Когда всё поехало к чертям?

Кем я стала в этой новелле?

Я не знаю.

В любом случае, сейчас важно то, что я застряла на далёком острове с главными мужскими героями этой новеллы.

Да, жизнь хреново распределяется временем.

***

Когда я открыла свои глаза, то увидела спокойное и ясное небо.

Потом услышала звуки волн.

Когда я пришла в себя и привстала, влажный воздух ударил мне в лицо. Подавив нарастающее недовольство, я внимательно огляделась.

Я увидела, как волны разбиваются о мои ноги. Моё тело лежало на песчаном пляже.

— Где я…?

Песчаный пляж был окружен пальмами. Это довольно странное зрелище. По крайней мере, это не было похоже на Корею.

Постепенно злость отступила. Я потёрла виски и повернула голову в другую сторону.

— А это ещё что?

Рядом со мной лежал какой-то мужчина.

Лёжа на мокром песчаном пляже, он был одет в цветную форму. У него были красивые чёрные волосы, напоминающие ночное небо.

Когда я развернула его за плечо и осмотрела его лицо, в моей голове зашумело.

— Ах.

Почувствовав головокружение, я опустила голову.

В моей голове промелькнула жизнь женщины по имени Маргарет Роуз Флоне. Воспоминания перемешались, как будто я была настоящей Маргарет.

Я приняла их без колебаний.

Не знаю сколько времени прошло, но шум в ушах стих, и тогда я поняла.

Принц Энок, Империя Лэнгриджа, герцог Флоне. Имена в памяти Маргарет мне знакомы.

Это было начало.

***

Когда я шла по улице, читая чей-то роман, который успела подобрать на улице, большая вывеска упала на меня, и как итог, я умерла.

Но что было ещё хуже так это то, что после смерти я проснулась в этом романе.

Стала злодейкой в книге «Вещи более важные, чем выживание», романтическом фэнтезийном романе R-19.

Роман начинается с того, что главная героиня, великая Святая и пять мужчин с высокими статусами, такие как наследный принц Империи, архимаг и архиепископ, однажды проснулись на заколдованном острове.

Их годовое выживание на необитаемом острове автор ярко описал как ужасную катастрофу.

Кроме того, название романа — «Вещи более важные, чем выживание», но что же может быть важнее выживания в романе R-19?

На этом я закончу объяснение.

Кроме того, они были не одни на острове. Злодейка Маргарет тоже была там. То есть я.

Следует отметить, что Маргарет, которой я стала, была убита главными героями примерно в середине романа.

Потому что она завидовала великой Святой Юанне Люси, которая в прямом смысле монополизировала всю любовь мужчин.

Маргарет настойчиво преследует Юанну, пока, наконец, не пытается убить её, столкнув со скалы.

Застряв на далёком острове и уже постепенно сходя с ума, главные герои узнают о попытке убийства и совсем теряют рассудок. Они убивают Маргарет, представляющую угрозу для Юанны.

Но проблема в том, что...

Я только что проснулась на этом самом чудовищном острове. Прямо сейчас, в начале романа.

***

— Какого чёрта...!

Я оглянулась на человека, лежащего рядом со мной. Теперь я знаю кто он.

‘Энок Астер Клаус Лэнгриджа.’

Наследный принц Империи Лэнгриджа, Энок.

А ещё он главный мужской персонаж в романе «Вещи более важные, чем выживание».

Все главные герои романа ненавидели Маргарет, но больше всего её презирал принц Энок.

Чёрт, почему я должна быть здесь именно с ним...

— Ах.

С его стороны вырвался слабый стон.

Когда он подал признаки пробуждения, моё сердце забилось быстрее.

Если я и правда стала Маргарет, мне нужно избегать этого человека. Он убьёт меня.

Мне нужно найти безопасное место, чтобы спрятаться до того, как год спустя «врата» для побега с острова откроются.

Я быстро осмотрела свою одежду.

Как же мне повезло, что на мне домашнее платье вместо ночной рубашки.

У Маргарет довольно гламурный вкус, так что мне повезло, что это был не какой-то роскошный наряд. Обувь, тоже была на плоской подошве.

Проверив платье, я посмотрела на густой лес примерно в двадцати шагах от меня.

Конечно, идти в лес было очень опасно.

Но не лучше ли пойти туда, чем жить, постоянно дрожа, рядом с человеком, который презирает меня, и не зная, когда меня настигнет смерть?

Быстро определив свою цель, я отправилась к ней.

Точнее хотела это сделать.

Если бы большая рука не схватила меня за лодыжку, я бы смогла дойти. Как только я попыталась вырваться, то сразу же упала на песок.

— Маргарет?

Энок схватил меня за лодыжку и, нахмурившись, поднял голову.

Чёрт, мои планы провалились.

Разве я уже не говорила? Жизнь реально хреново распределяется временем.

Чтобы помочь наглядно всё представить, оставлю тут для вас обложку первой части (◍•ᴗ•◍)✧*。

Чуть позже Энок понял, что держится за мою лодыжку, и поспешно отпустил её. Я очистила ноги от песка.

— Миледи Флоне.

Это был голос, полный гнева. Он привстал со свирепым лицом.

— Как, чёрт возьми, это произошло?

Должно быть, он неправильно понял и подумал, что я его похитила.

Тогда я присела рядом с ним.

Золотые глаза и даже родинка под его левым глазом яростно смотрели на меня.

— Это...

Я немного растерялась и посмотрела ему в глаза. У Энока были кровавые глаза, которые, казалось, разорвали бы меня на части, если бы я не ответила.

Я должна была убежать, как только открыла глаза.

— Это...честно я тоже не знаю...? Что это?

Я не стала продолжать, а с удивлённым лицом указала на небо. Энок проследил за моим пальцем и посмотрел на небо.

Конечно же, в небе ничего не было.

Я вскочила со своего места, воспользовавшись этой возможностью. Однако, как только я встала на ноги, меня тут же схватила рука Энока.

В конце концов, я снова перекатилась с ним на песок.

Чёрт!

Энок зажал меня в своих руках.

— Куда вы хотите сбежать?

Не было времени думать об этой странной позе. Потому что он снова спросил меня этим кровавым тоном.

— Вы должны мне сказать, как это произошло.

Когда я попыталась двинуться, он схватил меня за запястье.

— Ах, откуда я знаю? Думаю, я сейчас умру от смущения, — проворчала я, не скрывая своего негодования.

Конечно, Энок и глазом не моргнул.

— Вы просто пытались сбежать, думаете я поверю?

— Вы испугали меня, что мне ещё делать, когда я напугана?

Когда я спросила это с нелепым выражением на лице, Энок прикусил губу, чтобы убедиться, что его ударили в правильное место. Но вскоре его брови снова резко поползли вверх.

Даже среди всего этого, это заманчивый вид, который заставляет людей восхищаться им. Приятно было видеть красивое лицо без изъянов, но это лицо меня не спасёт, верно?

— Миледи Флоне. Это похоже на шутку, если принять во внимание ваш внешний вид.

В его резком тоне чувствовалось запугивание, а его глаза, когда он смотрел на меня, вспыхнули, как пылающая лава.

— У вас должно быть плохое зрение.

Ответила я, потирая висок, из-за лёгкой головной боли.

— Если вспомнить о том, что миледи делала в прошлом, то я считаю, что мои подозрения вполне обоснованы.

При его словах я вспомнила все прошлые свершения Маргарет.

Маргарет была известна тем, что яростно преследовала Энока.

Нередко ходила за ним повсюду, как сталкер, и продолжала раздражать его, а если была какая-нибудь барышня, которая хотя бы раз разговаривала с ним, то без всякого благородного достоинства таскала её за волосы и поднимала шум.

Было время, когда она чуть не убила его из-за любовного зелья, которое она купила, обманом заставив его думать, что это лекарство.

Дело хорошо разрешилось с помощью герцога Флоне, но с тех пор Энок начал всерьёз ненавидеть Маргарет.

Она совершила столько ужасных поступков, что в любой момент могла быть наказана за свои грехи, но выжила.

А всё благодаря великой власти герцога Флоне. Конечно, свою роль сыграл и тот факт, что принц Энок был принцем без покровителей.

‘Мне нечего сказать.’

Но я постаралась ответить как можно более спокойно:

— Семья Флоне сильна, но этого недостаточно, чтобы безрассудно похищать наследного принца Империи.

Я вздохнула и откинула волосы назад. Может быть, это было из-за влажной погоды, но у меня продолжала болеть голова. Слишком поздно притворяться достойной.

— ... Это верно.

Энок успокоился быстрее, чем я ожидала, и начал объективно оценивать ситуацию. Энергия, угрожавшая мне, исчезла в одно мгновение.

— Может это дело рук фракции Родвена? — пробормотал он с задумчивым выражением лица.

Если бы это был Родвен, то было ясно, что он имел в виду несчастного и покинутого принца, который был лишён статуса наследного принца Эноком и был заключён в тюрьму на севере.

Да, как Энок и сказал, здесь могли крыться политические цели.

Однако ещё не поздно подумать о проблеме после того, как я сбегу.

— Тогда мы закончили?

Я тихо повернулась. Я уже собиралась пойти прямо в лес, но он поспешно схватил меня за руку.

— Что вы делаете?

Чёрт, я попыталась сбежать как можно более естественно, но провалилась во второй раз.

‘Думаю, мне будет легче укрыться в безопасном месте.’

Поиск хижины, в которой жили главные герои, может помочь мне выжить.

Помимо хижины, здесь был ещё и подземный бункер, пригодный для укрытия.

Кажется, главная героиня, Юанна, находит бункер в конце первого тома. Это было до того, как она сбежала с острова через «врата».

Я думала о том, что должна найти хижину и бункер.

Даже если у меня нет боевой силы, я больше других уверена в выживании, поэтому всё, что мне нужно сделать, это найти место, чтобы спрятаться.

Конечно, Энок не входил в мои планы.

— Отпустите меня.

Я предупредила Энока, указав на схваченное запястье, но это предупреждение не сработало.

Его глаза, пристально глядящие на меня, снова стали суровыми. Это было похоже на зажигание тлеющих углей.

Он крепко сжал мое запястье, осторожно опуская голову.

— Если я отпущу вас, то вы снова сбежите. Я всё ещё не доверяю вам, миледи.

Ужасно низкий голос прозвенел у меня в ушах.

Мое запястье уже болело, поэтому я пожала плечами и запротестовала:

— Больно.

Он лишь усмехнулся.

Но ослабил хватку.

В романе Энок — настоящий джентльмен, но «джентльмен», кажется, не относится к Маргарет.

‘Почему ты так жила, прошлая Маргарет?’

Нет смысла жалеть. Теперь я настоящая Маргарет.

Энок оглядел пляж и сказал:

— Прежде всего нам нужно выяснить, где находится это место.

Я скрывала своё раздражение и изо всех сил качала головой, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Как мне сбежать от Энока?

Даже если я попытаюсь убежать сейчас, меня снова поймают. Итак, я должна сделать это, когда он не будет так бдителен.

Ведь Энок скоро встретится с главной героиней, может мне убежать в это время?

— Вы собираетесь в лес?

На мой вопрос Энок посмотрел на лес, который казался довольно тёмным.

— Если будет необходимо.

Остров был опасен, когда солнце садилось. Поскольку это заколдованный остров, он переполнен монстрами, которые активны только ночью. Что бы мы ни делали, нужно передвигаться быстро, прежде чем солнце сядет.

‘Если подумать, на острове были и современные предметы…’

Я снова начала вспоминать роман.

Мировоззрение романа «Вещи более важные, чем выживание» было очень необычным.

Это было не просто выживание на необитаемом острове, это, как если бы ложку современных вещей смешали с романтической фантастикой в стиле вестерн.

Поэтому на этом отдалённом острове были спрятаны полезные предметы, используемые в наше время, такие как аптечки и зажигалки. Все они были очень полезным снаряжением для выживания.

‘Это было немного странно. Все главные герои из другого мира, так почему здесь существуют такие вещи? ’

Не знаю, почему автор решил воссоздать их здесь.

Даже в оригинале главные герои безжалостно выбрасывали кучу таких предметов, потому что не знали, как их использовать, хотя всё это было необходимо для выживания.

‘Было бы отлично найти и собрать эти предметы. Даже если главные герои не знают как, я смогу их правильно использовать.’

Я усердно разрабатывала план в своей голове.

— Вам лучше перестать думать о том, как сбежать от меня.

И, возможно, Энок что-то почувствовал, он оглянулся на меня и снова пригрозил.

‘А он быстрый.’

Я вздохнула, глядя за своё запястье в его руке.

— Да. Да.

Наконец, мы пошли вперёд вместе с Эноком.

План побега от Энока с треском провалился, но, по крайней мере, мне нужно было избегать встреч с другими мужчинами.

‘Кстати, что они делают сейчас?’

Моим фаворитом был Кайден архимаг, пятый герой, появившийся в конце истории.

Причина, по которой Кайден появился последним, заключается в том, что он был сильным индивидуалистом и любил независимость.

Ему не нравилась жизнь в группе, поэтому он только бродил вокруг главной героини, прежде чем она сбежала. И он даже не «дикий зверь».

Он мне понравился, потому что он самый прямолинейный и рациональный среди главных героев, и я не хочу встречаться с этими сумасшедшими людьми.

В этот момент, Энок незаметно двинулся. Благодаря ему я чуть не упала, поэтому снова запротестовала:

— Если вы собираетесь и дальше держать меня, не можете ли вы просто взять меня за руку, а не за запястье? Так неудобно.

При моих словах острый взгляд Энока прошёлся по моему лицу. Эти глаза были такими кровавыми, что я быстро отвернулась.

Лучше иметь дело с одним человеком, который презирает меня больше всего, чем иметь дело со многими мужчинами, которые также ненавидят меня…

Так же будет лучше, да?

— Я думаю, мы должны сначала подняться на гору. Местность лучше проверять с высоты. Если это лишь побережье, мы не сможем увидеть горизонт. Если это остров…

«Если это остров, то мы сможем увидеть горизонт».

Энок тихо прошептал эти слова, как будто и думать не хотел о такой возможности.

Я шла по пляжу, держа запястье в его руке, и смотрела на небо. Солнце было очень низко.

Подниматься на гору в это время — не лучшая идея. Легко стать оторванным от остальной части острова, когда солнце сядет после восхождения на гору. Прежде всего, монстры появляются ночью, что тоже было проблемой.

Энок, который некоторое время назад вёл себя так, будто собирался убить меня, ослабил бдительность. Он начал понимать, что я мало что могу здесь сделать.

Тогда я сказала:

— Лучше завтра подняться на гору. Нельзя подниматься и спускаться, когда солнце садится.

К счастью, Энок сразу же понял меня.

— Я не знал, что миледи может мыслить настолько рационально.

После слов Энока я нахмурилась. Это комплимент или оскорбление?

— Как миледи и сказала, мы пойдём на гору завтра. В таком случае я бы сначала осмотрелся вокруг.

Как человек, знакомый с полем боя, он очень быстро разъяснил ситуацию. Ведь хоть Энок и был принцем, рождённым от девицы, простолюдинки, он был человеком, который стал наследным принцем исключительно благодаря своим способностям. Он внёс большой вклад на поле боя, победив всех своих братьев и завоевав трон.

Он был очень сильным человеком.

Но когда он попал на необитаемый остров, то сошёл с ума от одержимости и безумия к главной героине.

…правильно ли мне оставаться наедине с этим мужчиной? Это происходит ещё до того, как он сошёл с ума от главной героини, как в романе, так что всё будет хорошо...?

В любом случае он наконец отпустил моё запястье. Я с облегчением вздохнула и потёрла его.

И мы снова продолжили идти по пляжу.

Побродив немного по берегу, я остановилась. Энок, шедший впереди, непонимающе оглянулся на меня.

Сквозь пальмы я смотрела на мангровые заросли. Мангровые заросли в основном растут в реках, ведущих к морю или озёрам.

‘Если есть мангровые деревья, значит, течёт вода. Не лучше ли пойти в лес? ’

Тогда Энок взялся за подбородок и открыл рот:

— Я думаю, пляж здесь заканчивается. Теперь нам действительно нужно принять решение.

Огромный утёс загораживал конец песчаного пляжа. Здесь дорога обрывалась.

Возможно, Энок думал так же, и, не говоря ни слова, последовал за мной и тоже посмотрел на тёмный лес.

— Мы должны найти место для сна до захода солнца.

Я кивнула в знак согласия.

Поэтому мы решили поискать место для ночлега. На самом деле, когда я впервые проснулась, я решила подготовить место для сна на пляже.

В этом случае было бы быстрее двигаться отдельно, но Энок меня не отпускал.

Что, если я не смогу найти место для сна до захода солнца? От этой мысли у меня пересохли губы. Я должна поспешить.

Некоторое время спустя, когда я пробиралась через заросли вблизи берега...

— Аууууууууу!

Откуда-то донесся волчий вой. На мгновение мурашки пробежали по коже с головы до ног.

‘Может, монстр...? Или нет? ’

Моё сердце быстро забилось. Это так нелепо. В романе сказано, что монстры появляются только ночью.

От нарастающего страха кровь стыла в жилах.

— Это вол...

В тот момент я повернулась к Эноку, чтобы спросить, был ли это волчий вой.

В лесу, где нет признаков человеческой жизни, послышался звук кого, несущегося по кустам. Звук, который был слышен на расстоянии, в одно мгновение стал ещё ближе. Мои руки вспотели.

Звук приближающихся шагов был пугающе быстрым. Это произошло настолько быстро, что я даже не поняла, что случилось.

Когда мне показалось, что я увидела свет, пробивающийся сквозь высокие кусты,

Что-то огромное подпрыгнуло, нарисовав в небе большой полукруг, упало прямо на меня и широко раскрыло пасть.

Это был монстр-волк. Язык, высовывавшийся сквозь острые и плотные зубы, гибко извивался, как тело змеи.

Удивлённая настолько необычным видом, я не могла даже закричать.

Тогда Энок быстро притянул меня к себе и обнял.

Он использовал силу, сначала потянув меня, чтобы отпрянуть от существа, и развернулся в пол-оборота, плавно избегая атаки монстра.

То существо, которое так легко приземлилось на землю и зарычало на нас, определённо было одним из монстров, изображённых в романе.

Я прижалась лицом к груди Энока и глубоко вздохнула.

Энок придал силы державшей меня руке и сломал неподалёку толстую ветку. В тот момент на нас бросился монстр-волк.

К счастью, ловкость и сила Энока были за гранью воображения. Он ухватился за ветку одной рукой и пронзил ею спину чудовища, толкнув его вниз.

Кровь текла по сильному предплечью Энока, которое держало ветку.

Монстр-волк издал ужасный звук и рухнул на землю. Чёрная кровь залила всё вокруг.

Энок тяжело вздохнул и поднял согнутую верхнюю часть своего тела.

Я ахнула от неожиданности, так как всё ещё была в его руках. Всё предплечье Энока было покрыто кровью.

Он убил чудовище одной рукой, даже веткой… При нормальной физической силе это было бы невозможно.

Если подумать, у Энока в оригинале была травма, связанная с кровью, сейчас с ним всё в порядке? Помню, это были последствия войны.

‘Но какие именно симптомы были?’

Я попыталась вспомнить, но ничего не пришло мне в голову, возможно, потому что монстр меня слишком удивил.

В конце концов, я перестала думать об этом и посмотрела вверх на небо.

В оригинале было сказано, что монстры появляются только ночью. Однако монстр, напавший на нас, появился сейчас, когда солнце ещё не зашло.

‘Почему?’

Сквозь густые кусты мне на глаза попалось красное закатное небо. Оглядевшись, я поняла, что только то место, где мы находились, было затемнено из-за огромных деревьев.

‘Возможно, ключевое слово это тьма, а не ночь. ’

Монстры могут передвигаться, пока темно, и дольше всего темнота остается ночью, так что они, вероятно, наиболее активны в это время.

‘Тогда это объясняет, почему монстр появился именно сейчас.’

Затем Энок оттолкнул меня, словно смахивая грязь. Он взглянул на моё лицо, посмотрев сначала на мёртвого монстра.

— Я не знаю, что это. Миледи в порядке?

— ... Да?

Я была так удивлена, что приняла его вопрос чуть позже. Затем он подошёл ко мне с серьёзным видом.

Энок, стоявший передо мной, наклонил голову и спокойно посмотрел на моё лицо. Потом его рука коснулась моей щеки.

Когда тёплое тело коснулось моей щеки, я глубоко вздохнула.

Это совершенно другая реакция по сравнению с тем, когда он оттолкнул меня, как будто хотел убрать от себя нечто грязное.

Он спросил меня с таким серьёзным выражением лица, как будто смотрел на раненого товарища:

— Я спрашиваю, потому что у вас такое лицо, будто вы вот-вот умрёте. Вы в порядке?

Может быть, он действительно думал о своем товарище.

— А… да, я в порядке. Спасибо за то, что спасли меня.

Мой голос дрожал из-за страха, который никак не уходил. Моё лицо горело от смущения.

Он молча посмотрел на меня и сморщил лицо, словно был раздражён. Потом он потянулся ко мне.

Я сначала не поняла его поведения и просто уставилась на его руку. Потом он помахал ей.

На этот раз он не стал насильно тянуть меня за запястье, а протянул руку сам.

— Вы должны знать, что вы всё ещё под подозрением. Когда я вернусь в Империю, я тщательно изучу ситуацию, поэтому вы не должны умирать без моего разрешения.

‘Изучит? Что я сделала не так?’

Пока я колебалась, Энок спокойно посмотрел на меня, чтобы увидеть, что ещё ему не нравилось. Потом добавил:

— Поторопитесь. Это опасно.

Его голос был очень нервным.

Что это? Это похожее на обнадёживающее цундере-подобное обращение, хотя оно и раздражает.

Солнце уже садилось.

Мы больше не могли идти в лес, потому что была возможность столкновения с монстрами.

Моё потрясённое сердце до сих пор не успокоилось.

В конце концов мы вернулись на пляж и стали искать место для ночлега.

И совершенно случайно я нашла огромное бревно, лежащее под пальмой.

Бревно лежало на песчаном пляже, и казалось, что за ним можно было бы неплохо спрятаться. Оно лежало ближе к границе леса, чем к пляжу, поэтому то место казалось хорошим укрытием от песчаных ветров.

Мы решили устроить здесь ночлег.

Как только я села рядом с бревном, я вырыла яму на песчаной поверхности такую большую, чтобы могли лечь два человека.

Затем я взяла гравий и положила его на край выкопанной ямы для того, чтобы песок не осыпался во время сна.

— Мне нужны ветки деревьев. Я собираюсь положить их сверху.

Энок, который видел то, что я делала, посмотрел на меня с выражением лица, говорящим, что ему есть что сказать, но он не знал, что сказать в первую очередь.

— Ваше Высочество, мне нужны ветки.

И снова Энок взглянул на меня с озадаченным выражением лица, но пошёл за ними.

Я плотно уложила ветки, подобранные Эноком, на гравий. Затем я расстелила на них мох, который нашла в лесу.

Комки мха влажные и пушистые, поэтому они подходят для использования в качестве заменителя туалетной бумаги в дикой природе, а также хорошо подстилаются под спальные места.

— Мне ещё нужны широкие листья, чтобы расстелить их по этому...

Я собиралась сказать, что мне нужно несколько листьев, чтобы положить их на пушистый мох.

Но, прежде чем я успела закончить свои слова, Энок уже взял широкие листья и положил их на приготовленную мной кровать.

Затем он поставил длинный толстый деревянный столб под углом, используя упавшее бревно в качестве опоры. Над кроватью сделали наклонную крышу.

Кажется, что нечто похожее на кровать было уже готово. Неожиданно мы с Эноком очень хорошо сработались.

— У меня нет никакого желания спать с миледи, поэтому не подходите слишком близко и держитесь расстоянии.

На его слова я посмотрела ему в глаза:

— У меня тоже. Кто знает, что ты можешь сделать?

Затем он удивлённо уставился на меня.

— Ты?

— Нет, я говорю, Ваше Высочество.

Я без зазрения совести исправилась.

Энок скорчил недовольное лицо, но, не настаивал больше и замолк. Казалось, что он не может привыкнуть к моим изменениям.

Тем не менее, есть слишком много проблем, которые нужно сначала решить, чем думать о моих изменениях.

Так или иначе, Энок оставил мне место на кровати, а сам сел возле бревна. Оказать такую услугу тому, кто ему не нравится. Как и ожидалось, манеры главного героя идеальны.

Когда я села на кровать и посмотрела на заходящее солнце, я снова оглянулась на Энока с серьёзным выражением лица.

— Выше Высочество.

Энок озадаченно повернул голову.

— Вы не чувствуете жажды?

Энок посмотрел на меня с каменным лицом. Я встала, пожимая плечами.

— Подождите немного. Я достану немного кокосов.

Сразу за нами росла пальма.

‘Я хорошо лазаю по деревьям.’

Я даже пыталась собрать бананы с дерева, что могут сделать только настоящие эксперты. Конечно, было бы лучше, если бы кокосы не были пустыми и упали на землю.

Но Энок остановил меня с лицом, полным недоверия.

— Куда вы собрались? Оставайтесь здесь.

‘Я не пойду так уж далеко, это прямо здесь. Я просто хочу пить.’

— Не могу поверить. Вы же не думаете о побеге?

Я не могла ничего ответить.

— Я же сказал вам. Миледи ещё не полностью исключена из числа подозреваемых, так что оставайтесь со мной, пока я не вернусь в Империю.

... Было странно, но я не пыталась бежать.

Не то чтобы я не понимала, почему он так отреагировал, но я просто вздохнула.

Энок посмотрел на меня с обеспокоенным лицом и сказал:

— Просто опишите, как выглядит плод. Вам не нужно идти.

С неохотой я объяснила ему, как выглядят плоды кокоса.

Он ушёл, выслушав мое объяснение, и через некоторое время вернулся с двумя кокосами.

— Вы забрались на дерево и собрали их?

— Нет, как и сказала миледи, много этих фруктов упало на землю.

Он сказал, что ненавидит меня, но добросовестно выполнил всё, о чём я его просила.

— Кстати, как жажда связана с этим фруктом?

— Это плод кокоса, который растёт на пальме. Вода в этом кокосе отлично подходит для питья, — сказала я, постукивая по фрукту.

Тогда я нашла камень, чтобы расколоть кокос.

Когда я ударила камнем по скорлупе кокоса, то услышала сбоку вздох Энока.

Он забрал у меня кокос, а затем своей рукой расколол его весь сразу.

Я впервые вижу, как кто-то голыми руками раскалывает твердую скорлупу кокосового ореха.

— Подождите! Не пейте!

Мне удалось помешать Эноку выпить кокосовую воду. Он растерянно посмотрел на меня.

— Упавший на землю кокос мог сгнить. Возможно, его погрызли насекомые.

Я заглянула внутрь кокоса и попробовала его запах. Потом окунула в него палец и слегка попробовала на вкус. Это был вкус, который я уже чувствовала.

— Отлично, можете пить.

Мы оба пили кокосовую воду. Из-за того, что я очень хотела пить, я глотала её, текущую через трещины.

— Думаю теперь буду жить.

Я отложила кокос и глубоко вздохнула.

— Вы знаете намного больше, чем я думал, — сказал Энок более расслабленно.

Я лишь молча пожала плечами.

Если подумать, то в оригинале я помню, что Маргарет и Эноку было очень тяжело из-за обезвоживания. Они пили дождевую воду или собирали росу в течение нескольких дней, прежде чем встретиться с главной героиней.

Однако, в отличие от оригинала, теперь благодаря мне Энок легко адаптировался. И я сумела спастись от монстра-волка, тоже благодаря Эноку.

‘Это и есть взаимопомощь?’

С этой мыслью я подняла голову. Внезапно небо окрасилось в бледно-фиолетовый цвет. Я безучастно посмотрела на небо.

Я всё ещё не знаю, что случилось.

Я всё ещё жива? Это правда новелла?

— Кажется, миледи сильно изменилась.

Энок, долгое время смотревший на меня, наконец заговорил.

— Я другой человек.

Я сказала правду, но Энок ей не поверил. Но почему? Ты сам сказал, что я выгляжу как другой человек.

— Наверняка, судя по тому, как миледи оценивает ситуацию и решает проблемы, мне интересно, та ли вы леди Флоне, которую я знал.

Энок нуждался в объяснении, а мне объяснять было нечего.

— Вы вели себя совершенно по-другому. Столкнувшись с такой ситуацией, вы обычно даже не так спокойны, как сейчас.

Я кивнула, соглашаясь со словами Энока. Однако объяснить это тоже было невозможно.

Настоящая Маргарет Роуз Флоне была дочерью семьи уважаемого герцога. Конечно, она, никогда не ступавшая на пляж, не могла искусно действовать в такой ситуации.

Но до попадания в её тело я была человеком, который жил совсем иной жизнью.

Верно, я была капитаном-инструктором девочек-скаутов, чьим хобби был хардкорный кемпинг.

После того, как я стала инструктором, я работала в компании, которая продавала снаряжение для кемпинга. Мне также нравились всевозможные виды спорта на открытом воздухе, и даже были времена, когда я отправлялась в поездку в тропическую зону и пробовала жить в отдалённой местности.

Тогда я думала, что у меня была действительно захватывающая жизнь, но сейчас это не более чем просто застревание на отдалённом острове.

И всё же, может быть, у меня всё-таки больше шансов выжить, чем у обычного человека?

Кто бы мог подумать, что такой опыт окажется столь полезным.

Но самая большая проблема в том, что моя боевая мощь равна нулю, поэтому если появится монстр или дикий зверь, я сразу умру.

— Люди склонны меняться, когда их загоняют в экстремальные условия.

Я сосредоточилась на том, что изменилось, и извинилась.

Вести себя так, будто я не Маргарет, никогда не было хорошим вариантом. Это как добровольно стать подозрительным человеком.

Это может привести к недопониманию. Например, что это я могла похитить Энока или создать эту ситуацию.

Лицо Энока говорило о том, что он не понял моих слов.

— Ладно, это редкость, — ответил он низким тоном.

Только тогда я подумала, что это не то, что следует говорить ему, побывавшему на самых разных полях сражений.

Я молчала, мне нечего было сказать. Я просто лежала на маленькой простой постели и смотрела на небо.

Бесстрастно глядя вверх, Энок вдруг сказал:

— То существо не животное. У него аура, похожая на монстра.

— Он даже выглядел, не как обычный волк.

Я ответила на слова Энока,

‘И его нельзя убить мечом.’

Только тогда я вспомнила, что здесь нельзя было использовать ни меч, ни магию, ни божественную силу.

Тем не менее, главные герои обладали отличными физическими данными и хорошо охотились, так что о еде они, похоже, не беспокоились.

Учитывая силу Энока в победе над монстром чуть ранее, не нужно беспокоиться об отсутствии меча.

— ... Не знаю, понимает ли леди, о чём я говорю.

‘А я ещё похвалила тебя! Ха! Посмотрите на него.’

Терпение. Терпение. Говорят, что если трижды вытерпите, то и убийства избежите.

— Я не знаю, кто и почему, чёрт возьми, оставил нас двоих здесь. Почему это были я и миледи, а не кто-то другой? Я сомневаюсь, что...

Энок стих под конец своих слов. Кажется, он снова подозревает меня.

— Если бы я планировала похитить Ваше Высочество, я бы заперла вас в уединённом особняке, а не в этой опасной дикой местности.

Я пыталась сказать, что я совершенно не опасна, но прозвучало так, как будто я действительно думала о его похищении.

Энок потерял дар речи. Я была немного испугана этим неловким молчанием и добавила:

— Конечно, я даже никогда не думала о том, чтобы применить это на практике. Нет, я никогда об этом не думала.

Мои жалкие оправдания всё растягивались. Я не знаю, поверил ли Энок тому, что я сказала, потому что это в любом случае было слишком нелепым оправданием даже для меня.

Ответа я не услышала, поэтому повернула голову и увидела лежащего Энока, который задумчиво смотрел в небо.

Даже его профиль был фантастически красив.

Мир так несправедлив. Я расчесала руками волосы, спускавшиеся на грудь.

‘Блестяще сверкающий белый блонд...’

На самом деле, Маргарет тоже была довольно хорошенькой. С точки зрения одной внешности она была самой красивой в Империи.

Но её красивая внешность омрачалась её ужасным характером.

Долго разглядывая свои волосы, я задумалась и спросила Энока:

— Похоже, здесь действительно нет людей, не так ли?

— Пока не знаю, но думаю, что будут. Если только это не остров.

Энок, казалось, продолжал убеждать себя в том, что это не остров.

Если я всё хорошо помню, то это остров. Ещё он необитаем. Но я не могу рассказать об этом Эноку.

Я вздохнула.

— Как бы я ни думала, это странно.

Я встала, чтобы сесть напротив Энока.

— Я не думаю, что нас похитили. Если бы кто-то похитил нас с определённой целью, он не мог просто так оставить нас на пляже.

Он ничего не сказал, погружённый в свои мысли.

Энок, скорее всего, думал, что это могло быть делом рук противостоящей ему фракции.

Но я знаю, что на этом острове находятся наследный принц королевства Гестия, командир имперских рыцарей, Святая, архиепископ и даже архимаг.

‘Все великие люди империи собрались.’

Не похоже, чтобы они нацелились только на одного Энока. Самое странное то, что между ними была только Маргарет, молодая аристократка.

Я скрестила руки на груди и серьёзно спросила его:

— Есть ли у вас какие-нибудь предположения? Чем вы занимались до того, как оказались здесь?

Энок нахмурился. Он на мгновение задумался, и потом с угрюмым лицом покачал головой и сказал:

— Я работал.

— Где?

— В кабинете императорского дворца.

— А перед работой?

— Я… ещё работал.

— Чем вы занимались до того, как начали работать? Вы, должно быть, ели и встречались с людьми.

Услышав мой вопрос, Энок посмотрел на меня в замешательстве. Это было первое проявление эмоций на его лице, которое я увидела с нашей первой встречи.

— Я не ел. У меня было много работы, поэтому я просто взял немного фруктов в офисе.

— Значит, как только вы проснулись утром, вы ничего не ели и всё время работали в офисе, а когда вы открыли глаза, то оказались здесь?

Энок не ответил на мой вопрос.

Смущённый, он избегал моего взгляда.

— А за день до этого?

— Я проснулся утром и перекусил в офисе, а после посещения заседания кабинета продолжил работать в офисе.

Какой ужасающий рабочий настрой. Кажется, он у него даже больше, чем у постоянно переутомляющихся корейцев.

Ли Джин Чжу, двадцатисемилетний обычный офисный работник, размышляет об этом. Кажется, именно так надо работать, чтобы добиться успеха и стать принцем.

— Вы не выходили? Встречались ли вы с посторонними? Может вы недавно встречали подозрительного человека?

Энок снова нахмурился, как будто ему не нравились мои вопросы.

— Я чувствую себя так, будто меня допрашивают.

— Это допрос.

Энок с недовольным лицом скрестил руки на груди. Затем он наклонил голову и посмотрел на меня.

— Думаю, теперь очередь миледи пройти допрос.

— Вы ещё не ответили на мои вопросы.

Он вздохнул и сказал спокойным тоном:

— Я никогда не встречал подозрительного постороннего. Я не помню, чтобы выходил из императорского дворца почти месяц, потому что это был напряжённый сезон расчётов в конце года.

У Энока, сказавшего это, было довольно напряжённое лицо.

Ну, все офисные работники такие.

— Что делала юная леди?

— Я...

Я порылась в воспоминаниях Маргарет и закусила губу.

Не могу же сказать, что я была одна в своей комнате и смотрела на его портрет. Я не хочу снова почувствовать тот неприятный взгляд, признавшись в правде.

— Я наслаждалась чаем в особняке Флоне. Как вы можете видеть по моей одежде, я всё время была внутри помещения.

На мне были туфли на плоской подошве и домашнее платье.

Вырез платья был украшен разноцветными бусинами, а на рукавах и на подоле было много кружев. Кроме того, на вырезе находилось крупное ювелирное украшение.

Это был отнюдь не тот наряд, который подошёл бы для этой дикой природы.

— Среди людей, которых я недавно встречала, подозрительным был... я не знаю. Я встречаюсь со многими людьми, потому что я очень общительна. Трудно сказать, кто из всех этих людей был подозрительным.

На самом деле это была сила герцога Флоне, а не общительность.

Маргарет не пользовалась популярностью из-за своего придирчивого характера. Похоже, у Энока была похожая идея, но он решил не указывать на это.

После того, как я это сказала, снова наступила неловкая тишина.

Звуки волн, разбивающихся через равные промежутки времени, разрезали тишину.

Солнце полностью село, и наступила тьма. Луна, восходящая над жутким чёрным морем, была такой яркой.

Энок тихо сказал:

— Кажется, пока рано судить о чем-либо.

Это так. Прежде всего, завтра тебе придётся подняться на высокое место и сначала выяснить, где ты находишься.

— Сейчас мне лучше поберечь себя, поэтому я пойду спать. Завтра я узнаю, где мы находимся.

Энок кивнул, согласившись с моими словами.

Вскоре мы легли спиной друг к другу.

Я думала о том, чтобы сбежать, пока он будет спать, но быстро сдалась, вспомнив монстра, с которым я столкнулась днём.

Прежде всего, завтра я пойду с Эноком на гору, разберусь в ситуации, а потом составлю тщательный план и убегу.

‘И кто знает, может быть, я проснусь на своей кровати завтра утром. Может быть, это просто долгий сон.’

Я уснула с такими обнадёживающими мыслями. Зловещие мысли с большим трудом забивались в угол сердца.

Первая ночь на неизвестном пляже прошла незаметно.

***

К сожалению, всё это не было сном. Я открыла глаза на пляже, где заснула вчера.

Здесь была большая разница температур днём и ночью. Прошлой ночью было так холодно, я думала, что могу умереть от переохлаждения. Но это потому, что не было костра.

Есть поговорка, что тебе повезёт на одну ночь, но всё время так продолжаться не может. У меня даже нет зажигалки, чтобы разжечь костёр, но надо было найти способ.

Я задрожала и встала, но вдруг что-то, накрывавшее мне плечо, упало.

Это был колет с ярким золотом на плече.

— Похоже, вы проснулись.

Когда я повернулась, Энок смотрел на меня, скрестив руки. Так, как будто делал это всю ночь.

[П.п.: кто не знает, колет - короткая приталенная «куртка», использовался примерно до 20 века. В нашем случае верхняя одежда, «пиджак» кронпринца.]

— Только не... вы же не спали всё это время, верно?

Энок не ответил. Похоже, он действительно не спал.

— Вы не можете так легко тратить свою энергию, когда не знаете, как долго вы будете голодать.

Но даже после моего приземлённого совета Эноку было всё равно.

— Я ещё не решил, могу ли я доверять миледи или нет.

Тон был резким, но глаза, смотревшие на меня, были зоркими.

Я впервые вижу человека, чьи слова и действия так не совпадают.

Я проснулась примерно на рассвете.

Однако Энок ещё не знал, что монстры появляются только в темноте. Может быть, поэтому, даже когда взошло солнце, он всё время был напряжён, особенно в плечах.

Конечно, я совсем не волнуюсь. Но в будущем монстры будут появляться часто, и я не могу не содрогаться каждый раз от страха.

Пока я думала об этом, мой живот заурчал.

Энок посмотрел на меня. Я неловко улыбнулась.

Чувство напряжения каким-то образом заставило меня чувствовать себя более голодной. Я могу утолить жажду кокосом, но проблема в голоде.

— Пойдёмте поедим что-нибудь?

Я чувствую, что умру от голода.

— Вы хотите пойти на охоту?

— У меня нет времени на охоту. Пойду возьму фруктов.

— Фрукты...? — растерянно спросил Энок. Кажется, он никогда раньше не собирал фруктов.

Я указала на пальму сразу за нашим самодельным убежищем.

— Видите маленький плод на той пальме? Это съедобные фрукты, называемые ягодами асаи. Думаю, я смогу собрать их.

В ягодах асаи много твёрдых семян и мало съедобных частей, поэтому этого фрукта недостаточно для восполнения необходимых калорий.

Однако сейчас еды было не так много. Должна сказать, что мне повезло найти пальму асаи, которая плодоносит круглый год.

Если я пойду немного дальше, я думаю, что могла бы собрать ежевику или малину, но для этого мне нужно было пойти туда, где плодоносит, а я не знаю, где это место находится, поэтому сейчас это было невозможно.

— Плоды действительно съедобны? Я не знаю, могу ли я доверять миледи.

— Тогда продолжайте голодать. Я сама съем.

Я коротко ответила, готовясь залезть на дерево. И снова у Энока было растерянное лицо. Он остановил меня, глядя, как я закатываю платье и завязываю его.

— Что вы делаете?

Я посмотрела на пальму и сказала:

— Мне нужно взобраться на дерево, чтобы сорвать плоды.

Энок последовал за мной, измеряя высоту.

— Если я просто ударю по дереву, фрукт упадёт, вам всё ещё нужно лезть на пальму? Это выглядит опасно.

— Пальма крепкая, а ягода асаи такая маленькая...

Я покачала головой и приготовилась лезть на дерево.

— Я не могу просто подбирать упавшие фрукты, как рабочие муравьи. Я залезу на дерево и соберу все фруктовые ветки.

Энок всё ещё не понимал, что я говорю. Затем он подкрался ко мне, легонько взмахнул кулаком и ударил по пальме.

Не только дерево, но и земля задрожала.

Я смотрела на ягоды, падающие с неба, как дождевые капли. Энок посмотрел на меня с пустым выражением лица.

— Вот как это делается?

Я глупо кивнула и захлопала. Этой силы достаточно, чтобы смести все фрукты.

— Вы лучший. Я признаю это. Более эффективны, чем рабочие муравьи.

Я сделала ему комплимент, подняв вверх два больших пальца. Изнутри Энок выглядел гордым.

Он сказал, что не поверит мне ещё некоторое время назад, но всё же сел рядом и съел плод.

Однако, пожевав фрукт, он разочарованно нахмурился.

— Это не вкусно. Съедобных частей не так много.

Сам сок не плохой. Это потому, что, как он сказал, не так много еды.

— Это единственное, что я могу достать прямо сейчас, так что я могу сделать?

Когда я сказала ему не жаловаться на плод, Энок смутился и закрыл рот с покрасневшими щеками.

Может быть, мне стоит поохотиться за рыбой после того, как я отправлюсь в горы.

После того, как мы съели фрукты, мы организовали свои места и приготовились взобраться на высокую гору.

Ближайшая гора казалась очень высокой и крутой, так что пришлось хорошо подготовиться.

На самом деле, когда дело дошло до подготовки, речь шла только об организации одежды и поиске прочной ветки, которую можно использовать для различных целей.

Не могу поверить, что мне приходится идти через эти джунгли в толстом платье и туфлях на плоской подошве... это смешно.

Возможно, Энок думал так же, он положил руки на талию и раздражённо посмотрел на меня:

— Думаю, миледи будет лучше просто подождать здесь.

Как он сказал, возможно, было бы лучше сделать так. Однако...

— Как я могу доверять Вашему Высочеству?

Энок, потерявший дар речи от моих слов, прикрыл рот.

На самом деле, я не очень хорошо разбиралась, могу ли я быть ему чем-то полезна. Однако, сколько бы Энок ни бродил по полю битвы, он впервые попал в беду.

Кроме того, несмотря на то что он родился в семье простолюдина, он родился в знатной императорской семье, поэтому никогда раньше не исследовал такие отдалённые места.

Я даже не могу назвать себя экспертом по выживанию, но, по крайней мере, я лучше знакома с этой ситуацией, чем Энок.

— Отлично. Но я не могу гарантировать, что всегда смогу спасти миледи в опасной ситуации.

— Я знаю.

Энок молча уставился на меня, затем кивнул головой и отвернулся.

Как только Энок взял на себя инициативу, я решила последовать за ним. Я посмотрела на спину Энока и пошла.

Было немного сложно подбирать руками подол платья и стараться максимально не оголять ноги.

Должна ли я сказать, что не пойду за тобой?

Однако также было очень важно судить непосредственно своими глазами.

Энок по-прежнему считает меня подозреваемой, и маловероятно, что он поделится всей известной ему информацией со мной. Я не могу быть уверена, что он действительно гарантирует мне безопасность.

‘Ладно, нужно терпеть и идти дальше. Я смогу сделать это!’

По мере того, как я углублялась в лес, растительность сильно увеличивалась в количестве.

Кроме того, было несколько трудно пробиться через дорогу, потому что она заросла всевозможными кустами.

Я прошла через кусты, используя деревянную палку, которую принес Энок, но у меня не было другого выбора, кроме как приостановиться.

— Вы в порядке?

Энок довольно устало посмотрел на меня.

Я вздохнула и кивнула:

— Терпимо.

Энок особо не потел. То же самое касалось и меня. Кроме того, не было даже запаха пота или мокрой одежды.

Не потому ли, что мы герои романа? Или это из-за особой природы острова, где время остановилось?

Если нет, может быть, это потому, что это остров, где нельзя использовать ни магию, ни божественную силу.

Хорошо, что я ничего не чувствую от своего тела.

— Хорошо.

Энок выдохнул с облегчением.

Даже обычному взрослому мужчине было бы трудно выжить в такой ситуации. Кроме того, человеком, которым я стала, была Маргарет. Благородная аристократическая молодая девушка с нежными белыми ручками. Поэтому Энок был достаточно обеспокоен.

Он был убеждён, что Маргарет изменилась, но, похоже, не подозревал, что она вообще стала другим человеком.

— Если бы не это платье и туфли на плоской подошве, было бы намного лучше.

Энок шёл, не отвечая.

Вскоре мы, наконец, поднялись до пешеходной тропы у входа в гору. Если посмотреть в сторону восхода солнца, казалось, что было ещё утреннее время.

Посмотрев на высоту горы, я думаю, что она была похожа на гору Пукхансан. Думаю, к обеду мы сможем достичь вершины. Но я никогда не поднималась на гору Пукхансан в такой одежде.

[П.п.: Пукхансан - гора на северной окраине Сеула в Южной Корее. Высота - 836м над уровнем моря.]

Энок оглянулся с удивлением, что я молча, не жалуясь, следовала за ним.

Он был похож на хозяина, который проверяет, хорошо ли собака следует за ним или нет, поэтому мне было непонятно, хорошая это реакция или нет.

С чем мне действительно повезло, так это с тем, что я ещё не сталкивалась с чем-то, что могло бы угрожать моей жизни, например, с диким зверем или чудовищем. Да, даже на второй день этого бедствия мне будет очень тяжело, если моей жизни будет угрожать опасность.

Так или иначе, мы благополучно добрались до вершины горы, но проблема оказалась в другом.

— Чёрт!

Энок спокойно посмотрел вниз, на подножие горы, побранившись.

Это был очень ясный день. Видимость была настолько хороша, что дальний горизонт ещё чётче предстал перед моими глазами.

Были ещё две вершины, которые были примерно такой же высоты, как гора, на которую мы поднялись, но даже так, за ней мы могли сразу увидеть горизонт.

Это был остров, как бы я на него ни посмотрела.

Ха……! Ха-ха-ха-ха-ха!

— Чёрт возьми, это остров.

Я проглотила свои горькие слёзы с чувством разочарования, вытирая лицо рукой.

Это сделало мою гипотезу ещё более достоверной. Что это место находится внутри романа. Кажется, это даже не было гипотезой.

Через некоторое время я пришла в себя и спокойно взглянула на поверхность острова.

Посередине текла огромная река, она была похожа на реку Хан в Сеуле.

Для удобства другая сторона называлась Северным островом, а эта сторона Южным островом, и там была ещё одна гора, похожая на ту, на которую мы поднялись на Северном острове.

Всего на Южном острове две горы и одна гора на Северном.

— Это действительно остров...

Я сидела на своём месте. Мои ноги ослабли.

Энок, который ушёл далеко, чтобы оглядеться, вернулся. Он тоже разочарованно сел рядом со мной.

Мы тихо сидели, погружённые в свои мысли.

— Где, чёрт возьми, это место? Это остров рядом с Империей Лэнгриджа? Или...

Может Корея...? Если это остров, где появляются современные корейские предметы, можно ли сомневаться в этой возможности?

На самом деле, бóльшая проблема, чем в становлении Маргарет, заключается в том, что я не дочитала роман до конца.

Я прочитала только ту часть, где главная героиня Юанна сбежала с острова через «врата», созданные через год. Это был конец первого тома.

{Каждый год открываются врата, выходящие за пределы острова. И они должны были выжить на острове любыми возможными способами, пока врата не откроются.}

Хотя роман был написан от первого лица, такая фраза была точно написана во вступлении.

Это был роман, написанный кем-то от руки, но это было немного странно, потому что только эта фраза была написана другим шрифтом.

В наше время мне было интересно, кто напишет книгу своими руками, и описание было очень лёгким и реалистичным, как будто это была реальная история, поэтому я читала её с ещё большим интересом.

‘Всё это произошло из-за того, что я подобрала роман, который кто-то бросил на улице. Проклятье.’

Я схватилась за волосы.

И Энок, сидевший рядом со мной, вытер лицо рукой. Он выглядел довольно отчаянно.

Энок беспомощно нахмурился. Затем он пробормотал что-то ещё раз и раздражённо взъерошил себе волосы.

— Я ничего не могу придумать.

Я никогда не видела, чтобы он проявлял такие сильные эмоции. Однако и для меня эта ситуация была безвыходной.

— Застряла на этом отдалённом острове...

Я закрыла лицо руками.

Бог вообще существует? Несправедливо умирать после удара упавшей вывеской, а потом ещё приходится выживать в романе.

Я положила руки на свои щёки, нахмурившись.

Я ничего не могу сделать. Как я и планировала ранее, я должна собрать как можно больше предметов для выживания и найти бункер, который нашла главная героиня.

‘Кстати, а что сейчас делают другие главные герои?’

Насколько я помню, главные герои просыпаются в разных местах. Кто-то проснулся у реки, кто-то посреди леса.

Энок столкнулся с главной героиней во время ссоры с Маргарет на пляже. Возможно, сюжетная линия уже с самого начала пошла наперекосяк, но пока что мне нужно выжить.

В этот момент из голодного желудка эхом раздался ужасный звук. Энок посмотрел на меня.

‘Нет, это снова я?’

Я не знаю, почему мой желудок продолжает урчать.

Однако, если подумать, я съела только ягоды асаи и всю свою энергию потратила на восхождение на гору. Поскольку Энок не спал, он должен был потреблять больше калорий. Но почему он в порядке?

‘Хорошо. С этим должна быть какая-то проблема. Что-то нужно делать.’

Я встала.

— Давайте сначала спустимся. Поскольку мы знаем, что это остров, давайте спустимся вниз и примем меры. И мы должны выжить.

Я протянула руку Эноку, который продолжал сидеть.

Конечно, в моих планах на будущее Энока по-прежнему не было. Но прямо сейчас у меня не было сил убегать от него.

Энок посмотрел на мою протянутую руку и потом на меня с выражением лица, которое было трудно прочитать.

Но вдруг я вспомнила, что он меня ненавидит.

‘Может ли он взять протянутую руку Маргарет...?’

Я уже собиралась убрать протянутую руку, но другая большая рука мягко обхватила мою.

— Спасибо.

Хотя признаки усталости всё ещё ощущались, его низкий тон был слишком сладок и вреден для моего сердца.

Нет, ну почему этот человек так мил, даже когда он настолько измотан?

Я повернулась спиной, схватилась за грудь, глубоко вздохнула, вздрогнула и посмотрела на Энока со спокойным лицом.

— Пойдёмте.

Для начала нужно спуститься с горы до заката.

Солнце уже садилось, когда мы спустились с горы. Поэтому найти новое место для ночлега было довольно сложно.

В конце концов, мы решили остаться ещё на одну ночь на пляже, где ночевали прошлой ночью.

— Нам нужно как можно скорее покинуть этот остров. Было бы неплохо исследовать остров, когда у нас будет время.

Я кивнула в знак согласия. Для меня также была важна разведка острова.

— Хорошо. У нас много работы. Наверное, нужно найти немного еды? Такими темпами я думаю, что умру от голода ещё до того, как сбегу отсюда.

Калории необходимы даже для того, чтобы просто сидеть или стоять.

Если сегодня я не съем достаточно калорий, завтра мне будет трудно выжить на этом острове. Поскольку у меня нет особой силы, я даже не могу нормально справиться с монстрами.

— О, вы умеете зажигать огонь?

На мой вопрос Энок на мгновение замолчал. Но неожиданно он дал положительный ответ.

— Я знаю, как это делать. Я выиграл Ромализанское сражение.

Я даже не могу представить, что он испытал. Кажется, что ни один человек не превзойдёт способности Энока к выживанию.

Отложив свои мысли в сторону, я сделала гарпун. Когда я закончила его делать, то решила половить рыбу в море.

— Подождите, вы собираетесь охотиться?

Когда я собралась ловить рыбу, взяв в руку гарпун, Энок недоверчиво посмотрел на меня.

У меня был опыт ловли рыбы с помощью гарпуна, когда я путешествовала по тропическим отдалённым районам.

‘В то время я охотилась не на берегу моря, а у реки...’

Не то чтобы у меня совсем не было опыта, но не должна ли я хоть что-то сделать?

— Доверьтесь мне.

Я похлопала себя по плечу и уверенно улыбнулась.

Но, конечно же, Энок не поверил моим словам.

Я считала, Эноку лучше пойти на охоту и разжечь костёр, но на разведение костра уходит намного больше энергии, чем я думала. Нужно разжечь огонь, потирая твёрдую деревянную палку о мягкую древесину с прямыми выемками, но это требует гораздо больше усилий, чем я думала.

Рыбалка не означает, что вам не нужна мышечная сила, но, если у вас есть хитрость, вы можете до некоторой степени покрыть её недостаток, так что всё будет в порядке.

— Ну, если мне не удастся поймать рыбу, я по крайней мере соберу водоросли или гребешки. Когда вода опустится на берег, если я уберу камни, то смогу собрать гребешки.

Я закатала подол своего платья, разорванного до икры, и завязала его.

Юбка была приподнята выше колен, обнажая мои ноги, и я могла видеть, как Энок торопливо отворачивает голову. Кажется, его мочка уха была красной…

Почему? Ты впервые видишь девичьи ноги? Я наклонила голову и направилась к берегу с гарпуном в руке.

В первую очередь постараюсь найти место со стоячей водой.

Сначала я посмотрела на трещины в скалах, куда бьют волны. Там задыхалась смытая волнами рыбка.

Я подобрала рыбу, положила её на камни и бросила в море, для приманки и охоты на более крупную рыбу. Через некоторое время рыбы собрались.

Наблюдая за приплывшей рыбой, я замерила время, а затем опустила гарпун в воду.

Первые несколько раз я потерпела неудачу, но, повторив это примерно двадцать раз, мне удалось поймать двух довольно крупных рыб.

Я думала об этом с тех пор, как мне понравился хардкорный кемпинг в Корее, но я думаю, что это довольно дико.

Не знаю, счастлива ли я, занимаясь чем-то подобным, но чувство выполненного долга невероятно.

Я бросила двух пойманных рыб прямо на мокрый песок.

Потом я снова подобрала мелких рыбёшек и, раздавив их камнем, бросила в море. На этот раз я собиралась поймать довольно крупную рыбу.

Я задержала дыхание, вцепившись в гарпун. Затем, как только на воде показалась рыба размером с предплечье, я быстро метнула гарпун в её направлении.

Кажется, я поймала её на этот раз...!

Я побежала, чтобы точно проверить. И когда на конце гарпуна я нашла пойманную рыбу, я закричала:

— Круто! Я такая крутая!

Взволнованная, я повернулась, и Энок, который смотрел на меня с озадаченным лицом, встретился со мной взглядом. Он, скорее всего, наблюдал за мной всё время, пока я ловила рыбу.

У него были глаза, не верящие в то, что он увидел.

Я смутилась и попыталась вернуться к своему прежнему состоянию. Я думала, ты будешь возиться с огнём, но почему ты так смотришь?

На секунду я глянула на гарпун в своей руке. На конце гарпуна было целых две рыбы размером с предплечье.

— А...

Если подумать, для юной леди из герцогской семьи было слишком необычно ловить рыбу, бросив гарпун.

— Хм...

Энок продолжал разжигать огонь, не спрашивая меня. Мы должны были закончить трапезу до захода солнца.

Запах запечённой еды ночью привлекает диких животных.

Сначала я разрезала пойманным рыбам жабры и хвосты, чтобы удалить кровь, а затем промыла их в морской воде.

После поимки рыбы кровь нужно было слить как можно быстрее. В противном случае может быстро появиться неприятный запах.

Я нашла плоский камень и села рядом с Эноком.

В то же время Эноку удалось разжечь огонь. Он собрал ветки, развёл большой костер и посмотрел на меня:

— Что вы пытаетесь сделать?

Я положила рыбу на каменную плиту.

— Разрезать рыбу.

Я использовала острую ветку в качестве ножа, чтобы очистить рыбу от чешуи.

Энок, увидевший это, посмотрел на меня с таким выражением лица, будто не знал, какой из вопросов задать первым. У него их было слишком много.

Не обращая внимания на взгляд Энока, я отрезала рыбе брюхо и удалила её внутренние органы.

...это может сделать каждый, кто любит рыбалку.

— Возможно, в рыбе есть яд...

Услышав слова Энока, я улыбнулась и покачала головой, пока занималась рыбой.

— Будьте уверены, яда нет. При правильном приготовлении паразиты также будут уничтожены, так что всё в порядке.

Конечно, она была ещё безопасной, потому что я в какой-то степени умела различать ядовитую рыбу.

Это остров, где появляются монстры, поэтому я понимаю опасения Энока.

Однако, насколько я помню, все звери в романе были обычными существами, кроме монстров типа волка, змеи или рептилии.

Кажется, Энок тоже принёс рыбу для главной героини в оригинале...

‘Нет, стоп... что я сейчас делаю?’

На мгновение я засомневалась, поэтому перестала резать рыбу.

Главная героиня тихо сидела и ела рыбу, которую ей принёс Энок, а я, как дикая девица, ловлю рыбу, и даже разделываю её и приношу Эноку?

Конечно, это я сказала, что пойду ловить рыбу, но мне как-то горько от этого!

Я не тот человек, который будет сидеть на месте! Но всё равно!

Я мельком взглянула на Энока.

Он озадаченно посмотрел на меня, кладя на тонкую ветку рыбу, которую я разделала.

— Я не понимаю, почему вы так на меня смотрите.

— Ничего.

— Точно ничего?

Энок наклонился ко мне, нахмурившись. Его лицо приблизилось.

Чёрные волосы, развеваемые ветром, мягко развевались на лбу. Почему-то родинка под его левым глазом казалась сегодня более завораживающей.

Затем улыбка медленно растеклась по его губам, когда он посмотрел на меня.

Я вдруг заволновалась. Это совсем не по правилам.

Я впервые увидела его улыбающимся. Даже в памяти Маргарет не было улыбки Энока.

Даже проснувшись на этом отдалённом острове, он постоянно хмурился или просто смотрел на меня очень холодным взглядом...

— Удивительно, но я смотрел на это только потому, что это было весело. В следующий раз я сделаю сам.

Он говорил так, как будто знал, о чём я думаю.

Когда я снова посмотрела на него, улыбка, что была недавно, полностью стёрлась с его губ. Он вернулся к своему обычному спокойному состоянию.

Какое-то время я была смущена и взволнована, и вдруг я закончила разделывать рыбу, сама того не осознавая.

Из-за Энока я должна быть начеку.

— Думаю, теперь мы можем поесть.

Энок подал мне рыбу, приготовленную на огне. Это была самая крупная рыба размером с предплечье.

— Пожалуйста, съешьте это, Ваше Высочество. Я буду сыта даже маленькой рыбкой.

Я потянулась, чтобы взять рыбный вертел, который был в руке Энока.

Но он слегка уклонился от моей руки, взял рыбку и начал её есть. Что с тобой не так?

— Это не Империя Лэнгриджа. Неизвестно, сможем ли мы вернуться живыми или нет, поэтому миледи должна позаботиться о себе в первую очередь.

После слов Энока я перестала пытаться поесть.

Я понятия не имела, что Энок может разговаривать со мной так любезно. Это прозвучало как совет для меня.

— Неизвестно, смогу ли я вернуться живой.

Я вдруг почувствовала себя такой подавленной.

Это было похоже на игру на выживание без оружия. Передо мной была сплошная темнота, и одна мысль о будущем заставляла меня бледнеть.

Смогу ли я выжить?

— Вы в порядке?

Энок внимательно осмотрел моё лицо.

— Мы сможем выбраться отсюда?

На мой вопрос Энок посмотрел на меня с каменным лицом.

— Конечно, — твёрдо сказал он.

Я посмотрела на рыбу, которую должна была съесть, и спросила его:

— Есть ли способ?

— Я позволю вам убежать, так что не волнуйтесь.

Всё закончилось тем, что я лишь посмеялась над этим.

— Что это ещё такое? Как я могу сбежать, бросив наследного принца Империи одного?

Тут же подул горячий ветер. От пота мои волосы прилипали к щекам, что сильно раздражало меня.

Энок, рассматривавший моё лицо, осторожно протянул руку. Его длинные и красивые пальцы коснулись моей щеки.

Я посмотрела на него, забыв, как дышать.

Взгляд Энока медленно опустился на моё лицо. Он медленно убрал волосы с моей щеки.

Мужчина, приводивший в порядок мои волосы, сказал прямо:

— Я отпущу вас первой, чтобы вы могли обратиться за помощью и вызвать спасательную службу.

На секунду напряжение спало.

— Вы правда думаете, что я так и сделаю?

Энок спросил меня об этом после того, как дал мне ложную надежду. Конечно же, я ожидала этого, но на мгновение ослабила бдительность. Проклятье.

Нахождение в экстремальных условиях также частично затуманивало мой разум.

Я была очень голодной, но почему-то мой аппетит пропал. Это было бóльшим шоком, чем улыбка Энока. У меня нет аппетита.

Мне нечего было сказать, поэтому я молчала.

Он снова предупредил меня:

— Я же говорил вам, миледи должна быть рядом со мной. И единственный способ уйти от меня — это когда я отпущу вас. Запомните.

Любой, кто это услышит, подумает, что это слова одержимого мужчины, любящего свою женщину. Но реальность такова, что это лишь угроза для подозреваемого в похищении.

Он всё ещё сомневается во мне, но я вижу, что в какой-то степени он исключил меня из списка подозреваемых.

‘Какое облегчение. Я думаю, что его враждебный взгляд на меня немного изменился, а не как в первый раз.’

Затем мы утолили голод, съев жареную рыбу.

После того, как мы закончили есть, солнце полностью село. Заправив постель, я снова села у огня.

До этого момента мы не сказали друг другу ни слова. Неловкое молчание продолжалось.

Чуть позже Энок спросил меня:

— Вам не холодно?

Я протянула руки к огню и подняла голову.

Энок внезапно встал и снял свой колет. Он привычно отдал мне его.

— Что вы делаете?

— Меня лихорадит, поэтому моё тело горячее.

— Спасибо...

— Нет нужды благодарить меня. Я отдал его вам только потому, что мне жарко.

Даже среди дня он носил колет и ни капли не вспотел.

Но я всё же спокойно накинула его на плечи.

Энок взглянул на меня, тихонько вернулся в постель и лёг. Мы провели ещё одну ночь вместе, не говоря ни слова.

На следующий день я проснулась рано и вернула колет Эноку.

У нас возникла небольшая проблема. Из-за того, что наши цели были прямо противоположными.

Моей целью было благополучно прожить на этом острове ещё год, а его целью было немедленно сбежать с этого острова.

— Чтобы прожить хоть немного дольше, я думаю, было бы лучше исследовать остров, чем оставаться на пляже. Если вы найдёте место, где течёт река, ваши шансы на выживание увеличатся. Также будет гораздо проще создать убежище.

— Вы не хотите вызвать спасательную службу? Если вы пойдёте дальше вглубь острова, ваши шансы на выживание увеличатся, но на спасение уменьшатся.

При словах Энока я посмотрела на него с лёгким разочарованием.

Его слова, безусловно, имели смысл.

Но в любом случае мы не сможем сбежать, пока не откроются «врата».

Но у меня не было выбора, кроме как сказать:

— Тогда мы должны расстаться здесь.

— Что?

Он выглядел так, будто даже не думал, что я подниму эту тему.

Я думала о времени, когда можно будет уйти, но этот момент был лучшим.

— Я прислушиваюсь к мнению юной леди, но если вы говорите чепуху…

— Я абсолютно серьёзна.

Я надела туфли на плоской подошве, которые успела снять, чтобы пройтись по берегу, зайти в море и выйти из него, и привела в порядок свою одежду.

Затем я скрутила пару рыб, пойманных сегодня утром, на тонкую ветку и повесила их себе на плечи.

Энок был совершенно сбит с толку. Я без колебаний склонила перед ним голову.

— Большое спасибо за то, что спасли меня от монстра. И я думаю, что было довольно приятно побыть некоторое время с Вашим Высочеством. Когда я впервые проснулась, я могла бы сойти с ума, если бы оказалась одна на этом острове.

Его лицо исказилось при моём прощании.

— Юная леди Флоне. Я сейчас не в настроении шутить.

Я пожала плечами и попрощалась с ним.

— Думайте, как вам угодно. Тогда прощайте!

Когда я прошла мимо него и уже вошла в лес, то почувствовала, как кто-то бежит сзади.

— Подождите минуту.

Энок последовал за мной и схватил за плечо. Я остановилась и повернулась к нему.

— Я не знаю, зачем вы это делаете.

— Мы не договорились друг с другом, значит, просто сделали более рациональный выбор?

— Теперь в этом опасном месте...!

Энок повысил голос, будто был в гневе, посмотрел мне в лицо и сильно закусил губу. Он сделал один глубокий вдох, чтобы успокоиться, а затем снова заговорил со мной.

— Вы говорите, что такое рискованное поведение — разумный выбор?

Я нахмурилась, не понимая, почему он вдруг разозлился.

— Вы беспокоитесь обо мне? Потому что это будет опасно?

‘Или ты хочешь оставить подозрительную Маргарет рядом с собой и присматривать за ней?’

Вероятно, последнее. Ну, на самом деле, я действительно выгляжу подозрительно, так что мне нечего сказать.

В любом случае, как ни странно, Энок выглядел потрясённым, как будто бы был ранен моими словами. Я глубоко вздохнула, глядя на него.

— Я сильнее чем кажусь. Не волнуйтесь обо мне, беспокойтесь о себе.

Монстры были самой большой угрозой, но я умела хорошо прятаться.

Я не могу оставаться на пляже только потому, что боюсь монстров, или пропустить открытие врат. Бункер или хижину мне придётся найти, что бы это ни было. И ещё мне нужно узнать тайну этого острова.

Так я смогу понять, почему я вдруг стала Маргарет.

Я снова склонила голову перед Эноком.

Затем, когда я повернулась спиной, он поспешно схватил меня за руку. Настойчивые жесты заставили его выглядеть очень отчаянным.

На этот раз я немного разозлилась. Так что я нарочно повернула голову с раздражённым взглядом, и тогда он решительно сказал мне:

— Пойдёмте вместе.

Это было действительно неожиданное решение.

— Я буду с миледи, но продолжу искать способ сделать спасательный звонок и выбраться с острова.

Конечно, было бы неплохо, если бы существовал способ сбежать с этого острова, не найдя врата из оригинала. Я тоже этого хочу.

Кроме того, то, что Энок согласился с моим мнением, а не принуждал меня к своему, было признаком того, что отношения между нами постепенно менялись.

У Энока была неплохая физическая сила, поэтому, если он присоединится, план может немного измениться, но это неплохо.

— Хорошо.

В конце концов, мы решили найти новое место для жизни вместе.

И после блуждания по лесу около полудня я нашла крутой утёс. Указав на утёс, покрытый шипами, я сказала Эноку:

— На дне такой скалы должны быть пещеры. Но дорога туда может быть опасной.

— Откуда, чёрт возьми, вы это знаете?

Энок озадаченно посмотрел на меня.

— Вы обучались у герцога Флоне?

Это возможно? Но если я не отвечу на вопрос, буду выглядеть подозрительно. Я кивнула головой и улыбнулась, как будто он был прав.

— Да, я получила разностороннее образование от своей семьи.

Я думала, что Энок просто проигнорирует это, но он разозлился на то, как герцог Флоне мог дать молодой леди такое суровое образование. Нет, ну почему он снова злится? Я не могу понять его, поэтому я наклонила голову и ответила:

— Благодаря ему, это сейчас помогает мне, верно? Я думаю, мне повезло.

Энок не мог ничего ответить. К счастью, мы благополучно добрались до пещеры до заката. Энок разведал, были ли в пещере звери. После того, как пещера была осмотрена для безопасности, мы переместили тяжёлые камни и сложили их у входа. Так пещера была замаскирована естественным путём, камнями и большими листьями. Как только мы вошли в сырую и прохладную пещеру, внезапно начался дождь.

Сильный дождь, сопровождаемый громом и молнией, заставил нас с Эноком уйти поглубже.

К счастью, пещера была немного выше уровня земли. Благодаря этому она не наполнялась водой.

— О, нет. Я должна собрать дождевую воду.

Я передала кокос, который принесла с собой Эноку.

Энок взял у меня кокос и голыми руками разбил его на кусочки. Теперь он выполняет работу автоматически, даже не спрашивая, зачем.

‘Я заслужила хоть немного вашего доверия ко мне?’

Я гордо улыбнулась и выпила кокосовую воду с Эноком.

Затем я поскребла содержимое пустого ореха острым деревянным ножом, которым резала рыбу. Он был тупее настоящего ножа и не идеально отполирован, получилась правдоподобная чаша.

Таким образом были изготовлены четыре чаши из кокосовых орехов и поставлены у входа в пещеру, слегка приподнятые над землей.

Чаши максимально подняты, чтобы мутная вода не разбрызгивалась и не уносилась ветром.

Энок посмотрел на меня с любопытством, что, чёрт возьми, я делала. Теперь вместо того, чтобы спрашивать вслух, он говорит глазами.

— Если мы соберём дождевую воду, нам не нужно её очищать, как речную воду. Это требует меньше усилий.

Если с неба идёт дождь, его можно пить. Похоже на дистиллированную воду.

— Понимаю, — немного мягко ответил Энок.

Я устало сидела, прислонившись к стене пещеры.

Грубые стены и пол пещеры были неудобными, и было трудно долго сидеть. Пещера была просторной, холодной и влажной.

Хотя других особенностей не было, это было не очень приятное место.

Сухие кремни найти будет сложно из-за дождя, так что развести костёр не получится. Было немного холодно, но другой комнаты не было.

— Я устал произносить эти слова, но я должен признать это. Молодая леди изменилась.

Низкий голос Энока раздавался эхом. Я открыла глаза голосу, который я услышала и посмотрела в сторону, откуда он шёл. Единственный свет был лунным, протекающей из-за пещеры. В темноте лицо Энока было в небольшом лунном свете. Прямое лицо было спокойным без каких-либо признаков раздражения.

То же самое было и при убийстве монстра одной рукой, но такое отношение приносило мне огромное облегчение.

Энок, кажется, всё ещё ненавидит меня, но это правда, что на него можно было положиться.

— Видите, я изменилась.

Я ответила с лёгкой ухмылкой, но Энок только взглянул на меня и ничего не ответил, так что мне было очень неловко.

В любом случае, если он будет так медленно выстраивать доверие ко мне, не изменится ли моё будущее?

Конечно же, я не смогла нормально выспаться.

Каменный пол был таким холодным, что мне пришлось мёрзнуть всю ночь.

Шёл дождь, и в пещере было холодно, так холодно…

Я дрожала от холода даже во сне.

‘Очень холодно.’

Возможно, из-за накопившейся усталости даже мой разум затуманился. Такой яркий сон.

Пока я продолжала дрожать во сне, ко мне кто-то подошёл. Колет Энока мерцал в тусклом свете.

В отчаянии я протянула руку и схватилась за одежду Энока. От тёплого прикосновения моей руки почему-то моё сердце начало покалывать.

— Что случилось?

Кто-то во сне спросил меня. Я нахмурилась, обеспокоенно глядя на колет.

— Это потому, что ты злой.

— ... эй?

Снова потянув колет Энока, я ответила:

— Этот парень, Коли. Он был тем, кто прикрывал мои плечи, когда мне было холодно.

[П.п.: кто не понял, она обращается к его одежде, да-да, колет — Коли, а на англ. jacket — Jackie]

Я расплакалась от внезапно нахлынувшей грусти.

— Ты идиот, Коли. Как ты можешь лежать на этом бесполезном теле? Мне сейчас так холодно.

— ...

— Я думала, что твоя любовь ко мне возросла. Ублюдок. Твоя любовь изменилась?

Со слезами на глазах я отпустила колет. Он был помят и потерял форму, потому что я слишком крепко его сжимала.

Но даже этот потрёпанный вид тронул моё сердце. Я снова заснула, с болью в сердце отвернувшись от мятого колета.

Когда я проснулась, было уже позднее утро.

Я продолжала лениво лежать с открытыми глазами. Я думала, что заснула, дрожа от холода, но в моём теле оказалось больше сил, чем я думала.

‘Это не похоже на реальность, и моя память всё ещё в тумане... это всё ещё сон?’

Пока я думала об этом, я почувствовала что-то тёплое и опустила голову.

Как и ожидалось, роскошный колет, накинутый мне на плечи. Это был Энок.

Я огляделась и посмотрела на вход в пещеру. Утреннее солнце сияло сквозь каменные стены, которые были нагромождены по пояс. Кажется, дождь совсем прекратился.

У входа в пещеру стоял Энок. Он закатал рукава рубашки и увлечённо передвигал большие камни.

Возможно, из-за тех лет, которые он провел на поле боя, Энока больше интересовали такие вещи, чем проявление достоинства наследного принца.

Я подошла к Эноку в его колете.

Он взглянул на меня. Я думала, что он собирается что-то сказать, но он молча повернул голову и снова стал убирать камни.

Я уверена, что увидела во сне его колет и сказала: «Как ты можешь лежать на таком бесполезном теле?»

Может быть, это был не сон, а явь? Если это так...

‘Я пьяна? Я даже не пила. Почему я это сделала? Почему я сказала такую чепуху?’

Я немного побледнела. Мне неловко, не считая того, что меня беспокоит богохульство императорской семьи.

Но, к счастью, Энок выглядел так же, как обычно.

‘... должно быть, это был сон, раз уж ты мало что сказал сейчас, верно?’

Только тогда я немного успокоилась и повеселела, чтобы помочь ему убрать камни.

Однако,

— Кажется, любовь не изменилась.

— ...А?

Энок убрал все камни и оглянулся на меня. Положив одну руку на талию, он улыбнулся, указывая на колет.

— Разве колет всё ещё не любит тебя за то, что теперь он не лежит на моём бесполезном теле?

‘Чёрт возьми, это был не сон!’

Я смущенно закатила глаза, избегая его взгляда. И в тот момент: «Ублюдок. Твоя любовь изменилась?» — я всё ещё помнила свои последние слова.

— Это... Что вы имеете в виду?

— Вы собираетесь притворяться, что не знаете?

Энок задал забавный вопрос. Я что-то смущённо пробормотала и, наконец, ответила тихим голосом:

— Это… я просто говорила всякую ерунду во сне…

— Если бы вы дали ему милое имя, например, Коли, и просто забыли бы об этом, то этот ублюдок Коли расстроился бы.

Чёрт, ты слышал, как я ругнулась?

Я попыталась как-то сменить тему, поэтому закатила глаза и осторожно проговорила:

— Вы выглядите очень неловко, когда ругаетесь.

— Это потому, что я впервые произношу такое ругательство. Но миледи очень естественно выругалась.

Мне больше нечего было сказать.

— О, это не я. Я думаю, Вашему Высочеству, должно быть, приснилось. Я не могу произносить ругательные слова. Я аристократка.

Энок усмехнулся, расслабленно поглаживая подбородок, и рассмеялся.

— ...Если вы стесняетесь, то я притворюсь, что не знаю.

Он говорил так, как будто по-доброму.

Энок неторопливо подошёл ко мне и постучал пальцем по золотому воротнику колета на мне.

Его взгляд медленно поднялся с моего плеча на шею. Затем его глаза встретились с моими.

В уголках его губ появилась кривая улыбка. Он сказал так, как будто эта ситуация была очень интересной:

— Ну, юная леди была такой чудной. Так что в этом не было ничего странного.

‘Просто скажи, что это странно. Придурок.’

Мне ещё предстоит пройти долгий путь, чтобы улучшить свой имидж. Почему-то мне стало грустно, я даже вытерла несуществующие слёзы.

— Любовь юной леди к Коли, я поддерживаю вас обоих.

— Это не так!

Когда я наконец сердито закричала, он радостно расхохотался.

Я впервые увидела, как он так весело смеется. Я забыла о своём гневе и недоверчиво посмотрела на него.

Конечно, смех длился недолго. Вернувшись со спокойным лицом, он посмотрел на меня своим твёрдым взглядом.

— Наденьте этот колет, потому что я боюсь, что меня проклянут за бесполезное тело.

Он посмеивался надо мной до самого конца, чёрт возьми.

Нет, был ли Энок изначально таким человеком? Даже в оригинале принц с Маргарет был точно не таким!

Инцидент с колетом закончился на том, что я люблю Коли.

‘И что это за вывод?’

Как я и говорю, жизнь хреново распределяется временем. И что мне делать?

Рано утром мы утолили жажду, выпив воду из миски кокосового ореха, а затем утолили голод ягодами асаи.

Хотя кокосовая чаша и была полностью наполнена дождевой водой, она была настолько мала, что её не хватило бы для питья двум людям.

‘Хочу пить так много воды, как пожелаю...’

Может быть, днём я сделаю фильтр для питьевой воды или найду способ дистиллировать воду.

Обозначив пещеру как временный базовый лагерь, мы решили выходить на разведку по расписанию.

Мне пришлось провести здесь несколько дней, чтобы восстановить свою выносливость, но для этого я должна была как следует понять, что находится вокруг лагеря.

Когда я исследовала ближайший лес с Эноком, то волновалась, боясь столкновений с другими главными героями.

Но, к счастью, этого не произошло. По крайней мере, пока.

Я последовала за Эноком через кусты и остановилась, когда подол моего платья зацепился за ветку.

— Это проклятое платье...!

Чёрт возьми, скоро мне придется искать хижину. Думаю, там было немало современной одежды.

‘Я тоже хочу носить штаны!’

Это случилось, когда я уже некоторое время пыталась отцепить своё платье с ветки.

Большая рука протянулась из-за моей спины.

Это был Энок. Он очень легко убрал подол моего платья с ветки дерева.

Я посмотрела на него. В глаза сразу бросалась твёрдая линия его лица без единой эмоции. Он потянулся ко мне.

— Держите меня за руку.

— А? Зачем?

Я неосознанно спросила. Но он нахмурился, как будто ему не понравился мой ответ.

Боже мой, даже его хмурый взгляд выглядит и жутко, и красиво.

— Вы и дальше будете отставать? Не обижайтесь и возьмите меня за руку.

Он вёл себя так, будто был раздражён, но всегда приходил первым и заботился обо мне. Его слова и действия различались.

У меня не было причин отказываться от помощи Энока, поэтому я схватила его за руку.

Его руки были очень большими. Я тоже была высокой, но его руки были больше, его ноги были больше, и всё было больше, чем у меня, так что мне очень хотелось опереться на него.

Крепкое тело, сотканное из мускулов, и огромная сила. Он действительно был сильным и надёжным.

Возможно, именно поэтому главная героиня полагалась на него больше всего. Теперь я понимаю, почему Энок был главным героем романа.

Теперь держать его за руку больше не было непривычно или неловко. Но странно, что одна сторона моей груди защекотала.

Энок посмотрел на меня и спросил:

— Так неудобно?

Сила его хватки плавно ослабла.

— Я впервые держусь за руку с кем-то, поэтому мне трудно контролировать свою силу. Я надеюсь, вы понимаете. Если вы чувствуете себя некомфортно, пожалуйста, скажите мне.

Это был резкий, но очень дружелюбный тон.

Ты впервые держишься за руку с кем-то?

— Что?

— Ах, нет. Просто это удивительно, что Ваше Высочество впервые держится за руки с кем-то.

— Не было никого, кого я мог бы попросить держаться за руки.

Если подумать, Энок был совершенно одинок. Хотя это не было подробно рассмотрено в оригинале, я могу увидеть это через прошлые воспоминания Маргарет.

Возможно, он всё время был одинок, не в состоянии установить глубокие отношения с другими людьми.

Он всегда был одинок из-за своего неудачного происхождения, я также помню, что он страдал тяжёлыми последствиями после войны и держался подальше от людей.

Я собиралась пойти дальше, но на этот раз я почувствовала лёгкую боль в подошвах ног.

— Ай.

Кажется, у меня волдыри на ногах. Это объяснимо. Туфли на плоской подошве, которые только выглядят красиво, не годились для блуждания по этому лесу.

Энок услышал мой стон и оглянулся.

Он сказал: «Садись», - указывая на упавшее рядом дерево.

Я вздохнула, изо всех сил пытаясь подойти к упавшему дереву. Но почти сразу большая и тёплая рука дотронулась до моей талии.

Энок легко поднял меня и усадил на упавшее дерево.

— Вау, вы такой сильный.

Ой, я снова сказала какую-то глупость, сама того не осознавая. Глупое восклицание, должно быть, не было похоже на Маргарет.

— Вам лучше держать рот на замке, юная леди.

Как и ожидалось, Энок отругал меня.

Когда я закрыла рот, он сел на одно колено передо мной.

Он начал осторожно снимать туфли на плоской подошве с моих ног. Это выглядело немного странно.

Даже если подумать об этом. Не странно ли, что кронпринц Империи, презирающий меня, становится передо мной на колени и снимает с меня туфли?

Нет, это... очень странно.

Руки Энока коснулись моей голой лодыжки. Он свободно схватил мои стройные лодыжки своими большими руками.

‘Щекотно.’

Я поджала пальцы на ногах, сморщившись от боли.

— Ай.

— Подождите.

Вопреки своему холодному голосу, Энок внимательно осмотрел мои ноги, словно имел дело с хрустальной куклой. У меня были волдыри на ступнях и пятках.

— Это беда. Будет проблема, если волдырь лопнет.

Услышав мой шёпот, Энок посмотрел на меня, будто требовал объяснений.

Я пожала плечами и сказала:

— Если волдырь лопнет, и рана загноится, есть риск заражения.

Энок посмотрел на меня с выражением «Откуда ты это знаешь?».

— Это лишь здравый смысл.

— В конце концов, миледи отличается от обычных людей.

— Что? Вы оскорбляете моё прошлое из-за того, что ничего не знаете?

— Похоже, здесь что-то уже проколото, — Энок проигнорировал мой вопрос.

— Вы думали, что я не пойму, что вы имеете в виду, если будете говорить так изящно? Вы грубее, чем я думала.

— Я только что сделал ту же грубость, которую миледи сделала со мной в прошлом.

При словах Энока я прикусила губу. Я не могу это опровергнуть. Я буду единственной, кто окажется в невыгодном положении, если подниму эту тему.

Мне пришлось сменить тему:

— Всё равно в этом случае кожа может образовать собственную защитную пленку, если максимально не касаться волдыря. Было бы лучше вытереть его начисто и приложить пакет со льдом...

Я вздохнула.

— Прямо сейчас я ничего не могу сделать.

Лучше вернуться в пещеру, но для этого мне придётся снова надеть туфли на плоской подошве и пойти пешком.

Энок обеспокоенно посмотрел на мои ноги. Почему ты смотришь на чужие босые ноги? Это раздражает.

Вскоре он сунул мне в руку мои снятые туфли. Зачем?

Я посмотрела на Энока, но он без предупреждения вдруг обнял меня. Как будто обнимал принцессу.

Я был так удивлена, что обхватила его шею обеими руками, держа в руках свои туфли.

— Что это?

— Разве юная леди не говорила, что лучше не трогать волдыри? Если не хотите упасть, держись крепче.

Немного поразмыслив над словами Энока, я положила туфли на свой живот и покрепче обняла его.

Наши тела были плотно прижаты друг к другу. Я даже чувствовала, как бьётся его сердце.

Я чувствовала себя странно и была немного смущена, поэтому пыталась отвести взгляд.

Так закончилась экспедиция неподалёку от пещеры с волдырями на ногах.

‘Ладно, завтра я снова отправлюсь на разведку.’

Сколько времени у нас осталось?

Я молча смотрела на небо, пока меня обнимал Энок. Солнце садилось.

Энок тихо обнял меня и начал путь. Он был действительно надёжным. Так что я вдруг решила, что было бы хорошо, если бы он не изменился даже после встречи с главной героиней.

Если так и будет, я не думаю, что было бы плохо остаться с ним вместе.

— Я стала совсем другим человеком. Можно сказать, что я родилась заново.

Я зря проговорила такие бесполезные слова.

Энок некоторое время не отвечал. Может быть, он игнорировал меня, потому что у меня есть привычка говорить глупости.

Пока я размышляла, Энок заговорил:

— Да. По крайней мере, разговаривать с миледи уже не так неприятно, как раньше, — пробормотал Энок.

Я просмотрела воспоминания о прошлом Маргарет. Ясно, что Энок и Маргарет в прошлом не были хорошими собеседниками.

— Но не случится такого, что я влюблюсь в юную леди.

Я снова подняла голову, услышав слова Энока, которые прозвучали, как молния. И наши взгляды встретились. Его глаза были спокойны, как ночь перед бурей.

— Это просто обязанность джентльмена помочь юной леди. Поэтому я надеюсь, что у вас нет напрасных ожиданий.

Энок внезапно провёл черту.

Я понимаю, что он имел в виду.

Зная то, что разговор между ними не получится, Маргарет сказала довольно резко:

— Честно говоря, я не знаю, почему Ваше Высочество так настаивает на том, чтобы вы не женились или не обручились со мной. У меня есть то, чего нет у вас, Ваше Высочество. Я чистой благородной крови.

Маргарет принадлежала к тому типу людей, которые не возражали против таких разговоров, даже если Энок ей нравился.

Верно. Как бы ни был добр ко мне Энок, я не думаю, что я ему когда-нибудь понравлюсь, учитывая все грехи, совершённые оригинальной Маргарет.

‘Как и ожидалось, бежать в бункер в одиночку — лучший выбор.’

Я повернула голову с этой мыслью и заметила нечто странное.

— Подождите минутку, Ваше Высочество. Этот камень... он движется, нет?

Энок повернул голову в указанном мной направлении.

Там был невысокий холм, а на конце крутого обрыва того холма была большая круглая скала.

Я не знаю, почему такая твёрдая и большая скала лежит на другой, которая вот-вот рухнет.

— Не знаю. Камень движется... Может вы ошиблись?

Это и называется мираж? На его слова я лишь нахмурилась.

Странно. Он точно двинулся...

Однако, как сказал Энок, даже если я смотрела прямо на скалу, чтобы увидеть, не ошибаюсь ли я, она совсем не двигалась. В конце концов, я немного повернула голову в сторону Энока:

— В любом случае, я рада, что вам больше не неудобно разговаривать с этой надоедливой женщиной.

— Есть много поводов для радости.

Это сарказм?

Сбитая с толку, я посмотрела на его лицо, но он не изменил своего выражения.

Внезапно откуда-то раздался громкий голос, и земля слегка вздрогнула.

Зловещее чувство пронзило всё моё тело.

Что-то упало на землю. Затем последовал звук шагов.

Я инстинктивно оглянулась на камень на утёсе.

К сожалению, на там уже не было той скалы, о которой я думала несколько минут назад.

Когда я посмотрела на небо, солнце уже садилось, а в густом лесу и так было немного темно.

Но не так темно, как в прошлый раз...

— Ч-что это?

Я сильно схватила воротник Энока.

Всё ещё обнимая меня, Энок медленно отступил на шаг. Мне казалось, что моя кровь стынет. Мои руки дрожали.

На этот раз я услышала звук с другой стороны. Я быстро повернула голову, но в поле зрения никого не было.

Звук, который я услышала сзади. Нечто сократило расстояние, между нами, на большой скорости.

Звук шагов не был слышен только в одном или двух местах. Другими словами, собралось несколько монстров.

— Ваше Высочество! Бегите...!

В то же время несколько волков выпрыгнули из-за кустов. Сцена текла так медленно, как замедленное видео. Такими темпами мы оба окажемся в опасности.

Как только я приняла решение, я толкнула Энока изо всех сил. И меня швырнуло, я грубо покатилась по земле.

— Миледи!

Три волка приземлились на то место, где мы стояли раньше. Энок, стоявший по другую сторону от волка, озадаченно смотрел на меня.

Затем волк раскрыл свою огромную пасть, развернувшись ко мне.

Открытая пасть была размеров с две мои головы.

Липкая слизь, вытекшая изо рта волчьего монстра, расплескалась по земле.

Среди острых зубов торчал длинный язык, похожий на змеиный. Язык, который извивался, как щупальце, поднялся в небо и скользнул вниз в том направлении, где я сидела.

Я быстро отошла в сторону. Язык монстра застрял в том месте, где я стояла некоторое время назад.

В моей голове не осталось мыслей.

‘Я должна выжить. Я могу сделать это сама. Не буду обузой для Энока.’

Я встала, едва поддерживая себя дрожащими руками. Тогда я быстро подобрала упавшие рядом туфли на плоской подошве и надела их.

Тяжёлый звук эхом разнёсся по земле.

Издалека Энок убил чудовище, проткнув его веткой.

Он побежал прямо ко мне. Потом он поднял меня и подтолкнул за спину.

Как только я увидела его твёрдую спину, в одно мгновение на меня нахлынуло чувство облегчения. Я схватила колет Энока, как спасательный круг, и быстро оценила ситуацию.

Два оставшихся монстра повернулись к нам, размахивая хвостами.

Я подобрала ветку, лежащую на земле. Это было бесполезное оружие, но я крепко держала её, словно это был мой талисман.

— Держитесь позади меня, — сказал Энок напряжённым голосом.

Однако монстр-волк был разумным существом. Они разделились на две группы и напали на нас, как будто гнались за добычей.

Быть за спиной Энока бесполезно.

Я снова покатилась по земле, избегая атакующих монстров. Я не знала, как повезло Маргарет, что у неё оказалось такое гибкое тело.

Мне показалось, что мне удалось отойти от монстра, но его острые зубы зацепились за кружево на подоле моего платья.

— Какого чёрта!

На мой крик Энок обернулся и посмотрел на меня. Он пнул бегущего ко мне монстра ногами, а затем поспешно протянул мне руку.

Однако монстр был быстрее. Он схватил зубами подол моего платья и туго затянул его.

Благодаря этому я упала на землю, как будто меня бросили. Вскоре после этого язык монстра прошел через моё платье и обвил мои лодыжки.

— Ой! Чёрт, почему это происходит со мной...!

— Миледи!

Меня куда-то грубо потащили.

‘Чёрт!’

Было сложно понять, как обстоят дела, потому что меня тащил монстр.

Огромная сила, удерживающая мои лодыжки, увеличилась, а затем на мгновение ослабла. Потом моё тело было подброшено в воздух.

Но я тут же снова упала на землю.

Земля тряслась. И какой-то тяжёлый предмет упал. Казалось, это был монстр, который тащит меня прочь.

Когда я пришла в себя, я уже была на чьём-то плече. Как и ожидалось, это был Энок.

Да, только Энок мог меня так спасти.

Он оставил меня перед упавшим деревом и пошёл обратно тем же путём, которым пришёл.

Когда он взмахнул веткой, я увидела струйку чёрной крови, которая, казалось, принадлежала монстру.

Траектория ветки, брошенной в чудовище, чьё тело приняло странную форму, была идеальна.

Движение монстра уже остановилось. Хотя казалось очевидным, что чудовище мертво, Энок не остановился.

Я посмотрела на землю, пропитанную чёрной кровью монстра, а затем подняла голову.

На левой руке Энока была рана. По разорванной рубашке текла тёмно-красная кровь.

‘...Я только что вспомнила. Каковы были последствия войны у Энока?’

Когда он видит человеческую кровь, он сходит с ума.

‘Я должна остановить его.’

В противном случае целью, которую он найдёт позже, стану я.

Я нашла твёрдую ветку, побежала прямо к Эноку и ударила его по голове. К счастью, он пошатнулся — как будто я ударила его в нужное место, а затем потерял сознание.

С другой стороны, монстры, казалось, уже давно мертвы.

Дрожащими руками я подняла тяжёлое тело Энока.

***

Я не знаю, как я вернулась с ним в пещеру.

Кроме того, рана на предплечье Энока казалась довольно серьёзной. Кажется, в острых когтях монстра был яд.

Я положила его на плоский пол пещеры. Если человек заражён ядом, то нужно немедленно остановить его распространение по всему телу.

В миске кокоса ещё осталась вода со вчерашнего вечера. Я тут же разорвала подол своего платья и намочила его в воде в миске кокоса. Затем, используя мокрый край платья как полотенце, я вытерла раненое место.

— Что, если он и вправду заражён ядом...?

Я знаю, как оказывать первую помощь, но я не врач.

— Всё же я постараюсь.

Я просто не могу оставить его одного.

В итоге я еще больше разорвала подол своего платья и привязала его к предплечью Энока. Чтобы яд не распространился дальше, часть над раной я туго перевязала.

Волдыри на ногах тоже лопнули. Мне ничего не оставалось, как вытереть рану мокрой тряпкой и ещё больше разорвать подол платья, чтобы перевязать свои ноги.

Всё, что я могу сделать, это молиться, чтобы не было инфекции.

Потом пришла усталость, но я её выдержала.

Я крепко связала запястье Энока тканью.

— Ах, что это...

Похоже, Энок проснулся.

Он посмотрел на меня своими звериными глазами. Мокрые от пота чёлка и щёки привлекли моё внимание. Он выглядел таким несчастным.

Но я безжалостно толкнула его в плечо и уложила.

— Вам нужно спокойно поспать.

Конечно же, он меня не слушал.

— Развяжите это. Сейчас же, — зарычал Энок, как зверь, предупреждая меня.

Пока он пытался развязать связанные запястья, я поспешно подняла палец и поднесла его к его носу.

В тот момент я не знаю, откуда появился тот тон, которым я дрессировала собак.

— Остановитесь. Оставайтесь на месте.

— Что...!

— Остановитесь.

Я снова твердо сказала:

— Всё в порядке. Всё в порядке, оставайтесь на месте.

Я думала, что это не сработает. Так что я ожидала, что он скоро снова станет бороться, но это было на удивление эффективно.

Глаза Энока, зоркие, как у дикого зверя, постепенно потускнели. Я с любопытством посмотрела на успокоившегося Энока.

‘Тебя правда можно успокоить этим? Я никогда не видела такой реакции даже в оригинале.’

Конечно, в романе была и история, где Энок сходит с ума, когда видит кровь. Но так как это роман R-19, Юанна, главная героиня, помогает ему...

Я быстро перевела свои мысли в другое русло.

Во всяком случае, я помню, что «событие высокого уровня» Юанны и Энока произошло из-за симптомов его припадка. После этого инцидента отношения между ними стали глубже…

Что ясно, так это то, что ситуация, которая стала романтической для Юанны, была для меня сплошным выживанием.

‘И как всегда я в беде. Чёрт.’

Не было времени глубоко задумываться. Возможно, из-за ран у Энока всю ночь была лихорадка.

— Пожалуйста, я надеюсь, температура скоро спадёт…

К счастью, никаких дополнительных симптомов шока не возникло, и состояние раны постепенно улучшалось. Я думаю, мне просто нужно немного сбить температуру.

Вытерев его потное лицо мокрой тряпкой во время молитвы, я устала и медленно заснула.

Пока я сидела рядом с ним и дремала, внезапно наступило утро.

К счастью, лихорадка Энока спала. Я была удивлена, увидев, что он проснулся, и спросила:

— Вы в порядке?

Он кивнул с озабоченным лицом.

Его состояние улучшилось, но ему нужны лекарства, чтобы правильно залечить рану. Если оставить всё как есть, состояние Энока может ухудшиться.

Я встала, нервно кусая ногти.

— Я принесу немного трав. Я скоро вернусь, поэтому, пожалуйста, подождите.

Я не знаю, правильно ли услышал меня Энок или нет. Он просто смотрел на меня ничего не выражающими глазами.

Я ещё раз проверила его состояние и вышла из пещеры.

Я размышляла, как найти лечебную траву для его ран в этом огромном лесу, но его состояние было очень плохим. Я не могла просто сидеть и смотреть.

‘Я должна вернуться, пока не стемнело.’

Гуляя по лесу и ища травы, я услышала шорох перед собой.

Я воспользовалась моментом, чтобы отдышаться.

Это монстр? Ни за что, полуденный солнечный свет был слишком ярким, чтобы монстр мог появиться.

Это человек? Если это человек, то это тоже немаловажно. Потому что единственными людьми на этом острове были пять главных героев, Юанна и я.

Что бы это ни было, я не хотела сталкиваться с этим, поэтому я медленно сделала шаг назад. Мои руки вспотели от напряжения.

Это случилось, когда я шла назад, вытирая потные ладони о платье.

Я услышала звук шагов по листьям сзади, а не впереди меня.

Когда я удивленно обернулась, первыми в поле зрения попались серебристые волосы. А потом я увидела красные глаза, как кровь.

Должно быть, он и раньше был впереди меня, но, когда он успел так быстро отстать?

Кроме того, серебристые волосы и красные глаза. Я знаю, кто он.

Глаза человека, нашедшего меня, медленно расширились:

— Хм? Что это? Есть ещё один человек?

‘Чёрт!’

Я быстро развернулась и побежала.

Я встретилась с пятым главным героем, которого нужно избегать.

Это Кайден Блейк Роде, один из главных героев романа «Вещи более важные, чем выживание».

‘Когда я читала роман, он был моим любимым персонажем, но я никогда не хотела встретиться с ним лично, потому что он был самым сумасшедшим!’

В оригинале человеком, который больше всего ненавидел Маргарет, был Энок, а человеком, который угрожал ей больше всего, был Кайден.

В конце концов Маргарет погибла от рук Кайдена. В убийстве участвовали и другие главные герои, но именно он решительно убил Маргарет.

И всё же, жизнь реально хреново распределяется временем!

Я отчаянно побежала через кусты, чтобы сбежать от Кайдена. Незнакомые пейзажи быстро пролетали в моих глазах.

Это было крайне опасно, потому что я бежала в неизвестном направлении. Я могла столкнуться с дикими животными или упасть, не заметив скалы.

Но всё, о чём я могла думать, это как сбежать от Кайдена.

— Подожди минутку!

Голос Кайдена был слышен за моей спиной.

Не то чтобы я забыла, что могу случайно столкнуться с другими персонажами. Тем не менее, такая внезапная встреча стала для меня настоящим шоком.

В конце концов меня поймала рука Кайдена, и я покатилась вместе с ним, пытаясь вырваться. Он забрался на меня сверху и стал сдерживать обеими руками.

— Эй, подожди минутку!

После упорной борьбы я получила удар в скулу кулоном, упавшим с его мантии.

— Ауч!

— Ты в порядке?

Кайден заботливо осмотрел моё лицо.

Тогда я успокоилась и подняла кулон, который ударил меня. Это был металлический кулон в форме сияющего солнца.

Глядя на то, насколько он тяжелый, думаю, что у меня может остаться синяк.

Кайден, изучающий моё лицо, нахмурился и наклонил голову:

— Где я тебя видел?

Я избегала его взгляда, прикусив нижнюю губу. Я попытался приложить силу к своему запястью, но не смогла даже пошевелиться из-за чудовищной силы Кайдена.

— Знакомо выглядишь.

Неловкая тишина продолжалась.

— Ой, прости меня. Сильно болит? Поднимайся.

Кайден с опозданием спустился с моего тела и поднял меня. Конечно же, он сразу схватил меня за руку и не отпускал.

— Пожалуйста, пойми. В таком глухом месте я вдруг встретил женщину, похожую на аристократку, конечно, это выглядит подозрительно, — Кайден улыбнулся, вынуждая меня проявить понимание.

С рациональной точки зрения, я понимала, но я злилась.

Во-первых, он, кажется, ещё не встретил главную героиню. Потому что на первый взгляд он казался одиноким.

Когда он качнул головой, я услышала звук ударяющихся друг о друга серёг.

Я посмотрела на серьгу в его правом ухе. Именно она часто описывалась в оригинале.

В детстве храм похитил его и подвергнул экспериментам. Без серёжек он не мог контролировать свою магическую силу.

В то время выяснилось, что похищенный мальчик был вторым сыном семьи Роде, и общественность гудела, но маркиз Роде заключил сделку с храмом, и дело было закрыто. Кайден стал единственной трагической жертвой.

Эксперименты проводились в храме и спонсировались его семьей. Из-за этого прошлого он возненавидел свою семью и храм.

Маргарет, кстати, тоже продвигала и спонсировала эксперимент с «приворотным зельем» в храме тогда.

В результате Кайден приехал навестить герцога Флоне, чтобы всё закончить, но Маргарет не отказалась от своего решения и продолжала спонсировать эксперимент.

Этот инцидент вызывал ненависть Кайдена к Маргарет.

— Не знаю, я не могу вспомнить, где видел твоё лицо, — сказал с привлекательной улыбкой Кайден, который спустя долгое время отвёл взгляд от моего лица.

К счастью, кажется, что он не помнит, как выглядит Маргарет.

— Но ты правда красивая.

...как он может говорить об этом в такой ситуации?

Если бы я была на его месте, то я бы сначала сказала: «Я не знала, что здесь есть кто-то ещё, кроме меня». «Что, чёрт возьми, ты здесь делаешь?» или «Кто ты?». Или, как Энок, он мог бы спросить: «Это вы виноваты?»

Но Кайден не произнёс ни один из ожидаемых вопросов.

Он спросил меня с ужасающим блеском в глазах:

— Почему ты убегала?

Я решила держать рот на замке. Потому, что я не хотела привлекать его внимание или обижать его, открывая рот просто так.

— Ты не можешь говорить? Странно, ты же кричала некоторое время назад.

Кажется, он хочет, чтобы я как-то заговорила. Я занервничала, как только увидела его красные глаза, сияющие безумием.

‘Он же не собирается сходить с ума, как Энок, верно?’

Насколько я помню, в оригинале его серьга для управления магией была сломана, когда он очнулся на этом острове.

Благодаря этому мана в его теле не очищалась и застаивалась, вызывая проблемы. У него внезапно поднялась высокая температура, и иногда он серьёзно терял контроль над своими эмоциями.

И единственным человеком, который мог его успокоить, была Юанна. Конечно, метод был таким же, как и в случае с Эноком, когда он потерял контроль, увидев кровь.

…ну, эта так называемая любовь.

Как бы то ни было, я думала о том, не подготовить ли Кайдену метод дрессировки собак, как в случае с Эноком, и вдруг он опустил голову, склонившись ко мне.

Тёплое дыхание защекотало моё чувствительное ухо.

— Или ты не хочешь со мной разговаривать? Даже если ты не хочешь говорить, тебе придётся это сделать. Тогда ты позволишь мне открыть свой рот?

— ...что вы хотите?

Наконец, я заговорила. Услышав мой голос, Кайден мягко улыбнулся.

У него была очень красивая внешность. Может быть, из-за его светлого цвета волос, но его зоркие глаза выглядели как у неукрощенного дикого зверя.

Причина, по которой мне нравился Кайден, заключалась в его внешности.

Взгляд Кайдена снова скользнул по моему лицу:

— Даже твой голос прекрасен.

— Я прекрасна во всём. Но почему вы говорите неформально?

На мой вопрос Кайден равнодушно пожал плечами:

— Так получается более дружелюбно. Можешь тоже говорить неформально.

Почему я должна быть дружелюбна с тобой!

Но он, похоже, не собирался говорить официально.

Хотя Кайден был ребячливым человеком, мы ещё не знали друг друга, так что правильнее было бы говорить официально.

Даже поскольку мы с Эноком знали друг друга, мы не могли разговаривать неформально.

Но Кайден был первым, кто заговорил неформально, разве не будет справедливо, если я сделаю то же самое?

— Эй, отпусти меня!

— Не хочу.

Однако Кайдена, похоже, не особенно заботило, говорю я неформально или нет.

— Неважно, как я посмотрю... ты мне кое-кого напоминаешь.

Кайден придирчиво осмотрел меня.

Что ж, совсем недавно он пришёл в особняк Флоне и попросил Маргарет прекратить спонсировать эксперимент.

Но Маргарет отклонила просьбу Кайдена и немедленно ушла от него, так что времени для личной встречи было очень мало. Ничего странного, если он не может вспомнить её лицо.

— Ты кто? — спросила я, пытаясь остановить его размышления.

— Кайден Блейк Роде.

Кайден посмотрела на меня с привлекательной улыбкой на ямочках:

— Знаешь меня?

— Нет, — я решительно замотала головой.

Он взглянул мне в лицо, наклонив голову, и улыбнулся, потом вдруг остановился и посмотрел мне прямо в глаза. Я избегала его взгляда со зловещим предчувствием.

— О, подожди. Кажется, я вспомнил. Ты немного похожа на сумасшедшую леди Империи Лэнгриджа.

Что значит сумасшедшую? Да с кем ты разговариваешь? Только ты здесь сумасшедший.

— Не считаешь, что это грубо, произносить такое?

— Ты молодая леди Флоне, нет?

Я нахмурилась и отрицательно покачала головой.

Затем Кайден рассмеялся, как будто это выглядело занимательно.

Он не выглядел так, будто узнал моё лицо и притворился, что не знает. Однако при следующих словах Кайдена у меня перехватило дыхание.

— Правда? Какое облегчение. Я так сильно её ненавижу.

Кайден сказал в шутку, но я почувствовала, как стынет моя кровь.

Это отличалось от угрозы Энока мне. Кайден был тем, кто действительно мог меня убить.

Я чувствовала угрозу и занервничала.

— А? Но...

Он тут же наклонил голову и уткнулся носом мне в изгиб шеи.

— Есть что-то странное в твоём теле.

Горячее дыхание защекотало мою шею. Так близко, что я чувствовала, как его губы касаются моей кожи.

Я нахмурилась от этого неожиданного прикосновения.

Однако я сразу приняла это за возможность. Я посмотрела на него и сильно толкнула.

‘Сейчас!’

Воспользовавшись этим, я пнула его по голени и быстро встала. Он застонал от боли и упал.

Я быстро пришла в себя и побежала прямо через кусты.

Я услышала шаги, преследующие меня за спиной.

Я запыхалась. Капли пота стекали по моему виску и тут же падали на кончик подбородка. Даже если он не собирался убивать меня сейчас, я не хочу больше связываться с ним. Потому что я не хочу тратить время на дрожь от страха, что однажды умру от его руки.

Одного Энока было достаточно, чтобы напугать меня.

Я притормозила, чтобы свернуть за угол, и пошла прямо вниз по склону.

— Ха ха.

У меня сбилось дыхание.

— Подожди минутку! Подожди!

Я стиснула зубы, услышав голос Кайдена, донёсшийся издалека.

Перед собой я увидела огромное толстое дерево. Толстые ветки тянулись вниз по склону.

Я ускорилась и подпрыгнула. Затем, слегка повиснув на ветке, тянувшейся вниз по склону, спрыгнула прямо вниз.

Я слегка перекатилась по земле, чтобы уменьшить удар. Платье было в полном беспорядке, и на моём лице была грязь, но, конечно же, сейчас у меня не было сил заботиться о своём лице.

Я снова вскочила и побежала как сумасшедшая.

К тому моменту, когда мне показалось, что я уже не чувствую чьего-либо присутствия за спиной, я споткнулась о камень и скатилась с покатой скалы. Всё продолжало вертеться, пока я падала и катилась вниз.

Моё тело, которое катилось, врезалось в твёрдое дерево и, наконец, остановилось. Тогда я закричала от боли.

'Чёрт, что, если я сломала рёбра?'

Чем больше возрастала моя боль, тем туманнее становилось моё зрение.

'Ну, я смогла сбежать от Кайдена.'

Думаю, я нашла скрытый талант Маргарет.

Мастер по побегам.

Я потеряла сознание после похвалы самой себе.

Когда я проснулась, моё тело лежало там, где я упала.

Всё болело так, как будто меня избили. Я стиснула зубы и поднялась.

Вопреки моим опасениям, рёбра, похоже, не были сломаны. К счастью, Кайден, похоже, тоже ещё не нашёл меня.

Тогда я поняла, что держу что-то в руке. Я разжала руку и увидела сияющий кулон Кайдена.

‘Он побежал за мной из-за этого?’

Тогда я почувствовала колющую боль от подошв ног и пяток.

Я сунула кулон в карман платья и немного приспустила туфли. Там была кровь. Похоже, волдырь снова лопнул.

Я разорвала подол своего платья. Затем выбросила окровавленную ткань и обернула ноги новой тканью. Даже в ситуациях, когда дезинфекция невозможна, нужно защитить рану.

После лечения я снова надела туфли. Потом я посмотрела на небо, чтобы определить время. Небо было бледно-лиловым.

— Было около полудня, когда за мной гнался Кайден… Сейчас уже сумерки?

Не знаю, сколько я пролежала без сознания.

Но если сейчас сумерки, а не рассвет, то идти куда-либо будет опасно. Потому что близится время монстров.

— Энок, должно быть, сейчас один в пещере, раненый...

Я покачала головой, думая об этом. Сейчас я должна беспокоиться о себе, а не об Эноке. Спокойно оглядевшись, я нашла место, чтобы спрятаться.

К счастью, монстров поблизости не было.

Тем не менее, я беспокоилась, поэтому свела свои движения к минимуму и спряталась под большим камнем.

Пока я топталась под камнем, что-то твёрдое попало мне под ноги.

— ... А?

Я вылезла из-под камня, склонила голову и заглянула внутрь. Там было что-то вроде белой коробки.

Я протянула руку, с трудом вынула предмет и осмотрела его. На крышке прямоугольной коробки был выгравирован символ красного креста.

Это незнакомый объект, который не подходит для этих джунглей. Некоторое время я озадаченно смотрела на коробку.

— Эй, стоп. Красный крест? Может ли это быть...?

Из-за слияния моих воспоминаний с Маргарет какое-то время у меня в голове были только воспоминания об Империи Лэнгриджа, и я не cмогла быстро узнать аптечку.

Когда я открыла коробку и обнаружила внутри лекарство, я мысленно закричала «Эврика!».

— Я выжила.

Похоже, это был тот же предмет, что и аптечка, которую Юанна нашла в оригинале.

Я тщательно проверила лекарства. Всё написано на корейском. Вот почему персонажи, не знавшие хангыль, не могли использовать даже половину лекарств.

[П.п.: хангыль — корейская письменность.]

На краткий миг радости я услышала издалека волчий вой и поспешно ушла под скалу с аптечкой в руке. У меня были судороги в ноге, но я не могла выбраться.

Я закрыла рот рукой и спряталась под камень, затаив дыхание.

Десятки тысяч мыслей пронеслись в моей голове. По сравнению с тем временем, когда я была с Эноком, меня окутал непреодолимый страх.

В то же время я услышала звук шагов где-то по траве. Моё тело застыло, как будто меня облили холодной водой.

Я так боялась, что моё сердце остановится. Я не могла пошевелиться и затаила дыхание.

На этот раз звук шагов, доносившихся с небольшого расстояния, продвигался медленно.

Затем он остановился,

А потом отступил назад,

Снова остановился.

Это был такой шаг, как если бы он что-то искал. Это Кайден?

Когда звук максимально приблизился, моё сердце забилось ещё быстрее.

Если так будет и дальше, думаю я закричу, поэтому я закрыла свой рот обеими руками.

Пара ног остановилась перед моими глазами.

Ноги, видневшиеся сквозь щель в скале, были покрыты чёрными волосами.

Это большие ноги. Нога в два раза больше ноги взрослого мужчины.

Ноги, которые стояли передом в сторону, медленно повернулись. Ноги, двигавшиеся против часовой стрелки, в какой-то момент остановились. Его пальцы смотрели на меня.

Я думала, что моё сердце остановилось. Сама того не осознавая, я затаила дыхание.

Неизвестный зверь опустился на одно колено и медленно сел.

Затем сквозь щель в скале просунулся палец с пушистыми волосами. Тело также медленно спускалось вниз.

‘О, нет.’

Я не могла отвести взгляд и продолжала дрожать с открытыми глазами. Что если я умру так?

Тогда.

Внезапно по всему лесу разнёсся громкий рёв.

Движение зверя, склонившегося передо мной, остановилось. Его верхняя часть тела развернулась.

Зверь, который давно куда-то смотрел, вдруг встал. Рука, дотянувшаяся до каменной щели, тоже отодвинулась.

Потом.

Зверь громкими шагами побежал куда-то.

Пока зверь совсем не исчез и не было слышно ни звука, только тогда я вздрогнула на месте.

К счастью, время, когда я проснулась после того, как потеряла сознание, было не вечером, а утром. Небо медленно начало проясняться.

Я не могла выбраться из скалы, пока солнце полностью не взошло.

— ... Что за чёрт это было?

Это не было похоже на типичную форму дикого животного. С другой стороны, были только монстры, но это был монстр, которого я никогда не встречала в романе.

Монстры, появляющиеся в романе «Вещи более важные, чем выживание», в основном являются существами, существующими на Земле, поэтому не было монстров, которые выглядели бы столь неоднородными.

Кажется, я читала описание, что они постоянно трансформируются и развивают свои тела, но это не точно.

— Если подумать, то последние волкообразные монстры, с которыми я встретилась, тоже понемногу изменяли своё тело.

Теперь содержание романа, которое я прочитала, также начало исчезать. Моя голова пульсировала.

Шок, пережитый некоторое время назад, не прошёл так легко.

Смогу ли я выжить на этом острове в конце концов?

Я присела на корточки перед скалой с аптечкой в руке и огляделась. Светило утреннее солнце, но я колебалась, потому что боялась, могут выскочить монстры.

Только в полдень, когда уже ярко светило солнце, я начала осторожно двигаться.

Я не знаю, где это место, но смогу ли я найти пещеру, где меня ждёт Энок?

Впервые я так сильно скучаю по Эноку. Думаю, мой разум успокоится только тогда, когда я его увижу.

К счастью, у меня было хорошее зрение, и мне не составило труда найти пещеру, где я провела две ночи с Эноком.

Однако, вопреки ожиданиям, Энока в пещере не оказалось.

Я, удивлённая, стояла перед пещерой с аптечкой в руках.

Никогда не думала, что он может уйти.

Он пошёл к главной героине? Возможно, он встретил Юанну, пока меня не было. Да, если бы он встретил её, конечно, он ушёл бы от меня без каких-либо сожалений.

На меня нахлынула печаль. Тем более, что моя жизнь некоторое время назад была под угрозой, и я очень скучала по нему.

Проведя с ним несколько дней, я, кажется, сблизилась с ним.

Все ли его раны зажили? Хотя, похоже, он хорошо поправился.

Уходить было нелегко, но без Энока не было причин оставаться здесь. Мне придется найти бункер самостоятельно, как и планировалось изначально. В любом случае, я смогу выжить одна.

‘Да, сделаю всё так как и задумывала изначально.’

Определив план дальнейших действий, я пошла на выход из пещеры.

Тогда я столкнулась с мужчиной, стоящим сразу перед входом.

Чёрные волосы, золотые глаза и даже едва видимая родинка под его левым глазом.

Красочная форма была порвана в нескольких местах. Мужчина стоял неподвижно, удивлённо глядя на меня.

Это был Энок.

Я не могла увидеть раны на его предплечье, потому что он был в колете, но, когда я посмотрела на цвет его лица, он выглядел вполне нормально.

— Ах... Я думала, вы ушли. Вашему телу, кажется, стало лучше. Какое облегчение.

Затем я немного неловко улыбнулась и взяла в руки аптечку.

— Я сказала вам, что собираюсь искать травы. Я нашла их. Точнее, это не травы, а аптечка.

Только после этой тарабарщины я с опозданием поняла, что он не знает слова «аптечка».

Взгляд Энока медленно опустился, уставившись на аптечку, которую я держала в руках.

Долго разглядывая её, он вдруг, пошатываясь, двинулся ко мне. Затем он стиснул зубы и свирепо посмотрел на меня.

Его аура казалось настолько кровавой, что я сделала шаг назад. Но чем дальше я шла, тем ближе он подходил ко мне.

— Ты в порядке? — спросил меня Энок голосом, в котором, казалось, звучал гнев.

Я кивнула с озадаченным видом.

— ... Ваше Высочество?

Я позвала его из любопытства, а он холодно посмотрел на меня, и проговорил:

— Энок.

— А?

— Зови меня Энок.

— А...? Почему?

Энок сердито изогнул брови в ответ на мой вопрос. Затем он слегка прикусил нижнюю губу и посмотрел на меня с сожалением.

На мгновение моё сердце пропустило удар.

‘Вау...’

Такое лицо вне закона.

Как и ожидалось, люди склонны меняться, когда их загоняют в экстремальные условия. Поэтому? Или это потому, что отношения улучшаются с течением времени?

— Я больше не пострадаю, поэтому не делай ничего опасного, чтобы найти эту лекарственную траву.

Энок схватил меня за плечи. Затем он слегка прислонился своим лбом к моему. Кончик моего носа, касавшийся его носа, немного щекотал.

И тогда я поняла. Его руки на моих плечах слегка дрожали.

— Я волновался.

Я на мгновение перестала дышать от этого низкого голоса, который услышала прямо перед собой.

В одно мгновение я чуть не влюбилась в него.

О, это было опасно. Зачем, зачем ты вдруг делаешь это?

***

Энок пришёл в себя.

Он не знал, сколько времени прошло. Прохладный полуденный воздух коснулся кончика его носа.

Он снова прилёг, моргая глазами и оглядываясь. Потом осторожно встал и сел. Острая боль исходила от его предплечья.

Он нахмурился и посмотрел на свою левую руку. Вокруг его руки была обернута белая ткань, кусок платья Маргарет.

‘Где Маргарет?’

Он лежал в знакомой пещере, а за пределами пещеры он мог видеть красное закатное небо.

Солнце садилось. Другими словами, выходить на улицу в этот час было крайне опасно. Это вывод, к которому он пришёл в результате своих наблюдений вместе с Маргарет.

Монстры, которые нападали на него и Маргарет, не появлялись днём, а появлялись только когда стемнело.

Энок снова внимательно огляделся. В пещере был только он один. Маргарет, казалось, вышла из пещеры.

«Я принесу немного трав. Я скоро вернусь, поэтому, пожалуйста, подождите».

Если подумать, Маргарет сказала что-то подобное, пока он был без сознания.

‘Чёрт.’

Энок поспешно встал со своего места. В руке он держал деревянный стержень, который приложил к стене пещеры. Он сделал его заменой оружию.

Он бы взял кинжал, если бы знал, что окажется в такой ситуации. Но он работал в императорском дворце до тех пор, пока не открыл глаза на этом незнакомом острове. Так что у него не могло было быть оружия или чего-то подобного.

Он один раз проверил деревянный стержень и выглянул из пещеры. Тем не менее, не было никаких признаков присутствия Маргарет.

Волчий вой разнёсся по кустам. Энок крепко сжал деревянную палку и огляделся, встав в позу полной готовности.

— Куда, чёрт побери, она ушла?

Он обыскал территорию вокруг пещеры, изо всех сил пытаясь сдержать бранные слова. Однако признаков Маргарет не было.

У неё нет особой выносливости, и она слаба. С таким телом она не сможет выжить в такую ночь, когда вокруг бродят монстры.

Пока Энок стиснул зубы и бродил по лесу, солнце село и наступила тёмная ночь.

Тем не менее, он не переставал искать Маргарет.

Почему он так делал? Если бы это был он, обычный, он бы и не подумал найти её, рискуя собственной жизнью. Но сейчас он просто не мог оставить её одну.

«Люди склонны меняться, когда их загоняют в экстремальные условия.»

Определённо, она не та Маргарет, которую он знал. Он был уверен.

«Я думала, что твоя любовь ко мне возросла. Ублюдок. Твоя любовь изменилась?»

И были какие-то странности. Было такое странное ощущение, что мало было сказать, что она просто изменилась.

Было ли это потому, что она внезапно оказалась в экстремальной среде, как она и сказала?

Тыльной стороной ладони он вытер стекающий по виску пот. И он огляделся, нервы были напряжены.

Где-то в этом лесу Маргарет может дрожать от страха в ожидании помощи.

Внезапно Энок понял, что был слишком суров с женщиной, которая ужасно в него влюблена, и на сердце у него стало тяжело.

‘Я даже не могу защитить женщину, которая смотрит на меня.’

‘Когда я зашёл так далеко, чувствую себя отвратительно, не могу этого вынести.’

‘Я был уверен, что я вежливый и джентльмен, но…’

Как и сказала Маргарет, люди склонны меняться, когда их загоняют в экстремальные условия. Или, может быть, его природа была гнилой с самого начала.

«Это плод кокоса, который растёт на пальме. Вода в этом кокосе отлично подходит для питья».

«На дне такой скалы должны быть пещеры. Но дорога туда может быть опасной».

Очнувшись на этом острове, Маргарет неустанно работала, чтобы помочь ему. Большинство удивительных знаний, которыми она обладала, даже не были известны ему.

Смог бы он прожить до сих пор без неё?

Только благодаря ей он остался жив.

Энок снова упрекнул себя. Маргарет была готова помочь ему без всяких сомнений, но почему он был так груб с ней?

Должно быть, она тоже боялась проснуться в незнакомом месте. На острове были только они вдвоём, и им не от кого было зависеть.

«Вы должны знать, что вы всё ещё под подозрением. Когда я вернусь в Империю, я тщательно изучу ситуацию, поэтому вы не должны умирать без моего разрешения.»

Он говорил лишь бессердечные слова ей, которой не на кого было опереться. Он не смог бы выжить без неё на этом незнакомом острове, думал Энок.

Он осознал это только сейчас.

— Чёрт...

Он шептал и молился тихим голосом.

Чтобы она была жива.

Чтобы она была в безопасности.

В конце концов, Энок бродил по лесу до восхода солнца, чтобы найти Маргарет.

Ему очень повезло, что за всю ночь он не наткнулся ни на одного монстра, но он так и не нашёл Маргарет.

Может быть, если бы она пряталась от монстров, то вернулась бы, когда взойдёт солнце.

Он вернулся в пещеру с последней надеждой.

Это случилось, когда он подошёл к пещере с туманными ожиданиями.

Из пещеры выходила женщина со знакомым лицом.

Её белокурые волосы ещё ослепительнее сияли на солнце, и она была прекрасна, как ангел, спустившийся с небес.

‘Ладно, хорошо. Должен признать, я окончательно сошёл с ума.’

На самом деле, это не было ошибкой. Всё потому, что он всю ночь искал её в опасном лесу, где монстры могли появляться целыми группами.

У неё было растерянное лицо, когда она заметила его. В её руке была какая-то белая коробка.

— Ах... Я думала, вы ушли. Вашему телу, кажется, стало лучше. Какое облегчение, - сказала она, держа в руках белую коробку.

— Я сказала вам, что собираюсь искать травы. Я нашла их. Точнее, это не травы, а аптечка.

Может быть, она всю ночь бродила по лесу в поисках целебной травы, чтобы залечить его раны.

Энок закусил губу.

Маргарет тоже была женщиной, которая сделала бы для него всё что угодно. Она так старалась спасти его с таким маленьким телом… Должно быть, это трудно.

‘По какой причине ты так сильно любишь меня, что рискуешь собственной жизнью?’

Энок вдруг задумался об этом.

— Энок.

— А?

— Зови меня Энок, — импульсивно сказал он.

— А...? Почему?

Энок уставился на Маргарет. Её глаза, смотрящие на него, были так прекрасны, что он удивлялся, как он не замечал этого до сих пор.

— Я больше не пострадаю, поэтому не делай ничего опасного, чтобы найти эту лекарственную траву.

Энок мягко обхватил её за плечи. Ощущение её голой кожи, касающейся его руки, на мгновение заставило его голову вскружиться.

Он хотел прикоснуться к ней ещё немного. Едва подавляя своё безумное желание, он слегка прислонился лбом к её лбу. Кончик его носа, касавшийся её носа, немного щекотал.

Непонятно, какие у него были к ней чувства, но было ясно, что он, по крайней мере, не хотел её терять.

— Я волновался.

Он был рад, что она в безопасности.

Он чуть не сошёл с ума, когда всю ночь бродил в поисках её.

Затем Энок нашел синяк на её скуле.

Тут и там на её лице была грязь, и синяк, которого он не заметил, потому что совсем недавно был в здравом уме.

— Что это?

Она не знала, почему у него были такие сильные эмоции, но чувствовала себя очень неловко.

— Маргарет?

Она моргнула своими красивыми глазами и посмотрела на него. Он нежно погладил её по щеке своей большой рукой, чувствуя её мягкую кожу.

Она неловко нахмурила брови. Это было слишком красиво, чтобы просто на это смотреть, так что он снова почти сошёл с ума.

— Ты ударилась?

— О, кажется, у меня, у меня синяк?

Маргарет отступила назад, прикрывая щёку рукой, с растерянным лицом. Казалось, она не знала, что этот поступок сводил его с ума ещё больше.

— Всё хорошо. Не беспокойтесь об этом.

— Как мне не волноваться?

Услышав его ответ, Маргарет снова посмотрела на него в недоумении.

— Это действительно удивительно. Ваше Высочество сказали такое, кажется, лихорадка ещё не спала.

Она посмотрела на него настороженным взглядом.

— В любом случае, не беспокойся о титуле...

Потом он вдруг вспомнил свои собственные слова.

«Это просто обязанность джентльмена помочь юной леди. Поэтому я надеюсь, что у вас нет напрасных ожиданий.»

Энок хотел повернуть время вспять. Он даже думал стереть плохие слова и все грубости, которые наговорил в её адрес.

Но Маргарет заговорила первой, словно не заинтересованная.

— Кстати, я очень хочу есть, будто вот-вот умру от голода.

Она нахмурилась, как будто действительно была голодна, и прикрыла живот рукой.

— Тогда пойдёмте на охоту? Конечно же, сначала я обработаю ваши раны.

Энок вздохнул. Как только она скажет, что голодна, ему придется её накормить.

***

Было больше одной или двух странных вещей.

Дело в том, что Энок всю ночь бродил по лесу в поисках меня и просил называть его по имени.

Но самое странное, что он стал называть меня Маргарет вместо леди Флоне.

‘Что, чёрт возьми, произошло, пока меня не было?’

Я наклонила голову, просматривая аптечку, чтобы как следует залечить раны Энока.

Я внимательно посмотрела на лекарства, упакованные туда.

Это довольно большая аптечка, поэтому в ней находятся различные виды лекарств. Там было много лекарств, которых я раньше никогда не видела, но на них были написаны грубые инструкции и пояснения.

‘Я всегда думала об этом, пока читала роман. Почему это оказалось здесь?’

Я до сих пор не знаю, что автор хотел сделать из бесполезного предмета под названием «Корейский набор для выживания».

Энок проследил за моим взглядом, посмотрел на аптечку и нахмурил брови.

— Я даже не могу сказать, что там написано.

Конечно. Потому что все было написано на корейском языке.

Я не ответила на слова Энока. Подумала, что было бы лучше избежать ответа, если бы я могла.

Просматривая, какие лекарства были в аптечке, я нашла дезинфицирующее средство.

С его помощью я сначала очистил раны Энока, затем разрезала повязку и обмотала ею его руку.

Энок наблюдал, как я умело использую лекарство и лечу его раны. Он взял лекарство, которое я использовала, из аптечки и посмотрел на него, нахмурившись.

— Откуда ты знаешь, что это дезинфицирующее средство?

Вопрос Энока снова доставил мне неприятности. И как мне это объяснить?

Я порылась в воспоминаниях Маргарет и придумала вполне обычное оправдание.

— Вы знаете восточный континент за морем? Я думаю, что это язык, на котором говорят там. Я учила тот язык некоторое время.

Энок, похоже, не поверил этому, но, по крайней мере, не возражал.

— Ты не собираешься рассказать мне о синяке на твоём лице?

И снова он спросил о синяке, глядя на меня.

— Я упала.

— Это точно всё?

Ты спрашиваешь, потому что что-то знаешь?

Энок всё ещё смотрел прямо на меня. Так что я задумалась на секунду.

Если подумать, то не было причин не рассказывать Эноку, что я встретилась с Кайденом.

Сначала мне хотелось как-то поплакать, что на этом острове мы только вдвоём. Однако теперь, когда все мои первоначальные планы пошли наперекосяк, мне стало интересно, какой прок от такой лжи.

Я глубоко вздохнула, тщательно перебинтовав подошвы ног и поправив туфли на плоской подошве.

— Я встретила странного человека.

У Кайдена странные глаза, значит, он должен быть странным человеком, верно? Даже в романе он описывается как сумасшедший.

— Кулон выпал из мантии, которая была на нём, а я в это время лежала под ним, так что это было прямое попадание мне в скулу.

Я был удивлена, увидев, как деревянный жезл в руке Энока внезапно распался надвое.

— ...Ты всё ещё не знаешь, кто этот человек? — спросил Энок со спокойным лицом, но я почему-то почувствовала странную атмосферу.

— А, подождите...

Я порылась в кармане платья и вытащила кулон.

— Это символ Башни.

Услышав бормотание Энока, я снова посмотрела на кулон.

Аметист в форме капли был помещён в центр подвески с изображением солнца. Как сказал Энок, это был символ Башни.

— Этот человек, должно быть, волшебник, — небрежно ответила я. И потихоньку подняла другую тему для обсуждения.

— Кстати, у меня есть вопрос.

Энок посмотрел на меня.

— Ваше Высочество, у вас бывают припадки, когда вы видите кровь?

На мой вопрос Энок с озадаченным видом закусил губу.

Конечно, я знала, что у него были припадки, когда он видел кровь, но, если бы я была настоящей Маргарет, я бы не знала.

— Я знаю, что это грубый вопрос, но это то, что мне нужно знать.

Было слишком много вещей, которые мне приходилось притворяться, что я не знаю.

Энок избегал моего взгляда. Затем облизал губы, как будто что-то обдумывая, и, глубоко вздохнув, ответил:

— Это был приступ, который можно было подавить. На самом деле, в Империи это сделать легче...

Он продолжал с обеспокоенным лицом,

— Но нет никаких причин. Мне жаль.

Затем он склонил голову, как грешник.

— Это не ваша вина. Всё хорошо. Мой вопрос в том, как это контролировать.

На мой вопрос у Энока проявилось обеспокоенное выражение лица. Я спросила его из любопытства, пока он продолжал смотреть на меня:

— Только не говорите… вы не знаете, как это контролировать?

— Мне жаль, но я тоже не уверен. У меня начались судороги после того, как я вернулся с поля боя. Меня лечили разными лекарствами в императорском дворце, но мало что изменилось.

Он потёр лицо руками, чувствуя себя виноватым.

Потом он посмотрел на меня и осторожно сказал:

— Маргарет, когда ты сказала мне остановиться… это оказалось эффективным.

— ...правда?

Энок выразил свои внутренние чувства, как грешник, исповедовавшийся перед священником.

— Даже в детстве, когда я яростно соревновался со своими братьями и когда потерял своих людей на поле боя, никто не сказал мне: «Всё в порядке, поэтому остановись». Может быть, мне были нужны именно эти слова.

Я молча выслушала его признание.

Маргарет хорошо знала, как трудно Эноку было взойти на трон наследного принца.

До сих пор у него не было времени на отдых. И некому было утешить его, спросив, не тяжело ли ему приходится, и сказать, что всё будет в порядке, если он остановится.

Более того, страдания от последствий войны тоже были своего рода травмой, и помочь ему было некому.

— Как я уже говорил, это был приступ, который произошел после окончания войны. У меня сильные воспоминания о потере стольких товарищей в битве при Ромализане, поэтому, когда я вижу кровь, я схожу с ума. Но всё в порядке, если это небольшая рана.

Кажется, что его приступ не начинался от маленькой раны. Какое облегчение.

— Думаю, если бы и были какие-то слова, которые могли бы контролировать мои припадки, это могли бы быть слова, которые ты сказала тогда.

Мне казалось, что я услышала что-то, чего не должна была услышать.

‘Никто не знает, что такой совершенный мужчина хочет, чтобы кто-то контролировал его.’

В оригинальной истории Юанна решила эту проблему с помощью физической любви, но теперь, когда я это вижу, кажется, что это не было фундаментальным решением травмы.

Я спросила его:

— Приятно иметь «слова для контроля». Я помогу вам, но, если вы находитесь в ситуации, когда вы, вероятно, увидите кровь, просто постарайтесь избегать этого. Хорошо?

Энок кивнул.

— Мне жаль.

— Прекратите говорить это. Это не ваша вина.

На мои слова Энок снова закрыл рот с виноватым лицом.

Он отложил сломанный деревянный стержень и небрежно порылся в аптечке рядом со мной.

— Какое лекарство нужно прикладывать к синяку?

Лекарство от синяков? Были ли ещё места, где ты пострадал? Я торопливо порылась в аптечке и достала мазь. Я собиралась сказать, что нанесу её, но он забрал мазь из моей руки.

— Если посмотреть, это довольно странное лекарство.

После того, как Энок осмотрел мазь и что-то пробормотал, он сел на одно колено передо мной. Затем открыл крышку и взял пальцами немного мази, а руку протянул ко мне.

Я вздрогнула и откинула голову назад, Энок нахмурился.

— За-зачем?

— Не думаешь ли ты, что тебе тоже не нужно использовать лекарство вот здесь?

Он помазал мою щеку мазью.

Лицо Энока было так близко, что я затаила дыхание, не осознавая этого.

Вопреки грубому подходу, рука, растирающая синяк, была очень осторожной и достаточно мягкой.

На самом деле это была не мазь от синяков, но сказать это вслух я не осмелилась. Потому что Энок, казалось, был очень сосредоточен на этом действии.

Почему-то мне казалось, что не стоит нарушать эту атмосферу.

На самом деле, я не могу сказать, что мне это не нравится. С таким красивым лицом передо мной, как я могу не восхищаться им?

— Ай.

Я нахмурилась, когда его пальцы коснулись слегка более глубокой раны.

— Что ещё сделал этот человек? — спросил меня Энок с очень серьёзным видом. Как будто он действительно убил бы Кайдена, если бы тот сейчас был перед ним. Почему ты так остро реагируешь?

— Это всё. Я пнула его и сразу убежала. Потом я споткнулась о камень, упала и потеряла сознание. Когда я проснулась, уже рассвело.

Пока я продолжала говорить, Энок облизал губы, как будто ему было что сказать.

Но слова, которые, наконец, вышли, были:

— Даже не думай о том, чтобы ходить в одиночку, пока не сбежишь с этого острова.

Вот оно.

Я молча кивнула.

— Хорошо.

Конечно, это ложь.

С тех пор, как я встретила Кайдена, я не могу почувствовать облегчение, просто находясь рядом с Эноком.

Я должна найти некоторые подсказки относительно местонахождения бункера.

У меня заболело горло пока я пила только кокосовую воду, и я пролежала несколько дней.

Энок не спал всю ночь, заботясь обо мне. Но, если честно, это было просто расстройство желудка. Другими словами, я не нуждалась в особом уходе.

Со временем моё состояние улучшилось, я пришла в себя и решила попить очищенную воду.

К счастью, если пройти через чащу метров сто рядом с пещерой была небольшая долина.

Пока Энок пошёл на охоту, я взяла две пустые кокосовые скорлупы и направилась в долину.

Причина, по которой я выдвигалась, когда его здесь не было, заключалась в том, что он сойдёт с ума, если увидит это.

Он чрезмерно опекал меня, вёл себя так, как будто я серьёзно больна.

— Я рада, что Энок начал доверять мне.

Вот почему мои шансы умереть начали уменьшаться.

Если первоначальный непреложный закон неприменим, попробовать всё равно стоит. В отличие от оригинала, я могла бы выжить.

— Стоп, но я переживаю такие трудные времена, поэтому думаю, что Энок не изменится только потому, что позже встретит главную героиню, верно?

Чёрт. И весело, и грустно. Но возможность следует рассмотреть. Если он действительно собирается измениться и стать, как в оригинале, мне следует бежать прямо в бункер.

— Я должна найти местонахождение бункера до этого.

Я на время отложила свои мысли об Эноке и налила воды из долины в кокосовую чашу.

Чаша с этой водой находится на верхней стороне, а пустая — на нижней. Затем длинный кусок ткани соединяется с двумя кокосовыми чашами разной высоты.

Вода из долины из верхней чаши начинает медленно течь через ткань в пустую чашу внизу.

Если я оставлю всё так на полдня, очищенная вода соберется в пустой миске. Если я один раз вскипячу собранную воду, то смогу попить чистую питьевую воду.

Я была очень счастлива, потому что сорочка, надетая под мое платье, была сделана из хлопка. Несмотря на то, что мое платье в полном беспорядке, оно очень помогает выжить.

Непосредственной целью, которую мы с Эноком поставили, было восстановление выносливости и повышение навыков выживания.

Задача найти бункер была отложена на некоторое время. Я могу делать что угодно, когда моё тело снова будет здорово.

Закончив процесс очистки воды, я вернулась в пещеру с полной кокосовой чашей.

В то же время Энок вернулся с рыбой, на которую он охотился.

— Разве я не говорил тебе отдыхать?

Он посмотрел на миску с кокосом в моей руке и нахмурился.

— Мы должны пить, чтобы выжить.

Энок промолчал, как будто ему нечего было сказать.

В любом случае, это слишком необычно. Энок чрезмерно меня опекал, как будто заботился о своей беременной жене.

Я покачала головой и попыталась войти в пещеру с ним, но остановилась у самого входа.

Это было из-за человека, лежащего перед пещерой.

Я посмотрела на серебристые волосы лежащего мужчины и рефлекторно положил руку на ушибленную скулу. И лицо Энока, заметившего это, ужасно исказилось:

— Этот ублюдок.

Я не знала, что из уст Энока вылетит такое вульгарное слово. Его взгляд на лежащего человека был крайне необычным.

Я посмотрела Эноку в глаза и повернулась к лежащему человеку. В правом ухе есть серьга.

Как и ожидалось, это был Кайден.

— Маргарет.

Энок схватил меня за руку, когда я посмотрела на Кайдена, держа в руках драгоценную кокосовую чашу, наполненную очищенной водой.

Энок встревоженно уставился на мою щеку.

— Твои синяки… это из-за этого ублюдка? Он владелец кулона?

На первый взгляд глаза Энока, казалось, оставались спокойными, как будто он сохранял рассудок. Однако в его голосе был едва уловимый гнев, поэтому я не могла понять, что он имел в виду.

— Да, — коротко ответила я.

Я посмотрела на небо.

Часов у меня нет, поэтому я проверяла время, каждый раз так глядя наверх, но теперь я в какой-то мере привыкла к этому.

Красная тень солнца расползлась, окрашивая небо в сумерки.

— Думаю, скоро стемнеет. Нам нужно двигаться быстро. Но этот человек...

— Просто оставить его? Или связать его?

Про себя я хотела сказать, что...

— Лучше связать его.

Энок сказал то, что я имела в виду.

Энок добавил:

— Он может быть опасным человеком, не должны ли мы быть бдительными?

— Агх.

Затем Кайден внезапно издал стон боли. Я посмотрела на него с удивлением.

Лежавший вдруг протянул ко мне руку, как бы во сне разговаривая. Сильная рука Кайдена схватила меня за запястье.

— Ой!

Я чуть не упала. Если бы Энок не обхватил мою талию, я бы уже катилась по земле.

— Ты в порядке?

Над моей головой послышался озабоченный голос Энока. Его мощная рука крепко обвивала меня.

Его мускулистая грудь коснулась моей спины. Тело Энока было твёрдым, как скульптура, выточенная художником.

— Я в порядке. Спасибо.

Несколько смутившись, я повернула голову.

Я повернулась к нему спиной и посмотрела на Кайдена. Он всё ещё держал меня за запястье. Его физическая сила была так велика, что трудно было вырваться из его хватки.

— Секунду.

Послышался низкий голос Энока, просящего о понимании. Его большая рука тут же обхватила моё запястье.

Он легко разжал хватку Кайдена и выпустил мою руку. Только тогда я смогла встать прямо.

— Осталась отметина.

Он нежно погладил моё красное запястье большим пальцем. Область, где его пальцы терлись, немного щекотала, от этого во мне проснулось какое-то странное чувство.

— Мне убить его?

— Да, — рефлекторно ответила я на шёпот Энока, а потом с удивлением вздрогнула, подняв голову.

— Стоп, что? Нет! Успокойся. Тебе нужно контролировать свой гнев.

Он расхохотался, когда я поспешила остановить его. Возможно, он не собирался этого делать с самого начала, поэтому сразу придумал что-то другое.

— Я думаю, это архимаг Кайден.

Энок в мгновение ока определил его личность.

Ведь Энок — наследный принц Империи, и не может быть, чтобы он не знал о существовании архимага. Даже Кайден считался единственным великим волшебником на континенте.

Энок вздохнул, глядя на Кайдена с недовольным лицом:

— ... Ненавижу это признавать, но знания волшебника могут пригодиться.

Сказав это, Энок посмотрел на меня, как будто спрашивая моего мнения:

— Я свяжу его и приведу. Если он не согласится быть связанным, я его выгоню.

... Кажется, он думает, что я не соглашусь связать его.

Но это не так. Я энергично кивнула, соглашаясь с ним.

Сначала Энок перенёс в пещеру кокосовые чаши и гарпуны с рыбой.

Затем он взял подол разорванного платья, которое использовал вчера как повязку, и крепко связал Кайдену конечности.

Вход в пещеру был немного приподнят над землёй, поэтому Эноку ничего не оставалось, как поднять Кайдена и переместить его.

Он положил Кайдена на край пещеры и пошёл готовить обед. Я осталась наблюдать за состоянием архимага.

— Он поранился?

На его рубашке под мантией была видна кровь.

Я поспешно повернулась к Эноку. К счастью, он, похоже, был занят подготовкой фруктов в кокосовой чаше.

Я ненадолго задумалась, затем осторожно сняла с Кайдена рубашку. Я должна была проверить его состояние, насколько серьёзной была рана.

— О, Боже...

Рядом с его грудью был длинный шрам. Это была царапина от животного.

Рана оказалась глубже, чем ожидалось, и состояние выглядело более серьезным. Кажется, я раньше не видела крови, потому что он был одет в мантию.

— Сначала нужно остановить кровь.

Пробормотав что-то себе под нос, я с опозданием поняла, что слишком долго смотрела на рану Кайдена. Холодный пот струился по моей спине.

‘Энок же не видел этого, потому что был занят приготовлением ужина, верно?’

С этой мыслью я медленно подняла голову, но зловещее предчувствие не исчезло.

Энок смотрел в мою сторону:

— Рана...

Энок посмотрел на его рану, но почти сразу зажмурился, осознавая свою ошибку.

— ... Маргарет, думаю, ты и меня должна связать.

Чёрт. Как я могла быть такой беспечной?

Я в очередной раз разорвала подол своего платья и связала ему руки и ноги.

Он испустил горячий вздох с болезненным лицом.

— Хаа...

— Энок?

Я осторожно позвала его по имени.

Как будто по сигналу, его дыхание остановилось.

Но Энок, вроде бы ненадолго успокоившийся, стиснул зубы и застонал, как зверь. Он поднялся со своего места со связанными руками.

‘Чёрт! Не сработало.’

Я быстро загородила путь Энока к Кайдену. Возможно, из-за того, что он лишился чувств, он легко потерял равновесие и упал.

Я подбежала и наступила на него, не давая ему встать.

— Остановись. Энок, стой.

Если бы это был разумный Энок с его нечеловеческими способностями, он бы легко оттолкнул меня, но неожиданно он стал послушным после того, как я наступила на него.

Он посмотрел на меня со слезами на глазах, полными обиды.

Мне удалось подавить желание убрать ноги.

Хриплым голосом он позвал меня по имени:

— Маргарет.

Потом снова зарычал.

— Избавься от этого, пока я не сделала хуже.

— Я не хочу.

Я указала на него пальцем.

Как мать, которая ругает своего ребенка, который её не слушает, я говорила как можно решительнее и суровее.

— Перестань, Энок. Сейчас же.

Постепенно безумие исчезло из глаз Энока. Я вздохнула с облегчением.

— Это действительно работает.

Энок был сильно истощён и потерял сознание. Я отнесла его к стене пещеры и связала его запястья и лодыжки тканью.

— Фух...

Вытирая пот со лба, я посмотрела на мирно спящее лицо Энока.

Затем я села, внезапно задавшись вопросом.

‘Как, чёрт возьми, этот человек выжил в оригинале без меня?’

Я никогда не видела, чтобы Юанна так жёстко контролировала Энока в оригинале. Я раздражённо простонала, покачав головой.

— Бл**ь, я так устала!

Отпустив свои мысли, я начала лечить рану Кайдена.

Ткань платья, которая использовалась в качестве полотенца, была смочена проточной водой в пещере, чтобы очистить область вокруг раны. Затем после промывки ткани снова очистила ткань, я пыталась остановить кровотечение, слегка надавив на раненую область.

Даже упав в обморок, Кайден выпустил стон, как будто он чувствовал боль.

Тогда я вдруг вспомнила монстра, с которым я столкнулась после встречи с Кайденом несколько дней назад.

В то время рёв неожиданно повторился в лесу. Монстр, который был передо мной, внезапно исчез, как будто он нашёл что-то ещё.

Какова была причина рёва тогда?

‘Да нет...’

Я покачала головой, отгоняя свои мысли. Нужно спросить позже, когда Кайден проснётся.

Разыскав дезинфицирующее средство и налив его на рану, я нашла повязку.

Потому что это была область груди, мне пришлось использовать гораздо больше ткани, но её осталось не так много. Если кто-то ещё пострадает в будущем, повязки определённо будут необходимы.

Я ещё раз посмотрела на обертку бинта на всякий случай, на прозрачной обертке было написано «Roselastic» (эластичный бинт). Преимущество этой повязки в том, что её можно использовать повторно после нескольких стирок.

— Я также могу повторно использовать то, что уже использовал Энок. Какое облегчение.

Я как-то успокоилась.

— Да, в лесу аптечка важнее главного героя.

Я отрезала кусок медицинского скотча телесного цвета и прикрепила его к застежке бинта. И я отпустила своё беспокойство только после того, как проверила лихорадку, прикоснувшись к щеке и шее Кайдена.

— Агх...

Энок, потерявший сознание, пришёл в себя.

Он прислонился к стене и медленно открыл глаза, садясь.

— Ты в порядке?

На мой вопрос Энок какое-то время тупо смотрел на свои руки и ноги.

Видя, как его лицо постепенно омрачается чувством вины, я подошла к нему.

— Я развяжу.

Он тихо покачал головой на мои слова.

На лице его не было никакого выражения, но казалось, что в глубине его сердца страстно бушуют неведомые эмоции.

Он медленно протянул ко мне руки. Я развязала узел, сковавший его запястья, и с усталым лицом закрыла аптечку.

— Маргарет, ты в порядке? — спросил он взволнованно.

— Нет, не в порядке. Я так устала.

— Прости.

— Это не твоя ошибка. Не нужно винить себя.

На мои слова Энок снова напряжённо замолчал.

Когда я собиралась собрать аптечку и перенести Кайдена, на помощь пришёл Энок. Он отнёс Кайдена в угол и посмотрел на него.

С аптечкой в руках я вернулась на своё место и села.

— Маргарет.

Он подошёл ко мне и сел на одно колено.

— Раны в порядке? Не его, а твои. Твои раны в порядке?

Энок нежно погладил меня по щеке. Синяк сильно уменьшился, так что прикасаться уже было не так больно.

Он сказал мне тихим голосом, как будто шепча секрет.

— Если ты когда-нибудь захочешь избавиться от него, скажи мне. Это не так сложно.

Нет, избавиться от Кайдена будет очень непросто.

— Значит, у тебя будет ещё один приступ?

Энок тихо рассмеялся на мой вопрос.

— Тогда всё будет проще.

Это немного жутко. Зловеще, потому что казалось, что таящаяся в нем жестокость медленно пробуждается.

Ты же не собираешься сойти с ума, как в оригинале?

Я не знаю, как Кайден получил такую рану, но на следующий день он так и не проснулся.

Это было похоже на следы когтей животного, но было ли оно таким же ядовитым, как когти монстра, напавшего на Энока?

Я вздохнула, когда увидела, что кусок ткани, который я использовала в качестве полотенца, совсем изодрался.

Думаю, мне придется ещё разорвать платье. Оно уже было разорвано, обнажая голые ноги до половины икры.

Сначала мне было интересно, что я могу сделать с платьем в этой дикой природе, но теперь я думаю, что носить платье — это хорошая идея.

Я должна найти хижину в ближайшее время. Там должна быть современная одежда, и я бы хотела подобрать себе штаны.

Мы решили оставить Кайдена и снова разведать местность вокруг пещеры. Нужно было найти реку. Рядом есть долина, но добыть в ней еду непросто.

Конечно, было бы неплохо за это время найти подсказки о бункере и хижине.

Насколько я помню, и бункер, и хижина располагались у подножия огромной горы, вплотную к обрыву.

В последний раз, когда я поднималась на вершину горы, я запомнила, что огромных гор на этом острове было всего три.

Если я осмотрю гору, на которую я поднялась с Эноком, и всё ещё не найду бункера или хижины, я должна буду обыскать область вокруг следующих двух гор.

— Жарко.

Прогуливаясь по траве с Эноком, я вздохнула, вытирая пот.

— Здесь есть где помыться. Нужно немного потерпеть.

Эноку тоже было жарко, поэтому он расстегнул запонки на рукавах и закатал их, открывая предплечья.

Я посмотрела на его широкие предплечья с выделяющимися венами, а затем встретилась с ним взглядом. Когда он закатал рукава, то нахмурился:

— Тебе есть что сказать?

— Ниче… ой!

Я попыталась ответить, что мне нечего сказать, но наткнулась на выпирающий камень. В моём теле не осталось сил из-за жары.

К счастью, Энок обвил меня рукой за талию и не дал мне упасть.

На самом деле, проснувшись на этом острове, я до сих пор чрезмерно переутомляла своё тело. Удивительно, что я не заболела. Но сейчас моя иммунная система ослаблена, может быть, из-за жары.

Я схватилась за руку Энока и глубоко вздохнула. На его руке было много ран. Должно быть, все они были получены на поле боя.

— Маргарет.

Энок, двинувшийся вперёд, позвал меня. Я посмотрела на него пустым взглядом. Бесполезные мысли несоответствующие ситуации, продолжали витать у меня в голове.

Он остановился и оглянулся на меня.

— Ты в порядке?

— Просто жарко.

О, Боже... Думаю, я так помру...

Пока я думала, вид перед моими глазами изменился. Потому, что Энок внезапно обнял меня.

У меня не было сил что-то говорить, поэтому я просто позволила своему телу остаться в его объятиях. Думаю, что я устала.

К счастью, вскоре я увидела водопад, струящийся в долине. Энок опустил меня, когда мы достигли берега.

— Я буду стоять там на страже, так что наслаждайся, сколько хочешь.

Сказав это, Энок развернулся и ушёл.

При виде Энока я слегка улыбнулась и опустила руку в воду долины. Я только опустила руку, то почувствовала, что жар ушёл.

Я попыталась снять платье, но не смогла дотянуться до пуговицы на спине. У меня не было сил из-за жары. И в конце концов я позвала Энока.

— Энок, я не могу дотянуться до спины. Пожалуйста, помоги мне.

Я повернулась к нему спиной и указала пальцем на пуговицу.

— Пожалуйста, расстегни моё платье.

Вместо ответа Энок подошёл ближе. Затем я почувствовала, как большая рука коснулась моей спины.

Возможно, из-за того, что это был особенно жаркий день, тепло, казалось, исходило от тыльной стороны его ладони. Он очень медленно расстёгивал пуговицы, отчего у меня щекотало спину.

Я почувствовала странное ощущение, поэтому прикусила нижнюю губу.

— Энок?

Я позвала его, чтобы закончить побыстрее.

— Маргарет, ты...

Вместо ответа Энок продолжал говорить:

— Что ты хочешь сделать больше всего, как только выберешься с этого острова?

Внезапный вопрос.

Я не могла видеть выражение его лица, потому что он был позади меня. Так что я понятия не имела, что он имел в виду, задавая такой вопрос.

— Я хочу сначала помыться с мылом.

— Что ещё?

Энок продолжал медленно расстегивать моё платье, совершенно не торопясь.

Я на мгновение задумалась над его вопросом, затем выбрала ответ, который могла бы дать настоящая Маргарет.

— Хм, я хочу нормально поесть. Последний приём пищи в особняке Флоне был просто восхитительным.

Конечно, ела не я, а настоящая Маргарет, но её память теперь моя.

На самом деле, я скучала по Корее больше. Меня некому было поприветствовать, потому что я вышла из детского дома, но это всё ещё то место, где я родилась и выросла.

Но в Корее меня ударило в голову вывеской, и я умерла, так что, возможно, мне придётся жить как Маргарет всю оставшуюся жизнь.

Размышляя об этом, я заметила, что Энок почему-то молчит.

Он двигался так медленно, что я не могла понять, застёгивает он моё платье или расстёгивает его.

— Энок?

Ответа не было.

Подумав об этом, я задала ему тот же вопрос:

— Тогда, что ты сам хочешь сделать больше всего, когда выберешься с этого острова?

— ... Я не знаю.

— Правда? Хорошо подумай. Я честно ответила, значит, и ты должен.

Он немного посмеялся над моим вопросом.

— Маргарет, но...

Кажется, он опустил голову, потому что его дыхание коснулось моего уха.

— Если я скажу честно, у тебя будут проблемы, — прошептал он, заправляя мои волосы за ухо.

Тёплое дыхание коснулось моего затылка.

У меня будут проблемы? Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду?

Потом он слегка надавил пальцем на мой затылок, чтобы убедиться, что он расстегнул все пуговицы. Я был так поражена, что даже оглянулась.

— Я уже давно расстегнул его, ты просто стоишь на месте.

— Тогда ты должен был мне сказать!

Я была так поражена, что положила руку на грудь и повысила на него голос. Потом он улыбнулся и снова извинился.

Нет, ну почему ты так лыбишься?

Я сняла платье только после того, как убедилась, что Энок стоит спиной ко мне. После этого я сняла сорочку, которая была на мне под платьем, и окунула ноги в воду.

— Аах...

Было так холодно и освежающе. Затем я услышала смех Энока, как будто он услышал моё восклицание.

— Не оглядывайся назад.

Когда я сказала это ещё раз, Энок иронично согласился.

Я погрузилась в воду глубже, ныряя, плавая и взволнованно играя в воде.

— Ты так взволнована.

Я слышала бормотание Энока, но проигнорировала.

В следующий раз, когда Энок будет мыться, буду его дразнить.

Мне было так хорошо, что хотелось всё время быть в воде, но надо было закончить до захода солнца и вернуться в пещеру.

Я попыталась выйти в том же направлении, где сняла платье, но нигде его не увидела.

На земле осталась только моя сорочка. Неловко.

— Энок? Куда ты положил моё платье?

— Я не знаю, почему ты спрашиваешь меня о платье, которое сама сняла.

Энок всё ещё стоял ко мне спиной. Он как будто не сдвинулся ни на шаг с того места, где был раньше.

Да, Энок прав. Он не мог так пошутить...

— Чёрт.

Сколько бы я ни оглядывалась, моего платья нигде не было видно. Я снова позвала Энока:

— Энок, кажется, я потеряла своё платье.

— Что?

Удивлённый, он обернулся, но, когда наши взгляды встретились, он снова поспешно отвернулся. Я всё ещё была в воде, и я не знаю, почему он был более смущён, чем я.

— Можешь поискать моё платье. Пожалуйста.

Затем Энок снова посмотрел на меня. Я погрузилась в воду до основания головы и посмотрела на него.

Я не знаю, кто, чёрт возьми, взял это рваное платье.

— Я даже не слышала, чтобы кто-то подошёл. Что случилось? Был кто-то ещё?

— Кто-то ещё...?

Энок стал серьёзнее и осмотрелся.

— Я осмотрюсь, подожди немного.

— Да? Ты должен побыстрее вернуться!

Я сказала это, потому что начинала волноваться. Что мне делать, если зверь придёт, пока я тут голая в воде? Энок какое-то время смотрел на меня, затем нахмурил брови, словно сожалея:

— Я скоро вернусь.

И с этими словами, Энок скрылся.

Я терпеливо ждала его в воде. Но Энок, который сказал, что скоро вернётся, всё не приходил.

Я не могла не надеть рубашку, как только вышла из воды.

Моё тело уже начинало дрожать от холода.

Я посмотрела на небо. Кажется, я в беде. Солнце скоро садится, но Энок ещё не вернулся.

Что-то случилось?

***

Энок шёл как можно дальше от Маргарет.

С собой он тащил мужчину.

Энок бросил человека на землю.

— На этом острове есть много лиц, которых я давно не видел.

Острый гарпун был направлен мужчине в шею. Энок, держа гарпун, посмотрел на человека с ужасающим выражением лица.

Коротко подстриженные тёмно-каштановые волосы и зелёные глаза. Энок точно знал, кем был этот человек.

Диего Бастиан Вильтерхейм.

Он был командиром Имперской гвардии по прозвищу Меч Империи Лэнгриджа.

Когда появился Кайден, он был отвлечён на нечто другое и особо не думал об этом, но дела шли как-то странно.

Наследный принц империи, дочь престижной герцогской семьи, архимаг и командир имперской гвардии. Все они были влиятельными фигурами в Империи Лэнгриджа.

— Пожалуйста, подождите минутку, Ваше Высочество. Что случилось?

Диего озадаченно посмотрел на Энока.

— Думаю, это то, что я должен сказать вам, сэр Диего.

Сэр Диего. Когда было упомянуто звание, тело Диего отреагировало первым. Он опустился на одно колено, прижал кулак к груди и склонил голову.

Энок внимательно посмотрел на его одежду. На нем была форма гвардейца Империи Лэнгриджа.

Энок тоже был на работе, поэтому проснулся на острове в мундире принца.

— Как ты попал на этот остров?

— Я тоже не знаю. Во время тренировки я внезапно потерял сознание, а когда открыл глаза, то лежал на берегу реки, — ответил искренне Диего.

— Как ваше высочество оказалось здесь?

— Работал в своем офисе, потом внезапно оказался здесь, когда открыл глаза.

Энок сердито взъерошил волосы и посмотрел на Диего.

— Ты что-нибудь узнал? Вызвал спасательную службу?

Диего покачал головой на вопрос Энока. Он вздохнул, словно расстроился.

— Я понятия не имею, как я сюда попал. Со мной было два человека, и они в той же ситуации, что и я.

Диего тоже был в той же ситуации, что и Энок. Однако он не знал, насколько он может доверять словам Диего.

Энок доверял ему в Империи Лэнгриджа, но не мог так легко поверить ему на этом острове.

Потому что личность преступника, который привёл их на этот остров, до сих пор неизвестна.

— Подожди, есть ещё кто-то?

— О, это люди, которых вы тоже знаете. На этом острове также проснулись наследный принц Асдал и архиепископ Рузеф.

Энок был удивлен его ответом и снова спросил:

— Архиепископ Рузеф?

— Да, архиепископ Святого Престола Рузеф.

Услышав спокойный ответ Диего, Энок расхохотался.

Кажется, даже священник не смог избежать этой беды. Как и следовало ожидать, бога нет. Он рассмеялся спонтанно, сам того не осознавая.

Энок посмотрел на Диего, который всё ещё стоял перед ним на одном колене.

Теперь, когда он никому не может доверять, он не может поспешно оказать Диего услугу.

Более того, наследный принц Асдал и архиепископ Рузеф...

Среди них Энок особенно ненавидел принца Асдала. Потому, что его характер был очень высокомерным и самоуверенным. Более того, с ним у него были плохие отношения с самого детства.

— Наследные принцы, архиепископ и командующий гвардией… Они — единственные ключевые фигуры Империи Лэнгриджа и Королевства Гестия.

Среди группы Энока были архимаг Кайден и Маргарет Флоне.

Сначала он подумал, что это может быть план противоборствующей фракции, нацеленный на него, но, глядя на других людей, которые также застряли на этом острове, это не казалось так. Кто, чёрт возьми, это делает?

— В вашей группе есть кто-то подозрительный?

— Нет, Ваше Высочество.

Решительный ответ Диего вызвал сомнения Энока.

Как ты можешь быть так уверен?

Энок спокойно наблюдал за Диего. Затем он посмотрел на платье Маргарет в его руке.

Увидев презрительный взгляд Энока, Диего не решился оправдываться.

— Если бы я знал, что тем человеком были Ваше Высочество, я бы не украл это. Честно говоря, я был удивлён, когда узнал, что на этом острове есть другие люди, но ситуация была срочной.

Диего не очень разговорчивый человек. Энок ещё больше нахмурился от оправданий, которые становились всё длиннее. Кроме того, ответ был расплывчатым.

— Это было специально, но не специально?

— Кое-кому из моей группы нужна такая одежда.

— Разве женщина в воде не нуждается в этом больше?

На вопрос Энока Диего прикусил нижнюю губу и склонил голову.

Энок не мог понять его столь необычное поведение.

Потом,

«Люди склонны меняться, когда их загоняют в экстремальные условия».

Энок снова вспомнил слова Маргарет.

Экстремальная среда, похоже, изменила даже такого человека, как Диего, который был силён своим рыцарским духом.

— Могу я спросить, кто была та женщина с Вашим Высочеством?

Энок слегка наклонил голову, всё ещё держа гарпун в руке, и посмотрел на Диего.

— Тебе не обязательно это знать.

Не так сильно, как Энок в прошлом, но Диего также ужасно ненавидел Маргарет. Он не понаслышке знал, как тот страдал из-за Маргарет, поэтому очень её ненавидел.

Он также прекрасно понимал, что Маргарет боится Диего.

Энок в прошлом не заботился об этом. Потому что это считалось личным делом Маргарет.

Но сегодняшняя Маргарет уже не та, что раньше. Поэтому Энок не мог вынести такого обращения с ней.

Было бы лучше, если бы Диего и Маргарет вообще не сталкивались друг с другом, пока ситуация не будет ясна. Так он сможет защитить Маргарет.

Как бы он ни старался, лучшего варианта у него не было. Потому что Диего не единственный в своей компании, кто ненавидел Маргарет.

Как и обещал Маргарет, он будет защищать её, пока они не сбегут с острова.

Потому что она очень на него полагалась.

— Интересно, есть ли в вашей группе кто-нибудь, кому нужна женская одежда. Не похоже, что это для наследного принца Асдала или архиепископа Рузефа.

При словах Энока Диего медленно моргнул и посмотрел на него.

— Отвечай.

Когда Энок ещё немного приподнял кончик гарпуна, Диего начал паниковать.

— Ваше Высочество, я рыцарь Империи Лэнгриджа, а не враг.

Диего умолял с лицом, говорящим, что он совершенно безвреден, но на Энока это не срабатывает.

— Ты не враг? Почему ты не извинился перед тем, как украсть это платье?

Как будто у него больше не было причин скрывать это, он открыл рот:

— ...В моей группе также есть Юанна Люси, Святая.

Юанна Люси.

Она также была знаменитостью на континенте. Потому что она была Святой с божественной силой, появившейся первый раз за последние сто лет.

Диего взглянул в глаза Энока с тревогой.

Почему Диего не упомянул Святую, когда говорил о своей группе?

Это заставило Энока задуматься.

И теперь Диего опасался Энока, как будто боялся встречи со Святой. Как будто она человек, которого нужно очень беречь.

— У неё нет одежды.

— Что?!

Диего немного испугался такого восклицания. Энок раздражённо щёлкнул языком.

— Это платье — единственная одежда моей знакомой. Святая совсем голая? Разве это разумный предлог для тебя, чтобы украсть его?

— Это, это...

Диего начал заикаться. Энок расхохотался.

Как посмела Святая украсть платье Маргарет. Энок чувствовал, что его враждебность к Святой возрастает, но он сдержал свой гнев.

— Видя, что ты не можешь ответить, похоже, что Святая одета. Моя знакомая дрожит в воде без одежды.

‘Если подумать, много времени прошло. Мне нужно взять платье Маргарет и вернуться.’

— Чего же ты ждешь? Отдай прямо сейчас.

Диего вздрогнул от кровавых слов Энока. В конце концов, он тихо передал платье, которое держал в руках, Эноку.

— Если ты найдешь способ сбежать с острова, скажи мне. Я хочу, чтобы ты время от времени обменивался со мной информацией. Конечно, не ставя в известность свою группу.

Диего спросил в ответ с удивленным лицом:

— Разве Ваше Высочество не пойдёт со мной?

— Я сказал вам говорить только для того, чтобы отвечать на вопросы, сэр Диего.

Услышав гнетущий тон Энока, Диего склонил голову.

— Я принимаю ваши приказы, Ваше Высочество.

— Давай встречаться здесь раз в десять дней. Если вы собираетесь куда-то далеко, дай мне знать заранее.

Энок продолжал отдавать приказы со спокойным лицом.

— Не появляйся рядом с моей группой, и я уже не отпущу тебя, если ты встанешь у меня на пути.

Диего задрожал от непонятной команды, но в конце концов кивнул головой:

— Да, ваше высочество.

***

Пока я ждала Энока, я уже смотрела на закат в небе.

Темнело, и теперь мне казалось, что я умру от холода. Всё моё тело дрожало.

Куда, чёрт возьми, делся Энок? А кто ещё тот извращенец, который украл моё платье? Я думаю, что ещё один из главных героев романа.

Кайден лежал в пещере, так что это не мог быть он. Должно быть, это второй, третий или четвертый главный герой украл моё платье.

Я наклонила голову, а затем перестала думать об этом.

Так холодно.

Я надела рубашку, пока моё тело было ещё мокрым, так что становилось всё холоднее.

С заходом солнца температура понемногу понижалась. Мне казалось, что я простужусь, когда выйду из воды.

Внезапно я выдохлась. Я не выдержала из-за холодных рук и ног, и моё тело стало очень тяжелым. Я тихонько прислонилась телом к скале.

Слишком сложно.

— Маргарет! Ты в порядке? Извини, что так поздно.

А потом вернулся Энок. Я прислонилась к камню и посмотрела вверх, чтобы увидеть платье в его руке.

Я попыталась встать, но у меня закружилась голова.

‘Что со мной не так? Думаю, что у меня кружится голова...’

Когда я увидела, как Энок мчится ко мне, я потеряла сознание.

Не знала, что моя выносливость такая слабая.

Когда я открыла глаза, то уже была в пещере.

Была полночь, когда я проснулась. Пока я ворочалась, то поняла, что моя голова лежит на чьих-то коленях.

Вздрогнув, я вскочила, и Энок, прислонившийся к стене пещеры с закрытыми глазами, медленно открыл глаза.

— О, ты проснулась? — сказал Энок низким голосом.

Как сексуально... ох, сейчас не время о этом думать.

— Что случилось?

На мой вопрос Энок прикусил нижнюю губу.

Тогда лунный свет просачивался в пещеру, и его лицо было ясно видно.

— Мне жаль.

— А?

Я моргнула и посмотрела на его лицо, не понимая, о чём он говорит.

— У тебя была лихорадка. Но я не знал, какое лекарство тебе дать.

Только тогда я посмотрела на аптечку рядом с Эноком. Все лекарства были разбросаны.

— Никогда в жизни я не был таким беспомощным.

Его прекрасное лицо исказилось, словно от боли.

— Это не твоя вина… Кстати, где ты нашёл платье?

Энок сильно закусил губы, как будто у него были проблемы на этот счёт.

Глядя на него, я догадывалась. Наконец, время пришло. Он, должно быть, встречался с кем-то. Либо один из главных героев, либо главная героиня, либо все вместе.

‘Мир наконец закончился?’

Даже сейчас на меня иногда нападают монстры, так что я не могу сказать, что всё мирно.

Я помрачнела, опустив плечи и склонив голову.

Затем нежная рука коснулась моей головы. К моему удивлению, Энок гладил меня по волосам.

Я удивлённо подняла голову и встретилась с ним взглядом. Он гладил меня по голове, как будто щенка.

‘Что с его глазами? Он действительно думает, что я щенок?’

Пока я думала об этом, Энок тихо сказал:

— Я встретил сэра Диего. Это он украл твоё платье.

Чёрт. Как и ожидалось.

‘Нет, зачем начальник караула украл платье купающейся женщины? Куда делся его боевой дух рыцаря?’

— Где этот ублюдок — нет, сэр Диего?

Энок спокойно извинился передо мной:

— Он был моим человеком, и я прошу прощения за его неуважительное поведение.

— Почему ты извиняешься?

— Если ты захочешь, чтобы он прямо извинился перед тобой, скажи мне. Я притащу его.

Глядя на серьёзное выражение лица Энока, думаю, он действительно сразу же поставит Диего передо мной, если я попрошу его.

Я вздохнула. Я не сумасшедшая. Думаешь, я пойду знакомиться с другим главным героем? Это всё равно, что идти прямо в ад.

Одного Энока было достаточно, но сейчас появился ещё и Кайден. Для меня это было слишком много, иметь дело даже с двумя мужчинами.

— Всё в порядке. Я отомщу позже.

Энок немного рассмеялся над моим ответом.

— Ты сама будешь мстить?

— Конечно, я должна. Я человек, который возвращает то, что мне дают. Я скажу сэру Диего, чтобы он был поосторожнее. Я имею в виду, что он никогда не узнает, когда именно я пойду красть его одежду.

Конечно, я не собираюсь делать это сейчас, но я обязательно украду его, прежде чем сбежать с острова.

— Есть кто-нибудь ещё?

Я тайком взглянула на Энока. По оригиналу было понятно, что Диего был с другими главными героями.

— Это… я не знаю.

Энок дал двусмысленный ответ, не уверена, действительно ли он не знал или просто притворился, что не знает.

Я наклонила голову, внимательно наблюдая за выражением его лица, но было трудно понять, что у него на сердце.

— Не лучше ли двигаться вместе, чтобы сбежать с острова? Разве мы не должны собирать информацию?

Энок перестал гладить меня по волосам, приложил кулак к подбородку и задумался. Затем он сказал мне:

— В этом есть смысл, но я не думаю, что нам нужно ходить вместе. Я решил обмениваться информацией с сэром Диего раз в десять дней.

Как сказал Энок, Диего был командиром Имперской гвардии Империи Лэнгриджа, поэтому он его человек. Конечно, я думала, что тоже пойду с Диего, но ответ Энока меня весьма удивил.

— Понимаю.

— Думаю, что он находится в такой же ситуации, как и мы. Ну, я многого не знаю.

Всё ещё подпирая подбородок кулаком, он закатил глаза и посмотрел на меня. Затем он тихо протянул руку и снова погладил меня по волосам.

‘Что? Зачем ты это делаешь?’

Но прикосновение не было неприятным. На самом деле, я чувствовала себя странно расслабленной. Вот каково это, когда кто-то нежно гладит тебя по волосам.

Я никогда не получала такого дружеского прикосновения, когда была Ли Джин Чжу. Потому что я плохо ладила с людьми.

— Не волнуйся слишком сильно, если я получу какую-либо полезную информацию, я поделюсь ею.

Энок сказал мне успокоиться.

Я медленно кивнула. Затем, внезапно, я посмотрела на платье, которое было на мне.

‘А, кстати, разве я не потеряла сознание в одной сорочке?’

Энок ответил тихо, словно прочел смысл моего выражения.

— Я сам переодел тебя. Я старался не смотреть столько, сколько мог, так что не волнуйся.

— Ты хочешь сказать, что ничего не видел?

Но ответом на мой вопрос вновь послужило молчание.

Боже мой, кажется, я очень хорошо поняла, каково это было, когда моё лицо раскраснелось.

Рубашка сделана из очень тонкого хлопка, а моё тело в это время было мокрым… так что оно, должно быть, было полностью обнажено.

Если я умру на этом острове, причиной будет унижение.

— Боже мой, я не смогу выйти замуж.

Пока я жаловалась, Энок, который выглядел так, будто хотел что-то сказать, облизнув губы, сказал напыщенные слова:

— Тебя это беспокоит? Тогда, если ты выйдешь за меня замуж, проблема будет решена.

— Ты серьёзно?

— Это похоже на шутку?

Нет, это правда звучало так серьёзно. Что с тобой не так?

— Но, когда я просила тебя жениться на мне, ты отказался, потому что я тебе не нравилась.

— Тогда и сейчас разные ситуации, и всё изменилось.

Всё изменилось?

Я не знаю, почему ты так себя ведёшь.

Я хлопнула в ладоши, чтобы избежать неудобных тем.

— О, Кайден!

Словно заметив, что я имею в виду, Энок посмотрел на меня, не говоря ни слова, и тяжело вздохнул.

— Я думала, не было ли у него лихорадки прошлой ночью, но сейчас он, кажется, в порядке.

Энок выглядел очень усталым.

Должно быть, наследному принцу Империи было очень трудно ухаживать за двумя пациентами в одиночку.

— Ты многое сделал. Думаю, теперь моя лихорадка спала.

Он тихонько положил руку мне на щеку и кивнул, решив, что моя лихорадка спала.

— Отдыхай в удобстве. Я посплю там.

— Нет...

Энок, казалось, хотел что-то сказать, но вздохнул и велел мне идти спать спокойно.

Я посмотрела на него, улыбнулась и поблагодарила.

— Спасибо тебе.

Энок долго смотрел на меня, а потом кивнул. Я не был уверена, о чём он думал.

Пожелав ему спокойной ночи, я отошла от него и от Кайдена, уложила постель и легла спать.

Вот так закончился мой день, и я заснула.

***

Я ворочалась, потому что чувствовала на себе что-то тяжёлое, затем я открыла глаза, потому что дискомфорт не проходил.

И тут я встретилась с кроваво-красными глазами.

— Какого...!

Я уже собиралась закричать, но Кайден поднял свои запястья, которые всё ещё были связаны, и поднес указательный палец к уголку рта.

— Шшш.

Я рефлекторно закусила губу, как будто меня заколдовали.

Красные глаза, блестящие безумием, смотрели на меня сверху вниз и красиво улыбались. Как и Энок, он очень красив.

Со связанными запястьями он двигался нормально. Он опустил голову и прошептал мне на ухо.

— Не кричи, иначе кронпринц проснётся.

Я повернула голову в ту сторону, где спал Энок. Он был далеко и ещё не проснулся.

— Женщина с платиновыми волосами с принцем Эноком...

Кайден сразу понял, что он был наследным принцем. Это значит...

— Почему ты солгала, Маргарет?

Это значит, что он уже понял, что я — миледи Флоне.

— Это потому, что я сказал, что мне не нравится юная леди Флоне?

Кайден посмотрел на мое удивлённое лицо так, будто это было смешно.

— Ложь — это плохо.

Затем он взглянул на меня, слегка наклонив голову.

Я не ответила.

Я пока не знала, что он за человек, и не хотела его никоим образом провоцировать.

— Ты умнее, чем я думал. Я действительно не знаю, что бы я сделал, если бы ты тогда сказала, что ты — Маргарет.

Это потому, что он говорил с улыбкой? Его слова казались шуткой. Поэтому я не могла понять его истинных намерений.

— Первый человек, которого я встретил на этом острове, это ты, Маргарет… Это немного подозрительно, не так ли?

Я снова промолчала, не отвечая.

Подобно Эноку, лучше бы он открыто сомневался и презирал меня, но так я не знала, что творилось у него в голове.

— Но это странно. У тебя то же лицо, что и раньше, но почему оно кажется совершенно другим?

Я решила спокойно понаблюдать за тем, что он делает. Так или иначе, его запястья были связаны. И, кажется, он больше не хотел мне угрожать.

— Твой тип лица в моем вкусе - агх!

Внезапно Кайдена что-то ударило и оттолкнуло в сторону.

Вздрогнув, я подняла глаза и увидела, что там стоит Энок. Похоже, он пнул Кайдена ногой.

— Маргарет, иди сюда.

Энок протянул мне руку. Недолго думая, я схватилась за неё и встала, крадясь за ним.

Да, было бы лучше предоставить Эноку разобраться с таким необузданным человеком, как Кайден.

Похоже, та часть, которую недавно ударил Энок, находилась рядом с грудью, где был ранен Кайден. Я видела, как кровь сочилась из-под повязки.

Тем не менее, я не буду лечить его снова. Почувствовав боль, Кайден застонал с обеспокоенным лицом и посмотрел на Энока.

— Давно не виделись, лорд.

Энок холодно поприветствовал Кайдена.

«Лорд» — титул великого волшебника. Для рыцарей это было как «сэр».

Энок протянул руку, которая, казалось, защищала меня, когда я стояла позади него, и преградил мне путь. Он на мгновение обернулся, чтобы проверить моё состояние, а затем снова перевёл взгляд на Кайдена.

Кайден, который до этого сидел с искажённым от боли лицом, по очереди посмотрел на меня и на Энока. А потом он расхохотался.

— Ха-ха, как вы поживаете, Ваше Высочество?

Кайден медленно встал, прислонившись к стене пещеры, и оглядел Энока с ног до головы.

Потом раздраженно цокнул языком.

— Принц Энок защищает юную леди Флоне… Я столько всего повидал в своей жизни, что меня уже ничем не удивить.

Несмотря на то, что его запястья были связаны, он, похоже, совсем не боялся Энока.

— Вы собираетесь продолжать так себя вести? Это Маргарет залечила вашу рану.

На ответ Энока Кайден посмотрел на меня с выражением лица, говорящим: «Как я могу поверить в эту чушь?».

— Маргарет залечила мою рану?

Он был ошеломлён. Было бы уже немного удивительно, если бы его рану залечила обычная благородная девушка, но из всех людей именно Маргарет залечила его рану.

Энок внезапно указал на часть того, что сказал Кайден:

— Маргарет, ты когда-нибудь позволяла ему называть себя по имени?

— Нет.

Я спряталась за Энока, высунув голову, чтобы посмотреть на Кайдена.

— Как грубо.

Пока Энок бормотал это с недовольным лицом, Кайден пожал плечами, как будто всё было в порядке.

— Важно ли быть вежливым в ситуации, когда жизнь непредсказуема?

Энок холодно ответил, его лицо было непоколебимо, что бы ни сказал Кайден:

— Верно. Сейчас это не имеет значения. Но всё было бы по-другому, если бы вы выбрались с этого острова живым.

Кайден прикусил губу. Он повернулся, чтобы снова посмотреть на меня и Энока, а затем плюхнулся на землю, цокнув языком.

Я спросила его:

— Как вы получили эту рану?

Кайден снял мантию и рубашку, показывает своё забинтованное тело.

Он взглянул на свою рану и вздохнул.

— Это произошло случайно… На меня напал монстр. Вы знаете, что это остров, полный монстров, верно?

Затем он взъерошил свои волосы, посмотрел на меня и улыбнулся.

— Что ж, хорошо выглядите.

Услышав его слова, я поняла, что он был причиной громкого рёва, который я услышала, когда столкнулась с монстром в тот день.

Благодаря этому я смогла выжить, но знал ли он, что я в опасности, и пожертвовал собой?

‘Хм, наверное, нет. Кайден же ненавидит меня.’

С этой мыслью я вытащила из кармана его кулон.

— Это ваше, да?

— О… да, это моё.

Кайден нахмурился и протянул ко мне связанные руки. Я положил кулон ему на ладонь.

Он уставился на него и поблагодарил меня:

— Спасибо. Он важен для меня, хотя и не очень нравится.

Я лишь склонила голову на слова, значения которых не понимала. Я не спросила, но Кайден сам легко объяснил, почему.

— Это печать маны лордов башни, передающаяся из поколения в поколение. Проще говоря, это как сейф. Когда лорд умирает, его мана запечатывается в этом кулоне. Я слышал, что до основания Империи Лэнгриджа здесь также была запечатана мана лордов башни во времена династии Инграм.

— Вы носите с собой нечто уникальное.

Кайден залился смехом.

— Я всегда ношу его как привычку. Это один из мифов, переданных от башни, и они говорят, что мана лордов башни обладает достаточной разрушительной силой, чтобы взорвать целую империю.

Кайден сунул кулон в карман брюк. Потом небрежно бросил:

— Однако, какой бы сильной ни была мана, она бесполезна. Только волшебник, который сделал это, может сломать печать маны, но он умер тысячу лет назад.

Я понимаю, почему это называется мифом. Поскольку это передавалось только через литературу, это было похоже на способность, которую нельзя было проверить.

‘Но почему он вдруг мне это говорит?’

— Получается, что на данный момент это просто предмет, что передается как символ башни. Когда я умру, моя мана тоже будет запечатана здесь. Быть запечатанным здесь может быть более значимым, чем позволить моей мане рассеиваться и исчезать напрасно.

Кайден сказал, пожав плечами, затем посмотрел на Энока и меня по очереди и спросил:

— Но как вы двое сюда попали?

— А вы, лорд?

На вопрос Энока Кайден прикусил губу.

— Я шёл в храм... — пробормотал Кайден, нахмурив брови.

— Ну, я думаю, теперь всё в порядке. Я уйду, как только моя рана заживет.

Ответив на это, Кайден подмигнул мне.

— Спасибо за лечение, Маргарет. Было бы лучше, если бы я своими глазами увидел, как ты обращаешься со мной.

Кайден намеренно назвал меня по имени. Эноку, кажется, это не очень понравилось.

Кайден улыбнулся мне, совершенно не обращая внимания на его реакцию.

Даже если ты не знаешь, когда умрёшь на этом острове, Энок всё равно останется наследным принцем Империи.

— Но ты уйдёшь? Куда?

Я думала, что лучше говорить формально, потому что он был лордом башни, но решила говорить неформально, как в первый раз, когда мы встретились.

Кайден снова пожал плечами, как будто ему было всё равно, что я говорю неформально.

— Куда-то на этом острове...?

Что это такое? Я думала, ты что-то знаешь. Бункер, хижина или ворота?

Увидев мое разочарованное лицо, Кайден добавил:

— Подозрительно, что я внезапно открыл глаза в таком месте…  Думаю, я попал сюда через портал, иначе там должны быть ворота для побега или что-то в этом роде. Так что я подумываю проверить все уголки острова.

Спасательные врата? Я широко открыла глаза и посмотрела на него.

Ты ищешь «врата», которые откроются через год? Ты планируешь что-то довольно продуктивное.

Возможно, потому что он архимаг, он мог так подумать.

Были ли у Энока те же мысли, что и у меня.

— Никогда бы не подумал, что могут быть врата для побега.

На слова Энока Кайден пожал плечами. Потом с улыбкой спросил меня:

— Маргарет, не хочешь ли пойти со мной?

Когда Кайден произнес эти слова, что-то перекрыло его в моём поле зрения. Энок снова преградил мне путь.

— Что ещё ты собираешься сделать с Маргарет? Избавься от этого дерьма, прежде чем я вышвырну тебя.

Энок был вполне надёжен.

Честно говоря, я не собиралась следовать за Кайденом, даже если бы он снова попросил меня пойти. В любом случае, я не знаю, когда могу умереть от его рук.

Пещера была нашим временным базовым лагерем.

Но это не самая комфортная среда для длительного проживания, поэтому нам пришлось поискать место получше. Я часто осматривала пещеру.

Энок и я время от времени проводили разведку, разыскивая способы позвать на помощь и информацию о побеге с острова. И ещё я искала хижину и бункер без ведома Энока.

Кайден сказал, что уйдёт, когда его рана заживёт, но он не покинул пещеру, даже несмотря на то, что она зажила.

Сначала Энок выгнал его из пещеры. Однако он проявил настоящее упорство, чтобы не спать две ночи перед пещерой.

В конце концов, даже Энок не мог не впустить его. Потому, что он не знал, с какой катастрофой Кайден может столкнуться, стоя перед пещерой в ночь, когда вокруг бродят монстры.

В противном случае мы с Эноком можем оказаться в опасности.

Кайден действительно был сумасшедшим. Хотя он ещё не проявлял каких-то особенных проблем в поведении, Энок держался рядом со мной, потому что не знал, когда тот совершит что-нибудь безумное.

— Ты более усердна, чем я думал. Что за дворянка просыпается так рано утром?

Кайден, наблюдавший за моей усердной работой с раннего утра, так и сказал.

Ставя кокосовые чаши, наполненные очищенной водой, я взглянула на него.

Как он и сказал, я был очень усердна.

Проснувшись утром, я ходила в долину, чтобы очистить воду и собрать фрукты. Я также часто выходила на охоту.

Обычно мы с Эноком по очереди ходили на пляж ловить рыбу, но он всегда отвечал за разведение костра, потому что я не очень хорошо разжигала огонь.

Из-за этого мне приходилось есть как можно больше, потому что я тратила слишком много калорий.

— Если я хочу переместить базовый лагерь, я должна быть тщательно подготовлена, — ответила я, наливая очищенную воду в бамбуковую бутылку, которую вырезал Энок. Эта бамбуковая бутылка заменяла нам стаканы.

На обоих концах бамбуковой бутылки была верёвка, сплетённая из длинных и жестких стеблей кустарника, чтобы сделать её похожей на сумку через плечо.

— Ты собираешься переехать? Зачем?

— Здесь негде искать еду, да и окружающая среда не лучшая.

Сказав это, держа в руках бамбуковую бутылку, я поправила свои туфли.

— Куда ты идешь?

— На разведку вокруг.

Если быть точнее, то я собиралась забраться на гору, последнее восхождение. Если на этот раз я снова не найду хижину или бункер, то я действительно покину этот район.

Надеюсь, мне посчастливится разгадать секреты острова.

Энок тоже выходил на охоту по утрам, так что время было идеально для восхождения в одиночку.

— Тогда пока.

— А? А, подожди а-а-а…!

Кайден попытался пойти за мной, он долго стонал, как будто ему было больно от раны, и рухнул на сиденье.

Помахав ему рукой, я с лёгким сердцем вышла из пещеры.

Теперь, когда я в какой-то степени приспособилась к этому острову, я также позволял Эноку бродить вокруг меня до захода солнца. В последнее время он, кажется, чрезмерно опекает меня, поэтому, когда я иду вот так одна, то чувствую себя как-то странно.

Прошло уже три недели с тех пор, как я попала на этот остров, но следует сказать, что информация, которую я смогла достать на данный момент, почти отсутствует.

Я встала посреди горы, глубоко вздохнула и посмотрела вниз. Несмотря на то, что я забралась так далеко, я могла просмотреть только некоторые места на острове. Мне нужно было подняться ещё немного выше, чтобы я смогла увидеть дальше.

Пещера, в которой мы остановились, находилась недалеко от пляжа, если смотреть сверху.

В конце концов, это пещера была рядом с пляжем, поэтому я могла быстро ходить на охоту за рыбой.

Кроме того, если бы пещера находилась глубоко в горах, было бы опасно. Потому что это особый остров, где монстры и дикие животные играют в настоящую игру.

Я открыла крышку бамбуковой бутылки и отпила воды.

Было очень сложно. В последнее время я много работала с телом Маргарет. С завтрашнего дня я должна буду заняться физической подготовкой.

Позже, когда я вернусь в особняк Флоне, возможно, мать Маргарет упадёт в обморок, увидев, что у её дочери появились мускулы.

Поднимавшись на гору ещё час или около того, я наконец достигла вершины.

Некоторое время я просто лежала на земле, вытирая пот со лба. Я запыхалась и, казалось, мне было трудно дышать. Я отпила ещё немного воды из принесённой мной бамбуковой бутылки.

Я тоже беспокоилась, что могу вот так умереть, но чувство выполненного долга было велико.

— Я не знаю, почему я продолжаю гоняться за этим чувством на этом чёртовом острове.

Солнце начало садиться. Спускаясь с горы, я забеспокоилась, что скоро наступит ночь, поэтому быстро огляделась.

Остров, который я увидела полностью вновь, был довольно большим. Было интересно, можно ли считать его размером с Сеул.

[П.п.: Сеул имеет площадь 605,2 км². Как четвёртая часть Москвы]

— Чёрт возьми, как я смогу найти хижину и бункер на таком огромном острове?

Сколько я бы ни оглядывалась, я не могла найти места, похожего на хижину.

Тем не менее, у меня было ощущение, что здесь где-то рядом стоит хижина. В романе говорилось, что хижина находилась в горе недалеко от обрыва, но было довольно много утёсов, похожих на то, что было описано в романе.

Я пробежалась по дороге к следующей горе. Затем я запомнила расположение реки и скал и приготовилась к спуску.

После растяжки я уже собиралась идти, но за мои ноги зацепилась красная палка.

— Что это ещё?

При рассмотрении это оказалась не палка, а нечто похожее на пистолет. Он в грязи, но на первый взгляд выглядел потрясающе из-за своего красного цвета, поэтому я подняла его.

— Выглядит как пистолет, как бы я не посмотрела.

Потом я нашла надпись на боку. Вытерла грязь руками и прочитала:

Алеа.

— Алеа? Что это значит?

Название компании, которая сделала этот загадочный пистолет?

Однако, когда я снова посмотрел на него, то подумала, что это может быть чьё-то имя, потому что оно было выгравировано так, как будто вырезано ножом.

Он был похож на пистолет револьверного типа, но конструкция была проще и меньше.

‘Я впервые вижу красный пистолет...’

— Но почему, чёрт возьми, он здесь?

Я, конечно, знаю, что на этом острове есть современные вещи. Но разве предметы в романе просто лежали в случайных местах?

Я проверила магазин пистолета. Все шесть магазинов содержали предметы, похожие на пули.

И когда я присмотрелась, некоторые части пистолета выглядели немного неестественно. Похоже, это не переделанный пистолет, а скорее разобранный и заново собранный.

— Алеа изменил его?

Я ещё раз озадаченно посмотрела на пистолет и обнаружила, что под моими ногами было что-то ещё. Это был полный карман пуль. Вероятно, это были пули, для этого красного пистолета.

— Боже мой, эврика!

Я сунула гильзу в карман платья.

— Но он работает?

Он выглядел очень старым, поэтому я немного сомневалась. Пистолет, который не работает, —просто крутой мусор.

— Но это может быть настоящий пистолет...

Когда дело доходит до пистолетов, немного сложно, потому что у меня нет большого опыта стрельбы.

Я был на стрельбище всего один раз.

И всё же, на всякий случай, чтобы не было шума, я немного разорвала подол своего платья. Затем, немного смочив ткань оставшейся в бамбуковой бутылке водой, засунул её в оба уха.

Затем я заняла позицию, проверила магазин, зарядила его и опустила курок.

— Надеюсь, он работает.

И от страха я на всякий случай спустил курок в дальнее место.

Однако сколько бы я ни нажимал на спусковой крючок, пистолет не стрелял. Потому что он старый?

— Как и ожидалось, он слишком старый.

Я случайно нажал на курок и, не раздумывая, нажал на него в сторону неба.

Но в этот момент в небо взметнулся красный дым.

...?

Это ракетница?

Я равнодушно посмотрела на небо. Красный дым быстро взорвался пламенем и украсил небо.

.......??????

Стоп, это не для сигнальных ракет, это было для фейерверков? Что за чертовщина?

Холодный пот струился по моей спине.

Солнце только начало садиться, что, если фейерверк привлечет внимание монстров?

— Бл**ь!

Когда я осознала ситуацию полностью, то уже мчалась как сумасшедшая.

Я могла случайно наступить не туда и упасть, но меня охватил страх, и я уже не могла замедлить свой бег.

Когда солнце начало садиться, небо также начало темнеть.

Далёкий вой вызвал у меня холодный пот.

— Вот чёрт!

Я услышала, как кто-то, быстро преследует меня сзади и прорывается через кусты.

Звук становился всё ближе и ближе. Мне просто хотелось плакать.

Я долго бежала вниз, но всё ещё не спустилась с горы. Похоже, на моей ноге лопнул ещё один волдырь, но у меня не было времени беспокоиться об этом.

И монстры, преследовавшие меня, вдруг начали посылать сигналы.

Они собираются пригласить больше монстров? Мне было интересно, сколько преследуют меня, но не было времени оглядываться назад.

Я почти на месте. Ещё чуть-чуть!

Я притормозила, когда добежала до угла, затем развернулась и боком обогнула валун, спускаясь вниз.

Даже если я не оглядывалась назад, присутствие преследующих меня монстров ужасало.

Я долго бежала вниз, и посреди этого я успела наткнуться человека, неторопливо идущего куда-то.

Стоп, это мужчина?

— Быстрее! Быстрее! Быстрее!! — я громко закричала.

Мужчина очень медленно оглянулся на меня, и когда я пробегала мимо него, то схватила его за запястье и побежала вместе с ним.

— Что, что случилось?!

Я вела мужчину за руку, и он побежал со мной вниз с горы, крича на меня. Его лицо побелело, как только он увидел монстров, преследующих нас.

— Какого чёрта монстры так собираются? Может быть, это из-за странной магии, которая только что появилась с неба?

— Во-первых, вы знали, что на этом острове магия не работает?

Мужчина кивнул на мой вопрос.

— Значит, то, что вы видели ранее, — это не волшебство!

Мне хотелось плакать от рёва разъяренных монстров позади.

Кажется правда, что монстры сбежались сюда из-за фейерверков.

Однако, если бы это была обычная сигнальная ракетница, она не произвела бы такого яркого взрыва, как фейерверк.

‘Как его смогли так изменить?’

Когда мы добежали до конца спуска, склон постепенно становился более пологим, но бежать по склону было всё равно непросто.

Мы с мужчиной бежали как сумасшедшие. Я успела запыхаться.

Пока я бежала, ракетница, которую я положила в карман платья, билась о моё бедро.

Когда я обратила внимание на ощущение, которое я чувствовала на своём бедре, мне внезапно пришла в голову идея выйти из этой ситуации.

— У меня есть хорошая идея! Ложитесь, когда я дам вам сигнал.

Я достала из кармана сигнальную ракету. Потом прикинула, где остановиться.

К счастью, примерно в пятидесяти метрах впереди был огромный камень. Я могла спрятаться за ним.

— Да? Что вы имеете в виду?

Но я не успела ответить на его вопрос.

Я быстро зарядила магазин и опустила курок. Прислонившись спиной к скале, я повернулась и сказала ему:

— Ложитесь!

Пока мужчина торопливо пригнулся, я выстрелила ракетой в бегущих к нам монстров.

Красный дым пронзил более десяти монстров-волков, а через мгновение взорвалось огромное пламя.

Затем, как будто взорвалась бомба, ближайших монстров откинуло.

Я опустилась на колени рядом с мужчиной и подождала, пока утихнет пламя.

Спустя долгое время пламя погасло, и рёва монстров даже не было слышно, поэтому я тихонько подняла голову вместе с мужчиной.

Монстры были уничтожены.

Я оглянулась на пистолет. Нечто, похожее на револьвер, на самом деле было ракетницей. Но она также умела стрелять красивыми фейерверками!

— Хаа, я жива.

Я вздохнула и села с усталым выражением лица.

Мужчина раздражённо посмотрел на меня и спросил:

— Кто ты, чёрт возьми?

Очень глубокий голос.

Его длинные небесно-голубые волосы спускались ему на грудь, он был так прекрасен. Думаю, что он красивее меня.

Как только я увидела его длинные волосы, я узнал его.

Это был архиепископ Рузеф, один из двенадцати священников Святого Престола, недавно выдвинутый на папский престол.

Рузеф снова спросил меня с сердитым выражением лица:

— Ты ведьма?

— Вы думаете, я ведьма?

Конечно, он, должно быть, никогда не видел сигнальных ракет или фейерверков, так что он мог найти в них странную магию.

Ты можешь так подумать. Но в романе ты никогда не говорил, что главная героиня была ведьмой, даже если она использовала странные вещи...!

— Тогда кто ты?

- Разве вы не должны сначала сами представиться? Я только что спасла вас, но вы теперь так мило со мной разговариваете. Полагаю, вы хотите стать едой для монстров?

Когда я притворилась, что стреляю из ракетницы в небо, лицо Рузефа побледнело.

Он посмотрел на меня более спокойно, чем прежде, наверное, потому что понял, что я спасла его чуть раньше. Затем он ответил своим характерным низким голосом:

— Прежде всего, спасибо, что спасли меня.

‘Прежде всего? Что ещё ты хочешь сказать?’

Неважно.

Потом Рузеф вдруг схватил меня за плечо.

— Подождите...

Затем он просканировал моё лицо и внезапно сказал:

— Юная леди Флоне?

После этого он недовольно нахмурился, хоть я и не сказала «да».

— Вы шли за мной всю дорогу сюда? Вы всё ещё хотите, чтобы я сделал вам любовное зелье?

Любовное зелье? Что за бред...

В тот момент в моей голове пронеслись воспоминания о прошлом Маргарет.

Маргарет следовала за Рузефом повсюду, прося его приготовить ей любовное зелье со своей святой водой, чтобы Энок смог влюбиться в неё.

Однако, когда Рузеф не слушал её, кажется, что она мучила его самыми разными способами. Затем она призвала другого священника провести эксперимент «Любовное зелье» и даже спонсировала его.

Он заслуживает ненавидеть Маргарет.

Маргарет, какого чёрта ты так жила? У тебя слишком много врагов!

Я сделала вид, что не понимаю, и сказала:

— Это не так. И я не миледи из Флоне.

Я беззастенчиво солгала, но Рузефа это не обмануло, и он уставился на меня:

— Юная леди Флоне, это вы похитили меня на этот остров?

Теперь он даже пугает меня. Если на меня повлияет то, что он говорит, меня действительно могут ложно обвинить, когда я позже встречусь с другими мужчинами. Разве это не слишком несправедливо?

Я вскочила со своего места и указала на него:

— Почему вы такой грубый? Я не Флоне. Я не миледи! И я тоже чуть не умерла сейчас.

Он был ошеломлён моим криком и в спешке поднялся со своего места.

— Подождите, юная леди, почему вы вдруг кричите и поднимаете шум…!

— Юная леди, кто? Я сказала нет! Вы! Я спасла вам жизнь! Вы живы благодаря мне. Это верно, не так ли?

— Это, да, но...!

Говорят, что вы выиграете, если ваш голос будет громче, чем голос человека, с которым вы разговариваете, неважно правы вы или нет.

— Тогда поклонитесь и скажите: «Спасибо, я отплачу вам стократно», даже если этого недостаточно! Ха!

Я не стала медлить и повысила голос до конца.

— Пока я не уйду, скажите: «Спасибо~», кланяясь! Понятно?

И тогда я поняла, что, когда кажется, что решения нет, я должна бежать.

Я сказала эту ерунду, а затем рванула со своего места.

Всё в порядке, всё в порядке. Мы всё равно больше не встретимся в будущем.

Надеюсь на это!

Все мои планы спрятаться от главных героев рухнули. Я уже познакомилась с тремя ведущими героями.

Да, это был план, который был разрушен с самого начала.

Если подумать, где что-то пошло не так, должно быть, это произошло с тех пор, как я встретила Энока.

Когда я очнулась на этом острове, я должна была просто пнуть Энока и бежать!

Конечно, было сомнительно, что я смогла бы убежать от монстров и выжить в одиночку, но что ж, теперь все это было тщетно.

Но какого чёрта Рузеф делал на склоне горы на закате?

— Маргарет!

Я спустилась в пещеру с ракетницей в кармане, и Энок, стоявший перед ней, подбежал ко мне и крепко обнял.

Когда я думала, что уже умру от удушья, он наконец отпустил меня.

— Я увидел в небе странный магический круг. Ты...! Я думал ты была...! Хаа...

Энок был в ярости.

Из-за этого я упустила время, чтобы поговорить об архиепископе Рузефе.

— Прости, что беспокою тебя.

Энок не ответил на мои извинения. Может быть, он действительно был зол.

‘Я умерла и вернулась к жизни. Так что, пожалуйста, не сердись слишком сильно.’

Я так много хотела сказать, но мои ноги слишком устали. Думаю, что завтра не смогу проснуться и буду страдать от боли в мышцах.

Сила в ногах ушла, поэтому я села. Энок обнял меня.

Не знаю, сколько раз он меня так обнимал. Я почувствовала облегчение, когда оказалась прижата к его твёрдой и тёплой груди.

— ...Но почему пещера в таком состоянии?

В пещере был настоящий беспорядок. Хотя изначально вещей было немного, все гарпуны и кокосовые чаши, которые было трудно так сделать, разлетелись вдребезги.

Как будто буря бушевала в пещере. Или был вор?

— Ну...

Энок огляделся, не моргнув глазом, и коротко ответил:

— Просто так получилось.

Что ты имеешь в виду?

Моя кровать была единственной вещью, которая осталась нетронутой в пещере.

Энок усадил меня на большой лист, мою долю простой постели. Затем он сел на одно колено передо мной.

— Куда делся Кайден?

— Ушёл, чтобы найти тебя, — коротко ответил Энок.

Было неудобно, что Кайден пошёл искать меня посреди этой опасной ночи.

— Я пошла на разведку. Я думала, что смогу скоро вернуться, но, должно быть, потеряла чувство времени.

Я оправдывалась снова и снова. Но это была правда. Потому что я действительно должна была вернуться до того, как солнце село.

— Ты не поранилась?

Я спокойно кивнула и немного нахмурилась, потому что мои ноги сильно болели. Волдырь, кажется, снова лопнул.

Энок тихо посмотрел на меня и схватил за лодыжку.

Он за раз обхватил мои ноги. Я немного занервничала.

Он осторожно снял мою обувь.

Волдыри были не в одном или двух местах. Кроме того, во многих местах мои ноги были сильно потёрты и даже ранены. Опять же, такая плоская обувь не подходит для дикой природы.

Энок молчал, осматривая мои ноги. Я была босиком уже долгое время, и была настолько смущена, что начала тщетно кашлять.

— Я бежала по горе с другой стороны пещеры, и монстры следовали за мной. Я рада, что всё ещё жива...

Пока я продолжала говорить, выражение лица Энока необычно изменилось. Так что я закончила тем, что смолкла под конец и закусила губу.

Энок пришёл с аптечкой и спросил меня, какое дезинфицирующее средство я использовала. Я всё объяснила ему.

Когда объяснение закончилось, снова повисла неловкая тишина.

Чувствую, что умираю. Пожалуйста, лучше просто злись.

Энок тихо обработал мои ноги антисептиком, а затем намазал мазью, чтобы залечить раны.

— Ах, больно.

— Подожди, — он твёрдо ответил мне, пока я скулила от боли.

Он действительно зол.

Энок наложил пластырь на открытую рану и марлю на волдыри. Понаблюдав за тем, как я это делала несколько раз, теперь он знал, как умело использовать современную медицину.

— Я бы предпочла, чтобы ты злился.

В конце концов я потеряла терпение и сказала ему.

Энок встал на одно колено, положив на себя мои ноги, и поднял голову.

— Я не зол.

Он снова опустил голову и нежно коснулся моей ноги. Казалось, он действовал бессознательно, но ощущение прикосновения моей кожи к его чувствовалось очень странно.

— Тогда зачем ты это делаешь?

— Мне жаль. Я на тебя не сержусь. Я зол на себя.

Я нахмурилась, потому что не смогла его понять. Что, чёрт возьми, это значит?

— Я должен был окружить тебя комфортом, но я чувствую, что постоянно причиняю тебе боль из-за отсутствия своих способностей...

— Подожди, Энок, что ты имеешь в виду?

Я поспешно оборвала его слова.

Моё сердце сжимается, когда он смотрит на меня с таким виноватым лицом.

Когда я впервые встретила его здесь, он очень сильно меня критиковал и вообще ненавидел.

— Я пострадала из-за собственной глупости, так почему ты в этом виноват?

Я вздохнула и на мгновение замолчала. Энок молча слушал меня.

— Это… моя собственная ошибка. Энок вообще не обязан брать на себя ответственность за меня.

Может быть из-за этого? Ты сказал, что, когда вернёшься в Империю, тебе придется хорошенько разобраться в этой ситуации.

‘В этом есть смысл.’

— Спасибо за твою заботу. Но я не хочу чувствовать себя комфортно в дикой природе.

Чтобы жить комфортно, я должна сбежать с этого острова. Если я расслаблюсь и стану комфортно жить здесь, то вряд ли смогу выжить.

Я не могу умереть напрасно, дважды.

— Не думай о том, чтобы защитить меня, и начни беспокоиться о себе. Без меня ты не смог бы прожить и дня на этом острове.

Конечно, нет, я намеренно преувеличила. Но неожиданно Энок согласился с моими словами.

— Ты права. Я не смогу выжить на этом острове в одиночку, без тебя.

Мм?

Я посмотрела на него с недоумением и только моргнула. Я неправильно расслышала? Или Энок сегодня съел что-то не то?

Энок посмотрел на меня и улыбнулся.

— Я не знал, что стану таким.

Мои босые ноги всё ещё лежали на коленях у Энока. Я смутилась и попыталась опустить ноги, но он крепко держал их.

— Мне кажется, что я начинаю сходить с ума из-за тебя.

При следующих словах Энока я удивилась и подняла голову.

— ...что?

Золотые глаза Энока молча смотрели на меня.

— Маргарет, я тоже забочусь о тебе.

Низкий голос Энока приятно слушать. Может быть, его голос звучал ещё приятнее, потому что мы были в пещере.

‘Но подождите… я же тоже?’

Это похоже на предпосылку того, что для него естественно заботиться обо мне. Может быть, Энок неправильно понял, что он мне всё ещё нравится.

Осознав это недопонимание, я покачала головой.

Так ты говоришь, что заботишься обо мне и совсем сознательно? Почему ты вдруг... Какого чёрта ты...

Конечно, поскольку я человек, я очень полюбила его, пока жила с ним.

Хотя и были частые прикосновения, это не казалось чем-то особенным, потому что это было неизбежно, ведь на карту были поставлены жизнь и смерть.

Это всё на данный момент. Больше всего на свете я хотела выжить, несмотря ни на что. Это всё, что я имела в виду.

— Я понимаю. Пока мы остаёмся вместе, конечно, мы должны заботиться друг о друге.

В конце концов, я намеренно ответила Эноку так, как будто не обращала на него внимания.

Конечно, я не собиралась отрицать тот факт, что он нравился Маргарет. Теперь это прошлое, с которым мне приходится иметь дело.

Энок озадаченно посмотрел на меня.

— Маргарет, я не это имел в виду...

— Но, Энок, если ты будешь тратить свою энергию, обращая внимание на такие привычные эмоции, это помешает твоему выживанию... Не лучше ли контролировать свои припадки?

Думаю, что дала разумный ответ. Это довольно хороший ответ, верно?

Но выражение лица Энока не отражало моей радости. После долгого неловкого молчания он снова заговорил:

— Хорошо. Если это то, чего ты хочешь.

Он тихо протянул руку и погладил меня по щеке.

— Я сделаю это.

Я была удивлена. Я думала, что Энок сделает шаг назад. Но он стал на полметра ближе.

Он действительно был таким агрессивным с самого начала?

Я изо всех сил пыталась прийти в себя. Чтобы выжить на этом острове, я не должна подчиняться другим.

Особенно, если это неуверенное чувство, которое заканчивается просто «я забочусь о тебе».

Поэтому я решила быть немного более твёрдой.

— Ты сказал, что никогда не влюбишься в меня. Ты сказал мне не питать напрасных надежд.

Я вернула его слова. На самом деле, я склонна запоминать обидные слова.

Возможно, его задели мои слова. Энок обеспокоенно нахмурился.

Конечно, те резкие слова, которые он сказал мне, были результатом того, что Маргарет сказала ему в прошлом, так что не было нужды винить в этом Энока.

Энок больше ничего не сказал и закусил губу. Мне было немного грустно видеть, как он винит себя, поэтому я снова заговорила:

— Энок, я хочу выжить. Надеюсь, ты тоже выживешь. Я серьёзно.

Кажется, эти слова стали неожиданными для него. Словно удивившись, его большие золотые глаза яростно задрожали.

— Поэтому давайте пока думать только о выживании. Ещё не поздно заняться другими делами позже.

Услышав эти слова, Энок медленно закрыл глаза. Как будто пытался подавить свои эмоции.

***

Я не могла вынести неловкой атмосферы с Эноком, поэтому вышла из пещеры и нашла Кайдена, сидящего перед пещерой.

Он лениво сидел на поваленном дереве, которое мы используем как стул, глядя на тёмные кусты.

Я села рядом с ним.

Я всё ещё сопротивлялась, но это не значит, что я достаточно груба, чтобы быть неблагодарной по отношению к тому, кто бегает и ищет меня.

— Извини, что беспокою. Я слышала, ты пошёл искать меня.

Кайден повернулся ко мне.

— Всё в порядке, потому что теперь ты в безопасности.

Он посмотрел на меня с таким выражением лица, что было трудно понять, о чём он думает.

— В небе появился странный магический круг, солнце зашло, а ты не вернулась… Наследный принц сошёл с ума, ища тебя, как будто у него была какая-то тревога от разлуки.

Ах, кажется, причина, по которой пещера была в беспорядке, была из-за Энока.

Тревога от разлуки……? Что ты имеешь в виду?

Размышляя, я оглянулась на Кайдена.

— Ты в порядке?

Не отвечая на мой вопрос, Кайден оперся подбородком на кулак и уставился мне в глаза. Я была немного озадачена его глубоким взглядом.

— Что?

— Я слышал всё, что ты говорила внутри.

— ... Да неужели?

‘Ты слышал все эти неловкие разговоры?’

Моё лицо загорелось. Я попыталась избежать его взгляда, но Кайден осторожно взял кончик моего подбородка кончиками пальцев и приподнял его.

Благодаря этому я снова встретилась с ним взглядом.

— Но знаешь что? Что мне делать? Ты мне тоже интересна.

При его словах я только моргнула и посмотрела на него.

Я уже давно вместе с Эноком. Но почему Кайден...? Кроме того, двое мужчин делают подобное признание, как будто они это планировали.

— Хватит шутить. Почему это я тебе интересна?

Это потому, что его первое впечатление было не лучшим, или потому, что я знаю, что он за человек? Что бы он ни говорил, это не казалось искренним.

На мой вопрос его кроваво-красные глаза уставились на меня.

Я смотрела, как его тонкие серебристые волосы мягко колыхались на горячем ветру.

Острые кошачьи глаза Кайдена красиво изогнулись, когда он улыбнулся.

Почему ты вдруг улыбаешься? Я была озадачена неожиданной улыбкой и только моргнул.

— Думаешь, я шучу?

Его лицо приблизилось.

Его красные глаза и белое лицо, может быть, даже белее моего, попались мне на глаза.

Я избегала его взгляда. Из всех людей я не могу поверить, что потеряла бдительность в отношении Кайдена.

Когда я уже собиралась встать со своего места, он схватил меня за запястье.

— Отпусти меня.

Когда я нахмурилась от боли, он тут же отпустил моё запястье.

— Мне жаль. И мне жаль, что я угрожал тебе раньше и говорил, что ненавижу тебя.

Он говорил несколько угрюмым тоном, потом прикусил нижнюю губу и болезненно скривил лицо.

— Неважно...

Когда я заговорила, Кайден поднял голову.

— Это никогда не повторится в будущем. Ведь ты меня не любишь.

Лицо Кайдена окаменело.

В любом случае, я думаю, Энок и Кайден изменятся, когда встретят главную героиню...

Вероятно, после этого я смогу доверять им и судить их.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, — вздохнул Кайден.

— Подумай об этом. Мы с тобой не так давно встретились, и ты открыто меня ненавидишь. Но как ты мог уже влюбиться в меня?

При моих словах Кайден смущенно вздрогнул. Затем он улыбнулся с невинным лицом.

Я указала на серьгу, висевшую у него в правом ухе, и сказала:

— Я знаю, что ты плохо контролируешь свои эмоции. Эта серьга помогает контролировать их, но сейчас она сломана.

При моих словах глаза Кайдена расширились. Он выглядел очень удивлённым.

— Откуда… откуда ты это знаешь!

— Я знаю, кто сделал эту серьгу. В любом случае, важно то, что здесь ты не можешь контролировать свои эмоции, не позаимствовав силу своей серьги.

Конечно, я не знаю человека, который сделал серьгу. Я просто вспомнила, что Кайден говорил Юанне в оригинале.

Кайден потерял дар речи и тупо посмотрел на меня.

— Я понимаю, почему ты говоришь такие странные вещи кому-то, кто тебе даже не нравится. Это потому, что твоя серьга сломана.

— ...

— Но не более того. Не говори ничего, о чём потом пожалеешь.

Я отпустила его руку и отвернулась. Но Кайден снова поспешно схватил меня за запястье.

Его лицо, которое казалось немного сердитым, было прямо передо мной.

— Да, я, должно быть, сошёл с ума.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

— Но Маргарет, какой бы ни была причина, это не меняет того факта, что ты мне интересна.

Он одарил меня красивой улыбкой с ямочками и долго целовал тыльную сторону моей руки.

Это было приветствие в стиле империи Лэнгриджа, но то, что Кайден сделал со мной, немного отличалось. Его мягкие, влажные губы надолго задержались на тыльной стороне моей ладони.

Я поспешно встала со своего места.

— Ты очень эгоистичен, ты знаешь об этом?

— Знаю.

Кайден ответил с немного мрачным лицом.

Я развернулась и вошла в пещеру.

И я столкнулась с Эноком, который стоял у самого входа.

...ты слышал разговор с Кайденом?

Но сейчас мне очень хотелось отдохнуть. Поэтому я спокойно прошла мимо него, не беспокоясь, легла на свою кровать и тихо закрыла глаза.

«Но Маргарет, какой бы ни была причина, это не меняет того факта, что ты мне интересна.»

Голос Кайдена продолжал звенеть у меня в ушах. Этот человек мог говорить только то, что хотел.

Я надеюсь, что они не пожалеют о том, что сказали сегодня, когда встретят главную героиню.

***

Как и ожидалось, на следующий день я лежала больная. Не из-за лихорадки или простуды, а из-за мышечной боли.

Когда я открыла глаза, мне захотелось увидеть лица Энока и Кайдена, но сейчас это было не важно. Мне казалось, что всё моё тело вот-вот развалится.

Поскольку мне было так больно, Энок беспокойно бродил вокруг меня и заботился обо мне.

Я не постеснялась просить его о помощи. Потому что я действительно думала, что умру.

Тело Маргарет было очень слабым. Когда я почувствую себя немного лучше, то должна буду начать с физической подготовки. Как я могу выжить на этом жестоком отдалённом острове с таким телом?

В конце концов, я смогла двигаться после того, как четыре дня страдала от мышечной боли.

Выйдя из пещеры спустя долгое время, я увидела, как Энок разводит костёр у входа.

Рядом с ним Кайден очень тонко резал кору, скручивал её и связывал, как веревку.

В романе также было описано, что у Кайдена было много странных талантов.

— Ты в порядке?

Вскоре ко мне подошел Энок и положил руку мне на лоб, чтобы остановить лихорадку. И после этого Кайден осторожно подошёл ко мне и осмотрел моё лицо.

— Отдохни побольше.

Я покачала головой на слова Кайдена.

— Сейчас я уже в порядке.

Я ещё раз подтвердила, глядя на Энока:

— Я правда в порядке.

Энок снова обеспокоенно коснулся моей щеки, а затем отвернулся от меня, как будто ему было жаль.

Мы сидели вместе перед костром с усталыми лицами и долго смотрели, как горит огонь.

— Я должен найти способ сбежать с этого острова, но я не знаю, с чего начать.

В отличие от Энока, Кайден вздохнул с мрачным лицом.

Я спросила Кайдена:

— Ты встречал кого-нибудь ещё на этом острове?

В отличие от нас с Эноком, которые ходили только туда-сюда между пещерой и пляжем, возник вопрос из предположения, что Кайден, должно быть, много бродил здесь.

Кайден пожал плечами.

— Я никогда не видел никого другого. Я всегда искал сушеные листья редьки.

— Зачем ты их искал?

Когда я спросила его, он погладил подбородок. Потом посмотрел на нас, думая, не рассказать ли нам, что он скрывает.

Словно приняв решение, он вскоре открыл рот.

— Мне нужно кое-что выяснить.

— ... Что ты нашёл?

— На этом острове нельзя использовать магию, но есть монстры, которые появляются из-за магии. Это странно.

— ...!

Мне казалось, что от слов Кайдена меня словно осенило.

Почему я об этом не подумала?

— Есть много странных вещей.

Энок ответил, сильно потирая висок.

— Сегодня ходил на разведку, а там на скале написано неизвестное слово.

Алеа

Слово, которое Энок написал веткой на земле, было не чем иным, как алфавитом.

Алеа.

— О, я тоже это видел. Это было выгравировано на теле монстра, — сказал Кайден.

Я вдруг вспомнила ракетницу, которую подобрал с горы и порылась в кармане платья. К счастью, ракетница была там же.

Когда я достал из кармана красную ракетницу, Кайден подошёл ко мне с любопытным видом.

— Что это такое?

— Я подобрала его, когда возвращалась с горы несколько дней назад… Пламя, взорвавшееся в небе, это я сделала этим.

— Что? Ты сделала это? С этим? Как? — спросил Кайден с удивлённым лицом.

Энок какое-то время смотрел на меня с выражением лица, которому было что сказать.

— Я не хотела этого скрывать. Я забыла об этом и об этом...

Я случайно забыл сказать Эноку и Кайдену, потому что они один за другим делали мне странные признания.

— Удивительно, что этот маленький объект создал пламя. Как ты это сделала?

Кайден снова спросил меня с любопытным лицом.

— Я не знала, что это объект с фейерверками. Я просто пробовала сделать то и это, и вдруг что-то вышло...

Кайден взял у меня ракетницу и посмотрел на неё.

Энок, который всё ещё смотрел на меня, спросил:

— Это магический инструмент?

— Ну, я не знаю об этом.

Первоначально он использовался для отправки сигналов спасения, но я промолчала, пытаясь ответить, что, похоже, он был изменён. Для меня также странно знать использование объекта, которого никто не знает.

Когда Кайден открыл коробку с пулями, он посмотрел на меня с удивлением.

— Я думаю, что это волшебный инструмент. Я чувствую ману.

Мана? Разве это не современный предмет?

Это отремонтировано кем-то по имени Алеа с использованием современных вещей? Это вполне возможная история.

— Когда я нажала что-то похожее на курок, пламя погасло. Подожди, сейчас это не главное.

Я указала на буквы «Алеа» на боку ракетницы.

— Я же говорила вам, что учила восточные языки. Читается как Алеа, но похоже на человеческое имя. Может быть, это имя владельца этого волшебного инструмента?

— Но что означает слово «Алеа»?

Латинский или греческий. Это определённо слово, которое я уже где-то видела. Думаю, что узнала значение этого слова, когда изучала физическую культуру в прошлом.

Я попыталась напрячь свой мозг, но сдалась, потому что не могла вспомнить. Придется подумать об этом позже.

— Должно быть, здесь раньше жили люди, кроме нас.

Так что было ясно, что там была хижина и бункер.

— Алеа… Мы не можем исключить возможность того, что на этом острове жили люди. Также есть вероятность, что они всё ещё живы.

На предположение Энока Кайден кивнул.

— Владелец этого волшебного инструмента может быть ещё жив. Возможно, это он нас похитил.

Если Алеа виноват, то этот остров в Корее?

Нас проверяют на острове, используемом в качестве эксперимента, как в фильмах или драмах?

Но если гипотеза верна, то как здесь оказались люди из другого мира?

Он по-прежнему был полон загадок. Я не была уверена точно, что это было, но «Алеа» был первым важным кусочком информации, которую я получила с тех пор, как очнулась на этом острове.

— Прежде всего, нам придется найти больше информации. Основываясь только на этом, трудно сделать точный вывод.

Кайден и я кивнули на слова Энока.

— Хорошо. Прежде всего, давайте подготовим кровать. Солнце садится.

Услышав мои слова, Энок посмотрел на небо и потушил костёр.

После той ночи враждебное отношение Энока к Кайдену, казалось, немного смягчилось.

Тем не менее, по-прежнему не менялся тот факт, что, если Кайден пытался приблизиться ко мне, он немедленно вставал передо мной и пытался его остановить.

Рано утром, проснувшись, я не увидела Кайдена в пещере.

Я немного удивилась, пошла ко входу в пещеру и огляделась. Как раз в то время Кайден вернулся через кусты.

Он максимально закатил глаза и красиво улыбнулся.

— Ты снова проснулась сегодня рано.

Его волшебная мантия была полна чёрных пятен. Я прищурилась и внимательно осмотрела подол его мантии.

'Что это такое…?'

— Куда ты идешь?

Теперь я в какой-то степени приспособилась к жизни с Кайденом.

Кайден взглянул на свою мантию и пожал плечами.

— Я всю ночь был на охоте, потому что волки шумели. Я чуть с ума не сошёл от этого. Но теперь это освежает.

Кайден рассмеялся после разговора об охоте, но это было немного жутковато. Кажется, что эти похожие на чернила штуки были кровью волчьих монстров.

‘Что, если он вдруг сойдет с ума?’

У него состояние, при котором магия продолжает накапливаться в его теле.

Серьга, игравшая эту роль, была сломана, поэтому я не знала, что он охотился на таких монстров, чтобы снять стресс.

Поскольку оригинал представляет собой любовный роман R-19, Юанна решает проблемы Кайдена в романе также в соответствии с жанром. Но это был не тот способ, которым я могла бы это сделать.

— Думаю, есть другой путь.

В этот момент я вспомнила, чему Маргарет училась для контроля маны в прошлом.

«Управление маной похоже на дыхание. Вы должны продолжать тренировать свой даньтянь, чтобы течь по нему. У Юной Леди довольно много маны, поэтому, если вы разовьете свою физическую силу, вы сможете контролировать свою ману».

[П.п.: Даньтянь – это три энергетических центра, расположенных в человеческом теле, и считается, что в даосской и буддийской традициях он является вместилищем энергии жизненной силы в теле.]

Так сказал учитель магии Маргарет. Может быть, этот метод сработает для Кайдена.

Кроме того, он сказал, что чувствует себя освеженным после охоты на монстров.

Когда солнце полностью взошло, я решила пойти прямо на тренировку.

Теперь, когда Кайден выглядит хорошо, мне придется заставить его работать. Для меня было слишком сложно готовить еду на троих только с Эноком.

Когда я вернулась после сбора дров, я нашла Кайдена, сидящего перед пещерой и отдыхающего. Тогда я передала ему дрова.

— Энок пошел за кокосами. Разожги костер, пока он не вернулся. Ты умеешь разводить огонь, да?

Кайден взял у меня дрова и озадаченно посмотрел на меня.

Кажется, он не знает, как разжечь огонь. Я вздохнула и похлопала его по плечу, как бы ободряя.

— Тогда я расскажу тебе, как развести костер, когда Энок вернётся. Пока его ждёшь, не хочешь достать побольше дров?

Я подобрала гарпун, который поставила перед пещерой, и мешок из больших листьев.

Мне было трудно заставить его выполнить работу, не оставив никаких сомнений.

‘Ну, всё в порядке, пока он делает то, что ему говорят.’

Я решила успокоиться.

— Я умею разжигать огонь, но сейчас мне лень, так что я просто принесу немного дров.

Кайден сказал с просветлевшим лицом.

Если подумать, Кайден был всеядным интеллектуалом, приобретавшим все знания независимо от области. Он должен уметь разжигать огонь.

— Отлично. Тогда я пойду на охоту.

— …Что? Охоту?

Кайден спросил меня с широко открытыми глазами в недоумении.

Я засунула гарпун в лианы, которые обвязала вокруг своей талии. Последние несколько дней Энок сам ловил рыбу, но сегодня он, похоже, занят, так что мне пришлось выйти самой.

— Как думаешь, откуда взялась рыба, которую ты ел последние несколько дней?

— П-подожди, я не расслышал? Маргарет Роуз Флоне ловит рыбу?

Мне было лень отвечать на повторяющиеся вопросы Кайдена, поэтому я просто кивнула головой.

— Сумасшедшая. Ты собираешься ловить рыбу этим гарпуном? Ты действительно благородная дама?

— Это дискриминация. Разве знатная дама не может охотиться?

— Даже я, как дворянин, не ловлю рыбу, тем более таким гарпуном.

Я была на эмоциях и переспросила, но признала, что мой вопрос был странным.

Это правда. Какой дворянин пойдет на охоту за рыбой? Тоже с гарпуном. Даже если бы я думала об этом, это не имело смысла. Однако каким бы благородным ни был человек, он обязательно пойдет на всё, если на карту поставлено его выживание.

— В любом случае, я хочу перестать есть рыбу, но, похоже, поблизости нет животных, на которых можно охотиться.

Думаю, пора переехать в другое место. Нам нужно было найти среду с немного большим количеством пищевых ресурсов.

Пока я думала об этом, Энок вернулся.

Он вернулся со связкой кокосов в руках, а когда увидел Кайдена, то нахмурился.

Он грубо засунул кокосы в пещеру, вернулся, взял меня за руку, выпустив из рук Кайдена.

— Кажется, я держал его связанным.

Под бормотание Энока я обнаружила кусок ткани, свисавший с правого запястья Кайдена. Кажется, он оставил Кайдена привязанным в пещере.

— Не подходи к Маргарет.

Энок снова преградил мне путь и посмотрел на Кайдена.

— Теперь он обращается со мной как с микробом.

Кайден пробормотал, но ни я, ни Энок не ответили.

Я сказала Эноку:

— Не связывай его снова. Я попросила его кое-что сделать.

На мои слова Кайден выпятил нижнюю губу и ответил угрюмым взглядом.

— Я не буду этого делать.

— Тогда еды не будет.

— Сколько дров я должен принести?

Кайден быстро сдался и подошёл ко мне.

Я сказала ему раздобыть дров на сегодня вечером и завтра утром.

— Я хотел спросить тебя раньше, Маргарет, потому что ты действительно отличаешься от той Маргарет Роуз Флоне, которую я знаю.

Внезапно Кайден спросил:

— Ты кто-то другой?

Я не могла с готовностью опровергнуть это утверждение.

Кайден посмотрел мне в лицо. Конечно, его тут же остановил Энок.

Он хорошо заботился обо мне, как волчица заботится о своем детёныше. И я была не против быть под его защитой.

— Это потому, что ты плохо знаешь Маргарет. Потому что ты не знаешь истинного «я» Маргарет, — сказал Энок Кайдену с сарказмом.

Чего? В конце концов, даже Энок не знал моего истинного «я». Это было забавно.

Услышав слова Энока, Кайден оглянулся на меня, нахмурив лоб, и скрестил руки на груди.

— Каково твоё истинное я?

На этот раз Энок тоже посмотрел на меня. Когда я посмотрела на двух мужчин с надеждой, у меня на сердце стало тяжело. Что с вами не так, ребята? Это слишком тяжело для меня.

— Э-э… э-э, как медведь гризли?

Я, конечно, пошутила, но Энок и Кайден посмотрели на меня так, словно не понимали, о чем я говорю.

Так или иначе, в романе Кайден живёт один, потому что ненавидит жизнь в обществе, как бы ему ни нравилась главная героиня.

Но теперь я не знаю, почему он не уходит и продолжает оставаться в пещере.

Более того, именно Энок был тем персонажем, который презирал меня больше всего, за ним следовал Кайден, но теперь они оба были добры ко мне.

У меня хорошее предчувствие. Я надеюсь, что доброта останется такой, какая она есть.

С этой мыслью я повернулась к ним спиной и отправилась на охоту.

К счастью, пока я охотилась, Кайден делал всё, что я ему сказала. Он даже поймал с Эноком двух зайцев.

— Чувствую, что голова прояснилась. Моё состояние действительно сильно улучшилось, — взволнованно сказал Кайден.

Он сказал мне это с яркой улыбкой. Кажется, что физический труд эффективен для открытия потока маны.

‘Да, так намного лучше, чем опасная охота на монстров.’

Я села перед пещерой и начала снимать шкуру с кролика. Кайден подошёл ко мне и с удивленным лицом спросил:

— Ты… Можешь делать что-то подобное?

Я только взглянула на Кайдена и молча продолжила снимать шкуру с кролика. Тем временем Энок готовил барбекю.

— Тебе нужна моя помощь?

Я покачала головой на вопрос Кайден.

— Всё в порядке. Помоги Эноку приготовить обед.

В одиночку сложно снять шкуру с крупного животного, такого как кабан. Однако с мелкими животными, такими как кролики и белки, было легко.

Конечно, это тоже то, что обычная благородная дама никогда бы не смогла сделать.

Кайден бродил вокруг меня с недоверчивым видом, наблюдая за тем, что я делаю.

— Я… я пойду приготовлю ужин.

Увидев, как я умело сдираю шкуру с кролика, он тихонько пошёл помогать Эноку.

Я закончила снимать шкуры с кроликов быстрее, чем Энок и Кайден приготовили ужин. Я зевнула, глядя, как они режут деревянные шпажки.

'Скучно.'

Оставаться на одном месте не соответствует моему характеру, так что в конце концов я прогулялась по пещере, чтобы очистить её.

У Кайдена, случайно увидевшего меня, было очень странное лицо.

— Я думаю, что у меня что-то не так с глазами, Ваше Высочество. Благородные дамы тоже убираются?

Услышав слова Кайдена, Энок улыбнулся, словно увидел что-то знакомое.

— Пожив вместе с ней несколько дней, я понял, что она не обычная благородная дама.

Гордая улыбка скользнула по губам Энока, когда он сказал это.

На первый взгляд он был похож на отца, хвастающегося своей дочерью, занявшей первое место в академии для одарённых.

Как Энок стал таким?

Я покачала головой, увидев его гордое лицо.

В любом случае, уборка была сделана на отлично, и мы смогли устроить себе полноценный приём пищи после долгого времени.

***

На следующий день мы наконец решили начать передвигаться.

Кайден знал местонахождение большой реки.

Энок неожиданно согласился с его мнением, что лучше было построить наш лагерь у реки, а не на пляже.

Было преимущество в том, что можно было ловить рыбу в море у берега, но, кроме этого, особого преимущества не было.

Однако причина, по которой мы, Энок, если быть точным, не отказались оставаться у берега, заключалась в том, что мы боялись, что корабль может пройти мимо острова.

Но прошёл уже почти месяц, как мы очнулись на этом острове.

Сейчас настало время, когда выживание было важнее ожидания спасения, и мы решили изменить правила жизни в направлении, в котором приоритет отдается выживанию, но не отказывались от спасения.

В качестве бонуса нам также нужно было найти информацию об Алеа.

Я старательно упаковала свои вещи.

Всё, что мне нужно было взять, это гарпун, бамбуковая бочка и верёвка, сделанная Кайденом.

Я также взяла часть платья, которое превратилось в кусок швабры. На этом необитаемом острове каждый кусок ткани дорог.

Я решила снова сделать чашу из кокоса, когда найду новое место для обитания.

— Кайден, ты тоже идёшь?

На мой вопрос Кайден сразу состроил грустное лицо.

— Почему ты задаешь мне только такой вопрос? Принц Энок же идёт, почему я не могу?

Я была ужасно озадачена вопросом Кайдена и взглянула на Энока через плечо.

Энок удовлетворённо улыбнулся, собирая свои вещи.

— Почему ты спрашиваешь что-то настолько очевидное? У тебя с самого начала не было места, чтобы быть рядом с нами.

— Если «места» нет, я могу создать его сам. Маргарет, не можешь выделить и мне «место»?

Кайден и Энок одновременно посмотрели на меня.

Собирая вещи, я устало вздохнула, глядя на двух мужчин.

‘Эх, может мне просто оставить их обоих?’

Кайден посмотрел мне в глаза, отрезал ветки и что-то сделал. Через несколько мгновений он протянул сумку, сделанную из веревки и большого листа.

‘Боже мой, сумка из листьев? Это так мило. ’

Получив в подарок эко-сумку, я посмотрела на Кайдена. Удивительно, что такая милая сумка была сделана такими большими руками.

Когда я посмотрела на сумку, которую он сделал для меня, то сказал:

— Пойдём вместе.

Хотя Энок был недоволен, Кайден оказал нам огромную помощь.

У Кайдена были отличные жизненные навыки, а Энок был хорош в охоте и работе, так что сочетание участников в нашей группе было просто прекрасным.

Мы собрали чемоданы и отправились в путь, чтобы переехать… Казалось бы, большое приключение, но, как всегда, реальность оказалась не столь прекрасной.

Лучше было бы найти что-то вроде пещеры, в которой мы жили вокруг реки, чем сжигать калории, строя хижину.

Но, конечно, найти место, отвечающее таким условиям, было непросто.

По дороге я окинул взглядом скалы, которые видел несколько дней назад. Я не отказываюсь от поиска бункера, который может быть где-то на скале.

Выбравшись из пещеры, в которой мы остановились, мы нашли большую реку — как сказал Кайден, около заката.

Спокойная река казалась идеальной для жизни множества рыб. Вода также пригодна для питья или купания.

Перед рекой было ровное гравийное поле, а после прохождения гравийного поля был склон.

Место, где я стояла, было окружено деревьями, поэтому оно было защищено от животных, и было достаточно далеко от реки, очень удобное для эвакуации, когда шёл сильный дождь, и река разливалась.

— Было бы прекрасно построить здесь хижину из веток.

Не знаю, когда я покину это место, чтобы всерьёз строить настоящую хижину.

Поэтому наиболее целесообразным показалось мне пока сделать эвакуационную хижину из веток деревьев.

— Но Маргарет, как сделать хижину из веток…?

Когда Кайден удивлённо спросил меня.

Энок тоже посмотрел на меня с выжидающим видом.

‘Точно. Вы же не можете этого знать. ’

Я присела на корточки и указательным пальцем начертила на земле хижину.

— Во-первых, вам нужны две короткие деревянные палки и одна длинная деревянная палка. Я думаю, крепкая, толстая древесина бы подошла.

В ответ на моё объяснение Энок и Кайден кивнули, продолжая внимательно слушать.

— У входа в хижину сложите два коротких деревянных шеста вместе, чтобы получился треугольник, и положите сверху длинный деревянный шест, который будет служить каркасом крыши, вот так, и работы по фундаменту закончены. Эта тренога — опора хижины.

Я с трудом провела пальцем по земле, рисуя избушку.

Энок и Кайден широко раскрыли глаза, словно учёные, горящие страстью к учёбе, и слушали мои лекции.

— Установите опоры в виде рёбер с каждой стороны длинного деревянного столба, который послужит крышей. Затем на готовую крышу нужно положить веточки и укрыть опавшей листвой. Вы поняли?

— Разве это не сложно?

— Это просто!

При моих словах Энок и Кайден почти одновременно кивнули. Я улыбнулась им и добавила ещё одну вещь.

— Думаю, что было бы лучше построить его немного повыше от земли. Мы должны остерегаться муравьев и скорпионов.

— Ну, тогда мы можем сделать его похожим на временное убежище, которое мы построили на пляже. Пол из гальки, веток, мха и опавших листьев.

При словах Энока я энергично кивнула.

— Было бы хорошо.

Я поставила сумку, которую сделал Кайден, на землю и огляделась.

— Думаю, нам нужно более острое оружие, чтобы рубить деревья.

На ропот Энока я подошла к утесу, полному камней, и нашла там большой камень.

— Что? Чем ты планируешь заняться? Просто скажи мне, и я сделаю это для тебя, Маргарет. Не занимайся такими вещами.

Я проигнорировала слова Кайдена и ударила большим камнем по остальным.

Повторив это три или четыре раза, я выбрала из разбитых камней тонкие и острые и передала их Эноку.

— Я сделаю ещё несколько. Думаю, что смогу сделать топор из нескольких камней.

Двое мужчин посмотрели на меня со странными лицами. Кайден серьёзно спросил меня:

— Будь честной. Ты действительно можешь сказать это сейчас. Ты не Маргарет, да? Откуда юная леди из герцогской семьи знает об этом?

Я, конечно, не ответила ему и пошла в кусты, чтобы найти бревно.

Энок делал лезвие, потирая острый камень, который я сделала о скалу.

Кайден следовал за мной и продолжал задавать вопросы.

— Дает ли герцог Флоне тебе такое образование? Маргарет, чего ты не знаешь?

Кайден спросил меня с очень любопытным лицом. Говорят, что волшебники без ума от исследований. Глядя на Кайдена, это не кажется правдой.

Я увидела сломанный длинный деревянный шест и сказал Кайдену:

— Думаю, было бы неплохо использовать его как шест для хижины. Помоги мне.

Затем он улыбнулся и слегка толкнул меня.

— Я сделаю это!

Кайден присел на корточки, поднял деревянный шест на левом плече и встал. Действительно ли волшебники так хорошо используют свою силу?

Поскольку мы работали втроём, всё было выполнено быстрее, чем ожидалось.

Хотя временная хижина была построена очень просто, Энок и Кайден действительно очень быстро работали.

К тому времени, когда хижина была построена, солнце уже садилось, и мы были вынуждены войти внутрь и поесть там ягоды асаи.

Домик был построен довольно большим и, казалось, вмещал до четырех взрослых, но всё же был тесным, поэтому казалось, что его можно использовать только во время сна.

Я должна найти хижину из оригинала. Не думаю, что есть место столь же просторное и удобное, как это.

Кайден лёг и сказал:

— Получилось лучше, чем я думал.

Я очень устала и тоже прилегла. Мне было несколько неудобно лежать рядом с двумя огромными мужчинами.

‘Если у меня будет время, может мне сделать отдельную хижину для себя? ’

Кайден повернулся и подошёл ко мне. Я собиралась повернуть голову, чтобы посмотреть, что происходит, но он внезапно обнял меня сзади.

Моя спина была прижата к его груди. Он медленно опустил голову, уткнулся лицом мне в плечо и горячо выдохнул.

— Что за чёрт?

Я замерла на мгновение. Я почувствовала мягкие губы Кайдена на своем голом плече.

— Ещё немного. Не двигайся.

— … Ты с ума сошёл?

Кайден мягко улыбнулся, прижавшись губами к моему плечу. Я чувствовала прикосновение его губ и тёплое дыхание.

Я нахмурилась, мягко потянулась, чтобы оттолкнуть его, но Энок оказался быстрее меня. Он наступил ногой на бок Кайдену и оттолкнул его.

Кайден нахмурился и посмотрел на него.

Энок молча проскользнул между мной и Кайденом и лёг. Затем Кайден встал и запротестовал против того, что он сделал с ним.

Я спокойно наблюдала за раздражающей нервозной войной между двумя мужчинами и сказала:

— … Мне выйти, чтобы поспать?

Затем Энок и Кайден одновременно сели.

— Прости, я буду молчать.

— Я ничего не буду делать, так что оставайся здесь.

Кайден сказал первым, а Энок вторым.

Я бы не удивилась, если бы это был Кайден, но почему Энок ведет себя так по-детски?

Я посмотрела на двух мужчин с озадаченным выражением лица, затем пошла в угол, чтобы поспать.

Рано утром я сидела у реки и смотрела на небо.

Кайден, вышедший из временной хижины, заметил меня и спросил:

— Маргарет, что-нибудь хочешь?

Я посмотрела на него, на мгновение не поняв его вопроса.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу немного подвигаться. Если тебе нечего мне приказать, я пойду охотиться на монстров.

Кайден даже не знал, почему он хотел пошевелиться.

Ну, до тех пор серьга заботилась о контроле потока маны в его теле, поэтому ему не нужно было использовать своё тело.

Он обнаружил, что физический труд очень эффективно регулирует поток маны.

Подперев подбородок тыльной стороной ладони, я посмотрела в лицо ему, стоявшему передо мной, и сказала:

— Охота на монстров опасна для тебя и для нас. Не делай этого…

Я замолчала под конец своих слов.

— Как насчёт охоты на диких животных?

Если он сойдёт с ума, у меня тоже будут проблемы, поэтому я должна заставить его работать активнее.

— Да ладно, Маргарет... Я говорю о том, что мне нужно сделать прямо сейчас.

— Охота на диких животных — это то, чем ты можешь заняться прямо сейчас. Ты можешь подвигаться столько, сколько захочешь.

На вопрос Кайдена я ответила с радостным лицом.

Кайден какое-то время смотрел на меня.

— Ты… ты хочешь есть только мясо, верно?

— Ты заметил?

Когда я спросила с улыбкой, Кайден вздохнул и преувеличенно пожал плечами.

— Меня обманули. Тогда…

Он медленно поклонился мне.

Его лицо приближалось. Когда наши взгляды встретились, он красиво улыбнулся.

Он наклонил голову и постучал пальцем по щеке.

— Поцелуй меня здесь.

— Если ты не хочешь, я сама пойду на охоту.

Когда я так резко ответила, голос Энока внезапно ворвался:

— Я думаю, вы слишком много говорите, Лорд.

Энок оттолкнул Кайдена от меня очень решительным, но скромным жестом.

‘Кажется, тон голоса Энока становится более циничным, или, может быть, я ошибаюсь?’

Кайден, которого небрежно оттолкнули назад, озадаченно посмотрел на Энока.

—Ты серьёзно?

Кайден показал признаки гнева.

Я вскочила со своего места, когда увидела безумие в его глазах.

Двое мужчин смотрят на меня одновременно.

Если Кайден, который не может контролировать свои эмоции, и Энок, который теряет рассудок при виде крови, сразятся, произойдёт катастрофа.

Я приложила палец к своим губам, а затем приложила палец к щеке Кайдена.

— Не пойми меня неправильно, я сделала это не потому, что ты мне нравишься, а теперь иди на охоту!

И Энок, и Кайден тупо посмотрели на меня. Они как будто не могли поверить в то, что только что произошло.

Кайден, который пришел в себя первым, посмотрел на меня с милой улыбкой. В отличие от Кайдена, у которого было довольное лицо, Энок выглядел немного сердитым.

— Маргарет.

Я подумала, что Энок вот-вот начнет придираться, поэтому поспешно придумала оправдание.

— Я пойду ловить рыбу. Энок, пожалуйста, снова зажги огонь.

Я чувствовала язвительные взгляды двух мужчин за моей спиной, но не оглянулась.

‘Кайден же не будет сходить с ума, как Энок, верно? Или мне уже надо бежать?’

Когда я серьёзно подумала об этом, я сильно надавила на висок. Моя голова запульсировала.

‘Но если Кайдену удастся контролировать поток своей маны, он не выйдет из-под контроля…’

Прямо сейчас без меня некому было остановить припадки Энока и контролировать безумие Кайдена.

«Маргарет, я тоже забочусь о тебе».

«Но Маргарет, какой бы ни была причина, это не меняет того факта, что ты мне интересна».

Я вспомнила, что двое мужчин сказали мне некоторое время назад.

‘Почему вы говорите что-то подобное?’

Если бы вы признались, я бы легко отказалась, но что это за двусмысленные слова?

‘Нужно подумать об этом позже. Сейчас важнее охота.’

Порыбачив некоторое время в воде, я приготовилась делать уголь.

Сейчас Кайден и Энок часто охотились на диких животных, поэтому мы получали достаточно белка.

Но проблема в том, что было много сложностей с поджариванием мяса на обычных дровах.

‘Либо его легко сжечь, либо оно недожаривалось.’

Итак, сегодня я решила сделать уголь.

Я вырыла яму и положила внутрь тонкие веточки трута. И я положила кусок дерева, чтобы сделать уголь в нём.

— Что делаешь?

Энок, который подошёл ко мне, когда я складывала дрова в форме пирамиды, чтобы разжечь костёр, спросил меня.

— Я делаю уголь. Ах, древесный уголь…

— Я знаю, что такое уголь. Мне просто интересно, чего ты не умеешь.

Энок, похоже, не шутил. Я смущённо почесала щёку. Не знаю, стоит ли меня хвалить за то, что я делаю что-то подобное. Это действительно не имеет большого значения……

— Его очень легко сделать.

Потому что я делала это сотни раз, когда ходила в походы. Энок, который смотрел на меня, скрестив руки, тихо прошептал:

— Когда я вернусь в Империю, я должен навестить герцога Флоне.

На его решительные слова я грубо кивнул головой.

— Я зажгу огонь, так что займись чем-нибудь другим. Ты можешь поранить запястье.

Энок взял деревянную палку из моей руки и тихо сел рядом со мной.

Поскольку он обладал способностью к скорости, он смог быстро разжечь огонь. Он зажёг небольшой кусочек дров, помещенный внутри пирамиды.

Он посмотрел на цвет пламени и убедился, что оно горячее, затем засыпал дыру в пирамиде из дров собранным пеплом.

— Мы можем проверить всё снова через час или два.

Я кивнула на то, что сказал Энок.

— Кстати, есть новости от сэра Диего?

— Кажется, он тоже недавно переехал. Кроме этого, новостей не было.

Энок всё ещё не сказал, что присоединится к ним. Почему?

Может быть, было бы лучше встретиться с главной героиней раньше, чем позже. Однако, с другой стороны, в моём сердце тоже была надежда, что он не столкнётся с ней.

‘Я тоже не знаю, что чувствую.’

Я решила просто терпеливо ждать.

Когда Кайден вернулся с охоты, уголь был готов.

Кайден подошёл к хижине с маленькой птичкой, посмотрел на уголь и закатил глаза.

— Маргарет, ты тоже делала уголь? Эй, теперь ты действительно можешь мне сказать. Ты не дворянка, да?

Я пожала плечами на вопрос Кайдена, который, казалось, вошёл в привычку, и посмотрела на него.

— Значит, ты считаешь себя дворянином?

— Нет, я никогда не считал себя дворянином.

Он был так горд, что мне больше нечего было сказать. Боже.

— Мы с Эноком приготовим обед, так что сначала иди прими ванну.

На мои слова Кайден покачал головой с улыбкой на лице.

— Я не собираюсь принимать ванну.

— Что? Почему? Грязный.

— Из-за того, что ты поцеловала меня, такая трата времени — сразу принимать ванну.

— Когда я тебя поцеловала?

Можно ли называть это поцелуем?

Было неловко, когда я задала такой вопрос.

Энок, тихо сидевший рядом со мной и разводивший огонь углём, встал со своего места.

Он неторопливой походкой приблизился к Кайдену.

Кайден испугался, когда его лицо приблизилось, и отступил назад.

— Ч-что?

Пока Кайден паниковал, Энок грубым жестом потёр его щёку рукой.

Затем на левую щёку Кайдена, к которой я приложила палец, намазал чёрным углем.

— Бл**ь! Что ты делаешь?

Кайден ударил Энока по руке с недовольным выражением лица.

— У тебя что-то грязное на щеке. Не надоедай Маргарет и иди прими ванну.

Энок ответил очень спокойным голосом и вернулся ко мне. Когда наши взгляды встретились, на его губах появилась томная улыбка.

‘Что, почему ты улыбаешься так сексуально?’

Пока я была заворожена его чарующей улыбкой, он сидел рядом со мной и смотрел на горящие угли.

‘Давай, сердце моё, успокойся.’

Я попыталась прийти в себя и повернула голову.

Затем я сказал Кайдену, который ругался, показывая пальцем за спиной Энока.

— Кайден, не будь таким и иди прими ванну. На твоей левой щеке много угольного порошка.

— Какого…?!

Кайден коснулся своей щеки с растерянным выражением лица. Затем, когда чёрный порошок прилип к его ладони, он выплюнул бранные слова.

Когда я увидела, как он бросился к реке, то громко рассмеялась.

***

На следующий день я взяла свой гарпун и пошла на реку ловить рыбу.

Рано или поздно мне придётся попросить Кайдена сделать ловушку для рыбы.

Было утомительно каждый раз заходить в воду и ловить рыбу в таком платье.

‘Я хочу побыстрее найти современную одежду.’

Моё платье тоже было грязным, а форма Энока изодрана.

‘В оригинале Юанна явно одета в штаны и футболку, которые она нашла на острове… Там также была обувь.’

Говорили, что по всему острову спрятано не одно и не два комплекта, а довольно много одежды.

‘Это не игра на выживание в поисках припасов. Поиск современных объектов, спрятанных на острове, — странная идея, как бы я ни думала об этом.’

Прямо как игра.

Это было, когда я вышла из реки после рыбалки с такими мыслями.

Сквозь близлежащие кусты послышался шорох. Не знаю, животное это или человек.

Я притворилась, что всё в порядке, взяла трёх рыб, пойманных гарпуном, и положила их на землю.

Тогда я закрепила гарпун в руке и бросила его как есть.

Я бросила его немного в сторону от звука, но услышала крик.

Я взяла сигнальную ракетницу, которую ненадолго положила у реки, чтобы залезть в воду, и пошла в направлении звука.

— Дерьмо! Что это, юная леди Флоне!

Там на земле сидел и смотрел на меня архиепископ Рузеф, которого я уже встречала раньше.

Хоть я и сказала ему, что я не барышня из Флоне, он всё равно меня так называет. Ну, я знала, что он не поверит.

Я подняла гарпун и посмотрела на него, пожимая плечами.

— Я думала, тут зверь. Кто сказал вам так подглядывать?

Рузеф был по-прежнему чист и невинен. Однако у него был очень свирепый характер, и к нему было трудно подобраться. Юанне также было довольно трудно сблизиться с ним.

— Да кто на тебя смотрит!? — крикнул Рузеф.

Какое-то время он смотрел на меня сверху вниз, а затем посмотрел через моё плечо.

Там рыба, которую я поймала, лежала на гравийном поле.

— Кстати, ты действительно охотилась за рыбой?

На его вопрос я кивнула с озадаченным лицом. Он с трепетом смотрел на рыбу, лежащую на гравийном поле.

Должно быть, он наблюдал, как я ловлю рыбу в реке.

— Юная леди из Флоне действительно охотилась на рыбу… Я не смог в это поверить, даже когда сам это увидел. Это нонсенс. Все монстры, проходящие мимо, будут смеяться надо мной.

Рузеф смотрел на меня и говорил тарабарщину, как будто сошёл с ума.

‘Монстры, проходящие мимо, будут смеяться над тобой? Это уже слишком.’

Внезапно позади него раздался очень низкий голос.

— На кого ты смотришь?

Это был Энок.

Его острый взгляд обратился к Рузефу.

— Давно не виделись, архиепископ. Кстати, если хочешь спасти свою жизнь, лучше держи рот на замке.

Его низкий голос походил на рычание животного.

Если бы один только его голос мог разорвать людей на части, Энок, вероятно, уже разорвал бы на части Рузефа.

— Наследный принц?

Рузеф недоверчиво посмотрел на Энока.

Энок и Рузеф отреагировали друг на друга так, как будто впервые встретились на этом острове.

Кажется, Диего не сказал своей группе, что регулярно встречался с Эноком.

— Есть кто-то ещё?

— Я… Я не знаю.

Похоже, что он скрыл подробности своей группы и от Энока.

Диего был одним из главных героев, которые хотели монополизировать Святую Юанну, так что это было объяснимо.

— Как Ваше Высочество может быть здесь? Нет, почему Ваше Высочество здесь с такой колдуньей? Эта ведьма сделала что-нибудь Вашему Высочеству?

Рузеф посмотрел на меня с ненавистным лицом.

Как же я устала от этого.

— Неудивительно, я заподозрил неладное с того самого момента, как она попросила меня приготовить приворотное зелье. Ни один нормальный человек не стал бы пытаться завоевать чьё-то сердце таким образом. Ты ведьма! Скажи мне, что, чёрт возьми, случилось!

— Хааа…

С усталым лицом я сильно надавила на висок, затем зарядила ракетницу и опустила руку.

— Архиепископ? Вы собираетесь продолжить в том же духе?

Затем я направила дуло сигнальной ракетницы на Рузефа.

— Знаете, что это такое, да? Бум!

Когда я нажала на курок и сделала вид, что стреляю, лицо Рузефа побледнело.

— Если знаете, заткнитесь и поднимите руки. Прежде чем я застрелю вас.

Это была строчка, которую я хотела произнести однажды перед смертью.

Рузеф опустился на колени и поднял обе руки. Несмотря на то, что его белая форма была в полном беспорядке, его светло-голубые волосы выглядели шелковистыми.

Из-за опущенных уголков глаз у него было мягкое впечатление, но никогда не судите о человеке, просто взглянув на его лицо. Как у него может быть настолько плохой характер с таким грустным лицом?

— Как и ожидалось, ведьма!..

Рузеф не смог закончить фразу, потому что Кайден ударил его ногой в спину.

— Фу!

Кайден улыбнулся, пнув Рузефа по спине.

— Ты хочешь умереть? О, что ты несешь? Форма священника? Ты священник?

При словах Кайдена я вспомнила, что между волшебниками и жрецами существовал глубокий исторический конфликт.

— Эй… ты заполз сюда, потому что хотел умереть от моих рук?

Чем больше Кайден продолжал, тем больше Рузеф хмурился, когда его пинали в спину.

— Ты грязный волшебник…!

Если подумать, жрецы относились к волшебникам как к людям с испорченной душой.

Волшебники были похожи на современных учёных, они проводили свои исследования.

Когда дело доходило до исследований, волшебники не гнушались экспериментировать с живыми существами.

На самом деле, если это и был эксперимент, то он тоже проводился в храме тайно, но жрецы критиковали волшебников, как будто они сами никогда не проводили экспериментов.

Естественно, волшебникам были противны жрецы.

Энок, спокойно наблюдавший за войной нервов между ними, вздохнул.

Именно тогда Рузеф встал и поправил свою одежду.

— Эй, шавка, кто сказал тебе вставать?

Когда Кайден похлопал его по плечу, лицо Рузефа сильно исказилось.

Часто священники говорят, что они служители Бога. Поэтому волшебники использовали слово «шавка», чтобы посмеяться над жрецами.

[П.п.: давайте примем это обзывательство, как грубое «подлиза»]

— Заткнись, неудачник.

Услышав слова Рузефа, Кайден расхохотался.

— Этот ублюдок даже ругаться не умеет.

— Не говорите так, как будто вы находитесь в том же социальном статусе, что и я.

Рузеф стиснул зубы, глядя на Кайдена.

Кайден неискренне кивнул. Это разозлило Рузефа ещё больше, но было ясно, что он так задумал.

Я стояла рука об руку с Эноком и наблюдала за схваткой между ними, а потом спросила Рузефа.

— Вы один?

Насколько я помню, Рузеф должен был быть с группой Юанны.

Рузеф, который всё ещё спорил с Кайденом, повернулся ко мне и ответил с красным лицом.

— Нет, я нет.

Кажется, он всё ещё с главной героиней.

— Но почему вы ходите один?

На этот раз лицо Рузефа по-другому покраснело от моего вопроса. На мгновение он взглянул на Кайдена и Энока, а затем посмотрел через моё плечо.

Сбитая с толку, я повернулась спиной, и в конце взгляда Рузефа оказались пойманные мной ранее рыбы.

Рузеф нерешительно сказал:

— Чтобы что-нибудь поесть… По правде говоря, я не ел ничего, кроме фруктов, уже несколько дней.

Он украдкой посмотрел нам в глаза, как будто был смущён этим фактом.

— Раньше я охотился на мелких животных, таких как кролики, но сейчас я не могу найти животных, на которых можно охотиться. И потому что никто не умеет ловить рыбу...

Почему никто не умеет ловить рыбу?

Только тогда я вспомнила, что главными мужчинами в отряде Юанны были рыцарь-командор, жрец и наследный принц Королевства Гестия. Я не думаю, что они когда-либо охотились на рыбу...

— Хотите рыбки?

Лицо Рузефа просветлело от моего вопроса. Но он переключился в режим тревоги, как только мой взгляд встретился с ним.

— Вы действительно та юная леди Флоне, которую я знаю?

Должно быть, это самая важная фраза всех главных героев, которые впервые встретились со мной. Она вообще есть в списке вопросов, которые необходимо задать?

— Неважно, та это юная леди, которую вы знаете, или нет. Всё равно после сегодняшнего дня вы не увидите Маргарет.

Рузеф был озадачен кровавыми замечаниями Энока и закусил губу.

Когда он сказал: «Ты всё равно не увидишь Маргарет после сегодняшнего дня», это прозвучало так, будто он определённо собирался убить Рузефа.

Я что, Медуза Горгона? Зачем ему умирать, если он снова меня увидит?

Я громко рассмеялась, потому что это было так смешно.

И после минутной тишины раздался громкий звук из желудка Рузефа, который просил еды.

Когда мы одновременно посмотрели на Рузефа, он запаниковал и опустил голову с покрасневшим лицом.

Солнце уже клонилось к закату, так что нам пора было ужинать.

Я поджарила рыбу, на которую охотилась ранее, на костре. С другой стороны, Рузеф широко раскрыл глаза с выражением любопытства на лице, наблюдая за тем, что я делаю.

— Так вот как жарить рыбу.

Говоря это, Рузеф сглотнул, но, похоже, даже не осознавал, что делает это.

Он, должно быть, так голоден…

Немного пожалев его, я на мгновение отбросила в сторону тот факт, что он назвал меня ведьмой.

Я протянула ему кусок рыбы, и он торопливо съел его.

Он снова и снова благодарил меня с сияющим лицом.

Как и ожидалось, никто не мог выжить перед лицом голодной смерти. Не могу поверить, что он благодарен за помощь человеку, которого ненавидит.

Рузеф, в конце концов, закончил трапезу с довольным лицом, после того как съел и порцию Энока с рыбой.

Немного пожалев, я дала ему сырую рыбу в дорогу, чтобы он смог приготовить её позже.

После того, как Рузеф удовлетворительно поел, он посмотрел на меня с озадаченным лицом, как будто только что пришёл в себя.

Перед обедом он смотрел на меня с презрением, говоря, что я ведьма или что-то в этом роде, и теперь он, кажется, осознал свое двойственное поведение.

— Я был… груб с вами, юная леди.

— Скажи это правильно.

Энок, который смотрел на Рузефа, скрестив руки, поправил его слова. Он не дал никаких дополнительных объяснений, но взгляд Энока на Рузефа был поистине ужасающим.

Рузеф взглянул на Энока и извинился передо мной.

— Пожалуйста, простите меня за грубость, юная леди.

Его извинения кажутся искренними.

— Хорошо. Прощайте.

На мои слова Рузеф кивнул и ушёл, держа в руках пойманную мною рыбу, как будто он держал в руках что-то драгоценное.

Будет пахнуть рыбой…

Юанна чувствует себя хорошо? На самом деле, это был вопрос, который я хотела задать больше всего.

Однако я не могла ни с того ни с сего спросить: «Есть ли девушка в вашей группе?», поэтому я упустила момент и не смогла задать вопрос.

Посмотрев, как уходит Рузеф, я устала и рано легла спать.

***

На следующий день я плавала по реке и не спеша ловила рыбу.

— Что это такое?

Купаясь в реке, я нашла таинственный кусок ткани, застрявший между скалами.

Как ни странно, это была карта.

На ней написано местонахождение бункера, который я искала.

— Боже мой!

Я тут же вытащила карту бункера из расщелины скалы и выбралась из воды. Потом я сразу же вернулась в хижину.

Энок отправился на охоту, а Кайден вышел на разведку вокруг временной хижины.

Я сидела одна и рассматривала карту бункера.

— … Это карта?

На большом острове были нарисованы три горные вершины, а посреди трёх горных вершин протекала огромная река.

Рядом с вершиной горы на Северном острове буква «бункер» была написана с отметкой «Х»...

Вот оно.

Взволнованная, я посмотрела на карту и вздохнула.

Когда я смотрю на размер острова и думаю о том, насколько он устрашающий, думаю, что это лучше, чем вообще ничего не знать.

Как только приблизительное местоположение будет определено, я продолжу разведку.

Моё местоположение было недалеко от центра Южного острова. Итак, я думаю, мне нужно найти способ пересечь огромную реку, текущую посередине.

…но почему карта бункера застряла между скалами?

— Что за номер? Это дата?

Я прочитала номер на краю бункера.

— Календарь Королевства Инграм, 666 год.

Подождите, Королевство Инграм?

Западный и Восточный континенты, включая империю Лэнгриджа, где жила Маргарет, используют календарь Виния, который был установлен тысячу лет назад.

Если это было Королевство Инграм, то это была династия до основания Империи Лэнгриджа.

Итак, это означает…

— Что за черт……? Это так жутко. Этой карте уже тысячу лет?

Кто, чёрт возьми, сделал это?

Мало того, что там были один или два сомнительных момента, я ещё и закрыла карту, потому что это было то, на что я не могла найти ответ прямо сейчас.

— Хорошо, нужно сначала пойти в бункер. Тогда я могла бы найти что-нибудь.

Сначала я положила карту в сумку, которую сделал Кайден.

— Но если я найду бункер… Что насчёт Энока и Кайдена?

Я раздумывала, брать ли их с собой или идти в бункер одной, как и планировалось. Ведь бункер на одного человека.

Немного подумав, я глубоко вздохнула.

С ними существует такая вещь, как связь между жизнью и смертью, но нормально ли мне оставить их одних?

Изменятся ли они, когда встретят Юанну, пока неизвестно.

Кроме того, похоже, Эноку и Кайдену всё ещё нужна моя помощь.

— Мне подумать об этом ещё немного?

В конце концов я отложила своё решение, потому что это был не простой выбор.

И я не забыла, что я должна была сделать до прихода Кайдена и Энока.

Верёвка, которую сплёл Кайден, закончилась, поэтому я подобрала кору и ветки ивы.

После того, как я нарезала кору ивы и некоторое время собирала ветки около хижины, я услышала откуда-то голоса и поспешно скрылась в кустах.

Вскоре появились мужчина и женщина.

Во-первых, моё внимание привлекли коротко стриженные тёмно-каштановые волосы и зелёные глаза мужчины.

Увидев его в рыцарском мундире, я поняла, что это Диего Бастиан Вильтерхейм.

‘Этот ублюдок тот плохой парень, который стащил моё платье?’

Диего нёс женщину на спине, а затем опустил её на упавшее дерево. Светло-каштановые волосы, почти цвета хаки, развевались вокруг её шеи.

Внешний вид Юанны в оригинале, который я помню, и лицо Святой в памяти Маргарет совпали.

Эта женщина, кажется, Святая Юанна Люси.

Я была удивлена, что состояние её одежды выглядело ещё хуже, чем моё грязное платье.

Её одежда была разорвана до непригодности. Глядя на шрамы, которые можно было увидеть под её одеждой, было ясно, что её поцарапал зверь или напал монстр.

— Святая.

Диего сел на колено перед Юанной.

У неё было очень усталое лицо. А Диего смотрел на неё очень грустным взглядом.

— Я знаю, что принудительные действия наследного принца Асдала доставляют вам неприятности.

О боже. Ты пытаешься выглядеть лучше, когда других главных героев нет рядом? При этой отчаянной реплике Диего мне показалось, что я смотрю настоящую драму.

— Доверяйте мне и полагайтесь на меня.

Затем он поклонился и поцеловал Юанну в тыльную сторону стопы. Похоже, он совершал благоговейную церемонию.

Я посмотрела на этих двоих и немного смутилась.

‘Зачем ты это сделал…?’

Тем временем Юанна просто смотрела на Диего без всякого выражения на лице. Если быть точной, она выглядела раздражённой действиями Диего.

У неё было такое выражение лица, как будто она устала от всего.

Она выглядела очень вялой.

— Ааа… Ну, да. Спасибо, — Юанна ответила устало.

Однако у Диего было очень тронутое лицо, как будто он не заметил выражение лица Юанны.

Я стояла молча, наблюдая за ними двумя, пока Диего не понёс Юанну на спине и не ушёл.

‘Это странно.’

— Вы ругали меня за то, что я подглядываю за другими, но вы ничем не отличаетесь от меня.

— Вы напугали меня!

Я была поражена внезапным голосом за моей спиной.

Когда я обернулась, там был Рузеф с рыбой на поясе.

Я уставилась на рыбу, свисающую с его талии.

Не меч, а рыба на поясе. Он даже сам похож на рыбу, которую я дала ему вчера.

— Что вы здесь делаете?

Я на мгновение прикрыла нос. От Рузефа шёл рыбный запах.

— Я проходил мимо и увидел вас, потом подошёл.

В отличие от прошлого раза, его дерзкий характер утих.

Я вспомнила разговор между Юанной и Диего, который увидела недавно.

Если я помню, кажется, что в оригинале был эпизод, в котором Рузеф, разгневанный тиранией наследного принца Асдала, несколько недель жил отдельно от своей группы.

— Вы знаете, кто эти люди?

На мой вопрос Рузеф медленно кивнул головой.

— Это люди из моей группы.

Рузеф больше ничего не ответил. Он нахмурился и уставился на то место, откуда исчезли Юанна и Диего.

— Разве вы не вернулись вчера?

Рузеф взглянул на меня и покачал головой.

— Почему?

— Есть обстоятельства…

Он не закончил свои слова, как будто ему было трудно ответить.

Но, примерно зная причину, больше вопросов я не задавала. На самом деле, было утомительно выслушивать все его обстоятельства одно за другим.

— Почему вы не съели эту рыбу?

Я продолжала чувствовать рыбный запах, поэтому снова зажала нос, нахмурила брови и посмотрела на него.

— Разве вы не умеете разводить костёр?

Рузеф ничего не сказал и посмотрел мне в глаза.

Похоже, он сегодня тоже весь день голодает...

— Вы уже поели?

И снова он не ответил.

Вместо этого на мой вопрос ответил его живот. Я вздохнула, увидев покрасневшее лицо Рузефа.

По сравнению с Эноком я не так быстро развожу костёр, но и не так уж плоха в этом.

Я разрезала сухой бамбук и разделила его на две части. Потом проделала небольшие отверстия в одном из кусков бамбука, насыпала за него опилки и воткнула в землю. Я натёрла другим куском бамбука, как будто пилой. Всё заключалось в создании угольков с прижимной силой за счёт возвратно-поступательного движения трения древесины.

Попилив так некоторое время, я увидела, как из бамбука пошёл дым, затем дунула через отверстия в бамбуке. Увидев тлеющие угли, я вытащила бамбук и продолжила осторожно дуть на опилки.

— Принесите мне несколько сухих листьев. Быстро.

Рузеф, наблюдавший за тем, что я делаю, торопливо подобрал сухие листья.

Я использовала их как дополнительный трут, чтобы превратить угли в огонь.

— Боже мой.

Рузеф зааплодировал с пустым выражением лица.

— Вы хорошо смотрели, да? Тогда сделайте это сами в будущем.

Рузеф энергично закивал на мои слова.

В конце концов, я развела костёр, поджарила ему немного рыбы и дала ему очищенную воду.

Но даже после того, как он съел рыбу и выпил воду, он не собирался уходить.

Он сделал ещё один глоток и добровольно начал чистить ветки.

— Эм, можно я останусь здесь?

— Помните, как вы назвали меня ведьмой? Прощайте и берегите себя.

Рузеф снова ничего не сказал. Даже если я скажу ему вернуться, он не уйдет, пока не придут Энок и Кайден.

Энок и Кайден, нашедшие его, подняли шум.

Это напомнило мне о том времени, когда Кайден лежал без сознания перед нашей пещерой.

Странно. Это кажется знакомым.

Солнце начало садиться, и было невозможно сказать Рузефу уйти ночью, когда монстры слепо бродили вокруг. В конце концов, я решила позволить ему остаться только на одну ночь.

— Ты мелкий ублюдок. Даже не думай заходить внутрь, а просто держи охрану перед хижиной. Вы, жрецы, умеете охранять, не так ли?

Рузеф сердито посмотрел на Кайдена, но в итоге ничего не ответил.

Он не может заблудиться в лесу ночью. Поэтому я сказала:

— Но там опасно...

Когда я неожиданно встала на его сторону, Рузеф посмотрел на меня с лицом, полным предвкушения.

Однако, к сожалению, у меня не было намерения оправдывать его ожидания.

— Сидите у входа и смотрите. Если вы зайдёте слишком далеко, монстры могут учуять вас и прийти сюда.

Рузеф посмотрел на меня с лицом, полным отчаяния, а Кайден расхохотался.

Так или иначе, после переезда на берег реки количество встреч с монстрами ночью уменьшилось.

Монстры избегают воды?

Когда я проснулась утром, Энок уже собрал в бамбуковом бочонке немного черники.

Я сидела перед хижиной и чистила зубы новой жевательной палочкой, которую сделала несколько дней назад.

Рузеф посмотрел на меня и склонил голову с любопытным лицом.

— Что это такое?

Энок и Кайден сидели рядом со мной, каждый чистил зубы своими жевательными палочками.

— Я чищу зубы.

Я почистила зубы веточкой и сполоснула её водой, потом повернулась к Рузефу.

— Вы не чистите зубы?

На мой вопрос Рузеф лишь растерянно моргнул.

Не чистить зубы противно.

Сначала я отрезала веточку длиной с предплечье и шириной около 1 см. Затем я заставила Рузефа жевать кончик этой ветки.

Волокно древесины способствует секреции слюны, а слюна нейтрализует остатки пищи.

— Это просто, не так ли?

На мой вопрос Рузеф пожевал ветку и кивнул.

— Эй, шавка, тебе пора возвращаться.

Поедая чернику на завтрак, Кайден сказала об этом Рузефу.

— После того, как я встретил юную леди Флоне, как я смогу жить без неё? Я не пойду.

Рузеф говорил странные вещи, но я просто продолжала есть чернику, не воспринимая его всерьёз.

Сегодня было бы неплохо исследовать путь к бункеру. Я также нашла карту с расположением бункера, так что найти дорогу должно быть несложно, да?

— Не суетись, иди и найди Бога. Но Бог не отвечает тебе, верно? Это потому, что Бога нет.

— Ты закончил говорить?

— Я выгляжу так, будто закончил? Не совсем. Подумай об этом. Если бы существовала такая вещь, как Бог, мы бы не застряли здесь.

— Осторожнее со словами!

Голоса обоих постепенно становились всё громче.

Я на мгновение нахмурилась, потому что у меня заболели уши. Энок открыл рот, спокойно посмотрев на меня.

— Вы, оба, остановитесь. Не шумите перед Маргарет.

Может, в слове «Маргарет» есть какая-то магия?

Увидев, как Кайден и Рузеф тут же закрыли рты и посмотрели мне в глаза, я еле сдержала смех.

Я посмотрела на них двоих, вычистила пустую бамбуковую бочку и встала со своего места.

Затем, с бамбуковым бочонком и каменным топором на талии, я оглянулась на Кайдена и Рузефа с гарпуном в руке.

— Я пойду на разведку.

Нужно исследовать новую местность. Очень важно выяснить, нет ли поблизости чего-нибудь опасного или нужного.

Рузеф посмотрел на меня и нахмурился, словно увидел что-то очень странное.

— Я не могу привыкнуть к тому, что юная леди делает это.

Должно быть, это важная фраза всех главных героев, которые впервые встретились со мной. Она вообще входит в список обязательных?

На этот раз ни Кайден, ни Энок не ответили на слова Рузефа. Энок не ответил, потому что собирался на охоту, а Кайден, похоже, не ответил, потому что ему было лень.

Рузеф не сдался и задал ещё один вопрос.

— Все благородные дамы так быстро адаптируются, как юная леди Флоне?

Может быть? Конечно, мне было лень отвечать на вопрос Рузефа.

— Кайден, ты пока отошли архиепископа Рузефа обратно.

— Не волнуйся, я его выгоню.

— Не могли бы вы позволить мне остаться ещё ненадолго?

Кайден и Рузеф одновременно открыли рты. Но я не слышала, что они говорили.

Мне было лень переспрашивать, поэтому я решила просто уйти.

Услышав шум позади, я подумала, что они, казалось, снова начали драться.

Тем временем Энок схватил оружие и последовал за мной. Я озадаченно посмотрела на него, идущего за мной.

— Тебе есть что мне сказать?

— Я сегодня на охоту.

Он ответил мне спокойно.

— Разве Кайден не должен охотиться?

Услышав мой вопрос, Энок спросил:

— Ты не жаловалась, что он только птиц ловил?

Я была немного озадачена его словами.

— Я никогда не жаловалась…

Я просто сказала, что хочу мясо, потому что всё время ела только птицу или рыбу.

Конечно, я не просила Кайдена идти на охоту. Но он сказал, что к завтрашнему дню сделает капкан для ловли диких кабанов.

— Я поймаю для тебя кролика.

При словах Энока я посмотрела на него с мерцающими глазами.

— Правда?

Энок, с равнодушным видом закатывавший рукава колета, кивнул.

Возможно, в хижине было слишком шумно из-за Кайдена и архиепископа Рузефа, Энок как-то выглядел намного достойнее. Как и ожидалось, он наследный принц Империи.

Я постоянно забываю об этом с того момента, как решила называть его «Энок» вместо «Ваше Высочество».

Если нам удастся сбежать с этого отдалённого острова и вернуться в Империю, какими станут наши отношения?

— Почему ты продолжаешь следовать за мной? Я иду на разведку.

— Я хотел пойти за тобой и поохотиться.

Слова Энока меня немного смутили.

Потому что, расставшись с Эноком, я хотела сама найти дорогу в бункер.

Энок слегка помрачнел, когда он заметил моё обеспокоенное лицо.

— Ты ненавидишь ходить со мной?

— Это не так…

Я вздохнула.

— Хорошо. Пойдём вместе.

Сегодня мне пришлось отказаться от поисков бункера.

Я не хотела выглядеть подозрительной, и Энок не мог узнать о бункере.

Потому что это было действительно последнее средство для спасения, которое у меня было.

Я подошла к Эноку и порылась в кармане своего платья.

Сигнальный пистолет надёжно хранился в моём кармане.

Ни Кайден, ни Энок не попросили у меня ракетницу.

У меня также не было причин отдавать им то, что я нашла сама, поэтому я оставила её себе.

Перед отправлением я взяла с собой карту бункера, и, к счастью, она тоже была в моём кармане.

Порывшись какое-то время в кармане, я уткнулась лицом в грудь Энока, который остановился.

Не в спину, а в грудь.

Это значит, что Энок наблюдал за мной, пока я рылась в кармане.

Он выглядел холодно.

— Почему ты так смотришь на меня?

— Я знаю, что ты собираешься уйти.

От таких внезапных слов Энока я потеряла дар речи.

Я ещё не решила...  Но я не собиралась уходить сразу же.

Тогда что мне сказать?

Энок, который смотрел на меня, всегда был внимателен.

Не думаю, что когда-либо было время, когда он не заботился обо мне с тех самых пор, как я начала ему нравиться.

Я знала, что он примерно в курсе моих мыслей, но не знала, что он спросит меня об этом напрямую.

— Ты…

Энок снова заговорил. Я нервно ждала его следующих слов.

— Меня ты тоже собираешься бросить?

С мрачным лицом, он спросил меня голосом, который был душераздирающе печальным.

Я была немного озадачена, поэтому поспешно ответила:

— Кто собирается бросить тебя? Это не так.

Он сделал ко мне ещё один шаг.

Затем медленно опустил голову.

— Тогда позволь мне быть рядом с тобой, Маргарет, — прошептал он мне тихим голосом на ухо.

У меня зачесались уши, поэтому я рефлекторно дотронулась рукой до шеи.

— Не бросай меня.

Его большая рука нежно обвила мой затылок.

— Ты можешь это сделать, а?

Я подняла голову и посмотрела на него.

На его лице не было никакого выражения, но в его глазах был жалкий свет надежды.

Я была очарована его золотыми глазами, которые смотрели на меня сверху вниз.

Боже мой. Что же мне делать?

Несмотря на то, что там мало пространства, я хочу освободить место для Энока в бункере.

— … Не пожалей о своих словах позже.

Я намеренно не ответила на его вопрос.

Энок просто смотрел мне в лицо, не говоря ни слова. Но мягкая улыбка тронула его губы. Его большая рука обхватила мою шею, а затем нежно погладила по щеке.

— Клянусь, этого не произойдет.

Ты не должен быть так уверен.

К счастью, Энок продолжал ходить со мной и уже не спрашивал моего ответа.

Я осмотрелась вокруг реки, а Энок, следующий за мной, поймал двух кроликов.

Наблюдая, как Энок привязывает кроликов к своей талии, я вспомнила Рузефа с рыбой на талии. Всё-таки кролики лучше рыбы.

Только на закате мы с Эноком решили вернуться в хижину.

— Это странно. Я не видела никаких монстров в последнее время. Разве монстры, похожие на волков, не могут спускаться к берегу реки?

На мой вопрос Энок огляделся и взглянул на меня.

— Я не думаю, что они даже приблизились к пляжу, где мы проснулись. Кажется, что монстры волчьего типа ненавидят воду.

При словах Энока я кивнула и в очередной раз постаралась вспомнить содержание романа.

Очевидно, что на этом острове есть несколько типов монстров, помимо монстров типа волка.

Среди монстров самыми опасными были те, что в виде анаконд и те, что в виде тарантулов.

Насколько я помню, монстры типа анаконды выделяют яд своим дыханием.

Обычно они обитают на болотах, но их также часто можно увидеть у рек, поэтому главные герои были очень осторожны при выходе к реке.

‘Стоп… реке?’

— Почему я не подумала об этом раньше?

Оглядываясь назад, можно сказать, что хижина, которую мы построили, тоже находилась у реки, так что это было не то место, где мы могли чувствовать себя в полной безопасности.

Энок спросил меня, что происходит:

— Что такое?

— Ничего. Солнце начинает садиться. Возвращаемся?

При моих словах Энок озадаченно посмотрел мне в лицо, а затем кивнул.

Тем не менее, есть одна удачная вещь: когда солнце встаёт, монстры не появляются.

…или это более опасно?

— Что это?

На обратном пути к хижине Энок нашёл среди кустов пустой ящик.

Он выглядел как военный предмет, но при ближайшем рассмотрении оказался ящиком с припасами.

— Хм…? Я думаю, что кто-то уже открыл его. Был ли это кто-то из группы архиепископа Рузефа?

На мой вопрос Энок опёрся подбородком на руку, уставился на пустую коробку, а затем кивнул.

— Скорее всего. На данный момент кажется, что единственные люди на этом острове — это они и мы.

Я не знала, что там будет коробка с припасами. Но на коробке было написано «Интегрированная логистическая поддержка» на корейском языке.

Когда я это увидела, у меня возникла гипотеза, что этот остров может быть отдалённым островом в Корее.

— Солнце уже садится. Вернёмся побыстрее.

Сколько бы я ни заглядывала в пустую коробку, там не было ничего особенного. Мы с Эноком снова продолжили путь и направились к хижине.

Однако, подойдя ближе, мы стали свидетелями удивительного зрелища.

— …что это за фигня?

Энок недоверчиво пробормотал.

У меня тоже не было слов, когда я увидела длинное чудовище анаконды у реки перед хижиной.

Десятки гарпунов были воткнуты в слабо извивающееся тело анаконды.

Архиепископ Рузеф, по-видимому, в обмороке, лежал перед хижиной, а Кайден, весь израненный, поставил одну ногу на голову анаконды и положил вниз гарпун.

На мгновение я застыла в шоке, когда увидела Кайдена, полностью покрытого кровью монстра. Но вскоре, увидев извивающуюся анаконду, я поспешно схватила Энока за руку.

— Жди здесь.

Энок сбросил свисающих с пояса кроликов на землю, схватил гарпун и побежал к Кайдену. Затем он помог ему и воткнул гарпун в голову анаконды.

Как, чёрт возьми, это произошло?

— Ха-ха, я уж думал, что умру.

Я пришла в себя, когда услышала слова Кайдена, а затем подошла к ним.

Анаконда выглядела совершенно мёртвой.

— Ты в порядке?!

Я посмотрела на Кайдена. На его теле было много новых ран. Были порезы и царапины, а также раны, которые, казалось, были вызваны ядом.

В красных глазах Кайдена было глубокое безумие. Он был полон красной крови и смотрел на меня с неряшливым видом.

Как только я проверила состояние Кайдена, я повернулась к Эноку и снова увидела, как он трясётся, прикрывая глаза одной рукой.

На его покрасневшей шее показалась вена, возможно, он пытался сдержать свои припадки.

— Что с ним?

Пока Кайден растерянно смотрел на Энока, я подобрала упавшую на землю верёвку, подбежала к нему и крепко связала ему руки и ноги.

— Что ты делаешь, Маргарет?

Кайден побежал за мной и смотрел, что я делаю. Я ответила, крепко связав Эноку руки и ноги.

— Я пытаюсь его успокоить.

— Что?

Не было времени отвечать Кайдену, потому что дыхание Энока становилось всё более прерывистым.

— Энок, ты меня слышишь?

К счастью, он спокойно кивнул, словно всё ещё был в здравом уме.

Казалось, он контролировал себя изо всех сил, но из-за его огромной силы верёвка, связывавшая его руки, оборвалась. Мускулы на его руках покраснели, словно от гнева.

Я спокойно погладила его.

— Всё в порядке, всё в порядке.

Я медленно усадила его на землю и похлопала по плечу.

— Можешь остановиться.

Тем не менее, с чем мне действительно повезло, так это то, что управлять Эноком стало проще, чем раньше.

Энок уже не терял сознание, и его припадки быстро стихли. Если бы он так быстро успокаивался, в будущем, возможно, не было бы необходимости связывать его конечности.

Я вздохнула с облегчением и встала.

— Ты в порядке?

Я повернулась к Кайдену, снова осматривая его раны.

— Что сейчас произошло? Что не так с наследным принцем?

— Я объясню позже. Я спрашиваю, потому что твои раны кажутся очень серьёзными.

При моих словах Кайден посмотрел на меня и улыбнулся.

Его очаровательные ямочки были впалыми, а с лица капала кровь, что делало его немного жутким.

— О, Маргарет. Я рад, что тебя здесь не было. Этот ублюдок упал в обморок, как только увидел это.

Кайден дал нелепый ответ и указал на Рузефа, который потерял сознание. Я посмотрела на Рузефа один раз и сразу же взглянула на Энока.

— Куда ты смотришь?

Кайден, заметив, что я смотрю на Энока, повернул меня за подбородок, чтобы я смотрела только на него. Как только наши взгляды встретились, он сделал довольное лицо.

— Посмотри на меня, Маргарет.

Потом он заскулил, ластясь ко мне, как ребёнок, ищущий внимания.

— Мне было так тяжело. Похвали меня за хорошую работу.

Его тонкие серебристые волосы были перепачканы кровью.

Я молча смотрела на него, затем медленно протянула руку и погладила его по волосам.

— Ты отлично поработал, Кайден. Я рада, что ты в безопасности.

При моих словах лицо Кайдена просветлело.

Если бы у него был хвост, он бы сейчас им завилял.

Однако его глаза немного пугали. Кроме того, теперь, когда он весь в крови, он был ещё более пугающим.

Он усмехнулся, вытирая кровь с губ тыльной стороной ладони.

Он выглядел настоящим психом.

— Хаа.

Послышался вздох Энока. Казалось, он пришёл в себя. Я вернулась к нему и проверила его состояние.

— Не могли бы вы объяснить, почему наследный принц такой?

— Это об Эноке, поэтому я думаю, тебе лучше услышать это непосредственно от него.

Я не могла никому рассказать о его травме, поэтому просто промолчала.

Энок сморщил нос и посмотрел на меня. Как будто его глаза ещё не полностью пришли в сознание.

Кайден взглянул на него и почесал затылок.

— Тогда будет трудно услышать объяснение.

Кажется, он думает, что Энок не ответит ему прямо.

Я спросила Кайдена:

— Что здесь произошло?

— Я скажу тебе всё, даже если ты не спросишь.

Он погладил подбородок и раздраженно нахмурился, глядя на мёртвую анаконду.

— Я вышел из хижины, чтобы выгнать ту шавку.

Кайден попытался вспомнить, что произошло, и продолжил:

— Внезапно раздался громкий звук чего-то ломающегося, поэтому я побежал на звук, а оно уже было там. Оно что-то ело, но я не знаю, что это было.

Анаконда что-то ела. Можно ли представить ещё более жуткую фразу?

Моё сердце сжалось при виде того, как тщательно построенная хижина была разрушена.

— Тот факт, что монстр проделал весь этот путь… Не думаю, что это безопасное место.

На мои слова Кайден серьёзно огляделся и кивнул.

— Да. Нам нужно найти другое убежище.

Кайден подтащил Рузефа, потерявшего сознание у реки, к разбитой хижине.

Тем временем Энок, сидевший там с усталым видом, подошёл ко мне, как бы придя в себя.

— Спасибо, Маргарет. Как и ожидалось, я не могу справиться с этим без тебя.

При этом Кайден посмотрел на Энока, облизал губы и, наконец, прикусил нижнюю губу. Кажется, он отказался от попыток напрямую спросить о симптомах припадка Энока.

— Думаю, твои симптомы становятся всё лучше и лучше. Кстати, если ты не возражаешь, давай вместе уберём этот бардак.

Мы разобрали обломки разрушенной хижины и забрали самые важные вещи.

— Кайден, иди сюда, я залечу твои раны.

Я нашла аптечку в разрушенной хижине и усадила Кайдена на землю.

— Энок, пожалуйста, не подходи ко мне, я собираюсь залечить его раны.

Энок, который был далеко, кивнул и отвернулся. Убедившись, что он полностью отвернулся, я сказала Кайдену:

— Снимай свою рубашку.

Кайден снял свою изодранную и совсем уже испорченную мантию волшебника и белую рубашку.

Я была ошеломлена его твёрдым прессом, выставленным напоказ. Что? И это тело волшебника?

Не так сильно, как у Энока, но выглядело так же твёрдо, как и у большинства рыцарей. У него были идеальные мышцы и пресс.

Если бы это была рана от анаконды, она была бы ядовитой, но состояние Кайдена оказалось лучше, чем ожидалось. Энок тоже раньше страдал от яда монстра, но почему Кайден в порядке?

Я вытерла кровь с тела Кайдена тряпкой.

Поскольку мы были так близко, я чувствовала его дыхание. Почему я так нервничаю из-за этого?

Кайден смотрел на меня, пока я вытирала его тело.

Я должна была просто сказать ему, чтобы он сам вытер своё тело. Почему я не подумала об этом раньше... Почему-то мне казалось, что у меня жар на лице.

Я сглотнула сухую слюну, когда собиралась протереть чуть больше и уже собиралась откложить тряпку, но Кайден внезапно схватил меня за запястье. Он прислонился щекой к моей руке и красиво улыбнулся.

— Ты должна была протереть чуть больше. Почему ты остановилась?

Я сделала несколько глубоких вдохов и убрала руку с его щеки.

— …это не так. Сейчас я собираюсь обработать твои раны.

Затем, пока я доставала дезинфицирующее средство, ко мне внезапно подошел Энок, он оттолкнул меня и сел.

— Похоже, вся кровь уже вытерта, так что я позабочусь о твоих ранах.

Он забрал дезинфицирующее средство из моей руки.

Если бы это была незначительная рана, симптомы припадка Энока не проявились бы. Но раны, которые получил Кайден, были довольно большими и глубокими, поэтому казалось, что проблема будет, даже если вся кровь будет вытерта.

Удивлённая, я потянулась, чтобы остановить его, и увидела множество вен на тыльной стороне его красной руки, держащей дезинфицирующее средство.

Кажется, он пытается сдержаться.

‘Нет, почему ты вообще пытаешься лечить Кайдена сам?’

Я не могла этого понять, поэтому просто смотрела на Энока.

— Что? Что это значит? Нет, мне это не нравится. Я не хочу, чтобы меня лечили, если только это не Маргарет.

Кайден вскочил со своего места и отступил назад.

Но Энок с торжествующим лицом поднял на него палец.

— Шумно. Сядь.

— Не хочу. Маргарет, иди сюда.

Когда Кайден потянулся ко мне, я сидела рядом с Эноком, и Энок схватил его за запястье.

— Кайден Блейк Роде.

— Да, Ваше Высочество наследный принц. Я не хочу.

Я вздохнула, наблюдая, как двое мужчин свирепо смотрят друг на друга.

— Если вы двое продолжите мешать тому, что я делаю, я уйду.

Как только я проговорила свои слова, наступило долгое молчание. Эти двое замолчали.

Теперь, думаю, я научилась с ними справляться.

***

На следующий день мы, наконец, решили найти другое место для жилья.

Поскольку появился монстр типа анаконды, это место тоже не было безопасным.

Рузеф проснулся поздно и в смущении помедлил, прежде чем помочь со складыванием вещей.

Хотя Кайден и ругал его, чтобы тот убрался с дороги, Рузеф оставался непоколебимым несмотря на то, что слышал проклятия Кайдена.

Больше всего меня удивила выносливость Кайдена. Всю ночь он страдал от обжигающей лихорадки из-за своих ран, но к утру ходил, как уже поправившийся после купания.

‘Может у него хорошая выносливость к яду?’

Возможно, это как-то связано с экспериментом, в ходе которого он был похищен храмом, когда был ещё ребёнком.

Когда я нашла его лежащим без сознания перед пещерой, у него тоже были довольно серьёзные раны... но он тоже быстро поправился.

Я волновалась и говорила ему отдыхать, но он не слушал.

Как будто ему было всё равно, он ходил собирать фрукты по утрам.

— Прежде чем мы уйдём, я проведу небольшую разведку вокруг. Было бы лучше, если бы я смогла найти что-нибудь об анаконде.

Рузеф, наблюдавший за Кайденом и слушавшим меня Эноком, бросился ко мне.

— Я пойду с вами. Разве вдвоём не лучше, чем одной?

Кайден, пробежавший прямо за ним, схватил Рузефа за плечо.

— Куда ты идешь?

Рузеф с неприязнью убрал руку Кайдена, но не рассердился.

Зная, насколько темпераментным был Рузеф, меня удивило, что он смог смириться с таким неуважительным отношением Кайдена.

— Тогда я пойду один, — сказал Энок.

Энок подошел ко мне и сказал, что мне всё ещё опасно оставаться одной. Я быстро подняла руку и остановила его.

— Нет, я могу пойти одна. Если это опасно, я просто должна стрелять из этого.

Когда я вынула из кармана ракетницу, Энок вздохнул и едва кивнул. Затем он сказал мне безоговорочно бежать, если появится что-то опасное.

Я ободряюще улыбнулась ему. У Энока было недовольное лицо, возможно, потому что он снова почувствовал себя виноватым за свою ненадёжность. Но я покинула хижину, не особо об этом заботясь.

Выйдя, я снова нашла пустую коробку с припасами, которую уже видела вчера.

Потом я вспомнила, что в романе был склад припасов, охраняемый монстрами.

Помню, что на складе снабжения были наборы для выживания и еда, а также различное современное оружие.

Думаю, что это было недалеко от бункера.

Я искала подсказки возле пустой коробки и думала, что уже ничего не найду, но под коробкой что-то было.

Я увидела что-то похожее на деревянную доску, закопанную в землю, поэтому поспешно выкопала её руками.

Под ней было закопано что-то вроде квадратного деревянного ящика.

Я снова выкопала её, а затем вытащила коробку из земли.

На крышке деревянного ящика была серебряная железная застёжка, но не было замка.

※Осторожно! Обращаться осторожно※

Осколочная граната M67

Огненная бомба

Меня поразило то, что было написано на деревянной коробке.

Граната?

Кроме того, кто-то специально стёр буквы, написанные на корейском языке, и написал под ними буквы «Пламенная бомба» на языке Империи Лэнгриджа.

Можно ли открыть эту коробку?

Я долго смотрела на закрытую коробку, размышляя, а потом решилась.

Да, нужно просто открыть.

Приняв решение, я подняла крышку ящика, и с грохотом петли и защёлка разом упали на землю.

Благодаря этому я без проблем открыла коробку и обнаружила внутри кучу бомб.

— Боже мой…

Ужас. Всё это ещё работает?

Маленькая круглая бомба на первый взгляд выглядела как настоящая граната, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это не так.

На снаряде была английская чека, но проблема была в том, что не было предохранительной рукоятки, в отличие от обычной гранаты.

※Осторожно!※

Вытащите чеку и бросьте её в цель

Лягте на живот, чтобы избежать взрыва

Такое предупреждение было написано на языке Империи Лэнгриджа на поверхности коробки.

У них также были признаки искусственной модификации, как у сигнальной ракетницы, которую я подобрала.

— Это тоже сделал Алеа?

Я наклонила голову, закрыла коробку и подняла то, что называлось зажигательной бомбой.

Я должна вернуться в хижину. Возможно, из-за того, что я прошла дальше, чем хотела изначально, солнце вот-вот должно было сесть.

Я тихо вернулась в хижину, держа большую коробку обеими руками.

Если быть точнее... Я попыталась вернуться тихо.

Я остановилась в шоке, обнаружив, что даже окрестности хижины были разгромлены.

Громкий рёв разнёсся по скале. Там гигантская анаконда врезалась в скалу.

Держа деревянный ящик, я вяло смотрела на рушащуюся скалу.

Боже мой. Что, чёрт возьми, снова здесь происходит?

Я никогда не читала такого эпизода в романе.

Перед хижиной было около трёх монстров типа анаконды.

— Беги!!!

Энок и Кайден обращались с этими монстрами так, словно танцевали со своим оружием, а между ними Рузеф был занят переноской багажа.

Я снова посмотрела на небо. Так же, как когда я впервые столкнулась с монстром типа волка. Солнце садилось.

Тем не менее, берег реки, где находились монстры-анаконды, был светлым, без облаков, закрывающих небо.

‘Чёрт, разве монстры не появляются только в темноте?!’

Голова монстра была достаточно большой, чтобы проглотить Кайдена за раз.

Кайден взобрался на тело этого монстра и воткнул гарпун в его серебряную чешую.

Тем временем другой монстр широко раскрывал свою пасть за его спиной. Энок, который издалека столкнулся с другим чудовищем, заметил это и побежал к нему.

Он немедленно высунул гарпун, который держал, из-под морды монстра и поднял его.

Это не меч, это просто деревянный гарпун. Это было очень плохое оружие для борьбы с монстрами, но Кайден и Энок сделали это возможным. Это было поистине невероятное зрелище.

После победы над двумя монстрами-анакондами остался только один монстр, но я уже видела других анаконд, выходящих из реки с торчащими головами.

Ужас. Какого чёрта вдруг появилось так много монстров? В чём была проблема? Чего мне не хватало?

Энок и Кайден уже были в крови. Учитывая количество крови, у Энока, вероятно, начались бы судороги, так что это было проблемой.

Я поставила коробку, которую несла, на землю. Затем я открыла крышку и проверила количество бомб. Всего было тринадцать бомб.

Я не обученный солдат, а простой гражданин, смогу ли я правильно использовать бомбу?

Я знаю, как использовать гранату, потому что мне нравилось смотреть телепрограммы, в которых мужчины проходят военную подготовку. Всякий раз, когда появлялся новый тренинг для знаменитостей, я искала его содержание.

Но то, что можно увидеть по телевизору и реальность, различаются. Потому, что граната была оружием, которое заставляло нервничать даже солдат-ветеранов.

На самом деле, большая проблема заключалась в том, что это была не просто обычная граната, а оружие, которое было модифицировано из гранаты, как и моя сигнальная ракетница.

Я вынула из кармана ракетницу и снова осмотрела пулю.

Всего осталось четыре ракетницы. Карман с дополнительными пулями был в хижине, так что это была единственная пуля, которую я могла использовать сразу.

Затем я прикинула, куда бросить бомбу.

Монстры, Кайден, Энок и Рузеф были на большом гравийном поле прямо у реки. Я же была на холме чуть выше.

Энок и Кайден могут пострадать. Даже если я крикну им, чтобы они убирались с дороги, услышат ли они это.

Тогда я увидела Рузефа, который тащил багаж.

Я зарядила пулю и опустила курок. Затем, другой рукой вынув бомбу, я позвала Рузефа.

— Архиепископ!!

Увидев меня, он подбежал ко мне с бледным лицом.

— Юная леди Флоне! Бегите! Здесь опасно!

— Послушайте меня!!! Я дам сигнал Кайдену и Эноку, так что скажите им держаться от монстров как можно дальше!!!

Когда Рузеф нахмурился и немного заколебался, он выглядел так, будто не мог понять моих слов, я уже разозлилась.

— Что ты делаешь! Иди и скажи им быстро!!!!

Услышав мой выговор, Рузеф вздрогнул и поспешно побежал к Кайдену и Эноку.

Пока он бежал, он смотрел на меня с недоверием.

Я направила ракетницу в небо.

Издалека я могла видеть, как Рузеф рассказывает Эноку и Кайдену то, что я сказала ему. Они одновременно посмотрели на меня и состроили растерянные лица.

И двое мужчин побежали ко мне с Рузефом.

Вместо того, чтобы убегать от монстров из-за того, что сказал Рузеф, я чувствовала, что они бегут ко мне, чтобы спасти.

Что было действительно удивительно, так это то, что Энок, казалось, всё ещё был в состоянии контролировать свои припадки.

Как бы то ни было, я рада, что они отходили от монстров. Я нажала на курок ракетницы прямо в небо. На мгновение в небе можно было увидеть красный дым.

Вскоре огромный фейерверк украсил всё небо. В то же время монстры-анаконды повернули головы в том направлении, в котором я стояла.

Думаю, их около пяти…

Монстры нашли меня и широко разинули свои огромные пасти.

Во рту у них было три слоя плотных зубов. Трёхзубый язык высунулся в сторону Кайдена и Энока, которые бежали ко мне.

Я поспешно выдернула зубами английскую чеку бомбы и заняла стойку. Тогда я бросила бомбу и упала на живот.

Для обычной гранаты время, необходимое для взрыва после отпускания ручки, составляет семь секунд.

Бомба, брошенная между извивающимися монстрами-анакондами, взорвалась с рёвом.

Как и подобает названию зажигательной бомбы, в небо взмыло огромное пламя.

Ещё один оползень произошёл, когда один из отскочивших монстров ударился о скалу, а другой был охвачен пламенем.

Трое мужчин, бегущих ко мне, были поражены и оглянулись на монстров. Я бросила ещё две бомбы подряд, не раздумывая.

— Маргарет!

Энок подбежал и обнял меня.

В тот момент я увидела трёх бессмертных монстров, извивающихся у меня перед глазами.

— Бл**ь! Подождите минуту.

Я оттолкнула Энока с Кайденом, спустилась с холма, зарядила пули и вытащила молот.

— Маргарет!!

Я нажала на курок, когда мужчины за моей спиной закричали. Красный дым обрушился на трёх анаконд.

Через несколько секунд взорвался огромный фейерверк, разорвав трех анаконд на куски и разбросав их по небу, как дождь из плоти.

Я закрыла нос от ужасного зрелища. Ядовитый газ из мёртвых тел монстров-анаконд распространился повсюду, и когда я почувствовала запах вблизи, у меня закружилась голова, а ноги потеряли силу.

Кайден, который бежал сзади, схватил меня и понёс на плече, а затем побежал с Эноком и Рузефом как можно дальше, чтобы избежать того ядовитого газа.

— Маргарет, почему ты сделала нечто настолько опасное?!

— Маргарет, ты в порядке?! Пожалуйста, очнись!

— Что это было? Я не думаю, что мы можем использовать магию на этом острове. Юная леди Флоне, вы умеете пользоваться магией? Что это за фигня?!

Энок, Кайден и Рузеф сказали по порядку.

— Я в порядке, так ты перестанешь звать меня? Вы все можете сказать спасибо позже. Меня сейчас немного тошнит, — сказала я, повиснув на плече Кайдена. Я почувствовала, как мой живот закрутился.

Только тогда я увидела, что трое мужчин успокоились.

Этот мир действительно любовный роман?

В «Вещах важнее, чем выживание» главная героиня, Юанна, кажется, провела относительно мирный день, не слишком беспокоясь о монстрах, и занималась любовью с главными героями.

Почему это дерьмо случилось со мной?

Это становится всё больше и больше похоже на хардкорное выживание!

Я точно не помню, как мне удалось избежать ядовитого газа после убийства монстров анаконды.

Я только знаю, что сбежала куда-то в лес, повиснув, как багаж, на плече Кайдена...

Моё туманное зрение медленно сфокусировалось.

Первое, что я увидела, был широкий, большой лист. Листья качались на легком ветерке, сквозь них виднелось голубое небо.

Я медленно встала.

На мгновение у меня закружилась голова. Я вздохнула и откинулась назад.

Когда я слегка повернула голову, моё внимание привлекли мягкие серебристые волосы. Затем всё лицо Кайдена с закрытыми глазами было в поле зрения.

Я на мгновение приложила руку к его щеке. Тем не менее, он не открыл глаза. Я не могла сказать, заснул ли он или упал в обморок и не мог проснуться.

Я встала и посмотрела на Кайдена.

— Что, чёрт возьми, случилось?

Энок лежал рядом с Кайденом. Я тихонько поднесла палец к их носам и проверила, дышат ли они.

К счастью, они оба дышали ровно, и только тогда я почувствовала облегчение.

Мы лежали под огромным корнем дерева, с большими листьями, закрывающими вход под корень.

Как будто кто-то накрыл это место листьями, чтобы не подвергать воздействию диких зверей или монстров.

Я сняла листья и вылезла из-под корней дерева.

Когда я уже собиралась встать, я услышала, как что-то тёрлось о землю.

Кокосы катились по земле.

Я медленно посмотрела наверх. Передо мной Рузеф смотрел на меня с удивленным лицом.

— Юная леди Флоне...?

О, к счастью, кажется, Рузеф в безопасности.

— Но почему вы так удивлены?

Он сел напротив и просто смотрел на меня.

— Вы в порядке?

Он запнулся и спросил меня. Я на мгновение повернула затекшую шею и спокойно кивнула.

— Как долго я спала? Я в порядке, но немного кружится голова. Чувствую себя отдохнувшей, потому что хорошо выспалась.

Как только я договорила, по чистым белым щекам Рузефа покатились слёзы. Из его чистых серых глаз не переставая лились слёзы.

На мгновение я растерялась, наблюдая за слезами, капающими по кончику его подбородка.

— Какое облегчение. Юная леди проснулась через два дня. Возможно, это был эффект от ядовитого газа.

— Что? Два дня?

Когда я удивленно переспросила, Рузеф в слезах кивнул с жалким выражением лица.

— Прошло уже два дня с тех пор, как Лорд и Его Высочество наследный принц были без сознания.

Он быстро вытер слёзы тыльной стороной ладони.

Несмотря на ситуацию, мне стало жалко чистого Рузефа и даже хотелось дать ему платочек.

— Я... Я действительно думал, что все умрут... Я ничего не мог сделать...

Я оглянулась на Кайдена и Энока. Кажется, они не просто уснули, а потеряли сознание.

Удивленная, я внимательно осмотрела их.

На их телах было множество мелких ран, но самые глубокие раны были замотаны чистой белой тканью.

Возможно, Рузеф оказал первую помощь. В конце концов, он был священником, поэтому, должно быть, освоил азы врачебных навыков.

— Я не знаю, какие лекарства находятся в аптечке юной леди. Я оказал первую помощь только с теми знаниями, которые у меня были…

Именно тогда я нашла аптечку, лежащую рядом с Эноком.

Рядом с ним был деревянный ящик с зажигательными бомбами.

Я тихонько положила руку на щеки Кайдена и Энока, чтобы проверить их состояние. Кажется, у них небольшая температура. Надеюсь, их состояние улучшается.

Затем я снова посмотрела на Рузефа. Он собирал кокосы, упавшие на землю.

— Почему вы не вернулись к своей группе?

На мой вопрос Рузеф посмотрел на меня со слезами на глазах.

Я снова растерялась, потому что его взгляд как будто говорил: «Как вы можете задавать такой вопрос?»

— Как я могу оставить раненого? Вот так, все на грани смерти…

Именно тогда я снова вспомнила, что он был образцовым священником, который поклонялся Богу.

Ухаживать за тремя ранеными в течение двух дней, должно быть, было довольно сложно. Более того, все трое были отравлены и находились на грани смерти.

Кайден и Энок, должно быть, были серьёзно ранены, и их жизнь была в опасности, но, увидев, что они всё ещё живы, я подумала, что Рузеф очень о них заботился.

— Вы много работали, архиепископ. Спасибо.

Услышав мои слова, Рузеф зажмурился, и слёзы снова закапали.

Затем из его живота раздался громкий звук. Я удивилась и спросила его:

— Вы же не голодали эти два дня, да?

Его лицо покраснело, затем он нерешительно покачал головой.

— Раньше я набивал свой желудок такими ягодами, как малина и черника.

Немного отдохнув и набравшись сил, я поймала рыбу в ближайшей долине.

Я тоже два дня ничего не ела, поэтому, когда пришла в себя, была голодна до боли.

Сказав Рузефу разжечь костёр, я пошла ловить рыбу. Но когда я вернулась, Рузеф всё ещё пытался разжечь огонь.

— Вы ещё даже не разожгли костёр? В прошлый раз я научила вас разводить огонь.

На мой вопрос Рузеф нерешительно ответил:

— …то, что видишь своими глазами, и то, что пробуешь сам, отличается, — Рузеф пошевелил руками и с сожалением ответил.

В конце концов, мне ничего не оставалось, как самой развести костёр, насадить рыбу на ветки, а потом пожарить. А отдохнуть я смогла только после того, как скормила Рузефу жареную рыбу.

— Что случилось с этими монстрами?

Я села перед костром, отдышалась и спросила Рузефа.

Какое-то время он молчал с очень подавленным лицом, а через некоторое время сказал:

— Я точно не знаю. Пока я упаковывал наш багаж с Лордом в хижине, я услышал, как наследный принц зовет меня бежать...

Он сложил руки в молитве с серьёзным лицом.

— Я видел, как они бродили вокруг трупа монстра, умершего накануне, так что, может быть… мёртвое тело привлекло других монстров.

— Я слышала, что монстр, которого Кайден убил накануне, что-то ел? Знаете ли вы, что это было?

— Насколько я помню, это было больше похоже на приготовление чего-то, чем на еду.

— Приготовление чего?

— Я не знаю. Может быть, он пытался отложить яйцо.

Он пытался отложить яйцо. В какой-то степени это имело смысл.

Архиепископ Рузеф не знает ничего, кроме этого, поэтому, думаю, мне придется выслушать Энока для получения более подробной информации.

Я так волновалась за Энока и Кайдена, что в итоге мне пришлось не спать всю ночь и лечить их раны вместе с Рузефом.

И к счастью, на следующий день Кайден проснулся первым. Как только он открыл глаза, он стал искать меня.

В то время я мастерила сандалии (точнее, тапочки) из тонко нарезанных веток, и из-за моей спины протянулись большие руки и обняли меня.

— Маргарет.

Я так удивилась, что прекратила работу и сломала ветку.

— Чёрт возьми, я же почти закончила.

Тёплое дыхание коснулось моего плеча. Мягкие волосы защекотали мою голую кожу.

— Маргарет…

Услышав жалобный голос Кайдена, я повернулась к нему. Он смотрел на меня затуманенным взглядом, наверное, потому что только что проснулся.

— Я не знала, что ты очнулся. Ты в порядке?

Он тут же склонил голову и уткнулся лбом мне в плечо. Некоторое время он отдыхал так, не говоря ни слова, просто прислонившись ко мне.

Ну, он только что проснулся, так что, возможно, он не в своем уме.

— Ты же на самом деле не Маргарет, да?

Но он вдруг спросил нечто, случайно пришедшее на ум, и спокойно посмотрел на меня.

Его красные глаза были такими же красными, как кровь, но теперь они сияли также красиво, как рубины.

Моё тело напряглось от его слов, и я не смогла ничего ответить.

— Ты мне кажешься другим человеком.

Его лицо приблизилось.

Его большие руки погладили мою голову, затем его пальцы прошлись по затылку.

Его лицо приблизилось, и кончики наших носов слегка соприкоснулись.

У него был слегка вялый вид, может быть, потому что у него всё ещё была температура.

Не знаю, то ли это из-за его пристального взгляда, то ли из-за его ауры, которая подавляла меня, но я даже не могла подумать о том, чтобы оттолкнуть его.

— Ты точно не Маргарет.

Так он сказал, как только проснулся.

Его решимость в том, что я не Маргарет, заставила меня избегать его взгляда.

— Что ты имеешь в виду, если я не Маргарет, то кто я?

— Этого я тоже не знаю. Но кем бы ты ни была, пожалуйста, оставайся такой, какая ты сейчас.

— Ты хочешь, чтобы я осталась такой, какая я сейчас…?

Судя по выражению его лица, Кайден ничего не знал. Но каким-то образом я была уверена, что эти слова принесли мне большое утешение.

— Когда ты побежала убивать тех монстров, я думал, что сойду с ума.

Кайден стиснул зубы.

— Сколько бы я ни думал об этом, я не думаю, что это было из-за того, что я не могу контролировать свои эмоции.

Он спокойно склонил голову.

Я уставилась на его губы, затем на острую линию подбородка.

— Что если я действительно заинтересован в тебе, что тогда ты собираешься делать, Маргарет?

Когда он прошептал это, мой разум опустел. Я ничего не могла сказать и просто затаила дыхание.

Я закрыла рукой приближающиеся губы Кайдена, который, казалось, хотел поцеловать меня.

Кайден широко раскрыл глаза, как будто на мгновение удивился, затем мягко улыбнулся и оставил щекотливый поцелуй на моей ладони.

— М? Маргарет, ответь мне.

Он схватил меня за запястье и прижался губами к моей ладони. Мои пальцы дернулись, когда я почувствовала, как его дыхание щекочет мою ладонь.

Я выпустила свою руку из его, и он, на удивление, не удержал меня.

— Что ты имеешь в виду? Какой ответ ты хочешь получить на такой двусмысленный вопрос?

Я потерла своё запястье, слегка наклонив голову, и спросила его.

— Ты всё ещё сомневаешься во мне.

Кайден закусил губу, словно был удивлён моим вопросом.

— А пока давай просто подумаем о том, как выжить на этом острове.

Направлен ли его интерес на главную героиню или на меня — неважно, главное, останется ли он таким же после побега с этого отдалённого острова?

Кайден Блейк Роде.

Хотя сейчас он не использует много силы на этом острове, он один из величайших волшебников на континенте и Лорд Башни.

Скажет ли такой великий человек, что любит Маргарет, которую так ненавидит, даже после побега с этого острова?

Есть нечто, называемое неправильным определением возбуждения.

Когда сердце бьётся не из-за любви, но из-за того, что ваше сердце бьётся, вы ошибочно принимаете это за любовь.

Люди часто сталкиваются с таким явлением во время путешествий, но они испытывают подобное явление, даже если вместе проходят через трудности в экстремальных условиях, как мы сейчас.

Кроме того, Кайден ещё не встретил главную героиню Юанну.

— Но…

— Что ты сейчас делаешь?

Когда Кайден открыл рот, чтобы опровергнуть мои слова, как раз вовремя появился Рузеф и оттащил Кайдена от меня.

Он стоял передо мной, заслоняя Кайдена от моего взгляда и глядя на него так, будто тот был растлителем.

— Ты бесчестный волшебник…!

Рузеф поднял руку и преградил мне путь, словно защищая меня.

— У волшебников совсем нет манер?

В ответ на вопрос Рузефа Кайден скрестил руки на груди и сердито ответил:

— Это не то, что я хочу услышать от неуважительного священника.

— Если бы я не лечил тебя, думаешь, ты бы выжил?

Кайден пожал плечами и ответил совершенно неблагодарным тоном.

— В любом случае, я могу умереть так легко. У моего тела нет другого выбора, кроме как пережить это.

Что ты имеешь в виду, говоря, что у тебя тело, у которого нет другого выбора, кроме как пережить это?

— Кайден, что ты имеешь в виду под…

— Маргарет!

Я собиралась спросить, что означали его слова, но Энок крепко обнял меня.

Затем он накрыл мои щеки руками и оглядел меня с ног до головы.

То ли из-за родинки под левым глазом, то ли из-за того, что его лицо слегка покраснело от лихорадки, его глаза выглядели особо очаровательно.

— Ты ударилась?

— Я в порядке.

— Где ты поранилась?

— Я в порядке.

— Где болит?

— Я в порядке, правда.

Затем он снова обнял меня уже с облегчением на лице. Он уткнулся лицом мне в плечо и глубоко вздохнул, словно принюхиваясь к моему запаху.

— Знаешь, что я чувствовал, когда ты побежала к монстру?

Энок снова поднял голову, посмотрел мне в лицо и твёрдо сказал:

— Никогда больше не совершай таких безрассудных поступков.

И как только он закончил говорить, Кайден, стоявший рядом с ним, раздраженно ответил:

— Надеюсь, ты не забыл, что шавка и я тоже здесь.

Только тогда взгляд Энока достиг Кайдена.

Затем свирепые глаза Кайдена и окровавленные глаза Энока пересеклись.

Я поспешно вмешалась, когда увидела, что между ними началась битва нервов.

— Я-то в порядке, но не думаю, что вы оба в порядке. Я проверю ваше состояние.

Я взяла с собой аптечку и по очереди прошлась по ранам Кайдена и Энока.

Рузеф с угрюмым лицом даже близко к нам не подошёл, наверное, потому что Энок и Кайден не поблагодарили его.

Затем, когда пришло время обедать, я сорвала немного фруктов и съела их.

Но у меня не было аппетита, поэтому я перестала есть и принесла ветви, которые разрезала за день, для создания обуви.

Это, конечно, не соломенные туфли, но мне нужно было сделать что-то похожее. Я действительно больше не могу носить эти туфли на плоской подошве.

Я посмотрела на Энока, когда срезала кору со ствола дерева и сгладила острые части, и спросила:

— Ты слышал о ситуации с этими монстрами от архиепископа?

Затем Энок посмотрел прямо на меня.

— Похоже, проблема была в трупе этого монстра. Думаю, они пришли, почуяв его запах. Когда они впервые появились, они всё ещё бродили вокруг трупа.

Всё было именно так, как сказал Рузеф.

Действительно ли мертвое чудовище анаконды отложило яйцо, как и сказал Рузеф, и когда оно умерло, другие чудовища сбежались, чтобы защитить самку и детенышей?

Это довольно разумная гипотеза.

Если бы в матке действительно было яйцо, умер бы и ребёнок в яйце?

Ведь не было никакой возможности узнать.

Кайден сидел, положив руку на подбородок, и равнодушно ел виноград.

— Я думал, что есть только монстры волкоподобного типа, но змеи...

— Кажется, есть и другие типы монстров. Когда солнце садится, нам нужно быть особенно осторожными.

Мы с Рузефом кивнули на слова Энока.

— Энок, когда ты в последний раз видел кровь, кажется, ты сумел сохранить рассудок. Ты помнишь?

На мой вопрос Энок, евший плод, нахмурился. Он покачал головой, размышляя с обеспокоенным выражением лица.

— Не помню. Я не знаю, как я это сделал.

— Хм. Тем не менее, это хороший признак, ты можешь выжить благодаря своей силе духа. Может быть, ты сможешь оправиться от травмы. Подумай хорошенько о том, что ты чувствовал в тогда.

Желаю ему скорейшего выздоровления от травмы. Возможно произойдёт слишком много ситуаций, когда нам придётся увидеть кровь на этом острове.

Я начала делать подошвы для обуви.

Энок, Кайден и Рузеф прямо смотрели на меня. Почему вы так смотрите на меня?

В любом случае, абсолютно невозможно сделать из такого материала твёрдую форму обуви, как соломенные туфли, поэтому я должна сделать форму тапочек, чтобы носить их. Пока я не найду современную одежду и обувь, разве я должна с этим мириться?

— Нам действительно нужно перебраться в более безопасное место.

После моих слов все снова замолчали. Что ж, хижина у реки тоже была тщательно построена, прежде чем её разрушили монстры.

Кайден раздражённо почесал затылок и сказал:

— Как, чёрт возьми, мне выбраться с этого проклятого острова?

— Хотел бы я иметь представление о вратах побега, но это сложно. Во-первых, кажется, что Алеа, о котором я говорил ранее, оставил зацепку, так почему бы её не поискать?

Выслушав Кайдена, я сделала им ещё одно предложение.

Архиепископ Рузеф спросил меня с озадаченным лицом:

— Алеа?

Я вытащила ракетницу из кармана платья и показала ему.

— Я думаю, что Алеа — владелец этого волшебного инструмента. Кроме того, имя Алеа было выгравировано на скале.

Рузеф удивился, увидев слово «Алеа», выгравированное на ракетнице.

— Аптечка тоже на языке восточного континента, не так ли?

Я кивнула на его вопрос.

Когда мы сбежим с этого острова, выяснится, что это не восточно-континентальный язык, но, по крайней мере, пока мы находимся на этом острове, ничего не будет обнаружено. На данный момент я не могу придумать абсолютно никакого оправдания.

— Маргарет права. Сначала нам нужно найти зацепку. Пока всё, что мы нашли на этом острове — это Алеа.

При словах Энока я кивнула.

— Может быть, действительно есть врата для побега, как и сказал Кайден. Есть магические инструменты и монстры, мы не можем гарантировать, что на этом острове больше ничего не будет.

Энок, Кайден и Рузеф кивнули, словно соглашаясь с моими словами.

— Думаю, что было бы лучше исследовать весь остров, чем надолго задерживаться на одном месте.

— Весь остров? Когда я поднялся на гору и увидел его, он оказался намного больше, чем я думал, Маргарет.

Когда Кайден опроверг мои слова, Энок снова заступился за меня.

— Я знаю. Нельзя сказать, что этот остров маленький, но, если нам нужно исследовать его, чтобы выжить, то почему бы и нет?

В словах Энока была сила, которой, казалось, нужно было следовать. Может быть, потому что он был командующим армией и человеком, который возглавит империю.

Так или иначе, на этот раз даже Кайден не смог опровергнуть и держал рот на замке.

Как только мы разведаем остров и осмотримся, то сможем найти как минимум ещё один спрятанный предмет, что увеличит наши шансы на выживание.

Трусливо, я всё ещё молчала о карте бункера. Это действительно мой последний туз.

— Маргарет права. Мы должны что-то сделать.

При словах Энока все замолчали.

Итак, мы, наконец, решили исследовать и искать убежище на следующий день.

Наконец я закончила тапочки и надела их.

Вау, они идеально подошли к моей ноге.

Ну... Я притворюсь, что не заметила, как трое мужчин краснели при виде моих босых ног.

Я положила бомбу в сумку, которую Кайден сделал из переплетенных веток. Я также не забыла обернуть снаряд прокладочным материалом из деревянного ящика, чтобы предотвратить детонацию бомбы.

Рузеф, спокойно наблюдавший за мной, спросил:

— Где вы нашли такой волшебный инструмент, юная леди? Удивительно, как быстро вы учитесь управлять этим.

— Я случайно подобрала этот волшебный инструмент. Я узнала, как он работает, попробовав его по-разному использовать.

Рузеф посмотрел на меня, требуя объяснений, но я не стала говорить дальше. Лучше промолчать, чем ляпнуть что-то не то.

Собрав вещи, мы отправились в путь к следующему пункту нашего назначения.

Конечно, подходящее место для поселения сразу найти не удалось, поэтому пришлось разбить лагерь на два дня.

На третий день мы шли молча из-за усталости.

Поднявшись на вершину горы, я увидела скалу, которую запомнила заранее, как место, где может быть хижина.

— Пойдёмте в ту сторону? Рядом с тем утёсом может быть пещера.

После моих слов трое мужчин обменялись взглядами, а затем кивнули.

— Если Маргарет так сказала, так и будет.

— Я сделаю то, что ты мне скажешь.

— Я буду верить только в Юную Леди.

Энок, Кайден и Рузеф ответили по очереди.

Нет, почему вы всё перекладываете на меня? Кажется, я неосознанно стала лидером этой команды.

Наконец я взяла на себя инициативу.

И мы, наконец, нашли у подножия утеса хижину из романа «Вещи более важные, чем выживание».

Было интересно, существовала ли она на самом деле, но мне очень повезло, что я смогла найти хижину, не исследуя остров ещё несколько недель.

Но, к сожалению, мы нашли не только хижину.

Я остановилась, когда увидела трёх человек, идущих через кусты с другой стороны.

Женщина со светло-каштановыми короткими волосами в церковной мантии, мужчина с короткими каштановыми волосами в рыцарском мундире и мужчина с розовыми волосами в роскошном мундире — все они удивились, увидев нас.

Было ясно, что это главная героиня Юанна, рыцарь-командор Диего и наследный принц Асдал.

Дерьмо, жизнь реально хреново распределяется временем. Нет, ну серьёзно?!

‘Мне бежать? Или сначала занять хижину?’

— О, здесь есть другая женщина?

Первой заговорила Юанна. Когда она увидела меня, она состроила очень дружелюбное лицо.

Если подумать, Юанна в романе не ненавидела Маргарет. Она ей скорее нравилась, потому что она была единственной женщиной, кроме неё. Это Маргарет ненавидела и мучила её.

— Это опасно.

Наследный принц Аcдал остановил Юанну от приближения ко мне. Его лицо с розовыми волосами было очень красивым. Благодаря нежному взгляду его глаз он производил впечатление послушного, и, должно быть, пользовался успехом у женщин.

Но, с другой стороны, его надменные глаза, которые никогда не пугались в этой пустыне, излучали иную атмосферу, в отличие Энока.

Юанна отступила назад с недовольным лицом из-за сдерживания Асдала. Если быть точнее, правильно было сказать, что она отступила, потому что ей было лень спорить с Асдалом.

Асдал посмотрел на меня и сказал:

— Я знаю эту женщину. Не приближайтесь к ней, она опасна. Она сумасшедшая.

Какой бы сумасшедшей ни была Маргарет, я не знаю, почему все здесь оскорбляют меня в лицо. Бл**ь.

— Хм… даже ее туфли тоже какие-то странные…

Услышав слова Асдала, Юанна наклонила голову, посмотрела на меня и опустила голову к моим ногам. Думаю, она смотрела на мои деревянные тапочки ручной работы.

В смущении я пошевелила пальцами ног.

Асдал предупредил меня очень агрессивным тоном:

— Я не отпущу тебя, если ты подойдешь ближе, стой там.

В этот момент внезапно передо мной скрестились две руки и накрыли меня.

Энок справа и Кайден слева, каждый протянул руку и встал передо мной.

Энок и Кайден свирепо смотрели на Асдала и Диего.

Если подумать, Энок и Кайден наконец-то встретили главную героиню Юанну, но всё в порядке?

Они, казалось, сосредоточили все свои нервы на том, чтобы защитить меня.

Словно чтобы противостоять Эноку и Кайдену, Диего вытащил свой меч и направил его на нас.

Ой, я забыла, что Диего — рыцарь-командор. Он единственный мужчина, который проснулся вооруженным на этом острове. Это означает, что у него есть меч.

Этот ублюдок был тем, кто украл мое платье…!

Диего — рыцарь-командор Империи Лэнгриджа, но почему он направил свой меч на Энока?

— Разве вы двое не встречались регулярно и не обменивались информацией?

Я наклонился к Эноку и прошептала тихим голосом, который мог услышать только он. Затем Энок нахмурился и вздохнул.

— Такого не было с самого начала. Он даже не слушал меня.

Энок посмотрел на Диего так, как если бы он был учителем, смотрящим на ученика, о котором он заботился.

…Диего уже сходит с ума? Наверное, это так.

— Какого чёрта, здесь нет никого, кто не был бы сумасшедшим.

— Зачем вы здесь, архиепископ?

Затем Диего спросил Рузефа, стоявшего позади меня.

Рузеф медленно вышел из-за меня с угрюмым лицом.

— Подойдите сюда.

Асдал снова поманил Рузефа. Бросив взгляд на Юанну, которая стояла рядом с Асдалом, Рузеф оглянулся на меня.

Он шел к Асдалу очень медленно и оглядывался на меня, как будто просил остановить его.

Энок, который всё ещё смотрел на Диего, сказал:

— Кажется, вы даже не хотите меня приветствовать, сэр Диего.

Диего и Асдал смотрели на Энока. Я видела, как Рузеф остановился на полпути и вздохнул с облегчением.

Диего жалобно прикусил нижнюю губу, запоздало опустился на одно колено, приложил кулак к груди и склонил голову.

— Приветствую вас, Ваше Высочество наследный принц, Свет Империи Лэнгриджа.

Тогда Асдал сказал:

— Мне уже слишком поздно говорить привет, не так ли? Давно не виделись, Банхван. Разве не удивительно, что ты тоже здесь?

Банхван? Я растерянно посмотрела на Энока. Он раздражённо нахмурился.

Эти двое, казалось, хорошо знали друг друга. Если подумать, кажется, изначально эти двое были близки с детства.

— Как ты сюда попал, Дерзкий Дал?

Дерзкий…… Дал?

Я растерянно уставилась на Энока, который ответил на странное прозвище ещё более детским. Неужели тот Энок, которого я знаю, мог говорить так по-детски?

Энок взглянул на меня, и на моем лице появилось вопросительное выражение.

— Когда я был молод, я учился за границей в Академии Королевства Гестия. В то время королевская семья Гестии называла этого парня «Дерзким Асдалом».

Только тогда я поняла и кивнула.

— Значит, вы говорите, что этот человек — Дерзкий Дал, верно?

Наследный принц Дерзкий Дал? Я еле сдержала свой смех.

— Я не Дерзкий Дал…

Этот Дерзкий Дал или Асдал хотел было опровергнуть мой вопрос, но закрыл рот, когда Юанна спросила:

— Что такое Банхван?

— Это означает полупринц. Он наполовину наследный принц, — ухмыльнулся Асдал.

Что ты имеешь ввиду под полупринцем? Это грубо. Ты, Дерзкий Дал……!

Если бы жители Империи Лэнгриджа услышали это, это наверняка вызвало бы переполох.

Энок нахмурился.

— Ты всё ещё высокомерный.

— А что? Это не империя и не королевство, так кто же меня будет критиковать?

Асдал ответил с ухмылкой.

Однако Энок проигнорировал его, как будто его ответ был смешным.

— Как ты сюда попал?

— Ну, когда я открыл глаза, я уже был здесь. Банхван, не ты ли нас похитил?

— По какой причине я это должен был сделать? Ты тот, кто подозревает. Разве это не схема Королевства Гестии?

Война нервов между Эноком и Асдалом продолжалась, а Юанна, стоявшая вдали, отдыхала на деревянном столбе, как будто не было ничего интересного.

Я взглянула на хижину. Перед хижиной валялся большой оставленный без присмотра рюкзак.

Рюкзак был покрыт мхом, а опавшие листья, то мокрые, то сухие, слиплись, как одно тело. Кажется, что он уже долго лежал там.

‘Какого черта там лежит что-то подобное? Кто его принёс?’

Я увидела чёрную палочку с торчащим из пакета кончиком. На первый взгляд это было похоже на меч. На длинный меч, используемый рыцарями.

Это было самое необходимое оружие в такой опасной дикой местности.

‘Я должна его достать!’

С твёрдой решимостью я собралась сделать шаг к рюкзаку, но Диего направил на меня свой меч.

Энок и Кайден одновременно обняли меня.

— Что вы сейчас делаете, сэр Диего?

— Ты напугал меня. Сопляк!

Двое мужчин казались очень удивлёнными.

Диего не опустил меч, хотя вмешался Энок. Казалось, что статус наследного принца был совершенно бесполезен в этой глуши.

Асдал встал рядом с Диего и указал на рюкзак.

— Извините, но мы нашли сумку первыми. Не приближайся, а то поранишься.

— Здесь никто не видит в тебе принца, поэтому, если ты будешь угрожать Маргарет, я не отпущу твою задницу, ты ***, не веди себя как *** и проваливай!

Кайден выплёвывал дикие и низкие ругательства одно за другим, но Асдал и Диего даже не моргнули.

— Видя, что люди там нетерпеливы, кажется, что в сумке что-то важное.

Юанна, которая тихо сидела, мило улыбнулась и сказала Асдалу и Диего.

Когда Асдал и Диего без слов повернулись к ней, она пожала плечами и продолжила:

— Мы нашли это первыми, так что это — наше.

Хотя у Юанны явно было милое лицо с нежной улыбкой, в её голосе чувствовался приказ. Как и ожидалось от главной героини.

Кроме того, Асдал был наследным принцем, известным своим высокомерием и себялюбием. Но он послушно слушал Юанну.

‘Это немного… он её уважает?’

Я хочу узнать у неё секрет, как это сделать.

— Сэр Диего, принесите эту сумку.

Диего двинулся по команде Асдала.

Чёрт, это большая проблема. Чтобы выжить на этом острове, нельзя брать оружие в сумке. Кроме того, у них меч, а у нас только гарпуны. Я не могу так просто сдаться.

Я тут же оттолкнула Кайдена и Энока, вытащила из кармана ракетницу, зарядила её и опустила предохранитель.

Асдал растерянно посмотрел на меня. Ему, наверное, было интересно, что я делаю со странной красной палкой.

‘Если тебе интересно, я покажу.’

Я выстрелила ракетой в небо.

Красный дым пронесся сквозь листву, создавая огромное пламя в небе.

По моему опыту, что бы я ни делала средь бела дня при ярком солнце, монстры не появятся.

Асдал и Диего нахмурились, словно не могли поверить в то, что увидели.

— Что за чёрт…

Когда Асдал испугался, Диего сказал:

— Думаю, в прошлый раз магию тоже сотворила леди Флоне.

Услышав эти слова, Асдал нахмурил лоб.

— Ты ведьма? Думаю, нас похитили из-за этой женщины. Каким-то образом ты сошла с ума ещё в Империи Лэнгриджа. Наконец-то ты попалась.

Слушая критику Асдала, я раздраженно нахмурилась.

— Я не использую магию, я использую этот магический инструмент. Я нашла его и забрала себе.

— Ну, меня это не волнует. Сэр Диего, поймайте эту женщину.

Этот чертов ***!

Я нацелила ракетницу на приближающегося ко мне Диего. Диего мгновенно остановился.

— Похоже, вы не поняли, когда я любезно объяснила. Разве вы не видели фейерверк, взрывающийся в небе? Что произойдёт, если я выстрелю в человека?

Когда я спросила это, указывая на небо, Асдал раздражённо посмотрел на меня. Увидев, что Диего не может подойти ближе, я продолжила:

— Если вы поняли, закройте рот и поднимите руки.

Двое мужчин какое-то время не могли понять, о чём я говорю, и выглядели сбитыми с толку.

Я взмахнула сигнальной ракетой и нахмурилась.

— Я стреляю.

Когда я подняла палец, словно нажимая на курок, Асдал в страхе поднял руки, а Диего неохотно вложил меч и тоже поднял руки.

Не отпуская напряжения, я медленно приближалась к сумке с направленной на них ракетницей.

Через некоторое время Диего проигнорировал мою угрозу и снова начал обнажать меч. Не раздумывая, я снова выстрелила.

В одно мгновение огромный камень разлетелся на куски.

Я не могу поверить, что потратила пули на это...! Неважно, сколько пуль осталось, это всё равно было пустой тратой времени.

‘Но я не могу потерять ту сумку.’

Диего не смог скрыть растерянного взгляда и снова поспешно поднял руки.

Я взяла сумку и повесила её себе на спину, по-прежнему направляя на них ракетницу. Это было похоже на ограбление банка, но первоочерёдной задачей было заполучить сумку.

На самом деле, я давно хотела сделать что-то подобное.

И тут Диего неожиданно пошевелился. Внезапно он наклонился и скатился на землю.

В тот момент, когда я от удивления уронила ракетницу, Асдал побежал ко мне.

Конечно, Асдал не мог подобраться ко мне и его заблокировал Энок, а Диего, который катился по земле, пнул Кайден.

— Этот ублюдок…!

Кайден рванулся к Диего. Но каким бы могущественным он ни был, он не мог победить опытного рыцаря мечом.

Однако то, что произошло, немного отличалось от того, что я ожидала. Кайден атаковал проще, чем ожидалось.

Он кинул камень в руку Диего, державшую меч. Пока Диего бросил свой меч на землю, Кайден быстро забрался на него и ударил кулаком по лицу.

Такой бардак.

Пока я размышляла, что мне делать с этими людьми, ко мне подошла Юанна.

— Так вы дочь герцога Флоне?

Наши взгляды встретились, и она мило улыбнулась мне. У неё была красивая улыбка, которая очаровывала даже меня.

Возможно, это было из-за стриженных волос, развевающихся вокруг её шеи, от неё слегка веяло холодом. Её лицо ничего не выражало, но когда она говорила, она казалась бесконечно податливой и доброй.

Однако её харизма не позволяла мне оторвать от неё глаз.

Теперь я знаю, почему главные герои оригинала были без ума от неё.

— Мои волосы странные? Ну, благородные девушки не стригут волосы. Я не дворянка.

Заметив, что я смотрю на её волосы, она взъерошила их. Даже её естественные жесты казались очень соблазнительными.

Юанна говорила со мной с застенчивой улыбкой на лице:

— Я вырезала их в знак протеста. Благодаря этому я смогла увидеть лица старейшин Ватикана, взорвавшиеся от гнева.

О, это так. Изначально она была простолюдинкой. Она также зарабатывала на жизнь карманными кражами.

Но однажды она неожиданно проявила свои необычайные способности и была вынуждена явиться в Ватикан, стать святой и лишиться свободы. Вот почему она не была в хороших отношениях со Святым Престолом.

— Что в этом мешке? — тихо спросила Юанна, указывая на сумку, которую я несла.

— Я тоже не знаю. Думаю, узнаю, когда открою. Я уверена, что в этой сумке есть меч, — ответил я, указывая на чёрную палку с торчащим из мешка наконечником, затем тихонько направил ракетницу на Юанну.

Потому что она медленно подошла ко мне.

— Думали, что обманете меня?

— Вы умнее, чем кажетесь.

Она подняла обе руки и отступила назад.

— Святая!

Так совпало, что Диего, который дрался с Кайденом, закричал, увидев, что я целюсь в Юанну.

Все взгляды снова обратились к нам.

— У меня все нормально.

Юанна сказала Диего с улыбкой.

После того, как Энок остановил его, Асдал посмотрел на ситуацию со скрещенными руками, а Энок посмотрел на меня так, будто был готов броситься ко мне в любой момент.

— Юная леди, откуда у вас эта подозрительная вещь?

— Я уже сказала, я подобрала это.

— Хм… ну. Только потому, что юная леди немного подозрительна, я не думаю, что это из-за неё мы все проснулись на этом острове.

Она спокойно подошла ко мне.

Казалось, она думала, что я на самом деле не буду стрелять в неё. Или она верила, что сможет этого избежать.

Что бы это ни было, всё вело к тому, что она игнорировала меня.

Каким-то образом лицо Асдала, казалось, накладывалось на её лицо.

— Да ладно, думаю, было бы интересно, если бы бешеный пёс Флоне стал служить мне. Что думаете?

Что за бред?

— А?

Что, чёрт возьми, творит эта девушка?

— Если вы согласны, я остановлю этих людей. Оба они безоговорочно последовали тому, что я сказала. Судя по всему, вы тоже контролируете свою группу, так что, думаю, вы должны служить мне.

Очевидно, это правда, что Кайден и Энок полностью доверяют мне и следуют за мной, но...

— Думаете, я бы согласилась на такое абсурдное предложение? И хотя меня называют бешеной собакой, я дочь герцога Флоне.

— Это не Империя. Ваш статус на этом острове бесполезен.

— И?

— Если мы будем вести групповую жизнь в такой среде, рейтинги и статус будут созданы естественным образом. Давайте сделаем это.

Что за бред она несёт?

— Какое это имеет отношение к служению Святой? Кроме того, я не собиралась жить с вами в одной компании.

— Просто подумайте. Когда мы станем работать вместе, вероятность побега возрастёт.

— Есть поговорка: если на лодке слишком много моряков, то она идёт в горы.

— О боже, это очень хорошая поговорка.

Юанна ответила умело.

Чего? Эта женщина совсем не обычный человек. Мне казалось, что нормального разговора с ней не получится.

‘В оригинале не было упоминания о том, что у Юанны такой характер.’

Очевидно, другие главные герои были такими же, как я и ожидала, но только у Юанны была совершенно другая атмосфера, чем та, что была изображена в оригинальной работе.

Это потому, что роман написан с точки зрения Юанны?

— … В таком случае, почему вы не послужите мне, Святая? Я человек, который привык, чтобы мне служили другие люди, я не подхожу для услужения другим.

— О, это слишком сложно. У меня больше шансов.

— Почему у вас больше шансов? Я не понимаю.

— У меня есть ключ. Ключ для выхода.

— …Хм? Что вы имеете в виду? — удивленно спросила я, но Юанна, похоже, не собиралась мне отвечать.

— Вы действительно не хотите быть со мной, да? Тогда я возьму сумку.

— Эй, Святая. Объясните, что вы имеете в виду, у тебя есть ключ для выхода…?

Не обращая внимания на мои слова, она снова потянулась ко мне, затем ко мне подбежал Рузеф. После того, как он схватил Юанну за запястье и оттолкнул её, он встал ко мне спиной.

— Перестаньте.

— Как вы можете так делать, архиепископ?

Юанна, которая всё это время умеренно улыбалась, нахмурила брови и посмотрела на Рузефа, но Рузеф заблокировал меня и даже не двинулся с места.

С другой стороны, Кайден и Диего всё ещё ссорились.

Удивительно, что до сих пор никто не истёк кровью, несмотря на такую борьбу. Диего тоже не казался нормальным, так как он мог довольно стойко противостоять Кайдену, обладающему огромной силой.

Не было никаких признаков конца битвы, поэтому вмешался Энок.

— Перестань.

Энок схватил Кайдена за шею, потянул его назад и ударил кулаком Диего в лицо.

Диего, которого сбил Энок, легко пролетел и ударился о деревянный столб.

‘…?’

Он победил крупного мускулистого мужчину одним ударом.

Я потеряла дар речи при этом виде.

— Перестань и вставай. Маргарет ждёт. Мне всё ещё тяжело смотреть на кровь.

На слова Энока Кайден заворчал и встал.

Если подумать, у Энока были судороги, когда он видел кровь. Это было большой проблемой.

‘Я почти забыла об этом, потому что была отвлечена Юанной, говорящей странные вещи.’

Но, в этот момент Диего, упавший на землю, встал с лицом, полнотью залитым кровью.

— Вы уйдёте только через мой труп.

Диего, казалось, забыл тот факт, что он был рыцарем-командором Империи Лэнгриджа.

Я понимаю, что, если вы останетесь на отдалённом острове, где монстров больше, чем людей, вы сойдёте с ума, но разве вы не должны всё же взять себя в руки?

Я обеспокоенно повернулась к Эноку.

Его золотые глаза, смотревшие на Диего, задрожали. Почему мои догадки всегда оправдываются?

— П-подожди...!

— Это опасно.

Я попытался побежать туда, но Рузеф сразу же остановил меня.

— Нет, это не так…!

Энок медленно повернулся. Диего озадачился, заметив, что состояние Энока было немного странным.

Возможно, Асдал тоже заметил его состояние, поэтому тихо позвал Энока.

— Эй, Энок.

Однако он не ответил.

Когда он медленно шёл к Диего, на земле валялся гарпун. Он остановился и посмотрел на гарпун у своих ног.

Он не предпринял никаких действий, но зрелище почему-то выглядело устрашающим.

Энок медленно наклонился и поднял гарпун. Я позвал его, пока Рузеф всё ещё держал меня за руку.

— Энок!

Конечно, он как будто меня не слышал.

— Держись, Энок!

Я позвала его ещё раз, но он не ответил. Когда он имел дело с анакондой, он мог хорошо себя контролировать! Но почему сейчас так?

Он медленно подошёл к Диего.

— Ваше Высочество.

— Что случилось с ним? — сказали по очереди Диего и Кайден.

Энок расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, затем сжал шею сзади и склонил голову набок, словно от боли.

— Ты истекаешь кровью.

Энок улыбнулся, указывая на сильно кровоточащие губы Диего.

Диего, кажется, только тогда заметил припадки Энока.

Немногие знали о его травме. Только Император, помощник Энока и рыцарь-командор Диего, на котором лежит обязанность защищать императорскую семью.

Так мало людей знали эту тайну, и они хорошо её скрывали, давая Эноку успокоительное.

Так что Диего впервые увидел сумасшедшего Энока без успокоительного.

— Успокойтесь, Ваше Высочество.

Почувствовав себя странно из-за слов Диего, Кайден взглянул на него один раз, а затем снова повернулась к Эноку.

— Что, почему… — Кайден в замешательстве пробормотал.

Медленные шаги Энока в одно мгновение ускорились. Он приблизился к Диего в мгновение ока, схватил его за шею и высоко поднял гарпун. Это произошло очень быстро.

— Аааа!

Был слышен крик Юанны.

Я крикнула Эноку:

— Энок, перестань!

Рука Энока, которая собиралась метнуть гарпун в Диего, остановилась.

Но спустя некоторое время она снова медленно двинулась. Как и ожидалось, кажется, что он ответил на контрольное слово «стоп».

— Энок! Остановись!

Энок вздрогнул от повторяющихся контрольных слов, и на этот раз он полностью остановился.

По какой-то причине Диего не избегал его, а просто смотрел.

Энок долго стоял в одном и том же положении.

Но я видела, как его рука, сжимавшая шею Диего, дрожала. Он придавал своей руке столько силы, что на тыльной стороне его руки было видно много вен.

Энок, казалось, сдерживал себя настолько, насколько мог.

Я сказала ему спокойно:

— Всё хорошо. Можешь остановиться сейчас.

Наконец Энок медленно отпустил руку с шеи Диего.

Он также медленно опустил другую руку, в которой держал гарпун.

Какое облегчение. Чтобы снять напряжение, я зааплодировала и подбадривала его тихим голосом.

— Вот так. Отличная работа. Теперь давай остановимся, хорошо?

В конце концов, Энок полностью опустил руки. Гарпун в его руке упал и откатился.

Энок, который тупо смотрел на катящийся по земле гарпун, медленно посмотрел на меня.

Окровавленное лицо, которое смотрело на Диего, теперь полностью стерлось, осталось только нежное.

— Мне удалось это проконтролировать. Благодаря тебе.

Он спокойно поблагодарил меня. Теперь он вернулся к себе обычному. Почему-то мои ноги потеряли силу, поэтому я присела на землю.

Энок всё ещё нуждается во мне.

‘Я кому-то нужна.’

Хотя я и хочу, чтобы Энок когда-нибудь исцелил свою травму, я не знаю, почему испытываю такое облегчение от того, что он всё ещё нуждается во мне.

Я посмотрела вниз и глубоко вздохнула. Почему-то было так тихо, что я осторожно подняла голову и увидела, что все смотрят на Энока с растерянными лицами.

Затем Кайден посмотрел на меня и спросил:

— Что, чёрт возьми, только что произошло?

Я пришла в себя, когда услышала вопрос Кайдена.

Затем я зарядила сигнальную ракету, опустила предохранитель и нацелила оружие на Асдала и Диего.

— Двое мужчин, вон там, поднимите руки.

Асдал и Диего растерялись. Я ещё раз взмахнула ракетницей, словно призывая.

— Руки вверх.

Поколебавшись, они наконец подняли руки.

— Энок, Кайден, идите сюда.

Я направила ракетницу на принца Асдала и Диего и поманила к себе Энока и Кайдена. Потом они подбежали ко мне с просветлевшими лицами, как будто только этого и ждали.

Энок тут же схватил меня за руку и оттащил от Юанны и архиепископа Рузефа. Рузеф грустно посмотрел на меня.

— Когда Энок видит человеческую кровь, он сходит с ума. Вы можете вытереть свою кровь, если, конечно, не хотите, чтобы мы все вместе умерли?

Как только я договорила, Диего поспешно вытер кровь с лица.

Асдал с недоумением посмотрел на Диего, потом перевёл взгляд на его чистую, нетронутую одежду.

Юанна продолжала скрещивать руки и просто наблюдала за ситуацией с лицом, говорящим, что весь этот хаос был таким весёлым.

Кайден спросил:

— Что? Ты не сказала мне в прошлый раз, была ли причина тогда?

Я взглянула на лицо Энока и тихо кивнула. Ведь ситуация уже такая.

— Эй, Энок, с каких это пор? Такого припадка у тебя ещё не было.

Асдал недоверчиво посмотрел на Энока. Он как будто чувствовал себя преданным, потому что ему не сказали об этом раньше.

— …послевоенный эффект.

Энок коротко ответил, всё ещё держа меня за руку.

— О, вы имеешь в виду битву при Ромализане? Во время войны Шинма?

Энок просто молча кивнул на вопрос Асдала, не говоря ни слова.

Согласно истории, противостояние храма и башни произошло уже тысячу лет назад.

Война Шинма — одна из давних войн между храмом и башней.

На современном Западном континенте число людей, обладающих маной или божественной силой, уменьшалось день ото дня. Потому что Святой Престол и Башня растратили драгоценную рабочую силу, начав войну.

Война Шинма происходила на Равнинах Арнеса в центре Западного Континента, и в это время Святые Рыцари заманивали волшебников на свою родину, Ромализан, северное святилище Западного Континента.

И, неожиданно, войска Башни попались на уловку и направились к Святилищу Ромализана, что привело к огромным потерям.

В конце концов, Империя Лэнгриджа и Королевство Гестия сформировали союзные силы, чтобы посредничать между ними, и Энок стал командующим коалицией.

— Эй, Энок. Почему ты не сказал мне об этом?

— Я должен?

— Эй! Разве мы не были так близки, что дрались каждый день, когда были в академии? — в гневе спросил Асдал.

‘Вы близки, потому что сражались друг с другом каждый день…?’

Закон лучших друзей в этом мире немного отличается от того, что я знала.

— Я слышал об этой войне. Когда я впал в спячку, внезапно Башня оказалась в состоянии войны, — Кайден, который тихо прислушивался к разговору, заговорил.

Я оглянулась на него в недоумении.

— В спячке? Ты что, змея?

— Когда я был маленьким, меня похитили в Храме и использовали в качестве подопытного в эксперименте. Таким образом, гибернация была неизбежным выбором, чтобы восстановить мою потерянную ману тогда.

Я удивилась его словам.

— Извиняюсь.

— Всё в порядке. Кстати, ты собираешься остаться в такой напряжённой ситуации?

— Тогда Энок и я будем присматривать за этими людьми, так что не мог бы ты проверить, нет ли чего-нибудь полезного в хижине?

Кайден последовал моим инструкциям и вошёл в хижину.

Было немного странно видеть это зрелище. Потому что это также означало, что Кайден очень доверял мне.

‘Возможно, потому что у нас один и тот же враг, у нас нет другого выбора, кроме как объединиться.’

Внезапно Энок, охранявший Асдала, сказал мне:

— Надеюсь, ты останешься со мной вот так.

Слова Энока прозвучали немного странно. Я посмотрела на его лицо сбоку, затем его взгляд медленно обратился ко мне.

— Я до сих пор не могу контролировать свои припадки. Так что теперь единственный человек, который может справиться со мной — это ты.

Это правда. Юанна, похоже, ещё не знает, как остановить припадки Энока.

Не знаю, о чём он думал, но его золотые глаза на мгновение сильно задрожали.

— Маргарет, ты мне нужна. Поэтому, пожалуйста, не оставляй меня.

И снова я не нашла ответа на слова Энока.

Я вспомнила, что Кайден сказал раньше.

«Наследный принц сошел с ума, ища тебя, как будто у него была какая-то тревога от разлуки…»

Как сказал Кайден, у Энока, похоже, развилась склонность, подобная тревоге от разлуки.

Пока я думала об этом, Энок, смотревший на меня, улыбнулся.

Он погладил меня по голове один раз и обернулся. Снова крепко сжимая гарпун, он опасался Асдала и его отряда, которые стояли вдалеке.

Тут-то я и вспомнила, что в рюкзаке, который я выиграла, был меч.

— …Энок, используй это.

Всё ещё направляя ракетницу на Асдала и его группу, я осторожно вынула меч из рюкзака и передала его Эноку. Он молча взял у меня меч.

— Я всё равно не смогу им воспользоваться.

— Спасибо.

Энок поблагодарил меня и тут же отбросил свой гарпун, обнажив меч. Как и ожидалось, Энок лучше смотрелся с мечом, чем с гарпуном.

Пока я восхищалась зрелищем, Энок сказал мне:

— Я не думаю, что остаться в хижине — хороший вариант.

— Согласна.

Я кивнула, глядя на Асдала и других, стоящих вдалеке.

Эта хижина особенная.

Не знаю почему, но монстры не подходят к хижине. Я помню, что в оригинале главные герои остались здесь надолго.

Но как бы ни была хороша хижина, оставаться с Асдалом и его отрядом невозможно. Они слишком опасны.

Драка кажется неизбежной, если мы станет настаивать на том, чтобы занять хижину, но мы не хотели рисковать.

— Оставаться в лагере, известном врагам — не лучший вариант. Нам лучше пойти за полезными вещами.

Я классифицировала наследного принца Асдала и Диего как «врагов». Поскольку они угрожали нам, не будет ли уместно называть их врагами?

Энок удовлетворённо кивнул в ответ на мои слова.

Но, прежде чем покинуть хижину, нужно узнать одну последнюю вещь.

«У меня есть ключ. Ключ для выхода».

Я должна была спросить Юанну, что это значит, но у меня не хватило времени. Должна ли я позвать её отдельно перед уходом, когда ситуация уладится?

В то время Асдал потянулся к Юанне с довольно высокомерным лицом.

— Святая, пожалуйста, пройдите сюда.

Юанна, которая медленно наблюдала за ситуацией, скрестив руки, оглянулась на меня. Когда она встретилась со мной взглядом, она подмигнула.

— Подумайте ещё раз о том, чтобы остаться со мной. Что ж, на самом деле лучше следовать моей воле, не задумываясь.

Сказав это, Юанна неторопливо подошла к Асдалу.

Энок посмотрел на меня так, словно желал объяснений слов Юанны.

— Она хотела, чтобы я присоединилась к ней. Кроме того, она сказала мне стать её горничной на полную ставку.

Энок был потрясён услышанным.

— Какого…?!

Хотя в романе она играет главную героиню, не сложно ли представить, что Маргарет, дочь престижной семьи герцогов, станет прислуживать Святой, простолюдинке?

‘Это поэтому Маргарет так ненавидела Юанну в оригинале?’

Как только Энок собирался выразить свой гнев по отношению к Юанне, Асдал закричал:

— Архиепископ Рузеф. Иди сюда.

На этот раз Асдал поманил Рузефа

Рузеф посмотрел на меня и нервно сказал:

— Ю-юная леди...

Почему ты смотришь на меня так, будто спрашиваешь, что тебе делать? Ни в коем случае, ты действительно думаешь, что я лидер этой команды?

— Чего вы ждете, архиепископ?

Когда Асдал снова позвал его раздражённым тоном, Рузеф подошёл к нему с недовольным лицом.

Таким образом, Рузеф вернулся в отряд Асдала.

Что было ещё более удивительным, так это то, что Диего, который должен был полностью подчиняться приказам Энока, все еще стоял там. Казалось, он был полностью увлечён Юанной.

Энок также никак не отреагировал на отношение Диего. Как будто он знал, что так будет, или ему было всё равно.

В этот момент из хижины вышел Кайден.

— Нет никаких полезных вещей, кроме этих.

В его руке были женские белые кроссовки.

Затем в другой его руке я нашла серебряную квадратную зажигалку размером с палец, классическую зажигалку с откидной крышкой.

— О боже мой.

Зажигалка, это же бензиновая зажигалка!

В отличие от обычных зажигалок, бензиновые зажигалки не гаснут даже на ветру, поэтому подходят для использования на природе.

Я не стала включать зажигалку на глазах у Юанны и её компании, а тихонько взял её и сунула в карман платья.

К счастью, никто не знал, для чего использовалась зажигалка, поэтому никто не усомнился в моих действиях.

— Я думаю, что это женские туфли, но они выглядят странно, — сказал Кайден, глядя на белые кроссовки.

В Империи нет понятия кроссовок, поэтому он, похоже, думал, что это туфли.

В хижине может быть какая-то современная одежда, такая же, как и в оригинале. Если есть кроссовки, так может и одежда тоже?

— Маргарет, ты хочешь их надеть?

Кайден уставился мне на ноги.

— Я надену их на тебя. Ты можешь продолжать держать эту штуку.

Кайден сказал, указывая на ракетницу, которую я нацелила на Асдала. Я медленно кивнула.

Он опустился передо мной на колени и начал снимать с меня деревянные тапочки. Его большие руки сразу обхватили мои лодыжки. Он даже похлопал меня по ступням руками.

Он нежно ласкал мои босые ноги, словно держал стеклянную чашу, так медленно до щекотки.

— Я впервые касаюсь чужих ног.

— Я не просила тебя прикасаться ко мне, я просила тебя обуть меня?

— Очень мягко.

Кайден игнорировал меня и долго поглаживал мои ступни. Что этот ублюдок делает...?

Конечно, не было никаких сомнений в том, что Энок был в плохом настроении, когда смотрел на это.

В конце концов Энок спросил:

— Сломать ему пальцы?

Асдал, наблюдавший за этим зрелищем, разочарованно спросил:

— Я помню, что ты явно ненавидел юную леди из Флоне ещё в Империи, но что это за странное зрелище?

Я понимаю, что Асдал ошеломлён. Я также совершенно не знакома с тем фактом, что у сумасшедшего главного героя по имени Кайден такое же отношение ко мне.

— Этот ублюдок очень разговорчив.

Не глядя на Асдала, Кайден пошутил над ним.

— Сколько у тебя жизней? Почему ты так ведёшь себя с наследным принцем? Что, если мне удастся покинуть этот остров?

Даже если у него такое странное прозвище, как Принц Дерзкий Дал, во-первых, он принц.

— О чём он говорит?

Кайден усмехнулся.

— Покиньте хижину. Мы не стоим на месте, потому что не можем дать отпор, — устало сказал нам наследный принц Асдал.

Мы, у которых есть ракетница и гранаты, намного превосходим их, но это не значит, что мы можем относиться к ним легкомысленно. Мы в невыгодном положении с точки зрения численности, потому что Рузеф присоединился к их команде.

Взглянув на Рузефа, я поняла, что он держит мою аптечку.

‘Подождите… почему с ним аптечка?’

Похоже, что Рузеф принёс её, сам того не осознавая.

На самом деле аптечка была важнее ракетницы для выживания на этом острове. Потому что в этой аптечке были все лекарства для дезинфекции и лечения ран. Поэтому мне нужно вернуть его.

Я не должна выглядеть подозрительно в присутствии принца Асдала. Основа переговоров — не показывать слабости другой стороне.

Я быстро скрыла своё нервное выражение. И со спокойным лицом сказал Асдалу:

— Пусть придёт сюда архиепископ Рузеф, тогда я выйду из хижины.

Я намеренно сказала так, как будто моей целью был Рузеф.

Рузеф смотрел на меня глазами, полными эмоций, не понимая, что я пытаюсь вернуть аптечку. Глядя на него снова, я чувствую, как меня мучает совесть.

— Я отказываюсь, — Асдал скрестил руки на груди и гордо улыбнулся.

Кайден сердито сказал:

— Думаешь, ты в состоянии отказаться? Просто чтобы вы знали, мы можем взять хижину, даже не торгуясь.

— Господи, успокойся. Такое отношение совсем не помогает, — Энок, молча наблюдавший за ситуацией, предупредил Кайдена. Кайден запоздало посмотрел на меня и закусил губу.

— Если вы не собираетесь присоединиться к нам, просто уходите быстрее. Разве вы уже недостаточно набрали? Хотите награбить здесь больше?

Юанна говорила уверенно с улыбкой на лице.

Я подняла подбородок и рассмеялась, словно провоцируя их.

— Мародёрство — это слово, которое применимо только в том случае, если у вас есть что-то. Если у объекта нет владельца, он должен принадлежать тому, кто способен им владеть.

На мои слова Кайден издал восклицание, не соответствующее ситуации.

— Вы не позволите подойти сюда архиепископу Рузефу? — спросила я снова. Асдал взглянул на меня, а затем заговорил с Диего и Юанной.

Рузеф стоял в стороне от них, печально глядя то на нас, то на них.

— Или я могу просто сжечь это.

Я направила ракетницу на хижину.

‘На самом деле, хижина нам не особо нужна, так как мы знаем, как её сделать самим. Но я думаю, что вам это понадобится.’

Наконец Асдал поднял руки.

— Хорошо. Вы можете взять с собой архиепископа.

Рузеф посмотрел на Асдала.

— Ваше высочество!

Несмотря на его желание присоединиться к нашей группе, похоже, ему не понравилось, когда Асдал отпустил его без всяких сожалений.

Да, это может ранить его чувства. Должно быть что-то, называемое связью, которая построилась во время их совместной жизни.

— Мне жаль.

Асдал извинился перед Рузефом, но совсем не выглядел так, как будто жалел об этом.

В итоге Рузеф полностью вернулся к нам.

— Прежде чем я уйду, у меня есть вопрос к вам, Святая.

Юанна ярко улыбнулась, как будто ждала моего вопроса.

— Наконец-то вы надумали служить мне…

— У вас есть ключ выхода? Где вы взяли ключ? Есть ли на этом острове выход, который можно открыть этим ключом?

Я прервала чепуху Юанны, задавая множество вопросов.

Энок и Кайден, не зная, что я ранее разговаривала с Юанной, с недоумением посмотрели на меня.

Юанна задумчиво похлопала себя по подбородку.

Потом спросила:

— Ты останешься со мной?

— Нет.

— Это очень плохо. Вы мне нравитесь, потому что вы настоящая маньячка, юная леди.

Значит, ты тоже не в своем уме.

— Если вы не хотите остаться со мной, я не обязана отвечать на ваши вопросы. Вы даже не моя.

Вот так. Но в оригинале ключа нет, так что надо было проверить.

В оригинале было сказано только, что врата для побега с этого острова откроются через год, но не сказано, что для их открытия нужно использовать ключ.

Даже если я найду «врата», смогу ли я сбежать, только если у меня будет ключ?

‘Если это так, то разве Юанна здесь не самая подозрительная?’

Асдал и его группа не выказали удивления, как будто они уже знали о ключе.

— Я думаю, вам нужно объяснить. Что вы имеете в виду под ключом?

Энок недовольно посмотрел на Юанну. Но она просто улыбнулась без какого-либо волнения.

Вместо этого она сказала мне:

— Я же говорила вам. Я не скажу, если вы не моя.

Энок оглянулся на меня.

Затем Кайден и Рузеф одновременно посмотрели на меня. Взгляды тех, кто спрашивал моего мнения, были немного обременительны.

— Что ты собираешься делать, Маргарет?

— Я последую твоему решению.

— Я тоже пойду за вами.

Энок, Кайден и Рузеф заговорили по очереди.

‘Это становится более обременительным.’

Я задумалась и покачала головой.

Мне нужна информация о «ключе», который есть у Юанны.

Я не знаю, почему она хочет, чтобы я была с ней. Я не знаю, что она планирует. Но чем больше людей, тем лучше.

Если да, то будут ли решены все проблемы, если я буду служить только Юанне? Из-за хижины тоже драться не надо.

— Эй, Святая. Я не хочу сидеть сложа руки и сотрудничать с ними. Скажи ей, чтобы она отдала всё, что у неё есть, если она и её группа хотят быть с нами, — Асдал сказал Юанне.

Затем Юанна рассмеялась, как будто то, что сказал Асдал, было очевидным.

— Конечно, если мы вместе, это всё — наше.

Вы что, грабители?

— Хаа…

Я вздохнула.

Я посмотрела на Юанну, Асдала и Диего, которые стояли спиной к лесу.

Вдалеке был большой камень. Он был так далеко, что никто не пострадал бы, даже если бы его взорвали.

Я достала из кармана гранату, нет, зажигательную бомбу. Кайден и Рузеф удивлённо посмотрели на меня.

— Эй, успокойтесь.

Рузеф с бледным лицом пытался меня остановить. Я взглянул на Энока.

— Ты понимаешь, что я пытаюсь сделать?

Энок медленно кивнул в ответ на мой вопрос, а Кайден рядом с ним улыбнулся, как будто понял.

Только бледный Рузеф растерянно моргнул, держа на руках аптечку.

‘Я не могу провалиться на этот раз.’

Заняв позицию, я бросил зажигательную бомбу, которую держала, в сторону скалы.

— Энок, Кайден, сейчас!

Бомба попала в скалу.

Пока Юанна и её группа удивлённо повернули головы к скале, их покрыл толстый слой пыли, Энок и Кайден быстро заняли свои позиции.

— Аааа!

— Отпусти меня!

Сквозь пыль были слышны голоса Асдала и Юанны.

Юанна и её группа, которые некоторое время были начеку, были побеждены так быстро, что это было даже незаметно.

Что? Почему их так легко победили?

Кайден подавил Асдала и Юанну одновременно чудовищной силой. Энок победил Диего в одиночку.

Действительно, Диего был человеком, которого не могла легко подавить сила Кайдена, поэтому у Энока не было другого выбора, кроме как вмешаться.

— Вот почему люди не должны говорить добрые слова. Я должна была прибегнуть к насилию с самого начала.

Я потратила слишком много времени, экономя бомбы и пули впустую.

Рузеф, наблюдавший за ситуацией с бледным лицом, сказал:

— Но лорд и Его Высочество наследный принц с самого начала применяли насилие. Юная Леди также использовала этот волшебный инструмент. Когда вы когда-нибудь говорили добрые слова…

— Это лес.

— Ой.

Рузеф быстро закрыл рот.

Энок крепко связал их троих веревкой, которую сделал Кайден, и повёл их к передней части хижины. Асдал и Диего боролись, но не могли пошевелиться, потому что Кайден крепко держал верёвку.

— Мы тоже не хотели этого делать.

— Я знаю. Это было слишком просто.

Юанна ответила с улыбкой. У неё было улыбающееся лицо, но она выглядела довольно лихорадочно.

— Ну, это разница в нашей силе, Святая.

Я с улыбкой ответила на слова Юанны.

Конечно, всё это сделали Энок и Кайден.

— Я запомню это унижение, юная леди.

Асдал тоже стиснул зубы, предупреждая меня, и посмотрел на Энока и Кайдена. Конечно, ни Энок, ни Кайден, казалось, вообще его не слушали.

— Я думаю, это ключ.

Кайден, порывшийся в кармане Юанны, бросил что-то в меня.

Это был большой золотой ключ размером с ладонь. Он выглядит очень старым и ржавым, но было ясно, что это ключ, выплавленный из золота.

— Это настоящий ключ. Откуда вы это взяли?

Юанна только улыбнулась на мой вопрос и не ответила. Я посмотрела на неё и сказала:

— Давайте ещё раз договоримся. Я не знаю, что вы задумали, но я выслушаю вашу историю и присоединюсь к вам, если у вас есть веская причина.

Юанна посмотрела на меня с удивлённым лицом.

Должно быть, она думала, что я не буду с ней сотрудничать, даже если умру. Но теперь всё изменилось.

— Однако именно ты должна убедить этих людей, Святая. И я никогда не буду служить тебе. Если вам это не нравится, мы возьмем ключ. Мы бы узнали секрет ключа, если бы сохранили его, — сказала я, указывая подбородком на Асдала и Диего.

Когда я положила ключ в карман и оставила рюкзак, Юанна и её группа растерянно посмотрели на меня.

— Этого не было в плане.

— …Я даже не ожидал этого.

В ответ на бормотание Юанны Асдал сказал с раздражённым лицом.

Юанна посмотрела на меня так, словно приняла решение.

— Дайте мне ключ, и я отвечу на ваши вопросы.

Я кивнула. Затем она открыла рот.

— Мы ищем «дверь», к которой подходит ключ. Я сказала, что чем больше людей, тем лучше, потому что нам нужно исследовать весь остров. Вы знаете, что на этом острове есть монстры?

— Да. Есть разные монстры.

— Верно. Так что, если юная леди и ваша группа смогут внести немного силы, это будет большим подспорьем.

Я устало вздохнула и откинула волосы назад. Изучение всего острова также соответствовало плану нашей группы.

— Вы могли бы попросить меня сделать это в первую очередь. Зачем вы меня разозлили и сказали какую-то фигню?

Мне показалось, что я сказала это спокойно, но Кайден, удивленно стоявший рядом со мной, закашлялся.

— Я говорила вам. Думаю, мне лучше взять на себя инициативу.

В ответ на слова Юанны я достала из кармана ключ.

Она по-прежнему беззаботно пожимала плечами. Она никогда не теряла самообладания. Это потому, что она главная героиня?

— Вы видели, что было написано на ключе? — спросила меня Юанна.

Что написано на ключе? Сбитая с толку, я снова осмотрелп ключ.

Как она и сказала, на боковой стороне ключа было написано «Ключ для выхода» на языке Империи Лэнгриджа.

Проблема заключалась в тексте под ним.

Алеа

Возвращение

Здесь тоже есть слово Алеа.

Но возвращение? Это слово означает «прийти обратно», но что это значит?

Если я открою дверь этим ключом, значит ли это, что Алеа там, что Алеа снова возвратится на остров или что привратником, охраняющим выход, был Алеа?

Я не знаю, было ли это имя правильным изначально. Кто, чёрт возьми, такой Алеа?

— Ключ для выхода? Какой ключ для выхода? Что это?

Кайден взглянул на ключ в моей руке и склонил голову. У Энока также было озадаченное выражение лица.

— Это ключ к выходу. Я не знаю, что это за остров.

Асдал, который всё это время молчал, вздохнул, услышав бормотание Энока.

Он сказал:

— Я почти уверен, что нам нужно исследовать весь остров, несмотря ни на что. Мы даже не уверены, было ли это ключом к тому, чтобы выбраться с острова. Это только наше предположение.

Услышав Асдала, я посмотрела на них и снова спросила Юанну.

— Святая, где вы взяли ключ?

— Я подобрала его.

— Где?

— Когда я впервые очнулась на этом острове, он был рядом со мной.

— Это очень подозрительно.

— Разве это не то же самое, что держать этот подозрительный магический инструмент, юная леди?

Вот так. Как ни странно, я продолжаю понимать, что сказала Юанна.

Если это действительно ключ к фигурирующим в романе «вратам», то было ясно, что с ними будет выгодно бежать.

На мгновение я оглянулась на Энока, Кайдена и Рузефа. Неизвестно, какие переменные возникнут, если они останутся с Юанной.

Правильно ли взять их и остаться с Юанной? Мне не нужно бежать? Если все останутся вместе, продолжится ли история, как в оригинале?

Я нахмурила брови, снова и снова размышляя, затем снова спросила Юанну:

— Вы знаете что-нибудь ещё? Что вы узнали об этом острове?

— Нет. Вот почему мы собираемся исследовать остров.

Услышав ответ Юанны, я прикусила нижнюю губу и задумалась.

Ясно только то, что даже если я убегу, без этого ключа мне не уйти.

Кроме того, я даже не знаю, где находятся врата для побега, так что не лучше ли найти предназначение ключа рядом с Юанной?

Немного подумав, я наконец кивнула.

— Хорошо. Давайте останемся вместе, пока не будет доказано, что ключ действительно является «ключом для выхода», выясним, где находится выход, и все подсказки будут разгаданы. Если быть точнее, мы следим за вами. Даже не думайте воровать вещи.

Я указала пальцем на свои глаза, показывая, что буду смотреть, а затем указал на глаза Юанны.

Конечно, она широко улыбнулась, как будто всё было в порядке. Это была грациозная улыбка, как будто красные цветочные бутоны полностью раскрылись.

С другой стороны, лица Асдала и Диего ужасно искажены.

— Эй, Святая. Я не понимаю твоего решения.

Я указала подбородком на Асдала и сказала Юанне:

— Я же говорила вам, да? Вам предстоит убедить этих людей.

После моих слов Юанна один раз взглянула на Асдала.

— Я думаю, что чем больше людей, тем лучше. Если честно, нам было немного трудно выживать в одиночку. У кого-нибудь есть возражения?

Услышав вопрос Юанны, Асдал на мгновение замер. Он избегал её взгляда и молчал с недовольным лицом.

Было очень удивительно, что принц Королевства Гестия мог выглядеть таким ребячливым.

Видя, что Диего тоже смотрел на Юанну и держал рот закрытым, кажется, что между ними тремя что-то произошло.

«Нам было немного трудно выживать в одиночку».

Каким-то образом со слов Юанны я вспомнила, как Рузеф не мог даже нормально поесть.

— …делай, что хочешь, Святая.

В конце концов Асдал дал положительный ответ.

Итак, в конце концов, мы объявили перемирие и решили немного побыть вместе в хижине и найти способ сбежать.

***

Конечно, я не распаковала весь свой багаж в хижине. Мы просто временно останемся вместе и уйдём, как только разгадаем загадку с ключом.

‘Кроме того, Юанна такая подозрительная. Я должна присмотреть за ней.’

Может быть, это Алеа?

Более того, Юанна, похоже, ещё не отказалась от желания взять на себя инициативу в группе.

В этой странной атмосфере мы решили вместе осмотреть хижину.

Хижина была построена в виде двухэтажного строения. На первом этаже была большая гостиная и кухня с камином, а на втором этаже две комнаты с деревянными кроватями.

В оригинале Юанна, кажется, догадалась, что это была хижина, построенная человеком, который жил на этом отдалённом острове. Моё предположение ничем не отличалось.

Сначала я осмотрела хижину вместе с Эноком, Кайденом и архиепископом Рузефом.

После того, как мы закончили наши поиски, мы вернулись на первый этаж, а затем Юанна и её группа двинулись дальше по хижине.

Осмотрев каждый угол, я задалась вопросом.

Я по-моему читала, что в хижине была современная одежда, но, как ни странно, одежды не было вовсе. Казалось, там не было ничего, кроме кроссовок, которые Кайден принёс с собой раньше.

‘Это отличается от оригинала. Или я ошибаюсь?’

Я села в гостиной на первом этаже, глубоко задумавшись, и открыла рюкзак, который подобрала перед хижиной.

Это был аккуратно разложенный рюкзак, как будто кто-то забыл его взять и оставил.

Энок подошёл ко мне и сказал:

— Какой странный на вид мешок.

Кайден тоже небрежно сел передо мной и с любопытством взглянул на рюкзак. Он взглянул на ножны на поясе Энока и спросил:

— Разве меч, который использовал наследный принц, не из той сумки? Что ещё там есть?

Архиепископ Рузеф, который постоянно колебался, тоже подошёл с аптечкой в руках и присел рядом со мной.

— Мне тоже любопытно. Что там?

Я пожала плечами, сунула руку в рюкзак и порылась в нём.

— Это кинжал.

— Дай это мне. Я воспользуюсь этим.

Глаза Кайдена блеснули, когда он протянул мне руку.

Он был волшебником, который использовал свой мозг, но он также обладал огромной силой. Поэтому этот кинжал подойдёт ему лучше, чем длинный меч, подаренный Эноку.

Не колеблясь, я положила кинжал в его руку. Пока Кайден со счастливым лицом брал кинжал, я снова порылась в рюкзаке.

Следующей вещью, которую я вытащила, был компас.

Энок посмотрел на то, что было у меня в руке, и спросил:

— Компас?

Компас также существовал и в Империи Лэнгриджа, но это был современный компас из нержавеющей стали.

Кроме того, этот компас имел светящуюся часовую стрелку, поэтому казалось, что им можно пользоваться ночью. Игла была хорошо прикреплена к центральной оси, кажется, что он работает хорошо.

— Я лучше оставлю этот.

Я снова заглянула внутрь рюкзака с компасом в руке. Последней вещью, которая вышла, была небольшая сумка через плечо.

‘Это сумка через плечо.’

Я вытащила сумку через плечо и сунула внутрь компас, ракетницу и карман с патронами, а затем повесила её на плечо. Я отдала большой рюкзак Кайдену.

Кайден положил в него предметы домашнего обихода, такие как деревянный нож и веревку, сделанную из скрученных веток.

— А у меня ничего нет? — спросил меня Рузеф, который спокойно смотрел на нас.

Я указала на аптечку в его руках и сказала:

— Архиепископ, пожалуйста, возьмите с собой аптечку.

У меня уже было много багажа, поэтому мне нужен был кто-то, кто понесёт аптечку.

— Что, ты оставляешь аптечку шавка? Разве это не опасно?

— Я согласен с лордом, Маргарет. Думаю, будет лучше принести аптечку по очереди.

Не поверив Рузефу, Энок и Кайден протестовали против моего решения. Но другого выхода я не нашла. Нам не хватает рук, и у каждого есть своя роль.

Кроме того, Рузеф был священником, изучавшим лечение и целительство, так что он идеально подходил для этой миссии.

— На самом деле, даже если мы объединим всё, что у нас есть до сих пор, вещи менее важны, чем это».

Я обратилась с просьбой к Рузефу:

— Вы можете выбросить меч, но вы не можете выбросить эту аптечку. Вы понимаете, что я имею в виду?

При моих словах Рузеф посмотрел на Энока и Кайдена с недоумением, затем с энтузиазмом кивнул.

— Оставьте это мне.

Дух, излучаемый его выражением лица, был подобен духу генерала, отправляющегося на войну.

Затем я отделила обычные лекарства из аптечки и поделилась ими с Эноком и Кайденом.

— Этого достаточно?

Энок и Кайден выглядели недовольными, но молча закрыли рты.

А потом внезапно послышался голос Юанны.

— Сэр Диего, не могли бы вы идти немного мягче? Я продолжаю просыпаться.

Я слегка повернула голову и увидела Юанну, спящую на спине Диего.

Уже темнело, поэтому все, казалось, собирали свой багаж и заправляли кровати.

‘Ты собираешься так спать?’

Диего, который спокойно нёс её на спине и расхаживал по хижине, тоже выглядел очень странно.

‘Я действительно не хочу связываться с ними.’

Я посмотрела на них и покачала головой. Я не знаю, почему Юанна так одержима вниманием других людей.

Принц Асдал всё ещё раздражал меня, но он не мог так легко подобраться ко мне.

Это потому, что Кайден держался рядом со мной, как щенок, охраняющий дом, и рычал всякий раз, когда он приближался.

Кайден, сидевший рядом со мной и наблюдавший, как я раскладываю рюкзак, сказал:

— Маргарет, ты как великий король острова.

Я посмотрела на него с удивлением.

— Вы когда-нибудь видели недостойного короля?

— Какое значение имеет достоинство? Ты уже наш король.

— …

Это новый вид раздражительного дерьма?

В то время Рузеф, который постоянно выискивал подходящий момент для выступления, наконец сказал:

— Поскольку это слишком длинно, почему бы нам не назвать вас короче? Как насчет короля острова? Это было бы замечательно.

О, ради бога!

— Замолчите.

Я бы предпочела медведя гризли.

— Король Демонов Острова...!

— Замолчите!

Рузеф как раз прикусил губу, и Кайден, который сдерживал смех с ярко-красным лицом, разразился смехом.

Я почти уверена, что он сказал это для того, чтобы посмеяться надо мной.

***

А пока мы решили отложить встречу, чтобы на время обсудить ключ, который был у Юанны.

Это было потому, что солнце садилось, и не было достаточно времени, чтобы приготовить место для сна и еды.

Кроме архиепископа Рузефа, очищающего воду, остальные решили собирать съедобные плоды.

Увидев, что Рузеф очищает воду, сидя перед хижиной, Асдал принял изумленное выражение лица.

— Где вы научились очищать воду, архиепископ? Я не знал, что вы можете это сделать.

На вопрос Асдала Рузеф посмотрел на меня.

— Я узнал об этом от юной леди Флоне.

— … Чего?

Глаза Асдала, Диего и Юанны были прикованы ко мне. Асдал, встретившийся со мной взглядом, улыбнулся и снова посмотрел на Рузефа.

— Думаешь, я поверю в это?

На ответ Асдала Рузеф безразлично пожал плечами.

Юанна сказала, улыбаясь мне:

— Юная Леди такая умная. Я знаю это.

Её улыбка была какой-то зловещей, поэтому я отвела от неё взгляд, схватила корзину и присоединилась к Эноку и Кайдену.

— Вы не идёте?

Словно Асдал не понял моего вопроса, он посмотрел попеременно на меня, Энока и Кайдена, и, наконец, вздохнул и взял корзину с кокосами.

К счастью, рядом с хижиной было много еды, поэтому такие вещи, как малина и съедобные грибы, было легко найти.

Я собирала печёночные грибы, которые растут на дубах.

Искать грибы в этой незнакомой глуши приходилось очень осторожно. Это потому, что было много случаев, когда он выглядел как знакомый гриб, но это не так.

Однако у меня был некоторый опыт в грибах, поэтому я тщательно выбирала то, что было съедобно.

Как будто он никогда не видел грибов, Асдал указал на гриб, который я подкопала, как будто увидев странную вещь.

— Вы собираетесь есть это? Как бы вы ни были голодны, не ешьте того, чего не знаете. Я всё больше сомневаюсь, действительно ли вы благородная дама.

Это заслуживает того, чтобы считаться странным. Потому что он, самый благородный в своем чине, видел только нарезанные на мелкие кусочки и сваренные грибы.

Я кивнула, отрезала корень гриба деревянным ножом и положила его в сумку через плечо.

— Это гриб. Вкус не плохой. Похож на текстуру мяса.

— Имеет ли смысл то, что на вкус оно похоже на мясо? Хм... если подумать, у меня тоже есть проблема, так как я серьёзно слушаю сумасшедшую юную леди. Ха-ха!

Я воткнула деревянный нож, который держала, в дуб. Асдал сделал шаг от меня с испуганным лицом.

Меня до чёртиков раздражал Асдал, который со всем спорил, но я только стиснула зубы, когда с опозданием вспомнила, что он всё-таки наследный принц.

Терпение, терпение.

— Что сейчас-!

— Моя рука соскользнула, — пробормотала я, вытаскивая деревянный нож из дерева.

— Из-за того, что вы постоянно перебиваете меня, я потеряла концентрацию. Если я сделаю небольшую ошибку, я могу проткнуть вам руку. Мне жаль.

Я равнодушно извинилась перед ним и отвернулась.

Асдал потрясенно нахмурился, но это не моё дело.

— Пфф.

Кайден расхохотался, наблюдая за нами с другой стороны.

— Пха-ха-ха-ха!

Издали было видно, как Энок с ухмылкой собирал фрукты.

Я пожала плечами в сторону Кайдена, повернулась к Асдалу и добавила:

— Ой, а ведь могут быть ядовитые грибы, небрежно есть нельзя, так что, пожалуйста, покажите мне заранее.

Потом Юанна вытащила несколько грибов и подтолкнула их ко мне.

— Такие подойдут?

Обычно она говорила очень много странных вещей, но в то же время была похожа на отличницу, которая делала то, о чём её просили, с энтузиазмом.

Я кивнула, подтверждая, что это тот самый гриб — печёночник, который был у меня.

— Да. Это съедобно. Пожалуйста, поищите ещё таких.

При моих словах Юанна решительно кивнула головой.

Юанна, как и раньше, вернулась к Диего, поговорила и вместе с ним начала искать грибы.

Нет, я поправлюсь.

Она показала Диего гриб, который до этого показала мне, и попросила его найти грибы, которые выглядели точно так же.

Она также была ученицей, которая передавала свою домашнюю работу, кому-то другому.

‘Мне тоже нужно так жить.’

Асдал по-прежнему ничего не делал, опираясь на деревянный шест и наблюдая за нами.

— Что вы ели всё это время?

Я собирала грибы и спросила Юанну, которая была недалеко. Юанна на мгновение задумалась, а затем вздохнула и ответила:

— В основном я жила, собирая фрукты или моллюсков, которых выловили в реке. Это было очень тяжело. Ах! Я даже однажды поймала кролика.

На её слова Асдал улыбнулся и ответил:

— Я поймал кролика.

— Тогда в чем смысл? Некому было снять шкуру с кролика, поэтому в итоге мы не смогли его съесть.

В ответ на слова Юанны Асдал закрыл рот с таким видом, как будто он вмешался без всякой причины. Слушая их разговор, я задумалась, наклонила голову и задала вопрос.

— Вы не можете сделать это, сэр Диего? Обычно, когда вы отправляетесь на покорение монстров или на битву, разве вы не отправляетесь в поход?

Диего, который тихонько собирал грибы рядом с Юанной, остановился. Юанна взглянула на него и расхохоталась.

— Сэр Диего терпеть не может милых вещей. Он так любит кроликов и белок.

…Хм?

— Он был слишком напуган при виде ужасных вещей. Я не знаю, почему он стал рыцарем-командором.

Лицо Диего покраснело, когда Юанна вздохнула и покачала головой.

— Это, это недоразумение.

— Это так?

Сухо ответила Юанна, и Диего ничего не сказал, прикусив губу. Кажется, он думал, что так лучше.

Из того, что я услышала, кажется, что у него действительно нет способности выживать, но мне интересно, как он вообще дожил до сих пор.

— Я слышал, вы не умеете разводить костёр, как вы ели моллюсков?

— Ах, я случайно подобрала угли и использовала их, чтобы жить в течение нескольких дней, пока не пошёл дождь.

— Да…? Угли…?

Она собирала угли в этом тропическом лесу? Как и ожидалось, главной героине, похоже, позволено делать что угодно.

— Я случайно почувствовала запах гари во время прогулки, поэтому я пошла на запах и обнаружил, что сухие горящие листья. Это была моя удача.

При словах, добавленных Юанной, я задумалась, подперев подбородок тыльной стороной ладони. Это тропический район, поэтому влажность высокая, но сухие листья в этом лесу…

Может быть, это потому, что это место, где всё время светит солнце?

В любом случае мы собрали достаточно фруктов и грибов и вернулись в хижину.

Тем временем Рузеф поделился очищенной водой и развёл огонь, чтобы в воде сварить грибы.

Диего и Юанна съели грибы, не задумываясь. А Асдал, который всё ещё относился ко мне с подозрением, осторожно ел гриб.

— Прежде чем мы поговорим о наших планах на будущее… Должны ли мы сначала представиться?

— Есть здесь кто-нибудь, кто не знает имен друг друга?

Асдал ответил мне саркастически. Это было неожиданно, но я проигнорировала его слова. Он похож на ***, но выше меня, так что потерплю.

Юанна осторожно сказала:

— Кажется, собрались все главные герои Империи и Королевства, верно?

Энок держал руки скрещенными и стоял в стороне, а Асдал снова поссорился со мной.

— Ну, кажется, да. Но в случае с юной леди Флоне, а не с главным героем… слово «знаменитость» больше подходит.

— Пффф, Маргарет не обычная знаменитость. Она бешеная собака. Ха-ха-ха!

Кайден расхохотался от слов Асдала. Я посмотрела на Кайдена с раздражённым лицом. Я не понимаю, на чьей он стороне.

— Тебе лучше заткнуться. Ты тоже сумасшедший.

— О, верно. Мы сумасшедшая пара. Мы прекрасно смотримся вместе, — радостно ответил Кайден.

— Я не такая сумасшедшая, как ты.

— Кто бы в это поверил?

— Энок.

Я повернулась к Эноку с надеждой. Как и ожидалось, мой спаситель Энок встал на мою сторону.

— Ты единственный, кто сошел с ума, лорд. Как ты смеешь так обращаться с Маргарет?

Как и ожидалось от Энока. Я широко улыбнулась ему. Энок тоже посмотрел на меня с улыбкой.

Я повернулась к Кайдену с торжествующим лицом.

— Видишь?

— Мы сумасшедшая пара, поэтому кронпринц ревнует. Не обманывайся, Маргарет. Ты сумасшедшая.

— … Ты хочешь умереть?

Словно теперь уже знакомый с этим разговором, Рузеф спрятал лицо в ладонях и избегал любых взглядов. Думаю, он был смущён.

Да, я признаю это. Я тоже, но мне особенно неловко за Кайдена.

Юанна и Диего смотрели на нас с растерянными лицами. С другой стороны, Асдал смотрел на нас с лицом, полным презрения.

Он сказал:

— Каждая ваша фраза вульгарна. Вы двое действительно дворяне?

Разве Асдал здесь не самый грубый и некультурный? Я только пожала плечами. Кайден тоже пожал плечами и подмигнул мне.

— Вы оба родились с самой благородной кровью среди дворян. Я вам завидую.

Вместо нас на слова Асдала ответила Юанна.

Мне казалось, что в слове «Я тебе завидую» была заноза. Это звучало как ирония, но не потому, что она действительно завидовала. Потому что она, казалось, не восхищалась дворянством.

В этом не было ничего плохого. Потому что статус семьи Флоне был сравним с императорской семьей.

И семья Роде, где родился и вырос Кайден, тоже была консервативной ортодоксальной аристократией. Не будет преувеличением сказать, что Империя Лэнгриджа была построена волшебниками, власть волшебников была сильна, а влияние семьи Роде было велико.

Проще говоря, представительной семьёй государственных служащих была семья Флоне, представителем военных офицеров была семья Диего, маркиз Вильтерхейм, а представителем семьи искусства, спорта и торговли был маркиз Роде.

Тот факт, что такие люди, как Маргарет и Кайден, происходили из замечательных семей, действительно удивителен.

Да, в каком-то смысле, как сказал Кайден, мы отличная пара. Сумасшедшая парочка.

— Я поприветствовую вас должным образом. Я не маньячка, я Маргарет Роуз Флоне.

Я встала со своего места, схватила подол моего порванного и грязного платья, согнула колени и вежливо поздоровалась.

Этикет Маргарет совершенен. Она также мечтала стать наследной принцессой, поэтому ей нужно было отточить свои навыки до идеала, чтобы хорошо выглядеть для других.

Даже если её характер был похож на бешеную собаку, у неё качественное образование, потому что она дочь престижной семьи.

Кайден, пораженный моим приветствием, продолжал жевать грибы.

— Почему ты мне этого не сказала? Я тоже хочу видеть, как ты приветствуешь меня так красиво.

— Пожалуйста, потише, Кайден. Я приветствую людей, которых вижу впервые.

Я стиснула зубы и ответила Кайдену, затем села.

Святая посмотрела на нас и улыбнулась, встала со своего места, положила руки на грудь, затем подняла подол своей одежды и склонила голову передо мной. Это было приветствие священника.

— Для меня большая честь познакомиться с юной леди, о которой я наслышана только из слухов. Я Юанна Люси.

Мы называли имена одно за другим, как ученики начальной школы, которых распределили в новый класс, и представились.

Это я, Юанна и даже Рузеф и Диего встали и поприветствовали друг друга по этикету, остальные сели, приветствуя.

— Все знают, почему и как мы попали на этот остров?

И снова Юанна проявила инициативу и начала разговор.

На самом деле людьми с самыми высокими званиями здесь были Энок и Асдал, но ни один из них, похоже, не хотел проявлять инициативу.

В частности, Энок был занят тем, что постоянно подкладывал грибы в мою тарелку, а вовсе не проявлял инициативу.

В то время Энок работал, я пила чай в особняке, Кайден собирался посетить храм, а Рузеф молился, и когда мы открыли глаза, мы уже были здесь.

Остальные ничем не отличались от нас. Диего занимался фехтованием, Юанна молилась в храме, а Асдал вздремнул и оказался уже здесь, когда проснулся.

Все они были одеты в униформу. Только я и Асдал были в домашней одежде.

Асдал, подперев подбородок тыльной стороной ладони, открыл рот, глядя на меня.

— Я немного подозрительно отношусь к вам, юная леди Флоне. Даже если вы не похищали нас напрямую, разве вы не были связаны с чем-то? Вы здесь самый подозрительный человек.

И снова началось. Я потерла висок и посмотрела на Асдала своим усталым лицом.

— Если бы это была я, меня бы здесь не было. Почему мне пришлось пройти через такое тяжёлое время, чтобы преодолеть такой кризис на грани смерти?

— Вы преодолели кризис смерти, говорите? Вы не преувеличиваете? Я действительно прошёл через жизнь и смерть. Похоже, вы не слишком страдаете, — ответил Асдал, не веря моим словам.

У меня нет слов. Как он мог определить, страдает кто-то или нет?

Кроме того, я не могла скрыть своего удивления его разуму, который пришёл к выводу, что что бы это ни было, оно не будет таким большим, как трудности, которые он перенёс.

— Преувеличивает, говорите? Вы знаете, сколько раз ей приходилось проходить через трудности?

Рядом со мной послышался низкий голос Кайдена.

Какое-то время я видела только его улыбающееся лицо, но спустя долгое время его глаза наполнились безумием.

Он тоже, казалось, был очень рассержен замечаниями Асдала, потому что он преодолел кризис жизни и смерти вместе со мной.

Словно не веря своим глазам, Асдал нахмурился и посмотрел на Кайдена.

— Серьезно. Вы только что сказали это мне? Я думаю, вы слишком чувствительны, лорд. Кроме того, я сказал что-то не так?

— Чувствителен? Вы сказали чувствителен?! Я думаю, что вы жили комфортной жизнью до сих пор. Хотите, я помогу вам преодолеть кризис смерти?!

Кайден встал со своего места и схватил Асдала за воротник.

В одно мгновение хрупкий мир превратился в полный беспорядок. Благодаря этому я забыла о времени позлиться на Асдала, и была занята тем, что, обнимая Кайдена, останавливала его.

Конечно, всё также быстро закончилось, благодаря тому что Энок схватил Кайдена за спину и оттолкнул его в сторону.

Кайден сидел на земле, грубо встряхивая руками волосы, и смотрел на Асдала так, словно хотел убить его.

Асдал сердито пробормотал, поправляя ворот, который схватил Кайден.

— Кажется, вы сошли с ума, лорд. Разве вы не знаете, кто я?

— Статус бесполезен, когда на карту поставлено выживание.

Разговоры о статусе, авторитете и манерах с Кайденом теперь были бесполезны. Я поняла его.

В ситуациях, когда жизни угрожает опасность, часто неизбежно нарушение социальных правил. По мере того, как вы продолжаете проходить через такую среду, становится бессмысленным обсуждать социальный статус и класс.

Рузеф, спокойно наблюдавший за ситуацией, умеренно вмешался и встал на нашу сторону.

— С ними я также сам преодолел кризис смерти. Вы тоже должны были это видеть. Эти анаконды действительно… — отозвался Рузеф с бледным лицом и снова упал на землю.

— Вот так. Если бы не Маргарет, мы все не были бы в безопасности.

Энок добавил с некоторым преувеличением, чтобы похвалить меня.

— Ну, мы тоже чуть не умерли. На меня напали монстры в виде пауков.

На этот раз Юанна, которая тихо сидела с Диего и наблюдала за ситуацией, защитила Асдала. Асдал скрестил руки на груди и высокомерно поднял подбородок.

Затем Юанна взглянула на него, отложила миску с кокосом, которую держала в руках, и снова открыла рот.

Она сказала:

— В любом случае, каждый может только догадываться, исходя из обстоятельств, и не может определить виновного. При таких темпах невозможно узнать, действительно ли есть виновник или в какой инцидент мы все были вовлечены.

Услышав слова Юанны, Асдал посмотрел на неё и закрыл рот. Было действительно удивительно видеть, как она заставила высокомерного Асдала сразу же закрыть рот.

— Так что теперь, я думаю, лучше обсудить, есть ли способ сбежать с этого острова, чем сравнивать, как мы выжили.

О, я думала, что она просто странный человек, но она говорила очень логично и убедительно. Она более рациональна, чем я думала.

Прежде всего, мне также нравится тот факт, что она не интересовалась главными героями мужского пола и думала только о выживании.

Затем Кайден сказал:

— Это тоже предположение, но я подозреваю, что на этом острове могут быть врата для побега или портал. Портал требует немного маны. Но если это остров в другом времени и пространстве, это в какой-то степени объясняет, почему магия здесь не работает.

«Подозрительно, что я внезапно открыл глаза в таком месте… Думаю, я попал сюда через портал, иначе там должны быть врата для побега или что-то в этом роде. Так что я подумываю проверить все уголки острова».

Кайден сказал это, когда я впервые встретила его, но теперь он, кажется, сделал более конкретные предположения и гипотезы.

— Учитывая существование монстров, которым по своей природе требуется мана, не странно ли, что никто из нас не может использовать магию? В этом состоянии я могу думать только о портале. Кажется, портал заблокировал использование магии… Не знаю почему.

Кайден погладил подбородок и сказал с задумчивым выражением лица.

— Портальные врата… Это кажется самым правдоподобным предположением, которое я когда-либо слышал.

Диего, который спокойно слушал разговор, согласился с догадкой Кайдена, но Энок тут же её опроверг.

— Но если есть портальные врата, как вы объясните ключ, который есть у Святой?

При этих словах все взгляды сосредоточились на Юанне.

— «Ключ для выхода», так написано на ключе, но можете ли вы быть уверены, что это действительно ключ к двери, чтобы выбраться с этого острова?

На мой вопрос Юанна кивнула.

— Вот почему я сказала, давайте обвесь остров. Нам нужно выяснить, для чего на самом деле нужен этот ключ.

Я так много использовала свой мозг, что у меня заболела голова. Я потерла висок и спросила Юанну:

— Есть ли вероятность, что это ловушка? Если кто-то похитил нас с определённым намерением и целью, ключ может оказаться ловушкой.

— Ловушка для чего?

— Я не знаю. Но я думаю, что вы всегда должны помнить об этой возможности и быть осторожными.

— Ну, это верно. Чем больше я смотрю на вас, тем больше я хочу вас, юная леди. Вы действительно не хотите стать моей подчинённой? — с улыбкой сказала Юанна.

Она сделала ударение на слове «подчинённой», поэтому её шутка не звучала как шутка.

— Я не собираюсь становиться вашей подчинённой, так что держите рот на замке, если не хотите, чтобы вас снова связали веревкой.

Юанна расхохоталась, услышав мой ответ, сказав, что это было весело.

Как бы я на неё ни смотрела, она была похожа на женскую версию Кайдена.

Будь она в Империи, наверное, не назвала бы меня «подчинённой» или «горничной».

Было очевидно, что все сходят с ума, нарушая социальные нормы и порядок, которые они соблюдали друг с другом. Я, конечно, тоже попалась.

— Найти портальные врата или найти дверь, к которой подходит ключ — не единственный способ.

Энок продолжил:

— Мы можем либо вызвать спасательную службу, либо построить лодку и выбраться с острова.

— Сделать лодку? Кто? Мы? Без магии?

— Как будто слова Энока были чепухой, — бросил Кайден в ответ.

Энок поднял брови и пожал плечами.

— Все обсуждали только один или два варианта, поэтому я просто добавил ещё один. Если у нас будет много времени, на этом острове нет ничего невозможного.

— Я знаю. На самом деле варианты слишком широки, чтобы их сужать.

Я ответила на слова Энока, подперев подбородок тыльной стороной ладони и задумавшись.

Если подумать, ключ — это не единственное, что нам нужно обсудить сейчас. Также нам предстояло разобраться, зачем здесь современные объекты.

— Кстати, волшебные инструменты, которые подобрала юная леди, действительно необычные предметы, которых я никогда не видел в Империи, но почему они на этом острове?

В то время, словно прочитав мои мысли, Юанна упомянула о современных предметах, которые я подобрала.

Я вытащила из кармана ракетницу и посмотрел на неё.

— Я даже не знаю, почему эта штука существует. Здесь выгравировано слово «Алеа». Я предполагаю, что эта Алеа виноват.

— Алеа? Кто-нибудь знает, кто такой Алеа?

Выслушав мое объяснение, Юанна спросила. Однако все смотрели друг на друга и молчали.

Как будто ждал, Асдал ответил:

— Может быть, это он построил эту хижину. Есть так много вопросов, на которые нужно найти ответы.

Чем больше мы обсуждали, тем больше я запутывалась. Такое ощущение, что я погружалась всё глубже и глубже в болото.

В это время Асдал спросил Энока.

— Эй, Энок. Если всё это не произошло из-за обиды, может ли это иметь какое-то отношение к битве при Ромализане?

— Думаю, это одна из возможных причин. Но есть много других вещей, о которых я могу догадываться, поэтому трудно сделать вывод, — ответил Энок со спокойным лицом.

В итоге мы снова вернулись к исходной точке. Рузеф, наблюдавший за разговором, поднял руку.

— Тогда будет лучше, если мы все вместе найдём выход.

Все кивнули, соглашаясь с Рузефом.

Внезапно стало темнеть. Прошло больше времени, чем я думала.

У всех были признаки истощения.

— Кроме того, было бы неплохо периодически выходить на пляж, чтобы посмотреть, не проплывают ли мимо корабли, — добавил Асдал.

Это мнение, которого я больше всего хотела бы избежать, зная, что спасательные призывы бесполезны. Но другие люди, которые не знали, кивнули в знак согласия.

Потом издалека послышался волчий вой.

Наступило долгое молчание. Все с большим напряжением посмотрели друг на друга и огляделись.

— Давайте поговорим о деталях после восхода солнца. Нам лучше закончить на сегодня.

Все кивнули, соглашаясь со словами Юанны.

Даже если монстры не подходят к хижине, разводить костёр ночью опасно.

В конце концов, все быстро вошли в хижину.

***

Решили сторожить по очереди.

Здесь «мы» относится ко мне, Эноку, Кайдену и Рузефу.

Причина, по которой мы стояли бдительно, заключалась в том, чтобы подготовиться к нападению монстров, но в большей степени, чтобы предотвратить провокацию Юанны и её отряда.

Я хорошо подготовилась, разложив опавшие листья на деревянном полу на первом этаже избы. Кайден, спускавшийся по лестнице, посмотрел на меня и указал вверх.

— Я слышал, что одну из двух комнат на втором этаже использует Святая.

При словах Кайдена Рузеф, помогавший мне раскладывать листья, вздохнул.

— Наследный принц сказал, что воспользуется другой.

При его словах Кайден подошел сюда и нахмурился.

— А как же наша Маргарет?

Диего и Энок, беседовавшие издалека, недоуменно посмотрели на нас.

Не хочу шуметь по ночам, и, во-первых, на втором этаже нет ничего, кроме жёстких деревянных кроватей.

Я успокоила Кайден.

— Неважно. Я думаю, здесь безопасно спать. С тобой, Эноком и архиепископом.

Брови Кайдена поднялись, и улыбка расплылась по его губам. Думаю, мои слова были не так уж плохи.

Я не знаю, слышали ли Диего и Энок наш разговор. Вскоре они снова отвернулись, завязав серьёзный разговор.

Я расстелила все опавшие листья, села на них и посмотрела на них двоих. О чём у них разговор?

— Я думаю, что они обмениваются информацией о монстрах, — сказал Кайден, сидевший рядом со мной, подперев подбородок тыльной стороной ладони и проследив мой взгляд в сторону Энока.

— Информацией о монстрах?

— Похоже, они вдвоем заключили сделку.

Архиепископ Рузеф, сидевший перед костром, тоже с любопытством посмотрел на Кайдена.

Кайден прищурился и прислушался к разговору Энока и Диего.

Они шептались как минимум в десяти шагах от нас, как мог Кайден услышать их разговор? У него суперслух?

— Похоже, Диего докладывает наследному принцу о том, что он узнал, находясь там с людьми.

Кайден щёлкнул языком.

— Да, я забыла об этом. Диего — подчинённый принца Энока.

Я ответила со вздохом.

‘Я должна отомстить этому сопляку…’

Как мне отомстить?

Кайден фыркнул и, скрестив руки на груди, пристально посмотрел на Диего.

— Рыцарь, который не верен своему долгу. Судя по тому, что я вижу, думаю, что ему действительно нравится Святая. Он сказал, что не будет следовать за принцем и будет рядом со Святой. Разве этот ублюдок не сошел с ума? Что он будет делать, когда вернется в Империю?

Я вздохнула и покачала головой, затем легла.

Кайден на мгновение поворчал, а затем лёг слева от меня.

Когда Рузеф, внимательно наблюдавший за ситуацией, уже собирался лечь справа от меня, появился Энок.

— Уйдите с дороги, архиепископ. Это мое место.

Услышав резкий голос Энока, Рузеф раздражённо нахмурился. Однако в итоге он со вздохом перешёл на другую сторону.

Я обернулась и посмотрела на Энока. Он расстегнул рукава рубашки и посмотрел на меня.

Вау, даже когда я смотрю на него вот так снизу, он настоящий красавчик без недостатков.

Он медленно сел рядом со мной и посмотрел сверху вниз.

— Тебе, должно быть, есть, что мне сказать.

Я села и посмотрела на него.

— О чём вы говорили с сэром Диего?

На мой вопрос лежавший Кайден обернулся.

Энок вздохнул, закатал рукава рубашки и пожал плечами.

— Мы обменялись информацией о монстрах, с которыми столкнулись.

Всё было так, как сказал Кайден.

— Разве монстры, напавшие на нас, не были в основном волками и анакондами? Но монстры, с которыми он столкнулся, были другими.

При словах Энока Кайден присел с любопытным взглядом. Рузеф также подошёл к Эноку и выслушал его.

Диего, который был далеко, казалось, мог слышать наш разговор, но такой разговор не был секретом, так что не было никаких проблем, даже если кто-то другой подслушал бы его.

Энока это, похоже, тоже не волновало.

— Диего сказал, что столкнулся с гигантским монстром типа тарантула и монстром типа зверя в форме человека.

Чудовище звероподобного типа в человеческом обличье...

Я вдруг вспомнила монстра, с которым столкнулась несколько недель назад, когда меня преследовал Кайден. Зверь, который стоял на двух ногах, как человек, и был покрыт мехом.

— Вместо человеческой формы… Однажды я столкнулась с монстром, больше похожим на гигантского орангутанга, когда меня преследовал Кайден. Это похоже на звероподобного монстра, описанного сэром Диего.

Кайден ударил о колено и согласился со мной.

— О, я знаю. Я тоже подвергся нападению. Вот что сделал монстр.

Он закатал рубашку, чтобы показать шрам на груди.

По его словам, место, где на него напали, оставило глубокий шрам, несмотря на то что я лечила его. Он даже не может использовать магию, так что, наверное, трудно будет убрать шрам.

После недолгого молчания Энок добавил:

— …Кажется, монстры эволюционируют.

Я согласилась с этим.

Чудовища волчьего типа, которых Энок разорвал на части в прошлый раз, явно развивались.

{Прошло уже четыре дня с тех пор, как я в одиночку вошла в подземный склад.

Я до сих пор не могу понять, что произошло прямо перед тем, как я вошла на склад.

Прямо перед входом я столкнулась с монстром. Мне удалось сбежать, но что меня удивило больше, чем внешний вид монстра, так это время, когда он появился.

Солнце уже начало садиться, но день явно был ещё ясным.

Но гигантский тарантул, с которым я столкнулась прямо перед входом на склад, похоже, не подвергался воздействию солнца.

Наверное…

Они эволюционировали.}

Это не точь-в-точь, но такие предложения точно были.

В романе говорится, что это явление началось ближе к концу первого тома. Ещё до того, как Юанна вошла в бункер.

Но как только мы очнулись на этом острове, то сразу стали свидетелями этого явления. В первый день, когда я проснулась на этом острове, мы с Эноком столкнулись с монстром во время заката.

Когда я вдруг это поняла, у меня пошли мурашки по коже.

Что, если после этого монстры появлялись даже средь бела дня?

— Нам нужно больше оружия.

Кайден сузил глаза и пробормотал с серьёзным лицом. Когда его взгляд сфокусировался на мне, он пожал плечами и сказал:

— Если монстры действительно эволюционируют, не будет предела тому, как они могут сражаться с нами.

Вот так. Того, что мы имеем сейчас, недостаточно. Количество сигнальных ракет и гранат у меня также ограничено.

— Мы должны найти «дверь», к которой подходит ключ, иначе мы не сможем справиться с эволюционировавшими монстрами.

Как только Энок закончил говорить, мы одновременно посмотрели на второй этаж, как будто у нас была одна и та же мысль.

Юанна спит с ключом наверху.

— Мы должны разгадать тайну ключа, — сказала я.

— Тайну острова.

Архиепископ Рузеф ответил на мои слова кивком.

Что это за странный остров? Такое ощущение, что накапливаются только неразгаданные тайны.

Я первой встала на стражу.

Кайден и Энок спали на боку, а архиепископ Рузеф лежал рядом с Эноком. Диего свернулся клубочком чуть дальше и тоже уснул.

Я села у камина и уставилась на пылающий огонь, затем принесла ещё несколько деревяшек, которые Диего нарубил, чтобы его поддерживать.

Несмотря на то, что там была кровать, на втором этаже не было камина, так что должно быть холодно...

Мне так хотелось спать, что я встала с места и тихонько вышла из хижины. Это должно было не дать мне уснуть, но, похоже, не очень помогло.

На данный момент мне нужно дорисовать карту с помощью компаса. В сумке через плечо, вынутой из рюкзака, были блокнот размером с ладонь и шариковая ручка. Очень полезный предмет.

На выходе из хижины было крыльцо. Я села на деревянную лестницу и достала карту бункера, блокнот, компас и шариковую ручку.

Бункер

Я внимательно посмотрела на слово «Бункер», написанное на северном острове.

Как и в случае с «Алеа», оно также было написано моим алфавитом. Может быть, Алеа — житель Запада, а этот остров — экспериментальный остров, который появляется только в фильмах или сериалах.

Но тогда людям из других миров нет смысла находиться на этом острове.

Если я выстрою эту гипотезу, то эта не имеет смысла, а если я выстрою ту, то эта не будет иметь смысла.

‘Я схожу с ума.’

Я посмотрела на карту бункера, нарисовала её в своем блокноте, а затем с помощью компаса отметила восток, запад, север и юг. Затем я нарисовала расположение хижины вместе с расположением бункера.

На южном острове было две горы.

Когда мы прошли через горы, где я была вместе с Эноком и Кайденом, мы нашли хижину как раз перед переходом через следующую гору, так что кажется, что место, где мы сейчас находимся, находится посреди острова.

Я ещё раз взглянула на карту бункера, нарисованную на ткани, и заметила нечто странное.

Теперь я увидела, что путь на северный остров и восточный конец южного острова соединены мостом.

Потом я ненадолго забралась в хижину. Конечно, никакого моста не было видно. Я пристально смотрела на мост, соединяющий северный и южный острова на карте.

— Кто построил этот мост…?

Я поднесла шариковую ручку к подбородку и задумалась.

— В любом случае, так лучше, так лучше.

Я тоже нарисовала мостик, потом закрыла блокнот.

— Что делаете?

— Втф, вы меня напугали!

Я испугалась и поспешно встала. Благодаря этому вещи, которые я положила себе на колени, повсюду рассыпались.

Удивлённый Рузеф растерянно посмотрел на меня.

— Я уже думал об этом, но что за благородная дама так легко ругается...

Его взгляд медленно обратился к вещам, упавшим с меня. Я поспешно положила их в сумку.

‘Ты не видел карту, да?’

У меня нет актёрского таланта. Я не умею лгать. Такими темпами, даже если меня подозревают в том, что я похитил всех, мне нечего сказать.

— Вы в порядке?

Не знаю, видел он всё или нет. Рузеф обеспокоенно посмотрел на моё лицо.

— Да, да… Я в порядке.

Я поспешно кивнула.

— Но что происходит? Почему вы здесь?

На мой вопрос Рузеф с недоумением почесал затылок.

— Это… я не могу спать спокойно, когда меняю постель.

Боже мой. Но ты, должно быть, менял постель снова и снова, ты когда-нибудь хорошо высыпался на этом острове?

Может быть, поэтому Рузеф выглядел гораздо более измождённым. Конечно, он был по-прежнему прекрасен, как лилия.

Рузеф указал на лестницу, где я сидела раньше.

— Могу я присесть на минутку?

Я пожала плечами и ответила:

— Конечно.

***

Была полночь, когда Рузеф проснулся.

Когда он встал и огляделся, Маргарет нигде не было видно.

Он устало вздохнул, глядя на Кайдена и Энока, лежащих рядом с ним.

Кайден, казалось, заснул. Энок мог закрыть глаза, но он не спал. Каждое из его чувств всё ещё прибывало в сознании, поэтому он мог проснуться в любой момент.

‘Куда делась юная леди Флоне?’

Рузеф встал и сделал глоток очищенной воды.

Осмотрев первый этаж хижины, он посмотрел на лестницу, ведущую на второй, и решил выйти.

Как только он открыл дверь, то увидел, что Маргарет сидит у входа.

Лунный свет падал на платиновые светлые волосы Маргарет, отчего они казались белоснежными.

Рузеф придвинулся к ней как одержимый. Ему было интересно, чему она уделяет так много внимания.

Она даже не знала, что он придёт.

Затем Рузеф нашел у неё в руке карту, прежде чем она её выбросила.

Он не знал, что на ней было написано, но похоже, что это была карта этого острова.

— Что делаете?

— Втф, ты меня напугал!

Она удивлённо встала, складывая то, что казалось блокнотом.

Не только Маргарет, но и Рузеф был удивлён. Кроме того, он был в очередной раз удивлен её матерными словами.

— Я уже думал об этом, но что за благородная дама так легко ругается...

Рузеф медленно опустил голову. В поле зрения попали предметы, упавшие с лестницы.

Компас, блокнот, неизвестная палка и кусок ткани. Маргарет поспешно собрала вещи и сложила их в небольшую сумку.

Я не знаю, что ты пытаешься скрыть. Карту, которую я увидел? Почему ты пытаешься это скрыть?

Рузеф взглянул на вещи, которые она держала в руках.

Конечно, у Маргарет было не меньше подозрительных вещей, чем у Юанны. Было понятно, что люди время от времени сомневались в ней. Потому что он тоже был таким в самом начале.

— Вы в порядке?

— Да, да… Я в порядке.

Сказав ей, что вышел, потому что не мог уснуть, он указал на лестницу.

— Могу я присесть на минутку?

Маргарет пожала плечами и ответила:

— Конечно.

Рузеф сел первым, а затем рядом с ним села Маргарет. Они долго смотрели на лес молча, не говоря ни слова.

После долгого молчания Рузеф тихо сказал:

— ...Я не знаю, сможем ли мы когда-нибудь выбраться с этого острова.

Поскольку вокруг было тихо, его бормотание было отчётливо слышно.

Маргарет медленно подняла голову. Её голубые глаза ярко блестели в лунном свете.

— Мы обязательно уберёмся с этого острова. Так что давайте сделаем всё возможное.

Рузеф не мог не удивиться её твёрдому ответу. Как ты можешь быть так уверена?

Он знает, что она пыталась его утешить, но временами он думал, что душевная сила Маргарет очень велика.

— Я чувствую лёгкость, когда я с вами, юная леди.

Услышав его скромные слова, похожие на признание, она удивлённо взглянула на него.

— …лёгкость? Со мной? Энок и Кайден гораздо надёжнее меня.

— Вы действительно так думаете?

На вопрос Рузефа Маргарет подпёрла подбородок рукой и задумалась, а затем сказала:

— Ну, они оба как бомбы замедленного действия, так что это немного пугает.

— И вы единственная, кто может справиться с этими бомбами замедленного действия, юная леди.

— Хм. Это правда.

Маргарет расхохоталась, как будто это было смешно.

Глядя на её лучезарную улыбку, Рузеф подумал, что, если бы он был в Империи Лэнгриджа, он бы даже не узнал, что у неё такое прекрасное лицо.

В странной атмосфере он тихо признался в том, что не мог никому открыть.

— На самом деле я стал священником, потому что ненавижу людей.

— А… правда? Но разве священники не встречают ещё больше людей?

Маргарет выглядела немного удивлённой.

— Если быть точнее, я не хочу глубоких отношений. После того, как становишься священником, нет необходимости поддерживать надоедливые человеческие отношения. Но священники учат любить людей.

Каким-то образом он почувствовал себя освежённым после того, как рассказал о своих чувствах, о которых никогда никому не говорил.

— На самом деле, я чувствую себя немного комфортно на этом острове, потому что мне не нужно так притворяться.

Маргарет в ответ почесала щеку с тяжёлым выражением лица.

— Ну… мы здесь единственные, так что вам не нужно придерживаться своего имиджа.

Услышав её ответ, Рузеф рассеянно спросил.

— Это всё?

— А?

Она лишь моргнула в замешательстве.

— Ну, вы меня не вините и не утешаете...

— О… разве вам не просто нужен кто-то, кто бы вас выслушал?

Рузеф не нашёл слов на её вопрос, и только губы его дернулись. Она права. На самом деле, он не ожидал, что она так отреагирует.

Увидев выражение его лица, она с сожалением пожала плечами.

— А я не умею сопереживать.

— Люди, которые действительно сопереживают, даже не осознают этого.

— Так ли это?

Маргарет неловко рассмеялась.

Однако Рузеф подумал, что это лучше, чем давать расплывчатые советы. Он просто хотел раскрыть кому-то своё сердце.

Однако он не ожидал, что человеком, которому он признался бы в своих сокровенных мыслях, стала Маргарет Роуз Флоне, которую он так презирал.

— Молодую леди Флоне я видел в Ватикане и здесь. Кто из них настоящая?

Рузеф вдруг задал такой вопрос.

Маргарет, казалось, немного растерялась. Некоторое время она смотрела ему в лицо, а потом грустно улыбнулась.

— … Ваш вопрос странный. Обе — это я. Я решила просто принять то, что совершала в прошлом.

Она медленно посмотрела на небо. Рузеф тоже, естественно, последовал за ней и посмотрел на небо.

— Иначе мы не сможем двигаться вперед.

Звёздный свет в ночном небе лился водопадом.

Да. Возможно, как и те плывущие звезды, его сердце сейчас медленно тает.

Если настоящая она такая, какая она сейчас, то у Рузефа не будет иного выбора, кроме как полюбить её.

Её искренность медленно проникала в его разум. Рузеф хотел запечатлеть этот момент глубоко в своей памяти.

— Кажется, вы действительно стали другим человеком, юная леди.

Теперь он признал, что она изменилась, и решил довериться ей.

— Юная леди, отныне я верю в вас...

— Подождите секунду.

И как только он собирался это сказать, она подняла палец и накрыла его губы. Нервничая, она посмотрела в сторону леса и на этот раз приложила указательный палец к своим губам.

— Шшш.

Рузеф затаил дыхание и прикусил губу, сам того не осознавая.

— Опускайте своё тело. Медленно.

Она подняла руку и стала медленно прижимать его к земле. Рузеф наклонил голову, не понимая, что она говорит.

— … Что?

Маргарет взглянула на него и вздохнула, затем схватила за плечо и толкнула за спину.

Тело Маргарет перегнулось через его плечо, когда он спиной облокотился на деревянную лестницу.

— Кажется, монстр проходит мимо. Помолчите минутку.

Она наклонилась, подняла голову и прошептала. Её дыхание защекотало его ухо.

Рузефа вдруг стало лихорадить, и его щеки покраснели. Такой тесный контакт с женщиной у него был впервые, поэтому он неосознанно напрягся и придал сил своему телу.

С другой стороны, Маргарет сосредоточила все свои нервы на лесу.

— …Кажется, всё прошло, но давайте побудем так ещё немного. На всякий случай.

Это был решительный голос. Чувствуя необходимость подчиниться ей, Рузеф молча и энергично кивнул головой.

Потому что, как только он открыл рот, у него возникло бесполезное беспокойство, что его бьющееся сердце вырвется изо рта.

Задержав дыхание на некоторое время, Маргарет отошла от него. Рузеф чувствовал себя несколько опустошенным, когда смотрел, как она отдаляется от него. Его сердце всё ещё быстро билось.

— Неудобно было, да? Мне жаль. Я тоже удивилась.

Маргарет посмотрела на него и извинилась. Рузеф посмотрел на её уверенное лицо ошеломлённым взглядом, затем сильно замотал головой.

— Это было совсем не неудобно.

— Какое облегчение. Я не ожидала, что монстры пройдут весь этот путь. Всё равно уже поздно, поэтому оставаться на улице слишком опасно. Давайте зайдём внутрь.

Она встала и с улыбкой протянула ему руку.

Рузеф посмотрел на протянутую к нему руку, а затем снова посмотрел на лицо Маргарет. Словно Маргарет не понимала, что он делает, она с растерянным видом наклонила голову.

Рузеф тихо взял её за руку.

Она была хорошим человеком.

— Я верю в вас, юная леди.

Он продолжил:

— Я также верю, что юная леди вытащит нас с этого острова.

Он сделает для неё всё что угодно. Такое сильное убеждение зародилось в сердце Рузефа.

При его словах на лице Маргарет появилось очень растерянное выражение. Рузеф лишь на мгновение рассмеялся в темной лунной ночи.

Это была прекрасная ночь.

«Я верю в вас, юная леди. Я также верю, что юная леди вытащит нас с этого острова».

Я не смогла выспаться из-за того, что вчера сказал Рузеф.

Что, чёрт возьми, за недоразумение у него возникло, что он сделал такое заявление?

Кроме того, разве Рузеф не был самым придирчивым человеком, который продолжал сомневаться во мне, как и Асдал?

‘Нет, чёрт возьми, я была слишком занята побегом в одиночку, зачем мне всех тащить с собой?’

Ужасно. Он действительно думает обо мне как о лидере?

Пока я размышляла о самых разных вещах, наступило утро.

Рано утром, направляясь в долину, я столкнулась с Эноком и Кайденом перед хижиной.

— Куда ты идешь?

Я пожала плечами и ответила на вопрос Кайден.

— Рядом есть долина. Я только что провела разведку. Куда вы идете?

— Завтракать. Пойдём вместе?

На вопрос Кайдена я кивнула и принесла корзину и деревянный нож для сбора грибов.

Пока мы вместе собирали грибы около хижины, я тяжело вздохнула.

— Почему ты так вздыхаешь по утрам?

Кайден, который вышел со мной собрать грибы, посмотрел на меня и спросил. Я оглянулась на него, складывая грибы в деревянную корзину.

— Нет, просто… сможем ли мы когда-нибудь выбраться с этого острова?

На мой вопрос Кайден посмотрел на меня с таким выражением лица, что я не могла угадать, о чём он думал.

— Как ты можешь этого не знать?

Кайден скрестил руки на груди и отругал меня, как будто я сказала что-то смешное. Услышав его слова, я нахмурилась и наклонила голову. О чём ты говоришь?

‘Да нет, ты тоже считаешь меня лидером?’

Почувствовав на мгновение усталость, я посмотрела на него и открыла рот, затем снова закрыла. Сейчас мне лень объяснять.

Отношение Кайдена на самом деле немного сбивает с толку. Я не знаю, действительно ли он любит меня или нет.

Были времена, когда его взгляд выглядел подозрительно.

‘Это потому, что ты не можешь контролировать свои эмоции без сережек?’

— Маргарет.

Кто-то расправил мои плечи.

Его твёрдая грудь коснулась моей спины. Толстые руки, вытянутые сзади, нежно обвили мои плечи.

Это был Энок.

— Я здесь, чтобы помочь.

Кайден, стоявший перед ним, выглядел раздражённым и поднял обе руки.

Я повернулась к нему спиной и посмотрела на взволнованное лицо Энока.

— Не ходи одна, останься рядом со мной. Потому что иногда люди опаснее монстров, — пробормотал Энок, глядя на Кайдена.

Когда есть враги, они хорошо работают вместе, но, когда мы вместе, они снова настороженно относятся друг к другу.

По сути, Энок ненавидел и опасался всех, кроме меня.

Спасибо, что исключил меня из группы ненависти и бдительности, но пока мы не должны быть слишком враждебными друг к другу.

Было бы катастрофой, если бы в тесной хижине вспыхнул бунт.

— Всё нормально. Теперь, когда я собрала грибы, вернёмся? — сказала я, показывая Эноку деревянную корзину в своей руке.

Когда мы все вместе возвращались, я заметила что-то белое, сияющее у меня под ногами.

— А…? Что это?

Белое нечто было похоже на маленькое яйцо размером с палец.

Я наклонилась и осторожно подняла его.

Я думала, что оно чисто белое, но, когда присмотрелась, то увидела серебристое, блестящее яйцо.

— Это птичье яйцо?

— Это может быть и монстр.

Кайден сказал, подперев подбородок тыльной стороной ладони:

—  Если ты не знаешь, лучше отложи.

Соглашаясь с ним, Энок пробормотал:

— Тогда это может быть опасно, так что лучше поставить его немного подальше от хижины.

Я отошла очень далеко, оставила яйцо и вернулась.

***

Когда я вернулась, было шумно.

Когда я вошла в хижину с Эноком и Кайденом, я сильно удивилась.

Я спросила Рузефа:

— Что происходит?

Рузеф с красным лицом повернулся ко мне.

Сдерживая смех, он сказал:

— О, юная леди, вам лучше выйти ненадолго. Пфф, если вы продолжите быть здесь, то увидите что-то плохое.

Как раз вовремя Диего спрыгнул со второго этажа в нижнем белье.

Увидев меня, он вскрикнул от неожиданности. В то же время с обеих сторон от меня протянулись большие руки и закрыли мне глаза. Это были Энок и Кайден.

— Что это за чертовщина, сэр Диего?

Послышался холодный голос Энока. Громкий шум, доносившийся вниз по лестнице, и звук безумного смеха Кайдена были очень хаотичными.

— Что случилось?

— Сэр Диего, кажется, потерял свою одежду. Он пошёл в ближайшую долину, чтобы принять утреннее омовение, а тем временем его одежды нигде не было, поэтому он пришёл сюда в одном нижнем белье.

— Ах, вот что случилось.

Я не выдержала и залилась радостным смехом.

Затем рука, закрывающая мои глаза, была опущена, и моё тело развернулось. Энок направил меня туда, где Диего не было видно.

— Ни за что, Маргарет...

Я улыбнулась Эноку.

— Я тоже ходила в долину.

Кайден, стоявший рядом со мной, обнял меня за плечо и спросил, сдерживая смех.

— Это была твоя работа, Маргарет?

— Что это означает?

Рузеф растерянно посмотрел на меня.

Я взглянула на него, затем увидела позади Диего, только в нижнем белье, и снова отвернулась.

Бедные мои глаза.

Я повернулась к Эноку и повысила голос, чтобы Диего меня услышал.

— Есть выражение «действие и его последствия». Это означает, что вы получаете карму за то, что сделали ранее. Так какого чёрта рыцарь совершал такие извращённые вещи, как кража женского платья?

— Эй, юная леди, вы украли мою одежду?

— Я не крала, вы просто пожинаете то, что посеяли.

Я очень ловко оправдалась и весело расхохоталась.

Не говоря уже о том, что выражение лица Энока, смотрящего на меня, слегка изменилось, сейчас это было так весело.

— Мне жаль.

Затем послышался голос Диего. Я попыталась повернуться, но Энок так крепко схватил меня за плечи, что я не смогла даже увидеть лица Диего.

— Не оглядывайся назад. Это ужасно.

На слова Энока я мягко кивнула, а Кайден снова схватился за живот и рассмеялся.

— Тогда я был не в своём уме. Я продолжал размышлять о том, что произошло в тот день, и винил себя.

На этом острове нет другого выбора, кроме как сойти с ума. Но это всё, что я могу понять.

— Как вы собирались использовать моё платье?

— Я собирался отдать его Святой.

Юанне?

— У Святой же есть одежда…

Потом я вдруг вспомнила, что одежда Юанны немного более потрёпана, чем моя, но это не повод оправдывать кражу чужой одежды.

Я немного подумала, а затем спросила его снова.

— Почему вы сразу не извинились? — спросила я у Диего, скрестив руки на груди, не оглядываясь.

— Это… это может звучать как оправдание, но я искал момент, чтобы извиниться, — отчаянно сказал Диего.

Я выслушала его извинения и снова задумалась. Что лучше: отказаться или принять его извинения?

Не думаю, что будет правильно так легко принять их. Я решила не возвращать ему одежду до сегодняшнего дня.

В самый подходящий момент входная дверь хижины открылась, и вошли Юанна и Асдал.

— Что вы все делаете? Ох!

Юанна посмотрела на меня озадаченным взглядом и вскрикнула, когда посмотрела мне за спину. Наряду с криком Асдала, Диего отругали во второй раз.

***

Я не говорила ему, где его одежда, до самого вечера.

Одежда Диего лежала под кроватью Асдала. Он, должно быть, никогда не думал о её поиске под кроватью наследного принца.

— Как и ожидалось, у Маргарет есть чувство юмора.

После этого случая Кайден убедил меня придумать другой способ разыграть Диего.

— Я устала.

Чтобы дразнить кого-то или мстить, требуется значительное количество времени и ума.

— Это очень плохо.

Кайден поджал губы, словно был разочарован. В конце концов, он не сдался бы с одной попытки.

***

Сварив кашу с грибами и поужинав, мы собрались. Предстояло обсудить планы на будущее.

Мы сидели вместе перед камином. Должно быть редко можно увидеть, как высокопоставленные дворяне вот так сидят на земле и проводят собрание.

Те, кто изначально следовал манерам, теперь естественным образом приспособились к этой суровой среде. Может быть, если пройдёт ещё больше времени, даже статус станет бессмысленным.

Надеюсь, они все сохранят рассудок, пока мы не уберемся с этого острова.

— Начнём собрание?

Пока я была погружена в такие мысли, я услышала голос Энока и подняла голову.

Собрание проходило под председательством Энока, который хорошо разбирался в заседаниях кабинета министров и тактических совещаниях.

Я думала, что Асдал будет возражать, но, похоже, его совершенно не интересовала сама встреча, и он все время держал руки скрещенными на груди и лукаво улыбался, не желая сотрудничать.

— Неужели вы правда ни о чём не догадываетесь, Святая?

Услышав резкий голос Энока, я снова подняла голову. Даже услышав его упрёк, Юанна спокойно покачала головой, не испугавшись.

— Нет. Я не знаю ни о чём, кроме ключа рядом со мной, когда я проснулась.

Энок посмотрел на лицо Юанны.

Я вздернула подбородок и посмотрела на него с несколько странным чувством.

Энок ни в коем случае не из тех людей, которые влюбляются с первого взгляда. Даже в оригинале я помню, как он постепенно увлекся Юанной, прежде чем окончательно влюбился в неё.

Может быть, вы всё ещё находитесь в процессе влюбленности?

Энок, Кайден и архиепископ Рузеф, которые относились ко мне враждебно, только сейчас проявили ко мне достаточно доброты.

Но я не должна забывать, что в будущем они также могут стать людьми Юанны.

Не теряй бдительности, Маргарет!

Я внимательно наблюдала за взглядом Энока на Юанну.

Но сколько бы я ни смотрела, Энок смотрит на Юанну как…

— Вы даже не знаете, где находятся врата для побега?

Энок снова задал вопрос Юанне.

Это было похоже на допрос грешника.

Может ли взгляд главного героя на главную героиню быть таким?

— Не слишком ли много вы спрашиваете? Вы напугали Святую.

Диего говорил так, будто защищал Юанну. Конечно, Юанна совсем не выглядела испуганной.

Энок наклонил голову.

— Сэр Диего.

Послышался его низкий голос. Золотые глаза Энока, уставившиеся на Диего, устрашающе засияли, как будто они собирались сокрушить противника.

Захватывающая дух атмосфера напомнила мне о том, что Энок был наследным принцем Империи, а также главнокомандующим, который привёл своё войско к победе.

— Мне всегда нужно напоминать тебе о том, чтобы ты поддерживал свои манеры?

Диего нечего было сказать. Да, было бы странно, если бы ему было что сказать.

— Когда вернешься в Империю, приготовься к понижению в должности.

При словах Энока Юанна, которая сильно прижимала свой висок, посмотрела на него.

— Тогда это было бы чрезмерным злоупотреблением властью только потому, что сэр Диего встал на мою сторону.

Как ни странно, Энок её совсем не интересовал.

После слов Юанны на мгновение воцарилась неловкая тишина. Я задумалась над её утверждением.

— Дело не в том, чтобы принять вашу сторону, Святая, проблема в том, что рыцарь-командор, который обязан защищать наследного принца, не выполнил свой долг.

Услышав мои слова, Юанна поняла ситуацию и кивнула головой.

Но от неё всё ещё чувствовалось плохое отношение, она скрестила руки и уставилась на Энока. Потом она сказала кое-что странное.

— Тем не менее, сэр Диего мой. Пожалуйста, не будьте безрассудны.

— До того, как сэр Диего стал вашим человеком, он был рыцарем-командором Империи Лэнгриджа.

— Но это не Империя Лэнгриджа.

Ни одна из сторон не желает уступать. Это была ожесточённая битва.

— Очень приятная встреча, не правда ли?

Всё это время, наблюдая за нашей встречей издалека, заговорил Асдал.

Он подошёл неторопливо. Даже его шаги были высокомерны.

—Не забывайте о сути. Давайте просто поговорим о сути. Святая, ты не должна прерывать встречу, сосредотачиваясь на других подобных вещах.

Несмотря на замечание Асдала, Юанна всё ещё улыбалась, не моргая. Как будто ничего не происходило.

Затем она снова посмотрела на Энока, как будто что-то вспомнила.

— О, может быть… может быть, рядом с тем местом, где я очнулась, были врата для побега?

— Хм. Возможно.

Кайден кивнул, как будто слова Юанны имели смысл.

Это было разумное предположение, но мы все не думали об этом, потому что какое-то время были сосредоточены на других вещах.

— Место, где вы проснулись, далеко отсюда?

На вопрос Энока Юанна покачала головой.

— Это не так далеко. В основном я передвигалась днём, потому что ночью было слишком опасно. Я думаю, что это заняло около двух полных дней, чтобы добраться туда.

— У меня есть идея.

Кайден продолжил:

— Как насчет того, чтобы создать разведывательную группу и отправиться туда?

Энок кивнул, соглашаясь с предложением Кайдена.

— Я пойду с Диего и Святой.

Подождите, я не могу оставить их одних. Что касается секрета ключа, то мне нужно проверить его собственными глазами.

— Я тоже пойду.

Когда я подняла руку, Кайден нахмурился и сказал:

— Тогда я тоже.

Когда все сказали, что пойдут, Рузеф посмотрел на Асдала и поспешно поднял руку.

— Тогда я тоже пойду.

Было ясно, что он не хотел оставаться наедине с Асдалом.

Энок устало вздохнул и раздражённо потёр лоб.

— Мы не можем пойти все вместе. Тогда Святая, Маргарет и я пойдем вместе. Остальным придется остаться в хижине.

— Разделение группы довольно странное. Сэр Диего должен пойти помочь вам. С другой стороны, что может сделать леди Флоне?

Дерзкий Дал снова начинает. Рано или поздно мне придётся вызвать его отдельно за хижину и показать ему всю горечь жизни.

— Никто не может сравниться с Маргарет в оценке и реагировании на чрезвычайные ситуации.

Энок оглянулся на меня. Тогда глаза людей, естественно, сосредоточились на мне. Я пожала плечами, потому что их взгляды казались немного обременительными.

Почему? Что?

Энок продолжил:

— И когда дело доходит до мечей, у меня не меньше навыков, чем у сэра Диего. Итак, я думаю, что такая команда подходит для разведки, у кого-нибудь есть возражения?

Асдал посмотрел на меня с растерянным лицом.

На самом деле, он был таким все время, когда встречалась с ним. Глаза, которые мне не доверяют. Были и подозрительные взгляды.

Однако, когда все, казалось, не возражали против аргументов Энока, Асдал поднял обе руки, как будто ему было всё равно.

Таким образом, была сформирована новая разведывательная группа, и мы решили основательно подготовиться и выехать через четыре дня.

***

После собрания у нас был напряжённый день, мы занимались своими делами.

Я обрезала тонкие кости, оставшиеся после охоты на добычу, используя каменный нож, чтобы сделать иглы.

— Что ты делаешь? Где ты это взяла?

Кайден, вошедший в хижину с прогулки, подошёл ко мне и сел перед камином.

— В последнем лагере я собрала остатки охоты. На всякий случай.

— Чем ты планируешь заняться?

— Я хочу попробовать сделать иголки. У меня есть только один предмет одежды, и будет проблемой, если он порвется.

— Как и ожидалось от Короля Островов. Ты лучшая.

— Прекрати говорить это.

Пока я болтала с Кайденом некоторое время. Юанна взволнованно спустилась со второго этажа.

— Юная леди Флоне! Юная леди, посмотрите на это, посмотрите на это.

Она протянула мне ладонь. На её ладони были две сплошные квадратные фигуры.

— Хм? Этого не может быть…

— Я думаю, это мыло!

Когда Юанна закричала от возбуждения, Диего и Рузеф, которые пили воду на кухне, тоже подошли.

— Мыло?

Кайден взял твёрдую массу с ладони Юанны и понюхал её.

— Великолепно пахнет. Пахнет цветами.

Он протянул мыло прямо перед моим носом, и я понюхала. Действительно пахнет цветами.

— Где вы это взяли?

На мой вопрос Юанна указала пальцем на второй этаж.

— Оно застряло в щели окна в моей комнате.

В то же время в хижину вошли Энок и Асдал. Они увидели нас, собравшихся посреди гостиной, и подошли.

— Что происходит?

На вопрос Асдала Юанна показала ему мыло на своей ладони.

— Я нашла мыло. На втором этаже.

— А?

Когда Асдал взял мыло у Юанны и вдохнул запах, его глаза расширились.

— Мне нужно умыться прямо сейчас.

Энок быстро схватил его за запястье, собираясь уйти.

— Разве это не нашла Святая? Вы должны спросить разрешения.

Энок, вероятно, считает, что тот, кто первым найдёт что-либо, является владельцем. Это в том же контексте, что и не желать ракетницы и зажигательных бомб, которые я нашла. Может быть, это наша собственная норма, которую мы выработали, живя на этом острове.

— Шш, это очень плохо. Эй, отпусти меня, Банхван. Моё запястье сломается.

Когда Асдал поднял руку, которую держал Энок, тот, наконец, отпустил его руку.

На мгновение я была удивлена, увидев синяк на запястье Асдала. Однако Энок лишь схватил его. Как и ожидалось, физическая сила Энока очень велика.

— Я думаю, что было бы лучше использовать это всем вместе. Должны ли мы использовать это по очереди? Прежде всего, я действительно хочу помыться, — с улыбкой сказала Юанна.

— Хорошо. Как насчет того, чтобы установить определённое количество для использования?

В ответ на мой вопрос Юанна склонила голову, спрашивая, нужно ли это.

— Почему мы должны экономить на мыле?

— Тем не менее, было бы лучше, если бы мы могли использовать его в течение длительного времени.

— В конце концов, мы не знаем, убежим ли мы завтра или когда умрём.

О, верно. Я единственная, кто знает, что есть выход с этого острова. Я никому не могу этого сказать, и спорить о мыле, которое нашла Юанна, для меня неоднозначно.

— Что ж, решение за вами, Святая.

В ответ на мои слова Юанна оглянулась на Асдала и Диего с просветлённым лицом.

— Вы слышали, что юная леди сказала мне делать то, что я хочу? Видите ли, юная леди тоже это признала. Теперь я лидер!

Не знаю, в каком контексте был сделан вывод.

Но те, кто смотрел, тоже были ошарашены.

Рузеф сказал:

— Ясно, что юная леди Флоне — лидер.

— Стоп. Я возражаю. Я недостаточно ответственный человек, чтобы брать на себя такую неприятную роль.

Почему ты продолжаешь воспитывать меня?

Юанна широко улыбнулась и сказала:

— Видите, тогда я лидер.

— Вы забыли, что здесь наследный принц Империи Лэнгриджа и наследный принц Королевства Гестия?

Асдал, который был неподвижен, в отчаянии спросил Юанну.

Ну, кажется, здесь нет смысла говорить об идентичности.

Юанна уставилась на Асдала.

Она ничего не сказала, но Асдал в конце концов первым стал избегать её взгляда.

Интересно, что, чёрт возьми, произошло между ними.

— Почему вы так одержимы желанием взять на себя инициативу?

Это был тот ещё вопрос.

Когда нужно было что-то решить, мы проводили совещание, и Юанна часто высказывала своё мнение.

Причина была не в том, что она взяла на себя инициативу, а в том, что у неё была особая информация о ключе.

— Приятно помыкать дворянами.

Очень прямой ответ.

Тебе не стоит быть настолько честной.

Как всегда, у Юанны было улыбающееся лицо. Так что я не знаю, о чем она думала на самом деле.

Что значит весело помыкать дворянами? Маргарет была дворянкой, но, как и любой современный человек, я думала, что могу до некоторой степени понять эти слова.

— Это верно. Я простолюдинка, поэтому я не люблю дворян.

Возможно, заметив небольшое изменение моего лица, Юанна кивнула и признала это. Все потеряли дар речи, и молчали.

Кайден, который некоторое время стоял рядом со мной и зевал, обнял меня.

— Маргарет, перестань и пойдём вместе умоемся, раз уж мы нашли мыло.

— Перестань говорить глупости и уходи.

Когда я толкнула Кайдена в плечо, Рузеф и Энок одновременно схватили его за руки и оттащили от меня.

Юанна, которая спокойно наблюдала за этим, предложила мне:

—Юная леди, тогда вы не хотели бы принять ванну со мной?

Я взглянула на Диего.

— О, но я немного волнуюсь. Интересно, не украдёт ли какой-нибудь извращенец моё платье снова, пока я буду принимать ванну...

— О, я не посмею!

Когда Диего закричал от смущения, мы с Юанной одновременно расхохотались.

Я думала, что с ней будет трудно поладить из-за наших очень разных мыслей и темпераментов, но наша связь, как между женщинами, была довольно крепкой.

Я подмигнула Юанне и указала на улицу.

— Пойдёмте?

— Да.

Юанна энергично кивнула.

***

Было очень освежающе и приятно помыть тело с мылом.

Диего отправился за дровами, а архиепископ Рузеф решил собрать фрукты и грибы.

Юанна отвечала за уборку хижины и приготовление еды, а Кайден решил остаться внутри, чтобы охранять наш багаж. Потому что Диего и наследному принцу Асдалу нельзя было доверять.

Естественно, мы с Эноком решили отправиться на охоту и исследовать окрестности. Затем Асдал недоверчиво посмотрел на меня.

— Юная леди Флоне вообще охотится?

Асдал указал на меня пальцем, когда я повесила гарпун на пояс.

— Почему бы вам не остаться на месте? Вы помогаете, просто оставаясь на месте.

Это ты тот, кто ничего не делает.

При словах Асдала Энок, Кайден и архиепископ Рузеф повернулись к нему.

— …что же сделал наш великий наследный принц?

— Ладно.

Когда Кайден спросил, Рузеф ответил так, как будто у него назревали проблемы.

— Интересно, не принесет ли Маргарет ему еды или что-нибудь в этом роде.

Сарказм Энока достиг своего апогея.

Лицо Асдала исказилось. Затем он шагнул в сторону и был пойман Юанной.

— Ваше высочество. Вы собираетесь продолжать это делать? Вы сказали, что поможете мне.

Асдал остановился, услышав раздражённое бормотание Юанны. Вскоре он сдержал свой гнев и вздохнул.

— Что вам нужно, Святая? — спросил он дружелюбным голосом и подошёл к Юанне.

«Почему эти двое мужчин так отчаянно нуждаются во мне? Я думаю, они делают это из жалости».

Принимая ванну с Юанной, я спросила, почему они это делают, но она не стала объяснять больше.

Ну, точно так же, как и я жила с Эноком и Кайденом и перешла грань жизни и смерти, у них, должно быть, была своя особая ситуация.

Я положила ракетницу, начинённую пулями, в карман платья и сжала в руке деревянный нож, чтобы подрезать рыбу на месте.

Я думала принести гранату, но у меня уже была сигнальная ракетница, поэтому я решила оставить её. Осталось всего несколько гранат после убийства анаконд. Мне нужно было сберечь их побольше на будущее.

Выйдя из хижины, мы решили начать осмотр окрестностей. Потому что мы должны были исследовать всё вокруг, чтобы найти место для охоты.

Энок шёл в первых рядах, срубая своим мечом заросли, преграждающие путь, и двигался вперёд.

Я осторожно спросила:

— Быть с этими людьми… хотя это необходимо из-за ключа… всё же будет хорошо, да?

До сих пор Юанна, похоже, не планировала ничего подозрительного. Кроме того, после посещения места, где, по её словам, она взяла ключ, и понимания обстоятельств, приведших к тому, что Юанна взяла его, я, возможно, смогу принять решение.

Энок оглянулся на меня.

— Постарайся, не думать об этом слишком много.

— Я должна думать. Это вопрос жизни.

— …Мне всегда кажется, что у тебя очень сильная привязанность к жизни.

Из-за вопроса Энока я почувствовала себя виноватой и стала избегать его взгляда. Думаю, я слишком много сказала о «жизни».

Энок снова взял на себя инициативу и пошёл дальше.

— Вместо привязанности к жизни я просто не хочу умирать в таком месте. Разве Энок не желает того же?

Энок не ответил на мой вопрос. Возможно, он думал о правильном варианте ответа.

После долгого молчания он вдруг остановился и оглянулся на меня. Я остановилась вслед за ним и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

Красивые чёрные волосы, словно захватившие ночное небо, привлекли моё внимание. Затем я смогла увидеть глубокие золотые глаза, смотрящие на меня.

Соблазнительные губы, словно шедевр под его носом, медленно раскрылись.

— …Я ни о чём не жалею в жизни. Но из-за тебя у меня проблемы, и сейчас я в беде.

Он медленно поднёс руку к моей щеке.

Он протянул руку и погладил меня по волосам. Я затаила дыхание, не в силах пошевелиться, когда мой взгляд упал на его глубокие горящие глаза.

— Маргарет, в тебе… в тебе есть что-то, что сводит людей с ума.

‘Во мне?’

Всё ещё глядя на меня, Энок сказал:

— Как я уже говорил, я не могу жить без тебя, Маргарет.

Энок медленно склонил голову передо мной. Он прижался своим лбом к моему. Затем вздохнул.

— Я думал, ты тоже.

Передо мной было совершенное и красивое лицо, похожее на скульптуру. Красивая ключица и широкие твёрдые плечи, видневшиеся сквозь воротник рубашки, некоторое время вздымались и опускались от напряжённого дыхания.

Что ты имеешь в виду, говоря: «Я думал, ты тоже?» Я задавалась вопросом, почему ты так близок, и, кажется, теперь я знаю.

Энок всё ещё думает обо мне как о Маргарет, которой он безумно нравится.

— Ты передумала?

Опустошённые золотые глаза смотрели на меня.

— Я недостаточно хорош для тебя?

— Это не так.

— Если это не так…

Он холодно посмотрел на меня. Я почувствовала, как мурашки пробежались по всему моему телу от его взгляда без какой-либо теплоты.

— Дай мне хоть немного уверенности, Маргарет. М? Пожалуйста.

На мгновение меня поразило жуткое выражение его лица.

Я не знала, что Энок может сказать такое.

Ты так волнуешься? Ты боишься, что я уйду?

‘Что я должна сказать…’

После долгих размышлений я ответила спокойным голосом.

— Я не думала, что Эноку этого не хватало. Если бы я могла быть только с одним человеком на этом острове, это был бы ты, Энок.

Это утверждение верно без единой лжи. Я настолько доверяла Эноку.

На мои слова он сделал мне предложение, как будто только и ждал этого.

— Тогда почему бы нам двоим просто не уйти? Как когда мы впервые проснулись на этом острове.

Как человек, соблазняющий ребёнка конфетой, он убеждал меня.

Энок склонил голову и внимательно посмотрел мне в лицо. Наши взгляды встретились.

Что? Ты действительно пытаешься соблазнить меня?

Но если на то пошло, у него было довольно сухое выражение лица, потому что его эмоции не были хорошо выражены.

Я вздохнула и ответила:

— Хорошая идея. Но ты забыл, почему я должна быть здесь? Это из-за ключа, который есть у Святой. Нужно либо выкопать информацию, либо забрать ключ. Я должна сделать одно из двух.

Энок расхохотался с невозмутимым видом. Он выпрямился и покачал головой, словно больше не мог сдерживаться.

— Ты действительно думаешь только о выживании.

Я пожала плечами.

— Лучше закончить охоту быстрее, пока солнце не зашло.

Затем я притворилась спокойной и огляделась. Я снова повернулась к Эноку и спросила:

— Там есть долина, пойдем ловить рыбу, а?

Энок неохотно кивнул и отвернулся.

Недалеко от хижины была долина, где мы купались.

Так как вода текла там не спокойно, лучше было охотиться с гарпуном, капканом или сетью, чем с удочкой.

К счастью, мы с Эноком до сих пор охотились с гарпунами, так что поймать пресноводную рыбу было не так уж и сложно.

На самом деле, Энок также был хорош и в охоте. Я впервые увидела его на охоте лично, но я не уверена, что этот человек вообще не может делать.

Сначала я очистила от крови пойманную Эноком рыбу, обрезала, накрутила на ветку дерева и подвесила на гарпун.

— Я только сегодня пошёл на охоту за рыбой, а завтра сделаю капкан для ловли наземных животных.

Я тоже должна попросить Кайдена кое о чём. Он бы сделал что угодно сразу, так что он наверняка сможет сделать луки и стрелы без особого труда.

Немного подумав, Энок сказал:

— Завтра мы с Лордом пойдем на охоту, так что ты отдохни.

— Как я могу это делать, пока все заняты?

Разве у каждого не своя роль?

— Маргарет, ты можешь. Ты всё это время много работала.

Энок нежно погладил меня по волосам.

— Не сбегай, потому что тебе тяжело. Отдохни.

Я не ответил ему. Когда я услышала «не убегай», я почувствовала, как моё тело как-то напряглось, так что меня прошиб холодный пот.

Мне сказали хорошо отдохнуть, но думаю, что будет лучше, если я сделаю как можно лучше выполню свои обязанности.

Не я владею ключом к этому роману и не я имею право получать все милости от главных героев, а Юанна.

***

Не то чтобы я не участвовала в общественной жизни, просто мне всегда было трудно ладить с людьми. Я привыкла жить одна, и то же самое было, когда я выходила в общество.

Другими словами, я не умею заботиться о других, помогать или подстраивать своё настроение так, чтобы групповая жизнь шла гладко.

— Эй, юная леди. Не слишком ли мало вы делитесь? Почему бы тебе не добавить еще?

Пока я готовила рыбу на кухне, Асдал, который до сих пор бездельничал, подошёл ко мне и постоянно доставал меня.

В конце концов я разозлилась и воткнула каменный нож в кухонный стол.

Асдал вздрогнул и отступил от меня на два шага назад. Даже Кайден и Рузеф, которые сидели в гостиной и ссорились по неизвестной причине, были удивлены и повернулись, чтобы посмотреть на меня.

Я вздохнула и посмотрела на Асдала. Как и ожидалось, общественная жизнь это не моё.

— Если не хочешь умереть с голоду, уйди прочь.

Асдал моргнул и глупо посмотрел на меня, а затем указал пальцем на себя.

— Юная леди, вы только что сказали мне это?

Я вытащила застрявший в столе нож и кивнула.

— Хочешь, я повторю это ещё раз?

Я вонзила каменный нож в деревянный стол ещё сильнее, чем раньше.

Со звуком треска дерева нож глубоко вонзился в стол.

— Уйди прочь.

С недоумением Асдал посмотрел на каменный нож и на моё лицо по очереди и медленно отступил назад.

Потом почесал затылок.

— В конце концов, разве это не пища, которую добыл Энок? Я не знаю, почему юная леди так хвастается.

Асдал пошёл в гостиную, говоря это.

Глупо говорить, но я поймала больше рыбы, чем Энок. И я никогда не хвасталась.

Асдал вышел в гостиную, посмотрел на меня на кухне и улыбнулся.

— Юная леди Флоне, позвольте дать вам совет. Если вы продолжите так себя вести, мы не сможем остаться с вами.

Очевидно, Энока сейчас не было в хижине. Потому что он пошёл в разведку.

Кайден и Рузеф всё ещё держали друг друга за воротники и безучастно смотрели на Асдала.

Диего же совершенно не заботило его поведение. Как будто всё, что он мог видеть, была Юанна, он помогал ей зажечь камин.

Во-первых, Диего был включен в группу только из-за Юанны, и в основном он человек Энока, а не Асдала.

— Этот сукин сын…

Кайден выплюнул ругательство. Как только он собирался снова выругаться, я поспешно сменила тему.

— Я думаю, что в будущем было бы лучше выйти с одним из вашей команды и одним из моей за едой.

— Что?

Асдал оглянулся на меня с таким выражением лица, будто он не понимал, о чем я говорю. Даже Диего и Юанна, которые тихо разводили костёр, оглянулись на меня.

— Вы сказали, что общественная жизнь важна. Поэтому мы должны честно работать вместе.

— Подожди, подожди. Думаю, я неправильно расслышал. Юная леди Флоне, вы сказали мне принести еды сейчас?

При словах Асдала я рассмеялась.

— Разве здесь есть другие люди, которым нужно искать еду? Я вижу, вы всё время об этом забываете, но я всё ещё дочь герцога Флоне.

Семья Флоне обладала огромной властью в Империи Лэнгриджа. Это означает, что она имеет большую власть даже в тех странах, с которыми взаимодействовала Империя.

Когда я упомянула имя своей семьи в разговоре, Асдал немедленно заткнулся. Похоже, он слишком поздно осознал свою ошибку.

Так или иначе, прошло уже два месяца с тех пор, как я очнулась на этом острове, и я не знаю, сколько ещё я пробуду здесь. Потому что мы ещё не нашли способ сбежать.

Другими словами, чтобы выжить, вы должны отказаться от своего статуса, лица и всего остального.

— В любом случае, вы всегда много работали, — Юанна бросила на Асдала жалкий взгляд.

— Если вам это не нравится, мы не будем продолжать делиться едой.

Я скрестила руки на груди и посмотрела на Асдала.

Он казался сбитым с толку моим отношением.

Все персонажи романа «Вещи более важные, чем выживание» знают Маргарет, кроме Юанны. То же самое и с Асдалом.

Это было потому, что у Маргарет была широкая репутация и большой радиус воздействия, а также её дурная слава.

Четыре года назад, когда Маргарет исполнилось восемнадцать, она уехала в Королевство Гестия, чтобы учиться за границей около полугода. В то время она какое-то время встречалась с Асдалом.

Итак, когда дело доходит до истинной природы Маргарет, Асдал должен знать это не хуже других мужчин.

— Юная леди Флоне, вы уверены, что не пожалеете об этих словах, если покинете остров?

Асдал нахмурился и предупредил меня.

Как он и сказал, после побега я могу пожалеть об этом.

Но,

— Если я умру до того, как покину остров, у меня не будет сожалений.

Словно ему нечего было сказать мне в ответ, Асдал замолчал.

— Зачем тратить время на пустые разговоры с ним?

Подошедший ко мне Кайден вздохнул и помог мне приготовить рыбу.

Асдал поднял обе руки, как будто не мог поверить в то, что только что услышал. Глядя на меня и Кайдена, он вздохнул и погладил себя по груди.

— Нет никого на моей стороне.

На его причитания Юанна цокнула языком.

— Думаешь, будут?

— Все на стороне юной леди Флоне. Думаю, у меня немного болит сердце, поэтому мне нужно отдохнуть.

Асдал притворился, что вытирал свои несуществующие слёзы, как человек, у которого разбито сердце.

Затем он поднялся на второй этаж, не ответив на предложение разделить команду и по очереди искать еду.

Рузеф, наблюдавший за мной, медленно подошёл и посмотрел на меня.

— Не волнуйтесь слишком сильно. Что бы ни говорила юная леди, Асдал всё равно не поверит.

Слова Рузефа снова напомнили мне о человеке по имени наследный принц Асдал.

‘Асдал так отличается от Энока.’

Асдал был благороден от рождения. Если Энок был императорской семьей, которая начинала снизу и поднималась вверх, то Асдал был царской семьей, которая с самого начала находилась на вершине пирамиды.

Он был высокомерным, но никогда не терпел поражений, и был человеком, который жил, зная, что именно так он и должен жить.

— Возможно, он так и не сможет признать, что юная леди изменилась.

Рузеф объяснил мне необычайно дружелюбным и спокойным голосом, как бы успокаивая ребёнка.

Я недоумённо посмотрела на архиепископа Рузефа из-за его обращения со мной.

Я не могу вынести унижения за то, что он обращается со мной, как со своей младшей сестрой.

— Дерзкий Дал, нет, меня не волнует, что говорит наследный принц. Так что тебе не нужно беспокоиться о том, что я могу пострадать.

Когда я пожал плечами, Кайден погладил меня по голове, как будто он был горд. Нет, ну почему все такие?

Я положила каменный нож, который держала, на стол.

— Не волнуйся. Если он снова тебя побеспокоит, я заставлю его…!

Кайден огляделся, спокойно взял каменный нож со стола и снова вложил его мне в руку.

— Маргарет очень сильно изменилась.

Рузеф взволнованно кивнул головой на бормотание Кайдена.

— Ну разве наследный принц не развёлся из-за того, что у него такой характер?

Кайден цокнул языком.

— Это грубо, Кайден. И не слишком ли деликатное слово «развёлся»? Разве ты не знаешь, что случилось с его бывшей женой?

На мои слова Кайден только моргнул, не понимая, что я говорю.

— …Я не знаю, что случилось?

— …ты не знаешь?

Она была приговорена к смертной казни по обвинению в попытке убийства наследного принца Асдала.

У Асдала был брак по расчету без любви, как это бывает в случае с королевскими семьями и дворянами в целом. Но бывшая наследная принцесса вышла за него замуж, чтобы убить его. Оказывается, она была любовницей сводного брата Асдала.

Асдал женился на ней, ничего не зная.

— Это была такая шокирующая новость, что она попала даже в заголовки Империи Лэнгриджа.

Рузеф вздохнул и пробормотал. Затем Кайден по очереди посмотрел на нас двоих.

— Что? Я один не знаю?!

После спячки он сказал, что был заперт в лаборатории на несколько лет.

— Лучше не знать.

Я кивнула головой в знак согласия на слова Рузефа.

Если подумать, Рузеф не был женат, потому что был священником, а Кайден не был женат, потому что с детства прошёл через множество лишений. Но, возможно, он женится в будущем, учитывая, что он второй сын маркиза Роде, а также архимаг.

— За исключением наследного принца, никто из нас даже не был женат.

— Это верно. Но мне немного жаль наследного принца Энока. Всё это время он был на поле боя, но теперь он застрял на этом острове вскоре после того, как стал наследным принцем.

— Да, — ответила я Кайдену со смешанными чувствами.

Энок стал военачальником в молодом возрасте и провел пять лет на поле боя.

Более того, ему потребовалось ещё два года, чтобы взойти на престол наследного принца после того, как он победил всех своих братьев.

Он так усердно работал, что стал наследным принцем, но теперь он застрял на острове без возможности насладиться этим положением.

Несмотря на то, что все трое мужчин достигли своего идеального возраста для брака, есть причины, по которым у них нет женщин. Разве эта позиция не идеально подходит для мужского персонажа романа?

Впрочем, было понятно, почему Рузеф относился ко мне как к ребёнку. Хотя изначально мне было двадцать семь лет, Маргарет было двадцать два.

Маргарет также достигла брачного возраста, поскольку брачный возраст в Империи Лэнгриджа начинался с двадцати лет.

Если бы семья Маргарет захотела, она была бы уже помолвлена, но причина, по которой она до сих пор была одна, заключалась в Эноке. Она всегда хотела стать наследной принцессой.

— Юная леди, вы ещё не обручены, не так ли? Разве вы не самая младшая среди нас? — спросил меня Рузеф.

В глазах, смотрящих на меня, было тонкое ожидание, поэтому я немного растерялась. Чего ты ждёшь?

Через некоторое время я утвердительно кивнула головой.

— Я ещё не помолвлена, но я леди брачного возраста. Так что не обращайтесь со мной, как с ребёнком.

Кайден посмотрел на меня удивлёнными глазами.

— Маргарет, ты собираешься обручиться?

— Если я вернусь живой, может быть?

— Не обручайся. Просто живи со мной одна.

— Я позабочусь об этом, так что не волнуйся.

Кайден посмотрел на меня и мило улыбнулся. Затем он повернулся и наклонил голову в мою сторону.

Кайден прошептал:

— Как и ожидалось, Маргарет тверда. Мне это нравится.

Мое ухо зудело от его дыхания, поэтому я поспешно заткнула свои уши и попятилась от него.

В очередной раз. Он проявлял доброту и прикасался ко мне без причины с неясными намерениями.

— Простите меня, вы двое! Надеюсь, вы не забыли, что я тоже здесь.

Как раз вовремя, Рузеф оборвал наш разговор с выражением дискомфорта на лице.

— Ты можешь просто уйти.

— Почему я должен это делать?

Затем Кайден посмотрел на него. Волк и заяц снова начинают.

— Может, остановимся и начнем готовить ужин?

Я положила принесённую с собой рыбу на деревянную доску и начал её разделывать. У меня пропал аппетит благодаря Асдалу, но мне нужно что-нибудь поесть.

Рузеф и Кайден перекинулись ещё несколькими словами и снова поссорились, но вскоре тихо сели рядом со мной и помогли приготовить рыбу.

Юанна, которая издалека разговаривала с Диего, подошла ко мне с любопытным лицом.

— Впервые я вижу, как знатная дама так искусно обращается с рыбой. Удивительно.

Диего, который продолжал цепляться за Юанну, украдкой взглянул на рыбу, которую я разделывала. Я слышала, что он не может видеть, как готовят милых животных, но я думаю, что с рыбой у него всё в порядке.

Юанна улыбнулась, взглянув на меня, подперев одну щеку своей ладонью, и с улыбкой сказала:

— Я думаю, что вы также вполне способны прислуживать, юная леди.

— Заткнись.

Я ответила несколько агрессивно, но она не была взволнована. Как всегда, она никогда не чувствовала страха.

— У меня нет желания быть твоей горничной, поэтому, если ты будешь продолжать нести такую чушь…

Как я сделала при Асдале, я положила нож, который держал в руках, на стол вместо того, чтобы продолжать разделывать рыбу.

— Я не собираюсь оставаться с вами.

— Вас трудно победить. Это только больше меня мотивирует. Я думала, что было бы забавно подчинить вас себе, юная леди.

Кайден закричал:

— Эй, Святая, если ты продолжишь говорить такие вещи, значит, ты не такая уж и святая.

— Святая, не слишком ли ты сурова с юной леди Флоне?

После того, как Кайден, а затем даже Рузеф помогли мне, Юанна улыбнулась, как будто ей было весело.

— Видите! Все люди здесь в ваших руках. Тогда всё, что мне нужно сделать, это заполучить вас, юная леди.

Её способ мышления действительно странный. В любом случае, это неважно.

Кстати, тут вообще у кого-нибудь есть здравый смысл?

— Святая, не пытайтесь так легко заполучить людей.

— Почему?

— Есть способ победить и тело, и разум, вам даже не нужно подчинять своего противника, так почему вы решили сделать это таким трудным путём для всех?

— Потому что я не знаю, как это сделать. Так как?

— Уважением и вниманием.

Даже я, которой не хватает социальных навыков, знаю это.

Но сейчас кажется, что на этом острове собрались лишь люди с ещё более слабыми социальными навыками, чем у меня, поэтому я промолчу.

При моем ответе Юанна на мгновение задумалась. Её глаза, смотрящие на меня, постепенно расширились.

— Уважение и внимание…

Она снова и снова бормотала мои слова, а затем спросила меня:

— Как вы проявляете уважение и внимание?

— Ну, об этом я тоже ничего не знаю. Как ты это делаешь?

На этот раз даже Кайден тоже спросил.

Сколько бы я ни думала об этом, кажется, что Юанна и Кайден люди одного типа.

Рузеф посмотрел на Кайдена жалким взглядом, как будто думал так же, как и я.

В конце концов я подняла руки.

— Я тоже не знаю, поэтому каждый из нас должен учиться самостоятельно. Перестаньте беспокоить меня.

В этот момент Энок вошел в хижину.

Я не могла быть ещё более счастливой, чем когда увидела его. Более того, на удивление, он держал в руках двух уток.

Кайден увидел добычу и присвистнул, а Рузеф побежал со мной к Эноку, приветствуя его.

— Боже мой, утки!

Но был кто-то, кто бежал к Эноку быстрее меня, это была Юанна.

Казалось, что ещё мгновение назад она серьёзно думала о проявлении уважения и внимания, но как только увидела уток, то, кажется, совсем забыла об этом.

Ну, я понимаю её, потому что она даже толком не ела.

Когда она увидела уток у Энока, она подняла обе руки и обрадовалась, как дитя. Как дочь, которая счастлива видеть, как её отец приносит жареную курицу после работы.

Конечно, это был спокойный мир, которого я никогда раньше не испытывала, но думаю, что сейчас он именно такой и есть.

В конце концов, мы все вместе приготовили еду, кроме угрюмого принца Дерзкого Дала.

На самом деле, самой подозрительной из всех людей, собравшихся в хижине, была Маргарет, а не Святая, у которой был ключ.

Она знала, как пользоваться магическими инструментами, которых я никогда раньше не видел, и, для благородной леди, она слишком хорошо выживала в дикой природе.

Она так отличалась от той Маргарет, которую знал Энок. Как будто ею овладел кто-то другой.

— Энок, ты в порядке?

На зов Маргарет Энок тихо поднял голову.

Её голубые глаза, сверкающие, как драгоценные камни, привлекли его внимание. Маргарет смотрела на него с выражением беспокойства.

— Тебе не нравится утиное мясо.

Только его помощник и повар знают, что он не любит утиное мясо.

Когда я оставался с Маргарет в пещере, я заставлял себя его есть, потому что больше есть было нечего, но никогда не подавал вида.

Но как Маргарет…

Было ли это потому, что она изменилась и стала другим человеком? Находясь на острове, я иногда забывал об этом. Эта Маргарет — женщина, которая была одержима мной.

— На самом деле ты ничего обо мне не знаешь.

— Нет ничего, чего бы я не знала о Вашем Высочестве, — умело ответила Маргарет.

Энок взялся за подбородок, словно попал в беду, и уставился на неё.

Он совершенно не знал, что у неё на уме.

Она знает о нём всё и заботится о нём, кажется, потому что чувства, которые у неё были в прошлом, остались, но иногда кажется, что она бросит его в любой момент без сожаления и сбежит.

Так что она действительно смутила его.

Энок на мгновение задумался, а затем сказал:

— Маргарет, ты меня смутила.

— …да?

При словах Энока выражение лица Маргарет странно изменилось.

Это было выражение недоверия к тому, что она только что услышала. Возможно, она была немного озадачена.

«Это действительно удивительно. Ваше Высочество такое сказали, кажется, лихорадка ещё не спала».

Затем с некоторым опозданием Энок вспомнил её слова.

Может быть, Маргарет до сих пор не верит, что он заботится о ней?

Если так, то он мог понять, почему она так скрывает свои чувства, не выражая их ясно.

— Мне интересно, осталось ли твоё сердце таким же, каким оно было в прошлом?

Поэтому он намеренно поднял такой прямой вопрос.

В этот момент появился Кайден, ковыряющий в ухе.

— Кажется, я только что услышал полный бред от наследного принца?

— Это не бред. Нет никого, кто бы не знал страстной безответной любви юной леди Флоне к Его Высочеству Эноку.

Рузеф говорил так, словно ворчал. Кайден кивнул головой.

— Ага, так было раньше.

Реакция Кайдена была весьма раздражающей. Заключение о том, что «так было раньше», казалось, подчёркивало, что Маргарет сейчас не такая.

Энок испытывал неудовлетворительное непривычное чувство к Кайдену, который ему во всём мешал.

— Ты даже не знаешь Маргарет.

Тем, кто был с ней с самого начала на этом острове, был Энок. Он думал, что между ним и Маргарет была особая связь, о которой никто не знал.

— Маргарет, какой твой идеальный тип? Если тебе больше нравится лицо, то у меня красивое лицо.

Кайден ещё раз пробормотал эти надоедливые слова и положил руку на плечо Маргарет.

Энок не выдержал и схватил Кайдена за запястье.

Он прикасался к Маргарет после десятка или даже десятка тысяч размышлений, но Кайден всегда делал это с лёгкостью.

— К кому ты прикасаешься?

Глаза Маргарет расширились от удивления из-за низкого голоса Энока, который, казалось, подавлял свой гнев.

Кайден пожал плечами и отошёл от Маргарет.

— Я в порядке, Энок.

Маргарет, небрежно ответив, улыбнулась и подошла к камину, где собрались Диего, Рузеф и Юанна.

Энок медленно встал и последовал за ней.

— Ребята, у вас всё хорошо? Я пришла к вам, потому что кажется, тут никто не умеет готовить, — спросила Маргарет Юанну.

Юанна повернулась к Диего, который стоял рядом с ней. Диего закрыл глаза, не в силах смотреть прямо в глаза мёртвой утке.

Юанна вздохнула и указала на него.

— Я не знаю. Не похоже, что всё идет хорошо.

— Я уже готовила раньше. Я смогу сделать это.

— Вы даже не готовите ингредиенты. Другие люди всё равно не смогут приготовить. Я сделаю это.

В ответ на слова Маргарет Юанна сказала:

— Странно. Я узнала вас совсем недавно, но вы, кажется, уже хорошо знаете нас.

От слов Юанны Эноку стало не по себе, словно в горле застрял колючий комок.

Он думал, что он был единственным, кто интересовал Маргарет. Именно поэтому думал, что она знает о нём всё.

Она со всеми такая?

Кажется, что он был не единственным особенным человеком для неё в прошлом или настоящем.

— Правда…? Вы же сказали, что не могли сделать это в прошлый раз. А так как вы все дворяне, вы, должно быть, никогда раньше не готовили.

На опровержение Маргарет Юанна понимающе кивнула. Тогда она сразу же спросила Маргарет, наклонив голову, как будто это было подозрительно.

— Но ты тоже дворянка.

Маргарет равнодушно ответила:

— Я немного особенная. Я же известная чудачка.

А Кайден, находившийся рядом, согласно кивнул головой.

— Ах, да. Маргарет не была обычной чудачкой.

Рузеф добавил:

— Вы бы видели юную леди Флоне, когда она была так одержима любовным зельем.

— Зельем любви? О, точно, что-то подобное случалось.

— Откуда ты это знаешь, Лорд?

— Поскольку её семья спонсировала мой эксперимент, тогда я пошёл в особняк Флоне и устроил там погром.

Маргарет кашлянула и посмотрела на Кайдена.

Увидев это, Энок снова почувствовал себя неловко. Маргарет была не из тех женщин, которых могут обеспокоить эти слова.

— Как ты смеешь беспокоить её?

Ага. Как и ожидалось, я единственный для неё. Что я должен делать? Я должен заботиться о ней.

Кайден, разговаривавший с Рузефом, вдруг нахмурился и посмотрел на него. В одно мгновение атмосфера помрачнела.

— Когда я снова думаю об этом, то начинаю злиться. Экспериментируют ли служители Божьи на людях? Эти куски дерьма.

Когда Кайден выплюнул эти резкие слова в Рузефа, тот свирепо схватил его за воротник.

— Вы закончили?

— Я выгляжу так, будто закончил? Вы, кажется, не знаете, что такое стыд, не так ли?

— Перестань, Лорд!

Голоса Рузефа и Кайдена постепенно повышались. Увидев это, Маргарет вздохнула, а Энок просто смотрел, даже не собираясь их останавливать.

Потому, что это был уже не первый раз, когда разговор между ними превращался в настоящую драку.

— Прекратите. Ребята, держитесь подальше друг от друга.

Так сказала Юанна, которая спокойно наблюдала за напряжением между ними.

В конце концов, Маргарет покачала головой и вернулась к камину, а Энок последовал за ней и рядом.

***

Кайден и Рузеф казались измученными после долгой борьбы. Рузеф продолжал ворчать, когда подошёл и сел рядом со мной.

В хижине на мгновение воцарилась тишина.

Кайден был занят наблюдением за Диего, как будто искал его ошибки.

— Что за…? Это не так надо делать.

Кайден встал перед столом, за которым стоял Диего, и начал ворчать, указывая на обрезанное утиное мясо.

— Эй, ты не извлёк внутренние органы, да? Ты должен выбросить их.

Юанна, которая помогала Диего прямо рядом с ним, тихо отступила назад, как будто думала, что это будет раздражать.

— Сделай надрез от живота до хвоста... о, ладно, просто смотри...

Наконец, он оттолкнул Диего и схватил нож. Затем он очень умело разделал утку.

Почему-то мне кажется, что упорная жизнь Кайдена становится всё больше похожей на мою, но я, должно быть, ошибаюсь...?

— Простите меня, Лорд. Но почему вы продолжаете говорить неофициально? Пожалуйста, будьте вежливым, — запротестовал Диего с несколько недовольным лицом.

Кайден смотрел на Диего, пока резал утиное мясо.

Может быть, потому что его глаза были ярко-красными, поэтому, когда он так смотрел на кого-то, это было ужасающе.

Увидев, как Диего нахмурился, я подумала, что он, должно быть, почувствовал холодок в глазах Кайдена. Действительно, Кайдена не зря называют сумасшедшим.

— Что ж, если вам это нравится, я так и сделаю, сэр Диего.

Как только Кайден небрежно ответил Диего, на этот раз Рузеф, сидевший рядом со мной, тоже запротестовал.

— Тогда почему вы не обращаетесь ко мне уважительно…?!

Кайден проигнорировал вопрос Рузефа и нарезал ножом утиное мясо, у которого были удалены органы, на большие куски.

Диего всё ещё смотрел на него и недоверчиво спросил.

— Если юная леди из Флоне немного особенная, как она и сказала, разве вы не благородны, Лорд? Как вы можете быть настолько хороши в этом?

— Потому, что я делал это бесчисленное множество раз. Мы, волшебники, много экспериментируем.

Я знала, что это шутка.

Кайден — волшебник, но он ненавидит эксперименты, проводимые с живыми существами.

Но Диего, не зная этого, посмотрел на Кайдена с изумлением.

Однако Кайден спокойно резал мясо без каких-либо дополнительных объяснений.

Через некоторое время Диего наполнил деревянную бочку, сделанную Кайденом вместо горшка, утиным мясом и водой. Затем я повесила горшок на столб над горящими дровами.

Когда вода закипела, по хижине распространился вкусный аромат. Затем спустился Асдал, который некоторое время назад был в комнате на втором этаже.

‘Должна ли я давать еду парню, который продолжает ничего не делать, бесплатно?’

Я серьёзно задумалась. Ведь люди не меняются.

Я терпеливо села и приняла тушёную утку, которую Диего подал в кокосовой миске.

Поскольку стол на кухне был предназначен для одного человека, мы использовали его только для приготовления пищи, хотя приготовлением пищи это назвать нельзя. Итак, мы все сели за просторный пол.

Нежирного мяса в рагу немного. Мы ничего не могли сделать, так как подали две утки на семь человек.

Для меня это нормально, но я не знаю, как другие люди отнесутся к этому.

‘Но я счастлива, что наконец-то могу есть мясо.’

Я наклонила миску с кокосом и хлебнула бульон.

‘Хотел бы я, чтобы было ещё и кимчи.’

С этой мыслью я изо всех сил старалась опустошить миску.

Если бы не Кайден, который сидел напротив, держась за подбородок и глядя на меня, я могла бы продолжать спокойно есть.

В конце концов я поставила миску и посмотрела на него.

Затем, как будто Кайден этого ждал, он усмехнулся. Он действительно красивый.

— Ты любишь уток, Маргарет? Ты мне нравишься.

Кто-то закашлял.

Это не я, а Рузеф задыхался. Пока он кашлял, словно задыхаясь, Диего принёс ему воды.

Увидев, что Рузеф немного успокоился, я повернулась к Кайдену и ответила:

— Я знаю, что это не так. Просто ешь свои крылья.

Даже после моего упрёка Кайден продолжал счастливо улыбаться.

Я действительно не знаю, о чём он думает. Поэтому я не могу воспринимать его доброту как нечто хорошее.

Я угрюмо посмотрела на него и вздохнула. Первоначальный сюжет изменить невозможно, интересно, убьют ли меня как-то по-другому.

‘Да, всё, что мне нужно сделать, это сбежать и выжить.’

Я решила. Я как-нибудь выживу. Тем временем я услышала спор Энока и Асдала.

— Не раздражай и просто ешь.

— Ты не можешь говорить? Можно пожаловаться, что невкусно. В прошлом и сейчас ты совсем не изменился.

— Хватит говорить об этом. Ты, который ничего не делаешь и только ешь, не имеешь права говорить это. Так что заткни свой рот, если не хочешь, чтобы тебя заставили заткнуться.

После кровавого предупреждения Энока Асдал наконец сдался с недовольным лицом и стал держать рот на замке.

Диего и Юанна были заняты поеданием тушёной утки.

С другой стороны, Рузеф схватил Кайдена за воротник.

По мере увеличения количества людей в группе увеличивается и раздражающая её часть, и есть на что обратить внимание. Такую суетливую жизнь я испытала впервые в своей жизни.

Что ж, больше, чем я думала... Жизнь в группе не кажется такой уж плохой.

Солнце взошло, но Кайден всё ещё был в стране грёз, потому что я наблюдала за ним до самого рассвета. Я двигалась как можно медленнее, чтобы не разбудить его.

Диего, проснувшийся рано, вышел на разведку вокруг хижины, а архиепископ Рузеф вышел очистить воду.

Я подлатала подол разорванного платья, продев тонкое древесное волокно, как нитку, в костяную иглу, которую сделала в прошлый раз.

Я встала со своего места после того, как закончила шить.

Затем я перешел к камину и приготовился делать пароварку из бамбука.

— Что это?

Когда Энок разжигал костёр, он удивлённо повернулся ко мне. Асдал, сидевший на кухне, тоже с любопытством смотрел на меня.

Я пожала плечами и сказала:

— На этот раз я попробую приготовить рыбу на пару. Я устала жарить её. Пища, приготовленная на пару, полезна для здоровья, поскольку сохраняет питательные вещества.

Я использовала нож, чтобы прорезать отверстия в узлах бамбука, чтобы воздух мог выйти, а затем заполнила самые нижние узлы бамбука водой.

Затем, сделав крышку на верхней части, положила на неё очищенную рыбу.

— Я поймала рыбу рано утром, но её мало. Нужно больше охотиться.

Я положила два бамбука на камин. Теперь вода в нижнем отсеке превращалась в пар, а рыба в верхнем отсеке готовилась.

— Как я могу доверять вам?

Асдал, сидевший со скрещенными ногами перед кухонным столом, высокомерно посмотрел на меня.

— Как я могу поверить, что еда, которую готовит юная леди, действительно съедобна? До сих пор юная леди только и делала, что говорила без всяких доказательств.

Разве не Асдал мог только говорить? Он до сих пор не мог поверить, что я поймала рыбу.

Прежде чем я успела сказать хоть слово, Энок разозлился на слова Асдала. Сидя перед камином, он смотрел на него.

Он предупредил:

— Эй, тебе лучше держать рот на замке.

— Банхван, это ты мне только что сказал?

— Ты совсем оглох?

Асдал спросил его в отвел, глядя на Энока с лицом, полным гнева. На самом деле, у Асдала всегда была такая реакция с самого начала.

Гестия было королевством с большой финансовой мощью, а Асдал был наследным принцем этого королевства.

Поэтому он думал, что он и Энок были на разных уровнях.

— Поскольку мы находимся в такой экстремальной среде, раскрывается наша личность, которая является основой нашей человечности.

Я цокнула языком и покачала головой.

— Эй, наследный принц!

— Что, наследный принц?

Энок смотрел на Асдала, сохраняя при этом относительно расслабленное отношение.

Они оба смотрели друг на друга, не вставая со своих мест, и, хотя у Энока, сидевшего на полу, был относительно низкий уровень глаз, он почему-то не мог избавиться от ощущения, что он одержал победу.

‘Это потому, что у него аура настоящего героя войны?’

— Я не собираюсь уважать кого-либо, кто груб с Маргарет.

Энок говорил твёрдым, но спокойным тоном.

— Ты ведешь себя так, как будто юная леди Флоне — твоя невеста.

Асдал оперся локтем о колени, подпер щеку тыльной стороной ладони и улыбнулся, глядя на Энока.

В романе «Вещи более важные, чем выживание» Асдал — самый влиятельный кандидат на главную роль после Энока.

Он был груб с другими, но добр к Юанне. Может быть, автор пытался изобразить тёплого мужского героя только для своей женщины.

‘Но он не в моём вкусе…’

Мне нравятся последовательные люди.

Как Энок, у которого простые манеры, или как Кайден, у которого плохие манеры.

— Несмотря на то, что юная леди Флоне изменилась, насколько я знаю, твоё отношение действительно удивительно, Банхван. Даже собака, проходящая мимо в Королевстве Гестия, знает, что принц Энок ненавидит юную леди Флоне.

Почему ты приводишь такой конкретный пример?

— Ты знаешь, как нелепо теперь видеть наследного принца Энока на стороне юной леди Флоне?

Асдал критиковал Энока.

Эти слова меня немного расстроили. Я знаю, что Энок меня ненавидит, но люди же могут меняться!

К счастью, Энок даже глазом не моргнул и кивнул головой.

— Неважно, как ты меня видишь. Важно то, как меня видит Маргарет.

— Энок, я в порядке, так что не волнуйся.

— Ты собираешься и дальше так называть наследного принца?

— Я так сказал ей, так что лучше заткнись.

Я раздражённо вздохнула, когда увидела, что Асдал всё ещё привередливо оглядывает меня.

Так неудобно жить в одном доме с кем-то, кто продолжает мне не доверять.

И что мне больше всего не нравится, так это то, что Асдал вообще ничего не делает. И пока он ничего не делал, он продолжал упрекать меня.

В таком случае я должна показать ему весь горький вкус жизни.

Я встала со своего места и подошла к Асдалу.

Я сказала:

— Ваше Высочество, мы решили, что представители группы отправятся на охоту. Один из вашей группы и один из моей.

— Правда?

Затем Асдал взглянул на меня с встревоженным лицом.

— Давайте вместе поохотимся сегодня днём.

Он никогда не ловил рыбу, так что я должна правильно научить его.

Когда я сказала это, Энок сильно удивился, а все остальные тут же бросились ко мне.

— Маргарет, не делай этого.

Взяв меня за руку с встревоженным лицом, он свирепо посмотрел на Асдала.

— Энок.

Я похлопала его по плечу. Энок повернулся ко мне с упрямым взглядом. Тем не менее, его беспокойство за меня всё ещё чувствовалось.

Я улыбнулась ему и вытащила из кармана ракетницу.

— Не волнуйся слишком сильно. У меня есть это.

Лицо Энока было полно неодобрения, но он больше не останавливал меня.

— Кто сказал, что я пойду с вами, юная леди?

Асдал пожал плечами и спросил меня.

— Это обещание, которое ты дал себе.

Королевская семья обычно чувствительна к обещаниям. Потому что я не думаю, что есть что-то более постыдное, чем нарушение обещания. Вот почему я не даю опрометчивых обещаний.

Асдал снова недовольно посмотрел на меня.

— Если вам это не нравится, я пойду со Святой.

— Я пойду.

Только тогда Асдал принял моё предложение. Похоже, ему не нравится Юанна, которую он оберегает и лелеет, выполняющая работу по дому.

‘Только подумайте. Это так несправедливо. Я тоже не работяга. Маргарет вообще-то тоже дворянка!’

Асдал и Диего обожают Юанну из простого чувства вины?

Очевидно, этого чувства было недостаточно, чтобы влюбиться в неё с первого взгляда.

Внезапно мне захотелось узнать, что произошло между Юанной, Асдалом и Диего.

‘Я скоро это выясню.’

Я отказала Эноку в просьбе пойти со мной. Затем взяла корзину и гарпуны для охоты на рыбу.

А оружие я старательно упаковала в сумку через плечо. Сигнальная ракета, сигнальные пули и даже гранаты.

Конечно, наш благородный наследный принц ничего не взял, но вместо этого он принёс корзину. Казалось, его манеры истинного дворянина остались.

Поэтому я направилась в долину с Асдалом.

Мы и словом не обменялись за всю дорогу, но мне было всё равно, потому что в дружеской манере мы не могли разговаривать друг с другом.

Напомню, что, когда дело доходит до фехтования в Империи Лэнгриджа, Энок занимает первое место, за ним следует Диего. А Асдал обладал скрытым талантом, вполне способным состязаться в фехтовании с Эноком и Диего.

Несмотря на то, что его способность к выживанию равна нулю, у него были таланты к тяжёлой работе и фехтованию, поэтому он может быть хорош в метании гарпунов.

Однако именно поэтому и не следует возлагать большие надежды. Асдал даже не мог правильно обращаться с гарпуном. Я не могла продолжать смотреть, как он неуклюже стоит перед долиной и бросает гарпун в двусмысленной позе, поэтому в конце концов я спросила:

— Вы знаете, как метать гарпун?

Смущение промелькнуло на лице Асдала при моём вопросе, но он быстро ответил:

— Разве не то же самое и с вами? Всё равно я буду лучше вас. Вы будете только мешать, так что держитесь от меня подальше.

Асдал оттолкнул меня такими абсурдными замечаниями. Меня оттолкнули назад, и я тупо уставилась ему в спину.

‘Ну хорошо, давай посмотрим, как ты справишься.’

Как хорошо, что сейчас можно отдохнуть.

Я сидел рядом на камне, наблюдая за Асдалом, который постоянно промахивался.

Асдал, долго бросавший гарпун в воду, в конце концов споткнулся и упал.

— Дерьмо!

Благородный Асдал выругался и ударил кулаком по поверхности воды. Он выглядел жалко.

— У вас всё нормально?

Я удивлённо подбежала к нему. Он покраснел от смущения и крепко закусил губу.

Мои лицевые мышцы уже начали подрагивать от сдерживаемого смеха. Тогда я обратилась к нему:

— Вставайте.

Асдал в замешательстве посмотрел на мою руку, потом отказался от помощи и встал сам.

Я вздохнула, глядя на его пустую корзину.

— Похоже, вы ничего не поймали.

Он держал рот закрытым с красным лицом. Неохотно я подошла к нему и взяла гарпун. Он посмотрел на меня с удивлённым лицом.

— Чем вы собираетесь заняться?

Я сняла кроссовки и окунула ноги в воду. Затем я встала и посмотрела, не отражается ли в воде какая-нибудь рыба.

— Такое ощущения, что я проведу здесь целую ночь вот так. Я не могу голодать.

— Что вы имеете в виду…

Я встала в позу, придерживая гарпун. А когда я увидела мерцающую в воде рыбу, то сразу же бросила его.

Попав на остров, я всё время ловила рыбу только гарпунами. Теперь, когда я много натренировалась, я могу легко охотиться с ними. Когда я бросила гарпун в воду, рыба размером с мою руку зацепилась за его кончик и захлопала хвостом.

— Если мы поймаем ещё несколько, этого хватит на всех.

Деревянным ножом я умело спустила рыбью кровь и положил саму рыбу в корзину. Затем я пересеклась взглядом с Асдалом, который растерянно наблюдал за мной.

— Что-то не так?

Словно потрясённый, он пришёл в себя и отступил назад. Асдал по очереди смотрел на рыбу в корзине и на меня с недоверием.

Он взялся за подбородок, посмотрел на меня и снова посмотрел на рыбу в корзине.

— Хм, а юная леди когда-нибудь раньше охотилась на рыбу с гарпуном?

— … Я обязана отвечать?

Когда я переспросила, Асдал смущённо закрыл рот. Кажется, он и сам знал, что говорит глупости.

— Мне было интересно, почему вы хотели поохотиться со мной. Должна же быть причина. Вы должны знать, что я вам не доверяю, верно?

Он оглядел меня с головы до ног, скрестив руки, как будто действительно не понимал.

— Я не знаю, почему Энок всегда защищает вас при любой возможности, но не обольщайтесь этим.

Он сказал это очень расслабленным тоном и естественно улыбнулся, как будто имел преимущество перед Эноком.

Я нахмурилась и посмотрела на него.

— Я никогда не гордилась тем, что опираюсь на Энока.

— Вы не знаете об отношениях между Эноком и мной, юная леди.

— Ну, иногда то, что видишь снаружи — это всё.

— Вы привели меня сюда, чтобы доказать, что вы изменились? Если это так, то это бесполезно. Потому что даже небольшая перемена не изменит моего мнения о вас.

Я поймала ещё одну рыбу гарпуном и вытащил её, смеясь.

— Какой смысл доказывать вам, что я изменилась? Не то чтобы я хотела наладить с вами отношения.

Брови Асдала дрогнули. Он погладил свой подбородок и посмотрел на меня так, как будто это было весело.

Свежую рыбу я тоже почистила и сложила в корзину.

— Имейте это в виду. У меня изначально не было намерения наладить с вами отношения.

— Тогда в чём причина? Настоящая причина, по которой вы привели меня сюда.

— Я дала вам шанс.

Я пожала плечами, когда мыла свои руки от рыбы в воды.

Асдал посмотрел на меня и кивнул. Это значит продолжать говорить.

— Это прекрасная возможность убить меня.

— Вы серьёзно? — спросил он меня в шоке.

Конечно же, я не это имела в виду. Но,

— Вы действительно думаете, что я вышла с вами на охоту, чтобы покрасоваться? Или чтобы пройти у вас тестирование?

Асдал этого не отрицал. И спросил в ответ, кивая головой, не скрывая своих сокровенных мыслей.

— Это не так?

— Нет, наоборот, вам разве не кажется, что это вас притащили сюда для проверки? Я хочу попробовать некоторые из ваших навыков выживания. Мне не нужен бесполезный человек в экстремальной ситуации, когда на карту поставлена его собственная жизнь.

Я намеренно выбрала резкие слова и сказала их холодным тоном.

Словно уязвлённый моими словами, Асдал состроил растерянное лицо. Но это было ненадолго.

— Вы такая самонадеянный, да как вы смеете, — пробормотал он сердито.

Он выглядел очень рассерженным, но я даже не дрогнула.

Это было потому, что я уже научилась иметь дело с Эноком, Кайденом и Рузефом.

Честно говоря, именно Энок презирал меня больше всех и вызывал удушающее чувство страха.

— Если бы это было Королевство Гестия, вам не пришлось бы играть на этом мелководье, — саркастически сказала я Асдалу.

Я продолжила:

— Но, Ваше Высочество, это не королевство. Теперь признайте это.

Все мои слова и действия были бы невозможны, если бы это место было королевством или Империей Лэнгриджа.

Однако местом, где мы сейчас находимся, был опасный необитаемый остров, где, если бы появился монстр, мы могли бы мгновенно умереть.

Я подобрала второй гарпун, упавший на землю, и сунула его ему в руку.

Я сказала:

— Теперь вы не помогаете группе. Перестаньте баловаться и научитесь ловить рыбу.

На самом деле, я больше хотела его подразнить, но я не собиралась сама учить его ловить рыбу.

Не будет ложью сказать, что я пыталась проверить его навыки выживания.

Асдал вообще никак не способствовал нашему выживанию, так что пришлось найти у него хотя бы одну полезную способность.

Он взялся за подбородок и долго смотрел на меня, не двигаясь. Трудно было понять, о чём он думал.

К счастью, его гнев стих. Но в конце концов, он сказал только одно:

— Я не хочу.

Асдал высокомерно поднял подбородок и посмотрел на меня. Затем он улыбнулся и спросил:

— Разве вы не говорили, что хорошо ловите рыбу? Вы умеете ловить рыбу, так зачем мне учиться делать это?

— Что?

Это был высокомерный тон. Я должна признать, что у него есть умение искажать слова.

— Почему вы такой невнимательный? Что вы будете делать, если мы перестанем жить группами?

Я была слишком ошеломлена, чтобы спросить, что он имел в виду. Асдал снова сказал чепуху:

— О чем вы беспокоитесь? Отныне вам просто нужно оставаться рядом со мной.

‘…?’

О чём ***ть ты говоришь? Ты хочешь сказать, что собираешься сделать меня рабом, ловящим рыбу?

— Почему я? Вы сумасшедший? Я не хочу быть рядом с вами.

Когда я выругалась по-своему, ненормативная лексика почти вырвалась у меня изо рта.

Я идиотка, которая предложила научить такого человека охотиться на рыбу.

— Юная леди, если вы являетесь частью настоящей королевской семьи, вы должны уметь использовать людей в соответствии с их назначением. Я не буду использовать свои собственные руки.

Асдал, который продолжал говорить этим раздражающим тоном, похоже, даже не собирался учиться ловить рыбу. Чёрт.

— Да, да. На этом острове вы будете первым из нас, кто попрощается с миром.

— … Это оскорбление королевской семьи.

— Так. Вы имеете в виду, что останетесь бесполезным человеком?

— Также полезно относиться к людям в соответствии с их назначением…

— Ха. Только твой рот продолжает двигаться.

— Молодая леди. О чем вы говорите…

— Если вы не собираетесь помочь мне ловить рыбу, заткнитесь.

— …

Только тогда Асдал заткнулся.

После этого Асдал продолжал со мной разговаривать, но я уже не отвечала и усердно ловила рыбу.

Я быстро бросила желание научить его ловить рыбу.

Какой смысл учить человека с таким мозгом? Это пустая трата времени.

Не обращая внимания на раздражающего Асдала, я продолжала ловить рыбу. Я должна чем-то питаться, чтобы выжить.

Асдал сел на камень и продолжал ныть.

— Я поправлю то, что я сказал: «вы ничего не можете сделать». Ваши навыки рыбалки превосходны.

Асдал сказал так, как будто он был сторожем, следящим за чьей-то работой.

— Мимо проплывают рыбы. Юная леди, вот. Да, там. Ловите!

Б**ть, я что раб-ловец рыбы?

Я метнула гарпун, чтобы поймать рыбу, о которой говорил Асдал, но реальность поразила меня.

Я наступила себе на ногу. Чёрт. Я поклялась никогда больше не ходить с Асдалом на охоту.

— Юная леди, сюда!

— Я сказала вам ничего не говорить, если вы не помогаете. Не пытайтесь испытывать моё терпение и заткнитесь!

Когда я бросила гарпун во время ловли рыбы и разозлилась, Асдал умело пожал плечами.

Мне ударить его? Или нет?

Я глубоко вздохнула, серьёзно задумавшись. Я встала со своего места после того, как привела в порядок деревянную корзину, полную рыбы.

Глянув на небо, я поняла, что время прошло, и солнце уже начало садиться.

Застряв на этом острове и отправившись искать еду, чтобы выжить и сражаться с монстрами, я, должно быть, стала наполовину сумасшедшей.

Асдал спустился со скалы и с гордым лицом сказал:

— Это была успешная охота. Вы, кажется, более полезны, чем я думал, юная леди.

— Я же сказала вам, что я не собираюсь становиться для вас полезным человеком.

Он взял мою корзину с рыбой и пошёл вперёд.

— Я сначала подумал, что вы высокомерна.

Затем он внезапно остановился и посмотрел на меня.

— Вы первая, кто так со мной разговаривает, юная леди. Мне это нравится.

— … Да?

Асдал посмотрел на меня и улыбнулся, затем повернулся и пошёл вперёд.

Я продолжала стоять там в растерянности, затем поспешно последовала за ним.

‘Должна ли я поблагодарить тебя после этого? Это прозвучало как: «Ты первая девушка, которая меня ударила». Мне не нужно такое внимание.’

Асдал, шедший передо мной, оглянулся.

— Я не делаю таких глупостей. И я не хотел сказать, что вы мне нравитесь в таком смысле. Я просто говорю, что вы мне нравитесь, юная леди.

— Да-да, конечно.

Асдал слишком много говорил. И это раздражает. Очень. Я просто кивнула.

— Раздражает, что здесь есть только одни и те же виды рыб, но всё же вы хорошо потрудились.

Когда в поле зрения появилась хижина, Асдал сделал мне комплимент, который совсем не был похож на комплимент.

Я продолжала сдерживаться, повторяя в голове бесчисленные слова для сохранения моего терпения.

Да ладно, я Маргарет. Благородная дама. Я благородная дама……

Благородная дама, которая ловит рыбу, б**ть.

***

— Юная леди Флоне, идите сюда.

— Разве это не то, в чем вы хороши, юная леди? Помогите мне.

— Юная леди Флоне.

— Юная леди?

Весь вечер совместной охоты я очень страдала из-за Асдала.

Проблема была в том, что он постоянно искал меня и просил о помощи, до такой степени, что от слова «юная леди Флоне» меня тошнило.

Юанна спросила меня:

— Почему Асдал продолжает тебя так часто искать, юная леди?

— Я тоже не знаю, Святая. Ты можешь сказать ему, чтобы он перестал меня искать? — сказала я, с серьёзным лицом хватая Юанну за руку и тяжело вздыхая.

Я не могу ударить его, потому что он наследный принц.

Судя по всему, Кайден тоже ушёл за дровами, так что у меня не было причин убегать от Асдала.

— Юная леди Флоне! Что, чёрт возьми, вы делаете?

Асдал, который уже давно продолжал звать меня, спустился со второго этажа и нашёл меня сам.

— Что происходит? Почему наследный принц Асдал ищет Маргарет?

И тут чудесным образом явился Энок. Видимо, он ходил на разведку довольно далеко, поэтому поздно вернулся.

Как дочь, которую ругает мать и которая приветствует отца дома, я запрыгала от радости и поприветствовала Энока.

— Почему ты так поздно?

Энок растерянно посмотрел на меня и очень привычно погладил меня по волосам.

‘… А? Что?’

Я не собиралась просить его погладить меня по волосам. Я покраснела и поправила волосы, которые он потрогал, затем повернулась на зов Асдала.

— Юная леди.

Асдал, подошедший ближе, по очереди посмотрел на нас с Эноком и склонил голову набок.

Когда он подошел ближе, его лицо привлекло моё внимание.

Асдал был вторым самым влиятельным персонажем после Энока, поэтому не было никаких сомнений в том, что он красив.

Но все же, чтобы выжить в экстремальных условиях, быть красивым бесполезно. Я не могла скрыть своего раздражения и спросила Асдала:

— Почему вы продолжаете меня искать?

— В моей комнате подозрительный жук. Кажется, вы хорошо их ловите.

Я снова удивилась его словам.

Разве этот человек не думает обо мне только как о служанке Королевства Гестия? Но горничные даже жуков не ловят.

‘Кроме того, что значит подозрительный жук?’

Энок цокнул языком, обнял меня за плечо и притянул ближе к себе.

Благодаря этому я немного отдалилась от Асдала. Я почувствовала себя каким-то образом защищённой Эноком.

— Ты думаешь, Маргарет — твоя служанка? Как кто-то вроде тебя может быть наследным принцем? Я очень беспокоюсь о будущем Королевства Гестия.

— Что? Эй, Банхван. Ты закончил?

Асдал гневно опроверг слова Энока. Он также называл его «Банхван», чтобы вновь оскорбить.

Энок спокойно посмотрел на Асдала и расхохотался.

— Ой, простите. У меня аллергия на неуважительных людей.

— Пфф.

Юанна, наблюдавшая за разговором между ними издалека, расхохоталась.

Брови Асдала дрогнули. Когда он оглянулся, Юанна поспешно отвернула голову и сделала вид, что ничего не заметила.

— Да. Думаю, я проявил к тебе неуважение. У меня истинное достоинство королевской семьи. Так что прошу прощения, юная леди.

Ну, у него стиль пожилого босса, который считает, что он всегда прав, но, видя, как он извиняется, не похоже, что он был человеком совсем уж без здравого смысла.

— Но, пожалуйста, поймайте жука, юная леди. Пожалуйста. Вы ведь можете это сделать?

Беру свои слова обратно. Он всё ещё был человеком, лишённым здравого смысла.

— Вы даже жука не можете поймать? Вы точно потеряете сознание при столкновении с монстром.

— Это другое. И этот жук слишком странный, чтобы его можно было назвать обычным.

— Кажется, вы думаете, что я могу делать всё, но я тоже не люблю насекомых. Особенно тех, у которых много ног или тех, у кого нет ног... Фу...

Я ненавижу даже представлять себе это. Поскольку я уже сильно устала из-за Асдала, рука Энока на плече ещё немного сильнее стала поддерживать меня.

— Ваше Высочество Асдал.

Юанна, наблюдавшая за ситуацией, подошла ближе и позвала Асдала.

— Перестаньте беспокоить юную леди Флоне и идите сюда. Вы сказали, что поможете мне приготовить рыбу.

— Я…? — спросил в ответ Асдал, недоверчиво пожимая плечами.

Юанна быстро поняла ситуацию и спасла меня. В тот момент, когда она встретилась со мной взглядом, она красиво улыбнулась, и мне почему-то казалось, что я увидела свет, сияющий за её спиной.

Я почувствовала себя одержимой ей улыбкой. Не поэтому ли все главные герои влюбились в неё?

— Если вы оставите окно открытым, жук исчезнет сам по себе.

В конце слов Юанны Асдал перестал беспокоить меня и подошёл к ней.

— Маргарет.

Пока я смотрела, как они удаляются, направляясь к кухне, Энок слегка потянул меня назад.

Я смотрела на него, почти обнимая. Я встретилась с его глубокими золотыми глазами.

— Надеюсь, в будущем ты не будешь ходить на охоту одна с наследным принцем Асдалом. Я беспокоюсь.

— О… не волнуйся. Не думаю, что это когда-нибудь повторится.

‘Это было ужасно.’

В будущем я не должна говорить, что стану безрассудно учить кого-то охотиться.

Чтобы не столкнуться с той катастрофой, когда я испытываю всю горечь жизни снова, пытаясь передать кому-то свой жизненный опыт.

Я покачала головой. Когда я вновь думаю об этом, у меня начинает болеть голова. Затем я услышала низкий голос Энока.

— Пообещай мне.

В его спокойных глазах было какое-то бурное волнение.

‘Похоже на горящее пламя.’

Энок положил руку мне на щеку и медленно опустил голову. Затем его лоб коснулся моего.

— Маргарет, пообещай мне. Потому что я волнуюсь.

Его дыхание было таким обжигающим, что я неосознанно задержала дыхание.

Я часто недоумевала, когда Энок говорил подобные вещи. Точнее, правильно будет сказать, что интерес Энока ко мне был немного странным.

‘У меня никогда раньше не было такого страстного чувства.’

На самом деле, я никогда не получала и не оказывала никому никакого внимания или привязанности. Так что я не уверена, на что это похоже.

Энок выглядел холодным, как сухая ветвь, оставшаяся такой же крепкой посреди зимней метели, но на самом деле он всегда был очень сердечным человеком.

По крайней мере, таким я его вижу.

Возможно, Энок и я — люди с противоположными склонностями. На самом деле, я была человеком, похожим на засохшую ветку.

— Обещаю.

Я посмотрела ему в глаза и добавила:

— Я не хочу делать то, что тебе не нравится, Энок.

Когда я столкнулась с ним, дверь хижины открылась, и я увидела Кайдена, который пришёл с дровами.

— Маргарет…!

Когда он увидел меня и хотел подбежать, как взволнованный щенок, внутри хижины раздался громкий рёв.

Точнее, это был звук со второго этажа.

— Что происходит…?

Кайден сильно удивился и выхватил кинжал. Энок тут же схватил меня за руку, толкнул за спину и выхватил меч.

— Агх, ааа!

Крик Рузефа был слышен со второго этажа.

Когда мы все поднялись наверх, то увидели что-то вроде огромных когтей, пронзающих дверь комнаты Асдала. Кажется, это жук, о котором он говорил.

Но жук…

‘Господин, какого чёрта, это не просто жук.’

Рузеф, вздрогнувший, как только увидел когти в коридоре второго этажа, то сразу присел и торопливо побежал к нам.

— Это похоже на монстра, которого Диего видел раньше.

Услышав бормотание Энока, я вспомнила о чудовище, похожем на тарантула, с которым столкнулись Юанна и её группа.

— Я думал, что это просто маленькое насекомое… Неудивительно, что оно излучало такую подозрительную энергию.

Асдал, который встал позади нас, как только он подошел, пробормотал в страхе.

Удивительно, как он смог заметить, что маленький жучок испускает подозрительную энергию. Думаю, что у него всё-таки есть здравый смысл.

{Наверное…

Они эволюционировали.}

Я вспомнила монолог Юанны из оригинала. По-настоящему пугающе.

К счастью, как будто монстр только что эволюционировал, паук был легко побежден Эноком.

Хотя труп гигантского паука едва вынесли из хижины, спальню Асдала больше нельзя было использовать из-за зловония.

— Ужасно. Это напоминает мне о кошмарах…

Юанна сидела перед камином с бледным лицом и что-то бормотала.

Должно быть, она вспомнила что-то, что произошло раньше. Диего, сидевший рядом с ней, похлопал её по плечу.

Спать на втором этаже, где появилось чудовище, не имело смысла. В конце концов, мы все расстелили наши постельные принадлежности перед камином.

Энок и Кайден всё ещё сидели рядом со мной, а Асдал и Диего сидели рядом с Эноком, а Юанна была посередине.

Должно быть, мне только кажется, что Рузеф, лежащий у двери, выглядит несколько одиноким, верно?

— Теперь очевидно, что монстры эволюционируют.

Кайден пробормотал, когда лёг, положив затылок на свои переплетённые пальцы.

— Мы должны выбраться с этого острова.

Услышав мой ропот, Энок, который последовал за мной и лёг рядом, ответил со вздохом:

— Для этого нам нужно как можно быстрее добраться до места, где был найден ключ.

Да, мы должны идти дальше.

— Я тоже не думаю, что эта хижина безопасна.

Все лежавшие тихо повернулись ко мне, услышав мои слова. Смущённая пронизывающими взглядами, я поспешно встала.

— Что, что?

На мой вопрос Энок потёр затылок и тоже встал.

— Я думал о том же.

— Я тоже. Не знаю, как долго эта хижина ещё простоит.

Кайден согласился со словами Энока.

Но Юанна, которая села и тоже посмотрела на меня, думала иначе.

— Никогда не знаешь, что случится, если отправишься в то место, где был найден ключ, но терять большой базовый лагерь рискованно.

Те, кто смотрел на меня, повернулись к Юанне. Она взглянула на всех один раз и спокойно продолжила говорить.

— Да, паук эволюционировал. Но другие монстры ещё не вошли в хижину, не так ли?

— Это правда.

Когда Энок кивнул головой, словно соглашаясь с её словами, Юанна мягко улыбнулась и заговорила со мной тоном, прося согласия.

— Пойдем как можно скорее туда, где нашли ключ, а потом приберёмся в хижине. Мы всё равно должны уйти, чтобы разведать весь остров. Что вы думаете, юная леди?

На вопрос Юанны взгляды, направленные на неё, на этот раз возвратились ко мне.

Я кивнула и сказала:

— Я тоже согласна.

Таким образом, мы договорились выйти из хижины и разгадать тайну ключа, как можно скорее, а затем лечь спать.

Почему-то я чувствую себя более уверенно, потому что у меня есть план.

Я тихо лежала, глядя в потолок хижины. Кайден, лежавший рядом, повернулся ко мне.

Сбитая с толку, я тоже повернула к нему голову. Красные глаза, смотревшие на меня, устрашающе сияли.

— Что?

Он улыбнулся на мой вопрос. Это была очень привлекательная улыбка, которая не соответствовала ситуации.

— Просто ты красивая.

Он шептал такие странные слова тихим голосом, который могла услышать только я. Это так мило, что моё сердце слегка затрепетало.

— Потому что ты красивая. Ты заставляешь меня продолжать хотеть тебя.

Кайден снова начал нести чушь. Я уже подумала, что он снова болтает, как обычно, и просто рассмеялась.

Я тогда не понимала, что это не чушь.

На следующий день я проснулась рано и пошла очищать воду.

Но пока я была вдали от хижины, Асдал продолжал лихорадочно искать меня.

Уверена, что он, должно быть, ищет меня, чтобы снова попросить меня сделать что-то. Или он хотел пригласить меня на охоту.

«Где ещё я смогу увидеть знатную даму, ловящую рыбу с гарпуном? Пойдёмте завтра вместе на реку».

Я вспомнила те абсурдные слова, сказанные Асдалом прошлой ночью.

Если я снова пойду с ним на охоту, я действительно сойду с ума.

Мне это так надоело, я поставила на кухонный стол кокосовое ведро, наполненное очищенной водой.

Потом я спросила Рузефа, сидевшего перед камином:

— Итак, где Асдал, который искал меня как сумасшедший?

— Он…

Рузеф растерянно закатил глаза.

Энок, который спускался по лестнице со второго этажа — вероятно, после уборки разбрызганного мяса монстра — сказал мне:

— Он вышел прогуляться.

— Что…?

Парень, который поднимал шум, что этот лес так опасен, вышел на прогулку один?

— Он не вернётся ещё какое-то время.

— Да…?

Энок говорил так, как будто это не имело большого значения, поэтому я держала рот на замке, не задавая больше вопросов. Странно.

Именно тогда Кайден, смеясь, вошёл в хижину.

— Хахаха! Эй, шавка! Вы смотрели снаружи? Почему наследный принц Асдал сидит на дереве? Он не может спуститься!

Я услышала, что он сказал, и оглянулась на Энока.

— Ты сказал, что он пошёл гулять?

— …

— Почему он залез на дерево?

Насколько я помню, у Асдала боязнь высоты. Даже в королевском дворце его комната находилась только на первом или втором этаже.

— Он продолжал искать тебя… Я только что сказал ему, где ты, — ответил Энок, избегая моего взгляда.

— Я была на дереве?

— …

— Ты имеешь в виду, что Асдал поверил в это? Имеет ли смысл трусливому наследному принцу просто поверить этим словам и лезть на дерево?

— Это не имеет смысла.

Кайден, слушавший наш разговор, подошёл ко мне. Он обнял меня за плечо, посмотрел на Энока и улыбнулся так, словно умирал от веселья.

— Учитывая личность наследного принца Асдала, он ни за что не залез бы на дерево в одиночку. Если только кто-нибудь не нокаутировал его и не посадил туда.

— … Просто он был шумным.

В конце концов, Энок признался в своем преступлении, и я посмотрела на него с недоумением.

Ты нокаутировал Асдала и посадил его на дерево? Зачем?

— Он не побеспокоит тебя до ужина, так что отдохни.

Энок ответил спокойно, как ни в чём небывало, и погладил меня по голове. Затем он взял свой меч и вышел из хижины, сказав, что идёт на охоту

***

В конце концов, только ближе к вечеру Асдал смог спуститься на землю.

Я думала, что он снова собирался поднять шум, но как только он спустился, он заснул, как будто потратил всю свою энергию на преодоление страха высоты.

Вид того, как он скрючился перед камином и спал, был даже немного жалок.

Завтра я пойду туда, где проснулась Юанна. Так как это то место, где была найдена важная подсказка — ключ, мне придется тщательно его изучить.

Я снова и снова проверяла свою сумку и заранее закончила все приготовления.

— Маргарет.

Кайден, стоявший у входа в хижину, позвал меня.

— Тебе нужно кое-что увидеть.

Я повесила сумку через плечо, встала со своего места и спросила его с улыбкой на лице.

— Что ты хочешь, чтобы я увидела?

— Помнишь то круглое яйцо, которое ты видела раньше? Серебристое, похожее на птичье.

Было ясно, что он имел в виду маленькое яйцо, которое я нашла на обратном пути к хижине с ним и Эноком после сбора грибов.

— Да, а что? Я оставила его глубоко в лесу. Ни в коем случае, это действительно чудовищное яйцо?

На мой вопрос Кайден пожал плечами и указал на открытую дверь.

— Это не слишком серьезно. Иди и посмотри сама.

В хижине не было ни Энока, ни Рузефа. Было бы лучше, если бы мы могли пойти вместе.

С неохотой я пошла только с Кайденом.

Глядя на широкую спину Кайдена, который шёл впереди, у меня возникло зловещее предчувствие.

Я дотронулась до внешней стороны сумки. Для того, чтобы проверить, есть ли у меня ракетница и гранаты.

— Как далеко нам ещё идти?

— Я увидел это со стороны утёса.

Как только Кайден закончил говорить, все высокие деревья скрылись, и вид прояснился. Мы достигли обрыва, и уже можно было увидеть широкую реку.

Кайден наконец остановился перед обрывом. Он указал на круглое яйцо прямо перед обрывом.

— Посмотри на это.

Яйцо немного отличалось от того, что я видела в последний раз. Было очевидно, что оно размером с палец, но теперь оно, кажется, выросло до размера кулака Кайдена.

Я наклонила голову при виде яйца, лежащего на краю обрыва.

— То, на что я сказал тебе смотреть, не на яйцо, а на нижнюю часть.

Кайден указал на цветы, которые лежали, как гнездо, под яйцом.

Странно, все цветочные стебли засохли. Как будто из яйца распространялся ядовитый газ.

— Думаешь, это чудовищное яйцо?

— Думаю, что это яйцо, которое мы видели тогда, но оно выросло. И странно, что его местоположение постоянно меняется. Ты ведь не сюда его принесла, верно?

При словах Кайдена я взялась за подбородок и кивнула.

— Нет, не сюда...

Я помню, как пошла вглубь леса и положила его среди деревьев. Я даже не подходила к этой скале. Было ли это то самое яйцо?

— А вот и самое странное. Попробуй дотронуться.

— М… Зачем?

— Я не могу прикоснуться к нему.

Кайден сказал это и коснулся яйца.

Внезапно из него начал выходить черный дым и окутывая яйцо.

Когда рука Кайдена слегка коснулась дыма, выплеснулась искра. Он поспешно отдёрнул руку.

— С тобой всё нормально?

Я удивилась и схватила его за руку. Кайден улыбнулся, как будто ничего не случилось.

— Я в порядке. Ты видела это? Яйцо отвергло меня.

— Но, возможно, это не то яйцо, которое мы видели тогда.

— Его энергия похожа на энергию того яйца. Даже если мана ушла, я всё ещё чувствую слабый поток энергии.

После того, как Кайден решительно заговорил со мной, он сделал предложение:

— Хочешь прикоснуться к нему?

— М?

— Всё нормально. Поверь мне.

Кайден посмотрел на меня с очень серьёзным лицом — не таким, как обычно, — и кивнул головой. Какое-то время я просто смотрела на него, затем медленно опустила голову.

Чёрный дым, выходящий из яйца, исчез. Это не чьи-то слова, а слова самого архимага, так что всё должно быть в порядке, верно?

Я помедлила и осторожно положила руку на серебристое яйцо.

— А?

Как сказал Кайден, я без проблем смогла дотронуться до яйца. Оно не испускало чёрного дыма, который я только что видела.

— Почему оно принимает только тебя?

Я подняла голову, касаясь блестящего яйца. Кайден смотрел на меня.

— Ну, я не знаю.

Я тоже не знаю, поэтому серьёзно об этом думаю.

Но после долгих раздумий я почувствовала что-то странное и подняла голову.

Затем мои глаза встретились с Кайденом, который смотрел на меня с ничего не выражающим лицом.

— Кайден?

— Это не странно. Ты всегда единственная, кто является исключением.

В пугающей атмосфере я отодвинулась от него. Но Кайден подошёл ближе и уставился на меня.

Он взялся за подбородок и заговорил со мной серьёзным тоном:

— Почему ты можешь прикоснуться к нему, а я нет? Потому, что моя серьга сломана и поток моей маны застаивается? Это потому, что поток маны в моём теле странный? Но всё пошло гладко с тех пор, как я сделал то, что ты мне сказала, Маргарет.

Я на мгновение задумалась о том, что он сказал. На самом деле я тоже не знала точно, как пробить поток маны.

Раз сам архимаг Кайден не знает, откуда мне знать?

— Всё, что я знаю, это то, что, если энергия циркулирует посредством физической работы, мана циркулирует естественным образом. Я не знаю точной причины, почему это так.

Я пожала плечами и вновь серьёзно задумалась. В книге упоминалось только, что «физическая сила» должна была быть израсходована, но дальнейших объяснений не было.

И совершенно случайно я обнаружила, что потоком маны можно управлять с помощью физической работы, а не физического взаимодействия.

Но имеет ли это какое-то отношение к прикосновению к этому яйцу? Сколько бы я ни думала об этом, не думаю, что это связано.

Почему он вдруг заговорил об этом?

Потом я вдруг вспомнила.

‘Говорила ли я когда-нибудь Кайдену, что причина, по которой я заставляла его работать, заключалась в том, чтобы плавно циркулировать поток маны в его теле?’

Никогда. Я никогда не говорила этого Кайдену напрямую.

На мгновение у меня пошли мурашки по коже, и я не могла пошевелиться.

— Ты знаешь, почему я это сказал и зачем привёл тебя сюда?

Увидев выражение моего лица, Кайден улыбнулся.

Он подошёл ко мне немного ближе.

— Почему это опасное яйцо, которое кажется яйцом монстра, принимает только тебя? Это так странно. Кроме того, откуда ты знаешь, как прорвать поток маны? Почему ты скрыла причину и помогла мне?

Кайден немного прихмурился и посмотрел на меня так, будто пытался понять, что у меня внутри.

— Это… ведь все и так уже подозрительно смотрят на меня, так что мне нечего сказать. Но подожди. Кайден, у нас нет на это времени. Солнце садится.

Я указала на небо. Как я уже сказала, солнце начало садиться. Пришло время появиться монстрам.

— Я в порядке. А ты? Проведём ночь вместе здесь? Я правда не боюсь умереть.

Кайден приблизился к моему лицу. Безумие в его глазах, казалось, останется там, пока я не скажу ему всю правду.

— Это так странно. Не один раз и не два. Маргарет, скажи мне, какого чёрта ты скрываешь, — повторил Кайден.

Я изо всех сил пыталась высвободить руку, пойманную Кайденом, но не могла даже пошевелиться.

‘Достать ракетницу? Думаю, что смогу развернуться на секунду и сбежать.’

С этой мыслью я положила руку на сумку через плечо. Тогда я встретилась с зорким взглядом Кайдена.

— Ты собираешься бежать одна? Ты думала только о побеге, да? Ты собиралась бросить нас с самого начала.

— П-подожди.

Я так удивилась, что попыталась оттолкнуть его всеми силами. Но он лишь крепче сжал мою руку.

В этот момент из леса вышла большая тень.

— Это сейчас не важно. За тобой…!

Кайден проследил за моим взглядом и повернулся к лесу.

Тогда из кустов вытянулась длинная волосатая нога.

Из-за кустов показался гигантский тарантул. Он был как минимум в три раза больше моего тела.

Мой взгляд встретился с восемью глазами, прикрепленными к телу, покрытому чёрными волосами. Я была так напугана, что даже не могла пошевелиться.

— Что за…

Кайден тоже растерянно смотрел на тарантула.

Тогда тарантул быстро двинулся в сторону Кайдена.

— Осторожно!

Я со всей силы оттолкнула Кайдена, затем вытащила гранату из сумки.

Приняла стойку, прицелилась в тело тарантула и бросила гранату.

Тело гигантского монстра разлетелось на куски по земле.

Проблема была в следующем.

Пауки среднего размера начали скапливаться.

— Я облажалась.

В отчаянии я сделала ещё один шаг назад. Это определенно был паук, с которым столкнулись Юанна и её группа.

Кайден вытащил кинжал, схватил меня за руку и притянул ближе к себе. Я больше не могла двинуться назад. Потому что место, на котором я стояла, было утёсом.

Я открыла сумку и достала ещё одну гранату. И я посмотрела на количество оставшихся. Осталось только две.

Сумка через плечо была достаточно маленькой, поэтому я не могла взять с собой так много. К счастью, я взяла с собой все ракеты.

— Это опасно. Не отходи от меня.

Кайден стоял у меня на пути, держа кинжал. Всего через труп гигантского тарантула прошло пять пауков, и они окружили нас.

Длинные ноги паука извивались и выглядели так, будто вот-вот двинутся на нас. И липкая слизь капала из его открытого рта.

‘Чёрт. Ощущение, будто я упаду в обморок. Ненавижу пауков. Б**ть.’

Я держала в руках две гранаты и зубами выдернула чеку.

Кайден, догадываясь, что я собиралась сделать, опустил стойку и крепко сжал кинжал. Это должно было быть связано с пауками, которые отскочили после взрыва гранаты.

О, но что, если скала рухнет после того, как всё это взорвётся? Однако если мы останемся в таком положении, то станем пищей для монстров.

‘Что я должна сделать?’

Немного подумав, я наконец приняла решение.

— Не знаю. Умереть так или умереть как должно было быть — одно и то же!

Я просто бросала гранаты в пауков одного за другим.

В некоторых из них граната попала, и я смогла увидеть их раздробленные тела и зелёную жидкость, предположительно кровь, брызнувшую в воздух.

Один паук встал и подошёл, пошатываясь рядом с гигантским тарантулом, а другой выглядел нормально, как будто совсем не пострадал.

Двое из них ещё живы.

После взрыва гранаты мои ноги начали трястись, а земля, на которую я наступила, начала трескаться. Может быть, это не продлится долго. Пот стекал по моим ладоням.

Нервничая, я вытащила ракетницу, зарядила её пулями и потянула за рычаг перезарядки. Мои руки тряслись.

— Если я дожила до этого момента, нет смысла умирать сейчас.

Я так и сказала, но мой дрожащий голос никак не мог успокоиться.

Пауки понемногу приближались, они вдруг подняли передние лапы и выпустили паутину.

— Ужасно!

Паутина, которую непрерывно выпускали пауки, обернулась вокруг меня и моих запястий, затем обернулась вокруг моей талии.

— Агрх! Почему всегда нападают на меня?

Я тут же упала на землю и меня потащило к пауку.

— Маргарет!

Кайден схватил меня за запястье и разрезал паутину кинжалом. Однако паук, который продолжал стрелять паутиной, снова нацелился в меня. Я тут же встала и вытащила ракетницу.

Затем я прицелилась в его тело и нажала на курок.

Отдача от выстрела заставила моё тело немного отскочить назад, но, к счастью, падения со скалы не произошло, потому что Кайден схватил меня и обнял.

У меня покалывало в ушах, может быть, потому что я выстрелила из ракетницы слишком близко.

Проблема была в том, что к нам уже полз другой паук.

Его длинные ноги были подняты высоко в воздух. Кайден перекатился по земле, чтобы избежать устремившихся прямо вниз ног.

Сила была так велика, что они впились глубоко в землю. Затем атаковала другая нога.

— Чёрт.

Кайден выругался, оттащил меня назад и взмахнул кинжалом.

Одна нога паука была отрезана. Меня начало тошнить от того, что из отрубленной ноги потекла густая зелёная жидкость...

Паук извивался и кричал от боли.

Проблема заключалась в том, что ветер сильно раскачивал его длинную ногу, и мне пришлось отскочить.

Было ощущение, что время текло очень медленно, как в замедленной съёмке.

Меня ударила лапка паука, и я отскочил от скалы, паря в воздухе и глядя вниз.

Там внизу текла река.

Что за… б**ть!

— Маргарет! Нет!

Кайден закричал, спрыгнул с края обрыва и протянул ко мне руку. Он крепко обнял меня.

Мы упали вместе прямо со скалы.

Даже когда меня бросило глубоко в реку, Кайден продолжал крепко держать меня в своих объятиях и не отпускал, словно защищая.

Только подумайте. Кайден тоже не был обычным сумасшедшим.

Он мог умереть, но он без колебаний протянул ко мне руку.

Он выглядел так печально, как будто мир рухнул в тот момент, когда он увидел, как я падаю со скалы.

Не могу поверить, что он был человеком, который некоторое время назад относился ко мне подозрительно и настороженно.

Он не доверял мне?

Почему ты пренебрёг собственной безопасностью, чтобы спасти меня?

Я действительно не знаю, о чём думал Кайден.

Конечно, я не была в состоянии глубоко размышлять. Это было потому, что я сильно запыхалась и потеряла сознание из-за шока от падения в реку.

Сняв мантию волшебника и повесив её сушиться на ветке, Кайден проверил состояние Маргарет, которая потеряла сознание.

Он подумал, что разжигать костёр ночью опасно, но если он ничего не предпримет, температура её тела упадёт, и она может умереть.

— Сумка…

Затем он заметил, что сумка, которую несла Маргарет, исчезла. Может быть, когда её оттолкнула лапа паука, верёвка оборвалась.

Маргарет несла свои вещи в сумке так, словно там была её собственная жизнь. В каком отчаянии она была бы, если бы узнала, что потеряла свою сумку.

— …прежде всего, ты должна выжить.

Кайден встал на колени перед Маргарет, чтобы проверить её пульс. Его руки дрожали, когда он коснулся её шеи.

Он не знал, было ли это из-за его нервозности, шока от падения со скалы или из-за того, что он беспокоился о том, что Маргарет до сих пор не открыла глаза.

К счастью, её пульс был в норме.

Он глубоко вздохнул.

Чувство облегчения захлестнуло его, как прилив.

То, что он испытал, когда Маргарет упала со скалы, Кайден думал, что никогда его не забудет.

— Чёрт возьми, Маргарет. Пожалуйста, открой глаза, — пробормотал Кайден, потирая своё усталое лицо рукой.

Он искренне умолял, но всё же её глаза не открывались.

Он медленно опустил голову и уткнулся лбом в плечо Маргарет. Горячие эмоции подступили к горлу.

Маргарет изо всех сил пыталась выжить, но на самом деле она без колебаний жертвовала собой ради других, когда сама сталкивалась с опасностью.

Она могла бы спастись сама, используя его как щит, но не сделала этого.

Кайден всегда внимательно наблюдал за Маргарет.

Её личность, манера говорить и умение справляться с кризисными ситуациями трудно описать словами, что она просто изменилась.

Она узнавала и читала языки, которых он никогда раньше не видел, и была знакома со странными магическими инструментами.

Когда он был с ней, монстры пытались напасть на неё первой. И загадочное яйцо-монстр почему-то отзывалось благосклонно только к ней.

Она особенная.

Она также знала о секрете его серёг, о которых он никогда никому не рассказывал.

Она сказала, что знает, кто сделал их? Он сомневался в этом, но проверить подлинность сразу не было никакой возможности.

Казалось, она думала, что он не знает, почему она снова и снова заставляла его работать физически.

Очень странным был и  сам Кайден.

Он внимательно наблюдал за ней, и в какой-то момент он стал полностью одержим ею.

Именно по этой причине он показал её свою двуличность; он относился к ней с подозрением, но не скрывал своей привязанности к ней.

На конце его взгляда всегда была Маргарет. Причина заключалась не только в его недоверии к ней. Он понял это только сейчас.

— Это моя вина. Я…

Не в силах говорить, он подавил свои эмоции.

Если бы он не отвёл её на скалу или если бы он вообще не сомневался в ней, ей не угрожала бы опасность.

Кайден нежно погладил холодную щеку Маргарет большим пальцем. Её кожа была холодной, как лёд.

Чувство вины тяготило его, и ему было трудно дышать.

«Я понимаю, почему ты говоришь такие странные вещи кому-то, кто тебе даже не нравится. Это потому, что твоя серьга сломана».

Кайден опёрся лбом на плечо Маргарет, закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Маргарет не восприняла его чувства всерьёз, сказав: «Это из-за его сломанной серьги».

Он это заслужил. Потому что с самого начала он никогда не показывал ей своего доверия.

Потому что он не знал, как влюбился в Маргарет Роуз Флоне, которую презирал.

Но ясно одно.

Он не хотел, чтобы Маргарет умерла.

Даже если он сам был ранен и в опасности, он хотел только спасти Маргарет.

Кайден решил полностью отбросить даже малейшие сомнения, оставшиеся в её отношении.

Важна сейчас не та тайна, которая у неё есть, а причина этого, и откуда берутся его неведомые чувства и растерянность.

Итак, с этого момента он решил действовать и говорить в соответствии со своими чувствами.

***

Была полночь, когда я проснулась.

Мне было тепло, но я несколько задыхалась. Первое, что я увидела после того, как моё зрение прояснилось, была голая грудь. Я подпрыгнула от удивления.

Чисто-белые серебристые волосы сияли в лунном свете.

Мужчина, снявший верх, нахмурил лоб и брови.

— Хм.

Это был Кайден.

Но почему он снял рубашку здесь?

Если подумать, уже середина ночи, и моё тело холодное. Может, потому что я мокрая. О, вот почему? Поднять температуру тела?

Я осторожно положила руку ему на лоб. У него была лихорадка.

Я всё ещё была в мокром платье, но Кайден обнимал меня без рубашки, чтобы повысить температуру тела, так что это было объяснимо.

— О боже.

Что, если ты так простудишься? Это большая проблема.

‘К счастью, у меня в сумке есть аптечка.’

Я огляделась, чтобы найти свою сумку. Но её нигде не было.

— Да нет…

Она упала в реку?

Ракетницы и гранаты нельзя использовать, если они мокрые. Это означает, что они будут просто мусором.

— Чёрт возьми!

Я вцепилась в свои волосы. Я должна сбить лихорадку Кайдена.

Я снова коснулась его лба, чтобы проверить температуру. Тогда я решила начать разводить огонь.

Ночью разжигать костёр не самая лучшая идея, но если Кайден умрёт от переохлаждения, это уже более серьёзная проблема.

«Это не странно. Ты всегда единственная, кто является исключением».

«Это так странно. Не один раз и не два. Маргарет, скажи мне, какого чёрта ты скрываешь».

«Ты собираешься бежать одна? Ты думала только о побеге, да? Ты собиралась бросить нас с самого начала».

Я вспомнила разговор с Кайденом незадолго до появления тарантула.

Причина, по которой Кайден сомневался во мне, была очень серьёзной. Будь я на его месте, я бы поступила так же.

Я также знала, что он лишь притворялся добрым по отношению ко мне. Однако смутные подозрения и подтверждение факта убийства — разные вещи.

Да, не я главная героиня романа, а Юанна.

Я не ожидала, что отношение главных героев ко мне сразу изменится только потому, что я немного изменилась. Немного горько, но это реальность.

Я отбросила эти бесполезные мысли и снова попыталась обдумать текущую ситуацию.

Разведение костра сейчас является приоритетом.

Я тяжело вздохнула.

‘Блин, у меня же в сумке бензиновая зажигалка.’

Если бы она была сейчас со мной, я бы смогла разжечь костёр немного легче.

Я вздохнула и встала. Затем я вытащила кинжал, который был заткнут за пояс Кайдена.

Его рубашка и мантия свисали с веток, возможно, он их повесил. Я тоже хотела снять платье.

«Так неудобно».

Я подошла к ветке в мокром платье.

Его рубашка полностью высохла, а мантия всё ещё была мокрой, но выглядела вполне прилично.

После того, как я снова надела рубашку на Кайдена, я накрыла его мантией, как одеялом, и встала.

Место, где мы лежали, было в лесу недалеко от реки. Это было похожее на крепость место, окружённое огромными листьями, но как он нашёл его?

Сначала я огляделась в поисках дров, чтобы разжечь костёр.

Я долго бродила вокруг. Что-то блестящее белое привлекло моё внимание.

Это же не монстр, да?

Я испугалась и сглотнула слюну, сильно волнуясь. Я сжала кулаки и медленно шагнула вперёд.

Подойдя поближе, я увидела, что это не чудовище, а яйцо размером с кулак. Возможно, потому что оно было серебристым, оно так красиво блестело в лунном свете.

Выглядит так знакомо.

Похоже на то, что я видела на скале. Именно то таинственное яйцо было причиной того, что Кайден и я оказались в такой ситуации.

— Нет… Надеюсь, что нет.

Но это же невозможно, чтобы яйцо двигалось само по себе?

Тот факт, что яйцо, оставленное в лесу, переместилось на скалу, объяснить было невозможно.

‘Сделаю вид, что не заметила.’

Я попыталась отвести взгляд и отвернулась.

Я вернулась к тому месту, где лежал Кайден, взяв достаточное количество бамбука и веток, чтобы разжечь костёр. Сделав это, я продолжала время от времени проверять состояние Кайдена.

К счастью, лихорадка быстро спала, возможно, она была не слишком серьёзной. Увидев расслабленное лицо Кайдена, я время от времени проверяла угли, чтобы костёр не погас.

В тот момент.

Я рефлекторно схватилась за кинжал, услышав шорох в кустах. Я поспешно оглянулась на Кайдена, но не было никаких признаков того, что он просыпается.

Даже если он проснётся, я не смогу попросить больного человека драться. Я закусила нижнюю губу и приняла решение.

‘Я облажалась. Я не уверена, что моих сил хватит.’

Я грубо вытерла холодный пот со лба тыльной стороной ладони и осторожно двинулась вперёд.

Приняв стойку, чтобы в любой момент бросить кинжал, я медленно пошла на звук, исходящий из кустов.

Затем очень медленно я сделала шаг вперед и слегка пригнулась. Нужно было проверить, что находилось за кустами.

— Что за… меня это напугало!

Я чуть не ослепла из-за чего-то ярко сияющего в лунном свете.

Что ж, чуть не ослепла — немного преувеличение, но всё же это было что-то ослепительное.

Потерев глаза, я снова проверила объект и обнаружила, что это было серебристое яйцо, которое я недавно видела в лесу.

Это же место, где я раньше собирала ветки? Я покачала головой в чуть более преувеличенном жесте, чтобы развеять свой страх.

Однако, как бы я ни посмотрела на это, я собирала ветки не здесь.

Тогда я определённо углубилась в лес, но сейчас яйцо было прямо напротив места, где спал Кайден.

— Так жутко…

Я подобрала яйцо, пошла вглубь леса, положила его на землю и прикрыла листьями. Яйцо попадёт в беду, если его найдёт зверь и съест.

— Но что, если это настоящее яйцо монстра?

Однако, как и сказал Кайден, у меня было слабое предчувствие, что это яйцо не причинит мне вреда. Это было чувство, которое невозможно было описать словами.

Самым большим примером является то, что это яйцо отказалось от прикосновения Кайдена, но приняло моё.

Пока я размышляла об этом, яйцо почему-то, казалось, действительно плавно двигалось в моём направлении. Может мне кажется?

— Ты! Не следуй за мной!

Подняв указательный палец, я строго обратилась к яйцу. Я лишь улыбнулась чувству отчаяния, охватившему меня.

— Думаю, я действительно сошла с ума.

Я склонила голову, проверила, хорошо ли яйцо прикрыто листьями, и вернулась обратно.

К счастью, уже пришло время рассвета. Наконец наступило утро.

— Эх… Это была чертовски кровавая ночь.

Уставшая, я села на большой деревянный пень.

Вскоре после этого взошло солнце. Я почувствовала облегчение и потушила костёр. Было ясно, что день будет жарким.

‘Кажется, я скоро умру от истощения.’

Я заснула, глядя на Кайдена, который до сих пор не проснулся.

Мои тяжёлые веки наконец закрылись.

***

Моё тело тряслось и двигалось, когда я медленно открыла глаза. Зрелище, которое я увидела, тоже двигалось. Меня несли на широкой спине.

Я подняла взгляд и увидела ослепительно серебристые волосы. Это был Кайден.

— Ты проснулась?

Возможно, из-за того, что я задвигалась, Кайден быстро заметил, что я не сплю.

Я оперлась на его спину и огляделась. Кажется, мы были уже далеко от реки и вошли вглубь леса.

— Отпусти меня.

Я хорошо заботилась о нём из страха, что он может умереть, но это не значит, что я не винила его.

— Не двигайся. Ты сейчас недостаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы ходить пешком.

— Это ты стал причиной такой ситуации.

Кайден не ответил, потому что ему нечего было сказать.

Я была в порядке, когда он спал, но, когда я увидела его бодрствующим, я пришла в ярость. Может быть, гнев, который я до сих пор сдерживала, вырывался наружу.

Чувствую себя такой жалкой. Люди здесь неправильно меня понимают и не доверяют мне из-за того, чего я не делаю.

Я делала вид, что у меня всё спокойно и хорошо, но на самом деле мне было трудно справляться со всеми этими ситуациями, которые со мной происходили.

Мои глаза наполнились слезами.

— Извини.

А потом Кайден извинился передо мной.

— Я сожалею обо всем. Так что не плачь.

Я была в порядке.

Очевидно, я думала, что со мной всё в порядке.

Однако следующие слова Кайдена заставили меня расплакаться.

Я тихо уткнулась лицом в плечо. Все печали прошлого нахлынули сразу. Его рубашка промокла, но мне было всё равно.

Первый раз в жизни я плакала на глазах у других.

Кайден остановился, не зная, что делать. Знал он это или нет, я долго плакала молча, про себя.

— Ты плачешь? — как только я всхлипнула, Кайден спросил меня.

Я молча слезла с его спины, не отвечая.

Он оглянулся на меня.

— Извини.

Он снова извинился передо мной. Я не ответила. Он пригнулся, его глаза встретились с моими.

Его лицо приблизилось.

— Прости меня, Маргарет. М?

Мои слёзы продолжали бежать по щекам. Он протянул руку и большим пальцем вытер их.

Я всё ещё рыдала, не отвечая на его вопрос.

‘Боже, какая я жалкая злодейка.’

— Прости, что заставил тебя плакать.

Кайден продолжал опускать свою голову, похлопывая меня по щеке.

Затем я медленно подняла взгляд, чтобы встретиться с ним взглядом. Я много проплакала, мои глаза были опухшими и красными, поэтому я могла выглядеть очень даже некрасиво, но в чём проблема?

— Прости, что сомневался в тебе.

Кайден протянул руки и нежно погладил меня по щекам. Я посмотрела на него затуманенным взглядом.

— Это не имело значения с самого начала.

Кроваво-красные глаза Кайдена спокойно смотрели на меня.

— Маргарет.

Он наклонил голову. Его острый подбородок привлек моё внимание, и мои глаза остановились на его губах, таких же красных, как и его глаза.

— Я хочу, чтобы ты жила. Даже если я умру, пытаясь спасти тебя.

Я посмотрела на него как на одержимого и вдруг очнулась. Тогда я нахмурилась и спросила его в ответ:

— Почему ты так говоришь? Это признание?

— Признание?

Кайден спросил с широко открытыми глазами, как будто он не понимал, что я говорю.

Я вздохнула.

— Неважно. Не совершай ничего похожего на смерть, пытаясь спасти меня. Ты предлагаешь мне жить с чувством вины до конца своей жизни? Ты собираешься изменить своё поведение, т.е. то, как ты издеваешься надо мной сейчас?

— Это не…

Я посмотрела на Кайдена, который не смог договорить, и покачала головой.

— Ты сомневался во мне. Да, я понимаю. Но благодаря тебе я чуть не умерла… ах, не знаю!

После того, как я умерла и вновь вернулась к жизни, я не была в нормальном состоянии. Трудно было судить рационально, и эмоциональные слова всё продолжали появляться первыми.

‘Ну, если я в достаточно здравом уме, чтобы сохранять рассудок на этом острове…, разве это не еще более странно?’

Кайден, смотревший на меня, растерянно ответил:

— Я знаю. Я попрошу прощения на деле, а не на словах, так что ничего не говори сейчас.

Голос Кайдена стал тише.

У него был удивительно спокойный голос, совершенно не похожий на обычный. Его слова и выражение лица были более серьёзными, чем когда-либо с тех пор, как я встретила его.

Он, который всегда скрывал свои истинные намерения за преувеличенной позицией, впервые заговорил искренне.

Тепло его сердца медленно достигло меня. Негативные эмоции, которые кипели глубоко внутри, медленно утихали.

«Прости, что сомневался в тебе».

«Это не имело значения с самого начала».

«Я хочу, чтобы ты жила. Даже если я умру, пытаясь спасти тебя».

Я дотронулась до своих опухших от слёз век. На самом деле, я уже давно решила не винить его.

Я пришла в себя, огляделась и сменила тему.

— Мы возвращаемся в хижину?

Кайден, смотревший на меня, взъерошил волосы, как будто в беде, и вздохнул.

— Да. Но я не знаю, где это. Я двигаюсь в зависимости от местоположения утёса, но…

— Как долго я спала?

— Когда я проснулся, был полдень. Я не будил тебя, ты слишком крепко спала.

При словах Кайдена я изо всех сил попыталась забыть, что произошло некоторое время назад.

— Было бы легче узнать наше местоположение, если бы у меня была сумка.

— Что ты имеешь в виду?

— Я нарисовала карту острова. Она была в сумке, которую я носила.

Я всё равно не смогу её найти, так какой смысл говорить об этом? В хижине остались гранаты, но моя сигнальная ракетница пропала. Что прикажете мне делать?

— Хотела бы я, чтобы у меня и сигнальная ракетница была. Если бы я выстрелила в небо, кто-нибудь в хижине мог это увидеть.

Я пробормотала и вздохнула, думая, что мне делать дальше.

Утёс, предположительно место, с которого мы упали, был самым большим и высоким по сравнению с окружающими утесами, поэтому его было видно издалека.

Я присела на корточки и провела указательным пальцем по земле.

— Кайден, подумай об этом. Если предположить, что расстояние отсюда до той скалы составляет пять километров…

Кайден присел рядом со мной и стал наблюдать за моими вычислениями на земле.

— Что такое километр?

‘Чёрт возьми, система измерения не та.’

Я усердно порылась в памяти Маргарет, но она совершенно не интересовалась математикой.

Я вздохнула и продолжила объяснять:

— Давай посчитаем расстояние и время отсюда до туда. Если этот утёс не тот утёс, с которого мы упали, и если мы находимся на другой стороне реки, то нам нужно вернуться в исходное место.

— Вы пытаетесь вычислить эффективность. Я понял. Я уже думал об этом. Я прошёл около трёх тысяч шагов от реки сюда. Глядя на угол наклона солнца, я думаю, что это заняло около тридцати минут.

Я наблюдала, как он вычисляет время и расстояние, используя методы из другого мира.

— Мне нужно снова рассчитать время, учитывая угол обрыва.

Кайден нетерпеливо начал считать время, водя пальцем по земле.

— Если это не та скала, с которой мы упали, потребуется как минимум два дня, а то и больше, чтобы вернуться в хижину.

— Допустим, это обрыв, с которого мы упали. Потребуется день, чтобы вернуться в хижину, верно? Тогда, во-первых, лучше запастись едой на день.

Он кивнул на мои слова, помыл руки и встал.

— Теперь нам нужно сначала найти место для ночлега.

Кайден сказал мне, наблюдая, как солнце начинает садиться. Я проследила за его взглядом и посмотрела на небо.

— Энок, должно быть, беспокоится.

У меня такое уже было. Когда я ушла, Энок искал меня всю ночь.

На этот раз точно не будет иначе.

Энок, полностью избавившийся от недоверия ко мне, уже всегда был добрым.

«Я не могу выжить на этом острове без тебя».

«Маргарет, ты мне нужна. Поэтому, пожалуйста, не оставляй меня».

Я вспомнила, что Энок говорил мне раньше.

Как щенок, который очень беспокоится, когда его разлучают с хозяином, он был так нетерпелив, что не мог нормально мыслить без меня.

— Я должна поскорее вернуться. Энок ждёт меня.

Когда я бормотала, бесцельно идя вслед за Кайденом,

— Маргарет, — позвал он меня низким голосом.

— Тебе нравится наследный принц или я?

Его вопрос прозвучал как зависть, поэтому я немного растерялась.

— Почему ты это спрашиваешь?

— Мне просто любопытно. М? Ответь мне.

Кайден остановился и попросил меня ответить.

— Мне нравится Рузеф.

Я упомянула имя человека, которого он даже не вспомнил, в шутливом тоне. И это была просто маленькая шутка…

— Этот ублюдок, он мне не понравился с самого начала.

Но Кайден отнёсся к этому серьёзно. Он даже разозлился. Я посмотрела на него, не понимая такой реакции.

Кайден резко стал серьёзным и схватил меня за плечи и снова спросил:

— Что тебе нравится в этом ублюдке? Маргарет, скажи мне.

Красивое лицо Кайдена было прямо перед моим.

Я просто тупо смотрела, как дура, в его ужасающие красные глаза, полыхающие, как огонь.

— Эх… Я даже не могу с тобой шутить.

— Что?

Кайден поднял брови, не понимая, что я говорю. Вздохнув, я покачала головой.

— Это моя вина. Я больше не буду с тобой шутить.

У Кайден всё ещё не понимал, что я говорю, поэтому я постаралась сменить тему.

— Нам обязательно идти к скале? Могут быть и другие короткие пути.

Кайден, смотревший на меня, почесал затылок и перевёл взгляд.

— Нет, лучше пойти к скале. Слишком большой риск, чтобы искать другой путь. И ты можешь найти свою сумку там.

— Разве она не упала в реку?

— Нет. Я этого не видел.

Я тоже вздохнула после Кайдена.

— Мы действительно как неудачники.

Небо уже темнело.

— Чёрт возьми.

Кайден снова выругался.

Прежде всего, мы решили найти место для ночлега. К счастью, мы не долго бродили и нашли подходящее место.

Под огромными корнями деревьев было где спрятаться, и мы решили там заночевать.

Оно было очень похоже на то место, где спрятал нас Рузеф, потерявший сознание от ядовитого газа монстров-анаконд.

— В этом лесу много такого. Там, где мы живём, корни другие.

Я принесла ветки и опавшие листья и что-то пробормотала, застилая кровать.

Затем ответил Кайден, сидевший рядом со мной.

— Я знаю. Думаю, что у каждой области есть свои особенности.

— А…?

Выслушав ответ Кайдена, я сделала паузу и сложила кусочки головоломки.

Рядом с пещерой, где мы впервые остановились, появились только монстры волкоподобного типа.

Далее рядом с хижиной появились монстры типа анаконды и монстр типа тарантула. Это совпадение?

— Как будто кто-то нарочно так сделал.

Имя Алеа постоянно возникало у меня в голове.

— Кто-то запер нас и проводит эксперимент?

Кайден, чувствительный к слову «эксперимент», ответил серьёзно.

— Я тоже не знаю. Единственная подсказка, которую я нашел, была «Алеа».

— Этот чёртов Алеа.

Кайден стиснул зубы.

Однако до сих пор не было уверенности, что это работа Алеа. Это всё только предположения.

Кроме того, я не знаю, какие переменные возникли из-за того, что я, которая должна была умереть в оригинале, всё ещё жива.

‘Кажется, уже многое изменилось, но что мне делать? Я тоже должна жить.’

Согласно оригинальной истории, если бы мы выжили, не умирая в течение года, мы могли бы сбежать с острова. Но проблема в том, что мы до сих пор даже не знаем, где открываются ворота для побега.

Если ключ, который есть у Юанны — это ключ к побегу, мы могли бы сбежать прямо сейчас, не дожидаясь окончания этого долгого года.

— Кстати, ты не видел монстра-орангутанга в районе, где живут монстры-волки?

На мой вопрос Кайден склонил голову.

— Видел. Это мутант? Но не думаю, что видел что-то ещё, кроме него.

Я повернулась к Кайдену и высказала гипотезу, о которой долго размышляла.

— Изначально места обитания монстров были разделены, но, если граница разрушится из-за их эволюции, это может быть объяснением.

— Нет, это не имеет смысла даже с той гипотезой, которую ты упомянула ранее. Это правда, что для монстров существуют фиксированные места обитания, но кто-то намеренно ими манипулирует.

— Ну, в отличие от других, орангутанг, казалось, искал людей, как будто у него был хотя бы какой-то разум.

Я пряталась в расщелине скалы, но орангутанг знал, где я, и остановился прямо передо мной. Когда я вспомнила ту ситуацию, я задрожала, а по коже побежали мурашки.

Внезапно мой желудок громко заурчал, возвещая о голоде.

‘Для начала мне нужно подкрепиться.’

Немного поразмыслив, я заточила ветку кинжалом Кайдена. Кайден с удивлением спросил:

— А? Чем ты планируешь заняться?

— Готовлюсь к охоте.

— В такую ночь? Ты с ума сошла?

— Я знаю, что я сошла с ума. Но мы не ели со вчерашнего дня. Если мы ничего не будем есть, завтра будет трудно двигаться.

Кайден не смог опровергнуть мои слова и встал. Потом он начал готовиться к охоте вместе со мной.

— Думаю, что было бы лучше сделать ловушку для рыбы. Будет ограничение на количество рыбы, которую можно поймать гарпуном сегодня вечером.

— Что такое ловушка для рыбы?

— Это инструмент для ловли рыбы. Я сделаю это, ты поможешь мне.

На мои слова Кайден кивнул и помог мне сделать ловушку для рыбы.

Я пошла в долину с Кайденом и с ловушкой для рыбы, которую мы только что сделали.

Услышав шум текущего ручья, вскоре я нашла широкую долину с текущей водой.

— Мы должны положить наживку в ловушку для рыбы, поэтому давайте сначала поймаем рыбу гарпуном.

Хорошая новость в том, что сегодня небо было ясным, без единого облачка.

Поскольку это была широкая долина, там не было деревьев, закрывающих небо, и я чувствовала себя в некоторой степени в безопасности, возможно, из-за полного лунного света.

‘Вот бы у меня был фонарик.’

С этой мыслью я попыталась поймать рыбу гарпуном, но это было нелегко, потому что у меня не было фонарика.

Думаю, что прошло два часа. Хотя ловить рыбу гарпуном было сложно, карася на наживку удалось поймать.

А Кайден, который всё ещё изо всех сил пытался поймать рыбу, посмотрел на карася размером с ладонь в моей руке и сделал отчаянное лицо.

— Я тоже хочу обучиться у герцога Флоне.

Я пожала плечами, порезала карася на наживку и сунула в ловушку для рыбы.

— Я же говорил тебе, я чудачка. Есть некоторые секреты, которые я не хочу, чтобы люди знали.

Кайден кивнул, как будто понял. Выражение «секреты, которые я не хочу, чтобы люди знали», кажется, убедило его.

— Ну, кто бы мог знать, что юная леди из Флоне знает, как выжить?

Кайден, наблюдавший за тем, как я осторожно опускаю ловушку в воду, пробормотал. Неправильно он понял или нет, мне уже всё равно.

Я встала и кивнула ему. Это означало «возвращаемся».

А когда я вернулась к тому месту, где застелила постель, то обнаружила там знакомое мерцание.

Под корнями дерева как будто ждало меня серебристое яйцо.

Мне казалось, что волосы по всему моему телу встали дыбом.

Когда я видела его в прошлый раз, оно было размером с кулак, но на этот раз оно, кажется, стало ещё больше.

— Что это, Маргарет? Разве это не то, что мы видели на скале?

Кайден нахмурился и присел, чтобы рассмотреть яйцо.

— Я… я думаю, что оно подросло.

— А?

— И продолжает преследовать меня.

— Это…?

Кайден недоверчиво посмотрел на меня и на яйцо.

— Ну, странно, что что-то, что ты оставила в лесу, мы нашли на скале.

— Но что, если это действительно яйцо монстра?

Услышав мои слова, Кайден задумчиво посмотрел на серебристое яйцо.

— Оно странное, так что лучше от него избавиться.

Когда Кайден потянулся, чтобы коснуться яйца, я поспешно схватила его за запястье. Он непонимающе посмотрел на меня.

— Я сделаю это. Что, если ты поранишься?

Кайден тут же убрал руку. Из яйца снова пошел чёрный дым. Кайден удивленно уставился на него.

— Будь осторожна, Маргарет.

Я кивнула и осторожно взяла яйцо.

— С тобой всё нормально?

— Да, просто оно немного теплое.

Я снова посмотрела на яйцо. Почему оно продолжает увеличиваться? Насколько большим оно должно вырасти?

— Я думаю, что это действительно яйцо монстра. Слишком странно, что яйцо, которое изначально было размером с палец, смогло вырасти таким большим.

Кайден кивнул в ответ на мои слова.

— Давай просто выбросим его.

Я кивнула и последовала за ним, мы оставили яйцо в лесу далеко от спального места.

А потом мы тихо пошли обратно и заснули под корнями деревьев.

Когда я зашла внутрь, увидела, что Кайден лежал сбоку от входа, но внутри было тесно, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как лечь рядом с ним.

Было неудобно, и я продолжала перекатываться.

Широкая рука обвила мою талию. Я почувствовала крепкие, тёплые объятия на своей спине.

Удивлённая, я напряжённо посмотрела вверх и встретилась с красными глазами Кайдена.

— Ты выглядишь неловко. Думаю, так будет лучше. Здесь тесно, — сказал он сухо, словно не был заинтересован.

Я только моргнула, находясь в его объятиях. Кайден, казалось, не очень-то хотел что-то делать, поэтому было бы странно, если бы я оттолкнула его.

На самом деле мне было легче заснуть, когда меня обнимали в тесной «комнате» под корнями этого дерева.

В конце концов, я без всяких возражений закрыла глаза в его объятиях.

Внезапно Кайден нарушил тишину, спросив:

— Маргарет, ты не думаешь, что для нас будет нормально просто оставаться вместе? — спросил он меня тихим голосом, как бы шёпотом.

Я уткнулась лицом ему в грудь, затем осторожно подняла голову.

Я снова встретилась с его красными глазами. Он посмотрел на меня и спросил хриплым голосом:

— Хочешь уйти только со мной?

Очевидно, что Энок сделал мне такое же предложение.

«Давай просто уйдём вместе. Как в самом начале».

Что-то в этом роде.

— … Даже если мы пойдем вместе. Это бессмысленно без ключа, который есть у Святой.

Кроме того, в рюкзаке Кайдена в хижине был набор для выживания (лекарства, дополнительные гранаты и т.д.).

Вместо того, чтобы отвечать ему «я хочу уйти» или «я не хочу уходить», я дала ему приземлённый ответ.

Красные глаза, смотревшие на меня, сузились, словно догадывались, о чём я думаю.

— У тебя в голове только выживание, не так ли?

— Тогда о чём ещё я должна думать в такой ситуации?

На мой вопрос Кайден на мгновение широко раскрыл глаза и расхохотался. Может быть, из-за того, что я была в его руках, я отчетливо чувствовала, как подрагивала его грудь.

Через некоторое время Кайден посмотрел на меня с милой улыбкой. Его лицо было слишком близко.

— Ну, мне это нравится. Не меняйся и оставайся такой же.

Он нежно крепко обнял меня. Затем он опустил свой подбородок мне на голову и сказал:

— В любом случае, ты будешь так же реагировать и на других, верно?

На его слова я лишь кивнула, ничего не говоря.

— Тогда всё в порядке, — сказал он с улыбкой.

Я, конечно, понятия не имела, что он имел в виду, и просто растерянно моргнула в его объятиях.

Что, чёрт возьми, он имел в виду?

Когда я открыла глаза, я всё ещё находилась в руках Кайдена.

Поскольку мы лежали лицом друг к другу, температура нашего тела естественным образом поддерживалась, поэтому мы могли заснуть, не дрожа от холода.

Я посмотрела на детское лицо Кайдена, который продолжал крепко спать.

‘Твоё спящее лицо тоже похоже на ангела.’

Было бы здорово убрать немного безумия из твоих глаз.

Я осторожно встала и выбралась из-под корней дерева. Затем я тихонько села у входа под корни дерева и безучастно посмотрела на небо.

Солнце уже взошло.

И тут же рядом послышался звук чего-то движущегося.

Я выхватила кинжал Кайдена и огляделась. Я напряглась.

Я думала, что монстры не появятся, потому что солнце взошло, но разве монстры не появляются, даже когда солнце садится? Никогда не знаешь чего ожидать.

Потом я увидела сквозь траву серебристый круглый предмет и вздохнула.

— Эх... это снова ты? Я так устала.

Это было серебристое яйцо, которое я видела ранее. Теперь было очевидно, что это яйцо преследовало меня.

Я имею в виду... Я не знаю, как за мной последовало круглое яйцо без глаз, носа или рта.

Невозможно определить, опасно это существо или нет, потому что я даже не знаю, что это за существо.

Я присела на корточки перед яйцом, подперев подбородок, чтобы наблюдать за ним.

Серебристое яйцо начало трескаться.

— Что за…?

Я так удивилась, что не могла даже пошевелиться и просто продолжала смотреть на него.

Верхушка яйца треснула, и внутри начало что-то извиваться.

О чём, чёрт возьми, я думаю?

И когда я увидела что-то скользкое с торчащей головой из треснувшей скорлупы, я вскрикнула и отступила назад.

— А! Зме-зме-змея…!

— Что?!

Кайден, проснувшийся от моих криков, подошёл ко мне с заспанным лицом и заключил меня в свои объятия.

— Ты испугала меня.

Кайден протёр глаза и уткнулся лицом мне в плечо.

— Сейчас не время для ненужных прикосновений.

Я оттолкнула его, предупреждая, и посмотрела на змейку, вылезающую из яйца.

В глаза бросилась роскошная серебристая чешуя, сверкающая сквозь скорлупу. Некоторое время она извивалась, а затем высунула голову.

— Ааа!

Я была так напугана, что чуть не упала с криком, но Кайден снова осторожно схватил меня за плечо.

Однако детёныш змеи, должно быть, сам испугался моего крика, поэтому вздрогнул, а затем поспешно спрятал голову внутрь.

Спрятавшись на некоторое время в скорлупе, змейка снова осторожно высунула голову из раковины.

Затем, когда её глаза снова встретились с моими, она вздрогнула и снова спряталась внутри.

‘Это существо, похожее на дождевого червя, более застенчиво, чем я думала.’

Я постаралась успокоить своё испуганное сердце, наблюдая, как змея постоянно высовывала голову и пряталась.

— Не думаю, что это монстр.

Хочешь сказать, что не уверен, монстр это или нет?

Я попятилась и спряталась за спину Кайдена. Я взглянула на неё из-за его спины, но змейка, встретившаяся со мной взглядом, снова вздрогнула.

Детёныш змеи извивался в панцире и прятался, как я.

Кайден скрестил руки на груди и по очереди посмотрел на меня и на змейку.

— Что ты делаешь?

— Я стесняюсь.

— Детёныша змеи?

— Да.

В ответ на мои слова Кайден оглянулся на меня так, как будто это было смешно. Почему-то кажется, что он находит меня милой.

Конечно спасибо, что считаешь меня милой, но я надеюсь, что ты что-нибудь сделаешь с этой змеёй.

— Думаешь, это просто змея?

На мой вопрос Кайден снова внимательно посмотрел на неё.

— Ну, на монстра она не похожа.

Если подумать, разве она не следовала за мной, как призрак, даже когда была ещё яйцом? Могла бы она это сделать, если бы не была монстром...?

Со временем страх, казалось, исчез, и существо вылезло наружу через скорлупу.

Я тихо пробормотала, глядя на неё:

— Если это не чудовище, а обычная змея, то лучше поймать её...

— Да? Почему? — Кайден растерянно спросил меня.

— В ней много белка. Я голодная.

Как только я произнесла это, змейка вздрогнула и снова поспешно спряталась внутрь.

Кажется, она действительно понимает, что говорят люди.

— Ну, это еще ребёнок, так что давайте оставим его в покое. Лучше отпускать мыалыша любого живого существа.

Кайден покачал головой, сказав, что ему было очень странно видеть меня такой.

— Пойдём сейчас?

Я потянула за подол мантии Кайдена.

— Эй, дождевой червь. Не следуй за мной больше.

Я смотрела на похожего на дождевого червя детёныша змеи.

Кайден медленно опустил голову и посмотрел на мою руку, держащую подол его мантии.

— Маргарет.

Услышав низкий голос, зовущий меня по имени, я подняла голову. Кайден внезапно потянул меня за плечи и крепко обнял.

— Я схожу с ума.

Что…?

Внезапно мой голодный желудок громко объявил время завтрака.

Естественно, я вспомнила, что прошлой ночью поставила в долине ловушку для рыбы.

— Проверим ловушку для рыбы?

Глядя на извивающегося детёныша змеи, я потянула подол мантии Кайдена. Он схватил меня за руку и улыбнулся.

— Хорошо, идём.

Дрожа от страха, что змейка погонится за мной, я вместе с Кайденом направилась в долину.

К счастью, в ловушку попалось много рыбы.

Мы сели возле долины и разожгли костёр. Затем, разделав рыбу, нанизали её на тонкие ветки и пожарили.

Дым поднялся с пикантным ароматом. Увидев, как шипит рыбья кожа, я взяла уже готовую рыбу и вырвала пухлое мясо. Нежнейшее мясо просто растаяло во рту.

Ха.

Было жарко, поэтому я приоткрыла рот и посмотрела вверх. Через некоторое время я прожевала мягкое мясо и проглотила его.

— Теперь думаю, что буду жить.

Кайден улыбнулся моим словам.

Сегодня я поймала много рыбы, поэтому я была счастлива, что могла съесть столько, сколько захотела.

В течение месяца нашим основным продуктом питания была рыба, но даже её всегда было недостаточно, поэтому мы находись в безвыходном положении.

Рузеф, обладающий привередливым вкусом, в последнее время, кажется, испытывал тошноту при виде рыбы, но Энок и Кайден хорошо питались, так что можно оставить этот вопрос.

Поев, мы пошли обратно в хижину. Когда я шла через кусты с Кайденом, я вдруг задумалась.

Такое ощущение, что я взбираюсь на крутую гору. Почему склон такой крутой?

— Это правильное направление?

— Когда я вычислил угол ранее, он определённо был в этом направлении. Если мы поднимемся на скалу, нам будет легче осмотреться.

Я кивнула, соглашаясь со словами Кайдена. Уверена, вернуться в хижину будет легко, если мы поднимемся на скалу.

‘Моя сумка могла остаться на скале.’

Я шла через кусты вместе с Кайденом с такой малой надеждой.

И, к сожалению, перед нами предстал перекрёсток.

— Куда нам идти?

На мой вопрос Кайден подпёр подбородок рукой, и долго размышлял.

— Почему бы тебе снова не попробовать вычислить?

— Тот факт, что есть такой перекресток, означает, что есть большая вероятность, что это не прямой путь, тогда делать расчеты бесполезно.

На слова Кайдена я просто постояла некоторое время перед перекрестком, а затем указала налево.

— Тогда давайте повернём немного налево и вернёмся. Это займет немного больше времени, чем ты рассчитал, но у нас нет другого выбора.

Кайден кивнул, как будто у него не было выбора, кроме как повернуть налево.

В тот момент.

Что-то пронеслось мимо нас.

Нет, проскользнуло?

Я не знаю. Во всяком случае, я могу гарантировать, что это была невообразимая скорость.

— Что это было……? Аа!

Я схватилась за подол мантии Кайдена и отступила назад. Потому что прямо перед моим носом был детёныш змеи с блестящей серебристой чешуёй.

Он посмотрел на меня и высунул язык.

— Хм? Разве это не та змейка?

После слов Кайдена она быстро скользнула в противоположном направлении от того, где мы стояли.

Мне любопытно, что делала змейка, но она стояла у развилки справа и наклоняла голову.

— Что? Почему ты здесь?

Кайден и я посмотрели на змейку с озадаченными лицами и попытались вернуться тем же путём, которым шли ранее. Мы бы сделали это, если бы змейка не проскользнула прямо перед нами и не встала у нас на пути.

— Знаешь, Кайден… эта змея не слишком быстрая, чтобы её можно было назвать обычной змейкой….?

Словно соглашаясь со мной, даже Кайден в растерянности посмотрел на змейку.

Детёныш змеи преградил нам путь и наклонил голову, затем быстро скользнул обратно к развилке справа и посмотрел на нас, высунув язык.

— Я думаю, что этот змеиный детёныш говорит нам идти туда.

Кайден указал на детеныша змеи и оглянулся на меня. У него даже были блестящие глаза с довольно невинным лицом. Кажется, его сейчас очень интересует ситуация.

— Как ты можешь в это поверить?

— Он не говорил, Маргарет. На самом деле, не имело значения, куда бы мы пошли.

Я не могу опровергнуть его слова. Потому что всё это было правдой. Если бы был чёткий ответ, стали бы мы вот так бродить по лесу?

Я вздохнула и уставилась на змеёнка.

Знал ли детёныш змеи, о чём я думаю, или нет, он всё равно наклонил голову и высунул язык.

Поскольку он выглядел как настоящий дождевой червь и цвет у него был тоже серебристый, с этого момента я буду называть его серебряным дождевым червем.

— Выглядит интересно, проследим?

Я была в ужасе от слов Кайдена.

— Тогда что, если это приведёт нас к логову монстров?

— Эм, да. Это опасно.

Кайден согласился.

Так я и закончила.

Я посмотрела на путь, по которому мы собирались идти, и на путь, где, в свою очередь, стоял серебряный дождевой червь.

— Но Маргарет, тебе не кажется, что она знакома?

После долгих раздумий Кайден вдруг задал вопрос.

— Она похожа по цвету на тех, кого мы убили несколько недель назад...

Среди монстров, которых мы убили, единственным монстром, похожим на серебряного дождевого червя, был монстр-анаконда.

— Анаконда? Да нет.

Она такая маленькая… Анаконды, которых мы убили, были действительно огромными.

— У неё такая же серебряная чешуя, как у них.

Я нахмурилась, услышав ответ Кайдена. Не хочу иметь такие пугающие сомнения. Но…

Если подумать, в то время они, казалось, готовились отложить яйцо.

— Тогда этот ублюдок — детёныш анаконды?

— Маргарет, я уже спрашивал тебя раньше, не так ли? Ты точно дворянка?

— Не думаю, что ты, который всё время ругается, можешь спрашивать об этом, Лорд.

Кайден улыбнулся и поднял руки. Это значит, что он сдался.

В любом случае нас снова закинуло в хаос.

Серебряный дождевой червь смотрел на нас, как щенок, вертевшийся на земле, казалось, нетерпеливый, поскольку наше молчание становилось все длиннее.

‘Что это такое, детёныш змеи, похожий на дождевого червя, оказывается щенком…’

Даже когда он тёрся телом о землю, его серебряная чешуя совсем не пачкалась. Как будто он был водонепроницаемым.

Я посмотрела на шумного серебряного дождевого червя с любопытством, затем повернула голову, потому что почувствовала на себе взгляд Кайдена.

— Что?

— Разве это не мило?

— Что? Ты с ума сошёл? Я ненавижу змей! Я так ненавижу их! Ха…!

На мгновение мне вспомнился фильм, в котором фигурировала анаконда. Анаконда в фильме проглотила человека за один укус.

Устав от жутких воспоминаний, я посмотрела на серебряного дождевого червя, который поник и посмотрел на меня так, словно понял, о чём я говорю.

Почему мне кажется, что серебряный дождевой червь смотрит на меня так, будто я его хозяйка?

— Давай просто пойдём, — сказал мне Кайден.

Я уставилась на него в изумлении. Потом беззаботно пожала плечами.

— Это подозрительно, так что давай сначала попробуем выяснить.

Кажется, он принял более рациональное решение, чем я.

Да.

Прежде всего, важно выяснить, чего хочет этот дождевой червь.

Я вздохнула и кивнула головой.

— Хорошо, идём.

Кайден вытащил свой кинжал и взял мою руку другой рукой.

В конце концов, мы двинулись в том направлении, где стоял серебряный дождевой червь. Потом, словно ожидая нас, он взял на себя инициативу.

Словно взволнованный, он скользил взад-вперед по земле и высовывал язык. Кажется, что кончик его хвоста вилял как-то по-щенячьи.

Очевидно, это было чудовище, а не обычная змея. Потому что скорость скольжения не была нормальной. Оно был размером с ладонь, но двигалось гораздо быстрее нас.

Затем, если серебряный дождевой червь чувствовал, что мы не можем идти за ним, он останавливался, оглядывался на нас и снова шёл вперед.

— Это интересно. Я впервые вижу, что монстр ведёт себя как домашнее животное.

Пока он шёл и смотрел на спину серебряного дождевого червя, Кайден, крепко сжимавший свой кинжал, сказал это.

— Кроме того, он, кажется, признал тебя своим владельцем?

Это верно. Мне просто тоже было интересно. Почему ты относишься ко мне как к своей хозяйке?

— Это потому, что я была перед ней, когда она вылупилась?

— Это возможно. Но она следовала за тобой ещё до того, как вылупилась.

На слова Кайдена я кивнула.

Я думала, что первый раз нашла серебряного дождевого червя рядом с хижиной, но, может быть, он преследовал меня раньше. Возможно, до этого он был слишком мал, чтобы его можно было разглядеть.

— Тогда разве это не то, что должен делать детёныш змеи? Ты же убила всех анаконд.

Кайден продолжал говорить, оглядываясь вокруг с напряжённым выражением лица, чтобы увидеть, не случится ли нападение монстра.

— Разве он как раз тогда не запечатлелся?

Что вы имеете в виду «запечатлелся»? Это даже не оборотень.

— Я узнал об этом, когда изучал магию, бывают случаи, когда монстры, потерявшие мать, находят души с сильной маной и запечатлевают их. В этом случае они следуют за своим владельцем.

— Это очень необычно.

— Да, это очень редко встречается.

Я посмотрела на серебряного дождевого червя, который полз вровень с нашими шагами.

Возможно, почувствовав мой взгляд, серебряный дождевой червь вздрогнул и взглянул на меня. Он даже не мог смотреть мне в глаза.

— Не слишком ли робкая анаконда?

К счастью, по пути мы не встретили монстров и смогли добраться до вершины утёса до захода солнца.

Место, куда нас направил серебряный дождевой червь, было как раз на скале, с которой мы с Кайденом упали. Доказательством тому был разлагающийся труп гигантского тарантула.

Запах, ударивший мне в нос, был настолько ужасен, что я на мгновение задержала дыхание.

Если подумать, тогда она ещё не вылупилась, но точно знала, где находится это место.

‘Ты знала, что мы искали этот утёс и помогла нам? Как?’

Можешь ли ты понимать людей, даже если не можешь говорить?

Возможно, если это действительно чудовище.

Во всяком случае, она пыталась быть полезной для нас и на самом деле была довольно полезной.

— Мы верно пришли.

Кайден удивлённо посмотрел на серебряного дождевого червя, услышав мое бормотание.

— Эй, этот дождевой червь умнее, чем я ожидал!

При словах Кайдена серебряный дождевой червь вскочил, как бы протестуя. Похоже, ему не нравилось, когда его называют «дождевым червем».

Прости, малыш. Я также называю тебя серебряным дождевым червем.

Я внимательно оглядела скалу. Не упала ли сюда моя сумка, но её нигде не было видно.

— Что ищешь?

— Сумку.

Кайден последовал за мной и тоже огляделся.

В тот момент.

Я услышала жуткий звук и, посмотрев вниз, обнаружила, что у моих ног крутился серебряный дождевой червь.

Серебряный дождевой червь, скользивший по земле, поднял голову и высунул язык.

Затем он понемногу скользнул вперед и оглянулся на меня.

— Я думаю, она просит тебя следовать за ней.

Услышав слова Кайдена, я на мгновение прикусила нижнюю губу и задумалась.

Я должна следовать за ней…? Серебряный дождевой червь был тем, кто привёл меня на этот утёс. Значит, можно доверять, верно?

После долгих раздумий я наконец последовала за ней через кусты.

Пройдя дальше за труп гигантского тарантула, я увидела труп паука средних размеров. Затем серебряный дождевой червь заметался перед ним взад-вперед.

— Фу… Я ненавижу пауков.

Под мёртвым тарантулом было что-то перевёрнутое вверх ногами.

Кайден не выказал признаков отвращения. Он небрежно присел на одно колено перед трупом тарантула.

Затем серебряный дождевой червь вскочил, чтобы поприветствовать его, как бы говоря взглянуть туда.

Странно было видеть змею размером с дождевого червя, прыгающую вверх и вниз.

Кайден попытался поднять ногу тарантула, но это было нелегко, потому что она была достаточно тяжёлой.

— Маргарет, похоже, магические инструменты, которые ты использовала, лежат здесь внизу.

Неохотно я подошла к Кайдену и положила руку на волосатую ногу тарантула. Ох, я ненавижу это чувство. Фу…

Я помогла Кайдену поднять лапу тарантула, и пока она поднималась, серебряный дождевой червь скользнул вниз, словно ожидая.

— А?

Я удивлённо посмотрела вниз, но этот ребёнок толкал ракетницу головой и выходил на свет.

Если бы она умела говорить, то, кажется, кричала бы «раз-два, раз-два».

Кайден тоже озадаченно посмотрел на поведение серебряного дождевого червя.

Он полностью выдвинул ракетницу и посмотрел на меня с гордым лицом.

Нет, на самом деле у змеи нет выражения лица, поэтому я не знаю, горда она или нет. Но когда серебряный дождевой червь посмотрел на меня и высунул язык, он был похож на щенка, жаждущего похвалы.

Этот ребёнок просто змея. Как и сказал Кайден, имеет смысл сказать, что это монстр, который действительно запечатлел меня как своего владельца.

Думаю, что это, вероятно, ребёнок анаконды, которая пыталась тогда отложить яйцо.

— Хорошая работа, спасибо.

Возможно, серебряный дождевой червь обрадовался моему комплименту, закружился, радуясь.

‘Как мило.’

Взрослая анаконда была ужасно пугающей, но этот малыш был маленьким червеобразным детёнышем змеи.

Кроме того, я не могла ненавидеть ребёнка, который мило следовал за мной и свирепо просил любви.

Я посмотрела на серебряного дождевого червя, улыбнулась и взяла ракетницу.

Ракетница была в порядке. В ней были пули. В конце концов, я не смогла найти свою сумку, но я так рада, что у меня осталась ракетница.

— Маргарет?

Когда я уже собиралась возвращаться, Кайден позвал меня. У меня не было выбора, кроме как последовать за ним обратно к скале.

Сегодня небо было исключительно ясным, и солнце пригревало. Благодаря этому видимость была хорошей, и в глаза бросился прекрасный вид на остров.

Изумрудного цвета речка, протекающая под обрывом, ярко сияла, а зелёные кусты, окружавшие реку, мирно качались.

— Этот остров прекрасен, — сказал Кайден, глядя на меня, спокойно смотрящую со скалы.

Я взглянула на него и кивнула.

— Я знаю. Симпатичный.

Кто бы мог подумать, что такой красивый остров будет полон ужасных монстров?

Некоторое время я просто смотрела на остров, затем отвернулась.

— Давай, вернемся. Все там должны волноваться.

Кайден кивнул в ответ на мои слова. Затем серебряный дождевой червь последовал за нами, когда мы направились к хижине.

Когда я повернулась спиной и посмотрела на него, змейка испугалась и остановилась. Она медленно избегала моего взгляда, а затем снова посмотрела на меня.

Я не знаю, почему ты ведёшь себя так жалко. Это стратегия, чтобы завоевать симпатию?

В любом случае, кажется, что стратегия сработала в какой-то степени.

‘Не думаю, что она меня укусит…’

Если я оставлю серебряного дождевого червя в покое, он не протянет и дня и будет съеден другими монстрами, верно?

В конце концов, я должна была принять решение. Я взволнованно посмотрела на серебряного дождевого червя и спросила его:

— Хочешь пойти с нами?

На мой вопрос он подпрыгнул и на очень большой скорости подлетел ко мне, крутясь у моих ног.

— Эй, этот ублюдок похож на настоящую собаку.

Бормотание Кайдена заставило меня устало уставиться на него.

— Почему ты оскорбляешь её?

Он пожал плечами.

В конце концов, мы решили взять серебряного дождевого червя и направиться к хижине.

Кайден спросил:

— Если ты собираешься взять её, как насчет того, чтобы дать ей имя?

Серебряный дождевой червь поднял голову.

Каким-то образом её желтые глаза, казалось, замерцали.

— Ынджи.

Ынджи подпрыгнула от радости.

Это сокращение от серебристого дождевого червя.

{П.п. :은색 지렁이 (Ынсек  Джирони) — серебряный земляной червь.}

Почему-то звучит как корейское имя, но других имён я придумать не смогла.

Ну что я могу сделать со своими предпочтениями?

— Ынджи? Звучит странно.

Сказал Кайден, но имя Ынджи ей понравилось. Я видела, как она радостно тёрлась своим телом о мои ноги.

Однако ощущение холодных чешуек на ногах было ещё очень незнакомым.

— Ой!

Удивленная, я рефлекторно подняла ногу, из-за чего Ынджи упала на землю.

Я удивилась и подняла Ынджи обеими руками, хотя мне пришлось коснуться её.

— У тебя всё нормально? Мне жаль. Я не хотела. Я просто удивилась.

Малышка, лежавшая у меня на ладони, словно потеряла сознание.

Никаких травм не было, но она притворялась больной.

— …почему ты притворяешься? Ты напугала меня!

Но после моего нытья, малыш снова лёг мне на ладонь с просветленным видом.

— Это так странно.

Кайден, спокойно наблюдавший за нами, потёр подбородок и спросил:

— Ты понимаешь, что пытается сказать эта змея? Я понятия не имею, что она делает, но ты, кажется, знаешь.

Я поняла это только после того, как услышала. Что я чувствовала эмоции Ынджи.

Просто взглянув на её бесстрастное лицо, как я мог определить, о чём она думала?

Но теперь я могу до некоторой степени угадывать её чувства.

— Думаю, этот монстр действительно запечатлел тебя.

Несмотря на слова Кайдена, Ынджи продолжала мирно покоиться на моей ладони.

— Да…?

На самом деле, в этой ситуации не было другого ответа, кроме предположения Кайдена.

Поскольку Ынджи — монстр, запечатлевший меня, если она признаёт меня своей хозяйкой, значит, не причинит мне вреда.

Это хорошо. Мне немного любопытно, что скажет Энок, когда увидит её.

— Хорошо, идём.

Я положила Ынджи в карман платья. Откуда она высунула голову.

Похлопав по карману, я вместе с Кайденом направилась к хижине.

Я уверена, что все жутко волнуются, поэтому мне нужно спешить.

Но, к сожалению, проблема оказалась в другом. Пока нас не было, хижина превратилась в полнейший беспорядок.

Я вернулась в хижину с Кайденом, но там никого не было.

Вокруг было темно, потому что солнце садилось, и в небе отбрасывались тени.

— Куда все пошли?

Кайден вытащил свой кинжал и держал его в руке, медленно двигаясь.

Мы заглянули внутрь, но там никого не было.

Похоже, они не собирались уходить. Потому что в хижине был разбросан багаж каждого. Как будто все ушли по неотложным делам.

В тот момент.

Громкий рёв эхом прокатился по лесу. Мы с Кайденом посмотрели друг другу в глаза, огляделись и поспешно вышли из хижины.

Раздался ещё один рёв, и вдалеке я увидела, как качаются кусты и падают деревья.

После этого в небе полетели птицы.

— Как думаешь, что там происходит?

— Давай проверим.

При моих словах Кайден нервно кивнул головой.

Ынджи вылезла из моего кармана и жалобно посмотрела на меня, словно не желая оставаться в стороне.

— Оставайся здесь. Я скоро вернусь.

Однако, даже с моими словами, она крутилась на месте, показывая грустный вид.

— Там может быть ещё опаснее.

Ынджи всё ещё извивалась и протестовала, чтобы взяли и её. Я посмотрела на дождевого червя, скользящего по полу, и протянула руку.

— Ты уверена, что тогда не упадешь с моей руки?

Затем, как будто Ынджи этого ждала, она взобралась на мою ладонь и обхватил моё запястье своим телом.

Ощущение прикосновения чешуи к моей коже было не самым приятным, но было не похоже, что она легко оторвётся, если я оберну её вокруг запястья.

В конце концов, я обвила Ынджи свою руку и схватила два гарпуна, лежащих у входа в хижину.

Кайден спросил:

— Что это?

Когда он взял у меня гарпун и увидел, как Ынджи нежно обвила мое запястье, как аксессуар.

— Она умоляла следовать за мной.

Когда я улыбнулась и помахала рукой, Ынджи подняла голову, словно протестуя против причины её головокружения.

— Ладно, ладно, я остановлюсь.

Я улыбнулась и опустила руку. И Кайден покачал головой, словно увидел нечто странное.

— В любом случае, пойдем.

Со словами Кайдена, я крепче сжала гарпун и пошла с ним туда, где раздался грохот.

***

Маргарет исчезла.

Я провёл разведку вокруг хижины с Рузефом, но по возвращении Маргарет нигде не было видно.

— Может быть, она пошла собирать грибы. Лорда я тоже не вижу, — сказал Рузеф.

В этот момент со второго этажа спустилась Юанна. Энок подошёл к ней.

— Маргарет.

— …да?

Юанна непонимающе посмотрела на него.

— Где Маргарет? — снова спросил Энок.

Затем Юанна посмотрела на Рузефа с изумлением. Однако Рузеф, похоже, тоже не знал, где Маргарет.

— Я не знаю…

Она растерянно посмотрела на Энока. Не понимая, что происходит на самом деле, Энок сердито вздохнул и оглядел хижину.

— А как насчет наследного принца Асдала и сэра Диего? Вы знаете, где они?

Юанна нахмурилась, когда Энок спросил высокомерным тоном.

— Ты такой грубый.

— Просто ответьте на вопрос.

Лицо Энока было таким свирепым. Казалось, он не имел ничего общего с другими людьми, кроме Маргарет.

— Асдал отдыхает на втором этаже. Сэр Диего, я не знаю…

Прежде чем Юанна закончила говорить, Энок обернулся. Это было совершенно не похоже на его обычное отношение, поэтому Юанна просто растерянно смотрела на его спину.

Было то же самое, что и в Империи Лэнгриджа, но на этом острове Энок не утратил своего статуса члена знатной императорской семьи. Он не был дружелюбным, но у него были манеры.

Однако сейчас он другой. Он выглядел таким озабоченным, как будто потерял рассудок.

— Что происходит?

В этот момент в хижину вошел Диего. Энок быстро подошёл к нему и спросил о местонахождении Маргарет.

— Недавно я видел, как юная леди Флоне гуляла с Лордом.

— Когда?

— Теперь, когда вы упомянули об этом, кажется, что совсем немного времени прошло. Солнце уже садится... Ваше Высочество?

Энок не дослушал Диего до конца и вышел из хижины.

Диего посмотрел на Юанну, не понимая, что происходит. Затем Энок, который снова открыл дверь и вошёл, спросил Диего:

— Куда она пошла?

— А?

— Ты видел, в какую сторону они пошли?

— Я видел, как они шли в том направлении. Думаю, они просто вышли за едой.

Энок вышел из хижины с мечом в руке и слепо пошёл в указанном Диего направлении.

Тогда Рузеф поспешно выбежал следом.

— Ваше высочество? Ваше высочество!

Однако, словно не слыша голоса Рузефа, Энок не переставал двигаться вперёд.

Небо темнело, и в лесу тоже было темно.

Лунного света не было, потому что деревья были высокими и закрывали небо. Трудно было даже просто идти вперед.

— Ваше Высочество, опасно идти глубже в лес.

Рузеф с беспокойством огляделся и внимательно последовал за Эноком. Он так нервничал, что мог появиться монстр.

Но Энок не останавливался.

В конце концов, они вышли из леса и достигли края обрыва. Под лунным светом открылось поистине ужасающее зрелище.

— Ах!

Рузеф нашел гигантского мертвого тарантула перед обрывом и рухнул на месте.

Стояла ужасная вонь, поэтому он заткнул нос и отступил назад.

Кроме того, вокруг гигантского тарантула было несколько трупов пауков меньшего размера.

Энок тихо огляделся, словно разбираясь в ситуации, и быстро вытащил что-то из-под ног тарантула.

— Разве это не сумка юной леди Флоне? — испуганно спросил Рузеф.

Глядя на сумку в своей руке, Энок напрягся.

— … Да.

Через некоторое время Энок ответил на вопрос Рузефа.

Рузеф медленно подошел нему, взглянув на мёртвого тарантула. Затем он внимательно посмотрел на сумку.

— Могу я проверить её?

Энок не ответил и просто тупо уставился на сумку в руке.

Рузеф взял сумку из его рук и внимательно проверил.

В ней были записная книжка, сигнальные пули и несколько необходимых лекарств.

Как ни странно, нигде не было видно круглых магических инструментов, которые Маргарет использовала для нападения на монстров, называемых зажигательными бомбами и ракетницей.

Что касается зажигательных бомб, то они были одноразовыми. Увидев, что тарантулы и пауки мертвы, Рузеф предположил, что, возможно, их уже использовали.

Итак, где ракетница и Маргарет? И куда исчез Лорд Кайден?

— Куда эти двое исчезли после того, как оставили всё это?

Энок не сказал ни слова несмотря на то, что услышал бормотание Рузефа.

Он выглядел лучше, когда ещё минуту назад был нетерпелив. По крайней мере, он показал, что чувствовал.

Но теперь уже никто не знал, о чём он думал. Казалось, у него не было никаких эмоций, как у неодушевлённого предмета, который ничего не чувствовал.

— Вы думаете, что Маргарет пропала, архиепископ?

— Я не знаю. Если только не…

Если нет, она могла умереть. Рузеф посмотрел на гигантского тарантула, не в силах продолжить свои слова.

Рузеф тоже не мог скрыть своего замешательства. Он даже не хотел думать о таком исходе событий.

Маргарет мертва. Это невозможно.

— Разве это не следы?

Рузеф заметил что-то на краю обрыва и подошёл ближе.

Было темно, поэтому он не мог их хорошо различить, но на первый взгляд они выглядели как человеческие следы.

— Глядя на размер, я думаю, что это юная леди Флоне.

Были маленькие следы и большие следы. Может быть, другие принадлежали Кайдену.

Он уставился на эти следы. Рузеф не понимал этого ужасного положения — нет, точнее, не хотел. У него было плохое предчувствие.

— …Кажется, они сражались с монстрами.

Были следы в направлении мёртвого тарантула и были признаки очень сильного движения.

Следя за движением шагов, Рузеф увидел последние, заканчивающиеся на краю обрыва.

Похоже, следы закончились не потому, что они захотели остановиться. Они просто закончились там, без намёков на движение вперёд или в сторону, как будто их чем-то ударили и отбросили вниз.

— Посмотрите на это, Ваше Высочество. Это…

Рузеф поспешно присел на край обрыва и посмотрел вниз.

Было довольно высоко. Если бы он был поражён чем-то и сброшен вниз, он мгновенно умер. Энок стоял рядом с Рузефом, скрестив руки на груди, и спокойно смотрел вниз с утёса.

Послышался звук чего-то движущегося из кустов. Или ветер или монстр.

Рузеф на мгновение посмотрел на Энока, когда по его коже пробежали мурашки.

— Ваше Высочество, нам лучше вернуться. Оставаться здесь опасно.

Но Энок не двигался. Рузеф подумал, слушал ли он его когда-нибудь.

Энок продолжал стоять на краю обрыва. Рузеф подошёл к нему, но на его лице не было ни малейшего беспокойства.

Рузеф не собирался оставаться в этом месте с трупами монстров ни на мгновение, но у него не хватило уверенности вернуться в одиночку.

В конце концов, он тихо встал рядом с Эноком.

***

Маргарет исчезла.

Ушла ли она по собственной воле или попала в опасную ситуацию, и того, и другого было достаточно, чтобы свести его с ума.

Энока поглотила тревога.

Незаметно для него, горячие эмоции, как лава, неудержимо хлынули в его сердце.

Его рука слегка дрожала, когда он схватился за лямку сумки Маргарет.

Беспомощность, охватившая его, душила.

Рядом Рузеф говорил с ним, но он не мог слышать, что тот говорил.

За пышными кустами над могучей рекой виднелась большая линия хребта. Ночное небо, увиденное с вершины горы, было полно звёзд.

Кроме того, была большая луна, которая освещала тёмную ночь.

Похоже на Маргарет.

‘Должно быть, я без ума от Маргарет.’

Теперь, глядя на луну, я думаю о Маргарет.

«Честно говоря, я не знаю, почему Ваше Высочество так настаивает на том, чтобы вы не женились или не обручились со мной. У меня есть то, чего нет у вас, Ваше Высочество. Я чистой благородной крови».

То, что Маргарет говорила ему в прошлом, эхом отозвалось в его ушах.

«Теперь, когда вы стали наследным принцем, брак важнее, потому что вам нужно утвердить своё положение. Вам повезло, что я, дочь герцога Флоне, вас люблю».

Даже при том, что она родилась с дворянским титулом, к которому он всегда стремился, Маргарет прошлого была девушкой, которая могла говорить только таким образом.

Она сказала, что он ей нравится, но в её отношении к нему не было никакого уважения.

Ну, а были ли когда-нибудь люди, которые его уважали? Точно нет. Поэтому он должен был быть идеальным.

Но если сейчас Маргарет...

Когда он очнулся на острове и снова встретил её, то не думал, что его статус или даже её собственный был важен. Теперь он следовала сущности человека, а не его внешним показателям.

Он подумал, что, возможно, она могла бы быть тем благородным и сильным человеком, которого он искал.

Энок нахмурил брови, представляя лицо Маргарет, и вскоре с болезненным стоном закрыл глаза.

— Должно быть, я сошёл с ума.

Он крепче сжал сумку.

— Они же оба живы?

Рузеф спокойно выразил свои сомнения.

— Конечно, — пробормотал Энок, словно убеждая себя.

Затем он огляделся и равнодушно сказал:

— Маргарет вернётся или я обыщу весь остров, чтобы найти её.

Они развернулись, чтобы вернуться тем же путём, которым пришли.

В какой-то момент вокруг скалы собрались пауки размером с человека.

— А!

Рузеф вскрикнул от неожиданности.

Энок, обнажив меч, напряжённо осмотрел бесконечную толпу монстров.

— Сейчас лучше подчистить этих монстров.

Подчистить? Рузеф поднял голову и с недоумением посмотрел на Энока.

— Нас только двое, так что это опасно, не так ли?

Не знаю, когда они успели так собраться, но количество приближавшихся монстров было подавляющим, и они продолжали собираться среди кустов.

Энок внимательно огляделся и оценил ситуацию.

— Не знаю, как они проведали, где мы были, и собрались здесь, но если мы оставим их в покое, они, вероятно, направятся в хижину.

Энок взглянул на Рузефа, наклонив голову.

Энок продолжал:

— Сражаться на скале опасно. Нам нужна приманка, которая бросится в глаза.

— Подождите, не говорите мне…?

На сбитый с толку Рузеф увидел, как Энок улыбнулся и порезал себе предплечье мечом. Рузеф не успел его остановить.

— Ваше высочество! Что вы сейчас делаете!

Несмотря на его крик, Энок ответил спокойно, без волнения:

— Если мой припадок не прекратится даже после того, как зачистка монстров закончится, проткни меня мечом и лиши меня сознания.

Произнеся эти слова, Энок двинулся вперёд.

— Если я ударю вас ножом неправильно, вы умрёте, а не потеряете сознание!

Рузеф испустил внутренний крик из-за слов Энока. Это потому, что он уже исчез среди монстров.

Острое лезвие Энока качнулось в воздухе. В лунном свете по траектории великолепного меча фонтаном разбрызгивалась зелёная кровь монстров.

Как человек без тормозов, Энок не мог остановиться. Он сейчас не в своём уме.

Рузеф покрылся мурашками с головы до ног и не мог пошевелиться при мысли, что Энок уже охвачен безумием. Может быть, только когда Маргарет вернётся, он придёт в себя.

Рузеф, испугавшийся Энока, не мог сдвинуться ни на шаг со своего места и просто смотрел, как тот вырезал монстров.

И так они провели два дня, пока не появилась Маргарет с Кайденом.

***

Ынджи, которая обвилась вокруг моего предплечья, спрыгнула вниз и заскользила по-взрослому. Очевидно, она быстрее меня.

‘Боже мой. Она скользит ещё быстрее. Она действительно монстр.’

Кайден тоже побежал, глядя Ынджи в спину.

— Она станет ещё больше?

На вопрос Кайдена я пожала плечами и побежала за Ынджи.

— Станет ли?

— Если это действительно ребёнок анаконды тогда, не значит ли это, что она вырастет такой же большой?

От его слов у меня пошли мурашки по коже, и я остановилась. Ынджи и Кайден одновременно остановились и посмотрели на меня.

— Не говори так. Ынджи не будет такой большой.

При моих словах Ынджи наклонила голову, словно не понимая, о чём я говорила.

— Разве не лучше, если она вырастет большой? Если ты хорошо её обучишь, она сможет сражаться с другими монстрами.

По лесу разнесся грохот, словно что-то рушилось. Я удивлённо подняла голову, возясь с Ынджи.

— Не думаю, что сейчас подходящее время для этого. Мы должны действовать быстро.

При словах Кайдена я кивнула и снова встала.

‘У меня плохое предчувствие.’

Я побежала, пытаясь унять тревогу, которая нахлынула волной.

Мы остановились перед пустырём. Если точнее, то это был искусственно созданный пустырь посреди леса, где повалились все деревья.

На пустыре были трупы пауков.

Густая зелёная кровь растекалась по земле, и было так грязно. Я быстро подхватила Ынджи, когда она собиралась пройти через густую зелёную кровь.

Не говоря ни слова, она посмотрела на меня, высунув язык. Она посмотрела на меня своими блестящими глазами и наклонила голову, как бы спрашивая, почему я не отпускаю её.

— Что это, чёрт подери, такое…?

Кайден огляделся. Когда подул ветер, вонь достигла моего носа.

— Кто это сделал?

— Кто мог это сделать?

Кайден и я думали об одном и том же человеке: Энок.

Энок был единственным человеком, который мог убивать монстров до такой степени.

Затем неподалеку послышался крик.

— …Ваше высочество! Прекратите! Это опасно!

Этот отчаянный вопль напоминал голос Диего.

Кайден и я, ускоряясь, побежали в направлении звука.

И сцена, с которой мы столкнулись, не так уж отличалась от того, что мы видели некоторое время назад.

Если бы ад существовал, он бы таким и был?

Десятки гигантских пауков лежали на земле. И человек, наступивший на паука, замахивался мечом на тех, которые продолжали приближаться.

Зелёная кровь образовала на земле целую реку.

Постоянно раздавались ужасные звуки криков пауков или чего-то ещё.

Ынджи, которая обнимала меня за руку, удивилась, забралась мне на плечо и зарылась мордочкой в мои волосы.

— Юная леди Флоне! Вы живы!

Я услышала знакомый голос издалека. Юанна, сидя на высокой ветке, махала мне рукой.

У Юанны совсем нет боевой мощи. Кроме того, у неё даже нет такого оружия, как ракетница, как у меня. Тем не менее, она знала, как справиться с опасностью самостоятельно, так что беспокоиться было не о чем.

— Юная леди Флоне.

На этот раз кто-то позвал мне прямо рядом. Когда я обернулась, первыми моё внимание привлекли розовые волосы. Асдал.

Юанна не могла прийти сюда, но Асдал, казалось, был совсем рядом с нами.

Он по очереди посмотрел на нас и вскоре стиснул зубы.

— Вы живы.

— Вы здесь, Лорд, юная леди?

И точно так же подбежал Диего, который, должно быть, был поблизости.

— Что это…?

Пока Асдал указывал на Ынджи у меня на плече и спрашивал, Диего вытащил свой меч и направил его на меня.

Кайден быстро встал, отгородив меня от них.

— Это не опасно, уберите свой меч.

— Ынджи не опасна. Правда.

Когда я это сказала, Асдал непонимающе посмотрел на меня.

— Ынджи...?

— Ынджи — имя этой малышки, но сейчас это не главное. Почему эноК так вышел из-под контроля?

На мой вопрос лица Диего и Асдала побелели. Они потерли свои усталые лица руками и оглянулись на Энока, который снова был в бешенстве.

— Где архиепископ?

Сколько я ни искала, я не смогла найти Рузефа. Асдал вздохнул и посмотрел в сторону, где стоял Энок.

— Он там.

— … Там? Архиепископ там?

Боже мой... Бедный архиепископ Рузеф.

— Кажется, он всё ещё невредим. Наследный принц, кажется, подсознательно защищает архиепископа, но я не знаю, как долго это продлится. Состояние кронпринца тоже очень нестабильное, — низким голосом ответил Диего.

— Этот парень не человек. Он зверь.

Асдал был сыт по горло и стиснул зубы, глядя на Энока, скрестив руки.

— Разговор с ним никак не сработает. Он убивал таких монстров уже два дня.

— Его можно временно остановить, если Ваше Высочество Асдал согласится мне помочь.

При словах Диего Асдал содрогнулся, словно не желая об этом думать.

— Кстати, где вы двое были? — спросил Асдал и посмотрел на Кайдена.

— На меня напал монстр тарантул. Потом упал со скалы и с трудом вернулся сюда.

— Итак, почему Энок стал таким?

На мой вопрос Асдал вздохнул и снова посмотрел на Энока.

— Я не знаю точной причины. Всё, что я помню, это то, что он искал юную леди, прежде чем сошёл с ума.

— Не думаю, что это причина. Припадок Энока срабатывает только тогда, когда он видит человеческую кровь.

— Ну, тогда он, возможно, намеренно сошёл с ума, чтобы сражаться с монстрами, потому что никто из нас не истекает кровью.

Он специально сошёл с ума, чтобы уничтожить монстров?

Помимо того, возможно ли такое на самом деле, я не знаю, как привести Энока в чувство после того, как он уничтожит всех монстров.

Я снова повернулся к Эноку. На самом деле я не могла как следует разглядеть его. Он был окружен монстрами и продолжал двигаться, замахиваясь на них своим мечом.

Асдал устало потер лоб и сказал:

— Движения монстров были странными. Они внезапно пошли в атаку. К счастью, это место находится далеко от хижины… Банхван сейчас делает то, что должен делать.

Это тоже правильно. Никогда не было лучшего базового лагеря, чем хижина. Было бы идеально остаться там как можно дольше и найти способ сбежать.

— Так что, может быть, лучше уничтожить монстров и сжечь трупы.

Монстры, кажется, имеют свойство быстро распознавать смерть других подобных монстров и собираться вокруг трупов. Как и предыдущие монстры-анаконды.

Это из-за мёртвого монстра тарантула на скале? Поэтому они здесь собрались? Если так, то это явление было в какой-то степени объяснимо.

То же самое касается зелёной крови монстров, которых уже победил Энок. Возможно, кровь призывала всё новых и новых монстров, они то и дело появлялись откуда-то.

Только тогда я заметила, что Энок был весь в крови. Я прикрыла рот рукой от удивления и на какое-то время потеряла дар речи.

— Банхван, вероятно, умрёт, если продолжит это делать.

При следующих словах Асдала я поспешно подошла к Эноку. Конечно, вскоре меня поймал Кайден.

— Это опасно, Маргарет.

Я не знаю, смогу ли я это сделать, но, по крайней мере, я знаю, что Энок, находящийся в состоянии «припадка», отреагировал бы на слово «стой». И, кажется, я здесь единственная, кто об этом знает.

— Энок тоже в опасности.

Несмотря на мои слова, Кайден схватил меня за запястье и не отпускал.

— Ынджи.

Ынджи, которая пряталась у меня на плече, спустилась мне на руку и немного прикусила руку Кайдена.

Кажется правдой, что этот ребёнок запечатлел меня. Нет, на самом деле, теперь я почти уверена в этом. Потому что Ынджи прочитала мои мысли и сделала то, что я сказала ей, хотя я ничего не произнесла. Кайден был поражён и отпустил мою руку.

— Прости.

Я извинилась перед Кайденом, достала ракетницу, зарядила её и пошла к монстрам.

— Энок!

Конечно, Энок мне не ответил. С расфокусированным взглядом он повернулся спиной и пошёл к роящимся паукам.

Я прошла через трупы монстров, которые нагромоздились, как гора, и последовала за Эноком.

В тот момент подошёл гигантский паук и протянул ко мне лапы. Я быстро подняла ракетницу, но перед этим острое лезвие меча ударило и отсекло монстру ногу.

Когда я повернула голову, то увидела, что Диего держал свой меч.

По обе стороны от меня и позади Асдал, Диего и Кайден сопровождали меня со своим оружием.

— Я прикрою тебя, так что делай, что хочешь. Ты единственная, кто может контролировать наследного принца, когда он не в своём уме, — сказал Кайден с кинжалом в руке и с улыбкой, словно не беспокоясь.

— Я тоже помогу.

Так сказал Диего, и Асдал кивнул, словно соглашаясь.

— Вперёд, юная леди!

Асдал закричал, как будто я была его покемоном, но в любом случае это немного успокаивало.

Поэтому я двинулась вперёд, а Ынджи висела у меня на плече.

— Энок!

Я была уже почти рядом с ним. Но он по-прежнему не слышал меня.

— Прекрати, Энок!

Я произносила особые слова контроля для Энока, но безрезультатно. Казалось, она не доходили до него. Он не остановился, хотя, должно быть, услышал.

Я крепко прикусила нижнюю губу, глядя на Энока затуманенным взглядом.

— Энок!

Я громко позвала его, но это всё равно не сработало. Мой голос, казалось, не доходил до него.

‘Что мне делать?’

Чем дольше волнение, тем гуще зелёная кровь монстров образовывала реку и скапливалась на земле.

Мои глаза встретились с глазами Энока, когда он вонзил меч в тело приближавшегося ко мне монстра.

Крупные брызги крови достигли моей щеки вместе со странным криком монстра. Стояла отвратительная вонь, но я даже глазом не моргнула.

Потому что Энок смотрел на меня с совершенно бесстрастным лицом.

Вскоре чудовище, стоявшее на пути между нами, упало на землю, и я встала лицом к лицу с Эноком.

— Энок.

Когда я снова позвала его, за его спиной появился ещё один гигантский тарантул.

Энок тут же повернулся спиной и отошёл. Чёрт.

Ынджи сидела у меня на плече, обвив предплечье. Глядя на эту малышку, которая щёлкала языком, глядя на меня, я вдруг вспомнила строки романа.

{Все монстры на острове — противоположности.

В среде обитания монстров-волков нет монстров-тарантулов, а в среде обитания монстров-тарантулов нет монстров-анаконд.

Среди них монстры анаконды являются главными хищниками пищевой цепи острова. Поэтому и монстры-волки, и монстры-тарантулы боялись и избегали монстров-анаконд.}

Это было в оригинале.

Если я смогу хоть на мгновение отвлечь монстров, возможно, мне удастся вытащить Энока из их толпы.

С просветлённым лицом я посмотрела на Ынджи, которая смотрела на меня.

Ынджи действительно детёныш анаконды? Но даже в этом случае такой маленький ребёнок никак не мог убить этого гигантского тарантула.

‘Ынджи ещё маленькая.’

Немного подумав, я наконец решила не использовать её в качестве приманки, чтобы отвлечь монстров-тарантулов.

Затем Ынджи посмотрела на меня, наклонила голову и фыркнула с немного сердитым лицом — как будто не хотела, чтобы её недооценивали.

Поэтому я посмотрела на неё и спросила:

— Ты можешь это сделать?

Ынджи энергично кивнула головой на мой вопрос. Затем она сползла на землю.

Тем временем пауки продолжали выскакивать без конца, и Кайден, Асдал и Диего, которые стояли вокруг меня, словно сопровождая, занялись их устранением.

Я последовала за Ынджи, которая быстро скользила, схватила ракетницу и поспешно побежала.

В этот момент к Эноку подобрались пять монстров, а Ынджи, которая плавно проскользнула между ними, встала перед ним и огляделась.

Затем агрессивно двигавшиеся монстры остановились.

Я прошла мимо них и подошла к Эноку, который собирался напасть на чудовище, и схватила его за руку.

Пока он непонимающе смотрел на меня, я направила ракетницу на монстров и нажала на курок.

Со звуком взрыва фейерверков монстры разлетелись вдребезги. Я взяла Ынджи и сказала:

— Хорошая работа. Спасибо.

Я вздохнула и пару раз погладила её по чешуе.

— В следующий раз я не позволю тебе сделать ничего опасного.

Кажется, я выстроила с ней связь, сама того не осознавая. Когда я гладила её, я чувствовала себя хорошо. Ынджи завиляла хвостом, скользнула вверх по моей руке и повисла у меня на плече.

Затем я потянула Энока за руку. Но он даже не пошевелился.

— Маргарет!

Панический голос Кайдена раздался прямо рядом со мной. Кажется, монстров собралось ещё больше.

— Уведите наследного принца отсюда! — крикнул мне Асдал.

Я снова посмотрела на Энока, когда трое мужчин пытались справиться с толпой монстров. Его глаза были наполовину расфокусированы и смотрели на меня пустым взглядом.

Я схватила его за щёки обеими руками и посмотрела ему прямо в глаза. Я медленно притянула лицо Энока к своему. Мой нос приближался к его носу всё ближе и ближе.

— Энок. Очнись.

Золотые глаза Энока медленно задрожали.

Это был хороший знак. По крайней мере, он меня не оттолкнул. Но, похоже, он ещё не пришёл в себя.

Я снова и снова говорила:

— Стой. Прекрати.

Трое мужчин были заняты борьбой с окружающими нас монстрами, но я усердно пыталась успокоить Энока.

— Всё в порядке. Можешь остановиться.

Я посмотрела прямо в золотые глаза Энока и очень твёрдо сказала это.

Дрожащие золотые глаза медленно начали фокусироваться. Поэтому я добавила ещё одну фразу:

— Остановись, Энок.

Припадок Энока рискованное дело, но если монстров так много, это действительно полезно. Но не для меня. Потому что он впадает в состояние, когда он вообще не заботится о себе.

Я была единственной, кто мог «контролировать» его, и процесс контроля был большим и трудным, но я не ненавидела его.

Это был новый опыт — иметь кого-то, кто нуждался во мне. Я чувствую, что моё существование было признано. Это было чувство, которого я никогда раньше не испытывала за всю свою жизнь.

‘Тем не менее, я хочу, чтобы он оправился от травмы.’

В любом случае, ощущение признания — мимолетное чувство. И я не настолько эгоистична, чтобы наслаждаться страданиями других ради собственного удовольствия.

— …Маргарет.

Энок позвал меня. Я посмотрела ему в глаза. Золотые глаза Энока сфокусировались на мне.

— Ты приходишь в себя?

Его золотые глаза, смотрящие на меня, расширились, словно удивлённые. Кажется, он наконец пришёл в себя.

Я чуть не упала от чувства облегчения, нахлынувшего на меня.

Если бы Энок не держал меня крепко за руки, я бы рухнула на землю.

— Маргарет.

Он тихо назвал моё имя.

Затем он мягко прикусил нижнюю губу и посмотрел мне в лицо. Почему-то казалось, что глаза у него красные и налитые кровью. Он крепко притянул меня к себе и обнял.

— Почему ты пришла так поздно?

Тёплое дыхание коснулось моего плеча.

— Разве я не говорил, что не могу жить без тебя? Где ты была, а? Никогда больше не оставляй меня.

Он уткнулся лицом мне в плечо и зарычал. Его низкий голос слегка подрагивал.

Голос его, казалось, сдавленный, был глубоко пронизан болью. Он тяжело вздохнул, уткнувшись лицом мне в плечо.

— Я не хотела. И я тоже чуть не погибла. Так что не вини меня слишком сильно.

Я выпятила нижнюю губу и ответила недовольно. Энок поднял голову и посмотрел на меня. Затем на его лице появилось глубокое чувство вины.

— Мне жаль, что я не смог защитить тебя.

— Теперь я в порядке. Я вернулась живой. И, пожалуйста, не мог бы ты позаботиться о себе, прежде чем позаботишься обо мне?

При моих словах Энок растерянно прикусил губу и начал избегать моего взгляда. Возможно, он вспомнил, что с ним произошло.

— Маргарет!

— Уведи наследного принца отсюда!

Я повернула голову, когда услышала настойчивый голос Кайдена.

Кайден, Асдал и Диего по-прежнему окружали нас, как бы сопровождая, пока разбирались с монстрами.

— Энок, тебе лучше уйти отсюда первым. Было бы неплохо уничтожить монстров, но думаю, что сегодня это будет уже невозможно.

При моих словах он немного растерянно огляделся.

— Где архиепископ?

На мой вопрос Энок нахмурился и посмотрел в ту сторону, где собирались маленькие паучки.

— … Чёрт. Он всё время мешался, поэтому я спрятал его за камнем.

Я вздрогнула от его слов и посмотрела туда, куда был направлен его взгляд.

— Серьёзно…, он в том месте, где собираются пауки…?

Он кивнул и поднял меч, который бросил на землю. Затем он слегка взмахнул им. Тёмно-зелёная кровь закапала с лезвия меча на землю.

— Это моя вина. Я верну его.

— Я пойду с вами. Пожалуйста, позвольте мне, Ваше Высочество.

Диего, который был довольно далеко, быстро подошёл и склонил голову перед Эноком.

— Маргарет…

Пока Энок колебался, держа меня за руку, Кайден схватил меня за плечи сзади и улыбнулся ему.

— Я защищу Маргарет, не волнуйся.

— И я тоже.

Асдал поднял руку и неторопливым шагом приблизился — это не соответствовало ситуации — и посмотрел на Энока.

— Маргарет, пожалуйста, подожди меня. Я скоро вернусь.

Я кивнула на взволнованную просьбу Энока.

— Ты же знаешь, что приоритетом является спасение архиепископа, верно? Не волнуйся, я буду ждать тебя здесь.

Энок сказал Кайдену и Асдалу: «Пожалуйста, позаботьтесь о ней», и вместе с Диего вошёл в рой пауков.

Затем один за другим раздавались громкие рыки. Когда мы удивлённо обернулись, Диего и Энок уже двигались так быстро, что их нельзя было увидеть невооружённым глазом.

Помимо Энока, который обладал необычайной силой, Диего также являлся самым молодым рыцарем-командором, если точнее, командующим рыцарей-гвардейцев. Он тоже был достаточно силён, чтобы справиться с несколькими монстрами в одиночку.

Я долго думала, продолжится ли бойня, и тут в лесу стало тихо. Словно пронёсся тайфун, пустырь был опустошён и завален трупами монстров.

Монстры-тарантулы были уничтожены, что затмило тот факт, что уничтожить монстров сегодня было невозможно.

Сквозь зелёный «дождь», гонимый ветром, виднелась скала, на которой прятался Рузеф. Волосы цвета акварели развевались за камнем.

Наконец бой кончился, и всё стихло, и Рузеф с бледным лицом выполз из-за скалы, держа что-то в руках.

— Архиепископ!

Я побежала прямо к нему. Рузеф, которого спас Энок, удивлённо посмотрел на меня.

— Юная леди Флоне!

Вскоре он обнял меня, еле сдерживая слёзы.

Рузеф крепко обнял меня, и только спустя какое-то время отпустил.

— Я рад, что вы в безопасности.

Слёзы продолжали неустанно катиться из невинных глаз Рузефа, смотрящего на меня.

Я улыбнулась и спросила его:

— Вы в порядке, архиепископ?

Он поспешно закивал головой. Потом я увидела что-то в его руках.

Знакомая сумка.

— А? Это…?

Видимо, это та сумка через плечо, которую я искала.

— О, это ваше. Я подобрал…

Красные опухшие глаза Рузефа уставились на меня.

— Пожалуйста, не заставляйте меня больше волноваться, — проворчал он.

— Простите, что беспокою вас.

— Архиепископ!

Юанна, наблюдавшая за ситуацией издалека, выбежала. Она посмотрела на Рузефа, потом оглядела нас.

— Все в порядке? Юная леди Флоне, я знала, что с вами всё будет хорошо.

Она взяла меня за руки и вздохнула.

— Вы в порядке, Святая? — спросила я, оглядев Юанну с ног до головы.

К счастью, она, кажется, в порядке.

—О, не беспокойтесь обо мне. Я быстро бегаю и хорошо прячусь, так что я в порядке.

Юанна положила руки на талию и улыбнулась, как будто это не имело большого значения.

— Как это произошло?

— Перед этим мы также должны услышать объяснение от вас, юная леди. Что, чёрт возьми, случилось?

На вопрос Асдала я покачала головой и вздохнула. Думаю, разговор будет долгим.

Потом что-то зашевелилось в кармане моего платья.

— О, точно. Ынджи…!

Я ненадолго забыла о ней, потому что она тихо сидела в моём кармане.

— …Молодая леди? Что это? Ааа!

Юанна удивлённо посмотрела на карман моего платья, затем её глаза встретились с глазами Ынджи, которая высунула голову, и она закричала.

Ынджи испугалась и снова спряталась в кармане моего платья.

Диего вытащил свой меч и направил его на меня, а Энок встал ко мне спиной, словно защищая, и направил свой меч на него.

— Пожалуйста, отойдите в сторону, Ваше Высочество. Я хотел спросить её, что это такое. Кажется, это неизвестное чудовище.

— Монстр или что-то в этом роде, но недопустимо указывать мечом на Маргарет.

— То же самое касается и вас. Маргарет сильно удивлена, так что опустите меч, кронпринц.

Энок начал, но теперь и Кайден, немного чересчур. Я посмотрела на них с недоумением и достала Ынджи из кармана.

— Немного долго объяснять, как я с ней познакомилась...

Ынджи извивалась на моей ладони, затем закатила глаза и огляделась.

В это время Юанна, которая неторопливо шла между бдительным Асдалом и Диего, склонила голову и внимательно посмотрела на Ынджи.

Она сказала:

— Мило, если внимательно присмотреться.

— Эй, Святая, это опасно.

— Святая, пожалуйста, держись от этого подальше.

Асдал и Диего одновременно заговорили с Юанной, но ей было всё равно, и она просто пожала плечами.

Возможно, потому что она знала, что Юанна не представляет угрозы, Ынджи какое-то время смотрела на меня, затем повернулась, чтобы показать живот и свою милоту Юанне.

— А?

Юанна красиво улыбнулась поведению Ынджи. Однако она тут же отступила назад, словно раздражённая неоднократными окликами Диего.

— Ынджи, сначала поздоровайся.

Конечно, это была шутка. Но она огляделась, как будто поняла, о чём я говорю.

Потом мило наклонила голову, завиляла хвостом и посмотрела на меня. Её сверкающие глаза, казалось, спрашивали: «Нужно так здороваться?»

— Как щенок.

Юанна, стоявшая далеко, сказала это и рассмеялась.

Затем Ынджи посмотрела на Асдала и Диего, которые всё ещё направлял на меня свой острый меч, и тут же широко открыла рот.

Внезапно изо рта Ынджи вырвался небольшой огонь размером с кулак.

‘А?’

Асдал и Диего от удивления попятились. К счастью, огонь не был достаточно сильным, чтобы добраться до них.

Кажется, Ынджи не понравились Асдал и Диего, которые даже мне кажутся угрожающими.

Все посмотрели на меня, а я посмотрела на Ынджи.

Ынджи посмотрела на меня яркими глазами, как будто спрашивая: «Я хорошо справилась?»

Ынджи, ты не говорила, что умеешь дышать огнём. Кроме того, ты так здороваешься?

Кажется, что нужно с самого детства правильно воспитывать ребёнка.

***

Мы решили сначала избавиться от трупов монстров, а потом вернуться в хижину и поговорить о текущей ситуации.

Если мы не избавимся от них полностью, могут прийти другие монстры.

— Фу. Я ненавижу прикасаться к нему.

Я попыталась поднять ногу паука, но в итоге упала.

— Не унывайте, юная леди.

Юанна сидела на дереве и неторопливо наблюдала за нами.

— Простите меня, Святая. Можете вы помочь мне?

— У меня слабый желудок.

Я была удивлена, услышав её ответ, и рассмеялась. Правильно, она такой человек.

Она не из тех, кто причиняет боль другим, но и не из тех, кто помогает.

В этот момент Кайден поднял труп гигантского паука, перекинул его через плечо и оглянулся на меня.

— Маргарет, ты тоже отдохни там. Мы можем сделать всё остальное.

— Я знаю. С тобой мне не о чем беспокоиться.

При моих словах Кайден торжествующе улыбнулся.

— Тем не менее, я хочу закончить всё это побыстрее, поэтому я хочу помочь.

Сказав это, я всеми своими силами попыталась ещё раз поднять отрубленную паучью лапу.

Когда трупы монстров были свалены на большом пустыре без деревьев, Ынджи изверг на них огонь. Зажигалка не понадобилась.

Когда я вытирала пот со лба и пыталась двинуть лапу паука, её вес вдруг уменьшился.

Удивлённая, я оглянулась и увидела Юанну, держащую другую сторону лапы.

Когда я непонимающе посмотрела на неё, она улыбнулась.

— Я помню, что вы сказали, юная леди.

— Что я сказала?

— Быть уважительной и внимательной.

В конце концов, Юанна и я вместе подняли паучью ногу и начали передвигаться. Я понятия не имела, о чём она думает, поэтому нахмурилась.

— Если я сделаю это, вы станете моим человеком, юная леди?

Простите меня, мисс Женский лидер. Вы отказались от того, чтобы сделать меня своей «горничной», и теперь хотите, чтобы я была вашим «человеком»?

— Хотела бы я иметь что-то подобное. Мои люди для меня. Я устала от того, что меня используют только для чьей-то выгоды.

Она сказала нечто неожиданное.

— Что вы имеете в виду?

— Ох уж эти папы-звёзды. Я сделала это не потому, что хотела стать Святой. Мне угрожали за средства к существованию моей семьи.

Это была неожиданная сторона истории. Я потеряла дар речи, не в силах найти правильный ответ на злобу тех пап.

— О, я завидую вам, юная леди. Когда я вернусь, я буду жить более счастливой жизнью.

Юанна посмотрела на меня завистливыми глазами.

‘Когда я вернусь…, мне придется жить счастливо, как Маргарет. Потому что теперь я Маргарет.’

— Я наполовину серьёзно прошу вас стать моим человеком. Вопреки слухам, было удивительно, что вы, благородная девушка, рождённая с золотой ложкой во рту, не стеснялись делать то, к чему не привыкли другие дворяне, и умело решать проблемы. Вот почему я хотела, чтобы вы были на моей стороне. У меня странный характер.

— Да, вы странная. Вы думаете только о том, что вам удобно.

— Хахаха. По сути, люди недалеки и думают только о хорошем, о том, что они испытали, верно? В конце концов, с вами всегда весело, юная леди.

Я действительно не знаю, о чём думает Юанна.

Тем временем мы подошли к пустырю. Мы бросили ногу паука в кучу других трупов, подожжённых огнем Ынджи.

Я улыбнулась Юанне и медленно отошла от неё. Я сосредоточилась на том, чтобы помочь Рузефу и другим перемещать оставшиеся трупы.

Наконец, все трупы были сожжены, и солнце уже начало садиться.

Ынджи тихо залезла в карман моего платья. Я похлопала по ней и подняла сумку через плечо, которую ненадолго оставила на земле.

Ремешок сумки отвалился, так что я теперь не могла её носить как раньше. В конце концов, я взяла её в руки и взглянула на Энока.

— Вы все поели?

— Думаешь, мы ели?

Асдал, следивший за мной с усталым лицом, ответил.

— Да, не думаю.

Во-первых, мы с Кайденом, похоже, в хорошей форме, так что нам стоит отправиться на охоту вместе.

*

После долгой прогулки мы наконец вернулись в хижину.

— Фух.

Когда Энок вошёл в хижину и сел, то застонал от боли, которую, казалось, терпел всю дорогу, но когда он добрался до нашего места, то уже не мог терпеть.

Я взглянула на Рузефа, и он принёс аптечку.

Не было необходимости использовать её, потому что до сих пор никто не пострадал, поэтому Юанна, Асдал и Диего растерянно смотрели на аптечку.

Я достала бинты и лекарства и приготовилась залечить раны Энока. Повязка, которой я лечила Кайдена в прошлый раз, была в хорошем состоянии, потому что была уже выстирана и высушена.

‘Бинтов не так много…’

Лучше как можно больше, если возможно, использовать вещи повторно.

— Энок.

Я позвала Энока, полусонного на своей кровати. С выражением боли на лице он медленно открыл глаза.

Я медленно приложила руку к его щеке. Горячая.

Кайден подошёл ко мне и спросил:

— Как его состояние?

— Не очень хорошее. Думаю, мне нужно сначала обработать рану, а потом посмотреть, что будет.

Я глубоко вздохнула и ещё раз взглянула на лицо Энока. Все собрались вокруг меня и его.

— Это аптечка?

Юанна с любопытством посмотрела на аптечку, которую принес Рузеф. Асдал скрестил руки на груди и по-прежнему недоверчиво смотрел на меня.

— Юная леди, вы собираетесь проводить лечение? Вы? Я знаю, что вы хороши во всём. Но это совсем другое дело. А если что-то пойдёт не так, вы возьмёте на себя ответственность?

Асдал игнорировал Энока, но тайно заботился о нём.

Я свирепо посмотрела на Асдала. Его глаза встретились с моими, и он вздрогнул от удивления.

Юанна попеременно посмотрела на нас двоих, а затем отругала Асдала:

— Вы всё равно не поможете, но юная леди справится лучше, чем тот, кто ничего не делает.

Затем она махнула рукой Асдалу, как бы говоря ему убраться с дороги. Он ушёл с несколько жалким лицом.

— Если хотите помочь, пожалуйста, держите рот на замке, Ваше Высочество.

Кайден, сидевший рядом со мной, посмотрел на Асдала и цокнул языком.

— Эй, Лорд, вы серьёзно?

— Лорд уже давно не произносил такие поистине верные слова.

Неожиданно, в ответ на опровержение Асдала, Рузеф встал на защиту Кайдена. Затем Асдал потрясённо оглянулся на Рузефа с чувством предательства.

— Архиепископ, как вы могли...

— Сейчас важно лечение, не так ли? Единственный человек среди нас, кто может использовать это лекарство — юная леди Флоне.

Рузеф прервал слова Асдала. Кайден, спокойно наблюдавший за Рузефом, смешно улыбался и подразнивал его:

— Эй, шавка, ты слишком много говоришь.

— Что? Я на вашей стороне, грязный волшебник…!

Рузеф, который до недавнего времени защищал Кайдена, разозлился.

— Наглецы ходят парами.

Асдал посмотрел на Рузефа и Кайдена и покачал головой.

Полный беспорядок.

— Ребята, не могли бы вы уйти отсюда? Вы, ребята, шумные. Энок сейчас болен, ему нужно лечение и отдых.

Мои слова заставили троих замолчать. Диего и Юанна с самого начала сидели тихо, так что они меня не беспокоили.

Я вздохнула и посмотрела на лежащую в стороне форму Энока. Колет, должно быть, истёрся, и теперь на нём была только одна рубашка, изодранная и оборванная.

— Энок, мне нужно залечить твои раны, поэтому я сниму с тебя рубашку.

Энок мягко нахмурился в ответ на мои слова и медленно кивнул головой.

Я взглянула на Кайдена, который сидел рядом. Потом он помог мне снять с Энока рубашку, чтобы раны максимально не открывались.

— Угх.

Энок снова издал болезненный стон. Кажется, ему было больно, когда мы сняли рубашку, прилипшую к его ране.

Боль, казалось, передалась и мне, поэтому я сморщила нос и посмотрела на выражение лица Энока.

Заметив, как он сделал несколько глубоких вдохов, я полностью сняла с него рубашку и внимательно осмотрела рану. Твёрдый пресс, которым обычно восхищались, из-за серьёзной раны нельзя было даже увидеть.

— Боже мой, это так серьёзно, — пробормотала Юанна, прикрывая рот обеими руками. По её словам, его рана была очень глубокой.

Я проверила количество оставшихся дезинфицирующих средств. Я также проверила состояние мази, которую нужно было нанести на маленькую рану. Затем я намочила тряпку водой, которую принёс Рузеф, чтобы вытереть кровь и грязь.

— Вложи это в рот Эноку. Будет больно.

Я свернула из аптечки кусок ткани и протянула Рузефу, сидевшему с другой стороны. Рузеф тут же осторожно вложил тряпку в рот Энока.

Я прижала рану стерильной салфеткой, чтобы остановить кровотечение.

Брови Энока нахмурились. По какой-то причине мне показалось, что я сама чувствую боль, поэтому я нахмурилась, сама того не осознавая.

*

Через некоторое время я увидела, что кровь несколько остановилась, поэтому приготовила антисептик.

— Энок, будет больно.

Он кивнул головой, как будто был согласен с моими словами. Я вылила дезинфицирующее средство прямо на его рану.

— Угх!

Энок, стонавший от боли, хорошо перенёс это.

Проверив его состояние, я наложила повязку на продезинфицированное место и намазала мазью слегка расцарапанные раны.

Проблема заключалась в большой ране, на которую нужно было наложить швы. В аптечке также находились перевязочные материалы, необходимые для наложения швов.

Однако, поскольку он уже долгое время находился в состоянии риска заражения, зашивать его в таком виде было небезопасно.

— Рана широко открыта. Я думаю, мне придётся подождать, пока плоть не заживёт.

Я дорезала бинт, закрепила его зажимом, а оставшиеся лекарства сложила в аптечку.

— Лучше не снимать повязку. Кроме того, я думаю, что лучше позволить ране зажить естественным путем.

Все собрались вокруг Энока и посмотрели на меня.

А эти глаза такие...

Они были как охранники, слушая, как продвигается лечение пациента, от врача в отделении неотложной помощи.

Я смотрела на лицо Энока с такой нелепой мыслью.

Погладив его по волосам, я добавила:

— Это оставит шрам и займёт очень много времени, но я позабочусь о тебе.

— Я тоже помогу. Лечение тоже моя специализация. Я также узнал от юной леди о всевозможных новых лекарствах, — спокойно сказал мне Рузеф.

— Спасибо.

— Кстати, это очень увлекательно. Не знаю, что это такое.

Юанна посмотрела на аптечку и так и сказала.

Кайден ответил:

— Я знаю, верно. Я был на восточном континенте, но такого языка там нет.

Я посмотрела на него с тревогой. Потом быстро придумала отговорку.

— Ну, ну... на восточном континенте есть этническая группа меньшинства, называемая Корея. Я уверена, что никто не знает.

Те, кто меня слушал, начали спрашивать друг друга: «Где Корея?» с любопытными лицами.

Не обращая внимания на их взгляды, я положила руку на щеку спящего Энока, чтобы проверить, нет ли у него лихорадки.

Карман моего платья зашевелился, и Ынджи, которая всё это время пряталась, тихонько высунула голову.

— Ах!

Рузеф испугался и отступил назад.

Ынджи испугалась его крика, поэтому поспешно спряталась в моей ладони.

Я нежно погладила её, чтобы успокоить.

— Юная леди, это чудовище? — спросил меня Рузеф, не в силах отвести взгляд от Ынджи с бледным лицом.

— Похоже на монстра анаконды…

Прежде чем я успела ответить, Диего выхватил свой меч. Кайден тут же поднял свой кинжал, и Рузеф поспешно встал передо мной.

Он подбежал ко мне и закрыл собой, словно защищая меня.

— Что вы сейчас делаете!

Рузеф взревел с сердитым лицом.

Я видела, как он сильно нервничал или раздражался, но я впервые видела Рузефа в таком гневе.

— Это чудовище. Оно опасно.

Без всяких волнений Диего направил свой меч на Ынджи.

Ынджи задрожала, взобралась на меня, легла мне на плечо и спрятала мордочку в моих волосах.

Я погладила Ынджи и посмотрела на Диего:

— Ты напугал её!

Когда я повысила голос, внезапно наступила леденящая кровь тишина.

Почему все так на меня смотрят?

— Что? Что такое?

Я смущённо огляделась и спросила. Диего, направивший на меня свой меч, опустил его.

Юанна удивлённо сказала мне:

— Я-я никогда не видела юную леди Флоне такой рассерженной.

— Впервые завидую этой змее.

— Любой, кто её увидит, примет её за домашнюю змейку.

Юанна, Кайден и Асдал заговорили один за другим, а Диего дал финал:

— Расскажите нам, что произошло.

— Я же сказала вам, что объясню. И я не думаю, что это то, что должен говорить человек с мечом, сэр Диего.

Я сказала ему, не скрывая своего гнева. Этот человек без колебаний направил на меня свой меч.

— Прошу прощения, юная леди.

В конце концов, Диего извинился передо мной.

Я немного неловко приняла его извинения и объяснила, что произошло.

Конечно, я не упомянула историю о недоверии Кайдена.

Сначала я отправилась на скалу с Кайденом и упала после нападения монстра, а на том месте, где очнулась, нашла яйцо. Яйцо, которое последовало за мной, вылупилось, и так родилась Ынджи.

После объяснения всей ситуации, которая, казалось, запечатлела во мне Ынджи, все с изумлением посмотрели на Ынджи у меня на плече.

— Я впервые вижу отпечаток монстра на человеке, — пробормотал Рузеф.

Когда я непонимающе посмотрела на него, он медленно объяснил.

— Обычно отпечатки делаются на высших хищниках, но монстры не признают людей высшими хищниками.

Ох. Когда я воскликнула, Кайден, который всё ещё был в раздумьях, продолжил:

— Если это анаконда, будет трудно найти другую особь, на которой можно запечатлеться, потому что это уже высший хищник. Но не исключено, что она может быть запечатлена на людях. Конечно, при условии, что у вас есть мана.

Я погладила Ынджи, которая всё ещё прятала лицо в моих волосах, пальцем.

Предположение, что у меня есть мана…?

— Количество маны, которое у вас есть, огромно, юная леди.

Затем внезапно вмешался Асдал.

То, что он сказал, было правдой. В прошлом учитель магии Маргарет сказал: «У Юной Леди довольно много маны, поэтому, если вы разовьёте свою физическую силу, вы сможете контролировать свою ману».

Но в любом случае у Кайдена должно было быть больше маны, чем у меня, так почему же Ынджи выбрала меня?

И вообще на этом острове нельзя использовать магию.

Я наклонила голову, нахмурилась и спросила Асдала:

— Но откуда вы знаете, сколько у меня маны?

Он небрежно пожал плечами, затем постучал пальцем по веку и улыбнулся.

— У меня есть глаза, чтобы видеть.

Не понимаю, что он имеет в виду. Даже Кайден, казалось, не понял, что он сказал.

Наследный принц Асдал не хотел объяснять больше.

Что это такое? Почему ты начинаешь блефовать, говоря что-то настолько осмысленное? Сытая по горло Асдалом, в конце концов, я решила проигнорировать его.

Так или иначе, в прошлом у Маргарет было большое количество запасов маны, но как только она услышала, что ей нужно тренироваться, чтобы использовать её, она тут же сдалась. Потому что это, очевидно, было бы утомительно и трудно.

Если подумать, я слышала ещё кое-что о своей мане.

Я посмотрела на Кайдена и сказала:

— Мой учитель магии тоже однажды сказал, что у меня много маны. В прошлом я проходила магический тест, когда сдавала вступительный экзамен в академию, и сломала тестовый шар.

Оглянувшись на людей, слушающих меня, я пожала плечами.

— Профессор факультета магии, который в то время был экзаменатором, сказал, что это либо из-за проблем с тестовым шаром, либо из-за того, что у меня была экстраординарная мана. Поэтому он сказал, что принесёт новый и попросил меня попробовать ещё раз…

— Ты сделала это?

— Нет. Во-первых, я пошла туда только потому, что Энок должен был быть специальным экзаменатором, я не очень хотела попасть в академию.

Все странно посмотрели на меня.

— Что вы все смотрите на меня с жалостью?

Асдал вздохнул и ответил:

— Я почти забыл, сколько раз тогда юная леди Флоне следовала за наследным принцем Эноком.

— Я точно знаю. Как и ожидалось, всё, что делала юная леди, было для Его Высочества Энока.

Юанна тоже согласно кивнула.

«Потому что Маргарет любит Энока» кажется волшебной фразой, которая даёт оправдание сомнительному поведению Маргарет.

Но поскольку это правда, я не могу этого отрицать, даже если бы захотела.

— Это дело прошлого. Сейчас всё по-другому. Верно, Маргарет? — Кайден, который всё это время сидел с недовольным лицом, спросил меня.

— Э-э... ну, у меня сейчас нет времени беспокоиться об этом.

— Видите ли, Маргарет больше не любит наследного принца.

Я задумалась, не опровергнуть ли мне слова Кайдена, но в этом не было ничего плохого, поэтому я просто промолчала.

— В любом случае, сколько бы маны ни было у юной леди, это было в прошлом, а сейчас на этом острове, ваша мана близка к нулю, не так ли?

— Я так думаю. Потому что это остров, где нельзя использовать магию.

— Но есть гипотеза, что монстр был запечатлен из-за маны юной леди, не так ли?

Я обдумала вопрос Асдала.

— Тогда почему… — пробормотала Юанна, подперев подбородок.

Верно. Я тоже не знаю.

Все снова подозрительно посмотрели на Ынджи. Ынджи, которая только что выскользнула из кармана моего платья, сидела у меня на коленях, махала хвостом и мило щелкала языком.

Пока я долго размышляла о Ынджи, Энок, который, как мне казалось, спал, внезапно схватил меня за запястье.

Я тупо уставилась на Энока, который всё ещё лежал.

Он сонно открыл глаза и спросил: «Это правда?» очень низким голосом.

Энок внимательно посмотрел на меня. Возможно, от усталости или лихорадки его голос стал таким хриплым.

— Маргарет, я спросил, правда ли это.

Пока я смотрела на него, он снова позвал меня.

— …прости? Что?

— Я тебе больше не нравлюсь?

— Тебе интересно узнать об этом сейчас, поэтому ты просыпаешься, несмотря на то, что болен?

— …ответь мне, а?

— Хорошо…

— …нет. Не отвечай.

Энок глубоко вздохнул и спокойно посмотрел на меня.

Все, кто шумел, сразу замолчали и сосредоточились на нас.

‘Как неловко.’

Не обращая внимания на взгляды других, Энок сказал мне:

— Ты мне нравишься, Маргарет. Я хочу, чтобы ты знала, что…

Он заснул, как будто снова потерял сознание от такого громогласного заявления.

В хижине повисла жуткая тишина.

Я знала, что Энок смотрит на меня вполне разумно, но впервые напрямую услышала о его чувствах.

‘Ты должен так говорить, когда мы только вдвоем…!’

Вот тогда я могу серьёзно подумать! Я взлохматила волосы от смущения.

— Что ж, я это и ожидал.

Асдал ответил так, как будто это не имело большого значения. Затем Юанна согласно кивнула.

— В любом случае, это старая история, что наследный принц ненавидит юную леди. Неудивительно, что наследный принц влюбляется в неё, не так ли?

Сказала Юанна с весёлой улыбкой.

‘Нет, Юанна…, ты не должна так говорить.’

Я вздохнула, потирая лицо.

‘…ну разве так не лучше? Теперь я полностью избежала угрозы для своей жизни.’

Рузеф и Диего молчали, не подтверждая и не опровергая, а Кайден с досадой смотрел на Энока.

— Наследный принц сейчас не в своём уме. Маргарет, не слушай.

Кайден отчаянно посмотрел на меня и обеими руками закрыл мне уши. Какой смысл затыкать уши, когда я всё уже слышала?

— Да, Энок сейчас без сознания.

Кайден вздохнул с облегчением при моём ответе и опустил руки, закрывающие мои уши.

Я посмотрела на спящее лицо Энока и продолжила:

— И Энок сейчас не сможет выжить без меня, потому что больше никто не может остановить его припадки. Вот почему он так сказал. Все, поймите правильно.

Я огляделась и уточнила, но все только сухо кивнули. Нет, эти люди…

— Итак, что вообще произошло? Вы должны объяснить.

Диего, услышав мои слова, приблизился с лицом, полным решимости, как у генерала, наставившего на меня револьвер.

— После того, как юная леди исчезла, Его Высочество выглядел очень обеспокоенным тем, он продолжал искать вас.

Многие детали истории были опущены из спокойных слов Диего.

— Он вёл себя как сумасшедший. Проблема в том, что в то время начали собираться монстры.

Асдал стоял с обеспокоенным лицом, смотрел на спящего Энока и говорил об этом.

Рузеф, который всё это время только слушал, заговорил:

— Я пытался угадать, почему монстры внезапно пришли. Наверное, это из-за крови.

— Крови?

Рузеф медленно кивнул на мой вопрос.

— Монстры, кажется, способны чувствовать запах крови своего вида. Это было похоже на то, когда мы убили анаконду, другие анаконды приползли к реке на следующий день.

Это было похоже на мое предположение.

— Когда мы с Кайденом пропали без вести на два дня, было дневное время? Разве монстры не исчезли после этого?

— Да, они куда-то исчезли. Потом Его Высочество заснул крепко, как в обмороке. Затем монстры пришли снова, и Его Высочество убил его…, это повторилось.

Означает ли это, что приступы продолжались даже после того, как он глубоко заснул?

Я думала, что Эноку стало немного лучше, но, видимо, это не так.

Обычно в подобных случаях это часто зависит от воли...

— Тем не менее, я рада, что мы выяснили причины поведения монстров, которые перемещаются в больших масштабах. Теперь, когда мы сожгли их трупы, всё будет в порядке.

Все кивнули со слегка расслабленными лицами на мои слова.

Сейчас я чувствую небольшое облегчение.

Я посмотрела на спящего Энока и вздохнула. Усталость накатила волной.

— А пока…, может, сделаем перерыв? Я думаю, мы все должны отдохнуть.

Я так устала, что хочу отдохнуть, но уверена, что я не единственная, кто устал.

Но почему-то Кайден как-то странно посмотрел на меня. У него было виноватое выражение лица, которое ему совсем не шло.

— У тебя все нормально?

— Ещё раз извини.

Ни он, ни я не знали, что тот факт, что мы пошли на утёс, чтобы увидеть яйцо Ынджи, окажет такое влияние. Какое-то время я обижалась на него, но не больше.

— Вообще-то, я была немного расстроена, но ты не ошибёшься, если усомнишься во мне. Всё немного пошло под откос, но это не моя вина.

На мои слова Кайден закрыл глаза с страдальческим выражением лица.

— Прости, Маргарет.

Затем он медленно открыл их и посмотрел прямо на меня. Его дрожащие красные глаза медленно успокаивались.

— Значит, теперь ты во мне больше не сомневаешься?

— Нет, не хочу и не буду.

— Ты всё ещё не доверяешь мне.

— Нет, теперь я тебе доверяю. Я серьёзно.

Кайден смотрел на меня непоколебимым взглядом.

Я мгновение молча смотрела на него и спросила:

— Потребовалось много времени, чтобы недоверие превратилось в доверие, верно?

Он промолчал и не ответил на мой вопрос.

Я решительно сказала ему:

— Ты тоже должен подождать, пока я тебе поверю.

Он кивнул на мои слова. Я посмотрел на него и легла рядом с Эноком.

Ынджи скользнула вверх и легла у моей кровати, скручивая хвост. Кайден последовал за мной и лег слева от меня.

Лёжа и глядя на потолок избы, я услышала шорохи.

Остальные готовились ко сну, но шорох продолжался, поэтому я закрыла глаза, чтобы заставить себя уснуть.

— Маргарет.

Затем Кайден тихо позвал меня. Я медленно открыла глаза и повернула голову.

Кайден лежал спиной ко мне.

Затем он осторожно спросил:

— Я не могу уснуть. Могу я обнять тебя? Тогда, я думаю, я буду спать спокойно.

— Ты не спрашивал меня, потому что думал, что я позволю, не так ли?

— Да, я знал, что ты откажешься.

— Тогда просто спи.

Он медленно кивнул на мои слова, всё ещё лёжа спиной ко мне.

Не думаю, что когда-либо так хорошо отдыхала с тех самых пор, как проснулась на этом острове. Это была череда напряжённых, опасных для жизни и кровавых дней на протяжении всего времени.

…Я очень устала.

Я снова закрыла свои глаза.

Я проверила Энока, как только проснулась утром. Он ещё не пришёл в сознание, скорее всего, из-за истощения после вчерашнего испытания.

Его лихорадка тоже не спала, поэтому я вытерла его потное лицо влажной тканью, пока осматривала его рану на предмет каких-либо признаков заживления. Рузеф сидел рядом, с любопытством изучая лекарства в аптечке первой помощи.

— Леди Маргарет, что это за средство, вы сказали? — спросил он.

Я постаралась объяснить ему как можно проще, чтобы он смог понять.

Возможно, из-за того, что мы все спали на втором этаже хижины, Асдал и Юанна проснулись рано вместе с остальными. Юанна и Диего готовили завтрак, в то время как Кайден подбрасывал в камин дрова, которые он собрал.

Я прервала дискуссию с Рузефом на полуслове и подняла голову, когда принц Гестии встал в центре гостиной и привлёк к себе внимание.

— Я предлагаю изменить распределение членов группы. Этот человек в его состоянии никуда не может пойти, — сказал Асдал, указывая на Энока.

Он был прав. Кто-то должен был отправиться вместо Энока в путешествие к месту, где Юанна впервые очнулась.

— Его Высочеству нужна леди Маргарет рядом с ним, поэтому её также следует исключить из разведывательной экспедиции.

Теперь все знали о тревоге Еноха по поводу разлуки. Смущённая, я держала рот на замке.

— Да будет так, — равнодушно произнесла Юанна, а затем продолжила мыть грибы в кокосовой миске.

Обдумывая слова Асдала, я взглянула на Кайдена. Он зевнул, всем своим видом показывая, что это предложение его не волнует.

— Кайден, ты должен пойти.

Он сразу же отклонил моё предложение:

— Что? Нет. Если ты не пойдёшь, то и я не пойду.

— Мне нужно остаться с Эноком, и Рузеф должен помочь мне позаботиться о нём. Ты единственный в нашей группе, кто может пойти.

— Командующий рыцарями и наследный принц Гестии здесь—

— Они не могут внести свой вклад от нашего имени. Понимаешь?

Кайден недовольно надулся, но запоздало кивнул:

— Я хочу остаться с тобой, Маргарет. У меня тоже есть тревога от разлуки.

Я ошеломлённо покачала головой на странное оправдание Кайдена. Внезапно я вспомнила, что он сказал несколько дней назад.

«Даже если я умру, пытаясь спасти тебя, я хочу, чтобы ты жила».

Когда я спросила, было ли это признанием, его ответом стал лишь задумчивый взгляд.

У него было довольно противоречивое поведение. Если бы я не читала роман, я могла бы принять это безрассудное отношение за результат нежности ко мне.

И даже если это так, это не шло ни в какое сравнение с мнением Энока обо мне.

Имея это в виду, я предложила:

— Когда ты вернёшься, я исполню одно твоё желание.

Голова мрачного человека вскинулась, глаза заблестели:

— Всё что угодно?

— Будет трудно выполнить всё, что ты захочешь, поэтому я сделаю всё, что в моих силах в нашей ситуации.

— Хм, — Кайден подпёр подбородок и задумался над моими словами. Через некоторое время он кивнул, — хорошо.

Гордясь собой за то, что вовремя справилась с ним, я погладила его по волосам, как сделала бы со щенком.

— Неужели лорд решил принять участие? Очень хорошо, тогда в экспедицию отправятся Святая Юанна, лорд Кайден и сэр Диего.

— Вы не уходите, Ваше Высочество? — спросила я Асдала. Как неожиданно; я предполагала, что он уйдёт, основываясь на его речи.

— Я всего лишь принял разумное решение. По сравнению со мной, сэр Диего лучше владеет мечом. Для меня лучше остаться, пока сэр Диего уйдёт.

Как и ожидалось от наследного принца, он хорошо умел распознавать ценность людей и знал, как использовать их в своих интересах.

— Тогда нам лучше уйти сейчас. Мы и так уже достаточно долго откладывали это, — сказал Диего, помогая Юанне налить воду в кокосовую миску.

— Это верно. Лорд Кайден, вы готовы отправиться прямо сейчас?

На вопрос Асдала лицо Кайдена исказилось, но он промолчал. Вместо этого он бросил на меня умоляющий взгляд.

Я вздохнула и сказала:

— Да, он готов.

— Маргарет, — Кайден схватил меня за руку и наклонился ближе, пока его красивое лицо не закрыло мой обзор, и я смогла почувствовать его дыхание, — пожалуйста, помолись за мою безопасность, прежде чем я уйду.

— Я молюсь за твою безопасность. Будь осторожен, — сказала я.

— Не так.

— Как же тогда ты хочешь?

Когда я спросила, изогнув бровь, он повернул голову в сторону. Его острый подбородок приблизился, и я была удивлена прикосновением его губ к моей щеке. Я ахнула и потрогала то место, которого он дотронулся.

— Молись за меня вот так.

Он увидел мою реакцию и весело улыбнулся. Это была очаровательная улыбка, которая могла очаровать других. Я не была исключением, но я не позволила ей ослепить меня.

После минутного молчания я разозлилась и впилась в него взглядом. Явно не ожидая моего гнева, он отпрянул с широко раскрытыми глазами.

— Кайден, я говорила тебе перестать быть нежным, когда я тебе не интересна. Это неуместно.

Несмотря на то, что я говорила спокойно, в моих словах сквозило раздражение. Ошарашенный, Кайден моргнул, а затем выдавил неловкую улыбку, как будто сбитый с толку своими собственными действиями после того, как узнал, какое значение это может иметь.

— Маргарет, я понятия не имею, что означает иметь «интерес» к отдельному человеку. Если бы ты спросила меня, был ли я близок из любви, я бы не смог ответить.

‘Что? Ты что, играешь со мной?’

Когда моё раздражение достигло предела из-за его путанного объяснения, Кайден добавил:

— Однако, я признаю, что скучаю по твоей компании, когда тебя нет рядом, и мне нравится видеть, как ты улыбаешься, и быть достаточно непринуждённым, чтобы прикоснуться к тебе.

Я замерла.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела на меня.

Освободившись от этих тяжёлых мыслей, он быстро сказал:

— Прости, что поцеловал тебя без твоего разрешения. Ты возненавидишь меня, если я попрошу прощения?

Что? Я уставилась на Кайдена так, как будто у него выросло две головы, и промолчала, но он, кажется, ждал ответа.

Я не могла понять ход его мыслей; он объяснил, что не понимает, что значит быть нежным с другим человеком, а затем продолжил отрицать своё заявление. Это новый метод исповеди?

— Ха, он даже не получил ответа, — презрительно сказал Рузеф, который был слушателем нашего разговора, так как он всё ещё сидел рядом со мной.

— Держите свои ухаживания в меру, лорд Кайден, приготовьтесь, — саркастически сказал Асдал.

Кайден проигнорировал принца, продолжая смотреть на меня. Я чуть не сошла с ума, гадая, что, чёрт возьми, делать с этим человеком. Я не должна была волноваться, когда именно он сбросил бомбу.

Я подозревала, что наш разговор пойдёт по кругу, если я буду говорить с ним больше, и наша странная ситуация сейчас не была важна. Вместо того, чтобы обсуждать определение любви и ухаживаний, мне нужно было приготовить еду, чистую воду и полезные принадлежности для тех, кто отправляется на экскурсию. Я отмахнулась от Кайдена, который немного поник, и занялась своими делами.

‘Почему у меня так много дел?’

Упаковав инструменты для выживания, я приготовила дополнительные порции еды, чтобы накормить троих. К тому времени, как я закончила, я уже была измотана, хотя день только начался.

Как только мы все съели свою порцию грибного супа на завтрак, небольшая разведгруппа собралась уходить; однако, как только они собрались, Кайден остановился, чтобы вручить мне длинный лук с горстью стрел.

— О, Маргарет, это подарок.

Несколько дней назад я попросила его приготовить их, ничего не ожидая, но оказалось, что он принял мою просьбу к сведению.

— Ты смог сделать это? Есть ли что-нибудь, в чём ты не разбираешься?

Когда я похвалила его, сверкнув глазами, Кайден почесал щеку и стал избегать моего взгляда, по-видимому, смущённый.

Я думала, он воспримет это замечание как должное и спокойно ответит, но почему он смутился?

Юмор в сторону, я протрезвела и сказала:

— Будь осторожен.

Когда я повторила свои слова, чтобы убедиться, что на этот раз он поймёт, что я говорю искренне, Кайден улыбнулся и энергично кивнул. Я выудила блокнот из своей сумки, вырвала одну из страниц и сунула его в карман его мантии.

Он нахмурился в замешательстве.

— Я набросал карту острова, насколько это было в моих силах, и на всякий случай отметила местоположение хижины.

За исключением местоположения бункера, я собрала всю необходимую информацию, которая могла бы помочь Кайдену найти дорогу назад, если он заблудится. Затем я достала компас и тоже отдала его ему.

— Ты знаешь, как использовать компас?

Кайден кивнул:

— Конечно, знаю.

— Если найдёшь что-нибудь важное, запомни местоположение, — сказала я, кладя предмет в другой карман.

Мне пришло в голову, что, если они найдут выход, участники экскурсии могут бросить нас, но я все ещё надеялась, что спасательные врата будут поблизости. У меня не было другого выбора, кроме как довериться им, потому что я не могла оставить Энока и уйти.

— Маргарет, — позвал меня Кайден мягким голосом, выводя из задумчивости. Затем он протянул руку, чтобы в последний раз коснуться моей щеки, — спасибо.

Я не совсем поняла, за что он меня поблагодарил, но я приняла его «спасибо».

— Пойдёмте, лорд Кайден.

Диего и Юанна, стоявшие у входа в хижину, ещё раз позвали его. Кайден на мгновение задержался, прежде чем последовать за ними на улицу.

С ним всё будет хорошо, верно?

Диего и Кайден казались довольно надёжной комбинацией.

Сейчас не время беспокоиться об участниках экспедиции. Самой большой проблемой была я.

Если подумать, мне приходится жить с двумя мужчинами, у которых сейчас буквально нулевая способность к выживанию. Ужас.

Я надеюсь, что Энок скоро проснётся, но даже если это произойдёт, ему следует пока отдохнуть. В конце концов, это была моя работа — взять на себя ответственность за выживание каждого.

Точно так же, как глава семьи, который обеспечивает средства к её существованию.

Как будто благородной леди, ловящей рыбу, было недостаточно, теперь я благородная леди, которая берёт на себя ответственность за выживание главных героев.

Я села на деревянную палубу перед хижиной и смастерила силок для белки.

Я сделала несколько силков и привязала их к деревянному шесту.

— Что вы делаете?

Асдал, вышедший из хижины, подошел ко мне с любопытным выражением лица.

— Я делаю силок для белки. Я их много видела в лесу, где собирала грибы. Я установлю его там.

Асдал, казалось, понял мои слова, но затем снова посмотрел на деревянный шест в моей руке с лицом, полным недоверия.

— Вы можете поймать этим животное?

— Белки — любопытные животные. Они будут осторожны и сначала спустятся с дерева, затем снова полезут наверх через ловушку и застрянут. Я уже поймала несколько, когда была маленькой, так что я знаю...

Я поспешно закрыла рот после того, как по ошибке произнесла то, что не было нужно.

— Вы поймали белку, когда были маленькой? Вы? Благородная леди? — спросил меня Асдал, как будто не мог поверить в то, что только что услышал. Холодный пот побежал у меня по спине.

— Я некоторое время было интересно, какое образование дал вам герцог Флоне? Я бы хотел посетить его занятия в следующий раз.

Я смутилась, пытаясь избежать его взгляда и просто улыбнулась. Я не знаю, о чём он думал, но он коснулся своего лба и покачал головой.

— Если эти занятие производят таких чудаков, как вы..  это было бы весело.

К счастью, среди этих людей Маргарет известна как сумасшедшая чудачка.

— В любом случае, похоже, от этого мало толку. Вам лучше сделать обычную ловушку. И откуда у вас этот деревянный шест...?

— Если вы не собираетесь помогать, не придирайтесь.

Асдал уставился на беличий капкан с таким выражением лица, словно ему было что сказать.

Это было очень похоже на выражение, которое сделал наш менеджер отдела Ким прямо перед тем, как придраться, когда я была на работе в моей прошлой жизни.

— Вместо этого, как насчёт того, чтобы просто отдохнуть? Мне кажется, я никогда не видел, чтобы вы отдыхали.

Неожиданно Асдал забеспокоился обо мне.

Если подумать, то в наши дни, даже когда я сплю, чувство усталости не проходит. Я думала, что привыкну к этому, но я совсем не привыкла жить в тропическом лесу.

В любом случае, это уже хорошо, что мне не нужно беспокоиться о неприятном событии с главными героями.

Это было ожидаемо, но развитие сюжета развивалось слишком непредсказуемо.

Очевидно, что примерно в это время должны были произойти «события высокого уровня» вокруг главной героини Юанны, но никаких признаков этого не было.

Это потому, что Юанна была безразлична, как будто её вообще не интересовали главные персонажи?

— Я просто собираюсь доделать это, установить и отдохнуть. Мне нужно есть мясо.

— Я говорю так, потому что не похоже, что какое-либо животное будет поймано с этим. Не тратьте свое время на бесполезные вещи и просто отдыхайте.

Какое-то время я думала, что он беспокоится обо мне. Чикидал, который не умел слушать других, раскритиковал беличью ловушку, которую я сделала, и начал придираться ко мне. Как и ожидалось, он похож на менеджера Кима.

Я просто проигнорировала его, закончила ловушку и встала.

— Кстати, вы умеете стрелять из лука? Кайден сделал для меня лук.

Асдал наклонил голову в ответ на мой вопрос.

— Конечно, умею. Раньше я часто использовал арбалеты на охотничьих соревнованиях. Какая же у меня прекрасная игра на соревнованиях...

— Подождите, вы даже ходили на охотничьи соревнования? Вы умеете охотиться, но зачем притворяетесь, что не умеете?

Я сразу же прервал великую сагу Асдала.

— Я в основном использую арбалеты со стрелами на охотничьих соревнованиях—

— О, это здорово. Кстати, Кайден сделал лук для меня. Наконец, вы тоже можете быть полезным.

Перестаньте только просить еду, ты должен хоть что-то делать.

— Что вы сказал...

— Тогда, может быть, мы пойдём?

— Вы никогда не выслушиваете людей до конца, юная леди.

В конце концов Асдал разразился гневом.

Возможно, он подслушал все наши разговоры через открытую дверь, поэтому Рузеф вышел из хижины с луком и стрелами, сделанными Кайденом.

— Если вы двое собираетесь уйти, не могли бы вы, пожалуйста, сделать это побыстрее? Его Высочеству наследному принцу следует отдохнуть, но вы, ребята, слишком сильно шумите.

Когда Рузеф предупредил нас несколько нервным тоном, Асдал расхохотался, как будто насмехался над ним.

Я сразу же обратилась к Асдалу:

— Значит, вы умеете стрелять из лука, верно? Было бы неплохо, если бы вы ловили птиц или даже мелких животных.

Асдал получил снаряжение от Рузефа, кивнул головой и начал громко хвастаться:

— Ха. Пришло время показать мои навыки. Я лучше ловлю летающих птиц, чем животных на земле.

Разве обычно не бывает наоборот? Интересно.

— Тогда, может быть, мы пойдём?

Асдал покорно последовал за мной.

Мы пошли в лес к западу от хижины. Здесь я раньше собирала грибы, и я часто видела пробегавших там белок.

Я поставила беличью силковую ловушку к дереву, где раньше видела, как они обнюхивали окрестности.

Если я установлю её так, у белки будет больше шансов забраться на дерево через мягкую ловушку и попасться.

Пока я устанавливала ловушку, Ынджи выскользнула из кармана моего платья. Она покружилась вокруг меня, чтобы посмотреть, что я делаю, а затем быстро куда-то исчезла.

— О, Ынджи! Куда ты?

На мой зов она, пробирающаяся сквозь кусты, оглянулась и подпрыгнула. Я не думаю, что она просила меня следовать за ней, а подождать некоторое время.

‘Что ты хочешь сделать?’

Кажется, она просила меня подождать, так что мне пришлось это сделать. Я спокойно наблюдала, как Ынджи ускользает в кусты.

В этот момент Асдал наложил стрелу на лук и огляделся, натягивая тетиву.

Я села рядом, чтобы не мешаться под ногами, и наблюдала за ним. Я думала, что он совершенно бесполезен. Кто бы мог подумать, что он умеет стрелять из лука?

А потом я увидела птицу, летящую сквозь ветви деревьев.

Асдал быстро почувствовал движение и отпустил тетиву.

Птица была сбита одной стрелой. Точно в цель.

Я широко раскрыла рот от удивления и посмотрела на Асдала.

— Оставайтесь здесь. Я заберу, — сказал Асдал с довольно уверенным выражением лица и исчез.

О, он снова скорчил эту гримасу.

Я тихо собирала грибы, пока ждала его. Затем передо мной появилась Ынджи, держа что-то во рту. Точнее было бы сказать, что не держала, а тащила.

— ...а?

Это кролик. Ынджи всё ещё была детёнышем змеи, так что она был размером примерно с две ладони вместе взятые, но уже охотилась на кролика в два раза больше.

Главные хищники пищевой цепи действительно удивительны.

— Хорошая работа, Ынджи. Это потрясающе!

Я была взволнована, гладила чешую Ынджи и изливала похвалы. Говорят, что похвала заставляет танцевать даже китов, и Ынджи была так взволнована, что скользила вокруг и вела себя мило.

— Оу, хорошая работа, хорошая работа, мой малыш!

Пока я кричала и хлопала в ладоши, появился Асдал.

— Что вы делаете?

Он попеременно смотрел то на меня, то на Ынджи, как будто увидел что-то странное. Я немного смутилась и сложила руки вместе.

— Ынджи поймала кролика. Вот почему...

Взгляд Асдала обратился к Ынджи и кролику, извивающемуся на земле.

Я смотрела на птицу в его руке, пока он смотрел на кролика.

У неё был длинный хвост, и она отличалась по цвету только мордой, которая на первый взгляд была похожа на фазана. Похоже, это особый вид птиц, который живёт только здесь.

— Похоже на длиннохвостую птицу, — сказал Асдал, заметив, что я рассматриваю птицу в его руке.

— Длиннохвостую птицу?

Какое простое название.

— О, это птица, которая обычно живёт в тёплых северных регионах, но она есть и здесь.

Возможно, потому что Асдал был охотником, он обладал богатыми знаниями.

Конечно, это всё, что он знает.

— Может, нам вернуться?

Я встала вместе с Ынджи и кроликом и ответила:

— Да, давайте. Думаю, мы должны прийти и один раз проверить ловушку, прежде чем ложиться спать.

Асдал кивнул на мои слова.

Мы оба вернулись с кроликом и длиннохвостой птицей.

Конечно, это была моя обязанность — снять с них шкуру. Энок всё ещё не проснулся, а Рузеф и Асдал были дворянами, которые никогда даже близко не подходили к кухне.

Я уверена, что Маргарет поступила бы так же…

Я перестала думать об этом и пошла на кухню с кроликом и птицей в руках.

— Я хочу есть.

Асдал повторил свои слова уже в который раз и продолжил бродить по кухне.

— Я не призываю вас.

Асдал, смотревший на меня, заложив руки за спину, упреждающе отклонил мою жалобу. Любой, кто видел его, мог бы сказать, что он подначивал меня. Я опустила слова, которые застряли у меня в горле.

— Тогда, пожалуйста, терпеливо ждите. Это раздражает, и я не могу сосредоточиться, поэтому, пожалуйста, убирайтесь с моих глаз.

— Я-я вас беспокою?

— Так и есть. Пожалуйста, уйдите с дороги. Прямо сейчас.

Асдал только что-то пробормотал в замешательстве и тихо скрылся из виду, а я взяла хорошо заточенный каменный нож.

Он сидел перед камином и спокойно ждал, пока еда будет готова.

— Пожалуйста, пожалуйста, не обижайте леди Маргарет. Что, если она уйдёт?

Рузеф, ходивший неподалёку, неоднократно критиковал его.

— Мы не сможем выжить на этом острове без леди Маргарет.

Он преданный Маргарет или как… Каким бы раздражающим ни был Асдал, я уставилась на профиль Рузефа вместо того, чтобы сдирать кожу с кролика.

— Я не всемогущая, архиепископ. Я думаю, вы ошибаетесь, что я знаю обо всём...

— Разве нет? — Рузеф посмотрел на меня и переспросил, — вы умеете делать всё, верно?

— Неправда! Это недоразумение, не говорите ничего настолько вводящего в заблуждение. Я сейчас перерезаю сонную артерию, чтобы слить кровь кролика и длиннохвостой птицы.

Я приготовила двух животных и подвесила их вверх ногами на деревянном шесте.

— Подождите минутку, позвольте мне сначала доделать это, а потом поговорим.

Я вышла из хижины с деревянным шестом, подняла его и поставила под ним деревянную корзину для крови. Мне приходилось время от времени проверять всё, потому что нужно было снимать кожу сразу после того, как вытекала кровь.

Я вошла в хижину, устало потирая плечо.

— Послушайте, она так усердно работает, чтобы убрать кожу с добычи, потому что никто другой не знает, как это делается. У неё большое чувство ответственности.

Услышав слова Рузефа, Асдал сел, скрестив ноги, подпёр подбородок и уставился на меня.

— Что ж, это правда. Она оказывается труженица, в отличие от того, что я думал.

Асдал согласился так, как будто Рузеф промыл ему мозги.

‘Да, это не может случиться только один или два раза".

Энок, Кайден и Рузеф тоже поначалу относились ко мне с подозрением. Но с этим ничего не поделаешь.

— Пожалуйста, постарайтесь сделать ей комплимент с большей искренностью.

Рузеф посмотрел на меня и отругал Асдала. Нет, архиепископ, я не нуждаюсь в комплиментах от Асдала. Конечно, слова Рузефа возымели обратный эффект.

Потому что Асдал попеременно смотрел то на него, то на меня с выражением неудовольствия на лице.

— Нет, подождите, я знаю о необходимости помощи леди. Но теперь архиепископ говорит, что я должен угодить леди Маргарет?

— Разве мы не должны хотя бы это сделать? Леди Маргарет — наша надежда.

— Подождите минутку, это странно. Почему я ваша надежда? Отложите эти слова в сторону. Не употребляйте для меня таких странных слов.

Я ответила, сидя перед Эноком и изучая его состояние. Но Рузеф был настроен более решительно, чем ожидалось.

— Нет, я верю в вас, леди.

Да, что с ним не так? В конце концов я отказалась от попыток опровергнуть Рузефа.

Рузеф огляделся, прежде чем подойти к камину, чтобы посмотреть, в каком состоянии Энок.

Энок расслабленно лежал, закрыв глаза. Затем Рузеф положил руку ему на лоб. Лихорадка, кажется, спала.

— Архиепископ, как Энок?

— Теперь лихорадка полностью прошла. Его дыхание тоже восстановилось, и он, кажется, теперь стабилен. Когда вы двое отправились на охоту, он на мгновение пришёл в себя.

— Правда?

Я оглянулась на спящего Энока и ахнула от изумления.

— На самом деле, Его Высочество до сих пор никогда как следует не отдыхал. Я думаю, он очень устал, — сказал Рузеф, проверяя его дыхание.

Я слегка наклонила голову в удивлении от того, что он сказал.

— Он никогда как следует не отдыхал...

Рузеф взглянул на меня и спросил:

— Разве вы не знали? Даже когда мы все спали, он часто просыпался и настороженно осматривался вокруг. Ещё до того, как пришёл в хижину.

Рузеф покачал головой и посмотрел на Энока так, как будто смотрел на кого-то, вышедшего из-под контроля.

— Я думаю, он делал это каждый день. Я тоже чувствителен к новым кроватям, поэтому часто просыпаюсь, но Его Высочество всегда бодрствовал в это время.

Я знала, что Энок часто дежурил по ночам.

Он чувствительный человек. Он был военачальником, который вёл войны, а теперь является наследным принцем. Поэтому на него повлияла ответственность за то, что он должен руководить людьми в любой ситуации.

Но Рузеф сказал, что он делал это «каждый день», а не «часто», чтобы быть таким бдительным и настороженным к окружающей обстановке…

‘Так что это обязательно разрушит его тело’.

Я посмотрела на спящее лицо Энока с тяжёлыми мыслями.

— Может быть, он поправится, если отдохнёт ещё день или два, — сказал мне Рузеф, как бы говоря, чтобы я не волновалась.

Асдал, сидящий неподвижно и наблюдающий за нами, спросил меня:

— Когда вы вернетесь в Империю, вы хотите выйти замуж, леди?

Я странно посмотрела на него.

— Что вы имеете в виду?

— Вы достигли брачного возраста. Разве не все мужчины, с которыми вы сейчас, идеальные женихи? Если вам удастся выбраться с острова, разве вы не хотели бы выйти замуж?

Когда Асдал, подпиравший подбородок, встретился со мной взглядом, он сморщил нос и улыбнулся.

Только что ты включил себя в список моих кандидатов на роль жениха? У тебя есть совесть?

Во всяком случае, я на мгновение потеряла дар речи, потому что его вопрос был таким неожиданным. Я даже не знаю, с какой целью это было сделано.

Но я особо не задумалась об этом.

— Я подумаю, когда выберусь с острова. Беспокоиться об этом сейчас — непозволительная роскошь.

Асдал посмотрел на меня, всё ещё подпирая подбородок. Я не могу понять, о чём он сейчас думает.

— Верно. Это роскошь.

Через некоторое время он кивнул. Рузеф посмотрел на Асдала довольно странным взглядом.

Я взглянула на них и вспомнила о добыче, которую оставила снаружи.

К этому времени кровь, вероятно, уже стекла, поэтому я встала и вышла из каюты.

Как и ожидалось, кровь уже вытекла. Я вернулась на кухню с добычей, сняла с них шкуру и начала разделывать.

— Леди, я надеюсь, вас не оскорбили слова наследного принца Асдала.

Рузеф тихо подошел ко мне.

— О, спасибо за вашу заботу. Вам не нужно беспокоиться об этом, потому что это уже ушло из моей головы.

Я ответила ему улыбкой и закончила разделывать будущий ужин.

Но затем Рузеф опустил взгляд на добычу, которую я разделала, и на мгновение удивлённо раскрыл глаза.

Затем он прикрыл рот рукой, как будто увидел что-то, чего не должен был.

— Простите, мне очень жаль. У меня слабый желудок.

Затем он вышел.

‘Что...’

Я покачала головой, глядя на спину Рузефа, когда он поспешно убегал и снова начала готовить еду.

Кролик был зажарен на вертеле, а птица приготовлена на пару в бамбуке. Я также приготовила рагу для Энока.

— Я думаю, вы преуспеете, если станете охотником, леди.

— Вы же не считаете это комплиментом, да?

— Это комплимент.

Асдал сидел перед кухонным столом, скрестив руки на груди, и ухмылялся. Я нахмурилась, не скрывая своего неудовольствия. Затем, глядя на моё лицо, Асдал высмеял меня.

— Леди, вы выглядите уродливо, когда корчите такое лицо.

— Я знаю, что я красивая.

Затем Асдал закрыл рот, ему больше нечего было сказать. Маргарет действительно была хорошенькой, так что он не мог с этим спорить.

— В любом случае, я выросла в любви. Все знают, что Святой Отец крестил меня в тот день, когда я родилась.

Святой Отец крайне редко крестил младенцев. На самом деле герцог и герцогиня Флоне были довольно напористыми.

Маргарет — вторая из трёх сестер, и у неё нет недостатка в привязанности, поскольку герцог и герцогиня Флоне в равной степени изливали свою любовь своим дочерям.

Скорее, это было проблемой, потому что она выросла слишком избалованной. И если бы мне пришлось сравнивать её с кем-нибудь, она была такой же высокомерной, как Асдал.

— О, я знаю эту историю. Герцог Флоне — идиот, когда дело касается его странной дочери и любимой жены.

— Вы и это знаете? Что ж, если я выберусь с острова, я пойду прямо к своему отцу и скажу ему, что наследный принц Гестии велел мне стать охотником.

—Нет, подождите, подождите, о чём вы сейчас говорите, леди? Почему вы искажаете мои слова?

Точно так же, как он дразнил меня, я подразнила его. Я расхохоталась, глядя на сбитого с толку Асдала.

Поняв, что это была шутка, он вздохнул и извинился передо мной.

— Я приношу извинения за замечания про охотника. Я был груб.

Асдал извинился, потирая лоб. Разве ты не всегда был груб с Маргарет?

— Если вам жаль, не могли бы вы помочь мне поджарить мясо?

— Я ещё раз извиняюсь, но это, должно быть, трудно. Разве у вас не лучше получается, чем у меня? Я буду болеть за вас. Думаю, что мясо там подгорает, смотрите!

Асдал сказал это, не меняя выражения своего лица.

Этот ублюдок. Асдал - настоящий ублюдок, который знает, как правильно использовать людей.

Если бы это был Энок, он бы оттолкнул меня, сказав, что сделает всё сам.

‘Хик-хик, я скучаю по сознательному Эноку’.

Я почувствовала, как в моих глазах скопилась влага, поэтому я осторожно вытерла уголки глаз, пока готовила мясо на гриле.

— Пахнет вкусно.

Рузеф вернулся уже с другим настроение.

— Что это?

Я посмотрела на ярко-красные цветы в его руке.

Затем Рузеф показал мне букет цветов и подошёл.

— О, разве это не красиво? Они были прямо перед хижиной, но я не знал об этом до сих пор, так как цветы только что распустились.

Ярко-красные лепестки, широкие и довольно гладкие. Немного похоже на мак.

— Я хочу подарить их вам, леди.

Рузеф подарил мне букет цветов.

— Я впервые получаю цветочный подарок, — я удивлённо приняла их и вскоре нахмурилась. — я ценю вашу искренность, но что, если это ядовитый сорняк...

Стоп, ядовитый сорняк?

Аналогичная вещь была и в оригинале. Это был ядовитый сорняк под названием «Тентатионем», который привлекал мужчин к Юанне.

В романе весь инцидент начался с того, что Рузеф подобрал эти цветы возле хижины и подарил их Юанне.

Это потому, что события высокого уровня и тому подобное начались, когда они были ослеплены ядом этого цветка.

Я была так потрясена, что уронила цветы на пол.

И под лампой темно. Этот цветок рос прямо перед хижиной.

[П.п.: под лампой темно — о том, что она не замечала или не подозревала о том, что это было у неё перед носом.]

Я думала, что смогу выжить в хижине, если разберусь только с трупами монстров. Было ясно, что хижина больше не безопасна.

‘Да, это место стало зловещим с тех пор, как на втором этаже появился эволюционировавший монстр-паук’.

Думаю, мы должны подготовиться к тому, чтобы немедленно покинуть хижину, когда вернутся участники экскурсии.

Помня об этом, я посмотрела вниз на опавшие цветы, а когда подняла глаза, то увидела, что на лице Рузефа появилось обиженное выражение.

Взволнованная, я быстро придумала оправдание.

— Я не удержала, простите. Но думаю, что этот цветок ядовит...

— Всё в порядке. Я понимаю, что вы чувствуете.

Рузеф нахмурился с озабоченным видом и потёр лицо руками.

Проблема заключалась в том, что у него на руках была жёлтая пыльца.

Я тупо уставилась на эту жёлтую пыльцу, оставшуюся на его лице.

Чёрт, согласно оригиналу, Юанна должна была получить этот цветок, но почему я...! Конечно, оригинал и содержание уже изменились, но почему я...!

— Леди, я думаю, мясо подгорает.

Асдал, который, похоже, не интересуется ничем, кроме еды, попросил меня прийти и посмотреть, потому что мясо подгорает.

— Я не думаю, что сейчас это важно.

— Почему нет? Мясо подгорает.

Почему ты так одержим мясом? Я повернулась и раздражённо посмотрела на него.

— Тогда почему бы вам самому не снять шампуры с огня?

— Почему я? Вы може...

Асдал не смог договорить.

Он посмотрел через моё плечо широко открытыми глазами.

За моей спиной послышался стон.

— Леди Маргарет... хаа...

Это был странный голос, который, казалось, был наполнен болью и экстазом, но в любом случае, он звучал очень болезненно.

Когда я с тревогой повернулась, то увидела, как Рузеф выдыхает с покрасневшим лицом.

Сев, он медленно расстегнул верхнюю пуговицу своей епископской униформы.

— А-архиепископ. Как бы ни было жарко, не раздевайтесь.

При этих словах он жалобно посмотрел на меня. Слёзы навернулись на его глаза, когда он посмотрел на меня, словно умоляя, это было поистине неописуемое зрелище.

— Здесь так жарко, я этого не вынесу.

Я поспешно подобрала цветы, упавшие на пол, открыла дверь и выбросила их наружу.

Затем я намочила тряпку водой и протёрла пол там, куда упала жёлтая пыльца.

— Архиепископ, похоже, наконец-то сошёл с ума.

Асдал посмотрел на Рузефа с потрясённым видом. Кажется, что Рузеф уже расстегнул половину своей рубашки.

— Я думаю, что цветы, которые он принёс — это ядовитые сорняки. Похоже, пыльца содержит вещества, которые возбуждают людей.

— Подождите, что вы говорите...?

Рузеф был теперь полностью раздет.

Он был не так хорош, как Кайден или Энок, но его гладкий, чётко очерченный пресс был обнажён. Увидев белую, тонкую кожу и соблазнительную, твёрдую верхнюю часть его тела, я запаниковала и поспешно похлопала Асдала по плечу.

— Эй, быстро остановите архиепископа.

— Я думаю, здесь слишком жарко, — сказал Рузеф.

Рузеф сидел на коленях на полу с невинным выражением лица.

Почему Рузеф именно священник? Глядя на его фигуру, я задумалась. Очевидно, что это пустая трата рабочей силы.

— Леди, вы можете мне помочь?

Асдал попросил меня помочь ему.

Независимо от того, сколько я думаю об этом, это событие высокого уровня, которое должно произойти с Юанной.

— Вы можете подержать его? Я свяжу его.

На мои слова Асдал кивнул и схватил Рузефа сзади.

Я быстро принесла несколько нитей, которые сделал Кайден.

— Леди, моё тело слишком горячее. Не так помочь. Что-нибудь ещё, пожалуйста, помогите мне с чем-нибудь ещё...

Рузеф замотал головой и взмолился. Я решительно покачал головой и связала ему руки.

— Нет, тебе нужна именно такая помощь.

— Леди...

Похожие на росу слёзы потекли по красным щекам Рузефа.

— Это должны быть вы, леди. Пожалуйста...

Я не знаю, о чём, чёрт возьми, он говорит, но на самом деле его плачущее лицо такое грустное и красивое, что я просто хочу послушать, чего он хочет.

Осознав, о чём я думаю, я удивлённо покачала головой.

Асдал крепче связал запястья Рузефа, затем вздрогнул и, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Леди, вы в порядке?

Он посмотрел на меня как на сумасшедшую. Может быть, именно из-за Рузефа пыльца была передана, и это, кажется, оказало небольшое влияние и на меня.

Проклятье. Я чувствую, как жар разливается по моему телу.

Как только я поняла, что у меня поднимается температура, моё тело стало горячим, как в огне.

— Чёрт возьми. П-пожалуйста, свяжите меня...

Как у Рузефа, мои ноги подкосились, и я упала на пол.

Асдал, привязывающий Рузефа к деревянному столбу, странно посмотрел на меня.

Он поздно обнаружил меня сидящей на полу и бросился ко мне.

— Что, почему? Вы тоже возбуждены?

— В-Вы не можете просто сказать, что мне больно, а не что я возбуждена...?

Я схватилась за перед своего платья и жарко выдохнула. Может быть, если бы в оригинале это была Юанна, то сейчас…

Я стёрла все непристойные мысли, которые приходили мне в голову. Чёрт. Я не могу проиграть этим ядовитым сорнякам.

Я сильная. Я должна это вытерпеть.

Но это было так щекотно, что моё тело не выдерживало. Сильное желание прикоснуться к чьему-нибудь телу вскипело во мне. В моей голове разум и инстинкт резко противопоставлялись.

‘Разве это не нормально ненадолго? Рузефу, похоже, тоже больно, так что лучше мне помочь...’

Я сильно хлопнула себя по щеке, потрясённая своей минутной мыслью. Асдал удивлённо посмотрел на меня.

— Пожалуйста, свяжите меня.

— Леди, следите за своими словами...

Асдал выглядел крайне озадаченным.

Это был первый раз, когда он был так смущён. Но сейчас не было времени беспокоиться о его настроении.

— Я чувствую себя такой грязной. Поторопитесь!

— *вздох* Что, чёрт возьми, здесь происходит...

Я наклонилась и положила голову на пол. Моё тело горело и зудило одновременно. У меня кончилось терпение.

— Пожалуйста, свяжите меня, пожалуйста.

Я схватила Асдала за рукав перед собой, не зная, что делать, и взмолилась. Точно так же, как Рузеф сделал это некоторое время назад. Мне было так больно, что слёзы потекли по моим щекам.

— Я чувствую себя больной. С такой скоростью я не знаю, что мне делать.

— Как я могу так поступить с леди?

Как гром среди ясного неба, он стал вежлив со мной. В то же время воспоминания о нём, произошедшие мгновение назад, промелькнули в моей голове вместе с проклятыми словами, слетевшими с моих губ.

— Ах ты, сукин сын! Ты заставил меня делать всю тяжёлую работу. Ты говоришь, леди? Разве леди ловит рыбу? Я даже разделала добычу. Ты думаешь, это то, что делает Леди? Да, жизнь всегда чертовски несправедлива. Моя жизнь похожа на ***!

Только в присутствии Кайдена я выплёвывала такие ругательства, не прибавляя и не убавляя.

Я никогда не ругалась перед Асдалом, но теперь у меня так кружится голова, что я даже не могу нормально думать.

Вот почему так важно ежедневно вырабатывать хорошие языковые привычки. Чтобы они не вытекали бессознательно.

— Мне... мне жаль.

Асдал сделал очень обеспокоенное лицо и извинился. Нет, я не знаю, почему некогда женатый мужчина ведет себя как идиот.

Я положила свои запястья друг на друга и потянулась к нему, чтобы он быстро их перевязал.

— Поторопись.

Пока как Асдал продолжал колебаться, моё тело стало ещё горячее, чем раньше. Мне казалось, что мой мозг тает и стекает куда-то вниз.

Я схватила Асдала за запястье.

— Я же сказала тебе, я не знаю, что я собираюсь сделать. Быстрее.

Другой рукой я схватила Асдала за шею.

На самом деле, даже сейчас я не до конца осознавала, что делаю.

Я просто хотела как-то остановить этот болезненный жар.

В поле зрения появилось ярко-красное лицо Асдала. Почему у него красное лицо. Он тоже заражён Тентатионемом?

Я медленно приблизила к нему лицо, держа его за воротник.

И затем,

— Я свяжу тебя.

Ещё один знакомый голос встал между Асдалом и мной.

Сначала мне бросились в глаза чёрные волосы, а потом мой взгляд встретился с прекрасными золотистыми глазами.

Энок проснулся.

— Маргарет.

Низкий голос, словно эхом отозвавшийся в пещере, позвал меня по имени.

Я открыла затуманенные глаза и посмотрела на его лицо. Конечно, я всё ещё была не в том состоянии, чтобы нормально мыслить.

— Убирайся. Я чувствую, что сейчас умру.

Мой язык заплетался, и мне было трудно контролировать себя, как будто я была пьяна. Я медленно теряла силу и отпустила ворот Асдала.

Его печальное лицо отодвинулось, и я увидела твёрдый деревянный пол.

Я чуть не ударилась об него головой, но сильные руки обхватили мою талию и тут же подняли.

— ...о?

Кажется, Энок держит меня.

Я барахталась в воздухе, встречаясь взглядом с Асдалом.

— Ха?

Затем мою голову пронзила сокрушительная боль.

Это чертовски больно, чёрт возьми.

Лихорадка поднимается всё больше и больше. Я даже подумала, что, может быть, моё тело сгорит и взорвётся.

У меня была жгучая жажда. Я хотела прикоснуться к кому-нибудь. Казалось, что эту жажду можно утолить, только вступив в контакт с другими людьми.

— Тебе лучше спать спокойно, — послышался голос Энока.

Когда я очнулась, то обнаружила, что лежу на кровати.

Похоже, это была спальня Юанны на втором этаже. В отличие от спальни Асдала, разрушенной монстром, её комната была в порядке.

Я заметила Энока, стоящего у кровати. Он был раздет, но его тело было обмотано бинтами.

Он тоже выглядел не лучшим образом. Но сейчас это не имело для меня значения.

— Как я могу так спать? Пожалуйста, выруби меня, я не хочу умирать в такой боли.

Я умоляла и начала плакать.

‘У меня всё тело чешется.’

Я попросила его ещё раз.

— Энок, мне так стыдно, пожалуйста, выруби меня.

Слёзы потекли по моим щекам независимо от моей воли. Энок забеспокоился.

По мере того, как его сомнения становились всё больше, моё терпение иссякало. Я протянула дрожащую руку и потянула его за рукав.

Лицо Энока приблизилось. На нём отразилось изумление. Кончики наших носов уже тёрлись друг о друга. Я жадно смотрела на его красные губы, которые казались такими мягкими на ощупь.

Возбужденные вдохи щекотали лица друг друга, и я была готова отпустить оковы разума.

‘Пожалуйста, приди в себя, приди в себя’.

Я что-то пробормотала про себя, но моё тело с трудом подчинялось моим командам.

Затем Энок нахмурился и посмотрел на меня, откидывая волосы назад.

Обеспокоенно прикусив нижнюю губу, он оттолкнул меня с таким выражением лица, словно держался за что-то твёрдое.

— Чёрт, ты сводишь меня с ума, — пробормотал он стиснув зубы.

После того, как он оттолкнул меня, я разрыдалась с чувством облегчения, которое почему-то заставило меня опечалиться.

— Просто выруби меня, быстро, я умру от стыда!

Энок медленно наклонился ко мне. Я поерзала на кровати и на мгновение затаила дыхание, когда увидела, что его лицо приближается. Он оттолкнул меня плечом в сторону.

Затем я почувствовала сильную боль в задней части шеи, и перед глазами всё поплыло.

Большое облегчение. Я сказала ему сама, чтобы он вырубил меня, но на самом деле я этого не ожидала.

Может быть, потому что я не главная героиня.

Да, отлично. Это именно то, что мне подходит, триллер на выживание.

***

Кажется, я проснулась ранним утром. Голубоватый свет лился в окно над спальней.

Моё зрение было всё ещё размыто. Когда я медленно встала, то поняла, что мои руки привязаны к столбикам кровати.

Чёрт возьми. Я вздохнула и откинулась на кровать.

Затем я повернулась и сильно удивилась, увидев Энока, сидящего на полу и спящего, прислонившись головой к столбику кровати.

Как только я увидела его лицо, я отчетливо вспомнила, что произошло прошлой ночью, и закричала про себя.

‘Чёрт, как стыдно!’

Пока я размышляла о неловкой истории прошлой ночи, Энок открыл глаза.

— ...Маргарет?

Я посмотрела Эноку в глаза несколько смущённая, мои руки были привязаны к столбикам кровати.

— Почему-то мне кажется, что это было очень давно.

Энок пристально вглядывался в моё лицо, не говоря ни слова. Я опустила взгляд.

— Можешь развязать меня? — спросила я, не глядя ему в глаза.

После минутного молчания послышался довольно тяжёлый вздох. Затем на моё лицо упала тень. Энок наклонился ко мне.

Только после того, как он ослабил узлы, связывающие меня, я смогла встать.

Когда я села на кровать и похлопала себя по запястью, Энок протянул руку и схватил меня за одно из них.

Он нахмурил брови и посмотрел на моё распухшее запястье.

— Ты должна применить какое-нибудь лекарство.

Я молчала.

Энок, держащий меня, поднял голову и посмотрел на меня.

— Ты в порядке?

— ...а?

Я просто растерянно моргнула. Энок спокойно посмотрел на меня и снова спросил:

— Я спросил, в порядке ли ты?

— Я в порядке. А как насчёт тебя?

Он положил руку мне на лоб.

— Я в порядке?

Я смущённо кивнула на его странный вопрос. Затем он коротко рассмеялся:

— Я совсем не в порядке.

Он наклонил голову и посмотрел на меня томным взглядом. Энок медленно потёр подбородок и улыбнулся.

— Ты и правда не можешь отвести от меня глаз ни на секунду, Маргарет.

Я моргнула и посмотрела на него.

— Я собиралась это сказать.

Я тут же исправилась.

— О, конечно, мне нечего сказать о том, что произошло прошлой ночью, но...

Казалось, его не очень заботило то, о чём я говорила.

— Ладно... Энок? А?

Он вдруг обнял меня.

Руки Энока были такими крепкими и тёплыми. Он склонил голову и уткнулся лицом мне в плечо. Горячее дыхание защекотало меня.

— Я рад, что ты в безопасности.

Я держала рот на замке, не говоря ни слова. Он уткнулся лицом в меня и хрипло произнёс:

— Разве ты не должна объяснить, что случилось, Маргарет?

Энок немного отодвинулся от меня и посмотрел на меня. Его золотистые глаза внимательно изучали моё лицо.

— Где ты была с лордом?

— На меня напал монстр. Ты помнишь маленькое серебряное птичье яйцо, которое мы видели перед хижиной?

Энок на мгновение задумался над моим вопросом, а затем кивнул:

— Разве ты не оставила его глубоко в лесу?

— Кайден нашёл яйцо в другом месте. Как будто кто-то передвинул его. Когда Кайден дотронулся до него, оно испустило что-то вроде яда, но, когда я это сделала, всё было в порядке. Странно, не правда ли? После этого я столкнулась с монстрами-тарантулами. Это тоже было перед утёсом.

Затем я рассказала ему историю падения со скалы, историю о том, как яйцо последовало за мной, и историю о том, как Ынджи вылупилась и помогла нам.

— Спасибо.

— М? За что?

— Спасибо тебе за то, что ты в безопасности.

Это было странно произносить. Я чувствовала, как моё лицо горячеет. Неужели я всё ещё не полностью оправилась от воздействия яда Тентатионема?

— ...тогда, что насчёт тебя, Энок? Какого чёрта ты так разозлился?

— Я должен был уничтожить монстров.

Я широко раскрыла рот от его прямого ответа.

— О боже, ты хочешь сказать, что сделал это нарочно? Ты же знаешь, что это похоже на самоубийство?

— Я верил, что ты вернёшься.

Энок посмотрел на меня глазами, полными искренности.

— Что бы ты сделал, если бы я не вернулась вовремя?

— Я попросил архиепископа заколоть меня мечом.

Заколоть мечом....., о Боже.

Я потёрла своё лицо. Что мне делать с этим парнем?

— И тебе спасибо.

— Что?

— Спасибо тебе за то, что ты в безопасности.

Услышав мои слова, он внезапно закрыл рот и посмотрел на меня. Я молча смотрела на сухожилие, растущее в его кулаке.

Затем он снова обнял меня и глубоко вздохнул.

Я похлопала его по спине, ожидая, пока он успокоится.

Энок был человеком со многими эмоциональными недостатками. Может быть, мои слова его утешили. А потом вдруг,

«Ты мне нравишься, Маргарет. Я хочу, чтобы ты знала, что...»

Слова, которые он сказал перед тем, как потерять сознание, снова пришли мне на ум.

‘Это правда?’

Я не могла не спросить его.

— Энок, ты серьёзно?

Затем он опустил свои руки. Его лицо заполнило моё поле зрения.

— О чём ты?

— Ну...

Немного неловко говорить это своими собственными устами.

— Ты помнишь, как вернулся в хижину и что ты сказал мне после этого?

На мой вопрос Энок сморщил нос и ничего не сказал с задумчивым выражением на лице.

— ...нет.

Как и ожидалось. Думаю, это была просто чушь, как я сделала прошлой ночью. Я была почему-то разочарована. Поражённый этим чувством, я вздохнула.

Я покачала головой и встала со своего места.

— Как архиепископ?

— Ну, он, вероятно, всё ещё привязан к двери.

— Я сейчас в порядке, наверное, архиепископ тоже. Может, нам спуститься вниз?

Энок, сидящий на кровати, выглядел более печальным, когда встал. Он нежно погладил меня по волосам.

— Почему бы тебе не отдохнуть ещё немного?

Я покачала головой:

— Рузефу, должно быть, тоже нелегко, поэтому мы должны развязать его.

— Ладно. Я всё равно буду рядом с тобой, так что всё будет хорошо.

Энок кивнул.

Означает ли это, что ты будешь стоять рядом и защищать меня, если состояние Рузефа не улучшилось? Я хотела спросить, но сдержалась.

В прошлом я бы без колебаний засыпала его вопросами, но сейчас, как ни странно, я чувствую себя немного неловко.

У меня есть свой собственный способ интерпретировать его слова; что он будет на моей стороне, но почему-то я не хочу нарушать это.

В конце концов, я перестала его расспрашивать.

Мы с Эноком спустились на первый этаж. Как и ожидалось, Рузеф сидел связанный перед дверью хижины и горько плакал.

Потом он увидел, как мы спускаемся и повеселел.

Асдал спал перед камином.

Кстати, а где Ынджи?

Думала я, развязывая запястья Рузефа.

И если Тентатионем начинает цвести....., с Кайденом всё в порядке?

— М?

Кайден повернулся спиной. Юанна, шедшая позади него, задумчиво посмотрела вслед.

Даже Диего, следовавший за Юанной, остановился.

— Что случилось?

Несмотря на её вопрос, Кайден почесал затылок и продолжил осматриваться.

— Кажется, будто кто-то наблюдает за мной...

Кайден не договорил. Два человека, смотрящие на него, непонимающе моргали глазами.

— Неважно.

‘Может быть, я слишком чувствительный’, — подумал он и зашагал дальше.

Прошло полдня с тех пор, как они покинули хижину. Вскоре после ухода Юанна устала, но старалась этого не показывать.

‘Нужно быстро найти место, где можно переночевать’.

Пока Кайден обдумывал это, сзади раздался голос Юанны:

— Кстати, вы такой непредсказуемый, лорд.

Не оглядываясь, Кайден шагнул вперёд с кинжалом и срубил ветку дерева, преграждающую путь.

— Когда я увидела, как вы разговариваете с юной леди Флоне, я подумала, что вы довольно дружелюбный человек. Вопреки слухам, вы много болтаете.

Кайден всегда был окружен слухами и предрассудками так же сильно, как и Маргарет.

Если сумасшедшей девушкой Империи Лэнгриджа была Маргарет, то сумасшедшим был, конечно же, Кайден.

Однако разница между Маргарет и Кайденом заключалась в том, что Маргарет была активна в светском обществе, в то время как Кайден даже не показывал своего лица публике.

Иногда он появлялся в лаборатории, возглавляемой волшебниками или священниками. Но когда он это делал, то превращал это место в пыль, поэтому люди боялись его.

Юанна продолжала делать попытки заговорить с хранящим молчание Кайденом.

— Но сегодня вы мало говорите.

— А, разве это имеет значение? Разве сэр Диего не противоречит слухам гораздо больше, чем я?

Вместо того чтобы быть общительным человеком, Кайден в принципе не любил находиться в компании людей.

Но он не мог избежать этой ситуации, так как Маргарет сама попросила его помочь этим людям.

За его спиной послышался смех Юанны.

— Ах, это верно. Сэр Диего любит милые вещи.

Диего тихим голосом запротестовал против её игривых замечаний:

— Пожалуйста, уважайте мой вкус.

Кайденe почему-то захотелось подразнить его, но опять же, Юанна не упустила момент и пробормотала:

— О, не только вкус....., вы на удивление трус, да?

— Нет, это недоразумение, —угрюмо ответил Диего, Юанна расхохоталась.

— Какое недоразумение? А кто проливал крокодильи слёзы и говорил, что кролики слишком милые, чтобы их есть?

Не в силах ответить на игривый вопрос Юанны, Диего прикусил губу. Похоже, он решил, что будет лучше держать рот на замке.

Даже Кайден подумал, что это мудрое решение.

Они пробрались сквозь густой подлесок и вышли на открытое пространство. Кайден повертел кинжал в пальцах и вложил его в ножны, привязанные к поясу.

Он посмотрел на небо. Там уже начали появляться красные тени.

— Солнце садится. На этом открытом пространстве монстры легко могут окружить…

— Лорд Кайден прав.

Диего кивнул в ответ на бормотание Кайдена.

Оглядевшись, он спокойно сказал:

— Я думаю, лучше пройтись ещё немного. Это опасно, но солнце ещё не зашло, так что сейчас самое подходящее время осмотреться.

— О, если вы пройдёте немного дальше отсюда, там есть огромная река. Не лучше ли выбрать место поближе к ней, чтобы переночевать?

Услышав слова Юанны, Кайден достал компас и карту Маргарет.

Сориентировавшись по компасу и проверив местоположение на карте, он понял, что это не далеко от того места, где Юанна нашла ключ.

Кайден подумал, что, возможно, он смог бы добраться туда быстрее, если бы разбил лагерь на ночь.

Он сложил карту и сказал:

— Вокруг реки опасно, потому что неизвестно, когда появятся монстры-анаконды, но там легко достать воду, так что лучше оставаться поблизости.

Как только Кайден договорил, за деревьями показалась река.

— Река! — крикнула Юанна с порозовевшим лицом.

Кайден и Юанна, уже готовые идти к туда, остановились, потому что Диего преградил им путь.

— Пожалуйста, подождите минутку. Вон там что-то вроде хижины.

Посмотрев в том направлении, куда указал Диего, они увидели маленькую хижину у реки. Это был очень маленький домик, едва вмещающий троих.

Они озадаченно посмотрели друг на друга, а затем медленно приблизились к месту.

Кайден внимательно оглядел хижину.

Огромные деревья окружали её, как крепость, а красные цветы цвели тут и там, создавая яркую атмосферу.

— Немного отличается, но похоже на то, что сделала Маргарет.

Диего заглянул внутрь, услышав бормотание Кайдена, и удивлённо повернулся к нему.

— Юная леди Флоне знает, как построить хижину?

— Юная леди Флоне действительно потрясающая.

Юанна посмотрела на Кайдена с восхищением.

Кайден гордо кивнул, как будто это его хвалили:

— Так и есть.

Затем он вытащил кинжал из-за пояса и присвистнул.

— Кажется, вокруг нет ничего опасного. Хижина тоже выглядит неплохо, как насчёт того, чтобы переночевать здесь?

Кайден проверил всё, даже внутри хижины, и спросил Юанну и Диего.

Юанна и Диего кивнули в знак согласия с ним.

— Это хорошая идея.

Они немедленно распаковали свой багаж. Вскоре после этого Кайден попытался выйти.

— Я проведу небольшую разведку местности и раздобуду что-нибудь поесть.

— Я пойду с вами, — сказал Диего.

На эти слова Кайден решительно покачал головой:

— Сэр, пожалуйста, защищайте хижину. Самое важное в нашем путешествии это безопасность Святой.

Убеждённый, Диего кивнул. Юанна, спокойно слушающая их разговор, улыбнулась Кайдену и помахала рукой.

— Удачи. Я буду охранять хижину.

Потом она проводила его и послала воздушный поцелуй, Кайден нахмурился и вздохнул. Ему было трудно понять её, поэтому было неловко смотреть ей в лицо.

Кайден ухмыльнулся и вышел, держа в руках свой кинжал.

Небо окрасилось в пурпур. Готовясь к опасности появления монстров, Кайден свёл свои движения к минимуму.

Через некоторое время он уже был готов вернуться в хижину, поймав маленького зверька, похожего на кролика.

‘Кто-то наблюдает за мной’.

В этот момент Кайден почувствовал странные волны, мягко вибрирующие в воздухе.

Он огляделся, чтобы посмотреть, откуда они исходят, и обнаружил пару зрачков, уставившихся на него издалека.

— Дерьмо.

Эти жёлтые глаза, светящиеся в темноте, казалось, не собирались нападать на него, как будто были намерены только наблюдать за ним.

Это было похоже на монстра-волка.

Кайден неторопливо схватил свой кинжал и принял стойку.

После того, как они довольно долго смотрели друг на друга, монстр развернулся и исчез в кустах.

Кайден слегка разочарованно выпрямился.

— Чёрт, так неприятно.

За тобой наблюдает монстр.

‘Интересно, систематически ли монстры острова следят за нами, как мы с Маргарет предполагали’.

Кроме того, в этом районе в больших количествах обитают монстры-тарантулы. Это был первый раз, когда он увидел монстра-волка, бродящего здесь.

‘Неловко, но я расскажу об этом Маргарет позже, когда вернусь. Хотел бы я, чтобы меня похвалили за то, что я привезу полезную информацию’.

Эта мысль заставила его почувствовать себя лучше. Кайден вернулся в хижину, напевая.

Но там он стал свидетелем довольно странного зрелища.

— Что, чёрт возьми, это такое...

Вокруг хижины красные цветы были в полном расцвете до нереального уровня.

Когда он уходил, цветы были распущены не так сильно.

Внезапно луна поднялась высоко.

Цветы, кажется, впитывали лунный свет и от этого цвели ещё ярче.

— Вы здесь, лорд?

Юанна вышла из хижины, зевая. Вслед за ней вышел Диего с несколько измученным лицом.

— Хм? Когда это цветы так расцвели?

Юанна странно оглядела цветы, заполнявшие пространство вокруг хижины.

Кайден наблюдал за цветами, держась за подбородок.

Их рост внезапно увеличился, на каждом цветке было больше одного или двух подозрительных пятен.

— Я видела эти цветы, когда шла сюда. Они довольно… Я никогда не видела таких красивых цветов.

Диего взглянул на Юанну, когда она пробормотала это.

— Если вам они нравятся, я выберу несколько для вас.

Когда он наклонился и сорвал один цветок, Кайден поспешно остановил его.

— Вам нельзя так небрежно прикасаться к подозрительному цветку, опустите его.

Диего мгновение смотрел попеременно то на цветок, то на Кайдена, затем спокойно положил его.

— Как и ожидалось, вы много знаете, потому что вы маг.

— Это просто здравый смысл.

Юанна пробормотала, грустно глядя на упавшие на землю цветы.

Внезапный ветер сдул большое количество жёлтой пыльцы с цветов вокруг хижины.

— Апчхи! — Юанна, покрытая пыльцой, чихнула.

Диего, который тоже вдохнул пыльцу, выронил цветок, а затем прикрыл нос рукой.

Кайден почувствовал, что реакция этих двоих была несколько странной. Шеи Юанны и Диего начали постепенно краснеть.

Юанна, сев, схватилась за шею. Она несколько раз кашлянула.

Диего озабоченно схватился за ворот своей рубашки и потянул её так сильно, что три или четыре верхние пуговицы оторвались.

‘Чёрт. Какого чёрта? Ядовитая пыльца?’

Кайден, устойчивый ко всем ядам, единственный был в порядке.

Кажется, этим двоим было очень больно, но они не сдвинулись с места. Это лишь усложнило задачу Кайдену.

Юанна и Диего были измождёнными, как увядающие цветы.

Их расфокусированные глаза, неровное дыхание и жесты, когда они стонали на полу. Как будто они не могли дождаться, чтобы утолить свою жажду.

Неловко.

Кайден не мог позволить им оставаться снаружи, когда совсем недавно столкнулся с монстром.

В конце концов, он решил перенести их в хижину. Было довольно трудно.

— Вот почему я ненавижу жить с другими, если выглядит опасно, зачем к этому прикасаться...! Бл***!!

Кайден выругался. Похоже, ему следует отказаться от своего плана вернуться без каких-либо проблем и получить похвалу от Маргарет.

***

Ынджи, исчезнувшая прошлой ночью, съела весь Тентатионем.

Как только мы с Эноком вышли из хижины, то обнаружили, как Ынджи поедает цветы с пугающей скоростью.

Должно быть, там было несколько нецветущих кустов, но красные цветы заполнили пространство вокруг хижины за одну ночь.

— Ынджи!

Удивленная тем, что она вернулась, я окликнула её. Ынджи, которая наконец-то посмотрела на меня, просто радостно завиляла хвостом.

Малыш со сверкающей чешуей не решался подойти ко мне. Только после того, как она съела весь оставшийся Тентатионем, то быстро скользнула к хижине.

Тем не менее, Тентатионем – очень токсичный цветок. Вдобавок ко всему, я не могу поверить, что она съела всё это сразу……

Ынджи проскользнула передо мной и беспомощно упала на пол. Удивленная, увидев, что Ынджи потерял сознание, я подняла её.

К счастью, она дышала ровно, так что было ясно, что она просто спит.

Я облегчённо вздохнула.

— Ты говорила, что монстр запечатлел тебя, да? — спросил Энок, глядя на спящую Ынджи.

— Да, думаю так. Я могу догадаться о том, что она чувствует. Она также, кажется, понимает, о чём я говорю. По словам Кайдена, это потому, что она запечатлела меня.

— Не похоже на обычный случай, — пробормотал Энок.

Я вспомнила разговор, который у меня был со всеми о том, что Ынджи запечатлела меня ранее.

Монстры не признают в людях хищников более высокого уровня, а анаконда сама по себе уже является высокоуровневым хищником, что затрудняет им поиск других существ для запечатления. Но сказали, что это может произойти, если у меня огромное количество маны.

‘Не знаю. Для меня это тоже загадка.’

Я посмотрела на Ынджи, а затем вернулся в хижину с Эноком.

Рузеф спал, вероятно, слишком устал, а Асдал пил воду, сидя перед кухонным столом.

Асдал посмотрел на Ынджи в моей руке и сказал:

— Она умна для монстра.

Похоже, он тоже знал, что Ынджи ела Тентатионем всю ночь напролет.

Стоп, хочешь сказать, что я знала о плохом воздействии Тентатионема на организм Ынджи, но всё равно позволила ей съесть всё это?

Я могла только накричать на него: «У меня не было выбора, кроме как позволить ей сделать это. Она помогла нам».

Асдал, который понял значение моего взгляда, промолчал.

Я беспокоилась о том, что может случиться с Ынджи, но она лишь крепко спала.

К счастью, кажется, никаких проблем не возникло, поэтому я пошла на кухню, чтобы спокойно приготовить еду.

Затем Энок подошел ближе и оттолкнул меня с дороги.

— Маргарет, тебе нужно немного отдохнуть. Я приготовлю.

В конце концов, только Энок и заботится обо мне. По какой-то причине мне было так стыдно за то, что я заботился об Асдале, в то время как он потерял сознание, что я чуть не расплакалась.

Асдал, сидящий, подперев рукой подбородок, нахмурился, глядя на Энока.

— Как я ни посмотрю, это потрясающе. Не могу поверить, что принц Энок так сильно изменился.

— В принципе, люди меняются.

— Думаю, это правда. Маргарет Роуз Флоне, которую я знаю, тоже изменилась, — сказал Асдал, указывая на меня пальцем.

Затем он похлопал себя по колену и схватил меня за запястье, как будто ему внезапно пришла в голову мысль.

— Я уже много думал. Но разве не эффективнее построить плот, чем смотреть, нет ли каких-нибудь кораблей, проплывающих мимо на берегу?

Услышав слова Асдала, я забыла об идее помочь Эноку и оглянулась на него.

Только тогда я вспомнила о плане. Подумать о том, как обратиться за помощью во время моего пребывания в хижине.

— Вы несколько раз запускали фейерверки в небо с помощью волшебного инструмента, но до сих пор никто не приблизился к острову. Для нас лучше попытаться сбежать самим, чем ждать спасения.

Асдал мягко говорил со мной.

Скорее всего, это его способ сказать мне, чтобы я убедил Энока построить плот вместе, но я знаю, что этот остров существует в другом времени и пространстве. Нет никакого смысла плыть на плоту.

Вероятно, он просто сделает круг вокруг острова, а затем вернется в исходную точку.

— ...Почему бы нам не обсудить это после того, как Святая и остальные вернутся?

Я убеждала его так же мягко, как он пытался убедить меня.

— У нас всё ещё не хватает рабочих рук. Что, если у нас закончатся все силы после строительства плота, а потом мы столкнемся с монстром?

В ответ на мой вопрос Энок, спокойно готовящий, взглянул на нас и заговорил:

— Маргарет права. Прежде всего, давайте дождёмся возвращения Святой и остальных.

Асдалу, который снова сел, ничего не оставалось, как кивнуть головой в ответ на слова Энока.

— Ага, хорошо. Если такова наша ситуация.

— Прекрати ныть, пока я не вызвал тебя на дуэль.

Энок метнул каменный нож. Он острым краем задел щёку Асдала и вонзился в центральную колонну гостиной.

— О, Боже мой. Если я приму просьбу принца о дуэли, мне будет трудно выжить. Я должен спасти себя до этого момента.

Асдал поднял обе руки в шутливый жест капитуляции.

Энок бросил презрительный взгляд, и Асдал обиженно похлопал себя по груди. По-настоящему иронично то, что Асдал, который всегда унижает Энока и говорит, что он наполовину принц, доверяет ему больше всех среди нас.

Несмотря на то, что сейчас они не очень хорошо ладят, может у них, было нечто похожее на дружбу в их школьные годы?

— Кстати, если я смогу использовать магию, то я смогу проверить схемы передвижения монстров.

Когда я переложила спящую Ынджи на подушку, сделанную из собранных листьев, я услышала бормотание Асдала и повернулась к нему.

— Что вы имеете в виду? — спросила я.

На мой вопрос Асдал похлопал себя по глазу и улыбнулся.

— Ну, я уже говорил об этом. У меня волшебный глаз. Эта способность передается из поколения в поколение по королевской линии Гестии, но это королевская тайна, неизвестная внешнему миру. Я расскажу вам кое-что особенное об этом.

— Что...? Волшебный глаз?

— Это способность видеть поток маны. Благодаря этому я могу различать типы различных сил, таких как магическая сила и божественная.

Маргарет об этом не помнила. Как он и сказал, это секрет Королевства Гестия, неизвестный внешнему миру.

«Количество маны, которой вы обладаете, огромно, юная леди».

«Но откуда вы знаете, сколько у меня маны?»

«У меня есть глаза, чтобы видеть».

Похоже, то, что он говорил, не было чепухой. Я кивнула головой в чистом восхищении.

— Великая сила.

— Я знаю, и это сила, в которой нуждается королевская семья. Мы использовали эту возможность для привлечения талантливых людей.

Если можно визуально видеть ману каждого, это должно быть действительно полезно для привлечения талантов.

— В любом случае, это сила, основанная на магии, поэтому я не могу использовать волшебный глаз с тех пор, как попал на этот остров.

Асдал вздохнул, постукивая пальцем по столу.

— Немного грустно. Это был бы большой плюс.

— Всем здесь тоже грустно, они не могут использовать свои силы. Как и вы, верно?

— ...Интересно, вы действительно видели, сколько у меня маны? Я лишь раз взглянула на вас в Королевстве Гестии.

Асдал кивнул:

— Если я посмотрю в глаза человека, даже на мгновение, я смогу понять большую часть его маны. Я был удивлён, даже несмотря на то, что у вас так много маны, вы не знали этого…… Хотя я ожидал этого с того момента, как услышал, что вы разбили пробный шар в академии, но не стали пробовать снова из-за Банхвана.

Не знаю, радоваться мне или обижаться на то, что сказал Асдал.

Я вздохнула и ответила:

— Верно. Причина, по которой моя мана неизвестна, заключается в том, что я не показываю свои способности. Я просто ненавижу практику. Как вы знаете, в то время единственное, что меня интересовало, был Энок.

В это время Энок, который спокойно готовил, гордо посмотрел на меня. Затем Асдал расхохотался.

— Как по-детски.

— Да. Так что на самом деле я не жалею, что не могу использовать магию. Я даже не знаю, как это делать.

Асдал, всё ещё подпирающий свой подбородок, обеспокоенно посмотрел и указал на меня.

Я осторожно подошла к нему:

— Тогда позвольте мне сделать вам особый подарок.

Он схватил меня за запястье и вложил что-то мне в руку. Я разжала кулак и обнаружила кольцо с изумрудом размером с ноготь.

— Что это? — спросила я.

— Награда за поимку рыбы, — ответил Асдал.

Ой. Я думала, что у него нет совести, но, похоже, у него присутствует лёгкое чувство стыда.

— Красивое.

— Это волшебное кольцо, — сказал Энок, взглянув на мою руку.

Затем Асдал хлопнул в ладоши и сказал:

— Банхван умён, как и ожидалось.

— Похоже на драгоценный, но это на 100% чистый магический камень. Это вспомогательное устройство, которое контролирует поток маны, а также помогает её высвобождать.

Кажется, что это не изумруд, а волшебный камень.

— Почему вы отдаёте мне такую драгоценную вещь? Я не знаю, как пользоваться магией, мне это не нужно.

Я протянула руку, чтобы вернуть кольцо, но Асдал покачал головой и отказался:

— Даже если вы им не пользуетесь, просто возьмите. Я чувствую себя очень неуютно, когда вижу, как люди растрачивают свои способности впустую.

На самом деле я не хотела его брать, но почему-то подумала, что столкнусь с довольно неприятной ситуацией, если буду и дальше препираться с Асдалом, поэтому решила спокойно принять кольцо.

— Жаль, что мы не можем проверить силу кольца прямо сейчас на этом острове. В конце концов, вспомогательные устройства – это вещи, которые активируются путем вливания в них маны, — пробормотал Асдал.

Услышав его, я поняла, что кольцо похоже на серьгу Кайдена.

Причина, по которой мы не можем использовать магию на острове, заключается не в том, что мана внутри нас полностью исчезла. Проще говоря, мана каждого была близка к тому, чтобы быть «запечатанной».

— Примерьте.

Асдал указал на кольцо, которое я держала.

— Нет, спасибо. В любом случае, на этом острове всё бесполезно. Я примерю, когда сбегу.

— Ну, ладно. Просто наденьте. Красивое же? — Асдал надавил на меня.

Неохотно я надела кольцо на указательный палец, думая, что, если я откажусь ещё раз, он только снова разозлит меня.

Внезапно мана, текущая внутри моего тела, заколебалась и постепенно начала притягиваться к моим пальцам.

— Стоп, а?

Асдал посмотрел на меня с изумлением.

Я тоже была сильно удивлена. Я посмотрела на свои пальцы, где собиралась мана. Внезапно кольцо начало светиться.

— Что это...

Асдал удивился и схватил меня за руку, а затем его голубые глаза вспыхнули изумрудным светом.

Энок подбежал ко мне, вероятно, беспокоясь.

— Маргарет! Ты в порядке?

Энок накрыл мои щёки и осмотрел лицо. Я в замешательстве кивнула и оглянулась на Асдала.

Он посмотрел на меня, нахмурившись:

— Как только я схватил вас за руку, ваша мана потекла в меня.

— Что...?

Что это значит? Я не смогла понять, о чём он говорит. Может быть, его глаза изменили цвет, как только он схватил мою руку с кольцом?

Мне же сказали, что это кольцо является вспомогательным инструментом, который может контролировать ману, а также помогает «высвобождать» её.

— Вам нужно ввести ману, чтобы заставить это кольцо работать…… Но разве не все на этом острове не умеют пользоваться магией? Почему мана юной леди разблокирована?

Я тоже была озадачена и посмотрела вниз на кольцо на своем указательном пальце.

Почему, в отличие от других, я могу высвобождать ману?

— Это из-за той магической помощи, которую вы мне оказали?

— Нет, разве я вам не говорил? Вам нужно ввести ману, чтобы заставить это кольцо работать. Я не могу использовать его, потому что моя мана сейчас заблокирована. Кажется, что у вас вообще никогда не блокировалась мана?

Только тогда я поняла, почему Ынджи осмелилась наложить отпечаток на меня, а не на архимага Кайдена, у которого было больше маны, чем у меня.

Кайден был нормальным человеком, если его мана была заблокирована, а моя мана была свободна. Я думала, что меня признали существом более высокого уровня с большим количеством маны.

— Почему вы не сказали мне, что ваша мана не была заблокирована?

Асдал подозрительно посмотрел на меня. Энок заопасался Асдала и преградил ему путь.

Я слегка опустила голову на спину Энока и тихо пробормотала.

— Потому что я не знала. Как я уже сказала, я даже не знаю, как использовать магию.

Затем я снова посмотрела в глаза Асдалу. Его глаза вернулись к своему первоначальному голубому цвету.

— Кстати, цвет ваших глаз изменился, когда вы держали меня за руку. Ваши глаза были изумрудными.

Асдал, как будто не понимая сложившейся ситуации, поднял голову.

— Когда я использую Волшебный глаз, цвет моих глаз меняется на изумрудный. Я использовал свой волшебный глаз с маной, которую только что дала мне эта юная леди.

— ...подождите. Вы используете мою ману? Это возможно?

— Этот волшебный камень немного особенный. Вы думаете, я дал бы вам что-то бесполезное?

На ответ Асдала Энок кивнул и согласился.

— Это вспомогательное устройство, которое помогает высвобождать ману, так что это необычная вещь.

Я взглянула на Энока и снова спросила Асдала:

— Тогда, если я высвобожу свою ману и передам её кому-то другому, сможет ли этот человек использовать её?

Короче говоря, я могу быть их зарядником маны.

Асдал кивнул.

— Я так полагаю? Я дал его вам, потому что это могло помочь контролировать ваш поток маны, но вы собираетесь использовать его, чтобы высвободить её? Я никогда не делал этого раньше, но..., вы сделаете то, что только что сделали со мной, с наследным принцем?

— Всё будет хорошо? — спросила я.

По предложению Асдала я подняла глаза на Энока. Затем Энок на мгновение посмотрел на него и кивнул головой.

— Давай посмотрим, смогу ли я пользоваться мечом.

Магия и фехтование — это обе способности, основанные на мане, так что, думаю, их можно будет использовать.

Энок вытащил свой меч из ножен на поясе.

Я схватила его за руку. Затем вспышка жёлтой молнии сверкнула вокруг меча Энока.

— Это проясняет ситуацию. Юная леди Флоне — единственная, кто может использовать магию на этом острове, — сказал Асдал, вставая со своего места.

Энок снова стоял спиной ко мне с напряженным выражением на лице, держа свой меч.

Асдал медленно приблизился к нам, скрестив руки на груди.

— Это действительно... странно.

Я, который считалась самой подозрительной, стала из-за этого ещё более подозрительной. Однако невозможно сказать, что это происходит потому, что в теле Маргарет находится другая душа.

Думаю, у всех нас есть что-то общее: огромная мана, будь то магические силы или божественные.

Может быть, кто-то запер нас на этом острове, чтобы проверить нашу ману? Но почему они заблокировали её использование?

И причина, по которой только я могу использовать ману среди них, вероятно, заключается в том, что чужой дух по имени «Ли Джин Джу» вселился в тело Маргарет, верно?

Другой причины, кроме этой, нет.

Асдал прищурился и пристально посмотрел на меня, как будто пытаясь прочитать мои мысли.

— В этом нет ничего странного. Подозрительная ситуация. Конечно, у меня нет намерения обвинять юную леди в том, что она виновата, как раньше. Судя по тому, что я видел, юную леди, похоже, саму потащили за собой. Также есть надежда, что на некоторых из нас закон этого острова не распространяется.

Энок, который всё ещё смотрел на Асдала, понял, что у него не было намерения угрожать мне, и убрал свой меч обратно.

Он оглянулся на меня и спросил:

— Как ты думаешь, сколько маны ты использовала? Тяжелее, чем раньше?

Я покачала головой на вопрос Энока.

— Нет, не думаю, что есть большая разница по сравнению с тем, что было. Я даже не знаю, как чувствовать ману...

Услышав мой ответ, Асдал с довольным лицом захлопал в ладоши. Он посмотрел на меня такими глазами, как будто к нему вернулось желание жить.

Если подумать, то он был человеком, который чувствует себя некомфортно при виде того, как люди растрачивают свои способности впустую.

— В конце концов, количество маны, которое у вас есть, настолько велико, что, похоже, вы прекрасно высвобождаете такое количество. Я научу вас чувствовать ману. Разве не было бы здорово, если бы маной юной леди можно было поделиться с другими?

У меня не было никаких серьёзных претензий по этому поводу. Для меня практически невозможно научиться магии самостоятельно, за такой короткий промежуток времени.

Самое эффективное решение в этой ситуации – высвободить мою ману, чтобы другие могли её использовать.

Асдал указал на Рузефа, который спал в гостиной.

— Когда архиепископ Рузеф проснётся, было бы неплохо посмотреть, сработает ли это и с божественной силой.

Если то, что у меня есть – это магическая сила, разве божественная сила не другая? Если это так, то даже в такие моменты, как сейчас, Рузеф бесполезен… Это очень печально.

Возможно, тот, кто может использовать мою ману с наибольшей пользой – это Кайден, главный маг.

***

— ***, эти ублюдки!

Кайден связал Диего и Юанну в хижине и лёг рядом с ними.

— Фу, развяжи.

Пронзительный голос Юанны достигал ушей Кайдена, но он лежал неподвижно.

Её хныкающие крики всё не останавливались.

А потом связанный Диего начал бороться изо всех сил и повредил стены хижины так, что она начала рушиться.

— Что, чёрт возьми, делает этот идиот!

Кайден вскочил и быстро выбежал из хижины с Юанной на руках.

Диего стоял среди раздавленных обломков. Нахмурившись, он разорвал воротник спереди и горячо выдохнул.

В этот момент послышался голос Юанны:

— Лорд, мне так жарко.

Юанна в объятиях Кайдена протянула дрожащую руку и нетерпеливо обняла его за шею.

Мягкая рука нежно погладила его обнаженное плечо.

— Б***, ты что творишь?

Кайден немедленно изобразил недовольство от ужасающего ощущения, но Юанна не остановилась.

— Я…… Я не знаю, правда.

Затем, уткнувшись лицом в его плечо, она издала странный вздох. Её горячее, влажное дыхание коснулось его кожи.

— Б***!

Кайден нахмурился и сбросил Юанну на землю. Он был в ужасном настроении и больше не мог этого терпеть.

— Не делайте ничего подобного, потому что я это ненавижу. Я не отпущу вас только потому, что вы Святая.

— Если вы прикоснётесь ко мне... Мне будет лучше, лорд. Обнимите меня, пожалуйста… это не значит, что я такая мерзкая.

Юанна медленно приблизилась к нему с расфокусированным взглядом.

Расстроенный, Кайден скрестил руки на груди и крикнул:

— Ты чертовски омерзительна, мерзкая!

‘Думаю, лучше оставить их!!’

Кайден поспешно попятился, изо всех сил подавляя желание бросить их вдвоем. Однако Маргарет может перестать доверять и начнёт ненавидеть его.

‘Даже если я этого не сделаю, я умру от досады, что наследный принц пытается завоевать Маргарет сам, но это не произойдёт’.

Кайден вздохнул, присел на корточки, взял хнычущую Юанну на плечо и встал.

На этот раз Диего обнажил свой меч и нёс какой-то бред.

— Помогите мне, лорд.

— Вы не собираетесь убирать свой меч?

Кайден поспешно вскочил вместе с Юанной, чтобы избежать холодного оружия, рассекающего воздух. Меч Диего был воткнут в то место, где он стоял некоторое время назад.

‘Этот сумасшедший ублюдок’.

Кайден впился взглядом в Диего, мысленно проклиная его.

— Я чувствую, как схожу с ума, всё моё тело кипит. Так что, пожалуйста… Пожалуйста, сделайте что-нибудь, лорд, — умолял Диего с подавленным лицом, слёзы наворачивались на его глаза.

— Лорд, я тоже...

А Юанна, уже которая была в объятиях Кайдена, корчилась всем телом, словно от боли, и заливалась слезами. Её тело горело жаром.

— Я сошёл с ума. Почему вы двое так поступаете со мной? Что я должен сделать? Хватит нести чушь и заткнитесь, чёрт возьми!

В этот момент Диего бросился назад. Кайден запрыгнул на поваленное дерево и вновь увернулся от меча.

Ему было нелегко уворачиваться Диего, который непрерывно размахивал мечом, удерживая Юанну. В конце концов, Кайден вырубил Юанну, ударив её сзади по шее, а затем уложил на землю.

Словно ожидая этого, Диего снова замахнулся на него мечом. Кайден поспешно поднял свой кинжал, чтобы блокировать тяжёлый длинный меч.

Естественно, кончик кинжала был обрублен безжалостной мощью. С точки зрения силы Кайден одержал верх, но было трудно угнаться за мастерством владения мечом Диего.

Кайден подобрал твёрдую ветку и умудрился ударить ею Диего по затылку, едва не вырубив его, и обернул мягкие ветки вокруг его тела.

Было непросто нокаутировать взрослого мужчину, не говоря уже о рыцаре с огромной мышечной массой, но для Кайдена это не имело большого значения. С точки зрения чистой силы, даже Эноку пришлось бы с ним нелегко.

Кайден оттащил Диего к высокому дереву и крепко привязал его.

‘Если не хочешь упасть с такой высоты и умереть, тебе придётся вытерпеть, не сопротивляясь, даже если больно.’

Кайден спустился с дерева, к которому был привязан Диего, и обнаружил, что Юанна успела проснуться.

— Чёрт, почему ты так быстро? — сердито пробормотал Кайден.

— Лорд…

Юанна печально нахмурилась. По её щекам струились слёзы.

Её фигура была достаточно обворожительной, чтобы в один момент очаровать всех. Достаточно, чтобы понять, почему Диего обнял её до такой степени, что повернулся спиной к Эноку.

Но с Кайденом это не сработало. Он задумался, глядя на Юанну.

‘Я лучше привяжу её к дереву вместе с Диего’.

Он взвалил Юанну на плечо и взобрался на большое дерево. Кайден связал Юанну и повесил её на расстоянии одного шага от Диего.

После этого он легко спрыгнул оттуда.

Длинный меч Диего упал к его ногам.

Кайден наклонился, поднял и внимательно осмотрел его. На рукоятке были выгравированы лев и лилия, символизирующие рыцарей империи Лэнгриджа.

— Мне тоже нужно было взять с собой оружие.

Существовало много магических инструментов, которые можно было использовать без вливания маны. Если бы он взял с собой один из них, он был бы так же полезен, как меч Диего.

Кайден вздохнул и сел, прислонившись спиной к дереву.

‘Я так сильно хочу использовать свою ману, что схожу с ума’.

Если бы у него была его мана, он мог бы сделать кучу вещей на этом острове.

Кайден прислонил голову к дереву и посмотрел на небо. Луна, поднимавшаяся над тёмным небом, была необычайно яркой.

— Хаа…… Я устал. С Маргарет всё в порядке?

Красный цветок, из-за которого Юанна и Диего оказались в таком состоянии, вероятно, был не только там, где они находились. Это означает, что цветы могут цвести там, где находится Маргарет…

— Неееет, Маргарет же не станет такой как Святая, да?

Кайден встал и напряжённо задумался. Представив, как Маргарет краснеет, выдыхая от волнения, как это делала Юанна, он почему-то помрачнел.

— Я точно схожу с ума.

Кайден нахмурился и грубо взъерошил свои волосы.

— Б***, держись. Если это станет с Маргарет, что, если наследный принц будет рядом?

‘Чёрт возьми! О чём, чёрт возьми, я думаю?!’

Всё это просто домыслы и предположения. Тем не менее, он был зол. Если Маргарет попадёт в его объятия, он был уверен, что никогда не отказался бы!

— Чёрт возьми. Я должен был остаться в хижине, даже несмотря на то, что Маргарет возненавидела бы меня!

Раздражённый, Кайден с сожалением схватился за волосы.

***

Это было ожидаемо, потому что у меня была мана для магической силы, а не божественной, так что это не сильно помогло Рузефу.

— Как и ожидалось, это бесполезно.

Когда Асдал атаковал его фактами, Рузеф стал ещё более обиженным, поднялся на второй этаж и некоторое время не спускался.

После появления монстра-тарантула он неохотно поднимался на второй этаж, но в данном случае он быстро там скрылся.

— Юная леди Флоне, сосредоточьтесь.

Я стояла на пустыре перед хижиной, погружённая в свои мысли, и пришла в себя от крика.

Асдал постучал меня по лбу веткой, которую держал в руках.

— У вас слишком много всего на уме.

— Я концентрироваться.

— Всё в порядке, Маргарет, — подбодрил меня Энок.

Я была благодарна за это, поэтому схватила Энока за руку своей украшенной кольцом рукой. Как и ожидалось, мужчина с прекрасными манерами – самый лучший.

Асдал стоял между мной и Эноком, с серьёзным лицом обучая меня тому, как контролировать ману.

Конечно, Кайден может научить меня более точно делать это, но лучше сначала немного попрактиковаться, чем ждать его возвращения.

Мне нужно было быстро набраться сил, чтобы я могла безопасно пережить ещё один день в месте, откуда я не могу найти способ сбежать. Кроме того, разве монстры не эволюционируют?

Я закрыла рот и снова схватила Энока за руку.

Это было сложнее, чем я думала, вливать ману в кого-то, вместо использования её напрямую.

Я должна собрать воедино неосязаемую силу, которая течёт внутри меня, и переместить её…

‘А? Это не так сложно, как я думала.’

Разве это не трудно сделать для людей, которые не могут свободно обращаться с маной?

Тем не менее, я смогла очень легко переместить ману по своей собственной воле. Если я покажу это, я буду выглядеть подозрительно, да?

Поэтому я намеренно демонстрировала трудности и реагировала так, как поступил бы обычный человек.

В то время как я намеренно разделяла накопленную ману, я пыталась создать впечатление, что мне приходится нелегко.

— Разве не быстрее научиться магии? Было бы намного быстрее создать магический круг и ввести в него ману.

Я посмотрела в глаза Асдалу и попыталась ещё раз пожаловаться на трудности. Асдал посмотрел на меня и решительно покачал головой:

— Чтобы использовать магию, вам нужно только научиться управлять своей маной, но дело не в магии. Это скорее вопрос вбивания в вашу голову огромного количества теории. Вы, должно быть, видели, как волшебники рисуют магические круги, верно?

Я просто пыталась создать впечатление, что мне нелегко, но больше сказать было нечего, потому что Асдал много чего наговорил.

Как он сказал, чтобы использовать магию, я должна была рисовать магические круги вручную, если только я не была гениальным волшебником, который, как Кайден, завершает формулы в своей голове и создаёт магические круги, используя только свою ману.

Форма магического круга была очень сложной, и она отличалась для каждой используемой магии.

— Даже если лорд вернётся и поможет тебе, возможно ли овладеть теорией магии в этой бедной среде?

Он хорошо меня задирал. Я решила больше не спорить. И, как и проинструктировал меня Асдал, я серьёзно практиковалась в том, как контролировать свою ману.

Удивительно, но Энок поддержал Асдала и помог мне.

— Так, вот что значит иметь большой потенциал, но не иметь таланта.

Асдал, который долгое время пристально смотрел на меня, вздохнул и оценил очень резко и холодно.

Мне было так неловко слышать это от того, кто весь день был рядом со мной, объясняя, как контролировать ману. Тем не менее, у меня не было намерения показывать ему, что я могу легко обращаться с ней, поэтому я промолчала.

— Это потому, что я никогда не делала этого раньше. Если я буду практиковаться, я стану лучше.

Несмотря на мой ответ, Асдал скептически покачал головой.

— А что ещё можно сделать? Юная леди – единственный человек, способный использовать ману. Другого пути нет, так что продолжайте практиковаться.

На слова Асдала я спокойно кивнула головой.

Мы продолжали практиковаться, пока Рузеф не спустился со второго этажа и не приготовил ужин.

***

В расставленную мной ловушку попалось несколько белок, и благодаря этому мы смогли поужинать. Мы сели перед камином и поели мяса.

Рузеф ел, вздыхая, как будто у него не было аппетита, и наконец сказал:

— Если кто-то намеренно запер нас на этом острове, должна же быть какая-то цель, верно? Но сколько бы ни думал, я не знаю.

Услышав бормотание Рузефа, Асдал, грациозно вкушавший мясо, кивнул. Он вытер рот носовым платком, сделанным из порванной одежды, и ответил:

— Да, это даже похоже на шутку Бога.

Шутка Бога…

Услышав это, внезапно на ум пришло воспоминание, скрытое за пределами моего сознания.

— Игра в кости...

— Что?

Я пробормотала что-то очень тихим голосом, но Асдал переспросил. Услышал ли он? Энок и Рузеф тоже посмотрели на меня.

Но у меня не было времени обращать внимание на их взгляды. Всё потому, что я вдруг вспомнила значение слова Алеа, которое я выучила на уроке физкультуры.

— Может быть...

Я глубоко задумалась, а затем подняла голову.

— Может быть, Алеа – это название этого острова, а не человека.

— Алеа – название этого острова?

Асдал переспросил меня. Я тоже тупо уставилась на них.

— Слово «Алеа» означает «игра в кости» на языке этнических меньшинств восточного континента. Игра в кости – это всё о судьбе, как бы вы ни старались… Но почему слово с таким значением выгравировано по всему острову?

[П.п.: 알레아 (Алеа). Латинское слово, обозначающее кости. Игра, в которой существуют правила, но игрок не имеет полного контроля над исходом.]

Такое чувство, что в моей голове разразилась буря. Я схватила себя за волосы.

Рузеф осторожно заговорил:

— Так вы имеете в виду, что...

— Я думаю, что нас проверяют. Если Алеа – это не название острова, то это может быть название эксперимента.

— Кто смеет испытывать нас?

На этот раз спросил Асдал.

— Я не знаю. Мы должны выяснить это. Те, кто стоят за этим, говорят не только на официальном языке западного континента, но и на языке восточного.

Если точнее, на официальных языках западного континента, корейском и английском. Если бы кто-то действительно спроектировал этот остров, разве он не должен был бы знать язык этого мира и язык другого?

— Если это эксперимент, то на острове может быть кто-то, кто наблюдает за нами.

Я кивнула на слова Энока.

— Наиболее вероятно.

После того, как я ответила, на некоторое время воцарилась тишина. Все замолчали с задумчивым выражением на лицах.

Было ясно, что каждый из них оглядывался на своё прошлое, чтобы посмотреть, не хочет ли кто-нибудь проверить их.

Я подумала об оригинале, но опять же, я не дочитала роман до конца, так что больше ничего не пришло в голову.

Затем я рассказала о своем новом открытии.

— Если подумать, разве у всех нас нет ещё чего-то общего?

При моих словах все взгляды снова обратились на меня. Трое мужчин смотрели друг на друга совершенно невежественным выражением лица.

Я взглянула на них и продолжила:

— У всех нас есть огромное количество маны, которое во много раз больше, чем у обычных людей.

Не все рождаются с магическими или божественными способностями. Лишь немногие люди рождаются с маной, и те, кто оказался на этом острове, обладают очень сильными магическими и божественными способностями.

Не говоря уже о том, что Кайден, Энок и Диего – одни из немногих искусных фехтовальщиков, которые могут использовать фехтование, основанное на магии. Рузеф – самый молодой архиепископ, обладающий огромной божественной силой, а Юанна – также первая Святая, появившаяся за сто лет.

Запасы маны Асдала широко не известны, но все его коллеги по Академии Гестии знают об этом, поэтому Энок упомянул об этом в оригинале.

Сначала он думал, что его похитили из-за его социального статуса, но на самом деле не было никакой пользы в похищении некоторых высокопоставленных людей и отправлении их на остров.

Если только это не для войны.

Это связано с тем, что похищенные являются крупными фигурами в разных сферах общества и в разных странах.

— Если похититель привез нас на остров для экспериментов, то было бы разумнее сказать, что это из-за нашей маны.

Энок кивнул, соглашаясь со мной.

Конечно, даже если бы это было похищение в целях эксперимента, существовала очень высокая вероятность того, что каждая страна всё равно не узнала бы причину нашего исчезновения.

Если это так, то это также стало бы причиной начала континентальной войны.

— Но есть ещё одна загадка. Какие эксперименты они собираются проводить с нашей маной до такой степени, что будут готовы к континентальной войне?

Рузеф прав.

Слушая его, я вдруг подумала.

Разве наличие современных предметов на этом острове и тот факт, что похититель говорит по-корейски и по-английски, не были подсказкой? Тогда тот ли это человек, который похитил нас, из другого мира?

Если это так, то нет необходимости беспокоиться о континентальной войне. Кажется, они безоговорочно похитили тех, у кого были самые крупные запасы маны, не принимая во внимание их статус.

Однако этим рассуждениям тоже отчасти невозможно довериться, поэтому я в отчаянии держала рот на замке.

Чтобы я смогла сказать им это, я должна найти веские доказательства, которые смогут их убедить.

Доверие, которое я с трудом завоевала, может быть легко разрушено, если я поделюсь информацией, которой не знаю наверняка.

— Если то, что у нас есть общего — это мана, и это причина нашего похищения, возникает другой вопрос. Почему похититель собрал людей с мощной маной, но не позволил им использовать её на острове, и почему только юная леди Флоне может использовать её?

На этот раз Рузеф указал на самую важную часть.

— С моей точки зрения, возможно, ошибкой экспериментатора было оставить ману Маргарет. И запечатывание нашей маны похоже на проверку наших пределов.

Энок раздражённо вздохнул. Его слова звучали вполне правдоподобно.

— Это для того, чтобы проверить наши пределы в отсутствие нашей маны, в этом есть смысл. На самом деле испытуемому очень трудно точно понять цель экспериментатора, — добавил Асдал, скрестив руки на груди.

Наблюдая, как они рассуждают и приходят к самостоятельным выводам, я заговорила:

— Тогда я думаю, что было бы хорошо найти точки соприкосновения в вещах, на которых выгравированы буквы «Алеа».

Когда я увидел их ничего непонимающие лица, то вытащила свою ракетницу. И я указала на слово «Алеа», выгравированное на боковой стороне.

— Похоже, слово «Алеа» выгравировано на предметах, к которым прикасался экспериментатор.

Услышав мои слова, все посмотрели на слово «Алеа», выгравированное на ракетнице, и задумались.

— Если подумать, то, по словам лорда, слово «Алеа» также выгравировано на телах монстров.

Услышав слова Энока, Асдал нахмурился.

— Тогда это означает, что экспериментатор управляет и монстрами.

Рузеф, спокойно прислушивающийся к разговору, добавил:

— О, ещё это слово есть в окне коридора на втором этаже.

Только тогда я вспомнила, что плаксивый Рузеф поднялся на второй этаж. Думаю, именно тогда он это обнаружил.

Если это так, то это означает, что к нашей хижине прикасался экспериментатор.

— Если это слово выгравировано на вещах, к которым он прикасался, подобные вещи могут продолжать появляться и в будущем.

— Пока единственное, что мы можем делать, это наблюдать.

Энок ответил мне. Я кивнула головой. Все одновременно вздохнули.

— Когда остальные вернутся, лучше услышать информацию о ключе и составить план.

Чтобы придумать надлежащие контрмеры, Юанна и остальные должны вернуться как можно скорее.

Когда долгое совещание закончилось, все посмотрели на меня. Асдал посмотрел на меня многозначительным взглядом, отчего я смутилась ещё больше.

— Что?

— Думаю, я понимаю, почему Банхван хотел включить юную леди в состав маленькой экспедиции.

Слыша бормотание Асдала, Энок и Рузеф продолжали кивать головами, строя гордые лица.

О, хочешь сказать, что я умная? Я улыбнулась, отбрасывая волосы, струящиеся по грудь за плечи.

— Я хорошо разбираюсь в ситуации и полна решимости.

Когда я повыпендривалась, Асдал покачал головой, а Энок и Рузеф начали избегать моего взгляда.

Что ж, говорят, что сейчас честные люди более популярны, чем скромные.

Юанне и Диего удалось прийти в себя.

Но проблема заключалась в ужасающей способности красного цветка к размножению.

Красные цветы следовали за ними, увеличиваясь в количестве, как следы на снегу.

— Это даже пугает.

Юанна повернулась, чтобы испуганно осмотреть цветок.

— Не говорите и прикройте свой нос.

Услышав слова Кайдена, она кивнула головой и тут же плотно закрыла нос.

Но потом произошла другая необычная вещь.

Группа двигалась с Кайденом спереди, затем Юанной и Диего сзади, но внезапно цветы, распускающиеся с пугающей скоростью, пронеслись мимо Диего и последовали за ногой Юанны.

Корень обвился вокруг её лодыжки, и вскоре он превратился в прочный стебель, на котором распустился красный цветок.

— Эй! Что это?! Ай!

— Ха – замри!

Диего попытался сорвать цветок, обвивавший лодыжку Юанны, но случайно понюхал его и снова покраснел.

Кайден схватил Юанну за ногу и с трудом оторвал цветок, но Юанна уже была красной, как Диего.

— ***, что это, чёрт возьми, такое!

Удивительно, но красные цветы перестали расти, как только Юанна и Диего подверглись воздействию яда.

Как будто кто-то наблюдал за ними и управлял ситуацией.

Кроме того, на этот раз всё немного отличалось от прошлой ночи.

Глаза Диего были расфокусированы, а Юанна пребывала в состоянии паники.

Прежде всего, Кайден поднял Диего и Юанну на плечи и покинул цветочный сад. И снова красные цветы не последовали за ним, как будто они сделали свою работу.

— Хаа. А-а-а-а.

Юанна, висевшая вниз головой на правом плече Кайдена, яростно схватилась за волосы и издала странный стон.

— Что, что? Терпите.

Кайден ускорился. Он был немного обеспокоен тем, что от Диего не последовало никакой реакции. И, наконец, перед его глазами предстала огромная река.

Кайден посчитал, что независимо от того, как быстро росли красные цветы, они не последуют за ними до самого гравийного поля.

Кайден первым опустил их на гравий.

Диего оказался в лучшем состоянии, чем ожидалось, возможно, потому что от него пахло относительно небольшим количеством пыльцы. Его здравый смысл всё ещё сохранялся. Как только он спустился на землю, он схватил Кайдена за запястье.

— Я думаю, мне нужно прикасаться к людям, чтобы было легче дышать.

Кайден понял, о чём говорил Диего, но ему не хотелось касаться его, поэтому он выдернул свою руку.

Но Диего снова схватил его за запястье и покачал головой.

— Пожалуйста… Лорд. Пожалуйста, спасите меня.

— Я схожу с ума.

Кайден недовольно посмотрел на Диего сверху вниз и повернулся, чтобы взглянуть на Юанну. Её состояние выглядело довольно серьёзным.

— Эй, Святая. Вы как?

В конце концов Кайден протянул Диего одну руку и присел на корточки перед Юанной, осевшей на гравий.

Затем, как будто она только и ждала этого, она нетерпеливо протянула руку, чтобы коснуться щеки Кайдена.

Вскоре она нежно погладила его, как будто лечила своего давно потерянного возлюбленного. Она была такой жалкой.

— ...не надо...

Она что-то пробормотала. Кайден быстро убрал её руку со своего лица, нахмурив брови.

— Что?

— ...не надо...не надо. Не надо!!

— Что за чёрт! Не пугай меня!

— Святая.

Диего, тоже крайне удивлённый, отпустил руку Кайдена, подошёл к Юанне и схватил её за плечо.

— Святая! Успокойтесь!

— Ааааа!!

Юанна зажала уши и закричала. Затем Диего растерянно отступил назад.

— Не надо. Не умирай. Я не хочу жить одна...

Она разрыдалась и закричала. Даже Кайден странно посмотрел на неё.

Кажется, у неё галлюцинации. Может быть, цветок затронул её глубокую травму.

— О, возможно, это… Тентатионем?

Услышав бормотание Кайдена, Диего вопросительно повернулся к нему.

— Тентатионем? Вы знаете этот цветок? Пожалуйста, сделайте что-нибудь для Святой!

— Это цветок, выведенный семьёй Роде. Сейчас трудно сказать, что все цветы налицо, но, по симптомам, кажется, что это правда, но этот цветок не может цвести естественным путем...

— А есть противоядие?!

На вопрос Диего Кайден покачал головой.

— Чтобы сделать противоядие, необходимо оборудование. Нельзя сделать его здесь. Если вы вступите в физический контакт, симптомы через некоторое время пройдут.

Как только Кайден закончил объяснять, Диего схватил Юанну за руку, но вскоре он поднял на Кайдена заплаканное лицо.

— Что, что?!

Когда Кайден спросил, скрестив руки на груди, Диего вздохнул и встал.

— Похоже, это не сработало, потому что я тоже был отравлен. Когда я держал вас за руку, моя голова была ясной, но я совсем не чувствовал этого, когда прикоснулся к Святой.

Как сказал Диего, Юанна всё ещё плакала и страдала.

Кайден прикусил нижнюю губу. Он знал, что это был вопрос отказа от своего тела, но его сердце не соглашалось.

— Лорд.

Диего вздохнул, опустился перед ним на колени и склонил голову.

— Пожалуйста, пожалуйста, возьмите нас за руки.

Если закрыть глаза и отдаться им, в будущем всё станет легче. Так будет что рассказать Маргарет.

Поразмыслив, Кайден, наконец, решил протянуть им свои руки.

***

Я окунула точильный камень в воду и выглянула из хижины через открытую дверь.

— Прошло уже много времени, как они должны были вернуться. Что-то случилось? Разве нам не пора идти? — спросила я Энока, который тихо сидел рядом со мной.

Юанна и остальные сказали, что вернутся самое позднее через пять дней, но они не вернулись и через неделю.

— Они сильно опаздывают.

— Не волнуйся. Не говоря уже о навыках сэра Диего, лорд Кайден обладает огромной силой.

Энок ответил неискренним тоном и погладил меня по голове.

Ну, Юанна тоже ненормальная. Я согласилась с советом Энока, достала точильный камень, смоченный в воде, и положила его на пол.

Я постелила тряпку, закрепила камень так, чтобы он не двигался, и потянулась к Эноку.

— Дай мне свой меч, — сказала я, глядя на оружие, висящее на поясе Энока. Он непонимающе наклонял голову, но покорно передал мне свой меч.

Ещё раз побрызгав водой на точильный камень, я заточила лезвие, нажимая на него левой рукой и поддерживая угол постоянным правой рукой.

В это время Рузеф и Асдал, вернувшиеся после небольшой разведки, в изумлении собрались вокруг меня.

— О, Боже, юная леди Флоне может работать у кузнеца, как только покинет остров.

Снова началось.

Асдал сидел, подперев подбородок, наблюдая за тем, что я делаю, и поддразнивая меня.

— Как грубо с вашей стороны говорить благородной леди, чтобы она работала у кузнеца.

Рузеф упрекнул его. Затем Асдал указал на меня.

— Вы даже шутить не умеете? Кузнечное дело – это тоже благородное дело для государства.

Это всё относительно, но, как будто больше нечего было сказать, Рузеф держал рот на замке и просто смотрел на меня. Асдал покачал головой.

— В любом случае, этот парень и тот все ослеплены юной леди Флоне.

— Следи за своим языком.

Голос Энока был ужасающе низким. Это значит, что он очень зол.

— Это верно. Прямо сейчас я держу в руках меч. Лучше не раздражать людей с мечом. Следите за своим языком, наследный принц.

Я заточила лезвие и подняла меч в сторону Асдала.

Он отступил назад, заложив руки за спину, и сказал с улыбкой:

— Юная леди Флоне, не поймите меня неправильно. Это определённо был комплимент.

— Я знаю, что это не комплимент.

— Как и ожидалось, вы не на моей стороне.

Пока я спокойно с ним разговаривала, Асдал притворился, что вытирает свои слёзы.

Ты не устал постоянно драться, а потом притворяться грустным?

Как бы то ни было, после заточки тупого лезвия Энока я заточила деревянный и каменный ножи и отложила их в сторону.

***

Примерно в то время, когда солнце было у них над головами, Юанна и Диего проснулись.

В жаркий полдень Диего, проснувшийся первым, отбросил руку Кайдена и вскочил со своего места.

— Вы встали на колени и умоляли меня, а теперь забыли мою милость?

Когда Кайден насмешливо проговорил саркастическое замечание, Диего спокойно ответил, поправляя свою одежду.

— Спасибо, что держали меня за руку.

Это было сухое, чопорное «спасибо» с совершенно неблагодарным выражением лица.

И в этот момент Юанна, которая только что пришла в себя, удивившись, поспешно отпустила руку Кайдена.

— Эти людишки...

Кайден успокоил закипающий гнев и на этот раз посмотрел на Юанну.

Она оглядывалась вокруг, не понимая, как это произошло.

— Что происходит?

— Разве вы не помните?

Диего подошёл и осмотрел её. Кайден устало потёр лоб.

Выслушав объяснение ситуации от Диего, Юанна побледнела.

— Я-я сказала что-то странное?

Диего печально отвернулся.

— Ну, вы...

Когда он начал говорить, Кайден быстро перехватил:

— Ты не сказала ни слова, Святая. Ты что, ничего не помнишь?

То, что сказала Юанна, страдая от галлюцинаций, на первый взгляд казалось особой травмой. Не было никакой необходимости напоминать ей о старых воспоминаниях в той ситуации, когда она тоже не могла их вспомнить.

— Я ничего не помню после того, как этот странный цветок обвился вокруг моей лодыжки.

При её словах Кайден вздохнул и поочередно посмотрел на Диего и Юанну.

— Этот красный цветок – уникальный ядовитый цветок под названием Тентатионем, который был тайно протестирован и разработан семьей Роде.

Они посмотрели на Кайдена удивлёнными глазами.

Кайден продолжил объяснять.

— Токсичность яда из цветка Тентатионема скорее острая, чем хроническая. Вот почему, когда ты становишься зависим от этого яда, импульсивно развиваются психические расстройства, такие как возбуждение и галлюцинации, и ты временно выходишь из-под контроля.

— Возбуждение и галлюцинации… так это те симптомы, с которыми мы с сэром Диего столкнулись прошлой ночью?

Когда Юанна спросила с измождённым лицом, Кайден кивнул.

— Верно. Некоторые из нейромедиаторов могут вызывать возбуждение в мозге. Растение выделяет аналогичное вызывающее привыкание вещество. Только низкая температура тела не отравленного человека может ухудшить функцию этого вещества. Это всё, что я знаю.

Диего, внимательно прослушавший объяснения Кайдена, спросил:

— Почему семья Роде создала такой цветок? Что они собираются с ним делать? И почему цветок, выращенный семьей Роде, находится здесь?

— Этого я тоже не знаю. Я не очень близок со своей семьей. Но это, конечно, подозрительно.

— И лорд Кайден, вы сейчас разговариваете со мной неофициально? — Диего нахмурился и спросил несколько недовольно.

Кайден пожал плечами — как будто не об этом нужно думать прямо сейчас — и неохотно ответил.

— Учитывая то, через что вы, ребята, заставили меня пройти прошлой ночью, я всё ещё должен говорить с вами официально?

В конце концов Диего умолк, так и не опровергнув слова Кайдена.

— Возможно, существует связь между этим островом и семьёй Роде.

Кайден согласился со словами Юанны и кивнул головой.

— Это всего лишь предположение, но такое возможно.

— Очевидно, лорд невосприимчив к яду цветка.

Услышав слова Диего, Кайден подпёр подбородок ладонью и попытался что-то вспомнить.

— Сейчас я не могу ясно вспомнить, но в молодости я был объектом экспериментов. Это сделало меня невосприимчивым к любому яду.

— Что за эксперимент–

— Сэр Диего. Невежливо задавать такой вопрос напрямую, — упрекнула Юанна.

Затем Диего почесал затылок и спросил её:

— Теперь вы чувствуете себя намного лучше, Святая?

Кайден прищёлкнул языком и посмотрел на Диего, которого заботило только состояние Юанны.

Кайден прямо спросил:

— Но почему сэр Диего так заботится о Святой? Она тебе нравится?

— Разве это не лучше по сравнению с тем, что ты делаешь с юной леди Флоне?

И Юанна, вернувшаяся в своё первоначальное состояние, счастливо улыбнулась. Кайден не нашёл слов, чтобы ответить, поэтому тихо заткнулся.

— И вы говорите, сэр Диего заботится обо мне? Нет. Всё потому, что наследный принц Асдал и сэр Диего жалеют меня. Я не хочу говорить подобные вещи, но ситуация такова...

Она говорила прямо, как будто о какой-то незначительной вещи. Не получив никакого ответа, Диего спокойно поправил грязную одежду Юанны.

‘Здесь что-то досадно запутанное’.

Кайден глубоко пожалел, что спросил, основываясь на незначительных подозрениях, и спокойно выслушал её объяснение.

— Когда на меня напали монстры, они оба бросили меня.

— Мы этого не делали. Вы упали со скалы, когда на вас напал монстр-тарантул, поэтому я подумал, что вы мгновенно умерли.

— Но я выжила.

Когда Диего опроверг её, Юанна подняла руки и пожала плечами.

Услышав её слова, Кайден на мгновение изумился.

‘...это нормально – упасть со скалы и выжить?’

Он не мог не задуматься.

— Ещё до того, как вы пришли, мы имели дело с монстрами. Тогда у меня не было времени искать вас, — сказал Диего.

— Да, я понимаю.

В ответ на продолжающиеся возражения Диего Юанна кивнула головой. Это не было сарказмом, похоже, она действительно понимала его.

Кайден скрестил руки на груди и молча наблюдал за битвой между ними.

— Вот почему я сказал, что отдам свою жизнь, чтобы защитить вас, Святая.

— Нет, я правда в порядке.

Юанна вздохнула. Затем указала на Диего и повернулась к Кайдену:

— Видите? Несмотря на то, что я сказала, что понимаю, он продолжает. Может быть, он вообще не хотел меня спасать. Иначе ему не пришлось бы чувствовать себя таким виноватым.

Юанна устало покачала головой. Кайден тоже прищёлкнул языком.

Она грубо пригладила волосы и посмотрела на Диего.

Даже Кайден был немного смущён тем, насколько грубой она была. Словно глядел в зеркало, она была фамильярно легкомысленной, совсем как он.

— Эй, это уже раздражает, честно. Я вас не виню. На вашем месте я бы сделала то же самое. Тогда мы все впервые встретились.

Юанна вздохнула и посмотрела на Диего.

У Кайдена было внутреннее ощущение, что, хотя она говорила так, как будто ничего не произошло, та ситуация была более серьёзной.

Понаблюдав за противостоянием между ними двумя, он поднял голову и посмотрел на небо.

Прошло уже довольно много времени. Сможет ли он добраться до места назначения вовремя?

Кайден пытался сдержанно прервать поток слов, но ему в голову пришла иная мысль, и он посмотрел на Диего.

— Но, разве у тебя, как у рыцаря, не слишком уж много недостатков? Ты даже украл платье Маргарет, пока она купалась.

Все знали, что Маргарет отомстила, украв одежду Диего. Юанна беспечно пожала плечами, словно не желая защищать его.

Диего медленно опустился перед ними на колени с выражением муки на лице.

— Вы правы. Я не был благороден как рыцарь. В то время я хотел облегчить свою вину перед Святой, даже если это было неправильно.

Слёзы скатились по щеке Диего к кончику подбородка, а затем падали на его кулак, лежащий на коленях.

Прямая позиция, которую можно было бы назвать воплощением рыцарства.

Однако реакция Диего была немного загадочной для Кайдена. Не похоже было, что он заботился о ней просто из-за чувства вины.

‘Кажется, здесь есть что-то более личное’.

Юанна не знала, что делать с этим идиотом, поэтому просто вздохнула.

Точно так же Кайден посмотрел вниз на Диего, тоже уставшего.

Диего, похоже, был в состоянии замешательства из-за чувства вины за то, что он сделал нечто, что противоречит его убеждениям как рыцаря, и его неизвестным чувствам к Юанне.

Казалось, он сошёл с ума, потому что не мог справиться со смешанными эмоциями.

‘Здесь вообще есть не сумасшедшие… Разве я не единственный в своем уме?’

Кайден пожал плечами и кивнул головой, обдумывая эту мысль.

Он должен был выяснить, что произошло ранее на стороне группы Святой. Так, он, скорее всего, сможет получить похвалу от Маргарет.

Через некоторое время все трое, наконец, добрались до того места, где Юанна впервые проснулась. Это было гравийное поле с огромной рекой впереди.

— Наследный принц и я проснулись недалеко отсюда, — сказал Диего, оглядывая гравийное поле.

Кайден встал на большой валун, глядя вниз на гравий, и подпёр подбородок.

— Ключ лежал на земле, в пределах моей досягаемости. Странно… на самом деле, кажется, в этом месте нет ничего особенного.

Юанна стояла там, где она впервые проснулась, внимательно осматриваясь вокруг.

Диего отошёл подальше и бегло осмотрелся, потом вернулся и доложил о ситуации:

— Я посмотрел там, но не думаю, что там есть что-то особенное.

В это время Юанна, стоя у воды и глядя вниз, нагнулась. Она опустила руку в воду и что-то вытащила.

— О? Кажется, что здесь есть что-то необычное.

— Что?

То, что Юанна подобрала, было какой-то тонкой тканью. А на ней были выгравированы картинки и буквы.

— Похоже на карту этого острова.

Услышав слова Диего, Юанна кивнула головой и расправила ткань.

Посреди большого острова протекает река, а на северо-западном конце реки нарисована звезда. Мало того, на языке империи Лэнгриджа по всему острову написано слово «поставка».

— Что это за звезда? А поставка? Что это?

На вопрос Юанны и Кайден, и Диего покачали головами.

Когда она снова взглянула на карту, она пробормотала:

— Ну… если это действительно карта острова, думаю, что я подобрала что-то очень важное. Но я не знаю, почему это здесь.

Кайден, стоявший рядом с ней и внимательно изучавший карту, наклонил голову.

— Кто, чёрт возьми, сделал эту карту?

— Это тот же самый человек, который построил хижину? Либо кто-то жил на этом острове, либо всё ещё живёт… в противном случае, это тот, кто привёл нас на этот остров.

Поскольку рассуждения Юанны были правдоподобны, Кайден энергично кивнул.

— Возможно это так.

Затем он достал из кармана карту, которую нарисовала Маргарет.

— Что это?

— Карта, которую нарисовала Маргарет.

Он сухо ответил на вопрос Диего и сравнил его с картой в руке Юанны.

— Чт.., она нарисовала всё довольно точно, правда?

Маргарет сказала, что видела всё с вершины горы и нарисовала сама, и топография была удивительно похожа на карту, которую подобрала Юанна.

Конечно, в отличие от этой карты, отмеченной различными символами, у Маргарет не было никакой информации, кроме топографии.

— Наверное, кто-то уронил здесь и ключ, и карту?

Юанна достала ключ из кармана и уставилась на него, погружённая в свои мысли.

— Ты больше ничего не помнишь?

На вопрос Кайдена она покачала головой.

— Нет, я просто проснулась и нашла ключ.

— Не похоже на особо значимое место. Ничего особенного.

По крайней мере, не было никаких признаков нападения монстра. Не похоже на то, что кто-то случайно уронил его, убегая.

Кайден осторожно обошёл Юанну и попытался понять, но ответ так и не пришёл.

Диего, рассматривая карту, спросил с любопытством: “

— Разве это не мост? Не думаю, что он далеко отсюда.

Кайден и Юанна, задумчиво смотревшие друг на друга, собрались перед картой в руке Диего.

Как он и сказал, в середине карты было изображение моста, соединяющего Южный остров и Северный.

— О, верно. Я не заметила, потому что просто смотрела на маркировку поставки.

Пока Юанна что-то бормотала, Диего спросил, указывая в восточном направлении.

— Святая, вы видите вон там?

Следуя за Юанной, Кайден повернул голову в том направлении, куда указывал Диего. Было очень далеко, но на первый взгляд похоже на мост.

— Разве это не мост на Северный остров?

Все они медленно направились к мосту.

— Интересно, кто построил этот мост. Тот же самый человек, который построил хижину?

На вопрос Диего Кайден и Юанна одновременно пожали плечами.

— Думаю, что это средняя точка. Может быть, кто-то построил здесь мост, потому что нужно пройти весь путь до запада, чтобы перейти на Северный остров.

Кайден согласился со словами Юанны.

— Я тоже так думаю. Кстати, что находится на Северном острове? Зачем кому-то строить мост, чтобы попасть туда?

— На Северном острове есть место, где тоже написано «поставка». Звёздный знак также находится на Северном острове. Может быть, именно поэтому?

Кайден, внимательно смотрящий на мост, слушая Юанну, повернулся к Диего.

— Не хотели бы вы перейти на другую сторону?

— Мост достаточно узкий, поэтому нам нужно переходить по одному.

— Итак, сэр Диего, почему бы тебе не пойти первым?

— Я что, подопытный?

— Это не так. Ты же знаешь, я ненавижу слово «эксперимент».

— Что бы это ни было, я откажусь.

Диего отказался.

Кайден, который всё ещё смотрел на него, скрестил руки на груди и откинул голову назад, вздыхая.

— Хаа, с тобой неинтересно, а с архиепископом...

Услышав бормотание Кайдена, Диего повернулся к нему с отвращением.

— Вы извращенец?

— Это правда, с тобой неинтересно, но почему ты обращаешься со мной как с извращенцем?

— Я назвал вас извращенцем, потому что вы, похоже, находите удовольствие в том, чтобы приставать к людям.

— О, это довольно забавно.

— Видите, вы извращенец.

— Ты мой врач или кто? Я не извращенец, я сумасшедший.

Диего ещё раз бросил презрительный взгляд на Кайдена. Затем тот расхохотался как настоящий псих.

Когда Диего положил руку на ножны со слегка свирепым выражением, Юанна захлопала в ладоши, чтобы привлечь их внимание.

— Не думаю, что переходить мост сейчас – хорошая идея. Мы вернёмся намного позже, чем предполагалось.

Оба мужчины кивнули в знак согласия.

Мост выглядит таким старым и неустойчивым, и таким узким, что за раз может пройти только один человек.

— Тогда лучше сначала сообщить новость тем, кто ждёт в хижине, а затем вернуться сюда вместе.

Юанна подняла Диего большой палец.

— Вот и всё.

Кайден последовал за Юанной и поднял два больших пальца в сторону Диего.

— Хорошая идея.

Прежде чем отправиться в каюту, Кайден обратился с просьбой к Юанне и Диего.

— Может быть, цветок Тентатионема продолжит размножаться, когда мы будем проходить мимо. Они размножаются как сумасшедшие, когда достигают температуры человеческого тела. Так что вам лучше бежать на обратном пути.

Юанна и Диего энергично закивали.

Они бежали весь день, мимо цветов Тентатионема, и у них было несколько препятствий, но, к счастью, они выжили.

А ночью они забрались на гигантскую ветку дерева, привязали себя к ней и легли спать. После пары трудных дней все трое наконец вернулись в хижину.

***

Энок готовил ужин, а Рузеф спал. Ынджи тоже спала после того, как съела Тентатионем. Лёжа перед огнём, я похлопала её по животу.

После того, как она съела Тентатионем, она стала больше и достаточно длинной, чтобы обвиться вокруг одной моей руки.

‘Твоя милота тоже исчезнет?’

Я уставилась на спящую Ынджи. Даже когда она спит, она мягко виляет хвостом, как будто ей нравится, когда я ею поглаживаю.

‘Милашка’.

На моих губах появилась улыбка. Тем временем Асдал медленно приблизился ко мне.

— Юная леди, дайте мне вашу руку на секунду. Я бы хотел использовать немного вашей маны.

— Зачем?

— Что-то здесь зловещее.

О чём ты?

Асдал привык предсказывать события с помощью своих пяти чувств, даже когда он не использовал ману. Так что, если он что-то почувствовал, возможно, что-то действительно происходило.

Я осторожно протянула ему свою украшенную кольцом руку. Его голубые глаза заискрились зелёным, когда он дотронулся до меня.

Я могла прочувствовать поток маны, проходящий через кончики моих пальцев. Я спокойно вводила ману в Асдала без особых усилий, и он вдруг посмотрел на меня.

— Когда прибудут остальные, лучше немедленно уйти.

— Почему? Что вы увидели?

— Монстры слишком странно движутся. Как будто они все направляются в эту хижину.

— Но они всё равно не смогут попасть сюда.

Потому что вокруг хижины есть барьер.

— И всё же у меня плохое предчувствие. Разве мы всё равно не должны уходить? Чтобы узнать тайну острова.

Асдал прав. Мы решили обойти весь остров. Я тоже не собираюсь провести остаток своей жизни в хижине.

Я согласилась и подняла голову.

Закончив с готовкой, Энок вытер каменный нож сухой тканью и сказал:

— Если ты увидел поток маны, то ты прав. Когда остальные вернутся, будет лучше навести здесь порядок.

Эта реплика доказывала, что он верил в способности Асдала.

Как бы то ни было, мы наконец согласились покинуть каюту и грубо упаковали всё необходимое.

‘Кайден должен быстро вернуться в целости и сохранности.’

Когда придёт Кайден, я хочу проверить свою ману. Он волшебник, который использует свою собственную ману, так что, может быть, здесь будет больше синергии?

Когда я думала о Кайдене, как о внезапно появляющемся призраке, его голос зазвенел у меня в ушах.

— А? Вы все очень расслаблены, да?

Я быстро повернулась на голос. Дверь открылась, и Кайден, Юанна и Диего вошли по очереди.

— Вы все целые!

Я вскочила со своего места и подбежала к ним. Осмотрев Кайдена, я также проверила Юанну и Диего.

К счастью, никто, по-видимому, не пострадал.

— С вами всё в порядке?

После моего вопроса лицо Кайдена сильно исказилось.

Я увидела Диего и Юанну, проходящих мимо меня, и посмотрела на Кайдена, который стоял прямо перед дверью.

После того, как я присмотрелась, он показался мне довольно неряшливым.

Он потёр затылок и раздражённо нахмурился, посмотрел на меня сверху вниз и вздохнул:

— Маргарет, мне было тяжело.

Он выглядит действительно усталым. За моей спиной я услышала громкий голос, приветствующий Юанну и Диего.

— Я думал, бросить этих ублюдков, но сдержался, потому что думал о тебе. Так что похвали меня.

Глядя в грустные глаза Кайдена, я поняла, что он не лжёт.

Затем он обеспокоенно посмотрел на меня и спросил:

— А здесь не цвёл странный красный цветок? Ты в порядке?

Не думаю, что это просто забота о моём здоровье. Он пристально посмотрел на меня, как будто искал какой-то след, схватил меня за щеки и повернул моё лицо влево и вправо.

Я поняла, что «странный красный цветок», о котором он говорил, был Тентатионем. Похоже, что его группа тоже с ним столкнулась.

Внезапно у меня зачесалась лодыжка, и я опустила голову. Ынджи, скользящая по полу, обхватила мою лодыжку, а затем подняла голову, как бы говоря «я здесь», и посмотрела на меня.

Я улыбнулась и наклонилась. Затем, подняв Ынджи и посадив её себе на плечо, я указала на неё и ответила на вопрос Кайдена.

— Она съела его весь.

Услышав мои слова, Ынджи торжествующе подняла голову и фыркнула. Затем на лице Кайдена появилось глубокое чувство облегчения.

— Ты не отравилась. Слава Богу.

— А? Я отравилась.

— Что?

Кайден был поражён моими словами и широко раскрыл рот. Я пожала плечами и улыбнулась.

— Я была связана около дня, так что всё в порядке.

— Что, связана?

Так ли удивительно, что я была связана? Что, чёрт возьми, ты себе воображаешь?

— Как было у вас? Где ты нашёл этот цветок? Какие были симптомы? Ты уверен, что сейчас с тобой все в порядке? — обеспокоенно спросила я Кайдена.

— А, вы говорите о том цветке?

В это время Юанна, поприветствовав Асдала издалека, спросила меня. Я кивнула головой и посмотрела попеременно то на неё, то на Кайдена.

— Сэр Диего и я были отравлены. Мне не стало лучше, даже когда я была связана, но, когда я вступила в физический контакт, действие яда ослабло. Так что лорду Кайдену пришлось нелегко.

При словах Юанны я вспомнила оригинал, в котором главные герои сошли с ума из-за отравления Тентатионемом.

‘Физический контакт с Кайденом...’

Интересно, что это был за физический контакт. Однако оба они пошли дальше без особых объяснений, как будто у них не было намерения говорить об этом.

‘Ты что-то скрываешь?’

Но независимо от того, понимал он моё любопытство или нет, Кайден вздохнул и рассказал другую историю.

— Когда им стало лучше, они снова отравились, потом им снова стало лучше, потом они снова отравились, так что мне пришлось нелегко. Я в безопасности, потому что у меня иммунитет ко всем ядам.

Почему-то мне показалось, что ненормативная лексика прервалась на середине. Может быть, я не ошиблась.

— Цветок обладает свойством быстро размножаться, когда он достигает температуры человеческого тела, и увеличивать своё количество. Кажется, цветы собираются вокруг в поисках человеческой энергии.

Услышав слова Кайдена, я поняла, как им было тяжело.

— Мы не вдохнули так уж много пыльцы, так что всё было неплохо. Кроме того, Ынджи съела все цветы вокруг хижины, — сказала я.

Я посмотрела на Юанну и похлопала её по плечу.

— Вы, наверное, настрадались. Вы проделали отличную работу.

— Давайте поговорим о деталях, когда мы все соберёмся вместе, — сказала Юанна.

Затем она улыбнулась и вернулась на кухню к Диего и Асдалу.

Я оглянулась на Кайдена.

— Ты тоже хорошо поработал.

Затем я слегка приподнялась, встала на цыпочки и погладила Кайдена по голове.

Кайден, почувствовавший моё прикосновение, широко раскрыл глаза, как будто удивился, и поднял голову.

— Что?

— Мне нравится.

Затем, когда я уже собиралась убрать руку, он схватил меня за запястье, опустил голову и положил мою руку себе на голову.

— Сделай так ещё.

— Что?

— Пожалуйста, погладь меня ещё раз, мне приятно.

Счастливый, Кайден закрыл глаза, как кот, просящий о ласке. Не знаю почему, но его улыбающиеся щёки слегка покраснели.

Я нежно погладила его по волосам. Его мягкие серебристые волосы скользнули между моими пальцами. Щекотно.

Затем большая рука протянулась из-за моей спины.

Я слегка повернула голову, и Энок, стоявший там с невыразительным видом, взъерошил волосы Кайдена для меня. Но уже очень грубо.

— А? Маргарет, это немного больно.

Я расхохоталась, потому что нахмуренное лицо ничего не понимающего Кайдена было довольно милым.

— Хахаха!

При звуке моего смеха Кайден открыл глаза и поднял голову. Когда он увидел Энока, то застыл в шоке. Затем он быстро выразил свой гнев.

— Что, чёрт возьми, ты делаешь?!

Я разразилась смехом.

Энок и Кайден схватили друг друга за воротники и уставились друг на друга. Несмотря на то, что они ничего не сказали, атмосфера внезапно изменилась.

В конце концов, мне пришлось вмешаться и выступить посредником между ними

— Прекратите.

Вскоре двое мужчин отпустили друг друга. Энок прищёлкнул языком и поправил свою мятую рубашку.

— Маргарет.

Кайден сразу же начал ласкаться. Он схватил меня с распростёртыми объятиями и потёрся лицом о моё плечо.

Его щека тёрлась о моё обнажённое плечо, а его крепкие руки держали меня потрясающе крепко.

Я устало вздохнула.

— Энок, пожалуйста...

Прежде чем я закончила говорить, Энок оттащил Кайдена от меня, как будто только этого и ждал. Затем он привязал Кайдена к деревянному столбу посреди гостиной. Рузеф, Асдал и Диего тоже собрались вместе.

‘Кайден… как ты стал врагом общества? Почему ты так жил?’

Конечно, Асдал, кажется, объединился просто ради забавы. Однако мне жаль отвергнутого Кайдена.

Асдал подошёл ко мне, вытирая руку, пробормотал:

— Как только прибывает лорд Кайден, становится очень шумно.

— Думаю, сейчас самое подходящее время объявить об этом, — сказала Юанна.

Энок опустил рукав и равнодушно посмотрел на неё.

— Хорошо, как насчёт того, чтобы мы на минутку собрались вместе?

Юанна встала со своего места с милой улыбкой. Мы, естественно, сели в круг перед связанным Кайденом.

С той силой, которая у него была, он легко разорвал бы верёвку. Но он, похоже, не хотел, чтобы центральная колонна сломалась и хижина рухнула.

Я рассмеялась, когда увидела, как он хмыкнул.

— Прежде всего, минуту назад у меня был разговор об этом с юной леди Флоне. Во время нашего путешествия мы столкнулись с цветком под названием Тентатионем.

— Что такое Тентатионем?

Услышав слова Юанны, спросил Асдал.

Вместо Юанны я ответила:

— Я думаю, это название красного цветка, который цвел перед хижиной. Вот из-за чего мы с архиепископом Рузефом на некоторое время отравились.

Асдал понимающе кивнул. Я снова повернулась к Юанне и спросила, чтобы удостовериться:

— Вы его имеете в виду, да?

— Верно.

— Кстати, как вы узнали, что этот цветок называется Тентатионем? Вы знаете его?

Услышав мой вопрос, Юанна посмотрела на Кайдена. Затем все повернулись к привязанному к столбу и смотрящему в воздух.

Кайден запоздало заметил наши взгляды и выглядел немного удивлённым.

— Что, что такое?

Юанна вздохнула и ответила вместо него.

— Это уникальный ядовитый цветок, который был тайно протестирован и разработан семьей Роде.

— Что?!

Я была так потрясена, что повысила голос. Но никого это не волновало. Все смотрели на Юанну с одинаковым изумлением на лице.

Я не первый раз осознаю такое. Если да, то есть ли какая-либо вероятность того, что маркиз де Роде связан с этим островом?

Если бы это был яд, разработанный после секретного эксперимента, он не просочился бы во внешний мир. Разве не странно, что цветок растет на отдалённом острове?

Кайден объяснил свойства Тентатионема.

Цветок вызывает психические расстройства, такие как возбуждение и галлюцинации, и временно выводит человека из-под контроля.

— У нас с архиепископом Рузефом не было никаких галлюцинаций.

Кайден пожал плечами и объяснил дальше.

— Если отравление не является серьёзным, ты просто приходишь в возбуждение от сильного желания физического контакта. Со временем симптомы пройдут естественным образом. Однако, если отравление тяжёлое, могут даже возникнуть галлюцинации. Со временем яд выводится сам по себе, и симптомы проходят, но до тех пор главное – терпеть.

Я поняла, почему оригинальный роман «Вещи более важные, чем выживание» является R-19. Думаю, это из-за Тентатионема.

Этот секрет, должно быть, является причиной того, что я не видела описания зависимости Кайдена от Тентатионема в оригинале. Он человек, терпимый к ядам, поэтому скорее поможет, чем получит помощь.

— Но почему семья Роде вырастила такой цветок? Для чего они бы его использовали? И почему на этом острове есть цветок, тайно выращенный семьёй Роде?

Когда я задала вопросы, все взгляды снова обратились к Кайдену.

Это был не самый позитивный взгляд, поэтому Кайден, получивший всё внимание, выглядел несколько расстроенным.

Но это важный вопрос, на который необходимо ответить. Я снова спросила Кайдена:

— Твоя семья имеет какое-либо отношение к нашему похищению?

На мой шквал вопросов Кайден лишь медленно моргнул.

Он пожал плечами после минутного молчания, обдумывая мой вопрос.

— Ну, я не знаю. Не люблю эксперименты, и я не близок со своей семьей. Цветок был предметом разработки. К нему относились с осторожностью даже в семье, поэтому у меня не было к нему доступа, но не могу сказать, что это всё совсем не связано.

— Хм? Тогда как вы узнали о Тентатионеме, если у вас не было к нему доступа?

— Недоступность для меня не препятствие. Неужели вы думаете, что величайший волшебник империи не смог бы что-то придумать? Они сказали мне не приближаться, поэтому я захотел узнать больше, — усмехнулся Кайден.

— Если семья Роде связана с этим островом, то в какой-то степени понятно. Разве эта семья не без ума от магических экспериментов? — спросил Асдал.

Кайден расхохотался.

— Они не обычные сумасшедшие ублюдки. Сумасшедшие мозги передаются из поколения в поколение в семье Роде. Но какое отношение этот остров имеет к их экспериментам?

Я не смогла ответить на его последний вопрос и вместо этого сказала Асдалу:

— Но, независимо от того, насколько они безумны, все цели похищения слишком рискованны. Я думаю, что если в этом замешаны Роде, то они не руководили напрямую, а просто были часть этого.

Семья Роде – всего лишь семья маркизов, и это похищение – событие огромного масштаба, с которым не смогла бы справиться даже императорская семья.

Все кивнули, показывая, что они в какой-то степени поняли мои рассуждения.

— Тогда давайте попробуем угадать, кто может иметь хоть какое-то отношение к семье Роде. Лорд, у тебя есть какие-нибудь догадки? Кто-то, кто связан с твоей семьёй и кто мог похитить нас.

На вопрос Энока Кайден покачал головой.

— Разве я тебе не говорил? Я не близок с ними.

В конце концов обсуждение вернулось к исходной точке.

Пока все были погружены в свои мысли, Юанна заговорила.

— Думаю, что сомнения относительно Тентатионема в какой-то степени разрешились, поэтому мы должны поделиться результатами нашей миссии, верно?

Юанна достала из кармана кусок ткани и расстелила его на полу. Я заметила, что это была несколько знакомая карта.

— Я не смогла найти ничего, связанного с ключом, но вместо этого я нашла это на пляже.

— Это… карта острова, — пробормотал Энок.

Я села рядом с ним и спокойно взглянула на карту.

Эта карта была сделана из ткани, из того же материала, что и карта бункера, которую я подобрала. Но всё же она немного отличалась.

У шахты была отметка бункера на восточной стороне горы на Северном острове.

А на карте, принесённой Юанной, не было бункера, но вместо неё была отметка в виде звезды на западной стороне горы на Северном острове.

Карта была аккуратной и чистой без каких-либо признаков повреждения или старения.

Кроме того, в двух местах на Южном острове и в трёх на Северном острове слово «поставка» было написано на языке империи Лэнгриджа.

Термин «поставка» здесь означал бы элемент снабжения. Это определённо упоминалось в оригинале. Современные предметы, которые обнаружила Юанна, но никто не знал, как ими пользоваться.

‘Ладно. Эта карта должна показывать, где спрятаны припасы, но что это за звезда...?’

Она как будто не имеет ничего общего с картой бункера, которая у меня есть.

Когда я снова уставилась на неё, то вдруг поняла, что местонахождение припасов, указанное на Южном острове, находится недалеко отсюда. Мы даже уже проходили мимо того места.

— Святая, вы когда-нибудь брали в руки коробку с припасами?

Мы с Эноком нашли пустую коробку из-под них в том месте, где впервые встретили монстра-анаконду.

— Ммм, мы никогда не подбирали ничего подобного, — сказала Юанна.

Асдал сидел, скрестив руки на груди, и пожал плечами, подтверждая ответ Юанны.

‘Тогда кто взял предметы из коробки?’

Я думала, что группа Юанны собрала всё… У меня мурашки побежали по коже с головы до ног, и я на мгновение замолкла.

Возможно, он заметил, что мне было о чём подумать, Энок, сидевший рядом со мной, положил руку мне на голову.

— Ты в порядке?

Я медленно кивнула. И, глядя на карту, я указала пальцем на реку, где мы столкнулись с монстром-анакондой.

— Мы с Эноком нашли здесь коробку с припасами, но кто-то уже забрал её содержимое, и коробка была пустой.

— Это значит...

Асдал коснулся своего подбородка и не стал продолжать свои слова.

Энок кивнул и равнодушно сказал:

— Это значит, что на этом острове могут быть и другие люди, кроме нас. Ну, разве не это я предсказывал с того момента, как мы обнаружили хижину?

Кажется, его это совсем не беспокоило. Как всегда, его нелегко расстроить. Возможно, благодаря его спокойствию я смогла в мгновение ока успокоиться.

На этот раз я указала на звёздочку на карте и спросила:

— Что это?

Юанна покачала головой:

— Не знаю. Нам придется пойти туда и выяснить это.

— Это должно быть место с запасной дверью, или это ловушка. Разве ты не говорила, что название этого острова – Игра в кости? Они явно играют с нами, — пробормотал Асдал, подпирая подбородок.

Энок тоже посмотрел на карту и спросил Юанну:

— Есть ли ещё что-нибудь особенное?

На его вопрос Юанна указала пальцем рядом с рекой на карте.

— Мы нашли мост, ведущий на Северный остров. Прямо здесь.

На карте было изображение моста, точно такого же, как у меня.

— Но что вы подразумеваете под «игрой в кости»? — спросил Диего.

Только тогда я вспомнила, что ещё не объяснила остальным значение слова «Алеа».

Затем я рассказала им о разговоре, который состоялся у меня с членами хижины несколько дней назад.

— Слово «Алеа» означает «Игра в кости» на языке этнических меньшинств Восточного континента. Так что я предполагаю, что это название острова, а не человека.

Асдал, который сидел, скрестив ноги, опёрся локтем на колено и подпёр подбородок, объяснил далее:

— Тогда в чем смысл игры в кости? То есть наша судьба определяется независимо от нашей воли. Я имею в виду, что нас, скорее всего, кто-то похитил. Тоже для экспериментов.

— «Эксперименты»? Какой придурок осмелится экспериментировать с нами?!

Кайден, который до сих пор молчал, сердито выругался. Услышав это, Асдал радостно захлопал в ладоши.

— Как и ожидалось, лорд Кайден крут. Имею в виду, вы так круто это сказали.

— Асдал, у тебя есть какие-нибудь догадки? — спросил Энок, погружённый в свои мысли.

Асдал спокойно пожал плечами и беззаботно покачал головой.

— Здесь слишком много подозрительных людей. А как насчёт вас?

— Я тоже не знаю. Многие бы хотели этого, но я не могу представить кого-то достаточно могущественного, чтобы похитить не только одного человека, но сразу многих ключевых фигур в империи и королевстве.

Даже Энок и Асдал понятия не имеют.

На самом деле, даже я, читавшая книгу, не знаю, кто стоит за всем этим.

Во-первых, «Вещи более важные, чем выживание», бесполезен. Это просто история о том, как мы любили друг друга, причиняли друг другу боль и в конце концов убивали друг друга. Я не дочитала роман.

— Но разве это не странно? Пустая коробка с припасами и волшебные инструменты… почему они появились только перед юной леди Флоне? — Асдал снова выразил свои сомнения.

— Юная леди, скажите мне. Вы ещё что-нибудь скрываете?

‘Мне рассказать им о карте бункера?’

Однако они не поверят, даже если я совру, что нашла ту карту сегодня. В конце концов, я решила отложить этот рассказ.

‘Я должна сохранить бункер в качестве страховки’.

Пока я думала, Асдал снова позвал меня, убеждая ответить.

— Юная леди. М? Скажите что-нибудь.

— ...Мне нечего скрывать. Всё это было просто совпадением. Такого рода вещи всегда привлекали моё внимание, так что же мне делать?

— Разве это не более странно? Как вы думаете, почему такое совпадение произошло только с вами?

— Откуда я могу знать?

— Вам следует знать, если не хотите, чтобы вас подозревали.

Асдал попытался дотянуться до меня.

На пустом полу в центре хижины торчал кинжал, который бросил Кайден, а длинный меч, вытащенный Эноком, нацелился на Асдала.

Я думал, Диего немедленно заблокирует меч, но, к моему удивлению, он спокойно сидел и наблюдал за ситуацией.

— Ты не думаешь, что тебе следует остановиться? Маргарет напугана.

— Если ты приблизишься к Маргарет, я убью тебя.

Асдал поднял обе руки вверх. Он улыбнулся без малейшего смущения.

— Я не хотел её допрашивать. Я просто задал вопрос, который хотел задать.

— Вы были слишком настойчивы ради обычного вопроса.

Юанна, спокойно наблюдающая за ситуацией, устало проговорила это.

Архиепископ Рузеф добавил:

— Юная леди Флоне за это время очень помогла вам, но у вас, оказывается, нет совести, Ваше Величество.

— Всеобщее доверие к юной леди Флоне невероятно. Я тоже не хочу сомневаться в ней. Чем больше я на неё смотрю, тем больше она мне нравится.

Асдал действительно похож на опытного лиса, нет, он похож на змею. Я не понимаю, о чём он думает.

Он хлопнул в ладоши, чтобы растопить холодную атмосферу, как будто минуту назад ничего не произошло.

— Что ж, давайте оставим это в прошлом. Я собирался рассказать всё, когда вернутся остальные. Мы должны покинуть эту хижину.

Юанна сидела, подперев подбородок, она нахмурила брови при словах Асдала. Сбитая с толку, она спросила:

— Почему?

Вместо Асдала ответила я:

— Монстры скоро придут сюда.

— Откуда вы это знаете?

— У наследного принца Асдала особые глаза, которые способны увидеть поток маны.

Взгляды Юанны, Диего и Кайдена были прикованы к Асдалу.

— Вы не говорили этого раньше, — сказала Юанна.

— Это конфиденциально. Помните, что королевская семья Гестии обладает способностью, которая передавалась из поколения в поколение, она называется волшебный глаз. Но мы не можем использовать его без маны, поэтому я одолжил ману леди Маргарет, — прямо ответил Асдал.

— Одолжил что?

Как будто Кайден услышал нечто неожиданное, он посмотрел на меня кроличьими глазами.

На этот раз я любезно объяснила.

— Я могу использовать свою ману. Также кто-то может использовать магию, используя мою ману, поэтому я тренировалась вводить свою ману в других людей, используя помощь, предоставленную наследным принцем Асдалом.

— Интересное использование маны.

Кайден размышлял над моими словами, а Юанна посмотрела на меня в замешательстве.

— О… теперь я понимаю, почему наследный принц Асдал так сильно подозревал юную леди Флоне. Но почему, почему только юная леди Флоне...?

— Мне это тоже очень любопытно.

Юанна, всё ещё подпирая подбородок, пристально вглядывалась в моё лицо, как будто что-то искала.

Тем временем Диего снова спросил Асдала:

— Так, почему монстры придут сюда так скоро?

— Я не знаю наверняка, но предполагаю, что это из-за кучи трупов монстров, убитых Банхваном.

Асдал ответил улыбкой и посмотрел на Энока. Я немного растерялась, поэтому наклонила голову и спросила:

— Но разве всё это не сгорело?

— Запах и мусор могли остаться.

На этот раз спросила Юанна:

— Так они действительно идут сюда?

— Такая возможность есть. И, кажется, нам есть куда идти.

Юанна держала рот на замке, ничего не сказав в ответ Эноку.

И вот мы решили покинуть хижину.

***

Кайден может наиболее эффективно использовать мою ману. Прежде чем мы покинули хижину, я решила потренироваться с Кайденом вводить свою ману различными способами.

Кайден стоял на пустыре перед хижиной, рисуя на земле магический круг.

— Разве ты не можешь использовать магию, не рисуя магических кругов?

— Да, но когда мана нестабильна, нет ничего более надёжного, чем нарисовать магический круг самому.

Но не было времени попробовать это.

Издалека донёсся рёв. Кайден и я остановились на месте.

— Что...

Ынджи с опаской смотрела в сторону леса и продолжала выплевывать языки пламени размером с палец.

В этот момент дверь каюты открылась, и все вышли со своим багажом. Похоже, они тоже услышали рёв.

Все оглядели тихий лес.

— Не было похоже на монстра-тарантула.

— И похоже это не анаконда.

— Тогда, это был монстр-волк?

Кайден, Рузеф и Юанна заговорили один за другим. Тогда что же это было? Я удивлённо склонила голову.

Асдал посмотрел на меня и спросил:

— Разве вы не говорили, что место обитания монстров-волков находится не здесь? Так что это не мог быть монстр-волк.

Кайден ответил:

— Нет. Монстры начинают покидать свою среду обитания. Когда я пошёл к месту, где Святая нашла ключ, я столкнулся с монстром волчьего типа.

Монстры начинают покидать свою среду обитания – это несомненный факт. А ещё они начали эволюционировать.

У нас с Кайденом была история столкновения с монстром-орангутаном в месте, где живут монстры волчьего типа.

— Или это может быть монстр-орангутанг. Если это так, то это большая проблема, потому что он свирепее волка...

Все замолчали, услышав бормотание Кайдена.

— Но, честно говоря, даже если монстры придут, нам не нужно беспокоиться, пока Банхван с нами, верно?

При словах Асдала все посмотрели на Энока. Он поднял голову, надевая ножны на пояс.

Улыбка расплылась по губам Асдала, когда он посмотрел на спокойного Энока без каких-либо признаков волнения.

— Посмотри, как ты спокоен. Видишь? Даже если монстры соберутся толпой, Банхван сойдёт с ума. О чём вы, ребята, беспокоитесь? Я имею в виду, что Банхвана не без причины прозвали «демоном войны».

Я с ним не согласилась.

— Вы хотите заставить Энока сойти с ума? Он может убить и нас, после того как прикончит монстров.

— Мм. Я ошибся.

Асдал быстро признал свою ошибку.

Но неожиданно Кайден, держащий меня, добавил:

— Если Его Высочество сможет контролировать свою силу, это может быть хорошим решением. Маргарет, это же ты держишь кронпринца на поводке, да?

— На поводке? Энок – не собака.

— Судя по тому, что ты сделала в прошлый раз, разве это не похоже?

Поскольку дебаты по поводу Энока продолжались, он раздражённо вздохнул:

— ...Я очень хорошо знаю, что все думают обо мне. Но даже если я не в припадочном состоянии, я всё равно могу уничтожить монстров. Однако на это потребуется время. Пока вы не пострадаете и не попадётесь мне на глаза, у меня нет причин сходить с ума.

— Как и ожидалось от Энока.

— Как и ожидалось от Банхвана.

— Как и ожидалось от наследного принца.

Я, Асдал и Кайден по очереди подняли большие пальцы в его сторону. Энок, бесспорно, самый сильный в этом мире. Что ж, он же не просто так главный герой.

— Нам лучше поскорее убраться отсюда, пока Его Высочество уничтожает монстров.

Юанна, спокойно прислушивающаяся к разговору, сказала:

— О, у меня есть отличная идея, не хотели бы вы её услышать? Будучи Святой, я часто выходила покорять монстров, так что я привыкла к подобным вещам.

Служение в качестве Святой? Странное выражение, учитывая, что Юанна ненавидит свою роль Святой.

— Монстры, которые выходят группами, имеют какую-то схему.

Юанна была уверена в своих словах. Это потому, что она знала, что то, что она собиралась сказать, было очень важно?

— Обычно есть монстр, который является лидером группы. Если опознать и убить его первым, строй рухнет, и можно будет легко справиться с остальными.

— Хм, я уверен, что это может сработать. Хотя я не знаком с повадками монстров, я привык к человеческой войне.

Энок кивнул, добавив, что то, что сказала Юанна, имело смысл.

Асдал тоже кивнул в знак согласия:

— Я уже командовал корпусом по порабощению монстров раньше. Я понимаю, что пытается сказать Святая.

Я сказала:

— Проблема в том, что монстры появляются без группы. Мы может победить их только по отдельности.

Юанна кивнула:

— Это хуже всего.

Я на мгновение оглянулась на Рузефа. У Рузефа, который вышел с аптечкой первой помощи в руках, был такой растерянный вид.

— Думаю, что лучше для тех, кто не помогает в бою, укрыться и помочь с тыла. Архиепископ и я сделаем всё возможное, чтобы исцелить тех, кто ранен. Святая, вы быстроногая и хорошо лазаете по деревьям, поэтому, пожалуйста, следите за ситуацией и сообщайте о ней.

— Предоставьте это мне.

Юанна кивнула с лучезарной улыбкой. Ей это даже понравилось, она сказала, что через столь долгое время сможет попробовать свои детские навыки – карманные кражи и скалолазание.

— Я разберусь в ситуации и применю своё оружие, если потребуется.

Я достала свою ракетницу и наполнила её зарядами.

Даже с сигнальными ракетами и бомбами легко подвергнуться нападению группы монстров, поэтому было бы идеально, если бы я укрылась в отдалённом месте как запасная сила. Кроме того, таким образом будет легче вводить мою ману.

В результате контроля моей маны уже без ведома Асдала я могла вводить свою ману в кого-то даже без физического контакта.

Конечно, в этом случае точность низкая, а количество маны, рассеянной в пространстве, довольно велико.

Лучше наполнять резервуар для воды с помощью шланга или делать это, собирая воду вручную?

— Да, ещё есть Ынджи, так что не волнуйся слишком сильно.

Кайден улыбнулся, сказав, что он рад, что я не буду непосредственно участвовать в битве.

Энок снял колет, расстегнул запонки на рубашке, закатал рукава и взглянул на нас.

— Тогда я возглавлю битву. Асдал, ты отвечаешь за анализ поведения монстров.

Асдал поднял большие пальцы вверх.

— Хорошо. Юная леди Флоне, не дадите ли вы мне своей маны? Я буду улавливать потоки и читать движения монстров.

По просьбе Асдала я схватила его за руку. Затем его голубые глаза начали мерцать ярко-зелёным.

— Судя по быстрому перемещению и большому количеству, они, похоже, монстры волчьего типа.

Услышав слова Асдала, Энок, Диего и Кайден по очереди обнажили свои мечи и приняли стойку.

— Убирайтесь из хижины.

Услышав слова Энока, я повернулась к Рузефу и Юанне.

— Быстро собирайтесь.

Рузеф и Юанна кивнули в ответ.

Я потянулась к Ынджи, ползающей по земле. Затем, как будто она ждала, Ынджи забралась мне на руку и обвилась вокруг моего предплечья.

Энок и его отряд выстроились в боевой строй.

Асдал кивнул нам, поднимая лук и стрелы, сделанные Кайденом, и сказал:

— Я скоро последую за вами.

Я мягко кивнула и взобралась на пологий холм, откуда открывался вид на хижину с Рузефом.

Юанна быстро вскарабкалась на дерево между холмом и пустырем перед хижиной.

Асдал сказал Эноку:

— Давай. Банхван, приготовься!

Этот человек принялся за старое. Энок – не покемон.

Однако он не отреагировал на слова Асдала и спокойно поднял свой меч.

Как и ожидалось, монстры, появившиеся из кустов, были волчьего типа.

Я думала, что эта хижина – неприкосновенное царство, но вера теперь разрушена. Теперь я могу покинуть хижину без каких-либо сожалений.

Когда я увидела, что Энок готов взмахнуть своим мечом, то подняла руку и направила свою ману в том направлении. В тот же момент мощная искра вырвалась из его меча, которым он замахнулся на монстров.

Я видела, как Рузеф, сидящий рядом со мной, удивлённо оглядывается. Однако у меня не было времени ответить на его любопытство.

Энок не повернулся ко мне, хотя, казалось, заметил, что это моих рук дело.

Искра рассекла воздух, обернувшись вокруг лезвия острого меча, который красиво сверкнул, разя монстров-волков.

В одно мгновение земля завибрировала, поднялись огромные клубы дыма, и крики монстров смешались с хаосом.

После того, как поднимающийся дым рассеялся, остались лишь трупы монстров, громоздившиеся на земле.

Не было необходимости в поведенческом анализе монстров, чтобы определить наилучший курс действий. Но чем мощнее был меч, тем больше мана вытекала из моего тела, и я на мгновение споткнулась.

Рузеф обхватил меня руками за талию и приподнял.

— Я думал, вы не очень хорошо управляетесь с маной, — сказал Рузеф.

Я прижалась к нему и, улыбнувшись, ответила:

— Я сделала это, чтобы удивить всех.

— Это было определённо удивительно. Но не делайте этого больше, вы можете потерять сознание.

Я кивнула и с его помощью сумела выпрямиться.

— Маргарет, если бы только ты дала мне свою ману, я мог бы закончить это за один раз.

Кайден сидел передо мной, скрестив руки на груди, и ворчал. Когда, чёрт возьми, он пришёл?

— К счастью, я поглотил рассеявшуюся ману и использовал её.

Возможно ли это? Я повернулась к Кайдену.

Он заметил мой пристальный взгляд и ухмыльнулся.

Потом подмигнул мне и сказал:

— Я величайший волшебник этой эпохи.

Когда Кайден сказал это, сзади послышалось слабое движение.

— О, похоже на монстра-орангутанга, — обеспокоенно сказал Рузеф.

Остальные убирали трупы монстров на пустыре перед хижиной.

— О, это мой заклятый враг, — сердито пробормотал Кайден.

Я проследила за взглядом Кайдена и медленно повернула голову. За холмом, где мы сидели, неуклюже расхаживал гигантский орангутанг.

Причина, по которой Кайден выразил такую сильную враждебность по отношению к монстру-орангутангу, заключалась в том, что он ранил его на днях.

Я достала ракетницу из сумки, перезарядила патроны и опустила курок.

— Архиепископ, Кайден, не хотели бы вы немного отступить назад?

— Как и ожидалось от нашей Маргарет. Благодаря тебе я чувствую себя в безопасности.

Я направила ракетницу на медленно приближающегося монстра-орангутанга.

И пришло время нажать на спусковой крючок.

Внезапно Ынджи, обёрнутая вокруг моего предплечья, развернулась, наклонила голову над ракетницей и раскрыла рот навстречу монстру-орангутангу.

Сразу же после этого маленькая искра вырвалась изо рта Ынджи и превратилась в огромный столб огня.

Монстр-орангутанг, поражённый огненным столбом, отлетел в сторону и врезался в скалу.

Вскоре пламя разгорелось вовсю, и тело монстра было полностью объято огнём.

— Ч-что?

Я была так потрясена, что моё тело напряглось. Ынджи взволнованно фыркнула огнём, затем оглянулась на меня с ухмылкой. Она обладает удивительно огромной силой в своём маленьком теле.

Однако настоящая проблема началась после этого.

— Юная леди Флоне, будьте осторожны! Приближаются ещё орангутанги! Принц Асдал, оттуда тоже идут монстры-волки!

Юанна на дереве высотой почти в пять этажей закричала на нас.

Но когда она успела забраться на самую верхушку?

Асдал под тем же деревом натягивал тетиву лука в сторону монстров волчьего типа, которые стекались в направлении Энока и Диего.

— Да, я догадывался, что на этом всё не закончится, — пробормотал Кайден более неторопливо, чем ожидалось.

— Не лучше ли тебе спуститься туда? Здесь достаточно только нас с Рузефом.

В ответ на мои слова Рузеф неуверенно прошептал:

— Но я ничего не могу сделать, юная леди.

— Что вы имеете в виду? Если я получу травму, вы должны немедленно оказать мне медицинскую помощь. Вы играете самую важную роль.

Услышав мои слова, Рузеф закрыл рот и посмотрел на меня полными слёз глазами.

— У вас есть на это время?

Как будто Кайден не смог вынести такой тёплой атмосферы, он достал свой кинжал.

— В любом случае, нет необходимости беспокоиться, поскольку там находится наследный принц.

Кайден прав. Вдобавок ко всему, есть Диего, и Асдал также помогает с дальней атакой, это более стабильный состав.

Я сглотнула сухую слюну при виде множества монстров-орангутанов, прогуливающихся вдалеке, поднимая в воздух облака пыли.

— Кайден, давай сделаем так. У меня есть оружие, которое может атаковать с большой дистанции, а ты должен атаковать с короткой дистанции. Бомбы и сигнальные ракеты имеют сильный волновой эффект, поэтому я собираюсь запустить их первыми, а затем ты нанесёшь свои удары с короткой дистанции.

Увидев издалека медленно собирающихся орангутангов, Кайден кивнул головой.

— Ты можешь использовать больше маны? Если сможешь, я покончу с этим одним ударом.

— Я слишком много влила своей маны в Энока. Это был мой первый раз, так что я перестаралась.

Теперь я достигла точки, когда могу легко определить, сколько во мне её осталось.

— Да, тогда это всё. Я сделаю, как ты говоришь.

Кайден достал свой кинжал и медленно поднялся со своего места. Он демонстративно повертел кинжал в руке, затем схватился за рукоять и принял стойку.

Ынджи обвилась вокруг моего предплечья.

— На этот раз оставайся неподвижной. У меня есть план.

Услышав мои слова, Ынджи вытянула шею и наклонила голову в мою сторону.

— Давай в следующий раз поработаем вместе.

Я не знаю, поняла ли она меня, но Ынджи продолжала высовывать язык и наклонять голову.

Как бы то ни было, с заряженной ракетницей в одной руке, я достала огнеметную бомбу из своей сумки другой.

— Вы должны опуститься на землю, когда я брошу это. Вы можете пострадать.

Кайден наклонился при моих словах, а Рузеф уже лежал на животе.

Я швырнула бомбу в приближающихся монстров и легла лицом вниз.

От мощного взрыва поднялось ещё больше пыли, и хлынула голубая кровь. У каждого монстра был разный цвет крови.

Я немедленно встала и попыталась нажать на спусковой крючок ракетницы, но скорость бега монстра-орангутанга оказалась быстрее, чем я ожидала.

— Кун-кун-кун-кун-кун!

Два монстра-орангутанга, которые в одно мгновение подобрались ближе, приблизились к нам.

— Чёрт возьми.

Вздрогнув, я толкнула Рузефа ногой рядом с собой и ударила Кайдена рукой.

Потом меня ударил монстр-орангутанг, и я покатилась с холма.

— Агх.

Больно. Думаю, что умру от боли. На этот раз мои ребра действительно могут быть сломаны.

— Маргарет!

Энок, орудующий мечом среди монстров-волков, быстро сбежал с холма и обнял меня.

Не знаю, как тебе это удалось, но это был хороший ход.

— Спасибо.

Из-за того ли это, что мои ребра действительно сломаны, или из-за шока, который я получила, находясь в объятиях Энока, но боль в моей груди усилилась.

Однако не было времени успокаиваться под предлогом получения травмы.

Я поспешила спуститься с рук Энока, потом направила ракетницу на двух орангутангов, бегущих вниз по склону, и нажала на спусковой крючок.

Два орангутанга взорвались с несколько устрашающим звуком.

Я на мгновение, скрючившись, схватилась за живот. На самом деле… трудно двигаться, когда сломаны рёбра. Но теперь, когда я могу передвигаться, это не кажется такой уж серьёзной травмой.

Когда я снова подняла глаза, то увидела, что Кайден сражается с тремя орангутангами на холме.

‘Но куда делась Ынджи?’

На моём предплечье её не было.

Оглядываясь по сторонам, чтобы найти Ынджи, я удивлённо поднял глаза, когда увидела огонь, парящий на холме.

Ынджи на плече Кайдена плевалась огнём в монстров-орангутанов.

Хотя она детеныш анаконды, и её мордочка не выражает эмоций, кажется, она в ярости.

‘У неё слишком много энергии.’

Рузеф, наблюдавший за происходящим с вершины холма, бросился ко мне с аптечкой.

— Маргарет, с тобой всё в порядке? — спросил меня Энок, поддерживая.

— А ты как, Энок? Другие монстры-волки...

В этот момент я заметила трупы монстров-волков, наваленные горой. Ещё я увидела, как Диего проверял их, чтобы посмотреть, остались ли там живые.

— Юная леди Флоне, с вами всё в порядке?

Рузеф оглядел меня.

— Я не знаю. Если уж я могу двигаться, скорее всего, это не перелом… Я думаю, у меня трещины в рёбрах. Было бы неплохо надеть бандаж, но я не могу достать его здесь. Это проблемка.

В этот момент Юанна спустилась с дерева и подбежала вместе с Асдалом ко мне.

— Юная леди Флоне, как вы?

— Юная леди, как вы?

Я сильно удивилась, увидев, что никто не бежит к Кайдену.

— Ребят, может поможете ему там? Почему вы все здесь?

Все взгляды обратились к Кайдену, который одновременно боролся с двумя орангутангами.

— Лорд Кайден… с ним всё будет в порядке.

— Верно. С ним всё будет хорошо.

— Не волнуйтесь. Разве он не сказал, что он величайший маг?

Асдал, Юанна и Рузеф ответили по очереди.

В то же время Кайден поднял орангутанга в два раза больше того, который ударил меня, и швырнул его на землю.

И снова все взгляды обратились к Кайдену.

— Видите?

— Он отлично справляется.

— О нём не стоит беспокоиться.

На этот раз Асдал, Юанна и Рузеф говорили один за другим. Энок был занят осмотром моей травмы, как будто его больше ничего не интересовало.

‘Кайден… тебя снова бросили одного?’

Рузеф спросил меня:

— Кстати, юная леди, что такое бандаж?

— Это как пояс, который нужно надевать на живот, чтобы зафиксировать талию. Вместо тонкой ткани мне нужна немного жёсткая толстая...

Услышав мои слова, Энок тут же снял свой колет и разорвал его подол. Удивительно, что его толстый колет был порван вручную, но он спокойно порвал драгоценную униформу наследного принца.

Он быстро обернул его вокруг моей талии и приколол булавкой из аптечки.

— Теперь ты в порядке?

Я кивнула в ответ на дружелюбный вопрос Энока. Потом он улыбнулся и погладил меня по голове. Когда я с ним, то чувствую, что обо мне заботятся.

— Вам не нужно обезболивающее? — спросил меня Рузеф.

Я покачала головой.

— Всё хорошо. Я смогу это вынести.

— Если у вас трещина в кости, то лекарства нет. Было бы здорово, если бы я мог использовать свою божественную силу, но сейчас я могу только надеяться, что ваши кости восстановятся сами собой, пока вы отдыхаете.

Если я бы я пошла в современную больницу, врач, вероятно, сказал бы то же самое. Я кивнула головой на его слова.

Крики монстров слышались отовсюду.

Кайден, засунув одну руку в карман брюк, взобрался на поверженного им монстра-орангутанга и устало вздохнул.

Ынджи по шее забралась ему на голову, дыша огнём от возбуждения.

— Разве это не ручная змея юной леди? — спросил меня Рузеф.

— Это не просто змея или домашнее животное, это монстр-анаконда, — твёрдо ответила я.

Ынджи, встретившись со мной взглядом, соскользнула с холма и замелькала передо мной.

Я потянулась к ней. Затем она по предплечью скользнула вверх, потирая меня мордочкой, как будто напрашиваясь на комплимент.

— Ты хорошо справилась.

Когда я нежно погладила её чешую, раздался энергичный голос Кайдена.

— Маргарет! И меня погладь!

Кайден рванул вниз по склону. Конечно, вскоре его заблокировал Энок.

— Мы должны действовать быстро. Все собрали вещи?

Энок оттолкнул Кайдена и огляделся с невыразительным, спокойным лицом.

Пока Кайден сыпал оскорблениями в его адрес, Энок уверенно нёс рюкзак, оставленный перед хижиной. Другие тоже взяли свои вещи.

— Идёмте, — сказал Энок, когда все были готовы.

Вместе мы вышли из хижины и направились к Северному острову.

Юанна спросила:

— Мы собираемся сначала набрать припасов или отправимся в отмеченное звездой место?

— На пути к северо-западной границе Северного острова мы пройдем мимо района, где находятся припасы. После того, как мы соберем их, мы отправимся в отмеченное звездой место, — ответил Асдал.

Кажется, у меня не было возможности спросить о пункте назначения, потому что я была слишком занята, но, похоже, Асдал и Энок уже обговорили это и даже наметили план пути.

‘Вы уже всё обсудили? Так и знала.’

Как и ожидалось, они больше похожи на лидеров, чем я.

Я тоже думала о том, чтобы сходить на Северный остров. Но сейчас я спокойно последую за ними и позже ещё попробую выяснить местоположение бункера.

Мы проезжали через мангровый лес. Глядя на деревья экзотических форм, я в очередной раз поняла, что это слишком странный остров.

Тихо прогуливаясь вдоль берега реки, я взглянула на мангровые деревья с их гротескными корнями над рекой.

Энок, шедший передо мной, внезапно заговорил:

— Я не знаю, откуда, чёрт возьми, берутся эти монстры в таком большом количестве.

— Монстры-волки даже не обитают здесь. Странно видеть, как они объединяются с орангутангами. Я тоже думала, что придут монстры-тарантулы, — сказал я в ответ на слова Энока.

Если бы напали монстры, я бы посчитала, что это будут тарантулы. Они как раз обитают в этой области, и они могут появиться, почувствовав запах останков своего мёртвого вида.

Однако, вопреки ожиданиям, это были монстры-волки и орангутанги.

‘Как будто они пришли в заранее определённую точку’.

Как будто кто-то действительно управлял ими, чтобы напасть на хижину.

— Благодаря этому я узнал, что на острове нет безопасной зоны, разве это не облегчение? Отныне я не ослаблю бдительности, и меня не застанут врасплох, — сказал Рузеф.

Это правда, но почему-то мне стало грустно. Это же означает, что теперь мы всегда должны быть настороже.

Энок повернулся и поблагодарил меня.

— Кроме того, Маргарет, благодаря тебе, я теперь могу использовать меч, основанный на магии. Не знал, что можно впускать ману с большого расстояния.

Юанна, следующая сзади, добавила:

— О, я тоже это видела. Вы же потратили много маны, не так ли? Можно ли передавать ману другим на большие расстояния?

— Юная леди Флоне, вы кто? Лорд, скажи мне. Это возможно?

Асдал посмотрел на нас и спросил Кайдена, который стоял прямо за мной.

— Это трудно, но не невозможно. Кроме меня, даже опытным волшебникам трудно с этим справиться.

На слова Кайдена я пожала плечами, подняв руки.

— Меня называли сумасшедшей, но на самом деле я хороший человек.

Все говорят, что я потрясающая, так что я могу насладиться таким количеством комплиментов, верно?

— Не могу не сожалеть о том, что вы пренебрегли своим великим талантом ради преследования наследного принца, — сказал Асдал, затем развернулся и снова начал двигаться вперёд.

— Я тебе не напрасно нравлюсь, Маргарет.

Энок внезапно прервал его.

Кайден позади меня прошептал:

— Маргарет, я думаю, что это напрасно.

Я вздохнула, притворилась, что не услышала и последовала за Эноком.

Некоторое время назад меня чуть не убил монстр, но теперь я чувствую себя спокойно, как будто этого никогда не было.

Надеюсь, что мы сможем и дальше справляться с предстоящими неприятностями и благополучно покинем остров.

...конечно, моим надеждам не суждено сбыться.

***

‘Похоже это просто синяк, а не трещина.’

Боль в повреждённой области утихла быстрее, чем ожидалось. Это большое облегчение. Я не знаю, что случилось бы, если бы я получила серьёзную травму в этой дикой местности.

Из-за моего состояния я время от времени делала перерывы, поэтому потребовалось четыре дня, чтобы добраться до моста, ведущего на Северный остров.

Наконец мы остановились перед подвесным мостом, ведущим на Северный остров, и были совершенно сбиты с толку, увидев его.

Подвесной мост, о котором говорила Юанна, был настолько ветхим, что мог рухнуть в любой момент.

— Мы все сможем перейти туда?

Никто не ответил на мой вопрос.

Кайден подошел к передней части подвесного моста и внимательно осмотрел его.

Затем он спросил Диего и Юанну:

— Вам не кажется, что его состояние сейчас ещё хуже, чем когда мы нашли его?

Юанна кивнула и ответила:

— Верно, раньше явно не было никаких признаков повреждений. Как будто кто-то пересёк мост после того, как мы все ушли...

Диего тоже кивнул головой.

Асдал подошёл к Кайдену, который продолжал проверять мост.

Он сказал:

— Может быть, похититель действительно существует. Как сказала юная леди Флоне, они заперли нас для экспериментов, и, если бы они наблюдали за нами с острова, всё это можно было бы объяснить.

— Но это лишь предположение. Я думаю, мы должны отправиться в то отмеченное звёздами место, чтобы ответить на вопрос.

После того, как я ответила на слова Асдала, Кайден неохотно заговорил:

— Подожди...

— В чём дело?

Кайден, погружённый в свои мысли, посмотрел на меня.

— Когда я отправился на разведку несколько дней назад, я увидел монстра, наблюдающего за мной.

— В смысле?

Энок обернулся, скрестив руки на груди. Юанна и Диего тоже посмотрели на Кайдена, ничего не понимая.

— Но я не видел.

— Вы знаете, в первую ночь, когда я нашла хижину, я вышла одна, чтобы найти что-нибудь поесть.

Когда Кайден ответил на любопытный вопрос Юанны, она тихо воскликнула и кивнула.

— Я чувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Поэтому я огляделась и увидела пару глаз, уставившихся на меня из темноты!

Кайден сделал жест перед глазами, складывая и разжимая руки.

— Было похоже на монстра волчьего типа. Обычно такие сразу же нападают на нас. Но он просто ушёл, как будто наблюдал за тем, что я делаю.

— Это был шпион? Может быть, монстры уже поняли динамику разведки, прежде чем напасть на нас?

Я громко рассмеялась и сказала это как шутку. Но, неожиданно, все слушали меня серьёзно.

— Не думаю, что у них настолько высокий уровень интеллекта, но если кто-то контролирует их, то это вполне возможно, — спокойно сказал Энок.

— Эксперименты там или что-то ещё, но я уже уверен, что на этом острове кто-то наблюдает за нами, — заговорил Асдал.

Я ответила:

— Место, отмеченное звёздочкой на карте, вызывает подозрение.

— Ну, может быть, там действительно находится похититель, — сказала Юанна, кивая в знак согласия.

На мгновение мы замолчали. Каждый был погружен в свои мысли.

После тяжёлого молчания Юанна решила сменить тему.

— Ладно, мы всё равно должны пересечь этот мост. Кто первый?

На вопрос Юанны Энок вытащил свой меч из ножен.

— Асдал и я перейдём первыми.

— Что? Я не хочу. Почему я?

Асдал озадаченно посмотрел на Энока. Конечно, тот не ответил. Затем Асдал вздохнул и достал стрелу.

— Хорошо. Банхван, ты отвечаешь за атаки с ближней дистанции, а я – с дальней. Это будет справедливо.

Асдал поворчал, но спокойно сделал то, что сказал ему Энок. При ближайшем рассмотрении Асдалу, похоже, действительно нравится Энок.

Затем Кайден принял стойку и ступил на подвесной мост.

— Тогда я иду первым. Маргарет, ты следующая, а я сначала возьму с собой Ынджи. Иди сюда, Ынджи.

Он повернулся ко мне и протянул руку. Я передала ему Ынджи. Она коротко взглянула на меня и спокойно обвила руку Кайдена.

Кайден немедленно благополучно пересёк мост.

Хотя и выглядит немного нестабильно, кажется, что мост находится в состоянии перенести вес одного человека.

— Маргарет.

И как раз в тот момент, когда я уже собиралась перейти мост вслед за Кайденом, Энок окликнул меня. Я в изумлении обернулась.

Энок подошёл ближе и нежно посмотрел на меня сверху вниз.

— ...Будь осторожна. Я скоро последую за тобой.

Я застенчиво улыбнулась.

— Ты волнуешься? Говоришь так, будто мы расстаёмся. Я пойду первой и подожду тебя, так что поторопись и следуй за мной.

Он медленно кивнул и нежно погладил меня по волосам. Почему-то кажется, что я уже давно с ним так не разговаривала.

Но почему мы должны вести этот разговор в тот момент, когда все смотрят?

— Юная леди Флоне, если вы не идёте, я первый.

Как будто он уже не мог нас вынести, Рузеф с ворчанием прошёл мимо меня и начал переходить мост. Мне было так неловко, что я отступила назад.

Энок осторожно схватил меня за руку, поцеловал её и нежно прижался губами к моему запястью:

— Помнишь, когда я сказал, что буду защищать тебя? Моё сердце неизменно. Я скоро перейду, так что иди вперёд и жди меня.

Он говорил спокойно и медленно гладил меня по щеке. Это так значимо, но почему я нервничаю?

— Я знаю. Осторожно переходите, Ваше Высочество. Не пострадайте.

Почему-то мои щёки запылали, но я не хотела, чтобы это было видно, поэтому я сказала ему так спокойно, как только могла.

Он кивнул, всё ещё глядя на меня.

— Почему бы Вам не остановиться и не уйти сейчас?

Асдал подошел ближе и разделил нас. Энок медленно отодвинулся от меня.

Я повернулась к Кайдену, Рузефу и Диего, которые уже перешли дорогу, а затем ступила на подвесной мост. Кажется, что мост более нестабилен, чем раньше. Очень ненадёжно. Он может рухнуть даже сейчас.

Несмотря на то, что я двигалась очень медленно, я слышала, как понемногу лопаются канаты моста.

— Это плохо…

Я встала, оставив примерно треть расстояния до другой стороны. Мост слишком сильно трясётся.

— Юная леди Флоне!

Услышав крик Юанны, я медленно повернулась спиной.

Асдал и Энока, которые остались на Южном острове, столкнулись лицом к лицу с огромным количеством монстров-орангутанов. Некоторые из них пытались перейти мост.

— Бегите, юная леди!

Юанна в шоке закричала мне.

Два монстра-орангутанга попытались пересечь мост, и один из них упал в реку.

‘Ч-что за чертовщина?’

Только когда мост наполовину накренился, я запоздало сообразила, что происходит, и бросилась вперёд. Из-за этого проклятого орангутанга мост теперь полностью разрушен.

Северный остров, где стоят Кайден, Рузеф и Диего, находится прямо передо мной.

’Еще чуть-чуть...!’

Как всегда, мое зловещее предчувствие никогда не ошибается, и несчастье всегда следует за мной. В конце концов, я упала в реку, даже не добравшись до Северного острова.

Не помню точно, что произошло после этого.

Я долго плыла по реке с быстрым течением и нахлебалась водой. После этого я лишь смутно помнила, как кто вытащил меня из воды.

Перед глазами был стоял туман.

***

Постепенно я пришла в себя.

Первое, что я увидела, открыв глаза, было полуденное голубое небо. Я моргнула и ещё долго смотрела на него.

— Это сон?

[П.п.: «Над ним не было ничего уже, кроме неба, — высокого неба, не ясного, но все-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нем серыми облаками. «Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, — подумал князь Андрей…» простите ^^]

Когда я медленно села, знакомый влажный воздух ударил мне в лицо. Теперь я могу различить даже воздух этого острова.

— Я всё ещё здесь.

Когда я села и огляделась вокруг, то понял, что единственное, что вызывало жалость – это я сама. Мое платье насквозь промокло. Волосы тоже были мокрые, а ступни погружены в речную воду.

‘Ынджи с Кайденом, так что не о чем беспокоиться’.

Когда я попытался пошевелиться, то почувствовала острую боль в животе.

— Агх.

Удивлённая, я схватилась за живот и обнаружила, что мои руки покрыты кровью.

— Чёрт… так больно...

Сначала я должна позаботиться о своей спине… После достаточно усердных попыток мне удалось развязать сумку, висевшую у меня на плече, я сняла платье и приподняла подол сорочки, чтобы проверить живот.

Он был полон ран. Было так больно, когда я приподняла свою сорочку, успевшую прилипнуть к ране.

— Ммм, ммм, ах, чёрт...

Было так больно, что я разрыдалась. Но я снова глубоко вздохнула и села. Я едва могу даже пошевелиться.

Тем не менее, на всякий случай, я снова подняла своё платье и надела его с большим трудом.

‘Но я не могу оставаться здесь только до захода солнца’.

Я раскрыла свою мокрую сумку и проверила её содержимое.

— О Боже мой, нет...

Я перевернула свою сумку вверх дном, и она вся была мокрая, включая мой блокнот и мои лекарства. Но когда я не нашла там своей ракетницы — моего самого важного оружия — даже мокрой, отчаяние окончательно поглотило меня.

— Я осталась одна, раненая и без оружия.

Из-за этого, начиная с заката, мне придётся не двигаться и не прятаться.

Очевидно, что передвижение в поисках места, где можно спрятаться, займёт очень много времени. Возможно, мне уже придётся потратить кучу времени на исцеление, прежде чем встретиться с остальными. Я даже не знаю, где они находятся.

‘Чёрт.’

Я вздохнула, вытерла мокрые вещи о гравий и посмотрела в блокнот. Он был пропитан водой, поэтому всё записи были размыть.

— Черт возьми! Ничего не получается!

К счастью, ткань с картой бункера была цела. Кто-то специально сделал её водонепроницаемой? Я не знаю, современная это технология или волшебная, но хорошо, что карта в порядке.

— Для начала я должна двинуться с этого места.

Я глубоко вздохнула и медленно поднялась. Может быть, рана находится сбоку, а не в нижней части живота, так что я смогу передвигаться, если буду осторожна.

Я огляделась по сторонам. На другой стороне огромной реки, в которую я упала, был густой лес.

Конечно, других людей не было видно. Кроме того, была ещё одна большая проблема, заключавшаяся в том, что я не знала, нахожусь ли я на Северном острове или на Южном.

Я просто стояла на гравии и принюхивалась. Хочется плакать.

— А может я умерла?

Может быть, я уже мертва и стала призраком, блуждающим по этому острову. Блуждающие призраки не осознают, что они мертвы и постоянно бродят по одному и тому же месту снова и снова.

— Нет. Этого не может быть. Я всё ещё чувствую боль в животе.

Испытав слишком много нереальных вещей, я почувствовала, что моё воображение несколько обогатилось, а мышление и суждения притупились.

— Может быть, я просто сошла с ума.

Я уставилась на текущую реку. У меня так кружится голова.

Что с остальными? А с Эноком.

‘Энок не может жить без меня’.

Потом я вдруг вспомнила, что его оставили на Южном острове с Асдалом и Юанной.

Если Юанна с Эноком… возможно, всё будет в порядке. В оригинале Юанна снимает припадок Энока своей любовью.

Мысль об этом заставляла сердце биться от боли. Было не очень приятно представлять их вдвоём вместе.

‘А Кайден…’

Они точно в безопасности?

Почему это происходит со мной? Чувства страдания и отчаяния захлестнули меня, как прорвавшаяся плотина.

‘Устала’.

Я сдержала слёзы, которые вот-вот должны были прорваться наружу.

Если Бог есть, то какого чёрта он от меня хочет? Почему ты так поступаешь со мной?

‘Мне и так было тяжело’.

И даже сейчас я продолжаю бороться за выживание.

Слёзы снова навернулись у меня на глаза. Я попыталась сдержать их, прижав веки тыльной стороной ладони.

— О… Я думал, ты мертва.

Затем откуда-то послышался голос.

Поражённая, я повернула голову и увидела маленького мальчика, похожего на ученика начальной школы, который стоял на холме и смотрел на меня с охапкой кокосов в руках.

Я очень долго смотрела на него. Галлюцинации?

— Ты человек?

Я была так удивлена, что задала этот странный вопрос.

‘Он человек или призрак?’

Седовласый мальчик смотрел на меня с ничего не выражающим лицом, а потом раскрыл глаза и сделал удивлённое лицо.

Через некоторое время мальчик тихо спросил меня.

— ...чокнутая?

— Нет!

Моё лицо вспыхнуло от смущения.

Я забыла, что минуту назад была немного подавлена, и приложила тыльную сторону ладони к щекам, чтобы унять жгучий жар.

Затем я снова посмотрела на мальчика. Он невероятно красивый, с аккуратными короткими волосами, закрывающими шею.

Он продолжал смотреть на меня без всякого выражения, так что я не знаю, о чём он думает.

— Я думал, ты мертва.

Он немного помолчал и добавил:

— Потому что раньше ты не дышала.

Я? Правда?

Я посмотрела на мальчика более спокойно, чем раньше. Он выглядел очень молодым, чтобы оставаться одному на этом суровом острове.

— Сколько тебе лет?

На мой вопрос мальчик наклонил голову и некоторое время смотрел на меня. Затем он посмотрел на землю, поднял глаза к небу, задумался и, наконец, открыл рот.

— ....двенадцать?

— Почему ты не решаешься ответить сразу?

Когда я спросил об этом из любопытства, мальчик нахмурился и снова задумался.

— Не знаю, сколько времени прошло.

Означает ли это, что он тоже был насильно перевезён на этот остров и не знает, сколько времени прошло с тех пор?

В оригинале на этом необитаемом острове нет никого, кроме главных героев.

‘Ничто не соответствует оригиналу’.

Я сильно надавила на виски.

Каким бы маленьким ни был ребёнок, могу ли я доверять мальчику, которого нет в оригинале?

‘Мне определённо нужно быть осторожной’.

Пока я думала об этом, мальчик мягко наклонил голову и спросил:

— Сколько тебе лет?

— Мне двадцать два.

Мальчик кивнул в ответ и добавил:

— Ты старая.

— Я ещё молодая.

Двадцать два – это всё ещё молодость. Молодая!

После такого ворчания я поняла, что чувствую себя намного лучше.

Всё благодаря появлению мальчика. Не могу поверить, что здесь есть ещё один выживший. Некоторое время назад я была в отчаянии при мысли о выживании в одиночку на этом холодном, отдалённом острове. Но теперь я чувствую себя более непринуждённо.

Я резко опустила голову. Один из кокосов, которые уронил мальчик, покатился прямо мне под ноги.

Мальчик подошёл ко мне, поднимая его. Я хотела поднять сама, но не смогла наклониться из-за своей раны.

Затем он посмотрел на меня и спокойно спросил, указывая на моё пропитанное кровью платье.

— Ты в порядке?

— Нет.

— Я знаю. Выглядишь больной, — сказал он с невыразительным лицом.

Заметив его необычный наряд, я спокойно и внимательно оглядела его с ног до головы.

Во-первых, на мальчике кроссовки, белые Nike Dunk Highs. Удивительно, что они совершенно новые, без царапин. Во-вторых, на нём шорты и аккуратная толстовка с короткими рукавами.

Странно то, что поверх была надета мантия имперского мага. Эту мантию предоставляет Магическая Башня, она такая же, как у Кайдена.

‘Он слишком подозрительный’.

Однако, возможно, он, как и я, где-то подобрал современные вещи, как эти кроссовки.

Мальчик явно гражданин империи. Потому что на земле, где я раньше жила, нет людей с серебряными волосами и красными глазами.

— Кто ты такой? Как ты сюда попал? Ты один?

Сначала я задала самые простые вопросы.

Затем мальчик снова уставился на моё лицо и через некоторое время сказал:

— Ты красивая, Нуна.

— Можешь ответить на мои вопросы? Я знаю, что я красивая.

Мальчик медленно кивнул головой на мои слова.

— Дженас Игрен.

— Это твоё имя?

Он снова медленно кивнул в ответ на мой вопрос. Дженас Игрен? Он не похож на аристократа, если учитывать, что у него нет второго имени.

— Как ты сюда попал?

— Я не знаю.

Этот мальчик, Дженас, сделал паузу, а затем заговорил снова:

— Когда я открыл глаза, я уже был здесь.

Похоже, у него вошло в привычку делать паузы в середине разговора.

‘В целом, в его действиях и словах нет ничего подозрительного’.

Когда он открыл глаза, он уже был здесь. Похоже на нашу ситуацию. Но я всё ещё не могу поверить, что даже ребёнка затащили на этот опасный остров.

— Кто-то ещё здесь есть? Ты всё это время был один?

Дженас медленно кивнул.

— Я всегда один.

После такого ответа он снова сделал паузу. Он посмотрел на меня, как будто беспокоился о том, говорить мне об этом или нет.

— Скажи мне, что произошло?

— Все, кто пришёл со мной, уже мертвы, так что я один.

— …...что?

Новая серия удивительных историй...

Были ещё люди? Они пришли раньше нас? Или после? Они тоже граждане империи?

Я обо многом хотела его спросить, но не могла. Я, на самом деле, не знаю, насколько несчастным был Дженас, когда сказал, что люди, с которыми он был, мертвы.

Я сделала паузу.

Но, прежде чем я успела выразить свои соболезнования, Дженас заговорил первым.

— Я даже не знаю, сколько времени прошло.

— А...

— Сначала я считал дни, но в какой-то момент пропустил счёт.

Дженас, всё ещё держа кокосы в руках, ответил очень спокойным тоном.

— Я понимаю.

Тогда, даже если бы я спросила его, когда он очнулся здесь, было бы трудно точно сравнить время с датой, когда мы проснулись.

— Ты тоже сначала был один?

— У меня была группа. Когда мы открыли глаза, мы уже были на этом острове. Меня унесло рекой и отделило от них.

— Как тебя зовут, нуна?

— О, я запоздала с представлением, правда? Я Маргарет Роуз Флоне, можешь называть меня Маргарет. Дочь герцога Флоне из империи Лэнгриджа.

— Дочь герцога...

Дженас посмотрел на меня с любопытством. Впервые видишь дворянина? Я была застигнута врасплох его жгучим взглядом.

‘Ты бы удивился, увидев наследного принца королевства Лэнгриджа и наследного принца королевства Гестия’.

С этой мыслью я снова вспомнила о ребятах.

‘Всё же в порядке? Надеюсь, что вы все в безопасности.’

Похоже, этот остров довольно большой. Что, если наши пути разошлись при попытке встретиться? Не лучше ли пройти рядом с подвесным мостом?

Я вздохнула. Не могу поверить, что беспокоюсь о других в то время, как не знаю, что будет со мной.

Судя по тому, как он выглядит, у Дженаса, похоже, нет никакого специального оружия. Сначала мне нужно разобраться здесь, а затем подумать о том, как найти Энока и Кайдена.

— Нуна, там есть хижина, где я раньше жил, не хочешь пойти?

— Здесь есть хижина?

— Да.

Дженас энергично закивал головой.

Я думала, что хижина находится только на Южном острове, где мы раньше жили.

‘Могу ли я доверять ему?’

Но если этот маленький мальчик имеет какое-то отношение к тайне этого острова, я должна проверить.

Кроме того, везде становится опасно после захода солнца.

— Ты ранена, нуна. Я могу исцелить тебя, — добавил мальчик, указывая на мою рану. — там есть лекарство.

— Лекарство? Правда? Уверен, что есть лекарство, способное залечить такие раны?

Он спокойно кивнул на мой вопрос. Похоже, у него нет никакого намерения пояснять далее.

Я долго размышляла и, наконец, приняла решение.

—  ...да, пошли.

Если мою рану оставить как есть и произойдёт заражение, это будет большой проблемой.

Нельзя судить только по внешнему виду, но не думаю, что этот маленький мальчик – тот, кто похитил нас. Конечно, мне придётся быть начеку.

Я уставилась на свои вещи, разложенные на гравии для просушки. Дженас, проследивший за моим взглядом, воскликнул:

— Здесь много классных вещей.

— Одежда, которую ты носишь, тоже необычная.

При моих словах Дженас опустил голову и безучастно оглядел свою одежду.

— Я нашел это в хижине. Удобно.

Похоже, что в хижине Дженаса ещё были современные вещи, так же как я забрала свой рюкзак и кроссовки из хижины Южного острова.

— Есть и другая одежда, — сказал Дженас, уставившись на моё платье.

На мгновение я смутилась.

Платье, обнажающее икры, выглядит так жалко. Рукава и лента вокруг шеи тоже в полном беспорядке. Кроме того, здесь сыро, и, хотя запаха нет, это очень неприятно.

— Давай и ты переоденешься, нуна, — сказал Дженас, указывая на моё рваное платье.

— Хижина находится недалеко?

— Всего в минуте ходьбы отсюда.

Услышав его слова, я наклонилась, чтобы поднять свою сумку, а затем закричала от боли.

— Ааа, агх.

Дженас посмотрел на меня и вздохнул, потом сложил все вещи в мою сумку и передал её мне.

— ...Спасибо тебе.

— Нет за что. Пойдём?

Я тихо последовала за Дженасом. Я попыталась определить местоположение, оглядевшись вокруг, но не уверен, что одного взгляда достаточно.

‘Потому что лес везде похож’.

Мне следует подняться на высокую гору завтра, как только взойдёт солнце, и ещё раз проверить местоположение. Если бы моя ракетница была пригодна для использования, я бы выпустила сигнальную ракету в небо, чтобы сообщить о своём местонахождении, но жаль, что она промокла.

‘Как я смогу показать им своё местоположение?’

Размышляя об этом, я снова посмотрела на затылок Дженаса.

— Как ты выжил? Здесь очень опасно. Там даже монстры есть.

На мой вопрос Дженас оглянулся и задумчиво посмотрел на небо.

— Я умею убегать и прятаться, — ответил он, почёсывая висок.

— Я тоже.

— И мне не нужна еда.

— М? Почему? В хижине много еды? — спросила я его с небольшой надеждой. Однако ответ, который я услышала, был очень неожиданным.

— Я маг. Я могу жить без еды.

Вот почему на тебе мантия волшебника поверх толстовки с капюшоном.

Но что ещё более сомнительно, так это слова, которые Дженас добавил после признания в том, что он был магом.

— Как люди могут жить без еды? Неужели все маги такие? Мой знакомый не такой.

— Я изменил своё тело. Никто другой не может этого сделать, — ответил он очень уверенно и твёрдо.

Когда я шла, внимательно оглядываясь вокруг, я нервно спросила его:

— Возможно ли это...? Я не думаю, что это имеет какое-то отношение к твоему телу. Мой знакомый не выносил голода до такой степени, что хотел умереть. А, он также один из лучших магов на континенте.

Дженас не ответил на мой вопрос. И только много времени спустя он открыл рот.

— Нуна, я гений.

О, у тебя больше уверенности, чем я думала.

— Он тоже гений, — сказала я, защищая Кайдена.

Кайден — самый молодой архимаг и самый молодой лорд Магической башни. Несмотря на то, что его характер немного странный, он определенно гений.

— Ты сказала, что он даже не может изменить строение своего тела. Тогда он не гений.

О, да. Это верно, потому что Кайден не может делать то, что может этот маленький мальчик.

— Да...? Но здесь нельзя использовать магию.

— Это не имеет значения, потому что я изменил своё тело, когда ещё был в королевстве.

— Правда?

Я ничего не смыслю в магии, поэтому не знаю, правда то, что он сказал, или нет. Я должна буду спросить Кайдена об этом позже.

— Кстати, ты из королевства? Королевства Гестии?

— Нет, Инграм.

— ...а?

Я снова удивилась его словам и замерла, затем остановилась и схватила его за плечо. Благодаря этому я почувствовала сильную боль в животе, но сейчас это не имеет значения.

— Подожди, что? Королевство Инграм?

Дженас наклонил голову:

— А что?

— Династия Инграм погибла тысячу лет назад. Прошло уже много времени с тех пор, как королевство Инграм было основано как империя Лэнгриджа.

— Ах...

Дженас спокойно кивнул головой. На его лице не было никаких признаков волнения.

— Может быть...

— Прошла уже тысяча лет.

Я потеряла дар речи и просто уставилась на симпатичного мальчика передо мной.

Мысли накатывали волнами. Он прожил тысячу лет? Мог ли он действительно быть тем, кто похитил нас? Он сказал, что он маг. Гениальный маг.

Дженас спокойно посмотрел на меня и пожал плечами, как будто это ничего не значило.

— Пребывание здесь притупляет чувство времени.

— Не слишком ли много тысяч лет, чтобы сказать, что твоё чувство времени притупилось? А!

Я в шоке повысила голос, и проявилась мучительная боль, возможно, моя рана открылась. Чёрт, мне нужно быстро её обработать.

— Ты в порядке? — спросил меня Дженас безразличным голосом.

Я тоже неискренне кивнул, но на самом деле я не в порядке.

У меня так сильно болит живот, что я даже психологически травмирована.

Затем я вспомнила странную гипотезу, которую выдвинула незадолго до встречи с Дженасом: блуждающий призрак.

Блуждающий призрак не осознает, что он мёртв и живет в одном и том же месте постоянно и бесконечно.

— Да нееет...

Я в шоке рвала на себе волосы.

Смешно, что я умерла от удара вывеской по голове, но умерла ли я ещё раз как Маргарет? Когда?

— Я мертва...

Я знаю, что это нелепо, но трудно предположить какую-либо другую возможность, кроме этой.

Когда я снова впала в отчаяние, Дженас заговорил со мной спокойным голосом.

— О чём ты говоришь? Ты не мертва, нуна.

Всё ещё держась за волосы, я медленно подняла голову. Дженас скрестил руки на груди и посмотрел на меня с жалостью в глазах.

— Я тоже не мёртв.

— Ты сказал, что живешь здесь тысячу лет.

— Это правда, но я не мёртв.

— Как ты можешь быть так уверен в этом?

— Потому что я никогда не умирал.

Говоря так уверенно, Дженас посмотрел на меня и продолжил:

— Ты не помнишь, как ты умерла, да? Это потому, что ты не мертва.

— Блуждающий призрак не помнит, что он мёртв.

— Блуждающий… что? — спросил Дженас, нахмурив брови.

Я вздохнула и спросила его:

— Если ты не мёртв, значит, ты просто не смог сбежать?

Дженас, который на мгновение отвёл взгляд, словно о чём-то задумавшись, медленно кивнул.

— Да, ммм, правильно.

— По-почему ты отвечаешь так расплывчато?

Несмотря на мой вопрос, Дженас просто уставился на меня, не отвечая. Казалось, он больше не хотел отвечать.

Я встала, растерянная, и вдруг вспомнила о его возрасте.

— Подожди… это значит, что тебе больше тысячи лет.

Он медленно кивнул, как ленивец, на мой вопрос.

— Да.

— Тогда не называй меня нуна.

— ...почему?

— Почему ты солгал, что тебе двенадцать? Ты мошенник? Хотите, чтобы вас арестовали за мошенничество, сэр? Нет, мне следует называть вас дедушкой? Или предком?

Лицо Дженаса, смотревшего на меня, было странно искажено. Это было первое выражение, которое я увидела с тех пор, как встретила его.

— Ты выглядишь старше меня, нуна.

— Заткнись, дед.

Дженас недовольно надул щёки. Он притворяется милым, хотя ему тысяча лет, но это действительно так. Чёрт. Я думаю, это потому, что у него внешность красивого мальчика.

— Мне не нравится.

— Тогда как мне следует обращаться к вам?

— ...Дженас? Дженни?

— Я не смею называть своего предка, который прожил тысячу лет, по имени. Кстати, вы только что назвались Дженни?

— …

— Тогда как насчет дедушки Дженни? Вы просили меня называть вас Дженни.

— Нуна, мне не нравится, — устрашающе сказал Дженас с невыразительным лицом.

Я вдруг подумала, может ли он убить меня на острове, где даже магию нельзя использовать?

— Просто шучу. Я буду называть тебя Дженни.

Неудивительно, что он спокоен, как старик. Это потому, что он прожил тысячу лет.

‘Тысяча лет......’

На самом деле, то, что сказал Дженас, не было похоже на правду. Не знаю, можно ли ему верить.

Мог ли он ошибиться? Вероятно, он проснулся на этом острове раньше нас, и по прошествии долгого времени потерял чувство.

Даже после размышлений, отчаяние снова охватило меня.

— Сможем ли мы покинуть этот остров? — пробормотала я.

— ...чокнутая.

Дженас вздохнул и усмехнулся.

— Можешь перестать называть меня так?

— Мы не можем.

— Что?

Я переспросила, потому что мне показалось, что я неправильно расслышала.

— Мы не можем покинуть этот остров, — снова ответил Дженас, подтверждая.

С внешностью маленького мальчика он устало вздохнул, как старик, который был на исходе своей жизни. Что ж, он действительно старик.

— Потому что я живу на этом острове уже тысячу лет. Ты сама это сказала, чокнутая нуна.

— Не называйте меня нуна. Я на тысячу лет моложе вас.

— Тогда...

Дженас посмотрел на меня с неодобрением, а затем сделал обеспокоенное лицо.

— Я буду называть тебя Мэг.

Даже Энок ещё не называл меня Мэг…

— Зовите меня просто Маргарет.

— Мэг.

— Хм, неважно. Почему я веду себя так по-детски с тысячелетним дедушкой? Кстати, солнце садится, не поторопимся ли мы? Давайте пойдём в хижину, чтобы обсудить детали.

Действительно, небо было окрашено тёмно-красным светом.

Я спрошу Дженаса, чему он научился на этом острове за тысячу лет, чем он занимался всё это время и что случилось с его группой.

Конечно, я всё ещё должна остерегаться его. Ещё более подозрительно слышать, что он прожил тысячу лет. Причина, по которой я продолжала шутить, демонстрируя беззаботность и отсутствие напряжения, отчасти заключалась в том, что я опасалась его.

К счастью, мы быстро добрались до хижины.

Хижина, в которой остановилась моя группа, находилась глубоко в горах, а эта находится в месте, откуда можно увидеть огромную реку.

Кроме того, размер был невероятно велик. Это трёхэтажный домик, достаточно большой, чтобы вместить по меньшей мере десять человек.

— Вау. Кто его построил? — пробормотала я.

Дженас отложил кокосы, последовал за мной и наклонил голову.

Затем он внезапно захлопал в ладоши, как будто только что вспомнил что-то. Немного страшно делать такой жест с невыразительным лицом.

— Что не так?

— Твоя рана.

При его словах я осторожно положила руки на живот, дрожа от постоянной боли. Кровь всё ещё сочилась.

— Мне лучше сначала остановить кровотечение и переодеться.

Услышав мои слова, Дженас куда-то исчез и вернулся с аптечкой первой помощи в руках. Она выглядела точно так же, как та, которую я нашла.

Он помог мне медленно сесть и достал дезинфицирующее средство и бинты.

— Я сделаю всё сама. Поскольку я должна снять все, чтобы увидеть рану.

Услышав мои слова, Дженас со слегка смущённым лицом отдал мне аптечку и попятился.

— Тогда я пойду поищу одежду...

Затем он быстро поднялся на второй этаж. В такие моменты, как этот, я действительно чувствую, что он похож на двенадцатилетнего ребёнка.

Сначала я сняла платье, приподняла подол сорочки, протёрла область вокруг раны и продезинфицировала её. Затем я обмотала живот марлей и толстым бинтом, чтобы остановить кровотечение.

Как раз вовремя Дженас спустился на первый этаж с кучей одежды в руках.

Видя моё изумленное выражение лица, Дженас тихим голосом сказал:

— Всё это в хижине.

Я кивнула. В хижине, где я остановилась, тоже были современные вещи, так что не было ничего особенно странного в том, что здесь было что-то подобное.

Я проверила одежду, которую он бросил на пол. Там были юбки и несколько пар брюк. Футболок не так много, и размер не для меня.

— О, это мне подойдёт.

Я подобрала чёрные брюки-карго.

‘Мой размер. Больше никаких футболок?’

Я рылся в грудах одежды пристальным взглядом, как потребитель, рассматривающий подержанную одежду на полках рынка Донмё.

[П.п.: Блошиный рынок, расположенный в Сеуле и известный тем, что там есть буквально всё.]

Наконец-то я нашла простую белую футболку, которая мне идеально подходит, в тон брюкам-карго.

Было много другой красивой одежды, но только некоторые вещи подходили мне по размеру и для дикой природы.

— Есть ещё обувь.

Я проверила несколько пар обуви под грудой одежды. Я нашла ботинки, которые, казалось, идеально мне подошли.

— Ноги будут болеть, если наденешь не ту обувь.

Для меня в этом нет ничего нового, но дело в том, что у меня могут появиться волдыри.

‘Если я позже достану какие-нибудь носки, я их надену’.

Я пока отложила ботинки в сторону и встала со своего места с одеждой, которую только что выбрала.

Дженас, спокойно стоящий и наблюдающий за тем, что я делала, снова уставился на меня.

— Ты закончила?

— Да, я пойду переоденусь на втором этаже.

Дженас медленно кивнул в ответ на мои слова.

— Иди только на второй этаж.

— Только на второй?

— Не ходи на третий.

— Почему?

— Там моя комната.

— И что?

— Уважай мою личную жизнь.

Он чётко объяснил причину. Но разве не знаете, что, когда говорите так, это только вызывает ещё большее любопытство?

Пока что я кивнула.

— Хорошо.

Затем я медленно поднялась по лестнице на второй этаж. Мне показалось, что рана стала менее болезненной, потому что я простерилизовала её и остановила кровотечение.

‘Даже если так, мне следовало остаться на первом этаже и сказать Дженасу, чтобы он поднялся на второй, как раньше’.

Сожалея, что я не подумала об этом, я наконец добралась до второго этажа.

‘На втором этаже же нет ничего похожего на монстров, верно?’

Нет ничего плохого в том, чтобы подозревать такое. Я даже раньше видела, как паук превратился в монстра, это случилось как раз на втором этаже хижины.

Я поднялась на второй этаж, предварительно убедившись, что мокрая сумка, которую я несла на плече, в безопасности.

Однако, вопреки тому, о чём я беспокоилась, на втором этаже ничего не произошло. Но,

‘Как грязно’.

На полу было полно мусора. Я прикрыла нос из-за вони.

‘Запах плесени, кажется, смешался с запахом пищевых отходов’.

Там так много проржавевших вещей, что я не могу их отличить друг от друга, и некоторые из них – современные, с которыми я знакома.

Я шла по коридору, глядя на похожий на мусор пол. На втором этаже в общей сложности четыре комнаты, и я вошла в ту, которая выглядела наиболее опрятной.

В комнате была только одна деревянная кровать. Как только я закрыла дверь, то сбросила своё мокрое платье.

— Ха, наконец-то я могу дышать.

Я сняла и сорочку, оставив только нижнее бельё. Потом я вдруг заметила, что на верхней части моего тела нет белья, поэтому я немедленно разорвала сорочку пополам и надела её обратно.

‘Сорочка сделана из тонкой ткани, поэтому она быстро высохнет, так что всё будет в порядке’.

Сначала я надела брюки-карго поверх нижнего белья и белую футболку поверх сорочки.

— Ух ты, кажется, я сейчас заплачу.

На самом деле, слёзы навернулись у меня на глаза. Это так трогательно – иметь возможность носить такую удобную одежду.

Я думала о том, чтобы оставить порванное платье себе, но решила просто выбросить его. Его нельзя носить, и, если мне когда-нибудь понадобится дополнительная ткань, я могу выбрать одну из кучи одежды, которую Дженас принёс ранее.

Я снова вышла в коридор на втором этаже. Я попыталась разобрать кое-какой мусор, чтобы посмотреть, нет ли там чего-нибудь полезного, но там были только те вещи, которые заслуживали того, чтобы их оставили в качестве мусора.

‘Ну, если это такой хороший материал, Дженас ни за что не оставил бы его вот так на полу’.

Обладает ли Дженас чем-то вроде мудрости тысячелетней жизни? Он, кажется, более великий маг, чем Кайден. Конечно, если Кайден проживёт тысячу лет, он станет таким же.

Я немного задумалась, когда увидела путь на третий этаж. Но если я опоздаю, Дженас заподозрит неладное, поэтому я решила пока спуститься тихо.

Когда я спустилась, Дженас лежал в гамаке перед камином и пристально смотрел на меня.

Затем он спокойно поднял большой палец.

— Тебе идёт.

— Это очень удобно.

Я осторожно села рядом с ним и посмотрела на камин. Пока я переодевалась, он развёл огонь.

Я спокойно наблюдала за горящими углями. Кем бы ни был Дженас, на данный момент он слишком дружелюбен ко мне.

У меня была гора вопросов, которые я хотела задать ему, но после того, как я обрела некоторую стабильность, мои опасения по поводу оставленной группы нахлынули волнами.

‘Я скучаю по вам всем’.

Может быть, все думают, что я мертва, и не ищут меня. На самом деле, удивительно, что я всё ещё жива.

‘Ну, Кайден и я пережили одно падение со скалы’.

Однако в то время мы упали вертикально в реку со спокойным течением, не в крупную реку, протекающую через весь остров.

‘Как только подвесной мост рухнул, я упала в большую, быстротекущую реку. Если рассуждать логически, как можно было это пережить?’

Однако странным на этом острове является не только одна-две вещи. В прошлом происходило много вещей, которые трудно объяснить до такой степени, что даже рассуждения невозможны.

Я снова вспомнила, что Дженас уже прожил тысячу лет. Не думаю, что мне придётся терпеть следующую тысячу лет, да?

— Вы, наверное, тысячу лет боролись с тем, чтобы не сойти с ума.

Я поощряла Дженаса говорить, не отрывая взгляда от камина. Взгляд Дженаса коснулся моего лица.

Он некоторое время смотрел на меня, а потом спросил.

— ...Я так выгляжу?

Я кивнула:

— Да. Я не знаю, что вы чувствуете внутри, но думаю, это удивительно, что вы выглядите таким спокойным.

С другой стороны, есть Кайден, которого, как только увидишь, поймёшь, что он маньяк. Я слегка повернула голову и посмотрела на него, лежащего в гамаке.

Мальчик, всё ещё ничего не выражающий, тупо уставился на меня.

— Что вы делали на этом острове тысячу лет?

Дженас посмотрел на небо, как будто обдумывая ответ на мой вопрос.

— Не было времени скучать.

Похоже, он не хочет говорить о делах. Я изо всех сил пыталась подавить зловещие предположения о Дженасе, которые каким-то образом пришли мне на ум.

— Вы узнали что-нибудь об этом острове? Если вы прожили здесь тысячу лет, вы ведь что-то поняли, верно? Например, причину, по которой вас похитили, и действительно ли нет способа сбежать?

— Нет.

— Что?

Я удивлённо нахмурилась, услышав решительный ответ.

— Нет? Ничего?

Дженас спокойно кивнул головой.

— Нет. Так что не надейся слишком сильно.

Я не совсем понимаю. Разве на этом острове не каждый год открывается спасательный портал?

Однако невозможно рассказать об этом напрямую тому, с кем я только что познакомилась.

Чувствуя себя немного разочарованной, я вздохнула.

— Должна быть причина, чтобы иметь следствие. Если есть вход, то должен быть и выход. Вы просто не смогли его найти.

Когда я сказала это, то стала несколько более эмоциональной, сама того не осознавая.

— Это так глупо – отказываться от всего, не зная, почему ты очнулся на этом острове, только потому, что думал, что нет способа сбежать. Неужели вы провели тысячу лет так самодовольно?

Я расчувствовалась, и мой голос стал немного выше. Но Дженас, смотрящий на меня, был по-прежнему спокоен. Он говорил со мной очень спокойным голосом.

— Ты не знаешь, как я провёл тысячу лет.

Я не могла понять, о чём он говорил.

— Да, я не знаю. Я не прожила тысячу лет, откуда мне знать? Вам это может показаться смешным, но я не сдамся.

Сказав это, я стиснула зубы. И снова сказала это Дженасу, который посмотрел на меня, как на странное существо.

— Я хочу жить.

При моих словах Дженас наклонил голову.

— Ты всё ещё жива.

— Пока я застряла на этом острове, я защищаю свою жизнь, а не живу.

Удивлённый, он посмотрел на меня широко открытыми глазами. Сразу же после этого на его лице появилось то, что можно было бы назвать эмоцией.

Уголки его глаз мягко изогнулись в полумесяцы. Да, он улыбнулся мне.

Может быть, потому что он красивый, его милая улыбка кажется сияющей.

— Забавно так говорить, — медленно пробормотал Дженас, затем снова улыбнулся.

Я просто уставилась на его улыбку и уже потом пришла в себя.

— Я должна пойти и найти свою группу. Я уйду завтра. Уверена, что они ищут меня.

— А тебе обязательно? Рана ещё не зажила.

— Да, я знаю. Хочешь пойти со мной?

— Нет.

Дженас откинул голову назад и лёг, глядя в потолок. Я вдруг вспомнила про карту бункера.

Причина, по которой я не рассказала Эноку и остальным о бункере, заключалась в том, что я хотела оставить его как своего рода убежище для себя на случай, если история продолжится так же, как в оригинале.

Но теперь, когда я встретила Дженаса, не думаю, что что-то подобное имеет значение. Если он прожил на этом острове тысячу лет, он должен знать о бункере.

Возможно, я не единственная, кто знает о существовании бункера.

— Вы, вы хорошо знаете географию этого острова?

Затем Дженас снова поднял голову и посмотрел на меня. Он мягко кивнул головой.

— Да.

— Тогда...

Я осторожно попытала счастья.

— Вы случайно не знаете, на этом острове есть что-то вроде бункера?

Дженас ещё раз кивнул и ответил:

— Да.

Да, ты должен был это знать. Какое облегчение. Уверена, что смогу получить хотя бы какую-то полезную информацию.

Я достала карту бункера из своей мокрой сумки. Потом я вспомнила о дате, написанной внизу карты.

‘А? Стоп. А если...’

Календарь королевства Инграм, 666 год.

Я уставилась на год, написанный на краю карты бункера.

Карта бункера, выглядящая так, словно была сделана тысячу лет назад, и маг из королевства Инграм, который говорит, что прожил тысячу лет.

‘Что это...? Это зловещее предчувствие.’

В это время Дженас взглянул на карту в моей руке и сказал:

— Ты подобрала её. Я тебя не видел.

— Что?

У меня много вопросов, но не думаю, что должна услышать ответы сейчас.

‘Как будто он наблюдал за мной всё это время’.

Мой разум вспыхнул, как будто всё мое тело облили ледяной водой. Затем я вспомнила, что сказал Кайден.

«Когда я отправился на разведку несколько дней назад, я увидел монстра, наблюдающего за мной.»

«Было похоже на монстра волчьего типа. Обычно такие сразу же нападают на нас. Но он просто ушёл, как будто наблюдал за тем, что я делаю.»

Может быть? Дженас присматривал за нами?

Прежде всего, мне не следует раскрывать ту информацию, которой я располагаю, насколько это возможно. Вместо этого мне придётся выудить из него как можно больше.

Что-то мне нехорошо.

Притворившись, что не расслышала его, потому что была сосредоточена, я спокойно сказала:

— Я пойду в бункер.

Я расстелила карту на полу и посмотрела на Дженаса.

— Знаете, где это?

Услышав мой вопрос, Дженас медленно встал с гамака. Это заняло много времени, вероятно, потому что он был маленьким и медлительным ребёнком.

А, ну, слово «ребёнок» определённо не подходит к нему.

Дженас опустился на колени перед картой.

— Вот.

Затем он указал мизинцем на северо-западную границу острова. Нужно пройти долгий путь, чтобы добраться туда.

— Должно быть, я переправилась на Северный остров.

Это место, отмеченное звездой на карте Юанны. На самом деле, я до сих пор не знаю, что означает звезда на карте.

Итак, я не знаю, является ли Дженас похитителем, сообщником или он действительно жертва, как и мы, но у меня есть подозрение, что он может быть связан с тайной острова.

Дженас кивнул:

— Да. Северный остров.

Я подняла голову и посмотрела на него.

— Вы были в бункере?

— Я сделал эту карту.

Я вроде как ожидала этого. Поэтому, не удивляясь, спокойно приняла этот факт.

Я посмотрела на карту с некоторым разочарованием. На самом деле, он был подозрителен с первой нашей встречи, но, похоже, у него не было никакого намерения что-либо мне делать…

Я попыталась спросить его напрямую, похититель ли он, но не смогла, потому что это могло спровоцировать его.

— Что есть в бункере?

— Еда и предметы первой необходимости...?

— Она всё ещё съедобна? Или срок годности истёк?

— Я думаю, ты можешь её съесть. Мне не нужна еда, поэтому я просто оставил как есть.

Услышав слова Дженаса, я кивнула и вздёрнула подбородок. Даже в оригинале было написано, что бункер был полон еды и ящиков с припасами.

Значит, Дженас не солгал.

Он сказал, что не знает, как сбежать, так что не было смысла спрашивать об этом.

Тогда, о чём ещё я должна спросить? Что-то, о чём я могу спросить, не давая ему понять, что я сомневаюсь в нём настолько сильно, насколько могу…

В это время мой желудок объявил о голоде. Я была так удивлена, что схватилась за живот.

Дженас уставился на меня своими расширенными красными глазами, а затем расхохотался.

— Хахаха! У тебя урчит в животе! Ха-ха!

Он громко смеялся, как ребёнок с сияющим лицом. Что в этом такого забавного? Мне стыдно, чёрт возьми.

Первый раз с тех пор, как я встретила его, он проявляет такие сильные эмоции.

— Не слишком ли вы громко смеётесь?

— Прости.

Дженас извинился передо мной, вытирая слёзы. По крайней мере, у него есть манеры.

— Но в хижине нет ничего съедобного.

— Похоже на то. Вы сказали, что можете жить без еды.

— Да. Я спасу тебя завтра.

— Спасёте меня?

Дженас кивнул.

— Да. Рыбой.

Затем он удивлённо наклонил голову. Он был таким милым, но я снова опомнилась, вспомнив его возраст.

— Ты не любишь рыбу? — он спросил.

Я была окончательно уверена, услышав вопрос. Что Дженас наблюдал за мной всё это время.

— Сейчас уже слишком поздно, так что иди спать.

Дженас подошёл ко мне с очень безобидным выражением лица и похлопал по плечу.

— Я принесу тебе что-нибудь поесть завтра.

Это было невыразительное лицо, но вполне дружелюбное. По какой-то причине он, казалось, очень интересовался мной.

‘Трудно иметь дело с таким ребёнком, как он.’

В конце концов, я решила завтра поесть рыбу на завтрак, а сейчас лечь спать.

Конечно, я вообще не собиралась спать. Я открыла глаза и пыталась бороться с сонливостью. Я не настолько глупа, чтобы засыпать с подозрительным человеком.

Так, вот что чувствовал Энок, когда впервые встретил меня; он не спал всю ночь в состоянии повышенной готовности и наблюдал, как я сплю.

Дженас, лежавший в гамаке, крепко спал, как ангел. Он выглядел действительно красивым и милым. Я спокойно посмотрела на его лицо, а затем посмотрела в окно. Уже наступает рассвет.

Я потёрла свои усталые веки и слегка зевнула.

‘Я так устала.’

Я должна скоро уйти и найти всех. Я хочу быстрее сообщить им эту новость и провести совместную встречу.

Думаю, что лучше быть со своей группой, чем в одиночестве.

***

Маргарет упала в реку.

В то же время Кайден с Северного острова и Энок с Южного прыгнули в реку.

Асдал крикнул Эноку:

— Эй!! Бан– Энок!!

Ещё были слышны отчаянные крики Рузефа с Северного острова.

— Лорд!! Куда вы!

К сожалению, оба исчезли в воде вместе с Маргарет.

— Сумасшедшие. Все сумасшедшие.

Асдал недоверчиво потёр лицо. Река широкая, а течение очень быстрое, как будто воду искусственно заставили течь быстро.

Рузеф и Диего ошеломлённо сидели на Северном острове и смотрели туда, где они исчезли, в то время как Асдал и Юанна стояли на Южном острове и тоже смотрели на текущую реку.

Они ждали так долго, но даже по прошествии времени те трое не вернулись.

***

Когда Кайден пришел в себя, Энок схватил его за воротник и вытащил из воды.

— Тьфу!

Он резко выдохнул и выплюнул воду, и Энок полностью вытащил его из реки, прежде чем, наконец, отпустить.

— Ах, ха.

Энок тяжело вздохнул и вытер воду с кончика подбородка. Затем он дрожащими руками отжал край своей рубашки и осушил её.

— Ух. Ха. Ма-Маргарет...

Кайден опустил голову и выплюнул ещё немного воды.

Ынджи, обёрнутая вокруг его предплечья, соскользнула на землю и таким же образом выплюнула воду ему вслед, затем перевела взгляд с него на Энока.

Вскоре после этого она подняла голову и огляделась, как будто что-то искала.

Кайден озадаченно посмотрел на Ынджи, а она уже быстро куда-то заскользила.

— М? Эй...!

Когда Кайден протянул руку, Ынджи уже скрылась из виду.

Энок тоже озадаченно уставился на это зрелище.

Кайден покачал головой.

— Ха...

Невозможно следовать за Ынджи. Потому что она быстрее большинства взрослых мужчин. Можно только ждать, пока она сама вернётся.

— Если с ней будет что-то не так, мне нечего будет сказать Маргарет.

Потирая лицо, Кайден мысленно пробормотал проклятие.

Грудь Энока яростно поднималась и опускалась. Он покачал головой, тяжело дыша, затем сел и пригладил волосы с озабоченным лицом.

Энок стиснул зубы, бормоча ругательства:

— Чёрт возьми.

Он скучал по Маргарет. Он определённо видел, как она проплывала в поле его зрения, но в какой-то момент он упустил её.

— Я, я точно видел ее, — сказал Кайден Эноку, выдыхая ещё чаще, чем раньше.

Энок взглянул на него. Кайден вздохнул, медленно вставая и откидывая мокрые волосы назад.

— Я, конечно, видел Маргарет. Я думал, что смогу поймать её…… затем течение внезапно ускорилось. Разве это не странно? В той точке течение не могло быть столь быстрым.

Энок кивнул на бормотание Кайдена. Это определённо странно. Однако на этом острове есть куча странностей.

Энок раздражённо нахмурил брови, снова глядя на спокойную реку.

— Судя по направлению течения, я думаю, она двигалась на северо-запад.

— Но я понятия не имею, где мы сейчас находимся. Вы знаете, Ваше Высочество?

— Я плыл на запад вместе с Маргарет. Я точно вытащил тебя в направлении Северного острова.

Проблема в том, что мы не знаем, находится ли Маргарет на Северном острове или на Южном...

Они с уверенностью говорили, что Маргарет не унесло течением в море. К тому же, они почти уверены, что она не мертва.

— Я найду её любой ценой. Даже если мне придется обыскать весь остров.

Энок спокойно поднялся со своего места. Кайден последовал за ним, кивнув. Он снял мокрую мантию, выжимая воду.

— Конечно, мы должны найти её. Где бы ни была Маргарет, я должен следовать за ней до самого конца ада. Я не могу так просто отпустить её.

Кайден достал кинжал из ножен.

Энок тоже вытащил свой меч и направил его в сторону леса вместе с Кайденом.

Они были окружены монстрами, чья внешность была несколько гротескно изменена.

Кайден спокойно посмотрел на небо. Был тёплый день, палило полуденное солнце.

Похоже, что монстры, которые были активны только с заката до полуночи, теперь расширили диапазон своих действий.

Днём раньше можно было спокойно ходить, а теперь нет.

Исключение из правил быть осторожным только ночью исчезло, и пришло время готовиться к битвам с монстрами в течение всего дня.

— Бл**ь, похоже, эти ублюдки снова эволюционировали, — пробормотал Кайден.

— Я могу уничтожить их прямо сейчас.

Кайден улыбнулся словам Энока. Затем он побежал вместе с ним к монстрам и взмахнул своим кинжалом.

— Конечно.

Впервые Энок и Кайден согласились.

***

После одной ночи рана стала менее болезненной. Конечно, мне всё ещё больно, когда я двигаюсь, так что я должна быть осторожна.

‘Но я не могу сдаться только потому, что я ранена. Я должна подняться на гору, чтобы выяснить, географию Северного острова...’

Я решила сшить носки и надеть их перед восхождением. Потому что сапоги кажутся лучше, чем пара белых кроссовок.

Среди груды одежды, которую принес мне Дженас, я выбрала несколько пригодных для носки вещей и порвала их. Затем я обернула их вокруг ног, как носки, туго завязала и надела ботинки. После того, как я встала и несколько раз прошлась вокруг, я ещё раз проверил свою рану на животе.

— Агх.

Когда я медленно сняла марлю, боль была очень сильной. К счастью, она была хорошо продезинфицирована, так что воспаления не было.

— Надеюсь, хуже не станет.

Я посмотрела на свой живот, вздохнув, взял пузырек с лекарством, снова продезинфицировала рану и наложила на неё марлю.

Я проверила, суха ли моя сумка, и проверила её содержимое. Мой блокнот цел и невредим, но ручка непригодна для использования. То же самое касалось ракетницы и обычных лекарств.

Это теперь непригодные для использования предметы, но они всё равно хранятся в сумке. У меня какая-то одержимость? Почему-то мне не хочется их выбрасывать.

Дженас отправился на охоту за рыбой. Я встала и оглядела хижину.

Не хочу сидеть тихо в хижине, чтобы по-дружески позавтракать с ним.

Пока его не было, я решила осмотреть всё внутри.

‘Сначала я поднимусь на третий этаж.’

Я стояла перед лестницей, ведущей на второй этаж, с сумкой и деревянным ножом в руке.

Но потом я увидела что-то странное сбоку от лестницы, ведущей на второй этаж. Похоже, дверца шкафа под лестницей очень похожа на то место, где живет Гарри Поттер.

Я дотронулась до неё и осторожно нажала. Внезапно дверь открылась, за ней оказалась лестница, ведущая вниз.

Было темно, так что я не могла толком разглядеть, что было внизу.

Я сглотнула и некоторое время раздумывала. Можно ли спуститься вниз?

‘В любом случае я умру, лучше уж что-нибудь выяснить.’

Чтобы сбежать отсюда вместе со всеми остальными, мне нужно найти зацепку, какой бы она ни была.

Дженас, казалось, не был заинтересован в том, чтобы сообщать мне подробности, так что у меня не было выбора, кроме как выяснить всё самой.

Приняв решение, я медленно спустилась по лестнице.

Лестница оказалась неглубокой; сделав всего несколько шагов, я добралась до двери. Кажется, я попаду прямо в подвал, если открою её.

Свет проникал сквозь щель из дверного проёма позади меня, позволяя мне прочитать табличку на двери подвала.

<Дверь>

— Дверь?

Конечно, это дверь. Но разве обычно не пишут «подвал» или «склад»?

Чувствуя себя немного странно, я тихонько повернула дверную ручку.

Как и ожидалось, дверь не открылась. Мне спросить Дженаса? Он, вероятно, ничего мне не скажет, но я попробую, когда он вернётся.

Я тихо поднялась по лестнице. На всякий случай, если Дженас вернётся раньше, чем ожидалось. Я огляделась, один раз выглянула в окно и поднялась на второй этаж.

На втором этаже всё ещё стоял ужасный запах. Я зажала нос и медленно, нервничая, пошла по коридору второго этажа.

Я увидела лестницу, ведущую на третий в конце второго.

Несмотря на то, что сейчас ярко светило утреннее солнце, в коридоре на втором этаже с двумя маленькими окнами было очень темно.

Как я и проверила вчера, все двери были открыты, и там не было ничего особенного.

Наконец я начала подниматься по ступенькам, и как только я добралась до третьего этажа, я обнаружила странную дверь рядом с лестницей.

— Что это?

Оттуда исходило сильное зловоние.

Я снова остановилась, чтобы решиться. Действительно ли мне нужно открыть эту дверь? Правильно это или нет, я была напугана.

‘Ненавижу хорроры’.

Я сухо сглотнула и грубо вытерла пот с ладоней об одежду. Затем, сильно волнуясь, я медленно повернула дверную ручку.

Дверь была крепко заперта. Не знаю почему, но я испытала большое облегчение.

Я вздохнула, отступила назад и обнаружила табличку на двери. Она сильно запылилась, поэтому я очистила её рукой.

<Комната отдыха> Запечатана

На двери были написаны эти слова.

— Комната отдыха? Запечатана?

Слишком подозрительно.

— Почему здесь так много странных вещей?

Меня бросило в озноб, поэтому я быстро обернулась и осмотрела третий этаж.

К счастью, здесь было намного светлее, чем на втором. В коридоре было много больших окон, так что внутрь лился солнечный свет.

Однако яркость коридора не уменьшала жуткую атмосферу. Почему-то на третьем этаже было холоднее, чем на втором.

Как можно чувствовать холод в этом тропическом климате? Даже после того как встало солнце.

По какой-то причине я ощущала пробегающие по коже мурашки, от которых у меня волосы вставали дыбом.

Я спокойно осмотрела коридор. На третьем этаже, как и на втором, полно мусора и очень грязно.

— Чёрт возьми, здесь все двери закрыты.

Я сделала несколько глубоких вдохов. Потребовалось много мужества, чтобы открыть закрытую дверь, потому что я понятия не имела, что ждёт меня внутри.

Всего здесь четыре двери.

Первая комната оказалась пустой; не было ни кровати, ни шкафа.

Хотя я испытывала чувство облегчения, я забеспокоилась, что, возможно, не смогу получить никакой полезной информации.

— Хотела бы я найти хоть что-то.......

Перед второй дверью я глубоко вздохнула и повернула ручку.

*глухой стук*

Звук за дверью остановил меня от дальнейших движений. Чёрт, что это за фигня?

Я убрала свою руку с двери. Никак не могу открыть её. В конце концов, я решила пропустить вторую комнату.

И вот когда я открыла третью дверь и убедилась, что внутри нет ничего особенного–

*противный скрип*

— А, бл**ь! Какого чёрта!

Вторая дверь резко распахнулась. Поражённая, я упала на пол.

Сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Я положила руку на грудь и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке.

Вторая дверь была широко открыта.

В этот момент всё моё тело напряглось, и я не могла пошевелиться. Страх захлестнул мой разум, и моё тело задрожало.

Теперь я знаю, почему герои фильмов ужасов не могут убежать сразу, столкнувшись с тем самым.

‘Чёрт, мне так страшно!!’

Но, к счастью, через открытую дверь ничего не вышло. Только холодный воздух задержался в коридоре, и тогда я медленно встала.

Дверь, похоже, открылась из-за сильного ветра. По крайней мере для моего психического здоровья такое объяснение подходит лучше.

‘Но мне придётся осмотреть комнату.’

Я крепко сжала деревянный нож в руке и медленно подошла ко второй двери. Затем я тихонько заглянула внутрь.

В комнате была одна кровать и один шкаф. Кроме того, перед окном стоял письменный стол. Было светло из-за окна, но от неё всё равно исходила очень мрачная атмосфера.

В то время как другие комнаты были завалены мусором, в этой – очень чисто. Здесь просто пыльно, и похоже, что тут кто-то раньше жил.

Оглядевшись, я увидела что-то, лежащее на полу перед письменным столом. Похоже на записную книжку. Тогда я услышала, как будто что-то упало на пол. Это была та самая книга?

Я медленно вошла внутрь. Хотя комната была залита солнечным светом, воздух был прохладным, а атмосфера мрачной.

— Дневник?

Я медленно взяла книгу и раскрыла её. Она оказалась достаточно пыльной, поэтому я грубо очистила её рукой и бегло просмотрела написанное.

Книга полна заметок, написанных чьим-то изящным почерком. И среди неузнаваемых букв было предложение, которое явно привлекло моё внимание.

{Я должен умереть.}

На мгновение я вновь пришла в ужас и замерла. Под ним было написано ещё кое-что.

{Все мертвы. Должен ли я жить? Не думаю, что смогу сбежать с острова. Никогда.}

Кто это написал? Дженас? Или один из его мёртвых друзей? Я перевернула страницу.

{Я чувствую, что медленно теряю себя. Поэтому я решил записать то, через что мне пришлось пройти до сих пор.}

Похоже, что книга, которую я читаю, не та запись, о которой говорит человек. Наверное, есть ещё одна...

Я перешла к следующей странице.

{Благодаря Дженасу я полностью оправился от яда. Причиной, по которой мы сошли с ума, был этот красный цветок, Тентатионем.}

Я выронила книгу из рук и продолжала таращиться на неё.

Я, конечно, не видела в этом ничего плохого. Прежде всего, ясно, что человек, написавший это, не Дженас. И он определённо упомянул, что был заражён Тентатионемом.

Странно, но я продолжаю думать об оригинальном романе.

Тот человек ещё написал: «Причина, по которой мы сошли с ума, был этот красный цветок, Тентатионем.» Хотя моя память немного затуманена, я определённо помню, что Юанна говорила именно так в оригинале.

{– Причина, по которой мы сошли с ума, была из-за этого цветка. –}

Кажется, там была такая строчка. Не знаю, почему я вдруг вспомнила об этом, но, может быть, именно поэтому строки, написанные в книге, вызвали у меня странное чувство дежавю.

Я снова медленно взяла книгу и осторожно перевернула на следующую страницу.

{Она рассказала мне, как всё исправить. И я получил от неё ключ. Она сказала, что это ключ, открывающий все двери.}

‘Она? Кто она?’

Ключ такой же, как у Юанны?

Я продолжаю думать о Юанне. Как ни странно.

Я снова перелистнула.

{Сегодня я собираюсь уйти, чтобы найти место, о котором она говорила. Я отдохну там. Вероятно, я смогу закончить книгу, которую пишу для своих записей там.}

Я снова перешла к другой странице.

{Что важнее выживания, так это то, что я не забываю, кто я такой. Я запечатлел глубоко в своём сердце то, что она мне сказала.}

Ноги подкосились.

В итоге я опустилась на пол, держа книгу в руках.

«Вещи более важные, чем выживание.»

Это название романа, который я подобрала на улице, когда была Ли Джин Джу. Это точно совпадение?

‘А кто эта «она», упомянутая в книге?’

Есть определённые обстоятельства, но нет чётких зацепок, подтверждающих, что владельцем книги является Юанна.

‘У меня мало времени, тогда просто возьму её с собой.’

Я быстро положила книгу в свою сумку. Потом я повернулась и увидела тень в дверном проёме.

‘......бл**ь.’

У меня пересохло в горле от нарастающего страха.

Что, если дверь закроется, а я продолжу сидеть неподвижно, как идиотка? Совсем как в фильме ужасов!

Я быстро встала и выбежала из комнаты.

К счастью, дверь закрылась чуть позже, и я не оказалась запертой в комнате. Однако я стала свидетелем того, как чёрная тень, которую я только что заметила, исчезла в четвёртой комнате.

Чёрт. Я бы предпочла, чтобы Дженас вернулся в хижину сейчас.

— Похоже, оно говорит мне войти в ту комнату...

Интересно, найду ли я снова что-нибудь похожее на книгу, которую я взяла во второй комнате. Например, подсказку, которая поможет мне немного приблизиться к тайнам этого острова.

Хорошо. Чтобы выжить, я должна быть храброй.

Я приняла твёрдое решение, миновала третью комнату и остановилась перед четвёртой дверью. Это последняя комната на третьем этаже. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь.

Не было нечего, что вызывало беспокойство. В комнате оказалось чище, чем я ожидала. Мебель и её расстановка были похожи на вторую комнату: кровать, шкаф и письменный стол.

В отличие от второй комнаты, которая, казалось, уже долгое время пустовала, в этой на столе были разбросаны предметы первой необходимости, как будто кто-то был здесь совсем недавно.

Я спокойно зашла внутрь.

— Кажется, ничего особенного.

Потом я нашла письменные принадлежности в ящике стола. На первом ящике было написано слово «Модификация» на имперском языке.

Модификация?

Я наклонила голову и медленно открыла ящик. Там я нашла ракетницу, которая выглядела как красный револьвер.

— М? У меня такая же.

Даже «Алеа», написанное на боковой стороне ракетницы, такое же, как у меня.

Внутрь был ещё чехол для пуль с большим количеством патронов, чем у меня.

Я достала пропитанную водой ракетницу из своей сумки и заменила её той, что была в ящике, затем взяла чехол для пуль и положила его к себе.

— Владелец этой комнаты сам это модифицировал?

Кажется, что моя догадка верна, поскольку я уже увидела слово «Модификация» на ящике, и необычную форму ракетницы.

Во втором ящике было написано «Предметы первой необходимости». Я открыла его и достала зажигалку. Затем я отложила свою мокрую зажигалку Zippo и положила новую в сумку.

— Все эти вещи принадлежат Дженасу?

Если да, то мне нужно я положить всё обратно?

С моральной точки зрения, это так. Однако это непростой выбор в ситуации, когда на карту поставлены жизни. Я сухо сглотнула и задумалась.

По мере того, как мои размышления становились всё длиннее, я вдруг вспомнила, что написал владелец книги. Что важнее выживания, так это то, что я не забываю, кто я такой.

‘Я должна вернуть всё...’

— Ну, это всё моё.

— Ааа!!

Я вздрогнула от внезапного голоса позади меня и упала на пол.

Обернувшись, я увидела Дженаса, прислонившегося к дверному проёму и смотрящего на меня с ничего не выражающим лицом.

— Э-э, когда ты пришёл?

— Только что.

Красивый мальчик стоял, скрестив руки на груди.

Я взглянула на Дженаса, оглядывающего комнату, и осторожно сказала:

— ...Я пришла сюда, потому что мне было любопытно. Извините, я действовала неосторожно.

Он даже не узнает, что я взяла книгу в соседней комнате, поэтому я не стала говорить об этом.

— Я же сказал тебе уважать мою личную жизнь.

Дженас ответил слегка раздражённо. Для безэмоционального, можно сказать, что он в ярости.

Дженас медленно вошёл, заложив руки за спину. Я нерешительно отступила назад, опасаясь его. Моя спина коснулась стола. Больше некуда отступать.

Дженас, подошедший ко мне ближе, кивком головы указал на ракетницу в моей руке.

— Оставь это себе.

— Вы модифицировали эту ракетницу?

— Да, это скорее выдумка, чем модификация.

Я понимаю, что сказал Дженас. Действительно, кажется, что это трудно модифицировать, независимо от того, создаёшь ли ты сигнальную ракету с помощью пистолета или пистолет с сигнальной ракетой. Имеет смысл сказать, что это нечто совершенно новое.

— Разве это не полезно?

Дженас слегка наклонил голову и снова указал на ракетницу.

Я вдруг вспомнила, что подобрала её на вершине горы.

Почему эта штука была там? И не только она...

Я показала ему слово «Алеа», выгравированное на боковой стороне, и спросила:

— Это Вы тоже выгравировали сами?

— Да.

— Что это значит?

— Ты сама знаешь.

— Я не знаю.

Я притворилась невиновной и посмотрела, как он реагирует. Затем Дженас кивнул.

— А, это не здешний язык. Так называется этот остров, Алеа.

Он явно не с земли, но может читать хангыль.

[П.п.: Хангыль – корейский алфавит.]

‘Слишком странно. Откуда кто-то из королевства Инграм знает алфавит...? Так странно.’

Возможно, среди множества современных вещей на этом острове есть книги и тому подобное? Если это так, то он, вероятно, выучил другой язык, живя на этом острове тысячу лет.

— Название этого острова? Что Вы имеете в виду, это не местный язык?

Я притворилась, что ничего не знаю, и снова спросила. Затем Дженас наклонил голову с задумчивым выражением лица, прежде чем ответить.

— Я тоже не знаю подробностей.

Затем он снова закрыл рот и сделал паузу. Я терпеливо ждала его следующих слов. Через некоторое время он добавила:

— Его так назвала моя старшая сестра.

— У Вас есть сестра?

Я была так удивлена, что переспросила, но потом кое-что вспомнила. Он сказал, что всё, кто пришёл с ним, мертвы. Это значит, что сейчас у него нет сестры...

Вопреки тому, о чём я беспокоилась, Дженас беззаботно кивнул.

— Да. Аната изучала этот язык.

— Что за язык?

Должно быть, его сестру звали Аната. На этот раз я спросила его снова, притворяясь, что не знаю, но Дженас только пожал плечами.

— Спроси об этом Анату.

— Твою сестру? Она здесь...?

— Ах...

На мой вопрос Дженас изобразил лёгкое недоумение. Выражение его кукольного личика говорило о том, что он действительно похож на маленького мальчика.

— Верно, её здесь нет, — пробормотал Дженас с горьким выражением лица.

Неужели он всё ещё не забыл свою сестру?

Не знаю, как долго была жива его сестра, но думаю, это объяснимо, если он остался один после того, как всё это время был с ней. Неужели похититель просто похитил людей и оставил остров без присмотра на тысячу лет?

— Тогда я не знаю.

— Что за безответственность? Если Вы вызываете у меня любопытство, возьмите на себя ответственность.

— Я не знаю.

Дженас покачал головой и промолчал. Затем он отвернулся, как бы прося меня больше не спрашивать об этом.

Чёрт, что за фигня? Он всегда отвечает только на половину моих вопросов, сводя меня с ума ещё больше.

Однако в одном мне повезло: Дженас, похоже, не заметил, что я, кореянка, обладаю телом Маргарет.

‘Я бы хотела обсудить это с Эноком и Кайденом поскорее’.

— О, и...

Дженас внезапно бросился к столу и порылся в нижнем ящике. Этот ящик я ещё не трогала.

Он достал из ящика фонарик и подзорную трубу и протянул их мне. Этот фонарик я отчаянно искала каждую ночную рыбалку.

— Это подарок.

Я вежливо приняла от него фонарик и спросила:

— Вы сказали, что не пойдёте со мной. Но почему Вы так хорошо заботитесь обо мне?

На мой вопрос Дженас наклонил голову.

— Я надеюсь, ты выживешь, Мэг.

— Почему?

— Жаль, что все умерли так просто.

Я хотела понять, что это значит, но я даже не знаю, о чём он думал, потому что он не выражал никаких эмоций.

— Дженас, я не понимаю, почему Вы не смогли сбежать, когда думаю, что Вы бы нашли способ сделать это.

Дверь, наверное, открывалась несколько раз в течение тысячи лет, но трудно понять, что такой гениальный волшебник, как Дженас, не мог сбежать.

— Потому что я не могу сбежать. И мне здесь нравится.

— Здесь? Что такого хорошего в этом месте? Здесь опасно.

— Весело.

Тебе весело на этом чокнутом острове, полном монстров?

Снаружи он выглядит нормальным, но изнутри он безумен. Что ж, Дженас прожил на этом странном острове тысячу лет, и он ни за что не смог бы остаться в здравом уме.

— Вы знаете, что монстры бродят по этому острову, да?

На мой вопрос Дженас задумчиво уставился в потолок, прежде чем ответить через некоторое время.

— Их не было здесь с самого начала.

— ...что?

О чём ещё он говорит? Я имею в виду, почему новые факты появляются один за другим, как будто я раз за разом снимаю слои с лука?

— Сначала все они были обычными существами, но постепенно эволюционировали.

— Монстры?

— Да.

Это может быть причиной того, что они, по-видимому, создаются путем взятия образцов обычных животных. И эволюция всё ещё продолжается.

— Они появляются только с заката до ночи, Вы знаете почему?

— Изначально они такими не были.

— Что вы имеете в виду?

— Сначала они появлялись только на рассвете, потом ночью, а теперь и на закате. Но я не знаю, они, кажется, становятся сильнее и приобретают иммунитет к солнцу, так что они могут появиться в течение дня.

Если Дженас прав, теперь мне нужно беспокоиться о монстрах и в течение дня? Боже, это ужасно.

Затем он внезапно вздёрнул подбородок и уставился на меня.

— И есть кое-что, чего я не ожидал...

Его красные глаза изучали моё лицо.

— Кажется, ты нравишься монстрам, Мэг.

От его слов у меня по всему телу побежали мурашки.

‘Почему я нравлюсь монстрам? И откуда он это знает?’

Я воздержалась от вопросов. Мне вдруг стало страшно, но Дженас продолжал говорить, не обращая внимания на мою реакцию.

— И я думаю, что в Вашей группе есть кто-то, кто может использовать ману.

Может быть, он говорит об Эноке, использующем свой меч против монстров?

Это потому, что я поделилась своей маной с Эноком, но он, похоже, не знает, что я та, кто может это делать.

Дженас обеспокоенно пробормотал:

— Как тот человек использовал ману, которую я не могу использовать с этим телом?

— Откуда Вы это знаете?

— Я смотрел глазами монстра. С ним трудно справиться, и у него нет силы атаки, так как я не могу использовать магию, но это возможно.

‘Что? Глазами монстра?’

Кайден сказал, что за ним наблюдал монстр волчьего типа. Я не могла поверить, но кто-то действительно смотрел глазами монстра!

— Вы всё это время наблюдали за нами? Зачем?

— Я не делал это постоянно. Только когда мне было скучно? И тебе не кажется, что это естественно – наблюдать, есть ли там люди?

Я была удивлена его вопросом, не зная, с чего начать.

— Дженни… нет, Дженас. Это сводит меня с ума. Вы не можете сказать мне сразу? Почему Вы говорите так дразняще, подкидывая кусочки информации один за другим? Почему Вы никогда не отвечаете на мои вопросы прямо?

Я глубоко вздохнула и продолжила:

— Почему Вы просто наблюдали? Если бы Вы знали, что мы там, Вы могли бы прийти к нам. И как Вы позаимствовали глаза монстра, если Вы даже ману использовать не можете? Вы всё это время управляли монстрами? Вы имеете отношение к их эволюции?

У меня было слишком много вопросов.

Затем Дженас улыбнулся, как будто ему было весело.

— Я рассказываю тебе, потому что это интересно. Обычно я не такой.

Думаешь, это интересно?

Дженас уставился на моё лицо и снова заговорил:

— Странно, что изменилась только ты, но я не знаю почему.

Дженас уставился на меня, затем повернул голову и посмотрел на открытую дверь, потом снова посмотрел на меня.

— Кстати, Маргарет.

Он тихим голосом позвал меня по имени. Затем спросил:

— Ты всё видела?

— ...а? Что?

— В этой хижине. Ты осмотрелась?

— ...нет.

У меня было зловещее предчувствие, поэтому я отрицала, но Дженас внезапно расхохотался. Как будто то, что я делаю, очень забавно.

После долгого смеха он посмотрел на меня.

— О чём ты, ты же сейчас на третьем этаже.

Я перестала дышать. Глядя на меня жуткими красными глазами, Дженас сказал:

— Я же говорил тебе не подниматься на третий этаж.

Я почувствовала, как по моей спине пробежал холодок. В воздухе витало такое запугивание, что волосы у меня на шее встали дыбом.

Не успела я опомниться, как большая тень упала мне под ноги. Тень того, что появилось из окна, когда я стояла к нему спиной.

Дженас, стоявший лицом ко мне, посмотрел через моё плечо и с улыбкой отступил назад.

— Я не буду тебе помогать. Это твоя вина.

— Какого чёрта ты—!

Прежде чем я успела спросить, о чём он говорит, я услышала, как разбилось окно. Что-то длинное и толстое вошло внутрь и обернулось вокруг моей талии. Неизвестный монстр.

Я в шоке посмотрела на Дженаса, а он пожал плечами и махнул мне рукой. В то же время меня в одно мгновение вытащили из окна.

— А-а-а! Этот чёртов монстр! Это третий этаж!

Я была уже за пределами дома.

Битва с монстрами, начавшаяся средь бела дня, не собиралась заканчиваться даже на закате.

Загнанные монстрами в угол, Энок и Кайден стояли спиной к реке, и им некуда было отступать. Из-за травм их боевой дух постепенно разрушался.

Кайден взглянул на Энока, покрытого кровью, и с тревогой прикусил нижнюю губу.

— Вы в порядке, Ваше Высочество?

Энок сразу понял, что имел в виду Кайден, задавая такой вопрос. У него может возникнуть припадок, и он впадёт в безумие.

— Всё в порядке.

Ответил Энок, грубо вытирая пятна крови со своего подбородка тыльной стороной ладони.

— Я могу это контролировать.

‘Я могу. Нет, если точнее, я должен.’

Это экстренная ситуация, когда даже не подтверждено, жива Маргарет или мертва.

Кроме того, что произошло после того, как в последний раз он намеренно пришёл в ярость, чтобы уничтожить монстров? Разве она чуть не пострадала? Поэтому он не мог потерять рассудок, пока не убедится, что Маргарет в безопасности.

‘Я должен преодолеть это. Ничто не разрешится, если я отпущу свой разум.’

Он крепче сжал свой меч. После этого на тыльной стороне его дрожащей руки показались вены.

Монстры, окружающие их, странно выглядели. Раньше они таких не встречали. Их уровень отличался от монстров на Южном острове.

Один из них прорвался сквозь стаю и быстро побежал прямо на них. Это странное чудовище в виде рыбы с ногами.

Оно бросилось на Кайдена, открыв свою огромную пасть.

Глядя на острые и плотные зубы, Кайден повернулся вполоборота и передал право на атаку Эноку. Энок немедленно вонзил свой меч прямо вверх из-под рыбьей морды.

Начиная с атаки рыбного монстра, монстры, которые только наблюдали, снова бросились на них.

Солнце село, и наступила тёмная ночь, но битва не собиралась заканчиваться, потому что монстры продолжали собираться.

— Чёрт возьми, мы в меньшинстве, почему бы нам просто не сбежать?

Кайден уже задыхался.

Энок, весь в своей крови, нацеливший меч на монстров, устало вздохнул. Затем он спокойно оглядел монстров и нахмурился.

— Я бы с удовольствием.

Но количество монстров, окружающих их, было довольно большим. Трудно найти брешь, чтобы сбежать. Ситуация продолжала складываться не так, как они надеялись.

В этот момент Энок не мог не задуматься.

‘Если так пойдёт и дальше, я действительно могу умереть, даже не найдя Маргарет.’

— Чёрт возьми! Я не вижу выхода, — раздражённо крикнул Кайден.

Энок посмотрел на него после того, как сразил монстра, который снова бросился с ужасающе невыразительной мордой.

Затем, в одно мгновение, всё стихло.

В этот момент Энок впал прямо в припадочное состояние.

— Бл**ь! Я думаю, лучше нацелиться только на одну сторону и прорваться — Ваше Высочество?!

Крики Кайдена разносились далеко-далеко.

Уши Энока были заполнены только звуком его громко бьющегося сердца и горячего дыхания.

Его поле зрения было заполнено красным. Энок не видел ничего, кроме красной крови.

Бурные эмоции постепенно заставляли его терять контроль над собой.

Он был так беспомощен во власти подсознания, и даже его осознание того, кто он есть, тускнело и исчезало.

«Не думай о том, чтобы защитить меня, сначала побеспокойся о себе. Ты бы и дня не продержался на этом острове без меня.»

«Перестань говорить, что тебе жаль. Это не твоя вина.»

В его ушах зазвенел чистый и освежающий женский голос.

«Энок, я хочу выжить. Я надеюсь, что ты тоже сможешь выжить. Я серьёзно.»

Это был голос Маргарет.

В тот момент, когда Энок вспомнил её лицо, его полностью красное зрение медленно начало возвращаться в своё первоначальное состояние.

‘Я просто должен это контролировать.’

Если он выйдет из-под контроля, он сможет убить всех монстров, но он будет далёк от того, чтобы по-настоящему преодолеть свою травму.

Это спасло бы его жизнь от непосредственной опасности, но когда-нибудь это могло бы подвергнуть опасности Маргарет.

Этого не должно было случиться.

Даже если это означает быть до смерти искусанным монстрами, будет лучше умереть, думая о Маргарет, оставаясь при этом в своём уме.

Его цель ясна, и его затуманенный разум исчез.

Он мог сказать по тому, что чувствовал. Теперь он может прекрасно контролировать себя в своём буйном состоянии.

Как только Энок пришёл в себя, то, что он обнаружил, стало зрелищем двух монстров, толкающих Кайдена к краю реки.

Энок побежал прямо к нему. Он быстро рубанул одного из монстров и оттолкнул Кайдена.

В это время другой монстр, бросившийся на Кайдена, укусил Энока в плечо.

— Чёрт возьми, Ваше Высочество!!

После предсмертного крика Кайдена Энока отбросило вместе с монстром, и он упал в реку.

Его загнали глубоко вместе с чудовищем. Однако он не проиграл, схватил монстра за шею и вонзил свой меч в его тело.

Энок отшвырнул чудовище прочь и поплыл прямо вверх. Он видел сильный огонь, бушующий над мерцающей водой.

Как только он поднял лицо над поверхностью воды, то увидел огромные языки пламени, вырывающиеся из тёмного неба.

Пламя, взметнувшееся высоко в небо, смело монстров, окруживших Кайдена перед рекой.

Крики монстров, корчащихся в агонии, разносились по воздуху. Услышав звук, разорвавший барабанные перепонки, Кайден на мгновение прикрыл уши и огляделся.

Тем временем Энок вышел из реки, истекая кровью, с большим шрамом на плече.

— Чёрт возьми, ты в безопасности. Я так и знал! Иногда Ваше Высочество пострашнее монстра, — сказал Кайден, поглаживая себя по груди.

Энок один раз вытер воду со своего меча и кивнул в сторону Кайдена. Благодаря огню между монстрами образовался разрыв.

— Лорд, сюда.

Когда Кайден и Энок проскользнули между ними, они увидели вдалеке серебряную змею, дышащую огнём.

— Я тоже знал, что это будет она. Привет, Ынджи.

Кайден позвал её, и змейка, которая узнала своё имя, бросила на них косой взгляд. Причина, по которой она искоса поглядывала, заключалась в том, что работа по сжиганию монстров ещё не была закончена.

Однако монстров всё ещё было слишком много, что маленькая змея никак не могла убить их всех.

Энок и Кайден в конце концов побежали к Ынджи. Она посмотрела на двух мужчин, бегущих к ней, и наклонила голову с закрытым ртом. Ветер погасил пламя.

Кайден сразу же подхватил сбитую с толку Ынджи и побежал с Эноком.

Вместе с криками монстров позади раздался звук погони.

Кайден подбежал с Ынджи на руках и посмотрел на неё сверху вниз.

— Где ты была?

В ответ на его вопрос Ынджи только моргнула и остался в его объятиях, как будто не понимала, что он говорит.

Увидев это невинную мордочку, Кайден прищёлкнул языком. Без Маргарет он понятия не имел, чего хочет эта змея, поэтому быстро отказался от общения.

— Лорд, подожди.

Энок заблокировал Кайдену путь, сделав долгий, резкий вдох.

Тупик. Крики монстров позади них становились всё ближе и ближе.

— Чёрт.

Пока Кайден ругался, Ынджи, соскользнувшая по его запястью, упала на землю.

— М? Эй!

Кайден в шоке протянул руку. Ынджи проигнорировала его и скользнула куда-то, а затем повернула голову в их сторону.

Энок, который спокойно смотрел на Ынджи, сказал:

— Думаю, она просит нас следовать за ней.

Только тогда Кайден вспомнил, что Ынджи запечатлелась на Маргарет.

— О, если подумать, этот ребёнок следовал за Маргарет ещё до того, как вылупился.

Даже будучи яйцом, она преследовала её, как призрак, так что даже если далеко, змейка, вероятно, знает, где она.

Видя, что монстры приближаются, Энок снова кивнул Кайдену:

— Пошли.

Услышав это слово, Кайден вложил кинжал и кивнул.

— Пошли.

Они начали двигаться вслед за Ынджи.

***

Понятия не имею, что за чудовище обвилось вокруг моей талии. У него был длинный хобот, как у слона, но не было глаз, и только острые зубы поблёскивали в моём поле зрения.

Я висела вниз головой на высоте трёх этажей, не в силах пошевелиться.

Дженас высунулся из окна и заговорил со мной:

— О, Мэг, в твоей группе есть Святая.

— Бл**ь, что?

— Ты умеешь ругаться.

Дженас разразился смехом. Что здесь такого смешного?

— Не спускай глаз с этого человека.

— Скажи мне, чтобы я поняла! И освободи меня!

Дженас пожал плечами:

— Я лишь заимствую глаза монстра, а не манипулирую ими. Ты им просто нравишься.

Всё ещё вися вниз головой из-за монстра, я крикнула Дженасу:

— Почему я нравлюсь монстрам?

— Ты, должно быть, вкусно пахнешь, Мэг, не так, как другие.

Вкусно, говоришь?! Дерьмо.

Дженас прислонился к окну и уставился на меня, игнорируя любые дальнейшие объяснения.

— В смысле, присматривать за Святой?

— Просто Святая, кажется, что-то знает.

— Что?

— Спроси её напрямую. Мне тоже любопытно.

Ты мелкий сопляк!

Я хотела достать из сумки ракетницу, но мне было трудно пошевелиться, потому что монстр сдавил и мою сумку тоже.

Дженас внезапно заговорил, когда я вновь попыталась дотянуться до своей сумки:

— О, Мэг. Хочешь, я расскажу тебе, как выжить на этом острове? В восточной части Северного острова есть что-то похожее на монстра-мать. Если избавитесь от него, монстры, вероятно, перестанут эволюционировать.

Меня интересует не то, как победить монстров, а как сбежать отсюда. Но даже если бы я спросила, он не дал бы мне ответа, поэтому я спросила другое.

— Какого ещё монстра-мать?

— Иди туда сама.

Как и ожидалось, до самого конца он не отвечает полностью.

— Зачем ты это говоришь?

Дженас положил подбородок на подоконник и указал на монстра, обволакивающего меня.

— Я хочу, чтобы ты прожила ещё долго, Мэг. Может быть, это какая-то азартная игра? Давай назовём это забавой. Старайся изо всех сил здесь, на острове Алеа.

Какая-то азартная игра? Назовем это забавой? Изо всех сил?

Что здесь смешного? Этот придурок...!

— Ай!

Когда я изогнулась, монстр слегка встряхнул меня, как бы говоря не двигаться. Я ещё не ела, но у меня кружилась голова и подступала тошнота.

В этот момент я заметила какое-то движение в окне на третьем этаже хижины, не у окна слева, где находится Дженас, а в самой дальней комнате справа.

‘Это... место слишком странное. Это та комната с табличкой «Комната отдыха»?’

Пока я отвлеклась на тень в окне, я вдруг услышала громогласный рёв в лесу.

Дженас распахнул глаза и вылез из окна.

Он тихо вздохнул:

— Пришёл незваный гость.

Я проследила за его взглядом в сторону леса. Не знаю, откуда взялся этот рёв. Но сейчас за пределами хижины всё выглядит мирно.

Дженас повернулся ко мне.

— Мэг, я собирался просто смотреть, но я не могу.

В этот момент Дженас выглядел как взрослый мужчина далеко за 20, а не как 12-летний мальчик.

— Увидимся снова.

Он махнул мне рукой и щёлкнул пальцами.

— ...а?

Внезапно хижина и Дженас вместе с монстром, обвившимся вокруг моей талии, исчезли из виду. Я беспомощно упала вниз. Тем не менее, при ударе о землю боли не было.

Когда я пришла в себя, то обнаружила, что лежала на земле. Я удивлённо моргнула и медленно села.

Всё вокруг окутано туманом. До такой степени, что не видно ничего даже на метр. Что это, чёрт возьми, такое?

Прямых доказательств нет, но теперь я почти уверена.

Может быть, Дженас – экспериментатор или преступник, похитивший нас.

***

Я довольно долго находилась в тумане. Нет, я даже не знаю точно, сколько времени прошло.

В любом случае, какая цель у Дженаса? Экспериментатор он или нет, должна быть цель или причина для того, чтобы оставаться на этом острове так долго.

‘Почему он так поступил со мной?’

То, что произошло в его хижине смутило меня ещё больше.

‘И что, чёрт возьми, это за туман!’

Пока я блуждала в тумане, я услышала откуда-то резкий звериный крик, похожий на скрежет металла по железу.

Я вздрогнула и присела, нахмурившись от боли, которую почувствовала в животе.

— Чёрт.

Из-под марли вытекло немного крови, скорее всего, рана открылась.

Но звук почему-то походил на змеиный.

‘Серьёзно...’

— Ынджи?

Когда я огляделась и позвала её по имени, то увидела что-то движущееся в тумане.

Вскоре после этого появилась белая змея с высунутой головой и подпрыгнула, когда заметила меня.

— Ынджи!

Она быстро скользнула вокруг меня.

Почему-то она кажется ещё больше, чем раньше. Боюсь, что позже она действительно вырастет размером с чудовищную анаконду.

— Маргарет.

Откуда-то донёсся знакомый голос. Я обернулась.

Прежде чем я осознала это, туман полностью рассеялся, и я сидела в лесу, полном растительности.

‘Что? Где я?’

Среди этой растительности стоял мужчина с чёрными волосами.

Мужчина, стоящий с мечом, с которого капала чёрная жидкость, смотрел на меня с недоверием.

Он был весь в тёмно-красной крови. Я очень удивилась, увидев его изодранную одежду и тело, полное ран.

Стоп, раны? Кровь?

Я заколебался, гадая, не был ли он в состоянии припадка.

Однако, к счастью, он в здравом уме.

Несмотря на то, что у него большой рост, крепкие плечи и солидная внешность, в которой, кажется, не было слабых мест, сейчас он беспомощно смотрит на меня. Он выглядит так, словно вот-вот упадёт без чувств. Это не то лицо, которое показывает окровавленный человек.

— Энок?

Он медленно открыл рот:

— Я в порядке. Теперь я полностью контролирую своё тело.

— ...правда?

Энок спокойно кивнул. В его глазах читались неописуемые эмоции, пока он смотрел на меня.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что жива.

Простые слова, но их вес довольно большой. Он медленно опустил голову и прижался своим лбом к моему.

— Маргарет, я хочу, чтобы ты жила, даже если я отдам взамен свою жизнь. Так что я смог это преодолеть. Это всё благодаря тебе.

Кажется, Кайден однажды сказал мне что-то подобное.

Не уверена точно, как я могу помочь ему справиться с травмой, но рада, что он это сделал. Ему больше не нужно страдать.

Он снова медленно развёл руки и на этот раз обнял меня чуть более нежно. Он положил руку мне сзади на шею и уткнулся лицом в моё плечо, горячо вдыхая, как будто напряжение спало.

— Я скучал по тебе.

Он всегда говорил двусмысленно, но на этот раз он очень ясно выразил свои чувства.

Всё ещё находясь в его объятиях, я сильно этому удивилась.

Сон? Не знаю.

Некоторое время назад я определённо была в хижине Дженаса, но внезапно появился туман, а затем Энок возник прямо передо мной, как только туман рассеялся.

— Как ты нашёл меня? Течение было таким быстрым, что меня отнесло довольно далеко.

— Где бы ты ни была, я найду тебя, прочесав весь этот остров.

Я тихо уткнулась лицом в его плечо.

‘Где бы я ни была, ты найдёшь меня...’

Я думала, что мне придётся искать его самой.

Я думала, что, если убегу в бункер или спрячусь где-нибудь ещё, как я изначально планировала, всё будет кончено.

До этого момента я полностью исключала возможность того, что кто-то придёт ко мне первым.

Может быть, потому что я прожила жизнь, в которой никогда ни на кого не полагалась?

Такое чувство, что в груди становится всё жарче. Моё сердце забилось быстрее.

— Это правда ты?

Энок медленно разжал меня. Его лицо начало заполнять моё поле зрения. Спокойные, искренние золотистые глаза изучали моё лицо.

Он медленно наклонился и взял меня за руку. Большая, тёплая рука нежно обхватила мою.

Он сказал мне, глядя на меня так пристально, как будто на неколебимое старое дерево:

— Неважно, правда это или нет. Я не отпущу твою руку.

[П.п.: старое дерево – надёжный человек.]

Я посмотрела вниз на наши сцепленные руки. Я знаю, что Энок больше не персонаж на бумаге.

Мне вдруг пришло в голову, что я действительно хотела бы стать Маргарет.

Ещё я подумала, что было бы неплохо, если бы я могла продолжать держать за руку этого сильного, похожего на старое дерево человека, который протянул мне свою руку, не наклоняясь.

Я снова подняла голову и встретилась с его спокойными глазами. Он коснулся моей щеки другой рукой.

Я посмотрела вниз, почувствовав, как что-то ударилось о мои ноги. Ынджи изо всех сил пыталась заползти ко мне на колени, суетясь, как будто прося меня о внимании.

Я улыбнулась, отпуская его руку, и подняла Ынджи. Наблюдая, как она со счастливой мордочкой щёлкает языком, я спросила Энока:

— А как остальные?

— Не знаю о других. Лорд Кайден и я прыгнули прямо в реку вслед за тобой, Маргарет.

— А, прыгнули в реку – что?!

Я закрыла рот руками, потеряв дар речи.

— Ты что, с ума сошёл? — переспросила я, крича в ответ.

На мой вопрос Энок тихо рассмеялся, будто принижая себя.

— Если бы я был в здравом уме, то прыгнул бы?

Он признал это так решительно, что я снова не нашла что сказать. Энок указал на Ынджи и сказал:

— Я думал, что она приведёт нас туда, где ты находишься, поэтому последовал за ней с лордом...

Озадаченно оглядевшись по сторонам, он добавил:

— Кажется, я видел хижину, но внезапно густой туман накрыл лес. После этого я не видел лорда Кайдена.

— Ах, хижина!

Я с удивлением огляделась вокруг. Мы с Эноком находились в глухом лесу. Туман рассеялся, но хижины нигде не было видно.

— Какое странное явление. Размер хижины был довольно внушительным. Она была недалеко, но внезапно исчезла, — пробормотал Энок, следуя за мной по пятам.

Я ответила:

— Нам нужно как можно скорее найти Кайдена.

Ынджи, обернувшись вокруг моей руки, посмотрел на меня, требуя внимания. Энок посмотрел на неё и улыбнулся.

— Поскольку она сообщила мне о твоём местоположении, ты должна похвалить её.

Ынджи высунула голову и осторожно закрыл глаза. Хочешь, чтобы я погладила тебя?

Я осторожно погладила её по голове.

Затем Ынджи в хорошем настроении щёлкнула языком и легонько завиляла кончиком хвоста.

Энок уставился на меня, на мгновение прищурился и снял потрёпанный колет. Затем он положил его мне на плечи.

Он спросил:

— У тебя, кажется, идёт кровь, ты как?

Я опустила голову при его словах и посмотрела на живот, завёрнутый в марлю. К счастью, крови было совсем немного, так что всё выглядело не слишком серьёзно.

— Всё отлично.

— Но тебе лучше подлечиться.

— Давай для начала найдём безопасное место. Твои раны серьёзнее моих.

Я нахмурилась, глядя на порванный колет и шрамы на его теле. Всё это выглядело действительно болезненно, но Энок лишь спокойно кивнул головой, как будто ничего не случилось.

— Прекрасно. Как ты сказала, лучше сначала перебраться в безопасное место.

Он осмотрел мою одежду.

— И я хотел спросить тебя. Твоя одежда…

Энок указал на мои брюки и футболку. Затем я снова посмотрела на свой живот и слегка повернула голову.

На мне была короткая, плотно облегающая футболка, даже топ, поэтому жителям империи она, скорее всего, кажется несколько странной.

Поскольку Энок уже был смущён, я тоже смутилась и неловко улыбнулась.

— Твоя одежда очень необычна.

Эти слова немного взволновали меня, поэтому я подняла одну из своих ног и показала ему.

— Эти брюки такие удобные. Теперь я смогу жить спокойно.

Спокойные глаза Энока, тёплые и добрые.

Принц Энок в воспоминаниях Маргарет был джентльменом, но он всегда был человеком несколько скучающим, вялым и бесчувственным.

Это против правил, смотреть так на меня. Доверие в этом взгляде на меня почему-то пощекотало что-то внутри, поэтому я тихо опустила поднятую ногу.

— Если тебя это устраивает, то всё в порядке.

Он решительно погладил меня по волосам.

— Странный волшебник забрал меня отсюда. Он сказал мне, что был ещё один выживший. Он дал мне эту одежду.

Поскольку я отвлеклась, то только сейчас поняла, что именно Дженас спас меня от утопления в реке.

‘Думаю, что туман был делом рук Дженаса. Волшебство? Но на этом острове нельзя использовать магию...’

Стоп.

«Как тот человек использовал ману, которую я не могу использовать с этим телом?»

Дженас сказал это. Теперь я поняла, что его слова были немного странными.

Он сказал: «с этим телом». Если так, то лучше отделить первоначальное тело? Чтобы он мог использовать магию в своём теле?

— Ещё один выживший? Ты о чём?

Я пришла в себя, когда услышала голос Энока, и посмотрела на него.

— О, в хижине жил кто-то ещё. Он спас меня. Он действительно спас меня, но...

В конце концов, он позволил монстру чуть не убить меня.

— Поскольку это долгая история, почему бы нам сначала не найти Кайдена? Когда солнце садится, монстры...

Прежде чем я договорила, усталое лицо Энока привлекло моё внимание. Он потёр виски и раздражённо нахмурился.

— Монстры снова эволюционировали.

— Что?

— Лорд Кайден и я имели дело с монстрами со вчерашнего дня с рассвета. Теперь мы не можем расслабляться даже днём. И они больше не в форме зверей, а превратились в странных существ, чей облик невозможно распознать.

Монстры появляются даже днём. Моё сознание опустело, а мысли крутились лишь вокруг этой фразы. Разговор, который у меня был с Дженасом, так быстро стал реальностью.

— Прежде всего, как ты и сказала, сначала срочно нужно найти лорда.

Энок протянул мне руку. Я сняла накинутый на плечи колет и попыталась вернуть ему, но он сделал слегка неодобрительное лицо.

— Ты точно в порядке? Твоя одежда...

Энок не смог закончить свои слова, так как медленно накинул куртку, которую я сняла, обратно мне на плечи.

Затем он поспешно отвернулся, случайно взглянув на мой топ. Он стиснул зубы, опустил голову и стиснул колет на моих плечах.

— Думаю, тебе лучше не снимать его.

Он был так смущён, что мне ничего не оставалось, как надеть колет. Он был уже в лохмотьях, но я всё равно его надела.

Когда я спокойно сделала это, не сопротивляясь, он посмотрел на меня с облегчением.

Энок, чье беспокойство по поводу его припадочного состояния полностью исчезло, выглядел по-настоящему безупречно.

Аккуратные брови, острый нос, глубокие и тёмно-золотистые глаза, красноватые губы и твёрдый подбородок. Всё гармонично и идеально.

Быть красивым бесполезно для выживания, но всё же это даёт душевное спокойствие. Я почувствовала, как мой разум, сбитый с толку Дженасом и туманом, который он создал мгновение назад, постепенно успокаивается. Неудивительно, что моей голове стало легче.

Энок всё ещё смотрел на меня и сказал:

— Теперь давай поищем лорда.

Я кивнула.

— Да, пойдём.

Я расскажу ему больше о Дженасе после того, как найду Кайдена.

И я также должна выяснить, куда внезапно исчезла хижина.

***

Рузеф с трудом тащил тяжёлый рюкзак Кайдена.

— Не хотели бы вы помочь?

Рузеф повернулся к Диего и спросил, но тот отказался.

— Я повторю ещё раз, лучше это выбросить.

Услышав столь холодные слова от Диего, Рузеф прикусил нижнюю губу.

— Вы бы так легко сказали, если бы это было ваше?

— Если бы это было моё, я бы сказал, что вы хорошо поработали, выбросив это. Это мудрый выбор, а не риск нести тяжёлый груз.

Ответить было нечем, потому что всё, что он сказал, было правдой.

Не знаю, как, чёрт возьми, Кайден тащил эту тяжёлую штуку.

Но я не могу это выбросить. Кайден действительно носил его, но всё, что было нужно Маргарет, было в сумке.

Пока Рузеф боролся и продолжал идти, не выбрасывая ничего, Диего, наконец, вздохнул и выхватил у него рюкзак.

Диего присел на одно колено, достал из сумки тяжёлый на вид груз и положил его в мешок с листьями, который он нёс. Большинство из них были предметами первой необходимости, такими как миски и деревянные ножи.

— Так пойдёт?

Диего передал Рузефу чуть более лёгкую ношу.

Рузеф немного неловко кивнул.

— Спасибо.

Диего пошёл вперед, не отвечая.

— Святая и наследный принц обязательно догонят нас, да?

Услышав бормотание Рузефа, Диего кивнул.

— У наследного принца Асдала есть оружие, так что с ним всё будет в порядке.

После того, как подвесной мост обрушился, они окончательно потерялись, потому что Маргарет, Энок и Кайден исчезли один за другим.

Расстояние до Южного острова было довольно большим, так что их голоса не только не были слышны, но и было трудно общаться каким-либо другим способом.

Однако только после того, как Асдал на Южном острове с Юанной срезал огромный лист и нарисовал звёздный знак, Диего и Рузеф поняли, что он имел в виду: встретиться в отмеченном звездой месте, как и планировалось изначально.

Однако, не имея ни компаса, ни карты, Диего и Рузеф столкнулись с множеством проблем.

В конце концов, после долгих споров, они решили отметить путь, которым пришли, и вернуться на прежнее место на случай, если заблудятся. Приняв это решение, они начали бесцельно брести к западу от Северного острова.

— Честно говоря, это было неожиданно. Я думал, вы сразу же начнёте искать способ вернуться к Святой, — сказал Рузеф.

Диего спокойно ответил:

— Святая не слабее, чем кажется.

Он взглянул на Рузефа и добавил:

— И разве сейчас не важнее выяснить, жива леди Флоне или мертва?

Почему-то это прозвучало как «побеспокойся о себе», поэтому Рузеф недовольно скривился.

— Леди Флоне тоже не слабая. Она должна быть жива.

Его доверие к ней было сильным, но на самом деле Рузеф был встревожен. Он пытался унять беспокойство, клокотавшее внутри него, и продолжал повторять, что она должна быть в безопасности.

— Честно говоря, разве отсутствие леди Флоне не ощущается намного больше, чем отсутствие всех остальных?

Диего высказал такое неожиданное замечание.

Он продолжил:

— Это опасный остров, и нет ничего странного в том, что кто-то может исчезнуть, но по какой-то причине я думаю, что выживет только леди Флоне. Трудно поверить, что она просто исчезла...

— Леди Флоне – та, кто оказывает вам такое доверие.

Рузеф горько улыбнулся.

Диего в растерянности кивнул головой.

— Надеюсь, что она в безопасности. Я серьёзно.

***

Как будто у Ынджи установлен трекер, она всегда находит меня, где бы я не находилась, но не знает, находится остальное.

Я порылась в своей сумке.

— Может тут есть что-то от Кайдена? Если Ынджи понюхает это, может быть, она сможет его найти?

— ...Ты думаешь, она настоящий пёс?

Мне нечего было ответить, поэтому я поставила свою сумку.

Ынджи прищёлкнула языком и наклонила голову. Погладив её по голове, я в конце концов продолжила с Эноком искать Кайдена.

Но интуиция никогда не ошибается. Мы бродили по лесу до захода солнца, но так и не смогли найти Кайдена.

Туман полностью рассеялся, но всё ещё было трудно разобрать, где именно мы находимся в лесу.

— Я думаю, мы рядом с хижиной Дженаса. Куда, чёрт возьми, она делась?

Услышав откуда-то волчий вой, Энок выхватил меч и огляделся.

— Мы должны найти место, где можно спрятаться на ночь.

Я достала ракетницу от Дженаса, зарядила её и кивнула.

— Теперь, когда монстры бродят вокруг и в течение дня, ждать утра тоже не выход.

— Верно. Есть риск быть окруженными монстрами даже в лесу или рядом с рекой.

Прислушиваясь к словам Энока, я внимательно огляделась.

Так совпало, что лес, в котором мы находимся, похож на джунгли с толстыми деревьями с твёрдыми корнями.

Я повернулась к Эноку.

— Давай просто залезем на дерево.

Энок посмотрел на дерево. Взобраться туда будет нелегко, но это единственный способ.

— Есть риск упасть.

Услышав его бормотание, я быстро огляделась. В лесу было много крепких, но гибких веток, которые могут заменить веревки.

— Ты можешь связать своё тело. Даже если оно наклонится во время сна, ты не упадёшь сразу.

Я выбрала подходящие ветки и протянула их Эноку.

— Ты не мог бы расколоть их своим мечом?

Я спокойно наблюдала, как Энок расщеплял ветви мечом.

Ынджи на моей руке огляделась и тихо скользнула вверх по моему плечу и высунула голову из-за моей шеи сзади.

Похоже, она заметила, что я собиралась использовать свою руку, поэтому переместилась на моё плечо.

‘Мило.’

Энок поднял довольно большую и длинную верёвку из веток в одной руке, положил её рядом с собой и оглянулся на меня.

Пока я искала, на какое дерево залезть, он тихим голосом позвал меня.

— Маргарет.

Я удивлённо посмотрела на него в ответ и встретилась взглядом с ним, спокойно смотрящим на меня.

— Я честно думал, что ты правда можешь быть другим человеком. Довольно часто.

— Что? Что ты имеешь в виду...

Я была застигнута врасплох, не в силах договорить, и твёрдо посмотрела на него. Он многозначительно уставился на меня, затем медленно опустил голову и прошептал мне на ухо:

— Но я не сбит с толку. Мне нравится то, какая ты сейчас. Я хочу, чтобы ты это знала.

Его глубокий голос щекотал мне ухо. Я понятия не имела, что он имел в виду, поэтому просто молчала. Интересно, когда остановится моё сердце с такой скоростью?

Не знаю, как он истолковал выражение моего лица, но Энок горько улыбнулся и немного отодвинулся от меня.

— Я не просил ответа, поэтому, пожалуйста, ничего не говори.

В конце концов, я ничего не смогла сказать.

«Мне нравится то, какая ты сейчас.»

Эти слова эхом отдавались в моих ушах. Идеальное признание, которое ни в малейшей степени не смущает.

Услышав столь неожиданное признание, я вдруг вспомнила, как впервые встретила его.

Сначала я хотела убежать от него. Я боялась его, не зная, когда он убьёт меня.

В какой-то момент я подумала, что он может измениться и бросить меня. Поэтому я избегала его, чтобы не пострадать.

Но теперь...

Я хочу выжить вместе, а не в одиночку.

— Маргарет.

Энок, который отходил всё дальше, повернулся и окликнул меня. Он посмотрел на меня с выражением «Почему не идёшь за мной?».

Спасибо ему за то, что он ни о чём меня не спрашивал и не заставлял меня что-либо делать.

Я медленно пошла за ним и остановилась перед деревом, выбранным для ночёвки.

Я наступила Эноку на плечо и первой взобралась на дерево, за мной последовал Энок. Залезть на дерево было не так уж трудно, потому что я была в штанах.

После восхождения я почувствовала сильную боль в животе, но не показала этого.

Мы взгромоздились на ветку дерева на довольно большой высоте.

Затем Энок сел, прислонившись спиной к дереву, и постучал по пустому месту между ног.

— Иди сюда.

— Эм... обязательно?

Я села лицом к нему и обеспокоенно спросила.

Указывая на пустое место позади меня, он сказал:

— Там не на что опереться. Я тоже не смогу сидеть перед тобой, потому что я большой.

Я оглянулась назад и замолчала. Затем, после небольшого колебания, я медленно приблизилась к нему.

Такая неудобная поза, поэтому я бессознательно напрягла спину. Сзади послышался вздох.

— Тебе всё равно придётся связать себя, так что обопрись на меня поудобнее. Тогда ты сможешь спать спокойно.

— Да, но...

Мы не в первый раз касаемся друг друга, но разве это не отличается от простых объятий?

‘Неловко.’

Я нервно откинулась назад. Ынджи, сидящая у меня на плече, соскользнула вниз и легла мне на колени. Моё тело напряглось.

‘Почему у меня так затекло плечо? Неловко менять позу, когда я уже расположилась.’

Пока я страдала от неудобного положения и думала о том, как преодолеть эту ситуацию, в моих ушах раздался очень низкий голос.

— Извини.

Сильная рука обхватила меня за талию.

— А?

Он слегка приподнял меня, притянул ближе к себе и заставил прислониться к его груди.

Моя поза стала более удобной. Однако было очень неловко, потому что я была так близко к нему, и даже малейшее движение отзывалось болью в животе.

Если подумать, я ещё не продезинфицировала свою рану.

— Лекарство в твоей сумке? — Энок, как будто прочитав мои мысли, спросил меня.

Даже если оно упало в воду с плотно закрытой крышкой, его ведь всё равно можно использовать?

— Ах... да.

Я продолжаю повторять эти глупые ответы, как сломанный робот. Тем временем он положил подбородок мне на плечо.

Горячее дыхание коснулось моего уха. От напряжения у меня волосы встали дыбом.

Энок, крепко держа меня за талию, достал дезинфицирующее средство из моей сумки.

— Я сама.

— Тебе же неудобно. Я сделаю для тебя.

Его дыхание касалось моего уха каждый раз, когда он говорил. Чёрт.

— Подожди, агх.

Я вцепилась в его руку, на мгновение меня пронзила боль. Моё тело напряглось, и Энок нежно погладил меня.

— Маргарет, расслабься.

Услышав это, я почувствовала, что вот-вот разрыдаюсь. Не думаю, что когда-нибудь смогу расслабиться, если ты сделаешь это. Чёрт возьми, это что, новый вид пыток?

В конце концов я сдалась и решила полностью отдаться ему. Я расслабилась и полностью прислонилась спиной к его груди.

— Тебе лучше снять колет сейчас.

Я стерпела своё смущение от его слов, сняла колет и снова прислонилась к нему.

Пока я сидела, прислонившись к нему, одетая только в топ, я чувствовала, как напрягаются грудные мышцы за моей спиной.

‘Немного странно’.

Я попыталась избавиться от чувства смущения и наблюдала, как Энок проводит лечение.

Обняв меня сзади, он медленно осмотрел рану на моём животе. Немного грустно, что я не вижу, какое у него сейчас выражение лица.

‘...стоп, что? Я что, с ума сошла? Почему это мне грустно, что я не вижу выражение его лица?’

— Акх.

Я затаила дыхание, когда Энок медленно снял марлю с моей раны, забыв, о чём я думала до этого.

— Держись.

Его утешающий голос достиг моих ушей.

Он делал это с предельной осторожностью, как будто имел дело с хрупкой глиняной посудой.

Сняв марлю, Энок открыл крышку с дезинфицирующим средством.

— Ты как?

Как только я кивнула, он с большой осторожностью распылил дезинфицирующее средство на мою рану.

— Агх.

Чёрт возьми, я сейчас умру от смущения! Я откинула голову назад и крепко закрыла глаза, прислонившись головой к его груди. После того, как Энок снова наложил марлю, он нежно погладил меня по волосам одной рукой.

— Ты хорошо справилась.

Голос был таким сладким.

Энок всегда был таким? Я вижу его лица, но каким-то образом я почувствовала, что Энок отличается от обычного себя.

Он схватил меня за бедро, чтобы не касаться раны, и мягко притянул обратно к себе.

— Мне нужно связать тебя, так что потерпи ещё немного.

Энок немедленно взял верёвку, которую он сделал из веток, и много раз обмотал её вокруг большой ветки, на которой мы сидели. После этого он крепко связал свои ноги с моими.

Теперь мне приходилось цепляться за него. В конце концов, я удобно оперлась на него. Это всё равно что откинуться на спинку жесткого, неудобного дивана. Что ж, это лучше, чем прислоняться к дереву.

— Извини, мне тоже здесь неудобно, — пробормотал Энок, нежно уткнувшись лицом мне в плечо.

Придумав такое оправдание, он затем потёрся щекой о моё голое плечо.

— Энок.

— М?

— Ты же специально, да?

— О чём ты?

— Ты мучаешь меня.

Затем Энок на мгновение поднял голову и рассмеялся. Томный, ужасно низкий смех был довольно сексуальным.

— Маргарет.

— Да?

— Ты нервничаешь? — спросил он меня, словно поддразнивая.

— Ты сейчас дразнишь меня?

— Теперь ты поняла.

Он прислонился лбом к моему плечу и снова рассмеялся.

‘Ха, чёрт возьми. Почему так приятно, когда тебя дразнят? Наверное, я наконец-то сошла с ума.’

***

Какое-то время я была взволнована и нервничала из-за действий Энока, а затем погрузилась в глубокий сон, сама того не осознавая.

Накануне я не спала всю ночь в хижине Дженаса, и я думаю, что моё напряжение полностью спало после встречи с Эноком, поэтому я заснула в неудобной позе.

Затем, внезапно, я открыла глаза. Я почувствовала где-то странное присутствие.

Я увидела, как что-то движется в поле моего зрения. Если точнее, огромная группа проходила под деревом, где сидели мы с Эноком.

Я вздрогнула от неожиданности. Даже при этом небольшом движении Энок немедленно открыл глаза.

— Похоже, это эволюционировавшие монстры, с которыми мы с лордом столкнулись, — тихо прошептал Энок.

Похоже, монстры в романе, который я помню, и те, с которыми я встречалась до сих пор, были созданы путём взятия образцов обычных животных на земле, на которой я раньше жила, но этих монстров со странными формами сейчас трудно узнать.

Некоторые похожи на двуногих гигантских рыб, некоторые похожи на гусениц и ползают вокруг, а другие похожи на большеголовых инопланетян, ходящих на двух ногах.

Все они, по-видимому, произошли от каких-то животных, и их формы ужасно деформированы.

Несмотря на то, что уже рассвело, они без труда прогуливались по лесу.

‘У меня от этого мурашки по коже’.

Если я упаду отсюда, то стану их едой.

— Всё хорошо.

В этот момент раздался спокойный голос Энока.

— Ты не одна, так что с тобой всё будет в порядке.

Конечно, если бы Энок решил сражаться, он мог бы каким-то образом избавиться от этих монстров или убежать, даже если бы он не мог уничтожить их.

Я видела его лица, но он принёс мне столько облегчения одним своим голосом.

Ынджи, мирно спящая на ветке, открыла глаза и посмотрела на меня.

Она посмотрела вниз, затем посмотрела на меня, снова вниз и на меня. Кажется, она попросила объяснений. Я покачала головой, говоря, что не знаю.

Она завиляла хвостом и с любопытством посмотрела вниз. Я крепко держалась за неё, боясь, что она упадёт.

Мы долго сидели на дереве, затаив дыхание, пока все монстры не скрылись из виду.

После того, как монстры полностью исчезли, напряжение спало. Я вздохнула, всё ещё находясь в объятиях Энока.

— Хаа. Если бы я не была на дереве, у меня были бы большие неприятности.

— Ты спасла мне жизнь.

Энок добавил несколько неловкое замечание:

— Было бы трудно, если бы я был один.

Я услышала его лёгкий смех, ощущая его дрожь.

‘Всё ещё неловко’.

Затем я выпрямилась спину после того, как неловко прислонилась к нему.

— Может спустимся сейчас? Я очень беспокоюсь, всё ли в порядке с Кайденом.

Я не пытаюсь избежать этой ситуации, но я действительно беспокоюсь о Кайдене. Я уверена, что он всё ещё жив, но я должна проверить сама.

— С ним, должно быть, всё в порядке.

Энок, похоже, тоже беспокоится о нём.

Мы развязали веревку, связывающую наши ноги, и спустились с дерева.

— Ноги немеют.

Я притопнула ногами и нахмурилась.

Энок опустился передо мной на колени и посмотрел на меня снизу вверх.

— Я сделаю тебе массаж, присядь на минутку.

— Нет, я в порядке.

— Будет лучше, если я сделаю его.

— Я должна смириться с этим.

Я ответила, стиснув зубы. Не могу поверить, что он сам массировал бы мне ноги. Тогда моё сердце определённо подпрыгнуло бы снова, и что, если Энок услышит, как оно бьётся?

‘Это запрещено. Я должна беречь свои ноги.’

Покачав головой, я пару раз потерла затёкшие ноги, прежде чем надеть колет Энока и поправить сумку.

— Нам нужно идти.

Энок с сожалением встал и кивнул головой. Я подняла Ынджи с земли, посадила его к себе на плечо и снова начала бродить по лесу с Эноком в поисках Кайдена.

***

Кайден бродил один в тумане.

Ынджи и Энок, которые некоторое время шли впереди, исчезли. Он огляделся, но туман продолжал сгущаться, и он не видел даже на метр вперёд.

— Чёрт возьми, кажется, хижина была прямо передо мной.

В тот момент, когда они нашли большую трёхэтажную хижину, их внезапно окутал густой туман. После этого они не могли понять, что происходит. Как только они направились в сторону хижины, туман сгустился. Как будто для того, чтобы помешать им пройти.

Пока Кайден медленно шёл, долгое время настороженно оглядываясь по сторонам, внезапно туман рассеялся, и перед ним появилась дверь.

Кайден немедленно подбежал к двери.

Туман был таким густым, что он не обращал внимания на окружающее и просто шёл. Он раздражённо выругался и сделал шаг назад.

— ...разве это не та же хижина?

Не успел он опомниться, как оказался перед огромным трёхэтажным домом. Он снова огляделся, но Ынджи и Энока нигде не было видно.

Он покрепче сжал кинжал и уставился на деревянную дверь.

Может быть, Маргарет там.

Когда он подумал об этом, его нерешительность исчезла. Он осторожно открыл дверь.

Внутри было тихо.

В гостиной на втором этаже в камине горел огонь, а перед ним висел пустой гамак.

Из-за тумана снаружи хижины внутри было так темно, что нужен был фонарь, и было ужасно мрачно.

Затем,

Сверху донёсся тихий шум.

— Чёрт, что это такое?

Кайден выругался и осторожно приблизился к лестнице. Он поднял глаза, но было темно, и нельзя было ничего разглядеть.

Возможно, Маргарет наверху.

Кайден на мгновение задумался, затем ступил на лестницу и поднялся наверх. В тот момент, когда он добрался до второго этажа, он почувствовал зловоние. Должно быть, потому что на полу лежали кучи мусора.

Он прикрыл нос и спокойно осмотрел второй этаж. Там не было ничего особенного, но он точно увидел, что здесь раньше жило довольно много людей.

Снова наверху послышался шум.

Кайден бессознательно поднял глаза к потолку. Звук, казалось, звал его.

‘Маргарет просит о помощи?’

Больше он ни о чём не мог думать. Он поспешно взбежал по лестнице и добрался до третьего этажа.

Третий этаж был более мрачным, чем первый и второй. Кроме того, в нос ему ударил запах, который был несравним с вонью на втором этаже.

Вновь прикрыв нос рукавом, он огляделся и увидел, что из плотно закрытой двери рядом с лестницей, казалось, доносилось зловоние.

— Это оттуда доносился звук?

<Комната отдыха> Запечатана

На двери была табличка.

Комната отдыха?

Кайден, прочитав табличку, повернул дверную ручку.

Дверь легко открылась. В комнате не было окон, поэтому было так темно, но, когда он открыл дверь, внутрь проникло немного света, и он смог смутно разглядеть, что находится внутри.

В центре комнаты был нарисован сложный магический круг, и в середине его был поставлен стул. И на стуле сидел человек.

— ...Маргарет?

Кайден удивился и подошёл ближе.

Дверь закрылась.

Когда он с удивлением оглянулся на закрытую дверь, то услышал, как сзади что-то горит. Кайден снова повернул голову.

Под стулом был нарисован магический круг, и вокруг него на равном расстоянии были расставлены свечи. Свечи, казалось, зажглись в тот момент, когда дверь закрылась.

Человек, сидящий в кресле, женщина с серебристыми волосами. Она опустила голову и не двигалась.

Она что, в отключке?

— Эй.

В тот момент, когда Кайден подошёл к ней, забытые воспоминания, внезапно вернулись и начали хаотично кружиться в его голове.

***

В глубокой подземной лаборатории в Ватикане на полу выгравированы геометрические символы.

Маленький Кайден лежал на нём.

Вокруг него горят свечи.

Священники в мантиях с капюшонами и гербом Ватикана окружили Кайдена.

Они держали раскрытой старую книгу и что-то непрерывно бормотали.

Затем дверь подвала открылась, и кто-то вошёл. В поле зрения молодого Кайдена попал пожилой священник, который на первый взгляд выглядел довольно старым.

Его одеяние – самое великолепное из всех, наводящее на мысль, что он мог бы быть архиепископом или самим папой.

— Ну как? Как думаете, его можно сравнить с лордом Дженасом?

На слова старика ответил один из священников, окружавших юного Кайдена.

— Да. Его магия, кажется, наравне с магией лорда Дженаса, поэтому я думаю, что их совместимость наилучшая.

— Хм, мы достигли соглашения с семьей Рохейд. Если в этом замешан лорд Дженас, мы также обретем некоторую свободу.

— Если мы продолжим в том же духе, думаю, будет идеально. Было бы хорошо включить их вместе в список окончательных испытуемых.

— Хорошо, я буду усердно работать и составлю список. Поскольку этот план широк по масштабам, это будет последний эксперимент. Напишите отчёт и опубликуйте его.

Старик похлопал священника по плечу, который ответил с довольным выражением лица. Затем он взглянул вниз на юного Кайдена.

Голубые глаза старика встретились с красными глазами Кайдена.

*

Как только их взгляды встретились, Кайден быстро вырвался из своих воспоминаний.

Ха.

Его грудь была сдавлена, и он не мог нормально дышать. Пока он тяжело пытался отдышаться, женщина, сидевшая на вершине магического круга, осторожно подняла голову.

Даже тяжело дыша, Кайден нахмурился, когда его взгляд встретился с её красными глазами. Лицо этой женщины так знакомо.

‘Кто она?’

В этот момент женщина открыла рот.

«Беги.»

В то же время дверь за его спиной широко распахнулась. Нечто выволокло Кайдена из комнаты.

В одно мгновение его протащили по коридору третьего этажа и бросили из окна. Его тело беспомощно упало с этой высоты.

— О, какого чёрта!

Как раз перед тем, как упасть на землю, он почувствовал, как кто-то дёрнул его. Ускорение силы тяжести было резко отклонено отдачей силы, и Кайден покатился по полу.

— Бл***!

Он, пошатываясь, пробрался сквозь поднявшуюся пыль, чтобы подняться. Кто-то стоял перед ним.

Это был мальчик с коротко подстриженными волосами до шеи.

Серебристые волосы и красные глаза, взгляд, который не был незнаком.

Мальчик бесстрастно посмотрел на Кайдена сверху вниз и открыл рот.

— Мне было любопытно, но я наконец-то встретил тебя.

Несмотря на то, что он явно мальчик, он выглядел каким-то старым, как будто прожил очень долго. Мальчик пристально смотрел на Кайдена и медленно приблизился к нему, заложив руки за спину.

— Но сейчас ещё не время.

Затем он приложил палец ко лбу Кайдена.

— Иди.

Мальчик ткнул пальцем в лоб Кайдена. Его снова окутал густой туман.

Мальчик и хижина исчезли.

***

После того, как Маргарет, Энок и Кайден исчезли один за другим, Юанна была в полном замешательстве. Она упала на пол и разрыдалась.

— Если все умрут… если вы все снова умрете...!

Она произнесла странные слова, затем достала ключ и, всхлипывая, вцепилась в него. Было ясно, что она была не в лучшем состоянии.

Юанна была такой весь день, пока не зашло солнце. Она наконец успокоилась, когда наступила ночь.

Но с тех пор она полностью изменилась. Она была похожа на человека, к которому вернулась утраченная память и который осознал что-то важное.

‘Как и ожидалось, она подозрительна’.

Асдал внимательно посмотрел на неё.

На самом деле, Асдал был добр к ней не только из-за необычного чувства вины Диего.

‘Я думаю, у неё есть секрет, но я до сих пор не знаю какой’.

Сейчас кажется, что это было не просто из-за его чуткой интуиции.

А потом он услышал, как у него заурчало в животе.

Я очень голоден.

— Я очень скучаю по леди Флоне.

Асдал вздохнул с измождённым лицом. Юанна, которая всё ещё сидела рядом с ним, кивнула в знак согласия.

— Да, я тоже очень по ней скучаю.

Юанна, погружённая в свои эмоции, наконец вернулась к своему обычному виду.

— Сейчас вы чувствуете себя лучше? Я не знал, что она вам так сильно нравится.

Она посмотрела на него так, как будто озадачилась его словами.

— Даже если кто-то, кто вам не нравится, упадёт в реку, разве вы не будете шокированы?

— Верно.

Асдалу больше нечего было сказать.

Он хотел спросить её о чем-то, но не знал, с чего начать. Так что, в конце концов, он ничего не смог сказать.

— Они трое всё ещё живы?

— Я уверен, что это так.

— Я тоже.

— Но мы должны подтвердить это собственными глазами.

При словах Асдала Юанна расширила глаза с просветленным лицом.

— Сначала ещё раз посмотрите на карту. Вам лучше проверить, в какую сторону следует идти.

Юанна выглядела очень усталой, но, когда Асдал сурово щёлкнул пальцами, она поспешно достала карту из кармана и протянула ему.

Асдал расстелил карту на земле. Им нужно карабкаться наверх, чтобы найти единственный другой способ пересечь Северный остров.

‘Лучше пройти весь путь на запад вдоль реки’.

Когда Асдал мысленно составил такой план, Юанна спросила:

— Вы не можете поймать птицу, Ваше Высочество? Я голодна.

— ...сейчас вам пора найти что-нибудь поесть.

— Если вы поймаете птицу на ужин сегодня вечером, я поищу еду завтра.

Юанна взмолилась со своим обычным невинным выражением лица и улыбнулась. Конечно, эта улыбка не подействовала на Асдала.

— Меня не проведешь. Вставайте. Давайте поищем какие-нибудь фрукты вместе. В конце концов, никто из нас не умеет готовить мясо.

Только тогда Юанна встала. Она проворчала, взглянув на реку.

— Хотела бы я поймать рыбку.

Услышав бормотание Юанны, Асдал горько пожалел, что проигнорировал желание Маргарет научить его ловить рыбу.

‘Я должен был научиться этому ещё тогда’.

Очень запоздалое сожаление.

Однако это сожаление он смог почувствовать, потому что он всё ещё был на Южном острове, и не встречался с эволюционировавшими монстрами.

Позже Асдал добрался до Северного острова и столкнулся с новыми монстрами, он понял, что ему следовало научиться ловить рыбу, и что сейчас не время сожалеть об этом.

***

Я стояла перед центральной рекой (река в середине острова) и осматривала местность, чтобы определить, где мы находились.

— Я думаю, мы недалеко от того места, где проснулись.

Энок, стоящий настороже, взглянул на меня сверху вниз.

— Мы сможем найти хижину?

— Эм... нам следует продолжать двигаться на север спиной к реке.

— Тогда давай пойдем в этом направлении. Поскольку здесь нет высоких гор, не думаю, что мы свернём не туда.

Я кивнула и решила вернуться с ним в том направлении, где должна была находиться хижина Дженаса.

И нас снова окружил густой туман.

— Энок.

Я позвала Энока, напряжённо шедшего впереди. Он удивлённо посмотрел на меня.

— Как насчет того, чтобы взяться за руки? Мы не должны быть порознь, как это случилось с Кайденом.

Я потянулась к нему. Энок, смотрящий на это сверху вниз, медленно взял меня за руку.

Я просто держалась за него, но каким-то образом чувство облегчения охватило всё тело. И это было очень обнадеживающе.

— Спасибо.

Энок просто уставился на меня на мгновение и мягко улыбнулся.

Как раз в тот момент, когда я собиралась снова войти в туман с Эноком, я услышала знакомый голос.

— Маргарет?

— Кайден?!

Я удивлённо огляделась по сторонам.

Как раз в тот момент, когда мне показалось, что я мельком увидела серебристые волосы сквозь туман, я оказалась в чьих-то объятиях.

— Маргарет.

Это был голос Кайдена.

Естественно, Энок отпустил мою руку. Но вопреки моим ожиданиям, что он разозлится, Энок неожиданно отступил на шаг, не сказав ни слова. Похоже, он был по-своему внимателен к Кайдену и ко мне.

— Кайден.

Я нежно похлопала Кайдена по спине. Потому что он дрожал. Это тоже необычная реакция с его стороны.

— Ты в безопасности. Слава богу, слава богу...

Он бормотал одно и то же снова и снова и крепко обнимал меня, пока у меня не перехватило дыхание.

— Я действительно думал, что схожу с ума, боясь того, что может случиться с тобой...

Кайден снова обнял меня, поскольку его беспокойство не проходило, и потёрся щекой о мой затылок.

— Теперь ты в порядке? Где ты был?

Уткнувшись лицом в моё плечо, некоторое время ничего не говоря и делая глубокий вдох, Кайден поднял голову и посмотрел на меня полными слёз глазами.

— Я был в тумане с тех пор, как Его Высочество исчез.

Он снова обнял меня.

— Я скучал по тебе, Маргарет.

Каким-то образом Кайден, казалось, сдерживал слезы, поэтому я нежно гладила его, пока он не успокоился.

Странно, но после встречи с Кайденом туман начал медленно рассеиваться, как будто его задача была выполнена.

— Ты не ранен? Где-то болит? Ты столкнулся с монстром?

На мои вопросы Кайден поднял голову и улыбнулся.

— Приятно видеть, что Маргарет так волнуется.

Он не ответил и вместо этого сказал какой-то бред. Я просто уставилась на него, ничего не спрашивая больше. Энок сначала наблюдал, скрестив руки на груди, но потом заговорил:

— Я волновался, потому что туман был довольно густым. Ты правда в порядке, лорд?

Затем Кайден повернулся к Эноку и задумчиво почесал затылок.

— Может, присядем и поговорим?

Мы сели вместе, чтобы поболтать и избежать взглядов монстров. Прежде всего, мы должны разобраться с тем, что происходит, а потом уже искать более безопасное место.

— Сначала расскажи мне о себе, Кайден. Что случилось? Я встретила Энока вскоре после того, как появился туман. Ты был один в тумане весь день?

При моих словах Кайден озадаченно посмотрел на нас.

— Прошли целые сутки? Я даже не знал, сколько времени.

Он устало покачал головой и сильно зажмурился.

Он наморщил нос, как будто пытался вспомнить всё до малейших деталей, а затем спокойно объяснил нам, что произошло.

— Я всё время следил за хижиной. Но в какой-то момент она исчезла из виду. Но от хижины исходила очень необычная аура, и, хотя я не видел её, я мог примерно понять, в какую сторону нужно двигаться.

Необычная аура от хижины?

Похоже, это происходит так же, как Асдал ощущает потоки маны. Но это не столь удивительно, ведь Кайден обладает превосходной чувствительностью и развитой интуицией.

Странная энергия, которую он чувствовал, могла исходить от Дженаса.

— …Поэтому я попытался продолжить двигаться в том направлении, но туман продолжал закрывать мне обзор. Как будто кто-то пытался помешать мне найти то место.

Я вспомнила, что сказал Дженас, когда вытолкал меня из хижины; пришёл незваный гость.

— Я точно чувствовал, что кто-то мне мешает, поэтому я не смог пройти. А когда я пришёл в себя, я уже был перед хижиной. Я думал, ты будешь там, внутри.

История всё продолжалась. От рассказа о женщине с серебристыми волосами, которую он встретил в комнате отдыха, до мальчика с такими же волосами, которого он встретил после того, как он оказался вне хижины.

Я была так удивлена, что не знала, что сказать.

Комната отдыха точно была заперта. Но Кайден сказал, что он смог открыть дверь. Кроме того, там правда кто-то был.

Кайден вздохнул.

— Мне показалось, что прошло не так уж много времени, но я удивлен, что я был там целые сутки.

Он выглядел немного ошеломлённым. Это очень необычная реакция для него. Я спокойно посмотрела на него и сказала:

— ...может быть, это хорошо, что кто-то мешал тебе в поиске хижины.

Кайден странно посмотрел на меня. Энок, который продолжал слушать наш разговор, скрестив руки на груди, тоже посмотрел на меня.

Я собиралась рассказать им о Дженасе, когда встретила Кайдена, так что сейчас самое подходящее время.

— Я тоже провела ночь в этой хижине с магом, которому больше тысячи лет. Я думаю, маленький мальчик, которого ты встретил – это тот маг, с которым я была.

— Больше тысячи лет? О чём ты?

Кайден широко раскрыл глаза, не веря своим ушам. Да, я тоже не могу в это поверить.

— Ты можешь в это не верить, но это правда. И его зовут Дженас Игран.

— Что? Дженас Игран?!

Кайден удивился ещё больше, чем раньше, и вскочил со своего места. Я немного испугалась его реакции и отклонилась назад, Энок протянул руку мне за спину, чтобы поддержать.

— Что такое, лорд? — спросил Энок, нахмурившись.

Кайден сначала замолчал, потом вдруг вытащил что-то из кармана.

В его руке был кулон, передаваемый из поколения в поколение владельцам Волшебной башни — кулон, оставивший на моём лице синяк при первой встрече с ним.

Я озадаченно посмотрела на него.

— И что?

— Владельцем этого кулона был маг по имени Дженас Игран.

— ...что?

— ...он – основатель моей семьи. Дженас Игран Рохейд, архимаг и первый глава маркиз Рохейд. Чёрт, вот почему мне показалось, что я его где-то видел.

— Что?!

Я вскрикнула от удивления, слушая одно за другим шокирующие заявления Кайдена.

Только тогда я поняла, почему у Дженаса серебристые волосы и красные глаза. Похоже, это передавалось из поколения в поколение в семьи Рохейд.

— Дженас – маг, который умер тысячу лет назад. Как он может быть здесь?

На этот раз Кайден спросил меня.

Я пожала плечами.

— Я не знаю. Кстати, он сказал мне, что прожил на этом острове тысячу лет и что он не мог сбежать. Я не знаю, можно ли в это верить.

— Он застрял здесь? Этот гениальный волшебник? — спросил Кайден.

Я кивнула и рассказала им, через что мне пришлось пройти в хижине.

Кто-то вытащил меня из реки, потом я встретила Дженаса, и он привёл меня в хижину, чтобы вылечить, а потом я даже нашла странную «дверь» и «комнату отдыха» в хижине Дженаса.

Теперь, я припоминаю, что, когда я впервые встретила Дженаса, он держал в руках несколько кокосов. Но разве он не говорил, что может жить без еды?

В то время Кайден, глубоко погружённый в свои мысли, заговорил со мной:

— Но Дженас, о котором ты говоришь, сильно отличается от того, о котором я слышал в своей семье.

— А какой Дженас, которого ты знаешь?

— Для начала Дженас совсем не был похож на ребёнка. Я слышал, что он взрослый мужчина и настоящий маньяк, которому нравится проливать кровь. Есть также документ, в котором говорится, что он, возможно, был самим дьяволом из-за совершенного отсутствия у него человеческих эмоций.

— …

Конечно, Дженас, о котором говорил Кайден, сильно отличается от того, которого я встретила.

— Есть ли вероятность, что это другой человек с таким же именем?

Когда Энок спросил Кайдена, тот решительно покачал головой.

— Ты сказала, что он из династии Инграм, и он маг, который изменил конституцию своего тела так, чтобы жить без еды. В то время Дженас был единственным, кто способен применять магию такого высокого уровня.

Энок снова спокойно спросил:

— Значит, туман вокруг хижины был создан этим магом? Но ты же не можешь использовать магию здесь.

Услышав слова Энока, я задумалась над тем, что сказал мне Дженас.

— Разве невозможно изменить своё тело? Если Кайден прав, то изначально у него тело взрослого человека, и он мог бы использовать ману, находясь в своём взрослом теле. Он сказал что-то вроде: «Я не могу использовать ману с этим телом».

— Тогда почему он притворяется ребёнком? Для того, чтобы защитить своё первоначальное тело? Но если он не может использовать ману в этом, как он создавал вещи, типа тумана? — пробормотал Кайден и погрузился в свои мысли.

— Кайден, почему дверь в комнату отдыха, в которую, по твоим словам, ты вошёл, была открыта? Я не смогла войти, потому что она была заперта. И на двери четко написано «запечатана».

— Не знаю, почему дверь была открыта, но кажется правильно, что это место было опечатано. Там была женщина, связанная в центре магического круга.

— Это тоже была работа того мага по имени Дженас? — спросил Энок.

В ответ на вопрос Кайден потёр виски и нахмурился.

— Я не знаю. Как только женщина сказала мне бежать, меня вышвырнули из хижины. Сразу после этого я встретил невысокого парня с серебристыми волосами. Судя по тому, что сказала Маргарет, этого маленького мальчика звали Дженас.

Она сказала ему бежать?

От чего? От кого?

— А, кстати, Дженас сказал, что у него есть старшая сестра. Её зовут Аната...

— Аната? Аната Шанетт Рохейд тоже здесь? — удивлённо переспросил меня Кайден.

— Дженас говорил о ней так, как будто она мертва. Но если у женщины, которую ты видел в комнате отдыха, серебристые волосы и красные глаза, то она может быть Анатой. У неё внешность, характерная для семьи Рохейд.

Почему Аната была запечатана там? Почему Дженас скрыл этот факт? Может ли быть так, что Дженас сам запечатал Анату?

Слишком много вопросов без ответов.

— Маргарет.

Пока я погрузилась в свои мысли, то услышала голос Энока. Я подняла голову и посмотрела на него.

— Ты сказала, что там есть «комната отдыха», и на двери написано «запечатана»?

Я утвердительно кивнула.

Энок потёр подбородок и наморщился, как будто что-то припоминая.

Затем он тихо произнёс:

— ...это был обычай династии Инграм, и есть поговорка, что, если ты создашь комнату отдыха и запечатаешь человека там заживо, его душа станет духом-хранителем.

Энок выглядел спокойным и непоколебимым, как будто он не был особенно взволнован посреди всего, что творилось вокруг.

Он спокойно продолжил:

— Возможно, источником тумана, окружившего хижину, была не магия Дженаса, а магия запечатанной души.

Магия запечатанной души?

— Не слишком ли это жутко? Тогда это была магия Анаты? — пробормотал Кайден, прищёлкивая языком.

Если такой обычай существовал в династии Инграм, то Энок, возможно, прав. Это также объясняет, почему вокруг хижины внезапно образовался туман.

— Запечатывание Анаты, вероятно, было работой Дженаса, — уверено сказал Кайден.

— Почему?

— Когда я был младше, надо мной ставили эксперименты те ублюдки, которые выглядели как священники. В тот момент, когда я вошёл в комнату отдыха, воспоминание о том времени смутно пришло ко мне.

Кайден говорил очень спокойно, как будто вспоминал кого-то.

На его лице не было и следа страданий, но неизвестно, спокойно ли у него на сердце.

— Я думаю, что этот остров был создан для какого-то эксперимента. Ватиканские ублюдки, тестирующие меня, сказали, что есть список подопытных. Также был упомянут Дженас. Думаю, что всё это как-то связано с ними и с моей семьёй.

Кайден сделал паузу на мгновение, затем растерянно закрыл рот. Должно быть, он был так потрясён, что вспоминал нечто ужасное о прошлом.

Я спокойно обдумала его слова.

Ради чего эксперимент?

Кроме того, храм и семья Рохейд были тесно связаны.

Рохейд – семья, представляющая магов, но разве история противостояния между магами и священниками не продолжается уже тысячу лет?

— В любом случае, ясно, что Дженас не союзник. Не могу поверить, что он имеет какое-то отношение к эксперименту на этом острове... — немного грустно пробормотала я.

Может быть, поэтому Дженас был дружелюбен со мной? Для экспериментатора естественно проявлять доброжелательность или любопытство по отношению к испытуемому.

Энок, тихо сидящий, скрестив руки на груди, наконец заговорил:

— Храм и Волшебная башня объединили усилия? Не понимаю цели похищения наследного принца империи и наследного принца королевства, а также других крупных фигур для проведения экспериментов.

Кайден вздохнул и ответил:

— Похоже, они пытаются начать континентальную войну.

Снова воцарилось тяжёлое молчание.

— А, если подумать, Дженас сказал мне присматривать за Святой. Я думаю, она что-то знает.

— Что? Святая? — спросил в ответ Кайден.

— Не знаю. Мне тоже было любопытно, но он больше ничего не объяснял.

Я пробыла в хижине Дженаса всего около полутора дней. Кроме того, за этот короткий промежуток времени поступило так много информации, что я не могла думать о чём-то определённом.

Я думаю, что было много важных кусочков головоломки, но процесс соединения этих многих частичек воедино оказался сложнее, чем я думала.

Я потёрла виски и добавила:

— Дженас ещё сказал, что позаимствовал глаза монстра, чтобы наблюдать за нами. Он только одолжил, но не может их контролировать.

— Позаимствовать глаза монстра? Бл***, тот волк не просто пялился на меня. Он был там, чтобы присматривать за мной. Какого чёрта этот маг творит такие тёмные дела?

Видя, что Кайден пришёл в бешенство, Энок спокойно ответил:

— Либо он виновен во всем этом, либо он сумасшедший, потому что храм и семья Рохейд застряли на этом острове на тысячу лет.

Если подумать, этот чёртов мальчишка сказал, что хочет, чтобы я выжила, но я проигнорировала его, так как в то время чуть не стала добычей монстра.

— Может, мы двинемся первыми? Я волнуюсь, потому что не знаю, когда появятся монстры.

Кайден, чей гнев всё не утихал, кажется, немного успокоился после моих слов. Он взглянул на меня и сказал:

— Я здесь, Маргарет. Не волнуйся.

Он тут же взял тонкую веточку и начал чертить на земле магический круг. Что он делает?

Завершив очень сложный на вид магический круг, он встал на его вершину и протянул мне руку.

— Ты можешь влить в меня свою ману?

— Конечно.

Я кивнула и протянула ему руку – с кольцом от Асдала на пальце. Он взял меня за руку, и тут же из моей ладони вырвался голубоватый свет.

С закрытыми глазами Кайден потянулся к магическому кругу другой рукой, и свет от моей руки проник в узор.

Я чувствовала, как моя мана покидает тело с ужасающей скоростью.

Прошло лишь мгновение, и окружающий нас голубой свет поднялся столбом и быстро погас.

Кайден убрал от меня руки и повернулся к Эноку. К нему вернулось его обычное жизнерадостное выражение лица.

— Я поставил здесь барьер, чтобы монстры не могли нас увидеть. Даже Дженас не сможет заглянуть внутрь.

Он подмигнул мне. Как и ожидалось, именно Кайден знает, как использовать мою ману наиболее эффективно.

В моём теле было ещё много маны.

Я взглянула на Энока. Он всё ещё был покрыт кровью, и его прежние раны казались довольно серьёзными.

Я указала на плечо Энока и спросила:

— Кайден, ты можешь использовать магию исцеления? Раны Энока...

Энок покачал головой.

— Я в порядке. Лучше бы тебе подлечиться, чем мне.

— Нет, ты выглядишь не очень хорошо.

— Стоп-стоп, о чём ты? Маргарет, ты ранена?

Кайден поспешно подошёл и схватил меня за плечо. Затем он посмотрел на мою одежду и сделал удивлённое лицо.

— А? Подожди, я не видел этого, потому что на тебе была форма наследного принца. Ты носишь брюки? Что это за топ? Почему он такой короткий? Чёрт возьми, я никогда раньше не видел ничего подобного. Не слишком ли откровенно? Хуже, чем нижнее бельё.

Он расстегнул спереди колет, который был на мне, и поспешно застегнул с удивлённым лицом.

Затем он снял свою мантию и накинул её поверх колета.

— Не снимай. Вообще не снимай.

— Не нужно этого делать. Я в порядке. Эта одежда довольно удобная.

Когда я отказалась и попыталась снять с себя мантию Кайдена, Энок неожиданно вступился за него.

— Маргарет, я хочу, чтобы ты делала так, как говорит лорд. Эта одежда очень опасна.

Да с какой стороны, чёрт возьми, она опасна? Кто в опасности? Я оглянулась на Энока с нелепым выражением лица. Я впервые вижу, чтобы Энок встал на сторону Кайдена.

— Я залечу твои раны. Маргарет, ты первая, а лечение Его Высочества на втором месте.

На слова Кайдена Энок тоже кивнул головой в знак согласия, скрестив руки на груди.

Они были настолько упрямы, что у меня не осталось выбора, кроме как снова протянуть Кайдену руку.

Кайден нежно взял меня за руку и с улыбкой слегка приподнял.

Как только я встала, он обнял меня за талию, и его лицо приблизилось к моему, как будто он этого ждал.

Как раз перед тем, как его губы коснулись моей щеки, большая рука преградила ему путь.

— Лорд, что ты делаешь?

Эхом отозвался жуткий голос, похожий на иней. Энок стоял прямо рядом со мной.

‘Почему все такие быстрые?’

Кайден прищёлкнул языком и слегка отстранился от меня. Он выглядел так, как будто сожалел о чём-то, но кровавый взгляд Энока в конце концов заставил его сосредоточиться на лечении моих ран.

Когда он положил руку на мой раненый живот, оттуда полился голубоватый свет, и боль постепенно начала уходить с ощущением небольшого холода.

— Вау, это потрясающе.

Обычно, даже если принимаешь обезболивающие, всегда приходится ждать, пока эффект распространится, но тут я почувствовала, как боль сразу исчезла.

‘Я тоже хочу научиться магии’.

Кайден закончил свою исцеляющую магию без каких-либо усилий. Он лучезарно улыбнулся, не выпуская моей руки. Затем он подошел к Эноку.

Его белая рубашка была в полном беспорядке. Она была порвана, как тряпка, так что местами были видны его крепкий пресс и изогнутые мышцы.

‘А сейчас неловко на это смотреть’.

Похоже, это ему нужен колет.

Кайден посмотрел на Энока и один раз прищёлкнул языком.

— Думаю, тебе лучше это снять. Это может затруднить лечение.

Энок начал настёгивать свою рубашку. Кайден взглянул на меня, пока я наблюдала, как Энок спокойно делает это.

— Маргарет, ты не могла бы закрыть глаза?

— Хм? Зачем?

На мой вопрос у Кайдена не нашлось ответа.

— Тогда… ты хочешь посмотреть?

— Ну, он же не штаны снимает.

— Ну что ж… верно.

Кайден кивнул с немного обиженным лицом. Тем временем Энок полностью сбросил с себя рубашку, обнажив своё свирепое, коренастое тело.

Как будто Бог изваял его, в поле зрения появились изящно изогнутые мышцы и твёрдая грудь. Несмотря на то, что он был весь в крови и синяках, он выглядел как идеальная статуя.

Как мужское тело может быть таким чувственным?

Из всех ран на его теле рана на плече, кажется, самая серьёзная, но Энок спокойно сел, обнажив своё голое тело, и посмотрел на Кайдена и меня.

В его спокойных золотистых глазах не было никакого волнения. Он как будто не чувствует боли.

— Немного серьёзно.

Кайден тоже нахмурился и осмотрел рану Энока, затем повернулся ко мне.

— Думаю, это отнимет больше маны, всё в порядке?

Я кивнула и посмотрела вниз на свою руку. В изумрудном камне всё ещё чувствовалось едва заметное свечение.

— Всё ещё достаточно.

Кайден кивнул на мои слова и взял тонкую веточку. Затем он начал рисовать магический круг в воздухе, а не на земле.

По веточке в воздухе пробежал след голубого света. Это была поистине чудесная сцена.

Магический круг – очень сложная формула. Даже если провести линию на полу, можно часто ошибиться, но нарисовать волшебный круг в воздухе, где не осталось ни одной неверной линии – это потрясающе.

‘Он же говорил, что может воплотить магический круг, который нарисовал у себя в голове.’

В конце концов, Кайден – гений.

Однако такие легкие мысли ненадолго прекратились, поскольку мана с пугающей скоростью покидала моё тело. Я вдохнула, почувствовав, как моя энергия мгновенно исчезает.

К счастью, магический круг был завершён как раз перед тем, как у меня подкосились ноги, и законченная формула охватила плечо Энока.

Я устало опустилась, наблюдая, как его рваные и открытые раны постепенно заживают.

— Маргарет!

Они одновременно подхватили меня.

— Всё в порядке. Я просто немного устала. После отдыха я приду в себя.

Я села, прислонившись спиной к бревну, и вздохнула.

После встречи с Эноком и Кайденом моё напряжение спало, и усталость, так долго копившаяся, наконец нахлынула. А так как я использовала ману, последствия кажутся мне ещё более серьёзными.

Я посмотрела вниз на свой живот, который сейчас был полностью зажившим. Мои рёбра, которые, как я думала, были сломаны, больше не болят.

— Кажется, на этом острове можно удивительно быстро прийти в себя, — пробормотала я.

Я прикрыла рот рукой и зевнула. Хочу спать.

Энок посмотрел на меня, надевая свою рваную рубашку, и Кайден, снова сев рядом со мной, кивнул головой.

— Ну, у меня ни волосы, ни борода больше не растут. Смотря на то, что ты не можешь использовать магию, я думаю, что это место находится в совершенно другом времени и пространстве.

Верно, это происходит в другом времени и пространстве.

‘Голова кружится’.

На мгновение у меня закружилась голова, и я дотронулась до своего лба. Энок и Кайден одновременно посмотрели на меня, как будто внимательно следили за каждым моим движением.

— Ты как? — спросил Кайден.

Я непонимающе посмотрела на него.

Если подумать, то как долго мы находимся на этом острове?

Кажется, что прошло уже четыре месяца, когда же мы сможем сбежать отсюда?

А Кайден потерял сумку, которую он обычно носил с собой.

*вздох*

Я почувствовала, как по моему телу разливается сильный жар.

Я прошла через всевозможные трудности в одиночку после появления на этом острове, но я никогда не была сильно больна, за исключением того случая, когда Диего украл моё платье.

‘Это довольно странно’.

— Маргарет.

Большая рука Энока осторожно приподняла мой подбородок. Его золотистые глаза попали в поле моего зрения.

— Тебе плохо.

Энок вгляделся в моё лицо, изучая его. Кайден также положил тыльную сторону ладони мне на лоб и сказал:

— Похоже, у тебя жар. Ты горишь как огонь. Это довольно серьёзно.

«Довольно серьёзно», звучит так, будто я в действительно плохой форме. Я медленно моргнула и вяло прислонилась к бревну.

— Всё в порядке. Я буду в порядке после того, как немного посплю.

— Может ты получила какие-нибудь другие травмы? Или ты отравилась?

Кайден поднял шум, осматривая моё тело. Чувствуя себя слишком измученной для такого, я медленно моргнула и покачала головой.

— Всё не так. Я в порядке.

Интересно, винит ли Энок себя, потому что думает, что это из-за того, что я снова лечила его. Наверное, я просто очень устала.

Мои веки потяжелели.

— Я в порядке… просто... Наверное, я просто очень устала...

— Маргарет?!

После крика Кайдена я потеряла сознание.

***

Я понемногу начала приходить в себя.

Моё тело леденело от холода. Как будто меня бросили босой в снежное поле.

Независимо от того, насколько велика суточная разница температур, нельзя почувствовать такой сильный холод в тропическом климате.

— Маргарет, ты не спишь? Как ты себя чувствуешь?

— Чёрт возьми, она всё ещё ледяная. Я не могу использовать больше магии?

— Если ты снова используешь магию, Маргарет может оказаться в реальной опасности.

Разговор между Кайденом и Эноком крутился на одном месте. Я почувствовала, как мускулистые руки обхватили мои плечи и талию.

Я с трудом подняла дрожащие веки. Постепенно в поле моего зрения появилось лицо Энока.

Мои губы дрожали от холода. Поскольку тело тоже дрожало, рука, которая была обернута вокруг моей талии, стала лишь крепче держаться на мне.

— Маргарет, тебе всё ещё холодно?

Взволнованный голос Кайдена раздался сзади.

Передо мной Энок нервно спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

‘Что это за ситуация?’

Несмотря на то, что я открыла глаза, мне было нелегко понять, что происходит.

Перед моим носом находится обнажённый Энок, его рука обнимает меня за плечи, а сзади, кажется, Кайден обнимает меня за талию. Как и ожидалось, я почувствовала прикосновение обнажённой кожи к своей спине.

Но это был краткий миг растерянности. Здесь так холодно, и у меня кружится голова, что я не могу здраво судить.

— Холодно...

Теперь мой рот тоже замёрз, так что я только дрожала и не произносила ни слова.

Пока я дрожала и сотрясалась, они прижались ко мне ещё ближе.

Они сняли свои рубашки и обняли меня спереди и сзади, чтобы поддерживать температуру моего тела.

— Ынджи, ты можешь поджечь ещё немного?

Я с трудом подняла голову на голос Кайдена. Затем я увидела, как Ынджи старательно раздувает огонь на дровах рядом с нами.

Ынджи усердно работала, выполняя то, о чём её просил Кайден, но затем вскочила с раздражённой мордочкой, как будто спрашивая, для чего.

Затем, когда наши взгляды встретились, она заерзала и заскользила вокруг, затем снова старательно разожгла дрова.

— Тебе не кажется, что тело Маргарет стало холоднее? С такой скоростью...

— Не говори ничего плохого.

— Чёрт.

Я прислонилась щекой к тёплой груди Энока. Обняв меня сзади, Кайден уткнулся лицом в моё плечо и поцеловал его своими влажными губами. Я могла только чувствовать тепло его дыхания на своем плече, но не могла оценить раздражающее прикосновение его губ.

К счастью, в телах этих двух мужчин много тепла, так что мне не так холодно, как раньше.

‘Кстати… какое неловкое положение.’

Хочу спрятаться в какой-нибудь норе.

Однако этот метод должен оказывать влияние на повышение температуры тела.

Ясно, кто предложил этот метод, но готовность Энока сделать такое несколько удивляет.

Я изо всех сил старалась взять себя в руки. Я должна кое-что сказать. Я стиснула зубы и поджала дрожащие губы.

— Что это— кхмм

Я попыталась что-то сказать, но затем раздался смехотворно хриплый голос, поэтому я на секунду прикрыла рот и прочистила горло. Как неловко.

— Маргарет? Ты в порядке?

— Как твоё тело?

Кайден и Энок одновременно сели и по очереди посмотрели на меня. Как только они ушли, меня в одно мгновение пробрал озноб.

— Маргарет.

Энок позвал меня ещё раз дружелюбным голосом. Я схватила его за руку, дрожа.

Он посмотрел на меня сверху вниз, не понимая моих движений.

‘Что я должна сделать? Могу я такое вообще сказать?’

Обдумав это десятки раз, я издала беззвучный крик, почувствовав пробирающий до костей холод от дующего ветра. На мне всё ещё лежал колет Энока и мантия Кайдена, но этого всё равно недостаточно.

— А, не можешь сделать то, что делал сейчас?

— Что?

При моих словах Энок и Кайден удивлённо посмотрели на меня сверху. Я поёжилась от холода, нахмурившись. Главные герои, почему вы не можете меня понять?

— Холодно, так что, пожалуйста, обними меня.

Я проговорила более чётко, чем раньше.

После того, как я сказала это, наступила минута молчания.

‘Когда-нибудь я умру от смущения’.

Смущение начало вливаться в продолжающуюся тишину.

‘Я не должна была этого говорить, чёрт возьми’.

В этот момент, нарушив тишину, Кайден воскликнул и перевернул меня.

— Вау, Маргарет. Можешь сказать это, глядя на меня?

— ...Я не думаю, что ослышался.

Затем послышался вздох Энока.

Кажется, они не могли избавиться от последствий того, что я сказала, но я была не в настроении беспокоиться об этом. Так что, в конце концов, я еле сдержала свои слёзы.

— О, пожалуйста! Просто обнимите меня! Мне холодно!

Они оба сильно удивились моему раздражённому крику. Затем Кайден разразился смехом.

Не знаю, куда девать глаза, потому что передо мной была только обнажённая кожа.

Я постепенно приходила в себя, хотя всё ещё было холодно.

Кажется, мы всё ещё внутри барьера. Я лежала на земле, накрывшись большим листом в качестве одеяла.

Энок снова лег передо мной, обнял меня за плечи и погладил по затылку. Я прислонилась щекой к его обнажённой груди и попыталась стряхнуть с себя смущение. Почему-то кажется, что поднимается иной жар.

Затем Кайден обнял меня сзади, потёрся лицом, как кот, о моё плечо и засмеялся.

— О, как же хорошо. Маргарет попросила меня обнять её.

— Маргарет неудобно, не прикасайся к ней слишком много.

Каким-то образом каждое произнесённое Эноком предложение было пропитано кровавой жестокостью. Как будто гнев, который он сдерживал, на мгновение вырвался наружу.

Сзади я услышала ворчание Кайдена.

Интересно, может быть, они так и спорили всё то время, пока я была в отключке. Так вот почему они двое обнимают меня и делятся температурой своего тела?

Энок не обратил на него внимания и нежно погладил меня по затылку.

‘Что это? Они что, ведут нервную битву?’

В любом случае, всё хорошо, потому что здесь тепло. Благодаря им я выжила.

— Прости, я не думал, что тебе будет так плохо.

Услышав бормотание Энока, я медленно моргнула.

Несмотря на то, что мантия была недостаточно большой для нас троих, Кайден укрыл нас ей, как одеялом.

Чувствую, что мне станет лучше, когда тело согреется.

После того, как я пришла в себя, меня снова охватило смущение. Я откашлялась и попыталась перевести тему.

— Я думаю, это просто усталость. Я плохо спала уже несколько дней, а вчера заснула на дереве. Всё время была в состоянии напряжения.

Затем Энок опустил голову, посмотрел на меня, улыбнулся и погладил по голове.

— Пока немного отдохни. Мы позаботимся о тебе.

— Да. Отдохни немного, Маргарет.

Даже без их слов мои веки потяжелели. Вопреки своей воле, я заснула.

***

Я очень хорошо поспала. Уже давно такого не случалось, поэтому я испытывала чувство полного счастья.

Чувствуя, что моё тело стало легче и свежее, я медленно открыла глаза.

Я всё ещё находилась в объятиях Энока и Кайдена. Ночью было очень холодно, но после того, как я пришла в себя, стало жарко.

— Я…

— Похоже, ты проснулась.

— Ты не спишь, Маргарет?

Я лишь открыла рот, но они одновременно спросили меня.

Похоже, они действительно не сомкнули глаз, делясь со мной теплом своего тела. Чувство вины пришло вместе с чувством благодарности.

— Сейчас всё в порядке. Спасибо.

Я осторожно высвободилась из их объятий и села. Потом они встали вслед за мной. Кайден зевнул, потягиваясь, а Энок массировал свой затылок, вероятно, затёкший.

— Похоже, вы не смогли поспать из-за меня...

Ынджи спала, свернувшись калачиком у меня под ногами, теперь он проснулась и скользнула ко мне на колени. Я погладила её.

Затем я подняла голову.

Они смотрели на меня довольно опустошёнными глазами.

— Что такое?

Кайден избегал моего взгляда, неловко почесывая щёку.

— Я скучаю по вчерашней Маргарет.

‘Вчерашней мне?’

...ты говоришь о том моменте, когда я попросил вас обнять меня?

Энок ничего не сказал, но его лицо выдавало, что он был согласен со словами Кайдена.

— Я прибавила вам забот вчера. Извините.

— В смысле прибавила забот, это же было так хорошо—

— Лорд.

Когда Энок крикнул Кайдену, чтобы тот успокоился, он спокойно пожал плечами.

Энок вздохнул и тихо приложил ладонь к моему лбу. Затем он, естественно, погладил меня по щеке.

— Лихорадка, кажется, полностью спала.

Кайден добавил:

— Вчера твоё тело было просто ледяным, потом стало таким горячим. Безумие.

— Спасибо. Теперь я собираюсь не спать всю ночь, чтобы вы оба могли отдохнуть.

При моих словах Энок и Кайден посмотрели друг на друга.

Он покачал головой.

— Мы в хорошей физической форме, так что всё в порядке.

Это правда, что у них хорошая выносливость, так что мне нечего было сказать.

Прежде чем я успела произнести что-либо ещё, Энок встал, поднял свою рубашку, упавшую на землю, и надел её. Кайден тоже встал и протянул мне руку, надевая мантию.

Я встала вместе с Ынджи, держа её в руках.

— Нам лучше поискать хижину сегодня. Давайте после этого составим план, — сказал Энок, внимательно оглядываясь по сторонам.

— Маргарет, если ты не возражаешь, нам лучше осмотреться прямо сейчас. Барьер, вероятно, скоро исчезнет.

Услышав слова Кайдена, я привела в порядок свою одежду и взяла сумку.

— Хорошо. Можем выдвигаться.

Когда я энергично ответила, Энок сухо улыбнулся и погладил меня по голове.

— Тогда, давайте начнём.

Мы обошли всю округу в поисках хижины Дженаса, но, как и ожидалось, не смогли её найти.

— Как она могла так бесследно исчезнуть?

Кроме того, чем ближе мы подходили к хижине, тем гуще и глубже становился туман, и нам пришлось остановиться.

— Опасно ходить в таком тумане.

— Ты не можешь очистить это место с помощью магии?

На мой вопрос Кайден подпёр подбородок кулаком, уставился на меня, а затем огляделся.

— Я могу это сделать, но... магическая формула немного сложная, поэтому мне понадобится много маны.

— Тогда, как насчет использования другой эффективной магии, попроще?

— Ну, это я могу сделать.

Энок обнажил свой меч, настороженно огляделся по сторонам и заговорил с нами.

— Я прослежу, мы с Ынджи будем начеку, так что вы сможете справиться с туманом.

Ынджи, обёрнутая вокруг моей руки, вздрогнула от удивления, когда её назвали по имени, а затем соскользнула на землю, слегка посмотрев на меня. Затем она доползла до Энока, посмотрела на меня и высунула язык.

Я улыбнулась её и взяла Кайдена за руку. Из наших сцепленных рук вырвался свет, и Кайден начал рисовать в воздухе магические формулы. Он быстро всё завершил и ввёл ману.

Но появилась иная проблема. Несмотря на то, что магический круг был активирован, никакого эффекта он не произвёл.

— Что? Магия не работает?

Кайден нахмурился и удивлённо пробормотал.

Чувствуя, что туман становится лишь гуще, я сказала:

— Думаю, сейчас лучше убраться отсюда.

Кайден взглянул на меня. Энок согласился и добавил:

— Верно. Если магия не работает, тебе лучше отступить, как сказала Маргарет.

Энок вложил свой меч в ножны и поднял Ынджи.

В конце концов, нам пришлось выбраться туда, где не было тумана, и провести ещё одно совещание по контрмерам. Вновь на верхушке дерева.

Я сидела между ними двумя, изо всех сил стараясь не проявлять смущение.

— Кстати, тебе точно нужно проделывать весь этот путь сюда, чтобы провести встречу? Ты можешь установить барьер.

Кайден прищёлкнул языком в ответ на мои слова.

— Не трать свою ману так безответственно. Храни её. Тебе нужно время, чтобы прийти в себя. Что, если ты снова упадешь в обморок?

Услышав его слова, я тихо опустила голову.

Энок спокойно наблюдал за нами, затем приложил указательный палец ко рту и жестом велел замолчать. Сразу поняв, что это значит, мы с Кайденом затаили дыхание и посмотрели вниз на дерево.

Странный монстр-волк с длинными ушами и шестью лапами, похожими на кролика, обнюхивал землю.

В то время я вспомнила, что Дженас сказал о том, что я нравлюсь монстрам.

‘Может быть, он идет по моему запаху?’

Он бродил и принюхивался, как будто что-то искал, а затем через некоторое время исчез из виду.

— Дженас, возможно, позаимствовал у него глаза. Нам лучше избегать такого.

Кайден, который погружённый в свои мысли, что-то тихо пробормотал, и Энок кивнул в знак согласия с ним.

— Прежде всего, нужно составить планы на будущее, — тихо сказал Энок.

Кайден кивнул, закинув руки на затылок. Будь то Дженас или Аната, нам нужно пойти в хижину, чтобы посмотреть, что они прячут, но, учитывая обстоятельства, не похоже, что мы сможем найти что-то...

— Почему бы нам сначала не поискать другие улики? Или найти Святую.

На мои слова они кивнули.

— Местоположение припасов отмечено на карте, которая есть у Святой. Может быть, она на пути на Южный остров?

Кайден с отличной памятью посмотрел на меня с таким выражением лица, как будто внезапно что-то вспомнил. Но оно так и было на самом деле. По-видимому, местоположение склада было отмечено рядом с бункером.

— Маргарет, разве у тебя нет карты, которую ты нарисовала давным-давно? — спросил Кайден.

Я пожала плечами и вздохнула.

— Она вся промокла.

Потом я вдруг вспомнила, что Энок открывал мою сумку, чтобы залечить мои раны.

Я уверена, что он видел записную книжку, которую я нашла в хижине, и кусок ткани, похожий на карту с бункером.

Почему он ничего не сказал?

Я взглянула на Энока. Когда его глаза встретились с моими, он поднял брови, как бы спрашивая: «Что не так?»

‘Теперь я должна рассказать им о бункере... да?’

Бункер больше не может быть моим планом Б. Хочется плакать от того факта, что теперь мне некуда бежать.

Я достала из кармана карту и раскрыла её.

— У меня есть другая карта.

Кайден, скрестив руки на груди, посмотрел на меня с изумлением.

— Где ты её взяла?

— Я подобрала это в хижине Дженаса.

Я гордо солгала. Вот, уже прекрасно! Было немного грустно, что мой запасной план, который я хотела скрывать до конца, был вот так раскрыт.

Поскольку Дженас, человек, которого мы больше всего опасаемся, знает местоположение бункера, скрывать его бесполезно.

— Что это? — спросил Кайден, указывая пальцем на отмеченное бункером место.

— Я точно не знаю. Тебе не кажется, что расположение припасов, которые ты видел на карте Святой, было где-то здесь?

— Да, знаю. Я так думаю.

Энок, сидевший рядом, последовал за нами и посмотрел на карту.

Он добавил:

— Во-первых, ясно, что место, отмеченное на этой карте, близко к местоположению на карте Святой. Как насчет того, чтобы сначала дойти до туда? Тогда мы, возможно, сможем встретиться со Святой.

Слушая его, я вдруг вспомнила о чудовище, которое только что видела. Кажется, он что-то искал.

‘Дженас сказал, что я привлекаю монстров...’

Если монстры действительно считают меня своей едой и следуют за мной, чтобы напасть, я подвергаю опасности других.

Может быть, я как букашка для всех на этом острове. Вся причинно-следственная связь была искажена моим присутствием.

‘Но пока другого решения нет.’

Я вздохнула.

Да. Было бы лучше пойти вместе, пока не подвернётся что-нибудь ещё.

‘Но правда ли, что «врата спасения» откроются через год?’

Если это так, то нам определенно нужен ключ Святой.

По какой-то причине мне пришла в голову мысль, что дверь может быть в хижине Дженаса. Подозрительная «дверь», которую я видела в том подвале, всё продолжала преследовать меня.

Но я не могла рассказать об этом Эноку и Кайдену. Если это произойдёт, мне придётся сказать о том, что я «попаданка» и что это место существует в романе, который я читала?

‘Кроме того, как я могу сказать, что они и Юанна были созданы друг для друга!’

Размышляя, я почувствовала на себе пристальный взгляд и подняла голову. Энок и Кайден смотрели на меня.

— Что?

Энок скрестил руки на груди и ничего не ответил, в то время как Кайден удивлённо посмотрел на меня удивленным взглядом.

— У тебя настолько разнообразные выражения лица.

— Правда?

Я потёрла щеку и склонила голову. Может быть, из-за того, что сейчас я думал о самых разных вещах, наверное, у меня было странное выражение лица.

— Маргарет, ты встретишься со мной, если сбежишь отсюда?

Внезапный вопрос от Кайдена. Я поморщилась, не уловив сути.

— Мы должны сначала сбежать, чтобы узнать, верно?

— Ах, как же я хочу побыстрее убраться с этого острова.

Кайден вздохнул и прислонил голову к моему плечу. Энок, который, как я думала, разозлится, оставил его в покое.

Возможно, заметив, что я удивлённо смотрю на него, Энок вздохнул и ответил.

— Нам лучше сидеть тихо. Я думаю, следует провести ночь здесь.

Услышав эти слова, я огляделась вокруг большого дерева. Оно твёрдое и толстое, точно не пошатнётся даже от нашего общего веса, но я всё равно беспокоилась.

Пока я продолжала колебаться, Кайден, лежащий сбоку, встал и спросил:

— Хочешь, я тебя обниму? Ты волнуешься, да?

Энок похлопал по месту между своих ног и сказал:

— Иди сюда и обопрись на меня. Как вчера.

Кайден попеременно смотрел то на Энока, то на меня. Он вздрогнул, когда осознал значение этих слов.

— О, чёрт возьми. Если так, то, Маргарет, спи со мной сегодня ночью.

— Эй. Разве не слишком странно звучит?

— Спи со мной.

Кайден обнял меня за талию и принялся тереться щекой о моё плечо, мурлыча, как кот. Конечно, Энок почти сразу же остановил его.

Кайден уставился на руку, сжимающую его запястье. Они снова вступили в молчаливую битву.

Я устало вздохнула.

— Мне спуститься вниз? — спросила я.

— Извини, Маргарет.

— Прости. Я поставил тебя в неловкое положение.

Увидев, как они быстро извиняются и расходятся, я вздохнула ещё глубже. Разве не будет легче стать едой для монстров, если мы продолжим так себя вести?

Чтобы все выжили, нельзя ни с кем встречаться!

Я ещё раз дала себе это обещание.

***

Энок освободил для меня место, и я заснула, прислонившись спиной к дереву.

Энок и Кайден спали, привязав ноги к ветке дерева в разных положениях, опираясь только верхней частью тела.

Я проснулась, почувствовав первые лучи солнца.

Не могу я вечно спать на дереве, избегая монстров.

‘Думаю, лучше найти мать монстров и уничтожить её.’

Разве так Дженас больше не сможет наблюдать за нами глазами монстра?

Сонная Ынджи у меня коленях открыла глаза и подняла голову. Я погладила змейку по голове и спокойно огляделась.

Энок и Кайден крепко спят даже в таких неудобных позах, скорее всего, потому, что они не могли уснуть прошлой ночью.

Я достала найденный дневник из своей сумки и снова внимательно пролистала его.

Тогда я почти ничего из этого не читала, опасаясь, что Дженас скоро вернется в хижину. Как и ожидалось, есть ещё записи, которые у меня не было возможности прочитать.

Однако я в шоке затаила дыхание, когда наткнулась на это предложение…

«Аната, спасибо тебе.»

Аната? Разве она не старшая сестра Дженаса? Я думала, что этот дневник могла написать сама его сестра, но сейчас всё кажется по-другому.

Является ли Юанна владелицей этого дневника — именно так, как подсказывают мне мои чувства, — даже если нет никаких доказательств?

‘Но на самом деле смешно говорить, что он принадлежит Юанне. События, описанные в дневнике, произошли в далёком прошлом, но Юанна проснулась на острове примерно в то же время, что и мы.’

Внезапно я подумала, что «место, о котором она мне рассказывала», упомянутое владельцем дневника, может быть бункером, а «она», упомянутая здесь, может быть Анатой.

Затем послышался шорох, и я заметила, как Энок просыпается.

— Ты не спишь?

Я закрыла дневник и улыбнулась ему. Потирая своё ещё сонное лицо, он непонимающе посмотрел на меня. Потом он привстал и улыбнулся.

— Маргарет.

— М?

— Я просто хотел позвать тебя по имени.

— А......?

— Просто ты так мило улыбаешься по утрам.

Он снова потёр лицо и заговорил спокойно, похлопав себя по шее сзади, как будто она затекла. Это была настолько прямолинейная реплика, что на мгновение я лишилась дара речи.

— Ммм.

Так совпало, что Кайден тоже зевнул и проснулся.

— О, и правда неудобно.

У Энока было беззаботное лицо, но Кайден жаловался, что спать так совсем некомфортно. Тем не менее, я полностью согласна с тем, что спасть здесь долго нельзя.

— О, кстати, я взяла это в хижине Дженаса, не хочешь почитать? Хотя он не очень-то помогает.

Я передала дневник Эноку. О чём он вообще думает?

Было ясно, что он видел книгу, когда доставал лекарство из моей сумки.

И всё же он ничего не сказал. Он ждал, пока я сама не заговорю об этом?

— Кто это написал? Кто эта «она»? Могла ли она быть той, с кем был Дженас? Ключ? Это тот же ключ, что и у Святой?

Поскольку Энок молчал, Кайден первым взял дневник и просмотрел его, спрашивая меня.

Я спокойно объяснил свою догадку:

— Я не знаю, кто был владельцем этого дневника, но думаю, что упомянутая здесь «она», вероятно, Аната. И «место, о котором она мне рассказывала» похоже на место, отмеченное на карте.

Я подпёрла рукой подбородок и вздохнула. Забрав дневник у Кайдена и пробежавшись по нему глазами, Энок просто сказал:

— Мы должны пойти и найти то место.

Кайден вздохнул.

—  Здесь действительно полно вопросов. Тогда пойдем прямо сейчас. Нам нужно выяснить, в чём секрет острова и как отсюда сбежать.

Я кивнула.

— Тогда пошли.

Мы снова двинулись в поисках отмеченного на карте места, то есть бункера.

Когда я открыла карту во время прогулки, я обнаружила Кайдена с пустыми руками и спросила:

— Кайден, кстати, где твоя сумка? Оставшиеся бомбы были там.

— А, может быть, наш шавка подобрал его? Я бросил сумку, потому что не мог плавать с ней.

Услышав столь спокойно произнесённые слова Кайдена, я подумала о весе сумки. Не слишком ли тяжёлая для Рузефа?

— Где вы собираетесь встретиться с архиепископом?

— Хм? Мы не планировали встречаться.

Я снова растерялась, не найдя что ответить.

Должно быть, Рузефу трудно выживать в одиночку. Не знаю, как остальные, но разве я не должна позаботиться о нашем Рузефе? Немного беспокоюсь за него.

— Наверное, он сейчас с сэром Диего. Поскольку наследный принц и Святая остались на Южном острове, скорее всего, они попытаются встретиться с нами, — сказал Энок.

Кайден кивнул.

— Или они могут попытаться отправиться в место, отмеченное звёздочкой на карте. Хижина, которую мы ищем, находится там.

Совершенно точно, что хижина Дженаса находится там.

— А что, если мы столкнемся друг с другом?

— В смысле? Мы идём своим путём, они – своим. Да, они никогда не были частью нашей группы, — спокойно сказал Кайден.

— Если думать с такой точки зрения, то тебя тоже не было в нашей группе, лорд, — тихо сказал Энок.

Затем Кайден прочистил горло и сказал, что он тоже был с нами.

Теперь я решил просто отмахнуться от них.

‘Гораздо труднее остановить их.’

После такой долгой прогулки я проголодалась.

Если подумать, я ничего толком не ела с тех пор, как оказалась в хижине Дженаса. Куда бы мы ни пошли, поблизости не было хороших мест для охоты, и мы набивали животы фруктами только потому, что спешили.

— Кайден, ты не голоден?

— А? Верно. Голоден. Это довольно тяжело.

Кайден, скорее всего, тоже ничего не ел в тумане весь день.

Затем Энок остановился.

— Кажется, там что-то есть.

Я посмотрела в том направлении, куда он указывал. У подножия невысоких холмов я увидела огромные кучи листьев высотой с человеческий рост. Как будто они скрывали что-то важное.

Энок преградил мне путь и твёрдо покачал головой.

— Маргарет, оставайся здесь. Лорд?

— Да, конечно. Я буду защищать Маргарет.

Кайден обнял меня сзади и положил подбородок мне на плечо.

Увидев это, Энок скорчил неодобрительную гримасу, но вытащил меч и повернулся спиной, как будто у него не было иного выбора.

Оба чрезмерно опекали меня с тех пор, как я упала в реку и пропала. Однако пока что не было никакого неудобства, поэтому я спокойно стояла рядом с Кайденом, как и сказал Энок.

Энок медленно приблизился и убрал листья. И на открытом месте оказалась небольшая пещера.

— А?!

— Что? Как думаешь, кто здесь был?

Когда я вскрикнула от удивления, Кайден поднял голову прошептал.

Кто здесь был? Не знаю, хорошо это или плохо, что здесь есть следы чьего-то проживания. Потому что я не могу сказать, сбежали ли они или мертвы.

‘Или, может быть, Дженас съехал отсюда, проведя здесь тысячу лет.’

Энок полностью убрал листья и слегка наклонился, чтобы заглянуть внутрь. Небольшая пещера, вырытая в склоне холма, не очень глубокая. Она достаточно большая, чтобы в ней могли разместиться четверо взрослых.

Осмотревшись, Энок вышел и сказал:

— Из-за голода мы сильно устали, поэтому сегодня лучше отдохнуть здесь.

— Думаю, было бы неплохо окружить это место барьером и спать внутри.

Услышав мои слова, они оба одновременно кивнули. Сегодня я решила распаковать свой багаж здесь.

— Маргарет, здесь грязно. Подожди минутку.

Я уже собиралась войти в пещеру, но Энок остановил меня. Разве не трудно очистить пещеру в одиночку с Кайденом?

Я с некоторым любопытством наблюдала за происходящим. Маргарет, конечно, аристократка, но Энок – наследный принц империи, а Кайден – глава башни.

‘Они хороши в уборке.’

Я не шучу, на самом деле, они даже очень хороши. Интересно, не потому ли это, что они в принципе любят опрятность и чистоту.

Сметя пыль и грязь в пещере и освободив место для ночлега, они соорудили удобную постель, расстелив листья и мох.

— Маргарет, садись сюда.

Кайден осторожно завёл меня внутрь. Любой, кто увидел нас, подумал бы, что я ранена или больна.

— Я пойду на охоту. Лорд, тебе лучше подождать здесь с Маргарет.

Энок стоял у входа в пещеру со своим мечом. Кайден взял меня за руку и кивнул головой, рисуя в воздухе магический круг.

Я обеспокоенно посмотрела на Энока.

— Будь осторожен. Монстры появляются даже днём.

Энок слегка улыбнулся и кивнул.

— Тебе не о чем беспокоиться.

— Верно, тебе не нужно беспокоиться об этих чёртовых монстрах.

Кайден в одно мгновение завершил магический круг и ввёл в него ману. Энок мельком взглянул на Кайдена и отправился на охоту.

Мы опустили большие листья, закрывавшие вход, вошли внутрь и присели. Ынджи соскользнула с моего плеча вниз и свернулась калачиком на полу.

— Кто здесь жил?

Я спокойно оглядела пещеру. Кайден раскалывал своим кинжалом кокосовый орех, который он принес из-под ближайшей пальмы.

Он взглянул на меня и заговорил:

— Может быть, Дженас жил здесь до того, как построил хижину?

Я взяла у него кокос, отпила и кивнула.

— Вполне возможно. Или, может быть, до нас были другие выжившие. Если это и правда остров для экспериментов, то мы, возможно, не первые, кто прибывает сюда в качестве подопытных. Этот остров существует по меньшей мере тысячу лет.

Услышав мои слова, Кайден удивленно повернулся ко мне.

Я пожала плечами и продолжила:

— Хижина на Южном острове и следы людей, живших там, могли быть оставлены людьми, похищенными на этот остров, как и мы.

— Жутко, потому что это так правдоподобно, — ответил Кайден, нахмурив брови.

После этого мы замолчали, погрузившись в собственные мысли.

‘Что это за эксперимент такой? Какова цель?’

Пока я размышляла, я услышала голос Кайдена и повернулась к нему.

— Ты знаешь, Маргарет. То, что я сказал прошлой ночью, не было шуткой.

У него было спокойное лицо, не похожее на его обычное.

Он продолжил:

— Если мы сбежим с острова…… останемся ли мы такими же, как сейчас?

Этот вопрос я всегда хотела ему задать.

Когда эффект возбуждения исчезнет, и вы вернетесь к своей повседневной жизни и придёте в себя, всё может измениться.

Я ответил, насколько это было возможно, твёрдо.

— Мой ответ тот же. Ты должен сначала сбежать, чтобы понять это.

Я Маргарет, но совсем не та.

Если я сбегу с этого острова, то могу умереть из-за закона причинно-следственной связи.

Нельзя предсказать, что произойдёт с этим островом в будущем.

Но, если бы я могла быть настоящей Маргарет...

— Но я надеюсь, что все не изменятся и останутся такими же, как сейчас.

Кайден на мгновение удивленно уставился на меня.

Он сказал:

— Я хотел бы быть с той тобой, которая не изменится. Прямо как сейчас.

Кайден посмотрел на меня и улыбнулся. Приятно это слышать. Почему-то это очень утешительные для меня слова.

***

Энок поймал двух больших птиц. Благодаря этому мы смогли сегодня полноценно поужинать. Ынджи могла разжечь огонь без необходимости пользоваться зажигалкой.

— Маргарет, отдохни немного.

Покончив с едой, я уже собралась прибраться, но Энок сразу же остановил меня.

— Да, Маргарет. Отдохни немного.

Кайден оттолкнул меня, соглашаясь со словами Энока.

Я не убирала пещеру, не стелила постель и не готовила еду, но Энок и Кайден позаботились о том, чтобы я могла отдохнуть, не прилагая к этому никаких усилий.

Несмотря на то, что им, должно быть, было труднее сражаться с монстрами и страдать в тумане, они никогда этого не показывали.

‘Извините’.

Кажется, я ничем не могу помочь. Я легла в пещере, думая, что мне поможет спокойный отдых.

Посреди ночи я услышала громкий рёв. Энок и Кайден, которые старательно убирали переднюю часть пещеры, посмотрели в сторону леса.

— Что это? Чудовище?

Услышав мой шёпот, Энок и Кайден быстро схватили своё оружие. Они встали у меня на пути, опасаясь того, что могло появиться из леса.

На всякий случай я достала ракетницу. Ынджи тихо скользнула ко мне и обвилась вокруг моей руки.

Я спросила:

— Барьер всё ещё цел?

Кайден посмотрел вниз и кивнул.

— Не волнуйся, он так просто не рухнет.

Какое облегчение.

Мы все затаили дыхание и уставились на тёмный лес.

— Ааа!

Издалека донёсся мужской крик. Голоса постепенно становились ближе.

Кайден склонил голову и пробормотал:

— Кажется, это знакомый голос.

И вскоре мы узнали, кто это.

Появился мужчина в грязной униформе епископа, его волосы цвета морской волны развевались в лунном свете.

Это архиепископ Рузеф.

Он бежал изо всех сил в нашем направлении. Диего, который бежал вместе с ним, остановился лицом к толпе монстров, затем снова побежал за Рузефом.

— Разве это не наша шавка?

— Похоже, это он.

Я сильно удивилась, увидев, что Рузеф приближается к нам всё быстрее.

— Он же не может видеть нас снаружи?

Кайден покачал головой в ответ на мой вопрос:

— Никто не может.

Но Рузеф бежал прямо в нашу сторону. Он выглядел очень усталым, так как нес на плече большую сумку.

Он остановился перед барьером, глубоко вздохнул, а затем повернулся лицом к монстрам, следовавшим за ним. Похоже, правда, что он нас не видит.

Рузефу несказанно повезло. Несмотря на то, что он бежал, преследуемый монстрами, он бежал к нашему барьеру.

Его спина была прямо перед носом Кайдена.

Кайден широко раскрыл глаза.

— Кайден.

Я позвала его, потому что хотела, чтобы он что-нибудь сделал. Только тогда он схватил Рузефа за плечо и подтащил к барьеру.

— А-а-а! Что, что, что......!

Рузеф упал навзничь. Он уставился на Кайдена так, словно увидел привидение.

Я приложила указательный палец к его губам, приказывая молчать, затем посмотрела на Диего.

Диего оглядывался в поисках внезапно пропавшего Рузефа. Позади него стояли три странных монстра.

Я открыла магазин ракетницы, проверила патроны и зарядила оружие.

— Я выйду.

— Нет.

— С этим я справлюсь.

Твердо ответив сдерживающему меня Кайдену, я вышла из-за барьера. Энок тут же последовал за мной и встал рядом.

Кайден, охраняющий барьер, нахмурился.

Я позвала Диего.

— Сэр Диего!

При виде нас он вытаращил глаза.

— Идите сюда!

Услышав мой зов, он на мгновение замешкался, но вскоре стиснул зубы и побежал к нам.

Я схватила его за руку и толкнула к барьеру.

Затем, спустив курок ракетницы, я нацелила её на приближающихся монстров и нажала на спусковой крючок.

Вместе с выстрелами тела монстров разлетелись на куски. Энок тут же обнял меня и запрыгнул за барьер.

Мы выжили.

Вздохнув с облегчением и поблагодарив Энока, я посмотрела на двух прибывших к нам мужчин.

Диего и Рузеф действительно выглядели очень измождёнными, как будто даже воды не пили за всё то время, пока мы не виделись.

Бледный Рузеф буквально расцвёл, когда его взгляд встретился с моим.

Будто порхая над землей как бабочка, он подошёл ко мне.

— Юная леди! Вы в порядке!

Он сразу же обнял меня.

Сжимал он меня ничуть не слабее чем Кайден или Энок.

Рузеф слегка дрожал от беспокойства. Я глубоко вздохнула.

— ...вы плачете? — удивлённо спросила я.

— Я не плачу.

Кайден, стоявший позади меня, громко рассмеялся. Весёлый смех мгновенно разрядил тяжёлую атмосферу.

— Эй, это не моя вина. Правда забавно видеть, как ты плачешь.

— Заткнись, ты, некультурный волшебник, — сказал Рузеф Кайдену, медленно отпустив меня.

Он и правда заплакал. Почему-то мне показалось, будто я принесла домой сбежавшего кота, поэтому я была глубоко тронута и даже пожалела его.

— Вы как?

На мой вопрос Рузеф поджал губы и кивнул. Выглядел он очень печально, как будто у него прорвались накопившиеся эмоции.

— Я скучал по вас. Рад, что вы в порядке.

Рузеф, священник Божий, посмотрел на меня таким доверчивым и восхищённым взглядом.

Я немного удивилась, заметив это.

Время от времени он выражал мне своё доверие, но так прямо – никогда.

‘Я не уверен насчёт Энока или Кайдена, но разве я не нравлюсь Рузефу лишь из-за того, что хорошо забочусь о нём?’

Кайден, который до этого спокойно смотрел на меня, нахмурился и впился взглядом в Рузефа.

— Кто ты такой, чтобы хотеть видеть нашу Маргарет?

— Пожалуйста, закрой свой рот.

Конечно, Кайден не тот человек, который остановится на достигнутом. Он продолжал насмехаться над Рузефом.

Рузеф сначала сердито опровергал каждое слово Кайдена, но на мгновение он сдался, как будто он сильно устал и снова посмотрел на меня.

Вскоре он удивлённо выпрямился, слишком поздно заметив то, во что я была одета.

— Юная леди, что с вашей одеждой?! Нет, почему вы сшили себе такую одежду...?!

Что значит «я сшила»? Всё было именно так с самого начала. Он слишком резок.

Кажется, мне ещё придётся встретиться с такой же реакцией от всех, кто остался. Мне уже начинает надоедать такое отношение.

— Я нашла эту одежду. Я бы вообще не смогла надеть своё платье.

— Что...?! Что за чушь...

— Не беспокой нашу Маргарет.

К счастью, в нужный момент Кайден остановил Рузефа. Однако, прежде чем снова начался второй раунд ребяческих споров, я покачала головой и посмотрела на Диего.

Диего встал и тихо отряхнулся, незаметно сливаясь с фоном, как тень.

Он стоял молча, как будто был лишним кусочком пазла в нашей группе.

— А вы в порядке?

Диего взглянул на меня.

Бросив мимолётный взгляд на мою одежду, он поспешно отвернулся. Я заметила, как мочки его ушей резко покраснели.

— Мне жаль, очень жаль. Я не хотел смотреть... простите...

Диего непрерывно извинялся, нахмурив брови и слегка прикусив нижнюю губу, как будто проклинал себя.

‘Да почему здесь никто не понимает, что это нормально?!’

Что ж… правда, топ немного тонковат. И он короткий, так что мой живот хорошо виден.

В это время вернулся Энок, убедившись, что вокруг барьера больше не появилось никаких монстров.

Одной рукой он смело расстегнул верхнюю пуговицу своей рубашки. Затем, вздёрнув подбородок, он посмотрел на Диего несколько властным взглядом.

— Ты жив, — сказал он, как будто его удивляло, что Диего всё ещё живой.

Строгий голос Энока доказывал, что он не одобряет его грубое поведение.

Диего успокоился только тогда, когда появился Энок. Словно ожидая его реакции, Диего склонил голову, затем опустился перед нами на колени.

— Я глубоко размышлял о своих глупых поступках. Я просто рад, что вы вдвоем в безопасности.

Это было такое же изящное объяснение и извинение, как и его действия, сопровождающие данные слова.

Конечно, я не хотел его прощать или что-то в этом роде. Я вообще никогда не думала о нём как о «своём».

Энок вздохнул, а я наблюдал за Диего с некоторым скептицизмом.

— Ещё неизвестно, действительно ли ты так думаешь.

Безжалостно ответил Энок, а затем посмотрел на меня. Кажется, он передает инициативу мне. Так что теперь я спокойно начала задавать Диего вопросы.

— Что произошло? Как вы сюда попали? Почему за вами погнались монстры?

Затем Диего привстал и вздохнул, потирая усталое лицо.

— Ну...

Он спокойно начал объяснять.

После того, как мы втроём упали в реку, они обменялись знаками с Асдалом на другом берегу реки: «Давайте встретимся на западной стороне Северного острова, в том месте, где на карте нарисована звезда».

Так, безрассудно направляясь с Рузефом на запад, они столкнулись с монстрами. Монстры преследовали их и днём, и ночью, как будто у них был собственный разум.

Из-за этого они не могли нормально спать и не ели в течение нескольких дней.

Услышав это, я почувствовала себя немного виноватой.

‘Разве они прошли не через большее?’

До такой степени, что даже то, что меня забрал Дженас было лучше.

— А это барьер? — с любопытством спросил Рузеф.

Его пререкания с Кайденом уже закончились?

Барьер прозрачный, поэтому нельзя его увидеть, но, когда подносишь к нему руку, можно увидеть, как он подсвечивается голубоватым светом.

Сидя на земле, подперев подбородок, Кайден посмотрел на Рузефа и прикрикнул:

— Будь осторожен, если прикоснешься к нему, ты будешь проклят.

— Ах! Правда?

Рузеф, добравшийся до барьера, вздрогнул и упал навзничь.

Глядя на Рузефа в таком состоянии, мы на мгновение замолчали. Я уже знаю, что Рузеф очень прост. Может быть, именно поэтому Кайдену нравится дразнить его.

Мы с Эноком развели костёр. Я почувствовала облегчение от слов Кайдена о том, что можно не беспокоиться о дыме внутри, и приказала Ынджи развести огонь.

Когда огонь начал разгораться, Диего посмотрел на меня со слезами на глазах. Он выглядел таким грустным, как ребёнок, сожалеющий о своих поступках.

Энок неодобрительно приподнял брови и протянул руку, чтобы прикрыть мне глаза.

— Маргарет устала. Не смотри на неё так.

Да за кого ты меня принимаешь? Даже зрелый и воспитанный Энок иногда впадал в ребячество.

— Это недоразумение. Проведя несколько дней без огня, я просто счастлив...

Услышав ответ Диего, я убрала руку Энока, прикрывавшую мой обзор.

Затем моё внимание привлекло лицо Диего, который трепетно смотрел на костёр. Похоже, он не мог развести огонь, когда был с Рузефом.

— Вы не умеете разводить огонь, сэр?

— Я сам никогда этого не делал.

Если подумать, Юанна сказала, что никто в её группе не знал, как разжечь огонь, поэтому они поджигали угли, которые где-то подобрали.

— Разве вы никогда не пытались это сделать, когда отправлялись усмирять монстров или на войну?

На мой вопрос он почесал щеку и посмотрел на Энока.

— Недавно я был повышен в звании до командующего Императорской гвардией, и меня никогда не отправляли на войну. И обязанностью лейтенантов было разжигать огонь в битвах. Я пробовал, когда был начинающим рыцарем, но сейчас даже не помню, потому что делал это очень редко.

Диего замолчал и огляделся, как будто ему было неловко даже думать об этом.

— Мне очень жаль. Отныне я буду усердно учиться рядом с вами, юная леди.

— Я не говорил, что буду обучать вас.

— Вам совсем не обязательно учить меня. Я буду учиться со стороны.

— Мне не нравится, когда мне мешают.

— Если вас это беспокоит, я буду наблюдать за вами и учиться так, что вы меня не будете видеть.

— Немного страшно, когда кто-то тайно наблюдает за тобой.

— ...вы хочешь, чтобы я просто исчез? Мне жаль. Я невнимателен.

Затем Диего вдруг страдальчески сложил руки вместе и спрятал лицо в ладонях.

Я взволновалась, увидев его в таком состоянии. Должно быть, ему действительно трудно пришлось с Рузефом.

— Я не это имела в виду...

— Тогда, пожалуйста, позвольте мне спокойно наблюдать за вами.

Услышав эти слова, я, наконец, подняла белый флаг.

Тем временем Энок протянул мне плоский камень, когда я присела на корточки перед костром. Затем он осторожно усадил меня, как будто заботился о своей беременной жене.

Подумав об этом, я посмотрела на изящное лицо Энока, а потом снова на Диего.

—  Кстати, я слышала, что на Южном острове остались только Святая и наследный принц. С ними всё будет в порядке?

— Действительно жаль, но, Маргарет, тебе не о чем беспокоиться.

Слова Энока лишили меня дара речи, и я снова посмотрела на него. Он сел с выражением, не выражавшим никакого интереса к Асдалу и Юанне.

Господин главный герой, как вы можете вести себя так, будто вам это не интересно?! У Юанны есть ключ. Причина, по которой мы остались с ней на Южном острове, заключается в ключе.

Кроме того, мы решили искать Юанну. Значит, она должна быть в безопасности.

Диего, наблюдавший за происходящим, тихо заговорил:

— Я не знаю насчёт наследного принца, но Святая выживет.

—Почему вы так уверены?

— Она сказала, что уверена в этом. Она и правда умеет бегать и прятаться.

Не потому ли, что она из трущоб, где такие навыки просто жизненно необходимы? Слова Диего меня несколько убедили.

Затем послышался звук, Ынджи немного зашипела. Она была с Кайденом и Рузефом, а теперь вернулась ко мне.

Она заскользила вокруг моих ног, посмотрела снизу вверх и мило наклонила голову.

Внезапно у Диего начался сухой кашель. Он прикрыл рот покрасневшим лицом и посмотрел на Ынджи.

‘...верно, Диего любит милые вещицы.’

Ынджи не просто симпатичная, она самая симпатичная во вселенной, так что, похоже, Диего тоже ничего не может с этим поделать.

Однако, когда он увидел Ынджи на Южном острове, он не проявил такой реакции. Неужели он всё это время сдерживал себя от милоты?

Конечно, в отличие от прежнего его состояния, у Диего расслабленный вид. На Южном острове было трудно понять его эмоции, потому что атмосфера всё время была напряжённой.

— Не ожидал увидеть тебя здесь снова.

Диего посмотрел на Ынджи и пробормотал что-то, словно воссоединился со своей неразделённой любовью.

— Поскольку она запечатлелась на мне, конечно, она будет со мной.

— Понимаю...

Когда я взглянула на Диего, Ынджи последовала за мной и с интересом посмотрела на Диего.

Диего покраснел ещё сильнее. Он застенчиво взглянул на Ынджи, немного поколебался и осторожно протянул ей руку.

Но у Ынджи определённо нет руки, которую она могла бы протянуть.

‘Неужели он думает, что Ынджи – собака?’

Как и ожидалось, Ынджи взглянула на протянутую ей руку, затем снова посмотрела на Диего и наклонила голову.

Диего покраснел и застыл от удивления, когда его глаза встретились с глазами Ынджи. Затем он потёр своё красное лицо рукой.

— Мне очень жаль. Я знаю, что это выставляет меня ненадёжным рыцарем. Поэтому, когда я был со Святой, я старался, насколько это было возможно, не выставлять это на всеобщее обозрение. Но… мне действительно трудно сдерживаться, когда я вижу милые вещи. Простите.

Слушая признание Диего, я открыла рот, а затем снова закрыла его.

Есть так много вещей, которые я хочу сказать, что не знаю, с чего начать.

Затем Рузеф, отделивший меня от Кайдена, сел рядом.

Не растерявшись, Кайден вновь втиснулся между мной и Рузефом и сел.

Когда я устало вздохнула, на этот раз Энок внезапно поднял меня на руки и посадил к себе на колено. Вздрогнув, я обняла его за шею и посмотрела ему в лицо, когда он внезапно оказался ближе.

— К чёрту всё это, чёрт возьми. Это противозаконно. Я тоже хочу там посидеть.

Увидев это, Кайден присел на другую ногу Энока. Затем он бесстыдно наклонился ко мне.

Рузеф с отвращением уставился на то, что делал Кайден, и сел подальше от нас.

— Если ты не хочешь, чтобы было больно, избавься нас от себя, лорд.

Энок впился взглядом в спину Кайдена, но тот лишь фыркнул.

Зажатая между ними, я устало сказала:

— Отойдите, вы оба.

Кайден тихо встал, и Энок отпустил меня.

Я спокойно поправила свою одежду и тоже встала.

Рузеф спокойно сказал:

— Юная леди, я думаю, что я самый нормальный человек среди них. Пожалуйста, дайте мне знать, если вам понадобится моя помощь. Я посвящу себя служению, чтобы вы не чувствовали себя некомфортно.

Рузеф посмотрел на меня снизу вверх глазами истово верующего человека.

Посвятишь себя? Думаю, ты самый странный из всех.

Тем не менее, я подумала, что рядом с Рузефом будет безопаснее, чем с Эноком и Кайденом, поэтому я спокойно села рядом с ним. Рузеф гордо выпятил грудь в их сторону и сел поближе ко мне.

Наблюдая, как Диего и Ынджи без устали переглядываются, я посмотрела на костёр.

Рузеф спросил:

— Что вы собираетесь делать дальше? Вы идёте туда, где находится Святая, или в место, отмеченное звездой?

На вопрос Рузефа Кайден ответил:

— Мы были там.

— Что? Были?

Диего посмотрел в другую сторону, вероятно, удивлённый криком Рузефа.

Кайден объяснил, что произошло.

Удивлённые этой историей, Рузеф и Диего задавали много вопросов, но Энок ответил на все.

Благодаря этому я избавила себя от необходимости разговаривать и спокойно гладила Ынджи, которая лежала у меня на коленях.

— Мы собираемся навестить Святую и набрать припасов по дороге.

— Мы должны быть готовы.

Услышав мои слова, Рузеф решительно кивнул головой.

***

Диего и Рузеф сказали, что не могли нормально поесть, но, похоже, их желание поспать было сильнее аппетита.

Они вдвоём немного посидели перед пещерой, а в какой-то момент прислонились друг к другу и заснули.

— Наверное, вам было тяжело.

Я присела перед ними на корточки, затем Энок подошёл ко мне и взглянул сверху вниз на Диего и Рузефа.

Кайден, который рылся в его сумке, вытащил аптечку первой помощи.

— Я думал, он всё выбросит, потому что сумка тяжёлая, но он этого не сделал. К счастью, все лекарства а месте.

Кайден открыла аптечку и осмотрел содержимое. Почему-то это прозвучало так, будто он гордился Рузефом. Может у него появилась привязанность к нему за всё это время?

— Давай тоже поспим.

Услышав слова Кайдена, Энок огляделся и взял свой меч.

— Кто-то должен стоять на дежурстве, так что вам двоим следует сначала лечь.

Как раз в этот момент Диего, который, как я думала, заснул, открыл глаза. Затем он поспешно встал со своего места.

В результате Рузеф, прислонившийся к нему, вздрогнул и тоже открыл глаза.

— Я пойду. Дежурить.

Диего, который ещё не успел полностью очнуться, был немного потрёпанным. Но никто из нас не ответил ему.

Диего огляделся по сторонам и тихо открыл рот.

— Я знаю, это бесстыдно, но я хочу отплатить вам за вашу доброту.

Эти слова озадачили меня, поэтому я склонила голову набок.

— Когда мы сказали, что разрешаем?

Я ничего такого не имела в виду, просто на самом деле я никогда не говорила подобного.

Ой, неужели он неправильно понял, что я не позволяю ему присматривать за мной?

Диего прикусил губу и опустил голову.

— Даже вам не нравится, я буду стоять на дежурстве.

— Тогда будешь со мной, — сказал Энок, скрестив руки на груди.

Диего вновь потёр своё измождённое лицо и спокойно последовал за Эноком на выход из пещеры.

— Пойдём спать.

Кайден подхватил меня за руку. Рузеф, растерянно наблюдавший за происходящим, встал.

— Что это ещё такое?

— Тебя это не касается, продолжай сидеть здесь.

— Вы что, думаете, я какой-то сторожевой пёс?!

— Да.

Поскольку Кайден ответил, не раздумывая, покрасневшему Рузефу пришлось вновь сдержаться. Кайден лишь пожал плечами, ковыряя в ухе.

— Я знаю, ты благодарен мне за то, что я спас тебя.

При этих словах Рузеф внезапно склонил передо мной голову.

— О, я немного опоздал, но спасибо вам, юная леди Флоне. Спасибо вам за то, что спасли меня.

— А меня поблагодарить? Благодаря барьеру, который я создал, ты всё ещё жив.

— Барьер или ещё что-то… Вы бы даже не подумали спасти меня, если бы не юная леди Флоне, верно?

Кайден и Рузеф снова начали спорить. Я и так сильно устала, поэтому пошла в пещеру и легла на листья.

Кайден и Рузеф сначала просто наблюдали за мной, а затем подошли ближе.

— Маргарет, ты устала?

— Всё точно в порядке?

— Я устала, но мне становится ещё хуже от того, что вы шумите.

Они сразу же замолчали и мирно кивнули.

Кайден лёг рядом со мной, а Рузеф сел у входа.

— Маргарет, хочешь, я тебя обниму?

— Не подшучивай над юной леди. Когда Его Высочество прибудет, я доложу ему о вас.

Рузеф повернулся в нашу сторону, услышав слова Кайдена.

Кайден, протягивая ко мне руку, взглянул на него:

—  Доложишь? Каким образом? Ты работаешь на наследного принца?

Я вздохнула.

— ...может мне просто уйти?

Они снова замолчали.

Только тогда я смогла спокойно закрыть глаза.

И всё же я рада, что сегодня удалось встретиться с Рузефом.

***

Причиной, по которой я проснулась, был оглушительный рёв, разнёсшийся по всей округе.

Я в шоке открыла глаза, почувствовав, как сильно задрожала земля.

— Что происходит? — спросил я.

Кайден вскочил, вероятно, подумав о том же самом. Всё ещё ошеломлённая, я протёрла руками глаза и огляделась.

Вход в пещеру был прикрыт крупными листьями, а видимость была не лучшей. Полночь.

Рузеф, стоявший у входа, тоже лихорадочно озирался по сторонам ещё не до конца открытыми глазами.

Ынджи скользнула ко мне на плечо, обвиваясь своим телом вокруг моей руки.

— Что это за рёв?

Инстинктивно я схватила свою сумку, вытащила ракетницу и спросила Кайдена, пока заряжала магазин пулями.

— Ну...

— Разве это не монстр?

Рузеф устало нахмурился и зевнул. Похоже, он ещё не в состоянии осознать ситуацию полностью, поскольку ещё не полностью проснулся, как и я.

Кайден нахмурился и почесал затылок. Он расчистил листья, закрывавшие вход в пещеру, и огляделся.

— Куда делись наследный принц и командир рыцарей?

Энока и Диего, которые несли дозор, нигде не было видно.

— Ты можешь понять, что происходит с помощью магии? Например, использовать магию слежения.

Услышав меня, он немного подумал, а затем протянул мне руку.

— Я попробую. Дай мне свою руку.

Я протянула ему руку. Пока я держала его, изумрудный камень в кольце засветился зелёным, и под тем местом, где он сидел, появился волшебный круг с голубоватым свечением.

Вскоре челка Кайдена начала развеваться. Магический круг медленно исчез, просачиваясь в пол.

— Наследный принц и сэр Диего оба находятся где-то рядом? Но почему они порознь?

— Страшно это произносить.

Они вместе вышли на ночное дежурство, так почему же они в разных местах? Я заволновалась.

Кайден уставился на вход в пещеру, прикрытый листьями.

В этот момент раздался оглушительный рёв.

Потом что-то взорвалось и рухнуло, сотрясая землю.

— Разве не лучше выйти и посмотреть? — нервно спросил нас Рузеф.

— Эй, шавка, пойдём вместе. Оставайся здесь, Маргарет, это опасно.

Кайден толкнул меня в плечо. Покачав головой, я надела свою сумку, держа сигнальную ракету в руке.

— Давай пойдём вместе.

— Опасно.

— Магическое оружие более полезно, чем кинжалы. И тебе тоже понадобится моя мана.

Поскольку это правда, Кайден не мог мне возразить. Он посмотрел на меня, потом вздохнул.

— Тогда держись рядом.

— Я тоже иду, — сказал Рузеф, сидя на корточках у входа в пещеру и готовясь уходить.

— Не стой у меня на пути.

Рузеф держал рот на замке из-за безжалостных атак Кайдена. Его лицо выражало недовольство, но, в конце концов, он остался спокоен.

Мы смахнули листья, закрывавшие вход в пещеру. Снаружи было темно. Лунный свет тоже исчез, отчего стало ещё темнее.

Стоя позади Кайдена, я огляделась и заметила буквы, выгравированные на входе в пещеру.

«Алеа»

Алеа. Наверное, это написала Аната. Дженас сказал, что Аната изучала корейский язык.

Почему Алеа? Почему это выгравировано именно здесь?

Из того, что я предполагала до сих пор, кажется, что слово «Алеа» было выгравировано везде, к чему прикасалась рука Дженаса: ракетница, хижина, утёс и т.д.

Тогда, может быть, эта пещера тоже то место, где раньше жил Дженас? Если нет, то она создана для экспериментов?

Земля снова содрогнулась.

Я чуть не потеряла равновесие и не упала, но Кайден удержал меня, схватив за талию.

— Я не знаю, что, чёрт возьми, происходит, — пробормотала я, выпрямляясь.

Затем я зарядила ракетницу и направила её вверх.

— Не знаю, где остальные, но нужно послать сигнал.

— Звучит рискованно, — сказал Рузеф, осматриваясь вокруг.

Я спокойно возразила на его заявление.

— Наше местоположение будет раскрыто, но у нас есть барьер, так что монстры нас не увидят. Если после отправки сигнала никто не придёт, то мы выйдем за наружу.

Кайден кивнул головой в знак согласия.

Я опустила курок и нажала на спусковой крючок.

Поднялся красный дым, оставляя длинный хвост высоко в небе.

Вскоре чёрное небо украсили красные фейерверки.

Но даже по прошествии некоторого времени лес оставался безмолвным.

‘Придётся идти.’

С такими мыслями я осторожно приблизился к барьеру.

Раньше было хотя бы немного лунного света, так что в какой-то степени можно было что-то разглядеть, но сейчас вокруг совершенно темно. Мне показалось, что на мою голову упала чёрная тень.

— Чёрт, что это?

Услышав негромкую ругань Кайдена, я подняла голову и встретилась взглядом с большими, ярко-жёлтыми зрачками.

Над пещерой нависала огромная голова анаконды.

Она отличалась по размеру от анаконд на Южном острове. Эта в три раза больше.

Не будет преувеличением сказать, что это дракон, а не анаконда.

В начале я забыла, как дышать.

Анаконда с ярко-жёлтыми зрачками смотрела вниз через барьер, как будто что-то искала. К счастью, она, казалось, не видела, что мы стоим внутри барьера.

— Может быть, Дженас наблюдает за нами?

Кайден осторожно взял меня за руку и сказал:

— Маргарет, позволь мне позаимствовать немного твоей маны.

Тихо прошептав что-то, он сел и начал чертить прутиком магический круг на земле. Может быть, он использовал магию, чтобы укрепить барьер.

Вскоре после этого от барьера начал исходить мягкий свет.

Анаконда, которая пристально смотрела на него, вяло повернула голову при звуке доносящегося откуда-то крика.

В конце взгляда анаконды была маленькая серебристая змейка.

— Что, когда ты успела...!

Минуту назад Ынджи была у меня на плече! Я уже собиралась подбежать к ней, но Кайден схватил меня за запястье.

— Нет, там опасно.

Я один раз взглянула на Кайдена и поспешно перевела взгляд обратно на Ынджи.

В этот момент показалась ещё одна анаконда, поднимающаяся в небо, её голова высунулась из кустов вдалеке.

А с ней появились Энок и Диего.

Диего болтался, его одежда зацепилась за острые зубы анаконды, а Энок карабкался по серебристой чешуе анаконды и изо всех сил пытался перелезть через её туловище.

— Что это? Что вообще происходит!

— Можешь что-нибудь сделать с помощью магии?

— Если хочешь, чтобы я использовал магию ради этого, ты можешь упасть в обморок. Я и так взял кучу маны.

Как сказал Кайден, он использовал мою ману для создания барьера и применил её ещё, чтобы поддерживать и укреплять его.

Откуда-то донесся ещё один рёв.

Кажется, монстров стало больше. У нас не так много времени.

Я повернулась к Кайдену и спросила:

— Кайден, ты мне доверяешь?

— Что?

— Присмотри за Ынджи, пока поддерживаешь барьер с архиепископом. Доверься мне и жди.

Сказав это, я выбежала за барьер.

— Что?! Маргарет!

Не обращая внимания на крики Кайдена, я ступила на наклонную землю и выбралась из пещеры.

Анаконда, склонившаяся над пещерой, заметила мои движения и уже начала поворачивать голову в мою сторону.

— Квааа!

Энджи издалека осветила окрестности огненным шаром. Анаконда развернулась в её сторону.

Наблюдая, как Энок и Диего сражаются с другими анакондами вдалеке, я вскарабкалась на огромное тело змеи передо мной.

Из-за скользкой чешуи взобраться было непросто, но так как анаконда почти не двигалась, я благополучно добралась до её головы.

Встав на одно колено на голове анаконды, я посмотрела на Энока и крикнула:

— Энок! Отойди!

Энок, яростно вонзивший меч в голову анаконды, повернулся ко мне. Он быстро вытащил меч и спрыгнул вниз.

Я навела сигнальный пистолет на туловище анаконды, стараясь не задеть голову Диего, и нажала на курок.

— Пух! Бум!

Туловище анаконды разорвалось после прямого попадания горящей пули. Она забилась в агонии, выкрикивая пронзительный вопль, и, скручиваясь, сорвала одежду Диего, зацепившуюся за её зубы, из-за чего он упал.

Не успев проверить, жив Диего или нет, я почувствовала, как анаконда, на которой я стояла, начала двигаться.

Если Дженас наблюдает за нами через глаза этих анаконд...

Если он действительно создатель этого острова...

Я должна показать ему.

Что бы он ни задумал, ничего не выйдет так, как он хочет.

— Чёрт, я не собираюсь просто так погибать.

Я быстро перебралась на голову анаконды, спустилась к её пасти и, в момент, когда она раскрыла челюсти, поставила ногу на нижние зубы, схватилась за верхние, навела пистолет ей в глотку и выстрелила.

— Пух!

— Буум!

От отдачи меня отбросило, и боль пронзила всё тело.

Её голова разорвалась, и в воздухе распространился фиолетовый газ с затхлым запахом, который мне пришлось вдохнуть.

Однако у меня не было возможности размышлять об этом, пока я падала на землю.

Кто-то успел поймать меня, когда я, зажмурившись, готовилась удариться о твёрдую землю. Это были Энок и Кайден.

Двое мужчин, раскинув руки, поймали меня и в панике смотрели на меня. Спина немного болела, но я была жива.

О судьбе Диего пока ничего не было известно, но остальные, кажется, в безопасности.

— Хорошо.

Конечно, везёт им, а не мне.

Вокруг меня, казалось, витал фиолетовый дым с затхлым запахом. Голова кружилась, а в животе подкатывала тошнота.

В конце концов, я потеряла сознание на руках у Энока и Кайдена.

Когда я очнулась, стоял полдень, и солнце палило невыносимо.

Я лежала на мягких листьях, а край мантии Кайдена был бережно накинут на мои плечи. Похоже, я отключилась от накопившейся усталости. Тело было тяжёлым, словно вата, пропитанная водой, и я не могла подняться.

— Голова раскалывается...

От пульсирующей боли кружилась голова. Сознание было затуманенным.

Откуда-то шёл отвратительный запах.

— Что это ещё за вонь?

Точно такой же, как тот, что я вдохнула перед тем, как потерять сознание.

Казалось, воздух наполнен дымкой, пахнущей гнилыми грибами.

Мне хотелось узнать, все ли в порядке, но ещё больше — избавиться от этой тошнотворной головной боли. В итоге я закрыла глаза, чтобы поспать ещё немного.

Тогда сзади послышался тихий шум. Все, похоже, сидели позади меня.

— Маргарет, ты проснулась?

— Не думаю.

Голоса Кайдена и Энока звучали один за другим. Вместе с шорохом раздавался треск горящих дров.

— Сэр Диего?

— Он ещё не пришёл в себя.

Рузеф ответил на вопрос Энока. После того, как Диего упал на землю, я не смогла проверить, жив ли он, но, похоже, его состояние серьёзное.

Мне хотелось проснуться и узнать подробности, но веки и тело были тяжёлыми. Так что я могла только слушать их разговор.

— Что, чёрт возьми, произошло? — спросил Рузеф.

Энок спокойно объяснил:

— Пока мы осматривали барьер, сэр Диего и я столкнулись с группой анаконд. Они, казалось, что-то искали. Это не их естественная среда обитания, но, думаю, это уже неважно, учитывая, как они эволюционировали.

Рузеф сказал:

— Я давно об этом думаю, но монстры особенно агрессивны по отношению к юной леди Флонэ. Интересно, не из-за ли неё они сюда пришли? Не то чтобы я её обвиняю, просто любопытно. Почему так?

После вопроса Рузефа воцарилась долгая тишина, и только треск горящих дров нарушал её.

Спустя некоторое время первым заговорил Кайден:

— Маргарет действительно подозрительна. Сначала я подумал, что она может быть шпионом под маской Маргарет.

— Звучит правдоподобно. Юная леди Флонэ действительно изменилась настолько, что её можно считать другим человеком.

Слушая слова Рузефа и Кайдена, я затаила дыхание.

Я ожидала, что они будут подозревать меня, и в какой-то момент даже пыталась сбежать одной.

Однако я думала, что этап подозрений давно прошёл, пока мы жили вместе...

Видимо, я была слишком беспечна.

После слов Рузефа Кайден понизил голос ещё больше.

Из-за этого я не могла разобрать его слова. Бесило, что разговор обрывался.

— Когда придёт время... очевидно, Маргарет — ключ...

Услышанное звучало зловеще.

— Подозрительно, что она свободно обращается с магическими инструментами... честно говоря, даже восточные языки...

— ...возможно, самый опасный человек — это Маргарет...

От обрывочного разговора у меня пересохло во рту.

— ...временно заблокировав ману Маргарет...

— Проверим...

Последующая беседа была просто невероятной.

Казалось, мозг отключился.

Неужели это разговор тех, кого я знаю? Может, мне это снится?

Нет, наверное, я ослышалась. Не может быть, чтобы мужчины, проявлявшие ко мне безграничное доверие, вдруг решили проверить меня из подозрения и сказали, что убьют.

Я, должно быть, ошибаюсь, это очевидно.

— Как заблокировать ману...

Но последующие разговоры только усилили мою тревогу. Теперь было непонятно, кто что сказал.

Мои губы дрожали. Запах гнилых грибов заполнял нос, а разум затуманивался.

— Магический артефакт, который дал ей кронпринц Артдал...

— ...чтобы заманивать монстров... после подтверждения, что тест сработал... просто убить...

Подождите, что?

Что я сейчас услышала? Вы хотите использовать меня как приманку для монстров, а потом убить?

— ...согласен с лордом... ...заблокировать... Маргарет... ...когда она проснётся завтра... попробуем.

На этом разговор закончился.

Мне хотелось списать всё на недоразумение и спросить их, о чём они говорили.

Однако казалось, что крошечный уголёк внутри меня разгорелся.

— Неизменный закон.

Как бы ни отклонялся сюжет, в конце всё равно всё пойдёт по оригиналу.

Возможно, мне было суждено погибнуть от рук мужчин, просто другим путём.

...нет, возьми себя в руки.

Сознание затуманено, но Кайден и Энок, которых я знаю, не могут так поступить. Никогда.

Они проявляли ко мне сильную веру и доверие ещё вчера. Да, этого не может быть.

— Однако, если их загнать в экстремальные условия и подвергнуть смертельной опасности, не может ли их суждение мгновенно помутиться?

Такие мрачные мысли не давали покоя.

— Посмотрим завтра по обстановке и спросим напрямую.

Кайден и Энок, которых я знаю, наверняка рассмеялись бы и назвали это чушью. А потом обняли бы, сказав, чтобы я не волновалась.

От этой мысли стало легче. Я тихо заснула.

На следующее утро голова всё ещё болела. Кончик носа по-прежнему ощущал вонь, которую я почувствовала вчера.

Я огляделась, но не нашла источник запаха.

— Может, это мне кажется?

Зевнув, я нахмурилась. Возможно, мои чувства обострились, и вчера мне приснился странный сон.

— Да, всё, что я слышала вчера, должно быть сном.

Я пыталась думать так, но атмосфера была необычной.

Энок всегда был человеком, чьи намерения трудно читать по выражению лица. Но было очевидно, что Рузеф и Кайден смотрят на меня с подозрением.

Рузеф, пристально наблюдающий за мной, Кайден, внимательно изучающий меня, и Диего, всё ещё лежащий с закрытыми глазами, его тело обмотано бинтами.

Я не чувствовала, что сейчас подходящая атмосфера, чтобы спрашивать о вчерашнем разговоре.

— Маргарет, ты в порядке?

Ко мне подошёл Энок. В тот же момент жуткая головная боль вернулась, и зрение помутнело.

На голове Энока, смотрящего на меня, внезапно выросли странные рога. Его лицо исказилось, губы разорвались по щекам в жуткой улыбке.

Энок и Кайден спали в разных позах, их ноги были привязаны к веткам, а верхняя часть тела опиралась на них.

Я открыла глаза, почувствовав слабый восход солнца.

Я не могла спать на деревьях вот так, избегая чудовищ вечно.

– Лучше найти источник чудовищ и истребить их.

Разве это не остановит Дженаса от слежки за нами глазами чудовищ?

Ынджи, свернувшаяся калачиком у меня на коленях, сонно открыла глаза и подняла голову. Я погладила её по голове и спокойно огляделась.

Энок и Кайден, возможно, потому что не спали прошлой ночью, сегодня, казалось, крепко спали, даже в своих неудобных позах.

Я достала из сумки через плечо блокнот с чьим-то дневником. Я внимательно просмотрела его ещё раз. В хижине я не рассматривала его внимательно, боясь, что Дженас может вернуться. Я бегло просмотрела его раньше, поэтому ожидала этого, но там было ещё больше записей, написанных настолько небрежно, что они были неразборчивы.

Однако я ахнула от удивления, обнаружив среди них одну фразу.

– Спасибо, Аната.

Аната? Если Аната, то, возможно, сестра Дженаса? Я подозревала, что этот дневник могла написать сестра Дженаса, но, видимо, нет.

Итак, без каких-либо доказательств, может ли Юанна быть владелицей дневника, как подсказывает моя интуиция?

– Но имя Юанны просто смешное. Кажется, события, описанные в этом дневнике, произошли уже в прошлом, а Юанна проснулась на острове примерно в то же время, что и мы.

Внезапно мне пришла в голову мысль, что – место, о котором она мне рассказывала, упомянутое владелицей блокнота, может быть бункером. – Она, упомянутая здесь, может быть Анатой.

В этот момент я услышала шорох и увидела, как поднялся Энок.

– Ты проснулся?

Я сложила блокнот и слегка улыбнулась ему. Он, умывавшийся с усталым выражением лица, вздрогнул и посмотрел на меня. Затем он внезапно встал и хриплым голосом рассмеялся.

– Маргарет.

– Да?

– Я только что звал.

– Да...?

– Ты так красиво улыбаешься с самого утра.

Он снова погладил лицо, небрежно заговорил и потёр затылок, чувствуя, как он затек. Прямота его слов на мгновение лишила меня дара речи.

– Эм...

В этот момент Кайден зевнул и проснулся.

– О, как же это неудобно.

Энок выглядел так, будто ничего не произошло, но Кайден жаловался на дискомфорт во время сна. Однако я полностью с ним согласилась, поэтому присоединилась к его жалобам.

– Кстати, вот что я нашла в хижине Дженаса. Хочешь почитать? Хотя это не очень полезно.

Я протянула Эноку блокнот, который держала в руках. Энок уставился на меня, его взгляд был прикован к блокноту, словно он недоумевал, что происходит.

Я была уверена, что он видел этот блокнот в прошлый раз, когда доставал свою аптечку.

Но он ничего не сказал. Ждал ли он, пока я заговорю?

– Кто это написал? И кто эта – она, о которой ты говоришь? Думаю, она одна из спутниц Дженаса. Главный ключ? Это тот ключ, который был у Святой?

Пока Энок оставался спокойным, Кайден, уже взяв записную книжку и изучив её, спросил меня. Я спокойно объяснила свою догадку.

– Я не знаю, кто владелец записки, но думаю, что упомянутая в ней – она – это, вероятно, Аната. А – место, о котором она мне рассказала, похоже, отмечено на карте.

Я подперла подбородок рукой и вздохнула. После того, как Энок с опозданием забрал записку у Кайдена и изучил её, он ответил:

– Более того, мне нужно пойти и найти это место на карте.

– У меня действительно много вопросов. Тогда пошли. Нам нужно как следует раскрыть секреты этого острова и понять, как нам сбежать.

Кайден вздохнул в ответ на слова Энока, и я кивнула в знак согласия.

– Тогда пошли.

С этими словами мы снова отправились на поиски бункера. Я развернула карту и пошла, затем заметила, что Кайден идёт с пустыми руками.

– Кайден, где твоя сумка? Кажется, там были оставшиеся бомбы.

– О, Ттаккар не заберёт её? Я оставил её там. Нельзя же плавать с сумкой на спине, верно?

Услышав спокойные слова Кайдена, я задумалась о весе сумки. Она казалась тяжелее, чем я думала. Сможет ли Рузеф действительно её нести?

– Где вы планировали встретиться с епископом?

– А? Мы ведь не планировали встречаться?

Услышав слова Кайдена, я потеряла дар речи.

Рузеф не смог бы выжить в одиночку. Не знаю, как другие, но мне бы пришлось о нём позаботиться, не так ли? Я немного волновалась за этого человека.

– Вероятно, он с сэром Диего. Поскольку наследный принц и Святая Дева остались на Южном острове, он, скорее всего, пытается встретиться с ними.

Кайден кивнул в знак согласия со словами Энока.

– Или мы можем прийти в место, отмеченное звёздочкой на карте. Думаю, хижина, которую мы искали, как раз отмечена этой звёздочкой.

Было ясно, что хижина Дженаса находится именно там, где была звёздочка на карте.

– А что, если наши пути разойдутся?

– И что нам делать? Мы идём своим путём. В конце концов, мы изначально не были частью их группы, – спокойно сказал Кайден.

– Если быть точным, то и лорд не был частью нашей группы, – тихо произнёс Энок, шагавший впереди. В ответ Кайден, переполненный эмоциями, заявил, что он теперь в нашей группе, и словесная перепалка между двумя мужчинами возобновилась.

Я решила отмахнуться от их нервного напряжения, посчитав его просто шумной фоновой музыкой.

– Меня больше раздражает, когда меня постоянно одёргивают.

После такого перехода я была измотана и голодна.

Если подумать, я ничего толком не ела с тех пор, как была в хижине Дженаса. Поблизости не было долин, поэтому я лишь наспех набила желудок ягодами.

– Кайден, ты не голоден?

– А? О, точно. Я голоден. Немного устал.

Кайден, должно быть, тоже ничего не ел весь день в тумане. Тут остановился Энок.

– Кажется, там что-то есть.

Я посмотрела в том направлении, куда указал Энок. У подножия невысокого холма виднелась огромная, в человеческий рост, куча листьев, словно скрывавшая что-то важное.

Энок остановил меня и твёрдо покачал головой.

– Маргарет, ты останешься здесь. Лорд?

– Да-да, конечно, я присмотрю за Маргарет.

Кайден обнял меня за талию сзади и положил подбородок мне на плечо.

Энок выглядел недовольным, но неохотно вытащил свой длинный меч и отвернулся.

Оба стали значительно более опекающими с тех пор, как я утонула в реке и исчезла. Но пока меня это не слишком беспокоило, поэтому я послушно осталась с Кайденом, как велел Энок.

Энок медленно подошёл и разгрёб листья. Открылся вход в небольшую пещеру.

– Что?

– Что это? Похоже, здесь кто-то жил? – воскликнула я от удивления, и Кайден, подняв голову, пробормотал в ответ.

То, что по всему острову остались следы чьего-то проживания, было и хорошо, и плохо одновременно. Непонятно, сбежали те люди или погибли.

– Или, может быть, Дженас жил здесь тысячу лет и просто перенёс своё жилище?

Энок, убрав листья, слегка наклонился, чтобы заглянуть внутрь. Небольшая пещера, врезанная в склон холма, была не очень глубокой, но достаточно просторной, чтобы в ней могли лечь четверо взрослых.

– Мы очень устали и голодны, поэтому лучше всего будет восстановить силы здесь сегодня.

Энок огляделся и, выпрямившись, сказал нам:

– Думаю, всё будет в порядке, если мы поставим барьер и будем спать внутри.

Оба мужчины согласно кивнули. Мы решили остановиться здесь на день.

– Маргарет, здесь грязно, подожди минутку.

Как только я собралась войти в пещеру, Энок остановил меня. Затем я увидела, как он усердно убирает её вместе с Кайденом.

Я с некоторым любопытством наблюдала за происходящим. Маргарет, конечно, была дворянкой, но Энок – наследным принцем империи, а Кайден – лордом Волшебной башни. – Вы отлично справляетесь с уборкой.

Это была не шутка. Эти двое действительно отлично убирались. Возможно, потому что они от природы очень аккуратны.

Они смели пыль и грязь внутри пещеры, подготовили мне место, чтобы лечь, и разложили листья и мох, сделав удобную постель.

– Маргарет, ты в порядке? Садись сюда.

Кайден осторожно отвёл меня внутрь. Со стороны могло показаться, что я серьёзно ранена.

– Я пойду на охоту. Господин, вам следует остаться здесь и охранять Маргарет.

Энок стоял у входа в пещеру с мечом в руке. Кайден, взяв меня за руку и нарисовав в воздухе магический круг, кивнул. Я посмотрела на Энока с обеспокоенным лицом.

– Будь осторожен. Чудовища нападают даже днём.

Энок слабо улыбнулся моим словам и кивнул.

– Не о чем беспокоиться.

– Верно. Думаю, нам не стоит беспокоиться об этом чудовище, – быстро добавил Кайден, завершая магический круг и наполняя его маной. Энок взглянул на Кайдена, а затем отправился на охоту.

Мы опустили большие листья, прикрывавшие вход в пещеру, и устроились внутри. Серебристая Ынджи сползла с моего плеча и свернулась клубком на полу.

– Кто же здесь жил?

Наконец спокойно осмотрев пещеру, я заговорила. Кайден раскалывал кинжалом кокос, подобранный под ближайшей пальмой. Он взглянул на меня и начал говорить:

– Может, здесь жил Дженас? До того как построил ту хижину?

Я взяла у него кокос, отпила и кивнула.

– Возможно. Или, может быть, до нас были другие выжившие. Если этот остров действительно экспериментальный, то мы, возможно, не первые, кто попал сюда в качестве подопытных. Ведь острову уже тысяча лет.

Услышав мои слова, Кайден замер, потягивая кокосовый сок. Он повернулся ко мне с мрачным выражением лица. Я пожала плечами и продолжила:

– Хижины на Южном острове и все эти следы человеческого обитания могли быть оставлены людьми, подобными нам, которых похитили и привезли сюда.

– Это настолько правдоподобно, что становится жутко, – ответил Кайден, нахмурившись.

После этого мы на мгновение замолчали, погрузившись в свои мысли.

– Что это за эксперимент? Какова его цель?

Пока я размышляла об этом, голос Кайдена прозвучал прямо надо мной. Я повернулась к нему.

– Знаешь, Маргарет. То, что ты сказала вчера вечером… это не было шуткой.

Его лицо было на удивление спокойным и невозмутимым.

– Если мы сбежим с острова… останемся ли мы такими же, как сейчас?

И тут, неожиданно, он задал сентиментальный вопрос. Тот самый, который я всегда хотела ему задать.

Когда эффект шаткого моста пройдёт, и мы вернёмся к нормальной жизни, всё может измениться.

Поэтому я ответила как можно более бесстрастно.

– Мой ответ тот же. Нам просто нужно выбраться и узнать, не так ли?

Я – Маргарет, и я – не Маргарет.

Если я сбегу с острова, может сработать закон причинности, и я могу умереть. И невозможно предсказать, что произойдёт на этом острове.

Но если бы я действительно могла стать Маргарет…

– Но я хочу, чтобы всё осталось так, как сейчас. Чтобы ничего не изменилось.

Кайден на мгновение испуганно посмотрел на меня. Затем он фыркнул, рассмеялся и отвернулся.

– Я тоже хочу быть с тобой – с такой, какая ты есть сейчас.

Кайден улыбнулся мне. Было приятно это слышать. Так и есть. Это мысль утешала.

Энок поймал двух больших птиц. Благодаря этому у нас был сытный ужин. Ынджи развела для нас костёр, что было очень кстати.

– Маргарет, отдохни.

После ужина я собралась убирать, но Энок резко остановил меня.

– Да, Маргарет. Отдохни, – Кайден, видимо соглашаясь с Эноком, отстранил меня.

Я не убирала пещеру, не застилала постель и не готовила еду, но Энок и Кайден были достаточно любезны, чтобы позволить мне отдохнуть и не перенапрягаться.

Они, должно быть, были ещё более измотаны после сражений с монстрами и блужданий в тумане, но ни разу этого не показали.

– Прости…

Я задумалась, могу ли я чем-то помочь, но решила, что лучше всего просто отдохнуть и восстановить силы, поэтому отбросила все мысли и прилегла в пещере.

Гррр!

Среди ночи меня разбудил громкий рёв, донёсшийся откуда-то издалека. Энок и Кайден, усердно убиравшие территорию перед пещерой, настороженно посмотрели в сторону леса.

– Что? Чудовище?

Услышав моё испуганное бормотание, Энок и Кайден мгновенно схватились за мечи. Они встали передо мной, преграждая путь, и настороженно наблюдали за лесом.

На всякий случай я достала из сумки через плечо сигнальную ракету. Ынджи тихо подползла ко мне и обвилась вокруг руки.

– Барьер ещё держится?

На мой вопрос Кайден взглянул на пол и кивнул.

– Не волнуйся. Его не так-то просто сломать.

По крайней мере, это было облегчением. Мы все затаили дыхание и уставились в тёмный лес.

А-а-а!

Издалека послышался мужской крик. Слабый сначала, он становился всё ближе.

– Что случилось? Этот голос кажется знакомым…, – пробормотал Кайден, склонив голову набок.

И вскоре мы узнали, чей это был знакомый голос.

Сквозь лунный свет, пробивавшийся сквозь темноту, мы увидели прядь волос цвета морской волны.

Из чащи появился мужчина в грязных, забрызганных грязью епископских облачениях.

Это был архиепископ Рузеф.

Он бежал изо всех сил в нашем направлении. Позади него, отбиваясь от роящихся монстров и снова догоняя Рузефа, бежал Диего.

– Разве это не таккар?

– Думаю, да.

Я с удивлением обнаружила, что Рузеф постепенно приближается к нам.

«Вы же не видите нас снаружи, правда?»

Кайден кивнул в ответ на мой вопрос.

«Верно. Не видим».

Но Рузеф бежал прямо в нашу сторону. На плече у него была большая сумка, из-за чего он выглядел невероятно уставшим.

Он едва успел остановиться перед барьером, глубоко вздохнул и повернулся лицом к монстрам, идущим следом. Похоже, мы на самом деле не были невидимыми.

Если подумать, Рузефу повезло больше всех. Он бежал в направлении нашего барьера, прямо перед Кайденом.

И он был прямо перед Кайденом, спиной к нему.

Кайден безучастно смотрел на спину Рузефа.

«Кайден».

Я окликнула его, удивляясь, почему он не взял с собой Рузефа. Только тогда он схватил Рузефа за затылок и затащил его в барьер.

«Уф! Что, что, что…!»

Рузеф, упавший на ягодицы, заметил Кайдена и удивлённо уставился на него. Он выглядел так, словно увидел призрака.

Я приложила указательный палец к губам, чтобы заставить его замолчать, затем повернулась к Диего.

Диего оглядывался в поисках Кайдена, который внезапно исчез. За ним следовали три странно выглядящих монстра.

Я открыла магазин своего сигнального пистолета, проверила патроны и зарядила его.

«Я выйду и посмотрю».

«Ни в коем случае».

«Я справлюсь».

Я твёрдо ответила Кайдену, который пытался меня отговорить, и вышла из барьера. Энох без колебаний последовал за мной и встал рядом, обеспечивая прикрытие.

Кайден, не в силах последовать за мной, потому что охранял барьер, нахмурился.

Я окликнула Диего, который стоял там, спиной к Кайдену, в полном недоумении.

«Сэр Диего!»

Он выглядел испуганным, увидев нас.

«Идите сюда!»

Он на мгновение замешкался, услышав мой зов, затем стиснул зубы и побежал к нам.

Я схватила его за руку и с помощью Силы отбросила в барьер. Затем я опустила курок на сигнальной ракете, прицелилась в приближающихся монстров и нажала на курок.

Бум! Бум!

Вспышка пламени разнесла повсюду раздробленные трупы монстров. Энох, всё ещё держа меня, прыгнул в барьер.

Я едва успела спастись.

Я вздохнула с облегчением, поблагодарила Эноха и посмотрела на двух мужчин на земле, их лица были бледными.

Диего и Рузеф выглядели совершенно измождёнными, словно не выпили ни глотка воды.

Рузеф, сидевший с бледным лицом, встретил мой взгляд сияющим, как цветок, взглядом.

Его движения, когда он, взмахнув куском стула, приблизился ко мне, были нежными и хрупкими, как крылья бабочки.

«Ён-э! Ты в безопасности!»

Он тут же обнял меня.

Сила, с которой он держал меня, ничем не отличалась от силы любого крепкого мужчины.

Тело Рузефа слегка дрожало от тревоги, когда он так крепко обнимал меня, что чуть не рассыпалось. Я глубоко вздохнула, затем, испугавшись его дрожи, спросила:

«…Ты плачешь?»

«Я не плачу».

Кайден, стоявший позади меня, расхохотался, возможно, увидев лицо Рузефа. Его весёлый смех мгновенно разрядил тяжёлую атмосферу.

«Эй, ттхакарри. Это так смешно, когда ты плачешь».

«Заткнись, ты, нецивилизованный колдун».

Рузеф обрушил на Кайдена поток резких слов и медленно отпустил меня.

Я воспользовалась случаем, чтобы рассмотреть лицо Рузефа. Его глаза действительно были красными. Это было похоже на то, как если бы я нашла и принесла домой бездомного кота, и моё сердце сжалось от боли, почти от жалости.

«Ты в порядке?»

Рузеф прикусил нижнюю губу и кивнул в ответ на мой вопрос. Его выражение лица было совершенно опустошённым, словно плотина прорвалась от такой скорби.

«Я скучал по тебе. Я рад, что ты в безопасности».

Священник Бога, который говорил о недоверии к человечеству, посмотрел на меня глазами, полными глубокого доверия.

Меня немного удивил прямой смысл в его глазах.

Он иногда выражал свою веру в меня, но я не думаю, что он когда-либо признавался в своих чувствах так прямо.

«Энох или Кайден — это одно, но разве Рузефу я нравилась просто потому, что я его так хорошо кормила?»

Кайден, который до этого спокойно наблюдал за мной, вдруг нахмурился и сердито посмотрел на Рузефа.

«Кто ты такой, чтобы хотеть видеть нашу Маргарет?»

«Пожалуйста, заткнись».

Конечно, Кайден на этом не остановился. Он был занят тем, что издевался над Рузефом, как рыба в воде. Рузеф, с яростным выражением лица, отвечал на каждый аргумент Кайдена, но на мгновение, наконец, сдался, выглядя раздражённым, и повернулся ко мне.

Наконец, он, должно быть, слишком поздно заметил мой наряд, и его глаза расширились от удивления.

«Ён-э, что не так с твоей одеждой! Где ты оставила её недоделанной…?!»

«Недоделанной? Так и должна выглядеть одежда. Ты слишком строг. Полагаю, мне придётся наблюдать за этой реакцией у всех оставшихся людей. Почему-то мне уже начинает становиться скучно».

«Я подняла это». «Я не могу надеть это платье».

«Что…?! Это же абсурд…»

«Не беспокой Маргарет».

К счастью, Кайден прервал Рузефа в самый подходящий момент. Но второй раунд этого детского спора начался снова, и я покачала головой и повернулась к Диего.

Диего встал и молча поправил одежду, сливаясь с фоном, словно тень.

Он стоял там, словно неуместный кусочек пазла для нашей группы, то присутствуя, то отсутствуя.

«Ты в порядке?»

Диего, который до этого стоял спокойно, повернулся ко мне на мой вопрос.

Он на мгновение взглянул на мою одежду, а затем быстро отвернул голову. Я видела, что его мочки ушей были ярко-красными.

«Прости. Я не хотел тебя видеть… Прости меня…»

Диего продолжал бормотать, затем нахмурился, словно ненавидел себя, и прикусил нижнюю губу.

«Почему все мужчины здесь такие угрюмые?»

Хм… Футболка была немного тонковата. И короткая, так что живот был хорошо виден.

В этот момент вернулся Энох, проверив, не появились ли ещё монстры вокруг барьера.

Он смело расстегнул верхнюю пуговицу рубашки одной рукой, словно чувствуя себя немного задыхающимся. Затем он поднял подбородок и посмотрел на Диего несколько властным взглядом.

«Ты жив», — сказал Энох, его голос дрожал от неодобрения, словно он был удивлён, что Диего всё ещё жив.

Его холодный голос доказывал, что он не одобрял грубое поведение Диего.

Только после появления Эноха покрасневшее лицо Диего успокоилось. Он спокойно кивнул… Словно предвидя реакцию Эноха, он опустился перед нами на колени и склонил голову.

«Я глубоко сожалею о своих глупых поступках. Я просто рад, что вы оба в безопасности».

Это было ясное объяснение и искупление, а также взвешенный жест.

Конечно, я не собиралась его прощать. Я никогда и не считала его своим человеком.

Когда я смотрела на Диего с некоторой выжидательной натурой, Энох вздохнул.

«Надо будет посмотреть, действительно ли ты так думаешь».

Энох безжалостно ответил, а затем посмотрел на меня, словно передавая разговор мне. Поэтому я спокойно задала Диего свои вопросы.

«Что здесь происходит? Как мы дошли до этого? Нас что, преследовало чудовище?»

Диего медленно поднялся, его лицо было сухим, и он устало вздохнул.

«Ну…»

Он начал спокойно объяснять.

После того, как мы втроём упали в реку, они обменялись знаками с Артдалом, который был на другом берегу. Они договорились встретиться в месте, отмеченном звездой, к западу от северного острова.

Итак, они направились на запад вместе с Рузефом, и по пути встретили чудовище. Оказывается, чудовища обладали разумом, преследуя Рузефа и Диего днём и ночью.

Они провели несколько дней без нормального сна и еды.

Услышав это, мне стало немного жаль их.

«Им было хуже, чем мне, не так ли?»

Мне казалось, что моё положение, после того как меня приютил Зенас, было лучше.

«Но это что, барьер?»

Рузеф открыл рот, с любопытством ожидая, закончился ли спор с Кайденом.

Барьер был прозрачным, поэтому невидимым, но когда он поднёс руку ближе, то увидел голубоватое свечение и активацию барьера.

Кайден, сидя на полу и подперев подбородок рукой, наблюдал за Рузефом, пока тот говорил.

«Будь осторожен. Если дотронешься до этого, на тебя наложат проклятие».

«Уф! Серьёзно?»

Рузеф потянулся к барьеру, но споткнулся и упал на ягодицы.

Мы на мгновение замолчали, наблюдая за Рузефом. Я знала это, но Рузеф казался таким простодушным. Возможно, поэтому Кайдену нравилось дразнить его.

Я приготовила костёр с Энохом. Кайден заверил меня, что не стоит беспокоиться о дыме, так как мы находимся внутри барьера, поэтому я попросила Ынджи зажечь его.

Когда огонь разгорелся, Диего, который до этого молча наблюдал за нами, посмотрел на меня со слезами на глазах. Его лицо было таким же грустным, как у ребёнка, вспоминающего прошлое.

Энок, тихонько помешивавший дрова, неодобрительно поднял брови и закрыл мне глаза.

– Маргарет, у тебя такое измождённое лицо. Не смотри на меня так.

Как он может так на меня смотреть? Даже Энок, зрелый и благородный человек, иногда вёл себя по-детски.

– Это недоразумение. После нескольких дней без огня я рад тебя видеть…

Услышав ответ Диего, я тихонько оттолкнула руку Энока от своих глаз.

Затем я увидела лицо Диего, который смотрел на костёр благодарным взглядом. Казалось, он даже не мог разжечь огонь, путешествуя с Рузефом.

– Неужели ты не умеешь разводить огонь, Кайден?

– Я сам никогда этого не делал.

Если подумать, у Юанны и её группы не было никого, кто умел бы разводить огонь, поэтому они выживали за счёт случайно найденных хворостин.

– Ты никогда не пробовал это делать, когда охотился на монстров или шёл на войну?

На мой вопрос он почесал щеку с обеспокоенным выражением лица, затем взглянул на Энока.

– Меня только что повысили до капитана Королевской гвардии, поэтому меня никогда не отправляли на войну. А на охоте на монстров разведение костра было работой адъютантов. Я делал это, когда был рыцарем-стажёром, но это было так редко, что я даже не помню.

Как будто даже мне стало неловко, Диего замолчал и наблюдал за моей реакцией.

– Прости. С этого момента я буду усердно учиться рядом с тобой.

– Я не говорил, что буду тебя учить.

– Тебе не нужно меня учить. Я буду учиться у тебя за спиной.

– Я не хочу тебя беспокоить.

– Если это тебя беспокоит, я буду наблюдать за тобой издалека.

– Наблюдать тайком немного страшно.

– …Ты хочешь, чтобы я исчез? Извини. Я просто ничего не понимаю.

Затем Диего внезапно сложил руки вместе, уткнувшись лицом в ладони, его выражение лица оставалось неизменным.

Обычно он был сдержан и замкнут, поэтому эта выходка была невероятно тревожной. Должно быть, ему было очень тяжело, пока мы с Рузефом оставались одни.

– Я не это имел в виду…

– Ну, просто позволь мне спокойно наблюдать.

Услышав слова Диего, я махнула рукой, давая ему понять, что он должен этим заняться.

Тем временем Энок протянул мне плоский камень, когда я присела перед костром. Затем он осторожно усадил меня, словно заботясь о своей беременной жене.

Я посмотрела на доброе лицо Энока, отвлеклась от своих мыслей и повернулась к Диего.

– Кстати, я слышала, что на южном острове остались только святая и наследный принц. Вы не беспокоитесь?

– Это очень печально, но, думаю, вам не стоит волноваться, Маргарет.

Слова Энока лишили меня дара речи, и я повернулась к нему. Энок сидел, совершенно равнодушно глядя на Артдала и Юанну.

Нет, учитель. Как вы можете быть такими равнодушными? Ключ у Юанны. Именно поэтому мы остались с ней на Южном острове, чтобы найти этот ключ.

Кроме того, мы были на пути к Юанне, как и предлагал Дженас. Поэтому она должна быть в безопасности.

Диего, наблюдавший за ситуацией, тихо сказал:

– Я не знаю, что будет с Его Высочеством наследным принцем, но святая выживет.

– Откуда ты можешь быть в этом уверен?

– Ты сказала, что уверена в её способности выжить. На самом деле она довольно ловко убегает и прячется.

Может быть, она родилась в переулках, поэтому невероятно вынослива? Слова Диего меня отчасти убедили.

Сс… Парень, который кружил вокруг Кайдена и Рузефа, вернулся ко мне.

Парень, круживший у моих ног, выглянул и мило наклонил голову.

Кашель. Диего вдруг сухо кашлянул. Он прикрыл рот покрасневшим лицом и посмотрел на Ынджи.

– … … Верно, Диего сказал, что ему нравятся милые вещи.

Ынджи была не просто милой; она была самым очаровательным существом во Вселенной, и Диего, казалось, не мог себя контролировать.

Но когда я увидела Ынджи в Намсоме, у меня была совсем другая реакция. Неужели я всё это время сдерживала своё желание быть милой?

В отличие от прежнего состояния, лицо Диего заметно расслабилось. В Намсоме он весь день был так напряжён, что трудно было разглядеть какое-либо выражение его лица.

– Я не думал, что мы снова встретимся здесь.

Пробормотал Диего, глядя на Ынджи. Его тон был таким, словно он только что снова встретил свою самую любимую девушку века.

– Она словно запечатлелась во мне, поэтому, конечно, она со мной. Это так ново.

– Понятно…

Я взглянула на Диего, и Ынджи, озадаченная, проследила за моим взглядом.

Лицо Диего покраснело ещё сильнее, когда он посмотрел на Ынджи. Он взглянул на неё с застенчивым выражением лица, помедлил, а затем осторожно протянул руку. У Ынджи, вероятно, не было руки, чтобы протянуть.

– Этот человек думает, что Ынджи – собака?

Как и ожидалось, Ынджи взглянула на протянутую ладонь Диего, а затем снова наклонила голову к нему.

Диего, покрасневший и растерянный, замер в шоке, когда наши взгляды встретились. Затем, с самоуничижительным выражением лица, он вытер лицо.

– Прости. Я знаю, что это выставляет меня в невыгодном свете как рыцаря. Поэтому я изо всех сил старался держать это в себе, когда был со святой. Но… всё равно тяжело. Видеть что-то такое милое и сдерживаться. Прошу прощения за такое постыдное поведение.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, а затем снова закрыла.

Мне нужно было сказать так много всего, я не знала, с чего начать.

В этот момент Рузеф, который оттолкнул меня от Кайдена, сел рядом со мной.

Кайден, не отступая, протиснулся между Рузефом и мной и занял своё место.

Когда я устало вздохнула, Энок внезапно поднял меня и посадил себе на колени. Испугавшись, я обняла его за шею и посмотрела на его лицо, которое приближалось ко мне.

– Чёрт, чёрт. Это подло. Я тоже хочу здесь сидеть.

Кайден, наблюдая за происходящим, плюхнулся на колени Энока с другой стороны. Затем он бесстыдно наклонился ко мне.

Рузеф с отвращением посмотрел на действия Кайдена и сел подальше от нас.

– Убирайся отсюда, если не хочешь пострадать, господин.

Энок сердито посмотрел на спину Кайдена и пробормотал свирепым голосом, но Кайден лишь фыркнул. Зажатая между ними, я устало выпалила:

– Вы оба убирайтесь отсюда.

Кайден тихо встал, и Энок тихо отпустил меня.

Я спокойно отряхнула одежду и встала. Рузеф, который до этого спокойно наблюдал за нами, обратился ко мне.

– Ён-э. Кажется, я самый здравомыслящий из всех. Если тебе понадобится моя помощь, просто дай знать. Я посвящу себя тебе, так что тебе не будет никаких неудобств.

Рузеф посмотрел на меня глазами набожного верующего.

– Служение? Ты, кажется, самый странный.

Тем не менее, рядом с Рузефом я чувствовала себя в большей безопасности, чем рядом с Эноком и Кайденом, поэтому послушно села рядом с ним. Рузеф гордо выпятил грудь и прижался ко мне, повернувшись лицом к Эноку и Кайдену.

Наблюдая за тем, как Диего соревнуется взглядом с Ынджи, я тихо перевела взгляд на костёр. Рузеф задал мне вопрос.

– Что ты собираешься делать дальше? Ты пойдёшь к месту, где находится святая, или найдешь место, отмеченное звездой?

Кайден, послушно сидя рядом с Эноком, ответил на вопрос Рузефа.

– Мы там были.

– Что? Вы уже там были?

Диего, удивлённый криком Рузефа, посмотрел на нас.

Кайден объяснил нам, что произошло.

Удивлённые, Рузеф и Диего задали несколько вопросов, но Энок ответил на все.

Благодаря этому мне не пришлось вмешиваться, поэтому я похлопала по плечу Ынджи, которая тихо сидела у меня на коленях.

– Мы собираемся встретиться со святой и по пути раздобудем припасы.

– Нам нужно быть полностью готовыми.

Рузеф кивнул с решительным выражением лица, услышав мои слова.

Диего и Рузеф сказали, что плохо поели, но, похоже, их потребность во сне была сильнее аппетита.

Они ненадолго присели перед пещерой, а затем внезапно заснули, прижавшись друг к другу спинами.

– Должно быть, это было очень тяжело.

Я присела перед ними, бормоча себе под нос, а Энок присоединился ко мне, встал рядом и посмотрел на Диего и Рузефа.

Кайден, роясь в сумке Рузефа, вытащил аптечку.

– Я думал выбросить свою сумку, потому что она была очень тяжёлой, но я всё же взял её с собой. Слава богу, все лекарства на месте.

Кайден открыл аптечку, осмотрел её содержимое и обратился ко мне. Казалось, Рузеф произвёл на него некоторое впечатление. Возможно, они сблизились во время своей битвы?

– Давайте тоже ляжем спать.

Услышав слова Кайдена, Энок огляделся с решительным выражением лица и приготовил свой длинный меч.

– Один из нас должен оставаться на страже, поэтому вы двое должны лечь спать первыми. В этот момент Диего, которого считали спящим, открыл глаза, его лицо было измождённым. Затем он вскочил на ноги.

Рузеф, который прислонился к нему, испугался и попытался открыть глаза.

– Я буду начеку.

Диего, стоявший там с полуоткрытыми глазами, выглядел несколько жалко.

Но никто из нас не стал его отговаривать. Диего заметил это и тихо произнёс:

– Это бесстыдно, но я хочу отплатить вам за то, что вы меня приютили.

Озадаченный этим заявлением, я наклонила голову и сказала:

– Когда мы вообще говорили, что приютим вас?

Я ничего плохого не имел в виду и сказал это потому, что никогда раньше ничего подобного не говорил.

О, ты неправильно истолковал моё обещание позволить тебе наблюдать со стороны как отказ от своих слов?

Диего прикусил нижнюю губу и опустил голову.

– Даже если ты не откажешься, я всё равно буду стоять на страже.

– Тогда пойдём со мной.

Энок, с длинным мечом на поясе и скрещёнными на груди руками, тихо произнёс. Он никогда не говорил мне отдыхать.

Диего, проведя рукой по своему измождённому лицу, последовал за Эноком за барьер.

– Мы идём спать.

Кайден взял меня за руку. Рузеф, наблюдавший за происходящим с недоумением, неловко поднялся.

– Что случилось?

– Ты ничего не знаешь, так что просто спокойно охраняй пещеру.

– Ты думаешь, я какой-то сторожевой пёс?!

– Да.

Когда Кайден ответил без колебаний, Рузеф подавил гнев и сердито посмотрел на него, лицо его покраснело. Но Кайден лишь пожал плечами и потрогал ухо.

– Я должен быть благодарен тебе за то, что ты меня спас.

Услышав эти слова, Рузеф вдруг склонил голову передо мной.

– О, я опоздал с благодарностью, леди Флоне. Спасибо за спасение.

– Разве ты меня не благодаришь? Благодаря этому барьеру ты жив.

– Барьеры и всё такое… если бы ты не была леди Флоне, ты бы даже не подумала меня спасти.

Кайден и Рузеф снова начали спорить. Мне всё это надоело, поэтому я ушла в пещеру и легла.

Кайден и Рузеф, которые всё это время наблюдали за мной, подошли ко мне.

– Маргарет, ты хорошо себя чувствуешь?

– Ты в порядке?

– Я устала, но вы двое так шумите, что мне тяжело.

Услышав мои слова, оба мужчины разом замолчали и кивнули. Кайден поспешил в пещеру и лёг рядом со мной. Рузеф заметил это и тихо прислонился к входу в пещеру.

– Маргарет, обнять тебя?

– Не пытайся разговаривать с юной леди. Я доложу Его Величеству, когда он прибудет.

Рузеф, стоявший у входа в пещеру, похоже, услышал слова Кайдена и повернулся к нам. Кайден, протягивавший ко мне руку, взглянул на вход в пещеру.

– Что ты имеешь в виду, что наследный принц – твой начальник?

Я вздохнула.

– …Может, мне просто уйти?

Двое мужчин замолчали.

Только тогда я смогла тихо закрыть глаза.

Тем не менее, я рада, что благополучно встретила Рузефа.

Я внезапно открыла глаза от громкого рёва, сотрясшего небо.

Земля сильно затряслась, и я испуганно вскочила.

– Что?

Кайден, должно быть, почувствовал то же самое, так как вскочил на ноги. Ошеломлённая, я умылась и огляделась.

Вход в пещеру был скрыт большими листьями, и всё ещё была середина ночи, из-за чего видимость была плохой.

Рузеф, который ютился у входа, пытаясь уснуть, лихорадочно оглядывался вокруг полуоткрытыми глазами.

Ынджи, спавшая у кровати, подползла ко мне, обняла и забралась на плечо.

– Что это за звук?

Инстинктивно я полезла в сумку, достала сигнальную ракету и зарядила магазин патронами. Я повернулась к Кайдену и спросила:

– Я не знаю…

– Разве это не чудовище?

Рузеф устало нахмурился и зевнул. Он выглядел полусонным, всё ещё не в силах понять ситуацию. Конечно, я чувствовала то же самое.

Кайден нахмурился и откинул волосы. Он отбросил листья, закрывавшие вход в пещеру, и огляделся.

– Где наследный принц и капитан стражи?

Только когда он задал этот вопрос, я поняла, что Энока и Диего, которые были на страже, нигде нет.

– Можем ли мы использовать магию, чтобы выяснить, что происходит? Может быть, магию слежения?

Он помолчал, погружённый в размышления, прежде чем протянуть мне руку.

– Попробую. Дай мне свою руку.

Я протянула ему руку с кольцом. Когда мы взялись за руки, изумруд в кольце засветился зелёным, и под ним образовался голубоватый магический круг.

Вскоч чёлка Кайдена развевалась на ветру. Магический круг медленно исчез, словно растворяясь в полу пещеры.

– Наследный принц и капитан стражи оба рядом? Хм? Но почему они врозь?

– Они врозь? Это зловеще.

Мы вместе несли караульную службу, так почему они в разных местах? – с тревогой спросила я.

Услышав мой ответ, Кайден пристально посмотрел на вход в пещеру, скрытый листьями.

Кяяяя!

В этот момент с неба раздался громкий рёв:

Кууунг-! Кууунг--!

Звук взрыва и обрушения сотряс небо и землю.

– Не стоит ли нам выйти и посмотреть?

Рузэф спросил нас с нервным выражением лица.

– Эй, Рузеф. Пойдём со мной. Маргарет, тебе опасно, так что оставайся здесь.

Кайден толкнул меня за плечо и усадил. Я покачала головой, сжимая сигнальную ракету и надевая сумку.

– Пойду с тобой.

– Это опасно.

– Магический инструмент будет полезнее кинжала. И тебе понадобится моя магия.

Это было настолько правдой, что даже Кайден потерял дар речи. Он посмотрел на меня мгновение, его лицо выражало целую бурю эмоций, затем вздохнул.

– Тогда просто оставайся рядом со мной.

– Я тоже пойду.

Рузэф, присев у входа в пещеру и готовый уйти, сказал:

– Не мешай.

Рузэф сжал челюсти в ответ на бесконечные нападки Кайдена. Его лицо выражало недовольство, но он оставался спокойным, зная, что ему больше нечего возразить.

Мы осторожно отодвинули листья, скрывавшие вход в пещеру. На улице была кромешная тьма. Даже лунный свет, пробивавшийся сквозь кусты, делал её ещё темнее.

Я огляделась, наблюдая за спиной Кайдена, стоявшего у входа в пещеру. Внезапно я заметила надпись на входе.

Алеа

Алеа. Должно быть, это почерк Анаты. Дженас говорил, что Аната изучала языки.

Почему она использовала слово – Алеа?

И почему вырезала его в таком месте?

Слово – Алеа, казалось, было вырезано в местах, к которым прикасался Дженас – на факелах, в хижинах, на скалах.

Так, эта пещера также была местом, где жил Дженас? Или это была пещера, созданная для экспериментов?

В этот момент земля снова затряслась.

Я потеряла равновесие и чуть не упала, но Кайден схватил меня за талию и поддержал.

– Я не знаю, что происходит.

Не в силах скрыть недоумения, я выпрямилась и пробормотала. Я зарядила сигнальную ракету и направила её в небо.

– Я не знаю, где все, но нам нужно подать сигнал.

– Это кажется немного опасным, – сказал Рузеф, его лицо дрожало от тревоги, когда он оглядывался по сторонам. Я спокойно ответила:

– Наше местоположение будет раскрыто, но здесь барьер, поэтому монстры не смогут нас увидеть. Если после подачи сигнала никто не придёт, нам придётся самим выйти за барьер.

Кайден кивнул в знак согласия.

Я направила сигнальную ракету в небо, опустила курок и нажала на спусковой крючок.

Бах!

Пишуук!

Поднялся красный дым, оставляя длинный след в небе.

Бум! Фуук!

Вскоре красное пламя ослепительно вспыхнуло в тёмном небе. Но время шло, а лес оставался безмолвным.

– Полагаю, придётся выйти за пределы барьера.

С этой мыслью я осторожно приблизилась к барьеру.

Небольшое количество лунного света позволяло что-то видеть, но теперь всё было совершенно темно. Казалось, будто на меня нависла тень.

– XX, что это?

Тихое ругательство Кайдена заставило меня растерянно поднять голову, и мои глаза встретились с большими, ярко-жёлтыми зрачками.

Над пещерой возвышалась гигантская голова анаконды.

Она не была похожа на анаконд, которых я встречала на Южном острове. Она была примерно в три раза больше их.

Её скорее можно было бы назвать драконом, чем анакондой.

На мгновение я была ошеломлена, не в силах дышать.

Ярко-жёлтые зрачки были направлены вниз на барьер, словно что-то искали. К счастью, она, похоже, не видела нас, стоящих внутри него.

– Может, это Дженас наблюдает?

Кайден осторожно взял меня за руку.

– Маргарет, мне нужно одолжить немного магии.

Он тихо прошептал, присел и начал рисовать магический круг на земле веткой. Казалось, это заклинание усиливало барьер – вокруг него клубилось слабое свечение.

Кьяак!

Откуда-то раздался крик, и анаконда, которая до этого пристально смотрела на барьер, лениво повернула голову.

В конце её взгляда виднелась серебряная змея, ничтожно маленькая по сравнению с гигантской змеёй.

– Что за чёрт, когда она здесь оказалась…!

Наверное, она у меня на плече! Я попыталась бежать к Ынджи, но Кайден схватил меня за запястье.

– Нет, это опасно.

Я взглянула на Кайдена, затем поспешно повернулась обратно к Ынджи.

В этот момент вдали я увидела ещё одну анаконду, выглядывавшую из кустов и взмывшую в небо.

Там стояли Энок и Диего, местонахождение которых было неизвестно.

Одежда Диего, застрявшая в острых зубах анаконды, повисла на клыках, а Энок изо всех сил пытался забраться на серебристую чешую анаконды.

– Что это, чёрт возьми? Это ужасная ситуация.

– Как магия может не работать?

– Если я попытаюсь использовать магию, чтобы избавиться от всего этого, ты можешь рухнуть. Ты только что потратила много магии.

Как и сказал Кайден, я только что потратила много магии. Я создала барьер и потратила дополнительную магию, чтобы поддерживать и укреплять его.

Тук! Тук!

Откуда-то раздался ещё один громкий звук.

Похоже, появились ещё монстры. Времени не было. Я повернулась к Кайдену и сказала:

– Кайден. Ты мне доверяешь?

– Что?

– Ты поддерживай здесь барьер и присматривай за епископом и Ынджи. Доверься мне и жди.

С этими словами я выскользнула из-за барьера.

– Что?! Маргарет!

Оставив позади вопль Кайдена, я ступила на наклонную землю и поднялась в пещеру.

Огромная анаконда, прислонившаяся к пещере, заметила моё движение и уже поворачивала голову в мою сторону.

– Уаааааа!

Ынджи, находившаяся вдалеке, выпустила мощный поток огня, привлекая всеобщее внимание. Анаконда вновь отвела взгляд.

Наблюдая издалека за тем, как Энок и Диего сражаются с другой анакондой, я забралась на невероятно толстое тело чудовища.

Чешуя была скользкой, что сильно затрудняло подъём, но благодаря уверенным движениям существа я смогла безопасно добраться до его головы.

Я опустилась на одно колено на голове анаконды и крикнула Эноку:

– Энок! Уйди с дороги!

Энок, отчаянно вонзая свой меч в череп анаконды, с опозданием заметил меня. Он быстро вытащил клинок и сполз вниз по чешуе.

Я нацелила сигнальную ракету в туловище анаконды рядом с Диего, стараясь не попасть в ту часть, где застряла его голова, и нажала на курок.

Тук! Бум! Плюх!

Туловище анаконды разорвало от прямого попадания. Она закричала и затрепыхалась от боли, из-за чего одежда Диего, застрявшая в её зубах, порвалась, и он рухнул вниз.

Прежде чем я успела убедиться, что с Диего, анаконда подо мной зашевелилась.

Если Дженас наблюдал за нами глазами этих анаконд…

Если он и вправду был архитектором острова…

То я вам покажу.

Что бы вы ни задумали, всё пойдёт наперекосяк.

– Чёрт. Я не собираюсь вот так просто сдохнуть.

Я быстро спустилась с головы анаконды и двинулась вперёд. И в тот момент, когда её пасть распахнулась, я зацепилась ногой за её нижние зубы, схватила верхние рукой, наставила сигнальную ракету прямо ей в глотку и нажала на курок.

Фух!

Кваааак!

С оглушительным рёвом голова анаконды взорвалась, а меня отбросило отдачи.

Когда голова разлетелась на куски, из неё вырвался едкий фиолетовый газ, и я тоже вдохнула его в мгновение ока.

Но у меня не было ни секунды, чтобы осознать это, – я падала на землю.

Я крепко зажмурила глаза, готовясь удариться о шершавый грунт, но кто-то едва успел поймать меня. Это были Энок и Кайден.

Двое мужчин раскрыли объятия, чтобы подхватить меня, а затем уставились на меня в шоке. Спина немного ныла, но я была жива.

Я всё ещё не знала, что случилось с Диего, но все остальные, казалось, были в безопасности.

– Слава богу.

Конечно, им повезло, а мне – нет.

Затхлый запах, которым был пропитан фиолетовый дым, будто обволакивал меня. Голова кружилась, мутило, и в животе всё переворачивалось.

Я потеряла сознание на руках у Энока и Кайдена.

Я очнулась в полдень, когда солнце палило нещадно.

Я лежала на мягкой подстилке из листьев, а край плаща Кайдена нежно укрывал мои плечи.

Тело было невероятно тяжёлым. Возможно, я снова заболела. Казалось, я наконец сломалась под грузом накопившейся усталости. Тело было вялым, как мокрая вата, и не хотелось подниматься.

– И голова раскалывается.

Голова болела невыносимо, сознание путалось и кружилось. Мысли были мутными.

Откуда-то доносился отвратительный запах.

– Что это за вонь?

Он был точно таким же, как перед тем, как я отключилась.

Пахло гнилой плесенью, и к тому же воздух был окутан густой дымкой.

Мне было неловко, что я не проверила, как все, но тошнотворная головная боль была невыносима. В конце концов я закрыла глаза, чтобы поспать ещё немного.

В этот момент сзади послышался тихий разговор. Казалось, все собрались позади меня.

– Маргарет, ты проснулась?

– Думаю, нет.

Голоса Кайдена и Энока раздались один за другим. Послышался шорох, а затем треск дров в костре.

– Сэр Диего?

– Он ещё не пришёл в себя.

Рузеф ответил на вопрос Энока. Состояние Диего казалось тяжёлым, раз он не приходил в сознание с момента падения.

Мне хотелось встать и расспросить подробнее, но веки и тело налились свинцом. Пришлось просто лежать и слушать.

– Так что же, чёрт возьми, произошло?

Энок спокойно ответил на вопрос Рузефа:

– Сэр Диего и я осматривали барьер, когда наткнулись на группу анаконд. Казалось, они что-то искали. Это не их естественная среда, но, возможно, из-за эволюции у них стёрлись границы ареала.

Услышав это, Рузеф продолжил:

– Я давно об этом думаю, но монстры, кажется, особенно агрессивны именно к леди Флоне. Интересно, не она ли причина их нападений? Я не обвиняю её, мне просто любопытно. Как вы думаете, почему?

После вопроса Рузефа воцарилась долгая, тягостная тишина.

Энок и Кайден молчали. Единственным звуком было потрескивание поленьев в костре.

Спустя некоторое время первым заговорил Кайден.

– Маргарет и вправду выглядит подозрительно. Я поначалу тоже думал, что она шпионка, притворяющаяся Маргарет.

– Это правдоподобно. Леди Флоне изменилась до неузнаваемости. Её можно принять за другого человека.

Слушая Рузефа и Кайдена, я затаила дыхание.

Естественно, я ждала подозрений в свой адрес и даже сама подумывала о побеге.

Но после всего пережитого вместе мне казалось, что этап недоверия давно позади…

Похоже, я потеряла бдительность.

После слов Рузефа Кайден понизил голос ещё сильнее.

Из-за этого их голоса то доносились, то пропадали. Разговор был отрывистым, понять его суть становилось трудно, и это бесило.

– Когда придёт время… Маргарет точно станет ключом…

Услышанное прозвучало крайне зловеще.

– …Подозрительно, как свободно она обращается с магическими артефактами… Честно говоря, даже с языком Восточного континента…

– …Самый опасный человек здесь – вероятно, Маргарет…

От этих обрывочных фраз у меня пересохло во рту.

– …Временно блокируем магическую силу Маргарет…

– …Давайте проверим…

Последующая часть разговора повергла меня в шок.

Мой разум опустел.

Неужели всё, что я слышала от этих людей, – правда? Может, это сон?

Нет. Должно быть, я ослышалась. Не могут же люди, которые всегда мне доверяли, вдруг из-за подозрений проверять меня и грозить убийством, если я им не угожу.

Должно быть, я ослышалась.

– Как заблокировать магическую силу…

Но дальнейший разговор только усилил мою панику. Теперь уже было не разобрать, кто что говорит.

Мои губы задрожали. Запах гнилой плесени стоял в ноздрях, и голова закружилась ещё сильнее.

– Магическая помощь, которую оказало мне Ваше Высочество…

– …И заманить монстра… После того как убедимся… я её убью.

Стоп, что?

Я правильно расслышала? – Заманить монстра и убить меня, так?

– …Согласен с лордом… Печатью… Маргарет… Когда проснётся завтра… попробуем.

На этом разговор закончился.

Мне хотелось отмахнуться от этого как от недоразумения и прямо спросить, что они имели в виду.

Но внутри меня тлела крошечная искра.

– Незыблемый закон оригинала.

Как бы ни отклонялся сюжет, в итоге всё свернётся к изначальному замыслу.

Может, мне суждено быть убитой главными героями-мужчинами, просто другим способом?

– …Нет, возьми себя в руки.

Я была в смятении, но Кайден и Энок, которых я знала, не могли поступить так. Абсолютно точно.

Ещё вчера они были теми, кто проявлял ко мне непоколебимую веру. Да, этого не может быть.

– Но если бы они оказались в крайней ситуации, почувствовали угрозу для жизни, разве их суждение не могло бы на мгновение помутиться?

Эта зловещая мысль настойчиво лезла в голову.

– Посмотрю, как всё сложится, и спрошу их завтра.

Энок и Кайден, которых я знала, наверняка бы рассмеялись, назвав это чушью. Могли бы даже обнять и сказать, чтобы я не волновалась.

С этой мыслью стало немного спокойнее. Я мирно уснула.

На следующее утро головная боль не утихла. Тот же отвратительный запах, что и вчера, стоял в ноздрях.

Я огляделась, но не смогла определить его источник.

– Просто кажется?

Я зевнула и потянулась. Возможно, мои чувства обострились из-за тревожных снов.

– Да, всё, что я слышала прошлой ночью, должно быть, было сном.

Я попыталась отогнать эти мысли, но атмосфера в группе была гнетущей.

Даже если отбросить Энока, по выражению лица которого мало что можно понять, то Рузеф и Кайден определённо вели себя подозрительно.

Рузеф пристально разглядывал меня, Кайден внимательно наблюдал, а Диего всё ещё лежал с закрытыми глазами, весь в бинтах.

Это была не та обстановка, чтобы спрашивать о подслушанном разговоре.

– Маргарет, ты в порядке? – Энок подошёл ко мне.

В этот момент на меня накатила такая сильная головная боль, что зрение поплыло.

И вдруг из головы Энока, когда он смотрел на меня, выросли странные рога. Его лицо исказилось свирепой гримасой, а губы растянулись в длинную, зловещую ухмылку.

Я отскочила назад от неожиданности.

Затем он поднял брови и замер на месте.

– Ты в порядке? У тебя болит голова?

Как обычно, спросил меня Энох, но его лицо казалось странным и бесчеловечным. Я потерла виски.

Кажется, у меня галлюцинации.

– Я ужасно себя чувствую. У меня сильно болит голова. Мне мерещатся видения.

Кайден, стоявший рядом с Энохом, открыл рот, чтобы ответить.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Откуда-то раздался глухой звук шагов. Земляной пол слегка задрожал.

Все, кто наблюдал за мной, повернули взгляды в сторону звука.

– Похоже, приближается монстр.

Кайден выругался, услышав слова Эноха.

– Черт возьми, Маргарет. Объясни позже. Сначала поработай со мной. Я собираюсь использовать твою магическую помощь, чтобы запечатать твою магию.

– Что? Почему?

– Это… у меня нет времени объяснять. Прости.

Кайден резко схватил мою руку с кольцом.

Я так испугалась, что оттолкнула его руку и отступила назад.

Кайден посмотрел на меня с недоумением.

– …Временно запечатать магию Маргарет…

Я точно слышала это вчера.

Неужели это был сон?

– Даже если нет времени объяснять, объясни. Почему ты запечатываешь мою магию?

– Это… потому что это опасно для тебя.

Он говорил так, словно предлагал конфету ребёнку, пытаясь меня уговорить. Это больше походило на пустые слова, призванные меня успокоить, чем на искренние.

– Думаю, у нас нет времени терять.

Рузеф медленно подошёл ко мне. Лицо Рузефа исказилось в странной гримасе, и головная боль вернулась.

Черт возьми, что это? Мне всё время мерещатся видения.

Я покачала головой, нахмурилась и отступила назад. Трое мужчин посмотрели на меня с недоуменными выражениями.

– Что вы собираетесь делать с моей запечатанной магией?

– …Самый опасный человек, вероятно, Маргарет…

– Ну, тогда как насчет того, чтобы проверить…

– Ещё не поздно проверить и убить…

Если то, что я слышала вчера, не было сном, то, может быть, они проверяют меня прямо сейчас. И если они сочтут меня опасной, они могут убить.

Да, может быть, я все это время слишком им доверяла. Разве эти люди не не доверяли мне и не недолюбливали меня с самой первой встречи?

Может быть, я была слишком наивна с ними все это время.

Затхлый запах усилился. Я потерла лоб, чувствуя тошноту от отвратительного, головокружительного запаха.

Головная боль усиливалась, и я становилась все более злой и разъярённой. Чувства несправедливости и печали захлестнули меня, словно потоп. Я не только теряла рассудок, но и слышала странные галлюцинации.

– Что случилось, Маргарет? Подожди, что это? Кажется, произошло недоразумение?

Кайден посмотрел на меня с недоумением. Меня охватила усталость, я вздохнула, нахмурив брови.

– Я не могу поверить ничему из того, что ты сейчас говоришь. Было бы лучше, если бы ты объяснил всё чётко, прежде чем возникло какое-либо недоразумение.

– Дело не в этом, Маргарет…

Кайден сделал шаг ко мне, и в тот же миг его лицо, как и лица других, приняло свирепый вид. У него из головы выросли рога, лицо вытянулось, как у лошади, а рот открылся, обнажив острые зубы.

Испугавшись, я отступила назад, но существо облизнуло губы, глядя на меня.

Мужчины в облике монстров медленно приблизились. Я достала сигнальную ракету и направила её на них, не давая им приблизиться.

Трое мужчин с ужасающе страшными лицами одновременно подняли руки.

Наблюдая за ними, я медленно подняла свою сумку с земли. Ынджи, которая наблюдала за мной, быстро схватила ремень сумки.

Тук.

Тук.

Откуда-то раздался громкий рёв. Я напряглась, услышав глухие, медленные шаги, словно что-то искало. Они звучали как походка орангутана.

– Маргарет, ты в порядке? У тебя идёт кровь из носа.

Приблизился монстр с голосом Эноха, и я направила на него сигнальную ракету.

– Похоже, ядовитый газ ещё не полностью выветрился?

Крикнул монстр с голосом Кайдена, повышая голос.

Ядовитый газ? Меня что-то отравило? У меня ужасно болела голова, и я чувствовала себя невероятно плохо, но это не было похоже на отравление.

Я растерянно наклонила голову и потёрла нос. Как и предсказывал Энох, у меня пошла кровь из носа. Из меня вырвался пустой смех.

Моё тело разваливается? В этом не было ничего странного. Я чувствовала, что и мой разум, и тело уже достигли предела своих возможностей.

Возможно, моя гипотеза, которую я когда-то сформулировала, верна. Всё это может быть экспериментом, призванным довести нас, лишённых магии, до предела наших возможностей.

Но что получит от этого экспериментатор?

– Что бы это ни было, это тяжело. Сейчас я действительно хочу отдохнуть.

Я медленно закрыла глаза и открыла их, снова посмотрев на троих мужчин.

– Я сделала всё, что могла.

Глухой смех продолжал раздаваться.

– Я бесчисленное количество раз подумывала о том, чтобы сбежать и выжить самостоятельно.

Моя грудь тяжело вздымалась и колотилась. Эмоции захлестнули меня, сердце заколотилось, а голова горела.

Я медленно и глубоко дышала, пытаясь успокоиться. А затем, глядя на троих мужчин, я спокойно продолжила:

– Это они ненавидели меня, презирали меня, подозревали меня и мучили с самого начала. Что такое привязанность?

Ха-ха.

Я глубоко вздохнула, когда эмоции захлестнули меня. Глаза наполнились слезами. Не в силах сдержать бурные эмоции, слёзы потекли ручьём.

Я чувствовала себя странно неуправляемой.

– Маргарет.

– Не двигайся.

Я слегка перенаправила сигнальную ракету, направленную на монстра с голосом Эноха, на того, у кого был голос Кайдена.

Я вытерла слёзы, текущие по щекам.

То, что я сейчас такая чувствительная, – результат всей той тяжёлой работы, которую я проделала, чтобы усмирить анаконду и спасти всех. С тех пор, как я проснулась на этом острове, разве я когда-либо переставала заботиться о них?

После всех пережитых мною трудностей я теперь галлюцинирую. Глубокое чувство сомнения охватило меня, когда я вспомнила все страдания, которые перенесла ради них.

– Думаю, пора двигаться дальше. Каковы бы ни были твои намерения, мне всё равно. Я не хочу, чтобы меня использовали.

– Маргарет, это недоразумение.

– Я же говорила, было бы лучше, если бы ты объяснил всё до того, как возникло какое-либо недоразумение.

– Нет, сейчас не время объяснять это…

Кууунг-!

В этот момент из кустов наконец вылез монстр.

Стоны.

На этот раз я почувствовала, как из носа пошла ещё сильнее кровь. Я грубо вытерла нос тыльной стороной ладони и медленно отступила назад.

Энох, Кайден и Рузеф с тревожными лицами переводили взгляд с меня на монстра и обратно.

Монстр бросился на нас, и я нажала на курок сигнальной ракеты.

Бум!

Тело монстра взорвалось при ударе. Но проблема была в монстрах, которые последовали за ним.

Группа, казалось, была занята борьбой с монстрами, которые бросались на них, даже когда те пытались приблизиться ко мне.

Я воспользовалась этим моментом, чтобы быстро развернуться и убежать.

– Маргарет!

За моей спиной раздался пронзительный крик, но у меня не хватило присутствия духа, чтобы оценить их состояние.

Да, думаю, пора идти в бункер одной.

Моё сердце бешено колотилось. Я задыхалась, и голова всё ещё кружилась.

Я бежала без остановки.

И мне удалось ускользнуть от Эноха и его группы.

Лишь чуть позже я поняла, что отравилась ядовитым газом анаконды.

В ночь перед инцидентом

Энох, который привёл Маргарет, упавшую после победы над анакондой, в безопасное место за барьером, с тревогой посмотрел на неё.

– Маргарет упала, и я не знаю, как долго продержится барьер.

Кайден, неся Диего на спине, вошёл в барьер и последовал за Энохом, чтобы осмотреть её.

– Тем не менее, барьер только что укрепили, так что он должен продержаться до утра.

Пока они с нервными лицами наблюдали за монстрами, бросающимися к барьеру, Рузеф поспешно принёс аптечку и начал оказывать помощь упавшим Маргарет и Диего.

Два гигантских трупа анаконд лежали у барьера, а вокруг него бродили странно выглядящие монстры.

Они обнюхивали всё вокруг, словно что-то искали.

Кайден, стоя внутри барьера и наблюдая за ними, тихо сказал:

– Похоже, они ищут Маргарет, не так ли?

Энох небрежно кивнул.

– Давно монстры не вели себя так.

Кайден посмотрел на Эноха со сложным выражением лица.

Ему пришло в голову, что, возможно, он более рационален, чем Энох.

Энох был слеп к Маргарет. И он был одержим ею. Вот почему он не мог судить о ней объективно.

Я ещё не совсем готов. Я бы умер за Маргарет, но я не был так одержим ею, как Энох.

Поэтому я подумал, что отныне мне лучше делать рациональные выводы о Маргарет.

Монстры некоторое время бродили вокруг барьера, а затем постепенно исчезли. Только тогда Энох и Кайден покинули барьер и проверили состояние Маргарет.

К счастью, Маргарет, похоже, не пострадала, но цвет её лица был мрачным. Рузеф положил руку на щеку Маргарет, оценив её состояние, и вздохнул.

– Похоже, она отравилась газом анаконды. Симптомы похожи на симптомы трёх человек, которые потеряли сознание от отравления газом анаконды на Южном острове.

Энок опустился на одно колено перед Маргарет, осторожно пригладил волосы с её щеки и спросил:

– Отравилась ядовитым газом? Это довольно опасно, не так ли?

– Если симптомы похожи на те, что были тогда, нам остаётся только ждать, пока они пройдут. Отдых, кажется, способствует выздоровлению.

Кайден тоже почувствовал облегчение, выслушав Рузефа. На этот раз их внимание переключилось на Диего.

– О, и сэр Диего, не волнуйтесь. Мы закончили стерилизацию ваших ран, так что вам просто нужно выздороветь.

Успокоенные словами Рузефа, они уложили двух больных в пещере. Затем собрались перед пещерой и развели костёр.

Энок разжёг огонь и сел перед ним, подкладывая дрова.

Сев рядом с Эноком, Рузеф спросил:

– Что же, чёрт возьми, случилось?

– Сэр Диего и я несли караульную службу, когда внезапно услышали странный шум. Хотя это и не было местом обитания анаконд, мы вдруг увидели группу анаконд, движущихся синхронно, что-то ищущих. И некоторые из них внезапно эволюционировали в тот момент, когда столкнулись с нами.

Энок спокойно объяснил события прошлой ночи.

– Они, похоже, не видели барьера, но двигались к нему, как призраки. Как будто почувствовали какую-то „энергию“.

Энок повернулся к спящей Маргарет с пустым выражением лица и заговорил. Рузеф последовал его примеру.

– Монстры, кажется, особенно агрессивны по отношению к леди Флоне. Я даже думаю, не она ли их привлекает. Думаю, это, вероятно, из-за её магических способностей. Что вы двое думаете?

После вопроса Рузефа воцарилась долгая тишина. Энок и Кайден молчали, единственным звуком было потрескивание дров.

Через некоторое время Кайден заговорил первым.

– Самое вероятное объяснение на данный момент – это, несомненно, магические способности Маргарет. Я уже высказывал свои сомнения, но меня также очень смущало, что только Маргарет обладает магическими способностями. Сначала я даже подумал, что она может быть шпионкой, замаскированной под Маргарет.

– Это вполне правдоподобно. Леди Флоне определённо изменилась до такой степени, что её можно считать совершенно другим человеком.

После того как Рузеф закончил говорить, Кайден ещё больше понизил голос.

– Тагари, ты ещё не знаешь, но на этом острове тысячу лет жил великий волшебник из династии Ингрэм. Он сказал мне, что ещё не время. Я не знаю, что произойдёт, когда придёт время, но я не сомневаюсь, что Маргарет – ключ к разгадке.

– Тысячу лет…!?

– Говори тише, епископ. Маргарет проснётся.

Энок, тихо сидевший со скрещёнными руками, тихо предупредил Рузефа. Рузеф, встретившись взглядом с его почти устрашающими золотыми глазами, замолчал.

– Также подозрительно, что она так свободно использует магические инструменты. Честно говоря, язык, на котором она говорит,

– Алеа, совсем не похож на язык, на котором говорят какие-либо меньшинства на Восточном континенте.

Услышав бормотание Кайдена, Энок вздохнул и снова заговорил:

– Неважно, шпионка ли она экспериментатора, создавшего этот остров. Теперь я доверяю Маргарет.

Недовольство Кайдена было сразу же очевидным.

– Ты думаешь, я не доверяю? Ради Маргарет нам нужно быть объективными. Важно знать, действительно ли монстры нацелились на Маргарет из-за её магической силы. Только тогда мы сможем её защитить.

На этот раз глаза Рузефа расширились от его ответа.

– Есть ли способ это выяснить?

– Нам нужно подумать об этом сейчас.

– Самым опасным человеком может быть Маргарет. Поэтому мы должны её защитить.

– Защитить её – это хорошо, и что?

Пока Рузеф говорил с раздражением, Кайден, погружённый в свои мысли, предложил альтернативу.

– Думаю, было бы неплохо временно запечатать магию Маргарет. Не знаю, сработает ли это, но давайте проверим. Посмотрим, соберутся ли монстры, даже если магическая сила Маргарет исчезнет.

– Леди Флоне может не согласиться. Кроме того, нам нужна её магическая сила для выживания, не так ли?

Рузеф был прав, но он не мог пожертвовать Маргарет лично ради выживания всех. Кайден пожал плечами и ответил.

– Если Маргарет действительно подвергается нападению из-за своей магии, то лучше ей вообще не иметь магии, даже если это неудобно. Мы прекрасно выживали и без неё.

– Есть разница между наличием магии и её отсутствием.

– Эй, Тагари. Ты хочешь сказать, что ты ХХ, поэтому Маргарет в опасности?

– О чём ты говоришь? Конечно, нет.

– Тогда заткнись.

Энок спросил у Кайдена, улаживая их спор.

– Так как же ты собираешься запечатать магию?

– Магическое средство, которое Ваше Высочество дало вам, не только высвобождает магию, но и контролирует её. Мы контролируем её через кольцо, создавая впечатление, будто магия запечатана внутри тела. Мы временно переводим её в то же состояние, что и мы. Затем мы заманиваем монстра, проверяем, прошла ли проверка успешно, и затем убиваем его.

Энок молча слушал, с обеспокоенным выражением лица поглаживая подбородок.

Кайден ждал ответа. Лишь спустя долгое время Энок заговорил.

– Если это возможно, я согласен с Господом. Лучше всего временно запечатать и понаблюдать за ситуацией. Ради Маргарет. Но сначала мне нужно услышать её мнение. Давайте поговорим завтра, когда она проснётся.

Кайден энергично кивнул в ответ на слова Энока.

– Маргарет, конечно, согласится.

Конечно, они не учли, что Маргарет подслушала разговор и неправильно его поняла, и что она могла сойти с ума после отравления ядовитым газом анаконды.

Дышать было тяжело.

Пробежав некоторое время, я нашла большое дерево и забралась на него. Там я перевела дух. Ынджи, которая обвивалась вокруг лямки моего рюкзака, медленно сползла мне на колени.

Я недоумевала, откуда исходит этот отвратительный, плесневый запах, но оказалось, что это мой собственный.

– Такое ощущение, как будто…

Я устало вздохнула и откинулась на ствол дерева. Что-то не так с анакондой?

Может, запах и был причиной моей головной боли? Я была в замешательстве. До такой степени, что рационально мыслить было трудно.

Мосты моих бурлящих эмоций постоянно переполнялись, скапливаясь в грязи. Я чувствовала себя так, словно барахтаюсь в этом застоявшемся потоке эмоций, как в болоте.

В глубине души я знала, что Энок и Кайден не причинят мне ничего плохого, но я не могла перестать чувствовать грусть и обиду.

Мне всё это было не нужно. Я просто хотела убежать, одна. Я просто хотела сбежать из этой сложной ситуации. Твёрдый дух, который я так усердно строила, казался изношенным, тусклым и рассыпался в ничто.

– Я хочу домой.

Мне не обязательно было ехать домой. Я хотела к Маргарет. Куда угодно, лишь бы не на этот остров, подошло бы.

Куда угодно подошло бы, лишь бы не на этот остров, где моей жизни угрожала опасность в любой момент и в любом месте.

Даже Энок и Кайден были бесполезны, если представляли угрозу моему выживанию. Я, трусливо, даже подумывала бросить их всех ради выживания.

– Я хочу жить.

Слёзы текли по моему лицу. Рыдания вырывались наружу.

– Я не хочу умирать.

Я рыдала некоторое время, а затем Ынджи, которая сидела у меня на коленях и внимательно наблюдала за мной, забралась мне на плечи.

И вдруг она укусила меня за шею.

– Ой!

Испугавшись, я упала с дерева. К счастью, оно было не слишком высоким, поэтому я не получила серьёзных травм.

У меня сильно болела шея, поэтому я приложила к ней руку. С руки потекла кровь. И это была не багровая, а густая, фиолетовая кровь.

– Чёрт возьми, что это такое?

Я прикрыла шею рукой, чтобы остановить кровотечение, и перевела взгляд на Ынджи, которая всё ещё сидела на дереве.

Ынджи расхаживала взад-вперёд по ветке. Когда наши взгляды встретились, она широко открыла рот и выплюнула что-то похожее на фиолетовый газ.

Он был похож на ядовитый газ, выпущенный при взрыве анаконды на острове Нам.

– Ядовитый газ?

Услышав мой недоуменный вопрос, Ынджи вздрогнула и завертелась в оцепенении. Затем она медленно спустилась с дерева и с большим усилием забралась мне на шею, обвиваясь вокруг.

Она постучала головой по моей шее.

– Почему…?

С недоуменным выражением лица она опустилась на землю, широко открыла рот и выпустила облако фиолетового газа размером с кулак. Затем она снова забралась мне на плечо и постучала по шее.

Только тогда я поняла, что хотела сказать Ынджи.

– О. Значит, эта фиолетовая кровь – ядовитый газ?

Ынджи облизнула язык, затем обняла меня за плечи и прижалась лицом к моей щеке, явно довольная.

Я взяла бинт, который хранила в сумке, и остановила кровотечение на шее. Я сильно надавила, и фиолетовая кровь продолжала просачиваться сквозь бинт. Чем больше фиолетовой крови проникало в бинт, тем яснее становилось моё сознание.

Ощущение, которое было таким болезненным и мучительным, словно мир рушится, постепенно утихло.

– О, может быть, вот почему?

Причина, по которой я не могла мыслить рационально.

Похоже, причиной проблемы стал ядовитый газ, который я вдохнула прошлой ночью, сунув сигнальную ракету в пасть анаконды.

– Странно, я всё время чувствовала от себя странный запах. Должно быть, это отравление.

Когда головная боль наконец утихла, а разум прояснился, я начала беспокоиться о группе, которую бросила.

Да, Энок и Кайден не могли причинить мне вреда. Это наверняка было недоразумение. Мне следовало выслушать их объяснение.

Но даже если бы я его услышала, смогла бы я в том состоянии отличить правду от вымысла? Вряд ли.

Именно я была той дурой, которая в помутнённом сознании не смогла отличить иллюзию от реальности и сбежала.

– Чёрт.

Я поправила сумку через плечо и огляделась. В панике я убежала так далеко, что теперь заблудилась.

Ынджи могла чувствовать, где я нахожусь, но найти остальных ей было не под силу, так что двигаться пришлось мне самой.

– Все меня ищут?

Независимо от того, был ли правдой тот ночной разговор, они наверняка ищут меня.

Больше всего в памяти всплывали лица мужчин – их паника и отчаяние, будто рушился весь мир, когда я убегала от них.

– Ладно. Для начала надо встретиться и спросить.

Решение уйти окончательно зависело от их ответа.

Я достала из рюкзака карту. Но сколько я ни вглядывалась, поблизости не было ни рек, ни других примечательных ориентиров, так что определить своё местоположение оказалось непросто.

– Если запустить сигнальную ракету, монстры сразу сбегутся.

Не имея другого выхода, я стала искать ровное, хорошо освещённое солнцем место, чтобы сориентироваться.

Я воткнула длинную палку в ровный грунт. Определив направление по тени, я развернула карту.

Пещера, где я встретила гигантскую анаконду, находилась дальше на западе. Сориентировавшись, я снова двинулась в путь. Нужно было найти пещеру до заката.

К счастью, я убежала не так уж далеко и нашла пещеру ещё до захода солнца. Однако, кроме потухшего костра, никаких следов людей не осталось.

Я тронула пепелище. Ни малейшего тепла. Казалось, они ушли уже давно.

– Чувство дежавю.

Со мной уже случалось нечто подобное. Тогда, пока я осматривала пещеру, вернулся Энок. Может, и сейчас будет так же?

Я села у входа в пещеру и стала ждать Энока, Кайдена и Рузефа. Бесконечно.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багрянец. Вокруг стояла тишина. Я неподвижно сидела у входа, уставившись в небо.

Я знала, что оставаться здесь опасно, но какое-то время сидела как прикованная, не в силах пошевелиться. Вдруг они всё-таки вернутся?

Интересно, чувствуют ли они себя преданными из-за того, что я им не поверила? Даже если и так, мне нечего им сказать.

Поэтому я ждала.

Сссс...

Ынджи, казалось, волновалась – она металась туда-сюда, высовывая язык. Я сидела и безучастно наблюдала за ней.

Спускались сумерки.

И никто не возвращался.

– Может, подождать ещё день?

Вообще-то, возможно, в бункер лучше идти одной. Я достала из рюкзака блокнот, найденный в хижине Дженаса, и открыла его.

– Говорят, Дженас рассказал тебе о вратах. Я скоро приду. Жди меня там.

Это была записка на последней странице. Почерк явно отличался от предыдущих записей.

– Врата?

А под этим текстом, очень небрежно и почти неразборчиво, было написано ещё что-то.

Я достала фонарик, который дал мне Дженас, и осветила страницу. Буквы были процарапаны с сильным нажимом, и лишь после долгого всматривания мне удалось их разобрать.

– Я расскажу, как вернуть Маргарет.

Погоди-ка, что это значит? – Вернуть Маргарет…?

Шуршание.

Но времени на раздумья больше не было. Потому что совсем рядом послышалось какое-то движение.

Я быстро выключила фонарь, сунула его в сумку, схватила сигнальную ракету и, подхватив Ынджи с земли, затащила её глубже в пещеру. Затем я заботливо прикрыла вход ветками и листьями.

Прижав Ынджи к себе, я прислонилась к стене пещеры и затаила дыхание.

Шуршание.

Совсем рядом слышался звук шагов по листьям.

Топ. Топ.

Затем раздались тяжёлые, глухие шаги. Они были настолько грубыми, что это вряд ли могли быть Энок или Кайден.

Затаив дыхание, я выглянула в щель между листьями. Снаружи медленно проходила рыба, передвигавшаяся на двух ногах.

– Какая мерзость.

Но затем последовала ещё более отвратительная картина.

Вжжж-хлоп!

Рядом с двуногой рыбой взлетела птица. Заметив её, рыба разинула пасть. И тут же из пасти выскользнуло длинное, похожее на гусеницу, тело, усеянное острыми зубами, и птица исчезла в нём.

– Чёрт возьми. Что это ещё такое?

Я едва сдержала крик, судорожно стиснув зубы.

Проглотив добычу, рыба осмотрелась. Я замерла, следя за её движениями. И тут её взгляд, скользивший по окрестностям, остановился прямо на мне.

Я инстинктивно прикрыла рот ладонью и отпрянула, прижавшись спиной к холодной стене пещеры.

Топ. Топ.

Боясь даже взглянуть, я просто крепко зажмурилась. Звук шагов приближался, казалось, прямо ко входу.

Шорох.

Раздался звук прикосновения к листьям, которыми я прикрыла вход. Я медленно открыла глаза и встретилась взглядом с рыбой, которая уже просунула голову в пещеру.

Сердце замерло.

В тот же миг Ынджи, сидевшая у меня на руках, резко выдвинулась вперёд и...

Кх-а-а-а!

Оскалила свои острые клыки в угрожающей гримасе.

Она была всего лишь детёнышем анаконды, но её бесстрашие и свирепость впечатляли. Рыба на мгновение замешкалась, а затем попыталась отступить.

Ынджи, словно только этого и ждала, выдохнула в неё струю огня.

Гууу-у-у-ух!

Голова рыбы вспыхнула. Чудовище завизжало и отпрянуло, а я, подхватив Ынджи, выскочила из пещеры и бросилась бежать вглубь леса.

К счастью, звуков погони за спиной не было.

Дженас наблюдал за этим? Он говорил, что не всегда следит через глаза монстров. Надеюсь, это правда.

Я бежала сквозь кусты, спотыкаясь, пока не зацепилась за ветку и не кубарем покатилась по земле.

– А-а-а!

Я вскрикнула и сжалась от боли. В левое предплечье впился тонкий острый сук.

– Чёрт!

Было так больно, что выступили слёзы.

Чёрт возьми, куда подевались все? От боли нахлынула новая волна жалости к себе.

Я вытерла слёзы, посмотрела на руку и сделала глубокий вдох. Нужно было вытащить эту ветку из предплечья.

Фу-у-х. Ещё один вдох. Я протянула дрожащую руку, схватила торчащий сук и одним рывком выдернула его.

– А-а-а... ик... ик...

Сдерживая боль, я пыталась успокоиться с помощью глубоких вдохов. Но слёзы текли ручьём.

Трясущимися, как у больного, руками я нащупала в сумке бинт. Тот самый, которым утром вытирала яд анаконды.

– Если попадёт инфекция, никакая повязка не поможет...

Но если порвать футболку, получится бикини. А брюки были из неподходящей ткани.

Не оставалось выбора. Я сложила бинт в несколько слоёв, стараясь приложить к ране наименее загрязнённую часть, и туго обмотала предплечье.

Закончив, я наконец расслабилась и рухнула на землю. Слёзы безостановочно текли по щекам. Было больно, тяжело и невыносимо одиноко.

– Чёрт, да я ещё и жутко голодная! – пробормотала я, вытирая слёзы тыльной стороной ладони, и подняла голову.

Солнце уже село, небо стало лиловым. Если стемнеет ещё больше, я замедлюсь и не смогу быстро реагировать на атаки.

Пришлось искать место, где можно переждать ночь.

Тут Ынджи, которая ползала рядом, ткнулась головой мне в ногу и поползла прочь. Затем она оглянулась, проползла ещё немного и снова посмотрела на меня.

Обычно она так делала, когда хотела, чтобы я шла за ней. Плотнее сжав в руке сигнальную ракету, я покорно последовала за ней.

Мы продирались сквозь чащу, пока Ынджи не остановилась на одном месте и не начала кружиться.

– И что здесь? Здесь же ничего нет.

Это была просто лесная чаща. Кругом высокие деревья, негде спрятаться.

Ынджи продолжала вертеться на месте. Я подперла подбородок рукой и наблюдала за ней.

И тогда я заметила, что земля у неё под ногами странно проседает и поскрипывает. Это была почва, но она подозрительно прогибалась.

Я опустилась на колени перед этим местом, и Ынджи наконец отступила. Я осторожно разгребла землю рукой – под ней оказалась деревянная панель.

– Что это?..

К ней была прикреплена дверная ручка.

Ынджи, похоже, тоже не понимала, что это, и с любопытством кружила вокруг. Я медленно потянула ручку на деревянном люке.

И под ним открылась лестница, уходящая вниз, в темноту.

Я на мгновение остолбенела, уставившись на неё. Что, чёрт возьми, она здесь делает?

Ой!

В этот момент издалека раздался волчий вой. – Чёрт возьми!

Я в панике повернула голову и увидела Ынджи, которая смотрела на меня с ясным, озадаченным выражением лица. Я переводила взгляд с Ынджи на тёмную лестницу внизу, размышляя о ситуации. – Может, лучше спуститься вниз?

Ой!

Волчий вой, последовавший за этим, заставил меня перестать колебаться и спуститься. – Мне нужен фонарь.

Я осмотрелась и нашла длинную палку. Затем я размотала бинт с предплечья. К счастью, рана перестала кровоточить, так что нанести лекарство не составит труда.

Я бросила бинт на пол и достала зажигалку из сумки через плечо. Я смочила бинт жидкостью для розжига, обернула им конец палки и посмотрела на Ынджи. – Ынджи, свети.

По моей просьбе Ынджи выпустила небольшой, размером с кулак, поток пламени. Повязка загорелась, и факел ярко запылал.

Я протянула руку к Ынджи. Словно она ждала этого, она забралась мне на руку и крепко прижалась головой к плечу.

И вот мы спустились по лестнице. Только когда я сошла на землю, я дотянулась до открытой деревянной доски у входа и закрыла дверь.

Была кромешная тьма, из-за чего было трудно что-либо разглядеть. Едва удерживая обзор факелом, я медленно спускалась по лестнице.

Крепко держа заряженный факел в другой руке, я держала его перед собой, готовый в любой момент нажать на курок, не отрывая глаз от земли. Мои плечи были напряжены.

Я не знала, что скрывается под этой лестницей, но надеялась, что это будет лучше, чем монстры наверху.

Лестница, которая долго поднималась вверх, наконец закончилась, и мои ноги коснулись твёрдой земли.

Я подняла факел, чтобы осветить окрестности, и обнаружила тёмный коридор, в котором было трудно что-либо разглядеть. Коридор был чрезвычайно узким и низким, едва достаточно широким для того, чтобы по нему мог пройти человек небольшого роста.

Казалось, что таким крупным мужчинам, как Энох и Кайден, пройти было невозможно. Возможно, поэтому он казался ещё более жутким. – Кто это построил?

Неужели это действительно Дженас?

Вместо того чтобы исследовать это странное место в одиночку, лучше было бы сесть на лестницу и подняться, когда взойдёт солнце. – Но я не могу просто пройти мимо, не осмотрев его.

Даже без этого наша информация об острове была крайне ограничена.

Это означало, что нам нужно было активно исследовать даже самые незначительные детали. Кто знает, может быть, мы найдём ещё одно место, похожее на хижину Дженаса?

Я глубоко вздохнула и шагнула вперёд. Пространство было узким, поэтому я держала факел перед собой и осторожно двигалась. Возможно, из-за каменных стен в коридоре было холодно и сыро.

Тук-тук.

Необычно громко капала вода. Чувствуя себя немного не по себе, я шагнула вперёд, затем повернула факел, чтобы посмотреть назад.

Я не видела конца впереди, и, пройдя некоторое время, поняла, что то же самое происходит и позади меня.

Я стояла там, потерянная посреди коридора, пока Ынджи, сидевшая у меня на плече, не подняла голову и не потерлась чешуёй о мою щёку, вернув меня в чувство. – Спасибо.

Тихо прошептав Ынджи, я продолжила идти.

Я почувствовала, как резко падает уровень кислорода.

Меня охватила глубокая дилемма: стоит ли мне вернуться? – Не лучше ли выйти на улицу и поискать Эноха и Кайдена?

Но я знала, где они.

Я стояла, затерянная в тёмном коридоре, размышляя об этом, и наконец продолжила идти. Коридор казался бесконечным.

В этот момент Ынджи, которая обвилась у меня вокруг руки, высунула голову, посмотрела прямо перед собой и оскалила свои острые клыки.

Кьяак…

Я замерла, напрягшись.

Я протянула руку с факелом вперёд, но видела только дюйм перед собой.

И в этот момент я услышала приближающийся издалека звук.

Ду-ду-ду-ду-ду-ду…

Это был жуткий звук, словно что-то огромное катилось по коридору.

Спрятаться было негде. Коридор был узким и низким.

Чёрт возьми. Я не знала, что это было, но неужели я умру здесь, так бессмысленно?

… … Нет, этого не может быть. – Мне нужно бежать!

Я повернулась, чтобы вернуться тем же путём. В этот момент Ынджи, которая сидела у меня на плече, внезапно забралась мне на голову. – А? Ынджи!

Испугавшись, я позвала её, но она безжалостно подпрыгнула. Должно быть, её заслонил потолок, но она исчезла в темноте.

Испугавшись, я подняла факел и увидела переплетение лиан на потолке, похожее на стальной каркас. Ынджи висела между ними, облизывая язык.

Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду…

Тихий звук постепенно приближался. Он дал мне представление о длине коридора.

Я быстро зажала палку факела в зубах и прыгнула, крепко вцепившись в лианы на потолке.

Затем я подтянула ноги, как будто делала упражнение на перекладине, и зажала их между лианами, свисая с потолка. – Чёрт, мне кажется, я сейчас упаду.

Мои руки дрожали, как лист осины. В старшей школе я всегда занимала последнее место на перекладине. А теперь ещё и рука была травмирована.

Факел во рту мог коснуться лиан. Это ещё больше затрудняло поддержание равновесия. – Но я должна жить.

Это отчаянное желание не умереть дало мне силы, которых мне так не хватало.

Ду-ду-ду-ду…

Звук, который я слышала издалека, стал невероятно близким. Я думала, что это звук катящегося камня, но, прислушавшись, поняла, что он немного легче.

Вися на потолке, я посмотрела вниз, и на краю своего перевёрнутого зрения увидела что-то движущееся вдали.

Ко мне катилась стая больших крыс.

Я наблюдала за их приближением, и по спине пробежал холодок. Я прижалась к потолку и стала ждать, пока они благополучно пройдут по коридору.

Вскоре подо мной прокатился клубок крыс.

Я вздохнула с облегчением, но…

Глухой удар.

Лиана, которую я держала в правой руке, оборвалась. Услышав этот звук, клубок крыс, который уже исчезал вдали, замер на месте.

Глухой удар. На этот раз оборвалась лиана, которую я держала в левой руке. Моя верхняя часть тела рухнула вниз.

– Чёрт, чёрт!

Я упёрлась ногами, чтобы не упасть на землю. Затем, сжимая факел в зубах, я потянулась вперёд, чтобы обеспечить себе обзор.

Крысы, сбившиеся в клубок вдали, внезапно разбежались и бросились ко мне.

Я поспешно приземлилась на землю и помахала им факелом, угрожая, чтобы они не приближались ко мне. Когда пламя разгорелось, крысы замерли и отступили.

В этот момент Ынджи, висевшая на потолке, спустилась на пол.

Крысы, с опозданием обнаружившие Ынджи, отреагировали необычно. Они начали извиваться и убегать, некоторые даже колебались. Это было понятно, учитывая, что перед ними появилась хищная анаконда.

Проблема заключалась в том, что эти крысы тоже были чудовищами, и Дженас мог узнать моё местоположение через них.

– Чёрт возьми!

Ынджи сползла на пол и поползла ко мне. Она искоса взглянула на меня.

– Делай, что хочешь.

С моего разрешения она один раз вильнула хвостом, а затем широко открыла пасть. Когда она вдохнула, даже далёкие крысы закатились и были засосаны в пасть Ынджи.

Сильная сила всасывания сотрясла узкий коридор, и пламя факела потускнело, словно вот-вот погаснет. Через мгновение ветер стих, и мордочка Ынджи вернулась к своему нормальному размеру. В коридоре не осталось ни одной крысы.

Ынджи взглянула на меня и высунула язык. Наконец, она отрыгнула. А змеи отрыгивают?

Какая разница? Ынджи даже не настоящая змея.

– Молодец.

Ынджи, казалось, была в восторге от моего комплимента, кружась на месте.

– Если бы не Ынджи, у меня могли бы быть проблемы.

В конце концов, Ынджи была лучшей. Я подняла её, посадила себе на плечо и пошла обратно к концу коридора.

На самом деле, это было мрачное место, где крысы могли выскочить в любой момент. Судя по тому, что съела Ынджи, у них, должно быть, были магические способности.

Я немного ускорила шаг. Мне нужно было быстро выяснить, что находится в конце этого коридора, прежде чем встретиться с Энохом и Кайденом.

После того как прошло ещё около получаса, коридор наконец закончился. В конце мерцал слабый свет.

Я достала спрятанную в сумке сигнальную ракету, зарядила её и осторожно приблизилась к источнику света.

С неба лился свет, и я подумал, что это проход, ведущий наружу. Но, увы, это был не солнечный свет.

Потолок был заблокирован деревянными прутьями, как решетки канализации. Сквозь прутья я видел мерцающий свет факелов, висящих на стене.

Казалось, мы не снаружи, а наверху.

– Похоже, нам нужно подняться наверх.

Дальше пути не было. Видимо, тот путь, по которому я шел, был не официальным проходом, а боковой дорогой.

Я не мог дотянуться до потолка на цыпочках, поэтому мне приходилось осторожно прыгать. Но как бы я ни старался, прутья не двигались. Я прыгал и карабкался, но это было непросто.

– Черт возьми.

Я на мгновение сдался и сел.

Должен быть другой вход, но если это так, мне придется вернуться тем же путем и найти новый вход.

– ...

Кажется, это был единственный выход, который я смог придумать, и я был глубоко расстроен. Казалось, это пустая трата времени. Затем внезапно в моей голове промелькнул вопрос:

– Но кто зажег факел наверху?

– Здесь никого не должно быть.

С этой мыслью я прислонился к стене, но стена позади меня внезапно исчезла. В результате я упал лицом вниз.

Я не знаю, что случилось. Стены никогда и не было, или она исчезла в тот момент, когда я прислонился к ней?

Я вскочил и побежал обратно в коридор, где был. В стене, к которой я прислонился, образовалась дыра, открывающая новый путь.

Я смотрел вперед, осматривая только что созданный путь. Даже с факелом я не мог разглядеть, что находится в конце.

– Такое ощущение, что я вхожу в лабиринт, и меня охватывает тревога.

С решимостью я крепко сжал факел и прошел через отверстие.

И вот я снова оказался в бесконечном коридоре.

Внезапно, под ногами появилось неприятное ощущение, я упал вперед. Поскольку я шел только с фонариком, освещающим путь, я не мог четко видеть землю.

Мои ноги все глубже погружались в болото, которое я никак не мог определить. Черт возьми.

На всякий случай я бросил сумку на относительно спокойную землю. Затем я попытался выбраться из болота. Но чем больше я пытался, тем глубже погружался.

В этот момент из грязи торчали несколько белоснежных костей. Они выглядели как скелетные руки. Они шарили по поверхности, словно что-то ища.

– Черт. Если меня поймают, мне конец.

Я отчаянно пытался вырваться из грязи, но нижняя часть моего тела уже была полностью погружена.

Ынджи, обвившая меня за руку, запаниковала и забралась мне на плечо, зависнув над головой. Она выдула огонь на торчащие из болота кости, но ничего не загорелось. Было ясно, что они пропитаны магией.

Зачем, черт возьми, эти существа здесь, и чего они хотят? Я не знаю, чего именно, но отпусти меня! В этот момент две костлявые руки рядом со мной заметили меня и схватили за плечи. Ынджи, которая была надо мной, подпрыгнула и извергла огонь, но это было бесполезно.

Я пыталась вырваться, дотягиваясь до ровной земли, но было слишком поздно. Что-то под ногами резко дернуло меня за лодыжки. Я быстро отбросила Ынджи, которая все еще была надо мной, на ровную землю.

– Прости, что я тебя бросила, Ынджи! Ты выживешь!

С этими словами все мое тело полностью погрузилось в грязь.

Я приготовилась к смерти, думая, что вот-вот упаду.

Я упала на землю. Испугавшись, я подняла голову и посмотрела на потолок. Покрытый грязью потолок выплюнул меня, я корчилась и извивалась, прежде чем расплющиться и принять свою первоначальную форму.

– Что это, черт возьми?

Я огляделась вокруг, но темнота мешала четко видеть.

В этот момент сверху с глухим стуком упало что-то. Это была Ынджи, извивающаяся и двигающаяся ко мне. Существо даже зажало в пасти ремень моего рюкзака. Должно быть, оно преследовало меня, как только меня засосало в грязь.

– Там больше никого нет, кроме тебя.

Мои глаза наполнились слезами. Я обняла существо и на мгновение всхлипнула. Ынджи, которая терлась головой о мою щеку, высунула голову, огляделась и выдохнула огонь изо рта. Это на мгновение прояснило мне зрение.

Я пошатнулась назад, испугавшись груды черепов, окружающих нас. Более того, два скелета, которые, как я предположила, затащили меня сюда, держались за мои лодыжки. – О, сюрприз!

Я успокоила своё испуганное сердце и оттолкнула скелетов. Они безвольно упали на пол, словно сломавшиеся игрушки.

Пространство было невероятно узким. Казалось, это кладбище скелетов. Выхода не было, кроме как через покрытый болотом потолок.

Я достал из сумки зажигалку. У меня оставалось немного масла для факелов, поэтому я зажег ее. Используя слабый свет, чтобы не затуманивать зрение, я внимательно осмотрел окрестности.

Там, на полу, были разбросаны предметы, предположительно принадлежавшие скелетам.

Я поднял кулон и кольцо, которые привлекли мое внимание. Это был кулон, принадлежавший Рохадам, и жреческое кольцо, выданное Ватиканом. По-видимому, и Рохады, и Ватикан нашли здесь свою смерть.

Это подтвердило мою гипотезу о том, что на этом острове были и другие, помимо нас и Зенаса. И, похоже, здесь жило очень много людей. Проблема была в том, что все они были мертвы.

Почему кладбище в таком месте? И почему эти скелеты были одержимы магией? Как будто они ждали, когда кто-то придет.

В другом месте валялась разбросанная одежда. Боевые мундиры волшебников и паладинов. Вид смешанных боевых костюмов магов и паладинов напомнил о Новой войне с демонами. Дизайн униформ явно был разработан специально для этой Новой войны с демонами.

Неужели этих людей похитили на этот остров во время Новой войны с демонами?

Маги, жрецы и рыцари Рохадесов, сражавшиеся в битве при Ромалисане. Они должны быть связаны.

– Похоже, этот остров создан для экспериментов. Ватикан XX, проводивший надо мной эксперименты, сказал, что у них есть список подопытных. Упоминалось имя Зенаса, поэтому я подумал, что у них есть какая-то связь. И у моей семьи тоже.

Я тихо вспомнил слова Кейдена.

Ватикан и Рохадесы, лидеры Магической башни, конфликтуют уже тысячу лет. Однако, если вы послушаете рассказы Кайдена о прошлых экспериментах, вы узнаете, что Ватикан и Рохадесы, которые когда-то враждовали, на самом деле тайно проводили совместные эксперименты и сотрудничали до такой степени, что составили список подопытных.

После этого произошла Шинма-война. Почему две фракции внезапно вступили в войну? Ухудшились ли их отношения?

Но тот факт, что паладины и маги в боевой форме времен недавней Шинма-войны присутствовали здесь, говорит о том, что они тоже были подопытными.

Это означает, что эксперименты продолжались, и Рохадесы и Ватикан не были враждой.

Если они уже сотрудничали, почему две фракции начали войну?

– …Неужели они вели войну, чтобы принести жертвы?

Согласно нашим предположениям, жертвами, приносимыми этому острову, были люди, обладающие магическими или божественными силами. И единственный способ украсть эти магические таланты, не боясь быть замеченным,– это война. Поскольку численность населения, обладающего магическими или божественными способностями, с каждым днем сокращалась, Святой Престол и Магическая Башня растратили свои людские ресурсы, развязав войну Шинма.

Из бесчисленных сражений того времени битва при Ромалисане была самой бессмысленной и привела к наибольшим жертвам. Магическая Башня попалась на абсурдный план храма.

Более того, говорят, что количество останков, найденных после битвы при Ромалисане, было значительно меньше фактического числа погибших и пропавших без вести.

Могли ли рохады попасться на нелепый план Святого Престола, потому что это была спланированная война? Чтобы привлечь большое количество подопытных?

– Боже мой.

Для какого эксперимента они так старались привлечь подопытных?

Пока я был погружен в свои мысли, Ынджи продолжала расхаживать вокруг небольшой гробницы. Возможно, ища способ сбежать. Но, конечно же, помимо глиняного потолка, который вытолкнул нас наружу, она была полностью запечатана со всех сторон. Это было место, которое мгновенно напугало бы любого, кто страдает клаустрофобией. И эти движущиеся скелеты тоже.

Это была моя вина, что я пришла сюда, зная, что это опасно.

– … … Я скучаю по Эноху. И по Кейдену.

Мне нужно было быстро поделиться с ними своими новыми знаниями.

С этой мыслью Ынджи подошла и забралась мне на бедро.

Я погладила её чешую и подняла сумку с пола на плечо. Затем я прислонилась к стене и вздохнула.

– Похоже, выхода нет. Что мне делать? Я должна найти выход… …

Все были в состоянии шока после потери Маргарет.

Энох и Кейден были особенно в тяжелом состоянии. Это отличалось от того, как они бросились в реку. Казалось, они потеряли всю силу воли из-за шока и саморазрушения. Пока Кейден и Энох искали Маргарет, Рузеф ухаживал за Диего, который едва пришёл в себя. Диего, хотя и был ранен, поднял свой меч и встал.

– Вам нужен отдых, сэр.

– Думаю, вы не сможете.

Диего, наблюдая за появлением Эноха и Кайдена, покрытых кровью чудовищ, ответил Рузефу.

Энох и Кайден весь день искали Маргарет, обыскивая окрестности зубами, убивая каждого монстра, которого находили.

Диего, хотя и был ранен, предложил помощь. Его лицо было бесстрастным, словно он не чувствовал боли.

Энох последовал его примеру, и Рузеф вздохнул, задаваясь вопросом, неужели все рыцари так нечувствительны к боли.

– Всё же, просто отдохните. Отговорив Диего, Русев повернулся к Эноху и Кайдену.

Двое сидели на полу, изможденные и ошеломленные. Их лица выглядели так, будто мир рухнул.

Русев знал, что они хвалят себя и винят в этом себя.

Энох и Кайден весь день искали Маргарет, обыскивая окрестности зубами и убивая всех монстров. С тех пор как Маргарет исчезла, они оба не отдыхали, не ели и не спали.

Они постоянно бормотали: – Это моя вина.

– Маргарет…

В этот момент Энок тихо умылся и заговорил:

– Может быть, Маргарет вернулась в пещеру, где мы были.

Его отчаянный голос был полон безысходности и проблеска надежды.

Однако Кайден и Рузеф немного скептически отнеслись к идее возвращения Маргарет.

Последнее выражение лица Маргарет, которое они помнили, было выражением предательства.

– Тем не менее, я думаю, было бы неплохо снова проверить пещеру. Как насчет того, чтобы разделиться и двигаться группами?

Энок молча кивнул в ответ на вопрос Рузефа, а Кайден уставился на грязный земляной пол.

Между ними снова воцарилась неловкая тишина.

После долгого молчания Энок неуместно выругался и бросил на пол кусок ткани, который держал в руках. Это был лоскут от платья Маргарет. Похоже, это была та самая вещь из её сумки через плечо, поэтому они и проследили след от пещеры до этого места. – Черт возьми, разве всё это не из-за этого бессмысленного плана?

Казалось, что Энок потерял рассудок, его голос дрожал от недоверия, и Кайден вскочил со своего места.

– Ты меня обвиняешь? Я думал, Ваше Высочество согласилось?

На вопрос Кайдена Энок расстегнул рукава рубашки и закатал их в раздражении. Затем он резко взмахнул рукой и провокационно посмотрел на Кайдена, словно искал драки.

– Я видел, как ты меня обвиняешь? Как сказал Господь, я согласился на план, поэтому я не собирался никого обвинять, но, похоже, ты немного обиделся.

Энок стиснул зубы, подавляя бурлящие внутри эмоции. Его лицо, необычайно нетерпеливое и тревожное, выглядело нехарактерно для него.

– Чёрт, ты это говоришь…! Мужчины начали драться, каждый схватив другого за воротник. Они обменялись ударами и беспрепятственно покатились по полу.

Рузеф нахмурился, словно смотрел на диких зверей, и отступил.

В этот момент Диего шагнул вперёд. Он подошёл к Эноку и Кайдену, держа их на расстоянии, и кивнул Рузефу.

– Подожди, епископ.

Кажется, одумавшись после слов Диего, Энок раздражённо фыркнул, перестал размахивать кулаком и оттолкнул его руку.

Проблема была в Кайдене. Рузеф, почувствовав ситуацию, схватил Кайдена, который бесчинствовал вместе с Диего.

Кровь текла из его головы сквозь покрасневшие глаза. Кайден, с ужасом на лице, сопротивлялся, пока его крепко не привязали к дереву.

– Отпустите его!! Энок, грубо вытерший окровавленное лицо тыльной стороной ладони, приводя в порядок свою одежду, устало посмотрел на Кайдена.

– Ты в порядке? – спросил Диего Энока напряжённым голосом. В его глазах читалось беспокойство, что Энок может сойти с ума при виде крови.

Энок устало вздохнул.

– Всё в порядке. Теперь я могу контролировать свои вспышки.

Диего и Рузеф оба удивились его словам. Им было любопытно, как ему удаётся их сдерживать, но Энок ничего не объяснил.

– Ты разве не нашёл леди Флоне? – тихо спросил Рузеф, наблюдая.

Энок с беспокойством провёл руками по волосам. Глубокое отчаяние разлилось по его лицу. Он не мог продолжать, лишь шевелил губами, прежде чем наконец закрыть их. Прежде чем он успел что-либо понять, его глаза налились кровью. Я не знаю, насколько Маргарет неправильно истолковала их слова, но как же ей, должно быть, было страшно, одной. Как же тяжело ей должно было быть.

Одна только мысль об этом заставляла чувствовать, будто на грудь упал камень. В горле так сжалось, что было трудно дышать.

– Сдавайся. Я не могу тебя найти.

Затем кто-то ответил.

Это был не Энок. Откуда-то раздался голос молодого мальчика.

Все мужчины огляделись, пытаясь определить направление звука.

Кайден, который барахтался, будучи привязанным к дереву, с суровым выражением лица поднял взгляд на дерево.

– Кто ты? Не прячься в таком месте. Спускайся, Дженас.

– Извини. Так не пойдет.

Энок, вместе с Рузефом и Диего, проследили за взглядом Кайдена и подняли головы на дерево.

На толстой ветке сидел мальчик, одетый в ту же мантию, что и Кайден.

Мальчик, который был точь-в-точь как Кайден, вплоть до серебристых волос и красных глаз, неторопливо ответил, болтая ногами: – Я не могу использовать здесь свою силу.

– Тогда уходи.

Мальчик почти не отреагировал на резкие слова Кайдена.

Пока Рузеф и Диего были озадачены его бесстрастным видом, Энок узнал в мальчике перед собой Дженаса, того самого человека, о котором ранее говорили Кайден и Маргарет.

– Здравствуйте.

Мальчик поприветствовал Энока, Рузефа и Диего. Диего поднял меч и направил его на мальчика.

– Кто ты?

— спросил Рузеф, повернувшись к Кайдену и Эноку. Кайден, не отрывая взгляда от мальчика, ответил:

– Я говорил вам вчера вечером. На этом острове тысячу лет живет волшебник.

Вспомнив разговор, который у них состоялся, пока Маргарет лежала больная после отравления ядовитым газом, Рузеф наконец поднял на мальчика удивленный взгляд. Мальчик подождал, пока их разговор закончится, затем пожал плечами и заговорил:

– Я пришел, потому что мне было любопытно.

Затем он очень медленно и неторопливо оглядел комнату.

Увиденное взбесило Кайдена, который и без того пылал яростью.

Кайден сорвал с себя обвязанные стволы деревьев и посмотрел на мальчика.

– Ты пришёл из любопытства? Ты всё видел, не так ли? Я же сказал тебе слезть, пока я тебя не вытащил, ты, чёртов идиот!

– Нет.

Мальчик пожал плечами и спокойно ответил. Он бесстрастно взглянул на группу, затем медленно вздохнул и сказал:

– Я пришёл рассказать вам интересную историю…

Он снова замолчал, как медленно движущаяся черепаха, наклонив голову и глядя на них сверху вниз, словно бог, наблюдающий за человечеством.

– …Вы не слушаете? Энок стоял, скрестив руки, и смотрел на мальчика. Его брови неодобрительно поднялись.

– Интересную историю?

Мальчик кивнул в ответ на вопрос Энока.

– Да. Это будет очень интересно.

Мальчик говорил медленно, каждое слово произносил, затем делал паузу. Потом он посмотрел на небо, на мгновение замер, прежде чем медленно продолжить.

– Речь идёт о нашей Маргарет.

Рузеф был озадачен словами мальчика. – Нашей, – сказал он. Необычная, внезапно проявившаяся собственническая привязанность мальчика к Маргарет была поразительной.

– Маргарет, которую вы знаете, – это не та Маргарет, которую вы знаете.

Все замерли в шоке от последовавшего шокирующего заявления. Мальчик улыбнулся, словно ожидал такой реакции.

– Похоже, внутри Маргарет Роуз Флоне находится ещё одна душа.

На прежде бесстрастном, безэмоциональном лице мальчика появилась яркая, похожая на цветок улыбка.

Я не знаю, сколько времени прошло. Особенно трудно было определить время в кромешной темноте под землёй.

Когда я зашевелилась, Ынджи, которая была рядом со мной, подползла и прижалась лицом к моей руке.

Я подняла её на плечо и спокойно снова огляделась.

В подземной гробнице, казалось, не было ничего более примечательного.

Возможно, именно поэтому эти скелеты и привлекли меня сюда.

Пожалуйста, признайте их смерть.

С тревожным выражением лица я помолилась за скелетов, затем внимательно осмотрела стену. Там было место, куда проникал свет.

Я потрогала стену, проверяя наличие трещин, и обнаружила вентиляционное отверстие. Должно быть, это была внешняя стена.

– Проблема в том, что нужно разрушить стену.

Использовать сигнальный пистолет будет сложно. Если потолок обрушится вместе с ней, меня засыплет землёй.

– Что мне делать?

Я долго размышляла над этим. Дзинь, дзинь, дзинь.

Я услышала, как скелеты двигаются позади меня. Это было так жутко, что я даже не могла обернуться и замерла.

Я услышала, как скелеты быстро приближаются. Вскоре они прошли мимо меня и с глухим стуком врезались в стену. – Что, что?

Я безучастно смотрела на лежащие на полу, рассыпавшиеся в прах скелеты.

Скелеты, следовавшие за мной, бросились вперёд и один за другим врезались в стену.

В одно мгновение десятки скелетов бросились ко мне, врезаясь в стену. Шорох сопровождал звук разлетающихся обломков каменной стены.

Тук-тук.

Скелеты без остановки приносили себя в жертву каменной стене. После долгого повторения, наконец, угол стены открылся.

– О боже.

Свет хлынул сквозь щель в стене. Открылся проход, достаточно широкий, чтобы я могла проскользнуть.

Скелеты, словно выполнив свой долг, потеряли силы и рухнули на пол кучей.

– Спасибо.

Я поблагодарила скелеты. Я не была уверена, слышат ли они меня.

Возможно, они помогли мне избежать участи стать жертвой, подобной им?

Я тихо вышла из темного подземного пространства через отверстие.

Поднимаясь по внешней стене, я увидела лестницу, освещенную факелами. Она была узкой, едва достаточной для прохода одного человека.

Лестница была заблокирована с обеих сторон каменными стенами, и только один проход вёл вниз, а другой – вверх.

Я решила начать с исследования верхнего этажа.

У меня было предчувствие, что это может быть бункер. Единственное место на острове Алеа, где могло существовать подобное пространство, – это бункер. К тому времени местоположение тоже было точно определено.

Итак, я медленно поднялась по узкой прямой лестнице. Вскоре я достигла верхнего этажа.

Слева от лестницы был коридор, а в конце – дверь. Я остановилась у лестницы, уставившись в коридор, а затем снова на лестницу. Казалось, я могла бы подняться на ещё один этаж.

– Может, мне просто подняться до самого верха, а потом спуститься?

В конце концов, не сумев открыть дверь, я поднялась на верхний этаж. Возможно, там был проход, ведущий наружу. С едва заметной надеждой я поднялась наверх.

Как и ожидалось, в конце лестницы была дверь, которая, казалось, вела наружу.

Проблема была в том, что она была наглухо заперта. Её нельзя было открыть изнутри, так что я попала в беду.

Вдруг я вспомнила о ключе Юанны. Может, это дверь, которую нужно открывать снаружи? Поскольку я вошла через боковой проход, это могла быть официальная дверь. – Значит, я в ловушке?

Моё сердце бешено колотилось. Напряжение и страх захлестнули меня, но я заставила себя сохранять спокойствие и оценить ситуацию.

– Во-первых, внизу есть комната, верно? Давай проверим там.

Я снова спустилась по лестнице и остановилась перед дверью, которую видела раньше. Я не была уверена, есть ли за этой дверью комната, но почему-то у меня было предчувствие, что есть.

Я схватила дверную ручку и повернула её. Она заскрипела, подтверждая, что дверь не заперта. Я медленно открыла дверь.

В комнате была кромешная тьма, и я ничего не видела. Это делало всё ещё более жутким, поэтому я открыла дверь и глубоко вздохнула.

– Что мне делать? Мне нужно включить свет.

В тот момент, когда я подумала об этом, в комнате внезапно вспыхнул свет.

– О, боже!

Я вздрогнула, вцепившись в дверь. Факелы, висящие на стенах, словно загорелись. Если бы я осталась на этом острове, у меня бы совсем не осталось сердца. – В конце концов, это была магия.

Было ясно, что этот бункер (по крайней мере, я так предполагала) находится под сильным заклятием.

Я внимательно осмотрела комнату.

Как и читала в романе, она была заполнена современными предметами. На мгновение я потеряла дар речи.

В комнате были кровать, диван, стол, вешалки с одеждой и полки с едой и предметами первой необходимости.

Предполагалось, что она рассчитана на одного человека, но, казалось, в ней без проблем разместятся Энок и Кайден, Рузеф.

Кто бы, чёрт возьми, построил такую комнату и зачем?

Я последовала за Ынджи и внимательно осмотрела комнату.

На полках были горы консервов. Там были банки с фруктами, кукурузой, тунцом и даже ветчиной.

Я с радостью взяла их.

Ворчание, ворчание. У меня урчал живот после нескольких дней без еды.

Я чуть не расплакалась, но сначала проверила сроки годности на банках.

– Если подумать, какой смысл проверять сроки годности? Я не знаю, сколько времени прошло.

Но, учитывая, что я была в Корее в прошлый раз, у большинства банок ещё оставалось больше трёх лет.

Возможно, это совпадение, но, похоже, они прибыли на остров примерно в то же время, что и я.

В оригинале Юанна явно не умела есть, даже не знала, как открыть банку. Тот, кто убирал эту комнату, похоже, тоже не умел есть.

– Что в бункере?

– Еда и предметы первой необходимости...? – Они еще съедобны? Разве они не испортились?

– Они съедобны? Я оставил их, потому что они мне не были нужны.

Нет. Вспоминая об этом, я понимал, что Дженас точно знал о наличии еды в бункере.

Если бы Анатха умела читать по-корейски, она, возможно, прочитала бы надписи на банках и поняла бы, являются ли они предметами первой необходимости.

В любом случае, я умирал от голода, поэтому решил их съесть.

Я открыл банки и жадно их съел, и слезы навернулись мне на глаза.

– Я хочу, чтобы Энох и Кайден тоже это попробовали.

Я хотел попробовать и другие банки, но сдержался. Я подумал, что лучше всего поделиться остальными с Энохом и Кайденом.

Я взял с полки небольшой рюкзак и запихнул в него банки.

Я также положил туда салфетки, ополаскиватель для рта, свечу и что-то похожее на канцелярский нож. Я огляделся, чтобы посмотреть, не возьму ли что-нибудь ещё, но, к сожалению, ничего не нашёл. Жаль, что там нет кучи гранат, как в прошлый раз.

Я внимательно осмотрел комнату, а затем взглянул на аккуратную кровать в углу.

– Я хочу лечь.

Я даже не помню, когда в последний раз спал в кровати.

Если подумать, в каюте Зенаса тоже была кровать. Кровати в комнате на третьем этаже были аккуратно застелены, но я настоял на том, чтобы спать на первом этаже.

– Подождите-ка, Зенас спал в гамаке.

Чёрт возьми.

Я на мгновение стиснул зубы, вспомнив о Зенасе, затем поставил сумку на пол и осторожно сел на кровать. Я сейчас немного посижу, подожду.

Одеял не было, но кровать была невероятно мягкой. Матрас был хороший. Я сел на кровать и уставился на закрытую дверь.

– А? Но закрывала ли я когда-нибудь дверь?

Я не помнила, но, наверное, закрывала. Наверное, я была слишком занята едой, чтобы вспомнить.

С этой мыслью в голове я тихонько вытянула ноги и легла. Казалось, это лучше, чем матрас, который у нас был дома, поэтому я захотела сравнить.

Ынджи, которая лежала на полу, забралась на кровать. Затем она свернулась калачиком рядом со мной и зевнула. Должно быть, она тоже очень устала.

Я наблюдала, как она задремала, потом и я, и меня накрыла сонливость, и я уснула.

Впервые за долгое время я погрузилась в комфортный, безмятежный сон на мягкой кровати.

Возможно, поэтому мне смутно снились мои дни в роли Ли Джинджу. Время, когда я была так не на своем месте, так оторвана от общества, так незначительна.

Мое присутствие среди людей всегда было едва уловимым. Я чувствовала себя брошенной в этом огромном обществе.

Я попробовала работать инструктором в скаутском отряде, работа, оптимизированная для жизни в группе, но всё было так же. Никто меня не узнавал и не помнил.

– Джинджу? О... Джинджу, ты же работала в нашем отделе, верно?

Даже в компании, занимающейся организацией походов, куда мне удалось устроиться, ко мне странно относились как к незнакомцу. То же самое было, когда я руководила крупным проектом.

Я всегда удивлялась, почему не могу вписаться, как все остальные. Я чувствовала себя чужой в этом мире.

А потом однажды я случайно подобрала на улице роман – Что-то важнее выживания.

У меня было предчувствие, что нас связывает нечто важное. Я почувствовала странное притяжение.

День, когда я подобрала роман на улице, был ничем особенным. Но книга, которую я взяла в тот обычный день, была невероятно особенной.

На тротуарном блоке, куда упала книга, был выгравирован круг с таинственными узорами, и от этих узоров исходил голубоватый свет.

Книга, о которой шла речь, лежала прямо на полу.

– Да. Я только что вспомнил.

Это было такое удивительное явление, такое незабываемое, как я мог совсем забыть об этом?

Свет, исходящий от пола, исчез в тот момент, когда я поднял книгу. Словно он ждал этого момента.

Вот так я вдруг оказался читающим роман на улице. В тот момент мне было так любопытно, что я не мог не читать.

А потом, абсурдно, в тот момент, когда я закончил, на меня упала вывеска, и я умер насильственной смертью.

Я не знаю, куда делась книга. Я даже не знаю, откуда она взялась.

Теперь, когда я думаю об этом, это, должно быть, был магический круг.

– Магический круг...?

Мои глаза расширились от внезапной мысли.

И мои глаза встретились с парой красных глаз прямо передо мной.

Женщина с белоснежными серебристыми волосами и кроваво-красными глазами прижалась ко мне и пристально смотрела.

– Фу!

Я вскочила и отступила назад. Ынджи, спавшая у моей кровати, испугалась и резко обернулась.

Я села на кровать, прислонившись к стене, и осмотрелась. Но женщина, которую я видела несколько мгновений назад, исчезла, словно мираж.

– Что случилось? С недоуменным выражением лица я встала с кровати и обыскала комнату, но никого не было.

Потом я заметила, что дверь открыта.

– Я что, спала с открытой дверью?

– Нет. Дверь явно была закрыта перед тем, как я легла спать. По спине пробежал холодок, и я застыла на месте, глядя на открытую дверь.

– Если подумать, у той женщины, которую я видела раньше, были серебристые волосы и красные глаза.

Внешне она больше походила на члена семьи Рохад. А если это была женщина, то это могла быть Анафа, которую Кайдэн видел в каюте Зенаса.

– Подождите, нет. Нет. По словам Кайдэна, Анафа была запечатана живой в каюте Зенаса. Она никак не могла появиться здесь…

Я схватился за голову и задумался над этим странным явлением.

Если подумать, я видел призрака в каюте Зенаса, точно так же, как и сейчас. Разве та таинственная фигура в черной одежде не привела меня в комнату Зенаса? Даже когда меня схватил монстр и вытащил из каюты Зенаса, я увидел таинственную тень в окне – Комнаты отдыха.

В той – Комнате Покоя, где, как предполагается, была запечатана Анатха.

Возможно…

Могла ли Анатха, будучи запечатанной, разделить своё тело и душу, а затем отправить свою душу в другое место?

Если она пыталась передать сообщение кому-то другому, избегая взгляда Зенаса, то это вполне возможно.

Однако, поскольку она была запечатана в Комнате Покоя и, по сути, являлась духом-хранителем, даже если такое было возможно в хижине Зенаса, это место находилось очень далеко.

С… Подниматься наверх не было смысла, поэтому я решил снова осмотреть нижний уровень. Тот, куда я не смог спуститься вчера, потому что мне было слишком страшно.

– Но неужели прошло уже два дня с тех пор, как я пришёл в этот подвал?

Без окна, через которое можно было бы видеть небо, я не мог понять, прошёл день или два, и моё чувство времени полностью исчезло.

– Ищут ли меня Энох и Кейден?

– Возможно, они несколько раз сделали вид, что ищут меня, а потом сдались. У них больше не было бы причин рисковать жизнью, разыскивая меня.

– Кейден, научившись контролировать свои магические способности, смог контролировать свои эмоции, а Энох теперь прекрасно справлялся со своими вспышками гнева.

Так что эти двое мужчин больше во мне не нуждались.

– Это немного разочаровывает.

У меня сжалось сердце, но я постарался не обращать на это внимания и спустился по лестнице.

Я прошел мимо следов скелетов на стене и продолжил спуск.

На каменной стене ровно горел факел. Я обнаружил слово – Алеа, выгравированное по всей каменной стене.

Поскольку – Алеа было выгравировано везде, к чему прикасался Зенас, казалось несомненным, что именно он построил этот бункер.

Наконец лестница закончилась, и я оказался на ровной поверхности.

Нижний этаж был темным, без факелов. Я достал из сумки свечу и зажигалку и зажег фитиль.

В конце прямоугольного пространства, похожего на комнату, находились две двери. На правой двери было выгравировано слово – Возвращение, а на левой – магический круг. это.

Я сделал несколько шагов к дверям, как вдруг из-под моих ног хлынул свет.

В центре квадратного пространства был выгравирован магический круг, и прежде чем я успел что-либо понять, я уже стоял на нём. У моих ног лежала книга, которую я раньше не видел.

– А? Это…

Это был роман – Что-то важнее выживания.

Я взял книгу. Мои воспоминания были смутными, но старые, толстые страницы напоминали книгу, которую я читал раньше.

В этот момент страницы раскрылись, испустив вспышку света. Она была настолько интенсивной и яркой, что мне было трудно открыть глаза.

Через мгновение, когда свет погас и зрение вернулось, я оказался в другом месте.

Точнее, это было то же самое место, но казалось, что это другой период времени.

Две двери и магический круг, нарисованный на полу, были идентичны. На стене горел факел, а передо мной стояли две женщины, присевшие на магическом круге.

Это была женщина с серебристыми волосами и красными глазами, и Юанна с короткими светло-каштановыми волосами.

Подожди, Юанна?

– Извините.

Я окликнула их, но они не двинулись с места, словно не слышали.

Осветив окрестности фонариком, я увидела, что одна стена густо покрыта красными цветами тентационема. Что-то подобное? Ещё минуту назад было темно, поэтому я не могла разглядеть стену.

– Вы в порядке?

– Спросила у Юанны женщина с седыми волосами. Юанна едва кивнула, её щёки покраснели. Казалось, она пристрастилась к тентационему.

Женщина с седыми волосами никак не отреагировала, поэтому я подотела, что у неё иммунитет.

– Извините, эти цветы – творения Дженаса, поэтому я не могу от них избавиться. А как же ключи?

Слова женщины с седыми волосами заставили меня снова взглянуть на красные цветы. Дженас, должно быть, посадил здесь тентационем, чтобы затруднить доступ к этим двум дверям.

Юанна достала ключи из кармана и показала их мне. Это был тот же ключ, который она показывала нам в хижине на южном острове.

Юанна спросила сереброволосую женщину:

– Вы действительно собираетесь спасти всех?

Слова Юанны показались мне озадаченными. Спасти всех? Всех? Никто из нас ещё не умер, не так ли?

Сереброволосая женщина с вопросительным выражением лица спросила:

– Всех? Ты ведь не ладила с Маргарет, Флоне, не так ли? Маргарет обращалась с тобой как со служанкой. Она даже пыталась тебя убить. Я всё это видела.

Вероятно, это была Аната. – Я всё это видела, – сказала она, возможно, имея в виду взгляд глазами чудовища, как у Дженаса.

И обращалась с тобой как со служанкой? И пыталась убить Юанну? Это сцена из романа – «Что-то важнее выживания».

Юанна на мгновение опустила глаза, словно вспоминая прошлое, с горькой улыбкой.

– Это Маргарет меня ненавидела. На самом деле Маргарет мне нравилась.

– Почему тебе нравится тот, кто тебя ненавидит? Ты что, извращенец?

– Да, нравится. Похоже, это смесь любви и ненависти.

Но её взгляд оставался непоколебимым. Словно она знала, что в её словах нет лжи. Я видела, как трепещут её ресницы.

– Я всегда считала дворян непоследовательными и лицемерными. Но Маргарет была честна в своих желаниях. Она была абсолютно честна. Мне это в ней нравилось.

Затем она хитро улыбнулась. Возможно, из-за того, что её щёки раскраснелись от пристрастия к тентационему, она выглядела невероятно соблазнительно.

Как ни странно, оценка Маргарет со стороны Юанны была чрезмерно лестна. Возможно, она разделяла мои мысли, как спросила Юанну сереброволосая женщина, Аната.

– Ты больше человек, чем выглядишь, не так ли?

– Я?

– Удивительно, что ты не ненавидишь человека, который пытался тебя убить по этой причине.

– Ну, я просто думаю, что Маргарет немного лучше тех проклятых людей, которые вонзают тебе нож в спину, – добавила Юанна со слегка горьким выражением лица.

– Если я вернусь в прошлое, я не позволю Маргарет или кому-либо ещё умереть так бессмысленно.

Седовласая женщина, которая молча слушала, кивнула, словно уважая её слова.

– Да. Пожалуйста, сделай это. Именно поэтому я тебе помогаю.

– … …

– В этом смысле давайте поговорим о том, как душа Маргарет исчезла в другом измерении. Только Дженас может открыть межпространственные врата. И это не то, что можно просто так открыть… …После завершения эксперимента нужно собрать магическую силу мёртвых, чтобы открыть их. Это не врата, которые можно открыть магической силой одного или двух человек.

– Значит, цель этого эксперимента заключалась в том, чтобы собрать магическую силу для открытия межпространственных врат? Я не могла скрыть своего шока от шокирующих слов Анаты.

– Подождите, а как же исчезновение Маргарет в другом измерении?

– Я не понимаю, как душа леди Флоне была выброшена в другое измерение ещё до окончания эксперимента. Остров мог быть несовершенным. После тысячи лет экспериментов этот остров стал всё более несовершенным.

Аната указала на дверь с надписью – «Возвращение». Затем она указала на левую дверь с нарисованным на ней магическим кругом.

– Это не значит, что нет другого способа открыть межпространственные врата. Если ты откроешь врата возвращения этим ключом, то и пространственные врата тоже откроются. Тогда я приведу Маргарет. Дженас ещё не знает о нашем сговоре, поэтому нам нужно действовать быстро.

– Юанна открыла врата возвращения.

– У меня подкосились ноги, и я рухнула на землю.

– Но молодая девушка, которую привела Флоне, может быть не той девушкой, которую ты знаешь. Скорее всего, это другой человек с той же душой. И ты, вероятно, всё равно не помнишь свою нынешнюю жизнь.

– Другой человек с той же душой. Это явно была отсылка ко мне, Ли Джин-джу.

– Тогда кто я?

– Я Маргарет или Ли Джин-джу?

Итак, я… …

Я… … .

Постоянный шок словно парализовал мои мысли. Я крепко сжимала дрожащими руками книгу.

В отличие от всех остальных, может быть, потому что я была Маргарет, и в то же время не Маргарет?

Затем послышался голос Юанны.

– Всё в порядке. Сейчас все мертвы, и я единственная выжившая, но если я вернусь в прошлое, я увижу всех живыми. Вот что важно.

Но как только она закончила говорить, Юанна прикусила нижнюю губу и закрыла рот. Словно пытаясь скрыть ярость, подступающую к горлу.

– Ты сказала, что если я открою врата возвращения, то только я вернусь в прошлое. Значит, Аната, которого я встречу, – это и есть Аната из прошлого?

– Нет, я буду собой нынешней. Хижина, которую построил Дженас, подобна самому телу этого острова, не затронутому течением времени. Однако, если я открою врата возвращения, Дженас узнает об этом. Тогда меня могут запечатать.

– Причина, по которой я создала нечто вроде врат регрессии…

– Это была крайняя мера, чтобы обратить эксперимент вспять, когда все подходящие испытуемые умрут. Чтобы повторять его бесконечно, пока не будет достигнут желаемый результат. … …Прости.

– Аната извинилась с болезненным выражением лица. Чувство вины отразилось на её лице.

– Я пойду спасать тебя. С Маргарет.

Аната усмехнулась словам Юанны.

– Я уже совершила много грехов с Дженасом. Меня нельзя спасти.

Аната посмотрела на магический круг, нарисованный на полу. Когда она коснулась его рукой, он засветился.

– И тебя тоже. Ты знаешь, как открыть врата регрессии? Просто использовать ключ недостаточно. Ты нарушаешь закон причинности, поэтому рискуешь своей душой.

– Ты рискуешь своей душой? Я была поражена и переводила взгляд с Анаты на Юанну и обратно. Глаза Юанны сильно дрожали. Она всё шевелила губами, пытаясь ответить, а затем, наконец, стиснула зубы. Долгое время она молчала.

Аната, ожидавшая её ответа, заговорила твёрдо.

– Знаешь, что значит посвятить свою душу? Это значит, что ты должна пожертвовать своей жизнью, чтобы открыть врата возвращения. Даже если ты вернёшься в прошлое и найдёшь способ сбежать, даже если все смогут покинуть этот остров, ты не сможешь уйти. Ты умрёшь в одиночестве на этом острове. Твоя душа связана с островом.

– И всё же ты повернёшь время вспять для всех?

Нос Юанны покраснел, когда она слушала.

Она нахмурилась, словно от боли, а затем наконец подняла взгляд. Слёзы текли по её щекам.

– Это будет непростое решение. Наконец, она грубо вытерла слёзы тыльной стороной ладони, сглотнула и безучастно уставилась на книгу «Что-то важнее выживания», упавшую на пол.

– Аната. Аната сказала это. Что важнее выживания, так это не забывать, кто я есть. Вот почему я пыталась записать всё, что пережила. Я так и не закончила. Яд Тентационема сделал это невозможным. Написать. Но благодаря этому я кое-что поняла. Я действительно никому не помогла. Если мне дадут ещё один шанс, я обязательно всех спасу.

Юанна посмотрела прямо на Анату, её лицо теперь было совершенно спокойным.

– Даже если я не вернусь в прошлое, я всё равно умру здесь одна. В таком случае я спасу всех перед смертью. На мне лежит ответственность за всех.

Ответственность за всех.

Это была слишком тяжёлая ответственность для Юанны, чтобы нести её в одиночку.

Аната кивнула со сложным выражением лица. – Ключом будет молодая леди Флоне, которая открыла пространственный портал и привела меня сюда. Пусть она станет надеждой для всех, пусть все сделают другой выбор в прошлом, когда вернутся…

Аната пробормотала, поднимая упавшую на пол книгу «Что-то важнее выживания».

– Я закончу эту запись. Я планирую использовать её как средство для возвращения юной леди Флоне. Думаю, будет лучше, если я добавлю что-нибудь, что заинтересует её, чтобы она дочитала до конца.

К сожалению, после этих слов Анаты галлюцинация исчезла. Факелы, сопровождавшие галлюцинацию, тоже исчезли, и свет от магического круга погас.

Я стояла одна в тёмном подвале.

Я подозревала, что «Что-то важнее выживания» может быть записной книжкой Юанны. Это было начало, но в итке это оказался роман, который Аната добавила, чтобы заманить меня. Видение, которое я только что видела, было не из романа, а записью, оставленной Анатой в магическом круге перед её регрессией.

Теперь всё, кажется, наконец-то обретает смысл.

Да. Каким-то образом я почувствовала, что личность Юанны в романе отличается от её реальной.

Появление монстров и ключ, оставленный у постели Юанны, – всё это тоже было следствием её регрессии.

Мой разум опустел.

Я ничего не могла сделать, кроме как беспомощно стоять там.

Размышления об Анате и информации, которую она раскрыла, были второстепенны.

Я не была ни Маргарет, ни Ли Джин-джу, ни кем-либо ещё.

Юанна, чья душа была заложена, стала добровольной неизлечимо больной.

Юанна, которую я видела до сих пор, похоже, ничего не помнила из того времени, что было до её регрессии. Однако остатки прошлого, бессознательно отражавшиеся в её памяти, должно быть, всё ещё оставались. То, как она говорила мне бессмыслицу, то, как она хотела взять всё под контроль, должно быть, было следствием этого. Мой разум был в смятении, столкнувшись с шокирующей правдой.

Честно говоря, я не знала. Какой смысл был в её жертве? Осмелюсь ли я вообще сказать, что поняла её?

Почему она была святой, обладавшей такими необычайными божественными силами, откровением, невиданным за последние сто лет? Почему Бог даровал ей такие божественные силы?

Теперь мне казалось, что я понимаю.

– Зачем пытаться нравиться и хорошо выглядеть в глазах того, кто тебя ненавидит? Ты извращенец?

– Верно. Похоже на отношения любви-ненависти.

Пережевав недавний разговор, я снова почувствовал тяжесть в груди. Увидев неожиданную изнанку и правду о Юанне, я был в полной растерянности.

Более того, одного лишь разговора Анаты и Юанны было недостаточно, чтобы раскрыть все тайны острова. Оставались и неразгаданные вопросы.

Какая связь между семьёй Рохаде, Храмом и Дженасом?

И что такое Врата измерений и зачем они существуют?

Что за – врата были в хижине Дженаса?

С-с-с-с…

В этот момент Ынджи, мирно обвившаяся у меня на плече, лизнула меня языком. Благодаря этому я пришёл в себя.

Но я тут же почувствовал странный запах, доносящийся до кончика носа. С запозданием вспомнился факт, что каменная стена была сплошь покрыта ядовитым растением тентаконемой.

Я зажёг свечу, которую держал, чтобы осмотреть стену рядом с дверью. Как и в видении, там густо цвели красные цветы.

Потрясающее зрелище заставило меня затаить дыхание.

В тот же миг часть жёлтой пыльцы попала мне в нос. Я невольно закашлялся.

Кхем-кхем.

От этого жёлтая пыльца с густо покрывавших стену цветов разлетелась во все стороны. Это было невероятное количество.

– Чёрт побери!

Всего один цветок, который принёс Рузеф, вызвал у меня сильные побочные эффекты, а тут – такое количество. Я плюхнулся на пол.

Не понимаю, как Юанна вообще смогла здесь выдержать.

Моя голова уже начинала мутнеть. Всё тело горело.

Как мучительно…

Это было несравнимо с тем, что я пережил в прошлый раз. Боль, нахлынувшая на меня, была в несколько раз сильнее.

Сознание уплывало вдаль. Нет, скорее, казалось, будто я схожу с ума.

Чувствовалось, будто вся кровь в теле высыхает. Руки и ноги дрожали. Возможно, у меня даже были конвульсии.

Казалось, будто меня бросили в бурлящую лаву, и я медленно таю, как кусок железа, на грани безумия от неторопливой агонии.

Я уже некоторое время мучился так, едва цепляясь за остатки сознания.

– Так вот ты где?

Откуда-то донёсся знакомый голос. Он звучал как голос юного мальчика.

Я с отчаянием протянул руку в сторону, откуда слышался голос. Мои пальцы ухватились за что-то, похожее на край одежды.

– Помогите…

– Безопасного способа пересечь болота не существует. Артдал и Юанна уже несколько раз пытались перейти болото, терпели неудачу и отступали.

Хотелось найти другой путь на Северный остров, но раз подвесной мост разрушен, дорога только одна.

– Кажется, надо искать другой способ. Нечего поесть, и сил нет.

Артдал, плюхнувшись на землю, тяжело вздохнул. Измождённый, он беспомощно растянулся на земле. Теперь у него не было сил ни ходить, ни говорить.

Мало что давало умение охотиться. Ни он, ни Юанна не знали, как обрабатывать добычу.

– Неужели нет способа? – пробормотала Юанна с выражением явной усталости на лице.

Артдалу тоже стало не по себе, глядя на обычно невозмутимую женщину с поникшим видом и печальным взглядом.

К тому же судьба Маргарет и остальных была неизвестна, а перебраться на Северный остров не удавалось. Ситуация была наихудшей.

Лишь бы Маргарет была жива.

Поскольку прошло уже немало времени, Артдал тоже начал терять самообладание и всё больше нервничать.

– Хоть это и болото, деревьев много. Если бы только не ступать на землю, можно было бы перейти, но и это непросто.

Пока деревья не растут вплотную друг к другу, перемещаться, перепрыгивая с одного на другое, – трудная задача.

Юанна, молча слушавшая его, с видом человека, у которого возникла идея, хлопнула в ладоши.

– У меня есть хорошая мысль.

Она объяснила свой план.

Выслушав объяснение, Артдал, и так считавший Юанну слегка не в себе, понял, что она была куда более безумной, чем он думал.

– Заманить монстров в болото и пройти по ним? Ты понимаешь, что это равносильно самоубийству?

– Мне не жалко своей жизни. Я буду приманкой, – сказала Юанна с твёрдой решимостью на лице.

Артдал смотрел на её лицо со смешанными чувствами.

Она по-прежнему вызывала подозрения, но определённо, Юанна изменилась после того, как Маргарет и остальные упали в реку. Словно другой человек.

Неужели все, кто находится на этом острове, меняются, становясь другими? Маргарет тоже так изменилась, а теперь вот Юанна…

Артдал, взъерошив волосы, покачал головой.

– Если я брошу Святую Деву в качестве приманки и спасусь один, то оставшуюся жизнь проживу в ужасном чувстве вины. Хоть я и негодяй, но не настолько же подлый, чтобы отречься от человеческого достоинства.

Артдал поднялся с места, поправил одежду. Затем, глядя на Юанну, заговорил:

– Расскажи подробнее, что ты задумала. Я помогу.

Дженас, направляясь к бункеру, напевал себе под нос.

Раз уж он посеял семена недоверия среди остальных подопытных, его дело было сделано.

– Всё же это последний эксперимент.

Нужно довести до конца.

Медленно пробормотав это, Дженас легко зашагал. Теперь настала очередь проведать, что делает Маргарет.

Кажется, последний раз я видел её в подземном проходе.

Он уже отследил её местоположение через глаза монстра в форме крысы. Думал, она войдёт через главный вход, но не ожидал, что она проникнет через проход, о котором он сам давно забыл.

Дженас рассмеялся от удовольствия.

– Всё же это интересно.

Впервые за тысячу лет.

Другой мир с необычными предметами и уникальной, разнообразной письменностью. Он тысячи раз пытался провести эксперимент по открытию Врат измерений, ведущих в тот мир.

Но ни разу не удавалось успешно провести человека через межпространственную щель…

Как она сюда попала, откуда именно, какой она была изначально – неизвестно…

– Наконец-то успех совсем близок.

Просто сказать, что человек изменился, было бы слишком просто; в случае Маргарет многое было неясно.

А оказалось, она из другого измерения.

Маргарет, ночевавшая в хижине Дженаса, спрашивала его о – бункере.

В отличие от других карт, на её карте было написано – bunker буквами из другого мира. Ни один житель Империи не смог бы узнать, что это подземное хранилище с таким названием.

Значит, у неё есть уязвимые места. Мило.

Размышляя об этом, Дженас раздвинул густые заросли и углубился дальше в горы.

Если это не хижина, движимая магией Анаты, он не мог использовать магию. Поэтому приходилось двигаться самостоятельно, что было весьма утомительно.

Раздвинув грязные ветки и листья, он обнаружил плоскую каменную стену, покрытую толстым слоем мха.

Снаружи она не выглядела как дверь, но был скрытый замок. Дженас осмотрел замочную скважину в замке, достал из кармана ключ и легко открыл дверь.

Внутри подземелья он обнаружил Маргарет, лежащую на магическом круге Анаты.

Ксссс.

Жалкая змейка, стоявшая на страже рядом с ней, оскалила на него острые клыки. Это была маленькая змейка с серебристой чешуёй.

– А, это ты. Я тебя поджидал.

Маленькая змейка, казалось, была очень недовольна и хлестала хвостом по полу.

Дженас, скрестив руки, уставился на маленькую змейку. Его красные глаза пристально осмотрели её, и змейка съёжилась от испуга. Затем, робко поглядывая по сторонам, она закружилась вокруг Маргарет и спрятала мордочку у неё на плече.

– Она точно монстр.

Причина, по которой он мог смотреть глазами других монстров, но не этой.

– Она запечатлела её.

Монстр, запечатлевший человека.

Забавно. Маргарет и вправду забавна.

Дженас медленно опустился на одно колено на магическом круге, где лежала Маргарет. Затем своей маленькой рукой отодвинул её волосы.

– …Мне… плохо…

Маргарет, с пылающим красным лицом, издала мучительный стон. Было очевидно, что она отравлена тентаконемой.

Дженас тихо поднял книгу, упавшую у её ног. На обложке было написано: – То, что важнее выживания.

До сих пор он не понимал, зачем Аната нарисовала здесь магический круг, и оставил его как есть. Но, похоже, пока он отсутствовал, Маргарет обнаружила круг, и произошло нечто интересное.

Дженас, пристально глядя на книгу, заметил остатки колышущейся магии на круге.

– Похоже, магический круг активировался…

Если оставить всё как есть, кто-то другой может украсть оставшуюся магическую энергию.

– Лучше я поглощу её сам.

Он тут же положил руку на магический круг, нарисованный под лежащей Маргарет. Сквозь геометрические узоры просочился голубой свет.

Просачивающийся свет впитался в руку Дженаса. Тело присевшего на корточки мальчика начало постепенно расти.

Дженас, имевший тело двенадцатилетнего мальчика, теперь выглядел как юноша лет двадцати с лишним.

Серебристо-белые волосы, развевающиеся вокруг шеи, острые черты лица и красные глаза, в которых постепенно проявлялся фокус, холодно сверкали.

– Хаа. Как же легко.

Его физическое тело не было целостным. Поэтому, чтобы защитить его, в обычное время ему приходилось принимать облик ребёнка. В том состоянии даже вести диалог выше определённого уровня было затруднительно.

Поглотив магическую энергию, запечатанную в магическом круге, и сняв ограничение, он наконец смог вернуться к облику взрослого.

Конечно, в момент, когда поглощённая энергия иссякнет, он снова уменьшится.

Дженас лениво погладил подбородок и посмотрел на Маргарет, которая продолжала мучительно стонать на полу.

– По…моги…

Она протянула руку и схватила его за лодыжку.

Дженас лишь смотрел на неё с интересом, не двигаясь с места.

– Эй, Маргарет. Магический круг Анаты, должно быть, активировался. Что ты видела? Расскажи, что это было, и я тебе помогу.

Аната, его сестра, предала его после создания острова Алеа и проведения экспериментов с ним. Незадолго до своего предательства она вырезала таинственный магический круг в подвале этого бункера.

Это был магический круг, к которому он не мог прикоснуться. Дженасу было любопытно, как ей удалось активировать его магический круг.

Сочетание её души, книги Юанны и магического круга.

– Возможно, это план Анаты – провести другую душу через пространственный разлом. Я не знаю, каков её план, но это очень интересно.

С этими мыслями он снова стал расспрашивать Маргарет, но, конечно же, она была так сильно пьяна, что не могла прийти в себя.

С этими мыслями он снова стал расспрашивать Маргарет, но, конечно же, она была так сильно пьяна, что не могла прийти в себя.

Дженасу ничего не оставалось, как наклониться, чтобы поднять её. Но тут серебряная змея, которая пряталась и наблюдала за происходящим, набралась смелости и выпрыгнула из-под постели Маргарет.

Уаааа!

Затем она извергла на него огонь.

Серебряная змея проявила повышенную бдительность, словно решив не позволить никому прикоснуться к своему хозяину. Её храбрость была восхитительна: она дрожала, но пыталась защитить своего хозяина.

Дженас молча смотрел на змею. Хотя она не могла контролировать разум и заимствовать тело, как другие монстры, она, по крайней мере, могла угрожать.

Как и ожидалось, существо, испуганное его красными глазами, заёрзало и снова спряталось за кроватью Маргарет.

– Не будь дураком.

Дженас усмехнулся и поднял Маргарет. Её тело легко упало ему на руки.

Она была слишком легкой. Это было почти жалко.

– Ну что ж. Наверное, она плохо поела. – Конечно.

Дженас напевал себе под нос и снова поднимался по лестнице, держа Маргарет на руках. Серебряная змея робко следовала за ним, настороженно относясь к ситуации.

Маргарет, всё ещё находившаяся у него на руках, протянула руку и обняла его за шею.

Он невольно замер.

– Хаа.

Наконец она уткнулась щекой ему в плечо. Её горячее дыхание проникло сквозь край капюшона и коснулось его кожи.

Дженас вздрогнул, затем вздохнул.

Маргарет, обняв его за плечи, прижала к себе ещё крепче, словно не хотела расставаться.

– Нет…

Проныла она, её дыхание стало быстрым. Затем она потёрлась щекой о затылок.

Брови Дженаса поднялись. Он слегка наклонил голову и искоса посмотрел на покрасневшее лицо Маргарет. – Маргарет, это немного сложно.

Тихо пробормотал Дженас.

Но Маргарет яростно, беззвучно покачала головой и крепче обняла его за шею. Она разрыдалась, уткнувшись лицом ему в плечо и снова и снова качая головой.

Её худое тело дрожало, словно в лёгком припадке.

– Не уходи, пожалуйста…

Маргарет отчаянно искала его кожу, затем разрыдалась, а потом издала мучительный стон боли.

– Ты знаешь, кто я?

Маргарет покачала головой в ответ на его вопрос. Казалось, она ничего не замечала. Слышала ли она вообще его вопрос?

Дженас посмотрел на неё с изумлением.

Своими демоническими глазами он видел, как Маргарет и её спутники сошли с ума от отравления цветком Тентационема. Это был первый раз, когда он стал свидетелем таких страданий.

– Это серьёзно. Дженас, бормоча что-то себе под нос, увидел, как Маргарет, судорожно дёргаясь, почти задыхается, и рассеянно обнял её.

Тепло и прикосновение кожи, казалось, немного успокоили её. Она прижалась лицом к его груди, тяжело дыша.

Дженас обнял её и погладил по спине, как ребёнка, пытаясь успокоить.

– Что я делаю?

Пробормотал он эти слова, удивлённый даже самим собой, но его руки продолжали ласкать Маргарет.

Поскольку ему нравилось наблюдать за реакциями Маргарет, Дженас всерьёз задумался, стоит ли ему привлечь ещё Тентационема.

– Нет. Было бы проблемой, если бы Маргарет испортила эксперимент, как святая, из-за этого.

Эксперимент был на грани успеха, но открылись врата возврата, заставив его начать всё сначала.

Он собрал магическую силу сотен людей, чтобы успешно завершить эксперимент, и у него почти накопилось достаточно магической силы, чтобы открыть пространственные врата. Последний выстрел, и этот утомительный эксперимент закончится.

– Пожалуйста, сотрудничай, Маргарет.

Дженас криво усмехнулся, глядя на Маргарет, корчащуюся от боли.

После завершения эксперимента он вселится в тело своего потомка и вернёт себе кулон. Тогда он обретёт силы, способные даже управлять измерениями.

Разве такой силы не будет достаточно, чтобы компенсировать все потраченные годы?

– Ну, какой бы ни была твоя душа, это уже не имеет значения. Я подумал, что это сделает эксперимент интереснее.

Сказав это, Дженас щёлкнул пальцем по переносице Маргарет, которая всё ещё была у него на руках.

И тут:

– Кто вы?

Раздался знакомый голос. Дженас поднял взгляд.

У входа в бункер, у подножия лестницы, стояли мужчина с седыми волосами и мужчина с чёрными волосами, глядя на него. Это были Энох и Кайден.

– Что за чёрт, XX. Разве это не похоже на этого проклятого мальчишку? Потомок, которого он так долго ждал, моя идеальная пара, был невероятно высокомерен. Дженас усмехнулся и надменно поднял подбородок.

– Прости, что я не оправдал твоих ожиданий. Это моя истинная природа.

– Что, Дженас? Что ты, чёрт возьми, сделал со своим телом?

— спросил Кайден, его лицо исказилось от страха. Тем временем Энох свирепо посмотрел на Дженаса и тихо вытащил меч.

– Зачем вступать в разговор с подозрительным человеком? Лучше усмирить его силой.

Даже увидев вспышку острого клинка, Дженас спокойно пожал плечами.

– Я же говорил тебе, что Маргарет обманула тебя. И всё же ты ей веришь? Этот ребёнок – не та Маргарет, которую ты знаешь.

Дженас кивнул в сторону Маргарет, которую держал на руках. После кивка взгляд Эноха вернулся к Маргарет, но его лицо исказилось в угрожающей гримасе.

Энох держал меч, но, поскольку Маргарет держал Дженас, он не мог безрассудно атаковать.

Возможно, тень от его широких плеч делала Эноха ещё более массивным и свирепым. Его блестящие золотые глаза были более угрожающими, чем пылающее пламя.

– Почему вы должны судить об этом? Мы будем судить, – ответил Энох, словно обдумывая свои слова.

Дженас на мгновение восхитился этим человеком, от которого исходила такая мощная аура, что даже он, человек многих лет, заколебался.

Цель заключалась в том, чтобы посеять сомнения, но, похоже, с этими людьми это не очень хорошо работало.

– С другими подопытными подобные вещи быстро приводили к конфликту.

Дженас разочарованно облизнул губы.

Этот человек был одержим Маргарет. Нормальный разговор был невозможен. Это можно было понять, просто взглянув им в глаза.

– Интересно.

Дженас вспомнил, что до того, как время повернулось вспять, двое мужчин перед ним не только не проявляли интереса к Маргарет, но и вели себя так, словно возвели стену вокруг женщин.

А теперь они без ума от неё?

– Нет, не от „Маргарет“, а от какой-то другой неопознанной женщины.

Дженас с любопытством посмотрел на покрасневшее лицо Маргарет в своих объятиях.

Она обняла его за шею, как кошка, прижимаясь мордочкой к его плечу. Она сжала руки так крепко, словно никогда его не отпустит.

Увидев это, Дженас пожал плечами, глядя на Эноха и Кайдена.

– Похоже, Маргарет я нравлюсь больше, чем вы двое.

Кайден зловеще улыбнулся, его глаза были готовы разорвать Дженаса на куски в любой момент. Его красные глаза, чуть более острые, чем у Дженаса, опасно сверкнули. – XX, я буду слушать только Маргарет. Чёрт. Ты сукин сын. Отпусти Маргарет.

Дженас обнял Маргарет и похлопал её по спине, словно хвастаясь ими. Затем он усмехнулся.

– Что мне делать? Меня тоже очень интересует Маргарет.

– Этот сукин сын...!

Кайден не смог удержаться и бросился на Дженаса. Дженас без труда спустился по лестнице, увернувшись от атаки Кайдена.

Благодаря этому они вернулись в место, где был начертан магический круг.

Дженас оглянулся и цокнул языком. Затем он посмотрел на Кайдена и Эноха, которые стояли на страже на лестнице.

– Наш потомок довольно сквернословен. Видимо, следующему поколению не учат манерам. Я не воспитывал Рохадесов так.

В тот момент, когда он закончил говорить, острый меч Эноха задел его предплечье. Дженас почувствовал резкую боль в руке и нахмурился. Такой боли он не испытывал уже очень давно.

– Я больше ничего тебе не хочу давать.

Пробормотал Дженас, вздыхая с раздражением на лице.

Но даже он был на пределе своих возможностей, не в силах больше это терпеть. Не имея другого выбора, он щёлкнул пальцами.

Перед Кайденом и Энохом вспыхнуло пламя. Серебряная змея, не в силах перебраться через него, запрыгала.

Но пламя было магическим и наверняка скоро погаснет. Поэтому им нужно было уйти, прежде чем оно погаснет.

Дженас медленно поместил Маргарет обратно на магический круг Анаты.

Она боролась, пытаясь ухватиться за него.

Глядя на неё, он чувствовал себя немного странно.

Это был его первый опыт такого прямого контакта с подопытным.

Но даже он не мог больше терпеть. Когда он впервые создал этот остров и добровольно оказался там в ловушке вместе с другими волшебниками, Аната сказал ему:

– Никогда не встречайся напрямую с подопытными. Они будут тебе психологически сочувствовать или ассимилироваться. В тот момент, когда это произойдёт, всё кончено. – Я не смогу их убить.

Аната, говоривший такие вещи, согласился с Юанной и предал его, человека, который был в ловушке на острове и сотрудничал с ней тысячу лет.

Он отличался от Анаты. В отличие от Анаты, тысячелетие было для него непростым.

– Маргарет. Тебе действительно нужно отпустить её сейчас.

Когда он силой отдёрнул руку Маргарет, она разрыдалась и снова начала биться в конвульсиях. Её лицо покраснело от крови, как будто ей было трудно дышать, и она даже не могла нормально дышать.

Но он больше не мог помочь Маргарет. Дженас, чья магия была полностью истощена, быстро вернулся в своё детское состояние.

Лёгкое чувство эйфории от возвращения во взрослую форму после долгого перерыва утихло. С его губ сорвался вздох сожаления.

– Прости, Маргарет.

Дженас оставил страдающую Маргарет на магическом круге и встал.

Кайден поморщился:

— Что это за ублюдок? Он похож на того проклятого ребенка.

— Мне жаль, что я не оправдал ваших ожиданий. Это моя истинная личина.

Что, Дженас? Что, чёрт возьми, ты сделал со своим телом?

Дженас посмотрел на них с любопытствующим выражением лица. Енох и Кайден заметили, что состояние Маргарет в его объятиях было необычным. Они двинулись, чтобы подчинить Дженаса, но каким-то образом он смог использовать магию. Итак, Дженас легко ускользнул от них и исчез в одно мгновение.

Кайден обнаружил цветы Тентатионема там, где пропал Дженас. В то же время перед цветами Тентатионема был огромная магический круг. Цветы загораживали круг, будто защищали его:

— Что, чёрт возьми, это такое…

Глядя на узоры магического круга, казалось, что на нём была защитная магия. Кайден запоздало вспомнил о Енохе и Маргарет, которые не были невосприимчивы к яду:

— Чёрт возьми, Ваше Высочество, Ваше Высочество! Здесь ядовитые цветы!.. мы должны подняться наверх!

Однако уже слишком поздно:

— Чёрт возьми, — вероятно, яд уже распространился, и Енох, который тихо пробормотал, сел с сухим кашлем.

Кайден, который пытался подойти к нему, остановился. Это потому, что на магическом круге внезапно появился свет, который заблокировал цветы Тентатионема.

Магический круг медленно вращался. Этот эффект вызвал легкий ветер. Ынджи выпустила в цветы огнем, но вращающийся круг поглотили весь её огонь.

Кайден бросился к Еноху и Маргарет:

— Нам лучше поскорее убраться отсюда.

Когда магический круг стал вращался, цветы Тентатионема, заполнявшие стены, начали трястись и колебаться. В конце концов, жёлтые тычинки цветов были втянуты в магический круг.

Пуф~

Жёлтая пыльца, прошедшая через магический круг, рассыпалась по всему подвалу, сопровождаясь огромным порывом ветра:

— Кхе-кхе, чёрт возьми, — Кайден вдохнул пыльцу в том виде, в каком она была, и сел.

Ещё некоторое время назад он определённо мог нюхать цветы без последствий, но те, что проходили мимо магического круга, совершенно по-другому ощущались.

«Блять. Всё в порядке. Если целью магического круга является защита чего-то, может быть ловушка вроде этой».

Это не яд, это больше похоже на магию.

Его щёки горели. Кайден горячо вздохнул, почувствовав, как поднимается жар. Эта безумная жажда контакта с другими была как бы симптомом отравления цветами Тентатионем.

Тогда Енох схватил Маргарет, которая упала на пол, и закричал на него:

— Лод! Очнитесь!

Это была поистине удивительная сдержанность. Кайден, которому удалось ухватиться за крик Еноха, проявил максимум выдержки и увлёк Маргарет с собой. Они нашли спальню в бункере, пытаясь спастись от пыльцы.

Лучше оставаться в закрытой комнате, чем находиться в отравленном состоянии и никогда не знать, когда появится монстр.

Как только они вошли в спальню и закрыли дверь, аромат цветов исчез. Они положили её на кровать.

Это всё, что запомнили Енох и Кайден.

* * *

Когда я чуть приоткрыла глаза, то оказалась на мягкой кровати. У меня настолько сильно ныла голова, как будто она вот-вот взорвется. Всё тело было горячим, а разум был туманным. Было невесомо от ощущения, будто всё моё тело щекотало куча насекомых.

Угх.

Когда я издала стон, полный боли, то внезапно почувствовала мягкое прикосновение к своему лбу. Только та часть лба, к которому прикоснулись, стала холодной. Радость от того, что я нашла оазис, борясь с жаждой, которая, казалось, сводила меня с ума, прошла мимо.

Я поспешно схватила чью-то руку, приложив ладонь ко лбу. Мне показалось, что мой разум и тело успокоились после прикосновения к коже, но этого было очень недостаточно.

Когда я открыл глаза и посмотрел на своего противника, то увидела Еноха с красными щеками. Он стиснул зубы и нахмурился, как будто что-то сдерживая.

Я с трудом поднялась.

Брови Еноха, который держал меня за руку и помогал подняться, резко изогнулись. Потом кто-то, кто подошёл ко мне сзади, обнял меня и лёг. Похоже, это был Кайден.

Думаю, я была не единственная, кто отравился Тентатионемом. Оба мужчины, по-видимому, были под действием цветка.

На самом деле я оказалась в ситуации, когда не отдавала себе должного отчёта в том, что делаю.

Как это произошло? Все это сбивало с толку.

После того, как я нашла магический круг в бункере и узнала шокирующую правду, то отравилась пыльцой Тентатионема, и думаю, что видела Дженаса…

Когда Енох и Кайден добрались сюда?

Неужели это сон?

Кайден, который притянул меня сзади, уткнулся лицом мне в плечо. Впереди был Енох. Это та же поза, что и в прошлый раз.

Чувствуя тепло другого человека, я ощутила некоторое облегчение.

Енох не бросился на меня, хотя в его глазах читалась вожделение. Это было удивительное терпение. Да, Енох всегда был таким. Он всегда внимательно смотрел на чужую реакцию.

«Но я не могу этого вынести…»

Я потянула за руку Еноха, который щекотал меня, как будто хотел коснуться моего лица. Он осторожно обнял меня.

Я протянула руки и обняла его, удовлетворённо вздыхая от нарастающего возбуждения. Потершись щекой о его крепкую грудь, я повела спиной, словно ища спасательный круг.

Но всё же чего-то не хватало. Меня снова и снова мучила жажда. Я чувствовала, что чего-то не хватает и от физического контакта была лишь пустота.

В этот момент на моем лице заиграла лихорадка.

Хо-ох.

Внезапно у меня перехватило дыхание, и я схватилась за его шею. Пока я извивалась и плакала с расстроенным лицом, Енох держал меня за руку, как бы успокаивая:

— …Маргарет, успокойся.

Лоб Еноха коснулся моего. Его острый нос нежно коснулся кончика моего носа, а его милые золотистые глаза изучали моё лицо. Его тело было горячее моего.

Температура тела Кайдена, который обнимал меня за спиной, как будто держался за спасательный круг, также была довольно высокой.

Енох, находившийся передо мной, положил руку мне на щеку. Сбитая с толку одышкой, я последовала за ним и положила руку ему на щёку.

Я почувствовала мягкое прикосновение губ к своему плечу. Кайден продолжал нетерпеливо искать меня:

— Ха-а.

Когда я выдохнула от удовлетворения, то услышала низкий смех Кайдена. Он потёрся щекой об обнаженное плечо.

Если мы настолько сильно отравились Тентатионемом, то точно не смогли бы прийти в себя спустя даже какое-то время.

Енох, лежавший напротив него, казалось, тоже переносил это благодаря своей выдержке, с помощью которой подавлял припадок. Но и у того, чтобы держаться таким образом, будут свои пределы.

Енох сказал, что он преодолел свою травму из-за меня:

— …Енох.

Золотистые глаза Еноха в упор посмотрели на меня.

—  Я действительно думал, что ты можешь быть кем-то другим. Довольно часто.

— Но это не сбивает с толку. Что мне нравится, так это то, кто ты сейчас. Я хочу, чтобы ты это знала.

Неужели эти слова указывают на перемену в сердце? Я всё ещё была сбита с толку шоком, который получила некоторое время назад. Я Ли Джин Чжу или Маргарет?

Теперь, когда даже я не знаю, кто «я» такая, могу ли я сказать, что нравлюсь другим людям?

Пока я думала об этом, Кайден, прижавшийся губами к моему плечу, позвал меня приглушённым голосом:

— Маргарет.

Низкий голос защекотал мне уши, и я невольно съежилась. Кайден схватил меня за подбородок и повернул к себе. Вскоре его мягкие губы коснулись моих губ. Это был нежный поцелуй.

Как только губы соприкоснулись, затруднённое дыхание, которое, казалось, сводило с ума, начало постепенно стихать.

— Ха… Маргарет. Ты мне так нравишься…

Мягкие и безрассудные движения затмевали мою нерешительность. Слёзы навернулись бессознательно на мои глаза. Я надеюсь, что ты это серьёзно.

Понравилась бы я ему больше, если бы была настоящей Маргарет? Или я нравилась бы тебе больше, если бы была кем-то другим? Если я скажу им правду, разве они не возненавидят меня за то, что я обманывала их?

Я ненавидела себя за такие мысли. Кайден хочет, чтобы я была такой, как будто все идеи, которые у меня возникают, – бесполезные. Кайден сузил брови, как будто не мог этого вынести, и болезненно вздохнул. Он наклонился ко мне. Его лицо оказалось прямо перед моим носом и тогда:

— Маргарет.

Енох потянул меня. Как будто хотел, чтобы я посмотрела на него. Его глаза осторожно скользнули вниз с моего лба и остановились на губах. Кайден с сожалением посмотрел на мои губы. Обычно он бы разозлился, но сейчас слегка повернул голову.

— Ах!

Затем он нежно поцеловал меня в затылок. Тепло и бережно, как будто имел дело с дорогим человеком. Я закрыла глаза от ощущения щекотки.

Енох, оказавшийся лицом к лицу, нежно коснулся моей щеки. Я украдкой открыла глаза и посмотрела на него.

— Маргарет…

Губы дрогнули от страстного взгляда Енох. Но в конце концов, он стиснул зубы и ничего не сказал. Его острые брови болезненно изогнулись.

— Все в порядке?.. — осторожно спросила я.

Вообще-то, не я должна была задать такой вопрос. Я не могла адекватно мыслить:

— Как ты думаешь, я в порядке?

Мне было противно от этих слов, и я избегала смотреть в глаза. Он схватил меня за подбородок и прижал к себе:

— Ничего не хорошо. Нисколько. Даже если это не этот чёртов цветок… я был близок к тому, чтобы сойти с ума.

Я видела, как он подавил вздох, как будто обуздывал свои чувства.

— Я не могу дышать, потому что меня мучает мысль о том, как тебе могло быть страшно одной.

Он плотно закрыл глаза с хмурым лицом:

— Я буду сдерживать себя. Так что делай всё, что хочешь. Я подожду.

Енох всегда был так осторожен со мной.

Кайден был из тех, кто сначала действует, а потом говорит, и был полной противоположностью.

Наверное, именно поэтому. Я подумала, что было бы неплохо, начни он первым. Я протянула обе руки и схватила его за щёки. Затем Енох широко раскрыл глаза, как будто удивился.

Я медленно наклонила его голову и закрыла глаза. Вскоре губы встретились, и горячее, влажное дыхание смешалось:

— Ха-а.

Енох сжал губы и испустил вздох, который, казалось, был подавлен. Следуя за ним, я тоже перестала стонать. Это была реакция, которая не имела ничего общего с Тентатионемом, поэтому мне стало стыдно. Я чувствовала, что мой разум, до этого находившийся в тумане, стал проясняться.

Кайден сильно сжал меня за живот крепкими руками:

— Маргарет, я тоже… не могу без тебя.

Кайден снова оттащил меня назад. Лицо Еноха медленно отодвинулось.

— Ты мне не нравилась, потому что ты была Маргарет. Но мне ты нравишься такой, какая ты есть, — Кайден, который был за моей спиной, наклонился ко мне верхней частью тела и прошептал. Будто заглядывал в мое сердце.

Он взял меня за подбородок и осторожно повернул голову. Как только его лицо появилось в поле зрения, он поцеловал меня влажными губами. Кайден не закрывал глаза, когда целовался. Он смотрел на меня горящими красными глазами. Как будто не хотел упускать ни единого выражения на моей лице.

Он был похож на голодного зверя.

Енох, который обнимал меня впереди, прижался губами к моему запястью. Мягкое ощущение пробежало по внутренней стороне запястья.

Моя голова постепенно прояснялась, и мой разум постепенно успокаивался. Должно быть, это было очень трудно и для Еноха, и для Кайдена, но они проявили максимальное терпение. Я чувствовала тёплое внимание так отчаянно, что мне захотелось плакать. Чтобы поблагодарить их.

Затем, заметив, что я думаю о чем-то другом, Кайден схватил меня сзади за шею своей большой рукой.

Когда моя голова слегка откинулась назад, Кайден наклонился ко мне и глубже впился губами. До такой степени, что стало трудно дышать.

Енох, Кайден и я сходили с ума.

Тентатионем сделал нас такими.

Это из-за яда.

Из-за яда…

Это действительно…

Это из-за яда?..

Когда он повернулся, чтобы исчезнуть, он почувствовал, как чья-то рука дёрнула его за мантию. Маргарет, упавшая на магический круг, с огромным усилием держалась за неё.

Дженас остановился и нахмурился.

Он оглянулся на Маргарет, которая отчаянно держалась за него, и вздохнул с обеспокоенным выражением лица.

– Я же говорил тебе этого не делать.

– Подожди…!

Похоже, она постепенно приходила в себя.

Дженас наблюдал, как огненный столб, преграждавший путь Кайдену и Эноху, исчез, затем повернулся к Маргарет.

Затем он выхватил край своей мантии из её руки и прошептал ей на ухо:

– Я подожду. В хижине.

Разговор в его юношеском обличье был ограничен.

Дженас у хотелось бы поговорить с ней как следует, будучи взрослым.

Конечно, он понимал, что лучше всего оставить это просто мыслью.

Дженас схватил один из цветков тентационема, покрывавших стену, и потянул его. Стена повернулась наполовину, открыв за собой пространство. Это был боковой проход в бункер.

– Ты, ублюдок, подожди!

Оставив позади крик Кайдена, Дженас внезапно исчез в секретном боковом проходе бункера за стеной.

– Черт возьми! Маргарет!

Энох поднял Маргарет, которая упала первой.

Уф!

Она жадно глотнула воздух, а затем резко выдохнула, когда их тела соприкоснулись.

– Ты, чертов Дженас …

Она пробормотала ругательство и обняла Эноха за шею. Затем она уткнулась лицом ему в плечо и разрыдалась.

Кайден, подошедший к стене, где исчез Дженас , с опозданием заметил цветок тентационема и быстро закрыл нос.

– Черт возьми! Ваше Величество! Ваше Величество! Здесь ядовитый сорняк…! Нам нужно взбираться!

Но Энох, Кайден и Маргарет уже были отравлены цветком тентационема.

Артдал стоял перед бескрайними болотистыми просторами с усталым лицом.

Даже в яркий полуденный свет это было жуткое и зловещее место. Кое-где деревья, торчащие из воды, были жутко согнуты, их листья поникли, усиливая мрачную атмосферу.

Даже в полдень над водой висел густой туман, а поверхность, покрытая густыми зелёными водорослями, больше походила на грязную могилу, чем на реку.

Стоит лишь ступить, как уже не выбраться, растворившись в грязи. Это вполне может быть твоя могила.

Проблема заключалась в том, что Артдалу и Юанне нужно было пройти через этот участок, чтобы добраться до Северного острова.

После того, как они чуть не погибли, сделав первый шаг, они перепробовали разные способы, включая попытку перебраться через воду, перекинув через неё дерево. Каждый раз у них ничего не получалось.

По правде говоря, он был крайне скептически настроен по поводу пересечения болота. Он был готов оказаться на Южном острове и умереть.

– Это не сэр Диего, а Ваше Высочество наследный принц. Боже мой, даже Бог такой бессердечный.

– Я тоже глубоко сожалею, что оказался в таком положении вместе со святым, но я не скажу этого вслух. Так и должно быть.

– О, если вы чувствуете себя обиженным, Ваше Высочество, не будьте грубы. Я привык к критике, так что всё в порядке.

Услышав ответ Юанны, Артдалу снова пришлось подавить свой гнев. Разговаривать с камнем было бы не так утомительно.

Он несколько дней ничего не ел, сходил с ума на острове и был на грани смерти. Он не хотел умирать, пытаясь спасти Юанну, которую он даже не знал.

Он трусливо утешал себя тем, что ничего не мог поделать, оставив её умирать.

Диего, казалось, чувствовал себя виноватым за то, что позволил Юанне умереть, но долг Артдала перед Юанной лежал в другом.

Именно Юанна спасла его, когда его чуть не съел тарантул.

Она заманила чудовищ, облив их кровью тарантула.

В тот момент он едва выжил, не в силах ясно мыслить. Поэтому он просто предположил, что это совпадение.

Но когда Энох обезумел и уничтожил тарантулов, разве он не обнаружил, что этих существ привлекает запах крови их сородичей?

Юанна знала это с самого начала.

Артдал постоянно подозревал её в подозрительном поведении, но, чувствуя себя обязанным ей, молчал, пока не появились неопровержимые доказательства. Однако ему так и не удалось найти ничего, что можно было бы считать доказательством.

Наконец, он решил, что лучше взять на себя ответственность и наблюдать со стороны, остановив её при необходимости. Он заслуживал такой ответственности. Если бы он был человеком, он бы так и поступил.

Юанна, которая затащила его к краю болота, словно стала другим человеком. Даже её взгляд изменился.

Если раньше она была вялой и апатичной, то теперь она была полна энергии и уверенности.

– Я думал, ты не согласишься быть приманкой, Святая. Я лучше сделаю это сам.

Несмотря на его протесты, Юанна лениво улыбнулась.

– Вы говорите, что я сделаю это, потому что знаю, как их заманить? Разве вы не говорили, что я буду приманкой?

Не в силах понять, Артдал прищурился. – Так вы предлагаете, чтобы я был приманкой?

– Ваше Величество, лучше всего будет, если вы сделаете то же самое. Мы заманим чудовищ и сбросим их в болото. Мы наступим на них и пройдём сквозь него.

– Это безумие.

– Да. Это безумный метод. Один неверный шаг, и я могу умереть.

Юанна улыбнулась и смиренно признала.

– Но есть ли другой способ?

Артдал не мог ответить на её вопрос. Он застрял в этом болоте на несколько дней.

– До конца болота ещё довольно далеко. Не уверен, что у нас есть шанс на успех.

Артдал провёл рукой по волосам, на его лице застыло скептическое выражение. Смерть была неизбежна, так или иначе, но это могло быть самоубийством.

– Это лучший способ переспать с этим проклятым сопляком, и это также единственный способ выжить…

– Этот проклятый сопляк? Кто это?

Пока Артдал продолжал задавать ему вопросы, казалось бы, непонятные, Юанна мило улыбнулась.

– Объясню позже.

Затем она принесла волка, которого убила стрелой накануне вечером, и расчленила его острым каменным ножом. После этого она размазала по себе его чёрную кровь.

Увидев это, Артдал почувствовал лёгкий озноб.

– Это опасно. Мы оба можем погибнуть.

– Так что у меня точно всё получится. Ты же знаешь, я быстрая, правда? Мои навыки выживания не так впечатляют, как у Маргарет, но я уверена в себе, когда дело доходит до тактики.

Она была права. Она превзойдёт его в ловкости и рефлексах.

– Всё равно, это безумие.

Пока Артдал размышлял об этом, он почувствовал лёгкую дрожь в земле. В этот момент монстры, казалось, начали собираться.

– Я их заманю, так что, Ваше Высочество, пожалуйста, прикройте меня. Этими стрелами.

Этот план ей не понравился. Артдал нахмурился и пристально посмотрел на неё, но у него не было времени колебаться. Монстры быстро собрались.

Артдалу ничего не оставалось, как быстро осмотреть окрестности. Затем он спрятался в кустах, натянул тетиву лука и занял боевую стойку.

Появились не только монстры волчьего типа, но и тарантулы, монстры кротоподобного типа и многие другие виды. Различия в среде обитания теперь казались совершенно бессмысленными.

Более того, количество монстров, наплывавших волнами, было ошеломляющим. Если бы их всех загнали в болото, казалось, они могли бы заполнить его до отказа.

Юанна, как и планировалось, встала прямо перед болотом. Она стояла там, пока монстры не оказались прямо перед ней, и когда они широко раскрыли пасти, она быстро увернулась. Её ловкость была невероятной.

Как и было запланировано, в болото ворвалась пара монстров волчьего типа. Монстры орангутанового типа, с их несколько медлительными движениями и большими телами, идеально подходили в качестве ступенек в болоте.

Артдал расстрелял из лука всех монстров, которые подошли слишком близко. Затем Юанна подошла к нему и схватила за воротник.

– Что? Что?

Он вскрикнул от недоумения, но Юанна не ответила, потащила его за собой и побежала.

– Не время говорить. Беги!

Артдал, всё ещё держа её за воротник, перепрыгивал через тела монстров, погружавшихся в болото.

Позади них половина монстров гналась за ними, топча их, а другая половина барахталась в болоте.

– Черт возьми!

Это был такой нелепый план, но на удивление эффективный.

Даже когда Юанна тащила Артдала за собой, он вытащил стрелу и натянул тетиву, выстрелив и убив приближающегося монстра.

Не в силах продвинуться дальше, Юанна схватила его за воротник и свирепо закричала:

– Ты можешь повторить то, что делаю я?!

– Что?

– Следуй за мной!

Она увернулась, когда чудовище, похожее на волка, бросилось на неё, ударила его ногой в живот и растоптала, когда оно упало в болото.

Затем она увернулась от монстра, который бросился на неё издалека, переступая через его тело, словно через камни.

– Черт возьми, как ты мог это повторить…!

Но Артдал не успел договорить. Чудовище-орангутан бросилось на него.

– Я должен это сделать, чтобы выжить!

Он ловко увернулся. Когда его массивное тело наклонилось к болоту, он оттолкнул его ногой, наступил на него и забрался наверх.

Повторив это пару раз, Артдал рвал на себе волосы. Ему казалось, что он прошёл только две трети пути, но оставалась ещё треть.

Монстры замерли и перестали приближаться. В отличие от Юанны, он не был облит их кровью, поэтому они не потеряли самообладание и не бросились на него.

В конце концов, Артдал оказался в ловушке в болоте.

Даже монстр под его ногами был почти наполовину погружён в воду, и, похоже, он тоже скоро окажется под водой.

– Чёрт возьми, чёрт возьми! Это же абсурд!!!

Юанна, всё ещё покрытая кровью чудовища, продолжала подвергаться его атакам.

Прежде чем Артдал это заметил, чудовище, на которое он наступил, почти полностью погрузилось в болото. Артдал уже потерял надежду на выживание. Он натянул тетиву лука и выстрелил в чудовище, бросившееся на Юанну с противоположной стороны, убил его, пытаясь ей помочь.

– Если уж на то пошло, нужно спасти хотя бы её.

В этот момент Юанна внезапно изменила направление. Она заманила чудовище прямо к месту, где тонул Артдал.

Болото было усеяно зловещими деревьями. Она схватилась за поникший ствол и повисла на нём.

Затем, используя инерцию своего раскачивания, она отбросила чудовище ногой, умело используя рельеф местности.

Он знал, что Юанна ловка. Однако раньше она использовала это умение лишь для того, чтобы убегать от чудовищ. Впервые он видел, как Юанна так эффективно применяет свою силу. Она быстро приблизилась к нему и схватила за воротник.

– Послушай, принц. Тебя когда-нибудь в жизни били?!

Артдал нахмурился, услышав крик Юанны. Какой странный вопрос посреди всего этого.

– И это ты называешь разговором?

– О боже, тогда, видимо, для тебя это первый раз.

– Что?!

Артдал больше не мог задавать вопросы. Причина была в монстре, похожем на орангутана, который приблизился к Юанне сзади.

Он преследовал Юанну, топча других монстров, нагнал её и занёс для удара свой огромный кулак.

Юанна, державшая Артдала за воротник, быстро увернулась, позволив кулаку монстра прямо ударить Артдала и отбросить его в сторону.

– Чёрт возьми!!!

Удар был настолько сильным, что ему показалось, будто кости сломаны. Он никогда в жизни не произносил столько проклятий. Его выбросило прямо из болота, и он рухнул на плоскую твёрдую землю.

Так, получив удар от чудовища, он выбрался из болота.

Если бы удар пришёлся не так, он мог бы умереть на месте. Поступок был безрассудным, но в итоге она снова спасла ему жизнь.

Более того, настоящей проблемой был теперь не он, а она.

Юанна продолжала заманивать чудовищ, перепрыгивая с кочки на кочку. Ситуация была настолько опасной, что он боялся, что её схватят в любой момент.

Артдал, не в силах контролировать своё тело, лежал на земле и с тревогой наблюдал за Юанной, бегущей издалека.

Всё было на грани. И на его глазах её настигло чудовище, похожее на орангутана.

– Чёрт возьми, осторожно!

Она упала в болото вместе с гигантским орангутаном. Она попыталась выплыть, высунув голову, но чудовище под водой снова схватило её, полностью скрыв от глаз.

– Ч-что это… Этого не может быть… Этого не может быть…

Артдал в шоке, с опухшим лицом, безучастно смотрел на место, где исчезла Юанна.

На той стороне мутной, неподвижной воды он увидел ревущих чудовищ.

И вдруг поверхность воды заколыхалась. Затем, с глухим всплеском, что-то вынырнуло на поверхность.

Оно шлёпнулось прямо перед Артдалом, будто его что-то вышвырнуло.

Это была Юанна.

Обмазанная грязью, водорослями и кровью чудовища, Юанна тихо застонала и села.

– Ты в порядке?!

Она улыбнулась, заметив его испуганный крик.

Она пошарила в кармане в поисках чего-то. Это был небольшой квадратный предмет, размером с палец, твёрдый на вид. Артдал видел, как Маргарет клала что-то похожее в свою сумку в хижине на южном острове. Юанна грубо вытерла рукой стекающую по лицу грязь и глубоко вздохнула. Затем она открыла крышку квадратного предмета, и вспыхнуло пламя.

Артдал вздрогнул от неожиданности.

– Откуда у тебя этот магический инструмент…

– Я нашла его сегодня утром. А как использовать – просто вспомнила, что одна знакомая когда-то давно учила меня.

– Просто знакомая… Объяснение было смутным. Маргарет, когда носила с собой подобные вещи, явно не имела о них ни малейшего понятия…

В зелёных глазах Юанны мелькнуло безумие. Она улыбнулась, её лицо было изуродовано.

Полубезумное лицо выглядело жутко.

– Ты знаешь, что вода, смешанная с кровью монстра, лучше воспламеняется? – спросила Юанна у Артдала. Кажется, она слышала это от помощника, когда командовала отрядом по уничтожению монстров. Но не могла точно вспомнить, поэтому нахмурила брови и покачала головой.

Юанна встала. Когда Артдал попытался подняться, чтобы последовать за ней, он закричал от боли и снова упал на землю. Кости действительно были сломаны.

– Просто смотри.

Юанна усмехнулась ему и метнула огненный шар, который держала в руке, в болото.

Вжжж! По крайней мере, она, похоже, не соображала, что творит.

Наблюдая за ней, Артдал понял.

Причина, по которой два человека без инстинкта самосохранения выжили, заключалась в том, что она сошла с ума.

Она необъяснимо изменилась с тех пор, как Маргарет и её спутники упали в реку.

А потом, некоторое время назад, она внезапно стала похожа на человека, который вернул утраченные воспоминания, на того, кто что-то знает, и начала говорить непонятные вещи.

Он недоумевал, что происходит, но прежде чем спрашивать, должен был поблагодарить её за спасение.

Однако не мог заставить себя произнести эти слова. Боль, накатившая волной, опустошила его разум.

У него были сломаны кости, и он не мог двигаться. Более того, он отдал все фрукты, собранные за последние несколько дней, Юанне, поэтому почти ничего не ел и был в полубреду.

Он выжил, но даже подумал, не лучше ли было бы умереть. Артдал застонал от боли, прежде чем потерять сознание. Лишь намного позже он услышал – правду от Юанны.

– Маргарет, которую ты знаешь, – это не Маргарет.

– Похоже, внутри Маргарет Роз Флоне находится другая душа.

Сначала, услышав эти слова от Дженаса, Энох не удивился. Он догадывался.

– Ён-э действительно, кажется, стала другим человеком.

– Она совсем другой человек.

– Верно. Считайте меня другим человеком. Думайте, что я заново родилась.

Внезапно Энох вспомнил разговор с Маргарет, который состоялся у него на острове.

Чёрт возьми.

Энох пробормотал полное самобичевания ругательство. Возможно, Маргарет всё это время подавала ему сигналы.

– Узнайте меня.

Кайден тоже не выглядел особенно удивлённым. Рузеф и Диего, однако, отреагировали иначе.

– Она сама это знает, не так ли?

– Вы все были обмануты.

Слова Дженаса не имели под собой никаких доказательств. Но для тех, кто считал, что Маргарет так сильно изменилась, что стала совсем другим человеком, эти слова лишь подлили масла в огонь.

Дженас с довольным видом оглядел растерянную группу.

– Я пришёл сказать вам это.

С этими словами он бесследно исчез.

Энох смотрел, как Дженас исчезает, но не стал его преследовать. Приоритетом было найти Маргарет.

– Давайте сначала найдём Маргарет.

Все были ошеломлены словами Эноха, и ответа не последовало. Даже Кайден.

Энох вздохнул.

– Все, опомнитесь. Маленький волшебник исчез.

И только тогда слова Эноха заставили всех с удивлением посмотреть на дерево. Как и сказал Энох, сереброволосый мальчик на вершине дерева бесследно исчез.

– Что, чёрт возьми, происходит? – спросил Рузеф у Эноха, собирая свои вещи и с трудом взваливая тяжёлый рюкзак. Кайден, молча наблюдавший за Рузефом, выхватил у него сумку и легко перекинул через плечо.

– Думаю, лучше поговорить об этом после того, как найдём Маргарет? – на этот раз сказал Кайден, обращаясь к Эноху.

– Давайте разделимся и найдём Маргарет. Мы не знаем, что этот XX может сделать дальше. Сейчас лучшее, что мы можем сделать, – это найти Маргарет.

Энох, скрестив руки, равнодушно посмотрел на лицо Кайдена. Он кивнул в знак согласия со словами Кайдена, а затем повернулся к Диего.

– Сэр Диего.

– К вашим услугам, Ваше Высочество.

Как только Энох закончил говорить, Диего с размеренной точностью опустился на одно колено.

– Выдвигайтесь вместе с епископом.

– Да? Но…

Диего взглянул на Рузефа. Он ничего не сказал, но его взгляд выражал явное недоверие к такому напарнику. Рузеф, человек сообразительный, недовольно нахмурил брови.

– Есть возражения?

– Нет.

Диего ответил на вопрос Эноха односложно. Кайден, всё ещё с рюкзаком за спиной, наблюдал за происходящим, а затем сказал Эноху:

– Давай быстро двинемся.

Энох обсудил с Диего, когда и где они снова встретятся, и как подать сигнал, а затем направился вместе с Кайденом.

Только когда Энох почувствовал, что отдалился от Диего и Рузефа, он повернулся к Кайдену.

– Я вижу, ты думаешь то же самое.

Кайден вздохнул, проведя рукой по волосам, всё ещё не снимая рюкзак.

– Бункер – единственное место, куда Маргарет может отправиться отсюда.

– Какова бы ни была правда, что бы Маргарет ни делала в бункере, мы должны сначала это узнать.

Кайден вздохнул и раздражённо пробормотал в ответ на равнодушные слова Эноха:

– Конечно. Так мы сможем защитить Маргарет от других.

Впервые за долгое время Кайден и Энох были на одной волне. Энох кивнул в знак согласия. – Тогда пойдём в бункер.

– Ах. Но карта у Маргарет.

Энох пошёл вперёд, казалось, не смущённый словами Кайдена.

– Проведя столько времени на поле боя, я привык изучать карты. Я могу запомнить их с одного взгляда.

Кайден наконец почувствовал облегчение от ответа Эноха.

Благодаря этому они недолго бродили и через полдня нашли вход в то, что выглядело как бункер. Он был спрятан в кустах, поэтому они довольно долго ходили вокруг.

Проблема заключалась в том, что кто-то пришёл раньше них.

Сначала они даже не поняли, что это дверь. Если бы дверь не была слегка приоткрыта, оставляя небольшую щель, они могли бы пройти мимо. Только тогда они заметили дверную ручку на каменной двери.

Энох и Кайден обменялись взглядами, затем открыли дверь и вошли внутрь.

Как только они открыли толстую каменную дверь, то увидели лестницу, ведущую вниз.

Стены были целиком из цельного камня. Казалось, это место безопасно, что бы ни случилось снаружи.

Они медленно спустились по лестнице и увидели незнакомого мужчину, держащего Маргарет на руках.

У него были седые волосы, красные глаза и поразительная внешность. В отличие от остроязычного Кайдена, он излучал томность и оставался спокойным, даже когда они попытались его остановить.

Кайден нахмурился.

– Что за чёрт? Разве это не тот самый проклятый парнишка?

– Прости, что не оправдал ожиданий. Но это и есть настоящий я.

– Да что ты творишь, Дженас? Это что с тобой стало? – вырвалось у Кайдена.

Дженас смотрел на них с живым, почти научным интересом.

Энох и Кайден тут же заметили, что с Маргарет в его объятиях творится что-то неладное.

Они бросились обезвредить Дженаса, но тот каким-то образом сумел высвободить магию. Легко отшвырнув их прочь, он мгновенно исчез.

На том месте, где только что был Дженас, Кайден увидел густые заросли тентационемы.

И в тот же миг перед самым цветком вспыхнул огромный магический круг. Он встал непроницаемой стеной, словно щитом прикрывая растение.

– Чёрт возьми, что это теперь?..

Судя по узору, круг был заряжен защитным заклинанием.

И тут Кайден с опозданием вспомнил об Энохе и Маргарет, у которых вряд ли был иммунитет к яду.

– Твою мать! Ваше высочество! Здесь ядовитое растение! Нам нужно наверх, сейчас же!

Но было уже поздно.

– Проклятье… – прохрипел Энох, закашлялся и осел на пол.

Яд, должно быть, уже подействовал.

Кайден, собиравшийся к нему подбежать, замер на месте. Внезапно магический круг, охранявший цветок, вспыхнул ослепительным светом.

Колесо магии медленно повернулось, и от него потянул лёгкий ветерок. Ынджи пыхнула на цветок пламенем, но вращающийся круг поглотил огонь без остатка.

Кайден рванулся к Эноху и Маргарет.

– Надо убираться отсюда!

В этот момент ветер от магического вихря заколебал цветы тентационемы, покрывавшие стены. Жёлтые тычинки, выглянувшие из бутонов, будто живые, потянулись к кругу и были втянуты внутрь.

Ффф-ух!

Жёлтая пыльца, прошедшая сквозь магический круг, с мощным порывом ветра разлетелась по всему подвалу.

– Кха-кхм! Чёрт…

Кайден вдохнул полной грудью и рухнул на колени. Ещё мгновение назад запах цветов был безобиден, но эта, прошедшая через круг пыльца… чувствовалась иначе.

– Блин. Так и есть. Если круг создан для защиты, то в нём наверняка будут ловушки.

Это был даже не яд, а нечто сродни магическому воздействию.

– Идиот, даже этого не просчитал.

Щёки пылали. Кайден тяжело выдохнул, чувствуя, как по телу разливается огонь. Эта дикая, всепоглощающая жажда прикосновений… была точь-в-точь как симптомы ловушки тентационемы.

В этот момент Энох, подхватив с пола Маргарет, крикнул на него, собрав последние силы:

– Лорд! Возьми себя в руки!

Это была поистине невероятная воля. Кайден, едва опомнившись от окрика, стиснул зубы и, собрав всю свою выдержку, помог Эноху перенести Маргарет.

Они попытались выбраться от греха подальше, но вместо выхода наткнулись в бункере на спальню.

Уплотнённая комната была куда безопаснее, чем отравленный подвал, где в любой момент мог появиться монстр.

Заперев за собой дверь, они почувствовали, что цветочный запах почти исчез. Они уложили Маргарет на кровать.

Больше Энох и Кайден ничего не помнили.

---

Я открыла глаза в полутьме. Голова раскалывалась, тело горело, сознание плыло.

По коже ползали мурашки, щекоча и раздражая, словно рои невидимых насекомых.

Я стонулa. И в тот же миг на моём лбу ощутила прохладное, нежное прикосновение. Только в этом месте жар отступал, даря блаженное, мимолётное облегчение.

Я изнывала от жажды, и это прикосновение стало глотком воды в пустыне.

В панике я ухватилась за руку, лежавшую на моём лбу. Соприкосновение кожей успокаивало, но этого было катастрофически мало.

С трудом разлепив веки, я увидела Эноха. Его щёки пылали румянцем, он стискивал зубы, и по его лицу было видно, что он из последних сил держит себя в руках.

Я с трудом приподнялась.

Энох, помогавший мне, резко нахмурился.

И тут сзади кто-то обнял меня и привлёк к себе. Кажется, это был Кайден.

Похоже, я была не единственной, кто попал в зависимость от этого проклятого стимула. Оба мужчины явно тоже были отравлены. Вообще, моё сознание было настолько затуманено, что я с трудом понимала, что происходит.

Как мы оказались в такой ситуации? Всё было сплошным туманом.

Помнится, мы нашли в бункере магический круг, я узнала что-то шокирующее, потом этот тентационем… и вроде бы я видела Дженаса…

А Энох и Кайден когда успели появиться?

Может, это сон?

Кайден притянул меня к себе сзади, уткнувшись лицом в мое плечо. Энох сидел напротив – в той же позе, что и тогда.

Обмениваясь теплом с другим человеком, я наконец смогла чуть свободнее вздохнуть.

Хотя глаза Эноха пылали тем же желанием, он не делал ни одного резкого движения. Поразительное самообладание. Да, Энох всегда был таким. Он всегда ставил мои чувства и мою готовность выше своих порывов.

Но я больше не могу…

Я дёрнула за руку Эноха, которая замерла в сантиметре от моего лица.

Он позволил себя притянуть и осторожно обнял меня. Я обвила его руками, и довольный вздох сам собой вырвался из груди от нахлынувшего возбуждения. Я прижалась щекой к его груди и принялась гладить его спину, будто ища спасительной влаги.

Но этого всё равно не хватало. Жажда никуда не уходила, а лишь разгоралась. Даже в объятиях меня не покидало чувство пустоты и мучительной нехватки.

И тут по моему лицу вновь прокатилась волна жара.

Ха-а…

Воздух словно выбили из лёгких. Я вцепилась в горло, корчась от боли и давясь рыданиями. Энох схватил мою руку, пытаясь успокоить.

– …Маргарет. Успокойся. Дыши.

Его лоб коснулся моего.

Его прямой нос нежно упёрся в мой, а золотистые, полные тревоги глаза внимательно изучали моё лицо. Его тело было даже горячее, чем моё.

Кайден, вцепившийся в меня сзади как в спасательный круг, тоже пышал жаром.

Энох, не отрывая лба, приложил ладонь к моей щеке. Я, задыхаясь, в ответ прикоснулась к его щеке.

В этот момент в моё плечо упёрлись мягкие губы. Кайден продолжал свои нетерпеливые поиски.

– Х-а…

От моего прерывистого выдоха Кайден тихо хмыкнул. Он прижался разгорячённой щекой к моему обнажённому плечу.

Если зависимость от тентационемы зашла так далеко, я понимала – просто переждать не получится.

Сидевший напротив Энох, казалось, держался с той же железной волей, что укрощала его пьяный гнев. Но даже у этой выдержки был предел.

Энох, который говорил, что именно я помогла ему преодолеть травму…

С каких пор он начал так смотреть на меня? Так заботиться?

…Энох.

Его золотистый взгляд встретился с моим.

– Я часто думал, что ты можешь быть кем-то другим. Очень часто.

– Но я никогда не путал. Та, кто мне нравится – это ты. Теперешняя ты. Запомни это.

Остались ли чувства, стоявшие за теми словами, неизменными?

Я была слишком потрясена недавним открытием, чтобы понимать что-либо.

Я Ли Джин-джу? Или Маргарет?

Если теперь я и сама не знаю, кто я, то как эти двое, по сути, чужие мне люди, могут говорить, что влюблены в – меня?

Пока я в оцепенении перебирала эти мысли, Кайден, чьи губы всё ещё касались моего плеча, хрипло позвал:

– Маргарет.

Его низкий голос прокатился по коже, заставив меня вздрогнуть. Кайден взял меня за подбородок и развернул к себе.

И вот его губы коснулись моих.

Этот поцелуй был удивительно нежным.

В тот миг, когда наши губы встретились, удушье, сводившее с ума, стало понемногу отступать.

– Ха… Маргарет. Ты мне так… так нравишься… – это сбивчивое, искреннее признание мгновенно сделало все мои прежние сомнения мелкими и неважными.

По щекам сами потекли слёзы.

Как бы я хотела, чтобы это была правда.

Стал бы он любить меня сильнее, если бы я была настоящей Маргарет? Или, наоборот, если бы я была кем-то другим?

Нет, если я скажу правду, он же возненавидит меня за обман?

Я ненавидела себя за эти мысли. А Кайден, казалось, не замечал ничего, кроме своего желания, делая все мои терзания бессмысленными.

Кайден, будто достигнув предела, болезненно сморщился и тяжело выдохнул. Он снова наклонился ко мне. Его лицо заполнило всё пространство перед глазами, и в тот миг, когда наши губы вот-вот должны были соприкоснуться...

– Маргарет

Энох притянул меня к себе, словно прося посмотреть на него. Его острый взгляд медленно скользнул ото лба к переносице и остановился на губах.

Кайден же смотрел на мои губы с выражением сожаления. Обычно он бы тут же взорвался от гнева, но на этот раз просто, почти безрассудно, отвернулся.

– Ах…

Затем он нежно коснулся губами моего затылка – тепло и очень бережно, словно прикасался к чему-то бесконечно дорогому. От щекотки я невольно зажмурилась.

Энох приблизился и ласково провёл пальцами по моей щеке. Я медленно открыла глаза и встретилась с его взглядом.

– Маргарет…

Губы Эноха дрогнули, на лице застыло немое pleading. Но в конце концов он стиснул зубы, так и не проронив ни слова. Его острые, красивые брови болезненно сдвинулись.

– С тобой… всё в порядке? – робко спросила я.

Вообще-то, мне не следовало спрашивать. У меня и в мыслях не было, что я в своём уме. – Я… хорошо выгляжу?

Меня кольнули эти слова, и я отвела взгляд. Но он схватил меня за подбородок и притянул к себе, не позволяя отвернуться.

– Нет. Не в порядке. Совсем. Даже без этого проклятого цветка… я был уже на краю.

Я видела, как он сглотнул, будто пытаясь подавить подступающие рыдания.

– Одна только мысль о том, как тебе, должно быть, было страшно одной… причиняет такую боль, что нечем дышать.

Он крепко зажмурился, и всё его лицо исказилось от тяжести чувств.

– Это я буду держать тебя за руку – сколько захочу и когда захочу. Так что делай, что считаешь нужным. Я подожду.

Энох всегда был со мной так невыразимо осторожен.

Кайден – человек, который сначала действует, а потом думает, но Энох был полной его противоположностью.

Возможно, поэтому мне и показалось, что в этот раз мне стоит сделать первый шаг. Я протянула руки и прикоснулась ладонями к его щекам. Глаза Эноха расширились от изумления.

Я медленно наклонилась к нему, закрыв глаза. И вот наши губы встретились, а горячие, влажные дыхания переплелись.

– Ха-а…

Из груди Эноха вырвался сдавленный стон, его губы приоткрылись. И я в ответ невольно застонала. Эта реакция не имела ничего общего с Тентационемом, и меня охватил лёгкий стыд. Мой затуманенный разум будто начал проясняться.

Кайден крепко обнял меня сзади, прижав к себе.

– Маргарет. Я тоже… Я тоже не могу без тебя.

Кайден притянул меня ещё сильнее. Лицо Эноха отдалилось.

– Ты мне нравилась не потому, что ты – Маргарет. А просто потому, что ты – это ты.

Кайден, стоявший позади, наклонился к моему уху и прошептал эти слова, словно подслушав мои мысли.

Он взял меня за подбородок и мягко повернул моё лицо. И в тот миг, когда его черты снова оказались так близко, его губы поглотили мои.

Кайден не закрывал глаз, пока мы целовались. Он смотрел на меня своим горящим алым взглядом, не желая упустить ни одной моей реакции.

Прямо как голодный зверь.

Энох, по-прежнему крепко обнимавший меня спереди, нежно прижался губами к моему запястью. Нежное, бархатистое прикосновение пробежало по тонкой коже.

Сознание постепенно прояснялось, а сердце успокаивалось. И Эноху, и Кайдену должно быть было нелегко, но они проявляли поразительное терпение. Их тепло и забота были такими искренними, что у меня навернулись слёзы. Я была им так благодарна.

В этот момент Кайден, почувствовав, что мои мысли уплывают, схватил меня за затылок своей большой ладонью.

Когда голова слегка запрокинулась, он наклонился и поцеловал меня снова – глубже, властнее, почти не оставляя воздуха.

Мы все трое – Энох, Кайден и я – были на грани безумия.

Тентационем довёл нас до этого.

Всё из-за яда. Из-за этого яда…

Да…

Неужели всё это правда лишь из-за яда?

Артдал открыл глаза, почувствовав дискомфорт от резкой тряски. В поле зрения проплывало ярко-голубое небо.

Скрииип...

Скрииип...

Его тело дёргалось и вибрировало.

Он попытался резко пошевелиться и издал стон от боли.

Боль в спине была невыносимой. Похоже, он сломал кость.

– А? Ты проснулся?

Голос Юанны донёсся сверху. Она тащила его на гигантском листе.

– Фух. Я думал, умру от боли.

Артдал изо всех сил попытался подняться, испытывая к ней странную смесь благодарности и вины.

– Не старайтесь слишком сильно. Я же всю вашу еду украла. Потому вы и свалились без сил.

Юанна вздохнула и попыталась его остановить.

Артдалу стало неловко, и он покраснел.

– Спасибо за помощь. И за спасение.

– Что ж, за спасение вы должны быть благодарны. Теперь вы дважды обязаны мне жизнью.

– Я обязательно отплачу.

Услышав его твёрдый ответ, Юанна улыбнулась.

– Да. Буду ждать.

Артдал повернул голову, чтобы осмотреть место, где чувствовал боль. Похоже, сломан был не поясничный позвонок, а кость в верхней части живота.

– Леди Флоне говорила, кажется, что это ребро?

Ранее Маргарет получала такую же травму. Тогда она советовала подпереть спину чем-нибудь твёрдым.

Но на Артдале была не форма, а домашняя одежда, поэтому у него не было куртки, которая могла бы служить корсетом.

– Говорят, когда сломаны рёбра, лучше больше ходить, чем отдыхать. Не волнуйтесь.

Так Маргарет тогда ответила Эноху, который из уважения к ней хотел отложить свои дела.

– А? Почему вы встаёте? – простонала Юанна, таща за собой лист, на котором он лежал, и с недоумением посмотрела на него.

Артдал отряхнулся, поднялся и обернулся к ней. Затем от нахлынувшей боли он нахмурился.

– Симптомы такие же, как у леди Флоне, когда она тогда травмировалась. Место травмы похожее. Разве она не говорила, что лучше ходить?

Юанна наконец поняла и ахнула. Приняв серьёзный вид, она подперла подбородок рукой и погрузилась в раздумья.

– Леди Флоне и правда очень много знает, – пробормотала она, и Артдал был готов согласиться с этим сто раз.

– Прямо не верится, что это та самая леди. Такое чувство, будто всё это время она скрывала свою истинную сущность.

Глаза Юанны заблестели от интереса.

– Всё-таки нужно поскорее встретиться с леди Флоне.

Артдал полностью с ней согласился.

Выжить на этом острове без Маргарет, похоже, будет трудно. Не будь её помощи, он, возможно, уже давно погиб бы.

Но как он обращался с ней всё это время? Разве не подозревал и не давил на неё при каждой возможности? Оглядываясь назад, даже если бы Маргарет сбежала, не желая быть с ним, ему нечего было бы возразить.

Артдал тихо вздохнул. Такая уж его карма, ничего не поделаешь. Даже если при встрече Маргарет выкажет ему свой гнев и презрение, ему придётся это принять. Даже вернись время вспять, он всё равно не смог бы не сомневаться в ней.

Артдал начал как можно осторожнее двигаться, осматривая окрестности.

– Мы что, перебрались на Северный остров?

– А, да. Только что пересекли перешеек.

Услышав слова Юанны, Артдал наконец понял, что длинная дорога позади – это та самая единственная, что соединяет Северный и Южный острова.

В этот момент Юанна достала из кармана карту, развернула её и стала изучать местность. – Хм. Кажется, неподалёку есть склад с припасами. Может, заглянем туда, а потом двинем на запад? Отсюда довольно близко.

Артдал подошёл и тоже посмотрел на карту. Как и говорила Юанна, на востоке Северного острова была отметка – Припасы. Это было совсем рядом, так что зайти по пути не составило бы труда.

Ранее они уже находили припасы на Южном острове. Но они почти ничего не знали об их использовании и назначении. К тому же из-за столкновения с болотом им пришлось бросить те немногие вещи, что они успели собрать.

– Чтобы сбежать, нужно собрать как можно больше припасов. Не помешало бы и оружие, – бормотала себе под нос Юанна.

Артдал пристально посмотрел на неё.

– Судя по всему, вы знаете, как сбежать.

Юанна подняла на него взгляд. Она задумчиво посмотрела на него, а затем спокойно ответила: – Я знаю, что в хижине этого проклятого парнишки есть путь к отступлению. Но чтобы добраться туда, нужно оружие.

– Проклятый парнишка?

Услышав ответ Юанны, Артдал нахмурился.

Опять. Она снова говорит что-то непонятное.

На мгновение он с тревогой посмотрел на её бледное лицо, а затем осторожно начал:

– Я давно хотел кое о чём спросить вас, ваше святейшество...

– Спрашивайте.

Юанна пожала плечами и ответила просто. Выражение её лица говорило, что она готова ответить на что угодно.

Артдал решил выяснить всё, что его интересовало.

– Я хочу знать, почему ваше поведение так внезапно изменилось. И не говорите, что это не так. После того как леди Флоне упала в реку, вы стали другим человеком.

– ......

– Вы что-то вспомнили, не так ли? Что, чёрт возьми, вам известно...

И в этот момент.

Гууууууу...

Издалека донёсся странный протяжный звук.

Артдал и Юанна, изучавшие карту, одновременно подняли головы.

Стоял знойный полдень, солнце пекло нещадно.

Они уже замечали, что поведение чудовищ меняется. Теперь они появлялись даже средь бела дня.

Но этот рёв, который они только что услышали, был каким-то особенно отвратительным, таким они ещё не слышали на Южном острове.

Лицо Юанны постепенно побледнело. Она застыла, а затем повернула к Артдалу только голову.

– О боже... Я и забыла. Мо-монстры эволюционируют...

– Что это значит?

– Изначально они появлялись только в полночь.

– Что?

– А прямо перед тем, как... время повернули вспять, они начали появляться уже на закате.

Артдал нахмурился, совершенно не понимая её слов. Повернуть время вспять? Что она имеет в виду?

Но Юанна, казалось, была не в состоянии объяснять подробно. Она продолжала бормотать, словно разговаривая сама с собой.

– И это ещё не всё. Они говорили, что их форма тоже изменится.

– Кто они?

У Артдала был миллион вопросов, но Юанна дрожащей рукой схватила его за руку, не дав продолжить.

– Ваша светлость. Это крик чудовища. Нам надо бежать.

Но они не успели далеко отойти, как столкнулись с этими тварями.

Они имели настолько гротескные формы, что их невозможно было опознать.

– Лиха беда начало, – пробормотал Артдал, повторяя частое выражение Маргарет, и в отчаянии провёл рукой по волосам. На этот раз выжить могло быть действительно невозможно.

Я очнулась на мягкой кровати.

Даже не знаю, сколько времени прошло. Голова была совершенно ясной, и я чувствовала себя невероятно отдохнувшей.

Я поворочалась, осознав, что двигаться немного неудобно.

– М-м-м... – раздался у меня над ухом низкий, сонный голос.

Только тогда мои глаза широко раскрылись. В поле зрения попали изгибы мышц и гладкая обнажённая кожа.

Ах!

Я думала, что мне приснился прошлой ночью сон.

Но это был не сон.

Погодите... Неужели это и правда не сон?

Я резко села. Кайден и Энох спали без рубашек в одной постели со мной.

Я не знала, как Энох и Кайден нашли этот бункер. Я огляделась, но ни Рузефа, ни Диего нигде не было видно.

Двое мужчин спали, не обращая внимания на мои движения. Видимо, они устали не меньше меня. И немудрено – они не спали в нормальной постели уже почти полгода.

Кайден был Кайденом, но вот Энох... Впервые я видела, чтобы он спал так крепко. С тех пор как я на этом острове, он никогда не позволял себе погружаться в такой глубокий сон, а сейчас даже не заметил, что я проснулась.

Я пристально смотрела на его сомкнутые веки, потом осторожно разгладила прядь волос, выбившуюся на лоб. Затем нежно провела большим пальцем по его коже.

Откуда у него такая гладкая кожа?

Моя рука медленно опустилась, скользнула по переносице и замерла над его мягкими губами.

Внезапно я вспомнила вчерашний поцелуй, вздрогнула и отдернула ладонь.

Эх...

В тот же миг сзади на мой живот легла большая рука Кайдена. Он обнял меня во сне, даже не проснувшись. Я оглянулась. Даже спящий, он был прекрасен. Белоснежные серебристые волосы, тонкие черты лица – прямо как ангел.

– Но разве не говорили, что Кайден невосприимчив к ядам?

Судя по вчерашним воспоминаниям, он определённо был отравлен.

Вроде бы говорили, что только низкая температура тела незаражённого человека может нейтрализовать токсин цветка тентационема…

Раз уж даже Кайден с его иммунитетом пал жертвой, значит, это было не просто отравление.

Я снова вспомнила наш страстный поцелуй и уткнулась лицом в ладони. Мой первый поцелуй, и случился он, когда я была без сознания! Как несправедливо!

– Проклятый Дженас.

Если бы не этот тентационем, я бы смогла всё удержать под контролем. Я вспомнила, что эти цветы посадил здесь Дженас, и даже Аната не смела к ним прикасаться.

С таким сильным ядом подобраться к двери, должно быть, было невероятно трудно. А ведь это была не простая дверь. Я сбросила с живота руку Кайдена и в полудрёме поднялась с кровати.

Похоже, прошлой ночью я потратила слишком много сил, потому что всё тело будто обмякло.

Не знаю, как это вышло, но моя одежда была в ужасном состоянии. Белая футболка растянулась и порвалась, выглядело это откровенно неряшливо. Меня это немного беспокоило – наверное, потому, что её испортил ядовитый газ.

На вешалке в углу комнаты в беспорядке висела одежда.

– Что ж.

Я быстро выбрала среди всего этого подходящую кофту, стараясь не разбудить мужчин. Снова попался только укороченный топ, так что пришлось натянуть белую полумайку.

Зато там же висел джемпер, и я могла накинуть сверху чёрную куртку-бомбер. С брюками была та же история – на вешалке болтались лишь джинсы, поэтому я решила остаться в своих карго.

В этот момент Ынджи, свернувшись калачиком на ковре, открыла глаза. Увидев меня, она вздрогнула, запрыгала на месте, а затем принялась безудержно кружить вокруг.

Я улыбнулась и погладила её чешую, а затем перевела взгляд на спящих мужчин.

Как раз в этот момент Энох заворочался и сел на кровати. Кайден всё ещё спал.

– Маргарет…?

Его голос, низкий и густой, был полон сна.

Энох сидел на краю кровати, вытирая лицо полотенцем. Потом он потёр подбородок, приподнял бровь и уставился на меня.

– Почему так рано?

Глаза его были сонными – он только что проснулся. Он ещё и снял футболку, отчего от него исходила довольно-таки чувственная аура.

Энох медленно протянул ко мне руку.

– Иди сюда.

Я послушно подошла. Он притянул меня к себе, усадил на колени и поцеловал в щёку.

Я автоматически прикоснулась к тому месту, где ещё сохранилось тепло его губ, и почувствовала лёгкое недоумение.

Неужели я схожу с ума? Удивительно, насколько это поведение кажется мне знакомым. И, что поразительнее всего, совсем не пугающим.

Его сильная рука обняла меня за талию. Тот, кто ещё недавно излучал свирепую, собственническую энергию, теперь смягчил хватку и осторожно взял мою ладонь.

Он поцеловал каждый палец, а затем с недоумением посмотрел на мою лётную куртку.

– Откуда это?

Он разглядывал её, будто видел нечто невообразимое. Для жителя Империи такая грубая и простая вещь должна казаться уродливой. Я запахнула куртку и показала на вешалку в углу.

– Она висела там. Дженни... в смысле, думаю, её принёс Зенас.

– Дженни? Ты дала ему прозвище?

Брови Эноха неодобрительно нахмурились. В его глазах вспыхнули искры, словно от горящих дров.

Я смущённо съёжилась. Он вздохнул и нежно погладил меня по волосам. Поймав его взгляд, я объяснила:

– Только поначалу. Я не знала, какой он на самом деле.

Сидеть у него на коленях становилось всё неловчее, и я попыталась встать, но он снова притянул меня к себе.

– Ты в порядке?

В ответ на его вопрос я почесала щёку и указала на то, как мы сидим.

– Если ты будешь продолжать в том же духе, вряд ли тебе станет лучше.

Только тогда он меня отпустил.

– Тихо ты.

Едва я вырвалась из объятий Эноха, как проснулся Кайден. Он поднял голову, глаза его были полузакрыты. Волосы всклокочены, будто на голове свито гнездо, но, возможно, благодаря его ослепительной внешности даже это смотрелось как умышленный эффект в старинном стиле.

Наши взгляды встретились. Он мгновенно поднялся с кровати, одним движением оказался рядом и обнял меня.

Я бросила взгляд на Эноха. Тот сидел на краю постели, поглаживая подбородок и с хитрым видом поглядывая на Кайдена.

– Всё хорошо?

Кайден отпустил меня и внимательно, словно изучая, осмотрел моё лицо. Он вёл себя осторожно – совсем не так, как тот агрессивный мужчина, который прошлой ночью словно хотел меня поглотить.

– Эм... Маргарет, а твоя одежда вроде стала короче?

Должно быть, он заметил короткий топ под моим джемпером. Кайден нахмурился и сам застегнул джемпер повыше.

– Как же неловко.

– А на тебе быть голым – не неловко?

– Меня это не смущает. Могу показать и больше. Хочешь посмотреть, если тебе интересно?

_На что ты смотришь, псих?_

– Мне неинтересно, так что оставь всё как есть.

Когда Кайден сделал движение, будто собирается снять оставшуюся одежду, Энох поднялся.

– Лорд.

Он позвал его тихим, но властным голосом. Одного этого было достаточно, чтобы в воздухе повисла напряжённая атмосфера. Кайден цокнул языком, но покорно отступил.

Я указала на вешалку, наблюдая за двумя полураздетыми мужчинами.

– Кажется, здесь есть вещи, которые вам подойдут. Думаю, стоит сначала одеться, прежде чем переходить к серьёзному разговору.

Я посмотрела на белую рубашку Эноха, брошенную на пол. Этой потрёпанной вещи давно пора на свалку.

Я подошла к вешалке раньше него и начала подбирать одежду для Эноха и Кайдена.

Энох, стоявший позади, протянул руки поверх моих и тоже стал рыться среди вещей. Получилось так, что я оказалась в его объятиях, помогая ему выбрать вещь.

– Эта, пожалуй, тебе подойдёт.

Я достала чёрную футболку с короткими рукавами и примерила её на нём. Взгляд невольно скользнул по его мускулистому торсу.

Воспоминания о прошлой ночи снова нахлынули, заставляя меня сгорать от стыда.

Энох, не подозревая о моих мыслях, покорно принял одежду. Он натянул футболку и сменил брюки.

– Я впервые ношу что-то подобное.

Я невольно ахнула, глядя на него. Футболка сидела идеально, подчёркивая каждую мышцу.

– Теперь выбери что-нибудь для меня.

Кайден подошёл ближе, окинул взглядом развешанную одежду и обратился ко мне.

К счастью, для него тоже нашлись подходящие штаны и кофта, но он настоял на том, чтобы поверх накинуть свой плащ волшебника.

Когда я спросила – зачем, он усмехнулся:

– А вдруг тебе ночью станет холодно? Придётся согревать тебя вместе.

От такого наглого ответа у меня пропали слова.

– Ладно, одевайся быстрее. Нам нужно поговорить.

Я передала Кайдену его одежду и уселась на край кровати.

Опрятно одетый Энох подошёл ко мне. Он нежно погладил мои волосы – его прикосновения были такими же осторожными, будто он держал хрупкую фарфоровую куклу.

Мне стало неловко и как-то щекотно.

Я схватила его за запястье, боясь, что странное чувство усилится.

Медленно подняв голову, я встретилась взглядом с золотистыми глазами Эноха, пристально смотрящими на меня.

Казалось, время остановилось.

– Нам действительно нужно многое обсудить.

Энох взглянул на своё запястье, всё ещё сжатое моей рукой.

Он был прав. Надо было поговорить о том, что произошло.

Меня также волновала судьба Рузефа и Диего.

В этот момент Кайден сбросил с себя одежду. Я округлила глаза. Энох мгновенно прикрыл их ладонью, так что я успела разглядеть лишь чёрные трусы.

– Вы непозволительно беспечны, лорд. Маргарет же смотрит.

– Я же предложил посмотреть? – последовал дерзкий ответ Кайдена на упрёк Эноха.

Энох, проявляя деликатность, переодевался за ширмой, а Кайден, верный себе, лишь рассмешил меня своей бесстыдной непосредственностью.

Пока мы так разговаривали, казалось, мы вернулись в прошлое. В самое начало, в те времена, когда мы втроём жили вместе на Южном острове.

Моё лицо внезапно потемнело, и я сглотнула.

Я вспомнила, что произошло прямо перед тем, как расстаться с Энохом и Кайденом.

– Ты пытался запечатать мою магию. И говорил, что убьёшь меня.

Я думала, что, должно быть, ослышалась или неправильно поняла из-за отравления ядовитым газом.

Но что, если это не так? Что, если это не было недоразумением? Что тогда мне делать?

– О чём ты думаешь?

Сверху донёсся голос Эноха. Рука, закрывавшая мне глаза, убралась. Я подняла взгляд и посмотрела на него.

Энох был сообразительным и, наверное, почувствовал мои мрачные мысли. Я смотрела на него, моргнула и наконец заговорила.

– Если вы собираетесь меня убить, то зачем? Я вот об этом и думала.

– …Что?

Брови Эноха нахмурились. Кайден, только что переодевшийся и подходивший ко мне, выглядел искренне потрясённым.

– Погоди, Маргарет! О чём ты? Кто кого должен убить? Мы – тебя?

– с нелепым выражением лица спросил меня Кайден. Я медленно кивнула.

Энох смотрел на меня с невыразимо печальным видом. Мне показалось, он даже немного расстроен?

– Я догадывался. Поэтому ты и сбежала.

Услышав ответ Эноха, я стиснула губы. Меня снова захлестнула обида, и слёзы готовы были брызнуть из глаз.

– Какая чепуха!

Кайден в один прыжок оказался рядом, опустился передо мной на колени и посмотрел на меня снизу вверх.

– Мы бы ни за что этого не сделали.

– Да. Я тоже думала, что этого не может быть.

Услышав мой ответ, Кайден облегчённо вздохнул. Я посмотрела на его лицо и снова заговорила.

– Поэтому я и хотела спросить сама и во всём разобраться. Правда ли то, что я услышала? Действительно ли вы пытались запечатать мою магию?

– Что? Маргарет, это…

Кайден хотел возразить с удивлением, но Энох перебил его.

– Я всё объясню. Маргарет, ты неправильно поняла.

Он спокойно начал объяснять – о том разговоре, обрывки которого я слышала той ночью и который истолковала неверно.

– Я думал, что ты станешь ключом к нашему побегу с острова. Ты единственная из нас, у кого есть магия. Я сказал, что запечатаю её, чтобы проверить, привлекает ли твоя магия монстров.

– Значит, насчёт того, чтобы убить меня…

– Этого не было. Ты, наверное, слышала, что "после эксперимента убить монстров будет ещё не поздно".

Когда я усомнилась в словах Эноха, ответил Кайден.

Ах…

Только тогда я наконец поняла, что произошло, и тяжело вздохнула. Волна всепоглощающего облегчения нахлынула вместе с чувством вины за то, что усомнилась в них.

Охваченная самоосуждением, я уткнулась лицом в ладони. Мне было стыдно. Более того, самообвинение не позволяло мне поднять голову.

Я медленно опустила руки и уставилась на собственные носки.

– Простите… я… я тогда вернулась. В пещеру. Ждала полдня, но никто не пришёл… Потом встретила монстра и убежала…

В растерянности я говорила сбивчиво и несвойственно себе. Я сложила руки на коленях, но они дрожали – возможно, от смущения.

В этот момент Кайден, опустившийся передо мной на колени и смотревший на меня снизу вверх, взял мою руку. Он бережно поцеловал каждый палец и посмотрел мне в глаза.

– Всё в порядке. Куда бы ты ни убежала, мы бы всё равно тебя нашли.

С этими словами Кайден мягко улыбнулся. На его щеках проступили ямочки, обнажив ту самую очаровательную улыбку.

Энох в знак согласия кивнул.

– Прости, что напугал тебя. Наверное, тебе было очень страшно одной…

Энох нахмурился, и в его глазах мелькнуло самоосуждение.

По его словам, они не смогли сразу прийти в пещеру, потому что искали меня и нашли клочок ткани, который я обронила. Затем они встретили Зенаса.

– Мне нужно было где-то спрятаться. В поисках укрытия я нашла подземный ход этого бункера.

– Ход? Тот самый, в котором исчез тот проклятый архимаг?

– Ну, должно быть, он.

В ответ на вопрос Кайдена я кивнула. Конечно, я свернула с пути и наткнулась на скелет.

Я уже собиралась рассказать им о скелете, ромализанском боевом костюме и обо всём, что произошло в бункере.

Тук!

Снаружи раздался глухой удар. Я вздрогнула от неожиданности и повернулась к плотно закрытой двери.

– Ч-что это?..

Схватив рюкзак, я поспешно достала светящуюся гранату. Энох и Кайден тоже обнажили оружие – длинный меч и кинжал – и приготовились к обороне.

– Монстр? – спросила я Эноха и Кайдена, напряжённо глядя на закрытую дверь.

– Вы дверь в бункер открыли? – в ответ на мой вопрос Кайден озадаченно наморщил лоб.

– Дверь, через которую мы вошли, закрыта. Замка нет, так что открыть её, в принципе, можно. Но разве у монстров хватит ума, чтобы открыть закрытую дверь?

Кайден переспросил меня, а я лишь пожала плечами, не зная ответа. Тем временем Энох встал у двери, прислушался, а затем обернулся к нам.

– Я выйду первым. Прикройте меня, пока мы не окажемся у выхода из бункера.

Мы с Кайденом одновременно кивнули. Энох глубоко вздохнул, затем резко распахнул дверь и выставил вперёд меч.

Бам!

– А-а-а!

И тут мы услышали знакомый крик.

Человек с землисто-бледным лицом, распластавшийся перед дверью, был не кто иной, как Рузев.

– Вы все здесь?!

Увидев нас, Рузев воскликнул, и голос его дрожал от отчаяния. На лице его было написано глубочайшее страдание.

– А что, если аромат цветов ещё не выветрился? Давайте хотя бы епископа впустим.

Услышав мои слова, Энох и Кайден поспешно схватили Рузефа и затащили его в комнату. Мы захлопнули дверь.

Рузеф, втащенный внутрь, оттолкнул Эноха и Кайдена, подошёл ко мне и взял за руку.

– Что случилось? Ён-э, вы целы и невредимы!

Он прислонил лоб к тыльной стороне моей ладони, словно в молитве, и тяжело вздохнул с облегчением. Я смотрела на него в недоумении.

Спустя долгое время он вдруг резко поднял голову и крикнул:

– А если вы так внезапно исчезнете? Что мне тогда делать?

Лицо Рузефа исказилось от гнева. Или, может, от обиды? Нахмурившись, он пристально посмотрел на меня, а потом притянул к себе и обнял.

– …Я волновался, понимаете?

Он уткнулся лицом мне в плечо, и я почувствовала, как его тело дрожит. Я, всё ещё находясь в его объятиях, перевела взгляд на Эноха и Кайдена. Энох молча стоял, скрестив руки, а Кайден лишь пожал плечами, наблюдая со стороны.

– Что же произошло? А где сэр Диего? Почему вы один?

– Видите ли… Чтобы найти вас, мы разделились на две группы: Его Величество, лорд, сэр Диего и я, – в ответ на мой вопрос Рузеф бросил взгляд на Эноха и Кайдена. Энох молча кивнул.

Рузеф, собравшись с мыслями, продолжил:

– Сэр Диего, с которым мы вдвоём обследовали лес, внезапно исчез. Беззвучно, будто испарился. Я бродил один, не понимая, что случилось, и наткнулся на это место.

– Внезапно исчез? Может, что-то произошло?

– Не знаю. Понятия не имею, что случилось, – Рузеф ответил с растерянным видом и устало провёл рукой по лицу. Теперь, приглядевшись, я заметила, что он выглядит очень измождённым. Похоже, он снова не выспался как следует.

Урррр…

Желудок Рузефа громко заурчал, заявляя о голоде. Его лицо покраснело – возможно, от смущения. Сконфуженный и растерянный, он быстро опустил голову.

– Мой желудок… Я очень голоден.

Услышав это, я осознала, что тоже голодна. Я-то открывала банки с едой, но Энох, Кайден и Рузеф – нет. Последний раз я ела прямо перед появлением гигантской анаконды. Неудивительно, если я вот-вот грохнусь в обморок от слабости.

– Может, сначала поедим? – предложила я.

Рузеф, уловив мои слова, с надеждой взглянул на меня.

– У вас есть что-нибудь съестное?

Энох и Кайден тоже с любопытством посмотрели в мою сторону. Я достала приготовленную заранее сумку и вытащила оттуда банки с тушёнкой. В итоге мы решили немного подкрепиться, прежде чем оценивать ситуацию и строить планы. Я села на пол, открыла банку с ветчиной и раздала всем.

– Что это такое? Как это может быть таким вкусным? – Рузеф, только что проглотивший свою порцию, широко раскрыл глаза от восторга, будто открыл для себя новый мир. Меня почему-то охватило чувство гордости.

С другой стороны, Кайден и Энох ели молча, с какими-то странными, задумчивыми выражениями на лицах. Я с удивлением посмотрела на них и спросила:

– Не вкусно?

– Э-э…? – Кайден смущённо посмотрел на меня и отвёл взгляд.

– Дело не в этом… – начал он и запнулся.

– Изначально я планировал поговорить с тобой наедине, когда мы останемся с лордом. Но, думаю, в присутствии епископа тоже можно, – за него ответил Энох.

Рузеф, неожиданно оказавшийся в центре внимания, смущённо заморгал.

– Маргарет, я хочу спросить тебя кое о чём ещё, – Энох посмотрел на меня со своим обычным спокойным выражением лица.

Пока он говорил, растерянный Рузеф тоже уловил что-то важное и стал внимательно наблюдать за мной.

Отчего они все такие встревоженные?

Я невольно напряглась под его взглядом. Ынджи, дремавшая неподалёку, открыла глаза, подползла ко мне и устроилась у моих коленей.

Энох, какое-то время молча наблюдавший, наконец задал вопрос:

– Тот проклятый архимаг сказал, что в твоём теле обитает ещё одна душа.

– …Что?

Я была настолько шокирована, что буквально окаменела на месте. Кайден тяжело вздохнул и добавил:

– Мы верим только тебе, Маргарет. Поэтому скажи нам правду.

У меня ёкнуло сердце.

Я поставила банку, которую держала в руках. Я пыталась сохранять спокойствие, но кровь словно застыла в жилах.

Я посмотрела по очереди на Эноха, Кайдена и Рузефа. Все они смотрели на меня. Мне стало страшно.

Они разочарованы?

Чувствуют себя преданными? Или теперь подозревают меня?

Я лихорадочно соображала, подбирая нужные слова. Что я могу сказать, чтобы они меня поняли?

Пока я мучительно размышляла, слёзы неожиданно навернулись на глаза. Глаза зажглись, а слёзы накатили и застыли на ресницах.

Вскоре они перестали слушаться и потекли по щекам, а трое мужчин растерянно засуетились.

– Если это правда… вы возненавидите меня, да? – голос дрогнул.

Слёзы лились без остановки.

Сначала я просто хотела выжить в этом мире. Как же всё зашло так далеко?

Я никогда ещё так глубоко не открывалась никому. Я не знаю, кем была Маргарет прежде, но сейчас-то я – Ли Джин Джу.

Они мне нравятся. Я больше не могу это отрицать. Помимо всего прочего, они мне просто нравятся как люди.

Я грубо вытерла слёзы тыльной стороной ладони и посмотрела на них.

– Простите, что лгала… – не договорив, я скривилась. Комок подступил к горлу, не давая говорить.

Ведь это я всё время лгала.

Я знала, что с какого-то момента они начали мне доверять. И всё же это я сознательно держалась на расстоянии. По-трусливому.

Я боялась, что меня возненавидят те, кто первым открыл мне своё сердце. Но теперь отступать некуда.

Смогу ли я, рассказав правду и открыв свои секреты, когда-нибудь построить с ними искренние, доверительные отношения?

Тишину в комнате нарушали лишь мои сдавленные рыдания и всхлипывания.

– Маргарет, прости. Не плачь, – первым нарушил молчание Кайден. Он смотрел на меня с беспомощным видом.

Но раз прорвавшись, слёзы уже не хотели останавливаться. Даже вытирать их руками было бесполезно.

В конце концов, Энох не выдержал. Он снял с вешалки запасную рубашку, внимательно осмотрел моё заплаканное лицо и осторожно начал вытирать слёзы. Я не говорила ни слова, но эта нежность лишь усилила боль в груди.

Даже когда он продолжал вытирать моё лицо, слёзы всё текли и текли.

Энох вздохнул и наконец опустил руку. Кажется, он понял, что дело не в слёзах.

Рузеф и Кайден стояли по обе стороны от меня, неловко переминаясь с ноги на ногу, словно сломанные механические куклы.

– Маргарет, – твёрдо произнёс Энох.

Я, всхлипывая, подняла на него глаза. Его взгляд был настойчивым, требовавшим ответа на заданный вопрос.

В конце концов я сглотнула комок в горле и заговорила:

– Зенас ничего больше не сказал?

– "В ней есть другая душа. Она всех вас обманывает". Больше я ничего не слышал, – ответил Энох.

Похоже, он сказал это, чтобы посеять раздор. Знает ли Зенас, что я Ли Джин Джу? Аната рассказала ему? Насколько хорошо Зенас меня знает? Кажется, он не в курсе главного – что я и есть – настоящая Маргарет.

Пока я размышляла об этом, Энох произнёс:

– Я сразу понял, что это лишь слухи, чтобы поссорить нас. Так что не переживай.

– Но это правда, – отчаянно прошептала я.

Кайден, поражённый моей прямотой, схватил меня за плечо.

– Ты правда не Маргарет?

Мне стало немного обидно от его недоверчивого взгляда. Всё это время с ним общалась и чувствовала связь именно я. Неужели теперь, когда он узнал, что я не та Маргарет, всё изменится?

– Если я не Маргарет… ты меня возненавидишь? – я бессильно опустила глаза. У меня не хватило духу взглянуть на его лицо. Во мне ещё осталась совесть, поэтому я не смела ничего ожидать.

Пока я ждала ответа с пустым сердцем, Кайден мягко взял меня за подбородок и заставил поднять голову.

– Как ты можешь такое говорить? Да как я могу тебя ненавидеть? Этого не случится, даже если мир перевернётся и я умру, – Кайден утешал меня словами, сладкими как мёд.

Ошеломлённая этими нелепо-преувеличенными словами, я не выдержала и рассмеялась сквозь слёзы. Такое чувство, будто я тонула в трясине, а меня вытащили за одну секунду.

Я заметила, как Рузеф, стоявший поодаль, облегчённо выдохнул, увидев мою реакцию.

Энох посмотрел на меня спокойным, непроницаемым взглядом. В его глазах нельзя было прочесть ни единой мысли. Наконец он окликнул меня.

– Маргарет.

– Да?

– Я ведь всегда презирал Маргарет Роуз Флун. Ты же это знаешь?

– Ах… да.

Я смущённо кивнула, не понимая, к чему он клонит. Кайден, заметив моё смятение, осторожно взял меня за руку.

Энох взглянул на мою руку, теперь сжатую в ладони Кайдена. Он долго смотрел на наши сплетённые пальцы, прежде чем спросить:

– Но, судя по всему, у тебя есть воспоминания Маргарет. Не похоже, что ты – совсем другой человек.

– …У меня есть её воспоминания. Звучит нелепо, но это правда. Я – это Маргарет, но в то же время я – не она. Если точнее, это не я – другой человек, а Маргарет изменилась и стала мной.

Энох скрестил руки на груди и, склонив голову, смерил меня взглядом. Его бесстрастное лицо казалось ледяным, и я невольно съёжилась.

– Я знаю, как это нереалистично. Я и сама не могу поверить в то, что происходит. Кто я… я, я не знаю…

Голос дрогнул, на глаза навернулись слёзы, и я замолчала.

Как объяснить это понятно? Честно говоря, даже я сама не знаю, кто я на самом деле.

Энох смотрел на меня своим пустым взглядом, а затем произнёс:

– Если уж говорить о нереальности, то куда нереальнее – моя одержимость женщиной, которую я когда-то презирал.

Он вёл себя так, словно собирался отчитать меня, и я напряглась, но эти неожиданные слова заставили меня округлить глаза от изумления.

Кайден и Рузеф переглянулись, бросив на Эноха взгляд, полного понимания. Сам же Энох смотрел на меня прямо и строго. Его взгляд был твёрдым и лишённым всяких предрассудков.

– Мне нужна была только объективная правда. Лишь тогда я смог бы защитить тебя полностью. Неужели ты думала, что я изменюсь из-за такой мелочи?

– Ах…

Я застыла на месте, ошеломлённая его неожиданной реакцией.

Кайден, всё ещё державший мою руку, мягко притянул меня к себе, словно напоминая о своём присутствии.

– А теперь скажи сама, Маргарет. Были ли твои чувства и отношение к нам ложью?

Я поспешно замотала головой.

– Нет, ни в коем случае.

– Этого достаточно.

Кайден коротко ответил и отступил. Он, так же как и Энох, стоял непоколебимо, словно вековой дуб.

Как эти люди могут быть такими несгибаемыми?

– Я тоже тебе верю, Ён-э, – вдруг сказал Рузеф, до этого лишь молча наблюдавший за разговором.

– Эй, Ттаккарри. Ты же всегда был её ярым поклонником, не так ли?

Кайден нахмурился, услышав слова Рузефа, и сердито посмотрел на него.

– Что за оскорбительное замечание? У меня свой объект поклонения.

– Ах. Да, конечно.

Кайден отмахнулся, и Рузеф вспыхнул от возмущения. Глядя, как они снова начинают спорить, я покачала головой и невольно рассмеялась.

Мне вдруг показалось, будто завеса, застилавшая мне глаза, упала, и меня озарил яркий свет.

Я была так благодарна за их непоколебимую преданность. Сердце сжималось от щемящей боли, словно на него опустилась тяжесть.

Мне хотелось отплатить им за их столь крепкую веру.

– Моя ситуация довольно сложная, поэтому я хотела бы как следует всё объяснить, когда мы встретимся со Святой…

Я вздохнула, ломая голову над тем, как всё это организовать и объяснить.

– Кажется, Святая тоже пережила нечто подобное. Думаю, лучше всего сначала встретиться с ней и всё обсудить.

Оглядываясь назад, это казалось странным.

Пусть я и вселилась в тело другой, я без всякого труда приняла чужие воспоминания о прошлом.

Словно я и была настоящей Маргарет, мои воспоминания перемешались, но я приняла их, не чувствуя никакой несовместимости.

Это казалось нелепым, но теперь я понимаю почему. Это было возможно лишь потому, что я и была настоящей Маргарет.

Я прикусила губу и опустила голову. Затем я спокойно начала рассказывать трём мужчинам о своих переживаниях и о разговоре между Анатой и Юанной.

Выслушав мой рассказ, они на мгновение замолчали, не в силах вымолвить ни слова.

Даже когда я дошла до жизни в другом мире и книги – Нечто важнее выживания, которую я тогда читала, я не могла не почувствовать себя глупой и невежественной.

Ведь я так твёрдо верила, что вселилась в мир внутри книги. Я напрасно тревожилась и излишне подозревала их.

– Простите, что всё это время обманывала вас.

Честно говоря, даже если бы они почувствовали себя преданными, мне нечего было бы возразить.

– …Мне не хотелось умирать.

Энох молча смотрел на меня.

Неожиданно тишину нарушил Рузеф, обратившись ко мне со словами утешения.

– Я же говорил. Мы верим вам, леди Ёнхэ. Поэтому, прошу, и вы доверьтесь нам.

Рузеф с благоговейным видом взял мои руки в свои и что-то прошептал. В его глазах тоже читалось доверие.

У меня горели щёки. Мне было стыдно.

Я стиснула зубы и кивнула. На глаза навернулись слёзы. Рузеф улыбнулся и погладил меня по голове.

– Наверное, тебе было страшно.

Тут заговорил Энох. Я снова подняла на него взгляд.

– Спасибо, что рассказала. Должно быть, тебе было нелегко всё это время хранить такую тяжёлую тайну в одиночестве.

Мне смутно казалось, что Энох может мне поверить. Ведь я тоже доверяла им.

– И прости, что не догадался сам.

От его слов слёзы снова нахлынули. Я стиснула зубы и нахмурилась.

Икнула.

В конце концов, я снова разрыдалась.

– Маргарет, я же просил тебя не плакать.

Каден нежно вытёр мои слёзы большим пальцем. Его прикосновение было таким тёплым, что глаза снова наполнились слезами.

Рузеф, до этого тихо слушавший мой рассказ, продолжал гладить меня по голове, утешая. Он мало говорил, но его ласковые прикосновения были невероятно утешительны. И вот я снова зарыдала.

Я будто стала семилетним ребёнком. Я и сама не помню, сколько раз плакала с тех пор, как оказалась здесь. Боюсь, у меня скоро откажут слёзные железы.

Энох тоже добавил:

– Перестань плакать. Твои прекрасные глаза опухнут.

– Прекрасные глаза… Энох всегда был скуп на красивые слова, даже когда был добр, поэтому эта странно смущающая фраза в итоге заставила меня перестать плакать.

– Но у меня есть вопрос.

Я посмотрела на Эноха с удивлением. Он тихо начал:

– Про ту историю в романе.

Роман? А, он про – Нечто важнее выживания. Энох посмотрел мне прямо в глаза, затем медленно опустил взгляд. Его глаза остановились на моих губах.

Энох усмехнулся и нежно провёл большим пальцем по моей губе. Затем он медленно, томно поднял на меня взгляд и спросил:

– Неужели я был настолько хорош? До такой степени, что ты приняла меня за главного героя эротического романа?

– Ч-что?!

Я удивлённо переспросила, и он рассмеялся. Он смеялся с детской, невинной непосредственностью.

Печаль, что ещё мгновение назад висела в воздухе, растаяла, как снег.

– Погоди, главный герой – наследный принц? Не ври. В технике я разбираюсь лучше, Маргарет. Эта книга полна лжи.

Услышав слова Кайдена, я обернулась к нему с растерянным лицом.

– Легко говорить о том, что нельзя доказать, – провокационно заметил Энох, и лицо Кайдена исказилось от негодования.

– Почему это нельзя доказать?

Затем Кайден снова повернулся ко мне.

– Маргарет, ты что, мне тоже не веришь? Если нужны доказательства – скажи. Я покажу тебе столько, сколько захочешь.

Кайден говорил так, будто вот-вот станет раздеваться, поэтому я энергично замотала головой.

– Нет, не надо!

Мой твёрдый ответ ничуть не смутил Кайдена. Он снова посмотрел на Эноха, и брови Эноха неодобрительно поползли вверх.

– Впервые вижу мага, чьи действия опережают слова. Кстати, это не комплимент.

– Разумеется, не комплимент. За кого вы меня принимаете?

– Удивительно, что ты сам этого не знал.

Кайден, казалось, был готов вот-вот наброситься, но Рузеф вздохнул и призвал всех к порядку.

– Господа… Сначала нам нужно во всём разобраться и как можно скорее найти сэра Диего.

Услышав слова Рузефа, Энох и Каден наконец прекратили свою безрассудную перепалку.

Так мы закончили обед и собрали вещи.

– Думаю, стоит взглянуть на карту, – предложил Энох.

Я вытащила карту из своей сумки через плечо и развернула её. Бункер, который мы нашли, скорее всего, находился там, где хранились припасы.

Затем я вспомнила слова Дженаса о том, что логово чудовищ находится на восточной оконечности Северного острова.

Меня не отпускало плохое предчувствие, что Диего может быть именно там.

– Не могли бы вы подробнее рассказать, как именно исчез сэр Диего?

Я посмотрела на карту, а затем обратилась к Рузефу. Покорный, как ягнёнок, он на мгновение задумался, а потом ответил:

– Была глубокая ночь. Я не мог найти леди Ёнхэ и искал место для ночлега, как вдруг заметил нечто странное.

– Нечто странное? – переспросил Каден, до этого пристально смотревший на карту.

– О чём ты? – на этот раз кивнул Энох, словно говоря – говори уже быстрее, без лишних церемоний.

– Из кустов нас окликнул пожилой мужчина. Он выглядел как человек, но его облик был настолько расплывчатым, что казался призраком, – ещё тише продолжил Рузеф.

– Сначала я подумал, что это настоящий человек, и попытался подойти. Но сэр Диего остановил меня. Он сказал, что не видит у старика ног.

Хм.

Я внимательно слушала, а затем ахнула от ужаса.

– Почему на этом острове так много всего потустороннего?

Я вспомнила женщину, предположительно дух Анаты, которую видела и в бункере, и в хижине Дженаса.

Да и в подвале бункера двигались скелеты.

Может быть… это души тех, кто погиб на острове Алеа, будучи подопытными? Эксперименты шли здесь тысячу лет – сколько же людей должно было погибнуть на этом острове?

– Мы изо всех сил старались игнорировать его. Мы прошли мимо старика и продолжили путь, но вскоре он снова возник, стоя в конце дороги. Хотя мы точно его обошли.

Это была леденящая душу история, но Каден никак не отреагировал, а Энох слушал со спокойным, невозмутимым лицом.

– Проблема была в том, что произошло дальше. Внезапно огромная толпа людей начала окружать меня и сэра Диего.

– Что? Огромная толпа?

– Честно говоря, я даже не уверен, были ли это люди. Из леса, непонятно откуда, появились фигуры с едва различимыми лицами, и одна за другой они окружили нас, приближаясь всё ближе.

– Хм, может, это тоже галлюцинация? Возможно, вы оба вдохнули ядовитый газ анаконды? – вставил Каден, до этого молча слушавший.

Вполне правдоподобная версия. Возможно, так оно и было.

Мы видели здесь бесчисленное множество странных вещей. Это место можно было бы назвать островом иллюзий.

– Я никогда не сталкивался с анакондой, поэтому не уверен, но, возможно, это и были галлюцинации. На этом острове такое случалось часто, – сказал Рузеф, с усталым видом вытирая лицо.

– Казалось, они кого-то искали. Некоторое время они бродили вокруг нас, а потом исчезли.

Искали кого-то? Меня охватило непоколебимое, зловещее предчувствие, что это снова была я.

Возможно, это было похоже на то, как чудовища тянулись ко мне из-за моей магической силы.

– В итоге я провёл всю ночь, бродя по лесу без сна. К счастью, чудовища не появлялись. Словно они тоже избегали этих призраков.

– …

– Я бродил всю ночь, нашёл реку и остановился у неё отдохнуть. Должно быть, из-за усталости я забыл, что это лишь короткий привал, и заснул.

Рузеф с измождённым лицом снова провёл рукой по лицу. Он действительно выглядел уставшим.

– Потом я проснулся, а сэра Диего, который сидел рядом со мной, нигде не было. Он оставил только этот меч. Разве не невероятно странно, что рыцарь, всю жизнь владевший мечом, капитан императорской гвардии, бросил своё оружие на этом опаснейшем острове и куда-то исчез?

– Значит, вы так и не нашли сэра Диего?

На мой вопрос Рузеф покачал головой, и его лицо стало похоже на лицо ветерана, получившего страшное известие.

– Я ждал его как мог, но он так и не появился. Тогда я отправился на поиски и нашёл неподалёку эту карту.

– Карту? – переспросил Энох.

В ответ Рузеф вытащил из кармана своей рясы смятый кусок ткани и развернул его.

На моей карте был отмечен только бункер, а на той, что достал Рузеф, на востоке Северного острова была изображена загадочная фигура, похожая на чудовище.

Внезапно я вспомнила историю Дженаса о – Главном теле демонов.

– Что это за карта?

– Не знаю. Возможно, эти призраки похитили Диего и обронили это…

Рузеф запнулся, отвечая на вопрос Кайдена, потому что тот пристально на него смотрел.

– Ты же понимаешь, насколько это нелепо?

– Не такая уж и нелепость. На этом острове всегда происходило то, что не укладывается в голове.

Рузеф нахмурился и пробормотал недовольно.

На самом деле, он был прав. На этом острове и правда случалось такое, что превосходило любые ожидания.

Я ткнула пальцем в изображение чудовища на восточной стороне Северного острова.

– Вот эта метка на карте. Думаю, это мать всех монстров.

Я показала на странный рисунок на карте Рузефа. Энок удивленно переспросил:

– Мать всех монстров?

– Я слышала, что этот остров разрушается из-за экспериментов, которые длятся уже тысячу лет. Эволюция монстров – один из признаков этого. Дженас говорил, что к востоку от Северного острова находится их материнское логово. Если уничтожить его, монстры перестанут эволюционировать.

Кайден, слушая меня, нахмурился, словно решая сложную задачу:

– И что это за логово?

– Не знаю. Он сказал: – Сходи и посмотри сама.

Я снова мысленно перебрала слова Дженаса, едва сдержав ругательство. Черт бы его побрал.

Энок, прислушивавшийся к разговору, заговорил своим спокойным, весомым баритоном:

– Маргарет, а он объяснил, зачем рассказал тебе о монстрах? Это подозрительно. Может быть ловушкой. Нужно быть настороже.

Энок был прав. Я погрузилась в воспоминания о том дне.

– Думаю, он испугался, что я умру прямо у него на глазах. Меня чуть не сожрал монстр.

– Что?! Ты ничего об этом не говорила!

Услышав это, Кайден вскочил, и голос его задрожал от ярости.

Хруст!

Консервная банка в руке Энока вдруг смялась, будто бумажная. Мускулы на его руках напряглись, выступили жилы. Кайден, Рузеф и я застыли, уставившись на него. Энок спросил со спокойным, но ледяным выражением лица:

– Этот маг… пытался убить тебя?

Голос его был тих, но в глазах, казалось, мелькнула искорка безумия. Испугавшись этой реакции, я отвела взгляд.

– Э-э… Если точно, то он просто не помог. Дженас не угрожал мне напрямую, но когда монстры ворвались в хижину и утащили меня, он не сделал ничего, чтобы спасти. Просто наблюдал.

– С самого начала не доверял я этому ублюдку!

Я схватила за руку Кайдена, который резко вскочил, будто собираясь немедленно куда-то бежать, и усадила его обратно. Затем повернулась к Эноку.

– Эта карта – наш единственный ключ. Почему бы не поискать источник монстров? Если Дженас сказал правду, то, уничтожив его, мы остановим эволюцию тварей. И тогда Дженас лишится своих – глаз.

– Маргарет права. Других зацепок у нас нет, а это место – ближайшее.

– А как насчет того, чтобы сначала встретиться со Святой? – осторожно предложил Рузеф. – – На ее карте были отмечены места с припасами. Я помню, одно из них было на пути к востоку от острова, где, по вашим словам, логово.

Когда Рузеф умолк, Энок задумчиво провел рукой по подбородку, вновь изучая карту на полу.

Я последовала за его взглядом. На нашей карте не было таких меток, но я припоминала, что на Северном острове их было три.

Одна из них как раз указывала на этот бункер. Вещи, что мы здесь нашли, скорее всего, и были теми – припасами.

– Кажется, метка с припасами была где-то рядом с логовом монстра, – сказал Энок и вопросительно посмотрел на меня.

– Почему бы нам не двинуться в ту сторону? Будем искать по пути следы Диего, а затем – и Святую. Но место, где находится логово, наверняка крайне опасно. Давайте сначала оценим обстановку, а потом составим план.

Все молча кивнули в согласии с Эноком. Размышляя о логове, я снова вспомнила слова Дженаса.

– Я лишь пользуюсь глазами монстров, а не управляю ими. Они сами к тебя тянутся.

– Почему?

– Наверное, от тебя вкусно пахнет, Мэг. Иначе, чем от остальных.

Он говорил, что монстры меня – любят...

Но эта – любовь была не похожа на преданность Ынджи. Скорее, они видели во мне – лакомство. Стоит ли такой, как я, встречаться лицом к лицу с матерью этих тварей?

– И похоже, кто-то в вашей группе использует магию.

– Как этот человек смог использовать магию, которую в этом теле могу контролировать только я?

Если Дженас в конце концов поймет, что моя душа – чужая, догадается ли он, что магия исходит именно от меня?

Мне нужно было встретиться с Дженасом. У меня оставалось к нему слишком много вопросов.

– Что такое мать монстров?

– Иди и посмотри сама.

– Но я надеюсь, ты выживешь, Мэг. Своего рода ставка. Назовем это развлечением. Давай же, соберись. Это остров Алеа.

Я снова и снова прокручивала его слова в голове.

– Черт тебя дери, Дженас!

---

Ш-ш-ш…

Лило как из ведра.

В такую погоду даже сигнальная ракета не спасет – дождь мгновенно зальет пламя.

– Черт, в бункере не было ни зонтов, ни плащей.

Я натянула капюшон своей летной куртки. Трое мужчин, оставшихся без капюшонов, покорно промокали под ливнем.

Кайден и Энок несли большие рюкзаки, а Рузеф – Ынджи. Я, увидев, как мой рюкзак намокает, засунула его под куртку.

Сигнальные ракеты и зажигалку я завернула в футболку, но под таким ливнем и они бы не выстояли.

Дождь обрушивался стеной.

Мы с трудом брели по размокшей земле. Не пройдя и полпути, мы нашли пещеру у реки и были вынуждены укрыться в ней.

– Черт побери. Словно дождь этого только и ждал, – проворчал Кайден, выжимая промокший воротник.

Я сидела у входа, безучастно глядя на водяные струи. Решиться на что-то, и тут же такое… Настоящее бедствие.

Не помню, когда в последний раз видела дождь. С тех пор как я очнулась на этом острове, его не было ни разу.

Ш-ш-ш…

Звук падающей воды, не знавший о моей тоске, был освежающе чистым.

Я открыла рюкзак и выложила содержимое.

Некоторые блокноты Юанны и роман – Что-то важнее выживания отсырели. Зажигалка, ракеты и аптечка, кажется, были в порядке. Целым был и подзорная труба, которую дал Дженас.

– И зачем давать фонарик без батареек?

Я постучала неработающим фонариком о камень и вздохнула. Не понимала, зачем он дал мне эту бесполезную вещь.

И от этого было еще тревожнее – ведь это был его подарок.

– Пожалуй, от трубы и фонарика лучше избавиться.

Я отложила их в сторону, а остальное убрала обратно. Затем оглянулась на мужчин, которые усердно наводили порядок в пещере.

Всю жизнь они привыкли, чтобы им прислуживали, но, видимо, из-за врожденной брезгливости не выносили грязи.

Так что мне почти нечем было заняться.

Я наблюдала, как Энок, кряхтя, пытается разжечь мокрые ветки, потом снова достала зажигалку и поднесла к хворосту. Огонь вспыхнул.

Рузеф, молча наблюдавший за мной, спросил:

– Вы умеете пользоваться такими вещами потому, что… жили в другом мире?

На вопрос Рузефа Энок и Кайден тоже уставились на меня. Похоже, их это давно интересовало.

Я кивнула.

– Да. Не знаю, как оказалась в том мире и почему здесь есть вещи оттуда…

— В связи с этим поговорим о душе Маргарет, ушедшей в иное измерение. Пространственные врата может открыть только Дженас. И то не просто так… Для этого после завершения всех экспериментов нужно собрать магию мертвых. Не те врата, что откроются силой одного-двух человек.

— Но есть и другой способ. Если ты откроешь врата возвращения тем ключом, то откроются и пространственные врата. Тогда я и приведу Маргарет. Дженас об этом еще не знает, так что действовать нужно быстро.

Аната в тех видениях из магического круга говорила именно так.

Я сидела у огня и смотрела на троих мужчин.

– Из двух дверей в бункере, та, с нарисованным магическим кругом, – это, похоже, и есть врата в иное измерение. Они ведут в мир, где я жила какое-то время. Судя по всему, предметы из того мира проходят через них каждый год. Я слышала, эксперименты повторяются с годичным циклом. Другая дверь, как я уже говорила, – это Врата Возвращения. Вы сказали, что если открыть Врата Возвращения ключом, который хранит Святая, то откроются и межпространственные врата?

Энок и Кайден, уже слышавшие от меня в бункере о Вратах Возвращения, Юанне и Анате, согласно выслушали объяснение.

Рузеф выглядел озадаченным, но было видно, как он, стараясь уловить суть, время от времени кивал.

– А что значит 'эксперименты повторяются с годичным циклом'? Это Аната говорила? – вдруг спросил Кайден.

Я вытащила из рюкзака роман – Нечто важнее выживания и открыла его на первой странице.

«Раз в год открываются врата, ведущие за пределы острова. И им приходилось выживать здесь, пуская в ход любые средства, до тех пор, пока эти – врата не откроются.»

Так начинался роман, написанный от первого лица.

Это была чья-то рукопись, пробный роман, но странно, что только этот фрагмент был написан другим почерком.

Конечно, кое-где в тексте тоже попадались отличия в начертании букв, но они были незначительными, и мне никогда не приходило в голову, что это могло быть из-за того, что писали два разных человека.

– Учитывая обстоятельства, эту надпись, должно быть, оставила Аната. Похоже, изначально система была устроена так, чтобы врата открывались каждый год и пропускали новых подопытных. Но, судя по ситуации, мы, видимо, последняя партия. А значит, ежегодное открытие врат теперь потеряло смысл.

– И если мы откроем эти врата... мы сможем сбежать? – спросил Рузеф.

В ответ на его вопрос Энок покачал головой.

– Ты же сам слышал: одни – Врата Возвращения, другие – врата в иное измерение. Ни те, ни другие не похожи на выход отсюда.

– Я согласна. Должен быть какой-то другой способ выбраться. Например, возможно, придется уничтожить сам остров, но это равносильно самоубийству.

Если и существует другой выход, то где он? Может, та самая загадочная – дверь в подвале хижины Дженаса? Но больше всего подозрений вызывало именно ее существование.

---

Р.п: 가장 수상쩍은 걸로 따지자면, 거기였는데 - Но больше всего подозрений вызывало именно ее существование.

Вы бы знали как долго я к этому шла… Вот небольшой разбор:

1. 가장 (gajang) – самый. Наречие, образующее превосходную степень.

2. 수상쩍은 (susangjjeogeun) – подозрительный. Определительная форма (адноминатив) прилагательного 수상쩍다 (susangjjeokda). Образуется путем замены словарного окончания -다 на -은.

3. 걸로 (geollo) – вещь/факт/пункт + как. Это сочетание существительного 것 (geot) – – вещь, дело, факт + частицы -로 (-ro) – инструментальный падеж (– чем, как, в качестве). 걸로 часто используется в конструкциях сравнения или выбора: – в качестве самого подозрительного пункта.

4. 따지자면 (ttajijamyeon) – если разбирать/рассматривать/говорить. Это условная форма (으면) глагола 따지다 (ttajida), который означает – анализировать, вдаваться в подробности, обсуждать, придираться. 따지자면 – стандартный речевой оборот для ввода темы или критерия обсуждения: – если уж на то пошло, если говорить конкретно о....

5. 거기였는데 (geogi-yeonneunde) – это было там/то, но.... Состоит из:

거기 (geogi) – указательное местоимение – там, то место.

-였다 (-yeotda) – прошедшее время связки 이다 (ida) – – быть.

-는데 (-neunde) – связочная частица, которая завершает мысль, оставляя ее немного незаконченной, часто ожидая реакции собеседника или служа переходом к следующей мысли. Можно перевести как – ...а ведь, – ...вот, или просто передать интонацией.

Я отложила свои сомнения насчёт «двери» и обсудила дальнейшие планы с тремя мужчинами.

– Найти сэра Диего, встретиться со святой, а затем уничтожить источник демонов. Это же путь к хижине Архимага, верно? – Кайден подвел итог нашему разговору.

Мы с Энохом кивнули.

– Если мы собираемся разобраться с Дженасом, нам обязательно нужно уничтожить источник демонов.

Дженас следил за нами глазами чудовища. Он говорил, что контролировать его сложно, но, возможно, знает, как это сделать.

Справиться с одним Дженасом и то непросто, а если добавить демона, задача станет невыполнимой.

Поэтому эволюция и уничтожение чудовища были абсолютно необходимы.

– Да, давайте сначала выясним, что представляет собой этот «источник демонов». Нужно также понять, что известно святой.

Впервые за несколько месяцев на этом острове я почувствовала проблеск надежды на побег. Если мы пройдём по намеченному маршруту и победим Дженаса, возможно, нам действительно удастся сбежать.

Мы все кивнули в ответ на слова Кайдена. Воцарилась короткая тишина.

Шшшшш…

В этот момент снаружи донесся шум сильного дождя.

– Интересно, с сэром Диего всё в порядке? – пробормотала я.

Услышав это, Рузеф простонал.

– Это моя вина.

Он продолжал бормотать с виноватым видом.

Вероятно, Рузеф провёл с Диего больше всего времени в последнее время, прошёл с ним через смертельную опасность, и теперь, оставшись с ним в последний момент, чувствовал себя особенно виноватым.

– Никто не виноват. Если и есть вина, то только на Дженасе.

Мои слова, кажется, не улучшили настроение Рузефа, но я ничего не могла поделать. Думаю, он останется в таком состоянии, пока мы не найдём Диего.

---

Шшшшш…

Я планировала отправиться на поиски Диего рано утром, но дождь всё не прекращался.

Я сидела на корточках у входа в пещеру, безучастно глядя на ливень. Прохладные потоки воды полностью развеяли духоту.

Наше положение было слишком шатким, чтобы сражаться с чудовищами в дождевом лесу. Пришлось ждать, пока дождь немного утихнет, но это могло серьёзно замедлить спасение Диего.

Я решила подождать ещё немного, а если дождь не прекратится – пойти сквозь него. Если Диего в опасности, мы можем упустить золотое время для спасения.

– Леди Флоне, – Рузеф, незаметно подошедший, сел рядом и окликнул меня.

Он протянул мне лист с кокосом.

– Припасы из бункера нужно беречь, поэтому позавтракаем вчерашними кокосами. Прошу понять.

Рузеф отвечал за сбор ягод и, должно быть, изрядно намучился, добывая их под таким ливнем. Я взглянула на синяки на его руках и поблагодарила:

– Спасибо.

Он смущённо почесал затылок и замолчал. Позади нас Кайден и Энох громко спорили.

Суть спора сводилась к тому, кто понесёт Маргарет, учитывая сильный дождь и необходимость передвигаться безопасно.

У меня есть ноги, зачем меня нести?

Вмешиваться казалось утомительным, поэтому я проигнорировала их и принялась жевать кокос.

Рузеф, до этого спокойно наблюдавший за мной, задал странный, не до конца понятный вопрос:

– Если выберетесь с острова, куда вернётесь, леди?

– Что вы имеете в виду?

– Вы же говорили, что прожили другие жизни в иных мирах.

– Да, это так.

– Тогда, если остров будет разрушен и придётся выбрать между двумя мирами, какой вы предпочтёте, леди?

Его вопрос казался предлагающим выбор, но на самом деле его не было. Ли Джинжу в Корее мертва – какой тут может быть выбор? Я уже решила жить жизнью Маргарет.

Но смогу ли я когда-нибудь к этому привыкнуть?

Воспоминания и эмоции Маргарет остались со мной, но они всё ещё казались чужими.

Что ж, придётся адаптироваться. Что ещё остаётся?

Я сжала губы, и моё лицо, должно быть, стало мрачным.

Не знаю, как он истолковал это выражение, но Рузеф смущённо посмотрел на меня и извинился:

– Я задал бестактный вопрос. Прошу забыть его, леди.

Не нужно так сильно извиняться…

Я удивлённо подняла голову и заметила, что вокруг стало слишком тихо. Теперь, когда я задумалась, спор Эноха и Кайдена стих уже некоторое время назад.

Удивлённая, я повернулась. Энох и Кайден смотрели на меня с необычайно серьёзными лицами. Похоже, они подслушали наш разговор.

Но почему они так себя ведут?

– Что случилось? – спросила я.

Энох и Кайден не ответили. Лишь Рузеф кивнул, словно понимая, о чём они думают.

«Тогда, если остров будет разрушен и придётся выбрать между двумя мирами, какой вы предпочтёте, леди?»

Может, из-за вопроса Рузефа? Но я же не ответила…

Трое мужчин, похоже, не собирались удовлетворять моё любопытство. Поэтому я оставила его и, вернувшись к кокосу, уставилась на залитый дождём лес.

И снова стала обдумывать планы.

Что, если с Диего что-то случилось?

Шорох…

Ынджи подошла ближе и забралась ко мне на колени. Она приподняла голову, посмотрела на меня и лизнула воздух.

– Ты тоже беспокоишься о сэре Диего?

Я знала, что это не так, но вспомнила, как Диего нравилась Ынджи. Он никогда не скрывал своей привязанности, и, думаю, она тоже к нему привыкла. Возможно, поэтому она выглядела обеспокоенной…

Пока я гладила её чешую, земля задрожала.

Дудудудуду…

– Что это за звук?

Испугавшись, я обняла Ынджи и встала. Земля сильно тряслась.

Тррресск!

Под проливным дождём земля разверзлась. Отголоски землетрясения вызвали оползень рядом с пещерой.

– Что…?

Я застыла, глядя, как рушится скала. Тогда Рузеф, стоявший рядом, резко оттащил меня вглубь пещеры.

– Леди, опасно!

Он отстранился от входа, заслонив меня одной рукой, словно защищая.

Обломки рухнувшей скалы посыпались к входу в пещеру.

– Маргарет!

Энох и Кайден бросились ко мне.

Грохот!

Вход в пещеру оказался наглухо завален огромными валунами. В одно мгновение всё вокруг погрузилось во тьму.

Мы оказались в заточении, беспомощные.

– Что происходит? – Кайден в шоке пробормотал, глядя на заваленный вход.

К счастью, внутри ещё горел костёр, и мы могли видеть друг друга.

– Что будем делать? Получится выбраться? – спросила я, наблюдая, как Кайден пытается разобрать завал.

Он нервно швырнул камень, который держал.

– Чёрт, кажется, мы в ловушке.

Услышав это, я спокойно достала карту и разложила её на полу. Отметила наше текущее положение и маршрут к припасам, до которых мы пытались добраться.

Если внутри пещеры есть тропа наружу, разве не сможем выбраться? Я украдкой взглянула вглубь пещеры.

– А как насчёт того магического инструмента, чтобы проделать выход? – спросил Кайден.

Он явно имел в виду светящуюся гранату. Я послушно достала её из наплечной сумки.

– Это не опасно?

– Думаю, лучше что-то делать, чем просто сидеть в западне, – неожиданно вмешался Рузеф, глядя на меня.

Я перевела взгляд с Рузефа и Кайдена на Эноха.

Поймав мой взгляд, Энох мельком посмотрел на завал.

– Опасно, это факт. Но разве не стоит попробовать?

Я кивнула, зарядила гранату и опустила курок.

– Всем отойти.

По моей команде Кайден и Рузеф унесли Ынджи глубже в пещеру, а Энох остался рядом, готовый в любой момент подхватить меня.

Я нажала на спуск.

Свист…

Красная дымовая полоса врезалась в земляную насыпь, преграждавшую вход.

Бум!

Насыпь взорвалась, камни посыпались, и земля снова затряслась. Энох мгновенно подхватил меня, взвалил на плечо и понёс вглубь пещеры. Вход окончательно обрушился.

Как и следовало ожидать, мы оказались в ещё большей изоляции. В отчаянии я рухнула на пол.

– Что это за землетрясение? – безнадёжно пробормотала я.

Пока я сидела так, Рузеф собрал свой рюкзак и сел рядом.

– Вы же говорили, что остров разрушается из-за долгих экспериментов? Может, это последствия?

В его словах был смысл. Я сидела неподвижно, безучастно глядя вглубь пещеры.

Куда ведёт эта пещера? В фильмах они часто выходят к морю или реке.

– Похоже, путь только один – внутрь. Пойдёмте?

Трое мужчин кивнули в ответ на мой вопрос и собрали вещи.

В отличие от того раза, когда мы свернули на тропинку к бункеру, на этот раз я не испытывала особого страха. Рядом со мной были Энок, Кайден, Рузеф и Ынджи. С ними я была бы в безопасности в любой точке мира.

– А нельзя ли расчистить путь магией? – спросила я.

Кайден с сожалением пожал плечами.

– Магия не всемогуща. Как ты видела по своему магическому инструменту, пещера может полностью обрушиться.

Выходит, это действительно безнадежно. Более того, из-за обвала костер почти погас.

– Нам действительно нужен фонарь.

Я осмотрела отложенные ранее телескоп и фонарик. На фонарике была выгравирована надпись – Алеа – значит, он был модифицирован. Но сколько я ни нажимала кнопку, он не включался. Пришлось положить его обратно, а потом всё же взять с собой на всякий случай.

Я уже собиралась идти дальше, как вдруг из глубины пещеры замигал зелёный свет.

Я вздрогнула и подняла голову. Трое мужчин тоже устремили взгляд в ту сторону. Свет приближался.

Это были десятки крошечных светящихся существ, похожих на светлячков. Они кружили под сводом, излучая мягкое свечение.

– Какая красота... – невольно вырвалось у меня.

– Не пойму, откуда они взялись, – сказал Энох.

– Освещение улучшают. Может, собрать их всех и использовать как фонарь? – предложил Кайдэн сухим тоном.

Но тут вся стая внезапно устремилась ко мне.

– А-а-а! Не подходите! – закричала я. Светлячки красивые, но я терпеть не могу насекомых! Я бросилась бежать.

– Маргарет! – донеслось сзади, но я не могла остановиться. К несчастью, я быстро достигла входа в пещеру.

Я пригнулась и перекатилась по земле, уворачиваясь от насекомых. От удара фонарик выпал у меня из рук.

Энох, бежавший следом, тут же подхватил меня, обнял и отступил назад. Кайдэн и Рузеф встали впереди, прикрывая нас и внимательно следя за светлячками.

К счастью, те перестали преследовать меня и закружились у входа. Точнее, над фонариком, который я уронила.

– Что они делают? – пробормотал Кайдэн с недоумением.

Светлячки, мерцая зелёным светом, продолжали кружить, словно о чём-то совещаясь.

Ссс...

Раздался звук снизу. Я опустила взгляд: это Ынджи с любопытством разглядывала происходящее. Она посмотрела на меня, затем на насекомых и снова облизнулась, явно намереваясь всех их съесть.

Тут я вспомнила, что Ынджи может поглощать магических существ. У меня появилась уверенность. Да, пока она со мной, бояться нечего! Я успокоилась и сказала ей:

– Давай пока подождём. Посмотрим, что будет.

Ынджи, словно поняв меня, кивнула и уставилась на светлячков.

Вжж-жж-жж...

Насекомые, жужжа, продолжали свой – совет над фонарём.

Почему именно над ним? – мелькнуло у меня.

Кажется, они наконец приняли решение – и вдруг все разом ринулись к фонарику.

– Что...? – услышала я изумлённый возглас Кайдэна.

Светлячки стали втягиваться внутрь фонарика.

Что за черт?

Я онемела от удивления. Вскоре последний из них исчез внутри, и воцарилась тишина.

Морг.

Затем фонарик вспыхнул. В его выпуклой линзе теперь порхали крошечные светящиеся насекомые, излучавшие тот самый зелёный свет.

– Подожди здесь, – сказал Энох, похлопав меня по плечу.

Он подошёл, поднял фонарик, осмотрел его и вернулся.

– Судя по надписи, это работа той самой Алеа, о которой вы говорили, – Энох указал на гравировку сбоку.

– Ах, да... Мне его дал Зенас, – ответила я.

Что же сказал тогда этот проклятый Зенас, вручая мне фонарик?

– Это подарок.

– Ты же отказался идти со мной. Почему так заботишься?

– Просто хочу, чтобы Мэг выжила.

– Почему?

– Мне жаль, что все остальные погибли так легко.

Именно это он и сказал.

Неужели он предвидел такое развитие событий? Похоже на правду – с Зенасом всё возможно.

– Если это от Зенаса, то тут явно что-то нечисто, – мрачно проворчал Кайдэн, с подозрением глядя на фонарик.

Ынджи, забравшаяся ко мне на руку, с любопытством заглядывала в линзу.

Увидев её, светлячки внутри пришли в смятение, явно испугавшись.

– Ынджи, отойди немного, – попросила я.

Ынджи недовольно на меня посмотрела.

– Они же боятся тебя, – пояснила я.

Ынджи перевела взгляд с линзы на меня, оценивая ситуацию. Она словно пыталась вразумить непослушную дочь, но светлячки начали настоящую панику, и мне стало беспокойно. Я снова сделала ей замечание, и она неохотно сползла вниз.

– Вы прямо как мать с дочкой, – заметил Рузеф, до этого молча наблюдавший за сценой.

Ынджи, всё ещё дувшаяся, даже не взглянула в мою сторону. Я лишь рассмеялась и покачала головой.

– Похоже, отдельный источник света нам не понадобится, – заключил Энох, до этого озадаченно разглядывавший фонарик.

Я нажала кнопку включения. Но, судя по всему, управлялся он не ей. Если свет исходит от самих светлячков, значит, это вечный фонарь, не требующий батареек? Звучит неплохо.

– Тронулись, – распорядился Энох.

Мы снова собрали вещи и двинулись вглубь пещеры, освещая путь фонариком.

Однако пещера оказалась обширнее и глубже, чем мы думали. А неожиданная развилка и вовсе поставила нас в тупик.

– Развилка...

– А ведь Ынджи, кажется, знает эти места? – Кайдэн вспомнил, как она показывала нам дорогу при первой встрече.

Я посмотрела на Ынджи, шедшую сзади. Наши взгляды встретились, и она тут же отвернулась, демонстративно надувшись.

Что, уже вступает в переходный возраст?

Я в замешательстве перевела взгляд на Кайдэна. Тот тоже казался озадаченным.

– Кажется, она обиделась, – с лёгкой усмешкой заметил Энох.

В этот момент фонарик погас. Зрение мгновенно пропало.

– Эй? Что случилось?

Я постучала по фонарику, но он не зажигался.

– Может, насекомые внутри умерли? – предположил Рузеф.

– Не знаю... Что я должна видеть? – ответила я.

Я встряхнула фонарик, и он снова включился.

– А, работает!

Но вскоре свет опять исчез. Пока я в недоумении возилась с фонарём, меня осенило.

Я направила луч на одну из развилок. Когда свет упал на правый путь – фонарик горел, на левый – гас.

– Кажется, он указывает дорогу, – заметил Кайдэн.

Я посмотрела на линзу. Внутри неспешно порхали светлячки.

– То есть, нужно идти направо? – спросила я.

Неужели этот фонарик, подаренный Зенасом, и вправду должен был помочь?

– Возможно, это ловушка, – нахмурился Энох.

Я взглянула на Ынджи. Та с любопытством разглядывала фонарик, но, встретившись со мной глазами, снова отвернулась.

Я присела перед ней.

– Ынджи, прости.

Она дёрнулась от неожиданности, украдкой взглянула на меня и тут же отвела взгляд, смутившись.

– Я была неправа. Я просто волновалась за тебя.

Услышав это, Ынджи медленно подняла на меня глаза. – Правда? – словно спрашивал её наклон головы. Это было так мило, что я, прикрыв рот рукой, энергично закивала.

– Да! Я же очень тебя люблю!

Тут Ынджи совершенно расцвела и запрыгала на месте от радости. Затем она быстро подползла к развилке и остановилась перед тем самым правым туннелем, томно глядя на меня и облизываясь.

Какая прелесть.

Я улыбнулась, встала и взяла фонарик. Затем встретилась взглядом с тремя мужчинами, которые наблюдали за нами с крайне сложными выражениями лиц.

– Не думал, что когда-нибудь буду завидовать змее, – пробормотал Кайдэн, встряхнув волосы.

Энох и Рузеф промолчали.

Вспомнив недавний разговор с Ынджи, я покраснела и не стала отвечать Кайдэну.

И мы двинулись вглубь пещеры.

Никто из нас тогда ещё не знал, что этот путь ведёт прямо к матери всех демонов.

Пещера оказалась глубже, чем он ожидал.

Энок остановился – даже после долгого пути конца не было видно. Он оглянулся на группу: все выглядели измотанными.

Маргарет, молча следовавшая за ним, вдруг посмотрела на Кайдена и спросила:

– Кайден, когда сэр Диего и Энок пропали во время дежурства, ты же находил их с помощью магии? Почему бы не сделать это сейчас?

– Тогда их местоположение можно было определить точно. Сейчас это сложнее. Слишком широкий поиск тратит много сил и даёт неточный результат, так что лучше вообще его не использовать.

Ответ Кайдена заставил Маргарет помрачнеть.

– Давайте отдохнём, – сказал Энок, слушая их разговор. Все согласно кивнули. Вскоре они нашли подходящее место в центре пещеры и присели. Энок, отпивая воду из бамбукового сосуда, наблюдал за Кайденом, сидевшим напротив. Тот читал роман – Важнее выживания, который ему дала Маргарет.

Энок, прочитавший книгу первым делом с утра, предвидел его реакцию. Наверняка первым делом посыплется брань.

– Какого чёрта? Что это за бред?

Как и ожидалось. Кайден недовольно нахмурился.

– Святая и мы…? Это вообще имеет смысл?..

– А ты в этой темноте видишь? – парировала Маргарет.

– У меня отличное зрение. Но, Маргарет, ты же не всерьёз поверила всему, что здесь написано?

Прислонившись к стене со скрещёнными руками, Энок перевёл взгляд с Кайдена на Маргарет. Ему тоже было интересно услышать её ответ.

Даже в полумраке было видно, как Маргарет покраснела. Она начала что-то путано оправдываться, отрицая подозрения Кайдена.

Энок спросил:

– Разве ты не говорила, что этот роман волшебник Анат переписал, чтобы тебя обмануть? Выходит, Маргарет, это всё-таки твои вкусы…

– Нет! Конечно, нет! Это не так!

Маргарет вскочила с места. Ынджи, дремавшая рядом, вздрогнула и испуганно подпрыгнула.

Её реакция была забавной, но признаться, содержание книги вызывало лёгкое отторжение. Стало очевидно, что, рассказывая о книге, она сильно смягчила детали. Хотя, если отбросить некоторые фривольные эпизоды, история была довольно увлекательной. Теперь было понятно, почему Маргарет поначалу хотела уйти одной.

– Я обязательно выскажусь этому магу Анату, если мы его встретим! Как он смеет так кощунственно представлять служителя Бога!

Когда Рузеф попытался возразить, Маргарет, уже немного успокоившись и смущённо садясь, почесала щёку.

– А… это, наверное, был вкус самого Аната? Чем больше в нём порока, тем он… вкуснее…

Она запнулась, будто спохватившись. И тогда Кайден, державший книгу, разразился хохотом.

– Пухаха-ха-ха! Так это твой вкус! Какой смысл говорить – нет? Ха-ха-ха! Маргарет, ну ты и милашка!

– П-пойдёмте уже? Мы достаточно отдохнули.

Маргарет поспешно встала, хватая фонарь в виде светлячка. Потом она что-то вспомнила и добавила:

– Говорят, эта книга основана на реальных записях. Думаю, какая-то часть содержания может быть правдой.

– Погоди. Значит, то, что я убил тебя здесь – правда? Не ври.

Кайден поднялся вслед за ней. Он улыбался, словно отказываясь верить её словам, отрицая саму возможность.

Но Маргарет, вопреки его ожиданиям, стиснула зубы. Выражение лица Кайдена постепенно исказилось.

– Не смеши. Такого не может быть. Маргарет, ты же знаешь? Я бы так не поступил.

– …Зачем ворошить прошлое? Мы даже не можем проверить, правда ли это. Важно настоящее. Я верю в тебя, каков ты сейчас.

Отказ Маргарет отрицать случившееся шокировал Кайдена. Её слова о том, что она верит – сейчас, вряд ли стали для него большим утешением.

Рузеф, казалось, не обращая внимания на потрясённого Кайдена, заговорил:

– Честно говоря, мне до сих пор трудно поверить, что за пределами этого мира существует другой. Я понимаю, что странные предметы, которые мы здесь находим, оттуда… Но понимать умом и принять – разные вещи.

Маргарет понимающе кивнула.

– Я и сама ещё не до конца приняла это. Вам, наверное, ещё сложнее.

Горькое выражение её лица пронзило Энока.

Каждый раз, когда она проявляла несвойственную ей покорность, ему становилось тревожно. Казалось, она может уйти в любой момент, не оглядываясь.

– Кажется, все отдохнули. Пора двигаться.

Путь предстоял долгий. Нужно было торопиться, как она и сказала. Отбросив лишние мысли, все собрали вещи и поднялись.

Они углубились в пещеру.

Тропа несколько раз разветвлялась, и каждый раз светлячки указывали им дорогу.

– Стоит ли заходить так глубоко? Возвращаться будет трудно, – пробормотал Кайден, замыкавший шествие.

Энок взглянул на профиль Маргарет. Она была погружена в раздумья, лицо напряжено. Казалось, она настолько сосредоточилась, что даже не слышала ворчания Кайдена.

О чём она думала? В такие моменты Маргарет казалась не здесь. Осознание, что она прожила другую жизнь в ином мире, делало её ещё более далёкой и неуловимой.

'Если остров будет разрушен и придётся выбирать между двумя мирами, какой выберешь ты?'

На тот вопрос Рузефа Маргарет так и не ответила, лишь сделав безрадостное лицо.

А если после побега с острова она действительно захочет вернуться в тот мир…

Энок прищурился. Это была гипотеза, которую он не хотел рассматривать. Он не собирался просто так отпускать её. Ни за что.

– Тупик, – услышал он встревоженный голос Маргарет. Энок остановился.

Как она и сказала, тропа обрывалась перед пропастью. Дно уходило в непроглядную темноту.

Когда-то здесь, видимо, был мост. От него остались лишь деревянные столбы и обрывки верёвок. Маргарет снова повернулась к Кайдену:

– Нельзя перебраться с помощью магии?

– Вы же говорили, магия не всемогуща. Разве это возможно? – ответил за Кайдена Рузеф.

Кайден неодобрительно на него посмотрел.

– Мы просто стараемся не использовать магию внутри пещеры. Мало ли что – если применим неосторожно, всё может рухнуть.

– Значит, магию использовать нельзя? А я-то думал, великий маг… Ограничений у вас больше, чем я предполагал.

Ответ Рузефа вывел Кайдена из себя.

– Ах ты, бездельник! Это тебе, самому бесполезному, рассуждать?

У Рузефа, кажется, не нашлось слов. Он замолчал.

– Да… Вы правы. Мне не стоит говорить.

Он признал свою бесполезность жалобным, почти жалким тоном.

– И кстати! Магия, которую я использую, – это не моя сила! Это сила Маргарет! Думаешь, каждый может так запросто брать чужое? Если я буду транжирить магию, что будет с её выносливостью? Нужно знать меру! Меру, понял?!

Рузеф отступил под напором его гнева. Вмешалась Маргарет:

– Со мной всё в порядке. Если станет тяжело, я просто попрошу Энока меня понести.

Она повернулась к Эноку с безмолвным вопросом – Понесёшь, да? и мило улыбнулась. Энок невольно нахмурился. Эта улыбка странно сжала ему сердце.

Кайден, ещё мгновение назад кипящий от злости, перевёл взгляд с Энока на Маргарет и с унынием сказал:

– О чём ты? Я тоже могу тебя понести.

– Боюсь, если понесёшь ты, ты выкинешь какую-нибудь глупость.

Но Маргарет была непреклонна. Энок почувствовал странное облегчение от её слов. Он и не собирался делить её с кем-либо.

Как только мы покинем остров… тогда…

– Согласен. Его Высочество наследный принц определённо надёжнее лорда.

– Эй, что не так с моей репутацией?

– Вы и сами всё прекрасно понимаете. Пожалуйста, будьте благоразумны.

– Эй ты, заткнись уже!

Пока Кайден и Рузеф препирались, Маргарет отвлеклась. Она посмотрела на Ынджи, спокойно лежавшую на полу.

– Нет другого пути назад?

Ынджи лишь невинно склонила голову набок, делая вид, что ничего не понимает. Маргарет с видом обречённой указала на рюкзак Кайдена.

– Дай мне верёвку.

Она достала верёвку, сделанную Кайденом, и начала вязать узлы. За её действиями внимательно следили не только Энок, но и Кайден с Рузефом.

– Нам же нужно здесь перебраться.

– И мы по нему перейдём?

Маргарет указала на толстый деревянный столб, прочно вбитый в землю.

– К счастью, один из канатов моста, соединяющего берега, всё ещё цел, так что, думаю, лучше всего будет держаться за него. Может, есть способ получше?

На вопрос о лучшем способе трое мужчин молча переглянулись.

С видом человека, чьи ожидания оправдались, Маргарет повернулась к Кайдену:

– Раз уж мы не можем использовать магию для переправы, то, может, хотя бы наложим заклятье, чтобы узлы на канатах моста не развязались?

Кайден кивнул.

– Это несложно.

Выслушав его, Маргарет туже затянула свой узел.

Её ловкие и уверенные движения заставили Энока взглянуть на неё по-новому.

Он и раньше считал это странным для знатной барышни. Учитывая, как герцог Флоне обожал свою дочь, её отговорка насчёт – семейного воспитания казалась нелепой.

Маргарет привязала свой узел к канату, натянутому через пропасть, и, обернувшись к спутникам, пояснила:

– Я привяжу этот узел к своему поясу. Это чтобы не сорваться, если поскользнёшься. Обычно во время армейской подготовки... Ах, я же не знаю, что такое – подготовка. Эм... Ну, представьте шампур для барбекю? Вот так же нужно держаться и двигаться.

– Леди Флоне, у меня вопрос.

Рузеф, слушавший её с нескрываемым восхищением, решился заговорить.

– Да?

– А кем вы были... в другом мире?

От этого простодушного вопроса лицо Маргарет снова залилось краской.

И даже этот её смущённый вид казался Эноку невыразимо милым и очаровательным. Он снова с горечью осознал, что окончательно от неё без ума.

Что ж поделать? Маргарет и впрямь была невероятно мила, и это был непреложный факт, против которого он был бессилен.

– Э-э... Да никем. Просто обычным человеком, – смущённо пробормотала Маргарет, отводя взгляд.

Глядя на неё, Энок лишь укрепился в своей догадке.

– Да уж, "обычным" ты там точно не была.

Так он и думал. Маргарет была особенной. Должно быть, и в том мире она была личностью незаурядной.

– Л-ладно, готово!

Маргарет бросила на него быстрый взгляд и поднялась на ноги.

---

Р.п

– 예상했다는 얼굴로 - – С видом человека, чьи ожидания оправдались

1. 예상했다 (йесонхэтта) – форма прошедшего времени от "예상하다" (ожидать, предвидеть, предугадать). Правильно переводится как "предвидел", "предполагал", реже "ожидал".

2. -는 (-нын/нын) – грамматическое окончание, которое здесь превращает глагол в определение для существительного, идущего следом. Дословно: "...который предвидел".

3. 얼굴로 (олгулло) – слово "лицо" + творительный падеж -로 (означает инструмент или способ действия). То есть "лицом", "выражением лица", "видом".

허리에 묶을 건데요 - – Привяжу к своему поясу / – Привяжу у себя на поясе.

1. 허리 (heori) – – талия, – пояс.

Падежный показатель -에 указывает на место действия – – на талию, – в районе талии.

2. 묶다 (muktta) – глагол, означающий – связывать, – завязывать, – привязывать.

Здесь он стоит в форме 묶을 (mukkeul).

-을 – это суффикс будущего времени (Future Tense), который присоединяется к основе глагола. Он указывает на намерение или действие, которое произойдёт: – буду завязывать, – собираюсь завязать.

3. 건데요 (geondeyo) – это сокращённая и разговорная форма конструкции 것인데요 (geos-inde-yo).

것 (geot) – существительное, означающее – вещь, – факт, – дело. В сочетании с глагольной формой на -을 образует номинализацию (превращает глагол в существительное): 묶을 것 = – (то), что буду завязывать, – факт завязывания.

-인데 (i-nde) – соединительная/пояснительная частица. Она связывает эту мысль с предыдущим или следующим высказыванием, даёт объяснение, смягчает тон или подготавливает собеседника к информации. Можно переводить как – а дело в том, что..., – так вот..., – поскольку.

-요 (yo) – вежливый стилевой окончание.

— Запечатать их? Этих духов? Это же опасно!

— Не волнуйся. Если я не справлюсь с таким, то не заслуживаю быть архиепископом. Как только мы покинем остров, я смогу извлечь их по одному и запечатать навсегда.

Это похоже на метод успокоения духов и освобождения их от обиды.

— Как ты это сделаешь? Разве это не опасно? Ты ведь не можешь использовать свою божественную силу! Ты понимаешь, что это не просто духи, да? Они достаточно сильны, чтобы подпитывать эволюцию монстров.

— Всё, что нужно — это камень запечатывания. Для него не нужна божественная сила, он сам содержит её в себе.

Камень запечатывания?

— Он у тебя есть сейчас?

На мой вопрос Рузеф кивнул и достал из-под рясы ожерелье с кулоном в форме солнца, заканчивающимся ключом.

— Если ты архиепископ, то носишь его при себе всегда.

Я нахмурилась, слушая его, и снова покачала головой.

— Но даже если ты запечатаешь этих духов в своём теле, ты не знаешь, что будет потом.

— Подобные случаи уже были. Я изучал это в теории, когда был семинаристом.

— Ты же понимаешь, что теория и практика — разные вещи, да?

— Конечно. О, и кстати… если я потеряю сознание, передашь мои слова лорду Кайдену?

— Что?

Рузеф на мгновение замялся, затем смущённо почесал щёку.

— Я тоже могу быть полезен.

Я потеряла дар речи, глядя ему в глаза.

Энох и Кайден обладают невероятными способностями, но я никогда не считала Рузефа бесполезным — он всегда старался изо всех сил.

Но он всё это время думал об этом и теперь решился на отчаянный шаг. Почему я не поддержала его всем сердцем раньше?

Неужели я действительно ничем не могу ему помочь?

— Не смотри на меня так. Я же не умираю.

Как он истолковал моё выражение лица? Он улыбнулся.

Сняв ожерелье, он остриём кулона провёл по ладони, оставив кровавую рану.

[О, нет! Нет!]

Дерево развернулось к нам. Его рёв был настолько громким, что пещера содрогнулась, и я быстро закрыла уши.

Ынчжи выдохнул пламя в дерево, но оно лишь ярко вспыхнуло, поглотив огонь.

Чёрт, неужели нет другого выхода, кроме как сделать Рузефа сосудом?

Ветви дерева рванулись к нам с бешеной скоростью, целясь в меня, а не в Рузефа. Острая, как шило, ветвь с силой пронзила воздух.

[Мана! Сейчас же! Отдай её мне!]

— Маргарет!

— Молодая леди!

Я услышала испуганные крики мужчин. Спокойно достав из сумки осветительную ракетницу, я зарядила её и резко перекатилась в сторону.

Ветвь вонзилась в землю там, где я только что стояла.

Воспользовавшись моментом, я вскочила на неё и побежала вверх, к главному стволу. Лица, покрывавшие дерево, тут же уставились на меня. Их ненавидящие взгляды были жуткими.

Ветвь, застрявшая в земле, дёрнулась и ринулась за мной. Я взвела курок, прицелилась в ствол и нажала на спуск.

— Бам! Бам!

Я ожидала этого — раз оно поглотило пламя Ынчжи, то и ракеты тоже.

Чёрт, надо думать. Я справлюсь.

Лихорадочно соображая, как безопасно спрыгнуть с десятифутового ствола, я решила, что перелом — ещё не худший вариант.

И уже собралась прыгать.

[А-а-а!]

Внезапно дерево закричало от боли. Ветвь, почти достававшая меня, дёрнулась прочь.

Обернувшись, я увидела Рузефа. Он спокойно улыбался, опуская руку с кулоном-ключом.

[Почти… готово!]

Его жалобный голос эхом разнёсся по пещере.

Кайден взбежал по стволу и подхватил меня на спину, а Энок, следовавший за ним, быстро спустился вниз, осматриваясь.

Оказавшись на земле, я поблагодарила их и посмотрела на Рузефа.

— Я сделаю так, чтобы вам было комфортно. Вы не будете одиноки, потому что я с вами.

В его спокойном, сострадательном голосе было что-то поистине божественное.

[Нет! Нет! Это несправедливо!!]

Ветви яростно потянулись к Рузефу. Я бросилась к нему, но они были быстрее.

Толстый ствол обвился вокруг его талии и поднял в воздух.

— Архиепископ!

Но Рузеф оставался невозмутим. В отличие от вечно испуганного мужчины, он был спокоен даже тогда, когда его уносила мать монстров.

Ствол раздвоился, как пасть чудовища.

И затем… проглотил Рузефа.

Оно… СЪЕЛО его?

Мой разум помутнел.

— АРХИЕПИСКОП!!!

Я рванулась вперёд, но Энох и Кайден схватили меня с двух сторон.

Шок парализовал меня. Образ этого трусливого человека, пожертвовавшего собой, не выходил из головы.

«Нет, о чём я думаю?»

Это не жертва. С Рузефом всё будет в порядке. Ни он, ни Диего не исчезнут просто так.

Может, это часть его плана? Вспоминая его спокойствие, я в это верю.

«Пожалуйста, оставайся в живых».

Я в отчаянии смотрела на мать монстров, как вдруг пещера содрогнулась от мощного гула снаружи.

— Хрусть! БАМ!

С потолка посыпались камни. Пещера рушилась.

Чёрт, я даже не успела нормально воспользоваться ракетницей, а теперь нас здесь завалит!

— Это опасно, надо выбираться, — сказал Кайден.

Я оглянулась на дерево, которое теперь затихло.

— Мы не можем просто бросить архиепископа и сэра Диего! Мы прошли через столько, нельзя просто уйти!

— Но мы не можем и умереть здесь.

Я яростно трясла головой. Я верю в Рузефа.

Пока Кайден пытался меня переубедить, Энох вдруг схватил нас за плечи.

— Подождите.

Он настороженно огляделся. Дерево, ещё недавно светящееся и пульсирующее, замерло. Что происходит? Это влияние Рузефа?

Затем, вместе с грохотом обрушающихся стен, раздался звук, похожий на гром.

И потом…

ВСПЫШКА!

Молния обрушилась с потолка и ударила в мать монстров — чисто белое дерево.

— Вспыш! — Вспыш!

Удар не ограничился одной молнией — их было несколько, разных форм.

Зрелище было странно священным.

«Комбинация мощных духов, сосуд божественной силы и штормовая погода вроде сегодняшней должны усмирить и поймать эту массу мстительных духов».

Слова Рузефа, сказанные ранее, должно быть, означали что-то подобное.

[Нет-! Нет-!]

Я видела, как дерево корчится от боли. Пещеру наполнил рёв, и я увидела, как оно постепенно рушится.

— Вспыш!

Когда молния ударила вновь, дерево, излучавшее чисто белый свет, разлетелось, как разбитое стекло.

[Аааааа-!]

С безумным рёвом свет исчез без следа, а на его месте рухнули на землю Диего и Рузеф.

— Сэр Диего!

— Даггари!

Энох и Кайден поспешно подхватили их. Немного успокоившись, я подняла упавший рюкзак и посмотрела на рушащийся потолок.

Как и сказал Кайден, нам нужно выбираться отсюда как можно быстрее. Если замедлимся — нас погребёт под обваливающейся пещерой.

Артдал опустил лук и вздохнул. Стрелы закончились.

Юанна, сидевшая с ним на высокой ветке, тоже вздохнула. Под их ногами монстры, которых сложно было разглядеть, разинув пасти ждали, когда те упадут.

— Вот бы сейчас воспользоваться божественной силой...

Едва они достигли Северного острова, как столкнулись с монстрами, эволюционировавшими в гротескные формы. И не только это — их было так много, что в итоге пришлось просто бежать.

— Ух...

Артдал коротко застонал от боли в спине и откинулся на дерево. Юанна посмотрела на него с нехарактерным беспокойством.

— Ты в порядке?

Он еле кивнул в ответ.

Состояние улучшалось со временем, но было немного стыдно — впервые в жизни он испытывал такую боль.

Как он, названный золотым ключом королевства Гестия, мог дойти до такого?

Кажется, Маргарет говорила, что в её аптечке есть обезболивающее. Если найду её... раз у неё есть мана, может, Кайден сможет меня вылечить.

Пока Артдал размышлял об этом, полуденное солнце скрылось за стремительно сгущающимися тучами, и хлынул страшный ливень.

Артдал посмотрел на монстров, не ушедших несмотря на дождь, и повернулся к Юанне.

— Разве ты не говорила, что если кровь монстра смешается с водой, она воспламеняется?

— Понимаю, о чём ты, но для этого нужно, чтобы эти монстры истекали кровью. Разве это возможно в нашей ситуации?

Артдал вздохнул в ответ на скептическую реплику Юанны. У неё не было оружия, а стрелы закончились.

— Вспыш!

— Ааа! Как неожиданно.

Пока они разговаривали, в небе сверкнула яростная молния.

— Вспыш, вспыш, вспыш!

Череда невероятно мощных ударов била в одно и то же место снова и снова.

— Гром, гром, гром! — Гром!

Последовавший за этим раскат грома был столь же величественным, и мог подавить кого угодно в одно мгновение.

— Что это? Никогда не видела ничего подобного.

Юанна уставилась на дальние горы. Молния била в одну точку без остановки.

Это было пугающе странное явление.

— Там что-то есть, — пробормотал Артдал.

Юанна повернулась к нему:

— Нам лучше двинуться туда.

— Крррах!

Молния расколола пещеру, впуская свет и обнажая небо. Снаружи всё ещё лил дождь.

— Кваак!

Как будто только и ждавшие этого момента, полчища монстров устремились к нам.

Я думала, что уничтожение Матери монстров положит конец всему, но, похоже, это лишь остановило их эволюцию. Рузеф, запечатавший Мать монстров — сгусток духов — до сих пор не приходил в себя. Возможно, это был наш последний бой с чудовищами.

Энох и Кайден бежали, неся на спинах Диего и Рузефа. Я следовала за ними, заряжая сигнальный пистолет. Оттянув курок, я оглянулась на рвущихся к нам монстров и нажала на спуск.

— Пщ-бум-бум!

Чудовища вспыхивали, едва приближаясь. Я перезарядила оружие снова. Патронов почти не оставалось — и это было серьёзной проблемой.

Ынчжи, обвившийся вокруг меня, выдыхал пламя в подбегавших тварей.

— Бац!

— Кряк!

Двое уродливых монстров разлетелись на куски. Поблагодарив Ынчжи, я снова бросилась вперёд. Полезные светлячки куда-то исчезли, и после долгого бега мы вышли на бескрайнее пустое поле.

«Надеюсь, ты выживешь, Мэг. Это своего рода ставка? Скажем так — развлечение. Постарайся выжить здесь, на острове Алеа».

Остров Алеа. Изначально животные и монстры не принадлежали Алеа. Ведь азарт и удача — удел лишь людей.

«Ты же знаешь, что остров кишит монстрами?»

«Их не было с самого начала».

«...Что?»

«Сначала это были обычные существа. Но они постепенно эволюционировали».

«В монстров?»

«Ага».

Вот почему Дженас не мог контролировать их эволюцию. По его словам, монстры были мутацией в системе Алеа. Значит, духи добились своего — им даже удалось создать монстров. Сколько же ненависти и злобы они накопили? Ну, за тысячу лет — вполне возможно.

Интересно, какова конечная цель этого эксперимента? Судя по рассказам о детских опытах Кайдена, вряд ли это была просто задумка Дженаса и Анаты. И уж точно не ради личной выгоды.

Размышляя об этом, я перезарядила пистолет. Вскинула его, нажала на курок — выстрел в приближающихся тварей.

— Бум!

— Чёрт, выхода не видно, — сквозь зубы процедил Кайден.

Свод пещеры рушился, и огромные камни падали вокруг.

— Бум!

Мы оказались в окружении. Можно было отбиваться, но монстры не заканчивались. Откуда, чёрт возьми, они лезли?!

— Маргарет, осторожно! — Энох, державший Диего, оттолкнул меня за спину.

Дела шли неважно. Я взглянула на оставшиеся патроны. Осталось штук четырнадцать-пятнадцать.

— Стой за мной, Маргарет.

Энох опустил сэра Диего на землю, выхватил меч и шагнул к монстрам. Кайден последовал его примеру, бросив Рузефа и доставая кинжал.

— Оставайся здесь.

Он тоже встал против чудовищ. Ынчжи, сползший с моей талии, встал на защиту перед Рузефом и Диего, выдыхая пламя при каждом приближении монстров.

Я сжимала пистолет, готовая в любой момент открыть огонь, но твари не кончались. Я уже начинала выдыхаться.

— Бам!

Звук сверху заставил поднять голову. Летающий монстр — огромная летучая мышь — пролетела сквозь рушащийся потолок.

Чёрт, это был дурной знак... Я выстрелила в тварь, но их было несколько. Как и ожидалось, одна вцепилась мне в талию.

— Чёрт!..

Ынчжи дёрнулся, готовый спалить её, но остановился, боясь задеть меня. Я медленно отрывалась от земли, поднимаясь всё выше.

Не знаю, сколько раз я уже говорила это, но разве обладание маной — преступление?! Почему монстры так во мне помешаны?!

— Маргарет!

Оба мужчины бросились ко мне, но я уже была вне досягаемости.

И тут...

— Шууу!

Стрела вонзилась в тело летучей мыши.

— Ааа!

Я зажмурилась, падая, но, к счастью, кто-то поймал меня.

— Леди Флоне, давно не виделись, а ты всё так же эффектно появляешься.

Знакомый голос. Того, кого я давно не встречала. Это был не кто иной, как Артдал.

— Принц Нахалдал?

Пробормотав это с бесстрастным лицом, я увидела, как он морщится.

— Похоже, с тобой всё в порядке.

Я выскользнула из его рук, ошарашенная. Артдал был в камуфляжных штанах и чёрной толстовке. Для напыщенного кронпринца — странный выбор, но выглядел он чертовски хорошо. Видимо, здесь были припасы, и он их раздобыл.

— Маргарет!

Из-за спины Артдала выскочила Юанна и крепко обняла меня. Как и он, она была одета в тактический комбинезон.

— Ты в порядке! Я знала, что так и будет. Слава богу, — прошептала она, беря меня за щёки и изучая моё лицо.

Но с каких пор она звала меня Маргарет?

— Маргарет!

— Ты цела?!

Вдали раздались голоса Эноха и Кайдена. Окружённые монстрами, они не могли подойти, защищая Диего и Рузефа.

Юанна улыбнулась:

— Выход есть, но сначала нужно до них добраться, верно?

С этими словами она достала из рюкзака... топор.

...Погоди, топор?!

Она выглядела совершенно иначе. Раньше она вела себя пассивно, но сейчас была решительна как никогда. Она обернулась к Артдалу:

— Наш принц ранен, так что оставайся здесь. Я справлюсь, просто прикрой меня арбалетом.

Ранен? Теперь я заметила, что тело Артдала покрыто ранами. И раз уж он, с его огромным эго, не отрицал этого, видимо, всё было серьёзно. Он поймал меня при падении, и от этого стало только хуже. Почувствовав необоснованную жалость к нему, я попросила прикрывать меня сзади.

— Пойдём вместе. У меня тоже есть оружие, — сказала я, перепроверив оставшиеся патроны.

Юанна улыбнулась и кивнула:

— Пошли.

Убивать монстров топором, должно быть, было очень сложно — требовалась железная хватка.

— Хрясь!

На мгновение я онемела, наблюдая, как Юанна всаживает топор в голову монстра. Святая, убивающая чудовище топором — зрелище, скажу я вам.

Но времени восхищаться не было. Я развернулась к монстрам и нажала на курок.

— Ба-бах! Ба-бах!

Не совсем та фраза, которую ожидаешь услышать от благородной барышни, стреляющей по монстрам сигнальными ракетами.

Убив ещё одного, Юанна остановилась, чтобы перевести дух. Затем она сказала:

— Даже подсознательно я думала о прежней тебе и считала, что должна победить тебя, чтобы сохранить душевный покой, пока не сбегу.

...Что? О чём она?

— Прости за резкие слова, но разве мы не лучшие партнёры, чем кажется?

Сказав это, Юанна посмотрела на меня и красиво улыбнулась. А затем снова взмахнула топором, рассекая надвое бросившегося на нас монстра, похожего на сороконожку.

Неужели... она помнила события до возвращения в прошлое?

— Если у тебя такая сила, почему ты всё это время просто убегала? — спросила я, направляясь к Эноху и Кайдену.

— У меня не было оружия. Я не настолько сильна, чтобы убить монстра гарпуном, и не умею обращаться с мечом, — ответила она, вытирая с щеки чёрную кровь чудовища.

— Хрясь!

— Ба-бах!

Звуки ударов топора Юанны и взрывы моих ракет слились в едином ритме. Мы с ней остановились, переводя дыхание. Энох и Кайден были уже в поле зрения.

— Я жила на дне. Чего я только не пробовала. Благородная Святая? Чушь.

— Шшш.

С этими словами Юанна схватила меня за руку и оттолкнула за себя. Монстр бросился на моё место, но стрела издалека пронзила его голову.

Я обернулась и увидела вдали Артдала, целящегося из арбалета. Он опустил оружие и помахал нам. Должно быть, нашёл арбалет в ящике с припасами.

— Маргарет!

Энох подбежал и потянул нас в другую сторону. Кайден, сражавшийся с монстрами лишь с кинжалом, остановился, подбежал ко мне, окинул взглядом и нахмурился, увидев Юанну.

— Откуда здесь Святая?

— Разве сейчас время для таких разговоров? — запыхавшись, ответила Юанна на растерянный вопрос Кайдена и указала на Диего и Рузефа.

— Вы двое — бегите, неся их на спине. Мы разберёмся с монстрами спереди и сзади. И не говорите, что это опасно. Другого выхода нет.

Юанна говорила жёстко, затем толкнула Эноха и Кайдена, чтобы те взвалили на себя Диего и Рузефа. Ынчжи подполз ко мне и быстро обвился вокруг тела, устроившись головой на плече.

Я поспешно добавила после слов Юанны, прежде чем Энох и Кайден успели что-то сказать:

— Верно, принц Нахалдал... то есть принц Артдал прикрывает нас там, да ещё и Ынчжи с нами. Так что вы просто бегите, ладно?

Я перезарядила ракетницу и посмотрела на Юанну. Она кивнула, встретившись со мной взглядом.

— Чёрт возьми! Маргарет, будь осторожна.

— Если будет опасность — беги без раздумий. Твоя безопасность важнее всего.

Я кивнула, слыша тревогу Кайдена и Эноха.

С Ынчжи впереди и сигнальным пистолетом в руке я бросилась вниз по тропе, пока Юанна прикрывала наш тыл. Артдал помогал арбалетом, отстреливаясь от случайных угроз, а Энох и Кайден бежали по бокам, с мечом и кинжалом наготове.

После изматывающей борьбы нам чудом удалось добраться до места, где находился Артдал.

Позади него зиял вход в пещеру. Он махнул рукой — и мы рванули внутрь.

Едва мы оказались в узком проходе, вход с грохотом обрушился, отрезав путь преследователям. С облегчением я поняла, что погоне конец.

— Это короткий путь, скоро выберемся. Совсем немного — и мы снаружи, — Юанна повела нас через тёмную пещеру, а Артдал шёл рядом.

Как она и сказала, вскоре мы вышли на поверхность.

Я рухнула на землю, ослеплённая ярким светом.

— По пути мы видели хижину. Лучше укрыться там, — сказал Артдал.

Мы молча согласились и двинулись дальше.

Вопросов друг к другу было множество, но радость воссоединения пришлось отложить.

Войдя в тесную одноэтажную хижину, мы первым делом проверили состояние Диего и Рузефа — они всё ещё были без сознания.

Диего, получивший ранение в живот, находился в критическом состоянии.

Затем я осмотрела Артдала — на его теле тоже было немало ран.

Однако исцеляющая магия Кайдена не сработала на Артдале — вся моя мана ушла на лечение Диего.

Я достала аптечку из рюкзака Кайдена, выбрала лекарства и принялась обрабатывать раны Артдала. Его тело было покрыто царапинами и ссадинами.

— Перелом? То есть, если у тебя перелом, как ты вообще смог поймать меня при падении с такой высоты?

Брови Артдала нахмурились, но затем он рассмеялся. Типично для принца — сохранять достоинство даже в такой ситуации.

Он приподнял рубашку, обнажив синяки на рёбрах:

— Похоже на то, что было у тебя раньше. Ты говорила, это перелом.

Но я не врач — как я могу определить это без томографии?

— Однако рана заживает быстро, и я уже чувствую себя лучше. Хотя, как ты сказала, после того как поймал тебя, стало немного хуже.

Значит, сквозь боль он ещё и стрелял из арбалета, помогая нам? В каком-то смысле, Артдал действительно удивительный человек.

Судя по его реакции, когда я надавила на повреждённое место, это скорее трещина — при переломе он вряд ли смог бы вообще двигаться.

Артдал застонал, глубоко вдохнул и посмотрел на меня:

— Теперь, когда я прошёл через это сам, я понимаю. Прости за всё. Мне пришлось нелегко.

Я подняла глаза, обрабатывая рану. Его слова были неожиданными.

Артдал смущённо отвёл взгляд. Я никогда не видела его таким — обычно на его лице играла самодовольная ухмылка.

— В любом случае, прошу понять. Я должен был осознать, каково это — жить, жертвуя собой и думая о других.

Я рассмеялась:

— То есть я должна сказать «спасибо», что ты наконец-то меня понял?

— Благодарность здесь ни при чём.

— Похоже, ты не знаешь, что такое оксюморон.

— Я никогда не вёл двойную жизнь, поэтому не понимаю двойных смыслов.

— Ты же политик, это серьёзный пробел.

— Рад, что ты так переживаешь. Я очень скучал — пустота внутри была огромной.

Глаза Артдала светились искренней радостью. Он всё ещё выглядел так, что напоминал мне менеджера Кима.

— Я не особо скучала. Но раз уж ты здесь, почему бы не постараться? Если не будешь помогать — оставлю тебя тут.

— О нет, это нечестно! Я проделал такой путь! Отныне буду вести себя хорошо.

Артдал по-прежнему любил поговорить. Я, как обычно, пропускала большую часть его слов мимо ушей.

Остальные молчали.

Я ожидала, что после долгой разлуки Юанна и остальные хотя бы поздороваются, но все словно ждали, когда заговорю я.

— Энох, Кайден. Идите сюда, покажите свои раны.

Осмотрев их, я закрыла аптечку.

Пока я перевязывала Эноха и Кайдена, Артдал стоял рядом и болтал:

— Мисс, этот наряд тоже из ящика с припасами? Не слишком ли он откровенный? Необычный выбор.

Энок, закончив с перевязкой, раздражённо взглянул на него:

— Хватит шутить. Давай обсудим ситуацию.

— Мне грустно, Банхван. Ты мог бы поинтересоваться моим самочувствием повежливее. Мы же лучшие друзья.

— Эй, Чикидал. Лучше помолчи, пока я говорю тебе что-то хорошее. С каких это пор мы друзья?

Давно я не слышала, чтобы Энох называл Артдала этим прозвищем. Видимо, только принц мог вывести его на детский уровень.

В итоге мы кое-как разобрались с делами и заговорили о Диего и Рузефе.

— Он запечатал Мать монстров в своём теле? — Юанна серьёзно посмотрела на меня.

— Да. Ты ведь тоже это знаешь. Кажется, это что-то, что известно каждому жрецу.

— О, да. Мы изучаем это в катехизисе, но только в теории, — подтвердила Юанна, задумчиво подперев подбородок и глядя на Рузефа, который всё ещё был без сознания.

Мы все ждали, что она скажет дальше.

После долгой паузы Юанна произнесла:

— Думаю, когда архиепископ очнётся, будут проблемы.

— Почему?

— Если он запечатал духов в себе — значит, не уничтожил их полностью.

— А… верно.

— Если эти духи были достаточно сильны, чтобы питать эволюцию монстров, их влияние на остров должно быть огромным…

Она права. Даже Дженас, похоже, не мог их остановить.

Юанна задумчиво провела рукой по подбородку и заключила:

— Кажется, часть системы, составляющей остров, вот-вот рухнет. Его компоненты связаны органически, и, если один падёт, остальные последуют за ним из-за ослабленных связей.

— Разве это не хорошо? — спросил Кайден, внимательно слушавший наш разговор.

Юанна пожала плечами:

— Не знаю. Хорошо ли это для нас или для Дженаса?

Я вздохнула, слушая её, и мне в голову пришла мысль.

— Возможно, для Дженаса это хорошо. Именно он сказал мне, что, если мы уничтожим Мать монстров, эволюция прекратится.

Я не могла понять, было ли это правдой или продуманной ловушкой. Всё-таки это был разговор между подопытным и экспериментатором — изначально неравный бой.

— Надо подготовиться к пробуждению архиепископа, — пробормотала я.

Кайден, сидевший с скрещёнными руками, добавил:

— Лучше создать барьер вокруг Ддаггари. На всякий случай.

— Я потратила всю ману, так что…

Я растерянно пробормотала, и Кайден махнул рукой:

— Конечно, не сейчас. Подождём, пока твоё тело восстановится. В идеале он должен очнуться раньше.

— Какой непринуждённый тон, — усмехнулась я.

Артдал, до этого молча слушавший наш разговор, небрежно вставил реплику, и Кайден обернулся на него.

— Разве есть другой выход, ваше высочество? — саркастично поинтересовался он.

«……»

— Даже дурак кажется мудрым, пока молчит.

— Кто это сказал?

— Маргарет.

Энох и Юанна одновременно посмотрели на меня, и мне стало неловко.

— Прости, Маргарет. Я не хотел с тобой спорить.

Артдал извинился передо мной мгновенно. Его манера поведения разительно отличалась от прежней.

Я поджала губы, не находя подходящих слов, но в конце концов сменила тему.

— Пока что нам стоит отдохнуть и восстановить силы, прежде чем строить планы.

Все кивнули в ответ на мои слова. За исключением травмированного Артдала и меня, которой нужно было восстанавливать ману, остальные решили дежурить по очереди.

Но в итоге Юанна и Артдал остались на страже вместе. Мне было очень неловко отдыхать одной, но они, казалось, не возражали и вместо этого велели мне поскорее лечь спать.

— Леди Флоне.

Когда я расстилала листья на земле, готовясь прилечь, я подняла голову. В поле зрения мелькнуло светло-каштановая каре.

Юанна слегка наклонила голову, затем улыбнулась мне.

— Рада снова тебя видеть, я скучала. Нам есть что обсудить, не так ли?

Я слишком хорошо понимала смысл этих слов: они были обращены к Маргарет, той Маргарет, что была до возвращения во времени.

— Святая, не приближайся к Маргарет.

Кайден встал рядом со мной, настороженно глядя на Юанну.

— Мне нужно поговорить с леди Флоне. Не мог бы ты отойти? Ты мешаешь.

Разумеется, Юанна не из тех, кого легко смутить. Она даже не утруждалась улыбкой, а скорее бросала вызов Кайдену. Если подумать, они, кажется, не слишком хорошо ладят.

Я посмотрела на Юанну:

— Ты помнишь? Всё?

На мой вопрос Юанна улыбнулась с невозмутимым лицом.

— Да, и недавно. Ты, должно быть, видела «это» в подземном бункере. Тогда... ты та самая леди Флоне, которую я знаю?

— Погодите, что это за вопросы-ответы, вы паролем обмениваетесь? — Артдал, не понимая ситуации, прервал наш разговор. Кайден цокнул языком.

— Если не понимаешь, просто помолчи. Никто не просил твоего мнения.

Артдал проворчал что-то в ответ.

— Я Маргарет, но не Маргарет.

Этого должно было быть достаточно, чтобы Юанна поняла. В ответ на мои слова её лицо стало нечитаемым, и она какое-то время просто смотрела на меня. Затем она закусила нижнюю губу и нахмурилась, будто сдерживая слёзы.

— То есть... в основном ты всё же Маргарет, да?

— Да, я Маргарет, но...

Юанна крепко обняла меня.

— Спасибо, что вернулась целой.

В её голосе слышалась лёгкая дрожь. Её спина вздрагивала, пока она держала меня в объятиях.

Я сделала растерянное лицо, когда Юанна обняла меня. Артдал лежал на боку, недовольно наблюдая за нами.

— Кто-нибудь может объяснить, что, чёрт возьми, здесь происходит?

Естественно, ни Энох, ни Кайден не ответили — они уже слышали о ситуации от меня, но им нужны были подробности от Юанны. Артдал скользнул взглядом по ним, изображая обиду.

— Опять только я один ничего не знаю. Святая, я не ожидал такого от тебя — как можно было ничего мне не рассказать?

Конечно, никто не удостоил его ответом.

— Понимаю, что вам есть о чём поговорить после долгой разлуки, — вмешался молчавший до этого Кайден, отделяя Юанну от меня, — но давайте сначала поспим, а завтра продолжим.

Он уложил меня в кровать, изучая моё лицо с отеческой заботой.

— Маргарет нужно отдохнуть.

Меня смутило необычное молчание Рузефа, который обычно всегда вставлял свои реплики. Вспомнились его слова:

«Я стал священником, потому что ненавижу людей... Вернее, не хочу глубоких отношений. После принятия сана нет необходимости поддерживать раздражающие связи. Хотя по уставу мы обязаны любить людей... Честно говоря, на этом острове мне немного легче — здесь не нужно притворяться».

Он жертвует собой ради всех. Хотя и отрицает это, он больше других заслуживает звания священника.

«Надеюсь, Рузеф и Диего скоро очнутся».

Я моргнула, слыша, как остальные договариваются о порядке дежурств. Веки налились свинцовой тяжестью. У меня было так много вопросов к Юанне... Но я уснула — вероятно, из-за перерасхода маны.

Аппетитный аромат щекотал ноздри. Сладковатый запах напоминал малину...

— Эй, принц, ты так плохо готовишь, что тебе лучше просто сидеть в сторонке.

— Плохо... что? Да ладно, Святая, я хотя бы пытаюсь помочь! Неужели трудно оценить моё старание?

— Чёрт, ребята, заткнитесь уже, а то разбудите Маргарет.

— С меня хватит. Не могли бы вы все отойти — вы мешаете.

Я медленно открыла глаза и увидела трёх мужчин и женщину, спорящих у камина. Эта картина напомнила дни на Южном острове. Меня охватило чувство покоя. Как же хорошо, что все в безопасности.

«Нет-нет-нет. А как же Диего и Рузеф?!»

— Ты в порядке? — раздался знакомый голос.

Я повернула голову и увидела лицо Диего.

— Сэр Диего?! Вы в порядке?!

Мой возглас заставил всех обернуться.

— Маргарет, хорошо поспала?

— Доброе утро, юная леди.

Я растерянно перевела взгляд с приветствующих меня людей на Диего, сидящего рядом.

— Шшш.

Ынчжи окликнул меня с его колен, лениво помахивая хвостом. Почему он там? Диего с гордым видом гладил его чешую. Вскоре малыш выскользнул из его рук и обвился вокруг меня. Я нежно провела пальцами по его чешуе:

— Вы в порядке? Ваша рана...

Я наклонилась, чтобы осмотреть живот Диего. Боковая часть мундира была разорвана, обнажая рельефный пресс — именно там была рана. Но шрамов не осталось.

— Всё в порядке. Лорд Кайден исцелил меня, используя твою ману.

Цвет лица Диего действительно был хорош. Он склонил голову:

— Благодарю вас, юная леди. От всего сердца.

Я заметила, как он сжал зубы. Судя по состоянию, в котором я нашла его в пещере, он пережил немало ужасов в плену у Матери монстров.

— Давайте есть, нам нужно планировать побег, — объявила Юанна.

Я подошла к камину вместе с Диего. Кайден и Энох усадили меня между собой, чем развеселили Артдала.

— Прямо как птицы-родители и их птенец.

— Не завидуй, — сказал Кайден, подавая мне кокосовую чашу с малиновой похлёбкой.

— Какое ещё... завидуй... — Артдал смущённо почесал щёку и украдкой взглянул на меня.

Я поднесла чашу к губам и, отпивая, вопросительно подняла бровь. Наши взгляды встретились, и он резко отвернулся. Что с ним?

— У меня... есть к вам вопрос, Святая.

— У тебя, должно быть, много вопросов. Понимаю.

Их действительно было множество: правда ли, что она совершила регрессию? Что произошло между нами до неё? Знает ли она всё после возвращения? Каковы истинные цели Дженаса и Анаты? Действительно ли они хотели убить нас, чтобы забрать ману? Что означает межпространственная дверь?

Но главный вопрос — действительно ли она не могла покинуть остров? — я не задала, чтобы не подставить её.

— Думаете, мы сможем сбежать?

— Сможем. И я сделаю всё для этого, — твёрдо ответила Юанна.

— Интересно, как ты это провернёшь, — Кайден повернулся к ней.

Юанна достала из кармана знакомый ключ с выгравированными словами «Возвращение» и «Ключ выхода» на языке империи Лэнгридж.

— Брат и сестра-маги построили в бункере «дверь» — выход за пределы Алеи. Этот ключ откроет её.

Пока Юанна отвечала на вопросы, я размышляла. Неспроста слова «Возвращение» и «Ключ выхода» были вместе. Ключ, данный Дженасом, был мастер-ключом. Но зачем он отдал его Юанне?

«Только Дженас может открыть межпространственную дверь... Но, если открыть Врата Возвращения этим ключом, дверь тоже откроется. Дженас ещё не знает о нашем плане, поэтому нужно действовать быстро».

Я вспомнила слова Анаты и поспешно достала дневник Юанны. Размокшие страницы было трудно читать, но суть уловить можно:

«Дженас рассказал мне, как отдохнуть, и дал ключ, открывающий все двери».

Способ «обрести покой», о котором говорил Дженас, должно быть, заключался в открытии портала. Аната чётко дала понять: только Дженас способен открыть врата. После эксперимента дверь должна была открыться с помощью маны умерших, а когда Юанна «обретёт покой» (покончит с собой), эксперимент завершится.

Но почему сам Дженас не открыл портал? Если по правилам экспериментатор не должен вмешиваться в смерть испытуемого, значит, он не мог напрямую убить Юанну, но спровоцировал её гибель.

«Тогда, если бы Юанна совершила самоубийство, Дженас мог бы появиться и открыть портал».

Юанна спокойно заговорила:

— Позвольте рассказать, что произошло до регрессии: после гибели всех я ждала смерти, но меня приютили в хижине Дженаса. Я сблизилась с Анатой.

Она бросила взгляд на Кайдена:

— Аната была опустошена смертью потомка, поэтому мы нашли способ открыть врата возврата.

Кайден пожал плечами, демонстрируя равнодушие к обращённым на него взглядам.

— Если бы я умерла, эксперимент завершился бы. Дженас хотел, чтобы я покончила с собой и открыла портал, поэтому я притворилась подавленной, спрашивая, как обрести покой.

Интересно. Вероятно, поэтому маги привели Юанну в свою хижину — так же, как Дженас привёл меня.

— Дженас рассказал, где находится бункер — место, где можно «обрести покой». Он верил Анате, когда та пообещала отвести меня туда. Не подозревал, что мы сговоримся открыть врата.

Энок и Кайден задумчиво кивнули.

— Вот как всё было, — пробормотал Энок.

Я наклонила голову:

— Но тогда в чём смысл мастер-ключа? Неужели он дал его просто так?

— Может, уловка на случай провала? — Кайден нахмурился.

Или он предвидел, что Юанна и Аната откроют врата...

— Тогда использование ключа может быть ловушкой.

Или смертельной игрой: угадал — спасся, нет — умер. Как понять замыслы безумца?

Чёртов Дженас. Аната утверждает, что предала его, но и сама убила немало людей. Доверять ли ей?

— Сначала отправимся в хижину Дженаса и найдём Анату. Возможно, она знает другой способ выбраться, — сказала я.

==

Англ.п.:

Фух, эта глава далась непросто TT

Некоторые строки здесь отличаются от предыдущих глав. Я перепроверила на официальной корейской платформе, не перевела ли я что-то неверно или автор не внёс правки, но, похоже, нет.

В этой главе Юанна написала в дневнике:

«Дженас рассказал мне, как обрести покой. И дала ключ. Он сказал, что это мастер-ключ, открывающий все двери».

Но в 99 главе было:

«Она рассказала мне, как всё исправить. И дала ключ. Сказала, что он открывает все двери».

Я также просмотрела комментарии на официальной платформе, но никто не заметил этого несоответствия. Поэтому перевела как есть. Если кто-то из вас тоже знает корейский, буду рада, если укажете на ошибки.

После моих слов Юанна повернула голову, чтобы посмотреть на меня. Кайден, погружённый в размышления, снова заговорил:

— В хижине Дженас может свободно использовать свою магию, раз уж ему удалось запечатать Анату там. Но за её пределами он бессилен.

Юанна подтвердительно кивнула. Увидев это, Кайден добавил:

— Тогда нам нужно выманить Дженаса наружу.

Он прав. Магическая сила Дженаса ограничена за пределами хижины. К тому же он сейчас в облике мальчика, так что его будет легко обезвредить, если несколько из нас смогут вытащить его.

Энок поддержал:

— Нам стоит разделиться на две группы. Одна отвлечёт этого чёртова ребёнка и выиграет время, а другая разрушит печать Анаты.

Все согласились с Эноком.

Так и решили: я, Юанна и Ынчжи отправимся в хижину, а остальные выманят Дженаса. Это был наш первый план.

Без успеха первого плана, второй (покинуть остров) был бы невозможен.

У нас слишком мало информации о том, как уйти с острова и как справиться с Дженасом, поэтому мы рассчитывали на подсказки Анаты.

Так что первый план должен был сработать любой ценой.

— Кстати, как разрушить печать Анаты?

— Хм…

На мой вопрос Юанна посмотрела на меня с недоумением, будто и сама не знала ответа.

Кайден, закончивший собирать вещи, вмешался:

— Если ничего не выйдет — просто разрушьте хижину.

Эту огромную хижину?.. Но это же навредит Анате.

Заметив моё выражение лица, Кайден усмехнулся:

— Спроси у Анаты. Она, наверное, знает всё.

— Ладно, неважно. У нас нет другого выбора, будем действовать по обстоятельствам, — сказала Юанна.

Я кивнула и с тревогой посмотрела на Рузефа, который всё ещё был без сознания.

Неужели он не очнётся?

Дженас улыбался, наблюдая через глаза вороноподобного монстра за тем, как Маргарет приближается к хижине.

— Похоже, она идёт сюда. Наверное, мне стоит её встретить, — пробормотал он, придвигая стул к Анате и садясь рядом.

Аната нахмурилась от раздражения.

Дженас, которому было плевать на её чувства, продолжил с улыбкой:

— Если подумать, это даже к лучшему. Открытие Врат Возвращения спасло нашего потомка.

В последнее время он стал необычайно болтлив.

Потомок, о котором он говорил, — Кайден Блейк Рохад.

— В прошлый раз наш потомок умер, и мне пришлось отказаться от его тела. Но теперь он жив. — Дженас провёл маленькой рукой по подбородку.

— Это последний шанс, и я с нетерпением жду. Думаю, на этот раз я покончу со всеми разом, оставив только Святую.

— Ты собираешься завершить эксперимент одним ударом?

— Да, я ждал слишком долго. Аната, Святая станет «Алеей», верно? Семь — счастливое число в костях. Если она останется последней, ей снова придётся убить себя. Бедняжка.

— Откуда ты знаешь, кто останется последним? — раздражённо ответила Аната.

— Я просто предполагаю. Жрецы всегда выживают — те, кого любит Бог и кому сопутствует удача.

Дженас медленно поднялся, открыл дверь Комнаты Святилища и оглянулся на Анату.

— Юанна — святая, явившаяся спустя сто лет. Она явно благословенна Богом. Я с нетерпением жду.

С этими словами он исчез.

Оставшись одна, Аната крепко сжала губы.

«Чёрт возьми, что ты задумал?»

Нас больше всего беспокоил Рузеф. Он так и не пришёл в себя, несмотря на исцеляющее заклинание Кайдена.

— Он всё ещё дышит…

Юанна с тревогой смотрела на него, перекинутого через плечо Кайдена.

— Подождём, но, по крайней мере, он жив.

Я кивнула, затем мельком взглянула на её сумку.

Она собрала всё полезное из ящика с припасами: арбалет Артдала, два новых меча и сигнальные патроны.

Заметив мой взгляд, Юанна улыбнулась:

— Кстати, юная леди, думаю, нам стоит стать напарницами.

— Напарницами? — переспросила я в замешательстве.

Кайден, шагавший впереди, сузил глаза и обернулся:

— Эй, Святая, хватит приставать к Маргарет.

Обычно в таких случаях Рузеф одёргивал бы его, но…

— Ну, это сильно сказано, учитывая твоё поведение, — вставил Артдал, будто заняв место Рузефа.

Кайден уставился на меня с шокированным видом:

— Что за…! Маргарет, я что, слишком навязчив?

Я рассмеялась. Ну вот, началось.

Раньше это раздражало, но теперь казалось милым. Его широко раскрытые, полные надежды глаза тоже были очаровательны.

Я замерла, любуясь его красивым лицом, но потом взгляд упал на мирно спящего на его плече Рузефа.

Я вспомнила, что архиепископ просил передать Кайдену кое-что.

— О, архиепископ хотел, чтобы я тебе кое-что сказала.

— М-м? Что?

Кайден наклонил голову. Я на мгновение заколебалась, сжав губы. По какой-то причине мне стало грустно.

— Он сказал… что тоже полезен.

Кайден выглядел искренне ошарашенным. Я впервые видела его таким.

— Эй… зачем он это сказал, будто он какой-то несчастный… — пробормотал он, смущение всё ещё читалось в его голосе.

— Архиепископ не очнётся, пока мы не избавим его от духов? — спросил Диего, прислушивавшийся к нашему разговору.

От этих слов мне стало не по себе.

Что, если он не проснётся?

— Не волнуйся, я о нём позабочусь, — успокоил меня Кайден, погладив по голове, словно угадав мои мысли.

Энох, шедший впереди, взглянул на карту:

— Сегодня разобьём лагерь здесь. Завтра доберёмся до хижины.

Мы решили спать на дереве — монстры ещё не исчезли. Разделившись на группы, мы забрались повыше. Я оказалась с Юанной, единственной другой девушкой.

Завтра мы встретим Дженаса, спасём Анату и…

Если план сработает, сможем ли мы уйти с острова?

Мне было не по себе.

Неужели у нас действительно получится?

Привязав себя к стволу, я подняла глаза и увидела улыбающуюся Юанну. Я долго смотрела на неё.

Я вдруг осознала, что так и не спросила её о том, как её душа привязана к острову и не может его покинуть.

— У тебя есть вопросы?

Она улыбалась так беззаботно, будто не несла на себе груз проблем.

Удивительно, как она сохраняет это сияющее выражение лица, несмотря ни на что.

Возможно, поэтому та Юанна из бункера, с лицом, залитым слезами, казалась мне более настоящей.

И мне стало стыдно за все те моменты, когда я сомневалась в ней.

Если бы я была настоящей Маргарет, я бы так не делала.

— Ты правда не можешь покинуть остров? — спросила я.

— Ах…

Она вздохнула, и по её лицу я поняла, что задала сложный вопрос.

"Боюсь, что да."

Неужели действительно нет выхода? Совсем?

"Может быть... Аната знает способ, да?"

Юанна кивнула на мой вопрос, будто это было само собой разумеющимся. Но в её жесте читалось отсутствие надежды — она отвечала просто потому, что её спросили.

Она откинулась на дерево и задумчиво посмотрела в небо. Провисев так несколько мгновений, она снова повернулась ко мне:

"Она говорила, что построила этот остров и создала систему под названием 'Алеа', так что, возможно, она что-то знает."

Её слова удивили меня. Я не знала об этом.

"Аната построила остров? Не Дженас?"

"Дженас был организатором и руководителем эксперимента. По сути, он — главный идеолог всего этого."

Этот мерзавец! Боже, как я хочу его убить!

Пока я скрипела зубами, думая о Дженасе, Юанна спросила:

"Как думаешь, сколько времени пройдёт снаружи, пока мы будем выбираться с острова?"

Сколько времени пройдёт? Мне тоже было интересно.

"Наверное, не так много, как мы проведём здесь?"

"Возможно, уже идёт война. Странно, если ничего не случится, когда ключевые персоны из каждой страны исчезают без следа."

Война...

Мне предстоит снова жить, как Маргарет. Значит, нужно будет адаптироваться к её миру, но в условиях войны...

Голова начинает болеть.

"Я тоже знаю не всё, но мне не оставалось ничего, кроме как слушать и верить словам Анаты," — сказала Юанна, бесстрастно глядя на меня. Будто давая понять, что не сможет ответить на все мои вопросы.

Она права. Она жертва эксперимента, и не может просто принимать слова организатора за чистую монету.

В этот момент со следующего дерева донёсся спор Диего и Кайдена.

"Чёрт, я не вижу Маргарет отсюда!"

"Вы уже заняли большую часть места, лорд. Это нечестное распределение. Я пойду туда."

Похоже, Кайден продолжал теснить Диего, что нехарактерно вывело того из себя.

Я не могла разглядеть лицо Кайдена из-за листвы — и, видимо, это стало причиной ссоры.

Ха... как же неловко...

Пока я качала головой, Юанна неожиданно спросила:

"Маргарет, кто из них тебе нравится?"

"Что? Ты имеешь в виду... между Кайденом и сэром Диего?"

Ошарашенная вопросом, я растерялась, переведя взгляд между ними.

Юанна махнула рукой, поправляя меня:

"Ой, нет, не сэр Диего. Между лордом Кайденом и кронпринцем Энохом — кто твой любимый мужчина?"

"Э-э... что?"

Нет, я никогда не задумывалась о них так конкретно.

На самом деле, я сознательно избегала этих мыслей. Потому что хотела сосредоточиться на выживании. Ничто не должно было становиться важнее спасения и побега.

— Сложный вопрос, да? — Юанна понимающе посмотрела на меня.

Я кивнула. Если подумать, сейчас не время для таких размышлений.

Я всё ещё верю в эффект подвесного моста. Оказавшись за пределами острова, я не знаю, останутся ли их чувства прежними.

Они ненавидели меня в Империи Лэнгридж, и мне немного страшно. Боюсь, что если мы вернёмся, их отношение снова изменится.

Мне будет больно, если все их чувства исчезнут после побега с острова. Нужно взять себя в руки сейчас, чтобы мы все не развалились.

Кстати, мне стало интересно и о чувствах Юанны.

Кажется, я никогда не слышала, чтобы она глубоко раскрывала свою историю — отчасти потому, что у нас с ней не так много взаимодействия.

— А ты? — спросила я.

— М?

— Ты когда-нибудь испытывала симпатию к кому-то? Или, может, до сих пор испытываешь?

Юанна широко раскрыла глаза, будто не ожидала, что вопрос повернётся к ней.

— Э-э…

Она замолчала, на мгновение смутившись. Выглядело это не так, будто ей есть что скрывать, а скорее как удивление от неожиданного вопроса.

— Нет.

Она ответила твёрдо и коротко, так что продолжать расспросы стало неловко.

Я взглянула на Кайдена и Диего, которые всё ещё препирались на соседнем дереве. Мне казалось, что Диего симпатизирует Юанне, но она, похоже, даже не догадывается.

Я покачала головой и решила оставить эту тему. Она сказала «нет», значит, так тому и быть.

Главное — выжить.

Я осторожно осмотрелась.

Энох и Артдал были на дереве напротив, а Рузеф, всё ещё не пришедший в сознание, был привязан к ветке чуть выше них.

Мы спали по очереди на случай опасности или нападения, поэтому расположились на деревьях парами — и распределение по командам вышло случайным.

Маг и рыцарь, кронпринц и кронпринц. Хотя, если бы Энок и Кайден оказались в одной группе, это было бы проблемой.

Я перевела взгляд обратно на Юанну.

— Есть какие-то догадки, чего добиваются брат и сера Рохад, открывая межпространственный портал?

При моём вопросе брови Юанны сдвинулись, и она на мгновение закрыла глаза, перебирая воспоминания. Через несколько секунд она пожала плечами.

— Точно не знаю, но я уверена, что это не просто эксперимент для удовлетворения личных интересов Дженаса и Анаты. Похоже, за этим стояло немало людей.

Она нахмурилась и покачала головой. — Вообще, у меня самой ещё много вопросов. Перед тем как повернуть время вспять, у меня, к сожалению, не было сил их задать.

Только тогда я вспомнила её дневник — о том, как все погибли, а она осталась одна, желая покончить с собой.

Я не осмелилась бы сказать, что понимаю, через что она прошла. Поэтому не стала предлагать неуклюжих утешений. Вместо этого спросила:

— Ты в порядке?

— …Что?

Юанна недоумённо наклонила голову.

Я сказала как можно спокойнее:

— Ты единственная из нас, кто помнит прошлое, которого мы не знаем. Не могу представить, как тяжело хранить эти воспоминания в одиночку.

— А…

Юанна на мгновение потеряла дар речи. Это было непохоже на неё — обычно она справлялась с любыми ситуациями с улыбкой.

— Не волнуйся. Я в порядке…

Я никогда не видела её такой растерянной.

— Ну… то есть всё хорошо…

Она запиналась, повторяя одни и те же слова.

В этот момент с неба начали падать первые капли дождя.

Глаза Юанны дрогнули, её лицо омрачилось — прямо как погода сейчас.

Я посмотрела вверх. — Дождь пошёл. В такую погоду никто не услышит, если кто-то заплачет.

Юанна уставилась на меня, широко раскрыв глаза. Кончик её носа покраснел. Брови сдвинулись, и её лицо исказилось от боли.

— Шшшш…

Дождь хлынул как из ведра. Юанна опустила голову, и было не разобрать, плачет ли она на самом деле.

Она оставалась такой долго. Пока дождь не закончился.

Погода после шторма была ясной и очень жаркой, но этот безумный остров по-прежнему оставался прекрасным.

Несколько дней мы не встречали монстров. Теперь, после того как Кайден установил барьер, мы отдыхали под деревом вместо того, чтобы спать на нём.

К счастью, Артдал благодаря своим магическим глазам мог отслеживать перемещения монстров и подтвердил, что их поблизости очень мало. Похоже, правда, что их численность заметно сократилась после остановки эволюции.

Был поздний вечер, солнце садилось. Мы находились на полпути к хижине Дженаса. Поскольку предстояло пройти столько же, сколько мы уже прошли, нам нужен был полноценный отдых.

Мы не забывали оставаться настороже и всегда устанавливали барьеры, чтобы Дженас не мог отследить наше местоположение через монстров.

Мы разожгли костёр и сидели вокруг него, каждый погружённый в свои мысли. Воцарилось долгое молчание.

— Никто не хочет говорить, а атмосфера становится тяжёлой. Тогда я начну первым.

Артдал нарушил тишину. Он оглядел нас, скрестил руки и усмехнулся.

— Никогда в жизни я не считал себя кем-то меньшим, чем благородный человек.

Это звучало очень высокомерно, но Артдал имел на это право — как чистокровный кронпринц, он вырос, видя только счастливые и прекрасные вещи. До встречи с бывшей женой.

— Но с тех пор как я попал сюда, впервые в жизни испытал многое. Конечно, как и все, кроме леди Флоне.

Артдал подмигнул мне.

— Это заставило меня многое переосмыслить. Я будто прозрел, поняв, что всё это время был не более чем канарейкой в клетке.

«Канарейка» — это, пожалуй, перебор, но я знала, что нарвусь на неприятности, если стану спорить, поэтому покорно слушала.

— Я не пессимист, но, честно говоря, не думаю, что все мы покинем этот остров живыми.

Это и есть пессимизм.

Я тоже старалась не думать о том, что мы можем не выбраться все вместе.

Атмосфера стала ещё мрачнее, чем до его слов о «тяжёлой атмосфере».

Не обращая на это внимания, Артдал продолжил:

— Поэтому, если у кого-то из вас есть последние слова или просьбы к тому, кто сумеет спастись, почему бы не сказать их сейчас?

Как будто он всё это время ждал подходящего момента.

Похоже, у него самого есть что сказать.

— Давайте без «мы все выберемся, не надо таких предположений». Будем реалистами. Конечно, было бы прекрасно, если бы мы все покинули остров, но «что, если» нет?

— Ладно, хорошая мысль. У меня тоже есть кое-что сказать.

Неожиданно Кайден, самый придирчивый из нас, первым поддержал слова Артдала. Он закинул руки за голову, устроившись поудобнее, и беззаботно улыбнулся:

— Ну что ж, если уж даже я согласен...

Видимо, у каждого здесь было что сказать.

— Тогда я начну, — заговорил Артдал. — Если я не выберусь, найдите Абердина Кристина в королевстве Гестия. Он мой племянник. Объяснять причины не нужно — если скажете, что я его искал, он сам всё поймёт.

Диего, услышав это, нахмурился:

— Если он из семьи виконта Кристина...

— Верно, мой дальний родственник. В королевской семье больше нет достойного преемника.

— И... вам больше нечего передать своей семье? — Диего смотрел на него с непонятной смесью удивления и неодобрения.

Артдал лишь покачал головой:

— Нет, сэр. Королевская семья живёт ради своего предназначения. Они и без моих слов знают, что делать.

После его слов воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском костра и стрекотом кузнечиков.

Когда разговор начался, мне стало не по себе. Думаю, не только мне.

Сейчас мы стояли на перепутье — либо выжить и бежать, либо пасть на пороге смерти.

— Я хотел бы, чтобы вы передали герцогу Билтерхайму: «Вы всегда были правы. Я вас уважаю». Вот и всё, — сказал Диего.

Едва он закончил, как Кайден поднял руку с явно несерьёзным видом:

— А мои слова передайте в Магическую Башню: «Можете действовать по плану».

— Какому плану? — спросила я.

Кайден скрестил руки и усмехнулся:

— Перед тем как застрять здесь, я планировал уничтожить семью Рохаде.

А... Учитывая прошлое Кайдена, в этом не было ничего удивительного. Его вражда с семьёй Рохаде была известна всем.

Юанна, дождавшись паузы, наконец заговорила:

— Теперь моя очередь, да? Вряд ли кто-то ждёт весточки от меня, но всё же передайте нашему Святому Отцу: «Я отдала жизнь, чтобы разрушить ваш эксперимент, и в итоге вы проиграли. О Боже, вы вскормили тигра».

Все повернулись к ней. Когда взгляды устремились на Юанну, она лишь беззаботно улыбнулась.

— Что?

Мы в один голос покачали головами в ответ на её наивный вопрос.

Остальные могли не знать, но я понимала — её душа связана с этим островом, и от этих слов у меня сжалось сердце.

Однако Юанна спокойно перевела взгляд на Эноха — теперь была его очередь.

Когда внимание переключилось на него, молчавший до сих пор Энох наконец разомкнул губы:

— Если вы передадите моему помощнику Людвину намёк, он разберётся со всем остальным. А мои последние слова...

Его голос прервался, и Энок взглянул на меня, сидевшую слева.

— ...я скажу сам.

==

Эффект подвесного моста — психологический феномен, когда человек ошибочно принимает физиологическое возбуждение (например, от страха) за романтическое влечение.

Остальные переводили взгляды между мной и Энохом, словно понимая, что он имел в виду.

— Я отлично передаю послания, — Кайден, сидевший справа от меня, наклонился вперёд и уставился на Эноха, затем на меня.

Я подумала, что это очередная его бессмысленная выходка, и попыталась проигнорировать.

Но он добавил:

— Я не сдамся, даже если это твои последние слова.

Энох не ответил на это. Я переваривала его слова, чувствуя лёгкий диссонанс.

Мне ненавистен этот разговор потому, что я действительно ощущаю, что он может стать последним. Поэтому я промолчала.

— А что насчёт тебя, Маргарет? — спросила Юанна.

Даже Кайден, уставившийся на Эноха, повернулся ко мне. Все взгляды были устремлены на меня, и я моргала, как дурочка.

У меня не было ничего сказать.

— Маргарет?

Юанна снова позвала меня, склонив голову с недоумением.

— У меня нет... ну, ты понимаешь, такой ситуации.

— А...

Юанне потребовалось мгновение, чтобы осознать смысл моих слов, и на её лице мелькнуло извинение.

Без лишних объяснений никто не задал мне больше ненужных вопросов. Это понимание и тишина вызывали у меня дискомфорт.

Я — Маргарет, но я не Маргарет.

Я даже не знаю, кто я, как мне представиться, и какие могут быть мои последние слова?

В итоге я так и осталась в молчании.

После этого мы шли почти двое суток без остановки. Перед хижиной Дженаса мы оказались глубокой ночью.

Я ожидала увидеть туман вокруг — раньше он сбивал нас с толку, не давая приблизиться.

Но, к удивлению, перед хижиной не было ни малейшей дымки, и обзор был идеально чист.

Будто нас ждали.

Артдал сказал, что вокруг нет монстров, у которых Дженас мог бы позаимствовать глаза. Значит, запечатывание матери монстров сработало.

Судя по радиусу тумана, магия Анаты действовала лишь в пределах 30 метров от хижины.

Поэтому мы расположились вне зоны её влияния и начали готовиться к решающему штурму. Перепроверив снаряжение, мы решили затаиться неподалёку и ждать рассвета.

Артдал продолжал проверять, не приближаются ли монстры, а Кайден поставил защитный барьер.

Мы не разводили костёр, чтобы не выдать себя, и устроились в кустах, выставив ночные дозоры.

Первая вахта выпала мне.

Ночь тиха, когда все спят.

— Треск.

Лишь стрекот кузнечиков наполнял лес. Я уставилась на огни в хижине Дженаса, затем подняла глаза к небу.

Звёзды усыпали небосвод. Какая красивая ночь.

В Корее редко увидишь такое небо, и на мгновение мне стало тоскливо по стране, в которую я не могу вернуться.

Внезапно я услышала, как кто-то наступает на траву. Обернувшись, увидела Кайдена.

— Испугалась? Прости.

Он виновато улыбнулся и осторожно присел рядом. Я уставилась на него в недоумении. Его серебряные волосы роскошно переливались в лунном свете.

— Ты не спал? Тебе нужно отдохнуть перед завтрашним днём.

Кайден какое-то время молча смотрел на меня. Его странно-красные глаза были неподвижны. Я не могла понять, о чём он думает.

Впрочем, Кайден всегда был таким — загадочным.

Наконец он улыбнулся и отвернулся.

— Не могу уснуть.

Я понимала это чувство. Перед экзаменами, собеседованиями, любыми важными событиями — сон всегда бежал от меня.

Кайден сидел рядом, глядя на хижину Дженаса. Я последовала его примеру, наблюдая, как огни внутри постепенно гаснут.

— Маргарет, ты знаешь, почему я холост? — спросил он неожиданно серьёзным тоном.

«Маргарет, ты собираешься обручиться?»

«Если вернусь живой — возможно».

«Не надо. Давай просто жить, оба останемся холостыми».

Я вспомнила наш прошлый разговор. Но даже без него знала — он остался одиноким из-за последствий того эксперимента.

— Я не могу создать семью. Детей... тоже не будет.

— О...

Я не знала, что ответить на эту неожиданную исповедь. Кайден улыбнулся, будто понимая мою реакцию.

— Я в ярости от этого эксперимента. Во многих смыслах. Хотя раньше не особо задумывался о своей жизни.

Он продолжал рассказывать свою историю, словно на исповеди. Его голос был непривычно ровным и спокойным.

Слушая, я чувствовала, как учащается пульс. Мне не нравилось, что он говорит такие зловещие вещи, нехарактерные для него.

Лучше бы он промолчал.

Всё будет хорошо. Я уверена.

Но вопреки моим желаниям, Кайден продолжил:

— Но впервые в жизни я начал мечтать о будущем. С тобой. И это злит меня ещё сильнее.

Он повернулся и посмотрел мне прямо в лицо. Я встретила его взгляд.

Его красные глаза внимательно изучали мои черты, словно стараясь запечатлеть их в памяти.

— Если что-то пойдёт не так... скорби обо мне. У меня больше нет никого, кто сделает это.

Эти слова словно застряли у меня в горле, мешая дышать. Я уставилась на него, не в силах вымолвить ни слова.

— Это всё, что я хотел сказать.

Кайден поднялся, даже не взглянув на мою реакцию.

— Теперь отдохни.

— Я не хочу скорбеть...

Он замер.

Я сглотнула ком в горле и продолжила:

— Я не хочу скорбеть по тебе. Я забуду всё, что ты сейчас сказал, поэтому ты обязан быть в порядке. И если тебе больно — пусть это будет при мне.

Глаза налились жаром. Я опустила голову, и слёзы закапали на мои ботинки. Кайден стоял неподвижно, пока я всхлипывала.

— Прости. Я... я буду так несчастна, что не смогу жить нормально. Как мёртвая. Поэтому не говори так.

— Спасибо, Маргарет. Ты мне тоже нравишься.

Он нежно погладил меня по голове и, без лишних слов, ушёл на своё место.

Грудь сжало от боли.

Почему мы должны через это проходить? Как и сказал Кайден, я была в ярости.

Если бы Дженас стоял передо мной сейчас, я бы вонзила ему нож в сердце.

Я закрыла лицо руками и выдохнула. Надежда на завтрашний побег смешивалась со страхом, что завтра может не наступить.

Рядом кто-то присел.

Я подняла голову и увидела Эноха.

— Ты тоже не спишь? — спросила я.

Он медленно кивнул, без слов. Взглянул на моё заплаканное лицо и промолчал.

Я всё ещё так эмоционально воспринимаю Кайдена, что мне хочется, чтобы рядом был кто-то близкий.

Мы сидим рядом, подолгу глядя на хижину Дженаса.

После долгого молчания Энок наконец заговорил:

— Если мне не суждено выбраться отсюда... есть кое-что, что я хочу сказать тебе.

«А мои последние слова... я скажу сам».

Как и ожидалось, слова, которые он хотел произнести сам, определённо предназначались мне.

Энок смотрел на меня серьёзным взглядом, полным нежности. Он изучал моё лицо, словно пытаясь запечатлеть его в памяти, а затем тихо произнёс:

— Ты говорила об эффекте подвесного моста?

«......»

— Ты всё ещё веришь в это? — спросил он, спокойно отводя прядь волос с моей щеки.

Я не ответила. Он продолжил, будто моя реакция не имела значения:

— Как ты сказала, это может быть мимолётным чувством, вызванным обстоятельствами. Ты можешь отрицать его, если захочешь, но это не отменяет времени, проведённого вместе.

Я смотрела на него, ошеломлённая.

Сердце билось так сильно, что кружилась голова. Щёки горели, а мысли путались.

«Это не отменяет времени, проведённого вместе».

Слова Эноха на мгновение оглушили меня. Почему я не думала об этом раньше?

Всё это время я искажала всё сама, предполагая, что его чувства неизбежно изменятся.

Верно. Даже если это мимолётная эмоция, вызванная обстоятельствами, она не стирает наши общие воспоминания.

— Спасибо тебе за эти слова.

Я говорила искренне. Казалось, будто пустота внутри наполняется.

— Но почему ты оставляешь последние слова именно мне? Уверена, рядом с тобой есть много других людей, которым ты хотел бы что-то сказать.

Энох не из тех, кто легко подпускает к себе, но у него много последователей.

Будущий король, заслуживший доверие народа и уважение знати благодаря выдающимся способностям и характеру, куда более царственному, чем у его брата, низложенного кронпринца Родвана.

— «Последние слова», — повторил Энох, и я снова повернулась к нему.

— Да?

— Я хотел оставить их самому дорогому мне человеку.

«......Ах».

Я не могла пошевелиться, пленённая золотистыми глазами Эноха.

В этот момент тучи рассеялись, и лунный свет мягко упал на его лицо. Чувства, непохожие на всё, что я испытывала раньше, нахлынули вместе с этим светом.

Возможно, лунный свет озарил не его лицо, а моё сердце.

Когда я какое-то время просто смотрела на его красивые черты, он улыбнулся мне с тёплым выражением.

— Я расскажу, что действительно у меня на душе, когда мы выберемся невредимыми. Так это будет искреннее.

— Но... разве ты уже не сказал всё, что хотел?

— Если это место станет моим концом, мои искренние слова станут для тебя обузой, — спокойно ответил он.

Кайден тоже говорил что-то подобное. Зачем вы так со мной?

Я прижала дрожащую руку к груди, пытаясь успокоиться, и затем сказала:

— Этого не случится.

И добавила:

— Мы выберемся вместе.

— Да. Этого не случится, — твёрдо ответил Энох, словно желая меня успокоить.

Повисло неловкое молчание. Но Энох не ушёл.

Так он и остался рядом со мной до конца ночного дежурства.

На следующее утро мы разделились на группы и начали действовать по плану.

Мужчины должны были силой выманить Дженаса и связать его, а Юанна, Ынчжи и я — проникнуть в хижину.

Проведя там время, я знала планировку и могла быстро найти и освободить Анату.

Перед началом операции Кайден установил барьер вокруг хижины — заклинание, нейтрализующее ману Анаты.

Он сказал, что если её мана достаточно сильна, барьер может не сработать. Но лучше так, чем ничего.

Кайден был главной приманкой для Дженаса. Тот, кажется, очень интересовался его телом.

Пока мысль крутилась у меня в голове, я не могла не беспокоиться о Кайдене.

Перед тем как отправиться к задней части хижины с Юанной, я повернулась к нему:

— Будь осторожен, не попади в беду.

Кайден слегка наклонил голову и посмотрел на меня сверху вниз:

— Тогда пожелай мне удачи. Думаю, тогда всё будет в порядке.

— Я буду молиться.

— Не надо ничего такого.

Он наклонился, приподнял мои волосы и поцеловал их кончики.

Я дёрнулась от неожиданности — думала, он поцелует в щёку.

Кайден улыбнулся, поняв мою реакцию. Его ямочка на щеке выглядела так прекрасно.

— Не хочу, чтобы меня запомнили, как чересчур вежливого мужчину.

— Маргарет, нам пора.

После слов Кайдена Юанна позвала меня. Я кивнула и помахала ему рукой.

— Пожалуйста, будьте осторожны, — добавил Артдал.

Мы с Юанной улыбнулись и кивнули в ответ на его тёплые слова.

— Маргарет.

— Маргарет.

Энох и Кайден позвали меня одновременно, после чего недовольно переглянулись.

— Будь осторожна.

— Будь осторожна.

Они снова сказали одно и то же в унисон и опять обменялись колкими взглядами.

Юанна с раздражённым видом посмотрела на них, взяла меня за руку и потянула за собой.

— Пошли.

Я помахала мужчинам на прощание.

— Вы тоже будьте осторожны.

Их хмурые лица, только что недовольно смотревшие на Юанну, сразу же просияли. Такой резкий контраст был забавным, и я рассмеялась, прежде чем развернуться.

— Жаль, что я не познакомилась с тобой раньше, — проворчала Юанна, прячась в кустах.

— Что?

— Понимаешь, я тоже всегда хотела с тобой подружиться, но в итоге эти жуткие типы меня опередили.

Она надула губы.

— У меня вообще нет друзей.

— Для меня честь, что ты считаешь меня другом.

В ответ на мои слова она расплылась в солнечной улыбке, от которой выглядела совсем как невинная девочка.

Улыбки заразительны. Как и хорошее настроение.

Я невольно улыбнулась в ответ, забыв на мгновение, что наши жизни висят на волоске.

Дженас, сидевший напротив Анаты, поднялся.

— Кажется, все уже здесь.

Аната, всё ещё привязанная к стулу, прищурилась.

— Откуда ты знаешь? Ты же сказал, что популяция монстров сократилась и не осталось «глаз», которые можно использовать.

— Дело не в этом. Я чувствую ману. Прямо перед хижиной.

Аната сжала губы. Беспокойство сковало её — она не имела ни малейшего понятия, что он задумал.

— Это последний эксперимент, и я не могу его испортить. Придётся вмешаться лично.

Даже Дженас не мог скрыть волнения при мысли, что тысячелетний эксперимент близок к успеху.

Давным-давно он наткнулся на разлом между измерениями. Изучая его, он понял, что волны, проходящие через разлом, влияют и на его мир.

Дженас был уверен, что сможет овладеть этими волнами, и решил открыть межпространственную дверь. Но это оказалось не так просто — требовалось колоссальное количество маны.

Продолжая исследования, он сделал потрясающее открытие: когда человек чувствует угрозу для жизни, его мана усиливается в десятки раз по сравнению с обычным уровнем.

Это открытие было настолько грандиозным, что то, на что потребовались бы десятки тысяч лет сбора маны, можно было сократить до сотен лет.

Хотя он всё равно не ожидал, что это займёт так много времени.

Дженас повернулся к Анате, в его глазах светилось возбуждение.

— Разве не время снять печать с маны? Я не могу больше ждать. Придётся устранить их всех, кроме одного.

— Ты же понимаешь, что мы не можем снять печать до окончания эксперимента? Мы сами его разработали, и наше правило — не вмешиваться.

Дженас усмехнулся в ответ на её слова.

Было несколько причин, по которым они не вмешивались напрямую.

Во-первых, испытуемые должны были ощутить угрозу жизни в экстремальных условиях без помощи маны.

Во-вторых...

«Не взаимодействуй с испытуемыми напрямую. Потому что, если ты начнёшь им сочувствовать или ассоциировать себя с ними — всё кончено. Ты не сможешь их убить».

Ради них самих — Дженаса и Анаты, создателей эксперимента.

Кроме того, было ещё множество досадных правил, установленных в процессе.

Вопрос Анаты стёр улыбку с лица Дженаса. Он повернулся к ней с ледяным выражением.

— Этот принцип уже нарушен, Аната. С того момента, как ты сама вмешалась.

Аната нахмурилась.

— И всё же, сейчас уже невозможно изменить систему острова по нашему желанию.

— Если нельзя изменить — можно сломать. Чтобы снять печать с маны.

— Как?

— Есть кое-что великолепное, что может нарушить часть системы. Ты поймёшь, когда увидишь.

Глаза Анаты расширились.

— Погоди, ты же не...!

— Не спрашивай. Всё равно не скажу.

Дженас резко оборвал её и накинул мантию.

Аната стиснула зубы, но он лишь продолжил, увлечённый своими мыслями:

— Мы потратили тысячу лет в надежде на успех эксперимента. А что, если всё это было напрасно?

— Тогда остановись прямо сейчас! — голос Анаты дрожал от гнева.

— Если бы я мог, я не оставался бы здесь тысячу лет. Разве тебе было легко, Аната?

Конечно, нет. Аната закусила губу.

Даже за тысячу лет в её жизни остались сожаления. Таковы люди.

Дженас взглянул на неё и вздохнул.

— Ты нерешительна. Жди здесь. Я разберусь сам.

Я попыталась использовать свою ману, чтобы выманить его, но он вышел из хижины, словно ждал этого.

Мальчик, неторопливо вышедший на крыльцо, был безошибочно узнаваем — Дженас.

Он направился к Эноху, Кайдену и Артдалу.

— Я ждал вас.

Его взгляд скользнул по группе, и брови недовольно сдвинулись.

— Так... а где остальные?

Он огляделся, явно разыскивая меня, Юанну и Рузефа.

Спустившись на первый этаж, я выбралась через окно в задней части хижины, через которое мы с Юанной проникли внутрь.

— Кап-кап.

Дождь начал накрапывать, сначала редкими каплями. Спереди, где должен был идти бой, царила зловещая тишина.

Вскоре дождь усилился, промочив землю насквозь.

— Кх-кх.

Сквозь шум дождя я услышала кашель Рузефа и бросилась к нему.

— Архиепископ, вы в порядке?

Помогая ему подняться, я продолжила осматривать округу. Темное облачное небо нависало мрачно, а хижина перед нами выглядела зловеще и уныло. Как затишье перед взрывом бомбы.

Я сглотнула, ощущая леденящий страх. Руки дрожали от напряжения.

Рузеф, откашлявшись, вытер мокрое от дождя лицо и поднял взгляд. Его серые глаза слегка расширились при виде меня.

Когда наши взгляды встретились, я почувствовала странное ощущение. Это был он, но в то же время будто не он. Что-то в нем изменилось.

— Шшшш.

Кроме звука падающего дождя — полная тишина.

Никаких звуков боя Дженаса и Эноха. Что случилось? Надеюсь, с ними все в порядке. От тревоги пересохло во рту.

Еле подняв Рузефа, я искала укрытие. Нужно было уходить и прятаться.

Не знаю, что происходит, но если Дженс найдет меня сейчас...

— А, вот ты где.

Знакомый голос раздался за спиной.

Сердце упало в пятки. Мысли остановились, ноги будто приросли к земле.

Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это.

Дженас.

Неужели они все пали перед ним?

«Не может быть. Энох и Кайден... побеждены?»

Я отказывалась в это верить.

Нужно продержаться, пока Юанна не выведет Анату из хижины. Но смогу ли я одна? Против Дженаса?

Отчаяние накрыло волной.

Пытаясь подавить панику, я медленно обернулась.

Первое, что бросилось в глаза — ослепительно серебряные волосы, затем красивое лицо и жуткие красные глаза.

С видом невинного мальчишки Дженас наклонил голову и указал на себя:

— Не волнуйся, Мэг. Я же говорил — на этом острове я ограничен так же, как и ты.

Я нахмурилась. Меня волновало не это.

— А остальные...

— А, я использовал туман. Ведь ты — та, с кем мне нужно иметь дело.

Как только он это произнес, туман с переднего двора начал подступать к нам. Должно быть, это был отвлекающий маневр.

Однако ненадолго. Туман, расползавшийся так широко, вдруг остановился и стал рассеиваться.

Я вспомнила барьер, который Кайден установил вокруг хижины.

— Хм. Он наложил заклинание. Действительно мой потомок.

Дженас с интересом наблюдал, как туман рассеивается, но вскоре перевел взгляд на Рузефа, которого я поддерживала.

— Священник уже должен реагировать. Дождь — это хорошо.

Какая реакция?

Я в замешательстве подняла брови, но, увидев, что он приближается, достала сигнальный пистолет и нацелилась на него. Дженас поднял обе руки.

Ынчжи на моем плече ощетинился, скаля зубы в его сторону.

Затем он выдохнул пламя в Дженаса, но благодаря магии Анаты, окружающей хижину, тот остался невредим.

Черт. Нужно продержаться, пока Юанна не выведет Анату... Но смогу ли?

— Мэг, не кажется ли тебе, что угрожать мне оружием, которое я тебе дал, — это перебор?

— Заткнись.

— Ты все равно не сможешь убить меня, пока не найдешь способ покинуть остров, — усмехнулся Дженас.

Чертов ублюдок!

Но проблема была серьезнее.

Тело Рузефа начало слабо светиться.

Он скривился от боли.

— Архиепископ, вам плохо?

Я с тревогой осматривала его, а Дженас тем временем приблизился.

— Мэг, разве он выглядит нормально? Должно быть, это из-за неё... Матери монстров.

Он указал на Рузефа с ухмылкой. Я снова подняла пистолет, давая понять, чтобы он держался подальше.

«Священник уже должен реагировать. Дождь — это хорошо»

Его слова вертелись в голове.

Нехорошее предчувствие сдавило грудь. Откуда он знает? Что он задумал?

— Черт... Чувствую, как магия запечатанных духов высвобождается... — Рузеф схватился за грудь.

Магия духов вырывается? Мать монстров? Здесь и сейчас? Что будет, если печать разрушится?

Юанна говорила, что системы острова могут рухнуть. Или монстры снова эволюционируют.

«Если только ты не выбрал худший из всех возможных сценариев и не подстроил это для своего эксперимента!»

«...не время паниковать. Соберись!»

Нужно было срочно увести Рузефа подальше от Дженаса.

Спрятав его в кустах, я попыталась увести Дженаса в лес. До него было рукой подать. Всего-то и надо — заманить его туда.

— Кх-кх!

Внезапно Рузеф закашлялся, выплевывая кровь. Его свечение стало ярче.

Черт. Что за чертовщина?

Земля под его ногами задрожала. Даже промокшая от дождя почва начала трескаться.

— Архиепископ, нам нужно укрыться. Вы можете бежать? — прошептала я так тихо, чтобы слышал только он.

Рузеф, с гримасой боли, кивнул.

Группа Эноха придет, как только туман рассеется. Нужно продержаться немного дольше.

Дженас оставался спокоен. Будто знал, что мы обречены, и никакие наши действия его не коснутся.

Он смотрел на меня, как на мышь в ловушке.

Глядя на его лицо, моя решимость и надежда на спасение рассыпались в прах.

«Нет. Я не могу сдаться. Не могу».

Собрав волю в кулак, я схватила зажигательную бомбу из сумки, выдернула чеку зубами и швырнула в Дженаса.

— Пиип.

Из-за того, что я поддерживала Рузефа, далеко уйти не удалось. После взрыва мы с ним повалились на землю.

— Бум!

Черт. Закрыв уши, я быстро пришла в себя.

Поднявшись, я снова попыталась увести Рузефа, но мы не успели далеко уйти — он рухнул на землю, захлебываясь кашлем с кровью.

Кажется, он немного пришёл в себя. Всё ещё харкая кровью, он с трудом заговорил дрожащим голосом:

— Простите... простите, юная леди. Я снова стал для вас обузой...

— Нет, нет, не говорите так.

Ещё чуть-чуть... правда, совсем немного... Я попыталась поднять Рузефа, опираясь на него.

— Свечение.

Я бы смогла, если бы не ослепительный свет, хлынувший из его тела.

Настолько яркий, что пришлось зажмуриться. Он заполнил всё поле зрения, становился всё интенсивнее, а затем — будто выключенный экран — внезапно погас.

В тот же миг я почувствовала, как часть маны, скованной внутри меня, зашевелилась и начала свободно циркулировать.

Когда я снова открыла глаза, Рузеф лежал на земле.

— Архиепископ!

Его дыхание было едва заметным. Я в отчаянии трясла его, но он не приходил в себя.

— Архиепископ, пожалуйста, очнитесь... прошу вас...

Разум помутнел от беспомощности. Неужели он умрёт? Нет. Этого не может быть.

Всё идёт по плану. Дженас не обращал внимания на хижину.

Мои руки дрожали. Нужно уйти подальше от него и действовать быстро. Давайте... давайте же...

Я попыталась поднять бессознательного Рузефа. Но разница в телосложении делала это невозможным — мы снова и снова падали.

Тут сзади раздался негромкий вздох.

— Хах... наконец-то печать маны разрушена.

Я обернулась и увидела вдали Дженаса в его полной взрослой форме.

Серебристые волосы, ниспадающие на шею, неестественно красные глаза, современная одежда, подчёркивающая статность, и роскошная мантия мага.

Он лениво потирал затылок, а на его губах играла усталая улыбка.

— Давно не виделись, Маргарет.

«Чёрт. Что, блин, происходит?»

Разумеется, у меня не было душевных сил спрашивать.

Дженас протянул руку в мою сторону и начал рисовать магический круг. Я мгновенно навела на него сигнальный пистолет и спустила курок.

— Ба-бах!

Пламя, вырвавшееся в сторону Дженаса, тут же было поглощено созданным им кругом. Чёрт!

Ынчжи на моём плече тоже выдохнул струю огня, но безрезультатно.

— Как грустно. Я не ожидал, что ты действительно выстрелишь в меня.

— Думаешь, я идиотка, чтобы просто стоять и ждать, пока маньяк меня прикончит?

— Что ж, ты не ошибаешься, — пробормотал он, подпирая подбородок.

Я знала, что это бесполезно, но всё же навела на него пистолет и предупредила:

— Немедленно прекрати это безумие и скажи, как нам покинуть остров.

— Сложно. Такого способа нет.

— Ты лжёшь...

— Ах, разве что мой потомок может знать как.

— Что это значит? Кайден?

— Маргарет!

Внезапно, словно призрак, я услышала голос Кайдена.

Туман рассеялся, и вдали я увидела Эноха и Кайдена, бегущих ко мне. За ними из хижины вышли Юанна и Аната.

Все в безопасности. Слава Богу.

Дженас цыкнул при этом зрелище. Он, должно быть, заметил Анату, но, что удивительно, совсем не проявил интереса.

— Лязг!

Дженас внезапно обхватил меня и отпрыгнул в сторону.

Земля под Дженасом взметнулась вверх. Если бы мы не увернулись, оба получили бы травмы.

«Кто-то кроме Дженаса использовал магию», — мелькнуло у меня в голове.

Тут я вспомнила о Рузефе и поспешила к нему.

— Архиепископ! Архиепископ...!

К счастью, я увидела, как Юанна и Аната поднимают Рузефа, упавшего на землю.

Позади них Кайден бежал ко мне, его лицо искажено тревогой.

— Маргарет!

Он протянул руку и создал магический круг. Это он использовал магию.

Я широко раскрыла глаза, увидев жёлтые искры, похожие на молнии, исходящие от меча Эноха. Должно быть, это меч, усиленный магией.

«Ха, наконец-то печать маны разрушена».

Только тогда я поняла слова Дженаса: он принял взрослый облик, потому что полностью восстановил свою ману.

Я вырвалась из его рук и снова навела на него ракетницу.

Дженас спокойно отпустил меня и сказал:

— Ты уже догадалась. Печать разрушена, а структура этого острова органически взаимосвязана. Мать монстров тоже была создана здесь, став частью его структуры.

Он продолжил с возбуждением:

— И теперь, когда один из этих элементов уничтожен, в правилах острова, которые мы с сестрой так тщательно создавали, появилась трещина. Забавно, не правда ли?

«Что...?»

Неужели поэтому он хотел, чтобы я уничтожила Мать монстров?

Выходит, всё это время я была пешкой в его руках.

Я подозревала неладное с тех пор, как он велел мне избавиться от Матери монстров. Но чтобы настолько...

Так и есть. Это был разговор между подопытным и экспериментатором с самого начала. А мы, подопытные, в заведомо проигрышном положении.

— Честно говоря, я не ожидал, что этот жрец сможет запечатать духов. Использовать собственное тело как сосуд... Вот почему жрецы всегда были и остаются...

Цык. Дженас цокнул языком, ловко уклоняясь от атак Эноха и Кайдена, и невозмутимо продолжил:

— Я думал, ты сможешь уничтожить их, Маргарет. Тогда печать маны разрушилась бы сразу.

— А если бы я не смогла, а архиепископ не сумел запечатать их, я бы погибла, так и не сняв печать?

— Разве это такой уж плохой конец? Ха-ха-ха, — Дженас рассмеялся, словно это было забавно.

«Ах... какой же он псих».

Пока я обрабатывала его слова, он снова притянул меня к себе, обнял и взмыл в воздух.

Перед нами возник магический круг. Когда он активировался, земля вздыбилась и взорвалась.

Бам!

— Отпусти Маргарет, — Кайден стоял в порыве ветра, его серебряные волосы развевались.

Дженас с притворной обидой произнёс:

— Эй, мой потомок, если ты продолжишь, ты ранишь Маргарет. Или тебе всё равно, лишь бы вернуть её, несмотря ни на что?

Кайден взглянул на меня, и его глаза яростно дрогнули.

Дженас усмехнулся. Я попыталась вырваться, царапая его плечи, щипля руки и колотя кулаками, но он даже не шелохнулся. Даже Ынчжи на моём плече помогал, выплёвывая огонь, но кожа Дженаса, видимо, была защищена усиливающим заклинанием — он оставался невредим.

«Чёрт, если бы я знала, что так выйдет, выучила бы тхэквондо».

Дженас вздохнул, глядя на мои тщетные попытки вырваться. В тот же момент что-то вроде белой верёвки обвило моё тело.

Чёрт!

Дженас разглядывал меня, будто диковинное существо.

— Я надеялся поговорить с тобой в своём истинном облике, но ситуация не располагает. Может, уйдём куда-нибудь? У меня много вопросов.

Звучало это, как будто старшекурсник на корпоративе поучает младшего.

Я попыталась атаковать его маной, как учил Артдал, но безрезультатно. Да, мне не сравниться с ним.

Я прошла через всё это не для того, чтобы закончить так жалко.

Дженас снова создал магический круг у ног — настолько мощный, что, казалось, никто не сможет пройти сквозь него.

Те, кто стоял вдалеке, кричали моё имя, но я была бессильна.

«Нет... Разве я вообще что-то могла сделать?»

Я мельком взглянула на Эноха и Кайдена. Они бежали ко мне с лицами, полными безумия.

Мерцание.

В мелькающем сознании я видела, как Энох и Кайден смотрят на меня так, будто их мир рухнул.

Теперь я в руках легендарного архимага Дженаса, и вряд ли кто-то сможет меня спасти. Даже им будет не под силу.

По крайней мере, Аната в безопасности — они найдут способ выбраться.

«Я решила: не обязательно, чтобы спаслась именно я».

Будет грустно остаться одной на этом острове. Но не стоит питать ложных надежд.

В конце концов, моё зрение полностью померкло.

Замок Флоне, Империя Лэнгридж.

Розмари, младшая из семьи Флоне, с утра была на ногах.

Кто-то, кто, возможно, знал что-то о пропаже её любимой старшей сестры Маргарет, должен был прибыть в замок ранним утром.

Розмари уставилась на Беллу, горничную, присматривавшую за Маргарет до прошлого года.

— Белла, ты ведь из семьи Билтерхайм, верно?

Белла спокойно кивнула:

— Так точно. Леди Иннис ждёт, пойдёмте?

Моя старшая сестрёнка всегда ответственна.

Розмари энергично кивнула и вышла из комнаты, быстро зашагав по коридору. Бежать нельзя — Иннис будет ругаться.

Бах! Бум!

Десятки молний обрушились с неба, словно божественная кара.

— Я никогда не видела ничего подобного, — прошептала Розмари, застыв у окна.

Белла ответила:

— Семь пропавших, мировая война, хаос... Интересно, не уничтожит ли это весь континент.

Дело о Семи Пропавших.

Артдал, наследник королевства Гестия, и Энох, кронпринц Империи Лэнгридж. Исчезновение наследников двух могущественных держав ввергло мир в хаос.

Не только они — все ключевые фигуры, включая Святую, явившуюся впервые за сто лет, и Лорда Магической Башни, пропали одновременно. Ходили слухи о заговоре, но доказательств не было.

В отсутствие таких влиятельных фигур политические силы колебались, а действия Храма и Башни продолжали разжигать конфликты, что в итоге привело к Континентальной войне.

Любая война требует длительной подготовки, включая ультиматумы и прочие дипломатические формальности, но будто все страны ждали этого момента — они пропустили даже эти этапы и начали яростную бойню.

Это война, которую развязали гиены, рвущиеся к власти, чтобы занять освободившееся место.

Беспорядкам не видно конца, пока пропавшие не вернутся, их тела не будут найдены или пока не раскроется истина этого дела.

— Вспых, гром, удар!

Розмари вздрогнула, когда гром прогремел снова.

— Посмотри туда. Может, мир и правда рушится.

Она указала на окно.

Облака на небе выглядели странно — будто в самом мире образовывалась трещина.

Неужели дверь между измерениями открылась?

Розмари слегка прикусила нижнюю губу при мысли о такой нелепой идее.

Может, этот мир и правда идёт к гибели.

— Мне всё равно, если мир закончится. Я просто хочу ещё раз увидеть лицо Маргарет.

Из-за их схожих характеров они никогда не уступали друг другу, и в результате не проходило и дня без ссоры между Маргарет и Розмари.

Однако эти ссоры были возможны только потому, что Розмари знала — Маргарет всегда будет рядом. Если бы она догадывалась, что сестра исчезнет из её жизни без предупреждения, она вела бы себя иначе.

Розмари сжала челюсти, подавляя подступающие слёзы. Через мгновение она повернулась к Белле с решительным выражением лица.

— Пойдём, Иннис-онни наверняка ждёт.

Моя вторая сестра должна быть жива. Я найду её, я узнаю правду, и я разорву её похитителей на куски.

— Маргарет! Чёрт, стой!

Увидев, как Дженас похищает Маргарет, Кайден мгновенно активировал отслеживающие заклинание.

Но даже с готовыми формулами магия не срабатывала — серьга в его правом ухе внезапно раскалилась, будто объятая пламенем.

В тот же момент острая боль пронзила голову, и он схватился за лоб. Из носа потекла кровь.

[Игра окончена.]

В голове прозвучал неприятный мужской голос.

Кайден знал, кому он принадлежит.

Дженас Игран Рохаде — его предок и создатель этого проклятого острова.

«Чёрт... Что ты сделал с моим телом?»

— Эй, лорд, ты в порядке? Чёрт возьми, что случилось с леди Флоне...! — закричал Артдал, бросаясь к нему.

Но Кайден был слишком измождён, чтобы ответить. Тело внезапно перестало слушаться. Даже пальцы не шевелились по его воле.

— Чёртова серьга... Моё тело меня не слушает!

Серьга, которая только что пылала, теперь светилась.

Этот артефакт изначально помогал ему контролировать бушующую внутри ману, но теперь, когда Кайден научился обходиться без него, серьга лишь дестабилизировала её, вызывая головокружение.

Кайден пошатнулся — его тело двигалось, но не по его воле.

А затем сознание померкло.

Последнее, что он увидел — как Энок послал меченосный взрыв в сторону кабины, и внезапно образовавшееся фиолетовое облако ядовитого газа.

Когда он снова открыл глаза, Кайден стоял в гостиной на первом этаже хижины Дженаса.

Он окинул помещение нахмуренным взглядом.

Как, чёрт возьми, я здесь оказался?

— А, вот и ты.

В этот момент с лестницы спустился мужчина.

==

Англ.п:

Билтерхайм — семья Диего.

«Пойдём, Иннис-онни наверняка ждёт». — «онни» (언니) = старшая сестра (обращение младшей сестры к старшей в корейском языке).

— Блять! Ты кто такой?!

Кайден быстро активировал магический круг, но тот не сработал. Заклинание мгновенно рассеялось.

Серьга жгла невыносимо. Бурлящая мана была нарушена странными волнами, исходившими от украшения.

Он закашлялся кровью, подавленный силой, бушевавшей внутри.

— Кх-кх...

Кайден откинулся на спинку кресла, плюнул кровавый сгусток на пол и глубоко вдохнул.

Перед ним возвышались безупречно белые ботинки, явно принадлежавшие взрослому мужчине.

— Ты многое пережил.

Голос сначала звучал ободряюще, но в нём сквозила нотка скуки.

Кайден изо всех сил пытался прояснить затуманенное сознание. Он не мог позволить себе выглядеть так жалко.

Стиснув зубы, с покрасневшими от напряжения глазами, он поднял голову. Не в силах снять серьгу, он подумал, что, может, лучше оторвать ухо целиком.

Но даже это было невозможно — руки не слушались, мана отталкивала их.

— Какую, блять, игру ты затеял?

— Хм. Ты выдерживаешь эту силу? Ты даже сильнее, чем я думал. Мой потомок, ты вырос достойно.

Кайден даже не нашёл сил ответить на восхищение Дженаса очередным матом.

Он рухнул на пол.

Тогда Дженас, словно только этого и ждал, наступил ногой на его плечо, прижал к полу и самодовольно усмехнулся.

— Чтобы создать тело, способное прожить без еды тысячу лет и не стареть, я экспериментировал с чёрной магией. Но в качестве платы моё тело стало слишком слабым, чтобы вмещать больше маны, чем уже есть. Поэтому мне нужно было молодое, горячее тело... вроде твоего.

Дженас медленно окинул взглядом Кайдена с головы до ног, будто оценивая товар.

— Ни один из детей крови Рохад не был так совместим со мной, как ты. Объём маны, способность управлять ею, крепость тела... Я не могу представить более идеального сосуда для себя.

Он схватил Кайдена за подбородок и медленно склонился к нему.

В его красных глазах мелькнули сложные магические формулы, когда он уставился прямо в зрачки Кайдена.

Блять! Бляяять!!!

Кайден почувствовал, как всё тело парализуется под взглядом Дженаса. Он изо всех сил сопротивлялся, но не мог сравниться с тем, кто потратил столько лет на подготовку к этому моменту.

Тело Дженаса начало рассыпаться, как песок, и его частицы втягивались в Кайдена.

По мере этого зрение Кайдена затуманивалось. Казалось, его душу режут на части, чтобы захватить тело.

Чёрт возьми, кто дал мне эту проклятую серьгу?

Ах, да. Вспомнил. Серьгу подарил единокровный брат Херальд, которого Дом Рохад преследовал за «грязную» кровь.

Я думал, Херальд не имеет ничего общего с Рохадами.

Я был беспечен.

Кайден стиснул зубы, подавляя ярость.

Я не умру, пока не убью их всех.

Я обязательно отомщу. Не могу позволить, чтобы моя жизнь началась с Рохадов и ими же закончилась.

«Говорят, если сохранять хладнокровие, можно выйти даже из логова тигра».

В ушах прозвучал голос Маргарет.

Хорошо. Нужно просто успокоиться. Успокоиться и найти выход.

Внезапно свет погас в красных глазах Кайдена.

Последнее, что я помню, — это бред, который оставил после себя Дженас.

«Я надеялся поговорить с тобой в своём истинном облике, но ситуация не располагает. Может, уйдём куда-нибудь поуютнее?»

Вот мудак.

Дженас, должно быть, похитил меня. И теперь я в его каюте?

Возможно, я заперта в комнате, где была запечатана Аната.

Я лежала на полу и смотрела в тёмный потолок. Хотя, возможно, это и не потолок вовсе, а просто бездонная тьма.

Я не могла пошевелиться. Чувствовалось, что меня сковывает магия.

Но сил бороться не было, и я лежала беспомощно.

Я устала.

Я просто хотела выжить.

С тех пор как я очнулась на этом острове в теле Маргарет, я вела себя так, будто «выживание» — моя главная цель.

Но теперь, оглядываясь назад, понимаю, что всё это было бессмысленно.

«Что я буду делать после того, как выживу?»

Всё казалось таким бесполезным. Меня охватило глубокое чувство безысходности, с которым трудно было бороться, и оно высасывало волю к жизни.

У Юанны был ключ. Должно быть, Аната использовала его, чтобы открыть запечатанную дверь и сбежать.

Что бы там ни было, я рада. Это шаг к свободе. Надеюсь, она не наломает дров, пытаясь меня спасти.

Вдох-выдох.

Лёжа, я скосила взгляд вниз. Ынчжи спал у меня на животе, закрыв глаза.

— Эта змея такая странная... монстр, привязавшийся к человеку.

Тут из темноты раздался приглушённый голос.

— А, ты напугал меня.

Голос был знакомый, но это был не Дженас, а... Кайден?

Что происходит?

Топ-топ-топ.

Кто-то приближался.

Чёрт. Не подходи. Не подходи.

— Ох. Должно быть, тебе нехорошо.

Щёлк.

Кто-то щёлкнул пальцами, и вдруг вокруг меня вспыхнул огонь. По полу были расставлены свечи.

— Проснись. Теперь ты можешь.

Как только он это произнёс, я почувствовала, как тело освобождается от оков.

Я медленно поднялась и поняла, что лежу на магическом круге.

Вокруг него горели свечи — точь-в-точь как в «Комнате Святилища», которую описывал Кайден.

Неужели...

— Это место называется Комната Святилища. Уютно, не так ли?

Не уютно. Жутко.

Я резко подняла голову и уставилась на человека передо мной.

Я думала, это Дженас имитирует голос Кайдена, но передо мной стоял он.

— Кайден?

Я удивлённо спросила, а он придвинул стул, сел напротив, скрестил ноги, сложил руки на груди и высокомерно посмотрел на меня.

— Позволь представиться ещё раз. Я — Дженас Игран Рохад. Основатель Дома Рохад и архимаг, создавший этот остров тысячу лет назад.

Мне не это интересно.

— Что ты сделал с Кайденом?

— Я его съел.

— Что?!

— Технически он спит здесь и, скорее всего, уже не проснётся.

Кайден... вернее, Дженас, используя лицо Кайдена, ткнул пальцем себе в грудь.

Мои руки дрожали, как сломанный механизм, а затем я закричала: — Какого чёрта ты несёшь?!

Я рванулась из магического круга, чтобы схватить его за воротник, но круг, казалось, был заблокирован невидимой стеной.

— Бам!

Я яростно ударила по прозрачной стене. Дженас молча наблюдал за мной, словно за обезьяной в зоопарке.

Его лицо мерцало в свете, и я не могла понять, о чём он думает.

Я знаю, что он великий маг, способный создать и построить такой невообразимый остров. Но я не могу поверить, что Кайден был побеждён так легко.

— Ты, должно быть, восстановила свою ману, и, честно говоря, я уже собирался завершить эксперимент, но что-то в этом всём кажется... разочаровывающим. Почему бы нам не поговорить? У меня к тебе много вопросов.

— Хватит нести чушь! Верни Кайдена!

— Твоя манера речи — вот в чём проблема. Неподобающе для дворянки. В мои времена, если дворянка сквернословила, её наказывали.

— Заткнись. Хватит вспоминать тысячу лет назад!

— Я шучу. У нынешней молодёжи совсем нет манер.

Кривая ухмылка тронула угол его губ, когда он увидел моё возмущённое лицо.

— Ах, да. Может, потому что ты не настоящая дворянка?

Дженас, кажется, догадался, что я побывала в другом измерении.

— Что ты хочешь сказать?

— Мне было очень интересно, как испытуемый использовал магию, несмотря на заблокированную ману. Жаль, что я не узнал о тебе раньше.

Он разглядывал меня с любопытством.

Каждое его движение и жест держали меня в напряжении.

— Аната, и ты... Как вы все можете быть такими лживыми? Это печалит.

Печалит? Ха. Преступник злится на жертву.

Дженас спросил: — Ты была в другом измерении, не так ли?

Я не думаю, что он не знает. Но я всё ещё не была готова отвечать на этот вопрос, поэтому промолчала.

— Много чего проходило через дверь измерений, но живые существа — никогда. А теперь я стою прямо перед тем, кто это сделал, и узнаю об этом только сейчас... Ха... Я схожу с ума.

Он потер лицо, затем спокойно посмотрел на меня, будто собирался выудить из меня все тайны. Я действительно чувствовала себя подопытной крысой.

От этого мурашки побежали по коже.

Вид лица Кайдена, такого знакомого и любимого мной, заставил меня почувствовать, что я вот-вот заплачу.

Какого чёрта я должна делать в такой ситуации?

— Я собираюсь открыть дверь измерений, разрушить мир, а затем захватить власть.

Дженас залез в карман и достал кулон Магической Башни. В центре кулона, украшенного изображением солнца, была вставлена каплевидная аметистовая вставка.

Я грызла ногти и лихорадочно соображала, но вдруг обратила внимание на форму кулона.

Если задуматься, почему Дженас сделал кулон с солнцем в качестве символа?

Солнце всегда было символом монархии.

Солнце, олицетворяющее монархию, окружает каплю — символ Магической Башни. Что это значит? Может, это означает, что в эксперименте была замешана императорская семья?

Или, возможно, Дженас бросает вызов императорской власти. У него достаточно сил для этого.

Когда пало Королевство Ингрэм, дом Рохад был не единственным, кто выжил. Они могли основать новую династию с Рохад во главе, но вместо этого опустились до статуса маркизов.

Идея открыть дверь измерений, разрушить мир и затем прийти к власти, возможно, связана с его прошлым.

— Итак, Маргарет, я хотел бы, чтобы ты рассказала мне немного о том мире, который ты видела. Судя по вещам оттуда, это высокоразвитый магический мир. Почему же они не подумали открыть измерение и атаковать наш мир?

— ...Если хочешь услышать ответ — верни Кайдена.

— Хм. Так вот как нынешние дети ведут переговоры? Отсутствие напряжения почти заставляет меня зевать.

— Переговоры? Не знаю. Если ты видел вещи из другого мира, то понимаешь, насколько это опасно. Открой дверь измерений без меня — и тысячелетия времени превратятся в туалетную бумагу в мгновение ока.

Дженас потер подбородок, долго всматриваясь в моё лицо, затем поднялся.

— В твоих словах есть смысл.

Он лениво провёл рукой по подбородку, затем холодно посмотрел на меня.

— Мне не нужен твой ответ. Я мог бы просто вскрыть твою голову и прочитать твоё прошлое, но я трачу своё время.

"…Что? Погоди, погоди, погоди!"

Дженас медленно приближался ко мне, стоя на магическом круге, и я поспешно подняла руки, чтобы остановить его. Он высокомерно посмотрел на меня сверху вниз, брови надменно приподняты от раздражения.

"Что? Тебе есть что сказать?"

"Ты собираешься убить меня?"

"Ты всё равно умрёшь, так чего ты так боишься? Не переживай, я сделаю это быстро."

Я вздрогнула и быстро задала следующий вопрос:

"Ладно, подожди, подожди, подожди. Кайден… Кайден правда мёртв?"

"Фактически — да. Я же сказал, я съел его. Он больше не проснётся", — ответил Дженас, снова указав на свою грудь.

Мой разум помутнел от отчаяния при таком ответе. Я попыталась взять себя в руки и мысленно успокоила себя:

«Всё в порядке, он не мёртв, и мне не обязательно умирать, так что соберись».

Дженас прищурился, наблюдая, как Маргарет дрожит.

Запертая в магическом круге, без возможности сбежать, она была похожа на милую канарейку в клетке. Всё, что ей оставалось, — это лихорадочно соображать своей маленькой головой, подбирая слова.

По его лицу скользнула тонкая улыбка, окрашенная в красные оттенки от света свечей. Низкий, басовитый голос разнёсся по комнате:

"Не трать силы на пустые размышления."

Маргарет подняла голову и уставилась на него. В её сияющих голубых глазах мелькнуло недовольство. Дженасу было даже приятно её неприязненное отношение.

Немного помедлив, с растерянным выражением лица, она осторожно произнесла:

"…Ты спросил, почему люди из другого мира не открывают межпространственную дверь? В том мире нет магии. Это не магия, как ты представляешь, а высокоразвитые промышленные технологии."

Слова Маргарет заинтересовали его. Мир без магии — разве такое возможно?

Дженас склонил голову, давая понять, что готов выслушать её дальше, и жестом предложил продолжить.

Маргарет прикусила нижнюю губу, зло посмотрела на него и продолжила:

"Нет смысла вскрывать мне голову, потому что личный опыт и отрывочные воспоминания несравнимы. Ты не сможешь выжить в том мире без меня. Подумай. Я тебе нужна."

То, как Маргарет смотрела на него с ненавистью, даже когда говорила, что он в ней нуждается, было забавно. Ему хотелось мучить её ещё больше, чтобы увидеть её слёзы.

Это была своеобразная садистическая тяга, которую Дженас раньше никогда не испытывал. Впервые кто-то вызвал у него такой интерес, впервые он получал удовольствие от разговора.

Дженас провёл рукой по подбородку, изучая лицо Маргарет. Она не хочет умирать, поэтому пытается его уговорить, но даже не может скрыть свою враждебность.

«Она милая».

Жаль, что нельзя убить её прямо сейчас.

Глядя на неё, Дженас не смог сдержать улыбку. Сам не осознавая, что улыбается, он повернулся к Маргарет и с налётом высокомерия произнёс:

"Боюсь, нет, Маргарет. У меня нет никакого желания адаптироваться к миру за пределами измерений, особенно когда я полностью контролирую ситуацию."

Глаза Маргарет яростно заблестели. Дженас скрестил руки и наблюдал за её возбуждённым лицом. Затем он придвинул стул и сел рядом с ней.

Маргарет удивлённо посмотрела на него.

Если отбросить его субъективные впечатления, внешне она была прекрасна. Но это странное чувство, которое он испытывал к ней, явно не было вызвано внешними факторами.

Возможно, дело было в том, что она побывала в другом измерении, что делало её особенной.

"Я не встречал никого подобного тебе за тысячу лет."

Небрежное замечание Дженаса заставило Маргарет нахмуриться.

"Ты чертовски красноречив. У тебя тысячу лет назад не было друзей, да?"

"Друзья? Зачем они мне? Хм. Ну, если твоя цель — убить время такими бесполезными разговорами, то ты преуспела. Это пустая болтовня, потому что тебе больше нечего сказать, но в этом нет ничего плохого."

Этого было достаточно, чтобы ему захотелось откладывать дело и продолжать говорить с ней.

Его реакция разозлила Маргарет, и она выпалила поток ругательств, которые с трудом сдерживала. Дженас слушал её брань с явным удовольствием.

Желая продолжить разговор, он решил сменить тему.

"Кстати, как ты справилась с ядом в прошлый раз?"

"Какой ещё яд…?"

"Цветок Тентатионема. Ты, кажется, была сильно отравлена. Как вы с этим справились?"

Маргарет, которая только что ругалась, вдруг замолчала, её лицо исказилось от боли. Она, казалось, пыталась понять суть вопроса.

Дженас вспомнил их последнюю встречу. Когда он увидел её в бункере, она уже была серьёзно зависима от цветка Тентатионема.

Он до сих пор чувствовал, как её лицо прижалось к его шее, когда она обняла его и не отпускала.

«Не уходи, пожалуйста…»

Её отчаянный, умоляющий голос вызывал в нём странное чувство.

"Что ты хочешь услышать?"

Маргарет раздражённо смотрела на него. То, как она бунтарски уставилась на него и стиснула зубы, только разжигало его любопытство.

Не сводя с неё взгляда, Дженас предложил:

"Если ответишь мне, я отвечу на один твой вопрос."

"Энох и Кайден помогли мне очиститься от яда. Больше ничего не спрашивай."

Маргарет ответила быстро, будто ждала этого, а затем бросила на него вызывающий взгляд. Её ответ напомнил Дженасу, что он оставил её тогда с Энохом и Кайденом.

«Может, стоило просто забрать её тогда.»

Он знал, как вывести яд Тентатионема, и теперь ему было немного жаль, что он не сделал этого.

"Теперь ответь на мой вопрос: если душа заложена этому острову, есть ли способ её спасти?"

Маргарет стояла у края магического круга, когда задала этот вопрос. Дженас сразу понял, зачем она это спрашивает.

"Я знаю, к чему ты клонишь, но это невозможно. Святую не спасти."

Затем с выражением снисходительности, словно бог, взирающий на смертного, он добавил:

"Разве что, если уничтожить весь остров. Если ты сможешь разрушить его полностью, не нужно будет отдавать душу в залог. Но, Маргарет, ты же не сможешь уничтожить остров, верно?"

Дженас на мгновение достал из кармана карманные часы и проверил время — оно уже истекло. Ему хотелось продолжить разговор с Маргарет, но он не желал больше тратить время.

Однако оставлять её сидеть с выражением отчаяния на лице было слишком скучно, поэтому он наконец заговорил:

"Вообще-то, есть один способ разрушить остров."

На её лице мелькнула надежда.

Её реакция была забавной — она так быстро повелась на его слова.

"На этом острове есть дверь в Империю Лэнгридж, которая открывается раз в год. Когда это происходит, Аната и я получаем новую жертву. Ты ещё не пробыла на острове и года. Что произойдёт, если ты попытаешься открыть дверь не в то время, когда цикл не завершён?"

"Что произойдёт?"

"На этом ответы на твои вопросы заканчиваются."

"Чёрт возьми, если уж рассказываешь, то расскажи до конца!"

"Ты тоже ответила не на все мои вопросы."

—Кваааанг!

Едва он закончил говорить, как раздался пугающе громкий грохот, и пол сильно задрожал. Казалось, будто за барьером произошло сильное столкновение. Дженас сердито уставился на дверь.

Кто-то прорвал защиту каюты.

— У нас гость.

Медленно поднимаясь с места, он услышал, как Маргарет яростно ударила по барьеру, окружающему магический круг.

— Куда ты идешь?!

— Встречать гостя.

— Выпусти меня!

— Звучишь забавно. Останься здесь, я тебя защищу.

— Ты предлагаешь мне сидеть тут, пока сам не придешь меня убить? Если собираешься говорить такое, просто заткнись нахрен!

Дженас рассмеялся, развлеченный её вспышкой. Может, и правда стоит оставить её в живых до самого конца. Это могло бы быть забавно.

— Я скоро вернусь.

С этими словами он вышел из святилища, оставив Маргарет одну в магическом круге.

Я изо всех сил пыталась выбраться из магического круга, но в конце концов выдохлась и снова рухнула на пол.

«Черт тебя побери, Дженас!»

Лежа и проклиная его, я вдруг почувствовала тяжесть на животе. Казалось, что-то массивное устроилось прямо на мне.

Я осторожно опустила взгляд и увидела Ынчжи, которая смотрела на меня с угрюмым видом.

«Что будет с Ынчжи?»

Даже если мне не удастся спастись, пусть хотя бы она сможет покинуть этот остров, вдохнуть свежий воздух и жить счастливо.

— Ынчжи, ты в порядке?

В ответ на мой вопрос она посмотрела на меня грустными глазами. Я никогда раньше не видела такого выражения на лице этой жизнерадостной и милой девочки.

Она выглядела подавленной. Казалось, она винила себя за то, что не может мне помочь. Мое сердце сжалось, и я погладила её по голове.

— Все в порядке, ты ни в чем не виновата.

Но мои слова, похоже, не помогли. Она уткнулась лицом в мой живот и оставалась в таком положении какое-то время.

Внезапно я почувствовала, как мана начала уходить из моего тела.

Ошеломленная странным явлением, я вдруг осознала: мана перетекает в тело Ынчжи. Её кожа начала слабо светиться.

— Стой, Ынчжи, что ты делаешь?!

Я вскрикнула от неожиданности, и она подняла на меня взгляд с растерянным выражением. Комнату заполнил ослепительный свет.

Когда свет рассеялся и зрение вернулось, я увидела огромную серебристую анаконду, всем весом придавившую меня.

— Ох...

Я вскрикнула от боли — живот сдавило так сильно, что дыхание перехватило. Серебристая чешуя зашевелилась, и змея быстро задвигалась. Даже сквозь боль я смотрела на это с изумлением. Ынчжи выросла до таких размеров, что едва помещалась в комнате.

Она металась по помещению в замешательстве.

Благодаря её эволюции часть свечей в круге погасла, а сам магический круг был разрушен. Он был начертан маной, поэтому его нельзя было просто так повредить.

Я сглотнула и, подойдя к искалеченному кругу, медленно протянула руку к барьеру.

Моя ладонь, которая должна была упереться в невидимую стену, свободно прошла сквозь воздух.

«Боже правый, он и правда исчез...»

Я вышла из магического круга. Ынчжи все ещё металась по комнате, явно не понимая, что происходит.

«Неужели эволюция Ынчжи как монстра повлияла на барьер?»

Я вспомнила невероятно огромную анаконду, с которой столкнулась на Северном острове. Что, если я дам ей ещё больше маны? Сможет ли она вырасти до размеров того чудовища?

«Если так...»

В голове мелькнула отличная идея.

— Эй, Ынчжи, как насчет того, чтобы пойти поиграть с этой няней?

Серебристая анаконда высунула язык, а на её морде появилось выражение, будто всё, что я скажу, для неё — закон.

==

Англ.п.:

Слово "Unnie" — это то, как женщина называет старшую сестру. Поскольку это не первый раз, когда Маргарет называет себя "Unnie" вместо "Noona" в присутствии Ынджи, я абсолютно уверена, что Ынджи — девушка!

Густой слой ядовитого газа окутал хижину.

Это было делом Дженаса.

Артдал оглядел охваченный хаосом лагерь.

Маргарет похитил Дженас, а Кайден внезапно исчез.

Рузеф едва пришел в себя, но, услышав о случившемся, впал в панику. Он винил себя во всем, что произошло.

— Архиепископ, сейчас вам нужно сосредоточиться на восстановлении, а самобичевание оставьте на потом.

Юанна, мягко успокаивая его, чтобы он не сломался окончательно, положила руку ему на грудь.

Чистый белый свет, исходивший из ее ладони, окутал их. Воздух словно очистился, и даже просто находясь рядом, Артдал почувствовал, будто его разум прояснился.

К счастью, цвет лица Рузефа заметно улучшился. Юанна вытерла каплю пота со лба и осмотрелась.

— Кажется, все в порядке, но архиепископу сейчас нужен покой.

Женщина по имени Аната помогла Юанне устроить место для отдыха Рузефа.

Артдал в изнеможении плюхнулся на сиденье.

— Черт, мое тело меня не слушается… Проклятая серьга!

Внезапно в его памяти всплыли слова Кайдена, сказанные перед исчезновением.

Вскоре после похищения Маргарет серьга Кайдена неожиданно засветилась. Артдал слышал, что это магический артефакт, но, похоже, с ним что-то было не так.

Произнеся эти слова, Кайден исчез.

Артдал не знал, с чего начать. Смогут ли они вообще покинуть остров?

Взгляд Артдала уловил движение: Энох собирался прыгнуть в барьер, густо покрытый ядовитым газом, но Диего едва удерживал его.

— Лучше просто разрушить его.

Энох обнажил меч, и желтый свет, похожий на молнии, яростно засверкал на лезвии.

Испугавшись, Артдал подбежал и схватил его за плечо.

— Эй, Банхван! Ты с ума сошел?!

Прерванный, Энох холодно взглянул на него.

— Успокойся!

— Успокоиться?! Ты просишь меня успокоиться, когда жизнь Маргарет под угрозой?!

Энох прорычал низким голосом. Его тон был тяжелым, полным убийственной ярости, и воздух вокруг мгновенно стал ледяным.

Но Артдал не отступил, крепко сжимая его плечо и указывая пальцем на барьер.

— Сколько людей погибло, пытаясь разрушить барьер, активированный маной? Зная это, ты все равно хочешь попробовать?!

Энох молча смотрел на барьер. Было невозможно понять, о чем он думал, но ясно одно — он был не в себе.

Артдал потерял дар речи, наблюдая, как Энох пытается прорваться через барьер одним лишь мечом.

Аура, исходящая от холодного клинка, медленно расширялась, окутывая тело Эноха.

Вскоре вокруг него закрутился свирепый ветер. Желтые искры разлетались во все стороны. Энергия была настолько подавляющей и смертоносной, что казалось, будто бьют настоящие молнии.

Тело Эноха покрывалось порезами от этой острой, разрушительной силы.

— Черт, ты же умрешь!

Крики Артдала были бесполезны.

— Все в порядке. Отойди. Это опасно.

Артдал в ярости топнул ногой, но Энох, похоже, не обращал на это внимания, полностью сосредоточившись на разрушении барьера. К тому же, он изначально не собирался ни от кого принимать помощь.

Стоять в стороне, не в силах ничего сделать, было безнадежно. Артдал смотрел на Эноха, погружаясь в жалость к себе.

В этот момент Юанна, закончившая ухаживать за Рузефом и понявшая ситуацию, обратилась к нему:

— Пока Его Высочество дышит, я готова рискнуть жизнью, чтобы исцелить его. Но сначала нам нужно найти способ пройти через барьер.

Услышав ее слова, Артдал закусил губу и отошел от Эноха. Он ничего не мог поделать, и топать ногами было лишь пустой тратой сил.

Единственное, что ему оставалось, — последовать совету Юанны и молиться, чтобы Кайден и Маргарет вернулись живыми.

После месяцев мучительного выживания на этом острове все они, казалось, сошли с ума. Каждый слишком легкомысленно относился к собственной жизни.

На самом деле, Артдал был таким же. Он уже начал думать, что не обязательно именно ему покидать остров.

С трудом удерживая рассудок от окончательного распада, Артдал наблюдал, как Энох рубил мечом ядовитый газ, расползавшийся фиолетовым дымом, пока наконец не проделал брешь в барьере.

— Я найду Маргарет.

С этими словами он исчез за барьером, не оставив остальным ни шанса отреагировать.

Теперь, когда даже Энох ушел, боевой дух группы рухнул.

Ха…

Потирая виски, Артдал вздохнул и посмотрел на Анату, которая сидела на земле в оцепенении.

— Тогда скажи, как нам покинуть остров. Ведь это ты привела нас сюда.

Артдал бросил ей язвительный взгляд. Юанна вздохнула, но не стала спорить, понимая его ярость.

— …В бункере под хижиной есть дверь. Нужно просто открыть ее так, чтобы Дженас не узнал. Используйте этот ключ.

Аната указала на ключ в руке Юанны. Та с удивлением посмотрела на него.

— И все? Просто открыть дверь?

— Она открывается только раз в год. Через нее мы привели испытуемых. Дженас сказал, что с этим ключом можно открыть ее, не дожидаясь года.

Аната пожала плечами и добавила:

— Не корите себя. Даже если бы вы узнали об этом раньше, у вас все равно ничего бы не вышло.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Артдал.

Аната на мгновение задумалась, затем посмотрела в сторону хижины.

— Вокруг хижины всегда стоит туман. Допустим, вы прорвались бы через барьер благодаря принцу, но даже близко не подошли бы к хижине и погибли бы. Вам повезло, что с вами была леди Флоне.

— О чем ты? Почему именно Маргарет…?

— Потому что ее душа из другого измерения, и некоторые системы острова Алеа на нее не действуют. Она могла использовать ману самостоятельно, верно?

— Да.

— Именно поэтому остров не распознает ее правильно и постоянно дает сбои.

Артдал и Диего не совсем понимали смысл ее слов, но Юанна, помнившая события до регрессии, догадалась.

— Я не знаю точно, что задумал Дженас, но, возможно, только Маргарет сможет ему помешать.

Аната кивнула в ответ.

Еще до открытия Врат Возвращения она надеялась, что Маргарет, попавшая сюда из другого измерения, станет ключом к их спасению.

И, к счастью, оказалась права. В отличие от времени до регрессии, никто не погиб — все были живы и дошли до этого момента.

За тысячу лет ни один испытуемый не атаковал хижину Дженаса с такой яростью.

— Не знаю, как она собирается его остановить, но, надеюсь, у нее получится, — пробормотала Аната с легкой надеждой.

Она добавила:

— Остальным я помогу сбежать, так что не волнуйтесь. Когда я открою дверь спасения, выходите по очереди. Не раздумывайте.

По заверению Анаты, Артдал скрестил руки и вздохнул.

— Это мило с твоей стороны — помогать, но я не настолько труслив, чтобы спасаться в одиночку, пока мои спутники в опасности.

— Я тоже не собираюсь бежать один, — добавил Диего, соглашаясь с Артдалом.

Юанна взглянула на Анату, будто думала то же самое.

Под всеобщими взглядами Аната вздохнула.

— Тогда я думаю, нам стоит сначала спасти кронпринца и леди Флоне, а потом уже моего потомка.

— Почему лорд Кайден — последний?

— Вероятно, потому что Дженас захватывает его тело. Вот почему мой потомок оказался в списке подопытных.

— ……Как такое возможно……

Шокированный Артдал запнулся, потеряв дар речи. Аната пожала плечами и составила план.

— Сначала нам нужно нейтрализовать барьер вокруг хижины.

— Как мы это сделаем?

— Я, конечно, не ровня Дженасу, но я тоже волшебница. Теперь, когда моя мана восстановилась, я могу разрушить барьер.

Кивнув, Артдал встал и поднял арбалет, бросая на Юанну решительный взгляд.

— Что ж, тогда давайте готовиться.

Энох укрепил дрожащие ноги и выпрямился, сжимая меч. Его одежда была изорвана в клочья, а тело покрыто ранами.

Струйка крови со лба стекала по щеке, но он не обращал на это внимания. Пробившись через преграду, он наконец оказался перед хижиной Дженаса.

— Не могу не восхититься твоей безрассудностью — прорываться сквозь барьер с активным магическим кругом, даже зная, что это может убить тебя.

Знакомый мужчина открыл дверь хижины, чтобы встретить его.

Энох уставился на человека с серебряными волосами, красными глазами и серьгой в правом ухе.

Тот широко раскинул руки, вдохнул воздух и посмотрел на Эноха с насмешливым выражением.

— Как и Маргарет, нынешняя молодежь слишком амбициозна. Но боюсь, ты не сможешь войти, несмотря на все твои усилия.

Лицо было безошибочно лицом Кайдена.

Но выражение, манера речи, язык тела — это был не тот Кайден, которого знал Энох.

Энох на мгновение оценил размер хижины и переднего двора.

Судя по рассказам Маргарет и Кайдена, на третьем этаже хижины находилась священная комната. Если Дженас похитил Маргарет и куда-то её унёс, это могло быть только там.

Определив местоположение, он выпрямился и направил меч на Дженаса.

— Ну давай. Ты правда думаешь, что сможешь противостоять мне, когда я в теле одного из твоих спутников? — Дженас усмехнулся, потирая подбородок.

Энох молча уставился на него. Внезапно лёгкий ветерок пронёсся сквозь окружающую тишину. Чёрные волосы Эноха развевались, и вскоре у его ног образовался мощный круговой вихрь.

Огненные искры, исходившие от меча Эноха, источали грозную ауру, способную подавить противника в мгновение ока.

Дженас на секунду опешил, затем восхитился.

Это был конец долгого эксперимента, и он выбрал только тех, у кого была величайшая мана на континенте, даже лично одобрив план. Но видеть их вживую — совсем другое дело.

«Герой войны, говорили? Это невероятно».

И всё же он не был ровней Дженасу, который обрёл идеальное тело и даже восстановил свою ману.

Дженас увернулся от броска Эноха, затем телепортировался за его спину и выпустил атакующее заклинание прямо в спину.

К счастью, Энох просто перекатился по земле и избежал удара. Это было поразительно быстро.

Выпрямившись, он вонзил меч в землю. Затем грунт треснул в направлении Дженаса, и вихрь яростного пламени рванулся через разлом, атакуя его.

Дженас поспешно активировал телепортацию, чтобы уклониться от летящего меча. Оказавшись перед Энохом, он начертил магический круг у его ног, пытаясь наложить заклятие оков.

Однако, поскольку Энох использовал свою ману для усиления меча, поток маны Дженаса нарушился, и заклинание не подействовало.

«Неплохо. Придётся отнестись серьёзно».

Дженас выпрямился и собрал ману. Над их головами закружился огромный луч света, увеличиваясь в размерах, и обрушился прямо на Эноха.

— БАМ!

Земля вокруг Эноха провалилась, сопровождаемая яростным порывом ветра.

Облако пыли полностью скрыло его из виду.

Тишина.

Никакого движения. Неужели Энох повержен?

«Всё кончено».

Это был его первый бой за долгое время, и он закончился слишком легко. Тем не менее, схватка была неплохой. Дженас цокнул языком и развернулся, чтобы уйти.

— Топ-топ.

Где-то вдалеке раздался звук шагов по земле. Вскоре что-то вынырнуло из пыли.

— Топ. Тук!

Энох был покрыт кровью, но, к удивлению, не пострадал. Дженас поспешно отпрыгнул в сторону.

— БУМ!

Меч вонзился в то место, где он стоял мгновение назад. Дженас уставился на него, слегка озадаченный.

Энох посмотрел на него и медленно поднялся, вытаскивая меч из земли.

— Какого чёрта?

Такая атака убила бы обычного человека. Энох — настоящий монстр.

«Может, стоит просто уничтожить весь остров, чтобы убить их всех разом?»

Но тогда тысячелетний эксперимент пойдёт прахом.

Придётся разобраться с этим лично.

Увидев, как Энох бросается на него, Дженас создал клонов. В мгновение ока его фигур стало две, затем три, четыре, пять…

Энох на секунду замешкался, и настоящий Дженас за его спиной создал острый как лезвие разряд молнии, ударив им.

На этот раз ты не увернёшься!

Он атаковал с полной уверенностью.

— Осторожно!

В этот момент появившийся из ниоткуда розововолосый мужчина оттолкнул Эноха, спасая его от атаки Дженаса.

Резкая вспышка молнии ударила розоволосого мужчину, Артдала, в одну сторону лица. Благодаря этому атака Дженаса была отклонена.

Артдал застонал от боли, его щеку жгло от мощного разряда.

— Угх!

Но он не сломал стойку, направив арбалет на Дженаса и нажав на спуск.

— Вжжж.

«Придется просто увернуться…»

Дженас изогнулся, чтобы избежать арбалетного болта.

Проблема была в том, что в этот решающий момент его тело начало двигаться само по себе. Он думал, что повернул налево, но на самом деле двинулся вправо.

«Черт.»

Тело Кайдена взбунтовалось против Дженаса.

Он едва увернулся от первой стрелы, но не от второй. В итоге Дженас был поражен стрелой Артдала и отброшен к деревянной стене хижины.

Артдал, покрытый кровью, тяжело дышал. Кровь стекала по глубокой ране, тянущейся ото лба до глаза.

— Эй, Банхван. Тебе надо следить за спиной.

Артдал, отчитавший Эноха с привычной аристократической надменностью, снова закашлялся кровью.

— Черт возьми, Артдал!

Энох поспешно проверил его состояние. Артдал, едва видящий одним глазом, с трудом поднял взгляд на Эноха.

Артдал услышал шум внутри хижины, осознал серьезность ситуации и сумел прорвать барьер до того, как Аната полностью его нейтрализовала.

Так что потеря глаза — его собственная заслуга. Это было мучительное испытание, но в конце концов он был рад помочь Эноху.

— Какой же опасный поступок ты совершил!

— Разве то, что делаешь ты, не столь же безумно?

Артдал рассмеялся. Он даже нашел время похлопать Эноха по плечу, шутя.

— Но мы все выжили, а мы ведь старые друзья по Академии, так что я помогаю тебе просто потому, что мы друзья.

Энох понял, что, несмотря на расслабленный вид, руки Артдала дрожали. Стиснув зубы, он помог ему подняться.

Передышка, конечно, была недолгой. Дженас выбрался из-под обломков, потирая шею, будто чувствуя скованность.

Дженас нахмурился, выдергивая стрелу из плеча. Он снова попытался атаковать двоих мужчин, но на этот раз его тело не слушалось.

— Ты не слушаешься, мой потомок. Ты все еще не сдаешься.

Если подумать, мужчина, который сначала бунтовал и сыпал проклятиями, внезапно успокоился и подчинился ему.

«Это было странно.»

В обычной ситуации он бы заподозрил неладное, но был слишком поглощен разговором с Маргарет, чтобы обращать внимание на что-то еще.

— Бам! Бум!

В этот момент что-то огромное проломило крышу хижины и взмыло в небо.

Это была гигантская анаконда. В эффектном появлении она раскрыла пасть и извергла пламя. Огненный столб пронесся по небу, испепеляя все вокруг.

Ее появление было настолько шокирующим, что подавляло все живое.

На голове чудовищной анаконды сидела крошечная человеческая фигурка.

Маргарет.

— Энох!

Она помахала им.

В тот же момент гигантская анаконда раздавила хижину и разорвала окружающий ее барьер.

— Р-р-р-р!

Барьер разлетелся, как стекло.

Как только он исчез, вокруг хижины распространился синий магический круг. Аната, находившаяся в процессе нейтрализации барьера, поняла, что происходит, и быстро изменила формулу.

Она наложила защитное заклинание на всех, кого видела, кроме Дженаса.

Все произошло в мгновение ока, благодаря неожиданному появлению Маргарет.

Даже Дженас в недоумении уставился на возвышающуюся анаконду и Маргарет.

«Кто, черт возьми, эта женщина?»

Как она выбралась из святилища? И как это чудовище эволюционировало?

Это не просто рушило его ожидания — это ломало сам ход его мыслей. Такого развития событий он точно не предполагал.

Диего, только что обнаживший меч, присоединился к Эноху и Артдалу против Дженаса.

Тот раздраженно цокнул языком и оглянулся на них.

«Какие же они надоедливые.»

Пока битва бушевала вдалеке, Аната и Юанна осматривали окрестности, поддерживая Рузефа.

— Надо оставить дверь открытой для быстрого отступления.

Юанна кивнула на слова Анаты.

Но анаконда обрушила хижину, перекрыв путь в бункер. Нужно было разобрать завалы и расчистить проход.

Аната и Юанна принялись за работу.

— Я… я тоже помогу.

Наблюдая за женщинами, Рузеф медленно поднялся, подавляя кашель.

— Архиепископ, вам лучше восстановить силы. Мы справимся сами.

Лицо Рузефа потемнело от слов Юанны. Бледный, он ответил:

— Я действительно в порядке. Позвольте мне помочь.

И без лишних слов начал поднимать тяжелые доски.

Аната, с трудом передвигая бревна, вздохнула и посмотрела на Рузефа.

— Говорят, ты запечатал внутри себя мать монстров?

Рузеф вздрогнул от вопроса и посмотрел на Анату, затем перевел взгляд на Юанну.

— Если точнее, духов. Духов, ставших жертвами этого эксперимента. Пока я был без сознания, я много говорил с ними. У всех них печальные истории.

— А… понимаю.

Аната замолчала, не зная, что ответить. Она неловко отвела взгляд. Возможно, потому, что именно она и Дженас были виноваты в страданиях этих духов.

Рузеф посмотрел на нее и спросил:

— Почему ты помогаешь нам?

Юанна тоже взглянула на Анату, ожидая ответа.

— Знаешь, кем становится человек, проживший тысячу лет?

Юанна и Рузеф покачали головами.

Аната слабо улыбнулась:

— Ты начинаешь чувствовать себя богом. Особенно когда наблюдаешь, как твои подопытные умирают на этом острове Алеа.

Рузеф подумал, что, возможно, сейчас так же чувствует себя Дженас.

— Но впервые за все время на этот остров ступила кровь дома Рохаде.

— Лорд Кайден? — уточнила Юанна.

Аната кивнула.

— Когда я узнала, что он мой потомок, мне стало не по себе. Я задумалась, какой была бы его жизнь, если бы его не выбрали в жертву.

Она пробормотала в полусне:

— Вот и все, честно говоря…

— То есть тебя волнует только твоя собственная кровь? Избирательная симпатия. Мы получаем помощь благодаря этому, а как насчет всех тех, кто погиб до нас?

Рузеф ответил с нехарактерным для него раздражением. Казалось, он с трудом сдерживал гнев.

Юанна молча наблюдала за ними. Аната не стала оправдываться.

— …Прости.

Однако извинения Анаты нисколько не тронули Рузефа.

Дженасу было гораздо труднее справиться с группой Эноха, чем он ожидал.

Мало того, что на них были надоедливые защитные заклинания, но и его собственное тело отказывалось его слушаться, когда нужно было атаковать.

«Я думал, ты сдашься и отдашь мне своё тело, но ты придумал эту милую маленькую уловку», — пробормотал он.

[Теперь ты понял?]

В ответ в его голове раздался голос Кайдена. Дженас рассмеялся и провёл рукой по волосам.

— Ты не можешь убить меня.

[Если нельзя убить тебя, тогда мы умрём вместе. Я не собираюсь умирать в одиночку.]

Ха. Дженас раздражённо вздохнул.

Похоже, Кайдену было проще сковывать его движения, пока они делили одно тело. И его стратегия действительно работала.

«Может, стоило просто наблюдать за экспериментом до конца? Возможно, вмешиваться лично было не лучшей идеей.»

«Я устал.»

В этот момент гигантская анаконда выдохнула пламя в сторону Дженаса.

Тот создал магический круг и легко поглотил огонь. Однако постоянные атаки группы Эноха начали его изрядно утомлять.

— Ынчжи, осторожно, это Кайден! — крикнула Маргарет с головы анаконды.

Только услышав этот возглас, Дженас осознал, что держит в руках их слабое место. Тело Кайдена было важно для него, но оно было важно и для них. На губах Дженаса появилась улыбка.

— Ах. Вот это должно всё упростить. Если вы не хотите смерти хозяина этого тела, вам всем лучше остановиться.

На мгновение группа Эноха прекратила атаковать.

Дженас огляделся и увидел, что даже Артдал и Диего встали рядом с Энохом, защищая Маргарет.

«Где Аната?»

Ни Анаты, ни Юанны с Рузефом не было видно. Мельком он подумал, что они, возможно, отправились искать выход.

«Аната не может знать, почему я отдал святой мастер-ключ.»

Ведь он ей не говорил.

— «Ты пробыл на этом острове меньше года. Что будет, если ты откроешь запечатанную дверь не в то время, когда цикл ещё не завершён?»

Маргарет, которая услышала то, что нужно было услышать Анате и Юанне, теперь стояла перед ним.

Дженас не мог сдержать смешка от абсурдности этой мысли.

Аната предала его, так что у него должен оставаться хотя бы один последний козырь. Не о чем беспокоиться.

Теперь всё, что ему нужно, — это забрать усиленную ману, когда подопытные умрут.

Как только он соберёт ману последних испытуемых перед собой, он наконец сможет открыть межпространственную дверь.

Почти готово. Почти закончено.

Как только дверь откроется, он снимет печать с кулона. С этой силой он получит абсолютный контроль над всеми измерениями.

[Думаешь, я просто буду стоять и смотреть, как ты это делаешь?]

Голос Кайдена прозвучал у него в голове, но Дженас проигнорировал его. Он знал, что Кайден не позволит ему закончить, так что нужно действовать быстро — а затем поглотить его душу.

Дженас слегка топнул ногой, создавая магический круг.

Крошечный вначале, он начал расширяться, пока не окружил полностью разрушенную хижину.

Увидев это, Энох и его группа бросились останавливать Дженаса, но столкнулись с барьером, который он создал при активации круга, и не смогли подойти ближе.

Теперь магический круг достиг таких размеров, что охватил весь остров.

Завершённый круг засиял и начал проявлять свою силу — колоссальную, зловещую.

Яркая вспышка — и куски земли начали подниматься с поверхности в небо. Казалось, мир разваливался на части. Энох и его группа были бессильны что-либо сделать.

— Нет!

Маргарет бросилась на Дженаса вместе с анакондой, чувствуя, как опасность вот-вот поглотит всю группу Эноха.

Но Дженас даже не моргнул, создал магическую верёвку и опутал ею атакующую змею. Анаконда рухнула, а Маргарет, находившаяся у неё на голове, полетела вниз.

— Чёрт тебя побери, Дженас! — закричала она, проклиная его.

«До конца остаётся милой женщиной.»

И тут он внезапно вспомнил:

— «Ты собираешься убить меня?»

— «Ты не выживешь в том мире без меня. Подумай. Я тебе нужна.»

Её слова пронеслись у него в голове.

Это было странно. Он чувствовал, будто Маргарет его загипнотизировала, будто он не сможет жить без неё, хотя знал, что она не это имела в виду.

Если она упадёт с такой высоты, то умрёт на месте.

Дженас увидел страх на лице Маргарет, падающей, как лепесток с опавшего цветка, и его сердце сжалось.

Прямо перед тем, как она ударилась бы о землю, Дженас мгновенно активировал мощную магическую формулу — и поймал её в свои руки.

Насильственный выброс магической формулы вызвал хаотичное сплетение магических волн. Дженас с хрипом выплюнул черную жижу.

Он был так близок к успеху — оставалось лишь наблюдать, как они все умрут, запертые в его магическом круге.

Но…

Тысячелетний план рухнул в одно мгновение. Из-за Маргарет.

Не могу поверить, что допустил такую ошибку.

Он был уверен, что сможет убить их всех своими руками, как делал это всегда.

Если бы он мог предвидеть это, то сначала раскрыл бы подвеску, чтобы использовать её для открытия межпространственного портала и захвата мира.

Всё началось с его высокомерия.

— Это… невозможно. Маргарет, что ты со мной сделала?! — прошипел Дженас.

Маргарет гневно сверкнула глазами: — Хватит болтать! Отпусти меня!

— Черт возьми…!! Что, черт тебя дери, ты со мной сделала?! Как ты вообще…?! КАК?!

Она отчаянно вырвалась, ударившись лбом о его голову. Дженас потерял равновесие, но лишь стоял в оцепенении, потрясённый.

Что за странное чувство?

Он вдруг осознал, что не хочет, чтобы она умерла, упав.

Ещё мгновение назад её жизнь не имела для него значения — она была лишь одной из тех, кого он собирался убить.

Этого не может быть. Я не верю.

[Спасибо, что пощадил Маргарет, идиот.]

В его сознании прозвучал голос Кайдена.

В тот же момент из тела Дженаса посыпались песчинки, рассеиваясь в воздухе, а затем собравшись в человеческую форму.

Магические волны сплелись в хаосе, власть Дженаса ослабла, и Кайден вернул контроль над своим телом.

Дженас сдавленно застонал, покатившись по полу. Кайден, придя в себя, тут же бросился на него.

— Тык.

Острая боль пронзила грудь.

Дженос ошеломлённо уставился на кинжал, торчащий из его тела.

«Не взаимодействуй с подопытными напрямую. Если ты начнёшь им сочувствовать или ассимилируешься с ними — всё кончено. Ты не сможешь их убить.»

Слова Анаты обрушились на него, как тонна кирпичей.

Он не был похож на неё. Тысяча лет не прошли для него легко.

Он был в этом уверен.

Когда он встретил Юанну, всё было в порядке… Почему же теперь…

В последний момент перед тем, как его зрение померкло, он увидел лицо Маргарет, с ненавистью смотрящее на него.

Он сохранил её образ в своих глазах — женщины, разрушившей его тысячелетнюю мечту в одно мгновение.

### Дженас мёртв.

Убедившись в этом, Кайден резко повернулся ко мне. В его глазах блестели слёзы.

— Маргарет! Я так рад, что ты в безопасности. Я так счастлив… так счастлив…

Он крепко обнял меня, прижавшись лицом к плечу. Всё его тело слегка дрожало.

Это я должна была сказать. Я так рада, что Кайден вернулся целым и невредимым.

Я едва могла оправиться от шока, когда Дженас захватил его тело.

Слёзы навернулись на глаза, и я крепко обняла его в ответ, гладя по спине. Он рыдал, не в силах сдержать эмоции.

Энох подбежал ко мне, тяжело дыша. Он осмотрел меня, взглянул на измождённое лицо Кайдена и облегчённо вздохнул.

Проведя большой ладонью по моим волосам, он молча отвернулся, ещё раз проверив, что Дженас действительно мёртв.

Дженас действительно мёртв.

Не верилось, что этот мерзкий человек наконец погиб. Лишь когда мы окончательно убедились, что он недвижим, мы смогли расслабиться.

Всё кончено. Правда кончено.

Но странным образом в памяти всплыло последнее выражение лица Дженаса — будто он чувствовал, что я его предала.

Я подняла с пола подвеску, запечатанную магией Повелителей Башен.

— Кх-кх…

Раненый Артдал закашлялся кровью.

Кайден, всё ещё обнимая меня, внезапно потерял сознание, словно исчерпав все силы.

Взяв себя в руки, я быстро собрала группу. Диего подхватил Кайдена, а Энох помог подняться Артдалу.

Все они были в тяжёлом состоянии. Нужно было срочно добраться до Юанны.

Ынчжи, снова превратившаяся в крошечную змейку, быстро обвилась вокруг моей руки.

Я поспешно стала искать Юанну и Анату. Артдал сказал, что они нашли выход и оставили дверь открытой.

Выход.

Тут я вспомнила свой разговор с Дженасом:

— На этом острове есть дверь в Империю Лэнгридж, которая открывается раз в год. Когда это происходит, мы с Анатой получаем новую жертву. Ты ещё не пробыла здесь и года. Что случится, если попытаться открыть дверь не в то время, нарушив цикл?

— И что же?

— На этом твои ответы заканчиваются.

Что, если та дверь, которую искали Юанна и остальные…

Нет, я уверена — это именно та дверь.

Единственное, что можно было назвать «дверью спасения» в хижине, находилось в бункере.

Только сейчас до меня дошло, зачем Дженас дал Юанне «мастер-ключ».

— Какой смысл в этом ключе? Он же не стал бы давать его просто так, только чтобы открыть бункер.

— Может, это ловушка на случай провала плана?

— Тогда, возможно, открытие «чего-то» этим ключом и есть ловушка.

Наши догадки оказались верны. Вот почему Дженас дал Юанне мастер-ключ.

Если бы кто-то нашёл дверь в бункере, он мог бы открыть её с помощью ключа Юанны.

Но зачем?

Ответ один: открытие двери не только разрушит остров, но и убьёт нас.

На этом острове много способов умереть — и ключ, возможно, один из них.

— Что случится, если открыть дверь не в то время?

Его слова застряли у меня в голове.

— Надо спешить! Нужно остановить Святую, пока она не открыла дверь в бункере!

Я крикнула это группе, и мы, разгребая завалы разрушенной хижины, бросились к входу в бункер.

Среди обломков они нашли ту самую дверь.

Юанна стояла перед ней и повернулась к Анате. Та молча кивнула — пора открывать.

Глубоко вздохнув, Юанна достала из кармана ключ. Тот самый ключ, который открывал комнату, где была запечатана Аната.

Мастер-ключ, который Дженас дал ей до её возвращения в прошлое.

«Всё должно быть в порядке, да?»

Внезапно она вспомнила вопрос, который задавала Маргарет ранее:

— Можно ей доверять?

«Можно», — подумала Юанна, и её мнение не изменилось. Ведь Аната пожертвовала собой, позволив Дженасу запечатать её.

Но всё же она колебалась.

— Я знаю, ты сомневаешься, но это единственный выход, — вздохнула Аната, словно читая её мысли.

После долгой паузы Юанна вставила ключ в замочную скважину.

— Святая!

Голос Маргарет раздался сквозь обломки разрушенной хижины. Юанна обернулась.

— Маргарет, как я рада, что ты в порядке!

— Спасибо за заботу. Но, пожалуйста, не открывай дверь. Дженас сказал кое-что, что меня насторожило.

Маргарет, с маленькой змеёй, обвившей её руку (меньше, чем обычно), тяжело дышала после спешки.

— Аната, ты говорила, что эта дверь открывается каждый год, верно?

— Да, — кивнула Аната, подтверждая её слова.

— Я спросила Дженаса, есть ли способ для Святой, чья душа привязана к острову, сбежать. Он ответил, что это возможно, если разрушить остров, и даже объяснил, как это сделать…

Маргарет указала на запертую дверь.

— А потом спросил: «Что произойдёт, если открыть дверь, которая должна открываться раз в год, раньше времени?»

— Что это значит? — нахмурилась Юанна.

Маргарет пожала плечами и осторожно вынула ключ из замка.

— Святая, ты сказала, что этот ключ Дженас дал тебе до возвращения в прошлое.

— Да… так и было.

— Зачем ему давать тебе мастер-ключ, способный открыть дверь для побега?

— …!

— Думаю, это ловушка. Если открыть дверь раньше года, остров будет разрушен.

— Но, если остров разрушится, мы сможем отсюда выбраться. Разве это не хорошо?

— Проблема в том, как именно Дженас это сказал. Контекст был… странным. Думаю, дело не только в разрушении острова. Аната, ты точно ничего не знаешь?

При этих словах все взгляды устремились на Анату — и Юанны, и Рузефа, и тех, кто стоял за спиной Маргарет.

— Что…?

Аната выглядела ошеломлённой, лишь беспомощно моргая. На её лице читалось глубокое разочарование, когда Юанна посмотрела на неё с недоверием.

— Аната, ты правда ничего не знаешь?

— Не может быть, чтобы Дженас обманул меня и подстроил всё это. Это невозможно… — Она замолчала, погрузившись в мысли, а затем резко взглянула на Юанну.

— Я не знаю, зачем он дал тебе этот ключ и не забрал обратно. Но если так, то лишь потому, что хотел создать «интересную переменную» — что-то вроде развлечения. Он надеялся, что ты откроешь дверь, поверив, что это выход. Как раз сейчас.

— …!

— Конечно, ему всё равно, откроешь ты дверь или нет… для него это просто игра.

Юанна нахмурилась, не понимая.

— Если мы насильно откроем дверь, остров разрушится. Разве это выгодно Дженасу?

— Эта дверь — часть системы острова. Если её сломать, остров рухнет, но не только он. Это затронет всех, кто связан с системой.

— А…

— Скорее всего, вы все погибнете, за исключением вашей маны. Разрушение острова — лишь небольшая потеря для Дженаса. Его цель — забрать вашу ману и божественную силу, чтобы открыть межпространственный портал.

С тёмным выражением лица Юанна уронила ключ на пол.

— Тук.

Все взгляды устремились на упавший ключ.

И тут Аната спросила:

— Подождите… а где сам Дженас?

— Он мёртв.

Лицо Анаты резко побледнело, когда Маргарет произнесла эти слова.

«Не может быть. Он правда умер?»

Аната покачала головой, повторяя эти слова в неверии. Ей было трудно поверить, что Дженас мертв.

Как же так? Мы прожили тысячу лет, а он умер так просто? Разве это имеет смысл? Дженас был магом, который даже в самых отчаянных ситуациях оставлял себе путь к отступлению.

В груди Анаты зияла пустота, будто там образовалась дыра.

Её последняя цель — помочь своему потомку и подопытным сбежать — не предусматривала смерти Дженаса. Она не могла поверить, что его больше нет.

«Со мной действительно всё в порядке?»

Аната задала себе этот вопрос, но ответа не последовало.

Она была готова к тому, что тысячелетний план рухнет, пока она пытается спасти последних подопытных. Но она не думала о смерти брата, который был с ней все эти века.

Нет, это бессмысленно. Бессмысленно.

Она знала, что не заслуживает сожаления, но не могла избавиться от ощущения, что его смерть будто перечеркнула её собственное существование.

«Где тело Дженаса?» — снова спросила Аната, её голос звучал слабо.

Артдал, покрытый кровью, ответил вместо Маргарет:

«Какая разница? Хочешь отомстить?»

Аната замерла от его слов.

«Месть…? Разве это чувство можно описать одним словом?»

Она ответила с пустым взглядом, а затем рассмеялась. Её смех был пустым, как звенящая жестяная банка.

Продолжая смеяться, словно безумная, она медленно поднялась с места.

«Отведи меня к Дженасу. Если эта дверь — ловушка, есть другой способ её открыть».

«Другой способ?»

Маргарет бросила на Анату тревожный взгляд, но та была непреклонна.

«Отведи меня к Дженасу, и я всё объясню. Он мог обмануть меня один раз, но не два. Это я создала систему на этом острове».

Юанна сузила глаза, не понимая её слов.

«Я ценю, что вы все пытаетесь помочь мне сбежать, но я не могу задерживать всех из-за себя. Я уже приняла решение, так что не беспокойтесь обо мне и найдите лучший путь к спасению».

Диего, до этого молча слушавший разговор, нахмурился и резко сказал:

«Я не оставлю тебя здесь. Если ты решила остаться, я останусь с тобой».

Его твёрдый тон озадачил Юанну, а Аната, слушавшая их, снова рассмеялась.

«Я не собираюсь возвращаться назад ради спасения Святой, так что не надо тут разыгрывать героизм».

Несмотря на её слова, серьёзные лица Юанны и Диего не изменились.

«Ладно, тогда пошли».

Не успела Маргарет договорить, как кончик меча Эноха угрожающе упёрся в шею Анаты.

«Не вздумай ничего вытворять».

«Всё равно у вас нет выбора», — ответила Аната, и Маргарет покорно повела её к телу Дженаса.

По пути Аната бросила взгляд на Кайдена, которого нёс Диего.

Серёжка в его ухе тихо позвякивала и сверкала.

Остальные были слишком заняты, чтобы заметить.

Аната отвернулась, делая вид, что не видит, как серёжка Кайдена на мгновение вспыхнула.

В кромешной тьме.

Дженас открыл глаза в бездне, где не было ни проблеска света.

Он знал, где находится. Внутри тела Кайдена.

Маги могли создавать внутри тела пространство для хранения души, и вот он здесь.

Лишь крошечный осколок его души остался в Кайдене.

Он раздробил свою душу на мелкие песчинки и захватил тело Кайдена. Совсем стереть песчинку сложно — это было ожидаемо.

«Силы почти не осталось, но это даже хорошо…»

Дженас вспомнил последние моменты перед смертью. В его памяти осталась Маргарет.

Платиновые волосы, ярко-синие глаза, словно драгоценные камни. Загадочное лицо.

«Чёрт, я всё ещё не могу её забыть».

Мысли о ней не давали покоя, раздражая.

Может, потому что она разрушила его эксперимент, он не мог перестать думать о ней.

«Проснулся?»

Знакомый голос ударил по слуху. Дженас медленно поднялся в темноте.

На краю его зрения сидел Кайден, скрестив руки и пристально глядя на него. Он указал на серёжку в своём ухе.

«Эта штука работала даже после твоей смерти. Я сразу понял, что что-то не так».

Дженас слушал его с каменным лицом. Кайден продолжил:

«Довольно изящно раскрошился. Я никогда не слышал, чтобы душу можно было разбить на такие мелкие части…»

«Конечно не слышал. Ни один маг не превзошёл меня, а то, что ты убил снаружи, было лишь частью моего осколка», — высокомерно ответил Дженас.

Он был мерзавцем, но и величайшим архимагом, чьё имя останется в истории. Кайдену нечего было возразить.

Он молча смотрел на Дженаса, затем сказал:

«Ты влюблён в Маргарет».

«…что?»

Дженас недоверчиво уставился на него, а Кайден рассмеялся.

«Ты сам этого не осознаёшь, да?»

Дженас криво усмехнулся. Его потомок был слишком дерзким.

«Она раздражающе интересна, но назвать это любовью — смешно», — нервно ответил он.

Кайден цокнул языком и покачал головой, затем с преувеличенной драматичностью заявил:

«Увы, ничего не выйдет. Всё равно она моя, так что неважно. Не могу поверить, что такое чудовище, как ты, влюбилось в неё».

…Маргарет твоя?

Не выдержав, Дженас огрызнулся:

«Маргарет — не вещь. Разве так говорят о той, кто нравится? Она бы обиделась».

«Тьфу. Тебе, предок, самому обидно должно быть. Это ведь ты ради Маргарет отказался от тысячелетнего плана, да?»

«Разве похоже, что я отказался? Я же всё ещё здесь. У тебя очень узкий взгляд, потомок».

Кайден замолчал.

Дженас вдруг подумал, что сейчас Маргарет, скорее всего, рядом с Анатой.

…Интересно, с ней всё в порядке?

До этого ему было всё равно, жив кто-то или мёртв. Жизни подопытных, других магов — всё было лишь инструментом для его планов.

Но почему он волнуется за Маргарет?

Раздражённо проведя рукой по волосам, Дженас заметил, что Кайден наблюдает за ним, и быстро взял себя в руки.

«Слушай, потомок. Ты не сможешь убить меня, а я не собираюсь просто так покидать это тело. Я найду способ и однажды полностью захвачу его».

Если не сейчас, то, когда восстановит силы.

Дженас был уверен. К тому же у него всё ещё был кулон.

«Ты ведь сам сюда не приходил, да? Вряд ли ты добровольно впал в анабиоз».

Кайден скривился от этих слов. Дженас попал в точку.

Внутри он был спокоен. Серёжка, контролирующая Кайдена, всё ещё работала. Пока его душа жива и связана с ней, она будет действовать до самой смерти Кайдена.

Однако я чувствовал, что моя душа сейчас очень слаба. Я — бесплотный дух, поэтому у меня нет ни сердца, ни чего-то подобного.

Он глубоко вздохнул и снова посмотрел на Кайдена, улыбнувшись.

— Ты хочешь проснуться, но не можешь, и как ты можешь иметь тело полностью в своём распоряжении, если я здесь? Разве что поделишься им со мной.

Кайден ответил:

— Ты предлагаешь мне сыграть в игру на выдержку? Сколько бы крупиц души у тебя ни осталось, я уверен, их совсем немного, учитывая твоё нынешнее состояние.

Кайден раскрыл руки и начертил магическую формулу. У его ног постепенно сформировался магический круг, озарённый чистым белым светом.

Он уставился на Дженаса свирепым взглядом и сказал:

— Возможно, я не смогу уничтожить все фрагменты твоей души, распространившиеся по моему телу, но каждый раз, когда я буду стирать один из них, твоя сила будет уменьшаться.

Он был прав. Однако у Дженаса не было ни малейшего намерения покорно принимать его атаки.

Кайден добавил:

— Я уничтожу столько, сколько потребуется, прежде чем ты даже сможешь подняться. Либо же я поглощу тебя целиком, сделав частью своего тела.

— Хм. Тогда мы станем одним целым. Ведь я — твой предок, а ты — мой потомок, так что у нас одна кровь. Не самый плохой конец. Но действительно ли нам нужно сражаться здесь? Это вряд ли полезно для твоего тела.

— Думаешь, я просто так позволю тебе существовать без последствий? Я обездвижу тебя, чтобы провести магию контракта, сволочь.

Огромный вихрь поднялся из магического круга у ног Кайдена. Вскоре он превратился в яростный, бурлящий поток, который мгновенно поглотил Дженаса.

Но это не подействовало на него. Тело Дженаса рассыпалось в мелкий песок и устремилось к Кайдену, словно ветер. Затем его форма восстановилась прямо перед глазами Кайдена, и он со всей силы ударил его кулаком в лицо.

— Даже не думай использовать магию.

Дженас прижал руку Кайдена, не давая ему создать магическую формулу, и начертил магический круг на его ноге.

— Чёрт! Отстань от меня!

— Я же сказал, мой потомок: в этом мире нет волшебника, который мог бы превзойти меня.

Дженас прошептал это на ухо Кайдену и уже был готов сковать его.

Но внезапно откуда ни возьмись ударила молния.

Она пронзила тело Кайдена и ворвалась в пространство их битвы. Острый разряд ударил прямо в Дженаса.

По какой-то причине молния не затронула душу Кайдена, поразив только Дженаса.

— Что за…?!

Таинственный разряд ударил его в живот, в то время как он боролся с Кайденом своей ослабленной душой. В конце концов Дженас рухнул, корчась от боли.

Кайден усмехнулся, не веря своим глазам.

Что-то происходит снаружи.

Эта молния… Кажется, я видел её раньше.

— Не знаю, что происходит, но это к лучшему. Отныне ты мой раб. Возможно, ты и великий маг, но вот чем всё закончилось.

Кайден топнул ногой. Под ним и под сражённым Дженасом, кричавшим от боли, возник магический круг.

Если невозможно стереть его душу, которая и так рассыпана, как песчинки, тогда я просто скую её внутри себя, чтобы она не захватила моё тело.

Кайден с преувеличенной торжественностью прошептал Дженасу:

— Контракт начинается сейчас. Я заставлю тебя страдать вечно.

Я провела Анату во двор перед хижиной, где лежало тело Дженаса.

Там оно покоилось в луже крови. Дыхания уже не было.

Я думала, что убить его будет сложно. Но в конце концов, разве даже архимаг — не просто человек со своими слабостями?

Аната пошатнулась и упала на колени перед Дженасом. Мы молча наблюдали.

Лишь Диего, все еще несущий на руках Кайдена, настороженно следил за ней.

Плечи Анаты дрожали. Она рыдала. Поплакав так некоторое время, она подняла голову — ее лицо было искажено отчаянием.

Она повернулась ко мне и спросила:

— А где кулон?

Не вынимая кулон из кармана, я ответила:

— Я спрошу тебя снова. Ты действительно не знала, что нельзя насильно открывать дверь побега?

Она беспомощно посмотрела на меня, словно утратившая волю отвечать.

Вскоре Аната медленно кивнула:

— Я правда не знала. Но поверишь ли ты мне, сколько бы я ни говорила?

— Если ты убедишь меня, почему помогала нам… тогда поверю.

Услышав мои слова, Аната взглянула на Кайдена, которого Диего держал на руках.

Кайден всё еще не очнулся после своего падения. Похоже, он перенапрягся.

— Я знаю, что я грешный человек, но не уверена, что смогу убедить вас. Ведь это я разработала весь этот проклятый эксперимент.

Аната смотрела на меня так, будто не собиралась ничего объяснять, словно говоря: «Убей меня, если хочешь».

Возможно, она говорила правду. Вряд ли Дженас раскрыл бы ловушку даже родной сестре, если та его предала.

— Да, ну… это нас не убеждает. Ты одна из создателей этого чёртова эксперимента, — лицо Артдала побагровело от гнева.

Он прикрывал один глаз тряпкой, оторванной от футболки, и, благодаря божественной силе Юанны, кровотечение остановилось.

Энох, всё еще направляя меч на Анату, произнёс ледяным тоном:

— Единственная причина, по которой я до сих пор не убил тебя — ты единственная, кто знает, как отсюда выбраться.

Аната закрыла лицо руками, корчась от муки.

— Но я хочу, чтобы вы поверили: да, это я и Дженос разработали и вели эксперимент на острове, но мы были не одни. Были и другие — силы, маги, и все они погибли здесь, не сумев выжить.

……

Да, я ожидала этого. Святой Престол и Дом Рохаде участвовали в этом эксперименте. И я не сомневалась, что были и другие, кто помог отправить нас сюда.

«Все, кто пришел со мной, мертвы, так что я один» — так сказал мне маленький Дженас при первой встрече. Он явно имел в виду «людей», а не «кого-то».

Хижина Дженаса была слишком велика для двоих. В ней было столько комнат, что там могло разместиться как минимум десять человек.

И она была в беспорядке, будто там жило много людей, а не один или двое.

— Они спонсировали этот эксперимент тысячу лет, убивая тех, кто против, убивая тех, кто знал правду, снова и снова — лишь потому, что Дженас, зачинщик эксперимента, держал их всех в узде.

Тысячу лет они это делали. Это заставило меня осознать всю мерзость человеческих желаний и ту жестокость, на которую они способны.

Аната продолжила:

— Они поклонялись ему, как богу. Архимагу, прожившему тысячу лет — почему бы не служить? Но он опьянел от собственной славы, уверенный, что успех эксперимента оправдает эти тысячу лет. А я так не считаю. Этот эксперимент нужен только им.

— И эти люди — Святой Престол и Рохаде?

На мой вопрос Аната на мгновение задумалась, будто собираясь с мыслями.

Через паузу она ответила:

— Не только они. Все вы здесь, потому что вас предали те, кто был вам близок… ну, или не очень.

Значит, меня затащили на этот остров потому, что меня предали?

Горло сжалось, когда я вспомнила все испытания, через которые прошла, оказавшись здесь без причины.

— Когда покинете остров, найдите пион, опутанный паутиной. Это доказательство их причастности.

Закончив, Аната перевела взгляд на Кайдена. В её взгляде было что-то многозначительное.

Заинтересовавшись, я последовала за её взглядом, осматривая Кайдена, но ничего необычного не заметила.

Остальные были шокированы её словами, но вскоре их внимание вернулось ко мне. Казалось, они ждали, что я скажу.

Я снова спросила Анату:

— Как ещё можно покинуть остров? И, разумеется, Святая тоже сможет?

— Если остров будет разрушен, оковы души потеряют смысл, и Святая сможет уйти. Даже если вы откроете дверь побега насильно, вам понадобится сила, превосходящая её, чтобы портал заработал.

— П-подожди… я правда… правда смогу уйти с острова? — перебила Юанна, её голос дрожал.

Она на мгновение прикрыла рот, словно пытаясь взять себя в руки, затем с недоверием уставилась на Анату.

Та молча смотрела на неё, затем кивнула:

— Сможешь. Я это устрою.

Ошеломлённая, Юанна растерянно огляделась. Видимо, она всё ещё не могла поверить.

— Не обнадёживай себя заранее, потом будет только тяжелее…

Я встала рядом и тихо взяла её за руку. Её лицо исказилось, когда она посмотрела на меня. Прикусив губу, она опустила голову.

Аната, всё ещё наблюдая за нами, сказала:

— Духи, что заключены в тебе — те, что не освящены — освободи их. Они помогут разрушить остров. Я сниму печать с кулона и открою портал, чтобы вы смогли сбежать.

Все взгляды устремились на Рузефа.

Будто ожидая этого, он холодно ответил:

— Не то, чтобы я хотел, чтобы ты жила… но знай: если я выпущу духов, они тебя не пощадят.

……

— Их сила больше, чем ты думаешь. Даже если ты снимешь печать с кулона и возьмёшь его силу, ты не сможешь противостоять им.

— Я сказала: моя цель — вывести вас всех отсюда. Эксперимент провален, и мне всё равно уготован ад. Мне не нужно твоё сочувствие.

Никто не мог ответить на её слова. На мгновение воцарилась тишина.

Она — женщина, тысячелетиями игравшая судьбами людей. Ни у кого не было к ней ни капли жалости.

Приглядевшись, я заметила, что её красные глаза были пусты. Казалось, она отказалась от всякой воли к жизни.

Пожалуй, мне не стоит бояться, что она возьмёт силу кулона, передумает и предаст нас, как сказал Рузеф.

По правде, у нас не было другого выбора, кроме как отдать кулон Анате.

После долгих раздумий Рузеф тихо положил руку на мою, сжимавшую кулон.

— Ярость духов невообразима. Как только я выпущу их, остров может рухнуть моментально, так что бегите, как только откроется портал.

Услышав это, я мельком взглянула на Ынчжи, которая цеплялась за мою руку и любопытно выглядывала. Если что, возможно, мне придётся скакать на ней к порталу — она очень проворная.

— Но разве кулон можно раскрыть без Дженаса?

— Знаешь, что? Это не тело Дженаса. Это часть его души, сгусток его маны. Я могу снять печать, соприкоснувшись с его душой.

Аната указала на труп Дженаса. Что ж, если это ненастоящее тело, тогда логично.

Я на мгновение заколебалась, затем протянула ей кулон.

"Все, отойдите!"

Она произнесла это шёпотом, беря кулон. Мы медленно отступили от неё.

Аната взяла кровь Дженаса и прижала её к аметисту в форме слезы, вставленному в кулон. Над кулоном вспыхнуло чистое белое сияние, и начала рисоваться магическая формула. Похоже, это было заклинание для снятия печати.

Увидев это, Рузеф глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он пробормотал несколько слов под нос, и внезапно небо начало темнеть.

Это было то же самое явление, что и в тот день, когда духи были запечатаны внутри тела Рузефа, а также когда печать была разрушена перед хижиной, и мана вырвалась наружу.

— Вспышка!

Белая молния ударила с небес.

Длинные волосы Рузефа развевались на ветру. Энох мягко притянул меня к себе, обняв сзади, словно защищая.

Подул ещё один порыв ветра, прогремел гром, а затем снова ударило несколько молний.

[Ааааааа!!!]

Громкие крики, возвещающие об освобождении, пронеслись по небу, звуча жутко, будто десятки людей издавали их одновременно.

Из тела Рузефа вырвался ослепительно белый свет, а затем с неба ударила молния, поразив Анату.

Это было похоже на божественную кару.

— Вспышка! Грохот!

Тело Анаты вспыхнуло пламенем. Она закричала от боли.

Её лицо уже невозможно было разглядеть сквозь огонь.

Внезапно молнии, атакующие Анату, начали бить и по Кайдену. Нет, почему они вдруг стали поражать его?

"Кайден!!!" — закричала я, бросаясь к Диего, который нёс его.

К счастью, Кайден не был охвачен пламенем, как Аната. Энок проверил его состояние и подтвердил, что тот жив. В отличие от Анаты, духи, казалось, были сосредоточены на чём-то другом.

Странно, но молния никак не повлияла на Диего.

"Эй, похоже, портал открылся!"

В этот момент Артдал указал на запад. Действительно, в западной части неба поднялся мощный вихрь, и там начало формироваться нечто вроде чёрной дыры.

Почувствовав, как земля дрожит под ногами, я передала ману Ынчжи. Её тело медленно увеличивалось, пока не приняло форму гигантской анаконды.

Подпрыгнув ей на голову, я крикнула остальным:

"Все, забирайтесь!"

Я увидела, как Диего тащит Юанну, которая не могла оставить Анату.

Когда все оказались на голове Ынчжи, я оглянулась на Анату. Она всё ещё горела.

В этот момент магическая формула Анаты завершила своё проявление и величественно закружилась над кулоном, поднимаясь над пламенем.

Вскоре она расширилась, охватывая всю территорию.

Внезапно все звуки приглушились.

А затем земля содрогнулась от мощного света. Казалось, остров действительно начал самоуничтожаться.

Сквозь пламя донёсся угасающий голос Анаты:

[Я открыла врата. Уходите сейчас же… и передайте моему потомку…]

Как только Ынчжи приготовилась к прыжку, Аната добавила последние слова:

[Спасибо, что живы.]

После этих слов пламя, охватившее её, вспыхнуло с новой силой. Очередь ослепительных молний обрушилась на огненный шар, поглотивший Анату.

Молнии продолжали бить не только по Анате, но и по Кайдену. Перед ним и за ним сидели я и Энок, но на нас разряды не действовали.

Что, чёрт возьми, они делают с Кайденом?

"Угх…"

Кайден простонал от боли.

Рузеф в панике попытался остановить молнии, но тщетно. Они неумолимо поражали Кайдена.

"Похоже, это не смертельно, но, если продолжится, может стать опасным", — сказал Энок, проверяя его состояние.

"Думаю, нам нужно срочно уходить!" — крикнул Рузеф, и я приказала Ынчжи ускориться.

Земля трескалась и дрожала. Со стороны моря надвигалось огромное цунами, затопляя берег.

Возле западной части острова чёрная дыра всё ещё формировалась, и вскоре перед ней появились врата. Это был портал. Ынчжи, несущая нас, быстро устремилась к нему.

Но чем ближе мы подходили к порталу, тем сильнее становились магические волны. Мы все чувствовали, будто наши тела разрываются на части. В тот момент я подумала, что мы умрём, так и не добравшись до врат.

Внезапно вокруг Ынчжи и нас сформировался чистый белый защитный барьер.

Артдал, сидевший позади, воскликнул:

"Защитное заклинание! Похоже, та волшебница сдержала слово и помогает!"

[Уничтожить!!!]

Услышав безумные голоса духов, мы пронеслись сквозь портал на гигантской Ынчжи.

В тот же момент остров взорвался.

Как только мы полностью прошли сквозь врата, духи перестали атаковать Кайдена.

И вот мы вернулись в Империю Лэнгридж, о которой так мечтали, но с одной небольшой проблемой.

Мы оказались посреди войны между Империей Лэнгридж, Королевством Хестия, силами Святого Престола и Северных Империй.

Разумеется, вид гигантской анаконды, упавшей с неба, привёл солдат в полное смятение.

Ноэль Беннон Рутисон, боец центральной пехоты Империи Лэнгридж, молился о том, чтобы эта отвратительная, бессмысленная война за земли поскорее закончилась.

Континентальная война вновь разгорелась на Святой Земле Ромализана. Перед тем как отправиться на сегодняшнее сражение, Нойель проснулся на рассвете, поставил напиток перед бараком и начал молиться.

Его товарищ Хайзен, проходя мимо, спросил:

— Ноэль, что ты делаешь так рано?

— Разве не видно? Молюсь, чувак.

— Твой способ молитвы, видимо, изменился без моего ведома.

— Это традиция Северной Империи. Говорят, если молиться вот так, боги земли тебя услышат.

— И ты веришь в такие суеверия? Святая Инквизиция тебя за такое на костре сожжёт.

— Мы и так уже воюем со Святым Престолом не на жизнь, а на смерть. Какая разница?

Хайзен не нашёлся, что ответить, и наконец замолчал.

Именно так. Эта безумная война в Ромализане была битвой за власть между всеми силами Западного континента: Святым Престолом и Ассоциацией Магов (Башней Волшебства), Империей Лэнгридж, Королевством Хестия и северными княжествами.

— Куда пропали те семеро? Это настоящая загадка, которая навсегда останется в истории. Только если они вернутся, эта чёртова война наконец прекратится, — пробормотал Ноэль со вздохом.

Хайзен пожал плечами, оглядывая солдат, суетящихся с восходом солнца.

— Если только их действительно не забрали боги, я не понимаю, как они могли исчезнуть так внезапно за один день.

И это говорил Хайзен, который не верил в богов.

Ноэль удивлённо поднял брови.

— С чего ты вдруг такое говоришь?

— Просто… так сейчас говорят.

Его самоуничижительный тон тут же нашёл отклик у Ноэля.

В этот момент у входа в барак раздался голос начальства. Это был лорд Фельдхайм, их боевой командир.

Полностью экипированный и вытянувшийся по стойке «смирно», лорд Фельдхайм бросил на Ноэля и Хайзена ледяной взгляд.

— Что вы тут делаете, господа? Разве вы не готовы к войне?

— Мы готовы!

— Прошу прощения. Сейчас начинаем!

Ноэль и Хайзен в спешке выбежали из барака.

Но в тот день на Святой Земле Ромализана они стали свидетелями того самого момента.

Момента, когда семеро примчались на гигантском божественном звере, разорвав небо.

Прошло около недели с тех пор, как мы сбежали с острова.

Война была остановлена перемирием из-за нашего внезапного появления прямо на поле боя.

Сначала никто не мог поверить своим глазам. Все протирали их, думая, что им мерещится, но затем война внезапно прекратилась.

Процесс опознания прошёл быстро — ведь пропавшие высокопоставленные лица появились не поодиночке, а все сразу.

Нас сопроводили в лагерь Империи Лэнгридж под усиленной охраной. Это был небольшой военный лагерь, но когда я увидела признаки цивилизации и столько живых людей, то осознала: мы действительно сбежали. Я едва сдержала слёзы.

Даже с божественной силой Юанны и Рузефа рана над правым глазом Артдала не зажила. К счастью, все остальные его раны были излечены.

Кайден наконец очнулся, но с момента пробуждения так и не покидал барак.

Я лежала на койке с закрытыми глазами. Хотя за эту неделю я хорошо отдохнула, силы всё ещё не вернулись.

Правда в том, что проблема была не во внешних ранах. У всех нас были серьёзные последствия, и мы отчаянно нуждались в отдыхе.

Артдал не отправился сразу в лагерь Хестии, а остался в стане давних врагов — Империи Лэнгридж. Он сказал, что ему есть что обсудить с нами, и я восхитилась его смелостью. Благодаря этому Юанна, Рузеф и Кайден тоже могли остаться здесь.

В этой войне все силы противостоят друг другу, кроме союзных северных государств.

Однако границы между союзниками и врагами стёрлись, ведь представители Королевства Хестия, Святого Престола и Ассоциации Магов теперь находились в военном лагере Лэнгридж.

«……война».

Я ожидала этого, но не думала, что всё зайдёт так далеко.

Скорее всего, её развязали Святой Престол, дом Рохад и Ассоциация Магов.

В этот момент снаружи донёсся чей-то возглас.

— Погоди, Ноэль! Ты что, забыл? Это же та самая леди Флоне, о которой ходят слухи!

— Какая разница? Разве ты не понимаешь, что это историческое событие? В любом случае, это не просто слухи — её имя войдёт в историю. По крайней мере, у меня будет, чем похвастаться в будущем.

— Эй……! Вот почему ты невежественный болван, идиот.

Похоже, рыцари обсуждали меня.

«Если подумать, люди в этом мире до сих пор считают меня той злой Маргарет из прошлого».

На самом деле, той ужасной Маргарет была я, и мне нечего оправдываться.

— Кхм-кхм. Прошу прощения, леди Флоне. Я принёс вам еду.

Голос мужчины звучал неестественно сладко после той перепалки.

Честно говоря, у меня не было аппетита, но я была голодна. Мне нужно было видеть людей, чтобы убедиться: наше спасение с острова — не сон.

— Входите.

В барак вошёл мужчина с кудрявыми светлыми волосами. На вид ему было чуть больше двадцати, с юношеским лицом — вероятно, ровесник мне.

Я приподнялась и села на кровати.

Мужчина, нёсший поднос с похлёбкой и водой, замер на месте, удивлённый моим видом. Он покраснел и неуверенно отступил.

— О, я…… п-простите…… Я не знал, что вы ещё не готовы. Прошу прощения за…… эту грубость……

Похоже, его смутила моя одежда. Я всё ещё была в ботинках, штанах, короткой футболке и куртке.

В лагере не было подходящей одежды для меня, а носить рыцарскую униформу для знатной дамы было неприемлемо.

Пришлось пока оставаться в этом.

— Простите, я вас напугала, — сказала я, смущённо глядя на него.

Мужчина колебался, не зная, стоит ли уходить, и смотрел на меня с беспокойством.

— Спасибо за еду, я с удовольствием поем.

Я встала и взяла у него поднос. Он смущённо почесал затылок.

— Я Ноэль Беннон Рутисон. Можете звать меня сэр Ноэль.

Рутисон… Знакомое имя.

А, вспомнила.

Дом Рутисонов довольно известен в Империи Лэнгридж.

— Вы сын графа Рутисона? Ваш дом контролирует южные регионы Лэнгридж, верно?

— Именно так.

Нойель смущённо улыбнулся. Такое безобидное лицо.

— Спасибо за еду. И… я хотела кое-что спросить.

Я замолчала, изучая его выражение. Его глаза загорелись, словно приглашая задать любой вопрос.

К счастью, он смотрел на меня скорее с любопытством, чем с предубеждением, поэтому я задала вопрос, который хотела задать с момента возвращения.

— Моя семья…… То есть, все ли в семье Флоне в безопасности?

Лицо Ноэля сразу же потемнело. Он смотрел на меня с выражением глубочайшего сожаления.

Хотя он был осведомлён о репутации Маргарет, он, казалось, испытывал жалость к «Маргарет, которая только что вернулась после исчезновения и, видимо, не понимала, что происходит».

«Семья Флоне в полном порядке. Они искали вас повсюду с тех пор, как вы пропали».

Принесло ли мне облегчение эти слова?

Я не знаю. Это чувство гораздо сложнее.

Семья Маргарет очень дружная. Это тепло, которое я, Ли Джинжу, никогда не испытывала. И этот контраст только усиливал мою растерянность.

«Ах да, я слышал, что герцог Флоне заболел».

«Что? Мой отец?!» — переспросила я в удивлении.

Ноэль смущённо посмотрел на меня.

«Я… я лишь слышал слухи, что он слег после вашего исчезновения, не сумев оправиться от потрясения. Говорят, с тех пор он даже не покидал замка, включая визиты во дворец».

Возможно, слухи о болезни герцога Флоне, моего отца, были правдой. На самом деле, это вполне вероятно — он был мягким и добросердечным человеком.

В отличие от него, моя мать и сёстры, наверняка, рвут и мечут, разыскивая похитителя с горящими глазами.

Я тихо рассмеялась, вспоминая прошлое, и уголки губ сами собой дрогнули в улыбке. Ноэль удивлённо уставился на моё лицо.

«Что-то не так?» — спросила я.

Он замотал головой, смущённо запинаясь.

«Н-нет… ничего…»

«Су… суп остывает, вы можете поесть. А теперь, если позволите…»

Ноэль продолжал бормотать, явно нервничая, затем указал на поднос на столе, пробормотал «Можете кушать» и отступил назад.

Почему он пятится…?

Но как раз перед тем, как он вышел из барака, что-то споткнуло его — это была Ынчжи, вернувшаяся к своей настоящей змеиной форме.

«Что это… ах…!!»

Ынчжи удивлённо уставилась на него, склонив голову набок.

«Что происходит?!»

Рыцарь с тёмно-синими волосами, ожидавший у входа, ворвался внутрь.

«Миледи, вы в порядке…?!»

Его взгляд тут же упал на Ноэля, распластавшегося на полу с жалким видом. Затем он поклонился мне.

«Меня зовут Хейзен Барден Перес. Пожалуйста, простите бестактность моего товарища. Этот парень настолько хрупкий, что я даже не понимаю, как его вообще занесло в эту суровую зону войны».

Хейзен, мужчина с аккуратной внешностью, говорил чётко и лаконично, прося моё понимание.

«Хейзен, ты…!»

Ноэль, покрасневший до корней волос, тыкал в него пальцем. Похоже, они друзья.

Тем временем любопытная Ынчжи проползла перед ними, а затем, потеряв интерес, вернулась ко мне.

Хейзен, до этого сохранявший бесстрастное выражение лица, тоже слегка удивился, увидев её.

«Эта змея… случайно не тот самый божественный зверь, на котором вы тогда приехали?»

Его вопрос заставил меня рассмеяться.

Ынчжи — монстр, а не божественный зверь. Но не было нужды в лишних объяснениях, поэтому я просто рассмеялась.

Когда я ничего не ответила, они замолчали — вероятно, постеснялись задавать дальнейшие вопросы.

«Кстати, в каком бараке находится Кай… лорд Кайден?» — спросила я, усаживая Ынчжи на плечо и поднимаясь.

Хейзен ответил:

«Ах, вы о владыке Магической Башни Империи Лэнгридж, который вернулся с вами? Если о нём, то… думаю, сейчас вам лучше не встречаться».

«Почему?»

На этот раз Ноэль скорчил обеспокоенную гримасу.

«Потому что… его состояние… не самое лучшее».

"Что? Я думала, его раны уже обработали!"

"Ох, вряд ли дело в ранах. Похоже, он страдает от каких-то последствий. Говорят, он постоянно разговаривает сам с собой."

Разговаривает сам с собой? С Кайденом точно всё в порядке?

Пока я тревожилась, Хайзен осторожно спросил снова:

"Если не секрет, не могли бы вы рассказать, что именно с вами произошло?"

Его вопрос на мгновение оставил меня без слов, а затем он продолжил забрасывать меня вопросами:

"Как вы исчезли так внезапно? Где вы были всё это время? Что случилось? Думаю, сейчас это интересует всех на континенте — и именно поэтому началась эта безумная война."

Его любопытство было естественным. Я ожидала таких вопросов. Но сейчас мне нечего было ответить.

Остатки проекта "Остров Алеа" всё ещё существуют. Скорее всего, последуют новые вмешательства со стороны Святого Престола, Дома Рохад и других сил.

Поэтому лучше сначала разобраться в ситуации, прежде чем что-то кому-то рассказывать. Необдуманные слова только внесут ещё большую путаницу.

"Когда я вспоминаю те события… мне всё ещё слишком тяжело…"

Я схватилась за грудь, как трагическая героиня, и сделала страдальческое лицо. Слёз не было, но я сделала вид, что вытираю их пальцами.

Хайзен и Ноэль тут же замахали руками, выглядя встревоженными.

"Всё в порядке, мы задали лишний вопрос…!"

"Простите, госпожа. Тогда отдохните, пожалуйста."

Я вздохнула, наблюдая, как Хайзен и Ноэль выходят из барака. Придётся спросить у остальных, в каком бараке отдыхает Кайден.

Я положила Ынчжи, которая сжалась до размеров змеи, в карман куртки. Похоже, ей нравится наблюдать за происходящим — она высунула голову из кармана, и с любопытством уставилась на меня.

Я усмехнулась её милому виду и сползла с кровати. Недоеденное рагу на столе уже остывало, но аппетита у меня не было.

Я не могла сидеть на месте, беспокоясь о состоянии Кайдена. Думаю, последствия того, что его тело захватила Дженас, всё ещё дают о себе знать.

Я приподняла полог барака и осторожно выглянула наружу. Рыцари суетились, но Хайзена и Ноэля, охранявших вход, нигде не было видно.

Барак, в котором я находилась, был отмечен синим флагом. Энох говорил, что так помечают жилища важных персон.

У барака Кайдена тоже должен быть синий флаг — нужно его найти.

Пока я пробиралась между палатками, в кармане ощущался тяжёлый сигнальный пистолет. Покопавшись в кармане, я на мгновение сжала его в руке.

Разные современные предметы — сигнальные патроны, аптечка, гранаты — которые лежали в моей сумке, тоже перенеслись сюда. Но теперь они бесполезны.

"Уверена, местные обалдеют, если увидят это."

Я усмехнулась и убрала руку из кармана.

Лагерь был разбит на обширной равнине. С трёх сторон — открытая местность, а через него протекала широкая река.

Небо просматривалось во всей красе. Благодаря этому я могла в полной мере насладиться закатом.

Пока я искала барак Кайдена, то ненадолго остановилась, чтобы полюбоваться закатным небом.

"Красиво."

Зелёные пейзажи Алеа были объективно прекраснее. Но тяжёлые дни, проведённые там, не оставляли времени, чтобы восхищаться природой.

Так что это обычное небо почему-то запало мне в душу глубже.

Внезапно:

"Лорд Хавел, вы не видели леди Флоне?"

"Эту странно одетую? Она вообще вся странная, с головы до ног. Какое разочарование для такой красотки."

"Если бы я не слышал слухов, то влюбился бы с первого взгляда — она ослепительно красива."

Последняя реплика принадлежала Ноэлю, который только что был в моём бараке. Его слова, возможно, сказанные в мою защиту, вызвали возражения у других рыцарей.

"Эй, да какая разница? У неё же странный характер."

"Когда впервые появились слухи о 'пропавшей семёрке', кто из вас не думал, что леди Флоне похитила его высочество кронпринца? Некоторые всерьёз так считали."

Я стояла у барака и подслушивала их разговор. Это были рыцари низкого ранга — четверо или пятеро, сидевшие у реки и курившие.

"Но вы видели, как они появились верхом на божественном звере в последнем сражении?"

"Да, это было величественно."

"Значит, леди Флоне всё это время была с теми пропавшими? Рядом с таким чудовищем… даже представить страшно."

"Думаю, называть её чудовищем — это перебор, сэр Матис."

Последним снова выступил Хайзен. Похоже, после нашей короткой встречи он и Ноэль пытались занять мою сторону.

Пока я стояла и слушала, в горле запершило. Они вели себя шумно, прямо как светские сплетницы.

"Э? Погодите… вы все это видите?"

Вдруг Ноэль понизил голос, словно почувствовав что-то неладное.

Я повернула голову в сторону, куда он указывал: река была спокойной, и ничего не происходило.

"Что? Ты прикалываешься?"

"Нет, там точно что-то двигалось…"

"Да ты просто трусишь, парень."

Пока рыцари подшучивали над Ноэлем, я пристально смотрела на воду.

Это был инстинкт. Охотничий инстинкт, отточенный за полгода жизни на необитаемом острове.

Я быстро достала сигнальный пистолет, проверила обойму. Должно хватить на два выстрела.

Ынчжи высунула голову из кармана, пробежалась по моей руке и устроилась на плече.

Я медленно взвела курок, нацелилась на реку и приготовилась стрелять.

Но рыцари продолжали беспечную беседу.

"В любом случае, сэр Хайзен, почему это 'перебор'? Все знают, что у леди Флоне ужасный характер."

"Эй, мудак! Кого это ты называешь ужасной? Смерти захотел?!"

"Э-э? А-а!"

Это был голос Кайдена.

Я так вздрогнула, что опустила пистолет. Всё ещё прячась за бараком, я осторожно выглянула.

Так и есть. Кайден прижимал ногой к земле одного из рыцарей.

"Что вы делаете…! Э? Магистр башни?!"

Рыжий веснушчатый рыцарь в шоке уставился на Кайдена.

"Кто тут ужасный? Маргарет? Вы что, ослепли?"

Кайден окинул остальных рыцарей взглядом, и те в испуге отпрянули.

Я впервые видела Кайдена в сознании. Слава богам, с ним всё в порядке. Похоже, контроль Дженаса над его телом не оставил серьёзных последствий.

"Слушайте, Маргарет прекрасна, даже когда ругается. Прекрасна, когда не умывается и вся в грязи. Прекрасна, когда чешет сальные волосы и свежует добычу. Так что заткнитесь, если ничего не понимаете!"

…очень грязные и конкретные примеры. Всё так, но Кайден, ты меня защищаешь или критикуешь?

Я вышла вперёд, глядя на них с растерянным лицом. Я и так искала Кайдена, так что не могла дождаться, чтобы поздороваться.

Но как только я открыла рот, чтобы это сделать —

"Э? Что?!"

"Чёрт, это же крокодилы!!"

"К бою! К бою!"

Поднялся переполох.

Из реки, на которую ранее указывал Ноэль, вынырнула стая гребнистых крокодилов. Их было, казалось, не меньше дюжины.

Пока рыцари в панике хватались за оружие, крокодилы быстро выползали на сушу.

Кайден скрестил руки на груди и сделал пару шагов назад, наблюдая с интересом. Похоже, помогать рыцарям он не собирался.

Сплетни за моей спиной — это одно, но позволить им умереть у меня на глазах — совсем другое. Лучше уж заставить их почувствовать себя виноватыми за то, что им придётся принять мою помощь.

«Это будет забавно».

Я снова достала сигнальный пистолет, перезарядила его и нацелилась на стаю крокодилов.

В воде сигнальные ракеты были бы менее эффективны, поэтому я спокойно ждала, пока рептилии выйдут на берег, и только тогда нажала на курок.

— Шшш. Бум! Бум!

Красный дым рассек воздух, и среди крокодилов вспыхнуло яростное пламя.

"Ах!"

Рыцари ахнули.

Позади меня послышались шаги других вооружённых рыцарей, спешивших на помощь. Но к их приходу могло быть уже поздно.

"Маргарет?!"

Кайден удивлённо посмотрел в мою сторону и мгновенно переместился ко мне.

"Маргарет, ты в порядке?"

Это я хотела у него спросить, но сейчас было не до этого. Пока крокодилы бросались на рыцарей, я поделилась маной с Ынчжи.

"У меня тоже есть к тебе вопросы, но не сейчас. Отойди на минутку, я занята."

Я оттолкнула Кайдена в сторону и запрыгнула на голову Ынчжи, которая после поглощения моей маны увеличилась до внушительных размеров.

"Маргарет!"

Я вновь нажала на курок, игнорируя встревоженный крик Кайдена, и выстрелила в крокодилов.

— Шшш. Бум!

Несколько рептилий погибло, но один уцелевший вцепился в край плаща Ноэля.

"Аааа! Спасите меня!"

Ноэль в ужасе закричал, беспомощно увлекаемый крокодилом к воде. Чёрт.

Ынчжи, с моей подачи, стремительно рванула к реке. Прямо перед тем, как Ноэль должен был упасть в воду, она схватила крокодила и сжала его в пасти.

— Хруст.

Крокодил, которого пережёвывала Ынчжи, всё ещё не разжимал челюстей, вцепившись в плащ Ноэля, но умная змея просто проглотила его одного.

Ноэль, болтавшийся на краю плаща, зажатом в острых зубах Ынчжи, свалился на землю, когда она тряхнула головой.

Фух. Чуть не случилось большой беды.

С облегчением я грубо вытерла тыльной стороной ладони холодный пот со лба. Пока я проверяла обойму сигнального пистолета, сидя на голове Ынчжи, заметила, что вокруг воцарилась гробовая тишина.

…Что?

"Маргарет! Ты в порядке?!" — нарушая молчание, крикнул мне Кайден.

Он запрыгнул на голову Ынчжи, подхватил меня на руки и спрыгнул обратно на землю.

Ынчжи раздражённо сверкнула на него глазами, затем сжалась и снова приняла обычный размер.

Я выскользнула из рук Кайдена и присела, чтобы посадить Ынчжи, уже в виде змеи, себе на плечо.

Кайден опустился передо мной на одно колено, тщательно осматривая, цела ли я.

"Я знал, что с тобой всё будет в порядке, но ты всё равно меня напугала."

Я покачала головой, раздражённая его суетой, но потом улыбнулась, поняв, что он ведёт себя как обычно. Слава Богу. Может, он уже пережил всю эту историю с Дженасом?

Улыбаясь, я медленно обернулась — и лицом к лицу столкнулась с десятками вооружённых рыцарей, направляющих на меня мечи.

…Вот чёрт. Я в шоке.

Рыцари смотрели на меня в оцепенении, их бараки лежали в руинах. Это были те самые люди, которых я спасла ранее.

Кайден, казалось, вообще не замечал происходящего, продолжая осматривать моё тело на предмет ран. Хейзен явно солгал, когда сказал, что Кайден в плохом состоянии.

"Что здесь происходит?"

Глухой басовый голос раздался из рядов вооружённых рыцарей, направлявших на меня мечи. В едином порыве они вложили клинки в ножны и расступились.

Как по чуду Моисея, к нам медленно приблизился человек с чёрными волосами, облачённый в аристократический военный мундир.

Он шёл размеренным шагом, его лицо оставалось бесстрастным, пока он окидывал взглядом собравшихся. Воцарилась гнетущая тишина. Этот человек, одним лишь присутствием подавивший вооружённых рыцарей и заставивший их нервничать, казался мне… непривычным.

"Опустите мечи."

Повелительный голос заставил рыцарей топнуть каблуками и почтительно склонить клинки.

"Ваше Высочество, кронпринц."

Услышав моё обращение, он повернулся ко мне. Рыцари за спиной Эноха тоже устремили на меня взгляды, их лица побледнели.

Большинство, я подозреваю, ожидало мгновенной реакции и выговора от Эноха. Мои мысли не слишком отличались от их.

Раньше Энох ненавидел, когда я, Маргарет, вообще осмеливалась к нему обращаться, так что реакция рыцарей была понятна.

Но Энох подошёл ко мне, склонился в пояс, поднял руку, коснулся моей щеки и внимательно осмотрел моё лицо.

"Зови меня Энох, как обычно. Ты ранена?"

Я уставилась на него, широко раскрыв глаза. Слова Эноха было сложно воспринимать всерьёз, когда я чувствовала на себе горящие взгляды рыцарей за его спиной.

По спине пробежал холодный пот.

"Не беспокойся о Маргарет, я позабочусь о ней."

Кайден оттянул меня от Эноха, и встал между нами. Он бросил Эноху вызывающий взгляд.

"Вам действительно стоит заняться имперской армией. Никакой дисциплины — полагаются на помощь случайной прохожей."

Кайден цыкнул и презрительно махнул рукой в сторону рыцарей, чьи жизни я спасла.

Возникал вопрос, действительно ли человек, скачущий на анаконде и стреляющий световыми зарядами, может быть "случайной прохожей", но оставим это.

Взгляд Эноха медленно переместился к рыцарям, стоявшим в стороне. Среди них были Ноэль и Хейзен.

"Я жду объяснений."

Рыцари заёрзали под его взглядом.

Ноэль, стоявший впереди, заикаясь, чуть ли не всхлипывая, начал:

"Я-я… это не то, чтобы…"

Хейзен, выглядевший ещё более потрёпанным, выступил вперёд:

"Пока мы отдыхали, на нас напали морские крокодилы. И тогда появилась юная леди Флоне и убила их."

Ноэль энергично закивал.

"Да, точно! Их было штук десять, а может, и больше! Леди перестреляла их всех своим магическим оружием вместе со своим священным зверем!"

Едва Ноэль закончил, как раздался ропот. Рыцари за спиной Эноха не могли скрыть изумления.

"Всех?.."

"А ещё там был сам Лорд Магической Башни… Это вообще возможно?"

"Учитывая мощь того магического орудия, что леди использовала ранее, почему бы и нет?"

"Священный зверь даже сожрал пару крокодилов, так что не сказать, что совсем нереально…"

Шёпот становился всё громче. Я молчала, не зная, куда смотреть и что отвечать.

Моё внимание привлекли не столько десятки рыцарей передо мной, сколько те, кто обсуждал меня за спиной. Когда я поймала их взгляды, Ноэль и Хейзен дёрнулись и отвели глаза.

Внутри у меня что-то закипело. Не в силах сдержать сарказм, я сказала:

"Вам действительно нужно усилить тренировки. Сначала сплетничать о благородной девице, а потом принимать от неё помощь — не в этом заключается долг рыцаря."

Мои слова привлекли всеобщее внимание к провинившимся. Пятеро рыцарей, включая Ноэля и Хейзена, съёжились, их лица побелели.

Пока я говорила, я почувствовала, как вопросительные взгляды теперь устремились на меня, и, глянув влево, пояснила:

"Ах да, эти рыцари сидели вместе и обсуждали одну благородную леди."

Рыцари, только что перешёптывавшиеся, застыли в ужасе. Затем они бросились ко мне, опустились на одно колено и затараторили:

"Простите нас, леди! Мы признаём свою грубость!"

"Это было недостойное поведение, и мы заслуживаем наказания. И… спасибо, что спасли наши жизни."

Они осознали ситуацию быстрее, чем я ожидала. Все, кто сплетничал, теперь стояли на коленях с покаянными лицами.

"Если знали, что это грубо, не надо было говорить. Трогаете Маргарет, да? Я вас на куски порву, так что следите за языками."

Кайден выпрямился во весь рост и зарычал, как пёс, на коленопреклонённых рыцарей.

Тем временем из рядов рыцарей вышел кто-то ещё. Первое, что я заметила — ярко-розовые волосы, а затем чёрную повязку, закрывающую правый глаз.

"Чикидал… то есть, Ваше Высочество кронпринц! Как ваш глаз?"

Артдал остановился, прищурился, огляделся, наклонился ко мне и прошептал:

"Слушай, леди, мне очень неловко, когда ты называешь меня титулом. Я предпочитаю вариант 'Чики'."

"…Простите? Ну, если хотите, могу звать вас Чики-принц."

"Нет, я не это имел в виду… А, забудь."

Артдал почесал затылок, явно сдаваясь. Его обычно вспыльчивый нрав сейчас казался удивительно мягким. Как острое блюдо, вдруг ставшее пресным. В любом случае, это было приятное изменение.

"Банхван… кхм, кронпринц внезапно ушёл во время разговора, и я последовал за ним."

Артдал поправился, бросив взгляд на рыцарей Лэнгриджа, которые смотрели на него, как на убийцу.

Но рыцарей, кажется, шокировало нечто иное.

"Я слышал, будто кронпринц Хестии ненавидит юную леди Флоне…"

"Должно быть, это был ложный слух."

Не знаю, кто это сказал, но это было довольно смело. Уверена, Энох и Артдал тоже это услышали.

Мне хотелось поскорее уйти отсюда.

Словно почувствовав мой дискомфорт, Артдал сменил тему:

"Может, дадим им разобраться самим? Мне нужно с вами поговорить."

Он кивнул на меня и Кайдена. Кайден ответил кивком, его лицо оставалось бесстрастным. Меня не покидало странное ощущение дежавю.

"Ждите решения о вашем наказании."

Энох повернулся к рыцарям, сплетничавшим обо мне, с ледяным взглядом. Те задрожали.

Ноэль и Хейзен даже не могли поднять на меня глаза, их лица выражали вину.

Когда другие рыцари обсуждали меня, эти двое были на моей стороне, я знаю. Но сейчас, когда я стояла перед ними, им было трудно оправдываться.

Поэтому я повернулась к ним спиной и последовала за Энохом и Артдалом. Лишь когда мы достаточно отдалились, я увидела, как рыцари наконец разошлись.

Их движения были почти механическими, словно в ответ на сарказм Кайдена насчёт их дисциплины.

В каком-то смысле Кайден действительно оказывал на них влияние.

Мы вошли в барак Эноха.

Внутри стоял круглый стол для совещаний. Энох снял мундир, отодвинул стул и пригласил нас сесть.

"Устраивайтесь поудобнее."

Он даже любезно пододвинул стул специально для меня, но Кайден, наблюдавший за этим, с бесстыдной ухмылкой тут же занял его.

Энох посмотрел на него с немым укором, но Кайден лишь почесал ухо, совершенно не смущаясь.

Артдал хлопнул в ладоши, игнорируя напряжённость между ними.

"Ну что, я рад, что вы все в безопасности."

Я села рядом с Кайденом и взглянула на Артдала, стоящего напротив.

Чёрная повязка, закрывающая его правый глаз, смотрелась очень стильно, но было жаль, что даже божественные силы не могли исцелить его.

— Ты уверен, что с глазом всё в порядке?

— А что? Беспокоишься? Выглядит же круто, да? Мне даже нравится. Повязка у кронпринца — это же целая история. И выглядит внушительно в меру. Ха-ха-ха!

Артдал рассмеялся. Это было так на него похоже.

Раньше его естественное поведение на острове бесило меня, но теперь, когда я приняла его, как полноправного союзника, мне снова стало его жаль.

— Я так горжусь, что получил рану, спасая кронпринца Империи! Мне даже жаль Банхвана больше, чем себя. Неужели ты будешь смотреть на меня и чувствовать вину всю оставшуюся жизнь? Хотя… это перебор. Пусть вина будет в меру.

Артдал обнял Эноха за плечи и прошептал. Конечно, его «шёпот» был настолько громким, что мы все прекрасно расслышали.

Я слышала, что Юанна и Рузеф ушли на встречу с представителями Святого Престола, так что сейчас здесь были только мы.

Пока я наблюдала за выходками Артдала, Кайден, сидевший рядом, тихо сказал:

— Маргарет, не обращай внимания на их слова.

— Что?

Я удивлённо взглянула на него, затем перевела взгляд на Эноха и Артдала.

— Кайден, нельзя так говорить о кронпринцах…

— Нет, я имел в виду тех парней из прошлого, — усмехнулся он в ответ.

Только тогда я поняла, что он говорил о рыцарях, которые сплетничали обо мне.

— О… Как я могу не обращать внимания? Это же моя репутация. Но не волнуйся, меня это не пугает.

Даже Энох и Артдал, которые только что препирались, обернулись ко мне. Воцарилась тяжёлая тишина, и атмосфера стала напряжённой.

— Нет, правда, я в порядке. Кайден, как ты себя чувствуешь? Я как раз собиралась проведать тебя, — поспешно сменила тему я, повернувшись к нему.

Потерять контроль над телом из-за Дженаса — это огромный расход маны и серьёзный удар по психике.

Кайден смотрел на меня с невозмутимым спокойствием. Затем он развернулся ко мне полностью, наклонившись вперёд.

— А если мне нехорошо, что ты сделаешь?

— Что?

Я растерянно уставилась на него, не понимая, к чему он клонит.

Тогда он поднял мою руку и прижал губы к её тыльной стороне. Кожа там будто загорелась от прикосновения, словно на ней остался след.

— Если я скажу, что мне плохо, ты придёшь в мой лагерь и позаботишься обо мне?

Не отрывая губ от моей руки, он поднял на меня требовательный взгляд.

Да, это обычный Кайден. Совершенно обычный.

— Хватит.

Неожиданно остановил его не Энох, а Артдал. Он оттолкнул Кайдена от меня.

Я задумалась, куда подевался Энох, но он, должно быть, был у меня за спиной, потому что неожиданно подхватил меня сзади и усадил на другое место.

Мы сидели за круглым столом, и в итоге я оказалась между Артдалом и Энохом. Кайден хмуро ворчал, его лицо выражало явное недовольство.

— Маргарет, с тобой всё в порядке? — спросил меня Энох.

Только после его вопроса я задумалась о своём состоянии.

Всё ли… со мной в порядке?

Его слова заставили мой разум замереть. Ни одной мысли не приходило в голову.

— Вообще-то, я не думаю, что мы все в порядке. И это нормально, поэтому не буду притворяться, что всё хорошо.

Энох молча посмотрел на меня, затем кивнул, а Кайден уставился на меня сбоку.

Артдал, до этого молча наблюдавший за нами, наконец разрядил обстановку более мягким тоном:

— Ты права, юная леди. Если заставлять себя притворяться, будет только хуже. Нам всем повезло остаться в живых. Я, честно говоря, горжусь нами. Подумайте — мы спасли мир, и никто об этом ещё не знает.

Хоть Артдал и подозрительный тип, в целом, он жизнерадостный и позитивный человек.

Хотя, возможно, он как раз больше всех старается казаться «нормальным» — ведь он потерял глаз.

Тут я вдруг заметила, что Кайден и я всё ещё в той же одежде, а Энох и Артдал уже переоделись.

— Здесь нет платьев, так что мне не во что переодеться. А вы где взяли свою одежду? — поинтересовалась я.

Артдал пожал плечами, будто это ерунда:

— Мужской запасной одежды здесь предостаточно.

— Платье уже везут, так что придётся потерпеть. Если что, в этом пехотном отряде нет женщин-рыцарей, поэтому и женскую униформу достать нелегко. В таком случае, разве не лучше просто подождать платье?

После своих объяснений Энох встал, достал с полки чай, налил воду в чайник и поставил его нагреваться. Артдал сел рядом и начал расставлять чашки.

— Мне удобнее в брюках, чем в платье… Хотя… нет, нет. Ладно, надену платье. Привыкну. Всё-таки я — Маргарет.

На этот раз трое мужчин уставились на меня в молчании. В их взглядах читалось что-то вроде… жалости.

— Ваше Высочество, чай, о котором вы говорили. Я войду?

Я обернулась к Артдалу и Эноху, удивлённая неожиданным голосом за пределами барака. Энох тоже выглядел озадаченным.

Рыцарь вошёл, неся набор чайных чашек, и явно удивился, увидев Эноха и Артдала, занятых приготовлением чая.

— Я… прошу прощения. Я не слышал, чтобы вы отказывались от чая. Я унесу набор обратно.

Рыцарь поклонился, запинаясь и бледнея, в то время как лица Эноха и Артдала застыли.

Оба мужчины провели на отдалённом острове достаточно времени, чтобы привыкнуть делать всё своими руками. Артдал всего лишь расставил чашки, но чай разливал именно Энох.

Кайден цыкнул, наблюдая за этим:

— Просто оставь и уходи. Уверен, твой чай вкуснее их.

Услышав слова Кайдена, рыцарь замер и вопросительно посмотрел на Эноха.

Энох смущённо вздохнул и кивнул:

— Оставь.

Рыцарь, похожий на юного пажа, поставил чайный сервиз перед нами, нервно теребя руки — он явно осознал, что допустил оплошность.

Затем он выпрямился по-военному, отдал Эноху салют и быстрым шагом вышел из барака.

— Пфффф…

Как только рыцарь скрылся, я расхохоталась. Не помню, когда в последний раз смеялась так искренне, но ситуация была до смешного нелепой. Между нами возникла какая-то связь, понятная только нам.

— Похоже, мне придётся перестраиваться, — усмехнулся Артдал, отхлёбывая горячий чай.

Я смеялась так сильно, что вытирала слёзы, а затем повернулась к Артдалу и Эноху:

— Ладно, что вы хотели сказать? У меня тоже есть к вам вопросы.

Все взгляды устремились на меня.

Первым заговорил Артдал:

— Вопросы?

— Что мы скажем, если нас спросят, где мы были всё это время?

Снова ответил Артдал:

— Думаю, лучше сказать правду — что нас похитили.

— То есть ты предлагаешь открытое расследование?

— Открытое расследование? Не слышал такого термина, но звучит логично. Дело дошло до континентальной войны, понимаете? Вся страна за этим следит. Если мы начнём открытое расследование, те, кто стоит за экспериментами, попытаются действовать.

— Или затаятся, как мыши.

Артдал и Энох кивнули в согласии.

Артдал добавил:

— Тем лучше — тогда мы сможем беспрепятственно найти остров Алеа.

— Остров Алеа? — переспросила я.

Энох пояснил:

— Как сказал Артдал, мы проведём открытое расследование, сосредоточившись на поиске заказчиков. Но сначала нам нужно найти разрушенный остров Алеа.

— Что? Погодите, разве Алеа не был островом в другом времени и пространстве? То есть… я думала, он существовал в другом измерении? — я немного запуталась в его словах.

К тому же, разве остров Алеа не был полностью уничтожен?

— Юная леди, ты помнишь портал, через который мы сбежали? — спросил Артдал.

Он имел в виду врата, через которые мы ушли с Ынчжи.

Я кивнула, и Кайден, сидевший рядом, сказал:

— Это был не портал в другое измерение или время. Он вёл к южному побережью Империи Лэнгридж.

— Значит…

— Они построили остров Алеа где-то на южном побережье и исказили пространство-время.

Энох подтвердил слова Кайдена:

— Остров разрушен, но должны остаться следы. Мы должны найти Алеа раньше, чем это сделают заказчики экспериментов, и собрать доказательства.

— Вас всех предали те, кому вы доверяли… ну, или не очень доверяли.

— Когда будете покидать остров, найдите пион, запутавшийся в паутине. Это доказательство их причастности.

Аната говорила что-то подобное. Я кивнула, слушая Эноха.

— Значит, за экспериментами стоят не только Святой Престол и дом Рохаде, как говорила Аната?

Артдал подтвердил:

— Да. Их больше, и они связаны с этой войной. Кажется, Билтерхаймы что-то знают об этом.

Мои глаза округлились от неожиданности при упоминании семьи Диего.

— Билтерхаймы?

Я оглянулась, но Диего нигде не было. Неужели здесь есть люди из его семьи?

Энок продолжил объяснение:

— Похоже, изначально Билтерхаймы были среди заказчиков экспериментов, но при нынешнем герцоге и герцогине — то есть в поколении сэра Диего — они восстали…

— Боже мой. Поэтому Диего включили в список подопытных?

— Именно. Это их месть.

Только тогда я вспомнила, что духи-мстители говорили Диего:

[Плохие люди—]

[Те, кто убил нас—]

[У этого ублюдка—!! Грязная кровь—!!!]

Очевидно, это было обращено к нему.

— Младший брат Диего состоит в Имперских рыцарях и вызван на войну, но он не в этом лагере, а в западном. Сэр Диего отправился туда.

Я медленно кивнула:

— Хорошо, поговорим с ним, когда он вернётся.

И подумала про себя: «Ну, хоть до его возвращения будет спокойно» и «Просто полежу в бараке».

По крайней мере, так я думала — до следующего дня, когда увидела редкое зрелище: всю пехоту, наказанную Энохом за нарушение воинской дисциплины.

[Я думал, ты расскажешь им обо мне. Почему скрываешь?]

Голос Дженаса раздался в голове Кайдена, как только он вернулся в свой барак. Кайден не ответил, просто лёг на кровать.

[Эй, потомок. Ты игнорируешь меня?]

Продолжая смотреть в потолок, Кайден тихо произнёс:

— Бальхён. [1]

[Ааааргх—!]

Дженас застонал от боли.

[1] Заклинание, буквально означающее «проявление духа, скрытого внутри».

— Ты что, собираешься бунтовать при каждом удобном случае, будучи связанным контрактом душ? Похвальная стойкость.

[Дерзкий…! А-аргх.]

Кайден цыкнул, слушая высокомерный голос Дженаса, который никак не мог смириться с поражением.

— Тебе там удобно? Но не должно быть. Мерзавец, ты должен чувствовать эту боль постоянно — это своего рода наказание.

Как выяснилось, молнии, ударявшие в Дженаса, были духами-мстителями. Благодаря этому Кайден смог подавить Дженаса и заключить с ним контракт душ.

Во-первых, Дженас навеки запечатан в теле Кайдена. Он не может причинить ему вред или пойти против его воли.

Во-вторых, он поможет найти заказчиков экспериментов. За каждого убитого одного из них, душа Дженаса будет разрываться на части.

В-третьих, он не может лгать Кайдену.

Поскольку извлечь всю душу Дженаса, рассыпанную, как зерно, было невозможно, контракт душ стал лучшим решением.

В таком контракте есть понятие «печати» — наказания для тех, кто идёт против воли хозяина. Это гигантская печать, раскалённая в огне, которая прожигает душу, причиняя невыносимую боль.

В контракте также указано, что каждый раз, когда участники эксперимента погибают, душа Дженаса разрывается на части. Таким образом, возможно полностью уничтожить остатки души Дженаса в Кайдене, не раздавливая каждую её крупицу вручную.

Разумеется, поскольку контракт был составлен не в его пользу, Дженас вряд ли стал бы помогать в поиске тех, кто стоял за экспериментом. Поэтому в него включили третий пункт:

«Он никогда не может лгать Кайдену».

— Я расскажу им, но не сейчас. Особенно Маргарет… она будет в шоке.

Кайден представлял, как разрушится Маргарет, если узнает, что Дженас не мёртв. Поэтому он хотел дать ей сначала оправиться от последствий побега с острова.

[Ты правда думаешь, что это для её блага? Глупость. Если она узнает позже, ей будет ещё хуже. Она, наверное, будет винить себя. Но меня это не касается.]

Когда Кайдену стало немного лучше, Дженас снова заговорил, на этот раз с советом. Кайден молча слушал, а затем медленно произнёс:

— Бальхён.

[А-а-а-а!]

Сдавленный стон Дженаса громко раздался в его голове. Похоже, спать сейчас — плохая идея.

А когда он всё-таки засыпал, Дженас часто пытался захватить контроль над его телом. Даже если бы ему это удалось, контракт связывания душ не позволил бы ему действовать вопреки воле или поведению Кайдена, так что это было бесполезно.

Кайден устало потер виски.

— Придётся так сильно запечатать его, чтобы он вообще не мог шевелиться. Только тогда я смогу спокойно спать.

Прошло много времени с последнего чаепития в Императорском дворце.

Оно было организовано Императрицей, и те, кто воздерживался от роскоши во время ужасов войны, с нетерпением ждали этого события.

Иннис Белгрим Флоне — наследница Дома Флоне и старшая сестра Маргарет — вздохнула, наблюдая за дамами и юными девицами, которые вели себя возбуждённее обычного.

Императрица, сидевшая во главе стола, быстро оценила выражение лица Иннис, сидевшей ближе всех, и улыбнулась.

— Поздравляю, леди Флоне. Это место сегодня зарезервировано для вас. Вы понимаете, что это значит, не так ли?

Едва Императрица закончила говорить, как все начали аплодировать и поздравлять Иннис.

— Я слышала, вы наконец нашли свою сестру, и теперь она в безопасности в Святой Земле Ромализана вместе с войсками Лэнгриджа.

— Да, мне тоже об этом сообщили. Благодарю за поздравления, Ваше Величество, — ответила Иннис, изображая самую изысканную улыбку.

Да, она головная боль и вечная проблема, но Маргарет — всё же моя сестра. Как я могу не радоваться, что пропавшая сестра нашлась?

Но даже с учётом дружбы Императрицы с герцогиней Флоне, Иннис не ожидала, что та устроит такой пышный приём только ради неё.

Поправив платиновые волосы, такие же, как у Маргарет, Иннис откинула прядь за ухо.

— Говорят, она упала с неба?

— Я слышала, что она появилась верхом на божественном звере, а вместе с ней были Его Высочество кронпринц Энох и кронпринц Хестии.

Но вместо беспокойства за их безопасность юные леди, казалось, завидовали Маргарет, оказавшейся в компании двух наследных принцев.

— О боже! Кстати, разве кронпринцу Эноху не нравится леди Флоне? Как ужасно, что ему пришлось всё это время быть рядом с ней…

Одна из девушек с ужасом в голосе вставила свою реплику. Тут же соседка толкнула её локтем в бок. Перепуганные девушки взглянули на Иннис.

Та сохраняла ледяное молчание. Было общеизвестно, что Энох терпеть не мог Маргарет.

В натянутой атмосфере одна из дам спросила:

— Где же они были всё это время?

Услышав вопрос, Императрица улыбнулась и ответила:

— Возможно, их забрал сам Бог. Они были избраны для того, чтобы принести мир в этот мир. Разве может быть другое объяснение?

После этого дамы начали обсуждать божественные знамения. Императрица наблюдала за ними, а Иннис заметила лёгкое движение её брови.

— Ну что ж… — та продолжила. — Сильные мира сего исчезают в один день, и это, мягко говоря, не очень хорошо.

Императрица не делала прямых обвинений, но намеренно оставляла место для сомнений. Это было похоже на камень, брошенный в гладь воды.

Иннис вдруг поняла, зачем Императрица устроила это чаепитие. Она хотела задушить что-то в зародыше.

Ведь именно Императрица поддерживала низложенного кронпринца Родвана, добиваясь помилования его преступлений и восстановления в правах, чтобы он мог возглавить войну.

Не было секретом, что Родван хотел занять освободившееся место Эноха.

Это стало бы возможным, если бы он вернулся с войны победителем. При условии, что Энох так и не найдётся.

— Какова бы ни была правда, я не могу выразить, как счастлива, что они все живы и здоровы. Поэтому я решила устроить большой праздник в честь возвращения кронпринца.

Праздник возвращения. Иннис задумалась, понравится ли это тем, кто вернулся. Если их исчезновение было недобровольным, им скорее нужен отдых, а не веселье.

— Надеюсь, они скоро вернутся!

— Как я рада, что эта ужасная война наконец закончилась!

— Не могу дождаться, когда же узнаю, что вообще происходило всё это время!

Беседа продолжалась, дамы с восторгом подхватывали слова Императрицы.

Иннис просидела в неловкости до конца чаепития и наконец была «отпущена» через три-четыре часа.

К чёрту их всех.

Теперь, когда она поняла истинную причину приглашения, поздравления Императрицы больше не казались ей искренними.

Покинув чаепитие, Иннис шла по дворцовому коридору, когда кто-то преградил ей путь.

— Леди Флоне.

Это был временный помощник низложенного кронпринца Родвана.

Иннис бросила на него холодный взгляд, и её собственный aide, Джейден, шагнул вперёд, блокируя путь незваному гостю.

— В чём дело? — спросил он от её имени.

Джейден был мужчиной внушительного телосложения, и даже если он никогда не занимался боевыми искусствами, его вид заставил помощника Родвана слегка поёжиться.

— Е-го Высочество принц Родван желает вас видеть.

— Я думала, он на поле боя. Как он может меня искать?

— Он поговорит с вами через сферу связи.

Иннис скривилась от отвращения.

— У семьи Флоне тоже есть сфера связи. Зачем вы преграждаете мне путь? Вы хотите умереть?

Помощник растерялся под её ледяным взглядом, и Джейден снова вступил в разговор с угрожающей интонацией:

— Леди Флоне задала вам вопрос. Отвечайте.

— Его Высочество сказал, что вам будет удобнее воспользоваться дворцовой сферой…

— Щёлк.

Бейдж в руке Иннис сломался.

Какой эгоист.

После исчезновения кронпринца Эноха, Родван, лишённый титула, стал настойчиво ухаживать за Иннис, утверждая, что влюбился в неё с первого взгляда.

Он уже однажды пытался убить Эноха после победы на поле боя, был разоблачён, лишён титула и отправлен в изгнание за свою наглость.

Родван никогда не был настоящим наследником — его мышление было поверхностным, а планы — примитивными.

Но его позиции укреплялись, поскольку Император и Императрица начали ему благоволить.

Стиснув зубы, Иннис последовала за помощником, чтобы через сферу связи увидеть мерзкое лицо Родвана.

[Подожди немного. Я вернусь и возьму тебя в жёны.]

— Вы разве не слышали новости? Его Высочество кронпринц вернулся.

[Я разберусь с этим. Здесь повсюду мои люди. Ты понимаешь, что это значит? Скоро я избавлюсь от всех и займу трон кронпринца.]

— Кто сказал, что я выйду за вас замуж? Я наследница Дома Флоне. Прекратите быть таким грубым. Если продолжите, я сочту это оскорблением нашей семьи.

[Ха-ха-ха, и на этот раз ты злишься? Твоё злое лицо прекрасно, но сейчас я устал. Подожди немного.]

Как только связь прервалась, а мерзкое лицо исчезло, Иннис швырнула сферу на пол.

Сукин сын! Как только Энох и Маргарет вернутся, тебе конец.

Но затем она вспомнила слова Родвана:

«Здесь повсюду мои люди. Ты понимаешь, что это значит?»

Этот идиот даже не осторожничает. Неудивительно, что его свергли.

Иннис быстро зашагала прочь.

— Нужно предупредить семью.

Пусть сломают этому ублюдку нос. Чтобы он больше не смел мечтать о троне.

Была глубокая ночь.

Я крепко спала, но на моём лице появилось лёгкое щекотливое ощущение, будто кто-то гладил меня по щеке.

— Кх… фу… наглый ублюдок… превратил моё тело в жалкий лоскут…

В ухе раздался знакомый голос. Мои глаза резко открылись. Передо мной было лицо Кайдена.

— Ты проснулась?

— Кайден?

— Должно быть, я выгляжу как Кайден. К сожалению, я не он.

Я резко отпрянула. Ынчжи, спавшая на тумбочке, сонно приоткрыла глаза.

— Кто ты?!

Я быстро зажгла лампу. Передо мной сидел… Кайден. Серебряные волосы, красные глаза, серёжка в правом ухе. Это определённо он.

Неужели…

— Дженас?

"Надеюсь, нет".

Это был вопрос, который я задала вслух, ожидая услышать "нет", но, к своему удивлению, Кайден ответил:

"Да. Ты должна меня узнать. После того, что ты со мной сделала, глупо, что ты меня не признаёшь".

Его голос звучал настолько зловеще, что у меня по коже побежали мурашки. В нём явно чувствовались обида и ненависть ко мне.

Передо мной определённо был Дженас — но с лицом Кайдена.

Неужели это сон…?

Я не могла в это поверить. Что, чёрт возьми, случилось с Кайденом? Разве это не казармы, где я спала?

Заметив моё растерянное выражение лица, Дженас ткнул пальцем себе в грудь:

"Кайден спит здесь, а я могу напрямую контролировать его тело, только когда он погружается в сон или анабиоз".

"Ч-что?! Значит, Кайден…!"

Как только мысли прояснились, я схватила сигнальный пистолет, зарядила его и навела на Дженаса.

Этого не может быть.

Он не может быть жив, да ещё и в теле Кайдена!

Дженас поднялся с кровати и отступил на шаг. Я медленно взвела курок, положив палец на спусковой крючок.

"Ты собираешься стрелять в меня? Всё равно это не моё тело — думаешь, тебе это поможет?" — усмехнулся Дженас.

Я закусила нижнюю губу, не опуская оружия.

"Не бойся, мой потомок в порядке…"

Дженас раздражённо вздохнул.

"Чёрт, я могу только имитировать его поведение и говорить то, что мог бы сказать он. Всё остальное мне недоступно".

"О чём ты?"

В этот момент Ынчжи обвилась вокруг моей руки, оскалившись в сторону Дженаса.

"Как ты посмел заключить со мной контракт душ…"

"Контракт душ?"

"Не хочу говорить. Спроси у моего потомка".

Он снова вздохнул, на этот раз с досадой. Похоже, он действительно не собирался больше ничего объяснять.

"Зачем ты здесь?"

Дженас пожал плечами с видом полного безразличия.

"Я хотел, чтобы ты знала — я жив. Ну как, в отчаянии? Думала, убить меня будет так просто?"

Он усмехнулся. Мне захотелось ударить его по лицу.

"Мой потомок солгал тебе о том, что я мёртв. Разве ты не чувствуешь себя преданной?"

"Ты хочешь поссорить нас?"

"Что-то вроде того. Я до сих пор не понимаю… как ты могла всё разрушить. И хочу узнать это лично".

Что за бред?

Да, Кайден не сказал мне о душе Дженаса, но я знала — он сделал это не из-за предательства. Всё ради нашего же блага.

Если ты хочешь нас поссорить, тебе стоит знать, с кем имеешь дело. Я пристально посмотрела на Дженаса.

"Кайден знает, что ты здесь?"

"Нет. Он бы с ума сошёл. Так что, Маргарет, я не хочу, чтобы ты рассказывала ему о нашей встрече".

"Ты думаешь, я сумасшедшая?"

Дженас не ответил, лишь изучающе смотрел на меня.

Я не могла понять, о чём он думает. Его лицо было совершенно бесстрастным. Чего он вообще от меня хочет?

Но вдруг его лицо исказилось от гнева.

"Мой потомок просыпается, чёрт… Всё из-за тебя я оказался в этом дерьме…"

Дженас смотрел на меня так, будто хотел убить. Моё терпение лопнуло.

"Ах, значит, это я виновата, что ты умер? Потому что встретил меня, потому что ты — кусок дерьма?!"

Конечно, после моего крика он даже не успел ответить. Его глаза медленно закрылись, тело пошатнулось. Я в испуге бросила пистолет и поймала его — точнее, тело Кайдена.

"Что, чёрт возьми, происходит?!"

Его ресницы дрогнули, когда я проверяла его состояние, и глаза медленно открылись.

"…Маргарет?"

На этот раз это был настоящий Кайден. Он широко раскрыл глаза, потом помрачнел, будто всё понял.

"Вот же…"

Он провёл рукой по волосам.

"Бальхён…" — пробормотал Кайден.

"БАЛЬХЁН!" — вдруг рявкнул он, теряя самообладание и топая ногой.

"Чтоб ты сдох, старик!"

Он грубо вцепился пальцами в волосы. Я молча наблюдала, затем позвала:

"Кайден".

Он замер, медленно повернулся ко мне. Его красные глаза дрожали, полные невысказанных эмоций.

Я видела нервозность на его лице. Кайден редко выглядел так.

"Как это произошло?"

"Маргарет…"

"Разве он не мёртв?"

Он подошёл, опустился перед кроватью на колени и взял мою руку.

"Прости".

"За что?"

"За то, что не убил его окончательно. Это было всё, что я мог сделать".

Он смотрел на меня виноватым взглядом, губы слегка дрожали. Я молчала, не зная, что сказать.

Он не смог убить Дженаса, поэтому заточил его в собственном теле.

Моё сердце сжалось. Что я могу сказать? Почему Кайден должен так страдать? Мои чувства — ничто, по сравнению с его болью.

"Тебе не за что извиняться передо мной".

"Всё равно прости. Я не сказал, потому что не хотел тебя расстраивать".

Если кто и должен быть расстроен больше меня — так это Кайден. Всю свою жизнь, с самого детства, он был связан с Дженасом.

Кайден медленно объяснил мне суть контракта, который заключил с Дженасом.

Теперь стало ясно, почему духи поражали Кайдена молниями перед побегом с острова. Потому что Дженас был жив внутри него.

Заметив моё мрачное выражение, Кайден прижался щекой к моей руке.

"Не переживай за меня. Если я умру, его душа тоже исчезнет — это контракт душ".

Я смотрела на его красивое лицо, затем спросила:

"Ты в порядке?"

"Что?"

"Ты в порядке?"

"Маргарет, я не позволю, чтобы моя жизнь началась с Рохада и им же закончилась".

Он медленно протянул руку, ладонь коснулась моей щеки.

"Мы должны найти всех, кто участвовал в экспериментах. Я не дам Дженасу умереть спокойно — он будет страдать вечно".

Я сжала его руку и прямо посмотрела в красные глаза.

"Ты прав, это важно. Но, Кайден… для меня важнее, чтобы ты был в безопасности".

Его глаза расширились. В них мелькнуло что-то невыразимое.

"Маргарет… я так тебя люблю", — прошептал он себе под нос.

Затем спокойно уложил меня на кровать и накрыл одеялом. Ынчжи тут же свернулась рядом.

Кайден погладил меня по животу.

"Спи сейчас. Прости, что разбудил посреди ночи".

Он наклонился и поцеловал меня в лоб. Я молча смотрела, как он выходит из казармы.

Мысли путались. Дженас запечатан в теле Кайдена.

Как я могу спать после этого?

Позже я узнала, что Дженас, который обычно не умолкал в голове Кайдена, несколько дней не разговаривал с ним после моих слов.

И мы так и не поняли — почему.

На следующий день

Утром военный лагерь взорвался пересудами — Энох наказал рыцарей, которые сплетничали обо мне.

Не желая усугублять ситуацию, я осталась в бараке.

— Маргарет, ты в порядке?

Юанна, только что вернувшаяся после встречи с представителями Святого Престола, сразу же зашла ко мне.

Я обрадовалась её присутствию — мои мысли были слишком тяжёлыми.

— А где архиепископ?

— Вернулся в свой барак.

Я нахмурилась в ответ.

Мне казалось, Рузеф странно избегает меня… Наверное, мне просто показалось.

— А ты? Не переусердствовала? — спросила я, беря её руку, пока она усаживалась на мою кровать с улыбкой.

— Да, я устала, поэтому мне нужно отдохнуть.

Но, Святая Дева, зачем тебе отдыхать именно здесь?

— Маргарет, ложись тоже.

— Нет, я в порядке…

— Ну же!

Юанна потянула меня за руку. Я в замешательстве упала рядом на кровать. Устроившись на подушках, она повернулась ко мне и улыбнулась с детской непосредственностью.

— Я всегда мечтала вот так проводить время с подругой. Ты — моя первая.

Подожди, когда мы успели стать подругами?

— Что, у тебя есть ещё кто-то, кроме меня?

— Нет.

— Тогда мы обе — первые друг у друга.

Невероятно: ни у меня за двадцать лет, ни у неё не было друзей…

Звучит как диалог социофобов, но ладно, проигнорируем.

Честно говоря, я всегда мечтала о такой «пижамной вечеринке», так что это даже приятно.

— Маргарет, можно войти?

У входа в барак раздался голос Эноха.

— Маргарет сейчас занята.

Не успела я ответить, как Юанна уже крикнула в дверь. Услышав её голос, Энох резко отодвинул полог и зашёл внутрь.

Увидев нас, лежащих вместе на кровати, он остолбенел. Выражение его лица напоминало мужа, заставшего жену в постели с любовником.

На острове мы каждую ночь спали бок о бок на земле, но теперь приходилось соблюдать приличия. Я вскочила, смущённая.

Но Юанна, как в старые времена на Алее, лишь помахала ему рукой:

— Привет.

Энох проигнорировал её и подошёл ко мне.

— Ты в порядке?

Его вопрос звучал просто, но взгляд был пристальным, будто он проверял, всё ли со мной хорошо.

Я кивнула. — Всё нормально.

И в тот же момент он крепко обнял меня. Я замерла в его объятиях, не понимая, что происходит.

Энох уткнулся лицом в моё плечо и тяжело вздохнул.

— Вчера у нас не было возможности нормально поговорить. Я рад, что ты в безопасности.

Разве мы не поздоровались вчера? Мне кажется, вполне нормально… Я застыла в его руках.

Кстати, знает ли Энох о состоянии Кайдена?

С момента взрыва Алеи и до сих пор у нас не было возможности спокойно обсудить это.

Но…

Я растерянно посмотрела на людей за спиной Эноха. Рыцари, которые, видимо, пришли с ним, стояли у входа и смотрели на нас с открытыми ртами.

— Энох… Я думала, ты один.

Он наконец отпустил меня и обернулся. Лица рыцарей побелели, будто они увидели призрака.

Интересно, какое у него сейчас выражение лица?

— Вам что-то нужно? Кажется, я говорил не следовать за мной.

Рыцари нерешительно отступили и скрылись за пределами барака. Я наблюдала за спиной Эноха, разгонявшего их, и задумалась.

Похоже, Кайден не рассказал Эноху о Дженасе.

«Не знаю, почему он промолчал, но ему стоит поделиться этим со всеми, пока не стало слишком поздно.»

Возможно, мне стоит поговорить с Кайденом об этом.

Он уверял, что мне не о чем беспокоиться — мол, Дженас навеки прикован к нему и будет страдать. Но я всё равно переживала.

Действительно ли с ним всё в порядке?

Когда Энох вернулся, уже без рыцарей, он извинился:

— Прости за поведение моих подчинённых. Надеюсь, они тебя не расстроили.

Что ж, для кронпринца он довольно легко извиняется. Или только передо мной?

Оценив моё состояние взглядом, Энох объяснил причину визита:

— Если ещё не ужинала, не хочешь присоединиться? Там будут лорд, кронпринц и… архиепископ.

Собрались все, кроме Диего — он отправился в западный лагерь к брату.

— Артдал говорит, что нашёл пион.

Уже? — я широко раскрыла глаза.

Энох тем временем хмуро смотрел на Юанну, которая развалилась на моей кровати, как у себя дома. Та лишь беззаботно помахала ему рукой, словно мы всё ещё на острове.

— Мы можем идти сейчас? — спросила я.

Лучше обсудить пион в кругу всех, а после ужина нужно поговорить с Кайденом наедине.

Энох кивнул и потянулся к моей верхней одежде. Я смотрела, как он застёгивает на мне куртку.

— Я сама могу.

— Я хочу помочь.

Он поднял на меня взгляд, полный такого немого укора, что я сдалась.

Юанна наблюдала за этим сценой в шоке и прошептала:

— Только мы вдвоём знаем, что кронпринц сам напросился на это, да?

— Я тебя слышу. Долго ты ещё будешь так грубить, Святая Дева? — рявкнул Энох.

— Ладно-ладно, при людях буду вести себя прилично.

— Не при людях — при мне. Скажи спасибо, что Маргарет здесь.

Раньше я думала, что она враждует только с Кайденом, но теперь поняла — и с Энохом тоже. Да и с Артдалом у неё были тёрки. Может, она просто не ладит с мужчинами вообще?

— Кстати, Маргарет, письмо от твоей семьи.

Энох достал из кармана конверт. Он уже был вскрыт.

— Оно адресовано мне, так что я прочёл его первым, — поспешно добавил он.

Отправителем значилась моя сестра Иннис. Вкратце: главнокомандующим Империи Лэнгридж назначен Родван, и он, скорее всего, попытается устранить Эноха до возвращения домой.

Я удивлённо посмотрела на Эноха:

— Бывший кронпринц… то есть принц теперь командует армией?

Родван — его сводный брат, некогда законный наследник. Бесталанный и жестокий, он держался у власти лишь благодаря поддержке императрицы и «чистоте крови». Когда-то он пытался убить Эноха, но был разоблачён и сослан. Однако после исчезновения Эноха его восстановили в правах.

— Так и есть. Он в западном лагере. Сегодня утром было совещание о прекращении войны…

Энох замолчал, задумчиво потирая подбородок.

Юанна с любопытством косилась на письмо, но тема была слишком деликатной, так что мы промолчали.

— Давайте сначала пройдём в столовую. Остальные ждут.

Энох и Юанна кивнули в унисон.

Несмотря на перемирие, вокруг всё ещё зона войны. Да и бараки были не лучшего качества — не место для знати.

Но для нас, выживших на острове, кишащем монстрами, это был настоящий рай.

Когда я вошла в столовую, Рузеф и Кайден уже сидели за столом.

— Эй, Ддаггари. Говорят, все паладины отступили, а ты чего торчишь здесь?

— А ты чего не сбежал к своим проклятым магам?

Картина, где они хватают друг друга за воротники, напомнила старые времена. Я была так рада, что все живы, что бросилась к Рузефу:

— Архиепископ, вы в порядке?

Увидев меня, он вздрогнул и отпрянул. Я растерялась:

— Что-то не так?

— М-молодая леди… давно не виделись.

— Что?

«Давно» — это если неделю не виделись? Мы же только-только прошли через портал и угодили в войну. Даже перемирие ещё не заключили.

— Раньше мы виделись каждый день, так что неделя — это действительно долго.

Хотя я проспала почти трое суток после прибытия…

В отличие от Юанны, которая заходила поздороваться, Рузефа я едва видела. Словно он избегал меня.

Я спросила то, что давно хотела:

— Духи правда ушли?

— Да. Похоже, они получили то, что хотели, — ответил он, избегая моего взгляда.

Странно. Что с ним?

— Архиепископ, почему вы меня избегаете? — я встала прямо перед ним, чтобы он не мог отвернуться.

— Ч-что? К-когда я…?!

— Хех… идиот.

Кайден цыкнул и объяснил за него:

— Он чувствует себя виноватым перед тобой.

— В чём?

— Ты доверила ему запечатать духов, но из-за него тебя похитила та проклятая волшебница, и мы едва не погибли на острове…

Рузеф сжал губы и опустил голову. Ох…

— Не надо… вам не за что извиняться. Если так разобраться, у каждого из нас перед другим сотня претензий.

Юанна, услышав это, нахмурилась и отложила печенье, которое уже тянула в рот.

— А, все уже здесь! Главные герои, как всегда, появляются последними!

В дверях возник Артдал. Он вёл себя скорее как шут, чем принц.

Увидев растерянного Рузефа, он удивлённо поднял бровь:

— Архиепископ, чего ты тут стоишь, как побеждённый? Лорд, леди — садитесь! Не мне указывать, но чувствуйте себя как дома.

Он обнял Рузефа за плечи, весело рассмеялся и усадил всех за стол.

Энох и Артдал заняли места во главе стола, Кайден и я сели в центре, напротив Рузефа и Юанны.

Еда, несмотря на военные условия, оказалась достойной. Как объяснили Энох и Артдал, в королевских бараках всегда готовы к переговорам — отсюда и роскошь.

Когда слуги подали карпаччо и удалились, Энох нарушил тишину:

— Нынешний главнокомандующий Лэнгриджа — принц Родван. Лишённый титула кронпринца и сосланный, он теперь восстановлен в правах.

Я вспомнила письмо Иннис. Родван снова хочет устранить Эноха — этот человек совсем не учится на ошибках.

— Они явно скоро явятся сюда, и их цель — моя смерть. Прошу вас отнестись с пониманием.

Лицо Эноха оставалось спокойным, но в его глазах читалась твёрдая решимость.

Я лишь слышала о планах Родвана, но впервые узнала, что он прибудет сегодня.

Я удивлённо посмотрела на Эноха.

— Что? Это правда? У тебя есть план защиты?

— Не волнуйся, я всё предусмотрел. Просто считай его летающим насекомым.

Энох говорил спокойно, но я так не думала. Похоже, это «насекомое» было слишком крупным.

Артдал, сидевший напротив, усмехнулся:

— Ха, бесполезно переживать. Кто сказал, что он не великий человек?

Его слова немного успокоили меня.

— А теперь, — продолжил он, — мы собрались здесь за ужином, потому что уже нашли цветок, о котором говорила Аната. А именно — пион, пойманный в паутину.

Артдал изящно отпил вина, и его манеры вдруг стали настолько благородными, что он действительно стал походить на принца.

Он рассказал, что утром за ним пришли люди из Королевства Хестия, и один из рыцарей, сопровождавших его, носил на себе этот символ.

Им оказался Абердин Кристин.

Абердин был тем, кому Артдал настолько доверял, что в своём завещании просил нас разыскать его. Он говорил, что если умрёт, то у трона не останется других наследников.

— У парня татуировка пиона на затылке. Я никогда не подозревал, что он связан с экспериментом… Хотя, должен признать, он очень способный.

Лицо Артдала потемнело, и он осушил бокал одним глотком.

— Возможно, я ещё не достоин быть королём. Я не заслужил магические глаза. А теперь, когда у меня остался лишь один… может, это знак.

Он усмехнулся, постукивая пальцами по повязке на правом глазу.

Воцарилось молчание — никто не знал, что сказать.

— Ну, по крайней мере, мы выяснили, что «пион в паутине» — это татуировка на телах участников плана, — наконец произнёс Энох.

— Лучше всего проверить подозреваемых. Те, кто развязал эту войну, скорее всего, причастны.

— Верно, но массовые обыски провести сложно. Среди них есть высокопоставленные особы, — скептически заметил Рузеф.

— Эх, если бы мы были на острове, можно было просто схватить их и проверить, — задумчиво пробормотала Юанна.

Когда Рузеф отчитал её тоном священника, она сделала вид, что не слышит. Видимо, переняла эту манеру у Кайдена.

Энох добавил:

— Тогда можно подкупить их приближённых или слуг. Если найдём символ, нужно сразу искать доказательства их связи с экспериментом или Святым Престолом.

Все кивнули. Затем Энох спокойно продолжил:

— Я уже отправил разведгруппу на Алею. Возможно, они найдут там улики.

— Что? Уже? — я уставилась на него, поражённая его оперативностью.

Артдал щёлкнул пальцами:

— Если мы найдём доказательства на Алее, это идеально подтвердит их причастность.

Кайден, поливая карпаччо лимонным соком, равнодушно бросил:

— Есть и другие способы. В семье Рохад хранится документ с Клятвой Крови — подписи участников эксперимента.

……Что?

Кажется, я была не единственной, кого это шокировало.

— Откуда ты это знаешь, лорд?

— Это же его семья, — ответила за Кайдена Юанна.

Пока все размышляли, Кайден грохнул вилку на стол и сказал:

— Нет. Это Дженас в моём теле рассказал мне.

— Скрип.

В тот же миг все, кроме меня и Кайдена, вскочили, хватая оружие. Непонятно, откуда у них взялись эти смертоносные предметы.

Я осталась сидеть рядом с Кайденом, лишь доставая из кармана сигнальный пистолет — стоит ли и мне присоединиться?

Кайден лениво оглядел всех и вытер рот салфеткой.

— Всё в порядке. Я заключил с ним контракт, навеки привязывающий его душу ко мне. Он не может действовать против моей воли.

— Я знаю о таком договоре. Ты сделал нечто интересное, — сказал Артдал.

Он не был магом, но благодаря истории его семьи с магией, он разбирался в заклинаниях не хуже эксперта.

— Ты назначил ему «наказание»?

— Его душа будет разрываться каждый раз, когда он попытается освободиться.

Кайден встал.

— Бальхён, — произнёс он, и его красные глаза на мгновение вспыхнули.

— Каждый раз, когда я говорю это, на его душу накладывается печать. Это наказание, сжигающее её.

Артдал восхищённо ахнул:

— Ого. Ты только что активировал его?

— Печать наложена.

Я не могла представить, как Дженас безжалостно мучается. Тот Дженас, что ворвался ко мне прошлой ночью, был так уверен в себе.

Если он теперь в таком состоянии… Может, смерть, как у Анаты, была бы милосерднее?

— Как ты связал его душу? Я думал, Дженас мёртв.

Кайден спокойно объяснил события того дня: как он столкнулся с частью души Дженаса в своём теле, как молния ударила в него и как он использовал это для активации контракта.

— А, вот почему духи били тебя молниями перед побегом. А я думал, тебя просто не задело, в отличие от Анаты.

— Дженас сейчас слушает? — с искоркой в глазах спросила Юанна.

Кайден кивнул. Тогда она тут же повернулась к нему:

— Для архимага, прожившего тысячу лет, твой конец довольно жалок. Что ж, отлично.

Кайден рассмеялся.

— Пфф.

В этот момент в барак вошёл слуга с основным блюдом.

Увидев нашу «сцену», он в ужасе ретировался. Неудивительно — все стояли в боевых стойках, стулья валялись на полу, а в руках у каждого было оружие.

Мы неловко переглянулись, но в конце концов расселись обратно.

— Итак, значит, нам нужно искать Клятву Крови? — нарушил молчание Артдал.

Юанна брезгливо сморщилась:

— Не могу поверить, что такое существует.

— Точно, — поддержал Рузеф.

Наступила ещё одна пауза — все обдумывали дальнейшие действия.

Тихий ужин продолжился…

Но лишь до того момента, пока Рузеф, наслаждавшийся жареной ногой ягнёнка, не увидел, как Кайден пьёт красное вино.

— Я слышал, ты не пьёшь, лорд.

Я удивлённо посмотрела на Кайдена.

— Я никогда об этом не слышала. Ты не пьешь?

— Почему? Я могу выпить.

Я заметила, что его щёки уже порозовели.

— Ну, можешь выпить, только не упади потом в обморок.

— Эй, Даггари! Может, заткнёшься?

— Видимо, это в духе грязных магов — не ценить чужую заботу.

На самом деле, вероятно, поэтому Рузеф и Кайден друзья…

Кайден неожиданно рассмеялся на провокацию Рузефа и залпом осушил бокал.

— Видишь, я могу это выпить!

— Всего один бокал.

Рузеф усмехнулся и протянул ему ещё вина.

Но ему не удалось напоить Кайдена дальше — как он и предупреждал, после одного бокала Кайден рухнул головой на стол.

Мы замерли. Даже Рузеф выглядел озадаченным — видимо, не ожидал, что всё настолько плохо.

Когда я ткнула пальцем в щёку Кайдена, мне вспомнились слова Дженаса. Когда Кайден впадает в спячку, Дженас может контролировать его тело.

Но ничего не произошло. За ужином Кайден несколько раз бормотал «Бальхён» — возможно, он обездвижил душу Дженаса.

И тут…

В барак без предупреждения вошёл человек.

— Ну, все здесь, я смотрю?

Это был принц Родван.

Его огненно-рыжие волосы сразу бросались в глаза, и он выглядел точно так, как я помнила.

Энох был прав — за ним шли вооружённые рыцари.

Его взгляд упал на меня, и он радостно оживился.

— О! И юная леди Флоне здесь!

Родван подошёл ко мне и откровенно разглядывал моё лицо. С чего вдруг ты ведёшь себя так, будто мы друзья?

— Жаль, что ты так похожа на сестру, — сказал он. — С таким лицом… а характер, говорят, у тебя ужасный. Ходят слухи, что ты психопатка.

Что за чёрт? Я не смогла сдержать эмоции, как раньше на острове, и нахмурилась.

— Леди, держись, — Артдал похлопал меня по плечам, будто успокаивая бешеную собаку.

— Эй, принц, если тронешь её, она может распороть тебе живот. Лучше не подходи.

Что? Это звучало как: «Моя собака рвёт людей на куски, если её дразнить».

К тому же я не припомню, чтобы когда-либо «распарывала животы». Наверное, он имел в виду мои фальшфейеры против монстров.

— Кого я вижу. Кронпринц Артдал. Давно не виделись.

Родван дружески поприветствовал его, будто они старые знакомые. Конечно, Родван когда-то был кронпринцем до Эноха, так что их знакомство неудивительно.

Однако Артдал…

— Я не хочу проводить с тобой время. Разве ты не преступник, пытавшийся убить моего брата? Ты сбежал из ссылки? Ха-ха, мы тоже недавно сбежали с острова!

……

Он рассмеялся собственному «юмору», наполнив воздух ледяным холодом.

- Похоже, он специально спровоцировал Родвана, — прошептал мне Артдал. — Довольно хитро.

Родван, лицо которого исказилось от ярости, рычаще бросил Артдалу:

- Ты забыл, что это военный лагерь Лэнгриджа?

Энок, до этого молча наблюдавший, наконец вмешался. Его голос звучал спокойно, но в воздухе повисла давящая тишина.

- В таком случае, ты, кажется, забыл, что здесь я.

Его взгляд был ледяным, но в нём читалась непоколебимая уверенность. Юанна и Рузеф отошли в сторону, наблюдая, как три принца меряются силами.

Я хотела увести Кайдена подальше, но он спал, положив голову на стол, совершенно не реагируя на происходящее.

- Да, Энох. Мой младший брат. Не могу поверить, что ты выжил.

Он сказал именно «выжил», а не «вернулся невредимым».

Меня осенило: возможно, Родван причастен к похищению Эноха.

- Ты представляешь, сколько мне пришлось сделать, чтобы заполнить пустоту, которую ты так безответственно оставил? Ты недостоин звания кронпринца.

Его слова были полны ненависти. Я вспомнила исповедь Эноха о его травме:

«Даже в детстве, когда я соревновался с братьями, и когда терял товарищей на поле боя, никто никогда не говорил мне: „Всё в порядке, остановись". Может, мне это было нужно».

Все братья Эноха, соперничавшие с ним, мертвы. Ходили слухи, что это дело рук сторонников Родвана, но доказательств не было.

Более того, именно они отправили Эноха на войну в Ромализану — чтобы убрать его с глаз долой.

А в итоге сами попались, пытаясь убить его из-за того, что он выжил и вернулся.

Родван был некомпетентным, глупым и безмозглым кронпринцем, и только благодаря поддержке императрицы и статусу законного наследника он сохранял позиции.

Я окинула взглядом присутствующих и встретилась глазами с Кайденом, который, облокотившись на стол, с интересом наблюдал за перепалкой.

- Он же спал... Когда успел проснуться?

Подождите...

Неужели?

Наши взгляды скрестились, и Кайден улыбнулся. Затем поднял указательный палец к губам, словно говоря: «Тише».

Это не Кайден. Это Дженас.

- Именно поэтому я вернулся, чтобы забрать то, что мой младший брат украл у меня.

Несмотря на гневные слова Родвана, Энох оставался невозмутимым. Его спокойствие было пугающим.

Родван, казалось, был пьян от иллюзии, что поучает Эноха.

- Энох, я приготовил для тебя подарок.

Он хлопнул в ладоши. В барак вошли рыцари, неся что-то... нет, кого-то.

- Тзк!

Рыцарь швырнул окровавленного человека на пол.

- А-а-а! — вскрикнула Юанна, испуганная видом искалеченного тела.

- Это грязные семейные дела Империи Лэнгридж, так что прошу остальных сохранять спокойствие. Не волнуйтесь, у меня разговор только с братом.

Родван окинул нас высокомерным взглядом, затем снова обратился к Эноху. Его глаза сузились — он явно ждал реакции.

Он знал о «приступах» Эноха.

Но время шло, а Энох не подавал признаков ярости. Лицо Родвана постепенно теряло уверенность.

- Ты... не удивлён?

Он выглядел растерянным, будто столкнулся с чем-то неожиданным.

- Что за чёрт... Ты должен был впасть в ярость! — прошипел он.

Родван, видимо, планировал устроить спектакль: показать, как Энох теряет контроль, и наказать его на глазах у важных персон. Если бы Энох взбесился, Родван мог бы либо «усмирить» его и стать героем, либо разоблачить и лишить титула.

План мог бы сработать... если бы не одно «но»: Энох уже справился со своей травмой.

Энох усмехнулся и неторопливо надел перчатки.

- Ты закончил?

- Что?

- Я спросил, всё ли ты хотел сказать.

Его низкий голос звучал опасно медленно. В нём сквозило презрение. Лицо Родвана исказилось от унижения.

- Какого чёрта? Ты... ты не собираешься впадать в берсерк...? — его голос сорвался на визг.

Энох наклонил голову, насмешливо глядя на него.

- Берсерк? Не знаю, о чём ты.

Артдал шепнул мне на ухо:

- Смотреть на драку всегда весело.

Его дыхание на ухе раздражало, но я согласилась. Жаль, у меня нет попкорна.

Родван отступил, озираясь на нас в замешательстве. Его лицо пылало от стыда — он опозорился перед важными людьми.

- Чёрт возьми! Окружите его! Это приказ!

В барак ворвались вооружённые рыцари... но их мечи были направлены не на Эноха, а на Родвана.

- Ч-что вы делаете?! Вы должны арестовать предателя, а не меня!

Клинки не дрогнули. Родван дёрнулся в панике, и остриё меча коснулось его шеи.

Он закричал и споткнулся о тело на полу.

Рузеф тихо прошептал мне:

- Похоже, тот ещё жив. Я позабочусь о нём после.

Да, здесь есть архиепископ и святая — беспокоиться не о чем.

Энох медленно подошёл к Родвану, смотря на него с жалостью.

- Ты правда думал, что эти люди — твои? Что этот лагерь, титул кронпринца и сама Империя Лэнгридж принадлежат тебе?

Родван растерянно озирался. Как же это унизительно. Мне даже стало его жаль.

- Большинство рыцарей здесь — мои соратники, годами сражавшиеся рядом со мной, брат.

Лицо Родвана побелело. Он застыл, как рыба на льду, затем исказился в злобе.

- Я слышал, твой статус был восстановлен лишь «временно». Император сказал, что признает тебя принцем только после победы в этой войне...

Энох смотрел на него свысока, как учитель на провинившегося ученика.

- Какая досада. Война уже близится к завершению, и теперь, когда я вернулся, Империя больше не нуждается в тебе.

Он устало провёл рукой по волосам.

- Не могу поверить, что ты всё ещё так глуп. Ты находишься перед кронпринцем Хестии и Святой Девой. Ты понимаешь, какой позор ты устроил?

Ого. Никогда не видела, чтобы Энох так откровенно и жёстко кого-то унижал.

Родван покраснел, затем побледнел, затем снова покраснел.

- По возвращении в Империю я доложу о твоём поведении. При стольких свидетелях у тебя есть возражения?

- Я…!

- Мне известно, что ты приказывал рыцарям атаковать меня, разрешая убить в процессе. На этот раз, брат, это не закончится изгнанием. Я потребую у императора твоего наказания.

Энох кивнул рыцарям.

- Арестуйте его.

- Не подходите! Вы думаете, я просто так сдамся? Чёрт! Я не для того приехал на это грязное поле боя!

Он вдруг рванулся ко мне.

Конечно, до меня он не добрался. Мечи снова преградили ему путь.

Родван уставился на меня жалобным взглядом.

- Леди Флоне, прошу, подайте мне руку.

- Простите? Почему я?

- Я — тот, кто должен жениться на вашей старшей сестре.

Я смотрела на него в недоумении.

- Иннис — наследница дома Флоне. Какой смысл ей выходить замуж за свергнутого принца, который даже не станет кронпринцем?

- Пффф.

Это «Кайден» — вернее, Дженас в его теле — рассмеялся.

Родван проигнорировал его и настаивал:

- Когда я прошу подать руку, вы должны согласиться!

Что за бред? Мы вообще незнакомы!

Родван попытался броситься на меня.

Внезапно под его ногами возникла чёрная тень.

Дженас медленно поднялся, руки в карманах. Он наступил на тень, и та резко дёрнулась, опрокидывая Родвана на пол.

- Кто ты такой, чтобы кричать на неё?

Все уставились на Дженаса.

Он пожал плечами.

- Я обещал своему потомку.

Дженас медленно подошёл и встал перед поверженным Родваном, затем опустился на одно колено, схватил его за воротник и, притянув к себе, указал на татуировку пиона на его ключице.

Я разглядела цветок пиона, опутанный паутиной.

Очевидно, Родван принадлежал к «фракции пионов». Вряд ли такой человек, как он, мог войти в их ряды самостоятельно — вероятно, за ним стояла императрица.

Если императрица замешана в этом, то их цель — императорская власть.

Но цель Дженаса — уничтожить мир и захватить власть. Неужели они этого не знают?

Или знают, и потому крутятся рядом, как гиены, выжидая момент.

— Проверили?

Дженас поднялся, будто выполнив свою задачу.

— Тебе нужно выявить всех, кто участвовал в эксперименте. Ха… наглец. Я что, похож на ищейку?

Он раздражённо цокнул языком и расстегнул рубашку, обнажив ключицу. Фраза «наглец», скорее всего, относилась к Кайдену.

Отброшенный на землю, Родван попытался подняться, но чёрные тени у его ног взметнулись вверх, обвили его тело и превратились в путы, крепко связав его.

Остальные, наконец, осознали, что перед ними — Дженас в облике Кайдена. Тот вздохнул и снова сел во главе стола, его лицо было мрачным и настороженным.

— Я ничего не могу сделать из-за ограничений. Даже говорить больно, так что я просто вернусь.

Затем он лениво опустил голову на стол и закрыл глаза. И больше не шевелился.

Артдал подошёл, проверил его дыхание и потряс, но тот даже не дрогнул. Казалось, Дженас исчез, оставив лишь пьяного в стельку Кайдена.

В этот момент снаружи поднялся шум. Энох поднял взгляд, и рыцарь отодвинул полог у входа в барак.

Двое мужчин в форме рыцарей Лэнгриджа волокли кого-то, сопротивляющегося и борющегося. Кудрявые светлые и тёмно-синие волосы — это Ноэль и Хайзен.

— Что происходит? — спросил рыцарь у входа, пока Ноэль и Хайзен, поклонившись Эноху, втащили схваченного.

— Этот человек крутился вокруг барака. Думаю, он шпион.

Видимо, двое, что следили за мной, заметили подозрительного типа и схватили его.

Незнакомец был одет в странную одежду, а его лицо выражало полную пустоту. Осмотрев пленника, Энох повернулся к Ноэлю и Хайзену.

— Как вы его нашли и схватили?

— Мы…

Под подозрительным взглядом Эноха окружающие рыцари единогласно обнажили мечи, направив их на Ноэля и Хайзена.

Те быстро оценили ситуацию и опустились на одно колено.

— На самом деле, мы хотели извиниться перед леди Флоне и ждали её у барака.

Все взгляды устремились на меня. Я моргнула, удивлённая внезапным вниманием. Взгляд Ноэля, полный щенячьей преданности и слёз, вызвал у меня лёгкое чувство вины.

Не отводя от меня глаз, Энох отдал приказ:

— Допросите этого человека. Узнайте, кто он и что здесь делает.

— Как прикажете.

Пока Ноэль, Хайзен и остальные рыцари кланялись, в барак вошёл статный мужчина в униформе. За ним следовал Диего.

Только тогда я поняла, что вошедший — брат Диего. Оба опустились на одно колено перед Энохом.

— Приветствуем Ваше Высочество, Кронпринца, малое солнце Империи Лэнгридж.

Энох кивнул, и рыцари утащили пленника.

— Отпустите меня! Марсель, скажи же что-нибудь! Мы же вместе вели эту войну!

Марсель, брат Диего, ошеломлённо посмотрел на Родвана.

— Вместе?.. Разве ты хоть раз явился на совет по стратегии? Кажется, всю ответственность нёс только я.

В отличие от мягкого и степенного Диего, Марсель говорил прямо и чётко.

— Для меня честь встретиться с вами. Прошу, зовите меня сэр Марсель.

Он поклонился каждому из нас, пока Родвана уводили.

Вскоре стол был накрыт, и мы все сели. Марсель удивился, увидев спящего Кайдена.

— Это…

— Лорд Кайден, глава Магической Башни Лэнгриджа.

— А, из дома Рохаде…

— Неважно. Он просто спит.

Не стоит объяснять, что он пьян, так что я опустила детали. Марсель медленно кивнул.

— Я спешно прибыл, услышав от брата о ситуации. Прошу прощения за бесцеремонность.

— Мы хотели бы узнать о семье Билтерхаймов. Вы что-нибудь знаете?

Марсель кивнул на вопрос Эноха. Оглядевшись, чтобы убедиться, что рыцари вышли, он понизил голос.

— Да. После исчезновения брата отец рассказал мне об этой семье. Билтерхаймы участвовали в экспериментах на Алее до недавних поколений, но, когда отец стал герцогом, он выступил против, и потому брата похитили, как подопытного.

Марсель и Диего обменялись тяжёлыми взглядами.

— Я добровольно присоединился к этой войне, чтобы узнать о судьбе брата и о планах «Цветков пиона».

«Цветки пиона»? Видимо, так называли себя заговорщики.

Артдал повернулся к Марселю:

— Вы и герцог знаете, кто входит в их число?

— Даже отец знает не всех, — ответил Марсель. — Но мы можем вычислить их по действиям.

Он задумался, затем продолжил:

— Теперь, когда пропавшие вернулись, они знают, что последний эксперимент провалился. Они наверняка ищут Алею и пытаются выяснить, живы ли маги-близнецы. И, конечно, нервничают.

Все взгляды устремились на Кайдена, кроме Диего и Марселя. Те последовали за нашими взглядами, не зная, что внутри Кайдена запечатан Дженас.

— Я не знаю, сколько новых сил к ним присоединилось, но маркиз Рохаде хранит Клятву Крови первых участников. Нам нужно найти её.

Он прав. Список участников — единственный способ понять масштаб заговора.

— Лучше всего поручить это лорду Кайдену. А нам важно найти Алею раньше них.

— Я уже отправил разведгруппу к южному побережью Лэнгриджа, — ответил Энох.

Марсель воодушевлённо взглянул на него.

— Позвольте мне лично возглавить поиски Алеи. Мы найдём доказательства.

— Я пойду с тобой, — добавил Диего, кланяясь Эноху.

Тот кивнул. — Хорошо. Тогда на вас двоих.

Диего поклонился ещё раз, будто удостоившись чести.

Абердин Кристин, дальняя племянница Артдала, и принц Родван… Пока мы ждём решения Абердин, но с Родваном можно разобраться сразу.

Мы узнали, что у участников эксперимента есть татуировка пиона, что у семьи Рохаде есть Клятва Крови с их именами, и что «Цветки пиона» ищут Алею.

Теперь и нам пора действовать.

Оставшиеся в лагере рыцари Лэнгриджа готовились к возвращению. Переговоры о завершении войны шли быстрее, чем ожидалось. Через два дня они должны были отправиться в имперских каретах.

Артдал, Юанна и Кайден вернулись к своим войскам для участия в переговорах.

Я осталась одна в бараке.

Вскоре мне стало скучно, и я вышла прогуляться. Но, словно поджидая меня, появились Ноэль и Хайзен.

— Ой, вы меня напугали!

Что, всё ещё хотите извиниться?

Не смущаясь, они опустились на колени и поклонились. Проходящие рыцари бросали на нас любопытные взгляды.

— Леди, я хочу искренне извиниться за произошедшее, а также за то, что не сделал этого раньше и продолжал следовать за вами.

Хайзен повторил слова Ноэля. У них действительно не было возможности извиниться — я то исчезала с Энохом, то была занята.

— Разве не они должны извиняться?

— О… это…

— Ладно, не надо.

Их лица исказились от внезапного раскаяния.

Они смотрели на меня, будто на трагическую героиню, и, кажется, испытывали глубочайшее сожаление.

Ноэль скорбно произнёс:

— Наверное, эти мерзкие слухи о вас распускают те, кто завидует вашей красоте.

…Что? Погодите, это какое-то странное недоразумение!

— Должно быть, вам было очень тяжело.

Хайзен повторил слова Ноэля, выражая мне сочувствие.

Я недоверчиво посмотрела на них, а затем рассмеялась.

— Если вам так жаль меня, вы могли бы хотя бы пустить слушок.

— Простите?

— Я была бы рада, если бы вы распространили информацию о том, как я спасла ваши жизни и какая я замечательная леди.

Произнося такое вслух, нужно быть совершенно бесстыдной. Я смотрела на них с доброжелательной улыбкой и невозмутимым лицом.

Ноэль и Хайзен выглядели озадаченными, поэтому я добавила полушутку:

— Видите ли, если вам действительно жаль меня, не ограничивайтесь словами — проявите это на деле. Думаю, это и будет настоящей благодарностью.

На мои слова Ноэль и Хайзен сначала смутились, но затем кивнули с решительным видом.

— Молодая леди, я обязательно отплачу вам.

— Оставьте это нам, леди.

Отчасти я говорила серьёзно. Но тогда я ещё не знала, что мои слова вызовут неожиданные последствия.

### Лагерь паладинов

Папа Бенатрис задумчиво смотрел на женщину перед ним.

Юанна, единственная в мире Святая Дева, избранница Бога, улыбалась так сладко, что это казалось зловещим.

— Как приятно снова видеть вас. Не ожидала, что сам Святейший Отец спустится на это поле боя. Ну, раз уж вы узнали, что пропавшие вернулись, конечно, примчались сломя голову, да?

— Кхм, Святая Дева. Вы говорите слишком много. — Архиепископ Риннехаон, стоявший рядом с Папой, сделал ей замечание.

Рядом с Юанной стоял Рузеф. Он нахмурился.

— Заткнись. Мы все знаем, что ты — сообщник.

— Прошу прощения, архиепископ Рузеф! Кто вы такой, чтобы повышать голос перед Святейшим Отцом?!

— Я сказал, заткнись, Риннехаон. Если ты не знаешь, кто я, не заставляй меня повторять.

Взгляд Рузефа, полный холодной ярости, остановился на лице Риннехаона. В Святом Престоле не было никого, кто не знал бы о его беспощадном нраве.

Риннехаон взглянул на Папу и замолчал.

Юанна улыбнулась Бенатрису.

— Вы начали эту войну из-за моего исчезновения, не так ли? Так подпишите декларацию о её окончании. Святая Дева вернулась и в полном здравии.

Она добавила тише, но с непоколебимой уверенностью:

— Если вы откажетесь… я не знаю, что с вами сделаю. Но если согласитесь — сохраню ваши секреты.

Даже без её угроз ситуация уже изменилась. С возвращением Святой Девы продолжать войну в священных землях Ромализана, где поклоняются Богу, было бы безумием.

Папа Бенатрис стиснул зубы.

Как, чёрт возьми, она вернулась? Портал на остров Алея разрушен, а Дженас не отвечает. Проклятый маг.

Он ненавидел Дженаса, но верил в его способности. Они работали над этим великим экспериментом тысячу лет.

И вот, когда до успеха оставался шаг, всё пошло наперекосяк. Он не мог понять, что произошло.

Скрепя сердце, он согласился подписать декларацию о прекращении войны.

Как только Юанна и Рузеф вышли, Бенатрис швырнул на пол чашку с чаем. Риннехаон напрягся.

— «Цветки Пиона» должны воссоединиться.

Слова Папы заставили архиепископа вздрогнуть.

— Но… «Цветки Пиона» … — он запнулся.

Тысячу лет «Цветки Пиона» тайно сотрудничали в своих экспериментах, но по сути они были могущественными людьми с противоположными интересами — идеальной гармонии между ними быть не могло.

Поэтому, когда братья-архимаги объявили, что эксперимент близок к успеху, они тут же начали резать друг другу глотки.

Результатом стала эта война — каждый хотел урвать кусок побольше.

А теперь им снова придётся работать вместе.

Что ж, иного выхода нет. Мы не можем позволить тысячелетним трудам пропасть даром. Перемирие — до достижения цели.

Пока Риннехаон размышлял, Папа отдал приказ:

— Найти остров Алея. Тайно. И до того, как это сделают другие.

Его голос был тихим, но ледяным.

— Тысячелетние запасы маны не могли просто исчезнуть. Остров разрушен или нет — мы должны первыми завладеть тем, что осталось. И уничтожить все следы.

— Как прикажете. — Риннехаон поклонился.

Но их планам не суждено было сбыться. Вскоре Энох и его группа раскрыли миру правду об Алее.

### Лагерь Ассоциации Магов

— Сукин сын, ты совсем ебнулся? Прекрати гнать пургу, а то я вырву твой чертов язык, уёбок!

Кайден прижал сапогом голову своего сводного брата Херальда.

Командующие, захваченные врасплох его внезапным появлением, приготовились к атаке. Но одним взмахом руки Кайден создал магический круг, охвативший весь лагерь.

Ни один другой маг не смог бы создать такой масштабный барьер одним движением. Это была подавляющая сила.

— Подписывайте, если не хотите, чтобы на вас начали охоту.

Холодный взгляд Кайдена скользнул по магам. Те переглянулись, не решаясь выступить, и он сильнее надавил на голову Херальда.

— Ай!

Щелчок пальцев — и магический круг активировался. Невидимая сила пригнула одного мага за другим.

— Я, может, и не убью всех в этом лагере, но вас — запросто. Вы понимаете, о чём я?

Кайден — величайший маг этой эпохи. На Западном континенте есть четыре Магических Башни, но даже объединённые силы их Лордов не сравнятся с его мощью.

Ассоциация Магов, состоящая из членов семьи Рохаде и старших магов, существовала для контроля над Башнями. Но когда сила Кайдена вышла из-под контроля, они решили усыпить его.

И вот он вернулся.

Один за другим маги подписали соглашение о прекращении войны.

Херальд, стиснув зубы, поставил свою подпись под сапогом брата.

Чёрт возьми, как это вообще произошло?

Кайден должен был стать жертвой Дженаса. По плану, архимаг должен был захватить его тело, открыть врата между мирами и погрузить мир в хаос.

Но перед ними стоял сам Кайден. Дженаса в нём не было.

Тогда где Дженас? Что за чертовщина творится?

Нужно срочно предупредить отца — герцога Рохаде. Возможно, им придётся снова объединиться. Иначе их секреты скоро станут достоянием мира.

Новая цель: найти Алею, уничтожить доказательства и устранить всех выживших.

Переговоры завершились, и война, наконец, была официально прекращена.

Одновременно с этим мир узнал о существовании острова Алея — благодаря историям, которые распространили Энох, Артдал, Юанна и Кайден во время переговоров.

«Нас похитили, и за этим стоят определённые силы. Мы подозреваем тех, кто развязал эту войну. Истина откроется, когда мы найдём остров Алея у южных берегов Империи Лэнгридж» — так звучала их версия.

Военные лагеря гудели от слухов, и, вероятно, новость уже разлетелась по всему континенту.

Все взгляды были прикованы к южному побережью Лэнгриджа, и «Цветки Пиона» не могли взять инициативу в свои руки и что-то предпринять с островом Алея. Оставалось только гадать, что они задумают дальше.

«Но сначала — надеть это платье!»

Я уже некоторое время ворчала по поводу сложного наряда, когда в барак вошёл Энох и предложил помочь.

Мне было неловко, и я оправдывалась:

— Хоть бы прислали не только платье, но и горничную… Война же закончилась.

— Вижу, тяжёлые условия сделали тебя капризной, — спокойно ответил он, завязывая шнуровку у меня за спиной.

От этих слов мне стало ещё стыднее — я и правда веду себя как избалованная аристократка.

— Я слишком многого требовала от тебя на поле боя. Мне стыдно.

— Стыдно?

Энох тихо усмехнулся и наклонился ко мне. Его горячее дыхание коснулось моего обнажённого плеча, и я рефлекторно дёрнулась.

Низкий шёпот прозвучал у самого уха:

— Тебе стоило бы стыдиться вот этого.

Его пальцы легонько провели по моей коже.

В лицо ударил жар. Наверное, я покраснела, как маков цвет. К счастью, я отвернулась, и Энох не видел моего выражения.

Я стиснула зубы, не зная, что ответить.

Больше он не произнёс ни слова, но каждое случайное прикосновение к обнажённой коже заставляло меня вздрагивать. Может, стоило одеваться самой, даже если это сложно?

— Это напоминает мне наш остров, — вдруг произнёс он, будто вспоминая что-то давнее.

Остров?

В памяти всплыла долина, где Энох расстёгивал моё платье.

О чём мы тогда говорили?

«Что ты хочешь сделать в первую очередь, когда спасёшься?»

«Сначала — вымыться с мылом.»

Это желание исполнилось ещё до отплытия — Юанна нашла мыло в хижине.

«Что ещё?»

«Хочу поесть досыта. В особняке Флоне подавали потрясающие блюда.»

Этого пока не случилось. Но теперь, когда мы возвращаемся домой, всё будет.

Странное чувство. Столько событий привели нас к этому моменту, и наши отношения изменились так, что я не могу выразить это словами.

Трудно описать тот ужас, когда я проснулась на острове, не понимая, как там оказалась.

Я навсегда запомню, как мы поддерживали друг друга, борясь со страхом и непониманием.

Энох был рядом с самого начала. Возможно, поэтому наша связь особенная.

— Да, с тех пор многое изменилось, — тихо пробормотала я.

За спиной раздался лёгкий смешок Эноха. Озадаченная, я медленно повернулась к нему.

Он нежно провёл рукой по моей шее и наклонился ближе. Горячее дыхание обожгло щёку.

— Тогда я раздевал тебя, а теперь — одеваю. Необычное чувство.

Его взгляд скользнул по вырезу платья. Я сглотнула. Медленно, его глаза вновь встретились с моими.

Его золотистые глаза, устремлённые на меня, наполняются тёплым светом. Будто влюблённый, шепчущий самые сокровенные слова.

— Нет… это правда, но не так. Ты не можешь говорить подобное, Ваше Высочество, окружающие неправильно поймут.

Смущённо я отступила на шаг, но Энох спокойно сократил дистанцию, следуя за мной.

— Здесь нечего понимать неправильно. Я просто говорю правду.

Он протянул руку, поправляя прядь моих волос за ухом.

Затем он отошёл и жестом указал на моё платье: — Готово.

Раздражённая его невозмутимостью, отвечаю резко: — Не смейся надо мной.

— Прости, если тебе кажется, что это шутка. С тобой я всегда серьёзен.

Энох слегка склоняет голову, не отрывая взгляда. Его золотые глаза по-прежнему прикованы к моим, и я не могу понять, о чём он думает.

— Тогда скажи, чего ты больше всего хочешь, покинув остров?

— Ну…

— "Ну"? Подумай. Я ответила честно, а ты будешь так неискренен?

— Но, Маргарет… Если я скажу правду, тебе будет неловко.

Энох так и не сказал, чего желает, оказавшись на свободе, поэтому я настаиваю:

— Ты ведь не ответил, чего хочешь, когда мы уедем с острова.

Он приподнимает бровь, задумывается, и вдруг его взгляд проясняется — будто он наконец понял, о чём я.

— И всё ещё думаешь, что мне будет неловко от твоего ответа?

— Вижу, тебе не терпится узнать.

Энок проводит пальцем по подбородку, замерший взгляд на моём лице. Я жду, что же он скажет.

— То, чего я хочу… Можно сделать это сейчас?

— Сейчас?

Растерянно киваю. Не зная, чего ожидать, нервничаю, но неожиданно он протягивает руку.

— Можно подержать твою руку?

Неуверенно смотрю на его ладонь, затем осторожно кладу свою поверх.

— Вот чего я хотел.

Медленно склоняется, касаясь губами моей руки. Я застываю в недоумении, а он выпрямляется, встречает мой взгляд и улыбается.

— И ещё вот это.

Переворачивает мою руку и теперь целует ладонь. Его губы, мягкие и тёплые, прикасаются к нежной коже — от этого прикосновения по телу пробегает дрожь. Пальцы непроизвольно дёргаются.

Энох медленно отпускает мою руку и выпрямляется. Что… неужели всё?

Оказывается, его заветное желание — не тёплая ванна или вкусная еда, а всего лишь поцелуй моей руки.

— Но это ещё не всё.

Он бережно берёт меня за подбородок, заставляя встретиться взглядом. Я замираю, словно попавшая в паутину добыча.

Его лицо медленно приближается.

Я закрываю глаза…

Но ничего не происходит. Открываю их и вижу — Энох ухмыляется.

Смотрит на меня с такой нежностью, будто в его глазах растаяли конфеты.

— Ты что…!

— Ты ждала? — дразнит он, а мои щёки пылают. Я резко отстраняюсь. Сердце бешено колотится.

Что за чёрт? Что со мной происходит?

Тихонько прижимаю руку к груди. Сердце не унимается. Раньше на острове мы были куда ближе, так почему сейчас…

Сбитая с толку своими ощущениями, я теряюсь.

— Есть кое-что ещё.

Его взгляд скользит к моим губам, и всё тело покрывается мурашками. Напрягшись, провожу языком по пересохшим губам и поднимаю руку, чтобы остановить его.

— Ладно, я поняла! Мне не нужно наглядное объяснение!

— Поняла? Слишком рано, Маргарет.

Он смеётся, затем нежно гладит меня по голове. — Потерпи. Всё будет… но постепенно.

От этих слов сердце ёкает. Энох касается моего плеча, пока я сутулюсь.

— Расправь плечи. Подними подбородок. Вот так.

С лёгкостью поправляет мою осанку, будто перед ним неопытная аристократка. Я отвожу взгляд, смущённая.

Хотя я и осознала себя как Маргарет, мои привычки всё ещё выдают во мне Ли Джинжу. Я не знаю, как вести себя в этом мире.

Но Эноха это, кажется, ничуть не смущает. Он протягивает руку:

— Пора идти домой.

Смотрю на его ладонь, затем медленно принимаю её.

Домой. Мы возвращаемся домой.

От этих слов на глаза наворачиваются слёзы.

С переполненным сердцем я выхожу из барака, держа Эноха за руку. Рыцари уже готовы к отправке, но среди экипажей не видно Кайдена.

— Где Кайден?

Он прибегает, запыхавшись, и останавливается передо мной.

— Ты ждала меня?

— Где ты был?

— Немного поспорил со стариком.

«Стариком» Кайден называл Дженаса. Тот прожил тысячу лет, хоть и не выглядел на свой возраст.

Лёгкая улыбка Кайдена заставляет меня почувствовать вину. Зная, что для него значит имя Рохаде, я беспокоюсь за его душевное состояние — ведь теперь Дженас запечатан в его теле.

— Не смотри на меня так. Я в порядке.

Он ласково гладит мои волосы. Его большая рука тёплая. Красные глаза, когда-то казавшиеся пугающими, теперь сверкают, как рубины.

Да. Кайден сильнее, чем я думала.

— Садись в карету. Мы едем домой.

По его настоянию я забираюсь первой. Кайден отталкивает Эноха, пытающегося последовать за мной, и усаживается рядом.

— Место рядом с Маргарет — моё. Ой, чуть не упустил.

Бросает Эноху самодовольный взгляд: — Ты не едешь?

Энох с неодобрением смотрит на него, но молча садится напротив — видимо, не желая устраивать склоку в тесной карете.

Кажется, я не попрощалась с остальными, но мы скоро увидимся, — думаю я, глядя в окно.

Но когда карета уже готова тронуться, она внезапно останавливается. Выглядываю и вижу вдали группу людей.

Это Артдал и рыцари Королевства Хестия.

Его появление заставляет нас с Энохом и Кайденом снова выйти.

— Не хотел прощаться так холодно, поэтому примчался.

Артдал улыбается, пожимая руки Эноху и Кайдену.

— Леди, я скоро навещу Лэнгридж. Ждите меня.

Подмигивает мне. Почему он всегда так дразнится?

— Маргарет!

На этот раз голос раздаётся с другой стороны.

Среди мужчин в священнических одеяниях идут Рузеф и Юанна.

Юанна бросается ко мне и крепко обнимает. Ынчжи на моём плече вздрагивает и прячется в карман платья.

— Как только всё уладится, я сразу приеду в Лэнгридж. Подожди немного.

Почему все так рвутся в Империю? Рузеф хватает мои руки, всхлипывая:

— Леди, мне так грустно вас отпускать! Без вас на острове я бы не выжил, а как теперь жить без вас?

— О чём ты? Это же не Алея.

Но он не слушает, продолжая рыдать. Юанна смотрит на меня задумчиво, подбирая слова.

— Моя жизнь принадлежит тебе, Маргарет. Без тебя меня бы не было.

Глаза её краснеют. Рузеф энергично кивает:

— И моя тоже! На острове я бы орал до смерти!

Нет, дело не в этом! Войска Лэнгриджа, Хестии и Святого Престола уставились на нас.

— Ребята, мне хватает своей жизни. Не взваливайте на меня ещё и ваши!

Мои слова, кажется, впечатляют их. Долгое время я выслушиваю прощальные речи Юанны, Рузефа и присоединившегося Артдала.

Решаем собраться снова через два-три месяца, когда соберём доказательства.

Артдал упоминает мой день рождения:

— Встретимся на твоём празднике. Он же скоро?

— Я не хочу, — твёрдо отвечаю. Откуда он знает?

— Разве ты не будешь праздновать? Не пригласишь нас? Мне будет грустно.

— Я давно не была на праздниках, должно быть весело!

Юанна и Рузеф подхватывают с энтузиазмом.

Меня никто не слушает. Энох и Кайден согласно кивают — похоже, они уже всё решили. Что ж…

Но сейчас у всех есть дела: Кайден должен найти Клятву Крови семьи Рохаде, Эноху нужно искать доказательства об Алее, Артдалу — разыскивать людей Цветка Пиона в Хестии, а Рузефу и Юанне — в Святом Престоле.

Так мы и расстаёмся, надеясь на скорую встречу.

Диего и его брат покинули военный лагерь раньше нас.

Они сказали, что направляются к южному побережью в поисках острова Алея, а не в столицу, где должны были присоединиться к разведывательному отряду, отправленному Энохом.

Перед отъездом Диего долго разговаривал с Юанной, и, кажется, они поспорили. Но ни один из них ничего не объяснил, так что я так и не узнала, о чём был их разговор.

«Неужели Диего признался ей?»

Пока я размышляла об этом, раздался голос Кайдена:

— В этой карете довольно тесно. Тебе не неудобно, Маргарет?

Он недовольно пробурчал это, бросая взгляд на Эноха, сидящего напротив. Энох, который изначально планировал ехать верхом, в итоге присоединился к нам.

— Я думал, здесь будем только мы с Маргарет.

Кайден сидел, надувшись и скрестив руки, явно раздражённый. Я внимательно рассмотрела его.

Глаза красные, как рубины, серебристые волосы, прекрасные, как лунный свет. Он — произведение искусства, сочетающее в себе резкость и яркость. Даже самые незначительные его движения кажутся динамичными.

Он идеально контрастирует с Энохом, чьи черты лица выглядят твёрдыми и статичными, словно высеченными из камня.

Кайден — ещё и маг, и, как подобает магу, он не сильно уступает Эноху в габаритах.

Я покачала головой, глядя на его умеренно рельефные мышцы, виднеющиеся под воротником. Да, в такой карете ему действительно тесно.

Энох сначала проигнорировал его, но когда жалобы Кайдена продолжились, наконец заговорил:

— Маргарет, Лорд прав — в карете тесно. Думаю, тебе стоит сесть сюда.

Он похлопал себя по бедру, приглашая меня.

Кайден возмущённо вскочил, ударился головой о потолок кареты и болезненно застонал.

Я повернулась к Эноху и равнодушно ответила:

— Не стоит. Уже достаточно неловко находиться в тесной карете с двумя мужчинами. Что, если из-за этого поползут новые слухи?

— Маргарет… Ты что, на самом деле не хочешь быть с нами? — Кайден округлил глаза, словно не веря своим ушам.

— Нет, я не это имела в виду. Просто мы больше не на острове. Нужно соблюдать приличия.

— Приличия? Ха…

Он расстегнул воротник и потер ключицу, глядя на меня с укором. Его низкий хриплый голос звучал так, будто он прошёл через многое.

— Чего боишься? Что если об этом узнают, тебе будет сложнее выйти замуж? А мне это даже нравится — значит, ты навсегда останешься со мной.

— Лорд, тебе лучше остановиться.

— Остановиться? Разве ты не рада, что я озвучил то, о чём ты думала? И я не собираюсь делить любовь Маргарет ни с кем.

Золотые глаза, излучающие леденящую угрозу, и красные, полные странного жара, встретились в немом противостоянии.

— Простите, но я никогда не говорила, что собираюсь делить свою любовь между вами.

Кайден пристально изучил моё лицо, словно пытаясь понять скрытый смысл. Его взгляд сверкнул опасным блеском.

Но я просто сказала правду. Потому что раньше я действительно ничего подобного не обещала.

— Маргарет, я знаю, что я одержимый и собственник. Но ты же не думаешь о нём, верно? — Он раздражённо указал на Эноха.

— Но я потерплю. Если ты не хочешь меня сейчас — я подожду. Однако, когда мы вернёмся в Империю, и ты продолжишь отдаляться… этого я точно не потерплю.

К сожалению, я не могла заверить Кайдена, что не стану держаться от них подальше — это было бы невозможным обещанием.

Сейчас у нас много дел, и, хотя нам придётся видеться, мы будем гораздо дальше друг от друга, чем раньше. У каждого из нас свой дом, своя жизнь — мы не сможем быть вместе каждый день, как на острове.

«Он же не сделает ничего безумного?» — подумала я. Но почему-то казалось, что Кайден как раз из тех, кто без колебаний пойдёт на отчаянные поступки.

Прежде чем я успела что-то сказать, меня подняли в воздух. Энох пересадил меня на своё место, а сам сел рядом с Кейденом.

Двое крупных мужчин, сидящих бок о бок в тесной карете, выглядели довольно нелепо. Было видно, что им неудобно.

— Чёрт, как же тесно! Может, подвинешься? — проворчал Кайден, но Энох даже не удостоил его ответом.

В этот момент Ынчжи, дремавшая у меня в кармане, высунула голову и оскалилась на них.

— Ах!

Разозлённая змея выскользнула из кармана и свернулась клубком у меня на коленях, явно недовольная тем, что её потревожили.

Оба мужчины, получившие «предупреждение» от Ынчжи, наконец замолчали.

Я решила проигнорировать их и открыла окно кареты, чтобы полюбоваться видом.

«……какой прекрасный день.»

До Империи Лэнгридж оставалось всего два дня пути, но найти город, где мог бы разместиться весь отряд, оказалось нелегко. В итоге нам пришлось разбить лагерь.

Пока рыцари устанавливали палатки, я попыталась отвязаться от навязчивых Эноха и Кайдена и отправилась на прогулку с Ынчжи.

Но насладиться спокойствием не удалось — Ноэль и Хайзен неотступно следовали за мной. Я раздражённо обернулась:

— Почему вы преследуете меня? Хватит извиняться.

Они переглянулись в замешательстве.

— Его Высочество приказал нам сопровождать вас.

Приказ Эноха? Зная, насколько беспрекословно рыцари подчиняются наследному принцу, я сдалась и не стала отказываться от охраны.

На острове я всегда справлялась сама. Мне проще помогать, чем принимать помощь.

Было очень непривычно, что теперь со мной обращаются как с хрупкой аристократкой, которой нужна усиленная защита.

Но после возвращения в Империю такое обращение станет нормой, и мне придётся к этому привыкнуть.

«Я — дворянка. Молодая леди из знатного рода.»

Больше не нужно потрошить рыбу, патрулировать окрестности в поисках монстров или охотиться, чтобы добыть еду.

Я вздохнула и достала из кармана сигнальный пистолет, проверив обойму.

Патроны ещё есть, но не так много. Кажется, осталось и несколько зажигательных бомб, но они мне больше не понадобятся — может, отдам их Кайдену.

Когда я продолжила путь, Ноэль и Хайзен предупредили:

— Здесь часто появляются монстры, будьте осторожны.

Ой. А я-то как раз собиралась подстрелить парочку, чтобы накормить Ынчжи… Но раз уж они беспокоятся, придётся вернуться.

«Ынчжи, прости, но сегодня сестрёнка не сможет тебя покормить.»

Она, обвившая мою руку, тоже выглядела разочарованной, сердито щёлкая языком и косясь на рыцарей.

Я уже собралась уходить, как вдруг…

— Шорох.

Где-то в траве раздался топот, и по спине пробежал холодок. Ынчжи мгновенно насторожилась, озираясь по сторонам.

— Что это? — удивилась я, снова хватая пистолет. Ноэль и Хайзен обнажили мечи, встав в защитную стойку.

— А-а-а-а!

— Топот. Грохот.

Вдалеке раздались крики. Обменявшись взглядами с рыцарями, я бросилась к лагерю.

То, что предстало перед нами, было настоящим адом.

Лагерь был разрушен, повсюду кишели неопознанные чудовища. Я на мгновение застыла, поражённая этим зрелищем.

Один из рыцарей заметил нас и бросился предупредить:

— Леди, не подходите сюда…! А-а-а!

Его крик оборвался…

Что-то пронзило рыцаря

В воздухе мелькнул тёмный силуэт, и острый, покрытый жуткой шерстью отросток вонзился в живот рыцаря.

— Бегите!.. А-а-а-а!

Загадочное существо подняло его в воздух, пронзая всё глубже. Я тут же узнала монстра.

Это был один из тех гигантских тарантулов, которых я видела на острове Алеа.

— Что за чёрт?!

Хайзен и Ноэль одновременно обнажили мечи, прикрывая меня. Паук выстрелил тонкой паутиной, опутал рыцаря и снова вонзил в него свою лапу. Кровь брызнула прямо на нас.

Я автоматически вытерла лицо тыльной стороной ладони. Руки дрожали — воспоминания об ужасах острова нахлынули сами собой.

— Г-а-а-а-х!

Ынчжи, обвившаяся вокруг моего предплечья, резко среагировала.

Пока остальные рыцари бросились в бой с тарантулом, я заметила вдалеке, среди деревьев, ещё целую группу монстров.

Они бывают разных форм, но те, что я видела на Алее, превзошли все ожидания — жуткие, словно инопланетные твари. И эти выглядели так же.

Неужели из-за взрыва острова…?

Мог ли побочный эффект эволюции монстров распространиться, как вирус?

К тому же, их движения были странными. Обычно стаи движутся упорядоченно, но сейчас они словно не контролировали себя.

Я озадаченно посмотрела на Ноэля и Хайзена:

— Их поведение хаотично. Это же ненормально?

— Да. Будто что-то управляет ими.

Рыцари уже строились под командованием Эноха. Кайден создавал комбинацию защитных и атакующих магических кругов, а я поделилась маной с Ынчжи.

Я не могу просто стоять и дрожать.

Я думала, что после побега с Алеи мне больше не придётся стрелять сигнальными ракетами. Почему моя жизнь такая сложная?

— Эй, леди!

Ноэль и Хайзен смотрели на меня с недоумением, пока я поднималась на голову Ынчжи. Я протянула им руку:

— Идёмте! Надо помочь.

Они быстро опомнились и последовали за мной. Ынчжи увеличилась ещё больше, продвигаясь к центру битвы.

Делиться с ней маной было тяжело — её текущий размер высасывал силы с пугающей скоростью. Нужно было срочно накормить её монстрами. Да и сама Ынчжи, кажется, вошла в азарт.

— Г-а-а-а-а-а-х!

Гигантская анаконда пронеслась по лагерю, сметая и пожирая тварей. Я зарядила ракетницу и выстрелила в самую гущу.

— Ш-ш-ш-ш-ш… БА-БАХ!

Красный дым окутал монстров, а через секунду взорвался ослепительным пламенем.

Рыцари обернулись, когда с неба посыпались кровавые обломки.

Но у меня не было времени реагировать на их изумление.

Внезапно из-под земли вырвалась толстая ветка и ударила Ынчжи по хвосту.

Что за—?!

Чудовище, похожее на дерево, сбило с ног меня, Ноэля и Хайзена. К счастью, Кайден заметил нас и мгновенно расширил магический круг — мы приземлились без повреждений.

Но Ынчжи была в беде.

Чудовище проткнуло её тело веткой.

— Г-а-а-а-а-а-а-а-х!

Её болезненный вопль разнёсся над полем боя.

- Ынджи! Нет! Чёртов монстр!

Я бросилась к Ынджи.

Энок, оказавшийся рядом, переломил толстую ветку пополам.

Кейден бережно подхватил уменьшающуюся Ынджи. Я осторожно взяла её у него и проверила состояние.

Несмотря на кровь, она смотрела на меня, виляя хвостом, будто ничего не случилось.

Глаза наполнились слезами. Она ведь даже не может сказать, что ей больно…

«Проклятый монстр… Надо было разорвать его своими руками!»

Оказалось, он ещё не умер. Из земли поднялась гигантская ветка, увенчанная чем-то вроде головы чудовища, сжимающей в пасти одного из имперских рыцарей.

Я тебя не оставлю!

Вернув Ынджи Кейдену, я вскочила на ветку и полезла вверх.

- Маргарет!

Позади раздались голоса Энока и Кейдена, но я не обернулась. Под ногами засветился магический круг - видимо, Кейден, поняв, что не остановит меня, наложил защитное заклинание.

Чудовище взмывало всё выше. Я бежала по ветке, дёргая рычаг сигнального пистолета, и прицелилась под голову монстра, которая уже нависала надо мной.

Поскольку в его пасти был рыцарь, стрелять прямо в голову было опасно.

«Нужно отделить голову от тела».

Я нажала на курок.

- Шшш…

- Бум!

Монстр застонал, древесина затрещала и раскололась. Его голова начала отваливаться.

Я в панике глянула вниз - высота была минимум пять этажей.

«Энок или Кейден - кто-нибудь да поймает. Если они, герой войны и архимаг, не справятся, то просто ни на что не годятся!»

С этой наглой мыслью я прыгнула.

Но неожиданно меня поймала Ынджи, снова увеличившаяся в размерах. Она только что съела монстра, чтобы восстановить силы.

Я соскользнула по её чешуе и приземлилась на кончик хвоста.

- Ой!

Кажется, сломала ребро.

Ынджи сжалась, и я взвалила её на плечо, прежде чем повернуться к Эноку и Кейдену.

Они бросились ко мне.

- Маргарет, ты в порядке?

- Ты ранена?

- Кажется, сломала ребро.

Я осела на землю, не в силах двигаться. Кейден мгновенно наложил исцеляющее заклинание, и я смогла встать.

- Ты чуть не погибла! Понимаешь?! Почему ты так пугаешь людей?! - кричал Кейден, поднимая меня.

Энок подошёл с таким же яростным выражением лица.

- Лорд прав, ты рисковала жизнью. Надеюсь, ты не повторишь этого. Думаешь, мы недостаточно сильны?

Я энергично замотала головой. - Нет. Я сделала это, потому что доверяла вам - была уверена, что вы поддержите. Простите, что действовала без плана.

- Хм, ну ты мастерица подбирать слова.

Кейден в отчаянии провёл рукой по волосам. Он смотрел на меня с неодобрением, но затем обнял, и я была благодарна за это утешение.

В этот момент полностью разрушенное дерево-монстр с грохотом рухнуло на землю, оставляя за собой дым. Вокруг воцарилась тишина.

Я обернулась и встретилась с десятками глаз, уставленных в нашу сторону.

Для меня, проведшей месяцы на острове в боях с чудовищами, это было обычным делом, но явно не для рыцарей. Лишь немногие видели, как я убивала крокодилов, но теперь это наблюдал весь Орден.

Рыцарь, которого я спасла, оказался подобран Кейденом внизу. Он был в крови, но, похоже, в порядке.

Он подошёл, шатаясь, и поблагодарил: - Спасибо, госпожа.

В ответ рыцари подняли мечи и начали скандировать: - Вуааа! Флоне! Флоне!

Они повторяли моё имя снова и снова. Я потёрла уши, глядя на Энока и Кейдена, которые в ответ погладили меня по голове.

Как я слышала, даже у лучших войск при внезапной атаке такого монстра были бы десятки жертв. Но здесь, к счастью (или нет), пострадало лишь семеро - будто это был небольшой бой.

Неудивительно, что рыцари ликовали.

«Всё прошло лучше, чем я ожидала. Интересно, меня теперь завербуют в имперские рыцари?»

Конечно, это абсурд. Я проверила обойму сигнального пистолета - все патроны израсходованы. Осталось лишь несколько запасных…

Но пистолет выполнил свою задачу, а Империя Лэнгридж уже близко.

Пока рыцари убирали поле боя, Энок пробормотал: - Поведение монстра было подозрительным. Нужно разобраться.

- Разве не странно, что он принял такую форму? В глубине континента не должно быть таких существ, - согласился Кейден.

Я добавила: - Мне показалось, его что-то привлекало.

Не успела я закончить, как рыцари привели связанного Родвана и опустились перед Эноком на колени.

- Мы нашли это в кармане принца Родвана. - Рыцарь протянул Эноку странный каменный обломок.

Чёрный камень, грубо обработанный и собранный в некое подобие амулета на верёвке, выглядел отталкивающе.

Ынджи на моём плече ощерилась и зашипела на него.

- Когда монстры нападали, этот камень светился. Будто их манило к нему.

- Ммпх! Ммпх! - Родван яростно замотал головой, будучи всё ещё с кляпом во рту.

Кейден, взглянув на камень, тихо прошептал: - Магический камень.

Мы с Эноком одновременно повернулись к нему.

Он нахмурился. - Погодите… Кажется, старик знает, что это.

«Старик» означало Дженоса. Кейден замолчал, уставившись в пустоту - будто вёл внутренний диалог.

Через мгновение он выругался и, оглянувшись, понизил голос:

- Это магический камень, созданный «Цветущими Пионами». Он создаёт эффект, похожий на «Мать Монстров».

Магический камень «Цветущих Пионов»? Зачем им такое?

Энок, выслушав, холодно заметил: - Если у него схожая сила, то он способен эволюционировать демонов, как и «Мать Монстров».

Эволюционировать монстров… У меня потемнело в глазах. Значит ли это, что теперь ужасы острова Алеа захватят весь континент?

Я спросила Кейдена: - Почему у камня такая же сила?

- Точной причины не знаю. Как и цветок Тентатионем, это особый магический артефакт, разработанный семьёй Рохаде в прошлом. Изначально у него не было такой силы. Возможно, энергия внутри камня была искажена.

- Искажена?

- В него вплетены души некоторых умерших подопытных. Помнишь, как «Мать Монстров» на Алее была создана из маны, собранной из духов? Это похоже. Если это духи мстителей, неудивительно, что они несут разрушение.

- Ублюдки… - вырвалось у меня.

Кейден вздохнул и разразился тирадой о семье Рохад.

- Зачем им понадобилось делиться этим магическим камнем?

- Ты же понимаешь, что мана в наших телах существует, как воздух, да? Когда открываются межпространственные врата, она разрушается. Обычные люди даже не могут использовать свою ману, потому что её поток нарушен. А они хотели сохранить контроль над ней.

Глаза Кейдена сузились, и он резко замолчал - вероятно, Дженос снова заговорил у него в голове.

- Этот камень контролирует поток нарушенной маны. Они планировали использовать его, чтобы править континентом, пока остальные даже не смогут прикоснуться к магии... Пока не поняли, что эксперимент провалился.

Править континентом? Это же просто смешно.

Дженос, наверное, говорил о чём-то подобном. Но, кажется, он имел в виду нечто большее - контроль не на уровне континента, а на уровне измерений.

Воцарилось короткое молчание. Мы все уставились на чёрный камень в руке Энока с одинаково сложными выражениями лиц.

- У каждого из них есть такой? - спросил Энок.

Кейден кивнул.

- Если он обладает той же силой, что и Мать монстров, то это действительно опасно. Нам нужно собрать их все.

Я провела рукой по лбу.

Чёрт, значит, теперь нам нужно найти и уничтожить не только Клятву Крови, но и все магические камни, которые есть у членов фракции «Цветущего Пиона».

В этот момент Ынджи сползла на землю, поднялась по телу Энока и потянулась к камню. Её любопытство, возможно, даже к лучшему.

- Ынджи, это опасно…

Не успела я договорить, как она проглотила камень целиком.

- Ынджи!

- Ик! Ик!

Родван, наблюдавший за этим издалека, затрясся в ярости, а я принялась хлопать Ынджи по спине.

- Нельзя просто так хватать и есть что попало!

Я отругала её так громко, что даже сама удивилась. Ынджи недовольно посмотрела на меня, высунула язык... и отрыгнула.

- Что, ты его переварила? - Кейден удивлённо уставился на неё.

- Проверь её! Вдруг будут побочные эффекты?

Пока я паниковала, Кейден заставил Ынджи показать язык и осмотрел её.

Тем временем Энок приказал рыцарям готовиться к выступлению. Они тут же начали убирать последствия боя, готовясь снова отправиться в Империю Лэнгридж.

- Всё в порядке. Она выглядит прекрасно. Чёрт возьми, что это за змея такая?

Кейден щёлкнул Ынджи по носу. Та скривилась и выпустила маленькую струю огня изо рта. Что с ней? У неё что, подростковый возраст?

- Нам нужно найти все камни и обезвредить их. Но если она может их есть, то проблема решена.

Услышав это, Ынджи фыркнула и посмотрела на меня, будто ждала одобрения.

Я смотрела на неё с лёгким замешательством. В последнее время она вела себя как щенок в переходном возрасте.

Так или иначе, теперь Кейден будет искать Клятву Крови, Энок - остров Алеа, а мы с Ынджи должны помочь уничтожить магические камни.

Даже не глядя, ясно виден путь в ад.

За что мне эти испытания?!

В этот момент Родван снова затрясся. Энок, раздражённый, приказал рыцарям развязать ему рот.

Как только кляп сняли, Родван закричал:

- Чёрт возьми, что вы сделали с моим камнем?!

- Кажется, твой брат любезно подтвердил, что это «магический камень».

- …Что?

Родван уставился на Энока, его рот открылся в немом изумлении.

- Вы хотите сказать, что у Её Величества Императрицы есть такой же магический камень?

- О-откуда мне знать?!

- Тогда откуда у тебя этот камень?

- Это...

- Если будешь честен, я, возможно, смогу простить твои преступления. Тобой просто воспользовались. Так кто дал тебе этот камень?

Но даже после слов Энока Родван не ответил. Его лицо побелело, а тело затряслось.

Неизвестно, о чём он думал, но, несмотря на уговоры, он так и не раскрыл, от кого получил камень.

Хотя ответ был очевиден. Видимо, Родван боялся Императрицу больше, чем Энока.

Мы не можем пытать его прямо здесь, так что дальнейшие расспросы - пустая трата времени.

Энок жестом велел рыцарю снова заткнуть Родвану рот, затем повернулся к нам:

- Если мы доберёмся до столицы, его не просто отправят в изгнание, как в прошлый раз. Возможно, он пошёл на это от отчаяния - поставить под удар всю армию, создать хаос, отвлечь моё внимание.

Учитывая положение Родвана, такой отчаянный шаг казался возможным. Теперь он в меньшинстве. Если его доставят в Империю Лэнгридж как пленника, у него не останется ни шансов вернуть статус, ни даже надежды на жизнь.

- Вне зависимости от поиска доказательств, мы должны уничтожить все магические камни.

Я кивнула словам Энока и взглянула на Ынчжи, обвившую мою руку.

- Благодаря «благоразумию» Его Высочества Родвана мы многое узнали. Теперь давайте снова обсудим план.

Энок вздохнул, а Кейден рассмеялся, глядя на унижение Родвана.

Так закончился инцидент с атакой монстров.

А ещё... позже я узнала,

что среди войск Империи Лэнгридж распространился слух, будто я - героиня, спустившаяся с небес на божественном змее, чтобы положить конец адской войне.

Розмари пережила беспокойное утро. Она узнала, что отряд с Маргарет сегодня днём въедет в столицу Бернетон.

Её отец и Иннис должны были встретить сестру, так что Розмари помогала матери готовиться к возвращению.

Она десятки раз в уме репетировала, как поприветствует Маргарет.

Сначала скажет, что рада её возвращению, потом спросит, что произошло.

- Как во сне, дорогая, что наша лошадка вернулась.

Мать Розмари, герцогиня Флоне, вытирала слёзы платком.

Розмари проверила комнату Маргарет, уточнила меню ужина, осмотрела холл замка, затем с некоторой усталостью посмотрела на рыдающую мать.

- Мама, зачем ты плачешь?

Тут с лестницы спустился мужчина с вьющимися волосами, собранными в хвост - герцог Флоне.

- Дорогая, я впервые вижу тебя в слезах.

- Как я могу оставаться спокойной, когда наша глупышка возвращается живой?!

- Всё равно встречай её с улыбкой. Наша милая лошадка так удивится.

Тут герцогиня взорвалась:

- Это говорит тот, кто всё это время рыдал в постели, даже не пытаясь искать нашу дурёху!

Не дурёху, а лошадку...

Розмари сдержала желание поправить мать. Хотя, пожалуй, прозвище подходило.

- О нет, как ты можешь обесценивать моё горе! Моё сердце разрывалось. Я дышал, но не жил.

- Она не умерла! Она вернулась целой! Какая же она молодец! Просто прелестная лошадка, но не сдалась! Я знала, что она выживет!

Розмари отошла подальше, устав от многословных излияний родителей.

Прозвище прелестная лошадка звучало странно, и было непонятно, действительно ли мать любит Маргарет или издевается.

- Папа, разве тебе не нужно в Императорский дворец? Иннис уже уехал, а ты всё здесь?

Розмари вздохнула и вернулась к подготовке вечеринки, оставив родителей ссориться.

Мы наконец въехали в Империю Лэнгридж.

Когда мы проходили через ворота Бернетона, жители столицы вышли нас встречать.

Мы даже не одержали победу.

Повсюду висели лозунги: «Да здравствует Кронпринц, принёсший мир континенту!» - видимо, люди радовались мирному окончанию переговоров.

Мы направились прямиком во дворец, где нас ждал ещё более пышный приём. Я в шоке высунулась из окна кареты.

- Радуешься? - улыбнулся Кейден.

Смутившись, я отстранилась и выпрямилась.

В конце пути нас ждал великолепный Императорский дворец. Выйдя из кареты под руку с Эноком, я подняла глаза.

У входа нас встречали Император и Императрица. Ынчжи высунулась из моего кармана.

Император выглядел суровым и властным. Императрица, на десять лет младше его, казалась мягче, чем помнила Маргарет.

Однако, если Родван связан с «Цветущими Пионами», то за ним, скорее всего, стоит Императрица. Поэтому её добродушная улыбка казалась неестественной.

Она уже должна была узнать о провале Родвана, но вела себя как ни в чём не бывало.

Императрица спустилась по ступеням и взяла руки Энока.

- Ты цел.

Она потрепала его по руке, затем взглянула на меня и Кейден.

- Я рада, что Лорд Магической Башни и леди Флоне тоже в безопасности.

Но я заметила.

Всего на мгновение, но я уловила ненависть в её взгляде, скользнувшем от Кейдена ко мне.

Возможно, внешне она этого не показывала, но, похоже, она невзлюбила меня ещё до похищения на Алею.

Раньше моя мать и Императрица были близки. Точнее, Императрица навязывала дружбу, а мать лишь вежливо держала дистанцию. Всё потому, что Императрица хотела свести девушек дома Флоне с Родваном.

А Маргарет везде ходила за Эноком, пытаясь помочь. Возможно, поэтому Императрица её ненавидела.

Теперь я думала: если Императрица связана с «Цветущими Пионами», то, возможно, это она отправила меня на Алею, видя во мне помеху.

Пока я размышляла, Энок опустился на одно колено.

- Энок Астер Клаус Лэнгридж. Докладываю о благополучном возвращении. Во славу Лэнгридж!

- Во славу Лэнгридж!

Рыцари подхватили клич.

Император подошёл и положил руку Эноку на плечо.

- Ты хорошо справился. Нам нужно обсудить произошедшее.

Я мельком взглянула за спины Императорской четы. Там стояли главы всех влиятельных домов Империи.

Их любопытные взгляды были прикованы ко мне и Кейдену. Среди рыцарей мы выделялись.

- Я очень рад, что Лорд Башни и леди Флоне вернулись невредимыми.

На этот раз Император посмотрел на нас.

Будь я одна, такое внимание подавило бы меня. Раньше Маргарет вряд ли бывала так близко к Императору.

Но теперь я не одна, а мои «соратники» - люди высокого положения, так что пришлось держаться.

Я сглотнула и поклонилась.

- Благодарю Ваше Величество за заботу и тёплый приём.

К счастью, Император не стал задерживать на мне взгляд.

- Я получил письмо. Там сказано, что вы пропали, потому что были похищены таинственными силами.

Шёпот.

Когда толпа зашепталась, Император поднял руку, и шум стих.

Он наклонился к нам и тихо, так, чтобы слышали только мы, сказал:

- Вы отправили разведчиков искать остров Алеа? Хорошо. Мы должны найти его первыми.

- Мы найдём его, не сомневайтесь, Ваше Величество.

Император похлопал Энока по плечу.

- Я также получил известия о принце Родване, но его судьбу решим позже.

Он окинул взглядом толпу. Мне стало не по себе.

На чьей он стороне? На стороне Энока? Родвана? Или просто наблюдает?

Императрица за его спиной оставалась невозмутимой.

- Прежде всего, я счастлив, что пропавшие вернулись живыми. В их честь через четыре дня состоится торжественный приём. Отдохните как следует.

Всего четыре дня отдыха?

Я еле сдержала вздох.

Для кого, интересно, этот «торжественный приём»?

В любом случае, церемония приветствия с императором завершилась без затяжек.

Император и императрица удалились во дворец, рыцари разошлись по своим делам, но перед дворцом всё ещё оставалась немалая толпа.

И поэтому взгляды людей по-прежнему были прикованы к нам. Мне не нравится быть в центре внимания, так что я собираюсь домой.

Я повернулась, чтобы попрощаться с Эноком и Кейденом, и встретилась взглядом с седовласым мужчиной средних лет, пристально смотрящим на меня.

Это был мой отец - герцог Флоне, мужчина с аккуратно собранными в хвост длинными волосами.

Когда наши глаза встретились, его лицо расцвело, как цветок, и он радостно помахал мне рукой. Было странно видеть, как его обычно строгое и сосредоточенное выражение смягчается до глуповатой улыбки.

«Ах, да. Мой отец всегда был таким.»

Отец.

Я повторяла это слово в уме снова и снова. Оно казалось странным.

Если моя сущность Ли Джинчжу сильнее во мне, то слово «отец» и все эти обстоятельства должны казаться чужими.

Но, возможно, потому что прошлая Маргарет - это тоже я, всё ощущалось естественно, без малейшей неловкости. И это было ещё страннее - будто две реальности слились в одну.

- Моя лошадка!

Словно ждал этого момента, отец одним шагом преодолел расстояние между нами и крепко обнял меня.

- Не могу поверить, что ты наконец здесь, живая… а твой отец… твой отец… рыдает…!

Он разрыдался, сжимая меня в объятиях.

Обычно герцог Флоне - изящный и величавый аристократ, но когда дело касается семьи, он становится хрупким, как дрожащий цветок.

Я вздохнула и похлопала его по спине. Было очень неловко перед зеваками, наблюдающими за нашей эмоциональной встречей, а больше всего стыдно, что Энок и Кейден смотрят на это издали с немым шоком.

И ещё… «лошадка».

Я вспомнила, что это было моим детским прозвищем, но чтобы так называть меня при всех…!

Это ужасно стыдно…!

- Отец, я…

- Знаю. Ты тоже очень скучала по мне, да? Ты не ранена? Как же тебе было тяжело… Я задыхаюсь, просто представляя, через что ты прошла…!

Он рыдал так сильно, что лицо его было залито слезами, и на мгновение я растерялась, не зная, что ответить.

На самом деле я переживала, что, вернувшись в Империю Лэнгридж, буду как камень, брошенный в аристократический мир, - неуместная и чужая.

Но если даже мой отец, глава знатного дома Флоне, ведёт себя так, то что уж говорить обо мне? На одного чудака больше - не страшно.

Моя старшая сестра, Иннис, наследница дома Флоне, выручила меня из этой неловкой ситуации.

- Отец, - холодно сказала она, - как неприлично вести себя так перед наследным принцем и главой Магической Башни.

Услышав это, отец вытер слёзы тыльной стороной ладони и робко взглянул на Энока и Кейдена за моей спиной.

Представившись им, Иннис отстранила отца и обняла меня.

- Маргарет, я так рада, что ты в порядке.

По сравнению с отцом, её приветствие было сдержанным и формальным, но я почувствовала лёгкую дрожь в её голосе. Ненадолго замернув, я крепко обняла её в ответ и прижалась лицом к её плечу.

- Я скучала по тебе, Иннис.

Эти слова принадлежали и мне, и Маргарет.

Её запах был странно знакомым. И почему-то мне хотелось плакать. Среди всей этой путаницы в мыслях я чувствовала необъяснимую радость от встречи с ней.

- Маргарет, а про отца? Скажешь, что скучала и по мне?!

Если бы не назойливые подталкивания отца, это была бы трогательная семейная сцена.

- Конечно, я скучала и по тебе, отец.

Но мои нежные слова, кажется, его обидели. Он резко повернулся к Иннис и снова заплакал.

- Иннис, тебе не кажется, что наша лошадка странно себя ведёт? Она никогда не была так добра ко мне!

Иннис раздражённо посмотрела на него. Увидев её холодный взгляд, отец захныкал, что ему страшно и больно.

Я, уже уставшая, спросила: - Вы не против, если я попрощаюсь с наследным принцем и главой Башни?

Отец и Иннис переглянулись, затем отошли в сторону.

Убедившись, что нас никто не слышит, я повернулась к Эноку и Кейдену.

Они наблюдали за нашей семейной сценой с интересом, а теперь улыбались мне.

- Так вот она, твоя семья, - сказал Энок.

- Колоритная, прямо как ты, - добавил Кейден.

Моё лицо почему-то запылало.

Я на мгновение прикрыла щёки ладонями, чтобы остудить жар, и произнесла: - Как-то неловко расставаться сейчас.

Мы провели вместе каждый день последние месяцы, и теперь чувствуется пустота. Хотя это не значит, что мы больше не увидимся.

Лицо Кейдена исказилось. - Что значит «расставаться»?

- Ну, мы же…

Энок кивнул моим словам, затем поднял мою руку и нежно поцеловал её. - Вскоре я нанесу официальный визит в особняк Флоне.

Кейден тут же схватил другую руку и тоже поцеловал. - А я - неофициальный.

- Лорд.

Кейден лишь пожал плечами в ответ на строгий тон Энока. Это было так на него похоже.

Со стороны мы, наверное, выглядели очень близко, даже без учёта наших слов. На острове это было привычно, но здесь явно вызывало недоумение.

Я заметила, как наблюдающие за нами люди застыли в шоке.

Устало вздохнув, я отстранилась. - Не стоит подходить так близко. Не хочу, чтобы поползли сплетни. Это плохо и для меня, и для вас.

В глазах Кейдена вспыхнул опасный блеск. Он шагнул ко мне и положил руку на плечо.

- Маргарет, мы договаривались не держать дистанцию.

Его рука казалась тяжёлой. Из-за толпы он не решался на большее, но его следующая фраза заставила меня содрогнуться.

- И если кто-то заговорит о скандале, я вырву им языки.

Это пустая угроза, но мне почему-то кажется, что он серьёзен. И разве это не усугубит ситуацию?

Энок оттянул меня от Кейдена и молча смотрел на меня. Я покраснела под его пронизывающим золотистым взглядом.

- Если беспокоишься о сплетнях, то зря. Скоро это перестанет быть скандалом.

Его слова звучали так многозначительно, что я не сразу поняла их смысл. Мне было неловко под пристальными взглядами окружающих.

- В любом случае, это не остров Алеа. Здесь странно, когда мужчина и женщина, не связанные браком, ведут себя так близко. Придётся привыкать. Мы же в цивилизованном обществе.

Я покачала головой, не позволяя им приблизиться.

- Ты… Ты сказала «брак»?

- Что? О чём ты, Маргарет? У тебя что, есть жених?

Я нахмурилась. - Нет.

Наблюдая, как они оба облегчённо вздыхают, я наконец попрощалась:

- В общем, оставлю вас двоих, а увидимся на празднике в честь моего возвращения.

- Я навещу тебя раньше.

- И я тоже.

- Ладно, ладно.

Я коротко бросила это и отвернулась.

Мой отец и Иннис уставились на меня с открытыми ртами.

Голова уже болит от одной мысли, как объяснять наши отношения.

Горничные в особняке Флоне были на взводе.

- Конечно, хорошо, что она жива… но теперь она возвращается.

Одна из служанок, хлопотавших над подготовкой к приёму, высказалась, и остальные тут же подхватили:

- Да, она, может, и не издевается, как Козетты, но разве не она вырывала волосы у девушек?

- Эй, но разве они не заслужили? Рози украла её украшения, а Хильда чуть не обожгла, пролив кофе ей на руку. В итоге отделались лишь вырванными прядями.

- Ну и что? Какая же это аристократка, если хватает за волосы, когда злится?

- О да. Наша леди Маргарет никогда не была особо нежной.

- Зато её родители называют её «жеребёнком».

- Да, но в этом есть что-то милое.

- хихиканье.

- О чём это вы?

За спинами горничных раздался голос Ванессы, и они тут же вытянулись по струнке.

- Видно, совсем разум потеряли.

Ванесса окинула болтуний ледяным взглядом. Те задрожали.

Ванесса - личная горничная дам дома Флоне. В отличие от младшего персонала, её статус намного выше, и власть - тоже.

- Э-это просто случайные слова…

- Что бы там ни было, я доложу старшей горничной. Вот и всё.

От её холодного тона служанки побледнели. Если Ванесса пожалуется, наказания не избежать.

Я села в карету с отцом и Иннис, направляясь в столичный особняк Флоне.

Отец и Иннис сидели рядом, а я - напротив, неловко сжимая руки. Отец всхлипывал, вытирая слёзы платком.

Иннис взглянула на него, вздохнула, затем перевела взгляд на меня:

- Ты в порядке?

- …Что?

Я резко переспросила и тут же замолчала. Невыносимая неловкость душила меня.

Они - моя семья. Я - Маргарет. Всё очевидно. Но именно эта очевидность и делает ситуацию такой неудобной.

Как будто я - не я.

Тут Ынджи, копошившаяся в кармане моего платья, высунула голову.

- А-а-а!

Отец дёрнулся, ударился головой о стенку кареты и застонал. В отличие от него, Иннис лишь спокойно уставилась на Ынджи без тени страха.

- Это та самая легендарная божественная змея?

Ынджи открыла рот, будто отвечая, и выпустила тонкий язычок пламени.

- Нет, это просто змея, а не какое-то божественное существо!

Отец закричал, и Ынджи фыркнула, раздражённая.

Почему-то его лицо напоминает мне Рузефа… Надеюсь, мне просто показалось.

Иннис осторожно погладила Ынджи по голове. Та посмотрела на неё, затем, довольная, прикрыла глаза и потёрлась мордой о её ладонь.

Щёки Иннис порозовели. Она смущённо кашлянула и отдернула руку.

- Хм… Милашка.

Хвост Ынджи затрепетал, как у щенка. Она уставилась на Иннис преданным взглядом, отчего та покраснела ещё сильнее.

- Как вы познакомились?

- На острове, куда меня похитили. Я нашла яйцо, оно вылупилось, и она решила, что я её мать.

Иннис помрачнела.

- Погоди. Ты сказала - похитили. Что вообще с тобой произошло? С тобой… что-то случилось?

- Дочка, что ты имеешь в виду? Разве с тобой действительно что-то произошло?

Резкий тон Иннис заставил отца встрепенуться. Он наклонился и схватил меня за плечи, будто в панике.

Посреди суеты отца и Иннис мне пришлось отбросить все бесполезные мысли.

- Всё не так, успокойтесь.

Но мои слова явно не убедили Иннис.

- Я слышала о похищении и об острове Алеа, где проводился эксперимент. До сих пор не могу в это поверить. Как такое вообще возможно?

- А я видел, как гигантский зверь разрывал небо на поле боя, и десятки молний били с небес, - добавил отец.

Видимо, аномалии с острова докатились и сюда. Скорее всего, молнии, которые он видел, - это удары Матери монстров.

Несмотря на искажение пространства, остров Алеа реально существует у южных берегов Империи Лэнгридж, так что разрушение его систем должно было повлиять и на материк.

- Всё правда. Я пока не знаю, кто за этим стоит, но я выясню.

Трудно описать словами то, через что мы прошли. Это могут понять только те, кто был там.

Может, поэтому мне уже не хватает Энока и Кейдена, хотя мы лишь недавно расстались. И Артдала, Юанны, Рузефа, Диего тоже.

Иннис и отец переглянулись, услышав мой ответ, и затем Иннис заговорила первой:

- Вообще-то, герцог Билтерхайм посещал наш особняк за месяц до твоего возвращения.

Отец кивнул.

- Он рассказал мне о фракции «Цветущий Пион». Герцог не знал о членах в других странах, но точно знал, кто входит в неё в Империи Лэнгридж.

- Принц Родван и императрица?

Они удивлённо взглянули на меня.

- Откуда ты знаешь? - спросила Иннис.

- Я видела татуировку пиона в паутине на теле принца. Похоже, у всех членов «Цветущих Пионов» есть такие. Ещё один человек из Королевства Хестия тоже носит эту метку. Мне рассказал об этом кронпринц Хестии.

Отец и Иннис поразились, но затем медленно кивнули.

- Маргарет, ты права. Принц Родван, императрица, его дед по материнской линии - граф Паттерсон. Не говоря уже о доме Рохад.

- Как они посмели связаться с домом Флоне? Я расправлюсь с ними! - Иннис скрипнула зубами, но вдруг пристально посмотрела на меня.

- Кстати, Маргарет… Ты точно в порядке?

- А? Да, всё хорошо.

- Просто ты ведёшь себя как другой человек. Ты можешь не сдерживаться и быть собой. Ты выглядишь так, будто тебе плохо.

Я растерялась и отвела взгляд.

Как объяснить, что я жила в другом измерении, и наши души смешались?

Боясь испортить отношения с семьёй, я лишь покачала головой:

- Я просто устала.

- Моя дорогая лань, ты столько пережила…

Отец снова прослезился и нежно погладил меня по голове. Его прикосновение было таким тёплым, что у меня в горле запершило.

Мне казалось, будто он лопнул иголкой бесконечно надувающийся шар.

Даже странное прозвище «лань» мне теперь нравится.

Я - Маргарет, и мне завидно той прежней себе, которую так горячо любили.

Карета быстро остановилась. Отец и Иннис вышли первыми, а затем он помог и мне спуститься.

Особняк Флоне в столице Бёрнетоне был роскошным. Хотя родовое поместье находилось недалеко от города, семья давно приобрела этот дом для светских визитов.

Молодые леди дома Флоне часто бывали при дворе, поэтому герцог купил этот особняк для Маргарет (которая навещала Энока), Розмари (любившей светские рауты) и Иннис (работавшей в казначействе).

- Добро пожаловать домой.

Иннис и отец взяли меня за руки с двух сторон и улыбнулись.

Ворота распахнулись, и мы прошли через ухоженный сад к входу. Там нас встретили шеренги слуг, мать и младшая сестра Розмари.

Странное чувство - встречать свою семью.

Весь день я будто парила в облаках. Роскошный ужин и тёплый приём переполняли меня.

После трапезы семья рано проводила меня в спальню, чтобы я отдохнула. Я осмотрела комнату Маргарет на третьем этаже - всё сохранилось в точности, как в её воспоминаниях.

Горничная Ванесса, присматривавшая за Розмари в моё отсутствие, вернулась ко мне. Она приготовила постель, помогла мне с ночным туалетом и после ароматной ванны укутала в мягкую сорочку.

- Спасибо, что вернулись живой, мисс.

Она улыбнулась, поправила одеяло и задула свечу у кровати.

Тьма поглотила комнату. Я лежала, уставившись в балдахин, и вдруг почувствовала, как по щеке скатывается слеза.

«Не сон ли это?»

Всё казалось слишком прекрасным, чтобы быть правдой. Этот уют, это счастье. Я благодарна за то, что раньше принимала как должное.

Я боюсь засыпать. Боюсь, что проснусь снова на Алее.

Дрожа от страха, я всё же провалилась в сон.

Следующие дни я провела, отсыпаясь. Телу требовалось восстановиться после испытаний на грани жизни и смерти.

На третий день я наконец выбралась из постели и отправилась в кабинет Иннис - там хранилась стопка писем, адресованных мне.

Там же были мать и Розмари.

- Дорогая лань, как ты? - мать встала с дивана, изучая моё лицо.

У нас с сёстрами платиновые волосы в отца, а у матери - пепельные. Её фиолетовые глаза унаследовала только Иннис.

- Всё хорошо, простите, что заставила вас волноваться.

В комнате повисла тишина. Мать раскрыла рот, затем озадаченно посмотрела на Ванессу:

- Маргарет точно здорова? Её осматривал врач?

Розмари фыркнула с дивана:

- Не верю, что высокомерная и капризная Маргарет может так вежливо отвечать.

Ох. Я вдруг вспомнила, какой невыносимой дурой была в прошлом.

Как же неловко.

Маргарет из прошлого - это я, и нынешняя Маргарет - тоже я.

И потому во мне теплилась маленькая надежда, что моя семья сможет принять новую меня.

Смущённо отведя взгляд, я спросила у Иннис:

- Говорят, мне пришло много писем?

Она открыла ящик стола и выложила на стол стопку конвертов. Их действительно было много.

- В основном приглашения на глупые светские рауты, а вот эти два - предложения стать парой на балу, - пояснила мать, наблюдая за мной, затем усадила меня и Розмари на диван и велела Ванессе принести чай.

Я переложила стопку конвертов на стол перед собой.

- Что значит «предложения стать парой»? - удивлённо посмотрела на письма.

Мать, сидевшая напротив, улыбнулась:

- Это предложения сопровождать тебя на предстоящем балу в честь твоего возвращения. Ты уже выбрала кавалера?

Я совсем забыла про этот бал.

Взглянула на два конверта. На одном стояла императорская печать, на другом - печать Магической Башни.

- Почему только два?

Разве для дочери герцога Флоне не должно быть десятков предложений?

- Ну, это потому что… - мать замялась.

Но Розмари тут же влезла:

- В Империи разве остался хоть один человек, не знающий, что ты влюблена в принца Энока? Какой идиот осмелится прислать тебе предложение?

- Роз.

Строгий тон матери мгновенно заткнул её.

Я вскрыла оба конверта ножом, который подала Иннис. Как и ожидалось: одно письмо было от Энока, второе - от Кейдена.

- Похоже, идиотов всё-таки двое. Хотя не факт, что это реальные предложения. От кого они, Маргарет?

Иннис скептически тыкала пальцем в письма. Даже императорская печать и символ Башни не убедили её, что они действительно от Энока и Кейдена.

- Одно - от Энока… то есть, Его Высочества Кронпринца. Второе - от Повелителя Башни.

- Мне, наверное, послышалось.

Розмари уставилась на мать и Иннис. На их лицах было точно такое же недоверие.

Раздражённая, Розмари протянула руку:

- Дай-ка посмотреть.

Я передала письма. Мать и Иннис тут же облепили её, жадно вглядываясь в текст.

- Боже мой, это правда?!

- Не может быть!

- Девочки, у меня что, зрение испортилось?

Все трое ахнули в унисон.

Если моя семья так реагирует, даже страшно представить, что будет в свете.

У меня уже разболелась голова.

Я до сих пор не ответила на письма Энока и Кейдена.

Кого выбрать?

Я не знаю.

Маргарет никогда не ходила на официальные мероприятия с кавалером, так что мне не на что опереться — её воспоминания бессильны.

Завтра — бал в честь нашего возвращения.

А я лишь пару дней как отоспалась. Письма остались без ответа, и, судя по всему, Энок и Кейден уже несколько раз пересылали их, ожидая реакции.

— В любом случае, оставлю вас двоих наедине с мыслями. Увидимся на балу.

— Я навещу тебя в поместье до этого.

— Я тоже приду.

Энок вчера уже просил о визите, но я проспала весь день, и Иннис вежливо отказала ему от моего имени.

Энок — человек формальностей. Если ему отказать официально, он будет терпеливо ждать, не желая меня тревожить.

Но он наверняка волнуется.

Нужно срочно написать ответ.

Вместе с предложением сопровождать меня на балу, Энок прислал письмо с новостями:

Император приказал всем семерым, вернувшимся с острова, явиться с божественными зверями.

Энок хочет, чтобы я привела Ынджи — это отличный шанс вычислить членов фракции «Цветущего Пиона».

Он предлагает представить её перед Императором.

Даже здесь, в поместье, её никто не видел — только слышали слухи.

Неужели Ынджи и правда божественный зверь?

Она явно отличается от обычных монстров. Даже Кейден и Дженас признавали, что она уникальна, но не могли точно определить, что она такое.

— Маргарет!

За мной по пятам следовала Розмари, в руках у неё был изящный мешочек с цветочной вышивкой.

— Я… кхм… — она покраснела. — Говорят, ты привезла с собой божественного зверя?

— Ну да.

— Возьми! Это целебные травы от усталости. Дай ей — она ведь проделала долгий путь, пусть восстановит силы.

— Э… Спасибо.

Я взяла мешочек, слегка ошарашенная. Розмари уставилась на меня, широко раскрыв глаза.

— Что?

— Она у тебя в комнате? Можно посмотреть, как она ест? Иннис уже видела её, а я — нет!

Её глаза сверкали от нетерпения. Обычно Розмари вела себя, как старая дама (по словам Иннис), но сейчас напоминала ребёнка.

Ынджи спала с тех пор, как мы вернулись, так что ни Розмари, ни мама её не видели. Неудивительно, что ей любопытно.

Я улыбнулась и кивнула.

— Хорошо. Пойдём. — Я протянула ей руку.

Розмари удивлённо уставилась на мою ладонь.

— Что?

— Ничего… Просто ты изменилась. Раньше так бы не поступила.

Она нерешительно взяла мою руку. Её уши покраснели.

Стесняется?

Ну да, это неловко. Мы никогда не были близки.

Так мы и дошли до моей комнаты, двигаясь с неловкостью людей, которые впервые в жизни держатся за руки.

Едва переступив порог, Розмари тут же отпустила мою ладонь, будто только этого и ждала. Я незаметно вытерла потную руку о платье.

Чёрт, как же неудобно.

На моей кровати спала Ынджи. Увидев её, Розмари отпрыгнула.

— Божественный зверь — это… змея?! — Она побледнела и уставилась на Ынджи издалека.

Та услышала шум и подняла голову. Её глаза радостно заблестели.

Ынджи тут же подползла к краю кровати, вытянула шею и уставилась на меня.

Её язык весело дрожал в воздухе, затем она заметила Розмари и склонила голову набок, словно спрашивая: «А это кто?»

— Маргарет… это правда змея? — растерянно спросила Розмари.

Я подошла, взяла Ынджи и усадила её себе на плечо.

— Ну да, змея.

Розмари, заворожённая, приблизилась и разглядывала её.

— Как змея может быть такой милой?!

Ынджи фыркнула от удовольствия.

— Я не знала, что божественный зверь — змея, но она просто очаровательна!

Розмари пробормотала что-то в полном неверии, затем повернулась ко мне с горящими глазами.

— Можно я сама дам ей травы?

Я кивнула и передала ей мешочек. Затем посадила Ынджи на ковёр. Та крутилась на месте, высунув язык, будто спрашивая: «Ну и что это?»

Розмари достала из мешочка небольшую коробочку.

— Ты уверена, что это безопасно? Что, если монстру нельзя?

— Эти травы дают даже ручным питомцам. Они снимают усталость и помогают, если мана перекручена.

Розмари протянула Ынджи пучок трав. Та понюхала его… и резко отпрянула.

Затем она посмотрела на меня.

Я кивнула: «Можно.»

Ынджи снова подползла, на этот раз уже к ладони Розмари.

— Можно погладить?

— Сначала пусть съест.

Я волновалась из-за того, что она проглотила магический камень Рохадов. Но если эти травы снимают напряжение в мане, возможно, они ей помогут.

Ынджи наконец проглотила зелень…

И тут же начала дёргаться, скривив мордочку от отвращения.

Видимо, на вкус это гадость.

Я быстро подала ей воды.

Ынджи сердито стукнула хвостом по полу, возмущённо глядя на нас: «Как вы могли дать мне эту дрянь?!»

Затем она принялась пить.

Мы с Розмари молча наблюдали за ней.

— С ней всё в порядке?

— Да. Ты даже не представляешь, сколько я заплатила за эти травы! Их продавал придворный травник!

Розмари вдруг покраснела, осознав, как восторженно рассказывала о Ынджи.

Та, видимо, почувствовала прилив сил, потому что начала крутиться на месте, а затем… задремала.

Розмари осторожно погладила её по голове. Ынджи лениво высунула язык и свернулась клубком.

— Какая же она милая…

Прошептала Розмари, затем резко вскочила, поймав мой взгляд.

— Я… э-э-э… я уже увидела божественного зверя, так что пойду!

Она вышла, двигаясь как заржавевший механизм.

Я уже подумала, что она ушла, но дверь снова приоткрылась.

— Маргарет.

— Что?

— Ты возьмёшь её на завтрашний бал?

— Конечно. Император приказал.

Розмари засияла и энергично закивала.

— Пока!

Я улыбнулась её энтузиазму, затем аккуратно уложила спящую Ынджи на её подушку (специально для неё припасённую).

Потом написала ответы Эноку и Кейдену, отдала их Ванессе, быстро поужинала и легла спать пораньше.

Так спокойно…

Надеюсь, это ненадолго.

Я слегка нервничаю из-за завтрашнего бала. Вряд ли усну.

Справлюсь ли?

Маргарет плохо танцевала. Я — тоже.

Нужно бы потренироваться, но времени нет.

Лучше просто отсижусь в углу.

Ни за что не буду танцевать.

Никогда.

С этими мыслями я провалилась в сон.

Я проснулась среди ночи.

Лёгкий весенний ветерок шевелил занавески у приоткрытого окна. После адской жары Алеи это было блаженство.

Лунный свет мягко заливал комнату. Я моргнула, разглядывая узоры на балдахине.

Сколько я проспала? Кажется, ещё ночь.

— Проснулась?

Голос раздался прямо рядом. Я вздрогнула и едва не вскрикнула.

— Тссс.

Чей-то палец легонько прижался к моим губам.

Я широко раскрыла глаза.

Передо мной сидел мужчина.

Его серебристо-белые волны светились в лунном свете, а под ними — глубокие красные глаза, в которых тонул взгляд.

— Кейден?

— Всё ещё не можешь отличить?

Только тогда я поняла — это Дженас.

Кейден предупреждал, что навестит поместье Флонё неофициально.

Но я не ожидала, что это будет Дженас.

Поместье Флонё славится своей охраной. Как, чёрт возьми, он пробрался?

— Ты понимаешь, что это грубейшее нарушение этикета? Я могу приказать арестовать тебя за вторжение.

— Но это ведь Кейдена арестуют, а не меня.

Чёртов гений.

Дженас усмехнулся, видя моё выражение лица.

Он придвинул к кровати стул и уселся поудобнее.

— Что случилось с Кейденом?

— Он спит. Сегодня он наведался к семье Рохад и добыл немного Тентатионема.

— Тентатионема? При чём тут его сон? И зачем Кейдену это понадобилось?

— Не хочу отвечать на это вслух.

Дженас откинулся в кресле, скрестив руки, и смотрел на меня свысока с высокомерным выражением лица.

— Даже если я отвечу, ты всё равно не поверишь.

— Нет, не поверю.

Дженас усмехнулся:

— Да, и не верь. Каждую секунду я только и думаю, как бы вонзить тебе нож в спину.

Его взгляд стал удушающе-зловещим, словно взгляд хищника, готового в любой момент разорвать добычу.

В памяти всплыли ужасы острова Алеа. Неужели это и есть посттравматическое расстройство?

— Тебе нечего бояться. Пока ничего не случится, — добавил он, изучая моё лицо.

— Пока? Значит, потом сможешь?

— Посмотрим.

Дженас лениво улыбнулся.

Если Кейден был резким и грубоватым, то Дженас излучал ауру развращённого соблазна.

В детском облике он был другим. Мне даже больше нравился тот, молчаливый Дженас — в своём роде милый.

— Ты пришёл сюда без ведома Кейдена только ради этих слов?

Улыбка Дженаса исчезла.

— Нет. Я пришёл предупредить тебя.

— Предупредить?

Он встал и медленно наклонился ко мне, приблизив лицо.

— Не будь так беззащитна, Маргарет.

Его пальцы скользнули по моей щеке.

— Если не хочешь быть съеденной врагом — даже не расслабляйся.

Интересно, под врагом он подразумевает себя?

Взгляд Дженаса скользнул к Ынджи, которая мирно спала у моей кровати, не просыпаясь благодаря травам.

— Я говорю это только потому, что забавно наблюдать, как ты думаешь лишь о том, как расправиться с моими приспешниками.

— …А о чём ещё я должна думать?

Дженас замолчал, его лицо стало пустым. По коже побежали мурашки.

Знакомое лицо Кейдена, но с чужим выражением.

Он недовольно приподнял бровь — жест, который Кейден никогда бы не использовал. Видеть это было жутковато.

— Если будешь слушаться, я, пожалуй, научу тебя.

— Хватит нести чушь о "слушаться". Проваливай.

Дженас, игнорируя мои слова, пробормотал:

— Не понимаю, зачем ты здесь, создавая весь этот шум.

Нахмурившись, он бросил на меня убийственный взгляд — и в следующую секунду исчез в окне.

Я в отчаянии уставилась на пустое место.

Что, чёрт возьми, творится в голове у этого психа?

Вряд ли он будет спокойно сидеть в теле Кейдена. Что, если он навредит ему?

Вспомнив контракт душ, о котором говорили Кейден и Артдал, я успокоилась: вряд ли Дженас сейчас может действовать самостоятельно.

«Завтра нужно рассказать обо всём Кейдену.»

В итоге я так и не смогла заснуть, думая о них.

### 26. Имперский приём, похожий на войну

На праздничный приём во дворце я пригласила в качестве спутника отца.

Он был на седьмом небе от счастья, даже прослезился. Раньше я никогда не ходила с ним на мероприятия, разве что одна.

— Я так счастлив, что настал день, когда моя дочь идёт на бал со мной.

Он вытирал слёзы платком в карете, а Иннис и Розмари, сидевшие напротив, смотрели на это с скучными лицами.

— А где мама?

— Уже во дворце. Утренний чай с императрицей, — ответил Иннис.

Императрица давно пыталась заручиться поддержкой дома Флоне, но её планы рухнули, когда Маргарет влюбилась в Энока.

Теперь императрица ненавидит меня. Видимо, она думала, что без меня Флоне будут на её стороне.

— Ты же понимаешь, что дружба матери с императрицей — не из-за поддержки Родвана?

Отец неожиданно стал серьёзен.

— Мы давно следили за Рохадами. Маркиз, императрица и Папа — их действия подозрительно совпадали.

— Каким образом?

— Все трое поддерживали Войну Шинма. Странно, что императрица в этом замешана. Мы подозревали, что у них есть общая цель, и Виолетта хотела выяснить что.

Виолетта — имя моей матери. Теперь ясно, почему она поддерживала связь с императрицей.

— Потом ты пропала, и лишь недавно мы узнали почему — от герцога Билтерхайма.

Пока что их дружба не принесла проблем. Возможно, это можно использовать.

— Кстати, ты берёшь эту змею на приём?

Иннис указал на Ынджи, дремавшую у моего плеча. Та подняла голову и посмотрела на него.

— Ынджи может поглощать магические камни. Его Величество хочет её увидеть.

— Что?!

Розмари округлила глаза, а отец и Иннис уже знали о камнях.

Вскоре мы прибыли ко дворцу.

Выйдя из кареты, я сразу заметила человека, притягивающего все взгляды.

Его серебряные волосы и магические одеяния, хоть и выглядели неуместно на балу, были роскошны: синяя ткань с золотой вышивкой.

Под густыми ресницами — глаза, как рубины. Он шёл прямо ко мне, настолько ослепительный, что прохожие оборачивались.

— Маргарет.

Кейден посмотрел на меня, затем на отца, Инниса, Розмари… После лёгкой паузы вежливо поклонился.

— Рад снова видеть вас. Кейден Блейк Рохад.

Неожиданно безупречные манеры — я и не думала, что он вообще знает, что это такое.

Розмари загорелась:

— Боже, я никогда не видела такого красавца! Ты как ангел!

Я снова посмотрела на Кейдена. Неужели даже язвительная Розмари способна на такие комплименты?

Вновь Кейден ответил Розмари с нехарактерной для него галантностью:

— Ничто не сравнится с вашей красотой, миледи.

…Это говорит Кейден? Я недоверчиво нахмурилась.

— Разве вы не получили письмо? Я отправила его с личным гонцом, чтобы оно дошло быстрее. Мой партнёр сегодня — мой отец.

Услышав это, отец шагнул ближе и бросил Кейдену предупреждающий взгляд.

— Именно так, лорд. Даже не думай строить глазки моей дочери. Моя «маленькая глупышка» сегодня со мной.

Разве моё прозвище «кобылка», а не «глупышка»? Я наклонила голову, но затем осознала, что оба варианта мне подходят, и смирилась.

Кейден, переводивший взгляд между мной и отцом, вдруг улыбнулся. На его щеке появилась очаровательная ямочка, и Розмари снова посмотрела на него с восхищением.

— Как я посмею претендовать на это место, когда с юной леди такой прекрасный спутник? Я лишь надеюсь перенять хоть крупицу величия его светлости.

На этот раз я сама поразилась его красноречию — я и не подозревала, что он способен на такие речи. Его лесть лилась, как вода.

Отец усмехнулся и похлопал Кейдена по плечу:

— Для человека твоего возраста у тебя замечательный характер. Можешь остаться рядом со мной.

Кейден ловко занял место рядом со мной.

Каков манипулятор.

Я покачала головой, не веря своим глазам.

Иннис и Розмари исчезли со своими спутниками, а я вошла во дворец с отцом и Кейденом.

Как и ожидалось, на нас обрушились колкие взгляды.

Кейден взял бокалы вина с подноса слуги и протянул нам.

— Кстати, ты так и не привёл свою настоящую спутницу?

Он пожал плечами:

— Конечно нет. Мне никто не нужен, кроме тебя.

— Но ведь на сегодняшнем балу принято приходить с парой.

Таков был обычай императорских приёмов.

— Знаю. Но пусть лучше сочтут невежливым. Кого ещё я мог бы привести, если не тебя?

— О, у тебя поистине возвышенный ум, — вместо меня ответил отец, потягивая вино. Похоже, Кейден ему очень понравился.

— У вашей светлости такая прекрасная дочь. Разве можно, зная Маргарет, смотреть на других?

Отец рассмеялся, явно польщённый. Я же смотрела на Кейдена с нарастающим беспокойством.

Что-то здесь было не так.

Не сводя с него глаз, я пыталась понять: Кейден передо мной… или Дженас?

Тогда он наклонился ко мне. Его голос, низкий и будто щекочущий слух, прошептал:

— Это я. Ты на этот раз узнала меня.

Я отпрянула, поражённая. Отец, стоявший рядом и беседовавший с другим дворянином, удивлённо обернулся.

Я сделала вид, что всё в порядке, а затем снова посмотрела на… Дженаса.

— Ты…!

— Мой потомок просто попросил меня выиграть время. Похоже, оно истекло.

Выиграть время? Что-то не так с Кейденом?

Теперь я вспомнила — вчера Дженас говорил что-то о «Tentathionem».

Его глаза сверкнули, когда он произнёс это. Я замерла, наблюдая, как они вспыхивают красным, а затем снова становятся спокойными.

Странно.

Изменения коснулись лишь его взгляда — и вот передо мной снова Кейден. Он устало провёл рукой по лицу.

— …Кейден?

— Маргарет.

Его голос звучал непривычно томно. Резкие брови нахмурились. Он тяжело вздохнул и извинился:

— Прости. Дела помешали. Этот мерзавец Дженас был в твоей комнате прошлой ночью, да?

— О… Я хотела тебе сказать, но он уже сам всё объяснил?

— Нет. Но как я мог не знать? Его душа связана со мной.

Кейден с раздражением взъерошил волосы.

Я бросила взгляд на отца, стоявшего рядом, и шёпотом сказала Кейдену:

— Я не буду спрашивать, что сейчас происходит, но разве это не слишком опасно — позволять ему захватывать твоё тело каждый раз, когда ты в анабиозе?

— Это скорее раздражает, чем опасно. Если он остаётся в моём теле слишком долго, его душа начинает разрушаться. Так зачем он шёл на такой риск, раз за разом являясь к тебе?

— Что?

Этот безумец вряд ли приходил ко мне просто потому, что скучал.

Мне было искренне любопытно. Брови Кейдена нахмурились, будто он не хотел говорить об этом.

— Просто…

Он уже собирался ответить, но отец перебил:

— Маргарет, о чём это вы так увлечённо шепчетесь в стороне от вашего отца?

Он наклонился ко мне, заинтересованный нашей беседой. Вряд ли это можно было назвать упрёком — скорее, он просто радовался новой встрече.

Кейден сжал губы, и в этот момент музыканты оркестра поднялись со своих мест, грянув торжественную фанфару — сигнал к прибытию императорской семьи.

Все повернулись к входу.

Двери зала распахнулись, и появились император, императрица и Энок.

Дворяне в унисон склонились в поклоне. Я последовала их примеру, а затем подняла глаза на Энока.

Он с самого начала смотрел на меня, и его золотистые глаза мгновенно встретились с моими. Пока он не отводил взгляда, гости начали перешёптываться и бросать на меня любопытные взгляды.

Это слишком.

К счастью, все отвлеклись, как только император начал говорить.

Раньше главной целью Юанны было, в лучшем случае, разозлить Папу.

Но после острова Алея её скромные планы изменились.

Чтобы Маргарет была счастлива.

Счастье. Да, это глобальная цель. По крайней мере, для Юанны.

— Моя цель похожа, — тихо сказал Рузеф, следуя за ней в молельную комнату.

Она взглянула на него.

— Я хочу помогать леди Флоне во всём, что она будет делать в будущем.

Юанна кивнула, глядя на его профиль.

Они шли по пустынным коридорам папского дворца в тишине.

Через некоторое время Рузеф снова заговорил:

— Честно говоря, я до сих пор не могу осознать, что она побывала в другом измерении. Через что она прошла, насколько тяжело и больно ей было… и насколько больно сейчас. Мне трудно это представить.

Его слова нашли отклик в Юанне. Но это была не единная невероятная вещь. Кому бы они ни рассказали, никто не поверит в их историю.

Рузеф внезапно остановился. Юанна последовала его примеру и обернулась.

— Она заслуживает счастья. Как и ты.

Конечно, если бы не Маргарет, они не продержались бы и месяца на острове, не говоря уже о побеге.

Но ещё до её подвигов была жертва Юанны. Если бы она не пожертвовала собой, чтобы повернуть время вспять, Маргарет сейчас не было бы в живых.

Юанна улыбнулась, и на её лице появилось озорное выражение.

— Мило с твоей стороны включить меня, но я знаю, что ты думаешь только о Маргарет, архиепископ.

Лицо Рузефа залилось румянцем.

— Я не это имел в виду!

— Всё в порядке, Маргарет для меня тоже важнее всего. О, кстати, я кое-что выяснила.

Она порылась в карманах, огляделась и, свернув за угол, увлекла Рузефа в укромный угол.

Достав маленькую жестяную коробочку, она открыла её, показав красный порошок внутри.

— Знаешь, что это?

— Нет.

— Это цветок Тентатионема, выведенный семьёй Рохад.

Рузеф в ужасе отпрянул и зажал нос. Юанна тут же захлопнула коробочку и сунула её обратно в карман.

— Всё в порядке, это порошок из лепестков, а не тычинок. Сам по себе он не вызывает такой реакции, как на острове.

— Где ты это взяла?!

— В подвале в покоях старика. Я пробралась туда ночью, дверь случайно была открыта.

Под «стариком» она, конечно, подразумевала Папу. Рузеф побледнел.

— Ради всего святого, как ты—

— Тшш!

Она прижала палец к губам и нервно оглянулась.

— Помнишь, как на Алее мы галлюцинировали и возбуждались от запаха этого цветка? Оказывается, в виде порошка он вызывает другие эффекты.

— Какие?

— В «лабораторном журнале» семьи Рохад в подвале написано, что при испытаниях на материке все, кто вдыхал порошок, падали в обморок.

— Значит…

— Думаю, они использовали этот цветок, чтобы похитить нас. Порошок можно подмешать в чай, лекарства или напитки.

Рузеф зажмурился, его лицо исказилось от боли.

Заставить кого-то принять порошок без его ведома — сложно. Особенно если речь о высокопоставленных особах.

Но Аната была права — предательство исходило от самых близких.

— Мы уже знаем, кто нас предал, не стоит так переживать.

Похлопав по карману с коробочкой, Юанна добавила:

— Я собираюсь использовать это против них.

— Против них?

— Я похищу их точно так же. Теперь, когда я знаю, для чего эти цветы, я соберу их все. Знаешь, архиепископ, я довольно хороша в воровстве.

Рузеф закрыл лицо рукой, а Юанна подмигнула. Она снова вела себя совершенно неподобающе для святой девы, но это была её суть, и ему оставалось только молчать.

— И что ты будешь делать с похищенными?

— Ну… Думаю, они должны заплатить за то, что сделали с нами. Может, попробуем восстановить Алею?

— Святая Дева! — Рузеф аж подпрыгнул.

Юанна рассмеялась, сказав, что это шутка. Проблема в том, что для Рузефа это совсем не звучало как шутка.

Он посмотрел на смеющуюся Юанну, и у него возник вопрос.

— Кстати, ты так и не поговорила с сэром Диего наедине перед отъездом из Лэнгриджа?

— О… Говорила, — её улыбка потухла.

— О чём? Я слышал, вы спорили и кричали.

— Кричали? Все преувеличивают. Просто… Он отругал меня.

— Что? Отругал? То есть он разозлился на тебя?

— Ну… Да…

Юанна почесала щёку и отвела взгляд.

— Я понимаю, почему он злится, но всё в порядке.

— Мне интересно узнать причину.

— Я сказала ему, что готова пожертвовать собой, если понадобится, так что можно использовать меня как приманку. Всё равно я должна была умереть на острове.

— Боже правый. Должна была умереть?! — Рузеф повысил голос, хватаясь за виски.

— Сэр Диего имел полное право разозлиться!

— …

— А теперь, когда мы сбежали с Алеи, всё, что нам нужно — найти Клятву Крови и магические камни. Что вообще может пойти не так?

В ответ на его слова Юанна улыбнулась многозначительно.

— Ты правда так думаешь? Что никакой опасности больше нет?

— Что ты имеешь в виду?

— Понимаешь, в этом мире была межпространственная трещина. «Цветущие Пионы» создали свой «экспериментальный остров», а мы лишь разрушили его.

— Но...

— Мы не закрыли саму трещину. Если не исправить саму причину, появится второй «Цветущий Пион».

Рузеф нахмурился:

— Есть способ?

Юанна, стоявшая чуть поодаль, пожала плечами:

— Это ещё предстоит выяснить. Хочешь помочь мне? Думаю, в Святом Престоле должны быть исследования о разломах — они экспериментируют уже тысячу лет.

— Но у нас нет доступа к этим данным, а искать их опасно. Большинство высшего духовенства, похоже, связано с «Пионами». Если узнают, что мы копаем...

— Значит, нужно действовать так, чтобы они не узнали.

— У тебя уже есть план?

Юанна весело улыбнулась и покачала головой:

— Это как раз то, что нам предстоит придумать. Но цель ясна: когда всё закончится, мы закроем разлом и установим настоящий мир. Так мы поставим точку в этой долгой истории.

Рузеф нервно сглотнул — звучало это грандиозно.

— Нам лучше поторопиться. Хочется порадовать Маргарет хорошими новостями к её дню рождения.

Он кивнул. Ему тоже этого хотелось.

Императорский дворец

Кейден спокойно отнёсся к тому, что Маргарет не выбрала его в партнёры. Как выяснилось, она отказала и Эноку.

Поэтому он пришёл заранее и ждал её.

[Потомок, ты выглядишь не лучшим образом. Но не пойми неправильно — я не переживаю за тебя.]

Голос Дженаса звучал у него в голове.

Кейден прислонился к стене, борясь с головокружением, и глубоко вздохнул. Мне просто нужно немного отдохнуть. Совсем немного...

С момента возвращения в Империю он не знал покоя — разбирался с хаосом в Магической Башне, где за время его отсутствия всё пришло в упадок.

Он также навестил поместье Рохадов, куда не ступал годами, в поисках «Клятвы Крови».

Но ни отца, ни матери там не оказалось, а после обыска всего особняка не нашлось и намёка на артефакт. Оставалась лишь подземная лаборатория, но для её проникновения требовался детальный план. Пришлось отступить.

Хотя не без результата: он выяснил, как «Пионы» доставили их на Алею.

[Я же предупреждал. Прикасаться к Тентатионему — плохая идея, даже ради улик. А уж вдыхать порошок — просто глупо... Ц-ц.]

— Заткнись.

Кейден схватился за грудь, делая глубокий вдох. В этот момент подъехала карета с гербом дома Флоне.

Дверь открылась, и появилась Маргарет в сопровождении отца — герцога Флоне.

Дыхание Кейдена перехватило — он никогда не видел её такой ослепительной.

==

Русс.п.:

Тентатионем — вымышленное ядовитое/магическое вещество, название созвучно латинскому "tentatio" — "искушение, испытание".

Её волосы были убраны в изысканную причёску с цветами и перьями, открывая безупречную линию шеи.

Платье с открытыми плечами, украшенное роскошными кружевами, ниспадало лёгкими голубыми шифоновыми волнами, идеально сочетаясь с цветом её глаз. Дополненное длинными белыми перчатками, она выглядела настолько элегантно, что Кейден пересохло в горле.

[Хватит вести себя как идиот и возьми себя в руки.]

Если бы не голос Дженаса в голове, он бы точно опозорился. Он едва не бросился целовать Маргарет, забыв о присутствии герцога Флоне.

Как она может быть такой прекрасной?

Глядя на неё, с её длинными ресницами и улыбкой, направленной прямо на него, он готов был поклясться — это ангел, сошедший с небес.

— Чёрт.

Жар разливался по его лицу, сердце бешено колотилось.

Она всегда была красива, но сегодня... сегодня я готов запереть её в башне, чтобы больше никто не видел.

Головокружение накатило с новой силой.

— Не могу. Мне нужно время. Маргарет будет волноваться, если увидит меня в таком состоянии.

Он сжал кулаки.

— Эй, старик, кажется, ты забыл — теперь ты мой раб.

[Дерзкий потомок...] — прорычал Дженас, но спорить не стал.

— Приказ. Ненадолго.

Не дожидаясь ответа, Кейден переключил контроль.

Дженас, недовольно фыркнув, выполнил приказ — тело Кейдена выпрямилось, взгляд стал холодным и отстранённым.

Тем временем Энок

Он пребывал в скверном настроении весь вечер.

То, что Маргарет отказала ему как партнёру, было терпимо — ведь она отказала и Кейдену.

Но теперь, стоя у входа в бальный зал, он наблюдал, как Маргарет и Кейден входят вместе — и со стороны кажется, будто они пара.

Официально её сопровождает герцог Флоне, но Кейден намеренно держится так близко, что создаётся иное впечатление.

Он делает это нарочно. Хитрец.

Энок сжал кулаки, когда до него донеслись пересуды придворных:

— Разве леди Флоне и лорд знакомы?

— Странно, я думал, она интересуется только кронпринцем.

— Неудивительно, что она обратила внимание на другого. Она же в расцвете лет.

— Его Высочество её даже не замечает.

— И правильно. Она ведь вела себя как одержимая, преследуя его. Любому бы надоело.

— Видимо, в ней совсем нет женского обаяния, раз она так отчаянно цеплялась...

Энок почувствовал, как кровь приливает к лицу.

Всё, что они говорят — правда. Я действительно презирал её. И это не изменить.

Но как теперь переубедить всех? Как дать понять, что теперь лишь она существует для него?

— Ты рано.

Появились император и императрица.

Костюм Энока, специально заказанный для восстановления престижа короны после его исчезновения, сверкал роскошью.

Император хлопнул его по плечу:

— Ты — моя надежда. Не разочаруй меня. Помни, как ты сюда попал, и не будь как твой брат.

Императрица побледнела, но промолчала.

С фанфарами они вошли в зал, где уже собралась вся знать Лэнгриджа и представители Святого Престола.

Где маркиз Рохад?

Его отсутствие насторожило Энока. Ведь он — ключевая фигура «Пионов».

После приветствия император неожиданно подозвал Маргарет и Кейдена:

— Лорд, леди Флоне. Разве вы не главные герои сегодняшнего вечера?

Они подошли, нервные, как студенты перед экзаменом.

Энок замер, увидев Маргарет вблизи.

«Прекрасна» — слишком слабое слово.

Её голубое платье, бледная кожа — она словно нимфа из сказки.

— Вы прошли через многое. Говорят, на острове вы получили печать божественного зверя?

Зал зашумел.

Когда Маргарет замешкалась, Кейден поддержал её за руку — и они выглядели как влюблённые.

Энок едва сдержал порыв оттолкнуть Кейдена и занять его место.

— Покажите всем божественного зверя. Пусть империя увидит своё благословение!

Маргарет неуверенно посмотрела на Энока. Тот кивнул.

Достав Ынджи из кармана, она показала её залу.

— Боже мой, змея!

— Это и есть божественный зверь?

— Какая мерзость...

Шёпот нарастал. Ынджи, напуганная, сжалась в руках Маргарет.

Император улыбнулся и обвёл взглядом бальный зал:

— Вы утверждаете, что эта змея спустилась с небес? Если это действительно божественный зверь, представьте доказательства его божественного происхождения. Продемонстрируйте здесь и сейчас.

При этих словах в зале воцарилась тишина — даже оркестр прекратил играть.

Маргарет растерянно огляделась. Среди двенадцати священников в папских облачениях вперёд вышел один и преклонил колено перед императором. Похоже, это был архиепископ. Ветер сорвал с его головы шляпу.

Энок заметил татуировку пиона на его затылке.

Кейден, стоявший рядом с Маргарет, тоже увидел это и перевёл взгляд на Энока.

— С позволения Вашего Величества, — архиепископ поднял голову, — я, как представитель Святого Престола, должен развеять сомнения. Это не божественный зверь, а чудовище.

По залу прокатился шёпот. На лице Маргарет отразилось смятение.

Энок скользнул взглядом между архиепископом и императрицей — на долю секунды он уловил молчаливый обмен взглядами между ними.

Значит, император заранее готовился к такому развитию событий.

Энок сдержанно наблюдал. Лучше, если Маргарет сама ответит — хозяин должна защищать своего зверя.

Пусть скажет что угодно. Главное, чтобы начала — я поддержу.

Похоже, Кейден, сжимавший кулаки в тщетной попытке сдержать ярость, думал так же.

— Согласно древним текстам, — продолжал архиепископ, — божественный зверь должен излучать священную энергию, а не ману. Однако от этой змеи исходит лишь магическая сила.

Председатель Ассоциации Магов, до этого следивший за Кейденом, поспешно опустился на колено:

— Совершенно верно! Я чётко ощущаю ману от этого существа.

Шёпот в зале стал громче. Взгляд Кейдена, полный убийственного холода, впился в председателя.

Тот, покрываясь холодным потом, достал из кармана прозрачный шар размером с кулак.

— Это магический артефакт, доказывающий природу существа. Он определяет количество маны и используется для испытаний магов. При контакте с носителем маны шар становится фиолетовым.

Энок заметил, как Маргарет положила руку на голову Ынджи — словно делилась с ней маной.

— Прекрасно. Тогда проверим, — император кивнул председателю с нечитаемым выражением лица.

Маргарет бережно опустила Ынджи на шар. Когда змея обвила его, шар вспыхнул фиолетовым.

Зал ахнул.

Архиепископ торжествующе указал на Ынджи:

— Видите?! Это настоящее исчадие! Леди Флоне должна быть сурово наказана за попытку ввести императора в заблуждение. Во имя Господа я требую передать её Святому Престолу для казни!

Причины были очевидны: Маргарет — одна из выживших с Алеи, а архиепископ — член "Цветущих Пионов".

Ынджи испуганно вздрогнула, глядя на хозяйку.

— Этот гни–!

Кейден не успел закончить ругательство — Маргарет шагнула вперёд, заслонив его собой.

Когда Маргарет подняла Ынджи, обвившуюся вокруг магического шара, стало ясно его состояние.

Фиолетовый дым, наполнявший шар, величественно закружился, а затем тот внезапно треснул, раскололся и разлетелся на миллион осколков.

— Что это…

Маргарет сияюще улыбнулась ошеломлённому председателю Магической Ассоциации.

Энок заметил, как изменился оттенок кольца на её пальце — того самого, что подарил Артдал. Оно обычно светилось, когда она делилась маной.

'Значит, она поделилась с Ынджи.'

Её запасы маны поистине безграничны — не зря когда-то она разрушила магический шар во время теста.

— Кажется, шар был бракованным, — спокойно сказала Маргарет, разочарованно глядя на председателя.

— Мана есть у большинства, рождённых в этом мире. Называть её злой силой — всё равно что объявить нас всех детьми дьявола.

Её слова вызвали бурное одобрение зрителей. Общественное мнение мгновенно повернулось против архиепископа.

С лёгкостью она перетянула на свою сторону большинство гостей, обратившись к тому, что понимал любой, кто обладал маной.

— И хотя вы не можете доказать, что эта змея — божественный зверь, это не делает её монстром.

— Что за—! Если она не божественный зверь и не монстр, то что же это?!

Архиепископ, всё ещё стоявший на коленях, пылал ненавистью, но Маргарет оставалась невозмутимой.

— Вы когда-нибудь лично видели божественного зверя, ваше преосвященство? Как можете быть так уверены, если лишь читали о них в древних книгах? К тому же, ни один монстр не способен запечатлеться на человеке, как эта змея.

— Э-это…!

— Десятки тысяч рыцарей видели, как мы с ней спустились с небес. А вы, архиепископ, называете их всех лжецами.

Император, до сих пор молча наблюдавший за происходящим, с восхищением взглянул на Маргарет.

С разрушенным шаром у архиепископа и председателя не осталось доказательств. Теперь всё решалось в словесной дуэли — и Маргарет переиграла их обоих.

— Кроме того, я никогда не утверждала, что эта змея — божественный зверь, а значит, не обманывала императора.

Как по сигналу, двое рыцарей Императорской гвардии — Ноэль и Хайзен, следовавшие за Маргарет с войны, — преклонили колени перед императором.

— Это правда! Мы видели, как змея разверзла небеса! Всё войско Лэнгриджа — свидетели!

— На обратном пути на нас напали монстры, и змея уничтожила их всех. Монстры обычно атакуют людей, но она их истребила.

Рыцари других домов тут же подхватили, наперебой рассказывая императору о подвигах Ынджи на поле боя.

Теперь уже не имело значения, была ли Ынджи настоящим божественным зверем.

Император усмехнулся, слушая, как толпа осуждает архиепископа.

— Ваше величество, этот бал — в честь вернувшихся, — напомнил Энок.

Шум мгновенно стих.

— Мы до сих пор не нашли похитителей. Думаю, не стоит допрашивать одну из жертв прямо на празднике.

— Верно. Архиепископ, если вы поняли, можете удалиться. Если продолжите, на этот раз я не потерплю вашей грубости.

Сдавленный голос архиепископа прозвучал в ответ:

— Но, ваше величество…

Император лишь строго взглянул на него.

Архиепископ в отчаянии посмотрел на императрицу, но та сохраняла невозмутимое спокойствие.

Наклонившись к Эноку, император прошептал так, чтобы слышал только он:

— Разберись в этом, Энок. Не разочаруй отца, который всегда поддерживал тебя.

Энок почтительно кивнул, затем окинул взглядом зал.

Архиепископ и председатель уже ретировались к своим свитам.

'Как с ними поступить?'

Согласно Дженасу, у «Пионов» было пятнадцать магических камней. Теперь, после уничтожения камня Родвана, осталось четырнадцать.

Если у архиепископа с татуировкой пиона есть такой камень, его нужно заполучить.

Взгляд Энока скользнул к Маргарет и Кейдену, стоявшим в углу зала.

'Сначала надо обсудить это с ними.'

Моя очередь

Издалека на меня сверкали ненавидящими взглядами люди из Святого Престола, но они сами начали.

Я ответила им тем же.

'Нужно выяснить, есть ли у архиепископа магический камень. Но как к нему подобраться?'

Тяжело вздохнув, я ощутила, как Ынджи заползает мне на плечо.

Раньше она нервничала под пристальными взглядами, но теперь, кажется, начала наслаждаться вниманием.

Даже испуганные поначалу дворяне теперь толпились вокруг с любопытством.

— Разойдитесь. Ой. Наступил на ногу. Я же сказал — отойди, идиот.

Но любопытство быстро угасло, когда Кейден встал рядом со мной, как цепной пёс, и разогнал всех.

Никто больше не смел приблизиться. Если кто-то пытался заговорить, он рычал.

Хотя этот бал был посвящён поиску «Пионов» и камней, для меня он всё ещё был дебютным.

Я надеялась завести друзей, но Кейден испортил всё.

— Может, и ты отойдёшь? — наконец сказала я ему.

Но он лишь невинно улыбнулся:

— Что ты сказала, Маргарет?

— Маргарет.

В этот момент кто-то позвал меня. Мы с Кейденом повернулись одновременно.

Сквозь толпу медленно шёл Энок.

Как и Кейден, он притягивал взгляды мгновенно. Ну, он же наследный принц — чего ещё ожидать?

— Ваше высочество.

— Не это.

Его низкий голос звучал спокойно. Я огляделась и кивнула:

— Энок.

На его лице появилось удовлетворение. Похоже, он помешан на титулах.

Кейден рядом явно не одобрял происходящее.

— Я хотел поговорить с тобой.

Энок взглянул на Кейдена. Явный намёк уйти. Лицо Кейдена стало ещё мрачнее.

Я осознала, что весь зал наблюдает за нами.

'Чёрт.'

У меня болезнь — умираю, когда все на меня смотрят. Называется "синдром смущения"… В общем, он у меня есть.

В этот момент Энок протянул мне руку.

— Как насчёт танца? Можем поговорить во время него.

— Простите? А… Я не очень хорошо танцую…

'Я же клялась вчера, что никогда не буду танцевать!'

К тому же, как можно разговаривать во время танца? Это же невозможно!

Но мне казалось, что Энок хочет обсудить что-то важное — возможно, связанное с «Пионами».

'Если так, то говорить нужно сейчас.'

Я видела татуировку пиона на шее архиепископа, пытавшегося очернить меня перед императором. Возможно, Энок тоже её заметил.

Кейден, до этого слушавший разговор с недовольным выражением лица, внезапно шагнул вперед и тихо произнес:

— Если уж обсуждать «Цветущие Пионы»… может, сделаем это снаружи?

Но Энок не сдавался. Оттеснив Кейдена, он снова протянул руку ко мне:

— Прежде всего, я хочу, чтобы первый танец был со мной.

— Так я и знал, что это твоя настоящая цель. Чёрт. Тогда танцуй со мной — это тоже мой первый, — Кейден схватил Энока за запястье.

Хотя окружающие вряд ли разобрали слова, зрелище двух мужчин, готовых пуститься в пляс друг с другом, оставило публику в оцепенении. Я прикрыла лицо ладонью. Мне так стыдно, что хочется провалиться сквозь землю!

— Тогда танцуйте вдвоём! А я пойду отдохну! — крикнула я и резко развернулась.

Они остановили меня с одинаково озадаченными лицами.

Энок схватил за правое плечо:

— Я не буду приставать с танцами. Останься.

Кейден — за левое:

— Прости. Останься, Маргарет.

Я вздохнула и повернулась к ним:

— Ладно, вам правда есть что обсудить, и лучше сейчас, чем потом. Пройдёмся по террасе?

Они переглянулись и кивнули.

Наверняка сплетни уже ползут, как только мы вышли, но сейчас не до этого.

Терраса

Мы вышли из шумного зала на продуваемую ветром террасу. Убедившись, что вокруг никого нет, Кейден установил звуковой барьер.

Я на мгновение закрыла глаза, вдыхая прохладный весенний воздух, затем обернулась — и встретилась с пристальными взглядами Энока и Кейдена. Прямо как я смотрю на Ынджи, когда она нахулиганит.

— Что-то не так?

— Ничего.

— Просто ты очаровательна.

Они ответили одновременно, и Энок недовольно скосил глаза на Кейдена.

— Лорд, вы нашли Клятву Крови?

Кейден покачал головой:

— Нет. Более того, маркиза Рохада не было ни в поместье, ни здесь, на приёме. Подозрительно, не правда ли?

Он был прав. Такой важный императорский приём — а маркиз, человек его ранга, отсутствует. Куда он пропал?

Я повернулась к Эноку:

— Алею нашли?

— Сегодня сэр Диего сообщил: они достигли южного побережья и начали поиск вдоль берега.

Я кивнула. Значит, скоро найдут.

Нам нужно отыскать остров первыми — чтобы «Пионы» не уничтожили улики и чтобы мир узнал об их экспериментах.

— А если мы не найдём Клятву? — спросила я. — Может, стоит сосредоточиться на других доказательствах их связи с островом?

— Главные подозреваемые — императрица, Рохады и Святой Престол, — сказал Энок. — Нужно выяснить, есть ли между ними связь.

— Верно, — согласилась я. — Они не откажутся от тысячелетнего эксперимента просто так. Должно быть, они здесь, на приёме, чтобы что-то согласовать…

В этот момент снаружи барьера донеслись приглушённые голоса. Мы замолчали и взглянули в сторону террасы.

Там собрались представители Святого Престола и Магической Ассоциации, о чём-то оживлённо беседуя.

Мы прислушались. Тот самый архиепископ, который ранее обвинял меня в грехах, теперь что-то бормотал:

— … Тогда… на дне рождения леди Флоне…

Что? На моём дне рождения?

— О чём сейчас говорят эти мерзавцы?

Я обернулась к Кейдену.

— Ты можешь услышать их с помощью магии?

— Магия не всемогуща.

Кейден вздохнул и устремил мрачный взгляд в сад, где продолжалась беседа.

— Они планируют что-то на твоём дне рождения, но детали не уточняют.

— Погоди, ты же сказал, что магия не всемогуща?

Кейден усмехнулся: — Это не магия. У меня просто хороший слух.

Энок скрестил руки: — Значит, мы не просто заберём магический камень у архиепископа, но и выясним их планы.

В этот момент люди в саду повернули головы в нашу сторону. Я дёрнула Энока и Кейдена за рукава, резко пригнувшись за перила террасы. Оба уставились на меня в недоумении.

— Кажется, они нас заметили?

— Маргарет, я установил барьер ещё раньше. Всё в порядке.

Ответ Кейдена заставил меня покраснеть от смущения, и я разжала пальцы.

Осторожно выглянув через перила, я снова посмотрела в сад — но тех, кто там стоял минуту назад, уже не было.

— Чёрт, они исчезли.

Ынджи, свесившаяся с моего плеча, тоже высунула язык, разглядывая сад.

— Маргарет, ты точно не хочешь танцевать?

Вопрос Кейдена заставил Энока подняться с места и вопросительно посмотреть на меня.

— Эй, этот ддаггари [1] всего лишь второй номер. Первый танец — со мной.

[1] Ддаггари — человек (или раб), цепляющийся за влиятельную персону; прихлебатель, выполняющий грязную работу.

Слово неожиданно напомнило мне о Рузефе. Не думала, что это прозвище вызовет ностальгию.

— Ты должна танцевать сначала со мной.

— Какой ещё бред ты несёшь?

Энок сузил глаза, не зная, как реагировать на этого смутьяна, но быстро сменил тактику, устремив на меня умоляющий взгляд:

— Маргарет, мы же договорились, что первый танец — мой.

— Мы? — растерянно переспросила я и решительно покачала головой. — Когда это? И почему вы все зациклились на танцах? Сейчас нужно разобраться с архиепископом. Давайте планировать.

Верно. Дело не в танцах. Нужно выяснить:

1. Есть ли у архиепископа с татуировкой пиона магический камень?

2. Что они задумали на моём празднике?

3. Каковы истинные масштабы и цели «Цветущих Пионов»?

Неужели после побега с острова нельзя просто отдохнуть?

Я вздохнула. Энок и Кейден переглянулись, но ни один не смог переубедить меня. В итоге мы вернулись к разработке плана похищения камня.

После жарких споров решили атаковать архиепископа по пути домой — когда он будет садиться в карету. Возвращаться после отъезда будет поздно.

Когда мы вернулись в бальный зал, оказалось, что священники и глава Магической Ассоциации тоже здесь.

В ожидании конца праздника я увидела, как родители «случайно» обливают вином папских священников. Неожиданно, это священники извинялись перед ними!

— Кобылка моя!

Отец и мать, наконец заметив меня, бросились обнимать меня под взглядами всего зала.

— Ты в порядке? Мы слышали, что в наше отсутствие произошло нечто неприятное.

Они громко возмущались поведением Святого Престола, но никто не осмелился их осудить. Видимо, их авторитет действительно непререкаем.

Я подумала, стоит ли предупредить их о предстоящей операции, но решила не рисковать.

«Почему-то страшно их посвящать.»

Расскажу, когда всё закончится.

Их яростная забота растопила мою усталость, как весенний снег.

Есть что-то невероятно тёплое в том, что кто-то безоговорочно на твоей стороне.

Успокоив герцога и герцогиню, Маргарет вернулась к Эноку и Кейдену.

Как раз в этот момент группа священников удалялась вглубь дворца. Они двигались плотной группой, что затрудняло изоляцию архиепископа.

Кейден схватил Маргарет за плечо:

— Если почувствуешь опасность — отступай.

Она улыбнулась, и он на мгновение замер, ослеплённый этой улыбкой.

— Спасибо за заботу. Но на острове мы видели куда худшее. Эти дураки сами напросились, выбрав нас своими подопытными.

Она похлопала его по плечу и уверенно шагнула вперёд.

[Как ни крути, Маргарет — необычная женщина,] — пробормотал Дженас у него в голове. [Возможно, ей больше подошёл бы мир по ту сторону разлома, где она провела так мало времени.]

Кейден не ответил, глядя на её уходящую спину.

«Этот мир больше подходит Маргарет? Нелепость.»

Если Дженас посвятил жизнь славе дома Рохад и экспериментам на Алее, то Кейден хотел уничтожить и то, и другое.

Все эти новые чувства к Маргарет были для него первыми и последними. Поэтому он не мог её потерять, не мог уступить Эноку, не мог позволить «Пионам» отвлечь её.

«Она так устала в последнее время... Сама не замечает, но с побега с Алеи у неё не было ни минуты покоя.»

Тёмная мысль мелькнула в его сознании:

«Может, просто убить их всех и украсть Маргарет туда, где никто не найдёт?.. Нет, это не сработает.»

Он поднял глаза, вовсе не желая действительно её похищать... хотя бы пока.

Вдали виднелись спины священников.

«Стоит ли их действительно уничтожить?»

Его глаза потемнели.

[Потомок, хочешь, помогу?] — дьявольски прошептал Дженас.

Этот шёпот вернул Кейдена в реальность.

«Заткнись. Не играй со мной.»

Дженас был как неразорвавшаяся бомба. Не опасен, но и не безобиден.

«Нужно сохранять ясность мысли.»

К счастью, архиепископ шёл позади всех. Я ускорила шаг, готовясь передать ману Ынджи.

Коридор, по которому мы шли, был открытым — стоило перелезть через перила, и мы оказывались в императорском саду.

Энок должен был перекрыть им путь и задержать — как наследный принц, он мог без последствий задержать священников.

— Будь осторожна.

Энок похлопал меня по голове и бросился вперед. Я с каменным лицом смотрела на его удаляющуюся спину, затем полезла в карман платья за зажигательной бомбой.

Я сомневалась, стоит ли брать бомбу на прием, устроенный императорской семьей, но не ожидала, что она окажется настолько полезной.

"Будь осторожна."

Повторяя слова Энока, Кейден наложил защитное заклинание на императорский сад — чтобы избежать жертв.

Остальное зависело от меня и Ынджи. Я поделилась с ней манной, и та немного увеличилась в размерах.

Вдалеке Энок и Кейден задерживали священников, о чем-то с ними беседуя.

Нельзя ошибаться. Сейчас решающий момент.

Я облизала пересохшие губы, приняла стойку, выдернула чеку и швырнула бомбу в сторону сада.

— Бум! Бум!

Оглушительный взрыв заставил священников в замешательстве уставиться на сад. Пока их внимание было приковано к взрыву, Энок усилил хаос, подталкивая их вперед.

Самое время.

Ынджи проглотила растерявшегося епископа. Кейден, завершив активацию магической формулы, последовал за ней.

В укромном уголке сада Ынджи с отвращением выплюнула архиепископа, снова превратилась в змейку и жалобно ткнулась головой мне в ногу.

Напряжение спало. Как и священники Святого Престола.

Неужели жизнь на острове сделала нас сильнее? Все прошло на удивление легко.

Я присела, погладила Ынджи по голове и посмотрела на архиепископа, покрытого липкой слизью.

"Фу."

Доставая платок, я обыскала его одежду и наконец нашла магический камень. К счастью, у этого типа он действительно был. Ынджи тут же его проглотила.

Уже два камня уничтожены.

Кейден поморщился, глядя на лежащего архиепископа:

— Надо его будить? Трогать его не хочется.

Тут появился Энок. Снаружи стоял шум — похоже, все из бального зала высыпали наружу.

Отлично. Теперь, когда мы привлекли достаточно внимания, можно по плану "арестовать" архиепископа. Если он из "Цветущих Пионов" и владеет одним из пятнадцати камней — он кладезь информации.

"Маргарет, ты в порядке?" — Энок тревожно изучал мое лицо.

"Не ожидал, что ты действительно бросишь бомбу в императорский дворец. У тебя... стальные нервы." — Кейден восхищенно хлопал в ладоши.

Энок спросил: "А камень?"

"Ынджи съела."

Та тут же звучно рыгнула.

В этот момент Кейден вдруг пошатнулся и рухнул на землю.

"Что случилось?!"

Я в испуге схватила его за руку. Он потер виски и с раздражением отстранился:

"Когда я устанавливал ограничения в договоре о связующей души, то добавил условие: каждый раз при обнаружении члена "Пионов" душа Дженаса будет разрываться. Видимо, поскольку это уже второй раз, интенсивность увеличилась."

Душа Дженаса разрывается.

Хорошо, что он страдает так регулярно. Тысячи лет мучений ему будет мало.

"Но это влияет и на тебя? Это же опасно!"

"Не настолько, чтобы беспокоиться. В любом случае, мы все пережили многое, и сейчас лучше разойтись. Я отвезу его в Магическую Башню — приходи завтра."

Кейден окинул взглядом округу. Я проглотила слова беспокойства — он прав, лучше расстаться на этой ноте.

Мы в очередной раз попрощались и разошлись.

На следующий день, как и ожидалось, все газеты трубили о взрыве во дворце, а императорскую семью Лэнгриджа критиковали за слабую систему защиты.

В саду нашли остатки зажигательной бомбы — модифицированной гранаты, но установить ее происхождение было невозможно.

Она была из Кореи — мира за пределами измерений — и модифицирована Дженасом.

Как и предполагалось, "Пионы" активизировались, но расследование шло вяло, что позволило мне выйти сухой из воды.

До моего дня рождения оставалось две недели.

Я получила письма от Артдала, Юанны и Рузефа. Прочитав первое, я прищурилась:

[...Слышал о взрыве во дворце — это точно ты! А, не опасно ли писать такое в письме? Но ты же разберешься! Ха-ха-ха! Конечно, это шутка, не переживай. Я наложила на письмо деликатное следящие заклинание после запечатывания, так что оно не потеряется. Надеюсь, ты читаешь его в безопасности. Не могу дождаться твоего дня рождения. Кто бы мог подумать, что здесь будет столько дел, а по тому сумасшедшему острову — так вообще скучать? Пожалуй, использую твой праздник как повод сбегать. Прибуду в поместье Флоне примерно через неделю...]

Кажется, я слышу, как он хохочет, пока пишет. Я провела рукой по лбу.

Артдал из тех, кто, услышав предупреждение о планах "Пионов" на мой праздник, лишь рассмеется: "Будет весело!"

Похоже, день рождения выдастся очень утомительным.

От Иннис я узнала, что в Королевстве Хестия царит кровавая баня. Видимо, возвращение Артдала всё всколыхнуло.

В конце письма он упомянул, что нашёл магический камень и привезёт его на мой день рождения, чтобы Ынджи его уничтожила.

Это хорошие новости. Значит, мы уже нашли 3 из 15 камней. Интересно, отыскали ли что-то Юанна и Рузеф?

С радостью я вскрыла следующее письмо — от Юанны.

«Дорогая Маргарет, моя первая, последняя и вечная подруга.»

Я задержала взгляд на этой фразе. Вроде всё верно, но звучит… ужасно стыдно.

[……Я нашла два магических камня. Также выяснилось, что в Святом Престоле есть исследования о межпространственных разломах — в основном скучные записи о том, как чрезмерное использование маны и божественной силы влияет на мир. Больше ничего……]

Разломы? Влияние маны на мир?

[Если тебе интересно, что это значит, расскажу при встрече. Не могу дождаться твоего дня рождения……]

Дальше шли восторженные предложения надеть «парные, как у близняшек» платья. Пробежав текст глазами, я взяла следующее письмо — от Рузефа.

«Достопочтенной леди Флоне.»

Буквы местами были смазаны, будто он долго думал, что написать.

[……На этот раз я подарю тебе по-настоящему прекрасные цветы. Надеюсь, они тебе понравятся.]

«На этот раз»? Я нахмурилась. Неужели он дарил мне цветы раньше?

Больше ничего существенного — лишь формальные любезности. Собрав письма, я убрала их и начала готовиться к выходу.

Вместе с камнем Родвана и тем, что съела Ынджи на празднике, у нас уже пять камней. Значит, у «Цветущих Пионов» осталось десять.

Судя по всему, они уже поняли, что мы их собираем, и наверняка что-то затевают.

Поэтому сегодня мы отправляемся в Магическую Башню Кейдена. Единственный способ заполучить остальные камни — поговорить с тем архиепископом со вчерашнего приёма.

В детстве у Энока не было никого. Его презирали как «принца с грязной кровью».

Стыдился ли он своей матери? Он даже не видел её — она умерла от яда вскоре после его рождения. Все винили императрицу, но доказательств не было.

Дворец был для юного Энока ледяной пустыней, где он выживал в одиночку.

Родван, сын императрицы, был главным претендентом на трон, но император объявил, что корона достанется самому достойному.

Соперничество было жестоким, даже для детей.

— Энок, если у тебя есть совесть — не лезь. Никто не хочет, чтобы победил ты.

Так сказал ему старший брат. Заставили ли эти слова Энока усомниться?

На следующий день брат погиб — карета разбилась.

С этого всё и началось. Братья Энока один за другим умирали при странных обстоятельствах.

— Эй, от тебя воняет грязью. Проваливай.

— Слышал, ты получил высший балл на экзамене? Не обольщайся. Никто не рад твоим успехам.

— Зачем ты приходишь к ужину? Все тебя ненавидят. Завтра ешь в своей комнате.

Все они мертвы. Выжил только Родван — под защитой императрицы. Даже император, призвавший их соревноваться, предпочёл не замечать её интриги.

Энок остался последним — не потому, что был сильнее, а потому что слишком ничтожен, чтобы угрожать Родвану. Это помогло ему выжить, но правда была горькой.

Именно тогда он встретил Маргарет.

— Боже, мне и не говорили, что «принц в саже» такой красивый.

Так она сказала ему при первой встрече. До этого он слышал только «грязнокровный» — намёк на низкое происхождение. Что лучше — «в саже» или «грязный» — было неясно.

— Ты мне нравишься.

Маргарет была безрассудна, груба и прямолинейна — совсем не так, как подобает дочери герцога. Видимо, считала, что ей всё сойдёт с рук.

— Честно, не понимаю, почему ты так упорно отказываешься жениться на мне. У меня есть то, чего нет у тебя — чистая благородная кровь.

Она не врала, и это обескураживало. Зачем наследнице дома Флоне так настаивать на браке с изгоем?

Любовь герцога и герцогини к своей необычной дочери была легендарной, как и ревность двух других дочерей, выросших в тени этой любви.

Маргарет родилась в семье, о которой Энок мечтал, но не завидовал ей. Её красота, по слухам, затмевала даже сестёр, казалась ему бесполезной.

Она говорила, что любит его, но в её поведении не было ни капли уважения.

Его это устраивало. Всю жизнь никто и не уважал его.

Однажды Маргарет сказала:

— Если тебя бесит, что я постоянно тебя оскорбляю — стань кронпринцем.

— Что?

Она пожала плечами, будто говорила очевидное:

— Разве обиженные не стремятся к власти? У тебя есть способности. Так используй меня. Уважение приходит с силой.

По её логике, он должен был благодарить императора за молчание, императрицу и Родвана — за смерть братьев.

— Ты не права. Уважение рождается из благородства.

— Хм. Это работает только в справедливом мире. В нашем первая сила, а остальное — потом. Если чего-то хочешь — бери.

— Чушь.

Но он знал, что она права. Её слова, будто бездумно брошенные, впивались в него, как заноза.

Это раздражало. Но и зажигало.

Впрочем, это «зажигание» закончилось, когда его отправили на битву при Ромализане.

Там Энок принял решение. Как и говорила Маргарет — он должен стать кронпринцем.

— В этом мире сила — первое, остальное — потом.

Каждый раз, стоя на грани смерти, он вспоминал её слова.

Но когда он вернулся с победой, лишив Родвана короны, внутри была пустота.

У него была власть. Но не было счастья. Может, потому что путь к ней был вымостан кровью.

И тогда Маргарет предложила ему брак.

— Теперь, когда ты кронпринц, женитьба важна как никогда. Тебе нужно укрепить позиции. Радуйся, что ты нравишься мне, дочери герцога Флоне.

— Скажи тогда… Тебе правда нравятся только мои внешность?

Она задумалась, уставившись на него.

— А тебе разве твоя внешность менее ценна, чем остальное, Ваше Высочество?

— Я не приложил усилий, чтобы так выглядеть.

— Разве так плохо, что ты мне понравился из-за лица? О… Или ты хочешь узнать, на что я ради тебя готова?

Энок потерял дар речи. Каждый разговор с ней заканчивался одинаково.

А вскоре случился инцидент с любовным зельем.

— Ты всегда отвергаешь мои чувства. Разве для любви нужна причина? Я просто хотела, чтобы ты любил меня без условий.

Какая софистика. Маргарет даже не раскаялась. Он устал от её «любви», которая душила его.

Но стоило ему попытаться забыть её — её голос въедался в кости.

«Уважение приходит с силой.»

Иногда он думал — не промыл ли она ему мозги? Осознай он это раньше, был бы его путь легче?

«Разве для любви нужна причина?»

Хотя он не мог простить её слов и поступков, Энок понимал её.

Он тоже хотел, чтобы его любили просто так. Если бы мать была жива — получил бы он хотя бы каплю такой любви?

Хуже всего было осознавать, что эти слова он слышит от самой ненавистной ему женщины.

Энок не принимал Маргарет. Но даже ненавидя, понимал её. И ненавидел себя за это.

— Ты давно ждёшь?

Энок поднял глаза. Перед ним стояла ослепительная женщина.

Неужели она знала, что он всё это время думал о ней?

— Нет, я только пришёл.

Он почтительно поцеловал её руку. Её пальцы в его ладони казались такими родными.

Задумался — действительно ли он когда-то презирал Маргарет? Может, он просто не хотел признавать, что понимает её.

— Маргарет. Я хочу тебя кое о чём спросить.

Записка от матери

В записке, полученной от матери, говорилось, что маркиз Рохад отправился на остров Алеа с документом «Клятва Крови».

Бильтерхаймы приставили к нему своего человека, и, к счастью, им удалось проследить его перемещения.

«Нужно срочно сообщить об этом Эноку и Кейдену».

Подъехав к Магической Башне, я вышла из кареты.

Проходящий мимо мальчик предложил мне свежую газету. Не раздумывая, я купила её и развернула.

[«Маргарет Роуз Флоне изменилась?!»

«Правда ли, что между леди Флоне, кронпринцем и повелителем Башни любовный треугольник?»]

Моё имя на первой полосе заставило меня вздрогнуть. Видимо, это была не та газета, что пишет о серьёзных событиях.

Я грубо свернула газету и сунула её под мышку, затем подняла голову к Башне. Здание взмывало в небо, настолько огромное, что я не могла охватить его взглядом целиком.

Опустив взгляд, я заметила Энока у входа. На нём был простой, но элегантный наряд, совсем не похожий на вчерашний мундир, и сидел он безупречно.

Он стоял, скрестив руки и прислонившись к стене, его глаза были погружены в глубокие раздумья.

Я подошла быстрым шагом и наклонилась к нему:

— Ты давно ждёшь?

Золотистые глаза Энока сфокусировались на мне.

— Нет, я только пришёл.

Его низкий, хрипловатый голос по утрам действовал на меня странно возбуждающе. Было непривычно слышать своё имя в таком обволакивающем тоне.

Он мягко поцеловал тыльную сторону моей руки, и кожа в том месте словно загорелась. Я напряглась под его пристальным взглядом — сегодня атмосфера между нами была какой-то... особенной.

Медленно отведя глаза, я указала на вход:

— Пойдём внутрь?

Молча последовав за мной, Энок провёл меня в вестибюль Башни.

Пока мы стояли там, он снова окликнул меня, на этот раз тихим, глухим голосом:

— Маргарет.

— Да?

— Я хочу спросить тебя кое о чём.

Я подняла на него вопросительный взгляд:

— О чём?

Его спокойные золотые глаза изучали моё лицо, будто пытаясь выведать все тайны.

— Ты помнишь всё из прошлого? Всё, что я делал, всё, о чём мы говорили?

Вопрос лёг на меня тяжёлым грузом. С чего бы вдруг он об этом заговорил?

— А... да. Помню.

— Ты всё ещё считаешь свою прошлую себя отдельной от нынешней?

......

Ещё один неожиданный вопрос.

Но он не был новым. Очень похожее спрашивал у меня на острове Рузеф. Что я тогда ответила?

«Та леди Флоне, которую я видел в Святом Престоле, и ты сейчас — какая из вас настоящая?»

— ...Странный вопрос. Обе — это я. Я решила принять своё прошлое, потому что без этого нельзя двигаться вперёд.

Да, я решила принять себя прежнюю.

Я прожила двадцать два года как Маргарет и двадцать семь — как Ли Джинжу, поэтому прежняя Маргарет казалась мне далёким воспоминанием.

Будто двадцатисемилетняя я и двадцатилетняя я — не могут быть одним человеком.

А Энок, который так презирал меня, наверняка изменился, встретив на острове меня — Ли Джинжу.

— Тогда была я. Знаю, что говорила вашему высочеству много обидного. Простите.

Маргарет и Ли Джинжу — обе я. Но прежняя я делала всё, чтобы Энок меня возненавидел. Неудивительно, что он испытывал отвращение... хоть в душе всё равно щемит.

— Наверное, поэтому мне пришлось прожить другую жизнь. Может, это было наказание Бога — чтобы я очнулась.

Энок рассмеялся в ответ:

— Всё так же мастерски владеешь софистикой.

— ?

— Мы с тобой. Оба ошибались в прошлом.

— И?

— Хочу сказать, хватит извиняться.

Я попыталась расспросить, но он больше ничего не объяснил.

В этот момент один из магов Башни, ожидавших нас в вестибюле, почтительно поклонился:

— Повелитель ненадолго отлучился. Просил проводить вас в его кабинет. Он скоро вернётся.

Кивнув, я поднялась по лестнице с Эноком.

— Тебе неудобно? Хочешь, понесу на спине? — поинтересовался он, окидывая взглядом моё платье.

Я весело покачала головой:

— В случае чего, напомню, я и в платье с балетками на гору забиралась.

Энок усмехнулся. Я старалась звучать бодро, но каблуки всё же делали подъём не самым лёгким.

Чёрт, зря старалась выглядеть неутомимой? Почему тут так много ступеней?!

Я вспомнила высоту Башни снаружи и внутренне содрогнулась.

Неужели нам придётся подниматься до самого верха? Разве у магов нет лифтов? Порталов? Это же Магическая Башня!

— Подожди.

Внезапно Энок подхватил меня на руки.

— А-а!

— Что случилось...?!

Мой вскрик заставил мага, поднимавшегося впереди, обернуться. Его лицо моментально покраснело, он резко отвернулся, будто увидел что-то неприличное, и продолжил путь.

— Поставь меня.

— Ты правда хочешь? — Энок приподнял бровь, не останавливаясь.

Смущённо улыбнувшись, я обвила его шею руками:

— Тогда уж прошу прощения за беспокойство.

Я напряглась, чувствуя, как наше тела соприкасаются. Слышит ли он, как бешено стучит моё сердце?

Он нёс меня вверх, не сбивая дыхания.

Это напомнило мне нашу первую встречу на Алее. Было... странно.

К счастью, кабинет Кейдена оказался не так высоко.

На этаже была всего одна дверь, а сопровождавший нас маг куда-то исчез.

Кабинет поражал высокими потолками, стены до самого верха были уставлены книгами. Я осмотрелась с любопытством.

Так вот как выглядит рабочее место мага...

— ...Хм?

— Что?

Энок приблизился, услышав моё удивлённое восклицание. Я указала на один из стеллажей:

— Здесь есть книги о Дженасе... и об эпохе династии Ингрэм.

Я быстро вытащила одну:

[«Великий маг Дженас Игран Рохад»]

Великий маг?

...Ну да, он и правда великий.

Энок наблюдал, как я листаю страницы. Я замерла, изучая текст.

[...У Дженаса было очень тяжёлое детство — он родился без маны. Большинство людей в этом мире рождаются хотя бы с минимальным количеством магической энергии, но у Дженаса её не было вовсе.]

Этот факт стал для меня новостью. Заинтригованная, я взяла книгу и устроилась на диване, чтобы внимательно изучить его биографию.

[Тысячу лет назад ненависть к людям без маны была повсеместной. Их считали неполноценными существами. Пик гонений пришёлся на 666-й год династии Ингрэм, когда начались массовые охоты на безмановых. Даже Дженаса Игрэна, известного в то время как человека без маны, не пощадили.]

Я замерла, затаив дыхание.

Гонения. Охота. Чудовищные слова, но больше всего шокировало то, что сам Дженас через это прошёл.

Кстати, 666-й год династии Ингрэм... Та же дата указана на карте острова Алеа. Возможно, это не год создания карты, а просто ключевая дата для Дженаса. Может быть, она связана с созданием острова.

[Дженасу повезло: он пробудился прямо перед тем, как маги начали охоту на него. Он не был рождён без маны — она была заперта в его теле, не имея выхода.

Он избежал смерти, но перенёс столько страданий, что его ненависть к обладателям маны и божественных сил невозможно описать.]

Он ненавидит людей с маной и божественными силами. И это я тоже узнаю впервые. Впрочем, что я вообще знаю о Дженасе? Раньше я считала его величайшим магом, но теперь всё кажется иным.

Нет, точнее — магом дома Рохад.

Оглядываясь назад, я не припомню, чтобы он испытывал гордость или привязанность к другим магам.

[Во время гонений на безмановых в королевстве Ингрэм вспыхнуло восстание. Дженас возглавил его, приблизив падение династии.

Позже за вклад в основание Лэнгриджа он получил титул Рохада, но лишь маркиза — из-за своего прошлого.

Дженас верил, что стоит свергнуть Ингрэм — и он создаст новый мир. Но в итоге Лэнгридж оказался таким же, как и прежнее королевство.]

Вот оно что. Теперь ясно, почему Дженас был так зол. Хотя это всё равно не оправдывает его безумия.

— Что ты читаешь с таким выражением лица? — спросил Энок, устроившись напротив на диване.

Я закрыла книгу и пожала плечами:

— Просто задумалась, не была ли его «экспериментальная» Алеа местью всем, кто обладает маной или божественными силами.

Энок приподнял бровь, обдумывая мои слова:

— Если так, то какая теперь разница? Его планы провалились.

В этот момент дверь в кабинет открылась, и появился Кейден в сопровождении мага-проводника.

— Прошу прощения за задержку. Добирался дольше, чем ожидал.

Его лицо выглядело усталым. Затем он добавил:

— Хотите осмотреть это сразу?

Я сразу поняла, о чём речь. Именно ради этого мы с Эноком пришли в Магическую Башню.

Мы последовали за ним по лестнице.

— Где ты был?

Кейден мрачно вздохнул:

— В поместье Рохадов. Печати в подвале усилили. Документ «Клятва Крови» явно спрятан надёжно.

Я кивнула — ожидала подобного.

Верхняя комната оказалась недоступна для проводника-мага.

Кейден запер дверь, и я осмотрелась. Комната была почти пуста. В центре, привязанный к массивному креслу, сидел архиепископ. Вокруг него горели свечи, образуя магический круг.

Знакомый круг...

— Да. Тот же, что использовали для заточения Анаты заживо, — пояснил Кейден.

Меня вдруг пронзило воспоминание: я сама оказалась в ловушке такого круга в хижине по воле Дженаса.

По телу пробежала дрожь. Ужасы Алеи нахлынули вновь.

И этот архиепископ передо мной был частью всего этого. От одной мысли об этом внутри вскипела ярость.

— Ммм! Хррр!

На круге архиепископ, привязанный к креслу и с кляпом во рту, отчаянно дёргался.

Кейден щёлкнул пальцами, и кляп исчез.

— Какого чёрта вы себе позволяете?! Думаете, вам это сойдёт с рук? Святой Престол найдёт меня, и вам недолго осталось!

— Мне всё равно, — резко парировал Кейден. — Они уже наверняка догадались, что мы ищем магические камни. Так что ждут чего-то подобного.

Исчезновение архиепископа с банкета, конечно, не останется незамеченным. Но пока он запечатан здесь — как Аната в хижине — найти его будет непросто.

— Ну как, нравится быть заживо запертым в круге?

— О чём ты, чёрт возьми?! Я не понимаю, зачем вы это делаете! Если из-за того, что было на банкете…

— Ха. Замолчи, а то снова заткну тебе рот, — Энок прервал его ледяным взглядом. Необычно грубо для него… Хотя с такими вежливость излишня.

Я посмотрела на архиепископа:

— Ты знаешь об острове Алеа. Я в курсе ваших связей. Расскажи, у кого ещё есть магические камни и сколько сообщников, кроме тебя.

Он перестал дёргаться.

— Думаешь, я отвечу?

— Ваш эксперимент провалился. Что вы ещё задумали?

Архиепископ стиснул зубы.

— Тогда что вы планировали на мой день рождения?

— Откуда ты…! — он запнулся и резко замолчал.

Он был настолько жалок и глуп, что это даже смущало. В отличие от Дженаса, прожившего тысячу лет, «Пионы» сменили не одно поколение. И теперь я в ярости от того, что моя жизнь зависела от таких некомпетентных людей.

— Хочешь, вырву тебе ногти? — спросил Кейден.

Лицо архиепископа побелело.

— Никаких пыток, — твёрдо сказала я. — Его осудят, когда найдём «Клятву Крови». Если он будет повреждён — нам же хуже.

Энок, скрестив руки, добавил:

— Я тоже против физического насилия. Но есть другие методы.

Архиепископ облегчённо вздохнул, но тут же задрожал.

— Что, боишься? Ты вообще осознаёшь, что сделал с нами?

Кейден шагнул на круг и грубо пнул кресло. Передвижение по кругу, видимо, было доступно всем, кроме запечатанного.

Архиепископ с перекошенным креслом рухнул на спину. С трудом подняв голову, он уставился на Кейдена с немым ужасом, моля о пощаде.

Мы с Эноком и Кейденом на мгновение онемели.

— Я… я всё расскажу.

Он сдался ещё до начала допроса.

Увы, он не знал, сколько всего «Пионов» или где остальные камни. Зато отлично помнил план на мой праздник:

— Все обладатели камней будут на банкете леди Флоне. Они используют их, чтобы призвать монстров.

— С какой целью?

— Устроить хаос. Уничтожить всех выживших с острова и улики.

— Ты понимаешь, что среди этих «выживших» — кронпринцы Лэнгриджа и Хестии?

Он энергично кивнул, будто это неважно:

— Мы знали это ещё когда похищали их на остров. Всё спишут на случайность — нападение монстров.

— И?

— …Что?

— Какой, чёрт возьми, план дальше? — нетерпеливо пнул кресло Кейден.

— Мы… мы собирались восстановить остатки маны с Алеи и возобновить эксперимент. Тысячелетний план нельзя бросать! Он же был успешен! Конечно, новых «испытуемых» вроде вас больше не будет.

Мы остолбенели.

Возобновить эксперимент? Они совсем спятили! Без Дженаса, создавшего его, это безумие.

— М-можно меня отпустить? — вежливо спросил архиепископ.

Кейден посмотрел на него с презрением и вышел из круга, даже не попытавшись помочь ему подняться.

— Выйдем, обсудим?

Услышав это, архиепископ снова забился, умоляя освободить его. Кейден щёлкнул пальцами — и кляп вернулся на место.

Они все просто жалкие неудачники. Настоящие лидеры «Пионов» — Папа, маркиз Рохад и императрица.

Но меня не покидало странное ощущение. Будто я что-то упускаю. Неужели всё решается так просто? Почему те, кто столетиями скрывал этот эксперимент, теперь так небрежны?

Кабинет главы Магической Башни

Кейден быстро занял место рядом со мной, а Энок молча сел напротив. Повисло неловкое молчание.

— Не верится, что это твой кабинет, — оглядываясь, сказала я.

Помещение было завалено книгами и магическими инструментами. Я и раньше здесь бывала, но каждый раз поражаюсь — Кейден, которого я считала безумцем, на самом деле возглавляет Башню.

Развалившись на диване, он поднял на меня взгляд:

— Приятно видеть тебя в моём пространстве.

— Видимо, ты забыл, что я тоже здесь, — сухо заметил Энок, явно раздражённый тем, что Кейден ведёт себя, будто его нет.

Молчание стало ещё неловче.

— О, я как раз это читала.

Я подняла книгу «Великий маг Дженас Игран Рохад», лежавшую на столе.

— О…

Кейден нахмурился, уставившись на обложку, затем провёл рукой по волосам. Похоже, он вёл внутренний диалог с Дженасом.

— Этот тип построил Башню, так что книг о нём тут хватает.

— Да уж, тут вся история.

Кейден медленно произнёс:

— До того как скрыться, он совершил многое, что вошло в историю магии. Хотя смешно, что причиной его исчезновения стал тот чёртов эксперимент.

Потом он добавил:

— Если будут ещё вопросы — спрашивай. Могу достать материалы из поместья. О, у него ещё есть дневник! — лицо Кейдена вдруг озарила ухмылка. — Он яростно запрещает мне в него заглядывать. Обязательно найду и пришлю тебе.

Читать чужие дневники мне не по нраву, но Кейден явно получал удовольствие, дразня Дженаса.

Тишина снова повисла в воздухе. Я уставилась на книгу, мысли путались.

— Знаете, я сейчас в полном смятении, — наконец сказала я.

Все делали вид, что не замечают очевидного, но, думаю, их терзало то же самое. Какой же ничтожный человек этот архиепископ. Он осмелился клеветать на меня перед императором…

— Кроме Дженаса, они все настолько тупы, что вряд ли смогут устроить проблемы. Но вот «Клятва Крови», исчезнувшая вместе со старым Рохадом — это серьёзно, — сказал Кейден.

«Старик Рохад» — должно быть, сам маркиз. В ответ я достала из кармана записку, переданную матерью:

— Это сообщение от герцога Билтерхайма. Похоже, маркиз Рохад отправился на остров Алеа.

— Хррр… Чёртов старик.

Энок молчал, пока Кейден скрипел зубами. Он взглянул на записку и тяжело вздохнул.

— Диего с братом найдут Алею первыми, так что беспокоиться не о чем, — ответил Энок с видом человека, которого действительно ничто не тревожит.

— Разве не стоит подвести имперские войска к празднику, чтобы схватить их с магическими камнями? Как думаешь, Энок?

— Я не верю на слово архиепископу, но перестраховаться стоит.

Лжёт он или нет, я точно знала: на моём дне рождения что-то произойдёт.

Если бы только можно было разом их всех схватить и хорошенько поколотить… Я вздохнула, потирая виски.

— Главное — не дать «Пионам» использовать камни на празднике. Можно навестить тебя перед торжеством? — спросил Кейден, глаза сверкая.

Энок тут же вставил: — Тогда я тоже приду.

Кейден бросил на него убийственный взгляд, и я поспешила вмешаться:

— Приходите оба. Я предупрежу родителей.

Теперь, когда план был ясен, меня накрыла усталость. Эти идиоты настолько бестолковы, что хочется лишь отомстить и выспаться.

— Жаль, что Артдала и Святую Деву нет рядом — обсудили бы всё вместе.

— Маргарет, это жестоко, — Кейден притворно надулся. — Мы для тебя недостаточно хороши?

— Э? Нет, я не это имела в виду…

— Неужели забыла, сколько всего мы пережили вместе?

Он наклонился ближе, и в этот момент в дверях показался слуга с подносом чая. Услышав последнюю фразу, тот покраснел до ушей.

Я не переживу этого… Кейден губит мою репутацию!

Когда слуга ретировался, я бросила на мага гневный взгляд.

— Какие могут быть недопонимания? Всё ведь правда, — неожиданно поддержал его Энок.

Я уставилась на него с немым укором.

— Что, Маргарет? Тебе того раза было мало? — Кейден взял меня за подбородок, его алые глаза пылали в сантиметре от моих. — Не притворяйся, будто забыла тот поцелуй.

Его взгляд скользнул к моим губам, но между нами внезапно оказалась ладонь Энока.

— Думаю, на сегодня всё.

Он подхватил меня на руки, чем мгновенно вывел Кейдена из себя.

Хотя… все хотя бы в хорошем настроении. Я вздохнула с облегчением и выскользнула из объятий Энока.

— Перед уходом — дарю тебе кое-что.

Кейден достал из ящика стола небольшой мешочек, внутри которого угадывалось что-то объёмное.

==

Русс.п.:

Фраза "done this and that together" намеренно переведена как "пережили вместе".В контексте они действительно прошли через многое, но слуга мог понять иначе.

— Это подарок.

Подарок? С недоумением на лице я взяла у Кейдена небольшой мешочек, заглянула внутрь и снова подняла на него удивлённый взгляд.

— Как ты достал это…?!

Кейден почесал щёку и сделал невозмутимое лицо:

— Дженас воссоздал его в моей лаборатории.

В мешочке лежал зажигательный патрон. Поскольку пуля была изначально модифицирована самим Дженасом, он, видимо, смог её воспроизвести.

Я внимательно рассмотрела патрон и вдруг задумалась: почему я так радуюсь новым боеприпасам? Я же не собираюсь снова охотиться на монстров. Зачем мне пули?

— Но понадобится ли он мне? Мы же не на Алее.

— Кто знает. Можешь хранить его, пока всё не закончится.

— Хм. Похоже, ты теперь держишь Дженаса под контролем, — заметил Энок, наблюдая за ситуацией.

Кейден посмотрел на нас с таким видом, будто хотел что-то сказать, но в итоге лишь провёл рукой по волосам:

— Потому что этот ублюдок… Ладно, неважно. Теперь идите.

И затем, совсем непохожий на себя, буквально выпроводил нас.

— А?.. Ой. Спасибо, кстати. Я его хорошенько применю.

Кейден ярко улыбнулся в ответ на мою благодарность и помахал рукой.

Интересно, что он хотел сказать в конце?

Дженас стонал от боли. Он не мог даже пошевелить рукой.

Клеймо горячей печатью было ничто по сравнению с агонией разрываемой души. Каждый день он спрашивал себя, как скатился до такого унизительного состояния.

«Кто бы мог подумать? Чёртова Маргарет.»

Маргарет, Маргарет. Десятки раз в день это раздражающее имя звучало у него в голове.

Если бы он не подобрал её у реки возле хижины, если бы не обратил на неё внимания… всё могло бы сложиться иначе.

Он даже готов был стереть её из памяти, но сейчас было не время для таких мыслей.

Собравшись, он обратился к Кейдену:

[На твоём месте я бы запытал архиепископа до смерти. Всё равно никто не узнает.]

Кейден, стоявший у окна и смотревший на дождь, никак не отреагировал.

[Потомок, я сам убью его для тебя.]

— Заткнись.

[Эти идиоты… Они даже не понимают сути, но осмеливаются повторять мои эксперименты без меня! Без меня они — ничто!]

Так Дженас твердил с тех пор, как узнал, что «Пионы» хотят возобновить опыты.

Кейден знал, что его высокомерие проистекает из гениальности и силы. Даже он, выросший с клеймом «вундеркинда», не мог сравниться с Дженасом.

[Жалкие ничтожества. Они не знают, что по-настоящему страшно.]

— А что по-настоящему страшно?

[Я помогаю тебе только из-за ограничений. Не думай, что ты мне небезразличен, потомок.]

Дженас не хотел отвечать. Однако конец диалога оставил Кейдена в неловкости.

Это напомнило ему ворчание Маргарет в прошлом. Дженас часто обрывал себя на полуслове, будто собирался сказать что-то важное, но затем замолкал.

В этот раз он тоже не продолжил.

Кейдена не беспокоили интриги «Пионов». Как сказал Дженас, они были жалкой кучкой неудачников.

— Грохот… Бум!

За окном семизубая молния рассекла небо, и Кейден задумался.

Или мне кажется, но в последнее время эти странные разряды участились?

Архиепископ оставался запечатанным в башне — вероятно, до конца разбирательств.

Ему давали минимум воды, лишь бы не умер. Типичное обращение с пленником.

До моего дня рождения оставался месяц, и Кейден с Эноком договорились приехать в поместье Флоне через четыре дня — чтобы установить защитные барьеры на случай атаки «Пионов».

Праздник решили провести не в столице Бёрнетон, а в родовом замке. Сезон светских мероприятий завершался, да и родители настаивали, что в поместье можно устроить более грандиозное торжество.

Завтра мы уезжаем, так что сегодня — последняя ночь в столичном особняке.

Я откинулась на диван в своей комнате и вскрыла присланную посылку.

От Юанны. Развернув бумагу, я увидела маленькую коробочку. Даже не открывая, я догадалась, что внутри.

Наверное, магические камни.

Аккуратно достав коробку, я обнаружила два камня и записку:

[Решила отправить камни как можно скорее. Посылка запечатана и отслеживается, так что не волнуйся.]

Она права — лучше уничтожить их сразу. Я собралась скормить их Ынджи, но та уже подползла к моим ногам с любопытным видом.

На секунду я задумалась: а точно ли безопасно давать ей эти камни?

Она не может говорить — вдруг ей больно, но она не может сказать?

Судя по выражению её морды, вряд ли. Но она уже проглотила один несколько дней назад. Чтобы не переборщить, я решила пока отложить.

Устало плюхнувшись на диван, я вспомнила, что Иннис говорила о куче писем с просьбами о приглашениях на мой праздник.

Ну, это из-за всех этих статей в газетах.

Я понимала их любопытство. Рыцари, вернувшиеся с нами, распустили слухи, что Ынджи — божественный зверь, и, конечно, Нойль с Хайзеном внесли наибольший вклад.

Да и все, кажется, жутко заинтересованы в изменившихся отношениях между мной, Эноком и Кейденом.

— Шшш.

Пока я размышляла, Ынджи издала шипение. Она сидела на ковре перед диваном, уставившись на меня.

Наклонив голову, она выглядела так мило, что я не удержалась и погладила её. Она в ответ лизнула воздух и прикрыла глаза.

Какая прелесть.

— Гррр!

Внезапно Ынджи оскалилась. Я удивлённо посмотрела на неё, затем проследила за её взглядом — и вскочила от неожиданности.

На подоконнике сидела знакомая фигура.

— Маргарет.

Это был голос Кейдена, но передо мной — не он.

Одно тело, но, когда им управлял Дженас, всё менялось.

Джентльмен, сидевший на подоконнике и медленно улыбающийся, выглядел жутко. Не потому, что я знала — это Дженас, а потому, что его глаза оставались холодными.

— Что ты здесь делаешь?

Я не понимала, почему он снова пришёл ко мне. Быстро подхватив Ынджи, я отступила, готовая к обороне. Но Дженас не двигался, лишь смотрел на меня.

— Мне было интересно…

Свеча на тумбочке дрогнула, отбрасывая тени на его лицо.

Красные глаза, сверкающие в темноте, напоминали закатное солнце. Спокойные и обжигающие.

Глаза Кейдена, обычно сияющие, как драгоценные камни, сейчас были совершенно иными. Странно видеть их такими чужими, хотя это то же самое тело.

— Интересно, ты снова всё испортишь.

Следующие слова Дженаса окатили меня ледяной водой.

— Что ты имеешь в виду?

Что значит «снова»?

Он лениво откинул волосы со лба. Почему-то я задержала взгляд на его обнажённой шее, на медленном движении кадыка.

Что-то было не так. Почему сегодня он излучал такую... странную атмосферу?

— Когда я впервые привёз тебя на Алею, ты была заурядным подопытным. Но потом...

На лице Дженаса мелькнула смесь эмоций. Даже он, казалось, был сбит с толку.

— Раздражаешь. Маргарет, ты меня бесишь.

— ...

— Так что не делай ничего. Просто молчи. Потому что если продолжишь в том же духе, даже ты не сможешь меня остановить.

Интересно, что он сделает, если я не замолчу? Всё равно он бессилен.

Он говорит, что я ему мешаю, но на деле это интерес. Он постоянно проявлял ко мне любопытство. Может, из-за того, что моя душа из другого измерения?

— Мне плевать на твои чувства. Я забочусь только о Кейдене — о том, как ты вредишь ему.

Глаза Дженаса вспыхнули. Мне показалось, в них мелькнула боль, но так быстро, что я не успела понять.

Затем он соскользнул с подоконника и в одно движение оказался передо мной, наклонившись так близко, что я почувствовала его дыхание.

— Гррр!

Ынджи, лежавшая у меня на плече, ощетинилась, но Дженас проигнорировал её, приподняв мой подбородок пальцем. Его красные глаза пылали в полумраке.

Он пристально смотрел на меня. Я замерла, будто скованная невидимыми цепями, хотя он даже не использовал магию.

— Почему ты так жестока только со мной? — прошептал он хрипло.

Это звучало почти как мольба. Но его слова лишь разозлили меня.

То, что Дженас заточён в теле Кейдена, не значит, что моя ярость утихла.

Он — причина всего. Он похитил меня на этот безумный остров, оставил барахтаться между жизнью и смертью, заставил сомневаться в самой себе из-за двух душ. Даже после побега покоя нет.

Всё это время я прятала эти тёмные чувства глубоко внутри, но они никуда не исчезли.

Теперь, когда я нашла семью и, кажется, могу легко разгромить «Цветущий Пион», можно подумать, что я в порядке. Но это не так.

То, что произошло на острове, навсегда останется травмой. Шрам, который ничто не сотрёт.

— Вспомни, что ты натворил. Меня ужасает, что ты вообще дышишь, паразитируя в теле Кейдена. Будь у меня сила, я бы убила тебя своими руками. Жаль, не вышло.

— Как жестоко. — Он усмехнулся. — Ты хочешь, чтобы я раскаялся? Не дождёшься.

— Я знала. Таким, как ты, вообще грешно жить.

Дженас громко рассмеялся. Меня передёрнуло — он смеётся над собственным проклятием. Настоящий псих.

— Не жди многого от этих выродков «Пиона». Я их создал. Я был лучшим в мире тысячу лет назад. И остаюсь лучшим.

И на что он опирается в этой уверенности? Сейчас он абсолютно беспомощен.

Внезапно я вспомнила слова Анаты перед тем, как мы покинули остров:

«Они поклонялись ему, как богу. Тысячелетний архимаг — почему бы не служить? Но он опьянён собственной славой, уверен, что успех эксперимента оправдает тысячу лет ожиданий. А я считаю иначе. Этот эксперимент нужен только им».

— Ты не думаешь, что тебя используют? — спросила я тогда.

Дженас уставился на меня, не понимая:

— О чём ты?

— Аната сказала. Что «Цветущие Пионы» используют тебя, а успех эксперимента выгоден только им.

— Ха.

Он усмехнулся, а затем разразился громким смехом. Так громко, что, казалось, сейчас сбежится вся семья.

— Ха-ха-ха-ха!

Смех резко оборвался, повисла зловещая тишина. Я сглотнула и посмотрела на него, ожидая реакции.

Дженас улыбнулся:

— Забавно. Впрочем, дела этого мира не касались Анаты. Возможно, она так думала, не зная, как я управлял ими все эти тысячу лет.

— ...Как управлял? — осторожно спросила я.

Он шагнул ближе, взгляд скользнул по коробке в моих руках. Затем неожиданно перевёл тему:

— Маргарет, как ты думаешь, кто создал магические камни «Пионов»?

Я крепче сжала коробку. Заметив его взгляд, поспешила переключить внимание:

— Кейден говорил, их разработала семья Рохад...

— Позволь перефразировать. Кто входит в семью Рохад, создавшую эти камни?

Вопрос казался бессмысленным. Дженас — основатель рода, значит, разработка велась с его ведома?

Но даже если он знает всё о камнях, сейчас он бессилен.

— Семья Рохад разработала их по моему указанию. А компоненты взяты с острова Алеа.

Компоненты... Духи умерших подопытных? Жутко.

— Я отдал «Пионам» лишь 15 камней. Но на Алее их может быть больше.

Он прошептал это с намёком на соблазн, будто подталкивая меня проверить. Мол, все ответы — там.

Я прищурилась. Возможно, стоит отправиться на Алею и убедиться...

Если Диего и его брат найдут остров, это станет доказательством похищений. Нужно взять свидетелей из знати.

Но...

«Аната не знала, как я управлял ими тысячу лет».

Неужели он контролировал «Цветущих Пионов»?

Например... через эти самые камни?

Ведь никто, кроме Дженаса и Анаты, не живёт тысячу лет. «Пионы» за это время сменились десятки раз.

Странно. Разве злодеи обычно передают незавершённые задачи следующим поколениям?

Но если ими манипулировал Дженас, всё сходится. Возможно, в этом и была роль камней.

Тем важнее их уничтожить.

— У тебя много вопросов, но я не собираюсь отвечать.

— Тогда зачем начинать?

Как на острове: начал рассказывать о «Матери монстров» — и бросил на полуслове.

Ненависть к Дженасу клокотала во мне.

Каждый взгляд на него возвращал меня на Алею. Тяжёлое, удушающее чувство не отпустит, пока он не умрёт.

— Маргарет. Я говорил: ты должна выжить.

Эти слова прозвучали как ледяной нож.

Почему он так ко мне относится?

Его последняя фраза без контекста застряла в сознании, как заноза.

Я написала Эноку и Кейдену о словах Дженаса.

Кейден, проснувшись, скорее всего, и сам всё поймёт, но лучше предупредить заранее — даже если Дженас прочитает письмо в его теле.

После праздника я встречусь с Диего и его братом, которые ищут Алею.

«Нужно проверить правду Дженаса».

Но сейчас у меня день рождения.

Вернувшись в поместье Флоне, я погрузилась в хлопоты. Кейден согласился помочь магам установить защитные барьеры — гостей ожидается много.

Поднимаясь по лестнице, я получила от дворецкого пакет с письмом:

— Вам передали от Лорда Магической Башни.

В пакете оказались дневник Дженаса и его магические записи.

«Значит, Кейден всё-таки раздобыл их, несмотря на отказ Дженаса».

Я открыла письмо Кейдена:

[......Похоже, старик наговорил тебе всякого, но не принимай близко к сердцу. Обсудим камни на Алее при встрече — я приеду завтра.]

Даже если он выедет завтра, путь до поместья займёт два дня. Жаль, что оно так далеко от столицы.

Дневник Дженаса, несмотря на возраст, сохранился хорошо — лишь несколько потёртостей и пятен.

Записи показывали, что его детство было тяжёлым.

Он и Аната родились в баронской семье королевства Ингрэм. Даже во время гонений на безмановых его родные не защитили его. Тогда Аната начала испытывать жгучее чувство вины перед братом.

Возможно, поэтому они задумали проект Алеи.

[Мир, где магическая и божественная силы полностью искоренены. Без этих врождённых способностей человечество достигло бы большего собственными усилиями.

Но обладатели маны в этом мире — идиоты, даже не пытающиеся. Поэтому мне придётся помочь.

Я работаю над способом собрать всю ману мира. Научу этих жалких существ сам. Это не месть за прошлое. Нет.]

Я смотрела на эти строки с каменным лицом.

Мне не нравятся злодеи с трагичной предысторией. Их история не оправдывает содеянного.

Меня интересовало лишь одно: чего на самом деле хотел Дженас?

Он говорил о контроле над измерением. Чем он лучше тех, кто преследовал его? В моих глазах — он такой же монстр.

Я перелистала дневник и закрыла его, на этот раз доставая журнал магических исследований.

Судя по всему, он был создан до начала проекта "Остров Алеа" и содержал различные записи изысканий Дженаса.

Впрочем, упоминания об Алее там тоже встречались:

[Аната разработала остров Алеа, и созданная ею структура весьма интересна.]

После этих слов шёл список символов с неясным значением — похоже, какая-то магическая формула.

[Доказательства необходимо уничтожить. На остров следует добавить самовзрывающиеся устройства.]

Я склонила голову, разглядывая небрежные заметки. Не знаю, что это за "устройства", но если они есть, зачем Анате понадобилось использовать кулон для подрыва острова?

Хотя... Алея ведь не взорвалась полностью. От него остались обломки — именно поэтому Диего с братом отправились на поиски.

Эти строки слегка настораживали, но раз эксперимент завершён, в них не было ничего опасного.

[Если мне когда-либо встретится существо из-за пределов этого измерения, я непременно его не упущу — оно сыграет ключевую роль в осуществлении моей цели.]

Я замерла на следующей записи.

Существо из иного измерения. Неужели... он обо мне?

Эта фраза была на последней странице, и читать дальше оказалось нечего. Я закрыла журнал. Вряд ли там было что-то, что стоило бы срочно записать. Всё это — уже прошлое.

В конце концов, Дженас вряд ли стал бы оставлять великие тайны в книге, доступной потомкам.

Когда всё закончится, стоит отправиться в путешествие. Было бы весело поехать с Юанной — моей первой подругой.

Я убрала дневник и журнал в ящик.

Ничего полезного.

Зато голова пошла кругом...

Утро в замке Флоне

Прислуга замка пребывала в легком волнении из-за неожиданного визита кронпринца королевства Хестия.

Хотя кронпринц Энок и лорд Магической Башни должны были прибыть позже, наследник Хестии опередил их.

Визит знаменитого принца из другого королевства! Горничные едва сдерживали возбуждение, но боялись проявлять эмоции при Маргарет.

"Говорят, его высочество кронпринц Хестии недолюбливает леди Маргарет", — размышляла Миа, личная горничная Розмари, ожидая прибытия гостя.

"По крайней мере, так шепчутся в коридорах."

Наклонив голову, она присоединилась к другим служанкам, выстроившимся у входа для приветствия.

Артдал, кронпринц Хестии, оказался человеком весьма экстравагантным. Его белые, расшитые золотом одеяния с развевающимися красными перьями и отделкой из белого лисьего меха выглядели чрезмерно вычурно.

Розовые волосы и томно приспущенные уголки глаз придавали ему лукаво-расслабленный вид.

А черная повязка на одном глазу и вовсе бросалась в глаза.

— Благодарю за визит в поместье Флоне, ваше высочество. Не ожидали столь раннего прибытия — надеюсь, наше гостеприимство вас не разочарует.

Герцог Флоне с изысканной вежливостью поклонился Артдалу. За ним последовали приветствия герцогини, Иннис, Розмари и, наконец, Маргарет, поднявшей глаза на гостя.

— Давно не виделись, ваше высочество.

— Не находишь, что твое приветствие слишком холодно?

Артдал улыбнулся и весело хлопнул в ладоши.

— Герцог, я примчался при первой же возможности увидеть мою Маргарет. Будьте так любезны — мне нужно поговорить с ней наедине. А теперь, если позволите...

Все застыли в ошеломлённом молчании. Маргарет же без выражения посмотрела на Артдала, затем обернулась к герцогской чете с извиняющимся взглядом.

— Мы побеседуем в гостиной.

Услышав это, Артдал кокетливо поднял подбородок и с непринуждённой грацией обронил:

— О, я бы предпочёл твои покои, но, боюсь, это слишком смелая просьба?

— Этот черт... То есть... простите, здесь слишком много ушей.

Миа наклонила голову — ей показалось, будто она услышала ругательство, но, надеюсь, ей послышалось.

Впрочем, последние слова Маргарет едва можно было разобрать — она говорила сквозь зубы, сверля Артдала взглядом.

Хотя подобная грубость явно заслуживала выговора, кронпринц лишь рассмеялся, будто это было забавно.

— Ха-ха-ха! Значит, без свидетелей можно говорить и такое? Как ты забавен! Семейству Флоне, должно быть, очень весело с такой юной леди!

В замке воцарилась звенящая тишина, нарушаемая только раскатистым смехом Артдала.

Пока я шла в гостиную с Артдалом, мне казалось, что все вокруг пялятся на нас. Неужели это выльется в скандал? Внутри поселилось тревожное предчувствие.

Я украдкой взглянула на Артдала, думая, что нужно как-то объяснить ситуацию Эноку и Кейдену, чтобы они не подумали лишнего.

Мы сидели друг напротив друга, и, в отличие от меня, Артдал казался в прекрасном настроении.

— Я скучал по вам, юная леди.

От этих слов я невольно раздавила печенье в руке. Артдал удивился и тут же достал носовой платок, чтобы стряхнуть крошки с моего платья.

— Вы же не семилетний ребёнок. Разве у вас нет платка?

— Нет. Забыла. Я ещё не привыкла.

— Это звучит как серьёзная проблема.

— Не настолько серьёзная.

В этот момент Ынджи, до этого жевавшая печенье на столе, подняла голову. Уголки её рта были испачканы крошками.

Хотя её основная пища — мана, она ела всё подряд. Я молча стёрла крошки с её морды. Неужели она переняла это от меня?

— Нет, это действительно важно. Как благородная дама может не носить с собой платок? — Артдал опустился на одно колено передо мной, продолжая нравоучения, будто отчитывал младшую сестру.

Я уже начала уставать от этого.

Когда я уставилась на него с раздражением, дверь гостиной распахнулась.

— О боже!

Горничная, несшая поднос с чаем, застыла на пороге в шоке: перед ней предстала картина, где наследный принц Хестии стоит на коленях передо мной, поправляя складки моего платья.

Смутившись, я отодвинулась и села на стул.

— Спасибо за платок.

Артдал недоумённо посмотрел на меня, затем, будто ничего не произошло, вскочил на ноги и повернулся к ошеломлённой служанке.

— Что ты стоишь? Где чай?

Испуганная горничная поспешно поставила чашки на стол.

— Нам нужно обсудить кое-что наедине. Ты можешь идти.

— Простите?

— Неужели все ваши служанки такие несообразительные? Вам стоит их лучше обучать.

— Видимо, все в королевстве Хестия столь же бесцеремонны, как и вы. Приношу извинения за грубость.

Горничная, слушавшая наш разговор, опустилась на колени. Я вздохнула и жестом отпустила её. Та, удивлённая отсутствием наказания, бросила на меня благодарный взгляд и поспешила удалиться.

— Хм. Чай прекрасен.

— Вы всё ещё оцениваете всё вокруг.

— Это в крови. Я должен оценивать всё, даже если выгляжу легкомысленным. Иначе во дворце меня бы уже убили.

Я прикусила язык. Видимо, жизнь наследного принца не так проста, как кажется.

— Вы приехали так рано, потому что хотели сбежать от работы?

— Отчасти.

Судя по его уклончивому ответу, была и другая причина.

— Сначала я хочу вам кое-что передать.

Артдал достал из внутреннего кармана небольшой ларец, запечатанный магией. Я осторожно взяла его и ощутила тяжесть внутри.

— Магический камень?

Он кивнул.

— Когда я вернулся во дворец, там царил хаос. Мне пришлось перетрясти казну, и во время этого я нашёл этот камень.

Я слышала о чистке в Хестии, и, видимо, он намекал на те события.

— Все, у кого были татуировки пиона, арестованы. Но это просто кучка…

Он раздражённо провёл рукой по лицу.

— Мне было неприятно держать камень, поэтому я последовал вашему совету и запечатал его.

Я сразу же отправила ему письмо с предупреждением, что магические камни опасны, и их нужно хранить запечатанными. К счастью, он прислушался.

— Спасибо.

Я открыла ларец и осмотрела камень, затем достала из кармана ещё два — те, что мне передала Юанна. Сложив все три в коробку, я задумалась.

Артдал, наблюдавший за мной, спросил:

— Вы не уничтожили их сразу? В письме Банхвана говорилось, что ваша змея может их поглощать.

— Ынджи и так много работает. А вдруг это ей навредит?

Я с тревогой посмотрела на камни. После трав, что принесла Розмари, она стала сильнее, но…

— Она уже съела два камня, и с ней всё в порядке. Разве нет?

— Ну… да, но…

Ынджи, словно поняв, о чём речь, подняла голову и уставилась на коробку. Затем стремительно подползла и ударила меня по руке.

— Ынджи!

Ларец упал на стол, и три камня выкатились наружу. В следующее мгновение она проглотила их все.

— Ты что, не слышишь свою хозяйку?! Я же волнуюсь!

Она лишь счастливо высунула язык и… рыгнула.

— Ха-ха-ха! — Артдал закатился со смеху. — Она вылитая вы!

Пф-ф! В ответ Ынджи выпустила маленькое пламя, затем гордо поползла по столу.

— Ну вот, с ней всё в порядке.

— Похоже, что так…

Я погладила её по голове, и она блаженно прикрыла глаза.

Пять камней… и никаких последствий. Теперь у меня возник вопрос:

Кто же такая Ынджи на самом деле?

— У меня есть магический глаз, — внезапно сказал Артдал, указывая на свой голубой глаз. — Я вижу потоки маны. Судя по всему, у вашей змеи всё в идеальном порядке.

Я вздохнула с облегчением. Если Артдал говорит, что всё хорошо, значит, так и есть.

— Возможно, из-за импринтинга на вашу душу, её аура отличается от обычных монстров.

— Разве такое бывает?

— Очень редко. У вас смешанная душа, поэтому и поток маны необычный. На острове только вы могли использовать магию — помните?

Теперь всё начало обретать смысл.

"Похоже, я в этом мире — какая-то ошибка. Думала, это только на острове, но даже после побега я всё ещё сбой в системе."

Моя жизнь в Корее уже случилась, и её не изменить. Придётся смириться. Хотя бы потому, что именно благодаря этому Ынджи стала такой, какая есть сейчас.

Я гладила её по голове, наблюдая, как она доедает печенье — и моё, и Артдала.

Пока я витала в мыслях, Артдал указал на мою руку:

— Вижу, ты всё ещё носишь кольцо.

Я взглянула на перстень на правой руке:

— Оно мне очень помогает. Спасибо, что подарил.

— Рад слышать. Будь иначе — вряд ли ты вообще когда-нибудь увидела бы меня снова. Хорошо, что я его тебе вручил. Фух.

Он театрально потер грудь.

— О чём ты?

— Я тебе не нравлюсь, да?

— Верно.

— Больно слышать это так прямо.

— Мне всё равно, больно тебе или нет.

— Без сердца и без слёз.

— И к чему ты ведёшь?

Артдал пожал плечами с показным безразличием:

— Я не доверяю людям. Вообще.

— Знаю.

— Это не врождённое. Я чуть не погиб от руки бывшей жены, которой доверял. Видимо, тогда всё и началось.

— Кх-кх!

Я поспешно поставила чашку и прикрыла рот платком, который протянул Артдал. Сухой кашель вырвался наружу.

Он изучающе посмотрел на меня:

— Прости, леди. Ох, нет. Слишком много извинений обесценивают их, но, видимо, возвращение с того света сделало меня сентиментальным. Ха-ха-ха.

Его смех звучал неестественно, на этот раз — безжизненно.

Я смотрела на него со сложным чувством. Никогда не думала, что когда-нибудь буду смотреть на Артдала так.

Ему, привыкшему быть на вершине, непросто дались эти извинения.

— Я принимаю их, так что хватит.

Я повторила Артдалу те же слова, что недавно сказал мне Энок.

Мы все сильно изменились.

Узнали друг друга немного лучше. Поняли обстоятельства.

Конечно, впереди ещё много работы и взросления, но, кажется, мы на верном пути.

Артдал настоял на прогулке по саду замка Флоне, и мы вышли из гостиной.

Несмотря на раздражение, я всё же объясняла ему устройство сада.

— Мисс!

Ванесса выбежала к нам, запыхавшись. В чём дело?

— Его Высочество кронпринц прибыл.

Я удивилась. Если это Энок, то он должен был приехать завтра. Почему так рано?

— Вот ты где.

Едва я подумала об этом, как он появился. На нём был парадный мундир кронпринца, почти столь же роскошный, как наряд Артдала.

==

Русс.п.:

(Импринтинг — явление, когда существо "запечатлевает" кого-то как своего хозяина или родителя, формируя нерушимую связь.)

Артдал был в белом мундире, а Энок — в чёрном, что создавало ещё более резкий контраст между ними. Статная фигура Энока и его воинственная осанка разительно отличались от напыщенного, величавого и изысканного вида Артдала.

Да, они полные противоположности по характеру.

— Герцогиня сказала, что ты можешь быть здесь.

Взгляд Энока стал свирепым, когда он повернулся к Артдалу:

— Вижу, здесь есть незваный гость.

Артдал пренебрежительно пожал плечами:

— Думаю, это ты незваный. Разве не видишь, как хорошо мы проводим время?

Уверена, "хорошо" было только ему одному. Но если я это скажу, он снова начнёт приставать, так что промолчу.

— Мисс!

На этот раз это была не Ванесса, а другая горничная — Миа, служанка Розмари. Она казалась взволнованной, ведь Ванесса отсутствовала.

— Лорд Магической Башни пришёл к вам!

Не успела Миа договорить, как на полу засиял сложный магический круг. Ослепительный столб света поднялся от него, заставляя нас зажмуриться.

Когда свет рассеялся, перед нами стоял Кейден в ослепительных магических одеяниях.

Возможно, все трое пришли ради бала, но их роскошные наряды были настолько впечатляющими, что я не знала, куда смотреть.

— Чёрт возьми? Герцогиня сказала, что Маргарет здесь, но кто эти придурки?

— Лорд, это вы про нас?

— Похоже, ты хочешь умереть, оскорбляя кронпринцев.

Артдал и Энок парировали грубость Кейдена.

Впервые я почувствовала досаду на мать: зачем она привела их всех сюда сразу?

— Почему вы все пришли так рано?

Я же хозяйка предстоящего бала, и у меня ещё куча дел!

Голова уже болит.

Маги — редкие и высококвалифицированные специалисты. Они чрезвычайно заняты, внося вклад в общество, поэтому в обычной жизни их встретишь нечасто.

Говорят, тысячу лет назад всё было иначе, но со временем их число сократилось.

Даже могущественный герцог Флоне не мог позволить себе иметь мага в семье.

Поэтому я была благодарна, что Кейден пришёл раньше. Мне нужно поговорить с ним наедине о Дженасе.

Но Энок и Артдал не дают мне и слова вставить. Всё из-за странного слуха, распространившегося в замке.

Оказывается, обитатели замка придумали дикое название — «Мужчины Маргарет» — и заключили пари...

— «Мужчины Маргарет»? Что за дурацкое название? Кто это придумал? И о чём пари?

Розмари, игравшая с Ынджи на ковре, подняла голову на мой вопрос. Удивительно видеть её, обычно такую чопорную, сидящей на полу.

Ынджи виляла хвостом от возбуждения, затем вместе с Розмари уставилась на меня. Обе такие милые.

— Я слышала, что идёт спор, кого из троих ты выберешь. Показалось забавным — и я тоже поставила.

— Что?!

— Мне нравится кронпринц Хестии. Он мой тип — расслабленный, элегантный взрослый мужчина.

— Мне плевать на твои предпочтения!

— Иннис поставила на Лорда Башни, маме нравится кронпринц Энок, а отец, услышав об этом, заперся в комнате.

Я сжала виски. Отец всегда избегает разговоров о мужчинах с нами, тремя сёстрами, так что это просто попытка привлечь внимание. Почему-то чуется здесь влияние Рузефа...

Но бал уже скоро, и он сам выйдет.

— Леди Маргарет. Лорд просил передать, что скоро установит защитный барьер вокруг замка.

Ванесса появилась как раз вовремя с хорошими новостями. Отлично! Заодно и поговорю с Кейденом.

Я взяла Ынджи и вместе с Розмари вышла в сад, где уже собрались мать, Иннис, Энок и Артдал.

Розмари так обрадовалась Артдалу, что тут же засыпала его вопросами. Хоть она и действовала на нервы, он, к удивлению, отвечал ей терпеливо и даже ласково.

Кейден руководил магами, рисуя магические формулы на земле, а рядом стояла Иннис с горящими от любопытства глазами, заваливая его вопросами.

Мать сохраняла достоинство рядом с Эноком.

— Как устанавливается барьер? — спросила я, подойдя к Кейдену и глядя на формулы.

Он серьёзно посмотрел на меня:

— Я ставлю защитный барьер и одновременно заклятие разоружения.

— Заклятие разоружения?

— Один барьер может не хватить, поэтому ставлю двойной — чтобы внутри нельзя было использовать магию. Не волнуйся, сниму после бала.

Он потрепал меня по голове.

В тот же момент воцарилась тишина. Что это?

Я обернулась и увидела, как присутствующие поочерёдно отворачиваются, будто увидели что-то неприличное.

Только Энок и Артдал продолжали смотреть на нас, затем подошли. Энок молча встал между мной и Кейденом, а Артдал, усмехаясь, погладил мои волосы.

— Почему-то атмосфера обязывает сделать то же самое. Забавная ситуация. Всё-таки я не зря пришёл раньше.

Его, конечно, тут же оттащил Энок.

Ладно, поговорю с Кейденом после установки барьера.

А пока мне, главной виновнице торжества, нужно было уходить — график был расписан поминутно.

Не терпится обсудить с Эноком и Кейденом разговор с Дженасом...

Наконец наступил день перед долгожданным балом. Гости начали прибывать в замок, и комнаты для тех, кто приехал издалека, уже почти заполнились.

Энок, Кейден и Артдал пришли раньше, но поговорить с ними наедине так и не удалось.

К счастью, накануне бала у меня появилось немного свободного времени. Я лежала в комнате, измотанная после целого дня репетиций танцев, когда ко мне зашёл Кейден.

Но с таким количеством глаз и ушей вокруг говорить в комнате было невозможно. В итоге мы отправились в салон.

Я плюхнулась на диван, еле волоча ноги, и вздохнула.

— Ты устала?

Кейден подошёл и положил руку мне на лоб.

— Ты перенапрягаешься.

— Придётся привыкнуть. Теперь это моя жизнь.

Он сел рядом, глядя на меня, затем нежно поправил мои растрёпанные волосы. Его пальцы, задевшие ухо, вызвали лёгкое щекотание.

— Маргарет.

— М-м? — я запнулась, чувствуя неловкость.

Кейден тихо рассмеялся, и я наконец села, чувствуя, как краснею.

— Прости.

Его неожиданные слова вывели меня из ступора. Я уставилась на него, моргая от удивления.

— Я больше не могу говорить, что люблю тебя.

— ...Что?

Глаза Кейдена потемнели, на его лицо легла тень.

— Дженас продолжает приходить к тебе.

Он выглядел погружённым в одиночество, которое мне было трудно понять.

— То, что он является к тебе ночью — это то, что обычно делал бы я. Дженас ограничен и может действовать только через меня.

— Это довольно смелое предположение, не так ли? Ограничения изначально слишком расплывчаты.

— Нет, я знаю, что это из-за меня.

— Это не из-за тебя.

Даже после моих твёрдых слов Кейден не выглядел убеждённым. Он просто смотрел на меня с грустной улыбкой. Я и не думала, что бывают «грустные улыбки», но именно это читалось на его лице.

— Со мной всё в порядке, правда, — сказала я. — Даже если Дженас является, он не представляет угрозы.

Лицо Кейдена исказилось от боли. Он провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул.

— Мне не всё равно. И, Маргарет, не слушай ни единого его слова, — прозвучало предупреждение. — Он псих, который тысячу лет проводил свои чудовищные эксперименты. Ты же понимаешь это? Он безумен.

— …Ты думаешь, я доверяю Дженасу?

Я не верю ему. Я сомневаюсь в нём. Дженас не из тех, кто сочиняет небылицы — правильнее сказать, что я вычленяю крупицы правды из его слов.

Я протянула Кейдену журнал, который принесла с собой.

— Ты читал это?

— Э? Нет.

— Прочти. Там есть записи об острове Алеа и заметки Дженаса о «существе за пределами этого измерения»…

— Существо за пределами измерения? Он о тебе?

— Ты тоже так думаешь? Мне кажется, он искал именно меня. Поэтому он и одержим мной, хотя я не знаю точно, чего он хотел добиться.

Выражение лица Кейдена стало мрачнее, и я замолчала. Я внимательно следила за его реакцией — не говорит ли сейчас Дженас у него в голове? Но, похоже, нет.

— Я разберусь с этим.

Хорошая новость: Кейден держит ситуацию под контролем. Его ответ немного успокоил меня.

— Герцог Билтерхайм, бывший член фракции, наверняка знает о магических камнях. Кажется, ты упоминала, что он будет на балу?

Я кивнула.

— Он приедет из столицы завтра прямо к началу бала.

Кейден молча поднялся.

Непохоже на него. Неужели он просто уйдёт?

— Что случилось?

Он посмотрел на меня, будто не понимая вопроса.

Он действительно пытается дистанцироваться от меня из-за Дженаса.

Кейден открыл дверь салона, но его пустое выражение лица заставило меня замереть.

— Маргарет?

— Иди без меня. Я останусь здесь ненадолго.

Я неловко улыбнулась. Кейден несколько секунд смотрел на меня, затем коротко бросил «Хорошо» и вышел, закрыв за собой дверь.

Не имея опыта настоящей дружбы, я не знала, как справляться с этими необъяснимыми тяжёлыми чувствами.

Я стояла посреди огромного пустого салона, ошеломлённая.

Что делать со всей этой сложной, непонятной путаницей внутри?

С самого утра я была занята подготовкой к вечернему торжеству. Хлопоты помогли мне отвлечься от вчерашнего сложного разговора с Кейденом.

Ванесса и я торопились успеть всё к назначенному времени, но к тому моменту, как мы закончили, уже наступил полдень.

— Ах, да! Как идут приготовления к банкету? Ты не забыла оставить чёрный ход на кухне открытым?

Ванесса сразу поняла, о чём я, и улыбнулась:

— Всё идёт, как вы просили.

Я кивнула. Когда наконец удалось передохнуть, Ванесса вернулась с газетой.

— Вы просили принести сегодняшний выпуск.

Я взяла газету, отхлебнула кофе и начала читать заголовки.

[Есть ли прогресс в поисках острова Алеа?! Таинственный остров по-прежнему окутан загадками. Существует ли он на самом деле…?]

Похоже, поиски острова зашли в тупик. Воды к югу от Лэнгриджа, где были зафиксированы координаты Портальных Врат, сейчас бушуют, словно в Бермудском треугольнике. Диего с братом даже не смогли приблизиться к нужной точке.

Я вздохнула. «Цветущие Пионы» наверняка довольны. Хорошо хотя бы, что теперь все взгляды прикованы к южному побережью, и они не смогут просто так подобраться к Алее.

С тяжёлым сердцем я перевернула страницу.

[Кто стоит за похищением Семерых? Версии принцев Энока и Артдала! Анализ Эмили!]

Ранее Энок и Артдал заявляли, что «те, кто разжигал войну, скорее всего, причастны к похищению». Возможно, поэтому журналистка Эмили составила список подозреваемых, сузив его до Императрицы, Святого Престола и маркиза Рохада.

…Неужели их уже не арестовали за оскорбление императорской семьи и знати?

Впрочем, «Бёрнетон Газетт» — влиятельное издание, да и Император открыто поддерживает Энока. Вряд ли Императрица и маркиз смогут на них давить.

Хотя последствий всё равно не избежать. Наверное, к этому моменту редакцию уже разгромили сторонники Императрицы и Святого Престола. Журналисты действительно бесстрашны.

[Бал в честь дня рождения Маргарет Роуз Флоне — главная тема светских бесед! Нам удалось раздобыть часть списка гостей…!]

Я подняла бровь.

Они публикуют такие сплетни?

Репутация «Бёрнетон Газетт» в моих глазах резко упала. В статье сообщалось, что на моём балу будут присутствовать не только принц Энок, но и принц Артдал, Лорд Магической Башни и редко появляющаяся на публике Святая Дева.

Журналист с нетерпением ждал «скандалов» на вечере. Видимо, ему больше нечем заняться. Более того, он открыто заявил о своём желании проникнуть на праздник — и даже описал, как собирается это сделать.

Что за чёрт? Откуда у него такая информация?

В этот момент кто-то постучал в дверь.

— Миледи, вас желает видеть Его Высочество кронпринц.

— Впустите.

Дверь салона открылась, и внутрь вошёл Энок в парадном мундире.

Его жёсткие движения и холодный взгляд на мгновение скользнули по комнате, прежде чем остановиться на мне. Он замер, явно удивлённый. Я слегка сжала плечи от смущения.

Сегодня мои волосы были уложены в высокую причёску с изысканным украшением. Однако лиф платья с глубоким вырезом оставлял слишком много открытой кожи, отчего было немного прохладно.

Пышные рукава придавали наряду аристократичный вид, а сочетание голубой ткани с белоснежными кружевами идеально подчёркивало цвет моих глаз. В прошлый раз, на банкете во дворце, у меня не было времени на что-то столь изысканное.

Разве это выглядит плохо?

Энок молчал, и я начала смущаться, но наконец он заговорил:

— Ты прекрасна.

Кажется, он ещё никогда не говорил мне этого так прямо.

На острове, конечно, не до красоты было.

В этот момент Ынджи, с бантом на шее, подползла ко мне.

— Боже, какая прелесть!

Я подняла её и усадила на плечо. Она, похоже, поняла комплимент и потёрлась щекой о мою шею.

— Маргарет.

Энок сделал шаг вперёд.

Его золотистые глаза, встретившиеся с моими, напоминали взгляд зверя, подавляющего свои инстинкты. Меня охватила паника от этой дикой, всепоглощающей интенсивности — словно он мог сожрать меня в любой момент. Воздух в лёгких застыл, будто не в силах преодолеть гравитацию его присутствия.

Ванесса, стоявшая рядом, тут же ретировалась.

Чёрт, не уходи!

— Маргарет, ты никогда не перестаёшь испытывать меня.

— …Что?

Я смотрела на него в недоумении, когда он медленно протянул руку.

— Я хотел бы стать твоим партнёром сегодня. Если позволишь.

Ни Кейден, ни Энок до этого не предлагали сопровождать меня, так что я планировала появиться на балу одна.

Я на мгновение задумалась, глядя на его руку, и вспомнила о Кейдене. Сердце сжалось.

Энок, заметив мою нерешительность, начал убирать руку — но вдруг резко схватил мою первым.

— Скажи «нет», и я отпущу.

Казалось, свирепый зверь внутри него с трудом сдерживался, притворяясь джентльменом.

Сердце бешено колотилось.

Сказать «нет»? Нет.

Это чувство не было мимолётным. Оно жило во мне с самого пробуждения на острове, осторожно строилось, поднималось ввысь, как башня.

И я не хотела убегать от этого нового, сбивающего с толку ощущения.

Я взяла его руку. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. На его лице расплылась довольная улыбка.

Конечно, я ещё не знала, что когда Кейден увидит меня с Эноком, он моментально забудет о своём обещании держаться на расстоянии и бросится ко мне.

По дороге на бал мне рассказали о последних событиях в императорском дворце.

Во-первых, казнь принца Родвана была назначена. До неё оставался примерно месяц, и Императрица, по слухам, днями рыдала у кабинета Императора, умоляя о помиловании.

— Архиепископ говорил, что «все», у кого есть магические камни, будут на балу. Но разве Императрица появится в такой ситуации? Я почти уверена, что у неё есть камень.

— Думаю, может. Разве архиепископ не говорил, что они соберутся, чтобы устранить всех выживших? Императрица верит, что без меня Император вернёт трону моего брата. Как она всегда и хотела.

Лицо Энока оставалось невозмутимым, но почему-то его слова успокоили меня.

— Если Императрица всё же явится в поместье Флоне, моя мать лично с ней разберётся.

— Понятно. — Энок кивнул.

— Святая Дева и архиепископ Рузеф сказали, что придут прямо в бальный зал.

— Получается, отсутствовать будет только сэр Диего.

— Да. Впервые за долгое время мы соберёмся все вместе.

Я не осознавала, как сильно привязалась ко всем за время испытаний на острове, хотя это не значит, что мне хочется туда вернуться.

— Я думала, стоит только арестовать «Цветущих Пионов» на этом балу — и всё закончится, — пробормотала я, на мгновение застыв. Длинный коридор к бальному залу казался теперь ещё длиннее.

— Ничего не закончится, пока жив Дженас.

— Он исчезнет, когда мы разгромим «Пионов» в этот раз, — спокойно ответил Энок, но я скептически отнеслась к его словам.

Дженас явно что-то затевает. Это казалось очевидным. Может, Кейден дистанцируется от меня, потому что больше не может его сдерживать?

Или магические камни с Алеи, о которых говорил Дженас, — это его тайное оружие?

— Я беспокоюсь о Кейдене.

Энок резко остановился. Я повернулась к нему с вопросом во взгляде.

— Я понимаю.

— Что?

— Всё в порядке. Если бы я не мог принять этого человека, я бы отказался от тебя ещё на острове.

— Погоди, Энок. О чём ты? Объясни понятнее.

— Если ты выберешь Лорда вместо меня — я согласен. Лишь бы оставаться рядом с тобой…

— Нет, стой. Стой.

Это говорит кронпринц Империи?! Звучало так, будто он сказал: «Я согласен быть вторым, лишь бы быть с тобой». Но я так не хочу!

Я зажала Эноку рот, оглядываясь. К счастью, вокруг никого не было.

Ынджи, дремавшая у меня на плече, вытянула шею, пытаясь понять ситуацию.

— Я не это имела в виду! Я просто переживаю за Кейдена, а ещё… Дженас приходил ко мне перед отъездом в поместье Флоне. Он сказал нечто странное…

— Миледи, вот вы где!

Я замолчала. Когда я не появилась вовремя, дворецкий сам отправился на поиски.

— Поговорим позже.

Энок кивнул. Теперь нельзя было терять время — все ждали меня.

Мы последовали за дворецким в бальный зал.

На балу собралось больше гостей, чем ожидалось. Кажется, приехали все приглашённые семьи.

Эмили из «Бёрнетон Газетт» поправила монокль и замерла в углу, наблюдая.

Все взгляды были прикованы к одному месту — там, где стояла коротковолосая святая с каштановыми волосами. Настолько высокопоставленная особа, что даже в Святом Престоле немногие видели её лицо.

Неудивительно. Первая за сто лет святая с невероятной божественной силой.

Эмили перевела взгляд на мужчину рядом с ней. Голубоволосый, с чертами, тонкими, как у цветка, он стоял с каменным лицом, осматривая зал.

Архиепископ Рузеф Кайн Диферде.

Легенда Святого Престола. Из двенадцати архиепископов — самый могущественный и искусный в использовании божественной силы.

Говорили, он вспыльчив и придирчив, но сейчас, рядом со Святой Девой, выглядел спокойным.

Или просто сдерживается.

Последнее казалось правдой — он нервно озирался.

Затем всеобщее внимание переключилось на Лорда Магической Башни Империи Лэнгридж.

Во всём континенте их всего четверо. Его называют самым выдающимся, гением, который станет следующим Дженасом Играном Рохадом.

— Боже, как может Лорд Башни быть таким красивым?

— О, вы разве не были на прошлом приёме, леди Харриет?

— Была, но он всё так же ослепителен.

Молодые аристократки бурно обсуждали его.

— Как я рада, что дождалась этого бала! Увидеть столько великих людей в одном месте… Говорят, будет даже кронпринц Хестии.

— Её Величество Императрица почтит нас присутствием, а сам Папа явится лично! На прошлом приёме его не было — этот бал почти как императорский.

Эмили достала блокнот и начала записывать.

Да. Этот бал роскошен, как императорский приём. Это демонстрация влияния не только дома Флоне, но и Маргарет Роз Флоне — главной темы всех сплетен.

И в этот момент раздался голос:

— Объявляем о прибытии виновницы торжества!

Папа Бенатриче и императрица ещё не прибыли в бальный зал. Конечно, никто не счёл странным, что они опаздывают — ведь главная героиня торжества уже здесь.

Архиепископ Риннехаон стоял в углу зала, скрытый от посторонних глаз.

«Чёрт, в этот раз мы обязаны преуспеть.»

Осталось всего десять человек с магическими камнями. Один из них — сам Риннехаон. Он сунул руку в карман, ощущая шероховатую поверхность камня.

Голоса в его голове шептали:

— Я могу всё.

— Пока этот камень со мной…

С ним он способен добиться любого желаемого. Ощущение, будто весь мир у его ног, и он не позволит никому его отнять.

Риннехаон вынул руку из кармана и, грызя ногти, уставился на Юанну и Рузефа.

Архиепископ Виктор пропал вскоре после взрыва на приёме в честь возвращения выживших. Как он мог исчезнуть среди других священников? Более того, у него был магический камень.

Двое архиепископов Святого Престола, также обладатели камней, тоже пропали. Абердин из королевства Хестия полностью оборвал контакты.

Ясно, что выжившие ищут камни. Иначе как объяснить столь массовые исчезновения?

«Но даже если они найдут их… уничтожить камни невозможно.»

Они оставались невредимы тысячу лет. Лишь Дженас, руководивший их созданием, знал способ их уничтожить. А все маги дома Рохад, разрабатывавшие их, давно мертвы.

«Нет… Не то чтобы они были нерушимы…»

Ему никогда не приходило в голову, что камни можно разрушить.

«Почему я никогда об этом не задумывался?»

Сжимая камень, Риннехаон на мгновение застыл, ощущая лёгкое головокружение, будто сознание затянуло пеленой. Через несколько секунд оно прошло, сменившись новой мыслью:

«Какая глупая идея…»

Сейчас важнее другое.

Его внимание снова привлекли Юанна и Рузеф, а также окружённый толпой кронпринц Хестии и раздражённо отмахивающийся от людей Лорд Магической Башни.

Губы Рузефа дёрнулись, когда их взгляды встретились. Риннехаон прищурился, пытаясь прочитать по губам:

«На что уставился?»

Он скривился от досады. Этот негодяй был как заноза в глазу ещё со времён монастыря.

Вспыльчивый, капризный, но при этом удостоенный наибольшей милости Бога.

В отличие от Риннехаона, едва овладевшего божественной силой лишь после крещения, Рузеф всегда выделялся мастерством, считаясь даже кандидатом в следующие Папы.

Поэтому Риннехаон и подтолкнул его к эксперименту на Алее. Постоянно нашептывая Папе Бенатриче, что именно Рузеф угрожает его положению.

«Не ожидал, что он выживет… Но почему у этого типа цветы?»

Рузеф держал огромный букет. Окружающие, видимо, решили, что он для Юанны, но Риннехаон сомневался.

Он явно ждал кого-то другого.

— Боже мой! Внешность, достойная звания первой красавицы Империи!

Шёпот рядом заставил Риннехаона повернуть голову. В поле зрения попала Маргарет Роуз Флоне. Но её красота не интересовала его.

Как только прибудут Папа и императрица — план приведётся в действие. Он затаил дыхание в ожидании момента.

Я заметила Ванессу, беспокойно озирающуюся по сторонам, будто кого-то ищущую.

— Маргарет, что-то случилось с Лордом? Ты выглядишь озабоченной, — тихо спросил Энок, сопровождавший меня в бальный зал и прикрывавший от толпы.

Я подняла на него глаза, на секунду растерявшись.

Вообще-то, беспокоиться не о чем. Кейден не говорил прямо, что дистанцируется. Он лишь заявил, что больше не может признаваться в чувствах, и с тех пор странно избегал меня.

Я осмотрела зал, но Кейдена нигде не было видно. Возможно, он ненадолго вышел.

Пока я раздумывала, что ответить, на безупречном лице Энока появилась лёгкая трещина — едва уловимое искажение.

— Не знаю точно, — прошептала я так тихо, что только он мог услышать. — Думаю, Кейден избегает меня из-за Дженаса. Тот является ко мне по ночам.

— …Что?

Энок замер с бокалом у губ, затем резко опустил его. Его острые брови поползли вверх.

Точно, я рассказала только Кейдену о ночных визитах Дженаса.

Энок шагнул ко мне ближе. Я растерянно оглянулась — почти весь зал уже наблюдал за нами.

Надо было поговорить снаружи.

— Маргарет, почему ты не сказала мне?

— Потому что…

— Маргарет!

Юанна внезапно подбежала и крепко обняла меня.

— Я скучала, Мэг!

Энок, казалось, хотел что-то добавить, но лишь вздохнул и отступил. Ынджи, дремавшая у меня на плече, в испуге соскользнула в карман.

Юанна прижималась щекой к моему плечу, словно кошка. Шёпот вокруг стал громче.

— Ты стала ещё прекраснее! Моя подруга сияет в любом образе.

Она осыпала меня комплиментами, разглядывая с ног до головы. Я смущённо улыбнулась.

И вдруг передо мной возник огромный букет. Я удивлённо округлила глаза, а затем услышала сдержанный кашель. Это был Рузеф.

— Это тебе.

— Зачем ты даришь мне цветы?

— Разве они не красивы?

На его лице промелькнуло разочарование. Я поспешно замотала головой:

— Нет-нет, они прекрасны! Спасибо.

— Ты тогда сказала, что впервые получаешь цветы. Твой первый букет был ядовитым… Я хотел исправить это.

Я вспомнила, как на Алее он подарил мне цветы тентатионема. Кажется, он упоминал, что тоже впервые сделал такой подарок.

Он — никогда никому не дарил. Я — никогда не получала. И случайно это оказался яд.

— Маргарет, тебе раньше никто не дарил цветов? — удивилась Юанна, скрестив руки.

Энок тоже уставился на меня. Я неуверенно кивнула:

— Эм, да. У меня не было отношений.

Друзей тоже. В семье мы не дарили цветов, а учитывая мою репутацию сорванца, вряд ли кто-то решился бы на такой жест. Прежняя Маргарет и не переживала из-за этого.

Между тремя людьми, смотревшими на меня, повисла неловкая пауза.

Внезапно кто-то выхватил букет из моих рук. Я вздрогнула и подняла глаза — передо мной сияли серебристые волосы.

— Кейден?

Кейден, который до этого избегал меня как чумы, стоял прямо передо мной, тяжело дыша. Непонятно, откуда он появился, но его глаза горели.

Он неодобрительно посмотрел на меня, затем ткнул пальцем в Энока, который спокойно стоял рядом со скрещенными руками.

— Маргарет, я вижу, ты выбрала коронного принца в партнёры.

— Э-э…?

По выражению лица Кейдена было ясно — у него накопилось много претензий. Но, несколько раз открыв и закрыв рот, он так и не выдавил ни слова.

Тут вмешался Рузеф, раздражённо сверкнув глазами:

— Эти цветы принадлежат леди Флоне. Верни.

— Они не идут Маргарет.

Меня слегка задело его категоричное заявление.

— Да… Я не из тех, кому идёт держать цветы, — пробормотала я себе под нос, покраснев.

Кейден растерянно нахмурился:

— Что? Нет, Маргарет, я не это имел в виду…

— У грязных магов нет вкуса. Как ты, человек с примитивным чувством прекрасного, можешь понимать сердце юной леди? Верни цветы и проваливай.

— Эй, Ддаггари. Тыы просто не понимаешь — это её первые цветы в жизни! Кто вообще дал тебе право их дарить?

— И что мне теперь делать?

Кейден резко развернулся ко мне:

— Маргарет. Я подарю тебе цветы. Я знаю, какие тебе подойдут.

Я сузила глаза. Так вот как? А ещё недавно он решил держаться от меня подальше?

— Погоди-ка, ты же сказал, что больше не можешь признаваться мне в чувствах.

Осеклась, огляделась — никто не услышал?

Юанна, Рузеф и Кейден подошли ближе, остальные гости тактично отдалились. В шуме бала наш разговор вряд ли кто-то подслушал.

Юанна и Рузеф смотрели на нас со странным выражением. Энок стоял с абсолютно непроницаемым лицом, но явно не в восторге.

— Я не могу говорить, что люблю тебя.

Кейден будто вспомнил свои недавние слова и начал оправдываться:

— Подарить цветы — это не то же самое, что признаться в чувствах! — в отчаянии он провёл рукой по волосам.

— Милорд, вы по-прежнему несёте чушь.

Подошедший Артдал рассмеялся, бросив руку на плечо Кейдену:

— Он на днях говорил, что «не любит юную леди, но скучает по ней», что «рад видеть её улыбку», что «хочет, чтобы она смотрела только на него»… Да у вас, милорд, серьёзные проблемы.

Юанна фыркнула и отошла от Кейдена. Тот лишь пожал плечами:

— То, что я говорил тогда, и то, что говорю сейчас — разные вещи. Есть обстоятельства. Если не в курсе — помолчи.

С Артдалом он был так же резок, как и с Эноком.

Не ожидала, что он так скоро вернётся после попытки дистанцироваться… Но я понимала Кейдена.

Нет, нельзя сказать, что понимаю. Боль от того, что в нём живёт Дженас, мне не постичь.

— Чем это отличается? Не любишь, но хочешь быть первым? Милорд, вы бесчестный человек.

Артдал привёл Кейдена в тупик. Покачав головой, он повернулся ко мне:

— Юная леди, я подарю вам цветы.

— Я этим займусь. Не лезь не в своё дело.

Энок преградил ему дорогу. Я вздохнула, потирая виски:

— Мне не нужны цветы. Но, архиепископ, спасибо за подарок.

Вырвала букет из рук Кейдена — лицо Рузефа просияло.

В этот момент ко мне спокойно подошла Иннис, невозмутимо наблюдая за нашей детской перепалкой.

— Маргарет. Ты видела? Здесь есть репортёр из «Бёрнетон Газетт».

Иннис жестом указала в сторону, где в толпе, словно тень, стояла рыжеволосая женщина.

Это была Эмили — журналистка из «Бернетонской газеты». Я запомнила её по портрету в колонке «Героиня Эмили».

— Я пригласила её… тайно, — шепнула мне Иннис, и всё сразу встало на свои места. Теперь понятно, откуда в газете были такие подробные описания проникновения в поместье.

— Она заинтересовалась мной и этим делом, так что всё в порядке, — ответила я и тепло улыбнулась.

Эмили идеально подходила, чтобы зафиксировать сегодняшние события и распространить информацию.

— Тогда удачи сегодня.

Иннис похлопала меня по плечу и исчезла так же стремительно, как и появилась.

Ынджи попыталась высунуть голову из кармана моего платья, но, поскольку я была главной героиней вечера, на нас смотрели слишком многие. В итоге она недовольно зарылась обратно.

Хоть она и не может говорить, кажется, будто она ноет. Я часто называю её «подростком», но неужели она и правда ведёт себя как капризная дочь-подросток?

Первым ко мне подошёл Папа Бенатрис.

Длинная седая борода, белоснежные одеяния, алый плащ на плечах и золотой пояс — он выглядел именно так, как и должен был выглядеть понтифик.

— Приветствую, Ваше Святейшество.

— Я узнал вас сразу. Вы так же прекрасны, как и в слухах. Поздравляю с днём рождения, юная леди.

Его улыбка излучала доброту, и от этого становилось ещё страшнее. За этим выражением лица скрывалась кровь стольких людей…

Кейден, только что споривший с Рузефом, напрягся при виде Папы. Его лицо исказилось от отвращения, взгляд стал ледяным.

Он рассказывал, как в детстве над ним экспериментировали в Святом Престоле… И Папа руководил этим.

Я шагнула вперёд, закрыв Кейдена собой. Папа заметил это и улыбнулся многозначительно. Его взгляд скользнул за мою спину, но тут же отвлёкся на Юанну.

Кейден понял мой намёк. Он смотрел на меня с сложным выражением, губы дрожали.

— Ты действительно…

Казалось, он хотел сказать многое, но в итоге замолчал.

Он слишком важен для меня, чтобы позволить ему снова страдать.

Мне хотелось утешить его, но сейчас было не время — к нам приближалась Императрица.

— С днём рождения, юная леди.

Она поздравила меня, но тут же была уведена моей матерью. Та подмигнула мне, когда наши взгляды встретились.

Юанна тем временем подошла к Папе с сияющей улыбкой, будто ждала этого момента.

— Как удивительно, что человек с такой тяжёлой задницей удостоил нас своим присутствием. Раз уж вы проделали такой путь, будьте осторожны — в вашем возрасте это опасно.

Она насмешливо смахнула несуществующую пыль с его плеча. В её глазах читалось презрение.

Но Папа не упрекнул её. Он смотрел на неё, как на капризную внучку.

— Как ты смеешь так разговаривать со Святейшим Отцом? Тебе явно не хватает воспитания!

Критику высказал не Папа, а другой человек — священник в одеяниях, похожих на облачение Рузефа.

— Риннехаон.

Рузеф произнёс это имя, будто выплюнул что-то грязное. Значит, это архиепископ.

— О, вы не понимаете моих чувств к Его Святейшеству. Говорите так, будто я никогда не заботилась о его здоровье, архиепископ Риннехаон.

Юанна приложила руку к щеке и сделала вид, что вытирает слёзы, которых не было.

Её манера речи на острове казалась высокомерной, но теперь, когда мы на одной стороне, я не могу не восхищаться её дерзостью. Видимо, Папу и Риннехаона лучше оставить на неё и Рузефа.

Риннехаон нахмурился, огляделся и шепнул Папе:

— Всё готово. Я подкупил одну из горничных дома Флоне и передал ей то самое. По вашему сигналу мы начнём.

План был прост: вызвать монстров, воспользоваться хаосом и устранить выживших.

Причина, по которой они подкупили горничную, заключалась в Тентатионеме — пыльце, которая погружала людей в бессознательное состояние для удобства транспортировки.

— О чём это вы шепчетесь? У вас есть приказы, которые исключают меня, святую? — Юанна вклинилась между ними с широкой улыбкой.

Риннехаон скривился:

— Разумеется. Ваша роль и моя — разные, не так ли?

— Если ваша роль схожа с моей, то я должна быть в курсе, — тут же парировал Рузеф.

Папа благодушно улыбнулся и шепнул Риннехаону:

— Я оставляю это вам. Мне пора заняться работой.

Кейден вышел из бального зала, чтобы проверить барьер.

Даже если «Пионы» используют магические камни, внутри защитного поля замка Флоне ничего не произойдёт.

Но если они активируют их, камни засветятся — и тогда можно будет схватить предателей.

Пока он осматривал барьер, к нему подошёл неожиданный гость.

— Вот вы где, лорд.

Кейден резко обернулся и сузил глаза.

Папа Бенатрис.

— …Что вам нужно?

— Хм. Я не жду от вас вежливости, но это уже слишком. Хотя наши отношения, конечно, далеки от дружеских.

— Вы пришли не для этого бреда, надеюсь? Мы не в тех отношениях, чтобы обмениваться любезностями. Если не хотите получить по лицу — исчезайте. Я сдерживаюсь ради Маргарет.

Папа усмехнулся, глядя на него с отвращением.

В смутных воспоминаниях Кейдена о детских экспериментах лицо Папы всегда было рядом. Его мёртвый взгляд до сих пор вызывал дрожь.

— Вы выросли таким сильным…

Он окинул Кейдена оценивающим взглядом, будто рассматривал скот, и добавил:

— Как поживает Дженас?

— …Что?

Кейден внимательно изучил выражение лица Папы.

Ты только что спросил: «Как Дженас»?

[Неужели этот тип всё ещё жив? Он был ребёнком, когда я видел его… Люди так быстро стареют.]

Дженас равнодушно прокомментировал у него в голове.

Когда это «когда я видел его»?

— Что вы хотите сказать? — нервно спросил Кейден.

Папа погладил бороду и рассмеялся.

— Маркиз Рохад сообщил мне, что вы… с Дженасом.

Теперь было ясно — Папа знал, что Дженас запечатан в теле Кейдена.

Я проверила время и осмотрела окружение на предмет подозрительной активности.

Моя мать разбиралась с императрицей один на один, а многочисленных гостей в бальном зале занимали мой отец и Иннис. Знатные особы, искавшие меня, были отвлечены Розмари, что давало мне свободу передвижения, а тех, кто всё же приближался, нейтрализовали Энок и Артдал, привыкшие к подобным ситуациям.

Тут я вдруг заметила отсутствие Кейдена. Где же Кейден?

Я оглядела зал, но ни Папы, ни его не было видно.

— Видела, куда свалил этот ублюдок? Проклятый Риннехаон заставил меня упустить его.

Юанна, как и я, искала Папу взглядом.

Папа исчез вместе с Кейденом… Это настораживает.

Юанна вздохнула, закончив осмотр, и повернулась ко мне.

— Ах, Маргарет. Я подарю тебе свой подарок после бала.

Она улыбнулась, естественно подмигнув. Убедившись, что вокруг никого нет, она наклонилась ко мне и прошептала едва слышно:

— Я собрала много доказательств об экспериментах, включая переписку между домом Рохаде и Святым Престолом.

— Правда?

— Ага. Нашла их в подвале комнаты старика.

Под «комнатой старика» она явно подразумевала покои Папы.

— Как ты могла пойти на такой риск…

— Было опасно, но я хороша в этом и умею воровать.

Юанна гордо похлопала себя по груди. Уверенность в воровских навыках — не самое характерное качество для святой, но такова уж она была.

— Кстати, я прихватила кое-что из экспериментальных журналов. Там есть записи о межпространственных разломах и жизни за пределами измерений. Мне бы хотелось обсудить это с тобой, Мэг.

Упоминание о разломах и иных измерениях заставило мои волосы встать дыбом.

Но сейчас, в таком людном месте, я не хотела поднимать эту тему. Я отвернулась, решив поговорить об этом после бала.

Вновь мельком заметив Ванессу, я наблюдала, как она обходит зал, проверяя столы.

Она распоряжалась наполнять пустые десертные столы, приносить новое вино и прочее.

Затем взгляд Ванессы упал на Риннехаона. Тот кивнул в её сторону. Ванесса восприняла это как сигнал и поспешно удалилась.

Я просто стояла и наблюдала за подозрительным поведением Риннехаона и Ванессы.

Ванесса поспешила на кухню. Риннехаон подал ей знак.

Там её ждали два священника Святого Престола. Они пробрались через черный ход, который оставила открытым Ванесса, чтобы следить за ней.

— Архиепископ Риннехаон дал сигнал.

Услышав её слова, священники положили на стол небольшую жестяную коробочку. Ванесса открыла её, обнажив красный порошок.

— Смешай.

Священник приказал ей. Дрожащими руками Ванесса размешала порошок в вине, предназначенном для гостей. Она старалась сохранять спокойствие, но её трясло.

— Когда получишь следующий сигнал, подай вино «избранным». Если ошибёшься, я расскажу леди Флоне о твоих прошлых грехах. Тебя не помилуют.

Ванесса молча кивнула. Священники переглянулись и поспешно ретировались через черный ход, опасаясь свидетелей.

— Ванесса!

Миа, горничная Розмари, заглянула на кухню.

— Леди Маргарет ищет вас.

— Сейчас приду.

Миа, войдя, указала на две бутылки вина на столе.

— Главная горничная сказала, что в зале закончилось вино… Хм? Вы уже откупорили их?

Обычно вино откупоривают заранее, чтобы оно «подышало» и раскрыло аромат. Миа решила, что эти бутылки как раз для этого и подготовили.

Ванесса сглотнула и кивнула.

— Да, верно.

Миа без лишних вопросов взяла бутылки. Ванесса бросила взгляд на черный ход.

Там стояли те двое священников, будто и не уходили, и наблюдали за ней.

Её сердце сжалось. Ошибки быть не должно.

— Отнеси это прямо леди Маргарет.

Слова Ванессы остановили Миа на пороге. Та обернулась с недоумением. Ванесса подошла ближе и положила руку на её ладонь, сжимавшую бутылку.

— Молодая леди сама просила это вино.

Миа замерла, затем кивнула.

— Хорошо.

Выходя, она незаметно разжала пальцы. В ладони лежала записка, переданная Ванессой.

Виолетт, герцогиня Флоне, наблюдала, как Ванесса, горничная Маргарет, скрылась на кухне, а за ней последовала Миа, служанка Розмари.

Затем её взгляд встретился с Маргарет, её второй дочерью. Та тоже следила за горничными. Маргарет медленно кивнула матери.

Это был знак: план начался.

— Герцогиня?

Императрица, стоявшая перед ней, вновь привлекла её внимание. Виолетт извинилась с лёгкой улыбкой.

— О, простите, Ваше Величество.

Императрица взмахнула веером, выглядев усталой.

— Я утомлена. Боюсь, не смогу оставаться здесь долго. Тяжело покидать дворец на столько времени. Не трудитесь ради меня, герцогиня.

«Устала? Скорее, планирует сбежать до конца операции», — подумала Виолетт.

— Конечно, я понимаю. Вам сейчас нелегко.

Императрица дёрнулась при упоминании принца Родвана.

Виолетт внимательно изучила её выражение. Раньше та жаждала привязать её семью к своему сыну. Теперь же смотрела на Виолетт, как на упущенную возможность.

Видимо, её планы изменились: если сегодня дом Флоне падёт, императрице больше не понадобится их поддержка.

Взгляд Виолетт скользнул к ожерелью на шее императрицы. Раньше его скрывал плащ, но теперь был виден необработанный, тусклый камень, грубо оправленный в кулон.

— Какое необычное ожерелье. Вам его подарили?

Она слышала, что магические камни бывают разными, но этот казался особенно невзрачным.

Императрица улыбнулась с намёком.

— Это подарок, изменивший мою жизнь.

«Как можно носить такое на торжестве?» — мысленно возмутилась Виолетт, но внешне сохранила любезность.

— Ожерелье, меняющее жизнь… Мне очень интересно, кто его подарил.

— Величайший маг в мире. Его уже нет среди живых, но, увы, имя его неизвестно.

Императрица отвечала небрежно.

В этот момент граф Педерсен, отец императрицы и дед принца Родвана, приблизился и что-то прошептал ей на ухо.

Виолетт заметила, как уголки губ императрицы дрогнули в улыбке.

Я повернулась к Эноху, наблюдая, как Ванесса и Миа входят в бальный зал с бокалами вина в руках.

"Энох."

Энох прервал разговор с окружающими и обернулся ко мне с дружелюбным выражением лица. Знатные особы, с которыми он беседовал, заметили это и отошли в сторону. Я слегка смутилась, но всё же открыла рот:

"Кажется, всё началось."

Услышав мой шёпот, взгляд Эноха резко переметнулся к Ванессе и Миа, приближавшимся к нам.

Мы были не единственными, кто следил за движениями двух служанок. Императрица и граф Педерсен, архиепископ Риннехаон и представители Ассоциации магов — все наблюдали.

"Ты не знаешь, где Кейден? Я не видела его с самого утра."

"Я тоже."

Юанна, оглядевшись, ответила мне. В этот момент откуда-то раздались хлопки.

"Внимание, прошу всех!"

Это была Императрица. Все взгляды устремились к ней.

"Я предлагаю произнести праздничный тост в честь леди Флоне. Наполните ваши бокалы, господа."

Не успела Императрица закончить речь, как Ванесса и Миа подошли к нам. Императрица, внимательно следившая за ними, ярко улыбнулась, встретившись со мной взглядом.

Я посмотрела на Ванессу. Та с бесстрастным лицом налила вино в мой бокал, затем в бокал Эноха и Юанны. Вдалеке Миа тем временем наполняла бокалы Рузефа и Артдала.

Я молча последовала примеру Императрицы и подняла наполненный бокал. Я чувствовала на себе взгляды — на меня и на бокал в моей руке. Должно быть, это были члены "Пионового Цветка".

"Тост в честь дня рождения Маргарет Роуз Флоне!"

"За ваше здоровье!"

Как только Императрица закончила речь, все подняли бокалы в унисон и отпили вино.

Императрица улыбнулась мне, и я ответила ей той же светлой улыбкой, осушив бокал. Увидев, что я выпила всё до капли, её улыбка стала ещё шире.

Внезапно я заметила на её шее ожерелье, которого раньше не видела.

"Неужели это…?"

И в тот же момент…

— Грохот!

Мощный, оглушительный звук раздался снаружи замка Флоне.

Музыка смолкла.

Я увидела, как люди в панике устремились к террасе бального зала.

Похоже, они начали использовать магические камни для призыва монстров. Это означало, что нам нужно найти их и обезвредить как можно быстрее. Гонка против времени началась.

В этот момент Императрица подошла ко мне с безмятежным лицом.

"Вино очень ароматное."

Я передала пустой бокал Ванессе и бросила взгляд на Императрицу — магический камень в её ожерелье пока не светился.

"Ещё раз с днём рождения, юная леди. Понравился ли вам мой подарок?"

"Простите?"

"Вино было моим подарком. Как же оно называется… Ах да, вино "Тентационем"."

Её самодовольная ухмылка, сопровождавшая эти слова, вызвала у меня мурашки по коже.

Императрица внимательно изучила мое лицо. Казалось, она хотела увидеть меня озадаченной и растерянной.

Но время шло, а я оставалась молчаливой, и на ее лице появилось замешательство. Как будто ее застали врасплох.

Я слегка наклонила голову в ее сторону и сказала:

— Я знаю Ванессу очень хорошо. Думаешь, меня проведут дважды?

Ванесса не была подкуплена ими — она лишь притворялась, потому что они нашли ее слабость.

Услышав мой ответ, лицо Императрицы медленно исказилось. Оно стало свирепым и смертоносным. Я наблюдала за этим спокойно и неторопливо.

— Ты кончена.

В этот момент ожерелье Императрицы слабо засветилось. Это же был магический камень!

— Это ожерелье…!

Я на мгновение запнулась, пытаясь что-то сказать Императрице, как вдруг пол под ногами затрясся. Черт.

— Тук-тук!

Затем раздалась серия громких ударов.

— А-а-а!

Откуда-то донесся крик, люди бросились подниматься на ноги, и бальный зал погрузился в хаос. Это были демонические твари, окружившие замок.

Монстры продолжали собираться вокруг замка, и барьер, защищающий его, проявился. Голубоватое свечение барьера сверкало искрами, демонстрируя свою мощь.

Чудовища, не в силах прорваться, яростно атаковали защиту.

Но их становилось все больше — гораздо больше, чем я ожидала. С таким количеством монстров под угрозой окажется не только замок Флонэ, но и вся территория.

«Неужели это эффект от десяти магических камней, собранных в одном месте?»

Что ж, даже с одним камнем принц Родван смог призвать немало монстров. Хотя барьер пока держится.

Кроме того, небо тоже вело себя странно, а земля дрожала, словно перед землетрясением. В небе появились трещины, и одна за другой ударили молнии.

Я провела рукой по лбу — голова внезапно начала пульсировать. Казалось, хаос в небе отражался на моем состоянии.

«Разве это просто призыв монстров? Почему мое тело так реагирует?»

[Если я когда-нибудь столкнусь с существом из-за пределов измерения, я точно не упущу его, ведь оно сыграет важную роль в исполнении моей цели.]

…Почему-то в этот момент мне вспомнились слова из экспериментального дневника Дженоса.

Может ли быть, что использование магических камней влияет на разлом между измерениями?

Возможно…

Я пересекла границу измерений, и это сказывается на мне…?

— Маргарет. Я говорил тебе: я хочу, чтобы ты выжила. Нет, ты должна.

Внезапно я осознала кое-что, вспомнив, как Дженос повторял это снова и снова.

Может ли быть, что долгая жизнь в другом измерении оставила отпечаток на моей душе?

Если так, то мое дальнейшее пребывание в Лэнгридже помешает закрытию межпространственного разлома.

Мы еще не закрыли его. Мы не нашли способа. Я думала, что, возможно, решение есть в дневниках о разломах, которые Юанна нашла в Святом Престоле.

Что, если разлом, который можно было закрыть в любой момент, теперь никогда не закроется из-за моего присутствия в этом мире?

Если эта гипотеза верна, то я действительно играю ключевую роль в цели Дженоса. Это также объясняет, почему он так одержим мной.

Я собиралась снова обсудить дневники Дженоса с Кайденом, но он исчез, и теперь мне не с кем поговорить об этом.

Но у меня не было времени размышлять дальше. Пока я отвлеклась, Императрица успела скрыться.

— Посмотрите, архиепископ! Что происходит? Выжившие невредимы! И объясните, что за чертовщина творится с небом! Это должно было призвать монстров, но если так пойдет дальше, замок рухнет и раздавит нас всех насмерть!

Граф Педерсен и Императрица ворвались к Риннехаону.

Тот нервно прикусил нижнюю губу.

Он точно подкупил горничную Маргарет Роз Флонэ и даже поставил двух священников следить за ней на всякий случай.

Он не мог понять, что не так с небом. Он слышал о перегреве магических камней Дженоса при совместном использовании, но не ожидал такого. Странные и зловещие удары молний заставили его задуматься, что в небе что-то пошло не так.

Но размышлять было некогда — пока они совещались, магические камни начали светиться все ярче.

— Думаю, нам стоит сначала уйти отсюда. Камни слишком заметны. Я ожидал барьер, но, похоже, он продержится дольше, чем я думал. Пока Его Святейшество не закончит работу, нам лучше спрятаться и посмотреть, что будет.

Риннехаон и граф Педерсен кивнули на указания Императрицы.

И в этот момент:

— Кто-то использует черную магию! Немедленно схватите человека с магическим камнем!

Личные солдаты герцогства Флонэ ворвались в бальный зал.

Они действовали быстрее, чем ожидалось. Риннехаон спокойно огляделся. Ему нужен был выход.

Тут его взгляд упал на Ванессу, горничную Маргарет.

«Проклятая девчонка.»

Люди герцога прибыли в охваченный хаосом бальный зал. Все шло по плану. Императрица могла сбежать, но мы скоро ее поймаем. Это наша территория.

Благодаря помощи Ванессы, подменившей вино, на этот раз меня не похитили.

Когда я впервые попала на остров Алеа, я поняла, что Ванесса подмешала в мой напиток порошок Тентатионема, но не была шокирована.

Кто-то должен был подсыпать его, а раз это произошло в замке Флонэ, значит, в семье был предатель. Я не отпускала подозрения.

Более того, Маргарет не была для слуг надежной госпожой.

Но, вопреки ожиданиям, предательство Ванессы не было добровольным.

До сих пор она даже не подозревает, что подсыпала мне порошок в чай.

— Убейте меня, мисс.

Ванесса рыдала и умоляла о прощении, когда впервые узнала правду. В прошлом к ее семье обратились сторонники «Пионового цветка» и передали порошок Тентатионема. Они, должно быть, обманули ее, сказав, что это элитные чайные листья.

Тогда был популярен чай, который якобы улучшал красоту, но это был нелегальный продукт, распространяемый магами. Маргарет тайно просила Ванессу достать его.

— Если ты действительно хочешь прощения, докажи это своими действиями.

Я намеренно позволила Ванессе связаться со сторонниками «Пионового цветка» после объявления о дне рождения, а в день бала оставила заднюю дверь на кухню открытой, чтобы у них не осталось сомнений в ее сотрудничестве.

Как и ожидалось, «Пионовый цветок» дал Ванессе указание подмешать порошок в вино и подать его нам по сигналу.

— Мисс, вот записка, которую Ванесса передала мне, когда я несла вино.

В этот момент горничная Розмари, Миа, подошла ко мне и протянула записку.

[Прямо перед входом в бальный зал я заменю вино на новое и подам его.]

Я потрепала Мию по голове, пока та смотрела на меня в замешательстве.

— Хорошая работа.

Нехорошо увеличивать число людей, которые знают секрет и выполняют его.

Я извинился, но признался ей лишь в том, что такое может произойти, а не в том, что конкретно собирался сделать.

Успокоив Мию, я велел ей держаться подальше, а сам отправился на поиски Энока.

План Дженаса по разрушению межпространственного разлома ещё не был полностью реализован. В голове мелькнула мысль, что, возможно, этому не будет конца — по крайней мере, пока я жив.

Но нужно сохранять хладнокровие. Сейчас у меня есть дело.

Я быстро подошёл к Эноку, который разговаривал с Артдалом и Рузефом.

— Мне нужно, чтобы ты арестовал фракцию «Цветущего Пиона». Я попытаюсь выяснить, где Кейден, думаю, он с Папой.

— Куунг!

Пол снова содрогнулся. Энок схватил меня за руку, чтобы я не упал.

Толчок был настолько силён, что пошатнул барьер. Стало ясно, что монстров собралось больше, чем прежде. Если так пойдёт дальше, барьер придётся укреплять.

— Я пойду с тобой, — твёрдо заявил Энок.

Артдал, внимательно наблюдавший за ним, похлопал Энока по плечу.

— Тогда оставь это нам.

В этот момент Иннис подбежала проверить, всё ли в порядке.

— Маргарет, ты в порядке? Я и отец возьмём под контроль бальный зал, а ты отправляйся искать Папу.

— Пойдём вместе. Я поищу старика, а ты, Маргарет, лучше займись Лордом.

Как будто по сигналу, Юанна присоединилась к разговору. Иннис, Артдал и Рузеф кивнули в знак согласия.

Так что я покинул бальный зал вместе с Юанной и Эноком. Энджи, которая до этого пряталась в кармане моего платья и внимательно наблюдала за происходящим, выползла и устроилась у меня на плече.

Сердце сжалось от мысли, что Кейден может быть в опасности. Разум помутнел от тревоги — а что, если я потеряю того, кто мне дорог?

— Что, если они узнали, что в Кейдене находится Дженас? — спросила я, дрожа от волнения.

Энок, который вместе со мной осматривал зал, кивнул.

— Возможно, Папа действительно отправился искать Лорда, и, может быть, в этом и был его замысел с самого начала.

Всё из-за Дженаса.

Я отогнала мрачные мысли, крутившиеся в голове. Они лишь усиливали тревогу.

В этот момент Юанна указала в сторону сада и воскликнула:

— Маргарет, там!

Действительно, из сада исходил яркий свет.

Мы бросились бежать в его направлении.

Папа знает.

Что во мне находится Дженас.

«Что за херня? Ты мне объясни.»

Кейден позвал Дженаса, но тот не откликался.

«Эй, старый чёрт! Отвечай!»

[……Я не нарушил контракт и не наводил их на этот след.]

Вялый голос Дженаса прозвучал в голове Кейдена. Будто он предвидел всё это, даже если не стремился к такому исходу.

[Как тебе известно, моя душа связана с твоей и останется такой, пока ты не умрёшь.]

А это значит, что если Кейден умрёт, Дженас сможет в любой момент завладеть его телом.

Кейден сжал кулаки.

Он был уверен в себе. Настолько, что считал, будто способен уничтожить Дженаса. Ведь между ними был договор о связке душ.

Но что он сделал, заключая этот контракт? Контракт, который был возможен только благодаря помощи Матери монстров.

Кейден не мог полностью подавить Дженаса своей силой.

Каким бы гением он ни был, против Дженаса он был бессилен.

Папа, стоявший позади него, повернулся к Кайдену с мягким выражением лица.

— Ты помнишь, о чём был тот эксперимент более десяти лет назад, Лорд?

Кайден задумался над этими словами.

Десятилетия назад. Эксперимент.

Даже он не мог вспомнить, что именно это было. Вскоре после эксперимента его пришлось ввести в гибернацию из-за истощения маны.

На самом деле, даже эта гибернация была не его решением. Это была заслуга маркиза Рохада.

— Чтобы душа Дженоса смогла адаптироваться к твоему телу, мы полностью изменили его, подстроив под неё.

Папа рассмеялся, произнося это.

В его словах не было ничего удивительного. Это было ожидаемо.

Но Кайден уставился на него, пытаясь понять, к чему Папа клонит.

Я не понимаю, почему он вдруг заговорил об этом.

Он хочет подтвердить, что внутри меня запечатан Дженос?

Внезапно земля задрожала. Вдалеке, за барьером, я увидел монстров, роящихся вокруг.

Как и ожидалось, «Пионовые Цветы» начали свои грязные игры. Нужно предупредить Маргарет.

Когда Кайден развернулся, чтобы уйти в поисках Маргарет, Папа Бенатрис преградил ему путь.

— Дослушай до конца, Лорд.

Папа погладил бороду, его лицо оставалось спокойным.

Кайден насторожился, готовый в любой момент выпустить магический круг, но было уже поздно.

У его ног внезапно возникла странная магическая формула. Она не была его — и уж точно не Папы.

— Чёрт, что это…?

— Это «заклинание пробуждения» — на случай, если Дженос застрял в твоём теле и ему нужна помощь.

— Что? «Заклинание пробуждения»?

Мне нужно уходить, но тело не слушается.

Папа, не сводя с Кайдена глаз, произнёс:

— Дженос Игран Рохад, пробудись во имя Алеи—

Чужой голос, словно состоящий из множества человеческих голосов, обрушился на всё его тело.

— Гууунг!

Мощный удар обрушился на его сердце.

Как тяжёлый груз, оно провалилось в самую глубь земли. Всё глубже и глубже.

— Кх-кх…

Кайден выкашлял кровь.

Тёмная тень «Рохада» пожирала его. Он так старался сбежать, но всё, что он сделал — провёл остаток жизни в тени Рохада.

После сердца невыносимо загорелись мочки ушей. Особенно правое ухо, где было серьга.

— Чёрт, серьга…

Он не мог дотянуться, чтобы снять её. Всё тело отказывалось слушаться.

Тренировки, которым он научился на острове благодаря Маргарет, дали ему полный контроль над маной, но сейчас он был словно ребёнок, впервые пытающийся её использовать.

Не в силах терпеть боль, он наконец выпустил ману, чтобы ослабить давление на сердце. Мана взметнулась в воздухе мощной волной, подняв вокруг него вихрь ветра.

— Зииин.

Высвобожденная мана столкнулась с магической формулой, созданной им самим, заставив её яростно вибрировать. Магический барьер, защищавший замок Флонэ, не выдержал этого натиска и треснул.

— Кррак!

— Чёрт, нет!

Кайден медленно терял сознание.

В мерцающем зрении он видел, как монстры ринулись к замку.

— Нет, нет… Я должен защитить Маргарет…

Маргарет…

Я должен защитить её…

И с этими мыслями он погрузился в состояние анабиоза, а Дженос, словно ждавший этого момента, появился.

Там, куда мы шли за светом, мы нашли Папу. Кайдена нигде не было видно.

— О, смотрите, Святая тоже здесь. Но вы все опоздали.

Уголки губ Папы дрогнули в улыбке, когда он заметил нас. По его словам было ясно, что он знает, где Кайден.

— Сукин ты сын.

Юанна показала признаки готовности использовать свою божественную силу, но я остановила её.

Папа, обладающий огромной божественной силой, — не тот, кого можно легко победить. Если Юанна вступит с ним в бой, это будет долгая битва божественных сил.

Но с учётом того, что местонахождение Кайдена неизвестно, у меня нет времени ждать окончания схватки. Мне нужно узнать, где он, прямо сейчас.

— Где Кайден?

Я достала сигнальный пистолет и нацелилась на Папу. Энок, шагнув вперёд, обнажил меч и направил его на Папу.

— Маргарет спрашивает: где Лорд?

Вместе с хриплым голосом Энока клинок в его руке вспыхнул искрами света, создавая мечевое сияние.

Искрящийся меч выглядел устрашающе, но Папа даже не моргнул и лишь доброжелательно улыбнулся.

— Лучше раскрой рот, если хочешь сохранить свои конечности.

Энок наклонил голову и легко взмахнул мечом. Лезвие рассекло воздух и задело Папу сбоку. Глаза Папы расширились, а затем он рассмеялся.

— Хм. Молодёжь нынче такая вспыльчивая, ха-ха.

— Эй, старик. Просто скажи, где Лорд, и не неси чушь.

Юанна набросилась на Папу, звуча точь-в-точь как Кайден.

Папа пожал плечами и ответил:

— Похоже, все так любят Лорда. Видимо, вы не понимали, что это ребёнок, к которому не стоит так привязываться.

— О чём ты?

— Наш Лорд с детства был воспитан для служения Дженосу, и Святой Престол экспериментировал с изменением его маны, чтобы она слилась с маной Дженоса. Маркиз Рохад заметил изменения в мане Лорда, когда тот вернулся с острова.

Я подавила возглас недоверия. Ужасное прошлое Кайдена, выращенного только для Рохада и Дженоса.

После всего, что они с ним сделали, они всегда называли его одними и теми же именами.

Наш Лорд. Наш потомок.

Меня охватило отвращение.

— Маркиз Рохад знал, что в теле Лорда находится Дженос, и отправился на остров Алеа, чтобы возобновить наши планы. Какое же это было облегчение — услышать это.

Вот почему маркиз Рохад исчез с Клятвой Крови.

Он, возможно, знал всё это время. Что Дженос жив.

— Как долго ты думал, что сможешь скрывать Дженоса от нас…! Кх!

Я даже не заметила, когда он подошёл. Энок схватил Папу за горло и прижал к земле, обездвижив его. Острый клинок Энока коснулся горла Папы.

— Я спросил: где Лорд? Или вопрос был слишком сложным?

Энок всё это время оставался спокойным. Как будто он вот-вот взорвётся. И от этого становилось ещё страшнее.

Но Папа по-прежнему оставался невозмутимым, даже сквозь боль. Он вёл себя так, будто у него есть преимущество в этой игре.

— Вижу, кронпринц не умеет уважать старших.

В этот момент из кустов раздался знакомый голос. Я повернулась на звук и назвала его имя.

— Дженос!

Из кустов появилось лицо Кайдена, но теперь я с первого взгляда могла отличить, Дженос это или Кайден.

Папа всё ещё боролся на земле в захвате Энока, но Дженос, похоже, не собирался ему помогать.

— Где Кайден? — спросила я, нацеливая сигнальный пистолет на него.

Нечитаемый взгляд Дженоса упал на меня. Он стоял, скрестив руки, и смотрел на меня сверху вниз с высокомерием.

Он усмехнулся. Будто ему не нравилось, что я так настойчиво ищу Кайдена.

— Всё ещё ищешь моего потомка, к моему неудовольствию.

Он подошёл ко мне и положил руку на плечо. Я дёрнулась и сбросила её.

В тот же момент кольцо на моём пальце затрещало и вспыхнуло светом. Дженос уставился на него с недоумением.

— Если ты тронешь Маргарет, я насажу твою голову на кол.

— Ты причинишь Маргарет вред — я разберусь с тобой.

Но затем заговорили Энок и Юанна, и взгляд Дженоса переключился на них. Руки Юанны, в частности, светились чистым белым светом — похоже, божественной силой.

Дженос поднял обе руки в жесте сдачи и сказал мне:

— Мой потомок впал в анабиоз. Его нежелание просыпаться — вопрос силы воли.

— Вопрос силы воли? То есть Кайден не может проснуться, потому что сам этого не хочет?

Дженос кивнул на мой вопрос. Затем он бросил взгляд на Папу, который всё ещё лежал на земле, обездвиженный Эноком.

— Хм, тело моего потомка было создано так, чтобы реагировать на заклинание пробуждения.

— Что ты имеешь в виду под «заклинанием пробуждения»?

Дженос задумчиво погладил подбородок и уставился на меня. Казалось, он переоценивал ситуацию.

— Видишь ли, у меня не так много маны, поэтому, даже если я произнесу заклинание пробуждения, я не смогу полностью захватить тело моего потомка… если только не восстановлю свою ману.

«Восстановить свою ману» — это звучало очень многозначительно.

Но он, похоже, не собирался давать мне конкретных объяснений насчёт заклинания пробуждения. Оно, видимо, было связано с прошлыми экспериментами над Кайденом.

И мысль о том, что Кайден не просыпается из-за собственного выбора… Разве он не хочет просыпаться? Это не похоже на Кайдена.

Почему?

— Если он продолжит отказываться просыпаться, мой потомок может снова впасть в гибернацию, как это уже было в прошлом. И я был бы очень благодарен за это.

Дженос широко раскинул руки, словно вдыхая воздух. Он засунул руки в карманы брюк и лениво оглядел ситуацию, глядя на небо.

— Я потратил слишком много времени. Лучше мне идти.

— Куда ты идёшь?!

— Маргарет, я же сказал — на остров Алеа.

— Лорд Дженос. Если вы наконец приведёте наш план в действие, я…!

Папа, всё ещё пленённый Эноком, открыл рот, но Дженос посмотрел на него, как на насекомое.

— Глупец, это не наш план, а мой план. Твоя роль ограничена. Единственная причина, по которой я держал тебя в живых всё это время — магический камень.

На лице Папы появилось выражение непонимания. Он попытался вырваться из хватки Энока, но, конечно, это было не так просто.

И тогда я окончательно убедилась: Дженос использует магический камень, чтобы контролировать фракцию «Пионовых Цветов».

И остров Алеа…

Может быть, магический камень, который, как он сказал, может оставаться на острове Алеа, даст ему новую ману?

— Видишь ли, у меня не так много маны, поэтому, даже если я произнесу заклинание пробуждения, я не смогу полностью захватить тело моего потомка… если только не восстановлю свою ману.

Теперь его предыдущие слова обрели смысл. Если он найдёт магический камень и восстановит свою ману, он сможет захватить тело Кайдена.

— Чёрт, всё это из-за той проклятой межпространственной трещины…!!

Межпространственная трещина была причиной всего этого, и настоящим врагом, которого нужно уничтожить, был всё ещё Дженос, а не «Пионовые Цветы».

Моя жажда мести Дженосу бушевала. Вряд ли этот гнев и жажда утихнут, пока всё не перевернётся с ног на голову.

Если бы я только могла найти способ закрыть межпространственную трещину, тогда ни Дженос, ни «Пионовые Цветы» не смогли бы делать то, что делают сейчас…!

— Если бы я только могла найти способ закрыть трещину…!

Внезапно я вспомнила свою раннюю гипотезу.

Что, если я и вправду ключ к закрытию межпространственной трещины?

Что, если моя душа, испорченная межпространственным путешествием, должна вернуться в Корею, чтобы трещина полностью закрылась?

Что, если это единственный способ спасти всех… и Кайдена?

Если это правда, если именно поэтому Дженос не отпускает меня…

Я готова пожертвовать собой и покинуть этот мир.

— Я не оставлю всё как есть. Никогда.

Тогда Юанна шагнула вперёд. Её руки поднялись к небу, и чистый белый свет начал кружиться и виться в её ладонях. Её волосы развевались, а глаза сверкали и светились.

Она уставилась на Дженоса с безумием во взгляде.

— Ты и этот старик никуда не уйдёте.

Не успела она договорить, как массивный столб света обрушился на то место, где стоял Дженос. Это была мощная атака, врезавшаяся глубоко в землю.

Но Дженос, словно издеваясь над Юанной, легко уклонился, избежал удара и в мгновение ока оказался рядом со мной.

— Я буду ждать тебя. На острове.

Слова, долетевшие до моих ушей, растворились в воздухе и исчезли. Дженос исчез без следа.

Дженас исчез, и никто из нас не умел пользоваться магией, так что мы не могли сразу его выследить.

Чёртов Дженас!

Земля задрожала, когда магический камень в руке Папы начал светиться.

Вдалеке послышался рёв монстра. Казалось, барьер был разрушен из-за исчезновения Кайдена.

Маги из Башни Магии и имперская армия Лэнгриджа стояли наготове, ожидая такого развития событий. Вдали я увидел, как рыцари и маги движутся к барьеру.

Если бы не Дженас, это была бы чистая победа над фракцией Пионового Цветения, но ситуация стала проблемной.

Внезапно с десяток рыцарей в доспехах паладинов выскочили и преградили нам путь.

Энох, который удерживал Папу, уклонился от удара мечом, и Папа, воспользовавшись моментом, вскочил на ноги и отступил.

Магический камень в руке Папы продолжал светиться. Его голубые глаза на мгновение вспыхнули красным, когда он посмотрел на нас, а затем его взгляд помутнел. Было очевидно, что он находится под ментальным контролем камня.

— Дженас ушёл. Я выполнил свою задачу и больше не заинтересован.

Папа усмехнулся, развернулся, приказав паладинам атаковать, а затем поспешно скрылся.

— Чёртов старик, стой!

Юанна, бросившись за Папой, подняла руки к небу, и в тот же момент с неба обрушился мощный луч света, ударив в Папу.

Я не знаю, что произошло с Папой. И Юанна, и Папа исчезли так же быстро, как и появились. Вдалеке мелькнула вспышка белого света — они сражались.

Я не могла позволить Папе уйти. Поделившись маной с Энджи на своём плече, я достала сигнальный пистолет из кармана, проверила патрон, зарядила его и запрыгнула на голову Энджи.

— Энох, прикрой тыл! Я помогу Святой схватить Папу!

— Будь осторожна.

Энох не стал меня останавливать, что было понятно — перед ним было около пятнадцати паладинов. С ним всё будет в порядке.

У меня не было времени раздумывать. Развернувшись, мы с Энджи бросились за Папой и Юанной, по пути стреляя сигнальными ракетами в сбегающихся монстров.

— Кваааа!

Энджи проревела, как дракон, и выдохнула пламя в сторону монстров. Огонь опалил землю, пронесясь на десятки метров вперёд. Такого мощного потока огня я ещё не видела. Казалось, она перешла на новый уровень.

«Из-за магических камней?»

С каждым съеденным камнем сила Энджи росла. Она особенно любила магические камни, и после каждого она будто заряжалась энергией, словно приняв тоник.

Энджи сожгла всех на своём пути, и вскоре мы догнали Папу и Юанну.

Когда они успели добраться сюда?

Я зарядила сигнальный пистолет, передёрнула затвор, нацелилась в спину Папы и нажала на курок. Я хотела отвлечь его.

— Пуф!

Неожиданный взрыв заставил Папу резко обернуться, а Энджи мгновенно приблизилась к нему, широко раскрыв пасть.

Однако, прежде чем она успела его проглотить, он с невероятной скоростью выпустил божественную силу.

«Чёрт!»

— Хвааааа!

Ослепительно белый свет обрушился на нас, и в момент удара я почувствовала мучительную боль, от которой на мгновение перехватило дыхание.

Энджи тоже закричала от боли.

— Ааааа!

— Энджи!

Я свалилась с её спины и упала на землю, пока она билась в агонии.

Ах.

Кажется, я сломала левую руку, упав с такой высоты без предупреждения. Лодыжка была вывихнута, и каждый шаг причинял боль.

Хорошо, что это левая рука, а не правая. Я всё ещё могла стрелять.

Я быстро оторвала край платья, сделала перевязь и зафиксировала руку.

Стиснув зубы от боли, я подняла голову.

— Хваааа!

Божественная сила снова излилась, и я увидела, как чистый белый свет ударил в Папу. К счастью, это была атака Юанны.

— А теперь отступай!

Юанна выпустила в Папу ещё один луч, шагнув вперёд. Порыв ветра развевал её каштановые волосы. Выражение безумия на её лице было пугающим.

Папа парировал её атаку такой же божественной силой. Но Юанна была молода — первая святая за сто лет. Даже Папа физически не мог с ней сравниться.

По мере продолжения битвы он явно уставал.

— Я ждала этого дня, чтобы раздавить тебя своими руками. Ты будешь выглядеть так прекрасно!

Её ведьминский смех разнёсся в воздухе.

Я быстро огляделась в поисках Энджи и увидела её уменьшившейся и рыдающей, спрятавшей голову в кустах.

— Энджи!

Я подбежала и проверила её состояние. Внешних повреждений от атаки не было, но, возможно, были внутренние. Она не приходила в сознание, лишь стонала от боли.

Что Энджи понимает? Это моя вина. Мои руки дрожали от чувства вины.

Мышление остановилось. Но, почувствовав моё беспокойство, Энджи подняла голову и потёрлась о мою руку, словно говоря: «Всё в порядке, не переживай».

Я дрожащей рукой погладила её, затем собралась и зарядила пистолет. Орангутаноподобные монстры уже бежали к нам.

Я спрятала Энджи в кустах, пока она лежала, корчась от боли.

Я не хотела, чтобы они мешали Юанне разбираться с Папой. Теперь только я могла её прикрыть.

Я прицелилась и нажала на курок.

— Пау! Пау!

Я убивала всё больше монстров, но они продолжали прибывать. Рука постепенно теряла чувствительность. Вывихнутая лодыжка онемела от боли.

Я видела, что Папа и Юанна всё ещё обменивались лучами божественной силы, не отходя далеко. Казалось, их отвлекли монстры, атакующие со всех сторон.

Пока я пыталась зарядить пистолет, на меня упала тень. Подняв голову, я увидела орангутаноподобного монстра прямо перед собой.

Чёрт, это дежавю?

Я помнила, как такой же монстр ударил меня на острове и сломал рёбра.

Его огромный кулак медленно приближался в моём восприятии, как в замедленной съёмке. Со сломанной рукой и вывихнутой лодыжкой я не могла увернуться.

У меня даже нет времени перезарядиться.

Блин.

Этот удар убивает на месте. В этот раз, похоже, не обойдётся сломанными рёбрами.

Я зажмурилась перед надвигающимся кулаком.

— Осторожно, моя кобылка!

Кто-то толкнул меня. Мелькнули платиново-белые волосы.

Моего отца отбросило мощным ударом монстра.

— Отец!

Я побежала к нему, спотыкаясь. Разум заполнила белая пелена. Я не могла поверить в происходящее.

Зарядив пистолет, я выстрелила в монстра, ударившего отца.

— Пау! Бам!

Монстр исчез в пламени, вернее, был разорван на куски.

— Отец…

Я поднялась на дрожащих ногах. Всё, что мне было дорого, рушилось на глазах.

Долго искав кусты, куда упал отец, я наконец увидела его, лежащего в листве.

— Отец!

Я зажала рот при виде его, всего в крови.

— Моя кобылка…

Его рука коснулась моей щеки.

— Я не могу потерять тебя дважды.

Он улыбнулся, его лицо залито кровью. Я онемела, не находя слов.

— Хотел бы я, чтобы ты полагалась на отца, а не тащила ношу, которую не можешь нести одна.

Откуда он знает? Я никому не рассказывала о своих переживаниях на острове, даже семье.

— Ты думаешь, я тебя не знаю? Ты вернулась другим человеком.

Сердце сжалось. Увидев моё выражение, он мягко сказал:

— Но я всё ещё твой отец. Это не изменится.

Конечно, он думал, что я изменилась, а не что я жила в другом измерении. Но теперь я понимаю: это неважно.

Я всё ещё его дочь, как он сказал, и это не изменится.

Я крепко закусила губу и встала.

— Я позову помощь. Найду кого-нибудь…

— Всё в порядке.

Отец с трудом поднялся. Он вытер кровь с лица и выхватил меч.

— Отец, это опасно, ты ранен.

— Доверься отцу.

Я нервно подняла пистолет, думая, что он собирается сражаться с монстрами, но он побежал прямо к отступающему Папе. Юанна всё ещё сражалась с ним.

Папа выпустил в отца луч света, заострившийся в копьё.

К моему удивлению, отец парировал его мечом.

Я протёрла глаза — он действительно блокировал божественную силу мечом. Я не видела такого мастерства ни у кого, кроме Эноха.

Я не знала, что мой изящный и благородный отец так владеет мечом. Это было настолько неожиданно, что я остолбенела.

Папа тоже выглядел ошеломлённым. Паладины, которых он привёл, все сражались с Энохом, и у него не оставалось ходов.

Пока отец отвлекал Папу, Юанна снова ударила. Папа растянулся, пытаясь блокировать атаки обоих.

— Хватит, Ваше Святейшество, сдавайтесь.

Отец спокойно размахивал мечом, отражая божественную силу. На лице Папы мелькнуло замешательство, но лишь на мгновение.

— Думаете, я отступлю?

С этими словами Папа поднял магический камень к небу. Камень засиял ещё ярче.

— Кооооо!

Окружающие монстры ринулись к нам.

Чёрт!

Я снова зарядила пистолет. Теперь только я могла с ними справиться.

Конечно, мой отец не собирался позволить Папе сбежать после того, как тот заманил монстров.

Вдалеке к нам уже бежали несколько имперских солдат и магов, которые охраняли замок и сдерживали чудовищ.

— Отец, Святая! Я займусь монстрами!

Отец посмотрел на меня с недоверием.

Раньше в такой ситуации я не заслуживала бы доверия. Но сейчас он смотрел на меня с очень сложным выражением лица и наконец кивнул в знак согласия.

Юанна тут же подмигнула мне и бросилась вслед за убегающим Папой.

— Бах! Бум!

Я изо всех сил старалась игнорировать боль в лодыжке и выпускала как можно больше сигнальных ракет, прикрывая отца и Юанну.

Вдруг мне пришло в голову: если сигнальные пули, которые я использовала, были созданы Дженасом из преобразованной маны, то почему бы мне не использовать саму ману в качестве пуль?

У меня было много маны, а кольцо позволяло её высвобождать и контролировать.

Раньше я не стреляла прямо в Папу, потому что не хотела убивать его — он должен был ответить за все свои преступления.

Но если создать пулю из чистой маны, я могла бы покалечить его, не убивая. Мана — это сила, которую я могла контролировать.

Я оглянулась на Папу. Он отчаянно сопротивлялся Юанне и отцу, но всё ещё не сдавался. В конце концов, воспользовавшись моментом, когда они отвлеклись, я открыла магазин сигнального пистолета, выбросила все пули на землю и направила ману через кольцо на правой руке.

Прицелившись в затылок убегающего Папы, я глубоко вдохнула и сконцентрировала ману в дуле пистолета.

Медленно вокруг кольца возникло свечение, ману закружилась, а затем втянулась в пистолет.

Через несколько секунд я почувствовала, что в стволе скопилось огромное количество маны. Я навела его на Папу и нажала на курок.

Пожалуйста, попади.

— Пшшшш!

Зелёный луч маны выстрелил по прямой, ударил Папу в спину и взорвался ослепительной вспышкой.

— Бум!

— Угх!

Крик Папы донёсся до меня сквозь пыль. Когда дым рассеялся, я увидела, как он опустился на колени, кашляя кровью. Очевидно, он получил внутренние повреждения.

«Сработало.»

Неужели я действительно настолько сильна, что могу претендовать на место в Ордене Рыцарей? Или даже в Магической Башне?

Тем временем отец и Юанна бросились к Папе. Он был обезоружен, отец прижал его к земле, а Юанна забрала магический камень из его руки.

Я собирала пули с земли, когда в небе вспыхнул голубоватый свет, и над замком начал формироваться огромный прозрачный щит.

Такое же заклинание использовали маги из Башни — они восстанавливали барьер.

Я вернулась к Ынжи, которую спрятала неподалёку. Она корчилась от боли, будто её силы были на исходе. Видимо, атака божественной энергией всё ещё действовала на неё.

— Ынжи, ты в порядке?

Я осмотрела её, но без видимых ран было трудно понять, что с ней.

— Святая, помогите Ынжи… — Юанна подбежала и проверила её состояние.

За ней показался отец, весь в крови.

— Отец! Вы в порядке?

На этот раз я бросилась к нему и помогла подняться. Залечив видимые раны, Юанна сразу же занялась Ынжи.

— Похоже, из-за того, что она монстр, божественная энергия действует на неё сильнее. Ей нужно время, чтобы восстановиться. С ней всё будет хорошо.

Я обрадовалась, но всё равно переживала. Ынжи пострадала из-за того, что я была недостаточно сильна. Из-за того, что я не смогла защитить её.

— Маргарет, ты ранена? Что с твоей рукой?

Юанна удивилась, увидев мою перевязанную руку. Отец, наконец заметив моё состояние, ахнул:

— Боже мой, дай посмотреть.

Благодаря Юанне моя сломанная рука и вывихнутая лодыжка быстро зажили. Я слышала, что она — Святая, каких не было сто лет, но даже после всей битвы с Папой её силы казались безграничными.

Мы понесли Ынжи и Папу обратно к месту, где Энок сражался с паладинами.

Он в одиночку расправился со всеми, а теперь бился с монстрами. Увидев окровавленного отца и хромающую меня, он был в шоке.

— Маргарет!

— Всё в порядке? Давай разберёмся здесь, а потом поговорим. Нам нужно найти Кайдена.

Даже без слежения за Дженасом мы знали, куда он направился.

Остров Алеа.

— Надо срочно отправить Диего письмо, чтобы он ни в коем случае не плыл туда первым.

Энок вопросительно посмотрел на меня.

— Думаю, на острове Алеа установлено взрывное устройство, и если Дженас уже направляется туда, то Диего и разведчики в опасности.

Энок тут же вернулся в бальный зал и передал предупреждение Диего через видеосферу.

Артдал взял командование рыцарями на себя, чтобы захватить «Пионовый Цветок», как и планировалось с Эноком и Маргарет.

Благодаря своему магическому глазу (пусть и наполовину) он мог видеть потоки маны, исходящие от камней «Пионового Цветка». Именно так он когда-то выследил и убил своего дальнего племянника в королевстве Хестия.

Стоя на подоконнике, он осматривал зал и отдавал приказы.

Им удалось схватить многих членов фракции, но возникла проблема: хотя следы магических камней были найдены, самих камней у них не было.

Все они отрицали свою вину и сваливали всё на одного человека — архиепископа Риннехаона.

— Я найду его, — сказал Рузеф, помогая Артдалу задерживать заговорщиков.

Артдал помнил, что у Рузефа и Риннехаона были напряжённые отношения. Он обнял Рузефа за плечи и серьёзно прошептал:

— Архиепископ, вы же не убьёте его, да?

— Вы что, считаете меня похожим на вас, ваше высочество? — возмутился Рузеф.

Артдал приложил руку к груди с видом невинной жертвы.

— Мне больно это слышать. Я не убиваю людей.

— Я тоже не убиваю! Я же священник, в конце концов!

— Ладно, ладно. Вы как разъярённый кот.

— Ваше высочество!

— В общем, идите и найдите его. А здесь я разберусь. Я всё ещё не нашёл графа Педерсена и императрицу.

Рузеф раздражённо посмотрел на Артдала, вздохнул и ушёл. Найти Риннехаона было приоритетом.

Риннехаон украл магические камни у императрицы и графа Педерсена, а также забрал камни у других членов «Пионового Цветка». В заложницы он взял горничную Маргарет — Ванессу.

«Наверняка они во всём обвиняют меня, но если результат будет достигнут, это не имеет значения.»

Ему нужно было собрать все камни и отправиться на остров Алеа, где маркиз Рохаде и Дженас ждали его. Только передав им камни, он выполнит свою миссию.

Но когда Риннехаон уже собирался уйти через чёрный ход, ему преградил путь Рузеф.

— Куда это ты собрался?

«Этот парень вечно мне мешает.»

Розмари наблюдала, как Рузеф исчезает вдалеке, разговаривая с Артдалом.

Рядом с ней другие дамы жались в углу бального зала, дрожа от страха. Здесь, под защитой рыцарей, им было безопаснее, чем снаружи.

«Граф Педерсен и императрица не найдены.»

Услышав слова Артдала, Розмари вспомнила, что видела их раньше.

Кажется, она заметила, как граф и императрица воспользовались хаосом и скрылись с архиепископом Риннехаоном в направлении кухни.

Розмари поспешила туда и действительно обнаружила их. Проблема была лишь в том, что они лежали без сознания у входа.

Риннехаона нигде не было.

Она осмотрела карманы графа и императрицы, но камней не нашла.

Вдруг на мраморный пол упала длинная тень. Кто-то стоял над Розмари.

Она подняла голову и увидела очнувшуюся императрицу, которая тянулась к ней.

— Бам!

— Ах!

Глухой удар — и короткий крик императрицы. Розмари моргнула, не понимая, что произошло.

Перед ней стояла её мать, Виолет, с кухонной сковородой в руках. Императрица, собиравшаяся напасть на Розмари, была нокаутирована.

Виолет удовлетворённо вздохнула и подняла большой палец вверх.

— Ты даже не представляешь, как давно я мечтала дать этой женщине по голове.

Она та, что годами преследовала Флоне и отправила Маргарет на остров за симпатию к Эноку.

Виолет задумалась, не ударить ли императрицу ещё раз.

— М-м-м…

Как раз в этот момент граф Педерсен пришёл в себя и попытался встать.

— Бам!

Сковородка Виолет снова опустилась на его голову, отправив графа в нокаут.

— Ух, вот это да! Сковородка — отличное оружие!

Розмари захлопала в ладоши, восхищённая своей матерью.

Маги из Башни и имперская армия Лэнгриджа, подготовленные Эноком, добивали оставшихся монстров.

Среди них я увидела знакомых рыцарей — Ноэля, Хайзена и других.

Мы оставили их разбираться с монстрами, а сами вернулись в бальный зал с пленённым Папой.

Внутри царил хаос, но, к счастью, большинство членов «Пионового Цветка» были схвачены. Граф Педерсен и императрица были здесь, но архиепископ Риннехаон исчез.

Рузефа тоже нигде не было видно.

— Леди Флоне!

Артдал подбежал к нам, встревоженный нашим состоянием.

— Леди, вы в порядке? Боже мой! Герцог, как вы? Банхван, вы тоже выглядите не лучшим образом.

Он засуетился, проверяя нас. За ним прибежали моя мать, Иннис и Розмари, у всех на глазах были слёзы.

Все члены «Пионового Цветка» на балу были пойманы, кроме Риннехаона. Их легко было опознать по татуировке в виде пиона, опутанного паутиной.

К сожалению, только у одного из них, помимо Папы, был магический камень. Остальные, видимо, успели избавиться от своих.

— Где лорд? — спросил Артдал.

Я, Энок и Юанна промолчали. Юанна взглянула на меня, но я сжала губы.

«Кайден должен быть в безопасности.»

Энок пристально смотрел на меня, словно хотел что-то сказать, но в итоге промолчал.

Вместо меня Юанна рассказала остальным о том, что произошло в саду. Все были в шоке.

Я кратко объяснила ситуацию с Дженасом и экспериментальными дневниками, а затем заявила:

— Нам нужно плыть на остров Алеа.

В итоге мы решили отправиться туда сами. Времени было мало, поэтому конкретный план мы разработали уже по пути к южным водам Лэнгриджа.

Так закончился мой первый день рождения в облике Ли Джин Джу и Маргарет.

И только когда всё улеглось, мы поняли, что Рузеф и Ванесса пропали.

Кейден погрузился в глубокую тьму.

В мрачных тенях, таившихся внутри него, он осознавал, что отдал свое тело Дженас и скрылся в глубинах собственного сознания.

Теперь он был на грани «гибернации», как это случалось с ним и раньше. Для магов гибернация была подобна зимней спячке медведей или змей — добровольное замедление жизненных процессов, чтобы защитить и восстановить истощенную ману.

«Маргарет, я скучаю по тебе.»

Люблю ли я Маргарет?

Да. Она мне нравится. Но вряд ли это можно назвать любовью.

Я готов отдать за нее жизнь, но я уверен, что не одержим ею так, как Энок.

«Маргарет, я не могу позволить своей жизни начаться с Рохадэ и закончиться Рохадэ.»

«Ты прав, это важно. Но, Кейден, для меня важнее, чтобы ты был в безопасности.»

Маргарет искренне беспокоилась о нем. Кто-нибудь еще в его жизни проявлял такую заботу?

На самом деле, беспокойства было много. Но лишь потому, что он был сосудом для Дженас.

Он был ребенком, созданным для Дженас с самого рождения. В семье Рохадэ было много детей, и потеря одного Кейдена не считалась трагедией.

«Не привязывайся к нему. Он всего лишь сосуд.»

Эти слова он слышал с детства. Лишь на острове Алеа, встретив Дженас, он понял, почему они так настаивали на этом.

Никто не смотрел на него просто как на Кейдена.

В бессознательном состоянии он видел, что делает Дженас.

«Меня не волнуют твои чувства. Я забочусь только о Кейдене и его безопасности, который пострадает из-за тебя.»

Так Маргарет сказала Дженас.

Она была единственной, кто заботился о нем, а не о Дженас.

Как можно не любить ее?

Она больше, чем просто любовь, больше, чем просто чувство. Она — свет его жизни, его спасительница.

Да, это так. Кейден признал это сейчас. Он такой же безумец, как Энок. Он любит Маргарет. Он не может дышать в мире без нее.

Она дала ему новую причину жить, новую причину мстить семье Рохадэ.

Поэтому он хотел, чтобы она принадлежала только ему. Он не хотел идти на компромисс с Эноком. Ему больше ничего не было нужно. Все, что ему было нужно — это она.

Если та, кто значит для него так много, не сможет остаться с ним…

Лучше уж впасть в гибернацию.

На следующий день после происшествия Эмили была очень занята.

События в замке Флонэ оказались масштабнее и неожиданнее, чем она могла представить.

Вечеринка по случаю дня рождения Маргарет была сорвана людьми, стоявшими за похищением «Семерых» — событием, положившим начало Мировой войне. Технически, Эмили проникла на вечеринку!

«Это сенсация! Она войдет в историю!»

Еще более удивительно то, что за всем этим стоят императрица и папа империи Лэнгридж.

Дошел слух, что Ассоциация магов тоже замешана, но маркиз Рохадэ, глава Ассоциации, пропал, так что их причастность еще предстоит выяснить.

Сам император прислал имперские войска для блокировки замка Флонэ, и было начато тщательное расследование под руководством герцога Билтерхайма.

Теперь замок Флонэ был заполнен имперскими войсками из столицы. Рыцари, спустившиеся сюда по приказу императора, расследовали и разбирались с последствиями.

Гости, приглашенные на вечеринку, не могли покинуть владения Флонэ.

Было решено, что только выжившие с острова смогут отправиться на Алеа с разрешения императора. Считалось, что некоторые из заговорщиков бежали туда.

Их исключили из расследования и позволили покинуть замок Флонэ. Эмили поспешила взять интервью у Маргарет перед их отъездом.

Самым заметным персонажем в этом деле, без сомнения, была Маргарет Роуз Флонэ.

По свидетельствам рыцарей, она не только обезвредила папу, но и в одиночку захватила и убила десятки монстров.

«Вот почему я решила взять интервью у леди Флонэ!»

Удивительно, но семья Флонэ охотно согласилась на интервью, однако сама Маргарет оказалась сложной задачей. Ее было трудно застать, а когда Эмили удавалось ее увидеть, ее постоянно перехватывали члены семьи.

Так что она провела часы, блуждая по коридорам замка в поисках Маргарет.

Наконец, она заметила ее выходящей из покоев герцога — возможно, после встречи с герцогом Флонэ — с мрачным лицом.

«Леди…!»

Эмили уже хотела броситься к Маргарет, как вдруг кто-то преградил ей путь. Она прошептала проклятие и подняла глаза.

Перед ней стоял мужчина с иссиня-черными волосами и глубокими золотистыми глазами. Его лицо было прекрасно, как изваяние, но в нем не было ни капли тепла.

Он мельком взглянул на то место, где исчезла Маргарет, затем безразлично посмотрел на Эмили.

«Ты, должно быть, ищешь Маргарет.»

Эмили узнала его.

Кронпринц Энок.

Она никогда не видела кронпринца так близко, и, помимо его неземной красоты, от него исходила аура непререкаемого авторитета, которую сложно описать словами.

«Да… для интервью…»

«Ах, интервью. Это твоя работа.»

Он сделал шаг ближе, наклонил голову и прошептал:

«Тогда продолжай искать. Однако я не могу гарантировать, что с тобой будет дальше.»

Рука Эмили задрожала, сжимая блокнот. В этот момент кто-то появился рядом, обняв Энока за плечи.

«Да ладно, у журналистки есть дела поважнее. Не беспокой Маргарет.»

Мужчина с розовыми волосами, яркими, как цветы сакуры, и с повязкой на одном глазу. Он усмехнулся, но его голубые глаза, скользнувшие по Эмили, не выражали ни капли веселья.

Это был кронпринц Артдал.

Эмили сразу вспомнила слухи о мужчинах Маргарет, ходившие по замку.

Разве не все они когда-то сильно недолюбливали Маргарет?

«Боже мой, это же тоже сенсация.»

Мысль о том, чтобы бежать за исчезающей Маргарет, давно вылетела у нее из головы.

«Это будет отличный заголовок, спорим? Хм. [Кронпринц Артдал, самый красивый мужчина на свете, в деле!] Как тебе? Идеально, правда?»

И кронпринц королевства Хестия оказался шумнее, чем она думала.

После того, как Артдал отослал Эмили, он повернулся к Эноку и спросил:

«Есть новости о архиепископе?»

Энок уже слышал, что команда следователей из империи Лэнгридж была отправлена на поиски пропавшего архиепископа Рузефа и горничной Маргарет, и сам был в курсе ситуации, но он покачал головой, его лицо оставалось мрачным.

«Но мы нашли следы. Есть свидетели, которые видели архиепископа Риннехаона, Рузефа и кого-то, похожего на горничную. Говорят, они отправились куда-то вместе.»

«Неужели…»

«Думаю, они направились на остров Алеа.»

Артдал нахмурился.

Алеа, проклятая Алеа.

Он провел рукой по волосам и раздраженно вздохнул, затем посмотрел на Энока. Тот безучастно смотрел на то место, где исчезла Маргарет.

«Я могу только представить, как тяжело было леди Флонэ видеть, как ее долгожданный день рождения прошел вот так. И тебе, наверное, тоже.»

Энок, до этого стоявший безучастно, повернул голову и посмотрел на Артдала.

Его взгляд, его неподвижность. Всегда так с Эноком. Непоколебимый, невозмутимый.

Энок первым ответил на мимолетные слова утешения Артдала.

«Тяжело? Мне тоже?»

«Неужели… ты не планировал ничего на ее день рождения?»

«А что я должен был делать?» — спросил Энок, скрестив руки.

«Хм, признаться?»

Ответ Артдала заставил Энока на мгновение замереть.

После короткой паузы он ответил:

«Я сказал нечто подобное.»

Артдал на секунду замер, затем раздраженно выдохнул.

«О боже. Ты же не знаешь леди Флонэ, да? Она женщина, которой важно только выживание, и с такими лучше говорить прямо.»

Артдал был доволен собой, думая, что дал Эноку хороший совет. Но Энок, потирая лицо, резко взглянул на него.

«Ты думаешь, я этого не знаю?»

Его пронзительные золотистые глаза на мгновение вспыхнули. В них мелькнуло что-то сдерживаемое, словно желание, запертое в глубине.

Артдал отпрянул от неожиданной реакции. Энок шагнул к нему, его голос звучал низко, почти как рык.

«Потому что она дорога мне. Потому что я не могу без нее. Поэтому я терпелив. Я не хочу действовать опрометчиво и все испортить.»

Его голос дрожал от отчаяния.

«Потому что вся моя жизнь — это Маргарет, от начала до конца, и почти жаль, что я осознал это только сейчас.»

Артдал слабо кивнул, слегка ошарашенный.

«Понятно. Ты многое пережил. Не знаю, как ты сдерживаешь такие эмоции. У тебя огромное терпение.»

Он похлопал Энока по плечу и повернулся, чтобы уйти. Сделав несколько шагов, он на мгновение оглянулся.

«Но возможность редко стучится дважды, так что не тяни слишком долго.»

Эмили, журналистка газеты «Бернетон», добросовестно выполнила свою работу. События в замке Флонэ попали в заголовки и вызвали переполох.

[Правда о похищении Семерых наконец раскрывается…]

[День рождения, который войдет в историю… Что произошло на вечеринке леди Флонэ…!]

Заговорщиками, что неудивительно, оказались папа и императрица. Они были самыми влиятельными членами фракции «Цветущего пиона», пойманными на месте.

Но это не главное.

Проблема в пропавших Кейдене, Рузефе и Ванессе. Энок сообщил мне утром о ходе поисков, но, похоже, они направляются на Алеа.

«Маргарет, я не могу позволить своей жизни начаться с Рохадэ и закончиться Рохадэ.»

Я надеюсь, Кейден в безопасности. Надеюсь, он переживет это испытание.

Потому что я тоже не могу позволить его жизни начаться с Рохадэ и закончиться Рохадэ.

Мы поспешно разобрались с последствиями вчерашнего дня и решили отправиться на Алеа этим же вечером.

Перед отъездом я ненадолго зашла к отцу. Он отдыхал в своей спальне.

Его раны, к счастью, заживали хорошо, и, если он будет беречь себя, скоро сможет встать на ноги. Пока всеми делами замка Флонэ будут заниматься мать и Иннис.

«Кто же ты на самом деле, отец?»

Человек с мастерством владения мечом, сравнимым с папой — вот он, скрытый мастер. Я вышла, оставив отца крепко спящим после приема лекарства.

Слава богу, он жив. Иначе…

Я отогнала ужасную мысль и вернулась в свою комнату.

Была еще одна проблема: мы не могли связаться с Диего.

«В последний раз он сообщил, что нашел остров.»

Возможно, из-за того, что он не мог все время двигаться с видеосферой, он оставил ее, когда вошел на остров.

Мне нужно спешить.

Вернувшись в комнату, я выбрала удобную одежду для вечернего отъезда и взглянула на Юнджи, спавшую на моей кровати.

Она свернулась калачиком на подушке и крепко спала. Юанна сказала, что со временем она придет в себя, но я все равно волновалась.

Оставить ее здесь?

В этот момент в дверь постучали. Это была Розмари, которая очень привязалась к Юнджи, а за ней неожиданно стоял Энок.

«Его Высочество сказал, что направляется к вам, поэтому я пошла вместе с ним.»

На мой недоуменный взгляд Розмари поспешно нашла отговорку. Энох естественно последовал за ней в комнату.

«Пожалуйста, присаживайтесь. Не хотите ли чаю?»

«Я просто хотел убедиться, что с вами всё в порядке. Чай не нужно.»

Энох задумчиво посмотрел на моё лицо. Казалось, он проверял, действительно ли я в порядке. Его взгляд был немного неустойчивым.

Так он вел себя с самого вчерашнего дня в саду. Он был встревожен, будто я могла исчезнуть в любой момент. Я уже сбилась со счёта, сколько раз он приходил проверить меня с прошлой ночи.

Но меня это нисколько не раздражало.

Напротив, я была благодарна. Мне казалось, что его внимание и забота наполняли моё опустевшее сердце, поэтому я покорно позволяла ему делать то, что он считал нужным.

Я заметила, как Розмари устало опустилась на край кровати, стараясь не смотреть на нас.

«Маргарет. Юнджи всегда была такой слабой?»

Раздался любопытный голос Розмари. Та самая Розмари, которая баловала Юнджи, хотя и утверждала обратное.

«Э-э, да. Поэтому я думала, может, оставить её здесь. Может, дать ей магические камни? Каждый раз, когда она ест камень, кажется, становится немного больше.»

«Она растёт, когда ест магические камни?»

Розмари удивлённо посмотрела на меня. Энох тоже смотрел с вопросительным выражением лица.

В прошлом монстры острова Алея эволюционировали благодаря мане Матери монстров. Раз магический камень Дженас генерирует те же магические волны, что и Мать монстров, разве он не должен оказывать схожий эффект?

«Его Высочество Артдал сказал, что с поеданием камней нет проблем. Но даже так, мне казалось странным, что Юнджи нравятся магические камни…»

Юнджи, опустившая голову во время слов Розмари, медленно подняла её.

— Шшш.

Она зашипела, словно ворча: «Почему вы так шумите, когда мне плохо?»

Я отвернулась от Эноха и достала магический камень из ящика стола. У меня было предчувствие, что если накормить Юнджи камнем, это придаст ей сил.

Энох последовал за мной к кровати и встал рядом, глядя на Юнджи сверху вниз.

«Юнджи, хочешь попробовать?»

Я протянула ей камень. Её уши, казалось, навострились, она медленно склонила голову к моей ладони, понюхала и затем подняла на меня сияющие глаза.

«Ты правда хочешь его съесть?» — спросила я, и она кивнула.

Затем, прежде чем я успела разрешить, она проглотила камень целиком.

Её хвост мягко повилял. Казалось, её состояние немного улучшилось. У змей, конечно, нет выражений, поэтому я не могла точно сказать, но я чувствовала это благодаря нашей связи.

Пока Юнджи наблюдала за мной и Розмари, она доела второй камень в моей руке и затем счастливо рыгнула. Видимо, камни действительно помогали.

Но затем произошло нечто неожиданное.

Внезапно от её тела начал исходить яркий свет.

«Юнджи!»

Я вскрикнула в тревоге, но свет становился всё ярче, пока не стал ослепительным.

Через мгновение что-то бросилось на меня сквозь медленно угасающее сияние и обвилось вокруг моей талии.

«……???»

Я онемела, слишком ошеломлённая, чтобы что-то сказать.

Что за чертовщина происходит? Кто этот ребёнок?

Пока я стояла в замешательстве, ребёнок поднял голову и посмотрел на меня.

У него были снежно-белые волосы. Не такие, как серебристые волосы Кайдена. Я застыла в шоке, встретившись с его жёлтыми зрачками, вертикально вытянутыми, как у змеи.

«Энни!»

Ребёнок протянул ко мне свою маленькую, как кленовый лист, руку.

«Ты… Юнджи?»

«Да, Энни!»

Ребёнок энергично кивнул и широко улыбнулся в ответ на мой вопрос. Его лицо было безупречным и очаровательным. Хм, кажется, он должен говорить «Нуна», а не «Энни».

[Прим. пер.: Оказывается, Юнджи — мальчик, а Маргарет думала, что это девочка.]

«Ты умеешь превращаться в человека?»

Если так, почему он не делал этого раньше? Может, поедание магических камней помогло ему эволюционировать? У меня голова идёт кругом. Я совершенно не понимаю, что происходит.

Тогда Юнджи размахивал руками в воздухе, объявляя о возвращении сил.

«Противный камень, каждый раз, когда я его ем, становлюсь сильнее. Поэтому я изменился!»

«…Похоже, магический камень действительно помогает ему.»

Энох наблюдал за происходящим. Юнджи энергично кивнул в знак согласия.

Юнджи с самого начала не был обычным монстром.

Были ли все эти боль и страдания частью подготовки к эволюции?

«Плохой дедушка напал на меня, поэтому мне стало плохо, но я съел противный камень и стал сильнее! Этот дедушка плохой!!»

Спокойное объяснение Юнджи постепенно становилось всё более сердитым, и он закончил с хмурым выражением.

Под «плохим дедушкой» он явно имел в виду Папу. А «противный камень» — это магический камень.

В этот момент Юнджи протянул руки к Эноху. Казалось, он просился на руки, но как бы близки мы ни были, он всё же наследный принц.

«Юнджи. Энни… нет, пусть Нуна тебя обнимет.»

Я не хотела ставить его в неловкое положение, но Энох, похоже, не возражал и мягко обнял Юнджи.

Юнджи наклонил голову и уставился на Эноха, словно решая, достаточно ли он ему нравится. Энох держал его уверенно и естественно.

Когда он улыбнулся, его пухлые щёки покраснели. Он был милым в форме змеи, но в облике ребёнка — просто очарователен.

«Слава Богу.»

Я сдержала слезу, глядя на здорового Юнджи. Эволюция или что-то ещё — он в порядке. Слава Богу.

Юнджи протянул одну руку ко мне из объятий Эноха. Энох мягко поднял его и подошёл ко мне. Пухлые ладошки Юнджи коснулись моих щёк.

«Энни, не плачь.»

«Я не плачу, и я не Энни, а Нуна. Прости. Я не знала твоего пола и просто дала тебе имя.»

Я взглянула на Юнджи и проглотила слёзы облегчения. Розмари, до этого молча наблюдавшая за нами, заговорила:

«Но я никогда не слышала, чтобы монстр эволюционировал в человека. Судя по тому, как ты изменился, ты ни божественное существо, ни монстр.»

Юнджи, трогавшая мою щёку, сжала кулак при этих словах.

«Юнджи ни божественное существо, ни монстр!»

«Тогда кто ты?»

«Я сестра Мэг Энни!»

Юнджи гордо воскликнул и упёр руки в боки. Как мило.

О, да. Юнджи родилась на моих глазах. Поэтому он сам точно не знает, кто он.

Однако Розмари нахмурилась при этих словах.

«Что? Маргарет — моя Энни.»

«Нет, она Юнджи Энни!»

«Как ты можешь быть её сестрой, если ты даже не человек?»

«Нет! Не обязательно быть человеком, чтобы быть её сестрой!»

«Нельзя. Только я могу быть сестрой Маргарет!»

«Нет!»

Я в недоумении наблюдала за детской перепалкой Розмари и Юнджи. Кроме того, Юнджи — мальчик, и, похоже, никого это не волнует.

Энох вдруг осознал что-то и посмотрел на меня.

«Сколько магических камней съела Юнджи?»

«Семь?»

«Семь из пятнадцати. Осталось ещё восемь,» — задумчиво пробормотал Энох.

Как мы видели на банкете, больше камней — больше силы, поэтому важно было знать, у кого остальные камни.

«Единственный из Пионового Цветения, кто исчез с банкета, не будучи пойманным, — архиепископ Риннехаон. Вероятно, он взял с собой остальные восемь камней.»

Архиепископ Риннехаон, исчезнувшие камни, Дженас, исчезнувший после того, как сказал нам отправиться на Алею. Маркиз Рохаде, первым отправившийся на остров.

Вся информация указывает на одно место.

«Меня также беспокоила информация о том, что маркиз Рохаде отправился на Алею, но, учитывая обстоятельства, возможно, архиепископ Риннехаон хочет передать камни маркизу.»

Энох кивнул, как будто мои слова имели смысл.

Розмари, до этого спорившая с Юнджи, обернулась к нам и спросила:

«Но если Юнджи эволюционирует, поедая камни, что будет, если она съест все восемь? Насколько она сможет развиться?»

«Э-э… Дракон?»

Конечно, анаконда не может стать драконом, но это же не настоящая анаконда, а магическое существо — может, и возможно?

Услышав мой ответ, Розмари широко раскрыла глаза, взглянула на Юнджи, затем прикрыла щёку рукой и рассмеялась.

«Дракон, которого я видела только в старых книгах? Круто!»

Юнджи моргнула, не понимая её восторга. Я повернулась к Юнджи, всё ещё сидевшей в объятиях Эноха.

«Ты можешь вернуться в змеиную форму? Или теперь ты полностью человек?»

«Да, могу вернуться! Противный камень даёт мне силы, но если я слишком долго остаюсь человеком, то снова их теряю.»

«Правда? Тогда вернись в змеиную форму.»

На мои слова Юнджи энергично кивнул и широко улыбнулся. Затем он закрыл глаза, выглядев сонным. Ооо, он такой милый. Я погладила его по голове, переполненная нежностью.

Я не успела задать Юнджи другие вопросы, потому что он заснул и случайно вернулся в змеиную форму. Он выглядел ангельски милым, мирно посапывая в руках Эноха, его хвост подрагивал.

«Ты оставишь Юнджи здесь?»

Розмари спросила, широко глядя на меня. Казалось, она хотела, чтобы я оставила Юнджи в замке, как изначально планировала, но я покачала головой.

«Теперь, когда Юнджи лучше, я возьму её на остров. Я скоро вернусь.»

Я погладила Розмари по голове, и она нахмурилась, раздражённая, что я обращаюсь с ней как с ребёнком, но не отстранилась.

Энох, наблюдавший за сёстрами, повернулся ко мне.

«Думаю, нам пора отправляться. Давай переоденем тебя.»

Розмари сердито исчезла к Иннис, а я тихо прошла в гардеробную переодеться. Надела брюки, укороченный топ и бомбер, в которых была на Алее. Ванесса позаботилась, чтобы они были чистыми.

Стоп, Ванесса.

Я схватила свою сумку через плечо, положила в неё сигнальные ракеты и патроны и вышла из гардеробной.

«Я готова, пошли.»

Энох, ждавший меня с Юнджи, кивнул.

Встретившись с Артдалом и Юанной, тоже готовыми, мы встали перед порталом. Маги из Башни построили портал прямо в замке Флонэ.

«Без точных координат попасть прямо на остров невозможно, поэтому я возьму координаты, которые прислал сэр Диего — южное побережье.»

Один из магов, настраивавших координаты, объяснил, куда мы попадём. Энох и я кивнули, как и Юанна с Артдалом.

«Мы разберёмся здесь и отправимся следом. Будьте осторожны.»

Моя мать, Иннис и Розмари помахали нам.

По указу Императора никто из гостей банкета не мог покинуть замок Флонэ, кроме нас, выживших, пока не закончится расследование.

Мы решили заручиться помощью магов из Башни в столице. Диего нужна была их помощь, чтобы преступники не проникли на остров. Кайден, наш единственный маг, больше не с нами.

Подкрепление из дворца присоединится к нам, как только мы достигнем берега.

Я попрощалась с матерью, Иннис и Розмари, заставляя себя улыбнуться.

«Я вернусь.»

Мы должны найти Рузефа и вернуть Кайдена.

Юанна стояла на берегу, прикрывая глаза рукой от солнца, и осматривала окрестности.

Они прибыли на южное побережье Империи Лэнгридж, но ни Дженэса, ни Диего, ни войск Лэнгриджа нигде не было видно.

«Их здесь нет?»

Юанна наклонила голову в недоумении, а Артдал достал карту.

«Мы в нужном месте. Вот координаты, которые последний раз передавал сэр Диего».

Артдал переводил взгляд с карты на береговую линию, затем на Энока, явно озадаченный.

«Но когда же прибудет подкрепление?»

Энок всё это время наблюдал за выражением лица Маргарет, а затем ответил:

«Говорят, они прибудут сегодня, так что придётся подождать».

Тут Маргарет медленно направилась к пляжу. Все удивлённо смотрели на неё, пока она доставала из кармана сигнальную ракетницу.

«Маргарет?»

Юанна окликнула её, но та не ответила, а лишь открыла магазин ракетницы и зарядила её.

«Я подаю сигнал сэру Диего», — сказала Маргарет с безжизненной улыбкой.

Юанна посмотрела на неё с беспокойством.

«А если этот проклятый Дженэс где-то рядом?»

«Тогда мы быстрее разберёмся с ситуацией».

Все замолчали, в итоге согласившись с Маргарет. Та улыбнулась, оттянула рычаг ракетницы и выстрелила в небо.

Через несколько секунд в воздухе расплылось алое зарево. Маргарет повернулась к ним, размахивая ракетницей.

«Наконец-то эта штука используется по назначению», — сказала она.

«...Напоминает тот первый огонь на острове», — пробормотал Артдал с ностальгической усмешкой.

Все на мгновение замолчали, словно вспоминая те события. Артдал снова заговорил, чтобы разрядить обстановку.

«Подкрепление должно прибыть сегодня, и это хорошая новость. Давайте возьмём паузу, чтобы собраться с мыслями и придумать план. Найдём этого чёртова Дженэса и Архиепископа, уничтожим магический камень и вернёмся».

«Согласна. Надеюсь, мы найдём этого мерзавца. Я беспокоюсь за нашего Архиепископа».

Юанна стиснула зубы, поддерживая Артдала. Все они испытывали сильную злость к Дженэсу. Помимо всех тягот, пережитых на острове, Артдал потерял из-за него глаз, а Юанна едва не отдала душу острову, так что их чувства были понятны.

Каждый хотел лично убить Дженэса, и Маргарет, казалось, не была исключением.

«Здесь, похоже, негде присесть», — пробормотала Маргарет, оглядываясь.

Они поискали место, чтобы сесть и обсудить план, но ничего не нашли, поэтому решили расположиться прямо на песке.

«Если бы это зависело от меня, я бы никогда не сел на этот песок».

«Если бы это был я из прошлого, я бы тоже никогда не сидел на песке».

Артдал бурчал, опускаясь на песок, но, несмотря на свои слова, он сел первым.

С момента их прибытия Артдал не умолкал, в то время как лицо Маргарет оставалось мрачным, а Энок не сводил с неё глаз.

Когда Юанна присела рядом с Артдалом, она повернулась к Маргарет:

«С Ынджи всё в порядке?»

Ынджи, сидевший на плече Маргарет, поднял голову, услышав своё имя. Маргарет погладила его и кивнула.

«Да, с ним всё хорошо. Кажется, каждый раз, когда он съедает магический камень, это придаёт ему сил. Он эволюционирует».

«Хм. Эволюция — это хорошая новость».

Артдал постучал пальцем по голове Ынджи, и тот надулся, выплюнув в него маленький огненный шарик. Артдал дёрнулся от неожиданности. Юанна наблюдала за этой сценой, затем повернулась к Эноку:

«И что они собираются делать со стариком?»

Энок, сидевший молча со скрещёнными руками, ответил:

«Говорят, будет совместный суд».

Совместный суд — это институт, созданный для дел, затрагивающих целый континент. Точнее, это учреждение, созданное внегосударственными организациями — Ассоциацией Магов и Святым Престолом.

Место проведения суда меняется в зависимости от года или конкретного дела. На этот раз, поскольку инцидент произошёл в Империи Лэнгридж, суд пройдёт в Императорском дворце.

«Скорее всего, все члены фракции Пионового Цветения предстанут перед судом, и с таким количеством свидетелей им не удастся избежать наказания».

Выслушав ответ Энока, Юанна кивнула и замолчала, после чего воцарилась тишина.

Атмосфера между Эноком и Маргарет была странной. Точнее, Маргарет, казалось, была погружена в свои мысли, а Энок слишком сосредоточился на ней, чтобы обращать внимание на что-то ещё.

«Вы двое поссорились, и теперь я здесь сижу, ничего не понимая?» — осторожно спросила Юанна.

Маргарет недоумённо посмотрела на Энока: «Мы ссорились?»

Энок склонил голову и посмотрел на неё с нечитаемым выражением: «Мы никогда не ссорились».

«Что это за уклончивый ответ?»

«Неважно», — мрачно ответил Энок и отвернулся.

«Энок, что это значит?» — спросила Маргарет.

Энок посмотрел на неё с понимающим лицом:

«Вам не о чем беспокоиться, юная леди. Я просто проявляю деликатность».

«Что? Что это значит?»

Энок сузил глаза, пока Маргарет продолжала засыпать его вопросами.

«Маргарет».

«Да?»

«Я просто пытаюсь научиться отпускать».

Энок не собирался давать дальнейших объяснений. Он не выглядел злым на Маргарет, скорее — облегчённым, будто только что отпустил что-то.

Он снова замолчал, его лицо было спокойным. По крайней мере, внешне, хотя внутри его мысли могли быть далеки от покоя.

Юанна неловко улыбнулась, затем достала что-то из кармана:

«Так, внимание всем. Это журнал экспериментов Святого Престола над межпространственными разломами».

В день инцидента, у чёрного хода кухни замка Флонэ.

В тёмном углу, освещённом лишь факелами замка, разыгралось напряжённое противостояние.

Риннехаон схватил горничную Маргарет, Ванессу, за шею и приставил к её горлу клинок.

Он повернулся к человеку перед ним и предупредил:

«Уйди с дороги».

Но мужчина не двинулся с места.

Облака на вечернем небе рассеялись, и лунный свет озарил его голову, придавая ему святой и благородный вид.

Это скривило сердце Риннехаона. Этот человек всегда был таким — будто он единственный добродетельный посланник Бога. Притворяясь избранным, идеальным священником.

Риннехаон дёрнул уголком рта. Он сильнее сжал горничную и придвинул лезвие ближе к её шее.

«Рузеф Каин Диферде. Я сказал, уйди с дороги».

«Бесполезно, Риннехаон».

Рузеф бесстрастно посмотрел на них.

Физически Риннехаон не мог его победить. Если бы Рузеф не заботился о Ванессе, он бы легко одолел его.

Но Ванесса — любимая горничная Маргарет. Он не мог позволить ей умереть. Кроме того, Рузеф заметил подозрительный мешочек в руке Риннехаона и камни, виднеющиеся сквозь ткань.

Он, должно быть, украл все пропавшие магические камни и пытался сбежать с ними. Он собирался что-то с ними сделать, но Рузеф не мог понять что именно.

«Ты всё равно не сможешь победить меня. Как и всегда».

Звёздный свет в ладони Рузефа постепенно увеличивался, окружая его тело широким кругом.

Риннехаон сглотнул, наблюдая, как Рузеф проявляет свою божественную силу. Холодный пот выступил на его ладонях.

Как тот и сказал, в случае схватки проиграет Риннехаон. Сколько раз он уже был побеждён Рузефом...!

«Чёрт возьми, он же сказал, что откроет портал по сигналу!»

Риннехаон нервно огляделся. Маркиз Роад должен был открыть портал, если он подаст сигнал в небо с помощью магического камня. Он даже заранее передал координаты этого места.

«Тогда почему, чёрт возьми...?!»

Риннехаон резко развернулся, удерживая Ванессу, и в тот же момент острое копьё света пронзило воздух на том месте, где он стоял мгновение назад.

Холодный пот стекал по его спине.

«Ты хочешь, чтобы эта женщина умерла?»

Ванесса всхлипнула, когда Риннехаон сильнее прижал лезвие к её шее.

«Ик... Я... я не против. Если я мешаю тому, что делает мисс Маргарет... я готова умереть... Угх...»

«Заткнись».

Риннехаон сильнее надавил лезвием, и Ванесса замолчала. Рузеф остановился.

В этот момент на земле под ними начала проявляться огромная магическая окружность. Маркиз Роад, наконец, активировал портал.

Риннехаон встал на магический круг, держа Ванессу в заложниках, и впервые на лице Рузефа мелькнула паника.

Паника на лице Рузефа.

Удовольствие пронзило тело Риннехаона. Он повернулся к нему с торжествующим взглядом.

«Победа не всегда достигается грубой силой».

Свет от круга поднялся вверх, образуя столб, достигающий неба. Риннехаон собирался сбежать через портал, используя Ванессу как заложницу.

Но прежде чем круг завершил активацию, Рузеф шагнул на портал.

«Что... ты...?!»

Это не было частью плана его группы, и теперь он в невыгодном положении. Тем не менее, Рузеф не колебался.

Когда свет, заполнивший его зрение, рассеялся, перед ними предстал огромный песчаный пляж и незнакомый мужчина средних лет, ожидающий их.

Аккуратно зачёсанные серебряные волосы, красные глаза — всё выдавало в нём представителя рода Роадов. Мужчина провёл рукой по аккуратно подстриженной бороде и повернулся к Риннехаону:

«Архиепископ, кто это?»

Его вопрос застал Риннехаона врасплох, и Рузеф мгновенно вырвал Ванессу из его рук.

Но Риннехаон отступил в сторону, будто Ванесса больше не имела значения, и встал рядом с маркизом Роадом.

Ванесса была его заложницей, чтобы помочь ему телепортироваться на южное побережье Лэнгриджа, где находился маркиз. Теперь, когда цель достигнута, он мог убить её вместе с Рузефом.

«Это Архиепископ Рузеф. Он один из выживших, так что советую убить его здесь, вместе с той горничной».

«Что? Какого чёрта ты ведёшь дела? Почему они последовали за нами?!»

Маркиз Роад, услышав слова Риннехаона, повысил голос от раздражения.

Вид этих двоих заставил Рузефа напрячься.

Риннехаон в одиночку — это одно, но столкнуться с маркизом Роадом, главой Ассоциации Магов, было серьёзным испытанием даже для него. Он собрался с духом.

Увидев напряжённое лицо Рузефа, Ванесса прошептала в отчаянии:

«П-Пожалуйста, бросьте меня и просто бегите, Архиепископ. Я... я бесполезна для вас... обуза для мисс Маргарет и для вас».

Взгляд Рузефа скользнул к ней.

«Бесполезна».

Слово, которое преследовало его на острове.

И слово, которое преследовало его всю дорогу до сана Архиепископа.

Риннехаон всегда считал, что Рузеф получил всё без усилий, что он родился с этим, что за ним стоит его семья.

«Ты — гордость нашей семьи, так что держись. Будь лучшим, я не потерплю, чтобы ты отставал от других священников».

Рузеф родился и вырос в семье Диферде, поколения которой давали архиепископов и пап. И граф Диферде всегда подталкивал Рузефа идти по их стопам.

Будто его существование ничего не стоит, если он не станет лучшим.

Его мысли охладились. Сердце, бешено колотившееся в груди, постепенно успокоилось. Напряжение ушло, и разум начал работать рационально.

Глядя на маркиза Роада, рисующего магический круг, и Риннехаона, готовящегося выпустить божественную силу, Рузеф сказал Ванессе:

«Никто в этом мире не бесполезен. Вы дороги для юной леди Флонэ — вы ценны для тех, кому важны уже просто своим существованием».

Не оглядываясь на Ванессу, он вытянул правую руку в сторону. Звёздный свет в его ладони закружился, затем обвил его руку, формируя острое длинное копьё.

Рузеф взмахнул копьём из чистого белого света и принял боевую стойку.

Тихо сказал Ванессе:

«Отойдите. Я защищу вас».

Море всё ещё было неспокойным.

Диего стоял на носу военного корабля, держа в руках подзорную трубу, а Марсель находился рядом.

Сквозь туман виднелись остатки разрушенного острова Алеа. Сам остров был слишком велик.

Диего с тревогой смотрел на расколотый остров. Издалека он казался совершенно непримечательным.

«Вы были заперты там?» — сердито спросил Марсель.

Диего, скрестив руки и сохраняя серьёзное выражение лица, бросил взгляд на брата.

«Они исказили пространство и время, чтобы остров был невидим для проходящих кораблей».

Как и сказал Диего, необычно рассеянный вокруг острова туман доказывал, что магия всё ещё сохраняла здесь своё влияние.

«Есть ответ от Его Высочества? Думаю, мы сможем проникнуть на остров, если немного ускоримся».

Диего покачал головой на вопрос Марселя. Он взял у него подзорную трубу и снова осмотрел остров.

Они потратили слишком много времени на поиски острова и способа проникнуть на него. Теперь, когда путь был найден, оставалось лишь высадиться и закрепить доказательства.

Но Энок до сих пор не дал добро. Связь с ним прервалась прошлой ночью.

«Приказ был — найти остров и захватить его до того, как Пионовый Цветок что-либо предпримет».

Диего на мгновение заколебался, затем принял решение.

«Идём внутрь».

По команде Диего Марсель отдал приказ о высадке.

— Бум! Бум!

Длинный шлейф красного дыма взмыл в небо. Он явно шёл с суши. Вскоре он превратился в огромное пламя, охватившее небо.

«Что... что это?!»

Марсель уже собирался отдать приказ о высадке, когда в панике поднял голову.

Диего уже видел это пламя раньше.

Там, на острове Алеа.

Диего резко развернулся к Марселю и отменил приказ.

«Стойте, будем ждать здесь. Дождёмся прибытия кронпринца».

Если Маргарет здесь, то, скорее всего, с ней и Энок.

«Что? Что ты имеешь в виду? Ты знаешь, что это за пламя?»

«Это сигнал леди Флонэ».

«Погоди, леди Флонэ...? Что, благородная дама подаёт такие сигналы? Нет, главное — как она здесь оказалась и откуда ты это знаешь?»

Вопросы Марселя сыпались градом, но Диего не стал давать развёрнутых ответов, лишь коротко распорядился:

«Объясню, когда прибудет Его Высочество. Разворачивайте корабль».

Сидя на песчаном пляже, мы слушали, как Юанна рассказывала о межпространственном разломе.

О том, как тысячу лет назад в измерении появилась трещина, которая постепенно начала расширяться.

«Разлом, вызванный чрезмерным использованием магической и божественной силы... интересно», — заметил Энок.

И это действительно было интересно.

Это мир магии и божественной силы, и зависимость людей от них велика.

Когда люди болеют, они идут не к врачам, а к жрецам. Большинство достижений общества и технологий также основаны на магии.

Естественно, это привело к росту и коррупции Ассоциации Магов и Святого Престола, которые обладали этой силой.

Дженэс использовал эту социальную структуру и желания людей, чтобы управлять Пионовым Цветком более тысячи лет.

Согласно находкам Юанны в Святом Престоле, межпространственный разлом также был вызван злоупотреблением этой силой.

«Если это правда, то, возможно, этому миру было бы лучше без магии и божественной силы», — пробормотал Артдал, слушая рассказ Юанны.

Действительно, одной из целей плана Дженэса по созданию разлома было уничтожение всей магии в этом мире.

Конечно, его идея о том, чтобы высосать ману у всего мира, чтобы контролировать её самому и править всеми, была безумной.

«Есть ли способ закрыть разлом?» — спросил Энок.

Юанна кивнула. «Я могу его закрыть».

«Как?» — удивилась я.

Она горько улыбнулась. «Если разлом — это побочный эффект злоупотребления силой, то лучше всего избавиться от неё».

«Разве это возможно?»

«Да. Я могу. Моя божественная сила особенная. Вы слышали обо мне — святая, появившаяся раз в сто лет. Думаю, я родилась для этого».

Юанна посмотрела на каждого из нас, словно делая важное заявление.

«Моя сила не только исцеляет, но и очищает, и её мощь больше, чем вы думаете».

Сила очищения... Именно поэтому Юанна была в списке подопытных? Если подумать, Дженэс считал её особенной. Первая за сто лет святая.

«Ах да, Маргарет, я прочитала твоё письмо», — продолжила она. — «О магическом камне, который создал Дженэс для мира без магии. Уничтожь его сама. Не думаю, что смогу его контролировать».

Одна мысль о Дженэсе вызывала головную боль. Я потёрла виски и спросила:

«Но какой бы великой ни была божественная сила, если её использует один человек, разве за это не придётся платить? Это же не обычная сила».

Юанна ярко улыбнулась в ответ.

«Мне нравится, когда ты беспокоишься обо мне, Маргарет».

«Не шути».

«Не спрашивай. Это ничего не изменит, ведь у нас нет альтернативы».

Её слова сжали мне сердце. Отказ говорить настораживал ещё больше. Говорят, большая сила — большая ответственность.

Заметив моё беспокойство, Юанна взяла меня за руку.

«Не о чем переживать, обещаю».

Были ли эти слова пустыми или нет, я узнаю только тогда, когда всё произойдёт.

В этот момент Энок указал на Ынджи у меня на плече.

«А что будет с Ынджи? Если магия исчезнет, исчезнут ли монстры в этом мире...»

«Все монстры исчезнут».

«Что?!»

«Но насчёт Ынджи я не уверена. Она проглотила магические камни. Я слышала, что они сохраняют силу даже после закрытия разлома».

«Ты же понимаешь, что мана в наших телах — как воздух? Когда открывается межпространственная дверь, она разрушается. Обычные люди не могут использовать свою ману, потому что её поток нарушен. Думаю, они хотели сохранить силу, чтобы контролировать это».

«Этот магический камень управляет потоком нарушенной маны, и они планировали использовать его, чтобы править континентом, пока остальные не смогут до него дотронуться. Пока не поняли, что эксперимент провалился».

Я кивнула, вспоминая слова Кайдена.

«Верно».

Услышав это, я снова забеспокоилась о том, что Ынджи проглотил только семь камней. Хорошо бы, если бы он съел остальные, которые, предположительно, украл архиепископ Риннехаон.

«Проблема не в Ынджи, а в Маргарет».

«Во мне?»

«Твоя мана течёт не так, как у нас. Ты — душа, пересекшая измерение».

Сказав это, Юанна посмотрела на меня с болью в глазах.

«Она была единственной на острове Алеа, кто мог использовать ману. Система, созданная Анатой для острова, на неё не действовала. Возможно, моя сила очищения тоже не сработает».

Пока Юанна говорила, я вдруг вспомнила, как моё тело реагировало, когда Пионовый Цветок использовал камни. Когда в небе появлялся разлом, мне было мучительно больно, словно тело отзывалось на него.

«Разве это не хорошо? Значит, леди Флонэ останется с маной», — спросил Артдал.

Юанна на мгновение смутилась.

«Нет... Это значит, что разлом нельзя будет закрыть, а этого и хотел Дженэс».

Всё это время я думала. Мне нужно пересечь измерение. Но теперь пришло время для конкретных выводов.

Почему я? Если бы я не пересекла измерение во время эксперимента и не жила в Корее, мне не пришлось бы идти на жертвы.

Нет. В противном случае мы все погибли бы на острове. Кроме того, разве Юанна не пожертвовала собой, чтобы спасти нас?

Я твёрдо посмотрела на Юанну.

«Я понимаю. Ты сделаешь свою часть до конца. Я сделаю свою, и мы все устроим Дженэсу настоящую взбучку».

Тут Артдал спросил, что такое «взбучка». Я отвела взгляд, не желая объяснять, как вдруг Энок схватил меня за руку.

Он сжал её слишком сильно. Было больно, но я не подала виду. Его лицо выражало отчаяние.

«Ни за что».

«Ни за что?»

Я удивлённо переспросила, но выражение лица Энока было непоколебимым.

«Ты снова хочешь пожертвовать собой. Ты всегда так».

«Мы все идём на жертвы».

Разве Юанна не сказала только что, что жертвует собой? Она не говорила этого прямо, но её жертва была очевидна. И Кайден жертвует собой, удерживая Дженэса в своём теле.

«Энок, нет ничего важнее выживания. И если выбирать между жертвой многих и жертвой одного, ответ очевиден».

Сначала все должны выжить, а всё остальное — потом.

Услышав мой ответ, Энок сжал губы, словно злясь.

В этот момент перед нами возник огромный магический круг, и один за другим появились маги из Башни.

Юанна и Артдал, наблюдавшие за нами, поспешили отойти.

Мы с Эноком остались сидеть лицом к лицу в тишине.

«Если нет ничего важнее выживания, почему ты готова пожертвовать собой?»

Энок задал этот вопрос после долгого молчания. Он медленно поднял руку и коснулся моей щеки.

«Что бы ты ни задумала, я сделаю это вместо тебя».

«Ты не можешь».

Я схватила его за руку. Я никогда не смогу смотреть, как Энок жертвует собой ради меня. Никогда.

«Почему? Маргарет, почему тебе можно жертвовать, а мне нет?»

Он смотрел на меня с непониманием.

«Я отдам жизнь за тебя, потому что ты для меня важнее, чем моё собственное выживание».

Меня вдруг осенило: я слишком много думала об Эноке.

С каких пор я влюбилась в него?

Я поняла, что это не мимолётное чувство и не эффект подвесного моста.

Медленно, как краска в воде, как одежда под мелким дождём, я начала любить Энока. Настолько, что не могла позволить ему жертвовать собой.

С того момента, как я очнулась на острове? Или когда он впервые защитил меня от монстра? Или когда бродил по лесу, полному чудовищ, в поисках меня? Или когда я под предлогом искушения поцеловала его?

Когда я поняла, что он любит меня, даже зная, что я Ли Джинжу, даже зная, что я Маргарет, которая когда-то была с ним жестока?

Или когда он признался мне под лунным светом перед тем, как мы вошли в хижину Дженэса?

«Как ты сказала, это может быть временное чувство, вызванное обстоятельствами. Ты можешь отрицать это, но это не отменяет времени, проведённого вместе».

Человек, который не решался говорить о своих чувствах, боясь обременить меня. Энок. До сих пор он терпеливо ждал, не навязывая своих эмоций.

И даже сейчас, без колебаний, он говорит, что моя жизнь важнее его выживания.

Но на этот раз жертва кроме моей бессмысленна. Я не хочу, чтобы Энок шёл на бессмысленную жертву ради меня.

Поэтому я не могу принять его чувства, как бы сильно ни любила его.

«Энок, у тебя нет причин отдавать жизнь за меня. Ты слышал Святую — это то, что должна сделать я».

==

Русс.п.: "Tentationem" (лат.) – это винительный падеж от "tentatio", что переводится на русский как "искушение" или "испытание".

Когда Энок услышал мои слова, его лицо исказилось от боли. Он выглядел безнадёжным, будто ему вынесли смертный приговор.

Но мне больше нечего было ему сказать. Я должна собраться с мыслями, чтобы следовать своей судьбе.

Я только что осознала росток чувств, проросший в моём сердце, и теперь мне предстояло вырвать его с корнем. Слёзы подступали к глазам. Я нахмурила брови, сдерживая ком в горле. Несколько раз сглотнув, я наконец открыла рот:

«Не люби меня».

Как только я пересеку измерение, обратной дороги не будет. Поэтому я не могу безответственно говорить с ним о любви.

Энок посмотрел на меня, будто ожидал такого ответа, затем резко наклонил голову и ответил:

«Это моё решение, Маргарет. Я не собираюсь навязывать тебе свои чувства, поэтому прошу оставить это как есть».

Я закрыла рот, не в силах возразить. Внезапно мне вспомнились слова Кайдена:

«Но Маргарет, какие бы причины ни стояли за моим интересом к тебе — это мои чувства, и решать мне. Твоё предостережение звучит немного самонадеянно».

Что я тогда подумала?

«Надеюсь, они не пожалеют о своих словах, когда встретят главную героиню».

И что же случилось потом? Пожалел ли Кайден о своих словах?

Я не знаю. Возможно, Энок тоже пожалеет, когда меня не станет.

«Я сделаю всё, что в моих силах. Я верну Кайдена».

«Если ты так решила…»

Он замолчал, его лицо выглядело усталым и опустошённым. Тень легла на его черты.

«Если ты так сказала, то кто я такой, чтобы спорить? Я уважаю твой выбор, каким бы он ни был. Кроме одного — когда ты говоришь мне не любить тебя».

Я не могла ответить — вид его подавленности разрывал мне сердце ещё сильнее.

Энок медленно провёл рукой по моим волосам, изучая моё мрачное лицо.

«Я же говорил — я буду снова и снова протягивать тебе руку».

«Я буду держать тебя за руку снова и снова. Так что делай, что должна, а я подожду».

Я крепко прикусила нижнюю губу.

Почему я только сейчас осознала свои чувства к нему?

Но если я поддамся и скажу ему правду, это откроет путь к ещё большему аду. Я решила унести свои чувства к нему в могилу.

В этот момент Артдал и Юанна, которые приветствовали магов и имперских солдат вдали, снова подкрались к нам. Артдал упёр руки в боки и сказал:

«Может, вы двое присоединитесь к нам, а поговорите потом? Думаю, пора отправляться на остров».

С этими словами я встала. Энок взял меня за руку и помог подняться, его выражение лица было суровым, но полным нежности.

«Спасибо».

Артдал почесал щёку, наблюдая за нашей странной атмосферой, затем скривился, как сломанный робот, не зная, оставить нас или нет.

«Что это за настроение?»

Юанна наклонила голову, глядя на Артдала, который не мог скрыть своего недоумения.

«Кстати. Ты говорила, что на острове есть автоматическое взрывное устройство. Мы точно можем идти?»

«Думаю, сначала стоит посоветоваться с сэром Диего — он, наверное, знает об острове больше всех здесь».

Тут к нам подошёл один из имперских солдат, готовившихся к отправке на корабль. Это был Ноэль. Он почтительно поклонился Эноку, прижав кулак к груди.

«Видеосвязь через сферу от сэра Диего».

Он поднял прозрачный стеклянный шар в руке. При наполнении маной он показывал изображение человека, связанного с координатами.

Внезапно я осознала: когда мана исчезнет, все эти вещи станут бесполезны.

«Наступит хаос».

Но это всё равно лучше, чем мир под властью Дженэса.

Энок положил руку на сферу, и внутри неё начал формироваться белесый туман. Через мгновение туман рассеялся, открыв лицо Диего. Я не видела его давно.

[Во имя света Лэнгриджа. Приветствую, Ваше Высочество.]

Диего приветствовал Энока. Моё сердце сжалось от облегчения при виде его.

«Слава Богу, ты в порядке».

Они с Марселем выглядели невредимыми в сфере. Похоже, атаки не было.

«Прежде всего, нам стоит повременить с высадкой на остров. Согласно журналу магических экспериментов Дженэса, там установлено автоматическое взрывное устройство, и если он рядом, мы не знаем, когда оно сработает».

Пока я говорила, Энок добавил:

«Но у меня вопрос. Если Аната создала это устройство, почему она не использовала его, когда мы сбежали, а воспользовалась кулоном Дженэса?»

Воцарилось молчание.

Он прав. Зачем создавать автоматическое взрывное устройство? Чтобы уничтожить улики?

В журнале лишь говорилось, что Аната его разработала, но не зачем.

А что, если устройство предназначено для чего-то другого, а не для острова?

«На острове всё ещё хранится мана, копившаяся тысячу лет…»

Меня охватило отчаяние от осознания, что всё это — лишь догадки.

«Полагаю, мы узнаем это, только когда встретим Дженэса, чёрт побери».

Я выругалась и схватилась за волосы.

«Дженэс на острове?» — спросила Юанна, глядя на меня.

Энок молча кивнул, осматривая окрестности. «Если его до сих пор не видели, возможно».

На мгновение воцарилась тишина. Диего и Марсель в сфере молча слушали, ожидая приказа.

«Тогда вот что мы сделаем: ещё раз осмотрим окрестности, и если не найдём его, отправимся на остров. И нам нужно найти епископа Рузефа».

Все кивнули на слова Артдала, и по приказу Энока солдаты и маги начали движение.

Поиски в южных водах Лэнгриджа начались всерьёз.

Энок вернулся с разведчиками к пристани, где ждали Маргарет, Юанна и Артдал.

Пока они осматривали воды, Ынджи сполз с плеча Маргарет и принял человеческий облик. Артдал, стоявший рядом, ахнул от изумления.

«Чёрт возьми, что это?!»

«Ынджи — это Ынджи!»

Он воскликнул, вцепившись в ногу Маргарет. Артдал и Юанна уставились на ребёнка в шоке.

Несмотря на белое платье, это явно был мальчик.

Маргарет нервно почесала щёку и подняла Ынджи, не в силах вынести реакцию Артдала.

«Я говорила — Ынджи эволюционировал. Теперь он может превращаться в человека».

Ынджи оказался тяжелее, чем ожидалось, и Энок быстро взял его из рук Маргарет. Артдал выглядел озадаченным.

«Как монстр может стать человеком?»

Маргарет пожала плечами.

«Ты же сам говорил — Ынджи запечатлел меня, и его аура отличается от обычных монстров. Он эволюционирует каждый раз, когда съедает магический камень, и, думаю, это их эффект».

«А… Понятно… Хм. Но то, что он может стать человеком, всё равно удивительно».

Артдал почесал щёку в недоверии, затем подошёл к Ынджи в руках Энока.

Маргарет хлопнула в ладоши, привлекая внимание.

«Давайте прекратим болтать и сосредоточимся на поисках. Ынджи, иди к твоей онни».

«Да!»

Ынджи потянулся к Маргарет, но Энок не отдавал его.

«Я не хочу, чтобы Маргарет напрягалась».

«Что?»

«Тебе нравится, когда твоя онни страдает?»

«Нет…»

«Тогда потерпи».

«Я потерплю. Ынджи снова станет змеёй! Змеи не тяжёлые!»

С этими словами он превратился обратно в змею и подполз к Маргарет. Он поднял голову, высунул язык и наклонился, словно прося взять его на руки.

Энок вздохнул, но Маргарет улыбнулась и посадила его на плечо. Артдал заболтал без умолку, пытаясь привлечь внимание Ынджи, но в змеином облике тот не мог ответить.

Наблюдая за этим, Энок тихо подозвал Юанну.

«Можно на слово? У меня вопрос».

Юанна посмотрела с Маргарет на Энока, затем кивнула и отошла с ним.

Она бросила взгляд на спортивную троицу у пристани и повернулась к Эноку.

«В чём дело?»

Энок стоял с каменным лицом, не выдавая мыслей. Он всегда был сложен для чтения.

Наконец, он заговорил спокойным тоном:

«Если Маргарет пересечёт измерение… что с ней будет потом?»

Юанна ожидала этого. Конечно, он хотел поговорить только о Маргарет.

Никто прямо не говорил, что Маргарет должна уйти. Но кроме Артдала, Юанна и Энок знали правду.

«После этого… я не знаю».

«Ты хочешь сказать, она может умереть?»

«……»

«Ха… Но как… как ты допустила такой выбор…»

«Ты же знаешь — выбора не было».

В ответ на её резкость Энок разозлился:

«Маргарет спасла тебе жизнь! Как ты могла заставить её сделать такой жестокий выбор?»

Конечно, Энок знал, что Юанна тоже спасла Маргарет, что их долги взаимны, и что вины Юанны здесь нет.

Но, как идиот, он обвинял её.

«…Прости, это был срыв».

«За что извиняться? Это правда. В конце концов, ты же джентльмен, Ваше Высочество Кронпринц».

Юанна говорила ровно, затем взглянула на Маргарет. Энок последовал за её взглядом и после паузы сказал:

«Я хочу попросить тебя об одолжении».

Услышав это, Юанна широко раскрыла глаза.

«Ты серьёзно?»

Энок молча кивнул.

«Леди Флонэ!»

Раздался крик Артдала. Началась суматоха.

Энок и Юанна бросились к Маргарет, не понимая, что происходит. Та стояла с ракетницей, направленной на человека в конце пристани.

К их удивлению, это был Кайден.

Но его поза, взгляд, полный холодного безумия, тёмно-красные глаза — всё выдавало в нём Дженэса.

Осознав это, Энок резко оттянул Маргарет за себя. Его сердце бешено колотилось. Разум улетучился при мысли потерять её прямо перед глазами.

Он достал меч и направил на Дженэса, а тот рассмеялся.

Он окинул взглядом окружение Маргарет и вздохнул.

«Маргарет, я ждал тебя здесь. Что это за свита?»

«Если собрался нести чушь — просто заткнись».

Естественно, Маргарет парировала его тут же.

Рузеф тяжело дышал. Его собственное дыхание казалось необычайно громким в ушах.

— Хах...

Он задыхался, вытирая пот, стекающий с висков и капающий с подбородка. В отличие от залитого кровью Рузефа, маркиз Роад и Риннехаон выглядели почти невредимыми.

Рузеф перехватил копьё в руке. Ловким движением он парировал столб огня, брошенный маркизом Роадом, затем развернулся, чтобы блокировать удар копья Риннехаона.

— Чанг!

Риннехаон скривился от досады, скрестив копья с Рузефом.

— Почему ты просто не сдашься? Я буду милосерден и убью тебя быстро.

Рузеф крутанул копьём и принял стойку, хрипло ответив:

— Это мне следует говорить.

Риннехаон внешне не был ранен, но его истощение было очевидным.

Священники не могут использовать свою силу исцеления на себе. Их способности ещё более ограничены, когда они применяют божественную силу для атак и убийств.

Маркиз Роад начертил магический круг, и из-под ног Рузефа вырвались цепи, сковывая его. В тот же момент Риннехаон ринулся вперёд с копьём наперевес.

— Угх!

— Архиепископ!

Пронзительный крик Ванессы раздался в воздухе, когда Рузеф, получив глубокую рану в бок, сдавленно застонал и отступил.

Риннехаон, не упустив момент, занёс копьё для удара в спину.

— Бам!

Острый клинок внезапно возник из ниоткуда, блокируя удар.

— Какого чёрта?

Риннехаон резко обернулся и увидел рыцаря с тёмно-каштановыми волосами. Его плащ украшал герб Имперской армии Лэнгриджа, а доспехи указывали на принадлежность к Императорской гвардии.

— Архиепископ, вы в порядке? Какого чёрта вы здесь одни?!

Диего проверил состояние Рузефа, затем отбросил копьё Риннехаона. Марсель бросился вперёд, прикрывая Рузефа, и отразил атаку маркиза Роада.

Братья прикрыли его с двух сторон, в то время как имперские войска окружили Риннехаона и маркиза.

Рузеф указал на Ванессу, дрожащую за его спиной, испачканную кровью, но невредимую.

— Она горничная леди Флонэ. Защитите её.

Затем он снова бросился к Риннехаону, размахивая копьём.

Риннехаон блокировал атаку, но его силы были на исходе.

Маркиз Роад, наблюдавший за схваткой, цокнул языком и создал под ногами магический круг.

Когда он начал активировать портал, Диего и Марсель бросились к нему, но было уже поздно. Вспышка света — и маркиз исчез.

Риннехаон, скрестивший копья с Рузефом, в замешательстве обернулся на пустое место.

— У-ух!

Копьё Рузефа пронзило его живот.

Рузеф провернул клинок в ране и, глядя в лицо Риннехаона, произнёс:

— Ничто в этом мире не даётся без усилий, Риннехаон.

Сколько раз он страдал и терпел, чтобы не стать бесполезным?

Лицо Риннехаона исказилось, губы дёрнулись. Он пытался что-то сказать, но лишь кровь хлынула изо рта.

В конце концов, он закрыл глаза, так и не произнеся последних слов.

Рузеф разжал руку — копьё исчезло в вспышке света, а тело Риннехаона рухнуло на землю.

Марсель помог Ванессе подняться, а Диего поддержал Рузефа:

— Что, чёрт возьми, произошло?

Рузеф подошёл к телу Риннехаона и, обыскав его, нахмурился.

— Он бежал сюда с оставшимися магическими камнями, но их нет. Значит, маркиз забрал всё.

— Магические камни? Принц упоминал о них. Сколько осталось?

— Похоже, маркиз унёс семь, — ответил Рузеф, доставая из кармана один неровный, невзрачный камень.

— Я успел взять один.

Маргарет говорила: магические камни нужно уничтожать сразу. Оставлять их опасно.

«Её змея получает силу, уничтожая их...»

— Нужно как можно скорее передать этот камень леди Флонэ.

Он спрятал камень обратно в карман.

Южные воды Лэнгриджа, за пять часов до встречи с Маргарет.

Дженэс стоял на утёсе над бушующими волнами и смотрел на море.

Остров Алея отсюда не был виден. Чтобы добраться до него, потребовался бы корабль.

Он оставил Маргарет сообщение во дворце Флонэ — найти его на Алее, затем отправиться на южное побережье через портал. Теперь он ждал рассвета.

Достав карманные часы, Дженэс проверил время.

— Скоро должен прибыть маркиз Роад.

Кейден не ответил на его слова, и Дженэс спросил напрямую:

[В чём дело, потомок? Ты правда хочешь умереть вот так? Я не против, но мне... неловко.]

«Я размышляю.»

Вопреки ожиданиям, Кейден ответил. Видимо, он ещё не впал в полную спячку. Или готовился к ней.

Дженэс не понимал этого. Спячка для дракона — смерть. Если Дженэс захватит тело, Кейден не сможет вернуться.

Он помнил ярость в глазах дракона, его жажду мести дому Роад. Как такой пылкий дух мог сломаться так быстро?

«Но его психика уже на грани. Что ж, мне это на руку.»

[Потомок, это из-за Маргарет?]

На этот раз ответа не последовало.

— Лорд Дженэс.

Он обернулся. Перед ним стоял маркиз Роад, его лицо запачкано кровью.

И в этот момент Кейден отреагировал.

Ярость, направленная на маркиза, едва не вырвалась наружу.

Дженэс сузил глаза. Чтобы полностью захватить тело, нужно было восстановить ману с помощью магических камней.

— Камни.

Маркиз достал потрёпанный мешочек из складок мантии.

Его глаза помутнели, когда он сжал его в руке.

Магические камни подчиняют разум желаниям владельца. Длительное воздействие делает этот эффект необратимым.

Пересчитав камни (семь штук), Дженэс нахмурился.

«Змея Маргарет съела около пяти... Три она получила на приёме? Значит, один потерян?»

— Это всё? Семь?

Маркиз Роад с недоумением посмотрел на вопрос Дженэса, так как не осознавал, сколько магических камней тот забрал у Риннехаона.

«Э-э, да. Возможно, остальные были потеряны в замке Флонэ».

Дженэс нахмурился, разглядывая магические камни.

В конце концов, только он один мог использовать их в полной мере. К тому же Маргарет говорила, что её змея уничтожила камень, проглотив его.

...Но что, если змея не уничтожила его, а поглотила, как это делает он сам?

«Если это так, мне придётся сначала убить эту змею».

Поглаживая подбородок, Дженэс задумался, затем поглотил магический камень в своей руке.

Слабый голубой свет, исходящий из его ладоней, постепенно окутал всё его тело и засиял. Внутри тела Кейдена души Дженэса, разбросанные, как песчинки, начали сливаться воедино.

Хаа...

Дженэс раскрыл руки и вдохнул воздух.

Вот каково это.

Вот каково это — иметь настоящее тело.

Его силы ещё не восстановились полностью, но теперь он мог управлять телом Кейдена по своему желанию.

Дженэс повернулся к маркизу Роаду, который стоял перед ним на одном колене, и спросил с безмятежным лицом:

«Кстати, где Архиепископ Риннехаон? Ты же говорил, что он придёт?»

После захвата тела Кейдена Дженэс немедленно связался с маркизом Роадом. Именно тогда тот сообщил ему:

Если случится худшее, отправляйся к южным водам Лэнгриджа со всеми магическими камнями Архиепископа Риннехаона.

«Он мёртв».

«Мёртв?»

«Один из выживших настиг его. Архиепископ Рузеф, я имею в виду. В процессе схватки...»

«И этот Архиепископ Рузеф тоже мёртв?»

«...У него было подкрепление. Похоже, это были Императорские гвардейцы».

«Ха. Неважно».

Дженэс раздражённо махнул рукой, прерывая его, и маркиз Роад смущённо опустил голову. Дженэс на мгновение задержал взгляд на его голове, затем произнёс резко, словно его осенила идея:

«Есть кое-что, что ты должен для меня сделать».

«Приказывайте».

«Когда я подам сигнал, ты войдёшь на остров Алеа».

«Просто войти? Подготовить магов...»

«Нет, забудь об этом. Просто войди».

Маркиз Роад в замешательстве наклонил голову, не понимая чёткого приказа Дженэса.

Когда Аната проектировала экспериментальный остров, она предусмотрела запасной план на случай провала. Помимо системы искажения пространства-времени, она установила автоматическое взрывное устройство. Остров должен был взорваться, если его обнаружат посторонние, чтобы уничтожить улики.

Дженэс собирался забрать оставшуюся ману с острова. Затем он планировал заманить выживших с экспериментального острова, чтобы убить их всех разом. Конечно, кроме Маргарет.

«Я войду на остров и заберу ману, которую мы собирали, а ты останешься здесь и будешь ждать сигнала».

Он сказал Маргарет, что на острове Алеа могут быть ещё магические камни, но это была лишь ложь, чтобы заманить её туда.

Её душа была нужна ему так же сильно, как и вся мана, собранная за тысячелетия.

«Вы отправитесь туда на корабле? Я могу подготовить...»

«Ха... Давай-ка подумаем. Как, по-твоему, подопытные попадали на остров тысячу лет?»

Дженэс вздохнул, а маркиз Роад с любопытством посмотрел на него.

«На острове есть "дверь". Только я знаю её координаты».

Услышав объяснение, маркиз Роад наконец понял.

«Можешь идти».

Маркиз Роад кивнул и поспешно удалился. Как приказал Дженэс, он должен был подготовить корабль для отправки на остров Алеа.

Дженэс взглянул на небо, оценивая время. Маргарет последует за ним, как только разберётся с делами в замке Флонэ.

Теперь самое время.

Пора идти за ней.

Душа из другого измерения. Она — его последний ключ. Если он сможет удержать её рядом, разрушенное измерение никогда не будет восстановлено.

Дженэс вспомнил лицо Маргарет, искажённое ненавистью, когда она сказала, что хочет убить его.

Мысль о том, как её лицо покроется слезами, когда она будет умолять его о пощаде, вызвала у него дрожь возбуждения. Он не смог сдержать лёгкого напева.

Южное побережье Лэнгриджа.

Дженэс стоял на пристани, глядя на нас с таким благодушием, будто бог, взирающий на смертных.

Я не знала, откуда и как он появился. Это невозможно без магии.

«Тогда что, если... он уже получил магические камни?»

Я вспомнила о пропавшем камне с Риннехаоном. Если это правда, значит, Дженэс уже восстановил часть своей силы.

А что насчёт Кейдена?

Мои мысли помутнели, и снова в ушах раздался голос Дженэса.

«Отдайте мне Маргарет. Я позволю вам всем жить», — сказал он, звуча почти милосердно.

Он снова пытается взять меня в заложники?

«Не смеши», — резко ответил Энок. Без тени сомнения.

Дженэс приподнял бровь и уставился на него.

Я навела на него ракетницу и спросила:

«Что тебе от меня нужно?»

Дженэс посмотрел на меня.

«Я защищу тебя».

«Ты лжёшь».

«Я говорю правду. Ты нужна мне».

«Куда мы идём?»

«На остров Алеа».

«Зачем? Какова твоя цель?»

«Достаточно вопросов».

Опять. Он отвечает, но уклоняется от самого важного.

Я задумалась над его словами.

Мы отправляемся на остров Алеа...

Даже с автоматической взрывчаткой, если Дженэс на острове, он не станет его уничтожать. Кто-то должен остановить его. Кроме того, внутри него — Кейден.

Я колебалась, затем посмотрела на Энока.

«Нет».

Энок сразу же выразил неодобрение взглядом. В этот момент Юанна, до сих пор молча наблюдавшая за происходящим, твёрдо сказала:

«Я согласна с Его Высочеством. Нет».

Артдал тут же поддержал её:

«Само собой, нельзя. Ты ведь понимаешь ситуацию?»

Дженэс устало вздохнул. Он топнул ногой.

«Ладно, как хотите. Всё равно я собирался превратить этот остров в могилу для всех вас».

Чистый белый свет распространился от его ног и вскоре покрыл всю пристань. Вдалеке я увидела, как рыцари и маги, проводившие разведку, бросились к нам.

Некоторые из ближайших рыцарей присоединились к нам, оказавшись в радиусе магического круга Дженэса.

Огромный круг, начертанный у его ног, начал светиться. Он был похож на портал, но гораздо больше.

Дженэс усмехнулся нам. Он щёлкнул пальцами.

«Давайте вернёмся вместе. На наш остров».

Хорошо, даже лучше. Вернёмся на этот проклятый остров. Он станет твоей могилой.

Я в последний раз бросила на Дженэса ненавидящий взгляд и закрыла глаза от вспышки белого света.

Остров Аната, взорванный с помощью кулона, представлял собой хаотичное зрелище — частично затопленный, с рушащимися участками.

Южный остров Алеи остался относительно целым, но на Северном острове почти не осталось устойчивой земли, кроме территории вокруг хижины.

Хижина Дженэса тоже была неузнаваема, хотя «дверь» в неё по-прежнему стояла нерушимо.

Лёгкий ветерок обдувал дверь. Через мгновение изнутри вспыхнул свет, и с грохотом дверь распахнулась.

Из проёма вышел человек, небрежно шагая.

Это был Дженэс — тот, кто захватил тело Кейдена.

За ними люди рухнули на землю, словно мешки с товаром.

Энок, перекатившись по земле с Маргарет в объятиях, мгновенно вскочил на ноги, всё ещё прижимая её к себе.

Тяжёлый воздух давил на них.

Алея — остров, где время и пространство были искажены на протяжении тысячи лет. После взрыва искажённые линии начали возвращаться к норме, но воздух здесь всё ещё отличался от внешнего мира, будто отголоски тысячелетия не исчезли.

Мана внутри их тел ощущалась тяжёлой, словно пропитанная водой вата. Похоже, группе потребовалось время, чтобы привыкнуть к этому ощущению.

Маргарет проверила Ынджи, которая изо всех сил цеплялся за её плечо. К счастью, он был невредим, но смотрела на Дженэса с яростью, хлеща хвостом по земле.

— Давно не виделись, а? Я скучал по вам, — Дженэс развёл руки в стороны, будто собирался обнять весь мир.

В отличие от растерянной группы, он казался расслабленным, даже лениво улыбался.

Несколько имперских рыцарей, пришедших в себя, обнажили мечи и бросились на Дженэса, но не успели сделать и шага, как оказались запечатаны в магических кругах у своих ног.

— Глухой удар.

Прозрачный барьер сформировался вокруг кругов. Рыцари били по стенам, словно звери в клетке.

Маргарет моргнула, ошеломлённая увиденным.

Дженэс использовал магию - она подозревала это с момента активации портала.

— Вы даже не представляете, как я ждал этого момента. Теперь я могу использовать магию свободно.

Дженэс топнул ногой, и под каждым из них начал формироваться магический круг. Энок, отброшенный от Маргарет силой магии, оказался запечатан в круге рядом с ней.

Но он не сдавался. Даже запертый внутри, он ударил мечом по прозрачному барьеру, тянущемуся в небо. Жёлтый поток энергии обвил клинок, и барьер треснул, словно волна, разбивающаяся о скалу.

Дженэс приподнял бровь и бросил взгляд в его сторону.

— Как и ожидалось, расслабляться нельзя.

Он щёлкнул пальцами, и барьер вокруг круга Энока удвоился, затем утроился.

Маргарет, запертая в своём круге, била кулаками по барьеру и сверлила Дженэса взглядом.

Тот усмехнулся и медленно подошёл к ней.

Увидев это, Маргарет быстро достала сигнальную ракетницу и нацелилась на него.

— Не сработает. Я вернул свою силу. И ты собираешься атаковать меня пулей, которую я сам создал? Гениально.

Челюсть Маргарет сжалась. Её морские глаза пылали ненавистью.

Дженэс наблюдал, как её лицо искажается от ярости, и чувствовал удовлетворение от того, что снова подчинил её.

— Жди здесь. Мне нужно кое-что найти. Когда закончу — выпущу. А теперь не мешай планам.

Но Маргарет не подчинилась.

Она заговорила твёрдо. Не к нему, а к Кейдену.

— Кейден. Я знаю, ты здесь.

……

— Что случилось с твоим желанием отомстить дому Роад?

Дженэс скрестил руки, наблюдая за ней с насмешкой. Будто говорил: «Ну-ка, дай послушать».

Группа, пытавшаяся разрушить печати, замерла, глядя на них.

……

— Это из-за меня?

Губы Маргарет дрогнули. Рука с ракетницей слегка тряслась — признак эмоционального потрясения.

Дженэс почувствовал колебание в ауре Кейдена внутри себя.

Но сейчас это уже не имело значения.

«Я связан проклятым контрактом, но ладно. Если Кейден впадёт в анабиоз, контракт аннулируется».

К тому же, теперь у Дженэса была магия. Достаточно произнести заклинание — и Кейден снова уснёт.

Но тут он снова услышал голос Маргарет.

— Если ты не хочешь этого… если ты хочешь просто исчезнуть вот так……

Её лицо исказилось от боли. Она смотрела на Дженэса с невыразимой тоской, затем продолжила:

— Я пойду этим путём с тобой. Но сейчас… просто вернись.

Но чуда не произошло. Кейден не вырвался из-под контроля. Дженэс пожал плечами и ухмыльнулся.

Маргарет сжала ракетницу. По телу пробежало леденящее предчувствие.

«Что, если Кейден не проснётся?»

Она опустила взгляд на магическое кольцо Артдала на своём пальце. Для их плана Кейден должен быть в сознании.

«А если после перехода через разлом Юанна не сможет его спасти?»

«Если Дженэс навсегда останется в его теле…»

От ужаса Маргарет зажмурилась.

«Проснись.»

Странная, пустынная тьма окутала Кейдена. Он лежал, свернувшись клубком, в кромешной темноте.

Голоса извне не доносились до него.

«Неужели я впаду в анабиоз?»

Как ни крути, он не мог полностью подавить Дженэса.

«Мне тебя не хватает, Маргарет.»

Всего день прошёл, а кажется, будто годы.

«Кейден. Я знаю, ты здесь.»

«Что случилось с твоим желанием отомстить дому Роад?»

И тут он услышал её голос.

Брови Кейдена дёрнулись в темноте.

«……Это из-за меня?»

Она спросила.

Конечно, Маргарет повлияла на него, но в конечном счёте это была его проблема.

Это он не хотел просыпаться. Не нашёл способа победить Дженэса.

И вдруг его осенило.

Он вспомнил все свои поражения. Как ни старался, не мог сбросить оковы Роадов.

Его называли гением века, но он не мог сравниться с Дженэсом — магом, превосходящим его. Чем больше он думал, тем беспомощнее себя чувствовал.

«Силой мне его не одолеть.»

Но голос Маргарет прорезал его мысли.

«Если ты не хочешь этого… если ты хочешь просто исчезнуть вот так……»

«Я пойду этим путём с тобой.»

«Просто исчезнуть» — значит умереть.

Но Маргарет сказала, что пойдёт с ним даже этим путём.

При этих словах Кейден молча открыл глаза. В неподвижной тьме возникла рябь.

Он медленно поднялся на ноги.

«Маргарет умрёт со мной?»

Он знал, что это не значит, что она испытывает к нему чувства. Та Маргарет, которую он знал, не стала бы так говорить.

Но факт оставался фактом.

В его жизни был один человек, готовый пойти с ним даже на смерть. И одного этого было достаточно, чтобы жизнь имела смысл.

Глаза Кейдена зажглись. В горле встал ком, жажда, которую невозможно утолить.

Его аура начала меняться — спокойствие сменилось яростью.

Дженэс первым ощутил аномалию.

[Решил проснуться сейчас?]

Кейден не ответил.

[Но, мой потомок, я же сказал — уже поздно.]

Дженэс оставался невозмутим. Он был хищником, получившим преимущество.

Его голос звучал иначе. Непреодолимая магия Дженэса давила на Кейдена.

Но пустынная тьма вокруг него медленно рассеивалась, словно поднималась завеса.

На фитиле, который он считал мёртвым, вспыхнула искра.

Желание.

Желание выйти за свои пределы.

Разве его жизнь не стоила того, чтобы жить? Теперь, когда он встретил её — яркий свет Маргарет.

Он хотел жить. Просто ещё не успел этим насладиться.

А для этого нужно было сокрушить эту великую стену — Дженэса.

Кейден стиснул зубы. Воздух вокруг него менялся, изменяя частоту магической силы, захваченной Дженэсом.

— Поздно, говоришь?

«Моя сила не превзойдёт Дженэса?»

«Неужели?»

……Нет.

Забавно, но Кейден никогда не сражался с Дженэсом по-настоящему — со всей силой, страстью, душой.

Он подавил смешок и пробормотал:

— Нет. Я просто ещё не начинал по-настоящему.

Сколько бы я ни ждала, Кейден не отвечал.

Дженэс, сверлящий меня взглядом, лишь пожал плечами.

«Не обольщайся, Маргарет. Мой потомок сейчас ничего не может сделать, кроме как впасть в спячку».

Я стиснула зубы, глядя на Дженэса. Наступила тишина.

Энок сидел, скрестив руки, внутри запечатанного магического круга, его поза была нехарактерно скованной. Он переводил взгляд между Дженэсом и мной.

Юанна наблюдала за ним, оценивая ситуацию. Я знала — она выжидала момент. Мы должны были дождаться, когда круг будет разблокирован, и подготовиться к закрытию межпространственного разлома.

Нам нужно было закрыть разлом, уничтожить магические камни и разобраться с Дженэсом. Было бы лучше, если бы у Дженэса остались камни. Тогда нам останется только устранить его, и всё.

Да. Прибытие на остров — это даже к лучшему. Проще придумать, как убить его в ограниченном пространстве.

Даже если на острове есть механизм самоуничтожения, Дженэс не активирует его, пока мы здесь. Нам нужно одолеть его здесь.

Я спокойно осмотрела округу.

Артдал сидел на корточках, внимательно следя за нашим разговором, а остальные рыцари стояли наготове, ожидая команды Энока.

Я снова посмотрела на Дженэса. За его спиной виднелись рухнувшие остатки хижины и лес.

На Северном острове осталось мало устойчивой земли. Вероятно, это было следствием того, что Аната приняла на себя удар, когда разрушила печать кулона, но всё равно удивительно, что территория в радиусе ста метров вокруг хижины уцелела.

Теперь, оглядываясь, я понимала — я снова на острове Алеа. Чёртов остров Алеа.

«Если это не то, чего ты хочешь, если ты хочешь просто исчезнуть...»

«Я пойду с тобой даже по этому пути. Но сейчас — просто вернись».

То, что я сказала ранее, было не просто так. Потому что это всё, что я могла предложить Кейдену сейчас.

Я повернулась к Дженэсу.

«Ты не знаешь Кейдена. Тот Кейден, которого я знаю, способен на всё».

Брови Дженэса дрогнули, будто он услышал неожиданный ответ. С неодобрительным видом он открыл рот, чтобы что-то сказать, но...

«Какого чёрта?»

Внезапно он пошатнулся, опустившись на одно колено. Он сжал руку на груди, скривившись, будто боролся с чем-то внутри себя.

«Дерзкий...!»

Дженэс скрипнул зубами. Он выдохнул резкий стон и выплюнул кровь. Ветер вокруг него изменился.

Во мне вспыхнула слабая надежда при этом зрелище. Я взглянула на Дженэса, который теперь стоял на краю барьера, едва держась на ногах.

Он опустил голову и на мгновение замер, но когда снова поднял глаза, атмосфера вокруг него изменилась полностью.

Я застыла, напряжённая, не двигаясь, лишь слегка нажав на спусковой крючок ракетницы, готовясь выстрелить в любой момент.

Лёгкий холодный ветерок развевал его серебряные волосы. Растрёпанные пряди спокойно улеглись на лбу, а красные глаза стали чёткими и ясными.

Он удивлённо уставился на меня, затем тихо позвал:

«...Маргарет?»

Я опустила ракетницу и ударила по прозрачному барьеру.

«Кейден!»

«Боже мой, господин! Вы вернулись!»

Артдал и остальные тоже удивились, подойдя ближе к барьерам магического круга, чтобы разглядеть Кейдена.

«Что случилось с Дженэсом? Он не мёртв, раз круг ещё не разрушен».

Артдал задал вопрос, но Кейден, похоже, не услышал его, не отрывая взгляда от меня.

Судя по произошедшему, он воспользовался моментом, когда Дженэс потерял бдительность.

Но теперь, когда Дженэс восстановил силы, неизвестно, когда он снова сможет захватить тело.

Кейден подошёл ко мне. Я посмотрела на него и с облегчением выдохнула.

«Я рада, что ты жив. Правда рада. Так рада...»

Его слова были приглушёнными, прерывались. Будто сквозь рыдания.

Я грубо смахнула слёзы, стекающие по щекам. Он должен знать, как я волновалась. Должен понять это.

«Я думала, ты впал в спячку».

«Собирался, но... Чёрт, не знаю. Я продолжал видеть твоё лицо, и это мешало».

Кейден ответил, слабо улыбнувшись. Я подняла голову, глядя на него.

«Что сейчас происходит? Можешь объяснить?»

«Я ищу способ».

«Способ? Какой?»

«Я появился, потому что хотел кое-что сказать. Не волнуйся, если Дженэс вернётся. Доверься мне».

С этими словами Кейден коснулся пальцем прозрачного барьера между нами.

«Держись».

«Если я немного подожду, ты вернёшься?»

«Да».

Мне пришло в голову, что Дженэс может слышать наш разговор изнутри тела Кейдена.

«Тогда я попрошу об одолжении».

«О чём?»

«Когда я подам сигнал, разорви контракт на связь душ».

«Что? Я не могу этого сделать».

«Доверься мне. Ты тоже держись — тебе придётся потерпеть Дженэса ещё немного».

Кейден сузил глаза при моих словах. Я повторила его же фразу.

Но я не могла сказать больше — вдруг Дженэс услышит.

Часть меня хотела оттолкнуть его прямо сейчас, пока Кейден контролирует тело.

Но у Кейдена явно были другие планы, и я решила подождать.

Он посмотрел на меня и спросил:

«Ты волновалась за меня?»

«Конечно волновалась».

«Ты думала обо мне?»

«Да».

«Почему?»

«...Что?»

Я моргнула, удивлённая неожиданным вопросом, и задумалась. Почему он спрашивает об этом именно так?

«Эй, вы двое, я не слышу, о чём вы! Может, поговорим все вместе, а не только вы?»

«Да ладно, не будь занудой! Можешь помолчать?»

В этот момент раздалось ворчание Артдала, и Юанна одёрнула его.

Кейден не обратил на них внимания, его взгляд был прикован только ко мне. Будто больше он ничего не видел.

Я хотела знать, о чём он думает, что планирует, есть ли у него действительно план.

У меня были миллионы вопросов, но я не решалась их задать. Пока что я должна довериться ему.

Кейден смотрел на меня с выражением, будто он действительно не понимал.

«Почему ты думала обо мне и волновалась за меня, а?»

Он приблизился, его красные глаза сверкали жизнью.

Я вспомнила, как однажды Кейден сказал мне, что не понимает концепции «нравится». Он также утверждал, что то, что он чувствует ко мне, — не любовь.

«Маргарет, я не уверен, что это за концепция "нравится", о которой ты говоришь, и если ты спрашиваешь, любовь ли это — то нет, не думаю».

«Я просто скучаю, когда тебя нет рядом, мне нравится видеть твою улыбку, мне нравится прикасаться к тебе, и я хочу, чтобы ты смотрела только на меня».

«Мне нравится трогать тебя, и мне нравится, когда ты трогаешь меня».

«Прости, что поцеловал тебя без разрешения. Ты возненавидишь меня, если я попрошу прощения за это?»

Если задуматься, мы все были плохи в любви. Я, Энок, Кейден, Юанна — все на этом острове.

Особенно Кейден — его никогда не любили, поэтому он не знал, каково это.

Но любовь сложнее и имеет множество форм.

Я знала, что любовь, которую Кейден хочет от меня, — такая же, как и у Энока. Но моя любовь к Кейдену — другая.

«Конечно, я волнуюсь и думаю о тебе. Потому что ты важен для меня. Любовь не обязана быть рациональной».

«Если говорить в буквальном смысле, я понимаю. Ты нравишься мне как мужчина».

Кейден провёл рукой по волосам. На его лице было сложное выражение. Будто он хотел сказать многое, но не знал, с чего начать.

«Я много размышлял. В этом теле, всё это время, снова и снова».

«О чём ты думал?»

«Я думал, что, как бы ни старался, у меня ничего не будет — даже моей жизни. И...»

И тебя.

Кажется, именно это он и хотел сказать, но прошептал так тихо, что я не была уверена.

«Но теперь я понимаю — неважно, люблю ли я тебя как мужчина, как друг. Или просто как человека».

Кейден медленно приблизился.

«Важно лишь то, что ты любишь меня в какой-то форме. И моя жизнь уже не так плоха, потому что я знаю — кто-то любит меня».

Он опустил голову, тяжело вздохнув, и посмотрел на меня своими проникновенными глазами. Его лоб упёрся в прозрачный барьер запечатанного круга.

«Так что спасибо, Маргарет. Я скоро вернусь».

Едва он произнёс эти слова, как вокруг нас подул лёгкий ветер. Кейден не запаниковал, будто ожидал этого.

Его лицо исказилось от боли.

«Кейден!»

Я закричала, ударяя по барьеру, но он не посмотрел на меня. Его ноги подкосились, и он рухнул на землю, снова выплеснув кровь.

Странный ветер закрутился вокруг него, разрывая землю глубокими трещинами. Вскоре он превратился в мощный вихрь, поднимаясь и опускаясь, и я потеряла Кейдена из виду.

«Чёрт возьми, Кейден!»

Ветер утих лишь спустя долгое время.

На его месте стоял Дженэс, вытирая кровь с уголка рта с небрежной ухмылкой.

«Ах, я потерял бдительность. Если бы не заклинание инициации, у меня были бы проблемы».

Судя по его словам, Дженэс только что произнёс «заклинание инициации», ввергнувшее Кейдена в анабиоз.

«Видишь ли, у меня не так много маны, поэтому, даже если я произнесу заклинание инициации, я не смогу полностью захватить тело потомка, пока не восстановлю силы».

Я вспомнила слова Дженэса в саду замка Флонэ.

Теперь у него было огромное количество маны. Он, должно быть, поглотил все оставшиеся магические камни, раз сказал: «Теперь я могу использовать магию свободно».

Я нервно сжала кулаки.

Надеюсь, Кейден сможет продержаться, хотя бы пока Юанна закроет разлом. Главное — чтобы он не поддался силе Дженэса и не впал в спячку.

«Теперь уже слишком поздно что-либо делать, не волнуйся. Я же сказал — я защищу тебя».

«Хватит нести эту чушь. Мне не нужна твоя защита».

Дженэс громко рассмеялся, словно забавляясь выходками любимого питомца.

«Кстати, сколько магических камней съела эта змея?» — он указал на Ынджи у меня на плече.

— Квааааа!

Ынджи ощетинился, оскалившись на Дженэса.

«Ты милый, когда дерзишь. Так и хочется съесть тебя».

«Что?»

«Шучу. Так сколько камней?»

«Думаешь, я отвечу?»

«Ну, это не так уж важно».

Мои слова заставили Дженэса замолчать. Ухмылка медленно сошла с его лица.

«Я жду. Здесь есть кое-что, что мне нужно. После этого я выпущу вас. Давайте продолжим план».

С этими словами Дженэс развернулся и ушёл без колебаний. Похоже, он действительно что-то искал на острове.

Что же это могло быть?

«О, прежде чем я уйду…»

Дженас уже собирался уходить, но вдруг остановился и обернулся. Медленно подошёл ко мне и щёлкнул пальцами. В тот же миг Ынджи, сидевший у меня на плече, был вырван из магического круга.

— Ынджи!

— Кваааа!

Он отчаянно забился, зависнув в воздухе, но Дженас легко выдернул его и заключил в отдельный магический круг.

— В прошлый раз ты разрушил печать в святилище, так что теперь для тебя — особые условия.

Чёрт, он наверняка вспомнил, как Ынджи увеличился в размерах, сломал магическую печать и сбежал из хижины.

Дженас бросил на меня последний взгляд, ярко улыбнулся и неспешно исчез.

Как только он скрылся из виду, я тут же бросилась к прозрачному барьеру и закричала:

— Ынджи, ты в порядке?

В ответ он кивнул и тоже начал стучать головой о барьер. Затем попытался увеличиться, чтобы разорвать печать.

Но проблема была в том, что, сколько бы он ни рос, печать даже не треснула.

И неудивительно. Дженас явно учёл тот случай с хижиной и наложил более мощное заклятие.

Как и ожидалось, магический круг не поддался, и Ынджи, зажатый в тесном пространстве, лишь сильнее забеспокоился.

— Квааа…

Он в панике заёрзал, но в итоге сжался обратно.

«Нужно придумать что-то другое».

Дженас создал этот круг, исходя из того, что Ынджи может разрушать печати и поглощать магические камни.

Но Ынджи не просто поглощал камни — он эволюционировал. Дженас об этом не знал, а значит, у нас есть шанс.

Или, может, стоит попробовать сигнальную ракету? Ведь мои магические пули уже однажды разрушили заклинание Папы…

Но тут Артдал, до этого молча наблюдавший за Ынджи, неожиданно заговорил:

— Думаю, тебе стоит принять человеческий облик и использовать ману.

— Что?

Он пожал плечами:

— Просто я заметил, что поток твоей маны в человеческой форме отличается от змеиной. Технически, управлять ей в таком виде проще.

Ынджи, до этого бесцельно ползавший внутри круга, вдруг оживился.

Он дёрнулся, как только что пойманная рыба, быстро превратился в ребёнка и начал прыгать на месте, размахивая руками:

— Онни! Онни! Смотри, Ынджи сможет!

— Да, я смотрю.

Он серьёзно кивнул, сжал кулачки, и вскоре его тело окутало фиолетовым дымом.

Ынджи прижал маленькую ладонь к прозрачному барьеру, и дым начал просачиваться внутрь.

Упершись лицом в барьер, он изо всех сил толкался вперёд, словно пытался прорваться сквозь слои ткани.

— У-у-у-ух! Я- смогу- это- сделать!

С трудом выговорив слова, он наконец прорвался наружу. В тот же миг барьер разлетелся на осколки, словно разбитое стекло.

— Ынджи сделал!

Я вскочила и захлопала в ладоши.

— Молодец, Ынджи! А теперь можешь освободить и нас? Это не будет слишком сложно?

— Да! Я смогу!

Один за другим он разрушал печати, освобождая нас из магических кругов.

Я вышла, глубоко вздохнув, и посмотрела на Ынджи и Артдала.

— Спасибо, Ынджи. Спасибо, Ваше Высочество.

— Не за что.

Артдал неловко почесал щёку, будто не привык к благодарностям.

Тем временем Ынджи подбежал и обнял меня за талию.

— Онни, Ынджи хорошо справился?

— Да, очень хорошо.

Я погладила его по голове, осыпая похвалами, пока остальные приходили в себя. Он сиял от счастья и протянул ручки:

— Обними Ынджи!

— Это будет слишком тяжело для Маргарет. Давай я тебя обниму.

Энок, подошедший к нам, мягко подхватил его.

— Онни, я знаю, тебе тяжело. Но объятия Онни крепче!

— Ты отлично справился с барьером. Но взрослые иногда должны терпеть и отказываться от того, чего хотят.

— М-м… Ынджи взрослый, так что потерпит немного.

Он кивнул, гордо заявив о своей зрелости, а Энок ласково потрепал его по голове.

Артдал и Юанна тоже по очереди похвалили его, а несколько рыцарей Лэнгриджа дружески потрепали его по голове.

Наконец Энок посмотрел на меня. Его лицо выражало беспокойство.

— Маргарет, ты в порядке?

— Всё хорошо. Спасибо за заботу.

Я улыбнулась, затем повернулась к собравшимся:

— Я тут подумала… Дженас, скорее всего, отправился в бункер. Если он ищет что-то на этом острове, то что может быть ценнее тысячи лет накопленной маны?

Если у Дженаса и была цель здесь, то только это. Портал находился в бункере, а значит, там же могла храниться и мана.

Я оглядела местность. Взрыв уничтожил даже гору на Северном острове. Вряд ли бункер уцелел, но раз там был портал, его могли защитить дополнительными заклятиями.

— Хм. Тогда Дженас уже должен быть там. Он архимаг — телепортация для него не проблема.

Я перевела взгляд на Энока и Юанну. На самом деле, у нас была причина не спешить. Ключ к нашему плану — сила очищения, которая закроет межпространственный разлом.

Юанна встала с земли и спросила:

— Начать очищение сейчас? Если Дженас снова телепортируется, будет проблематично.

Артдал остановил её:

— Подожди, Святая. Наша цель — не просто закрыть разлом. Сначала нужно найти Лорда и Архиепископа. Давай подождём.

— Кажется, у Лорда был план. Лучше дать ему время.

Я кивнула, соглашаясь с Артдалом и Эноком.

— Верно, просто подождём. Я не знаю, что задумал Кейден, но дадим ему время. Дженас сказал, что вернётся за мной — значит, так и будет.

Юанна недовольно опустилась обратно на землю.

— Хорошо. Подождём до заката. Если к тому времени от него не будет вестей, начнём действовать.

— Все согласны.

Энок кивнул, Артдал и я тоже подтвердили.

Я достала из кармана куртки видеосферу.

— Этой сферой я связывалась с сэром Диего. Попробую снова. Нужно найти и Архиепископа — скорее всего, он уже не на острове.

Вложив в сферу ману, я увидела, как её заполнил густой туман, а затем проступило лицо Диего.

[Леди Флонэ, вы в порядке? Я прибыл в док недавно и уже поговорил с остальными.]

Рядом с ним показалось лицо Рузефа.

— Архиепископ?! Вы живы?! Это правда вы?!

Его белые одежды были залиты кровью. Лицо тоже выглядело нездоровым.

[Это я. Не моя кровь, не волнуйтесь. Леди Ванесса тоже в порядке.]

Он слабо улыбнулся, кивнув в сторону Ванессы. Я вздохнула с облегчением — оба были целы.

— Архиепископ жив! Я так и знала!

— Тихо, пожалуйста. Дженас может вернуться.

— Прошу прощения, Святая. Кажется, вы иногда забываете, что я наследный принц королевства.

— Это потому что вы ведёте себя так, что об этом легко забыть.

— Правда?

Я усмехнулась, слушая их перепалку. Как они могут быть такими беспечными в такой ситуации?

— В любом случае, теперь осталось найти только Лорда.

Артдал подвёл итог, сохраняя невозмутимое выражение лица. Хорошо, что хотя бы одна проблема решена.

[О, и ещё кое-что, юная леди.]

Рузеф снова привлёк моё внимание.

[Я вернул один магический камень у Архиепископа Риннехаона, но остальные… маркиз Роад унёс с собой.]

Теперь я поняла. Дженас действительно забрал все оставшиеся камни.

— Я просто рада, что вы живы, так что не извиняйтесь. И… не могли бы вы передать этот камень с подкреплением? Он может понадобиться Ынджи.

Рузеф твёрдо кивнул. Я отправила ему координаты, которые видела при активации портала.

Предупредив их быть осторожными, я выключила сферу и вздохнула.

Тем временем рыцари Лэнгриджа, впервые попав на остров Алеа, осматривались с изумлением. Юанна же, словно вспоминая прошлое, копошилась среди обломков хижины.

— Удивительно снова видеть эти вещи.

Я затолкала сферу обратно в карман и затянула шнурки на ботинках. В этот момент ко мне подошёл Артдал.

Юанна вернулась с топором и арбалетом в руках — тем самым оружием, что они использовали в пещере, когда искали мать монстров.

— Посмотри, Маргарет. Они валялись под хижиной.

Она размахивала топором, и вид святой в священнических одеждах с боевым топором был несколько сюрреалистичным.

Небрежным движением она швырнула арбалет Артдалу. Тот поймал его, ворча о ненужности лишнего оружия, но всё же принялся искать подходящие стрелы.

— Хорошо, что у вас есть оружие, которое вы умеете использовать, Святая.

— Боже, сколько можно называть меня «Святой»? Когда ты начнёшь использовать моё имя?

Я вдруг вспомнила, что мы договорились быть подругами.

— Хорошо, Анна.

Её лицо озарилось, будто лампочка, и она радостно закивала, словно для неё это было невероятно важно.

— Хорошо, Мэг.

Я не смогла сдержать улыбку.

Сердце сжалось. Это мой лучший друг… и скоро мне придётся с ней попрощаться.

Но сначала нужно закончить операцию. Пока Дженас не получил ещё больше силы и не добрался до разлома.

Однако, как всегда, планы пошли наперекосяк.

— Внимание, все. Что-то приближается.

Артдал, исправно выполнявший роль «детектора магии», предупредил нас. Вскоре мы увидели стаю голодных монстров, выживших после затопления Северного острова.

Они начали собираться, будто привлечённые чем-то. И двигались прямо к остаткам магического круга, который разрушил Ынджи.

— …!

Всё стало ясно. Мана, которую сейчас использует Дженас, была поглощена из магических камней. А те же камни призывали монстров.

Проклятый остров Алеа. Проклятый Дженас.

— В этот раз я покончу с ними раз и навсегда.

Энок обнажил меч. Артдал и Юанна приготовили оружие, а я достала ракетницу.

— Да. Покончим с этим. С проклятым островом, с этими тварями и с этим ублюдком Дженасом. Это их конец.

Диего собрал магов и войска Империи Лэнгридж, отправленные императором, в южных водах.

Один из кораблей, стоявших в гавани, пропал. Рузеф и Диего предположили, что это работа маркиза Роада. Были обнаружены следы магии.

Они отправились в путь: Рузеф вёл подкрепление, чтобы помочь Маргарет и остальным, а также разведать остров в поисках маркиза Роада.

Но тело Рузефа, который должен был доставить магический камень Маргарет, было далеко от здорового состояния. Его лечили маги, но исцеление магией не было столь эффективным, как божественной силой.

«Ты уверен, что в порядке?» — спросил Диего.

Рузеф глубоко вдохнул, его лицо было бледным.

«Да. Со мной всё будет хорошо. Я просто беспокоюсь, что могу упустить подходящий момент».

Диего кивнул, его лицо оставалось невозмутимым. Он понимал, что имел в виду Рузеф, даже не зная причины. Это мог быть их последний шанс всё закончить.

И тут случилось неожиданное. Внезапно в южных водах Лэнгриджа открылся портал. Координаты указывали на замок Флонэ.

«Так вот где они все собрались».

Диего узнал человека, открывшего портал — это был герцог Флонэ.

За герцогом следовали оставшиеся в замке Флонэ имперские войска Лэнгриджа, а также личные солдаты дома Флонэ.

Но это было не всё. Открылся ещё один портал, на этот раз ведущий в столицу Империи Лэнгридж.

Появился император Лэнгриджа со свитой. Его красный плащ развевался на ветру, когда он важно шествовал вперёд, а за ним тянулась вереница людей.

Вид императора ошеломил всех. Диего и Марсель поспешили приветствовать неожиданного гостя, опустившись на одно колено.

«Во имя света Лэнгриджа! Приветствуем Ваше Величество, император!»

Когда Диего закончил приветствие, рыцари вокруг также опустились на колено и хором воскликнули:

«Во имя света Лэнгриджа!»

Император погладил бороду и окинул взглядом собравшиеся на берегу имперские войска и магов.

«Мне донесли, что вы наконец нашли остров Алеа, и я просто обязан был приехать».

Герцог Флонэ тоже не ожидал визита императора и уставился на него, не в силах скрыть растерянность.

Император беспечно улыбнулся и осмотрелся.

«Скоро начнётся совместный суд, и перед этим я должен своими глазами увидеть этот исторический момент».

Герцог Флонэ нахмурился.

«Исторический момент?»

«После событий в замке Флонэ, а затем прибытие на остров Алеа — разве это не грандиозно? Разве это не момент, когда рушится позиция Святого Престола и Ассоциации Магов? Я должен увидеть это лично. Это день, когда изменится история».

Действительно, этот день изменит историю, но приехать сюда просто как зрителю — возмутительно.

Безразличие императора к страданиям выживших с острова Алеа говорило само за себя.

Лицо Диего оставалось бесстрастным при таких словах, но лицо Марселя слегка исказилось. Мысль о необходимости соблюдать протокол в военное время была невыносима.

Император повернул голову, его лицо светилось ожиданием. Герцог посмотрел в направлении его взгляда.

Там стояла журналистка из газеты «Бёрнетон», записывающая их разговор. Император с удовлетворением посмотрел на неё, затем снова на Диего.

«Ты говоришь, что человек, стоящий за экспериментами, сбежал на остров?»

«Да. Его Императорское Высочество кронпринц Хестия, Святая и леди Флонэ сейчас на острове, и вскоре будут отправлены подкрепления».

«Хм. Как и ожидалось, наш кронпринц сам обо всём позаботился. Да, я могу ему доверять. Он был необычным ребёнком с самого детства».

Необычный ребёнок.

Диего с трудом сдержал подступающую ярость.

В Империи Лэнгридж не было секретом, насколько император равнодушен к собственным детям. Его даже не волновало, что принцы и принцессы гибли от рук императрицы.

Слова императора вызывали у Диего, видевшего, как Энок боролся за выживание, лишь отвращение.

«Тогда, когда всё закончится, мы все вместе отправимся на остров. Не терпится увидеть, что это за место».

Диего и Марсель неохотно кивнули на слова императора. Пока тот осматривался, герцог Флонэ наконец обратился к Диего с запоздалым приветствием.

«Что ж, рад вас видеть, сэр Диего. Я приехал, чтобы предложить свою помощь».

«Не ожидал, что вы лично предложите помощь. Это серьёзное подкрепление, и я благодарен».

Герцог Флонэ приятно улыбнулся в ответ на вежливые слова Диего.

Но его радость была недолгой. Небо внезапно потемнело, и начали сверкать странные молнии.

«Нам нужно действовать быстро», — сказал герцог Флонэ.

Диего кивнул и начал отдавать приказы согласно плану.

Плоская каменная стена, покрытая мхом, возвышалась над искорёженной землёй.

Порыв ветра пронёсся через тихий проём, рисуя магический круг на земле, и синий свет поднялся от земли к небу, принимая человеческую форму.

Дженэс, телепортировавшись к бункеру, открыл каменную стену и лёгкими шагами спустился по ступеням. Он тысячу лет экспериментировал, чтобы собрать ману, и теперь пришло время её забрать.

Дженэс напевал, вспоминая людей, которых затащил на остров.

Как только я восстановлю свою ману, я разрушу межпространственный разлом, а затем вывезу Маргарет с острова. После прикажу маркизу Роаду взорвать остров вместе со всеми, кто на нём останется.

Ничего этого бы не случилось, если бы Маргарет сдалась. Это их вина, что их сюда затянуло из-за их глупого бунта.

Подвал бункера.

Из двух дверей он остановился перед Дверью Измерения и смотрел на неё с восхищением. Потребовалась тысяча лет, чтобы создать эту дверь.

Эта «дверь» была создана на месте «разлома».

Чем ближе к разлому, тем сильнее становились магические волны, и управлять ими было сложно. Поэтому он и Аната создали промежуточное устройство — «дверь», чтобы стабилизировать опасный разлом.

Когда они с Анатой впервые построили остров и начали эксперименты, после десятка попыток им удалось впервые принести несколько предметов из другого измерения.

Это был первый успех за более чем десять лет, поэтому момент запомнился.

После этого им ещё несколько раз удавалось приносить вещи, но с живыми существами чаще случались неудачи.

Разлом был непредсказуем, и в этот кризисный момент пришлось отказаться от идеи полностью управлять измерениями. Последний эксперимент провалился, и маны было недостаточно.

В таком случае у меня нет выбора — придётся использовать всю накопленную ману, чтобы силой разрушить межпространственный разлом.

Если не получается сохранить его целым, придётся сломать, чтобы контролировать.

Дженэс положил ладонь на Дверь Измерения, и под ней возник синий магический круг, расширяясь, пока не окружил всю дверь.

Затем белый дым от магического круга сгустился под ладонью Дженэса.

Запутанный клубок дыма, словно пряжа, продолжал крутиться, пока не превратился в стеклянный шар, который Дженэс поймал в руку.

Дженэс посмотрел на шар в своей руке.

Магическая сила бесчисленных подопытных, собранная за тысячу лет экспериментов. Всё, что нужно для разрушения межпространственного разлома.

«Пора заканчивать», — пробормотал он, сжимая шар.

Но в этот момент Дженэс почувствовал странное присутствие внутри себя.

Лёгкое тепло поднялось в нём, словно тлеющий уголёк, который едва не погас, но вдруг вспыхнул снова.

Это был несомненно Кейден.

Неужели он пытается проснуться? Этого не может быть. Дженэс нервно произнёс заклинание подчинения снова.

Кейден смутно слышал напевы Дженэса. Он точно знал, где тот находится.

Бункер.

Повинуйся.

Заклинание, странное, будто наложенное слоями, пронзало тело Кейдена.

Оно отличалось от заклинания подчинения, созданного Пионовым Цветением для Дженэса, запертого в теле Кейдена. Это было заклинание, которое сам Дженэс создал, чтобы подавлять Кейдена.

—Глухой удар—

Ещё один болезненный толчок в сердце. Боль была невыносимой, словно кто-то сжимал его сердце и вырывал наружу.

Зрение Кейдена помутнело. Сознание затуманилось.

В обычном состоянии он бы уже потерял сознание. Его тело было изменено и запрограммировано людьми Святого Престола. Противостоять этому было нелегко.

Но Кейден держался.

Он даже просил Маргарет подождать его. Это было то, что он должен преодолеть сам. Он не мог сдаться.

Стиснув зубы, Кейден понял, что Дженэс держит в руке прозрачный стеклянный шар, точнее — шар, наполненный белым дымом.

Исходящая от него аура была невероятной. Кейден предположил, что это и есть мана, собранная за тысячу лет экспериментов.

Он вспомнил разговор Дженэса с маркизом Роадом. Тот говорил, что заберёт оставшуюся ману. Фактически, это была единственная причина, по которой он вернулся на остров.

«Доверься мне. Держись, тебе тоже придётся какое-то время потерпеть Дженэса».

«Конечно, я беспокоюсь и думаю о тебе. Потому что ты для меня важна. Любовь не обязана быть рациональным чувством».

Он снова и снова прокручивал в голове их недавний разговор.

Вспоминал каждую деталь её лица, её голос, чтобы сохранить рассудок.

Глядя на свои дрожащие руки, Кейден сжал их в кулаки. Ему потребовалось время, чтобы разомкнуть губы и прошептать:

[Бальхён.]

«Агх!»

Дженэс, собиравшийся вернуться к Маргарет, вдруг застонал от боли, словно раскалённая печать прожгла его душу, и рухнул на землю.

«Чёртов потомок. Я произнёс заклинание подчинения, как ты смог проснуться?!»

Дженэс пробормотал, искренне удивлённый, превозмогая боль от печати.

Тело Кейдена было изменено, чтобы подчиняться заклинанию, и было невероятным, что он смог преодолеть его силой воли.

[Удивлён? Ха… Наконец-то я почувствовал силы.]

Кейден усмехнулся сухим смешком.

Дышать было тяжело. Но то, что Кейден до сих пор сохранял рассудок и не впал в анабиоз, уже было чудом.

Сейчас Дженэс сковал Кейдена заклинанием инициации, а Кейден — Дженэса контрактом души. Они связали друг друга.

Дженэс замер, почувствовав, как его серёжки раскалились докрасна.

[Знаешь, почему я носил эти чёртовы серёжки?]

Он мог бы использовать контракт в своих интересах, но Кейден не стал.

Ему нужен был шанс. Он ждал момента, когда Дженэс будет застигнут врасплох, чтобы нанести решающий удар.

[Когда ты захватил моё тело, я тоже попытался контролировать тебя.]

«Ты думаешь, это возможно? Это серёжки, которые сделал я, мой потомок», — с недоверием произнёс Дженэс.

Действительно, серёжки содержали ману Дженэса, и когда он использовал заклинание инициации, чтобы подчинить Кейдена, эта мана вступала в силу.

Однако серёжки служили не только для этого — они также помогали очищать ману внутри тела Кейдена.

Хотя Дженэс создал их, Кейден носил и использовал их.

А значит, Кейден, как «хозяин» своего тела, знал лучше любого, как использовать серёжки, чтобы читать поток маны и регулировать её движение в соответствии со своим телом.

Кейден собрал всю рассеянную ману в своём теле и объединил её.

[Ты не поймёшь, потому что у тебя не было настоящего тела уже тысячу лет. Я знаю своё тело лучше.]

Если в его теле накапливается слишком много маны, оно взорвётся, так как не выдержит нагрузки. Поэтому, когда мана скапливается вместо того, чтобы течь, серёжки, чувствуя опасность, автоматически выходят из-под контроля, чтобы успокоить её.

Теперь серёжки нельзя активировать произвольно. Другими словами, Дженэс больше не сможет контролировать Кейдена, произнося заклинание инициации.

Кейден чувствовал, как огромная масса маны колеблется и дрожит. Давление извне — сила серёжек — отчаянно пыталось разорвать её.

Он не мог не усмехнуться этому ощущению.

Кейден сказал:

[Это твоя могила, ублюдок.]

Взрыв уничтожил большую часть острова, но немало монстров выжило.

Мы стояли в кругу, тяжело дыша, спинами друг к другу.

Я достала запасные патроны из кармана и зарядила их в магазин. Можно было бы использовать магические пули, но мне нужно было беречь ману на всякий случай.

Зарядив ракетницу, я опустила рычаг. Нацелилась на массу беспомощных монстров и нажала на курок.

— Пиюнг!

Красный дым поднялся среди странных форм атакующих чудовищ.

— Бум! Бах!

Тела монстров разорвало на куски. Я сморщила нос от вони, затем развернулась, нацелилась на следующую цель и снова выстрелила.

Вдалеке виднелась массивная фигура Ынджи, пожирающего монстра.

Рядом с ним Энок размахивал мечом, и когда он вонзил его в землю, электрический ток, обвивавший клинок, пронзил почву, мгновенно уничтожив с десяток монстров, бросившихся на него.

С Эноком и Ынджи, действующими в тандеме, казалось, что бойня скоро закончится.

Юанна взмахнула топором и размозжила голову рыбообразному монстру, бегущему на меня.

Я пнула странного монстра, направлявшегося к её незащищённому боку, и выстрелила в него ракетой.

— Бум! Бах!

Убедившись, что монстр разлетелся на куски, я повернулась к ней:

«Почему ты используешь топор вместо божественной силы?»

«Чтобы снять стресс».

С этими словами Юанна опустила топор на голову очередного монстра и пнула его. Жестоко.

«Я думала, мы заживём спокойно, как только покинем остров».

На моё бормотание Юанна снова взмахнула топором, затем повернулась ко мне и рассмеялась:

«У меня была такая же мечта, но реальность по-прежнему ад».

Мы коротко рассмеялись, словно вздохнули, и снова двинулись в бой.

«Кажется, те, что идут с той стороны, — последние!»

Артдал, окружённый рыцарями Лэнгриджа, доложил нам, уловив поток маны, вихрящийся вокруг.

«Сзади, Банхван! Ох, как легко отвлечься. Святая, смотри вперёд!»

Он был шумным, но способность Артдала читать поток маны очень помогала группе, и мы не могли сказать ему замолчать.

Укрощение монстров не заняло много времени. Поскольку мы могли использовать ману и божественную силу, мы не боролись с ними так отчаянно, как раньше.

Выживших монстров осталось мало, и те, что остались, выглядели слабыми, будто давно не ели.

Когда мана начала иссякать и конец был близок, Юанна посмотрела на небо. Солнце садилось.

«Пора начинать настоящую "очистку". Я не знаю, что задумал лорд Кейден, но больше ждать не могу».

— Гроооом!!

Не успела она договорить, как с северо-востока острова донёсся оглушительный грохот. Земля дрожала даже здесь.

Я подняла глаза и увидела, как в небе сгущаются тёмные тучи.

Зловеще. Это напоминало узор, который я видела вчера на своём дне рождения, когда Пионовый Цветок использовал магические камни.

«Это Дженэс?»

Артдал вскочил на ноги и с недоумением уставился в сторону северо-восточного острова.

— Гроооом!

Раздался ещё один громкий взрыв, и с шумом птицы взмыли в небо. Я проследила за их полётом.

Что-то мелькнуло в поле зрения. Развевающийся синий плащ мага бросался в глаза даже на расстоянии.

Жуткая молния ударила позади человека в небе.

Ах. Я схватилась за пульсирующую голову от внезапной боли.

Человек, подпрыгнувший так высоко, теперь медленно опускался к нам по изящной траектории.

«Это Дженэс или Кейден?» — пробормотал Артдал, наблюдая за приближающейся фигурой с недоумением.

Энок, только что разрубивший последнего монстра, шагнул передо мной, держа меч наготове, настороженно глядя на незнакомца.

«Маргарет, будь осторожна».

Человек приземлился перед нами, как только Энок закончил говорить. Он грубо вытер кровь с губ и поднял голову.

Его рубиновые глаза, как драгоценные камни, уставились прямо в мои.

Это не Дженэс. Это Кейден.

«Маргарет».

Из носа у него текла кровь.

«Кейден, у тебя кровь из носа».

Кейден нахмурился на мои слова, проведя пальцами по переносице. Артдал, единственный, у кого был носовой платок, протянул его Кейдену.

Движения Кейдена были скованными. Его руки дрожали, будто он с трудом контролировал своё тело.

Он с трудом взял платок, прижал к носу, затем посмотрел на меня и сказал:

«Сейчас я сдерживаю Дженэса, но пришёл просить тебя об одолжении. Здесь есть и кронпринц, и Святая, так что, думаю, могу вам довериться».

«О чём ты?»

Я уставилась на Кейдена, который говорил зловещие вещи. Он вернул окровавленный платок Артдалу и взял моё лицо в ладони.

«Если я не смогу одолеть этого ублюдка — убей меня».

«Что…? Ты с ума сошёл? Ни за что».

«Я стараюсь изо всех сил, но это нелегко. Угх…»

Кейден снова закашлялся кровью, сделал несколько шагов назад и взглянул на Энока, который настороженно сжимал меч.

«Позаботься о Маргарет».

«Не беспокойся об этом, лучше займись собой».

Не успел Энок договорить, как из тела Кейдена повалил сероватый дым. Дым, пронизанный жёлтыми молниями, вскоре превратился в мощный вихрь, обвил его тело и мгновенно поглотил.

«Кейден!»

На мгновение сквозь дым мелькнуло лицо Кейдена, но его тут же затянуло обратно.

Его лицо то появлялось, то исчезало в клубах дыма. Казалось, он отчаянно боролся с Дженэсом внутри себя.

Мы могли только напряжённо наблюдать.

— Бдум!

Наконец, Кейдена выбросило из дыма. Удары и царапины оставили глубокие раны на его теле.

Он рухнул, но с трудом поднялся. Наши взгляды встретились, когда он поднял голову, грубо вытирая кровь с уголка рта тыльной стороной ладони.

Глаза, пылающие, как огонь.

Это были глаза Дженэса.

Мы все напряжённо смотрели на него. Юанна стояла наготове, раскинув руки, будто готовая в любой момент использовать силу очищения.

Дженэс пробормотал:

«Мой потомок. Я не могу так продолжать, тысяча лет несправедливости».

В тот же момент из его серёжки вырвалась голубая искра. Серый дым снова окутал его тело, и он снова рухнул на землю, кувыркаясь в вихре.

«Просто сдохни».

На этот раз говорил Кейден.

Мы все смотрели на эту сцену в замешательстве. Две души сражались в теле Кейдена.

Но эта борьба когда-нибудь закончится, и я верю, что победит Кейден.

Тогда настанет мой черёд действовать.

Я открыла магазин ракетницы, вынула патроны и положила их в карман. Затем закрыла магазин и нацелилась на Кейдена и Дженэса, сражающихся внутри одного тела.

«Она была единственной на острове Алеа, кто мог использовать ману. Система, созданная Анатой для острова, не работала на Маргарет. Возможно, моя сила очищения тоже на неё не действует».

Как говорила Юанна, моя мана отличалась от других, потому что я была за пределами измерения.

Кроме того, я резонирую с Ынджи, поскольку он запечатлелся на мне. Его эволюция, похоже, тоже влияла на мою ману.

Более того, как я поняла, атакуя Папу, моя мана, выпущенная с помощью кольца Астдала, могла поражать противников в большем радиусе, чем я ожидала.

Например, если я поражу Кейдена маной, достаточной, чтобы охватить всё его тело, я смогу нанести удар Дженэсу, даже если его душа размером с песчинку.

Я помню, как при побеге с острова мать монстров ударила Кейдена молнией. Его тело не пострадало, но удар пришёлся именно по Дженэсу.

Я попробую использовать тот же метод.

Именно поэтому я просила Кейдена разорвать контракт души.

В тот момент, когда Кейден разорвёт контракт, я выстрелю в душу Дженэса магической пулей.

Я нацелилась на человека, в котором не могла разобрать — Кейден это или Дженэс, и сосредоточила всё внимание на нём.

В тот самый момент, когда Кейден обретёт контроль над телом…

«Я положу этому конец».

И на этот раз — навсегда.

Кейден и Дженас катались по земле, постоянно борясь за контроль над телом. Затем в их сторону устремился град электрифицированных копий.

Чем дольше они сражались, тем сильнее дрожала земля.

Разрушенный остров Алея раскололся на части, плавая в море, словно буй, и от таких толчков скоро мог полностью погрузиться под воду.

Это легко могло сорвать все наши планы. Я не могла предугадать действия Джеса.

Мои руки вспотели от нервного напряжения.

Мне нужно было выстрелить в тот момент, когда Кейден перехватит контроль и разорвёт контракт, связывающий души. Смогу ли я сделать это в нужный миг?

«Маргарет, ты справишься?»

Энок, заранее знавший о моём плане, тревожно спросил меня, но я была слишком сосредоточена, чтобы ответить.

Мои руки дрожали.

«Если так продолжится, я не смогу прицелиться».

Если промахнусь, Дженас снова захватит тело Кейдена!

Я прикусила нижнюю губу, пытаясь успокоить дрожь, когда большая ладонь накрыла мою правую руку, а твёрдая грудь упёрлась мне в спину.

«Дай мне помочь».

Энок обхватил одну руку вокруг моей талии, а другой — ту, что держала ракетницу, стабилизируя мою стойку.

«Тебе нужно только сосредоточиться».

Я молча кивнула и навела ракетницу в сторону клубов дыма.

Сквозь дым мелькнул силуэт Кейдена, но разглядеть его было сложно. Я прищурилась, следя за его стремительными движениями.

Хотя атака была направлена на душу Джеса, ей всё равно предстояло пройти через тело Кейдена, так что без боли не обошлось бы.

Поэтому мне нужно было сделать всё одним выстрелом, выпустив пулю с маной как можно точнее.

Пока я изо всех сил концентрировалась, Ынджи, которого держала Юанна, вдруг заговорил:

«Нуни! Ынджи хочет помочь!»

Его весёлый голос мгновенно расслабил меня. А затем рука Энока, лежащая на моей, придала сил.

Я взглянула на Ынджи, обдумывая, что сказать.

«Ынджи, ты подожди Мистера Синьковолосого. Он принесёт тебе уродливый камень. Если ты его съешь, станешь сильнее».

«Да!»

Ынджи хлопнул в ладоши и кивнул.

«А что я говорила делать, если после этого появится плохой человек?»

«Съесть плохого человека!»

«Я не говорила "съесть", я сказала "разобраться"», — удивилась я его детской непосредственности.

«Но это и есть съесть!» — с полной уверенностью заявил Ынджи.

«Это как-то жестоко. Если съешь что-то такое, может заболеть живот».

«Может, просто наступить или укусить? Главное — перекрыть дыхание».

«...Простите, леди Флонэ, но разве это не ещё жестокее?»

Артдал, до сих пор молча слушавший наш разговор, не выдержал.

Но продолжить беседу нам не удалось.

—Грохот!

Словно в ночь моего дня рождения, в небе начало твориться что-то странное.

Я увидела, как десятки молний прочертили в небе длинную горизонтальную линию. Это была необычная энергия.

Я сразу поняла — это межпространственный разлом, о котором я только слышала. Как только разлом стал виден, мою голову будто взорвало от боли.

Моя душа реагировала на разлом. Будто моё существование было инородным в этом мире.

«Что будем делать?»

Юанна озадаченно посмотрела на меня, пока битва затягивалась. За меня ответил Артдал.

«Предлагаю подготовиться использовать силу очищения, чтобы закрыть разлом. Как только победим Джеса — сразу закроем».

Раз я решила использовать ману-пулю, чтобы отделить Джеса от тела Кейдена, то пока не могла пересечь измерение. Закрыть разлом получится только после этого.

«Понятно», — вздохнула Юанна.

Голос Энока снова достиг моего слуха, пока я смотрела на них.

«Маргарет, сосредоточься».

Я кивнула и вернула внимание к дыму.

Битва не подавала признаков завершения, и я слышала, как голоса Кейдена и Джеса сменяли друг друга. Их движения стали медленнее — они истощали ману друг друга.

«Хах... Нет... Аргх...»

И затем голос, похожий на голос Кейдена.

—Аааа!

Тело прочертило по земле длинную прямую линию. Взметнулась пыль.

Даже гром стих. Воцарилась тишина, наполненная напряжением.

Мы все замерли, ожидая, что сделает Кейден... вернее, этот человек.

—Шуршание.

Спустя долгий момент он поднялся.

Его лицо было в крови и грязи. Белые щёки, лоб, переносица — всё было испачкано копотью, следами ожогов и запёкшейся кровью.

Он с трудом поднялся, кряхтя. Его привычный мантийный плащ исчез, и он пробормотал себе под нос:

«Хах... ха... Тысячу лет я не испытывал этого мерзкого ощущения — терять контроль над маной».

Я открыла рот, ошеломлённая. Битва прекратилась. Меня накрыла глубокая волна отчаяния.

Я не хочу в это верить. Этого не может быть. Это Дженас.

«Тысяча лет маны, и я даже не могу использовать её, чтобы справиться с ребёнком. Ха...»

Дженас продолжал бормотать раздражённо.

«Чёрт», — пробормотала Юанна, заметившая это, и Дженас поднял взгляд.

«Какого чёрта?»

Он огляделся и нахмурился, увидев Ынджи в руках у Юанны. Он наконец осознал, что Ынджи эволюционировал.

—Бам!

Вдалеке внезапно распахнулась «дверь». Время было идеальным.

Из неё вышел синеволосый, почесывая затылок.

«Вау, никогда не думал, что вернусь сюда на своих ногах...»

За ним толпой высыпались маги — видимо, подкрепление. Они уставились на нас, замерши в удивлении.

Дженас, чьё тело явно ослабло после битвы, откинулся назад и тяжело дыша посмотрел на них.

«Ха. Что за чёрт теперь?»

Тем временем Артдал крикнул мне:

«Леди Флонэ, стреляй, просто убей его!»

Взгляд Джеса резко переметнулся на меня.

Я всё ещё держала ракетницу, направленную на него, а Энок крепко поддерживал меня.

«Нет, Кейден тоже умрёт!»

Если Кейден контролирует тело, я могу попасть только в душу Джеса.

Но если Дженас захватил тело Кейдена, я не знаю, что случится с ним внутри, если я выстрелю в него маной.

Я не мастер в использовании маны, и всё, чему я научилась, — копировать атаки матери монстров.

Если я применю другой метод, Кейден может пострадать!

«Ничего не поделаешь!» — в отчаянии крикнул Артдал.

Рационально я понимала — он прав. Если Дженас полностью подчинил Кейдена, его нужно убить, чтобы Юанна могла закрыть разлом силой очищения.

«Ах, ну, забавная ситуация».

Дженас медленно повернулся ко мне, и Энок, державший мою руку, осторожно отпустил её.

«Не отходи от меня, это опасно».

Энок предупредил меня и обнажил меч. Я увидела, как из руки Джеса вырвался звёздный свет, закружившись вокруг его ладони, пока он смотрел на Энока.

В следующий момент шар света ударил Энока напрямую. Тот поднял меч, блокируя атаку.

Маги, пришедшие с Рузефом, мгновенно образовали круг, применяя защитные и атакующие заклинания, но Дженас протянул руку и создал барьер вокруг Энока прямо во время атаки.

Теперь маги, Рузеф, Юанна и Артдал пытались прорвать барьер.

Тем временем Дженас топнул ногой, и земля подо мной задрожала, а затем треснула.

На этот раз разлом отделил Энока от меня и Джеса.

«Чёрт! Маргарет!»

Энок, отдалявшийся от меня, в панике попытался добраться, но Дженас, сильный в дальних атаках, не давал ему шанса.

Сам же Дженас прыжком преодолел расстояние и оказался передо мной.

Я стояла, сжав ракетницу, направленную на него.

«Ты выстрелишь в меня?»

Ещё нет. Я верю, что Кейден вернётся.

Дженас медленно приближался. Даже двигаясь ко мне, он продолжал атаковать Энока маной.

Глаза Джеса были красными от лопнувших сосудов. Один из них полностью залился кровью.

Он явно переусердствовал, и чем больше маны он черпал из камня, тем сильнее аномалии в небе. Я сморщилась от пульсирующей боли.

Дженас подошёл вплотную и коснулся моей щеки. Его глаза сверкали опасным блеском. Я подняла дуло ракетницы, нацелив ему под подбородок.

«Убирайся из тела Кейдена. Сейчас же, пожалуйста».

«Мне больно это слышать. Хватит о моём потомке. Ты останешься со мной до самой смерти».

Несмотря на ужасные слова, Дженас усмехнулся.

За его спиной я видела, как Энок, шаг за шагом, пробивается сквозь атаки.

«Сумасшедший ублюдок», — сквозь зубы прошипела я.

Палец на курке сжался сильнее.

Я должна убить его. Он должен умереть. Но я не могу отказаться от надежды, что Кейден очнётся.

Мои пальцы дрожали, а хватка Джеса на моём подбородке становилась всё жёстче.

Внезапно Дженас отлетел, будто его что-то ударило. Словно кто-то пнул его.

—Хрясь!

Пыль взметнулась, когда он рухнул на землю, а Энок, увидев это, схватил меня и спрятал за спиной.

«Это ты?»

«Нет», — покачал головой Энок.

Тогда кто атаковал Джеса?

В тот же момент барьер, созданный Дженасом, исчез, и люди бросились к нам.

Я увидела фигуру человека, лежащего на земле. Он медленно поднялся, вздохнул и провёл рукой по волосам.

Затем он заговорил.

«Эй».

Знакомый голос.

«Это я».

Тихий шёпот разрезал напряжённую тишину.

«Я же сказал, что не позволю тебе трогать Маргарет, сволочь».

Услышав этот голос, я крепче сжала ракетницу. Мои губы задрожали.

Кейден снова вернулся.

Выплевывая кровь на землю, Кейден медленно поднялся на ноги, его одежда была изорвана в клочья.

Он подошёл ко мне, его тело выглядело измождённым.

«Маргарет».

Его хриплый голос дрогнул, когда он повернулся ко мне, лицо осунувшееся и усталое.

«Ты говорила мне разорвать контракт, связывающий души, верно?»

Я быстро кивнула, слишком переполненная эмоциями, чтобы говорить. Тогда он широко раскинул руки и сделал шаг назад.

«Я сделаю это сейчас».

На лице Кейдена читалась решимость. Я снова навела на него ракетницу.

«Я выстрелю в тебя маной. Это прямое попадание, будет больно, но я постараюсь контролировать силу».

Кейден будто только сейчас осознал, что я собираюсь сделать.

«Я справлюсь с болью».

Он выпрямился, вставая в более удобную для выстрела позицию. Поднял подбородок, закрыл глаза и произнёс:

«Освобождение».

Услышав заклинание разрыва контракта, я выстрелила в него маной. Полоса чистого белого света вырвалась из дула ракетницы и ударила Кейдена прямо в сердце.

Луч света пронзил его грудь, выбив из тела песчинки души Джеса, рассеянные внутри.

Фонтан синих крупиц вырвался из спины Кейдена, каждая из них была изгнана из его тела.

Зрелище было странным.

Вырвавшиеся песчинки сгруппировались в воздухе, а затем с грохотом обрушились на камни.

—Бам!

Звук крошащихся камней и облако пыли на мгновение скрыли происходящее.

Воцарилась тишина.

Когда пыль рассеялась, я увидела, как что-то, похожее на лужицу воды, начало менять форму.

Через мгновение человекоподобная фигура рухнула на землю с стоном.

«Аргх».

Короткие серебряные волосы. Мы не видели его лица, но никто из нас не сомневался, кто это.

Наконец-то.

Дженас наконец отделился от тела Кейдена.

Увидев это, Ынджи подбежал ко мне и вцепился в мою талию.

«Ынджи хочет съесть! Плохой пахнет уродливыми камнями! Ынджи хочет съесть его!» — сказал он, указывая на Джеса.

Рузеф удивлённо посмотрел на Ынджи. «Погоди, это твой ручной змей?»

«Верно. Ынджи, сначала съешь уродливый камень», — ответила я, нервничая, что Дженас может прийти в себя и начать сопротивляться.

Юанна, наблюдая за ситуацией, добавила:

«Давайте быстрее, ребята. Я скоро начну процесс очищения».

Рузеф достал из кармана магический камень и протянул его Ынджи.

Тот мгновенно превратился в змею и проглотил камень. Переварив его, Ынджи радостно высунул язык, и в этот момент его тело начало слабо светиться.

«Хм?»

Постепенно он вырос до размеров трёх взрослых мужчин.

Я наблюдала, как его серебряная чешуя заострилась, став твёрдой, как драконья.

Вскоре он раскрыл гигантскую пасть и продемонстрировал своё величие, выпустив впечатляющий поток огня.

Он эволюционировал ещё на ступень.

Где он ошибся?

Включив Маргарет в список испытуемых?

Создав экспериментальный остров?

Пойдя по пути магов, которых так презирал?

Он не знал. Уже не имело значения.

Дженас полз по земле, его форма, состоящая из песчинок души, едва держалась.

В конце его взгляда была «дверь» с острова, и что-то зацепилось за его пальцы.

Он опустил глаза. В грязи что-то мерцало.

Не понимая, почему это так заинтересовало его в такой момент, он разгрёб землю рукой.

Перед ним оказалась человеческая кисть, сжимающая потрёпанный кулон с потускневшим камнем.

Дженас знал, кому он принадлежал. Тысячу лет назад он сам создал его, вложив ману всех прошлых владык Магической Башни.

«Аната».

Он узнал руку, державшую кулон.

Перед глазами встал образ сестры, бывшей с ним тысячу лет.

Тогда его преследовали как «лишённого маны», хотя на самом деле она была в нём заперта. Аната чувствовала вину, говоря, что если бы поняла это раньше, он не страдал бы.

Так сестра, тысячу лет жившая с кровью на руках ради него, умерла жалкой смертью, предав его ради испытуемой.

«Кровь не лжёт».

В конце концов, Дженас повторил её путь, встретив гибель из-за привязанности к испытуемой.

Ха.

Не может быть.

После всего, через что я прошёл—

—Аааа!

После тысячи лет!

Погружаясь в отчаяние, он заметил на земле рассыпавшиеся шарики. Тот самый, что Кейден носил в кармане.

Мана, собранная за тысячу лет экспериментов.

Он медленно протянул руку и взял один. Шарик начал испускать белесый дым.

«Вот оно».

Если уж не получить всё, то уничтожить. С самого начала он думал именно так.

Дженас высвободил ману, копившуюся тысячу лет.

Мы наблюдали, как Дженас ползёт по земле.

Эволюционировавший Ынджи возбуждённо вилял хвостом, не сводя с него глаз. Казалось, он вот-вот кинется и сожрёт его.

Дженас перестал ползти и начал копаться в грязи, найдя что-то и издав странный вопль.

Тёмные тучи на небе сгустились ещё сильнее, будто магические камни, которые он поглотил, реагировали на его отчаяние.

Гром грохотал.

Видя, как трещина в небе углубляется, Юанна срочно крикнула Ынджи:

«Ынджи, ешь!»

Ынджи высунул язык в её сторону, затем посмотрел на меня.

Я кивнула: «Давай, Ынджи, съешь его».

С радостным видом гигантский дракон устремился к Джесу. Тот, почувствовав угрозу, рассыпался, превратившись в синее свечение, и взмыл в небо.

Я увидела, как из сияния, бывшего Джесом, повалил белесый дым.

### Глава: Последняя Жертва

«Что это?»

Сквозь синий свет я разглядела нечто похожее на сферу. Дым, казалось, исходил именно от неё.

—Гу-гу-гу-гу.

В небе раздался странный гул.

Сфера, из которой валил дым, внезапно засияла ярче. Синий свет, который должен был принадлежать Дженасу, на мгновение сжался, пока сфера вращалась в ослепительном сиянии.

Ынджи дёрнулся, почувствовав угрозу. Через секунду из сферы вырвался огромный столб света, устремившийся в небо.

«Чёрт, это мана, собранная за тысячу лет экспериментов», — прошептал Кейден, с трудом поднимаясь с земли с помощью Рузефа.

«…Что?!»

Этот проклятый Дженас не успокоится даже в конце.

Столб света ударил в небо, оставив длинную горизонтальную трещину.

—Кваааанг!

Громовой раскат потряс воздух, будто небо рушилось. Я прикрыла уши и пригнулась.

Я почувствовала, как изменился поток моей маны. И едва я подумала об этом…

«Аргх!»

Рыцари и маги Империи вокруг начали падать на колени, будто их придавило невидимой тяжестью. Они не могли подняться, словно гравитация увеличилась в разы.

Видимо, межпространственный разлом разрушился, и поток маны нарушился.

Теперь это касалось не только острова. Влияние распространилось на весь континент.

Из всех лишь я и Юанна не ощутили изменений.

Дженас, снова в человеческом облике, возник в моём поле зрения. Мой разум затуманила ненависть к нему.

Он стоял на коленях, тяжело дыша, лицо искажено гримасой боли. В его руке по-прежнему сияла сфера.

«Маргарет», — он протянул руку ко мне.

Конечно, ближе он подойти не смог.

Ынджи разинул пасть и проглотил его целиком. Но через мгновение его челюсти снова разжались, обнажив Джеса.

Тот дрожащими руками упирался в зубы Ынджи, не давая им сомкнуться.

«Чёртова змея…!»

Чёрный дым начал клубиться вокруг тела Джеса. Он напоминал ядовитый газ, и из пасти Ынджи повалил фиолетовый дым.

Если Ынджи не реагировал на чёрный дым, то сам Дженас, казалось, страдал от него.

«Кх… Это… Это же бред…!»

Его хватка ослабевала. Ынджи побеждал.

Я повернулась к Юанне.

«Юанна. Пожалуйста, начинай очищение».

Юанна подняла руки, и белое сияние между её ладонями стало расти. Я поняла — это действительно конец.

Тут Энок схватил меня за руку и, превозмогая боль, подтянулся ближе.

В его глазах читалась глубокая безысходность. Я посмотрела на него и сказала:

«Я оставила письмо для своей семьи. Передай им. Оно в моём ящике».

Голос дрогнул. В глазах заструился жар. Я сделала глубокий вдох, сдерживая слёзы, и продолжила:

«Я не смогу сказать им сама. Думаю, уже не вернусь. Поэтому прошу тебя. Скажи им: "Я так сильно вас люблю. Простите, что говорю это только сейчас"».

Я знала, что должна сказать что-то и Эноку, но слова застряли в горле.

И, к моему удивлению, Энок, который, как я думала, будет умолять меня остаться, не произнёс ни слова. Он просто смотрел на меня с болью.

Это было странно. Не похоже на него. Если это наш последний момент, почему он молчит?

В этот момент небо содрогнулось.

—Грохот! Квакаанг!

Кейден, всё ещё страдающий от разрывающего его потока маны, двинулся ко мне.

«Стой, Маргарет. О чём ты? Куда ты собралась?»

Он опустился на одно колено, не в силах держаться. Я подавила подкатывающие рыдания и позвала его:

«Кейден…»

«Что… что происходит? Ты мне ничего не говорила. Я решил жить снова ради тебя, и что теперь, а? Какого чёрта тут творится?»

«Прости… и спасибо. Так будет лучше. Для всех. Для тебя».

Он медленно провёл рукой по лицу. Его взгляд говорил, что он не может принять это.

«Я… я не сильнее Дженаса. И поэтому тебе приходится жертвовать собой».

«Нет, это не так».

«Маргарет, у нас нет времени», — торопила меня Юанна.

Ноги Кейдена подкосились. Он смотрел на меня в оцепенении.

«Нет… Маргарет, прошу…»

Он плакал. Умолял.

Но я не могла ответить.

Я тоже не хочу уходить. Часть меня хочет остаться с близкими. Мне страшно.

Я не знаю, что будет со мной, пересеку ли я измерение, умру или выживу.

Но выбора у меня нет.

Дженас, всё ещё борющийся с Ынджи, должно быть, услышал наш разговор. Он закричал:

«О чём вы?! Нет! Маргарет должна остаться здесь, со мной! Нет!»

—Гу-гу-гу-гу.

Юанна, начавшая очищение, сказала:

«Сейчас не время беспокоиться о других. Ты ведь понимаешь, что произойдёт?»

Метеоритный шлейф обвил её руку, а затем превратился в гигантский свет, заполнивший весь мир, всё поле зрения.

Я не могла открыть глаза от яркости. Голова пульсировала от боли.

И тогда я услышала голос Юанны:

«Маргарет, я буду ждать тебя. Даже если это займёт вечность».

Сразу после её слов раздался звук — Ынджи проглотил Джеса.

—Глууп.

«Аааааа! Нет! Маргарет! Нет!»

Крик Джеса постепенно затих в пасти Ынджи, а моё зрение медленно меркло, пока не погасло совсем.

И тогда мой мир погрузился в полную тьму.

У берегов острова Алея. Незадолго до инцидента.

Маркиз Роад пришвартовал свой корабль у побережья острова Алея и поднёс к глазам подзорную трубу.

Он с тревогой ждал сигнала от Джеса. По плану он должен был высадиться на остров, как только получит знак, но сколько ни ждал, сигнала не было.

После мучительного ожидания в небе начали происходить странные явления. Тёмные тучи с неестественной скоростью затянули небо, и удары молний участились.

Маркиз Роад, разрабатывавший магические камни под руководством Джеса, знал причину этого явления — чрезмерное использование силы камней.

Маги из Ассоциации Магов, поставленные командовать кораблём по приказу маркиза, подошли к нему:

— Маркиз, как только вы отдадите приказ о высадке, мы двинемся к острову.

— Ждите.

Маги покорно склонили головы. Убедившись, что они вернулись на свои места, маркиз снова поднёс трубу к глазам, осматривая остров.

Он не мог действовать опрометчиво и разрушить годы работы.

Это был эксперимент, ради которого он пожертвовал собственным сыном. Маркиз Роад поставил на кон свою жизнь.

Хотя прошлый эксперимент провалился, сейчас был шанс всё исправить.

И в этот момент...

— Маркиз Роад. Сдавайтесь.

Громкий голос разнёсся над водой, словно усиленный магией. Маркиз узнал его.

Герцог Флонэ.

Он обернулся и увидел три военных корабля, приближающихся к его судну. На носу ближайшего стоял знакомый мужчина средних лет.

— Всё уже кончено.

Маркиз скривил губы. Кончено? О чём ты вообще говоришь?

— Его Величество лично прибыл к южным водам. Он ждёт вас, так что прекратите это безумие.

Слова герцога Флонэ не произвели на маркиза никакого впечатления.

Какой теперь толк от императора? Скоро он и Дженас будут править миром.

Уголки его губ дрогнули в зловещей ухмылке, когда один из старших магов подал ему магический рупор.

— Пусть Его Величество подождёт.

— Что ж, если слова не действуют, придётся применить силу.

Корабли герцога Флонэ начали готовиться к атаке.

— БА-БАХ!

Первый залп грянул с его флагмана.

За артиллерийским обстрелом последовали магические атаки. Корабли маркиза ответили своим залпом, но маги герцога — выходцы из Башни Кейдена — тут же развернули защитные круги.

Они использовали и пушки, и магию, поэтому их атаки оказались мощнее.

«Чёрт!»

Мой сын мешает мне до самого конца. Он должен был быть лишь жертвой для Джеса, но всё, что он создал, встаёт у меня на пути.

— Полная атака!

Маркиз собрал всех магов и отдал приказ.

Но в этот момент в небе раздался оглушительный грохот.

— ГРУУУУМ...

За ним последовал зловещий рёв. Источником был остров.

На сером небе прочертилась длинная горизонтальная линия. Она расширялась, превращаясь в мрачную трещину.

«Неужели... межпространственный разлом?»

Едва он подумал об этом, как увидел столб света, бьющий в небо.

Он ударил в трещину, и...

— КРУУУУХ!

Грохот, будто небо обрушилось, оглушил всех. Маркиз инстинктивно закрыл уши.

Поток его маны резко изменился. Энергия, текущая по его телу, будто вытягивалась вниз, к земле.

— Угх...

— Ч-Что за чёрт?!

Маркиз рухнул на колени, как и маги вокруг него. Будто невидимая сила тянула их вниз. Подняться было невозможно.

На корабле герцога Флонэ ситуация была аналогичной.

Стиснув зубы, маркиз попытался удержаться на ногах. Его взгляд устремился к острову, где должна была быть Маргарет.

«Чёрт возьми, моя кобылка там...!»

Дым рассеялся, открыв чистое голубое небо. Длинный разлом исчез.

Вся мана в воздухе пропала.

Более того — он чувствовал, что мана исчезла и из его тела. Он не только не мог управлять её потоком, но и ощущал полную слабость.

Но нужно было сохранять хладнокровие.

Герцог Флонэ, стиснув зубы, поднялся на ноги. Рыцари, чьи мускулы были крепче магической защиты, смогли устоять.

Если магия исчезла — это был их шанс разгромить Ассоциацию Магов и маркиза Роада одним ударом.

Как и ожидалось, маркиз и его маги впали в панику. Ни один человек на их корабле не мог даже встать.

— Ваша светлость, вы в порядке?

Диего, командовавший соседним кораблём, крикнул через магический рупор.

Герцог кивнул и резко опустил руку, отдавая приказ к атаке. Диего и Марсель тут же отреагировали.

— Вперёд!

Из-за исчезновения маны двигаться было тяжело, но по сравнению с магами они были в лучшей форме.

Пока корабли маркиза беспомощно дрейфовали, флот герцога медленно, но верно приближался.

«Чёрт! ЧЁРТ!»

Маркиз видел приближающиеся корабли и готовился к последнему бою.

Но маны в его теле не осталось. Его разум побелел от ужаса.

Это невозможно. Этого не может быть. Моя мана исчезла. Этого не может быть!

Где Дженас? Где Дженас?!

Маркиз, едва держась за перила, сидел на носу корабля.

Он должен найти Джеса. Тот всё исправит. Если он найдёт его...

— Зарядить пушки!

Громовой голос герцога Флонэ разрушил его надежды.

— Огонь!

Последовал приказ, и орудия кораблей разразились залпом.

— БУМ!

Маркиз, сидевший на носу, увидел, как его корабль разлетается на куски. От удара его тело дёрнулось, и он грубо рухнул на палубу.

— БУМ!

Следующий залп.

— БУМ!

В ушах звенело, мысли путались. Он катался по палубе в агонии, когда холодное лезвие внезапно упёрлось ему в горло.

Медленно подняв голову, он увидел герцога Флонэ, прижимающего ногу к его животу.

— Ну что, теперь вы склонны сдаться?

— Чёрт! Это же... это же бред!

Маркиз закричал и попытался вырваться, но его уже скрутили. Герцог усмехнулся.

— Не будьте высокомерны. Встаньте на колени.

Слова бесили маркиза, но сделать он ничего не мог.

— Взять их всех в плен.

По приказу герцога рыцари начали связывать магов.

Тем временем, обыскав маркиза, герцог нашёл в его кармане туго свёрнутый лист бумаги.

Это была «Клятва Пионового Цветка» — документ, который так долго искали Энок и его группа.

Пробежавшись глазами по списку, герцог обнаружил шокирующую деталь.

На документе стояла печать императора Лэнгриджа.

Когда Юанна использовала силу очищения, трещина в небе постепенно исчезла.

Когда ослепляющий свет рассеялся, она увидела, что Маргарет без сознания лежит в руках Энока. Её тело начало растворяться.

— Леди Флонэ?! Леди! Что происходит?! Леди...! Маргарет исчезает...!?

Крик Рузефа звучал жалобно.

Все в шоке смотрели на Маргарет. Её тело стало почти прозрачным. И по какой-то причине Ынджи тоже медленно исчезал вместе с ней.

— Пора.

Энок, наблюдавший за этим, взглянул на Юанну.

— Если Маргарет пересечёт измерение... она выживет?

— ...Я не могу гарантировать ни жизнь, ни смерть.

— Как мне последовать за ней? Я готов отдать жизнь.

— Ты серьёзно?

— Разве нет способа?

— Способ есть, но я не уверена, что он сработает. Я никогда не использовала так много силы...

— Это неважно. Даже один процент надежды — мне достаточно.

— ...Есть метод, который использовала Аната. Разрыв закона причины и следствия, чтобы отправить душу через измерение — так же, как я перенесла Маргарет в прошлом.

Это была просьба, которую Энок озвучил Юанне ещё на южном побережье Лэнгриджа.

Но для этого Эноку пришлось бы отдать свою жизнь.

Он крепко обнял растворяющуюся Маргарет. Не отпуская её руку.

Юанна с тревогой посмотрела на него:

— Я же предупреждала, я не уверена.

— Я говорил — мне достаточно. Так что... пожалуйста.

— Погодите, о чём вы вообще?

Артдал совершенно не понимал, что происходит. Энок увидел в его глазах беспокойство.

Он слабо улыбнулся. Хотя бы кто-то ещё переживает обо мне.

— Спасибо, Артдал.

Но всё, что было в жизни Энока — держалось на Маргарет.

Его выживание во дворце, стойкость на поле боя, восхождение в наследники престола, побег с острова — всё благодаря ей.

И теперь он хотел посвятить ей свои последние мгновения.

Чтобы ей не было одиноко.

Чтобы она не страдала.

Чтобы она никогда не чувствовала, что её жизнь не имела смысла.

Он хотел, чтобы она знала — её жертва не была напрасной.

И он будет с ней до конца — даже если этот конец — смерть.

— Что? Что ты...!

Артдал не успел договорить.

Энок кашлянул кровью.

"Эй!.. Что, чёрт возьми, происходит? Очнитесь! Эй, вы! Сделайте что-нибудь! Откройте портал сейчас же! Давайте переместим кронпринца!"

Артдал, поддерживая тело падающего Энока, кричал на рыцарей и магов Империи Лэнгридж. Но никто из них не шелохнулся. Очищение Юанны продолжалось.

Чрезмерное использование сил оставило Юанну на грани потери сознания. Её тело билось в конвульсиях. С трудом сохраняя ясность ума, она сказала Артдалу:

"Обратного пути нет... Его Высочество кронпринц сам попросил меня об этом".

Внезапно Артдал почувствовал, как мана покидает его тело. Потеряв равновесие, он рухнул на землю, всё ещё держа Энока.

"Аргх... Что?.. Что, чёрт возьми, он попросил тебя сделать?"

"Он хотел последовать за Маргарет через измерение".

"...!?"

"Мне нужна была его жизнь, чтобы нарушить закон причины и следствия. Если это душа без тела, наполненная лишь маной, её можно отправить за пределы измерения силой очищения".

Свет, исходящий из рук Юанны, становился всё ярче, а глаза Энока медленно закрывались.

"Стой, Энок. Эй, очнись!"

Артдал тряс тело Энока, но оно обмякло. Будто душа покинула его.

Кейден откинулся назад, наблюдая за шокирующей сценой. Затем у его ног с лёгким стуком покатился шар. Это был магический шар, который использовал Дженас. Сфера, наполненная маной, собранной за тысячелетия экспериментов.

Кейден молча поднял его. Он был уверен, что Дженас израсходовал всю ману, но внутри ещё что-то оставалось. Он уставился на шар.

Юанна продолжала использовать силу очищения, чтобы закрыть разлом. Божественная энергия, исходящая из её рук, била в небо, словно луч света, и постепенно тёмные тучи начали рассеиваться.

Длинная линия на небе исчезала. Воздух, ещё недавно наполненный опасной нестабильностью, теперь был ослепительно ярок — сквозь рассеивающиеся тучи пробивалось солнце.

Дождя не было, но на небе раскинулась огромная радуга. Как только Юанна подумала, что это прекрасное и умиротворяющее зрелище, свет полностью покинул её тело. Вся мана в мире исчезла, и межпространственный разлом закрылся.

— Глухой удар.

Совершенно обессиленная, Юанна рухнула на землю. Рузеф, едва переведя дух, подошёл к ней, проверяя её состояние. К счастью, Юанна была просто слаба и на грани обморока, но внешне казалась невредимой.

"Вся моя мана исчезла..." — Артдал замер, тяжело дыша.

"Погоди..." Он огляделся в недоумении, затем нахмурился. "У кого-то осталась мана?"

"Ты можешь использовать свой магический глаз?" — спросил Рузеф, глядя на Артдала.

Тот кивнул: "Он читает ману, а не использует её". С этими словами Артдал начал искать остатки маны, и его взгляд упал на Кейдена.

Тот безучастно смотрел на место, где исчезли Энок и Маргарет, с выражением отчаяния на лице, будто его мир рухнул.

"Маргарет..." Кейден бормотал её имя, лихорадочно озираясь. Его эмоциональное состояние было нестабильным.

Чем сильнее нарастала его неуравновешенность, тем мощнее становился вихрь маны, окружающий его. Вихрь медленно поглощал его.

Юанна наблюдала за этим в полном недоумении. Если бы в мире оставалась хоть капля маны, разлом бы не закрылся, но Кейден делал это возможным. Как, чёрт возьми?

Даже Маргарет и Энок пришлось отправить за пределы измерения, чтобы закрыть разлом. Как Кейден мог делать это?

Краем глаза Юанна заметила шар в руке Кейдена, едва различимый сквозь бушующий ветер. Что это?..

"Лорд! Что, чёрт возьми, происходит?!" — растерянно спросил Артдал, глядя на поведение Кейдена.

Рузеф, пришедший в себя, подошёл к Юанне: "Куда, чёрт возьми, делась леди Флонэ? А Его Высочество кронпринц? Что вообще происходит?!"

Увидев это, Рузеф схватился за голову, не в силах понять ситуацию. Юанна сидела в оцепенении.

"Чёрт, моя мана... исчезла! Моя мана!.." — отчаянные крики магов, стоявших вокруг в замешательстве, достигли её ушей. Один из магов посмотрел в сторону Кейдена.

"Но как, чёрт возьми, Лорд Магической Башни использует свою ману?"

Все повернулись к вихрю, окружавшему Кейдена.

Маргарет исчезла у него на глазах. Если бы он был чуть сильнее... Если бы у него была сила победить Джеса, ему не пришлось бы отправлять Маргарет и Энока через измерение.

Почему у него никогда не хватает сил защитить тех, кого он любит? Почему он всегда оказывается бессилен?

В этот момент Кейден заметил шар у своих ног. Внутри прозрачной сферы клубился белый дымок. От шара исходила странная энергия.

Наклонившись, чтобы поднять его, он понял — это мана, собранная Джесом за годы экспериментов. Он думал, что вся сила была израсходована, но нет.

Мана, собранная ценой невинных жизней. Не то, к чему можно прикасаться легкомысленно. Эта сила превосходила даже мать монстров, и за её использование пришлось бы заплатить цену.

Но сейчас она была ему отчаянно нужна. Если бы у него было больше силы, чем у Джеса... Если бы над ним не ставили экспериментов... Если бы у него было счастливое детство...

Если бы он смог остановить безумные опыты раньше, пока всё не вышло из-под контроля... Смог бы он спасти Маргарет?

Кейден молча смотрел на шар в своей руке. Его охватило сложное, всепоглощающее желание.

Я хочу спасти Маргарет.

Он всегда хотел сломать барьеры, возведённые Роадами и Джесом. Сила этого шара позволит ему это сделать. Изменения в его собственной мане подсказывали ему, что он сможет принять эту силу.

Ему нужно было поглотить ману до того, как Юанна закроет разлом. Кейден сосредоточился на руке, держащей шар.

Из шара начал подниматься дым, который вскоре просочился в руку Кейдена, наполняя его мощной энергией. Гнев, отчаяние, разочарование, раскаяние, сожаление.

Каждая эмоция накрывала его волнами. Грудь горела. Его сильные чувства смешались с маной шара и плотно сплелись. Вскоре мана полностью впиталась в его тело.

"Маргарет..." Кейден смотрел на пустое место, где исчезли Маргарет и Энок.

Сердце бешено колотилось. Казалось, будто кипящая вода поднимается из глубины колодца. Камешки на земле задрожали, когда вокруг него подул лёгкий ветерок.

Лёгкий ветер превратился в яростный вихрь, окутавший Кейдена. В вихре, поглотившем его, заструились электрические разряды. Ветер взметнулся высоко в небо. Полы его мантии развевались вместе с волосами.

Волосы Кейдена стали длиннее, а его красные глаза вспыхнули, превратившись в ослепительное золото.

Готово.

Энергия внутри него преобразилась до неузнаваемости. Мощь была столь всепоглощающей, что он едва удерживал дыхание. Эмоции утихли. Разнообразные чувства постепенно исчезли, оставив лишь холодный расчёт.

Он чувствовал, как человеческие черты медленно покидают его, а их место занимает "сила". Кейден смутно осознал, что превзошёл человеческие пределы.

Его кожа словно отслаивалась. Казалось, тело превращается в оболочку, исчезая, и всё его существо переформировывается заново. Его длинные волосы взметнулись вверх, и Кейден раскинул руки, закрыв глаза.

Ощущение, будто то, чего ему всегда не хватало, наконец заполнилось. Он не просто превзошёл Джеса. Он чувствовал себя завершённым. Так, будто у него есть всё. Ничего не недостаёт.

Кроме одного.

Я должен найти Маргарет и кронпринца.

Стоя там, где рассеялся вихрь, он посмотрел на небо, теперь спокойное и безмятежное. Небо, ещё недавно выглядевшее так, будто мир рушится, теперь было безмятежным. Как будто межпространственный разлом полностью закрылся.

Но теперь он сможет найти Маргарет и Энока по ту сторону, не создавая нового разлома. Он был уверен, что сможет сделать то, что не удалось Джесу.

Он повернулся к тем, кто наблюдал за ним, и сказал: "Я найду их". Маргарет и Энока.

Я не знаю, сколько времени прошло. Всё, что я чувствую, — тяжесть в животе.

Я медленно открыла глаза. Я лежу на бледной поверхности воды. Не понимая, что происходит, я просто лежала и моргала.

На небе нет солнца, но вокруг светло. Очень странное ощущение.

Я опустила взгляд и увидела маленького ребёнка лет пяти, спящего у меня на животе. Только тогда я поняла, почему мне было так тяжело — это Ынджи.

Я не знаю, что, чёрт возьми, происходит. Где я? Сколько времени прошло? Почему здесь Ынджи? Может, это загробный мир? Или сон? Нет чувства реальности.

Я на мелководье? Или в океане? Не знаю. Ничего не видно вокруг.

— Плеск.

Я пошевелилась, и вода заколебалась. Я спокойно села и осмотрелась. Абсолютно ничего. Только леденящая душу тишина.

Похоже на одно из бесчисленных измерений, о которых я не знала, или на разлом между ними. Я смутно думала, что, пройдя через измерение, окажусь в Корее, но, видимо, ошиблась.

Даже если бы я и вернулась в Корею, мне там не было места. Ынджи и я не мертвы, но мы в этом жутко странном месте.

==

Русс.п.: overwhelming переводиться по-разному в зависимости от контекста:

Подавляющий (например, "подавляющее большинство")

Ошеломляющий (например, "ошеломляющий успех")

Непреодолимый (например, "непреодолимое желание")

Всепоглощающий (например, "всепоглощающая страсть")

Огромный, потрясающий (например, "огромное впечатление")

"Всё пропало. Лучше умереть, чем не знать, жив я или уже мёртв."

Я тихо позвала Ынджи:

«Ынджи».

«М-м? Нуни?»

Он сонно открыл глаза. Я погладила его по спинке.

«Как ты здесь оказался? Ты последовал за мной?»

Ынджи кивнул в ответ.

«Да! Я везде за тобой. Нуни и Ынджи связаны!»

Наверное, потому что Ынджи — монстр, запечатлевшийся на мне, и когда меня выдернули из измерения, он последовал за мной.

«Сила красивой подруги причиняла мне боль, а здесь мне нравится».

Красивая подруга? Видимо, он про Юанну. Возможно, из-за её силы очищения, которая имеет божественную природу, Ынджи испытывал боль.

«Ты в порядке после того, как съел плохого человека?» — спросила я, и Ынджи энергично закивал.

«Я в порядке! Плохой человек пах, как уродливый камень! Ынджи теперь сильнее!»

Похоже, магический камень Джеса помог ему.

«Если ты теперь сильнее, ты не можешь вернуться туда, откуда пришёл?»

Если Ынджи поглотил всю ману Джеса и эволюционировал, возможно, это реально. Я спросила на всякий случай, но он покачал головой.

«Не могу».

Жаль. Но я ожидала этого, поэтому быстро смирилась.

Ынджи заёрзал у меня на руках. Я снова посмотрела на него.

«Прости, Ынджи. Тебе тяжело?»

«Совсем нет! Ынджи особенный, поэтому всё в порядке».

Он улыбнулся мне.

«Я должен быть с тобой с самого первого момента, когда увидел тебя».

«Первого момента?»

«Да. На острове».

«Но ты изначально был монстром-анакондой…»

Я замолчала.

Но Ынджи посмотрел на меня с непоколебимой уверенностью.

«Нет, я другой. Нуни и Ынджи — особенные».

Я не нашлась, что ответить, и растерянно уставилась на него.

Тогда он, кажется, понял, что я хотела сказать, и продолжил:

«Я знаю, где родился. Но теперь это не важно. Я изменился, когда встретил тебя. Я стал сильнее. Ты моя сестра, моя мама, мой мир».

Его слова заставили мои глаза наполниться слезами. Я стиснула зубы, чтобы не расплакаться.

«Твоя особенная мана делает меня особенным. Я единственный в мире, как и ты. Спасибо, Нуни».

Ынджи обнял меня за талию и прижался щекой к моему животу.

Разве не благодаря Ынджи я выжила в эксперименте Алеи? Конечно, я знаю, что Юанна, Ынджи и я — каждый сыграл свою роль.

Оглядываясь назад, понимаю: моя жизнь не была такой уж плохой.

«Спасибо, Ынджи. Ты тоже единственный у меня. Я люблю тебя».

Но он, кажется, не услышал — засопел и провалился в сон. Я снова прилегла, держа его на руках.

Когда я опустилась, вода уже почти покрывала меня.

Я осознала: здесь ничего нет. Только пустота. Что мне теперь делать?

Я заметила, что моё тело становится прозрачным. Как и тело Ынджи. Я догадалась — это процесс уничтожения.

Если это действительно межпространственный разлом, то и мне здесь не место. Возможно, я и правда исчезаю.

Тогда где моё место?

Боль, которую не смогла утолить даже смерть Джеса, снова охватила меня.

Когда мне было одиноко, это крошечное создание на руках обнимало и утешало меня. Слава Богу, что у меня есть Ынджи. Иначе я бы точно сошла с ума в этом месте.

Я жертвовала собой ради всех, не думая, но на самом деле не хотела этого. Кто в мире хочет жертвовать собой?

Говорят, Бог даёт только те испытания, которые ты можешь вынести. Но разве такие страдания под силу человеку?

Я думаю о тех, кого оставила за гранью измерений. О семье, друзьях, о человеке, которого люблю.

Вспоминаю лицо Энока, и мне становится так грустно, что я ушла, не отдав ему частичку своего сердца.

Я скучаю по нему.

Если бы я сказала ему хоть раз, что он мне нравится, было бы не так больно?

Жаль, что я так запуталась в своих двух «я» и не провела больше времени с теми, кого люблю.

Сожаление — вот всё, что остаётся.

Жизнь слишком коротка, чтобы проводить её с любимыми, а я, наверное, потратила так много времени впустую…

Я лежала, почти не чувствуя себя, как вдруг услышала голос, которого здесь быть не должно.

«Маргарет».

«У меня уже слуховые галлюцинации».

Я потёрла уши. Если бы Иннис или мама увидели, сказали бы, что это недостойно благородной леди, но кому теперь какое дело?

Я улыбнулась и закрыла глаза.

Когда же наступит конец?

Но в следующий момент я услышала шаги. На этот раз это не галлюцинация. Я резко подняла голову.

«Маргарет».

Кто-то схватил меня за плечо.

«А-а-а! Чёрт, ты меня напугал!»

Я вскочила в панике, и Ынджи съехал с моего живота, покатившись по полу.

Я подхватила его и подняла глаза. Передо мной стоял мужчина.

Крепкий подбородок, чёрные волосы, будто выхваченные из ночного неба, и золотистые глаза, словно отлитые из чистого золота.

Я не верила своим глазам и моргала снова и снова. Это сон?

«…Энок?»

Он тяжело дышал, его лицо выражало крайнюю напряжённость. Он опустился передо мной на колени.

«Я искал тебя».

«Ты правда Энок?!»

Я вскрикнула от неожиданности. Ынджи зажал уши лапками. Я извинилась, погладила его по голове и поставила на пол.

«Ты правда Энок?»

Он медленно кивнул.

Наверное, Бог показывает мне то, что я хочу видеть, перед смертью. Может, я так сильно скучаю по Эноку, что мне дают последнее видение.

Но «видение» не исчезало. Я растерянно посмотрела на Ынджи.

«Ынджи, ты его тоже видишь?»

Он кивнул.

«А-а-а! ЭНОК!» — закричала я.

Передо мной действительно он.

«Боже мой!»

Я прикрыла рот рукой, глядя на него.

«Как ты здесь оказался?»

«Святая помогла».

«…Что? Как?»

«Это… секрет».

Энок не стал объяснять, лишь опустился на одно колено и нежно прикоснулся к моей щеке.

Его золотые глаза выражали десятки тысяч эмоций.

«Моя жизнь обретает смысл, только когда ты рядом. Даже если это означает смерть».

От его слов у меня перехватило дыхание. Я не могла говорить, лишь прикрыла рот ладонью.

Он пришёл умереть со мной.

Горло сжалось. Лишь через мгновение я спросила:

«Ты правда пришёл умереть со мной?»

Энок не ответил.

Так вот каково это — когда твой мир рушится. Одновременно и радость, взмывающая к небесам, и отчаяние, падающее в бездну.

Что мне делать с этим человеком?

Я прикоснулась к его щеке, проводя пальцем по скуле.

Если это сон, то, наверное, последний дар Бога. А если нет…

Я прикусила губу и посмотрела на него.

«Энок… Почему ты…»

Я опустила голову и прижалась лбом к его.

«Я хотела, чтобы ты жил».

«Я говорил: жизнь без тебя для меня не имеет смысла».

Он прошептал это так тихо, что у меня закипели глаза. Слеза скатилась по щеке, и Энок нежно стёр её.

Я прижалась щекой к его ладони и заплакала. Он снова и снова вытирал слёзы, не говоря ни слова.

«Ты мне нравишься».

Его рука замерла. Он широко раскрыл глаза, поражённый.

«Прости, что так долго молчала».

Энок смотрел на меня, словно не веря. Его золотые глаза горели.

Он несколько раз открыл рот, затем нахмурился. Потом медленно вытер лицо и сказал:

«Ещё раз. Скажи ещё раз».

«Ты мне нравишься».

«Ещё».

«Ты мне нравишься, Энок».

Мой ответ заставил его улыбнуться. Он медленно наклонился ко мне.

Его большая твёрдая ладонь коснулась моей щеки, дыхание стало ближе. Я смотрела в его золотые глаза, пока они не оказались вплотную, а затем закрыла свои.

Я почувствовала мягкое прикосновение губ. Энок приподнял мой подбородок, его горячее дыхание смешалось с моим.

Голова наполнилась горячим дымом. Он притянул меня ближе, углубляя поцелуй. Его рука скользнула по спине, и я вздрогнула, цепляясь за него.

Когда он наконец отстранился, моё внимание привлекли его покрасневшие губы.

Я подняла взгляд выше и увидела, как Энок смотрит на меня.

«Скажи ещё раз, Маргарет».

Он наклонился, будто умоляя. Я прикоснулась к его горячим щекам, затем приподнялась на цыпочках и снова коснулась его губ.

«Ты мне нра… нет. Я люблю тебя».

Не успела я договорить, как его рука обхватила мою талию. Энок снова поцеловал меня, на этот раз так страстно, что я едва могла дышать.

Ынджи, дремавший на полу, открыл глаза.

«М-м? Нуни?»

Он озадаченно посмотрел на нас.

Энок медленно отстранился и поцеловал меня в лоб. Увидев это, Ынджи протянул лапки.

«Нуни! Ынджи тоже! Ынджи тоже хочет поцеловать Нуни!»

Я улыбнулась и поцеловала его в макушку.

Мне больше не одиноко.

Я не одна, потому что рядом те, кто не дал мне утонуть в отчаянии.

Спасибо Ынджи.

Спасибо Эноку.

И тут моё зрение начало меркнуть. Ынджи огляделся.

Наши тела постепенно исчезали, и я почувствовала: это действительно конец.

Так вот как выглядит смерть.

Не так уж и плохо. По крайней мере, я не одна.

В этот момент Энок снова поцеловал меня в лоб.

«Маргарет».

«Да».

«Я люблю тебя. Всем сердцем».

«Ынджи тоже любит Нуни!»

Я поцеловала Энока в щёку, затем наклонилась к Ынджи и поцеловала его в лобик.

Слёзы катились по моим щекам. Зрение расплылось. И сквозь пелену я увидела, как Энок тянется к моей руке, обнимая нас обоих.

Тёплый свет окутал нас.

Великая сила требует великой жертвы, и потому Кейден отказался от человеческого тела.

Для него его тело было не более чем бессмысленной оболочкой. Будучи единственным в этом мире, кто обладал маной, он стал самой маной.

В отличие от Джеса, которому приходилось разрушать измерение, чтобы контролировать его, Кейден, обладая всей своей силой, без труда нашёл разлом между мирами.

Он искал и искал присутствие Маргарет и Энока в том измерении.

И наконец нашёл их — их души, растворяющиеся в пустоте разлома.

Кейден медленно опустился на одно колено перед ними. Энок лежал без движения, обнимая Маргарет и Ынджи. Их очертания становились всё более размытыми.

Он протянул к ним руку. Из его ладони хлынул свет, окутывая их, пока они исчезали.

Он чувствовал боль, будто его душу сжигали. Возможно, он прикоснулся к силе, достигающей божественных пределов.

Но он терпел.

Сколько трудностей я перенёс, чтобы добраться сюда? Чтобы пересечь измерения в поисках Маргарет и Энока?

Я не могу просто сдаться и быть поглощённым этой силой.

Когда его силы были на исходе, Энок открыл глаза первым. Его душа, которая уже почти исчезла, снова обрела форму.

Он нахмурился, тихо застонал и поднял голову. Его взгляд встретился с взглядом Кейдена, затем он огляделся, оценивая ситуацию.

«...У меня была мысль, что ты найдёшь способ».

«А если бы не нашёл?»

На этот довольно мрачный ответ Энок, всё ещё держа Маргарет, невозмутимо ответил:

«Я сказал, что была мысль. Не сказал, что я в этом уверен».

«Чего?»

«Я планировал умереть здесь вместе с Маргарет».

Кейден сухо рассмеялся.

«С Маргарет всё в порядке?»

«Я не знаю точно, но, похоже, наше существование стиралось, потому что мы не должны были находиться здесь. Если бы ты опоздал ещё немного, нас бы не стало».

Энок смотрел на Кейдена спокойным взглядом, затем произнёс:

«Спасибо, что пришёл».

Кейден почесал затылок и улыбнулся. Затем взглянул на лицо Маргарет, которая всё ещё спала.

«Как ты мог так легко бросить свою жизнь, даже ради Маргарет? Можно я тебя обругаю?»

Энок не ответил. Кейден выругался, не дожидаясь ответа.

«Псих».

Энок, невозмутимый, повернулся к нему.

«А ты отказался от человечности ради Маргарет».

Он почувствовал странную, подавляющую ауру маны, исходящую от Кейдена, и догадался, что с ним произошло.

«Скажем так, я не отказался — я эволюционировал. Как Ынджи».

Кейден взглянул на Маргарет и Ынджи в руках Энока и вздохнул.

«Их все ждут».

Энок мрачно кивнул.

«Все, наверное, сходят с ума без Маргарет».

«Только без Маргарет?»

Вопрос Кейдена заставил Энока на секунду задуматься.

«Ддаккари, Святая, сэр Диего и, конечно же, твой "лучший друг" — Его Высочество Артдал — все "с нетерпением" ждут тебя», — ответил Кейден, затем глубоко вздохнул и продолжил.

«А ещё те, кто яростно следует за тобой — рыцари Империи Лэнгридж».

Кейден замолчал, на его лице мелькнуло нерешительное выражение, затем он нахмурился.

«...И ещё я. Хотя я всегда тебя ненавидел. По-человечески признаю».

Независимо от того, что он признал, Кейден поспешно добавил:

«Так что пошли домой».

Я очнулась в своей кровати, в своей комнате.

Когда я перевернулась, то увидела Юанну, которая обнимала меня и плакала.

Что за чёрт здесь происходит?

Неужели всё это был сон? Переход через измерение, встреча с Эноком — это всё сон?

Я уже не могла отличить реальность от иллюзии.

Пока я пыталась успокоить рыдающую Юанну, я заметила Ынджи, который спал, положив голову на край кровати.

Ынджи вскочил, его глаза встретились с моими.

«Нуни! Нуни!»

«Ынджи? Это сон?»

«А? Нет, это не сон!»

«Мы дома? Это ты сделал?»

«Эмм, это...»

Юанна ответила за него.

«Лорд Кейден вернул тебя и Его Высочество. Он пересёк измерение».

«Что...?»

Я растерянно задавала вопросы, пытаясь понять эту невероятную ситуацию.

«Как? Ведь мана исчезла. Что с разломом? Если мы с Ынджи здесь, разве он не закроется? И даже Джес не мог пересечь измерения...»

Юанна вытерла слёзы и успокоила мою панику.

«Я точно закрыла разлом. А пересечь измерения мог только Кейден, потому что он пробудился».

«Пробудился?»

«Когда я увидела его... Он уже не был человеком».

«А что случилось с Кейденом?»

«Он исчез вскоре после того, как вернул вас. Я не знаю, где он сейчас».

Как это — не знаешь, где он?

Мои мысли остановились от беспокойства за Кейдена.

Юанна задумчиво добавила:

«Кажется, перед исчезновением он что-то говорил о гибернации...»

«Гибернации?»

«Я не знаю точно, но он вернул души, которые были стёрты из этого мира, и использовал для этого ману. Только никому не говори про ману — будет много шума».

Тут я осознала, что моё тело всё ещё наполнено маной. Именно поэтому Ынджи оставался в человеческой форме.

«Но измерение цело. Это сила Кейдена. Возможно, он впал в гибернацию, потому что прикоснулся к божественному. Подробности нужно спрашивать у него, но я не знаю, где он...»

«А Энок? Он был со мной, где он...?»

—Тук-тук.

«Святая, как Маргарет?»

Дверь открылась, и в комнату заглянула Розмари. Её бледное, измождённое лицо выразило шок, когда она увидела меня.

«...Маргарет?! Маргарет, Боже мой, Маргарет!»

Она ворвалась в комнату, крича моё имя, и бросилась обнимать меня.

Я обняла её, пока она рыдала. Юанна рассмеялась и дала нам место.

Кто-то, должно быть, услышал крики Розмари, потому что в дверях появилась Ванесса.

«Мисс!»

Она влетела в комнату, рыдая, и ухватилась за мою кровать.

Я огляделась — комната была полна слёз.

—Бум.

Что-то упало у двери. Я увидела, как Иннис, моя мать и отец вбегают с подносом еды.

«Я хотела сама принести...»

«Ооо, моя девочка...!»

Они бросились ко мне и обняли. Я разрыдалась в объятиях сестёр, матери и отца.

Когда я немного успокоилась, Юанна рассказала мне, что произошло.

Вскоре после моего исчезновения Энок пожертвовал собой, чтобы последовать за мной, а пробудившийся Кейден сразу же пересёк измерение, чтобы найти нас.

Ему удалось спасти нас, но после этого он исчез. Я проспала четыре дня, не в силах восстановить силы.

Кроме того, в мире, который очистила Юанна, начался хаос — мана исчезла, и всё, что работало на магии, остановилось.

Энок, очнувшийся раньше меня, работал вместе с моим отцом, герцогом Флонэ, и герцогом Бильтерхаймом, чтобы успокоить людей.

Публичная казнь была назначена через четыре дня.

Моя голова раскалывалась от потока информации, обрушившегося на меня сразу после пробуждения.

«Значит, Энок в порядке? Он точно был со мной в том измерении».

«Он вернулся вместе с тобой. В отличие от тебя, у него чудовищная выносливость...»

Юанна почесала щёку и рассмеялась.

Я была рада, что Энок в порядке. Казалось, я снова могу дышать.

Проблема была в Кейдене. Когда я заявила, что пойду искать его сразу же, Юанна и моя семья остановили меня.

«Ты только что очнулась, тебе нельзя далеко уходить — это слишком большая нагрузка».

«Но...»

Когда я попыталась возразить, все пять женщин мягко уложили меня обратно в кровать.

Возможно, из-за того, что моё тело ещё не восстановилось, как только я лёгла, меня снова накрыла волна сонливости.

Юанна похлопала меня по плечу.

Теперь я вспомнила — она говорила, что для использования силы очищения нужно чем-то пожертвовать. Чем же пожертвовала она?

Не в силах бороться со сном, я снова провалилась в темноту.

А что, если я проснусь и окажется, что всё это был сон?

К счастью, это не был сон.

Когда я проснулась после долгого сна и поела с семьёй, мне сообщили, что Энок прибыл в замок Флонэ.

Услышав это, я помчалась ко входу. За моей спиной звучали тревожные голоса семьи, но всё моё внимание было приковано к Эноку.

Я спустилась по лестнице в холл и увидела его — он стоял у входа, передавая плащ слуге.

«Энок!»

Он обернулся, устало поправляя галстук, и удивлённо посмотрел на меня.

Это Энок. Настоящий Энок. Энок жив.

Я в мгновение ока бросилась к нему и обняла.

«Я так переживала. Слава Богу, ты в порядке, я так рада».

Энох сначала, казалось, был ошеломлен моей эмоциональной реакцией. Но затем его крепкое предплечье обвило мою талию, а низкий голос прошептал мне на ухо:

«Мне нравится такой теплый прием, но, боюсь, твоя семья может упасть в обморок от неожиданности».

Эти слова вернули меня в реальность, и я отстранилась от Эноха. Обернувшись, я увидела свою семью, которая выбежала за мной, смотрящую на нас в оцепенении.

«Прошу прощения, Ваше Высочество, у нас не было времени подготовиться, поэтому, боюсь, мы выглядим не совсем готовыми к встрече», — сказала мама.

«Все в порядке, это я виноват, что приехал так внезапно», — спокойно ответил Энох на извинения мамы.

Я переводила взгляд между ними, затем смущенно улыбнулась. Почему-то я почувствовала себя незрелой аристократкой.

«Я… вы не против, если мы сначала поговорим наедине?»

Мама, Иннис и Розмари кивнули в ответ на мой вопрос. К счастью, отец уже уехал на работу во дворец, так что никто не мог помешать моему свиданию с Энохом.

«О?»

«Э-э, конечно».

«Вы пойдете в гостиную?»

«Нет, мы выйдем в сад. Я хочу прогуляться».

Я взяла Эноха за руку и ответила на вопросы трех женщин. Услышав, как Энох тихо усмехнулся, я почувствовала, как меня накрывает волна смущения.

«Да, тебе нужно подышать воздухом после того, как ты пролежала в постели».

«Береги себя».

Услышав ответ мамы и Иннис, я вышла с Энохом в сад.

Было время перехода от теплой весны к свежему лету. Прогуливаясь с Энохом по зеленому и яркому саду, я ощутила такое спокойствие, что у меня навернулись слезы.

Неужели для нас наступило такое время?

Немного постояв в раздумьях, я остановилась, повернулась к Эноху и спросила:

«Ты точно в порядке?»

Энох, последовавший за мной, медленно кивнул. Он протянул руку и нежно провел пальцами по моим волосам.

«Я примчался, как только услышал, что ты очнулась. Сейчас нельзя использовать врата, поэтому пришлось ехать в карете».

Его пальцы скользнули по моему лбу и щеке. Я на мгновение закрыла глаза, чувствуя его прикосновение. Его большой палец нежно скользил по моей щеке.

Когда я медленно открыла глаза, то увидела, что Энох смотрит на меня пронзительным взглядом.

«Я в порядке».

На его губах расплылась улыбка, будто нарисованная кистью.

«Знаешь, я подумал, что было бы неплохо умереть вместе с тобой, когда наконец услышал твое признание. Было бы романтично умереть в таком состоянии».

«В смерти нет ничего романтичного», — отрубила я.

Энох рассмеялся в ответ на мою отповедь. На его лице появилось озорное выражение.

Я уставилась на него, ошеломленная, потому что он так редко смеялся так открыто и громко.

Но затем внезапно меня накрыла волна раскаяния. Я быстро нахмурилась и сжала губы.

«Надеюсь, я тебя не обидел».

Увидев мое мрачное лицо, Энох заерзал и извинился.

«Дело не в этом… Прости, я слишком поздно поняла. Ты мне нравишься, Энох».

Произнося это, я украдкой взглянула на его лицо, но он лишь страстно смотрел на меня.

«Ты сводишь меня с ума».

Он вздохнул, выглядев при этом счастливым. Затем он глубоко вдохнул и медленно провел рукой по лицу.

«Если ты так очаровательна…»

Он наклонился чуть ближе, взял мое лицо в свои большие ладони и медленно склонил голову. Я вздрогнула, когда он приблизился, будто собираясь поцеловать меня.

«Я не могу сдержаться».

«Что?»

Но Энох не стал отвечать на мой вопрос, а лишь оставил легкий поцелуй на моих губах.

Я покраснела и быстро огляделась. К счастью, в саду больше никого не было. Когда я снова посмотрела на Эноха, он стоял, скрестив руки, и смотрел на меня с расслабленным видом.

Он лениво улыбнулся и сказал:

«Вместо "прости", я бы предпочел услышать "я люблю тебя"».

«Э-Энох!»

Мое растерянное восклицание снова заставило его рассмеяться, на этот раз с явным удовольствием.

Когда смех стих, я спросила:

«Ах, Энох. Кстати, ты слышал о Кайдене? Он…»

«С ним все будет хорошо».

«Что? Откуда ты знаешь? Ты видел его?»

«Нет, с тех пор как мы вернулись, я его не встречал. Я видел его, когда он вызволял нас из разлома, но ты тогда была без сознания».

Он на мгновение замолчал, его лицо стало озабоченным.

«Ему тоже нужно восстановить силы. Думаю, лучше дать ему время».

Слова Эноха напомнили мне то, что говорила Юанна. Она упоминала о спячке.

Зачем ему нужно впадать в спячку? Неужели он действительно оставил свою смертную оболочку? И если так, значит, он вошел в сферу богов?

У меня так много вопросов.

Пока я стояла, размышляя о Кайдене, в сад вошла Юанна.

«Вы тут. Мне сказали, что вы здесь. Все приехали, как только узнали, что ты проснулась, Мэг. Здесь Его Высочество Артдал, архиепископ Рузеф и сеньор Диего».

В руках у Юанны был Ынжи. Она сказала, что он рад завести такую красивую подругу и очень к ней привязался.

«Я слышала, Ваше Высочество настолько занят, что даже не может вырваться из дворца, но, вижу, вам удалось выбраться?»

«Маргарет проснулась, и я не могу сидеть взаперти, хотя мне скоро придется вернуться».

Легко ответив на вопрос Юанны, Энох взял мою руку и твердо сказал:

«Просто подожди немного, пока я разберусь с делами».

Подождать чего?

«Тогда я официально сделаю тебе предложение».

Я снова остолбенела, и мой рот открылся, как у карася. Предложение?

Он погладил мои волосы и поцеловал в лоб, а Юанна, стоявшая рядом, смотрела на нас, будто только что разжевала гнилое яблоко.

«Мне пора идти, так что я не увижусь с остальными. Передай им привет».

«Конечно. Знаю, что сейчас тяжелые времена, но что поделать. Береги себя».

Юанна оставила прощальные слова, в которых трудно было понять — предупреждение это или утешение, и Энох покачал головой.

Попрощавшись, Энох уехал обратно во дворец, а мы с Юанной и Ынжи направились в гостиную, где нас ждали остальные.

«Молодая леди?»

Я открыла дверь в гостиную, и меня сразу встретил аромат цветов. Трое мужчин сидели за столом и пили чай.

Увидев меня, Рузеф вскочил и бросился ко мне, крепко обняв.

«Слава Богу, ты в порядке».

Его тело дрожало, когда он обнимал меня. Затем подошли Артдал и Диего.

«Ты в порядке?»

«Серьезно, молодая леди… ты умеешь заставлять сердца взлетать и падать».

Я улыбнулась им. «Спасибо за вашу заботу».

«Садись, ты, наверное, устала. О, и этот малыш тут?» — сказал Артдал, указывая на места для меня и Юанны, а затем удивился, заметив Ынжи.

«Не «этот ребенок», я Ынджи!» — крикнула Ынджи в объятиях Юанны, заставив Рузефа и Диего с любопытством уставиться на него.

У них не было времени объяснять, что Ынджи превратился в человека.

«Так, Ынджи, какие ощущения после того, как ты проглотил безумного волшебника?» — спросил Артдал, с любопытством наблюдая за ним.

Ынджи весело кивнул: «Было вкусно!»

Он, вероятно, имел в виду не то, что Дженас был вкусным, а говорил о магическом камне. Но Рузеф, Диего и Артдал, не знавшие скрытого смысла, побледнели.

«Ну, похоже, ты хорошо поел», — Артдал отвел взгляд от Ынджи, слегка паникуя.

«Я рада, что вы все в безопасности», — сказала я.

Артдал устало кивнул: «Пришлось немало потрудиться, чтобы разгрести этот бардак».

«Почему ты не возвращаешься в королевство и до сих пор в Лангридже?»

«А что насчет моей силы? Мне разрешено здесь находиться. Но, судя по тому, как идут дела, скоро придется вернуться».

Артдал ответил небрежно, затем с недоумением посмотрел на меня:

«Кстати, как так, что твоя мана до сих пор не иссякла?»

«Откуда ты знаешь?»

«Ты забыла, что у меня магический глаз?»

Юанна повернулась к Артдалу с озабоченным видом: «Я уверена, ты в курсе ситуации, но думаю, нам лучше сохранить в тайне тот факт, что у Маргарет есть мана».

«Конечно. Кроме того, есть кое-кто, у кого маны даже больше, чем у нее», — ответил Артдал, усмехаясь.

Он явно намекал на Кайдена.

Я взглянула на Рузефа, пытаясь сменить тему:

«Как обстоят дела со Святым Престолом? Я имею в виду, божественная сила исчезла, как и сила Папы».

«Архиепископ станет папой, первым папой в мире без божественной силы», — ответила за Рузефа Юанна, пока он всхлипывал, глядя на меня.

Артдал добавил: «Полагаю, религии будет трудно исчезнуть из человеческого мира. В такие времена все хотят во что-то верить. Хорошо, что архиепископ Рузеф станет папой».

Ого. Папа. Смутно допускала такую возможность, но все равно не верилось. Наш Рузеф станет Папой. И, судя по всему, Артдал вскоре будет коронован как король Гестии.

Я наблюдала, как замкнутый Диего потягивал чай, слушая наш разговор, и спросила:

«С вами все в порядке, сэр? А как сэр Марсель?»

Диего кивнул в ответ на мой вопрос:

«Мы в порядке, спасибо вам».

«Вы льстите мне. Говорят, вам пришлось несладко на юге Лангриджа, но вы помогли моему отцу».

«Он пришел мне на помощь. Я не знал, что его светлость герцог Флонэ так искусно владеет мечом», — ответил Диего, словно вспоминая прошлое.

«Я и сама не знала, что у моего отца такие навыки».

«В любом случае, думаю, вам стоит присутствовать на казни послезавтра. Я уезжаю в Гестию после этого, но в тот же день состоится коронация нашего архиепископа, верно?»

Все кивнули на вопрос Артдала.

«Заранее поздравляю. Уверена, в тот день вы будете заняты, так что вряд ли смогу поздравить вас лично».

Рузеф кивнул на мои слова. Мои поздравления подхватили Артдал, Юанна и Диего.

«Вы все должны быть там, когда меня коронуют. Я разошлю приглашения. Если кто-то не сможет прийти, запишу в дневник, чтобы помнить», — сказал Артдал.

«Ты ведешь дневник?»

«Я очень внимателен к деталям».

«Верно. Ты единственный среди нас, кто носит с собой носовой платок».

Если подумать, ни я, как дворянка, ни Юанна, как святая, не носили платков. Конечно, нас это нисколько не беспокоило, и мы не собирались начинать. Если понадобится, попрошу Ванессу.

«О нет, носовой платок — это базовая необходимость… А, ладно».

Мы дружно рассмеялись над сдавленным ответом Артдала.

«Так приятно видеть, как вы свободно смеетесь», — сказал Рузеф с новым выражением на лице, и Артдал громко рассмеялся, хлопнув его по спине.

После нашей встречи в замке Флонэ я не могла часто видеться с Эноком — он был слишком занят, пытаясь навести порядок в хаотичной ситуации.

Вместо этого я получала от него письмо за письмом. Интересно, так чувствуют себя люди в отношениях на расстоянии?

К счастью, я тоже восстанавливалась и адаптировалась к новому миру, так что ожидание Энока не было слишком тягостным.

«Это так неудобно. Будь магия, можно было бы проводить встречи через видеосферу», — ворчала Иннис, готовясь к ежедневной поездке во дворец.

Из соображений безопасности даже незначительные вопросы приходилось обсуждать лично во дворце.

Это было не единственное неудобство: газеты задерживались, письма не доставлялись, а поезда, работающие на магических камнях, перестали ходить.

Множество магазинов, зависящих от магии и божественной силы, закрылись, что привело к безработице и, в конечном итоге, к экономическому кризису.

А значит, Эноку и мне предстоит решить множество проблем в будущем.

Так или иначе, пока мы адаптировались к новому миру, наступил день казни фракции «Пионовый цвет».

Неожиданно, среди приговоренных к казни оказался император Лангриджской империи.

Я услышала, что Кровавая Клятва была скреплена печатью Императора, и не могла поверить своим ушам. Что Император, который, казалось, поддерживал Энока, на самом деле был членом фракции Пионового Цветка.

И Маркиз Рохад смог скрыться от всех наших глаз благодаря помощи Императора.

Он, должно быть, взвесил шансы между Пионовым Цветком и нами. Он намеревался поддержать того, кто победит, и когда прибыл на южные берега Лэнгриджа, планировал забрать документ с клятвой, который хранил Маркиз Рохад.

Но он не ожидал, что мой отец, Герцог Флоне, лично придет на помощь, и в итоге не получил того, что хотел.

Энок знал, что Император — не хороший человек, вероятно, он понимал это лучше всех, ведь тот отправил на смерть собственных детей и игнорировал Энока до самого конца.

Энок не показал ни капли удивления, узнав правду. Как будто предвидел всё это.

Возможно, казнь фракции Пионового Цветка станет способом разом смыть всё прошлое и боль Энока.

Конечно, не только для него, но и для Кайдена, Артдала, Юанны и всех, кто пострадал от них за эти годы.

Казнь состоялась на площади Лэнгриджа. Там собрались люди из других стран, и было очень многолюдно.

Мир так долго зависел от маны, что, когда она исчезла, начался хаос, и когда выяснилось, что фракция Пионового Цветка виновата в её исчезновении, ярость охватила весь континент.

Я слышала, что представители Союзных Наций предотвратили возможный бунт, публично казнив членов фракции.

Вся народная ярость обрушилась на Пионовый Цветок. Они стали врагами общества.

Возможно, из-за жестоких пыток те, кого выводили на эшафот один за другим, выглядели ужасно.

Тот факт, что среди них были Император и Императрица Лэнгриджской Империи, Папа, Маркиз Рохад и многие другие высокопоставленные лица, только подливал масла в огонь.

Когда люди увидели их лица, их гнев достиг предела.

— Убейте их! Убейте их!

На мгновение я закрыла уши от криков разъярённой толпы. На эшафоте появились Энок и другие представители Союзных Наций.

— Иди сюда.

Артдал вытащил меня из толпы. Юнджи беспокойно зашевелилась в кармане моего платья.

Затем одного за другим членов фракции Пионового Цветка казнили на гильотине.

— Нет! Этого не может быть! А-а-а!

Маркиз Рохад кричал и сопротивлялся, пока рыцарь не отрубил ему голову.

Это была быстрая и бессмысленная смерть. Казнь Пионового Цветка не принесла особого удовлетворения, возможно, потому что главная гора по имени Дженас уже была повержена.

Благодаря тому, что Артдал прикрыл мне глаза рукой, я не видела самого момента казни.

— Жаль, что столько людей погибли из-за них за тысячелетия.

— Так устроен мир. То, что кажется великим, на деле оказывается ничтожным, а люди всегда боятся того, чего не видят.

Артдал ответил спокойно. Но его стиснутые зубы и взгляд, устремлённый на гильотину, выдавали, что внутри он не был спокоен.

— Чтобы это больше не повторилось, я хочу создать такой мир.

Я кивнула на его слова.

— Мне интересно, каким будет мир, который ты создашь.

Артдал повернулся ко мне, его лицо было нечитаемым. Он провёл рукой по подбородку, молча смотря на меня.

Что? Почему ты так на меня смотришь?

Я почувствовала себя неловко и уже собиралась что-то сказать, когда Артдал заговорил:

— То, что я говорил раньше, всё ещё в силе.

— Что ты говорил?

— Что позиция кронпринцессы Хестии свободна…

— О, вы здесь?

Его слова прервала Юанна, которая небрежно обняла меня и весело посмотрела на нас.

— О чём вы говорили? — спросила она.

Артдал бросил на неё взгляд.

— Ты не думаешь, что прервала нас?

— Ну, не знаю, о чём ты.

Сделав невинное лицо, Юанна добавила:

— Архиепископ Рузеф готовится к коронации, нам пора идти.

Я снова взглянула на эшафот и встретилась взглядом с Эноком, который отдавал приказы рыцарям.

Увидев меня, он улыбнулся. И я улыбнулась в ответ.

— Хм… С Эноком мне не тягаться.

Я решила проигнорировать слова Артдала.

В любом случае, после тысячелетия бессмысленного зла, фракция Пионового Цветка действительно превратилась в ничто.

Как сказал Артдал, так устроен мир: многие вещи кажутся великим злом, но на деле оказываются ничтожными.

Я решила перестать зацикливаться на страданиях, которые они мне причинили. Вместо этого я буду думать о себе как о человеке, который стал сильнее благодаря этим испытаниям.

И я решила думать о людях рядом со мной. В конце концов, жизнь слишком коротка, чтобы не любить тех, кого любишь.

Сразу после казни Пионового Цветка состоялась коронация нового Папы. Религиозный ритуал, проведённый после казни зла, был хорошо воспринят.

Коронация Папы прошла в Лэнгриджской Империи, так как представители Альянса как раз находились там.

Ирония в том, что Ассоциация Магов полностью уничтожена, а Святой Престол — нет. Хотя его авторитет и доверие к нему упали до нуля.

Но если религия не может исчезнуть из мира, лучше, чтобы во главе её стоял Рузеф.

Церемония интронизации Папы прошла в Большом Зале Хембриджа в столице Лэнгриджа.

Хотя её божественная сила исчезла, Юанна оставалась последней святой в мире, и именно она должна была благословить нового Папу.

Так что я ждала вместе с Артдалом и Диего, когда Рузеф войдёт в зал.

— Никогда не думал, что назову мужчину красивым, но это слово подходит Архиепископу Рузефу, вернее, Папе.

Я оглянулась на вход, где стоял Рузеф в белых одеждах с папской тиарой на голове.

Его скромный и благородный облик делал церемонию ещё более священной.

Под сопровождение двух архиепископов Рузеф принял священное крещение и клятву послушания от двенадцати архиепископов, став новым Папой.

В отличие от прежних пышных коронаций, эта простая и скромная церемония запомнилась людям.

Они ожидали, что с новым Папой придёт новый мир.

И я верила, что Рузеф справится. Он уже проходил через худшие испытания.

После коронации Артдал сразу вернулся в Хестию.

Попрощавшись с Диего, Юанной и Рузефом, я села в карету.

— Мисс, я поеду на месте кучера, устраивайтесь поудобнее.

Ванесса позаботилась обо мне и устроилась на козлах. Так что я осталась одна в карете, уставшая и погружённая в свои мысли.

Так началась поездка обратно в особняк Флоне в столице Бёрнетон.

Я рассеянно смотрела в окно, когда карета внезапно остановилась.

— Э-э…?

Удивлённый голос Ванессы раздался с козел, затем оборвался.

Я открыла дверцу, чтобы выйти, но в карету вошёл кто-то другой. Первое, что я увидела — длинные серебряные волосы.

Я напряглась, но, увидев лицо, ахнула.

— Кайден?!

Кайден, с волосами, завязанными назад и перекинутыми через плечо, почесал затылок и посмотрел на меня.

Его глаза на мгновение перелились от красного к золотому, затем снова стали красными.

— Маргарет, как ты? Всё в порядке?

Он поздоровался, будто мы расстались вчера, и сел напротив.

Он вздохнул, провёл рукой по волосам, затем с беспокойством посмотрел на меня:

— Можно я тебя обниму?

— Что?

— Ты отвечаешь слишком медленно.

Он притянул меня к себе и крепко обнял.

— Ты правда Кайден? — спросила я, всё ещё в его объятиях.

Вместо ответа он уткнулся лицом в моё плечо, словно вдыхая мой запах.

— Я скучал по тебе, Маргарет.

Его голос, его резкий тон… Это определённо Кайден. Я обняла его в ответ, затем прижалась щекой к его плечу.

В этот момент напряжение ушло. Я почувствовала облегчение. Кайден в безопасности.

— Ты в порядке? — спросила я, отстраняясь и осматривая его.

Я подняла руку, чтобы коснуться его щеки, и он прижался к моей ладони, закрыв глаза.

— Я волновалась.

При моих словах его ресницы дрогнули. Он медленно открыл глаза и посмотрел на меня.

— Маргарет, я всё ещё так сильно люблю тебя.

Я замерла. Кайден поднял голову, его глубокий взгляд встретился с моим.

— Я…

— Не отвечай. Я знаю ответ.

Кайден прервал меня, и я замолчала.

— Возможно, такой конец был предопределён, потому что я был так одержим идеей победить Дом Рохад и свои собственные ограничения, что не мог думать ни о чём другом.

— Нет предопределённых концов.

Кайден улыбнулся и погладил меня по голове.

— Маргарет, но теперь я доволен. Я заполнил все пробелы в своей жизни.

Уголки его губ дрогнули в улыбке. Я никогда не видела его таким — расслабленным и счастливым.

— Я сделал то, что не смог Дженас.

— Я слышала об этом. Это потрясающе, правда, ты потрясающий.

— Наконец-то я чувствую себя цельным.

Кайден усмехнулся и нежно провёл рукой по моим волосам.

— А теперь я впаду в спячку.

Я замерла при этих словах.

Я уставилась на него и моргнула в недоумении.

«Гибернация... Тебе это необходимо?»

«Даже вне человеческого мира я не могу использовать слишком много силы сразу. Моя душа сейчас в очень плачевном состоянии. Если я не восстановлюсь, то могу умереть».

Кейден улыбался, отвечая, и его лицо выглядело совершенно беззаботным.

«...Как долго тебе придётся спать?»

«Ну, я не знаю. Не могу пообещать, но постараюсь восстановиться быстро».

Кейден погладил меня по голове, всё так же ласково.

Но я не могла заставить себя улыбнуться в ответ. Это значило, что я не увижу Кейдена какое-то время, и даже не знала, как долго это продлится.

Год? Или десятилетие? А если он проснётся только после моей смерти?

«Я пришёл попрощаться с тобой в последний раз».

«Кейден».

Я схватила его руку, которая гладила мои волосы.

«Не волнуйся. Я не умру. Я коснулся божественного предела, и это небольшая цена. У меня есть вопросы поважнее, Маргарет».

Кейден наклонил голову и уставился на моё лицо. Я не могла понять, о чём он думает. Почему он смотрит на меня так?

«Ты выйдешь замуж за Эноха?»

«...Что?»

«Я знаю. Вы нравитесь друг другу. Я догадывался, но не расслабляйся слишком сильно без меня».

Это последнее было так по-кейденовски.

Его лицо выглядело более спокойным, чем я ожидала. Я не знала, что он на самом деле чувствует, но мы оба понимаем, что важны друг для друга, даже без романтической любви.

Я помолчала какое-то время, а затем сказала ему: «Я буду ждать, сколько потребуется».

Неважно, как долго — я дождусь.

«И спасибо тебе. За то, что спас меня».

Кейден улыбнулся мне. Он взъерошил мои волосы и растворился вдали,

после того как сказал, что завтра уйдёт в гибернацию.

Ассоциация магов пала, но башня Кейдена — единственная на континенте, что уцелела.

Конечно, в мире, где больше нет маны, маги исчезли. Осталась лишь башня Кейдена, ведь он сам стал маной.

Кейден находился на верхнем этаже, готовясь к гибернации.

Неожиданно он попрощался и с остальными. Я не знаю, что он сказал каждому, но мы все решили проводить его вместе.

Я пришла в башню, чтобы увидеть его лицо ещё раз перед гибернацией, как и Энох, Артдал, Юанна, Рузеф и Диего.

Кейден оглядел нас с недоумённым выражением.

«Что, зачем вы все пришли?»

«Разве не ты сказал нам прийти? Ты, оказывается, любишь внимание».

Артдал усмехнулся, а Юанна толкнула его локтем.

«Мы должны были провожать тебя, ты принёс наибольшую жертву».

«Не говори так, это ты пожертвовала собой. Я осуществил свою мечту».

Услышав слова Кейдена, я взглянула на Юанну.

«Да, Анна. Какую жертву ты принесла, используя силу очищения?»

Юанна ярко улыбнулась в ответ на мой вопрос. «Ты узнаешь, когда лорд Кейден проснётся. Моя жертва — вопрос времени».

Что это значит? Все уставились на неё в замешательстве, кроме Кейдена, но она, похоже, не собиралась объяснять.

«Лорд, я буду ждать вас. Не переживайте».

И тут за моей спиной раздался знакомый голос. Даже не оборачиваясь, я поняла, что это Энох.

Кейден перевёл взгляд с Эноха на меня, затем обратно и улыбнулся.

«Конечно, вы должны ждать. Неужели собираетесь радоваться вдвоём?»

«Вдвоём? Лорд, разве вы не делаете поспешных выводов?»

Это был Артдал, а не мы с Энохом, кто ответил на вопрос Кейдена. Артдал обнял Кейдена за плечи. Рузеф, Юанна и Диего тоже подошли к нам.

«И это говорит грязный маг. Пожалуйста, не затягивай с гибернацией».

Кейден поднял бровь в ответ на слова Рузефа.

«Эй, Ддаккари, ты думаешь, можешь указывать?»

«Тебе бы перестать называть меня Ддаккари».

«Да, теперь, когда архиепископ стал папой, называть его Ддаккари — слишком».

Юанна встала на сторону Рузефа, но Кейден даже не сделал вида, что слушает.

«Тогда буду звать тебя Большой Ддаккари. Мне всё равно, папа ты или кто — ты всё равно слуга Бога».

Рузеф вздохнул, его лицо выражало покорность, будто он наконец сдался в попытках перевоспитать Кейдена.

«Как угодно».

«В любом случае, ребята... без меня».

Кейден замолчал, оглядывая комнату. Он указал пальцем на каждого из нас по очереди.

«Повторяю. Не сближайтесь слишком сильно без меня. Это отстой».

С этими последними, типично кейденовскими словами, он ушёл в гибернацию.

Время шло. Энох был коронован императором, а я получила его предложение руки и сердца.

Артдал стал королём Гестии, а Диего путешествовал по миру с Юанной. Казалось, он знал, какую жертву она принесла.

Рузефа редко видели из-за его обязанностей папы, но каждый нашёл своё счастье.

Это было счастье, доставшееся нам после долгого времени, но все мы иногда ощущали огромную пустоту без Кейдена.

Возможно, пазл нашей истории сложится только тогда, когда Кейден вернётся. Лишь тогда наше счастье будет полным.

Поэтому мы ждём и ждём, когда же он проснётся, не зная, сколько времени пройдёт.

Лишь незадолго до пробуждения Кейдена я поняла, какую жертву принесла Юанна: она стремительно старела.

Тем не менее, она широко улыбалась, говоря, что проживёт ещё лет двадцать, и что у неё впереди целая жизнь.

Услышав это, я, кажется, рыдала почти год, терзаясь мукой и виной. Я вдруг поняла, почему Диего путешествовал с ней.

Но я не хотела тратить время на слёзы, ведь его оставалось так мало. Нужно было успеть создать как можно больше воспоминаний.

Я собралась с мыслями и стала видеться с ней как можно чаще.

И вдруг я почувствовала ауру Кейдена.

«Думаю, Кейден скоро проснётся».

Я сказала это Эноху, глядя в зеркало, пока собиралась выходить. Энох, завязывающий галстук, посмотрел на меня.

Наши взгляды встретились в отражении. Я улыбнулась и встала.

«Я же говорила — заведи слугу».

Я подошла и завязала галстук за него. Энох фыркнул, улыбнулся и схватил мою руку. Он прижал губы к моим пальцам.

«Ты можешь делать это для меня, как сейчас».

Я вздрогнула от прикосновения его мягких губ. Вырвала руку и посмотрела на него.

«Ты хочешь держать меня при себе, как служанку? У меня и своих дел хватает».

«Не пойми неправильно. Я просто не хочу расставаться с тобой ни на мгновение».

Он обнял меня за талию. Его губы коснулись моей шеи. Горячее дыхание обожгло ключицу. Я крепко зажмурилась.

Энох поцеловал меня в шею, затем расстегнул незастёгнутую пуговицу.

«Ты снова идёшь в башню сегодня?»

Я потёрла шею, пытаясь остудить жар.

«Пойдём вместе. Я уже позвала всех остальных».

Последние десять лет я приходила в башню каждый день. Ждала, когда Кейден проснётся.

Поэтому я чутьём ощущала его ауру. Может, потому что кроме него я единственная, у кого ещё осталась мана.

Энох прикоснулся к моей щеке и коротко поцеловал в губы.

«Откуда ты так уверена, что лорд Кейден действительно проснётся?»

«У меня такое чувство... В любом случае, приятно видеть лица всех после столь долгой разлуки».

«Ты единственный человек, кто может пригласить Папу, Святую и короля Хестию с такой непринуждённостью».

«И ещё одного. Вот. Императора Лэнгриджской Империи».

«Но не меня, ведь я твой муж».

Энох наклонился ко мне. Его тень упала на моё лицо. Я медленно закрыла глаза.

В тот момент, когда наши губы почти соприкоснулись, Юнджи, который валялся на ковре, подбежал ко мне.

«Подожди, Юнджи же тут!»

Он протянул к нам ручки, требуя внимания и ласки.

Энох и я переглянулись, а затем рассмеялись. Потом Энох подхватил его на руки, а я поцеловала Юнджи в лоб.

Малыш застенчиво и радостно улыбнулся.

От одного его вида мне стало тепло на душе.

Сколько времени прошло?

Кейден плыл во тьме.

Его душа, истерзанная побочными эффектами от чрезмерного использования силы, только начала обретать форму.

За это долгое время он снова и снова прокручивал в памяти прошлое.

Дни с Маргарет, дни с Энохом и Артдалом, дни испытаний и невзгод.

Лишь пройдя через всю эту боль, он смог достичь того совершенства, что имел сейчас, и он знал — именно эти переживания давали ему силы двигаться дальше.

Его уже нельзя было назвать человеком, ведь он стал самой маной.

Он открыл глаза в тишине запечатанного круга в Башне Магов.

Лёгкий ветерок коснулся его носа. Прохладный, но не холодный и не жаркий. В воздухе мягко пахло цветами, а сквозь окно пробивался солнечный свет.

Кейден медленно поднялся.

Как долго он проспал?

Год?

Нет, это слишком мало.

Пять лет?

Слишком оптимистично.

Десять? Двадцать?

Может, сто лет. А может, и больше.

А что насчёт Маргарет? Что, если он проснулся в то время, когда ни Маргарет, ни Эноха, ни Ттаккари уже не было в этом мире?

Кейден молча поднялся с места.

Он медленно спускался по башне. Башня была пустынна. Перед тем как впасть в спячку, он оставил здесь несколько магов.

«Конечно, теперь, когда их мана исчезла, в башне не осталось и магов».

Их уже нельзя было называть волшебниками.

Кейден брел вниз по лестнице. В этой башне, где не осталось и следа людей, он чувствовал себя ужасно одиноким.

Но эти мысли быстро рассеялись. Где-то рядом он ощутил тепло.

Как будто кто-то поддерживал здесь жизнь и приносил с собой уют.

Увлечённый этим ощущением, он продолжил спускаться. Может, там кто-то есть. Может, прошло не так уж много времени.

Но башня была пуста.

Он стоял в этой пустоте, пока не услышал, как дверь башни открывается и кто-то заходит.

«Кейден?»

Женщина, открывшая дверь, замерла от удивления при виде его. За ней остановился и мужчина.

Её платиново-белые волосы, ослепительные, будто сотканные из золотых нитей, затопили его взгляд, а голубые, как море, глаза смотрели прямо на него.

Лицо и голос, которые он видел в мечтах всё это время. Тоска, которую он переживал снова и снова все эти годы, теперь материализовалась перед ним.

«Кейден! Ты проснулся!»

Маргарет бросилась к нему и обняла. Знакомый запах её тела наполнил воздух. Человеческое тепло окутало его.

Ошеломлённый, Кейден отстранился, чтобы взглянуть на неё. В поле его зрения попал Энох.

«Я ждал тебя лет десять. Спасибо, что вернулся так рано».

Кейден приоткрыл рот от такого грубоватого приветствия Эноха. Ему сказали ждать, но он думал, что если пройдёт десять лет, затем двадцать, а потом и вовсе неизвестно сколько, все, возможно, забудут о нём.

Поэтому он не особо надеялся, но где-то в глубине души всё же верил, что его будут ждать.

По щеке Кейдена скатилась слеза, и он не смог сдержать рыдания.

В конце концов, Кейден разрыдался. Он никогда в жизни не плакал так.

Начало его жизни было ужасным, полным боли и трудностей, и путь его был отнюдь не лёгок, но в конце концов его жизнь стала идеальной. Он был счастлив, его любовь была безмерной.

Даже перестав быть человеком, он всё ещё мог чувствовать любовь тех, кто его любил.

Он чувствовал себя настолько ценным и счастливым, что, казалось, мог жить вечно, питаясь одним этим счастьем.

Отстранившись от рыдающего Кейдена, Маргарет сказала ему:

«Пойдём. Ты даже не представляешь, как все тебя ждут».

Она протянула ему руку.

Как будто за этой дверью их ждало всё их счастье.

Кейден без колебаний взял её руку.

Конец.

==

Русс.п.: Конец? Ах, да доп. главы…

Так же Surprise переводиться как: неожиданность, сюрприз и удивление.

104 дня на необитаемом острове.

Запись одного мирного летнего дня.

Мммм-ммм...

В джунглевых зарослях стрекотали цикады. Полдень, солнце палило так сильно, что я боялся обгореть.

Посреди густого леса стоял крепкий двухэтажный дом.

За домом Диего усердно рубил дрова, а рядом Артдал таскал нарубленные поленья к фасаду дома.

Поставив дрова на поляне перед домом, Артдал похлопал Маргарет по плечу и посмотрел на нее.

— Мужская сила!

Он сделал вид, что вытирает пот со лба, изображая, как тяжело ему далась рубка дров.

— Ты звала меня? Тебе что-то нужно? — спросил он, но, увидев Диего с топором в руках, побледнел и поспешно сменил тему.

— Я просто говорил о вашей силе, сэр Диего. Вы так искусно рубите дрова. Интересно, не дровосеком ли вы были в прошлой жизни?

Маргарет и Юанна переглянулись. Диего, державший топор, с недоумением уставился на Артдала.

Энох усмехнулся, помешивая угли. Маргарет и Юанна расхохотались.

Наследный принц целой нации теперь стал объектом жалости.

Рузеф бездельничал, сидя на бревне, которое служило ему стулом. Артдал, видимо от смущения, подошел к нему и затеял спор.

— Почему архиепископ отдыхает в одиночестве? Как вам не стыдно?

Рузеф сверкнул глазами. — Я накопал грибов.

— Отлично. Вам бы не священником быть, а работягой!

Неясно, был ли это комплимент или оскорбление.

— Если бы вы не были наследным принцем... — пробормотал Рузеф.

Артдал, не расслышав его, отвернулся и тут же окликнул Кейдена, выходившего из леса.

— Где ты пропадал все это время?!

Он крикнул, но тут же замолчал. Кейден держал в руках оленя.

— Маргарет! Я молодец, да?

— О боже!

Восклицание Кейдена заставило Маргарет, Юанну и Рузефа вскочить на ноги, оттолкнуть Артдала и броситься к нему.

Артдала отпихнули, и он жалко шлепнулся на землю, словно героиня трагического романа.

Энох, возившийся с углями, спокойно сказал:

— Огонь потух, иди полежи там.

— О нет, я в порядке. «Наследный принц, поднявшийся вопреки всему» — звучит круто. Надо будет написать книгу, когда выберемся отсюда.

Энох проигнорировал его бред и продолжил раздувать огонь.

Артдал, полежав немного и поняв, что на него никто не обращает внимания, поднялся и начал помогать готовить еду.

— У меня тоже есть руки. Не забывайте.

Затем он засеменил за Маргарет, как щенок.

— Не мешай. Если нечего делать, просто сядь — это и будет помощью.

Услышав, что он бесполезен, он покорно уселся на бревно.

Пока Артдал сидел, ужин начал потихоньку готовиться.

— Барышня, как это делается? А это? Ой, а ты умеешь вот так?

Юанна, прилипшая к Маргарет, сыпала вопросами. Кейден разделывал оленину, а Энох сооружал каменную плиту для жарки мяса.

Приготовление пищи шло полным ходом. Пока Энох жарил мясо на плите, Маргарет с большим усердием принялась делать миски.

Артдал, наблюдая за этим, сказал:

— Ты так изменилась. Помню мое первое впечатление о тебе в Гестии — ты была как дикая собака. Помнишь? Ты следовала за Банхваном и перевернула Императорскую академию вверх дном.

Маргарет неодобрительно посмотрела на него.

— Да, перевернула, но я не вела себя как дикая собака.

— Ладно. Не совсем дикая, но бешеная?

— Это звание мое, — с гордостью заявил Кейден.

Маргарет вздохнула.

— Почему бы просто не назвать меня свободным духом?

Рузеф, ковыряясь в куске оленины, парировал:

— Когда ты впервые пришла в Святой Престол, я тоже подумал, что ты дикая собака. Схватила меня за воротник и потребовала сварить любовное зелье.

Маргарет молчала, не в силах опровергнуть правду. Артдал расхохотался.

— Помню, как ты сняла туфли и попросила Банхвана надеть их на тебя. Я тогда подумал, что ты сумасшедшая, но не ожидал увидеть тебя такой.

Маргарет провела рукой по лбу, будто вытирая холодный пот. Конечно, потеть ей было не от чего, но она бросила пронзительный взгляд на Эноха.

Тот промолчал, продолжая жарить мясо.

Артдал, подперев подбородок и уставившись в огонь, сказал:

— Если подумать, я всегда проводил лето в Империи Лангридж. Мне очень нравился фестиваль фейерверков.

Юанна, глядя на оленину, сглотнула слюну.

— Я была на таком фестивале только раз.

— Ах, помню. Тот день, когда ты рассыпала снежинки на мосту Ланверсон своей божественной силой.

— Да, это было главной темой разговоров.

Артдал кивнул, затем с удивлением посмотрел на Маргарет.

— Ты тоже смотрела, барышня? Или читала в газетах?

— ...Я была там.

— На мосту Ланверсон?

— Да.

Кейден добавил:

— Я тоже был там.

Рузеф удивился:

— Что? Я был там со Святой. И видел его высочество Эноха и сэра Диего...

Юанна, яростно разрывавшая мясо, удивилась:

— То есть мы все там были?

Все переглянулись.

— Странно, что мы все оказались в одном месте в один день, — пробормотал Кейден, и каждый погрузился в воспоминания.

Юанна, очнувшись, покачала головой и посмотрела на Маргарет.

— Погоди. Если леди Флоне была на мосту Ланверсон... это ты разнесла магическую бомбу?

Все взгляды устремились на Маргарет. Та не стала отрицать.

— Черт возьми, да. Я видела вас в тот день. Почему я только сейчас вспомнила, что это была ты с той невероятной манной?

Кейден вздохнул. Последовавший за этим инцидент с любовным зельем был настолько ярким, что он стер из памяти незнакомку с моста.

Рузеф и Артдал подхватили:

— Боже мой, так это была ты.

— У меня было смутное подозрение, учитывая, как ты забрасывала Банхвана любовью.

Артдал пожал плечами, будто ожидал этого. Хотя на самом деле был удивлен.

Остальные кивнули, словно сложившиеся пазл.

— Никогда не видел, чтобы женщина разбивала магическую бомбу ногой. Даже мужчины не настолько безрассудны.

— Именно. И разве она тогда не спрыгнула с моста?

— Да, это было безрассудно, но, если подумать, барышня осталась такой же. Ничего не изменилось.

— Что, архиепископ, значит, я все еще дикая собака?

— Хм. Пожалуй. Не самое благородное прозвище для благородной леди. Тогда давайте договоримся, что ты пока что «прирученная собака», ибо я никогда не видел, чтобы благородная дама ловила рыбу гарпуном.

Артдал предложил компромисс, и все рассмеялись.

Энох и Диего, молча слушавшие разговор, тоже вспомнили тот день.

Фестиваль фейерверков был особенным для Эноха. Именно тогда он начал смотреть на Маргарет иначе, хотя всегда ее ненавидел.

Когда разговор стих, семеро выживших погрузились в свои мысли.

Чтобы объяснить, что сделала Маргарет, нужно вернуться на три года назад, в день фестиваля фейерверков.

Три года назад, ранним летом.

День был шумным, как обычно бывает летом в Лангридже, и город был переполнен людьми, собравшимися на ежегодный фестиваль фейерверков.

В день фестиваля Маргарет гуляла со своей сестрой Иннис по набережной под мостом через реку Арден в центре столицы.

Внезапно Маргарет сняла неудобную ажурную шаль. Горничная, следовавшая за ней, тут же подхватила ее.

— Вам веер?

— Дай.

Маргарет протянула руку. Горничная быстро подала ей веер.

Раскрыв его, она стала энергично обмахиваться. Даже у реки было трудно скрыться от летнего зноя.

— Я знала, что так будет.

Старшая сестра Иннис отчитала ее. Юная Маргарет была незрелой, но сама она в этом не признавалась.

— Надень шляпу как положено. Ты понимаешь, что я вышла с тобой, чтобы присматривать за тобой?

Иннис надвинула поля шляпы пониже. Затем опустила вуаль, тщательно скрывая лицо.

Недавно распространились слухи, что она схватила за волосы молодую леди из знатного дома герцога Ланца. Это был позор для дома Флоне.

Разъяренный герцог Ланц навестил герцога Флоне, и они договорились, что Маргарет временно будет исключена из светской жизни.

Так что, если бы ее увидели гуляющей на фестивале, неприятностей было бы не избежать.

Но Маргарет была горда. И обижена.

— Я ничего плохого не сделала. Леди Ланц оскорбила наследного принца, нагло. Назвала его «грязнокровным», и я уверена, она сказала это, зная, что он мне нравится. Черт, надо было отдубасить ее сильнее. Какая же она мразь, Иннис.

— Маленькая дурочка. Я думала, ты хочешь стать кронпринцессой? Раз уж решила, придется следить за репутацией.

На самом деле, даже если бы она не собиралась становиться кронпринцессой, репутацию нужно было беречь — ведь настало время выходить на брачный рынок.

Оглядев Маргарет с ног до головы, Иннис покачала головой.

— Тебе еще многому нужно учиться.

Конечно, у Маргарет безупречные манеры. Просто она использует их только тогда, когда ей этого хочется. Ну, неидеально.

Помолчав, Иннис сказала:

— Маргарет, это низко — так явно нападать на тех, кто тебе не нравится.

Маргарет приподняла вуаль. Ее ярко-голубые глаза устремились на Иннис.

Та снова опустила вуаль.

— Эта сестра научит тебя секрету. Как действовать изящно и незаметно. Как убивать мышей и птиц так, чтобы никто не заметил. Не так, как ты, которая выставляет все напоказ.

— Как и подобает старшей дочери дома Флоне, гордости семьи.

Маргарет захлопала в ладоши, восхищаясь.

Было странно слышать «гордость семьи» от смутьяна, но Иннис утешила себя тем, что хотя бы смутьян понимал, о чем она говорит.

Игнорируя Маргарет, которая смотрела на нее с искоркой в глазах, Иннис спокойно прогуливалась вдоль реки.

С возрастом и образованием нынешняя незрелость Маргарет исчезнет.

Иннис в этом не сомневалась.

Хотя, конечно, она не могла предсказать, как Маргарет будет вести себя в будущем, когда повзрослеет и станет другим человеком, но при этом останется такой же сквернословкой.

— Но ты уверена, что наследный принц приедет сюда? — спросила Иннис Маргарет, бросая быстрые взгляды по сторонам.

Маргарет отчаянно хотела увидеть лицо Эноха хотя бы издалека, поэтому Иннис оторвалась от своих дел и вышла с ней.

— Он точно будет на том мосту, — сказала Маргарет. — И это не может быть ложной информацией, учитывая, как тяжело мне далось ее добыть.

— Сколько денег ты потратила в этот раз на бесполезную информацию? — спросила Иннис с жалостливым выражением лица.

Маргарет, конечно, ни капли не волновало, как на нее смотрит Иннис.

— Какая разница?

В ответ на это Иннис покачала головой, понимая, что снова проиграла Маргарет. Она была необычайно слаба перед своими младшими сестрами.

— Подожди, Иннис. Ты видишь их? Что они делают?

В направлении, куда указывала Маргарет, двое мужчин свешивались с моста. Они быстро осмотрели местность, а затем спустились вниз.

Это был мост Ланверсон, по которому принц Энох должен был проехать через час.

— Это слишком подозрительно, — сказала Иннис.

Маргарет полностью согласилась.

Это также выглядело довольно небрежно. Настолько, что Иннис и Маргарет сразу это заметили.

Конечно, все остальные были в праздничном настроении и, казалось, не обращали внимания на двоих мужчин в рабочей одежде.

Мужчины неспешно шли по набережной, быстро оглядываясь по сторонам.

Только когда они поравнялись с Маргарет и Иннис, один из них воспользовался магическим устройством связи:

— Все работает, да? Когда, говоришь, наследный принц будет проезжать?

— Думаю, в течение часа.

— Хорошо. Рассчитай время правильно. А где Лорд Магической Башни?

— Я подготовил ловушку. Ему понадобится время, чтобы добраться.

Услышав их разговор, Маргарет и Иннис переглянулись.

Похоже, каналы их магических устройств связи случайно совпали.

Сначала они подумали, что речь идет о фейерверках, но они знали, где именно должны запускать фейерверки, так как дом Флоне предоставил оборудование для фестиваля.

К тому же Маргарет только что подтвердила, что на мосту, по которому должен проехать Энох, фейерверков не будет.

— Иннис.

— Я тоже это слышала. Это странно.

Маргарет и Иннис развернулись к мужчинам.

Когда один из них исчез, а второй остался, они бросились к оставшемуся.

Иннис ударила мужчину веером по затылку, а когда он обернулся, Маргарет пнула его по ноге.

Это, конечно, не было поведением обычной благородной дамы.

Иннис на мгновение застыла от ужаса, но затем вздохнула и схватила мужчину за воротник.

Все же она — старшая дочь знатного дома Флоне и не могла просто уйти, оставив вопросы без ответа.

— Что, что происходит?!

Люди вокруг остановились и обернулись в изумлении.

— Не шуми, если не хочешь привлекать внимание, — тихо пригрозила Иннис.

Мужчина огляделся и замолчал.

— Ты знаешь, кто мы?

— К-кто вы?

— Мы — юные леди дома Флоне.

Мужчина заморгал в замешательстве. По его лицу начал струиться холодный пот — он явно не ожидал такого развития событий.

Как Флоне узнали об этом?

Где я ошибся? Мы проверили, чтобы в этот час рядом не было никого, связанного с планом.

Я даже украл рабочую одежду, а все разговоры вел через магическое устройство связи. Как они могли...?!

Тем временем Маргарет развязала пояс, который носила в качестве украшения, и связала мужчине руки.

— Где ты научилась так вязать узлы?

— Из книги. Выглядело интересно. Интереснее, чем этикет.

Иннис смотрела на Маргарет, как на странное существо. Та, в свою очередь, повернулась к мужчине:

— Эй, ты. Тебе придется ответить на все мои вопросы, потому что я — бешеная собака дома Флоне. Если уж укушу, то не отпущу.

— И это то, чем ты гордишься как дворянка?

Мужчина, маг по имени Энканто, казался озадаченным, услышав имя Маргарет.

В Магической Башне тоже есть такая бешеная собака — Кайден.

Обычно попадаться таким — плохая идея.

Энканто быстро соображал.

То, что он задумал, было государственной изменой.

У него были тайные указания от императрицы — заложить бомбу на мосту, по которому должен проехать принц Энох, и обрушить его как раз во время фейерверков, убив наследного принца.

Если я сейчас скажу что-то не то, меня убьют. Раз уж так вышло, придется взять все на себя. Нельзя, чтобы погибли все.

— Ну что, готов объяснить, что происходит?

Вскоре после этого Маргарет и Иннис потребовали ответа.

Выслушав историю Энканто, они повернули головы в сторону моста Ланверсон.

Вдалеке уже был виден экипаж, приближающийся к мосту — карета наследного принца.

— Иннис.

— Да. Пошли.

Они схватились за руки и побежали.

Немного ранее, во дворце Лангриджа.

— Это провокация императрицы, зачем ты поддаешься на эту бессмысленную выходку? — Диего шел за Энохом с озадаченным лицом.

Гонения со стороны императрицы усилились после того, как Родван был лишен титула наследного принца и сослан на север.

Но Энох должен был терпеть. Несмотря на падение Родвана и бешеную поддержку народа, многие все еще хотели свергнуть Эноха и вернуть Родвана.

— Фестиваль фейерверков длится четыре дня. Тебе не обязательно присутствовать каждый день, достаточно одного. Если ты не появишься, разве это не умалит твое достоинство как наследного принца?

На мгновение Диего задумался, почему он ведет себя как помощник Эноха.

Но у того пока не было доверенного лица. Даже близких людей, не говоря уже о поддержке. Большинство тех, кому он мог доверять, погибли на войне.

— Слова будут одинаковыми, появись я или нет. Лучше я выполню свой долг.

Энох был упрям. Чрезмерно жестким и консервативным, как солдат, проведший годы на поле боя.

Диего вздохнул.

Энох остановился перед тем, как сесть в карету, и посмотрел на Диего. Его суровое лицо смягчилось.

— Ты полон переживаний.

Энох усмехнулся, видя замешательство Диего.

— Наверное, так и должно быть, когда после лет на поле боя оказываешься на балу у аристократов.

Поднимаясь по ступенькам кареты, он добавил:

— Иногда забавно наблюдать, как играют дети.

Дверца кареты закрылась. Диего облегченно вздохнул.

Ладно. Какая разница, кто он?

Так они добрались до моста через реку Арден.

— Почему карета не едет? — спросил Энох.

Диего, сопровождавший экипаж, ответил:

— Из-за фестиваля и толпы.

— ...Пойдем пешком.

— Что? Это невозможно. Как наследный принц может идти пешком на прием?

— Лучше опоздать, чем дать императрице повод для насмешек. Не волнуйся, после моста мы поедем на лошадях.

Ладно. Хотя бы на лошадях.

Диего облегченно вздохнул, когда Энох наконец вышел из кареты у моста Арден.

И тут произошло нечто неожиданное.

Трое или четверо мужчин на белых лошадях перекрыли мост.

Энох наконец понял, почему движение остановилось. Дело было не в толпе, а в них.

Мужчины, одетые в дорогие костюмы для верховой езды, явно были аристократами и намеренно блокировали путь Эноху.

Они тянут время.

— Это что, попытка не пустить меня на прием?

Возможно, их подослала императрица. Нет, Энох был почти уверен.

Толпа аристократов не просто мешала проезду карет, но и преграждала путь пешеходам. Это был не первый раз, когда ему мешали.

Энох раздраженно вздохнул и достал карманные часы. Сейчас уже, наверное, слишком поздно ехать другим путем.

— Сэр Диего, тебе лучше подать заявление в местную полицию.

— Это задержит нас. Лучше просто выбрать другой маршрут...

— Но я не могу закрыть глаза на неудобства, причиняемые другим гражданам.

Слова Эноха ошеломили Диего.

В этот момент аристократы на лошадях начали размахивать крикетными битами, нападая на прохожих.

— Это третий сын маркиза Рохада, барон Рокфорд и наследник графа Бейкера, — тихо сказал Диего. — Все они враждебны к наследному принцу. Ты понимаешь, в каком положении находишься сейчас?

Диего надеялся, что Энох одумается и развернется.

Благодаря одержимости юной леди Флоне Энох получил некоторое внимание, но он все еще наследный принц без поддержки.

Создавать трения с аристократами, которые не являются ни нейтральными, ни близкими к фракции императрицы, — значит давать им преимущество.

Энох закатал рукава у запястий.

— Ваше высочество...

Под давлением Диего Энох остановился. Его взгляд был ледяным.

— Ты думаешь, мне нужно твое разрешение?

— Простите.

Энох отвернулся. Диего усмехнулся, наблюдая, как мужчины съеживаются под его убийственным взглядом.

Большинство, конечно, узнали в нем наследного принца, но Энох получил этот титул не просто так.

Диего покорно последовал за ним, мысленно соболезнуя троим мужчинам, устроившим этот беспорядок.

В то же время в центре столицы Империи Лэнгридж.

Улица, ведущая к реке Арден, была запружена каретами и толпами людей.

Среди них внимание привлекала карета с белоснежной лилией — символом Святого Престола.

Сидевшая внутри Юанна приоткрыла занавеску окна, но, встретив множество любопытных взглядов, тут же опустила её.

Она нетерпеливо постучала каблучком по полу.

— Я думала, мы договорились, что поедем не в папской карете? Она слишком заметная.

Рузеф, тихо читавший Библию в очках, поднял взгляд, нахмурив строгие брови.

— Если бы не эта карета, ты сейчас вообще не смогла бы выйти. И почему ты так подстриглась? — буркнул он, указывая на короткую стрижку Юанны.

Прошло не так много времени с тех пор, как Юанна стала святой — это произошло после внезапного проявления её божественных сил.

И её первым поступком в новом статусе было отрезать свои длинные волосы кинжалом в знак протеста против Святого Престола, который её похитил.

Пока Рузеф предавался воспоминаниям, Юанна резко распахнула дверь кареты.

— Не могу больше. Пойду пешком, архиепископ.

— Св… Юанна!

Рузеф едва не сорвался на «Святая», но вовремя остановился, не желая привлекать внимание. Но она даже не обернулась и стремительно растворилась в толпе. Рузеф поспешил за ней.

Фестиваль фейерверков в Лэнгридже ежегодно организовывала Магическая Башня.

И в этом году он стал первым крупным событием после того, как Кайден занял пост её главы. Малейшая ошибка была недопустима.

«Что? Поток маны странный… Сложно разобрать из-за магических формул фейерверков».

Похожее излучение исходило от главного собора столицы, и адъютант Кайдена только что доложил, что там якобы готовятся к эксперименту. Но информация оказалась ложной.

«Чёрт возьми, он совсем не умеет фильтровать данные».

Стоило только зайти разговору о соборе и проклятых магических экспериментах, как этот идиот набросился на него, даже не проверив факты. Разве это не пустая трата денег?

«После фестиваля прикончу этого болвана — хоть немного полегчает».

Для начала нужно снова попытаться отследить аномальный поток маны. Возможно, стоит проверить все мосты, где установлены фейерверки.

Размышляя об этом, Кайден окинул взглядом окрестности и на мосту Ланверсон увидел неожиданное зрелище.

— Этот ублюдок…

На мосту стоял его младший брат, с которым у Кайдена никогда не было близких отношений. Он ненавидел всех членов семьи Рохад всей душой.

Пока они наслаждались жизнью в лучах славы, Кайдена сделали козлом отпущения и взвалили на него непосильное бремя. Никто из них не заботился о его страданиях.

Младший брат не был исключением.

— Давно не виделись.

Прошло много времени с его последнего визита в Рохад. Периодически он наведывался туда, чтобы хорошенько наступить на горло этим тварям.

Плащ Кайдена развевался за ним, как королевская мантия. С каждым шагом в воздухе вспыхивали снежные кристаллы, создавая завораживающее зрелище.

Люди не могли оторвать глаз, но Кайден, казалось, вообще не замечал их взглядов.

Пока он шёл, кто-то неожиданно столкнулся с ним.

Тхуд.

Незнакомка упала на мостовую.

— Чёрт…

— Эй, я же сказала — следи за языком!

— Он первый толкнул меня, бедную девушку!

Что?

Кайден обернулся с ошеломлённым видом. Да, он случайно задел её плечо в толпе, но точно не толкал. Разве это не обычная случайность?

Боковым зрением он заметил, как девушка поднимается с земли.

Её платиновые волосы переливались в лучах заката. Необычайно густые ресницы приподнялись, открывая синие, как морская гладь, глаза.

Её черты, хрупкие, словно фарфоровые, были настолько прекрасны, что даже Кайден, привыкший к восхищённым взглядам, на мгновение застыл.

— Чего уставился? Извинись.

Дерзкий тон, вырвавшийся из её маленьких вишнёвых губ, вернул его к реальности.

Тем временем девушка подняла с земли шляпку, надела её и опустила вуаль, скрывая лицо.

— Вдруг он дворянин?

— Тогда прошу прощения, сударь, но мы спешим. Если вы не против, уступите дорогу, а я скажу что-нибудь приятное.

Услышав слова своей спутницы, девушка мгновенно сменила тон и мягко улыбнулась.

Кайден фыркнул. Что это за перевёртышка?

Ему вдруг захотелось узнать её имя.

Но спросить он не успел.

— Иннис, вон там — место, о котором говорил тот тип.

Она прошла мимо, схватив свою спутницу за руку, будто Кайден был пустым местом.

— Простите.

Её подруга по имени Иннис ещё раз извинилась и последовала за ней.

— Как смеет полукровка-принц преграждать нам путь!

Даже Диего не смог его остановить. Подобное поведение заслуживало обвинения в оскорблении императорской семьи — особенно при десятках свидетелей.

Толпа росла, и к утру эта история наверняка попадёт в газеты.

Диего вздохнул. Барон Рокфорд, один из трёх всадников, плевал ядовитыми словами в адрес Эноха, который приближался к ним.

Хорошая новость: с таким скандалом вряд ли кто-то обратит внимание на то, что наследный принц стоит посреди улицы без кареты.

Плохая новость: они оскорбляли его на чём свет стоит, и даже императрица не смогла бы защитить их после такого.

— Никто не пройдёт здесь, даже полукровка-принц! — Барон Рокфорд специально говорил громко, чтобы все слышали.

— Этот псих…

Диего ожидал, что Энох разрешит ситуацию словами, но жестоко ошибался.

Подойдя к всадникам, Энох по очереди хлопнул лошадей по крупам.

Иии-го-го!

Взбрыкнувшие лошади встали на дыбы.

— О-о!

Все трое свалились на землю.

Диего бросился вперёд — это могло обернуться катастрофой.

Чёрт, только не это!

Но Энох действовал хладнокровно. Одного из мужчин, падавшего вниз головой, он схватил за шкирку, остальные растянулись на мостовой.

К счастью, лошади не понеслись, поэтому травмы были несерьёзными.

Энох швырнул барона на землю и отряхнул руки, будто прикоснулся к чему-то грязному.

— Убери их, — приказал он Диего. — Опасно.

Тот поспешил выполнить приказ, схватил поводья и увёл разгорячённых лошадей, оглядываясь на Эноха.

Нужно было поторопиться, пока не случилось нового ЧП.

Артдал сидел в кафе, наблюдая за мостом через Арден с интересом — там разворачивалось любопытное зрелище.

Энох, полукровка-принц, которого он давно не видел, неожиданно появился посреди улицы.

— Тьфу. Надо было переодеться, как я.

Артдал выбрал образ странствующего барда, чтобы посмотреть на знаменитые фейерверки Лэнгриджа инкогнито.

— Хотя твой «маскарад» и так бросается в глаза, — тихо заметил его помощник.

Но Артдал сделал вид, что не расслышал.

Он лениво перебирал струны лиры, которую держал в руках.

— Всё в порядке, я красив.

Помощник не спорил, но количество любопытных взглядов заставляло его мечтать провалиться сквозь землю.

Розовые волосы Артдала и так выделялись, но в образе барда он носил белую тунику, полунакинутый плащ, деревянные сандалии и венок из оливковых листьев.

Как ни странно, этот наряд ему шёл.

Позади Артдала пронеслась лошадь, которую Диего не успел поймать, и крики людей заполнили воздух.

Артдал напевал мелодию, бренча на лире. Ни одна нота не попадала в такт.

— Где ты вообще достал такой наряд?

— Правдоподобно, да? В недавно прочитанном романе барды были одеты именно так.

Роман…

Что за книга утверждала, что в древности барды ходили в таком виде?

Помощник отвел взгляд. Он служил Артдалу уже пять лет и знал — этот человек не от мира сего.

— Кажется, мне нужно вмешаться. Там что-то не так с потоком маны.

Артдал встал, держа лиру. Помощник посмотрел в указанном направлении — там Энох и сбитые с коней дворяне продолжали конфликт.

Он вспомнил, что у Артдала был «магический глаз». Если тот что-то заметил, значит, проблема действительно есть.

— Пойдём поможем.

Помощник едва сдержался, чтобы не спросить, не хочет ли Артдал сначала переодеться.

Хорошо, что он хотя бы не выглядит как полный псих.

С такими кощунственными мыслями помощник последовал за своим господином.

Юанна и Рузеф наблюдали за переполненным мостом через реку Арден.

— Простите, позвольте пройти.

За спиной Юанны раздался нежный женский голос. Несмотря на вежливый тон, движения женщины были резкими, когда она пробиралась вперед.

— Извините.

Она извинилась, но Юанна не увидела её лица — оно было скрыто шляпой и вуалью.

— Какая невоспитанность! Что это за женщина, которая ведёт себя так? Это было ужасное извинение, — возмутился Рузеф, защищая Юанну.

— Она мне нравится, — пробормотала Юанна.

Рузеф был шокирован. — У тебя… своеобразный вкус…

— Я не это имела в виду. Посмотри, она так ведёт себя не только со мной — она одинаково груба со всеми, независимо от статуса или пола.

Рузеф повернул голову в указанном направлении и увидел, как женщина пробивается через группу дворян, совершенно не считаясь с их положением.

— Да, она ещё та.

Рузеф посмотрел на Юанну так, будто она наблюдала что-то непостижимое.

Затем произошло нечто ещё более удивительное.

— Глупый дурак! Ты думаешь, после этого ты останешься наследным принцем?!

Дворянин кричал на Энока, его лицо пылало от ярости. Среди людей на улицах дворян было меньшинство — в основном это были простолюдины.

Энок был тем, кто поднялся до положения наследного принца благодаря поддержке этих самых простолюдинов.

— Этот человек, должно быть, сошёл с ума.

— Его светская карьера окончена. Архиепископ, в обществе дворян это конец, верно?

— Каким бы великим ни был его род, это трудно пережить. Держу пари, завтра это будет на первых полосах газет.

Рузеф, второй сын знатного рода Деферде, известного своими архиепископами и папами, заявил это с авторитетом.

Если даже Рузеф, известный в Святом Престоле как «дворянский принц», сказал так, судьба этого дворянина была предрешена.

Юанна улыбнулась, явно наслаждаясь зрелищем.

Похоже, она приняла верное решение, сбежав из Святого Престола, даже несмотря на обузу в лице Рузефа.

Наблюдать за тем, как эти противные дворяне грызутся, было забавно. Это было слишком весело!

Энок проверил время. Солнце садилось, и постепенно темнело. Когда он увидел, как люди зажигают газовые фонари, на его плечи легла тяжесть.

Он уже опаздывал на приём. Он не говорил об этом Диего, но ожидал такого с момента, как вышел из кареты.

Равнодушный взгляд Энока упал на троих мужчин, которые шатались, не в силах держаться на ногах. Люди, которые вели себя безрассудно и не контролировали себя, были среди тех, кого Энок ненавидел больше всего.

Как раз вовремя стражи, прибывшие на место, начали наводить порядок на мосту.

Пока Энок с беспокойством наблюдал за мужчинами, всё ещё устраивающими беспорядок, к нему подошёл кто-то.

— Эй, Бнхван! Давно не виделись!

Мужчина приветствовал его фамильярно.

Энок слегка опешил при виде человека, одетого в нелепый наряд, напоминающий костюм барда из пьесы.

Этот человек был не кем иным, как наследным принцем королевства Хестия.

Позади принца стоял мужчина, похожий на его помощника, который смотрел на своего начальника, словно на сумасшедшего. Когда их взгляды встретились, помощник поспешно изменил выражение лица.

— Ты, наверное, не узнаёшь меня, да? Позволь представиться! Величайший бард Лэнгриджской империи—!

— Проваливай, Чикидал.

Энок оттолкнул Артдала и медленно направился к буянящим мужчинам.

— Эй, тебе не стоит разбираться с этим лично. Дождись полиции. И вообще, тебе лучше уйти отсюда. Поток маны здесь странный.

Один из стражников, нервно наблюдавший за Эноком, вмешался, услышав совет Артдала.

— Ваше Высочество, пожалуйста, оставьте это нам и покиньте мост. Здесь слишком много глаз.

Прежде чем Энок успел ответить, разъярённые дворяне бросились на него. Отчасти потому, что Энок подошёл слишком близко, а отчасти потому, что стража была отвлечена контролем над празднующей толпой.

Конечно, у мужчин не было шанса дотронуться до Энока. Внезапно вмешалась другая персона.

— Сволочи! Кого вы трогаете?!

Женщина в платье ударила одного из мужчин ногой.

— Уф-!

— Ах!

Мужчины тут же рухнули на землю, а женщина безжалостно продолжала их бить.

— Третий сын маркиза Рохада, барон Рокфорд и наследник графа Бейкера. Ну, кроме маркиза Рохада, все остальные — ничтожества.

Женщина под вуалью проявляла насилие, а другая женщина рядом указывала, куда бить.

— Бей так, чтобы можно было уладить деньгами и влиянием. Только в те места, где не будет видно.

Даже Артдал был настолько ошеломлён, что просто смотрел на эту сцену. Остальные тоже не решались подойти.

Лицо женщины, избивавшей мужчин, было скрыто шляпой и вуалью, так что опознать её было невозможно.

Диего, вернувшись и увидев это, подошёл к Эноку с удивлённым выражением. Он тихо прошептал так, чтобы слышал только Энок:

— Я думаю, эта женщина — старшая дочь герцога Флоне.

Старшая дочь герцога Флоне. Это означало, что вторая женщина, скорее всего, тоже из рода Флоне. И среди членов семьи Флоне была только одна женщина, которую Энок знал достаточно хорошо, чтобы она вела себя так безрассудно.

Маргарет Роуз Флоне.

Обычно она учитывала репутацию семьи и не позволяла себе такого, но, видимо, её придавало уверенности то, что лицо было скрыто.

Тем временем Иннис, заметив, что на них смотрят, повернулась к зрителям и улыбнулась.

— Не волнуйтесь. Несмотря на внешность, она не кусается.

Артдал, Энок и Диего подумали, что ослышались.

Не кусается? Как будто речь шла о диком звере.

Но учитывая, что это была Маргарет Роуз Флоне, которая недавно устроила скандал, вырвав другую дворянку за волосы, из-за чего ей запретили выходить из дома, такая реакция была отчасти понятна.

— Даже если она не кусается, похоже, она их избивает.

Артдал, всё ещё не понимавший, кто они, пробормотал с недовольной гримасой, но Иннис проигнорировала его, продолжая улыбаться.

— Лучше, если мы разберёмся с этим сами. Это отвлечёт внимание от наследного принца. Кроме того, у нас сейчас много дел, так что пожалуйста, не мешайте.

— Вау.

Артдал не смог сдержать возглас при этих словах. Он толкнул Энока локтем.

— Тебе повезло. Кто бы они ни были, это впечатляющие дамы.

Энок смотрел на женщину, которую принял за Маргарет, с противоречивыми чувствами.

Затем—

— Погодите-ка, поток маны…

Артдал встревожился, увидев, как Маргарет взбирается на перила моста.

— Зачем она туда лезет?

Все с тревогой наблюдали за Маргарет, оказавшейся в опасном положении.

— Иннис! Помоги мне быстрее! Я сейчас спущусь!

Иннис бросилась хватать Маргарет за руку, а та наклонилась через перила, словно собираясь прыгнуть.

— Ааааа!

Среди зрителей раздались крики ужаса.

Кровь отхлынула от лица Энока. С его точки зрения казалось, что Маргарет исчезла за перилами.

Энок бросился к ней, его разум был в хаосе. Он ненавидел её, презирал, но ни разу не желал ей смерти. Ни разу.

— Барышня!

Когда Энок добрался до перил и заглянул вниз, он увидел Маргарет, висящую на них, крепко держимую Иннис.

Энок заметил, что в руке Маргарет был квадратный деревянный ящик, словно вырванный из-под моста.

Он поспешно помог Иннис поднять Маргарет обратно на мост.

Как только её ноги коснулись твёрдой поверхности, она быстро опустила вуаль. Убедившись, что она в безопасности, Энок почувствовал, как силы покидают его.

— Чёрт возьми.

Он медленно провёл сухой ладонью по лицу.

Тем временем Маргарет швырнула деревянный ящик на землю и раздавила его ногой.

Трах! Хруст!

Когда ящик раскололся, чёрный дым распространился у её ног и рассеялся.

Артдал, наблюдая за этим, сказал:

— Вот тот странный поток маны, что я видел.

Все в изумлении смотрели на ящик. Иннис обняла Маргарет, вздохнув с облегчением. Обе были в безопасности.

Энок знал, что Артдал способен видеть потоки маны. Если он был прав, опасность грозила не только ему, но и всем на мосту.

Маргарет спасла их всех, включая его.

Это осознание смутило Энока.

Тем временем стража начала разгонять толпу и расчищать путь.

Маргарет повернулась к репортёрам, которые собрались вокруг, и сделала реверанс, позволив сделать несколько снимков, прежде чем отряхнула руки и направилась обратно.

— Простите, господа.

Затем она сделала вид, что не является Маргарет. Хотя вуаль на мгновение соскользнула, когда её поднимали, мало кто разглядел её лицо.

Артдал, всё ещё не знавший, кто она, смотрел на неё с интересом. Энок же испытывал смешанные чувства и выразил благодарность.

— Спасибо, барышня. Я отплачу тебе за это.

Коротко, но весомо. Впервые Энок почувствовал благодарность и даже вину перед Маргарет. Пусть это и не перерастёт в нечто большее, но он искренне был признателен.

Маргарет, словно ждавшая этого, просияла и ответила:

— Тогда женись на мне.

Кхм. Артдал, поражённый больше, чем Энок, не смог сдержать кашель.

— Если откажешь, считай это долгом. Но запомни: я буду копить долги перед тобой. Когда их станет слишком много, приходи ко мне. Я всё улажу. Кажется, это справедливо.

Конечно. Энок тут же пересмотрел своё мнение о Маргарет. Да, она всегда была такой.

— Ох… долги, говоришь. Женщины Лэнгриджа действительно… не романтичны.

Артдал не смог продолжить и лишь тихо поаплодировал. Похоже, Маргарет умела разрушать свои добрые поступки собственными словами.

Энок смотрел на неё с противоречивыми чувствами.

Он не всегда её ненавидел. Поначалу она ему даже нравилась. Если бы не её упрямый и безрассудный характер, у Маргарет было много достоинств.

И теперь она стала той, кому он, как наследный принц, был должен, несмотря на её привычку относиться к нему как к ценной вещи.

— Я же говорила тебе быть осторожнее. Я едва успела тебя поймать. Ты что, собираешься вести себя как безрассудный ребёнок?

Иннис, разобравшись с ситуацией, вернулась и отчитала Маргарет.

Артдал, наблюдая за сёстрами, спросил Иннис:

— О. Так вся эта ситуация была твоей идеей?

Лицо Иннис исказилось, когда она посмотрела на Артдала.

Было ясно, что она считает его сумасшедшим, и Диего, отвернувшись, едва сдерживал смех.

Пока они стояли в对峙, Маргарет слегка приподняла вуаль и взглянула на Энока.

И Энок увидел.

На фоне сумеречного неба и газовых фонарей, светящихся, как луна, она излучала свет. Её платиновые волосы сияли, как звёзды, а голубые глаза были прекрасны, как кристаллы льда.

За тонкой вуалью она выглядела как ангел без крыльев.

— Меня сейчас отругает Иннис, но я хотела увидеть тебя своими глазами. Ты выглядишь прекрасно, как всегда. Просто потрясающе.

Она улыбнулась глазами, отчего всё вокруг казалось ярче. Даже в сгущающихся сумерках только она одна освещала пространство.

Тёплый ветер раннего лета дул, а шум праздничной толпы растворялся вдали.

Энок и Маргарет молча смотрели друг на друга. Казалось, воздух вокруг них был иной природы.

Маргарет в этот момент казалась нереальной.

Энок был еще больше озадачен. Женщина, которая была одержима им.

— Держи в секрете, что видел меня, — с улыбкой сказала Маргарет, опуская вуаль.

Свет, озарявший округу, исчез под вуалью, и снова наступила тьма.

— Боже мой! Это же наследный принц!

— Уаааа!

В этот момент толпа взорвалась ликованием. Хотя в аристократическом обществе он не имел большого влияния, для народа он был героем.

Энок — герой, положивший конец страданиям людей из-за экономического кризиса и бесконечных призывов. Он принес мир стране, завершив долгую войну. Любимый и горячо поддерживаемый народом — таким был Энок.

С раздражённым выражением лица он окинул взглядом округу и заметил, как барон Рокфорд, шатаясь, поднимается на ноги позади Маргарет. Вскоре барон поднял молот, похожий на тот, что используют в поло для удара по мячу.

Ошеломлённая криками в адрес Энока, Маргарет повернулась спиной. К тому моменту барон Рокфорд уже приблизился, занеся молот высоко над головой. Казалось, он собирался ударить Маргарет.

Барон Рокфорд, не подозревавший, кто перед ним, размахнулся с яростью на лице.

— Наглая девчонка смеет игнорировать, кто я такой…!

— Что…!

Прежде чем Маргарет успела вскрикнуть от неожиданности, Энок обнял её за плечи, прижал к себе и одной рукой поймал летящий молот.

Глухой удар!

От этого звука глаза Маргарет расширились, но вуаль скрывала её выражение.

— Как… как ты…!

Барон Рокфорд с побледневшим лицом уставился на Энока. Тот, поймавший молот, занесённый с огромной скоростью и силой, вырвал его из рук барона.

— Уф!

Свист!

Барон, всё ещё держась за молот, легко взлетел в воздух и врезался в одну из опор моста, после чего рухнул.

Маргарет в шоке повернула голову к барону. Эта сила была за гранью понимания.

Энок излучал мощную ауру рыцаря, повелевающего полем боя.

Подавляющее давление лишило Маргарет дара речи, но Энок быстро смягчил выражение и посмотрел на неё. Хотя её лица не было видно, он чувствовал её изумление.

— Ну-ну, кого я вижу. Мой дорогой братец?

И тут в хаосе появился Кайден.

С развязной походкой, его мантия развевалась драматично. Серьга сверкала в правом ухе, а кроваво-красные глаза горели безумием.

Энок сразу узнал в нём архимага Кайдена Блейка Рохада. Похоже, Кайден прибыл давно и наблюдал за ситуацией, прежде чем вмешаться.

Кайден подошёл к брату, которого поднимали стражи, и пнул его. Третий сын семьи Рохад, едва вставший на ноги, снова покатился по земле.

— Ах, какого… Чёрт…!

Ударив брата в живот, Кайден наступил ногой на его живот.

— Наша семья — это нечто. Какой позор.

Лёгким движением пальцев Кайден туго связал брата верёвками. Затем начал рисовать в воздухе магический круг.

Зрелище было потрясающим, и даже те, кто переходил мост под присмотром стражей, остановились, чтобы посмотреть.

Рисовать магический круг в воздухе — продвинутое умение. Не каждый может это сделать, и даже среди архимагов лишь немногие способны на такое.

Кайден делал это с лёгкостью. Когда круг был завершён, засиял голубоватый свет, и он без усилий поднял брата за шкирку и швырнул в круг.

— Аааааа!

Его крик растворился вдали.

Довольный, Кайден отряхнул руки и нахмурился на зрителей.

— На что уставились?

— Куда ты его отправил?

Священник с аквамариновыми волосами, появившийся из ниоткуда, спросил Кайдена спокойным голосом.

— Что, Даддакари (раб божий) смеет говорить со мной?

Прежде чем разгневанный Рузеф успел возмутиться, Кайден продолжил, небрежно почистив ухо.

— Отправил его в снежные поля. Сказал протрезветь и вернуться. Он маг, так что если возьмётся за ум, найдёт дорогу. Если не сможет — не достоин быть Рохадом. Если у него нет способностей, пусть сдохнет.

Довольно радикальный подход. Знает он это или нет, но Кайден, похоже, не волновался. Он повернулся к Маргарет и взглянул на разбитый деревянный ящик, явно удивлённый.

— Какого чёрта? Кто это сделал?

— Я, — ответила Маргарет, и Кайден нахмурился. Женщина, скрывающая лицо под вуалью, та самая, что столкнулась с ним и не извинилась — у неё была скандальная репутация.

— Ты просто разбила его? Ты что, маг?

— Нет. А что?

— На нём защитное заклятие, которое не может быть разрушено маной обычного человека. Чтобы сломать его без магической формулы, требуется огромное количество маны, сравнимое с Лордом Башни.

Любопытное выражение появилось на лице Артдала, когда он слушал объяснение Кайдена.

Все взгляды устремились на Маргарет после его слов.

— Не знаю. Кстати, думаю, этот ящик сделал кто-то по имени Энканто. Разве нам не стоит сначала проверить это?

Лицо Кайдена исказилось.

— Так это тот козёл.

Пробормотав проклятие, он повернулся к зрителям.

— Я ухожу. Надо раздавить эту крысу.

Небрежно попрощавшись, он эффектно развел мантией, и когда та взметнулась, скрыв его от взглядов, он исчез без следа.

Люди заворожённо смотрели на место, где только что был Кайден, прежде чем медленно прийти в себя.

Диего быстро оценил обстановку и сказал Эноку:

— Ваше Высочество, пора двигаться. Мы больше не контролируем толпу.

Внезапно к ним подошла женщина.

— Могу я помочь? Я могу отвлечь их, чтобы вы могли уйти.

Энок узнал в ней новую святую, провозглашённую Святым Престолом. Хотя она никогда официально не появлялась на публике, он видел её лицо через проекционную сферу.

На мосту Ланверсон Юанна широко раскинула руки, и яркий белый свет начал формировать сферу над её ладонями.

Увидев это, Рузеф схватился за шею.

— Святая! Ты не можешь использовать силу без разрешения…!

— Всё в порядке. Я переживу ворчание стариков.

Юанна проигнорировала упрёки Рузефа и выпустила святую силу. Чистый свет, наполненный святостью уже от одного взгляда, развернулся в воздухе, словно снежинки.

— Вау!

Люди восторженно ахали. Это было зрелище прекраснее любого другого — словно снежные цветы, расцветающие в ночном летнем небе, предвкушение перед фейерверком.

Пока люди заворожённо смотрели, Иннис похлопала Маргарет по спине.

— Пора идти.

— Эй, подожди, Иннис!

Маргарет утащили, прежде чем она успела попрощаться с Эноком. Все разошлись в разные стороны.

— Время пришло.

Наблюдая, как они расходятся, Артдал откинул волосы с серьёзным выражением. Он перебрал струны лиры и посмотрел на Энока.

— Банхван, это было удовольствие. Теперь я вернусь к своему истинному призванию и продолжу песню.

Игнорируя раздражённый взгляд Энока, Артдал весело помахал и ушёл.

Когда все разошлись, Энок кивнул святой и архиепископу и приготовился покинуть мост.

В этот момент раздался звук фейерверков.

Люди замерли и подняли глаза к небу. Энок и Диего тоже остановились, глядя вверх.

Под мостом через реку Арден Кайден, искавший укрытие Энканто, тоже поднял голову. Маргарет и Артдал последовали его примеру.

Тёплый душный ветерок, шум толпы, радостный смех со всех сторон, лёгкий летний ветерок и яркие фейерверки, раскрашивающие тёмное небо.

Это была хаотичная и головокружительная встреча, но в тот вечер все разделили одно воспоминание в одном месте.

А три года спустя

Они снова встретились на острове Алеа.

В тот день все, кто планировал измену, были казнены, кроме двоих: императрицы, связанной с фракцией Пионов, и младшего из семьи Рохад, Мориса.

Императрица открестилась и притворилась, что ничего не знала, а младший Рохад заявил, что не был в столице Лэнгриджа, а находился в неизвестных снежных горах, используя в качестве оправдания изгнание Кайденом.

Когда все закончили вспоминать и уставились друг на друга с любопытством, Юанна заговорила:

— Оглядываясь назад, эта дама была так явно леди Флоне. Как мы её не узнали?

Рузеф, бывший с Юанной, согласился:

— Я думал, видел только наследного принца. О, я ещё видел мага, творившего удивительную магию…!

В этот момент взгляды Рузефа и Кайдена встретились. Серые глаза Рузефа расширились от узнавания.

Он драматично указал на Кайдена и покраснел от ярости.

— Так это был ты, негодяй, назвавший меня Даддакари тогда!

Кайден небрежно почистил ухо, делая вид, что не слышит.

— Разве? Смутно помню какого-то Даддакари.

Эта откровенная попытка отмахнуться лишь разозлила Рузефа ещё больше.

Тихо Юанна взяла кусок оленины, а Маргарет убрала кокосовые чаши с водой. В тот же момент Рузеф швырнул одну из чаш, что держал.

— Чёртов маг!

Наблюдая, как Рузеф бросается на Кайдена, Маргарет, Юанна и Энок спокойно продолжали есть. Диего, растерянный, попытался разнять драку, а Артдал хлопал и подбадривал потасовку.

Это был их 104-й день на острове Алеа — день, оказавшийся мирным летним днём.

Многое произошло. Меня похитили на остров Алеа, я сбежала с острова, захватила и казнила фракцию "Пионовый Цветок", наблюдала, как умирает Дженас, и видела, как Кейден впал в бессрочную спячку. Времена года сменились, и снова наступило лето.

На раскалённом пляже, на отдалённом острове. Угрожающие джунгли, борьба за выживание. Мои воспоминания о лете — лишь страсть и напряжение.

— Без магии цена на лёд взлетела до небес. Сейчас его трудно достать, — сказала Розмари, сидя со мной на террасе третьего этажа особняка Флоне в столице, Бёрнетоне.

Она допила стакан ледяной воды с освежающим глотком. Пустой стакан, в котором остались лишь кубики льда, был поставлен обратно на стол. Почувствовав, что этого недостаточно, она тут же начала обмахиваться веером.

— Как ты выжила на том чёртовом острове безо льда в такую жару, сестра? Ты потрясающая.

— Действительно, — ответила я.

Ну, был ли лёд или нет — это было последнее, о чём я беспокоилась на том острове. Кто вообще мог представить, что там произошло?

Снаружи донёсся шум аплодисментов. Из второго дома семьи Флоне, расположенного в центре столицы, открывался вид на реку Арден, протекающую через город. На реке как раз появилась роскошно украшенная яхта. Люди в одинаковой поло-форме ликовали на её борту. Похоже, они выиграли матч по поло и теперь праздновали победу.

Пока мы безучастно наблюдали за этим, горячий ветер вернул меня и Розмари в реальность. Смутившись того, что так пристально разглядывала мужчин, Розмари заговорила первой:

— Ты знаешь, что в последнее время в столице стало больше спортивных мероприятий?

— Нет ничего лучше спорта, чтобы поднять людям настроение.

— Все отлично справляются в такую жару.

Приближалась великая императорская коронация Энока, и было очевидно, что они пытаются временно подстегнуть экономику за счёт спорта.

Когда Дженас умер, а разлом между измерениями закрылся, магия исчезла. Естественно, мы больше не могли использовать магию, и города, сильно зависевшие от магических технологий, временно пришли в упадок. Внезапная безработица среди магов сильно ударила по экономике.

Среди опасений по поводу затяжного экономического спада обнадёживало то, что маги были невероятно умными и талантливыми людьми. Более того, магия была логичным и научным изучением маны.

Таким образом, Магические Башни начали превращаться в центры алхимических исследований и в итоге стали называться Башнями Мудрецов. Распространилось убеждение, что теперь общество должно развиваться на основе науки вместо утраченной маны, и новая императорская семья поддерживала эту идею, ускоряя индустриализацию.

Несмотря на усилия Энока в разных сферах, экономика то подавала признаки восстановления, то снова падала. Вероятно, поэтому коронацию торопили.

— Твой будущий муж, кажется, будет занят как никогда. Что ты собираешься делать? Ты уже получила предложение? — спросила Розмари, её щёки раскраснелись от жары.

Я посмотрела на стакан ледяной воды в руке. Лёд беспомощно таял под палящим полуденным солнцем.

— Просто подожди немного, пока всё не утрясётся.

— После этого я официально сделаю тебе предложение.

Слова Энока, сказанные прямо перед тем, как Кейден впал в спячку, внезапно всплыли в памяти.

— Пока никакого предложения. Но это не важно.

Он уже бесчисленное количество раз признавался мне в любви. Конечно, после ухода Кейдена в спячку увидеть лицо Энока было непросто — он был невероятно занят подготовкой к коронации.

Но я не боюсь, что его чувства ко мне изменятся. Потому что я люблю Энока. Этого достаточно.

«Если подумать, я любила Энока в прошлом и люблю сейчас».

Я попыталась вспомнить, почему Маргарет из прошлого влюбилась в Энока. Сначала меня покорила его внешность, но дело было не только в ней...

Подумав, я покачала головой.

«Не знаю. Какая разница?»

Прежде всего, эта любовь казалась мне очень сильной. Даже после перехода между мирами и превращения в Ли Джинчжу я всё равно полюбила Энока.

— Конечно, он сейчас занят. Он готовится к коронации. Но, наверное, сделает предложение сразу после неё, да? — сказала Розмари.

Честно говоря, мне тоже было интересно, когда Энок решится на этот шаг. Однако я решила временно забыть об этом. Всё равно сейчас я ничего не могу поделать.

— Розмари, для меня сейчас есть кое-что важнее предложения Энока.

— И что же это?

Я подсчитала дни и сказала с серьёзным выражением:

— Прошло четыре дня. Юнджи не выходит из своей комнаты уже четыре дня.

Розмари, которая относилась к Юнджи как к младшей сестре, тоже посмотрела на меня с внезапной серьёзностью.

— Это действительно серьёзнее, чем предложение.

— Атмосфера в особняке тоже кажется тревожной, тебе не кажется?

— Ты тоже это заметила?

Да, проблема была не только в Юнджи. В последнее время слуги в особняке вели себя странно.

Был дождливый полдень.

Ш-ш-ш…

За окнами особняка начался летний ливень. Горничная А, только что устроившаяся на работу в дом Флоне, была полна ожиданий.

Ведь это же семья Маргарет Роуз Флоне, чьё имя недавно вошло в учебники истории! Все её подруги завидовали ей без исключения.

Самое главное — несмотря на исчезновение божественной силы в мире, в этом особняке всё ещё жил божественный зверь «Юнджи». Это был шанс воочию увидеть легендарное существо леди Маргарет, о котором она только слышала в слухах.

Она была полна ожиданий, но…

«Что-то не так».

Горничную А смутила мрачная атмосфера особняка. Слуги выглядели потерянными, а в воздухе витало ощущение беспорядка. Трудно было поверить, что это резиденция герцога.

— Вот новые правила работы в особняке Флоне. Убедись, что ты их хорошо поняла. Мы не несём ответственности за проблемы, возникшие из-за их несоблюдения, — сказала старшая горничная, протягивая свод правил.

Правила работы в особняке Флоне

Следующая информация ни при каких обстоятельствах не должна разглашаться посторонним. Семья Флоне не несёт ответственности за несчастные случаи, произошедшие из-за игнорирования этих правил.

Вверху страницы красовалось зловещее предупреждение.

Бум! Трах!

Яркая вспышка молнии осветила лицо старшей горничной. Снаружи гремел гром, и ливень усиливался.

Почувствовав недоброе предчувствие, горничная А сглотнула. Но она была опытной служанкой, работавшей во многих знатных домах.

Правила везде были примерно одинаковыми, и следовать им для прислуги не составляло труда.

Так подумав, она начала читать. И сразу же остановилась на первом пункте.

1. В настоящее время в особняке проживают пятеро членов семьи. Соответственно, еда всегда должна готовиться на пятерых. Однако, если за обеденным столом окажется шестой человек, ни при каких обстоятельствах нельзя смотреть на того, кто сидит в конце.

Это было совершенно непонятно. Она перешла к следующему правилу.

2. Если мальчик в платье подойдёт к тебе и спросит, где леди Маргарет, всегда отвечай, что не знаешь. В особняке Флоне нет детей.

Горничная А протёрла глаза. Может, она ослышалась?

Но нет, предложение оставалось тем же.

В особняке Флоне нет детей.

Насколько ей было известно, у герцогской четы Флоне было три дочери: Иннис, Маргарет и Розмари.

3. Комната леди Маргарет находится в западном крыле на третьем этаже, комнаты 1-5. Если леди Маргарет обнаружат спящей в саду посреди ночи, тихо перенесите её обратно в комнату.

4. Каждое утро в 8:00 для леди Маргарет доставляют цветы. Отправитель не указан. Через десять минут привозят ещё один букет, немного другого оттенка. Опять же, отправитель не указан. Ещё через пять минут доставляют большую корзину цветов. Отправитель не указан. Все эти цветы нужно поставить в комнату леди Маргарет. Цветы нельзя хранить дольше одного дня.

Когда горничная А спросила старшую горничную об этих странных правилах, та лишь сухо ответила:

— Лучше тебе не знать.

Горничная А, мечтавшая о светлом будущем в особняке Флоне, теперь предвидела лишь тернистый путь. В этом доме что-то было не так. Правила для слуг словно говорили ей: «Беги отсюда».

«Сначала нужно хотя бы распаковать вещи».

Пробежав глазами остальные правила, она вышла из комнаты прислуги. Пока шла по пустому коридору…

Тук.

Что-то зацепило её ногу.

По спине пробежал холодок. В коридоре такого знатного особняка не могло валяться ничего, обо что можно споткнуться.

Неохотно опустив взгляд, она увидела белую змею, проползающую между её ног.

— А-а-а!

Горничная А вскрикнула, выронив правила и отпрыгнув в ужасе. Мысли о божественном звере леди Маргарет, которого она так хотела увидеть, мгновенно испарились.

Бум! Трах!

В этот момент грянул гром, и сверкнула молния.

И тут кто-то заговорил с ней.

— Онни.

Волосы на затылке встали дыбом. Голос раздался прямо за её спиной. Когда она вышла из комнаты, коридор был пуст. Комната прислуги находилась в восточной части особняка, и в это время все служанки были заняты делами.

К тому же «онни»? Никто среди прислуги не называл бы её так.

Она медленно обернулась, но никого не увидела.

«Что это?»

Холодок пробежал по спине, и тут кто-то дёрнул её за юбку.

Она посмотрела вниз.

Перед ней стоял ребёнок.

Ах…

Мальчик медленно поднял голову, услышав её вздох.

Это был невероятно милый и красивый ребёнок.

— Ты не видела Маргарет онни?

В этот момент горничная А заметила кое-что. Тёмно-красная жидкость вокруг его невинного рта, пока он задавал вопрос.

«Неужели… кровь?»

Вспомнив правила, которые ей только что вручили, горничная А потеряла сознание.

.

.

2. Если мальчик в платье подойдёт к тебе и спросит, где леди Маргарет, всегда отвечай, что не знаешь. В особняке Флоне нет детей.

Кто слышал о змее, которая любит клубничное варенье?

Но Юнджи был исключением. Хотя обычно он предпочитал поглощать ману, запас маны у Маргарет был ограничен. А раз в этом мире мана исчезла, Юнджи пришлось искать другие способы утолить голод.

Юнджи вытер варенье с губ тыльной стороной ладони и с озабоченным видом посмотрел на лежащую без сознания горничную А. Через мгновение горничная Б, проходившая мимо по коридору, в испуге бросилась к нему.

— Юнджи просто спросил, где Маргарет-онни, — потянув горничную Б за юбку, Юнджи поднял на неё глаза. Он сложил ладошки вместе, ёрзая, как осенний лист на ветру, и пробормотал: — Онни избегает Юнджи.

Его пухлые щёчки дрогнули, губы задрожали, и он вот-вот расплачется. Он выглядел настолько жалким и грустным, что горничная Б едва не проговорилась, что только что видела леди Маргарет в саду.

— Я… я тоже её не видела. Не знаю, — заикаясь, ответила она, но могла сказать только то, что было прописано в инструкции от старшей горничной.

Услышав это, мальчик заметно поник.

— Онни думает только об Эноке. Она не замечает Юнджи.

И вдруг…

Пуф!

Мальчик исчез, а на пол с глухим стуком упала белая змея.

Горничная А, которую как раз привели в чувство, снова завизжала при виде этого.

— А-а-а-а!

В тот же день она собрала вещи и в спешке уехала обратно в родную деревню. А Юнджи, почувствовав себя ещё более несчастным, заперся в своей комнате и отказывался выходить.

«Такие инструкции существуют?»

Я сидела на диване в своей комнате вместе с Розмари, читая рабочие инструкции, принесённые старшей горничной. На лице у меня было выражение полного недоверия. Юнджи в змеином облике дремал на своём коврике.

Теперь я понимала, почему он дулся и не хотел выходить. Прислуга обращалась с ним, как с призраком.

Вдобавок ежедневные букеты, которые мне присылали Энок, Артдал и Рузеф в рамках их нелепого соревнования (почему они вообще этим занимались — загадка; видимо, им больше нечем было заняться), тоже упоминались так, будто это часть какой-то страшной истории.

— Старая прислуга любит Юнджи. Но новые слуги его не знают, — объяснила старшая горничная.

То, что Юнджи может принимать человеческий облик, было строжайшей тайной. Учитывая, что Юнджи, прославленный как божественный змей, всё ещё мог превращаться в человека даже после исчезновения маны из мира, раскрывать эту информацию не было никакой выгоды.

«Это не абсолютная тайна, но лучше избегать лишнего шума».

К тому же, поскольку Юнджи был всеядным и ел всё подряд, кроме маны, мы учили его утолять голод обычной едой. Поэтому он иногда принимал человеческий облик, чтобы пообедать с семьёй, но в такие моменты доступ прислуги в столовую ограничивался. Первый пункт инструкции, видимо, был подготовкой на случай непредвиденных ситуаций.

Я слышала, что Иннис и старшая горничная разработали эти правила вместе.

«Но разве это не вызовет у слуг ещё больше вопросов?»

Похоже, вместо того чтобы объяснять новичкам, что Юнджи может становиться человеком, они просто вручили им эти загадочные инструкции.

Первый пункт ещё можно было понять, но…

2. Если мальчик в платье подойдёт к вам и спросит, где леди Маргарет, вы должны ответить, что не знаете. В особняке Флоне нет детей.

Проблема была во втором пункте.

В этом мире больше не осталось маны — кроме меня, Юнджи и Кейдена, ставшего трансцендентным существом. Поддерживать ману в мире, где её совсем нет, было нелегко.

Более того, моя собственная мана постепенно иссякала. Поэтому, когда я была не в лучшей форме, Юнджи мог становиться полупрозрачным человеком или превращаться лишь частично, что вызывало побочные эффекты. Его человеческий облик зависел от моей маны.

В последнее время Юнджи реже превращался в человека.

Проблема была в том, что без человеческого облика я не могла наслаждаться общением с ним. Хотя мы всё ещё понимали друг друга, когда он был змеёй, это не заменяло полноценного разговора. Это было слишком грустно.

«Если бы только я могла найти способ общаться с Юнджи в змеином облике, ему не пришлось бы превращаться в человека, и прислуге не нужно было бы давать эти странные инструкции».

Пока я размышляла об этом, Розмари, тоже читавшая инструкции, выразила сомнение:

— Но Юнджи изначально змея, так зачем ему превращаться в человека? Разве ему не удобнее в своём настоящем облике?

Я задумалась над её словами.

— Он может вернуться в змею? Или теперь он полностью человек?

— Я могу вернуться! Юнджи стал сильнее благодаря тому уродливому камню! Но если долго оставаться человеком, я теряю силы.

Я вспомнила его слова из того дня, когда он впервые превратился, и покачала головой.

— Нет. Юнджи, кажется, предпочитает змеиный облик. Он говорил, что устаёт, если долго остаётся человеком, — объяснила я.

— Тогда зачем он превращается? — удивилась Розмари.

— Это… — я запнулась.

Я подперла подбородок рукой и перебрала мысли. Почему же?

— Потому что Юнджи хочет поговорить с тобой, онни! — раздался внезапный голос.

— А-а-а! Ты напугал меня! — завизжала Розмари.

Старшая горничная тоже вздрогнула, прижав руку к груди и глубоко дыша, когда Юнджи неожиданно появился из-за дивана.

Он подбежал ко мне и плюхнулся на колени, раскинув руки.

— Я люблю разговаривать с тобой, онни, потому что ты мне нравишься, — сказал он, сверкая глазами и глядя на меня своим очаровательным личиком.

Рядом Розмари пришла в восторг от его милоты и подняла шум.

В ответ Юнджи сложил ладошки под подбородком, как цветок, и подмигнул ей.

— Где ты этому научился? — удивилась я.

— Принц Бисквит научил.

Бисквит? Видимо, это был Артдал. Если подумать, он единственный из моего окружения, кто мог научить кого-то подмигивать.

— Юнджи, тебе уже лучше? — спросила я.

Его глаза расширились, будто он только что вспомнил, что должен был дуться. Он тут же отвернулся, надул щёки и отказался смотреть на меня.

Я растерянно посмотрела на Розмари и старшую горничную — их лица выражали такую же недоумённость.

— Юнджи, что случилось? Тебя расстроило, что люди делают вид, будто тебя нет?

— Нет, не это! — ответил он, всё ещё избегая моего взгляда.

Затем он вдруг поднёс руку к лицу, словно вытирая слёзы. Встревожившись, я спустилась с дивана и встала перед ним на колени.

Юнджи плакал, и крупные слёзы катились по его щекам.

— О нет, Юнджи, почему ты плачешь? Иди ко мне, — я раскрыла объятия, но он покачал головой и снова отвернулся.

— Ты больше не моя онни, — пробормотал он.

— Что?

— Когда ты выйдешь замуж, мне некуда будет идти. Ты бросишь меня.

— О чём ты? Я никогда не брошу тебя.

— Ты избегаешь меня.

Это всё из-за дурацких инструкций, которые смутили прислугу! Во мне вскипела ярость к слугам, из-за которых мой дорогой Юнджи так переживал.

— Я никогда не оставлю тебя, Юнджи. Никогда.

Он замер, его глаза слегка расширились.

— Ты выйдешь замуж за Энока.

— …Что?

— Когда ты выйдешь замуж, они сказали, что ты уйдёшь.

Я уставилась на него, осознав его ошибку. Конечно, я покину особняк после замужества, но мысль оставить Юнджи даже не приходила мне в голову.

— Я не брошу тебя, Юнджи, — обняла я его.

— Но я хочу быть с тобой всегда. Я думал, ты рассердишься, если я попрошу об этом.

— Что? — моё сердце сжалось. — Ты что, не хочешь остаться со мной?

— Нет! Нет! — замахал он руками.

— Я не избегаю тебя. Прости. Хочешь ко мне?

Я снова раскрыла объятия. Его глаза наполнились слезами.

— Правда? Ты не избегала меня?

— Зачем мне избегать тебя?

Рыдая, он бросился ко мне. Я прижала его к себе, нежно гладя по спине.

— Бедный мой Юнджи. Ты так переживал, да?

Он плакал, его всхлипывания разносились по комнате. Через некоторое время слёзы иссякли, и он удивлённо моргнул. Рядом Розмари и старшая горничная вытирали глаза платками, растроганные до глубины души.

Я посмотрела на Юнджи, и меня вдруг осенило. Я нахмурилась.

— Юнджи, ты… — я заметила, что он выглядит чуть более прозрачным, чем обычно. Должно быть, это из-за нестабильности моей маны.

— Ты превращаешься в человека, чтобы поговорить со мной, потому что боялся, что я тебя брошу?

Он промолчал, и это было ответом.

Моё сердце сжалось от боли. Он так отчаянно пытался до меня достучаться… И всё это время я не замечала.

Я крепко обняла его и сказала:

— Юнджи, всё в порядке, даже если ты змея. Я люблю тебя в любом облике. Давай научимся писать. Мы найдём способ общаться с помощью маны.

Я прижалась щекой к его щеке, и он рассмеялся от счастья. Как ребёнок, он быстро перешёл от грусти к радости.

Даже когда Юнджи был змеёй, я понимала его лучше других. Я чувствовала его эмоции.

Наверняка мы найдём способ общаться, даже если он не превращается в человека. Научить его писать, возможно, не так уж сложно.

— Ты тоже научишь меня писать, онни? — вдруг спросил он.

«Тоже?»

Я отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Кто сказал, что научит тебя писать?

— Энок.

— Когда?

Юнджи прикрыл рот ладошками, его глаза забегали.

— Ой, я не должен был говорить.

Что?! Я не видела Энока уже месяц. Как Юнджи с ним контактировал?

— Нет, подожди…! — воскликнула я, хватая Юнджи за руки. — Когда ты видел Энока? Почему он вдруг решил научить тебя писать?

— Энок прислал Юнджи письмо. Но Юнджи не смог прочитать, поэтому Юнджи расстроился, — объяснил Юнджи, застенчиво ёрзая и теребя подол платья.

— Иннис-онни ответила за Юнджи! Энок сказал, что в следующий раз научит меня писать.

— Иннис? Почему она нам ничего не сказала? — Розмари наклонила голову в недоумении. Я тоже была озадачена.

— Почему Энок отправил письмо Юнджи отдельно и ничего мне не сказал? — спросила я.

— Ну… Я не должен был говорить… — Юнджи избегал моего взгляда, выглядея смущённым. Сколько я ни давила на него, он не отвечал.

В конце концов я решила оставить этот вопрос для Иннис и сменила тему.

— Юнджи, а кто сказал тебе, что я оставлю тебя, когда выйду замуж?

— Я слышал, как горничные об этом говорили, — ответил Юнджи.

Мне стало немного легче. Значит, он подслушал разговор служанок. После замужества естественно жить отдельно, но Юнджи, видимо, понял это так, будто я его бросаю.

Успокоив Юнджи и пообещав научить его писать с завтрашнего дня, я отправилась в кабинет искать письмо от Энока. Оно пришло сегодня утром.

Начиналось с простого приветствия, письмо было кратким и аккуратным.

[Пожалуйста, подожди ещё немного.]

Я перечитывала последнюю строку письма, словно точку в конце предложения.

Конечно, это было естественно — для важной «подготовки» к единственному в жизни событию Энока я не требовалась.

И не только Эноку. Рузеф стал Папой, Артдал готовился к коронации, Юанна была занята обязанностями Святой, а Диего — тренировками как капитан Имперской гвардии.

Все жили насыщенной жизнью, занимая важные посты, и не нуждались в моей помощи в своих «важных» делах.

Меня это беспокоило.

Почему Энок не сказал мне, что переписывается с Юнджи отдельно? Ещё подозрительнее, что Иннис скрыла от меня их переписку.

«Что происходит? Все что-то скрывают от меня?»

Мне было любопытно, но выяснить это я не могла. Придётся спросить у Энока лично, когда увижусь с ним.

Но встретиться с ним сейчас казалось невозможным.

Прошло ещё несколько дней.

Юнджи всё реже принимал человеческий облик. Он учился общаться даже в форме змеи.

Тук-тук.

Юнджи хвостом вырисовывал в воздухе сердце. Я не понимала, как ему это удавалось, но раз Юнджи — не обычная змея, я решила не пытаться осмыслить это.

— Ой, как мило, — погладила я его гладкую головку.

Юнджи высунул язык и завилял от удовольствия, даже немного пританцовывая.

Его радость была очевидна даже без нашей эмоциональной связи.

Юнджи также усердно тренировался писать хвостом.

Он делал поразительные успехи, развивая нашу связь до простого вербального общения.

[Онни, нравится!]

[Очень, нравится!]

Слова, которые хотел сказать Юнджи, отзывались в моей голове, словно эхо. Хотя это были лишь отдельные слова, а не предложения, я чувствовала, что с практикой мы сможем полноценно общаться.

[Юнджи, Онни, нравится.]

Эту фразу Юнджи повторял чаще всего с самого рождения.

Так сильно он любил меня без всяких условий.

— Я тоже люблю тебя, Юнджи, — обняла я его, когда он раздулся до размеров моего предплечья. Его счастье и привязанность были очевидны.

Ребёнок, который любил меня так безоговорочно и без причины, был бесценен, и я была бесконечно благодарна.

«Может, я уже забываю лицо Энока, но, кажется, могла бы быть счастлива, живя только с Юнджи…»

Энок и не подозревал, что в наших отношениях назревает кризис — кризис, о котором не знал только он.

Герцог Флоне, как обычно, начал утро с визита в кабинет, где его ждало неожиданное письмо.

— Наследный принц прислал письмо? Мне, а не Маргарет? — удивился герцог.

Опытный дворецкий невозмутимо кивнул.

— Да, Его Высочество наследный принц Энок адресовал письмо вам. Также он просил сохранить это в тайне от вашей второй дочери.

Держать в тайне от Маргарет? Это говорило о большом доверии к герцогу.

Хотя Энок был будущим императором, герцог всё ещё видел в нём «похитителя дочери». Однако тот факт, что этот «похититель» доверял ему, смягчил его отношение.

— Что ж, секрет так секрет, особенно если просит сам наследный принц, — сказал герцог, не скрывая довольной ухмылки, принимая письмо.

— О-о!

Даже невозмутимый дворецкий дёрнулся от неожиданности. У их ног извивалась большая змея, внимательно разглядывая письмо в руке герцога.

Юнджи, питомец Маргарет и божественный змей, явно интересовался «секретным письмом от наследного принца».

Герцог, вспотев, поспешил в кабинет, унося Юнджи с собой. Он посадил змея на стол, и тот, покружившись, замер, уставившись на него.

Его милая змеиная мордочка с любопытством разглядывала герцога, язык так и мелькал. Несмотря на внешность, герцог оказался в затруднительном положении.

— Юнджи… ты сможешь сохранить это в тайне от Маргарет? — спросил герцог, надеясь, что его поймут.

Юнджи уставился на него пустым взглядом. Хотя он и учился писать, общаться полноценно пока не мог. Герцог раздражённо подумал, что не может просто попросить Маргарет превратить Юнджи в человеческий облик.

Подумав, герцог решил сначала вскрыть письмо. Он взял нож для бумаг, а Юнджи, заинтересовавшись, подполз ближе.

— Ладно, Юнджи. Дедушка сейчас откроет письмо.

Юнджи стукнул хвостом по столу от возбуждения, затем радостно закружился. Поразительно, как он понимал человеческую речь даже в змеином облике, хоть и не мог ответить.

Герцог сел и вскрыл письмо, а Юнджи подполз ближе, пытаясь заглянуть в него.

— …Проект предложения? Юнджи и Иннис тоже в курсе? — пробормотал герцог, пропуская формальности и переходя к сути.

Энок планировал сделать предложение Маргарет на предстоящем Фестивале фейерверков в Лэнгриджской империи и просил помощи у Юнджи и семьи Флоне.

— …Не хочу признавать, но у него есть чутьё, — неохотно признал герцог.

Энок использовал этот шанс, чтобы сблизиться с семьёй Флоне.

Даже после того, как они с Маргарет стали парой, герцог всё ещё испытывал обиду. Разве Энок не питал к его дочери сильную неприязнь?

Хотя Маргарет и давала поводы, родительские чувства не всегда рациональны.

Энок, похоже, понимал это и подготовил мероприятие, чтобы сблизиться с семьёй, одновременно заботясь о Маргарет.

В этот момент Юнджи стукнул хвостом по руке герцога.

— Что такое?

Тук-тук.

Но Юнджи не мог говорить, поэтому просто продолжал стучать.

— Мы должны сохранить это в тайне от Маргарет. Обещай мне, это будет наш маленький секрет, — сказал герцог.

Юнджи, похоже, обрадовался слову «секрет», снова закружившись на столе. Это было явное согласие.

— Наша малышка выросла и уже выходит замуж… — герцог вытер глаза платком.

Юнджи, мелькнув языком, потерял интерес и уполз из кабинета.

С того момента, как Энок начал готовиться к коронации месяц назад, он тосковал по Маргарет каждый день. Если бы кто-то спросил, насколько он одержим этой тоской, его главный помощник Джеймс мог бы привести десятки примеров.

Джеймс молча стоял перед галереей, примыкающей к кабинету Энока, с пачкой документов. Перед началом утренних дел у Энока была привычка сначала заходить в галерею.

Что он там делал? Конечно, любовался картинами. А точнее — портретами.

Джеймс оглядел галерею. Стены просторного зала были увешаны портретами одной и той же персоны.

Прекрасные платиновые волосы, глубокие таинственные голубые глаза, нежные черты лица и очаровательная улыбка. Это были портреты Маргарет Роуз Флоне, известной как одна из самых красивых женщин империи.

Тут были портреты Маргарет в младенчестве, детстве, юности и взрослом возрасте. От официальных изображений до непринуждённых сцен, где она играла в саду.

Джеймс не занимался их поиском, как и слуги. Так как же Энок их раздобыл?

Оказалось, Энок заключил сделку с сестрой Маргарет, Иннис. В обмен на портреты он согласился официально поддержать научную школу, которую та собиралась основать, предоставив ей имя императорской семьи. Ей нужна была не финансовая помощь, а престиж.

«Леди Флоне не знает об этом. Интересно, как она отреагирует…»

— Джеймс, что думаешь? — голос Энока вывел его из раздумий.

— Ч-что? — Джеймс вздрогнул, обнаружив перед собой Энока, а за ним — его помощников.

— Я подумал, не будет ли символично, если на Фестивале фейерверков Маргарет зажжёт первый фейерверк новой эпохи? — спросил Энок.

— …Что? Леди Флоне? Что делать? — Джеймс решил, что ослышался.

Традиционно фестиваль начинался с того, что профессионал зажигал фейерверк с вершины шпиля на площади Бёрнетон. Только специалист мог это сделать.

— Вы что, считаете её вождём племени, жившим в джунглях? Как леди Флоне сможет забраться на шпиль и зажечь огонь? Это абсурд… — Джеймс запнулся, вспомнив, что выжившие с острова Алея действительно жили в условиях, напоминающих джунгли.

Он посмотрел на Энока с подозрением. Тот сохранял невозмутимое выражение лица.

Джеймс с ужасом осознал, что Маргарет действительно могла знать, как добывать огонь.

— Скажите, что именно делала леди Флоне раньше? — серьёзно спросил он.

Вопрос Джеймса повис в воздухе без ответа от Энока. Казалось, в итоге было решено, что Маргарет будет зажигать фейерверк на Фестивале Огней — конечно, при её согласии.

Тем временем в императорском дворце портретная галерея Маргарет Роуз Флоне стала центром внимания. С тех пор как они вернулись с острова, Энок и Маргарет открыто демонстрировали свои чувства друг к другу. Однако многим было трудно привыкнуть к такой внезапной перемене в их отношениях.

Раньше Энок и Маргарет долгое время были врагами. Их вражда была настолько известна, что даже простолюдины, гуляющие по столице, знали о ней. Возможно, люди полностью примут их отношения только после того, как Маргарет действительно станет императрицей, и они проживут в счастливом браке хотя бы год или два.

Как бы то ни было, эксцентричный образ Энока — «кронпринца, тоскующего по своей возлюбленной» — на этом не закончился. Подготовка к коронации, которая обычно занимала от полугода до года, была сокращена до трёх месяцев — и тоже из-за Маргарет. Придворные могли лишь разочарованно вздыхать, ведь Энок наотрез отказался продлевать сроки. В конце концов, это была коронация нового императора новой эпохи, и три месяца казались слишком коротким сроком для подготовки.

Согласно имперскому закону Лэнгриджа, незамужним женщинам традиционно запрещалось присутствовать на коронации императора. По сравнению с соседним королевством Хестия это был довольно консервативный и устаревший обычай. Но Энок разрушил и его.

— Нелепо, если моя будущая жена не сможет присутствовать на моей коронации из-за какого-то закона. Отмените этот абсурдный закон. Мир едва не рухнул, потому что мы цеплялись за устаревшие правила.

Его слова звучали совершенно логично. Единственные, кто мог возразить, — это старомодные высшие дворяне, большинство из которых потеряли власть после изгнания фракции Пионов. Более того, заявление имело ещё больший вес, учитывая, что Энок лично спас мир. А Маргарет, «незамужняя женщина, которая не может присутствовать на коронации», тоже была одной из спасительниц мира, что придавало ситуации дополнительную легитимность.

— В последнее время я так устала.

Церемониймейстер Энока, с тёмными кругами под глазами, пожаловалась Джеймсу, главному помощнику и личному секретарю принца.

— Ты же знаешь, что коронация в королевстве Хестия назначена раньше? Из-за этого секретари из Хестии уже несколько недель живут в нашем дворце.

Джеймс мог только слушать, как она сетует на непосильную нагрузку из-за того, что коронация короля Хестии и Энока назначены почти одновременно.

— Ты слышал, что кронпринц Хестии прислал приглашение Его Высочеству на коронацию? Он не просто просит передать поздравления, а хочет, чтобы Энок лично присутствовал. Это же абсурд…

— Всё-таки они близкие друзья. Да и мир изменился. Возможно, если они посетят коронации друг друга в знак дружбы, учитывая совпадение дат, это создаст интересную картину. Хотя я тоже считаю, что лучше просто отправить поздравление.

Церемониймейстер ворчала, не зная, как отреагирует Энок.

В последнее время Энок был словно непредсказуемая сила природы. Большинство его поступков имели веские причины, но следовать за ним было нелёгкой задачей для его помощников.

Тут Джеймс с тревожным выражением схватил церемониймейстера за плечо.

— Погоди, это приглашение. Оно же наверняка пришло и леди Флоне, да?

— Должно быть. Все уже знают, насколько близки семеро, вернувшиеся с того острова…

Церемониймейстер замолчала на полуслове. Они переглянулись в тревоге.

— Конечно, леди Флоне отправится на коронацию короля Хестии.

— Если до Энока дойдёт, что Маргарет собирается встретиться с королём Хестии, то, естественно, он захочет…

… поехать вместе с ней.

Они не стали договаривать последние слова. Если это случится, для помощников начнётся настоящий ад.

— Если подумать, уговорить леди Флоне будет проще, чем пытаться переубедить Его Высочество.

Церемониймейстер полностью согласилась с бормотанием Джеймса. В их глазах загорелся огонёк надежды.

Конечно, они совершенно упустили из виду, что сама Маргарет не из тех, кого легко переубедить.

— Чёрт возьми! Тревога! Тревога!

В этот момент в кабинет ворвался помощник Энока, запыхавшийся и явно взволнованный.

— Его Высочество Энок сбежал из дворца!

— Что?! Куда он отправился?

— В резиденцию Флоне.

Услышав это, все замолчали, их лица побледнели. Затем у каждого возникла одна и та же мысль:

Ну что ж, он продержался довольно долго.

Ранним утром Артдал и Рузеф навестили резиденцию Флоне в столице, Бёрнетоне. Их визит был настолько внезапным, что я едва успела накинуть платье и в спешке бросилась в гостиную, где они ждали. В процессе из кармана выпали рабочие заметки, которые я сунула туда накануне.

— О-хо, у вас тут в резиденции Флоне происходит что-то интересное, о чём только я не знаю? — с любопытством поинтересовался Артдал, подбирая бумаги. Рузеф, не менее заинтересованный, тоже начал просматривать документ.

Ладно, сдаюсь.

Я махнула рукой на попытки отобрать у них бумаги и плюхнулась в кресло. Похоже, день начинался утомительно.

— Миледи, у вас что, развился лунатизм за то время, что мы не виделись? — спросил Артдал, указывая на третий пункт.

3. Комната леди Маргарет находится в западном крыле на третьем этаже, комнаты 1–5. Если леди Маргарет обнаружат спящей в саду посреди ночи, тихо перенесите её обратно в комнату.

— Ах.

Мне стало немного неловко, и я проглотила слова. Всё выглядело странно из-за формулировки, но на самом деле я не валялась на земле в саду.

Я ненавидела тот остров, но иногда мне хотелось вспомнить время, проведённое с друзьями. Поэтому я соорудила в саду подобие хижины, где иногда наблюдала за звёздами. Если я засыпала там, слуги аккуратно переносили меня обратно.

Не вдаваясь в ненужные объяснения, я сменила тему:

— Так что привело вас сюда? Разве вы оба не заняты?

В конце концов, и Артдал, и Рузеф были лидерами своих групп. Я не могла понять, как у них нашлось время на этот визит.

Мужчины переглянулись — их взгляды были далеко не радушными — и хором произнесли:

— Мы пришли пригласить вас стать нашей парой.

Я наклонила голову в недоумении.

— Приглашение в пары?

— Скоро состоится Фестиваль Огней в Лэнгридже. Это первый фестиваль после исчезновения магии, и мне не терпится увидеть, как его организовали.

Я могла понять Артдала, но Рузеф теперь Папа — разве он может делать такие предложения знатным дамам?

Пока я приходила в себя, в гостиную вошла горничная Ванесса и передала мне срочное письмо от Юанны.

— Миледи, срочное письмо от Её Святейшества.

Оно тоже содержало приглашение на Фестиваль Огней в качестве пары. Но фестиваль не был светским мероприятием, где обязательно приходить с партнёром… Почему все вдруг…?

— Они все вас любят, миледи, — заметил Артдал.

— Считайте это проявлением обожания. Для вас это честь, — добавил Рузеф.

Я изначально хотела пойти на фестиваль только с Эноком, но, похоже, придётся смотреть фейерверки в компании всех сразу. Я не была против, но лёгкое разочарование всё же ощущалось.

Щёлк.

В этот момент дверь в гостиную открылась.

Скрип.

В проёме появился Энок с маленьким мальчиком на руках. Он выглядел как заботливый отец, держащий сына.

— Что это? — вырвалось у Артдала, выражая мои мысли.

Затем, с недоумённым видом, он спросил меня:

— …Вы двое уже живёте здесь вместе?

Конечно, это было не так.

— Я принёс его, потому что Ынджи подглядывал снаружи, — объяснил Энок.

Мне было интересно, почему он, который должен быть во дворце, оказался здесь, но Ынджи привлёк моё внимание больше.

Я взяла мальчика из рук Энока, и, как только он устроился у меня на руках, его глаза расширились, будто он вспомнил что-то важное.

Затем он уронил бомбу.

— Ах да! Дедушка переживает, какой подарок тебе выбрать, Нуни! Он всё время пристаёт к Ынджи, спрашивает, что бы тебе понравилось, и это немного раздражает.

Лицо Энока побелело.

— Какой подарок? — Артдал и Рузеф синхронно повернулись к Ынджи с любопытством.

Мальчик, всё ещё сидя у меня на руках, весело болтал ногами и кивнул.

Пока он собирался продолжить, Энок резко закрыл ему рот ладонью. В гостиной на мгновение воцарилась тишина.

— Что происходит? — Артдал смотрел на Энока с полным непониманием.

Энок вздохнул и тихо посмотрел на Ынджи. Затем внезапно выхватил мальчика из моих рук.

?!

Я растерянно заморгала, оставшись с пустыми руками. Ынджи, ошарашенный, уставился на меня.

— Ч-что?! Отпусти Ынджи! Я хочу к Нуни!

— Кажется, тебе нужно кое-что обсудить со мной.

— А? Нет же! Ынджи нечего говорить!

— Ты, кажется, кое-что вспомнил.

— Не вспомнил!

Я не понимала, о чём идёт речь, но Энок внезапно исчез, унося с собой Ынджи.

Артдал, Рузеф и я остались в полном недоумении, уставившись на то место, где только что стояли двое — вернее, человек и маленький змей.

Что только что произошло?

Более того, я не видела Энока целый месяц, а он взял и исчез!

— Повторяй за мной. «Я ничего не знаю».

— Нет. Ынджи знает.

— Нет, ты не должен знать.

— Как я могу не знать то, что уже знаю?

— Разве ты не обещал отцу Маргарет? Я уверен, ты обещал хранить это в тайне и от меня тоже.

Энок намекнул на «секретное» письмо, адресованное Ынджи. Маленький наивный змей обожал секреты и радовался, когда это слово произносили. Как и ожидалось, Ынджи прикрыл рот ладошками и кивнул.

— М-м. Верно. Секрет. Ынджи прости.

Он мило извинился, а затем начал бормотать оправдания, размышляя о своём поступке.

— Дедушка сказал, что он Ынджи дедушка. Ынджи нравится дедушка. Я не хотел нарушать обещание. Ынджи прости.

— Да, ты должен хранить верность дедушке.

— М-м. Верно! Должен хранить верность!

Наконец убедив Ынджи, Энок устало провёл рукой по лицу. Он на мгновение закрыл ладонями глаза, подавляя вздох, и почувствовал волну самоосуждения.

Тогда Ынджи тихонько положил руку на плечо Энока и нежно похлопал.

— Если пообещаешь не бросать Ынджи, я разрешу тебе жениться на Нуни. Нуни обещала Ынджи. Энок тоже должен.

Он шевелил пальчиками, украдкой поглядывая на реакцию Энока.

— Ынджи не будет мешать. Ынджи может быть очень интересным. Розмари научила меня. Когда Энок устанет, Ынджи может помассировать ему плечи.

Ынджи, который был красивее большинства маленьких девочек, сжимал и разжимал свои листообразные ладошки, демонстрируя, как умело он может массировать плечи Энока. Если бы Розмари была здесь, она бы ахнула от умиления.

Энок, подперев подбородок рукой, внимательно наблюдал за Ынджи и тихо размышлял.

Для первенца дочь вроде Ынджи была бы идеальна.

Артдал остановился в гостевых покоях резиденции Флоне, а Рузеф разместился в соседней комнате. Он уже завершил все приготовления к коронации — по крайней мере, свои собственные задачи. Хотя до дня коронации оставалось множество сложных процедур, он их попросту проигнорировал.

«Надо быть благодарным, что они вообще подогнали это под требования», — размышлял он про себя.

Придворный этикет? У Артдала и в мыслях не было соблюдать эти устаревшие обычаи. Точнее, он планировал упразднить ненужные и реорганизовать все правила. Он уже выкорчевал и уничтожил тех, кто предлагал его в жертву острову Алеа. В основном это были высшие дворяне и члены королевских семей, которые так ценили этот напыщенный этикет.

Единственная причина, по которой Артдал снова надел эту отвратительную корону, — народ. Новая эра уже наступила, и сами основы цивилизации должны были измениться.

Артдал отложил свои мысли и вспомнил недавний инцидент, а точнее, то, как Энок, казалось, что-то скрывал от Маргарет.

«Уже ходят слухи, что наследный принц Лэнгриджа готовится сделать предложение второй леди Флоне, — подумал он, — но Маргарет, похоже, ничего не знает».

Хм. Артдал лениво развалился на диване на террасе, подперев подбородок рукой, и уставился в окно. Казалось, все сговорились держать Маргарет в неведении. Даже горничные осторожничали, чтобы не проронить лишнего при ней.

Секрет, который все хранили, заключался в том, что Энок планировал сделать предложение Маргарет в день Фестиваля фейерверков. Если даже Артдал, приехавший из далёкой страны, знал об этом, значит, все, кому положено, уже были в курсе. Простолюдины на улицах тихо поддерживали Энока, не поднимая шума, что лишь подтверждало, насколько наследный принц империи был любим и доверяем.

«Учитывая его угнетённое детство, это могло бы стать достойной наградой».

Артдал прекрасно знал, каким тяжёлым и несчастным было детство Энока. Королевская семья Лэнгриджа безжалостно уничтожала всё, что ему было дорого, изолировала и ломала его. Энок был сломлен в детстве. Он потерял всех своих «людей» на поле боя. Разве у него была роскошь задумываться о навязчивой любви Маргарет?

Пробуждение на том отдалённом острове, возможно, стало переломным моментом для Энока. Столкновение с изменившейся Маргарет в том уединённом месте полностью перевернуло его жизнь.

Погружаясь в размышления, Артдал вновь задумался о женщине по имени Маргарет. Она была той, чья скрытая, сияющая сторона, о которой никто не знал, пряталась под оболочкой предрассудков. Она разбила эту оболочку своей силой и в итоге спасла Энока своим светом.

Артдал вспомнил, как подслушал, как Маргарет говорила своей горничной:

«Наследный принц Хестии? Похоже, он мог бы довести до слёз не одну женщину. Он невероятно красив. Но всё равно не сравнится с красотой нашего принца Энока».

Он случайно услышал это, когда Маргарет пришла в Королевскую академию, чтобы увидеть Энока. Должен был бы рассердиться, но почему-то почувствовал гордость. Разве не он получил признание за свою внешность от той самой безумной леди, что носилась за Эноком? Глупо, но это его порадовало.

Однако, когда он наконец встретил Маргарет лицом к лицу, то немного удивился. Её изящное и прекрасное лицо, будто выточенное богами, приковывало взгляд. Её волосы, словно сотканные из золотых нитей, ослепительно сияли, а глаза, подобные озёрам, заключённым в стеклянные сферы, завораживали.

Так он думал до того момента, как—

«Она открыла рот».

«Что опять вытворяет эта сумасшедшая?»

Артдал вспомнил, как Маргарет внезапно выругалась, пробежала мимо него и набросилась на даму, флиртовавшую с Эноком.

«Её лицо и характер никогда не совпадали, ни тогда, ни сейчас».

Артдал покачал головой и снова развалился на диване, перечитывая забавные правила резиденции Флоне. Он подобрал выброшенную бумажку, решив, что будет весело взглянуть на неё ещё раз.

3. Комната леди Маргарет находится в западном крыле на третьем этаже, комнаты 1-5. Если леди Маргарет обнаружат спящей в саду посреди ночи, тихо перенесите её обратно в комнату.

Предупреждение о Маргарет особенно его позабавило.

«Спит в саду? Как мило».

На том отдалённом острове происходили куда более экстремальные вещи, так что подобные предостережения казались слабыми. Персонал резиденции Флоне был слишком мягким по сравнению со своей госпожой.

Артдал подперел подбородок и перечитал записку ещё раз. На его губах появилась непроизвольная улыбка.

«Всё же, если это последствия побега, то может стать проблемой».

В этот момент он внезапно почувствовал неожиданную боль в глазу. В том самом, что потерял на острове.

«Чёрт, что это?»

Артдал нахмурился и крепко прижал повязку. Он ощутил незнакомую энергию, бурлящую вдали, и ему показалось, что глаз, некогда наполненный магией, снова пытается активироваться.

Артдал поднял голову и посмотрел вдаль за террасу. За рекой Арден виднелся старый город, а среди него — возвышающаяся башня магов.

«Не может быть… Но боль в глазу будто исходит оттуда», — подумал он, озадаченно.

Именно там был запечатан Кейден, ставший трансцендентом и впавший в спячку.

Тук-тук.

В этот момент в дверь постучали.

«Принц Артдал? Вы здесь?»

Это была Маргарет.

Получив разрешение, она осторожно открыла дверь и вошла. Маргарет неуклюже переступила порог, робко улыбаясь.

«В чём дело? Леди сама разыскала меня втайне», — поддразнил Артдал с хитрой ухмылкой, заставив Маргарет нахмуриться.

«Я пришла не тайно. Звучит странно, когда вы так говорите», — ответила она, качая головой.

Артдал пожал плечами. Как бы то ни было, это был едва ли не первый раз, когда Маргарет сама искала его, и ему это было приятно.

«Я хотела попросить совета».

«Совета?»

«Почему Энок избегает меня? Я подумала, что вы, как проницательный человек, могли бы знать», — призналась Маргарет с надеждой в глазах.

Артдал слегка смутился от её слов. Неужели она действительно просит у него совета в любви? Однако его ответ вышел совсем не таким, каким должен был быть.

«Откуда ты узнала, что я ещё и эксперт в любви? Я дам тебе совет как старший товарищ по браку. Спрашивай всё, что тебя интересует».

Конечно, у Артдала никогда не было настоящего романа. Он женился до того, как успел влюбиться. Только чтобы быть использованным своей женой, чуть не убитым и в итоге разведённым.

Артдал молча наблюдал, как Маргарет объясняла ситуацию, размышляя про себя. Если бы их встреча сложилась чуть иначе, возможно, у него могли бы возникнуть особые чувства к Маргарет. Теперь это было бесполезное предположение.

Он был её дорогим соратником. И хотел оставаться рядом с ней — именно таким.

Хотя это и не было запланировано, Энок решил остаться на ночь в резиденции Флоне. Раз уж Артдал и Рузеф тоже оставались, почему бы и ему не задержаться, тем более что императорский дворец был совсем рядом?

Прислуга дома Флоне, казалось, нервничала из-за неожиданного визита таких высокопоставленных гостей. Энок молча изучал рабочие инструкции, которые взял у Артдала:

"Комната леди Маргарет находится в западном крыле на третьем этаже, комнаты 1-5. Если леди Маргарет обнаружат спящей в саду посреди ночи, её следует тихо перенести обратно в комнату."

Он слышал, что в саду был сооружён временный домик, и иногда Маргарет спала там, когда не могла найти покоя ночью.

«Должно быть, последствия...» — подумал Энок.

— Все приготовления завершены, — объявил герцог Флоне.

Энок кивнул, неспешно потягивая чай на диване в кабинете герцога. — Вы хорошо поработали.

— Это мой долг, — с улыбкой ответил герцог, следуя примеру Энока и делая глоток чая. — Я искренне желаю счастья своей дочери.

Счастье. Энок задумался над этим словом. В словах герцога чувствовалась отцовская любовь.

Герцог ненадолго задержал взгляд на Эноке, затем мягко произнёс:

— Конечно, я желаю счастья и вам, Ваше Высочество. Вы многое пережили, и пришло время обрести покой.

Рука Энока замерла на мгновение, прежде чем он спокойно поставил чашку.

— Герцог, до похищения на остров... почему вы не остановили свою дочь?

— Простите?

— Мне всегда было интересно, почему вы не удержали леди Маргарет от публичной поддержки меня, учитывая нейтралитет вашего дома. Низложенная императрица наверняка давила на вас. Тогда у меня не было будущего.

— Давление? Конечно, было, — герцог рассмеялся, и его смех звучал так, будто это было забавное воспоминание, а не тяжёлое прошлое. — Мне даже угрожали.

Несмотря на трудности, герцог смеялся, словно вспоминал что-то забавное.

— Маргарет однажды сказала мне кое-что, — продолжил он. — Она сказала, что когда человек достигает дна, ему остаётся только подниматься. Она утверждала, что видела свет в ваших глазах, Ваше Высочество. Свет, который никогда не погаснет.

Свет? Она видела свет во мне? Энок был озадачен. Как она могла разглядеть в нём неугасимый свет?

Его детство было таким мрачным. Он молча шёл по тернистому пути, проливая слёзы. Он не мог отрицать, что был на дне, но утверждать, что она видела в нём свет... это было непостижимо.

«В то время я умирал», — подумал Энок, пытаясь понять.

— Вы отвергли императрицу, основываясь на словах ребёнка?

— Ну... можно сказать, это стало «предлогом».

Предлог. Взгляд герцога, хоть и мягкий, таил в себе стальную решимость — непоколебимую твёрдость, которую не сломить даже самым сильным ветрам. Энок не нашёлся, что ответить, и в его голове звучала лишь одна мысль:

«Возможно, я не был один, даже когда думал, что это так».

Это осознание наполнило его странным чувством. Опустив взгляд на чашку чая, приготовленную герцогом, Энок почувствовал неловкость. Тёплый пар поднимался от напитка, окутывая его. Энок долго смотрел на чашку.

После разговора с герцогом Флоне Энок вышел в сад как раз в тот момент, когда солнце начало садиться. Герцог упомянул, что Маргарет в саду. Среди ухоженных деревьев он заметил небольшой временный домик, уютно устроившийся в углу.

— Это побег от реальности. Она приходит сюда в бессонные ночи.

Энок вспомнил слова герцога. Действительно, домик был спрятан в глубине сада, куда трудно было попасть случайно. Окружённый высокими деревьями, он выглядел уютным и мирным.

С того места, где стоял Энок, была видна маленькая белая ножка, выглядывающая из-под домика. Её ноги, белые как снег, были покрыты мелкими шрамами — всё это следы с острова Алеа.

Немного повернув голову, он увидел, что Маргарет мирно спит. Энок присел перед ней, рассматривая шрамы на её бледных ступнях. Когда он осторожно провёл большим пальцем по одному из них, её пальцы дёрнулись, а Маргарет сморщила нос. Но она продолжала спать, погружённая в глубокий сон.

«Бессонные ночи...»

Энок никогда не видел, чтобы Маргарет ворочалась во сне. Когда они спали вместе, она всегда засыпала крепко, без сновидений.

«Неужели она всегда так спит, когда одна?»

Энок нежно погладил её босые ноги, и в его груди возникла тупая боль при виде шрамов.

Шевеление. В этот момент Маргарет пошевелилась и села.

— М-м... щекотно.

Её нога выскользнула из руки Энока, и он молча наблюдал за ней.

— ...А? Энок? — Маргарет потёрла глаза и подняла голову, её глаза расширились от узнавания. — Это ты...? Мне снится сон? Я думала, ты вернулся во дворец.

Она подползла к нему, её сонное лицо озарилось удивлением. Энок мягко взял её за лодыжку, когда она приблизилась. Её тонкая щиколотка свободно помещалась в его крупной ладони. Он нежно провёл большим пальцем по внутренней стороне её ноги и наконец заговорил:

— Можешь считать это сном, если хочешь.

Маргарет моргнула, её взгляд переключился на её ногу в его руке.

— Ох...

Его рука медленно двинулась вверх, обхватив её икру, и он потянул её ближе. Удивлённая, она схватилась за его плечи, их лица оказались в сантиметрах друг от друга. Даже если их губы не соприкасались, их дыхание смешалось.

Спина Маргарет напряглась.

— Расслабься. — Энок обнял её за талию, притягивая плотнее.

Теперь между ними не осталось пространства. Энок, не отрывая взгляда от Маргарет, медленно опустил её на пол домика. Окутанная его объятиями, Маргарет смотрела на него, словно заворожённая, и прошептала:

— Это... не сон.

— Просто считай это сном. Тогда мы сможем сделать куда больше, — прошептал Энок, наклоняясь с улыбкой и бросая тень на её лицо.

Он прижал губы к её мягкой щеке, словно ставя печать. Руки Маргарет на его плечах дрожали от напряжения. Этот домик был предназначен для побега от реальности, но сейчас она была здесь одна и жалкая. И Энок решил заполнить её убежище собой.

Он поцеловал её лоб, переносицу и щёку по очереди, заставив Маргарет пробормотать:

— Ч-что ты имеешь в виду под "куда больше"?

— Начиная с этого момента.

На этот раз он захватил её губы. Жар и влажность распространились внутри домика. Пальцы Энока вплелись в её волосы, притягивая ближе. Он знал, что должен сдерживаться, но перед ней это было легче сказать, чем сделать.

Затем его осенило: а зачем мне сдерживаться?

— Если тебе нужно спокойно спать, приходи ко мне, а не в этот домик, Маргарет.

— Даже если это значит видеть тебя каждую ночь?

Ответ Маргарет заставил Энока замереть. Её неожиданная смелость заставила его тихо рассмеяться.

— Скоро мы и так будем видеться каждую ночь, так что небольшая практика заранее не помешает.

Энок был искренен. Он никогда не был с Маргарет неискренним.

Маргарет прикрыла его рот ладонью, когда он наклонился для следующего поцелуя.

— Погоди. Что ты имеешь в виду...?

Игривая улыбка тронула губы Энока. Он лизнул её ладонь, заставив её дёрнуться и отдернуть руку.

— Почему? Сегодня ночью уже слишком скоро?

Он наклонился ещё ниже, целуя её шею. Мягкие, влажные прикосновения спускались от шеи к ключице.

— Зачем прятаться в таком месте? — прошептал он, оставляя следы лёгкими укусами и продвигаясь ещё ниже. — Захотелось найти тебя.

Колено Энока скользнуло между её ног, притягивая её ещё ближе. Маргарет зажмурилась, умоляюще глядя на него. Её щёки порозовели, и она выглядела ослепительно прекрасной.

Энок с любовью целовал каждую часть её тела. Он не планировал удерживать Маргарет здесь, в этом месте. Он хотел, чтобы её первый раз был особенным, чтобы она почувствовала, что это она овладела им, а не наоборот.

«Это правда и в реальности тоже».

Впереди их ждало множество ночей, и они проведут многие из них вместе. Не было нужды спешить. Уткнувшись лицом в плечо Маргарет, Энок обнял её, вдыхая её аромат. Он уже не мог жить без неё. И теперь казалось, что и она не могла жить без него.

Это осознание наполнило Энока сладким удовлетворением. Хотя для Маргарет это, возможно, было неудачей, Энок был вне себя от радости. Да, он был счастлив безмерно.

«Ах».

Внезапная мысль пришла ему в голову, и он приподнял подбородок Маргарет. Она посмотрела на него затуманенным взглядом, всё ещё ошеломлённая и прекрасная в его руках.

— ...Почему?

— Потому что ты прекрасна.

Хотя он и не планировал их первую ночь здесь, с ней ещё многое предстояло испытать. Он не колебался долго. Глядя на её полные, красные губы, Энок медленно прикрыл их своими. Ночь была длинной, и у них было достаточно времени, чтобы выразить своё счастье.

==

Русс.п.: за пределами, вне, сверх, помимо и далее это все beyond.

— Никто не говорил, что полукровный принц такой красивый.

Так сказала Маргарет, когда впервые увидела Энока на королевском приёме. Она думала, что это была их первая встреча, но на самом деле они познакомились гораздо раньше.

До встречи с Маргарет жизнь Энока была безрадостной. Его бессильная мать была убита императрицей только за то, что родила сына. Дело закрыли без расследования, а император сделал вид, что ничего не произошло. После этого издевательства слуг над Эноком стали ещё жёстче.

Кроме того, у императрицы был законный наследник — Родван, но император объявил, что титул наследного принца достанется самому достойному. Из-за этого борьба между братьями обострилась, а травля со стороны братьев и сестёр, видевших в Эноке добычу, усиливалась.

Подсыпать что-то в еду, оставить голодным, наказать по ложному обвинению, избить тайком или вылить на него грязную воду — всё это стало обыденностью.

— Бедный принц. Как можно быть такими жестокими к ребёнку?

Если какая-нибудь служанка проявляла к Эноку жалость и доброту, на следующий день её находили мёртвой.

За всем стояли братья и сёстры Энока и подкупленные ими слуги. Пока происходящее не выходило за рамки, всё спускалось на тормозах по приказу императрицы.

В глазах Энока не было света, только пустота и беспомощность — эмоции, слишком взрослые для ребёнка.

Травля казалась бесконечной. Большинство желали Эноку смерти, остальным было всё равно, жив он или нет. Но он терпел, день за днём.

Из всех испытаний самое запоминающееся произошло в начале лета, когда Эноку было пятнадцать. Накануне Дня Основания, когда он впервые должен был предстать перед знатью.

Как и другие наследники, Энок готовился к приёму и направлялся туда, когда его окликнул пятый принц, Крис.

— Эй, полукровка. Сегодня ты почти смотришься как принц.

Безучастный взгляд Энока встретился с взглядом Криса. Глубина и пустота в глазах младшего брата заставили Криса внутренне содрогнуться, но он скрыл это и продолжил:

— Пойдёшь с нами сегодня?

— Зачем? Чтобы снова поиздеваться?

— Ч-что? Когда я тебя обижал? Ты что, не хочешь?

Энок, который был на несколько лет младше, тяжело вздохнул, словно старик, проживший долгую жизнь.

«Этот паршивец зазнался. С Родваном он так себя не ведёт. Он что, меня за ничтожество держит? Надо бы проучить его.»

Крис нахмурился, раздумывая, но затем покачал головой.

«Нет, сегодня не стоит.»

Вместо этого он улыбнулся и протянул руку:

— Ты же пойдёшь, да?

Энок долго смотрел на протянутую руку, затем тихо кивнул:

— Хорошо.

Лицо Криса озарилось.

Конечно, Энок не доверял Крису.

Но в глубине души он всё же надеялся, что в его словах есть капля искренности.

Мальчик, никогда не знавший любви, ласки или внимания, мог только мечтать об этом.

Естественно, его надежды были жестоко разбиты.

Крис прислал новую служанку с другим комплектом одежды, заявив, что дресс-код изменился. Переодевшись и войдя в зал, Энок понял, что это даже не служебная униформа, а одежда простых рабочих.

Увидев его, знать ахнула, императрица скривилась в брезгливости, император проигнорировал, а братья и сёстры смеялись над ним вместе со сверстниками.

— Эй, полупринц. Похоже, ты наконец понял, где твоё место. Тебе идёт эта одежда, — издевательски сказала вторая принцесса Камилла, похлопав Энока по плечу.

— Теперь, когда ты осознал, может, уйдёшь? Или мне самой тебя выпроводить? Лучше исчезни, пока Родван не увидел и не опозорил нашу семью.

Родван, сын императрицы, был старшим среди наследников. После слов Камиллы дети захихикали, насмехаясь.

Не сказав ни слова, Энок покинул приём и направился в заброшенный сад. Его шаги ускорялись, пока он не побежал.

Туп.

Он споткнулся о камень и упал, мгновенно превратившись в грязное месиво.

Лёжа на земле, он уставился в небо.

Закат окрасил небо в багровый цвет. Глядя вверх, Энок почувствовал, как щёки наливаются жаром. По лицу текли слёзы. Впервые он осознал, что слёзы могут быть такими тёплыми.

Он крепко закусил губу, сдерживая рыдания.

И тут произошло следующее.

— Что это, глупая Розмари? Здесь кто-то есть.

— Дура Маргарет, присмотрись. Это просто слуга. Не обращай внимания.

— Высокомерная и избалованная Розмари. Разве слуга — не человек? Чему тебя учили на уроках этикета? Почему у тебя такой скверный характер?

— Не переживай, он лучше твоего, сорванец. Разве ты не выдрала утром леди Ранчу за волосы? Ты в курсе, что она гостья из Хестии?

— Разве это не впечатляет? Чтобы быть крутой, нужно давать сдачи тем, кто сильнее. Какая польза от победы над слабыми?

— Ну, леди Ранча была немного раздражающей… Поэтому все закрыли на это глаза… Погоди, а у тебя тоже странное представление о морали, не так ли?

Энок забыл о всхлипываниях и с недоумением посмотрел на двух девочек перед ним. Они вели странный разговор, казавшийся слишком взрослым для их возраста.

Старшая из них, Маргарет, выглядела на одиннадцать лет. Она заинтересовалась Эноком.

— Ты выглядишь потрёпанным. Всё в порядке? — Девочка протянула руку к Эноку. Она была прекрасна. Её золотые волосы переливались в свете заката, а глаза были ясными, как небо. Энок никогда не видел такой красивой девочки.

— Ты что, в прострации? Всё нормально? — переспросила Маргарет.

Энок наконец пришёл в себя и встал.

Только теперь он осознал, как выглядит: грязный, в рваной одежде, с заплаканным лицом. Неудивительно, что его приняли за слугу. Его первое появление в обществе закончилось позором.

Никто не поверит, что он принц. От стыда ему хотелось исчезнуть. Казалось, он уже должен был привыкнуть к унижениям, но это было не так.

Розмари взглянула на Энока и торопливо сказала:

— Маргарет, скоро фейерверк. Нам нужно идти.

— Он выглядит слабым. Думаю, мне стоит помочь. Иди без меня.

— Ты же не из-за его лица это делаешь, да?

— Розмари, ты же тоже признаёшь, что он красивый?

— …Сумасшедшая сестра, я пошла вперёд.

Розмари содрогнулась и ушла одна.

Энок смотрел на Маргарет в замешательстве.

— Ты знаешь, кто тебя обидел? Ты отомстил?

Когда Энок молча покачал головой, Маргарет нахмурилась. Её властный вид заставил его замешкаться.

Она вздохнула, глядя на мальчика, который казался младше её.

— Слушай сюда. В драке нужно бить первым. Если тебя обижают, хватай за волосы и давай сдачи.

— …Разве ты не дворянка?

— Можно притворяться благородной после победы. Главное — выиграть.

Странная логика. Разве такие слова могут исходить от ребёнка лет одиннадцати? Энок задумался, как же воспитывают детей в их семье.

— Кто тебе это сказал?

— Будущая я, из сна. После посещения Башни Магии мне стали сниться странные сны. Будущая я сказала, что жизнь — это сплошное невезение. Дело не во мне, просто жизнь отвратительна. Я была под впечатлением. Даже в будущем я говорю такие крутые вещи. Но это не важно сейчас.

Видеть во сне себя будущую — действительно странно. Энок задумался, чем же занят его будущий он.

Пока он размышлял, лицо девочки снова появилось перед ним.

— Похоже, ты перестал плакать. — Маргарет улыбнулась.

— Я не плакал. — Энок поспешно вытер лицо.

Маргарет рассмеялась и протянула руку:

— Хочешь посмотреть фейерверк со мной? Скоро начнётся.

Энок замер, глядя на её маленькую ладонь.

Ситуация, когда кто-то протягивает ему руку, была настолько непривычной, что казалась почти ошеломляющей.

— Поторопись.

Но у маленькой девочки, впервые предложившей ему руку, не было особого терпения. Не дожидаясь разрешения, она схватила его за руку и подняла на ноги.

— Пошли.

Затем она потащила его через сад. Проблема возникла, когда они вышли из безлюдного сада в более оживлённое место.

— О боже? Разве это не…

— Не тот ли самый, кого прогнала принцесса Камилла? Ах… Я думал, его наряд странный…

Шёпот тех, кто узнал его, становился всё громче. Маргарет наклонила голову и оглянулась на него.

— Что такое, почему слуга вроде тебя такой известный?

Похоже, она всё ещё не понимала, что он принц, что было логично.

Когда Энок сжал губы и не ответил, Маргарет сердито посмотрела на перешёптывающуюся толпу.

— На что уставились? Разве вы меня не знаете? Если будете пялиться, я укушу!

Рычание Маргарет только усилило шёпот в толпе.

— О боже. Почему леди Флоне здесь…?

— Разве это не вторая леди из семьи Флоне? Отвернитесь. Она правда может укусить, если встретитесь с ней глазами.

— Раньше она такой не была, но говорят, в последнее время ведёт себя странно.

— Как такой сорванец мог появиться в знатной семье Флоне… Это конец света.

Услышав разговоры людей, Энок был тайно удивлён. Эта девочка, как и он, была предметом пересудов.

И всё же она не смущалась. Её совершенно не волновало, что о ней говорят. Энок, слегка обеспокоенный, дал ей совет.

— Если будешь вести себя так грубо, тебя отвергнут в обществе. Тебе будет трудно получить предложения о замужестве.

— Я знаю. Я справлюсь. Мне не нравится, когда другие указывают, как мне жить. Моё будущее — в моих руках, — ответила Маргарет, ковыряя в ухе. Её слова и поведение не были типичными для ребёнка её возраста.

Энок подумал, что ей действительно будет трудно выжить в обществе. Но он не мог понять, почему её слова засели у него в голове.

— Это то, что тебе сказало твоё будущее «я» во сне?

Девочка широко улыбнулась и кивнула. — Да. Разве это не круто?

— Да. Круто.

Глаза Маргарет расширились, словно она не ожидала такого ответа от Энока. Затем, подобно распускающемуся цветку, она одарила его сияющей улыбкой. Энок подумал, что никогда не видел такой красивой улыбки.

Бам!

В этот момент в чёрном небе вспыхнули фейерверки, подобные драгоценным камням.

Маргарет, Энок и все остальные в саду подняли глаза к небу.

— Вау, как красиво, правда?

Маргарет спросила Энока, улыбаясь так же, как прежде. Эта улыбка была ещё прекраснее фейерверков в небе.

Энок кивнул, ошеломлённо глядя на её лицо. — Да. Красиво.

Он подумал, что ночь, раскрашенная фейерверками на фоне чёрного неба, была так же прекрасна, как этот момент.

Энок тихо усмехнулся, вспоминая прошлое. Действительно, их первое впечатление друг о друге было довольно приятным. Хотя годы спустя они встретились уже взрослыми, Маргарет полностью забыла его и вела себя так, будто видела впервые, застенчиво краснея.

Но её застенчивость длилась недолго — вскоре она стала пугающе одержима им. Из-за этого Энок устал от Маргарет и тоже стёр их первую встречу из памяти.

— Энок, ты меня слушаешь? — голос Маргарет вывел его из раздумий, и он поднял глаза. Маргарет, растянувшаяся рядом с ним в хижине, надула губы.

Энок последовал её примеру и снова лёг. Маргарет прижалась к нему, пока за окном начинался рассвет.

— Прости, я просто задумался. О чём мы говорили?

— Я сказала, что получила совет от Артдала. Совет об отношениях. Я думала, ты избегаешь меня. Прошёл уже месяц с нашей последней встречи, а ты исчез без слов.

— Ну… — Энок начал, но затем замолчал. Сейчас было не время говорить о подарке. — Это недоразумение, если ты думаешь, что я избегаю тебя.

— Тогда зачем ты увёл Юнджи? Казалось, он хотел сказать, что мой отец что-то затевает.

— ……

— О, неважно. Забудь. Не говори, — Маргарет отвернулась, надувшись.

Энок молча смотрел на её спину, затем сел. Он обхватил её за талию и посадил к себе на колени.

— О…! — воскликнула она, удивлённая.

— Это единственный способ доказать мои чувства, — сказал Энок, нежно поглаживая её спину. Маргарет выпрямилась, глядя на него с напряжённым выражением.

Она взглянула на рассвет за окном.

— Сосредоточься на мне, Маргарет, — прошептал Энок, мягко поворачивая её подбородок к себе. Его дыхание смешалось с её дыханием, её губы, распухшие от ночных поцелуев, были так близко.

Казалось, сколько бы он ни целовал, ни лизал, ни касался Маргарет — этого никогда не будет достаточно.

Они прижались друг к другу, не оставляя ни капли пространства между собой. Только после долгих, прерывистых поцелуев Маргарет вдруг осознала:

— Ты используешь это, чтобы отвлечь меня. Это нечестно.

— Разве ты не сказала мне доказать мои чувства? Я лишь выполнял твоё желание. Ах, возможно, этого было недостаточно? — невинно спросил Энок, легко целуя её губы.

Затем он посмотрел на неё, оценивая реакцию, и снова поцеловал. Игривость сменилась серьёзностью, его взгляд стал глубже.

Маргарет наконец подняла руки, чтобы схватить его за плечи. — Я спущу это с рук. Но теперь моя очередь.

Она толкнула его на пол и улыбнулась, оседлав его.

— Мне нравится смотреть на тебя сверху вниз. Каково это — быть подо мной?

Она ожидала, что он смутится, но Энок покраснел до ушей и не мог вымолвить ни слова. Он вздохнул и закрыл лицо рукой.

Даже будучи сверху, Маргарет чувствовала, будто её придавливает. Его тело казалось твёрже, чем когда-либо.

— Похоже, ты не хочешь уходить отсюда сегодня.

— …Не особо.

— Почему? Я мог бы делать это целый день, — сказал Энок, притягивая Маргарет к себе. Она беспомощно рухнула на него.

Энок, словно ждал этого, снова обнял её и насладился утром. Их несколько интенсивное утро продолжалось ещё довольно долго.

Энок спросил меня о случае из детства. О сне, который мне снился.

— Ты говорила, что после посещения Башни Магов тебе снились сны. Твоё будущее «я» в них сказало: «Жизнь — это сплошное дерьмовое время».

Чёрт. Звучит так, будто я могла это сказать. Я не помню. Впрочем, помнить сны из детства и так удивительно.

"Всё же забавно, что моё будущее «я» явилось во сне", — подумала я, пытаясь вспомнить детали.

Он сказал, что это было после посещения Башни Магов. Что я там делала?

Пока я размышляла, Рузеф окликнул меня: — Леди, вы в порядке?

Я наконец подняла глаза, вспомнив, что мы с Рузефом и Артдалом должны были выбирать наряды для фестиваля фейерверков послезавтра. Точнее, я была в комнате Артдала, потому что он ныл, чтобы я помогла ему выбрать маскировку.

Рузеф с беспокойством посмотрел на моё лицо.

— Всё в порядке, — заверила я его. — Но Артдал из Хестии, это объяснимо, а твоё лицо слишком узнаваемо. Нам будет трудно наслаждаться фестивалем вместе.

— Я позабочусь, чтобы не мешать, — ответил Рузеф, звуча твёрдо.

— Я не это имела в виду… — я почувствовала необходимость извиниться.

Рузеф махнул рукой. — Всё в порядке.

На удивление, Артдал не вставлял шуток и молчал. Он был довольно спокоен. Хотя его рваная одежда и хлебная шляпа на голове (часть его образа «трагичного художника») не выглядели достойно. Похоже, он уже решил, в чём пойдёт.

Внезапно Рузеф сделал неожиданное заявление. — Леди, если вы когда-нибудь почувствуете себя обременённой или захотите сбежать, приходите в Святой Престол в любое время.

— Что? Почему так внезапно? — я была ошеломлена.

— Я знаю, вам сейчас тяжело. Я буду ждать вас в Святом Престоле, когда бы вы ни нуждались, — сказал Рузеф искренне.

А, наверное, это из-за хижины в саду, где я сплю. Энок тоже беспокоился. Но не все переживают. Это не какой-то серьёзный эффект, я просто сплю там, когда мне скучно… Почему все так неправильно понимают…

Тем не менее, Рузеф был очень серьёзен. Он продолжил спокойным тоном: — Вы знаете, Святой Престол очень уединённое место. Я сделаю всё, чтобы защитить вас.

От чего именно…? — подумала я, смущённая его серьёзностью.

— Вау, если вы отправитесь в Святой Престол неосторожно, вас могут заточить? Будьте осторожны, леди. Вам лучше приехать в королевство Хестия, — вмешался Артдал, добавляя свою ложку дёгтя.

Я не знала, что Артдал услышал, чтобы сказать такое. И, похоже, его слова разозлили Рузефа. Тот бросил на него яростный взгляд.

— Что за чушь… Тебе стоит быть осторожным, а то заточат именно тебя, — резко парировал Рузеф.

— О. Будет уникальным опытом для будущего короля оказаться заточённым Папой. Это войдёт в историю, — ответил Артдал, его жизнерадостные слова раздражали окружающих.

Рузеф, до этого сохранявший достоинство, наконец сорвался. Он сбросил накидку с плеч на пол и принялся топтать её ногой.

Он выглядел как человек с ужасным характером, но я понимала его чувства. Зная характер Рузефа, он, должно быть, многое терпел как Папа.

Артдал, не осознавая своих действий, хлопал в ладоши от удовольствия рядом, что, казалось, ещё больше злило Рузефа. В конце концов, он сбил хлебную шляпу с головы Артдала.

— Ты только что ударил меня? Это международный инцидент! — воскликнул Артдал, выглядевший одновременно удивлённым и развеселённым.

— Я ударил трагичного художника, — сказал Рузеф, ссылаясь на костюм Артдала.

Поскольку Артдал изображал трагичного художника, он, казалось, не нашёлся, что ответить. Даже дети не ссорились бы так. С исчезновением Кайдена Артдал и Рузеф теперь сражались друг с другом. По крайней мере, они сохраняли достоинство на публике, и это радовало.

Я наблюдала за их перепалкой, думая: "Хотела бы я, чтобы каждый день был таким же радостным и мирным, как сегодня". Больше всего я ждала фестиваля фейерверков — до него оставался всего один день.

Энок снова посетил поместье Флоне. В последнее время он приходил к нам почти каждый день, и я не понимала, почему вдруг стал таким активным.

«Разве он не занят подготовкой к коронации?» — беспокоилась я, опасаясь, что во дворце обвинят меня в том, что я отвлекаю его.

К тому же завтра был долгожданный фестиваль фейерверков. Рузеф, Артдал и Юанна уже договорились составить мне компанию.

— Эунджи рад, что Энок часто приходит! — кричал Эунджи в человеческом облике, бегая по гостиной.

Энок, пивший со мной чай, жестом подозвал его:

— Иди сюда.

— Зачем? — настороженно спросил Эунджи.

— Обнять за хорошее поведение.

— Что?! — Эунджи отпрянул, затем быстро запрыгнул ко мне на колени и надменно посмотрел на Энока. — Энок самонадеян. Эунджи обнимается только с онни.

Энок удивлённо уставился на него, но Эунджи лишь крепче прижался ко мне.

— Эунджи нравится, когда онни радуется из-за Энока. Но не пойми неправильно, а то Эунджи расстроится.

Энок подперев подбородок рукой, смотрел на Эунджи с явным интересом.

— А раньше ты говорил, чтобы я не уходил.

Эунджи дёрнулся и украдкой посмотрел на него, оценивая настроение. Потом медленно подошёл:

— Эунджи помассирует плечи. Давай помиримся.

Он задумчиво пошевелил крошечными пальчиками. Я не удержалась и снова притянула его к себе, прижавшись щекой к его щёчке.

— Ты такой милый.

Эунджи захихикал. Тем временем Энок молча наблюдал за нами с лёгкой улыбкой. Даже сидя в расслабленной позе, он выглядел элегантно и утончённо.

Невероятно, что он просто сидит у нас дома, словно сошёл с картины.

Внезапно мне вспомнилось, как в детстве я бегала за ним по пятам. Когда я влюбилась в него с первого взгляда, он улыбался точно так же — вежливо и сдержанно.

— Кстати, ты хотела посетить Башню Магов? — спросил Энок, прерывая мои мысли.

Я кивнула:

— Я бываю там регулярно, а раз уж ты здесь, было бы здорово сходить вместе.

Глядя в сторону открытой террасы, я видела старый город и вдали высокую башню.

Энок последовал за моим взглядом, задержался на башне и наконец ответил:

— Хорошая идея. Пойдём.

Он поднялся с места, и я встала, держа Эунджи на руках. Но Энок перехватил его, хотя тот дрыгал ножками и напевал.

— А? — Эунджи удивлённо повернул голову, затем заёрзал, умоляюще глядя на меня.

— Маргарет устала, так что сегодня поедешь со мной, — твёрдо сказал Энок.

Эунджи скорчил недовольную гримасу, но потом встревоженно посмотрел на меня:

— Онни такая слабенькая… Эунджи больно за неё…

Я вздохнула, не зная, с чего начать объяснения, и просто погладила его по голове.

— Онни совсем не устала.

— Но Эунджи останется с Эноком. Энок надёжный! — уверенно заявил он, сжав кулачки.

Откуда он подхватил такие выражения — у Розмари или Артдала? — но лицо Энока тоже стало немного странным.

Я потрепала Эунджи по волосам и рассмеялась:

— Спасибо, Эунджи.

Он радостно улыбнулся, и от этого мне тоже стало тепло на душе.

Башня Магов встретила нас тишиной. С тех пор как она стала Башней Мудреца, исследования здесь прекратились — ведь Кайден был запечатан внутри. Все маги перебрались в новую башню, и старая опустела.

Энок осматривал холл, держа Эунджи на руках.

— Это что? — показал тот пальчиком.

— Это орёл. Существо, которое летает в небе, — объяснил Энок.

— Вау! Эунджи так не может. Это потрясающе!

Они болтали об орлиной статуе, и со стороны выглядели как отец с сыном, хотя Эунджи был в облике мальчика.

— А почему тут так? — поинтересовался Эунджи.

— Это… — Энок запнулся.

Я подошла ближе и тоже замолчала, увидев статую.

Надпись на постаменте гласила:

«Любимый маг Башни, отец всех магов — Денас Игран».

Но кто-то перечеркнул её красной краской и нацарапал:

«Гори в аду, демон! Проклятие тебе! Позор магам!»

Видимо, маги оставили это перед уходом.

— Я забыла убрать статую, — призналась я.

После того как Кайден впал в спячку, я каждый раз была слишком занята, чтобы заметить надписи.

— Завтра пришлю людей. Лучше поскорее избавиться от таких напоминаний, — тихо сказал Энок, бросая на меня взгляд.

Я кивнула.

Видела ли я эту статую в детстве?

Мне казалось, что да, но конкретных воспоминаний не было. Пожав плечами, я отвернулась. Действительно, лучше убрать её поскорее.

Осмотрев холл, мы с Эноком и Эунджи отметили, что требует ремонта. Мы не знали, когда Кайден проснётся — возможно, без нас. Я хотела, чтобы, очнувшись, он почувствовал следы человеческого тепла. Не хотелось, чтобы он проснулся в одиночестве.

Чтобы башня встретила его чистотой и уютом, я тщательно проверила всё и наполнила её своей маной. Зачарованные стены сами регулировали температуру, стоило лишь вдохнуть в них немного энергии.

Конечно, не все магические формулы активировались просто так. Странно, что это работало только здесь — вероятно, из-за Кайдена. Башня стала частью его самого.

Мы поднялись на верхний этаж, где Кайден спал. Дверь в его комнату не открывалась — мешал барьер, и я не хотела рисковать.

Энок и я сели на подоконник в коридоре, глядя на запертую дверь. Внутри башни было прохладно, несмотря на летнюю жару снаружи.

— Что, если Кайден проснётся, когда нас уже не будет? — задумчиво спросила я.

— Так не бывает! Спячка не длится вечно! — воскликнул Эунджи, выглядывая в окно.

— Эунджи тоже придётся в спячку.

— Ты тоже? — удивилась я.

— Эунджи змея, — серьёзно ответил он.

Логично. Хотя он и не обычная змея.

— А если потом останутся только Эунджи и Кайден? Кайден неинтересный. Эунджи больше нравится онни… — грустно пробормотал он, понурив голову.

Хотя Эунджи был создан из моей маны, казалось, нашу судьбу он не разделит.

Энок тихо погладил его по голове.

— Тогда будем ценить настоящее.

— Да! Эунджи сейчас счастлив.

Я улыбнулась и крепко обняла его.

— Онни тоже счастлива быть с Эунджи.

Я готова была повторять это бесконечно. Эунджи делал меня счастливой.

Он сладко захихикал, а Энок, наблюдая за нами, нежно откинул прядь моих волос. Я повернулась к нему с улыбкой.

Сквозь окна лился солнечный свет. Хотя человеческого тепла здесь не было, воздух не казался холодным.

Слава богу. Пусть Кайден проснётся в таком же уюте.

Мы молча сидели на подоконнике, глядя на запечатанную дверь. Лёгкий ветерок врывался в окно, принося свежесть.

И тут Энок заговорил:

— Маргарет, я хочу тебе кое-что сказать.

— …Сказать?

Он достал из кармана маленькую коробочку, умещавшуюся на ладони.

— Все думают, что я сделаю тебе предложение на фестивале.

Я вдруг поняла, что происходит.

— Возможно, для королевского предложения это скромно, но я хотел вручить его до праздника.

Эунджи, превратившийся обратно в змейку, заполз мне на плечо и с любопытством уставился на коробку, будто торопя меня открыть её.

— Кажется, я проделал долгий путь, чтобы осознать одну простую эмоцию, — голос Энока дрогнул, и он замолчал, глядя на коробку со спокойным выражением лица.

Я ждала, не перебивая. Зная его прошлое, я понимала, как тяжело ему открываться.

Для меня всё было просто: говорить, что думаю, любить Энока — всё это давалось естественно. Но для него даже «одна эмоция» была чем-то огромным.

— Прости, что заставил ждать. Выходи за меня.

Он открыл коробку. Внутри лежало кольцо с бриллиантом.

Всё поплыло перед глазами.

Я ждала этого момента с детства — с той самой встречи. Годы пронеслись перед глазами, как панорама.

Слёзы навернулись на глаза, и я прикрыла рот рукой, не в силах вымолвить слово.

Наконец я прошептала:

— Я так долго ждала…

Но в этот момент случилось нечто неожиданное.

Дверь, запечатанная со времени спячки Кайдена, вдруг излучила зловещую ауру.

Она задрожала, наполняясь маной.

Что происходит?

Мне не удалось закончить разговор с Эноком.

В одно мгновение я оказалась в другом месте.

— Как холодно…

Я открыла глаза на пустынном берегу, дрожа от холода.

Вокруг никого не было. Поднявшись, я увидела под ногами замёрзший песок.

Повернувшись спиной к морю, я заметила остров, покрытый снегом.

Где я?

— Надо найти Энока и Эунджи… — пробормотала я, но тут же замерла в замешательстве.

Почему я ищу Энока? Кто такой Эунджи? Где я?

Я не могла вспомнить, что делала перед тем, как очнуться здесь.

В этот момент бессознательное Кайдена пробудилось.

Не сам Кайден, а другая его часть.

Из-за сильного импульса поток маны нарушился, и кто-то проник в его разум.

— Эй, а ты кто? — спросила Маргарет, стоя на замерзшем пляже.

Кайден смотрел на неё с лёгким смущением. Он случайно затянул её в своё подсознание, но не ожидал, что из-за этого она потеряет память.

И что хуже всего — её воспоминания откатились до времени до их встречи на необитаемом острове.

— Маргарет.

— С какой стати ты называешь меня по имени?

Кайден на мгновение задохнулся, затем спросил с недовольной ноткой в голосе:

— Разве ты не скучала по мне?

— Что?

— Я скучал по тебе, — сказал Кайден.

Маргарет не ответила. Точнее, даже её острый язык не смог подобрать слов.

Потому что он смотрел на неё с таким выражением, будто вот-вот заплачет.

В этот момент очнулся и Энок, но ни Эунджи, ни Маргарет рядом не было. Он молча поднялся, отряхивая снег.

— Что за чертовщина…

Перед ним простирался зимний пейзаж — бескрайние снежные просторы. Местность казалась странно знакомой: те же деревья и кусты, что и на том необитаемом острове, только теперь всё было покрыто снегом.

Энок понял, что это не реальность.

Внезапно он осознал, что кольцо, которое держал, исчезло. На краю зрения мелькнула коробочка, лежащая в снегу — та самая, с предложением.

Он схватил её, но внутри было пусто.

— Чёрт!

Энок начал рыться в снегу, но кольца нигде не было. Руки замерзали, но он не останавливался. Это кольцо значило для него больше, чем слова.

Он не привык терять что-то ценное. Раньше у него просто не было таких вещей.

Стиснув зубы, Энок продолжал поиски, но вдруг резко встал.

— Сначала Маргарет. Да, сначала Маргарет.

Нужно взять себя в руки. Пусть потеряется только кольцо.

Гррр…

В этот момент он заметил окруживших его волкоподобных монстров. Пока он искал кольцо, они взяли его в кольцо.

Несмотря на то, что он был без оружия, Энок сохранял ледяное спокойствие — совсем не то, что минуту назад.

Он легко увернулся от атаки, схватил ближайшего монстра за морду и с силой вогнал его в землю, продолжая хладнокровно размышлять:

— Кажется, я знаю, кто ты.

Тот, кто создал эту иллюзию. Тот, кто наслал этих тварей.

Вены на лбу Энока вздулись, когда он сжал пасть монстра.

Хруст.

Одновременно раздавив головы двум нападающим тварям, Энок стоял, покрытый их кровью, и вдруг тихо рассмеялся.

— Что ж, эти твари не представляют особой угрозы, — заметил он, обращаясь к волку, наблюдающему издалека.

— Это проблематично, лорд.

— Чёрт возьми, монстр…

В своём подсознании другая личность Кайдена раздражённо цокнула языком. Как и Денас в прошлом, он наблюдал за Эноком через глаза монстра.

Похоже, затянуть ситуацию не удастся. Даже для Кайдена остановить такого монстра, как Энок, было непросто.

Тем временем Маргарет шла по заснеженной тропе, изредка поглядывая на Кайдена.

Почему он такой?

У этого человека были волосы цвета лунного света, тревожные красные глаза и поникшие плечи. Почему-то он напомнил ей кролика.

Где-то я уже видела это лицо…

Тогда она вспомнила мага, который несколько дней назад приезжал в поместье и устроил скандал, требуя прекратить эксперименты с любовным зельем.

Да, это было всего несколько дней назад.

Только теперь она поняла, что перед ней — архимаг Кайден Блейк Рохад.

— Кажется, ты вспомнила, кто я, — заметил Кайден.

Маргарет задумалась. Ещё мгновение назад она не знала его и говорила без церемоний. Теперь же, узнав, что он архимаг, следовало обращаться к нему уважительно.

Быстро приняв решение, она ответила:

— Теперь вспомнила. Архимаг Кайден Блейк Рохад. Мы встречались несколько дней назад, и вот снова видимся, лорд.

Кайден нахмурился.

— А, понимаю. Значит, твоя память стёрлась и остановилась на этом моменте.

— …Что ты имеешь в виду?

— Не называй меня «лордом». Просто Кайден.

— С какой стати? — Маргарет, теперь зная, кто он, не собиралась обращаться к нему так фамильярно.

— Не будь такой, — в голосе Кайдена послышалась обида.

Маргарет лишь смотрела на него, как на странного.

Видимо, её память вернулась к тому времени, когда она видела только Энока и больше никого.

Кайден не мог сдержать вздоха. Будь то её прошлое или настоящее «я» — между ними всегда стояла стена по имени Энок.

— Лорд, вы знаете, где мы? — спросила Маргарет.

— Мы в моём подсознании, а ты просто застряла здесь, — ответил Кайден, смирившись.

— «Вы»?

— То есть только ты. Ты застряла здесь.

— Но как? Я же была в поместье Флоне, — Маргарет пыталась вспомнить.

Перед тем как очнуться здесь, я писала письмо с предложением наследному принцу… Странно.

Она вполуха слушала, как Иннис и Розмари ругали её за одержимость Эноком, но… Разве не так было?

— …Ну, я тоже не знаю. Придётся искать выход, — Кайден решил не рассказывать о её потере памяти или способе выбраться. Упоминание об этом неминуемо привело бы к разговору об Эноке.

На лице Маргарет отразилось отчаяние, и Кайден почувствовал, как сердце сжимается от боли.

Для прошлой версии Маргарет оставаться здесь со мной — не счастливая ситуация.

Размышляя об их отношениях, Кайден вдруг заговорил:

— Я часто думал: что, если бы всё началось с меня?

— Что?

— Если бы на том пляже ты проснулась со мной, был бы исход другим?

— Пляж? Ты о том, как я очнулась сейчас? О чём ты вообще? Говори яснее, лорд.

Маргарет наклонила голову, делая ему выговор смесью фамильярного и почтительного обращения.

Кайден горько улыбнулся.

— Знаешь, если бы это был я, я бы никогда не захотел покидать тот остров. Я бы хотел держать тебя вечно.

Маргарет остановилась.

Что за чушь? Этот тип что, извращенец?

Кайден продолжал бормотать себе под нос:

— Настоящий я сейчас спит, поэтому моё подсознание активно здесь.

— То есть ты не архимаг Кайден?

— Я Кайден, но не совсем. Я одна из его спящих личностей, та, что исчезнет, как мираж, когда он проснётся.

Он говорил о каких-то «личностях», но глаза его были так печальны, что Маргарет не решилась спрашивать дальше.

— Если ты не знаешь причины, ладно. Лорд, ты хотя бы знаешь, как отсюда выбраться?

Кайден долго молча смотрел на неё, затем наконец ответил:

— Здесь только мы двое, Маргарет.

— Не надо мне этого говорить. Прямо как на необитаемом острове.

И ещё здесь было чертовски холодно.

На Маргарет было летнее платье с открытыми плечами, и ситуация становилась критической.

Кайден, заметив это, снял свой плащ.

— Давай разделим его, — он накинул плащ ей на плечи.

Из-за разницы в размерах она оказалась прижата к нему. Маргарет нахмурилась и оттолкнула его, но Кайден спокойно поднял плащ и снова укрыл её.

— Не задумывайся. У тебя падает температура.

Он был прав. Маргарет дрожала от холода.

Перед глазами мелькало лицо Энока, но здесь был только Кайден.

Ради выживания придётся сотрудничать.

Наконец она кивнула.

— Я знаю nearby хижину… — Кайден вдруг запнулся. — Но там могут быть монстры. Пойдём в пещеру.

Он привёл её в большую пещеру.

— Давно здесь не были.

Его слова снова были загадочны.

— Ты бесполезен, — заявила Маргарет.

— Да, бесполезен, — спокойно согласился Кайден, будто научился с ней обращаться.

Почему я чувствую вину?

Куда делся тот надменный тип с прошлой встречи?

Смягчившись, Маргарет села рядом с Кайденом в пещере, деля плащ.

Странно, но Кайден был очень тёплым. Неосознанно она придвинулась ближе, и он притянул её к себе.

— Если холодно, подходи ближе.

"…Ну, не подходи слишком близко. Я же скоро выхожу замуж, понимаешь? Давай не создавать ситуаций, которые могут привести к недопониманию. Это просто ради выживания, только ради выживания."

"Что?" Кейден посмотрел на неё так, будто у него припадок, его красные глаза мерцали зловеще. Маргарет вздрогнула, схватилась за грудь и пробормотала:

"Чего ты так удивляешься? Ты же знаешь, что я готовлю любовное зелье, разве нет?"

"Ах, точно. Твой разум всё ещё застрял в том времени."

"О чём ты?"

"Ну, это не важно. В конце концов, сейчас рядом с тобой я."

Он продолжал говорить такие вещи, но в нём было что-то кардинально отличающееся от того Архимага Кейдена, которого она знала.

Тот мужчина презирал и ненавидел Маргарет. Но сейчас его глаза были полны нежности и подавленного желания к ней.

Это было, мягко говоря, ошеломляюще.

"Твоя рука ледяная," — сказал Кейден, беря её левую руку. Как он и сказал, она не чувствовала её. Затем его ладонь коснулась её щеки, и Маргарет почувствовала, будто тает.

Его рука была тёплой, как грелка.

Она удовлетворённо вздохнула, прижавшись щекой к его ладони и закрыв глаза. Это было похоже на прикосновение источника тепла.

Кажется, я жива.

И тут она услышала низкий, манящий голос Кейдена у самого уха:

"Маргарет, хочешь, я согрею тебя ещё сильнее?"

Она широко раскрыла глаза. Лицо Кейдена было прямо перед ней.

Даже для меня это уже слишком.

Это было странно. До сих пор все мужчины, кроме принца Эноха, казались ей незначительными, как воробьи. Никто, кроме Эноха, не существовал для неё как мужчина.

Так почему же Кейден вдруг стал казаться ей просто… привлекательным человеком?

Более того, они находились в экстремальных условиях, борясь с пронизывающим холодом, способным сковать кости. Возможно, именно поэтому ей не хотелось отстраняться от этого человека, излучающего тепло.

Будто она подсела на это тепло, будто, отпустив его, она умрёт.

Медленно сглатывая, она спросила, почти заворожённо:

"Сильнее? Как?"

"Вот так."

Он прижался губами к её. Мягкое прикосновение, смешанное с переплетением дыхания.

Мне стоит отказаться.

Это странно. Тело Кейдена такое тёплое… и это приятно.

Их дыхание продолжало сливаться, и чем дольше это длилось, тем сильнее согревалось её тело. Будто цепляясь за спасительную соломинку, она не могла отпустить его.

Её разум затуманился. Даже она сама была не в себе. Она не могла думать или действовать, как обычно. Даже совершая то, что в нормальном состоянии ей и в голову бы не пришло, она не могла это осознать.

"Кто ты такой?"

Когда их губы наконец разомкнулись, это был первый вопрос, который она смогла задать.

Что он такое, если может так заколдовать меня? Может, он использует чары иллюзии?

Кейден не ответил на её вопрос. Вместо этого он снова приблизился и спросил:

"А тебе не нравится?"

Его губы после поцелуя слегка припухли. Щёки порозовели от жара, а манящие глаза помутнели.

Тут Маргарет поняла. Это не были чары иллюзии. Этот парень сам по себе был невероятно обаятельным. Непостижимо, как он смог очаровать её, человека, видевшего мужчину только в Энохе.

"Принц не любит тебя, Маргарет. Ты правда думаешь, что он женится на тебе?"

"…"

Подобные слова должны были вызвать у неё раздражение. Но вместо гнева в груди поднялась печаль.

Она всегда слышала такое. Энох не просто не любил её — он презирал. Она знала это. Но почему от слов Кейдена сердце сжалось ещё сильнее?

Вжух—

Снаружи пещеры внезапно поднялась снежная буря. Порывы ветра принесли с собой ещё более сильный холод. Руки и ноги снова начали коченеть.

"Вздох. Нам лучше пройти глубже," — сказал Кейден, поднимая Маргарет на руки. Она спокойно устроилась в его объятиях, но затем её осенило:

"Милорд, кто вы такой?"

"Что?"

"Мне не странно, когда вы касаетесь меня. Наоборот, это кажется… знакомым."

Кейден рассмеялся, опуская её глубже в пещеру, будто знал что-то.

"Потому что нам суждено быть вместе."

"Что ты имеешь в виду?"

"Ты хорошо реагируешь? Должно быть, твоё тело уже совсем замёрзло."

Как он и сказал, она едва могла пошевелиться. Было так холодно. Мороз, казалось, проникал в кости, замораживая разум.

"Хочешь, я тебя разогрею?"

"Как? Снова согреешь?"

"Ты меня хорошо знаешь." Он взял её руку.

Хаах. Она снова удовлетворённо вздохнула. Его ладонь растопила лёд в её пальцах.

"Может, не стоит? Но если так продолжится, ты умрёшь. Здесь, в моём подсознании."

"Поэтому тебе стоит быстрее придумать, как нам отсюда выбраться. Только ты можешь это сделать."

"Тебе нужно удовлетворить настоящего меня, который сейчас спит."

"Настоящего меня", о котором он говорил, видимо, означало реального Архимага Кейдена, а не его подсознательное "я" перед ней.

"…Как?" — прошептала она, дрожа от холода.

"Притворяешься, что не понимаешь. Мило." Он поцеловал её в лоб. Затем в щёку.

Места, которых он касался губами, горели. Тело постепенно оттаивало.

Их дыхание снова переплелось.

"Куда хочешь, чтобы я тебя согрел? Сюда?" — прошептал он, опуская голову ниже, к её шее. Затем ещё ниже.

Неосознанно она вцепилась в его волосы, подавляя стон. Его мягкие серебряные пряди скользили между пальцами.

"Я немного грубоват, Маргарет," — Кейден поднял голову. Его губы были красными, когда он облизал их и усмехнулся.

"Если будет тяжело, можешь бить или царапать меня. Мне это нравится," — добавил он со смешком.

Этот сумасшедший ублюдок.

Кейден прижался лицом к её ладони, прошептав, будто вздыхая:

"Ха. Нам нужно было встретиться раньше."

На этот раз он поцеловал её ладонь.

Маргарет не могла его оттолкнуть. Она закрыла глаза, чувствуя, как его тепло растекается по коже. Это было так приятно.

Услышав её реакцию, Кейден тихо рассмеялся.

Когда она медленно открыла глаза, он аккуратно уложил её на землю.

В полузабытьи она двигалась, повинуясь его рукам.

Поэтому он принёс меня на ровное место? У неё не было времени думать дальше — Кейден быстро оказался сверху.

"Я правда люблю тебя, Маргарет," — признался он, запуская пальцы в её волосы. Их губы снова встретились.

Поцелуи не прекращались. Без передышки.

Когда ей уже казалось, что она потеряет сознание от нехватки воздуха, он оторвался.

Жар разлился по телу. Холод отступал.

Вес Кейдена давил на неё.

Это мой первый поцелуй.

Маргарет всегда думала, что первый поцелуй у неё будет с Энохом.

Но, с другой стороны, принц и я пока ещё ничего не значат друг для друга…

Энох недавно отверг её предложение, заявив, что не любит её.

Жизнь непредсказуема.

Пока она размышляла, Кейден поцеловал её в щёку и прошептал:

"В следующей жизни приди ко мне первой. Я буду ждать."

Что?

Такое страстное признание заставило её снова взглянуть на Кейдена. Его лицо выражало такую же печаль, как и её.

Почему этот мужчина говорит так, будто знает меня так хорошо? — подумала Маргарет. Затем её осенило: А что, если я потеряла память? Что, если я на самом деле уже давно здесь, с Кейденом, но забыла об этом?

Она уставилась на его лицо, затем медленно провела рукой по его щеке. Даже если Эноха сейчас не было рядом, она не могла сказать, что отказалась от него — даже в шутку. Просто не могла. Глубоко внутри жила необъяснимая, непоколебимая уверенность, что Энох всё равно придёт к ней, даже если сейчас он этого не понимал. Её любовь к нему не была такой поверхностной.

«Здравствуйте, принц Энох. Вы очень красивы.»

«Красив, говоришь… Это ко мне?»

«Разве дамы судят людей по внешности? Сколько бы я ни был хорош собой, на меня не обращали внимания из-за моего происхождения.»

«Они всё на вас поглядывают, Ваше Высочество. Просто слишком робеют перед вашей внешностью, чтобы подойти.»

«А у тебя хватит смелости?»

«Конечно. Я же сорванец. Не такая, как другие дамы. В этом моя прелесть.»

«Сорванец — это прелестно? Это на тебя повлияла будущая версия тебя из твоих снов?»

«О? Откуда ты знаешь? Будущая я была такой классной. Теперь она мой идеал. Но как ты узнал? Мы раньше встречались?»

«Не может быть, чтобы мы встречались.»

«Большинство смеётся надо мной или называет высокомерной, но вы не смеётесь.»

«С чего бы мне смеяться? Я бы сказал, это достойно восхищения.»

«…Что вы сейчас сказали?»

«Если я скажу, что восхищаюсь этим в тебе, ты будешь смеяться надо мной?»

Что она ответила тогда?

«Вы пожалеете об этих словах.»

«Что ж, теперь они стали искренними.»

Да, именно так. Всего одна фраза. Одно предложение заставило её влюбиться. Энох был единственным, кто разглядел её настоящую ценность, когда все остальные не видели. Поэтому, как бы нынешний Энох ни отталкивал её, как бы ни твердил, что не любит, она не могла отпустить его руку — одинокого и потерянного в дворцовых коридорах.

Маргарет снова посмотрела на Кейдена. Этот мужчина, которого она видела всего второй раз в жизни, смотрел на неё так, будто она — весь его мир. Она даже не знала, с чего начать расспросы о возможной потере памяти — его взгляд был таким печальным.

Будто в нём она видела своё отражение. Может, поэтому ей не были противны его действия. Наоборот, ей хотелось позаботиться о нём.

"Милорд, даже в следующей жизни я не смогу узнать ни вас, ни принца. Тот человек, которым я буду тогда, — это не нынешняя я," — тихо сказала она.

"Ничего. Я узнаю тебя."

Маргарет задумалась. Мысль о том, чтобы потянуться к кому-то, кроме Эноха, была для неё немыслима. Она не понимала, что происходит, почему этот мужчина ведёт себя так тоскливо, но не могла заставить себя сказать это. Даже такая, как она, чувствовала — сейчас не время.

Через некоторое время она наконец произнесла:

"Тогда ты сам найди меня первым."

"Что?" — он опешил.

"Если ты узнаешь меня первым, тогда приходи ко мне. Не жди, пока я сделаю выбор — выбери сам."

Слёзы внезапно покатились по щекам Кейдена. Он на мгновение потерял дар речи, затем ответил:

"Я об этом не подумал."

"…Этого достаточно?" — мягко спросила она.

"Да, достаточно."

Слёзы продолжали течь, и каждая из них болезненно сжимала её грудь.

"Этого достаточно, Маргарет. Только этого мне хватит, чтобы жить вечно."

Маргарет проснулась в объятиях Кайдена.

Она отчаянно надеялась, что всё это окажется сном, но нет. Сонно моргая, она услышала его голос:

— Маргарет, ты проснулась?

— Ты не спал? — спросила она.

— Не хотел тратить время.

— Какое время?

— Тебе не холодно? Иди сюда.

Он ответил вопросом на вопрос, нежно приподняв её подбородок и склонив её голову. Их губы встретились. Только тогда Маргарет осознала, что кожа, не соприкасающаяся с ним, буквально леденеет.

Что странно — она не чувствовала ни капли отторжения.

И вдруг она вспомнила слова Кайдена:

— Наследный принц не любит тебя, Маргарет. Ты правда думаешь, он женится на тебе?

Это было на неё не похоже. Почему её волновала такая ерунда?

«Ты всегда была уверена в себе, Маргарет. Не позволяй сомнениям брать верх».

Но помимо этого, её неудержимо влекло к этому человеку — Кайдену.

— Почему вы здесь, лорд Кайден? Даже создав пространство внутри подсознания?

— Чтобы справиться с силой, которую не смог укротить. Мне нужно перестроить тело, чтобы оно соответствовало этой силе.

— Впервые слышу, что архимаг Кайден стал трансцендентом.

— Когда ты отсюда выберешься, ты тоже об этом узнаешь.

Когда она выберется... Проснётся ли она тогда? Больше всего Маргарет чувствовала ледяной холод и усталость. Ей хотелось лишь поскорее вернуться домой. Проблема была в том, что мужчина рядом, похоже, не собирался этого делать.

— Давай останемся так ещё немного. Здесь холодно.

Кайден притянул её к себе, прижавшись лицом к её плечу. Его тёплое дыхание касалось кожи, и по телу разливалось приятное тепло.

Когда их тела слились вплотную, она сразу заметила нечто необычное.

— Лорд, сейчас...

Но прежде чем она договорила, её взгляд внезапно помутнел. Кайден снова поцеловал её, прошептав:

— Притворись, что не заметила. Разве что хочешь помочь.

И она решила сделать вид, что ничего не поняла.

— Погодите, лорд. Это правда? Что мы можем никогда не найти обратной дороги? Вы же сказали, что нужно просто удовлетворить настоящего вас! Вы что, мошенник? — голос Маргарет эхом разнёсся по пещере.

Кайден, с видом побеждённого, отступил в угол.

— Где ты научился изображать жалкого? Вернись немедленно! — прикрикнула она.

— Папа Рузеф.

— Папа Рузеф?.. Разве он не архиепископ Рузеф?

— Ах, да. Ты пока не помнишь. Я всё время забываю.

— Хватит говорить то, чего я не понимаю. Если не знаешь дорогу назад, подойди и разожги огонь. Я замерзаю насмерть!

Маргарет собрала замёрзшие ветки у входа в пещеру и попыталась развести костёр. Но почему-то не могла вспомнить, как это делается.

«Неужели я когда-то владела таким примитивным навыком?»

Её действия казались привычными, будто она делала это сотни раз.

— Зачем тебе огонь? Ты можешь просто обнять меня, — предложил Кайден.

— ...А есть мы не будем? Если только ты не хочешь увидеть, какой я становлюсь, когда голодна, — заткнись и иди добыть еду.

Кайден с любопытством посмотрел на неё.

— Ты не умеешь разводить огонь? Или охотиться?

— Я — леди дома Флонэ.

Не просто леди, а представительница герцогского рода. Разве могла она знать, как добывать огонь в дикой местности? Но больше всего её беспокоило, что выход из этого места так и не найден.

«Должна же быть хоть какая-то подсказка. Всё это слишком раздражает».

Кроме того, хотя она и не говорила об этом Кайдену, её воспоминания постепенно ускользали. Она начала забывать, кто её семья и как она жила.

— Маргарет, которая не умеет разводить огонь... как-то непривычно.

— О! Зато кое-что я умею, — парировала она.

Глаза Кайдена загорелись интересом.

— Я хорошо связываю верёвками бессознательных мужчин. Даже изучала узлы, которые невозможно развязать.

Однажды она скрутила и связала какого-то мужчину у моста Ланверсона во время Фестиваля Огней.

«Но зачем я его поймала?»

Даже это воспоминание таяло. Пока Маргарет пыталась собраться с мыслями, Кайден произнёс:

— С какой стати... Ты же не могла...

Он прикрыл руками грудь. Какая нелепость!

— Я изучала это для самообороны! — воскликнула она.

— Ладно. Свяжи меня, Маргарет. Я не сопротивлюсь. Можешь делать со мной всё, что захочешь. Я вытерплю.

— Извращенец-маг, возьми себя в руки! — в отчаянии потрясла она его за плечи.

Кайден рассмеялся и покачал головой.

— Я умею охотиться. И огонь разводить тоже.

Наконец он поднялся и, стоя у входа в пещеру, оглянулся на неё.

— Я научился этому у тебя.

— У меня?

Это лишь подтвердило её догадку. Как бы невероятно это ни звучало...

— ...Похоже, я потеряла память.

Оказаться в пространстве подсознания было уже невообразимо, но ещё и потерять воспоминания? И теперь даже те немногие, что оставались, исчезали?

— Ты мне тогда очень не нравилась.

— Да. Я до сих пор помню, как ты ворвалась в наше поместье, требуя прекратить финансировать исследования любовных зелий.

— Именно. С самого начала мы не сошлись характерами.

Он пробормотал это с горькой усмешкой, но вдруг снова посмотрел на неё. Тень на его лице рассеялась, сменившись улыбкой. Его рубиновые глаза сверкали.

— Поэтому я с нетерпением жду следующей жизни, Маргарет.

Словно одна мысль об этом делала его счастливым, он улыбался именно так.

Хаа... Хаа...

Тяжёлое дыхание Эноха заглушало все остальные звуки.

Кап... Кап...

Тёмно-алая кровь растекалась по белоснежному полю. Трупы волкоподобных чудовищ громоздились горой, но десятки тварей по-прежнему окружали его.

Дорога к Маргарет не была лёгкой. Как только он понял, что Кайден управляет этими существами, стало ясно — она в безопасности. Руки немели от холода, но он не останавливался. Вырезав из ветки острое копьё, он приготовился к новой схватке.

В этот момент пять волков ринулись на него, высоко подпрыгнув.

Рррр!

Энох вонзил копьё снизу вверх, пробив голову одного, и с невероятной силой размахнулся, сбив ещё двоих.

Бам!

Два волка вцепились в его незащищённый бок, вырвав кусок плеча и оторвав руку.

Тьфук.

Отрубленная конечность упала на снег. Не колеблясь, Энох выдернул копьё и пронзил головы двух волков, ещё сжимавших его плоть в зубах.

Виип!

Но остальные продолжали атаковать. Левая рука медленно регенерировала, но когда десять тварей набросились одновременно, они загнали его в угол, перекрыв дыхание.

Но через мгновение

дыхание вернулось, и среди волков, окруживших его бездыханное тело, раздался пронзительный вой.

Хлобысь!

Густое копьё рассекло воздух, разбрызгивая кровь.

Хрусь!

Виип!

Десять волков были разорваны на части. Среди этого хаоса Энох поднялся на ноги, спокойно оглядываясь. Джунгли, укрытые снегом, были прекрасны и жутки одновременно.

— Это иллюзия, созданная лордом?

Не похоже, что печать, заточившая Кайдена в башне, была разрушена. Однако мана, исходящая с острова, была слишком слаба, чтобы говорить о полной силе трансцендента.

«Если так, возможно, лишь наши с Маргарет души попали в его пространство».

Тело Эноха возрождалось после смерти, значит, физически его здесь не было.

Кх-кх...

Он выплюнул кровь. Разорванные внутренности медленно восстанавливались.

— Но боль вполне реальна.

Без физической формы он не должен был её чувствовать, но Кайден, видимо, решил позабавиться. С момента прибытия сюда Энох умирал и возрождался десятки раз, сражаясь с чудовищами с упорством и яростью. Чем больше он убивал, тем сильнее это било по Кайдену, создавшему их. Судя по всему, покинуть это место можно было только с его согласия.

Шаг за шагом Энох шёл вперёд, не обращая внимания на хруст снега под сапогами.

Впереди показался двухэтажный домик.

Он был пуст. Маргарет нигде не было.

Остановившись перед домом, Энох задумался.

Где же Кайден спрятал Маргарет?

Я полностью потеряла память. Не помнила, кто я, почему нахожусь здесь, как жила раньше. Даже собственного имени.

Мужчина передо мной сказал, что меня зовут Маргарет Роуз Флонэ.

Я спросила его:

— Тебя зовут Кайден?

Почему-то он очень обрадовался этому вопросу.

— Именно так, Кайден.

Он был невероятно красив. Я удивлялась, как такой человек вообще может существовать. Осмотревшись, я заметила...

Здесь так холодно. Зима?

Мы сидели в пещере у костра, а за её пределами лежало белоснежное поле.

— Кто ты? Почему мы здесь? Какие у нас отношения?

Он задумался, затем твёрдо ответил:

— Мы живём здесь уже давно.

Здесь?

Странно, но если он так говорит... В конце концов, кроме нас, здесь никого не было. Однако его следующие слова ошеломили меня.

— И мы женаты.

Мужчина представился как Кайден и сказал, что меня зовут Маргарет и что мы женаты. Он также сообщил, что мы застряли на этом отдаленном острове и не можем выбраться.

Сидя у костра и сжимая живот, который предательски урчал, я пробормотала:

— Я голодна.

— Подожди немного, — ответил Кайден, разделывая пойманного дикого кролика. Оказывается, даже в этом зимнем лесу кролики еще водились.

Я молча сидела у огня, жуя приготовленное им мясо. Естественно, оно было совершенно без приправ и отвратительно на вкус.

— Энох хорошо разбирался в приправах, — невольно вырвалось у меня, после чего я нахмурилась.

Кто такой Энох?

Задумавшись, я подняла глаза и чуть не выронила мясо от неожиданности. Кайден, который, как мне казалось, был далеко, теперь сидел прямо рядом со мной и пристально смотрел на меня.

— Дорогая, у тебя не вернулись воспоминания, да? — спросил он, обращаясь ко мне с нежностью, которая казалась чужой.

— Нет, просто это имя всплыло в памяти. Ты знаешь кого-то по имени Энох?

Кайден уставился на меня с пустым выражением лица, затем пожал плечами.

— Это неважное имя.

Если оно неважное, почему я его помню? Меня это смутило, но я приняла его объяснение — в конце концов, он же мой муж.

Кайден был красив и добр. И, что важнее всего, я чувствовала его любовь ко мне во всем.

Кх-кх.

Внезапно он закашлялся, и на его губах выступила кровь. В панике я отложила мясо и бросилась к нему.

— Ты в порядке?! Что происходит?!

Когда я вскрикнула, он вытер кровь тыльной стороной ладони и улыбнулся.

— Всё хорошо. Похоже, моё время на исходе.

От этих слов у меня сжалось сердце.

— Ты… ты что, смертельно болен?

Кх-кх.

Кайден снова закашлялся, но на этот раз сухо, будто поперхнулся, а не из-за крови. Затем, схватившись за живот, он рассмеялся.

Если нет, так и скажи, не надо меня смущать.

Почесав затылок, я вернулась на своё место. Кайден смотрел на меня с сияющей улыбкой.

— Ты и дальше будешь называть меня «ты»? Говори «дорогой». Мы же женаты, помнишь?

— Э-э… ну… до-дорогой?

С трудом выдавив это слово, я покраснела.

— Отлично. Хотел бы я, чтобы время остановилось прямо сейчас.

Разделяю ли я чувства Кайдена? Хочу ли я, чтобы время остановилось от счастья? Возможно…

Раз уж мы супруги, наверное, да.

— Но мы же женаты. Как мы познакомились?

— Ну… — Кайден запнулся, и мне стало немного подозрительно, так что я задала другой вопрос.

— У нас есть дети?

— Да. У нас есть ребёнок.

На этот раз он ответил без колебаний.

— Что?

Кайден, будто и не смущался до этого, улыбался естественно, с очаровательной ямочкой на щеке. Не веря своим ушам, я переспросила:

— У нас есть ребёнок?

— Да. Ты увидишь его, когда мы выберемся отсюда.

— Как его зовут?

— Ынджи. Это мальчик.

— Ынджи? Необычное имя.

— …Ты сама его выбрала.

Мне нечего было ответить, и я закрыла рот. Видимо, у меня был ужасный вкус в именах. Мне вдруг стало жаль ребёнка.

— Кстати, дорогая, наш Ынджи всегда говорил, что хочет братика или сестричку. — Кайден нежно взял меня за подбородок и медленно приблизился.

— Может, подарим ему брата или сестру на этот раз? — Его дыхание коснулось моих губ.

И в тот момент, когда наши губы вот-вот должны были встретиться, снаружи пещеры раздался оглушительный рёв, и земля задрожала.

— Ч-что это?!

Испуганная, я обернулась и увидела, что Кайден снова кашляет кровью. Я схватила его за плечи.

— Кай… дорогой?! Ты в порядке?!

Поправившись на ходу, я вспомнила, как он расстраивался из-за обращения. Кайден улыбнулся, вытирая окровавленный рот.

— Повтори.

— Что?

— «Дорогой».

— Сейчас не до этого! Ты истекаешь кровью…

— Я хочу это услышать.

— …Дорогой?

Кайден обнял меня так крепко, что я едва могла дышать. Он выглядел настолько счастливым, что это передалось и мне. Я не смогла его оттолкнуть.

Хрип, хрип.

Внезапно за моей спиной раздалось тяжёлое дыхание.

— Так я и знал.

Знакомый голос заставил меня вырваться из объятий Кайдена и обернуться. Вход в пещеру загораживал мужчина, весь в тёмно-алой крови.

Кто это?

Его голос был мне знаком, но я не могла вспомнить, кто он. Он выглядел свирепо, словно демон, поднявшийся из ада. В одной руке он держал гарпун, в другой — отрубленную волчью голову.

Бум.

Он швырнул голову о стену пещеры и стряхнул кровь с рук. Его золотые глаза, яркие, как солнце, были прикованы ко мне. С самого начала он смотрел только на меня — пристально и неотрывно.

Почему он так на меня смотрит?

Смутившись, я уставилась в ответ.

Шаг, шаг.

Мужчина приближался ко мне с тяжёлой поступью, его присутствие давило. Он остановился передо мной с суровым выражением лица. Рядом Кайден цыкнул и обнял меня сзади.

— Давно не виделись, лорд. Если не хочешь лишиться руки, лучше отпусти Маргарет.

— Она моя жена.

— Маргарет. Твоя. Жена? — Мужчина отчеканил каждое слово, затем медленно перевёл взгляд на меня. Его золотые глаза изучали меня с головы до ног. Взгляд был властным, но в то же время странно мягким.

Кайден вздохнул и пожал плечами.

— Как только мы уйдём отсюда, Маргарет всё забудет. Как и ты, ваша светлость. Как и я.

Он посмотрел на меня, затем нежно поцеловал в щёку с выражением покорности.

— Было весело в последний раз. Как будто играли в дом.

В последний раз? Играли в дом?

— Мы с тобой теперь живём в разных мирах. Как ты и сказал, я буду спокойно ждать следующей жизни.

Я не понимала, что он имел в виду, но Кайден, казалось, не сожалел. Его взгляд, полный любви ко мне, не изменился.

Пока я стояла в растерянности, темноволосый мужчина подошёл ближе и спросил:

— Маргарет, ты в порядке?

Он даже знал моё имя.

— Ох. Ну… — Я колеблясь взглянула на Кайдена. — Дорогой, что всё это значит?

— Дорогой?

Мужчина резко перебил, и я подняла на него глаза. Весь в крови, с дикой аурой, он наклонил голову и повторил только что сказанное мной слово.

— Тебе весело за счёт потери памяти Маргарет.

Взгляд Эноха стал угрожающим, когда он повернулся к Кайдену.

— Это нельзя проигнорировать. Ты можешь гарантировать, что это больше не повторится, лорд?

— Хм. Ты просишь обещания не затягивать вас двоих в подсознание снова? — спокойно ответил Кайден.

— Пообещай хотя бы до конца гибернации. Это пространство нестабильно и может навредить Маргарет.

— Ты пробудил подсознание. Почему ты сделал предложение Маргарет у меня на глазах? Неудивительно, что моё подсознание проявилось.

Он хотел сделать мне предложение?

Так его подсознательное «я» вырвалось наружу… Стоп, что вообще происходит? Разве Кайден не сказал, что он мой муж?

— Я не ожидал такой реакции. Приношу извинения.

— Если хочешь обещания, должна быть цена. Хотя, пожалуй, я не готов просто так отдать свою Маргарет тебе, ваша светлость.

Я не понимала, о чём они говорили. Всё было настолько запутанно, что я даже не знала, с чего начать.

— Считай это испытанием, — ответил Энох.

Тогда Кайден щёлкнул пальцами.

В мгновение ока мужчину выбросило из пещеры, будто кто-то дёрнул его за воротник с невероятной силой.

Это произошло так быстро, что я едва успела заметить, как он перекувыркнулся в воздухе и приземлился в снег, даже не потеряв равновесия.

— Ах!

Я вскрикнула, увидев, как на него набрасываются волки.

— Разве мы не должны ему помочь?

Судя по выражению лица Кайдена, я решила больше не называть его «дорогой».

Он, казалось, не обратил на это внимания и улыбнулся.

— Это всего лишь испытание, чтобы двигаться дальше. Даже если бы я был настоящим Кайденом, я бы поступил так же.

— Испытание, чтобы двигаться дальше?

Он говорил загадками, совсем как Дженас.

Стоп, кто такой Дженас?

Голова раскалывалась от боли, и я зажмурилась.

— Смотри.

Кайден кивнул, и я снова взглянула наружу.

Темноволосый мужчина был окружён волками, его силуэт почти неразличим. Я заёрзала в тревоге, но затем…

Вжжик!

Визг!

Ослепительная вспышка — горизонтальный удар рассек волков пополам с невероятной силой.

— Ц-цк. Мало. Придётся вызвать ещё, — пробормотал Кайден, пока мужчина шагал обратно в пещеру.

— Мы закончили? Мне нужно найти женщину, которая станет моей женой.

Его женой? Мной? Этому мужчине?

— Маргарет, я буду твоим мужем, а не этот волшебник. — Мужчина протянул мне руку.

Ошеломлённая, я посмотрела то на его руку, то на Кайдена.

Так кто же из них на самом деле мой муж?

Артдал не мог отдохнуть из-за постоянной боли. Несмотря на потерю магии, эффект от Магического Глаза должен был исчезнуть, но он продолжал чувствовать странную боль, похожую на ту, что испытывал при его использовании.

— Что случилось? — спросил Рузеф, пока они пили чай. Артдал встал.

— Думаю, мне нужно отправиться в Магическую Башню. У меня ощущение, что происходит что-то необычное.

Рузеф задумчиво посмотрел в окно. С поместья Флоне башня была отлично видна — та самая башня, где спал Кайден.

И Рузеф, и Артдал знали, что Маргарет регулярно проверяла башню. Они также получили известие несколько часов назад, что Маргарет и Энох посетили её вместе.

Рузеф тоже поднялся с места.

— Я пойду с тобой.

— Это не такая уж большая цена, да? Всё ещё маловато, я бы сказал.

Энох широкими шагами подошёл к Кайдену, схватил его за воротник и швырнул из пещеры наружу.

— Сразиться со мной лицом к лицу — вот лучший способ заплатить по счетам. Эти твари мне не ровня.

Так началась яростная битва.

Треск, треск.

Я сидела у костра, рассеянно наблюдая за танцующими языками пламени.

Бум!

Снаружи пещеры бушевал ураган, сопровождаемый метелью. Я перевела взгляд на бушующую снежную бурю.

Сквозь снег я разглядела темноволосого мужчину. На фоне белизны он выделялся резко, весь в тёмно-красной крови. Его отрубленная рука регенерировала — жуткое и нереальное зрелище.

Вскоре Кайден бросился на него.

Двое мужчин сражались... из-за меня.

Я снова задумалась, как всё дошло до этого. Где я? Кто я?

Кто этот темноволосый, что так яростно бьётся, чтобы вернуть мне память? И почему Кайден так отчаянно желает меня?

Визг!

У входа в пещеру раздался пронзительный крик монстра. Я увидела, как тело змеи, проползавшей мимо, было рассечено вертикально.

Темноволосый мужчина раскроил её гарпуном. Как можно разрубить такое огромное существо одним ударом?

Затем он прыгнул, схватил Кайдена за воротник и вдавил его в землю.

Грохот!

Земля треснула, снег разлетелся в стороны.

Разве такое вообще возможно? Я протёрла глаза и снова посмотрела. Неужели это сила обычного человека?

И в этот момент...

— Йо-хо!

Детский голос раздался у входа в пещеру.

— Ох, это сложно.

Две крошечные ручки, похожие на кленовые листья, появились на краю входа, который был немного приподнят над землёй.

— Хоп!

Маленький мальчик изо всех сил пытался забраться внутрь, дрыгая ногами. Не раздумывая, я протянула к нему руки и подняла его. Глаза мальчика расширились.

— Онни! — его щёки порозовели от восторга.

Я наклонила голову.

— Кто ты?

Мальчик выглядел так, будто получил удар обухом по голове.

— К-как ты можешь так говорить с Юнджи?!

Юнджи?

Я поняла, что имя мне не чуждо. Кайден упоминал его.

— Ты Юнджи? Ты мой сын?

— А?

Мальчик, готовый вот-вот расплакаться, округлил глаза и склонил голову набок.

— Ты собираешься стать мамой Юнджи, онни?

Затем он рассмеялся и прижался ко мне.

— Юнджи тоже это нравится.

Что за смертельная милота?

Немного посидев у меня на руках, Юнджи отпустил меня и начал теребить пальцы.

Он огляделся, затем вытер лоб своей маленькой рукой. Похоже, он хотел изобразить, что вытирает пот, но здесь было так холодно, что потеть было невозможно.

— Юнджи пришлось нелегко. Кайден отшвырнул меня. Я дрожал от холода, пока шёл сюда. Кайден злой.

Юнджи явно не был сыном, рождённым мной и Кайденом. И не похоже, что он ребёнок Эноха.

Тогда кто он?

И, самое главное, Кайден вышвырнул этого малыша в снег.

Вот негодяй!

Юнджи надулся, глядя на шум у входа в пещеру.

— Эх. Онни всего одна, а Энох и Кайден не хотят делиться. Почему они не могут просто поделить тебя по-хорошему?

— ...Юнджи, я не могу разделиться надвое.

Мальчик удивлённо уставился на меня.

— Онни не умеет делиться?

Конечно, нет.

— Но кто ты на самом деле?

— А? Почему ты притворяешься, что не знаешь Юнджи, онни?

Он смотрел на меня шокированно, затем задумался и надулся.

— Ну... когда Юнджи родился, ты пыталась меня съесть, так что, может, снова меня не любишь.

— Что? Я бы никогда так не поступила.

— Это правда! Ты сказала, что Юнджи полон протеина, и облизнулась!

— ...Тот вариант меня, должно быть, был сумасшедшим. Это была не я.

Что за человек я была раньше, если думала о том, чтобы съесть ребёнка? Неужели я была убийцей? Кровь отхлынула от моего лица.

— Так... ты помнишь Юнджи?

— Нет, прости. Я сейчас ничего не помню. Мне кажется, надо остановить этих двоих, если мы хотим сдвинуться с места...

— Ах! — Юнджи удивился, затем повернулся к выходу из пещеры. — Тогда Юнджи остановит драку!

— Ты?

— Юнджи сильнее. — Он потянулся и погладил меня по голове своей маленькой рукой. — Верхний хищник анаконда. Так ты сказала, онни. Юнджи сильный.

Я смотрела на него, не понимая. Почему он называл себя анакондой, если был человеком?

И это я ему сказала?

— Юнджи, значит, ты анаконда?

— Ага! Юнджи — змея!

С этими словами мальчик внезапно исчез. Вернее, ребёнок пропал, а по земле поползла толстая анаконда.

— А-а-а-а!

Я вскрикнула и отпрыгнула, когда змея подняла голову и посмотрела на меня. Хотя у змей нет мимики, мне показалось, что она расстроена, и я остановилась. Анаконда выглядела так, будто вот-вот заплачет, и я осторожно приблизилась.

— Т-ты... ты Юнджи?

В ответ анаконда ударила хвостом по земле. Похоже, это означало «да».

Боже мой. Он не человек.

Тем временем тело Юнджи стало ещё больше. С каждым увеличением я чувствовала, как из меня уходит странная энергия. Задыхаясь, я опустилась на землю, а Юнджи выполз из пещеры.

— Хах... Ю-Юнджи... будь осторожен... — слабо позвала я, протягивая руку.

Бум—!

Оглушительный рёв прокатился по заснеженным горам. На мгновение я не увидела ни Эноха, ни Кайдена, ни Юнджи у входа. Только метель, ледяная и зловещая, заполнила застывший воздух.

Но затем...

Рррр!

Резкий рык зверя пронзил тишину. Я увидела, как белая змея пронеслась сквозь метель справа налево с невероятной скоростью. Чётко разглядеть не удалось, но в её пасти определённо был человек.

— О боже.

Я в панике выбежала из пещеры, но силы покидали меня, и я рухнула в снег.

— Кайден? Юнджи?

Если честно, я даже не знала имени темноволосого.

Затем я увидела огромную колонну — вернее, массивное тело анаконды, взметнувшееся высоко в небо. Это определённо был Юнджи. Он опустил голову и ринулся ко входу в пещеру.

Блех.

Он разинул свою гигантскую пасть и выплюнул что-то.

Я сидела в снегу, тупо глядя на двух мужчин, которые покатились к входу.

— Онни, Юнджи хорошо справился?

Увидев, как легко этот малыш одолел этих монстров, я онемела. Неужели этот крошка — сильнейший в мире?

Что же я была за человек, если хотела съесть такую змею?

"Прости, но мы не женаты."

"Тогда кем мы были?"

"Я тосковал по тебе."

Понятно. Тосковал по мне… Кайден не похож на человека, который будет тосковать по кому-либо.

Треск, треск.

Звук потрескивающего костра наполнял воздух, пока я сидела, подперев подбородок рукой, и наблюдала за двумя мужчинами напротив. Кайден и Энох начали рассказывать о том, что случилось со мной до потери памяти и какие у нас были отношения. Поскольку их истории совпадали, это звучало правдоподобно, но внутри я не чувствовала отклика. Я не могла смотреть на них так, как они смотрели на меня.

Юнджи, сидевший у меня на коленях, начал клевать носом. Я похлопала его по спине, но молчала.

"Маргарет, ты действительно в порядке?" — спросил мужчина по имени Энох, снова проверяя моё состояние.

Он был внимательным и добрым. Когда я уставилась на него, он слегка смутился и добавил:

"Я полагал, Лорд не оставит тебя в покое."

Я наклонила голову и ответила:

"Ничего особенного не произошло. Ну, разве что мы почти поцеловались."

"Лорд тебя принуждал?"

"Нет."

"Тогда всё в порядке."

Меня удивило отношение Эноха. Даже если бы я поцеловала Кайдена, он, казалось, не волновался, если бы это было по моей воле.

Затем, словно читая мои мысли, Энох слегка улыбнулся.

"Маргарет, ты для меня на первом месте. Если тебя всё устраивает, то и меня тоже. Пока что."

Пока что? Звучало так, будто позже всё может измениться.

Пока я размышляла над этим, Энох нежно погладил меня по голове и тихо сказал:

"Сейчас у тебя ещё есть возможность выбрать. Я уважаю это."

Наши взгляды встретились, и на мгновение я задержала дыхание. Сердце бешено колотилось — такое чувство я испытывала впервые.

"Не волнуйся, — ответил Кайден. — Как и обещал, такой ситуации больше не повторится. Как только мы покинем это место, всё закончится."

Я молча слушала их разговор. Без памяти мне не хотелось вмешиваться. В груди щемило, и я ощущала глубокую грусть, хотя почти не знала Кайдена. Возможно, потому, что этот момент больше не повторится.

Даже без всплеска романтики или волнения я чувствовала, что искренне забочусь о Кайдене — не как о возлюбленном, а как о человеке.

Должно быть, я испытываю к нему теплоту, раз смотрю на него с такой нежностью. Погружённая в меланхолию, я тихо уставилась на огонь.

Кайден, наблюдая за мной, улыбнулся.

"Не то чтобы мне не грустно… но этого достаточно. Спасибо."

Он осторожно протянул руку, чтобы погладить мои волосы, его прикосновение было необычайно бережным.

"Я не ожидал, но ты сделала меня счастливым. Возможно, это последнее счастье в моей жизни."

Затем Кайден повернулся к Эноху.

"Это был мой первый шанс побыть наедине с Маргарет, и я не хотел его упускать. Прошу прощения, Ваше Высочество."

Он замолчал, бросив на меня беспокойный взгляд и потирая подбородок.

"Ну, если точнее, это второй раз…"

"Первый раз был с Юнджи! А этот — первый раз Кайдена!"

Даже Юнджи не остался в стороне. Все рассмеялись, и Кайден, присоединившись к смеху, потрепал мальчика по голове.

"Желаю вам счастья, — сказал Кайден, глядя на меня. — Будьте happy."

Казалось, он хотел запомнить моё лицо, сохранить его в своих глазах навсегда.

"У меня есть другая жизнь. Давайте попрощаемся здесь. Прости за всё."

Если бы я могла вспомнить, кем мы были друг для друга, я бы знала, как реагировать. Чувствуя неловкость, я почесала щёку и сказала:

"Ладно, прощаться — это одно, но как нам отсюда выбраться?"

"Выход? Юнджи знает!" — оживился Юнджи.

"…Что? Юнджи, почему ты раньше ничего не сказал?"

"Никто не спрашивал Юнджи."

Он замолчал, уставившись на меня большими ясными глазами.

"Ты злишься на меня, нуни?"

"Нет, конечно нет."

"Юнджи обиделся!"

"Юнджи, я не могу на тебя злиться. Ты слишком милый."

Я крепко обняла его и поцеловала в щёку. Он захихикал.

"Хихи, нуни сказала, что Юнджи милый! Юнджи любит нуни!"

Кайден, молча наблюдавший за нами у костра, тихо спросил:

"Маргарет, ты действительно будешь играть в фаворитов?"

"Молчи, лгун."

"…Надеюсь, ты скоро вспомнишь."

Я, конечно, проигнорировала его слова и спросила Юнджи, как нам выбраться. Мальчик гордо ответил:

"Юнджи может вывести нас с помощью магии!"

"Хм. Понятно, что ты задумал."

"Фальшивый Кайден, поможешь Юнджи?" — Юнджи уставился на Кайдена сияющими глазами.

Тот беспомощно улыбнулся.

"Ты хочешь проделать дыру в моём пространстве?"

"Да! Извини, но Юнджи больше заботится о Маргарет!"

"Это то, с чем мне всё равно придётся разобраться. Я и сам планировал это. Маргарет важна и для меня."

Их слаженность впечатляла, в то время как Энох, казалось, не интересовался их разговором, сосредоточившись только на мне. Когда наши взгляды встретились, он нежно ткнул меня пальцем в щёку. Этот игривый жест, полный нежности, заставил моё сердце трепетать. Я прижала руку к груди, ощущая странное волнение.

"Верно, Энох — мой первый выбор. Пока он со мной, мне больше ничего не нужно."

Я удивилась своим мыслям. Почему я так думаю?

"Давай, нуни! Просто доверься Юнджи!" — сжал кулачки Юнджи.

Я взглянула на Кайдена, стоявшего за его спиной, вспоминая рассказ о его нынешнем состоянии и о том, как мы выжили на этом острове.

"Кайден, ты сказал, что не знаешь, когда проснёшься из спячки? Может, через десять, двадцать или даже сто лет?"

"Верно."

"Я попрощалась с тобой перед тем, как ты уснул?"

Мой вопрос заставил Кайдена кивнуть. Но я не знала, что сказала ему тогда. Однако я была уверена, что "настоящий" Кайден услышал мои слова — не та версия, что стояла передо мной. Поэтому я решила попрощаться с ним ещё раз.

"Я буду писать тебе письма каждое время года — от всех нас."

"Что?"

"Тогда, когда бы ты ни проснулся, будет ощущение, что мы провели это время вместе."

Глаза Кайдена расширились, он замер, потеряв дар речи.

"Ха. Ты действительно…"

Он казался ошеломлённым. Некоторое время он просто смотрел на меня, губы его дрожали, прежде чем он прикусил нижнюю. Наконец, он выдохнул:

"Любить тебя было моим счастьем."

Он улыбнулся, и в его взгляде читалось облегчение. Моё сердце сжалось — сладко-горькое, щемящее чувство.

Энох, задумчиво слушавший, тоже серьёзно произнёс:

"Не знал, что тебе так понравится идея с письмами. Я обязательно опрыскаю свои духами."

Он что, серьёзно шутит с таким невозмутимым лицом? Я удивлённо повернулась к нему.

"У меня чувствительность к запахам. Если хочешь, чтобы твоё письмо порвали, можешь не стесняться."

Я расхохоталась. Кайден и Энох присоединились, и даже Юнджи, сияя, засмеялся.

Так мы и попрощались. Пространство начало искажаться, сминаясь, как бумага, время и реальность смещались. Настоящий Кайден больше не был виден. Даже после прощания с его "копией" потребовалось время, чтобы покинуть подсознание.

"Юнджи говорит, надо разорвать пространство, но здесь слишком много Кайдена!" — заявил Юнджи.

Что это вообще значит?

Пока я несла его на руках, Энох шёл рядом, обнимая нас за плечи.

"Слишком много мыслей, слишком много подсознания Кайдена выливается наружу," — объяснил Юнджи, хмурясь.

Как он и сказал, по мере того как мы разрывали пространство, подсознание Кайдена вырывалось наружу. Мы шли вперёд, разрывая искажённую реальность, как бумагу.

Перед нами раскрывались разные миры, словно краски на холсте, в каждом из которых Кайден жил своей жизнью. Это были фантазии его подсознания.

"Как захватывающе."

Настоящий мир фантазий. Миры расстилались передо мной, как прекрасная картина. Мы следовали за Юнджи сквозь них.

Кайден.

Кайден.

Неужели всё это — его пробудившееся подсознание? Я ошеломлённо озиралась, видя бесчисленные версии Кайдена вокруг.

"Кайден, наш сын. Мама любит тебя."

В одном мире он был любимым сыном семьи Рохад.

"Великий архимаг Кайден Блейк Рохад, который войдёт в историю!"

В другом — счастливо вырос и стал легендарным волшебником.

"Кайден, я люблю тебя."

В третьем — был в отношениях со мной.

"Дженас, что думаешь об этой магической формуле?"

В четвёртом — увлечённо обсуждал магию с Дженасом.

"Я не могу этого сделать."

Наконец, мы дошли до последнего — мира, где Кайден хотел стереть все воспоминания о прошлом счастье.

"Да, я должен забыть всё."

В итоге он удалил все воспоминания и начал новую жизнь. Он выглядел счастливым, светлым, прекрасным — будто заново рождённым.

"Он сказал, что будет жить вечно."

Тот, кто заплатил самую высокую цену. Тот, кто обречён жить вечно, неся в себе время, которое мы разделили.

Я бы хотела, чтобы это он, а не я, потерял память. Надеюсь, Кайден найдёт счастье. В любой форме. Отныне я буду жить, желая ему счастья, надеясь, что мои молитвы дойдут до него.

"Уф. Юнджи устал." — мальчик плюхнулся на землю.

Я погладила его по голове.

"Отдохни, если устал."

"Нет! Юнджи справится!" — он тряхнул головой и храбро двинулся вперёд.

Сможем ли мы действительно выбраться? Пока я волновалась, Энох взял мою руку, его ладонь полностью накрыла мою.

"Ты сейчас не помнишь."

"…Чего?"

"Через сколько испытаний мы прошли, чтобы оказаться здесь."

Он посмотрел на меня, не меняя выражения, затем устремил взгляд вперёд. В его голосе не было напряжения.

"Это просто ещё одно испытание. Исход всегда один — в конце пути будем стоять ты и я."

Его слова звучали так, будто он был уверен в каждой букве.

"Поэтому бояться нечего."

Облегчение нахлынуло на меня, сердце забилось чаще. Стук был таким громким, что оглушал.

Это чувство было настолько сильным, что его сложно описать.

"Почему я так реагирую…?"

И тут я осознала.

А, потому что я люблю этого человека. Даже без памяти моё сердце помнит.

Впервые мне захотелось вспомнить — вспомнить всё, что связывало меня с ним.

"Мы выбрались! Правда выбрались!" — торжествующе закричал Юнджи, когда мы наконец оказались перед статуей орла, разорвав подсознание.

С объявлением свободы на меня внезапно навалилась тяжесть.

"Сдвиг в пространстве-времени, должно быть, дал нагрузку на тело," — поддержал меня Энох.

Как он и сказал, моё тело будто налилось свинцом, движения стали вялыми. Всё существо было тяжёлым, как промокшая вата.

"Голова кружится…"

В этот момент я потеряла сознание.

Когда я очнулась, то оказалась в незнакомом месте. Моргая от растерянности, я увидела перед собой Энджи, у которого по лицу текли слёзы, словно дождь, а его маленькие ручки массировали моё плечо. Рядом Энох наблюдал за мной с беспокойством.

«Что происходит?»

Я очутилась в неизвестной спальне. Видя моё замешательство, Энох кратко объяснил ситуацию:

— Мы воспользовались гостевой комнатой в Башне Магов.

…Объяснение было настолько кратким, что породило ещё больше вопросов.

— Так почему всё это произошло так внезапно? Я точно помню, что в конце Энох делал мне предложение на верхнем этаже Башни Магов…

Не успела я договорить, как Энох смущённо кашлянул. Я тоже замолчала, почувствовав неловкость.

— …Ты что-нибудь помнишь после этого?

— Разве не сейчас? Сразу после предложения. Я проснулась здесь.

— Я имел в виду часть о посещении подсознания Кайдена.

— Что?

— Вообще-то, я тоже ничего не помню, так что в растерянности.

— Энджи помнит! Энджи вам рассказывал! — воскликнул Энджи, возбуждённо хлопая руками по кровати.

О чём он вообще говорит?

— Я посещала подсознание Кайдена? У меня нет таких воспоминаний. Мне интересно, что произошло.

— Энни и Энох никогда не вспомнят. Только Энджи помнит.

— …Что ты имеешь в виду?

— Энджи всё разорвал и ушёл!

Я всё ещё не понимала его слов. Загадочные ответы Энджи заставили меня отказаться от дальнейших расспросов.

— Ладно, допустим, мы побывали в подсознании Кайдена, но что значит «воспользовались гостевой комнатой в Башне Магов»? У кого? Ведь это я управляю башней.

Энджи выглядел растерянным, что для него было необычно.

— П-прости, Энни. Энджи перепутал время.

Энох добавил:

— Похоже, мы вернулись в прошлое.

— Что?

Казалось, мы перенеслись примерно на 12 лет назад. Чтобы найти способ вернуться в настоящее, мы решили осмотреться в башне. Башня кипела жизнью, повсюду сновали маги. Давно я не видела её такой оживлённой.

Тут я заметила ребёнка, стоящего перед орлиной статуей Дженоса.

— А?

Спина ребёнка показалась мне знакомой.

— Кажется, это Маргарет из прошлого, — заинтересованно заметил Энох.

Действительно, это была я, только маленькая.

Лет одиннадцати? Юная Маргарет просто стояла перед орлиной статуей Дженоса.

Тут я вспомнила, почему испытывала странное чувство дежавю перед этой статуей.

Ах, вот почему. Оказывается, я видела её в прошлом.

Наверное, стёрла из памяти, потому что она не произвела впечатления.

Затем маленькая Маргарет обернулась и встретилась со мной взглядом. Что? Разве так можно?

— Что? Чего уставились? — маленькая Маргарет задирающе спросила меня.

— Давно не видела такой дерзости, — с лёгким интересом прокомментировал Энох.

Эй, прошу прощения. Я возмущённо посмотрела на Эноха, но он лишь пожал плечами.

— Ты назвал меня дерзкой? — Маленькая Маргарет надула щёки и сердито уставилась на Эноха.

— Вау! Энни такая крошечная! — воскликнул Энджи, шокированно оглядывая меня и маленькую Маргарет. Тем временем та зациклилась на словах Эноха.

— Угх. Почему все называют меня дерзкой?

Она выглядела так, будто вот-вот заплачет.

Тогда я смутно вспомнила, через что проходила в то время.

Все называли меня странной. Поэтому я изо всех сил старалась соответствовать общественным стандартам.

Естественно, это давалось нелегко, и моя самооценка сильно упала.

Я заколебалась.

«Как я с этим справилась?»

Даже когда я пыталась вспомнить, ничего не приходило на ум.

Стоит ли что-то сказать?

Маленькая Маргарет шмыгала носом передо мной. Наконец она всхлипнула, её нос покраснел.

— С какой стати вы называете меня дерзкой?

— Ну… Я не это имел в виду, так что прости, — слегка смущённо ответил Энох. Он почти не показывал эмоций, но явно не знал, что делать.

В конце концов я решила дать маленькой Маргарет совет.

— Что плохого в том, чтобы быть дерзкой?

— А?

— Не позволяй словам других влиять на тебя, Маргарет.

— Тётенька, да что вы понимаете?

— Что значит «тётенька»? Мне всего 23!

Я сама себя оскорбила. Каковы шансы? Маленькая я была определённо дерзкой. И очень грубой.

— Но откуда вы знаете моё имя?

Маленькая Маргарет спросила, но тут…

— О боже, это же леди Флоне!

— Она опять в странном платье.

Шёпот, шёпот.

Дамы, пришедшие в башню с просьбами, заметили маленькую Маргарет и начали перешёптываться.

Та съёжилась, сглаживая складки на юбке с поникшим видом.

Я молча посмотрела на неё, затем оторвала кусок от своего платья. Рядом вздохнул Энох, но я проигнорировала это.

Все в холле уставились на меня в шоке. Маленькая Маргарет, выглядевшая не менее удивлённой, встретилась со мной взглядом.

— Что ты вообще делаешь…?

— В жизни всё происходит в самое дерьмовое время, поэтому ничего не идёт по твоему плану. Дело не в том, что ты странная, просто жизнь — дерьмо.

— …Что это значит?

— Так что не позволяй себе колебаться. Ты должна любить себя, чтобы жизнь стала прекрасной.

Маленькая Маргарет смотрела на меня, не находя слов. Энох тоже пристально наблюдал за мной; я чувствовала его горящий взгляд.

— Т-ты несёшь чушь! В этом нет никакого смысла!

— Маргарет Роуз Флоне.

— Да?

— Это моё имя. Твоё будущее «я».

— Что? Это что, бред?

— Так что поверь мне и обрети уверенность. Верить или нет — решать тебе.

Я опомнилась, только увидев шокированное выражение на лице маленькой Маргарет. Когда я наконец повернулась к Эноху, наши взгляды встретились, как и ожидалось.

— …Я наделала глупостей, да?

Энох смотрел на меня с выражением, полным невысказанных мыслей.

Он молчал, продолжая изучать меня.

Будто проглатывал осознание и переполняющие эмоции, которые трудно было выразить словами.

— Ты хорошо справилась, — наконец сказал он. — Благодаря твоим словам я сейчас здесь.

— Что? Что это значит?

— Не волнуйся, Энни. Всё равно это будет как сон, — сказал Энджи, не дав Эноху ответить.

— Сейчас мы — инородные элементы! Как сновидные сущности!

Маленькая Маргарет казалась настолько шокированной, что застыла на месте, даже не слыша слов Энджи.

Я огляделась и решила уйти, пока она не пришла в себя.

Отойдя на некоторое расстояние, я спросила Эноха:

— Мы правда сможем вернуться домой?

— Мы сможем, ведь мы покинули бессознательное! — ответил Энджи.

— Как?

— Подождём, пока Принц Бисквит поможет нам!

— Как принц Артдал поможет?

Это был искренний вопрос. Откуда Энджи всё это знал? Впечатляюще. Он с каждым днём становился умнее.

— Магический Глаз!

— Магический Глаз? Он больше не может его использовать.

— Даже без магии у него есть чутьё! И есть посредник!

Он даже знал слово «посредник». Словарный запас Энджи рос не по дням, а по часам.

Он поспешно указал на орлиную статую Дженоса:

— Орёл! Вот он! В нашем времени тоже есть орёл!

Артдал поднял взгляд. Перед ним возвышалась Башня Магов. Казалось невозможным, чтобы сила Магического Глаза всё ещё сохранялась, но боль не утихала. Невероятно, но источником боли была сама башня.

Артдал вошёл внутрь вместе с Рузефом. Холл встретил их пустотой.

— Похоже, здесь никого нет, — осторожно оглядываясь, сказал Рузеф.

— Я чувствую что-то здесь, — ответил Артдал, направляясь в угол сада, где стояла орлиная статуя.

Любимый маг Башни Магов,

Отец магов,

<Дженос Игран>

Отправься в ад, демон!

Проклятие тебе!

Позор магов!

Артдал и Рузеф молча смотрели на слова, выгравированные под статуей. На мгновение воцарилась тишина.

— Я не знал, что подобное всё ещё сохранилось, — проговорил Рузеф, как вдруг боль в глазах Артдала вспыхнула с новой силой. Тот прикрыл глаз тыльной стороной ладони.

— Кажется, проблема в этой статуе, — сказал Артдал.

— Что?

— Я имею в виду источник боли Магического Глаза. От этой статуи исходит что-то странное.

Артдал медленно протянул руку к статуе, но Рузеф резко схватил его.

— Что ты делаешь?

— Просто почувствовал, что должен прикоснуться.

— Это искушение. Не поддавайся, — твёрдо сказал Рузеф.

Артдал посмотрел на статую, затем на него, смущённо.

— Нет, я просто…

— Это опасно. Энергия ощущается неправильно.

Как ни странно, из уст Папы это звучало убедительно, но Артдал всё равно чувствовал беспокойство.

— Может, проверим все этажи? — предложил Рузеф.

Согласившись, они поднялись к двери, за которой был запечатан Кайден.

— О? На полу что-то есть.

Они подняли кольцо, лежавшее перед дверью.

— Кольцо? Кронпринц собирался сделать предложение леди Флоне? Ха-ха, и куда же они пропали?

Они искали довольно долго, но так никого и не нашли.

— Вау, это должно быть обручальное кольцо, да? Не может же такое ценное кольцо с бриллиантом просто так валяться, — сказал Артдал.

— Верно. Зная характер Его Высочества, он бы не уронил такое важное кольцо… — задумчиво произнёс Рузеф.

Играя с кольцом, Артдал в шутку надел его на мизинец, спускаясь по лестнице.

— Зачем ты его надел? — спросил Рузеф.

— О, просто так. Не волнуйся. Мои пальцы изящнее и красивее, чем у большинства женщин, знаешь ли, как у пианиста.

Шутя, он попытался снять кольцо, но внезапно остановился. Оно не снималось.

Артдал показал Рузефу мизинец с кольцом:

— Теперь мне нужно жениться на Кронпринце?

Рузеф посмотрел на него с недовольством. Артдал продолжил шутить:

— Будущий король Хестии с обручальным кольцом будущего императора Лэнгриджа. Это сильно усложняет линию наследования.

— Пожалуйста, воздержись от таких странных и бесполезных шуток.

— Бесполезных? Это уж слишком, не находишь?

— И как ты можешь быть уверен, что это обручальное кольцо Кронпринца?

— Просто посмотри на него. Разве это не его стиль? Бриллиант для обручального кольца — это классика.

Они перебрасывались шутками, спускаясь по лестнице, и снова оказались перед орлиной статуей.

— Точно, источник моей боли начался здесь, — задумчиво сказал Артдал, подпирая подбородок рукой.

— Магия Дженоса всё ещё сохранилась? Это зловеще. Надо обязательно избавиться от неё…

Когда он прикоснулся к статуе, внезапно ударила молния, и Артдал отдернул руку.

— Что это…? — он скривился от пронзительной боли в глазах.

Пространство вокруг них начало искажаться. Земля под ногами смялась, как бумага. Прежде чем он осознал происходящее, у его ног уже кто-то лежал.

— Леди Флоне!

Это был Энох, державший на руках Маргарет и Энджи.

Энох огляделся. Увидев Артдала и Рузефа, которые встречали их, стало ясно, что они вернулись в свою изначальную временную линию. Он расслабился с облегчением и наконец отпустил напряжение. Юнджи и Маргарет, которых он держал на руках, тоже начали приходить в себя и медленно поднялись.

— Леди Флоне! Вы в порядке? — Рузеф срочно проверил состояние Маргарет быстрее всех.

Энох, держа Юнджи, наблюдал за Маргарет, которая моргала с растерянным выражением лица.

— Что плохого в том, чтобы быть дерзкой?

— Так что не поддавайся влиянию. Ты должна любить себя, чтобы жизнь была прекрасной.

Слова Маргарет, сказанные ранее, эхом отдавались в ушах Эноха.

А что, если бы Энох не сделал предложение Маргарет в магической башне?

Что, если бы они не попали в подсознание Кейдена?

Что, если бы они не отправились в прошлое?

Возможно, он никогда не встретил бы юную Маргарет на фестивале фейерверков. Она не протянула бы ему руку.

Мириады эмоций спутались и пронеслись в его сознании. Энох никогда не считал себя сентиментальным человеком, но это можно было объяснить только судьбой. От этого щемящее чувство в груди становилось только сильнее.

В прошлом его спас выбор юной Маргарет. Без неё Энох, возможно, до сих пор барахтался бы в одиночестве в болоте. Но сама юная Маргарет изменилась благодаря нынешним Эноху и Маргарет. Маргарет и Энох вместе спасли своих юных «я». Это была жизнь, которая могла быть завершена только с ними обоими.

Он с трудом сглотнул подступившие к горлу эмоции. Прикрыв глаза рукой и вздохнув, он услышал голос Артдала:

— Похоже, наш будущий император прекрасно провёл время, не так ли?

Подняв голову, Энох увидел, что Артдал смотрит на него с многозначительным выражением.

— Я кое-что интересное нашёл за это время, — сказал Артдал, показывая Эноху свой мизинец.

Глаза Эноха расширились.

— ...?!

Он поспешно обыскал карман. Коробочка для кольца, которую он нашёл, оказалась пустой.

— Тебе стоит объясниться, Артдал.

— Я же сказал, что поднял его. Но, извини, это кольцо просто не снимается. Может, нам просто стоит пожениться?

— Всегда есть вариант отрезать палец.

— Я чувствую в тебе потенциал тирана, Банхван. Тебе стоит пересмотреть своё решение. Может, заточение в Святом Престоле было бы лучшей участью.

Рузеф, который проверял состояние Маргарет, вздрогнул и обернулся к Артдалу.

— Я никогда не говорил, что заточу леди!

Энох, настроение которого испортилось, спросил:

— Ты упоминал, что заберёшь Маргарет в Святой Престол?

— ...Нет, это было! Это было...! — Рузеф не смог возразить и бросил взгляд на Артдала.

Артдал, опустив голову, трясся от смеха.

В конце концов Рузеф взорвался, сбросив плащ.

— Чёрт возьми, ты, Бисквит!

Маргарет удивлённо посмотрела на Рузефа. Только Маргарет и Юнджи называли Артдала «бисквитом». Рузеф, услышавший от Маргарет, что это вид сладостей, намеренно использовал это прозвище.

Однако Артдала это нисколько не смутило, и он громко рассмеялся, что ещё больше разозлило Рузефа.

Закончив дела в башне, Энох вернулся в особняк Флоне. Он наконец расслабился, после того как снял кольцо с пальца Артдала с помощью мыльной воды. Отправив Рузефа и Артдала прочь, поручив Юнджи Розмари, он отнёс измученную Маргарет в её спальню.

— Не перенапрягайся. Если устала, можешь отдохнуть завтра, — сказал Энох, укладывая её на кровать.

Маргарет смотрела на него с растерянным лицом. Она не могла сосредоточиться на его словах. Он был слишком близко в этом интимном пространстве.

— Завтра важный день, — сказала Маргарет.

Как она и сказала, завтра был очень важный день для Эноха. Это был первый фестиваль, на котором фейерверки запустят без магии, в мире, где магии больше не существует. Это был прыжок в новую эру и восхождение нового лидера, который поведёт эту эру.

Энох, ощущая свежее волнение, размышлял над словами Маргарет. День, когда он впервые встретил её, тоже был днём фестиваля фейерверков. Энох никогда не мог забыть юную Маргарет, которая протянула ему руку, плача в саду. Это был также день, когда он впервые влюбился в неё — три года назад на том же фестивале.

— Иннис будет ругать меня за это, но я хочу увидеть всё своими глазами. Ты снова выглядишь таким красивым. Так ослепительно.

В тот день на мосту Ланверсона Энох презирал её, но оказался пленён ею. Он долго отрицал этот факт.

Фестиваль фейерверков в Лэнгридже был днём, наполненным долгими воспоминаниями и историей для Эноха и Маргарет.

— Я буду молиться, чтобы завтрашний фестиваль завершился успешно.

— ...Кому?

— Богу... Хм.

Маргарет вдруг замолчала, упомянув Бога. После инцидента с Алеей все, кроме Рузефа, стали атеистами. Она, должно быть, вспомнила об этом, невольно заговорив о Боге.

— Давай помолимся Кейдену. Он теперь практически бог.

— С каких пор трансцендентное существо стало богом?

— Так говорят. Он теперь ближе всех к небесам.

Энох не ответил. Если бы Кейден узнал, что Маргарет считает его настолько далёким существом, он бы не обрадовался. Но вместо этих слов Энох выбрал другие.

— Если ты так считаешь, значит, так тому и быть.

Он медленно наклонился к Маргарет, лежащей на кровати. Поцеловав её в лоб, он попрощался.

— Тогда приятных снов сегодня.

Ласковый шёпот Эноха был наполнен любовью. Маргарет инстинктивно схватила его за руку, когда он отстранился.

— Пожелай и мне удачи.

Энох наклонил голову в недоумении.

— Мне нужно завтра запускать фейерверки. Мне тоже нужны твои молитвы.

Маргарет, казалось, считала свою просьбу детской, так как её уши покраснели. Энох рассмеялся, находя её невероятно милой.

— О, тогда того, что я сделал ранее, было недостаточно.

— Что ты...

Не дав ей договорить, Энох нежно поцеловал её в лоб.

— Вот так я желаю тебе удачи.

Затем он наклонил голову и прижался губами к её губам. Тело Маргарет напряглось.

Ха.

Их дыхание смешалось, когда Энох углубил поцелуй. Исследуя её губы, он разжал её сжатую ладонь и переплел свои пальцы с её пальцами. В то же время её тело расслабилось.

Скрип.

Кровать издавала неприятные звуки, пока их дыхание становилось прерывистым.

Как только Маргарет подумала, что больше не может задерживать дыхание, их губы разомкнулись. Ха, ха. Некоторое время они просто ловили воздух, глубоко глядя друг другу в глаза.

Энох нежно провёл пальцем по влажным губам Маргарет и с наглой ухмылкой спросил:

— Этого достаточно? Я могу пожелать тебе ещё большей удачи.

Лицо Маргарет залилось румянцем.

— Что это? Это чистое мошенничество...!

— Тебе не нравится? — спросил Энох умоляюще.

Маргарет не смогла сдержаться. Энох умолял её. Энох умолял о поцелуе.

Её разум отключился.

— Что? Это не...

— Тогда всё в порядке.

Энох улыбнулся, меняя выражение лица.

О, это неправильно.

Это неправильно...

Маргарет снова была поглощена Энохом — на очень долгое, глубокое, глубокое время.

Утром в день фестиваля фейерверков в особняке Флоне царила суета. Разнеслась новость, что перед долгим путешествием их посетит Святая Юанна из Святого Престола.

Иннис встретила её вместо Маргарет. Юанна была занята своими обязанностями, поэтому выделить время для Маргарет было значительным жестом.

— Где наша Мэг? — спросила Юанна, осматривая комнату.

— Простите, Святая, — ответила Иннис с неловкой улыбкой. — Она поздно легла и ещё не проснулась. Не могли бы вы подождать немного?

Лицо Юанны выразило беспокойство, но затем она заметила кого-то ещё — самого Эноха, кронпринца.

— Молодая леди, в портрете Маргарет, который вы должны были мне отдать, не хватает нескольких деталей...

Энох, показывая портрет Иннис, поздно заметил Юанну.

— Портрет Маргарет? Что ты имеешь в виду?

Не успев поздороваться, Юанна с заинтересованным видом протянула руку к Эноху.

— Дай и мне это.

— Нет, — сразу отказался Энох.

Тогда Юанна достала из кармана блокнот.

— Тогда я обменяю это на блокнот, который Маргарет использовала на острове Алея. Давай обменяемся.

— Договорились.

Так, без лишних церемоний, состоялся священный обмен вещами Маргарет.

Иннис наблюдала за ними с несколько раздражённым выражением, поражаясь, как будущий император и святая вели себя подобным образом.

«Не могу поверить, что эти люди — будущий император и святая», подумала Иннис. «Кажется, они забыли, что находятся в нашем доме.»

Но, не в силах высказать это вслух, она могла только вздохнуть про себя.

Леди Хинт сидела на террасе кафе с видом на центральную площадь Бёрнетона, столицы. Большинство дворян заранее забронировали места в отелях и кафе с видом на площадь, заплатив за эту привилегию немалые деньги.

— Сколько ещё осталось до церемонии зажжения? — спросила одна из дам.

— Примерно час, — ответила другая.

— Дворянка будет зажигать огонь? Она справится?

— Вот именно! Это же леди Флоне. Даже если она изменилась после инцидента в Алее, как она сможет забраться на такую высокую башню и зажечь огонь? — подхватила третья.

Леди Хинт слушала их перешептывания и смотрела на высокую колокольню в центре площади. Трудно было поверить, что дворянка возьмётся за такое опасное дело.

— Она даже спички не может использовать? — поинтересовалась ещё одна девушка.

— Это нарушит традицию, — ответили ей.

— Боже мой, значит, она будет использовать кремень? Неужели леди Флоне действительно на это способна?

За столом девушек витали скептические настроения, и леди Хинт невольно с ними согласилась.

— Как вы думаете, это подстроил кронпринц? — предположила одна из дам.

— Что ты имеешь в виду? — спросила другая.

— Всё королевство знает, что Его Высочество долгое время презирал и ненавидел леди Флоне.

— Правда, — кивнули остальные.

— Но после инцидента в Алее он изменился.

— Да, это было неожиданно, — согласились они.

— Может, чары наконец рассеялись. Срок действия любви истёк. Возможно, Его Высочество хочет её унизить, чтобы разорвать связь.

Все согласно закивали, и леди Хинт почувствовала, что склонна разделить эту точку зрения — что любовь Эноха к Маргарет была лишь временной. Однако она не верила, что Энох способен испортить национальное событие только ради того, чтобы опозорить дворянку.

— Честно говоря, если бы леди Флоне не вела себя так вызывающе, у нас всех было бы больше шансов привлечь внимание кронпринца.

— Точно. Насколько я помню, леди Хинт и леди Ричмонд тоже питали неразделённые чувства к Его Высочеству.

Все взгляды устремились на леди Хинт, которая смущённо помахала веером.

— Ну, это неудивительно. Уверена, многие здесь когда-то восхищались Его Высочеством.

В воздухе повисли неловкие звуки шелестящих вееров, пока дамы вспоминали свои былые увлечения.

Энох был тем мужчиной, в которого хоть раз в жизни влюблялась каждая дворянская дебютантка. С его потрясающей внешностью и благородными манерами он казался живой мечтой. Его властная осанка, широкие плечи, высокий рост и идеальные черты лица завораживали. Густые чёрные волосы, напоминающие ночное небо, придавали ему величественный вид, а острые, холодные черты лица лишь усиливали его отстранённое обаяние.

Его вежливые, рыцарские манеры и доброта лишь подчёркивали этот контраст, делая его ещё более притягательным для дам.

Но главное — Энох был кронпринцем без соперников, прекрасным героем войны, любимцем народа — титул, который обладал невероятной притягательностью.

Однако это были лишь взгляды женщин, им восхищавшихся.

— Вы действительно думаете, что леди Флоне была единственной преградой между вами и ним?

Леди Хинт в это не верила. В глубине души все присутствующие дамы тоже это понимали.

Энох был вежлив и добр, но отстранён. Невидимая стена и строгие границы позволяли этим двум противоположным чертам сосуществовать. Он не проявлял интереса ни к одной женщине, кроме Маргарет Роуз Флоне.

Хотя и говорили, что он её ненавидел, именно она была единственной, кто вызывал у него настоящие эмоции.

— И все знают слухи о том, что Его Высочество собирается сделать предложение леди Флоне во время фестиваля, верно? Звучит как зависть.

— Ох, зависть! Это уже слишком, леди Хинт.

Послышались недовольные шёпоты, но вскоре кто-то её поддержал.

— Конечно, зависть. Кто из нас может уверенно сказать, что красивее леди Флоне?

Никто не ответил.

Красота Маргарет считалась величайшей в империи, хотя её строптивый характер долгое время затмевал это.

— Да, честно говоря, я всегда хотела подружиться с леди Флоне. Она такая красивая.

— Я мечтала спросить её, какие духи она использует.

— Если говорить об условиях и обстоятельствах, то нет более подходящей кандидатуры на роль императрицы, чем леди Флоне. Теперь, когда она завоевала сердца народа, у неё есть все основания.

— Раньше я боялась к ней подойти, но после инцидента в Алее она кажется спокойнее.

— Может, стоит как-нибудь пригласить её?

Девушки раскрывали свои истинные чувства, желая скорее подружиться с Маргарет, чем осуждать её. Они не говорили об этом вслух, но все уже знали, что страстная любовь Эноха к Маргарет была хорошо известна при лэнгриджском императорском дворе. Ходили даже слухи о галерее, посвящённой Маргарет, внутри дворца.

В этот момент Маргарет появилась на вершине башни.

— Начинается. Что, если она опозорится?

— Фестиваль фейерверков в Лэнгридже собирает людей со всего континента. Это будет национальный позор.

— Приготовьтесь. Даже если леди Флоне исключительна, скорее всего, это закончится провалом.

Большинство зрителей оставались скептиками, глядя на башню.

Шпиль на центральной площади Бёрнетона.

Главный помощник Эноха, Джеймс, дрожащими руками ухватился за перила. Шпиль был впечатляюще высок.

После подъёма по винтовой лестнице, высотой примерно в семь этажей, можно было попасть на смотровую площадку. Именно здесь они сейчас находились.

Площадка вмещала около десяти взрослых, и здесь ожидались журналисты из разных стран, Энох, Джеймс, организаторы фестиваля и несколько охранников. Маргарет предстояло подняться ещё выше по лестнице, куда мог пройти только один человек.

Джеймс проверил карманные часы. Скоро должно было начаться шоу фейерверков.

«Так жарко…»

Он убрал часы и достал носовой платок, чтобы вытереть пот со лба и шеи. Лето выдалось знойным.

«Она даже не вспотела».

Энох, разговаривавший с Маргарет, казалось, совсем не страдал от жары. Как и она. Маргарет выглядела так, будто привыкла к более жаркому климату, и для неё это было пустяком.

— Вам пора подниматься наверх, — сказал Маргарет распорядитель церемонии. Как только она запустит сигнальную ракету с вершины, фестиваль начнётся.

— Разве дворянка сможет забраться по этой лестнице? Ей ещё и огонь кремнём добывать. Хорошо, если не расплачется, — прошептал один из репортёров.

— О, та самая строптивица из Лэнгриджской империи? Запомнил её, потому что прозвище для дворянки неподобающее, — заметил другой.

— Когда эти слухи изменились? Всё ещё называете её строптивицей? — вставил третий.

Джеймс слышал, как перешёптывались иностранные журналисты. Они думали, что их не слышат, но Джеймс стоял достаточно близко. К счастью, Энох и Маргарет, казалось, были слишком поглощены друг другом, чтобы обращать внимание на болтовню репортёров.

Джеймс быстро отвернулся, когда увидел, как двое обмениваются поцелуем. Как бы прекрасна ни была эта пара, наблюдать за публичными проявлениями нежностей своего начальника ему не хотелось.

Пока он качал головой, до него донеслись новые шёпоты журналистов.

— Что она делает?

Джеймс поднял голову. Маргарет, одетая в riding attire (верховой костюм), обвязывала верёвку вокруг талии. Она делала это удивительно ловко и естественно. Она жестом указала на лестницу, разговаривая с Энохом, и закрепила верёвку вокруг бёдер, будто делала это всю жизнь.

Заметив, что на неё смотрят, она улыбнулась и сказала:

— На всякий случай, если упаду.

Пока все ещё пытались осознать ситуацию, она начала подниматься по лестнице. Внизу раздались одобрительные возгласы.

— Она явно не простушка, — заметил кто-то.

— Но разве добыть огонь не будет сложно? — спросил другой. — Там трудно удержать равновесие.

Их предсказания сбылись, но неожиданным образом. Внезапно лестница, по которой она поднималась, сломалась.

— Чёрт! Лестница…?!

Этим утром Джеймс лично проверял её прочность с организаторами и даже проводил тесты.

В панике он огляделся в поисках Эноха, но того нигде не было видно.

«Нет, главное — спасти леди Флоне…!»

Но затем произошло нечто ещё более поразительное.

Маргарет сохраняла спокойствие. Она бросила верёвку, чтобы закрепить её на вершине. Крюк на конце надёжно зацепился за перила шпиля.

Затем она начала подниматься по верёвке без лестницы. Джеймс вспомнил, как Маргарет начала обматывать верёвку вокруг себя, разговаривая с Энохом, будто готовилась к такому развитию событий.

— Неужели она это предвидела…?

Шумная площадка погрузилась в тишину.

— …Кем она вообще является? Она точно дворянка? — пробормотал кто-то, нарушая молчание.

Это был тот же вопрос, который Джеймс задал Эноху несколько дней назад.

Молодые леди, собравшиеся на террасе с леди Хинт, были совершенно потрясены. Маргарет карабкалась по шпилю, взбираясь по веревке. Это зрелище шокировало не только их, но и всех, кто собрался на площади.

— Разве благородная леди может так поступать? Это не очень достойно, — заметила одна.

— О боже, леди Сейн, вы так отстали от времени. Как вы справитесь с эпохой перемен с такими устаревшими взглядами? — парировала другая.

— Что вы только что сказали? Вы закончили?

— Нет, не закончила. Разве у леди Сейн статус или красота выше, чем у леди Флоне? Честно говоря, смешно, что вы говорите о достоинстве, — ответила другая с саркастической улыбкой.

— Как вы смеете…!

Ситуация даже переросла в ссору.

Пока мнения дворян разделились, большинство горожан на площади разразились бурными аплодисментами, приветствуя Маргарет.

"Как человек может так drastically измениться?"

Маргарет когда-то была женщиной, которая ради любви готова была на все, известной своей дерзостью ко всему, кроме любви к Эноху. Но она изменилась.

Она изменила свое отношение, образ мыслей, а затем действовала. Леди Хинт знала, сколько усилий требуется, чтобы так сильно измениться.

"Я знала, что она женщина действия, но…"

Хобби леди Хинт было писательство. Однако стать романисткой для благородной леди было немыслимо, поэтому она скрывала свой талант из-за возражений родителей.

"Да. Я решила. Я снова буду писать."

Подъем Маргарет возымел неожиданный эффект.

Летнее ночное небо озарилось разноцветными фейерверками, и люди ликовали. Церемония зажжения, ознаменовавшая начало фестиваля, прошла с огромным успехом. Однако ожидаемого момента предложения Эноха так и не последовало — он был занят другим делом, пока Маргарет спускалась с шпиля по веревке.

Энох поймал человека, пытавшегося сбежать по винтовой лестнице.

Тхуд!

Решительным ударом ноги Энох прижал его к стене лестницы, и тот рухнул. На мужчине были мантии, похожие на те, что всегда носил Кайден, только серые, а не синие, что указывало на его более низкий ранг. Он был ученым, разработавшим фейерверки, которые зажгла Маргарет, и бывшим магом.

Схватив мужчину за шиворот, Энох потащил его обратно на смотровую площадку и швырнул на пол. Когда охрана двинулась вмешаться, Энох поднял руку, давая понять, что разберется сам.

— Новая эра, ничего подобного! Я никогда не хотел новой эры! — кричал мужчина, его голос отражался от каменных стен.

— Кто тебя подослал? — спросил Энох, наступив ногой на его грудь и прижав к полу, пока тот сопротивлялся.

— Зачем ты уничтожил магию?! Ты знаешь, через что я прошел, чтобы достичь этого?! Я великий маг!!! Я не такой, как вы, обычные глупцы!!! — орал мужчина, размахивая руками, словно ребенок в истерике, по лицу его текли слезы.

Стоявший рядом охранник, готовый обнажить меч, крикнул: — Молчать! Как ты смеешь угрожать Его Императорскому Высочеству, наследному принцу?! Твои действия — измена!

— Ты знаешь, кто разработал эти фейерверки?! Это я! Я сделал это! Я не становился магом, чтобы создавать какие-то жалкие фейерверки! — бушевал мужчина, наконец переходя на откровенные проклятия. — Великий лорд Дженас разгневается! Мир без магии — это конец! Конец близок!

Безумец.

Окружающие прошептали это слово, словно хором.

В нынешнюю эпоху имя "Дженас" было практически табу.

Хрясь.

Сапог Эноха резко ударил мужчину в ребра, и тот захлебнулся кровью.

Кх-кх.

Без тени сочувствия Энох посмотрел на него сверху вниз и сказал: — Дальше слушать нечего. Уведите его.

Похоже, это была самостоятельная акция, и за ней не стоял никакой заказчик.

— Тем не менее, оставьте его для допроса, — добавил Энох, убирая ногу.

— Да, Ваше Высочество! — ответили охранники, утаскивая мужчину вниз по лестнице. Репортеры жадно последовали за ними, их глаза горели от желания запечатлеть сенсацию.

Когда суматоха улеглась, на площадке остались лишь два репортера, помощник Эноха Джеймс и еще несколько человек, с любопытством наблюдавших, как Энох повернулся к ним.

— Энох! Ты в порядке? — позвала Маргарет, подбежав к нему после того, как развязала веревку, ее тревога была очевидна.

Энох инстинктивно обнял ее, крепко прижал к себе и вздохнул с облегчением. Затем, без предупреждения, поднял ее на руки.

Окружающие уставились в изумлении, а Энох сказал своему помощнику Джеймсу: — Я ухожу первым, разберись с остальным.

— Да, Ваше Высочество! Но подождите, речь на фестивале…! — голос Джеймса растворился в тщетном протесте, пока Энох уносил Маргарет вниз по шпилю.

Предложение, чтобы Маргарет провела зажжение, исходило от Эноха, и теперь он горько сожалел об этом. Он больше не хотел оставлять ее в такой опасной ситуации.

Бам! Бум!

Фейерверки, зажженные Маргарет, продолжали озарять ночное небо яркими красками.

Толпа на площади, казалось, забыла о недавней опасности, угрожавшей Маргарет, и взрывалась криками восторга. Когда Энох вышел из входа в шпиль на первом этаже, неся Маргарет на руках, рев толпы стал еще оглушительнее.

Держа Маргарет на руках, Энох окинул взглядом собравшихся. Интенсивность его взгляда заставила толпу замолчать.

Наконец, когда последние фейерверки погасли, площадь погрузилась в тишину, словно все внимание собравшихся было приковано только к Эноху и Маргарет.

Сцена была настолько впечатляющей, что журналисты и официальные лица из разных стран тут же принялись записывать и фотографировать.

— Граждане Лэнгриджской империи, — начал Энох, его голос был твердым, но не громким, разрезая тишину.

Он не кричал, но его слова звучали четко, разносясь по всему пространству.

— Фестиваль начинается сейчас.

Это было и объявление об открытии фестиваля, и декларация рассвета новой эры.

Бум, бах!

На руках у Эноха я смотрела на ночное небо. Когда первый фейерверк, который я запустила, завершился, начался основной фестиваль. Темное небо непрерывно украшалось прекрасными вспышками цвета.

Маги, отбросившие свои мантии, смогли разработать фейерверки без использования магии. Поэтому этот фестиваль имел глубокое значение во многих отношениях.

— Я рада, что все удалось.

Если бы Энох не заметил, что человек, устанавливавший последние фейерверки на шпиле, повредил лестницу, к этому моменту…

Я тряхнула головой, отгоняя мысли.

Я понимала отчаяние магов. Как они могли не отчаиваться, потеряв работу, будущее и карьеру в одно мгновение?

Поэтому мы с Энохом должны стараться еще усерднее. Нам нужно продолжать работать над улучшением системы, чтобы решать возникающие проблемы.

— Пожалуйста, возьмите меня за руку!

— Благословите нас удачей!

— Да здравствует будущий император!

Люди, которые только что ликовали, теперь протягивали к нам руки, и число рыцарей, сдерживающих толпу, пришлось увеличить.

В конце концов мы с Энохом решили вместе вернуться в особняк Флоне.

— Не беспокойтесь о нас, идите, — сказала Юанна, мягко подталкивая нас с Энохом вперед с понимающим выражением лица, зная, что я чуть не погибла из-за сломанной лестницы.

Так мы попрощались с Юанной, Рузефом и Артдалом и быстро вернулись в особняк.

"Я хотела насладиться фестивалем со всеми."

Мне было немного грустно, особенно потому, что я давно не видела Юанну.

Возможно, почувствовав мое разочарование, Энох внезапно остановился, когда мы пересекали сад по направлению ко входу в особняк.

— Если тебе жаль, может, стоит посмотреть из сада. Жаль, что мы не можем насладиться фестивалем, — предложил Энох.

— Хорошая идея. Без толпы, возможно, здесь даже лучше. Хотя жаль, что не со всеми, — ответила я, смиряясь с ситуацией.

Увидев виноватое выражение лица Эноха, я поняла, что мои слова не должны были заставить его чувствовать себя виноватым.

— Не переживай. Святая сказала, что останется в особняке Флоне до конца недели. Фестиваль продлится еще несколько дней, — успокоила я его, мягко беря его за руку.

Рука Эноха была теплой. Я вдруг вспомнила, как проснулась на отдаленном острове, ничего не зная.

Тогда, даже несмотря на то, что Энох меня не любил, он протянул руку, когда мне было страшно. Энох всегда был добрым. Мне нравилось, что он такой.

В то время я даже представить не могла, что наши отношения разовьются до этого.

Я медленно повела Эноха в центр сада особняка. Фейерверки были лучше видны оттуда, где я поставила небольшую палатку.

— На самом деле, мне так даже больше нравится, наедине с тобой, — призналась я.

Когда я подняла глаза, наши взгляды встретились. Его золотые глаза смотрели на меня с красотой, соперничающей со звездами.

Красивее, чем фантастические фейерверки, расцвечивающие ночное небо.

Я нежно коснулась его щеки рукой.

Энох всегда, казалось, думал, что любит меня сильнее. Но это заблуждение. Это я ждала, когда же настанет этот момент.

— Я люблю тебя, — призналась я после долгих раздумий. Не было слов более совершенных, чем это простое признание.

Его золотые глаза, полные звезд и множества эмоций, казалось, блестели от непролитых слез.

— Я всегда колебалась, боясь, что в момент, когда произнесу эти слова, все мои чувства выльются и исчезнут. Моя любовь никогда не была легкой, — призналась я.

Хотя я всегда жаждала любви Эноха, я никогда не относилась к ней легкомысленно.

— Маргарет, — позвал он мое имя, затем крепко сжал губы, словно подавляя переполнявшие его эмоции.

Я наконец выразила признание, которое так долго скрывала.

— Энох, ты выйдешь за меня замуж? Я сделаю тебя счастливым до конца наших дней.

Энох смотрел на меня с ошеломлённым выражением лица, не в силах вымолвить ни слова. Казалось, он был в смятении, проводя руками по лицу в тишине.

Я терпеливо ждала его ответа, но не удержалась от вопроса:

— Ты отказываешь мне?

Он поспешно опроверг мой несколько удручённый вопрос:

— Конечно нет…!

Он замолчал, снова проглотив слова со вздохом, затем прикрыл лицо рукой, оправдываясь:

— Я хотел сделать предложение первым.

— Тогда тебе следовало это сделать.

— Не могу с этим поспорить.

— Каков твой ответ?

— Очевидно же.

Он внезапно поднял меня на руки. Испуганная, я обхватила его бёдрами ногами и инстинктивно положила руки на его плечи, глядя на него сверху вниз.

— У меня нет причин отказываться.

— Тогда…

— Я сделаю тебя счастливой, так что выйдешь за меня, Маргарет?

— Что? Это же именно то, что сказала я…

— Не нравится?

— У меня нет причин отказываться.

Мы оба рассмеялись в ответ на мои слова. Я наклонилась и поцеловала его первой.

Поцелуй постепенно углублялся, достигнув уровня, который уже нельзя было назвать просто нежным жестом.

Бум, бах!

Как раз в этот момент над нами разорвались фейерверки.

Он надел кольцо на мой палец. Это было бриллиантовое кольцо. Наблюдая, как оно красиво сверкает под любым углом, я спросила его:

— А как же мизинец принца Артдаля?

— Скажи, если предпочтёшь подарок в виде пальца вместо кольца, — ответил Энох так серьёзно, что это застало меня врасплох.

— Это была шутка.

— Я тоже пошутил.

— Прозвучало, будто ты всерьёз.

— Я бы лучше поговорил о нашем будущем, чем об Артдале. О нашем с тобой будущем.

— Нашем будущем?

— Я хочу провести церемонию сразу после коронации. А детей завести чуть позже.

— Почему? Лучше поскорее обзавестись наследником…

— Я хочу насладиться медовым месяцем. Наш период ухаживаний был коротким. Я хочу вкусить ту любовь, о которой ты говорила.

Энох нежно притянул меня за подбородок и поцеловал с ухмылкой.

Моё сердце трепетало от волнения. Даже просто слова «ухаживания» и «медовый месяц» заставляли его бешено колотиться.

На его губах задержалась улыбка.

Хоть это и не был громкий смех, его выражение лица было настолько прекрасным, что я хотела запомнить его навсегда, запечатлев его улыбку в памяти.

В его взгляде я увидела любовь такую сильную и всепоглощающую.

— Я надеюсь, ты счастлива, пока ты рядом со мной, — тихо произнёс он, нежно целуя меня в щёку. Ощущение его губ на моей коже растаяло не только на щеке, но и в моём сердце.

— Несправедливо чувствовать счастье в одиночестве. Я хочу, чтобы ты испытала те переполняющие эмоции, что чувствую я.

То есть он хотел сказать, что Энох счастлив. Я удивилась, что он способен произнести такую сладкую и захватывающую дух фразу.

Я была настолько поражена, что просто смотрела на него, не в силах ответить.

Помолчав, он поднял на меня взгляд.

— Я люблю тебя, Маргарет.

Медленная улыбка расползлась по его губам, и я улыбнулась в ответ, не в силах сдержать собственной улыбки.

Он поцеловал мою щёку.

— Я люблю тебя.

Затем поцеловал мой лоб и переносицу. Прижавшись лбом ко мне, он прошептал снова:

— Я люблю тебя.

Он говорил так, словно не мог сдержать своих эмоций, выплёскивая все чувства, которые испытывал ко мне.

Его любовь, огромная и всепоглощающая, оседала во мне.

Я была счастлива. Настолько, что хотела, чтобы этот момент длился вечно.

— Я тоже люблю тебя.

Летний зной, тёплый ветерок, душная влажность — всё это было терпимо, пока рядом был Энох.

Его дыхание коснулось моих губ.

Я крепко сжала его воротник.

Большая рука Эноха скользнула по моему обнажённому плечу, затем пальцы вплелись в мои волосы.

Я сильнее обхватила его руками и ногами.

Наши переплетённые дыхания становились глубже.

Я задержала дыхание.

От жары у меня кружилась голова.

В саду громко пели цикады.

Неизвестно чей пот капал на землю.

Хаа… В знойную погоду наши учащённые дыхания казались способными утолить жажду.

Теперь я больше не ненавидела летний зной.

Да, теперь я больше не ненавижу лето.

В эту жаркую летнюю ночь я сделала предложение мужчине, которого люблю, и он сделал предложение мне.

[В центре внимания — Новая Женщина, Маргарет Роз Флоне!]

[Героиня, успешно завершившая Церемонию Воспламенения, несмотря на саботаж!]

[Женщина, которой наследный принц сделал предложение до своей коронации!]

Газеты пестрели заголовками обо мне. Это было настолько смущающим, что я едва могла выдержать. Поскольку Энох начал настаивать на свадьбе сразу после нашего предложения, в СМИ появилось ещё больше статей о нас. В результате я не могла выйти за пределы особняка Флоне.

[Разобранная лестница на башне — признаки покушения?! Виновник: бывший маг из Магической Башни.]

Естественно, было бесчисленное количество статей о маге, сломавшем лестницу. Реакция была ошеломляющей, некоторые даже требовали публичной казни. Энох не собирался предавать это огласке, но пообещал, что мужчина получит заслуженное наказание.

«Мне его не жаль. Я чуть не погибла».

Я отвергла любые симпатии к магу.

Но у меня были более насущные проблемы. Артдалю предстояло отправиться на свою коронацию, которая должна была состояться до коронации Эноха. Рузеф, Юанна и я проводили его от особняка.

— Жаль, что не смогу присутствовать на свадьбе. Как насчёт того, чтобы провести медовый месяц в Хестии? — предложил Артдаль перед отъездом.

— Я подумаю над этим. Мне очень жаль, что я пропущу твою коронацию, — ответила я.

Только мы с Энохом не могли присутствовать на коронации Артдаля. Рузеф, Юанна и Диего должны были посетить её, а затем вернуться в Лэнгридж для коронации Эноха.

— Ещё не поздно, леди. Позиция королевы Хестии всё ещё свободна, — поддразнил Артдаль.

— Да просто иди уже. Хватит глазеть на нашу Мэг, — холодно оборвала его Юанна, скрестив руки и бросая на него неодобрительный взгляд.

— Даже если ты протестуешь, эта позиция не достанется тебе, Святая. Леди Флоне смотрит только на Эноха, — парировал Артдаль, глядя на Юанну со скрещёнными руками.

— Какой вздор. Анна — моя подруга.

— Ты слышала, да? Я могу оставаться рядом с Мэг как подруга — даже ближе, чем муж, — сказала Юанна, высунув язык и крепко обнимая меня.

— Много слов от того, кто вот-вот отправится в долгое путешествие, — ответил Артдаль.

— Даже после возвращения я всегда буду подругой Мэг. Я ведь была первой.

— Да, Анна, ты моя первая и единственная подруга, — согласилась я, заставив Юанну визжать от восторга. Артдаль покачал головой, наблюдая за нами.

— Если подумать, кроме наследного принца и меня, ни у кого из нас нет друзей, — задумчиво произнёс Артдаль.

То, что у нас не было друзей, было менее удивительным, чем мысль, что они были у Артдаля и Эноха.

— У тебя есть друзья? — недоверчиво спросила я.

— Мы с Энохом учились в академии вместе. Ха-ха-ха! — рассмеялся Артдаль.

Я слышала, что они были соперниками всю учёбу. Разве это не делает их скорее врагами, чем друзьями?

Мне вдруг страстно захотелось узнать об академической жизни Эноха. Хорошо бы учиться с ним вместе.

— Хватит нести чушь и просто иди уже, — подгоняла Юанна.

— Я многим обязан вам всем. Теперь, с нашим социальным статусом, нам нелегко будет часто видеться, но вы всегда останетесь в моём сердце.

На мгновение воцарилась solemnность. Артдаль повысил голос, чтобы разрядить обстановку.

— Разве я не звучал невероятно круто только что? Ха-ха-ха!

Он засмеялся и помахал рукой в последнем прощании.

— Я правда ухожу теперь! Буду скучать!

Он кричал и махал, даже садясь в карету. До конца он оставался болтливым.

Но именно поэтому я чувствовала, что буду скучать по нему ещё сильнее.

Как он и сказал, теперь нам нелегко будет часто видеться из-за нашего положения. Но, как сказал Артдаль, мы всегда будем вместе в наших сердцах. Время, проведённое вместе на острове, никогда не будет забыто.

Мы с Рузефом и Юанной ещё долго стояли, наблюдая, как карета исчезает за поворотом.

Юанна сидела на террасе гостевой комнаты в особняке Флоне, напевая мелодию. Внизу, на нижней террасе, Маргарет приятно проводила время с семьёй. Члены семьи Флоне преподносили Маргарет подарки, похоже, это были подарки на помолвку, о которых просил Энох. Юанна облокотилась на перила, рассеянно наблюдая за счастливым лицом Маргарет. Видеть её счастливой делало счастливой и Юанну.

— Ты не собираешься мне рассказать? — раздался голос Рузефа позади неё. Юанна подняла голову и обернулась.

— Рассказать что? — спросила она.

— Какую цену тебе пришлось заплатить, — ответил он.

— О… — Юанна ответила неловкой улыбкой. — Будет неинтересно, если я скажу заранее.

— Будет неинтересно, даже если ты скажешь потом, — спокойно заметил Рузеф, не меняя выражения лица. Несмотря на это, Юанна не собиралась раскрывать заплаченную цену прямо сейчас.

— Просто сделай вид, что не знаешь, — попросила она.

Рузеф задумчиво посмотрел на неё, затем сказал:

— Тогда будь счастлива.

— Что? — Юанна моргнула.

— Какую бы цену тебе ни пришлось заплатить, я надеюсь, что ты хотя бы будешь счастлива.

Услышав это, Юанна ярко улыбнулась.

— Я уже счастлива. Правда. Но раз уж это мудрые слова Его Святейшества Папы, я постараюсь стать ещё счастливее, — весело ответила она.

Юанна редко позволяла ситуациям становиться мрачными или серьёзными, что беспокоило Рузефа ещё больше, но она действительно казалась счастливой.

— В моей жизни не так уж много было моментов, столь же мирных и беззаботных, как этот. Одна мысль о том, что я могу расслабиться и наслаждаться жизнью, заставляет меня чувствовать, что я вот-вот умру от счастья, — продолжила она.

Затем она начала говорить о том, что, возможно, получит больше поддержки из папской казны для своих приключений.

— Ты забыла, что я Папа? — вставил Рузеф.

— Это не ты выдаёшь средства поддержки, это делает соответствующий отдел, — парировала Юанна.

— В конечном итоге утверждаю это я, — указал он.

— Тогда всё ещё проще! Я хочу путешествовать по миру! — воскликнула Юанна с восторгом.

Увидев её радостное лицо, Рузеф потер лоб. Он почувствовал себя глупо за то, что беспокоился.

Подготовка к моей свадьбе стала делом, в котором меня всецело поддержали Иннис, Розмари и Юанна. Разумеется, моя мать тоже приложила руку, влияя на всё, что только можно, так что её и упоминать отдельно нет нужды. По сути, это был настоящий женский кружок, и Юанна, казалось, была особенно рада.

— Я всегда мечтала о чём-то подобном, — восторженно сказала Юанна.

Мы развалились на кровати и диване в комнате Иннис в пижамах, с медово-белковыми масками на лицах.

— Никогда не думала, что буду вот так, в пижаме, заниматься подобным с самой Святой Девой, — проговорила Розмари, всё ещё не веря своим глазам. Её слова заставили всех нас рассмеяться.

— Может, завтра пойдём по магазинам? Заодно позавтракаем вместе. Говорят, на западной стороне площади открылось новое кафе, — предложила я.

— Но, Маргарет, ты же знаешь, что будет, если ты сейчас выйдешь на улицу, — заметила Иннис.

— Давайте нарядимся. Я кое-чему научилась у принца Артдала, — сказала я.

Все трое хлопнули в ладоши в знак согласия. Так как платья, украшения и прочие необходимые вещи шились на заказ, в особняк приезжали профессиональные портные и дизайнеры. Эта вылазка была затеяна исключительно ради женской компании.

На следующий день мы действительно отправились за покупками. Юанна надела чёрный наряд волшебницы, Иннис перевоплотилась в скромную продавщицу из соседней пекарни, а Розмари облачилась в форму старшеклассницы Королевской академии. Каждая выбрала образ, совершенно противоположный её обычному облику. Я же нарядилась простой менестрельшей.

— Ты выделяешься больше всех, — упрекнула меня Иннис в образе пекарши.

— Восхитительно, как тебе удаётся выглядеть настолько броско, что я, чёрная волшебница, кажусь обычной, — добавила Юанна, и я не была уверена, был ли это комплимент.

— На Артдале этот наряд сидел идеально.

— Ну, это потому, что он достаточно красив, чтобы его вытянуть. Проблема в том, что он слишком привлекал внимание, сводя на нет всю маскировку.

Мне нечего было возразить на её слова.

В итоге мы отказались от шопинга и, стараясь не привлекать внимания, отправились в кафе. Там мы столкнулись с неожиданной личностью.

— Леди Флоне, я давно хотела с вами встретиться, — произнесла девушка с каштановыми волосами, заплетёнными в две косички.

— Я — леди Хинт.

— О, приятно познакомиться, леди Хинт.

Услышав это имя, Розмари хлопнула в ладоши.

— О? Леди Хинт? Разве не вы оказались в центре скандала в прошлом году из-за того, что дворянка стала писательницей? Ох, простите!

Осознав, что могла быть груба, Розмари тут же извинилась.

— Всё в порядке, — ответила леди Хинт с неловкой улыбкой, но Иннис, почувствовав её смущение, предложила ей присоединиться.

— Кажется, у вас есть причина быть здесь. Почему бы не сесть с нами и не поговорить, если Святая Дева не против?

Леди Хинт вздрогнула и посмотрела на Юанну в костюме чёрной волшебницы.

— Святая Дева…?

— Тсс, — приложила палец к губам Юанна. Леди Хинт огляделась и кивнула, заметив, что кафе почти пусто — большинство знатных дам приходили сюда ближе к полудню.

Леди Хинт села напротив нас, её глаза сияли, когда она обратилась ко мне:

— Я планировала вскоре навестить особняк Флоне, но рада, что встретила вас вот так.

— Что привело вас сюда? — спросила я.

— Я хотела бы написать роман, основанный на вашей истории, с вашего разрешения.

— О боже, Маргарет в качестве героини романа леди Хинт? — восторженно отреагировала Розмари, отчего леди Хинт слегка съёжилась.

— Если вам неудобно, вы можете отказаться…

— Нет, это честь для Маргарет! — воскликнула Розмари, и пока мы все смотрели на неё с любопытством, она начала рассказывать о творчестве леди Хинт.

— Разве вы не знаете, почему это было так важно, когда дворянка дебютировала как писательница в прошлом году? Потому что её произведения невероятно хороши!

Леди Хинт моргнула, широко раскрыв глаза от такого восхваления.

— Мне нравится ваше творчество, леди Хинт. Вы дебютировали с романом «Муравьи, работающие летом, умирают рано», верно? Это было очень интересно.

Название никак не намекало на содержание.

В общем, под напором энтузиазма Розмари я в итоге разрешила леди Хинт написать роман о моей истории, с условием, что она будет иногда показывать нам черновики. Возможно, в этом решении была доля личной заинтересованности Розмари, но поскольку мне это не вредило, я закрыла на это глаза.

Позже, когда леди Хинт мастерски написала роман в жанре романтического триллера, он стал беспрецедентным бестселлером. Успех книги привлёк на мою сторону многих скептически настроенных женщин в обществе, что говорило о многом.

В эпоху великих перемен я наконец начала чувствовать, что становлюсь достойной партнёршей для Эноха, и это было очень успокаивающе.

Пока мы наслаждались временем, проведённым вместе, день свадьбы приближался незаметно.

Через неделю после коронации Эноха состоялась свадебная церемония. Утром в день свадьбы Рузеф посетил башню магии, где в печати спал Кайден.

Статуя орла Дженас, некогда украшавшая холл, исчезла — её убрали. Башня была пуста, но в её стенах ощущалось тепло. Маргарет регулярно ухаживала за башней, и другие тоже иногда навещали её, наполняя пространство любовью к тому, кого больше не было.

Поднявшись по лестнице, Рузеф подошёл к двери запечатанной комнаты, где был заключён Кайден. Там стоял диван, на котором иногда сидела Маргарет. Он сел, глядя на плотно закрытую дверь, и тихо заговорил:

— Тебе не холодно?

Если бы Кайден услышал его, он бы рассмеялся над наглостью Рузефа, беспокоящегося о других.

— Ты, наверное, усмехнулся бы, но у меня всё хорошо. В церкви я буду с Богом всю жизнь, — пробормотал он, сплетая пальцы и опуская взгляд на свои руки.

— Так что я буду приходить часто. Тебе не будет одиноко. Хотя, возможно, моё присутствие будет тебя раздражать.

Он не считал свои действия жалкими. В конце концов, он был священником, обречённым на одиночество. До недавнего времени он принимал это как данность, но его взгляд изменился после посещения башни с Артдалом.

Здесь был тот, кто нуждался в его присутствии.

— Когда ты выйдешь из печати, ты скажешь, что я был полезен.

Хотя Кайден однажды взял эти слова назад, Рузеф часто использовал их в шутку.

— Так что, пожалуйста, очнись. Я буду здесь, пока жив.

Маргарет как-то предложила писать Кайдену письма каждое время года. Если они все умрут задолго до того, как он пробудится, их общее время останется для него, словно он прожил его вместе с ними.

Рузеф беспокоился, что это может быть ещё жесточе — оставит лишь тоску по тем, кого уже не будет. Но они не могли знать, что почувствует Кайден. Поэтому они договорились оставлять письма.

— Все тебя любят, — голос Рузефа дрогнул, и он замолчал, чтобы взять себя в руки. Когда он заговорил снова, его голос был твёрдым.

— Так что, пожалуйста, вернись, пока мы все ещё живы.

Двадцать лет? Тридцать? В идеале — хотя бы через десять, если он смел надеяться.

С этой мыслью он покинул башню. Теперь ему предстояло присоединиться к Эноху и Маргарет, которые ждали его. Рузеф, как папа, должен был провести церемонию их бракосочетания.

Свадьба не была ни помпезной, ни скромной — она была в самый раз. Фестиваль фейерверков стал грандиозным событием для народа империи, но свадьба была личным делом, отмеченным с подобающей торжественностью. Даже газеты хвалили это как достойное поведение лидеров новой эпохи, что вызывало у Рузефа лишь вздох.

Позади остались тёмные времена, но впереди ждали новые испытания. Среди нынешнего хаоса двое любимых людей стояли перед алтарём, держась за руки. Рузеф, разделивший с ними часть их испытаний, знал, сколько боли и трудностей им пришлось пережить, чтобы обрести эту любовь.

Он хотел защитить их улыбки. Наверняка их товарищи чувствовали то же самое. К счастью, их история завершилась счастьем, и осознание того, что он причастен к их радости, наполняло его глубочайшим удовлетворением.

— Обещаете ли вы любить и беречь друг друга всю жизнь?

Энох и Маргарет обменялись улыбками, полными доверия, нежности и любви.

— Да.

Их одновременный ответ был твёрдым и уверенным. У Рузефа было предчувствие, что их любовь станет только крепче, устойчивее и счастливее.

И тогда он провозгласил:

— Теперь вы официально муж и жена. Да пребудет благословение Бога с этой счастливой парой.

Сам Рузеф всегда будет молиться за их счастье и за счастье их друзей.

Пусть они все будут счастливы.

Это была их первая ночь в качестве мужа и жены. Лёгкий ветерок, предвещающий переход от позднего лета к ранней осени, влетал в открытое окно.

В императорской спальне Лэнгриджского дворца Энох, одетый в ночную рубашку, сидел на диване и читал газету. Мягкий свет свечей мерцал в потоке воздуха, озаряя комнату.

Маргарет уже давно исчезла вместе со служанками и всё ещё не возвращалась. Энох спокойно перелистывал страницы.

Газеты были полны историй о новой императорской семье, новом императоре, новой императрице и новой эпохе. Всё говорило о свежем начале.

Пробегая глазами статьи о нём и Маргарет, он наткнулся на заметку о курортах Хестии. Весна и лето были знамениты фестивалями Лэнгриджа, а осень и зима — гордостью Хестии. Свадебное путешествие в Хестию звучало заманчиво, хотя он не был уверен, позволит ли их расписание.

Щёлк.

Прошло около трёх-четырёх часов, солнце уже клонилось к закату, когда Маргарет наконец вошла в спальню. Воздух сразу наполнился ароматом роз — настолько приятным, что он расслаблял и успокаивал.

Энох сложил газету. Маргарет нерешительно задержалась у двери, словно смущённая ситуацией.

— Подойди сюда, — позвал он, протягивая руку.

Она тут же подошла, будто ждала приглашения, но затем снова застыла перед ним.

— Что-то не так? — спросил он, замечая, как её кожа под лёгким ночным платьем алеет в свете свечей.

— Просто нервничаю, — призналась она.

— Внезапно? — усмехнулся он, мягко притягивая её к себе на колени.

— Что ты делаешь? — ахнула она, удерживая равновесие, оказавшись верхом на его бёдрах.

Передняя часть её платья была украшена большим бантом. Энох не смог сдержать лёгкий смешок, прикрыв губы рукой. Казалось, у неё была слабость к бантам — её платье на острове Алея тоже было с ними. Осторожно он дёрнул за концы ленты.

— Энох…?

Лента выскользнула из его пальцев и бессильно упала на ковёр. Вырез платья распахнулся, обнажая её бледную, нежную кожу и выступающие ключицы.

Его взгляд скользнул ниже, но он тут же поднял глаза, встретив её широко распахнутые голубые глаза, полные смущения. Энох подавил смех, заметив, как она напряглась.

Он притянул её ближе, одной рукой обхватив талию, а другой проведя по спине, отчего она выпрямилась ещё сильнее.

— Расслабься, — прошептал он.

— Как я могу расслабиться в такой ситуации! — возмутилась Маргарет, и её смущение лишь раззадорило его. Он хотел насладиться этим зрелищем, ведь ночь была долгой.

Его тихий смех разнёсся по комнате, неожиданно сняв её напряжение. Она удивлённо посмотрела на него, но ему было всё равно. Он медленно спустил бретельку с её плеча и прикоснулся губами к обнажённой коже, чувствуя, как её пальцы впиваются в его плечо.

Она сжала ткань его ночной рубашки, но никого это не волновало.

Прижавшись щекой к её плечу, Энох наслаждался теплом её кожи и тем, как идеально её тело fit в его объятиях.

Насладившись моментом, он тихо произнёс:

— Потребовалось 12 лет.

— …Что?

— Чтобы оказаться здесь.

Маргарет наклонила голову, не понимая его слов.

Двенадцать лет назад, когда она протянула руку к нему, плачущему в одиночестве в дворцовом саду, это стало его судьбой — любить её.

Внезапно Энох поднял её на руки и встал с дивана.

— Ай! — вскрикнула Маргарет от неожиданности, обвивая его шею руками. Аромат роз стал ещё сильнее.

Можно ли опьянеть от запаха? — подумал Энох. Развеселившись от собственных мыслей, он рассмеялся и поцеловал Маргарет в щёку. Та, покраснев, прижалась к нему, но ненадолго — вскоре она уже лежала на кровати, а Энох нависал над ней, прижимая её к матрасу.

— Маргарет, моя жена, — прошептал он, нежно проводя тыльной стороной пальцев по её щеке. Он повторил это восхитительное слово — жена — смакуя его.

— Не могу поверить, — тихо сказала Маргарет, касаясь его лица.

Энох прижался к её ладони и спросил:

— Во что?

— Что ты мой муж.

Её золотистые волосы рассыпались по белым простыням, а глаза, слегка затуманенные, сияли пленительным блеском.

Маргарет была прекрасна. Объективно — ослепительна, но для Эноха не существовало женщины прекраснее. Её глаза были как глубокие голубые озёра, и, глядя в них, он снова чувствовал себя тем беспомощным мальчиком, которым был двенадцать лет назад — спасённым Маргарет снова и снова.

Маргарет была хрупкой и сильной, резкой и нежной, грубой и доброй. Возможно, он всегда хотел, чтобы эта ослепительная женщина принадлежала ему.

Жизнь без Маргарет не имела для него смысла, потому что именно она сделала его тем, кем он был сейчас.

— Я тоже не могу поверить. Что теперь ты навсегда моя.

Они наконец поженились. Теперь Маргарет была его женщиной навеки, а он — её мужчиной. Они были связаны законом навсегда, и больше не было причин для страха или тревоги.

Теперь он мог видеть её лицо каждое утро и засыпать рядом с ней каждую ночь, снова и снова. Как ребёнок, с нетерпением отсчитывающий дни до поездки, Энох ждал этого момента, и теперь, наконец, позволил себе утонуть в этом счастье.

Он наклонился и поймал её губы в поцелуй.

Эта любовь была завоёвана трудом. Счастье, которое он никогда не думал, что найдёт, наконец пришло к нему.

Тёплый, влажный воздух наполнял комнату с каждым их вздохом, а ночное платье и рубашка бесшумно упали на пол.

Кровать скрипела под их движениями.

Он и не думал отпускать её.

Даже если потом она будет сожалеть, плакать и умолять — он никогда не отпустит её.

— Энох… Я… Я больше не могу, — наконец сдалась Маргарет, подняв бледную руку, словно белый флаг, и похлопав его по плечу, пока он продолжал свои ласки.

Но Энох лишь глубже уткнулся в её шею.

— Если устала — спи.

Конечно, спать будет только она. Маргарет удивлённо посмотрела на него.

— Как ты вообще сдерживался всё это время? — не удержалась она от вопроса.

Энох тихо рассмеялся.

— Ради этого момента.

Кровать снова заскрипела. Маргарет подавила стон, а довольный смех Эноха разнёсся по комнате.

И так ночь продолжалась ещё очень долго.

Главный помощник императора, Джеймс, нервно переминался с ноги на ногу, его лицо выражало тревогу. Он стоял перед дверью, то поднимая, то опуская руку, не решаясь постучать.

— Оставь, сегодня тоже не выйдут, — проходящая мимо служанка покачала головой.

Выражение лица Джеймса стало отчаянным.

— Я знал, что у него отличная выносливость, но… — он вздохнул, потирая лицо руками, а затем взорвался. — Но сидеть в комнате четыре дня безвылазно — это уже перебор, не находите?

— Дай им неделю. Они же только поженились. Если прервёшь их сейчас, тебя возненавидят навеки, — посоветовала служанка.

Джеймс смирился.

Да, что он мог поделать? Гармоничные отношения императора и императрицы, которые будут править Лэнгриджем, — это хорошее предзнаменование.

Со слезами на глазах он отвернулся от двери.

— Он ушёл?

— Похоже, у тебя есть силы думать о чём-то ещё.

Маргарет беспокоилась из-за стука Джеймса. Энох, недовольный тем, что её внимание отвлечено, удвоил усилия, чтобы вернуть его к себе.

— Хах… Энох, тебе не надоело?

— Никогда не надоедало. Только восхищение.

— Ради всего святого, хотя бы притворись, что устал! Я начинаю сомневаться, что вышла замуж за человека, — взмолилась Маргарет.

Энох рассмеялся — искренне, от души, как давно не смеялся.

— Тогда запомни, — сказал он, целуя её в щёку. — В постели я не совсем человек.

И так началась ещё одна долгая-долгая ночь.

Надежда, что мы сможем отправиться в свадебное путешествие сразу после церемонии, оказалась наивной. Мне пришлось смириться с тем, что моим новым домом стал этот огромный императорский дворец, который даже нельзя сравнить с особняком Флоне. День за днём я привыкала к новой жизни: знакомилась с людьми, выполняла обязанности императрицы и справлялась с лавиной дел.

Работа была тяжёлой, как непрекращающиеся волны, но я выдерживала. Всё потому, что после работы я возвращалась в наши покои и проводила ночь с Энохом. Засыпая в его объятиях, я забывала об усталости. Просыпаться и видеть его рядом — огромное счастье.

Когда у нас выдавалось время, мы с Энохом гуляли по дворцовому саду. Ынджи, который после переезда во дворец не превращался в человеческий облик, сопровождал нас. Но однажды он неожиданно настоял на том, чтобы принять человеческую форму.

Очистив территорию от людей, он превратился и сразу же прикоснулся к моему животу.

— Маргарет теперь принадлежит мне. Подобные контакты нежелательны, — шутливо предупредил Энох, скрестив руки.

Ынджи фыркнул:

— Я прикоснулся не к Маргарет. К ребёнку.

В саду повисла тишина.

Я начала подсчитывать, сколько времени прошло с последних месячных. Благодаря способности Ынджи чувствовать потоки маны, он понял, что во мне растёт малыш.

Энох на мгновение онемел, глядя на меня с выражением шока, которого я никогда раньше не видела.

— Ребёнок…

Осторожно посмотрев на мой живот, он замер. Его золотые глаза блестели от эмоций. Он несколько раз открыл рот, но не нашёл слов, а затем медленно протянул руки и нежно обнял меня.

Его плечи слегка дрожали. Голос, полный чувств, прошептал:

— Спасибо.

Он уткнулся лицом в моё плечо. У Эноха никогда не было настоящей семьи, он не знал любви. Хотя он и говорил о ребёнке, это всегда казалось чем-то далёким и туманным. Иногда это заставляло меня грустить…

— Спасибо. Спасибо, Маргарет.

Но, видя, как он плачет у меня на плече, все эти ненужные чувства растворились. Я обняла его в ответ. Ынджи, наблюдавший за нами, осторожно обнял нас за талии. Пока Энох плакал, я тоже расплакалась. Это были слёзы, которые я могла пролить, зная, через какие годы он прошёл.

— Я буду любить вас. И тебя, и нашего ребёнка. И Ынджи тоже.

Мы долго стояли, крепко обнявшись, и плакали.

Я всегда любила счастливые концы. Истории, где влюблённые продолжают любить друг друга и жить счастливо. Теперь в нашей истории не осталось ничего, кроме счастья. Пусть вы, мои любимые, будете счастливы со мной вечно.

Страница книги В ловушке на отдаленном острове с главными героями в интернете

Table of Contents

1 - 0

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 65.1

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 68.1

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

2 - 93

2 - 94

2 - 95

2 - 96

2 - 97

2 - 98

2 - 99

2 - 100

2 - 101

2 - 102

2 - 103

2 - 104

2 - 105

2 - 106

2 - 107

2 - 108

2 - 109

2 - 110

2 - 111

2 - 112

2 - 113

2 - 114

2 - 115

2 - 116

2 - 117

2 - 118

2 - 119

2 - 120

2 - 121

2 - 122

2 - 123

2 - 124

2 - 125

2 - 126

2 - 127

2 - 128

2 - 129

2 - 130

2 - 131

2 - 132

2 - 133

2 - 134

2 - 135

2 - 136

2 - 137

2 - 138

2 - 139

2 - 140

2 - 141

2 - 142

2 - 143

2 - 144

2 - 145

2 - 146

2 - 147

2 - 148

2 - 149

2 - 150

2 - 151

2 - 152

2 - 153

2 - 154

2 - 155

2 - 156

2 - 157

2 - 158

2 - 159

2 - 160

2 - 161

2 - 162

2 - 163

2 - 164

2 - 165

2 - 166

2 - 167

2 - 168

2 - 169

2 - 170

2 - 171

2 - 172

2 - 173

2 - 174

2 - 175

2 - 176

2 - 177

2 - 178

2 - 179

2 - 180

2 - 181

2 - 182

2 - 183

2 - 184

2 - 185

2 - 186

2 - 187

2 - 188

2 - 189

2 - 190

2 - 191

2 - 192

2 - 193

2 - 194

2 - 195

2 - 196

2 - 197

2 - 198

2 - 199

2 - 200

2 - 201

2 - 202

2 - 203

2 - 204

2 - 205

2 - 206

2 - 207

2 - 208

2 - 209

2 - 210

2 - 211

2 - 212

2 - 213

2 - 214

2 - 215

2 - 216

2 - 217

2 - 218

2 - 219

2 - 220

2 - 221

2 - 222

2 - 223

2 - 224

2 - 225

2 - 226

2 - 227

2 - 228

2 - 229

2 - 230

2 - 231

2 - 232

2 - 233

2 - 234

2 - 235

2 - 236

2 - 237

2 - 238

2 - 239

2 - 240

2 - 241

2 - 242

О книге