развёрнутый ответ из-за своего хаотичного разума. Он даже не мог сказать, была ли причина в его груди или голове.

– Почему Вы не отвечаете? – Селена отложила бумагу и посмотрела на Кальциона. – Ваша реакция не похожа на реакцию человека, который хотел поймать преступника, скрежеща зубами. Я думала, Вы будете улыбаться со свирепым блеском в глазах, что, по крайней мере, нашли одного человека, которого можно убить.

«Она права. Так и должно было быть. Когда я спас Селену в горах Сиганд, я был полон мести.

Для меня приближается возможность убить того, кто осмелился убить человека в моём особняке и того, кто презирал меня. Я должен испытывать ту же волнующую радость, что и при убийстве зверя, который сбежал, оставив неизлечимые шрамы на трёх моих рыцарях.»

Однако в какой-то момент радость этого начала угасать.

Шаг за шагом Кальцион приближался к истине случившегося, но ему было всё равно. Он не ощущал себя обязанным выяснять это. Скорее всего, нетерпение Кальциона пошатнулось, когда Селена начала рисковать собой ради сбора информации.

Это было неожиданно. Кальцион всё ещё не знал, как называется это отклонение, но был уверен, что это опасная вещь, которая пошатнула его собственный фундамент.

Селена горько улыбнулась, словно поняла это, утешая Кальциона.

«Нет, всё не так. Я видела грязь в людях. Сейчас мне не будет больно, если я увижу её ещё в одном или двух.»

– Вы думали о том, что делать после того, как всё раскроется?

– …нет, ещё нет.

– Ох. На всякий случай, моя роль – раскрыть это. Собирать улики или свидетельские показания – это не моя работа, поэтому не заставляйте меня делать это.

– Ты не обязана делать это.

Селена встала из-за стола и наклонилась к лицу Кальциона. В этот момент Кальцион, который тупо смотрел на угол стола, пришёл в себя и посмотрел на неё:

– Что?

– Вы выглядите таким ошеломлённым. Вы что, не спали прошлой ночью? Нет, Вы не из тех, кто плохо спит. О чём Вы беспокоитесь?

Кальцион снова растерялся.

Глаза Селены, смотревшие на него, были исключительно яркими. Он потерялся в этих чёрных глазах, который освещали всё вокруг, словно обсидиан.

Кальцион поспешно исправил выражение своего лица:

– Я размышлял о том, что мне сделать с этим. Что бы ты сделала?

– Хм. Не думаю, что мне бы пришло в голову копаться в этом деле с самого начала. Разве Герцог не думает о том, как мог бы убить их?

– Почему ты думаешь, что я собираюсь убить их?

– Просто? Потому что это фирменный стиль Северного Герцога?

Кальцион покачал головой:

– Тебе нужно обновить образ Северного Герцога.

– Ох, так Вы не собираетесь убивать их?

«Естественно, я убью их.»

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 84

Глава 84.

– Поскольку это чаепитие в саду, разве красный цвет не будет выделяться на зелёном фоне?

– Хм, красный… – Селена почесала пальцем затылок, смотря на платье, которое выбрала Джуна.

Когда она узнала, что это связано с семьёй Хайс, она не могла допустить простой ошибки при выборе платья.

Советы Миссис Джанет были очень полезны. К счастью, честь Ренберд была важнее, чем её ненависть к Селене. Как и советовала Миссис Джанет, Селена смогла соединить каждую точку в приглашении, чтобы найти скрытые подсказки. Для чаепития семьи Хайс дресс-код был белым, а аксессуары должны были быть в форме белых цветов.

– Не будет ли немного жарковато в середине дня…?

– Но разве это не произведёт сильное первое впечатление? Поскольку это сад, Вы будете похожи на роскошный цветок.

Это было бы правдоподобно, если бы Селена не знала о дресс-коде. Даже если бы она надела это красное платье и вернулась с кучей насмешек, она не смогла бы винить Джуну. Приглашение было адресовано Селене, поэтому это было бы её виной, если бы она не распознала дресс-код, а не виной её горничной.

Однако с самого начала Джуна даже не заговаривала с Селеной о дресс-коде. Если бы она не служила Ирэль, Селена не узнала бы о её намерении.

– Мне почему-то не хочется надевать сегодня красное, – Селена сама выбрала платье. – А как насчёт этого?

Она специально не поднимала тему дресс-кода. Ей было любопытно посмотреть, что скажет Джуна, чтобы остановить её. Селена видела, как напряжённо думает Джуна.

Платье, которое выбрала Селена, не было белым. Это было платье, расшитое серебряными нитями, спускающимися по юбке, с прикреплёнными к ним сверкающими серебряными каплями. Серебро выделялось, когда дело касалось белого и было белым, когда дело касалось любого другого цвета.

– Эм… Ум… Это для банкетов, поэтому сидеть в нём будет трудно.

Но сейчас, видя, что Джуна пытается остановить её, казалось, что она хотела унизить Селену.

– Всё в порядке, я умею терпеть.

– Да… конечно, Вы можете носить всё, что захотите, – когда Селена настаивала на своём, Джуна больше не могла на неё давить. – Я помогу Вам подготовиться. Ох, но это выглядит немного сложно. Подождите секунду.

После долгих хлопот Джуна наконец смогла подготовить Селену. Не все её платья были одинаковыми, поэтому каждый раз, когда она надевала одно из них, порядок и способ сборов был несколько разным.

– Фух, всё готово.

Селена посмотрела на себя в зеркало, вытерла пот со лба и сделала шаг назад, говоря Джуне, что она хорошо поработала. Выглядело немного неуклюже, но она не могла точно определить, в чём именно заключалась проблема.

«Я найду это потом. Возможно, проблема в ткани,» – поэтому Селена вернулась в комнату Кальциона, не придав этому особого значения.

– Я готова. Скоро выхожу.

– Ты сказала, что дресс-код – белый.

Переход от белого к серебристому был заметным.

– Ну, так получилось. Если подумать, дресс-код на вечеринке Ройл – «Звёздный свет».

Днём Селене нужно было присутствовать на чаепитие в особняке Хайс, а на закате она должна была отправиться в особняк Ройл на вечернее чаепитие.

– Мне не нужно будет возвращаться, чтобы снова переодеться, поэтому я собираюсь поехать к Ройл, как только чаепитие закончится.

На оба чаепития была приглашена лишь Селена. Незваный Кальцион должен был оставаться дома весь день напролёт.

– Это первый раз, когда я надолго останусь одна.

– Тебе не о чём беспокоиться, поскольку у тебя будет эскорт. Кроме того, повсюду тебя будет сопровождать тайная стража.

– Я не волнуюсь, – несмотря на то, что Селена сказала это, она немного дрожала, сжимая кулаки.

Она направлялась туда, где не смогла бы получить помощь Кальциона, даже если бы закричала. Одна мысль об этом заставляла девушку нервничать.

Однако, как сказал Кальцион, её безопасность была гарантирована. Даже в чужом доме стража, прятавшаяся в тени, могла выскочить и преградить дорогу к Селене. Было легко заметить, насколько внимательны Кальцион и его охрана.

Как бы сильно Селена ни нервничала, ей удалось успокоиться. Ведь сегодня Селена была ответственна за выполнение этой задачи, поскольку Кальцион не мог оставаться рядом с ней.

– Я сделаю всё возможное, чтобы получить информацию.

– Не переусердствуй, – ответ Кальциона был настолько прямолинеен, что её плечи на мгновение приподнялись.

– Спасибо.

Ответ Селены был таким же простым, но он показался неловким. В отличие от неё, Кальцион скрипел, как сломанная машина. Это произошло потому, что они оба спешили адаптироваться после своей первой встречи и сделать то, что обычно не делали.

Болото неловкости было ужасным. Не было никакого способа выбраться из этого.

– Ах, тогда… я пошла.

– Позволь мне проводить тебя до входной двери.

Было неизвестно, сколько шагов нужно было пройти от комнаты до входной двери, но эта доброта также была частью неловкости.

Сжимая руку Кальциона, Селена усмехнулась:

– Вам не кажется странным, что Герцога вдруг не будет рядом со мной? Это причина, почему мы такие неловкие?

Кальцион молчал, смотря только на нижнюю ступеньку лестницы.

«Да, это из-за нашего прямолинейного поведения.»

– Говорят, что отношения становятся лучше, когда пары проводят время вдали друг от друга. Вы собираетесь заняться каким-нибудь своим хобби, которым не могли заняться, пока меня не будет рядом?

– Нет, на самом деле я планировал провести еженедельную вечернюю тренировку в дополнение к дневной.

– Что? Что ж, надеюсь, у Вас будет хороший день, – Селена ткнула Кальциона локтём в бок. – Кстати, это плащ для тренировок?

Обычно Кальцион носил аккуратные рубашки и верхнюю одежду. Во время тренировок он переодевался в одежду для тренировок или военную форму. Сегодня же он был одет достаточно нарядно, чтобы даже провести парад. Хоть одежда и выглядела как боевое снаряжение, она была гораздо более броской, чем то, что он одевал на тренировки.

– Иногда мне приходится носить это для поддержания боевого духа и сноровки. Это более громоздко, чем обычная тренировочная одежда, но иногда необходимо тренироваться так.

Селена покачала головой, смотря на зубчатые украшения на его плечах и груди, а также длинный развевающийся плащ, и кивнула.

«Если бы мне приходилось сражаться в плаще, который может обвиваться вокруг моего тела и заставлять постоянно спотыкаться, тренировки были бы необходимы.»

– О, это обязательно должен быть этот плащ? – Селене в голову пришла одна идея.

– Нет, не имеет значения, какой плащ, а что?

Плащ на плечах Кальциона был белым. Нижний край был расшит серебряной нитью, а верхняя часть была украшена светлым мехом, что придавало ему ощущения принадлежности к Северу.

– Хорошо, тогда не могли бы Вы одолжить мне его на один день?

– У меня нет причин отказывать, – сказал Кальцион, стоя перед дверью и расстёгивая плащ.

Он собирался сложить его и передать Селене, но остановился. Кальцион протянул свои длинные руки и накинул плащ ей на плечи. Расстояние между ними сократилось, когда девушка оказалась в ловушке его рук.

Кальциону показалось, что его лишили воздуха. Он поднял подбородок, чтобы вздохнуть и сделал шаг назад вместе с плащом. Он снова мог дышать.

Его длинные, сильные пальцы, завязывавшие ленту плаща, двигались взад и вперёд перед её носом. Несмотря на то, что это было пустяком, Селена наблюдала за их работой до самого конца.

– Тогда, я пошла, – она посмотрела на Кальциона и попрощалась с ним естественно, словно супруга, уходящая на работу.

– Счастливого пути.

Селена, которая уже собиралась уходить, внезапно обернулась и сделала шаг к Кальциону.

– Что-то не так?

– Мы расстаёмся, словно засыпаем, поэтому нам нужно попрощаться.

От прикосновения Селены, обнимавшей его за шею, сейчас Кальцион естественно наклонялся сам. Её мягкие губы коснулись его щеки, когда Селена поцеловала его.

Девушка сделала шаг назад, посмотрела в глаза Кальциона и лучезарно улыбнулась, прежде чем оставила его стоять в одиночестве. Ожидавший эскорт открыл перед ней дверь экипажа. Селена поприветствовала его лёгким кивком и вошла в карету. Кроме того, это был её первый раз, когда она сидела одна в экипаже.

– Ха-а-а… – после глубокого вдоха Селена открыла глаза.

Она открыла окно и её глаза встретились с глазами Кальциона, который всё ещё стоял на крыльце и смотрел в её сторону.

Селена улыбнулась и покачала головой, притворяясь расслабленной.

Вскоре после того, как он ответил кивком, экипаж отъехал от особняка. Селена крепче сжала плащ своими похолодевшими пальцами. Тёплый плащ Кальциона успокоил её.

Экипажа, выехавшего из главных ворот, больше не было видно. Однако Кальцион долго смотрел в сторону ворот, словно мог видеть карету и дальше.

– Купи мне новый плащ для тренировок.

– Да, Ваше Превосходительство.

Перед тем как развернуться, Кальцион бросил последний взгляд на ворота.

«Беспокоиться ни о чём.

Охрана, которую я приставил к Селене, те, кто обладают лучшими навыками среди всех рыцарей, и половина их них скрывается в тени. Нет никакой причины, по которой они не смогли бы защитить Селену, кроме вторжения военного подразделения.»

Но по какой-то причине Кальцион продолжал оглядываться назад.

«Что произойдёт, если она вернётся не в таком же виде?» – его беспокойство лишь продолжало расти.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 85

Глава 85.

Естественно, чаепитие прошло так, как Селена и ожидала. Все были одеты в белые наряды и украшены цветами на головах, и сидели, словно куклы. Около пяти мест за столом были заняты. Хоть Селена прибыла как раз вовремя, большинство людей уже были на местах.

«Ох, я продумала всё не до конца. Я пришла вовремя, думая, что это похоже на грандиозный банкет, но, похоже, на чаепитие следует приходить раньше.»

Всё, что осталось – это место в углу стола, которое было едва видно другим. Даже когда Селена вошла, никто не вышел вперёд, чтобы тепло поприветствовать её. Она знала, что так и будет. Без малейшего смущения Селена подошла к Лирэль, которая сидела в центре стола:

– Благодарю Вас за приглашение. Я думала, что пришла вовремя. Возможно, это моя ошибка, что я не знала о том, что мне по-детски сообщили другое время начала, поэтому, пожалуйста, простите меня.

Лицо Лирэль сразу посуровело, что подтвердило сомнения Селены в том, что она по-детски написала другое время, чтобы Селена опоздала.

Рядом с Лирэль сидела Розалин. Некоторые из гостей были повёрнуты к Розалин, словно чаепитие было организовано ею. Розалин надменно улыбнулась, её взгляд был крайне естественным:

– Ты сегодня так нарядно одета, не так ли? Леди Лирэль очень беспокоилась, что лишь твоё нижнее бельё будет белым.

Некоторые леди захихикали над этой шуткой.

– Просто Герцог так сильно беспокоится. Страшно представить, но он покупает мне одежду всякий раз, когда у него появляется время. Даже если я ношу по три платья в день, он покупает мне столько, что я думаю, что даже за всю свою жизнь не смогу перемерить их.

«В такие моменты, как сейчас, лучше промолчать. Хоть демонстрация привязанности мужчины с помощью подарка что-то, что я лично ненавижу, но это лучший метод, когда дело касается взглядов других людей.»

Хихиканье прекратилось. Но Селена на этом не остановилась:

– Но какой смысл покупать это для меня? Мне разрешено носить их только перед Герцогом. Ах, как сегодня. Когда он увидел меня в этом платье, он завернул меня в свой плащ. Платье такое красивое, что он не хочет, чтобы люди видели меня в нём. Поэтому, пожалуйста, поймите, если я покажусь Вам немного душной.

– Ох… да, плащ… конечно, мы понимаем…

Смех над Селеной утих при упоминании имени Кальциона.

«Даже несмотря на то, что он не присутствует здесь,» – Селена фыркнула на очевидное дискриминационное обращение и направилась к своему месту.

Это было собрание для людей, которые были вынуждены прийти в обмен на каплю власти, поэтому они были готовы толкать Селену так же энергично, как Розалин.

Сами декорации для чаепития были успокаивающими, контрастируя с атмосферой приёма в Розовом дворце. Между деревьями был сооружён белый тент, мягко покачивающийся на ветру. На зелёной траве были расставлены букеты белых цветов, а на столе стояла прозрачная ваза. Гармоничный пейзаж можно было бы вписать в портрет. Обстановка была идеальной для отдыха, если не считать постоянных нападок, с которыми сталкивалась Селена.

Всё, что они делали в этой расслабляющей атмосфере, – это ели закуски, сплетничали о ком-то, делали друг другу комплименты и чем-то хвастались. Селене стало жаль эти прекрасные цветы. Она не хотела поднимать настроение отношением к себе.

Как бы то ни было, Селена посетила сегодняшнее чаепитие, чтобы выяснить, какие у людей отношения и какова атмосфера.

Она даже не думала о том, чтобы расширять свою сеть или получать больше приглашений. С тех пор, как Селена увидела Розалин, сидящую рядом с Лирэль, её цель на сегодня была достигнута. Она едва сдерживала зевоту, когда Лирэль и Розалин украдкой поднялись со своих мест.

– Точно, я хотела кое-что подарить леди Розалин, но забыла взять это с собой. Поскольку это ценный предмет, я должна доставить его сама… Могу я на минутку оставить Вас?

– Ох, боже, конечно.

Два главных героя чаепития покинули сцену. Главной темой разговоров на протяжении всего чаепития была Лирэль, и её гости присоединялись к ней.

– Так, эм, должна ли я спрашивать о подобном.

– Да?

Когда две фигуры исчезли, девушка, рядом с Селеной, забормотала. Она была одной из многих, кто всё это время не сводил глаз с Розалин, хлопая и хихикая вместе с ней. Селена едва могла догадаться, какой был её статус.

– Это… платье, которое на Вас под плащом, от Люмьера?

Селена была в замешательстве, поскольку сразу купила слишком много платьев.

– Эм, кажется… Я не помню…

– Имя дизайнера может быть вышито на рукаве или ленте сзади. Могу я посмотреть?

– Да, хорошо.

Поскольку в девушке не было ничего подозрительного, Селена наклонилась к ней. Та тщательно осмотрела упомянутые места.

– Оно так красиво, что это видно даже сквозь плащ… Если это Люмьера, то оно очень дорогое, не так ли?

Вышивки на рукавах не было. Поэтому девушка приподняла ворот платья, чтобы получше рассмотреть ленту за спиной Селены.

– Хм, я не знаю цену, – пристыженно прошептала Селена. – Поскольку Герцог сам покупал его.

– Вау, как и говорят в слухах, богатство Его Превосходительства, должно быть, огромно. Значит это правда, – после этого леди указала на спину Селены. – Но мне кажется, что лента завязана неправильно. Если фиксирующие булавки отстранятся, Вы уколитесь.

Лента была скрыта плащом. Если бы всё так и осталось, то случилась бы катастрофа.

«Чёрт бы тебя побрал, Джуна…» – Селена не могла поверить в то, насколько злой была Джуна.

– Спасибо, что дали мне знать об этом. Мне нужно сходить в дамскую комнату, чтобы поправить платье… Вы случайно не знаете, где она находится?

– Дамская комната находится вон в том здании. Как только Вы доберётесь туда, Вы увидите дверь с розовыми цветами.

– Если Вы не увидите горничную, просто позвоните в колокольчик, который находится справа от двери.

Сейчас гости казались странно добрыми.

«Это из-за отсутствия Розалин?

Возможно, эти люди участвовали в шутках Розалин, чтобы их семьи получали помощь в бизнесе и власти.

Но мне не нужно приветствовать их. Они делают это не потому, что добры, а из-за моего потенциала. Они боятся, что я, пользующаяся благосклонностью Герцога, проболтаюсь об этом или займу место Герцогини. Они хотят иметь страховку на всякий случай.»

Селена взглянула на здание, выдавив из себя улыбку. Особняк графа Хайс находился немного дальше от места проведения чаепития. Поэтому на большом участке было размещено несколько зданий и каждое имело своё назначение. Возможно, именно поэтому было так тихо, когда несколько человек входили и выходили из здания.

Как только Селена открыла дверь, её взгляд упал на лестницу. Дверь с розовыми цветами находилась сразу за лестницей, но прислуги нигде не было видно. Она протянула руку, чтобы позвонить в колокольчик, следуя указаниям других гостей, но резкий голос остановил её.

– Разве я горничная? Или собака? Есть предел тому, чтобы указывать мне, что делать!

«Это голос Лирэль,» – убрав руку с колокольчика, Селена повернула голову на звук.

– Если она назначила встречу, значит она должна быть той, кто заботится об этом. Почему я должна идти с ней? А теперь посмотри, моё платье запачкано травой.

– Ох, моя леди. Я понимаю. Что мне делать? Я постараюсь быстро очистить его.

– Как ты можешь очистить его? А, серьёзно. Посмотри на мои туфли. Все запачканы. Даже мои ноги болят после такой долгой ходьбы.

Голос Лирэль гремел по всему залу. Казалось, она была крайне зла. Селена подкралась к комнате Лирэль. Голос Лирэль был таким громким, что ей даже не нужно было заглушать звук своих шагов.

– Она даже не такая красивая, как я, но она смеет называть меня уродиной? Время сотрудничества с её семьёй почти закончилось. Просто подожди и увидишь.

«Должно быть, она ругается на Розалин.

О? Похоже, она близка с Розалин лишь потому, что их семьи заключили контракт.»

В гостиной на втором этаже, куда подкралась Селена, на диване лежала Лирэль и болтала с горничной, которая смотрел вниз на свои ноги.

– Она говорит, что однажды станет Кронпринцессой, а теперь она хочет быть Герцогиней. Тогда почему она снова пошла к Кронпринцу? Такой странный человек.

В данный момент Селена услышала всё, что ей было нужно. Она с триумфом вошла внутрь, ощущая дух от поимки врага:

– Леди Розалин была бы очень признательна, если бы узнала это, не так ли?

– Кья-я-я-я-я-я!

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 86

Глава 86.

Лирэль вскочила на ноги:

– Т-ты, как ты здесь оказалась!

– Я направлялась в дамскую комнату, но твой голос привёл меня сюда, – Селена намеренно вошла комнату и села на диван напротив Лирэль. – Садитесь, у нас полно времени, поэтому давайте поболтаем.

Лирэль нерешительно села обратно. То, как она сидела, даже не откидываясь на спинку дивана, было похоже на ребёнка, которого отругали за допущенную ошибку.

С другой стороны, Селена сидела расслаблено, скрестив ноги. Она жестом велела горничной оставить их наедине, возможно, потому что лицо её хозяйки вот-вот будет испорчено. Смущённая горничная вышла из комнаты. Казалось невозможным сказать, кто был хозяином, а кто гостьей.

– О-о чём мы должны поговорить…?

– То, что Вы только что говорили. Это было очень интересным. Я думала, Вы двое очень близки, но подумать только, одна из Вас вот так «чистит тыквенные семечки».

Чистит тыквенные семечки – говорит или делает что-то за чьей-то спиной.

– Нет, это не так! Я не говорила что-то за чужой спиной! Просто иногда бываю расстроенной, – хоть Лирэль знала, что уже слишком поздно, она продолжала настаивать на своём.

Некоторые люди обычно отшатывались от подобного, но Селена была не таким человеком. Скорее, она любила нажимать сильнее.

– А-а-а, – равнодушно протянула она, убирая свои распущенные волосы за плечо. – В таком случае, я думаю, леди Розалин, услышав это, сможет понять.

Лирэль сжала губы.

«Я не могу позволить этому случиться. Если это дойдёт до ушей Розалин, я буду мертва. И это в конечном счёте разрушит семью графа Хайс.»

– Н-нет, подождите. Давайте немного поболтаем.

– Мы и так болтаем.

Это была ситуация, когда зритель наблюдал, как владелец дома сгорает в огне. Лирэль ощутила, как у неё пересохло во рту, когда Селена расслабленно скрестила руки на груди.

– Хорошо, леди Селена. Это не просто вопрос отношений. Возможно, основа этого интересы моей семьи?

– Да, вот как?

– Изначально всё было не так. Однако бывают моменты, когда семьи сотрудничают, а бывают моменты, когда они конкурируют. Вот почему я – сотрудничаю. Всё просто.

– Да, однако?

– Однако это не значит, что моё сердце следует всему, что я должна делать. Поэтому, эм, в мои намерения не входило холодно приветствовать леди Селену. Я просто хотела сказать Вам это.

– Совсем не значит, что можно забыть об этом только потому, что это было не по Вашей воле.

– Это правда! Конечно, этого не может быть! Но, на самом деле, я хотела бы быть рядом с Вами.

– Вы хотели, но сделали прямо противоположное, – Селена лишь фыркнула на последовавшие нелепые оправдания.

– Это…! Я никогда не хотела этого! – Лирэль, должно быть, думала, что Селена будет тронута её оправданиями.

– Это леди Розалин сказала Вам напасть на меня и флиртовать с Герцогом передо мной ещё на банкете в честь дня Основания, и это было её волей, чтобы Вы пригласили меня на чаепитие, которое было устроено, чтобы побеспокоить меня, не так ли?

– В-верно. Зачем мне мучить леди Селену, которую я даже не знаю?

– Почему она попросила леди Лирэль сделать это?

– Я, я не знаю этого… Я просто сделала то, что леди Розалин хотела от меня…

Селена вздохнула:

– Итак, леди Лирэль хотела поладить со мной, но она была вынуждена придираться ко мне, потому что леди Розалин попросила её об этом, верно?

– Да, да, да, да! Всё так!

Селена улыбнулась Лирэль, которая продолжала отчаянно кивать.

«С такой скоростью её причёска будет в полном беспорядке,» – увидев, что девушка, которая, скорее всего, была чувствительна к мельчайшей торчащей пряди волос, совершила подобное, Селена сразу перешла к делу:

– Итак, что у Вас есть такого, что нуждается в поддержке Розалин?

– Э-это…

– Вы сказали, что хотите поладить со мной. Тогда давайте отныне быть друзьями. Разве мы не можем говорить об этом, став друзьями? Я слышала, разрешено ругаться на людей, которые тебе не нравятся в присутствии твоего близкого друга, – сказала Селена дружелюбным голосом, но угрозы, скрытые под ним, вовсе не были дружелюбными.

Если Селена скажет Розалин правду, пострадает лишь Лирэль. Не имело значения, что Лирэль была её партнёром, подозрения возникли бы, как только Селена передала эту информацию.

У Розалин не было причин держаться за шумных людей просто так. Было бы жаль графа Хайс, а не маркиза Тойлана. Розалин уже забивала людей до смерти, независимо от того, насколько они были её «друзьями». Она могла безжалостно отрезать их от себя, если они проявляли хоть малейшую грубость.

Даже если бы это была её первая любовь, обнимающая её за колени, Розалин никогда не обернулась бы. Все боялись Розалин и маркиза Тойлана, даже если проклинали их за спинами.

Для Лирэль настало время схватить Селену и заставить её замолчать.

– Вершина распределительной сети, которая позволяет нам распространять ювелирные изделия, принадлежит маркизу Тойлан. На карту поставлен крупный бизнес моей семьи, поэтому я должна сотрудничать.

«Это уже выяснил Кальцион. Я задавалась вопросом, было ли что-то ещё, но самой большой проблемой оказались деньги.»

– Тогда Вы должны оставаться с Розалин всю свою жизнь?

– Ни за что! Мне сказали, что мы сможем восстановить наш баланс, как только будет определена сумма, находящаяся в шахте Ренберд! – в ярости закричала Лирэль.

«До проблем в семейном бизнесе, Лирэль, кажется, управляла толпой так же, как Фионэль и Розалин. Сейчас её на какое-то время поглотила Розалин, но Лирэль точно не сможет жить так вечно.»

– Хм… Тогда мы должны поладить. Я много не знаю, но ведь ничего нельзя знать наверняка, не так ли? Интересно, смогу ли я попросить Герцога о небольшом одолжении, когда мой друг оказался в беде?

– Боже, это было бы чудесно, – Лирэль, притворяющаяся, что верит в Селену, была очень хороша, в этом Селене пришлось согласиться.

«Вот почему она была первой, с кем я столкнулась на роскошном банкете.»

– Да, но я не знаю, что происходит в сфере бизнеса. Так почему бы Вам не написать письмо и не позволить мне передать его Герцогу?

– Письмо?

Предложение было неожиданным, поэтому казалось сомнительным. Селена сильнее надавила на дрожащую Лирэль:

– Если я передам письмо, утечки информации не будет и Герцог лично увидит его, не так ли?

– Ох….

Лирэль никогда не думала, что Селена имеет такое влияние на герцога Ренберд. Герцог покупал всевозможные платья и аксессуары для своей любовницы, но, в конце концов, она казалась простой собакой на украшенном драгоценными камнями поводке.

– Сейчас, когда Вы поняли, Вам следует написать письмо. Куда делась горничная?

Пока Лирэль что-то бормотала, Селена позвала горничную, которую выгнала, и велела той принести бумагу и ручку.

– А сейчас, пожалуйста, быстрее запишите всё, чтобы я могла уйти как можно раньше.

– Эт-это… – Лирэль никак не могла придумать причину для немедленного отказа. В конце концов, ей вручили ручку.

– Я уверена, что Герцог позже услышит о том, что Вы на чаепитии стали со мной близкими друзьями. Это будет хорошо проведённый день, поэтому Вы много услышите от Герцога. Пишите побольше.

То, что говорила Селена, было незначительным. Даже если это просочилось бы, подобные слова не привели бы к большому скандалу.

В конце письма, написанного изящным почерком, Лирэль намеренно не упомянула своего имени. Поскольку она понятия не имела, как будет использовано это письмо, она старалась избегать всего, что могло бы послужить доказательством.

«Я слышала, что Селена простолюдинка. Если это так, то весьма маловероятно, что она может понять то, что я написала.»

– Вы забыли написать своё имя в конце, – но Селена точно указала на ошибку.

Лирэль была крайне изумлена тем, что Селена умеет читать и писать.

– Боже, я, должно быть, пропустила его, – Лирэль написала своё имя, притворяясь, что это ошибка, но чувствовала она себя крайне неуютно.

Лирэль ощущала себя так, словно попала в плен, потому что у неё не было причины отказаться, а она всё равно оставляла что-то настолько материальное.

– Кажется, мой почерк не очень аккуратен. Я должна более тщательно написать это письмо и отправить его Вам в следующий раз…

– Нет необходимости. Для меня достаточно этого, – Селена подхватила письмо со стола, прежде чем Лирэль смогла попытаться спрятать его. – Ваши слова очень искренни, так как же я могу выбросить его? Поскольку это знак нашей дружбы, я буду дорожить им.

С этими словами письмо исчезло под плащом Селены. Лишь тогда Лирэль пришла в себя.

«Я оставила доказательства, написанные своей собственной рукой, подтверждающие мою дружбу с Селеной,» – Лирэль с сожалением прикусила губу.

«Нет смысла говорить об этом герцогу Ренберд. Моя тайна с Розалин украдена.

Я могла бы усмирить Селену, если бы горничная помогла мне,» – хоть Лирэль произвела в уме кое-какие подсчёты, она никогда не поднимала ничего тяжелее своей чайной чашки.

«Я не смогу сравниться с выносливостью простолюдинки, которая, как говорят, была спасена из гор, кишащих монстрами,» – несмотря на то, что Лирэль много думала, она не могла найти способ забрать письмо из рук Селены.

– Не волнуйтесь. Я понимаю, что у нас обоих есть свои позиции. Наша дружба останется тайной между нами, – Селена подмигнула ей.

Одно это подмигивание могло сбить с ног любого на фан-встрече, но здесь это было предупреждающим посланием Лирэль.

– Ох, и что Вы имели в виду, когда говорили, что она пошла увидеться с Кронпринцем? Сейчас, когда я припоминаю, вы ушли с банкета вместе.

«Эта чёртова су*а долезла даже до этого!» – лицо Лирэль исказилось.

– Куда ушла леди Розалин? – улыбка Селены стала шире.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 87

Глава 87.

Графство Хайс занимало большую территорию, соединяясь с близлежащим небольшим лесом, в частности с рощей. Однако это было не самое подходящее место, чтобы бродить по нему в платье и туфлях. Платье Лирэль, которое едва успели почистить, снова было испорчено.

Каким бы маленьким ни был лес, он всё равно оставался лесом. Даже если бы Селене объяснили маршрут, ей пришлось бы долго идти пешком, пока она не добралась бы до места. Вместо того, чтобы расспрашивать о местоположении, Селена мудро решила идти за Лирэль.

Как та могла ослушаться Селену, имеющую в руках свидетельство о их дружбе?

– Я не думаю, что хозяйка должна оставаться в стороне от чаепития слишком долго. Сейчас Вы можете возвращаться.

Даже если бы эти двое прибыли на место встречи, они не смогли бы найти принца и Розалин. Но поскольку Селена была шпионкой, ей не нужно было, чтобы кто-то подсматривал за её заданием.

Ответив с судорожной улыбкой, Лирэль отвернулась. Селена могла поймать ведро проклятий, слетающее с губ каждый раз, когда Лирэль спотыкалась, уходя.

– Итак, где же это? – придерживая подол платья, Селена вошла в лес.

Прежде чем покинуть особняк, она попросила горничную поправить булавки и ленты на платье. После чего она почувствовала себя более комфортно, чем раньше.

«Теперь передвигаться легче. Если понадобится, я смогу убежать.

Я не вижу их, но где-то здесь охрана, которую Кальцион выставил для наблюдения за мной.»

Благодаря этому Селена могла набраться смелости войти в лес в полном одиночестве.

Очень скоро она нашла Розалин. Розалин стояла лицом к Кронпринцу на пустыре недалеко от входа в лес. Селена подошла немного ближе, чтобы подслушать их разговор. Случайный шелест листьев от дуновений ветерка заглушал её шаги.

Не издавая ни звука, Селена спряталась за деревом, приблизившись к этой паре.

– Розалин, я думал, ты сильная женщина.

– …да.

– Неужели я ожидал от тебя слишком многого? Я не ожидал, что ты будешь такой слабой.

– …пожалуйста, простите меня… – тихим голосом ответила Розалин, опуская голову.

Голос Принца был таким же сладким, как в воспоминаниях Селены. Однако Розалин съёжилась, словно каждое слово Кронпринца причиняло ей боль.

«И это Розалин, которая выглядит такой гордой и решительной перед всеми?» – Селена много раз моргнула, потому что в это было трудно поверить.

И всё же Розалин, съёжившаяся, словно червяк, перед Кронпринцем, не исчезала.

– Розалин, не имеет значения, где находится твоё тело и имя. Главное – это сердце.

– …я понимаю.

– Тогда ты знаешь, что до сих пор у тебя всё было хорошо. Поэтому постарайся пронести это немного дольше, хорошо? – его голос был таким же сладким, как у мужчины, который заманивал свою возлюбленную в постель.

– …да.

Казалось, Розалин нечего было ответить. Принц, удовлетворённый ответом Розалин, заключил её в объятия. В ответ рука Розалин легла ему на спину.

«Что за?!» – Селена не могла понять контекста их разговора, потому что не слышала их с самого начала, но по тому, как они разговаривали друг с другом, ощущалось, что Розалин и Кронпринц были подчинённой и начальником.

Вот только такой деловой разговор неожиданно завершился дружескими объятиями.

Глаза Селены расширились от изумления. Она продолжала видеть то, чего никогда раньше не видела. У неё было очень хорошее зрение. Даже если девушка стояла далеко от этой пары, она могла чётко отличать объятие от сопротивления.

Эти объятия были короткими. Как только они разошлись, глаза Селены снова сузились до тонких щёлочек. Лицо Розалин горело красным цветом.

– …? – Селена вытянула шею, словно черепаха.

Она думала, что сможет поверить в то, что видит, лишь когда подойдёт немного ближе. Но разум Селены кружился, наполненный смятением. Она не знала, была ли эта путаница вокруг или только в её голове.

Рот Селены приоткрылся от ошеломления отношений этой пары.

«Значит, Розалин и Кронпринц…»

Принц погладил пальцем раскрасневшуюся щёку Розалин:

– Ты собираешься вернуться внутрь с таким лицом?

Эти слова заставили её покраснеть ещё сильнее.

– Я подышу свежим воздухом, прежде чем вернуться, – Розалин казалась слишком нежной и послушной.

Селена не могла отвести глаз от нового поведения Розалин.

– Как долго ты планируешь прятаться, дикая птичка из Ренберд?

Именно голос Кронпринца вывел её из транса.

– Ах! – Селена была шокирована до глубины души.

«Я очень далеко! Когда и как он заметил меня?!» – она была так изумлена, что чуть не проглотила свой язык.

Со стороны Кронпринц выглядел как человек, который вырос хорошим, но это было не так. На самом деле, он был настоящим монстром, способным соперничать с чудовищным Кальционом.

Селена, которую уже поймали, жалобно вышла из-за деревьев:

– Вы продолжали, даже зная, что кто-то наблюдает?

– Я не совсем понимаю, на что ты пытаешься указать, – «маска дружелюбной улыбки» Кронпринца всё ещё не колебалась.

Словно его не поймали, хотя он был пойман прямо с поличным.

– Я знаю Розалин с тех пор, как та была мала, поэтому я знаком с ней больше, чем с любым другим человеком. Независимо от того, в какой ситуации я нахожусь, она дорога мне, разве нет?

– Ах… да.

– Она для меня словно прекрасная сестра.

«Если бы я не поговорила с Лирэль перед тем, как столкнуться с этой сценой, я могла бы поверить в это. Потому что его слова и выражение вполне убедительны. Включая его очаровательное лицо и приятный голос. Если бы я не была невосприимчива к подобной красоте, Кронпринц убедил бы меня, что могила – это драгоценный камень.»

– Я поняла. Вы выглядели так близко, что я подумала, а не родные ли вы брат и сестра.

Даже если бы она хотела сказать, что это чушь собачья, Селене приходилось копнуть ещё немного, чтобы узнать правду. Поэтому она соответствовала происходящему.

– Ха-ха, ты правильно угадала. Но обычно первое, что нужно сделать, – это заподозрить, что это более глубокие отношения.

Хоть Селене было любопытно, она не могла сказать, что слышала, что Розалин чуть не стала Кронпринцессой.

– Розалин очень зависит от меня. Кажется, она видит во мне своего родного брата.

– Ах, леди Розалин, должно быть, прошла через много трудностей, – пока Селена кивала, про себя она говорила, что это ничто иное, как чепуха.

«Какая сестра в мире будет извиняться своему брату за то, что ему приходится нелегко? Это просто смешно. Он больше похож на кошку, просыпающуюся каждое утро после того, как её еда приготовлена.»

Игра Селены была так же хороша, как и игра Кронпринца в невинность. Её самые сокровенные мысли никогда не проскальзывали, отражаясь на её лице

– Ах, вышел, чтобы остудить голову, но когда я услышал, что ты на чаепитие у графа Хайс, я поспешил к тебе. Случайные совпадения провоцируют великие действия, верно? – спросил Кронпринц, сокращая расстояние.

Сейчас он был достаточно близко, чтобы схватить Селену, если протянет руку. Селене пришлось поднять голову, чтобы посмотреть в лицо Кронпринцу. Когда их глаза встретились, он улыбнулся крайне ярко.

Его улыбка была ослепительной, хоть Кронпринц явно не был хорошим человеком, поскольку был связан с Розалин.

«Это не в моём характере, но мир не равен.»

– Похоже, у нас с тобой много совпадений.

– Я заметила.

– Люди говорят, что эти совпадения означают, что двум людям суждено быть вместе.

Если бы не личность Кронпринца, Селена бы проигнорировала это. Но он был главным подозреваемым. Точно так же, как высыпание сахара в море не подсластило бы море, каким бы сладким ни был голос мужчины, сомнения в его адрес лишь усиливались.

– Когда случаются совпадения, это обычно происходит из-за чьих-то сильных намерений.

– Ха-ха, это работает не так. Однако для нас это настоящее совпадение. Разве мы не можем просто радоваться этому?

«Обе случайные встречи были вызваны моими внезапными решениями. Кронпринц не мог просчитать и превратить их в «случайную» встречу.»

– Я не понимаю, почему мы должны радоваться.

– Разве нам нужна причина, чтобы радоваться встрече с таким прекрасным человеком?

– У меня нет причин радоваться.

«Неужели охрана ещё не обнаружила моё местонахождение?» – Селена была очень встревожена. В лесу было слишком тихо.

«Если подумать, то почему Кронпринц один? Он бы ни за что не рискнул выйти один, без телохранителей. Особенно зная, как много у него врагов.

Что, если эскорт Принца одолеет людей Кальциона? Это могло бы стать для меня огромной проблемой.»

Принц не последовал за Селеной, которая сделала шаг назад, холодно прервав его, вместо этого он лишь улыбнулся:

– Верно, я забыл, что я единственный, кто может быть счастлив. Я прошу прощения, если заставил тебя ощутить давление. Мне в буквальном смысле приятно увидеть тебя.

Селена не могла плюнуть в его улыбающееся лицо, но смогла сохранить невозмутимое выражение лица. Словно слой изморози упал ей на лицо.

– Ваше Высочество уже знает, что я женщина герцога Ренберд. Я знаю, что Ваше Высочество ненавидит Герцога.

– Ты уже знаешь это? Ты умна.

– Хоть я нравлюсь Вашему Высочеству, Вы достаточно умны, чтобы понять, что это не просто интрижка, – Селена быстро ударила по торчащему гвоздю.

Это также было потому, что она была нетерпелива из-за волнения, что её охрана могла исчезнуть. Подобострастные манеры Кронпринца были крайне сомнительны, и это ещё сильнее тревожило её.

Принц не сразу ответил на её слова, поэтому было непонятно, сработала ли её критика или нет. Однако, вопреки тому, что сказал Кальцион, он не проявил никаких признаков гнева или насилия.

– Ну… ты права.

– …что?

Напротив, Кронпринц признал это достаточно хладнокровно, чтобы поставить себя в неловкое положение.

– Однако отношения не обязательно складываются таким образом. Бывают моменты, когда ты совершаешь ошибки, а бывают моменты, когда ты проявляешь абсурдную смелость, – он говорил так, словно пытался найти оправдание.

Селена с тревогой ждала следующего замечания.

– Я также знаю, что мне не следует быть рядом с тобой. Но в тот момент, когда я увидел тебя, моё сердце распухло, словно облако.

– … – Селена тупо уставилась на Кронпринца, не в силах ответить.

Его глаза сияли вместе с яркой улыбкой.

Селена пыталась отрицать подобную возможность, но это был такой явный признак.

«Нежели я действительно нравлюсь этому мужчине? …?!» – в её голове стучало.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 88

Глава 88.

– На самом деле, когда мы встретились в первый раз, мы не знали друг друга. Я думаю, в этом и есть причина. За исключением твоего происхождения, ты действительно сияешь, леди.

– Эм… В-Ваше Высочество не может делать этого.

– Что я сделал? Я ничего не сделал, – Кронпринц развёл руками в преувеличенном жесте негодования.

Естественно, он никогда не угрожал и не запугивал Селену. Она не заслужила, чтобы кто-то вроде него причинил ей боль.

Однако, помимо его невиновности, Селена ощущала себя более обременённой и напуганной Кронпринцем, который мог быть искренним в своём отношении к ней.

– Твоя красота так манит меня, что я хочу продолжать смотреть на тебя и приближаться к тебе. Разве это так уж неправильно?

– В этом нет ничего плохого, однако Ваше Высочество должны держать себя в руках. Я встречаюсь с Герцогом.

– Разве ты не хочешь чего-то большего, чем он? Неужели ты настолько одержима Герцогом, что не можешь встретиться взглядами с другими мужчинами? Кроме того, вы не помолвлены и не обещали друг другу большего.

– Она может принять это обещание когда-нибудь в будущем.

Железной стеной, в которую мгновенно попала розовая стрела Кронпринца, принадлежала не Селене.

Девушка поспешно обернулась на голос, который не должна была слышать в этот момент. В нескольких шагах от них стоял Кальцион. Селена не знала, почему он был здесь, когда её загнали в угол.

Кальцион подошёл к ней и потянул её за плечи, притягивая в свои объятия беспомощное тело девушки. Его плащ упал, полностью закрывая тело Селены.

*****

Сердце мужчины, обнимавшего Селену, было морем, покрытым кипящей лавой. Хоть снаружи этого не было видно, внутри Кальцион горел. Тем, кто разжёг его огонь, был не Кронпринц. С того момента, как Селена вышла из особняка, его грудь начала гореть.

«А что, если карета не вернётся тем же путём, каким уехала?»

Шаги Кальциона к тренировочной площадке были наполовину бессознательными, благодаря заморозке мыслей. После того, как он прибыл на тренировочную площадку, Кальцион не мог сосредоточиться на эффективном владении мечом.

Даже когда он повалил Диона на землю во время дуэли, всё, о чём мог думать Кальцион, было: «Я надеюсь, что она не вернётся раненой, как Дион.»

Тревога, которая уже коснулась сердца Кальциона, оставалась непоколебимой, несмотря на сильные волны разума, пытающиеся изгнать её.

«Нет такой вещи, как невозможное. В особняке Ренберд был убит человек. Во время путешествия было покушение на убийство, а с экипажем произошла авария.»

Лязг! – из-за звона мечей Кальцион вспомнил резкий крик Селены.

Этот крик разрушил те немногие доводы разума, которые ещё оставались у него. Кальцион немедленно покинул тренировочную площадку, невзирая на следующую атаку своего противника.

Когда Дион увидел, как Герцог бросился в конюшню и оседлал коня, он не мог не последовать за ним с затравленным взглядом.

– Что случилось, Ваше Превосходительство?

– Что-то может случиться с Селеной.

– Простите?! Ни с того ни с сего?!

– Всё происходит внезапно.

Дион не мог угнаться за скоростью коня Кальциона и доводами его разума.

– Однако, Ваше Превосходительство, разве она только что не отправилась на чаепитие у леди Лирэль? Не может быть, чтобы там что-то случилось!

– Нет, на неё могут напасть по дороге, или леди Лирэль может причинить неприятности, объединившись с кем-то.

– Разве вы не отправили с ней лишь лучший эскорт! Если что-то случилось, то сейчас уже слишком поздно выдвигаться!

Несмотря на отчаянные уговоры Диона, Кальцион остался непоколебим. Боясь, что он может больше никогда не увидеть Селену, его желание самому проверить состояние Селены было слишком сильным. Появление Герцога и сопровождающего его рыцаря по прибытию к графу Хайс повергло людей в оцепенение.

– П-позвольте мне прямо сейчас сообщить хозяину о Вас.

Каким бы неожиданным ни был визит, Кальцион не позволил дворецкому устроить ему тёплый приём:

– Нет необходимости. Где проводится чаепитие?

Его нетерпение было достаточным, чтобы опустошить разум дворецкого семьи Лирэль. Дворецкий, забыв обо всех процедурах этикета, немедленно повёл Герцога в соседнее здание.

По пути туда Кальцион столкнулся с Лирэль, которая пыхтела и бубнила из-за испорченного платья.

Это было незадолго до того, как он пришёл к Селене после того, как побродил по лесу, словно дикая собака. Когда Кальцион издалека заметил Селену в безопасности, он вздохнул с облегчением, прежде чем замереть от шока, увидев её стоящей в нескольких футах от Кронпринца. Кроме того, тот продолжал говорить Селене странные вещи.

Поскольку Кронпринц был подобен яду, Кальцион решил, что он должен защитить Селену.

Не раздумывая ни секунды, он притянул девушку в свои объятия:

– Я пытаюсь быть немного более осторожным в отношениях. Но если это заставляет Селену нервничать, я могу придать ей немного больше уверенности, – к счастью, даже если Кальцион потерял рассудок, он не выказал сильных эмоций и не изменился в лице.

– Я был в середине разговора с леди Селеной, а не с вами, Герцог.

– Я прошу прощения за то, что взял на себя смелость прервать Ваш разговор. Однако у меня сильное чувство собственничества по отношению к тому, кто принадлежит мне. Пожалуйста, помните об этом.

Селена, казалось, была единственной, кто был удивлён появлением Кальциона, словно упавшего с неба. Кронпринц же, казалось, был скорее недоволен тем, что их разговор прервали, чем удивлён.

С другой стороны, всё тело Селены пульсировало так, словно оно было сердцем. Девушка ощущала биение своего сердца в ладони Кальциона, обнимавшего её за плечо. Она бы упала в обморок, но его слова были подобно ледяным стенам, возвышающимся перед Кронпринцем, и градом, бросаемым в сердце Селены.

Собственничества по отношению к тому, кто принадлежит мне.

«Как он может говорить такое? Он брал уроки актёрского мастерства где-то ещё?»

Эти сильные слова сделали сердце Селены мягким, как хорошо размятое тесто. Если Кальцион играл, то у него всё получалось крайне хорошо, однако девушка не понимала, почему он вдруг пришёл сюда, не понимала, почему он так хорошо говорил подобные вещи. Она вообще ничего не понимала.

Сейчас, из-за его убедительного собственнического поведения, лицо Селены горело в его руках.

– Не слишком ли это сильно, Герцог? Селена не принадлежит вам.

– Я понимаю.

– И вы понимаете, что у неё есть свобода говорить со мной и свобода двигаться туда, куда тянет её сердце?

– Понимаю.

– Тогда почему бы вам не отпустить её? Это, должно быть, не приятно.

Однако рука Кальциона сжалась сильнее:

– Я не могу сделать этого.

– Почему?

– Потому что мне это не нравится.

«Ты с ума сошёл? Вы что, оба сошли с ума?» – Селена ощущала, что задыхается, и это было не только потому, что Кальцион крепко обнимал её.

Кронпринц больше ничего не говорил. Наступила пугающая тишина. Затаив дыхание, Селена наблюдала за мужчинами.

Тишину нарушило фырканье Кронпринца.

– Вы нехороший человек, Герцог.

– Мне жаль, но благодарю Вас.

– Это не комплимент.

– Прошу прощения.

Кронпринц снова усмехнулся спокойному извинению Кальциона. Однако он отвернулся, возможно, потеряв желание дальше иметь дело с Герцогом:

– Если вы попытаетесь схватить её слишком сильно, горная птица может улететь. Заводите столько клеток, сколько сможете, чтобы удержать дикую кошку при себе.

– Благодарю Вас за Ваш совет, – Кальцион был непоколебим, несмотря на провокацию Кронпринца о том, что он примет Селену, если она придёт к нему.

– Сегодня я желаю птице благополучия и мне уже пора идти. Вы что, даже не дадите леди попрощаться?

– Конечно.

– Леди Селена, я надеюсь, ты понимаешь, как мне трудно из-за того, что я не могу попрощаться с тобой. Что ж, в следующий раз, когда мы встретимся, давай снова поговорим о совпадениях или судьбе.

– Да… угх! – Селена даже не могла повернуть голову, но попыталась ответить Кронпринцу, вот только закончилось это тихим стоном из-за того, что рука Кальциона сжалась на её плече.

Звук шагов Кронпринца затих вдали. Даже спустя долгое время руки Кальциона не ослабевали. Беспомощная Селена постучала пальцами по его спине:

– Простите меня, Герцог. До каких пор вы собираетесь стоять так?

– …О, – лишь тогда Кальцион пришёл в себя и ослабил хватку.

Селена отступила назад, потирая своё лицо, которое было прижато к нему:

– Что так внезапно случилось?

– Ничего особенного.

– Тогда что же такого ничего особенного не произошло?

– Я случайно оказался рядом.

– А-ха-ха-ха, – на висках Кальциона выступил холодный пот от фальшивого смеха Селены. – Это было очень хорошее выступление, но вы смогли появиться, когда это было необходимо.

– Я знал, что это подходящее время и место для моего появления.

– Чтобы узнать его желания и мечты, мне нужно ближе познакомиться с Кронпринцем. Всё шло хорошо. И я всё равно собиралась возвращаться обратно.

– Всё шло хорошо? И ты собиралась встать на сторону Кронпринца?

Селена непонимающе посмотрела на Кальциона:

– Неужели вы вдруг стали глупым…?

– …что? – голос Кальциона прозвучал растеряно и слабо.

– Почему я должна принимать сторону Кронпринца? Герцог – единственный, кто знает все мои секреты, и Герцог – единственный, кто может отправить меня обратно.

Кальцион на мгновение дрогнул. Селена, заметившая это, вновь была озадачена:

– Как вы могли забыть всё это?

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 89

Глава 89.

– …я забыл. Я ни о чём не мог думать, когда увидел, что Кронпринц приближается к тебе.

– Дело не только в том, что вы ненавидите Кронпринца, но и в том, что вы бросились так, словно хотели убить его прямо сейчас… – поскольку Кальцион не был человеком, который показывал свои самые сокровенные мысли на своём лице, Селена могла лишь догадываться.

«Он никогда так сильно никого не ненавидел, но всё же он действительно ненавидит его,» – Селена разочарованно покачала головой.

– Герцог прибежал, когда услышал о появлении Кронпринца?

Одежда Кальциона была такой же, как и тогда, когда он уходил тренироваться утром. Поскольку это была военная форма, она не подходила для поездок по улицам.

– …что-то вроде того… – двусмысленно признался Кальцион, позволяя Селене самой убедить себя в желаемом.

Но вместо того, чтобы задавать дальнейшие вопросы, девушка, скрестив руки на груди, прошла мимо Кальциона:

– Рядом со мной должна быть охрана, так о чём же вы так беспокоитесь? О, кстати, как поживает эскорт рядом со мной?

– Отлично. Почему ты спрашиваешь?

– Я уверена, что у Кронпринца также был эскорт, поэтому боялась, что они могут быть устранены его людьми.

Кальцион, который, естественно, шёл нога в ногу с Селеной, остановился.

– …я не должна была волноваться…… ха-ха… – горящий недовольством в отношении внимания окружающим взгляд Кальциона тут же добавился к его общему недовольству, исходившему от него. Селена тут же признала, что совершила ужасную ошибку. – С этого момента я буду доверять вам, что бы ни случилось.

– Тебе не нужно изображать дурочку.

– Однако у меня есть сильный телохранитель, который может защитить меня, независимо от того, насколько сильно я изображаю дурочку, не так ли?

Кальцион повернул голову в её сторону и в тот же момент Селена ощутила, как воздух вокруг них смягчается. Она наконец-то смогла вздохнуть с облегчением.

– Я не знаю, заметил ли Кронпринц, что у меня есть эскорт, однако он не хотел причинить мне боль.

– Хм…

– Не думаю, что он бы прямо сейчас что-то принял. Если бы он планировал совершить что-то сегодня, он бы попросил о разговоре в другом месте. Чтобы убить, нужно всего мгновение.

«Покушение на убийство в ванной комнате во время путешествия было похожим. Повсюду были пробелы. Если бы я оказалась в незнакомом месте, разрыв стал бы ещё сильнее. Всё, что касается столицы, для меня новое. Независимо от того, где я нахожусь и что делаю, у меня нет другого выбора, кроме как продолжать создавать пробелы с момента, как я покинула особняк.

Даже если бы безопасность в столице была лучше, нельзя не втиснуться в одну из брешей, если кто-то полон решимости влезть в неё.»

– Думаю, есть причина, по которой он так дружелюбен со мной и притворяется, что влюблён в меня… ох.

– Что?

– Не думаю, что он просто изображает влюблённого, возможно, он действительно мог влюбиться в меня, – лицо Селены стало серьёзным, и Кальцион также нахмурился. – …что, если Кронпринц действительно влюблён в меня? Вы бы устроили из-за меня дуэль?

Кальцион мрачно рассмеялся:

– …мне бы это понравилось. У меня появился бы шанс законно убить его.

Селена была сбита с толку тем, кто действительно являлся злодеем.

«Это тот мужчина, который был простым отшельником и не хотел вмешиваться в дела, не касающиеся Ренберда? Возможно, из-за слишком запутанной ситуации он за это время успел измениться,» – девушка задалась вопросом, какое удобрение взрастило бутон ненависти к Кронпринцу, который был посажен лишь в сознании Кальциона.

Внезапная перемена в нём вызывала отторжение.

– Думаю, нам придётся подождать и понаблюдать за Кронпринцем. Если у меня появится шанс, я, наверное, приближусь к нему и покопаюсь.

– Почему?

Селена вкратце объяснила Кальциону, что ранее произошло в особняке.

– Я подтвердила, что Лирэль действует по воле Розалин, и что Розалин имеет какую-то связь с Кронпринцем. Что думаете? Удивительно, не правда ли?

«Это довольно большое достижение за такое короткое время. Этим стоит гордиться,» – Селена выпятила грудь, будучи в приподнятом настроении.

– Розалин изначально стремилась занять место Кронпринцессы.

– …да?

– Это не большой секрет. Об этом было известно.

– О, что это…? Разве не секрет, что Розалин всё ещё испытывает чувства к Кронпринцу?

– Я этого не знаю. Разве это важно? У Кронпринца всё равно нет никаких чувств.

– Неужели это такой прямолинейный вопрос?

– Вероятно, Кронпринц продолжает влюблять в себя людей. В этом нет ничего нового.

«Вы не в том положении, чтобы говорить это…» – Селена не могла заставить себя сказать это.

– Не делай никаких бесполезных догадок о Кронпринце. Это опасно.

– Догадок…?

– Догадок о том, что он по-настоящему влюблён в тебя.

«Я же не хвасталась этим, – Селена обиженно надула губы. Я лично испытала это, и это настолько удивительно, что я даже не могла говорить.»

– Это не хвастовство, это отчёт о том, как всё могло повернуться таким образом и что с этим делать.

– Не может быть, чтобы всё так обернулось, поэтому в первую очередь не думай всерьёз о самой главной догадке, – Кальцион по-прежнему отрицал, что Кронпринц влюбился в Селену. – Просто не верь всему, что говорит Кронпринц, – добавил он странное требование.

Кронпринц был странным мужчиной и с ним нужно было быть осторожной, поэтому Селена знала, что даже добрые чувства к нему могут быть опасными.

– Почему вы так злитесь?

«Это выходит за рамки простого равнодушия и нежелания иметь с этим дело. Он злится, просто услышав о Кронпринце. Кронпринц никогда не делал мне ничего плохого. Поэтому я отношусь к нему относительно объективно.

Однако время идёт, а недобрые чувства Кальциона раздуваются ещё сильнее. Как только другой человек начинает ненавидеть другого, его ненависть становится угрожающей, даже если этот другой ничего не делает.

Но сейчас гнев Кальциона чрезмерен,» – в этот момент Селена думала о том, что Кальцион просто хочет, чтобы виновным был Кронпринц.

– Очевидно, что Розалин и Кронпринц как-то связаны, так почему бы нам не назвать Кронпринца виновным и не закончить расследование? – предложила Селена блестящую идею.

«Это будет хорошо для нас обоих. Я смогу вернуться без продолжения задания, а Кальцион сможет дискриминировать людей, которые ему не нравятся, и бороться за право мести.»

Кальцион был на мгновение потрясён предложением Селены, однако его ответом было…

– Нет.

– Почему?!

– «Настоящий» преступник и «история» дела должны быть выяснены для того, чтобы закончить его. Пока мы не выясним, кто эти люди и как глубоко они замешаны в этом, я не могу тебя отпустить.

– Вау, тирания…

Однако Кальцион был единственным, кто мог отправить Селену обратно.

– И не только потому, что мы считаем, что этот человек преступник. Я должен знать точный контекст.

– Не слишком ли много вы от меня хотите? Я не профессиональный следователь.

– Это такая трудная задача, что даже профессиональные следователи потерпели неудачу, поэтому я и предложил тебе такую награду. Если ты хочешь получить её, потрать на расследование столько времени, сколько тебе нужно.

– Это низко. Вы плохой работодатель, если ожидаете многого, выходящего за рамки возможностей вашего работника, – пожаловалась Селена, но никаких изменений в их контракте не произошло.

Зато на лице Кальциона произошла небольшая перемена. В отличие от обычного лица, его слабая улыбка была невидима для глаз Селены, которая шла рядом.

*****

– Я провожу тебя внутрь, – решил Кальцион.

Селена сидела в карете, в то время как Кальцион вёл свою лошадь рядом с ней.

Пока они были на чаепитие, о нём думали, как о влюблённом, который скакал галопом рядом со своей драгоценной возлюбленной. С точки зрения своих поступков, Кальцион был романтиком века.

Эта перемена, которая не соответствовала его личности или образу мысли, смутила Селену. Пока её карета грохотала по дороге, она задавалась вопросом, был ли он всё ещё тем человеком, которого она знала.

Было странно услышать, что Кальцион выйдет первым и сопроводит её в особняк.

Кальцион был человеком хороших манер, но он не был добрым. Тот факт, что он приехал в дом Ройл рядом с её каретой, был скорее проявлением доброты, чем вежливости, а провожание Селены ещё дальше было добротой на уровне покупки говядины.

– Всё в порядке… в порядке. Я единственная, кто приглашён.

– Это для твоей же безопасности.

Если бы Кальцион хотел войти куда-то, то единственным местом, куда он не мог войти в этом мире, была лишь комната Кронпринца и Розалин. Даже королевский дворец не смутил бы его, так что говорить о пересечении такой черты, как приглашение на чаепитие?

Скорее, большинство организаторов чаепитий были бы лишь благодарны за появление Кальциона, поскольку из страха не могли отправить ему приглашение. Однако Герцог Ренберд был таким человеком, который не стал бы совершать подобное без причины.

– Не нужно беспокоиться, если я столкнусь с эскортом Кронпринца, вы сами это сказали. Так о чём ещё вы беспокоитесь?

– Какой-нибудь мужчина вроде Кронпринца может появиться и досаждать тебе.

Селена, смотревшая на руку Кальциона, быстро схватилась за неё:

– …куда вы ходили, чтобы получить эти уроки актёрского мастерства?

– Похоже на то, что я играю?

– Вы никогда не делали подобных вещей в здравом уме.

– Это правда, что я не в своём уме. Мне кажется, я сейчас наполовину сошёл с ума.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 90

Глава 90.

Признание Кальциона же напротив лишило Селену дара речи.

– Почему вы вдруг сошли с ума…

«Самым страшным в мире является не злой человек, а сумасшедший. Это объясняется тем, что невозможно предсказать направление мыслей такого человека. Сейчас Кальцион выглядит всерьёз взбешённым. Это скорее паранойя, чем чрезмерная забота,» – Селена была весьма шокирована, обнаружив, что Кальцион ведёт себя так нерационально – не доверяет приставленным им же сопровождающим и сам лично спешит к ней.

«Он почти забыл первоначальный контракт, который мы составили, и даже затеял ссору с Кронпринцем. Это было бы не нормально, если бы только он не сошёл с ума.

Как и ожидалось, стресс может довести человека до крайности…

Мой стресс также серьёзный, но, должно быть, Кальциону пришлось столкнуться с большим давлением в процессе расследования. Он мог сойти с ума.»

– Вы бы не сошли с ума, если бы знали причину.

– Это так. Ха… я не знаю. Я не могу ни о чём думать и не могу принимать рациональные решения.

– Ох, боже… я действительно стала важным человеком для Герцога, однако я не настолько слаба. Я вполне могу выжить и сама. Послушайте, уже была целая серия ситуаций, но всё в порядке.

Кальцион прищурившись посмотрел на Селену. Она действительно была в порядке.

– …но чтобы чувствовать себя спокойно…

– Да, я понимаю. Идёмте, идёмте. Идёмте и убедимся, что вечеринка безопасна.

«Не стоит пытаться решать дела с помощи логики, имея дело с сумасшедшим человеком,» – Селена мягко взяла Кальциона за руку.

– Боже! – Виорела вскрикнула от удивления, когда заметила их двоих. Кроме того, она привлекла внимание других людей, которые сидели кучками и были заняты разговорами.

– Вы здесь с Его Превосходительством?

– Да, кажется, ему было интересно, что за вечеринка у нас будет. Он попросил разрешения проводить меня внутрь, а сейчас уйдёт.

«Верно же?» – Селена оглянулась, но Кальцион не ответил.

Он был занят тем, что холодным взглядом осматривал место проведения вечеринки.

Сад маркиза Ройл был не таким большим, как у графа Хайс, потому что особняк находился ближе к центру города. Почти все столы и стулья в саду были заняты. Вечеринка была довольно большой и среди гостей были как женщины, так и мужчины. Глаза Кальциона сузились.

– Хоть я и не был приглашён, не могли бы вы предоставить мне место? – спросил Кальцион Виорелу, рыча так, словно только что встретил своего тысячелетнего врага.

Даже если он был Герцогом Ренберд, было неуважительно врываться на вечеринку без приглашения. Однако Виорела не обладала множеством предубеждений и ей нравилось веселиться со многими людьми.

– Для меня будет честью, что Вы проявили интерес к моему чаепитию. Конечно, я найду для Вас место. Вот там, могу я показать Вам столик для джентльменов? – спокойно отреагировала на неожиданную просьбу Виорела.

– Места рядом с Селеной будет достаточно.

Столики были разделены с учётом гендера, хоть вечеринка и была смешанной. Мужчины и женщины сидели за раздельными столами. На столах не было бутылок с ликёром, но на другой стороне сада был поставлен барный столик, как на вечеринке в честь Дня Основания. Это была организация места, где все могли спокойно разговаривать с другими людьми по дороге за алкоголем или на обратном пути с ним.

Кальциону пришлось бы сесть за женский стол, чтобы сидеть рядом с Селеной. Это была смелая попытка, о которой обычный мужчина даже не подумал бы.

– ...вот как, если Вы не возражаете. Я всё подготовлю, – из-за неожиданного веселья, принесённого незваным гостем, Виорела с трудом сдерживала смех.

По её просьбе к столу был добавлен стул, поставленный рядом с Селеной. Это также был стол, за которым сидела сама Виорела.

– Дорогие гости, у нас неожиданный гость. Однако я уверена, что вы все будете рады ему. Как вы все знаете без лишних предисловий, это Герцог Ренберд. А это леди Селена, которую я пригласила.

Это собрание было наполовину приятным, поскольку не несло таких больших ожиданий, поэтому Селена смирилась с упрямством Кальциона.

– Приветствую, у меня не было времени нормально поболтать с вами, когда мы встретились в последний раз, поскольку вы были такой необычной.

Удивительно, но люди с большим интересом устремлялись к Селене, а не к Кальциону. Обращение, которое она получила, полностью отличалось от того, что девушка получила на чаепитии у Лирэль, которое выглядело скромным лишь на расстоянии.

– Я никогда не чувствовала себя таким желанным гостем.

Люди разразились смехом в ответ на растерянные слова Селены.

– Возможно, другие не знают, но леди Селена была новичком в светском обществе, когда мы встретились.

Первое впечатление, произведённое на императорском банкете, казалось, оставило сильный след. Слова и действия гостей не были продиктованы вежливостью, в них слышалась искренность. Они непринуждённо беседовали в дружеской атмосфере.

Селена всегда была в центре разговора. В результате люди за другими столами, которые желали поговорить с ней, должны были подойти и лично завести разговор с Селеной.

– Леди Селена? О, для меня большая честь снова видеть вас. Вы были так популярны, что я даже не мог приблизиться к вам. Могу я попросить тост?

– Приятно познакомиться, конечно, я…

– Этот тост, сделайте его со мной, – слова Селены, пытавшейся ответить на небрежно предложенный тост подошедшего мужчины, были прерваны, Кальцион поднял свой бокал, обнажив белые зубы.

– Как вы все знаете, у герцога Ренберд повсюду враги. Мы не можем быть неосторожны, когда впервые встречаемся с кем-то. Поскольку мы не знаем, что в бокале, позвольте мне вместо неё выпить тост, ведь я устойчив к ядам, – Кальцион, который превратился в человека, способного убить не только Виорелу, хозяйку вечеринки, спокойно поднял свой бокал, произнося тост.

Он единственный замораживал дружескую атмосферу, но что они могли поделать? Кальцион бы хозяином самых холодных зим и его аура соответствовала им.

Люди поднимали бокалы окоченевшими от холода руками. Однако, к счастью, алкоголь растапливал холод. После одного или двух глотков бокалы были опустошены, а бдительность гостей ослабла. Лишь Кальцион всё ещё держался, словно огромная ледяная стена.

– Нет, я думала, что Селена хорошо выдерживает спиртное… но способности Вашего Превосходительства к выпивке, должно быть, невероятны!

– Верно. Я не ожидала, что Герцог так хорошо выпьет это, – Селена слегка стукнула своим бокалом о бокал, который Кальцион поставил, прежде чем самой сделать глоток.

Единственным человеком, с которым Селена могла здесь чокнуться бокалами, был именно он. Это было неизбежно из-за настроения Кальциона.

Селена не протестовала и следовала его упрямству. Этой вечеринке не нужна была привлекательность любимой женщины Герцога Ренберд. Людей, собравшихся здесь, больше интересовала Селена, а не женщина Кальциона. Однако не было никаких причин останавливать мужчину, если он выходил вперёд и демонстрировал свою привязанность и одержимость ей.

Естественно, Кальцион поднял бокал и осушил его.

– Хочешь сказать, что хорошо пьёшь – это когда не знаешь, каково быть пьяным?

То же самое было и с Селеной. Если человек выпивал слишком много, он мог ощутить головокружение или усталость, но девушка не знала, каково это – быть пьяным. На самом деле, ей не с кем было выпивать, и она не думала, что ей захочется пить, пока она одна.

– Я не знаю, хороша ли я в алкоголе, но люди говорят так.

– Понятно.

– Между прочим, если человек так не пьёт, значит пить с ним неинтересно, – это сказал пьяный мужчина, что был особенно любопытен.

– Это правда.

– Тогда вас бы не заинтересовала вечеринка с выпивкой. О, как вы это сделали? Получить возможность пригласить герцога Ренберд на неё!

Основными темами за столом была особая невосприимчивость Селены к выпивке, война нервов на императорском банкете, появление Кронпринца и количество приглашений, которые она получила после этого. Однако была и отдельная тема, о которой люди действительно хотели спросить.

Жгучая любовь Северного Герцога, сердце которого никто не мог растопить. В мире не было истории более интересной. Кальцион отвечал спокойно, привлекая сияющие любопытством взгляды к себе:

– На эту вечеринку допускаются как женщины, так и мужчины, а мне не хотелось оставлять Селену одну на вечеринке с выпивкой.

«Отличный ответ. Звучит не очень одержимо и больше похож на заботу влюблённого. Когда он успел так хорошо вырасти в игре?» – Селена в очередной раз восхитилась выдающимися способностями Кальциона.

– Боже, Вы, должно быть, действительно любите её. Я имею в виду, как! Я слышала, что прошло не так уж много времени с тех пор, как вы двое встретились! Ваше Превосходительство славился тем, что был таким же твёрдым и холодным, как ледники гор Сиганд на севере! Как получилось, что Вы стали таким же горячим и мягким, как пески пустыни юга?!

Селена перестала кивать.

Почему вопросы так сыпались? Как и обычно, как только людям даётся шанс, они не отпустят его, пока не получат желаемый ответ.

– Мне очень любопытно, как Вы, человек занятой и сложный, были так тронуты!

– …что меня тронуло, так это… – ухмыльнувшись, Кальцион сделал небрежный глоток.

«Что, чёрт побери, может слететь с его губ?» – Селена нервно ждала его ответа.

Подобно родственникам, наблюдавшим за оглашением завещания богатого бездетного человека, все молчали, обратив всё внимание на Кальциона.

– Что ж, её привлекательность?

После его ответа люди стали глотать воздух вместо того, чтобы закусить.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 91

Глава 91.

– …пха, – как были удивлены все остальные, так была удивлена и Селена. Она выплюнула алкоголь, который успела набрать в рот, словно брызнула из пульверизатора.

Благодаря реакции Селены люди, которые оцепенели, не зная, как реагировать, сразу зашевелилась, словно их освободили от гипноза.

– Я думала, вы слышите это каждый день, но вы всё ещё смущаетесь?

– Каждый день я слышу, как люди говорят, что я красивая, но когда говорят об этом вот так открыто… – Селена говорила беззаботно, но её лицо искренне пытало.

Она знала, что Кальцион признавал её красоту, и это был не первый раз, когда он говорил, что Селена красива, но жаркое смущение не исчезало с её лица. Словно алкоголь, который она пила всю свою жизнь, накопился и взорвался в этот момент.

С её лицом, которое не краснело даже перед сотнями камер, случилось невиданное. Селена не хотела, чтобы было так.

– Я собираюсь отойти в дамскую комнату, – вскочила Селена, словно сбегая.

Однако Кальцион также встал.

– Вы собираетесь последовать за мной в дамскую комнату?! – девушка была в ужасе.

«Из-за тебя я пытаюсь уйти от этого хаоса, но если ты последуешь за мной, это будет бесполезно.»

Мужчина, который в одиночку стал преступником, не знал сердца Селены.

– Ты забыла банкет в честь Дня Основания?

В тот день на обратном пути из ванной Селена встретила Кронпринца, который был кошмаром Кальциона. Кошмар продолжился даже на чаепитии. Кто знал, возможно он мог прийти и сюда.

– Надеюсь, он так же не появится здесь. Сейчас за мной наблюдают много глаз.

– Независимо от того, сколько глаз наблюдают за тобой, факторы риска не исчезают.

«Кальцион стал безрассуден. Это правда, что у меня с Кронпринцем случаются частые непреднамеренные встречи, но это не значит, что ему следует обнажать меч,» – с точки зрения Селены, Кальцион приставил к ней слишком много шпионов.

«Если бы причина была ясна, я бы смогла переубедить его, однако причины Кальциона звучат невероятно. Он ослеплён, словно стая детей.»

Со вздохом Селена уже собиралась отказаться от посещения туалета и сесть, как её мысли прервал сильный голос:

– Стоило прожить так долго, чтобы увидеть влюблённость герцога Ренберд, о котором я слышала только из уст в уста.

Это говорила дама средних лет, у которой не было возможности поговорить, поскольку она сидела за другим столиком.

На ней было немодное платье и минимум аксессуаров, однако взгляд Селены продолжал притягиваться к ней из-за сильной энергии, исходящей от дамы.

– Моё приветствие опоздало? Ваши разговоры были настолько интересны, что мне захотелось поговорить с вами, но я не могла заговорить, поскольку вы рассказывали интересные вещи.

– О… да…

– Я понимаю беспокойство Вашего Превосходительства до такой степени, что Вы даже не можете в одиночестве отпустить свою даму, поскольку Ваша любовь так сильна, но я не могу смотреть, как Вы вторгаетесь в личную жизнь дамы. В дамскую комнату она пойдёт со мной, – несмотря на то, что руки дамы были пусты, она обладала такой же сильной аурой, что и Кальцион.

Возможно, поэтому Селене показалось, что ей предложили не сопровождение, а приказ: ‘взяться за руки и пойти вместе с ней в дамскую комнату’.

Вот только этого было недостаточно, чтобы подавить беспокойство Кальциона. Многочисленные враги, которые до сих пор нападали на Селену, были теми, с кем нельзя было справиться лишь одной решимостью дамы.

– Думаю, этого будет достаточно, чтобы развеять Ваши опасения, – дама посмотрела на Селену, словно прочитала её мысли.

– Вы ведь не принесли своё оружие, не так ли?

– Можно спрятать одно или два так, что никто не увидит. Если Вам не по себе, можете одолжить мне меч… Или Ваше Превосходительство герцог Ренберд теперь сомневается в моих способностях? – дама резко прищурилась, увидев прохладное отношение Кальциона.

– Я не говорил ничего подобного.

– Тогда почему Вы не можете просто отпустить её?

– Беспокойство – это не то, отчего можно легко избавиться.

– Разве беспокойство остаётся не из-за сомнения в моих способностях?

В мирном саду, где дул приятный ветерок, внезапно ударила иллюзия ливня, грома и молний.

Глаза Кальциона и дамы были заняты невидимой битвой.

Селена вмешалась до того, как битва взглядов превратилась в физическое столкновение:

– Эм, а кто Вы?

Дама, не сводившая глаз с Кальциона, словно дикий зверь, на территорию которого вторглись, повернулась к Селене и стала мягкой, словно домашний питомец:

– Представление также запоздало. Я графиня Орлэнг.

– А…!

Когда дама, оказавшаяся графиней Орлэнг, представилась, Селена поняла, почему она ощущает от неё необыкновенную энергию.

«Героиня, которая напрямую наследует титул «Графа» и сама выступает на поле боя. Она также та, кто отправлял мне приглашение на чаепитие.

Хоть я не смогла присутствовать из-за совпадения по времени с чаепитием Лирэль, если бы я выбирала свободно, то отправилась бы на спортивную вечеринку графини Орлэнг,» – когда Селена встретила кого-то, кем была искренне восхищена, радость и смущение одновременно вспыхнули в ней.

– Рада знакомству, я также опоздала с представлением. Спасибо, что прислали мне приглашение на сегодня. Я не смогла прийти…

– Думаю, столь внезапное приглашение могло сильно смутить. Не слишком сильно беспокойтесь об этом приглашении, поскольку оно было признаком моего сильного желания построить дружеские отношения. Вместо этого я надеюсь, что вы придёте в следующий раз.

– Если Вы пригласите меня снова, я буду счастлива.

Это был короткий разговор, однако во время него сердце Селены было широко открыто. Графиня показала себя замечательным человеком, просто слушая эти разговоры, но в тоже время Селене нравилась личность, которую она ощутила во время личного разговора.

– Я тоже буду счастлива. Скоро у нас вновь состоится встреча, поэтому, пожалуйста, приходите на неё.

– С удовольствием!

– Поскольку я представилась, мы можем пойти? – графиня Орлэнг потянулась к Селене.

– Пойти с таким сильным человеком? Конечно я соглашусь, – Селена с лёгким сердцем взяла Графиню за руку и отвернулась от Кальциона.

Его взгляд мгновенно приковался к её спине, пронзая её.

– Я не знала, что Герцог такой одержимый мужчина. Или он особенный лишь для леди Селены?

– Возможно, кажется, правильный вариант – особенный лишь для меня, однако я не знаю, особенная тут я или ситуация.

«Сегодняшний Кальцион действительно странный. Однако, поскольку обстоятельства полны непредсказуемых переменных, я думаю, что это вполне нормально. Как он и сказал, правда то, что он наполовину сумасшедший, ведь это та ситуация, которая сведёт с ума любого.»

Даже если Селена думала так, её раскрасневшееся лицо остывало так легко. Селена накрыла раскрасневшееся лицо руками.

Тепло, передаваемое от её щёк, согрело ладони девушки.

– Было удивительно видеть, как прямолинеен герцог Ренберд, но я никак не ожидала, что его возлюбленная так покраснеет.

Селена оцепенела вплоть до кончиков пальцев. Где-то внутри неё можно было услышать звук, подобный треску замёрзшего пруда зимой.

Тон Графини был один и тем же всё время с момента их встречи, но слова были подобны удару камнем, спрятанным в мягком снежном коме.

Селена опустила руки, которыми обхватывала щёки, и снова посмотрела на графиню Орлэнг:

– Что вы имеете в виду?

– Буквально то, что говорю. Его Превосходительство герцог Ренберд не из тех, кто может отвлечься на женщину, но он сделал это. Я думала, что женщиной, которая сможет завладеть сердцем Его Превосходительства, будет чрезвычайно ядовитой, но она так краснеет.

– …

Графиня Орлэнг показала на румяные щёки Селены и снова продолжила идти:

– Я не говорю, что это плохо. Вы оба выглядите так красиво и свежо вместе.

– …да…

Это был комплимент, однако Селену беспокоили чужие слова. Если кости, которые бросали другие, были не больше рыбьей, то кость, которая была у графини Орлэнг, с самого начала была слоновьей.

Когда Селена напряглась, графиня Орлэнг дружелюбно улыбнулась. Но даже когда тигр улыбается, он не в силах скрыть свои зубы.

– Я сказала это не для того, чтобы вы боялись. Я просто удивилась, потому что это необычно.

– Вот как…

– Это правда, что на последней вечеринке мне было весело. Леди Селена, даже если вы не возлюбленная герцога Ренберд, я заинтересована в дружбе с вами. В конце концов, я думаю, что люди могут понять свою истинную ценность лишь тогда, когда общаются близко.

Сказанное, казалось, не скрывало в себе потайного дна. Графиня Орлэнг была прямолинейным человеком, который говорил то, что думал.

Кровь медленно возвращалась к кончикам пальцев Селены.

– Благодарю, что сказали это. Обычно люди ненавидят меня ещё до того, как мы сталкиваемся, но когда мы сталкиваемся лицом к лицу, их ненависть возрастает, а когда я вступаю в разговор, то про количество недовольства можно даже не заикаться.

– Ха-ха-ха. Так было всегда. Если ты красива, ты хороша, а если ты уродлива, то изгой. Если их семья лучше, чем у тебя, они проклинают и злословят, а если нет, то игнорируют.

– Про вас ведь не злословят?

– Есть много бранных слов, обозначающих бедность, отсутствие чести, грубости и невежества в манерах.

Глаза Селены расширились от слов графини Орлэнг, которые точно ударяли ножом.

«Я думала, что она – человек, который в светском мире словно ребёнок, но, что удивительно, она знает каждую деталь светского мира.»

– Я думала, вы не знаете этого.

– Просто я не обращаю на это внимания. Поэтому и стараюсь изо всех сил избегать этого.

– Но вы здесь.

– Разве атмосфера здесь не другая?

– Это точно. Если будет возможность, я хочу участвовать в мероприятиях с чистыми помыслами.

«Не знаю, будет ли мне предоставлена такая возможность.»

– Поскольку вы были здесь один раз, вы всегда будете получать приглашения.

– Пока я нахожусь подле Герцога. Не так ли?

– Вы уже говорите о своей неуверенности? Если это леди Селена, даже если вы не будет гостьей Его Превосходительства, вы сможете зарекомендовать себя как гостья другого мужчины.

Селена громко рассмеялась откровенным словам графини Орлэнг, которые словно перевернули всё с ног на голову, как внутри, так и снаружи.

«Она в открытую говорит, что закроет глаза на то, что я изменю своего любовника, который горит уже некоторое время, на кого-то другого.»

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 92

Глава 92.

«Кажется, я понравилась графине Орлэнг.

Чтобы стать любовницей другого мужчины, не Кальциона, и снова прийти на такую вечеринку, мне придётся отказаться от возвращения в мой мир после окончания работы с Кальционом и установления личных связей. Как бы я ни думаю об этом, этого не может быть.»

– Я благодарна за то, что графиня Орлэнг приветствует меня с открытым сердцем, однако этого никогда не произойдёт.

– Люди догадываются об этом. Мужчины семейства Ренберд известны тем, что не отпускают своих женщин. Неизвестно, сколько огня таят ваши сердца.

– Да…

– Ах, я имею в виду, я давно хотела увидеть леди Селену. Не в моих полномочиях изменить что-то.

Как мужчина, Кальцион получил довольно суровую оценку. Неважно, как его обесценивали, но с Селеной было трудно обращаться так, словно её когда-то выгонят.

Даже на этой вечеринке место рядом с герцогом Ренберд принадлежало лишь ей, поэтому окружающим следовало сделать несколько ставок. Чем больше Селена показывается в светском обществе, тем сильнее становится.

«К слову, сегодняшний Кальцион наполовину сумасшедший, поэтому стоит ожидать бурной и уверенной реакции.

В головах людей останется лишь одно сильное воспоминание. Одного его достаточно.»

– Среди тех, кто сегодня пришёл, наверняка есть те, кто ходит повсюду, верно?

– Разве люди не одинаковы везде, куда бы ты ни пошёл?

– Так и есть, – Селена тихо рассмеялась.

Кальцион, оставшийся один, рычал, словно дикий зверь в клетке. К нему не могли подойти люди, как бы пьяны они не были, ведь Герцог тут же бросал на них откровенно неприятные взгляды.

– Как далеко дамская комната?

– Не так далеко…

– Почему так долго?

– Не знаю… если они болтают друг с другом, то могут задержаться.

– Как вы можете гарантировать, что дамская комната семьи Ройл абсолютно безопасна?

Виорела не смогла ответить на этот абсурдный вопрос. Рычание Кальциона продолжилось:

– Почему вы не можете ответить? Если вы не уверены в дамской комнате, то стоило предупредить заранее!

«Хочу признаться, что не могу и дальше выносить гнев Его Превосходительства. Стоит ли говорить открыто и столкнуться с гневом Герцога Ренберд или просто потерпеть несколько мгновений и провести спокойную ночь?» – внутренние весы Виорелы деловито поднимались и опускались.

– Что делаете?

К счастью, Селена вернулась до того, как Виорела приняла выбор: смолчать или ответить.

– Ничего такого.

Услышав моментальный ответ Кальциона, Виорела потеряла челюсть. В этот раз она вновь столкнулась с реальностью и новые мысли завладели её головой.

Селена села и с любопытством посмотрела на Кальциона, вместо того, чтобы снова поднять бокал.

– Что? – первым спросил Кальцион, не в силах выдержать её взгляд, словно Селена собирается что-то сказать.

– Герцог, – спокойно позвала его Селена.

– Да, – сразу ответил он. Селена была перед ним и Кальциону больше не нужно было думать о том, как вернуть её обратно.

– Циони, – в этот раз девушка позвала его по прозвищу.

Это прозвище было создано для того, чтобы быть похожими на влюблённых, но произношение его в таком месте шокировало людей.

– …да, – казалось, он всё ещё чувствует отвращение к этому имени, но ответ Кальциона неуклонно повторился.

Селена сделала ещё один шаг вперёд:

– Милый.

– … – Кальцион не ответил на последний зов девушки.

Брови Селены дёрнулись:

– Милый?

При призыве поторопиться Кальцион едва заметно дёрнул шеей:

– …что такое?

В этот момент Селена удовлетворённо улыбнулась:

– Я больше не хочу этот напиток, потому что он выдохся. Может, принесёшь мне новый?

Обычно Селена вообще не обращалась к нему с подобными просьбами. У человека, который в платье сел на коня и никогда не просил помощи, не было никакой причины просить Кальциона принести выпивку.

Пусть он не понимал причин этого, но пункт ‘делать всё, что попросит Селена’ всегда оставался в силе. Кальцион бесшумно поднялся со своего места.

Те, кто даже не представлял себе подобного, были шокированы действиями Кальциона, который послушно пошёл к столу с алкоголем.

– Ха, – Селена сделала глоток напитка, который принёс Кальцион и тут же отставила его. – Я не хочу алкоголя, лучше воды. Принеси немного воды.

«В этот раз Герцог точно воспротивится. Как Герцог мог стать мальчиком на побегушках?» – гости чаепития с широко открытыми глазами наблюдали за последующими действиями Кальциона.

Вопреки ожиданиям, что стол может быть опрокинут, Кальцион вновь повернулся к столу с напитками.

– Лёд?

– Только три кусочка.

Мало того, что Кальцион подошёл к столу с напитками и самолично налил воды в стакан, он также осторожно взял лёд из ведёрка со льдом. Он таял умеренно, поэтому был не квадратным, но прозрачным и довольно большим.

Получив стакан воды, Селена сделала глоток и также поставила его на стол. Алкоголь и вода, эти просьбы были просто чтобы побыть балованной Кальционом.

Кальцион, как и все остальные, не знал, почему Селена вдруг начала вести себя как непокорная леди.

Однако, вопреки предвзятому мнению людей, что Кальцион обладатель довольно небольшого и ограниченного терпения, он великодушно сказал:

– Снова.

Селена захихикала, получив разрешение ещё покапризничать:

– Я узнала, что люди думают о наших отношениях как о временных и разовых.

– Следовательно.

– Поэтому мне стало любопытно. Как далеко ты сможешь зайти ради меня? – глаза Селены сверкнули игривостью.

– …в любое место? – в глазах Кальциона не было игривости. То, что он говорил, всегда было правдой.

Селена указала пальцем на небо:

– Тогда, милый, можешь ли ты достать звезду с неба?

Вместо того, чтобы спросить, зачем ему это делать, Кальцион посмотрел на небо.

– Сначала мне нужно найти способ добраться до звёзд.

Он не сказал, что не сможет этого. Казалось, Кальцион просто пока застрял на способе добраться до звёзд.

Этого было достаточно.

Это был хороший ответ на просьбу: ‘Докажи, насколько серьёзно твоё сердце в отношении меня’, ведь мужчина не отдал ей подушку с булавками со словами: ‘А мне нужно это?’.

Селена повернула палец в сторону и указала на цветы на ветвях деревьев:

– Пожалуйста, сорви сегодня лишь этот цветок. Потом собери облака над цветком, а потом достань звёзды.

Цветы, распустившиеся на ветвях деревьев, также висели не низко. Они были на высоте трёх ростов Кальциона, свисая с высокой ветки дерева, поэтому даже человек с хорошим ростом не мог дотянуться до них.

Взгляды гостей тут же переместились на цветы на ветвях деревьев.

«Как Герцог Ренберд сорвёт этот цветок?»

Прежде чем их ожидающие взгляды смогли достичь его, Кальцион исчез. Хорошо оттолкнувшись от земли, он подпрыгнул в густые ветви. Тело мужчины словно резко взлетело в небо. В конце этой параболы тело Кальциона вытянулось к небу, а кончики пальцев задели ветки.

Хоть прыжок был совершён на большое расстояние, приземление Герцога было мягким. Плащ затрепетал, словно крылья, и мужчина приземлился.

В руках Кальциона был цветок, на который указывала Селена. Не было ни единого помятого лепестка.

– Собирание облаков займёт некоторое время.

Селена ярко улыбнулась, принимая цветок, подаренный Кальционом:

– Я могу подождать.

Сколько бы времени это ни заняло, это было невозможным. При заявлении, что Селена подождёт, пока не умрёт, и что до этого момента они будут вместе, у людей перехватило дыхание, словно это они сорвали цветок.

Эпизод 9. «Настоящая любовь.»

По дороге домой в карету проникал горячий воздух.

Ночной воздух был прохладен, но тёплый розовый воздух любви, который принёс Кальцион вместе с цветком, никуда не делся.

– Что это такое! Что же случилось!

– Что?

Селена сжала кулаки:

– Вы так хорошо справились!

Кальцион даже не пошевелился. Закашлявшись, он пробормотал:

– Что ж… я сделал это.

– Конечно! Это было идеально! В тот момент, когда я получила цветок, даже я ошибочно подумала, что Герцог действительно любит меня!

Возможно, ему не понравилось то, какой подняла шум Селена, из-за чего Кальцион сжал губы.

– Раньше вы говорили, что сошли с ума, но вы действительно сошли с ума. Пока вы будете продолжать сходить с ума в будущем, я не думаю, что у нас будут какие-то проблемы, куда бы я ни пошла!

– Это уровень настоящих влюблённых?

– О… Обычно это как-то так? Это мировой стандарт в мире, в котором я жила.

В голове Селены мелькнуло, что во взглядах на любовь может быть существенная разница, потому что её взгляд на отношения – совсем из другого мира.

– …разве здесь не так?

– Хм, я думаю, это варьируется от человека к человеку.

– …даже у влюблённых? – возбуждение Селены, которое плескалось внутри неё, утихло в одно мгновение.

«Очевидно, романтическая атмосфера здесь такая же, ведь и реакция окружающих людей была довольно милой.»

– Если мы влюблённые, мы смотрим лишь друг на друга, мы хотим быть одержимыми друг другом, хотим совершать добрые дела, хотим быть глупыми… разве тут не так?

Кальцион покачал головой:

– Что ж. Когда ты видишь человека, с которым проводишь время в качестве влюблённого, кажется, что увлекаешься укреплением физической близости независимо от времени и места?

«В мире, в котором я жила, были и такие влюблённые, но не так много. Если ты пишешь имя возлюбленного, то, по сути, привязываешься к нему.»

Это был момент, когда Селена ощутила разницу в мировоззрении. Она покачала головой:

– Нет, разве это не слишком легкомысленно? В этом мире не может быть такой вещи, как любовь.

– Она есть. Будь то свадьба и влюблённость после неё или романтические отношения, включающие в себя чувство любви. Может быть всё это. Само слово «любовь» используется нечасто, и каждый раз, когда ты произносишь его, оно кажется незнакомым, – Кальцион тёр пальцами подбородок, словно слова, которые естественно слетали с губ девушки, казались ему неудобными.

– Если вы так говорите… Может ли быть, что титул «возлюбленная» означает, что на самом деле мы не в отношениях? – с тревогой спросила Селена.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 93

Глава 93.

– Я не думаю, что когда-либо видел случай, когда слово «возлюбленная» оказывало влияние. Скорее это были слова «жена» или вышестоящие родственники.

Селена нахмурилась от услышанного:

– В конце концов, слово, которое относится к отношениям, не имеет другого значения, кроме «пара», и то, как сильно Герцог заботится обо мне, означает, что обращение также меняется соответствующе.

"Всё именно так, как сказала графиня Орлэнг.

Любовь можно отдавать и получать. Статус возлюбленной – вообще ничто. Если чувства, которые могут измениться в любое время, увеличатся, насколько значимыми они станут?"

В конце концов, Селена с облегчением вздохнула, услышав, что всё зависит от привязанности, которую дарит ей Кальцион.

– Если ты хочешь, чтобы я становилась сильнее и могла сделать больше, ты должен сильнее любить меня.

– …разве мы не можем просто делать всё как сегодня?

– Сегодня было, конечно, хорошо, но разве люди не должны думать, что это любовь всей жизни, когда любишь сильнее и сильнее?

– Трудная задача – сделать больше, чем это.

"Не знаю, в какой части комплиментов, которые я получил сегодня, я преуспевал, но мне нужно улучить всё. Намного правдоподобнее.

Даже когда я думаю об этом, я не могу контролировать свои эмоции, потому и совершил все эти сумасшедшие вещи," – Кальцион, блуждавший в море эмоций и мыслей, попросил о помощи:

– Ты когда-нибудь влюблялась?

– А, я?

– Да. Думаю, мне будет легче понять, если ты расскажешь, какой была твоя любовь.

– О… – глаза Селены забегали вверх, вниз, вправо, влево и вновь вверх.

Кальцион ждал, наблюдая за быстрыми движениями глаз девушки, которые, казалось, даже сопровождались звуком их движения.

– Это… если честно…

Пусть Кальцион не просил её рассказать секрет семейного фехтования, что передавался из поколения в поколение, но Селене потребовалось время.

Слова Селены, которые звучали неуверенно и нерешительно, были абсурдным признанием:

– …я никогда раньше не влюблялась…

– Что?

Селена вела себя так, словно знала всё, но на самом деле также была неопытной в любви. Как влюблённая, она давала важные советы, но сейчас была вырвана из привычной среды.

Собственное смущение девушка не могла оставить без ответа:

– Пусть я не делала этого, разве у вас не получается хорошо? Сейчас самое важное время, чтобы Герцог показал, что очень любит меня, это я могу сказать вам и без опыта.

– Да, вот как? – Кальцион не стал указывать на карьеру Селены в качестве актрисы. Хоть он и не обладал должным дружелюбием, но он имел хорошие манеры, как Герцог Севера.

– Гм, правда в том, что то, что делает Кронпринц, близко к правильному ответу. Вот почему нам потребуется время.

Естественно, лицо Кальциона ожесточилось, как только прозвучало слово «Кронпринц».

Селена поспешно извинилась:

– Я не хочу ничего говорить о Кронпринце, потому что вам плохо. Но в будущем Кронпринц станет человеком, которого вам придётся встречать снова и снова. Из-за инцидента на чаепитии и из-за того, что у вас двоих настолько плохие отношения, не будет ли лучше отказаться от продолжения стычек, пока мы находимся в столице?

– …какое поведение будет правильным?

Кальциону потребовалось некоторое время, чтобы собрать все чувства воедино. Увидев лицо Селены, которая явно рисовала образ Кронпринца в своей голове, Кальцион сжал кулаки от злости, которая взлетела до небес.

– Гм. За исключением срочных ситуаций, каждый раз, когда вы смотрите на меня, ваши глаза должны мерцать, а голос звучать мягко. Самое впечатляющее в нём то, что он выбирает лишь красивые слова и не жалеет никаких комплиментов.

– Вот так просто?

Селена говорила правильные вещи или что-то подобное, поэтому Кальцион подумал, что ему следует прислушаться к этому. А когда он услышал, что сказала девушка, он осознал, что суетился из-за того, что не имело значения.

– Просто?

– Да, абсолютно. Не слишком ли это легко и для тебя, потому что у тебя нет никакого опыта?

– Нет, я всё ещё обладаю различным опытом, который получила во время работы, поэтому могу различать подобное, разве нет?

– Но никогда нельзя предсказать, когда ты влюбишься.

Селена потерпела поражение от слов Кальциона, которые разбили её словно фарфор. Но у неё всё ещё были средства для контратаки:

– Значит, если ты не любил, нельзя понять, что это любовь? Падая в это, можно знать, и не падая в это, также можно знать. Тогда, разве любовь – это не то, чего нельзя избежать?

– …не знаю.

Поскольку они оба были неопытными новичками в любви, поэтому найти правильный ответ для них было невозможно.

– Тогда не стоит беспокоиться о том, что будет со мной, если Кронпринц встретится со мной. Вам главное не поддаваться на провокации Кронпринца, Герцог.

– Если так, я могу сделать и больше.

– Я буду ждать, – агрессивно ответила Селена Кальциону, словно хотела что-то сделать.

Это был бой, которого никто не ожидал.

*****

Даже после чаепития Виорелы приглашения на встречи продолжали приходить. Говорили, что столица была местом, где круглый год, каждый завтрак, обед и ужин мог стать частью вечеринки, если захотеть.

Когда в общую стопку приглашений Кальциона были добавлены приглашения, отправленные людьми, которых Селена встретила на вечеринке Виорелы, количество получилось огромным. Если бы девушка была полна решимости участвовать в каждом, она могла бы заполнить каждый свой день несколькими встречами, не пропустив ни часа.

– Так или иначе, одежду для этих вечеринок нужно будет быстро подготовить, – собрав приглашения в стопки, Джуна с волнением подошла к Селене.

– Я немного отдохну. Думаю, моя кожа может стать хуже, потому что я устала от чаепитий.

– Ах… конечно.

"Лирэль ещё не знает, что Джуне наступили на хвост. Возможно, она отдаст другой приказ. В этот раз я примерно представляю себе, каким будет следующий приказ, отданный Джуне," – Селена намеренно не повернула голову в сторону приглашений и встала.

– Поскольку я собираюсь потренироваться с Герцогом, не могла бы ты пока рассортировать приглашения?

– Да, я всё сделаю!

Джуна начала сортировку приглашений.

"Потребуется довольно много времени, чтобы найти книгу геральдики, а затем конверт с таким же рисунком, что и в книге. Особенно если ты не умеешь читать.

Если ты умеешь читать, то можешь сопоставить имя отправителя, написанное в нижней части письма с именем на конверте, но если не умеешь, то нужно будет просматривать письма одно за другим, чтобы сопоставить их.

Также есть похожие узоры и расцветки, что будет удобнее. Поэтому не составит труда найти письмо, затерявшееся между приглашений," – Селена притворилась, что выходит из комнаты, оставив дверь приоткрытой.

Как только Селена вышла из комнаты, Джуна начала обыскивать комнату, а не сортировать письма. Она даже не стала запирать ящик, который был в спешке открыт или пытаться сделать вид, что сортирует приглашения.

"Спасибо тебе за глупость," – это было даже не смешно, но Селена проглотила горькую усмешку и стала наблюдать.

После долгого осмотра комнаты Джуна наконец сдалась и вернулась к сортировке писем. Одно за другим она неуверенно перебирала письма, как вдруг остановилась.

– О!

"Похоже, она нашла нужный конверт."

В тот момент, когда письмо попало в карман Джуны, Селена захлопнула за собой дверь.

– Хи! – Джуна была так шокирована, что даже не могла притворяться, что всё в порядке. Хотя долгое время скрывала свою личность, делая вид, что ничего не знает.

– Карман. Отдай это мне, – отдала приказ Селена, сильно давя голосом.

– О ч-ч-ч-чём Вы?

"Ты же не думаешь, что осталась незамеченной?" – с искажённой улыбкой Селена протянула руку.

– Мне подойти и вытащить его или ты просто отдашь?

Джуна испуганно сжала губы. Однако до самого конца не сунула руку в карман.

Стоя с протянутой рукой, Селена не стала больше ничего говорить.

"Одного предупреждения было достаточно."

В конце концов, под напором атмосферы, кричащей: ‘Если ты не отдашь письмо, я не сдвинусь ни на шаг, а вот ты можешь лишиться головы’, Джуна сдалась.

– Просто… просто этот конверт был таким красивым… Простите.

– Не оправдывайся, – остановила её Селена, схватив вытащенное горничной письмо и помахав им перед её лицом. – Вероятно, это тот конверт, который ты видела не раз и не два.

– Н-нет.

– Если нет, то как можно не знать герб семьи, в которой ты когда-то работала?

Это была импровизация. Оснований для подобных заявлений не было.

"Если она работала там, то этого достаточно для того, чтобы протолкнуть её к Герцогу Ренберд, ведь маловероятно, что кто-то нашёл её на улице и нанял. Секрет о работе должен храниться строго, поэтому, если кто-то и мог быть выбран на эту роль, так это горничная, работавшая рядом с Лирэль."

– Н-нет! Я не знаю его! – дрожащий ответ Джуны указывал на то, что вопрос был правильным.

"Азартный ход увенчался успехом."

Джуна тревожным взглядом оценивала ситуацию, вжимая голову в плечи. Но выбраться из этой комнаты было невозможно.

– Ты ведь знаешь, что это?

– Не-не знаю.

– Это письмо от Лирэль Герцогу. Оно отличается от приглашения, которое можно выбросить.

"И это также цепь, которая свяжет собственный поводок Лирэль.

С самого начала я искала это.

Лирэль, должно быть, сразу почувствовала, что написать письмо, демонстрирующее её дружбу со мной, было ошибкой. Однако она не могла забрать письмо, которое уже было в моих руках. Лучше всего притвориться, что оно потерялось, и вернуть его, если это возможно.

Если существует шпион по имени Джуна, то первым приказом, который Лирэль отдала бы, было бы достать письмо."

Чтобы запечатлеть сцену на съёмочной площадке, Селена была крайне внимательной, и сейчас было так же.

"Не имеет смысла искать виновного после того, как письмо будет потеряно. Если поймать преступника на месте, то можно угрожать ему."

– То, что ты сделала сейчас – это перехват письма Герцогу. Я ведь даже ещё не показала его Герцогу.

Джуна побледнела до синевы и упала на колени.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 94

Глава 94.

– Я, я правда не хотела!

– Да, ты не собиралась перехватывать письмо Герцога. Ты всего лишь хотела вырвать слабость Лирэль из моих рук, верно?

– Да, да! Мне лишь сказали найти письмо! – в панике Джуна даже не могла отрицать, что является шпионкой Лирэль.

Селена посмотрела на сбитую с толку Джуну и, направив уголок письма вверх, как меч, прижала его к её шее.

Джуна застыла, словно к её шее приставили настоящий клинок.

– На самом деле, я уже давно знала, что ты шпионка, посланная Лирэль.

– …!

– Ты знаешь, как долго я жала, когда случится подобный момент, как этот? Ты очень рекомендовала чаепитие Лирэль и намеренно неправильно застегнула на мне платье. Это было зрелище, на которое стоило посмотреть.

– Эт-эт-эт-это…!

– Да, думаю, ты сделала то, что тебе сказали. Но как быть? Если ты действительно не настолько подла, чтобы убить её, ты никак не могла по собственной воле подставить Ирэль и загнать её в угол, верно?

"Правда ли это или нет, не имеет значения. Это не отменяет того факта, что Джуна вовлечена во всё это."

– В-верно, верно. Я просто делала то, что сказали.

– Так что Лирэль заставила тебя сделать?

Джуна закрыла рот, понимая, что сказав это, она может лишиться головы. Но будет ли цела шея Джуны или нет, Селены это не касалось.

– Ты больше боишься умереть от рук Лирэль, а не от рук Герцога?

"Как бы то ни было, Кальцион страшнее Лирэль," – однако, Селена повернулась к Джуне, которая всё ещё молчала, и выбросила последнюю карту, которую до конца не вынимала.

– Похоже, единственное, что ты можешь сделать, это выплачивать процент долга деньгами, которые ты получала от Лирэль каждый месяц.

– Ах!

– Ты рабыня на всю жизнь. Должник, привязанный однажды, не сможет так легко отделаться.

Джуна, которая вся дрожала, в конце концов не смогла преодолеть свой страх и рухнула на пол.

Селена смотрела на Джуну сверху вниз ледяным взглядом.

В тот день, когда они подтвердили связь Джуны с Лирэль, Селена немедленно запросила расследование биографии Джуны.

Ответ, который пришёл к ней, был тем ещё зрелищем. Работая горничной у Лирэль, Джуна зарабатывала на продаже краденных драгоценностей, но у неё было столько долгов, что даже подобного не хватало. А всё из-за излишней роскоши.

В один момент её поймали за руку, которую она положила на одну из вещей Лирэль. Джуна думала, что её изобьют и бросят в тюрьму, но ей приказали делать то, что было сказано, а не выплачивать деньги, и немедленно отправили в Ренберд, а не в тюрьму.

Как раз во то время, когда Розалин начала пользоваться своими руками, чтобы такая глупая горничная, как Джуна, попала впросак.

"Восхитительно. Время так хорошо совпало.

В любом случае, для сочувствия к Джуне нет места. Всё это результат её собственных действий."

Понимая, что Селена знает о ней всё, Джуна начала скидывать всё на Лирэль, вместо того, чтобы взять себя в руки.

– Я правда ничего не знаю! Я порекомендовала чаепитие, одела и просто сделала то, что мне сказали!

– Неужели в самом деле ничего? Когда мы впервые приехали в столицу, разве не ты сделала то, что тебе сказали, говоря, в какие магазины поехать?

– Эт-это…

Словно её терпение подходило к концу, Селена пробормотала:

– Я хотела уладить всё мирным путём, если это возможно, просто с помощью слов. Чтобы просто отмахнуться от этого. Или ты думаешь, что я буду давать множество шансов заговорить какой-то шпионке?

Селена была не обычным человеком. Она было одной из тех, кто действительно мог сделать это. Даже не беря во внимание Кальциона, Селена могла раздавить какую-то горничную.

Джуна, которая была полностью раздавлена этим фактом, покорно заговорила:

– То, что вы сказали, правильно… Магазин, чаепитие, платье.

– Почему?

– Я правда не знаю, почему! Правда.

Судя по тому, как Джуна ревела, складывая руки и умоляя, казалось, что это не было ложью.

– Тогда, что ты планировала делать дальше?

"Легко говорить о том, что происходило в прошлом, но нелегко разглашать то, что произойдёт в будущем."

Дрожащие губы Джуны приоткрылись, пока Селена ждала.

– Я бы направила вас на место встречи с мужчиной, чтобы это выглядело как случайное столкновение.

– Ха! Как удивительно. И куда бы ты направила меня?

– Мне лишь сказали обязательно направить вас на охотничьи состязания. Горничные также следуют за своими госпожами туда, поэтому там мне должны были сообщить подробности… – начав колебаться, Джуна вздохнула.

"Приглашение на охотничьи состязания ещё не поступило. Горничная узнаёт все новости в светском мире быстрее, чем Герцог," – Селена даже не могла смеяться.

– Ты также делала это и с Ирэль?

– Да…

– Ты была той, кто заставил Ирэль связаться с мужчинами, но затем ругала её, как сумасшедшая? – голос Селены повысился.

– Да, так и было. Я водила её повсюду, но говорила, что если она собирается стать Герцогиней, ей следует быть осторожной. Если кто-то скажет, что она ему нравится, ей следует сразу же приблизиться к этому человеку. Серьёзно позаботиться об этом. Она была такой жалкой.

С губ Селены вырвался вздох.

"Вот, что происходит, когда человеку не на кого опереться," – Селена знала это очень хорошо, потому что у неё также были первые дни, когда вокруг все были врагами.

В то время, девушка чувствовала, насколько громким было каждое слово, которое она слышала возле себя.

"Ты цепляешься за любого, кто тебе нравится, и содрогаешься от страха, что привязанность остынет. У тебя даже нет времени догадаться, что за личность скрывается в другом человеке. Потому что единственное, что имеет значение – тот факт, что тебе дарят любовь.

Они использовали это отчаянное чувство, чтобы изолировать её и оскорблять."

– Ты действительно плохой человек, – Селена проклинала свои собственные чувства. – Тебе понравилось доводить до края пропасти и видеть, как человек повисает на краю обрыва? Тебе хотелось посмеяться над этим?

– Я была неправа.

Селена, не выдерживая своего гнева, посмотрела на потолок, глубоко дыша. Ещё сильнее её раздражало то, что в голове витали мысли о том, что Джуна продолжила бы выполнять приказы, хоть и говорит сейчас, что была неправа.

– Кто-то умер из-за тебя. А ты хочешь сделать это снова?

– Если я не сделаю это, я тоже умру, что мне оставалось? – в конце концов, закричала и разрыдалась Джуна.

Горничная, казалось, страдала от того, что её давили долгами, но этого всё равно было недостаточно, чтобы купить сочувствие. Селена не могла испытывать даже капли симпатии к человеку, движимому лишь жаждой роскоши, или тому, кто двигался лишь потому, что ему приказывали.

Селена думала, что прямо сейчас хочет ударить Джуну, но у неё всё ещё была для неё работа.

– Вот, – Селена протянула письмо, которое держала, Джуне.

– Что? Что это значит?

Селена вложила письмо в руку Джуны, которая продолжала сидеть на коленях и не могла взять письмо.

– Возьми его. Так ты сможешь продолжить есть с обеих сторон.

– Ах…

Это означало стать двойным шпионом. Джуна взяла письмо дрожащими пальцами. У неё не было выбора. Она должна была покорно принять это.

– Даже не думай о побеге. Ты ведь не думаешь, что если ты убежишь, я не смогу найти тебя? Я ведь нашла твои долги.

– Я-я не сбегу.

– Даже не думай сообщать об этом Лирэль. Я не знаю, что пообещала тебе Лирэль, но будет ли она добра к провалившейся горничной? Подумай об этом.

Глаза Джуны расширились. До того, как Селена заговорила об этом, в голове горничной мелькнула мысль о том, чтобы поговорить с Лирэль.

Но когда она услышала эти слова, она поняла, что Селена права. Ведь Лирэль не была таким уж дружелюбным хозяином.

– По крайней мере, ты не будешь причастна к ещё одной смерти. Не так ли? – с улыбкой спросила Селена.

Она выглядела как злодейка, образ которой с самого начала обещала Кальциону. Казалось, что теперь девушка могла стать кошмаром для всех, кто в этом замешан.

*****

Как и говорила Джуна, пришло приглашение на охотничьи состязания. Организатором их был Наследный принц.

– Наследный принц устраивает охотничьи состязания?

– Он часто делает это, потому что любит охотиться.

– Вы бывали там?

– Обычно меч ломался или звери пересекали горный хребет, когда проводились охотничьи соревнования.

"В итоге, это звучит так, словно он никогда там не был."

– Даже если вы не хотите идти, почему бы вам не посетить их хотя бы раз?

– Для того, чтобы что-то произошло, достаточно одного раза. Не будет ли для меня слишком опасно держать в руках оружие, находясь рядом с ним?

– …А.

"В дополнение к «опасному сердцу Кальциона», охотничьи соревнования – идеальная среда для создания несчастного случая."

Случайно выпущенная стрела или непреднамеренный взмах мечом могут стать поводом для обвинения в покушении на Королевскую семью. Зная это, Кальцион, насколько это возможно, избегал ситуаций, когда ему приходилось вынимать меч из ножен рядом с Наследным принцем.

– Но в этот раз я должна пойти. Возможно, он нацелится на меня.

"Ясно, что во время охотничьих состязаний должно что-то произойти, поскольку Джуне было приказано направить меня туда."

– Хорошо бы выяснить это до того, как отправиться туда.

"Если бы не эти охотничьи состязания, было бы непросто найти шанс снова встретиться с Наследным принцем.

В отличие от обычного аристократа, Наследный принц – это не тот, с кем можно столкнуться, просто посетив любую вечеринку. Трудно ожидать шанса неожиданно столкнуться с ним.

Участвовать придёт в любом случае."

– Хм… – однако, в отличие от своего разума, Кальцион, казалось, не следовал зову своего сердца.

Селена лежала у него на коленях в напряжённой тишине и смотрела в лицо мужчине.

– Похоже, вам не очень это нравится.

– Мне это не нравится. Это буквально крайне опасное место. Несчастный случай может произойти в любое время, даже если не будет направлен на кого-то.

Селена улыбнулась.

"Похоже, что он беспокоится о моей безопасности, потому что это звучит решающим фактором в его решении.

Кажется, в сердце Кальциона появилась брешь, где на морском дне, под запечатанной сталью дверью, спрятана его человечность."

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 95

Глава 95.

– Это опасно, даже когда Герцог рядом со мной? – спросила Селена дружелюбно, словно кошка, лежащая у него на коленях.

Кальцион, естественно, тут же посмотрел на Селену сверху вниз и встретился с ней взглядом:

– Это охотничье соревнование, поэтому мы не сможем оставаться вместе.

– Пока Герцог сражается за свою добычу, мне просто нужно поссориться с дамами в безопасном месте.

– Что, если дамы, разозлившись, вытащат свои мечи или луки?

Беспокойство было коварным. Как только оно появлялось в душе, то пускало корни, и все мысли текли лишь в направлении этого беспокойства.

– Не думаю, что проиграю.

Тренировки по фехтованию Селены с Кальционом всё ещё продолжались каждое утром. Сочетание способности Селены к быстрой обучаемости и желания Герцога учить её способствовало довольно быстрому прогрессу девушки.

Сейчас Селена была в состоянии выстоять против самого молодого рыцаря. Поскольку в особняке не было учеников рыцарей, значит не было и слабых противников. Хоть младший считался самым слабым, становясь противником Селены, он всё же оставался одним из лучших рыцарей Ренберда.

"Возможность сражаться с ним лицом к лицу на протяжении нескольких раундов означает, что мои шансы на победу против обычных мужчин и слабых солдат возросли. Поэтому, не будет ли проще иметь дело с дамами, которые никогда не поднимали ничего тяжелее ручки?"

– Пока у них есть оружие, ты не должна терять бдительность даже по отношению к ребёнку.

– Я знаю.

Кальцион всё ещё был чувствителен к травмам. На самом деле, это случилось всего несколько раз за всё время утренних тренировок и спаррингов с самым молодым рыцарем Герцога.

Каждый раз, когда она сражалась с другими, Герцог смотрел за этим с ужасающим выражением лица. Он не просто наблюдал, он много раз останавливал бой, говоря, что это опасно. После этого Герцог говорил, что если разница в навыках велика, нельзя предсказать движение и тем самым снизить вероятность получения травмы.

Зная характер Кальциона, Селена послушно кивнула:

– Даже если я захочу участвовать в охоте, я не смогу, поскольку не практиковалась с луком. Я тренировалась лишь с мечом. Но прежде всего я ненавижу саму суть охоты.

– Теперь, когда я думаю об этом, тебе стоит хотя бы раз поучиться владеть луком.

– О, я знаю, как стрелять.

– Ты училась обращаться с луком?

Всякий раз, когда Селена упоминала о тренировках, Кальцион всегда удивлялся. Оказалось, Селена многому научилась и знала о том, как делать многое.

– Страна, в которой я жила, на протяжении многих поколений обучала людей хорошо стрелять из лука. Я училась, поскольку мне нужно было выступать перед людьми, и не думаю, что у меня получалось плохо.

– Правда? Тогда, может, попробуем? – Кальциону, казалось, хотелось посмотреть на это, пока было время. Поэтому он поднялся.

– Прямо сейчас?

– Если это лук, тебе не нужно будет переодеваться.

Солнце уже садилось. Но было трудно отказать, особенно когда Кальцин вёл себя словно ребёнок, с волнением смотря на неё.

"Мило, что он так суетится… Ах, о чём я только думаю?

Чушь, нет, бред," – размышляя об этом, Селена тоже встала.

У неё не было причин не делать этого, поэтому она последовала за Кальционом.

– Но я не знаю, будет ли здешний лук похож на тот, что использовала я.

– Тебе не обязательно показывать хороший результат. Я просто хочу увидеть это.

Селена тихо рассмеялась над упорными уговорами Кальциона.

"Это так мило."

*****

Селена в своём платье стояла перед мишенью.

Рыцари, которые отдыхали вечером, выбежали, едва услышали, что Герцог пришёл на тренировочную площадку.

– Я не хотел, чтобы ты делала это под чужими взглядами…

– Когда вы тренируетесь, разве они не всегда собираются так же?

Кальцион задумался, думая об их обычных утренних тренировках.

Как она и сказала, во время утренней тренировки все смотрели на них горящими глазами, желая увидеть, смогут ли они чему-нибудь научиться у Кальциона. Это было настолько часто, что Селена, которая поначалу находила это обременительным, сейчас легко забывала о пристальных взглядах и сосредоточивалась на тренировках.

Но сегодня всё было по-другому. Они собрались не для того, чтобы наблюдать за Кальционом и учиться у него, а для того, чтобы посмотреть, как Селена стреляет из лука.

– Сейчас они смотрят только на меня…

Глаза рыцарей, смотрящих на неё, не пугали Селену, но она была обеспокоена тем, что может показать вещь в её руках, с которой она незнакома.

– Не нужно нервничать. Все одинаково плохи в этом.

Лучше сказать было нечего. Плечи рыцарей, услышавших его карающую оценку, поникли. С завтрашнего утра стрельба из лука могла быть включена в расписание тренировок.

Кальцион выбрал лук и передал его Селене.

Он выглядел немного странно, но структура его была похожей. Селена посмотрела на лук, который держала в руках, а затем положила стрелу на тетиву.

Когда она потянула стрелу на себя, натягивая тетиву, та показалась ей гибкой, но в меру прочной.

Селена прищурилась, смотря на мишень.

В одно мгновение стрела вылетела из её пальцев.

Она бешено дрожала, как и её сердце, вышедшее из-под контроля против воли хозяйки.

Первый выстрел Селены не попал в круг мишени.

– Хм…

Сделав один выстрел, Селена забыла о том, что её окружает. Сосредоточившись на мишени, она думала лишь о том, чтобы попасть в неё.

Вторая стрела попала ровно наполовину.

Но даже этот результат не удовлетворил её. Селена, не говоря ни слова, в знак протеста вложила на тетиву следующую стрелу.

Из-за отчаянной стрельбы в определённый момент у девушки кончились стрелы. Её руки и плечи болели, поскольку она была в платье, которое сковывало движения.

Селена была не очень довольна результатом, считая, что это было довольно плохо, но, расправив плечи, всё же опустила лук.

– Как и ожидалось, я давно не практиковалась и… что? – Селена замолчала, когда поняла, как на неё смотрят.

Не только у рыцарей, но и в глазах Кальциона плескалось удивление.

– Чт-что не так?

– Это плохо?

– Если сегодня – это плохо…

"Разве это не плохой результат?"

– Вы говорите, это не плохо? – спросила Селена голосом, в котором не было ни капли уверенности, поскольку она была обескуражена.

– Если это плохо, то разве у нас не ужасные результаты?

– О чём ты говоришь? Ты очень талантлива в этом.

– …серьёзно?

Когда Кальцион сказал это, Селена поняла, что это не шутка, но не могла поверить.

"С таким результатом даже я не могу сказать, что у меня получается особенно хорошо. Я тренировалась лишь несколько месяцев, в секции, где было много людей, выбивавших несколько 10-к подряд, поэтому результатов попадания стрелы в пределах круга было недостаточно для похвалы."

– По крайней мере, здесь точно.

– Вы так хороши во всех видах боевых искусств, но что у вас с навыками стрельбы?

"Хоть боевые искусства здесь сосредоточены на фехтовании и верховой езде, удивительно, что стрельба из лука почти не развита."

– Всё потому, что физическая сила непрерывного действия важнее, чем тренировка фокусировки на одной точки, но твоя стрельба технически потрясающая.

– Я могу научить вас, если хотите.

"Я недостаточно хороша, чтобы учить других, но если это навык, который почти не развит в этом мире, я готова учить ему."

Услышав великодушные слова Селены, рыцари стали толпиться вокруг неё с громким «О-о-о».

– Не торопитесь. Держите дистанцию.

Но прежде чем они успели хотя бы приблизиться к Селене, Северный Герцог, по имени Кальцион, заморозил их. Это была стена, которая могла остановить даже цунами.

*****

Это не было охотничьими состязаниями, проводимыми на далёкой горе, это скорее было похоже на пикник. В охотничьих состязаниях не было никакой опасности, поскольку животные, пойманные в близлежащем лесу, просто были выпущены на волю.

Тело Селены, которое напряглось при мысли, что это может быть опасно, как говорил Кальцион, поскольку это было местом, где легко обнажалось оружие, расслабилось.

– Это просто пикник.

– Хм, – Кальцион, который вёл себя так, словно собирался на войну, скрыл своё смущение коротким кашлем, возможно, не подозревая о подобной ситуации. – Обычно охотничьи состязания проходят в более дикой атмосфере. Как миниатюрная версия охоты на зверей.

– В Ренберде?

– …

"Страшно подумать о том, что он видел, когда рос."

На эти «охотничьи состязания» женщины облачились в простые платья или плащи. Единственным отличием была одежда, в остальном эта «охота» мало чем отличалась от любой другой вечеринки.

За столиками вокруг них шеф-повара постоянно готовили новые блюда, а слуги разносили лёгкие напитки.

Даже вооружённые мужчины держали бокалы с алкоголем без напряжения.

Охота была предлогом для встречи.

Когда Селена осматривалась, к ней с шумом приблизилась группа людей. Прежде чем она успела оглядеться, девушка услышала знакомый голос.

– Вот я и встретил прекрасное лицо.

Это был Кронпринц с аристократами, стоящими позади него.

"Должно быть, это аристократы, принадлежащие к фракции Кронпринца. Их взгляды, устремлённые на Кальциона, не особо приятные."

– Кронпринц, – Кальцион произнёс идеальное приветствие без каких-либо видимых изъянов.

Селена склонила голову.

Как раз перед тем, как она склонила голову, её глаза встретились с глазами Кронпринца. Не упустив ни единого мгновения, мужчина стёр с лица торжественное выражение и игриво подмигнул.

"Кхм," – Селена поспешно склонила голову, делая вид, что не увидела этого.

Когда она вновь подняла голову, к Кронпринцу вернулось властное выражение, которое она видела во Дворце Рос.

– В этот раз зверь не пересёк горный хребет?

– К счастью, да.

– И вы не сломали меч неделю назад.

– Верно.

– Надеюсь, что у зверя, которого вы поймаете на этот раз, кости будут крепче, чем у предыдущего.

– Я тоже на это надеюсь.

Это был спокойный и неторопливый разговор, но по позвоночнику его свидетелей катился холодный пот.

Кронпринц мягко улыбнулся, прикусывая губу, словно не мог придумать больше слов, чтобы ответить на краткие реплики Кальциона, который не оставлял места продолжению беседы. Однако не стал прятать лезвие в своих глазах.

– Леди Селена тоже пойдёт на охоту вместе с вами?

В конец концов, внимание Кронпринца переключилось на Селену.

– Что? Ах… Нет, я просто поднимаю настроение Герцогу.

В глазах Кронпринца, устремлённых на Селену в её костюме, была невиданная ранее теплота. Это был красивый взгляд, но она похолодела от странности и чего-то неуместного, словно цветок, распустившийся у замёрзшего пруда.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 96

Глава 96.

– А я ожидал, что смогу поохотиться верхом с вами. Однако я не могу заставить вас рисковать из-за моей жадности. Есть много вещей, которыми можно наслаждаться помимо охоты, поэтому я надеюсь, вам это достаточно понравится.

– Благодарю… Вас.

Его взгляд был липким, а действия – нет. Это было странное равновесие, которое Кронпринц поддерживал на протяжении всего их знакомства. Если бы это было настоящее отношение, это свело бы людей с ума.

Обычно, когда человек получал сигнал от глаз или действий другого человека, которого он желал сам, он инстинктивно ожидал дружественных действий. Однако если это не происходит, получается путаница.

Примером может послужить человек, который говорит, что хочет видеть другого человека, но не приходит. Сидит рядом с ним где угодно и улыбается всякий раз, когда они смотрят друг другу в глаза, но не говорит, что они должны делать что-то вместе.

«Это врождённое, такова его стратегия.

Если человек, обладающий такой же вещностью и статусом, как Кронпринц, улыбается подобным образом, это может быть ошибочно принято за улыбку расположенности к другому человеку. И это сбивает с толку, словно Кронпринц оказывает им особое отношение.»

– Ты всё ещё думаешь, что Кронпринц был искренен? – щёлкнул языком Кальцион, стоящий рядом с Селеной.

Его голос не мог скрыть недовольства.

– Я сказала, что это казалось искренним, но не говорила, что это правда.

– Не могу поверить, что это казалось искренним.

– Обычно так и есть. Герцогу также стоит попробовать.

Дискомфорт переместился с голоса на лицо Кальциона. Брови всегда были той частью его невыразительного лица, которая отлично отражала его эмоции.

– Сделаю.

– Что?

Вместо ответа на её вопрос Кальцион крепко обнял Селену за плечи:

– Думаю, что смогу сделать, если сейчас очень постараюсь.

– Эм… Ваша рука?

– Разве действия не более надёжны, чем слова?

– …

«Я точно знаю, что он не хочет проигрывать Кронпринцу. Насколько же сильно он презирает его, что его актёрские способности так проявляются?»

– Что? Ты не уверена во мне? – когда Кальцион поворачивает голову, чтобы посмотреть на неё сверху вниз, пока они так прижаты друг к другу, его лицо оказывается достаточно близко, чтобы они могли поцеловаться.

Она обычно целует его в щёку утром и вечером, но Кальцион не целует Селену.

Когда лицо Кальциона приблизилось, она даже смогла разглядеть тени его ресниц, нависшие над глазами. Длинные ресницы нал холодными глазами. У него серебристые ресницы.

Эти длинные ресницы трепетали вверх-вниз при каждом моргании, и Селене показалось, что её вот-вот поцелуют. Её сердце билось, словно камешки, бросаемые в воду.

Когда Селена ничего не ответила, Кальцион мягко поднял голову.

Мгновение, растянувшееся на вечность, было всего лишь секундой.

– …ху-у, – когда лицо Кальциона отстранилось, дыхание, которое затруднилось, вырвалось наружу, словно Селена спустилась с американских горок.

Дни, в которых её сердце не уважали, продолжались. От смутно действующего Кронпринца до похожего на несущегося быка Кальциона.

Селена знала, что они оба были неискренни, и всё же её сердце трепетало.

«Вот что значит быть красивым.

В другом мире этого бы не произошло, даже если бы я не была поглощена своей ролью. Я думала, что это из-за того, что я хорошо разделяю личные чувства и работу, но на самом деле это не так.

Всё потому, что актёры других ролей не были такими красивыми.»

Дрожащее сердце Селены заставляло её пальцы беспокойно шевелиться. Увидев это, Кальцион протянул другую руку и крепко сжал её ладонь.

– Это слишком походит на шутку. Я же не зритель.

– Я что, веду себя слишком нелепо?

– В этом нет ничего плохого, но…

Сегодня были охотничьи соревнования, поэтому дамы, которые ранее демонстрировали оживлённый внешний вид, сейчас походили на цветки с нежными лепестками, которые могли быть сбиты одним лишь дуновением ветра.

«Держать меня за плечо и вести за руку достаточно для большого мероприятия, где я должна притворяться цветком.»

– Ты должна в какой-то степени адаптироваться ко времени и месту.

– Следует ли нам выбирать разные способы выражения наших чувств в разное время и разных местах?

– Если это заходило слишком далеко, то не потому, что я действительно люблю тебя, а потому, что хотел показать это другим, – Кальцион, который сделал паузу, предпринял неожиданную контратаку. – Думаю, поначалу ты также была очень суетливой. Разве люди, с которыми мы встречались тогда, не заметили, что ты делала это ради показухи?

В его словах была большая доля правды, поэтому Селена оцепенела, поражённая его словами.

«Я признаю, что ранее моя актёрская игра была несколько вынужденной. Это было тогда, когда ещё не могла хорошо разобраться в ситуации, и мне приходилось заставлять себя успокоиться.

Кроме того, разве не было так же, когда Кальцион даже не мог найти зачатки своего актёрского мастерства?

У меня не было другого выбора, кроме как действовать решительно, поскольку я должна была взять инициативу в свои руки.»

– Я полагаю, что люди не могли бы себе позволить спорить, поскольку были шокированы, что Герцог сделал то, о чём я вас просила.

– Тогда не думаешь ли ты, что следует впадать в шок именно сейчас, когда никто не знает, что я сделаю?

– …возможно.

Теперь настала пора Селены смущаться.

– Подводя итог, ты говоришь, что если это то, что я готов сделать, то это не станет проблемой, верно?

– … что вы имеете в виду, говоря, что готовы сделать это?

– Я хочу действовать, – словно подтверждая, что неправильного пути не может быть, рука Кальциона сжалась. Однако не слишком сильно, чтобы не причинить боль.

Селена снова посмотрела на Кальциона, повторно теряя своё дыхание, не в силах сделать глубокий вздох. Она сама сказала делать так, как делает Кронпринц, если он сможет, но терялась из-за того, что обучение заняло так мало времени.

– …я начинаю немного бояться.

– Бояться?

– Страшно, когда кто-то, кто не был таким, вдруг делает это. Это действительно кажется безумием.

– Да, я действительно сошёл с ума.

Даже сам Кальцион не знал, зачем он делает это.

– …не знаю. Если возможно, пожалуйста, сойдите с ума.

«Лучше принять непонятное, чем пытаться понять его,» – Селена была готова приветствовать новый виток актёрского мастерства Кальциона.

«Разве это не достойно похвалы, что он стал жадным до собственной игры, становясь первопроходцем в ней? Это немного трудно принять, но нет причин останавливаться, пока игра не станет всё более и более естественной.»

Как только разрешение Селены было получено, Кальцион придвинулся ближе и направился к палатке.

Во время охотничьих состязаний, которые длились несколько дней, каждая семья строила палатки, чтобы трапезничать, спать и отдыхать там, но сегодня, поскольку охота длилась всего лишь день, в палатках были приготовлены лишь стулья и столы.

Палатка Ренберд была поставлена спереди и была видна с центральной поляны. По обе стороны от неё развевались флаги других семей, но у самих палаток сидело несколько человек.

– Раз уж мы здесь, давайте пройдёмся и поздороваемся.

Именно тогда Лирэль привлекла внимание Селены. Удивительно, но она находилась в стороне от группки Розалин.

– Приветствую, леди Лирэль.

– А, да… – Лирэль небрежно поприветствовала их в ответ, пытаясь пройти мимо.

Поскольку она получила письмо через Джуну, ей больше незачем было бояться. На губах Селены расплылась ухмылка.

Это была приманка Селены, которая вернула письмо через Джуну.

«Не знаю, какая рыба на неё клюнет, но какая-то точно. Теперь пришло время подтянуть удочку.»

– Вы получили возвращённое «это»?

– Что?! – Лирэль была поражена, едва услышала эти слова.

«Думаю, она ещё не знает, что Джуну поймали.»

– Я подумала, что положение леди Лирэль может стать трудным, если это увидят другие люди. Я показала его Герцогу и заставила его немедленно вернуть, – Селена особенно выделила «другие люди».

Селена подразумевала, что вернула его, потому что думала о Лирэль, связанной с Розалин, потому и суть была в том, что она «вернула его». Лирэль же, должно быть, подумала, что Джуна вернула его, поскольку смогла украсть письмо.

Лирэль пошатнулась, чуть не потеряв сознание.

«То, что письмо пропало, не проблема. Джуна знала? Этот факт самый важный. Однако для подтверждения этого факта мне придётся встретиться с Джуной лично.»

– Ах, такое внимание… Благодарю. Кстати, разве вы не привели с собой личную горничную? – Лирэль посмотрела на Селену.

Поскольку сегодня вечеринка проводилась не во дворце, каждый гость должен был привести своих слуг. Семья Ренберд также наняла горничных и слуг. Вот только за Селеной никого не было.

– Ах, моя горничная не смогла прийти, поскольку у неё сегодня были важные дела в особняке.

Сейчас Джуна под строгим наблюдением чистила всё столовое серебро в особняке. Серебряных предметов в особняке было бесчисленное количество.

«Даже вернувшись с охотничьих соревнований, ей придётся ещё долго полировать его. Пока она не закончит, тот, кто наблюдает за Джуной, не уйдёт. Даже связаться с горничной Лирэль будет абсолютно невозможно.»

– Ах, понятно… Не будет ли вам неудобно не иметь при себе личную горничную? Я могу одолжить вам свою горничную, если нужно.

– Она понадобится вам позже. Благодарю за ваши слова.

– Д-да… – мысли Лирэль путались, как чернильные капли в воде.

«Она слышала? Или это совпадение?

Если бы её поймали, её бы заперли и пытались что-то выяснить, верно? Как далеко зашёл этот ребёнок? Она же не собирается рассказать о том, что делала для меня до сих пор? Тогда почему Селена смеётся и тайно говорит об этом? Это угроза сделать что-то?

Джуна, принёсшая письмо, сказала, что ничего не говорила. Словно украла письмо, как ей и приказали. На самом деле вполне возможно, что Селена отправила её «вернуться и отдать письмо». Возможно, она солгала, потому что не хотела попасть в ещё большие неприятности…» – предположения в голове Лирэль бесконечно разветвлялись, но ни в одном из них не было уверенности.

«Мне нужно больше информации, чтобы понять ситуацию,» – Лирэль быстро разомкнула губы.

– Похоже, вы собирались куда-то, но я у вас заняла слишком много времени, – однако Селена не допустила этого. – Что ж, увидимся позже.

– А, что? А…!

Пока Лирэль колебалась, Селена уже прошла мимо.

– Ч-что мне делать? Что делать! – оставшись позади, Лирэль топнула ногой и закусила губу.

«Что, если личность Джуны будет раскрыта, а семья Ренберд схватит её? Откроется одно за другим и всё будет кончено.»

Лирэль отдала резкий приказ горничной, стоящей позади себя:

– …скажи им поймать её. Если они не смогут поймать её, то пусть лучше убьют.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 97

Глава 97.

Ситуация до и после была рассказана Кальциону. Хоть и казалось, что это была мирная болтовня, однако Селена могла прочитать угрозы и разоблачение, скрытые под словами.

– Следует ли схватить Лирэль?

– Ещё нет. Убедительных доказательств нет, поэтому мы должны быть более осторожными, чтобы узнать ещё больше.

– Трудно построить подобие настоящей дружбы.

– Не думаю, – нахмурившись, Селена ткнула Кальциона локтём в бок.

«Хоть говорят, что Розалин узнала её слабость, вынуждая Лирэль действовать, она непосредственно причастна к смерти одного человека. Она также потянулась ко мне, пытаясь повлиять на светский мир. От начала до конца Лирэль – не просто марионетка Розалин, которая делала то, что та ей говорила, она также старалась изо всех сил издеваться надо мной.

Дружба с таким человеком. Мне бы скорее хотелось наблюдать за разрушением подобного человека.»

Пока они шли к палатке, Кальцион и Селена услышали крики людей, исходящие со стороны.

– Что это?

«Это было со стороны стадиона.»

Когда Селена подошла, старуха размахивала чем-то вроде бус с кисточками и кричала:

– Я тоже поставлю приз! Я подарю это украшение для меча победителю, занявшему 1-е место! Однако. Только женщине!

На арене были всевозможные мишени и пугала. Там можно было размяться перед началом охоты, а также могли собраться люди, которые не участвовали в охоте.

– Леди Розалин, попробуйте.

– Ладно, попробую.

Неожиданно вперёд вышла Розалин. Её лицо было наполнено уверенностью.

А ещё там были Фионэль и принцесса Джерриэль.

– Принцесса тоже здесь?

– Это королевское мероприятие, поэтому она тоже приехала.

– Они вышли втроём, значит, мне тоже нужно пойти, – решительно заявила Селена, смотревшая на людей, занимавших свои места на трибуне.

Неизвестно, было ли это из-за двух других девушке, но среди них была Розалин, которая ужасно доставала Кальциона. Вместо отговорок, Кальцион просто сжал плечи Селены:

– Уверен, ты выиграешь.

– Конечно, – Селена, получившая поддержку Герцога, последней поднялась на подиум.

– Тебе здесь нет места, – Фионэль, первой увидевшая Селену, скривила губы.

– Герцог наблюдает за нами. Разве тебе не стоит следить за своим лицом?

В одно мгновение вместо скалящихся клыков были показаны все зубы девушки в яркой улыбке.

– Герцог! Я сделаю всё возможное!

Разумеется, ответа от Кальциона не последовало. Однако, Фионэль решительно махала ему рукой. К тому же, некоторые из присутствующих, кто казался последователями Фионэль, с энтузиазмом подбадривали её.

– Во-о-о-у! Леди Фионэль, самая молодая леди из желающих! Удачи!

– Ничего страшного, если вы не сможете победить!

– Надеюсь, у меня есть всё, кроме любви Герцога.

– У тебя его вообще нет, не так ли?

– Это ты мешаешь мне.

Селена фыркнула, натягивая тетиву и смотря на Розалин, стоящую по другую сторону.

Словно опытная актриса, показывающая лишь самые прекрасные ракурсы, не обращая внимания на камеру, Розалин спокойно стояла, даже не смотря на людей возле подиума.

Розалин, которая была облачена в охотничий костюм с собранными волосами, была хорошенькой.

«Судя по тому, как она держит лук, она не так уж плохо стреляет. Она красива и хорошо стреляет из лука. У неё есть всё, кроме сердца.»

– Та вещь выглядит интересно для приза, – Селена посмотрела вперёд, бормоча так, словно разговаривала сама с собой.

Однако, Розалин не проявила беспокойства, но Селена ощутила, как её взгляд переместился, задевая её.

– Я кое-что должна Кронпринцу… следует ли отплатить за его доброту?

Розалин перевела взгляд вперёд, делая вид, что не слышит этого, но Селена увидела, как на мгновение пальцы Розалин сжались сильнее.

«То, что я увидела в лесу, не было иллюзией. Кронпринц не знает, но сердце Розалин принадлежит ему.»

– Правило простое – три выстрела у каждого! Стреляют по одному! Побеждает тот, кто наберёт наибольшее количество очков в сумме за три выстрела!

Селена намеренно отступила до последней участницы.

«Всегда получается круче, если победа решается в конце.»

Естественно, это был выбор, основанный Селеной на уверенности в собственной победе.

У леди, которая вышла первой, были плохие навыки стрельбы. Стрела упала, даже не долетев до цели.

Следующей была Розалин.

В сравнении с первой леди, её движения стрельбы были достаточно серьёзными. У Селены не было выбора, кроме как сосредоточиться и наблюдать.

Ка-ан! – вылетевшая стрела попала не прямо в центр, но рядом с ним.

«На удивление получилось неплохо.

Но разве я могу позволить ей победить себя?» – Селена мгновенно пришла в себя.

Селена задавалась вопросом, были ли другие леди, обладающие подобными навыками, но Фионэль рядом с ней обладала такими же навыками, как и первая леди, а принцесса вообще не смогла составить хоть какую-то конкуренцию.

– Принцесса, зачем Вы вышли? – спросила Селена, искренне не понимая.

– М-мама сказала, что великой женщиной можно стать только в том случае, если ты сможешь быть уверенной в себе и никогда не дрожать!

«Похоже, ей ещё далеко до превращения в великую женщину.»

– Великая женщина прямо перед Вами, поэтому смотрите и учитесь, – пожав плечами, Селена положила стрелу на тетиву.

В отличие от других леди, стрелявших ранее, лук Селены рисовал более круглую параболу.

Фью-ю! – в тот момент, когда она отпустила тетиву, в воздухе раздался резкий звук.

Он отличался от звука выпуска стрел других леди, который звучал тяжело.

Стрела, которую выпустила Селена, летела ровно и застряла в центре мишени.

– Ва-а-ау!

Люди, затаив дыхание и наблюдая за необычной стойкой Селены, забывали, за кого болели и кого поддерживали. Это была реакция, аналогичная той, когда она стреляла перед рыцарями.

Селена пожала плечами и, опустив лук, стала ждать следующую участницу.

«Честно говоря, цель в два раза ближе, чем на полигоне. Это ни что иное, как детская игра.»

Глаза юных леди, наблюдавших со стороны, мало чем отличались от взглядов людей с трибун. Самым сильным сюрпризом была реакция Принцессы.

– Хм… – Селена надавила на её подбородок, чтобы принцесса не пустила слюни, поскольку она даже забыла закрыть свой открытый рот.

– Кхм, – принцесса, с опозданием пришедшая в себя, пояснила выражение своего лица. – Я восхищаюсь тем, насколько вы крута.

– Мы все восхищены!

– Вы та, кто ранее чуть не пустил слюни.

– Н-нет…

– Точно? Я могу научить Вас, если хотите.

– Я тоже могу нанять учителя по стрельбе из лука.

– Не уверена, что Вас смогут научить стрелять так же круто и красиво, как я.

«Поскольку меня обучали стрельбе из лука для трансляций, мои движения элегантнее и ярче, чем у обычных людей. Какой бы невежественной она ни была, она должна видеть, что это отличается от других.»

Глаза Принцессы забегали:

– …ты можешь научить меня?

«Прямо сейчас она – ребёнок, у которого нет ничего, кроме титула Принцессы, поэтому она хочет иметь собственное оружие хоть в чём-то,» – Селена резко поставила условия настойчивой жадности Принцессы, которая была чётко видна:

– Если Вы отступите от Герцога.

– Что?! Тогда не нужно!

Независимо от того, насколько сильно она хотела заполучить этот талант, этого оказалось недостаточно, чтобы отдать за него желание бороться за сердце Кальциона. Фыркнув, Принцесса отвернулась.

«Она резкая и прямолинейная Принцесса, но самая безобидная из всех «соперниц»,» – мелькнула мысль в голове Селены.

«Мило.»

Состоялся второй круг выстрелов и вновь стрела Селены попала в центр мишени. Стрела Розалин попала вплотную к центру, но была ближе к границе, чем к центру, как у Селены.

Когда пришёл черёд третьего выстрела, для предыдущих участниц раздались лишь формальные аплодисменты. Розалин также попала далеко от центра, вероятно, из-за потери выносливости.

В итоге, когда пришла очередь Селены, люди, сосредоточившись, даже не дышали. Ставка состязания хоть и была одним украшением, была вполне серьёзна.

Ка-анг! – последняя стрела пронзила центр мишени с поражающим звуком, который был холоднее предыдущих.

– Ва-ау!

Люди зааплодировали, и пожилая дама, предложившая приз, вручила его Селене с гордостью, словно Король, отдающий меч рыцарю:

– Это реликвия моего мужа, которого я хотела прибить, но вещь хорошая, поэтому я не могла выбросить её или подарить.

– …благодарю.

«Если это реликвия мужа, которого она хотела убить, то плохая это вещь или всё же хорошая?» – Селена не могла определиться с эмоциями, получив приз.

«Но сам материал изделия выглядит очень хорошо.»

Когда она взяла его в руку и покрутила, то бусины стали отражать разный свет, в зависимости от угла падения солнечного света. Снаружи они были гладкими и обладали сферической формой, но внутри это был странный драгоценный камень, наполненный множеством граней.

Металлические детали, окружавшие драгоценные камни, были такими тонкими, словно по отдельности были нарисованы пером, а кисточки и узелки на изделии были сделаны из разноцветных и блестящих нитей.

Получив приз и спустившись с платформы, Селена направилась к Кальциону, ожидавшему её на площадке.

– Я победила.

Девушка триумфально объявила о своей победе, но Кальцион лишь кивнул и сухо похвалил её:

– Отличная работа.

Однако по его глазам Селена видела, что он гордится тем, что ей удалось победить.

– Что будешь делать с этим? – Кальцион щёлкнул по украшению, которое она держала в руках.

«Я шла на конкурс не с целью забрать его. Если подумать, я не ношу меч и не могу повесить его на платье. В конце концов, его стоит отдать кому-то.»

Селена один раз посмотрела на Кальциона и снова перевела взгляд на украшение в своей руке.

«Красивое и вроде бы подходит ему, но мне не хочется дарить ему реликвию «мужа, которого хотелось убить».

Но кому я могу отдать его, кроме Кальциона?»

Пока Селена искала, кому передарить выигранное украшение, ей на глаза попался Кронпринц. Он тоже находился на трибунах со своими сопровождающими, издалека интересуясь необычным зрелищем.

Когда взгляд Селены и Кронпринца встретились, тот не стал отводить взгляд и одними губами прошептал: ‘Поздравляю’.

«Да, точно.

Хорошо во многих отношениях. До сих пор я лишь убегала от Кронпринца, но что, если сделать всё наоборот?»

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 98

Глава 98.

«Есть подходящее оружие, предлог, и мы находимся в поле зрения Розалин, которая всё ещё рядом со сценой.

Давайте попробуем развести костёр.»

Селена протиснулась сквозь толпу и подошла к Кронпринцу. Один за другим люди стали с любопытством оглядываться на них.

Кронпринц удивлённо поднял брови. Но вскоре, как у человека, встретившего близкого друга спустя несколько лет, на его лице появилась улыбка:

– Что случилось, леди Селена?

– Я подумала… Есть вещи, за которые я благодарна Вам, и потому хочу отплатить за доброту, которую Вы мне оказали.

– Не стоит. Я делал это, не надеясь получить что-то взамен.

– И всё же. Я слышала, что на охоте дарить то, что ты поймал – это знак твоего сердца. Это не добыча, но я получила её своими силами…

«Прошло некоторое время с тех пор, как я действовала должным образом,» – Селена покраснела, словно девушка, признающаяся в своей первой любви, и протянула украшение:

– Не могли бы Вы принять его…?

Это было просто данью уважения, но создавалась иллюзия, словно она говорила: ‘Если ты получишь это, то будешь встречаться со мной?’.

– Это ведь первый урожай охотничьих состязаний. Если вы даёте мне такую драгоценную вещь, как я могу отказаться? Я с радостью приму его.

Первый шаг, который Селена сделала самостоятельно, был одобрен Кронпринцем.

Кронпринц отцепил меч, который висел у него на талии, и протянул его Селене. Расстояние между ними было таким, что Селена могла вытащить меч и нанести удар.

– Раз ты даришь, то прицепишь его сама?

– Для меня это большая честь, – Селена намеренно опустила руки и прикрепила украшение к краю рукояти меча. И словно это украшение изначально было с его меча, оно идеально подошло к нему.

Кронпринц взмахнул мечом, смотря на украшение, убеждаясь, что доволен больше, чем он ожидал:

– Не знал, что помимо таланта к танцам, у вас есть талант к стрельбе из лука.

– Это первый раз, когда я получила такой результат. Я училась этому в спешке, потому что слышала, что даже люди, которые не ходят на охоту, могут стрелять и развлекаться.

– Потрясающе. Ты говоришь, что так сильно продвинулась за такой короткий промежуток времени?

– Должно быть, я гений, – Селена нарочно улыбалась, словно ребёнок, будто была искренне счастлива стоять лицом к лицу с Кронпринцем.

– Интересно, как далеко простирается ваш гений. В следующий раз, когда у вас будет время, почему бы вам не прийти во дворец и не узнать это?

– О чём Вы?

– У королевской семьи есть тест, который они проходят из поколения в поколение, чтобы выяснить, какой у них талант. Музыка, эстетика и прочее. Довольно весело.

«Я сделала всего один шаг навстречу, а Кронпринц уже приглашает меня к себе? Слишком торопливо и напряжённо.»

– Разве я могу пройти его?

– Конечно, в любое время. Я пришлю вам приглашение, поэтому приходите в удобное для вас время.

«Это даже возмутительно.

Он и правда влюблённый или настолько безумный?

Или, возможно, есть что-то, к чему он стремится,» – Селена ставила больше на последний вариант.

Когда Селена обернулась после разговора с Кронпринцем, она почти сразу закрыла глаза из-за жалящего взгляда на её лице.

Нет, не одного, а двух.

Один был предсказуемым. Это была Розалин, в глазах которой плескалось желание до смерти растерзать Селену.

Когда Селена повернулась, Розалин быстро отвернулась, но она уже была поймана.

«Прекрасно, проверка завершена.

Установлена связь, почему Розалин настолько безрассудно добивается положения герцогини Ренберд.

Это приказ Кронпринца.

Нет никакой другой причины, кроме этой. И этой же причиной всё объясняется.

Если Розалин станет Герцогиней, он подсадит в дом Кальциона своего человека, которого никто не сможет вытащить. Он сможет использовать Розалин, чтобы разрушить дом герцога Ренберд.

Но разве она не нравится ему?

Пытаться сделать женщину, которая тебе нравится, женой того, кого ты ненавидишь хуже, чем своего врага.

Каким бы формальным ни был брак в этом мире, пусть даже у каждого в этом мире есть любовник на стороне, брак всё равно накладывает обязательства по рождению наследника. Нравится им это или нет, но им обоим пришлось бы прикоснуться друг к другу обнажёнными, и я не могу понять этого отношения.

Он псих или по-настоящему плохой парень, либо и то, и другое,» – мысленно застонав, Селена повернулась, чтобы наткнуться на другой жалящий взгляд.

«По крайней мере, нужно сделать так, чтобы человек, который озабочен тем, чтобы восстать или совершить убийство, после вручения этого подарка не сделал это.»

Селена улыбнулась и приблизилась к Кальциону, пока его острый взгляд продолжал пронзать её.

– Почему вы так на меня смотрите? Оно с самого начала было не очень хорошим.

– Но тебе действительно нужно было делать это у меня на глазах? – в голосе Кальциона звучал лёгкий гнев.

«Что? И правда сошёл с ума?» – Селена думала, что один только взгляд на Кронпринца вызовет истерику у Герцога, однако сейчас заметила, что что-то было не так.

«Это большое дело, но если в его глазах всё выглядит в перевёрнутом виде и он правда злится, лучше ничего не говорить. Здесь слишком много глаз, наблюдающих за нами.»

– Герцог! – Селена крепко обняла Кальциона за шею.

Она сделала это без предупреждения, однако Кальцион крепко обнял её в ответ.

Селена обвила ногами талию Кальциона. Благодаря его рукам, которые поддерживали её за талию и бёдра, она находилась в таком же устойчивом положении, как если бы сидела на стуле.

– Я сделала это специально, чтобы посмотреть, как отреагирует Розалин, – обнимая его за шею, Селена шептала Кальциону на ухо, делая вид, что прижимается губами к его шее.

Руки Кальциона сильнее сжали её талию. В этот раз девушке стало немного не по себе, потому что Герцог перестал контролировать свою силу.

– …б-больно.

– Прости, – поспешно извинился Кальцион и расслабился.

Селена опустилась на землю и посмотрела на лицо Кальциона, точнее на его единственную красную мочку уха. Она могла понять его волнение, ведь шептала на ухо, касаясь своим дыханием.

Пусть мужчина извинился, но Селена не чувствовала облечения. Кальцион продолжал молчать, стоя с озадаченным выражением лица.

«Я знаю, что он ненавидит, когда его сравнивают с Кронпринцем, но не знала, что он будет так реагировать даже если на это есть причина.

Охотничьи соревнования начнутся в любое время.»

Пока Селена размышляла, как решить эту проблему, один из гостей, который был в азарте праздника, предложил ещё один приз.

– Мне! Я тоже буду! – Селена мгновенно выбежала вперёд с поднятой рукой, так и не услышав, что это за игра и какой будет приз. – В этот раз я подарю его Герцогу. Точно!

*****

– А… эм… – Селена не могла скрыть смущения, смотря на приз в своей руке.

Пусть это и были охотничьи соревнования, здесь были простые игры, в которые играли люди, предлагая в качестве приза то, что у них было.

Конечно, с точки зрения денежной оценки рынка это была сцена, где обменивались предметы, равные по цене дому простолюдина, но в представлении аристократов это было не более чем игрушкой.

А призом за короткий забег, который выиграла Селена, обойдя Фионэль, стало кольцо, усыпанное мелкими драгоценными камнями.

– Герцог… я думала подарить…

Оно могло хорошо сесть на палец Селены, но было слишком маленьким для пальцев Кальциона. Кроме того, тонкое кольцо, усыпанное мелкими драгоценными камнями, совершенно не смотрелось бы на руке Кальциона.

Кальцион протянул руку к Селене, которая не могла решиться отдать ему свой выигрыш:

– Дай.

– Отдать?

– Если это моё, я возьму его.

Правильно ли это было или нет, однако Селена безоговорочно отдала кольцо ему.

Кальцион посмотрел на кольцо, от которого отказался бы, даже если бы за его ношение ему заплатили деньги, а затем снял перчатку с левой руки.

Естественно, большой, указательный, средний и безымянный палец оказались малы. Однако подошло на последний палец, мизинец, проскользнув через все суставы.

– О! – вскрикнула Селена, смотря на кольцо, которое хорошо села на его палец и, схватив руку Кальциона, подняла её.

Тонкое кольцо на руке сильного мужчины с крупными суставами и нитями вен, казалось крайне хрупким, но благодаря белоснежной стороне ладони и длинным пальцам хорошо смотрелось.

– Красивее, чем я думала. Изначально Герцог не носил украшений, поэтому я даже не могла подумать, что кольцо будет так хорошо смотреться на вашей руке.

Смотря на Селену, машущую его рукой, лицо Кальциона наконец расслабилось.

Постепенно наступило время начала охотничьих соревнований, и люди стали заняты. Поэтому мало кто видел расслабленное лицо Кальциона. Как и Селену, которая трясла его рукой.

– Пора уходить… Не делай ничего опасного.

– Почему?

– Ты зашла так далеко и проявила достаточную преданность. Делать что-то дальше – это личная инициатива.

– Эм… Но почему? Если я не буду рядом с Герцогом, то мне не нужно будет и проводить время здесь.

Девушка сказала это в милой форме, но, в конце концов, если бы всё пошло не так, ей бы сказали выметаться.

Однако Кальцион не моргнул и глазом:

– Неважно, что ты думаешь, не позволяй подвергнуть себя опасности.

– Все люди с оружием пойдут на охоту, так о чём беспокоиться? Кроме того, у меня есть и эскорт, так о чём волноваться?

«Я ведь не одиночка посреди поля. Людей, выходящих на охоту, довольно мало, поэтому большая часть развлекается в праздничной атмосфере.

Сколько бы оружия они не принесли, это мало чем отличается от обычной вечеринки. Беспокойство Кальциона чрезмерно.»

– Я буду хорошо вести себя здесь, поэтому идите на охоту, Герцог. Вы ведь – Северный Герцог, потому должны не бояться этой охоты?

– Ты же не думаешь, что я говорю это, потому что не уверен в себе?

– Я не думаю, что это возможно, но другие не я.

Что бы ни думали другие, Кальциону пришлось развернуться и отправиться подготавливаться.

Селена, стоявшая перед палаткой, куда вошёл Кальцион, внезапно задумалась.

«В таком случае, разве не возлюбленная должна помочь сменить одежду и доспехи? Ещё труднее будет, когда другие начнут спрашивать, почему я жду тут.»

Открыв вход в палатку, Селена вошла внутрь.

– …а, – но едва она вошла внутрь, как столкнулась с полуобнажённым Кальционом, взгляд которого ожесточился.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 99

Глава 99.

Как и Селена, Кальцион был в охотничьем костюме с того момента, как покинул особняк. Потому она думала, что если нужно будет подготовиться, то достаточно будет просто надеть сверху доспехи. Селена совсем не думала, что ему придётся снимать куртку и надевать её снова.

В палатке находились также и слуги, которые помогали Кальциону.

– А… это. Я тоже хочу помочь в подготовке, – Селена подошла к Кальциону, притворяясь спокойной.

Всем было известно, что они делают то и это вместе, а также делят постель каждую ночь, потому не могли выказывать удивление на простое обнажение верхней части тела.

К тому же, Кальцион уже несколько раз показывал перед Селеной своё обнажённое тело, поэтому не было ничего странного в том, чтобы столкнуться с ним раздетым.

Нагота мужчины – это одна из вещей, к которым девушка, естественно, привыкла, работая актрисой. Если актёрам приходилось ходить голышом, Селена не удивлялась, а просто продолжала съёмки.

Когда же Кальцион увидел вошедшую Селену, он напрягся, да и сама девушка была удивлена.

Пусть она часто сталкивалась с таким на съёмочной площадке, где атмосфера накалялась из-за застенчивости партнёра. Но только не сейчас.

Селена намеренно подтолкнула слуг и приблизилась к Кальциону:

– Я хочу сделать это своими руками. Могу я надеть это? – Селена, взявшая что-то вроде кожаного жилета из рук слуги, встала за спиной Кальциона.

Слуга, у которого забрали жилет, быстро объяснил:

– Нужно просунуть руки – вот сюда.

Обняв его за плечи, Селена снова шагнула вперёд. Её глазам предстали грудь и живот, покрытые гладкими мышцами, без капли жира.

Она взяла кожаный ремень из рук слуги и сунула его в отверстие, но, сосредоточившись, Селена, естественно, чуть не уткнулась лбом в грудь Кальциона.

«Даже пупок красивый,» – удивляясь сама себе, Селена посмотрела на живот Кальциона, особенно на его пупок.

«Поскольку я изначально признала, что он красивый человек, то думать, что он красивый – значит, просто подтвердить правду. Но у него красивый даже пупок. Это правда, что он красивый, но это зашло слишком далеко.»

– Нужно затянуть шнурки, чтобы плотно прилегало к телу.

Как и велел слуга, Селена туго затянула шнурки через отверстия. Начиная с пупка, поднимаясь выше к ключицам, и теперь именно они привлекли её внимание.

«Это ключицы, которые можно использовать вместо чашки. Даже ключицы красивые,» – Селена снова закатила глаза от изумления.

Выше ключиц была шея с кадыком, который сильно двигался, когда мужчина делал глоток.

«Хм?» – а чуть выше был взгляд Кальциона, который смотрел на неё, вниз.

– … – нервный взгляд Кальциона прожигал Селену.

С самого начала выяснилось, что он слаб в проявлении привязанности, но сейчас они спали, обнимались и целовали друг друга утром и вечером. Объятия и поддерживание друг друга во время тренировок случалось по несколько раз в день.

«Почему же так нервничаем сейчас?» – Селена просто помогала Кальциону переодеться к охоте, но ощущала себя беспринципным человеком, который любовался чужим обнажённым телом.

«Точно.

Но я ведь не прикасаюсь и не трусь об него, как извращенка. Лишь руки дрожат, когда завязываю шнурки.

А.»

Именно тогда Селена поняла, почему так застыла.

«После того дня, когда я решила пересечь разделение ванной комнаты, чтобы завоевать больше внимания, я так и не прикасалась к его голому телу. Он мог переодеваться, но это не изменяло того факта, что мои руки не касались его.»

В этот момент, когда Селена осознала этот факт, напряжение Кальциона распространилось и на Селену.

«Этот мужчина,» – кадык Селены также двинулся.

Глоть.

Она надела на него жилет и завязала шнурки так, чтобы он не слетел. Вот только с каждым мгновением напряжение охватывало её тело, словно огонь.

– Нужно надеть рубашку поверх этого.

Благодаря вмешательству невежественного слуги напряжение между ними разрушилось как лёд под весенним солнцем.

– А, да, – Селена взяла протянутую рубашку и надела её на Кальциона.

Они не смогли поднять лица, пока поверх не были надеты пиджак и доспехи.

Последним, что было закреплено на Кальционе, было его оружие. Большой меч на поясе, запасные кинжалы на бедре, икрах и руках позволяли двигаться так же естественно, как если бы на нём не было оружия.

Говорили, что в этом мире дротики использовались для охоты чаще, чем лук. Потому, несмотря на то, что Кальцион взял лук, дротиков он взял больше, чем стрел.

Наконец, миссис Джанет принесла плащ с тщательной вышивкой, созданной стежок за стежком.

Кальцион, взмахнувший чёрным плащом, был таким крутым, что, казалось, обладал славой всего мира.

– Вы выглядите очень круто, – откровенно похвалила его Селена.

Кончики губ Кальциона, напряжённо изгибавшиеся в это время, мягко изогнулись:

– Тогда, вперёд.

Вне палатки уже слышался стук лошадиных подков.

Когда они вышли, вокруг них тут же собрались мужчины с луками и дротиками. Даже люди, собравшиеся провожать участвующих в охоте, присоединились к ним, заполняя пустырь.

– Готовьтесь к отъезду!

Люди засуетились после крика королевского слуги.

– Я отдам тебе свою добычу. Пожелай мне удачи.

– Конечно, желаю.

Будь то королевский бал или охотничьи соревнования, суть была одна и та же. Важно было то, кто станет главным героем.

На балу главным героем становился человек, которому постоянно поступали заявки на танцы, а на охотничьих соревнованиях главным героем становился человек, который собрал больше добычи, следуя сути игры.

В число добычи входили не только пойманная им самим дичь, но и полученная от других людей.

Поэтому можно было пожелать другим благословление, сказав, что вы отдадите им свою добычу.

Женщины целовали мужчин в лоб, желая удачи. Кроме Селены и Кальциона, повсюду были парочки.

Для тех, кто не участвовал в охотничьих соревнованиях, человек, просивший удачи, был таким же отчаянным, как и человек, просивший танца на балу.

Партнёром Селены, конечно же, должен был стать Кальцион.

– Я хочу отдать вам свою добычу. Пожелаете мне удачи?

Но между ними был один человек.

– …Ваше Высочество.

Кронпринц, в развевающемся красном плаще, приблизился с сияющим контрастом с холодными тонами Кальциона.

Не было необходимости ограничиваться количеством добычи лишь от одного человека. В случае с Розалин, мужчины выстроились в очередь, чтобы получить благословление.

Отказаться было невозможно, поэтому Селене ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

– Это большая честь.

Кронпринц склонил голову.

Селена легко положила ладони ему на плечи и прикоснулась губами ко лбу. Её губы слегка ошпарило прохладой.

– Желаю Вам удачи. Не пораньтесь и добейтесь хороших результатов, – запомнив слова, что говорили окружающие, Селена официально улыбнулась Кронпринцу.

– Я принесу вам самую красивую добычу, – Кронпринц отвернулся, оставив поцелуй на тыльной стороне руки Селены.

Её сердце не осталось равнодушным к неожиданным действиям Кронпринца. Селена удивлённо потёрла пульсирующую грудь и повернулась к Кальциону.

Мужчиной, о котором Селене приходилось заботиться больше, чем о Кронпринце, был именно он. А из-за внезапного вмешательства Кронпринца, Кальциона отодвинули почти за кулисы.

– Что же с герцогом Ренберд…

– В какой момент Его Высочество заинтересовался ею?

Как и всегда, люди вокруг стали болтать об этом. Кровавая энергия, окружающая Розалин, издалека наблюдающую издалека, тоже сыграла свою роль.

– Разве не похоже, что она сделала что-то особенное с Кронпринцем?

И, оглянувшись назад, Селена заметила, что глаза Кальциона уже горят, словно говоря: ‘Я не оставлю его в покое, если не сделаю лучше, чем он’.

– Можешь пожелать мне удачи?

– Вы отдадите мне свою добычу?

– Я принесу тебе всё, что ты захочешь.

Это не было разглагольствованием. Потому что, если Кальцион сказал, значит так и было.

– Звезда в небе – это всё ещё то, что я хочу, Герцог, – подняв руки, Селена прижалась губами ко лбу Кальциона. – Желаю удачи.

Приоткрыв губы, она посмотрела в глаза мужчины, полные недовольства. Тихо выдохнув, Селена прижалась губами к левой и правой щекам Кальциона.

И он немного смягчился.

«Этого недостаточно?»

В этот раз Селена снова прикоснулась губами к правой щеке мужчины, крепко прижимаясь, словно желая оставить своё клеймо. След от помады был виден крайне чётко.

К глазам Кальциона вернулось тепло, но он всё ещё не был доволен.

Обычно Кальцион присоединялся к её игре, подхватывая действия, но сегодня всё было с точностью наоборот.

«Что не так?

Когда человек одержим желанием соревноваться, его рациональные суждения могут стать расплывчатыми.

Он всё ещё собирается делать вид, что ему мало?» – Селена прижалась губами к губам Кальциона.

– ! – плечи, на которые она опиралась, внезапно вздрогнули.

«Вот, так правильно.»

Это было тогда, когда Селена, опьянённая чувством победы, собралась отступить, разрывая «поцелуй».

– Хо! – рука Кальциона удержала Селену за спину, не давая ей отступить.

А губы, которые вот-вот должны были ускользнуть, снова оказались прижаты к другим.

Селена была готова отступить с лёгким писком, но чувствовала, что в губах Кальциона было много силы.

– …а.

Поцелуй прекратился, а они смотрели друг на друга глазами, потерявшими фокус, не в силах поверить в то, что только что сделали.

Казалось, что вокруг них звучит ‘Чёрт побери’, но эти звуки пролетали мимо их ушей. Словно вокруг был лишь вакуум, и они остались во всём мире лишь вдвоём.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 100

Глава 100.

Словно между мирами образовалась тонкая плёнка, похожая на мыльный пузырь. От близости у них перехватило дыхание.

Об отъезде охотников возвестил крик слуги и громкий звук рожка.

– Отъезжаем!

Селена, которая внезапно пришла в себя, резко оттолкнула руки Кальциона.

Тот покачнулся, словно был зачарован. Мужчина, который мог стоять на месте даже в бурю, сейчас готов был рухнуть от любого толчка.

– А, это, тогда.

Два человека, чьи языковые навыки резко ухудшились, не могли даже нормально заговорить и неловко отодвинулись друг от друга.

– Да, идите.

Однако, когда её взгляд упал на оружие, Селена ощутила, что должна напомнить ему об осторожности, потому поспешно окликнула Герцога.

Кальцион, который только схватил поводья и вскочил на коня, снова слез:

– Что мне принести тебе?

Кронпринц сказал, что принесёт Селене самую красивую добычу. Было видно, что мужчина обеспокоен этим.

– Всё что угодно. Не пораньтесь и вернитесь в целости и сохранности.

Он рисковал своей жизнью ради охотничьих соревнований, в которых участвовал, потому какой бы тривиальной не была добыча, Селена была равнодушна к тому, что поймает Кальцион.

«Она даже сделала мне подарок, а я не могу подарить ей что-то особенное?» – Кальцион вернулся к Селене, опустился на одно колено и прижался горячими губами к тыльной стороне её ладони.

– Я принесу тебе добычу, достойную твоей ценности, – взгляд Кальциона неожиданно стал тяжёлым и серьёзным, так что Селена не смогла ответить правдоподобно.

Его губы были слишком горячие.

Не услышав ответа, Кальцион сел на коня и поехал.

Лишь когда звук лошадиных подков удалился, Селена присела на корточки и обхватила лицо руками. Её ноги тряслись так, что она даже не могла стоять, а лицо горело.

«Проблема в том, что я слишком переусердствовала в предыдущей ставке. Всё точно из-за этого.»

*****

На обратном пути в палатку Селена, идущая с горящим лицом, столкнулась с графиней Орлэнг.

– …О, – сама того не осознавая, Селена издала невольное восклицание.

«Неожиданно, что она здесь.»

– Вы не поехали на охоту?

Все, кто принимал участие в охотничьих соревнованиях, отправились в путь. Графиня Орлэнг не вела за собой коня и не носила доспехов.

– Чем старше становишься, тем дольше длится похмелье. Сегодня отдыхаю.

– …а.

Это казалось оправданием, но в то же время было реальным.

– Если у Вас похмелье, то и правда стоит отдыхать.

– Разве я не должна притвориться верной королевскому двору?

– …а. …да.

«Графиня Орлэнг по-прежнему прямолинейна.»

– В то же время я дышу свежим воздухом и знакомлюсь с людьми. А, я видела твоё выступление ранее.

– Видели?

– Да, случайно. Учитывая навыки людей, которые не могут участвовать в охоте, это должен был быть скучный праздник, потому что все они невероятно высокомерны, но благодаря тебе, леди Селена, уровень веселья поднялся.

– Поскольку Графиня не пошла на охоту, не стоило ли выйти и просто повеселиться?

– Я не умею выходить вперёд чисто для веселья. Ты можешь не волноваться из-за меня.

Как и всегда, при уверенных замечаниях графини Орлэнг уверенность Селены медленно подняла голову.

Гордость Селены была достаточно высокой с тех пор, как рыцари начали восхищаться ею за стрельбу из лука.

– Я не сомневаюсь в способностях Графини, но… я также неплохо стреляю из лука. Какими бы хорошими ни были боевые искусства, не так много случаев, когда люди с ними хорошо и в поклонах.

На провокацию Селены графиня Орлэнг тут же выступила вперёд:

– О-хо, вызываешь меня на поединок? Если хочешь, пойдём и сразимся прямо сейчас.

– Не откажусь.

Естественно, их шаги тут же направились в сторону мишеней.

Люди, собиравшиеся на охоту, уехали, а остальные собрались под навесом, создавая атмосферу чаепития. Если не считать слуг, разносивших закуски, поляна опустела до такой степени, словно замерла в ожидании чего-то.

После того, как они повеселились, наблюдая за соревнованиями, никто не проявил интереса к Селене и графине Орлэнг.

«Мне не хочется привлекать внимание, поэтому это даже хорошо.»

– Как ты себя чувствуешь после того? Похоже, у тебя всё ещё всё отлично.

– Я хорошо провожу время. Герцог всё ещё рядом.

Графиня Орлэнг улыбнулась, принимая лук у слуги:

– Ты, должно быть, нервничала из-за того, что было сказано в тот день?

«Кажется, она думает, что я напала на Кальциона, чтобы разрушить беспокойство того дня. Это было преувеличенное представление, но не думала, что игра может быть воспринята как тревога.»

– Как говорится, человеческое сердце – это не то, что может быть видно глазам.

– Я бы сказала, что это не так. Хочешь стрелять первой? – спросила графиня Орлэнг, закончившая подготовку во время разговора. Она казалась довольно уверенной.

– Да, тогда, я не откажусь, – Селена не отказалась от этого внимания и сделала шаг вперёд. – Сколько раундов мы будем проводить?

– Сколько выстрелов ты можешь сделать? – в этот раз провоцировала графиня Орлэнг.

– Примерно сотню, но это займёт слишком много времени, так как насчёт десяти?

– Отлично, – графиня Орлэнг с энтузиазмом приняла это.

Десять раундов – десять выстрелов.

Но этим всё не закончилось.

– Просто соревноваться неинтересно, поэтому как насчёт того, чтобы проигравший исполнил желание победителя? – предложила Селена с уверенностью, что им не будет скучно.

– Тоже отлично, – графиня Орлэнг также была уверена, то ей будет нескучно.

– Что, если будет ничья?

– Тогда у нас будет матч-реванш на моей вечеринке.

«Не собираюсь заканчивать матч вничью, даже если умру,» – Селена сделала первый шаг.

Это было попадание.

– Твоя поза незнакома, но навыки хороши. Где ты училась? – даже глаза графини Орлэнг горели.

– Я быстро поняла, что охотничьи соревнования – возможность получить славу.

– Выглядишь как гений.

– Я бы согласилась, – слегка улыбнувшись, Селена отошла в сторону.

– Даже гению нужен хороший учитель. Ты училась у него?

– Так и было.

– Хо-о, ты училась у своего любовника. Это также неожиданно.

– Кажется, что всякий раз, когда я говорю что-то о Герцоге, Вы удивляетесь. Каким он был раньше?

Графиня Орлэнг посмотрела на Селену острым взглядом и медленно ответила:

– Он был равнодушен. Ко всем вещам и людям в мире, – подумав, она ещё добавила. – Дело не в том, что я обвиняю его, но было много людей, что пострадали из-за него. Не все вокруг него были такими сильными, как ты, Селена.

Танг, – стрела графини Орлэнг также попала в центр мишени.

«Неожиданно появилась возможность спросить про Ирэль,» – вздохнув, Селена поменялась с женщиной местами.

– Вы говорите о леди Ирэль, которая чуть не вышла замуж за Герцога?

– На мой взгляд, у леди баронессы было очень мягкое сердце, – графиня Орлэнг не уклонилась от упоминания Ирэль.

Селена могла упустить возможность услышать мнение графини Орлэнг:

– Поскольку я заняла её место, то отовсюду слышу о ней. Но кто-то говорит о ней, как об идиотке, что не могла произнести ни слова, а кто-то как о редкой проститутке. Кто же из них более прав?

– Это светский мир, в котором мгновенно распространится слух о том, что ты пригласил кого-то в свою постель, просто бросив на него взгляд. Никто не знает о правдивости слухов.

– Как же тогда правда отражается в глазах Графини?

«Графиня Орлэнг – человек, от которого, в нынешних обстоятельствах, можно ожидать наиболее объективной оценки Ирэль. Поскольку между ними нет связи и жалеть не о чём.»

– Не знаю. Я не та, кто был заинтересован в ней… Но помню слухи, к которым мне приходилось прислушиваться.

«Точно, невозможно ничего не знать.»

– Я помню её как человека, который как-то пытался приспособиться к светскому миру… и всё шло совсем не гладко. Думаю, её сильно игнорировали из-за того, что она была так неуверена в себе.

– Чем более слабой ты выглядишь, тем больше страдаешь.

– Точно. В то время ей, должно быть, нужно было плечо, на которое можно опереться. Когда появлялся кто-то, кто относился к ней лучше остальных, она сразу же открывала своё сердце и цеплялась за него.

«Тонущий человек не может сказать, что он поймал: спасательный круг или водоросль, которая утянет его в воду. Всё, что видела и хватала Ирэль, должно быть, было водорослями.»

– Думаю, были люди, которые с самого начала преднамеренно приблизились к ней, чтобы предать.

Стрела Селены, наполненная гневом, полетела к цели. В этот раз она пронзила центр сильнее, чем предыдущая стрела.

– Да, я думаю так же. Они вроде бы вместе, но в какой-то момент разлучаются друг с другом. После нескольких подобных повторений, кажется, что в конце концов этой женщине было некуда деваться.

Застонав, Селена низко спросила:

– Тогда в конце вокруг леди Ирэль никого не осталось?

– После этого были мужчины. Они были осторожны из-за слов «женщина герцога Ренберд», но после того, как её коснулись несколько раз, им, должно быть, стало легче.

– Ха… – вздохи сменялись вздохами.

«История Ирэль шла именно так.

Сплетни Джуны были не до конца точными. Это правда, что она была слабым человеком, но также верно и то, что она была робкой. И Ирэль была человеком, который легко попадался на малейшую доброту к себе, и поэтому она цеплялась за стольких мужчин.»

– Ситуация могла ухудшиться.

«Будущее было хорошо видно,» – Селене стало так душно, словно её грудь наполнилась едким дымом.

– Да, это было так тревожно, когда наблюдаешь это со стороны. Кроме того, её репутация резко упала.

«Уже слишком поздно, но мне хочется остановить её, пожалуйста, не делай этого. Ирэль пошла по худшему пути в своей жизни к самому дну.

Я бы предпочла рухнуть замертво от яда. Она же отказалась от себя.

Секрет слов «будьте осторожны с мужчинами» раскрыт.»

– Если бы рядом с ней был хоть один человек, этого бы не было. Если бы у неё был хоть один человек, на которого она могла опереться, – помимо выяснения виновного, это было просто человеческое сочувствие.

Услышав бормотание Селены, графиня Орлэнг отвела взгляд от мишени и обернулась:

– Леди Селена – замечательный человек.

– Что? Я?

– Обычно немногие люди испытывают хорошие чувства к человеку, с которым ранее не встречались. Похоже, тебе и правда очень жаль юную баронессу.

– А…

«Разве это не шаги взад и вперёд, противоречащие тому, что было до сих пор?» – спина Селены напряглась.

– Так даже лучше.

Её сердце бешено стучало от каждого слова графини Орлэнг.

– Ты должна быть осторожна. Особенно когда имеешь дело с Его Высочеством Кронпринцем, – глаза графини Орлэнг встретились с широко открытыми глазами Селены и в них загорелся предупредительный свет.

Интуитивно она почувствовала, что графиня пытается что-то сказать ей.

– Почему? Что не так? Нет, что может случиться?

– Это…

Это произошло в момент, когда графиня Орлэнг только открыла рот.

Пинг, – послышался звук, подобный тому, как будто кто-то натянул резинку возле уха Селены и отпустил её.

«Что?» – она покачала головой, и её ухо защипало.

Словно ухо Селены укусило какое-то насекомое, она подняла руку, чтобы проверить его. А когда посмотрела на свои пальцы, те оказались красными.

– О?

Внезапно время в мире замедлилось.

Когда Селена заморгала, то ощутила, как края ресниц касаются её кожи.

Маленькие осколки слёз, брызнувшие из её глаз, полетели в воздух.

Бэнг, – послышался звук чего-то острого, пронзающего плоть.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 101

Глава 101.

Селена протянула руку к графине Орлэнг, падающей рядом. Но это было слишком поспешно. Она не смогла удержать центр тяжести, поэтому они упали вместе.

Обе женщины с грохотом упали на землю. Колющая боль пронзила локоть и колено Селены.

И только после этого мир вернулся к привычному течению времени.

Селена вскочила и осмотрела тело графини Орлэнг. Долго искать не пришлось, на глаза мгновенно попала воткнутая в грудь стрела.

Кровь во всём теле Селены замерла от шока, а вот грудь графини Орлэнг заливала её же тёплая кровь.

– А, а-а, Гра-графиня. Графиня. Графиня!

Через удар сердца раздался её крик.

Только ответа от графини Орлэнг не последовало. Та лежала с закрытыми глазами и на её лице не было никакого удивления. Лишь мгновенная бледность разлилась по лицу женщины.

Человек перед Селеной упал, подстреленный стрелой. Возможно даже умер.

Но всё, что она могла делать, это кричать, видя, как графиня истекает кровью.

– Отойдите с дороги!

– Сюда!

– Леди, идите сюда!

Услышав крик Селены, словно сигнал, сопровождающие бросились к ним двоим.

Эскорт графини Орлэнг оттолкнул Селену, а её собственный эскорт увёл Селену в безопасное место.

Кровь и смерть были знакомы им. Поэтому даже в такой ситуации они были спокойны и делали то, что должны.

Селена же так не могла. Когда эскорт графини Орлэнг оттолкнул её, она поняла, что лучше молчать.

«Здесь я не могу ничем помочь, а криком и мельтешением под ногами лишь помешаю.»

Чем больше Селена думала об этом, тем больше чувствовала, что должна что-то сделать.

«Но если я останусь на месте, то смогу чем-то помочь,» – подавив желание двигаться, Селена продолжала безостановочно бормотать себе под нос.

Она стала той, кто не может говорить, кто не может кричать, лишь стоит и дрожит, как слепой, открывая и закрывая рот, из которого не вылетают звуки.

Эскорт с обеих сторон радовался, что Селена не плакала и безостановочно не повторяла: ‘Всё в порядке?’.

Когда случалось что-то подобное, эскорт изо всех сил старался успокаивать хрупких аристократок, которые впадали в истерику от шока. Внешне она была испуганной и бледной, но Селена отчаянно пыталась сделать что-то, чтобы исправить ситуацию. И за это они были благодарны ей.

Как только эскорт выходил вперёд, подобные типы атаки обычно не следовали вторым или третьи раундом, однако они не могли потерять бдительность.

Эскорт прикрывал Селену, которую оттащили назад, направляясь к палатке.

Селена шла так, словно её тащили за собой. Она даже не знала, что её ноги двигались.

Шаги проходящих мимо и бегущих людей глухо отдавались в её ушах, словно шлепки камней по воде. Звук рожка также был тихим, как вибрация на воде, сообщая о случившемся тем, кто был на охоте.

Как только они вошли в палатку, Селена рухнула на стул.

Она не могла вспомнить ничего, что видела на обратном пути. В её сознании была лишь графиня Орлэнг, упавшая у неё на глазах, и стрела, воткнутая в её грудь.

Выпив воды, которую принесла ей горничная, Селена смогла спросить о ситуации:

– Что произошло? Кто стрелял?

Эскорт, охранявший её, покачал головой:

– Нет никакой определённой информации. Это могла быть стрела, вылетевшая с охоты в лесу, или это мог быть мужчина, или женщина.

– Виновник?

– Отслеживается.

Мало-помалу Селена смогла нормально соображать и осознать разумный ответ на слова эскорта:

– Графиня Орлэнг, у неё всё в порядке…

«Её ранили только в грудь и всё. Нужно проверить, жива она или мертва,» – Селена в спешке пошатнулась, вставая, но едва она сделала это, один из эскортов надавил на её плечи, снова усаживая.

– Даже если Вы пойдёте сейчас, Вы не сможете подойти. Будет контролироваться каждая деталь, пока графиня Орлэнг не очнётся.

– А… – именно тогда Селена поняла, что графиню лечит врач. – Думаю, я ещё не пришла в себя.

Селена закрыла лицо руками и уткнулась лицом в колени. Её дыхание было густым, как кровь. Ей казалось, что она вот-вот утонет в липком воздухе.

Едва услышав звук хлопающей ткани палатки, Селена вскинула голову.

– Селена! – Кальцион, лицо которого выглядело так, словно в него попала стрела, рухнул на пол, опускаясь на колени перед стулом Селены.

Он едва слез с коня, потому что лук и дротики продолжали висеть на его теле.

– В порядке? Ранена?

– Я в порядке.

– Было тайное нападение.

– Не на меня, а на графиню Орлэнг. Стрела, сердце…

Вид падающей графини Орлэнг снова заполнил сознание Селены. Лицо Кальциона расплылось, словно закрывалось фоном.

– Приди в себя, – когда Кальцион схватил её за руки и встряхнул, остаточные образы, заполнявшие сознание Селены, рассеялись.

Кальцион, который смотрел на неё с бледным лицом, снова появился.

– Селена.

– Хёк… – когда Селена открыла рот, чтобы ответить, всхлип вырвался так, словно был вздохом.

– Нет необходимости заставлять себя отвечать. Просто дыши.

Только услышав слова Кальциона, она поняла, что задержала дыхание.

Сознательно набрав полные лёгкие воздуха, Селена повторила это движение. Между тем, Кальцион, сидящий напротив неё, ни на мгновение не сводил с неё взгляд.

– Ху… ху-у……

Как только Селена вернула дыхание, Кальцион также встал.

Слуги окружили его, снимая колчан со стрелами и дротик. Оставляя лишь броню. Поскольку ситуация оставалась опасной.

– Не уходите сразу, – Селене ничего не оставалось, поэтому она тут же встала. – А!

Хоть она и позаботилась о своём разуме, но её шокированное тело всё ещё не пришло в себя. Вопреки воле Селены, в её ногах не было силы, и она чуть не рухнула.

Кальцион, находившийся в нескольких шагах от неё, приблизился к девушке быстрее, чем эскорт рядом с ним, и подхватил Селену.

– Я понесу тебя.

Для Кальциона было лучше взять её на руки и идти широкими шагами, чем идти медленно, помогая Селене опираться на него.

Селена, не дрогнув, обвила шею Кальциона руками.

Его тело помнило, как нести Селену. Запоминание того, какую силу прикладывать к рукам и плечам, где располагать центр тяжести тела, откладывалось на уровне бессознательности. Это было настолько естественно, что для Кальциона мало чем отличалось от фехтования.

– Боже мой, что это было? Несчастный случай?

– Даже если обратить внимание, подобные вещи случаются время от времени…

– Что произошло во время охоты?

– Тс.

Едва они вышли из палатки, как гул донёсся до их ушей. Также было много взглядов, которые приковались к Селене, как к главной героине случившегося.

Селена уткнулась лицом в шею Кальциона. Она не хотела, чтобы её видели люди.

Однако уже собравшиеся взгляды ни на мгновение не отступали. Селена была благодарна Кальциону, который продолжал двигаться вперёд, словно ничего не чувствуя.

Так совпало, что по пути к каретам оказалась палатка графини Орлэнг. Эскорт уже плотно окружил палатку.

Селена не могла оторвать обеспокоенный взгляд от палатки, когда её проносили мимо, но тут изнутри вышел человек, похожий на врача.

Если бы он выглядел занятым, Селена не обратила бы внимание, но врач вздохнул у входа в палатку и выпрямил спину.

«Возможно, стоит спросить у него пару слов?»

– Подождите, – Селена спрыгнула с рук Кальциона и подбежала к доктору. – Графиня, как Графиня?

Доктор отступил на шаг от неожиданно появившейся женщины. Но было ясно, что она не могла быть подозрительным человеком.

– К счастью, удалось избежать критической точки. Всё, что осталось, надеяться на её выносливость и стойкость.

– А-а…

«Он не сказал, что она умерла, значит, всё обошлось,» – Селена вздохнула с облегчением, лишившись остатка сил и прислонившись к груди Кальциона, который подошёл к ней со спины.

По мере того, как напряжение ослабевало, у неё кружилась голова и начинало трясти.

– Она пришла в сознание? – спросил Кальцион от имени Селены.

– Ещё не пришла в себя. Какое-то время она не сможет проснуться, поскольку для лечения использовалось снотворное.

– Вот как.

«Поскольку она не пришла в себя, а доктор закончил лечение, нам двоим незачем заходить в палатку графини Орлэнг. Помогло то, что я быстро отступила и прекратила суету.»

Когда Селена обернулась, вход в палатку снова открылся. Естественно, её взгляд приковался туда.

Из палатки вышел Кронпринц.

Удивлённая неожиданным появлением принца, Селена поспешно склонила голову.

– Я немного расспросил об этом. Кажется, это произошло прямо у тебя на глазах.

– …да.

– На охотничьих соревнованиях всегда есть риск несчастных случаев. Как бы вы ни были осторожны, подобное случается время от времени. Жаль, что это случилось с графиней, которой нездоровилось, и из-за этого пропустила охоту.

– Да… – Селена просто повторила ответ, «да, да», это было самым здравым вариантом.

– Очень прискорбно, что такой неожиданный инцидент произошёл на охотничьих соревнованиях, организуемых королевской семьёй. Если что-то понадобится для выздоровления графини, спрашивайте у меня.

Кронпринц выдал инструкции человеку, который оказался подчинённым графини. Это было вполне здраво, но выглядело довольно странно, поскольку это был «Кронпринц».

Человек, с которым все предупреждали её быть начеку, выглядел перед Селеной нормальным и красивым.

Закончив выдавать указания слуге Графини, Кронпринц повернулся к Селене и сделал грустное выражение лица.

– Вы, должно быть, очень шокированы. Я принёс вам самую красивую дичь, но не думаю, что вы захотите сейчас слишком изумляться, поэтому отдам вам её в следующий раз.

– Да… благодарю Вас.

– Тогда идите и отдохните.

Лишь когда она обернулась, Селена поняла, что Кронпринц не сказал ни слова Кальциону, стоящему за ней.

Однако вместо того, чтобы усомниться в этом, она захотела выбраться отсюда.

Кронпринц долго следил взглядом за ними, уходящими быстрым темпом, словно они сбегали.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 102

Эскорт двигался вместе с ними к карете так, словно за ними гнались.

– Виновный, – коротко спросил Кальцион.

– Совершил самоубийство.

– Намеренно?

– Да.

– Цель.

– Направление стрелы сильно сбилось из-за ветра. Нет уверенности.

Кальцион нахмурился и щёлкнул языком:

– Принадлежность?

– К тому же убийце, что был в ванной городка.

Селена, слушающая отчёт эскорта, затаила дыхание.

«Кронпринц точно сказал, что это был несчастный случай.

Ему должны были предоставить аналогичный отчёт, так почему же он использовал слова «несчастный случай»?

Он руководил всем этим и сделал вид, что ничего не заметил?

Если это был убийца, принадлежащий к той же группе, что убийца, который пытался убить меня в том городке, возможно, в этот раз они снова были нацелены на меня.»

– Если не на Графиню… значит за мной?

– Возможно, им нужно было действовать быстро. У тебя с Графиней был важный разговор?

– Кронпринц… мы заговорили о Кронпринце…

«Точнее, не успели заговорить. Это случилось, когда разговор только собрался затронуть его. Идеальное время, чтобы заставить замолчать.

Если это попытка замолчать, то она должна была быть направлена на меня. Обе стрелы были выпущены в одном направлении.»

Волосы Селены снова зашевелились.

Кальцион сел в карету и прижал голову стонущей Селены к своему плечу:

– Не думай об этом сейчас. Это не тот вопрос, ответ на который найдётся, если думать.

Селена кивнула и положила голову ему на плечо. Головокружение не желало легко отступать.

Эпизод 10. «Настоящий преступник.»

– Приехали? Вы вернулись рано.

Охотничьи соревнования проходили днём, а готовили и съедали добычу лишь после захода солнца. Выпивка и песни лились у костра, занимая не один час.

Обычно аристократы возвращались лишь около восхода солнца, но сейчас ещё не наступил даже обед.

Миссис Джанет также была озадачена поспешным возвращением Герцога. Однако, увидев, как ожесточено лицо Кальциона, держащего Селену, она быстро отступила:

– Я подготовлю ванну.

– А Джуна?

Селена поймала Джуну за хвост, когда та пыталась извернуться. Джуна была штатной горничной Селены. Неважно, сколько ей ещё нужно было сделать, услышав новость о возвращении Селены, она должна была выйти вперёд всех.

«На карту поставлена моя собственная жизнь. Теперь каждая крупица информации, которая есть у Джуны, важна.

Но она не появилась. Надеюсь, она не убежала.»

Нервы Селены были так взвинчены, что всё тело было напряжено.

Миссис Джанет же ответила равнодушно:

– Всё ещё работает.

– Работает…? – брови Селены дёрнулись.

Это была более бурная реакция, чем обычно. Её низкий голос кипел так, словно она вот-вот взорвётся.

– Если ничего не происходит, то в такой ранний день каждый, вероятно, будет поглощён непосильной работой, выданной лично тебе.

Приказ отмыть всё столовое серебро был отдан намеренно на случай побега Джуны. Это был метод, который Селена придумала из-за дилеммы, поскольку было невозможно выборочно ограничить её. Словно просто наказание за непослушание в прошлом.

В глазах миссис Джанет, которая не знала об этом обстоятельстве, потому могла посчитать суровым.

– Поэтому она не смогла выйти, прямо сейчас работает.

– Если это так, мне нужно подтверждение этого.

– Хорошо. Вы можете пойти и посмотреть сами.

«У неё не должно быть времени связаться с кем-то, с кем она сотрудничает, и сбежать.»

Селена спустилась с рук Кальциона и направилась на кухню.

«Прежде чем покинуть особняк, я проверила комнатку, примыкающую к одной стороне кухни, и проверила , нет ли возможности сбежать. И наблюдение должно работать отлично.»

Когда Селена вошла в кухню, горничные, которые стояли и бормотали что-то, в изумлении обернулись. Когда они поприветствовали её, Селена открыла дверь в подсобку кухни.

– Ах…!

Внутри были горничные, которым поручили работать с Джуной и которым была доверена роль наблюдателей, усердно полирующие столовое серебро.

Одновременно руки испуганных внезапным открытием двери горничных замерли. Джуны среди них не было.

Красно-белые краски взорвались в голове Селены. Ей пришлось проморгаться, чтобы избавиться от цветных пятен, которые мешали ей видеть то, что происходит впереди.

– …а где Джуна?

– Она ушла в ванную, сказав, что у неё расстройство желудка… она всё ещё… в ванной, – ответили горничные, но их слова были расплывчатыми, потому что они не были уверены.

– Куда вы смотрели?

– Вы сказали, что это нужно закончить сегодня… у нас не было времени пойти проверить, потому что мы работали…

– Ха-а… – вздохнула Селена, касаясь своего лба.

Когда утром она привела Джуну на кухню, Селена приказала: ‘Работайте вместе’ и ‘внимательно следите, чтобы она не бездельничала’. Этот приказ был отдан, зная, что горничные умеют распределять работу между собой. К тому же, Селена просто не могла сказать: ‘Просто наблюдайте за ней, чтобы она больше ничего не делала’.

«Я думала, что если скажу так, то на Джуну будут смотреть как на исключительную горничную, которая отослана отдохнуть.

Не уследили. Потому что Джуна оказалась более ядовита и хитра, чем ожидалось, а эти горничные слишком мягкотелы.»

– Когда она ушла?

– Некоторое время назад…

– Некоторое время назад.

– Прошло совсем немного времени, как она ушла! – в ответ на жестокий тон Селены за то, что они упустили её, закричала горничная.

– Ха… – ещё раз вздохнула Селена.

«Если прошло не так много времени, то она не сбежала далеко, но если обратное… Сейчас не время обыскивать особняк сверху донизу, чтобы найти её.

Если нет причин для поисков, то и нельзя отдать приказ на это,» – Селена покачала головой и обернулась.

Миссис Джанет, следовавшая за ней, смотрела на Селену, не скрывая недовольства:

– Не знаю, когда я успела передать вам права по управлению горничными.

– Джуна – моя горничная.

– Тогда почему вы отдаёте приказы, выходящие за рамки этих обязанностей? Это обязанности управляющей особняка – выдавать подобные распоряжения.

Именно из-за её положения «гостя» миссис Джанет продолжала оставлять Селену без уважительного обращения. Тогда как ты гость, ты не мог нарушать права, что есть у миссис Джанет.

Выражение лица Селены было не самым приятным от того, что она понимала это, но не могла легко отмахнуться от того факта, что они упустили самого важного свидетеля и доказательства.

– Тогда вы не должны доводить до того, что гостье приходилось выходить и делать всё самостоятельно.

– Простите?

«До меня Джуна была горничной, активно участвовавшей в обслуживании Ирэль. Принимая во внимание честь семьи, она должна была тщательно найти нить, связанную с Лирэль или исключить это.»

– Если бы вы выяснили, чьи приказы выполняет эта девушка в этом доме и приняли бы меры, я бы не стала выходить вперёд.

– Что… какие приказы? – неважно, каким гордым было сердце миссис Джанет, но сейчас она была так растеряна, что начала заикаться.

Вот только гнев Селены достиг вершины, и она просто перестала себя контролировать:

– Говорите, что честь Ренберд важнее всего, но не делаете ничего, чтобы хорошо управлять внутренними делами Ренберд, может пора перестать цепляться и зацикливаться лишь на Герцоге?

– Его Превосходительство – глава Ренберд.

«Независимо от того, какое давление оказывается на неё, она никогда не колеблется в этом.»

Фыркнув, Селена покачала головой:

– Для чего вы повторяете это? Как главная горничная, делайте всё возможное для управления горничными. Не ведите себя как мать Герцога, – Селена не могла сосредоточиться на чём-то одном, поэтому выплёвывала всё, что приходило ей на ум.

В результате скрытая правда, знание которой она скрывала, не осознавая этого, вырвалась наружу.

Миссис Джанет, которая переменилась в лице, напряглась, вытянувшись так, словно проглотила кол. Селена, увидевшая это, также напряглась.

Она вышла из кухни, а миссис Джанет ничего не возразила ей. Им было неловко смотреть друг на друга, поэтому они стремились поскорее разойтись.

*****

Селена смогла сесть на диван лишь после того, как плотно закрыла дверь и услышала шаги охраны, занимающей место за дверью.

Ощетинившиеся нервы больше не выдерживали, поэтому она тут же вскочила и зашагала по комнате:

– Герцог, что вы думаете о миссис Джанет?

– Надёжный человек, – уверенно ответил на вопрос Кальцион, хоть и не понимал его сути.

– Кажется, это правда. Но в моих глазах, кажется, она более одержима Герцогом, чем предана этой семье.

– …вот как? – Кальцион, истинный Северный Герцог, был тем, кто не замечал этого.

Миссис Джанет была просто человеком, который заботился о каждом уголке жизни Кальциона. Но так же она была человеком, присутствие которого не ощущалось, поскольку миссис Джанет была естественной частью жизни Кальциона. Поэтому он не предавал ей особой ценности, как вдыхаемому воздуху, и не думал о ней с какими-либо эмоциями.

Если миссис Джанет когда-нибудь исчезнет, останется пустота, но сейчас Кальцион не задумывался над этим. Когда орган в теле поражён, ты можешь оглянуться на то, каково было, когда он работал чётко.

– Как миссис Джанет попала на работу в Ренберд?

– Это было очень давно, – пробормотал Кальцион, стягивая с плеч плащ.

У него не было другого выбора, кроме как снимать его своими руками, потому что слуг поблизости не было.

– Я помогу вам, – Селена, наблюдавшая за этим со стороны, подошла и помогла мужчине.

Даже несмотря на снятие плаща, Кальциону нужна была помощь в снятии доспехов.

Благодаря её помощи разобраться с ними не составило особого труда. Селена начала снимать доспехи, но не стала поднимать на него взгляда.

– Это было ещё до моего рождения. Я слышал, что мой отец, бывший герцог Ренберд, нанял её после своей свадьбы в столице, когда отправлялся в Силэнзу.

– По дороге домой?

– Я не знаю подробностей, но, кажется, у неё были проблемы. Он не смог оставить её, поэтому забрал в замок Силэнзы, а она умоляла его оставить её работать горничной, говоря, что не хочет возвращаться в Мэрин, поместье её мужа, поэтому её оставили здесь.

– Были проблемы?

– Я не слишком внимательно слушал это, поэтому не помню…

– Значит, с тех пор она живёт в замке Ренберд? В качестве горничной.

– Всё-таки она аристократка, поэтому не могла быть самой низкой горничной, поэтому когда-то начинала как моя няня.

– Начинала?

«Если тебя наняли няней, разве ты не остаёшься ей, пока воспитанник не станет взрослым, если не произойдёт что-то серьёзное?»

– Я слышал, что моя мать была сильно против этого, поэтому, в итоге, её сделали моей личной горничной.

– …разве это не странно?

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 103

– Что? – выражение лица Кальциона говорило о том, что он ничего не понимает.

Однако для Селены это ситуация и отношения были странными.

«Бессердечная Герцогиня и мать, которая была сосредоточена только на светских вечеринках и украшениях, была против няни? Она заставила Кальциона вырасти, не позволяя показать слабость, даже когда тот болел, но была против няни, хотя в итоге связала ту со своим сыном.»

– Они не так хорошо ладили, так почему же позволила остаться ей как личной горничной?

– …ну, – Кальцион вообще ничего не понимал.

У него появилась мысль о том, что Селена ударилась головой, но это была беспочвенная мысль.

«Это не то, что просто отбросить, но нужно пока отпустить это.»

– Понятно, что у миссис Джанет есть секрет… У нас нет возможности выяснить это прямо сейчас, поскольку сначала нам нужно найти Джуну.

– Это произошло не так давно, поэтому мы скоро всё узнаем.

Даже если Селена ничего не сказала, Кальцион уже приказал найти Джуну, пока они шли в комнату.

– С самого начала нужно было выставить охрану.

– Кадры не безграничны. Это было бы легко, если бы мы были в Ренберд, но рабочей силы в Мин недостаточно, чтобы оставить наш с тобой эскорт нетронутыми.

– Если бы не эти охотничьи состязания.

«Неудачное время. Это были охотничьи соревнования, поэтому эскорт для нас обоих нельзя было ослаблять. Даже с эскортом рядом сегодня произошло подобное,» – Селена хмыкнула, снимая с Кальциона доспехи, и обнаружила след, который привлёк её внимание.

«Я точно помню, что не было никаких следов, когда одевала его, но сейчас здесь острые царапины,» – когда Селена дотронулась до доспеха кончиками пальцев, оказалось, что они не только поцарапаны, но и в железной пластине были небольшие вмятины.

– Что это?

– …а, – возможно, Кальцион забыл об этом, поскольку отреагировал с опозданием в полсекунды.

Селена вспомнила слова о том, что ‘что-то случилось на охоте’, гуляющие среди людей, которые перешёптывались, когда она выходила из палатки.

– Что случилось с Герцогом во время охоты?

Тремор вернулся к кончикам её пальцев, которые лежали на царапинах на броне Кальциона.

– Было нападение. Это выставили ошибкой во время охоты, но направлением, куда целились, определённо был только я.

– Да? Значит в вас попала стрела?

– Я заметил, что она летит, и намеренно отклонил её. Вот и всё.

«Пи-

Я уже слышала это.

Кальцион говорит легко, словно стрела попала на него во время тренировки, но смысл в том, что на него напали.»

Рука, лежащая на мужских наручах, беспомощно опустилась.

– Селена? – Кальцион позвал её, но у той не было сил даже шевельнуть губами.

В глазах потемнело.

– …хо, – когда Селена снова открыла глаза, она прислонялась к груди Кальциона.

– Очнулась, Селена?

– Очну… лась.

– Ты внезапно осела.

– А… – зрение девушки полностью вернулось, но вот в теле не было сил.

Селена потянулась к руке Кальциона. След на наруче был таким же.

«Это доказательство того, что не только графиня Орлэнг, но и Кальцион мог быть в таком же состоянии.»

– Где были ранены… – едва подняв слабую голову, Селена посмотрела вверх.

Вот только глаза Кальциона смотрели в другую сторону.

– Что это за кровь? – взгляд Кальциона был прикован к кончикам пальцев Селены.

Сейчас, когда он никуда не торопился, он заметил её. Обычно Кальцион заметил бы кровь на её руках ещё до того, как они сели в карету, но не сейчас.

Принимая во внимание опоздание, лицо Кальциона ожесточилось от сильного гнева.

– А, это. Сама того не осознавая, коснулась раны.

– Что? Какая рана? – внезапно его голос стал громче.

Осмотрев кончики её пальцев, он понял, что это за кровь, и принялся проверять спину и плечи Селены. Вскоре он обнаружил рану на мочке уха.

– …что это?

– Стрела пролетела, – специально сморщившись, смущённо ответила Селена.

– Стрела пролетела? Говоришь это так легко, пока истекала кровью? – голос Кальциона был полон гнева. Его горящие глаза смотрели лишь на мочку уха Селены.

– Я забыла…

– Забыла? Такое нельзя забыть. Как ты могла забыть это?

«Мочка уха не перед глазами, поэтому я и забыла о ней. Шок убирал всю боль,» – горло Селены сжалось от долгого нахождения под горящим взглядом Кальциона:

– Я была в шоке…

– Ты была так шокирована, что спросила о состоянии Графини, местонахождении горничной, прошлом миссис Джанет и даже побеспокоилась обо мне? В кого попала стрела?

– Пролетела мимо…

– Пролетела. Ты должна была сказать об этом сразу, – Кальцион был так зол, что чувствовал себя виноватым. Извиняться было не за что, поэтому ему было труднее понять, как отпустить это.

– Начинает болеть.

В конце концов, Селена решила использовать хитрость.

Удивительно, но на Кальционе она сработала на удивление хорошо.

– …сначала нужно промыть.

Даже сейчас он просто замолчал и позволил уйти от разговора.

Кальцион встал, удерживая Селену на руках. Девушка быстро обхватила его за шею. Кальцион прошёл в ванную, как обычно, ни разу не дрогнув во время пути.

В ванной была лишь подготовленная к купанию ванна, без какого-либо намёка на прислугу. Причиной этого было несколько поступков Селены.

Кальцион усадил Селену на массажную кушетку и принёс полотенце и лекарство. Он тронул мочку её уха и посмотрел на цвет её лица:

– …не больно?

Кальцион прикасался так легко, что Селена даже не знала, что он коснулся её.

– Да. Вы точно притронулись? Я ничего не почувствовала.

– Но если я надавлю, будет больно.

– Всё в порядке. Можете не беспокоиться, – Селена решительно откинула назад волосы и подставила Кальциону ухо.

Кальцион осторожно стёр кровь полотенцем. Засохшую кровь пришлось протирать несколько раз, прежде чем она стёрлась.

– …ух.

Как он и сказал, от продолжительных прикосновений ухо начало печь.

Когда Селена передёрнула плечами, пытаясь стерпеть боль, Кальцион погладил её по спине. Утешая её, он вытер кровь и наложил лекарство.

– Хотелось бы, чтобы в будущем ничего подобного не было.

– Никогда не будет, – слова Кальциона были близки к клятве. Словно он собирался убедиться, что этого не произойдёт.

– Но если на меня кто-то нацелился… Что, если это был Кронпринц?

– Не волнуйся, я остановлю это, даже если придётся убить Кронпринца.

Селена засомневалась в своих словах из-за слов, которые прозвучали так легко:

– …простите, но разве это не будет изменой?

– Поэтому я должен сделать всё возможное, чтобы не оставлять бесполезных вещей для обвинения в измене, – без колебаний ответил Кальцион.

«Я не знаю, кто из них Кронпринц, а кто Герцог.»

– Но нет подтверждения, что это Кронпринц.

– Слишком большая вероятность.

– Однако, если нет доказательств, вы ничего не сможете сделать.

«Убийство Ирэль и покушения – это ситуации, которые можно решить, лишь приблизившись к Кронпринцу и собрав доказательства.

Если остановиться сейчас, то смерть Ирэль и покушения на меня исчезнут как люди в лабиринте.

Однако приближение к Кронпринцу делает меня на шаг ближе к подземному миру…»

Внезапно Кальцион сжал её руки.

«Что?» – Селена посмотрела вниз и увидела, что её пальцы снова дрожат.

– А…

Столкнувшись со страхом смерти, сейчас её тело неудержимо дрожало просто от мысли об этом.

Кальцион крепко обнял Селену.

Селена уткнулась лицом в его грудь и обняла в ответ. Она верила, что пока в этих объятиях, то находится в абсолютной безопасности.

– …я впервые видела, как человек так падает, – пробормотала Селена в объятиях Кальциона.

Кальцион, словно понимая это, погладил её по спине.

«Удивительно, но у меня в жизни было не так много вещей, когда я видела несчастные случаи своими глазами. Уведомления об авариях приходят со всего мира, но редко случается, всего раз или два в жизни, чтобы это происходило прямо у меня на глазах. Есть много людей, которые никогда не увидят этого до самой своей смерти. Я была такой же.»

Было слишком шокирующе видеть перед собой человека, близкого к смерти, в принципе, как и саму смерть. Скорее, это было ещё более шокирующим, потому что это происходило на её глазах.

Пусть перед глазами Селены не стояла стрела в груди графини Орлэнг и кровь, вытекающая из раны, но видела кровь, окрасившую собственные руки.

Словно лечение закончилось, руки Кальциона остановились. Селена толкнула его в грудь и отодвинулась. Кальцион спокойно отстранился.

Селена посмотрела на свою руку, где под ногтями всё ещё оставалась засохшая кровь, которая не смылась.

Слёзы навернулись на глаза девушки, когда она увидела это.

Точно так же, как ребёнок, который никогда не плакал даже после падения и ранения, проливал слёзы, как только увидел своего опекуна в конце переулка, слёзы навернулись на её глаза, когда она оказалась в объятиях Кальциона:

– Передо мной чуть не умер человек.

– Это так.

– Если бы он ошибся хотя бы на сантиметр, Графиня действительно могла бы умереть или, нет, я могла бы умереть. Стрела застряла бы у меня в голове…

– Такого никогда бы не произошло, – обрывая бормотание Селены, Кальцион снова крепко обнял её.

Мысли девушки не могли пойти дальше. Вместо этого застывшие эмоции таяли в тепле его рук.

Спрятав лицо в объятиях Кальциона, Селена долго плакала.

Пока слёзы текли так, что вся его рубашка стала влажной, Кальцион не убирал силы из своих рук и сохранял позу их объятий.

– Должно быть, я слишком легкомысленно относилась к этому. Всё-таки был случай смерти одного человека, а я думала, что всё решится для меня так же легко и просто, как в кино.

То же самое думал и Кальцион, который действовал легкомысленно.

«До сих пор все расследования проводились подчинёнными, а не мной самим. Я не знал подробностей процесса, поэтому просто посмотрел на результаты и решил, что этого недостаточно.

То же самое было, когда я сделал Селене предложение, от которого она не смогла отказаться. Появилась хорошая возможность, и я легко размахнулся ею. Никто не мог предположить, что прямо на наших глазах повторится очередное жертвоприношение.»

– Это не ваша вина.

– Верно. Это была не моя вина.

«Нет ничего плохого в том, чтобы не уметь точно предсказывать будущее. Просто трудно принять настоящее и перестать винить прошлое. Я должен винить себя, потому что это может стать извинением за боль, которую она испытывает сейчас.»

– Ты сделала отличную работу. Больше, чем я думал, – похвалил он.

Несмотря на то, что Селена больше заслуживала наказания, это был первый раз, когда её похвалили за всё, что она сделала до сих пор.

Селена беспомощно подняла уголки губ и повернулась к Кальциону.

Словно хотела сказать ему, что прямо сейчас увольняется.

Глава 104

Информация, которую Селена раскрыла до этого момента, была огромной.

Выяснилось, что за всем стоял Кронпринц, а Розалин действовала по его приказам.

Сложилась ситуация, в которую Ирэль загоняли раз за разом, и что в неё был вовлечён весь светский круг, Джуна и миссис Джанет.

Это были секреты, которые Селена никогда не разгадала бы, не рискни своим телом. Это было достижение – раскрыть правду, которая была неизвестна миру и почти исчезла.

Поэтому, если бы она захотела уйти в этот момент, Кальцион активно бы помогал ей в этом. По крайней мере, сейчас он думал так.

Кальцион также подумал, что, возможно, на этом месте лучше остановиться.

«Расследование становится опасным. Ей и правда придётся рисковать своей жизнью, чтобы продолжить его.»

– Однако, я не сдамся до самого конца, пока не узнаю, что точно случилось с Ирэль, причинившей себе вред.

– Не нужно торопиться. Сейчас я знаю, с кем сражаться.

– Нет, не думаю, что смогу выдержать это, если полностью не выясню, что происходит. Если я вернусь вот так, не узнав, что случилось, то не смогу спокойно умереть.

Уход Селены с этой работы означал, что она вернётся в свой мир. Не зная, когда и как всё может обернуться, она не могла уйти, не увидев конец этого.

– …хорошо. Последуем твоему выбору, – тихо отступил Кальцион. – Но больше никаких ран. Никогда не рискуй своей жизнью.

Было уже слишком поздно связывать это с условиями контракта. Это была личная просьба Кальциона.

*****

Селене показалось, что её тело расслабилось от горячей воды и дрожь исчезла. Однако, как только холодная простыня коснулась её кожи, дрожь вновь вернулась, словно реагируя на температуру.

Даже если каждый из них лежал на своей подушке, этого нельзя было не заметить, пока они лежали в одной кровати и были укрыты одним и тем же пуховым одеялом.

Кальцион повернулся к Селене.

– Селена.

Даже мягкий зов стал шокирующим раздражителем для её напряжённого тела.

– Да?! Да. Да… что?

Кальцион молча протянул руку и притянул к себе тело Селены. Лёгкое тело оказалось рядом быстро, даже несмотря на то, что Кальцион приложил лишь немного сил в свою руку. Тело девушки, которое он без труда удерживал на руках, было стройным и лёгким.

Когда он обнимал Селену, дрожь передавалась его телу. Вместо этой дрожи Кальцион хотел передать ей температуру своего тела, но не имел возможности. Он бесчисленное количество раз проводил рукой по спине Селены, молясь, чтобы её дрожь утихла.

– Не нужно скрывать свой страх.

– Это выглядит слабостью.

– Достаточно притворяться сильной перед врагом.

Единственным надёжным союзником в этом мире для Селены был Кальцион. Человеком, у которого не было другого выбора, кроме как безоговорочно принять её сторону и взять на себя ответственность за свою безопасность. Он даже знал личную тайну Селены.

Это были временные отношения, пока сохранялся контракт, но было ясно, что сейчас он был самым надёжным человеком.

Селена обвила руками спину Кальциона и крепко притиснулась к его телу. Уткнулась носом в его грудь и вдохнула запах его тела, успокаивающий её мозг, как транквилизатор.

Духи, которые она распыляла после принятия ванны, были по вкусу Селене, но настоящий запах тела Кальциона был также хорош. Пусть это был запах человеческого тела, но это был прохладный, не тяжёлый аромат, который заставлял её задуматься о том, как мужчина мог так пахнуть.

– Так лучше?

Это казалось странным для Кальциона, когда Селена уткнулась носом в его грудь и сделала глубокий вздох. Он не обвинял, а спросил просто потому, что ему было искренне любопытно.

Селена ещё глубже зарылась лицом в его грудь, потёрлась носом, продолжая глубоко дышать. Это не имело смысла, но Кальцион оставил всё как есть.

«Если это успокоит её сердце, то нет ничего, что я не мог бы стерпеть.»

Селена всегда выглядела высокомерно и достойно. Её испуганный вид скручивал внутренности Кальциона.

«Сколько раз она уже была напугана и скрывала это?»

Всякий раз, когда Кальцион видел своих подчинённых ранеными, в его животе нарастало чувство в сотни раз превышающее дискомфорт. Он чувствовал, что если оставит подобное в покое, то его тело взорвётся.

Но сегодня было нечто большее. Дискомфорт, который бурлил в его теле, зашёл так далеко, что выворачивал все внутренности.

Кальциону казалось, что его кишки вот-вот взорвутся и ему было так больно, словно вырезали сердце. Боль была сильнее, чем когда Кальцион случайно оступился, двигаясь по горе и приземлившись у самого её основания.

Боль, от которой глаза Кальциона теряли зрение, обильным потом отдавалась по всему телу, когда он смотрел на Селену, дрожащую от страха.

Инстинктивно он хотел, чтобы страх Селены исчез, чтобы избежать этой боли. Кальциону казалось, что если Селена сможет забыть эти тяжёлые воспоминания, то он сможет всё.

Как долго он гладил Селену по спине? Внезапно Кальцион почувствовал, как её лицо отрывается от его груди, и он посмотрел на девушку:

– Я буду продолжать наблюдать. Не волнуйся, спи.

– Я не могу уснуть.

Так же было, когда её чуть не убил наёмный убийца во время их пути. Селена не могла заснуть из-за сильного напряжения и беспокойства.

В то время они смогли решить эту проблему ночной гимнастикой, но в этот раз не могли использовать этот метод снова. У Селены уже было достаточно физической активности, и тренировка друг с другом уже не была чем-то новым.

Тогда она смогла спокойно уснуть не потому, что устала от простых упражнений, а потому что получила новый стимул. Когда ты делаешь что-то новое, ты отвлекаешься. Относительно быстро устаёшь, а перетянутые нервы постепенно расслабляются.

«Есть ли что-то новое и незнакомое для Селены?»

Когда Кальцион посмотрел на её лицо и погрузился в свои мысли, Селена вдруг задала вопрос:

– Разве Герцог на самом деле никогда не вступал в отношения?

– Почему вдруг этот вопрос?

– Для того, кто никогда не был в отношениях, кажется, что вы очень хорошо умеете утешать и обнимать девушку.

– Это благодаря твоему учению.

Кальцион не шутил, но Селена захихикала.

«Как бы то ни было, это лучше, чем дрожь.»

– Хм… тогда не отношения, а безответная любовь.

– Ничего подобного.

«Если бы он знал это, играть было бы немного легче, но ответ снова отрицательный.»

– Гм, тогда в юности. Когда кровь кипела, гормоны бурлили при виде женщин, неужели никогда не было ничего такого?

Речь шла о похоти.

По мере того как вопросы продолжались, Кальцион постепенно возвращался в прошлое. Вместо того чтобы легкомысленно сказать «нет», он действительно долго думал о том ‘Был ли я когда-нибудь таким?’.

– Не думаю, что было что-то подобное в отношении какой-либо конкретной женщины.

Но всё равно не мог вспомнить ничего такого.

Каким бы равнодушным ни был Кальцион, воспоминания о решающих моментах были яркими. Как первая встреча с Селеной на заснеженной горе.

«Это был момент, когда я подумал, что фея из легендарных снежных гор и правда существует.

Сейчас эта фея дышит прямо у меня на глазах. Она жива и разделяет температуру наших тел. С лицом, которое иногда заставляет забыть, что она человек.»

Не только внешность заставляла его ощущать Селену феей.

Черты лица, немного отличающиеся от других по меркам этого мира, – были одной из причин, но движения, подобные трепещущим цветочным лепесткам, голос, похожий на щебетание птиц, и глаза, каждый день создающие иллюзию взгляда на драгоценности, а также время их встречи, всё это играло большую роль.

Смотря в эти глаза, в которых словно находится ночное небо, Кальцион, казалось, понимал все тайны мира.

– А… – тонкий свет засиял в этих прекрасных глазах.

– ?

– Тогда, может, вы были нацелены на «мужчину»…?

– О чём ты?

– Нет. Значит, на «животное»?

– …

– …предметы?!

– Хватит.

«Что я сказала?»

Как у актрисы, пределы её воображения были невероятно огромны и развязны.

Кальцион мрачно посмотрел на Селену, которая мгновенно превратила его в извращенца.

Обычные люди не могли даже находиться рядом с Кальционом в такие моменты, а Селена не сводила с него глаз. Это было смешно, а ещё мило.

– Когда я был моложе, я был ещё более занятым, чем сейчас. Я даже не успевал смотреть по сторонам. С того момента, как я открывал глаза и до момента, как засыпал, у меня не было времени на отдых.

– Я думаю об этом каждый раз, когда слышу это, но по меркам моего времени – это жестокое обращение с детьми.

Кальцион слегка улыбнулся ворчанию Селены:

– Для меня это было естественными вещами. После того времени, я не знал, что то был период, когда казалось, что вот-вот взорвёшься от желания.

«Я слышал от Диона и знал об этом, но никогда не чувствовал. Подобно описанию Селены любви, это было плывущим облаком, заметным где бы то ни было, но не испытываемым в реальности.»

– То… есть. Вы упустили весь… опыт тех двух лет?

– Что? Ха-ха.

Это был вопрос, который он собирался задать Селене.

Поскольку Кальцион не так сильно интересовался женщинами, это был вопрос, который он ожидал сразу после того, как привёл её в Герцогство.

Кальцион вновь расхохотался, потому что был взволнован, а ситуация была забавной:

– Разве ты не знаешь, что с этим у меня нет проблем?

– Откуда мне знать, что… а, – Селена склонила голову, словно посреди разговора поняла что-то.

Она должна была понять это. Когда они просыпались каждое утро, обнимая друг друга, их бёдра естественно соприкасались друг с другом, и девушка не могла не чувствовать физические изменения Кальциона. Они делали вид, что не знают этого, а знание того, что они знают это друг о друге, было неописуемой тайной.

– Это… в любом случае, мы говорили о желании, это или о чём-то подобном. Ничего такого нет? – Селена снова покачала головой. – Нет, честно, смотря на красивую меня, вы не думаете о чём-то таком? Если только вы не асексуален.

– … – Кальцион потерял дар речи, не в силах сразу ответить.

«Что я должен сейчас ответить?

Если я признаюсь, что когда мы встречаемся лицом к лицу, я всякий раз попадаю в плен похоти, то выставлю себя извращенцем. Если не сделаю это, то задену её самооценку. Есть ли какой-то ответ, который может одновременно защитить и мою личность, и гордость Селены?»

Пока он думал, время шло.

Глава 105

Лицо Селены, смотревшей на Кальциона, медленно изменялось.

Это началось как шутка, но со временем Кальцион стал серьёзным.

Ответ на этот вопрос должен был быть коротким и быстрым. Если бы он ответил что-то в таком же формате, Селена просто рассмеялась бы.

– …возможно, я не так привлекательна, как женщина. Это первый раз, когда я осознаю это.

Сейчас, независимо от того, каким был бы ответ, Селена ощутила себя оскорблённой.

Селена повернулась, вырываясь из рук Кальциона.

– Ох, – у Кальциона закружилась голова при виде Селены, которая перекатилась на край кровати и легла, повернувшись к нему спиной.

Он даже не мог вспомнить, как они спали до того, как стали засыпать лицом к лицу. Вид Селены, ускользнувшей из его рук, словно пронзил Кальциона. На его коже будто появилось бесчисленное количество невидимых отверстий, похожих на игольные ушки, и Кальциону казалось, что с каждым вдохом ветер вырывается из его тела.

Однажды он услышал, как солдат говорил о проникающем ранении. Отверстие было толщиной с палец, но складывалось такое ощущение, что самый ледяной ветер середины зимы дует сквозь него.

Сердце Кальциона сейчас было таким. Ранения были невидимыми, но было ясно, что что-то пронзило его. Иначе его сердце не могло быть таким холодным.

«Нужно быстрее остановить это.»

Даже прижав руку к груди, Кальцион не мог сказать, где были дырки. Ветер не прекращался и замораживал каждую часть его тела. Холод, который мужчина никогда в жизни не ощущал, охватил всё его тело.

Перед глазами Кальциона стояла маленькая спина Селены. Это было тело, которое дарило тепло и уют, когда он обнимал её.

Кальцион протянул руки, словно одержимый.

– …почему, – спросила Селена, не став отстраняться, даже когда его руки со спины обняли её. Скорее замешкавшись, она прижалась спиной к груди Кальциона.

«…а,» – восхищение распространилось по сердцу Кальциона. Наконец-то одна из многочисленных дыр заделалась.

– Холодно.

– …холодно? Герцог?

Кальцион сам подумал, что это забавное оправдание, но реакция, которую он получил в ответ, была такой же. Однако он продолжил делать вид, что ничего не понимает, он лгал изо всех сил:

– Да. Обнимать тебя тепло.

Сначала ему было тяжело двигать губами, но теперь ложь слетала легко.

Актёрские способности Кальциона сейчас казались довольно хорошими. Селена была так удивлена, что даже повернулась к нему:

– Да? Правда? Вы правда не были ранены?

Дыра в груди Кальциона уменьшилась, когда Селена повернулась к нему лицом. Весеннее тепло окутало мужчину как весенний ветерок.

Пальцы Селены, касавшиеся головы и рук Кальциона, торопливо ища раненные места, были тёплыми.

Кальцион неконтролируемо ответил на нежность, которую не мог вынести, обнимая её.

– …а, – короткий стон сорвался с губ Селены, когда её крепко обняли.

– Я не ранен… Не на теле.

– Что случилось? – обеспокоенная этим, Селена великодушно приняла странное поведение Кальциона.

Как только поводья были ослаблены, зверь стал необузданным.

Кальцион уткнулся носом в место между шеей и ухом Селены, рядом с её затылком. Кожа девушки пахла сладко и мило, словно домашняя кошка.

«Действия Селены, когда она уткнулась лицом в мою грудь и вдыхала запах, имели смысл. Я хочу сохранить этот запах в самой глубине своего сердца,» – Кальцион глубоко вздохнул. Его дыхание было медленным.

– Ай, щекотно, – вздрогнула Селена и потёрла пальцами ноги другую ступню. Она хихикала и извивалась от каждого вздоха.

Но вместо того, чтобы отпустить, Кальцион крепче обнимал её. Казалось, ему нужно было коснуться всего её тела.

– Место, где вы ранены, кажется, ваша голова… – Селена, которая ворчала, вскоре сдалась, расслабляясь и кладя голову на Кальциона. Ей нравилось ощущение того, что его тело обвивалось вокруг неё.

– Возможно.

«Возможно, я сумасшедший от того, что немного ранило голову,» – Кальцион, к которому вернулась собственная целостность, даже улыбнулся, смотря на Селену.

Это была восхитительная картина, которую он видел каждый раз. Спящая девушка под тёплым одеялом, куда не мог проникнуть ни один ветерок, оправдываясь тем, что ей холодно.

Раньше это было абсурдно и вызывало у Кальциона усмешку, но сейчас он спокойно относился к этому. Даже больше, эта картина удовлетворяла его.

Так или иначе, Селена не могла не знать этого факта, но смирилась, ничего не говоря. В этот раз дыра в теле Кальциона всколыхнулась, как кипящая лава.

«Это – особенное?

Куда бы она ни пошла, Селену замечали везде. Мужчины и даже женщины. В их глазах была ревность и тоска, но всё равно было много мужчин, которые видели в ней свободную женщину и пытались что-то сделать,» – по крайней мере, в глазах Кальциона всё было так.

«Самый лучший пример тому: Кронпринц.

Но Селена никому не позволяла быть с собой. Находиться рядом. Даже словом переступить черту.

В сравнении с этим возможность обниматься и спать вот так рядом – прекрасное и особое удовольствие.

Я могу прикасаться к ней вот так,» – Кальцион откинул распущенные волосы Селены. Он мог видеть её лоб и прикасаться к щеке.

Даже если Кальцион проводил большим пальцем по её векам, линии носа или касался губ, Селена оставалась неподвижной. Просто смотрела на него через полуприкрытые глаза.

– Почему вы прикасаетесь так? – спрашивала, но не избегала и не злилась.

Губы, которых Кальцион коснулся большим пальцем, были мягкими. В тот момент, когда он коснулся этих губ, ощущение покалывания пробежало по голове мужчины, словно в него ударила молния.

Лишь подумав об этом, на Кальциона словно налетели грозовые тучи.

Это было удивительное волнение.

– Почему ранее ты поцеловала меня губами?

Кальцион вспомнил, как ранее, внезапно перед самым его отъездом на охоту, губы Селены коснулись его губ. Он просил о чём-то большем, чем досталось Кронпринцу, но не думал, что это будет поцелуем в губы.

– …о, это, почему вы вдруг спрашиваете об этом? – покраснев, Селена стала избегать встречи с его взглядом.

– Мне любопытно.

– Почему вам любопытно?

Кальцион, который обдумывал, что ответить вместо лжи, решил впустить в сердце откровенность:

– Я хочу сделать это снова.

– …!

– Это было хорошо.

Плечи Селены дрогнули. Даже в сумрачной комнате было хорошо видно, как покраснела её шея. Её лицо стало таким же красным, как и её губы, от прилившей к нему крови.

– Если была причина тогда, то можно сделать это снова.

– Я-я сделала это потому, что думала, что должна сделать что-то бо-большее, чем для Кронпринца…

Кальцион был глубоко разочарован. Причина, по которой Селена сделала это, была слишком поверхностной. Более того, ему не нравилось, что к причине поцелуя причастен Кронпринц.

Кальцион не собирался сдаваться. Когда была цель и причина для действий, в любом случае можно было договориться.

– Ты привыкла к поцелуям в губы?

Утренние и вечерние поцелуи в щёку стали крайне естественными. Селена первой сделала это предложение.

До этого момента всё было в порядке, но поняв, что привыкла прикасаться к нему губами, ей снова стало не по себе.

– Что?! С-совсем не привыкла! – подпрыгнула Селена.

Реакция очень порадовала его. Кальцион вложил чуть больше силы в руку, пальцы которой охватывали её подбородок, поворачивая голову девушки к нему.

Селена, которая была вынуждена посмотреть на него, бегала глазами туда-сюда, но всё же встретилась глазами с Кальционом. Его глаза были красными как вишня. Казалось, даже на вкус они будут сладкими.

Но больше выделялось желание, которое, казалось, вот-вот выплеснется.

Лицо Кальциона, которое нельзя было узнать, решительно приблизилось к Селене.

– Тогда почему бы не попробовать привыкнуть к этому сейчас?

– За-зачем?

– Влюблённые.

– Но мы не собираемся делать это перед другими людьми… – пробормотала Селена, двигая головой туда-сюда. Но не слишком настырно или активно.

Её смущённое отношение сделало Кальциона ещё более нетерпеливым. От бесхитростного отношения Селены её ещё сильнее притиснули к его груди.

– Не можем?

– Не то, чтобы не можем, но…

Селене хотелось быть честной даже в ситуации, из которой она не могла выбраться.

Кальцион решил подтолкнуть её к краю.

– Ненавидишь эту идею?

– Не ненавижу…

– Тогда могу я сделать это?

Оказавшись на краю, Селена крепко зажмурилась. Однако она не забыла придвинуть свою голову к Кальциону, чтобы тот смог легко найти её губы.

Кальцион медленно склонился.

В тот момент, когда их губы соприкоснулись, удар молнии, который он помнил, вновь обрушился на Кальциона. Онемение от молнии, пронзившей с головы до ног, казалось, передался и Селене, которая соприкасалась с ним губами.

Рука, которая держала руку Кальциона, напряглась, когда их губы соприкоснулись, но Селена медленно разомкнула губы, от лёгкого прикусывания нижней губы, позволяя языку мужчины скользнуть сквозь свои зубы. Её пальцы достаточно туго натянули одежду Кальциона.

– Ха-а… – губы Кальциона, начавшие с мягкого прикосновения, постепенно раскрывали истинный свет северного ветра.

Кальцион, поддерживая её голову, перевернулся, укладывая Селену спиной на кровать, накрывая её тело своим собственным и углубляя поцелуй. Мягкое тело девушки, извивающееся под его собственным, поощряло безумство Кальциона.

– Хо, а! – не выдерживая, Селена покачала головой, размыкая поцелуй.

– А, ха-а, ха-а…! – тяжело дыша, она толкнула Кальциона в грудь.

С её полураскрытых губ срывалось дыхание, которое было тяжелее, чем обычно.

Когда Кальцион отстранился, губы, которые соприкасались с её, снова стали видны. Они были чуть испачканы слюной, которая принадлежала кому-то из них, и слегка поблёскивали.

Казалось, что это был единственный свет, который можно было найти, заблудившись в лесу.

Второй поцелуй не потребовал разрешения.

Глава 106

Для них двоих наступило раннее утро.

Кальцион, как всегда, проснулся до восхода солнца, чтобы отправиться на тренировку, а Селена проснулась от звуков его пробуждения. Хотя обычно она открывала глаза только тогда, когда солнечный свет проникал сквозь шторы.

Сегодня же Селена проснулась гораздо раньше, почти одновременно с Кальционом. Это случилось из-за ощущения прикосновения к губам.

Сонная, она испугалась этого и проснулась.

Прошлой ночью они целовались ещё несколько раз, но им ещё предстояло пройти долгий путь, чтобы привыкнуть к этому ощущению. Ощущение прикосновения чужих губ к её всё ещё было незнакомым для Селены.

«Почему он целует меня, едва открыл глаза утром? Хотя, как он и сказал, мы должны сделать всё, что в наших силах, чтобы привыкнуть к этому и выглядеть настоящими любовниками.»

Даже поцеловав её, Кальцион не вставал с кровати. Тем временем солнце становилось всё ярче и ярче.

Хоть её ресницы дрожали от солнечного света, Селена намеренно силой держала веки закрытыми. Сначала она попыталась открыть глаза, но затем отбросила эту идею.

«Уходи скорее.

Если бы всё было как обычно, я могла бы проснуться и открыть глаза? Я бы сделала это, но до вчерашней ночи и этого утреннего поцелуя. У меня нет уверенности, чтобы как обычно встретиться с ним лицом к лицу…»

Кальцион, должно быть, заметил, что Селена притворялась спящей. В противном случае, она никак бы не могла почувствовать, что на неё вот так смотрят.

«Источником неприятности является то, что мы заснули так близко, что касаемся друг друга носами. Если бы я спала на его плече, то могла бы просто зарыться, пошевелить головой, притворяясь, что сплю.

Нет, положение для сна не проблема. Проблема в Кальционе. Человек, который обычно встаёт с постели, не говоря о том, что уходит, сегодня так пристально смотрит на меня, что всё начинает чесаться.

Если ты заметил, что я не сплю, то сделай вид, что не видишь этого, и просто иди тренироваться!» – от длительности ожидания тело Селены становилось всё более и более напряжённым и начинало болеть и чесаться повсюду.

Вдох и выдох. В этот момент лёгкое фырканье коснулось кончика носа Селены.

Она больше не могла терпеть щекотку и зарылась лицом в одеяло.

– Доброе утро, – губы Кальцина коснулись её лба с тихим приветствием.

Это было такое лёгкое и освежающее прикосновение, что Селена почувствовала обиду на себя за то, что подумала, что их губы больше не должны встречаться.

«Разве смущение не отразилось на моём лице? Кажется, вся кровь в моём теле сконцентрировалась на лице.»

Когда Селена открыла глаза, то не смогла смотреть на лицо Кальциона, но когда она закрывала глаза, то темнота раздражала её.

Пока она думала об этом, Кальцион поднялся с постели.

Лишь тогда Селена открыла глаза, но мужчина уже покинул кровать и исчез. Утром он действовал привычно быстро.

В ванной раздался шум воды. Селена расслабилась и завернулась в одеяло.

– Хью…

«Вчера, до того, как заснуть, кто был той, кто скорее дрожал от страха жизни, но не умирал?

Почему это было так не похоже на меня?

Если бы это была настоящая Селена, достаточно было бы одного или двух поцелуев и соприкосновения наших тел, чтобы я начала воспринимать ситуацию спокойно. Но я не могу понять, почему моё лицо покраснело и почему я вообще надеялась, что наши губы больше никогда не соприкоснутся.

Возможно, из-за того, что мир изменился, часто происходят причудливые явления, которые нельзя контролировать по собственной воле.

Приди же в себя!

Нередки случаи, когда актёр слишком вовлекается в свою роль. За исключением времени сна, я почти каждый момент погружена в понимание роли, а когда нахожусь с другими людьми, то замещаю эмоции, чтобы соответствовать выданной роли.»

Селена мгновенно отмела мысль о том, что ‘эмоции проросли’.

Селена была из тех, кто чётко прислушивался к советам старших. Были времена, когда она несколько раз колебалась, но всегда держалась в центре равновесия.

«Но веса ролей тогда и сейчас были разными. Мне нужно действовать не просто перед камерой, я должна действовать каждый момент, пока мои глаза открыты.

Я обманываю себя и всех… Всё это совершенно неискренне. Это просто временная встряска, ведь скоро мы наверстаем упущенное. Всё подходит к концу.

Не нужно так краснеть и пытаться замедлить учащающийся пульс. Потому что это не мои «настоящие» чувства. Это иллюзия, которая исчезнет вместе с нашими отношениями, когда эта долгая игра закончится.»

И всё же, Селена не могла выбраться из-под одеяла, пока Кальцион не ушёл на тренировочную площадку.

*****

– Доброго утра, Ваше Превосходительство!

Сегодня те же громкие голоса заполняли тренировочную площадку.

Кальцион, держа меч, стоял в центре криков, словно рыба, неторопливо разрезающая течение. Обычно он кивал или просто отвечал ‘да’ и тут же отдавал команду ‘начать тренировку’.

Однако сегодняшний Кальцион немного отличался от обычного. Даже после приветствия он ничего не сказал. С мечом, воткнутым в землю, как трость, он смотрел на ноги рыцарю.

Хозяин ног, на которого попал пылающий взгляд Кальциона, напрягался всё сильнее и сильнее.

«Я сделал что-то не правильно?

С моими сапогами что-то не так?

Или есть проблема с осанкой?

Я что-то сделал?

Или просто проблема в моём существовании?» – с отчаянным взглядом он просил помощи повсюду, но, естественно, никто не знал ответа.

Когда испуганный рыцарь уже не выдерживал давления и хотел первым извиниться, Кальцион заговорил:

– Хм, доброе утро.

– …что? – рыцарь в тот же момент замер от шока. Незаметно для себя, он задал глупый вопрос, который не должен был задавать.

Запоздало ахнув, рыцарь закрыл рот от вопроса, который просочился с его губ, словно у него перехватило дыхание, но было слишком поздно.

«Сегодняшняя тренировка станет последней,» – рыцарь крепко зажмурился, но, как ни странно, крика, который должен был раздаться, не было.

– …? – рыцари, которые посмотрели на Кальциона, ощутили, как у них перехватывает дыхание.

Кальцион, который в этот раз бездумно смотрел на ствол дерева, вдруг усмехнулся.

Рыцари были так напуганы, словно на стволе дерева сидел призрак.

«Что на самом деле есть на этом стволе дерева, что он делает так?»

– …ше, Ваше Превосходительство?

– А.

Рыцарь осторожно позвал его, потому что думал, что душа Кальциона была унесена стволом дерева, но к его глазам вернулось выражение только что проснувшегося человека.

– Начать пробежку, – сейчас Кальцион вернулся к своему обычному состоянию.

Рыцари ощутили облегчение и побежали.

Но ненадолго. Вскоре они обнаружили, что кончики губ Кальциона, которые соединились, чтобы сохранить тепло поцелуя, изогнулись в улыбке вместе с его участившимся сердцебиением.

*****

Спустя некоторое время, когда вошли горничные, открыли окно и начали подготавливать завтрак, Селена медленно вытащила лицо из-под одеяла.

– Вы проснулись?

– Да.

– Хотите сразу умыться и одеться?

– Хорошо.

Горничные двигались в привычном ритме.

Кто-то прибирал в комнате, кто-то приносил воду, кто-то накрывал стол и устанавливал зеркало. Они двигались легко, даже не получая указаний и не обсуждая, кто и что будет делать.

Поскольку повседневная жизнь повторялась, у них не было другого выбора, кроме как привыкнуть к распределению собственных ролей. Точно так же глаза Селены начали привыкать к их лицам.

Из-за своего деликатного положения любовница Герцога и простолюдинки она не вела себя преднамеренно дружелюбно с этими горничными, как с Джуной. Поэтому даже не знала их имён. И не собиралась узнавать их в будущем.

Однако, даже если никто ничего не говорил, отсутствие Джуны чувствовалось. Момент, когда Селена подумала, что Джуна сделала то, что должна была сделать, мелькнул в её голове несколько раз.

– Есть ли какие-то новости о Джуне?

На первый взгляд казалось, что Джуна «сбежала» от чрезмерной работы.

Горничные переглянулись и покачали головами.

– Нет… пока что.

– Нет никого, кто контактировал с Джуной или дружил с ней на регулярной основе… из вас?

– Нет…

Горничные не могли лгать, поэтому смущённо улыбались.

«Благосклонность хозяина укрепляет дыхание слуг. Джуна была моей ближайшей горничной, поэтому очевидно, насколько громкой она была.

Она так много жаловалась на Ирэль, поэтому я даже не знаю, сколько ругательств накопилось в мой адрес,» – Селена цокнула языком и выкинула Джуну из своих мыслей.

«Её нельзя найти, просто думая об этом. Даже в этот момент подчинённые Кальциона преследуют её. Нужно просто подождать.

В графиню Орлэнг попала стрела. Это не невидимый ущерб издевательств или ругани за спиной, а случай, непосредственно связанный с жизнью и смертью. В дальнейшем ситуация резко повернётся в ту или иную сторону. Положение свидетелей работы Лирэль и Розалин достаточно узкое. Значит, положение Джуны стало крайне незначительным,» – Селена расслабилась и посмотрела в зеркало.

«Я подожду, пока не услышу, как улучшается состояние графини Орлэнг или пока кто-то первым не протянет мне руку.»

– Собрать ваши волосы для сегодняшней тренировки? – спросила горничная, смотря в зеркало, после того как закончила основной макияж.

Обычно Кальцион лично проводил тренировку до восхода солнца. Когда Селена же рано выходила, уже после восхода солнца, он тренировался с ней или наблюдал за тренировкой рыцарей. Иногда, если Селена выходила поздно, они уходили тренироваться в другое место.

Вначале Селена пыталась вставать вместе с Кальционом, но поскольку он просыпался крайне рано, она сдалась, не в силах подниматься в такое время. Кроме того, когда Селена выходила на рассвете и тренировалась с мечом, даже начинали расползаться слухи о том, что «она не любовница, а скрытый агент».

Вопрос горничной был формальным, ведь сегодня всё должно было быть как обычно, поэтому её руки потянулись к волосам Селены, но остановились, и она повернулась, потому что ответа не последовало.

– Почему ваше лицо такое красное?

Селена нервничала, а её лицо заливалось такой яркой краской, словно в комнату внезапно пришло лето.

Глава 107

– У вас менструация?

Упражнениям не должно быть оправданий. В конце концов, если человек хочет тренироваться лишь в то время, когда его состояние хорошее, время удобное, а пищеварение умеренно, то он не сможет делать это и несколько раз в год. Селена, которая была строга к себе, никогда не давала повода для «лени», кроме месячных.

Поскольку горничные были теми, кто давали ей предметы для менструации и каждый раз помогали горячими компрессами, когда у неё была менструация, они знали нужные дни. Было ясно, что сегодня не тот день, но поскольку Селена сказала, что будет отдыхать, никакой другой причины им в голову не пришло.

Зная, что до менструации ещё далеко, горничные и спросили.

– Нет, просто… вчера я попала в неприятную ситуацию в охотничьих угодьях… Не хочу видеть лезвия мечей какое-то время из-за шока.

Селена не могла признаться, что ‘прошлой ночью произошёл серьёзный инцидент, который сократил физическую дистанцию между мной и Кальционом, и последствия этого продолжаются по сегодняшнее утро, поэтому я смущена и у меня нет уверенности, чтобы противостоять этому’. Поэтому поспешно придумала оправдание, подходящее для этого.

– А-а… – слуги, сопровождавшие их вчера, казалось, уже распустили слухи, поэтому горничные с сожалением закивали.

– Тогда что вы будете делать?

– У меня сегодня нет дел.

«Даже если они и были, их бы отменили. Аристократка чуть не погибла на охотничьих соревнованиях, организованных королевской семьёй. Если кто-то будет собираться вместе и спокойно проводить время, когда состояние Графини неизвестно, это всё равно, что признаться: «Я её враг».

Я слышала, что есть люди, которые внешне враждебны к графине Орлэнг, но большинство из них не враждебны всерьёз, поэтому какое-то время будет молчание.»

– Тогда завтрак…

– Я поем в столовой.

После тренировки завтрак подавался в саду, соседствующим с тренировочной площадкой. Селена не собиралась сегодня на тренировку, поэтому ей не нужно было идти в сад.

– Да, тогда не хотите для начала выбрать платье?

Платье и украшения Селена вручную подбирала каждый день. Даже если она хотела оставить это на других, она не могла сделать это, потому что Джуна часто пыталась шкодничать.

То, в чём она была хороша, и то, что ей нравилось, отличалось. Поскольку у Селены была работа, которая заставляла выделяться среди людей, она всегда выбирала первый вариант, что добавляло ей усталости.

– Я всё равно пробуду целый день дома, поэтому надену что угодно. Могу я попросить вас об одолжении?

«Джуны больше нет и это день, когда мне не нужно выделяться в глазах других.»

Селена ярко улыбнулась, думая о том, чтобы оставить хлопотное задание на горничных, чтобы проверить их проницательность.

– Конечно!

«Вы посчитали это повышением?»

Горничные взволнованно бросились к гардеробной.

Спустя некоторое время оказалось, что платья, попавшие в их руки, даже с первого взгляда не были чем-то небрежным, что можно было бы носить дома.

Селена со спокойным взглядом спросила у них причину этого непонятного выбора.

«Вы косвенно хотите сказать, что даже дома я должна умирать от дискомфорта в удушающей и громоздкой одежде?»

Однако ответ, пришедший от горничных, был совершенно другим:

– Вообще-то мы давно об этом думали. Мы думали, что эти платья очень подойдут вам. Но вы никогда не носили их.

У них были воодушевлённые взгляды. Казалось, что увидеть Селену в этом платье было желанием всей их жизни.

Лишь тогда Селена вспомнила, что среди горничных были не только те, кто хотел лишь занять место хозяйки или подшутить над ней. Были и люди, которые искренне поддерживали её. Не кого-то другого, а именно ‘самую красивую в мире’ Селену!

«»Какое-то время ко мне относились как к простолюдинке, и я почти забыла, кто я.

Прошло много времени с тех пор, как я оказалась здесь, моя самооценка как ‘Селены’ упала достаточно низко.»

– Тогда, попробуем примерить?

«Будь то домашняя пижама или ношение медвежьей шкуры, если этого желает сердце человека, но нет ничего, что я не смогла бы надеть перед этими горящими глазами.»

– Начнём с этого!

– Нет, начнём с этого!

Горничные бросились к Селене, которая встала с грациозным жестом, подобающим актрисе.

«Это даже мило, они словно фанаты, протягивающие руку, прося принять сначала их подарок.»

– У нас полно времени, девочки. Неспешно, одно за другим, – Селена с достоинством актрисы-ветерана остудила пыл горничных.

*****

– Разве здесь не будут хорошо смотреться свежие цветы?

– Хм… цветы.

– А… Думаю, будут лучше смотреться яркие цветы. Или прикрепить к лепесткам драгоценности?

– Это тоже прекрасно.

Удивительные события «иногда» случались в мире.

Именно «удивительным» способом Селена попала в этот мир во время съёмок.

«Каким-то образом», «как-то» она поймала взгляд Кальциона, «удивительным образом» они поцеловались, «удивительным образом» горничные создали шедевр всей жизни.

«Удивительным образом», если бы она оказалась во дворце Роз, она смогла бы сиять как самая прекрасная.

– Вау…

Искусство – это область, которая всегда стремится к красоте.

Горничные были опьянены и любовались красотой, созданной их собственными руками.

– А… – с другой стороны, Селена, которая не могла не восхититься тем, насколько она стала привычной собой, приглушённо воскликнула.

У неё не было возражений против законченного образа, но, закончив сборы, Селена вспомнила.

«Куда я пойду после этого?

Нужно пойти в столовую?

Это платье, которое не соответствует времени и месту, но снимать его будет напрасной тратой времени.»

– Надеюсь, глаза Герцога будут счастливы.

«Пусть не соответствует ситуации, но вполне соответствует положению любовницы, живущей за счёт любви Герцога.»

– Его Превосходительство даже не сможет есть, потому что будет смотреть на госпожу Селену!

Услышав взволнованную суету горничной, Селена тихо рассмеялась, задаваясь вопросом, будет ли это так.

*****

– Кушайте, кушайте.

– А? А.

Удивительно, но предсказания горничных сбылись.

Как бы они ни старались её украсить, её лицо никуда не исчезло. Фоном была Селена, и на неё просто наклеивали различные вещи.

Но она не думала, что Кальцион будет так поражён.

Иллюзии часто накладываются на глаза людей. Это было видение оболочки, независимо от реального облика.

Люди, которые предполагали, что у Селены спокойный характер, отлично видели её расслабленные губы и приподнятые брови. Те, кто делали акцент на гламурной внешности, обращали внимание на драгоценности и яркие черты лица.

Однако у тех, кто привык видеть обнажённое лицо, всё было по-другому. Это было похоже на дерево, растущее перед домом.

Даже если на дереве распускались цветы, оно просто становилось цветущим деревом, а если с него опадали листья, то оно становилось деревом, у которого были лишь голые ветви. Неважно, насколько хорошо сидит одежда – ты остаёшься собой. Вот так.

«Сразу после прихода в этот мир я почти каждое мгновение была с Кальционом. Я показала ему много своей неприукрашенной внешности. Когда зевала, когда вытирала грязь с глаз, когда дремала, слушая разговоры, и моргала опухшими глазами. Не нужно даже ходить далеко, ведь каждое утро я здесь потная валялась в пыли. Так не поздно ли познакомиться снова?»

– Сегодня испекли вкусный хлеб.

– А-а.

– Достаточно сладкий.

– А-а…

«Говорят, единственное, что действительно поздно сделать в мире, это снова стать ребёнком.»

– А, вы не забыли, что я говорила, не так ли?

– А-а… что?

– Облегчение. Похоже, вы помните.

Лишь тогда Кальцион внезапно пришёл в себя. Взгляд, который пытался проникнуть глубоко в кожу Селены, наконец, исчез. Фокус вернулся к ошеломлённым глазам Кальциона:

– Ты сегодня хочешь куда-то пойти?

– Нет.

– Кстати… ты нарядилась отлично, – тембр его голос тоже нормализовался.

Уловив это знакомое чувство, Селена ослабила напряжение своей спины:

– Потому что самое важное для меня – хорошо выглядеть для Герцога.

Когда напряжение спало, а самообладание вернулось, Селена смогла, как и обычно, легко произносить слова.

То же самое было и с Кальционом, который вернулся к своему обычному тону.

– Красиво.

Простой и чёткий тон.

– …сейчас эти слова звучат очень часто.

Какое-то время Селена пробыла в оцепенении, но быстро собралась с мыслями и медленно ответила:

– Нравится?

– Дело не в том, нравится или нет… Я бы сказал, что уже привык к тому, чтобы говорить то, что должен был говорить раньше.

– Это плохо?

– Конечно не плохо…

«Обычно это было бы поводом для аплодисментов и похвалы.

Учитывая, что этот мужчина – тот же человек, что после часов тренировок в пещере был не в состоянии произнести ни слово, он почти родился заново. Как и сказал Кальцион, это изменение можно понять, только если думать о нём, как о сумасшедшем.»

– Если плохо называть красивые вещи красивыми, то я исправлюсь.

– Нет! Нет! – Селена поспешно вскинула руки.

«Задание всё ещё продолжается. Мы не можем перестать играть любовников.»

– Хорошо, – Кальцион улыбнулся и умело подхватил с общей тарелки твёрдый фрукт.

Это был фрукт, который Селена часто использовала при игре перед людьми.

– Съешь это.

Но вместо того, чтобы положить его на свою тарелку, он наколол его на свою вилку и поднёс к губам Селены.

Селена рефлекторно открыла рот, чтобы взять его и только потом поняла это. Что это была та же вилка, к которой прикасался Кальцион.

Взгляд Селены не отрывался от вилки, проскользнувшей между её губ. В этот момент Кальцион естественным движением положил ей в рот ещё один кусочек.

Вилка исчезала между мягкими, пухлыми губами девушки. У неё перехватило горло от ощущения металлической вилки, прикасающейся к её сомкнутым губам. Вязкая слюна скопилась в горле Селены.

Она даже забыла, как жевать, но спустя некоторое время фрукт был проглочен сам по себе.

Кальцион, на которого Селена смотрела, как на приведение, взял ещё один очищенный кусочек фрукта и протянул его. На вилке, которую он вкладывал и вынимал из её рта.

– Ещё?

Глава 108

«Было время, когда я использовала свою вилку, и тогда в кондитерской Кальцион оцепенел. Вернулась ли карма того времени?» – столовые приборы, о которых Селена никогда не заботилась, стали занимать все её мысли.

– А, подожди, – пока Селена колебалась, размышляя над ответом, Кальцион внезапно протянул руку и коснулся её губ. – Крошка.

Кончики пальцев мужчины слегка коснулись губ Селены и отступили. Но в этот раз её взгляд не отрывался не от вилки, а от кончиков пальцев Кальциона.

«Ни за что. Ни за что. Ни за что.»

Селена думала, что он может отправить взятую крошку себе в рот, но, к счастью, Герцог вытер пальцы о салфетку.

Её плечи, одеревеневшие и почти касавшиеся ушей, опустились.

Селена задалась вопросом, не делал ли он этого, чтобы посмеяться над ней.

«Сейчас привыкая к этому, он начинает учиться контратаковать.

Поэтому я не могу проиграть ему,» – Селена, взяв под контроль свой взгляд и изменив выражение лица, посмотрела в глаза Кальциону.

Их взгляды встретились.

Сражения не случилось. Селена потеряла волю к борьбе из-за устремлённого на неё глубокого взгляда.

– …

Это было невидимо для других, но Селена могла это видеть. Неудержимая привязанность была настолько чёткой в чужих глазах, что даже вызывала лёгкую робость.

Теплота по отношению к ней была настолько горячей, что вызывала тяжесть.

Поцелуй не был случайностью. И даже импульсом.

Мысли, которые до сих пор были обмануты словом «игра», не осознанно были вытеснены.

«С какого момента?»

Поскольку небо со временем меняло цвет, оно медленно тускнело. Селена не могла точно уловить момент, когда наступала ночь, а когда день, но разница между ними всегда была ясна.

Пришло недоумение.

«Я – та, кто в итоге вернётся. Одно это чувство оставит лишь шрамы.

Даже если моё сердце изменится, и я соглашусь, мы не сможем мечтать о счастливом конце.

Кальцион – Герцог. Здесь я никто иная, как его иллюзорная возлюбленная. Я никогда не смогу выбрать вариант остаться здесь. Даже если Кальцион гарантирует мне роскошную жизнь.

Я должна взять под контроль своё сердце,» – Селена приняла решение.

«Кальцион – обаятельный мужчина. Если такой человек будет смотреть на меня любящим взглядом и каждое мгновение выражать любовь, как бы я ни старалась держаться, защита рухнет. У меня нет уверенности, что я не поколеблюсь.

Но всё же я не должна колебаться.»

– Графиня Орлэнг связывалась с вами?

Когда разговор переключился на вчерашний инцидент, из глаз Кальциона исчезло тепло.

«Судя по тому, что он моментально переключился обратно в рабочий режим и восстановил самообладание, кажется, что он ещё не влюбился в меня до такой степени, чтобы сойти с ума.

Должна ли я сказать, что мне повезло?

Придёт день, когда я отвергну его любовь, и я буду счастлива знать, что его любовь была не тяжела.»

– Утром ты не тренировалась, поэтому что насчёт прогулки?

«Похоже, есть важная история, связанная с графиней Орлэнг,» – быстро заметила Селена.

– Да, отлично. Погода довольно хорошая…

Когда она оглянулась, за окном оказалось пасмурно.

«Утром я даже не могла притворяться спящей из-за яркого солнечного света, но сейчас небо затянуто.»

– …в пасмурный день прогулка особенно хорошая.

«Неважно, какими путями мы пойдём, если перед нами стоит чёткая цель.»

Когда они соединили руки и вышли через парадные двери, небо потемнело, и казалось, что скоро пойдёт дождь.

Воздух стал влажным, но поскольку дул ветер, это не было чем-то неприятным. Порывы ветра развевали подол платья Селены.

Убедившись, что вокруг нет никого, кроме эскорта, Кальцион постепенно замедлился.

– Я ещё ничего не слышал от Графини. Но поступила другая информация.

– Какая информация?

– Присутствующий тогда эскорт нашёл это во время повторной проверки, – Кальцион слегка вздохнул, прежде чем продолжить. – Похоже, что направление стрелы было нацелено вовсе не на графиню Орлэнг.

– Что…? – в груди Селены неожиданно разлилась лава. – Значит, изначально они были нацелены на меня, верно?

– Судя по силе и скорости выстрелов, они были не смертельными и не могли отнять жизнь. Весьма вероятно, что изначально стрелок целился в тебя, но затем быстро изменил свою цель на графиню Орлэнг.

– Кажется, графиня Орлэнг оттолкнула меня и получила удар вместо меня.

«Вокруг был эскорт, но они соблюдали дистанцию, на которой мы вдвоём могли говорить спокойно, и я была той, кто ближе всего видел и чувствовал случившееся. Но я была так шокирована в тот момент, что моя память спуталась. То, что я видела, и то, что я думала, смешалось, поэтому их трудно различить. Двусмысленностью будет уверенно заявлять, что то, что я видела, было правдой.»

– Если он целился в меня, то всё просто, но если он целился в графиню Орлэнг, то наш разговор затянулся бы.

– О чём вы говорили?

– Она сказала мне быть осторожной, когда имею дело с Наследным принцем, поэтому я спросила почему.

«В тот момент я подумала, что ключ ко всем решениям находится прямо передо мной, и сосредоточила на этом всё своё внимание. Благодаря этому, хоть память сразу после того, как в графиню Орлэнг попала стрела, смутная, разговор я помню чётко.»

– Наследный принц, – Кальцион легко угадал самое важное слово.

– В итоге разговор свёлся к истории Ирэль.

– Истории Ирэль?

– Знаете ли вы, что после того, как она подверглась издевательствам от женщин, к ней стали подходить мужчины?

«Я не знал, что над Ирэль издевались, да и никак не мог этого знать,» – Кальцион честно покачал головой.

– Лишь заинтересованные лица знают, какую черту она пересекла, но, по крайней мере, со стороны кажется, что она перешла черту для критики.

«Это было ещё до церемонии помолвки, не говоря уже о свадьбе и рождении наследника.»

– Её отвергали то тут, то там, но в то же время были те, кто любезно подходили к ней и заботились о ней, поэтому, скорее всего, она попалась на удочку.

– Всё это происходило перед моим носом.

«Флирт с другими мужчинами прямо перед церемонией помолвки – это звоночек для разрыва брака, каким бы свободолюбивым ни было аристократическое общество. Даже если бы она сказала, что просто хочет позаботиться о себе до свадьбы, эти слова не имели бы большого значения.

Сейчас всё это оборачивается сложными ощущениями, что нельзя ни злиться, ни сожалеть,» – Селена посмотрела на сложное выражение лица Кальциона и вздохнула, поскольку её сердце сжалось.

«С точки зрения Ирэль – это была череда несчастий, а с точки зрения третьего лица – это череда рукопожатий.»

– Тогда предполагаю, что Наследный принц также участвовал в соблазнении.

«Я могу понять первую часть размышлений, но почему Наследный принц?» – голова Кальциона склонилась набок:

– Почему Наследный принц?

– …наследный принц плейбой?

Голова Кальциона наклонилась в другую сторону, словно он усиленно размышлял об этом:

– Нет, Наследный принц скорее против женщин.

– Подобная личность кажется полной противоположностью, но она похожа на Герцога.

– Прошу прощения? – у Кальциона было самое безжизненное выражение лица, с которым Селена когда-либо сталкивалась.

– Простите. Это была оплошность, – немедленно извинилась Селена. – Вас это не интересует, а Наследный принц опасается, что власть, которой он обладает, будет разделена. Это совершенно другое.

– …

– Точно, совсем другое. Это принципиально другое, на другом уровне.

Лицо Кальциона немного смягчилось от хнычущего голоса Селены.

– Но Наследный принц сильно давит на меня. Говорит, что у меня есть нечто общее с Ирэль, – пока Селена говорила, она думала о связи. – …женщина, принадлежащая Герцогу, поэтому он хочет украсть её… что-то такое?

– …хо.

«Единственным совпадением между мной и Ирэль, это то, что мы были или есть ‘женщиной Кальциона’.

Мы разные по внешности, личности, статусу и происхождению. Даже наше положение в светском мире разное.»

– Если это предположение верно… Значит за всем стоит Наследный принц, и он может быть решающей причиной смерти Ирэль.

– То, что он вовлечён, похоже уже на доказанный факт.

– Тогда всё идеально сходится? Розалина, которая работает на Наследного принца, Лирэль, слабым местом которой является Розалин, и Джуна, посланная Лирэль.

«Картина вырисовывается отлично.»

После этого другие люди, попавшие под подозрение, также разделялись по разным категориям.

Фионэль была первой, кого исключили из списка подозреваемых. Когда всё было уложено, как и ожидалось, обвинения с неё были сняты.

– Фионэль… сейчас, когда я думаю об этом, не думаю, что она угрожала мне, скорее предупреждала. Думаю, она искренне ненавидит меня.

– Что сделала Фионэль?

«Несмотря на то, что он дошёл до того, что находится на грани влюблённости, его сердце в отношении других женщин всё ещё равнодушно. Особенно когда речь идёт о женщине, что ничем не отличается камня, мимо которого ты проходишь,» – впервые Селена пожалела Фионэль, находящуюся в самом центре безответной любви.

«Когда я вернусь в свой мир, Фионэль займёт место герцогини?»

Селена представила себе Фионэль, одетую как Герцогиня, смеющуюся и висящую на Кальционе. И то, как она смотрела на мир с торжествующей улыбкой, словно у неё было всё.

«И всё? Он явно не будет вести себя хуже, чем при игре в возлюбленных.

Поддержка в общественных местах, поцелуи Кальциона в тыльную сторону её руки. Она будет целовать его в щёку утром и вечером. Очевидно, что если он поедет на охоту, то она поцелует его в лоб, а если нужно будет, то и в губы. Ночью они вдвоём будут идти в ванную, чтобы умыться, наденут открытые пижамы и лягут в одну постель, глубоко целуясь и делая…!»

Дискомфорт появился в кишечнике Селены, словно его скрутили.

«Я не хочу даже думать об этом.

Фионэль и Кальцион? Мне это не нравится.

И она мне тоже сильно не нравится,» – Селена продолжила стирать неприятные мысли из головы.

Глава 109

– Причина не во мне, а в репутации Герцога. Тот факт, что Ирэль была одурачена этим человеком без ведома Герцога, объясняется глупостью Герцога.

«Время до и после брака здесь крайне важно. После брака, после рождения наследника, если о любовнике супруга становится известно, то тот, кому изменяли, становится просто наивным человеком, но до брака он становится дураком, который не может позаботиться о верности себе. Кальцион даже не думал, что он окажется дураком.»

– Тогда не лучше ли было бы с самого начала сказать, что ты знала?

– Я не знаю, как умерла Ирэль. Доказательств причастности нет, всё это лишь предположения.

– Даже если это просто история о том, как она спуталась с Наследным принцем.

«Фионэль не хотела становиться на мою сторону или помогать, но она считала, что должна передать в виде предупреждения то, что видела из-за угла.»

– Не думаю, что она могла сказать так много, чтобы спасти себя. Весь мир знает, что Фионэль следует за Герцогом, но если я вдруг начну избегать лишь Наследного принца, станет ясно, кто поспособствовал этому.

«Если бы Наследный принц намеревался приблизиться ко мне с самого начала, это должно было заблокировать её волю. Но Фионэль смогла выместить свой гнев на то, что пошло ему не на пользу.»

– Если графиню Орлэнг заставили замолчать, нет закона, запрещающего поступить так же с Фионэль.

«Графиня Орлэнг потерпела поражение, хоть и является сильным человеком.

Фионэль – слабый человек, которому приходится цепляться за что-то, даже когда она срывает единственный цветок. Она была расстроена тем, что я делаю, и намекала на собственную личность, но если говорить серьёзно, то она не знала откуда и когда по мне ударят.»

– Королева и Принцесса… честно говоря, кажется, что эти люди не могут себе позволить сделать этого. Они не из тех людей, которым нужно заставлять кого-то держать рот на замке, поэтому это ещё сильнее отдаляет их от этого инцидента.

«К тому же, они самые дальние люди в подозреваемых. Можно задаться вопросом, было ли это из-за срочности ситуации, с которой столкнулась Королева, но цепляться за Кальциона, заходя так далеко, это палка о двух концах. Нет необходимости делать что-то, что сделает тебя с ним врагами, если тебя поймают.»

– Остаётся миссис Джанет…

– Миссис Джанет всё ещё подозревается?

– Я не думаю, что она является виновником, это просто мои чувства. Мне не нравится её преданность Герцогу, близкая к одержимости.

Как и ожидалось, Кальцион, который настолько привык к этому, что не мог понять, просто кивнул. У него не было иного выбора, кроме как полностью положиться на Селену в части оценок людей.

– Нужно присмотреться.

– Да. Из того, что мы выявили к этому моменту, получается одно из двух. Либо Розалин работала одна из-за своей чрезмерной привязанности к Наследному принцу, либо она делала то, что ей велел Наследный принц.

– Возможно и то, и другое.

– Да. Но даже в этом случае кажется, что почти все причины исходят от Наследного принца.

«Даже в чрезмерной привязанности Розалин есть загвоздка, а именно чувство, что Наследный принц может стоять за этим, создавая и подталкивая эту ситуацию из-за кулис.»

– Если… Что бы вы сделали, если бы Наследный принц оказался настоящим виновником? – осторожно спросила Селена.

Губы Кальциона плотно сомкнулись.

«Противник – Наследный принц, а не обычный аристократ. Если нет убедительных доказательств, поспешное поднятие вопроса лишь даст повод для атаки.

Личная месть ещё сложнее. Если даже кончик иглы коснётся тела Наследного принца, он может стать преступником, обвинённом в государственной измене.

Если посмотреть на полную раскрытую историю дела, то это результат действий Кальциона, который был равнодушен к Ирэль, и Ирэль, которая была беспомощно вовлечена в случившееся. Результатом неизменно становится несчастная смерть Ирэль, но она отличается от анализа дела в то время, когда считалось, что она без причины закончила жизнь самоубийством.

Если Ирэль убили из-за того, что она собиралась стать невестой семьи Ренберд, ему нужно будет отомстить за честь семьи. Но действительно ли тут дело в чести семьи? Кальцион не может ответить так же решительно, как раньше.

Если дело в бедной женщине по имени Ирэль, а не в будущей невесте Ренберд, тогда исчезает и причина мстить за честь Ренберд.»

– Нужно будет подумать об этом позже.

Однако Кальцион не сказал, что отказывается от мести. Если бы расследование закончилось так, то это ничем не отличалось бы от первого, когда он ничего толком не знал.

Занавес пьесы, над которой он работал с Селеной, ещё не был опущен. Она не могла уйти.

Небо хмурилось. Подумав, что скоро пойдёт дождь, они развернулись к зданию и увидели, как в ворота особняка вбегает скачущая лошадь.

*****

– Я рада, что она связалась со мной, как только пришла в себя, – с успокоившимся сердцем сказала Селена в карете, направлявшейся к графине Орлэнг.

На скачущей лошади приехал слуга графини Орлэнг. Слуга сказал, что графиня Орлэнг пришла в себя и будет рада её визиту в любое время. Он также сказал, что Графиня ещё недостаточно оправилась, чтобы сидеть за своим столом и писать, поэтому вместо этого отправила его.

Едва услышав эту новость, Селена сразу же высказала намерение поехать. Слуга, который бежал так, словно его пятки горели, вернулся с бодрой лошадью Герцога.

– Тогда мы можем поехать прямо сейчас.

При этих словах Селена буквально сорвалась с места.

Потребовалось время, чтобы найти что-то, что можно было надеть для визита к болеющему человеку. Но горничные хором сказали, что это были самые быстрые сборы среди всех знатных дам.

Удивился и слуга Графини Орлэнг.

– Вы сказали, что поедете сегодня, но я удивлён, что вы вернулись раньше, чем ожидалось.

Карета въехала через главные ворота, проехала по извилистой дорожке сада и остановилась перед центральным входом. Смотря на здание через окно кареты, Селена заметила карету, припаркованную перед зданием. И даже не одну.

– Кроме нас, похоже, есть и другие гости.

«Если бы это были кареты графини, они бы стояли отдельно, значит, это кареты гостей.

Неудобно туда-сюда бродить между многими людьми, поэтому она попросила прийти их всех сразу? Или мы приехали раньше, чем ожидалось, и поэтому время совпало?»

Кальцион, посмотревший в окно кареты после слов Селены, хлопнул по стене кареты, подавая знак кучеру:

– …минутку. Остановись.

– Что? Да! – кучер поспешно остановил лошадей.

– Зачем?

– …посмотри.

Селена тут же высунула голову, чтобы посмотреть на герб кареты. Однако она ещё не знала, как точно отличать фамильные гербы. Это было лишь предположение, основанное на увиденном.

«Такие причудливые узоры встречаются нечасто…»

У обеих карет был один и тот же герб.

– …а.

Селена сразу поняла это, когда увидела человека, выходящего из кареты.

«Это королевский герб.»

Из первой кареты вышла Принцесса. Судя по платью сошедшей за ней фрейлины, казалось, что Принцесса приехала в гости, но не сразу смогла выйти и остановилась у другой кареты.

Спустя некоторое время из кареты позади первой тоже вышел человек.

Это был принц.

– Эти двое, казалось, были в плохих отношениях, но сдру… ой!

Дальше можно было услышать только шум.

Это был звук удара кулака Наследного принца по голове принцессы. Принцесса не смогла устоять и споткнулась, падая на землю. Удар был такой силы, что девушка даже не могла контролировать собственное тело.

Фрейлина поспешно помогла принцессе, но та снова упала, прежде чем успела полностью подняться.

Тело принцессы, которую ударили уже ногой, распласталось по земле. Фрейлина, которая поддерживала её, тоже упала. Они обе упали и долго стонали, лёжа на земле.

Наследный принц бросил холодную фразу, адресованную этим двоим, катающимся по земле, и, плюнув, исчез в здании.

Только тогда Принцесса, пошатываясь, встала вместе с фрейлиной, но вновь села и заплакала. Фрейлина рядом с ней тоже расплакалась и вскоре количество криков увеличилось до двух.

– …ха, – Селена, которая до сих пор была в оцепенении и не могла двигаться, села, словно упавший куль, на сидение.

Её сердце бешено билось в висках, поэтому она приложила к ним холодные пальцы.

– Ты в порядке?

– А, да… я немного шокирована.

«Я увидела сцену насилия своими глазами. Взрослый мужчина напал на молодую девушку. Это невероятно отвратительная сцена,» – сердце Селены бешено стучало от гнева и потрясения.

– Наследный принц… так вот, что означали слова про распад личности.

– Это слабо.

– Что же тогда будет слишком?

– Убить их на месте?

– …ха.

«Теперь я могу поверить, что это не было преувеличением. Он достаточно жесток, чтобы в порыве гнева убить кого-то.»

– Он сохранил ей жизнь, потому что она – Принцесса. Если он станет Королём, то убьёт её за то, что она просто раздражает.

«Настойчивость Королевы теперь тоже понятна. Поскольку их жизни действительно поставлены на карту, разве не должна она попробовать сделать всё, что в их силах?»

– Вернёмся обратно.

«Сегодня не единственный день в мире. Посещение больного не является срочным. Убедившись, что Наследный принц прибыл , и увидев его плохую сторону в действиях против Принцессы, было бы правильно избегать этого места.»

Но Селена сжала кулаки:

– …нет, это возможность.

«Другие могут просто пойти на светский раут, но Принцесса и Наследный принц не те, с кем легко встретиться.

У Наследного принца есть подсказки. Я должна приблизиться к нему, чтобы найти их и забрать в свои руки.»

– Потому что, если принцесса расскажет об этом, может всплыть что-то ещё.

Кальцион с неодобрением скрестил руки на груди и какое-то время смотрел Селене в глаза. Но это с самого начала была не та битва, в которой он мог победить.

– …едем дальше.

По приказу Кальциона, смешанному со вздохом, кучер немедленно погнал лошадь.

Принцесса, заметив приближающуюся карету, поспешно встала. В отличие от Селены, она издалека узнала фамильный герб Ренберд.

Селена открыла дверь кареты и спустилась ещё до того, как Кальцион успел выйти и протянуть ей руку.

Глава 110

Естественно, принцесса и фрейлина, ожидая, что Кальцион выйдет первым, одновременно широко распахнули глаза от изумления.

Селена не обратила особого внимания на реакцию этих двоих и сначала осмотрела тело Принцессы.

К счастью, видимых повреждений нет.

– Вы в порядке?

Хоть она недавно плакала, губы девушки, которые были плотно сжаты, задрожали от мягкого голоса Селены, возможно, потому что Принцесса хотела притвориться сильной перед ней.

Сожалея о слёзах, которые вот-вот прольются, Селена сжала руки.

Ей стало тревожно и беспокойно, словно Селена видела, как 10-летнего ребёнка, что плохо себя вёл, избили прямо у неё на глазах.

– Всё, всё в…. – не в силах договорить до конца, Принцесса в итоге снова зарыдала. И всё потому, что она заметила искреннее беспокойство во взгляде Селены на неё.

Человеком, смотревшим на неё, была Селена, её соперница. Поэтому Принцесса пусть и была благодарна ей, но ненавидела себя за эту слабость.

– Как подобное могло случиться?

– Он… он сказал не попадаться ему на… на глаза, иначе будет бить. Сегодня у него… него плохое настроение.

– Разве вы приехали не вместе? – спросила Селена принцессу, которая проливала слёзы. – Я думала, из-за того, что вы приехали вместе, ваши кареты стоят рядом.

– Н-нет. Его Высочество не любит, когда я брожу рядом. Сегодня мне сказали, что Графиня пришла в себя, поэтому я в спешке собралась сюда. Но по дороге мою карету догнала карета Его Высочества и поэтому... Хнык.

– Значит он притащил вас сюда и ударил?

– Н-нет. Думаю, он последовал за мной. Он сказал, что я собираюсь что-то сделать за его спиной, поэтому мне не стоит даже мечтать…

Встретить в дороге.

– Вам не повезло…

– Я всегда страдаю. Мне не повезло с самого рождения…

Когда она сражалась за Кальциона, Принцесса выглядела конкуренткой, но сейчас, когда Селена увидела это, то поняла, что девушка была достаточно неудачливой.

Шок от избиения, скорее всего, был довольно велик, поэтому слова самоуничижения продолжали слетать с уст принцессы:

– Мне не везёт, и я каждый раз вижу его, из-за того, что мне не везёт, все вокруг меня могут умереть.

– Прошу прощения? Боже мой, кто сказал вам это?

Каким бы неустойчивым не было положение принцессы, что за глупости говорили этому ребёнку? – Селена была искренне задета этими словами и повысила голос:

– Его Высочество Наследный Принц?

– Ха! Он сумасшедший ублюдок! – принцесса пожала плечами на резкие слова, сорвавшиеся с уст Селены.

– Разве можно говорить так?

– Почему нет? Он заслуживает того, чтобы о нём говорили так.

– Тогда почему вы не сделали этого раньше?

– Я не могу! Я очень ценю свою жизнь, – принцесса перестала плакать из-за бесстыдства Селены, которая была настолько уверена в себе.

– Если после слёз вы смеётесь…

Будучи принцессой, она не могла ничего сказать до этого момента и держала рот на замке, но теперь все её мысли вылетают из её рта.

– Что, если я смеюсь после слёз?

– В…

– В?

– Вы… стали взрослее.

– А… – Принцесса озадаченно посмотрела на неё и кивнула. – Правильно, я уже достаточно взрослая.

Селена осознала смысл этого слишком поздно и вцепилась в руку Кальциона:

– Я сказала, что вы стали взрослее, но я ещё не сказала, что вы взрослая. Поэтому мой Цион не для вас.

– …тц, – Принцесса надула губы.

Однако суровости во взгляде на Селену определённо стало меньше, чем раньше.

Она невинный ребёнок, который так быстро отдаёт своё сердце, – Селена невольно посмотрела на Принцессу с сочувствием.

Казалось, Принцесса, заговорившая о Кальционе, уже успокоилась, но постепенно она снова раскисла:

– Как и ожидалось, меня никто не выберет…?

Снова началось. Дети не должны отказываться от всех своих мечтаний и надежд, – вздохнув, Селена положила руку на плечо Принцессы.

Та испуганно посмотрела на Селену.

– Принцесса, вы можете злиться на меня за то, что я сурова, но могу ли я поговорить с вами как старшая?

– Что? Да… – Принцесса растерянно кивнула, подталкиваемая импульсом Селены. И забыла указать на руку на своём плече.

Селена сделала один большой глубокий вдох, чтобы собраться, прежде чем заговорить. Это были слова, которые она вырезала на своих костях, но девушка нервничала, говоря это другим.

– Независимо от того, насколько вы голодны, не подбирайте мусор и не ешьте его.

– Что?! – шокированная резкими словами, Принцесса вскинула голову, собираясь дать отпор.

Селена усмехнулась, смотря в её глаза, в которых не осталось намёка на слёзы:

– У людей есть как хорошие, так и плохие стороны. Вы – тоже человек. Не нужно внимательно слушать матерные слова, которые говорят лишь о вашей плохой стороне.

– Но это ведь правда…

– Есть ли человек, с которого нельзя смести пыль? Человек, который поливает грязью других, скорее всего, носит в себе ещё больше скверны. Такие люди живут бесстыдно, разве лишь у принцессы тяжёлая жизнь? Кто-то смеет злословить обо мне? Значит я должна отомстить ему.

– Эти ублюдки сильнее меня.

Ответ принцессы оказался умнее, чем ожидалось.

Она уже знает о функции власти в таком молодом возрасте, – на мгновение Селена даже забыла, о чём говорила.

– Вы всё ещё можете отомстить.

– …как? У меня нет силы.

– Не обязательно делать это прямо сейчас. Но не отказывайтесь от мести. Вам сказали такие резкие слова, так почему вы прощаете их? Время для мести обязательно придёт.

– Это…

Даже если она сказала это, Селена почувствовала бы себя беспомощной, будучи на месте принцессы. Хоть и не думала, что сдалась бы.

– Приятно, когда тебе удаётся отомстить, засунув головы обидчиков в собачье дерьмо. Если только при этом не поймают.

– Пф!

Захватывающая и приятная месть, всего по одной мысли, не так ли?

Глядя на смеющуюся Принцессу, Селена тоже рассмеялась.

Это было не в мире, где на карту ставятся жизни, а в мире, где на карту ставилась судьба. Мир, в котором даже одна ошибка или лишний слух могли привести к тому, что тебя уволят с работы, а будучи уволенной трудно снова вступить в эту отрасль.

Чтобы выжить там, где было грязно и смертельно опасно, нужно было пережить эти моменты. Но я так и не смогла пережить их. И не смирялась, когда меня пытались подавить.

Ведя себя гордо перед их глазами, я ждала, что когда-нибудь наступит день мести. Небеса помогали мне, и по мере вознесения день мести приближался один за другим.

– Я не знаю, правильный это путь или нет, но нужно двигаться дальше. Именно так я выжила и вытерпела всё.

– Тогда, твоя месть удалась?

Селена улыбнулась:

– Почти вся.

– Не думаю, что смогу отомстить за всё.

– Хм… за то, что случилось недавно?

Если подумать, что это игра, то можно отпустить всё случившееся, но если учитывать именно реальную жизнь, то в список для мести будет включён не один и не два человека.

– Среди моего списка есть и Принцесса, которая не боится украсть моего мужчину.

– …! – пусть Селена сказала это с улыбкой, но лицо Принцессы заметно помрачнело.

Неуловимая ярость женщины пугала настолько же, насколько и дикая сцена, прошедшая с ней.

– Я не говорю о том, что буду мстить прямо сейчас. Если подумаете ещё раз и извинитесь, то я прощу вас.

– О… – однако настойчивой Принцессе это давалось нелегко.

Я так и думала, – мысленно смеясь, Селена строго нахмурила брови:

– Раз уж вы не желаете делать это, могу ли я сменить это на один долг?

– Долг?

– Принцесса, вы приехали сюда, чтобы навестить Графиню?

Кивок.

– Его Высочество Наследный Принц пытался помешать этому.

– Да…

– Тогда, разве не станет местью, если вы навестите больную?

Глаза Принцессы расширились:

– Как?

– Отправьте карету на время в другое время, спрячьтесь в нашей карете, а затем войдите в особняк, когда Его Высочество уйдёт.

– А…!

– Потому, подвезя вас на карете, куда она будет отослана, Принцесса сможет спокойно вернуться во дворец. Посещение не займёт много времени, поэтому можно будет просто оправдаться, что дорога была перекрыта.

– Могу ли я?

– Конечно, ведь это долг.

Селене не нужно было помогать ей, поскольку до сих пор у них были не самые лучшие отношения. Долг же стал полуоправданием, потому что Селене стало любопытно, почему Принцесса приехала навестить Графиню без Королевы.

Просто притвориться, что уезжаешь в карете, но спрятаться в другом месте, зайти внутрь тогда, когда Наследный принц вернётся. Принцесса, которая угнеталась Наследным принцем и думала, что ничего не может сделать, не могла не думать о том, чтобы отомстить хоть как-то.

– Тогда первой садитесь в карету, – Селена, которая заставила замолчать слуг и служанок, охранявших особняк, тоже села в карету. – Если возможно, нам лучше вести себя так, словно мы только что приехали, верно?

Чтобы всё было идеально, они вернули карету к тому месту, где останавливались ранее, и, убедившись, что Наследный принц выходит, подъехали.

– О, мы снова вот так встретились. В конце концов, я уверен, что это действительно судьба, – Наследный принц, совершенно не подозревающий об обстоятельствах, заметил Селену, выходящую из кареты, и подошёл к ней с широкой улыбкой.

Это был разительный контраст с человеком, который незадолго до этого избил Принцессу и перестал считаться человеком. Возникло чувство тошноты, но Селена не показала этого и с улыбкой склонила голову перед Наследным принцем:

– Ваше Высочество Наследный принц.

– Подними голову. Не думаю, что сейчас удобный для посещения момент, но я рад увидеть тебя в таком виде.

Наследный принц был одет в причудливую одежду, не совсем подходящую для посещения больного. С одного взгляда было очевидно, что его визит к графине Орлэнг не имел никакой цели. Но Селена, как и ожидалось, опустила взгляд, делая вид, что не видит этого:

– Простите.

– Если подождёте, то когда-нибудь время совпадёт, – в нужный момент вмешался Кальцион и отбил удар.

– Нет, нет. Я собирался вернуться после посещения больной, поэтому вы можете войти, Герцог. А, но могу я перед этим поговорить с леди Селеной? – Наследный принц мягко посмотрел на Селену.

Глава 111

– Пого… ворить? – Селена думала сама завести разговор с Наследным принцем, но когда он первым озвучил просьбу о частном разговоре, она инстинктивно насторожилась.

Селена видела, как человек со стрелой в груди упал прямо на её глазах. Поэтому сейчас, когда она твёрдо верила, что тем, кто заказал то нападение, мог быть Кронпринц, она не могла следовать за ним как раньше.

Наследный принц был откровенно разочарован тем, что Селена не принимает его предложение:

– У нас ведь снова и снова эти судьбоносные встречи, но почему ты отдаляешься?

– Прошу прощения.

– Не стоит извиняться. Я попросил уединения лишь потому, что сам хотел извиниться.

– …извиниться? – при совершенно неожиданных словах Селена подняла голову и посмотрела на Наследного принца.

Наследный принц быстро стёр грустное выражение с лица и улыбнулся так же ярко, как светило солнце. Это была улыбка, осветившая его глаза.

– Ты, должно быть, была очень шокирована произошедшим в охотничьих угодьях. Поскольку ты также являешься жертвой, я хочу принести извинения за различные события, в том числе и за обстоятельства того инцидента.

– …а…

Какой добрый и внимательный.

– Если всё так, думаю, об этом можно сказать и здесь, – вмешавшись, сказал Кальцион.

– У меня есть гордость, поэтому мне нелегко извиняться в присутствии других. Нехорошо при извинениях говорить о своей гордости, но ты же понимаешь, что это моя судьба, как члена королевской семьи, леди Селена?

Это был аргумент против точки зрения Кальциона, но, как и ожидалось, выбор полностью был за Селеной.

На примере Принцессы я узнала, что он из тех, кто не боится запятнать честь королевской семьи, но, по крайней мере, если он собирался бы избить или убить меня, то не стал бы вести себя так.

Селена с трудом кивнула:

– …да, это ведь ненадолго?

– У меня самого нет времени, чтобы отнимать у вас его слишком много, – наследный принц протянул руку Селене прямо перед Кальционом, словно бросая вызов.

Брови Кальциона недовольно дёрнулись.

– Я скоро вернусь, – сказала Селена Кальциону, успокаивая его, но мужчина ничего не ответил, оставшись стоять с недовольным выражением лица.

Но сейчас я должна пойти с Наследным принцем, чтобы узнать что-нибудь новое, – не дожидаясь его ответа, Селена вложила ладонь в протянутую Наследным принцем руку.

Трепет удовлетворения вспыхнул в глазах Наследного принца.

Настало время позволить ему поверить в это, – Селена даже улыбнулась, смотря ему в лицо.

Взгляд Кальциона, коснувшийся краёв их лиц, обжигал так, как если бы он был заточенным лезвием.

– Тогда, пойдём? – Наследный принц сделал мягкий шаг.

Если в Кальционе были некоторые грубые стороны, но он был деликатным в неожиданных местах, то Кронпринц был мягким во всех аспектах.

Ширину шага, высоту руки и расстояние до плеча, он рассчитывал и корректировал буквально за мгновение.

Если бы Селена шла подобным образом, ничего не зная, она бы просто подумала: ‘Мне крайне удобно с Наследным принцем’. Однако, зная, что это результат расчёта, направленного на их сближение, она относилась к этому безразлично, до такой степени, что ощущала лёгкое недовольство.

Только Селена продолжала думать, что рука, которой он поддерживает её, та же самая рука, что ударила Принцессу по голове.

– Будет удобно остановиться в этом месте?

Селена могла видеть, как Кальцион издалека смотрит на них. Расстояние, на котором она могла сбежать, если потребуется.

– Спасибо, – Наследный принц снова был сама тактичность.

Чем больше повторялась его расчётливость, тем хуже становилось Селене.

– Ты отдаёшь мне своё драгоценное время, и я тоже должен отдать тебе так много. Конечно, мне бы хотелось скрыть тебя с чужих глаз навсегда, если бы ты захотела.

– Это признание в будущем преступлении, Ваше Высочество?

Когда Селена шутливо спросила это, Наследный принц громко рассмеялся. Он мог воспринять это как укол или понукание, но повёл себя хладнокровно, как самый щедрый правитель в мире.

– А это возможно? – его глаза так же ярко сияли игривостью.

‘Давай поиграем с огнём прямо сейчас?’ Такое ощущение, что он говорит это. Если бы я была наивной девочкой, то сразу взяла бы в руки факел.

– Этого не случится. Я хочу жить спокойной и стабильной жизнью.

– Прости, что сказал это.

Его техника перетягивания каната, в которой он поднимал руки после удара ножом по Селене, тут же отступая, была очень яркой.

Когда неловкая атмосфера разрядилась лёгкой шуткой, Наследный принц легко откашлялся, поднимая настроение.

Ему удалось найти своё место и в чужом доме.

Похожий на лабиринт сад был усеян всевозможными цветами, и Наследный принц занял своё место под сиреневыми лозами, которые были похожи на летний тёплый дождь.

Его яркие светлые волосы и сиренево-лиловый цвет очень хорошо сочетались.

Когда дул ветерок, цветочные ветки, что трепетали и покачивались, словно соблазняющие руки, щекотали его.

– Ты в порядке? – спросил Наследный принц, словно не знал о состоянии Селены.

Вопрос о том шокирующем дне удивил её.

– …а… в порядке, – когда она услышала этот вопрос, у Селены беспричинно заболело ухо. Но повязки, закрывающей рану, не было видно, поскольку она была скрыта волосами.

Не было причин скрывать её, но Селена скрыла, сама того не заметив, потому что ей казалось, что это обнажало её слабость.

– Тот день… Это было неожиданное происшествие, поэтому я запаниковал. Так поймёшь ли ты меня, если я скажу, что поэтому не пожалел тебя?

– Как я смею жаловаться на Ваше Высочество? Это даже не ваша обязанность.

– Я знал, что ты так скажешь, – мило улыбнулся Наследный принц, словно съел ложку мёда.

А вот во рту Селены стало горько.

– Кстати, вы сказали, что это был неожиданный несчастный случай. Значит ли это, что были какие-то ожидаемые происшествия? – её искривлённое сердце продолжало бросать бесполезные слова.

Хоть Селена и знала, что не должна провоцировать Наследного принца, но не могла сдержаться от оскорбительных речей в адрес человека, который уже стал ненавистным.

– Некоторые происшествия можно предвидеть. Когда ходят слухи о накале отношений между семьями, на охотничьих соревнованиях обязательно произойдёт несчастный случай.

Терпение Наследного принца оказалось сильнее, чем Селена думала. Это, возможно, царапнуло его, но мягкая улыбка и спокойные объяснения тут же вернулись.

К чему он стремится?

У него есть цель, поэтому он должен быть терпеливым. Не знаю только, является ли этой целью соблазнить меня или есть что-то ещё, к чему он стремится после этого.

Селена невинно рассмеялась, как глупая девушка, скрывая свои внутренние чувства:

– Ах, понятно. Но я слышала, что они могли целиться на меня, поэтому разве это не было предсказуемым несчастным случаем?

– …хм, как и ожидалось, эта история уже дошла до твоих ушей, – горько пробормотал Наследный принц, не отрицая этого. – Верно, это действительно несчастный случай, то, что стрела попала в Графиню. Потому что это была стрела, нацеленная на тебя.

– …что?

Цель преступления, которую никто не мог точно раскрыть, Наследный принц резюмировал всего несколькими словами.

Что это значит? – в голове Селены бушевал вихрь.

Знание цели убийцы слишком велико. На кого нацелился убийца. Это означает, что он знает, почему убийцу послали и почему именно я была его целью.

Наследный принц сделал шаг к растерянной Селене. Словно собирался раскрыть большую тайную, которую никто не мог рассказать ей. Перед эти предложением Селена не могла отступить.

Подошедший Наследный принц был очень высок. Селене пришлось поднять глаза, чтобы посмотреть на него.

– Селена, мне очень жаль говорить тебе это.

– …что такое?

– Я знаю преступника.

– …что?

Есть другой виновник, кроме тебя? – на ум Селене пришло лишь одно имя.

Розалин.

– На самом деле это была Розалин.

И именно это имя слетело с уст Наследного принца.

Само имя Розалин слишком очевидно. Есть ли кто-нибудь ещё, кого Наследный принц может обвинить, кроме Розалин?

Их, естественно, больше, но Розалин – самый простой и близкий человек, которого можно выложить мне.

Однако бесстыдство столь самоуверенного обвинения Розалин было крайне удивительным.

Ты говорил, что дорожишь ей, как настоящей сестрой? Говорил, что искренне любишь её?

Так легко назвать чьё-то имя?

Селена была так потрясена, что чуть не расхохоталась, но ей удалось проглотить этот смех и она смогла действовать так, словно ничего не знает:

– Чт…что? Что вы имеете в виду?

Не думаю, что уступаю Наследному принцу в актёрских способностях.

– С чего начать… Если тебе нужна причина, то это моя вина, что я не остановил Розалин должным образом, – Наследный принц изобразил искреннее сожаление и повёл себя как старший брат, беспокоящийся о своей настоящей сестре. – Помнишь, что я сказал в прошлый раз? Для меня Розалин как младшая сестра.

– …а, да.

– Кажется, Розалин выросла, думая, что она, естественно, станет Королевой. Поэтому она решила, что обязательно должна выйти за меня замуж. Но мне не очень нравится эта идея. В крайнем случае я предложил ей рассмотреть герцога Ренберд.

Это полностью отличалось от причины действий Розалин, о которой Селене рассказал Кальцион.

– А-а, – но Селена кивнула, словно наконец поняла всё.

Хорошему слушателю нужно лишь вовремя кивать головой.

– Среди королевской семьи нет других неженатых мужчин подходящего возраста… Поэтому я искал семью нужного уровня, и единственный, кто остался, был неженатый герцог Ренберд. Для брака аристократов условия сделки всегда на первом месте. Ты же понимаешь?

– …конечно.

– Как и ожидалось, ты такая же умная, как и всегда.

Как и ожидалось, он хвалит меня за наивность и глупость.

Выражение лица Наследного принца было расслабленным, а слова лёгкими.

История Ирэль полностью отсутствует в его словах. Он говорит так, словно брак с Розалин был решён почти с самого начала.

Это естественно, что я была бы обманута, услышав это, если бы не знала ничего.

– Поскольку я отказывался, то пытался найти хотя бы лучшего мужа на замену себе, но, кажется, Розалин неправильно это поняла. Должно быть, она подумала, будто я приказываю ей стать женой Герцога, поэтому она вдруг начала действовать ослеплённо. Бездумно начала приближаться к Герцогу… и в этот момент появилась ты.

Его речи хороши. То же время, та же ситуация, но идеально перевёрнутая с точки зрения Розалин.

Возможно, это действительно было так, но совершенно ясно, что Розалин расскажет совершенно другую историю.

– Она поторопилась. Она подумала о моей рекомендации, как о вещи ‘обязательной к исполнению’, поэтому твоё существование стало для неё неудобным. Я слышал, что ты с самого начала была очень активной.

– Вы слы…шали? Вы слышали это от Розалин?

– Иначе откуда бы я узнал всё это? – вопросом на вопрос ответил Наследный принц, словно учил ребёнка прибавлять числа. – Возможно, психическое давление из-за случившегося было слишком сильным, поэтому она, плача, призналась во всём. Вот почему я узнал всё от неё.

Розалин сильно плакала?

Это равносильно тому, чтобы сказать, что Кальцион плачет.

Глава 112

– …что она сказала?

– Как сильно ненавидит тебя.

– В первый раз мы испытываем похожие чувства друг к другу.

– Ха-ха… всё потому, что ты такая красивая и умная.

Я – простолюдинка, Герцог не может полюбить подобную женщину, поэтому и было решено, что я стану просто временной возлюбленной.

Большинство людей думает точно так же.

– Но, похоже, что она получила информацию о том, что Герцог везёт тебя в столицу.

Открылось даже существование скрытого информатора. Как далеко он собирается её подставить? – Селена нахмурилась, ожидая следующих слов.

– Приехать в столицу с Герцогом – то же самое, что быть официально представленной в качестве его пары, поэтому она подумала, что с тобой следует разобраться до этого. Вы встречали убийц по дороге?

До этого?

Селена была шокирована, что информация, раскрытая Наследным принцем, оказалась глубже, чем она думала.

– Да, он был от Розалин.

– О…

Как я должна реагировать? Я же не могу сказать, что это он приказал Розалин действовать так.

Внезапно из глубины души Селены ей в голову пришла другая мысль.

Это действительно может быть «правдой» Розалин.

– После этого уже не было времени нанимать убийцу во второй раз. Вы уже въехали в столицу, поэтому она создавала тебе неприятности каждый раз, когда вы встречались в светских кругах.

– …

– Сплетни за спиной, распространение дурных слухов. Я никогда не думал, что подобное произойдёт. Как ты могла улыбаться и не беспокоиться о чём-то подобном?

– А… Я не знала, что это дело рук леди Розалин. Просто я простолюдинка и поэтому все ненавидят меня…

– Боже… Ты так чиста, что даже чужая злоба не может причинить тебе вреда, – взгляд Наследного принца, вздыхающего и смотрящего на неё с любовью, был тяжёлым.

Селена накрыла ладонями щёки и склонила голову, делая вид, что её волнует эта чрезмерная лесть.

Мои душевные силы исчерпаны. Хочу побыстрее очиститься спокойствием Кальциона.

– Значит, она настолько не могла сдержаться, что нацелилась на меня во время охотничьих соревнований? – Селена немедленно призвала мужчину прийти к заключению.

– Верно. Разве это не хорошее место, чтобы победить? Изначально целились в тебя, но Графиня – человек с костями, закалёнными на поле боя. Она инстинктивно защитила тебя.

– Я слышала, что с Герцогом тоже произошёл несчастный случай.

Герцог сказал, что это неважно, но это может быть связано.

– Да, я забыл об этом. Всё потому, что мне не хочется заботиться о благополучии Герцога, – Наследный принц недовольно прикрыл глаза. Даже посреди этого серьёзного разговора лишь в отношении Кальциона он был безжалостен. – Это тоже Розалин.

– …почему Герцога?

– Я лишь позже узнал, что отношения между их семьями изначально были не очень хорошими. Если бы я знал это, то не стал бы рекомендовать его первым. Когда ей не удалось вас разлучить, она подумала, что если Герцог исчезнет, приказ о их браке будет отменён.

И правда, радикальное решение в стиле Розалин.

Это был повод кивнуть.

Сначала, когда Наследный принц заговорил, я думала, что далее прозвучит чушь собачья, но чем больше слушаю, тем более правдоподобно всё звучит. Хочется засомневаться в себе каждую минуту, словно я очарована его великолепной речью, ведь в его словах нет дыр, кроме лжи в начале.

Вот только, Наследный принц – сообщник, он с самого начала знал всё и даже сам признался, что связан с Розалин. Однако в конце истории оправдывает себя.

– Надеюсь, ты не слишком расстроишься из-за того, что я сказал. Но я подумал, что ты должна знать, раз уж замешана в этом.

– Герцог также замешан в этом. Почему вы не говорите ему?

– Разве ты не расскажешь ему? У меня есть возможность наедине увидеться с тобой, но я не хочу стоять так с Герцогом.

– …

Восхитительное упорство протиснуться в брешь, которая едва-едва видна.

Когда Селена ничего не сказала, поскольку была ошеломлена этой наглостью, Наследный принц быстро стёр озорство со своего лица. Он был чувствительным человеком.

– И есть ещё кое-что, что я хочу спросить у тебя.

– Что это?

Свидание, не так ли?

Но слова, слетевшие с губ Наследного принца, были совершенно неожиданными:

– Ты можешь дождаться наказания Розалин?

– Нака…зания.

Это была причинно-следственная связь, которая была слишком логичной, а потому плохо складывалась в голове Селены. Мысль о том, что Наследный принц и Розалин были людьми, объединёнными беззаконием и клеветой, укрепилась.

Селена думала, что даже если люди будут умирать один за другим, то они будут тихо погребены, исчезнув так, словно и не находились под властью Наследного принца. Точно так же она думала, что то, что сделала Розалин, закончится всего лишь несколькими словами извинений.

Однако, когда появилось официальное слово «наказание», оно прозвучало крайне неуместно.

– Пусть с опозданием, но я выяснил, что она дважды пыталась убить тебя и даже ранила одного человека. Сейчас, когда известно это, нельзя просто забыть об этом и двигаться дальше.

– Это так…

Не думала, что он скажет это.

– Однако нет никаких доказательств, кроме признания Розалин, и есть ещё вопрос уважения к маркизу Тойлану. Естественно, на карту поставлены жизни людей, поэтому я не стану относиться к этому легкомысленно. Но, с другой стороны, поскольку она дочь высшего аристократа, наказание будет мягче, чем ожидается.

Сбивает с толку. Так это предупреждение не кусать Розалин или попытка утешения от того, что Розалин стала брошенной картой?

– Причина, по которой Розалин призналась мне, заключается в том, что она верит мне как человек человеку. Просто раскрыть всё это тебе уже значит предать её.

Если бы я не знала, что эти двое идеально подходят друг другу, то была бы впечатлена и ощущала давление.

Какими хрупкими делает людей фраза с обращённым смыслом ‘только ты особенная’. Если ‘особый’ человек, такой как Наследный принц, оказывает тебе ‘особое обращение’, то даже самое чёрство сердце дрогнет.

– …я. Это тайна даже от Графини?

– Я не говорил этого. Для Графини это был настоящий несчастный случай. Но если ты захочешь рассказать ей об этом, я не буду тебя останавливать.

Неосознанно Наследный принц с лёгкостью переложил бремя ответственности на Селену.

Поскольку Селена пристально наблюдала за ситуацией, она поняла, что это также являлось уловкой Наследного принца. Но сейчас было не время заниматься разоблачением.

Мы сражаемся в темноте на мечах. Попал ли меч, которым ты владеешь, в ногу или сердце противника, будет подтверждено лишь позже.

– Тогда я тоже не скажу. Если я скажу это, у Вашего Высочества будут неприятности.

– Скорее всего, они обязательно будут.

– Тогда я не буду больше обсуждать это.

Было ли его конечной целью добиться того, чтобы эти слова были произнесены мной?

Лицо Наследного принца просветлело, словно он избавился от проблем, накопившихся за долгие годы.

– У нас есть тайна, известная только нам двоим, – таинственный шёпот пощекотал ухо Селены.

Тайна, известная только нам двоим.

Какие волнующие и романтичные слова.

Неужели Розалин была очарована такой же сладкой и головокружительной цепочкой?

– Так теперь я в безопасности.

– Конечно, твоя безопасность сохранена моим именем.

Селена ярко улыбнулась, словно влюблённая заложница. Словно даже не подозревала о том, в какой ловушке сейчас находится.

– Поскольку секретный разговор окончен, к сожалению, но я должен вернуть тебя в объятия Герцога.

Наследный принц проводил Селену так же, как когда они уходили, обратно к Кальциону.

Он был настолько сосредоточен на разговоре, что совершенно не обращал внимания на Кальциона. Герцог же с невероятной скоростью обернулся, смотря в другую сторону.

Наследный принц, если и чувствует это, то не торопится. И правда хорошие способности.

В отличие от Селены, которая хоть и не совершила никаких преступлений, но была холодна и замкнута, Наследный принц стал ещё более взволнованным.

– Сейчас, когда Графиня пришла в себя, светские рауты вновь возобновятся. Мои личные тоже. Я бы хочет пригласить тебя на очень маленькое чаепитие.

Наследный принц был нетерпелив, словно потому, что с последнего раза ему не удалось зазвать Селену во дворец.

Что он пытается сделать? Не похоже, что он собирается убить меня в месте, где никого нет.

Если это частное, очень маленькое чаепитие, заманчиво сделать его очень личным, чтобы были только он и я.

– Это большая честь.

Ладно, посмотрим, как далеко это зайдёт, – Селена подняла радостный взгляд, смотря ему в глаза, и улыбнулась.

Это случилось, когда они почти дошли до Кальциона.

– Хорошо закончили разговор? – зарычал Кальцион, хватая Селену за запястье и притягивая к себе.

Он притянул Селену к себе, почти пряча её за собой, прежде чем опустить её запястье.

– Мы очень хорошо общаемся, когда дружеская беседа идёт без Герцога.

– Какая радость, – когда Кальцион сказал это, всё его тело излучало недовольство и гнев. Откровенно показывая то, что ему это не нравится.

Сначала подобный горе, становящийся камнем в отношении женщин, мужчина, живший как старое дерево, эмоционально становится всё моложе и моложе, и сейчас, словно пятилетний ребёнок, даже не может скрыть своих эмоций.

Селена задалась вопросом, можно ли позволять подобного перед Наследным принцем, но тот выглядел удовлетворённым.

Этому тоже пять лет. Ему нравится видеть, как человек, которого он не любит, злится из-за него, – Селена, зажатая между двух пятилетних «детей», мысленно вздохнула.

Удивительно, но у этих мужчин такое богатое воображение.

– Тогда я закончил.

– Вижу.

– Увидимся позже, леди Селена, – Наследный принц не забыл любезно прижаться губами к тыльной стороне ладони Селены в самом конце. Как и посчитал ненужным убирать улыбку, которая растягивала уголки его губ.

Задержись он хоть на секунду дольше, Кальцион снова ответил бы на это действиями, но Наследный принц вовремя отпустил Селену и сел в карету.

Кальцион схватил Селену за руку, едва только карета с Наследным принцем уехала.

– Что делаете?

– Дезинфицирую, – Кальцион достал носовой платок и, вытерев им руки Селены, выбросил его, не собираясь убирать обратно.

Глава 113

Услышав это, Селена, руки которой ранее касался Кронпринц, стала ощущать ещё больше дискомфорта. Словно его мрачная и чёрная аура осела на её руке.

Селена приложила кончики пальцев к губам Кальциона:

– Здесь тоже.

Глаза Кальциона опасно вспыхнули. Несколько медленно, он всё же обхватил запястье Селены и прижался губами к кончикам её пальцев, удерживая женскую ладонь за тыльную сторону.

Твёрдые губы не могли навредить мягкой коже. Однако по всему телу Селены пробежал холодок, словно её решили съесть, начав с кончиков пальцев.

– Готово, – с покрасневшими ушами Селена потянула свою руку, но Кальцион не отпустил. – Здесь была куча чужих взглядов, так зачем…

Селена повернула голову, чтобы сказать, что у входа в особняк стоят слуги, но обнаружила, что Принцесса с широко открытым ртом наблюдала за ними через окно кареты.

В тот же момент Кальцион, который так же повернул голову, затвердел как камень.

Наши действия не были чем-то, что нельзя сделать при ребёнке. Однако мы чуть не пересекли границу, – спрятав горящую руку за спину, Селена вернула лицу строгое выражение:

– Его Высочество Кронпринц уехал, поэтому выходите.

Ничего не произошло. Именно так.

Услышав в её голосе повеление и угрозу, Принцесса тяжело кивнула.

Подушка Принцессы, которую она обязательно будет пинать, сегодня будет ещё и мокрой.

*****

– Поскольку я не привыкла к светскому миру, случаются подобные ошибки. Я болею, поэтому, пожалуйста, простите меня, – графиня Орлэнг, лёжа в постели, просила прощения.

Ещё до того, как случился казус с Кронпринцем, одновременно прибыли Принцесса и Селена, что уже само по себе было абсурдно.

Изначально Принцесса первой отправила сообщение, в котором сказала, что она хочет срочно навестить её, поэтому графиня Орлэнг рассчитывала, что Селена прибудет после того, как её поприветствует Принцесса. Однако благодаря появлению Кронпринца всё исказилось.

Испуганная Принцесса не торопилась, а Селена, которая торопилась, прибыла раньше, чем ожидалось.

– Говорят, что узнать, кому ты важен, можно лишь тогда, когда ты болеешь. Думаю, моя репутация не так уж и плоха.

– Кажется, вы достаточно поправились, чтобы шутить о подобном.

– А, ты про стрелу. Я просто искала предлог, чтобы вернуться в поместье раньше окончания вечеринки, – графиня Орлэнг рассмеялась, словно это не имело большого значения, и ударила кулаком по повязке.

Однако, как и ожидалось, её брови были слегка нахмурены. Даже если она смеялась, словно всё в порядке, очевидно, что это было не так.

Графиня Орлэнг, бравада которой прошла незамеченной из-за привилегии больного человека, снова легла с опущенными руками и продолжила добросовестно исполнять свою роль больного.

– Кстати, я не знала, что вы дружны с Принцессой. Когда вы подружились?

– А, это…

– Мы не дружим.

Принцесса повернулась. Селена повернула голову в её сторону и высунула язык.

Бе.

Разъярённая Принцесса широко открыла рот. Даже в глазах подростка это было по-детски.

Взгляд Селены встретился с глазами Принцессы, и она ухмыльнулась. Встряхнутая ещё раз, Принцесса тихо рассмеялась ‘ха-ха-ха’. Но даже такой смех – это смех. Когда две улыбки встретились, смех множился. А после неохотно они обе одновременно отвели взгляды.

Графиня Орлэнг, наблюдавшая за этой сценой, кратко подвела итог:

– Походу, вы хорошо ладите.

– Мы не дружим.

В этот раз ответила Принцесса. Точно так же, как Селена ранее, она показала язык. Селена тоже рассмеялась.

– Желаю Графине скорейшего выздоровления, – Принцесса положила приготовленный подарок рядом с кроватью графини Орлэнг. – Это подарок, приготовленный с заботой от всего сердца мной и моей матерью.

Графиня Орлэнг слегка вскинула брови и сделала задумчивое выражение лица, а затем подняла свёрток. Тот не был слишком тяжёлым.

– Могу я открыть его прямо здесь?

Принцесса оглянулась на Кальциона и Селену и кивнула.

Графиня Орлэнг решительно пошевелила рукой. Узел на свёртке легко развязался. Изнутри показалась небольшая коробочка. Это была довольно дорогая коробочка.

Я уже видела её…? – Селена задумчиво кивнула знакомой форме коробки.

Когда Графиня открыла коробку, там оказалась сверкающая шпилька с драгоценным камнем. Она не выглядела хорошим подарком для посещения больной. Графиня Орлэнг, казалось, подумала о том же и смущённо кашлянула:

– Хм. Это.

– Это вещь, которую матушка сделала своими руками, к тому же, добавила к ней свой собственный дизайн. Я выбирала из тех, которые наиболее знакомы мне, когда подбирала что-то из того, что находилось в пределах нашей досягаемости, – ответила Принцесса звонким голосом. Более сильным, чем обычно.

Селена переводила взгляд с украшения на принцессу и графиню Орлэнг, думая, какой будет реакция.

Графиня Орлэнг долго смотрела на драгоценный камень в шпильке, прежде чем с её губ сорвался долгий выдох:

– Это прекрасная шпилька. Я не могла увидеть подобного даже в своём поместье.

– Это просто вещь, вы можете заполнить ими всё.

– Даже если количество редких вещиц увеличится, не уверена, что с ними сможет справиться такая, как я.

– Вам просто нужно прикрепить кого-то, чтобы он управлял ими.

– Как мне рассчитывать его труд?

– Разве недостаточно просто оплаты еды и крова?

Только тогда Селена вспомнила, где она видела эту шпильку. Она увидела её там же, где и ожерелье, сейчас висевшее на её шее.

Небольшой ювелирный магазинчик, который я нашла на обратном пути с Кальционом. Я была там, но мне сказали, что не могут раскрыть личность владельца.

А!

Я нашла основу для плавающего разговора между графиней Орлэнг и Принцессой. И почему слова принцессы не похожи на мои.

Принцесса пришла, чтобы найти другой способ выжить.

Как ни посмотри, видно, что пристроиться к Кальциону будет сложно, поэтому, похоже, она решила найти другое место и выбрала графиню Орлэнг.

Знающие люди точно знают, кто владелец того магазинчика и какое хобби у Королевы.

Это установленный факт, что Королева намеренно устраивает пышные вечеринки и выкачивает деньги через это, и где-то в тайне хранит их. Однако никто не знает, в каком именно виде собраны эти деньги.

В этом мире, особенно в аристократическом обществе, обработка и распространение драгоценностей является довольно важной частью. А также это позиция, которую не разрушить, если ты держишься за ней.

Не знаю, какое состояние у графини Орлэнг, но, кажется, драгоценностей Королевы достаточно, чтобы потрясти её сердце. И почти заставить сказать: ‘Как много вы хотите от меня?’

Что ответит графиня Орлэнг на слова Принцессы, что они будут удовлетворены, если сохранят свои жизни?

– Мне придётся немного подумать об этом. Сейчас склад полон, поэтому его будет сложно заполнить едой.

– Скоро вы сможете построить новый склад, – бросила принцесса графине Орлэнг, которая немного медлила с ответом.

Всё правильно.

Иногда она ведёт себя как ребёнок, но становится вполне взрослой, когда дело доходит до риска собственной жизни. Ещё более восхитительно видеть характер Принцессы, который оказался гибче, чем я думала. Она желает как-то выжить, когда Кронпринц взойдёт на трон, и действительно пытается сделать для этого всё.

– Тогда, я уйду первой, – Принцесса быстро заметила атмосферу. Поэтому покинула комнату, оставляя в ней лишь Кальциона и Селену.

Принцессе, которая была выше по статусу, не нужно было говорить этого. Однако Принцесса уже давно жила в мире, где статус не был всем. Узнав законы мира, она поняла, что те, кто умоляют о своей жизни, находятся на дне, а тем, кто их жалел, нужно кланяться.

Когда Принцесса ушла, выражение лица Селены изменилось и она села:

– Принцесса умнее, чем я думала.

Несмотря на критичное замечание Селены, графиня Орлэнг пожала плечами:

– Она выросла бы куда лучше, если бы не Его Высочество Кронпринц, а так вызывает лишь жалость.

Замечания, которые могли расценить как предательство, графиня Орлэнг произносила без капли страха.

– Графиня Орлэнг, у вас просто потрясающее мужество. Удивительно видеть, что оно совсем не уменьшилось даже после того, как в вас попала стрела.

– Потому что это была стрела, которая летела не в меня.

В ответ на слова графини Кальцион, который молчал, скрестил руки.

– …уверены? Разве вы не пытались мне что-то рассказать, а вас просто захотели заставить замолчать?

– Когда я увидела силу стрелы, я поняла, что промах был не специальным. Стреляющий до самого конца был растерян.

– Тогда?

– Возможно, у него было два приказа, или два человека, отдавших приказ, поэтому он и был сбит с толку.

Это означало, что он мог намереваться убить Селену, но после в спешке изменил свои планы.

Воздух стал тяжёлым, как свинец. Селена с трудом вздохнула:

– Я думала, что в тот день вы собираетесь сказать что-то настолько важное, из-за чего вас заставят замолчать.

– Если присмотреться внимательнее, то возможно. Но я не думаю, что всё так серьёзно. Просто это вопрос чести других людей, поэтому нелегко сказать подобное.

– Что вы собирались сказать в тот день?

Больше нет нужды скрывать это.

Графиня Орлэнг легко ответила:

– Я пыталась сказать тебе, чтобы ты не была слишком дружна и не имела дел с Его Высочеством Кронпринцем. У леди Ирэль возникли большие проблемы сразу после связи с Его Высочеством Кронпринцем. Я не знаю, есть ли здесь связи, но мне стало интересно, повторится ли та же схема и у тебя, леди Селена.

– …а.

После всего, это не кажется чем-то особенным. Однако Ирэль и Кронпринц. Обнаружена новая взаимосвязь.

– Лели Ирэль встречалась с Его Высочеством Кронпринцем?

– По крайней мере точно там, где не было чужих глаз.

– Откуда тогда об этом узнали вы, графиня Орлэнг?

– Я проходила мимо и увидела, как они обнимаются и целуются. Однако я не вмешалась, поэтому и промолчала. А потом совершенно забыла об этом, – графиня Орлэнг посмотрела на Кальциона.

Удивлённая Селена также повернулась к Герцогу.

Сам же Кальцион даже не шевелился.

Нам уже стало известно, что Ирэль была поймана другими аристократами, но оказывается дело дошло и до Кронпринца. Хоть я и сомневаюсь, что Ирэль была робкой, я всё же понимаю, что сладкие речи Кронпринца сложно игнорировать.

И другое предложение также оказалось правильным.

Кронпринц подошёл ко мне не как к Селене, а как к «женщине Кальциона».

Глава 114 - Эпизод 11. «Возвращение.»

– Значит стрела от Его Высочества?

Стрела была самым верным доказательством. Поскольку она была воткнута непосредственно в тело графини, её невозможно было подделать или заменить.

– Стрелы нет, – только графиня Орлэнг покачала головой. – Как только я открыла глаза, я хотела проверить, но её уже не было. Должно быть, украли из палатки.

Это напомнило Селене о Кронпринце, выходящем из палатки Графини.

Было несложно забрать стрелу у доктора в той суматохе.

– А…… – Селена вздохнула с сожалением.

Самое главное доказательство отсутствует. Если всё так, то у нас теперь нет другого выбора, кроме как собрать все слова воедино и проследить цепочку.

– Мы встретили Его Высочество Кронпринца у входа в особняк ранее. Он настойчиво говорил мне, что всё это дело рук Розалин.

– Леди Розалин?

– Она сделала это из ревности и чрезмерной преданности, поскольку очень любит его.

– Хм…… в этом есть смысл. Это правда, что она работает на Кронпринца, но и правда в том, что она не заботится о методах, – легко согласилась графиня Орлэнг. Однако казалось, что она не знает ничего, кроме этого.

– Что сказал Его Высочество Кронпринц об этом инциденте?

– Принёс формальные утешения. Это было на территории охотничьих угодий, так что это было стрелой какого-то неопытного стрелка, он просто притворно списал всё это на невезение.

Графиня Орлэнг не принимала непосредственного участия в судьбе Ирэль. Ей и правда не повезло.

– Это предупреждение не болтать.

Примитивный выбор слов заставил Селену громко расхохотаться. От Кальциона, стоящего сбоку, также послышался смешок.

Графиня Орлэнг рассмеялась вместе с ними, поэтому, за исключением этого разговора, визит проходил в дружеской атмосфере. Только вот содержание разговора было серьёзным.

– Когда я думаю об этом, мне становится очень плохо. Я поддерживаю связь с Королевой, подружилась с Ренберд через леди Селену и пыталась открыто говорить о делах леди Ирэль, – графиня Орлэнг улыбнулась. – Думаю, мне стоит по-своему задержать дыхание, но не уверена, что смогу избежать взгляда Его Высочества, поскольку звук моего дыхания громче, чем у других.

– Тогда, вы собираетесь оставаться в поместье?

– Да, не разговаривать со всеми, поскольку мне нужно немного отдохнуть. Я не смогу никуда поехать, пока моё тело не восстановится.

Графиня Орлэнг сказала это так, словно собиралась в отпуск, но это был побег от давления Кронпринца.

Именно этого хочет Кронпринц. Если она выйдет, раздастся звон, похожий на колокольчик.

Если это то, чего он ожидает и от Кальциона…… Ожидаемым финалом станет катастрофа.

Эпизод 11. «Возвращение.»

Карета, в которой ехала Принцесса, ждала в ближайшем лесу. Дороги, по которым могла двигаться карета, были ограничены, поэтому найти её было легко.

– Благодарю за сегодня, – перед тем, как пересесть в свою карету, помедлив, выплюнула Принцесса.

Взрослая Принцесса, должно быть, осталась в особняке Графини.

– Если вы благодарны, то в следующий раз погасите свой долг.

Возможно, у неё было желание отплатить Селене, поэтому Принцесса повернула голову в её сторону и тихо заговорила:

– Если есть способ вернуть долг……

– Есть отличный способ – разочароваться в Герцоге.

Принцесса рефлекторно ответила, но напор в её словах уже был не тот:

– Когда-нибудь я…… когда я стану такой же восхитительной женщиной, как Селена…… тогда……

Селене было интересно, бросит ли она новый вызов, но в итоге слова Принцессы получились комплиментом ей. Казалось, что в сердце Джерриэль Селена закрепилась как человек куда лучший, чем Кальцион.

Селена плотно сжала губы, чтобы не дать улыбке, которая вот-вот должна была расцвести на её губах, появиться:

– К тому времени Герцог уже будет стариком.

– Нет! Герцог не может быть стариком! – закричав это, принцесса Джерриэль захлопнула дверь кареты рукой.

Даже если она отказалась от Кальциона, его оскорбления кажутся ей неприемлемыми.

Наблюдая за отъезжающей каретой Принцессы, Селена ткнула Кальциона в бок локтём:

– Неужели герцог Ренберд не может быть стариком, даже в старости?

Словно это было крайне важным вопросом, Кальцион искренне постарался вспомнить лица своих предков:

– Они казались моложе, чем среднестатистический человек в их возрасте.

Никогда не думала, что это коснётся всей родословной.

– Хорошо жить так.

На самом деле, нет ничего особенно плохого или хорошего в этом, пока человек не живёт, глядя в зеркало лишь в том случае, чтобы узнать, красивое его лицо или нет. Это просто благо для всех тех, кто видит это лицо.

При этих словах Кальцион снова задумался:

– Я не уверен, что моя мать жила особенно хорошо.

Это было шуткой, но вышла серьёзная семейная проблема.

Только, если подумать, разве предыдущий Герцог не был похож на Кальциона? И всё же она была не удовлетворена этим браком.

– Кажется, матушке личность была важнее внешности.

Селене стало искренне жаль.

Если бы предыдущий Герцог был немного более дружелюбным, или если бы предыдущая Герцогиня была бы немного более откровенной, они бы относительно хорошо жили друг с другом. И к юному Кальциону, стоящему посередине, не относились слишком строго.

– Я так думаю.

– Такого лица достаточно, чтобы превзойти мои вкусы, но если бы я не могла наслаждаться таким лицом и деньгами, то требовалось бы что-то большее, как личность?

– Ну, примерно.

Кальцион естественным движением протянул руку Селене, когда она садилась в карету. Селена так же естественно вложила свою руку в его.

Смотря на их соединившиеся ладони, Кальцион вдруг вспомнил кусочек детства.

Моя мать была такой же. Хоть она всегда относилась к отцу с холодным лицом, она естественным движением принимала подобное сопровождение. Её не удивляло, когда его рука обвивала её за талию, и они хорошо смотрелись танцующими на балу.

И всё же, когда она говорила, она была недовольна. Несмотря на то, что моя мать каждый раз, когда ездила в столицу, заводила нового любовника, её неудовлетворённость мужем, бывшим Герцогом, не исчезала.

Внезапно Кальциону стало интересно, какой будет Селена.

Я до сих пор отчётливо помню, как она говорила, что ей не нравятся такие мужчины, как я, однако и моя мать вышла замуж не за мужчину в её вкусе.

– А тебе?

– И то, и другое, – ответила Селена, даже не подумав.

– Разве это правильный ответ? Ответь так, как если бы ты была на месте предыдущей Герцогиней.

– Не думаю, что я вообще вышла бы замуж, – и вновь ответ Селены был кратким и простым.

Тем, у кого были крепкие убеждения, не нужно было долго думать.

– Брак – это вопрос переплетения семейных интересов, поэтому разве не естественно выбирать их по своему усмотрению?

Когда дело доходит до этого, я начинаю беспокоиться. Хм……

Селена, которая ждала какое-то время, добавила:

– Всё же, я бы сбежала, а не выходила замуж. Мой взгляд на брак достаточно чёткий.

– Брак – это?

– Брак – это то, что никогда не нужно делать.

– …….

Чего ты ожидал? – Кальцион замолчал.

Селена не знала этого и принялась тараторить, рассказывая о том, почему ей не следует выходить замуж:

– Люди думают, что умрут, если их разлучит что-то, но, только связав себя браком, их раздражает даже звуки походов в ванную на рассвете. Брак – это реальность. Так действительно ли это счастье – прожить двум людям бок о бок всю свою оставшуюся жизнь? Я думаю, что это глупая иллюзия.

– Вот как…… – Кальцион, у которого было простое представление о том, что брак – это всего лишь процесс сохранения и процветания семьи, не имел никакого мнения, которое можно было бы высказать.

Сторонний взгляд на брак, о котором он никогда в своей жизни не слышал и не думал, был невероятно новым.

– Правда ли возможно, чтобы другой человек соответствовал твоему вкусу во внешности, личности, финансам, увлечениям и образу жизни? Жить в гармонии? Если можно жить счастливо и безопасно в одиночестве, так зачем беспокоиться об этом?

– В этом нет необходимости.

Поэтому, даже если люди женаты, они должны уважать частную жизнь друг друга, – Кальцион активно симпатизировал этой части размышлений.

– В случае с вами, Герцог, вы должны жениться по долгу службы, к примеру, чтобы отправиться на поле битвы ради будущих поколений или ради выживания своей семьи. Но если мне придётся выходить замуж по долгу службы, я лучше соберу все свои деньги и сбегу.

Почти каждое слово Селены о браке было созвучно с тем, что Кальцион думал о браке.

Вся супружеская жизнь, которую Кальцион видел с рождения, была ничем иным, как ‘долгом’, утомительной обязанностью. И он хотел избежать этого, если мог.

Принуждение к чему-то было для него раздражающим. Брак был окончательным вариантом ‘долга’, который Кальцион должен был выполнить, потому что в одиночку не мог произвести наследника.

Слова Селены были правильными, и в другой ситуации он бы похлопал в ладоши и высказал своё согласие, но сейчас Кальцион ощутил себя бесконечно несчастным.

– Кажется, ты против самой формы брака.

– Я думаю, что брак других людей – это прекрасно. Просто для того, чтобы я вышла замуж, я должна встретить кого-то настолько же невероятного, как переход из моего мира в этот, иначе…… О? – речь Селены, продолжающаяся до тех пор, пока карета не въехала в город, внезапно оборвалась, когда они проехали возле переулка. – Остановитесь, остановитесь, остановитесь!

Она ударила о стену кареты и высунула голову из дверей.

Карета поспешно остановилась. Кальцион попытался высунуть голову, чтобы понять, что случилось, но ему мешала Селена.

Дзы-ынь! – из переулка донёсся резкий звук сталкивающихся друг с другом лезвий.

Кальцион инстинктивно схватился за меч на поясе.

– Герцог, подождите!

– Опасно. Что это? – спросил Кальцион, пряча Селену себе за спину.

Ситуация за пределами кареты явно была необычной.

– Ваше Превосходительство, что делать? – взволнованно спросил кучер. Казалось, он хотел как можно скорее покинуть это место.

Резкий звук столкновения лезвий ни на мгновение не прерывался.

Лошади одна за другой начали нетерпеливо топать ногами от звука скрещиваемого металла.

– Послушайте, я видела там Джуну!

– Кья-я-я!

Почти одновременно с криком Селены из глубины переулка раздался крик.

Глава 115

– Проверить, – Кальцион посмотрел на двух охранников, стоящих рядом с каретой.

Двое рыцарей, прикреплённых в качестве эскорта, немедленно обнажили свои мечи и направились в переулок после приказа.

Едва они вошли в переулок, где происходила потасовка, лица одной из сторон оказались им знакомы.

Это были члены поисковой группы, посланные для розыска Джуны.

Другая сторона, сражающаяся с ними, также была знакома им. Этих людей можно было узнать по тому, как они двигались, защищая свои тела. Убийца, пытавшийся убить Селену, и убийца, в тот раз пустивший стрелу в графиню Орлэнг. Они были похожи на них.

Быстро оценив обстановку, рыцари эскорта тут же бросились в бой.

Они вмешались в самый разгар напряжённой схватки, и победа была вырвана быстро. Как только они осознали, что им не повезло, группа убийц разбежалась в разные стороны.

Двое из поисковой группы бросились в погоню, а остальные поясняли ситуацию, обмениваясь быстрыми взглядами.

Это был ожесточённый бой, и навыки обеих сторон были выдающимися, но никто не пострадал. Всё потому, что у них не было дыр в обороне, достаточных, чтобы нанести смертельные раны друг другу.

Охранники нашли сжавшуюся в углу переулка Джуну и подняли её на ноги.

– Кья-я-я-я! Помогите! Простите! Пожалуйста, простите!

Они вытащили Джуну, которая со слезами сопротивлялась, из переулка, почти приобняв её.

Джуна тут же опустилась на колени перед каретой Селены. Рыцари просто отпустили её, но ноги горничной подкосились и она рухнула.

Дверь кареты открылась и Селена, сидевшая на сидении закинув ногу на ногу, посмотрела на Джуну.

Джуна уже сидела на земле, но в тот момент, когда она увидела лицо Селены, то опустила своё тело ещё ниже:

– По, пожалуйста, спасите меня! Я была неправа!

Бледная до синевы Джуна униженно умоляла. Её тело, лежащее лицом вниз, крупно дрожало.

Смотря на облик горничной, были чётко видны тяготы её прошлого. Возникал вопрос, спала ли она и ела, об умывании речи вообще не шло. Всего за несколько дней нищеты облик, по которому девушку можно было определить как горничную, полностью исчез.

Тело, покрытое грязью и нечистотами, выглядело так, словно потечёт целая река грязи, если просто брызнуть на него водой. Несмотря на то, что Селена была далеко, она чувствовала этот кислый запах. Но, казалось, что никаких травм у бывшей горничной не было. Поэтому она не вызывала особого сочувствия.

– Какой был смысл вот так сбегать?

– Я, я убежала, чтобы выжить, клянусь!

– Кто-то собирался убивать тебя?

– Госпожа Селена не стала бы убивать меня! Но кто-то другой мог прийти, чтобы убить!

– Я думаю, что в особняке Ренберд намного безопаснее, чем вот так бродить по улицам, но если ты так не думаешь, то на этом всё, – Селена спокойно приказала закрыть дверь кареты.

Однако Джуна поползла по земле и помешала этому, вцепившись в дверь кареты:

– Н, нет! Верно! Госпожа Селена права!

– Ну, и? Я не задерживаю тебя. Иди куда хочешь.

– Нет! Я хочу в особняк Ренберд! Даже если вы меня запрёте, я буду послушно сидеть взаперти! Даже не подумаю уйти!

Заключение сейчас – получение защиты. Несмотря на то, что всё обернулось вот так, она до конца меняет свои слова и поведение в свою пользу.

Хоть и по необходимости, но Джуна была ближайшей помощницей Ирэль. Возможно, она видела многое, что не видели другие. Среди вещей, которые все упустили, не посчитав важными, может быть много подобного.

По этой причине Джуна в любом случае была нужным для Селены человеком. Она всё равно собиралась отвезти сбежавшую горничную в особняк, но когда та послушно переметнулась на её сторону, как Селена и ожидала, у неё закрутило живот от недовольства.

– Почему бы тебе не пойти и не сказать то же самое Лирэль? Ты была так долго верна ей, так разве она не сделает что-нибудь, чтобы спрятать тебя?

– Нет! У мисс Лирэль нет другого выбора, кроме как убить меня. Хны-ы-ы……

– С чего бы Лирэль убивать тебя? Ты такая преданная и с хорошими актёрскими способностями.

– Не знаю! Откуда мне знать, что на уме у мисс? Нав, наверное, потому что я слишком много знаю……? Я дошла до особняка мисс, но когда услышала, что солдаты ищут меня, чтобы убить, сразу убежала.

Если услышала, что говорили солдаты, то это не догадка, а конкретно отданный Лирэль приказ. Подлинность ещё предстоит выяснить позже, но если это правда, то Джуна стала опасной и для Лирэль.

И это было ещё одной причиной для Селены позаботиться о ней.

– Кажется, Лирэль также очень непостоянна. Кстати, я должна спасти тебя лишь за красивые глаза? Разве я уже не спасала тебя однажды ранее?

Джуну поймали благодаря погони, но факт, что её спасли, был неоспоримым. Селена вновь снисходительно усмехнулась.

– Пожалуйста, спасите меня ещё один раз!

– Что ты сделаешь, если я спасу тебя?

– Что угодно!

– Хм……

Когда Селена показала признак сомнения, словно собиралась окончательно отказать, взгляд Джуны стал более серьёзным.

– С этого момента я действительно стану верной госпоже Селене! Что бы вы ни приказали мне, я сделаю!

– Мне это не нужно, – улыбнувшись, отказалась Селена.

– ……что……?

В этот момент она думала, что её примут обратно. У Джуны, получившей удар, подобный камню по голове, помертвело лицо. Даже руки, вцепившиеся в карету как верёвки, потеряли силу.

Вот что значит предать доверие человека, – Селена посмотрела на Джуну холодным взглядом:

– Как я могу продолжить доверять тебе и позволять работать? Теперь тебе нет никакой работы.

– Е, е, ещё.

– Ещё, что? Разве ты не бесполезна для меня?

– Полезна! Я буду полезна!

– Как? И чем?

– У меня есть кое-что очень важное! Я отдам вам это!

Селена собиралась получить рабскую клятву и принять её спустя некоторое время, но Джуна вдруг выдала нечто совершенно неожиданное.

– И что у тебя есть?

– Я не м, могу сказать вам прямо сейчас……

Снова, снова смотрит на возможности.

Я уже настолько ненавижу её, что даже готова подумать о том, чтобы выбросить.

– Нет, я не говорю это специально. Это правда, любой, кто услышит это, умрёт, – даже когда бывшая горничная говорила, её глаза блестели от страха. Это не было похоже на ложь.

Когда Селена ничего не ответила, Джуна стала нетерпеливой:

– Я уверена, что это крайне важно, настолько, что вызовет огромный шум, если выйдет на свет. По крайней мере, этого точно будет достаточно, чтобы избавиться от нескольких людей!

– Теперь это похоже на шутку.

Даже услышав это, Джуна не стала похожа на человека, готового просто плыть по течению.

– Тогда говори. Если не можешь говорить, просто покажи, – Селена протянула руку к Джуне.

– Не сейчас, – но и в этот раз Джуна отказалась говорить, качая головой.

Когда Селена спросила, она показала свой интерес, но сместила вес разговора в сторону.

И это действительно заставляло бывшую горничную желать разреветься.

Селена точно не пустит меня в особняк, даже скрипя зубами.

– Потом – это когда?

– М, мы можем поехать в особняк и там спокойно поговорить? – Джуна смотрела на неё как мышь, прячущаяся в норе. Она отчаянно искала способ выжить.

Больше никаких споров на улице, – Селена вздёрнула подбородок, словно не могла проиграть.

Как только она войдёт в особняк, она не сможет сбежать и будет терпеть всё, даже пытаясь спрятаться или залечь на дно.

– Поедешь рядом с кучером. Эх, мне немного любопытно.

– Огромное спасибо! – Джуна, опасаясь, что Селена может передумать, поспешно забралась на место кучера.

– Угх, этот запах, мисс……

Селене было жаль страдающего кучера, но она не могла посадить Джуну в карету.

*****

Когда они прибыли в особняк с Джуной, которая выглядела как нищая, все в особняке укоризненно щёлкнули языками.

Это был идеальный момент, чтобы создать недоразумение, что Селена тащила её по земле, после того, как Джуна рухнула в канаву.

Селена подошла к бывшей горничной и, напрягая живот, сказала:

– Я собиралась убить тебя в качестве наказания за то, что ты посягнула на хозяйское имущество, а после кражи сбежала……

– Когда я!

– ……так мне убить тебя?

– ……так и было. Похоже, я сошла с ума и забыла об этом. Я сделала это и сбежала. Пожалуйста, сохраните мне жизнь.

Чтобы все в особняке какое-то время пристально следили за Джуной и не давали ей расслабиться, нужно было сделать из неё преступницу.

Вместо того, чтобы говорить, что она была шпионкой из определённой семьи, более реалистично было выставить её меркантильной стервой, сбежавшей с вещами своих хозяев.

Джуна рефлекторно возмутилась на внезапно свалившееся обвинение, но быть плохой горничной и человеком было в тысячу раз лучше, чем умереть.

Так Джуна оказалась в своей камере.

Это была заброшенная комната с окном размером с ладонь, которую нельзя было использовать как кладовую из-за её влажности. В тёмной и мрачной атмосфере комнаты Джуна испуганно таращила глаза.

– Так, раз уж мы в особняке, продолжим разговор? Можешь начинать.

– У ме, меня сейчас нет этого.

– Хм, обманщики всегда отвечают так.

– Это правда. Я спрятала это по дороге в Ренберд. Чтобы у меня не отняли это.

– Итак, где оно?

Хоть она и призналась, что спрятала это возле первой деревни, в которой они остановились после пересечения границы Ренберд, Джуна отказалась говорить место, настаивая, что будет трудно отыскать тайник, если это будет кто-то другой, а не она.

Всё потому, что бывшая горничная осознавала, что не сможет вечно жить в особняке под защитой, и что ей нужно отправиться в поместье Ренберд, чтобы выжить в этом преследовании.

В любом случае, день возвращения в Ренберд не так далёк.

– Если ты не сможешь найти это или если это было обманом……

– Нет! Правда нет! Это не ложь!

– Мы похороним тебя в том месте, где ты не сможешь ничего найти. Никогда не забывай, что ты сейчас стоишь перед герцогом Ренберд, который действительно может сделать это.

Дурная слава Герцога Севера была не только в голове Селены. Как только она услышала слова Селены, лицо Джуны стало таким бледным, словно из него исчезла вся кровь, вплоть до последней капли.

– Даже если это будет не специальной, а реальной потерей?

– А разве я могу знать это? – добродушно улыбнулась Селена.

Джуна посмотрела на Селену с огромным негодованием. И половина эмоций в этом взгляде были нецензурными оскорблениями. Только Селена даже не шелохнулась.

– Итак, что это?

Теперь-то я могу узнать.

Джуна с решительным выражением лица сглотнула сухую слюну, словно собиралась ответить, и действительно разомкнула губы:

– Это предсмертная записка мисс Ирэль.

Глава 116

– ! – Селена и Кальцион одновременно затаили дыхание.

Они даже представить себе не могли, что такое возможно. Даже предположить подобное было невозможно.

Кальцион думал, что это убийство, поэтому, естественно, считал, что предсмертной записки не может и быть, а Селена не говорила о ней, поскольку никаких упоминаний не было.

Дикой неожиданностью оказалось, что кто-то мог украсть её и спрятать.

Селена оглянулась на Кальциона, но тот покачал головой, говоря, что впервые слышит об этом.

Селена медленно вдохнула и выдохнула. Движения Кальциона были вялыми, словно он получил удар по голове. Было понятно, что и в его голове тоже был беспорядок, вызванный растерянностью.

То же самое было и с Селеной, но пришло время усомниться в правде. Она посмотрела на Джуну и заговорила более сурово:

– Ты же не пытаешься спасти свою жизнь прямо сейчас? Ты даже читать не умеешь. Откуда тебе знать, что это предсмертная записка!

– Я нашла эту записку после смерти леди Ирэль! Должно быть, из-за порыва ветра она упала под кровать, где я нашла её только потом!

Если она нашла предсмертную записку сразу после смерти Ирэль, то всё получается логичным. Похоже, она в спешке пыталась использовать всё, что попало ей под руку.

– Но зачем она тебе?

– Тогда я подумала, что меня могут заставить замолчать, и решила использовать её потом, потому и оставила у себя. Я сказала мисс Лирэль, что её не было.

Итак, нет подтверждений, настоящая это предсмертная записка или просто какая-то записка или письмо. Однако, учитывая обстоятельства её нахождения, весьма вероятно, что это предсмертная записка, как и говорит Джуна.

– Они подняли шум, когда сказали, что не могут найти её, что это невозможно и что это будет огромной проблемой, если записку найдут позже, и что все они умрут! Это точно она! – когда Селена не ответила сразу, Джуна начала тараторить, словно спрашивая, верят ли ей.

– ……я поверю тебе один раз.

– Пусть даже один раз, пожалуйста, поверьте мне! С этой предсмертной запиской госпожа Селена может стать королевой светского общества!

Джуна, не знающая всех обстоятельств, расшумелась, но Селена не слышала ничего из этого.

Её глаза дрожали, поэтому ей было трудно удержать равновесие и повернуться.

– Ты в порядке?

– ……да.

Я думала, что обманула себя, но глаза Кальциона не могу.

Мужчина не пропустил её малейшего колебания. Даже когда он услышал ответ Селены, что всё в порядке, сильная рука легла на её талию.

Селена удобно расположилась в объятьях этой руки. Она чувствовала себя намного стабильнее, чем когда стояла одна.

Делая вид, что ничего не случилось, они вышли из комнаты, поставили охранников, ожидавших перед дверью, в качестве наблюдения, и приказали проходившим мимо горничным присмотреть за Джуной и сопровождать её в туалет, чтобы ничего не случилось. Горничные, которых обычно раздражала заносчивая Джуна, выплеснут свою злость на неё вместо Селены.

Не в силах дождаться момента, когда они вернутся в свою комнату, Селена резко спросила:

– Это настоящая предсмертная записка?

Она притворилась спокойной, но слова, вылетевшие из уст Джуны, создали огромную волну, что потрясла даже их игру и отношения.

– Поскольку она не умеет читать, то могла оставить не ту бумагу.

Вероятно, да.

– Но что, если это настоящая предсмертная записка?

Само существование предсмертной записки полностью опровергает заявление Кальциона о том, что это было убийство. Зачем оставлять предсмертную записку, если тебя убивают? «Самоубийство» становится единственным правильным ответом, за исключением довольно надуманной догадки, что её оставили в живых для чего-то.

Что касается причины совершения самоубийства, то необходимо лишь проверить содержание предсмертной записки. Причину смерти и человека, который стоял за доведение девушки до этого, удастся найти сразу. Причина, по которой Кальцион поддерживает контракт со мной, исчезнет.

Если это будет настоящая предсмертная записка, то расследование дела полностью закроется. В такой странный момент, вот так просто, – конец этой истории пролетел перед глазами Селены без какого-либо предупреждения.

Концом дела станет расторжение контракта. А это значит, что и мой «роман» с Кальционом тоже закончится, – сердце Селены сильно сжалось.

– ……первое, что нужно сделать, это проверить. Нельзя делать поспешных выводов ни о чём.

Кальцион прав. Первое, что нам нужно сделать, это проверить, есть ли предсмертная записка и настоящая ли она. Это отсрочка, пока она не попала нам в руки.

Если предсмертная записка поддельная или не будет найдена, наш контракт продлится. Готовясь к этому, нам придётся какое-то время поддерживать наши отношения.

Напряжение покинуло плечи Селены, которые сильно затвердели. Белое оцепеневшее сознание также начало приходить в норму.

– Значит, вы собираетесь сейчас послать Джуну за запиской?

Кальцион покачал головой:

– Думаю, будет проще забрать её на обратном пути. Можно рассредоточить войска до того места, где нужно найти тайник с запиской, но для поездки в Ренберд потребуется больше войск. Путешествовать вместе будет безопаснее.

– Значит, я тоже возвращаюсь?

– Я не могу оставить тебя здесь одну.

Возвращение, – Селена ожидала, что работа скоро завершится, но это всё равно было более быстрое возвращение, чем ожидалось.

– ……возвращение.

В Ренберд, а вскоре и в мой мир.

День, когда я вернусь, казался таким далёким.

‘Когда-нибудь’.

Есть огромная разница между вернусь ‘когда-нибудь’ и возвращаюсь ‘прямо сейчас’.

Я не думала, что однажды наступит так скоро. Теперь я смогу увидеть ночной вид на Ренберд, праздник Ренберда, о котором мы говорили «когда-нибудь».

Интересно, понимает ли это Кальцион?

Мужчина лишь кивнул с лицом, выражение которого мало чем отличалось от его обычного:

– Случилось быстрее, чем я думал, поэтому я немного сбит с толку.

Когда пришло время возвращения, он задался вопросом, поднимет ли Селена вопрос о её возвращении. Даже для Кальциона отправить Селену обратно было хлопотно и трудоёмко.

Дать ей хорошее содержание и устроить отличную жизнь было куда удобнее для работы с ней.

– Когда весь инцидент будет раскрыт…… месть – моя работа.

Селене здесь нечего было делать.

Как мы и решили в начале, моя работа состояла в том, чтобы «погрузиться в светский мир и собрать информацию» даже сейчас, когда моя работа подходит к концу, она остаётся такой.

Ни положение любовницы Кальциона, ни постель, которую мы делим каждую ночь, не могут стать моим «сидением».

Разве не этого я хотела?

Просто сделать чистую работу и вернуться в свой мир без грязных чувств. Я была так счастлива в начале, что почти парила. Однако почему сейчас сердце такое тяжёлое, словно на него положили гирю? – Селена сжала пальцами ткань напротив сердца.

В теле образовалась огромная пустота, заставляющая желудок сжаться. Селена подумала, что почувствовала бы себя легче, если бы её вырвало, но была лишь разочарована, поскольку в желудке ничего не было.

– Где болит?

– ……должно быть, перенервничала ранее. Чувствую себя не слишком хорошо.

– Давай прогуляемся?

Прохладный ветерок может немного охладить это чувство, – Селена взяла Кальциона за руку, и они вышли из здания.

Тропинки, на которые она никогда не обращала внимания, потому что видела всегда, проходя мимо, крепко врезались в её глаза.

Если я скоро вернусь в Ренберд и свой мир, то это будут мои последние воспоминания.

Хоть Селена каждую секунду думала, что это не её мир, когда пришло время отпустить, крепко сжатые кулаки плохо разжимались.

– Есть ли сейчас люди на тренировочной площадке?

– Думаю, у них перерыв.

– Тогда можно мне осмотреться там?

Если возможно, я хочу ещё раз увидеть место, где провела много времени.

Сердце – это не то, что может только принимать. Не то, что можно сохранить, ничего не отдавая. Кажется, что в какой-то момент на тренировочной площадке, где я проводила каждое утро, я смогу отказаться от своих привязанностей одной за другой, даже не осознавая это.

Если я не оставлю эти эмоции, то кажется, что шаг назад в мой мир будет слишком тяжёлым.

Кальцион не стал спрашивать о конкретной причине и послушно направился туда.

Это было место, куда они всегда ходили, но почему-то оно казалось другим и Селена изо всех сил вцепилась в руку Кальциона. Он шёл тихо, ничего не говоря.

Селена провела пальцами по ложбинкам между его мышцами, которые чувствовались под одеждой.

Твёрдое предплечье Кальциона, до которого она могла дотрагиваться кончиками пальцев, сейчас можно было трогать свободно, без напряжения.

Было время, когда я боялась, что это предплечье может сломать мне шею.

Фамильярные лёгкие движения. Даже не знаю, когда они пришли, но они стали частью обыденной жизни.

Возможно, это было намеренно, но темп шагов сегодня был исключительно медленным. Словно на один шаг давался один вдох. Пока Селена думала о том, какой длинной была дорога к тренировочному полю, Кальцион заговорил с ней:

– В каком мире ты жила?

– Вдруг спрашиваете меня об этом…… Хм, что я должна рассказать в первую очередь?

– Что угодно. Всё, что приходит на ум.

– Почему вам стало интересно? Вы никогда ранее не задавали вопросов.

– Потому что ты очень скучаешь по нему и хочешь вернуться. Я хочу знать, что в действительности есть там и чем тот мир отличается от этого.

Селена с опозданием поняла смысл слов Кальциона.

Я действительно так сильно хочу вернуться?

Нет. Никогда не было намёка на «хочу вернуться». Я просто всегда думала о дне, когда вернусь.

Что, если Кальцион думал об этом, как об «отчёте до дня возвращения»?

Он никогда не думал, что я захочу остаться. Он смотрел на меня и думал, что когда-нибудь отправит меня обратно.

Это не расстояние, которое можно преодолеть за несколько дней, сорвавшись с места прямо сейчас, а место, про которое ты не знаешь, вернёшься назад или нет. Место, в которое однажды вернувшись, мы больше никогда не увидимся.

Невозможность вновь увидеться равносильна смерти.

Глупец, который проявляет привязанность к человеку, который вот-вот умрёт, далеко не норма.

Ум так же драгоценен, как деньги. Нельзя инвестировать безрассудно в кого-то, кто не может вернуть дарованное.

……так будет лучше для нас.

По крайней мере, будет не так больно.

– Тот и этот…… Хм, удивительно, но такие вещи, как климат, похожи, – Селена намеренно повысила свой звонкий голос.

– Хм.

– Однако такие вещи, как деревья и цветы, выглядят немного иначе. У роз нет таких шипов, и я не думаю, что когда-либо видела пурпурные лилии.

Селена просто говорила о том, что попадалось ей на пути, пока осматривала пейзаж, но Кальцион сорвал пурпурную лилию, как только услышал об этом:

– Возьми.

– Вы уже хотите упаковать то, что мне нужно взять с собой?

– Поскольку время, которое ты провела здесь, – это просто время…… ты можешь забыть его.

Глава 117

Селена покрутила в пальцах пурпурную лилию.

Если я действительно захочу вспомнить об этом мире в своём, то могу просто добавить нужный цвет к цветку, хоть это и будет ощущаться по-другому.

Под тёплым солнечным светом, в тени дерева с прохладным ветерком. Пурпурную лилию, сорванную этим красавцем, никогда и ничем не заменить, – Селена глубоко вздохнула, словно стряхивая эти мысли:

– Если собираешься идти вперёд, то оставь всё позади. Особенно этим затяжные чувства.

– Так это называется затяжными чувствами.

– Жаль отчаянно цепляться за воспоминания, когда чужая рука уже выскользнула из твоей.

Кальцион говорил, что найдёт способ помочь мне вернуться, но не сказал, что я точно смогу сделать это. Возможно, я не смогу вернуться домой, – Селена посмотрела на небо и снова подумала о мире, в котором жила.

Небо и там и здесь кажется одинаковым, но есть тонкая разница, вторгающаяся в область знакомого. Хоть я и не могу определить и объяснить, в чём именно заключается разница, она есть, точно так же, как в запахе воздуха, который ощущается другим.

Однако я не могу вспомнить то небо.

Каким оно было?

А сейчас я привыкла к здешнему небу.

Точно так же я не могу вспомнить многое из того, что оставила там, от чего не могла отказаться, – подумав об этом, Селена смогла вспомнить вещи, которые у неё были там, одну за другой:

– Там у меня есть дом, есть автомобиль……

– Автомобиль – это карета?

– Да, нечто похожее. У меня тоже был очень хороший автомобиль, на который все смотрели, когда я ехала в нём.

– Ты была богата.

Человек, имеющий самые большие богатства в этом мире, хвалит меня за то, что я была богата, – Селена легко рассмеялась, словно взлетающие семена одуванчиков.

После сказанных слов, вещи, которыми она обладала в другом мире, стали казаться Селене незначительными.

Изменилась ли я лишь потому, что прожила жизнь, в которой рядом с Кальционом деньги не имеют значения? В тот момент, когда я держала их в руках, я ощущала, словно я достигла всех своих целей в мире.

Родившись бедной, я зарабатывала лишь своим телом. Тогда я чувствовала, что выиграла битву с миром, который беспокоил меня.

– Да, я была богата. Не так сильно, как думали люди. Я много зарабатывала, но моя семья знала это, и после расплачивания по их долгам у меня оставалось немного.

Обычная история. Семья вцепляется клещом в спину своих успешных детей.

– Однако я оставила там очень хороший дом, в котором жила, поэтому можно сказать, что я богата. О, если говорить по здешним меркам, то я купила небольшой замок.

– Чтобы купить его, работая самостоятельно, нужно быть очень способной.

– Конечно, я очень хорошо работала. Как бы мне столько завидовали, если бы я даже не могла играть, а обладала только красивой внешностью? У меня даже был зоркий глаз на выбор сценария.

– Должно быть, там много людей, которые сожалеют о твоём отсутствии.

Если у неё хорошая карета, большой замок, красивая внешность и отличные профессиональные навыки, то, естественно, многие будут искать её, – поток мыслей Кальциона был чрезвычайно простым.

– ……наверное……? – только Селена улыбнулась, словно цветок, засохший за зиму и уносимый ветром.

– Нет? – Кальцион наклонил голову от ощущения странности.

– Нет, верно. Так и есть. В том мире я…… была знаменитостью, о которой знали больше половины людей в мире. Я ведь говорила вам, что великая актриса. Куда бы я ни пошла, везде буду особой.

Даже сейчас я живу особой жизнью.

Кажется, что мне суждено жить особой жизнью, куда бы я ни отправилась.

Я – единственная возлюбленная Герцога Севера, который известен тем, что не интересуется женщинами, и нарушитель спокойствия, который перевернул светский мир с ног на голову. Трудно найти ещё одного такого человека в этом мире.

– Взгляды и внимание людей всегда следовали за мой. Если я делала глоток воды, распространялись слухи о марке воды, которую я пила, а когда я смотрела на цветы, мимо которых проходила, поднимался шум: ‘Селена влюбилась в этот цветок!’.

– Весь мир смотрел на тебя.

У меня до сих пор возникает ощущение, что за мной наблюдает весь мир. Это судьба, через которую мне пришлось пройти, потому что я была человеком по имени «Селена», прежде чем стала «актрисой» Селеной.

Это стало настолько естественно, что мне бывает грустно, если подобное не случается. Благодаря этому были времена, когда я была счастлива и довольна, но были и моменты, в которых я чувствовала себя стеснённой и задыхалась.

– Да, так и было.

– Ты говорила, что можешь сразу распознать притворство любви, потому что привыкла к тому, что тебя все любят. Раз весь мир любил тебя, значит так оно и есть, – Кальцион говорил сам с собой, словно наконец понял, что такое любовь.

Только Селена забыла, какой была любовь в его словах.

Не всякая любовь прекрасна.

Любовь публики порой удивительно горячая, но также быстро она и остывает. Их любовь часто превращается в ненависть.

Они многого ждали от меня.

Они желали, чтобы я демонстрировала им прекрасный облик, которого они не смогли добиться, и развлекала их.

Я никогда не жаловалась на это. Это было ценой за многие вещи, которыми я могла наслаждаться, и я думала, что это то, что я должна делать.

Хоть их интерес и ожидания выражались как «любовь», это не та любовь, что способна компенсировать все тяготы жизни.

Но сейчас самое время говорить так, словно это была именно такая любовь.

Если подумать, в этом нет ничего особенного. Я чувствую, что умру, если не буду получать любовь, которую давали мне люди того мира. Это то, что я никогда не должна потерять. Если я скажу обратное, то у меня не останется причин возвращаться.

– Должно быть, тебе очень трудно, поскольку ты не получала подобную любовь здесь.

Селена рассмеялась:

– Это словно слова человека на смертном одре. Вы жалеете, что не смогли многое сделать для меня в прошлом?

– Есть ли что-то, что я не смог сделать для тебя и должен сожалеть?

– Актёрское мастерство?

– Мне жаль, – без колебаний извинился Кальцион.

Селена снова рассмеялась.

Кальцион никогда не пытался рассмешить Селену. Однако, когда они были вместе, Селена смеялась, даже не осознавая этого. Удивительно было наблюдать, как лицо, подобное статуе, освещает улыбка.

Если подумать, я довольно много смеюсь в этом мире.

Начало было трудным, но происходило много забавных вещей.

Я попробовала все прелести роскоши, а также участвовала в ослепительно роскошном банкете в Розовом Дворце. Среди «настоящих» королевских особ и аристократов, не актёров, и даже танцевала с «настоящим» северным Герцогом.

Впервые в жизни я заснула в одной постели с мужчиной, а утром проснулась в уютном тепле от его тела.

Хорошее. Всё время, проведённое здесь.

Даже то, что на кону стоит моя жизнь. И это действительно злит меня. Прошедшее время сияет так ярко, словно ничего такого не было.

– Если ты вернёшься, будет здорово снова получать эту любовь.

– Конечно. Сколько я боролась, чтобы получать эту любовь?

– Ты должна вернуться.

– Должна. Если только смогу сделать это.

– Ты сможешь вернуться. Потому что есть записи о возвращении.

– Архимага, сделавшего этот браслет?

– Верно. Она ходила туда-сюда по своему желанию и оставляла записи. Поэтому, внимательно изучив записи, можно найти способ вернуться.

– А……

Это не просто грубое предположение, что есть способ как-то вернуться. Есть точный способ и даже записи об этом, а также доказательство в виде этого браслета. Достаточно ясно, что хочет сказать Кальцион.

Как я уже сказала в начале, мне нужно отпустить это. В любом случае, это жизнь, которая не принадлежит мне. Если тебе понравился этот опыт, отпусти его и иди дальше.

Селена изо всех сил пыталась вспомнить пылкие взгляды публики, направленные на неё.

Глаза людей, которые смотрели на меня восторженными взглядами, словно все цветы в мире расцвели от одной моей улыбки. Их широко открытые глаза. Были ли они яркими или ошеломлёнными?

Я не могу вспомнить, какие глаза смотрели на меня.

Селена вновь посмотрела на Кальциона.

Он уже давно смотрел на Селену.

Его губы произносили слова о том, что он должен отправить Селену обратно, как должное, но глаза говорили другое.

В его глазах была сила, она была горячей и густой, словно он вот-вот обхватит её тело своими руками и, прижав его к своему, никогда не разлучится с ней.

Любые взгляды, направленные на Селену, были слабее, чем взгляд Кальциона, смотрящего на неё сейчас.

Я давно заметила, что в его игре начинают появляться чувства. Но не думала, что они уже на грани переполнения.

В его мире расцвели цветы.

Ах, как же. Цветы, которые уже расцвели, не могут вернуться к бутонам. Они либо дают семена, либо засыхают и умирают.

После того, как я уйду, Кальцион заболеет. Он даже не поймёт, почему болеет, – когда Селена подумала о его боли, у неё возникло ощущение, словно она вот-вот сгорит. Ей было грустно и жалко.

Но я ничего не могу сделать.

Я не могу остаться в этом мире, где я – никто. Я должна вернуться. Только тогда я смогу стать «кем-то», – Селена горько улыбнулась, смотря на Кальциона.

Делая вид, что не замечает. Беспечно улыбаясь.

– Спасибо.

– Пожалуйста, – также вежливо отозвался Кальцион.

Никогда не интересуясь собственным сердцем, было ясно, что Кальцион не знал, насколько болезненными окажутся раны, которые он получит.

Селена тоже не знала этого.

Глава 118

– Это в эту карету!

– Несите с осторожностью! Говорили не накрывать это, потому что может сломаться!

Уже несколько дней в особняке было шумно.

Селена смотрела в окно на слуг, носящих вещи в кареты. В основном это были вещи Селены.

– Вы что, никогда не вернётесь в Мин? Обычно, покупая вещи, их надевают, когда возвращаются, верно?

– Откуда ей знать, сможет ли она вернуться или нет? Нужно забрать с собой как можно больше.

– И в самом деле.

Нельзя было расслабляться только из-за того, что в карете не было свободного места.

То, что сказали горничные, не было таким уж неправильным. Если Джуна сказала правду, и предсмертная записка настоящая и они найдут её, то Селена уже никогда не вернётся сюда. Платья можно было оставить, но украшения она планировала забрать.

Собрав все драгоценности, Селена просто приказала упаковать все платья. Её также напрягало, что нужно указывать, что забирать.

– Как и было запланировано, передовая группа отправится сегодня, – подойдя к Селене со спины и посмотрев на слуг, носящих багаж, сказал Кальцион.

– Ничего ведь не случится, если силы эскорта будут минимальны?

– В любом случае, цели – только ты и я, поэтому со слугами всё будет в порядке. Даже если на них нападут, то нападавшими будут только воры, которые даже не в силах узнать фамильный герб. Они смогут с этим справиться.

Количество людей, возвращающихся назад, было таким же минимальным и как когда они приезжали. В разделении с эскортом не было ничего неудобного, поскольку чтобы их нагнать, требовался лишь один день скачки на полной скорости.

Даже если передовая группа отправится первой из-за возросшего количества багажа, чем было при их прибытии, путь мало бы чем отличался от прибытия на границу территории. Максимум на один день.

Решение вернуться с разницей во времени было вызвано новостями о выздоравливающей графини Орлэнг, прибывшими вчера.

– Если хочешь, можем пропустить вечеринку и уехать прямо сейчас.

Это было обдуманное предложение, на случай, если Селена захочет вернуться в свой изначальный мир как можно скорее.

Но она покачала головой:

– Нет, я всё же хочу увидеть их лица в последний раз.

– Ничего страшного не будет, если мы сильно отложим начало.

В этот раз забота была направлена в противоположном направлении.

– Насколько?

– Хоть насколько.

Оглянувшись на серьёзного Кальциона, Селена дразняще рассмеялась:

– Если я скажу, что останусь навсегда, что вы будете делать?

– Ещё лучше.

– ……

Она должна была произнести ещё что-то поддразнивающее, но её губы слиплись и Селена не могла произнести ни слова.

Она неловко открыла рот, но тут же закрыла его. Селена потеряла дар речи, потому что знала, что Кальцион был не из тех, кто говорит пустые вещи или шутит.

Она сотни раз высмеивала его неопытность, но не могла высмеять его искренность.

В отличие от обычной ситуации, дальнейших дразнящих слов не последовало, и Кальцион странно посмотрел на Селену.

– Тогда это должно быть действительно большим событием.

Ей вновь пришлось играть. Только теперь это была не роль соблазнительницы страшного северного Герцога, а притворство, что она не знает его чувств и ‘действует как любовница, как и всегда’.

– Есть ли что-то настолько важное, чтобы ты могла остаться здесь до конца жизни?

– Что вы будете делать, если я потребую себе место самой расточительной женщины герцога Ренберд?

– Тогда я должен стать самым богатым Герцогом на свете. Так уже и есть.

Последовала довольно надёжная защита.

Притворяясь, что не знает чувств сердца Кальциона, неудобная часть её собственного сердца быстро забилась, разжигая желание победить.

Если кто-то уверен в подобном, нужно показать ему, что есть человек, с которым ему не справиться.

– Я хочу иметь своих солдат, потому что платьев и драгоценностей недостаточно.

– Легко. Рост войск – это хорошо.

– Что, если я попрошу вас уничтожить всех монстров на горе монстров?

– Отличная идея. Если мы вот так очистим земли за горным хребтом, ресурсы Герцогства будут в изобилии.

Пока он не выглядит серьёзно обеспокоенным.

– Что, если я попрошу вас построить мне замок, потому что дома, купленного вами, недостаточно?

– Нет ничего, что я не мог бы сделать.

Это был предел фантазии Селены.

Кальцион был более сильным человеком, чем она думала, и путь к его пределам был далёк. Ей трудно было придумать способ навлечь на него неприятности, если только не предавать человечность.

– Вы отдадите мне замок Ренберд, если я попрошу его?

– Это я не могу дать тебе.

– А говорили, всё что угодно.

– Вместо этого будет предложено несколько условий, – Кальцион мягко улыбнулся своим мыслям.

Он улыбается перед грабителем, который просит замок Ренберд?

– Без условий. Просто.

– Хорошо. Забирай.

Он многозначительно улыбался, словно собирался поставить огромное условие, а потом снова сдался. С каких пор наш северный Герцог стал таким добрым?

– ……это сейчас. Вы отвечаете за слова? Неужели это правда?

– Самая настоящая.

Как бы Селена ни пыталась всё усложнить, спокойствие Кальциона не исчезало.

Селена, поднявшаяся на вершину своего воображения, даже подумывала об отказе от человечности. И, моргнув, пересекла черту:

– Тогда, что бы вы сделали, если бы я сказала, что хочу, чтобы вы не женились и жили один, отрезая будущее поколение Ренберд? Что, если я захочу, чтобы вы всю оставшуюся жизнь жили моим любовником и оставались со мной?

Как только вопрос был задан, Селену уколола мысль. Она задалась вопросом, не открыла ли она этим глаза тому, кто не думал о подобном, задав такой вопрос.

– Сделаю, – не колеблясь, легко ответил Кальцион.

– Да? Разве это имеет смысл? Брак и потомство – обязанности Герцога, не так ли?

– Если я этого не сделаю, ты не остановишься.

– Вы отказываетесь от Ренберд?

– Даже если я выброшу его, найдётся много людей, способных поднять его. Так, что ещё ты попросишь?

– ……ха, – предвкушая следующий вызов, не в грусти, а в радости, Селена отчётливо признала своё поражение.

Я не смогу потрясти этого мужчину своими желаниями.

– Нет, изначально вы ведь не были таким щедрым, не так ли?

Посмотрев на Селену, ворчащую с вскинутыми руками, Кальцион снова улыбнулся:

– Так и есть.

Однако сразу после ответа его улыбка исчезла.

– ……так и есть? – повторил Кальцион свой ответ ещё раз и снова посмотрел на Селену. – Почему? Я бесконечно щедр к тебе. Это не просто слова, не думаю, что я буду сожалеть, если выполню то, что говорил сейчас.

У Селены пересохло во рту.

Жаль, что этот узколобый, глупый мужчина ещё не нашёл названия для чувств своего сердца.

Любопытно, что ум плохо работает, пока нет объяснения.

– Если это не мимолётный комментарий, чтобы посмеяться надо мной, если ты искренна, я готов в любое время вновь обсудить условия нашего контракта.

С каких пор северный Герцог, который имел обыкновение попадать в неприятности, едва открывая рот, стал изливать лишь красивые слова, размыкая свои губы?

Каждый раз, когда он говорит, повсюду словно расцветают цветы.

Ясно, что я опьянена их ароматом, – Селена потянулась к губам Кальциона, словно её тянуло к ним как магнитом.

Пока она сближала их лица и соединяла губы, у мужчины было достаточно времени, чтобы увернуться или оттолкнуть Селену, но Кальцион стоял неподвижно и ждал. Вернее, его губы двигались ей навстречу.

Их мягкие губы соприкоснулись, будто переплетаясь. Дыхание друг друга защекотало щёки, а ресницы скрывали мерцающие огни в опущенных веках.

Целуя её в губы, руки Кальциона обняли Селену за талию и спину, естественным образом устраиваясь на её теле. Селена даже почувствовала покалывание в теле от ладони, умело касающейся её талии.

Словно её губы и язык стали новым органом чувств, незнакомое чувство, которое никогда не рождалось в девушке и которое она никогда не переживала, ежесекундно сменялось под её кожей.

– А……!

Кажется, если это продолжится дольше, что-то вот-вот взорвётся! – не выдержав, Селена толкнула Кальциона в грудь.

Кальцион продержался несколько секунд, прежде чем расслабить руки. В отличие от того, что обычно он контролировал себя в любой ситуации, сейчас его движения были наполнены оттенком жадности.

В этот краткий миг лицо Селены, доведённой до предела, покраснело. Её ноги затряслись, и она чувствовала, что вот-вот упадёт.

Кальцион тоже дышал с влажными губами. Его дыхание, которое не становилось тяжёлым даже после пробежки десяти кругов по тренировочной площадке, сейчас достигало Селены.

Словно горячая вода, стекающая по макушке, тёплая энергия пропитывала их обоих.

Это был момент, когда они даже не могли избегать взгляда другого и должны были иметь дело с результатом собственного импульса.

– Могу я спросить почему? – тихо спросил Кальцион.

– Просто.

Потому что твоё сердце такое нежное и тёплое, слушая всё, что я хочу.

– Если твой возлюбленный говорит что-то красивое, то обычно так и поступают влюблённые.

– А-а. Вот как. Если ты говоришь что-то красивое или делаешь что-то красивое, то поцелуй – это проявление любви, – кивнул Кальцион, словно усвоил ещё один урок. И их губы снова встретились.

В этот раз мужчина поцеловал Селену почти до потери дыхания, а затем отпустил, не в силах скрыть собственное сожаление от этого поступка.

Сумасшествие какое-то. Каждый раз, когда этот мужчина инстинктивно жаждет меня вот так, я теряю уверенность.

Будь то объятья или поцелуи, Кальцион никогда не упускал инициативы, переходящей к нему. Всякий раз, когда это происходило, тело, разум и сердце Селены вибрировали сами по себе.

Её лицо краснело, а сердце трепетало.

Когда Селена насильно заставила своё сердцебиение успокоиться, ей показалось, что от её пяток, которыми она мысленно затормозила, пошёл запах гари.

– Видя, как день ото дня улучшается ваша игра, Герцог, я начинаю гордиться. Нет лучшей игры, чем игра, становящаяся единым целым с жизнью, – Селена изо всех сил изобразила расслабленную улыбку.

– Это так, – только Кальцион без вопросов принял её слова.

Дурак, – мысленно пробормотала Селена.

Глава 119

Эта вечеринка проходила во дворце Кронпринца, а не в Розовом дворце.

А всё из-за того, что это была частная вечеринка, организованная Кронпринцем, утверждающим, что он чувствует ответственность за неудачно проведённые охотничьи состязания, организованные королевской семьёй.

Вечеринка была подготовлена как место для празднования окончания охотничьих состязаний и выздоровления графини Орлэнг.

Поскольку причиной вечеринки было озвучено это, её устроили на свежем воздухе перед дворцом Кронпринца, а не в помещении, пытаясь воссоздать атмосферу, похожую на ту, что была во время охотничьих состязаниях. Как и тогда, повара повсюду жарили мясо, благодаря чему атмосфера охотничьих угодий была почти воссоздана.

Селена жевала мясо и осматривала вечеринку.

Дворец Кронпринца не обладал утончённостью Розового дворца, но был торжественным и роскошным.

– Похож на самого Кронпринца, – вздохнула от восхищения Селена, смотря на колонну, по которой тянулись фрагменты золотой цветочной лозы. – Гламурно, авторитетно, красиво, но пугающе.

– Есть ли причины так красиво выражаться?

– Просто такой тип тирана.

– Вот как, – лишь тогда Кальцион удовлетворённо кивнул.

Селена тихо усмехнулась и покачала головой:

– Если бы мне нужно было создать место, оно было бы примерно таким.

В отличие от Селены, которая восхищалась дворцом Кронпринца, Кальцион недовольно щёлкнул языком, смотря на высокие деревья, окружающие их.

– Разве это не для того, чтобы воссоздать атмосферу охотничьих угодий?

– Это правда, но если вечеринка со всех сторон окружена деревьями, за которыми находится сад-лабиринт, разве будет заметно, если кто-то исчезнет?

– ……Кронпринц зайдёт так далеко?

– Даже если не Кронпринц, кто-нибудь попробует убить мешающего ему человека.

– Во дворце, куда нельзя привести даже эскорт?

– Можно убить самому. А оружием выбрать хоть тот же шампур.

Это был разговор, который полностью отличался от громкой и яркой атмосферы вокруг. Однако Селена, у которой не было другого выбора, кроме как принимать всё более реалистично, чем кому-либо другому, усилила своё напряжение и настороженно относилась к их окружению.

Кронпринц ещё не появился. Как и на предыдущей вечеринке, казалось, что он собирался появиться как главный герой.

Селена медленно прогуливалась по поляне, вглядываясь в лица людей, которых она больше никогда не увидит.

Некоторые люди первыми подходили и здоровались с ней, а другие отворачивались, едва замечали её взгляд. Только по-прежнему большинство людей переглядывались и хихикали.

Когда Селена входила в столичное общество, думая, что это игра, она была неожиданно тронута их реакцией, но когда думала о своём уходе, то не чувствовала ничего, даже проходя мимо них. Просто было смешно. Даже если бы она не собиралась поступить вот так, то скоро бы исчезла.

Селена не видела лиц аристократов. Когда она сталкивалась с людьми, её зрение было расплывчатым, как если бы она смотрела на них через запотевшее окно. Приглушённые голоса также не достигали её ушей. Словно бы пространство раскололось.

Как и ожидалось, этот мир не мой. Не останется никого, кто будет сожалеть, что не увидит меня.

Пока Селена размышляла, не сделала ли она бесполезный шаг, её взгляд поймал Фионэль. Фокус, который был расплывчатым, стал чётким.

Если не сожаление, то обида была явной. Поскольку многое переплелось в Селене, там были и эмоции, которые проявились без её ведома.

– Я отойду в дамскую комнату. С Фионэль.

– Идём, – Кальцион открыто показал, что в этот раз не отпустит её одну.

Они не где-то, а внутри дворца, и притом, дворца Кронпринца, что ещё опаснее.

Селена понимала, но это был момент, в который Кальцион сейчас не должен был вмешиваться.

– Мне нужное кое-что решить с Фионэль, но я не смогу сделать это, если Герцог пойдёт со мной.

– Тогда я последую незаметно.

– Эм…… Надеюсь, никто не узнает.

Если не считать того, что Фионэль не стала бы нормально разговаривать из-за присутствия Кальциона, Селене было неловко думать о Герцоге, который будет следовать за ними всю дорогу в дамскую комнату.

– Конечно, – послушно кивнул Кальцион, заставляя её задаться вопросом, почему он так уверен, что скроет своё присутствие, последовав за ней.

Селена сделала несколько шагов в сторону Фионэль и, остановившись, обернулась. Кальцион всё ещё стоял на месте, скрестив руки и смотря ей в спину.

Тем не менее, Селена ещё раз подчеркнула:

– Вы не можете показаться, пока кто-нибудь не попытается поймать и убить меня.

Словно здесь не о чём было беспокоиться, Кальцион кивнул.

Лишь тогда Селена почувствовала себя в безопасности и направилась к Фионэль.

Она сама решила дать мне эту возможность?

Фионэль направилась куда-то одна, отдалившись от группы последовательниц, окружавших её.

– Эй.

Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз ссорилась с Фионэль. Захватывающее удовольствие затеплилось на кончиках пальцев Селены.

На грубый зов Фионэль повернулась с грустным выражением лица и подскочила, увидев Селену:

– Почему, снова, ну!

Казалось, у неё аллергия на Селену. Фионэль отреагировала гиперчувствительно.

– Нет, просто. Хочу поговорить.

Это были правильные слова, чтобы позлить её, но Фионэль растерялась.

– О чём ты? Какой разговор? – ощетинившаяся шипами Фионэль не собиралась сдаваться легко.

– Просто поговорить. Как говорят все остальные.

Я ничего не делала, но ты обращаешься со мной как с тигром вне клетки. Слишком настороженно, – Селена временно забыла о своих достижениях.

– Мисс Фионэль, почему вы воздвигаете между нами стену? Я собиралась попросить вас пройти со мной в дамскую комнату, – Селена быстро поймала Фионэль за руку, с силой сжимая пальцы.

Фионэль, которую уже поймали, пришлось тащить за собой, поскольку она отказывалась двигаться.

– Зачем в дамскую комнату? Иди попроси кого-нибудь другого, – испугавшись силы, с которой сжимали её предплечье, Фионэль упёрлась пятками в землю, но для Селены это было всё равно, что тащить мягкую игрушку, зацепившуюся за проволоку.

– Мне нужно рассказать вам о том, что делают в дамской комнате? Хотите услышать нечто подобное?

Боже мой, как же весело дразнить Фионэль, чтобы просто посмотреть на это выражение её лица.

Фионэль уже покинула место проведения вечеринки из-за замешательства, вызванного мягким тоном Селены и неудавшимся физическим сопротивлением.

А после ухода с вечеринки, казалось, она и вовсе отказалась от идеи сбежать. Сопротивление Фионэль полностью прекратилось.

В какой-то момент Фионэль, которая пошла самостоятельно, схватила Селену за руку, когда они свернули за угол, и потянула в противоположном направлении.

– Мы ведь в дамскую комнату?

– Сюда?

– Да.

– Хорошо знаешь дорогу. Кажется, ты живёшь во дворце.

– Какое-то время я была фрейлиной Королевы. Тогда жила здесь.

Это был первый раз, когда Селена услышала об этом.

Это была информация, которая не поступила к ней, поскольку Фионэль быстро покинула ряды подозреваемых. Было время, когда Кальцион собирал информацию о людях, причастных к этому делу, но мог и забыть, даже услышав её.

– А почему сейчас нет?

– Увидела много подобных грязных вещей.

Селена на мгновение огляделась. Никого не было. Они были так далеко, что даже не слышали голосов гостей.

– ……ты тоже это видела?

– Что?

– Ирэль и Кронпринца.

Фионэль шокировано огляделась, услышав слова Селены. Даже убедившись собственными глазами, что рядом никого нет, она схватила Селену за руку и быстро потащила куда-то.

Местом, куда они пришли, была комната отдыха, совмещённая с ванной, похожая на ту, в которой они разговаривали в Розовом дворце. Только, в отличие от того раза, располагалась она не так глубоко в здании.

– ……ты специально утащила меня, чтобы поиздеваться как в прошлый раз?

– Ты собираешься спрашивать об этом сейчас?

Фионэль всё ещё не отпускала Селену.

– Благодаря этому я спуталась с Кронпринцем, поэтому это стоит расспросов.

– Что, правда?!

– Ты же не думаешь, что я настолько сошла с ума, чтобы следить за тобой?

– Ты несколько сумасшедшая.

– …….

Это был момент, когда Селена задумалась о том, как её видят другие.

Это вызывает беспокойство, но мне не нужно думать о том, что я делаю, и показывать лишь красивые и хорошие стороны характера. Доказано, что мир находится на стороне тех, кто удивительно самодоволен.

–……в любом случае, о чём ты хочешь поговорить? Здесь никто не услышит.

– Раньше рядом никого не было.

– Вполне мог быть. Насколько чувствительны уши Его Высочества Кронпринца? Ух, – Фионэль передёрнула плечами, словно эта мысль заставляла её содрогаться.

– Я собиралась спросить, видела ли и ты встречи Ирэль и Кронпринца.

– И я……?

– Да, есть ещё один человек.

– ……а, и правда. Я не могу быть единственной, кто видел их. Но ты действительно не должна нигде говорить об этом. Можешь умереть. По-настоящему.

Селена посмотрела на Фионэль со странным выражением лица:

– Раве ты не хочешь, чтобы я умерла?

– Да, я хотела бы.

– Ты или беспокоишься, или проклинаешь, делай что-то одно.

Правда не хочет, чтобы я умерла?

Вместо ответа Фионэль надула губы.

Нелегко ненавидеть кого-то настолько, чтобы действительно желать ему смерти. Фионэль была не из тех, кто брал на себя такое бремя.

– Я надеюсь, что ты достаточно настрадаешься, чтобы захотеть умереть, но не желаю тебе смерти на самом деле……

Селене хотелось рассмеяться её честности. Но она утащила Фионэль не для того, чтобы шутить.

Выпрямившись, Селена перешла к делу:

– Думаю, это правда, что Ирэль была влюблена в Кронпринца. Тогда, разве она не могла стать Кронпринцессой?

– Разве такое возможно? – фыркнула Фионэль. – Ты думаешь, что Ирэль была единственной, с кем Кронпринц встречался в то время?

– ……что?

Глава 120

Подумав, что Селена знает достаточно, Фионэль начала щедро изливать то, что знала. Было слишком много секретов, чтобы она могла спокойно держать их в себе или забыть.

– Он встречался с Розалин, встречался с Ирэль, также были и другие.

– ……подожди. Разве он не думает о Розалин как о своей сестре?

– Какой старший брат будет спать со своей младшей сестрой?

– Он сделал и это?! – яростно вскрикнула Селена.

Верно, их отношения слишком близки, чтобы она могла считаться младшей сестрой. Розалин могла быть не одна, но в определённый момент игра Кронпринца стала настолько правдоподобной, что она даже не засомневалась в этом.

– Он спал с Розалин утром, а с Ирэль в полдень.

– Сумасшедший, псих……

В этом случае действительно подходит слово псих.

Он так жил, но ходит с праведным обликом? – образ Кронпринца пробил дно земли в глазах Селены.

Я своими глазами видела, как он избивает Принцессу. Я знала, что он плохой парень, но не ожидала, что он настолько грязный.

Он не остановился на тирании и эгоизме, но ещё и ушёл в разврат.

– Герцог сказал, что Кронпринца не интересуют женщины……

– Это правда, женщины не интересуют его. Он видит в них добычу, а не женщин. Его не интересует брак, не интересуют свидания, его интересует лишь ‘Могу ли я уничтожить её?’.

Селена покачала головой с совершенно шокированным выражением лица:

– Нет, разве это не ненормально, что нет людей, которые не знают этого? Почему все вокруг не в курсе? Нет, они знают, но если их поймают за разговорами за спиной, Кронпринц убьёт их, чтобы заставить молчать?

– Можно молчать и потому, что ты запуган, но…… Единственными целями его действий являются в основном женщины, которые, в глазах других, не интересны ему. Но не так много.

Этот взгляд, этот статус. Это как у нас с Кальционом, когда «на всякий случай……», а взгляды людей, направленные на нас, продолжают расти.

Всё настолько очевидно, что его не интересуют обычные люди. Когда он пришёл к мысли, что флирт – это игра? Это крайне обычный и очевидный итог.

– Кстати, а что насчёт тебя?

По какой-то причине Фионэль обладала достаточно личной информацией, что проглядывалась по мере их разговора. Этот вопрос был задан легкомысленно, но Фионэль вздрогнула и отвела взгляд. Было чётко видно, как она колеблется, спеша придумать оправдание.

Интуиция человека имеет свойство выглядывать в непредсказуемые моменты. Интуиция Селены взорвалась прямо сейчас, когда она совсем этого не ожидала:

– Ты…… невозможно…… это твой опыт?

– …… – Фионэль, получившая удар в область, которая была совсем не защищена, съёжилась. Это было положительным ответом.

– Что? Ты не была целеустремлена к Герцогу с самого начала? А ведь ведёшь себя так, словно он с самого начала был твоей судьбой.

– Эй, жизнь длинная! Я говорю о своей юности. Разве могла я остаться в стороне?!

– Должно быть, нет ничего, что было упущено.

Из-за Фионэль она бы ни за что не пропустила такое. 100%, что она выпрыгнула вперёд из-за своего азарта. А Кронпринц, добившись своей цели, отступил от неё.

Ну, благодаря моему воспитанию я не вижу в этом ничего плохого, даже могу сказать, что это хорошо.

– Поскольку я не просила ничего слишком много, я ничего не теряла, не так ли? Жадные люди, вроде тебя, упускают это и плачут в стороне.

– О какой жадности ты говоришь?

– Положение Кронпринцессы или что-то подобное? Я не влюбляюсь в подобные вещи. Для меня любовь – это просто делать что-то, потому что тебе нравится конкретно этот человек.

Хоть Фионэль и была ненавистна ей, Селена признавала её субъективные взгляды на любовь.

– Ты ведь также любишь Герцога?

– Конечно.

– Даже если Герцог обанкротится, потеряет свои территории, деньги и даже положение?

– Его самого достаточно для меня. В таком случае я буду кормить его, и он будет смотреть лишь на меня. Ах, если бы так было, – словно ей становилось лучше просто от мысли об этом, личико Фионэль, напрягшееся при рассказе о Кронпринце, расслабилось.

На мгновение Селена подумала о том, что будет с Кальционом после её ухода. Она подумала, не лучше ли оставить рядом с ним Фионэль, что искренне любит его.

– В таком случае, как только я открою глаза утром, я своими пальцами смогу убрать грязь с ресниц, своими руками почистить его зубы и своими руками накормить его завтраком. Герцог, который носит только то, что я ему даю, и ест только то, чем я его кормлю, а-а!

Я с ума сошла, – Селена начал проклинать себя за то, что подумала, что всё будет в порядке, если выберет Фионэль с её искренней любовью, пусть даже на мгновение.

Искренняя любовь – чушь. Это просто высшая форма одержимости.

– Сдайся уже, потому что в твоей жизни никогда не будет ничего подобного, – Селена посмотрела на Фионэль, не скрывая своего недовольства, волнами исходившего от неё.

Я волнуюсь о будущем. Вокруг только подобные люди, так будет ли всё в порядке с Кальционом, когда я вернусь?

– Откуда тебе знать, что будет с людьми? Нужно быть настороже. Ты, в лучшем случае, останешься любовницей.

– Ты даже в лучшем случае не сможешь стать любовницей. К тому же, разве Розалин не победит тебя?

Помимо бушующей Фионэль, была Розалин, которая всегда уверенно ступала вперёд. Фионэль, которая всегда проигрывала ей в семье, богатстве и красоте, подпрыгнула, словно от боли при ударе ножом:

– Я обязательно подожду, чтобы увидеть, как долго ты продержишься! – закричала она и выбежала из комнаты отдыха.

С таким голосом, даже если бы кто-то подслушивал нас снаружи, они бы подумали, что мы пришли сюда для ссоры.

Я думала, стоит ли придумать предлог для того, чтобы остаться наедине с Фионэль в комнате отдыха, но всё само решилось.

Селена остановилась у раковины и спустя несколько мгновений, как и раньше, неторопливо вышла из комнаты отдыха.

– О.

Едва она открыла дверь, как столкнулась с Кронпринцем.

Селена замерла и момент приветствия затянулся. Прежде чем Селена, поспешно пришедшая в сознание, успела поздороваться, Кронпринц широко улыбнулся и спросил:

– Моё лицо так шокирует?

– ……почему вы стоите перед комнатой отдыха?

Бьюсь об заклад, он не слышал весь наш разговор с Фионэль. Говоря непосредственно о Кронпринце, она шептала как можно тише. Даже если бы в комнате отдыха прятались люди, они не смогли бы понять, о чём мы говорили, если бы не прижались ухом прямо к нам.

Возможно, встреча с Кронпринцем настоящее совпадение. Однако я не могу поверить, что это оно.

– Вы хотите сказать, что и это тоже совпадение?

– Нет, – Кронпринц уверенно улыбнулся. – Во дворце много глаз. Особенно если это моя личная территория. Поскольку вы с Фионэль не ладите, я собирался остановить вас, если бы началась драка.

Значит ‘глаз’.

Это не просто значит, что здесь много людей. Это означает, что повсюду есть люди, посаженные Кронпринцем, – Селена вспомнила ‘совпадения’, которые повторялись снова и снова.

Когда она начала сомневаться в этом, то заметила подозрительность в этом с самого начала. Не было никакой возможности, чтобы Фионэль и Кронпринц обманывали её, поэтому вера в то, что это было работой скрытых наблюдателей, усилилась.

Получается, с момента моего появления, цель Кронпринца уже была поставлена, – при мысли об этом любопытство Селены, на время забытое от близости возвращения, подняло голову.

Самоубийство Ирэль было приказом Розалин или приказом Кронпринца?

– Как вы и думали, мы поссорились.

– Крики были довольно громкими.

– ……мне стыдно.

– Ваши голоса не услышали другие. Звуку трудно пройти через территорию дворца, где множество голосов, гудящих, как осенние ветра.

– Теперь вы на моей стороне? – легко рассмеялась Селена.

– Разве мир не всегда на стороне прекрасного?

– Нужно ли вообще подобное миру? В моей жизни мне достаточно одного человека, находящегося на моей стороне.

– Для меня стало бы честью, если бы это мог быть я.

Флирт Кронпринца продолжался, не давая Селене времени на отдых. Селена вновь рассмеялась. После сегодняшнего дня она всё равно покидала столицу. Ей было нетрудно подавлять негатив, думая, что она больше никогда не увидит это лицо.

– Это то, что можно узнать лишь подождав, не так ли? Сейчас я надеюсь, что вы останетесь рядом со мной, когда я буду возвращаться на вечеринку.

– С удовольствием.

Как только Кронпринц сжал протянутую руку Селены, она увидела Кальциона в конце коридора.

Как и просила Селена, Герцог всю дорогу до комнаты отдыха следовал за ней крайне скрытно, а после спрятался в коридоре и наблюдал, однако, увидев, как её руку сжимает Кронпринц, он, не выдержав, показал себя.

Сейчас мне нужно принять сторону Кронпринца, – Селена нетерпеливо покачала головой.

Не пытайтесь убить его!

Возможно, почувствовав посыл Селены, Кальцион нахмурился и исчез за поворотом коридора.

Словно не замечая этого, Кронпринц начал идти, с улыбкой на лице смотря на Селену.

– Что? Куда мы идём?

Это было не то направление, откуда она пришла.

Там его дворец. Если Кронпринц захочет, он сможет затащить меня в неизвестное мне место и сделать что угодно, – в ужасе Селена начала искать глазами Кальциона.

Однако он исчез от её взгляда и его нигде не было видно.

Однако, он где-то прячется и наблюдает.

Он не мог уйти полностью. Потому что Кальцион дотошен, когда дело доходит до безопасности.

– Разве ты не хотела, чтобы я сопроводил тебя на вечеринку?

– Это путь туда?

Он же не станет отводить меня в тёмное место и говорить что-то вроде: ‘Это вечеринка только для нас двоих’?

Вопреки опасениям Селены, в конце длинного коридора оказался специальный вход, подготовленный с одной стороны банкетного зала.

Банкетный зал дворца Кронпринца имел два входа: один для людей, входящих снаружи, и другой для людей, идущих с дворца Кронпринца. Вход из коридора дворца, естественно, предназначался для появления самого Кронпринца.

– Его Высочество Кронпринц прибыл! – крик слуги с хорошо поставленным голосом разорвал атмосферу.

Как и на банкете юбилея. Люди, стекавшиеся на крики слуги, склонили головы, ожидая Кронпринца.

С Селеной рядом, Кронпринц уверенно шагнул вперёд туда, где его приветствовали люди.

Это было похоже на публичное предложение.

На спине Селены выступил холодный пот.

Что он творит!

.

Глава 121

В душе она была в ужасе, но не показала этого.

Селена застенчиво улыбнулась и вцепилась в руку Кронпринца:

– Ай, Ваше Высочество, вы так шокируете.

– Ты осмелилась попросить меня о сопровождении, а теперь так шокирована.

– Простите, я не знала, что делала.

Приятная улыбка задержалась на губах Кронпринца, словно он одержал победу.

Отлично. Меня намеренно пытаются загнать в угол.

Селена увидела Кальциона, который стоял в одиночестве на небольшом расстоянии и испускал ауру, подобную зимнему ветру.

Кальцион, который совсем не склонялся перед Кронпринцем, был действительно злым и не пытался притвориться, что подчиняется ему.

Кронпринц, который обычно появлялся без спутницы, прибыл в сопровождении женщины, словно объявляя, что интересуется ей.

Той, кто для публики является любовницей Кальциона.

Если это не ссора, то что? Он словно первым ударил Кальциона по лицу, говоря, что не важно, есть у тебя женщина или нет, я смогу удержать её рядом с собой, если захочу.

Но из соображений оправдания, моим партнёром при входе на вечеринку мог быть кто угодно, хоть Кронпринц или кто-то другой, только вот Кальцион в плохом настроении становится упёртым идиотом.

К счастью у Кальциона на талии не было меча. Должно быть, где-то на его теле было спрятано как минимум одно оружие, но Селена решила, что хорошо, что у него нет меча, который он может сразу вытащить.

Однако отсутствие меча не означало, что всё обошлось без проблем. А всё потому, что Герцог расчленял Кронпринца не мечом, а взглядом.

Когда он увидел налившийся кровью взгляд Кальциона, глаза Кронпринца заблестели от удовольствия.

Ощущение того, что её использовали как инструмент, чтобы затронуть Кальциона, облило её грязью. Но в то же время Селена сама намеревалась использовать Кронпринца в своих целях, поэтому всё было в порядке.

Селена, которая не забыла о своей первоначальной цели, посмотрела на Розалин и пришла в восторг.

Розалин смотрела на неё взглядом, который был страшнее, чем у Кальциона, словно собиралась разорвать соперницу на части голыми руками.

– Боже, что это? Почему Его Высочество с этой женщиной……

– Что такое? Тот, кто всегда приходил без спутницы……

– Если его и сопровождала спутница, то леди Розалин. Как так? Здесь же вульгарная женщина, вне нашего класса.

Люди вокруг Розалин начали шептаться, но Розалин улыбалась и, казалось, не собиралась отвечать на это. Вот только, даже издалека было видно, как дрожат её кулаки, и становилось понятно, как пылали эмоции внутри неё.

Однако накопленная обида Селены не была достаточно мелкой, чтобы можно было удовлетвориться этим и уйти.

– Если вы сделали это, то я осмелюсь действовать как спутница Вашего Высочества.

– Если вы та, кто занял первое место в каждом состязании, что плохого в том, чтобы взять на себя роль моей спутницы, при том, что мой статус самый высокий здесь, как нечто само собой разумеющееся?

– Если Ваше Высочество говорит так…… думаю, так и есть? Я могу просто смириться с этим? – слегка надув губы и пошевелив плечами, Селена ещё раз посмотрела на Розалин.

Её тошнило от чрезмерной милоты, которая не соответствовала её характеру, но, увидев, как шатает Розалин, Селена ощутила облегчение. Отдельные спички не потребовались.

Селене хотелось сделать больше, но она остановилась, подумав, что если продолжит, то между Кальционом и Розалин начнётся битва терпения. Сделанного уже было достаточно, чтобы спровоцировать Розалин.

– Мне хочется пить, поэтому я пойду возьму что-нибудь попить. Благодарю за ваше сопровождение, Ваше Высочество.

– Конечно, увидимся позже, – Кронпринц поцеловал ладонь Селены и отвернулся.

Люди тут же окружили его и выстроились в очередь, чтобы поприветствовать.

В это время Селена выбралась из толпы и отправилась бродить с бокалом в руке по относительно тихому саду.

Розалин пошла за ней, словно ждала этого.

– ……ты! – раздалось хриплое рычание.

Селена знала, что ярость девушки резко вспыхнула, но увидев, что та не может проявить даже элементарной степени вежливости, которую всегда проявляла, она поняла, насколько Розалин потеряла самоконтроль.

Заметив необычную обстановку, слуга, дежуривший у стола, тихо удалился.

– Боже, леди Розалин. Что вы делаете? – невинно рассмеялась Селена, как всегда делала Розалин.

– Посмотрите на это, посмотрите, я не могу больше наблюдать за той, кто не знает своего места. Как кто-то вроде тебя осмеливается околачиваться рядом с Его Высочеством Кронпринцем?

– Кто-то вроде меня?

– Ты должна услышать, чтобы понять? До сих пор не осознала своего места. Ты ведёшь себя как Герцогиня, но даже не помолвлена, ты просто любовница, любовница.

Пока Селена знала о сердце Кальциона, ей было смешно слышать это. Совсем не больно.

– Разве вы не такая же, ведь вы тоже не смогли получить место Герцогини, леди Розалин? Кстати, не думаю, что получу это место лишь потому, что ищу другое.

Эти слова были направлены на слабость Розалин.

Герцогиня и Кронпринцесса, всё это было тем, к чему стремилась Розалин, но не смогла достигнуть.

Селена, которая не должна была заботиться о её чувствах, безжалостно вцепилась в самое больное место Розалин.

– Я отказалась, потому что знаю своё место. Только разве нормально просто продолжать отказываться? Как вы сказали, мы с Герцогом не помолвлены. В конце концов, нужно пойти в свадебный зал, чтобы узнать кто с кем останется.

Как и планировалось изначально, если Розалин займёт место герцогини Ренберд, кто-то обязательно станет Кронпринцессой. Однако, мысль, что это буду я, для неё, должно быть, неприемлема.

Наконец, Розалин взорвалась.

Бокал, который она держала, полетел в Селену.

Разве в такие моменты обычно не выплёскивают только содержимое?!

Если бы на неё выплеснули напиток, он бы попал в Селену, даже если бы она попыталась уклониться, но поскольку полетел целый бокал, она смогла уклониться от него.

Бокал, который держала сама Селена, полетел в Розалин.

У Розалин не хватило двигательных навыков, чтобы остановить летящий бокал, как Селена. К счастью, угол броска был не прямым, поэтому бокал попал не в лицо, а на грудь.

Бокал из тонкого стекла разбился с негромким звуком, как только коснулся груди Розалин.

– …эт, это.

Невинное белое платье Розалин покрылось красноватыми пятнами.

Для расплакавшейся Розалин это стало последней каплей.

– Как ты посмела! Как посмела! – закричав как сумасшедшая, она протянула руки и напала на Селену.

Как и ожидалось от предыдущих соревнований по стрельбе из лука, Розалин также обучалась некоторым боевым искусствам. Поэтому она и решилась на такой решительный шаг.

К сожалению для неё, Селена не была обычной леди. Она обладала необычайной выносливостью и навыками, каждое утро тренируясь с Кальционом, сильнейшим в этом мире.

Селена легко уклонилась от атаки Розалин, переместив всего одну ногу.

Руки, которые должны были вцепиться в её волосы, потеряли направление и Розалин начала падать. А у Селены не было причин помогать ей.

– О-о, ой! – Розалин упала на живот, раскинув руки, как ребёнок.

Это было настолько шокирующее зрелище, что её созданный до этого момента надменный и элегантный образ моментально рухнул.

Розалин не могла самостоятельно встать, словно пребывала в шоке.

– Боже мой.

Хоть они и стояли в отдалении, где люди не могли видеть их, но были и гости, которые неторопливо прогуливались по саду. Те, кому довелось обнаружить это бедствие проходя мимо, были шокированы, увидев лежащую на земле Розалин, но на помощь ей они не пришли.

Один человек был шокирован, обнаружив это, в то время как другие спрашивали: ‘Что случилось?’ и стекались к этому месту.

Лишь тогда Розалин поспешно встала и скрылась за высокими садовыми деревьями, словно сбегала.

– Боже мой, что за неприглядный разговор здесь был?

– Нет ничего более неприглядного, чем упасть в одиночку, переусердствовав с подобным.

Селена слышала, как шептались люди.

Люди уже остро почувствовали это. Сила Розалин становилась всё слабее и слабее. Естественно, её безоговорочная поддержка ими должна была исчезнуть.

Это были обвинения молчанием, но Селене не хотелось слышать их, поэтому она ушла.

Во рту у неё было горькое послевкусие.

*****

Кронпринц появился перед Розалин, бродившей по саду.

– Ваше Высочество! – Розалин побежала к нему с заплаканным лицом.

Она забыла, что её лицо и платье были в грязи. В частности, лицо девушки было покрыто слезами и соплями, создавая месиво, словно она умывалась грязью.

Кронпринц остановил её за шаг до себя и обеспокоенно посмотрел на Розалин:

– Розалин, на что ты похожа?

– Это, Селена, Селена оскорбила меня, а потом взяла и бросила бокал и даже поставила подножку, – горько расплакалась Розалин.

– Она сделала что-то настолько жестокое? Как и ожидалось, её поведение изумляет, поскольку оно определяется местом её рождения, – нахмурившись, Кронпринц обругал Селену. Он не подошёл и не обнял Розалин, но слова утешения, лившиеся из его уст, были как всегда сладки.

Розалин посмотрела на белоснежные одежды Кронпринца и не могла броситься в его объятья.

Всякий раз, когда она хотела встретиться, Кронпринц допускал её до аудиенции, смеялся и прощал мелкие обиды, но на этом его доброта заканчивалась. Розалин никогда не просила о большем, потому что не могла. Она делала всё, чтобы не быть отвергнутой.

Как бы вы не были близки, между вами есть черта, которую нельзя было пересекать. Эта черта существует между родителями и детьми, а также между мужем и женой. Это была естественная разграничительная линия.

Внезапно Розалин захотелось пересечь эту черту.

Разве мы с Кронпринцем не настолько близки, что больше не должны выражать близость в терминах? Мы представляем собой сплочённую линию судьбы, которую нельзя облачить в такое лёгкое слово, как «влюблённые».

– Как долго вы собираетесь возиться с Селеной? Так тяжело терпеть подобное унижение.

Селена – всего лишь средство, чтобы досадить Кальциону. Мимо проходящая женщина. Достаточно выбросить её, когда играть с ней будет уже бесполезно. Её когда-нибудь выбросят, и не будет ничего страшного, если я немного сокращу этот срок.

– Хм……

Однако тем, что она услышала, было не мгновенным ответом.

Розалин недоверчиво моргнула, смотря на Кронпринца, что неопределённо улыбался, и выпалила, словно обеспокоившись:

– ……Ваше Высочество? Почему вы не даёте мне подтверждение?

– Я всё ещё размышляю над этим.

– Размышля…… ете?

В сознании Розалин мир, который имел прочный фундамент, затрещал.

Глава 122

Размер беспокойства Розалин вырос ещё сильнее из-за реакции Кронпринца, которая отличалась от её мыслей.

Я – самый важный партнёр Кронпринца. У Розалин было твёрдое убеждение, что не может быть человек с более сильной связью с ним, чем она.

Только до того, как в её фундаменте веры появились трещины, там уже были вырыты маленькие дырочки. Это были дырочки, созданные тревогой.

Всё совсем не так, как при Ирэль. Она отличается от других женщин, к которым он прикасался раньше.

Розалин прекрасно понимала, что Кронпринцу подошла бы женщина, что не склонилась перед ним при его игре или просто дружелюбии. Когда она была юна, знание этого факта заставляло сердце Розалин гореть, но когда она выросла, ничего не произошло. Она лишь сотрудничала с Кронпринцем и помогала управлять женщинами.

Потому что она была ‘особенной’.

Из-за её семьи и собственного влияния. Розалин имела возможность продолжать работать с Кронпринцем. Пока у неё была эта возможность, Розалин могла быть для него более особенной, чем любая другая.

Пока она подтверждала свою уникальность, Кронпринцу было наплевать на проходящих мимо женщин.

Только с Селеной было по-другому.

Кронпринц проявлял неподдельный интерес. Розалин наблюдала со стороны, как день ото дня менялся его взгляд на Селену.

Так нервозность Розалин достигла своего пика.

– Если продолжить тянуть время, ничего уже не изменится. Эта девчонка всего лишь ребёнок, который может лишь удовлетворять свою жадность. Ей ничего не остаётся, кроме как вырваться из рук герцога Ренберд!

– Ну.

– Вашему Высочеству незачем пачкать руки о подобное. Ведь разве не будет хлопотно, если она возжелает положение Кронпринцессы и бросится к нему?

Вместо ответа на отчаянные уговоры Розалин Кронпринц улыбнулся, представляя это:

– ……будет весело?

– Что?

– Подумай об этом, что если бы простолюдинка, которой больше некуда идти, сказала, что она уходить от него ко мне, потому что место Кронпринцессы ей нравится больше, чем место Герцогини? Как бы себя почувствовал Герцог? – Кронпринц был искренне воодушевлён.

А Розалин охватил озноб, словно её с головой окунули в ледяную воду:

– Вы шутите……? Вы и правда хотите поставить подобную простолюдинку на место Кронпринцессы?

До сих пор Кронпринц избегал комментариев по поводу Кронпринцессы.

Розалин думала, что это хорошо, и ожидала, что он оставит его пустым, поскольку она помогает в уничтожении Кальциона или думала, что Кронпринц может представить кого-то на роль ширмы Кронпринцессы. Ведь после того, как он унаследует трон, корона Королевы, естественно, будет принадлежать ей.

– Нет, это ведь не так плохо, не так ли? Если не имеет значения, кто сидит рядом, разве не будет лучше посадить ту, с которой весело играть?

– Это, верно, но…… Разве недостаточно просто поиграть с ней и выбросить?

Не важно, как сильно Кронпринц хотел поиграть с ней и выбросить, Селена была переменной. Селена коренным образом отличалась от невежественных юных дам, которых могло поколебать то, что с ней играли. Даже сейчас она терпела много ради места рядом с Кальционом, но невозможно было представить, что она готова стерпеть за место рядом с Кронпринцем. Горло Розалин обожгло от этих мыслей.

– Она вцепляется так крепко, как пиявка, поэтому я беспокоюсь о том, что она доставит проблем Вашему Высочеству. Думаю, будет лучше просто заранее избавиться от неё, – Розалин улыбалась, говоря это, но ей казалось, что она проглатывала камни, что один за другим падали к ней в желудок.

Кронпринц не был тем, кого Розалин могла контролировать. Это был риск.

Пожалуйста, улыбнитесь и скажите: ‘Ха, а ты права’……

Но тем, что ей вернулось, было холодное молчание и острый взгляд.

– Ваше Высочество? – шокировано выдохнула Розалин.

Она часто видела, как Кронпринц смотрит так на других, и никогда на себе. Потому что она была особенной.

Но в этот раз этот взгляд был прикован к ней. Уникальность Розалин мгновенно исчезла. Горячее напряжение ухнуло вниз по её желудку, сжигая внутренности.

– Розалин, только я решаю, что буду делать.

– …… – ни слова не сорвалось с губ Розалин, словно они склеились.

Если бы она сказала ‘Да, я поняла’, Кронпринц просто забыл бы об этом, но жар, который обжигал её желудок, скапливаясь внутри, превратился в гнев и вновь хлынул вверх.

– Я знаю, что вы – тот, кто всё решает, но…… Я та, кто больше всех помогал Вашему Высочеству. Могу я дать вам совет?

– Ты собираешься давать советы мне?

Страх и гнев встретились в животе Розалин:

– ……разве я не имею на это права?

Выражение лица Кронпринца заметно ожесточилось:

– Права? Права. Ты начала помогать мне из благосклонности и любви ко мне. Когда это мы подписывали контракт?

Розалин закусила губу:

– Я, только я особенная для Вашего Высочества. Вы забыли, что до сих пор Ваше Высочество смог добиваться всего, чего хотел, благодаря моей помощи?

– И?

– Я буду продолжать делать это. Я помогу вам сесть на трон, помогу разобраться с надоедливыми политическими врагами и заставить замолчать светских львиц. Разве вы не можете подарить мне право давать вам советы?

Если посмотреть только на силу меня одной, то она слаба. Однако отец, маркиз Тойлан, полностью на стороне Кронпринца. Фундаментом, по которому может проходить Кронпринц, не познавший мира, является именно маркиз Тойлан.

Даже если он – Кронпринц, он не может игнорировать маркиза Тойлан, – Розалин закончила расчёт, взяв в качестве залога свою жизнь.

Кронпринц глубоко вздохнул и посмотрел на Розалин, что взбудоражено спорила с ним:

– Розалин.

Расчёты были верны?

Голос Кронпринца обычно повышающийся от волнения, стал привычно мягким и спокойным.

Розалин пошевелила плечами и перевела дыхание.

Он, наконец, подумал о том, чтобы прислушаться ко мне?

– Это была моя добрая воля и моё право позволять тебе делать что-то для меня. И ты вот так отплачиваешь мне?

– Позволять делать что-то…… – после таких абсурдных слов в голове и ушах Розалин раздался звон.

Кронпринц рассмеялся над её реакцией, словно она была невероятно абсурдной:

– Конечно. Разве само по себе это не честь – иметь возможность работать на меня? Ты говорила, что любишь меня? Вот почему я ответил взаимностью на эту любовь.

– ……любовь…… – слова потекли, словно дым от пожара, ещё до того, как Розалин поняла, что они срываются с её губ. – Использование меня – награда за эту любовь? Тогда, по крайней мере, вы должны были подарить мне хоть каплю любви!

Хоть я и была рядом с ним, но не из-за его привязанности. Я гордилась тем, что нахожусь ближе всех к нему, но закрывала глаза на то, что это не является любовью.

– Если вы не можете дать мне любовь, то разве не должны хотя бы гарантировать моё место?

– С чего бы мне? – спросил Кронпринц, как ребёнок, который действительно этого не понимал. – Ты до сих пор поступала так, как тебе хочется, а теперь хочешь награды? Почему я должен расплачиваться с тобой за это?

Розалин была так ошеломлена, что могла лишь сжимать губы.

Кронпринц никогда не просил о помощи. Я первой подходила к нему и говорила, что помогу, просила оставить что-то мне. Как он и сказал, именно я действовала так, как мне захочется.

Но в какой-то момент Кронпринц ведь тоже начал полагаться на меня. Он поручал мне много работы, зависел от меня. Потому что я была особенной для него, особенной для Кронпринца, так почему……

Розалин поняла, что даже если бы сказала это, то её слова не сработали бы. Потому что в ней больше не было ничего особенного.

Она была похожа на имя, данное проплывающему мимо облаку, от которого легко отвести взгляд.

– ……вы не можете так поступить со мной.

– Почему?

– Я уверена, что вы не хотите превратить главную светскую львицу и семью Тойлан во врагов.

В итоге оставалась только сделка.

Любовь не означает, что я откажусь от всего.

Я родилась, чтобы стать Королевой. Нормально пройти через место Герцогини, а затем стать Королевой, нормально стать второй женой. Каким бы ни был путь, пока я могу занять это место, всё в порядке.

Но если оно не будет гарантировано, я должна начать угрожать.

Кронпринц тут же прищурился, а его глаза сверкнули, как у дикого зверя, после того, как Розалин осмелилась показать зубы:

– Смеешь высокомерно угрожать мне?

– Если вы воспринимаете это как угрозу…… получается, что я играю важную роль для Вашего Высочества.

Розалин также не была намерена проигрывать.

Кронпринц споткнётся, если семья Тойлан откажет ему в помощи, – Розалин не боялась, считая это очевидным.

– Абсолютная власть, которую желает Ваше Высочество, железный трон не может существовать без ме…… хы!

Розалин не смогла договорить.

– П, почему, кха!

Пальцы Кронпринца, впивающиеся в её шею, были сильными. В них действительно чувствовалось желание убить её. Розалин боролась и царапала всё, до чего могла дотянуться. Однако рука Кронпринца была сильнее.

– Как дочь Маркиза смеет угрожать Кронпринцу? Какими бы сильными вы ни были, вы – псы, лежащие под троном. Нужно знать своё место.

– Кх, кхе-хе!

– Трон? Разве я выгляжу так, словно мне сейчас не хватает сил для трона? Я сижу в роли Кронпринца, потому что не могу избавиться от дряхлого сумасшедшего старика?

– Кх-хе……! – пальцы Розалин, цепляющиеся за руку Кронпринца, начали терять силу.

Однако Кронпринц не остановился.

– Он живой, потому что не беспокоит меня! Думаешь, я собираюсь убить его? Из-за этого дряхлого старика, который даже не может защитить нижнюю часть своего тела…… Говорят, что в итоге трон занимает сильнейший? Ха, бред. Королевская кровь с рождения особенная. Особенная лишь в королевской семье!

– ……х-хы…… – руки Розалин обессилено упали.

Крик Кронпринца, кричащего от ярости, тут же прекратился.

Когда он ослабил хватку, тело Розалин рухнуло на землю.

– Грязная с*чка. Я потакал тебе, и ты попыталась залезть выше, забыв о своём месте, – Кронпринц пнул труп своей давней верной «собаки» и отвернулся.

С вытянутыми конечностями и широко открытыми глазами тело Розалин больше не могло функционировать как живое.

– Раздражает.

Это было его единственное впечатление.

Кронпринц, который собирался вернуться на вечеринку, повернулся к человеку, о котором он в суматохе забыл:

– О, вот где ты.

Глава 123

Человек, который вскочил от удивления за садовым деревом, даже не смог сбежать. Вскоре после этого Кронпринц улыбнулся, посмотрев в лицо человеку, которого притащили телохранители и уронили ниц:

– Тебе повезло. Если я убью ещё одну, это дело станет слишком хлопотным.

– Я, я, я ничего не видела, Ваше Высочество! – почти крича ответила Лирэль, падая на землю и крупно дрожа.

Она последовала за Кронпринцем, чтобы немного понаблюдать, но попала в отвратительную ситуацию.

Если он мог небрежно убить Розалин, не боясь маркиза Тойлана, то он отнесётся ко мне как к чему-то ещё более мелкому!

Кронпринц присел на одно колено и схватил Лирэль за плечо.

– Хи-и!

Рука Кронпринца мягко похлопала девушку, что зажглась от страха, как спичка, по плечу:

– Успокойся, спокойнее. Дыши.

– Я, я ничего, ничего……

– Нет, мы должны видеть факты такими, какие они есть. Как твоё имя?

– Я, Ли, Лирэль, Ваше Высочество. Я ничего….

– Точно, Лирэль.

– Д, да, Ваше Высочество.

Кронпринц схватил Лирэль за подбородок, фиксируя её лицо, и встретился с ней взглядом. Девушка не смогла избежать этого и посмотрела в глаза Кронпринцу.

Его глаза были спокойными и тёплыми, что было трудно поверить, что он только что совершил убийство. От этого становилось ещё страшнее.

Кронпринц ещё раз мягко спросил Лирэль, которую итак неудержимо трясло:

– Итак, что ты видела?

Слёзы и сопли потекли по лицу девушки. Было видно, что ей хотелось сказать, что она ничего не видела. Лирэль, которая даже не могла вытереть лицо, ответила дрожащими губами:

– Ва, Ваше Высочество ду, души, душило ми, мисс Роза, Розалин……

– Да, дальше?

– Ми, мисс Розалин у, ум, умер, умерла……

– Да, правильно. Ты нашла Розалин мёртвой. Тогда что ты должна делать?

– Чт, что?

– Ты увидела задушенную Розалин во дворце. Просто, а, что ты собираешься делать дальше?

– ……?

Кронпринц разочарованно щёлкнул языком.

Она определённо глупее Розалин. Мне жаль, что я ни за что убил Розалин, но это уже случилось. Обратно не вернуть. Я должен использовать её, даже если для этого придётся учить.

– Разве обычно в такие моменты не кричат?

– А, а……!

– И были люди, которые видели, как они ссорились ранее. Так кто главный подозреваемый в этом?

– Ах! – Лирэль, наконец понявшая смысл слов Кронпринца, кивнула.

– Отлично, так ты сможешь хорошо справиться?

– Да, да, да!

Даже «эта» Розалин умерла, пойдя против воли Кронпринца. Он может убить меня, если ему не понравится мой ответ.

К счастью, Кронпринц поставил восторженному ответу Лирэль проходной балл.

– Тогда, позаботься об этом.

И, отпустив подбородок девушки, исчез.

Спустя несколько мгновений Лирэль осталась наедине с трупом Розалин с широко раскрытыми глазами.

И раздирающий душу крик пронзил вечеринку.

*****

Этот крик был далёк от шуточного.

– Кья-я-я! А-а-а-а-а!

Он не заканчивался и люди на вечеринке начали переглядываться и волноваться от этого непрерывного крика.

– Что это?

– Не знаю.

То же самое было и с Селеной и Кальционом.

Поскольку они находились во дворце, они не могли быть в сопровождении эскорта, их руки и ноги были связаны. В непривычной атмосфере инстинктивно возрастала тревога. Оказалось, кто-то направился в том направлении, откуда доносился крик. А спустя несколько мгновений кричащих стало двое.

– А-а-а-а! Убийство!

– Убийство? – шокированная, Селена повернулась к Кальциону.

Кальцион покачал головой.

Не было никаких предчувствий о том, что подобное может случиться. Если бы у кого-то был подобный план и он осуществил его, информация об этом была бы, но её не было. Убийство просто случилось внезапно.

Люди бросились туда, откуда доносились крики.

Селена также направилась туда, думая, что им нужно проверить это своими глазами. С каждым шагом, который она делала вперёд, идя через лабиринт высоких деревьев, её сердце быстрее стучало от беспокойства.

– А-а-а!

Крики людей, что устремились проверить ситуацию ранее, раздавались один за другим.

Достигнув источника звука, Селена была шокирована развернувшимся перед ней зрелищем и замерла, словно каменная статуя.

Труп Розалин лежал на земле. А рядом с ним рыдала Лирэль, поддерживаемая стражником.

– О-о-о-о…… уа-а-а-а, – Лирэль, которая дрожала и выла, не могла нормально говорить.

Все знали, что Лирэль была слабачкой, что не могла убить и муху, что говорить об убийстве человека. Хоть она и была нашедшей тело, но не могла быть подозреваемой.

Запоздало пришедшие в себя гости начали кричать.

– Как это случилось! Мисс Розалин!

– Члена семьи Тойлан!

– Сегодня от семьи Тойлан участвовала лишь леди Розалин. Боже, как такое могло случиться!

Не было ничего хорошего в том, чтобы долго находиться в такой атмосфере.

– ……немедленно уходим, – Селена схватила Кальциона за руку и попыталась вырваться из толпы, желающей растерзать врага.

Но это случилось именно тогда. Лирэль, услышавшая вопрос стражника, со слезами на глазах посмотрела на Селену:

– По, последней с ней видели, Селену…… леди Селена ссорилась с леди Розалин……!

Один за другим взгляды людей начали сосредотачиваться на Селене.

– О…… – поколебавшись от совершенно неожиданного поворота, Селена сделала шаг назад.

Довольно много людей видели ссору между мной и Розалин. С тех пор я всё время была на вечеринке, но у людей явно спутались мысли от недоразумения, – сердце Селены упало.

Она изо всех сил вцепилась в руку Кальциона. Словно чтобы успокоить её, Кальцион похлопал Селену по тыльной стороне ладони другой рукой:

– Всё нормально.

Утешение Кальциона не могло изменить текущую ситуацию.

– Что происходит? – голос Кронпринца, который появился с некоторым опозданием, раздался позади толпы.

– Ва, Ваше Высочество! Во дворце произошло несчастье.

– ……Розалин? – Кронпринц поспешно осмотрел тело Розалин. Однако тело девушки, которая уже лишилась дыхания, лишь беспомощно болталось в его руках. – ……невозможно. Как такое могло произойти?

Кто-то осторожно прошептал что-то Кронпринцу, что пошатнулся с побледневшим лицом.

Взгляд Кронпринца обратился к Селене.

Дерьмо, – пробормотала себе под нос проклятие Селена, раздумывая, стоит ли сразу развернуться и сбежать.

Однако, словно подозревая, что они уйдут, стражники приблизилась к ним двоим.

– ……Ваше Высочество, это не, – попыталась заговорить с Кронпринцем Селена, но Кронпринц отдал короткий приказ, избегая её взгляда:

– Поймать любого, кто вызывает сомнения.

И ушёл, не слушая никого позади себя.

Не было понятно, что это был за приказ, но помимо Селены стражники подошли к ещё нескольким людям.

– Что?! Почему я!

– Вы не могли бы отпустить меня?!

Гости возмущались, но не могли стряхнуть с себя руки стражников.

Пусть все присутствующие здесь были из знатных семей, им всё ещё требовалось оправдание.

Это был дворец. Если бы они запротестовали и отказались сотрудничать, их могли швырнуть в тюрьму за попытку убийства члена королевской семьи.

Ни одна семья, какой бы сильной она ни была, не могла решиться противостоять Кронпринцу. Никто, кроме одной, Ренберд.

– Ты смеешь забирать мою женщину прямо передо мной? – Кальцион воспротивился приказу Кронпринца, не моргнув и глазом.

Стражники были озадачены неожиданной ситуацией и довольно растеряны.

– Это приказ Его Высочества Кронпринца. Если вы воспротивитесь, это может быть рассчитано как измена.

– Его Высочество приказал вам привести ‘Селену’?

Селена заметила, как стражники посмотрели друг на друга с ещё большей растерянностью, когда Кальцион упомянул её имя.

Не знаю, мертва ли Розалин на самом деле или нет, но это точно сделано для создания путаницы.

С другой стороны, это может быть ловушкой для связывания Кальциона.

– Не позволю забрать её. Приведите больше доказательств.

– Если вы не отдадите её, мы будем вынуждены применить силу, – твёрдо стоял на своём стражник, не отступая назад.

Бровь Кальциона дёрнулась, когда он увидел, как потянулись руки стражников к мечам на поясе:

– Вы прямо сейчас осмелились угрожать мне мечами?

Не было никого, кто не знал бы о фехтовании Кальциона. Истории о том, как герцог Ренберд в одиночку побеждал монстров демонических гор лишь с мечом в руке, были легендами, которые знал даже пятилетний ребёнок.

Для практикующих боевые искусства это была не легенда, а живой факт. Но они могли умереть тут, а могли умереть в другом месте, – это было одним и тем же. Ведь если они не заберут Селену, то их убьёт меч Кронпринца.

В необычной атмосфере стражники, которые обязаны были подчиниться Кронпринцу, окружили Селену и Кальциона. Они решили, что даже герцогу Ренберд в одиночку не справиться с таким количеством людей.

– Вы думаете, что что-то существенно изменится, если увеличить количество людей? – Кальцион встал в боевую стойку. В случае необходимости он был готов схватить оружие и убивать.

– Не делайте этого, – Селена поспешно схватила его за руку.

– Почему? – спросил Кальцион, не сводя взгляда со стражников.

– Я просто пойду.

– Что? – он снова посмотрел на Селену.

Селена прикусила губу, чтобы успокоить свою дрожь, и подняла уголки губ, словно ничего не случилось:

– Вы понимаете. Это ловушка, которую устроили, ожидая, что Герцог взбесится.

– Наоборот, это может быть ловушкой, заставляющей тебя добровольно сдаться, думая так, – Кальцион не собирался сдаваться так легко.

Вместо этого он потянул Селену за плечи и прижал к своей груди. Она услышала тревожное сердцебиение мужчины.

Билось ли когда-нибудь сердце Кальциона так тревожно? – Селена стиснула зубы и отчаянно зажмурилась:

– Он не прикажет убить меня прямо сейчас. По крайней мере, пока не заденет гордость Герцога. Но поднимать сопротивление здесь – объявить об измене. Это даст ему повод убить нас обоих.

– Ты думаешь, он бы смог убить нас, если бы попытался?

– ……

Есть люди, которые не могут использовать слова о том, что самое страшное в мире. Даже здесь.

– Тогда может разгореться настоящая война.

– ……

Даже Кальцион не может объявить ничего похожего на войну.

– Если вы подумаете, что со мной что-то случилось, пожалуйста, придите и спасите меня. Не сейчас. Сейчас, пожалуйста, отпустите меня, – Селена толкнула Кальцион в грудь.

Он сопротивлялся некоторое время, но неохотно отступил:

– Я отпускаю тебя сейчас не потому, что думаю, что могу проиграть, или потому, что боюсь Кронпринца.

– Знаю.

– Потому что ты сказала мне, чтобы я отпустил тебя.

Селена глубоко вздохнула и посмотрела на Кальциона:

– Мой Цион с самого начала слушался только меня.

Я не ожидала, что это будет выглядеть мило даже в такой ситуации, – Селена ярко улыбнулась.

Глава 124

Кальцион ещё раз обнял Селену:

– Я и правда собираюсь уйти……?

И его рука тихо скользнула внутрь плаща. В положении, недоступном для взглядов стражников, спрятанный на его спине кинжал скользнул в рукав Селены.

Селена была ошеломлена, но пошевелила пальцами, когда Кальцион вложил кинжал ей в рукав, и подняла руку, чтобы полностью скрыть его.

Убедившись, что кинжал хорошо спрятан, Кальцион опустил руки, которыми обнимал её:

– Ты должна вернуться в целости и сохранности. Не сдерживайся, если подумаешь, что что-то узнала. И не думай стоять на месте, – ещё раз напомнил девушке Кальцион.

– Конечно, – улыбнувшись, кивнула Селена.

Угроза, которую нёс Кронпринц, отличалась от того, чтобы выслушать несколько оскорблений ради получения информации. Селена и сама не собиралась мириться с этим.

Она повернулась лицом к стражникам.

Логово тигра прямо передо мной.

*****

– Ху…… – Селена попыталась успокоить своё учащённое дыхание.

Хоть она была уверенно-расслабленной, девушке не удавалось полностью расслабиться, поскольку она понимала, насколько сумасшедшим был Кронпринц.

Он тот, кто может убить меня за то, что ему не понравилось моё украшение для волос.

Однако по мере того, как они углублялись во дворце, удары сердца становились сильнее.

Селена не была сама близка к смерти, но увидела мёртвого человека. Умерла Розалин, с которой они ссорились незадолго до этого.

Смерть настолько знакомого человека становилась шоком даже для актрисы. Селена не могла поверить, что люди могут умирать так легко.

Тот факт, что смерть не так далеко, как кажется, вселял в неё страх.

Наконец, ноги Селены, делавшие каждый шаг, задрожали.

Если подумать, разве меня не посадили бы сразу в тюрьму, если бы взяли под стражу в качестве подозреваемой? Тюрьму. Я – образцовый гражданин, с самого рождения не попавший даже в полицейский участок, страшно подумать, что я вдруг могу попасть в тюрьму.

Особенно, учитывая, что здесь нет следственного изолятора, поэтому там, наверное, есть только сырые и грязные камеры в подвале королевского дворца, где переплетаются запахи плесени и человеческих отходов, а вокруг полно крыс и насекомых……

Почему я вообще сказала, что пойду?! – запоздалое сожаление охватило Селену.

Почему я так уверенно остановила Кальциона? Если он всё равно не проиграет, если был он вступил в битву, то всё равно бы победил, а я вернулась к себе. Думаю, даже если бы началась война, Кальцион всё равно одержал бы победу, а это тоже неплохой вариант.

Селена мысленно рвала на себе волосы. Однако из-за того, что стражники напирали на неё с обеих сторон: спереди и сзади, темп её шага неуклонно увеличивался.

Сколько бы я ни тренировалась каждое утро, у меня не хватит сил, чтобы победить и сбежать от хорошо подготовленной стражи, работающей во дворце. Мне светит настоящая тюрьма.

Однако, пройдя через длинный и тёмный коридор, местом, куда привели Селену по извилистому коридору, оказалось светлым и чистым дворцом с висящими вокруг разноцветными фонарями.

Ещё один стражник стоял на посту перед большой дверью с богатой резьбой. Когда Селена подошла, он подвинулся и открыл дверь. Это отличалось от действий тюремщика, открывающего решётку.

Здесь? – Селена в недоумении посмотрела на стражников, которые привели её.

Те твёрдо кивнули. Словно этот пункт назначения был с самого начала.

Как и ожидалось, всё-таки был скрытый мотив.

Я просто не думала, что план состоит в том, чтобы запереть меня в таком хорошем месте.

Селена вошла в дверь шаг за шагом, оглядываясь по сторонам испуганными глазами.

Пройдя через дверь, стражники, забравшие Селену, присоединились к тем, что охраняли дверь.

Когда Селена сделала ещё несколько шагов, позади неё раздался скрипящий звук. Едва она шокировано обернулась, как увидела закрытую дверь. Это была тяжёлая дверь, которую девушка вряд ли могла открыть даже под тяжестью собственного веса.

Селена развернулась и двинулась вперёд.

Она думала, что попадёт внутрь здания, но когда прошла дальше, всё так же осталась снаружи.

Во время этих метаний Селена увидела, как темнеет небо, словно солнце заходит.

Белые огни тянулись вперёд к зданию перед ней, словно были белым конём на шахматной доске, а путь представлял собой мраморную дорожку. Белые цветы обильно цвели по обеим сторонам дороги, и всякий раз, когда дул ветер, белые лепестки взлетали в воздух.

Розовое небо, усиленное искусственным освещением и белые лепестки цветов. Это был зрелище мечты, словно нарочно созданное.

Первый этаж здания, соединённый с концом дороги, имел лишь колонны и был открыт со всех сторон.

Каждая колонна была украшена цветами, а посередине стоял диван, кресло и кровать, не создавая ощущения тесноты. Полупрозрачная белая ткань окружала кровать и колыхалась от порывов ветра.

Кронпринц сидел на длинном диване рядом с кроватью.

– Пришла? – поприветствовал её Кронпринц, когда Селена подошла.

Розалин мертва, но он смеётся и пребывает в приподнятом настроении? Его улыбающееся лицо ещё более пугающее.

– ……это, что происходит?

Кронпринц подошёл и нежно взял Селену за руку. Он даже вручил ей бокал фруктового вина, заставляя девушку сесть на диван.

– Свидетель был слишком уверен. Я знаю, что ты не такой человек, но если я тут же откажу в обвинениях, то возникнет вопрос о моей справедливости. Но как я могу посадить тебя в тюрьму? Вот почему я тайно приказал сопроводить тебя на свою виллу.

– Виллу……

Почему-то Селене хотелось оказаться подальше от территории Кронпринца.

– Если я не позову, даже слуги не смогут войти сюда без разрешения, поэтому не волнуйся.

– Я не убивала её, – чётко сказала Селена, едва сев.

– Точно? – только Кронпринц не проявил особого интереса.

– Да, если вы расследуете, когда умерла Розалин, то станет ясно, что всё это время я была с кем-то, у меня есть алиби.

– Хорошо. Полагаю, так и есть, – Кронпринц внимательно выслушал её и поднял бокал в сторону Селены, словно говорил тост. – Но в таких случаях, когда нет свидетелей, виновником становится, как правило, самый подозрительный человек.

– О чём вы говорите?

– Все знают, что ты не в самых лучших отношениях с Розалин. У вас также сегодня было физическое столкновение. Кроме того, разве ты не превосходишь других юных леди в физическом плане?

Селену было проще простого сделать виновницей из-за её силы.

– Похоже, Ваше Высочество собирается сделать меня убийцей?

– Я могу сделать это, если захочу, – улыбнулся Кронпринц, поднося бокал к губам.

В этот момент рукава его рубашки соскользнули, обнажая предплечья. В этот момент Селена заметила бесчисленные следы от ногтей на предплечье и тыльной стороне ладони Кронпринца.

И ей захотелось закричать.

Кронпринц сам убил Розалин! Несмотря на это, он спокойно обращает все подозрения на меня.

Если виновник – он, естественно, преступника нельзя поймать.

– Вы собираетесь сделать это? – Селена притворилась, что не нервничает, отводя взгляд от руки Кронпринца.

– Ну, посмотрим, – по-прежнему игриво отвечал Кронпринц. После убийства человека он был в невероятно хорошем настроении.

Если бы он собирался убить меня, то сделал бы это уже давно, только слишком самоуверенно будет полагать, что со мной всё будет в порядке. Этот псих тот, кто убивает даже преданных ему людей из-за своих чувств.

– ……итак, как долго я должна оставаться здесь?

– Хм…… пока я не захочу отпустить тебя?

– Пока не поймают настоящего преступника?

– Что, если его никогда не смогут поймать? Если хочешь остаться со мной навсегда, добро пожаловать.

Серьёзного разговора не получалось.

Селена волновалась и нервничала из-за этой ситуации, когда они были лишь наедине, но в их разговоре не было никакого прогресса, поэтому внутри вспыхивал пожар эмоций.

– Я любовница Герцога, что насчёт этого?

– Хм-м.

Слово ‘Герцог’ было запретным. Улыбка исчезла с лица Кронпринца. Он опёрся подбородком на ладонь и уставился на Селену, ей стало не по себе.

– Кажется, у вас с Герцогом всё хорошо, не так ли?

– ……с чего вы это решили?

– Удивительно видеть, что он не колеблется даже перед влюблённым Кронпринцем.

Основным посылом слов Кронпринца было то, что если он проявляет к кому-то интерес, то человек обязательно уходит к нему. Это было абсурдом, но Селена не собиралась показывать своих мыслей, поскольку её жизнь была драгоценна.

– Я знаю своё место.

– Аха. Кажется, Герцог пообещал тебе определённую цену, не так ли? – лишь сейчас Кронпринц показал свой интерес, выпрямляя спину на которую опирался.

– Да. Он гарантировал мне дом, деньги и горничную, что будет заботиться обо мне до самой моей смерти.

– Тебя это устроило?

– В моей ситуации это уже очень много.

– Что, если я дам больше? – как всегда настаивал на своём Кронпринц.

– Почему я?

– Тебе нужна причина?

– Есть много людей, которые любят Ваше Высочество. Я же никто. И я не понимаю, почему вы делаете это ради меня.

– Разве единственной причины, что ты мне нравишься, недостаточно?

– Я уже влюблена в Герцога. Это недостаточная причина, чтобы предавать эту любовь.

– Ха…… любовь, – Кронпринц запрокинул голову и улыбнулся, смотря в потолок. – Твоя любовь настолько дорога?

– Уверена, она не так много стоит для Вашего Высочества.

– Ну, я мог бы дать тебе больше…… Только сейчас сомневаюсь, стоит ли мне это делать. В любом случае, теперь ты в моих руках.

Улыбка, которую Селена растягивала на губах, чтобы улучшить атмосферу, застыла. Холод, исходящий от Кронпринца, окутал её, словно влага в сезон дождей.

Селена напрягла ноги, чтобы в любой момент убежать:

– Что вы собираетесь делать со мной в своих руках?

– Делать? Да, я хотел увидеть, как ты пускаешь на меня слюни, как его бывшая женщина. Почему ты не настолько жадная, что я даже не могу ударить его?

– Что……?

Бывшая женщина, должно быть, речь об Ирэль.

Кронпринц произнёс эти слова так небрежно, что Селена не могла понять, говорит ли этот мужчина об Ирэль или нет.

– А, ты не знаешь? Была женщина, которую с собой привёл Герцог, сказав, что они обручатся. Она была из очень скромной семьи, поэтому у неё никогда не было надлежащего светского опыта…… Было приятно видеть, как она цеплялась за всё вокруг, что давало ей хоть немного опоры. И какой грязной она была в постели.

Селена знала это, но куда страшнее было услышать это прямо из уст Кронпринца. Однако желание узнать правду подавило в ней желание заткнуть уши.

– Герцог…… она знала, что является его будущей невестой, но уступила это место? Почему вы сделали это?

– Просто так? – громко рассмеялся Кронпринц, словно ему понравилась реакция Селены, замершей с открытым ртом.

Глава 125

– Разве мужчина больше всего не расстраивается, когда у него забирают женщину? Причина не такая уж большая. Удовольствие, которое ты испытываешь, когда забираешь её и держишь в своих руках, просто велико.

В сознании Кронпринца Ирэль даже не была личностью.

Она была ‘женщиной’ врага. Предметом, который, по его мнению, ему нужно было забрать у Герцога, чтобы тот пришёл в ярость.

Это ничем не отличается от ситуации, когда ребёнок забирает или ломает игрушку другого ребёнка.

– Почему вы так стремитесь укусить Герцога?

– Не я начал первым беспокоить Герцога. Он сам начал первым.

– Герцог?

– Точно. Он даже не является членом королевской семьи, но притворяется величественным перед моим отцом, чтобы привлечь внимание. Ему не терпится раздавить меня.

– ……Герцогу? – Селена не могла этого понять, поэтому продолжала спрашивать снова и снова.

– Почему ты мне не веришь? Должно быть, он очень скромен перед тобой. Он раздавил меня в спарринге и сказал, чтобы я лучше тренировался, поскольку обладаю лишь кое-какими навыками. Если ты вассал, то должен знать, что такое смирение. Не значит ли, что в его сердце живёт бунт?

– Когда это было?

– Мне было лет 10? Да, точно, мне было десять.

Поскольку они оба примерно одного возраста, Кальцион должен был быть примерно такого же возраста.

10 лет. Это возраст, когда ты делаешь то, что тебе говорят. Ни о каком знании слова «измена» не может быть и речи.

Изменившееся выражение лица Селены даже не привлекло его внимание, Кронпринц был взволнован и продолжил рассказывать историю, о которой даже не спрашивали.

– Тем не менее, великодушный Король простил эту дерзость. Но после этого, после того, как я стал управлять страной от имени отца, он даже пригрозил мне, что не будет платить налоги, и что Ренберд не будет помогать, даже если в столицу придут демонические звери. Как будущий монах, я должен раздавить непослушного подданного.

Кронпринц искренне сожалел. Однако Селена покачала головой:

– Я ничего не смыслю в сложной политике…… Получается, вы поэтому намеренно соблазнили Ирэль и даже легли с ней в постель?

– Соблазнил. Было сказано, что она – женщина Герцога, поэтому мне просто стало любопытно и я сказал ей пару слов. Как мужчина, я просто принял то, что мне предложили.

– Вы сказали ей несколько слов так же, как и мне…… получается, грехом Ирэль была похоть.

– Как и ожидалось, ты мне нравишься потому, что умна, – это было саркастическое замечание, но Кронпринц ярко улыбался, словно хвалил её.

Селену затопила усталость.

Он псих. Однако этот псих самый могущественный человек в этой стране, что просто безумие.

– Вот как. В конце концов, жизнь этой женщины была разрушена.

– Её проблема то, что она – женщина Герцога. Если ей что-то не нравилось, она должна была отказаться от Герцога.

– Я слышала, что Ирэль сдалась и ушла к Вашему Высочеству.

– В таком случае, она должна была быть полностью предана мне. Что тогда, что сейчас, если кто-то хочет завоевать моё сердце, он обязательно о чём-нибудь попросит.

– ……что попросила Ирэль?

– Свадьбу.

– ……с Вашим Высочеством?

– Она осмелилась.

– Она настолько отдала вам сердце?

– Я не знаю, что она чувствовала, но её отношение внезапно изменилось после того, как она забеременела. Было бы забавно увидеть, как она станет Герцогиней, вынашивая моего ребёнка. Жаль, что я так и не увидел этого.

В голове Селены раздался гудок.

Ирэль, Кронпринц, беременность.

Часть головоломки, которую не удавалось найти, принадлежала, естественно, преступнику.

– Ирэль умерла за день до церемонии помолвки.

– Я не собирался убивать её. Она всё пела, что умрёт, если не выйдет за меня замуж, что умрёт, если я не заберу её.

– Так это вы сказали ей умереть?

Кронпринц пожал плечами. Он не чувствовал ни малейшей вины или сожаления.

– И сразу же пришли ко мне?

– Ты – не она. И даже не такой человек, так почему ведёшь себя так, словно обижаешься на меня? Я убил тебя? – Кронпринц внезапно сдвинулся со своего места и оказался рядом с Селеной.

Вздрогнув, Селена дёрнулась и попыталась отодвинуться, прежде чем Кронпринц схватил её за подбородок. Сила пальцев, держащих её подбородок, была огромна. Селене казалось, что её челюсть сломается. Уже одно это давало огромное представление о силе противника.

Хоть Кальцион обладал огромной силой, он никогда не заставлял Селену ощутить её. У девушки возникло отвращение к этой разительной разнице.

– Ты крайне особенна. Это потому, что ты уже отдала своё сердце Герцогу? Я чувствую, что ты действительно ни о чём не попросишь меня.

– Если есть что-то, что я хочу, могу ли я осмелиться попросить об этом?

– Слушаю.

– Я прошу вас отправить меня обратно прямо сейчас.

– Даже посреди всего этого ты говоришь нечто непривычное, – Кронпринц с восхищением посмотрел на лицо Селены. Это не было хорошей новостью.

Ей следовало быть немного более собранной, но абсурдные речи Кронпринца так действовали ей на нервы, что Селена даже не могла себя контролировать.

Если бы я могла, я бы проломила это красивое лицо.

– Сможешь ли ты сказать то же самое с моим семенем в твоём животе?

– ……что?

Звучало глупо, но у Селены не было выбора, кроме как задать это глупый вопрос. Все слова, сказанные Кронпринцем сегодня, от начала до конца заставляли её терять рассудок и вышибали дух.

– Ранее я потерпел неудачу с той женщиной, но я не думал, что она так легко умрёт. Как Герцог отреагирует на свою новую женщину, обручённую с другим мужчиной? Признает ли он в тот момент, что всё в моих руках? Мне любопытно, каким будет его лицо, – любезно высказал Кронпринц реплику злодея, словно благоволя Селене.

– Вы же не думаете осуществить это на практике? – Селена была морально истощена.

– Почему я не могу?

– Я не бежала к Вашему Высочеству и не обнимала вас.

– Скоро будешь, – Кронпринц поднялся со своего места и сделал шаг ближе к Селене.

Селена поднялась с дивана, готовясь бежать:

– С чего вы это взяли?

– Сначала все говорят «нет», но после того, как я один раз пересплю с ними, постоянно начинают цепляться.

Кровь Селены заледенела:

– Нельзя заставить……

– В конце концов, не ты ли будешь говорить, что умрёшь ради этого? Поверь мне.

– Нет, Ваше Высочество. Я не хочу делать это, даже доверяя вам, – наотрез отказалась Селена.

Однако приближение Кронпринца это не остановило:

– Я сказал, что сделаю это, но ты осмеливаешься……

Не давая договорить, Селена быстро оттолкнула кресло и попыталась убежать. Вот только Кронпринц был таким же ловким, как и Кальцион.

– Отпустите! Нет!

Рука Кронпринца сжала запястье Селены. Она вспомнила все приёмы самообороны, которым обучилась до этого момента, но не могла использовать их должным образом из-за паники.

Тем временем Кронпринц потащил Селену и швырнул её на кровать.

Лёгкое тело девушки рухнуло на кровать, словно пролетев по воздуху.

– Ай! – вскрикнув, Селена изогнула своё тело в положение, подходящее для побега.

Кронпринц схватил её за полуприподнятую талию.

– Очень весело приручать такую живую женщину, как ты.

Он не хочет напугать, он серьёзен.

Вопреки грубому броску на кровать, Кронпринц мягко один за другим убирал волосы, упавшие на бледное лицо Селены.

– Было бы напрасным просто убить тебя.

Кончики пальцев Кронпринца, которые касались её лба, теперь легли на спину Селены. Готовые разорвать её одежду.

Не было причин больше ждать. Селена стиснула зубы и попыталась как-то вырваться, но вспомнила о кинжале, спрятанном в рукаве.

Воспользовавшись моментом, когда Кронпринц отвлёкся на разрывание одежды, Селена схватилась за рукоять кинжала.

– Грязный ублюдок! – закричала она, одновременно взмахивая кинжалом.

Когда Селена выкрикнула ругательство, которое хотела произнести, её желудок сжался.

Их поза была неустойчивой, поэтому кинжал не смог войти глубоко. Однако Селене удалось разрезать его одежду, вонзить кинжал в плоть Кронпринца и увидеть кровь.

– Кх! Су*ка!

Селена соскользнула с кровати, когда Кронпринц присел, хватаясь за своё плечо.

Личная вилла Кронпринца размером с дом. Даже если бы я попыталась спрятаться внутри, это было бы лишь вопросом времени, когда меня поймают.

Забор настолько высок, что его нельзя пересечь, если нет крыльев. Единственным выходом является тяжёлая дверь, в которую я вошла.

Охранникам пришлось объединиться, чтобы открыть её.

Кронпринц, который не потерял сознание даже после удара кинжалом, пошатнулся, направляясь к Селене.

Выбора нет. Я должна бежать через дверь, не важно, откроется она или нет.

Селена бросилась к двери, надеясь, что та откроется, если она ударится о неё всем телом с той же скоростью, с которой бежала.

Но не успела она врезаться телом в дверь, как та открылась.

– О! – тело Селены, готовившееся врезаться в дверь, пролетело по воздуху.

Потерявшееся равновесие заставило её упасть на землю. Если бы это продолжилось, то девушка бы убилась, покатившись по земле.

Селена плотно зажмурилась, готовясь к болевому шоку, который вскоре последует, но сильное, твёрдое тело обняло её.

Сила удара, учитывающая скорость бега девушки, должна была быть значительной, но человек, обнявший Селену, даже не шелохнулся.

В крепких объятьях она почувствовала знакомый запах тела.

Селена вздрогнула и проверила лицо поймавшего. Это был Кальцион, с которым у неё недавно было душераздирающее прощание.

– Герцог? – в голосе Селены была смесь радости, шока и удивления.

Она сказала Кальциону, что он не должен вмешиваться, пока что-нибудь не случится.

Кальцион, который до сих пор никогда не ослушивался Селену, впервые взбунтовался.

– Вы должны были подождать, пока со мной что-нибудь не случится.

– Ты чуть не убилась.

– Это всё из-за того, что Герцог вмешался. Для чего вы здесь?

– Если подумать, невозможно, что он ничего не сделает.

– ……

Это был правильный ответ. В этот раз интуиция Кальциона была права. Поскольку Селена была в положении, когда её спасли, она не могла винить мужчину во вмешательстве.

Глава 126

Когда Кальцион обнаружил, что подол платья Селены смят косой чертой, он нахмурился:

– Что сделал этот ублюдок?

– Я сбежала прямо перед тем, как он что-то сделал!

– Восхитительно. Но он пытался это сделать.

– Поэтому я ударила его кинжалом.

– Как и ожидалось, – при этом лицо Кальциона немного расслабилось.

Хваля действия Селены, Кальцион не опустил меч, который держал. Видя, что это не знакомый ей ужасающий меч, девушка предположила, что он забрал его у стражников.

Селена огляделась и увидела, что связанные охранники катаются по полу. Здесь не было сил, кроме двух стражников, которые могли остановить Герцога.

Кальцион сделал это в одиночку. Я благодарна ему за это, но мой побег и его атака будут иметь разное значение.

Как нам поступить в этой ситуации? Впереди лишь тьма.

– Ты, ублюдок!

Когда появившийся Кронпринц увидел Кальциона, он стал ещё злее.

– Как ты смеешь сейчас быть здесь!

В руке прибежавшего с криком Кронпринца также был спрятанный меч. Однако рана на его плече была довольно глубокой, поэтому тело накренялось.

Возможно, боявшись скрестить мечи с Кальцион один на один, имея раненное тело, Кронпринц остановился в нескольких шагах от них и, нацелив свой меч, закричал:

– Ты держишь передо мной меч? Если ты сейчас же не опустишь этот меч, это будет изменой! Герцог, она причинила мне вред. Если ты не опустишь этот меч и не отдашь мне её, то тоже станешь изменником!

Слова, которых Селена пыталась избежать, появились.

В конце концов, они прозвучали, – потемнев лицом, Селена закрыла глаза.

Однако голос Кальциона, который раздался вскоре после этого, был настолько лёгким, что его можно было назвать звонким:

– Да, верно, это измена.

– Что?

– Что?

Селена и Кронпринц одновременно вскинули головы.

Единственным, кто остался спокойным, был Кальцион.

На его лице появилась злодейская ухмылка, украденная с лица Кронпринца, он обнял одной рукой Селену, а другой направил меч на Кронпринца.

Ощущая на себе взгляды двух ошеломлённых людей, Кальцион чётко проговорил каждое слово:

– Я больше не могу подчиняться, потому что вы отвратительны. Поскольку вы, кажется, хотите моей измены, я взбунтуюсь, как вы и хотите.

Это даже не было полунамёком.

– Чт, чт, что……?

– В следующий раз, когда я приду, я буду целится в вашу шею, поэтому с нетерпением ждите этого, – оставив это одностороннее предупреждение, Кальцион схватил Селену за руку, развернулся и бросился бежать.

– Что это, что это? Вы, должно быть, сошли с ума. Вы точно сошли с ума! – кричала Селена, пока они бежали.

Волосы по всему её телу встали вертикально и, казалось, вот-вот выскочат из пор.

– Думаю, я уже какое-то время был сумасшедшим, но ты ещё не приспособилась?

Судя по тому, что он шутит даже посреди этой ситуации, он точно сумасшедший, а может и псих.

– Если вы хотите сходить с ума, то разве не стоило делать это с небольшой последовательностью? Какой сумасшедший будет просить разобраться с другим сумасшедшим?!

– За тобой.

– А-а-а! Если так, то будет настоящая война!

– Берегись, впереди, – Кальцион поднял Селену за талию и перепрыгнул через тело упавшего стражника и, вновь отпустив, побежал дальше.

Селена также хорошо бежала, не сбиваясь с заданного темпа.

Тем временем из коридора начали выбегать дополнительные стражники, заметившие переполох на вилле Кронпринца.

– Дерьмо! Поймать! Поймать этих ублюдков! – рёв Кронпринца эхом разнёсся по коридору.

Шаги стражников, бросившихся на шум, ускорились.

Селена замолчала и сосредоточилась на беге.

Поверженные стражники валялись в коридоре, по которому они бежали.

Он и правда сделал это один, не приведя с собой никого? – и вновь Селена с подозрением отнеслась к этой гонке.

Когда они ускорились, её обувь стала неудобной и Селена на бегу сбросила туфли, напрягая ноги. Звук стражников, следующих за ними, был громким, заставляя её сердце сжиматься.

Как бы быстро ни бежали вооружённые до зубов стражники, им было не обогнать босую Селену.

Когда она шла туда, коридор был настолько извилистым, что Селена не могла вспомнить дорогу, но вернуться назад было проще. Всё, что ей нужно было сделать, это бежать, ориентируясь на стражников, лежащих на полу.

В отличие от того, когда она входила, Селена и Кальцион покинули здание в одно мгновение. Место, куда они выбежали, находилось за дворцом Кронпринца.

Едва они покинули здание, как Селена увидела Диона верхом на лошади. За ним следовали стражники верхом на лошадях.

Едва только Кальцион и Селена покинули здание, как в них полетели стрелы. Разрубив летящие стрелы своим мечом, Кальцион схватил поводья, брошенные Дионом, и передал их Селене.

– Та! – Селена вскочила на лошадь и припорошила её ещё до того, как села.

Лошадь сорвалась с места стремительно, словно знала о срочности. Кальцион верхом на коне следовал позади неё, обеспечивая прикрытие, а Дион двигался спереди, словно направляя их.

Было больно держать глаза открытыми, когда двигающиеся на них стражники на лошадях приближались. Это было похоже на встречу со смертью.

Но смерть была унесена руками двоих мужчин ещё до того, как приблизилась. Тела павших стражников валялись везде, где они проходили.

Ворота замка уже были в состоянии опалы. Остальные рыцари эскорта, кроме Диона, уже избавились от всех солдат у ворот.

Однако солдаты, услышавшие предупредительный сигнал, стягивались снова и снова.

Как только Кальцион и Селена прошли через ворота, эскорт окружил их и сорвался с места.

Ехать на лошади по дороге, по которой ты всегда ездил в карете, оказалось новым чувством.

Покинув дворец, Селена успела осмотреться. Но эта свобода не длилась долго. Вскоре за ними последовали солдаты верхом на лошадях.

– Позаботьтесь о них!

По приказу Кальцион эскорт, окружающий их, сменил строй и замедлился. Тем временем трое: Селена, Кальцион и Дион, помчались по городу.

Поскольку это был центр города, как бы быстро они ни старались двигаться, Кальцион и Селена застревали в середине пути из-за экипажа и людей, преграждающих им путь. Но то же самое было и со стражниками. И, поскольку они пока сражались с эскортом Ренберд, расстояние между ними увеличивалось.

– Как далеко нам бежать!

Особняк Герцога находился прямо перед ними. Однако, пока они двигались с погоней на хвосте, просто закрытие ворот не было концом.

– К границе!

Ыа, нет даже времени закричать. Это настоящая погоня не на жизнь, а на смерть. От каждого движения зависит твоя и чужая жизнь.

Даже когда Селена играла в сценах погони, она снималась с чувством преследования, но, когда дело дошло до реальной ситуации, «ощущение» стало настоящим чувством.

Селене казалось, что лава хлынула из её сердца. Было ощущение, что вместо дыхания из её рта и носа вырывается огонь. Мышцы по всему телу гудели и даже кости издавали скрип. Словно всё ещё не могли остановиться.

Селена даже не могла вспомнить, как они выбрались из города. Когда она отчаянно неслась вперёд, в какой-то момент здания перед ней просто исчезли и появилось открытое поле.

Девушка уже собралась выдохнуть, что они едва сбежали из оживлённого города, но яростное понукание Кальциона не дало ей времени на отдых:

– Погоня начнётся не на шутку в открытой местности. Нельзя медлить!

– Да, да!

Сейчас казалось, что тело исчезло и осталась лишь душа, бегущая вместе с лошадью. Но Селена должна была взять под контроль свою душу.

Как и сказал Кальцион, как только они достигли поля, строй эскорта снова изменился. Резкий металлический звук ударил в спину, словно они вступили в лобовое столкновение с преследователями. Лошадь, испуганная этим звуком, ускорилась.

К счастью, другие преследователи не присоединились к ним. Даже дворцовая стража, как бы не торопилась, не могла успеть вовремя.

Эскорт, избавившийся от преследователей, вновь окружил троицу. В таком темпе они двигались несколько часов.

Подвижность лошади была явно больше, чем у кареты. В сравнении с поездкой в экипаже, путь верхом сократился по времени вдвое.

Граница, на которой оставили часть солдат, стала проступать. Даже у солдат, которые несли караул, были признаки сражений, словно налетал враг. Естественно, победили люди Кальциона.

Лошади сохраняли скорость до тех пор, пока не пересекли границу, а затем резко остановились.

Подошедшие солдаты, что ожидали их, взяли лошадей под поводья, чтобы успокоить их.

– Иго, иго! – выносливость лошади, которая долго бежала, также была под пределом. Однако они не могли справиться с волнением и даже после остановки не стояли на месте, яростно переступая с ноги на ногу.

Селена прижала ноги к бокам лошади, пытаясь не упасть. Однако это уже был предел возможностей её организма.

– Хо, хо! – в горле Селены появился привкус крови. Мощности лёгких не хватало для дыхания.

Её лёгкое тело полетело в сторону от разбушевавшейся под ней лошадью.

Едва выжить и убежать после нападения на Кронпринца, но погибнуть, упав с лошади? – Селена уныло улыбнулась, летя по воздуху, но руки Кальциона подхватили её, словно он ждал.

Его рефлексы потрясающие, – Селена расхохоталась, хоть была на грани истощения:

– Сколько раз вы сегодня спасали меня?

– Не знаю, – тело Кальциона также сотрясалось от слегка хриплого дыхания, вероятно, такой побег был беспрецедентно жёстким и для него. От тела мужчины исходил необычный запах пота.

– Пожалуйста, отпустите. Сейчас я в порядке.

Однако Кальцион не ослабил руки.

Селена, которая посмотрела на него, собираясь сказать, что у него ещё есть силы, чтобы пошалить, встретилась с сияющими глазами Кальциона и утонула.

Дикий взгляд влажных глаз.

– Я понял.

– ……что.

– Пока ты в моих руках, ты моя. Не так ли?

Селена не знала, что это было за собственничество, но, по крайней мере, было ясно, что она не принадлежала Кронпринцу или кому-то ещё.

Пока он существовал в это мире, мужчина, который будет защищать и спасать её снова и снова. Кальцион будет единственным.

– Да.

Доверие и привязанность к единственному существу.

Кальцион, прочитавший это в глазах Селены, больше не ждал.

Недостаточно было просто объятий.

Их губы встретились так, словно хотели поглотить душу другого.

Глава 127

– Хм, м-м!

Несколько раз сменяя угол, их губы соединялись. Поцелуй был достаточно жадным и глубоким, чтобы напугать Селену.

Селена покачала головой, но даже если она на мгновение отстранялась, Кальцион тут же накрывал её губы своими, не давая ускользнуть.

Этот страстный поцелуй был настолько жадным, что Селена, казалось, промокла с головы до ног. Подобно тому, как звери использовали всё своё тело, чтобы оставить на чём-то свой запах, выражая собственную одержимость этим.

Шок, сорвавшийся с её губ, кулаком пронзил сердце Селены. До такой степени, что она задалась вопросом, не выгравировалось ли имя Кальциона на её душе в этот момент.

– Мм, подо……!

Просьба Селены была просто проигнорирована. Её слова затихли. Руки Кальциона обвились вокруг тела девушки, словно вечнозелёные лианы. В его действиях ощущалось сильное чувство собственничества.

Тело Селены сжалось от внутреннего страха. Кальцион яростно целовал её, намереваясь поглотить даже этот страх.

Сильная воля партнёра потрясла Селену. Не в силах прийти в себя, она раскрывала губы, как хотелось.

Страсть Кальциона вновь проникала через появившуюся щель, которая открылась, прежде чем она была замечена.

Хочу обладать. Я хочу сохранить тебя внутри себя, – без умолку говорили его губы.

Он действительно долго терпел.

Селена задала вопросом, как Кальцион выдерживал многочисленные провокации Кронпринца и то, что в итоге её даже увели прямо у него на глазах.

Когда Селена передумала и ушла к Кронпринцу, он сошёл с ума, но не сумел победить из-за угроз Кронпринца и был бы истощён. В результате Кальцион потерял почти всё. Он почти не смог защитить Селену.

Он был сильным и хорошо справлялся с проблемами, но в процессе этого Кальцион был почти никем.

Гнев и беспомощность момента, когда человек, который был уверен, что ни за что на свете не проиграет, должен был беспомощно отдать всё своё.

Все эти чувства были так сконденсированы, что взрыв был крайне мощным.

Кальцион был готов отправиться обратно в Ренберд, чтобы отпустить Селену, но его хватка стала крепче, чем раньше.

Как я могу отпустить её?

Он не знал, когда поймал это чувство, поэтому не знал и как отпустить его.

Если наступит момент, когда мне нужно будет отпустить её, я отрежу себе руки и отпущу, но этот момент не сейчас.

Сейчас я на своей земле, а она в моих руках.

Значит принадлежит мне.

Каждая травинка и даже птенцы, которые росли на земле Ренберд, принадлежали хозяину Ренберд, Кальциону.

В принципе, каждый, кто жил на земле Ренберд, брал её в аренду с разрешения Кальциона. У тебя мог быть собственный дом или домашний скот, но ты должен был отдать их Кальциону, если он захочет этого. Даже собственное тело.

Право на первую ночь, которое сейчас исчезло и осталось лишь как запись в истории, по-прежнему оставалось юридически заверенным. Если лорд земли захочет, он мог взять тела всех, кто находился на его территориях. Сила лорда была всё столь же сильна.

Закон, который в прошлом люди высмеивали за жадность, всё так же являлся законом. Подобная эгоистичная жадность была забавной.

Однако она не заставляла Кальциона смеяться. Его губы раз за разом накрывали губы Селены, настолько ему хотелось, чтобы соединились даже их души.

Кальцион был настолько жадным, настолько отчаянным, что ему становилось страшно. Однако он был настойчив и поглощал всё, до чего только мог добраться.

– Мы готовы двигаться дальше, – не в силах ждать, заявил Дион.

Только тогда Селена обнаружила, что связана желанием Кальциона.

– Это, хватит, – затаив дыхание, она повернула голову.

Разве он не слышал голос Диона?

Цепкие губы Кальциона вновь накрыли губы Селены.

Она снова изо всех сил толкнула мужчину в грудь:

– Мы должны, уехать.

– ……

Только тогда руки, сжимающие её тело, ослабли.

Даже после того, как их губы разомкнулись, глаза Кальциона, смотрящие на неё, горели огнём страсти.

Селена намеренно отвернулась, делая вид, что не видит этого.

Дион быстро привёл новую лошадь.

Кальцион, к которому словно наконец-то вернулся рассудок, отвёл взгляд от Селены и принял поводья лошади.

– Отправляемся сейчас же, – приказал Кальцион, проверив состояние седла и на лошади Селены, вскочив на своего коня.

Посмотрев на Герцога, который вернулся к своему обычному холодному взгляду, Дион потёр грудь. Он нервничал из-за того, что ему так долго пришлось наблюдать за этим пожаром чувств в экстренной ситуации.

Несмотря на пересечение границы Ренберд, до столицы Мин было всего несколько часов скачки. Прямо сейчас они избавились от погони, но второй отряд точно следует за ними.

Возможно, за ними гналась вся армия.

Пересечение границы территорий без причины являлась военной провокацией. Какой бы ни была королевская армия, она не могла действовать так безрассудно. Но сейчас всё было по-другому.

Кальцион обнажил меч во дворце, а Селена ранила Кронпринца и скрылась как подозреваемая в попытке убийства.

То, что Селена подозревалась в убийстве Розалин, больше не имело значения. Даже поднятие меча в королевском дворце можно было расценивать как попытку убить королевскую особу. Она была предателем, которого нужно было поймать и немедленно убить, поскольку девушка прямо атаковала и ранила Кронпринца.

Поимка двух убийц, покушавшихся на королевскую особу, не стала бы большой проблемой и малым оправданием, если бы армия вторглась даже в Силэнзу, не говоря уже о границе.

Из-за военной мощи Ренберда они не могли сделать этого, но отряду Кальциона нельзя был ощущать спокойствие, пока они не соединятся с армией Ренберд. Непосредственной задачей было продвижение к военному городу на первой линии сдерживания Ренберд.

Селена, собиравшаяся сесть на лошадь, чуть не упала из-за длинной юбки платья:

– Ой……!

Когда они только сорвались в путь, девушка торопилась так, что даже не обращала внимания на то, в чём и как едет. Но от ношения платья и долгого движения верхом во всём теле Селены скопилась усталость, как при беге с гирями.

Проблема заключалась в платье, которое Селена выбрала, говоря, что оделась как в день охотничьих соревнований, ведь, пусть вечеринка и была во дворце, все стремились создать атмосферу охотничьих соревнований. Её наряд лишь излучал ‘ауру’ удобной одежды, но на самом деле был крайне некомфортным.

Даже если я собиралась попрощаться, мне не хотелось, чтобы другие продолжали давить на меня презрительными взглядами, поэтому надеялась на результат, который придаст мне сил. Мне стоило просто надеть тренировочную одежду и пойти на вечеринку, – нахлынуло запоздалое сожаление.

Селена не могла даже свободно дышать в этом платье, поэтому огляделась, ища возможность переодеться, но все уже были на лошадях. В напряжённой атмосфере, звеневшей от необходимости немедленно тронуться в путь, Селена не могла задерживать всех из-за того, что ей единственной требовалось переодеться.

Если немного потерпеть, скоро появится более спокойное место.

Поскольку я уже ехала так, то думаю, что смогу продержаться ещё немного, – приняла решение Селена.

Должно быть, у неё был конь, которому было скучно, поскольку он был оставлен на границе в качестве резерва. В отличие от лошади, на которой Селена приехала сюда, и которая тяжело дышала, словно вот-вот рухнет, новый конь сорвался с места, почти летя. Если она не будет контролировать своё тело и перестанет сжимать ногами бока коня, то из-за его скорости Селена рисковала улететь.

Селена тоже была хорошей наездницей, но всё же не дотягивала до высококвалифицированных солдат. На протяжении всего движения она ощущала заботу к себе, соответствие её скорости.

Если бы это была съёмочная площадка, где Селена была главной героиней, она бы расплакалась от благодарности, но сейчас от скорости зависела жизнь каждого.

Преследователи могут догнать нас и создать кризисную ситуацию, если мы будем медлительны.

В схватке с преследователями эскорт первым будет рисковать жизнью. Я не хочу, чтобы из-за меня другие рисковали жизнями, – вздохнула Селена и ускорила бег своей лошади.

Как далеко остановка от границы? Кажется, мы движемся около часа.

Как бы девушка ни старалась, её тело достигало своих пределов против её воли.

– Хо! Угх, ха! – тяжёлое дыхание бесконечно разрывало лёгкие.

Селене казалось, что платье давит и впивается ей в рёбра. Подол юбки, обёрнутой вокруг её ног, был тяжёлым. Девушка чувствовала, что всё ещё тело ослабевает, и несколько раз напрягала силы, но всё это возвращалось.

– Ты в порядке? – спросил Кальцион, заметив странное состояние Селены.

В тот момент, когда она услышала этот голос, сердце Селены дрогнуло.

Одна сторона туго натянутой нити, что была на грани разрыва, оборвалась.

– А! – Селена напрягала последние силы, но её ноги ослабевали. То же самое было и с руками, держащими поводья.

Тело девушки отлетело, как бумага. С опозданием Селена попыталась схватить поводья, но было уже слишком поздно. Она почувствовала мурашки по коже от ощущения, как её тело парит в воздухе.

Селена ожидала шока от боли, когда её тело вот так сломанной куклой рухнет на землю.

– Селена!

Но сбылась лишь половина ожиданий. Появились руки, удержавшие тело Селены.

В мгновение ока Селена оказалась в руках Кальциона.

Кальцион молчал.

Конь под ними скакал, тяжело дыша. Селена дышала точно так же:

– А, простите……

– Сначала восстанови дыхание.

Кальцион какое-то время удерживал Селену неподвижно, словно давая ей время успокоиться. Несколько рыцарей эскорта, которые вырвались вперёд, просто потому что не успели среагировать на их скорость, вернулись обратно и окружили Селену с Кальционом.

– Сделаем перерыв.

– Вы же знаете, нужно двигаться быстрее.

– Я принял решение. Мы отдохнём и продолжим.

Поскольку у них было время, они решили сделать перерыв. Кальцион спрыгнул с коня, удерживая расслабившееся тело Селены.

Один из солдат, услышавший их разговор, расстелил на траве запасное одеяло.

Луг без единого дерева бесконечным простором расстилался вокруг них, словно показывая, что они всё ещё недалеко от границы. В конце далёкого горизонта были едва видны горы.

Кальцион посадил Селену на одеяло.

Девушка вздохнула, успокаивая дыхание. Однако неудобное платье всё ещё было проблемой.

– Мне нужно снять платье. Из-за него тяжело дышать, а двигаться тяжелее, поскольку оно обвивается вокруг тела.

– А, – только тогда на лице Кальциона отразилось смущённое понимание.

Это была часть, о которой он даже не думал, пока не услышал. Потому что никогда в жизни не носил платья.

– Сменная одежда, чтобы сразу же переодеться……

– Я просто сниму платье, под ним много нижних юбок и корсет.

– …… – Кальцион не сказал ни да, ни нет, лишь сжимал губы.

Это был свободный выбор Селены, ходить ей раздетой или одетой, но ему не понравилось, что эскорт мог видеть её такой.

Кальцион хотел, чтобы такую Селену видел только он.

Глава 128 - Эпизод 12. «Любовь.»

– Всё в порядке, ткань довольно плотная, поэтому никто не сможет ничего увидеть под ней……

Изначально, неважно, был бы Кальцион против или нет, если бы Селена захотела снять одежду, она бы сняла её! Просто сняла платье и выбросила. Даже если бы она чётко видела, что происходит в голове у мужчин, она бы проигнорировала это.

Но сейчас Селена не могла проигнорировать это.

Увидев нежелание Кальциона, чтобы она делала это, Селена поняла, что езда лишь в нижних юбках для него кажется нечто большим.

Было время, когда его не смущало, как я спала в своей прозрачной сорочке.

Несмотря на то, что она подумала об этом, но не могла вытащить руки из платья.

Селена была растеряна тем, что её тело и разум не могли двигаться согласно её воле. Ей казалось, что её конечности двигаются хаотично.

Тогда Кальцион вдруг начал снимать верхнюю одежду.

Плащ упал на землю, пиджак упал на него сверху. Мужчина снял платок, который был туго завязан на шее, а также рубашку.

В мгновение ока Кальцион закончил обнажать верхнюю часть тела.

– Если всё так, то стоит надеть что-то соответствующее и двигаться дальше, – Кальцион протянул рубашку, которую снял.

Рубашка, сшитая по его массивному телу, была для Селены платьем с небольшой юбкой.

Под ней будет ещё нижние юбки и бельё, поэтому никаких проблем не оставалось.

Селена кивнула и взяла рубашку. Кальцион же натянул пиджак на голое тело.

Костюм с великолепной вышивкой, дорогими украшениями и декоративными кисточками, накинутыми на голое тело, создавал иной, более раскрепощённый облик, чем обычно.

Из-за этого возникло это незнакомое чувство? Так неловко, словно я стою перед человеком, которого впервые встретила, – чтобы развеять неловкость, Селена намеренно уверенно повернулась к Кальциону спиной и, делая вид, что ничего не происходит, попросила:

– Пожалуйста, ослабьте ленту на моей спине.

– Эту?

– Да, эту.

Кальцион встал за спиной Селены.

Хоть Селена появлялась перед Кальционом в растрёпанном виде, сам он никогда не прикасался к её одежде.

Селена перестала дышать в тот момент, когда пальцы мужчины схватили ленту.

Она почувствовала напряжение от прикосновения к её спине.

Пальцы Кальциона, которые всегда двигались плавно и уверенно, задеревенели. В соответствии с ними и дыхание Селены замерло.

Безветренное поле было безмятежным.

Изредка был слышен лишь тихий шелест травинок, трущихся друг о друга, и даже звук их дыхания, который был невероятно тихим, отдавался звоном в ушах.

Звук движения пальцев по ленте был резким и напряжённым. Все нервы на спине Селены стали чувствительными, словно превратились в уши.

Вновь застыли…… и потянули.

Чем больше пальцы Кальциона тянули ленту, тем легче становилось их дыхание. Чувствительные нервы, которые были на пределе, тоже успокаивались.

– ……готово, – с губ Кальциона сорвался протяжный вдох и, развязав ленту, он сделал шаг назад. Мужчина даже не мог нормально дышать.

Даже после того, как лента на спине была развязана, у платья оставалось много узелков то тут, то там. Селена встала, огляделась и сама начала развязывать эти узелки.

– Подожди, – но Кальцион остановил руки Селены и поднял свой плащ.

Из-за повышенной бдительности он не мог приказать эскорту смотреть в другие стороны, поэтому некоторые взгляды были направлены в эту.

Но это не имело значения, поскольку на Селене и так было много одежды, только Кальциону не хотелось показывать и капли лишнего.

Когда Кальцион заключил Селену в кольцо из своих рук и развернул плащ, простая ширма была готова.

– ……спасибо, – тихо прошептала Селена, склоняя голову.

Было странно снимать одежду, стоя лицом к нему в кольце рук Кальциона.

Неважно, насколько Селена была одета под платьем, это был момент, который и создавал сам акт «раздевания».

Раздеваться перед Кальционом.

Даже сердце Селены рухнуло вниз.

Она думала, что ей нечего скрывать, но всё это время хотелось прикрыться. Поэтому голова девушки продолжили опускаться вниз.

Подбородок Кальциона, поднявшего голову к небу, тоже затвердел.

Когда Селена вытаскивала руки из рукавов, её пальцы коснулись голой груди Кальциона. Дрогнувшие глаза мужчины посмотрели вниз, а затем вновь устремили взгляд в небо.

Селена тоже была шокирована, посмотрела на лицо Кальциона и увидела, как сильно движется его грудная клетка. Напряжение было заразительным и удвоилось.

Снять платье оказалось легче, если сравнивать с тем, как она изо всех сил пыталась надеть его. Всё, что Селене нужно было сделать, это развязать ленту, а также узелки, и стянуть платье.

Ей стало куда прохладнее, когда Селена стянула широкую нижнюю юбку, которую надевала под платье для пышности. Ветер, коснувшийся её обнажённых плеч, принёс освежение, поэтому девушка смогла перевести дух и надеть рубашку.

Селена сделала шаг назад.

Естественно, руки Кальциона опустились, и ширма рухнула.

Как только Селена выскользнула из кольца его рук, её дыхание, скованное, как тело, освободившееся от оков платья, успокоилось.

Даже когда Селена застегнула все пуговицы, Кальцион продолжал смотреть в небо.

– Готово.

Он опустил голову только после того, как услышал это от Селены. Вот только Кальцион не мог смотреть прямо на неё.

Нерешительный взгляд, искрящееся отношение.

Сначала он был ужасным человеком, который даже угрожал оставить меня в горах, где кишат монстры. Человек, обладающий столь тяжёлым характером, вот так изменился.

Её лицо было бесстрастным, но в глазах Селены отчётливо читалась скрытая нервозность.

Моя роль любовницы окончена, и я скоро вернусь. Что, если вот так открыть своё сердце?

Дотронуться до его спины и, посмотрев в глаза, сказать о своей искренности? Разве кто-то откажется, увидев это? – горечь наполнила сердце Селены.

– А теперь отправляемся, – Кальцион перевёл взгляд на Селену.

Но теперь Селена не могла посмотреть ему в глаза.

Она поспешно вернулась к лошади, но её спине стало жарко.

Девушке казалось, что жар разливается по всему её телу.

Как у маленькой девочки, встретившей свою первую любовь, у Селены поднялась температура тела.

Изначально она должна была отыграть роль любовницы, но теперь была сбита с толку тем, насколько далеко это зашло.

Занавес опустится.

Спектакль обречён на окончание в любой момент, и актёр, опьянённый игрой, должен будет прийти в себя и вернуться к повседневной жизни.

Селена совершенно не беспокоилась о своём сердце.

До этого момента она играла множество романтических ролей.

Каким бы привлекательным ни был другой актёр, никогда не было времени, когда я не могла выйти из чувств к нему.

Так она думала.

Эпизод 12. «Любовь.»

Сняв неудобное платье, скорость передвижения Селены стала намного лучше.

За исключением времени, когда требовалась остановка, чтобы набить желудок, отряд двигался почти без остановок, пока не добрался до ближайшей деревни.

Их отряд остановился на въезде в деревню и, проверив движение вокруг, медленно въехал в саму деревню.

Это была небольшая деревня. Настолько маленькая, что они задались вопросом, есть ли здесь место для ночлега, но, к счастью, часть эскорта, двигающаяся впереди, вернулась с хорошими новостями.

– Говорят, впереди есть строение, где останавливался передовой отряд. Кажется, с этим жильём есть договорённость.

– Пусть передовая группа возвращается обратно без остановок.

– Есть.

Как только Кальцион закончил говорить, один из рыцарей сунул пальцы в рот и протяжно свистнул.

Откуда-то прилетела чирикающая птица, голос которой был похож на свисток.

Это была птица намного крупнее, чем замеченная Селеной в столице.

Рыцарь, посадивший птицу себе на плечо, написал короткую записку углём, сидя на лошади, привязал её к лапке птицы и вновь отправил её в полёт.

– Место, где можно остановиться, там.

Это было здание, мало чем отличавшееся от того, в котором они останавливались по дороге в столицу.

Ветхий двухэтажный дом, похожий на другие дома по соседству. Деревянная табличка, висевшая над дверью, была единственным признаком, определявшим подобие таверны.

Поскольку местонахождение Селены и Кальциона нужно было максимально скрыть, они не спешили заранее сообщить главе ближайшего поселения о визите Герцога. Потому и приёма в лице старосты деревни не было.

Вот только, даже если Кальцион не раскрывал свою личность, хозяйка таверны, естественно, подумала, что это визит проезжающего мимо аристократа, и стояла согнувшись, чуть ли не касаясь носом земли.

– Немедленно приготовьте воду для ванны и ужин, – привычно приказал Кальцион, входя в таверну.

Обычно этот приказ не имел иного ответа, кроме «да».

Однако это был не замок Ренберд и не особняк в столице. Здесь не было и миссис Джанет, которая могла заранее позаботиться о подобном.

– Трапезу подадут, однако быстро подготовить воду для ванны трудно.

– Почему?

Кальцион лишь коротко спросил, а спина хозяйки таверны склонилась ещё сильнее:

– Сейчас не зима, поэтому много дров не было заготовлено и за ними нужно съездить. Как только привезут дрова, нужно будет развести костёр, принести воды и вскипятить её, всё будет готово лишь к середине ночи, – хозяйка таверны была растеряна.

Нельзя просить идеальной рутины в пути.

– Пожалуйста, подготовьте полотенца и воду, – поняв ситуацию, вежливо попросила Селена.

– Боже, конечно! Я прямо сейчас подготовлю это! – когда знатная леди, которая по ожиданиям должна была быть самой привередливой, всё поняла без малейшего беспокойства, хозяйка таверны стала веселее, словно человек, жизни которого больше ничего не угрожало.

Так был подан ужин и вода для умывания. Однако из-за отсутствия аппетита скорость поглощения еды была не такой уж высокой.

Даже если ты стараешься дышать носом, пыль оседает на твоём теле, поэтому сложно было сказать, ешь ты еду или пыль.

Селена, которая пыталась быстро поесть, в итоге сдалась и опустила руки:

– Я не могу есть не помывшись.

– Мне приказать приготовить воду для ванны прямо сейчас?

– Нет, не думаю, что это возможно. Думаю, будет лучше, если я пойду к колодцу и помою голову.

Пусть он не выражал этого, но Кальцион, казалось, чувствовал то же самое, поэтому они взяли полотенца и вместе вышли из комнаты.

Пока они ужинали, солнце уже село.

Это была очень малонаселённая деревня, поэтому мало кто ходил или проезжал мимо.

Пока Селена искала, у кого бы спросить дорогу, она увидела человека, несущего кувшин с водой с другой стороны от них.

– Вы идёте к колодцу? Мы вырыли колодец лишь посередине деревни, поскольку ручей близко и отсюда он куда ближе.

Если рядом ручей, то так даже лучше.

– Вам нужно пойти туда, – помощь проводника закончилась тем, что он указал одной рукой, свободной от кувшина, в одну из сторон поля.

Но в этом чистом поле и этого было достаточно.

Селена и Кальцион немного прошлись в указанном направлении и вскоре услышали шум воды.

– Вау!

Просто слышать звук воды уже освежающе, – Селена подбежала к кромке воды и окунула руку в прохладную воду.

Мгновенно освежающее ощущение распространилось от кончиков её пальцев до плеч. Воздух был не слишком холодным, поскольку они ещё не достигли гор Саинтат. Температура воды также была приемлемой.

Селена быстро огляделась.

Солнце уже село и ночное небо было чёрным.

Никто не придёт к воде посреди ночи. И это местность, по которой не ходят люди. Чуть выше же есть место, где растут густые кусты.

Изначально Селена собиралась лишь помыть голову, но подумала, что вместе с этим может и принять ванну.

– Можно я просто зайду в воду и помоюсь?

Кальцион посмотрел на воду, поднял камень и бросил его в воду. Камень упал в воду с лёгким стуком.

– Глубина воды, похоже, небольшая, а течение не слишком сильное, поэтому всё в порядке.

Разрешение Кальциона было получено.

Взволнованная Селена собралась сбросить рубашку Кальциона, но остановилась. Оглянувшись назад, она встретилась взглядом с Кальционом.

Глава 129

Мужчина настороженно осмотрел окружающее их пространство и, выдохнув, медленно повернул голову.

Повернуть голову было недостаточно, но для Селены остаться в одиночестве было куда опаснее.

Где-то могут скрываться убийцы, посланные Кронпринцем, или на меня могут напасть не люди, а дикие животные. Хорошо, что Кальцион рядом.

Немного стыдно, но безопасность в сто раз лучше, чем находиться в опасности.

– Оставайтесь так, пока я не войду в воду.

– ……понял, – ответил Кальцион хриплым голосом. Он не кричал, но в его горле так пересохло, что слова звучали отрывисто.

Увидев, что Кальцион продолжает смачивать губы языком, словно ему хотелось пить, даже после того, как он закончил говорить, Селена осторожно начала раздеваться.

Смотря вдаль поля, Кальцион глубоко вдыхал и медленно выдыхал.

Селена посмотрела на мужчину, положила его рубашку и потянулась снять остальную одежду.

Нижние юбки, которые она носила, чтобы сделать платье пышнее, сползли вниз, и нижняя сорочка, надетая под него, так же собралась у ног девушки.

Теперь осталось лишь нижнее бельё.

Селена без труда сняла нижние юбки и сорочку, но на мгновение замерла при снятии белья.

Психологической нагрузкой на неё стало то, что Кальцион был рядом, и то, что она сама находилась на открытом воздухе, без возможности прикрыться в любом направлении.

Если мы снаружи, должна ли я просто оставить его?

Но нет никакой дополнительной одежды, в которую можно будет потом переодеться. На то, чтобы снять и высушить, уйдёт слишком много времени, а спать голой в той же кровати, что и Кальцион…… Я до сих пор не могу позволить себе этого.

Ночь тёмная, и если я сяду в воду, никто всё равно ничего не увидит.

Обмоюсь голой, – приняв решение, Селена стянула своё нижнее бельё.

Девушка, оставшаяся полностью обнажённой, посмотрела на действия Кальциона.

Кальцион всё ещё тяжело дышал так, словно долго бежал, смотря вдаль.

– Я, вхожу в воду, – Селена поспешно двинулась к речке.

Она измерила температуру воды, медленно вошла в неё и села, чтобы прикрыться водой.

– ……ой, холодно!

Когда Селена только окунулась в воду, та оказалась настолько холодной, что не шла ни в какое сравнение с той температурой, когда девушка прикасалась к ней пальцем.

Изнуряющий жар, липнувший к телу Селены, исчез. Теперь ей, напротив, стало ужасно холодно. Мурашки побежали по коже девушки так сильно, что голова закружилась от холода.

– У-у, холодно! – Селена потёрла своё тело ладонями, чтобы стряхнуть холод.

Однако воздух не был холодным, поэтому она начала привыкать. Её тело, шокированное холодом, успокоилось и стало наслаждаться прохладой.

Даже после того, как Селена вымыла тело, ей было приятно ощущать на себе спокойные волны прохладной воды, поэтому она немного посидела и поиграла. Внезапно ощутив на себе пристальный взгляд, Селена остановилась и оглянулась.

Кальцион смотрел на неё.

Поражённая Селена окаменела, как каменная статуя. Она даже не могла сесть в воду, чтобы скрыть тело.

Мягкие волны воды касались оцепеневших бёдер Селены.

Во взгляде Кальциона царило потрясение.

Словно глаза овцы, смотрящей на Богиню, из легенды. Это был взгляд молодого мужчины, который, казалось, мог предложить ей даже своё сердце.

Осознав это, Селену охватили неописуемые эмоции. Они сильно отличались от волн, касавшихся её бёдер. Глаза мужчины заставили девушку почувствовать себя стоящей в бурном море.

– ……почему смотрите?

Когда Селене удалось открыть рот и спросить это, только тогда Кальцион пришёл в себя и поспешно повернул голову:

– ……прости.

Даже в темноте было видно, как напрялась его шея, когда мужчина извинился хриплым голосом.

– Хотел увидеть……

– Что?

Селена думала, что это конец, но Кальцион продолжил говорить:

– Мне не терпелось увидеть твоё тело.

Это был ответ на вопрос ‘Почему смотрите’.

Селена не нашла слов от честного ответа мужчины, сказанного без всяких прикрас.

– Прости, – Кальцион вновь извинился, слыша молчание Селены.

Ох, это возбуждает, – Селена могла просто посмеяться и двигаться дальше, но эти слова застряли у неё в горле.

– Почему вы хотели увидеть моё тело? – в итоге, слова, которые сорвались с её губ, были далеки от правильного ответа.

Кальцион глубоко вдохнул, прежде чем ответить:

– ……потому что оно красиво.

– Вы не тот человек, который ищет красивые вещи.

– Точно, однако, – посреди разговора раздался звук сглатывания вязкой слюны, словно горло мужчины горело. – ……ты так прекрасна, что мой взгляд замирает на тебе, даже если я не осознаю этого.

– ……

Я знала, что он не тот человек, которого нужно было учить говорить это.

Сначала я действительно думала, что у него не получится выражать какие-либо чувства. Но со временем он постепенно научился.

Вот теперь вся правда, которую он даже сам не понимает, выходит наружу.

Если бы это была игра, то такое умение говорить доставило бы мне удовольствие и позволило отшутиться. Но от искреннего комплимента и явного искушения моё сердце дрожит.

Но я не знаю, что делать перед горячей невинностью, которая ничего не хочет, а если хочет, то сожалеет об этом.

Сказать спасибо или поругать его за то, что он небрежно посмотрел на меня?

Пока Селена размышляла над выбором слов, Кальцион вновь повернул голову к ней.

Их взгляды встретились и от жаркого, пронизывающего взгляда, у девушки перехватило дыхание.

– Могу я посмотреть?

– …….

– Хочу видеть твоё тело.

Я даже не могу спрятаться. Полностью попалась.

– ……зачем…… – всё, что Селена могла сделать, это спросить голосом, который был готов погаснуть, как свеча перед бурей. В любом случае, это был самый глупый вопрос.

– В ближайшее время оно перестанет быть моим.

Слова Кальциона больно ранили.

Он тоже предполагает, что я вернусь, – Селена не могла понять мужчину, который отказывался опускать руки, признавая, что скоро они расстанутся.

– Тогда, возможно, вы будете вспоминать слишком часто. Однажды увидев его, вы никогда не сможете забыть.

Кальцион тоже слегка улыбнулся этой бессмысленной шутке:

– Чем больше вещей я помню, тем лучше.

Он не хотел оскорбить Селену и не хотел обсуждать её как вещь, поэтому его глаза не были неприятными.

Глаза мужчины отражали искреннее желание.

– Смотрите.

Она сказала это не только потому, что Кальцион хотел увидеть её. Селена тоже хотела побыть в его глазах ещё немного.

Получив разрешение, взгляд Кальциона стал более уверенным.

Капли воды, скатывающиеся с её волос и стекающие по лицу. Капли воды, собирающиеся на кончике её подбородка и падающие на грудь.

Капли воды, на мгновение задерживающиеся на верхней части её груди и вновь продолжающие скатываться.

Капли воды, прошедшие между грудей девушки, скользнули на её впалый живот и собрались у пупка, сливаясь с другими каплями воды, застывшими в пупке, и вновь скользя ниже.

Прикосновение капель воды, стекающих по плоскому животу Селены, было тяжёлым, словно кто-то рисовал их, нажимая кончиками пальцев на кожу. Всё потому, что взгляд Кальциона двигался вместе с ними.

Капли воды быстро исчезли, коснувшись поверхности воды, текущей в ручье.

Взгляд Кальциона тоже остановился там.

И он сделала шаг ближе.

Упавшие капли воды и ещё шаг.

Падение взгляда, подошедшего на шаг ближе мужчины, и всё сначала.

Тело Селены было горячим, словно температура воды повысилась.

Снова капли. И ещё шаг.

Кальцион приближался шаг за шагом.

Горячий взгляд лился настолько безжалостно, что Селене хотелось изогнуться, чтобы спрятаться от него. Он был горячим, как кипяток.

В конце концов, Кальцион прошёл сквозь течение и встал перед Селеной.

Лицо Селены было таким красным, что его было хорошо видно даже в лунном свете.

Она опустила голову, поскольку не могла смотреть на Кальциона, что стоял напротив неё, и ещё одна дорожка капель воды скатилась с её волос.

Плюх.

Кальцион протянул руку.

Капли воды, стекающие по лбу Селены, упали ему на кончики пальцев.

Он осторожно провёл кончиками пальцев по её волосам. Мокрые волосы девушки заскользили, словно змеи, по его руке.

– ……красиво.

Мокрые волосы Селены отражали лунный свет, заставляющий их блестеть. Блестели не только её волосы, но и лоб, переносица, ключицы и плечи, всё, куда падал лунный свет.

– Ты говорила достать звезду, но звёзды уже приземлились на твоё тело.

Селена думала, что услышала все комплименты, которые только можно было услышать в мире. Она привыкла небрежно выслушивать любые комплименты и отвечать на них одним ‘спасибо’.

Однако каждое слово из комплиментов Кальциона запечатлевалось в её сердце. Эти слова крутились у неё в голове.

Его комплименты были слишком прекрасны и драгоценны.

– Когда я смотрю на тебя, мне кажется, что я смотрю в другой мир.

– Конечно, я же из другого мира, – не выдержав щекотливой атмосферы, пробормотала шутку Селена, опуская голову.

Губы Кальциона мягко изогнулись. Глаза, смотрящие на Селену, тоже слегка прищурились.

– Как ты сказала мне в начале? Чем больше ты смотришь, тем больше хочется продолжать смотреть.

Это был совет, который Селена давала Кальциону, когда им нужно было действовать как возлюбленные.

С тех пор прошло так много всего, что для разума Селены эти слова были из далёкого прошлого. Однако Кальцион запомнил их, не допустив ни единой ошибки.

– Говорила, что я должен выглядеть немного сумасшедшим, и люди поверят, что я влюблён.

Потому что, когда ты влюбляешься, ты делаешь то, что не следует, и часто показываешь иную сторону себя.

– Но в какой-то момент я понял, что действительно веду себя как сумасшедший.

Поражённая Селена десятки раз спрашивала, не сошёл ли Кальцион с ума.

Я думал об этом, как о чувстве, которое испытываешь, когда размахиваешь мечом. Приятное волнение, волнение от вызова, я думал, что это просто продолжение этих чувств.

– Это и правда безумие.

Я всё ещё чувствую себя сумасшедшим.

– Я уже давно без ума от тебя.

Что это?

Селена поджала губы и подняла голову.

Взгляд Кальциона встретил её пылающим жаром. Ей отчаянно хотелось исчезнуть до того, как будет произнесено имя этого жара.

– Внезапно я подумал. Возможно это любовь?

Он уже влюбился.

Просто не мог связать эмоции с названием любви.

Бывают случаи, когда в какой-то момент ты автоматически понимаешь это, даже если тебе никто не говорит. Момент, когда одновременно находится ответ на всё.

Кальцион нашёл этот ответ.

– Это правильно, что я люблю тебя?

– …… – Селена не могла отрицать этого, только из её глаз потекли слёзы.

Глава 130

Селена надеялась, что он не увидит в каплях воды, стекающих с её волос, её собственные слёзы, но не могла скрыть покрасневшие глаза.

Кальцион обхватил влажное лицо Селены и ещё раз тихо спросил:

– Это любовь, верно?

Вместо кивка у неё вновь потекли слёзы. Улыбка Кальциона стала глубокой:

– Люблю тебя.

– ……

– Я люблю тебя.

Ах.

Он понял.

Чувства сердца, которые я хотела, чтобы он не понимал, даже когда я вернусь в свой изначальный мир.

Я надеялась, что стану мимолётным хорошим воспоминанием, как прошедшее время года, до самой его смерти.

Но он понял. Что такое любовь, что в его сердце любовь.

Селена болезненно склонила голову.

Этот человек бросил своё сердце, так же точно и прямо, как и меч, которым владеет.

Сердце Кальциона было таким сильным и чётким, что ударяло по душе Селены даже когда она не осмеливалась принять его.

– Я люблю тебя до такой степени, что больше не в себе, до такой степени, что схожу с ума.

Капля за каплей, капля за каплей, слёзы, которые капали, как капли затянувшегося дождя, обрушились, как начинающийся ливень.

– Что, даже если вы любите меня? – всхлипнула Селена. – Я должна вернуться. Почему вы полюбили меня, когда знали, что я та, которая когда-нибудь вернётся? Вам не следовало.

– Это форс-мажор.

Многие люди говорят: Ум – это не только то, что вы думаете.

Способность смеяться над собой. Осознание своей слабой воли.

И, говоря об этом, они сами были дураками. Ум не что-то, что можно сделать лишь волей. Ум, которым можно управлять лишь силой воли, – всего лишь ум, который не такой уж и большой.

– Я не могу ответить на чувства Герцога.

– Всё в порядке.

– Не в порядке.

– Всё будет в порядке. Поскольку я смог видеть тебя всю своими глазами, а значит смогу прожить всю свою жизнь, наполненную этими обликами.

Селена никогда раньше не была так влюблена, и ей никогда не говорили, что это нормально – посылать свою любовь вот так. Однако Кальцион говорил с необычайной уверенностью, словно пророчество.

Потому что он знал, что ей будет больно и тяжело, если он решит удержать Селену за лодыжку.

Кальцион не хотел, чтобы Селена осталась с сочувствием к тому, что он продемонстрировал.

Он хотел, чтобы Селена сияла ярче и великолепнее, чем кто-либо другой, где был она ни находилась в том виде, в котором желала. Поэтому, если бы Селена была счастлива, это стало бы и его счастьем.

– Ты можешь уходить, ни о чём не беспокоясь. Если моё сердце причинит мне боль, то помни, что оно полностью принадлежит мне.

– ……

– Это моя цена за то, что я по своей воле полюбил тебя.

Кальцион был жаден до Селены, но ничего не просил.

Если бы он начал просить обо всём, сказав, что любит её, она бы отказалась. Сердце Селены, которое было горячим, остыло бы от этого в одно мгновение.

Здесь же нельзя было сказать, когда в её разгорячённом сердце вспыхнет искра. Оно уже было жарким до предела.

Селена горько плакала, словно этот огонь разрывал её.

– Почему ты так сильно плачешь? – Кальцион раскрыл свои объятья, предлагая свою грудь.

Селена ощущала себя невероятно жестокой.

Не отвечая его сердцу и не отвергая его прямо, она лишь подарила смутную надежду, приняв объятья мужчины.

– Я не знаю, что делать.

– Тогда нам просто нужно подождать, пока ты не будешь уверена, что делать, – дал чёткий ответ на расплывчатые слова Селены Кальцион.

Он дал такой ответ, хоть и знал, что может прождать вечность. И это было тем, что заставило Селену заплакать ещё сильнее.

Если бы Кальцион заставил её принять его чувства, она бы возненавидела его и ушла прочь.

Человека, который был слишком добрым, ненавидели даже сильнее, чем плохого человека, что был эгоистом. Ведь он сам делал все выборы и даже брал на себя ответственность за них в своём сознании.

Зная, что это правильно, и заботясь о себе, их разум, сознательно или нет, чувствовал себя комфортно при трусливом перекладывании ответственности.

Однако это было тем, что нельзя было открыто ненавидеть, потому что ты знал, что эти соображения продиктованы тем, что человек ставил твоё собственное счастье на первое место.

Селена пролила столько слёз, сколько пролилось в её мечущем сердце.

– ……прости.

– Почему вы извиняетесь?

– Я виноват в твоих слезах.

– Вы слишком самоуверен.

– Тогда почему ты плачешь?

Селене тоже не хотелось причинять ему боль и обременять его.

Должна ли я выбрать Кальциона прямо сейчас и остаться? Если я скажу, что плачу из-за того, что меня начинает трясти и скручивает живот от одной мысли об уходе?

Я не хочу этого.

– Холодно.

Поэтому она придумала это абсурдное оправдание.

Селена подумала, что этот глупый мужчина со временем поймёт, что это значит.

Хоть в горах Саинтат не было холодного ветра, лёгкий ветерок в полях остывал с заходом солнца. Ветерок, который время от времени дул прохладным воздухом, был таким острым, словно мокрого тела Селены касались острые иглы.

Она пробыла в холодной воде уже некоторое время. Поэтому действительно замёрзла.

Каждый раз, когда ветерок касался тела Селены, она крупно вздрагивала.

Кальцион сжал руки, прижимая тело Селены к себе.

Он тоже вошёл в воду, и температура его тела снизилась, но тепло грудной клетки оставалось прежним.

Благодаря теплу, исходящему от грудной клетки, к которой она была тесно прижата, дрожь в плечах Селены успокоилась.

– Пойдём?

Селена кивнула. От холода на её глазах вновь выступили слёзы.

Кальцион поднял тело Селены, беря её на руки, выходя из воды.

Всплески воды звучали ровно, без колебаний. Словно доказательство того, что он – мужчина, который уверенно пройдёт по любому пути.

– Пока мы делаем это, Кронпринц, должно быть, преследует нас, верно?

Селена совершенно забыла о Кронпринце, от которого они бежали как сумасшедшие.

Пришла ли она в себя после купания? После лавины слёз причина их действий вернулась с чувством облегчения.

– Сейчас, когда всё так, есть большая вероятность, что они начнут оказывать большое давление общественности, нежели будут вести тотальную войну.

– Всё же обвинение – причинение вреда члену королевской семье, измена. Уверена, она будет звучать очень чётко.

– Было бы идеально, если бы они добавили к этому и убийство Розалин.

– А, так значит……! Кронпринц. На тыльной стороне его ладони было много царапин. Ах, и Ирэль…… – как только эта мысль пришла ей в голову, всё, что Селена должна была сказать Кальциону, соединилось воедино.

– Постой. Ты не обязана говорить мне это прямо сейчас.

– Что? А…… это потому, что теперь ясно, что Кронпринц во всём виноват?

– Это так, и ещё не поздно собрать стратегически необходимую информацию.

– Но вы ведь сделали это заранее.

– Действительно.

Кальцион замолчал. Это было редкостью. Он никогда не обрывал слова Селены. Скорее, мужчина был тем, кому достаточно было сказать слово, чтобы подсказать ответ.

Увидев такое необычное поведение, Селена быстро замолчала и стала ждать его следующих слов.

Кальцион рассмеялся, прежде чем заговорить. Даже мысль об этом казалась ему забавной.

– Меня не волнует, что случилось с остальными.

Нижняя челюсть Селены отвисла. Поскольку это было совершенно не смешно.

– Говорят, что когда люди сходят с ума, они видят только одно направление, и сейчас всё именно так.

Кальцион не мог перестать улыбаться, как сумасшедший:

– Я не хочу слышать ничего, что не имеет к тебе отношения. Сейчас.

– ……

На улице было достаточно, чтобы дрожать, но в одно мгновение горячее тепло вернулось в тело Селены.

Было ясно, что Кальцион не думал о том, что делает, бросая этот огненный шар в сердце Селены. Жест, когда он схватил полотенце и халат, которые лежали на земле и перекинул их через плечо, был до ужаса спокойным.

– Я сама сделаю это.

– Если ты встанешь мокрой, то твои ноги испачкаются.

Кальцион поставил Селену к себе на ступни, а не на землю.

Селена, наступившая на ноги Кальциона в их тесных объятьях, всё ещё была голой.

Даже если они не могли видеть это, поскольку стояли лицом к лицу, было очевидно, что они могли почувствовать, как касаются их тела.

Селена почувствовала, как ускоряется её пульс, когда обняла Кальциона за талию, чтобы не упасть, и затаила дыхание.

Кальцион своими руками вытер воду с тела Селены и надел на неё халат.

Она привыкла к прикосновениям чужих рук, но прикосновения Кальциона были особенно смущающими и искренними, поэтому они не могли быть такими же естественными, как помощь горничной.

Потому что это был Кальцион, кто-то особенный.

Рука Кальциона, схватившая её за запястье и потянувшая для того, чтобы вдеть в рукав, и тело Селены, когда оно двигалось, скрипело.

Словно две деревянные куклы, скрипящие в лунной ночи.

– Руки, сюда.

– Сюда? Точно. Нет?

– Думаю, это не та дыра.

Казалось бы, что такого сложного в надевании халата?

Но они смеялись как сумасшедшие. Словно пункт назначения не имел значения, главным было то, что обратный путь был приятным, даже если и долгим.

Селене удалось вдеть обе руки в рукава халата. Однако застегнуть его спереди и завязать пояс на талии с прижатым к Кальциону телу было невозможно.

– Я подниму тебя, а ты завяжешь.

– А, минутку. Сосчитайте до трёх.

– Да. Один, два, три. Делаю.

Кальцион поднял Селену и закрыл глаза, а она быстро закончила надевать халат с освободившимися руками. Это потребовала большой слаженности.

На самом деле это не имело большого значения, но было приятно добиться успеха. Всякий раз, когда их лица встречались, их смех просачивался наружу, как соломинка, выглядывающая из стога сена.

Пока этим двое не двигались, эскорт, стоящий вокруг них, тоже не двигался.

– ……а, – Селена, с опозданием обнаружив, что за ними наблюдает множество глаз, побледнела.

Тоже самое было и с Кальционом.

Эскорт был как воздух. Куда бы ты ни пошёл, чем бы ни занимался, они не будут причинять тебе неудобств.

Эскорт, окружающий Селену, потому что она пошла помыться, – женщины-рыцари, которые всегда были приставлены к Селене. Будучи того же пола, не было ничего постыдного в том, чтобы показывать себя обнажённой, но она не могла не беспокоиться из-за того, что делала.

Обниматься, плакать, тереться друг о друга во время переодевания в лунную ночь……

Нахлынул стыд.

Дион, находившийся далеко на другом берегу из-за того, что Селена разделась и он больше не мог сопровождать Кальциона, заметил, что эти двое вышли из воды, и догнал их. У него было очень усталое выражение лица.

Вы уже закончили со своим выступлением? – желание сказать это висело над его головой плотным дымом.

Глава 131

Дотошный Дион проявил сверхчеловеческое терпение, держа рот на замке, пока они не вошли в комнату:

– У них есть лишние полотенца, но нет одежды. У меня также нет одежды, которая подходила бы Вашему Превосходительству по комплекции.

Когда он спустился вниз и вернулся в комнату господина, принеся полотенце, Кальцион продолжал держать Селену на руках, не давая ей опуститься на пол:

– Хорошая работа.

Дион, положивший полотенца на стол у двери и уже собирающийся уйти, замер, напрягая ноги:

– Могу я задать один вопрос?

– Мгм.

– Операция ещё продолжается?

– Нет. Нет необходимости продолжать дальше. Всё закончилось.

– Тогда……

Какая причина в его хождении босым по воде, какая причина у него, спокойно выдерживающего верховую езду в течение целого дня, делать остановку, и в чём причина, по которой он не отпускает её даже после прихода в номер? – взгляд Диона не мог оторваться от руки Кальциона, обнимающей плечи Селены:

– ……почему вы продолжаете играть?

– Это не игра.

– ……тогда почему вы держите её?

– Если её ноги мокрыми коснуться пола, то испачкаются.

– Какая разница, если её ноги немного испачкаются? Их просто нужно снова помыть.

Если у него не хватает мужества взглянуть правде в глаза, любые слова будут излишне длинными, – Дион, который обычно заканчивал игру в ‘да’ или ‘нет’ тем, что отказывался участвовать в ней, сегодня был исключительно жёстким.

– Я хочу обнимать её ещё немного дольше, – Кальцион, мягко говоривший это, словно был горд тем, что не знал стыда.

Дион лишился дара речи.

Селена закрыла лицо обеими руками, терпя в два раза больше смущения, чем Кальцион.

Сейчас, когда он услышал подходящий вопрос, я хочу, чтобы он ушёл.

– Почему вы хотите обнимать её?

Однако вопросы Диона продолжались. Казалось, он будет продолжать до тех пор, пока не получит желаемый ответ.

– Когда ты видишь что-то прекрасное, разве у тебя не возникает желания прикоснуться к нему и обладать им? – разочарованно спросил Кальцион.

– ……что? Возни…… кает, – растерянно ответил Дион.

– Нужны ещё какие-то ответы? Это сердце мужчины, который не хочет отпускать женщину, когда почувствовал привязанность.

– ……да…… – душа выскользнула из взгляда Диона, когда он снова ответил.

То, что сказал Кальцион, было самой устоявшейся аксиомой, но шокировало именно то, что она слетела с уст герцога Ренберд.

Дион думал, что даже если будет дан приказ свыше осуществить любовь во всём мире, Кальцион будет последним среди всех людей в этом мире, поддавшийся этому чувству, несмотря ни на что.

Картина мира, которой всю свою жизнь жил и доверял Дион, рушилась, и лишь Кальцион оставался спокойным. Потому что у него не было времени заботиться о других. Он мог видеть лишь Селену.

Селена же не могла даже убежать и терпела ощущение, словно её сердце стало кальмаром, положенным на камень под палящее солнце.

Будь то воровство или влюблённость, оно пугает, если человек узнаёт о нём поздно.

– Неприятно, когда другие люди прикасаются к ней.

– ……да……

– Поэтому убедись, что остальные полностью осознали это, чтобы они не допустили ошибок.

– ……я понял, – автоматически ответил ошеломлённый Дион, оборачиваясь, но вновь поворачиваясь в сторону пары. – Между прочим, Ваше Превосходительство.

– Что ещё? – голос Кальциона стал грубым, поскольку настойчивый нарушитель спокойствия вызывал раздражение.

– Тогда, вы двое…… Вы что, на самом деле не играли возлюбленных?

Выражение лица Кальциона ответило за него. Оно кричало, что гнев скоро застелет ему глаза и он будет обращаться с Дионом как монстр.

– ……это безответная любовь.

– ……прошу прощения, – к счастью, несмотря на шок, инстинкт выживания включился в правильный момент и Дион смог вовремя сбежать.

Словно ему даже было стыдно за то, что он сказал. Кальцион аккуратно посадил Селену к себе на колени и коснулся кончиков её волос:

– Замёрзнешь, если оставить так.

Даже когда он пошёл за полотенцами, которые оставили у двери, Кальцион держал Селену на руках.

– ……разве вы не можете просто положить меня?

– Почему?

– Потому что я тяжёлая?

– Твой вес самый приятный в мире. Как тяжесть, которую я чувствую в своей ладони, когда держу меч, идеально сделанный по моей руке.

Описание было похоже на те, что использовала она. Вывод был в том, что вес Селены хороший.

Кто научил этого мужчину подобному?

……это же была я.

Она даже не могла отругать кого-то. Поскольку сама учила Кальциона говорить так, чтобы внутри что-то дрожало.

Это моя собственная вина, но я не знала, что придёт день, когда он воспользуется этим против меня же.

Кальцион принёс полотенца и, вновь сев, начал тщательно вытирать влагу с волос Селены, прядь за прядью.

– Хм……

Осторожные прикосновения мужчины к её волосам всегда были такими. Длинные сильные пальцы Кальциона пробегались по волосам Селены и массировали кожу её головы, заставляя издавать томные звуки.

Кончики его пальцев не останавливались даже когда Селена почти опиралась на них, перенося свой вес.

Я не должна корить себя только потому, что позволяю Кальциону атаковать моё сердце. Но если я собираюсь продолжать флиртовать, то должна решить, что больше не вернусь, – Селена силой подняла уставшие веки и выпрямила спину:

– Думаю, я почти высохла. Теперь я могу лечь спать.

– Хорошо, – Кальцион бросил мокрое полотенце в угол комнаты и посадил Селену на кровать.

Она тут же заёрзала под одеялом.

Одеяло было холодным.

Как и в ветхой гостинице, в которую они заезжали по дороге в столицу, окна таверны пропускали дорожки ветров. Сквозь щели в окне в комнату врывался холодный ветер.

Это было лучше, чем спать под открытым небом, но в этой комнате не было ничего особенно хорошего.

Тело Селены, которое уже успело замёрзнуть, не согревалось, сколько бы она ни закутывалась в одеяло.

– Одеяло слишком холодное.

Селена попыталась как-то закрыть глаза и заснуть, но от холода начали стучать зубы. Не в силах вынести этого, она обратилась за помощью к Кальциону.

Кальцион, который вытирал воду со своего тела, подошёл и засунул руку под одеяло.

– Подожди минуту, – и, развернувшись спиной, начал раздеваться.

Когда в воздухе нет тепла, лучше всего согреваться собственной температурой тел. Даже в походах в холодное время года воины спят, прижавшись друг к другу.

Кальцион входил в воду ручья, и нижняя часть его тела промокла, даже нижнее бельё.

Он мог спокойно спать даже в мокрой одежде, но это не согрело бы Селену. Чтобы спать в тепле, необходимо было снять всё мокрое.

Кальцион, снявший штаны и нижнее бельё, почувствовал взгляд на себе и обернулся.

Селена смотрела на него из-под одеяла одним открытым глазом.

– ……

– ……

Когда Кальцион повернулся и встретился с ней взглядом, Селена отвела глаза:

– ……всё же Герцог видел моё тело…… – пробормотала она, оправдываясь, а Кальцион полностью повернулся.

– Кья! – вздрогнув, Селена натянула одеяло на голову.

– Разве это не то, что ты хотела увидеть?

– Нет!

– Ты смотрела.

– Это так, но!

– Посмотри, если тебе хочется смотреть. Всё в порядке.

У Кальциона не было табу на наготу.

Он жил в окружении людей, которые всегда прислуживали ему, поэтому у мужчины не было ощущения, что ему нужно прятаться или стыдиться своего тела.

Кальцион отвернулся, снимая одежду, не для того, чтобы спрятаться, а для того, чтобы Селена не испугалась. Он знал, что неприлично показываться обнажённым женщине.

Однако если Селена хотела увидеть это, Кальцион был рад показать это. Даже счастлив.

Не подозревая о желании Кальциона активно показать себя, Селена спрятала голову под одеяло и больше не вылезала.

Кальцион отбросил сожаление и натянул халат.

– Могу ли я лечь?

В отличие от обычного, на мужчине был лишь халат, закрывающий его голое тело, поэтому он сел на край кровати и спросил разрешение.

Вместо ответа Селена приподняла край одеяла.

По этому милому приглашению Кальцион осторожно забрался под одеяло.

Как и сказала Селена, одеяло было холодным, как лёд.

Под одеялом Кальцион протянул руки в сторону Селены:

– Иди сюда.

Он поймал её кончиками пальцев.

Селена, которая всё ещё прятала голову, завернувшись в часть одеяла, перекатилась в объятья Кальциона.

Ему стало холодно, когда тело девушки, довольно замёрзшей, оказалось в его объятьях. Однако Кальцион довольно сильно сжал руки, крепко обнимая Селену.

– Хы. Задыхаюсь.

Только тогда Селена подняла голову.

Подобно золотой рыбке, всплывшей на поверхность воды, она открыла рот и дышала.

Её приоткрытые губы покраснели, словно она задерживала дыхание, оказавшись в его рука.

Это прекрасно. Чего же я жду? – Кальцион поцеловал Селену.

Селена посмотрела на его губы с пустым выражением лица. Её взгляд был расфокусирован, несмотря на то, что мужчина был рядом, но она отчаянно пыталась смотреть на него.

Это было мило, и Кальцион поцеловал её ещё раз.

– Почему вы продолжаете целовать меня?

– Если кто-то милый, ты целуешь его.

– Это только когда ты влюблён.

Он признался, но ему не ответили.

Это вызывало хаос в эмоциях.

Любовь Кальциона была отвергнута, но прикосновения разрешены. Селена цеплялась за него руками и двигала губами в ответ.

Её разум и сердце всё ещё блуждали и колебались.

Кальцион не рассердился. Однако эгоистичное обращение с Селеной не удовлетворяло его, заставляя выразить своё неудовольствие тихим: ‘Хм……’

– А если не губы? – поразмыслив над этим некоторое время, с губ Кальциона сорвался вопрос.

– Что, если не губы? О чём вы?

– Могу я поцеловать тебя в лоб.

– ……хм.

– В знак привязанности.

Были ли они близки или нет, но Селена и Кальцион определённо были очень и очень близки в сравнении с другими.

Не то, чтобы ей не нравились поцелуи Кальциона. Очень нравились. Селена просто отталкивала его, потому что они настолько нравились ей, что каждый раз, когда мужчина целовал её, ей хотелось крепко-крепко обнять его.

Его намерения не выглядят слишком чистыми, но, кажется, Кальциону будет слишком больно, если я откажу ему даже в поцелуях нежности, – Селена неохотно кивнула.

Кальцион прижался губами ко лбу Селены.

Его губы коснулись её кожи и он прошептал, словно дьявол:

– Щёки?

Щёки казались незначительнее губ. Селена дала напрасное разрешение.

Губы Кальциона двинулись по щекам к подбородку, вниз по линии челюсти и пришли к шее.

– ……здесь……? – его полухриплый голос настаивал на разрешении.

Глава 132

– Хм…… – выдохнув, Селена повернула голову, переводя дыхание.

Белоснежная шея соблазняла мужчину.

Губы Кальциона бросились к ней, не дожидаясь разрешения.

– Ах!

От его прикосновений кожа Селены зудела и слегка покалывала, но помимо ощущений, расцветающих на коже, прикосновения накаляли и зуд внутри её тела.

Нога девушки пнула одеяло. Неспокойная нога Селены скользнула между бёдрами Кальциона.

Голые ноги мужчины были видны в запахе халата, и её нога оказалась между ними.

Голая кожа Кальциона, тело которого было твёрдым, как камень, оказалась неожиданно гладкой. Селене захотелось пошевелить ногами и вновь ощутить вкус прикосновения к его гладкой коже, похожей на то, как ты безостановочно гладишь спинку маленького зверька.

Каждый раз, когда кожа их ног соприкасалась, внутри Селены вспыхивали зудящие искры.

Тело пылало огнём.

Холодное внутри одеяло стало тёплым.

Дело было не только в том, что тело Кальциона, целовавшего плечи Селены, видневшиеся сквозь разрезы в её платье, накрыло Селену.

– ……ах…… – выдохнула девушка, замечая собственное желание, растекающееся в её животе.

Открыв закрытые глаза, Кальцион приподнял верхнюю часть тела и посмотрел вниз.

Тёплая энергия, прятавшаяся под одеялом, вырвалась наружу.

– ……

Возникло ощущение, что вот-вот что-то произойдёт.

Напряжение, что если кто-то из них шевельнёт хотя бы пальцем, то оно выплеснется наружу.

Ясный лунный свет, льющийся через окно, блестел в глазах Кальциона.

Что-то приближалось.

Будто утопающим, никакие мысли не приходили в их головы.

Внезапно Селена моргнула.

В воздухе раздался чёткий звук нарушаемого заклинания.

Лунный свет в глазах Кальциона рассеялся.

– ……прости.

– ……что?

Кальцион отодвинулся в сторону с очень сожалеющим выражением лица от Селены, которая не понимала, почему он извиняется:

– Незаметно для себя, я стал движим собственным желанием.

Кальцион не ставил на первое место собственную похоть. Мысли Селены продолжали блуждать, не в силах угнаться за ним:

– Почему?

– Почему? Это было грубо.

– Да……? Я тоже не испытывала к этому неприятных чувств.

– Не…… испытала? – Кальцион был изумлён, словно вообще не предполагал подобного.

– Почему вы решили, что мне не понравится это?

– Потому что это было внезапно?

Вдруг в голове Селены промелькнула мысль о супружеской жизни здешних аристократов.

Правило согласовывать дату зачатия наследника и почтительность в действиях с телом жены. Я слышала, что крайне грубо слепо прикасаться к чужому телу, тем самым показывая неуважение к ней.

– Это вежливость между мужем и женой……

– Прямо сейчас ты – человек, которого я хочу лелеять и уважать больше всего. Поэтому мне следует быть вежливым, – довольно уверенно настаивал Кальцион.

В этой атмосфере Селена больше не могла заявить, что первой хотела этого.

Но этот разговор случился как раз перед тем, как огонь поглотил её. Жар, который ещё не исчез, наполнял тело Селены.

– А если мы оба согласны?

– В подобной ветхой постели, без всякой подготовки? Я не могу так обойтись с тобой.

Селена задалась вопросом, было ли это чем-то, что должно было понравиться ей.

Хорошо, что он инстинктивно подавляет даже своё желание, потому что очень уважает меня, но я начинаю думать, что недостаточно привлекательна, чтобы стимулировать его инстинкты.

Кальцион прижался губами к лицу Селены, на котором было сложное выражение.

Кровать была уже тёплой, но руки, обвивавшие её тело, не ослабли. Скорее, прижимали сильнее.

Селена обняла тёплое тело Кальциона и даже облизнула губы.

– Я слышал…… что это создаёт дополнительную нагрузку на тело женщины.

Селена также не очень хорошо знала, так это или нет, поэтому ей нечего было ответить.

– Завтра нам предстоит ещё один марш-бросок, поэтому я не могу прямо сейчас усложнить тебе всё.

Вот как. Если сегодня мы сделаем это, то, возможно, мне придётся пролежать несколько дней в этой деревне, не говоря уже о том, чтобы двигаться дальше.

Только вот, хоть выбор Кальциона и был правильным, Селена чувствовала себя некомфортно.

– Это просто моё личное любопытство, вне зависимости от того, будет это или нет……

– Да?

– Неужели я не очень привлекательна как женщина?

– ……

Это был очень странный вопрос. Однако Селена, задавшая его, выглядела серьёзно.

Поняв, что дать простой ответ нельзя, ибо будет грубо, Кальцион задумался, как выразить своё желание Селены.

И сделал вывод, что ‘несмотря ни на что, слова не смогут передать это должным образом’.

Иначе говоря, действие убедительнее тысячи слов.

Кальцион ослабил руку, которая прикасалась к спине Селены, и переместил её выше.

Лёгкое тело девушки слегка приподнялось, двигаясь от его действий. В то же время нижняя часть тела Кальциона двинулась вперёд.

Они соприкоснулись.

Как мужчина и намеревался, он коснулся тазом и тем, что ниже, тела Селены ровно между её бёдрами.

– ……?

В момент, когда Селена медленно поняла, что это за твёрдая, подёргивающаяся часть тела……

– Кья-я-я-я!

Излишне говорить, что Селена смогла осознать, насколько её обаяние подпитывало желание Кальциона.

*****

– Мгм…… – Селена потёрла тяжёлые веки тыльной стороной ладони и моргнула.

Жёлтый солнечный свет, отличимый от прохладного утреннего воздуха, лился в окно.

Кончик её носа, торчащий из-под одеяла, был холодным, но остальное тело тёплым. Всё благодаря тому, что Селена спала в объятьях Кальциона.

Селена, сонно ворочавшаяся, окончательно проснулась от тёплого ощущения внизу её живота, которое больше не было ей незнакомым, и открыла глаза.

События прошлой ночи, которые произошли прямо перед тем, как она проснулась, промелькнули в её голове.

Когда Селена спросила, привлекает ли она его, Кальцион ответил своим телом и не остановился на этом.

Он не перешёл черту физической близости между мужчиной и женщиной до конца, но перешёл черту вежливости, которую соблюли бы воспитанные мужчины.

– Ещё холодно? Почему ты так дрожишь?

Селена, которая никогда не чувствовала прикосновений мужской руки, кроме тех, что были в рамках игры или этикета, дрожала так, словно стояла обнажённой на снегу, от проникающих прикосновений Кальциона.

Руки Кальциона, ласкающие её тело, были такими же горячими, как палящее солнце в середине лета.

Кальцион всё прикасался и прикасался к телу Селены, которое неудержимо дрожало от возбуждения, несмотря на испуг хозяйки. Пока наконец не растаяло, подобно горячей воде.

Кальцион ласкал бесчисленное количество раз тело Селены и губами. Кальцион не отпускал её до тех пор, пока в её глазах не вспыхивали разноцветные пятна. Движимый стремлением показать, насколько же велик размер его желания.

Руки и ноги Селены дрожали.

Это было неочевидным, но желание, бушующее внутри него, было невообразимо огромным. Селена не могла выдержать его.

Селена, которая задыхалась от жара, распускающегося от рук Кальциона, в какой-то момент достигла своего предела и её разум опустел.

А когда она открыла глаза, уже было утро.

Рука Кальциона всё ещё властно впивалась в тело Селены. Как и обычно, он проснулся раньше, чем девушка.

– Уже утро.

– Мм……

Если кто-то войдёт, я закрою глаза, притворяясь спящей, чтобы никто не прочитал атмосферу в комнате.

Только рука мужчины медленно сдвинулась с места.

Когда сильная ладонь властно заскользила вниз по её талии, неизбежно потянув за собой тело Селены, их тела в нижней половине соприкоснулись.

Прошлой ночью произошла серия событий, в которых она не могла даже примерно сосчитать количество подобных прикосновений.

Это ведь не рука?

Одна рука Кальциона прикоснулась к талии, а другая поддерживала верхнюю часть её тела, но Селена не могла не задаться вопросом, хоть и знала, что тем, что давит на нижнюю часть её тела, является совсем не рука.

Это был первый раз, когда Селена по-настоящему чувствовала своим телом тело мужчины, поскольку во время съёмок актёры старались не смущать друг друга.

Её разум думал, что это правильно, но эмоции кричали, что это невозможно.

Это был момент, когда в их игру вступила сила теории о том, что Северные Герцоги, включая Кальциона, на самом деле не могут быть людьми.

Поскольку Кальцион показал, насколько он желает её.

Вчера ночью я полностью признала переполняющий его энтузиазм, так почему же он сходит с ума с самого утра? – Селена посмотрела на Кальцион с сожалением в глазах, хотя сама не понимала почему:

– Вы всё ещё такой?

– Мне кажется, я всегда такой, когда вижу тебя.

– Безумие, безумие! – Селена перевернулась, чтобы избежать рук, обнимающих её, и хлопнула его по груди.

Кальцион улыбнулся и отпустил Селену, как джентльмен, но было уже слишком поздно. Теперь зубы, которые были обнажены всю ночь, не могли стать дёснами.

– Передали, что завтрак готов, – раздался вдруг голос члена эскорта, стоящего на страже у дверей.

Находясь в столичном особняке, Кальцион и Селена всегда спали в одной комнате. Другие, естественно, предполагали, что они делят постель во всех смыслах. Возможно, думая так и сегодня, они вмешались в этот момент.

Тело Селены сжалось от смущения.

Если бы это была игра, то всё зашло бы дальше и жаркая ночь продолжалась бы до утра! Для других. Но это не игра, а реальность, а я не могу быть настолько бесстыдной.

Когда ‘что-то’ почти произошло, а их ‘близость’ действительно случилась, Селена смутилась и захотела скрыть это.

Было утро и Кальцион, наблюдавший за тем, как Селена глубже закапывается в одеяло, встал первым.

– А, – он повернулся к Селене, которая, выглядывая из щели одеяла, смотрела, как он уходит первым. – Доброе утро.

Тщательность, с которой он не пропускал утренние приветствия, проявилась даже после того, как они всю ночь отвлекались на поцелуи.

Я проиграла, проиграла, – мысленно бормотала Селена.

Глава 133

Дион уже был там, потому что планировалось согласовывать график движения, а также позавтракать.

Они втроём сидели за столом с приготовленным хозяйкой завтраком из простого хлеба, фруктов и вяленой говядины.

– Держи, – Кальцион своими руками взял хлеб, намазал его маслом, очистил фрукты, разделил вяленое мясо и покормил этим Селену.

Некоторые он клал на тарелку перед девушкой, а другие отправлял прямо ей в рот.

Дион спокойно забрал свою часть и ел её.

Среди них Селена была единственной, кто обратил внимание на то, ест она своими руками или её кормят:

– Я, я буду есть своими руками. Своими……

Дион, который продолжал завтракать так, словно читал книгу посреди бури, отложил хлеб и спокойно ответил:

– Делайте то, что делаете.

Селена прикусила губу.

Я делаю это потому, что не могу делать что-то другое.

Я не могу вести себя так, словно не знаю эмоций сердца Кальциона, и притворяться любовниками так же естественно, как раньше.

Кроме того, каждый раз, когда Кальцион делал что-то, её сердце замирало. Это было худшее состояние для того, чтобы притворяться спокойной.

Это был первый раз в жизни Селены, когда её лицевые мышцы настолько не контролировались.

Как бы ей не было грустно, девушка умела сдерживать слёзы, и даже когда ей хотелось громко смеяться, она умела плакать.

Для Селены играть было так же легко, как дышать. Не то, чтобы у неё получалось делать это с самого начала, но когда вдруг перестало нормально получаться, всё стало казаться ещё более безумным.

Посмотрев на покрасневшее лицо Селены, Дион вновь перевёл взгляд на Кальциона, уголки губ которого были приподняты. И решил просто сосредоточиться на еде.

Если герцог так открыто нападает на неё, не должна ли Селена, простолюдинка, радоваться этому? – Дион, который не знал, что Селена пришла из другого мира, с трудом понимал её.

А, это тоже уловка? – промелькнула в голове Диона гипотеза.

Это кажется слишком простым, если ты справился с этим, поэтому, возможно, она использует уловки, чтобы запечатлеть себя в его сердце немного более чётко.

Образ Селены, застрявший в голове Диона, был достаточно великим для женщины.

Подобное ноу отношение различия с их первой встречей остались потрясением в разуме Диона.

Честно говоря, я легкомысленно отнёсся к ней, спущенной с горы. Хоть она и была ключевой фигурой в операции, я думал, что нет необходимости должным образом обращаться с женщиной, которую используют и выбросят, но Селена пугает. Независимо от полномочий, данных ей Герцогом, она сама по себе обладает силой, способной воздействовать на людей.

Такими темпами она может занять место Герцогини.

Даже если миссис Джанет или кто-то ещё встанет у неё на пути, она сможет сделать это, – пришёл к выводу Дион, в одиночку развивая своё воображение.

Спокойней.

До сих пор я считал её членом операции и обращался вежливо ровно настолько, насколько это было необходимо, но с этого момента мне нужно быть чрезвычайно вежливым.

– Если вам неудобно, я уйду и поем отдельно.

Кальцион посмотрел на Диона, который вскочил даже не услышав ответа:

– Нам нужно скорректировать наш график.

– Я сделаю так, как прикажет Ваше Превосходительство.

– Мне не нужно смотреть?

– Я отдам вам его отдельно.

Кальцион редко когда-либо много говорил о работе. Как только он говорил, что требовалось, то слышал, что всё будет выполнено, и ему не нужно было сомневаться в качестве.

Кальцион уставился на Диона, размышляя о том, потерял ли он свою дисциплину или случилось что-то, что заставило его потерять её.

Но взгляд Диона был прикован к Селене. Естественно, взгляд Кальциона также обратился к Селене.

– ……почему я. Мне тоже уйти? – смущённо спросила Селена.

– О чём ты?

– О чём вы говорите?

Одновременно спросили оба мужчины.

По меркам Селены они оба были странными.

Почему вы вдруг стали такими во время завтрака? – девушка вопросительно склонила голову, поскольку не могла угнаться за их настроением и просто решила разобраться:

– Я буду завтракать. Так, вперёд. Вы оба разговаривайте. Давайте.

По команде Селены Кальцион и Дион немедленно повернули головы друг к другу и начали разговор, словно марионетки под действием заклинания.

Самым влиятельным человеком в сложившейся ситуации была Селена.

Дион, человек, специализирующийся на командной системе, приказ Селены исполнил мгновенно:

– Если мы будем двигаться до вечера, то встретим передовой отряд в следующем городе.

– Где будут заменены лошади в середине движения?

– Есть два места. Я отправил сообщения, чтобы они были готовы.

– Сразу после прохождения нужно взять под контроль все дороги.

Когда речь зашла о работе, мужчины обменивались лишь нужными словами. Не было ни прилагательных, ни наречий, а предложения были сосредоточены на перечислении событий без выражения эмоций.

Лишь тогда Селена смогла спокойно возобновить завтрак.

– Ах, – сосредоточившись на разговоре, она уронила фрукт, размером с ноготь.

Только прежде чем фрукт достиг пола, Кальцион мгновенно протянул ладонь, на которую он приземлился.

– Отчёт о результатах перемещения с границы следует отправить непосредственно в Силэнзу, – продолжил говорить Кальцион, поднося пойманный фрукт к губам Селены.

Селена вздохнула, открыла рот и съела фрукт. Встретившись с ней взглядом, Кальцион удовлетворённо улыбнулся.

Его взгляд тут же вернулся к Диону, но на лице Селены остался тёплый жар.

– С ут, утра жарковато, – в конце концов, Селена встала и открыла окно.

Далеко не горячий, а прохладный воздух, мало чем отличающийся от ночного, ворвался в комнату.

– …… – её лицо мгновенно похолодело. – А, я единственная, кому жарко.

Селена сделала вид, что не понимает причудливой атмосферы, мысленно говоря, что для таких моментов и нужны актёрские способности.

После короткого диалога Дион быстро ушёл, сказав, что закончит приготовления к отъезду.

– Разве сегодня не нужно спешить?

– Так и есть. Если будем двигаться до вечера, то сегодня сможем переночевать в нормальном жилье.

– Нужно поспешить.

Вместо того, чтобы ответить на слова Селены, Кальцион лишь горько улыбнулся.

Секундой позже она поняла, что Кальцион не в том положении, чтобы спешить.

Кальцион, как герцог Ренберд, должен сделать это.

Однако, как мужчина, Кальцион должен будет отпустить меня, как только мы прибудем в Силэнзу. Трудно признаться в любви и сделать это.

Как Герцог или как мужчина.

Он в любом случае должен сделать выбор.

Я никогда не была влюблена. Никогда не дарила кому-то любовь. Я никогда не испытывала на себе как это больно, – но, словно сердце Кальциона и её собственное были связаны, сердце Селены сжалось, когда она подумала о его боли.

Вот почему. Я хочу облегчить его бремя.

– Приключения – это хорошо, но, кажется, не перевешивает привычку жить хорошо. Я хочу быстрее отдохнуть в удобной постели.

Даже если это будет направлено на отказ от сердца Кальциона.

Если я не буду наполнена решимостью остаться в этом мире, будет жестокостью кружить рядом только потому, что я знаю чувства его сердца.

– Точно. Поторопимся, – несмотря на уклончивый отказ, Кальцион ответил спокойно, не выказывая никаких признаков негатива.

На сердце Селены стало ещё неспокойней.

*****

Хорошо, что пока несёшься верхом, некогда думать об этом.

Лошади живые существа и могут споткнуться или поскользнуться. Во время езды нужно быть сосредоточенным на своей позе, чтобы не упасть.

Нет возможности высказывать свои мысли перед лицом вопросов, угрожающих жизни.

В каждом промежуточном пункте, где они меняли лошадей, Кальцион отдавал военные инструкции и проверял то или иное. Селена, которой нечего было делать, останавливалась и наблюдала за происходящим издалека.

У неё не было возможности перекинуться с Кальционом и парой слов, пока они в сумерках не добрались до деревни. Естественно, Селена своими глазами видела, что другого выбора, кроме как поступить так, не было, но она чувствовала разочарование.

Возможно, из-за того, что она была в плохом настроении, тело Селены было очень уставшим.

Ей повезло, что они прибыли в деревню до того, как ей стало слишком тяжело двигаться.

Передовой отряд, заранее получивший сообщение, ждал перед деревней.

Возможно, сюда также был отправлен приказ не шуметь, и вся деревня не вышла навстречу им, как было ранее. Пожилая женщина, которая оказалась старостой деревни и двое молодых людей, сопровождавших её, были единственными встречающими.

– Добро пожаловать. Мы будем служить вам от всего сердца, даже если наша деревня скромна.

Как только Кальцион, встретивший их простым кивком, слез с коня, к нему подошли ожидающие.

– Мне есть о чём доложить.

– Ты очень устала от долгого пути. Иди отдыхать первой, – позаботился о Селене Кальцион, прежде чем пойти с ними.

Горничные, которые были при Селене во время жизни в особняке, действовали быстро, даже если им отдавали короткие приказы.

– Вода для ванны была приготовлена заранее, поэтому всё, что вам нужно сделать, это опуститься в неё.

– Кстати, что случилось с вашим нарядом?

Всего сутки Селена не слышала болтовни горничных, прислуживающих ей, но у неё защипало в ушах, словно это было очень давно.

Должно быть, от усталости и нервов от привычной болтовни чешется даже в ушах.

Когда Селена направилась в комнату с горничными, она увидела миссис Джанет, которая была среди людей, встречающих их и последовавших за Кальционом. Она даже не посмотрела тогда на Селену.

Было бы ещё неприятнее, если бы она подошла и заговорила со мной.

Неприятно, когда игнорируют тебя, и неприятно, когда она подходит и заговаривает со мной. Просто само её существование неприятно.

Должно быть, я очень устала.

Изначально я не из тех людей, которые уделяют так много внимания другим и изо всех сил пытаются не сталкиваться с ними, – подумав, что это возможно из-за того, что её тело и разум тяжёлые от усталости, Селена зашагала быстрее.

Глава 134

– Джуна хорошо заперта?

– Да, её заперли так, что она даже не может выйти из кареты. Что, если бы она попыталась сбежать в середине пути?

– Ха, – фыркнув, Селена покачала головой.

Я думала поручить одному или двум людям сходить с ней за предсмертной запиской, но если ей не дают и шанса сбежать, это бессмысленно.

Предсмертная записка не такая срочная, поэтому можно ещё немного потерпеть.

Селена вошла в ванную с прохладным сердцем.

Та не слишком отличалась от других мест, где они останавливались в пути. Ванная комната, в которой была лишь наполненная водой ванна, была пустой. Тем не менее, было видно, что этому месту уделили достаточное на подготовку время, поскольку в ней было много таких вещей, как ароматические свечи или занавески.

– Боже! – удивлённо вскрикнула одна из горничных, раздевавших Селену.

Селена, бездумно смотревшая в стену, пришла в себя и повернулась к горничной:

– Что……?

– Боже, ничего. Простите.

– Хм?

Лицо горничной, торопливо приводившей в порядок снятую с Селены одежду, пылало красным. Повернувшись спиной, она всё равно косилась на тело Селены.

Чуть наклонив голову, Селена также посмотрела на своё тело.

– …… – румянец вспыхнул и на её лице.

Всё её тело было в отметинах: следах засосов и укусов. Зеркала в пути не было, поэтому у Селены не было возможности рассмотреть собственное тело, и она даже не знала, что остались следы.

– Вчера Его Превосходительство думается…… был очень жадным. Ха-ха, – горничная заговорила с нарочно весёлой улыбкой, чтобы Селена не смущалась.

Горничные были ошеломлены, поскольку это были следы, которые обычно не обнаруживались при принятии Селеной ванны.

– Это, так и было. Ха-ха, – Селена тоже громко рассмеялась, скрывая смущение.

Теперь нет необходимости намеренно выставлять всё так, чтобы поняли неправильно. Но прошлой ночью Кальцион и правда был таким, и мы вдвоём сделали нечто взрослое. Это реальность, которую нельзя отрицать.

Селена в очередной раз осознала разницу между игрой и реальностью.

Когда мы играли жаркую ночь, я спокойно потягивала чай. Когда это стало реальностью, мне хочется запрыгнуть в ванную и спрятаться.

– Жадным, о…… вы, должно быть, устали. Я сейчас помою вас.

Усталость, о которой говорили горничные, отличалась от усталости от езды верхом. Но Селена лишь улыбнулась, делая вид, что не понимает.

– Боже, – горничная, усадившая Селену на стул у ванны и слегка смывшая пыль с её тела горячей водой, издала ещё один приглушённый вскрик.

Селена оглянулась и увидела, что взгляд горничной опущен.

В этот раз это что-то другое. У меня какой-то шрам на спине?

Однако тем, что обнаружила горничная, был не шрам, а пятнышки крови, упавшие на пол в ванной.

– ……а, – Селена сразу узнала эти кровавые пятна.

Вот почему мне казалось, что тело стало тяжёлым.

– Похоже, у меня началась менструация.

– Цикл немного сбился. Здесь ничего нет, поэтому нужно поискать в карете, – ответила горничная так, словно это было естественно.

У Селены уже несколько раз была менструация, поэтому никто не паниковал. Даже если Селена забыла, горничные точно запоминали её цикл и заранее сообщали ей.

О? Если они знают мой менструальный цикл, то разве они не должны были знать, что Ирэль забеременела? – эта мысль промелькнула в голове Селены и она повернулась к горничной, которая осталась, чтобы помыть её тело.

Нет.

Лучше всех с жизнью Ирэль знакома Джуна. Если небрежно спросить не ознакомленную с этим делом горничную о её беременности, можно получить эффект сарафанного радио. Пусть она уже умерла, мне совсем не хочется, чтобы люди топтались по её облику. Она итак была человеком, который боролся и страдал всю свою жизнь из-за чужой молвы.

Приняв ванну, Селена вышла из постоялого двора, вместо того, чтобы пойти в свою комнату.

Поскольку передовой отряд и отряд Кальциона объединились, арендовать всё здание оказалось недостаточно, поэтому их разделили на разные. Джуна была в другом.

Так как они были в пути и у Селены не было сопровождающей её горничной, этот визит мог остаться без внимания, но все вокруг были так обстоятельны, словно прониклись изрядной долей почтения.

Селена оставила горничных, которые следовали за ней в одном здании, и пошла к другому лишь в сопровождении эскорта, но в середине пути столкнулась с Кальционом, который шёл к постоялому двору, закончив свои дела.

– Куда ты?

– У меня вопрос к Джуне.

– Оставьте нас, – приказал Кальцион эскорту. Потому что он был человеком, который лучше всех знал детали этого дела.

Кальцион встал рядом и протянул руки к Селене. Эскорт не был забыт даже после того, как ушёл на небольшое расстояние.

Пока Кальцион обнимал Селену, эскорт, естественно, увеличивал дистанцию.

Словно ожидая этого, Кальцион наклонил голову Селены:

– Могу я поцеловать тебя здесь?

Селена рефлекторно напряглась от изумления.

Только местом, куда целились губы Кальциона, были не её собственные губы, а макушка.

– После мытья твои волосы стали более блестящими. Поскольку все звёзды упали сюда, сегодня небо должно быть исключительно тёмным.

– …… – Селена едва выстояла, не потеряв сознания.

Только в такие моменты Кальцион довольно многословен!

Мужчина прижался губами к волосам Селены и просто смотрел на них восторженным взглядом. Интересно, почему он не видел взгляд Селены, который выглядел так, словно она вот-вот сойдёт с ума.

– Твои волосы подобны реке, текущей в ночи.

– Остановитесь.

Когда я слышу это, мне хочется без остановки бежать. Северный Герцог не должен знать подобного.

– Эта женщина, моя женщина, как может мужчина, который никогда не произносил подобные слова, научиться произносить их так? Вы вообще не делали подобного или говорили это мне, чтобы удержать?

– Тогда я и правда не делал подобного.

– Ложь. Почему вы так хороши в этом? Эти речи не могут произноситься, пока вы не научитесь.

– А, я учился.

Есть место, где учат таким вещам? – Селена недоверчиво посмотрела на Кальциона.

– Наследник обучается всему. Политика, экономика, философия, боевые искусства, просто искусство…… среди всего были и отношения с женщинами.

– Значит, вы всё-таки могли делать это.

Он понимает, через какие трудности я прошла? Я пыталась вызвать эмоции Кальциона и даже искренне соблазняла его! В результате мы оба валяемся в пыли любви.

– Не мог, потому что не знал.

– Что не знали?

– Я никогда не знал, когда нужно говорить это. Я даже не знал, почему должен делать это.

– Хо.

Селена думала, что если задаст этот вопрос, то получит ещё один отличный ответ, но всё равно ничего не могла с собой поделать.

– Почему вы можете делать это сейчас?

– Потому что вижу это.

– ……

О, мой бог.

– Весь мир, включая тебя, действительно сияет. Я просто говорю то, что вижу, – прошептал Кальцион.

Селена потеряла челюсть и, смотря вперёд пустыми глазами, пожалела о своей прошлой глупости.

Каждый раз, когда я получала романтический сценарий, я смотрела на реплики мужского героя и размышляла о том, что проклинаю их за реалистичность. Только в реальности они нечто большее.

– Это…… и всё же, это может быть некоторой неловкостью для тех, кто увидит или услышит это, или и вовсе раздражать их. Так бывает. Думаю, лучше делать это в меру.

– Я понял, но даже если это может смущать других, этой причины недостаточно, чтобы прекратить бесконечно поливать даму комплиментами, как цветок в горшке.

– Есть разные типы цветов в горшке. Я до сих пор не знала этого, но, думаю, я – кактус, который может прожить год посреди пустыни с одной каплей воды.

– ……а, – в конце концов, Кальцион был отброшен решительным отказом. – Я буду иметь это в виду.

– Да-а, – искренне улыбнувшись, Селена похлопала Кальциона по руке.

Он кивнул, как послушное животное, и тут же заговорил о делах, как и просила Селена:

– Что ты собиралась спросить у горничной?

– А. О беременности Ирэль, – хоть они и были далеко от других людей, Селена говорила как можно тише, на случай, если её голос будет слышен.

– Беременности?

Кальцион, наверное, впервые слышит об этом. Потому что я сама услышала об этом лишь вчера от Кронпринца.

– Это то, о чём вы говорили вчера? – когда Селена собралась рассказать о Кронпринце, Кальцион опередил её, задав этот вопрос.

– Да, Кронпринц сам сказал об этом.

Кальцион коротко вздохнул и кивнул, словно прося продолжить.

Селена рассказала историю, которую услышала от Кронпринца. Об Ирэль, которая была намеренно изолирована от светского мира, Кронпринце, который подошёл к ней, и об Ирэль, которая стала одержимой им после физической близости……

Селена боялась, что Кальцион может сойти с ума от ярости, но он неожиданно спокойно кивнул, дослушав рассказ до конца:

– Естественно, это лучший способ оскорбить Ренберд.

Даже после услышанного это была вся реакция мужчины. Кальцион был таким спокойным, что Селена побоялась, что он может взорваться не в том месте.

Или, возможно, это просто из-за того, что он не испытывает много эмоций.

Касаемо смерти Ирэль, Кальцион больше зол из-за того, что осмелились прикоснуться к личности «Ренберд», чем из-за смерти самой девушки. Хоть положение Ирэль можно считать жалким, это всё же чужое дело.

Лучше так, чем быть задетым подобным, – Селена скорее испытала облегчение, чем шок от безразличия Кальциона.

Я рада, что он жестокий человек.

– Да, ощущается, что у него есть глубокая обида, поскольку Герцог не проиграл ему, когда вы были юны…… Неважно, сколько ему лет, он всё равно желает отомстить. Эх. Не думаю, что его можно считать человеком. Если он пожертвовал одной Ирэль, то точно снова подумал бы о том……

– Снова?

Селена говорила о Кронпринце, от одной мысли о котором её тошнило, когда резкий вопрос Кальциона оборвал её мысли.

– Да, снова…… – она замолчала от необычной атмосферы и вновь посмотрела на Кальциона.

Глава 135

Воздух вокруг Кальциона закипал.

Почему вдруг это происходит? – Селена словно ударилась о стену абсурда.

Когда приходит большая волна и накрывает ваши ноги в море, где волны лишь мягко стелились, вы удивитесь. А что, если приливная волна вдруг достигнет неба в море, что было спокойным как озеро?

Это могло быть шокирующим и странным, но первым чувством было ошеломление и оцепенение.

Вот что почувствовала Селена, когда столкнулась с Кальционом, который был спокоен, но его аура бушевала, словно буря.

– Он сделал бы это снова. С другим человеком, кроме Ирэль.

– ……да……

Это море было морем вулканов. Селена занервничала, когда увидела человека, который словно обнимал воздушный шар, что вот-вот взорвётся, хоть и знала, что его гнев был направлен не на неё.

Кальцион был спокоен, как тишина перед атомным взрывом.

– Думаю, этим другим человеком должна была стать ты.

– Он сказал это, когда мы только встретились в удалённом дворце. Даже попытался сделать нечто плохое, но я убежала.

Кальцион медленно выдохнул.

Для Селены это было любопытным опытом наблюдения за тем, как растёт жажда крови другого человека.

– Я был глуп, – пробормотал Кальцион, стиснув зубы. – Думал, что он забирает тебя под стражу лишь для того, чтобы оказать на меня давление, но он решил зайти ещё дальше.

Похоже, что растрёпанное платье также было из-за физического противостояния, – гнев Кальциона вспыхнул бесконечной пропастью, когда он узнал, что Селену чуть не постигла та же участь, что и Ирэль.

– Я не должен был убегать с тобой, мне следовало просто отрубить голову этому ублюдку.

Когда Кальцион был так зол, то даже его благородная речь изменилась.

– В таком случае мы оба были бы мертвы.

– Не были бы. Даже если набежали бы десятки людей, я бы победил.

– Эй……

– Это возможно, поскольку пространство внутри дворца ограничено.

От его уверенности Селена больше не могла ничего сказать.

Кальцион не был человеком, который блефовал о своих навыках или силе. Если он говорил, что это возможно, значит это было возможно.

Он и правда мог перерезать шею Кронпринцу. Только последующие проблемы были бы сложными, и он решил просто сбежать.

Не в силах успокоиться, Кальцион остановился:

– Дион.

– Да, – Дион, идущий позади, сделал шаг вперёд.

– Включи атаку первыми в операцию.

– Я передам ваш приказ.

Кальцион, с лёгкостью объявивший, что первым ударит Кронпринца, если потребуется, продолжил идти как ни в чём не бывало.

– ……вы собираетесь развязать войну?

– В зависимости от обстоятельств.

Думаю, прямо сейчас эти обстоятельства.

– Надеюсь, вы не хотите расплатиться за меня.

– ……

Похоже, он действительно решил развязать войну, – Селена, потеряв терпение, потрясла Кальциона за руку и захныкала:

– Женщина, которая стала пламенем войны, я не хочу вот так войти в историю этого мира. Это не война ради защиты Ренберд, потому что Кронпринц придумал обвинение, а обычная война обид.

– ……

Увидев, что даже после отговоров ответа не было, Селена была недовольна:

– Я даже всадила кинжал ему в плечо. Думаю, на этом моменте моя личная месть завершилась.

– Вот как, какое счастье.

– ……естественно, публичная месть – другое дело, вы ведь не собираетесь сказать что-то подобное?

– Собираюсь.

С каких пор Кальцион стал таким упрямым?

Мужчина, который притворялся упрямым, но в большинстве случаев подчинялся моей воли, куда-то исчез.

– Для всех я всего лишь гостья Герцога, а не человек, имеющий связь с общественностью, не так ли?

– ……превращу это в личную месть.

Он не говорит, что не будет мстить!

– Войну?

– ……подумаю немного об этом.

Пока это не полномасштабная война, любая другая месть – в полной свободе действий Кальциона.

Мне не нравится, когда люди без нужды ввязываются в мои дела или из-за меня рискуют чужими жизнями, но в остальном у меня нет никаких причин убеждать его не причинять вред этому ублюдку. Я тоже желаю краха Кронпринцу. Пожалуй, я буду искренне рада, что его тонко размажут.

Когда Кальцион отказался от своего мнения о войне, шаги Селены стали легче.

Вторая часть отряда была размещена недалеко. Сразу после пересечения главной дороги деревни и небольшого поворота в переулок.

Когда они подошли к входу в здание, то столкнулись с членом передового отряда, который только что вышел оттуда.

– Где держат горничную?

– Я отведу вас.

Рыцарь сопроводил их двоих до конца коридора в здании.

Когда дверь со скрипом открылась, Джуна, прячущаяся в углу комнаты, вскочила:

– Госпожа Селена! – чрезвычайно восторженно воскликнула она.

Она ошибочно приняла мой приход за то, что я простила её?

– Не подходи ближе, – холодным тоном отозвалась Селена.

Джуна, собирающаяся с улыбкой вцепиться в неё, замерла на месте.

Селена оглядела Джуну с головы до ног, пока та бежала до неё. Она выглядела достаточно необычно из-за своей неопрятности. От утончённого вида горничной, который был у неё, когда она была рядом с Селеной, не осталось даже следа.

Наверное, путь был очень трудным.

От Джуны даже исходил неприятный запах немытого тела.

Несмотря на то, что она не могла подойти ближе, Джуна протянула руки и смотрела на неё, заставляя понять, что у неё хватит смелости заговорить ещё раз.

– Вы ведь передумали? Почувствовали, что наказали меня слишком сильно? Вы ведь пришли сюда, чтобы простить меня?

– А если нет?

– Ай-й. Мне и правда будет тяжело. Мне сказали, что когда мы прибудем в Силэнзу, они запрут меня в подземелье и будут пытать…….

– А, вот как?

– Госпожа Селена! – вздрогнув, завизжала Джуна.

Я не наказывала её, но, похоже, тут свершилась личная месть горничных.

Если так, то это даже лучше, вероятно, они просто плохо её кормят, унижают и мешают спать. Нет причин для жалости.

Есть человек, который страдал и умер из-за неё, поэтому будет привлекательным сказать, что её страдания так сильны.

Увидев, что равнодушие Селены ничем не поколебалось, Джуна тряхнула оставшимся у неё козырем:

– Я обязательно найду предсмертную записку! Я могу сходить и найти её сама!

– Теперь это не нужно. Я примерно знаю всю ситуацию.

– Что? К, как?

– Я буду делать то, что считаю нужным. Не пытайся обманывать, просто отвечай на мои вопросы.

– Д, да! – даже после хаоса способность замечать многое не умерла в Джуне.

– Ты знала, что Ирэль беременна? – прямо спросила Селена.

– Что-о-о?! – только ответ Джуны отличался от того, что она ожидала. – Беременна? Безумие! Серьёзно? Беременна? От кого?

И это не было разыгрыванием шока. Игра Джуны была бы слишком очевидной.

– ……не знала?

– Если бы я знала, то использовала бы это как предлог, чтобы получить целое состояние! Если бы знала, то продолжала бы я жить так?

Это был очень веский довод.

Если речь о Джуне, то она и правда такой человек. Я слишком хорошо это знаю. Она понимается в одно мгновение.

Но остаётся вопрос.

– Ты прислуживала Ирэль в ванной?

– Естественно. Как она могла флиртовать с мужчинами, доверяясь другим горничным? Я прислуживала ей одна.

– Тогда ты, должно быть, знала её менструальный цикл. У неё несколько месяцев не было месячных, разве ты не заметила это?

Глаза Джуны расширились:

– А, верно. Хо!

Сложилось впечатление, что она усердно что-то обдумывает в своей голове и от этого её круглые глаза расширились ещё сильнее:

– Вау, ведь так и есть! Если подумать, у неё не было месячных до самой смерти!

– Так ты не заметила, пока прислуживала ей?

– У Ирэ…. мисс Ирэль действительно были серьёзные нарушения менструального цикла, – Джуна, которая по привычке произнесла просто имя Ирэль, быстро исправила обращение, когда заметила стоящего Кальциона. – Я заботилась об этом лишь один раз, а всё остальное время у неё не было месячных…… Я никогда не думала, что это может быть из-за беременности.

Если нарушения менструального цикла были такими серьёзными, возможно, на раннем сроке беременность не была заметна.

– У неё не болел живот и не было утренней тошноты?

– Было……? – Джуна прикрыла глаза, начиная рыться в своей памяти. Только ответ уже был известен.

Если эти симптомы и были, она не помнит этого.

Это была беременность, о которой Ирэль даже не подозревала. Тогда, в какой-то момент, она должна была найти подсказку, которую могла знать лишь она и её интуиция.

Ей не с кем было посоветоваться, узнав о подобной катастрофической ситуации. У неё не было выбора, кроме как совершить экстремальный шаг.

– Значит, перед смертью ты не заметила в ней ничего странного?

– Она всегда была странной, поэтому ничего необычного я не помню.

Возможно, ей просто было неинтересно, – Селена мысленно цокнула языком.

От Джуны не осталось никакой пользы. За исключением нахождения физического проявления последней воли Ирэль. И всё же, если там действительно предсмертная записка, то она станет как минимум ещё одним доказательством вины Кронпринца. Лучше сначала найти её.

– Предсмертная записка оставлена здесь?

– Здесь! Да. Мне нужно просто немного поискать…….

– Можно ли выделить хотя бы двух человек, чтобы приставить к ней? – спросила Селена, оглянувшись на Кальциона.

– Сейчас это возможно. Пока нет сражений.

– Тогда давайте сделаем так. Немного ослабим нашу охрану сегодня вечером, чтобы они сопровождали её и не дали сбежать.

– Зачем?

– Не хочу видеть, как она продаёт ваше имя, говоря, что выполняет приказ. Если она не найдёт записку, они похоронят её в глуши……

– Найду! Обязательно найду её! – громко застонала Джуна. Это был крайнее отчаянный стон, когда она поняла, что вариантов у неё осталось мало.

– Не думай делать из этого что-то сильно значимое, лишь потому что смогла найти её. Даже если ты найдёшь её, тебя всё равно вернут обратно.

– Пожалуйста, пощадите меня!

Слово ‘похоронят’ было просто словом, но пока её таскали, Джуна, казалось, поверила, что оно может стать реальностью.

На этом уровне, даже если нет уверенности, что Джуна останется в замке Ренберд, вероятность того, что она будет разыгрывать трюки, уменьшится.

Жалея, что не увидит финала, Селена всё равно чувствовала себя освежённой после обдумывания этих последствий.

Глава 136

На обратном пути Кальцион пронзал Селену взглядом. Та часть лица, куда он смотрел, горела.

– Что такое? – смущённо спросила Селена.

– Мне любопытно.

– Что?

– Как ты можешь замечать и улавливать то, что не ожидала? Ты не проходила профессиональную подготовку по проведению допросов.

Селена не поняла, что сейчас она сделала настолько профессионально, и лишь вопросительно наклонила голову:

– Я сделала что-то слишком странное? Эта мысль пришла мне в голову, когда у меня внезапно началась менструация. В результате всё равно ничего не выяснилось.

Хоть сейчас не было нужды дальше копаться в деле Ирэль, Селена не могла сразу опустить руки, поскольку долго разбиралась в этом деле. Поэтому она просто подумала, что может посмотреть, есть ли ещё одна вещь, которую можно понять до конца.

Раскрыто почти всё о случившемся, но так и не раскрыто то, что произошло ночью, когда Ирэль умерла, и почему она решила умереть.

Это та часть, которая пропущена.

Однако Кальцион сосредоточился на совершенно другом:

– У тебя началась менструация?

– А.

Когда ты актриса, распорядок твоего тела не зависит от тебя, поэтому менструальный график похож на общедоступный. Я и забыла, что это личная вещь, о которой не стоит никому говорить.

Кто-то может сказать: ‘А, вот как’, а кто-то может подумать: ‘Почему она сказала мне это?’ и посчитать странным.

Поскольку Кальцион человек, у которого нет менструации, он может подумать, что это слишком.

– Я сказала слишком небрежно? – Селена собралась отвернуться с застенчивой улыбкой, но Кальцион крепко сжал её руку:

– Мне не безразлично, когда мы делим одну постель.

– Нет необходимости быть осторожным, – Селена была ошеломлена чрезмерной реакцией Кальциона.

Нежный и заботливый мужчина – чудесно, но интерес к подобному довольно специфичен.

– Нет, нет. Если я – мужчина, который спит с тобой в одной постели, естественно, я должен обращать на это внимание и заботиться, меня так учили.

Но, что удивительно, Кальцион был упрям в этом вопросе.

Это слишком уникальное правило для мира, атмосфера в котором заставляет действовать в рамках этикета с любовником даже после вашего брака. Кто, чёрт побери, мог научить его этому?

– ……кто?

– Моя мать.

– Я слышала, что вы даже не встречались друг с другом. Она научила вас этому?

– Она.

Говорили, что она была женщиной, дистанцирующейся с окружающими, но как с таким отношением она могла научить его этому? – чем больше Селена слушала Кальциона, тем сильнее запутывалась.

Ей хотелось услышать немного больше подробностей, поскольку они уже заговорили об этом, но в этот момент они подошли к их постоялому двору. Времени задавать вопросы не было.

Горничные ждали их двоих у входа.

– Трапеза готова.

– Я пойду умыться. Селена, если ты голодна, садись есть первой.

– Я подожду.

Селена была голодна, но не до такой степени, чтобы не подождать пока Кальцион ополоснётся.

Прежде чем пойти в ванную, Кальцион отдал горничной краткие инструкции. Что нехарактерно для него, он шептал горничной на ухо, поэтому Селена не могла расслышать, что говорил Кальцион.

Он может просто сказать. Зачем ему шептать на ухо? – поджав губы, Селена направилась в трапезную.

Вскоре туда вошёл и Кальцион с каплями воды, падающими с волос.

Благодаря встрече с передовым отрядом, он переоделся в опрятную и выстиранную одежду, и вновь засиял. Надутые губы Селены уменьшились, когда она увидела лицо Кальциона.

– Так быстро ополоснулись?

– Я не мог заставлять тебя ждать слишком долго.

Это было разумное соображение, даже если бы они не были близки, но Селена не могла скрыть признательности к этому.

Нужно побыстрее поесть и ложиться спать, завтра мы вновь трогаемся в путь.

Внезапно перед Селеной, закончившей трапезу, появилась ещё одна тарелка.

– Десерт.

– Зачем десерт?

Ни Селена, ни Кальцион не любили сладкое, поэтому десерт обычно опускался. Иногда, когда в меню была острая пища, трапезу могли закончить подачей фруктов.

Десерт, который принёс шеф-повар, представлял собой горячий пирог с жирными взбитыми сливками, которые были взбиты венчиком с максимальной скоростью человеческой руки. Судя по поту на лбу и лице повара, он сам варил и сироп.

Это был не особняк и не замок, вся еда была приготовлена на ходу на кухне этого постоялого двора. Было трудно просто приготовить еду на десятки человек, не говоря уже о том, чтобы приготовить десерт, который обычно создают с душой. Внезапно поданное блюдо озадачило Селену.

– Говорят, во время менструации хочется сладкого, – объяснил Кальцион.

– Не может быть, это то, о чём вы ранее говорили горничной?

– Некоторые говорят, что неожиданный подарок приятнее.

– Кто? Нет, подождите. Возможно, ваша матушка?

Кальцион кивнул.

Селена подумала, не поняла ли она что-то из прошлого Кальциона неправильно.

– Из того, что я слышала и поняла, казалось, что Герцог получал полное воспитание как наследник герцогской семьи. Ребёнок, который ничего не мог желать как ребёнок.

– Верно.

– Тогда, как вы научились говорить приятные вещи женщине или подготавливать десерты в менструацию? Это также входило в процесс обучения преемника?

– Это не было в учебном курсе для преемника. Возможно, это было близко к сожалениям матери? Съешь, пока не остыло.

Когда всё открылось, Селена попробовала десерт.

Несмотря на то, что он был приготовлен на скорую руку, десерт получился очень вкусным. Даже если она не любила сладкое, в нём было именно то количество сладости, которое соответствовало её вкусовым рецепторам.

Увидев, что Селена с аппетитом ест, Кальцион удовлетворённо улыбнулся:

– Вот что значит быть сытым, просто смотря на другого.

– Я слышала много подобного. Но не испытывала на практике.

– Я же испытываю это на практике сейчас.

Разве цель в этом была не другой? Разве обычно это не бывает с истинной второй половинкой, которую ты встречаешь лишь раз в жизни?

Но вместе с десертом слова растворились во рту Селены.

– Матушка была очень недовольным человеком, – вдруг начал рассказывать Кальцион, смотревший на Селену тёплым взглядом. – Ей не нравилась погода в Ренберд, то, как люди одевались, и даже каждый предмет мебели в замке Ренберд.

Она была человеком, который хотел жить светской жизнью в столице, поэтому это естественно.

– Среди этого она больше всего была недовольна отцом.

– Потому что он заставил её жить в замке Ренберд?

– В том числе и за это. Наверное, ей просто в отце не нравилось всё.

– Почему она решилась выйти за него замуж?

Пусть это и брак по расчёту.

Если твоё огромное расточительство поддерживают и уверенно переносят измены, разве не лучшее, что можно сделать в качестве партнёра в браке по расчёту, элементарное уважение?

– Я никогда не думал так далеко. Я думал, что моя роль – просто слушать и отвечать.

Кальцион был юн. Так и могло быть.

– Чем была недовольна ваша матушка?

– Её недовольству не было конца, но в основном манерами.

– Смотря на Герцога, не думаю, что у предыдущего Герцога были особенно плохие манеры.

Независимо от того, насколько ты образован, всегда есть на что смотреть и чему учиться. Кальцион же почти инстинктивно проявляет осторожность в общении с женщинами.

Идеальному этикету нужно учиться, но инстинктивное отношение закладывается в тело без отчёта разума. Если он вырос таким, значит его отец также был осторожным мужчиной.

– Кажется, в глазах матери их бесконечно не хватало. Нужно не просто устраивать вечеринки в день рождения и дарить украшения, а отправлять цветы в спальню, как только просыпаешься утром.

– Ммм.

Это часть, связанная с искренностью, поэтому если это брак по расчёту, она будет отсутствовать.

– Когда впервые видишь её лицо, нужно обсыпать комплиментами лицо, украшения или причёску.

– Хм.

Это близко к мудрости жизни, которая делает атмосферу в семье хорошей.

– А, одна из вещей, которые я помню, потому что матушка говорила это три или больше раз. После свадьбы нужно дарить подарок каждый день недели до первой годовщины, а затем каждый месяц и 100 дней.

– ……что? – понимание Селены резко затормозило.

Это немного чересчур? Есть ощущение чрезмерности в том же контексте, что и подача десерта во время менструации.

– Есть ли вообще такие правила?

– По крайней мере, я не видел их в брачном кодексе.

– Это явно не обычный этикет.

– Думаю, это было популярно в светских кругах столицы.

– А……

Разве это не так же, как когда люди начинают думать: ‘Я тоже, тоже так хочу’, когда слышат слух о том, что кто-то получил огромный подарок?

Селена знала, что предыдущая Герцогиня была человеком, прожившим жизнь, наполненную мечтаний, но услышав это, задрожала:

– Думаю, это было не просто правило, а зависть. Но в каком возрасте она вышла замуж, чтобы завидовать этому?

– Двадцать.

– ……тогда понятно.

Это нормальный возраст для незрелости сознания.

Период, когда ожидание любви всё ещё сохраняется. Возраст, в котором ты хочешь получать всё, что получают другие.

– А…… возможно, – размышляя об этом, в голове Селены всплыла мысль.

Не уверена. Сейчас, когда речь зашла об этом, это может иметь смысл.

– Возможно, у вашей матушки были чувства к вашему отцу.

– Что?

– Если человек тебе не по сердцу, ты совершенно ничего не ждёшь от него. Если нет ожиданий, нет и разочарований, если нет разочарований, нет и недовольства.

Чем больше ожиданий, тем больше разочарований. Недовольство растёт.

– Возможно, сначала это был брак по расчёту, но она могла испытывать к нему чувства, даже не подозревая об этом. Поскольку она не понимала своего сердца, ей лишь сильнее не нравилось, что ваш отец не делает того, что ей хочется.

Это история любви людей, которые были супругами, но так и не стали парой.

Говоря всё это, Селена замешкалась:

– ……поэтому суть в том, что не нужно давать мне всё, что хотела получить ваша матушка. Я не из тех людей, кого заботят подобные вещи.

– Я только что обременил тебя?

– Что, нет. Обременил…… это просто дело вкуса.

Какой бы ни была предыдущая Герцогиня, она хотела получить это, потому что другие благородные дамы в обществе хотели или получали это. В любом мире существует своя тенденция ‘выражать любовь’.

После того, как я вернусь, Кальцион встретит новую женщину. Место Герцогини не сможет оставаться пустым.

Даже если это брак по расчёту, разве золотая середина не лучше какой-то крайности?

Однако слова: ‘Думаю, было бы лучше делать это для другой’, так и не сорвались с губ Селены.

Глава 137

Как только Селена подумала о Кальционе, счастливо улыбающимся, смотря на другую женщину, у неё перехватило горло.

Она положила вилку, которую держала в руке, и попыталась проглотить еду, что была у неё во рту. Только Селена не смогла проглотить её, словно у неё в горле был камень.

Она даже выпила воду. Только сжавшееся горло не расширялось.

– Что случилось? – смотря на ухудшающееся выражение лица Селены, спросил Кальцион, но поскольку её рот был набит, она не могла ответить.

Сейчас девушке казалось, что всё сдавливает её пищевод и желудок. Возможно, из-а того, что её желудок сжался настолько, что не мог пропустить даже глоток воды, возникла тошнота.

Селена поспешно встала и побежала в ванную.

Даже после того, как она выплюнула всё, что у неё было, в унитаз, удушающее ощущение до сих пор осталось на месте, словно в её пищеводе было полно камней.

Было бы лучше, если бы Селену вырвало, но сжавшийся желудок не шевелился.

– Угх, – словно она на самом деле не дышала, зрение Селены стало белеть. В ушах зазвенело.

Ощущая, что она вот-вот задохнётся, девушка ударила себя кулаком в грудь.

– Селена, – Кальцион приблизился и остановил её, схватив за запястье руку, которая взлетела в воздух.

В тот момент, когда тепло от прикосновения Кальциона к её спине коснулось Селены, заключая в объятья со спины, её дыхание отпустило.

– Ха……! – лишь почувствовав тепло Кальциона, Селена смогла вдохнуть.

Когда она поняла, что он рядом с ней, время мира перевернулось.

Мир Селены рухнул в тот же момент, когда время мира начало двигаться. Это был момент, когда открылись неизвестные, скрытые и спрятанные вещи.

– Что такое? Ты в порядке? – Кальцион, сам не понимая почему, обеспокоенно посмотрел в лицо Селены, спрашивая это, но девушка промолчала, опуская голову.

Она не хотела показывать своё лицо.

Не хотела попасться.

Показав своё собственное сердце, которое наконец поняла.

– Селена, – удивлённый тем, что внезапно произошло, Кальцион схватил Селену за подбородок и заставил поднять голову.

Селена пыталась сопротивляться, но никак не могла противостоять его силе. В конце концов, её голова была поднята.

Кальцион, посмотревший в лицо Селены, выдохнул.

Поняв, что больше не может убегать от его взгляда, Селена медленно подняла глаза.

Слёзы дрожали на её ресницах, как снежинки на ветвях деревьев зимой. Даже в этот момент слёзы заполняли оба глаза девушки. В тот момент, пока она пыталась сдержать их, они не могли преодолеть гравитацию и падали вниз.

Даже когда Селена закрыла глаза и вновь открыла, слёзы продолжили наполнять её глаза, как бесконечные волны.

Лишь после того, как три волны схлынули с её щёк, Кальцион пришёл в себя.

– Так больно?

Больно.

Думать оставить его в этом мире.

Думать о том, как он улыбается, смотря в лицо другой женщине.

Это совершенно на другом уровне, в сравнении с гневом, который вспыхнул, когда я подумала о том, что он встанет на сторону Фионэль, когда я вернусь в свой мир.

Серьёзно, мысль о том, что кто-то будет рядом с Кальционом до конца его жизни, и что он будет тепло относиться к этой женщине, сводит меня с ума.

Острое желание разорвать картину, которую она нарисовала в своей голове, начало разрывать сердце Селены.

Причина, по которой её сердце так сильно болело, была в том, что оно было жадным.

Селена расплакалась, как ребёнок.

Она очень хотела забрать игрушку перед собой, но не могла отказаться от конфеты в руке.

Если она отложит конфету, то никогда не сможет съесть её.

А если она не возьмёт сейчас игрушку, то её заберёт кто-то другой.

Это был вопрос выбора, который нельзя было проигнорировать.

Жизнь, которую я строила все свои годы, и Кальцион.

Невозможно иметь и то, и другое.

– Да, больно…… мне так больно. Кажется, я сейчас умру из-за этой боли.

Кальцион, смотревший, как Селена безостановочно плачет, молча поднял её. Сейчас девушка привыкла к прикосновениям, которые поддерживали её спину и обхватывали под коленями.

Селена рефлекторно вцепилась в шею Кальциона.

Она уткнулась лицом ему в плечо и, рыдая, позволила пронести себя из столовой в комнату.

Кальцион, севший на кровать, держал стакан с водой. Селена тихонько пила воду и пыталась успокоиться. Но бушующие в ней эмоции никак не могли утихнуть.

Пока Селена сидела у него на коленях, Кальцион терпеливо ждал и нежно гладил её по волосам. Однако это были настолько осторожные движения руки, что он почти не дотрагивался до Селены. Кальцион чувствовал, что если проявит нетерпение, то изобьёт или убьёт себя, если плач, который вот-вот должен прекратиться, начнётся заново.

Почему ты так дорожишь мной, словно стаканом из осколков? Зная лучше, чем другой, насколько я сильна.

Кальцион дрожал от слёз Селены, как человек с удавкой на шее. Мужчина, который и глазом не моргнёт, если у него на глазах человеку снесут голову.

– Что может быть так больно? Давно тебе так больно? Ты скрывала это?

– Нет. Мне нечего было скрывать.

Я даже не знала, что мне больно, поэтому ничего не скрывала.

Я думала, что периодическая колющая боль в груди просто временная прихоть или желание посоревноваться.

Потому что Розалин мне не нравится, а Фионэль раздражает.

Я не связывала это с Кальционом.

– Моё сердце разрывается от одной мысли о том, что ты терпела свою боль в одиночестве.

– Не нужно.

Если сердце Кальциона разорвётся, то и моё тоже разорвётся.

Несмотря на то, что у нас одни эмоции, наши сердца могут разорваться, потому что мы не можем принять их, – Селена была поражена тем, как сложилась эта ситуация.

– Если Герцог говорит, что это больно, значит и мне тоже больно.

А, так оно и есть. Теперь я поняла, почему я цеплялась за него, хоть и не говорила, что люблю.

Я множество раз играла любовь на сцене, но сама новичок в любви. Это первый раз, когда я действительно получила любовь и когда сама влюбилась. Я должна была пройти через это сама, подумать и осознать всё.

Я не хочу причинять боль Кальциону. Вместо того, чтобы причинить ему боль, я хотела терпеть боль в одиночестве.

Но для Селены этот выбор оказался не таким простым.

Это близко к тому, чтобы спасти Кальциона от утопления или смертельного ранения, но всё равно наблюдать, как он умирает.

– ……почему? – неожиданно спросил Кальцион.

Селена подняла лицо, которым утыкалась ему в грудь:

– Вы же не думаете, что я говорю о менструальных спазмах?

– ……это не так?

Этот чёрствый мужчина! – Селена, которая мгновенно посуровела и разозлилась, вспомнила, что они говорили о её месячных.

Так получилось, что менструальная боль и тема их разговора странным образом совпали.

Селена расстроилась, что все её слёзы и признания, совершённые ей, могли быть напрасными из-за этого совпадения.

Внезапно она возненавидела Кальциона, хоть и продолжала любить. В тот момент, когда их взгляды встретились, она подумала, что хочет ударить его.

– Это…… продолжение разговора, – Кальцион сам сказал правду о том, почему тревожится.

Хоть Селена смотрела в сердце Кальциона, он совсем не думал о том, чтобы увидеть её собственное сердце.

– Так больно…… из-за менструальных болей. Разве было что-то ещё, что могло бы причинить тебе такую боль?

Есть ли ещё один мужчина, похожий на него, который ничего не понимает и закрывает на это глаза?

Как я могла встретить этого идиота?

Он не знает своего сердца и даже не умеет быть жадным. Дурак, который настолько внимателен к своей возлюбленной, что прыгает и возвращается туда, куда откуда был сделан шаг вперёд.

Лицо Селены исказилось.

И всё же, я смогла выплакаться, потому что верила, что не буду уродливой в его глазах. Только перед ним я могу плакать, как ребёнок, не заботясь о морщинках и своей мимики.

Я не могу больше отказываться от этого драгоценного утешения.

Селена со смешком сглотнула и выплюнула единственное слово, которое ей едва удавалось сдерживать:

– ……люблю тебя.

А. Сейчас я чувствую, как в животе становится легче.

Эти слова были словно преступник, который сдавливал мне горло, заставляя умереть.

Я собиралась вернуться в свой изначальный мир и запереть их внутри себя. Но они разрослись до такой степени, что их больше нельзя сдерживать.

Глаза Кальциона расширились от признания Селены:

– ……а.

Он всегда показывал аккуратные движения, и лишь в редких случаях совершал что-то в спешке. Словно забывал, как обращаться со своим телом.

Растерянность Кальциона была видна даже в тусклом свете фонарей ветхого постоялого двора.

– Я, ты. Невозможно.

– Теперь я тоже знаю это. Похоже, я тоже влюблена.

– …… – даже слова, которые он едва произносил, остановились.

Кальцион разомкнул губы, но в итоге ничего не сказал.

Вместо этого их губы переплелись, словно пара изливала свои души.

Селена закрыла глаза от страстных эмоций, льющихся с их губ, которые были яснее сотни слов. Эмоции сердца Кальциона ярко расцвели под его веками, словно цветник:

– Никогда не думал, что ты можешь полюбить меня, – отпустив её губы, Кальцион наконец-то смог заговорить. – Я даже не думал о том, чтобы осмелиться просить твоей любви.

Потому что ты та, кто вернётся. Потому что ты не мой человек.

И перед любовью все становятся слабыми.

Даже я, герцог Ренберд, над головой которого в этом мире не существует ничего, не оказался свободен от этого.

– ……спасибо. За то, что любишь меня, – Кальцион обнял Селену. Кончики его пальцев на её голове слегка дрожали.

Селена проглотила крик:

– Я не хотела…… на самом деле, я думала, что это работа. Я никогда раньше так не работала.

– Это была случайность. Верно?

Это не было чьей-то виной. Сердце не двигается подобно рукам и ногам. И неправильным было бы говорить, что влюбился по ошибке.

Как и сказал Кальцион, это была случайность, подобная комете, влетевшей в землю. Человеческими силами не избежать её. Невозможно.

Проще говоря.

Это был форс-мажор.

Глава 138

– Верно, это была случайность. Я ни мгновение не думала, что хочу быть любимой Герцогом, и никогда не думала, что влюблюсь в Герцога.

– Да, я тоже.

Поэтому это была случайность. Поскольку никто не хотел этого и не ожидал.

Их переполняла радость от взаимности своих чувств, но в то же время реальность давила на них.

Кальцион набрался смелости заговорить первым:

– Я знал, что даже если ты любишь меня, это не значит, что ты будешь рядом со мной.

Селена крепко зажмурилась, выдавливая слёзы из глаз. Сколько бы она не прогоняла их, её зрение не могло проясниться, словно вся кровь в её теле вдруг вылилась слезами.

– Я не могу выбрать ни то, ни другое.

Было немного легче, когда Селена не знала своего сердца. Поскольку тогда это было просто вопросом причинения ему боли.

К сожалению, теперь всё было сложно, поскольку она знала своё сердце.

– Чувства моего сердца важны, но вещи, которые я оставила в другом мире, также очень важны. Всё моё там, разве я не стану никем после того, как выброшу это?

Если бы в том мире остались лишь долги, мне не о чём было бы беспокоиться.

– Разве прямо сейчас ты не здесь?

Сейчас ты в моих объятьях. Почему же ты продолжаешь говорить, что будешь никем?

Селена покачала головой в ответ на вопрос Кальциона:

– Это и правда я, но это всего лишь моё тело. «Я», которую я создавала всю свою сознательную жизнь, и жизнь, которую признаёт мир, – там.

– Что именно там?

Селена заплаканными глазами посмотрела на Кальциона.

Он, наверное, даже представить не может. Как нельзя представить этот мир в моём мире.

И всё же, Селена запнулась, пытаясь объяснить. Она думала, что только Кальцион сможет понять вес на её внутренних весах.

– Как я уже говорила, в другом мире я была актрисой, которую знал каждый в мире. Люди, говорящие на разных языках, в самых разных странах, и даже люди из стран настолько далёких, что нельзя туда добраться пешком или верхом.

Кальцион спокойно кивнул, слушая слова Селены.

– На самом деле, дело не только во внешности. У тебя должны быть хорошие актёрские способности, должны быть связи и хорошее везение. Но у меня не было ничего, кроме моей внешности. Нет, сначала и моя внешность не была такой. Обучение, исправление привычек, управление телом. Вот почему я стала такой.

Кальцион знал, что Селена упорно трудилась, чтобы сохранить свою красоту, даже находясь рядом с ним.

Большинство леди заимствуют руки горничных, чтобы украшать себя в жизни в полной мере, поэтому редко можно найти кого-то, кто заботится о себе до такой степени, чтобы каждое утро делать зарядку.

Селена же строго следует моему обучению. Только те, кто получил его, знают, как тяжело тренироваться каждое утро по одной и той же схеме. Селена добросовестно исполняла всё, не прибегая к уловкам. Я каждый раз поражался её настойчивости.

Эта настойчивость не возникает из-за того, что однажды ты вдруг принял решение. Она есть лишь тогда, когда ты всю жизнь прожил так.

– Даже если ты развиваешь свои навыки, этого всё равно недостаточно. Рядовые раздоры, происходящие там…… честно сказать, светский мир здесь мягкий и нежный. Здесь просто битва гордыни, там же, где я жила, всё доходило до очереди за едой. У тебя нет другого выбора, кроме как стать ещё более жёстким и затаиться.

Несмотря на то, что он редко посещал светский круг, Кальцион хорошо знал, как далеко могут зайти люди, когда дело касается их собственных интересов.

Состоятельные аристократы также не могут проявлять нетерпения, поскольку не могут убивать друг друга из-за скудной прибыли. Для тех, кто имеет ту же цель и средства к существованию, невозможно сделать что-то большее, чем это.

– Там я терпела, терпела и терпела почти 20 лет. Только никто не угрожал убить меня, но я в одиночестве прожила 20 лет в месте, где не было никого, подобного Герцогу, кто мог бы защитить меня.

Среди слов, используемых для описания Селены, всегда присутствовало слово ‘трудолюбивая’. Селена работала настолько усердно, что все видели её.

Все эти 20 лет.

Это было время, когда противники, завидовавшие Селене, исчезали, и даже у тех, кто отвергал её, не оставалось иного выбора, кроме как принять Селену.

– Результаты всей моей жизни – там. Я терпела и упорно трудилась, чтобы запечатлеться в глазах людей и заработать деньги.

Хотя большую часть денег я потратила на погашение долгов своих родителей, я всё же получала гораздо больше, чем среднестатистический человек. Сейчас, пока семья не занялась бизнесом, я заложила основу для стабильной жизни.

Это жизнь актрисы, которая началась благодаря родителям, понимающим, что красота их маленькой дочери будет приносить деньги, но, к счастью, способности подошли. Даже если не ради денег, я жадна до самой игры.

– Здесь, я в лучшем случае женщина Герцога. Даже если Герцог даст мне всё, что есть у меня в другом мире, в этом мире, где я ничего не добилась, я – никто.

Кальцион хотел отрицать это.

Даже если моё имя будет стёрто, Селена сейчас – влиятельный человек в светском мире и со временем она может получить большую силу благодаря своим способностям. Если она захочет, она может работать актрисой и здесь, и сможет добиться здесь такой же огромной популярности и успеха, какие были там.

Но я не могу сказать этого. Даже если она добьётся здесь такого же успеха, как и в другом мире, это не компенсирует 20 лет тяжёлой работы, от которой откажется Селена.

Сюда входят и отношения, построенные за 20 лет.

Селене придётся начинать всё сначала, даже строить отношения. Как бы я ни компенсировал ей это максимально, они не смогут быть такими же.

Но Селена сказала, что любит меня.

Если в её сердце такая же любовь, просто мысль для Селены об уходе за пределы этого мира будет ощущаться так же, как нож, воткнутый в желудок, – понимая, что даже этот момент, когда она говорит, что не может оказаться от жизни там, является болезненным для Селены, Кальцион крепко обнял её.

Страшно думать, что она терпит боль в одиночестве с таким маленьким и стройным телом.

– ……если бы только я мог сделать за тебя выбор.

Руки Селены вцепились в одежду Кальциона.

Может быть? Было бы удобнее, чем сейчас, если Кальцион выберет и настоит на этом варианте? – Селена тут же покачала головой.

Это невозможно. Я прожила жизнь в поисках себя, чтобы не поддаваться влиянию других. Отказ от возможности выбора жизни, который я с таким трудом получила, и передача его в руки Кальциона не приведёт меня к счастью.

– Тогда, могу я убеждать тебя?

Убеждать? – Селена подняла склонённую в отчаянии голову.

– Полагаю, причина, по которой тебе так больно, в том, что ты не можешь определиться, к какой чаше весов склониться.

Селена лишь моргала.

Когда слова отрицания не прозвучали, на губах Кальциона появилась достаточно глубокая улыбка, чтобы быть хитрой:

– Тогда не будет грехом, если я начну уговаривать тебя остаться со мной. Не так ли?

О чём он думает, что атмосфера вокруг него так резко изменилась?

Словно найдя подсказку, которая могла повернуть ход битвы, всё тело Кальциона начало источать уверенность.

Почему так? Что? Что случилось?

– ……да?

Селена подумала, что в этом нет ничего особенного, но спросив, в ответ она получила его многозначительную улыбку.

*****

Хоть они и соединились с передовым отрядом, время отправления с точки было таким же.

Поскольку теперь два отряда двигались вместе, Селене больше не нужно было ехать верхом. Одна из карет была пустой и в ней могли ехать два человека.

Это была не та карета, в которой они ехали в столицу, она была довольно узкой и трясущейся, но всё равно куда удобнее, чем езда верхом на коне.

– Есть ли какие-то неудобства? – спросил Кальцион через окно, подъезжая к карете.

Поскольку это была узкая карета, внутри была сделана кушетка, чтобы Селена могла ехать с комфортом, не в тесноте на 2-х человек. Было очевидно, что это было трудоёмкой работой. Однако очень нужной для Селены, поскольку в её нынешнем состоянии езда верхом была бы тяжёлым испытанием.

– Да, удобно и хорошо, – ответила Селена, полуоткинувшись на мягкую спинку.

Кальцион внезапно протянул ей букет, который держал в одной руке:

– Этот цветок цветёт лишь в это время года, он ароматен и сладок, из-за сладости сильно напоминает мёд. Говорят, его даже едят с цветочным чаем.

Это был подарок, который сочетал в себе цветок и еду.

Цветы были хороши, но еда ещё лучше. Селена без колебаний приняла букет.

Ярко-красные цветки были изящны, как цветы вишни.

Когда Селена положила цветок в рот и прожевала его, чарующий вкус цветочного мёда растёкся по её языку. Это был вкус, который она никогда раньше не пробовала.

Должно быть, в маленьком цветке много нектара, поэтому сладость такая густая, когда попадает на язык.

– Это первый раз, когда я пробую что-то подобное. Вау, вкусно. Говорите, их едят с чаем, но почему я никогда его не пробовала?

– Их нельзя есть в столице. Они цветут только на этой широте.

– А…… это очень плохо.

– Но их можно есть в Силэнзе, – с гордостью сообщил Кальцион.

А.

Началось.

Я с таким нетерпением ждала, как же Кальцион будет убеждать меня. Независимо, убедит он меня или нет, но я знала, что его уговоры были сладкими.

И он решил начать с ‘у тебя дома этого нет, верно?’.

Селена захихикала от этой милой выходки и положила в рот ещё один цветок. Вкус мёда, растекавшийся по всему её рту, был таким же сладким, как прикосновения Кальциона.

– Нравится?

Что, если сказать «нет»?

В Селене постепенно нарастала игривость, но поскольку ей правда понравились цветы, она отмахнулась от неё и с улыбкой спросила:

– Хотите?

Положив в рот ещё несколько цветков, Селена протянула один под пристальным взглядом Кальциона.

Кальцион посмотрел на её руку, протянутую к нему, и красный цветок в этой руке, а затем наклонился.

Удивлённая его приближающимися губами Селена вскинула руки. Но вскоре была поймана Кальционом.

Глава 139

Кальцион схватил Селену за запястье и забрал цветки из её рта.

Селена смотрела на него пустыми глазами, когда Кальцион отпустил её запястье и отстранился, жуя цветки.

Ярко-красные лепестки, исчезающие между его губ, особенно бросались в глаза.

Красные лепестки медленно втягивались внутрь через щель между белыми зубами, слегка приоткрытыми губами.

– Сладко.

Селена смотрела на это, не думая ни о чём, пока красные лепестки полностью не исчезли.

Она пришла в себя от чувственности Кальциона. Изначально красивый мужчины, попавший под фильтр любви, стал ослепительным, словно его тело стало источать свет.

– Ещё один…… – заикнулась Селена, не в силах даже посмотреть на цветок в своей руке.

В это время рука Кальциона вновь пересекла окно кареты. Его сильные пальцы схватили Селену за подбородок и неторопливо потянули.

«Кусая» её губы.

Словно высосав нектар из цветка, губы Кальциона отстранились от губ Селены с лёгким звуком. Селена смотрела на него затуманенными глазами, как человек, чья душа была украдена через поцелуй.

– Это слаще, – а то, как Кальцион улыбнулся и отстранился, ничем не отличалось от поведения подростка, взволнованного своей первой любовью.

– ……люди смотрят.

– Пусть смотрят лучше.

Удостоверившись, что Дион не смотрит на неё, Селена закрыла своё пылающее лицо.

– ……мне не жить.

Не зная, что делать с этим подростковым поцелуем, она покраснела так же, как девочка-подросток.

Кальцион был занят на протяжении всего пути.

Но даже когда он ехал рядом с Дионом и говорил с ним о чём-то с серьёзным лицом, если вдалеке он видел что-то необычное, он возвращался и разговаривал с Селеной:

– Видишь дерево вдалеке? Говорят, оно самое старое в Ренберд. Поговаривают, что ему примерно 10 тысяч лет.

– Вау.

– Нравится?

Что делать, если я не люблю деревья?

Однако было трудно отказать в возбуждённом хвастовстве Кальциона.

– Да.

– Тогда я отдам его тебе.

– ……что?

Что за чертовщину он говорит?

– Я зарегистрирую его на твоё имя, поэтому, если захочешь, ты можешь получать деньги за экскурсии или скрыть его, чтобы никто не мог любоваться им.

Это была история возможная, пока Селена была здесь.

И правда, за ‘у тебя дома этого нет, верно?’ следует ‘я подарю тебе это’.

– А-ха-ха…… – рассмеялась Селена, даже не думая отказываться от этого предложения.

Если бы это был простой подарок, я бы сказала спасибо и отказалась, но это единичный случай. Довольно свежо.

Только предположение Селены было несколько самодовольным.

Она вновь забыла, что Кальцион превосходил других во всём. Его шквал подарков только начинался.

Когда Селена залюбовалась полем, полным цветов, и простирающимся до самого горизонта, Кальцион предлагал отдать всё это поле ей, а когда ей понравился милый городок, который они видели, проезжая мимо, он предложил передать его в управление ей.

В конце концов, Селена даже завладела одними из ворот Силэнзы.

К тому времени, как они добрались до Силэнзы, у Селены было в общей сложности 5 равнин, 13 деревьев, 2 города и ворота.

У меня были дома и машины, но никогда не было деревьев, равнин и ворот.

Кальцион, который пытался что-то подарить ей, не задаваясь вопросом, что значит иметь это, был таким милым, что Селена заливалась смехом каждый раз, когда получала что-то.

Однако эта улыбка естественным образом исчезла, когда они проехали ворота замка Силэнзы.

Атмосфера стала совершенной иной, чем когда они уезжали.

Было хорошо видно количество солдат, охранявших ворота. При въезде в крепость количество вооружённых солдат, шедших строем, поражало своей солидностью. Даже если битва вспыхнет сразу, они были подготовлены так, чтобы мгновенно ответить.

Всеобщее напряжение также отразилось и на Селене.

– Есть новости?

– Сейчас их 5. Желаете услышать прямо сейчас?

– Идём в комнату для совещаний.

Когда Кальцион вышел из кареты, он протянул руку, чтобы помочь выбраться Селене, и прикоснулся к её ладони, останавливаясь:

– Селена.

– Идите говорить. Я услышала, поэтому пойду отдыхать первой, – Селена ударила первой. Было очевидно, что скажет Кальцион.

Как бы Кальцион не желал и не лелеял Селену, он был хозяином Ренберд. Ситуация с Кронпринцем была неотложной задачей.

Селена отпустила руку Кальциона. Когда, перед тем, как разъединить их руки, он сжал её ладонь, что немного подбодрило Селену. Её сердце на мгновение потеплело, и девушка смогла улыбнуться и отвернуться, словно ничего не происходило.

То, что он отпустил мою руку, не должно настолько ранить моё сердце. Потому что я – та, кто полностью отказывается от Кальциона, – Селена, наблюдавшая, как Кальцион уходит в конец коридора, обернулась, и её плечи поникли.

Мы прибыли в Силэнзу.

Туда, где всё началось. И где закончится.

С этим чётким осознанием Селена не могла сразу войти в комнату и стала бродить по коридору.

Когда я уйду? Как я уйду? Что придётся сделать для того, чтобы уйти?

Сколько бы Кальцион не объяснял ей, всё это было за гранью воображения Селены. Как и принцип действия браслета-переводчика, она лишь смутно думала, что всё будет так, как она даже представить себе не может.

Селена окинула взглядом каждый уголок замка, думая, что если уедет, то никогда больше не увидит этой обстановки.

В замке Силэнзы, затронутой возвращением Герцога, было шумно.

Шум слуг, цепляющихся за кареты, чтобы разгрузить их и отвезти на место, смешивался с разговорами людей, встретившихся спустя долгое время.

После всего этого миссис Джанет, стоявшая в одиночестве и раздающая указания то тут, то там, привлекла внимание Селены.

Кронпринц признал своё преступление. Изнасилованная Ирэль пыталась поймать Кронпринца, но потерпела неудачу и смогла «исправить» ситуацию, сделав самостоятельный крайний выбор. Это объясняет и то, что была оставлена предсмертная записка, и то, что дверь была закрыта изнутри.

Это также объясняет то, почему миссис Джанет, находившаяся в соседней комнате, ничего не слышала, даже если и спала крепко, если Ирэль не была убита. Ведь никому не нужно было шуметь.

Но всё же.

Я чувствую, что что-то упущено.

Почувствовав взгляд Селены, миссис Джанет обернулась.

Когда их взгляды встретились, женщина снова отвернулась с неё с сконфуженным выражением лица.

Миссис Джанет, должно быть, единственная, у кого много неприязни ко мне, как и у меня к ней.

Её пренебрежения достаточно, чтобы просто игнорировать всех и проходить мимо. Однако будет проблемой, если после моего ухода миссис Джанет останется единственной силой в замке.

– Вы сейчас отпускаете проверку комнат?

Это ради Кальциона. Не из-за моего собственного гнева, – Селена нашла правду для своей борьбы.

– Разве мне нельзя делать то, что хочется? – холодно ответила миссис Джанет.

– Это вполне нормально. Другое дело, не выполнять свою работу.

– Единственный, кто может мне указывать, – это Его Превосходительство.

– Вы также беспокоили Ирэль? Говорили, что хоть они и собирались обручиться, но пока обручения не было, вы не будете подчиняться ей?

Селена лишь закинула пробный бросок, но ответ, который последовал на это, был на удар сердца медленнее предыдущих:

– ……это не ваше дело. Более того, почему вас так интересуют дела юной леди из баронской семьи Джионе?

– Возможно, я смогу остаться с половиной Ренберда, поэтому я подумала, что будет лучше разобраться с неприятными инцидентами из прошлого.

– ……простите, половиной Ренберда? – голос миссис Джанет тут же скаканул выше.

Всего одно упоминание об этом так разозлило её, что женщина не могла скрыть своего гнева.

Но и перед лицом обрушившейся прямо на неё ярости Селена не дрогнула.

Миссис Джанет не испугать меня, ведь на самом деле она не использовала собственных рук для убийства, – Селена спокойно вскинула подбородок.

Почувствовав необычные потоки воздуха между ними, слуги отвернулись.

– Почему вы думаете, что этого никогда не произойдёт? Теперь это может случиться. Так как же вы собираетесь использовать свои руки?

– Использовать свои руки? О чём вы говорите?

– Как использовали свои руки на Ирэль.

– Я? Не знаю, что вы слышали, но моя единственная работа заключалась в том, чтобы помочь юной леди Джион хорошо адаптироваться в Ренберд.

– Даже если знали, что Ирэль была беременна?

Миссис Джанет промолчала.

Это был импульсивный вопрос, брошенный из-за мимолётной мысли, но реакция была неожиданной.

Это правда, что Ирэль сама решила умереть, поскольку у неё была предсмертная записка, но разве никто не вмешался в этот процесс?

– Перед Ирэль, находящейся на грани смерти, кто мог сказать нужное слово, чтобы она умерла?

– …… – сомкнутые губы миссис Джанет побелели.

Было ясно, что ей некомфортно от того, что на её хвост наступили.

Крупная рыба, пойманная на наживку, брошенную не задумываясь.

Селена продолжила хлёстко бить словами, чтобы не упустить этот момент:

– Герцог сказал, что никогда не забудет людей, которые беспокоили Ирэль, и найдёт всех до единого. Ренберд будет стыдно, если подобное повторится. Кто знает, возможно, вы, которая сейчас поёт песни о чести Ренберд, уже опозорили Ренберд?

– Как дерзко! – раздался громкий крик.

Селена, как и работающие слуги, замерла от испуга.

Лишь звук тяжёлого дыхания миссис Джанет раздавался в тишине зала:

– Как вы смеете так разговаривать со мной! Я говорила, что бывший Герцог напрямую просил меня. Пожалуйста, работай на Ренберд! Живи во имя чести Ренберд!

Честь и позор Ренберда. Предположение, что эти слова затронут миссис Джанет, было верно.

В то время, как она очень сильно беспокоилась о Селене, которая, словно, всё ближе становилась к месту настоящей Герцогини, вновь всплыла история с Ирэль и даже была затронута тема чести Ренберд.

Миссис Джанет, вышедшая из себя, проглотила наживку, брошенную Селеной, и впала в ярость.

В таком состоянии получить признание в содеянном ради ‘чести Ренберд’ будет проще простого.

Глава 140

– Кто вы такая, чтобы бывший Герцог говорил подобное? Вы ошиблись, – Селена холодно рассмеялась над ней.

Честь Ренберд. Это не то, о чём можно просить горничную, и даже рыцаря.

Сейчас она – старшая горничная, но когда миссис Джанет вошла в Ренберд, она начинала как простая горничная. Какой бы благородной она ни была, в ней не было ничего особенного.

– Да как, как ты смеешь пренебрегать доверием и ожиданиями, которые даровал мне Его Превосходительство? Как ты, невежественная женщина, которая лишь согревает постель, смеет делать это!

– Значит, значит, что и ты простая горничная? – усмехнувшись, рассмеялась Селена.

Смешно спорить о том, кто лучше, но если уж спорить о том, кто чуть ближе к другому, то разве не та, кто спит с ним в одной постели?

– Или ты спала с предыдущим Герцогом?

– Ч, чт, что……! – заикаясь, миссис Джанет выглядела так, словно вот-вот потеряет сознание. – См, смеешь порочить честь бывшего Герцога……!

Судя по тому, как она реагирует на вопрос, спала ли с ним, это значит, что она не была достаточно близка, чтобы делить с ним постель, – раздражённо фыркнула Селена.

Трудно рассуждать о том, что случилось с Ирэль, но можно понять, почему она настолько без ума от чести Ренберд.

– Бедная женщина, которую он случайно встретил, умирала, поэтому живи и работай с совестью, разве он говорил не об этом?

– Он, он сказал, что если это я, то он может доверить мне даже место старшей горничной……

– Ты подумала, что это место, которое он отдал тебе, потому что ты какая-то особенная? Каждый получает повышение, если хорошо выполняет свою работу. Если ты работала так же усердно, как сейчас, то повышение было лишь из-за хорошей работы!

– Я, я, особенная…… – натиск Селены сводил миссис Джанет с ума.

Это даже не вызывает сожаления. Сколько людей пострадало из-за непонимания этой женщины?

– С чего бы мужчине, имеющем жену, относиться к тебе по-особенному? Ты ошиблась, потому что была одна. Но просто ли ошиблась? Из-за тебя погиб один человек.

– Н, нет, я……

– Разве не ты сама вложила клинок ей в руки?

– Н, нет! Это была не я! ……хо! – миссис Джанет, закричавшая из-за абсурдности обвинений, закрыла рот обеими руками. Но слова, которые уже вырвались, не могли исчезнуть.

– ……ты видела?

Единственный очевидец этого происшествия. Миссис Джанет знает всю историю.

– Н, нет. Нет…… А-а-а! – миссис Джанет, поддавшись на провокацию Селены и сказавшая правду своими губами, попыталась поспешно отрицать это.

Однако, едва она обернулась, то увидела Кальциона, который, как миссис Джанет думала, ушёл на встречу. Он вернулся, когда только началась ссора.

Кальцион смотрел на миссис Джанет ледяным взглядом. Тело старшей горничной задрожало, поскольку по выражению его глаз она поняла, что Герцог услышал весь разговор.

В глазах Кальциона больше не было тепла в отношении миссис Джанет, которая не могла стоять на месте и осела.

Весь её мир начал крошиться и исчезать.

Честь Ренберд, которую Джанет защищала изо всех сил, просьба предыдущего Герцога и особое внимание, которое, как она полагала, предназначалось ей…… всё исчезло. Ничего не осталось.

Женщина стала пустой настолько, что ей было трудно даже просто поддерживать свою форму.

– Я хочу услышать эту историю, миссис Джанет.

Джанет, всегда державшаяся за слова Кальциона, опустила голову. Она не могла солгать, смотря в глаза, точно такие же, как у его отца.

– Я……

История миссис Джанет началась.

*****

Не в силах вынести жизни с мужем, Джанет вернулась в семью к родителям, от которых сбежала.

Если бы её муж нашёл Джанет, то её действительно могли забить до смерти. Только на просьбы и мольбы услышала: ‘Даже если ты умрёшь, ты сделаешь это рядом с мужем’. Джанет сбежала оттуда почти голая.

Деньги, которых у неё были гроши, быстро иссякли. Даже если она продала всё, что было на ней, ей всё равно нечего было есть.

В тот момент, когда Джанет думала, что умрёт от голода, её поймал муж, что последовал за ней. Умереть от голода или быть забитой до смерти. В момент отчаяния Джанет, оттолкнувшая мужа и сбежавшая, чуть не попала под копыта бегущего коня герцога Ренберд.

Герцог Ренберд лично протянул руку Джанет, которая рухнула на землю от шока, чтобы поднять её, и даже спросил, всё ли с ней в порядке.

Это была судьба.

По крайней мере, так думала Джанет.

Герцог Ренберд был равнодушным, но самым приятным человеком, которого когда-либо встречала Джанет.

Он не избивал и не унижал, чтобы получить что-то. Он даже не заставлял её ничего делать. Герцог Ренберд накормил Джанет, которая голодала, и дал ей удобное место для сна. Ни о чём не спрашивая.

Когда она сказала, что ей больше некуда идти, герцог Ренберд разрешил ей остаться в своём замке.

Для аристократов нормально жить, не зная, сколько людей в их доме, но Джанет тронуло это. Потому что она никогда раньше не получала подобных приглашений.

Через день или два, не в силах вспомнить свою жизнь вдали от Ренберд, Джанет попросилась на работу горничной. Герцог Ренберд равнодушно согласился и на этот раз.

– Всё же, я аристократка, поэтому всё будет в порядке.

– Поскольку я – аристократка, думаю, я смогу сделать для вас многое.

– Да, верно. Думаю, ты будешь с честью работать на Ренберд.

В то время с дисциплиной в замке Ренберд царил беспорядок.

Герцог Ренберд, не любивший иметь дела с детьми, пренебрегал хозяйством замка до такой степени, что удивительным было просто его появление. То же самое было и с Герцогиней, которая умела лишь наслаждаться роскошью, но не умела ухаживать за замком.

Миссис Джанет брала одну обязанность за другой лишь во имя своей веры.

Даже если это было что-то, чего она ранее не делала, Джанет не видела в этом ничего страшного, поскольку у неё была сильная мотивация. Так Джанет зарекомендовала себя как незаменимый человек в замке Ренберд.

Однако всё окружение герцога Ренберд было для него проблемой.

Особенно Герцогиня.

Они обе происходили из маленьких аристократических семей, но одна стала Герцогиней, а другая горничной, вызывая в последней жадность. Это было просто абсурдно. Однако Джанет пыталась помочь сопернице стать Герцогиней, достойной Герцога, ради него.

Со временем между ними скопились лишь неприязненные чувства, а после родился Кальцион.

Герцогиня поначалу проявила интерес к ребёнку, но вскоре он угас.

Поскольку няня тоже была человеком, бывали моменты, когда она уставала воспитывать ребёнка. Всякий раз, когда это случалось, Джанет оставалась рядом с Кальционом.

Единственный кровный родственник герцога Ренберд. Следующий Герцог, который будет блистать честью Ренберд. Будет ненапрасным, даже если я отдам всё.

Герцогиня, словно ей не нравилось, что её сияющий ребёнок попадает в другие руки, даже мешала Джанет приблизиться к нему.

Как бы искренне она не служила, Джанет не могла победить, потому что Кальцион не был ребёнком, которого она родила. Она всегда нервничала по поводу того, что произойдёт, если он станет таким же плохим, как Герцогиня, но, в отличие от беспокойств Джанет, Кальцион вырос похожим на герцога Ренберд.

Теперь ему оставалось лишь встретить наиболее подходящую для него пару, но с этого момента всё стало идти не так.

Почему парой для Кальциона, который обсуждал брак с Розалин, дочерью маркиза Тойлана, стала Ирэль, ничтожная девушка из бедной семьи, как и предыдущая Герцогиня?

Предыстория, поведение, внешность, – Джанет не нравилось ничего. И она сама не нравилась. Помолвка ещё не была подтверждена, поэтому Джанет надеялась, что девчонка выйдет из себя и уйдёт.

И что удивительно, это действительно произошло.

Ирэль стала обращать взор на светский мир столицы и медленно пошла по пути самоуничтожения. Джанет просто смотрела на это холодным взглядом. Однако необходимо было сделать так, чтобы это не повредило репутации Герцога.

В тот момент, когда Джанет узнала, что Ирэль использует проход, который использовала предыдущая Герцогиня, для свиданий со своим любовником, ей захотелось убить её своими руками. Однако воля Кальциона заключалась в том, чтобы она помогала Ирэль. Джанет не могла сопротивляться его воле.

Возможность пришла из неожиданного места.

Смелость Ирэль зашкаливала. В ночь перед помолвкой она затащила любовника в свою комнату. Даже зная, что Джанет находится в соседней комнате.

Это было невероятно отчаянно. Одного того, что Ирэль была беременна, было достаточно, чтобы свести любого с ума, но завтра была церемония помолвки. Джанет не знала, кто её любовник, но поняла, что его положения достаточно, чтобы Ирэль могла сказать:

– Я беременна твоим ребёнком, позаботься обо мне.

Вот только тот человек не собирался нести за это ответственность.

Крики Ирэль начались с его холодных слов:

– Это твоё тело, поэтому ты должна заботиться о нём.

На угрозы Ирэль умереть, приставившей кинжал к своему запястью, он пробормотал:

– Это тоже будет неплохо.

После этого раздался резкий крик.

– Почему не умираешь? Ты же сказала, что умрёшь.

Когда Джанет услышала так много, она открыла дверь.

– Аха? Здесь была горничная.

Джанет, аристократка из низшего сословия, не узнала Кронпринца. Она просто догадалась по его словам и внешнему виду, что он был не простым мужчиной.

Мужчина похлопал Джанет по плечу и прошёл мимо, как ни в чём не бывало:

– Ты должна хорошо запирать дверь, когда спишь. Да?

Джанет, почувствовав, что если она не послушается мужчину, ей тут же снесут голову, не могла пошевелиться. В это время мужчина вышел через комнату Джанет, оставив её и Ирэль вдвоём.

Ирэль, схватившаяся за окровавленное запястье, посмотрела на Джанет. Перед ней лежал окровавленный кинжал, который держал мужчина. Ирэль даже не могла избавиться от отчаяния в своих глазах.

Что делать? Что теперь делать? – Ирэль, не в силах думать, взмолилась одними глазами.

Джанет смотрела то на Ирэль, то на окровавленный кинжал, прежде чем сделать шаг назад к двери:

– Я расскажу Его Превосходительству.

– Пожалуйста!

– Если бы это была я, то я бы умерла как можно быстрее, чем жила с подобным позором.

И закрыла дверь за своей спиной.

Джанет не отводила взгляда от двери, снова и снова слушая рыдания Ирэль всю ночь.

В конце концов, Ирэль решила покончить с собой. Но, даже когда рыдания Ирэль прекратились, Джанет не открыла дверь.

Она забралась в кровать и закрыла глаза.

*****

После признания Джанет все присутствующие в зале не могли дышать из-за своей растерянности.

Это было намеренно?

Кальцион слушал рассказ Джанет в холле, куда приходили и уходили слуги и горничные.

Репутация миссис Джанет резко упала на дно, и не осталось никого, кто не знал бы всей истории случившегося.

Кальцион вынес приговор.

Глава 141 - Эпизод 13. «Горный хребет монстров.»

– Миссис Джанет, какой бы искренней вы не были, вещи, которые вы совершили, находились вне вашей власти. Вы скрыли от меня то, что происходило внутри Ренберд, и манипулировали этим, за что я презираю вас. Я не собираюсь когда-либо прощать это, – в голосе Кальциона не было даже намёка на теплоту. – Мне хочется перерезать вам горло, обвинив в пренебрежительном отношении к Ренберд и косвенном причинении вреда людям Ренберд.

При словах, что он хочет покончить с собой, глаза миссис Джанет расширились, словно она вот-вот упадёт в обморок.

Между нами никогда не было тепла, но я думала, что я намного ближе к нему, чем другие.

Мой господин. Хозяин Ренберд, которого я вырастила. Смысл моей жизни.

Я – не никто, – всю жизнь миссис Джанет отрицала это.

Всё её тело задрожало:

– Вы, вы не можете сделать это со мной. Мной. Той, что отдала Ренберд всё.

Вместо того, чтобы быть шокированным этими словами, глаза Кальциона стали ещё холоднее:

– Нет сомнений в верности и страстности, которую вы посвятили Ренберд. Однако, вы сейчас спорите со мной о цене верности? Дерзко.

Дерзко, – это слово отлично представляло и описывало положение Джанет.

Сколько бы она ни поднималась, она не могла стать матерью Кальциона. Не могла стать мадам Ренберд.

Даже если предыдущий Герцог подобрал миссис Джанет и доверил ей работу, она была просто человеком, который работал на него.

Иллюзия, которая была в её голове всю жизнь Джанет, рухнула.

Как бы усердно я ни работала, как бы ни отдавала себя, я не смогу стать членом Ренберд, – разум миссис Джанет рухнул.

– Если вы хотели поспорить о цене, вам следовало попросить поговорить о зарплате, а не быть настолько эгоистичной.

Это не то, что я хотела.

Это совершенно не то, что я хотела.

Я наделялась на слишком многое. Что-то настолько большое, что несколько монет, прибавленных к зарплате, останутся незамеченными.

Правда в том, что я хотела, чтобы Ренберд не мог двигаться без меня, и хотела, чтобы я была первой, к кому бегут, чтобы что-то обсудить в замке. Хотела, чтобы даже Герцог не мог двигаться без меня. Я думала, что так и будет.

Но в Ренберд слишком много вещей, и Герцог хозяин всего. Я не придала этому особого значения, – миссис Джанет опустила голову.

Теперь она поняла, что Ренберд не был её.

Цель её жизни исчезла.

Сначала это была преданность. Джанет была тронута теплотой предыдущего Герцога и просто хотела чем-то отплатить ему.

Только неправильно быть жадной.

Её преданность приняла неправильное направление. Джанет было трудно даже остановить ногу, когда она начала бежать в неправильном направлении.

Только сейчас ей пришлось остановиться. После того, как Джанет столкнулась с пропастью.

– Приказываю задержать её до тех пор, пока неверность Кронпринца не будет раскрыта.

Даже для миссис Джанет, которая была рядом с ним всю свою жизнь, вердикт Кальциона не был мягким.

– Естественно, после этого вы больше не сможете ступить в Ренберд.

Ренберд вышвырнул миссис Джанет.

Миссис Джанет, которой уже было всё равно, выживет она или умрёт, молча покачала головой.

Живая и в то же время нет.

Эпизод 13. «Горный хребет монстров.»

Когда я впервые прошла через этот сад, я стояла, словно ёж.

К необходимости адаптироваться к незнакомому миру добавлялась тревога от незнания того, когда и кто может прийти, чтобы убить меня. Тогда это было довольно большим ударом.

Всё было незнакомым и страшным, поэтому я притворялась сильнее, чем была, – смотря на ночное небо, где мерцали незнакомые созвездия, Селена сделала медленный шаг.

Проходивший мимо слуга узнал Селену и прошёл мимо неё с почтительно опущенной головой. Селена тоже слегка поклонилась ему и вновь обратила свой взор к небу.

Сейчас мне не нужно притворяться сильной. Все в замке Силэнзы знают меня, и я знаю, какое влияние могу иметь, даже не притворяясь сильной.

Те, кто уверены в своей силе, будут источать эту силу, даже если не выражают её открыто.

– Воздух прохладный.

Селена услышала шаги приближающегося Кальциона, но намеренно не повернула голову, даже когда плащ накрыл её плечи.

Плащ, пропитанный теплом Кальциона, был уютным.

Селена всё же оглянулась на мужчину, обеими руками придерживая его плащ:

– Совещание закончилось?

– Неотложная работа.

Лицо Селены потемнело:

– Как и ожидалось, Кронпринц не стоит на месте, верно?

Как только они вернулись в Силэнзу, Кальцион не мог сомкнуть глаз, посвятив себя совещаниям. Он всегда был занят, но это был первый раз, когда его занятость была такой плотной.

Речь идёт не только об учениях и управлении территорией, но и о войне, которая могла в будущем стоить больших денег. Неважно, насколько стальной была выносливость Кальциона, тени усталости под его глазами были густыми, словно он ничего не мог изменить до того момента, пока его силы не истощатся полностью.

– Я был готов к тому, что это когда-то произойдёт. Вопрос в том, какой из вариантов он выберет.

Он говорил это не только для того, чтобы успокоить Селену. Поскольку у Кальциона всегда были плохие отношения с Кронпринцем, не было ничего неожиданного в том, чтобы подготовить план на случай непредвиденных обстоятельств. Это была довольно счастливая новость.

– Надеюсь, это сработает, – Селена не стала глубоко копать.

Я всё равно скоро уйду, вмешиваться в дела Ренберд будет чересчур.

– Могу ли я помочь ещё чем-нибудь?

– Можешь. Многим.

– Многим?

Дело Ирэль полностью раскрыто. Оно завершится, когда приедет Джуна с предсмертной запиской, поэтому мне не нужно ждать его конца.

Когда Селена была удивлена неожиданным замечанием, Кальцион ответил вполне серьёзнее:

– Работай рядом со мной, чтобы вместе беспокоиться о делах, успокаивать моё сердце и есть вместе.

– Как думаете, питомец справится с этим для вас?

– Это наполовину шутка, – у Кальциона было серьёзное лицо, которое не походило на то, когда шутят, но Селена прикрыла глаза, потому что ей было жаль спорить с усталым человеком. – Если я начну просить тебя всерьёз, просьбам не будет конца.

– Вы заставите меня хорошо есть, спать рядом с вами и целовать вас, когда у вас итак всё хорошо?

– Я не думал об этом до сих пор, но это невероятно здорово.

В этот раз слова Кальциона были серьёзными.

Он сказал, что попытается поймать сердце Селены, и иногда ловил его таким образом.

Кальцион выдавал много хороших предложений, но прямо не говорил ей не уходить. Как он сказал в начале, выбор был за Селеной. Однако политика максимального убеждения до принятия ею решения продолжалась.

– Зарплата такая, какая ты хочешь, и срок контракта такой, какой ты хочешь. Как тебе?

– Я подумаю об этом.

– Что, если ты не сможешь вернуться?

– Тогда я и подумаю об этом. Изменятся ли условия после этого снова?

Они обменялись шутками, но ни один из них не рассмеялся.

Внезапно подул прохладный ветер.

– …… – улыбка исчезла с лица Кальциона.

То же самое было и с лицом Селены.

– Я должна знать? – Селена почувствовала, что наконец пришло время раскрытия способа возвращения.

Кивнув с застывшим лицом, Кальцион тяжело вздохнул, словно принимая окончательное решение, и взял Селену за руку.

*****

Кальцион взял Селену за руку и спустился в подвал замка.

Структура замка Силэнзы была довольно сложной. Кальцион объяснил, что он был построен таким образом для защиты, поскольку в прошлом монстры часто пересекали гору.

Длинный коридор, освещённый факелами, вёл под землю.

Селена следовала за Кальционом, осматривая коридор с каменными стенами без каких-либо узоров или украшений.

– Есть сокровища, которые хранятся в таком месте, что будут похоронены вместе с замком, если что-то случится и он рухнет. ‘Это’ точно такое же.

В конце коридора была большая железная дверь. Кальцион сам открыл её. Дверь была такой толстой, что у него на предплечьях вздулись вены, когда Кальцион открывал её.

Внутри было темно.

Кальцион вошёл внутрь с факелом, взятым снаружи, и ударил им куда-то по стене, пламя распространилось по стене со звуком горения.

В комнате стало светло.

Селена медленно оглядела комнату, которая была не очень большой. Такие предметы, как антиквариат, стояли удалённо друг от друга. Комната была похожа на выставочный зал.

Кальцион также медленно повернулся и осмотрел предметы в комнате, вероятно, потому что очень давно не приходил.

– Это меч, которым пользовался 1-й Герцог. Я слышал, что в нём содержится первая технология, позволяющая плавить кости монстра, поэтому он был сохранён.

– Он не похож на то, что нужно скрывать……

– Это первая технология плавления монстров, поэтому она давно утеряна, а меч сохранён лишь для справки.

– Аха……

Объяснив ещё несколько вещей, Кальцион остановился перед книгой.

– Это оно?

– Говорят, это оно.

– Вы не уверены?

– Это записи, оставленные создательницей браслета, но я не могу прочесть их. Говорят, ‘их может прочесть только тот, кому это нужно’.

Селена вздохнула, открывая книгу.

Пусть эта вещь походила на книгу, но внутри были записи от руки. Словно чей-то дневник.

Когда Селена впервые посмотрела на написанное, ей стало интересно, будут ли там буквы или картинки. Всё же, там определённо были не буквы, привычные для этого мира.

– ……о.

Читается.

[Если ты можешь прочесть это, ты, вероятно, из другого мира и ищешь способ вернуться в свой изначальный мир.]

Удивлённая содержанием, чётко отпечатывающимся в её сознании, Селена повернулась к Кальциону.

– Читается?

– Да.

Кальцион также выглядел изумлённым, словно и не думал, что это можно прочитать.

Селена быстро перевела взгляд на страницы книги.

[Я архимаг Сонтолэн, здесь говорят, что это странное имя. Тебе не нужно пытаться произнести его.]

Автор тоже был человеком с юмором.

Далее следовало краткое объяснение этого мира и теории смещения измерений.

[В результате исследований было выяснено, что это природное явление. Это непостижимое событие в месте без магии, но магия существует, и те, кто умеет обращаться с магией, должны вернуться к понятным расчётам.]

Селена кивнула, читая написанную строчку за строчкой.

В эпоху, когда наука не была развита, были времена, когда даже гром и молнии трактовались как воля Божья. Точно так же магия может быть явлением, которое могут понять лишь знающие люди.

Записи оказались длиннее, чем ожидалось.

Возможно, из-за того, что она была человеком, имя которого использовалось как имя великого мага, но объяснялось всё шаг за шагом так, чтобы даже несведущие могли понять. И поэтому их было много.

Введение можно прочитать позже. Сейчас нужно знать, какой вывод, – Селена перевернула книжные страницы.

Наконец, она нашла желаемый вывод.

[……значит, можно вернуться в тот мир, из которого мы пришли.]

Глава 142

Можно вернуться.

Можно вернуться.

Эти слова ударили Селену в грудь.

– ……ха, – закрыв книгу, она посмотрела на потолок.

Хоть Кальцион говорил, что способ есть, Селена только что подтвердила, что действительно может вернуться. И её сердце забилось как сумасшедшее.

Сердце Селены, которое всё это время дрожало от того, чтобы сдаться и не возвращаться, перевернулось от уверенности, что она может вернуться.

Я – не человек этого мира, – как только Селена подтвердила это ещё раз, корни, которые она пыталась пустить в этом мире, были вырваны.

Если я могу вернуть, я должна вернуться. Разве не поэтому я до сих пор усердно работала на Кальциона?

Это момент, когда первоначальная цель достигнута.

Я должна быть счастлива.

– Могу вернуться.

Но улыбки не было.

Не только работала. Также полюбила.

Заявление о том, что она может вернуться, было смертельным приговором, вынесенным их любви.

Кальцион лишь глубоко вдохнул и выдохнул, не выказывая особого эмоционального отклика:

– Способ?

– Думаю, стоит прочитать немного впереди.

– ……хорошо. Тогда возьми её и медленно прочитай.

– Я могу забрать её?

– Кроме тебя она никому не нужна.

Книгу перенесли сюда на хранение, но даже если выкинуть её на улицу, никто не станет подбирать её.

Селена взяла книгу, как только Кальцион договорил.

……нет, попыталась.

За мгновение до этого книга оказалась в руках Кальциона.

– Она не слишком тяжёлая, зачем вам брать её? – невинно спросила Селена.

Вместо ответа Кальцион посмотрел на неё глазами, в которых не было улыбки.

Улыбка, которая обычно вызывала отклик, когда Селена улыбнулась Кальциону, постепенно исчезла с её лица.

– Что, если я не отдам её?

Несмотря на злодейскую безжалостность в словах, Селена заметила колебание в его глазах. Даже если Кальцион говорил это, он не мог скрыть тоску и колебание, которые бушевали в его сердце.

Селена легко улыбнулась:

– Если хотите, так и быть.

– Так и быть?

– Думаю, позже вы бы пожалели об этом. Если бы кто-то за вас выбрал путь в жизни, разве вы бы не обиделись на него позже?

Кальцион тихо положил книгу на место:

– Если бы я мог завершить это без обид, я бы сжёг её прямо сейчас.

– Почему не сделаете это?

– Я хочу получить тебя всю.

– У вас ведь уже есть это?

Я призналась во взаимной любви, сказала, что могу остаться, если придётся. Сказала, что отдам свой разум и тело, так что ещё нужно Кальциону?

– Если я сейчас вот так вот заставлю тебя отступить, ты можешь когда-нибудь попытаться вернуться в тот мир. Мне ненавистна мысль о том, чтобы потерять твоё сердце. Разве я не буду чувствовать себя виноватым каждый раз, когда буду видеть это?

Как и сказал Кальцион, у Селены не было уверенности в том, что она полностью забудет свой изначальный мир после того, как откажется от возвращения туда.

Я должна попробовать хотя бы раз, чтобы не сожалеть об этом до самой своей смерти.

– Делай что хочешь, пока не уйдёшь в тот мир.

Кальцион казался великодушным, но это также значило, что он не сдастся до самого конца.

– Ещё не поздно сделать свой выбор.

В конце концов, даже сама Селена не знала, какой выбор она сделает.

Кожаная обложка книги, к которой прикасались кончики её пальцев, была исключительно грубой.

*****

Даже после этого Кальцион продолжал оставаться занятым. Было много раз, когда всё, что могла Селена – это мельком увидеть его лицо во время утренней тренировки.

Большинство приёмов пищи легко превращались в совещания, а сон был на уровне короткой дрёмы в зале собраний. По крайней мере, он не засыпал, пока бодрствовала Селена.

Понимая, что подготовка к войне непростая, как бы они не были подготовлены заранее, Селена в одиночестве разбиралась с записями Сонтолэн в своей комнате.

Сонтолэн, казалось, действительно хотела помочь и написала объяснения простым для понимая языком, который мог понять даже ребёнок. Если внимательно читать каждую строчку, даже не имея базовых знаний, можно было следовать ей.

Проблема заключалась в том, что уровень сложности знаний, которые нужно было передать, был довольно высоким.

Если в мире Селены доминировала наука, то в мире Сонтолэн доминировала магия.

Точно так же, как обычным людям не свойственно понимать и жить наукой о путешествии в космос, магия движения измерений также не была чем-то, что могли понять посторонние.

Хорошим фактом было то, что даже если ты не понимаешь принцип движения миров, можно было рассчитать положение возвратного прохода через объяснённый метод. Даже если Селена не понимала принцип, это становилось возможным для неё, если внимательно изучить записи.

– Что за проблема.

Селена так долго смотрела на записи, что её зрение затуманилось. Она никогда не смотрела ни на что так пристально, кроме сценариев, но не могла поверить, что её зрение затуманилось лишь из-за того, что требовалось выучить.

Отложив ручку, словно бросая её, Селена уткнулась лицом в кровать.

Недостаток сна был и у Селены. Были времена, когда она настолько концентрировалась на расчётах, что иногда забывала, был ли день или ночь, а иногда не могла нормально спать. Внезапно оказалось, что лежать в постели в одиночестве и просить поспать с ней было так неловко, что девушка почувствовала себя кем-то, кто забыл, как засыпают.

Прижав воспалённые глаза тыльной стороной ладони, слегка массируя их, Селена вновь переключила свои мысли на записи Сонтолэн.

Сонтолэн даже внесла в книгу карту другой стороны горного хребта монстров. Благодаря этому рассчитать и найти точку ориентира стало гораздо проще.

Интуитивно было увидеть глазами, чем смутно запоминать в голове числовые координаты. После ещё немногих вычислений Селене показалось, что она сможет вывести точную точку.

– Если найду……

Что будет после?

Кальцион лишь попросил меня сообщить ему, когда расчёты будут закончены.

Он ничего не сказал Селене о том, собирать ли ей вещи и уходить в одиночестве, пошлёт ли он кого-то с ней или же поедет сам.

Чем больше Селена была одна, тем больше она думала об этом.

Бесполезные заблуждения заполнили её голову.

Кальцион, провожающий её в воротах, отворачивается, чтобы скрыть слёзы. Или то, как они расходятся в метель.

– Я снялась в слишком многих фильмах, – Селена покачала головой и снова уткнулась лицом в подушку.

Но даже когда она закрыла глаза, несчастное лицо Кальциона продолжало оставаться перед её глазами.

Он будет плакать? Если заплачет, я сдамся.

Если спокойно отпустит, без слёз, думаю, мне тоже будет грустно.

Я могу уйти с большим шумом. Должна ли я заставить его задержать меня? Тогда, возможно, мне и не придётся притворяться, что мне не нравится это.

Губы Селены недовольно разомкнулись:

– У меня на глазах разгорается война, где взять время на подобные размышления?

Возможно, я единственная, кто на перепутье жизни и смерти думает о подобных вещах.

Да, точно, так тоже хорошо. Любовь на один сезон. Если мы расстанемся, когда горим наиболее красиво и страстно, то сможем оставить нашу любовь как хорошее воспоминание на всю оставшуюся жизнь, – Селена, утешающая себя так, глубже зарылась лицом в подушку.

Через несколько мгновений комнату наполнили всхлипы.

*****

Селена нахмурилась, ощущая, как щекочет кончик носа.

Должно быть, я не заметила, как заснула.

– М-м-м…… – она запротестовала против щекотного прикосновения, и оно вдруг ускользнуло.

Словно ветер унёс его в другую сторону.

Пусть даже Селена ещё не проснулась, она помнила, что единственным человеком, который мог так к ней прикасаться, был Кальцион.

Уголки губ Селены естественным образом приподнялись, когда её окутало тёплое чувство от прикосновений, которые сделали её слёзы печали почти бесцветными.

Пальцы Кальциона снова осторожно приблизились к Селене и в этот раз коснулись волос, упавших на её лоб, убирая прядь за прядью. Прикосновения Кальциона прошлись по её лбу, коснулись бровей, спустились по переносице и приземлились на губы.

Селена почувствовала слабое тепло кончиков пальцев, касающихся её собственных губ.

Послышался шорох одежды. Селена изо всех сил старалась не дать векам дрогнуть. Но в тот момент, когда их губы соприкоснулись, она не могла сдержать перехватившего дыхания.

Пальцы Селены и Кальциона переплелись, их губы прижались друг к другу, сильнее вжимая ладони друг в друга.

Только вместо того, чтобы углубить поцелуй, их губы на мгновение разомкнулись и, словно не в силах побороть желание, вновь слились друг с другом спустя мгновение.

Что-то внутри их тел зудело и скручивалось.

Кальцион выдохнул, садясь у изголовья кровати и поглаживая Селену по волосам. Это было доброе и тёплое прикосновение, словно он помогал ей уснуть несмотря на то, что Селена притворялась спящей.

Незаметно для Селены, её разум вновь стал шатким.

Рука Кальциона отстранилась. Чувствуя, как он тихо встаёт, Селена стряхнула с себя сонливость и открыла глаза:

– ……просто уйдёшь?

Кальцион, пойманный за край одежды, остановился и оглянулся:

– Я тебя разбудил? Прости. Спи дальше, – натянув одеяло на плечи Селены, пожелал он.

– Очень занят?

Скажи мне, что делать.

Вместо ответа Кальцион виновато улыбнулся.

– Разве сейчас не самое время немного прилечь?

– Мм……

Серьёзно, кажется, что он так занят, что не может моргать.

Если бы я не видела это своими собственными глазами, то смогла бы отпустить его, ведь Кальциону отлично удаётся притворяться сильным.

– Разбудили меня. Я уложу вас спать.

– Хорошо, – Кальцион снова лёг на кровать и погладил Селену по волосам.

Селена поднесла его ладонь к своей щеке и прижалась к ней губами. Было приятно видеть, как его длинные твёрдые пальцы дёргаются от удивления.

– Холодные.

Услышав это, Кальцион на мгновение заколебался, но снял пиджак и забрался в кровать лишь в рубашке. Сейчас, когда Селена говорила о том, что ей холодно, он автоматически сдавался. И совсем не думал о том, чтобы добавить ещё дров в камин.

Как только Кальцион протянул руки, Селена перевернулась и прильнула к его груди.

Кальцион поддержал Селену за спину другой рукой, которой гладил её по волосам и, наклонив голову вниз, уткнулся губами в её макушку.

Он сделал глубокий вдох, задерживая запах Селены в своих лёгких. Это был долгий и весомый вдох, как дыхание перед началом чего-то.

– Очень холодно? Добавить ещё больше дров?

– Нет. Просто нужно крепко обнимать меня.

Их объятья стали крепче, а тела ближе друг к другу.

Грудь встретилась с грудью, пупок с пупком. Нижняя часть живота и бёдра плотно прижались друг к другу, как если бы они с самого начала были одним телом, подходя друг к другу без каких-либо зазоров.

Глава 143

Несмотря на то, что Кальцион крепко обнимал её, не давая даже возможности дышать полной грудью, ей было довольно удобно и комфортно.

– Мм…… – Селена удовлетворённо простонала от этого дурманящего голову чувства сдержанности.

Словно отвечая ей, Кальцион ещё сильнее сжал руки.

Когда напряжение в теле Селены, которая не высыпалась последние несколько дней, было снято, сонливость вернулась к ней в одно мгновение.

– Твоё исследование идёт хорошо?

– Да…… почти закончила…… – пробормотала Селена в полусне в ответ на вопрос Кальциона, предлагающего поговорить о волнующем вопросе. И тут же жалобно добавила. – Вы ведь сказали, что будете стараться изо всех сил…… это самое лучшее?

Кальцион рассмеялся. Его дыхание слегка коснулось волос на её лбу:

– Нельзя представить себе грабителя, который достанет тебя с помощью нескольких мелочёвок. Я готовлю огромный удар, от которого даже ты не сможешь отказаться.

– Ммм……? Я удивлена вашему терпению.

– Хм…… Это недостаточно хорошо по моим меркам. Не знаю, что ещё сделать.

– Хе-хе-хе…… не унывайте.

– Я использую всё, что в моих силах, поэтому дай мне подсказку. Что понравилось тебе сильнее всего на свете? – казалось, говорить об этом было очень тяжело и голос Кальциона звучал нехарактерно слабо.

Была ли сложность в этом из-за его плотного графика или ему действительно было трудно придумать что-то, что убедило бы Селену? Неизвестно, какой вариант был правильным, но несмотря на ворчливость, голос Кальциона звучал слабо.

– Эм…… Я получила коробку бумажных журавликов……

– Бумажных журавликов? Журавликов, которых складывают из бумаги? Тебе понравились они?

– ……я была удивлена, что есть люди, которые действительно делают их……

Невозможно было не удивиться тому, насколько они были хороши.

– Ещё мне понравилось, когда я получила свою фотографию в 100-м выпуске популярного журнала.

– Я давно не рисовал, поэтому, думаю, уже поздно учиться рисовать заново.

Ей стало жаль Кальциона.

– Звучит не очень хорошо. Я просто была поражена тем, насколько красива там.

Когда Селена попыталась подробнее ответить на вопрос, она не может вспомнить ничего. Удивительно, но было не так много моментов, которые затрагивали её эмоции.

Это было частью работы. Любовь людей была показателем удовлетворённости потребителей. Поэтому, сколько бы похвалы и внимания я ни получала, это воспринималось лишь как благоприятный отзыв о моей работе.

Иногда я удивлялась и благодарила, когда получала искренний подарок или внимание, но это не вызывало особых эмоций. Я не верила в то, что эта любовь была направлена на меня.

Кальцион отличается от этой публики. Я чувствую, когда его глаза смотрят на меня, и знаю, что тепла в его глазах достаточно, чтобы было жарко.

Возможно, поэтому даже получение одного цветка заставляет моё сердце трепетать. Невероятно захватывающие чувства.

Ну, думаю, я буду впечатлена, чтобы он не делал.

Как я буду чувствовать себя после получения?

Забуду ли я изначальный мир так, словно его никогда не существовало? Или просто смогу отвернуться с благодарным сердцем?

– Согласно тому, что я услышал, кажется, это была трудная жизнь с небольшими радостями.

– М, так и есть. Я определённо не из тех людей, которые будут плакать, потому что меня тронуло простое цветочное кольцо.

– Стоит подарить весь цветочный сад.

– О. Это немного трогательно.

Это была глупая шутка для них обоих, но сердце Селены определённо забилось быстрее, представляя это, чем когда она получала цветок.

Казалось, она даже не могла скрыть своих эмоций. Селена чувствовала, как Кальцион странно смотрит на неё.

– ……мне и правда не стоит дарить это. Ты будешь тронута, когда получишь, но, получив, не будешь знать, где использовать его.

– Хм, точно. Тогда подумайте о практичности.

– Подумаю хорошенько……

Разговор продолжался, а затем Селена заснула.

*****

Когда Селена проснулась следующим утром, она была одна в постели.

Естественно, он ушёл на совещание.

Потому что прошлой ночью я намеренно поймала его, пытающегося сразу уйти, и уложила спать.

Хоть разум Селены думал об этом как о чём-то ‘естественном’, её сердце беспомощно сжалось, когда она увидела пустую кровать. Холод, который девушка едва прогнала прошлой ночью, вернулся.

Селена снова завернулась в одеяло. Она надеялась, что хотя бы тепло, оставленное Кальционом, осталось на нём.

*****

– ……закончила.

Селена, наконец-то, завершила подсчёты, с которыми боролась в течение многих дней. Она смогла точно отыскать точку на карте, необходимую для возвращения.

Неважно, смогу я вернуться или нет, заниматься расчётами оказалось на удивление весело. Если бы у меня была возможность сосредоточиться на учёбе, думаю, я бы также усердно работала и над ней.

Кальцион, сидевший за другим столом и читавший стопку документов, поднял голову.

Они едва могли посмотреть друг другу в глаза из-за высоты стопок бумаг по обе стороны от него.

– Нашла.

– Да. Как и ожидалось, она находится по другую сторону гор монстров.

– В конце концов, нам придётся пересечь горный хребет.

– Это возможно?

Кальцион на мгновение задумался и кивнул:

– Невозможно. Однако я готов.

Пересечение заснеженных гор монстров не было обычным делом. Пересечение горного хребта также было проблемой, а монстры, которые могли появиться за это время, являлись ещё большей проблемой.

Другая сторона за горным хребтом – земля в полном владении монстров.

Лишь услышав слова Кальциона, Селена поняла, что это место нельзя было пересечь так же просто, как провести линию на карте.

– Я могу уйти?

– Можешь уйти, если хочешь. Я отпущу тебя.

– Думаю, в такое время можно быть немного строже и сказать, что я не могу уйти.

Кальцион лишь молча улыбнулся.

– Когда вы собираетесь использовать сильнейшее убеждение?

– Когда придёт время?

Смотря на то, как говорил Кальцион, не казалось, что он медлит, потому что неуверен в себе, и казалось, действительно ждёт подходящего момента. Кальцион решил пройти весь путь до двери в другой мир и хотел, чтобы Селена сделала выбор. Вот настолько он верил в то, что она сделает реальный выбор.

После того, как я узнала, что путь назад есть, то уже проделала почти большую часть пути назад. Что же это на самом деле? Мне любопытно, но я не думаю, что он расскажет, если я спрошу.

Кальцион обошёл стол и подошёл ближе к Селене. Он сел за её стол и посмотрел на расчёты Селены, а затем проверил место, отмеченное на карте.

– Не знал, что ты хорошо разбираешься в магии.

– Я просто сделала расчёты в соответствии с инструкцией, – хоть внешне Селена спокойно пожала плечами, внутри она содрогнулась.

Пусть мне не довелось выпускать огонь из рук, но это тоже было довольно великим делом.

Формула, созданная архимагом, представляла собой разбивку магического процесса на мельчайшие единицы. Независимо от того, насколько единиц он разбит, результат всё равно не легче, чем одно единственное заклинание. Стопка бумаг на столе Селены доказывала это.

– Просто оставшись здесь и изучая записи, оставленные Сонтолэн, ты можешь стать героем, изменившим мир.

– Это предложение о приёме на работу?

– Зарплата такая, какую хочешь.

Хоть Кальцион и приберёг грандиозный удар, но не забывал и о маленьких искушениях.

Селена сменила тему разговора, вместо того, чтобы продолжить его, поскольку она была единственной, кто мог полностью успокоить Ренберд:

– Кто-нибудь, кроме Сонтолэн, когда-нибудь пересекал горы?

– Герцог с супругой и эскортом пересекали их.

– Они не Сонтолэн, так были ли в порядке?

– Нет никаких записей о том, что Сонтолэн выпускала огонь из своих рук, чтобы истреблять монстров.

Селена, естественно, предполагала, что это так, но была поражена.

Кальцион рассмеялся, словно чётко увидел это. Первым, что приходило в голову, когда ты слышишь слово маг, это метание огнём из рук, поэтому, казалось, Кальцион не мог выдержать того, что Селена была так мила и невинна, как ребёнок.

Он прижался губой к макушке Селены, словно она была ребёнком, и осыпал поцелуями её лоб, переносицу, щёки и губы.

– А, боже! Прекратите! – в конце концов, Селена извернулась и оттолкнула его.

– Почему, когда что-то настолько мило и прелестно, невозможно вынести это, не расцеловав.

– Я не говорила ничего подобного!

Начал придумывать слова, которые я никогда раньше не говорила.

Северный Герцог, похожий на ледник, растаял, – Селена испустила невидимый выдох, ощущая незначительное чувство ответственности.

– Теперь, когда известно место, необходимо готовиться к отъезду. Если есть вещи, которые ты хочешь взять с собой, возьми. Такие, которые можно унести на себе. Нам придётся идти пешком.

Даже когда они впервые встретились, Кальцион и Селена передвигались пешком. Было довольно трудно вести лошадь в такое крутое и даже дикое место.

– Я приготовлю еду и снаряжение, необходимые для похода…… Есть ли что-то ещё, что нужно подготовить?

– Драгоценности? – ответила Селена, ни секунды не думая.

Я должна позаботиться о том, что заработала. Любовь важна, но контракт есть контракт.

– Да, позаботься об этом. Выбирай только то, что хочешь взять с собой. Если есть что-то, что требуется ещё, дай мне знать. Есть ещё?

– Хм…… А, одежда. Я не могу уйти в этом.

– А, придётся сшить отдельно. Вызову портного.

– Да, спасибо.

Кальцион посмотрел на лицо Селены.

– Что?

– Выглядишь взволнованной.

Сказать нет, было бы соврать.

На самом деле, трудно представить, что Кальциона больше не будет рядом, – от этого волнение от возвращения домой лишь смутно возрастало в Селене.

Там дом, в котором никого нет, но он всё равно остаётся домом, который я построила.

Интересно, есть ли там кто-нибудь, кто ждёт меня?

– Если вам это не нравится, почему бы вам не попробовать сделать один удар?

Кальцион посмотрел на Селену, которая говорила дразнящие слова с провоцирующим взглядом, и, улыбнувшись, покачал головой:

– Ты должна знать. Что я более терпеливый человек, чем ты думаешь.

– Ох, как страшно.

– Точно, очень страшно.

Селена рассмеялась, легонько хлопая Кальциона по бедру, показывая, что ей совсем не страшно. Но рука, которой она ударила, ощутимо заболела, и вскоре её смех стих.

.

Глава 144

Кальцион сказал слуге привести портного и обменялся несколькими словами с только что пришедшим Дионом.

Совещания, продолжавшиеся днём и ночью, значительно сократились. Вместо них увеличились короткие беседы с Дионом и его подчинёнными, приходящими с докладами.

Селена слушала их, находясь достаточно близко, но никого из них совершенно не заботило, слушала она это или нет.

– И послезавтра мы уходим.

Дион смотрел то на Селену, то на Кальциона как на сумасшедших:

– Вам действительно нужно делать это?

– Это было изначально внесено в контракт.

– Так и есть.

– Так в чём дело?

– Но! – Дион даже осмелился повысить голос перед Кальционом, считая, что тот совершает совершенно безумный поступок.

Только небольшое изменение высоты голоса Диона не повлияло на решение Кальциона:

– Это не реально. Невозможно.

– Собираешься ослушаться?

– ……разве подобное возможно? – импульс, при котором, казалось, Дион был готов до победного цепляться за ноги Герцога со слезами на глазах, мгновенно стих при ледяном вопросе Кальциона.

Тело автоматически следовало за волей господина, не давая своему хозяину подумать.

– Я действительно не понимаю.

Только не могло остановить ворчание.

– Я тоже себя не понимаю, – эта ухмылка была реакцией, не вообразимой для прошлого Кальциона.

В ситуации, которую нельзя было объяснить ни рационально, ни эмоционально, лицо Диона вытянулось ещё сильнее. Словно его интуиция кричала о том, что всё, что произойдёт в будущем, будет за гранью воображения.

– Я искренне надеюсь, что будет выбран наиболее здравый вариант……

Селена покачала головой, смотря в спину Диона, который покидал комнату, потерянно качая головой:

– Контракт есть контракт, но в этой экстренной ситуации мне нет необходимости покидать это место. Я могу немного подождать……

Неизвестно, когда нападёт Кронпринц.

Мне невероятно жаль, что им приходится тратить время на беспокойство обо мне.

– Если мы не сделаем это, то в конечном счёте будет откладывать это дело постоянно. Когда конфликт закончится, произойдёт что-то другое, а за ним снова и снова, – Кальцион на мгновение замолчал, медленно выдыхая. Это был настолько тяжёлый момент, что трудно было даже дышать, приближаясь к нему. – Это дело, которое требует решимости. Ты тоже человек, поэтому не известно, как изменится твой разум с течением времени.

Со временем Селена могла естественным образом успокоиться и адаптироваться к жизни здесь.

Только словно невидимый мираж, образ мира, в котором она жила когда-то, будет мелькать в её голове. Иногда он может становиться настолько затяжным и ностальгическим, что сможет победить чёткую реальность перед её глазами.

Кальцион не мог не понимать этого. Между инстинктивным эгоизмом и желанием завоевать сердце Селены внутри него шла жестокая битва.

И Селена не имела права останавливать этот бой.

*****

Отбытие прошло тихо.

Ранним утром, когда их никто не провожал, Селена с Кальционом тихо вышли из замка.

Когда она входила в замок, Селена появилась величественно на руках Кальциона, но её уход был довольно спокойным.

Поскольку секрет Селены не мог быть известен другим, внешне ‘внезапное исчезновение’ Селены и внезапное ‘появление Кальциона на горе монстров’ не должны были быть связаны.

Чем меньше людей знали внутренние подробности, тем было лучше.

– Ваш багаж больше, чем я думала, – Селена была удивлена, увидев перед собой сумку Кальциона.

За исключением части багажа, о которой он должен был позаботиться сам, Кальцион также сказал, что позаботится обо всём остальном, но Селена не думала, что багаж будет таким огромным. На уровне самого большого походного рюкзака.

Но даже с ним Кальцион шёл быстрее и свободнее, чем Селена, что не могло не вызывать волнения, поскольку им требовалось взбираться на горный хребет монстров, который был далеко не плоским.

– Нужно быть готовым ко всем ситуациям разом. Лучше взять как можно больше и уйти.

Кальцион думал, не стоит ли взять с собой кого-либо из эскорта. Однако была вероятность, что в дальнейшем придётся добывать пищу на месте, и в таком случае большое количество людей могло стать обузой.

Мнение Кальциона о горном хребте монстров было абсолютно правильным, поэтому Селена просто следовала ему.

Их шаги, ведущие к выходу с территории замка, были тяжёлыми далеко не из-за багажа.

Мысль о том, что это может быть концом всему, заставляла Селену оглядываться назад.

До входа в дверь, ведущую в мой изначальный мир, есть возможность выбора. Можно вернуться обратно. Но шансов не вернуться ещё больше.

До сих пор непонятно, какой из этих вариантов правильный.

Однако эти мысли оборвались, когда они начали взбираться на гору.

Кальцион поднимал и переносил Селену в те места, где не было видно тропинки, хватал и подтягивал в высоком месте, помогая абсолютно всем, но путь всё равно был трудным.

Сначала Селена не могла понять, как в прошлом смогла проделать этот путь почти обнажённой. Вес шагов в ситуациях, когда она была на краю жизни и смерти, и когда решала, идти или нет, был абсолютно разным.

Однако, в конце концов, с трудом, но они смогли подняться в гору. К тому времени, когда они достигли середины горы, всё тело Селены было мокрым от пота.

Несколько капель пота выступили и на лбу Кальциона, который взбирался на гору, неся груз, что был больше веса его тела.

– Повезло, что мы ещё не видели монстров.

– Точно.

Если бы появились монстры, я могла бы умереть прежде, чем попала в свой изначальный мир.

– Похоже, солнце уже садится. На сегодня будет хорошо отдохнуть здесь, а завтра, как только взойдёт солнце, снова продолжить путь.

– Да-а.

Внутри Селена была возмущена своей радости, но снаружи кивнула головой с лицом, говорящим: ‘Раз вы так считаете, я последую этому’.

Будет неправильным ныть о том, как мне тяжело, когда он помогает мне.

Кальцион бросил свою ношу и нашёл ровную землю, чтобы собрать на неё опавшие листья. Селена попыталась помочь ему.

– Отдыхай. Сегодня мы много прошли, поэтому у тебя будут болеть мышцы, – Кальцион расстелил одеяло на камне и усадил на него Селену. – Никуда не двигайся.

– И всё же.

– Если я увижу, что ты делаешь что-то, я свяжу тебя, – закончив просьбу-угрозу, Кальцион в одиночестве начал передвигаться, подготавливая всё ко сну.

Поскольку Кальцион говорил уверенно и двигался быстро, Селена могла лишь подавлять свои чувства и спокойно ждать.

Но как бы он не был быстр, ночь в горах наступала куда быстрее. Когда приготовления ко сну были закончены и костёр разожгли, вокруг уже стало темно.

Горы монстров, где жило мало диких животных, по ночам были оглушительно тихими.

Съёжившись у костра, Селена жевала вяленое мясо и поджаренный хлеб, слушая треск костра:

– Впервые с тех пор, как я родилась, я без дома.

– Страшно?

– Нет, довольно весело.

Говорят, что если много использовать своё тело, твоя голова становится проще.

Пока они не отправились в путь, Селену смущала тоска на сердце, но сейчас ей было легко без мыслей, поскольку пламя красиво танцевало перед её глазами, а вяленая говядина оказалась вкуснее, чем она думала.

– Попутешествуем так месяц? – хихикая, спросила Селена. – Я прощу вас за эту задержку.

– Хорошо, 3 недели.

Селена снова рассмеялась, словно пьяная. В этот раз улыбнулся и Кальцион.

Словно позабыв о скором расставании, они просто смотрели на реальность, которая была прямо перед ними.

После простой трапезы Кальцион подогрел флягу с водой на костре. Пока Селена наблюдала за тем, что он собирается делать, мужчина подошёл к ней с мягким полотенцем:

– Температура воздуха ночью станет холоднее, чем сейчас. Нужно смыть пот и лечь спать.

– А……

Посреди этой горы нет никаких общественных бань. Я думала, что мы не будем мыться, но это довольно неожиданная роскошь.

Вместо того, чтобы отдать фляжку, Кальцион опустился на колени у ног Селены.

– Хотите помочь мне обмыться?

– Самостоятельно сделать это сложнее.

Как не смотри на это, это было простой отговоркой, но Селена спокойно кивнула, делая вид, что не выигрывает от этого:

– Тогда сделайте это.

Она задалась вопросом, нравился ли Кальциону, который вряд ли когда-либо в своей жизнь оказывал кому-то помощь, тот факт, что он стоит перед ней на коленях, поэтому Селена позволила ему это.

А Кальцион был счастлив, просто помогая ей.

Он снял с Селены обувь и носки.

Когда полотенце, смоченное в тёплой воде, обернулось вокруг её ступни, тело Селены полностью расслабилось.

– Ах……

Она даже не знала, что устала, но сейчас, испытав этот комфорт, поняла это.

Селена томно выдохнула и посмотрела на голову Кальциону, которую редко можно было увидеть.

У неё был сладкий запах тела, поэтому Селена не чувствовала запаха от своих ног, но ей было неудобно, что Кальцион голыми руками прикасается к её ногам, которые весь день ходили.

Руки, тщательно вытиравшие между пальцами её ног и разминающие ступни Селены большими пальцами, были довольно твёрдыми и прохладными. Селена полностью расслабилась, отдаваясь рукам Кальциона.

Закончив с её ногами, Кальцион намочил другое полотенце и взял его в руку. Он не просто вытер её руки, как перед едой, а тщательно вымыл их везде, где позволяла одежда, поэтому доступные участки для мытья быстро закончились.

Немного приподняв тело Селены, Кальцион перешёл на её шею.

Звук ладони, тыльной стороной задевающий воротник, нарушил оглушающую тишину.

– Я часто думаю об этом…… Вы где-то учились там помогать другому?

– Да.

Даже несмотря на смех Селены, рука Кальциона не остановилась.

– Не думаю, что вы прилежно обучались этому, так почему же вы настолько хорош в этом?

Есть люди, которых невозможно научить чему-то, даже если привязать к стулу и учить. Нежность и осторожность нельзя создать с помощью обучения.

Кальцион изначально был плох в этом, но вдруг стал так хорош. Немного странно, ведь не было никакого процесса обучения.

– Не зная, кажется, это происходит естественным образом, когда я следую желаниям своего сердца. Я рад, что понял, как принимать своё сердце.

При словах Кальциона Селена вновь подумала:

Вот как?

Первым, что приходило в голову Селене, это были моменты, когда она была благодарна, получая что-то, но не была впечатлена. Сейчас же она получила лишь искренность, но она заполнила теплом всё её сердце.

Если я вернусь в свой изначальный мир, к своей изначальной жизни, то эта часть, которую заполнил он, не сможет быть заполнена ничем другим.

Ей стало совсем одиноко.

Глава 145

Кальцион, в этот момент закончивший работу, встал:

– Я тоже помоюсь, поэтому подожди немного.

– Что? Зачем вы обтёрли меня, когда рядом есть вода?

– Там холодная вода.

Это была трогательная причина.

Селена поспешно последовала за Кальционом, который собирался исчезнуть в кустах лишь с мечом и флягой:

– Я боюсь быть одна.

– Это совсем рядом……

Смущённая тем, что в страхе догнала его, едва Селена прошла сквозь кусты, как услышала журчание воды.

Оказалось, Кальциону удалось заметить почти бесшумно текущий ручей.

– ……

Хоть это немного смущало, Селена отлично справлялась с ролью человека, от страха находящегося на грани смерти, если сделает хотя бы шаг от него.

Кальцион бросил быстрый взгляд на Селену, которая сидела на корточках рядом с ним, но вскоре сдался, снимая с себя верхнюю одежду и кладя её на ближайший камень, чтобы привести себя в порядок.

Он не мог помыться, как под душем, поэтому сложил ладони вместе и опустил их к воде. Ждать пришлось довольно долго, поскольку воды было так мало, будто она текла из сломанного крана.

Селена, которая не видела этого, тоже сложила руки вместе и шагнула к Кальциону.

– Если я помогу, будет быстрее.

Кальцион смиренно отошёл в воду.

Девушка наполнила ладони водой, которая, как она и думала, была настолько холодной, что у неё замёрзли кончики пальцев обеих рук, и полила её на затылок Кальциона.

От прикосновения воды к рукам Селены, от холода, у неё встали дыбом волоски на коже, но Кальцион казался безразличным к тому, что по его спине стекала холодная вода.

– Не холодно?

– Она не слишком холодная.

Обычный человек посмеялся бы над этим блефом, но для Кальциона сказанное было реальностью.

И всё же, желая, чтобы ему было менее холодно, Селена с силой потёрла ладонями его спину.

Холодная вода стала чуть теплее под воздействием температуры их тел.

– Это тяжело. Можешь прекратить.

– Мне весело делать это.

Спина Кальциона была не просто спиной, а спиной образца идеального человеческого тела, вырезанного скульптором. Ещё приятнее было прикасаться к ней, а не просто смотреть на неё.

Это и правда тело, которое вызывает улыбку на лицах людей.

– Я могу сам делать это, – Кальцион, ахнувший от прикосновений ладоней Селены, впивающихся ему в бок, принялся слабо отговаривать её.

Точно так же, как нет упражнений для сжигания жира лишь на животе, нет тела, которое тренируется лишь в одном месте.

Как и спина Кальциона, его бока также были твёрдыми. Естественно, прикоснувшись к бокам, хотелось прикоснуться и к прессу.

– Лучше мыть в четыре руки.

– …… – Кальцион быстро сдался, словно и не хотел её отказа.

Его молчание, казалось, было разрешением, и возбуждённая Селена потёрла живот Кальциона, невольно улыбаясь, прежде чем через несколько мгновений пришла в себя. И показалась себе невероятной извращенкой.

Селена поспешно исправила выражение своего лица и посмотрела на Кальциона, но их взгляды встретились.

……всё видел.

– Нравится?

– ……

Если и задавать вопрос, то почему этим словом? Словно смеётся надо мной.

Спрашивая меня о том, нравится ли мне, он ждёт, что я отвечу отрицательно?

– Очень нравится, – Селена чувствовала, что проиграет, если начнёт отрицать очевидное, поэтому уверенно вскинула голову и призналась.

Кальцион улыбнулся, щуря глаза в тонкие ниточки. Когда на его лице с резкими чертами появилась эта нитевидная улыбка, было трудно сказать, улыбался мужчина или на самом деле дразнился. Как и сейчас.

– Если тебе нравится, ты можешь трогать его столько, сколько хочешь. Прикасайся смелее.

– Значит, вы боитесь, что я не осмеливаюсь прикасаться к вам?

– Я достаточно тебя знаю, чтобы сказать, что ты именно такой человек.

Это не было чем-то плохим, но почему-то Селена ни с того ни с сего почувствовала недовольство, словно показала всю себя до дна. Она потёрла пресс Кальциона ладонью, словно занималась настоящей стиркой.

Всякий раз, когда с губ Кальциона слетал смешок, мышцы его живота упруго отталкивали ладонь Селены.

– Эй.

Момент потерян. Чем более упрямой я буду, тем более неловкой стану, – мысленно заворчала Селена, собираясь убрать руку.

Только Кальцион схватил её за запястье, останавливая от этого:

– Не уходи. Просто я счастлив быть объектом твоего желания.

– ……

– Я рад, что вызываю не просто улыбку.

Селена сделала небольшой вдох.

Кальцион улыбался во время разговора ярко, как луна в небе, но сердце Селены сжалось, как капля дождя, когда она услышала эти слова.

Сколько бы раз Кальцион не говорил, что хочет увидеть тело Селены, сама она не знала, что он тоже хочет быть целью её желания.

С огромным опозданием Селена осознала это.

Разум кажется улицей с односторонним движением, но он желает быть улицей с двусторонним движением.

Я даже не думала, чего желает он, потому что торопилась осознать своё сердце, поэтому отворачивала себя от его сердца.

Сердце Селены было ранено. Ей было бесконечно жаль.

Я сожалею, что не дарила ему столько же, сколько получала.

Руки Селены обхватили щёки Кальциона:

– Красивый.

– Я? – словно он с самого рождения никогда не слышал этого, Кальцион удивлённо поднял брови.

Селена кивнула с серьёзным взглядом:

– Да, очень красивый, невероятно прекрасный. Если бы всё было не так, как в нашу первую встречу, я бы сразу подумала о том, что вы красивый.

– Что красивого?

Было забавно, когда мужчина, который выглядел как самый красивый в мире, спрашивал, что в нём красивого.

– Хм, во-первых, очень красивы ваши блестящие волосы. Подобный цвет невозможно получить от рождения там, где я жила, лишь обесцвечиванием и покраской волос.

– Вот как?

– Да. Поэтому каждый раз, когда я вижу их, думаю о том, какие они потрясающие.

Селена провела рукой по волосам Кальциона и погладила лоб, обнажившийся от прикосновения к мокрым волосам.

– У вас также красивый лоб.

– Ещё.

– Прекрасные, словно озеро, глаза. Ваш прямой нос красив, а губы красивы в своей аккуратности.

Кальцион схватил руку Селены, пальцами которой она скользила по его лицу, и прижал к своим губам.

Лицо Кальциона, с губами, уткнувшимися в её ладонь, было без всякого преувеличения прекрасным, словно произведение искусства. Смотря на эту картину, Селена была поражена, и её сердце наполнялось гордостью.

Словно искушая её, Кальцион просунул пальцы между пальцами Селены и переплёл их. Щекотка охватила ладонь девушки. Длинные сильные пальцы Кальциона сжали тыльную сторону дёрнувшейся ладони Селены.

– Насколько я красив в твоих глазах?

– Очень сильно, лучший в мире. О, в этом и том мире вместе.

Кальцион улыбнулся, словно удовлетворённый ответом Селены.

Было невыносимо видеть, как и без того красивый мужчина улыбается, смотря ей в глаза.

– Тогда, Селена.

– Да.

– Тогда разве ты действительно хочешь бросить такого красивого меня?

Селена на мгновение ошеломлённо замерла, не в силах поверить в то, что услышала:

– ……что?

Это правда слова, сорвавшиеся с губ Кальциона, живущего в этом мире?

Слова, которые Селена даже не могла представить себе, сорвались с губ Кальциона, и в одно мгновение картина из воображения, где он встаёт на колени, стала реальностью.

– Боже, боже, – забормотала Селена вместо ответа.

Она поняла, что это был приготовленный им удар, но её разум, по которому эти слова ударили слишком сильно, не работал должным образом.

Если я действительно откажусь от него, это будет равносильно совершению госизмены. Но если я не откажусь от него, то у меня не будет выбора, кроме как остаться.

Ответ остаться звучит заманчиво, но разве это можно назвать флиртом? Это несколько более радикально, чем угрозы с ножом у горла.

Кальцион, смотревший на ошеломлённую Селену, торжествующе улыбнулся. Это была улыбка генерала, который интуитивно чувствовал победу.

*****

Кальцион был пугающе безрассудным и график движения шёл по расписанию.

Чем выше в горы они поднимались, тем меньше оставалось дыхания и выносливости, поэтому Селене приходилось направлять всю энергию, которую она использовала на мысли, в свои мышцы.

После борьбы с болезненной высотой, холодом и усталостью, без возможности подумать, в конце концов им удалось пересечь горы.

Пересекая ледяные шапки и ледники, видя погребённые во льду трупы монстров, Селена сотни раз сожалела, думая, не совершила ли она действительно большую ошибку.

Однако благодаря Кальциону, который шёл впереди неё даже через метель, она смогла выжить. Даже несмотря на то, что к тому времени, когда они достигли вершины, Кальциону пришлось почти постоянно нести Селену, словно она стала рюкзаком на его спине.

Гора была не одна. Едва Селена думала, что они преодолели гору, как тут же путь им преграждала другая, а если она думала, что они преодолели и её, следом появлялась ещё одна.

Так они пересекли последнюю гору.

И перед ними открылся совершенно другой мир.

Причудливые скалы, густая зелень и цветочные поля, похожие на ковёр.

А ещё демонические звери, поселившиеся на них.

Пересекая последнюю гору, Селена была озадачена тем, что на них не напал ни один демонический зверь, а оказалось, что все они собрались здесь.

Не один или два, а тысячи или десятки тысяч демонических зверей одинаковых видов собирались вместе и бродили вокруг.

Я шла домой, но попала в ад.

– ……

Каким бы сильным ни был Кальцион, он не мог победить всех демонических зверей, кишащих вокруг подобно крысам.

– Что делать?

– Найти укрытие и убрать своё присутствие, чтобы пройти мимо них.

Отсюда было недалеко до точки ворот обратно в мой мир.

Монстры здесь не прибывают в диком состоянии, поэтому, если у нас всё получится, мы сможем обмануть их глаза и безопасно дойти до неё, – Селена снова и снова сверялась с картой, цепко сдерживая своё напряжение.

Только волнение длилось недолго.

– ……спокойны?

– ……точно.

Шокирующе, но демонические звери не нападали первыми.

Селена и Кальцион чувствовали себя странно, когда проходили мимо демонических зверей, которые с любопытством оглядывались на двух проходящих мимо них людей, но не атаковали.

– Территория в пределах одного горного хребта, но до и после так сильно отличается.

Несколько демонических зверей, которых Селена встретила на другой стороне горного хребта, яростно атаковали первыми. Можно сказать, что они были эталонным образцом демонического монстра, в ярости бегущего на человека.

Однако, увидев такой спокойный облик демонических зверей, ей стало жаль, что они носят подобное название. Сейчас они выглядели просто как странные животные.

– Должно быть, обезумевшие от голода звери пробираются через горы в поисках добычи, но всё выглядит так, словно добычи здесь достаточно, – сказал Кальцион так, словно получил подтверждение тому, что уже знал.

– Это также есть в записях, оставленных Сонтолэн?

– Конкретных описаний нет. Сонтолэн не так часто ходила туда и обратно.

Но благодаря этому, когда Кальцион готовил их багаж, он мог действовать шаг за шагом без каких-то колебаний.

Благодаря доброжелательным демоническим зверям двигаться в нужном направлении для Селены и Кальциона стало намного легче. Они думали, что придётся пересечь ещё достаточно территорий гор, но получили неожиданное везение.

Только в точке возврата, к которой они прибыли раньше, чем ожидалось, Селена вспомнила о законах жизни.

Точно. В жизни все вещи не могут разрешаться легко.

Глава 146

– Почему-то я думала, что стало лучше…… – опустошённо пробормотала Селена, смотря вниз на далёкие утёсы, где бушевали порывы ветра.

Её взгляд был направлен на точку возврата, в которую она должна была прыгнуть, находящуюся посреди скал.

– Это оно?

Из-за ветра Кальциону и Селене пришлось держаться за камни на краю обрыва и лежать вплотную друг к другу.

Точка, на которую указывал кончик пальца Кальциона, совпадала с местом, на которое смотрела Селена.

– Это чушь.

Карту можно рассматривать лишь по горизонтали и вертикали. Я рассчитала координаты, но думала, что это просто высота, поскольку точка находится на половине пути к вершине горы.

Но на самом деле она была на середине пустоты.

– Это действительно правда?

– Похоже на то.

Обнаружить эту точку было легко благодаря ветру.

Колышущиеся ветки, травинки и камни вдруг исчезали в одном месте. Словно их засасывало в пылесос.

К счастью, диаметр точки входа был не очень маленьким, поэтому казалось, что можно попасть внутрь, если просто спрыгнуть с обрыва.

Но с этим была проблема.

Расстояние от обрыва до этой точки было больше высоты жилого дома. Если подует случайный порыв ветра и сдвинет тебя, то смерть гарантирована.

Спуститься с обрыва и прыгнуть с менее приличной высоты также было невозможно. Точка находилась не рядом со скалой, а посреди пустоты, достаточно далеко. И можно было видеть, что она засасывает предметы лишь сверху, с такого ракурса было трудно судить о том, как дело обстояло со стороны.

– Я рисковала своей жизнью, чтобы зайти так далеко, и снова перед выбором жить или умереть, – стон сорвался с губ Селены спонтанно.

Прежде чем подняться чуть подальше от края обрыва, она посмотрела в пустоту сложным взглядом.

Хочу ли я вернуться, если ради этого даже придётся рисковать своей жизнью?

Ответить на этот вопрос было ещё труднее.

– Ты хочешь вернуться? – словно прочитав её мысли, спросил тут же Кальцион.

Взгляд Селены, который не отрывался от края обрыва, вернулся к Кальциону.

Он не беспокоился и не давил на Селену, заставляя её сделать выбор. Мужчина спрашивал так, словно речь шла о том, не хочет ли она еду перед собой.

– Не думай слишком много. Просто скажи мне, что хочешь.

– Я, я…… – возможно, из-за того, что перед ней была самая безвыходная ситуация, бесчисленные мысли, скрывающие её сердце, вышли наружу.

Селена подняла голову, опущенную, чтобы скрыть слёзы.

И встретилась с тёплыми сильными глазами Кальциона, которые смотрели на неё, не дрогнув даже от яростного ветра. Это был сигнал, который обнимал Селену, говоря, что нормально вести себя нелепо или по-детски.

– ……Боюсь.

– Чего?

– Боюсь прыгать отсюда, боюсь, что я, возможно, не смогу нормально вернуться обратно. Боюсь, что моё место больше не свободно, даже когда я вернусь обратно.

– Хм, – Кальцион подошёл и обнял Селену, устанавливая более близкий зрительный контакт.

Ветер разносил её слёзы во все стороны. Селена моргала, но не отводила взгляд.

Она надеялась, что сложные мысли, которые она не могла организовать, будут переданы через её взгляд.

– Что, если я вернусь и умру, потому что Герцога не будет рядом? Тогда я не смогу вернуться обратно. Что, если я пожалею об этом? Но я не могу продолжать жить здесь как никто. Я боюсь выбора. Что же мне делать?

Кальцион убрал руки со спины Селены и обхватил её щёки. Щёки Селены, замёрзшие от ветра, почти плавились от его тепла.

– Ты хочешь вернуться в тот мир и не хочешь оставлять меня позади. Боишься, что твоё место может быть отнятым, когда ты вернёшься, и также боишься остаться здесь прямо сейчас. Всё верно?

Подводя итог, Селена поняла, как эгоистично звучали её жалобы.

Но фыркнув, она кивнула.

Кальцион не сказал ни слова о том, что ему не нравится глупость Селены, которая была эгоистична и жадна даже в своих детских жалобах.

– Прежде всего, что здесь, что там, не может быть места, которое у тебя, такой яркой, красивой и много работающей, могли бы забрать. Не беспокойся об этом. Место для тебя всегда будет освобождено в любой сфере в любом мире, если ты того пожелаешь.

– Ха-ха…… хнык, – Селену смущало слышать комплименты, говоримые прямо в лицо, поэтому она смеялась, даже проливая слёзы.

– Тогда всё, что остаётся, оставить меня и спрыгнуть.

– Я могу решиться на это?

– Да. Это легко, – Кальцион ярко улыбнулся и взял Селену за руку.

– ……что?

– Сделаем это.

– Что?

– Разве тебе не будет менее страшно, если ты побежишь со мной? Если ты не можешь видеть это, то можешь зарыться лицом в мои объятья и бежать так.

– Что-о-о?

– Если ты возьмёшь меня с собой, тебе не придётся расставаться со мной.

– ……

Неожиданные слова пронзили сердце Селены.

Она была так потрясена, что забыла, как плакать и замерла, словно человек, время которого на мгновение остановилось.

Это было оно. Последний удар, который на самом деле собирался нанести Кальцион.

Точно, вот оно. Мне казалось странным, что он говорил не беспокоиться и сам не волновался, пересекая горы. Несколько дней назад, во время поднятия в гору, он говорил что-то, что могло стать предзнаменованием этого.

– Нет, послушайте, господин Северный Герцог. Эй, а как же война? Поместье.

– Я уже подготовил контрмеры на все возможные случаи. Не поэтому ли я целыми днями мучился без сна?

Получается, что лишения, которые он терпел все те ночи, были не из-за приготовлений к войне, а из-за приготовлений перейти в другой мир?

– Ваши люди хотят умереть?

– Они готовы умереть.

В этот момент разум Селены помутился.

Зная, что они не могут переубедить Кальциона, что бы они не делали, его подчинённые просто хотят умереть. Думаю, он считает, что если у него такие основательные и рациональные подчинённые, то они смогут справиться и без него.

Оставались лишь проблема одного человека, Кальциона.

– Здесь у меня есть браслет, но Герцог будет дураком, который даже не сможет толком разговаривать, если пойдёт туда.

– Нужно просто выучить язык.

– Герцог станет никем. Потому что Герцогов там нет. Я смогу кормить вас, но……

– Очень много. Этого достаточно.

– Как вы можете говорить, что этого достаточно! Вы всю жизнь прожили Герцогом! Не зная никакой другой жизни, кроме жизни Герцога! – ответы Кальциона были такими простыми, что Селена закричала.

Как бы я ни варилась в сожалении из-за того, что не могу расстаться с тем, что накопила за всю свою жизнь, положение Герцога для Кальциона должно быть куда важнее.

– Да, но жизнь без тебя я не хочу сильнее, – Кальцион не дрогнул. – Мне не нравится видеть тебя несчастной.

– ……

– Хочу, чтобы ты была счастлива. Со мной.

Это была любовь Кальциона.

Это была любовь настолько чистая, что казалась чем-то из сказки.

У Селены появилось предчувствие, что если она оттолкнёт Кальциона, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Выбор мира в любом случае может оставить сожаления, но я не хочу делать выбор, в котором отпускаю руку Кальциона. Я должна безоговорочно держаться за неё.

– Но я так же хочу, чтобы Герцог был счастлив.

– Счастье можно найти где угодно.

– Трудно быть счастливым, если у тебя ничего нет.

– Я просто должен найти что-то ещё, чтобы получить остальное. Титул и земли – это лишь моё имущество, а не часть меня.

Если это Кальцион, то у меня и правда есть чувство, что он поднимется до положения, сравнимого с его положением Герцога здесь, даже если перейдёт в мой мир.

– Теперь этого достаточно?

– Герцог и правда всё подготовил?

Кальцион протянул задумчивый ‘хм’, посмотрев на небо, где летали демонические звери, оглянулся на скалу и, наконец, вновь на Селену:

– Уже закончили, поэтому здесь делать больше нечего. Идём?

Когда он без сожаления направился к обрыву, Селена внезапно затормозила и обеими руками схватила Кальциона за руку:

– Подождите, подождите!

– Почему?

Даже если Селена пыталась остановить Кальциона, он был куда сильнее и вот перед их глазами вновь открылась пропасть обрыва.

Бушующий ветер всё ещё ужасающе выл. Это было зрелище, от которого стыла кровь.

– А что если. Мы войдём туда, но, что если в том мире будет такая же скала?

Это гипотеза, которая пришла в голову Селены, когда она увидела обрыв своими глазами.

Дверь сдвига измерений не была создана искусственно для того, чтобы входить и выходить. Это случайное магическое явление.

Если это так, то человек, использующий её, может разбиться, упав с неба, или утонуть на морском дне.

Почему он так уверен, что можно войти и выйти живым? Следует помнить, что всех тех, кто проходил через дверь в измерениях, которых встречал Кальцион, были найдены мёртвыми.

Я просто очень, очень, очень удачливый человек.

Но что, если удача отвернётся от меня?

Хоть Сонтолэн совершала путешествия в обе стороны, дверь могла быть пробита в удобном месте, а также архимаг могла спокойно приземляться, левитируя.

Я не маг. И Кальцион тоже.

– Разве мы не можем спрыгнуть и просто умереть?

Казалось, это также был вариант, который Кальцион не рассматривал заранее.

Долго смотря в пустоту пропасти, он кивнул:

– Это возможно, – только вместо того, чтобы уговорить Селену вернуться, Кальцион сказал очередную чушь. – Это тоже хорошо.

– Что значит хорошо! Вы хотите жить или нет!

– Это счастье, умереть, крепко держа тебя за руку.

Этот мужчина искренен.

Он действительно думает, что это хорошо – упасть с обрыва и умереть вместе.

Как человек может любить кого-то так сильно?

Любовь обычных людей понемногу распространяется то на то, то на это. Поделиться с друзьями и семьёй, поделиться с собой. Понемногу она также разделяется на подобные вещи, как котики, которых всю жизнь видишь на улице, одежду, купленную самостоятельно, и любимые безделушки из туристических мест, которые ты случайно покупаешь.

Если собирать всю эту любовь вместе и излить её на одного человека, станет ли она такой же любовью?

Она настолько огромна, что я даже не могу вообразить её.

Если я буду с кем-то, кто даёт мне подобную любовь, разве будет иметь значение, в каком мире я нахожусь?

– Тогда, идём? – снова спросил Кальцион, смотря на их переплетённые пальцы.

Глава 147

Селена кивнула.

С ним я не боюсь ничего, даже загробного мира.

Они оба одновременно стали готовиться к бегу.

Мы можем умереть. Но всё в порядке. Мой разум такой же, как у Кальциона.

Человек, который любит меня так же сильно. Человек, который окружает меня любовью большей, чем оба мира вместе взятые. Где бы я ни была с этим человеком, всё будет в порядке.

Где бы……? – Селена моргнула.

В тот момент, когда Кальцион остановился, напрягая ноги для разбега.

– Постойте! – настойчивый крик Селены заставил Кальциона остановиться и падая на спину.

Кальцион грубо прокатился по земле, закрывая Селену.

– Что такое! – и огляделся. Но обстановка ничем не отличалась от той, что была до разбега. – Что случилось? Ты что-то забыла?

Лицо Селены исказилось, когда она посмотрела на Кальциона, лежащего на земле.

Она не могла толком открыть глаза из-за слёз, лившихся так, словно ты попал под дождь.

Кальцион действительно собирался уйти.

Он не просто говорит, что мы будем вместе, он действительно на грани того, чтобы уйти со мной. Он хочет разделить со мной дорогу, которая может привести к смерти.

И в последний момент мысли, приходящие в сердце Селены, стали реальностью.

– Я только что вспомнила.

– Что?

– Для меня Герцог, мужчина по имени Кальцион, настолько важен, что я не боюсь умереть.

– …… – при внезапном признании Селены Кальцион потерял дар речи.

Увидев, как его горячий взгляд устремляется на неё, Селена заплакала ещё сильнее и призналась:

– Я чувствую то же самое, что и Герцог. Где бы я ни была, мне важно быть с Герцогом.

– ……Селена.

Она почувствовала жар, смешивающийся с голосом Кальциона, зовущего её по имени. Он раздулся до предела и дрожал, словно вот-вот взорвётся.

Селена встала со своего места, вытирая слёзы.

Слёзы потекли по её щекам, и сейчас Селена смогла как следует разглядеть лицо Кальциона.

Его глаза также были влажными. Несмотря на то, что небо было чисто-голубым.

Селена улыбнулась и взяла Кальциона за руку:

– Теперь я не думаю, что важно то, где я живу. Сейчас для меня важнее быть с Герцогом.

Кальцион сильнее сжал пальцы, которыми держал руку Селены. Было видно, как сильно дрожит его кадык.

– Герцог, давайте жить счастливо, – Селена сообщила о своём решении Кальциону, который потерял дар речи.

– ……мы действительно можем?

– Если мне когда-нибудь захочется уйти, вы вернёте меня, – когда она сказала это громким голосом……

– Конечно, – Кальцион таким же дрожащим от жажды голосом дал твёрдое обещание.

Они покраснели, словно смущённые дрожащими голосами друг друга, а когда их взгляды встретились, они наконец нашли губы друг друга, словно ставя точку.

Лишь когда слёзы Селены утихли, пара поднялась с земли.

Сердце Селены, которое билось на пике перед краем обрыва, теперь начинало быстро биться лишь при взгляде на обрыв.

Пока мне стоит избегать высоких мест.

– Давай продолжим исследование записей Сонтолэн. Помимо тех записей, есть много записей на моём языке, поэтому, если продолжить поиски, можно найти более надёжный способ. Возможно, ты сможешь путешествовать между двумя мирами, как Сонтолэн.

– Точно. Если я найду достоверную информацию, я смогу расплатиться за еду.

Кальцион остановился при словах Селены:

– Платить за еду. Кто тебя об этом просит?

Кажется, я сболтнула лишнего, – смущённая, Селена почесала щёку:

– Никто не просит, но…… Теперь я ничем не могу помогать. Лишь просто жить дальше.

– Нет. Наоборот, с этого момента я буду двигаться вперёд и компенсировать ущерб в той мере, в которой ты не будешь активной.

– Компен……сировать?

– Верно. Пока ты живёшь в этом мире, как актриса в другом мире, ты продолжаешь терять деньги. Я должен компенсировать тебе это.

Сказанные слова звучали правдоподобно.

Я не цепляюсь за Кальциона и не умоляю: «Позвольте мне жить здесь».

Готовая умереть и имеющая какой-то шанс вернуться, я самостоятельно осталась рядом с ним лишь из-за любви.

Меня мутит от мысли о профессиональных достижениях, которые я оставила в другом мире, и будет неплохо немного отдохнуть, если это будет компенсировано.

Преклонение перед режиссёрами, преклонение перед рекламщиками, ночи без сна, ограничения питания и зарабатывание денег упорным трудом, когда здесь я могу получать их, просто дыша.

Никто не ненавидит халявные деньги.

Если бы слова «любишь халявное – облысеешь», были правдивы, то все люди в мире носили бы парики.

– Кхм, кхм, – Селена откашлялась и решила проверить немного удачу. – Тогда, насчёт компенсации……

– Ты должна будешь точно рассчитать упущенную альтернативную сумму.

Награды от Кальциона, которые она получала до сих пор, были всегда щедрыми.

И в этот раз он не изменил ожиданиям.

– Тогда, вперёд. Возвращаемся?

– ……снова проходить этот путь……

– Нет, обратный путь будет немного другим. Хм, это часть, в которой нужна твоя помощь.

– Что такое?

– Это может быть немного болезненно. Но это также увеличит «награду», которую ты получишь до максимума.

Что это за награда?

Селена была готова выслушать любую просьбу Кальциона о сотрудничестве. Кальцион прекрасно знал это. Тем не менее, он потратил время на то, чтобы спросить об этом.

– Мне всё равно как, давайте выберем быстрый способ, – решительно согласилась Селена.

Теперь странствия заканчиваются. С этого момента я буду жить крутой жизнью.

Пока Кальцион не привёл демонического зверя.

– ……это что?

Демонический зверь, ведомый Кальционом силой на поводке и с кляпом, взревел, и из его глаз посыпались искры. Демонический зверь, который уже был полностью побеждён в духовной и физической битве Кальционом, замолчал лишь от одного его жеста.

Только даже так демонический зверь не стал щенком.

Селена сделала ещё несколько шагов назад и покачала головой:

– Не может быть, чтобы вам в голову пришла идея ехать на этом.

– Верно.

– Это сумасшедшая идея.

– Большинство мнений было бы таким же, но и большинство также согласилось бы с тем, что это стратегия, которую нельзя игнорировать с точки зрения эффективности и результативности.

– Согласилось бы? Кто согласился бы?

Им больше не нужно было скрывать карты друг от друга.

Лишь после этого Кальцион раскрыл все детали стратегий, которые готовил днями и ночами.

– Я создал стратегии для каждой переменной, которую только мог придумать.

Переменные были разные.

В качестве примера большой области была взята война.

Кронпринц мобилизует всю военную мощь / мобилизует лишь элиту / привлекает знать

Кронпринц напирает на Герцогство тотальной войной / оказывает политическое давление / вступает в войну за ресурсы

Для каждой переменной предпринимались контрмеры.

Переменные Селены также были классифицированы подобным образом, и для них были подготовлены контрмеры, и эта операция по «захвату демонического зверя и появление на горном хребте» была стратегией на случай, если Селена решит вернуться с Кальционом.

Селена подняла руки:

– Почему вы не пытались убедить меня, заранее рассказав план?

– Потому что я подумал, что важнее своими глазами увидеть, как ты сможешь вернуться?

Это верно.

Когда я увидела это своими глазами, смутное беспокойство исчезло. Я свернула за угол, чтобы сбежать.

Уверенность в том, что ты можешь вернуться, если захочешь, даже если возможно умрёшь, даёт тебе гораздо большую психологическую устойчивость.

– Возможно, у вас есть и какая-то стратегия на случай, если я останусь и никуда не пойду?

– Есть. Достаточно купить аристократа и дать всем знать, что ты – дальний родственник их семьи.

– В любом случае, исправление моей личности – лишь начало.

Кальцион серьёзно кивнул:

– Исправление твоего социального статуса, который ты поддерживала до сих пор – это начало награды.

Поэтому, если бы Селена отказалась уходить прямо перед моментом входа в другой мир, эта стратегия могла сработать.

Теория о древней расе, живущей за северным хребтом, появлявшихся верхом на демонических зверях.

*****

Суть стратегии заключалась в том, что Селена потеряла память из-за несчастного случая, а когда её память восстановилась после входа в демонические горы, было установлено, что она – последняя представительница исчезнувшей древней расы.

Древняя раса в прошлом вымерла, но Селена смогла долго выживать благодаря своему особому организму и так далее.

Логика в стратегии была чёткой, но с реальностью была проблема, поскольку это подразумевало жанр фэнтези.

– Сможет ли кто-нибудь в этом мире поверить в это?

– Сонтолэн создала прецедент, нет причин не верить в это.

– Хм, вот как.

Люди более терпимы к невозможным вещам, чем кажется. Так же и получаются мифы.

Я также жила под ложными слухами от людей, говорящих «она – не человек» или «она умывается лишь росой, которую собирает каждое утро».

В мире, где существуют и демонические звери, и архимаги, разве древняя раса будет сильным преувеличением?

Внезапное появление такого будет лишь немного необычным ходом в этом мире. И своим актёрским мастерством я заложила основу для этого.

– Хорошо. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне и на этот раз.

Стратегия повышения её статуса, предложенная Кальционом, понравилась и Селене.

Это возможность отомстить и разрушить тех, кто игнорировал и преследовал меня как простолюдинку и женщину, подобранную Герцогом.

В этот раз всё, что мне нужно сделать, это просто выступить в роли представителя загадочной древней расы.

Если думать о мести, то нет ничего, что я не могла бы сделать, и ехать верхом на спине демонического зверя не то, что я не смогу сделать.

Глава 148 - Эпизод 14. «Королева Севера.»

Дион и сегодня так же ходил проверять стены.

Атмосфера приближающейся войны наполнила замок напряжением.

Стражники обходили внешние стены замка и внимательно осматривали их.

Сегодня стена Диона находилась на той стороне, которая вела к горам Саинтат.

Враг никак не мог прорваться внутрь через них, но это было место, где никогда не знаешь, когда появится демонический зверь или сойдёт лавина, поэтому нельзя было пренебрегать часами проверки, даже готовясь к войне.

Дион взобрался на стену замка и посмотрел на горы Саинтат.

Хоть намеченная дата ещё не наступила, его нервное сердце уже заранее было взволновано.

На него была возложена операция с несколько большим весом, из-за возможности того, что Кальцион не вернётся. Однако Дион очень хотел, чтобы эта операция была отменена.

С молитвой смотря на далёкие горы Саинтат, Дион заметил объект, который вёл себя странно.

– Хм? – когда он присмотрелся, щуря глаза, мужчине показалось, что это был оползень или кусок льда, скатившийся с ледника.

В любом случае, стоит поднять тревогу. Хоть стена замка и заблокирует его, подготовка к этому необходима.

– Тревога! Со стороны гор…… хм?

– Демонический зве-е-е-ерь! – стража первыми установили личность объекта.

Повсюду зазвенели тревожные колокола.

Демонический зверь в такое время?

Сейчас не время для их спусков, – внезапно в голове Диона промелькнуло воспоминание.

Шутка, которая прозвучала во время одного из собраний.

– Если собираетесь вернуться, пожалуйста, поймайте демонического зверя и вернитесь быстрее, прошу!

Что на это ответил Его Превосходительство?

– Учту.

Все тогда так устали, что подумали, что это просто слова, и перешли к следующей повестке дня. Но могли ли слова Кальциона быть сказанными просто так?

Не могу поверить, что он сделал подобную сумасшедшую вещь…… Нет. Он уже давно сошёл с ума, поэтому ничего не поделаешь, – Дион покачал головой и выхватил меч.

Если спустился настоящий демонический зверь, он должен был быть остановлен. Среди солдат, не входящих в состав охраны замка, уже были отобраны те, кто мог справиться с демоническим зверем.

– Все члены, не участвующие в операции, спускаются к нижней части стены и поднимают копья! Поторопитесь! Спускаемся!

По приказу Диона солдаты бросились к основанию стены и заняли оборонительные позиции.

Чем ближе он подходил, тем чётче становился облик демонического зверя.

Дион сжал рукоять меча.

Сейчас нам нужна сила или актёрское мастерство?

Демонический зверь, вбежавший прямо на стену, начал взбираться по ней с помощью своих когтей.

Звук его движения был слышен на всём пути к замку. Дион нервно ждал появления демонического зверя.

– Кра-а-а-а! – взревел демонический зверь, перебравшийся через стену замка.

– Дерьмо! – выругался Дион и поднял меч.

Однако демонический зверь пролетел мимо Диона и побежал к внутренней стене.

– Ыа-а-а! – испугались солдаты. Однако, как хорошо обученные воины, они подняли копья, не нарушая рядов.

Демонический зверь остановился перед лезвиями солдатских копий и, издав ещё один протяжный вой, сел.

– ……о?

Демонический зверь, который сел, поджав под живот все четыре лапы, продолжая порыкивать. Это был звук, который нельзя было идентифицировать как угрозу или её отсутствие.

Лишь после того, как ноги двух человек, ехавших на спине зверя, коснулись земли, прояснилось, чем именно был этот звук.

Подул хороший порыв ветра.

Длинные волосы Селены и плащ Кальциона красиво развевались на нём.

Селена сделала шаг вперёд, поглаживая гриву уставшего демонического зверя.

– О-о……? – солдаты нерешительно опустили поднятые копья.

– Ваше Превосходительство! – Дион побежал вперёд так, словно бежал к своей возлюбленной, с которой расстался тысячу лет назад.

Солдаты с сожалением качнули головами, зная, как сильно Дион страдал как физически, так и морально после исчезновения Кальциона.

Кальцион торжествующе посмотрел на Диона, который распростёрся перед ними, и, смотря на заходящее солнце, сказал:

– Вы все долго ждали.

Шу-у-у-ух, – плащ Кальциона отлично развевался на ветру, словно это была очередная постановка.

– Как один из способов ведения войны, для победы нужен козырь. В этом…… госпожа Селена очень помогла мне.

– А……? А-а…… – солдаты переглянулись и растерянно закивали.

Внезапно «госпожа» Селена?

Странным было уже обращение, но тон Кальциона также был напряжённым, словно не всё было в порядке.

Дион ощутил чувство дежавю.

Ясно, что и на этот раз они объединились и скоординировали свои действия.

Моя игра плохая, но я не сдамся, чтобы не умереть.

– Говорите…… госпожа Селена?

Казалось, Кальцион начал накапливать достижения в актёрском мастерстве, будучи рядом с Селеной, но Дион всё же не ожидал, что с его уст будет слетать подобное почтительное обращение.

Кальцион ответил Диону, который с недоумением спросил это, так, словно процитировал строки, которые выучил наизусть, ожидая нужного момента:

– Верно. Не так давно к ней внезапно вернулась память. Мы не могли упустить это, поэтому поспешили вернуться.

– А-а…… вот как.

– Да, оказывается, госпожа Селена является представительницей королевской крови древней расы.

– Да-а…… королевская кровь древней расы…… ага, – недоверчиво кивнул Дион. Только было понятно, что он хотел бросить в Кальциона что-нибудь, крича, чтобы он перестал нести чушь.

Селена также отчаянно страдала от актёрских способностей Кальциона. Несмотря на то, что они тренировались всю дорогу, это было лучшее, чего они достигли. С этого момента Селена надеялась, что Кальцион будет планировать любую стратегию, лишь основываясь на знании своих актёрских способностей.

Роль играет Кальцион, но почему стыдиться должна я? – скрывая обиду, Селена элегантно погладила демонического зверя по гриве.

Демонический зверь фыркнул и лизнул ей руку.

Анализируя составляющие разговора, эта сцена была намного убедительнее, чем игра Кальциона, которая не оставляла ничего, кроме неловкости.

– Хо……!

Она не только появилась верхом на демоническом звере, но даже приручила его, как домашнего зверька. Возможно, она и правда обладает особыми способностями, присущими древнему королевскому роду!

Суеверия начались с одного-единственного чудесного совпадения.

Миф уже начал формироваться в сознании солдат от одной лишь поставленной сцены.

– Это всего лишь небольшая награда за милость Ренберд за то, что вы помогли мне, когда я потеряла память, – ответила Селена в благородной манере, отличимой от её обычной манеры разговора.

Для актрисы не было ничего сложного в том, чтобы говорить так. Скорее, это было проще и естественнее, чем речь сумасшедше-дерзкой простолюдинки.

Даже глаза Диона затрепетали, поскольку он был незнаком с этим тоном Селены.

Изначально у неё было уверенное выражение лица и манера поведения, но сейчас она была величественной, как королева страны.

Не может быть, это правда?

Даже если люди бывают разными, это другое.

Не похоже, что она просто притворяется.

Это было отношение, которое мог показать лишь человек, с которым хорошо обращались и который вырос с достоинством. Была такая вещь, как достоинство, которое заставляло других склонить голову.

Селена покорила их своим величием, поскольку у неё был острый глаз и она следовала за Кальционом, в отличие от аристократок, которых люди Ренберд встречали в прошлом.

– Сначала вернёмся в замок.

Уверенность Диона укрепилась ещё сильнее благодаря почтительной вежливости Кальциона.

Это правда!

Независимо от того, насколько масштабна стратегия повышения статуса Селены, Его Превосходительство не из тех людей, которые будут относиться к обычному человеку с той же вежливостью, что и к члену королевской семьи. Понятно, что что-то действительно произошло после того, как они отправились в демонические горы с госпожой Селеной!

Кстати, разве демонический хребет не является неизвестной территорией, где никто не знает, что происходит? Такие вещи, как осознание загадочной родословной, могут произойти там, – увидев Селену верхом на спине демонического зверя в сопровождении Кальциона, Дион самостоятельно пришёл к этому выводу.

Но было кое-что, что Дион до сих пор не понял.

Кальцион был человеком, который сделает для Селены всё.

Об этом не знал он, не знали другие, но так уж вышло.

*****

Селена и Кальцион вновь забрались на демонического зверя и направились к замку через главную улицу.

Услышав новость, стража прибежала и окружила их со всех сторон на лошадях.

Процессия, где два человека верхом на демоническом звере, а не на лошадях, естественно, привлекла внимание людей.

– Разве, разве это не демонический зверь?

– А-а! Демонический зверь! Настоящий демонический зверь!

Жители Ренберд выросли, наблюдая за трупами демонических зверей, приносимых в качестве трофеев. Однако они впервые видели живого демонического зверя.

Сначала они пугались и убегали, но успокаивались, видя движение зверя в сопровождении стражи.

– Это лорд! – закричал кто-то, узнав Кальциона.

– Кто это рядом с ним?

– Не знаю. Эта женщина управляет демоническим зверем?

Селена была неизвестна тем, кто находился за пределами замка.

Она пробыла в замке Ренберд не так уж и долго, и до этого места ещё не дошли слухи из столицы.

У женщины, едущей на спине демонического зверя с Кальционом, не было другого выбора, кроме как привлечь внимание людей.

– Поскольку она с Его Превосходительством, думаю, она не обычный человек.

– Аристократка?

– Разве обычная аристократка не упала бы в обморок при виде меха демонического зверя? Она точно не обычный человек.

– Крр-р…… – взволнованно зарычал демонический зверь из-за внезапного увеличения окружающих его людей.

Селена схватила поводья и закрыла зверю пасть.

– Хо! – люди от шока сглотнули слюну при виде этого зрелища.

Только это длилось не долго. Когда они обрели уверенность в своей безопасности, то начали безудержно аплодировать.

– Богиня! Богиня пришла!

– Богиня вернулась с лордом!

Демонический зверь взбудоражился ещё сильнее, поэтому у них не было другого выбора, кроме как ускорить ход. Люди стали аплодировать ещё громче, видя фигуру зверя, который молча ускорялся.

Это приветственное шествие продолжалось долго, до тех пор, пока они не достигли замка Ренберд.

Какой бы непобедимой не была репутация Кальциона, пусть это даже Ренберд, но война, в которой армии должны напрямую столкнуться друг с другом, неизбежно приводила к напряжённости.

Чем больше тревог, тем больше человек становится зависим от сверхъестественного, что и сделало Селену богиней.

Селена изумлённо вскинула брови.

Всё идёт так, как планировалось.

Хоть они не могли угнаться за скоростью демонического зверя, люди Ренберд толпились на всём пути к замку.

Привратники испугались наплыва людей и появившегося зверя, и обнажили копья. Однако вскоре обнаружили двух человек на спине зверя и пришли в то же состояние, что и толпа.

Ворота замка широко распахнулись перед ними двумя.

Кальцион, слезший со зверя первым, протянул руку к Селене.

Селена улыбнулась и приняла протянутую руку. В этот момент вновь раздались аплодисменты.

Кальцион не остановился на этом и, взяв руку Селены, поцеловал тыльную сторону её ладони:

– Добро пожаловать в замок Ренберд. Моя Богиня.

Глава 149

Моя Богиня.

Слова, которые Кальцион отрепетировал заранее, были «Королева Севера». Но услышав приветствие толпы, проезжая мимо неё, он самовольно изменил обращение.

Когда дело доходит до весомости слов, то Богиня выше Королевы. Кроме того, это слово было непривычным.

Только Кальцион не напрягся от неловкости, как у стены, а естественно произнёс этот титул.

Его слова звучали искренне.

Благодаря этому от шока пошатнулась лишь Селена. Было страшно видеть, как её сердечный ритм увеличивается в считанные секунды.

Однако, как бы не было неистово её сердце, Селена не забывала о своей роли.

Смотря на Кальциона с мягкой улыбкой, она ответила, словно Богиня:

– Спасибо, что вновь приняли меня.

– Надеюсь, вам будет настолько комфортно, что вы захотите остаться здесь навсегда. Все в Ренберд будут работать для вашего покоя.

– Благодарю за эти слова.

– Нет ничего, что я мог бы оценить сильнее, чем ваш визит, – Кальцион, который научился отвечать, как подобает аристократу, был безупречен, даже выражая привязанность, поэтому из каждого его слова капал мёд.

– ……

Селена чувствовала кризис.

Почему-то ей казалось, что второй раунд актёрской битвы в этом мире будет за Кальционом.

Селена ощущала себя так, словно мариновалась в меду.

Плохо, я не могу сказать, что мне не нравится это, но растерянность просто сумасшедшая.

– Тогда, войдём? – мягко спросил Кальцион, как сопровождающий.

Селена внешне спокойно улыбнулась, но на протянутую руку Кальцион, скрытую от зрителей, легла её дрожащая рука.

Каждый раз, когда их взгляды встречались, мужчина улыбался невероятно ярко, не понимая её чувств.

Если бы Кальцион был плохим плейбоем, который лишь развлекался, соблазняя деревенских девушек, он бы смеялся над всем, что я делаю, но сейчас он ничего не понимает, потому что искренен в своих действиях.

Задумавшись об этом, Селене захотелось закричать: «Ау, точно!» и стукнуть себя по лбу, но она сдержалась, потому что прямо сейчас была богиней.

Элегантно вскинув подбородок, Селена медленно пошла, держа в одной руке поводья демонического зверя, а в другой руку Кальциона.

Иногда дули удачные порывы ветра. Это было трепетание одежды и волос, которые изначально необходимы в мифе или легенде.

Даже её длинные волосы и длинный подол платья были идеальными.

Приветствие людей продолжалось ещё долгое время позади них, пока Кальцион и Селена медленно шли. Даже после того, как ворота были закрыты, за воротами продолжали раздаваться аплодисменты.

– Что за Богиня так вдруг, – под звуки аплодисментов Селена ударила Кальциона локтём в бок.

– На мгновение я увидел тебя именно такой.

– ……

Есть поговорка, что пойманную рыбу не кормят.

Сейчас я люблю Кальциона, поэтому решила остаться здесь подольше.

Обычно после такого было бы уместно вступить в стабильный период отношений, а не в отчаянные ухаживания, но с Кальционом всё наоборот. Эмоции переполняют его, ведь до сих пор он был очень терпелив, – Селене казалось, что она вот-вот утонет, словно от неконтролируемого подливания алкоголя.

Когда ворота закрылись, горничные и слуги, ожидавшие у ворот, одновременно склонили головы:

– Добро пожаловать.

Это было третье появление Селены с Кальционом.

Что отличалось от прежних, так это отсутствие миссис Джанет.

Миссис Джанет официально была старшей горничной, но на деле она была и дворецким, и старшей горничной. Без миссис Джанет не было никого, кто мог поприветствовать их и разговаривать, как представитель замка.

Казалось, слуги уже должны были начать ожесточённую закулисную борьбу, но после того, как они увидели, что миссис Джанет свергли, лишились своих сил. Они ничего не умели делать без предварительного приказа.

Как правило, когда подъезжал всадник или карета, к ним подходил слуга и забирал животное, но к демоническому зверю никто не подходил.

Смотря на колеблющихся слуг, Селена первой предложила:

– Поскольку демонического зверя нельзя поместить в конюшню, почему бы нам не привязать его к одной из сторон плаца?

– Это будет чудесно.

Когда Селена и Кальцион направились к плацу, слуги нерешительно окружили их и последовали за ними.

Когда Селена нашла в углу плаца крепкое дерево и привязала там поводья, демонический зверь заскулил и посмотрел на неё. Селена привычно сунула руку в банку с мёдом в сумке на своём поясе и, вытащив ладонь, поставила её перед носом зверя.

– Кр-р-р! – демонический зверь с удовольствием лизнул ей руку.

Сейчас, даже если демонический зверь лизал её руку, Селена могла отреагировать достаточно спокойно, не цепенея и не нервничая.

Изначально, когда зверь проголодался, он пытался съесть Селену или Кальциона. Каждый раз Кальцион ударял его по переносице.

Демонические звери также обладали разумом. Они могли узнавать соперников, которых не могли победить, и тех, перед кем должны были показывать себя хорошо.

Каждый раз, когда Кальцион бил его, демонический зверь закрывал переносицу передними лапами и тихо пятился назад, как обычный зверь.

Поэтому, в качестве теста Селена подумала, что сможет приручить его едой, поэтому бросила мясо, которое охотой добыл Кальцион и которое она пожарила, зверю…… Это было случайное открытие.

Приправы к мясу не было, поэтому Селена жарила его в нектаре медовых цветов, которые хотела взять с собой в свой мир. Только неожиданно демонического зверя больше заинтересовал мёд, чем мясо.

Как только зверь увидел мёд, он отбросил своё лицо и личность, становясь щенком.

Так были обнаружены и кнут, и пряник.

Операция Богиня также появилась в тот момент.

Изначально план Кальциона состоял в том, чтобы сообщить всем, что Селена может читать записи Архимага.

Но это трудно было доказать. И не было уверенности, что это действительно сможет помочь.

Богиня же, которая использовала демонических зверей, была настолько интуитивно воспринимаемой, что её мог осознать даже трёхлетний ребёнок. А картинка, которую съедает публика, должна была быть лёгкой.

Для того, чтобы приручить демонического зверя и заставить Селену ехать впереди, взяв поводья, потребовалось обучение, но, как можно заметить, его результатом стал большой успех.

– О-о, посмотрите на это! Демонический зверь показывает свою верность!

Им даже удалось околдовать прислугу.

Селена рассмеялась и гордо погладила зверя по гриве. Демонический зверь довольно кивнул и принялся яростнее лизать ей руку.

– Вау! Демонический зверь ведёт себя как щенок!

– Смотрите, настоящая Богиня!

Было видно, что слуги перешёптываются между собой, но они даже не замечали, что их голоса стали громче из-за волнения.

Показав публике то, что она хотела увидеть, Селена повернулась к Кальциону:

– Какое-то время в замке будет шумно.

– Достаточно сильно, госпожа Богиня.

– ……вам не нужно называть меня так, когда мы остаёмся вдвоём.

– А, тогда перестань выглядеть настоящей Богиней, – Кальцион, улыбнувшийся естественной улыбкой, прижался губами к тыльной стороне ладони Селены.

Нельзя было сосчитать, сколько раз он уже повторил это. Тыльная сторона ладони Селены хранила бесчисленное количество его следов.

Она вновь почувствовала угрозу.

Как оказалось, даже демонический зверь становится послушным, когда наестся. Но, если подумать, самым опасным зверем в этом мире является не демонический зверь, а Кальцион.

Самое опасное существо, которое я приручила, время от времени сверкает глазами, в которых живёт расплавленный мёд. Но даже предсказать когда, где, как и настолько сильно он захочет есть – невозможно, – холодок пробежал по позвоночнику Селены.

– Герцог, пожалуйста, будьте немного более рациональным.

– Я, наверное, теперь самый иррациональный человек. И, Кальцион.

Одним из изменений сюжета, добавленных при планировании операции «Богиня», было изменение обращения к Кальциону.

Герцог не был особенно формальным титулом, но в качестве обращения был достаточно чётким. По обещанию Кальциона сделать Селену превосходящую все титулы в человеческом мире было решено, что Селена будет называть его по имени.

– Ты называла меня Циони, поэтому обращение Кальцион будет не трудным.

Селена думала так же, но была и привычка. Если она не контролировала речь, то с её губ продолжало слетать обращение «Герцог».

И всё же, Кальцион казался вполне доволен тем, что Селена называла его имя. Всякий раз, когда Селена ошибалась, он подталкивал её исправиться:

– Я тоже не знал, что делать, когда ты говорила «Циони».

Сейчас наоборот в растерянности была Селена.

Ведь люди думают о ситуации с точки зрения другого человека лишь когда сами страдают от этого. Каждый раз, когда она произносила имя Кальциона, её губы пересыхали, а горло сжималось.

– ……Кальцион.

При звуке собственного имени, которое Селена наконец произнесла, Кальцион ярко улыбнулся, словно получил весь мир. Поэтому Селена и не могла перестать звать его так.

Селена ощутила, что проиграла, но улыбнулась со счастливыми, пусть и сложными чувствами.

– Пойдём?

– Конечно.

Усталость накопилась от путешествия по демоническим горам. Тело, которое не мылось должным образом в течение нескольких дней, поскрипывало при каждом движении.

Когда Селена и Кальцион вошли в замок, прислуга, выстроившаяся в ряды, вновь ринулась внутрь. Среди них были и знакомые слуги, которые время от времени приходили к Кальциону.

– Ваше Превосходительство, прошу прощения, что мешаю вашему отдыху, но, кажется, из-за спешки необходимо срочно идти на собрание.

– Мне тоже идти?

Поскольку я – Богиня, пришедшая защитить Ренберд, будет вполне правильным, показывать своё лицо, а не прятать его в такой момент. Поскольку это моя роль.

– Я выслушаю отчёты первым и разберусь в ситуации. Госпожа Богиня, вы можете отдыхать столько, сколько вам удобно, – ответил Кальцион, мешая слуге спросить: «Зачем вам вообще идти туда?».

Сейчас, если Кальцион проведёт собрание и объяснит общие обстоятельства, то всё будет организовано более чётко.

– Тогда увидимся через некоторое время, – Селена повернулась и направилась к себе в комнату.

Пара горничных молча последовали за ней.

Мы всё равно знаем друг друга.

Тот же замок Ренберд, те же горничные.

Уйдя от аплодисментов толпы, Селена наконец поняла, что вернулась в Ренберд.

За исключением того, что положение Селены немного изменилось, всё остальное было по-прежнему.

Пока она нежилась в ванной, отогреваясь от усталости и пыли, одна из горничных осторожно подошла к Селене:

– Послушайте, госпожа Селена. Вы, должно быть, очень устали, как насчёт массажа с маслом?

– Хорошо…… это будет хорошо……

Взгляды горничных, смотрящих на Селену, были необычными.

– Тогда я!

– Нет, я!

Было непривычно видеть, как они яростно заявляли, что будут работать. Эти девушки не были теми, кто хотел заходить так далеко в работе.

Но и это также было знакомо Селене.

В глазах горничных смешивалось любопытство, предвкушение и мечтание. Им не терпелось прикоснуться к Селене хотя бы кончиком пальца.

Титул звезды приходит не только от внешности. Что важнее внешности, так это «имидж» человека, то есть то, как его считывают люди.

Вот и всё.

Селене было очень комфортно, словно она вернулась домой.

Глава 150

Селена неторопливо улыбнулась и решила показать доброту «Богини»:

– Будет быстрее, если по одному человеку возьмут левую и правую стороны.

Горничные вцепились в руки Селены быстрее, чем во что-либо.

– Но как на самом деле это произошло? Внезапно проснуться Богиней! Как вы стали такой?

– Хм…… – Селена задумалась, за сколько продать сюжет. Найти подходящую линию истории всегда было сложно. – Когда я пришла в себя, я пересекла горный хребет. Цветущее поле раскинулось передо мной, а демонические звери склонили головы. В этот момент я поняла. «А, в моей крови течёт кровь древней расы. Я была рождена, чтобы вести демонических зверей и привести их в это страну.»

Когда Селена играла, были моменты, когда она погружалась в игру, не осознавая этого.

Обстановка, которую Селена создала, была настолько правдоподобной, что она пропела слова, будто настоящая Богиня, и глаза горничных загорелись.

В подобных историях не имеет значения, правда это или нет. Главное, насколько это круто и трогает ли сердце человека.

– Только после этого господин Кальцион поймал меня. Я ведь в состоянии защитить этот Ренберд. Он просил меня одолжить свою силу.

– О……

– И сказал, что мужчина по имени Кальциона также не может жить без меня.

– Кья-я-я! – горничные сжали кулаки и закричали, как зрители, наблюдавшие за кульминацией драмы.

Было приятно видеть, что им так нравится это, пусть даже это была лишь просто рассказанная история, как если бы это было результатом её актёрской игры. Замещающееся удовольствие также оставалось удовольствием.

Удовлетворённая реакцией горничных, Селена откинулась на край ванны, довольная своей импровизацией.

*****

Приняв ванну, Селена переоделась в лёгкую одежду и направилась в зал собраний.

Её тело жаловалось на усталость, но на этом всё. Селена была также хороша в том, чтобы не спать и быть активной, как отлично засыпала где угодно.

Солдат, ожидавший перед залом собраний, заметил приближающуюся Селену и поспешно отдал честь.

Это было обращение, которого она никогда не получала, когда была «Селеной-простолюдинкой». Это в очередной раз показало, что качество её жизни резко изменилось.

В глубине души Селена думала, почему операция по изменению её личности так необходима, но, увидев всё своими глазами, она поняла эту необходимость. И то, что предсказание Кальциона сбылось.

– Прошу, госпожа Богиня.

Не думала, что стану Богиней даже по обращению, – Селена вошла в зал собраний с деловой улыбкой.

Кальцион отложил бумаги, которые держал в руках, и вскочил на ноги.

Когда он встал, у всех в зале не было другого выбора, кроме как так же подняться.

Селена подошла к Кальциону, вновь склонившему голову с почтительной вежливость.

– Вы здесь, – Кальцион поцеловал тыльную сторону её ладони.

Его волосы были мокрые, вероятно, потому что он только что вымыл их. А одежда также была сменена на простую и чистую.

Обычный облик мужчины вновь заставил Селену почувствовать, что она «вернулась».

Место Селены здесь уже было забронировано. Это было место рядом с креслом Кальциона. Изменение её положения также отражалось и здесь.

Селена криво улыбнулась выделенному месту.

Как сильно я изо всех сил пыталась сидеть рядом с Кальционом. Ставила под угрозу своё лицо, сидела у него на коленях, на руках, создавала множество истерик – я делала всё для этого.

А теперь место рядом с ним стало сознательно моим.

Когда Селена села, любопытные взгляды вассалов устремились на её лицо.

План по поводу поднятия положения Селены в головах этих людей был закреплён навсегда.

Другими словами, во время этой войны они были теми, кто принимал участие в операции, в ходе которой Кальцион мог навсегда покинуть Ренберд.

Это то, что Кальцион сделал по своей инициативе, но люди склонны к обидам. Они могут быть недовольны мной, считая виновной.

Но я не сдамся. Нет причин и необходимости быть подобострастной. Потому что отныне я стану Богиней.

– Продолжайте, – гордо вскинув подбородок, Селена естественным образом заняла лидирующую позицию.

– Ох, кхм, да. ……только, могу я кое-что спросить.

– Разрешаю.

Вассалы сглотнули слюну, услышав ответ Селены, в каждом слове которой чувствовался авторитет. Воздух в зале собраний сжался, словно его стиснули в кулаке.

Селена приготовилась к оскорблениям, которые должны были последовать.

Он не думал потерять меня, поэтому это не моя вина.

– Это, действительно произошло нечто вроде вашего пробуждения, как Богини?

– ?!

Можно было услышать тихое сдавленное дыхание.

Селена хотела пошутить, но лица вассалов были серьёзны.

– ……

Уж не знаю, как другие, но я думала, что эти люди будут рассудительнее. Разве люди, собравшиеся в этом месте, не те, вместе с кем Кальцион планировал эту операцию?

Как бы небрежно это не было сказано, это часть их собственной стратегии, но они и правда поверили словам, что я – Богиня?

Но вопрос уже сам по себе означает, что они наполовину поверили в это.

В этом мире всех так легко обмануть.

Мне хочется подшутить над ними, но сейчас я должна воспользоваться возможностью, которая так удачно представилась.

– Чтобы ответить на этот вопрос, думаю, сначала нужно начать с определения, что такое «Богиня», – серьёзно спросила Селена.

– Для нас это также неизвестный мир, поэтому мы мало что знаем…… Как их предок, Сонтолэн, они могут управлять демоническими зверьми, заниматься магией, распространять знания, которых никто не знает или делать пророчества…… – так же серьёзно ответили вассалы. Все их ответы были подобными.

– Да, тогда, думаю, этого достаточно, чтобы быть Богиней. На самом деле, у меня не было воспоминаний о прошлом, но как только я ступила на земли демонических зверей, потерянная память вернулась, и я научилась обращаться с демоническими зверьми.

– Хо-хо……!

Поскольку этому были доказательства, увиденные чужими глазами, достоверность слов Селены возросла ещё сильнее. Вассалы поверили.

Однажды отрепетированная перед горничными история Селены вышла ещё более естественной. Возможно, потому что это повторялось во второй раз, она даже добавила несколько деталей, чтобы сделать историю более живой.

События были слегка искажены и выдуманы, но, поскольку их основа была реальная, это лишь добавляло им ещё большего реализма. До такой степени, что даже Кальцион, который знал об этом всё, восхищался, говоря: «Ваши слова звучат невероятно правдоподобно».

В результате, когда Селена закончила говорить, глаза всех вассалов были широко раскрыты:

– Госпожа Богиня……!

Селена удовлетворённо кивнула, увидев, как их глаза вспыхивают от шока:

– Поскольку это человеческое тело, есть ограничения, но пока я живу на этой земле, я буду союзником Ренберд.

– О-о, значит, вы пойдёте на передовой линии в войне против Кронпринца?

– О чём вы? Это здесь, то там, – резко отрезала Селена.

Сколько не занимайся созданием имиджа, если принимать все абсурдные просьбы, им не будет конца. Важнее правильно провести линию с самого начала и показать характер, чем потом обрубать её.

– А, ах, вот как.

– Поскольку я – Богиня, мне будет трудно, если вы продолжите вот так опираться на меня, прося меня сделать для вас всё.

– Прошу прощения.

Селена фыркнула на сбитых с толку вассалов и в этот раз достала пряник:

– Но давайте вернёмся к контексту. Ранее я слышала, что было срочное сообщение.

– А, да. Отчёт завершён, но я снова повторю для вас, госпожа Богиня.

– Кратко.

– Да, я буду говорить как можно короче. Королевские силы завершили развёртывание по периметру Ренберд ниже Силэнзы. И прислали предупреждающее сообщение.

Время посещения демонического хребта не было коротким. Однако для продвижения всей армии его было недостаточно.

Даже если ехать верхом и на каретах на полной скорость, путь до границы займёт 1,5 дня. Самое быстрое можно добраться с запада на восток, до Силэнзы, за неделю.

Даже при простом расчёте дата получается не той.

– Почему так быстро?

– Поскольку постоянная армия невелика, она может двигаться на полной скорости. Кажется, ещё не прибыли рядовые солдаты с каждой из оставшихся территорий.

Селена быстро поняла.

Это форма управления армии, которую можно было увидеть в произведениях западной эпохи.

Чтобы содержать постоянную армию, нужны деньги. Поэтому в постоянной армии содержится ровно столько солдат, сколько возможно по деньгам, а когда начинается война, солдаты набираются из числа простолюдинов, живущих своей жизнью. Поэтому на каждой территории есть свои рядовые солдаты.

– По пути было много поместий, но говорите, что они придут позже, чем армия Кронпринца, которая вышла из столицы?

– Поскольку война произошла так внезапно, потребуется время, чтобы вооружиться…… Но это лишь оправдания, – вассал тихо рассмеялся. – Вероятно, это потому, что они боятся Ренберд.

И правда. Это самая разумная и убедительная причина.

– Однако весть об отсутствии Его Превосходительства всё же стала известна, несмотря на все попытки перекрыть информацию, а в случае победы Кронпринца, доля каждого из них будет не маленькой, потому они потихоньку начинают движение.

Ренберд – земля с экономическим уровнем и ресурсами, сравнимыми с уровнем всей страны. Кто бы не возжелал этого?

Те, у кого жадность предшествует страху, обязательно выйдут вперёд.

– Но поскольку Его Превосходительство вернулся, проблем не будет. Особенно с Богиней, пришедшей на демоническом звере, – закончил вассал ярким голосом, без капли напряжения.

– Операция всё-таки будет осуществлена?

– Да, естественно. Его Превосходительство будет участвовать в ней.

– ……

Это был откровенно упрощённый доклад. Но также было верно и то, что дальнейшего ответа не требовалось.

Это правда, что если взять с собой Кальциона, то ты легко победишь. Но использовать это как стратегию?

– Тогда зачем на самом деле это собрание?

– Чтобы позаботиться о большем количестве причин, – ответил вместо вассала Кальцион.

По крайней мере, он даст разумный ответ, – Селена с нетерпением прислушалась.

– Простолюдинка, ранившая Кронпринца, Герцог, вооружённый мечом и спрятавший простолюдинку в своём дворце. Даже если мы победим, это станет поводом для бесконечной войны.

– Разве мы не можем просто убить Кронпринца? – хладнокровно спросила Селена.

Люди в современном обществе часто отвечают взаимностью на действия. Среди них особенно много корейцев.

Это также был образ мышления, соответствующий северному темпераменту.

Глава 151

Все вассалы, а также Кальцион, радостно закивали. Как и следовало ожидать, Богиня также была северянкой, и они даже почувствовали родство с ней.

Кальцион мягко продолжил своё объяснение:

– Устранение Кронпринца, естественно, является первоочередной задачей. Но придётся убрать половину аристократов, чтобы избавиться от остатков власти, цепляющихся за него.

Даже если Кронпринц уйдёт, можно предложить замену.

Их жадность к Ренберд никоим образом не исчезнет. Оправдание – это дополнение, которое облегчает шаги тех, кто обладает властью.

Кальцион желал решить даже это:

– Для этого нам нужно оправдание, доказывающее, что действия в тот момент были оправданы…… Но в случае с простолюдинами проблема в том, что независимо от того, что делает Кронпринц, причинение ему вреда не может быть оправдано в их глазах.

– Раскрыть, что она на самом деле является Богиней?

– Это не может быть официальным оправдание, поэтому будет сложно подтвердить это официально. Поэтому есть кое-что, что я придумал. Только это потребует вашего согласия.

Селена пожала плечами и улыбнулась.

Я согласилась проехать на спине демонического демона, так с чем теперь я могу не согласиться?

–Уверена, что бы не задумал Кальцион, это не причинит мне вреда.

– Так и есть. Хоть это может немного раздражать.

– Я буду сотрудничать настолько, насколько это в моих силах. Что именно?

– Вы должны стать Королевой Севера.

Мягкая улыбка медленно исчезла с лица Селены.

Определённо в разговоре проскальзывали моменты о том, чтобы сделать меня Королевой ради выигрышной стратегии. Но я думала, что это символично, как и титул Богини.

Кальцион намеревается создать настоящую коронованную Королеву.

И пусть Герцог – он, Королевой он намеревается сделать меня.

Одно упоминание об этом моменте означает, что он уже серьёзно завершил свои планы. Это не та история, которая закончится сразу после смеха над ней.

– ……давайте минуту обговорим это отдельно.

После слов Селены вассалы вскочили всей группой.

– А, нет. Мы выйдем. Выйдем на прогулку и поговорим во время отдыха.

– Верно, – Кальцион жестом приказал вассалам сесть и легко поднялся со своего места.

Селена вышла в коридор и свернула в сад. Солнце уже село и тихий пейзаж сада, освещённый лунным светом, успокаивали её испуганное сердце.

Глубоко вдохнув холодный воздух, Селена медленно спросила:

– Я спрашиваю на всякий случай, правда ли есть отличие от правящей Королевы и Королевы, вышедшей замуж за Короля?

– Конечно, это другое.

– Кальцион станет Королём, а я – Королевой, верно?

Кальцион рассмеялся и покачал головой:

– Не будет никаких изменений с тем, что есть сейчас. Правителем Севера будешь ты.

Селена схватилась за свою пульсирующую голову и закричала, словно от отчаяния:

– Правящая Королева!

– Что такого? – Кальцион бесстыдно посмотрел на Селену, не меняя выражения лица.

– Это же совсем другое! Правящая Королева – должна быть профессионалом. Когда ты Богиня, тебе не нужно ничего делать, кроме как просто улыбаться, махать рукой и хорошо выглядеть, а когда ты настоящая правящая Королева, то должна быть в состоянии взять на себя ответственность за эту страну.

– Сколько аристократов на самом деле отвечают за свои территории? Ты – владелец, а не управляющая.

– В любом случае, судьба страны окажется в моих руках.

Независимо от того, как неряшливо могут жить люди с такой ответственностью, я так не могу. Если ты чего-то не знаешь, то мы можешь быть спокойным, но трудно игнорировать что-то, если ты знаешь об этом.

– Я не могу возложить на тебя это бремя. Я заставлю всех людей встать на колени и тебе не придётся работать.

– Каким путём?

– Герцогство Ренберд станет принадлежать Северному Королевству. В настоящее время все земли, населённые на Севере людьми, принадлежат Ренберд, поэтому можно продолжать править Ренберд так же, как правил я.

– Чем это отличается от простого превращения Ренберд в Королевство, зачем мне становиться Правящей Королевой?

– Земли твои как Королевы будут простираться дальше демонических гор. Ренберд – это лишь половина территорий, – пришёл почти мгновенный ответ.

Селена рассмеялась, увидев подготовленные ответы, выстроившиеся в очередь, словно у соискателя, готовившегося к собеседованию 4 месяца и 3 дня:

– Как далеко ты задумал?

– Я думал о том, что страна Королевы будет носить название «Селена», в твою честь.

– Хо……

– И твоё лицо будет выгравировано на новой валюте, используемой в Королевстве, – Кальцион посмотрел на лицо Селены и мягко улыбнулся. – В таком случае тебя будут знать все в мире, кто живёт там, куда текут деньги с Севера. Деньги с твоим выгравированным лицом будут цениться больше, чем какие-либо ещё, и все будут желать их.

– ……

– Если всё будет так, разве это, по крайней мере, не станет достойной компенсацией за то, что ты оставила в том мире?

Селена вздохнула при слове «компенсация».

Все вещи, которые Кальцион хочет делать с этого момента, не ради процветания Ренберд или, в конце концов, эффективного окончания войны. Это личная компенсация мне, поставленная на первое место. Для Кальциона, даже посреди всего этого, я нахожусь на первом месте.

– ……а……

Что делать с этим мужчиной? – закрыв лицо руками, Селена застонала.

Если я сейчас скажу Кальциону прийти в себя, очевидно, что он даже не вспомнит, когда был в здравом уме.

Когда я работала актрисой, я слышала много комплиментов, в которых мне говорили, что если есть страна, которую нужно уничтожить, достаточно послать меня. Убийственная красота. Красавица, способная разрушить страну – таким было моё привычное прозвище.

Слова стали явью? – Селена действительно чувствовала, что из-за неё собираются уничтожить страну.

– Недостаточно? – спросил Кальцион, обрывая её мысли.

Единственным человеком в этом мире, который мог бы разорвать его на части, был сам Кальцион.

Только волнение, которое мгновенно захлестнуло его сердце, не смогло сразу же успокоиться.

Селена закрыла лицо руками и покачала головой:

– Слишком много. Этого слишком много, поэтому я откажусь……

Ничего страшного, если это не произойдёт в реальности. Мне достаточно, что он принял это решение и обговорил это со мной. Никакой дополнительной компенсации не требуется.

Я получила сердце большее, чем этот мир.

– Для тебя много не бывает. Что бы я ни принёс тебе, даже если это будет весь мир, этого будет недостаточно, – Кальцион опустился на колени перед Селеной и протянул руку, словно умоляя.

Селена не могла отпустить его руку, поэтому протянула свою, открывая закрытое лицо.

Большие ладони Кальциона обхватила руки Селены.

Он прижался губами к большим пальцам Селены, складывая ладони вместе, словно молясь:

– Моему миру, моей Королеве, моей Богине я хочу посвятить этот мир.

– ……

– В твои руки. Я готов отдать весь свой мир.

– …….

– Включая меня.

Признание, сказанное вполголоса, было молитвой. Селена посмотрела на небо и вздохнула от любви верующего, который искренне изливал ей своё сердце:

– Ха……

Нет бога, чтобы ответить на это.

Стоя перед Кальционом, его богом являюсь я.

Этот мужчина действительно достанет для меня звезду, если я попрошу об этом.

Его слова, что он отдаст мне мир и себя, действительно означают, что он отдаст всё это мне. И Кальцион уже несколько раз доказывал мне это.

Я могу вернуться в свой мир, но никогда не смогу отказаться от Кальциона, пришедшего вместе со мной.

– Я не могу просить тебя, если это окажется обманом.

– Это невозможно.

– Ты ведь знаешь, что я жадная, да? Если что-то моё, то моё навсегда.

– С удовольствием, – ответ Кальциона был крайне уверенным.

Селена накрыла ладонями щёки Кальциона и поцеловала его:

– Теперь, Кальцион, ты – мой, – прошептала она в губы Кальциона.

Если бы я была змеёй, то проглотила бы его с головы до пят одним укусом. Вот как сильно я желаю Кальциона.

Мужчина, таинственно сияющий в лунном свете. Самый красивый и сильный мужчина в мире.

То, что я знаю и желаю больше всего во всём мире.

Селена вновь соединила их губы и схватила Кальциона за волосы. Не желая отпускать.

Кальцион, понявший значения этих действий, крепко обнял Селену и поднял её.

Тело Селены воспарило в воздух.

Но даже когда Кальцион встал, Селена могла смотреть на него сверху вниз. Словно так будет всегда, он не отпускал Селену.

– Бери, – тихо прошептал Кальцион срывающимся голосом, впиваясь в губы Селены. – Я отдал всё моей Королеве, моей Богине, поэтому бери всё, что пожелаешь.

Мужчина проговорил священные слова, но горячая похоть, таящаяся в его губах, вовсе не была святой.

Губы Кальциона с таким нетерпением двигались вперёд, что казались угрозой.

– Хм……! Ох! – Селена, сбитая с толку его напором, издавала слабые звуки, но вскоре давление исчезло с её губ.

Кальцион поджал губы и вошёл в здание.

– А, – Селена пришла в себя лишь от холода простыни, коснувшегося её спины, и огляделась.

Она даже не поняла, когда они вошли в комнату.

Комнату, где Селена проводила время с Кальционом. Комнату, где она работала с ним и иногда соблазняла его отвести взгляд от работы.

В этой комнате, сейчас перевёрнутой вверх тормашками, Кальцион соблазнял Селену.

Мужчина медленно выпрямился.

Селена же могла лишь смотреть на него снизу-вверх, лёжа на кровати, поджав ноги.

Подобно змее, раздумывающей, с какой стороны заглотнуть жертву после пленения, Кальцион медленно осмотрел Селену.

Селена смотрела на него в ответ, не в силах делать глубокие вдохи.

Прерывистое дыхание появлялось и исчезало.

Огонь уже был разожжён. Тело, охваченное огнём, пылало.

Жар напитывал каждый тяжёлый выдох и распространялся по комнате. Воздух в комнате, прежде холодный, стал горчим, хоть камин ещё не разожгли.

Опьянена из-за жары?

Нет. Точно так же, как раньше Кальцион сошёл с ума, так же и я пьянею вместе с ним.

Рука Селены, не сдерживаемая опьянённым разумом, двигалась спокойно.

Пальцы её протянутой руки коснулись края рубашки Кальциона. Поскольку они находились на его территории, рубашка, которую носил мужчина, была удобной, без лишних украшений, и достаточно широкой, чтобы проникнуть под неё.

Хоть Селена уже задевала, прикасалась и потирала кожу Кальциона, волнение в момент прикосновения к ней ни капли не уменьшилось. Нет, скорее, по мере того, как количество прикосновений увеличивалось, выжигались всё более сильные искры.

Ладонь Селены прижалась к твёрдому, бугристому животу Кальциона. Естественно, он смотрел на Селену сверху вниз, но не отталкивал.

Её рука медленно поднялась по телу мужчины, поднимая рубашку. Когда ладонь Селены скользнула по его сильной груди и достигла ключиц, Кальцион вытянул руки и скинул с себя рубашку.

Глава 152

Селена молча слушала его сердцебиение, положив руку на обнажённую грудь Кальциона.

Она словно приложила ухо к земле на плацу, настолько сильно рёв его сердца передавался через её ладонь.

– Это моё.

– Верно.

– Это сердце должно биться только для меня.

– Так и будет.

Рука Селены скользнула немного выше. Кальцион опустил голову и её ладонь коснулась его лица.

Кончики пальцев Селены коснулись век Кальциона:

– Эти глаза также должны смотреть на меня.

– Сейчас так есть, и в будущем будет так же, – то, как Кальцион взял руку Селены и поцеловал её ладонь, ничем не отличалось от облика Святого, который спасал мир, но после того, как Кальцион поднял взгляд, он стал демоном, переполненным жадностью.

Селена взяла руки Кальциона и заперла себя в его руках. Но ей недостаточно было, чтобы он просто обнимал её обеими руками сразу.

Хочу убрать кожу и врасти в кости, – желание обладать так, чтобы между ними не было места, куда мог проникнуть свет, вызывало безумие.

– Мм! – Селена не смогла совладать со своим бушующим безумием и укусила Кальциона за плечо.

Словно в ответ, ладонь Кальциона скользнула под юбку её платья.

В тот момент, когда его пальцы коснулись обнажённой кожи Селены, из его глаз полетели искры.

Они торопливо сбросили с себя одежду, терзая губы другого и лаская тело.

Это были жесты голодного животного, где не оставалось места человеческой разумности.

Они оба обладали достаточными знаниями о том, что должно было произойти.

Кальцион учился этому в рамках обучения преемника, а Селену обучали этому на актёрском мастерстве.

Возможно, будь это спальней Герцога, они оба поступили бы так, как их учили.

Как обычно в меру мягко, в меру невинно, пытаясь не оскорбить партнёра. Не обременяя его и не изливая на него свою похоть.

Но сейчас эти правила и методы исчезли из их голов.

Остались лишь инстинкты.

По мере того как собственническое желание вело их, они бесконечно прикасались, целовали, втягивали и покрывали лёгкими поцелуями нужное место, словно извиняясь.

Они проникали глубоко друг в друга, не пропуская ни одной части тела.

Действия отражали разум. Их прикосновения, содержащие искреннее желание обладать, были столь же настойчивыми, как и они сами, но в тоже время осторожны, словно умоляющие.

– ……что делать. Я хочу коснуться большего, даже если прикасаюсь к тебе.

Увидев взволнованный вид Кальциона, Селена улыбнулась с гордостью, переполнявшей её сердце:

– Нужно просто достигнуть большего, – при этих словах тело девушки плотно прижалось к телу Кальциона. – Большей глубины.

Кальцион застонал, не в силах победить искушение.

Селена была счастлива видеть мужчину, дыхание которого не прерывалось, даже если его тело рвали когтями демонического зверя, стонущего от того, что он не мог справиться с удовольствием в собственном теле. Она чувствовала себя гордой, словно победила всех в мире.

Селена тоже не могла устоять перед чувственным удовольствием и вцепилась ногтями в спину Кальциона. Его мокрая спина дрогнула под ладонями девушки.

Мужчина, который не потел, как бы сильно он ни размахивал мечом, был полностью пропитан похотью к Селене и все его нервы были на пределе.

Селена также промокла так, словно растаяла.

Ночь была долгой. Цветы в спальне не упали, пока не исчезла луна.

*****

Ночь была настолько влажной, что утро не могло не быть тяжёлым.

Селена моргнула, потирая тыльной стороной ладони свои пекущие глаза.

– Мм……

Её тело наполовину лежало на спине Кальциона, словно прикрывая его. Селене было приятно чувствовать тепло его тела всеми конечностями.

Селена извиваясь натянула одеяло на голову и ткнула рукой Кальциона в бок.

Тело мужчины вздрогнуло от прикосновения руки Селены. Но этого было слишком много, чтобы терпеть.

Селена посмотрела на лицо Кальциона из-под одеяла.

Естественно, он смотрел на неё немигающим взглядом.

Когда их взгляды встретились, губы Кальциона коснулись лба Селены, словно притянутые магнитом, и спустились к губам по её переносице.

Если бы это был утренний поцелуй, то он остановился бы прямо на этом, но когда поводья опущены, зверь не находит причин сдерживать себя.

Дождь поцелуев упал на шею Селены после спуска по челюсти, вытянувшейся добела, на выступающие ключицы и, чуть позже, на её округлые плечи.

В отличие от ночи, которая была похожа на бурю, это было похоже на мелкий дождь из росы, но промокнуть под ним можно было так же.

– А…… нельзя.

– Нельзя? Почему? – пробормотал Кальцион, утыкаясь лицом в грудь Селены.

Селена сжала его плечи, едва сдерживая своё быстро участившееся дыхание. Только нельзя было сказать, притягивает ли она Кальциона или отталкивает его.

– Между работой это……

– Они сделают работу сами.

– Нет, всё же. Все…… да.

Если подумать, вчера мы сразу же ушли в спальню, ничего не сказав, кроме той просьбы подождать.

– Бьюсь об заклад, все всё ещё ждут в зале собраний, верно?

– Они должны были услышать, что мы вдвоём ушли спать, и самостоятельно разойтись.

– ……это часто случается?

– Не знаю, – холодно ответил Кальцион. Словно не понимал, почему должен думать так далеко.

Селена смело оттолкнула его.

Мне хорошо рядом с ним, и манит возможность провести утром вместе, смешивая температуру друг друга, но погрузившись в пучину удовольствиям, мы не сможем пойти по пути разрушения.

– В данной ситуации ненормально заниматься этим. Нельзя быть настолько не дисциплинированным.

– …… – естественно, Кальцион, который думал, что сейчас ему дадут белый свет, недовольно нахмурился от её ответа.

И вместо того, чтобы встать, уткнулся носом в пупок Селены.

– Не-е-е-ет!

В конце концов, лишь после того, как Селена оттолкнула его голову, надавив на плечи, Кальцион выпрямился.

– Я не против быть Богиней, и я не против того, чтобы быть горной пиявкой, цепляющейся за Герцога, чтобы разбогатеть, меня всё устраивает между нами, но я не хочу слышать, что я ведьма, которая разорила страну.

– Я без ума от тебя, так почему ты ругаешься на меня?

– Мир устроен так.

– Это нечестно.

– Мир изначально несправедлив.

Кальциону, который не мог опровергнуть изначально существующее утверждение, ничего не оставалось, как встать.

Это были тела, которые они всю ночь крепко обнимали, но ей всё ещё было неловко показывать своё и видеть тело Кальциона при ярком свете.

Селена посмотрела на спину Кальциона, поскольку тот облачился в халат, и тайком натянула одеяло, закрывая лицо.

Заметив движения в комнате, горничные постучались в дверь.

Не то, чтобы они всю ночь лежали молча, словно бездельничая, скорее наоборот, пара действовала как звери в течке, так, что все знали.

Должно быть, горничным трудно открыть дверь, войти и начать прислуживать, как обычно, из-за вчерашней ночи.

Утром того дня, когда я притворилась, что спала с Кальционом, Кальцион ушёл первым и они смогли войти без предупреждения.

Сегодня мы оба лежали в постели, пока не взошло солнце, поэтому единственным выходом для них стало постучать в двери, прежде чем войти, – Селена подняла одеяло и посмотрела на своё тело.

Там оказалось куда больше следов, чем ожидалось.

Её тело было настолько покрыто пятнами, что невозможно было сказать, укусы насекомых это или следы изменений. Лицо Селены потемнело при мысли показать это.

– Утренняя помощь не требуется. Просто подготовьте ванную и уходите. Приготовьте завтрак и уходите, – приказал Кальцион, подойдя к двери.

Вместе со спокойным ответом из-за двери, они услышали звук отдалённых шагов.

Это было намного удобнее, что Кальцион позаботился об этом, не заставляя Селену говорить, что она думает.

Селена улыбнулась с благодарным сердцем.

– Это противозаконно – отталкивать меня и улыбаться вот так, – подойдя ближе, Кальцион крепко обнял Селену в одеяле.

Бывают моменты, когда ты видишь что-то красивое или милое и боишься, что сломаешь, неосознанно приложив слишком много силы. Но бывают моменты, когда это что-то настолько милое, что тебе хочется вдавить это в себя. В такие моменты человек не выдерживает и кусает предмет чувств. Однако, поскольку Кальцион боялся снова больно укусить Селену, он напряг челюсть и собирался осторожно укусить её, так осторожно, что его зубы дрожали.

Кальцион укусил Селену за плечо.

Было скорее щекотно, чем больно, поэтому Селена вывернулась.

Этого укуса было легко избежать, но прикосновения её мягкого тела, извивающегося в руках Кальциона, идеально подходило для поощрения мужчины.

Селена была беспомощна перед руками Кальциона, которые пробирались всё глубже и глубже в одеяло.

– Мы не можем…… – и всё же, именно Селена, а не кто-то другой, обнял Кальциона за шею.

Утром вновь полил мелкий дождь.

– А, ха-а…… – горячие и прерывистые стоны срывались с губ Селены, как дыхание.

Кальцион поцеловал её, словно это было пустой тратой, поспешно проглатывая стоны.

Вот так они бесконечно соприкасались телами, вновь разжигая жажду. В результате голод стал максимально сильным, и она была истощена до такой степени, что её тело растеклось по кровати.

– Проверю, что вода в ванне готова, и вернусь, – Кальцион, который был полной противоположностью Селены, направился в ванную так же быстро, как сытое животное. Его шаги, направляющиеся в ванную, были лёгкими и пружинистыми, словно они ступали по облакам.

Кальцион, который даже проверил температуру воды, подготовленной в ванне, вернулся в постель и обхватил Селену под одеялом.

– А, подождите. Я одену платье……

Когда Кальцион обнял девушку, открылось её обнажённое тело. Селена затянула под одеяло платье и попыталась натянуть его.

Только Кальцион не стал ждать и завернул её в одеяло:

– Если ты наденешь платье, то будешь принимать ванну в нём. Я правильно думаю?

– ……

Это был правильный ход мыслей.

Даже когда за ней ухаживали горничные, Селена была в тонком платье для купания.

Однако нельзя залезть в ванну закутанной в одеяло.

Селена почувствовала желание Кальциона наконец-то увидеть её обнажённое тело под ярким солнечным светом.

Меня одурачили, одурачили.

Глава 153

Во время актёрской игры опасные ситуации могли произойти по несколько раз на дню. Однако именно благодаря манерам Кальциона ей удавалось проходить через них каждое мгновение.

Поскольку это не давило на разум Селены, это было ситуацией, когда её тело не могло напрячься.

Если бы Кальцион надавил, то этого стало бы достаточно для напряжения и Селена смогла бы отказать ему, но он этого не сделал. Она замерла до конца, ожидая, пока всё будет готово.

Поэтому, даже когда они перешли главную черту, Селена думала, что он будет столь же вежлив и уважителен.

Это была ошибка.

Запечатанный зверь открыл глаза. Она не понимала, как запечатать его снова.

И не могла завёрнутой в одеяло залезть в ванну. Селена, у которой не осталось другого выбора, кроме как обнажённой опуститься в воду, плеснула водой в Кальциона, который не отрывал взгляда от её тела:

– Хватит смотреть. Дырку протрёшь.

– Не протру, – и всё же отвернул голову в сторону.

Селена мысленно рассмеялась.

Вот почему даже свирепый зверь в постели выглядит мило вне её.

– Дай мне немного воды.

Её горло саднило от ночи, наполненной стонами и криками.

По просьбе Селены Кальцион немедленно подал ей воду. Только вместо того, чтобы отдать чашку в руку Селены, он поднёс чашку к её губах своими собственными руками.

– ……?

В этом чувствовалось желание сделать всё для Селены своими руками. Селена приняла это чувство с улыбкой и отпила воды.

– Как ты?

– Это не тот вопрос, который я хочу слышать от мужчины, который до сих пор издевался надо мной.

Кальцион расхохотался. Слова сожаления не прозвучали. Ему не было слишком жаль.

– Было больно? Не думаю, что ты говорила, что тебе не нравится.

– Потому что мне нравилось. Дело скорее в том, насколько это было трудно.

– Трудно или больно?

– ……трудно.

– Хм, – Кальцион наклонил голову и, казалось, задумался, но вскоре пришёл к какому-то выводу. – Ты говорила, что тренировки бывали трудными.

– Потому что они были тяжёлые?

– Но ты была счастлива, когда тренировка заканчивалась. Скорее, ты была более удовлетворена, когда игнорировала слова о том, что это было трудно, и шла дальше.

– ……так что ты пытаешься сказать?

– Точно так же, я думаю, что ты можешь игнорировать слова о том, что это трудно.

Эти слова не звучали как хорошая причина, поэтому Селена снова плеснула водой в Кальциона.

Богиня была единственным существом в мире, которое могло плеснуть водой в лицо Северного Герцога, от которого дрожали даже демонические звери.

В доказательство этого, даже после получения воды в лицо улыбка не исчезла с губ Кальциона.

– Можно мне воспользоваться этим мылом?

На самом деле он стал куда больше взволнован.

В итоге, Кальцион стал подражать тому, что делали горничные с полотенцем в руке.

– Хочешь прислуживать мне?

– Естественно. Разве это не нефритовое тело драгоценной Богини?

– Богиня, которой прислуживает Герцог. Вы казались довольно высоким человеком.

– Всё не так. Если не станешь Герцогом, как можно осмелиться коснуться Богини хотя бы кончиком пальцев?

– Нет места, к которому ты бы не прикоснулся за всю ночь, от кончиков пальцев рук до кончиков пальцев ног.

Кальцион осторожно принялся вытирать тело Селены полотенцем с пеной и целовал там, где исчезала пена, смываемая водой:

– Тогда я должен начисто вымыть каждый уголок и сантиметр этого драгоценного тела от кончиков пальцев рук до пальцев ног.

– Остановись, – Селена брызнула водой, прежде чем вновь повторить это снова.

Халат Кальциона давно промок, поэтому это уже не имело никакого значения.

– Остановись, иди сюда, будем мыться вместе, – Селена выхватила полотенце из рук Кальцина, выбросила его и потянула его халат.

Кальцион с готовностью принял приглашение Селены.

Ванна была достаточно большой, чтобы в ней могли поместиться два человека. И достаточно высокой, чтобы положить на неё затылок, поэтому вода не выплёскивалась через край.

В просторной ванне, где можно было сидеть лицом друг к другу, Кальцион осмелился сесть за спину к Селене.

Лучше было опираться на тело Кальциона, чем на твёрдое дерево, но ощущения были слишком яркими. Селену вновь обеспокоило будущее этого мира.

– Это действительно нормально?

– Что? – спросил Кальцион, в воде разминая икру Селены, которая за всю ночь забилась.

Сама Селена забыла, что его губы прижаты к её уху.

– Расслабляться вот так в ванне перед войной, в которой хочешь поставить меня на место правящей Королевы?

– У меня достаточно времени, чтобы объяснить тебе это, – Кальцион плеснул водой на обнажённые плечи Селены и начал спокойно объяснять. – Помимо моей компенсации, становление Королевой имеет много преимуществ. Во-первых, это возможность символически показать, что это совсем другая страна, чем Ренберд, и это даст нам ещё одно средство для борьбы с этой страной. Важна не правда в деле, а личность потерпевшего.

Какими бы достоверными не были свидетели или улики по делу Ирэль, эффективно оказать давление на Кронпринца было сложно, поскольку жертвой является мёртвая Ирэль.

Другими словами, когда Селена, которая была простолюдинкой, станет правящей Королевой, она сможет создать ему проблемы.

Это было несколько абсурдно, но Селена была согласна с этим:

– Разве ты не говорил, что в бою будет легко поймать Кронпринца?

– Это даже нельзя назвать работой.

– Тогда что ты собираешься делать после того, как поймаешь Кронпринца?

– Я даже не думал об этом…… Если есть наказание, которое ты желаешь применить к нему, сделаем так.

– Хм…… отрезать Х? – интуитивно ответила Селена.

Кронпринц проблема с головы до ног, но это самая большая проблема.

– Так и сделаем.

В тот момент, когда она услышала ответ Кальциона, Селена поняла, что он может буквально сам удалить некоторые части тела Кронпринца.

В этом мире этого может быть достаточно. Мир, где тюремное заключение – это не конец. Кроме того, Кальцион – человек, который может осуществить личную месть, – Селена, вообразившая, что пакость действительно вырывают, нахмурилась.

Это также жестокий мир. Реальность здесь также другая.

Только это было настолько жестоко, что не находились слова, чтобы остановить это.

Да и даже если это жестоко, если возможно, это нужно сделать. В сравнении с тем, что сделал Кронпринц, это наказание даже лёгкое.

– Я также хочу этого, – тяжело вздохнув, вновь кивнула Селена.

*****

Среди вещей, которые человек считает простыми в мире, не так много вещей, которые действительно просты.

Быть правящей Королевой значит……

– Если просто выделить главное: вам придётся отправлять официальные письма в другие страны, чтобы провозгласить независимость как нации, провести церемонию коронации и подготовить одежду и замок Королевы. Кроме того, замок Королевы должен быть построен отдельно от замка Ренберд, должен быть определён флаг, национальный гимн, национальный цветок и прочее, а также должен быть подготовлен соответствующий реквизит, такой как знаки отличия.

……это означало участвовать в подготовке ко всему этому.

На самом деле подготовка проходила через руки множество людей, но Селене нужно было сделать немало вещей.

В частности, такие вещи, как официальные письма, требовали окончательного одобрения Селены, независимо от того, сколько документов было подготовлено и представлено.

– Это полутон, верно? – Селена, которая ни разу в жизни не говорила ни с кем через официальные письма, была обеспокоена жёстким тоном писем.

– Это ещё слишком тепло.

Это тот, кто знает, как делать лучше, – Селена поставила печать, хоть и не совсем понимала этого.

У меня нет возможности пойти куда-нибудь и проверить это, поэтому сделаем так, даже если звучит несколько хладнокровно.

После оформления документов пришёл портной.

– Приветствую, Ваше Превосходительство и гос, госпожа Богиня.

В последнюю их встречу они были Его Превосходительством и госпожой Селеной.

Наряд, который Селена заказывала тогда, не был праздничным, а скорее тем, который носили простолюдинки, работающие в поле, поскольку она хотела покинуть замок.

Портной – один из самых чувствительных к внешним новостям людей. Сначала они прислушивались к внешним тенденциям и узнавали, что и в каком районе популярно.

В этот раз в Ренберд было много шума, и причиной его была Селена. Поэтому портной просто подумал, что это конец их отношений, но это оказался не конец, а перезапуск.

Сегодня портной пришёл, думая, что наступила его возможность сшить платье для Богини, но с губ Герцога слетели другие слова:

– Королева Севера будет коронована. Сшей платье для правящей Королевы.

Портной шокировано поднял голову:

– Се, север станет Королевством?

– Он станет Королевством, где будут править демоническими горами, а также Ренберд.

– О-о, о! – портной, никак не ожидавший увидеть своими глазами историческое событие – основание Королевства, восхищённо воскликнул. – Но, вы говорите, что Королева?

– Да.

Портной непонимающе склонил голову:

– Значит, следующим Герцогом будет женщина?

– ……

Только продолжал оставаться портной без предубеждений и здравого смысла.

– Госпожа Богиня сядет на трон.

– А, а-а! – портной с опозданием понял ситуацию. – Тогда я должен создать платье, которое будет подходить Богине и Королеве.

– Отлично, понял. Сможешь сделать это?

– Я сделаю всё возможное!

– Это должно быть что-то особенное. И как можно быстрее.

– Конечно! Я сделаю это, даже если это будет стоить моей души!

Для меня честь просто быть рядом в этот исторический момент, – эмоционально опьянённый портной, сам того не осознавая, выкопал себе могилу.

Кальцион был очень доволен и увеличил количество деталей заказов:

– Создай платье, которое будет одновременно великолепным и элегантным, красивым и торжественным, и будет излучать ауру Богини, только что распустившейся из цветка, и в то же время ауру сильной Королевы, владеющей магией.

– ……да?

– Крайний срок – три дня.

– ……да-а?

– Ответ «нет» невозможен.

На замечание, похожее на угрозу сделать, даже если это невозможно, портной ответил сам того не осознавая:

– Бу, будет сделано.

Селена с сожалением посмотрела на портного, у которого был пустой взгляд. Однако дело было настолько срочным, что Селена никак не могла помочь ему. Она просто молилась, чтобы душа портного преобразилась.

– Всё, что осталось, это……

Ведь все самые хлопотные и неловкие задачи всегда откладывались на потом.

– Нужно пойти к миссис Джанет.

Настало время вынести приговор единственному свидетелю, который может свидетельствовать о неверности Кронпринца.

Глава 154

– Тебе не нужно выходить и говорить с ней, – вышел вперёд Кальцион.

Селена только что раскрыла это дело. Она не была обязана брать на себя ответственность на исход этого дела.

Миссис Джанет имела прямое отношение лишь к делу Ирэль. Это был инцидент внутри Ренберд, поэтому правильнее было, чтобы Кальцион разобрался с ней.

– Нет. Всё же, это дело, которое распутала я. Я хочу увидеть его конец.

Только тогда, когда я узнаю, чем закончилось дело о Ирэль, моё расстроенное сердце успокоится.

Кальцион уважал мнение Селены:

– Если ты так хочешь.

– Где миссис Джанет?

– Она заточена в западной башни замка Ренберд.

Пара без промедления двинулась туда.

*****

Кальцион не заточил миссис Джанет в подземелье из-за её долгой службы. И всё же, внутри было пустынно и подземная часть башни ничем не отличалась от тюрьмы.

Замшелые каменные стены, пыльный пол и койка из соломы, должно быть, сильно отличались от той жизни, которую ранее вела миссис Джанет.

Тем не менее, хоть женщина и выглядела немного измождённой, но всё же сохранила свой обычно опрятный наряд. От чувства искренней гордости.

– Ренберд обвинит Кронпринца.

Миссис Джанет склонила голову и стала ожидать следующих слов.

– Как я уже говорил, я хочу, чтобы ты отправилась в столицу и свидетельствовала о событиях того дня в суде.

– ……моё свидетельствование будет полезно вам?

– Оно не будет бесполезным.

Миссис Джанет вдруг подняла голову:

– Если это так, я всё ещё полезный человек для Его Превосходства? Тогда дайте мне ещё один шанс.

У неё был безумный взгляд.

Глаза женщины блестели от одержимости, словно она думала только об этом с момента своего заточения.

– После моих показаний разрешите мне остаться в замке Ренберд. Место служанки на грязной работе будет хорошо, работа конюхом тоже.

Кальцион решительно покачал головой:

– Я помогу, чтобы ты смогла поселиться в столице.

– Я не хочу этого! Без Ренберд мне не жить. Пожалуйста, оставьте меня в Ренберд! Если я так нужна вам! – миссис Джанет сползла на пол и вцепилась в край брюк Кальциона.

Однако взгляд Кальциона, смотрящего на миссис Джанет, не изменился. Он был безразличным, как если бы мужчина смотрел на деревья, камни или траву.

– Не так уж и сильно, – Кальцион даже не говорил намеренно о неприятных вещах. Он просто говорил правду, какой она была, но это было ещё более отрезвляюще.

Мисс Джанет рухнула на пол, словно верёвка, за которую она держалась, внезапно оборвалась.

– Твои показания лишь немного облегчат ситуацию, но не будет ничего страшного, если ты не озвучишь их. Ты можешь отказаться от них, если тебе не нравится.

– Если откажусь…… будет суровое наказание?

– Нет, если будет так, ты не сможешь ничего удержать и будешь просто изгнана из Ренберд.

В любом случае, миссис Джанет больше не могла быть привязана к Ренберд. Для неё это наказание было хуже смертной казни.

Миссис Джанет покачала головой:

– Нет, нет. Это невозможно. Даже если я умру, я не покину Ренберд.

– Ты не заслуживаешь жить в Ренберд. Я не разрешу этого.

Холодный лёд однажды мог растаять. Твёрдая позиция Кальциона, которая даже не была холодной, ещё сильнее разозлила миссис Джанет:

– Если говорить о праве жить в Ренберд, то каким правом обладает эта вульгарная женщина? Вульгарная девка, которая только и делает, что смеётся и флиртует.

Внезапно искры её гнева полетели в Селену.

Вот как сильно Селена беспокоила её, разжигая ненависть.

Как и предыдущая Герцогиня, которая не понимала, как счастлива, когда получила то, что хотела, но не могла получить Джанет.

Селена улыбнулась, скрещивая руки. Последняя вспышка гнева миссис Джанет была прискорбно незначительной и вызывала смех.

Когда я жила под Кальционом, так же, как и миссис Джанет, я была шокирована и потрясена, но теперь всё по-другому. Из-за разницы в нашем положении.

Как бы миссис Джанет не пыталась схватить и потрясти меня, она похожа на муравья, цепляющегося за ногу слона. С точки зрения слона нытьё муравья просто смешно.

– Если вы пожинаете подобное, пожалуйста, закройте глаза и простите грех этой старухи. Разве я причинила вреда Его Превосходительству?

Кальцион же, напротив, был задет словами миссис Джанет:

– Как ты можешь говорить, что не причинила мне вреда, когда самовольно контролировала и пыталась отобрать мои обязанности?

– Это потому, что Ваше Превосходительство впал в искушение и ослеп!

– Я был тем, кто искушал.

– ……что? – миссис Джанет замерла, словно её ударили по затылку.

Это был не тот Кальцион, которого она знала.

– Я был тем, кто стал одержим первым, я был тем, кто полюбил первым, и я был тем, кто цеплялся за Селену, которая собиралась бросить меня, чтобы она позволила мне уйти с ней.

– ……Ваше Превосходительство, вы говорите, что собирались покинуть Ренберд? Из-за этой женщины?

– Селена уже стала для меня важнее, чем Ренберд.

Миссис Джанет застыла с ошеломлённым лицом.

Кальцион изменился.

Это не тот человек, который, как я думала, всегда будет ценить то, что вокруг.

В какой-то момент он отдалился и стал совсем другим человеком, – миссис Джанет дрожала от ощущения чужеродности, к которому не могла адаптироваться.

Реальность, которая повернулась к ней спиной, теперь предстала перед её глазами с жестоким ликом.

Кальциону больше не нужная и Ренберд прекрасно обходится без меня.

Вместо женщины, которую он собирался поставить рядом с собой после тщательного обдумывания, внезапно место рядом с Кальционом заняла женщина, прикатившаяся откуда-то, и теперь её место незыблемо.

Причина, по которой Кальцион не выгнал меня сразу же из поместья, заключается не в том, что он не мог выбросить меня, почти часть себя. А просто в том, что я нужна была ему как свидетель.

Потому что ему нужен «свидетель», а не я сама.

Ренберд больше не обнимал миссис Джанет.

Её последняя надежда рухнула.

– Выбор за тобой. Либо тихо покинь Ренберд, либо работай на Ренберд до конца, а после оплаты поселись в столице.

– ……

– Прими решение к завтрашнему утру.

Слёзы потекли из глаз миссис Джанет.

Это были обильные слёзы, словно изливалась её душа.

Кальцион, некоторое время наблюдавший за этим, повернулся и обнял Селену без единого слова утешения для миссис Джанет.

Выходя за дверь, Селена оглянулась на сломленную женщину.

Миссис Джанет неподвижно сидела на полу. Как кто-то, кто уже умер.

Селена последовала за Кальционом с мыслью сказать ей последнее слово, сказать, что не стоило жить так, но увидев, как рухнула миссис Джанет, это потеряло смысл.

Месть, подготовленная Селеной, уже свершилась. Потому что мишень для мести рухнула на самое дно.

Сочувствия не возникло.

Даже после всего она продолжала цепляться и пыталась тащить меня за собой на дно. Если бы её не выгнали, она стала бы той, кто внёс раздор в любые отношения.

Покинув башню, Селена глубоко вдохнула.

От того, что она находилась в одной комнате с миссис Джанет, у неё сдавило грудь, словно девушка надышалась ядовитым воздухом.

Сделав глубокий вдох, Селена вдруг вспомнила вопрос:

– Что, если она не сделает это?

Бесспорно, выгоднее дать показания и получить вознаграждение, но миссис Джанет действует скорее из убеждений, чем выгоды.

– В суде показания миссис Джанет не слишком важны. Если мы поймаем Кронпринца, всё будет кончено. Показания миссис Джанет – лишь одно из средств давления, но не все.

– И было бы лучше, если бы нашлась предсмертная записка?

Сейчас Джуны не было.

Возможно, думая, что у Селены больше нет надежды на её веру, горничная сбежала от наблюдения.

То же самое было, когда Джуна сбежала из особняка в столице, но единственное, от чего она действительно сбежала, так это от спасения. Никто не думал, что даже рыцари эскорта будут обмануты ею.

Поэтому вместе с местонахождением Джуны стало неизвестно и место предсмертной записки.

– Предсмертная записка – также может быть выдумкой. На самом деле, обвинение Кронпринца – это состязание в силе и власти.

Какими бы не были доказательства, его Кронпринц будет у власти, Ренберд безоговорочно проиграет.

Но что, если Кронпринц проиграет войну и обвинение будет представлено ему, когда Ренберд будет держать его на привязи, раскрывая события прошлого?

Тогда будет возможным сломить импульс Кронпринца. Если всё будет так, то Кальциона нельзя будет обвинить в том, что он обнажил меч в королевском дворце.

Это было то, к чему стремился Кальцион.

– Тогда миссис Джанет……

Выступление в качестве свидетеля в суде возможность покаяться в своих грехах.

Кальцион просто дал ей этот шанс.

Он – щедрый правитель, – Селена оглянулась на башню.

Надеюсь, миссис Джанет не увязнет в собственном упрямстве и не сделает глупый выбор.

*****

Только одержимость миссис Джанет была гораздо больше, чем ожидали они оба.

– Ми, милорд, миссис Джанет……!

Новости с утра были печальными.

Миссис Джанет, покончившую с собой, нашла служанка, которая принесла ей еду.

При этом обнажилось самое сокровенное в сердце женщины.

Что миссис Джанет любила больше всего, так это то, что «она сама выбрала Ренберд».

Преданность, привязанность и любовь к Ренберд были не больше, чем её любовью к самой себе.

Миссис Джанет похоронили в глуши за пределами Силэнзы без какой-либо церемонии похорон. В итоге, она осталась в Силэнзе, как и хотела.

Но никто не знал, была ли она довольна этим.

****

Никто не скучал по миссис Джанет, но это стало шокирующим событием для тех, кто долгое время работал вместе с ней.

Только, прежде чем шок рассеялся, армия Кронпринца, пересёкшая границу Ренберд, начала наступление.

Глава 155

– Ядовитый ублюдок, – вот каким было впечатление Селены.

Рана от кинжала ещё не зажила.

Собрать армию за такой короткий промежуток времени, уехать, проходя такое большое расстояние, и начинать битву, как только ты прибываешь. Это пример силы воли, превосходящей обычную выносливость.

Было бы круто, если бы он был главным героем, но Кронпринц – злодей, – Селена усмехнулась.

Плохие люди всегда настойчивы.

Она не могла понять действий Кронпринца.

Я знаю, что в нём бушует старый комплекс неполноценности, но он собирается зайти так далеко?

– Из-за его паранойи он не сможет уснуть, пока не избавится от проблемы, если думает, что кто-то хоть немного сильнее, чем он сам, – очень просто объяснил это Кальцион.

– Он не ядовитый, он сумасшедший.

– Ядовитый или сумасшедший, отношение к нему будет одинаково, так зачем думать об этом?

– ……хм? – секундой позже Селена поняла слова Кальциона.

Это была ревность.

Не думай о других мужчинах передо мной.

Я и забыла, что Кальцион тоже сумасшедший, пусть и в другом смысле.

Она быстро сменила тему, прежде чем Кальцион разозлился и начал вытворять что-нибудь средь бела дня:

– Другие лорды ещё не собрались?

– Ещё нет.

– Я думала, что семья Розалин поднимется первой, но, кажется, они молчат.

Изучая записи Сонтолэн, Селена, естественно, запомнила карту. Поместье маркиза Тойлан располагалось на полпути между Ренберд и столицей.

Если бы Маркиз решил отправить войска, он бы прибыл в Ренберд ещё раньше Кронпринца. Особенно сейчас, когда Селену обвиняли в убийстве Розалин.

Враг, убивший его дочь, прячется в Ренберд, а он не бродит вокруг. Непонятные действия.

– Должно быть, это слишком сложная ситуация для его головы. Несмотря на то, что Розалин – дочь, которой он дорожил, Маркиз не захочет идти по опасному пути, который может погубить его из-за дочери, которая уже мертва.

Идти на войну с Ренберд значило рискнуть погубить себя.

– Разве Кронпринц не способен на подобные расчёты?

– Думаю, он убеждён, что имеет преимущество с точки зрения оправдания или мастерства, поэтому и нападает так.

– В любом случае, Кронпринц тот ещё сук…… – пробормотала Селена, но поняв, что говорит, смущённо замолчала.

Тот факт, что аристократы вокруг Кронпринца, за исключением него самого, холодно цеплялись за реальность, делал ситуацию интереснее.

– Знать, должно быть, думает о предательстве Кронпринца, верно?

– Поскольку Кронпринц не является стабильным союзником, эта возможность всегда оставалась открыта.

Поговорка о том, что нет вечных союзников и врагов, нашла применение в реальности.

– Если он разместит войска на границе и будет выжидать время, то есть возможность разобраться с ситуацией с той стороны, но они не могут потворствовать перетаскиванию их через границу. Мы выдвинемся, как только закончится подготовка.

Вскоре начнётся настоящая война.

Селена также была наполнена решимостью.

– Если я буду тренироваться эти несколько дней, это не возымеет большого результат, но, по крайней мере, я должна тренироваться по утрам.

– Хм? – Кальцион наклонил голову, словно услышал что-то совершенно неожиданное, и посмотрел на Селену.

– Что? – Селена наклонила голову, словно следуя его примеру.

– Почему ты?

– Почему я? Даже если я не буду сражаться на передовой, всё равно буду на поле боя. Даже если это будет тренировка бега, чтобы сбежать……

– Тогда почему ты думаешь о том, чтобы отправляться на опасное поле битвы?

– Что……

Пустые взгляды этих двоих встретились.

Впервые их мнения полностью противоречили друг другу.

Селена скрестила руки на груди и упрямо заняла свою позицию:

– Нет, подумайте лучше. Меня назовут Королевой, так есть ли смысл вступать в войну, но не участвовать в ней самостоятельно?

– Нет. Где потребность в том, чтобы монарх выходил и сражался? Слуги в его власти сражаются за него. Я буду сражаться за тебя, поэтому всё, что тебе нужно сделать, это получить известие о победе здесь. Нет причин идти на опасное поле боя.

Селена думала, что ей придётся оседлать демонического зверя и самой отправиться на поле боя, но услышав слова Кальциона, поняла, что его мысли были другими.

Это не было похоже на действия монарха, основавшего страну Селению мечом и превосходными движениями. Это были действия символической Королевы, получившей этот титул от Богини, которая лишь принимала победу, приносимую вассалами.

Только Селена покачала головой:

– Не думаешь, что оставаться в замке без тебя, Кальцион, опаснее? Рядом с тобой, Кальцион, безопаснее, чем где-либо ещё в мире.

– Я не могу держать тебя рядом с собой, пока идёт сражение.

– Всё в порядке, потому что в течение этого короткого промежутка времени я буду с демоническим зверем. Оттуда я могу чётко видеть всё.

– Это так, но поле битвы – это место, наполненное переменными, где неизвестно, что произойдёт в следующий момент, – Кальцион также колебался внутри. Последняя причина была озвучена прерывисто.

Здравый смысл подсказывал ему оставить Селену позади, но Кальциону не хотелось уходить. Кроме того, Селена сама настаивала на том, чтобы пойти с ним.

– И зачем я вернулась, если ты собираешься держать меня подальше, оставляя здесь?

– Это верно, – быстро согласился Кальцион, кивая.

Селена думала, что столкнётся с более яростным сопротивлением и продолжила убеждать Кальциона, смущённая его согласием:

– Если мы будем жить в своих собственных замках, заниматься своими делами и не видеть лиц друг друга, то какая будет разница между жизнью в двух разных мирах? Тогда каждый может жить в своём мире, раз в месяц кладя письмо в стеклянную бутылку и бросая её в дверь, жить, словно друзья по переписки.

– Верно.

– Почему ты вдруг начинаешь соглашаться во время ссоры! – ошеломлённая следующим согласием, закричала Селена.

– Потому что твои слова верны.

Что тогда произошло с Селеной? Она поняла, что отношение Кальциона изменилось.

– Тогда, ты говоришь, что я могу пойти с тобой? Я говорю, что никогда не расстанусь с тобой, Кальцион, пока я в этом мире.

– Всё, что ты говоришь, абсолютно верно. Мои мысли были короткими. Я никогда не думал, что не разлучаться с тобой ни на секунду – это взять на себя ответственность за тебя, – счастливый Кальцион был побеждён. Даже после поражения он был невероятно счастлив.

– Ты никогда не пожалеешь об этом, – с молчаливого разрешения Кальциона Селена с широкой улыбкой забралась к нему на колени.

Кальцион снова задумался о своих коротких мыслях, поддерживая тело Селены, когда та естественным движением накрыла его губы, обнимая за шею.

Как я мог решить оставить эту сладость позади?

*****

Как и сказал Кальцион, подготовка была завершена в очень короткие сроки. Осталось только выдвинуться.

Однако в день отъезда вновь возникли разногласия.

– Э? Минутку. Вот так просто двинемся прямо от ворот замка? А церемония? – почесав гриву демоническому зверю, Селена снова посмотрела на Кальциона.

– Что? – Кальцион, точно так же гладивший лошадь рядом с собой по гриве, озадаченно посмотрел на Селену.

– Разве вы не делаете нечто подобное, когда идёте на войну? Почему бы вам не вытащить перед всеми меч и не произнести хотя бы речь? Чтобы поднять моральный дух союзников и облегчить беспокойство людей.

Кальцион смущённо отвёл взгляд от вопроса Селены.

– Что? Нет? Здесь странно делать подобное?

– Это было опущено, – вышел вперёд Дион, который не мог смотреть на это.

– ……что?

– Вы спросили, почему он не делает этого……

– ……

– Его предки были такими же.

В последние дни социальное окружение Кальциона было ограничено Селеной, поэтому она забыла об этом.

Эта северная семья вся такая.

Семья, которая ненавидит даже встречи с людьми.

Кальцион возвращался на Север сразу после мероприятий, обязательных для посещения, и неохотно втягивался в круг столичного общества, не желая никуда выходить.

Он никак не может выйти и встать перед толпой. Он сделал бы это, если бы подобное было необходимо, но это не так.

До сих пор Кальцион остаётся непобедимой легендой, и он легко выигрывает любые сражения и возвращается.

– На самом деле, никогда не было случая, чтобы первой распространилась новость о войне, как сейчас. Обычно это опускалось, поскольку никогда не было достаточно большого количества людей, которым требовалось поднимать боевой дух.

– В этот раз можно так же опустить это?

– Это…… – нерешительно отступил Дион. – Не думаю, что мне следует судить об этом.

Кронпринц лично ведёт армию в атаку. Мы двое стали преступниками и скрылись. Кроме того, мы отсутствовали во время объявления войны.

Люди точно пребывают в состоянии тревоги.

Однако трудно утверждать, что следует сделать это, потому что это необходимо. В любом случае, если Кальцион выйдет вперёд и взмахнёт мечом один раз, война закончится.

Нет смысла заставлять человека делать то, что он не желает, говоря ему, что нужно утешить людей и поднять боевой дух.

– Хорошо, если нет необходимости делать это…… так и оставим, – поскольку даже у Диона было к этому прохладное отношение, у Селены не было выбор, кроме как кивнуть.

Поскольку я хорошо осведомлена об актёрских способностях человека, который должен выступать перед всеми, я не могу безответственно скидывать это на него, говоря взбодриться.

– Я поняла.

– Хорошо. Потому что этот раз не будет сильно отличаться от тех, что были ранее. Нужно просто отправиться и поймать Кронпринца.

– А, просто поймаем?

Они оба согласились, что Х будет удалён, но дальнейшее не обсуждалось.

Победа в битве с Кронпринцем была само собой разумеющимся, поэтому им просто нужно было побеспокоиться о другом.

– Если просто убьём его, возникнет проблема с оправданием, поэтому мы должны поймать его и провести переговоры с королевской семьёй.

Убить его здорово, но он Принц страны. Слишком многое поставлено на карту его ничтожной жизни, – Селена кивнула в ответ на холодное и рациональное суждение Кальциона.

– Однако, – в этот момент Кальцион посмотрел вдаль и забормотал себе под нос. – Всё может случиться на поле боя.

– ?! – Селена оглянулась на него с сердитым выражением лица.

Несмотря на то, что это не было раскрыто, эти слова открывали, что и у Кальциона была давняя обида на Кронпринца.

Почему кажется, что его хладнокровие и рациональность давно сломаны……

Слова, сказанные однажды, не повторились.

Глава 156

– Всё готово.

Даже без речи и церемонии было ощущение торжественности, которое заставляло сердце переполниться лишь одним видом Кальциона, сидящего верхом на коне среди всех солдат, выстроившихся в шеренги.

Селена также забралась на спину демоническому зверю, к которому она привыкла, и подъехала к Кальциону.

Их взгляды встретились, и они одновременно кивнули.

– Выдвигаемся.

По короткому приказу Кальциона всадники молча тронулись с места.

Кальцион и Селена также подстегнули своих «лошадей».

Из-за строения замка Силэнзы вся армия не могла быть размещена в крепости.

Из внутреннего замка вместе с ними уходили лишь некоторые солдаты, в том числе члены отряда зачистки, а остальные ждали их на плацу по пути к внешней территории замка после выхода из внутренней, прежде чем присоединились к ним.

Путь от внутренней части замка к внешней занимал довольно много времени. К тому времени, когда ворота внешней стены замка были видны, армия уже превратилась в процессию, заполонившую улицу.

Армия выглядела так, словно просто ехала верхом, не говоря ни слова, но жители Ренберд впервые видели так много движущихся солдат.

Идёт лорд в бой или нет, люди становились безразличными, только если не оказывались участвующими в этом. Однако процессия, заполнившая дорогу, представляла собой зрелище, при котором ни у кого не осталось другого выбора, кроме как выйти.

– Да здравствует лорд! Да здравствует Ренберд! Да здравствует госпожа Богиня! – естественно, народ дарил поддержку и провожал их.

Рыцари эскорта, а также Кальцион, ехали с бесстрастными лицами. Поскольку для них это было так же естественно, как воздух. И так же бессмысленно, как прозрачный цвет.

Селена так же была бесстрастна, как и они, просто двигалась вперёд, даже не смотря на людей.

Актриса Селена изо всех сил пыталась бы привлечь к себе хоть немного внимания, услышать хотя бы одно приветственное слово, но ей больше не нужно было делать это.

А, – изменившаяся реальность пробудила чувства всего её тела, словно Селена проглотила горячую воду.

– Да здравствует госпожа Богиня! Благословение от госпожи Богини!

Это они сами, а не я, цепляются за меня.

Когда Селена поняла, что аплодисменты людей больше не являются средством для выживания, она стала свободна от них. Тогда подняла голову её человеческая щедрость.

Я знаю, что аплодисменты – это не радость и восторг. Это спутанные руки, стремящиеся стряхнуть тревогу.

Я могу облегчить эту тревогу. Я не хочу уходить, не сделав это, хотя могу, – Селена остановила демонического зверя.

Когда остановилась Селена, Кальцион, эскорт и вся процессия остановилась одновременно.

– Селена?

Селена достала лук, который прицепила к седлу, чтобы ехать верхом. Хоть он предназначался для экстренного использования, в основном он был декоративным элементом. И всё же, он оставался достаточно неплохим по качеству луком.

Человек не знает, произойдёт что-то или нет, но бывают моменты, когда он уверен, что это произойдёт. Как сейчас.

Селена положила стрелу на тетиву и потянула её.

Все взгляды приковались к Селене.

Восторженные возгласы стихли.

Тетива натянулась при одновременном напряжении стрелы и руки Селены. Во взглядах успокоившихся людей появилось напряжение.

От этого напряжения весь воздух внутри Селены сжался.

– Хо, – в тот момент, когда Селена скинула напряжение, совершая короткий выдох, её рука отпустила стрелу и та расколола небо.

Крак! – летящая стрела попала в флаг Аклиона, висевший над внешними воротами Силэнзы.

Развевающееся знамя было разорвано пополам стрелой.

Флаг Ренберд недалеко от него теперь развевался ещё величественнее.

– Вау-у-у-у-у! – радостные возгласы, подавленные напряжением, взорвались словно будя от разрывания флага Аклиона.

Кальцион и рыцари эскорта так же открыли рты и оглянулись на Селену.

У неё было то же выражение, что и у них.

Случайности являются лучшими режиссёрами.

Когда она встретилась с взглядом Кальциона, Селена поспешно напрягла лицевые мускулы, создавая выражение торжествующей Богини.

Когда она убрала лук, вновь раздались аплодисменты.

Для создания сцены не было необходимости в длинных речах.

Селена тут же заставила демонического зверя продолжить путь. Кальцион присоединился к ней чуть позже.

Восторженные крики и аплодисменты продолжались ещё долго после того, как войска ушли и ворота внешней стены замка Ренберд были плотно закрыты.

– Это было прекрасно, моя Богиня, – похвалил её Кальцион с гордым выражением лица.

Селена съёжилась, словно зря выступила вперёд, но в итоге улыбнулась приятной похвале.

– Нет, если вы подготовили что-то подобное, почему не сказали мне заранее! Я был так тронут, что чуть не заплакал! – даже Дион поднял шум. Его щёки и уши были красными, словно он действительно был тронут.

Селене просто повезло, но ей было жаль разбивать чужое впечатление, поэтому она лишь посмеялась:

– А-ха-ха……

Обычно мифы начинаются со случайных событий.

Миф об основании Королевства Селения только начинался.

*****

Скорость движения армии была высокой, возможно, благодаря моральному духу, поднятому Селеной.

Все солдаты были хорошо обученными наездниками, поэтому они ехали без остановок, как и при побеге из столицы.

Селена, по крайней мере, могла вздохнуть с облегчением, двигаясь верхом на демоническом звере, а не лошади.

Демонический зверь двигался легче, чем лошадь, и у него был более широкий шаг. Равнины на юге казались ему странными, поэтому он взволнованно бежал и успокоить его было чуть труднее.

Когда они добрались до линии фронта, с губ Селены, даже не подозревающей об этом, слетело слово:

– Малышка.

На поле боя царила суровая атмосфера, но размер армии Кронпринца оказался не так велик, как ожидалось.

Селена представляла себе такие вещи, как бесконечно развевающиеся флаги, казармы, заполнившие всё поле, и чёрный дым, поднимающийся со всех сторон.

– Он пришёл только с этим?

– Это ловушка, – дал краткую оценку Кальцион, бросивший быстрый взгляд на всё это.

– А?

– Это единственная бассейновая местность на южных равнинах. То, что находится посередине – приманка, а основные силы спрятаны за этим холмом.

Оглядевшись после объяснений Кальциона, Селена поняла, что это действительно так.

– Ты очень хорошо знаешь это.

– Это моя земля.

– А, точно. Кронпринц думал, что хозяин этой земли не узнает об этом и не поймёт его стратегию?

– Если знаешь о войне лишь из книг, то так и будет.

Кальцион ответил серьёзно, но Селена расхохоталась.

– Это правда. Если ты учишь лишь теорию, как бы хорошо ты не учился, читать твою стратегию будет слишком скучно. У Кронпринца никогда не было боевого опыта, поэтому он, должно быть, создал её, основываясь лишь на топографии, – старательно уточнил Кальцион, словно Селена не поверила или неправильно поняла его.

– Я поняла. Забавно, что Кронпринц учился по книгам. Он похож на парня, который выскакивает вперёд с мечом, начав войну, вместо того, чтобы читать книги.

– Это вызвало множество войн. Он просто раздавал приказы из замка, чтобы всё выглядело так.

Вот как.

Должно быть, аристократы были вынуждены бросаться в войны, причиной которой стал он. И Кальциону тоже.

– Почему он прибежал сюда в этот раз?

– Не знаю, возможно, слишком высок градус напряжения…… может быть, что аристократы не пожелали сотрудничать в нападении на Ренберд.

Если обычно достаточно поддаться приказу тиранического Кронпринца, то сейчас даже в глазах других аристократов нападение на Кальциона является путём к самоуничтожению.

– Тогда есть ли способ сломать столь очевидную ловушку?

– Пока нам необходимо подождать. Мы точно не в меньшинстве, поэтому не будем застигнуты врасплох……

После завершения разведки Кальцион, который развернулся в другую сторону, остановился при звуках криков со стороны армии Кронпринца.

– Шлюха Севера!

Ноги Селены также остановились при яростных ругательствах, которые она давно не слышала.

– Вау, давно я не слышала подобных стандартных оскорблений.

Только они даже не тронули её.

Существуют различные типы оскорблений.

Метафорические оскорбления, пахнущее мыслями, которые получаются в результате кипячения на медленном огне и долгого пережёвывания зависти, и прямое оскорбление, которое заставляет почувствовать, что человек просто взорвётся, если не выплеснет свой яд.

Когда Селена была актрисой, она жила, получая оба вида оскорблений.

Несмотря на то, что у неё не было сильного иммунитета к дразнящим оскорблениям в светском мире, она могла легко смеяться над прямыми оскорблениями.

– Похоже, это видение с другой стороны. Откуда они узнали, что я здесь?

Тем временем оскорбления продолжали литься бесконечно. По мере того продолжения их уровень повышался, превращаясь в предложения по типу: «Что ты умеешь кроме **** перед тем-то, тем-то и тем-то!» и «Эта шл–, по слухам ******».

Это была новая сторона этого мира, которую Селена не видела с тех пор, как перестала слышать: «Ха-ха-хо-хо» в светском мире.

– Здесь явно собрались люди из тех мест, где живут те, что умеют отлично оскорблять. Кстати, это тоже провокация?

– Провокация, – коротко ответил Кальцион, смотря на Кронпринца ледяным взглядом.

Большая часть оскорблений была нацелена на Селену, но было и кое-что о Кальционе.

– Он создал ловушку и провоцирует нас подобным образом, думая, что мы рванём вперёд и нас поймают, не так ли? Это стратегия, когда даже я, ничего не изучавшая, не двинулась бы с места.

Вновь посыпались резкие оскорбления в адрес Селены, и Кальцион крепко сжал рукоять меча.

Выражение его лица оставалось невыразительным, но сквозь него просачивался рёв гнева.

– ……не так ли?

– Что? – и всё же, когда Селена заговорила, Кальцион повернул голову в её сторону.

Увидев, что его глаза ярко горят, она уныло улыбнулась:

– Думаю, ты уже попался на эту простую провокацию.

– Я не попался на провокацию, это просто законный гнев.

– Разве сейчас правильно злиться?

– Если ты попал в ловушку, но не проиграл, трудно говорить, что тебя поймали.

– Ты собираешься сражаться прямо сейчас? – закричала Селена так, словно это было невозможно.

Поскольку мы в землях Ренберд, Кальцион убрал с войска усталость, вызванную долгими передвижениями. Снабжение также гарантировано, и в случае необходимости можно направить сюда дополнительные войска.

Но это ведь не значит, что можно так безрассудно вступать в бой? – опасения Селены росли.

– Нет нужды мириться с чем-то, с чем мириться не следует. Вступим в игру завтра утром или сейчас, а завтра отдохнём, разве есть разница?

Без сомнения, Кальцион был в ярости.

Глава 157

Хоть войск противника было больше, чем казалось, не было предпосылок, что Кальцион проиграет.

– Я думаю, что слушать этот навязчивый шум всю ночь будет огромной потерей.

– Причина хорошая, но……

Кальцион оглянулся на Селену, которая продолжала беспокоиться о том, правильно ли будет решить выходить на сражение из-за эмоций.

– На самом деле, я настолько взбешён, что не могу этого выносить.

– Что…… говоришь так откровенно.

– Поэтому будет лучше выйти и вступить в сражение сейчас, чтобы оставаться более спокойным. Если я разозлюсь сильнее, думаю, я полностью выйду из себя и перестану контролировать свои действия.

Как я и думала, он уже готов обнажить свой меч и побежать в бой. Разум Кальциона виден чётко.

Поэтому Селене оставалось перестать спорить и смириться с этим:

– Если ты так уверен, что не повредишь ни единого своего волоска и не причинишь вреда своим союзникам, тогда иди.

– Иду.

– Мне не нужно будет беспокоиться об этом ни на секунду?

– Здесь не о чём беспокоиться, – усмехнулся сбитой с толку Селене Кальцион.

Поскольку он был так уверен в себе, у Селены не было другого выбора, кроме как помахать рукой и попрощаться с ним.

Кальцион, который знал, что скоро немедленно обнажит свой меч и ринется в атаку, спокойно завершил краткое стратегическое совещание со своими адъютантами, ожидающими в казарме.

– Тогда, давай вовремя вернёмся к ужину.

Не понимаю, они идут на войну или на охоту, говоря про ужин?

Кальцион слегка поцеловал Селену, как мужчина, который выходил на минутку, и сел на коня.

Несколько рыцарей последовали за ним на своих лошадях.

Потратив немного времени на подготовку оружия и проверку поводьев, остальные солдаты сразу же отправились за ними.

Возможно, это была стратегия, в которой Кальцион и армия не сразу выхватывают оружие и бросаются во вражеский лагерь, а направлялись к концу равнины, расположенному совершенно в другом направлении.

Это была не война, а идиллистический пейзаж.

Селена, наблюдавшая, пока группа Кальциона не превратится в точку, которая потом полностью исчезла из её поля зрения, села рядом с демоническим зверем.

Демонический зверь с удивительной скоростью выучил такие простые команды как «сидеть», «морду вниз» и «лапу». Немного больше дрессировки и зверь мог дойти до того, чтобы выполнять более сложные команды.

Поскольку Селена могла разговаривать с кем-то, она чувствовала себя скорее уверенно, чем испуганно, поэтому она могла делать такие вещи, как наклоны в стороны.

Когда Селена прислонилась к нему, демонический зверь распластался на спине.

– Нет, перевернись. Я хотела опереться на тебя, зачем ты лёг так? – почесав зверю живот, Селена снова попыталась перевернуть зверя, но тот, играя, падал на спину.

Он был хорошим демоническим зверем, который слушался её.

Селена открыла приготовленную заранее маленькую баночку с мёдом и протянула её демоническому зверю, посмотрев на солдат, которые начали деловито подниматься с земли.

Одни таскали брёвна, другие разводили костёр.

– Собираются готовить ужин?

Селена неторопливо наблюдала, как солдаты поджигают разом все брёвна и катят их по холму.

Несколько горящих брёвен покатились вниз с грохотом, похожим на гром.

– Не хотите войти и подождать внутри? – подойдя, спросил один из рыцарей, который всегда отвечал за её сопровождение. – Шум боя может быть неприятен для слуха.

Лишь после этого Селена вспомнила, что добычей в этой охоте были люди.

Звук скрещивания металла или катящихся брёвен – это не последние звуки, а вот звуки умирающих людей – не самые приятные.

Селена послушно последовала за рыцарем в палатку.

Палатка, подобная той, что была расставлена во время охотничьих соревнований, была удобной, поскольку почти заглушала посторонний шум.

А также полностью меблирована кроватью, диваном и столом.

Когда Селена села на диван, рыцарь принёс ей тарелку супа, чтобы она могла утолить голод.

– Как много времени это займёт?

– Они скоро вернутся, – легко ответил рыцарь.

Они подожгли брёвна и бросили их вперёд в качестве тактики, но смогут ли они действительно закончить это в ближайшее время?

Хоть Селена и верила рыцарю, который был экспертом в бою, она откровенно боялась тоски.

Только, словно отметая её опасения, Кальцион ворвался в палатку до того, как Селена съела тарелку супа.

– Уже закончили?

– Да, на сегодня.

Селена вскочила и подбежала к Кальциону:

– Нигде не ранен?

– Естественно.

Как бы он ни рассчитывал на уверенную победу, он только что вернулся с поле боя, – Селена внимательно осмотрела тело Кальциона.

– Волосы мокрые.

– А, я сполоснул их от крови.

– Мы всё равно приняли бы ванну.

– Это не то, что тебе стоит видеть.

Это была благородная забота. Селена кивнула и, схватив Кальциона за обе щеки, покрутила его голову, чтобы посмотреть, нет ли шрамов на его лице.

– И правда никаких ран.

– Достаточно проверить лицо?

– Нет. Я тщательно осмотрю тебя и если есть хоть один повреждённый волосок, я не позволю тебе и завтра выйти воевать.

– Как скажешь, – улыбнулся Кальцион, раскидывая руки в стороны.

Если есть травма, лучше знать о ней, – и Селена смело расстегнула его доспехи, чтобы добраться до рубашки.

Пуговицы издавали щелчок, выскакивая из петель.

Селена подняла сосредоточенный взгляд и посмотрела на Кальциона.

Выражение лица Кальциона, разгорячённого азартом битвы, затягивало в бездну, как чернила в воде.

Он тяжело дышал из-за жара поля боя, который ещё не ушёл, и тёплого томления, который поднимался как дымка.

– Мы подготовили воду для ванны, – раздался в этот момент голос солдата снаружи палатки, рассеивая поднимающуюся дымку.

– Входите, – глубоко вздохнув, ответил Кальцион.

Только ни один из них не пошевелился.

– Да, мы вход……им, – солдаты, которые вошли с ванной, наполненной горячей водой, мельком увидели атмосферу внутри палатки.

– Тогда, теперь мы уходим, – и быстро исчезли, словно ветер.

Как только послышался звук закрывающейся палатки, рука Кальциона скользнула на спину Селены. Раскрывшиеся губы девушки, казалось, уже ожидали, когда их поглотят.

Селена также отчаянно цеплялась за плечи Кальциона.

– Хо-о…… раны……

– Проверь. Всего меня, – пробормотал Кальцион низким хриплым голосом и придвинулся ближе к Селене.

Селена посмотрела ему в глаза и, не теряясь, грубо расстегнула пуговицы. Несколько из них было вырвано.

Броня, облепляющая всё тело Кальциона, с грохотом упала на пол. То же самое было и с мечом, который стал конечностью мужчины и страдал в течение этого дня.

Обнажающееся тело Кальциона, проступающее сквозь дырки в рубашке, было таким же гладким, как обычно. Взгляд Селены откровенно пробежался от ключиц мужчины к пупку.

– Покажи больше. Ничего не скрывая. Всё.

Кальцион был готов сделать это.

Селена коснулась каждого уголка его тела. В этот момент жар поля боя, который вцепился в мужчину, передался и Селене.

Кальцион обнял её за талию и притянул к себе. Их тела столкнулись, смешивая температуру.

Это было расставание на очень короткое время, но они не знали, что после него будут так жаждать друг друга. Пара набросилась друг на друга, чтобы утолить свой голод.

*****

Когда сильная жажда была утолена.

Кальцион взял Селену на руки и направился к ванне.

Когда горячая вода окутала тело девушки, она выдохнула и расслабилась.

Селена уткнулась лицом в плечо Кальциона и расслабила напряжённые плечи.

– Естественно, я думала, что всё в порядке, но, похоже, всё равно нервничала, – пробормотала Селена усталым голосом. – Вот что значит, что долгая война не имеет ничего хорошего.

– Верно. Чем дольше она длится, тем больше ущерб и материальные потери, но также устают и люди.

Селена, выслушавшая его ответ, внезапно подняла голову и повернулась к Кальциону:

– Кстати, разве ранее ты не сказал «сегодня»? Значит, война не закончилась.

– М, да. Продлится ещё несколько дней.

– Ты вернулся так быстро, целым и невредимым, но не смог закончить её?

Это был противоречивый момент.

– Кронпринца упустили.

– Неужели Кронпринц настолько хорош?

Кальцион цокнул языком, но неохотно признал то, что должен был:

– Если не читать планирования стратегий, которые строятся лишь на теориях, навыки Кронпринца неплохи. Кроме того, это я отпустил его.

– Что это значит? – глаза Селены расширились.

Кронпринц сбежал не сам, а просто потому, что он отпустил его?

Не может быть, чтобы любовь к людям внезапно вспыхнула в сердце Кальциона и он простил все грехи Кронпринца, – чем больше Селена слушала, тем меньше понимала.

Кальцион посмотрел на растерянную Селену мягким взглядам и осторожно погладил её по волосам и щеке. Мужчина был осторожен, словно прикасался к чему-то, что исчезнет, если он будет прикасаться слишком часто.

– Подумай об этом, если мы поймаем его, всё закончится. Отчаяние вдвое увеличивает боль. Он боится, что его поймают, поэтому я буду позволять ему сбегать, пока его разум не сгорит, – исключая тёплый взгляд, которым Кальцион смотрел на Селену, в его голове пылало безумие.

– Он осмелился применить к тебе насилие, и когда этого оказалось недостаточно, он придумал стратегию, когда оскорбляет тебя, ставшую Богиней? Дерзко, – зарычал Кальцион, не забывая по-доброму улыбаться Селене. – Никто не станет мириться с оскорблением своего бога. Поэтому, ты ведь можешь простить немного более длительную войну?

Селена кивнула, думая, что ей ничего не остаётся делать, кроме как простить это.

Гнев Кальциона по отношению к Кронпринцу не был уникальным. Селена была той, кто хотел отомстить ему больше всего.

Она была человеком, который пришёл в этот мир, а он тем, кто оставил ей самые ужасные воспоминания. Настойчивую месть Кальциона девушка могла лишь приветствовать.

Кронпринц прикоснулся к улью, которого он никогда в своей жизни не должен был касаться.

К сожалению, в этом мире не было никого, кто мог бы посочувствовать Кронпринцу или спасти его.

Глава 158

Кронпринца догоняли и отпускали снова и снова.

В первый день Кальцион разбил половину армии Кронпринца, а на следующий день разбил ещё половину.

Кронпринц пытался уйти из Ренберд и сбежать на близлежащую территорию, только не мог, поскольку ему ловко преграждали путь.

Даже если территория границы была прямо перед его глазами, он не мог достичь её, поскольку прямо перед ним втыкались стрелы.

Возможно, где-то были шпионы, присланные с других территорий. Если они наблюдали за этой ситуацией, то было нормальным сразу выступить вперёд и спасти Кронпринца, но пока никаких движений от них не было.

Становилось понятно, что даже шпионы были пойманы и устранены.

Все пути к отступлению были полностью перекрыты.

Кронпринцу приходилось бежать только по тому пути отступления, который открывал Кальцион, а потом в какой-то момент, словно тот ожидал этого, смотреть, как на его глазах Кальцион уничтожает его солдат.

След меча, разрезавшего каждого, приближался к Кронпринцу, словно тень Бога Смерти, преследующая его каждое мгновение.

Ему приходилось каждый день быть свидетелем льющейся смерти.

Единственный момент, когда Кронпринц мог отстраниться от смерти, был когда рядом находился кто-то другой. Поэтому по мере приближения его собственной смерти Кронпринц не мог выносить страха и обезумел.

– Как он смеет! Как смеет это ничтожество!

Я думал, что он сошёл с ума ещё в тот момент, как стал размахивать мечом во дворце, но герцог Ренберд оказался ещё безумнее, чем я думал.

Его следовало устранить заранее. Он не должен был достигнуть всего этого. Понятно, что он тайно увеличил свою силу, пока шлялся где-то. Чтобы сбить меня! – в ярости, Кронпринц ударил по дереву.

– Ваше Высочество, ваша рука повредится, – остановил Кронпринца усталым голосом солдат королевской армии, охранявший его.

– Если я хочу ударить, то ударю! Ты смеешь игнорировать меня?! – Кронпринц начал изливать свой гнев на солдата.

Не выдерживая его слов, он шлёпнул солдата по щеке и пнул в голень. Несмотря на то, что солдат пошатнулся, он спокойно выдержал эти удары, возвращая себе правильную позу.

Так они были обучены.

Причина, по которой власть королевской семьи была такой сильной, заключалась в королевской армии, служащей им.

Королевская армия была военной единицей, представляющей собой небольшую элиту, который не смогла бы одолеть даже чужая военная держава, собрав войска со всех территорий. Из-за этой силы у людей не было другого выбора, кроме как склонятся и подчиняться, несмотря на то, какое зло совершал Кронпринц.

Однако эта сила рухнула перед Кальционом.

Лучшие войска страны были бессильны перед его мечом. Таким образом, сильнейшая королевская армия была полностью разгромлена.

Кронпринц в отчаянии пересчитал оставшееся число людей. Количество солдат сейчас сократилось до такой степени, что их можно было сосчитать.

– Ваше Высочество, это единственное, что я могу предложить…… – солдат, который отправился искать что-нибудь поесть, предложил ему фрукты и корни травы, завёрнутые в листья.

– Что это! Как ты смеешь, зная, кто я, заставлять меня есть что-то подобное!

– Про, простите. Здесь нет добычи……

– А-а-а!

Кронпринц, избивший солдата, хрипя засунул плоды и листья ему в рот. Поскольку он не ел подобного, он не мог долго бушевать из-за невыносимого голода.

Прошло уже несколько дней.

Из-за частых нападений Кальцион появлялся словно призрак.

Если Кронпринц пытался сбежать, Кальцион снова появлялся. Играя с его психикой.

– Если пройти весь этот путь, можно вернуться в столицу. Как только мы каким-то образом выберемся с территории Ренберд, Герцог больше не сможет безрассудно нападать на меня.

Это была единственная надежда, которая осталась у Кронпринца.

Кронпринц стиснул зубы и прислонился к стволу дерева, заставляя себя закрыть глаза. Только простой звук шелеста травы на ветру пугал и будил его.

Почему я должен терпеть подобное ужасное время? Не понимаю, реальность это или нет.

Когда я вернусь, я отрежу аристократов, которые не прислали подкрепление, как голову у червя.

После этого я поймаю двух этих стервятников и заставлю их страдать так же, нет, во много раз сильнее того унижения, которое переношу я, а затем устрою им самую страшную смерть.

*****

В течение нескольких дней после этого продолжалась погоня за погоней.

Пока конь Кронпринца не рухнул насмерть от усталости с пеной у рта.

– Хы-а-а! – Кронпринц полз по земле на руках и ногах, чтобы спастись от когтей летящего позади демонического зверя.

Ногти, царапающие землю, треснули и обломались, но он был так напуган, что даже ничего не чувствовал.

– Ха-а, а-а! Ыа-а!

Он боялся умереть. Но до конца его гордость так и не была сломлена.

– Эти безрассудные ублюдки! Знаете, кто я! Дерзите мне! Мне, Кронпринцу Аклиона!

В его криках не было ни достоинства, ни силы. Просто отчаяние беглеца, который хотел жить.

Стрела застряла прямо возле пятки Кронпринца.

– Ы-а-а! – дрожа, словно в припадке, Кронпринц в ужасе попятился.

Он даже не мог встать на ноги и бежать, поэтому барахтался на четвереньках, словно плыл по голой земле.

– По, пощадите. Пощадите! Чёрт!

Образ Кронпринца, рабски умолявшего сохранить его жизнь, сохранялся последние три дня с тех пор, как он остался один.

Это были жалкие слова для того, кто когда-то наступал другим на головы.

Кронпринц, который копошился на грязной земле и сопротивлялся смерти, увидел вдалеке что-то знакомое.

Это был флаг Аклиона.

Пока он барахтался, Кронпринц подошёл к границе Ренберд.

Если я пересеку эту границу, я смогу выжить. Смогу убежать! – Кронпринц полз по земле, снова хватаясь за угасшую надежду.

В приграничной зоне находились солдаты. Каждый солдат Аклиона должен был защищать Кронпринца.

Это было почти равносильно раздавливанию себя, но Кронпринц сделал ещё несколько рывков вперёд. В поле его зрения едва стали появляться солдаты, стоящие на границе.

– Ыа-а! Там! Вы! А-а! – позвал их напряжённым и хриплым голосом Кронпринц. – Се, сейчас же поймайте этих предателей! Убейте! Ну, делайте!

Только солдаты не двигались с места.

Мир стал странным. Он двигался не в том направлении, который Кронпринц считал сам собой разумеющимся. Всё повернулось в совершенно незнакомом направлении.

Их взгляды скользили мимо. Кронпринц посмотрел на солдат опустошённым взглядом и рухнул на землю, когда силы покинули его тело.

Даже если солдаты не помогут, если я перейду границу, это больше не будут земли Ренберд. Когда я окажусь там, то смогу жить, – Кронпринц полз лишь с мыслью о жизни.

Только перед кончиками его пальцев вонзилась стрела.

Он находился в таком положении, что если бы двинулся вперёд, то стрела пронзила бы его руку, пусть даже если бы это был всего лишь палец.

Когда Кронпринц попытался проигнорировать это и двинулся вперёд, стрела снова вонзилась рядом с ним. В этот раз она воткнулась рядом с его запястьем, словно угроза стала более весомой.

– А-а-а! – когда ситуация пошла не так, как ему хотелось, Кронпринц, психуя, покатился по земле.

После долгого воя он заметил группу людей, издалека приближающуюся к нему. Со стороны столицы приближалась группа.

Когда они приблизились, Кронпринц увидел их одежды. Это были солдаты. Только они не подходили ближе.

От группы, остановившейся вдалеке, раздался тонкий девичий голосок:

– Герцог Ренберд, вы пытаетесь убить Принца Аклиона?

Это был голос принцессы Джерриэль.

Кронпринц поднял голову.

Это не галлюцинация.

Принцесса Джерриэль выходила из кареты, окружённой кавалерией. Графиня Орлэнг первой вышла из кареты и помогла сделать это Принцессе.

– Ты, как ты! Нет, что ты делаешь! Спаси меня скорее! Убей всех этих ублюдков! – зло закричал Кронпринц.

Только принцесса Джерриэль лишь бросила на него, лежащего на земле, быстрый взгляд.

То же самое можно было сказать и о стороне Ренберд, игнорирующей крики Кронпринца.

– Мы ловим военного преступника, пришедшего со вторжением в Ренберд, а не принца Аклиона, – ответила на вопрос Джерриэль Селена.

Не только принцесса Джерриэль, но и окружающие их солдаты были взволнованы её резким отношением в адрес Принцессы.

– Почему такое удивление? Официальное уведомление было отправлено, – Селена скрестила руки на груди, сидя на спине демонического зверя, и спокойно посмотрела на принцессу Джерриэль.

Не имело значения, кто вмешается, но казалось, что будет выгоднее выйти и взять на себя инициативу самому высокопоставленному человеку, поэтому вперёд выступила именно Селена.

– Я получала, нет, но настоящая Богиня…… это правда случилось?

Предположение Селены оказалось верным.

Заикаясь, Джерриэль попеременно смотрела то на Селену, то на демонического зверя, не в силах скрыть своего недоверия.

Это не шутка для привлечения внимания? Я думала, что это просто попытка разобраться с Кронпринцем, и не верила, что это серьёзная история, – Принцесса не могла не растеряться.

Я думала, что история о Богине просто слух, распространяемый для пропаганды, но она и правда появилась верхом на демоническом звере.

Когда всё, что она отбрасывала, считая, что это ложь, в которую не поверит даже ребёнок, оказалась правдой, Джерриэль почувствовала онемение, словно её ударили рукояткой меча в затылок.

Поначалу Селена шокировала её своей красотой, а теперь шокировало само её существование.

Селена же спокойно пожала плечами, смотря на растерянную принцессу Джерриэль, и указала подбородком на демонического зверя, на котором ехала:

– Внешность Богини уже была, а теперь и способности Богини вернулись.

– Это верн…… нет. Это невозможно.

– Поэтому я получила от Кальциона Ренберд и основала своё собственное Королевство, вот и всё. Просто ведь?

Наверное, в мире не было никого, кто был бы так спокоен, получив Королевство. Даже если искать по всем мирам, а не только в этом мире.

– Н, но он – принц Аклиона, – запротестовала принцесса Джерриэль, которая была готова отступить.

– Он?! Глупая курица! – перебивая её, закричал Кронпринц, но никто не стал слушать его.

– Король страны не может разбираться с ним. Если вы хотите его смерти, его должны убить в Аклионе.

– Это дело Аклиона? Селения не смеет оставлять в живых грубого ублюдка, вторгшегося в мою страну? И, Принцесса, какие у вас полномочия для убийства Кронпринца?

Возможно, это произошло потому, что Кронпринц был в отъезде, но принцесса Джерриэль обрела некоторую уверенность, пока не видела его.

Для неё было необычно появляться в сопровождении графини Орлэнг. Она больше не была той Принцессой, которая сжималась и жаловалась всем.

Принцесса Джерриэль выпятила грудь, словно ждала этого вопроса:

– Теперь я – королева Аклиона.

– Что?

Глава 159

– Что за чушь! Джерриэль, ты сумасшедшая!

Реакция была бурной. Особенно реакция Кронпринца.

Селена, нахмурившись, посмотрела на рычащего и выплёвывающего ругательства Кронпринца, перевела взгляд на рыцарей эскорта.

Рыцари оттащили Кронпринца, заткнули ему рот и связали. Теперь стало достаточно тихо, чтобы можно было немного поговорить.

Селена повернулась к принцессе Джерриэль и улыбнулась:

– Я не получала подобного официального письма.

– Король внезапно скончался. Прямо перед смертью он пересмотрел своё завещание, словно пришёл в себя. Он сказал, что свергает Кронпринца и признаёт меня своей преемницей.

Уверенность, которую сейчас носила принцесса Джерриэль была плащом победительницы.

Но это не может быть случайная победа.

Король умер за то короткое время, пока Кронпринц отсутствовал, и перед смертью пришёл в себя, сменяя наследника. Совпадений слишком много, чтобы утверждать, что это случайность.

Вероятно, это результат сотрудничества с королевой Марией.

Ясно, что она ждала момента, когда Кронпринц отлучится.

– Поэтому, теперь я – королева Аклиона.

Совет, данный перед особняком графини Орлэнг. Если однажды у тебя появится шанс отомстить, ты никогда не должна упускать его.

Принцесса Джерриэль не забыла совета Селены и не упустила возможность, представившуюся ей.

Кронпринц был свергнут с престола из-за своей неосторожности. Потому что думал, что весь мир принадлежит лишь ему.

Он ошибочно считал, что войска Ренберд будут растоптаны его ногами, а принцесса Джерриэль будет всё так же реветь от его избиений всю её жизнь. Если бы Кронпринц опасался принцессы Джерриэль так же, как Кальциона, он никогда не увёл бы всю армию, оставляя столицу без своей защиты.

У Кронпринца не было сторонников, которых можно было бы оставить вместо себя. Это было его кармой.

– Тогда Аклиону действительно более не нужен Принц, не так ли?

– Нет, нужен. Даже убийство его моими собственными руками будет менее постыдным, чем похищение члена королевской семьи чужой страной прямо передо мной.

Мнение этих двоих были резко противоположными.

Фактически, Кронпринц сейчас был достаточно измучен, чтобы умереть. Не имело значение его последующее место смерти, но упрямство взяло вверх над Джерриэль.

Должно быть, она проделала весь этот путь, потому что ей нужно что-то и отсюда эта твёрдая позиция.

– Однако Принц всё ещё на нашей земле. Если моё сердце не захочет, передачи не будет. Если ваша сторона предложит приемлемые условия, я могу рассмотреть это. Даже если он просто гниющий мусор, разве он не остаётся членом королевской семьи? Предлагайте.

Принцесса Джерриэль, нет, теперь королева Джерриэль уверенно заговорила. Словно ответ был подготовлен.

– Мы признаем Селению законной страной и в то же время предоставим Ренберд независимость.

Ответ, который она с триумфом дала, возможно, был важен на бумаге, но не пришёлся особенно по душе Селене.

– Тц. Это не требует вашего разрешения. Что, если я не принимаю это?

Словно ожидая этого, Джерриэль спокойно дала следующий ответ:

– Пока я у власти, будет заключён пакт о ненападении.

Условие оказалось значительно крупнее, чем ожидалось, – Селена переглянулась с Кальционом.

Фактически, в этот момент можно было выдавать Кронпринца. Мести, совершённой ему, было достаточно.

Однако, учитывая такое смелое условие, Селене было любопытно, что будет дальше, поэтому она отказалась ещё раз:

– В любом случае, вы и без него не сможете атаковать.

– Угх, – вздрогнув, вздохнула Джерриэль, словно получив удар ножом. Однако вскоре она вновь выпятила грудь и выдвинула последнее условие, в котором была уверена. – Первый ряд на суде, где будет наказан принц Ласэн.

– Отлично, – не раздумывая приняла её условия Селена.

Джерриэль также крепко взяла Селену за руку:

– Я официально приглашаю правительницу Селении и герцога Ренберд в качестве государственных гостей.

На самом деле, поражения, увиденного ими на данный момент, было достаточно. Однако Селене очень хотелось увидеть своими глазами, как всё чётко раскрывается и Кронпринц окончательно умирает.

– Аклион берёт на себя заботу о вашем нахождении. Это включает разрешение сопровождения всем членам эскорта и отсутствие необходимости разоружаться во дворце. Вы согласны?

Кроме гвардии, королевских войн всё равно не оставалось. Если бы Кальцион приложил все усилия, столица была бы захвачена в одно мгновение.

– Согласна. Итак, соглашение завершено? А, ещё одно, – Селена приняла руку Джерриэль и крепко сжала её.

Джерриэль, которая собиралась убрать руку с расслабленной улыбкой, с недоумением посмотрела вверх:

– Что? – лишь тогда к ней вернулось выражение юной девушки.

– Мы обе с тобой теперь правительницы. Как долго ты собираешься говорить так вяло?

– Э, это ты!

Даже несмотря на то, что она стала Королевой, Джерриэль боялась Селены.

– ……хью.

В конце концов, Джерриэль отступила и проявила уважение, подобающее правительнице.

– Да, хорошо быть вежливыми и ладить друг с другом. Не так ли? – ответила с доброй улыбкой Селена, словно она была воспитательницей детского сада.

Это было уважение, которое не было похоже на обычное уважение.

*****

Процессия с Богиней верхом на демоническом звере выделялась издалека. Даже если они не созывали людей, естественно, те сами собирались.

По толпе прокатились тревожные шёпотки, отличавшиеся от восторженных возгласов Ренберд.

Слухи обязательно как-то расходятся.

Сколько бы ни шла война, люди продолжали жить и есть. Пока стрелы не летают над головами, им хочется украшения для волос.

Даже посреди битвы выйдет продавец, и продавец сладких закусок не сможет остаться в стороне.

Слухи разносятся с шагами таких людей.

– Это магический зверь?

– Это понятно, просто посмотрев на него. Они здесь, чтобы убить нас всех?

– Если бы они пришли сделать это, то не шли бы так.

Раздавались приглушённые шёпотки.

Селена высоко держала голову, словно ничего не слышала.

По дороге во дворец находился особняк Ренберд.

Внешний вид особняка, хозяина которого изгнали за измену, за короткое время был ужасно испорчен. Все слуги и горничные словно разбежались и по территории особняка гуляли лишь порывы ветра.

Во всём виноват этот ублюдок, – Селена пристально посмотрела на карету.

Кронпринц ехал в карете, в которой ехала и Джерриэль.

Его можно было легко убить в Ренберд, но в Аклион должен был состояться справедливый суд. Они не могли тащить его как заключённого, поэтому посадили в карету.

Только, хоть Кронпринц и находился в карете, его место было у ног Джерриэль.

Селена не могла забыть образ Джерриэль, поднимающей ножки в туфельках, когда она притворялась, что стоит на спине Кронпринца, которого швырнули на пол со связанными руками и ногами, а также кляпом во рту.

Селена прошла через врата дворца с кривой улыбкой.

Карета остановилась перед самым большим зданием дворца. Даже Селена, бывавшая на территории королевского дворца несколько раз, никогда раньше не видела этого здания.

– Здесь?

– Это дворец, в котором проживает действующий правитель, – объяснил Селене Кальцион рядом с ней.

Если ты не являешься фрейлиной или не получаешь личное приглашение от Короля, у тебя нет возможности посетить дворец, где проживает действующий правитель.

Дворец Кронпринца также был роскошен и великолепен, но в сравнении с этим дворцом он был очень простым.

Люди, ожидавшие перед дверью, склонили головы в тот момент, когда Джерриэль вышла из кареты.

Селена восхитилась тем, что Джерриэль действительно стала Королевой.

Селена также спустилась с демонического зверя.

Слуги во дворце, по крайней мере, знали Селену и герцога Ренберд в лицо. Они были самыми известными людьми в светском обществе, поэтому не узнать их было невозможно.

Недавно их изгнали как преступников, а сейчас они были государственными гостями и должны были жить в личном дворце Королевы.

Глаза прислуги, занятой попытками быстро уловить атмосферу, бешено бегали.

Демонический зверь, вероятно, оскорблённый бессмысленными взглядами людей, зарычал.

Люди, ощутившие взгляд зверя, вздрогнули и съёжились.

– Это…… демонического зверя также нужно держать в конюшне? – осторожно спросила и Джерриэль.

Селена посмотрела на демонического зверя. Рычание зверя затихло, когда он встретился с взглядом Селены.

– Ммм, если сделать это, думаю, он съест всех королевских лошадей…… просто выделите широкую комнату с садом.

– Эм…… если так. Я дам вам дворец, в котором можно разрушить всё.

В этом мире есть такой дворец? – Селена вопросительно наклонила голову, но спокойно кивнула.

Джерриэль приказала слуге проводить их и легко попрощалась:

– Вы, должно быть, устали от долгого путешествия, сначала немного отдохните и мы увидимся снова за ужином.

– Так и есть.

– Я провожу вас, – вежливо поприветствовал их подошедший слуга. Однако он не поворачивал голову в сторону демонического зверя, настолько, насколько это было возможно.

Коня Кальциона и эскорта отвели в конюшню. Однако никто не приближался к демоническому зверю.

Селена с неохотой схватила его поводья и пошла.

Дворец, который был построен уже давно, обладал сложной структурой.

Пройдя несколько коридоров и всё здание от входа во дворец, Селена открыла рот:

– ……здесь?

– Да, место, о котором говорила Её Величество, находится здесь. Также был намёк на то, что вы можете уничтожить здесь всё, превращая в руины.

«Дворец, который можно разрушить», подаренный ими Джерриэль, был отдельным дворцом, где Селена ударила Кронпринца кинжалом и сбежала.

Возможно, из-за отсутствия хозяина, у входа в него не было стражи.

Слуга вцепился в дверь и надавил, но дверь не поддалась ему.

Кальцион, который смотрел на это, шагнул вперёд и толкнул дверь. Дверь, которая не открывалась, даже когда двое стражей открывали её, сдвинулась с тяжёлым звуком лишь от движения руки Кальциона.

Слуга отошёл с видом уязвлённой мужской гордости, вошёл в открытые двери и деловито начал двигаться к зданию.

– Это следует назвать заботой или злобой? – пробормотала Селена со вздохом, входя в двери.

Отдельно стоящий дворец мало чем отличался от себя, когда Селена сбегала из него. Лишь был пуст, а потому внутри было темно и пыльно.

Когда слуга обошёл помещение и организовал уборку, свет вновь зажёгся, пыль исчезла и помещения приобрели опрятный вид.

Когда свет загорелся, любой смог увидеть, что этот дворец был построен для удовольствия. Выражение лица Кальциона стало намного мрачнее.

– Я должен был отрезать Х перед его передачей, – в его голосе звучало запоздалое сожаление о том, что он передал Кронпринца, просто связав его.

– Можно будет забрать его после суда, – утешила Кальциона Селена.

– Надеюсь.

Накопившаяся в Джерриэль обида, должно быть, огромна, но она легко закроет на это глаза.

Глава 160

Кровать, где Селену едва не изнасиловали, была точно такой же, как тогда.

Кальцион подошёл сзади к Селене, которая стояла и смотрела на кровать, и обнял её.

– Не нужно заставлять себя. Попросим ещё один дворец.

Как бы мужчина не старался скрыть выражение своего лица, оно было чётким. Пусть Кальцион и говорил спокойно, но его гнев скрыть было невозможно.

Селена вновь посмотрела на демонического зверя, которого выпустила во дворец.

Прислуга заканчивала уборку.

– Если закончили, можете уходить.

По приказу Селены прислуга прекратила уборку и, собрав чистящие инструменты, быстро удалилась.

Когда дверь дворца закрылась, на её лице нарисовалось хнычущее выражение, отражая ещё желание сбежать.

– Я предпочитаю сталкиваться с проблемой лицом и преодолевать её, а не сбегать от неё, – Селена выскользнула из рук Кальциона.

Мужчина наклонил голову, не в силах предсказать, что она сделает.

Селена улыбнулась, отводя взгляд:

– Демонический зверь.

– Крре? – зверь, которого из-за «ожидания» тяготила скука, вскочил на зов Селены, и его глаза заблестели.

– Ломай.

– Кр?

Демонический зверь выучил команду «сидеть», но, кажется, ещё не понимал приказа ломать.

Селена продемонстрировала сама.

Крак! Дзынь!

Стол был опрокинут. Ваза и посуда, стоявшие на нём, с громким шумом упали.

Глаза демонического зверя загорелись. Однако он наклонил голову, словно всё ещё не до конца правильно понимал это и выглядел обеспокоенным.

В этот раз вперёд выступил Кальцион.

Мышцы, наполненные гневом, раздулись, словно собираясь взорваться. Кальцион не собирался иметь дела с такими незначительными вещами как столы или стулья.

Самый большой виновник нервов, манящая кровать, был брошен одной рукой.

Кровать ударилась о колонну и с громким звуком треснула пополам.

Кальцион пинал, разрывал и швырял остатки кровати, словно его это не устроило.

Демонический зверь, увидевший это, наконец-то всё понял.

Кван! – и прыгнул.

Отдельно стоящий дворец начал разрушаться с весёлыми хрустящими и рычащими звуками.

Кальцион отряхнул руки и вернулся к Селене.

Теперь здесь намного красивее.

– Здесь летают обломки, поэтому давай посмотрим на это с другой стороны.

– А, давай.

Демонический зверь разошёлся от возбуждения, вероятно, потому, что ему разрешили поиграть спустя долгое время.

Селена и Кальцион пересекли сад и прислонились к двери, наблюдая за неистовством зверя.

В соответствии со своим названием, демонический зверь сносил все колонны, вместо того, чтобы переворачивать и ломать мебель.

Селена удовлетворённо кивнула, наблюдая, как рушится отдельно стоящий дворец, который любил Кронпринц:

– Восхитительно.

Она думала, что исчерпала свой гнев, преследуя Кронпринца, но оставшиеся эмоции были скрыты повсюду в её душе.

После подобного разрушения дворца Селена вновь почувствовала удовлетворение.

Демонический зверь разрушал дворец, не уставая, вероятно наслаждаясь возможностью неистовать спустя долгое время. В итоге, зверь продолжал играть, пока не рухнула крыша дворца.

Джерриэль, похоже, хочет избавиться от всего, что имеет отношение к Кронпринцу.

– ……должны ли нам заплатить за снос?

Интересно, можно ли получить ещё больше, ведь они выполнили работу, не потратив денег?

Когда разрушать уже ничего не осталось, и был слышен лишь звук шагов по щебню, за дверью послышался звук. Это был момент, который они заметили не сразу, ожидая, пока зверь утихнет.

– Про, про, про, простите…… – раздался дрожащий голос прислуги. – Мы, мы пришли помочь подготовить для вас всю одежду, необходимую для ужина, по приказу Её Величества.

Селена переглянулась с Кальционом:

– Даже подготовить одежду для ужина?

– За ужином собирается знать. До сих пор этого не было, поскольку Король был болен, но, похоже, Джерриэль хорошо освоилась после его кончины.

– Хм……

Если собирается вся знать, они точно являются наряженными.

Какую бы поддержку не оказала нам Джерриэль, одежда, приготовленная в спешке, не может идти в ногу с нарядами, которые готовили заранее несколько дней.

Подумав некоторое время, Селена приняла решение:

– Пойдём так.

– Всё будет нормально? – Кальцион знал, как сильно Селена могла рисковать жизнью ради платья.

– Я уже небесная Богиня, которая не нуждается в конкуренции человеческого мира, что может быть не так с моей одеждой?

Кальцион кивнул в ответ на её уверенное заявление:

– Независимо от того, что на тебе надето, это не меняет того, что ты – Богиня.

– …….

Прежде чем Селена успела подготовиться, в глазах Кальциона сверкнуло пламя.

Она глубоко вздохнула и посмотрела на небо.

Сейчас самое время тренировать самодисциплину, а не действия.

*****

– Её Величество Правительница Селении, Его Превосходительство герцог Ренберд! – торжественно объявил слуга, заранее спросивший их титулы и ещё раз проверивший, не было ли ошибок.

Прибывшие ранее аристократы одновременно поднялись со своих мест.

Селена с высоко поднятой головой медленно направилась к месту напротив Джерриэль. В одной руке она держала поводья зверя.

Каждый раз, когда демонический зверь фыркал, плечи людей вздрагивали.

– Я не ожидала, что вы приведёте демонического зверя к обеденному столу, – голос Джерриэль, притворяющейся спокойной, также застыл.

– Оставить его в одиночестве и он сойдёт с ума, – пожав плечами, ответила Селена. – Если дворец нуждается в капитальном ремонте, я освобожу его и вернусь сюда.

– Приготовьте еду и для демонического зверя, – мгновенно оценив ситуацию, быстро отреагировала Джерриэль. Именно эти качества делают великих правителей.

Селена улыбнулась, подошла к приготовленному для неё месту и села.

– Я…… что едят демонические звери? – выбежал королевский шеф-повар, услышавший приказ Королевы.

Демонические звери в основном плотоядные.

– Хм, подойдёт любое мясо.

Молодой аристократ рядом с ней ахнул и посинел.

Он определённо съедает каждый день хотя бы по одному кусочку мяса, но сейчас очень нервничает.

Похоже, его пугает демонический зверь.

Постепенно озорство стало брать верх.

Селена добавила ещё пару фраз, притворяясь серьёзно обеспокоенной:

– Хм…… никаких различий между людьми разных возрастов. Если подумать, мне кажется, ему понравятся люди, которые обычно не занимаются спортом. Жирные выглядят восхитительно аппетитными.

– Хи-и-и! – раздался пронзительный визг аристократов, которые попались на злую шутку Селены, вместе с молодым аристократом.

Кальцион был единственным, кто понял, что это просто шутка. Селена, чувствуя его молчаливую поддержку, добавила ещё:

– А, это не значит, что он не ест женщин.

– Хы-ы!

Слабые аристократишки.

Селена завершила свою шутку смехом:

– Ему больше нравится, когда мясо смазано мёдом.

– Хны-хы-ы…… хнык.

Некоторые были настолько напуганы, что даже плакали.

Даже Джерриэль была настолько шокирована, что не могла контролировать Селену.

Преступники наказаны.

Было приятно видеть знать, которая смотрела на неё с застывшими белыми лицами, но с этой проблемой нужно было справляться принимающей стороне. В этот момент вперёд вышла бывшая королева Мария, сидевшая рядом с дочерью.

Она вела себя достаточно спокойно, словно не знала о том, что только что произошло:

– Изначально мне хотелось быть таким страшным человеком, но вы действительно пугающа, Ваше Величество Королева. Только, прошу, перестаньте делать это за столом.

Подобно Королеве, выжившей во дворце без власти, Мария была сообразительной. Она попыталась поднять настроение лёгким смехом, чтобы не обидеть Селену.

В прошлом она относилась к Селене как к низшему существу, а сейчас, естественно, говорила льстиво, и Селена удивлённо вскинула бровь:

– Что ещё мне делать с аристократической фракцией другой страны?

– Я допустила ошибку. Была настолько безрассудна, что просто вышла вперёд. Это муравьи, которые не могут уйти с дороги, поэтому вы и наступили на них.

Обвиняет одновременно обе стороны, но внешне кажется, что поддерживает меня.

Бывшая Королева Мария и ранее обладала скрытым талантом, удерживая положение Королевы без какой-либо поддержки и в конечном счёте поставила свою дочь на место правителя.

А этот навык никуда не делся.

Даже если меня отругали за то, что я поступила правильно, это остаётся ответом, который уважает мой королевский авторитет.

Удовлетворённая этой ситуацией, Селена могла счастливо улыбнуться и пойти дальше:

– Муравей – это тоже жизнь, но с этого момента ему нужно быть осторожным.

– Ха-ха, благодарю за понимание, – Мария изящно склонила голову. Она была единственным человеком в комнате, облачённой в траурный наряд, но сияла ярче, чем при любой их встрече.

Ребёнок стал правителем. Даже нося лохмотья, она великолепна.

То же самое было и с Селеной.

Даже не облачившись в кричащее платье, она излучала более сильное присутствие, чем кто-либо другой в зале. Зная это, девушка отказалась от наряда.

Селена оглядела толпу знати.

На каждом из них были сияющие украшение, но те, кто не мог поднять голову, даже будучи облачёнными в них, выглядели уныло.

Я так старалась влиться в гущу этих незначительных людей. Ещё совсем недавно.

В тот момент Селена поняла, что то, за что она с трепетом цеплялась, на самом деле было стеной, через которую она могла перепрыгнуть даже без чужой помощи. Когда пришло это понимание, её сердце на мгновение упало.

Но среди всего этого был один взгляд, который сверкал исключительно ярко.

Человек, которого совершенно не пугал демонический зверь, сопровождавший Селену.

– Прошло много времени, Фионэль?

– Ты! Ты! Ты!

– Ты?

– Вы!

Ей было страшно, и Фионэль тут же поменяла обращение.

– К, к, как!

– Как видишь. Дремлющая кровь древнего рода пробудилась.

– Чушь! ……не может быть!

– Даже если чушь, это не отменяет того, что я – Богиня и Королева, верно?

Во многих отношениях, даже несмотря на то, что Фионэль была не в состоянии противостоять Селене, её импульсивность осталась такой же, как и раньше. Это вызывало довольно приятные ощущения.

Разве она не похожа на собачку, размером с ладонь? При укусе немного щиплет, но слабо и мило.

– И-и-и!

– Сделай всё возможное, чтобы открыть в своём взгляде скрытую силу.

– Так и будет! Эй!

Селена рассмеялась её тщетному сопротивлению.

Когда мы впервые встретились, это был момент, когда я боялась, что она может оказаться убийцей с милым личиком. Теперь я вижу, что она действительно маленькая собачка.

Глава 161

Селена подумывала подразнить её ещё раз и тут же начали подавать еду, вероятно, ожидая только прихода Селены.

– Лучше сбрызнуть его лимоном, чем подавать с джемом, – проворчала Селена, увидев тарелку перед собой.

– Я сейчас же подготовлю лимон!

– А, ах, тогда я тоже.

Голос Селены был едва слышен, но дежурный слуга отреагировал мгновенно. Даже нашлись люди, которые захотели повторить за ней.

Люди, которые смеялись над ней, говоря: «У вас плохой вкус, ведь вы даже не знаете об этом», когда она была «простолюдинкой Селеной».

Эта картина повторялась на протяжении всей трапезы.

Кажется, я поняла, почему Кальцион молчалив. Просто безумие поднимать шум из-за того, что я что-то сказала.

В итоге Селена перестала ворчать и продолжила есть молча.

Это очень вкусно есть с фруктами, – подумала она, но боялась, что если снова откроет рот, люди вновь начнут повторять за ней, поэтому просто терпела.

– Фруктов нет, – внезапно тяжёлый голос Кальциона остановил трапезу всех.

– Что? Да! Конечно, они есть! – когда заговорил Кальцион, всё это время молчавший слуга вновь напрягся и почтительно склонил голову.

– Неси сейчас.

– Какие из…… Я сейчас же принесу всё, что есть! – сообразительный слуга не заставил Герцога повторять дважды.

Перед ними быстро разложили всевозможные фрукты, что заставили Селену задуматься, не принесут ли они какое-нибудь дерево с очищенными и подрезанными плодами.

– Вот, вам ведь нравится есть так? Ваше Величество Королева, – Кальцион даже заботливо отобрал и положил нужные фрукты на тарелку Селены.

Это были те фрукты, которые всегда нравились ей.

Я и не знала, что он вообще запомнил это.

Только это было сделано в таком месте, где нужно было демонстрировать своё достоинство, поэтому необходимо было полностью управлять мимикой своего лица.

Селена намеренно сжала губы, чтобы скрыть смущение, и величественно приступила к еде.

Люди вновь сошли с ума от этого.

– Герцог Ренберд окончательно сошёл с ума.

– Кха! – фрукт, попавший в рот Селены из-за слов людей, чуть не вылетел у неё через нос.

– Всё в порядке? Вот. Немного воды, – Кальцион вновь позаботился о ней.

Это всё из-за тебя, тебя, – Селена отругала его взглядом, а не словами, но Кальцион ничего не понял.

Ткнув его локтём в бок, девушка прошептала:

– Кальцион, это оскорбляет тебя.

– Верно?

– Есть же слуга……

– Я – тот, кто ближе всего к вам, кто заботится о вас в первую очередь и двигается как ваши руки и ноги, разве нет?

Впервые за день Селена потеряла дар речи от объяснений Кальциона, который категорически настаивал на своей точке зрения.

Это было странное чувство.

Придя в этот мир, Кальцион для Селены всегда был высокой фигурой, находящейся на вершине далёкого неба. Ей казалось невозможным объявить себя слугой и смириться с оскорблениями, но он ни на что не обижался.

Только ощущение перешагивание через ранг другого человека не придавало Селене особого чувства свежести.

Мне не нравятся такие вещи как титул или классы. Даже среди коллег я ненавидела, когда нас делили на так называемые «классы», но ещё сильнее я ненавижу, когда меня и моих близких делят на «классы».

– Когда состоится суд? – Селена подняла главную тему, чтобы увести внимание от этого.

– Нет необходимости терять время, поэтому он будет проведён завтра.

– Что насчёт свидетелей и доказательств, необходимых для суда?

– Подготовка уже завершена.

Селена вскинула бровь, услышав спокойный ответ Джерриэль:

– Так быстро?

– Говорят, всё нужно подготавливать заранее.

В какой момент Принцесса, которая столько плакала из-за избиений, так выросла? С каких пор ты прятала когти и склонялась? – Селена с любопытством посмотрела на Джерриэль.

Дети растут очень быстро.

– Суд состоится завтра рано утром.

– Так быстро?

– Всё готово, зачем терять время?

Кажется, она хочет побыстрее избавиться от Кронпринца.

Как и Селена, она тоже хотела закончить их работу здесь и вернуться в Ренберд. Сейчас ей надоели мрачные и сложные вещи, такие как Кронпринц и светская жизнь столицы.

– Не за чем. Мы подождём лишь до завтра.

Теперь ожидается настоящий конец этого.

*****

Вместо того, чтобы вернуться во дворец Кронпринца, Селена выбрала особняк Ренберд.

Как бы она не привыкла к кемпингу, ей не хотелось спать в руинах.

– Нужно проверить, остались ли в целости какие-либо документы.

Можно было с уверенностью предположить, что вещи, которые не были отправлены передовым отрядом, когда они спешили сбежать из столицы, были утеряны.

Солнце садилось и начинало темнеть. На каждой улице и в каждом доме загорался свет, но особняк Ренберд был погружён во тьму.

Рыцари подняли валявшиеся на полу дрова и сделали факелы.

– Эй, мерзавцы. Даже масла из ламп забрали до капли.

Хозяин особняка был обвинён в государственной измене и скрылся. Поведение слуг можно объединить в одну фразу: «Возьми столько, сколько сможешь, и убегай».

Селена думала, что особняк просто обыскали, но увидев, что даже украшения с дверных ручек пропали, громко усмехнулась.

Исчезли не только украшения с дверных ручек, но даже элитная мебель пропала. Не было ни единого одеяла, не говоря уже о кровати.

– Это конец……

Куда бы мы ни пошли, нам придётся спать на голом полу.

– Мы проверим всё. Что-то должно было остаться, – оставив нескольких рыцарей, остальной эскорт разошёлся по замку.

И спустя короткое время.

– Кья-я!

Вдали послышался резкий крик.

– Что это?

– Известно, что особняк пуст, поэтому неудивительно, что бездомные будут прятаться здесь.

Спустя некоторое время рыцарь эскорта притащил за собой женщину.

Помимо её ужасного внешнего вида, её запах был настолько отвратительным, что Селена зажала нос и попятилась назад:

– Угх. Почему вы просто не выкинули её?

– А, это…… Она похожа на ту горничную, которую вы приказывали выследить.

Рыцари, следившие за Джуной, вернулись с началом войны. Был предел использования рабочей силы из-за подобной мелочи, как предсмертная записка.

– Хм?

Один из рыцарей эскорта поднёс факел к лицу женщины.

Только когда свет осветил её лицо, Селена увидела знакомые черты. Это была Джуна. Она была в настолько плачевном состоянии, что её нельзя была узнать, если не присматриваться.

– Гос, госпожа Селена! – едва Джуна узнала Селену, она подскочила от восторга. Однако рука рыцаря надавила на её плечо, заставляя сесть.

Они не могли быть добрыми к Джуне, которая уже дважды сбегала.

– Я, я-я, вот! Нашла! Предсмертная записка!

– Да, хорошо, – равнодушно ответила Селена.

Теперь предсмертная записка не так важна.

Да, но не потому, что исход суда над Кронпринцем предрешён. Это всего лишь вопрос освобождения мучений Ирэль.

– Это правда, правда!

– Да, только на словах.

– Посмотрите! Это она! – Джуна порылась в карманах и, достав лист бумаги, встряхивая, подняла его.

Лист бумаги был сильно потрёпанный и испачканный.

– За сколько ты собиралась продать её? – вместо того, чтобы потянуться к предсмертной записке, Селена просто посмотрела на неё.

– Про, продать, я?

– Ты заикаешься.

– Эт, это потому, что в последнее время я не могу ни есть, ни спать…… да-а, это моя преданность. Как вы можете? Я взяла её себе, чтобы передать непосредственно в руки госпожи Селены!

– Да. ты проделала долгий путь. Если всё так, стоило просто с удобством устроиться в окружении охранников, так зачем было обманывать их и сбегать?

– У меня не было другого выбора, кроме как сделать это, потому что стража лишь забрала бы предсмертную записку и помешала мне встретиться с вами, госпожа Селене!

Открывая рот, она лжёт так легко.

У рыцарей нет никаких оснований делать это. Очевидно, почему она пришла сюда после побега.

Считая, что я вряд ли расплатилась бы с ней за него, Джуна, скорее всего, бродила в поисках того, кому можно продать её подороже. Однако информация Джуны ограниченная и бывшей горничной нелегко познакомиться с аристократами или членами королевской семьи.

Походив туда и сюда, она, должно быть, пришла в пустой особняк в поисках места для ночлега, – Селена холодно улыбнулась и выхватила предсмертную записку из руки Джуны.

– Только что делать? Теперь она бесполезна.

– Что……?

Это произошло до того, как Джуна поспешно потянулась, чтобы забрать предсмертную записку обратно. Селена бросила бумагу в ближайший факел.

Пш-ш-, – тонкий лист бумаги быстро вспыхнул и превратился в пепел.

– А? Что? Чт-что? Что-о-о? – Джуна, которая не могла в это поверить, даже увидев собственными глазами, издавала ошеломлённые звуки. – Ч, что! Нет! Что это! Не может быть! Это моё всё! Такая ценность! А-а-а-а! Ты – злобная с*ка!

Медленно осознавая реальность, бывшая горничная, закричав, бросилась на Селену. Однако рыцари заблокировали её, повалив на пол.

– Так некрасиво. Вот почему ты не преуспеваешь, когда люди дают тебе шанс.

– Чёртова с*ка! Это убогий шанс! Называя это шансом, надо заботиться об этом должным образом! Сказать, что выплатишь мои долги и предоставишь шикарную должность, к примеру место старшей горничной!

Селена была изумлена:

– Ты и правда ребёнок с настолько дикими мечтами?

Не имея выдающихся способностей и грандиозных карт на руках, подумать только, она мечтала о подобном. Просто невероятно.

– Ты хорошо умеешь сбегать, поэтому какое же место мне тебе дать? Я отпущу тебя, поэтому продолжай использовать эту способность и живи хорошо, – Селена посмотрела на рыцарей эскорта.

Рыцари схватили Джуну за руки и потащили в сторону выхода.

– А-а! Думаешь я просто оставлю тебя в покое? Я не могу уйти вот так! Отпустите!

Пронзительные крики постепенно затихли.

В конце концов, когда Джуну вытащили из особняка и не было слышно ни звука от неё, Селена пожала плечами:

– Ведь её грехов недостаточно для убийства?

Но нетрудно предсказать, что жизнь, оставленная Джуне, будет ужасной.

Рекомендательное письмо она больше нигде не получит, поэтому устроиться горничной не сможет, а если снова попытается вернуться к Лирэль, то может умереть.

Заёмщики не умеют сдаваться. Они будут следовать за ней, пока она не умрёт. Очевидно, насколько тяжёлой будет жизнь, оставленная Джуне.

– А я заберу долг, который у неё остался к нам после удара в спину, вот так, – Селена достала из рукава целую и не пострадавшую предсмертную записку.

Глава 162

– ……вы использовали настоящую магию? – глаза эскорта, казалось, вот-вот вылетят из орбит.

Вот и то место, где магия, которую я изучила прямо перед появлением на этом шоу, пригодилась. Вместо записки я сожгла собственный рукав, но если я обманула эскорт, то точно обманула Джуну.

Лишь одного человека Селене не удалось обмануть, Кальциона.

– И правда, вот почему ты сделала это.

Своим острым и пристальным взглядом он видел, как Селена спрятала предсмертную записку в рукав и вместо неё сожгла ткань рукава.

– Не знаю, можно ли будет использовать это в качестве доказательства, – Селена села за стол и открыла предсмертную записку. – Что?

Это не было предсмертной запиской.

[«Простите».]

Так начиналось письмо Ирэль.

[«Я влюбилась в другого человека. Мне жаль, что я отплатила за услугу, предоставления возможности сельской аристократке стать Герцогиней, своим предательством.

Простите, мне было слишком одиноко.

Подобные слова о том, какой должна быть Герцогиня, что должна делать Герцогиня и прочие, очень огорчали меня.

Мне не на кого было положиться, поэтому я положилась на другого мужчину, не моего мужа. Я знаю, что мне повторяли это сто и тысячу раз, и этому нет оправдания.

Я – плохой человек. Я не знаю, как удерживать дарованное мне положение, не имея веры.

Я забеременела ребёнком не от того мужчины, не думала о защите Ренберд. Сколько бы я ни старалась, мне не стать Герцогиней, имея ребёнка от другого мужчины, поэтому я оставляю вот такое послание.

Сегодня вечером я собираюсь уйти с ним.

По мере возможности я не буду показываться в светских кругах и буду жить спокойной жизнью лишь в его объятьях. Поэтому, пожалуйста, не сердитесь слишком сильно.»]

А под текстом было ужасающее пятно крови.

[«Кронпринц»]

– ……

Кровавое слово, которое заметно отличалось от аккуратных предложений выше, написанных дрожащей от беспокойства и взволнованностью новой любви рукой.

Гнев и негодование Ирэль, которые она испытала в момент смерти, казалось, были переданы нетронутыми, потому и Селене стало плохо.

Она сложила письмо и положила его на пол.

Единственное слово «Кронпринц», написанное кровью – это всё, что может служить доказательством. Ранее она сознательно скрывала информацию о нём от других.

Романтика Ирэль, выраженная в письме, сильно отличается от реальности.

Кронпринц в письме любящий любовник, словно обещающий вечность. Ирэль писала словно о неизбежности роковой и трагической любви.

Но на самом деле она была для Кронпринца всего лишь игрушкой.

Запоздало осознав, что любовь, в которую она верила, была иллюзией, Ирэль в последний момент жизни разозлилась и поставила печать предательства на письмо о любви, которое она оставляла позади. Поэтом слово «Кронпринц» написано кровью.

– Как доказательство это смешно.

Не знаю, было бы лучше, если бы письмо было наполнено ругательствами о том, что Кронпринц – ублюдок или всё же нет.

– В любом случае, это не тот суд, который требует доказательств. Поэтому всё будет в порядке даже без предсмертной записки.

Это суд, в ходе которого Кронпринц никогда не сможет быть оправдан, даже если не будет доказательств. Джерриэль сделает для этого всё возможное.

– Если об этом станет известно миру, будет ли герцог Ренберд дураком, чуть не воспитавшим чужого ребёнка своим преемником?

Последнее письмо Ирэль, которое должно было быть верёвкой, опутывающей Кронпринца, могла стать верёвкой, которая задушит честь Кальциона.

На мгновение Селена вспомнила семью Ирэль. Однако она быстро вспомнила, что их больше интересовало сколько богатства они смогут выжать из своей мёртвой дочери, чем то, каким был её конец.

Их не интересует истина. Разрешать обиду Ирэль находится вне их интересов.

– Если это раскроется, то повредит лишь чести Ирэль и Ренберд.

– Цена истины иногда жестока.

Селена посмотрела на письмо и глубоко вздохнула:

– Избавимся от этого.

Это «истина» без смысла.

Условие, которое удерживало меня в этом мире, это истина, которую никому не нужно знать. Правда, которую никто не хочет и не должен знать. Это правда, которую пришлось бы скрыть, даже если бы Ирэль была жива.

– Как пожелаешь.

Как только пришёл ответ от Кальциона, Селена без колебаний бросила письмо в факел.

Бумага сгорела в одно мгновение, не оставив даже пепла. Словно ничего изначально и не существовало.

Селена молчала, надеясь, что трагедия, случившаяся с Ирэль, и ошибки, которые она совершила, исчезнут так же.

*****

Утром в день суда воздух был тяжелее обычного.

Когда Селена стряхнула воздух, прилипший к её одежде, и вошла в зал суда, атмосфера в нём оказалась более величественной, чем снаружи.

– Я сопровожу вас до места, – дежурный слуга, следовавший с ними от входа, проводил Селену и Кальциона к их заранее подготовленным местам.

Демонический зверь был занят принесённым для него мёдом, будучи привязанным в особняке Ренберд. На ужин он был приведён с намерением подавить дух знати. Но на суде не было необходимости делать это.

Рядом с местами Селены и Кальциона находился трон Джерриэль и бывшей королевы Марии.

Остальные аристократы, освободив один ряд, сидели позади.

Действительно, как и было обещано заранее, Джерриэль позволила Селене и Кальциону увидеть падение Кронпринца с первого ряда.

После простых церемоний, таких как присяга на верность Джерриэль и её официальное приветствие как правителя гостей, начался суд.

– Тогда, с этого момента начинается суд над бывшим Кронпринцем Ласэном Аклионом. Подсудимый, принц Ласэн, вперёд.

По приказу судьи двери распахнулись и вошёл Ласэн.

– Хо…… – шокированные его поведением, несколько человек поспешно затаили дыхание.

Селена не была исключением.

Ласэн даже не мог идти самостоятельно, поэтому солдаты, схватив его за руки, тащили.

Когда Кальцион загонял его в Ренберд, вид у бывшего Кронпринца хоть и был убогим, но он мог ходить, бегать и кричать самостоятельно.

Но сейчас он даже не мог указать на кого-то пальцем. Как только солдаты поставили Ласэна перед трибуной подсудимого, он упал.

– Хо…… хы-ы…… хы-ы-о…… – стоны, слетавшие с его губ, даже не звучали человеческим голосом.

Одежда на нём аккуратно надета. Только под одеждой он не выглядит нормальным.

Что произошло всего за один день? – Селена посмотрела на Джерриэль вопросительным взглядом. Поскольку единственным человеком, который знал ответ, была она.

В отличие от шокированных людей, Джерриэль смотрела на старшего брата вскинув подбородок, а затем повернула голову, почувствовав взгляд Селены:

– Почему вы так удивлены? Он тот, кто бунтовал до момента своей смерти. Я лишь немного выплеснула свой гнев.

Селена и Кальцион лишь психологически давили на него, но не касались тела Ласэна.

Я думала о том, чтобы однажды нанести ему удар, но не было намерений проделывать подобное.

– Как тяжело было контролировать себя, чтобы не убить. Должно быть, вам тяжело было ехать с ним весь путь.

У Джерриэль была детская улыбка, которая соответствовала её юному лицу. Но она уже не выглядела так невинно и мило, как раньше.

Лишь сидевшая рядом с ней бывшая королева Мария имела тот же ласковый взгляд, что и раньше.

Даже если её руки в крови других людей, она всё равно остаётся молодой и красивой.

Моей ошибкой было думать, что она смогла наконец-то дождаться подходящего момента и нанести удар в спину.

Долгое время Джерриэль была ядовитым зверем. И сейчас, когда появилась возможность, она без колебаний начала распылять повсюду свой яд.

И её яд настолько густой, что начинает болеть живот, – горькие чувства, которые Селена испытала после предсмертного письма Ирэль, вернулись.

Люди могут хранить обиду всю жизнь и могут терпеть благодаря её миазмам. Однако куда бы такой человек не пошёл, если он наполнен ядом, то будет опустошён.

Маркиз Тойлан переводил горящий взгляд с Джерриэль на бывшего Кронпринца. Лирэль в углу кусала ногти.

Все собравшиеся здесь ядовиты.

Неужели нужно быть настолько ядовитым, чтобы выжить в столице? – в груди Селены стало не хватать воздуха.

Люди, до самого конца взвешивающие Ласэна и Джерриэль, полностью обратились к Джерриэль, увидев абсолютно сломленного бывшего Кронпринца.

Как только начался суд, в адрес Ласэна посыпались обвинения.

– Я правда делал то, что мне говорили! Мне говорили, что убьют и меня, что мне оставалось!

– Если я не подчинюсь, моя семья будет разрушена, так как же я мог отказаться.

– Мне сказали, что убьют меня, если я не убью его!

Это был не суд. Это было разоблачение.

Чтобы занять место в перевернувшейся структуре власти, все принялись указывать пальцем на Ласэна. Было очень важно доказать вину бывшего Кронпринца и собственную невиновность.

Свидетелей и доказательств было предостаточно.

Как и предсказывал Кальцион, их подлинность не имела значения.

Селена незаметно вздохнула и опёрлась всем телом на плечо Кальциона. Кальцион просунул руку между ней и креслом и поддержал спину девушки.

Тепло его ладони успокоило похолодевшие внутренности Селены.

Селена выпрямилась, едва обретя достаточно сил, чтобы улыбнуться.

Судья зачитывал бесконечные обвинения одно за другим. Среди них были случаи, когда Ласэн действительно был несправедлив, и были дела, чтобы привлечь внимание к Джерриэль.

– ……подозрение в убийстве леди Розалин из семьи Тойлан. Селена…… – судья, случайно назвавший Селену по имени, заметил это и откашлялся. – ……дело об обвинение в её убийстве, а также похищение и заключение Её Величества правительницы Королевства Селения, – но быстро исправился на титул.

Похищение и лишение свободы было самым простым преступлением.

В конце концов, к этому моменту Ласэн совершил так много преступлений, и каждое из них было ужасающим. Посреди всего этого то, что он сделал с Селеной и Ирэль, не имело большого значения.

Даже если бы они были раскрыты, то дошли бы лишь до народного осуждения.

Свидетелями стали многочисленные аристократы и слуги, присутствовавшие в тот день. Фактом тому, что лжесвидетельств среди них не было, служило то, как легко выстраивалась цепочка событий того дня.

Селена тихо вздохнула и пошевелила плечами.

Кальцион потёр её плечи, словно сам страдал от боли.

У них обоих было такое ощущение, что на самом деле ничего не происходило. Возможно, из-за разрушения дворца прошлой ночью.

После этого суд продолжался ещё долгое время.

– Виновен попытке несанкционированном захвате ресурсов территорий Герцога Ренберд. Использованию королевского войска без разрешения монарха.

Обвинения с Кальциона также были связаны.

И, как в кульминации романа, в конце было озвучено самое большое преступление из обнародованных сегодня:

– Его Высочество пытался убить Его Величество бывшего Короля, отравляя его в течение длительного времени, тем самым заключив Его Величество бывшего Короля в тюрьму из ослабевшего и болезненного тела.

Селена была ошеломлена. Обвинителями в этом выступали Джерриэль и бывшая королева Мария.

Глава 163

– Одно из величайших сожалений, которые я не смогла остановить из-за недостатка сил. Его Величество, ныне бывший Король, был убит бывшим Кронпринцем Ласэном!

Никто не знал, было ли это правдой или подставой. Однако при вскрытии Короля в его организме было обнаружено большое количество яда, к этому же добавлялись показания врача о том, что яд давали небольшими порциями в течение длительного времени. Кроме того, были даже показания о том, что всё это время пищу для Короля готовили исключительно на кухне дворца Кронпринца.

Несмотря на то, что Кронпринц знал, что будет править, он не мог не продумать «на всякий случай».

– Даже если отречение Кронпринца было почти решено, это……

– Измена……

Предыдущий Король сам исправил завещание и посадил Джерриэль на трон. Кроме этого, Кронпринц возглавил королевскую армию и развязал тщетную войну, которая почти уничтожила её.

Не зная, выиграет он и вернётся ли. Теперь Ласэну, которого даже нельзя было назвать человеком, не было оправданий.

– Хо-о! Ы-ы, что вы, что вы творите…… – даже Ласэн, лежащий на полу, не выдержал и закричал хриплым голосом. Только его голос был настолько слаб, что даже уши Селены, сидящей в первом ряду, не могли как следует расслышать его.

– Принц Ласэн, вы хотите оспорить это?

– Подставлено…… это всё подставлено……

– И это все аргументы? У вас есть какие-либо доказательства?

– Хы-ы-ы…… это, всё подтасовано…… ы-ы, я убью вас всех. Всех……!

Только теперь ядовитость угроз Ласэна исчезла. От него действительно ничего не осталось.

Банальный спор закончился.

– Мы начинаем рассмотрение в общей сложности 158-и обвинений против принца Ласэна.

После этих слов Ласэн, задыхаясь, в изнеможении рухнул на пол.

При этом приговор был вынесен без всякого сочувствия и уважения к нему.

– Попытка убийства Короля путём отравления и его оскорбления – это величайшие преступления, которые должна судить сама Её Величество Королева, но поскольку Её Величество ещё не была коронована как член королевской семьи, она даровала мне милость. Я вынесу решение по этим обвинениям.

По правилам правитель напрямую решает дела королевской семьи, но Джерриэль ещё не провела церемонии коронации. Поэтому дело было передано в суд для того, чтобы оно было объективно понятным подданным страны.

Каким бы решённым всё не казалось, от одного слова судьи всё могло пойти не так.

Все, затаив дыхание, ждали окончательного приговора.

Селена тоже сжала кулаки.

– Окончательным приговором на сегодняшний день является полное лишение принца всякой власти королевской семьи, свержение с места Кронпринца и заключение в тюрьму в Северном дворце. Компенсация ущерба в каждом случае будет скорректирована в ходе последующих судебных разбирательств.

– Ах……!

Лишение королевской власти, свержение.

Это был смертельный приговор для Кронпринца, но, с другой стороны, он казался слишком милосердным.

Не смерть.

Пока он жив, он всегда может вернуться. Это не было приговором, который мог бы быть вынесен политическим противником.

Только Джерриэль удовлетворённо приподняла уголки губ.

Это не похоже на тот итог, который ожидался, но разве его не достаточно? Было сделано довольно многое.

В это время судья объявил суд закрытым и Джерриэль поднялась со своего места.

После подобного действия Королевы суд был официально завершён.

Ласэна вытащили чьи-то руки, так же, как и тогда, когда он входил в зал.

Аристократы также услышали решение суда, но волнение оставалось в их рядах, словно они не были до конца убеждены в услышанном.

– Почему бы просто не убить его?

– Потому что он из королевской семьи.

– И всё же, пока он жив, никто не знает, что может произойти……

Селена также не могла идти дальше без ответа на это.

– Почему вы выглядите растерянной? – весело спросила Джерриэль.

– Разве то, что он остаётся жив, когда-нибудь не обернётся угрозой? Я думаю, это слишком мягко.

Джерриэль мрачно улыбнулась на вопрос Селены:

– Если он просто умрёт, это будет очень комфортной смертью. Как бы сильно не страдал Его Величество, время, когда я подвергалась насилию, было невероятно болезненным, и таким же оно должно быть для него.

Обычно, люди, как бы они не злились, становятся слабее, когда видят, что объект их злости разрушен. Но Джерриэль, похоже, только начинает.

Насколько же глубока тьма внутри неё?

– Разве жизнь не станет более стоящей, если он узнает, что есть жизнь куда хуже смерти? – Джерриэль снова улыбнулась Селене, но её глаза оставались холодными и острыми. Это было похоже на угрозу, что она не отпустит их, если они начнут возражать.

Селена же и не собиралась останавливать её:

– Могу ли я попросить о личной услуге?

– Что это за просьба?

– Перед убийством обязательно отрежьте его Х.

Скорее, она подбадривала и поддерживала Джерриэль. И даже попросила о личной мести.

Я не могу лишить его этого сама, но не имеет значения, если результат будет тем же.

Глаза Джерриэль шокировано расширились.

Это было слишком грубо для ребёнка?

После некоторых размышлений Джерриэль вдруг начала аплодировать:

– Этот дух, эта решимость. Действительно настоящая Королева.

– ……хм?

Джерриэль, которая даже почтительно кивнула, была совершенно серьёзно, она посмотрела на Селену взглядом, говорящим: «Вы впечатляете уже одним своим существованием»:

– Честно говоря, я и раньше думала, что вы круты. Ха…… почему я не осознала красоту, исходящую от этой истинной силы?

Почему она вдруг стала такой?

Высшая форма восхищения, словно она увидела чудо. Будто одержимая…… Прежде чем люди становятся фанатами, в первые дни их глаза дрожат именно так, – Селена инстинктивно почувствовала, что им пора уходить.

– Тогда, зная, что вы окажете мне эту услугу……

– Я, – Джерриэль схватила Селену за руку.

– ……да?

– Не буду скрывать, что влюбилась в эту красоту.

– ……

Давно не виделись. Смелое и безрассудное наступление влюблённости.

Подростковая любовь настолько же страстна, насколько легко сгорает и перекидывается на другое место.

Пламя, направленное на Кальциона, теперь перешло на меня.

– Да-а, благодарю…… Мне пора.

Только переключение внимания с Кальциона – сейчас не то, чему можно радоваться. Если она прицепится ко мне, то очевидно, что какое-то время будет мешаться как сумасшедшая, поскольку я стала её новой целью.

Подобные вещи следует отсекать сразу, чтобы потом не было сожалений.

Увидев, что Селена решительно пытается развернуться, Джерриэль цепко вцепилась в неё:

– Эй, вы проделали весь этот путь сюда, так почему пытаетесь вернуться назад так быстро? Останьтесь на мою коронацию и насладитесь банкетом, который последует за ней.

– ……зачем?

– Зачем? Потому что я хочу побыть с сестрёнкой ещё немного, – в итоге, Джерриэль пожала плечами и изобразила очень милое лицо.

Только вот кровь Селены застыла, когда она увидела его.

Это был странный момент, когда щенок был похож на бешеного пса.

– ……кто, королева Джерриэль?

– Сестрёнка, – застенчиво улыбнулась Селене Джерриэль.

– Почему?

– Изначально, если вы крутые, вы – сёстры.

– С каких пор вы думаете, что я – крута?

– Раньше я просто была ослеплена любовью и не могла видеть крутость сестрёнки. Поэтому я решила посвятить сестрёнке всю свою жизнь!

Это были сухие и затёртые слова.

То, что сказала Джерриэль, было словами, которые кумир слышал десятки тысяч раз от фанатов по всему миру.

– ……нет, не стоит говорить подобное……

– А! Почему бы нам просто не вступить в брак?

Ещё до Джерриэль, Селена получала тысячи предложений руки и сердца.

Каждый раз она отвечала: «Да!» или «Приноси документы», или «Если передумаешь через 3 года, я не отпущу тебя».

Но в этот раз у неё была явная причина для отказа.

– Это будет трудно. Я уже люблю Кальциона.

– Ты полюбишь меня больше. У меня даже условия лучше. Герцог есть Герцог, а я – Королева. Кья! Мы ведь обе Королевы, да? Люди, у которых не было шансов стать правителями, стали Королевами почти одновременно! Это судьба!

– Если это судьба, то все люди, которые имеют одно меню завтрака, так же связаны судьбой.

– Ах! Сегодня на завтрак я ела грибной суп, белый хлеб, инжирное варенье, фруктовый сын, свиную колбасу и картофельное пюре! А что ела сестрёнка?

– Я съела пролетавшую мимо птицу, – Селена изо всех сил старалась избежать этой судьбы, насколько это было возможно.

Когда Джерриэль была Принцессой, не имело значения, хорошо она выглядела в её глазах или нет, но теперь она стала Королевой. Трения между ними должны были быть минимальными.

Тут вмешалась бывшая королева Мария:

– Боже. Вы говорите о браке? Если два Королевства объединятся браком, дальнейшие союзы не потребуются. Моя Джерриэль, она очень хороший ребёнок.

– Я уже люблю Кальциона……

– Почему в браке необходима любовь?

– Я – женщина.

– У меня нет предубеждений к этому.

Что мать, что дочь. Не оттолкнуть, – в беспомощности, Селена мысленно схватилась за голову.

Легче справиться, когда тебя ненавидят и нападают. Но справиться с нападками, вооружёнными добрыми чувствами, труднее.

Эгоистично предъявлять требования, не принимая во внимание моё мнение, но её чувства ко мне искренни. Я хочу отказать максимально мягко, чтобы они не пострадали.

– Вы двое забыли, что я рядом с вами? – вмешался Кальцион, когда Селена начала испытывать колебания.

– С каких пор Герцог вмешивается, когда разговаривают правители? – выступив вперёд, строго и с достоинством отчитала его Джерриэль.

– Если страна будет полностью разрушена, правители и титулы исчезнут, – только Кальцион не сдвинулся с места.

Он не был тем, кто желал разжигать войну, поэтому отдал Кронпринца дальше, чтобы его представили перед судом. Только война уже однажды прошла и теперь не пугала его.

– Всё остальное можно трогать, но не смейте прикасаться к моей Богине. Я готов пойти войной, если вы не уберёте от неё руки.

Всё равно военной мощи у этой страны уже не осталось.

– Я думаю так же!

– Тогда попробуйте.

– Думаешь, я не могу?

Едва только война закончилась, они собрались устроить новую.

– Остановитесь, хватит, – в итоге, Селена встала между ними. – Мне не нравится брак без любви, и я не хочу менять кого-то, кого люблю, на постороннего человека лишь из-за мимолётности взглядов. Поэтому, Королева Джерриэль, я отказываю в вашем сердце.

Джерриэль тут же съёжилась и отступила:

– Сейчас я отступлю из уважения к чувствам сестрёнки, но…… любовь не вечна!

– Эта будет вечной, – просто отрезал Кальцион.

– Посмотрим, Герцог. Не будьте слишком небрежны. Никто не знает об этом, пока не войдёт в зал свадебной церемонии, – только дух Джерриэль не утихал.

Кальцион молча сжал рукоять меча.

Разве не будет лучше, если я просто убью её здесь? – вот как это чувствовалось.

Селена нежно сжала тыльную сторону ладони Кальциона.

Его кипящее сердце ничем не отличалось от сердца девочки-подростка.

Глава 164

После этого Джерриэль продолжала бесконечно флиртовать.

– Сестрёнка, когда листья падают перед твоими ногами, это, должно быть, означает, что нужно остановиться на какое-то время. Поэтому останься здесь на подольше. Да?

– Дерево просто скидывает листву. Как вы смеете блокировать путь Королевы? Это непростительная грубость.

А Кальцион отвечал с гневом, словно был готов начать войну за каждый её флирт.

Если смотреть со стороны, это действительно было мило. За этим хотелось наблюдать снова и снова, до такой степени, что Селена начала подумывать о том, чтобы остаться на банкет.

Только всё же решила сразу же вернуться в Ренберд.

Больше всего Селену раздражало участие в войне за власть между аристократами.

Не было никаких причин сейчас, когда высшие ценности их общества были опошлены, бороться за своё место. Селене хотелось спокойно отдохнуть в аккуратном, комфортном и практичном авторитете Ренберд.

Желая поскорее вернуться в Ренберд, она даже отказалась от кареты, которую ей предлагала Джерриэль, и поехала так же, как и приехала.

Поскольку весь отряд Селены и Кальциона были верхом, не было необходимости сбавлять скорость, чтобы соответствовать пехоте.

Пока они не доехали до лагеря, все двигались молча. Они даже не могли нормально разговаривать под звук подков, словно стучащих по всему телу.

Сейчас Селена уже привыкла управлять демоническим зверем. Поэтому, управляя им, она успела обдумать ещё кое-что.

– Никто не знает об этом, пока не войдёт в зал свадебной церемонии!

Последние слова, сказанные Джерриэль, занимали всю голову Селены.

Это то, о чём я не думала.

Мы забыли формальность брака, поскольку воспринимаем друг друга как одно целое.

Даже если мы не женаты, мы уже есть друг у друга. Даже без формальностей сейчас мы – одно целое.

Но происходит ли тоже самое для других?

Этот мир – не место, где живём лишь мы вдвоём.

Я своими глазами видела людей, которые ранее спешили женить Кальциона.

Хоть я и зарекомендовала себя как лорд для Кальциона и его неизменная возлюбленная, официально он не женат.

Другими словами, каждый, буквально кто угодно может сделать ему предложение.

То же самое касается и меня.

Какой бы фальшивой ни была моя власть, монарх остаётся монархом. Всё будет не так, как было раньше.

Возможно, будет непросто защитить друг друга, даже при нашей сильной любви, из-за давления со всех сторон.

Теперь всё не так, как раньше. Нам обоим пришло время серьёзно задуматься о браке.

– Мы проведём ночь в городе, который расположен впереди.

– Да. Обстоятельства всегда меняются.

– ……? Ничего не изменилось, всё так, как было запланировано.

Селена пришла в себя лишь от растерянных слов Кальциона.

Она была настолько поглощена своими мыслями, что не смогла нормально расслышать его слов.

– А, я думала, это будет в следующем городе.

– Вот как, – Кальцион не особо напрягся от слов Селены.

Почему он не думает глубоко?

Проблемные мысли Селены продолжали шириться.

Я теряюсь в своих мыслях при слове «брак», но почему он в порядке? Он действительно просто верит в вечность этой любви и испытывает облечение?

Может ли быть, что я сомневаюсь в нашей любви, проявляя формальность перед верой?

Кальцион, как и я, считает брак удушающим долгом. Возможно, он спокойно может считать неофициальную супружескую жизнь настоящей любовью?

Селена думала о самых разных вещах: что, если она отодвинет формальность и подавит её, что, если почувствует, что её заставляют что-то сделать из-за неё.

Мне всё равно, вступим мы в брак или нет, – даже если Селена пыталась думать об этом легкомысленно, у неё, естественно, становилось тяжелее на сердце, когда она думала о невестах, выстроившихся в очередь.

– Мы в дороге, поэтому, пожалуйста, поймите, если эта еда недостаточно хороша.

– Как и ожидалось, нам следует поговорить об этом?

– ……если еда настолько недостойна вас, что требуется разговор об этом, я приготовлю её снова.

Когда Селена вновь погрузилась в свои мысли, из её сердца стал вырываться странный звук.

– А, нет, никаких разговоров, ведь мы весь день были в пути? – растерявшись, она снова начала искать оправдание.

Это была проблема, которую не нужно было скрывать. И всё же слова давались Селене нелегко.

Она была осторожна, потому что боялась, что у Кальциона может быть другое мнение.

– А-а, – Кальцион вновь кивнул на слова Селены, словно не собирался задумываться о них.

Однако, поскольку всех всё ещё беспокоило качество еды, Селена поспешно добавила несколько слов похвалы:

– Подобная еда самая вкусная.

Это не было простой лестью, ведь учитывая то, что они были в движении, эта еда была настоящим удовольствием.

Какое бы животное они не поймали, его мясо было мягким, поэтому трапеза из дичи не сильно отличалась от еды, которую они всегда ели, благодаря умелым навыкам повара.

Единственная разница заключалась в количестве блюд на столе.

– Жуйте медленно и тщательно, – с аппетитом пробормотала Селена.

Только после этого Кальцион счастливо улыбнулся.

Словно слуга, он разрезал мясо Селены на кусочки и предложил его, словно это было самая приятная вещь на свете для него.

– Тебе тоже нужно поесть, Кальцион.

– Я ем.

– Не ешь. Я тоже порежу его для тебя.

– Понял. Съем. Это должно быть вкусно.

Пока Кальцион отвечал, он ничего не отправлял в рот.

Когда Селена наколола нарезанное мясо на вилку и поднесла его к губам мужчины, тот начал жевать его:

– Это невероятно.

– Что?

Улыбнулся Кальцион, проглотив мясо:

– Поэтому то же самое мясо куда вкуснее, когда нарезано твоими руками?

– …….

Я рада, что никто не слышит.

Кальцион просто честно говорит правду, но для других это не более чем глупая лесть.

Это чистые чувства без намерений польстить, поэтому я не могу останавливать его. Лучше просто слушать подобное в одиночестве.

Даже без формального бракосочетания у меня нет никаких сомнений в любви Кальциона. Если это не любовь, то в этом мире нет любви.

Да, изначально брак заключается людьми, которые любят друг друга, – мысли Селены вдруг развернулись, возвращаясь к здравому смыслу.

Кальцион также убеждён, что я не могу выйти замуж за кого-то другого. И я не хочу видеть не одну поклонницу рядом с Кальционом. Брак – это очень естественный шаг для двух людей.

Та же самая любовь, просто с добавлением небольшой капли формальности.

Хорошо, нужно просто естественно начать разговор, – приняв решение, Селена сразу же заговорила:

– Я подумала.

– Прошу прощения, – внезапно из-за палатки послышался голос Диона.

– ……угх.

– Хм?

Когда ты собираешься сказать что-то важное, тебя всегда перебивают.

Независимо от того, насколько «хорошим» будет результат, слова «давай поженимся» невероятно напряжённые.

Придётся снова создавать настроение и возможность для них.

Только Кальцион сосредоточился на словах Селены больше, чем на Дионе:

– О чём ты подумала?

– Нет, поговорим позже.

Кальцион подождал ещё некоторое время, но Селена больше не продолжала разговор.

– Что…… мне вернуться позже? – осторожно спросил Дион, продолжая стоять возле палатки.

– Входи.

Дион вошёл с птицей на плече и передал письмо:

– С нами связалась Силэнза.

– Готовятся к церемонии возвращения, – тихо застонал Кальцион, открывший письмо.

– Отпустить это? – спросил Дион, поднимая взгляд.

В этот раз все с нетерпением ждали торжественной церемонии из-за выступления Селены, показанном при отправлении на войну.

Выступление было спонтанным поступком Селены, поэтому подготовка не проводилась. Церемония возвращения требовала предварительной подготовки.

По мере того, как подготовка увеличивалась, естественно, что и формальности, необходимые для исполнения Селены и Кальциона, также увеличивались.

– Нет. Поскольку это победа, нам следует как можно громче объявить о возвращении Королевы.

– А-а…… да. Тогда я передам всё так, – просто ответил Дион и отступил.

– Всё в порядке?

– А что в этом такого? – пожала плечами Селена.

Моё тело не позволило нам спокойно уйти на войну без церемонии, которою некому было проводить. Я не та застенчивая личность, которая отступит только потому, что ждёт толпа людей.

Нет причин отказываться, когда я могу помочь Кальциону сделать то, что не может он.

– Кальцион сражался, а я забочусь о церемонии победы, не так ли?

– Настоящий правитель именно такой.

– Тем не менее, на этом обычно раздаются награды.

– Тогда я могу дать тебе награду.

– Неужели я ничего не могу дать тебе?

Я – Королева, но у меня ничего нет.

Отдать что-то из подаренного Кальционом мне в качестве награды будет ничем иным, как возвратом. С какой стороны ни посмотри, это странно.

– Это не обязательно должно быть материально.

Плечи Селены поникли:

– Поцелуи, ночь вместе и подобные вещи скучны. Это даже не награда.

Желание получить в качестве приза поцелуй Принцессы – невероятно старое клише. Я даже на могу стать наградой, потому что я уже сделала с Кальционом всё, что могла.

– Я ни за что не буду просить награду, чтобы обращаться с тобой как с предметом, – заворчал недовольно Кальцион.

– ……а.

Я даже не думала об этом.

Я настолько привыкла к подобному обращению со мной, что даже не подумала расстраиваться из-за этого.

Селена ощутила разницу между Кальционом и другими мужчинами.

Независимо от того, насколько я красива и насколько он любит меня, сущность его сердца другая.

Сердце, которое хочет владеть тобой в своё удовольствие, и сердце, которое любит тебя таким, какой ты есть, так же далеки друг от друга, как небо и земля.

Быть любимой – это счастье, – грудь Селены наполнилась гордостью.

С сердцем, готовым взорваться от чувств, она залезла на колени к Кальциону:

– Я люблю тебя.

Кальцион обнял Селену, не понимая её действий:

– Я тоже люблю тебя.

Селена крепко обняла мощное тело Кальциона обеими руками:

– Мой.

Кальцион улыбнулся и применил ту же силу, что и руки Селены, обнимающей его.

Кхе, – объятья были настолько сильными, что раздался негромкий сдавленный выдох.

– Значит, ты тоже моя?

– Конечно, – ответила Селена, поднимая голову от плеча Кальциона. – Почему возник такой вопрос? Это же очевидно.

Глава 165

– Потому что ты – Богиня, на которую я не смею смотреть, и ты стала моей госпожой.

Своё место ты создаёшь себе сам. Кальцион придерживался этого принципа до такой степени, что был слишком строг к себе.

Он знал, что его поведение придаёт Селене сил, но в то же время оно расстраивало её.

– Всё в этом мире дано мне тобой, Кальцион. С меня что, совсем нечего взять? Ты дурак?

– Знаю. Дурак.

Поскольку Кальцион думал только о том, как Селена сможет стать счастливой в этом мире, он не мог думать ни о чём другом.

Кальцион с опозданием понял, что его расчёты ошибочны, но было уже слишком поздно.

Даже если бы он потерял всё, что имел из-за своих неправильных расчётов, не казалось, что Кальцион сильно бы об этом сожалел. Поэтому сейчас он улыбался.

– Если это так, то тебе тоже следует быть жадным.

– У меня уже есть всё то, что я хотел.

– ……правда? – глаза Селены расширились. – Ты правда не хочешь жениться на мне?

– ……жениться……?

Внезапно возникла иллюзия, что в палатке дует ветер.

– ……я хотела бы услышать некоторые объяснения, почему смотришь так прямо и шокировано.

Выражение удивления Кальциона вышли за рамки ожидаемого, словно он услышал слова, которые не мог себе представить.

Смущения: «На самом деле……» и широкой улыбки или вопроса: «Правда?» и счастливого лица, он выглядел так, словно не думал об этом.

Кальцион был несколько огорчён нахмуренным выражением лица Селены:

– Ты сказала, что не хочешь выходить замуж.

– ……а?

Когда, чёрт побери, это было?

Оглянувшись назад на мелькающие воспоминания, Селена поняла, что это был за момент.

День, когда я увидела, как Кронпринц избивал Джерриэль перед особняком графини Орлэнг.

В карете я страстно говорила о браке. А потом мы нашли Джуну на дороге и разговор оборвался……

Он всё ещё помнит это?

Я взволнованно разговаривала сама с собой, не подчёркивая, что эти слова нужно запоминать.

Я знала, что Кальцион не прислушивается небрежно к каждому сказанною мною слову, но есть ли необходимость прислушиваться к этим? – брови Селены изогнулись от смущения и благодарности:

– Кажется, тогда я сказала, что не существует человека, который подходил бы по всем критериями: внешности, характеру, финансам, хобби и образу жизни.

– ……а…… – явно разочарованный Кальцион помрачнел.

– Нет, нет. Я не пытаюсь дискредитировать тебя, Кальцион. Если все условия буду выполнены, я, естественно, выйду замуж, но выполнение всех условий было подобно чуду, – поспешно закончила объяснение Селена.

Только потемневшее лицо Кальциона не прояснилось:

– Что касается внешности, раз она тебе нравится, допустим, я прохожу. Думаю, моё финансовое положение, хобби и образ жизни соответствуют, но моя личность……

– Что личность? Что не так с твоей личностью, Кальцион? Я очень довольна ею.

У него от природы искренний и прямолинейный характер, но с другой стороны, я знаю, что он всегда честен и искренен.

Он всё скажет в глаза и это в тысячу раз лучше, чем человек, который может ударить меня ножом в спину.

– Ты говорила это, не так ли? Говорила, что не будешь встречаться с человеком, если у него нет доброго характера. Особенно важно умение красиво говорить, но я же полная противоположность этому.

– ……

Вот почему людям стоит быть осторожными в своих словах.

Особенно мне перед Кальционом, который может похвастаться гениальной памятью, ограниченной мной.

– В то время это не имело ничего общего с тобой, Кальцион. Я просто сказала это, чтобы мы не поняли друг друга неправильно.

– И всё же моя личность никуда не денется. То, что ты полюбила меня, – чудо, но я думал, что это произойдёт лишь после свадьбы.

Он – мужчина без жадности.

Человек, который жадный ко мне до такой степени, что даже отказавшись от этого мира не жаждет брака. Наполненный противоречивой жадностью.

– Это правда, что врождённая личность не меняется, но нынешний Циони дружелюбен и красиво говорит.

– ……точно я? – подозрительно переспросил Кальцион. Казалось, он думал, что Селена может говорить это лишь для того, чтобы утешить его.

– Эх, – Селена прижалась губами к губам Кальциона и крепко обняла его за шею.

Ей было немного неловко говорить такие вещи в лицо, какой бы уверенной личностью она не была:

– Я никогда в жизни не встречала человека, который говорил бы так мило, как мой Циони. Каждый раз так сладко, что тягостно.

Чрезмерная нерешительность Селены смешивалась с желанием делать всё в меру.

– ……правда?

Говорят, если тебе что-то слишком нравится, ты теряешь уверенность.

Точно так же, как Селена съёживалась от мысли, уверен ли Кальцион в женитьбе на ней, мужчина думал точно так же.

Не обязательно быть прежним, – Селене было приятно и душераздирающе мило видеть это, поэтому она обняла Кальциона ещё крепче.

– Да, этого действительно достаточно. Ты намеренно перебарщивал, потому что то, что я сказала, беспокоило тебя?

Кальцион немного колебался:

– ……нет, это не из-за этого…… я просто говорил и делал то, то выходило……

– А…… в будущем нам нужно будет выражать свои мысли более чётко, чтобы всем было комфортнее и не чувствовалось давление.

На случай, чтобы то, что я скажу искренне, не могло причинить ему боль.

Пусть это немного обременительно, я настолько сильно люблю его, что могу пережить подобное при выходе в свет. Со смущением нетрудно смутиться, – в какой-то момент Селена начала мыслить рационально.

– Кстати. Что бы ты делал, если, как и сказала Джерриэль, я бы внезапно вышла замуж за другого, и мы не смогли бы провести свою жизнь, так и не связав себя браком?

Было маловероятно, что подобное произойдёт, но Селене было любопытно, поэтому она и спросила.

Кальцион на мгновение задумался, а затем честно ответил:

– Если бы твоя любовь ко мне остыла, я бы отпустил тебя.

– Эй.

Я думала, он будет готов пойти на войну, но это оказалось не так.

– Если я буду держать тебя, когда ты больше не будешь любить меня, ты будешь несчастна.

– Это так, но…… помимо этого, есть такие вещи, как брак по долгу, потому что ты правитель, или брак по расчёту. Это ведь тоже может случиться.

– Ага. Это то, что никогда не случится, – на лице Кальциона появилась кровавая улыбка, словно он столкнулся лицом к лицу со вражеским генералом.

Думаю, у него было такое же выражение лица, когда он шёл перерезать горло Ласэну.

– Разве я могу просто сидеть сложа руки и смотреть, как ты без любви выходишь замуж за кого-то другого?

– ……

– Люди могут умереть по-разному. Можно умереть, упав, сделав неверный шаг по лестнице, и умереть, подавившись, съев что-то, можно упасть во время прогулки и удариться камнем о голову. Тебя могут убить, напав на дороге, или можно умереть, отправляясь воевать, когда внезапно разразится война. Это очень распространённые варианты.

Зима пришла в палатку. Стало очень холодно, будто кто-то затаил на них обиду.

Кальцион действительно был мужчиной, с которым нужно было считаться. Он уже начал одну войну из-за Селены.

– Аха…… ха, ха, – оцепеневшая Селена заставила себя рассмеяться, издавая звук, похожий на тот, когда ты разминаешь колени посреди зимы.

– Будет неплохо прожить всю оставшуюся жизнь, когда никто из нас не вступит в брак с кем-то другим, но пока ты со мной, не может быть и речи о браке с кем-то другим, – широко улыбнулся Кальцион.

Его намерения более не подвергались сомнению. Казалось, брак их двоих был уже решён.

– Тогда мы просто решим это.

– Подожди, – Кальцион поспешно прикрыл губы Селены.

Селена с закрытым ртом, хлопая глазами, лишь спустя мгновение поняла, что чуть не озвучила предложение руки и сердца: «Давай поженимся», в совершенно неподходящей для того атмосфере.

Кальцион глубоко, чуть нервно вздохнул:

– ……серьёзно? Здесь?

– ……нет?

Кальцион, не проявляющий никаких признаков волнения даже бросаясь в бой, медлил:

– На самом деле, я много чего думал о предложении…… не то, чтобы у меня не было плана, нет, у меня их было множество. Нет, не об этом.

Мужчина так нервничал, что предложения постоянно обрывались. Он облизывал губы языком и едва успевал произносить слова.

Селена тоже занервничала и, затаив дыхание, стала ждать следующих слов.

– Я думал, что должен сделать предложение руки и сердца, которое больше никогда не повторится в мире…… Это, в браке по расчёту для обозначения пола, предлагающего брак, используется количество подарков, но я подумал, что этого будет недостаточно. Ведь у нас не брак по расчёту.

– Кольцо с трилистником отлично подойдёт! – наконец закричала Селена, которая ждала этого.

В жизни бывают важные моменты.

Даже если это просто действие или слова, есть это «сейчас».

Сейчас и был тот самый момент. Не желая упустить его, Селена лишилась терпения.

– Я выхожу замуж не для того, чтобы похвастаться…… Ах, нет, совсем нет.

Независимо от того, насколько это срочно, я не должна сказать ничего плохого. Нужно исправиться и идти дальше.

– Я также думаю, что если бы мы с Циони могли жить одни в этом мире, то не нужно было бы устаивать свадьбу или вступать в брак! Однако, кроме нас, в мире есть много людей, которые могут думать иначе, поэтому они могут показывать это, – сбивчивая речь Кальциона перешла и на Селену. Не понимая, что она несёт, Селена говорила всё и сразу. – И всё же, брак заключается нами, а не ими, поэтому его заключение не должно быть грандиозным в глазах других и просто должно удовлетворять нас двоих…… Вот и всё.

Кальцион бездумно уставился на Селену и лишь потом внезапно пришёл в себя.

Я чувствую то же самое.

Это не может быть сказано в этот момент.

– ……подождём.

Я сто раз думал, что это будет следующим шагом, но мне интересно, чувствуют ли другие то же самое, когда им говорят подождать следующего шага? – глубоко вздохнув, Кальцион кивнул:

– Отлично. По-другому.

В тот же момент Селена поднялась с взбудораженным лицом.

Да, каким бы простым ни было предложение, его предыстория должна быть хорошей.

Глава 166

Селена взяла Кальциона за руку, и они вышли из палатки.

Естественно, их стал сопровождать эскорт.

– Ждите, – отдал Кальцион короткий приказ и остановился на месте.

Это было к счастью.

Было бы слишком неловко получать предложение руки и сердца на глазах у эскорта.

Кальцион миновал палатки солдат, и они покинули лагерь.

Поскольку численность армии была велика, а в центр было необходимо поставлять припасы, они разбили лагерь рядом с деревней. Немного поодаль виднелась деревня, огни в которой ещё не были потушены.

Только Кальцион прошёл немного дальше, направляясь по окраине деревни в сторону полей.

Поскольку ранее они не посещали эту деревню, у Селены не был никакой информации о ней. Она задалась вопросом, есть ли в этой деревушке красивое место, но всё оказалось не так.

Чуть подальше в поле послышались голоса людей и резкие удары о камень.

Посреди тёмного поля стоял какой-то камень и насколько человек собрались вокруг него, разбивая, как шахтёры.

Люди узнали Кальциона и прекратили работу.

– Эй, милорд, вы здесь?

– Вы проделали тяжёлую работу. Можете вернуться сегодня.

– Да, как прикажете.

Говорили, на Севере много рудников и, похоже, даже среди полей есть что добывать.

По приказу Кальциона все люди стали отступать.

– Что это за камень?

Это был минерал, которого Селена никогда не видела в другом мире.

Он был прозрачным, но в свете переливался всеми цветами радуги, освещая всё вокруг. Хоть этот драгоценный камень ещё не был обработанным, он уже ослепительно сиял.

– Пока ты исследовала записи Сонтолэн, я также слегка поискал и нашёл это.

Помимо записей о перемещениях между измерениями, Сонтолэн оставила многочисленные исследовательские работы. Их никто не открывал, поскольку никому они не были интересны.

– Поначалу на этот камень никто не обратил внимания, поскольку он был чёрным как смоль. Однако Сонтолэн, осматривающая его, обнаружила кое-что и заинтересовалась его анализом.

– Что?

– В результате обнаружилось, что этот камень – звезда, упавшая с неба.

Это метеорит? – глаза Селены расширились от редкой вещи, которую она никогда раньше не видела.

– На самом деле, я собирался обработать его и подарить в качестве подарка при предложении руки и сердца, но всё получилось не так, как я думал. Сколько бы я ни старался, его не получилось разломить…… Вместо этого удалилась чёрная часть, окружающая его оболочка.

Когда чёрную часть удалили, открылся этот драгоценный камень, сияющий радужными цветами.

– Почему ты хотел подарить его мне?

Если поначалу это был чёрный камень, то он не выглядел красиво, как драгоценность.

– Ты говорила. Просила меня достать звезду с неба.

Когда……?

Сегодня явно был день воспоминаний о прошлом.

Селена напрягла память, вспоминая просьбу, с которой обратилась к Кальциону на вечеринке графини Орлэнг, когда была пьяна от волнения.

Это именно то, что я говорила. Я думала, что для Кальциона это просто развлечение, и сказала это.

А он никогда не смеялся даже над моей малейшей шуткой.

Даже обещание, которое он дал в шутку с улыбкой, было таким же искренним, как открытие его чувств.

– Я не сам достал эту звезду, но я подумал, что если принесу тебе хотя бы кусочек звезды, то хотя бы на часть смогу сдержать обещание.

Ах.

Это сияние.

Часть этой вселенной, упавшей с неба.

Крошечное тело огромной звезды, посаженное в землю.

Любовь Кальциона.

Настолько ослепительная, что я даже не могу открыть глаза, – когда Селена закрыла глаза, по её щекам потекли слёзы.

Селена поглотила нарастающий крик и открыла глаза.

Каждый раз, когда она моргала, слёзы катились градом.

Кальцион стоял перед Селеной, держа её за руки. И опустился на колени.

– Моя Богиня.

Поцелуй левой ладони.

– Моя Королева.

Поцелуй правой ладони.

– Единственная любовь моей жизни, – Кальцион прижался лбом к рукам Селены и посмотрел вверх, как пылкий поклонник. – Я уже отдал всё и больше мне отдать нечего……

– ……

– Могу я подарить тебе право быть вместе до конца своей жизни, посвятить тебе всё своё тело и остаток своей жизни?

Встретить кого-то, кто готов отдать тебе абсолютно всё, имеет такую же вероятность, как увидеть звезду, упавшую на землю.

Это было головокружительное чувство, которого достаточно, чтобы заполнить свою короткую жизни.

Незабываемое и нескончаемое счастье.

На глазах Кальциона также навернулись слёзы.

– Я согласна. Мой мужчина, моя любовь, мой восхитительный мир.

Даже несмотря на то, что кажется, что это инстинкт актрисы – отвечать правдоподобными репликами, всё сказанное было правдой.

Просто один мужчина сделал предложение, одна женщина с радостью приняла его.

Селена, королева Селении, прежде бывшей всемирной актрисой Селиной.

Мужчина, который был герцогом Ренберд.

Встреча этих двоих была космическим чудом и одно чудо породило ещё одно.

Селена и Кальцион крепко обняли друг друга.

Никогда нельзя было пропустить подобное захватывающее чудо.

Безлунное ночное небо сияло прекраснее, чем когда-либо.

Глава 167 - Эпилог.

– У-у-у-у-у-у!

– Эй, вы можете помолчать?

– Хнык, хны, нет, Ваше Высочество, как здесь молчать?! Хны-ы-ы-ы-ык!

– Я тоже, сейчас, хны, ы-ы, стараюсь, хнык, всё делаю для этого…… хы-ы-ы-ык!

Раздавались крики, неподходящие для свадьбы Королевы Селении и герцога Ренберд.

Фионэль и Джерриэль, обнявшись, ревели.

Одна дочь бывшего короля Аклиона, титул которой был поднят до правящей Королевы, другая дочь графа, ставшего Герцогом. Никто не мог остановить их.

За исключением одного человека, Селены.

Селена, поднимавшая тост с Кальционом на сцене, бросила на них кровожадный взгляд как раз перед тем, как поднести бокал к губам.

– ……хп.

– Хнык……

Вместо того, чтобы испуганно пискнуть, обе девушки замолчали.

Сегодня прошла официальная церемония коронации Селены, правящей Королевы Селении, а также день её национального бракосочетания.

Когда она была гостем Ренберд, Селена казалась человеком, который мог позволить некоторую расточительность, но став Королевой, она оказалась невероятной скрягой.

Церемония возвращения также прошла невероятно великолепно.

Она не закончилась простым маршем, а её фестиваль продолжался целую неделю.

Ажиотаж праздника усиливался из-за войны, в которой не было жертв, а было лишь несколько раненых.

Изначально планировалось закончить его за два дня, но атмосфера не спадала, поэтому в итоге все провели неделю, наслаждаясь праздником.

Расслабляться было хорошо. Беспокойство о деньгах закончилось.

После этого, когда коронация и свадьба следовали друг за другом, Селена приняла смелое решение закончить всё сразу.

Селена стала королевой Селении. Как Кальцион и обещал, в этой стране не было никого, кто не знал бы её имени. Этого было достаточно.

– Не знаю, как насчёт коронации, но на свадьбе банкет – это самое важное!

Невероятно большой! Великолепный! – Селене захотелось отрезать язык вассалам, которые настаивали на этом.

Но в результате для народа был устроен пышный парад, а свадьба 1-й Королевы была устроена скромно и на неё пригласили лишь несколько почётных гостей.

Вместо формального ощущения королевской свадьбы, им хотелось, чтобы люди знали, что это свадьба «Селены» и «Кальциона».

Таким образом, после тщательного отбора список приглашённых был расширен. Поразмыслив до конца, стоит ли включать имя Фионэль, Селена добавила его в качестве предупреждения, словно говоря: «Посмотри своими глазами и откинь глупые мысли».

Фионэль всё поняла, как и ожидалось.

Селена не думала, что даже Джерриэль всё так хорошо поймёт.

За исключением этих двоих, остальные гости были в порядке. Хоть большинство из них были аристократами Аклиона, они отличались от прежней знати.

После суда над Ласэном Джерриэль на этом не остановилась и произвела чистку всех дворян, перешедших на сторону бывшего Кронпринца. В это число вошла и Лирэль, которая хитро пыталась остаться и тут, и там.

После подобного отсеивания основные фигуры светского мира полностью изменились. Возможно, лица, присутствующие на этой свадьбе, в будущем могли занять своё место среди главных фигур Аклиона.

Джерриэль и Фионэль, от взгляда Селены продержавшиеся молча до конца церемонии, снова разревелись на банкете.

Селена, которая держала бокал и легко обходила зал, чтобы получить приветствия от всех, пролила свой напиток из-за того, что Джерриэль, плача, обняла её за талию:

– Сестрёнка! Там, где есть брак, есть и развод! Я буду ждать вечно!

Естественно, эта тривиальная попытка закончилась грубым поведением Кальциона, не боявшимся войны.

За этим последовала попытка Фионэль, которая была заблокирована Селеной ещё до того, как она достигла Кальциона.

– Это моё. Ты топаешь домой.

Я ждала этого момента, – насмешливо улыбнувшись, Селена обняла улыбающегося Кальциона.

– И-и-и-! Ты!

– Уху, что-то не так?

– Думаешь, можешь игнорировать меня, потому что я из другой страны?!

Фионэль оставалась самой собой. Она не любила Селену так, словно была готова убить её, будь она королевой или простолюдинкой.

И всё же, среди гостей в здравом уме оставалась графиня Орлэнг.

– Поздравляю вас двоих. Однако, если Его Превосходительство Герцог расстроен, я готова в любой момент поднять меч на стороне Вашего Величества, поэтому не стесняйтесь сказать об этом.

Селена улыбнулась, с благодарностью принимая эти чувства. Кальцион, который слушал это стоя рядом с ними, сиял от гордости:

– Почему, чёрт побери, все уверены, что я расстроюсь?

– Что ж, посмотрим, – пробормотала графиня Орлэнг, спокойно отступая.

*****

Королевство Селения было страной, которая возникло внезапно, но в конечном итоге сумело утвердиться как полностью независимая страна.

Благодаря использованию особых интеллектуальных ресурсов древней цивилизации и ресурсов, которыми обладал Ренберд, она день ото дня добивалась замечательного прогресса.

В частности, благодаря королеве Селене I, которая взрастила множество учёных, предлагала совершенно незнакомые концепции культуры и методы, но результаты которых всегда были успешными.

У Селены, 1-й правительницы Селении, и её супруга, герцога Кальциона Ренберд, были дочь и сын.

Старшая дочь унаследовала трон Селении, а сын освоил земли к северу от гор Саинтат и сосредоточился на приручении демонических зверей, став герцогом Саинтат.

Говорили, что правящую чету связывала золотая нить, которая не изменилась до самой смерти.

Более поздние историки описывали это время как весенний бриз, пришедший на смену ледяному ветру, дующему с гор Саинтат.

– «Я соблазню Северного Герцога» конец основной истории –

Страница книги Я соблазню Северного герцога в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28 - Эпизод 4. «Репетиции.»

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43 - Эпизод 5. «Столица.»

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55 - Эпизод 6. «Битва.»

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67 - Эпизод 7. «Очаровательный Кронпринц.»

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

1 - 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79 - Эпизод 8. «Наступая на хвост.»

Глава 80

Глава 81

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Глава 86

Глава 87

Глава 88

Глава 89

Глава 90

Глава 91

Глава 92

Глава 93

Глава 94

Глава 95

Глава 96

Глава 97

Глава 98

Глава 99

Глава 100

Глава 101

Глава 102

Глава 103

Глава 104

Глава 105

Глава 106

Глава 107

Глава 108

Глава 109

Глава 110

Глава 111

Глава 112

Глава 113

Глава 114 - Эпизод 11. «Возвращение.»

Глава 115

Глава 116

Глава 117

Глава 118

Глава 119

Глава 120

Глава 121

Глава 122

Глава 123

Глава 124

Глава 125

Глава 126

Глава 127

Глава 128 - Эпизод 12. «Любовь.»

Глава 129

Глава 130

Глава 131

Глава 132

Глава 133

Глава 134

Глава 135

Глава 136

Глава 137

Глава 138

Глава 139

Глава 140

Глава 141 - Эпизод 13. «Горный хребет монстров.»

Глава 142

Глава 143

Глава 144

Глава 145

Глава 146

Глава 147

Глава 148 - Эпизод 14. «Королева Севера.»

Глава 149

Глава 150

Глава 151

Глава 152

Глава 153

Глава 154

Глава 155

Глава 156

Глава 157

Глава 158

Глава 159

Глава 160

Глава 161

Глава 162

Глава 163

Глава 164

Глава 165

Глава 166

Глава 167 - Эпилог.

О книге